Двойник Рода. Чёрная метель

Глава 1

Перед прорывом в Оплот-5 мне привиделся сон. Очень странный, словно кто-то просматривал всю мою жизнь, без спросу войдя в воспоминания.

Вот я бьюсь на земном ринге и теряю сознание. Последнее, что вижу — склонившегося рефери. Вот странный мир, где искусственный интеллект Помощник, готовит к смертельной схватке с некими морлами, накачивая всякой дрянью, чтобы смог противостоять космическим агрессорам. Сами морлы. Нет, это не примитивные убийцы, не просто ещё одни существа во Вселенной, а почти что космические боги, внимательно следящие за развитием цивилизаций. Теперь я формально один из них и имею крутые возможности.

Возвращение в родной мир, брянская деревушка и странная девушка Злата, плохо говорящая по-русски. Её спасение и длинный путь в другом измерении, где меня жёстко готовят быть двойником наследника самого князя из Рода Тулиных. Предательство княжича Ратибора, в результате которого сам становлюсь им по велению Главы Рода Бориса. Новгород… Теперь вот отправка на войну с личной группой головорезов, называющих себя «Племя».

Внезапно обжигает холод, и я вижу во сне красивое, но жуткое в своей безжизненности женское лицо. Богиня смерти и зимы Морана! Она что тут делает⁈

— Скоро встретимся, Ратибор. Теперь я знаю о тебе всё.

Сон резко обрывается. Открываю глаза и дрожу под термоодеялом так, словно оно не с подогревом, а со встроенным морозильником. Ну его нахрен такие видения! Вскакиваю и делаю небольшую разминку.

— Рат, пора? — высовывает голову из-под своего одеяла боярышня Злата Луганская.

— Нет. Пятнадцать минут до побудки. Можешь ещё понежиться.

— А ты бы заснул? — нехотя вылезла она, тоже начав разминать затёкшее тело. — Какие-то кошмары снились.

— А что именно?

— Будто оказалась в Оплоте-5, а там никого. Хожу по коридорам и не знаю, как выйти к людям.

— Это нервное, — облегчённо выдохнул я.

Вскоре ожил весь лагерь. Костров не разводили, используя для завтрака сухпайки. Потом ещё раз проверили оружие и амуницию, распределили вещи так, чтобы никто не был перегружен, и стали ждать команды на выход.

Комендант базы гранд-полковник Искандер лично явился проводить нас.

— Все готовы? Молодцы, — деловито похвалил он. — Ратибор, скинь своим бойцам на навигаторы данные по коридору прорыва. Выдвигаетесь в начальную точку. Ждёте. Услышите артиллерийскую канонаду — это сигнал для вас. Не знаю, как в полчаса уложитесь, но уж постарайтесь не погибнуть. Коменданту Пятёрки привет передавайте, если жив. Всё! Пусть боги вам помогут с небес, а я буду помогать с земли!

Тепло обняв меня и Злату, Искандер удалился быстрым шагом, а мы рысью устремились в нужный квадрат, прислушиваясь к утренней тишине.

Ох и прав оказался опытный гранд-полковник, заставив нас не брать с собой тяжести! Как только зазвучал артиллерийский грохот, мы рванули чёткими колоннами по коридору в сторону Пятёрки. Первые метров семьсот были лёгкой прогулкой — ровное поле с небольшими кустиками, а вот дальше, словно чёрт дорогу пахал. Овраги, поваленные обгоревшие деревья, воронки в несколько метров глубиной заставили рассыпаться стройные ряды. Несмотря на отличную подготовку, бойцы нашего отряда резко снизили темп, преодолевая препятствия или обходя их. Люди падали, поднимались и, матерясь, снова натыкались на очередную неприятную преграду.

Я бежал и матерился со всеми, поглядывая на часы. Блин! Пятнадцать минут, но пройдена всего половина пути! Самая лёгкая его часть! А дальше, около Оплота-5 должно всё вообще в земляное месиво превратиться! Не успеваем!

Внезапно сверху и по бокам воздух стал переливаться узорами «мыльного пузыря» магической защиты. Всё! Засекли супостаты! Теперь, когда они отвлеклись от отражения неожиданной атаки Искандера, жизни не дадут, полностью переключившись на нас. То тут, то там раздавались громкие хлопки и вспышки от уничтоженных защитой антимагических ракет. Слава всем богам, пока пробить её не получается, но это лишь дело времени — такую ораву никто в Пятёрку пропускать безнаказанно не собирается.

Это поняли и бойцы «Племени», начав рвать жилы так, будто бы бежали стометровку, а не несколько трудных километров.

Когда показалась крепость, случилось первое пробитие защитного купола. Сбившись с траектории, несколько ракет ушли далеко от нашей группы, никого не задев. Только радоваться такому совсем не хотелось. Ещё с десяток пробитий, и будут хреначить прицельно, делая из «Племени» неаппетитную тушёнку. Обидно умирать, почти добравшись!

Помощь пришла от тех, к кому мы сами шли на помощь. Со стороны Оплота-5 во все стороны начался сильный магический выброс, и вскоре потрёпанная защита Искандера обзавелась дополнительной преградой. Причём такой силы, что за её пределами ничего нельзя было разглядеть. Это наш шанс, и разбазаривать его — преступление: неизвестно сколько Пятёрка сможет функционировать в таком режиме! Последние несколько сот метров до распахнутых ворот крепости, мы уже не бежали, а просто летели, со скоростью рекордсменов спринтеров, тем более что дорога, к большому моему удивлению, опять стала относительно ровной. Понадобилось около пяти минут, чтобы тысяча человек оказалась за спасительными стенами.

— Потери? — не поздоровавшись, спросил встречающий. Молодой, лет тридцати, гранд-майор с холодными стальными глазами.

— Тысячник, — тяжело дыша, связался я с Леду, замыкавшим колонну. — Что по личному составу?

— Предварительно без жертв. Несколько десятков переломом и растяжений. Точные данные будут после отчёта сотников, но ни одного пострадавшего не бросили.

— Прекрасный результат, — улыбнулся офицер, услышав новости. — Разрешите представиться, комендант Оплота-5 Истома из Рода Сурожских.

— Ратибор Тулин и Злата…

— Я отлично знаю, кто вы такие, — перебив, протянул он руку. — Ждём второй день. Очень рады гостям. Хотя теперь это и ваш дом тоже… Если не повезёт — могила.

— Знакомая штучка, — указал я на перстень правительственной связи на его пальце.

— Об этом позже поговорим, Ратибор. Пятнадцать минут, чтобы дать указания своим бойцам, а потом вас с боярышней проводят ко мне. Больше с собой никого не берите.

Ровно в назначенное время за нами пришёл провожатый и доставил в командный бункер.

— Как размещение личного состава? — спросил Истома. — Проблем не возникло?

— Осваиваются, — кивнул я. — Места у вас тут много.

— У нас всего много, кроме людей. Было около пятнадцати тысяч, а теперь и восьми не наберётся. Я князю Борису уже доложил об успешном прибытии подкрепления.

— Вот это нас и напрягает, — подала голос Злата. — Перстень связи, который не каждый боярин получить может, у простого гранд-майора. Выход на Великого Князя, хотя он ни словом об этом не обмолвился. Согласись, как-то странно всё.

— Ну, «простым» меня назвать сложно будет, боярышня, — стал объяснять комендант. — Я один из тех, кто разрабатывал ловушку для шляхто-саксонской коалиции. Руковожу всеми действиями на этом рубеже и координирую их с нашими войсками, которые скоро пойдут создавать «котёл» неприятелю. Почему вам этого не сказал Борис, не знаю. У князя в голове слишком много всего, и пытаться понять все подводные течения даже не рискую. Надеюсь, эта информация останется при вас — её знаем лишь мы и мой заместитель.

— Какая обстановка вокруг Оплота? — перевёл я разговор на более насущные темы.

— Оплотов, — поправил он меня. — Везде сложная. Вы же в курсе, что противник ударил более серьёзными силами, чем мы предполагали? Так вот, четвёртая и шестые базы имеют людской ресурс ещё на три недели боёв, а у нас с этим тяжко даже с вашим появлением. Я тут тайно основательно модернизировал Пятёрку за последние полгода, поэтому дальнобойной антимагической артиллерией её не пробить. Сами видели, какая у нас защита. Поэтому и гарнизон держали не очень большой, давая понять врагам, что являемся лакомым кусочком. Рассчитывали на крепость стен, но реалии таковы, что их можно снести с очень близкого расстояния. Приходится воевать на границе периметра защиты, не давая подступиться к нам вплотную. Вот там кровью и умываемся. Если бы не огневая поддержка и поддержка волхвов из Пятёрки, то давно раскатали бы заслоны. Нужно продержаться ещё одиннадцать дней, а потом шляхтичам с «колбасниками» не до нас станет.

— Когда выступаем за периметр? — спросила Злата. — Планы местности изучены, бойцы в обороне работать умеют. Готовы хоть сейчас приступить.

— Планы можете выбросить, — поморщился Истома. — Ландшафт изуродован до неузнаваемости артиллерией. Бои идут у самого берега Немана. Враги пытаются навести переправы, а мы им мешаем и не даём развернуться на нашей стороне. Как только появляется очередной десант, то сразу же берём его в разработку. Проблема в том, что десантируются сразу несколько групп в различных местах. Пока успеваем всех накрыть, но скоро одна из них обязательно закрепится, создав опорный пункт для дальнейшего продвижения вглубь.

Вам, как свеженьким, выделю наиболее проблемный участок, поэтому сегодня отдыхайте, а с утра начинаете дело делать. В день до десяти прорывов происходит, и их количество неуклонно растёт. В каждом до двухсот кнехтов при обязательной поддержке паладинов и колдунов. Половину топим, но и остальных мало не покажется. Есть видеозаписи боёв. Настоятельно советую и самим просмотреть, и своим ратникам с витязями показать, чтобы примерно представляли, как нужно действовать в той или иной ситуации. Но учтите, что тактика неприятеля постоянно меняется, так что приходится частенько импровизировать.

— Кто командует обороной на берегу? — задал я следующий вопрос.

— Никто. Свободная охота. Каждый действует по своему усмотрению: слишком быстро обстановка меняется. Уничтожили десант, переходите к следующему или помогаете ближним отрядам, если помощи запросят. На дальние рубежи не отвлекаться, как бы тяжко им ни приходилось. Главное — это держать территорию в зоне своей ответственности… Ну и своих случайно не перестрелять в постоянном бардаке. Без обид, но хочу спросить. Давайте откровенно, насколько готовы воевать в подобных условиях? Если чувствуете, что можете дать слабину, то тогда распределю ваших ратников по отрядам.

— Справимся. У нас все группы сработаны, и нет смысла дербанить хорошо отлаженный механизм взаимодействия.

— Верю, Рат. Видел, как сюда организованным табуном скакали. И последнее — оружие. Склады забиты полностью, так что на себе не экономьте. Берите столько, сколько сможете унести. Рассчитывайте на семь-восемь часов активного боя. Дальше придёт отдохнувшая смена из Пятёрки. Ещё… Вы оба наследники Родов, поэтому остаётесь в Оплоте.

— Нет, — возразил я. — Уже был разговор с Главами наших Родов, они тоже хотели обезопасить своих чад. Мы со Златой Луганской — боевые командиры, и наше отсутствие подорвёт сложившийся порядок в «Племени». Его мы разделим на три части по триста бойцов: одной командую я, второй — боярышня, а третей — тысячник Эдмонд Леду. Хозяйственная сотня остаётся в крепости и будет резервом на случай потерь.

— На случай? Ох, Ратибор… Это будет не случай, а постоянная река из убитых. Из боя забираем только раненых: рук на всех не хватает, — вздохнул Истома. — Но раз сами Главы Родов согласились вами рисковать, то я больше об этом не заикаюсь. Надеюсь, вы понимаете степень опасности.

— Я был в Сувальской крепости, поэтому готов к любому. Злата тоже не вязанием на южной границе занималась.

— Знаю, друзья. Если бы не это, то ни за что не отпустил слабо обстрелянных в пекло. Да помогут вам боги!

Истома не соврал: на следующий день мы попали в настоящий ад. Ещё не погасла последняя звезда, как мы были уже все на ногах. На первый наш выход комендант крепости отрядил пару дюжин проверенных бойцов, чтобы помогли нам разобраться на местности. Не мешкая, быстро выдвинулись к реке, со стороны которой не стихали выстрелы и магические вспышки. Густой утренний туман обволакивал влажностью и дезориентировал в пространстве. Казалось, наша группа потерялась между мирами в этой белой, почти непроглядной пелене.

— Повезло, — довольно сказал один из старожилов. — Пересменок — самое поганое время, а в таком туманище активность десанта спадает, и можно без суеты занять позиции.

— Ничего себе спадает! — удивилась Злата. — Там грохочет, как во время весенней грозы!

— Добивают остатки прошлых вылазок, боярышня. Подожди часок, тогда поймёшь, о чём говорю. Вы, главное, не суетитесь. Отработали по одной группе и только потом переходите к следующей. Нельзя недобитков за спиной оставлять.

— Меня удивляет, что наши волхвы и их колдуны не используют воду Немана, как оружие, — вставил своё слово Эдмонд Леду. — Зачем эти бессмысленные метания, если можно одним мощным магическим залпом накрыть волной любой из берегов?

— Можно, — согласился с ним ветеран, — только ни в наших, ни в их интересах делать реку непроходимой после магической атаки. Так что бьёмся на суше. Тихо…

— Что там? — напрягся я.

— Свои, княжич, не стрельните сдуру.

Из тумана показались бредущие люди. Многие с окровавленными, наспех наложенными повязками, половина явно с трофейным оружием. Почти все помогают наиболее пострадавшим бойцам, а тех, кому особенно сильно не повезло, несут на импровизированных носилках.

— Как там, Юлий? — спросил наш провожатый у одного из офицеров.

— Хреново, дружище. Совсем озверели шляхтичи: усилили напор в несколько раз. Старайтесь сбить их ещё у того берега, а то задавят массой. Я треть своих недосчитался… Держитесь, парни!

Неман встретил нас неласково. Не успели мы толком разделиться на отряды, как поступило первое сообщение от наблюдателей, отвечающих за наш участок.

— Юг! Восемьсот метров! Отчаливает десант предположительно в двести человек!

— Леду! — приказал я. — Ты знаешь, что делать.

— Есть, вождь!

— Злата, — продолжаю раздавать приказы. — Север твой. Я по центру. Будет совсем плохо, не стесняйтесь просить помощи.

— Здесь везде будет тухло, так что пусть все рассчитывают только на себя, — возразил ветеран. — Запомните, на берегу не линия фронта, а полная каша, поэтому крутите головой во все стороны, не думая, что вас кто-то прикроет с флангов. Отовсюду прилетает.

Знал мужик, что говорит! Первую группу на участке моего отряда мы сделали ещё до того, как они высадились. До нас доплыли лишь несколько десятков шляхтичей, которых накрыли плотным огнём и уничтожили за двадцать минут. Но не успели остыть стволы автоматов и создаться про запас новые заклинания, как сразу наблюдатели дали ещё две намечающиеся точки высадки.

— Не распыляйтесь пока! — посоветовал мой куратор из Пятёрки. — На две нас не хватит, поэтому гасим одну, как сейчас, а потом уже прём к другой, не давая ей окопаться на берегу. Вот с ней кровушки вдоволь нахлебаемся.

Не стал спорить с опытным человеком и поступил, как он сказал. Немного привыкнув к стилю боя, первую группу быстро пустили на дно и сразу же переключились на вторую, высадившуюся в полном составе и занимающую выгодные позиции.

Как только первые пули пролетели над головой, то приказал своим остановиться.

— Огонь из гранатомётов! Имеющие Дар, заклинания по площадям, куда бы сами захотели залечь при обороне! Дымовую завесу, и только после этого рывок! Ратникам вперёд витязей не высовываться! Начали!

Вскоре земля под ногами задрожала от взрывов. Резко запахло порохом и горелым мясом, но никто из моих ребят в обморок от этого не упал. Как только дым покрыл всё расстояние между нами и врагами, мы бросились в атаку, отчаянно надеясь, что вражеские колдуны не развеют маскировку до того, как до них доберёмся. Успели!

Первого шляхтича даже не увидел, а почувствовал, сразу разрядив половину обоймы в него. Кидаю гранату в соседнюю подозрительную воронку и снова стреляю, уловив шевеление справа себя. В ответ прилетает Огненый Шар. Падаю на землю, пропуская его над собой. Паладин Огня, сука! Такого простой пулькой не прошибёшь! Не вставая, хреначу двумя тонкими Воздушными Плетями и достаю пистолет с антимагическими пулями, способными пробить паладинову броню. Стрелять не пришлось: одна из Плетей достала вражину.

Быстро оснащаю автомат полной обоймой и снова продолжаю бой. Полчаса смертельной пляски на небольшом пятачке вымотали похлеще курсантских экзаменов. Но главное было достигнуто: мы уничтожили десант полностью.

— Потери⁈ — ору я по связи, слегка оглушённый от разорвавшейся неподалёку гранаты пару минут назад.

Отчёт десятников показал, что одиннадцать моих бойцов погибли и ещё около сорока получили ранения.

— Круто! — уважительно сказал ветеран. — При таком замесе обычно не меньше тридцати только «к Моране» отправляются, а раненых до половины состава. Со столичных гулянок и сразу так лихо начали! Но не расслабляемся — ещё даже не полдень. Быстро подлечиться, кто чем может, а потом ждём новой партии гадов. Уверен, долго наслаждаться тёплым солнышком не дадут.

Во время небольшого перерыва хотел было связаться со Златой и Леду, но не стал. Если у них там идёт бой. Он, судя по звукам не хилый на обоих флангах. Могу отвлечь наших и подставить под вражескую пулю. Не зря нас предупреждали, что связь лишь в крайних, критических случаях.

Вскоре я забыл обо всех своих намерениях, полностью отдавшись войне. Шестой десант встречали уже не со своим штатным, а трофейным оружием, так как больше стрелять было нечем. День растянулся на год, и казалось, что ему не будет ни конца ни края. Потери зашкаливали. Мой напарник-ветеран погиб около трёх часов дня. К вечеру даже не пытались лечить раны, а просто заклеивали их пластырями с кровоостанавливающей пропиткой. Потом, когда аптечки опустели, уже начали тупо перевязывать подручными средствами.

— Племя! — когда на небе показалась луна, раздалось в рации гласом божиим, а точнее, коменданта Пятёрки. — Оставляем свои позиции и на базу! Смена в четырёх минутах от вас! Торопитесь, пока опять десант не полез!

Уговаривать никого не пришлось, и мы, подхватив неходячих товарищей, организованно рванули в указанном на навигаторах направлении. Уже в Оплоте увидел, что обе других наших группы тоже прибыли. Злата жива! И Леду, хоть и ранен слегка.

Подошёл, обнял боевых товарищей, искренне радуясь, что они уцелели в этой мясорубке.

— Рат, — неожиданно всхлипнула Злата, крепко прижавшись ко мне всем телом. — Я думала, что сойду с ума… Столько смертей!

— Ничего, родная… Начало всегда самое трудное, — нежно поцеловал я её в солёную щёку. — Главное, что ты выжила. Я очень волновался.

— Правда?

— Конечно. Как представил, что некого будет бесить, то чуть врагам не сдался от ужаса.

— Всё шутишь… Ладно, беси, но только не умирай сам.

Ночная перекличка показала, что наше «Племя» сократилось на пятую часть. И это только в первый бой. Что же будет дальше?

Глава 2

Думали, что теперь сможем немного отдохнуть, но гранд-майор Истома нарушил наши планы, позвав всех троих к себе.

— Ну что, новички? Поздравляю с первым днём. Хотя поздравлять с таким — это кощунство, но вы понимаете, что я имел в виду: с тем, что первый день не стал последним. Есть какие-либо наблюдения, замечания? Мнение свежих людей с незамыленным взором очень интересует.

— Нужен склад с медикаментами для оказания первой помощи! Прямо на передовой устроить схроны! — сразу же выпалила Злата.

— Ты видела, что там творится с землёй? Сегодня прячешь, а завтра с большой долей вероятности случайным взрывом наш маленький склад уничтожит. Уже пытались сделать, бездарно потеряв несколько пудов ценного материала. С медицинскими командами примерно то же самое. Это по вам артиллерия с того берега почти не лупит, боясь по своим попасть. А вот по всем, кто только выходит из-за периметра или заходит в него, бьёт с превеликим удовольствием. Поэтому и производим смену на передовой при плохой видимости.

— Шляхтичи… Почему только шляхтичи? — ускоренным сознанием прокрутив сегодняшний день в голове, спросил я. — Саксов нет совсем. Они что, не участвуют в десантах?

— Верный вопрос! — кивнул Истома. — Уже второй день не видно ни одного на нашем берегу. Уверен, что это не случайность. Скорее всего, готовят мощный ударный кулак для переправы, подключив все плавсредства, которые у них должны подходить к концу. Как кулак будет действовать, понятия не имею. По всем прикидкам, такое не защищённое на воде скопище людей разнесём из Оплота артиллерией. Должно быть что-то другое. Я уже голову сломал, что…

— Может, не дожидаться чужого плана и подкинуть свой? Заманить в ловушку, не дав времени на раздумья?

— Есть мысли, Рат? — словно охотничья собака, подобрался гранд-майор.

— Одна всего. На большее сейчас не хватает. Дать возможность шляхтичам создать плацдарм, а потом жахнуть по нему из всего имеющегося, когда начнут переправляться основные силы.

— Не прокатит. Понтоны имеют достаточно серьёзную магическую защиту. Взломать её, конечно, взломаем, но до этого времени берег уже будет не наш, и бои придётся вести под самыми стенами Оплота.

— Понимаю. Но насколько помню, у понтонов спереди нет магической защиты, чтобы могли состыковаться другие при создании моста. Этим слабым местом можно воспользоваться, при условии, что плацдарм создадут не шляхтичи, а наши во вражеской форме. Уходим под защиту неприятеля и изнутри легко её снимаем.

— Красиво, но неосуществимо. Придётся создавать большой отряд минимум в две тысячи бойцов, а нас просматривают с западного берега. Лишние жертвы обеспечены.

— Извини, комендант Истома, — вмешался Эдмонд Леду, — только я вижу смысл в словах вождя. Франки, пусть и не в таких масштабах, однажды использовали подобное в конфликте с бриттами. Я сам ещё молодым паладином был участником той операции. Сколько в Оплоте-5 магов с Даром Земли?

— Около сорока, если волхвов с витязями считать.

— Этого хватит, чтобы за сутки проложить тоннель от базы до берега. Понятно, что им можно воспользоваться лишь один раз и на короткий срок после обнаружения, но большего не требуется. Широкий и неглубокий тоннель в мягкой почве легко соорудить. Наполнить его заранее бойцами, а потом, под дымовой завесой выпустить их на врага. Большая сложность лишь в том, чтобы сделать пустым подземный ход до его уничтожения. Нужен точный расчёт.

— Рассчитать не проблема, Леду. Проблема удержать плацдарм и вход на переправу до прибытия подкрепления. По сути, все «ряженые» будут смертниками.

— Мой план — нам и отдуваться, — твёрдо сказал я. — Изначально «Племя» затачивалось под диверсионную деятельность и для конфликтов с превосходящими силами противника. К тому же у нас много людей, свободно говорящих на нескольких языках, что может помочь в операции не раскрыться раньше времени. Тихо даём навести переправу и взять под стационарную магическую защиту плацдарм. Тихо отступаем, якобы для перегруппировки по понтонам, а потом уничтожаем защиту. Прыгаем в воду и выбираемся на берег. По тем, кто без кителей выплывут, не стрелять.

— А если план провалится? — с сомнением произнёс Истома.

— Значит, будете ждать ответный план шляхтичей с саксами, защищаясь на стенах Пятёрки. И давай начистоту! Ты сам видишь, как тают людские резервы. Пусть хоть у каждого из нас будет по две жизни, всё равно не продержимся до всеобщего наступления. Сейчас выход лишь один — это сломать систему, по которой враги атакуют. Не факт, что доживём до финала, но время затянем основательно.

— Хорошо! — сдался Истома. — Прав ты, Ратибор. Мы слабеем на глазах, а неприятель усиливает давление, имея почти неограниченные, постоянно прибывающие ресурсы. Мой прогноз: не больше пяти дней сможем обороняться, после которых воевать будет некем. Сегодня и завтра в боях не участвуете. Приводи своё «Племя» в порядок, потроши закрома складские, а потом… Не знаю. Надеюсь увидеть вас живыми.

Двое суток отдыха превратились в настоящую изнурительную работу мысли. Мы составляли планы, синхронизируя действия чуть ли не поминутно. Потом скидывали эту инфу своим бойцам, заставляя их разучивать практически наизусть каждый манёвр. Даже я, подключив свои чудесные внутренние резервы, к концу подготовительного периода находился в полностью выжатом состоянии, а про других и говорить не приходится. За пять часов до выхода к Неману, гранд-майор Истома своей властью разогнал всех по кроватям, пообещав, что если увидит неспящего, то лично вломит тому по морде, несмотря на пол, звание и хорошие личностные отношения.

Нехотя мы разошлись по своим каморкам, понимая его правоту. Ещё не хватает в ответственный момент понаделать ошибок от переутомления.

Голова, коснувшись подушки, полностью перестала работать, и мозг погрузился в сон. Чувствую, что кто-то шебуршится. С трудом разлепив веки, вижу, что это Злата укладывается рядом.

— Тебя из комнаты собственной выгнали или это традиция такая намечается: делать мой спокойный сон беспокойным? — спрашиваю у неё.

— Мне так уютнее. Не бухти. Давай спать, а не спорить, — ответила девушка, положив голову на моё плечо.

— Злата, кажется, что между нами такие отношения лишние. Главы Родов…

— Плевать на них. Я не трахаться пришла, а провести, быть может, последние часы своей жизни так, как хочу сама. С любимым человеком рядом.

— Любимым? Дура, ты.

— Знаю. Один раз можно. Отстань, зануда, и не мешай спать.

Немного офонарел от такого, но крайняя степень усталости не позволила развить интересный разговор. Просто обнял боярышню и сам отправился вслед за ней по дороге сновидений.

Ровно через четыре с половиной часа открыл глаза, чувствуя себя полностью отдохнувшим. Быстро умылся и растолкал боярышню.

— Рат, почему у меня такое чувство, будто бы не отдыхала, а камни на себе таскала? — жалостливо произнесла она.

— Потому что в собственной кровати дрыхнуть надо, а не по красивым, очень умным и безумно сексуальным мужикам шляться. Сейчас тебе эликсира чудодейственного дам — силы восстанавливает моментально.

— Не пронесёт, как от Окопного Пойла, о мой безумный и этот… как там себя смешно обозвал? А! Красивый мужичок!

— Про сексуального забыла, соня. Не пронесёт! Сам уже тяпнул! Отличная штука, хоть и дорогая. Держи, — протянул я ей стакан.

Послушавшись, Злата нехотя его опустошила и с недоумением посмотрела на меня.

— Что-то легче не стан…

Внезапно её глаза закатились, и девушка рухнула обратно на кровать. Быстро подошёл, прислушался к ровному дыханию и даже ущипнул, поверяя, не притворяется ли. Всё отлично! Не соврал Истома, давая инструкцию к зелью! Три часа безмятежного сна гарантированы, как и взбучка с серьёзными обидками после пробуждения. Но до той поры ещё дожить надо.

Выходя из комнаты, бросил прощальный взгляд на боярышню. Не удержался, подошёл к ней и нежно поцеловал в губы — тёплые и такие желанные. Жаль, что всё так… Но лучше так, чем погибнем оба.

Заговор против Златы был составлен сутки назад. Вначале он созрел в моей голове. Я поделился мыслями с Эдмондом Леду и Москаем Озёрским. Те выслушали и сразу же согласились, что не стоит нашей принцессе идти на верную смерть.

— Её группу возглавлю я, — неожиданно предложил гранд-полковник в отставке Москай. — Опыта у меня на десяток таких гранд-лейтенанток хватит.

— Ты же больше не хотел брать в руки оружие? Почему изменил решение? В конце концов, могу и Гната поставить на командование, — поинтересовался я у нашего «завхоза».

— У Гната другие обязанности, и он должен неразлучно быть с тобой. Провожать на бой и ждать вас — ещё хуже, чем самому с автоматом носиться. Чувствую себя трусом никчёмным… Нет! Больше так не могу! Если суждено подохнуть, то лучше в бою. К тому же к богам много моих друзей отправилось. Так что в хорошей компании окажусь, если пулю поймаю.

С этим мы пришли к Истоме, который с удовольствием поддержал временную отставку наследницы Рода Луганских. Правда, потом мне пришлось выдержать серьёзную осаду, доказывая настойчивому коменданту Оплота, что хрен ему на воротник, а не я в тылу. Нехотя он согласился, что совсем обезглавливать «Племя» не стоит — это может сильно сказаться на моральном духе, и выделил из своих тайных запасов пузырёк с сонным эликсиром, который даже на волхвов Жизни, привыкших к разным ядам, действует безотказно.

— Дело сделано, — сразу пояснил я обстановку с боярышней, войдя в командный бункер. — Двери запер, но ты, Истома, на них сильно не надейся, так как против носительницы Дара Истинного Огня они не выстоят. Будет буянить, объясни красавице, что был не в курсе, и это только моя личная инициатива. Ещё не хватало Оплоту командира лишиться.

— Разберусь! — кивнул он. — Ну что? «Мёртвый час» наступает. Пора вам на рубежи, други…

В назначенное время мы оказались на берегу Немана. Точнее, только Эдмонд Леду со своими тремястами бойцами. Мы же с Москаем, переодетые в неприятельскую форму, сидели у выхода из тоннеля, отслеживая на мониторах происходящее. Как только солнце полностью вышло из-за горизонта, началось настоящее месиво. Шляхтичи, практически не переставая, стали бросать усиленные десанты, взвинтив темп боя до опасных величин.

— Леду! — приказал я по рации. — Следующий прорыв не уничтожай полностью. Дай им укрепиться на земле. Как только пойдёт дымовая завеса по всему берегу, то будь готов, что мы ударим тебе в спину.

— Есть, вождь! — пришёл краткий ответ.

Всё пошло почти точно по плану. В дыму я со своими незаметно вынырнул из тоннеля. Без проблем подключились в уже плохо отслеживаемой наблюдателями сумятице к «спасению» десантников, отчаянно удерживающих плацдарм. Бойцы Леду очень натурально попадали от наших холостых выстрелов, а шляхтичи, почти похоронившие себя, оживились, видя, что прибыла подмога. Пропустили без проблем и дали занять позиции рядом с собой. Вскоре княжеские войска «героически погибли» от оружия славных шляхтских воинов.

— Кто главный? — крикнул я на их языке, мысленно ставя свечку всему пантеону богов, чтобы не было даже намёка на акцент.

— Паладин Заицкий! — отозвался один из спасённых.

— Я паладин Януш Кински! Связь с той стороной есть? Нужно сообщить, что можем сегодня удержать рубеж! У «князючек» потери большие! В ошмётки их превратили! Наша рация разбита.

— Работает, только не стоит преждевременно наводить переправу. Путь там сами решат — не слепые же.

Вскоре неподалёку раздалась сильная стрельба, но через пятнадцать минут всё стихло, и появился ещё один отряд ряженых десантников под командованием Моская Озёрского.

— Братья! — заорал он. — Кажется, что сегодня мы закончим с этой дрянью! Там у «князючек» одни инвалиды остались, хоть пока ещё и злые. До вас дошли, как по городским улицам! Чего на том берегу? Подмогу готовят, пока возможность есть? Пару часов и очухаются, собаки новгородские!

— Рыбка Гнезду! — не выдержал Заицкий. — Домик построили! Повторяю! Домик построили! Гостей развлечём, но еды на два часа осталось. Пришлите обоз!

— Рыбка! — раздалось в ответ. — Информация точная?

— Гнездо! Со мной ещё две большие семьи, что своих домиков не построили. Вместе дожидаться будем.

— Понял, Рыбка! Держитесь! Обоз высылаем!

Минут сорок мы вяло отбивались от княжеских войск, которые всеми силами старались показаться обескровленными. Наконец, с западной стороны Немана подъехали специальные тягачи. В воду стали бросать огромные трубы, которые при падении раскрывались, превращаясь в плоты. Ведомые неизвестным оператором плоты быстро маневрировали, соединяясь между собой. Наша артиллерия лупанула по ним, но защита сработала отменно, и мост строился без перерыва.

Первыми по нему на высокой скорости рванули бронированные джипы со спецтехникой. Взяв наш «пятачёк» в кольцо, они мгновенно создали с переправой общую защитную сеть, обезопасив выход на берег от обстрела. Потекли войска. Вскоре плацдарм расширился до одного километра, затем охватил почти весь берег. Действуют чётко, со знанием дела и почти все прибывшие из саксов! Значит, готовили штурм заранее, имея свои планы на его осуществление, а шляхтичи были больше прикрытием для них. Но тут грех не воспользоваться ситуацией — вот и купились.

Княжеские войска полностью отступили, лишь Оплот-5 изредка пытался пробить защиту артиллерией, тонко намекая вражеским аналитикам, что экономит боезапас.

— Не пора ли? — тихо спросил меня Москай. — Бойцы Леду уже покинули ряды мёртвых и оттянулись к своим.

— Пора. Белые повязки на рукава, чтобы друг друга не перестрелять, и начинаем.

Никто из врагов не ожидал, что свои же откроют ураганный огонь прямо около переправы. Мы не жалели гранат, патронов и магии, внося неразбериху в стройные ряды довольных саксонцев и в не очень стройные не менее довольных шляхтичей.

— Прорыв всем группам! — проорал я открытым текстом через «Ведун».

Тут же, пока противник не очухался, больше полутысячи бойцов «Племени» заскочили на переправу и устроили на ней кровавое месиво. Но наша цель была не люди, а разрушение блоков системы защиты на понтонах. Мало уничтожить один из них — нужно вывести из строя хотя бы половину, чтобы высадившиеся войска тоже остались без защиты. То, что это удалось, понял, когда пара выпущенных из Пятёрки ракет, не разбились, как обычно, об антимагический мыльный пузырь, а упали на некогда красивый берег Немана, взрывом раскидав несколько сотен солдат.

— В воду! — проорал я по связи, ныряя с понтона.

Наши в тылу не подвели и дали пять минут, чтобы мы смогли как можно дальше удалиться от опасного места. Потом крепость словно проснулась, обрушив со всех артиллерийских стволов смертоносный дождь. Я никогда не видел ничего подобного и, уверен, не захочу в будущем. Даже в воде жар от огромного рукотворного вулкана был невыносим. Хотелось нырнуть, спасаясь от него, но нырять опаснее всего: оглушит, как рыбку на браконьерской рыбалке. Сейчас есть одна задача — отплыть как можно дальше и выбраться на родной берег. Потом соберёмся и обсудим увиденное с теми, кто смог дожить до финала. Таких будет немного. Потери ужасные… А сейчас плыть! Тупо плыть, несмотря на лёгкую контузию и пару дырок в ноге!

Когда силы совсем закончились, выбираюсь на берег. Боевой режим, в котором столько времени находился, сожрал последние резервы, и дальше им пользоваться опасно. Перед тем как рухнуть в спасительное забытьё, обгладываю с куста зелёные, сочные листья, чтобы хоть немного дать энергии телу. Хватит. Потом доем, а сейчас сон!

— …ги…Помоги… Помоги…Помоги… Помо… — на одной безжизненной ноте внезапно раздалось в голове, на мгновение парализовав сознание.

Чёрт! Это не связь по «Ведуну»! Это прямо иголкой в мозгу! Что за фигня творится⁈

Голос исчез, словно его и не было, но я знаю, что кто-то просит помощи. Кто-то из менталистов в беде и, судя по языку, из наших. Эмоционально пытаюсь снова настроиться на нужную волну, как когда-то учили волхвы с Даром Восприятия. Наконец это получается.

— Помоги… Помоги… Помоги…

Господи ты, боже мой! Это же ведунья Маруша! Где она и что тут делает⁈ Как смогла связаться? Неужели через Навь докричалась? Тогда всё очень плохо у неё, раз пошла на такой шаг.

— Маруша! Это Ратибор! — кидаю мысль в эфир. — Ты где?

— Близко и далеко… Доверься нашей связи… Нам было хорошо… Помоги… Помоги… Помоги… Рат, найди меня… Помоги…Помоги…Помоги… Рат, найди меня… Доверься нашей связи… Нам было хорошо… Близко и далеко… Помоги… — заведённой куклой повторяла она, явно не слыша меня, но предполагая, какие именно будут вопросы.

— Иду! Держись! — крикнул я в пустоту и потерял сознание.

Несколько часов отключки помогли вернуться к жизни, но не уняли бешеный голод. Спустился к реке и шибанул Воздушным Кулаком по воде. Очередная браконьерская рыбалка удалась! Не раздумывая, выбрал с десяток оглушённых рыбин покрупнее и стал их жрать, отплёвываясь от чешуи. Вскоре ощущение отвратительной невкусности блюда намекнуло, что энергетический кризис прошёл.

Так… Что делать дальше? Есть два пути. Первый: добраться до Пятёрки и организовать спасательную операцию вместе с Гнатом, который прибыл сюда именно из-за Маруши. Но не факт, что отпустят в тыл к врагу, да и времени можем потерять немерено. Второй вариант более рискованный для меня. Пропасть без вести на неопределённый срок и, переправившись через Неман, самому начать поиски. Пожалуй, так и поступлю. Осталось выяснить, как найти Марушу через эту долбанную навью связь.

Глава 3

Решение принято: нужно искать Марушу. Вот только как найти человека, местоположение которого даже примерно не представляешь? Не в газеты же о розыске пропавшего объявление давать? Тут нужно рассуждать логически, имея ту инфу, что мне предоставила в своём послании бедовая ведьмочка. Первое: если смог запеленговать, значит, она где-то неподалёку, судя по намёкам в сообщении. Перед отправкой на войну князь Борис говорил, что её группа пасла на вражеской территории какого-то мутного типа и вся полегла где-то в этих землях.

Вариант, что Маруша сбежала и переправилась на нашу территорию, близок к нулю. Иначе обязательно сама бы связалась с первым же военным постом. Второе исходит из первого: не переправилась, потому что не может. Такое возможно, лишь если находиться в плену. Это же подтверждает и постоянная просьба о помощи. Получается, что мне двигать через Неман её разыскивать.

«Доверься нашей связи»… Связь установилась, когда Маруша притащила меня в Навь и представила одной из хозяек нижнего мира — богине смерти Моране. Придётся налаживать контакт через Навь. Только никаких инструкций, как попасть туда, не имею. Даже приблизительных. Пару случаев соприкосновения с Навью можно смело опускать: то меня в вещих снах или забытьи Морана сама навещает, то переход во время секса с Марушей давал возможность проникнуть за грань… Стоп! Она же так и сказала! «Нам было хорошо»! Идиот! Это не ностальгическое воспоминание, а толстый намёк на что-то!

Так, дверь найдена, теперь осталось найти ключик от замка. Кроме как с самим собой, заниматься секасом тут не с кем. Да и уверен на сто процентов, что будь под боком хоть целый гарем из похотливых девиц, то ничего путного не получилось бы. Как итог: дело не в физическом совокуплении, а в чём-то большем.

И я знаю, в чём. То, как мы тогда сплелись с ведуньей не только телами, но и эмоционально, забыть не смогу. Нежность, Страсть, Порок, Свобода и ещё масса различных противоречивых чувств создали потрясающий коктейль, который больше никогда не испытывал. Мы с Марушей были вне времени и пространства, взрывали и снова зажигали звёзды, а потом двумя грешными ангелами рухнули в холод Нави.

Я невольно представил ту волшебную ночь, наслаждаясь воспоминаниями. Вдруг меня закружило в чёрном водовороте. Живописный пейзаж Немана потерял свои очертания, опять повеяло холодом… и вот стою на знакомом снегу нижнего мира. Ничего себе «помечтал», млин! Но прыгать от восторгов, что так лихо перешёл за грань, нет ни сил, ни желания. Я хотел попасть сюда не для демонстрации собственной крутости, а для конкретного дела.

— Маруша! Отзовись! Марушенька! Это я! Ратибор! Фил! Нулевой! Минус, мать вашу! — громко стал перечислять все имена, под которыми меня когда-то знала ведунья.

Тишина в ответ. Лишь усиливается метель из чёрных снежинок.

— Маруша! Это…

— И чего так орать? — внезапно предстала сама Хозяйка Зимы, невежливо перебив на полуслове. — Нет здесь её.

— Богиня! Помоги! Маруша в беде и…

— Ты дурак совсем? Я не ручная собачка. Раньше времени посчитал себя равным мне? Глубоко ошибаешься.

— Но она твоя верная слуга! Не для себя, для Маруши прошу помощи.

— Это одно и то же. Ты сам можешь найти, если напряжёшься. Если не сможешь, то помогать слабой личинке мне скучно. Видишь это? — взяла она горсть чёрного снега. — За пять тысяч лет выпали очень обильные осадки. Снежинки — души тех, кто навсегда оказался в моих владениях. Слабаки. Не повторяй их судьбу — ты близок разделить её. Пошёл вон! И больше не смей появляться без моего приглашения.

Внезапно взяла злость от такого приёма. Да! Пусть не с самой богиней Смерти мне тягаться, только это равнодушие к тем, кто чтит и поклоняется ей, взбесило похлеще любого интервью вора-чиновника, что с честными глазами рассказывает, как не спит ночами, о благе государства размышляя.

— Ты смеешь сравнивать меня с подлыми мразями? — явно прочитав мысли, спокойно поинтересовалась Морана, но холод в её голосе заставил кожу покрыться инеем.

— Ты сама с ними сравнилась в своих поступках. Бойтесь и поклоняйтесь, смертные! Дары несите! А что в ответ? Простая просьба о помощи превращается в цирк с медведЯми! Плевать! — пошёл я вразнос, всё больше и больше зверея от несправедливости. — Уничтожай меня! Превращай в своё чёрное дерьмо, но только помни, что ты без веры людей — всего лишь чучело, живущее в подвале под вывеской «Навь»!

Продолжай в том же духе, и тебя сменят другие боги! Насовсем! Вспомни мои слова, когда начнут разрушать капища! А чтобы ты их не забыла, я буду постоянно хрустеть на твоих зубах! Но не снегом, а песком — им в гололёд посыпают дороги!

— Глупая, но сильная речь! — рассмеялась она. — Смелый и злой! Не зря тебя морлы отметили. Всё сложнее. Ты не до конца понимаешь происходящее и основные законы развития энтропии. Если вмешаюсь сейчас, то будет только хуже. Сам. Ищи сам. Если смог переместиться сюда без посторонней помощи, то почувствуешь Марушу, когда она окажется совсем рядом. Ваша связь неразрывна в любом из миров.

— Морлы? Энтропия? — аж замер я, услышав подобное.

— Свободен, личинка! — повелительно взмахнула богиня рукой, и я снова вывалился в Явь лицезреть плавно текущие воды Немана.

Вот это да! Ожидал всякого, но не такого разговора! Морлы — эти забытые стражи космоса отметились и тут тоже по полной программе. Как они взаимодействуют с местными богами? Вопросов без ответов слишком много, но понятно, что я участвую в какой-то непонятной игре высших сил. Оно мне надо? Сомневаюсь!

Голова распухла от разных нехороших мыслей. И чтобы остудить её, рухнул, не раздеваясь, в реку. Вроде немного отпустило, настроив на иной лад. Сейчас нужно искать Марушу, а всё остальное вне моих возможностей. Для начала произведём определение на местности.

Водонепроницаемый навигатор работал, но выдавал какую-то чушь. Я нахожусь в шестидесяти километрах от Оплота-5. Допускаю, что крутым молодцем в боевом режиме смог далеко отплыть от базы, только такое расстояние ни один скоростной катер за пятнадцать минут не покроет. Хрень какая-то!

Потратил почти час, сверяя местность и данные навигатора. Ошибки нет: нахожусь южнее не только Пятёрки, но и четвёртой базы. Почему подобное могло произойти? Не телепортация, однозначно. Ею владеют лишь серьёзные волхвы с Даром Земли, да и то не больше нескольких сотен метров могут «съесть» после долгой подготовительной работы. Значит, что-то другое. Нужно отмотать события назад и вспоминать поминутно, как улепётывал от горящей переправы.

Вот прыгаю в воду. Пока всё в норме, не считая раны в ноге и контузии. Метров на четыреста смог отплыть, когда наши жахнули из всех стволов. Вода становится горячей от магического огня взрывающихся ракет и снарядов. Терплю и гребу, как сумасшедший. Сбившаяся или сбитая неприятелем с курса ракета ныряет неподалёку, и понимаю, что писец подкрался. Взрыв… Нет! Взрыва не было! Течение реки подхватывает моё тело и несёт так, что берега превращаются в одну сплошную размытую линию. Именно этот момент и показался мне взрывом! Потом опять всё нормализуется и… Вода холодная!

Вот оно чё, Михалыч! Сама река меня вынесла сюда! Без моей помощи! Как так-то⁈

А если не Неман был спасителем, а сам я? Помнится, помимо основного Дара Воздуха, ещё проявлялись Земли, Огня, Жизни и Восприятия. Почему бы Дару Воды не проклюнуться? В критической ситуации с зашкаливающим в крови адреналином неосознанно раскрыл его, интуитивно как-то заставив работать. Другого объяснения подобному чуду не нахожу.

Чтобы проверить свои выводы, зашёл обратно в реку и лёг на мелководье, вспоминая ощущения во время своего олимпийского суперзаплыва. Ничего не происходит. Только солнышко припекает сверху и дно жопку снизу холодит. Хорошо… Лежал бы так и лежал, слушая шум волн, наблюдая за стайкой мальков, что резвятся у противоположного берега, или плавно донеся часть себя до залива Балтийского моря, сливаясь с его суровыми солоноватыми водами в одно целое, чтобы…

Еп! Какие мальки⁈ Какая Балтика⁈ Резко выхожу из транса, понимая, что сейчас полностью стал Неманом, почувствовав его, если можно так выразиться, душу! Значит, всё-таки Дар Воды! Надо попробовать ещё раз, но без расслабона.

Держа ладони параллельно речной глади, сконцентрировался, словно создаю любимый Воздушный Кулак. Почувствовав лёгкое покалывание в пальцах, усилием воли настроил связь с новой стихией и, плавно поднимая руки вверх, потащил её за собой. Появилась небольшая волна, которую стал двигать вперёд-назад. Она послушно подчиняется моим приказам. Оттолкнул её, и «ручная» волна покатилась против течения реки.

Прекрасно! Попытался повторить эксперимент с большим по площади куском реки, но ничего не вышло. Лишь тонкая рябь показала, насколько я слаб или несведущ в Даре Воды. Но и это стоит занести в плюс! Моя коллекция пополнилась очень интересным экспонатом. Получается, что собрал все Дары в себе. Если с Воздухом достаточно далеко продвинулся, благодаря постоянным урокам с волхвом Святомудром, то с остальными придётся повозиться, чтобы не вот так спонтанно использовать Дары, а с умом и на максимуме отведённых богами возможностей.

Наигравшись с волнами, временно забыл о новом умении, сосредоточившись на поисках Маруши. Судя по навигатору, местность здесь не особо многолюдная. С десяток хуторов, откуда люди, скорее всего, ушли, как только начались под их боком военные действия. Ещё большая деревня. В ней может остаться пяток упёртых крестьян.

Вполне допускаю, что есть и небольшие тайные вражеские базы. Только князь Борис говорил о том, что загадочный человек, за которым охотилась группа ведуньи, хоть и вхож в высокие кабинеты, но не любит привлекать к себе внимания. То, что он похитил Марушу, не вызывает сомнений. Значит, спрячет её подальше от посторонних глаз. Деревню оставлю напоследок и пройдусь по безлюдным хуторам.

Быстро построив оптимальный маршрут, вошёл в воду и, не сдержавшись, поэкспериментировал с ускорением на воде. Зря! Хорошо, что противоположный берег был пологим, а то бы себе не только брюхо ободрал, пролетев на нём пять метров по суше, но и шею мог свернуть, уткнувшись в вертикальную преграду! Надо иметь в виду на будущее.

Проверил амуницию. Неприятным открытием стало то, что исчез перстень правительственной связи, который по идее должен потеряться последним. Видимо, домахался руками, когда плыл. Из остального вроде ничего не потерял: нож на бедре, навигатор на запястье и пистолет на боку с одной запасной обоймой, оснащённой антимагическими пулями. Монобинокль даже не разбился! Жаль, автомата нет: сам выбросил, когда с переправы прыгал. Но хоть не совсем безоружный. Ещё и магия в придачу никуда не делась, так что повоевать найду чем! Из приятных бонусов — форма шляхтичей. В ней, на крайняк, если зажопят, могу сойти за своего. Нужно придумать легенду, как в таком непотребном виде оказался один в поле.

Рысью пробежав четыре километра до ближайшего хутора, понял, что ловить на нём нечего: сгорел дотла и довольно давно. На всякий случай всё же исследовал пепелище, чтобы убедиться, что Маруши на нём точно нет. Второй хуторок тоже оказался раздолбанным. Третий хоть и хранил следы недавнего пребывания людей, но никаких намёков на то, что здесь держат пленницу.

Не добежав до четвёртого метров триста, резко остановился, глядя себе под ноги. Очень свежий след от протектора. Причём такие обычно оставляют колёса военных джипов саксонцев. Тайная армейская база или то, что ищу? Торопиться не будем. Уставы всех армий мира говорят об одном: любую акцию нужно начинать с разведки. Так и поступил. Аккуратно подобравшись к хутору на безопасное для случайного обнаружения расстояние, обустроил наблюдательный пункт. С виду всё мирно, но дорога к нему езженая однозначно. Подождём…

Не зря затихарился. Вскоре в зоне видимости появилась пара бойцов в такой же форме, как и у меня. Прошли к обыкновенному стогу сена, стоящему поодаль и… отворив маленькую дверцу, залезли вовнутрь. Опа! Замаскированный наблюдательный пункт! Нет… Оба появились обратно, минут через десять. Значит, не смена караула, а что-то другое. Этим другим может быть лишь обслуживающий персонал. Чего? Ментальной походной установки! Она должна отвлекать от хутора непрошенных гостей. Ждём дальше.

Ближе к вечеру опять шевеление. Из сарая выезжает джип с большим прожектором на крыше и едет в сторону Немана. Скорее всего, это машина дозора. Постоянно не патрулирует, чтобы лишний раз не светиться, поэтому совершает объезд территории по графику.

Кажется, я пришёл к правильной цели. Иначе, будь это армейская база, то патрулирование было бы постоянным. Но и не скрываются особо… Плохо. Имеют контакты с местными вояками. Точнее, с определёнными людьми, знающими про тайный отряд и носящими большие погоны: в противном случае разведка шляхтичей или саксов давно бы накрыла подозрительных типов, а так не трогают. На это намекает и отсутствие дальних постов около хутора. Чувствуют себя в полной безопасности, сволочи.

Мои размышления прервала неожиданно бойкая суета в этом сонном царстве. Из двух домов выбежало около двадцати солдат и стали сноровисто раскидывать огромную скирду во дворе, оказавшуюся тоже обманкой для маскировки грузовика. Бойцы резво попрыгали в кузов и во главе ещё одного джипа резво рванули куда-то.

К гадалке не ходи — тревога. Если дозор что-то засёк у Немана, то только мои следы. Это уже не просто плохо, а жуть как хреново! Особенно то, что на крыше сразу же обозначился пулемётчик, а значит, пройти незаметно к домам не смогу. Он не один такой глазастый: здесь работают профессионалы, и вычислять все посты замучаюсь.

Остаётся применить эффект неожиданности. Срываю с себя нашивки паладина, осторожно ножом вырываю ямку, в которую прячу всю амуницию и оружие, полностью оставшись беззащитным. Кладу сверху дёрн для маскировки. Я простой солдат, который чудом выжил и потерялся во время боя!

Не скрываясь бегу в сторону тайной базы, размахивая руками и громко крича. На границе действия ментальной установки начинаю не просто кричать, а в ужасе орать. Потеря сознания выглядела вроде убедительной. Лежу, время от времени начиная биться в конвульсиях. Вскоре затихаю, чувствуя, что ментальное давление на мозг снято.

Ещё одна минуточка, и нужно приходить в себя. Но этой минуты у меня нет. Пятеро серьёзных парней заламывают руки, приподнимают, очень больно бьют под дых и тащат в нужном мне направлении. После затаскивают в один из сараев, ногами добавив по рёбрам. Кажись, не сломали, но нужно покорчиться, поохать, показывая свою мягкотелость. Вместе с болью приходит ещё одно чувство. Маруша здесь! Очень рядом! За стеной и под землёй! Подвал соседнего помещения — других вариантов нет.

— Кто такой? — грозно спрашивает один из бойцов, садясь на корточки.

— Якуб, пан! Не бейте! Прошу! Я свой!

— Откуда ты? Что здесь делаешь? Цель задания?

— Я не цель задания! Я с десанта, что был на Оплот «князючек»!

— Врёшь!

Снова удар по рёбрам.

— Не вру! Я там был! Враги в ловушку всех заманили! Я был на переправе, в технической обслуге и упал в воду! Выплыл на берег, а тут четыре катера стоят. Не наши! Схватили, стали допрашивать, а потом их старший и говорит: «Возьмём с собой. Пригодишься!».

— Для чего?

— Не говорили. А если и говорили, то по-своему! Ничего не понял, — заныл я, превращаясь в окончательно сломленного судьбой человека. — Плыли долго! Потом я, понимая, что всё равно убьют, рискнул свалиться в воду. Выбрался на берег. Долго лежал, прятался. Пошёл искать своих. Увидел дома и побежал! К вам побежал!

— Что за группа? Подробности!

— По пять человек на каждой лодке. Ехали быстро. Люди страшные! Вы не видели их глаза! Очень страшные! Оружия много! Ещё ящики какие-то, как от взрывчатки!

— Курица Страннику! — оторвавшись от меня, произнёс в рацию. — Тут какой-то вояка к нам припёрся. Говорит, что сбежал от диверсионной вражеской группы, что находится в нашем квадрате.

— Понял. Задержимся и прочешем местность внимательно. До моего прибытия пленного не убивать. Усилить наблюдение! Полная боевая готовность! Не исключено, что ищут нас.

— Принял.

— Убивать⁈ Зачем убивать⁈ — завизжал я.

— Не волнуйся. Перестраховка. Мы тебя не тронем, если сказал правду, — легко соврал он. — Луч, Палка! Остаётесь с ним и глаз не спускаете. Связать покрепче.

Быть обездвиженным в мои планы не входило. Продолжая подвывать, неожиданно для противника выпускаю несколько Воздушных Плетей, войдя в боевое ускорение. Деморализованный пленник не казался серьёзной угрозой, поэтому защиту никто из паладинов не держал. Одна секунда и пять мертвяков. Перестав притворяться, подскочил к одному из трупов и, как учили в своё время, произвёл допрос мертвеца, пока тот не остыл окончательно. Мерзкая процедура, но мне сейчас не до брезгливости.

— Сколько людей на базе?

— Четырнадцать…

— Вместе с вами, что здесь?

— Да…

— Где расположены посты?

Вскоре я знал всё, что необходимо. Вооружившись, тихо подкрался к одному из постов и снёс Плетью головы парочке, что внимательно следила за дорогой. Потом повторил этот трюк ещё с двумя «секретами». Остался лишь пулемётчик на крыше и двое в доме. До пулемётчика не добраться — только через дом. Но «жильцы» вряд ли впустят незнакомого человека.

Теперь придётся пошуметь. Делаю мощный Воздушный Кулак и выношу двери. Повезло. Кулак заодно прикончил и боевика. Второй же попытался навязать бой, только не со мной ему тягаться, когда нахожусь в боевом режиме. Вижу дверь в подвал, но не спешу её открывать: над головой притаился последний враг. Создаю ещё один внушительный Кулак и посылаю его в потолок. Не останавливаясь, запускаю следующий. Крыша хлипкого домика не выдержала такого издевательства и обвалилась.

Вместе с ней рухнул пулемётчик. Только сдаваться он не спешил, ещё в падении попытавшись попасть в меня Ледяным Копьём. Паладин Воды! Причём очень опытный, судя по замашкам. Увернувшись от заклинания, пускаю четыре плети подряд, как учил Эдмонд Леду. Три из них отбиваются, а от четвёртой соперник уходит кувырком в сторону. Всё по чёткой схеме! Его беда в том, что и я с ней знаком, поэтому выпускаю из автомата очередь в то место, где он должен оказаться. Антимагические пули разрывают тело паладина, завершив его славный боевой путь.

Всё! Пора уводить Марушу!

Открываю люк и спускаюсь в подвал. Моя ведунья в нём, но радоваться не хочется. Женщина с такими знакомыми чертами лица кажется чужой. Маруша, застыв, словно зомби без приказа, бездушно смотрит на меня. Её глаза полностью черны, в них плещется смерть и безумие.

Глава 4

— Маруша, — подойдя, позвал я её голосом. — Ты слышишь меня?

Никакой реакции. Она сидит истуканом, пялясь в одну точку.

— Марушка! Очнись! — трясу, что было мочи, но опять безрезультатно.

Потом хлестал по щекам, пытаясь привести в чувство, орал и даже брызгал водой, только её сознание так и осталось гулять где-то между мирами. Но она ведь меня звала! Просила о помощи! Значит, не всё так плохо, и должен быть шанс вытащить ведунью из этого проклятого статического состояния. Поняв тщетность попыток вернуть её в Явь физическими усилиями, опять нашёл ту ментальную волну, на которой Маруша посылала мне сообщение.

— Близко и далеко… Доверься нашей связи… Нам было хорошо… Помоги… Помоги… Помоги… Рат, найди меня… Помоги… Помоги… Помоги… — опять зазвучала старая пластинка.

Вывод один: её сознание зациклилось в минуту смертельной опасности. И единственное, что смогла сделать — оставить для меня это. Может, когда рядом, есть шанс докричаться?

— Маруша! Вставай! Просыпайся! — сделал я мысленный посыл.

Неожиданно женщина встала, вытянув руки по швам.

— Отлично! В себя приходить начинаешь? Времени мало, нужно сматываться отсюда. Пойдём! Поговорим после!

Я повернулся и уже занёс ногу над первой ступенькой лестницы, как краем глаза увидел, что вытворяет Маруша. Она послушалась и пошла, только не следом за мной, а прямо. Метра через три упёрлась в стену подвала, но не прекратила движение, тупо маршируя на месте, словно заводная игрушка из моего детства, когда натыкалась на препятствие.

— Маруша!

Никакого ответа: продолжает маршировать. Чертыхнувшись, снова подключил ментальную волну.

— Маруша! Остановись! Ты что творишь?

Ведунья чётко выполнила приказ, опять замерев, но ответить не удосужилась.

— Маруша, сядь.

Тотчас села на грязный пол.

— Встань! Попрыгай!

И это было выполнено моментально.

— Скажи хоть одно слово!

— Хоть одно слово, — без всяких интонаций в голосе, произнесла она, не прекращая подпрыгивать.

Диагноз ясен: это полный пипец! Свободолюбивая ведьмочка превратилась в марионетку, которая ничего не осознаёт в реале, но отчего-то повинуется моим мысленным приказам на нашей с ней волне.

— Прекрати прыгать!

Как только Маруша снова замерла, взял её в охапку и, словно мешок с картошкой, вытащил из подвала. Выйдя во двор, поставил на ноги и двинулся в сторону квадроцикла, что видел за коровником. Путешествие к нему заняло очень много времени.

— Стой! Повернись! Иди! Стой! Повернись! Мать твою! Не туда! Повернись в другую сторону! — то и дело приходилось корректировать продвижение «зачарованной» среди построек и разного хлама, встречающегося на пути.

Вскоре меня уже колотило, хотелось наорать на ни в чём не повинную Марушу, поэтому, в очередной раз приказав ей остановиться, пошёл один. Проверил заряд аккумуляторов квадроцикла — полные. Должно хватить километров на двести непрерывного хода. Уже хотел завести трофейный транспорт, как ожила рация, что реквизировал у своего дознавателя.

— Странник Курице! Как обстановка?

— В норме, — попытался я скопировать голос. — Как у вас?

— Непонятно. Судя по борозде на берегу, тащили что-то тяжёлое. Не исключаю высадки диверсантов.

Опа! Это же я «высаживался» на брюхе, не рассчитав скорость передвижения в воде.

— Ждать гостей?

— Всё может быть. Что с голосом?

— Подавился. Откашливаюсь.

— Ты не жри там, а внимательно следи за местностью! Будем минут через двадцать — не пальните случайно.

— Есть!

— Отбой.

Времени совсем не осталось! Подкатив к Маруше, кое-как усадил её, цепочкой команд заставив обхватить меня сзади. Вроде крепко держится и не должна упасть. Теперь нужно определиться с маршрутом. Когда начнётся кипиш, то шукать будут в направлении ближайшей базы Княжества. Это логично для беглецов: искать спасение не за тридевять земель. Обязательно перекроют возможные пути отхода: по воде в том числе, и выставят дополнительные посты. На один из них, к гадалке не ходи, нарвусь.

Можно податься на другую сторону Немана, только квадроцикл не переправить, да и там практически всё до самого Оплота-4 контролируют шляхтичи. Где искать будут с меньшим рвением? Около Оплота-3. До него ехать не один десяток километров в объезд, и в относительно спокойной зоне чётко функционирует система дорожных проверок. Да, это долго, муторно, но так, в отличие от других вариантов, у меня есть возможность попасть к своим.

Приняв решение, рванул практически с места и понёсся по накатанной дороге, чтобы через некоторое время свернуть с неё в неприметном месте, не оставляя следов. Облом наступил быстро, в виде двух автомобилей, которые внезапно появились из-за крутого поворота. Едут, скорее всего, на известный мне хуторок. Заметили! Большая глупость убегать: либо догонят — «лошадок» под капотом имеют намного больше, либо по рациям сообщат о подозрительных людях. Не сбавляя хода, газанул к ним, резко затормозив лишь около бампера первого авто.

— Стойте! Стойте! — ору, размахивая руками. — Диверсанты! Княжеские диверсанты!

Тут же вывалившийся из автомобилей народ навёл на меня всё огнестрельное.

— Поворачивайте! — продолжаю разоряться. — Очень большая группа! Не справимся!

— Кто такой? — с саксонским акцентом властно спросил мужик в немаленьком звании оберста военной разведки.

— Януш из группы… эээ… Странника! — рискнул воспользоваться позывным главаря. — Около сотни вражеских солдат высадились с лодок и атаковали нас. Командир приказал взять вот эту, чтобы доставить на запасную базу. Очень ценный объект… Слышите?

— Что?

— Ничего! Выстрелов не слышно! Значит, стрелять больше не по кому, наши погибли и допускаю погоню. Не теряем времени!

— Ко мне в машину! — не раздумывая, приказал офицер.

Отцепив от себя Марушу, закинул на заднее сиденье, без пререканий отдав видимое оружие охране «шишки». Хотел было расположиться рядом с ведуньей, но между нами уселся огромный бугай, внимательно отслеживающий любое моё движение. Быстро развернувшись, машины понеслись в обратную сторону.

— Подробности нападения! Где вторая база? И почему я о ней ничего не знаю? — с переднего сиденья начал допрос оберст.

— Я не знаю, почему, — честно признался я. — Что до нападения, то всё случилось стремительно. Плановый дозор засёк на берегу замаскированные лодки и доложил немедленно на базу, а дальше времени не…

— Странник Дубу! Повторяю! Странник Дубу! — внезапно ожила у того рация.

Медлить нельзя! Сейчас меня сдадут со всеми потрохами! Войдя в максимальный боевой режим, спрятанным в рукаве ножом бью в бок своего надзирателя, и тут же сворачиваю шею впереди сидящего оберста.

Водитель среагировал моментально, ударив по тормозам, только это его от расправы тоже не спасло. Вываливаюсь из машины, открываю водительскую дверь и, вытащив мёртвое тело, сам сажусь за руль. Поднятая колёсами пыль сильно ухудшила видимость, поэтому передняя машина охраны не сразу заметила изменения, остановившись метров через сто.

Этого времени мне хватило, чтобы развернуться и вдавить педаль газа в пол. Через несколько минут погони я понял, что далеко уйти не смогу. Уверен, впереди уже летят навстречу тревожные группы для перехвата беглецов. Останавливаться и принимать бой с охраной тоже стрёмно: там вооружённые до зубов опытные паладины. Один к шести не очень приятный расклад, да и Марушу задеть легко могут. Резко свернув с наезженной дороги, поехал в сторону Немана.

Небольшой обрыв на его берегу — это то, что надо. Будем нырять! Отвлёкшись от дороги, схватил безучастную ко всему ведунью и рывком перетащил её на переднее сиденье. На большой скорости машина вылетела с обрыва. Успеваю вместе с Марушей выбросится из неё ещё до столкновения с водой. Боясь потерять женщину, крепко прижимаю к себе и почти у самого дна лихорадочно подключаю Дар Воды, который, как и в прошлый раз, выносит нас на противоположный берег за пару секунд. Хватаю тело и устремляюсь к ближайшим камышам. Падаем и замираем.

С той стороны реки слышу шум подъехавшей машины, неразборчивые крики. Не шевелюсь, ожидая, что будет дальше. Видимо, кто-то из охранников нырнул проверить, что с их командиром, и не увидел нас в салоне. Поэтому вскоре раздался шквальный огонь по камышам. Блин! Даже ручные гранатомёты с собой возят. Остаётся молиться всем богам, чтобы не попали.

Но вскоре возникла другая проблема — камыши загорелись! Пламя быстро охватывало их, подбираясь к нашим телам. А мы лежим, так как стоит только начать движение, тут же расстреляют. Уверен, что внимательно следят за пожаром, в надежде выкурить нас, если ещё живы. Вскоре лёгкие наполнились дымом. Нет! Лучше уж под пули, чем такое «барбекю»!

Осторожно стал ползти, таща за руку свою спутницу… Тупица! Всё же в дыму! Видимость стремится к нулевой, и не стоит тормозить! Закинув Марушу на плечо, понёсся от реки куда подальше. Несколько раз практически попал в огненный плен, но основы работы с Даром Огня, что когда-то дал Гнат, помогли пробиться без потерь, не считая обгоревшей одежды. Всё! Свобода! Лесочек! Пусть и небольшой, но мне достаточно и этого!

Выйдя из боевого режима, немного полежал на траве и отдышался, одновременно с отдыхом размышляя, как дальше жить. Пока оторвались, но надеяться, что нас оставят в покое, наивно. С той стороны совсем не дураки, так что обязательно выставят многослойное оцепление квадрата и начнут прочёсывать каждый метр.

По земле не уйти. По воде тоже, хотя противник однозначно решит, что имеет дело с витязем Дара Воздуха: с помощью других Даров я не убивал. А уникум, способный владеть несколькими стихиями, в их раскладах отсутствует по причине сказочности. Но могут решить, что действую в составе группы, поэтому реку перекроют в обоих направлениях — сам им такую идею подкинул. Куда ни кинь, всюду клин получается.

Ловушка, из которой нет выхода. Если нельзя выходить, то тогда остаётся последнее: остаться здесь и замаскироваться так, чтобы не нашли. Тоже сложность. От простых ратников можно сделать схрон под землёй, но будь среди них хоть один слабенький паладин с Даром Жизни или Восприятия, то почувствует в два счёта. Не убивать же себя в конце концов? Про Марушу разговора нет — она и так живой не ощущается, хотя и мёртвой нельзя назвать. Куда ж ведунья вляпалась-то?

Размышления о Даре Жизни привели меня к другой неприятной вещи — к Моране, богине Смерти. Нужна встреча с ней — больше никто не поможет. Но это опасно: она запретила появляться в своих владениях, а к словам такого могущественного существа стоит относиться серьёзно. Жаль, что деваться некуда: нужно рисковать.

Перед очередным погружением в Навь подготовил нору в земле, затащил туда Марушу и лёг рядом с ней, основательно замаскировав вход по всем правилам диверсионных отрядов. Расслабился, вспоминая прекрасные часы, проведённые с ведуньей, и провалился в чёрную зиму нижнего мира.

Тут же скрутила острая боль, разрывая тело на мелкие кусочки. Упал и стал корчиться, моля всех богов лишь об одном — умереть.

— С первого раза, смотрю, тебе непонятно было? — спросила показавшаяся богиня Смерти, слегка притупляя боль. — Предупреждала же.

— Маруша…. Нашёл… — глотая слёзы, охрипшим голосом простонал я. — Не знаю, что с ней… Помоги…

Пауза в пару секунд, и Морана, видимо, прочитав мои воспоминания, задумчиво ответила.

— Даже так? Зато я знаю. Ты правильно пришёл. Прощён.

Моментально пытки прекратились, и с трудом, но смог подняться на ноги.

— Что?

— Не твоё дело. Тут масштабы, которые освоишь нескоро. Значит, хочешь спрятаться в моих владениях?

— Не хочу, но другого выхода не вижу. Пару дней перекантоваться. Заодно и познакомимся получше.

— Нахал. Ладно, устрою тебе экскурсию.

— А Маруша? Ей пить, есть что-то надо.

— Ей ничего не нужно. Полежите тихонечко в своей норке, а потом дальше побредёте.

— Полежим?

— Неужели думаешь, что полностью тут оказался? Нет. Живым здесь делать нечего. Только душа сможет пересечь границы тонких материй. Телом ты там сейчас, и мертвее некуда.

— А…

Договорить не успел. Чёрная метель подхватила меня, закружила, унося от Хозяйки Зимы. Боли нет, лишь холод и безмерная тоска, безнадёга. Я одна из снежинок в этой смертельной пурге. Другие снежинки сталкиваются со мной, и от них передаются не менее гнетущие эмоции, заставляя забыть собственное Я и безвольно покориться судьбе. Если бы я мог сейчас плакать, то рыдал бы навзрыд, раздирая лицо ногтями, но снежинки не умеют плакать. Вечность… Тягучая, беспросветная вечность. Без надежды снова обрести себя. Властный ветер гонит, кидает из стороны в сторону, и не будет этому ни конца ни края.

— Ну и как тебе знакомство с Навью? — неожиданно раздаётся над головой знакомый голос.

Ничего не отвечаю — снежинки не умеют говорить. Но постепенно доходит, что лежу обнажённый на чёрном снегу и дрожу от холода.

— Чего молчишь, Ратиборушка? — с лёгкой ехидцей снова спрашивает Морана. — Познакомился со мной поближе? Понравилось?

Я снова человек! Тоска отступила, а вот злость затопила по самое горло. Не контролируя себя, практически проорал Моране в лицо.

— Очень, Хозяйка Зимы! Неземной кайф! Обязательно сожгу твоё чучело в день весеннего равноденствия! С радостью и восхвалением бога солнца Ярило! Ещё свинью назову твоим именем и заколю на празднике! А потом пойду и капища разнесу твои поганые! Все! Один за одним! Не остановлюсь, пока последнее не спалю!

— Дерзишь? Гневаешься? — ничуть не обиделась она. — Молодец. Прошлый счастливец после одного дня пребывания ноги мне потом обслюнявить поцелуями пытался, благодарил, клялся в вечной верности и ныл, что домой хочет. Так противно стало, что отправила его дальше с метелью хороводы водить. А ты сильный. Четыре дня и как новенький. Достойная личинка.

— Четыре⁈ Не два⁈

— Меньше не было смысла. В Яви сейчас не моё время, но наблюдать за происходящим могу. Поиски сегодня прекратились, так как идёт массовое движение людишек в сторону, откуда ты припёрся Марушу спасать.

— К Оплоту-5?

— Не будь глупцом. А куда же ещё? Но ты теперь мне должен, и я обязательно заставлю вернуть должок. Уходи.

Очнулся полностью одетым в темноте. Это схрон! Я опять среди живых! Быстро выполз на свет божий и встал, раскинув руки, под лучами солнца. Как же хорошо!

Не знаю, сколько так промедитировал, прежде чем вспомнил о деле. Достал Марушу из норы. Всё такая же отрешённая, с чёрной пеленой в глазах.

Так… Значит, по информации, полученной от богини, идёт масштабная перегруппировка неприятельских сил. Стягивают всё, что можно, в сторону Пятёрки. Не к добру. Видать, очухались после ловушки на берегу и решили предпринять очередную массированную попытку штурма.

Плохо всё, конечно, но для меня подобное выгодно. Если войска в движении, то обязательно должна быть определённая неразбериха. Ею и воспользуюсь. По суше не пройду, а вот тем способом, каким попал сюда, реально могу быстро добраться к нашим, подключив Дар Воды. С грузом в виде Маруши скорость, естественно, снизится, только всё равно должно быть быстро. Не за пятнадцать минут, но за часик-другой доплыву. Нужно только дождаться ночи, чтобы не светиться у всех на виду.

Так и поступил. Лишь только на землю опустилась тьма, привязал к себе ремнём ведунью, зашёл в воду и опять стал частью Немана. С полуживой пассажиркой, как и предполагал, выдыхался за несколько минут, потом долго восстанавливал силы, выходя из боевого режима, лёжа на поверхности реки и контролируя, чтобы Маруша не захлебнулась. Ушёл не час или два, а почти половина ночи, пока не добрался до Оплота-5.

То, что он рядом, понял задолго до конечного пункта назначения: обгоревшие, изуродованные трупы стали попадаться всё чаще. Какая же мерзость сталкиваться с ними на высокой скорости! Ещё и очень больно к тому же. Мимо родной базы чуть было не проплыл, не узнав знакомый берег, превратившейся из песчаного в спёкшееся стекло. Теперь осталось за малым: выйти из воды и совершить рывок к своим. Каких-то полчаса отделяют меня от безопасных стен крепости!

Но я быстро унял в себе приступ эйфории. Берега простреливаются с обеих сторон. Вероятность того, что грохнут не чужие, так свои, очень велика. От шляхтичей улизнуть успею, только дозоры княжеских войск, увидев несущегося на них человека, не станут размышлять, а влепят из всех стволов. Потом, конечно, извинятся перед моим погребальным костром, посокрушаются. Но кому от этого легче?

И как поступить? Придётся рискнуть в последний раз.

— Злата! — связался я с боярышней по «Ведуну» — Это, Рат!

— Ты⁈ — воскликнула она, быстро отозвавшись на звонок. — Живой⁈

— Пока да. Доложи коменданту Истоме, что я рядом. Готовлю прорыв от реки. Пусть не стреляют. Как только посты будут оповещены, пустите сигнальную ракету в воздух.

— Ты…

— Не время! Запеленгуют! Потом! Конец связи!

Минут пятнадцать пришлось, покачиваясь на волнах, дожидаться этого чёртового сигнала, время от времени ныряя, когда рядом проходил луч прожектора с шляхетского берега. Наконец, в ночном небе показалась яркая искусственная звёздочка. Не теряя ни секунды, в который по счёту раз вошёл в боевой режим и устремился на сушу. Отвязать Марушу от себя не было времени, поэтому, ступив на земную твердь, просто разорвал ремень, забросил ведунью на плечо и, не разбирая дороги, побежал к Пятёрке.

— Стой! — раздалась из темноты прекрасной музыкой родная речь.

— Стою! Свои, братцы…

Ноги подкосились, и я рухнул на землю, понимая, что вымотался настолько, что сам и шагу сделать больше не могу. Ничего… Дома… Это главное…

Глава 5

Наше появление в Оплоте-5 началось не с обнимашек, а с отдельной комнаты, больше похожей на тюремную камеру. Из встречающих только комендант крепости гранд-майор Истома, боярышня Злата Луганская и замначальника родовой СБ Тулиных витязь Гнат. Обижаться на такой не очень тёплый приём не вижу смысла: сам бы так поступил.

— Прости, Ратибор, — первым из тройки заговорил Истома, — пока полностью не удостоверимся, что ты — это ты, то будем считать тебя лазутчиком. Настораживает отсутствие перстня. Можно подделать личину, но не это устройство. Также допускаю, что враги могли влезть в твоё сознание и сделать в нём нехорошие для нас закладки. К твоей спутнице последнее тоже относится — уж слишком необычно её состояние.

— Понимаю, — кивнул я. — Безопасность превыше всего. По Маруше всё просто и очень непросто одновременно: нам её не допросить и не изучить. Стоит попытаться переправить… Даже не стоит, а жизненно важно переправить в Новгород, чтобы с ведуньей поработали Великие Волхвы. Поверьте, сами мы не в состоянии сделать этого.

Теперь по моей персоне. Достаточно убедиться в её подлинности, а вот закладок в голове опасаться не нужно, так как не поддаюсь никакому внушению. Гнат может подтвердить.

— Есть такое, — согласился витязь. — Благодаря этому Рат смог около Сувальской крепости преодолеть ментальные установки и уничтожить их. Ещё были случаи… Вот о них и хочу побеседовать с княжичем, но наедине. Извините, тайны Рода.

С пониманием отнесясь к его словам, Злата с Истомой вышли из комнаты. Гнат же быстро всё проверил на наличие прослушки и, убедившись, что её нет, стал засыпать различными вопросами из жизни «учебного» мира, в котором меня готовили на роль княжича. Где-то через полчаса дотошного допроса удовлетворённо выдохнул и обнял.

— Ну здравствуй, родич! Мы ж тебя уже похоронили! Везучий ты, Ратиборушка!

— Здравствуй! Чтобы меня грохнуть, сильно постараться надо! Твоя школа, Жжёный! — обратился к нему старым прозвищем. — Век помнить буду! Спасибо!

— Работа такая: из всяких болванов людей делать! Что с Марушей?

— Только то, что сказал при всех: полностью закрытое сознание. Не для посторонних ушей добавлю следующее… С Навью её помешательство никак не связано. Я был там, и сама Морана подтвердила это.

— Ого! — округлил от удивления глаза Гнат.

— Сам в шоке. Маруша потерялась в каком-то другом месте, никак не связанном со Светлыми или Тёмными богами. Но у меня с ней установлена связь, так что откликается на примитивные команды. Всё! Больше ничего не знаю.

Теперь по её похитителям. Часть группы уничтожил, но с главарём, имеющим позывной Странник, не встретился. Рассказывать о своих приключениях буду долго, только там такое намешано, что непосвящённым в мою тайну людям этого знать нельзя. Прикинь, я собрал в себе все Дары! Во время бегства с переправы проснулся последний — Воды.

— Волхв Святомудр давно прогнозировал подобное, — не удивился Гнат. — Значит, всю информацию засекречиваем.

— Не всю. По данным из надёжного источника, в сторону Пятёрки стягиваются войска с флангов. Мой вывод однозначный: будет прорыв мощным кулаком через несколько дней с полным уничтожением крепости.

— Насколько можно доверять этому источнику?

— Хозяйка Зимы достаточно авторитетная личность?

— Я смотрю, ты с ней продуктивно чаи распивал! С чего бы это она так снизошла до простого смертного?

— Не дай боги тебе хлебнуть её чайку, Гнат! После него за мной должок перед Мораной и вдрызг расшатанные нервы!

— Понял… Не завидую… Что дальше думаешь делать?

— Борису доложили о моей пропаже без вести?

— Да. Ещё и перстень твой замолчал. Геолокация обнаружила его неподвижным где-то в реке. Решили, что погиб. Род Тулиных пока о смерти официально не объявил, но готовится к серьёзным проблемам.

— Доложите, что жив.

— В первую очередь. Как гора с плеч свалилась! Я на месте князя устроил бы народные гуляния по такому случаю!

— Гулянки отменяются до лучших времён. Не забывай, скоро тут станет очень жарко. Зови остальных, а то там они уже с ума от любопытства должны сойти.

Как только Гнат подтвердил, что я настоящий, Злата сразу же кинулась ко мне на шею и, не стесняясь присутствующих, начала целовать со слезами на глазах. Я тоже не сдержался и стал целовать её в ответ, говоря что-то успокаивающее и стараясь передать всю радость от встречи.

Соскучился! Очень соскучился по боярышне! Моей славной, упрямой умнице с железным характером и очень ранимым сердцем. Словно плотину в душе прорвало! К чёрту все Рода и их интересы! После нескольких страшных дней, проведённых в Нави, я теперь отчётливо понимаю, что самое главное в жизни! Это не власть, не деньги, а тепло близкого человека! Горячее, искреннее и дающее жизнь тепло!

— Кхм… — прервал пикантную сцену комендант Истома. — Я тоже рад, что княжич жив, но, думаю, эмоции потом проявлять будем. Войну никто не отменял.

— Извините, — отлипла от меня Злата, вытирая влагу на щеках и опять становясь серьёзной боярышней. — Небольшой нервный срыв.

После полученной информации о передвижениях неприятеля Истома через перстень связался с князем Борисом, поведав последние новости.

— Ну что? — спросил у него после четырёх минутного сеанса. — Как отец?

— Счастлив, что ты снова с нами, и очень обеспокоен вражескими манёврами. Говорит, нам надо продержаться всего четыре дня.

— А за самоуправство тогда сильно влетело, когда отправил меня на захват переправы?

— Не без этого, — улыбнулся Истома, смущённо почесав затылок. — Но только как от Главы Рода Тулиных и твоего отца. Давно на меня так не орали последними словами, отправляя по кускам в «далёкие дали»! А вот как Великий Князь, успокоившись, он через пару часов признал целесообразность моих действий и вынес благодарность… пообещав при встрече лично пристрелить за сына. Короче, сложно всё, но раз ты здесь, то последнюю угрозу можно вычеркнуть.

— Ничего! И остальное обещанное не исполнит. Я прикрою!

— Не стоит. Справлюсь сам. За свои действия привык отвечать лично. К тому же в данном случае считаю их правильными.

— Всё равно прикрою. Тут политика замешана, а она — дело грязное. Прав или нет, всё равно под раздачу попасть можешь.

Неожиданно по всему телу прошла неприятная дрожь и ноги свело судорогой. Что-то совсем хреновасто. Видя моё состояние, тут же вызвали волхва Жизни, который убрал приступ и заявил о сильном истощении пациента.

— Сон! Потом обильная пища и ещё раз сон! — категорически заявил он. — Княжич словно с того света вернулся, а вы тут разговорчики с ним ведёте!

Да, именно с того света, если владения Тёмной богини можно обозвать «светом»… Прямо в точку попал волхв! Хотел было немного повременить с отдыхом и наведаться в родное «Племя», но никто меня не поддержал в этом искреннем желании. Чуть ли не силком дотащили до моей комнаты, где я тут же вырубился, даже не успев положить голову на подушку.

Сон оказался кошмарным. Вначале привиделась Маруша с мертвенно-бледным лицом и чёрными глазами. Она тянет ко мне свои руки, пытаясь пальцами с длинными грязными ногтями добраться до горла. Потом налетела метель из чёрных снежинок Нави и закружила под дикий хохот Хозяйки Зимы. Снег лезет в глаза, нос, рот. Пытаюсь закрыть лицо руками, чтобы хоть как-то защититься, но ощущаю, что всё закончилось и уже нахожусь в воде. Распухшие, белёсо-синие мертвецы тянут на дно моё парализованное тело. Это конец…

— Тихо… Тихо… Всё хорошо, Рат… Всё хорошо… — слышу издалека знакомый голосок Златы.

Становится тепло и уютно. Кошмар растворяется, и уже другие, расслабляющие душу красивые сны начинают свой «киносеанс». Жаль, что я их не запомнил.

Проснувшись, вижу рядом с собой спящую Злату, крепко обнимающую меня. Почувствовав движение, девушка моментально открыла глаза.

— Доброе утро, — с улыбкой произносит она. — Ты как?

— И тебе доброе, хотя уже далеко за половину дня. У нас теперь точно традиция ночевать в одной кровати. И на пьянку подобное списать нельзя.

— Зато одетые! Я, честно, не собиралась. Перед отбоем просто зашла проверить твоё состояние. Боги! Как ты кричал! Пыталась разбудить. Даже била, но ни в какую просыпаться не хотел. Вот и легла рядом, чтобы хоть немного успокоить. Сразу затих. Так и осталась под одеялом охранять твой сон… Не бросать же друга в беде?

— Спасибо, спасительница, — чмокнул я её в носик. — Реально мерзкая жуть привиделась.

— А чего только в нос?

— Боюсь, что на этом не закончу. Очень хочется большего, но нельзя…

— Ты прав. Опасно. Твои кошмары связаны с последними днями, о которых умалчиваешь?

— Именно. Не будем про это. И… Прости, что тогда опоил. Если бы два самых сильных Рода одновременно потеряли наследников, то…

— Простила, — перебила меня Злата. — Вначале готова была испепелить и останки в унитаз спустить. А потом пропал, и молила богов лишь об одном: чтобы случилось чудо и ты выжил. Все наши разборки такими мелкими теперь кажутся… Смотрю, вернулся с интересным уловом. И где ты свою любовницу, эту Марушу, откопал?

— Ревнуешь?

— Не хочу, но само собой получается.

— Знаешь, а почти и откопал. Нашёл в одном подвале. Сидела там, ни на что не реагируя.

— Ага. Кроме, как на тебя? Иначе следом не увязалась бы.

— Тайна Рода.

— Не много ли этих тайн развелось в последнее время?

— А чего ты хочешь? Правды?

— Не знаю. Правду всё равно не скажешь. Хочется что-то жизнеутверждающее, ласковое услышать.

— Я, кажись, начинаю в тебя немного влюбляться. Так сойдёт, боярышня Луганская? Не знаю, какая ты там любовница, но человек хороший. Жаль, что наследница, а то бы замутил, — немного вальяжно ответил я, понимая, как на такой тон отреагирует девушка.

— Спасибо! Облагодетельствовал! — резко встала она с кровати. — «Кажись, начинаю»! Прямо бальзам на душу пролил «хорошему человеку»! Думала, что изменился, но как был самовлюблённым засранцем, так и остался им! Не, дружок! Нахрен мне такие любовники!

— Ты чего? Что думаю, то и говорю.

— Ничего. Пойдём к нашим. Уверена, что ждут с нетерпением своего вождя тупорылого!

— Злат…

— Заткнись! Как же ты бесишь иногда!

По дороге она не проронила ни слова, явно дуясь, как мышь на крупу. Нормально. Так и надо. Если мы сейчас не охладим маленькой ссорой начинающийся накал страстей, то потом можем и не остановиться. Проблемы между Родами на почве влюблённых наследников приведут к слишком неприятным последствиям не только для Тулиных и Луганских, но и для всего Славянского Княжества. Если доживём до Новгорода, то нужно будет посоветоваться с отцом о сложившейся ситуации, честно всё рассказав.

Злата мне давно по сердцу и, может, есть выход обойти все родовые заморочки, чтобы мы с ней остались вместе. К несчастью, сам этот вопрос я не решу, но решить должен по-любому. Эта девушка моя, и отказываться от неё в угоду чужим интересам не буду! Пока же подержу её на расстоянии… насколько это позволит сделать собственная сила воли.

В «Племени» меня встретили бурно, основательно помяв блудного княжича дружескими похлопываниями и радостными объятиями. Когда первая волна приветствий улеглась, мы собрались дружной компанией в одном из помещений, чтобы обсудить текущие проблемы, а потом просто поболтать, рассказывая новости последних дней.

— А где Москай Озёрский и Адам? — окинув присутствующих взглядом, спросил я, страстно желая получить ответ, что они заняты важными делами.

— В больнице Адам, — невесело ответила сильно похудевшая витязь Виктория. — Волхвы Жизни говорят, что должен выкарабкаться — кризис пройден. Я сама вчера только на ноги встала… Тогда на переправе из шестисот бойцов выжили лишь неполные две сотни. Практически ни одного без ран. Москай остался на Немане… Пусть боги благосклонно примут его отважную душу.

— Охохоюшки, ребята… — поник я от таких новостей. — Простите, что втянул вас в это.

— Мы знали, на что шли, и прощения тебе просить не за что, — возразил мне Эдмонд Леду. — Будь на месте нашего «Племени» простые войска, то смертей было бы намного больше. Не жалей ни себя, ни нас: всё сделано правильно. Но я теперь не могу называться тысячником, так как пятьсот человек личного состава, считая и обслуживающий персонал, это намного меньше. Нужна серьёзная реорганизация отряда до конца боевых действий. Мы с младшим вождём Златой уже начали её.

— Покажешь потом, что придумали.

— Несомненно. Главное отличие от прошлого заключается в разбивке «Племени» на две части, одной из которых командую я, а второй боярышня. Наличие простых сотен сейчас не очень эффективно.

— Согласен. Здесь нет планомерной позиционной войны, и битва идёт большими мобильными группами, каждая из которой должна включать в себя специалистов разной направленности.

— Именно это мы и решили сделать, пока затишье.

— Совсем с того берега не беспокоят?

— Не то, чтобы совсем, — начала пояснения Виктория, — но былого ажиотажа не видно. Один-два десанта в сутки, чтобы мы тут совсем не расслаблялись. Знатно тогда расчихвостили упырей, раз до сих пор опомниться не могут!

— Не надейся, — обломал её я. — Они раны давно зализали и ждут подкрепление. Скоро начнётся настоящая война, а не выбросы десантов. Будут давить массой. Я, конечно, не провидец, но не удержим Неман. Рубка намечается практически у самых стен Пятёрки. Ты сама помнишь Сувальскую крепость… Примерно то же самое ждёт, если не хуже.

— Твою мать…

— Но есть и хорошие новости! Через четыре дня кое-кому будет не до нас. Сразу, естественно, с шеи не слезут, только напор поуменьшат, а там, глядишь, и помощь к нам придёт.

— К нам или нашим трупам? — поинтересовался Леду. — Ладно мы за очень крепкими стенами, но четвёртый и шестой Оплоты ими не обладают в полной мере. До этого они больше держались лишь на многочисленных людских ресурсах. Только если будет выставлен неприятелем мощный кулак для наступления, это преимущество сойдёт на нет. Разгромят Четверку и Шестёрку, а потом возьмут нас в тиски. Круговую оборону не выдержим без помощи с флангов. Мой прогноз: сутки активных боёв, и Оплот-5 падёт.

— Не забывай ещё, что со стороны тыла нам могут помочь.

— Если бы могли, то уже давно помогли, а не стояли в эшелонированной обороне.

— И что ты предлагаешь? Отступить? — резко сказала Злата.

— Нет, естественно, — парировал франк. — Просто в данной ситуации предлагаю не уповать на помощь и со смирением принять собственную смерть, честно выполняя долг. Иногда лучше сражаться без надежды.

— Согласна! — поддержала его Виктория. — Как тогда, когда мы громили эту долбаную переправу! Выжить никто особо не рассчитывал, и как-то легко было на душе драться в последний раз, зная, что отступать некуда. Ощущение было, будто бы боги стояли за плечом, помогая в схватке!

— Не боги помогали, а хорошая выучка, — пояснил я. — Каждый знал своё место в строю! Поэтому садимся за карты и начинаем разрабатывать тактики на разные варианты развития событий. Привлечь к обсуждению не только сотников, но и десятников. Весь командирский состав должен понимать, что и почему делает. Потом со своими зарисовками идём к гранд-майору Истоме, и он внесёт необходимые корректировки. Может, и подскажет чего путного. Уверен, его штаб тоже не будет прохлаждаться, ожидая чуда с небес.

Работа началась, а я прошёл в кабинет к коменданту, где застал Истому в полной задумчивости.

— А, это ты… Проходи, — оторвался он от созерцания карты. — Ну что, обрадовались командиру твои головорезы?

— Чего сразу головорезы? Отличные ребята.

— Знаю, что отличные. Наблюдал бой на переправе по мониторам. Они реально, будто бессмертные на врага бросались. Какая-то психологическая накачка? Спрашивал Эдмонда Леду и Злату, но в один голос твердят, что без этого обходятся.

— И правильно твердят. Дело не в промывке мозгов, а в том, что каждый знает, что теряет и… что нечего терять тоже.

— Сложненько. Поясни.

— Многие из них бывшие нелегалы, которые прошли такое в жизни, что нам и не снилось. Унижение, бесправие, позор, предательство… Всё, что было, всё потеряли. Сломаться в таких условиях легко, но те, кто служит у меня, не сломались. Естественный отбор: остались только сильные духом и телом одновременно. У них по хорошему счёту ничего нет. В «Племени» появился шанс снова стать человеком, но каждый понимает, что для этого нужно — работать на грани своих возможностей, не щадя себя, чтобы их дети выросли в нормальной стране и не повторили страшную судьбу родителей. Плюс каждый хочет реабилитироваться не перед другими, а перед собой, снять с души груз кошмарных лет. Поддайся страху, отступи в минуту опасности, и снова в зеркало на тебя будет смотреть презираемый неудачник.

— Но есть же и наши ребята, а не только бывшие нелегалы? — подкинул каверзный вопросик Истома.

— Они все проходили психологический отбор у менталистов перед принятием в «Племя». К тому же воюют сейчас не только за хорошие деньги, но и родину защищают. А это никогда нельзя со счетов сбрасывать! У меня в отряде вообще интересная ситуация сложилась. Если в самом начале все делились по национальным группам, то во время тяжелейших учений перемешались. И дружба завязывалась уже по критериям личностным. Нелегалы учатся у наших, а наши перенимают опыт нелегалов. Отличный коктейль получается! Тут главное — никого не выделять. Внутренние законы «Племени» для всех едины, и наказание за их нарушение не зависит от цвета кожи, разреза глаз или места рождения. К поощрениям такой же подход.

— Да. Это мудро — не делить на своих и чужих.

— У нас НЕТ чужих! — выделил я ключевое слово. — Только свои! Кто думает иначе, быстро вылетает из отряда. Были прецеденты с обеих сторон, и никто за упёртых не заступился, не просил за них. Ещё и дополнительного пинка для ускорения земляки давали. Вообще-то ничего нового я не придумал: это изначальная система отношений в Славянском Княжестве. Вспомни героически погибшего Моская Озёрского. Кто он по национальности?

— Ну… Наш.

— Из мордвы. Его предки родились далеко от твоих и моих, но ты верно сказал, что наш. Остальное не играет роли.

— Сдаюсь! — подняв руки вверх, рассмеялся Истома. — Ты извини за такой допрос. Просто я не всегда крепостями командовал. До Оплота-5 пришлось повоевать, конечно, но основное направление службы — аналитическое. Поэтому здесь мониторю и координирую происходящее. Вижу в твоём «Племени» интересные задумки, которые можно взять на вооружение княжеским войскам, как следует их адаптировав.

— И что думает штабной аналитик о той жопе, в которой мы сейчас находимся?

— Мыслей много, но все сводятся к одной: нельзя дать противнику быстро подступиться к стенам Пятёрки, чтобы она не стала нашей братской могилой. Время играет на нашей стороне, поэтому нужно не отсиживаться, а замедлить продвижение вражеской армии к крепости. Тактика работы из-за укрытия, точнее, рядом с ним. Вылазка — уходим за защитный периметр.

— Но по мере продвижения шляхтичей с саксами радиус периметра придётся уменьшать. Не легче ли накрыть их, как недавно накрыли?

— Мы на тот залп половину боезапаса извели. Накрыть не всех и остаться без артиллерии — не выход. Нужна именно работа у защитного периметра с планомерным отступлением. Это позволит заодно уменьшать линию соприкосновения с противником, увеличивая плотность войск на каждом участке или сохранив её в случае сильных потерь. Задача замедлить продвижение к Оплоту по максимуму. Пусть ломают один защитный купол за другим под нашим огнём. Когда возможности для контратак исчезнут, только тогда сосредоточимся непосредственно на обороне стен. Может, и повезёт… Давай-ка вместе обмозгуем варианты.

— С удовольствием. А что по Маруше? — спросил я.

— Сейчас под охраной в подвале. Если она до такой степени ценна князю Борису, то ночью рискну переправить её к нашим в тыл по тому коридору, которым вы к нам пришли. Ещё… Знаю, что скажешь, но предложить обязан. Вали вместе с ней, Злату прихватив. Ребят, вы и так помогли серьёзно. Зачем рисковать жизнями наследников?

— Нет.

— Чуда не произошло… — вздохнул Истома. — Ладно, работаем.

Глава 6

Ночью опять снились кошмары, но уже не такие яркие, не вызывающие панику. Видимо, нервная система потихонечку отходит от этой долбаной Нави. Проснувшись утром, разочарованно вздохнул, не увидев рядом Златы. Сейчас очень хотелось обнять её и просто полежать рядом, болтая о чём-нибудь, не связанном с войной. Но мы, к сожалению, сейчас не в том положении, чтобы нежиться. Честно говоря, вообще не в том положении, если вспомнить, что являемся наследниками Родов. Пусть лучше держится подальше… Пока подальше, а там посмотрим, что из наших намечающихся отношений может получиться. Главное — домой вернуться не по частям.

Умывшись, спустился к «Племени», которое после вводных от Истомы вовсю разрабатывало схемы отпора неприятелю. Судя по невыспавшимся лицам, народ просидел всю ночь.

— Прекратите ерундой маяться, — легко укорил их я. — Леду, ты же опытный человек и должен понимать, что лучше дать себе немного отдохнуть и прочистить голову, чем устраивать штурмовщину очумевшими мозгами. А если через час шляхтичи пойдут в атаку? Зевотой отстреливаться будете?

— По моим наблюдениям сегодня не пойдут, — возразил Эдмонд. — Быть может, только к вечеру, но ставлю всё на утро. Отдохнуть успеем. Как сам себя чувствуешь?

— Оклемался. Полностью в норме. Злата где?

— Ну… — смущённо отвёл он глаза в сторону. — Думали, что у тебя.

— В смысле?

— Вчера ушла… хм… «проверить твоё состояние» и больше не появлялась. Это не наше дело, вождь, но я бы на вашем месте немного поразмышлял о будущем и о последствиях некоторых поступков.

— Эдик! — вмешалась витязь Виктория. — Ты задолбал со своей манерностью! Короче, Рат! Волнуемся из-за твоих с боярышней «постельных боёв». Если из-за них Луганские с Тулиными пересрутся, то это и по нам всем вдарит. Мозги включайте!

— Никаких «боёв» нет, не было и в ближайшее время не будет, — успокоил я присутствующих. — Так что перестаньте тут сплетни разводить и сосредоточьтесь на деле.

— Ага! — не унималась она. — И где тогда Злата?

— Откуда я знаю? У меня, точно, нет. Может, у себя дрыхнет? Пойдём-ка, вместе проверим, а то решишь, что любовницу в шкафу прячу. Вот что ты за баба такая недоверчивая! За мужем бы лучше следила, а не за мной. Как он, кстати? — переключился я на мирный лад.

— Пришёл в сознание. К нему ещё не пускают, но говорят, что пару дней до восстановления осталось. Скорее бы… Ладно, сейчас за боярышней пошлём человека, а ты пока глянь, что тут понапридумывали.

Погрузившись в дела, не заметил вернувшегося посыльного.

— Младший вождь Злата Луганская в своей комнате отсутствует! — чётко, по-военному доложил он.

— Что и требовалось доказать! — хитро посмотрела на меня Виктория.

— Ни хрена не доказано. Ещё раз повторю, что не видел её со вчерашнего вечера. Наверное, у коменданта. Мне всё равно к нему надо, так что пришлю нашу «дезертирку» в расположение подразделения. Вот её сами и допросите с пристрастием. Только на кол не сажайте, чтобы невинность случайно не порушить.

— Невинность? — округлила глаза витязь.

Блин! Язык мой — враг мой! Кажись, ещё не до конца мозги на место встали.

— Невиновность! — начал выкручиваться я. — Оговорился. Под пытками любой в мнимых грехах признается, так что не разрушайте светлый образ боярышни, злодеи кровожадные! Всё! Не до вас сейчас!

Придя к Истоме, застал его за привычным занятием командного состава последних дней: составлял со своим штабом планы по отражению атак. Увидев меня, гранд-майор жестом попросил подождать минутку, а потом отвёл в соседнюю комнату.

— Ратибор, — начал он без предисловий, — хреновые новости. Ночью при эвакуации в тыл пропала ведунья Маруша. От нас вышла, а до Искандера не дошла.

— Как так⁈

— Непонятно. Никакой стрельбы. Всё тихо было. Я послал пару человек в разведку по их следам. Нашли четырёх сопровождающих женщину. Все мертвы, а вот её самой нигде нет. Словно в воздухе растворилась.

— Блин! Срочно доложить витязю Гнату и свяжись с князем Борисом! Маруша очень ценный источник информации!

— Сделаю немедленно. Что ещё добавить по этому делу можешь? Нужно понимать, в каком направлении вести поиски.

— Ничего. Ты Злату для этого к себе вызывал? Чтобы выяснить насчёт пропажи? Так, боярышня ничего не ведает — это дело Рода Тулиных.

— Злату? — непритворно удивился он. — Вчера видел рядом с тобой, а потом больше не пересекались. Должна, по идее, у твоих в «Племени» быть.

— Нет там её и комната пустая. Странно. Она девушка ответственная и вряд ли пошла цветочки к Неману собирать.

— У тебя есть закрытый канал связи с ней?

— Нет. На такое программное обеспечение воеводы столичные не расщедрились. Да и не надо было особо: в бою рации, в нормальной жизни «Ведуна» достаточно, а если что-то секретное, то перстень выручал… Ну пока я его не утопил.

— Давай-ка, я по-своему до неё достучусь, — предложил Истома и замер, налаживая правительственную связь.

— Тишина… — озабоченно сказал он через несколько секунд. — Мне отказан доступ в связи с исключением абонента из списка. Это как? Такое возможно при несанкционированном входе с устройства или его блокировки пользователем. Может ещё сам князь дать запрет на использование, но не думаю, что Борис сделал это. Сейчас свяжусь с ним и уточню.

— Подожди! — остановил я его. — Давай-ка чуть позже, чтобы панику не поднимать. Я на «Ведун» ей сообщение кину.

«Злата, срочно в штаб!» набил местную СМС, но она не отправилась. Повторил несколько раз, потом, психанув, набрал её номер.

— «Попытайтесь чуть позже. Абонент временно приостановил работу устройства», — радостно сообщил мне новость искусственный голос компании связи.

Это совсем нехорошо. Нужно быть клинической идиоткой, чтобы обрубить любую возможность для контактов. Злата точно не из этой среды. Под ложечкой неприятно засосало от предчувствия беды.

— Истома! Срочно свяжись с князем Борисом и узнай все подробности отключения боярышни от правительственной связи! И ещё геолокацию её перстня!

Не говоря ни слова, комендант быстро связался с Новгородом. Судя по нахмурившемуся лицу, вести были отвратительные.

— Плохо всё, Рат. Переговорил с князем, и он был удивлён, что Злату выкинули из списков правительственных абонентов. Сказал ждать, пока не выяснит подробности.

Где-то через пятнадцать минут томительного ожидания Борис сам связался с Истомой.

— Ну⁈ — нетерпением спросил я его.

— Перстень Златы на том берегу Немана в последний раз был запеленгован… Ты понимаешь, что это значит? Либо она перебежчица, либо в плену. Но как⁈ Тут везде пост на посту! Ворота! Охрана многоступенчатая!

— Видеозапись территории Оплота есть?

— Некоторых мест. Всё стандартно. Остальные камеры не работают, чтобы не попасть под магическую защиту, и включаются лишь в случае крайней необходимости. Берег реки просматриваем серьёзно, но оттуда про любое подозрительное шевеление моментально докладывают. Уж боярышню точно не упустили бы.

— А в самом Оплоте? Меня только он пока интересует.

— Ты представляешь площадь базы? Никаких операторов не хватит её мониторить. Только у важных объектов типа складов или штабных помещений активны. Ещё коридоры основные. Но тут просмотров на многие часы.

— Нужен небольшой отрезок времени и путь от дислокации «Племени» до офицерских комнат. Именно на нём Злату видели в последний раз, идущую проверять моё состояние.

— Пойдём!

Пропажа на видеозаписях нашлась быстро. Вот боярышня выходит от наших, пересекает плац, заходит в жилые помещения и, немного пройдя по коридору, внезапно останавливается, о чём-то задумавшись. Потом разворачивается и чешет в обратном направлении. Входит в мёртвую зону камер, но обратно не выходит.

— Туда! — сразу скомандовал комендант.

Мы побежали, что было сил, моля лишь об одном: не найти холодный труп. К счастью, ни тела девушки, ни следов борьбы обнаружено не было — только её мундир в одной из подсобок. Чистый, без пятен крови и полностью целый, словно снимала сама, а не насильно срывали.

— Я совсем запутался… — развёл руками Истома. — Шла к тебе, шла, передумала, разделась, а потом растворилась в воздухе. Но последнего просто не может быть! Хоть на одного человека, но нарвалась или под камеры попала бы. И кто бы Злату просто так из базы выпустил? Даже я не могу без бумаги, самим же подписанной, за ворота нос высунуть! Наваждение какое-то! Сплошная ерунда мистическая в последнее время! То ты из мёртвых воскресаешь с ненормальной бабой, то эта баба исчезает, а теперь ещё и наследница Рода Луганских! И всё перед основными боевыми действиями!

— Подожди… — остановил я его эмоциональную речь. — Про ерундовину ты правильно заметил. Пойдём обратно камеры смотреть.

— Где ищем?

— У ворот, связанных с коридором в тыл.

— Камеры там не работают — сильное магическое излучение.

— Значит, стоит переговорить с парнями, что с… Когда Маруша вышла?

— В час ночи. Думаешь, что есть связь?

— Не знаю. Так вот, с часу и до трёх часов ночи дежурившую смену поднимай. Злата пропала в два ноль пять…

Вскоре в кабинет к коменданту явились двадцать невыспавшихся, помятых бойцов.

— Извините, что подняли с кроватей, но служба есть служба. Хотим уточнить некоторые вопросы по её несению. Как, на ваш взгляд: если противник решит ударить с тыла, то есть шанс пройти незамеченным? — начал Истома издалека по моей указке.

— Никак нет, — вытянулся молоденький гранд-лейтенант, командир ночных постов тыловых ворот.

— Прекрасно! Сейчас любое направление очень важно, поэтому учитываем все мелочи несения службы. Что бы вы хотели улучшить? Может, горячее питание или там ещё какие удобства?

Бойцы тут же оживились, предлагая сократить на час время несения службы, дополнительные термоса и прочую хрень.

— Учтём… Учтём… — задумчиво произнёс комендант и вдруг резко перешёл на другую тему. — Какие странности были ночью? Сколько лазутчиков проникло на охраняемый вами объект? Отвечать всем по очереди!

Все ответы были однообразны: «За время несения службы никаких происшествий не произошло!».

Ратники отвечали уверенно и с лёгкой обидой в голосе, так что их искренность не вызывала никаких сомнений. Явно не спали и не расслаблялись на посту. Но я сижу тут не затем, чтобы слушать, а затем, чтобы наблюдать. При нормальном разговоре глаза бойцов были обычными, а вот как только прозвучал каверзный вопрос, словно остекленели. Не присматривался бы специально — хрен увидел.

— Хорошо, верю, — сменил гнев на милость Истома. — Когда заступаете в наряд?

Опа! Опять зрачки стали подвижными, как у обычных людей!

— Отпускай народ, пусть спокойно досыпают, — миролюбиво предложил я, но как только воины ушли, сразу взял от волнения Истому за грудки. — Волхва с Даром Восприятия сюда! Срочно! Самого сильного, млять, волхва!

— Объясни.

— Жопа у нас величиной со слона! Маруша — ведунья с Даром Восприятия! Сильнейший менталист! Все бойцы находятся под внушением!

— Вот, сука! Нужно их арестовать, пока ещё стрельбы не устроили по своим!

— Не сразу. Пусть придёт волхв и дальше решим, как быть. Главное сейчас — не спугнуть раньше времени. Хотя уверен, что не до сложных ментальных закладок было Маруше. Просто отвела глаза и дала ложную память.

Через час уставший волхв Восприятия подтвердил мои подозрения. Находясь под его Даром, все дежурившие в эту ночь у тыловых ворот признались, что на пару минут задремали и видели в своих снах очень милую, очаровательную женщину и ей безумно хотелось помочь. А командир смены во сне даже метнулся кабанчиком в казармы и принёс по её просьбе свой офицерский китель с плащом, которые пришлись гражданке впору.

— Больше ничего? — подозрительно спросил я.

— Ничего, — твёрдо ответил волхв. — Морок снимать или пусть дальше так ходят?

— Снима… Нет. Не будем волновать вверенный нам состав. Дело секретное, и утечка информации ни к чему. Что скажешь о той, что околдовала ребят?

— Я ей в подмётки не гожусь. Столько людей взять под свой контроль могут лишь Матери ведуний или те, кто может скоро ими стать. У женщин Дар Восприятия и без этого сильнее выражен, поэтому признаюсь честно: схлестнись мы с ней — защитить не смогу… И техника странная.

— Спасибо. Дальше мы сами.

— Ну что? Посмотрим ещё раз видео с бегством Златы? — предложил я хмурому коменданту и прибывшему Гнату, производившему своё расследование в «Племени».

— Давай…

— Есть! Попалась! — азартно воскликнул Истома, когда появился коридор с передумавшей боярышней. — Смотри, Рат! Идёт офицер в чине гранд-лейтенанта. На нём накидка, позволяющая скрыть фигуру. Офицер прошёл мимо Златы, и она через несколько секунд остановилась, а потом двинулась в его сторону! Похищение! Явное похищение наследницы Луганских! Она под воздействием Дара! Уровень этой ведьмы позволяет пробить серьёзную ментальную защиту! Теперь понятно всё!

— Не всё, — возразил ему. — Как они смогли выбраться незамеченными?

— Легко! Где твоя Маруша ошивалась больше часа, хотя тут двадцать минут пути быстрым шагом? Уверен, что операторы камер тоже повстречались с ней и отключили видеонаблюдение в нужных местах. Потом тот же трюк с охраной провернула, а дальше ищи ветра в поле, если есть профессиональная группа поддержки за стенами Оплота. Ты кого нам сюда припёр⁈ Волхвам же всех бойцов, что стояли на постах этой ночью, «чистить» придётся!

— Не ори, гранд-майор. Не поверишь, но Маруша одна из доверенных людей Главы Рода Тулиных, — подал голос Гнат, до этого молча с мрачным видом наблюдавший за нами. — На ней различных клятв верности, как блох на собаке, и обойти их невозможно. К тому же, я уверен, что она была в полном неадеквате и недееспособна.

— Невозможно? Ещё раз видео показать или зачарованных ею допросить?

— Не надо. Это сделала именно ведунья. Но как? Я, вообще-то, удивлён её разносторонними знаниями. С ходу провести такую операцию может лишь диверсант высочайшего уровня, имеющий обширные знания по устройству княжеских военных баз, систем наблюдения, несению службы. Маруша им не является однозначно. Где-то скрыт подвох. Зачем вообще было похищать Злату? Требовать выкуп или сдачу Пятёрки? Бессмыслица!

— Слушай, Рат… — задумчиво произнёс Истома, повернувшись ко мне. — А если не она была целью? Маруша шла от комнат. Там и твоя, кстати. Что, если нужен был ты? Княжич — это очень хороший улов. Убийство наследника Главы Рода Тулиных сильно пошатнёт влияние князя на внутреннюю политику государства. Тем более, что твоего двойника уже в расход пустили, посчитав, что это ты.

— Исключено. Я был у себя и спокойно спал. Можно было убить несколько раз.

— Да. Несостыковка. Давай представим другую картину. Маруша хотела и тебя взять под контроль, но ты же сам говорил, что твой мозг не поддаётся воздействию.

— Маруша на такую глупость не пошла бы. Она сама первая раскусила во мне эту особенность и знала, что подобное бесполезно. Только бы убить и смогла.

— Получается, что ты был ей нужен живой, но она забыла о твоей ментальной устойчивости?

— Или не за мной приходила.

— А за кем? Я давно ночую в штабе, и других значимых фигур на этом этаже нет. Послушай опытного аналитика! Несостыковок с целый вагон, но чую, что на верном пути. Ты и только ты! Нужен был именно живой! Не получилось — свернула задание, и тут Злата на пути попалась. Если я прав, то скоро прилетят новости с того берега Немана от «ожившей» ведуньи.

— Подожди-ка… Есть способ проверить, действительно ли она ожила.

Я быстро настроился на ментальную волну, по которой мне Маруша посылала просьбу о спасении.

— Близко и далеко… Доверься нашей связи… Нам было хорошо… Помоги… Помоги… Помоги… Рат, найди меня… Помоги…Помоги…Помоги… — снова услышал знакомый текст.

— Ответь! Ты где?

Никакого отклика и опять «помоги, помоги, помоги». Получается, что она так и не вышла из транса и до сих пор ощущает себя в опасности. Но как тогда смогла провернуть эту блестящую операцию в Оплоте, если и шагу ступить без приказа не может? Если только… ею кто-то не управляет вместо меня!

Причём на более серьёзном уровне, чем командами «стой-иди». Или… Не управляет, а завладел телом! Не просто телом, но и Даром! С виду кажется фантастикой, но я сам был душой-снежинкой в Нави, пока моё бесхозное тело валялось в замаскированной норе. Кто-то умеет управлять подобным, как мы зомби!

От этой догадки резко взмокла спина. Это же какой уровень должен быть у гада, чтобы поработить сильнейшую ведунью⁈ И второй вопрос: я-то зачем этому упырю нужен?

Поделился своими выводами с комендантом и Гнатом. Истома надолго замолчал, что-то прокручивая в своей умной голове.

— Ратибор, — наконец-то изрёк он. — Ты молчишь о своём многодневной «самоволке» за пределами Оплота. Думаю, что последние события как-то связаны с ней. Либо ты сейчас всё рассказываешь в подробностях, либо…

— Господин гранд-майор! — прервал его вошедший вестовой. — Там с Немана докладывают о странностях. С того берега под белым флагом зомби припёрся. Стрелять по нему наши не стали — явно посыльный. Приняли. Сопротивляться не стал. Зомби имел при себе конверт с магической охранной печатью. Адресован княжичу Ратибору Тулину.

— Началось… Кажется, скоро всё и узнаем, — вздохнул Истома. — Только почему-то есть опасения, что эти знания радости не прибавят. Где конверт?

— При мне! — пояснил боец.

— А зомби?

— Немой, без языка. Был лишь транспортным средством для письма. Волхвы Жизни его деактивировали на всякий случай.

— Давай послание, — протянул я руку.

Неужели Маруша реально приходила за мной?

Глава 7

Открыв письмо, стал читать его вслух:

«Уважаемый княжич Ратибор Тулин. Надеюсь, Вы уже догадались, что боярышня Злата Луганская временно покинула вашу крепость. Предлагаем обмен Вас на неё. Пока её жизни ничего не угрожает, но дальнейшая безопасность наследницы Рода Луганских зависит от Вашего выбора. Ровно через час после прочтения этого письма будет открыта переправа через Неман. Думаю, не стоит Вам говорить, что должны идти один. В случае отказа от моего любезного приглашения через два часа я отпущу Злату Луганскую… вниз по течению и по частям. Время пошло. Будьте благоразумны.»

— Подпись есть? — поинтересовался Гнат.

— И так понятно, что это ваша «надёжная» Маруша! — зло ответил ему Истома.

— Нет. Это явно не ведунья, — не согласился я. — Обращение на Вы принято лишь у западников. Писала бы Маруша, то не стала меня называть во множественном числе и обращаться официально. Это тот, кто стоит за ней.

— Да без разницы! Хоть тыкай, хоть выкай, но ловушка остаётся ловушкой. Я как комендант Оплота-5 запрещаю покидать базу.

— Гнат, — повернулся я к витязю. — Кажется, стоит приподнять завесу тайны, иначе меня отсюда не выпустят.

— И правильно сделают, Рат. Тебя зовут туда, откуда нет выхода. Уверен, что и Злату не отпустят, сразу заполучив двух наследников основополагающих Родов.

— Убить обоих они могли и здесь. Значит, намечаются какие-то переговоры. Если не соглашусь, то однозначно потеряем Злату. Что случится дальше, представляешь? Мой отказ от её спасения будет моментально растиражирован по всему Славянскому Княжеству. Славута Луганский такого малодушия не простит — он слишком любит свою дочь.

Что в результате? Война между двумя самыми сильными Родами. В неё втянутся другие бояре, и Княжество развалится на противоборствующие группировки. Даже моя со Златой смерть не принесёт столько проблем. Если я решусь откликнуться на это «любезное предложение», то появится маленький шансик избежать неприятностей. Согласен, что он невелик, но хоть какой-то.

— Какую многослойную ловушку нам устроили, — уныло сказал Истома. — Если рассматривать события под таким углом, то… Не знаю! Принимать решения подобного уровня не могу. Нужно связываться с князем.

— Свяжись. Обязательно выдай мои доводы. Не сомневаюсь, что он даст добро на обмен. В конце концов, новых наследников найти легче, чем остановить родовую резню.

Через несколько минут комендант закончил доклад.

— Князь велел пока ничего не предпринимать, — кратко пересказал он свой разговор. — Связывается со Славутой Луганским.

Ожидание затянулось. Я уже начал серьёзно нервничать, посматривая на часы, как перстень Истомы ожил. Что и требовалось доказать: отцы решили разменять наши жизни на благополучие Княжества. Представляю, насколько тяжело далось им такое решение, но в данном случае оно единственно правильное и винить их нельзя. Я бы поступил так же.

— Удачи тебе, Ратибор! — крепко обнял меня Гнат у ворот крепости. — Вернись живым!

— Не хорони раньше времени! Помнишь, чья у меня школа за плечами? В моё отсутствие старший над «Племенем» Эдмонд Леду. Вы там с Викторией подсобите ему, а то в одночасье сразу двух командиров потерял. Хоть и опытный вояка, но франк он по воспитанию — долго перестраивается в бардаке.

— Куда ж мы денемся!

Гранд-майор Истома ничего не сказал, а просто молча отдал честь.

На Неман прибыл за десять минут до окончания назначенного срока. Тут же с того берега на высокой скорости отчалила надувная лодка.

— Где боярышня Злата? — сразу же спросил я, как только она оказалась рядом. — Почему её с вами нет?

— Не знаем. У нас приказ доставить тебя и ничего более, — с лёгким саксонским акцентом ответил крепко сбитый мужчина с офицерскими погонами. — Оружие сдать! Руки!

— Хрен тебе, а не мои руки! Свои разрабатывай! Оружие мне без надобности — с такими сопляками и без него справлюсь. Не веришь — поинтересуйся у своих убиенных на хуторке дружков.

То, как дёрнулись оба моих «паромщика», дало ясно понять, что они в курсе той заварушки. Перейдя в ускоренный боевой режим, стал размышлять. Значит, из группы таинственного Странника товарищи. Буду иметь в виду, что это не армейские воду мутят.

Зачем им я в таком случае? Маруша же снова у них. Мстят? Глупости! Не тот уровень! Теперь вспоминаем, за кем охотилась ведунья, пока сама не стала дичью. За людьми, как-то связанными с прошлым Ратибором. У них были какие-то тёмные делишки и желание уничтожить верхушки других Родов. Причём всех сразу, одномоментно.

После провала на связь больше не выходили. Почему? Хрен поймёшь, но наблюдали за мной издалека однозначно.

И вот тут начинаются для них очень большие странности в поведении княжича, резко взявшегося за ум. Вначале покушение на двойника, к которому эти архаровцы никаким боком, потом создание «Народного княжича», разрушение крепости нелегалов, вторая по счёту война, где жизнью рискую не понарошку. Если Ратибор для них свой, то свои так себя не ведут.

Чую, что от неудобных вопросов не отвертеться при допросе. Нужно подготовить примерные ответы — от них зависит наша со Златой дальнейшая судьба.

После высадки мне нацепили мешок на голову и куда-то повели. Боятся, что дорогу назад запомню? Не думаю. Уж где находится Неман и последний дебил сообразит.

Значит, просто не хотят, чтобы кто-то случайно опознал в пленнике княжича Тулина. Получается, что операция Странника полуофициальная или строго засекречена. Такое знание тоже может пригодиться.

Через несколько минут ходьбы посадили в автомобиль. Ехали недолго, но быстро. Наконец, завели в помещение — судя по ступенькам вниз, это подземный бункер. В нём мешок и сняли. В тусклом свете рассмотрел комнату. Бетонные стены, стол с дешёвым светильником… За ним восседает незнакомый мне человек. Очень интересный персонаж! С виду обычный мужик в военной полевой форме без знаков различия, но на лицо наложена магическая личина.

Будь я не инертен к различному виду внушениям, то принял бы за настоящую физиономию, а так только лёгкая рябь выдаёт присутствие морока, давая возможность рассмотреть реальный облик сидящего. Ещё одну галочку мысленно ставим. Он не знает о моих способностях — значится, Маруша ничего не рассказала. Окажись она предательницей, то растрепала бы точно.

— Ну здравствуй, Ратибор Тулин. Вот и познакомились лично, — начал он разговор. — У меня к тебе много вопросов.

Отлично! Значит, с этим типчиком не пересекались!

— Здравствуй… Странник? Да?

— Именно. Приятно иметь дело с догадливым человеком.

— Где Злата Луганская?

— В соседнем помещении вместе с твоей любовницей Марушей Подус. Очень был удивлён, что она охотилась за мной, выслеживая в нескольких королевствах. Ещё больше удивился, когда понял, что это ты ликвидировал моих людей на хуторе. Видеокамеры за собой подчищать надо. Недочёт, гранд-капитан.

— Любовницей она была лишь на бумаге, — стал я выдавать информацию, не дожидаясь вопросов. — На самом деле приставлена отцом после того, как твои люди бездарно слили меня в Новгороде.

— Именно о твоём поведении в столице я и хочу поговорить, прежде чем принять решение о вашей с боярышней дальнейшей судьбе. Не очень похоже, что ты соблюдаешь договоры. Все посредники, которые были связаны с тобой, либо арестованы, либо мертвы.

— Все мертвы. Ваши ментальные блоки выше всяких похвал. На парочке допросов присутствовал лично, — вспомнил я видеозаписи, что показывал Борис перед отправкой на фронт. — Волхвы лишь бессильно разводили руками, пытаясь их преодолеть. Хоть в этом не сплоховали. В остальном же, извини, но действовали дерьмово.

— А ты наглец, Ратибор! — криво ухмыльнулся Странник. — Даже не пытаешься оправдаться за предательство наших интересов. Не хочешь ли рассказать всё по порядку, раз сегодня такой откровенный?

— Легко и с превеликим удовольствием. Тебе с какого момента?

— С самого начала, когда мои посланники заключили с тобой взаимовыгодную сделку.

— Про то, как мы её заключали, пожалуй, опущу, чтобы не терять время на известные обоим вещи, — начал юлить я, боясь проколоться. — Важно другое: с моей стороны была передана полная информация о местонахождении Глав важнейших Родов и их наследников. То, как вы воспользовались знаниями — отдельная песня о бездарности планирования операций.

— Ну, с данным утверждением спорить не буду, — нехотя признался он. — Виновные в провале наказаны, невзирая на статус и приближённость к Хозяину. Мы ещё учимся проводить масштабные акции и неудачи неизбежны.

— Ага! И меня тоже чуть не «наказали»! Хорошо, что предусмотрел подобное и раскусил вашего Педрилло, присланного убить меня на ринге. Это первый пункт моих претензий к сотрудникам вашей конторки.

— Не называй сторонников Великой Веры клерками! — сурово произнёс он, нехорошо блеснув очами. — Это унижает нашего бога, которому ты сам когда-то обещал принести клятву!

Опа! Значит, всё-таки подтверждается версия о неизвестном культе. Секта! Вывод из этого? Заговор направлен не только против Славянского Княжества, а имеет более глубокие корни. Сразу становятся понятными некоторые мутные события в других странах. Не иначе ребятишки на мировое господство нацелились! Судя по тому, что спокойно сидим посреди армии коалиции двух королевств, успехи на этом поприще у сектантов отличные.

— Хорошее слово «когда-то»! Правильное! Вы бросили меня! Отреклись! Пришлось одному разгребать ту кучу дерьма, в которую вляпался с вашей подачи!

— Ты не прав, Ратибор. Если бы мы хотели тебя убить, то давно бы это сделали. Следили пристально за каждым твоим шагом, хоть и не проявляли себя. А вот ты повёл себя очень… Я бы сказал, что странно. Хочется всё узнать от первоисточника.

— Изволь! Когда понял, чем провал обернётся для меня, то подстраховался и составил несколько отчётов о своих действиях. Очень неполных, местами искажённых, но полностью обеляющих моё имя. Не дожидаясь ареста, пришёл с ними к отцу. Сдал некоторых, не имеющих нормальной информации посредников. Борис был в шоке, узнав, что я вёл собственное расследование. Подвергся многочисленным допросам, прежде чем князь поверил в искренность сына.

— Первая несостыковочка! — злорадно произнёс Странник. — Прочитать тебя может любой сильный волхв с Даром Восприятия!

— Нет. И могу это легко доказать, описав твою настоящую внешность. Острый нос, густые брови, небольшое пятно на правой щеке… Скорее всего, от магического ожога Истинным Огнём, иначе бы залечил.

Я не поддаюсь внушению или сканированию, так что личину прибереги для других. Отец и ещё несколько человек в Роду Тулиных знали об этом, хотя и не афишировали на каждом углу. Выбор Маруши как моей любовницы, тоже был обусловлен этим. Она неспособна меня прочитать, но является очень опытной ведуньей, могущей многое понять по поведению человека. Нелегко с ней пришлось, постоянно контролируя себя!

Так вот, как только князь удостоверился, что я не вру, то сам включился в расследование, основательно приблизив к себе. Для этого пришлось сильно постараться, перестав изображать гуляку недалёкого. Для начала уничтожил своего двойника, чтобы не путался под ногами в неподходящее время. Следующим шагом подмял под себя окраины…

— И разрушил нашу базу, что долго и кропотливо возводили втайне ото всех!

— Издержки производства. Я сам ничего о ней не знал. Подвернулась под руку случайно. К тому же считаю, что раз вы меня предали, то обязательств между нами больше нет. Теперь довольствуюсь исключительно своими интересами.

— Это тебе так кажется. Продолжай.

— Я и продолжил. Создал собственную организацию «Народный княжич», привлёк в неё Злату Луганскую, на которую у меня очень большие планы в дальнейшем. Организованная преступность кормится с руки: её главари — мои компаньоны. Вознёс свой рейтинг среди постолюдинов до небес — герой войны и защитник обездоленных. Завязал интересные знакомства в Думе, получив приличный капитал. Информационное поле… Много чего! Теперь, рискуя жизнью в этом вшивом Оплоте-5, создаю собственную официальную армию, полностью преданную мне.

— И зачем тебе столько сложностей? — продолжил допрос Странник. — В чём смысл?

— Во власти. В абсолютной власти! Как только основательно встану на ноги, то через несколько лет, уничтожив отца, стану Главой Рода. Эта дура Злата тоже недолго будет ходить в боярышнях, заняв место своего безвременно почившего папаши. Она уже влюблена в меня, как кошка в сметану. Поэтому осталось ещё немного дожать, обработать, и с удовольствием согласится на брак.

Объединив под своей рукой два сильнейших Рода Славянского Княжества, разберусь с конкурентами и стану Великим Князем. Законно! Под крики всеобщего ликования! Да, этот путь не очень быстрый и не самый лёгкий, но является единственным по всем моим оценкам.

— Прекрасно! Кто бы мог подумать, что в тебе скрыты такие таланты! Правда, наши аналитики давно просчитали тебя. Глупый, самовлюблённый негодяй. Твоё место не пить вино, а подносить его на блюде достойным. Кто-то более умный вложил подобное в твою голову. Кто?

— Ваши аналитики не просчитали, а просчитались! Так же, как и аналитики Рода Тулиных. Так же, как и королевские вояки в Сувальской крепости. Кстати, недавняя бойня на переправе тоже моя заслуга. Да и ты сам несколько дней назад не смог поймать похитителя Маруши, хотя я был прямо перед твоим носом.

Делай выводы. На глупца не обращают внимания, поэтому никто не путался под ногами. Приходилось подыгрывать окружающим до поры до времени. Единственная моя ошибка, что связался с вами. Признаться, захотелось сильно сократить сроки вступления на трон.

— Слишком ты красиво тут соловьём заливаешься. С таким удовольствием, будто отчитываешься перед любимым начальником о хорошо проделанной работе, а не под конвоем доставлен.

— Потому что подготовился к нашей встрече. Борис перед отправкой сюда мне сообщил, что Маруша пропала в этой местности… На неё, кстати, вышел абсолютно случайно. Тут хочешь верь, хочешь не верь, но так и было.

— Не суть. Опустим пока очередную чудесную сказочку о её спасении.

— Хорошо. Раз она пропала, охотясь за одной таинственной персоной, прибывшей на Неман сразу же, как только объявили, что и я сюда направляюсь, то вывод сделать было легко: состоится интересное свидание. Ты, курировавший работу в Новгороде, мимо не пройдёшь.

— Откуда знал, что буду именно я? В славянской столице имел другое имя, тебе неизвестное, — с интересом спросил Странник.

— А есть ещё варианты, кому могла сесть на хвост Маруша Подус?

— Нет. Даже этот вариант был маловероятен.

— И я о том же. Признаться, сам с недавнего времени хотел подобной встречи, но возможностей не имел. Кажется, пора заключать новый договор с твоим Хозяином, где мне уже не будет отведена роль пешки.

— Опять удивляешь, Ратибор. Жду пояснений.

— Захватить власть легко. Труднее будет удержать её. Точнее, удержать будет невозможно. Рода Славянского Княжества ополчаться, но с ними справлюсь. Проблема в соседних государствах. Уверен, что, пользуясь временной неразберихой, они захотят захватить мою страну.

Сев в новгородском Кремле, я принесу клятву твоему богу, стану его верным слугой, но с одним условием: он поможет мне разобраться с теми, кто захочет подмять Княжество. Не сам бог, конечно, а руками таких, как ты. Мы получаем шикарный плацдарм для экспансии по всему миру. Как такое предложение?

— Моё уважение! — искренне произнёс Странник. — Я ещё должен переговорить с Хозяином, а он провести обряд слияния с Неназываемым… Вполне возможно, что бог тебя и признает годным. Но до той поры будешь с боярышней под моим присмотром. В гостях, так сказать!

— Сколько времени это займёт?

— Неделя, может, чуть больше. Заодно пересидишь в безопасности штурм Оплота-5. Завтра у него такое начнётся, что выжить будет нереально. Сегодня ночью четвёртый Оплот будет захвачен, и оттуда нанесут массированный удар. Такого твои дружки не ожидают.

— По данным с Четвёрки, у них хватит сил продержаться минимум сутки, — усомнился я.

— Маленькое вынужденное предательство исправит эту оплошность в планировании командования коалиции. Мои люди им в этом помогут… Уже помогают.

— Жаль. Это сильно подпортит мою репутацию.

— Зато сохранит жизнь, если глупостей делать не будешь.

Неожиданно распахнулась дверь, и появился один из бойцов Странника.

— Господин, там…

Договорить не успел. Отпихнув его в сторону, к нам вошёл целый коронный генерал-гусар шляхетской армии в сопровождении пятерых автоматчиков.

— Мне донесли, что у тебя, Странник, находятся важные персоны Славянского Княжества. Приказываю выдать их мне! — с ходу безапелляционно заявил он.

— Но, Карл, — попытался возразить мой собеседник, — у нас же была договорённость! С тобой связывались высокие персоны и рекомендовали оказать всяческое содействие моей группе.

— Если я захвачу наследников Родов Луганских и Тулиных одновременно, то тогда уже сам, став королевским маршалом, буду этим важным персонам «рекомендовать»! Выдать немедленно! Это приказ! В противном случае…

Генерал вдруг замолк, застыв с открытым ртом. Его охрана тоже превратилась в оловянных солдатиков. Вот это силища у Странника! Это же какой уровень Дара Восприятия имеет, если за секунду смог обездвижить шестерых, имеющих ранг паладинов⁈ Минимум Великий Волхв или Магистр Магии по-ихнему!

— Ах, как нехорошо… — сокрушённо покачал головой он, не обращая внимания на живые статуи. — Жадность одного дурака испортила отличный день. Придётся корректировать планы. Уходим в…

— Куда⁈ — перебил я его. — Тут на несколько десятков километров войска больше, чем деревьев. Засекут!

— Отведём глаза. В моей группе все умеют.

— Единственная проблемка: я не поддаюсь магической обработке. Сможете внушить ближнему окружению, что Злата с Марушей две овцы, сможете замаскироваться сами, но меня узнают обязательно издалека! Вычислят! Поймают!

— Не истери, Ратибор! Другого выхода нет. Придётся рискнуть.

— Есть выход. Грузимся в военные машины вместе вот с этим толстопузым мудаком в погонах и его свитой. Доставляешь нас троих на берег Немана и уходишь своим привычным способом.

— А вы?

— Переправляюсь с девками на тот берег. Поверь, тоже имею кой-чего в запасе на подобный случай.

— Один пойдёшь.

— Нет! Мне нужно с ними! Злата, ты сам понял, для чего. А Маруша… Короче! Раз умеешь входить сознанием в её тело, то сможешь поддерживать со мной связь. На близком расстоянии я научился считывать мысли ведуньи.

— Для этого нужно быть серьёзным менталистом, — не поверил он.

— Держи ещё один мой секретик! А ты думал, почему я не поддаюсь внушению?

— И сколько ещё в тебе неожиданностей?

— Сейчас вот прямо самое время для задушевных бесед!

— Согласен. И с планом, и с доводами. Шомпол! — повернулся он к одному из своих парней. — Приведи куклу и боярышню!

Да… Маруша реально напоминала куклу, а вот Злата была словно лунатик: улыбается, видя прекрасный сон, но не осознаёт, где находится. Погрузив женщин в автомобиль, мы тронулись в путь.

Зачарованный генерал всю дорогу твердил, что в это время года Неман особенно прекрасен, и что мы обязательно должны увидеть всё своими глазами. И волноваться не надо: солдатам на передовой отдан приказ не трогать его личных гостей. Доехав до реки, он тепло распрощался с нами и укатил по своим делам.

— Не вспомнят шляхтичи о происшествии? — поинтересовался я у Странника.

— Вспомнят, — с брезгливой улыбкой на лице ответил он, глядя вслед генеральскому эскорту. — Месяца через три, не раньше. Если доживут… Но я следов не оставляю.

— Последний вопрос про Марушу. Она тоже станет нормальной? Есть смысл опасаться этого?

— Исключено. Она в чертогах Неназываемого. Я лично туда её отправил, и обратной дороги нет.

— Странное для бога имя.

— Когда придёт время, он нам сам назовёт истинное. Всё! Жди моего визита!

— Подожди! Можешь сделать так, чтобы четвёртый Оплот выстоял? У меня из Пятёрки подготовлено отступление. Но раньше, чем через четыре дня, не смогу воспользоваться лазейкой. Днём раньше или позже прорвётся коалиция — не важно для их планов, а мне самое то.

И ещё… Контрольная явка должна быть. Вдруг ведунью запрут от меня подальше. В Новгороде есть такой Расул Слепой. Простолюдин из Крыс и мой помощник. Если ко времени принятия решения Неназываемым буду в столице, то просто внушите ему песенку… «Волна любви». Популярна была в прошлом году, а сейчас мало кто вспомнит. Услышу, что Расул поёт, пойму, что мы с твоим богом тоже на этой самой «волне любви». Больше никаких контактов — князь меня пасёт сильно.

— А если не услышишь через неделю? — нехорошо прищурился Странник.

— Все проблемы решаю сам и оглядываюсь по сторонам в надежде, что ваш убийца мазила или вы решили использовать меня по-другому… Я ещё могу пригодиться. Делать нечего, поработаю на общих условиях. Рыпаться в ответ не буду — всё равно прижмёте, если захотите.

— Теперь окончательно поверил тебе, княжич, что непрост. Соображаешь быстро! Лично убедился. Прощай! Точнее, до встречи.

Как только отряд сектантов исчез из виду, Злата сразу же пришла в себя.

— Где я⁈ — завертела она головой, ничего не понимая.

— Потом, дорогая! Сейчас предстоит поплавать, пока стрелять не стали. Очень быстро, но недолго. Пора домой!

Глава 8

Появление нашей троицы в Пятёрке вызвало шок. Марушу тут же посадили под арест, выставив около её камеры охрану не из простых воинов, а из витязей с Даром Восприятия. У Златы после всего произошедшего начался психологический откат, поэтому боярышню увели к волхвам Жизни.

— Не ожидал, что всё так быстро разрешится и с минимальными потерями, — удивлённо прокомментировал комендант Истома моё турне на тот берег.

— Не закончилось ещё ничего, — расстроил я его. — Вести хреновые. Нужна срочная связь с князем Борисом. Тот человек, который похитил обеих женщин, дал очень интересную информацию, но не понимаю, как её передать, чтобы не нарушить Тайну Рода.

— Говори откровенно, — сказал Гнат. — Князю пришлось частично ввести в дела Истому, так что он теперь немного в курсе происходящего. В конце концов, человек на котором сейчас во многом держатся планы командования, не склонен трепать языком, иначе фиг бы до тайн допустили.

— Логично. Так легче всем. За Неманом встречался со Странником. Это большая шишка в секте Неназываемого и подчиняется лично Хозяину. Тут следует немного пояснить. Есть не афиширующий себя культ некоего бога, который не называет своего истинного имени, поэтому и проходит под ником «Неназываемый».

Культ расползся по всему миру. Нигде не является государственным, но пытается тихим сапом влезь в структуры власти. Связывается божок с Явью через Хозяина, имеющего много помощников типа Странника. Больше по их структуре ничего не скажу — времени мало было покопаться.

— Бог реальный или очередная пустышка? — поинтересовался комендант базы.

— Склоняюсь, что реальный. Странник… Кстати, это очень сильный менталист! Так вот, он обмолвился, что загнал Марушу Подус в чертоги Неназываемого, а также Хозяин должен произвести ритуал слияния с богом. По нашей ведунье: она никакая не предательница.

Не обольщайтесь, что телом с нами: сознание в божественном плену. Странник пользуется пустой оболочкой по своему усмотрению, вселяясь в Марушу. Этим и объясняется откуда ни возьмись появившиеся диверсионные таланты у женщины. На всякий случай пусть волхвы Восприятия проверят Злату. Как бы этот гад и в ней закладочки не оставил. Если хоть какие-то непонятки обнаружат, то тоже нужно закрыть боярышню. Странник силён на уровне Магистров или Великих Волхвов!

— И зачем ему был нужен ты?

— Борис не сказал?

— Нет. Только то, что ты владеешь большей информацией, чем он.

Понятненько… Значит, князь предоставил право мне выкручиваться самому, не раскрывая факт подмены наследника. Умное решение: так легче избежать несостыковок в объяснениях, которые опытный аналитик гранд-майор Истома обязательно сковырнёт.

— Да. Знаю больше, так как сам был зачинщиком этого расследования, — стал я выдавать подготовленную для непосвящённых легенду. — Несколько лет назад на меня вышли люди Неназываемого, предложив власть после убийства моего отца. Признаться, от скуки влез в это дело: надоело по кабакам шляться. Но там такое всплывать начало, что бегом явился с докладом к князю. Дальше действовали совместно с ним и службой родовой СБ. Поэтому Гнат со мной и припёрся сюда.

— Именно, — подтвердил витязь. — В последнее время около княжича опять началось нездоровое шевеление. Мы посчитали, что Ратибора хотят использовать дальше, хотя и не доверяют ему.

— Так вот про какую «большую игру» намекнул князь, — задумчиво произнёс Истома. — Что я ещё должен знать из того, что вы недоговариваете? Как собираетесь использовать меня?

— Никак, — коротко объяснил я. — Твоя задача не мешать мне и продолжать честно выполнять свои обязанности. Странник нашёл со мной точки соприкосновения, поэтому и отпустил, считая, что нахожусь полностью под его колпаком. Держи новую вводную. Ночью начнётся штурм четвёртого Оплота. Менталисты Странника подготовили какую-то бяку, чтобы он удался.

После жахнет коалиция по нам именно со стороны Четвёрки, используя другие направления больше как отвлекающий манёвр. Я отговорил его, чтобы у меня появилась возможность живым добраться до Новгорода, но надеяться на слова сектанта не стоит. Доложи кому надо по защищённым каналам.

— Дерьмо… Нас здесь уроют меньше чем за сутки. Но откуда такая информация у меня? Подскажешь? Необходимо иметь серьёзное подтверждение вражеских планов. Доказательства.

— Легче лёгкого. В результате разведывательной вылазки в стан неприятеля княжич Ратибор Тулин и боярышня Злата Луганская получили документы, подтверждающие всё тобой переданное. Это залегендирует и моё путешествие — переправу через Неман видели многие.

— Слабенькая легенда, Рат. В ней несостыковок выше крыши.

— А кто сейчас проверит? Потом уже будет поздно, тем более сам князь засекретит эту акцию. Наша задача выиграть время и чтобы нам поверили. Остальное — мелочи жизни.

— Хорошо, — сдался он. — Выхода всё равно нет. В самой Пятёрке распустим этот же слух, чтобы народ не волновать. Утром будет уже не до расследований. Только со своим «Племенем» разбирайтесь сами. Ещё что есть для меня?

— Нет.

— Тогда пошёл докладывать князю о разговоре и готовить поправки в план обороны.

Когда остались с Гнатом наедине, он сразу же попытался начать новый допрос. Быстро пересказал ему подробности встречи со Странником.

— Вот гнида! — в сердцах сплюнул на пол витязь, по окончании его. — Это я не про твоего Странника. Он даже вызывает профессиональное уважение. Ратибор! Тот Ратибор! Хочется оживить мерзавца и снова убить! Медленно! Чтобы мучился!

— Поверь, после смерти ему несладко. Я был в Нави и на себе ощутил некоторые вещи. Вечные муки для грязных душ не идут ни в какое сравнение с земными пытками. Что с Леду делать будем? Вопросов, уверен, у него много.

— Хоть это утешает. Пусть гниёт в Нави, паскуда! А с Эдмондом всё просто. Франк сейчас нацелен на войну, а не на выискивание блох или задушевные разговорчики. Хорошего командира над «Племенем» поставил! Есть задача — надо выполнять. Сомневаешься? Вначале исполни необходимое, а потом донести свои сомнения. Не человек, а машина этот Леду! Скажи ему, что так было нужно, и временно отстанет. Меня больше волнуют Злата с Марушей. Особенно последняя. Если она сейчас во власти сектантов, то обязательно вскроется, что ты ненастоящий.

— Это они думают, что наша ведьмочка у них полностью под контролем, но это не так. Не знаю, что она с собой сделала, но нашла способ укрыть своё сознание. Иначе не посылала бы мне призывы о помощи, о которых эти гады не ведают. Сейчас оставим Марушу в покое. Повезёт выжить, в Новгороде разберёмся. Злата же… Дождёмся вердикта волхвов. Пока его нет, то в «Племя» не суюсь, чтобы не плодить непонятки.

Почти полтора часа ушло на сканирование сознания боярышни, прежде чем меня допустили к ней.

Девушка сидит на кушетке. Тёмные круги вокруг глаз, полный боли взгляд. Увидев меня, вздрагивает и начинает беззвучно рыдать, закрыв лицо ладонями.

— Ну что ты, милая, — усаживаюсь рядом и обнимаю Злату. — Всё хорошо. Ты снова среди своих. Поверь, что никому не дам тебя обидеть, где бы ты ни находилась.

— Рат… Я вспомнила всё… Это так страшно…Меня куда-то ведёт Маруша. Кругом ночь, и стены Оплота удаляются, но мне весело от этой маленькой шалости. Потом появляются люди. Они такие классные! Лучше всех! Мне дико хочется им понравиться, поэтому на просьбу связаться с тобой по правительственной связи с радостью соглашаюсь.

Почему-то перстень осыпается пеплом… И «Ведун» глючит. Люди расстраиваются и начинают задавать много вопросов. Почти все про тебя.… Хочется плакать оттого, что им плохо, поэтому отвечаю искренне, ничего не скрывая. Даже, что люблю тебя, выболтала и что ты меня отшил!

Я подставила всех! Княжество, Род, отца, тебя! Потом начались какие-то красивые сны, и вдруг вижу себя на берегу Немана, где ты хватаешь меня и тащишь под водой с неимоверной скоростью. Думала, захлебнусь. Не успела… Жаль…

— Ты чего удумала, младший вождь⁈ — отвешиваю по макушке девушки лёгкий щелбан, заставляющий её убрать ладони от лица. — В предательницы себя записала? Ну и дура… Только в этом. А в остальном винить некого, кроме похитителей. Кстати, твои ответы сыграли нам на руку. Без них не поверили бы эти сволочи мне и не помогли улизнуть. Так что сегодняшний день, несмотря на всю его поганость, можем занести себе в актив. Разжились важной информацией, не погибли и вернулись к своим.

— К своим? — зло усмехнулась она. — Для всех я теперь чужая! Как и эта сука Маруша! Я видела, что ты её тоже приволок! Ратибор! Если хоть немного меня любил, то дай прирезать эту гадину! Из-за неё всё!

— Нет, дорогая… Не дам. Ей сейчас намного хреновей, чем тебе. Марушу не просто зачаровали, а пленили её сознание. Представляешь состояние ведуньи, которое в сотни раз хуже твоего? Но она не сдаётся. Даже в таком безвыходном положении продолжает воевать. Это подвиг! Извини, что пока без подробностей — не время. Просто поверь на слово и становись той, кем сейчас являешься — боевым офицером и наследницей великого Рода Луганских!

— Я требую ответов сейчас! — вскочила девушка, оттолкнув меня.

— Ты получишь их в присутствии наших отцов и в полной безопасности, — жёстко сказал я. — Сопли утри! Как и предполагалось, завтра будет бойня, но она может быть намного страшнее, чем думали.

— Информация, которую ты принёс с того берега?

— Именно. Ещё раз повторю: сходили за Неман не зря. В штабе у Истомы узнаешь невесёлые подробности.

— Мне нужна моя форма и оружие, — резко переключилась Злата с личного на общественное. — Или ты решил запереть меня здесь, опять опоив?

— Ни в коем разе! Но прежде садись и внимательно слушай, что будем врать в «Племени» о нашем исчезновении…

Придя к своим, как и ожидали, получили кучу вопросов, на которые у меня был один ответ: «Тайная операция. Разглашать не имеем права. Но теперь мы снова с вами и готовимся к завтрашнему нелёгкому дню.» Вроде успокоились, хотя лица у всех недовольные. Лишь после собрания командного состава витязь Виктория отвела меня в сторону и тихо поинтересовалась.

— Рат! Ну, будем считать, что в сказочку начальства все поверили и заткнулись. Только я не просто одна из «Племени», а твой телохранитель, приставленная князем Борисом, поэтому должна знать реалии. Защищать неизвестно от кого то пропадающего, то снова появляющегося княжича не могу. Тем более, что Адам ещё в лазарете, а остальные погибли. Гнат ещё… Только он больше делает вид, что тебя бережёт. Получается, что одна за всех. Помоги мне информацией.

— Извини, Вика, но даже тебе не могу. Если отец не ввёл в курс, то через его голову прыгать не имею права. Завтра будет страшный бой… Очень прошу не геройствовать и мои телеса собственной грудью не прикрывать. Воюем, как в Сувальнях.

— От меня просто так не отделаешься! Есть приказ, и его исполню до конца!

— Только мешать будешь. Лучше Злату постереги — её-то телохранители целы, поэтому есть шанс, что спасёте боярышню.

— Всё-таки правду говорят, что ты к Луганской неровно дышишь! — победно произнесла она.

— Моё личное дело, но между нами: эта девушка мне очень дорог а. Прикрой её. Зная тебя, уверен, что шансы Златы резко возрастут.

— Нет!

— Да! Хочу полностью сосредоточиться на бое, а не дёргаться по другим поводам. К тому же из наследников двух важных Родов должен выжить хотя бы один. У кого для этого больше возможностей, ты сама видишь. Виктория, ставки очень высоки, чтобы разделяться на своих и чужих. И последнее, самое поганое задание для тебя. Если вдруг Злату возьмут в плен, то убей её. Лучше смерть, чем… Ты видела, какой Маруша стала?

— Да. Ужас!

— Подобное грозит и боярышне. Быть может, в ещё более страшном варианте, так как у неё нет Дара Восприятия, и сопротивляться менталистам не сможет.

— Вот оно чё, княжич… Если даже ты готов отправить подружку к «Моране зимовать», то дело серьёзнейшее. Больше ничего не спрашиваю: такие тайны мне не по карману.

— Именно.

— Дерьмо коровье! Да помогут нам боги и тяжёлая артиллерия!

— В нашем случае это одно и то же, витязь! — дружески хлопнул я её по плечу. — Пойдём, раз договорились. Дел невпроворот!

Сразу после полуночи мы выдвинулись на рубежи, с тревогой глядя в сторону Оплота-4. Даже на большом расстоянии от него в ночном небе были заметны огненные всполохи. Бой идёт серьёзный! Держитесь, парни! За нашими спинами Славянское Княжество, родные, близкие, друзья. Нельзя дать врагу прорваться! Каждый выигранный у смерти час — это в будущем спасённые жизни мирных людей! Около трёх часов всё закончилось.

— Четвёртый Первому! — тут же связался я по рации с Истомой. — Что там у них?

— Непонятно, Четвёртый. На связь не выходят. Скорее всего, некому. Или… Ты сам понимаешь, о чём я.

— Понимаю. Отбой.

Неужели всё-таки люди Странника помогли взять Четвёрку? Если это так, то всё плохо вдвойне. Мало того, что я теперь не в фаворе у их божка, раз решили не заморачиваться с моим спасением, так ещё и шансы продержаться хотя бы сутки исчезают прямо на глазах. Жаль.

Мои размышления прервал расцвётший мыльными разводами защитный купол. Атака на Оплот-5 началась! Пусть она и отвлекающая, но нам от этого не легче: не всякая битва может похвастаться подобным артиллерийским напором. Почти час в нас долбят из всего, чем можно.

— Внимание всем! Это Первый! — раздаётся в рации голос Истомы. — Тридцать процентов до пробития защиты! Через пять минут снимаю её и через полчаса снова ставлю, сократив радиус на шестьсот метров. Вражеские войска на подходе. Приказ! Продержаться до дозарядки купола, а потом отходить под его защиту!

Всё чётко по плану. Задерживая наступление противника и мешая подтащить осадную артиллерию под стены Оплота, мы будем пятиться, поливая землю кровью.

Первое столкновение произошло в нашу пользу. Не ожидавшие подобной наглости шляхтичи влетели за убранный периметр, где мы быстро накрыли их из ручной артиллерии, а потом в неразберихе взрывов сблизились на расстояние прицельного выстрела более лёгким вооружением.

Атака княжеских войск совсем смешала ряды врагов, заставив их перестраиваться по ходу боя. Мы дожидаться подобного не стали и тихонечко начали отступать, держась на таком расстоянии, чтобы нас не накрыли тяжёлыми снарядами, превратив за пару минут в подгоревшую мясную кашу. Воодушевлённые шляхтичи кинулись было вдогонку, но нарвались на очередной слаженный залп гранатомётов.

Дальше начались игры в кошки-мышки: одни отступали, а вторые осторожно шли вперёд, пытаясь всеми силами заставить нас ломануться к Оплоту и дать простор артиллерии. Хрен вам!

Ровно через полчаса наши недоброжелатели с удивлением осознали, что упёрлись носом в опять появившийся защитный периметр. Снова началась его долбёжка антимагическими ракетами.

Мы же, пополнив боезапас из заранее подготовленных замаскированных схронов, стали ждать очередной стычки, которая прошла примерно по такому же сценарию, но, к сожалению, с меньшей для нас эффективностью и с большими потерями.

После снятия третьего купола случилась катастрофа. Умные головы просчитали и отреагировали на нашу тактику быстрее, чем мы рассчитывали. Как только купол исчез, то вражеские войска, подтянув лёгкие пушки, миномёты и всё ручное, что может взорвать на расстоянии, устроили нам маленький армагеддон.

Срочно пришлось рассредотачиваться, и главной задачей стало не остановить неприятеля, а выжить самим. При соотношении десять к одному не в нашу пользу, этот бой превратился в сущий кошмар. Если бы не Истома, внимательно отслеживающий ситуацию из Оплота и вовремя поставивший магический барьер, не дожидаясь его полной зарядки, то на этом бы всё и закончилось.

Дальше становилось только хуже и хуже. Каждый прорыв барьера превращался в нечто страшное. Уже ни мы, ни наши враги не придерживались какой-то определённой тактики, а словно звери терзали друг друга, мстя за убитых товарищей и желая только одного — увидеть труп поверженного врага. Беда в том, что нас намного меньше…

Ближе к ночи мы практически прижались к стенам Оплота-5 за последним барьером, что смогла выставить крепость. Уже совсем не осталось войсковых подразделений — все перемешались между собой. Командиры превратились в простых витязей. Последний бой не за горами, и живыми выйти из него не удастся.

Во время передышки я случайно заметил знакомую фигуру. Это Виктория! Подбежав к ней, крепко обнял.

— Жива, одноглазая!

— Стараюсь, Рат!

— А Злата?

— Тоже старается. Пойдём к ней. Думаю, что будет рада видеть.

Боярышня действительно была жива и относительно здорова. Правда, на правом боку оплавленная броня и следы запёкшейся крови. Но, судя по движениям, ничего страшного: волхвы Жизни вовремя подлечили.

Подойдя, Злата молча и деловито начала рассматривать меня.

— Нигде не ранен? — наконец-то произнесла она усталым голосом.

— Всё мимо. Тебе, вижу, досталось? Не болит?

— Больше душа за погибших. Из моего отряда всего несколько десятков на ногах остались…

— То же самое.

— Рат, скажи… Скоро всё равно погибнем… Я тебе хоть немного нравилась? Или это игра была такая, с политическими ставками?

— И сейчас нравишься до одури, если честно, — признался, понимая её правоту. — Другое дело, что мы родились не теми, кто может быть вместе.

— А когда ты полюбил меня? Не поверю, что сразу, как только нашёл в овраге мира-двойника.

— Каком овраге? — сыграл я в непонятки, внутренне собравшись.

— Даже сейчас темнишь… Там это был ты. Я чувствую. Не волнуйся, никому не скажу. Смысл какой в подобных дурных откровениях, Филипп?

— Реально запутала или я такой тупой, что не понимаю намёков. А полюбил… Даже не знаю, когда. Не засёк точную дату.

— Внимание! — прервала рация наш со Златой опасный разговор. — Говорит гранд-майор Истома! Всем выжившим бойцам срочно покинуть рубеж обороны и занять новый на территории Оплота-5! Повторяю! Срочно покинуть рубеж обороны и занять новый на территории Оплота-5! Братья! Сёстры! Началось! Мы своё дело сделали! Сейчас главная задача — удержать крепость и остаться в живых!

Тут же, после этих слов Истомы, оравшего по всем каналам связи, нарушая все уставы и плюя на меры предосторожности, небо со стороны тыла окрасилось в алый цвет. Земля задрожала под ногами и уши заложило от гула пролетающих антимагических ракет. Не соврал комендант! Это наступление! Чуть раньше намеченного срока, но началось!

— Бегом в Оплот! — первой опомнилась подскочившая Виктория, хватая нас с боярышней за руки. — Если кто из вас по своей дурости погибнет, то потом лично расстреляю ещё раз! Ноги! Делаем ноги!

Глава 9

Вбежав в крепость, мы тут же получили чёткие инструкции и заняли предписанные нам места для обороны. Что ни говори, а комендант Оплота-5 не зря ест свой хлеб, раз продумал даже такие моменты. С ходу подобное организовать было бы невозможно.

По всей линии фронта творился настоящий ад. До этого молчавшие тылы показали свою истинную силу в точно рассчитанный момент, когда шляхто-саксонская коалиция снимет часть защитных куполов, перейдя в наступление. Не ожидали западники, что наши резервы настолько велики, и теперь умываются кровью, точнее, пеплом. Да мы и сами подобного не ожидали! Операция княжеского Генерального Штаба поражала своей безупречной секретностью. Это же сколько сил нужно было переместить под носом у врага так, чтобы он ничего не почувствовал!

— Первый! — связался я с Истомой. — Что по четвёртому Оплоту и вообще по обстановке?

— Четвёрку сами сдали, предварительно заминировав всё, что только можно, и в Оплоте, и на несколько километров вокруг неё. Твоя информация нашим воеводам очень пригодилась. Теперь противник хоть и имеет крепость, но и крепость имеет их!

Не могут ни на шаг продвинуться, завязнув в минных полях! Так что с той стороны нам не прилетит. Окружение коалиции произошло… Блин, Ратибор! — не удержался Истома от эмоций. — Почти год наша команда в Генштабе вкалывала ради этого момента. И вот свершилось! Осталось за малым — продержаться ещё парочку дней. По-любому наше направление в покое не оставят. Но как мне доложил Искандер… Помнишь такого?

— Из тылового заслона. Он нас сюда доставил.

— Верно! Искандер доложил, что как только пройдёт массированная артподготовка, то он со своими бойцами рванёт к нам.

— Представляю, как у него пятки чешутся. Он же чуть ли не на стенку лез, не понимая, почему бросил Пятёрку на произвол судьбы. Теперь оторвётся по полной программе!

— И мы тоже. Но не расслабляться. У шляхтичей сейчас один шанс выжить — это захватить нашу крепость и спрятаться за её стенами. Всё! Отбой связи! А то наболтали, как дома по «Ведуну»!

Истома как в воду глядел. Потрёпанный за день, практически полностью разряженный защитный купол пятого Оплота скоро издох, и на нас с отчаянием смертников обрушились волны шляхтичей, отрезанных огненной стеной от Немана. Мы же с не меньшим отчаянием старались не дать врагам дотянуться до нашего горла. Заклинания, гранаты и пули летели со всех сторон. К какой-то момент боя я сам не понял, как очутился у крупнокалиберного пулемёта. Оттащив погибший расчёт в сторону, сел на место стрелка и бил длинными очередями, пока не закончились патроны. Хотел было оставить пустой пулемёт в покое, но внезапно за спиной раздался голос витязя Виктории.

— Держи! — тяжело дыша, просипела она, таща огромный короб с боеукладкой. — Рат! Не суйся наверх! Там и так не протолкнуться от наших! Здесь же стены хоть как-то прикрывают от пуль… Если чем-то тяжёлым не жахнут.

— Ты должна быть рядом со Златой! — рявкнул я, подсоединяя короб к пулемёту.

— Не дури! У неё и так защитников хватает, и они скоро доставят твою ненаглядную сюда! Вы должны держаться вместе — так легче охране!

На споры не было времени. Я снова стал поливать противника из «шайтан-машинки» антимагическими пулями. Каким бы большим ни казался боезапас, но он достаточно быстро закончился.

— Всё! — повернулся я к Виктории. — Посидели и хватит! Нужно менять дислокацию, а то шляхтичи пристрелялись почти! Боярышню потом отыщем!

— Не надо меня искать! — сказала Злата, появившаяся с группой бойцов, возглавляемой Гнатом. — Почему ещё здесь⁈ Истома приказал выдвигаться во вторую линию обороны, спешно создаваемой на случай прорыва первой! Ты что, собираешься игнорировать приказ?

— Мне никто ничего… — попытался возразить я и тут увидел, что моя рация на боку разбита. — Понял! Уходим! Сообщи Истоме, что я временно без командирской связи!

— Держи, — протянул мне Гнат свою рацию. — Новая вводная: второй линией руководит Эдмонд Леду. Ты с боярышней временно в его подчинении.

Не успели отойти на пару десятков метров от пулемётного гнезда, как со стороны него раздался сильный взрыв. Стены задрожали, сверху посыпалась штукатурка, коридор заволокло дымом, а мы попадали на пол.

— Вовремя, мать твою! — кашляя, произнесла Вика. — Ещё пару минут задушевных бесед, и готова братская могила!

Ничего не говоря после такого мощного стимула, побежали в сторону внутренней стены Оплота.

— Живы? Это обнадёживает, — спокойно встретил нас Эдмонд. — Занять позиции справа от моего штаба. Извините, что приказываю, но стрелять без команды, чтобы ни происходило на внешнем рубеже.

Последнее франк мог бы и не говорить. Стоя на вверенном нам участке, мы наблюдали настоящую кашу из княжеских бойцов и шляхтичей. Тут если пальнёшь, то и в своего можешь попасть! Это уже не современная война у них, а настоящая рукопашная стенка на стенку! Огнестрельное оружие практически не применяется. Как в древние века, где ножи, кулаки и заклинания служат надёжнее автоматов!

— Внимание! — скомандовал Леду по рации. — Только что был дан приказ оставить внешнюю стену. Наша задача — прикрыть отход! Нулевая готовность!

Тут же картина боя изменилась. Остатки княжеских войск стали уходить, медленно пятясь и огрызаясь из всего, что ещё могло стрелять. Как только произошло чёткое разделение между нашими ребятами и противником, от Леду прозвучала новая команда.

— Огонь!

Ох, мы и вдарили от всей души, за минуту очистив стену от неприятеля! Только успех этот был временный, хотя и дал возможность отступающим наполовину преодолеть расстояние до второй линии обороны. Вскоре опять орды шляхтичей оккупировали внешний периметр и бросились в атаку. Не знаю, что идёт в подземных коридорах Оплота: судя по дрожи под ногами, и там страшная бойня, но у нас на поверхности мясорубка раскалилась добела.

Враги словно берсерки, плюющие на смерть, продвигались вперёд, не считаясь с потерями. Не могут нормальные люди так себя вести! Уверен, что не обошлось без менталистов, снявших чувство опасности у солдат. Слышал, что подобное практикуется у западников в критических ситуациях.

— Истома! — ору я в рацию. — Они зачарованы! Ищи ментальные установки поблизости от Оплота!

— Понял, — прозвучал короткий ответ.

Бой перекинулся на нашу стену. Первого врага, вынырнувшего из двери, расстреливаю в упор. Тут же раздаются выстрелы и моих товарищей. Вскоре, как и бойцы на первом рубеже, мы сцепились в рукопашной. Мелькают лица, ножи, брызжет чья-то кровь. Полностью войдя в боевой режим, одновременно луплю и магией, и кулаками, стараясь в этой неразберихе ликвидировать не простых кнехтов, а паладинов, представляющих наибольшую опасность.

Вот один нацелился заклинанием на Гната. Кидаю Воздушную Плеть, перерубая паладина надвое. Чёрт! Злату с Викторией зажали! Применяя магию, могу задеть девушек. Быстро перемещаюсь и действую, как на ринге с морлом, не жалея ни себя, ни врагов.

Уворачиваюсь от огненного шара. Противник сбоку и кастует новый фаербол. Только нет у него времени, пока я на взводе! Слишком медленный он для меня! Запускаю Воздушный Кулак и, не дожидаясь его прибытия в конечную точку, хватаю двух подвернувшихся кнехтов, размозжив их головы друг об друга.

Постепенно силы уходят, всё труднее находиться в боевом режиме. Отключаю его, пока замертво не свалился, и сразу же ощущаю всю скорость этой кровавой драки. Появились первые раны, но в горячке боя пока не болят. Сцепился ещё с одним паладином. Уже без магии мы мутузим друг друга, лёжа на полу среди тел. Моя подготовка оказалась лучше, и вскоре противник затихает.

Вскакиваю на ноги, чтобы снова упасть от удара ногой в спину. Под руку подвернулся чей-то потерянный пистолет. Не раздумывая, стреляю в нависшее надо мной тело. Потом ещё в одного шляхтича. Потом ещё! Обойма пуста! Лежать нельзя, а то затопчут!

С превеликим трудом опять вхожу в боевой режим, но ничего не успеваю сделать. На стене показались бойцы княжеских войск. Свеженькие, в чистенькой форме! Успели тыловики к нам пробиться! За несколько минут они добивают растерянных шляхтичей и тут же начинают оказывать нам первую помощь. Прислонившись к стене, пытаюсь связаться с Истомой. Упс… Опять рацию похерил! Что-то не держится у меня связь.

Глаза закрываются сами собой.

— Друг, — обращаюсь к одному из ратников, немного придя в себя. — Какая обстановка на районе?

— На районе не знаю. Я в армии, а не в банде городской, — бурчит он, наклеивая мне на шею широкий кровоостанавливающий пластырь. — Но на этом участке всё под нашим контролем. Ты, паря, особо не разговаривай: на тебе места живого нет. Вот подлечат волхвы, тогда хоть песни пой.

— Ничего! — шатаясь, поднялся я, ища глазами Злату. — На мне, как на собаке. Ты боярышню Луганскую не видел?

— Ого! Даже такие люди тут воюют⁈ — удивился ратник. — Из свиты её, что ль?

— Почти. Чуть помладше меня она. С ней ещё другая должна быть, с одним глазом.

— С одним помню! Тяжёлая рана — уже унесли. Кажись, ещё одни носилки с девкой молодой были.

— Живая⁈

— Мёртвых потом выносить будут. Так что не печалься, выкарабкается твоя хозяйка, если до эвакуации дожила. Ты-то кто при ней?

— Просто мимо проходил, а тут хулиганы.

— Шутник! — рассмеялся мужчина. — Значит, нервы крепкие! Ты службу, «проходимец», не бросай! Глядишь, и до гранд-сержантских погон дослужишься! Всё. Некогда с тобой лясы точить. Своим ходом дуй в лазарет, а у нас тут дел полно.

— Ой! — раздалось за моей спиной, как только я решил последовать совету. — Так ты же из витязей! Извини, что вот так по-простому: нашивки кровью залиты — не разглядел сразу.

— Нормально, ратник. Хорошо поговорили. После боя самое то. Вы нам жизнь спасли, так что не до чинов. Хотя… Передай-ка своему командиру, чтобы объявил тебе благодарность.

— Это я завсегда пожалте! А от кого передать?

— От княжича Ратибора Тулина.

— Едрит твою… Виноват! — вытянулся по стойке смирно он. — Разрешите доложить…

— Не надо. Бывай, друг!

Идя по коридорам базы до лазарета, везде видел следы случившейся бойни. Пахнет порохом и кровью. Обугленные стены и мёртвые люди… Владения Мораны сегодня пополнятся новыми «снежинками». Хотя не все попадут в её чёрную метель. Есть ещё те, кто окажется среди душ родичей, которые с почестями примут достойного сына в свой круг. Каждому своё…

Придя на место, сразу же попал под обследование волхва Жизни.

— Ничего не грозит, — вынес вердикт он. — Потерпишь до завтра.

— Да я сам себя подлечить могу. Уже начал.

— Тогда зачем припёрся?

— Злата Луганская… Она же у вас? Я Ратибор Тулин. Княжич.

— Извини, не узнал. Боярышня здесь. Рану получила тяжёлую, но не смертельную. С ней ещё одна витязь была. Знаешь некоего Адама?

— Конечно!

— Он почти здоров и от подруги своей не отходит. Пытались выгнать, но буйный слишком, хоть и шатается из стороны в сторону. Орёт, матерится. Говорит, что жена ему. Не врёт?

— Жена.

— Тогда пусть побудет. Рана нехорошая, и может до утра не дотянуть.

— Но шансы есть?

— За каждого боремся, в ком есть сильная частичка жизни. Не было бы шансов, не стали бы мучить.

— Спасибо.

— Богам спасибо скажи! Следующий!

Выйдя из лазарета, столкнулся нос к носу с Леду и Гнатом. Франк поддерживал витязя, хотя и сам был, словно в работающей молотилке ночевал.

— Вождь! Я рад вас видеть! — улыбнулся Эдмонд разбитыми губами. — Гнат, уверен, тоже, но у него горло обожжено — говорить не может.

— Да чего ж так не везёт Жжёному на огонь⁈ Вроде и стихия его, а постоянно получает.

— Раздаёт не хуже. Против трёх сильных паладинов бился и победителем вышел.

— Давай, помогу дотащить.

— Не откажусь.

Волхв Жизни, увидев меня с пополнением, сразу же приступил к своим обязанностям. Осмотрев Гната и Эда, моментально определил их в стационар, клятвенно заверив, что утром смогут хороводы водить.

Впервые за долгое время понял, что остался один. Практически всем выжившим оказывают медицинскую помощь. Тем немногим счастливчикам из «Племени», кто не пострадал серьёзно, сейчас тоже не до командира: сутки будут отсыпаться минимум. Я бы и сам вырубился, но есть ещё масса важных дел.

В бункере коменданта увидел помимо Истомы ещё одно знакомое лицо.

— Гранд-полковник Искандер⁈

— О! Сам княжич! — тепло поприветствовал он меня. — Ну вы и молодцы со своим «Племенем»! Не ожидал! Если из армии попрут, то к тебе попрошусь! Возьмёшь?

— Пройдёшь все тесты, сдашь нормативы на общих основаниях, и милости прошу!

— Боюсь, что нескоро подобное случится, — встрял в разговор Истома. — Искандеру ещё воевать и воевать.

— Да какая это война⁈ — возмутился тот. — Сколько времени яйца высиживал, не смея нормально пальнуть по врагу, а тут опять в тыл пихают. Вот зачем мне становиться комендантом Оплота-5, если скоро фронт далеко на запад уйдёт⁈

— Ты не прав, дружище! Ещё долго эти земли под прицелом будут. Нужен человек с твоими нервами, боевым опытом и умением ждать.

— Не трожь мои нервы! Нет их больше! Все здесь за последние полгода истрепал! Уйду! Рапорт подам, и к Ратибору! На общих основаниях! Витязем простым! У него парни хоть штаны не просиживают!

— Не обращай внимания, — повернулся Истома ко мне. — Искандер всегда был горяч, но отходчив. Сейчас поорёт, а потом рукава засучит и службу продолжит. Я его давно знаю.

— Что там за стенами? — задал я вопрос, на который очень хотелось получить ответ.

— Обстановка сложная, но контролируемая. Вражеские войска планомерно отходят, стараясь как можно быстрее соединиться с другими дивизиями, попавшими в наш «котёл». Выдавливаем их осторожно в нужный квадрат. Дальше… Извини, но это не для твоих ушей.

— Что у других Оплотов? Как понимаю, шляхтичи здесь прорывались, а саксонцы у Четвёрки?

— Да. К сожалению, быстро сообразили, что в ловушку попали, и умудрились вовремя отступить, бросив технику на минных полях. Хрен с этими саксонцами! Зато у нас их весь спектр осадных орудий! Одно по году строится! Повреждены, конечно, но восстановлению подлежат, так как уничтожались в спешке. Шёл бы ты, Рат, отдыхать. Это я в бункере селезнем отсиживался, а вся тяжесть войны на вас выпала.

— Не наговаривай на себя! — возразил я. — Без твоей точной координации, нас бы в штабеля уложили!

— Только этим и утешаюсь, — вздохнул комендант. — Посылать людей на смерть, самому прячась за бетонными стенами… Знаете, господа офицеры, стыдно признаться, но испытывал острое желание пустить себе пулю в лоб, когда видел на мониторах гибель товарищей.

— Да. Понимаю, — положил ему руку на плечо Искандер. — Сам чуть с ума не сошёл, пока Оплоты без моей поддержки несколько недель кровью умывались.

— Гранд-полковник Искандер! Гранд-майор Истома! — официально начал я, отдав честь. — Хочу принести вам благодарность от имени всех бойцов, выживших на передовой! Если бы не невидимая, но очень важная работа, если бы не ваши терпение и профессионализм, то сейчас в этом бункере стояли не мы, а вражеские офицеры! Будем помнить павших, но и вашу доблесть не забудем!

От себя и моих ребят добавлю следующее: окажетесь в Новгороде, обязательно заезжайте в «Племя». Стол накроем шикарный! А кому и когда умирать — это боги без нас решают… Главное, чтобы не стыдно было перед ними предстать, оглядываясь на прошлую жизнь.

— Спасибо! А и приедем! Накрывай стол! — с улыбкой прокомментировал моё заявление Истома. — Всё! Двигай спать! Я тут в курс дел этого бедолагу ввожу.

— Я с просьбой. Нужно срочно сообщить князю по правительственной связи, что боярышня Луганская хоть и тяжело ранена, но жива.

— Понял, — снова помрачнел он. — Иди.

После ночного забытья проснулся вполне себе огурцом. Весь, правда, разбитый, как рояль. И заживающие раны нещадно чешутся, но нет прошлого упадка сил. Вооружившись ножом, вскрыл последние четыре банки тушёнки из НЗ и слегка утолил голод. Потом надо будет в столовую сходить, а пока имеются другие важные места.

Снова оказался в лазарете, где волхв Жизни, которого видел вчера, успокоил, что и боярышня, и Виктория идут на поправку.

— Спасибо за добрые вести! — поблагодарил я его.

— Не за что. Уходи и не мешай.

— Извини, а ты что? Всю ночь дежурил и днём продолжаешь?

— Не я один. Потом отоспимся. Сейчас важно людей с того света вытащить. Там твои двое… Гнат и Эдмонд, кажется. Почти в норме, но никаких нагрузок ещё с неделю.

Забрав товарищей, мы устроили с ними смотр «Племени», а потом маленький военный совет.

— Двести четырнадцать человек из полнокровной тысячи… — грустно покачал головой Леду. — Как же мало нас осталось! Вождь, если ты решишь возрождать «Племя», то придётся начинать всё заново. Уверен, что не получится. Мы погубили слишком много людей, поверивших нам! Я боюсь возвращаться в Новгород, чтобы не видеть лиц вдов и матерей, потерявших своих сыновей! Проклянут… Прошу отставки с поста тысячника.

— Вот франком ты был, франком и остался! — горячо возразил ему Гнат. — Не теми аршинами Славянское Княжество меришь! Люди знали, на что своих близких отправляли. Родину защищать! Уверен, на место погибших придут новые. И женщины благословят своих сыновей на ратный подвиг, и отцы встанут рядом с сыновьями. Так испокон веков повелось!

— Может быть. У меня дома было то же самое, но… Сколько людей пришли в Княжество за лучшей долей, а в результате лишились жизней? Их семьи не поймут, не простят.

— Сложный вопрос ты задал, Эдмонд, — согласился я. — Выход только один. Считаю, что все семьи погибших должны быть рядом с «Племенем» и «Народным княжичем». Мы не сможем компенсировать утрату, но не должны оставлять их одних. Достойная пенсия, образование детям, вовлечение в общественную жизнь. Нужно всеми силами дать понять, что их близкие погибли не напрасно, а ради своих родных.

Твою же отставку я не приму. Всё равно вернёшься… Вспомни Моская Озёрского! Он тоже хотел отдалиться от войны, но в трудный час взял в руки оружие. Таких моментов будет ещё много, поэтому сегодня помучайся, а завтра опять становись командиром. Мне тоже очень хреново, и я тебя понимаю, как никто другой.

Дальнейший разговор прервал Истома, связавшийся по рации и пригласивший нас с Гнатом к себе.

— Итак! — начал он, когда мы расположились в его кабинете. — Новости из столицы. Операция «Котёл» успешно реализовывается, а за вами через три дня прибудет специальный транспорт. Эдмонд Леду с остатками «Племени» отправится в Новгород чуть позже. Служба закончилась, Ратибор. Благодарю от имени командования!

— А ты что будешь дальше делать? — поинтересовался я.

— С вами лечу. Князь и мне выделил местечко на борту. Иду на повышение, и погоны гранд-полковника дальразведки дожидаются в Кремле. Так что не прощаемся! И… Имей в виду, что теперь в Главном штабе у тебя есть хороший знакомый, который может чем-то помочь. Уверен, пригожусь!

Глава 10

Ровно в назначенный срок большой транспортный вертолёт приземлился в нескольких километрах от Оплота-5. Мы покинули базу на нескольких грузовиках, взяв с собою носилки со Златой и Викторией, а также связанную Марушу. Увидев Вику, сопровождающий транспорт офицер заартачился:

— Мне дали указание доставить в столицу определённых личностей! Эта остаётся здесь!

— «Эта» — моя жена! — тут же завёлся Адам, взяв его за грудки.

— И что? На тебя, витязь, тоже не было предписания. Вот и оставайся с ней!

Дело запахло жареным. Надо брать всё в свои руки.

— Слушай, гранд-лейтенант. Вижу, много о себе возомнил, — оттащив в сторону злого Адама, начал я внушать бюрократу в погонах. — Это мои телохранители, назначенные самим князем Борисом. Без них не полечу. Не положено.

— В таком случае, — поддержал меня Гнат, — я тоже остаюсь, так как и мне велено охранять княжича. Двигай без нас… Только не забудь в полёте жопу маслом хорошенько смазать. Уверен, что Борис воспользуется ею не так, как ты привык.

— Да, ненадёжный какой-то… — включился в разговор Истома. — Пожалуй, я тоже останусь. И витязь Гнат абсолютно прав про масло. Сейчас прикажу доставить пару вёдер, а то одного может не хватить.

— Но у меня чёткое распоряжение… — проблеял офицеришка. — Места все расписаны.

— Так соверши геройский подвиг, правильный ты наш! — предложил я ему. — Оставайся здесь! Освободи на борту местечко для боевых товарищей! Уверен, что на передовой тебе место найдётся. Вернёшься потом домой весь такой в медалях, и от девок отбоя не будет.

— Я… Я… Хорошо! Грузите всех! Полечу в грузовом отсеке!

Больше не обращая внимание на этого надутого слизняка, мы споро занесли носилки и дали отмашку пилоту на взлёт.

На столичном аэродроме нас встретили без оркестра. Злату и Викторию тут же погрузили в спецмашины и увезли в центральный госпиталь, Марушу, не развязывая, приняла парочка серьёзных волхвов. Нас тоже не оставили без транспорта, и вскоре я оказался в представительстве Рода Тулиных, где на меня тут же налетели Рада с заметно округлившейся Иляной.

Обнимашки, поцелуи! Я прижимаю их крепко к себе. Ещё не до конца осознаю, где нахожусь, но на душе тепло. Пусть матерями, как заведено в этом мире, жёны Бориса мне не стали, но боевыми верными подругами — однозначно.

— Где отец? — спрашиваю у них, когда первые эмоции улеглись.

— У себя в кабинете. Приказал явиться к нему, как только появишься, — ответила Рада.

— Какое у князя настроение?

— Задумчивое. Не наше это с Иляной дело, но держи нос по ветру. Муж что-то задумал… Что-то такое, что ему самому не очень нравится.

— Спасибо. Понял.

Старшая жена Бориса была права. Как только я переступил порог кабинета князя, он без приветствий сразу же указал мне на кресло около своего рабочего стола. Плохой признак. Даже руку не пожал.

— Ждёшь восторгов, Ратибор? — после минутной паузы начал он.

— Достаточно здрасьте простого. Какие новые проблемы наметились?

— Не новые, а старые. По шифрованной связи Гнат мне уже передал полную информацию о твоих похождениях. Поверь, искренне горжусь наследником Рода, но также понимаю, в какую новую авантюру ты вляпался. Не просто сам влез, но и Злату Луганскую за собой потащил. Да и сказочки твои, рассказанные Страннику, почему-то не такими сказочными кажутся. Такое «на коленке» не смастеришь… Или это не сказка, а твой настоящий план?

— Ты насчёт объединения Родов и о захвате власти? — спросил я. — Экспромт с притянутыми за уши объяснениями.

— Складный экспромт… Жизненный, я бы сказал. С учётом того, что есть поводы усомниться в твоей преданности: уже не раз перед фактом своих мутных делишек ставил, я решил, что нужно опять воспользоваться Кровавой Клятвой. Если ты был честен, то ничего тебе грозить не будет, а если…

И «если» этого тоже не будет, так как беру твои поступки полностью под свой контроль с помощью Клятвы. Отныне сам ничего решать не сможешь без моего согласия. Извини, но больше пускать дела на самотёк не намерен. Хватит, поиграли в свободу.

— Я готов, — спокойно отвечаю ему. — Что-то вроде этого предполагал ещё до отъезда на Неман.

— Да. С мозгами у тебя всё в порядке всегда было. Не удивлюсь, если и подстраховался на этот случай.

— Естественно. В «Народном княжиче» я теперь ничего не решающая фигура. Нахлебник без права голоса. Только знатным хлебалом и могу светить в интервью. Всё оформлено юридически и вступило в силу. Тебе во власть свою организацию отдавать не хочу, понимая, как ты будешь использовать её в своих интересах.

— В наших! В интересах Рода Тулиных!

— А вот тут облом! Я всё переписал на Злату, так что будешь договариваться с ней. Уверен, что боярин Славута на свою дочку поводок с Клятвой не накинул, поэтому готовься к неожиданностям.

— Вот дурак… — схватился Борис за голову. — Отдать всё в руки конкурентов! В руки девки безмозглой!

— Именно. Теперь с «Княжичем» меня ничего не связывает, и не смогу бросить на него тень своими поступками.

— Какими ещё поступками⁈

— Которые ты мне прикажешь совершать. Уж точно будешь использовать покорного наследника по полной программе, не считаясь с людьми не из Рода Тулиных. Я не для этого создавал «Княжич» и «Племя», чтобы ты их подставил. Для меня это живые люди, а не марионетки в политических играх.

— Раньше нужно было тебя приструнить. Моя оплошность. Ладно. Со Славутой и на Злату управу найдём, а ты… Ты нам в этом поможешь!

После этих слов Борис потерял на время интерес к моей персоне, сосредоточившись на обряде. Пустив себе немного крови и произнеся обращение к Тёмным и Светлым богам, внёс к Кровавую Клятву дополнительные приказы для своего наследника.

И если в прошлый раз ничего особого я не почувствовал, внутренне быв полностью согласен с внушаемым мне, то сегодня словно тысячи маленьких иголочек впились в мозг, вызывая сильную, пусть и кратковременную боль. Значит, несмотря на мою инертность к магическому воздействию, некоторые вещи всё же могут обходить Дар Морлов… Жаль!

— Сегодня отдыхай, а завтра вылетаем в Тулу на праздник, посвящённый твоему возвращению, — велел Борис.

— Есть! — вскочил я, живо откликнувшись на это предложение, но где-то далеко на периферии сознания слабо возмутившись, так как считал нужным не устраивать гулянки, а навестить раненых подруг и разобраться с Марушей.

Свои желания вслух не высказал, считая, что важнее отдыха и родового праздника ничего нет. Отцу виднее, и расстраивать его своими глупыми идеями не стоит.

— Ничего добавить не хочешь? — ехидно поинтересовался князь.

— Предлагаю после праздника в Туле заняться состоянием Маруши Подус, если это не противоречит твоим интересам.

— Смотри-ка! Работает! — довольно потёр ладони он. — С таким сыночком мне как-то спокойнее на душе. Не противоречит, Ратибор. Святомудр и Фатта — Мать ведуний с Даром Восприятия, уже изучают её. Как только представители Светлых и Тёмных богов вынесут свой вердикт, будем думать дальше. Всё. Отдыхай. Никаких выездов за пределы представительства и встреч. Через час семейный ужин.

Придя к себе, с удовольствием развалился на кровати и хотел уже было вздремнуть, как со мной по «Ведуну» связалась Дарья из «Новгородских сплетен».

— Ратибор! Дорогой! Мы все счастливы, что ты жив! Со Златой — это кошмар, конечно, но мы молимся всем богам, чтобы как можно быстрее поставили её на ноги!

— Спасибо, Дашенька! Сам счастлив, что всё закончилось.

— Рат! Срочно нужно сделать интервью о вашем героическом походе. Когда ждать в «Сплетнях»? Или опять в ресторан сводишь бедную, голодную девушку?

— Ни то ни другое. Пока не до интервью.

— Не поняла… Сейчас самое время по горячим следам! Можно поднять авторитет «Народного княжича» ещё больше!

— Теперь по нему все вопросы к Злате Луганской. Я сложил полномочия.

— Охренеть… Объяснения этому странному поступку могу услышать?

— Не можешь. Прости, но мне нужно отдохнуть. Скоро мероприятия намечаются и должен быть в отличной форме. Не хочу расстраивать отца. До свидания.

— Но…

Не дослушал и разорвал связь, заблокировав «Ведун».

Как же хорошо! Лежишь, кайфуешь, голова тяжёлыми думами не забита. И чего, дурень, раньше Главу Рода не слушался? Борис умнее и опытнее меня, так что верную стратегию на все случаи жизни выработает сам. Моё дело маленькое — подчиняться и чётко следовать инструкциям. Хватит! Уже понаделал ошибок, из-за которых куча народа пострадало.

Перелёт и празднование окончания моего похода в Туле прошли без приключений. Родичи тепло приветствовали героя войны: были подарки, тосты, а после несколько интервью, что организовала Рада.

От всего этого получил искреннее удовольствие, постепенно возвращаясь в мирную жизнь, но где-то в глубине души всё равно ворочался червячок неуспокоенности… Будто бы не сделал чего-то важного, будто не в Туле должен сейчас находиться, а в Новгороде. Но отцу виднее: Тула, значит, Тула!

На третий день гуляний Борис вызвал к себе.

— Отдохнули и хватит, — мягко сказал он. — Злата Луганская уже практически здорова, и скоро её должны выписать из больницы. Пора исправлять твои ошибки, Ратибор.

— Я готов!

— Теперь уже не сомневаюсь. План действий прост. Вечером отправляемся в столицу. Ты встречаешься с боярышней и делаешь всё, чтобы она аннулировала передачу ей «Народного княжича». Надави на дружеские отношения, подбери веские доводы, на которые Злата должна обязательно клюнуть, но не дай ей быть единоличной хозяйкой «Княжича» и «Племени».

— Понял. Только есть опасения, что боярин Славута не подпустит меня к своей дочери.

— Подпустит. Мы с ним имели несколько сложных разговоров. Луганский вначале артачился, не желая выпускать из лапок своего Рода такой шикарный инструмент влияния. Пришлось надавить, пригрозив отправить народное ополчение в очередное пекло.

К тому же рассказал о твоей Клятве Крови и намекнул, насколько может быть опасен для «Княжича» мой сын, знающий изнутри всю подноготную организации. Последнее его и добило. Тем более, ты поможешь Славуте привести в чувство его ошалевшую от свободы доченьку и уберечь Злату от необдуманных авантюр. Так что боярин не только подпустит тебя, но и сам к Злате подтолкнёт: ему нужна предсказуемая наследница.

— Ты рассказал ему о Клятве Крови?

— С маленькими ремарочками, позволяющими скрыть наличие двойника в Роду Тулиных. А что? Есть возражения? — хитро прищурился князь.

— Нет. Глава Рода не должен отчитываться за свои действия. Мне просто важно знать, какую легенду ты придумал, чтобы не попасть впросак, если начнутся лишние вопросы со стороны Славуты или его дочери.

— Не начнутся. Для Златы это останется тайной, чтобы не сломать нашу игру. Боярину же отвечай, что не имеешь права выдавать подробности. Учитывая Клятву Крови, это будет вполне логичный ответ. Глава Рода запретил, и всё тут! Ещё один вопрос… Что у тебя было с боярышней? Спрашиваю не о деловых отношениях, а о личных. Как далеко они зашли?

— Между нами возникли искренние чувства. Пытались с ними бороться, но не смогли. И пусть интимной близости не случилось: всё ограничилось поцелуями с душевными разговорами, только в любой момент можем сорваться и понаделать глупостей, которые осложнят ситуацию в обоих Родах, — честно признался я, внутренне морщась, что рассказываю это Борису.

— Так мы и думали со Славутой. Совсем заигрались детишки. Значит, так! Черту дозволенного переходить запрещаю, но эту вашу любовь пока не сворачивай. Очень хороший инструмент контроля боярышни. Бросишь её, когда мы посчитаем целесообразным.

— Извини, отец, только не уверен, что это получится. Клятва Крови не затрагивает мои чувства к Злате. Даже если и брошу её, то любить не перестану.

— Странно… Я этот пункт тоже внёс в Клятву. Плохо, конечно, что не всё ей подвластно, но в принципе, будет достаточно одного — того, что ты разойдёшься со Златой в разные стороны.

— Есть опасность, что когда с ней станем Главами Родов, то опять сможем воссоединиться, так как с твоей смертью Кровавая Клятва утратит силу.

— Я на покой не собираюсь в ближайшие пару десятков лет, поэтому волноваться особо нет смысла. За такой длительный срок ваши любовные терзания превратятся в пыль.

— А если нет?

— Я могу повлиять на события здесь и сейчас, но не после смерти. Уже сами будете разгребать эту проблему, ощутив на своих плечах всю тяжесть правления Родами. Есть ещё какие-то вопросы или предложения?

— Да, отец. Меня тревожит состояние Маруши и эта секта Неназываемого. Обе проблемы связаны между собой.

— Верно мыслишь, Рат. Сдаётся мне, что опасность от нового религиозного течения будет пострашнее, чем от враждебных государств. Эта проблема не Славянского Княжества, а всего мира. Над Марушей работает уже целая команда Великих Волхвов… Кстати, пока ещё официально не объявлено, но Святомудр вошёл в их круг. Высоко поднялся, братишка! Поздравь при встрече: ему будет приятно.

— Обязательно, — кивнул я. — Так, что там они нарыли?

— Ничего. Совсем ничего, кроме того, что на Маруше стоят какие-то непонятные блоки, не принадлежащие ни Светлым, ни Тёмным богам. Это внушает серьёзные опасения, что появился некий почти божественный игрок, и мы о нём ничего не знаем.

— А с нашими богами никак Великим Волхвам связаться нельзя, чтобы прояснить ситуацию?

— Связывались. Были очень невежливо посланы.

— Хм… Морана мне тоже ничего не ответила, хотя и знает что-то. У меня есть своя связь с Марушей. Может, стоит её использовать?

— Оставим подобное на крайний случай. Рисковать наследником больше не хочу. Ещё не хватает, чтобы и ты в тупое полено превратился.

— По мне, чем дольше затягиваем это, тем больше вероятность огромных неприятностей.

— Знаем. Уже стали потихонечку наводить дипломатические мосты со всеми, даже враждебными государствами. Эту беду придётся устранять сообща, временно отложив разборки. Но ты пока не суйся! Приказ!

— Слушаюсь, Глава Рода! Но считаю целесообразным иметь всю информацию по делу Неназываемого. Она поможет мне, если снова нарисуется Странник или кто-то другой из сектантов. В покое не оставят, однозначно.

— Будешь получать ежедневные отчёты. Твою охрану мы усиливаем, и без её разрешения не покидать новгородское представительство…

— Зря, — перебиваю отца. — Нам крайне важен выход агентов Неназываемого на княжича. Зачем усложнять им работу серьёзной стеной из телохранителей? Тем более, на данном этапе я им интересен живой.

Кроме того, я должен иметь частый доступ к Маруше. Обязательно через её сознание объявится Странник. Просто так в мои апартаменты ведунью не заселить, поэтому включите меня в группу, занимающуюся её изучением. Без каких-либо обязанностей, на уровне «принеси-подай». Достаточно лишь присутствия у тела.

— Приятно видеть, что голова не перестала работать! — улыбнулся Борис. — Предложение принимается. Дальнейшие разговоры отложим на потом, а сейчас иди готовься к отлёту.

По прибытии в Новгород сразу же направился в «Народный княжич», где был радостно встречен Тихоном и Расулом. Тут же устроили маленький пир, на котором я им поведал о наших похождениях на берегах Немана. Естественно, с большими вырезанными фрагментами, не предназначенных к разглашению, но и услышанного мужикам хватило.

— Вот ведь… — тяжко вздохнул Тихон. — Проводили добрых молодцев на убой…

— Не на убой, а на защиту Родины! — поправил я его. — Хотя от этого, признаюсь, не легче. Утонут в слезах вдов и матерей окраины…

— Уже начали, Рат, — пояснил хмурый Расул. — Похоронные извещения приходить стали. Почтальоны со службы бегут, не выдержав волны человеческого горя, которое разносят по домам. И это всего два дня… Что дальше-то будет?

— Поплачем о погибших и снова начнём возрождать «Племя». Через неделю Эдмонд Леду с остатками бойцов прибыть должен. Распустим их по домам, чтобы отдохнули и от себя поведали о той ужасной войне. Их слова для народа сейчас важнее командирских высокопарных фраз.

И семьи погибших в беде ни в коем случае не бросать! Не давать зацикливаться в себе! Уже сейчас нужно начинать помогать им. Где надо волхвов с Дарами Жизни и Восприятия подключать. У нас денежный резерв есть? Не потратили?

— Есть, — ответил Тихон. — На «чёрный день» приберёг несколько миллионов, не пуская их в оборот.

— Отлично! Выделяем на помощь семьям погибшим. Составь бумаги. Ознакомлюсь и подпишу чеки.

— Извини, Ратибор, — развёл руки Расул. — Так ты же сам всё отдал Злате. Твоя подпись теперь незаконная вроде… Или я чего-то не понимаю?

— Блин! Так оно и есть. Но бумаги составьте. Боярышня завтра с утреца должна выписаться. Сразу её ждать не стоит: Род Луганских не отпустит, но через пару дней обязательно будет доступна. Думаю, этого времени достаточно, чтобы проработать всё до мелочей.

— Скажи, княжич, — с укором посмотрел на меня Тихон. — Я всё никак понять не могу, зачем ты от нас отгородился, поставив Луганскую хозяйкой? Странная схема.

— На случай если погибну, — соврал я.

— Так и она могла. Что-то смысла не вижу.

— На этот случай всё было тоже предусмотрено. И «Народный княжич», и «Племя» перешли бы в ваши руки.

— А если бы погибла только Злата, а ты остался жив? — не унимался бывший глава Крыс. — Опять не у дел оказываешься при таком раскладе. Не понимаю…

— Да и фиг с этим! — хлопнул я его по плечу, прерывая неудобные вопросы. — Все ж живы! Мы потом с боярышней отыграем всё назад и заживём, как прежде! Наливай ещё по чарочке! Выпьем за удачу!

Вернувшись за полночь в представительство Тулиных, стоя под душем, начал анализировать сегодняшнее посещение офиса «Княжича». Да… В капитальную ловушку, отрёкшись от всего, загнал себя. Нет больше моей власти! Несколько раз ненавязчиво пытался влезть в оперативную текучку, но ни Тихон, ни Расул не повелись на мои уловки, чётко соблюдая внутренние инструкции по безопасности. С одной стороны стоит их похвалить за такое, но мне-то от этого не легче.

Значит, остаётся один выход — боярышня. Противно, конечно, окучивать Злату, пользуясь нашими отношениями, только без этого приказ отца выполнить не смогу. Воля Главы Рода — превыше всего… Чёрт бы её побрал вместе с Борисом!

Глава 11

Утро не задалось с самого начала. Летняя солнечная теплынь буквально за сутки нахмурилась и окатила Новгород холодным дождём с градом. Никогда не любил такие резкие перепады погоды. Облачаться в осенние вещи, отложив в сторону лёгкие ботиночки и рубашки с коротким рукавом — это выбешивает хуже прокисшего молока добавленного в чашку кофе. Благо, я теперь человек обеспеченный по самое горло, и имею возможность пить молочко даже не сегодняшнего, а чуть ли не завтрашнего надоя. Но всё равно выбешивает.

Потом припёрлась Иляна по поручению Бориса и стала мне втирать про какие-то графики, связанные с мероприятиями Рода, на которых я должен обязательно присутствовать. Вот на хрена мне это? Так у неё и спросил.

Характер младшей жены отца всегда был мягким и достаточно покладистым. Только наступает её время родить, поэтому в Иляну словно чёрт вселился: слова поперёк не скажи, сразу бзики начинаются. Этот раз был не исключением. Иляна тут же набросилась на меня с какими-то левыми обвинениями, а потом, пустив слезу, выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью.

Думал, что на этом успокоится, но она, оказывается, побежала жаловаться Борису, который с неё сейчас пылинки сдувает. Пришлось уже перед отцом стоять чуть ли не по стойке смирно, выслушивая его гневно-нравоучительную речь, как подобает вести себя наследнику с пусть и не родной, но матерью.

После него заявилась Рада. Та, в отличие от отца, не орала, а стала читать нудную лекцию о женской психике во время беременности, и как негативные эмоции будущей мамы могут повлиять на плод.

Памятуя о недавней выволочке от Бориса, вежливо выслушал, борясь с искушением послать всех в жопу и слинять из представительства.

Но уйти просто так нельзя: приказ Главы Рода не покидать обитель Тулиных без его дозволения. Если князь требует послушания, значит, неспроста. И негоже своевольничать, чтобы не подставить его, оказавшись в ответственный момент далеко от дома.

Как же все достали! Всего четвёртый день в столице, а уже хоть волком вой от скуки и раздражения. И ведь это только начало. Раньше жил хоть и неправильно, творя разные глупости и заставляя нервничать семью, но зато весело. Может, всё-таки наплевать на всё и дёрнуть в кабак, разбавив непогоду в душе и на улице крепким пойлом? Нет! Нельзя! Велено быть тут!

Но больше всего било по нервам то, что Злата, проведя несколько дней после госпиталя в родовой Луге, сегодня прибыла в столицу и должна явиться в офис «Народного княжича». Мне тоже придётся ехать туда: так сказал отец. Я не понимаю, как смогу смотреть ей в глаза, и не знаю, о чём говорить, пытаясь выцыганить обратно бумаги на владение «Княжичем» и «Племенем». Паскудство сплошное! Ещё и дождь этот мерзкий за окном…

Но как бы я ни ныл, жалея себя, только дело делать всё равно нужно. Перво-наперво необходимо определиться со стратегией поведения с боярышней в будущем непростом разговоре. Пожалуй, стоит действовать с лёгким опережением. Вначале заявлюсь к ней в гости, поболтаем один на один, вспомним боевые денёчки, снова сближаясь, а уж потом вместе поедем в офис…

Да! Это оптимальный вариант! Нужно, чтобы обработанная боярышня не отстранила меня от участия в делах «Княжича». Со временем поняв, что без меня ей не справиться, согласится отдать бразды правления обратно.

Тут же связался с Борисом, который одобрил мои мысли и дал разрешение на выезд из представительства.

— Привет! — позвонил Злате по «Ведуну». — Поздравляю с первым рабочим днём!

— Привет, — отозвалась она. — Ты куда пропал? Звонила несколько раз, но абонент недоступен. Думала, что уже случилось чего.

Не стал ей говорить правду о том, что князь сам поставил фильтры, ограничив звонки и приём вызовов до разрешённых им самим, поэтому соврал:

— Да тут из лап Рода никак не выбраться. То одно, то другое. Иногда забываю включить «Ведун» после мероприятий. Замотался совсем!

— Понимаю. Сама уже полуживая от застолий и приёмов.

— Это ты — боярышня, а, прикинь, каково целому княжичу приходится! Слушай, хочу увидеться живьём. Давай к тебе на чашечку чая сейчас заеду, а потом вместе в офис рванём?

— Не возражаю.

— Полчаса — и я у твоих ног! Отбой!

Купив огромный букет ярко-оранжевых роз и принарядившись, в чётко оговорённое время позвонил в дверь Златы. Она уже была готова к выходу, облачившись в стильный деловой костюм. Внимательно присмотрелся к девушке. Лицо похудевшее бледное: даже макияж полностью скрыть этого не может. Сильно её тогда на Немане зацепило, раз до сих пор не оклемалась. И очень грустные глаза, несмотря на улыбку. Хочется развеселить, но ни одной шутки на ум не приходит, да и не к месту они будут сейчас.

— Это тебе! — протянул ей букет. — Пусть будет хоть одно яркое пятно среди всей этой серой погоды.

— Красивые… Благодарю. Заходи. Хоть и на чай напросился, но знаю, что кофе больше любишь.

Мы прошли на кухню и расположились за столом, отчего-то чувствуя лёгкую неловкость и не спеша заводить разговор.

— Ты как, Злат? — первым начал я. — Переживал за тебя сильно.

— Всё обошлось. Спасибо Виктории. Если бы тогда в бою не прикрыла собственным телом, то не разговаривали сейчас с тобой. Правда, потом всё равно располосовали…

— Да. Досталось всем изрядно. Вика тоже на поправку идёт. Адам практически поселился в больнице, поставив койку рядом с ней и превратившись в сиделку. Кто бы мог подумать! Оба резкие, ершистые, а тут такие чувства!

— Повезло им… А я ведь тоже тебя ждала. Надеялась, что навестишь.

— Хотел, но, как и говорил, Род в оборот взял по полной программе. Потом «Княжич»… В такой сложный момент нельзя пускать дела на самотёк.

— Они справляются, Рат. Мне Тихон каждый день доклады слал, как в сознание пришла.

— Бесспорно, команда у нас знатная подобралась. Только хвалить и остаётся! Но есть вещи, которые они сами решить не могут. Кажется, я совершил ошибку, что принял решение выйти из «Народного княжича». Предпосылки для этого были серьёзные, но, слава богам, они не оправдались. Надо нам с тобой опять плечом к плечу становиться, чтобы подстраховывать друг друга. Сейчас недельку войдём в ритм, а потом зачислишь меня снова в штат. Отыграем всё назад, раз опасность миновала.

— Да. Одной мне будет тяжело. Ты верно говоришь, что в ритм войти надо. Торопиться не будем, оставим юридические вопросы на потом. За этим приехал или что-то ещё?

— Нет, просто соскучился.

— Спасибо. Я тоже. Но ещё успеем надоесть друг дружке, да и дела не ждут. Пора в офис.

Приехав в «Народный княжич», увидел, что повторилась та же ситуация, как и в моё первое появление: объятия, обмен новостями, маленькое, правда, безалкогольное застолье. Явившая чуть позже Дарья удивила, расщедрившись на огромный торт шириной в полстола и внушительной высоты. Так что хватило не только нам, но и по кусочку всему персоналу, находящемуся на работе.

Да… Меня так не встречали, хотя, признаться, нагрянул тогда без предупреждения и никого не звал, в отличие от Златы.

Постепенно досужие разговоры стали сворачивать в деловое русло.

— Рат, — неожиданно сказала боярышня, повернувшись ко мне. — Ты сам составлял протокол безопасности, поэтому извини, но дальнейшее пока не для твоих ушей. Снова станешь полноправным членом организации, тогда ввёдем в курс всех событий.

— Да брось эти формальности! — отмахнулся я. — Свои же люди! Неделей раньше, неделей позже… Какая разница?

— В принципе, прав. Сегодня всё равно за праздничным столом сидим, а не бумажки подписываем.

Несмотря на благодушный вид боярышни, почувствовал сразу неладное, так как все быстро изменили тему разговора, начав «обсасывать» второстепенные вещи. В какой-то момент, поняв, что лишний на этом празднике жизни, откланялся и отбыл в представительство Тулиных под выдуманным предлогом важных дел.

После прибытия домой сразу направился с докладом к отцу.

— Ну, чем порадуешь? — спросил Борис.

— Первичный контакт со Златой наладил. Слегка напряжена она. Явно обиделась, что не навестил в больнице. А я говорил, что посещение обязательно! Теперь лишние трудности!

— Это было пожелание боярина Славуты. Чем он руководствовался? Можешь у него потом сам разузнать, а мне ссориться с ним не с руки. Как дела с основным вопросом?

— Злата не ответила решительным отказом на предложение снова вместе руководить «Княжичем».

— Но всегда есть какое-то «но», когда ты говоришь новости таким тоном.

— Есть. Отложила до лучших времён. Я мягко намекнул, что желательно через неделю меня признать компаньоном, только она стала отвечать обтекаемо по срокам. Пока что доступ в систему для меня закрыт: убедился на сегодняшнем застолье. Потом ещё раз попробую подкатить, но лишний раз в «Княжиче» без повода лучше не появляться, так как подобное вызывает у сотрудников неловкость.

— Один повод скоро будет, Ратибор. Послезавтра всё ваше «Племя» возвращается с фронта. Уж встретить боевых товарищей ты имеешь полное право.

— Хорошая новость!

— Понимаю твою радость, только и о деле не забывай. Этот франк Эдмонд Леду всем тебе обязан. Перетяни его на свою сторону, чтобы ускорить вступление в права «Княжичем».

— Понял. Исполню, Глава.

— Да не надо так официально, Рат, — вздохнул Борис. — Садись, просто поговорим.

— О чём? Ещё какие-то задания?

— Я же сказал: просто поговорим. Душа у меня не на месте, после Кровавой Клятвы. Вроде всё сделал правильно, но внутри такое паскудство, что и словами не передать. Извини. Это всё для дела. Не могу я рисковать и дёргаться, ожидая очередной твоей выходки. Славута тоже косо на меня смотреть начал из-за дочери… Через неделю начнётся предвыборная кампания, и подобное мне ни к чему. Как сам себя чувствуешь?

— Хорошо. Правда… — замялся я. — Постоянное ощущение половинчатости. Раньше смотрел на мир с разных сторон, а теперь он сильно сузился до твоего взгляда на него. Словно из тоннеля на солнечный мир любуюсь, сам находясь среди каменных стен. Нет азарта. Нет желания. Всё бесит, раздражает. Мне скучно, отец.

— Так, займись делами. Я их тебе могу много накидать, чтобы не унывал.

— Исполню, конечно, любое поручение, только внутреннего удовольствия подобное не приносит. Это как на опостылевшую работу с утра плестись ради того, чтобы не умереть с голоду… Но ты плохого не подумай! Я не филоню и честно выполняю свой долг во славу Рода!

— Не переживай. Верю. Ещё раз извини, что загнал в эту ловушку. Обещаю, что как только разгребёмся со всеми серьёзными проблемами, то сниму с тебя Клятву Крови. Насовсем! Не хочу, чтобы оставалось хоть малейшее искушение использовать её повторно.

— Извини, отец, но я тебе не верю. После одних проблем придут другие. Они никогда не заканчиваются. Тем более у князя. Замкнутый круг.

— Даю слово! Потерпи месяц до окончания выборов! Иляна вот-вот родить должна, и хочу, чтобы ты увидел брата полностью свободным человеком!

— Спасибо. Потерплю, если ты видишь в этом необходимость. Постараюсь за это время прибрать «Княжич» к рукам.

— Вот за это тебя и ценю — за целеустремлённость. Ладно, — закончил он разговор, — у меня ещё много дел, а ты отдохни чуток. Может, по ночным клубам прошвырнёшься? Немного скуку развеешь!

— Нет. Там музыка по ушам бьёт, как взрывы на войне, а хочется тишины.

— Твой выбор, но считай, что разрешение я дал.

* * *

Как только Ратибор ушёл, в кабинете князя отворилась потайная дверь и из-за неё появился волхв Святомудр.

— Ну что, Свят? Всё слышал? — мрачно поинтересовался Борис.

— Не только слышал, но и прочувствовал. Но меня сейчас больше интересуют твои ощущения.

— Глупость я сделал, братишка. Очень большую глупость! Прав ты был во всём отговаривая! Захотел заиметь послушного наследника, но как-то не так себе это в голове представлял. Спаянная команда, которая действует, чувствует и понимает друг друга. Две личности, идущие одной дорогой! В результате надсмотрщик и безвольный заключённый.

Раньше получал удовольствие от противостояния с сыном, а теперь он словно пресная рыба. Ватный какой-то, неинтересный. Оказывается, я ценил в Ратиборе не покорность, а внутренний стержень, который сам же и вынул. И из себя тоже… Веришь, хотел немедленно отменить Клятву Крови, но скоро выборы. Пойди я на такое сейчас…

— …то показал бы свою зависимость от двойника, — с лёгким ехидством в голосе закончил фразу Святомудр.

— Я его ощущаю собственным сыном, но в целом ты прав. А вдруг на радостях вразнос пойдёт, ошалев от воли и безнаказанности?

— Вряд ли. Это не прошлый Ратибор, который подчинялся лишь собственным хотелкам. И вот что ещё тебе скажу. Стержень ты вынуть из парня не смог. Я чувствую, что он словно больной хищник, зализывающий раны. В какой-то момент выздоровеет, встанет на ноги, и вот тогда готовься. Не уверен, что простит тебе то, что ты сделал с ним. Заслужить доверие непросто, а вот потерять его легче лёгкого.

— Сам понимаю, что всё это бесследно не пройдёт, Свят. Нажил себе врага там, где мог бы обрести соратника и друга… Сына… Как выпутываться-то? Может, реально позвать обратно и отменить клятву?

— Знаешь… — задумчиво погладил бородку волхв. — А не надо! Пущай, походит пока так! Посмотрим, как справится с ситуацией, которой не владеет. Тем более что он сам признался, что предполагал нечто подобное. Сильно своими желаниями не нагружай — пусть поварится в собственном соку.

— А потом что? Плевок в морду от Ратибора, когда у него «откат» начнётся?

— Возможно и такое. В любом случае тебе придётся выстраивать с ним отношения заново. Сейчас дам совет, после которого ты захочешь меня придушить.

— Ну? — напрягся Борис.

— Одобри их отношения со Златой Луганской.

— Ты очумел⁈ — вскочил князь. — Башкой хоть немного соображай! Ещё Великий Волхв называется!

— Я ж говорил, что взбесишься, — спокойно прокомментировал Святомудр вспышку гнева. — Но потом на холодную голову подумай. Ты забрал у Ратибора многое, поэтому и вернуть должен с процентами. Откупиться деньгами не получится. Уверен, что он эмоционально начнёт дистанцироваться от Рода. Тебе нужен такой будущий Глава Тулиных?

— Не нужен, но их союз со Златой… Хуже не придумаешь!

— Я не говорю про брак и слияние Родов. Это невозможно по определению. Просто дай парню немного собственной жизни без поводка на шее. Знаю, что так не принято среди бояр, но Рат, не забывай, из другого мира. Тебе править ещё долго. За это время Ратибор со Златой сами разберутся, найдя выход из сложного положения. Они далеко не глупцы, чтобы подставлять собственные семьи.

— Допустим, я согласился, — слегка успокоившись, стал размышлять Борис. — Но есть ещё и Славута Луганский. Он за такое попустительство мне глотку перегрызёт.

— А я не говорил, что всё будет легко. Не получится походя скинуть шубу с княжеского плеча и сразу осчастливить всех. Найди точки соприкосновения с Луганским, чтобы вам обоим было выгодно иметь под боком влюблённых наследничков, верных Родам и понимающих всю ответственность.

— Да… Озадачил ты, Свят. Буду думать крепко. Теперь и не знаю, правильно ли поступил, пригласив тебя подслушать разговор с сыном.

— Правильно! Очень даже правильно! Я ж не один припёрся, а со своей новой настоечкой! Давненько что-то Великий Князь и Великий Волхв по-братски не сидели! — рассмеялся Святомудр.

— Хоть одна хорошая новость. Наливай, кудесник. Положительные эмоции в этом дерьмовом мире не повредят.

* * *

Придя к себе, плюхнулся в кресло, вспоминая разговор с Борисом. Вроде радоваться должен, что Клятву аннулирует, но на самом деле пофиг на всё. Суетишься, скачешь, как вошь по собаке, только итог один: кто-то более сильный тебя поймает и раздавит.

Жизнь абсолютно бессмысленна по своей сути и основана лишь на ответственности перед другими, такими же замороченными бедолагами, а не на собственных желаниях.

Эх! Плюнуть бы на эту хрень с Родами, «Народными княжичами», войнами и богами! Взять Злату в охапку и уехать на тёплые моря! Только мы вдвоём! Слушать шум волн, пить коктейли и заниматься любовью. Красота!

Жаль, что этого никогда не будет. Объединение двух сильных Родов приведёт к катастрофе в Славянском Княжестве, да и по боярскому закону нельзя объединяться двум прямым наследникам Родов в семью. Может, дождаться совершеннолетия будущего сына Иляны и отречься? Ага! Через двадцать лет! Крутая перспективка!

Нет. Груз семьи Тулиных тащить мне до самой смерти, поэтому стоит собрать волю в кулак и начинать полноценно работать. Сегодняшняя встреча в «Народном княжиче» показала, что размяк за последнее время. Раньше мог увлечь народ, а теперь сижу в последнем ряду с попкорном, наблюдая, как другие лицедействуют на экране.

К чёрту всё! Хочется нажраться!

Недолго думая, подошёл к бару, не глядя, схватил первую попавшуюся бутылку. Сорвал пробку и выпил половину прямо из горлышка. Жидкость обожгла, пробирая до самого нутра. Кажется, это водка. Правильный напиток сейчас! Немного отдышавшись, допил до дна и, не раздеваясь, рухнул на кровать. В тяжёлом, пьяном сне мне привиделась Морана.

— Слабак! — скривившись, презрительно выплюнула богиня.

— А ты лучше? — раздражённо отвечаю ей. — Легко быть бездушной тварью. Попробуй вначале сама обрести хоть какие-то чувства. Справишься с ними, вот тогда и осуждай!

— Не дерзи, пьянь! Это дозволено лишь сильным! А то, через что прошла я, тебе даже не снилось, личинка! Но я справилась, а ты соплями по стенке размазался!

— Это мои сопли и моя стена! Так что вали в свою мерзкую Навь и не мешай человеку отдыхать.

— Ты ещё и не работал как следует, чтобы прохлаждаться. Маруша в плену у Неназываемого, но кому какое дело? Лучше пьянствовать и жалеть себя.

— Я не могу ничего сделать из-за этой проклятой Клятвы Крови, к которой и вы, божки, приложили руку.

— У каждого своё испытание. Это — твоё.

— И как мне его пройти?

— Хочешь на готовенькое? Так не бывает. Думай.

— Чем и занимался до твоего появления. Ты права, я сейчас слаб, а слабый человек надеется не на силу, а на мозги, ища лазейки в заборе, который не может разнести в щепки.

— Странная тактика, но… — задумалась на секунду богиня . — Кажется, тебе она подходит. Надеюсь, с тобой не всё так безнадёжно, как смотрится со стороны. До встречи, Ратибор.

— Век бы тебя не видеть!

— Ну-ну! Не зарекайся. С богиней Смерти ещё не разминулся ни один долгожитель.

Проснувшись с дикой головной болью, быстро убрал похмелье. На что намекала Морана? То, что это всего лишь сон, не верилось. Значит, я имел сомнительное удовольствие опять поскандалить с богиней.

А ведь в чём-то она права. Пусть я и потерял свободу воли, но частично. Кто мешает мне использовать оставшуюся часть? Только собственные сомнения! Я не могу ослушаться Бориса, но в состоянии подвести его к такому приказу, который будет выгоден мне. Нужен план… С чего начать? С Маруши, конечно! Завтра встречу ребят из «Племени», а потом… Ещё потрепыхаемся!

Глава 12

Возвращение «Племени» далось мне очень тяжело в моральном плане. Я помню, как из лагеря отправлялись стройные колонны бойцов, уверенных в собственных силах и победе. Сейчас же в ворота входила пусть и организованная, но такая малочисленная группа моих боевых товарищей, что хоть волком вой. Сколько жизней, сколько судеб и надежд навсегда прервались у Оплота-5…

Встречающая толпа молчала. Женщины с тревожной надеждой выискивали среди солдат родные лица. Даже те, кто уже получил похоронки. То тут, то там раздавался тихий то ли плач, то ли вой, вонзавшийся ножом сердце. Те же, кто распознал своих, не выказывали громкой радости, ощущая себя практически на похоронах и не смея веселиться посреди общего горя.

Колонна зашла на плац и остановилась напротив меня и Златы. Эдмонд Леду строевым шагом подошёл и чётко доложил.

— Вождь! Личный состав подразделения прибыл в место дислокации!

— Вольно! — скомандовал я и, повернувшись к боярышне, тихо произнёс. — Теперь это твоя армия. Скажи что-нибудь.

— Нет…. — сдавленно произнесла она, проглотив ком в горле. — Не могу. Рат, я…

— Понимаю. Братья! Как же мало нас осталось. Даже те, кто сейчас в строю, окропили своей кровью берега Немана. Тяжёлое испытание выпало нам, но никто не дрогнул! Никто не струсил и не бежал, прикрываясь от пуль чужими спинами! Я горжусь, что сражался с вами плечом к плечу и…

Да много чего можно сказать. Вы сами всё понимаете. По хорошему счёту — это чудо, что хоть кто-то уцелел. Спасибо вам, что смогли вернуться домой. Мы никогда не забудем павших друзей. Пока живы, будем нести в сердце скорбь и благодарность, помня всех поимённо.

И ещё… Я, как ваш бывший командир, отдаю последний приказ. Подумайте, нужна ли вам такая жизнь, полная опасностей. «Племя» практически перестало существовать за несколько недель, поэтому тех, кто не вернётся после недельного отпуска в его расположение, пойму. И заранее с уважением принимаю любое ваше решение. Дезертирами или трусами назвать вас ни у кого не повернётся язык, после того, что вы с честью пережили.

«Народный княжич» обязательно поможет с трудоустройством. Жалования на время вашей вынужденной безработицы остаются прежними. Тех же, кто ещё доверяет мне и Злате Луганской, ждём в «Племени». Нам его придётся создавать практически с нуля, и без помощи ветеранов будет туго. Добро пожаловать в родной город, братья! Мирного всем неба над головой! Теперь всё! Разойдись по домам!

— Не всё! — собравшись силами, внезапно сказала Злата.

После этого молча подошла к толпе встречающих и встала на колени, низко опустив голову.

— Сёстры… Родные мои… Велика утрата. Поверьте, никто не знал, что такое случится. Жизни не вернуть, но хочу поблагодарить вас всех за то, что воспитали героев. Мы никого не бросим и постараемся сделать всё, чтобы вы ни в чём не нуждались.

Понимаю, что это слабое утешение для вашего горя, но большего я ничего сделать не могу. Помолимся богам за погибших. Попросим их с почестями принять в своих чертогах близких людей. Уверена, они нас услышат сегодня. Обязаны услышать!

Неожиданно Злата запела поминальную песнь, воздев руки к небу. Её пронзительный, полный боли голос пробирал до мурашек. Я сам не заметил, как опустился на колени и стал петь.

Не я один… Все: и гражданские, и ратники последовали примеру Златы. Мы вкладывали в строки поминальной песни всю боль, что скопилась в сердцах, все свои надежды и чаяния, которые никогда не осуществятся. Мы не просто просили богов, мы рассказывали им про наше горе.

И, казалось, что боги услышали нас. Небо расплакалось проливным дождём, смешивая его капли с нашими слезами и принося покой в души. Я знаю, что высшие силы есть. Сам встречался с Хозяйкой Зимы. Только это не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас.

Полное единение с этим миром, людьми и богами, что простёрли свои руки над нашими головами. Этого не передать никакими словами! Мы вместе! Здесь и навсегда! Славянин ты, франк или курдит — неважно! Теперь в наших жилах одна кровь!

Песнь закончилась, а мы продолжали стоять на коленях, потихонечку приходя в себя. Постепенно люди стали расходиться. Вскоре на плацу остались лишь я, Злата и Эдмонд Леду со своей семьёй.

— Вождь, я не понимаю, почему ты теперь бывший командир, — заговорил он первым.

— Все расспросы потом, дружище! — хлопнул я его по плечу. — Сегодня ты принадлежишь родным, а не «Племени». Отдыхай!

После этого, обняв промокшую насквозь, дрожащую то ли от холода, то ли от нервного перевозбуждения Злату, пошёл в сторону своей машины.

Уже в автомобиле тихую до этого девушку прорвало. Она резко согнулась и стала рыдать, молотя кулаками по кожаной обивке сидений.

— Тихо, родная. Тихо… — пытаюсь успокоить её. — Всё будет хорошо…

— Хорошо⁈ — истерично взвизгнула она, зло посмотрев на меня. — Кому будет хорошо⁈ Мёртвым или осиротевшим семьям⁈ Кому, я спрашиваю⁈ Зачем всё это было нужно⁈ Из-за своих амбиций мы погубили столько народу! Ненавижу! Тебя ненавижу! Себя ненавижу! Будь проклят тот день, когда мы встретились!

Звонкая оплеуха, которую я отвесил ей, немного привела боярышню в чувство.

— Ты права! Погибло много людей! А сколько бы ещё погибло наших бойцов по всему Княжеству, если бы не «Племя»? Но они живы! И да! Амбиции у нас есть! И поступки совершаем вот такие вот! Но ты забыла, что когда-нибудь станешь Главой Рода! Придётся принимать решения ещё покруче этих! Привыкай! Это наша судьба, и изменить её ты можешь одним способом: отречься, взвалив тяжёлую ношу на чужие плечи! Войны никуда не денутся! Смерти будут всегда! Их не избежать, но нужно учиться делать так, чтобы они были не напрасны! Нужно учиться минимизировать потери!

— Да… — тихо произнесла Злата, окончательно успокоившись от моего крика. — Я знаю… Просто всё так долго копила в душе, вот и не выдержала…

— Иди сюда, — обнял я её. — Не кори себя. Мне самому ненамного лучше. Но ты теперь наш командир и вождь. Поплачь у меня на плече тайком от всех, но на людях не раскисай. Ты должна внушать уверенность всем своим видом.

— Спасибо, Рат… — крепко прижалась девушка. — Ты сейчас такой же, как был раньше. Мне с тобой тепло и уютно. Давай поедем к тебе? Очень плохо одной.

— Не самая лучшая затея. Через час у вас запланировано интервью у Даши, а потом тебе стоит навестить офис «Княжича». Сейчас обстановка на окраинах непредсказуемая. Не дай боги, какая-нибудь вспышка народного гнева произойдёт, и с ней придётся разбираться оперативно, успокаивать толпу. Не дружинников же с дубинками натравливать? Так что ночевать тебе придётся на работе.

— Да… Как жаль, что ты отрёкся. Я с этим долго справляться не смогу.

— Ерунда! Ещё лучше меня верховодить будешь! Но в принципе, я не против сию же минуту приступить к обязанностям, а документы на восстановление партнёрства завтра подпишем. Они давно составлены. Так, чего тянуть?

— Рат! Давай начистоту! — отстранилась она. — Я ничего подписывать не буду. Не потому что не хочу, а потому, что ты сам велел этого не делать. Значит, была причина. Не знаю какая, только она никуда не делась.

Ты стал другим! Более того, ты знал, что можешь таким стать, поэтому раз десять мне повторил, чтобы не доверяла тебе по прибытии в Новгород. И… Я не подведу человека, которого люблю! Не тебя, а того Ратибора, с которым уходила на войну. Высади меня у «Новгородских сплетен», и закончим этот неприятный разговор.

* * *

Злата вышла из лимузина около «Сплетен» и, не оглядываясь на отъезжающую машину, прошла в здание.

— Привет, — поздоровалась с ней Дарья. — Что-то ты неважно выглядишь. В Волхове купалась, что ли?

— Лучше бы в нём. Ещё лучше, если бы в реке утонула. Сейчас встречали «Племя». До сих пор прийти в себя не могу.

— Знаю. Мои операторы были там. Скоро должны материал привезти. Но мокрой курицей тебя в эфир допускать нельзя.

— Уже позвонила. Скоро доставят приличное платье. Можно по горячим следам вопрос?

— Конечно.

— Что ты думаешь о Ратиборе Тулине?

— Хм… Интересная тема у тебя! Если чего, то имей в виду, что никаких симпатий, кроме дружеских, к нему не испытываю. Уважение ещё… Благодарна за то, что так высоко поднял. Жизнь вообще рядом с княжичем кипучая, интересная.

Раньше, как и многие, считала Рата человеком, мягко выражаясь, непорядочным. Но смог приятно удивить. Ну а то, что иногда кокетничаю, всерьёз не воспринимай. Когда каждый день берёшь интервью, пытаясь расположить к себе собеседника, то без этого никуда. Профессиональное. Мордашка у меня смазливая: глупо ею не пользоваться.

— Я не об этом. В последнее время…

— Дарья, — прервал разговор вошедший мужчина с небольшой камерой на плече. — Кому отдавать материалы по встрече народного ополчения? Там такие кадры — закачаешься! На мой взгляд, тут всё без нарезок, одной лентой давать нужно. Ой… Приветствую, боярышня Луганская. Сразу со спины не узнал. Ты сегодня прямо звезда была! Сам чуть камеру в сторону не отбросил, чтобы к молитве подключиться. Еле сдержался.

— Скинь файлы мне, — приказала Даша. — До эфира ещё сорок семь минут. Вот вместе с боярышней и посмотрим, выделив главное.

Включив компьютер, глава «Новгородских сплетен» внимательно уставилась на экран. Так и просидела до конца записи, не проронив ни слова.

— Ох, Злата… Если видео так меня сплющило, то каково же было вживую? — откинулась она на спинку кресла, смахивая со щеки слезу. — Нельзя подобное в эфир давать. Знаю, что подобное звучит непрофессионально, только будет полным кощунством выносить это на публику. Давай ограничимся общими кадрами и речью Ратибора?

— Согласна. Заодно немного поправим моё интервью, а ты обязательно спроси, почему приказ княжича был последним.

— Ты же не хотела этого сильно афишировать.

— Обстоятельства изменились. У тебя потом нет никаких срочных дел? Можешь со мной поехать в офис?

— Если работодатель так говорит, то кто мне помешает улизнуть с работы? — улыбнулась Даша. — Чую, не на крендельки зовёшь, так что переживут без меня «Сплетни» один вечер.

— Да. Серьёзный разговор намечается. Про Ратибора. Поразмышляй над тем вопросом, что я тебе про него задала.

— Час от часу не легче. Не умеете вы с ним спокойно жить.

Вечером в кабинете Златы собралось небольшое совещание. На нём присутствовали Тихон с Расулом и Дарья.

— Прежде всего, — повернулась боярышня к мужчинам, — хочу узнать обстановку на улицах.

— Тихо всё, — ответил Расул. — Настроение у людей далеко от праздничного, но жизнь не замерла. Мы тут через верных людей из братвы пустили информацию, что если хоть одна падла тронет семьи «Племени», то на корм рыбам по частям отправим идиотов. Типа под охрану взяли. Не сильно «верёвку растянули»?

— В самый раз. А дружинники что?

— После чистки в своих рядах нормальными стали. Жуков хитрозадых, конечно, хватает, только прошлого наглежа нет. Служат исправно.

— Я с начальником участка сотрудничаю, — добавил Тихон. — Если что-то всплывёт, то будем работать сообща.

— Отлично! С тобой, Даша, мы уже сегодня пообщались, поэтому перейду к теме, которая меня волнует больше всего. Помните, как только очнулась в Новгороде, то сразу же передала информацию об уходе Ратибора из «Княжича» и просила не вводить его в курс текущих дел?

— Такое не забудешь! — кивнул Тихон. — Что вы там мутите?

— Удивишься, но не я, а именно Тулин отдал такое распоряжение до отъезда из столицы. Так и заявил: «Мне верить нельзя, даже если стану говорить, что можно». Ещё про какой-то княжеский поводок на шее. И вас просил предупредить.

Просто так он бы на такое не пошёл. Верю, что был прав, так как сейчас настойчиво окучивает меня, чтобы отыграла всё назад. Я бы и рада, но… Скажите, ничего странно в поведении Ратибора не заметили в последнее время?

— Есть такое, — вздохнул Расул. — Думал, что один я мысли плохие имею, а вот что оказывается. Словно наш и не наш одновременно.

— Именно, — согласился с ним Тихон. — Помню, когда был ещё Крысой, пришёл ко мне хлыщ боярский… Уж извини, Злата, за такие слова, но что думаю, то и говорю. Парень незнакомый, с идейками странными, только вот сразу зацепил он чем-то меня. Сейчас и объяснить не могу, но поверил, хотя и покрутил со всех сторон основательно — не без этого — прежде чем в дела Ратиборовы ввязываться.

А теперь вот вроде бы и даже друг он мне, насколько бывший преступник с княжичем дружить могут, но червячок изнутри гложет. Нет доверия. Ратибор глаза постоянно отводит, говорит, словно в своих словах сомневается, пытается понравиться, дёшево панибратствуя. Я в людях за свою нелёгкую жизнь научился хорошо разбираться, иначе бы давно сгинул…

И вот ты, боярышня, сейчас про поводок сказала. Не знал бы, что у Рата мозги непробиваемые, то решил, что околдовали его. Ещё кое-что из необычного! Тут твой отец, боярин Славута ни с того ни с сего к себе пригласил сегодня с утреца. И тоже за княжича спросил. Точнее, вроде как за тебя. Типа девочке сложно, помощник ей нужен, схожий по статусу, и лучше Рата никого не сыскать. Мягонько так подводил!

— Вот и об этом тоже думала. С чего бы такая перемена в поведении? Причём, прогнозируемая княжичем. Силой на Ратибора не надавить: он такую ответочку любому влепит, что мало не покажется. Не поверите, но даже Главу Луганских однажды по полу валял, в присутствии самого князя, которому тоже словесно достаётся. Про боярыню Хелену и вспоминать не буду: умылась слезами и деньгами, когда поперёк дороги встала.

Оказывается, и мой папочка тоже хочет разделить влияние на «Княжич» и «Племя» с Борисом, подсунув Рата в компаньоны… Я что-то совсем запуталась! Он же радоваться должен, что практически из-под носа увёл нашу организацию у Тулина!

— Мне кажется, но ты только что сама ответила на свой вопрос, — сказала Дарья. — Всё подводится к тому, чтобы руководили нами именно Славута с Борисом, а не ты с Ратибором. Опосредованно руководили, отдавая приказы вам. Точнее, княжичу, который будет давить на тебя. Но чем же Глава Рода Тулиных, мог так подцепить наследника? Мне, как и Тихону, в голову ничего не приходит, кроме колдовства, хотя это бред полный.

— Не такой уж и бред, если разобраться, — вспомнила Злата Марушу. — Даже на самого сильного Великого Волхва можно управу найти. Сложно, но можно! А Рат простой витязь, и неуязвимым считать его не стоит. Я прямо сейчас могу легко вспомнить несколько очень нехороших обрядов, связанных не с Даром, а напрямую с богами. Если князь Борис воспользовался одним из них, то Ратибору не устоять. Что же там творится у Тулиных, если готовы самого наследника Рода чуть ли не в раба превратить?

— Выборы князя! И не только у Тулиных, но и у Луганских они над головами зависли! Со дня на день предвыборная гонка начинается! — пришло озарение к Тихону. — Поэтому твой отец и работает в связке с Борисом! Они там о чём-то втихаря договорились и боятся, что «Народный княжич» своим своеволием может сорвать все их планы!

Поэтому и заморочили княжича, как самое сильное и непредсказуемое звено в нашей организации! Когда я становился главой Крыс, то тоже перед выборами действовал по похожему сценарию. Шеренги разномастных волхвов за моей спиной не стояли, поэтому действовал с помощью других методов, чтобы надавить на конкурентов-претендентов, но сути подобное не меняет.

— Извините, — заглянул один из охранников офиса. — Там только что доложили, что толпа женщин с детьми идёт в нашу сторону.

— Большая? — сразу насторожился Расул.

— Да человек пятнадцать, только судя по камерам, разрастается потихоньку.

— Надо людей поднимать и в дружину звонить!

— Не надо, Расул! — ответила Злата. — Там не с кем воевать! Сидеть всем здесь! Я сама пойду разберусь!

— Но…

— Это приказ! — жёстко произнесла боярышня тоном, никак не вязавшимся с её миловидной внешностью. — Кто ослушается, тому лично башку сверну! Люди идут за справедливостью, и прятаться от них не буду! Вы же только помешаете!

Решительно встав с кресла, Злата вышла на улицу и села на ступеньки офиса, ожидая разгневанную делегацию. Вскоре та появилась, разросшаяся примерно до полусотни. Мельком окинув толпу оценивающим взглядом, девушка встала. Одни женщины и дети, несколько стариков…

— Вот она! — вырвалась вперёд женщина, таща за руку девочку лет семи. — Вот та, что погубила наших мужчин!

— Здравствуйте, уважаемые, — слегка склонив голову в приветствии, спокойно произнесла Злата. — Вы хотели меня видеть?

— Век бы вас не видеть! Тебя и твоего княжича! Убийцы!

— Тогда зачем пришли? Разорвать на куски? Нет смысла. Убийство наследницы Главы Рода карается смертью. Пострадают и ваши дети. Проклясть? Тоже не получится. Я уже сама себя прокляла за каждую смерть. Единственное, что могу сделать, это помочь каждой семье. Говорила, но ещё раз скажу: никто не останется один на один с горем.

— Мы не верим тебе! — не унималась женщина. — Вы, правители, всегда так говорите, а потом набираете новое «мясо» на убой и забываете о прошлых жертвах! Так всегда было! Мы думали, сбежав сюда из родной страны, заживём по-человечески. Только ничего не меняется!

— Пропустите! — раздался сиплый голос.

Через строй людей протиснулся мужчина с сильно обожжённым магическим огнём лицом.

— Здравствуй, Шокрия, — поклонился он женщине. — Не узнаёшь? Кочар я. Мы с твоим мужем хорошими приятелями были.

— Ох… Конечно, Кочар! Бедный! И тебя эти изуродовали!

— Ты не права. Не они, а враги. И быть мне мёртвым, лёжа рядом с твоим мужем, но боярышня Злата спасла вместе со своими людьми. Тащили под пулями до безопасного периметра, рискуя жизнями. Пятеро витязей рисковали ради одного безродного! Могли бросить, но не бросили!

А через сутки я увидел её в крепостном лазарете… Поверь, Шокрия, раны у боярышни были страшными! И про вождя Ратибора тоже скажу. Как лев отважно сражался рядом с простыми бойцами в самых опасных местах! Делали ли так наши беи на родине? Нет!

Ещё тебе скажу… Всем вам, люди, скажу! Я теперь калека и воевать больше не могу, но вернусь к своим братьям в «Племя». Буду помогать сделать его таким же сильным, каким оно было до войны, а лучше — ещё сильнее! Потому что моя кровь навсегда смешалась с её! — показал ветеран на Злату. — И не переживайте за свои семьи! Мы для боярышни и княжича не «мясо», а люди! Я верю каждому их обещанию!

— Спасибо, Кочар! Я помню тебя, — обняла Злата калеку. — Рада, что ты на ногах. И службу для тебя в «Племени» обязательно подыщем. Прав ты: нужно становиться сильнее, чтобы подобное не повторилось.

— Если мой сын так говорит, — вышел вперёд старик, до этого тихо стоявший в толпе, — то ему верить можно. Кочара знают многие, и он слов в пустоту не бросает. Кажется, люди, мы зря пришли сюда.

Народ немного поразмышлял и стал постепенно молча расходиться.

— Подожди, — остановила Злата женщину с дочерью. — Шокрия, кажется?

— Да, госпожа, — настороженно ответила та.

— Я смотрю, ты здесь самая активная. Есть задание для тебя. Никто лучше таких, как ты, не поймёт всю ситуацию после потери кормильца. Составь списки необходимого семьям в первую очередь. Если со временем их нужно будет дополнить, не стесняйся: смело приходи ко мне. Справишься?

— Да, госпожа. Завтра займусь.

— Не торопись. Ты потеряла близкого человека. Оплачь его.

— Я не могу тихо горевать, госпожа. Поэтому и пришла сюда сегодня. Извините, госпожа.

— Я тебе дам свой личный номер «Ведуна». И можешь просто называть меня по имени. Теперь ты в моей личной команде, а в ней не принято кланяться друг другу.

— Спасибо, гос… Злата. Вы, правда, не бросите нас?

— Кровью, своими нерожденными детьми клянусь!

— Это сильная клятва. Я верю вам.

— Тогда иди. На улице прохладно, и девочка немного замёрзла. Не хватало, чтобы простудилась.

Вернувшись в офис, Злата устало опустилась в кресло.

— Да, боярышня… — уважительно произнёс Тихон. — Смотрели тут на тебя из окна, и прямо гордость взяла за такую хозяйку! Знал Ратибор, кого вместо себя оставлять!

— А ведь он и сегодняшнее паломничество предусмотрел… Уже находясь в таком непонятном состоянии, намекнул, чтобы на окраинах ночевала, а не в родном представительстве. Бойцов по домам распустил не только для отдыха, а чтобы мозги близким вправили, — задумчиво ответила девушка.

— И нас торопил с помощью семьям погибших.

— Да. И как теперь к нему относится? Знаете, что? — встала Злата. — Княжича в дела пускать не будем, но он наш друг. Верный друг! Пусть и не обладает полной свободой воли, только предавать его, обесценивать былые заслуги Ратибора — паскудство с нашей стороны получится. Будем отслеживать ситуацию с ним и молиться всем богам, чтобы вернули рассудок.

— Верно говоришь, сестра, — кивнул Рассул. — Только он и без богов себя вылечить сможет. Такие орлы в клетке долго не засиживаются.

— Тогда на сегодня хватит. Расходитесь по домам. Я же здесь пару дней поживу.

— Так и мы поживём. Комнат для отдыха на всех хватит, — сказал Тихон. — Чего мотаться туда-сюда, случись что?

— У меня своя есть в «Новгородских сплетнях», — вставила своё слово Даша. — Буду на связи круглосуточно, пока всё не уляжется.

— Спасибо, друзья, — улыбнулась Злата. — И… Ратибору спасибо.

Глава 13

Придя домой после нелёгкой встречи «Племени», хотел было напиться и опять выпасть в осадок до утра, но Борис не дал этого сделать, вызвав к себе.

— Как прошло? — с порога поинтересовался он.

— Шикарно! — зло ответил ему. — С фейерверками и народными плясками! Все веселились до усрачки!

— Не дерзи. Понимаю, что сложно пришлось. Я тебя сейчас не об этом спрашиваю.

— Если ты о деле, то ничего внятного не скажу. Злата мне даже мысленно не собирается отдавать «Княжич». Просто умница!

Окраины же эмоционально переваривают большие потери. Могут быть всплески народных волнений. И я, кстати, тоже на грани, так что не жди от меня сейчас учтивого сына. Рад бы, да не получится.

— С Леду поговорил?

— Эдмонду сейчас семья важнее, поэтому трогать не стал. И бесполезно это, если честно. Да, франк мне обязан, но ещё он честный, прямой, как оглобля, человек. Если Злата сейчас вождь, значит, так и надо. Если я попытаюсь её сместить — это бунт. За то его и ценил всегда: человек войны, не ведающий сомнений и чётко соблюдающий иерархию. Он разделяет дружбу и службу.

По хорошему счёту, сейчас дёргаюсь больше не от невозможности заново прикарманить «Народный княжич» со всеми потрохами, а из-за Маруши. Каждый потерянный день прибавляет сил сектантам. Нужно последние жилы рвать, но «вылечить» ведунью, а не на второстепенные вещи размениваться. Я должен быть с ней, иначе все эти ваши выборы могут обернуться похоронами государственного масштаба.

— Что-то ты сегодня слишком активен, — с подозрением посмотрел на меня отец.

— Нервное. Я живу ради интересов Рода, но мне кажется, что всё сворачивает куда-то не туда. Ты чутью веришь?

— Бывает.

— Вот и у меня бывает. Воля твоя, но пора переключаться на Неназываемого. К тому же Странник должен был послать мне сигнал через Расула, если не будет возможности связаться напрямик. Все сроки прошли, но тишина полная.

— Хорошо. С завтрашнего утра можешь входить в группу по изучению Маруши. Я сейчас позвоню Святомудру и скажу, чтобы к делу пристроил.

— Можно сегодня начать? Припекло эмоционально сильно — хоть работой голову займу.

— Но к ним ехать далеко за город, так что…

— Отец! Давай постараемся не врать друг другу! Маруша в нашем представительстве, где-то глубоко под землёй. Я слышу её послание о помощи и чувствую местонахождение, значит, никакой загородной поездки быть не может.

— Не обижайся, Рат. Просто решил в очередной раз проверить вашу связь. Здесь она. На последнем подземном уровне. Пойдём-ка вместе.

Зайдя в лифт, Борис строго приказал:

— Запоминай последовательность кнопок. Три, пять, восемь. Сразу же быстро два раза жмёшь на вызов лифтёра и повторяешь комбинацию. Если ошибёшься, то потом долго тебя, усыплённого отравленным дымом, будем в чувство приводить. Дымок-то не простая химия, а с примесью магии, так что недельный кашель обеспечен.

— Ничего себе! Знал, что у нас тут ловушек хватает, но не думал, что твой личный лифт тоже ими напичкан.

— Мой больше всех. Сейчас спустимся на одиннадцатый подземный этаж. Он особо засекречен, поэтому доступ к нему закодирован и в первый раз можно попасть только с моей помощью. Жми кнопки.

После того, как я ввёл необходимую комбинацию, князь приложил к выехавшему из стены выступу ладонь и произнёс:

— Пароль «Ветер».

— Пароль принят, — раздался механический голос.

— Открываю доступ к этажу новому сотруднику. Ратибор Тулин. Пароль… «Крапива».

— Пароль принят. Личность установлена. Ратибор Тулин, поднеси ладонь к считывающему устройству и подтверди пароль.

— Крапива, — сказал я, выполнив необходимое действие.

Тут же лифт резко ухнул вниз. Выйдя из него, мы пошли по длинному коридору, где меня ещё три раза идентифицировали, включая в систему безопасности секретного этажа. Признаться, с таким сталкивался впервые, и было как-то немного не по себе.

— Отец, а сколько ещё подобного есть у нас?

— Станешь Главой Рода, получишь все ключи от тайн. Сейчас же довольствуйся тем, что дают.

— А если ты не успеешь по каким-либо причинам передать знания?

— На внезапную смерть намекаешь? Не волнуйся. После присяги в родовом замке Тулиных столько разной информации на тебя обрушится, что только успевай сортировать её в распухшей голове. Я почти неделю в отключке был, пока мозги в порядок не привёл.

— Не знал. Всегда считалось, что новый Глава Рода несколько дней проводит в одиночестве, общаясь с богами. Ну, меня именно так учили.

— Теперь знаешь, и хватит об этом. Пришли.

Тяжёлая бронированная дверь перед нами плавно отошла в сторону, и я увидел большую мрачную комнату, в которой Святомудр и ещё несколько человек внимательно следили за приборами, провода от которых тянулись к сидящей Маруше и практически опутывали её с ног до головы.

— О! У нас пополнение! — шуткой отреагировал Свят на наше появление. — И кто из вас двоих практикант?

— Конечно, он, — показал я на отца. — Я же — помощник практиканта.

— Что нового? — не поддержал игру князь. — Есть сдвиги?

— Никаких. Воздействуем на Марушу Подус всеми доступными способами, но приборы показывают, что и в ментальном, и в физическом плане она мертвее мёртвого. Даже у зомби реакций в несколько раз больше. Тупик. Один раз, правда, показалась живой, но это длилось всего несколько секунд.

Не спрашивая разрешения у волхвов, я настроился на нашу с ней волну и попросил.

— Встань.

Женщина поднялась со стула.

— Что-то новое в показаниях есть? — спросил я у Свята.

— Непонятно… Это ты ею управлял? Ну-ка, дай ещё команду!

— Сядь, встань, сядь, встань, — кинул мысленный посыл.

Пока Маруша послушно выполняла приказы, все волхвы внимательно следили за датчиками.

— Ну как? — поинтересовался, прервав упражнения.

— Небольшой скачок зафиксирован. Будто бы она немного приходит в себя во время получения приказа, а потом опять закрывается. Моторика отслеживается, но никаких жизненных проявлений в нейронных цепях.

Посчитал бы такое полным бредом, если бы сам не наблюдал. Давно нужно было тебя привлечь. Малость, конечно, но у нас вообще до этого ничего не наблюдалось. Хоть какую-то изначальную точку получили.

— Ратибор, давай ещё раз, а я постараюсь подключиться ментально к вашей связи, — предложила женщина, в которой я узнал Матушку Фатту, являющуюся главой ведуний.

— Маруша, встать. Маруша, подними руки. Опусти руки. Маруша…

Внезапно Фатта застонала и кулём осела на пол. Минут пять приводили её в чувство.

— Хватит, — хриплым голосом произнесла она. — Я в норме.

Немного отдышавшись и собрав мысли в кучу, Фатта начала объяснять, что с ней произошло.

— Значит, так. Боюсь, что больше никаких экспериментов проводить не будем, если, конечно, не хотим катастрофы с потерей наследника Рода Тулиных. Марушу необходимо ликвидировать. Не просто убить, а сжечь и пепел развеять.

— Не дам! — резко ответил я. — Друзей, а особенно близких, под нож не отдам! Поняли⁈ К тому же у Маруши есть важная информация и в наших интересах…

— …её убить! — не менее резко закончила мою фразу Фатта. — Ты не понимаешь, с чем мы столкнулись! Я всего лишь на миг оказалась рядом с местом, которое чуть не поработило меня!

Поверь мне, мальчик, чтобы такое сделать, нужна именно божественная воля. Других сама в подкову согну, но в данном случае я не почувствовала НАШИХ богов! Точнее, было что-то знакомое, но искорёженное, извращённое. Ощущение злобного, холодно-рассудительного сумасшествия до сих пор лежит пятнами на душе.

Если Маруша будет ключом выхода этой сущности в мир, то мы тут все кровью срать будем. И ни Тёмные, ни Светлые боги не помогут! Лучше потерять одного близкого человека, чем плодить миллионы невинных жертв!

— Подожди скандалить, — утихомирил её Святомудр. — Объясни всё по порядку. Расскажи, Матушка, обо всех своих действиях во время эксперимента.

— Хорошо. Оставим пока эмоции в стороне. Как только Ратибор связался с Марушей, я подключилась к ним. Сам Рат имеет серьёзные блоки, поэтому зашла со стороны своей ученицы. Влившись в их эмоциональный поток, очутилась в некой…

Я бы назвала это полостью. Там ощущается малая частичка души Маруши, но есть и ещё что-то, принадлежащее Светлым богам. Странно! Она к ним никакого отношения не имеет, являясь полноценной жрицей Мораны.

Вокруг этой полости разливается море. Глядя на него ментальным зрением, почему-то пришло сравнение с нефтью и разложившимися трупами. Море постепенно подмывает защиту полости. Почувствовала через Подус, что через несколько недель накроет своими вонючими волнами.

Пытаясь изучить это явление, приблизилась к нему, и вот тут меня шибануло серьёзно. Свои ощущения от этого рассказала чуть раньше. Вот и всё. Знаю, что мало фактов для выводов, но я уверена в своей правоте. Как только море заполнит полость, то получит не только полный контроль над Марушей, но и по связи с Ратибором может выплеснуться в наш мир. Цепочку нужно разорвать!

— Что значит «полный контроль над Марушей»? — спросил я.

— Она сейчас практически принадлежит Неназываемому. Как её поработили, того не ведаю — это странная ментальная техника, с которой никогда не сталкивалась. Странная, но очень сильная! Маруша полностью была бы в подчинении, если бы не ваша связь с ней.

Каким-то образом она могла перенаправить часть своей души к тебе. Точнее, закапсулировать её, подпитываясь твоей энергией. Такого, признаться, тоже не встречала, но других объяснений не вижу.

— Если наша связь на ментальном, духовном уровне то, с чего ты взяла, что уничтожение тела прервёт её?

— Может, и не прервёт, но не вижу другого выхода. Тело откликается на твои приказы — это хороший знак, раз есть связь и через него тоже. После сожжения Маруши проведём ещё несколько экспериментов с тобой, пытаясь выяснить, насколько всё получилось.

— А если нет? — встрял в разговор Святомудр. — Если коридор для прибытия этого сумасшедшего божка останется, и с гибелью тела твоей ученицы мы потеряем важный инструмент воздействия на ситуацию?

— Этого тоже исключать нельзя, Свят. Предложи свою идею. Если в ней будет хоть толика смысла, то буду счастлива отказаться от своей.

— Нет идей, Фатта… Совсем никаких. Но ты сама говорила, что время у нас имеется, поэтому не стоит торопиться. Давай всё кропотливо взвесим и с твоей Тёмной, и с моей Светлой стороны. Может, решение находится где-то посередине, между Правью и Навью.

— Это место называется Явь, и мы в нём сейчас торчим, не зная, что предпринять!

— Именно. Но и Ратибор здесь, и тело Маруши. Будем думать. Пока ничего больше предпринимать не станем.

— Согласен, — подтвердил слова волхва князь. — Наблюдайте, сколько хотите, но не трогать Марушу без моего приказа! Всё, сын! Больше нам здесь делать нечего!

Вернувшись в кабинет Бориса, мы оба долго молчали, усваивая новую информацию.

— Да, Рат… — первым начал князь. — Чутьё тебя не подвело. Эта опасность покруче проигрыша на выборах. Знаешь, что я думаю? Пусть Фатта со Святом ищут возможности разорвать твою связь с Марушей, а мы должны серьёзно подготовиться на случай, если у них ничего не выйдет. Первое, что приходит мне на ум, собрать Думу и…

— Нет, — перебил я. — Первое, что мы должны сделать, это разработать схему по моему уничтожению. Матушка ведуний тактично обошла эту тему, но если не будет меня, то возможность Неназываемого перейти в наш мир исчезнет. По хорошему счёту, именно я конечная точка прибытия божка в Явь и являюсь ключевой фигурой в этой лазейке.

— Ты прав, только… Временно заморочить тебе башку Кровавой Клятвой — это одно, но повторно убить своего наследника… А вдруг подобное решение окажется ошибочным или просто поспешным?

Прав или неправ, но всегда буду думать об этом. Ещё есть Рада… Она мне не простит двойного убийства своего сына. Ты не видел, как она долго отходила от прошлой смерти. На людях не показывала своё состояние, пытаясь казаться сильнее, чем есть на самом деле. Только я знаю, я видел правду!

— Ты только что упомянул про Кровавую Клятву. Это выход из создавшегося положения. Не надо взрывать, травить или расстреливать. Просто дай установку, чтобы я умер, если какая-то посторонняя сущность, не имеющая отношения к богам, внезапно поработит меня. Уверен, душа сразу же отправится в Навь к Моране — слишком мы с ней повязаны. Что делать дальше Хозяйка Зимы знает лучше смертных людишек.

— В таком случае тебе придётся исполнять все мои установки, вложенные до этого, так как я не могу их отменить без полного снятия Клятвы. Ты понимаешь, на что идёшь?

— Маруша сдастся Неназываемому быстрее, чем пройдёт предвыборная кампания, так что разницы никакой. Предлагаю обсудить этот вопрос в присутствии твоих жён. Если ты так боишься за психологическое состояние Рады и Иляны, то их мнение тоже важно. Маленький семейный совет не повредит.

— Согласен. Сейчас вызову.

Борис тут же позвонил жёнам, строго приказав им срочно явиться в его кабинет.

— Пока они идут, отец, — продолжил я, — хочу обратить внимание ещё на одну вещь. Ты, как правитель и Глава Рода, никогда не действуешь прямолинейно, всегда имея несколько вариантов достижения цели. С чего ты взял, что Неназываемый тупее тебя?

— Хочешь сказать, что кроме вас с Марушей, у него есть и другие возможности проникнуть в Явь? И без тебя это понимаю.

— Я тебе ещё больше скажу: мы с ведуньей вообще не основной вариант. Стечение обстоятельств, которое взяли на заметку. Пешки, случайно подвернувшиеся под руку. Неназываемый действует давно, строя без нашего участия свои планы. Вот они и будут основными. Вокруг Славянского Княжества в последнее время идёт непонятная движуха. Почему именно сейчас? Когда самое лучшее время ударить по нам?

— Во время выборов, — незамедлительно ответил князь. — Самое смутное время всегда. Интересы Родов в борьбе за власть обострены до предела. Найди нужную точку приложения сил, и начнётся бардак.

— А теперь представь, что кто-то из сильных Глав Родов спелся с Неназываемым. Не поэтому ли он игнорирует мои мнимые планы на княжество, имея более достойную, проверенную кандидатуру?

— Может быть. Продолжай.

— Кому ты стопроцентно доверяешь из серьёзных бояр?

— В этом плане Славуте и, не поверишь, Хелене. Ещё Смоленским.

— Отбросим двух последних пока в сторону. Получается, что у тебя с боярином Луганским есть нечто общее. Я имею в виду «Народный княжич», в который вложена куча бабла. Ещё и «Племя» сюда приплюсуем.

Доверять Думе сейчас опасно, поэтому не стоит перед ней раскрывать свои знания о вторжении Неназываемого. Если среди бояр реально есть отступник, то он быстро доложит твои планы остальным сектантам, и они скорректируют их не в нашу пользу.

— Предлагаешь слияние Родов Тулиных и Луганских? Невозможно. Ни я, ни Славута под другим ходить не станем.

— Уже слились в «Народном княжиче». Нужно развивать его усиленными темпами. Точнее, «Племя». После войны оно слабо, но подключив свои безграничные ресурсы, вы сможете превратить его в реальную армию.

— За месяц предвыборной кампании набрать нужное количество ратников и витязей нереально.

— Реально набрать за неделю. Проведите реорганизацию родовых войск, сократив их количество вполовину. Причём сократите самых сильных бойцов, временно отлучив их от Родов, но с сохранением всех прав. После этого перенаправьте в «Племя». Ты такое уже проделывал с Москаем Озёрским.

— Ослабить собственные Рода? Плохая идея.

— Наоборот, усилить! В случае любого конфликта «Племя», состоящее из лучших бойцов обоих Родов, поддержит любого из вас. Причём организация внеродовая, и спрос с неё будет другой, нежели ты или Славута вмешаетесь в разборки, помогая друг другу.

— Категорически… За! — немного подумав, согласился Борис.

— Но это ещё не всё. Нужна серьёзная агитационная кампания по привлечению внеродовых отставников, имеющих боевой опыт. К тем же самым Выборгской и Смоленскому можно подкатить, чтобы своих родовых тоже передали в аренду. Не безвозмездно, естественно. Но тут лучше мне переговоры вести, чтобы тебя не выдавать.

Максимум две недели, и «Племя» будет состоять не из тысячи, а из двух! Опыт слаживания подразделений имеем, поэтому до выборов сплотим бойцов в один мощный кулак. Да, они будут не так подготовлены, как мои прошлые ребята, но всё равно круты. Их численность сыграет на нашей стороне.

— Может получиться. Оружием это «народное ополчение», а также серьёзными деньгами обеспечу. Но есть одна проблема: ты не хозяин «Княжича» и всем управляет Злата. Придётся Луганских посвящать во многие вещи, в том числе и в некоторые тайны Рода… Вплоть до раскрытия твоей личности.

Не будет полного доверия между тобой и боярышней — не будет никакой совместной работы. Ты понимаешь, чем подобное чревато? Род Тулиных будет зависеть от Луганских. Одно слово Славуты, и от меня в Думе живого места не останется. Да что там от меня⁈ От всех Тулиных, пошедших на подмену наследника!

— Чего такая срочность, Борь? — спросила вошедшая Рада, держа за руку запыхавшуюся Иляну.

— Садитесь, жёны, — серьёзно ответил князь. — Плохие новости. Страшные.

Пересказ последних событий и нашего только что произошедшего разговора затянулся надолго. После его окончания Рада встала, подошла ко мне и нежно погладила по плечу.

— Рат… Дорогой мой… Видимо, не судьба мне иметь сына. Опять могу потерять… Всё внутри противится, только правы вы с Борисом: нужно дополнять Кровавую Клятву твоей смертью, если Неназываемый сможет активировать вашу связь с Марушей. В противном случае тебе грозит не простая погибель, а плен у этого чудовища. Будет душа обречена на муки вечные.

— Ратиборушка! — со слезами кинулась Иляна меня обнимать. — Ну как же так⁈ Мне рожать со дня на день! Думала, что братика понянчишь! Воспитаете из него с Боренькой мужчину настоящего! Ох, горе-то какое!

— А ну, заткнись, дура! — резко осадила её Рада. — Не хорони нашего сына раньше времени! Сядь и мозги свои беременные включай! Потом поплачем, а сейчас нужно проблемы решать!

Словесная оплеуха возымела действие. Иляна, виновато посмотрев на старшую жену, заняла своё место и, утерев слёзы, собрала волю в кулак.

— Я думаю… — шмыгнув покрасневшим носом, сказала она. — Думаю, что опасаться Славуты не стоит. Шантажируя нас или раскрывая правду, он потеряет намного больше, чем приобретёт. Это связано не только с финансами, тридцать процентов которых работает с Тулиными в совместных теневых проектах. Тут ещё огромные репутационные потери и непредсказуемое перераспределение сил в Думе. Для меня самое слабое звено — боярышня. Узнав, что Ратибор является двойником, может отказаться сотрудничать.

— Злата догадывается об этом, но неприятие подобное у неё не вызывает, — пояснил я. — Точнее, несколько раз спрашивала, чтобы я подтвердил её подозрения, но ничего не сказал. Клятва Крови и всё такое…

— Значит, — подытожил князь, — посвящаем Луганских. Другого выхода нет. Иляна, подготовь финансовый план на вывод пятидесяти… Нет! Шестидесяти процентов свободных активов для помощи «Княжичу».

Рада, мне нужна срочная агитационная программа для привлечения в «Племя» добровольцев. Чтобы в каждом новостном портале была реклама и статьи с видео о героических буднях народного ополчения. Пока ничего не запускайте. Нужно вначале с Луганскими договориться. Этим завтра с Ратибором и займёмся. Ох… Думал, ещё с десяток лет спокойной жизни имеется… Недодумал…

За работу все! Нечего кресла задами протирать! Считать всем, что Род Тулиных находится на военном положении!

Глава 14

Утром Луганские прибыли в наше представительство. Отец и дочь не понимали, в чём смысл подобного неожиданного приглашения, но ничего хорошего не ждали, поэтому оба были настороже.

— Слав, — начал разговор Борис издалека. — Мы с тобой вместе через многое прошли. Было всё: общие дела, претензии, конкуренция, только всегда умудрялись оставаться друзьями. Так ведь?

— Да. К чему такая прелюдия?

— К тому, что после сегодняшнего разговора мы можем перестать ими быть. Более того, ты сможешь легко выиграть эти выборы, не дожидаясь следующих.

— Что-то мне хочется встать и прекратить эту намечающуюся опасную беседу.

— Нет. Придётся всё выслушать, хотя мне самому нелегко её вести. И Злата должна услышать… Это касается не только нас с тобой, но и будущего Славянского Княжества. Начну с первой шокирующей новости. Он, — показал Борис на меня, — не является кровным наследником Рода Тулиных. Это двойник из программы «Зеркало». Настоящего своего сына я убил.

— Как⁈ — вскочил со своего места ошарашенный боярин. — И ты так спокойно заявляешь о своём поступке⁈ Да ты хоть…

— Сядь. Я недоговорил. Начну с самого начала… Мой настоящий сын Ратибор Тулин оказался предателем не только Рода, но и всего государства. Те покушения на Глав и их наследников, из-за которых и началась операция «Зеркало», были совершены при его содействии. Как только я выяснил это, то сразу же взял в оборот. Был раскрыт серьёзный заговор представителей некой секты, поклоняющихся существу по имени Неназываемый.

Кстати, Злата столкнулась с ними на Немане. Ты в курсе. Встал выбор: признаться в грехах сына и развалить Род Тулиных или принять двойника в Род. Тем более что парень оказался достойным человеком. Что бы ты выбрал как Глава Луганских, свались на тебя такая беда?

— На наш Род подобная мерзость никогда не сойдёт!

— И всё же? Покаяться, вызвав смуту, или выдать двойника за сына, чтобы распутать заговор и сохранить спокойствие в стране?

— Неважно! Понимаю, к какому ответу ты меня подводишь, Борис!

— Я бы выбрала двойника, отец, — неожиданно подала голос боярышня. — Ради сохранения Рода стоит пожертвовать некоторыми правилами… Иногда даже пойти на преступление. Давай дослушаем князя, а потом сделаем собственные выводы, оставив эмоции в стороне. Неспроста же нам открыли эту тайну. Боюсь, что услышим ещё немало интересных откровений, которые мне заранее не нравятся.

— Хорошо! — немного успокоился Славута и сел, скрестив руки на груди. — Выслушаю, но ни в чём участвовать не буду!

— Придётся, Слав, — грустно покачал головой Борис. — Всем нам придётся. Есть очень нехорошая информация, которую сегодня ночью подтвердил мой лучший аналитик Артемий, вы его знаете. Ожидается в ближайший месяц война Родов.

— Чушь! Не вижу никаких серьёзных разногласий в Думе, чтобы за оружие хвататься!

— Ты не понял. Будем сражаться бок о бок против тех, кто готовит переворот. Сектанты Неназываемого нанесут удар в день выборов или где-то рядом с ним, когда обстановка и неразбериха накалятся до предела. Среди Родов однозначно есть предатели, которые желают получить власть любой ценой, поэтому пошли на сговор с Неназываемым.

А то, что тихо сейчас в Думе… Удар в спину отбить труднее всего. Имён, к сожалению, предоставить не могу: у сектантов конспирация на высшем уровне.

Далее произошёл очередной длинный рассказ о моих похождениях и обо всём том, что мы нарыли про сектантов. В процессе повествования Славута Луганский всё больше заводился, вслушиваясь в историю. Когда Борис закончил, он раздражённо встал и произнёс:

— Это всё слова! То, что твоя ведунья Маруша рассудком двинулась, никак не может быть доказательством наличия заговора некоего Неназываемого! Сдаётся, что ты с какими-то своими, мутными целями подогнал события под сказочку.

Что ты задумал, Борис? Сделать себя Великим Князем пожизненно, с последующей передачей трона наследнику, выставив Род Тулиных спасителем Славянского Княжества и убрав конкурентов? И ещё… Я не верю, что Ратибор ненастоящий! Ты слишком серьёзно всегда относился к безопасности Рода, чтобы допустить чужака в наследники.

— Подожди, отец, — перебила его задумчивая Злата. — Скажи, Борис… Перед своим уходом из «Княжича», Рат намекал на какой-то «поводок», который ты держишь в руках. О чём это он?

— Хм… Ладно, скажу и про это, пусть и стыдно признаваться. Да чего уж теперь! Славута прав: я всегда недоверчиво относился к посторонним людям. Ратибор находится под Кровавой Клятвой. Как только он, ещё двойником, появился в нашем мире, то я сразу же провёл обряд в целях обезопасить Род от чужака. Поэтому и смотрел спокойно на ваши выкрутасы с «Народным княжичем», зная, что в любой момент могу всё прекратить.

Последняя несанкционированная выходка с народным ополчением окончательно переполнила чашу терпения, и я отдал сыну приказ ничего не предпринимать без моего разрешения. К сожалению, он просчитал всё заранее и успел передать бразды правления «Княжичем» тебе.

— Теперь многое становится понятным, — задумчиво произнесла боярышня, внимательно посмотрев на меня. — Круто с тобой обошлись.

— Ага! — вдруг взвился Луганский. — Ты назвал его своим сыном! Значит, про двойника ложь! И всё остальное тоже неправда!

— Нет, Слав… Теперь считаю его действительно своим сыном. Безо всяких там различных «но». Даже Рада приняла нового Ратибора в своё сердце. И остальные, знающие правду, признали родичем. Делай выводы, стоило ли поменять предателя на достойного человека, близкому нам по духу.

— Пойдём, дочь! — схватил боярин Злату за руку. — У Тулиных нам больше делать нечего!

— Ну и что ты обо всём этом думаешь? — спросил меня отец, как только Луганские покинули представительство.

— Ничего. Теперь думать будет Славута.

— Да. Такие перспективы перед ним открываются. Но боярин — человек хоть и вспыльчивый, недоверчивый, но очень осторожный. Уверен, что сотню раз перепроверит мои слова, взвесит свою выгоду при различных вариантах действий и лишь только после этого примет окончательное решение.

На какое-то время о Луганских можно забыть. Если Славута в течение ближайших двух-трёх дней не примет новое положение дел, то перебираемся в Тулу и составляем планы по обороне родовых земель. Не думал я, что так моё княжество закончится… Позорище…

— Предлагаю посмотреть на проблему под другим углом. Даже если боярин не согласится, не поверив в опасность, то ничего не изменится в планах сектантов. Всё равно государственного переворота и родовых войн не избежать. Если Род Тулиных погасит их в зародыше, то, как интересно заметил Славута, у тебя будет шанс стать бессменным Великим Князем. Многие Главы не дураки и поймут, что боярская раздробленность приведёт к уничтожению их Родов внешними врагами. Ещё и хмыри Неназываемого добавляются.

На этом можно хорошо сыграть. Заодно и Луганских нейтрализуем, выдав после разборок информацию, что они тоже знали о предательстве в Думе, но палец о палец не ударили.

Доверие к Славуте рухнет в пропасть. Что ему останется делать? Либо, засунув гордость в собственную задницу, прийти к тебе на поклон, признав власть Тулиных, либо остаться в одиночестве и ослабить Род настолько, что его быстро сомнут западники или доморощенные конкуренты, так как помощи ждать будет не от кого.

— Как всё просто у тебя получается, Рат! Пришёл, захотел, сделал! Нет. Это такая путаница из интриг и открытого противостояния будет, что нас самих на плаху приведёт. Сами можем в одночасье сгинуть.

— Я и не говорю, что легко. Просто показываю ещё одно направление, а дорогу позже построим. Зачем зацикливаться на обороне, если есть возможности к атаке?

— Может, и прав… — грустно хлопнул отец меня по плечу. — Знаешь, Ратибор, в одном я точно не сомневаюсь: в том, что сделал правильный выбор, признав тебя сыном. Отличный Глава Рода уже сейчас мог бы получиться.

— Спасибо, батя. Давай лирику оставим до лучших времён, а сейчас готовься снова ругать меня.

— За что?

— Скажи, насколько теперь есть шанс стать мне этим самым Главой Рода?

— Практически никакого. Если всплывёт правда, то ни один Род не признает тебя.

— И я про тоже! Так, стоит ли «экономить» наследника? Есть Маруша, имеющая некую информацию по секте Неназываемого. Она нам может очень помочь. Нужно постараться извлечь её любыми способами. Я придумал один, признаюсь, очень опасный эксперимент.

Фатта сказала, что не смогла через меня подключиться к нашей с Марушей связи. Блоки ей мешают. Если сниму их, то можно и моё сознание доставить в эту «полость». Самому мне знаний и силёнок не хватает подобное провернуть. Уже на месте снова ставлю блоки и захожу в это нефтяное море Неназываемого. Утверждать стопроцентно не буду, но есть шанс найти в нём порабощённую ведунью и вызволить из плена.

— Верно ты заметил! Подзатыльник знатный хочется отвесить за такие идеи, но я уже напсиховался сегодня, так что буду просто внушать прописные истины.

Первое: Фатта второй раз туда не сунется. Она слишком опытная, чтобы не понимать степени опасности. Другой менталист даже близко не сравнится по силе с Матушкой. Второе: допустим, что произошло чудо, и ты отыскал Марушу. Где гарантия, что она вернётся в своё неживое тело, а не погибнет? Может и свихнуться окончательно! В любом случае информация будет недоступна.

Третье и самое поганенькое… Твои блоки пробиваемы: иначе Клятва Крови не подействовала бы. Мощь Неназываемого на уровне божественной, так что он с удовольствием и тебя пленит, а потом во всей красе заявится сюда. Сам его доставишь!

— Всё верно, Борис! — согласился я. — Но кто тебе сказал, что собираюсь использовать Фатту или другого менталиста? Есть некоторые особи, которые круче всех будут… Богиня Морана, например! Персонаж сложный, но иногда договорной. У меня имеется стойкое подозрение, что она сильно заинтересована во всей этой ситуации, иначе не помогла бы мне пару раз.

— Сдурел⁈ Связываться с Хозяйкой Зимы себе дороже выйдет!

— Не проблема. Я ей и так уже должен.

— Что ты ей наобещал? Почему мне не сказал?

— Ничего, поэтому и не говорил. Всё равно изменить прошлое нельзя. Тем более выбор был небольшой: либо подыхай, либо помощь богини Смерти.

— Понятно… Я подумаю над твоими словами. Свободен.

Вечером Борис сам явился ко мне и с ходу заявил:

— Готовься. Сейчас сделаю дополнение в Клятве Крови о твоей смерти.

— Значит, всё-таки согласен, что есть смысл вытаскивать Марушу?

— Значит, да. Всё летит под откос. Полчаса назад не выдержал и попытался связаться с боярином Луганским. Думал, что хоть немного Славута остыл, но он отказал мне в разговоре. Полагаться на других нет времени, нужно действовать своими силами.

Закатав рукава, отец опять совершил обряд, во время которого я почти ничего не почувствовал. Получается, что мои выводы верны: если желания совпадают с приказом, то Клятва Крови воздействует безболезненно, легко пробивая блок морлов.

— За мной! — немного отдохнув, приказал князь.

Мы с ним спустились на секретный подземный этаж и прошли в камеру, где содержалась Маруша.

— Здесь и будешь проводить свой эксперимент, — пояснил он. — Если что-то пойдёт не так, то всё здесь спалим Истинным Огнём — стены выдержат. Что тебе нужно для подготовки?

— Ничего. Готов начинать. Хотя немного комфорта не помешает, а то ещё со стула свалюсь и лоб расшибу.

— Ну, тогда, сын, — обнял меня Борис, — попрощаемся на всякий случай. Видят боги, не такой судьбы тебе хотел…

— Матери знают?

— Нет. Бремя их горя возьму на себя, чтобы твоего настроя не сбивать.

После этих слов он вышел, оставив меня одного. Я сел в большое удобное кресло, поставленное заботливыми волхвами, и расслабился.

Слияние с Навью в этот раз произошло достаточно легко и быстро. Видимо, совершенствуюсь.

— Долго же ты собирался, — ехидно заявила мгновенно показавшаяся Хозяйка Зимы. — Неужто смелости не хватало, личинка?

— Времени и данных. Значит, ждала меня?

— А куда деваться? Мимо всё равно пройти не смог бы. Как понимаю, сейчас опять об одолжении просить будешь?

— Наоборот. Предлагаю помощь. И не стоит мне говорить, что у тебя нет интереса к Неназываемому. Как его настоящее имя? Не поделишься?

— Что ты знаешь о Велесе?

— Ну… — задумался я, вспоминая легенды. — Один из ваших. Скотом заведует, а также может легко перемещаться между Навью, Правью и Явью. Ещё с Перуном он сильно поссорился, и разразилась божья битва, где бог-громовержец победил «скотника».

— Что-то подобное я и предполагала. На самом деле всё было не так. Начну издалека. Около четырёх тысяч лет назад к нам явились знакомые тебе морлы…

— Так и знал! И тут они отметились!

— Не перебивай. Не знаю, чем провинилась наша планета… Точнее, уже знаю, но это второстепенно сейчас. Так вот, пришёл от морлов вызов: сотня наших бойцов против их десятка.

— Странно. В моём случае один на один…

— Ещё раз вякнешь — рта лишишься. Какие условия ставить для испытания, морлы сами выбирают, исходя из расчёта вероятностных исходов ситуации, если по-простому. В нашем случае была сотня, против десятка. Раз ты припомнил свой случай, то замечу разницу: мы сражались реально насмерть, до последнего погибшего на одной из сторон…

Да и не сами морлы нам противостояли, а другие существа — огромные шестирукие обезьяны, которых тоже выцепили проходить своё испытание. Из оружия только холодное. Само сражение пересказывать не буду — к делу не относится, но в результате победили мы. Остались из сотни выбранных — я, Перун, Сварогич, Жива, Хорс и Стрибинарабох, которого на этом участке земли люди потом обозвали Стрибог, чтобы языки не ломать. Да и нас всех теперь по-разному везде называют. Также Велес… Задавай вопросы. Вижу по глазам, что сейчас лопнешь, не высказавшись.

— Вообще, всё не так!

— А как должно быть?

— Как в рукописях изначальных! В учебниках!

— Иногда ты поражаешь меня своей тупостью. Откуда люди узнали про жизнь богов? Сами между ними ходили и записывали, журналистами прикинувшись? Нет. То, что предоставили им мы, то и пользуют. Ещё отсебятины со временем добавляют. И чем древнее манускрипт, тем больше верят в истинность всякой ерунды состряпанной. Что ты знаешь про бой Перуна и Велеса?

— Коров не поделили. Осерчал Перун и стал гонять Велеса, покуда тот не спрятался.

— А теперь вдумайся! Два высших существа лупят друг другу морды из-за стада.

— Ну… Кто ж вас, богов, поймёт. Может, вы зоофилы, раз половина от тех самых коров родились.

— От других… Неважно! Точнее, никто ни от кого не рождался. Это фольклор людской. А дело было так. Когда нас осталось после битвы семеро, то морлы дали нам свои Дары. Практически как тебе, но в большем объёме, и оставив Землю в нашем ведении.

— А вот сейчас мне стало обидно, что обделили.

— Снова заткнись! Управлять планетой — не самое лучшее занятие, особенно когда она практически выжжена после глобальных войн, и людская популяция находится на грани вымирания. Мы будущие так называемые боги, чтобы упорядочить управление, разделили ответственность по стихийно-энергетическим секторам.

Начали наводить порядок. Я отвечаю за энергию свободных душ, Жива — за вселённых в тело. Хорс превратился в бога солнца и контролирует всё, что связано с огнём. Твой Стрибог подвязан на воздушную тему. Ну и так далее. Контроль и координацию обеспечивал Велес.

В какой-то момент с ним что-то произошло: то ли реально спятил, то ли неправильно решил очередное уравнение энтропических потоков, но решил подмять всё под себя. Вот тут битва и случилась, когда остальные не поддержали его притязания на единоличное лидерство. Восстанавливаемая земля опять скатилась к черте, за которой начинается её полное разрушение. Но один против шестерых — не лучший расклад сил. Успели до начала катастрофы Велеса обезвредить.

— Убили?

— Нет. Он создал защиту, которую возможно уничтожить лишь вместе со всеми уровнями этой планеты. С Явью, Правью, Навью, если не понял. А мы просто наложили свою защиту на его. Заточили, так сказать, в темницу. После этого стали заново возрождать цивилизацию, также работая по своим секторам, но уже без координатора, объединившись в одну многоуровневую сеть. Или лучше будет сказать, в Рой, как у морлов. Нас всего шестеро — остальные боги выдуманные. Ввели их как переменные для того, чтобы энтропия развивалась в нужном русле.

— Не понимаю…

— Знаю. Просто ставлю перед фактом твои слабенькие мозги.

— Я не об этом. Почему Велес не исчез из людской памяти и всё так же считается богом?

— Потому что он есть и никуда деваться не собирается. Это нужно обязательно учитывать в расчётах.

— Стоп! — поднял я руки вверх. — Сдаюсь! Главное я уяснил: Велес и есть Неназываемый!

— Именно так. Хуже всего то, что он нашёл лазейки в нашей защите, и если вырвется на свободу, то остановить Велеса мы не сможем.

— Даже толпой?

— За эти тысячелетия не только мы развивали свои способности, но и он. Представляешь, что после битвы останется, если все противоборствующие стороны стали сильнее в сотни раз?

— Не хочу.

— Правильно делаешь. И вот к такому богу ты собрался в гости. Не передумал, личинка?

— Ну, легче мне от твоих откровений не стало. Только выбор сделан. Тем более вы тоже его неспроста ждали. Но причём здесь я и Маруша?

— О тебе поговорим позже, когда время настанет. Маруша же… Да она для Велеса муха, пролетающая в километре от его носа. Но и такие малые величины нужно учитывать. На этом вступление закончено. Сейчас прибудет Хорс, и мы обсудим детали операции.

— Круто! А можно ещё один вопросик? Получается, что боги как бы и не боги? Всё не так, как кажется?

— Задано два вопроса, но отвечу. Боги — есть боги. Другое дело, какой смысл ты в это определение вкладываешь.

Глава 15

Появившийся высокий, крепко сбитый мужчина в светлом костюме прервал наш разговор.

— Приятно познакомиться лично, — по-простецки протянул он мне руку. — Хорс.

— Ратибор, — ответил я на рукопожатие. — Тоже очень приятно… Наверное.

— Осторожничаешь? Правильно. Морана слегка ввела тебя в курс исторических событий, поэтому давайте не затягивать.

— Маленький вопрос перед этим можно? Извини, но не каждый день приходится с солнечным богом поручкаться.

— Попытайся.

— Твой Дар. Насколько я могу его развить?

— Насколько сможешь, настолько и разовьёшь. Впрочем, как и остальные Дары.

— Как-то не очень содержательно.

— Могу в цифрах, но поймёшь ещё меньше.

— Но…

— Вопрос был задан, ответ получен, — с улыбкой на лице мягко перебил меня Хорс. — Пора приступать к тому, зачем ты явился. Велес сделал непростительную ошибку, затянув твою подружку к себе и не прервав вашу связь с ней. Правда, особо критиковать его не стоит, так как возможности для сбора данных в Яви у Велеса сильно ограничены, и он пока не понимает, кем ты являешься.

— Кем?

— Я же сказал: тем, кем являешься, — ответил этот светлый темнила. — Мы с Мораной будем проводниками за его периметр защиты. Хотя время там понятие очень относительное, но против нашего бывшего коллеги тебе и пары секунд не продержаться без нашей помощи.

Не дёргайся, если начнутся галлюцинации — это твой мозг адаптирует сознание к чужеродному месту. Включай стопроцентный боевой режим, ставь блоки морлов на полную, а мы их подпитывать будем. Цели у тебя две: найти Марушу и не раскрыть свою личность.

— А ваши какие? Его уничтожение?

— Всего лишь сбор информации. Уничтожить при всём желании не выйдет. Пойми, Рат, что каждый из нас в своей среде обитания становится если не непобедим, то как минимум сильнее в сотни раз. Сейчас меня Морана может здесь по стенкам размазать, особо не напрягаясь. Но попади она в Правь, то результат получится с точностью до наоборот. Велес же, умеющий сочетать все слои мироздания, создал такую экосистему вокруг себя, что даже глухая оборона вокруг твоего сознания отнимет и у Тёмных, и у Светлых богов кучу энергии.

— И зачем вам информация, раз ничего с Велесом поделать не можете?

— Да ты достал уже с расспросами, личинка! — не выдержала Морана. — Мы — нет, но энтропия и её воздействие на любую сущность сильнее всех богов вместе взятых! Всё! Пора в дорогу! Настраивайся на Марушу, пока опять снежинкой не стал! Учти, мне очень хочется это сделать!

— Я ж для дела интересуюсь! И ещё… На мне Кровавая Клятва. Что, если она сдетонирует в чертогах Велеса?

— До чего же нудный тип! Сняли уже. Не был бы таким тупым и ленивым, сам бы давно от неё избавился. Начинай работать!

Угрозы этой мрачной барышни нужно воспринимать всерьёз, поэтому я послушно закрыл глаза и мысленно подключился к каналу с ведуньей.

Ощущение, что нахожусь в песочных часах. Каждую песчинку моего сознания тянет вниз. Вот оно — тонкое горлышко, пройдя через которое оказываюсь в нижней колбе часов. Нет! Теперь она снова верхняя, и моё падение продолжается. Так повторилось несколько раз, прежде чем понял, что движение прекратилось.

Открываю глаза и вижу себя на дне… Правильно сказала тогда Матушка Фатта: нефтяного вонючего моря. Странно то, что ощущаю запахи и могу видеть сквозь толщу чёрной субстанции. По идее, ни того, ни другого быть не должно.

Ладно, не время для изысканий юного натуралиста. Где Маруша? Как связаться? Мысленно потянулся к ней в надежде получить ответный сигнал, но ничего не произошло.

— Боги, а боги? Подсказку не дадите?

Морана с Хорсом ответом не осчастливили. Наверное, не могут. Значит, действую… Не действую! Могу по этому безжизненному дну веками шляться, только вряд ли отыщу ведунью. Тут думать головой нужно, а не ногами.

Почему меня выбросило в этой точке? Кратчайшее расстояние к Маруше от её закапсулированного осколка сознания? Возможно. Но если понятие времени здесь барахлит, то и понятие пространства может быть относительным. Могло быть и простое случайное совпадение, но боги могут управлять случайностями, поэтому случайное не случайно.

Как тут не вспомнить старый фильмец про Аладдина⁈ Сон — это не сон, а про не сон… Вот этого «пронесона» мне сейчас очень не хватает для оценки ситуации. Если я здесь, значит, так надо.

В задумчивости взял в руки камень со дна, но он тут же испарился, обдав меня сильным запахом сероводорода. Фууу… И так вонища приличная, так ещё и сам дополнительно воздух умудрился испортить, хватая всякую гадость! Но кое-какие выводы из этого сделать можно.

Во-первых, защита богов проницаема с моей стороны, а во-вторых, попадая в неё, предметы из велесова моря разрушаются.

Все ли? Воспользуюсь гипотезой, что это тот самый морок, о котором предупреждал Хорс, и вне своей среды существовать не может. Надо проверить! Поиск другого камня на абсолютно гладком дне занял продолжительное время. Снова беру булыжник и сразу начинаю наслаждаться ароматами пердежа, после его исчезновения. Что и требовалось доказать!

Теперь сопоставим факты. У меня нет ничего в округе, кроме камней. При перемещении по дну моря было бы полное ощущение, что нахожусь в одном и том же месте, если б не они. Значит, обращаем пристальное внимание на камушки.

Не знаю, сколько часов провёл в собирательстве вонючих булыжников. К запаху притерпелся. Но монотонность, а главное, отсутствие результата, заставляли потихоньку впадать в уныние.

Внезапно появился персонаж, без которого я чувствовал себя хоть и одиноким, но спокойным. Возникший из ниоткуда монстр осьминожьего типа накинулся на меня. Попытался схватить своими щупальцами, на которых вместо присосок были неприятные зубастые рты, но остановился в полуметре, наткнувшись на невидимую божественную защиту.

Обхватив мой кокон, осьминог скрёбся щупальцами по ней, пытаясь то ли раздавить, то ли прокусить защитный барьер. А я стоял ни жив ни мёртв, отсчитывая последние секунды своей жизни. К счастью, понял через какое-то время: Хорс с Мораной постарались на славу, основательно обезопасив своего лазутчика. Вот спасибо им!

Отдышавшись, снова занялся поиском камней, но уже не задумчиво вразвалочку, а носясь бешеным лосем по окрестностям, так как на защите стали появляться маленькие, чуть видимые трещинки. И теперь время моего пребывания у Велеса резко ограничилось.

Сам не понял, в какой момент камень в руке не испарился. Машинально отшвырнув его в сторону, сделал несколько шагов, пока не осознал происходящее. Быстро вернулся, снова взял булыжник в руки, подождал немного, ощущая приятный вес камня, а потом сказал в никуда.

— Если это не Маруша, то других вариантов нет! Выдёргивайте!

Опять колбы песочных часов. Опять пересыпаюсь из одной в другую…

— Как самочувствие? — поинтересовалась Морана, не дав мне толком прийти в себя.

— Погано! Сама побегай с чудовищем за плечами по той канализации, если не веришь!

— Так мы с Хорсом и бегали. Тебе маленькие отголоски достались.

— Тогда извини! Тогда мерси вам с низким поклоном! А где наш «Солнцеликий» и… — вскочил в панике я. — Камень где⁈

— Хорс к себе отправился. Видите ли, неуютно ему здесь. Впрочем, как и мне у него. За столько веков мы до того сжились со своими энергетическими потоками, что чужие вызывают лёгкий дискомфорт.

— К чёрту ваши проблемы! Камень! Где камень⁈

— У меня. Дальше ты уже ничем помочь не сможешь, так что расслабься.

— И ты вызволишь Марушу?

— Как же вы, живые, надоедаете своей тупостью иногда… Конечно, личинка! Возвращайся к себе и жди, пока твоя ненаглядная в себя придёт. Да! Забыла обрадовать, — с лёгкой ехидцей в голосе возвестила богиня. — Всё имеет свою цену.

— Чего ты хочешь? — мрачно ответил я

— Ничего. И так уже в должниках ходишь. Просто теперь между вами с Марушей нет связи.

— Переживу. Она и без неё очень близким человеком была.

— Надеюсь, что переживёшь, так как у вас теперь одна душа на двоих. Пришлось при переносе ваши слить в единую, а то бы ничего не получилось.

— И чем это нам грозит?

— Сюрприз, личинка! Считай мой неответ наказанием за хамство! А вообще-то очень интересная вероятностная комбинация получается!

— Подробностей, конечно, и тут не дождусь?

— Дождёшься… В своё время. Напоминание о том, что о наших реальных разговорах и действиях не должны узнать в Яви, актуально?

— Да… Точнее, нет! Сказку придумаю: не привыкать.

— До встречи, личинка! Сегодня я почти довольна тобой.

Хотел ей влепить словесную ответочку на прощание за «личинку», но не успел, осознав, что опять нахожусь в камере секретного этажа представительства Тулиных. Сразу бросился к Маруше. Тряс её, звал, но никакого отклика. Настроился на общую ментальную волну, и вот тут ждало новое открытие: никаких сигналов о помощи от ведуньи больше не поступало.

— Марушенька! Слышишь меня⁈ Ответь! — мысленно попытался докричаться до неё.

— Больно… Рат… Чувствую… — неожиданно донеслось издалека.

Вслед за ним пришло и другое, более громкое и резкое послание, обдавшее холодом.

— Отцепись, придурок! Не мешай! Сказала же: жди!

Упс… Кажется, помешал Хозяйке Зимы. Неохотно отойдя от Маруши, стал ждать прибытия гостей, которые не замедлили явиться.

— Ну⁈ Как⁈ — нетерпеливо выкрикнул Свят, первым ворвавшись в комнату.

— Прогнозы строить рано, но, кажется, они утешительные.

— Подожди-ка… — отодвинула его в сторону Фатта. — Дай-ка я в его головушке покопаюсь. Может, и не Ратибор это вовсе.

Сканирование успокоило Святомудра и Матушку ведуний, поэтому через десять минут они доставили меня в кабинет Бориса.

— Как гора с плеч! — радостно обнял он меня. — Так за этот час переволновался, что аж чесаться начал!

— Час? По моим ощущениям прошло около суток.

— Ты до сих пор доверяешь ощущениям? — поинтересовалась Фатта.

— Логично. Мог и год за чертогами Яви бродить, а тут и пары секунд не пролетело бы. Ещё башка с трудом соображает.

— Срочно в норму её приводи и отчитывайся, — посерьёзнел князь, переходя на деловой тон.

— Как и предполагал, Морана мне помогла, доставив на место и защитив сознание от Неназываемого.

— Кто он такой?

— Да с трудом оттуда ноги унесли! Точнее, извилины мозга! Не до расспросов было! Жуть! Погрузившись на дно моря, которое описывала Фатта, я нашёл там камень, оказавшийся душой и сознанием Маруши. Всё время страшенное чудище атаковало, и немного не хватило ему для того, чтобы пробить защитные барьеры Хозяйки Зимы.

— А что говорит моя богиня по этому поводу? — спросила Матушка ведуний.

— Ты с ней лично общалась?

— Естественно.

— Послана хоть раз была? Мне вот постоянно направление даёт в разные интимные части тела.

— Понятно. Значит, не со мной одной она так, хотя раз на раз и не приходится. Что ещё можешь добавить?

— Только то, что если ещё раз соберусь повторить подобную глупость, то отговорите меня от командировочки. Неназываемый очень силён. Даже Морана, которой смерть подчиняется, и та еле нас уберегла во владениях божка неизвестного. Мы все круто с ним попали!

— А Маруша? — вставил свой вопрос и Святомудр. — Её стоит ждать к нам или в Нави останется?

— Обязательно оклемается, по заверениям богини. Только вы к ней сразу не лезьте. Вначале я переговорю, а то мало ли что.

— Что может случиться? — насторожился отец.

— С нами ничего, а вот у неё психика хрупкая после «отдыха». Вдруг сломается, ощутив себя на свободе? Я один крепко связан с ней ментально, поэтому смогу лучше всех проконтролировать возвращение в наш мир.

— Сам решил?

— Богиня сказала, — соврал я.

— Понял. Сделаем. Иди-ка ты, сынок, отдыхать! Досталось тебе! До завтра отлежись, и начнём работать.

— Не помешает немного побездельничать, — согласился с отцом. — Что по Луганским?

— Глухо… Может, ночь что-то изменит, но надежд мало.

Придя к себе в апартаменты, заварил крепкий кофе и сел на кухне, раскладывая последние события по полочкам.

Я ни хрена не знаю о богах. Даже та информация, которой поделилась Морана, может быть лживой. Или она кормила меня полуправдой, как это делал я, докладывая Борису о спасении ведуньи.

Допустим, что говорила правду. Зачем? К чему подводит Хозяйка Зимы? Явно не из-за дружеского участия так поступила: значит, имеет определённые виды на «личинку»… Тьфу ты! Уже сам так себя называю! Вот до чего же баба поганая!

Лирику в сторону. На самом деле, с богами у меня есть одна общая точка соприкосновения — морлы. Неужели хотят ввести в свой пантеон нового божка, отмеченного той же печатью этих космических — уже не знаю как их и назвать — высших существ? Вряд ли. Я реально не дотягиваю даже до старшего помощника младшего лифтёра Мораны, а уж вершителем судеб назвать меня можно лишь в жестоком приступе белой горячки.

Тем более в Прави и Нави сложилась своя система распределения обязанностей, в которой нет места постороннему. Скорее всего, я — их связанная с Явью очередная переменная в непостоянном уравнении мироздания. Хотя, признаться, переменная жирная, важная, если со мной так возятся. Остановимся пока на этом и будем копить данные дальше.

Теперь по Маруше. Зря не придал сразу значения словам Мораны про общую душу. Стоило попытаться разговорить её, а не изображать из себя ничего не боящегося крутого парня. Теперь поезд ушёл… Одна душа на двоих — это как? Будем с ведуньей ощущать себя эмоциональными «трансгендерами», совместив в головах мужское и женское одновременно? Или, не приведи господи, начнём двигаться синхронно и мысли друг у друга читать? Наверное, пока паниковать не стоит. Придёт в чувство, там и разберёмся. Именно для этого я попросил от имени богини меня первого запустить в комнату к Маруше.

Мои размышления прервал вызов по «Ведуну». Ого! Это же Злата! Вот кого не ожидал!

— Да? — быстро откликнулся я.

— Здравствуй. Есть возможность поговорить? — вежливо-официально произнесла боярышня.

— По «Ведуну»?

— Лично. Можешь отлучиться из представительства? Или князь объявил осадное положение в Роду Тулиных?

— Где встречаемся? В офисе?

— Исключено. Сейчас скину координаты одного местечка. Там не подслушивают.

— Точно? Ты так решила или СБ Луганских?

— Моя личная «берлога». Третий день принадлежащее не связанному с Родом человеку маленькое кафе сегодня закроется по техническим причинам, и персонал разойдётся по домам. Только ты и я.

— Понятно. Сейчас переговорю с отцом и получу разрешение на отлучку.

— Если что-то пойдёт не так, позвони. Я временно разблокировала твой номер.

— Договорились. Отбой.

Быстро собравшись, поднялся в кабинет Бориса.

— Опять что-то⁈ — вскочил он. — Только не говори, что плохое!

— Опять. Не понимаю пока сам, как к этому относиться, но Злата Луганская приглашает на тайную встречу. Думаю, Славута о ней не знает, потому что шифруется боярышня. Разреши мне переговорить с ней?

— Да… Всё-таки в Клятве Крови есть свои плюсы. Не знаю, как без неё буду обходиться, когда с тебя сниму. Вся информация вовремя, и как на ладони! Живительная влага по великокняжескому сердцу растекается! Это хорошо, что есть хоть какое-то шевеление от Луганских. Пусть не отец, а всего лишь дочь, только в нашем положении всё в радость. Обязательно встреться. Дозволение даю. Сразу же после этого ко мне с подробным пересказом свидания.

— Слушаюсь, — вытянулся я по стойке смирно, имитируя действие Клятвы. — Что я могу Злате обещать, если начнётся торговля? Линия поведения?

— Смотри по обстоятельствам. Голова у тебя работает уже получше моей, так что лишним её забивать не буду.

Выйдя из представительства, сел за руль неприметной машинки из гаража отца и выехал на встречу. Остановился около нужного кафе на окраине Новгорода, постучал в запертую дверь. Злата открыла сама, кивком головы пригласив вовнутрь.

— Что ж, — сказала она, усаживаясь за столик. — Разговор для меня непростой… Знаю, что ты после встречи побежишь к Борису докладывать, поэтому мои слова больше адресованы ему, а не тебе.

— Вы решили пойти войной на Тулиных? — в лоб спросил я.

— Не знаю. Отец сейчас в Луге. Что он там делает? Даже примерно не представляю. Может, думы грустные думает, а может, и планы против вас составляет.

— Если по возвращении в столицу узнает о нашей встрече, то можешь серьёзно от него получить.

— Готова к этому и даже больше. Повторюсь, не знаю, каким путём пойдёт Глава Рода, но… В случае конфронтации «Народный княжич» его не поддержит, а выступит на стороне Тулиных.

— Ого! Против своих пойдёшь⁈ Очень опрометчиво! — искренне удивился я.

— Не против своих, а против Неназываемого и его прислужников. Отец не доверяет вам, но я была на Немане среди этих уродов. Я видела Марушу… До сих пор ощущение липкой мерзости внутри, поэтому верю каждому слову.

Пусть лучше меня отлучат от Рода, чем стану рабыней Неназываемого. Как понимаю, князь Борис не просто ради приличия настоял, чтобы отец взял меня с собой на вчерашнюю встречу с вами. Скорее всего, имеет виды на «Княжич»… и даже больше не на него, а на «Племя».

— Абсолютно верно. Думали насытить его бойцами, чтобы оно выступило в качестве третьей силы, когда начнутся боярские разборки.

— Считай, что согласие получено. Нужно будет составить письменное соглашение — готова.

— Передам обязательно.

— Скажи… эээ… Ратибор, — неожиданно переключилась боярышня на другую тему. — Понимаю, что ты всего лишь подделка княжича, и другого выхода, как играть в эту игру, у тебя не было. Но интересно, был ли ты хоть иногда искренним?

— Начнём с того, что я не подделка. Сам себя сделал из первичного дерьмового материала прошлого наследника. Все достижения, мысли, надежды и даже чувства — мои, оригинальные.

— С Кровавой Клятвой внутри нельзя быть самостоятельным. Теперь понимаю, почему Борис так легко прощал твои выходки: это были его планы, которые осуществляла марионетка. Сказал охомутать меня — ты и действовал.

— Удивишься, но на любовь Клятва не распространяется. Я влюбился по уши и продолжаю любить. Поверь Филиппу Лапину из другого мира, который не раз обжигался с женщинами и научился на собственном горьком опыте отделять истинное от внушаемого со стороны. К тому же ты и раньше догадывалась, кто я такой, но это никак не влияло на отношение ко мне.

— Не знала про Кровавую Клятву. С ней всё выглядит в другом свете. Ты и сейчас говоришь лишь то, что приказал князь.

— Тогда зачем затеяла этот разговор?

— Не знаю… — пожала плечами она. — Всегда внутри есть маленькая надежда на чудо.

— Озвучивать не имею права, но чудо всё-таки произошло. Я несколько часов назад спас из плена Неназываемого Марушу. При помощи богов спас, которые и сняли с меня ошейник Клятвы. Отцу пока говорить не стал: пусть думает, что сын под контролем. Так что можешь полностью доверять каждому моему слову.

— Хороший заход в очередной раз отжать у меня «Народный княжич», — криво усмехнулась Злата. — Не получилось. Так папаше и передай! И не надо больше дёргаться в этом направлении, если хотите сохранить деловые отношения. На большее, извини, не согласна.

— Как только будет возможность, то в подтверждение своих слов устрою тебе встречу с ведуньей.

— Ну вот, когда встречусь с Марушей, тогда и решу, что с тобой делать. Пока же говорить не о чем. Уходи. Мне нужно кафе закрывать и ехать в представительство, а то охрана хватится.

Сев за руль своего автомобиля, не сразу завёл двигатель, с грустью задумавшись на несколько минут.

Ну а чего я хотел? К этому всё и шло. Рано или поздно проблем было бы не избежать. «Жили долго и счастливо» не про нас. Только «в один день умереть» и остаётся, если Велесу проиграем…

Глава 16

Посреди ночи меня разбудил звонок Бориса.

— Ратибор! Срочно собирайся! Она очнулась!

Спросонья хотел было спросить, кто такая «она», но через секунду сообразил — МАРУША!

— Лечу! — вскакивая, проорал в «Ведуна». — Никого не впускать до моего появления!

За те десять минут, что добирался до секретной подземной комнаты, успел несколько раз вспотеть и замёрзнуть от волнения. Что мне готовит эта встреча? Я вообще ненавижу события, которые начинаются с внезапных ночных звонков. Они, как правило, ничего хорошего не приносят и связаны либо с бедами, либо с другими серьёзными неприятностями.

У двери камеры уже топтались отец, Свят и Фатта.

— Нужно выключить все камеры и прослушку, — не терпящим возражения тоном, приказал я.

— Исключено, — возразил Борис. — Мы должны знать…

— Ни хрена вы знать не должны! Несмотря на Клятву Крови, думаешь, я всё тебе рассказал о событиях в Нави? Нет! Знаешь почему? Богиня запретила под страхом смерти и свои блоки поставила! Сейчас будет что-то из этой же серии, так что делай выводы.

— Рат прав, — поддержал меня Святомудр. — В дела богов лишним лучше нос не совать. Они сами решают, что и кому нужно знать.

— Согласна с волхвом, — кивнула Фатта.

— Ладно, — нехотя признал наши доводы князь. — Но учти, сын, что мне это очень не нравится!

— Мне ещё меньше, только выбора особого нет. Я пошёл…

Собравшись с духом, открыл дверь. Маруша сидела на стуле, сорвав датчики приборов, сцепив ладони в замок и подперев ими подбородок. На моё появление она никак не отреагировала. Неужели ещё не совсем в себе? Осторожно стал приближаться.

— Не бойся, не укушу, — неожиданно безэмоционально произнесла ведунья, продолжая смотреть в пол.

— Да готов даже на такое твоё осмысленное действие! — обрадовался я, услышав её голос. — Ты как себя чувствуешь?

— Как изнасилованная грязными бродягами малолетка из приличной семьи. И физически, и морально. Вначале Велес покуражился, а потом вы с богами добавили ощущений.

— Всё позади…

Попытался положить руку ей на плечо, чтобы немного успокоить тактильным контактом, но ведунья резко отшатнулась.

— Не прикасайся.

— Объяснить не хочешь, чтобы я, дурень, понял, в чём моя ошибка? Начни сначала, а там посмотрим, как жить дальше, — предложил Маруше, усевшись на пол и спиной прислонившись к стене.

— Наверное, надо… — тяжело вздохнула она. — Когда наша группа, попав в ловушку Странника, была почти уничтожена, то мысленно уже попрощалась с жизнью, понимая, каков будет исход. Лучше бы погибла тогда. Лежу в луже крови и смотрю, как добивают моих товарищей. Спокойно так, деловито. Особо не заморачиваясь, мёртв ли человек или просто притворяется, выстрелом в голову ставя последнюю точку.

Дошла и моя очередь. Вижу дуло направленного автомата, но тут Странник отдаёт приказ оставить меня в живых. Садится рядом на корточки и довольно заявляет, что такой бриллиант должен пополнить коллекцию Неназываемого. Потом начинает творить своё колдовство.

Пытаюсь сопротивляться, но четыре антимагические пули в груди не особо хорошо стимулируют приступы бодрости. Да и то, что творит Странник, не поддаётся объяснению. В нём заключена такая сила и Прави, и Нави, что попросту невозможно блокировать. Сознание уплывает… Меня больше нет в Яви…

— Но ты же как-то смогла послать мне сообщение?

— Именно «как-то». До сих пор не понимаю, как. Почему-то в последний момент стала думать о тебе. Была твёрдая уверенность, что только ты, Ратибор, можешь помочь. Что только ты для меня важен…

Наша связь, по каким-то причинам не была замечена Странником, поэтому из последних сил кое-как попыталась докричаться до тебя, чтобы смог передать Моране о произошедшем. Очень надеялась, что и богиня не останется в стороне. Больше ничего не знаю. Не спрашивай.

— Что было у Велеса?

— Кошмары и осознание своей никчёмности. Боль иного порядка, чем телесная. Чертоги Хозяйки Зимы — настоящий курорт по сравнению с тем, что творится там. Душа моя разлагалась серо-зелёным гноем и впитывалась силой Велеса. Он…

Не знаю, какие слова и подобрать. Он холодный расчётливый садист. Из тех типов, что будет ломать кости, резать, жечь живого котёнка, с интересом наблюдая за его реакцией.

Ублюдок спокоен. Не злится, не мстит, хотя чем-то обижен на людей и богов. Для него главное — знания, которые невозможно получить другими способами. И вот это страшнее всего — быть тем самым беспомощным котёнком в руках маньяка.

— Ты лично познакомилась с ним?

— Нет. Я была частью его силы. Крохотной, но всё понимающей частичкой. Это особенно ужасно.

Голос Маруши на последних словах дрогнул и плечи затряслись, словно от сильного холода. Я быстро свернул тему Велеса и переключился на другую.

— И чем же мы с Мораной провинились? Вроде избавили тебя от такого.

— Не провинились. Наоборот, я всегда буду вам благодарна и постараюсь всеми силами оплатить этот долг, хотя никогда не смогу погасить его до конца! Моя душа… Когда-то она была свободной, но Хозяйка Зимы мне популярно объяснила, что теперь я принадлежу тебе. Вытащили из одной тюрьмы и посадили в другую. Пусть в более комфортабельную, почти под домашний арест, но…

— Добро пожаловать на борт, сокамерница! Получается, что и я твой пленник, — усмехнулся я. — Либо Морана объяснила неправильно, либо с мозгами у тебя пока не всё в порядке. Последнее утверждение мне кажется более убедительным. Ты имеешь одну душу со мной. Что это значит, я сам не до конца понимаю и слегка мандражирую, ожидая всяких гадостей. Но не хозяин тебе, однозначно.

Предлагаю поступить следующим образом. Живём как нормальные люди и присматриваемся к изменениям. Всеми странностями и интересностями откровенно делимся. Вырабатываем взаимное комфортное существование. Время покажет, что из этого получится, но, быть может, вылупится и что-то хорошее. Главное, что ты здесь, рядом, а не у Велеса. Не находишь, что я прав?

— Может быть. Я ещё эмоционально не знаю, где нахожусь. Нужно привыкать.

— Я и не требую от тебя пока многого. Итак… — встал я, галантно протянув даме руку. — Прелюдия закончена! Не соизволишь ли осчастливить, прекраснейшая Маруша Подус, меня своим решением? Что желает твоя душа?

— Ты забыл, что она одна на двоих. Не юродствуй, — уголками рта слегка улыбнулась она.

— Ну, моя-то половина хочет пожрать и поспать.

— Моя тоже. Особенно есть. До судорог, прямо.

— Немудрено! Столько недель на голодной диете просидеть! Какой ресторан предпочитаешь?

— Извини, Рат… Я никого не хочу сейчас видеть. Точнее, боюсь почему-то. Если мне доставят еду сюда, то буду очень благодарна.

— Предлагаю поступить интереснее. Все дела на сутки откладываем. Поселяемся в моих апартаментах и любуемся друг другом до тошноты… С едой, конечно! Обещаю интим не предлагать и на ночь страшилки не рассказывать.

— Я бы с удовольствием выбрала этот вариант, но уверена, что князь ждёт отчёта.

— Ты в состоянии его сейчас предоставить в полном объёме, с выводами?

— Сомневаюсь.

— И я об этом! Сейчас Борису сама всё скажешь: он под дверью воздух переводит. Только прошу не упоминать про наши душевные подробности. То, что было в Нави, должно остаться в Нави.

— Знаю. Морана приказала мне особо языком не трепать.

— Вот и чудненько.

Открыв дверь камеры, я вышел первым. За мной несмело показалась Маруша, съёжившаяся при виде людей. Хорошо ж её приложило, раз некогда боевая женщина так себя ведёт.

— Князь, — официально обратился я к Борису, — ситуация пока сложная. Рекомендую потерпеть минимум сутки, так как Маруша Подус находится ещё в переходном состоянии, и контакты с ней могут быть опасны для обеих сторон.

— Тогда, зачем ты её выпустил?

— Так надо. Реабилитация. Мне ничего не грозит, поэтому предлагаю Марушу пока разместить в моих апартаментах. В спокойной домашней обстановке она быстрее обретёт рабочую форму.

— Значит, завтра…

— Извини, но я назвал минимальный срок. Может, и послезавтра или через пару дней.

— Времени мало. Маруша, ты…

— Стоп! — приложил я ладонь к его рту. — Вот совсем никаких контактов нельзя, отец. Это не шутки.

— Два раза в день отчёты о её самочувствии! Понял?

— И внеплановые, если будут причины на это?

— Естественно. Отдыхайте. Заслужили.

Поднявшись к себе, я сразу же отправил ведунью в ванную, а сам заказал много разнообразной еды. Посвежевшая, раскрасневшаяся после душа женщина, увидев такое изобилие, отпихнула меня в сторону и стала молча есть как не в себя. Насытившись, она блаженно отвалилась на спинку стула и посмотрела на меня.

— А ты чего не ешь?

— Не хочу, — признался я. — И это, кстати, очень странно! Хрен знает, сколько времени провёл на максимуме своих возможностей, но зверского голода, как раньше бывало, не испытываю. За день всего парочка бутербродов на ходу, а ощущение сытного обеда. Может, раз душа у нас общая, то и желудок тоже? Поела, так сказать, за двоих?

— Это разные категории. Значит, своим заявлением насчёт пожрать и поспать ты мне соврал?

— Да. И это наш первый положительный эксперимент! Ты не распознала мою маленькую ложь! Выводы сделаешь сама или мне озвучить очевидное?

— Я не настолько отупела. Получается, что мы продолжаем оставаться разными людьми.

— Именно. Тогда в чём же «побочка» от слияния?

— Странно, но меня сейчас волнует другой вопрос… Почему ты не заказал кофе?

— Привык делать сам. Помню, что любишь чёрный. Бальзамчика пару капель для расслабухи добавить?

— Да. Будь добр.

Вскоре мы сидели с кружками на диване в гостиной и пили крепкий ароматный напиток.

— Рат, — после долгого молчания, поинтересовалась Маруша. — Ты как-то странно сегодня вёл себя с князем. Словно подчинённый перед командиром отчитывался.

— Так и есть. Папочка на Кровавой Клятве сильно гайки закрутил, поэтому я, когда дело касается его интересов, так себя и веду.

— Но в тебе же сейчас нет и отголоска Клятвы.

— Откуда знаешь? Морана сказала?

— Чувствую. Ты полностью свободный человек, не считая меня, конечно.

— Ещё одно проявление слияния душ?

— Допускаю, что так оно и есть, — задумалась она. — Но у меня тоже ментальных барьеров было выше неба, и по идее они должны были перейти на тебя, так как одновременно сочетают в себе и сознание, и душу. Раз я в тебе их не ощущаю, то и сама «чистый лист»?

— Проверять будем обязательно, но мне кажется, что только что нашли первый плюсик взаимного существования. Теперь ни на тебя, ни на меня нельзя поставить блоки, не задев другого. А раз сознание у нас разное, то нужно либо окучивать двоих, либо никого. Это, правда, может обернуться и минусом…

— Да всем, чем угодно! Ты не ответил на вопрос, почему притворяешься перед князем.

— А зачем его расстраивать? Человек старался, а я взял и всё сломал.

— Затеял очередную игру? Что здесь у вас, вообще, происходило во время моего отсутствия.

Пересказ всех событий затянулся до глубокой ночи. Маруша слушала молча, лишь изредка отвлекаясь, чтобы налить себе кофе.

— Ну и как тебе сюжет? — спросил я, закончив повествование.

— Не нравится. Получается, что Велес снова может забрать меня в плен? — выделила она главное для себя.

— Не тебя, а нас. Опять про душу забыла. Поверь, в обиду тебя не дам, — слегка приобняв, пообещал я женщине. — Тем более, я с богами скорешился. Так что кину клич, и настучим этому уроду сообща.

— Всё шутишь? Прости, но эта не та тема, над которой хочется смеяться.

— А я и не смеюсь. Серьёзно говорю. Знаешь, Маруша, а мне тебя очень не хватало.

— Зря привязался. Кроме как на постель, я ни на что не гожусь. В этом и другом меня Злата замечательно заменит. Ты же её любишь?

— Не знаю теперь. Она меня отфутболила. Бегать за той, которой противен? Проходил. Не понравилось.

— Не ври себе. Любишь. А я вот на такие чувства не способна, но очень благодарна тебе. Поэтому если нужно будет найти утешение, то обращайся… Чуть позже.

— И всё равно мне хорошо с тобой. Как с человеком… Близким.

— Приятно. Поверь, даже такое признание больше того, что заслуживает бессердечная последовательница Хозяйки Зимы. Ложись спать. Время позднее.

— А ты?

— Потом.

— Боишься?

— И это тоже. Не обращай внимания. Мне сейчас нужно побыть наедине со своими мыслями.

Ночью я просыпался несколько раз и тихонечко подкрадывался к двери. На кухне горел свет. Маруша так и не заснула. С утра я застал её, задумчиво смотрящей в окно, с очередной чашкой кофе в руках.

— На доклад к князю собрался? — не поворачиваясь, поинтересовалась ведунья.

— И тебе хорошего дня. Отзвонюсь, скажу что динамика положительная, и этого достаточно. Ты как?

— Лучше. Мир начинает обретать краски.

— Смотрю, уныние переросло в боевой настрой.

— С чего ты взял?

— Чувствую. Вчера, как в серой паутине барахталась, а сегодня злая.

— Ну, да… Общая душонка даёт о себе знать. А я вот чувствую, что должна встретиться с боярышней. Она тебя волнует больше всего и мешает сосредоточиться на проблемах.

— Вначале встреча с князем.

— Пойдём.

— Ты ещё не готова.

— Я никогда не буду до конца готова после пережитого, но Велес дышит нам в затылок. Зачем терять время на сопли?

— Отец, гостей принимаешь? — связался я с Борисом, не став спорить.

— Один?

— Вдвоём.

— Немедленно ко мне!

Князь принял нас радушно. Участливо поинтересовался несколько раз у Маруши о её самочувствии, а потом, резко посерьёзнев, потребовал от неё доклад.

— Сведений мало, — призналась она. — Мы внимательно следили за Странником, но он умело «хвосты обрубает». Единственное, что удалось определить — конечные точки его маршрутов. Не всех, естественно, только выводы определённые сделать можно.

Он не имел общих дел с серьёзными кланами, а больше проявлял интерес к незначительным семейкам. Особенно к тем, что смогли продвинуть своих представителей на высокие посты. Складывается впечатление, что сектанты опираются именно на них, создавая сеть из ячеек, которые по отдельности не опасны, но все вместе представляют весомую силу. Маленькие пчёлы могут убить слона.

— Думаешь, у нас то же самое?

— Не знаю этого наверняка, Борис. Всё на уровне догадок. К тому же в Славянском Княжестве они осмелились задействовать княжича из самого влиятельного Рода. Хотя… Тут случай особый. Грех было им не воспользоваться.

— Согласен. Странник был связан с неким Хозяином. Что-то есть про него?

— Ничего, но объект три раза на несколько дней скрывался из поля нашей видимости. Причём сроки были разные: от трёх суток до недели. Мы до конца всё систематизировать не успели. Только есть подозрение, что Странник выезжал на встречу со своим руководителем.

— Скинь информацию Тёме. Он разберётся.

— Сделаю немедленно. По времени отлучки Странника можно вычислить месторасположение Хозяина. Примерное, конечно, но хоть что-то.

— А не может ли быть вся слежка дезинформацией? — не стал отмалчиваться и я. — Если Странник знал, что за ним следят, то мог разыграть спектакль, направив по ложному пути.

— Может, но нет, — возразила Маруша. — Я всю ночь думала, где мы смогли проколоться. Анализировала и наше поведение, и Странника. Странности, как теперь понимаю, начались недели за две до уничтожения группы. То ли мы умудрились вляпаться в его «закладку», то ли он внимательно отслеживал окружение и в какой-то момент смог высчитать слежку, но в последние шестнадцать дней начал хаотично метаться из города в город. Уверена теперь: собирал информацию о нас и скрывал за десятком бесполезных визитов реально важные. Это время я в расчёт не беру.

Звонок по «Ведуну» отвлёк меня. Домогалась беседы сама боярыня Выборгская. Такая особа по пустякам трепаться не любит, поэтому я, извинившись, вышел и кабинета.

— Доброе утро, Хелена, — как можно приветливей поздоровался с ней. — Что-то важное?

— Да, — буркнула она. — Ты в Новгороде?

— В нём, родимом.

— Я вылетаю из Выборга в столицу. Хочу встретиться. Разговор серьёзный.

— Я теперь не при делах. Весь «Народный княжич» под боярышней Луганской.

— Плевать на дела! Тема государственной важности. Мутная. Дерьмом пахнет.

— Так, давай с князем соединю? Я как раз у отца.

— Успеется с ним. Ты у нас мальчик башковитый, соображаешь быстро — это мне сейчас важнее всего.

— Как скажешь.

— Тогда в два часа у меня. Обязательно приходи. Можешь и раньше. Отзвонюсь после посадки.

— Да случилось-то чего⁈ — не выдержал я, чувствуя, что Хелена сильно взвинчена. — Хоть намекни!

— Лично при встрече. Я доверяю только комнатам без прослушки… Теперь даже им не доверяю! Пока!

Озадаченный, вернулся в кабинет и пересказал странный разговор Борису.

— Не нравится мне это, но съезди, — разрешил он. — Заодно и переговори с боярыней насчёт помощи «Племени».

Встреча не состоялась…

Через полтора часа князь опять вызвал меня и ошарашил новостью.

— Хелена разбилась.

— Как⁈

— Катастрофа при посадке самолёта. Причины выясняются. Сама Выборгская чудом осталась жива, но находится в таком состоянии, что даже Великие Волхвы не уверены, что вытянут её. Кусок обгоревшего мяса…

— Думаешь, подстроено?

— Теракт или нет — рано гадать. Но как-то не вовремя произошло. Выборы на носу, да и разговор с тобой непонятный со счетов сбрасывать нельзя.

— Когда сможет говорить?

— Рат! Ты меня не расслышал? Неизвестно, сможет ли жить, а ты, оптимист, о мелочах спрашиваешь! Если повезёт, то не раньше, чем через месяц глаза откроет!

— И мои действия?

— Сиди тихо! Скоро в представительство приедет Злата. Приказываю не попадаться ей на глаза, если видеть сама не соизволит.

— Что ей надо?

— Не ей, а Маруше. Это она настояла на встрече. Хочет со своей стороны обработать боярышню, чтобы та не изменила своего решения о сотрудничестве. Да! Пришло от нашего гениального аналитика Тёмы ещё одно очень неприятное известие. Он проанализировал тайные отлучки Странника и высчитал, что Хозяин обосновался у нас. В Новгороде! В самой столице Славянского Княжества!

Глава 17

Выйдя из автомобиля, Злата нерешительно остановилась у входа представительства Тулиных. Честно говоря, заходить в него не хотелось, но приглашение прислал не Ратибор или Борис, а ожившая Маруша.

Неужели Рат не соврал и действительно вызволил ведунью из плена Неназываемого? Если это правда, то и остальное тоже может быть правдой… Или началась очередная хитрая игра князя, чтобы привязать «Народный княжич» к себе, не волнуясь, что могу сорваться с крючка? В любом случае с Марушей поговорить стоит.

Приняв окончательное решение, она решительно подошла к двери, тут же заботливо распахнутую тулинскими охранниками.

— Рады приветствовать боярышню Злату Луганскую, — с лёгким поклоном поприветствовал её мужчина, облачённый в полную боевую выкладку. — Тебя ждут.

— Где Маруша Подус?

— В покоях княжича. Мы проводим…

— Не надо! — раздражённо перебила его Злата, услышав эту новость. — Дорогу прекрасно знаю. Ратибор Тулин тоже там?

— К сожалению, княжич убыл по своим делам. Встретиться с ним вряд ли получится.

А вот это уже хорошо! Сейчас Рат будет абсолютно лишним. Но и с этой ведуньей держаться нужно настороже. Женщина опытная и может так задурить голову, что мало не покажется.

Придя в апартаменты, Злата увидела Марушу, сидящую с ногами на диване и попивающую кофе из огромной кружки.

— Здравствуй, боярышня, — вежливо улыбнулась она. — Присаживайся, поболтаем. Если хочешь чего-нибудь выпить, то возьми сама на кухне, а то так уютно устроилась, что лень вставать.

— Здравствуй. Обойдусь.

— Смотри сама… А я вот как вернулась в этот мир, так не могу от кофе оторваться. Постоянно чашку за чашкой… Как не лопнула — сама не понимаю, только давно такого наслаждения не испытывала.

— Чтобы этими откровениями поделиться, ты меня пригласила? Кстати, кофе водится не только у Ратибора. Почему зазвала именно к нему?

— Ответ простой: я здесь живу. И покои не прослушиваются.

— В первое верю, а во второе никак не получается. Борис не обращает внимания на желания сынишки, находящегося под Кровавой Клятвой, и обязательно понатыкал тут кучу различных устройств. Допускаю, что даже из туалета видео высокого качества получает.

— А Рат отца и не спрашивал. Снёс всё, пока был во вменяемом состоянии, и пригрозил князю парочкой мелких, но очень неприятных пакостей, если хоть одного «жучка» найдёт. Все комнаты проверяются. Сегодня, кстати, тоже. И про Кровавую Клятву забудь. Он же тебе говорил, что её больше нет.

— Прямо не Новгород, а деревня в три дома! Всё про всех всё знают! И чего тебе ещё княжич про меня растрепал?

— Многое. Мы же живём вместе.

— Ну и живите! Я вам зачем?

— Проблема в том… Точнее две проблемы. Первая: Рат тебя любит. Искренне, честно. Знаю, что вы не пара по всем статьям, но мне важно его душевное равновесие. Вторая проблема — недоверие. Пока оно живёт в тебе, совместно работать не сможете. Впереди предстоит много страшных событий, и нужно поддерживать друг друга.

— Я поддерживаю только свои интересы и интересы страны! — резко заявила Злата. — Не надо мне заливать про любовь и доверие! Тулин лишился всего. Знаю, что невиновен, и уши князя торчат за всеми его делишками. Только это хоть и оправдывает поступки, но не отменяет их. Есть ты, есть Род — пусть мнимый Ратибор утешается этим.

— Знаешь, Злата, — никак не отреагировав на небольшую вспышку гнева, спокойно ответила Маруша, с удовольствием отхлебнув из чашки, — когда-то я была рада, что ты находишься рядом с Ратом, и что между вами зарождаются не только деловые, но и личные отношения. Это помогало ему лучше вжиться в наш мир.

Теперь вижу, что произошла ошибка. Много ты о себе возомнила. Всё, чем владеешь сейчас, является заслугой княжича и Бориса со Славутой. Организация и мысли — Ратибора, деньги — ваших отцов. Ты по хорошему счёту плелась у них в хвосте. На подхвате. Даже я и то сделала больше, так как нынешний Ратибор — мой воспитанник, поэтому его успехи могу справедливо назвать и своими.

— Не смей! Я кровь проливала! Жизнью рисковала и ночами не спала!

— Не больше, чем любой командир средней руки. А теперь нацепила корону, считая, что твоё мнение единственно правильное, и можешь разбрасываться людьми. Ты в «Княжиче» без команды Рата — ноль. Представь на секунду, справилась бы, начав создавать всё с начала?

— Зато именно мне княжич передал управление, вместо себя поставив! — ехидно выдала Злата весомый довод. — Не находишь, что никчёмной девчонке он такой бы подарок не сделал?

— Но ты же сама говоришь, что Ратибор игрушка в княжеских руках. Получается, что это Борис тебя облагодетельствовал. А с кем он работал в паре до последнего времени? Правильно! С твоим отцом! Ты — папина дочка, умудрившаяся родиться в нужной семье, и ничего более. Это не моё мнение, а выводы из твоих ошибочных предположений.

Допустим, что я не лгу, и Ратибор реально всё делал по собственной воле. Получается, что видел в тебе потенциал, доверял, ценил и… Остановлюсь на этом. Не мне, служительнице Хозяйки Зимы, о высоких чувствах рассуждать.

— Хорошо подготовилась! Ощущается рука мастера! Князь сценарий читал? Не надо подводить меня к тому, что не представляю никакого значения. Я боярышня и хозяйка «Княжича», поэтому моё слово имеет определённую силу! А ты… Ты не ведунья, а ведьма! Я помню, как ты похитила меня из Оплота! — не выдержала Злата, вскочив с дивана.

— Рат тоже меня иногда ведьмой называет, — улыбнулась Маруша. — Спорить не стану. Внутри настоящей женщины уживаются оба образа: как светлый, так и тёмный. Поверь, ты не исключение. И за Неман прощения просить не стану. Не было меня там, как человека. И искренне желаю не пройти того, что я прошла… Может, всё же кофейку?

— Нет.

— Тогда и предложить тебе больше нечего. Всё, что хотела, я сказала.

— И я услышала! Даже то, чего не хотела… Всего хорошего, Маруша!

Выйдя из апартаментов, Злата решительным шагом направилась к своему кортежу с охраной. После сегодняшнего страшного происшествия с Хеленой Выборгской, боярин Славута выделил целый отряд по сопровождению, несмотря на все протесты девушки.

Расположившись на заднем сиденье бронированного лимузина, она раз за разом прокручивала в голове неприятный разговор с Марушей, с неудовольствием понимая, что проиграла по всем статьям, вспылив. Но ещё сильно саднит на сердце от разочарования. Ратибор, которого в последнее время воспринимала чуть ли не богом, на деле оказался марионеткой. Умной, мужественной, но деревянной. С ниточками, за которые дёргает Борис.

— Отставить представительство! Едем в «Народный княжич», — приказала боярышня водителю.

Сейчас ей очень захотелось оказаться в кругу верных друзей и доказать, что она не пустышка. В чём-то Маруша была права про папину дочку. Пора разорвать этот шаблон в клочья!

Минут через пятнадцать машина внезапно резко остановилась и раздался громкий звук взрыва.

— Нападение! — заорал охранник, снова дав по газам.

Но уйти не удалось: впереди и позади кортежа практически одновременно рвануло. Глубокие воронки отрезали пути к отступлению. Осталось одно — принять бой.

— Автомат! — проорала боярышня телохранителю, кастуя Малый Шар Истинного Огня. — Занимаем оборону!

— Нельзя! — жёстко осадил её он. — Перестреляют, как куропаток! Сиди в машине и не высовывайся! Это наша война. За этим боярин и приставил к тебе! Если…

Договорить он не успел. Автомобиль внезапно поднялся в воздух, перевернулся и упал на крышу.

Слегка контуженная от очередного взрыва Злата мутным взглядом посмотрела на телохранителя и водителя. Оба не подают признаков жизни. Звон в ушах и головная боль мешали нормально соображать, но тело ещё не забыло войну. Сорвав с разгрузочного жилета погибшего бойца армейскую рацию, она приказала в неё.

— Говорит гранд-лейтенант Луганская! Принимаю командование на себя! Занимаем круговую оборону! Экипажи первой, третьей и шестой машины — правая сторона улицы! Второй и пятой — левая сторона! Подавлять огневые точки противника массированным обстрелом нескольких групп! Ручную артиллерию не применять: в зоне поражения есть гражданские! Отслеживать любое шевеление в окнах! Связисту головной машины вызвать подкрепление из представительства… Нет! Ори благим матом по всем доступным каналам! Наши не успеют!

* * *

Чтобы не путаться под ногами у Маруши и не столкнуться случайно с боярышней, я отпросился из представительства и поехал в «Народный княжич». Тихон встретил меня достаточно тепло, но с лёгкой настороженностью.

— Не волнуйся, — успокоил я его. — Военные тайны разведывать не собираюсь. Просто на огонёк заскочил. Как тут у вас дела?

— Хорошо, — вежливо ответил Тихон.

— Будет ещё лучше. Князь Борис для «Племени» народ собирает, так что скоро новобранцы рекой потекут.

— Замечательно, Рат! Лишь бы всего хватило.

— Хватит. Деньгами тоже обеспечит. Крутые дела намечаются.

— Опять, значит, не высыпаться?

— А как ты хотел? Коротать свой век у камина и строчить мемуары о бурной молодости? Такие, как мы, мемуары не пишут. После смерти другие люди за нас их выдумывают.

— Кто погиб? — тревожно спросил Эдмонд Леду, входя в кабинет. — Здравствуй, княжич! Рад тебя видеть!

— Никто не погиб, кроме вашей спокойной жизни. Привет, Эд! Что-то рано ты отгулял положенный отпуск.

— В лагере много дел. Только что оттуда. Слаживание новых боевых групп, да и хозяйственные дела теперь полностью на моих плечах.

— Не понял. Каких групп?

— Кхм… — многозначительно кашлянул Тихон.

— Брось! — отмахнулся от него Эдмонд. — Информация в открытом доступе, так что никаких приказов Златы не нарушаю. Практически все ветераны Немана вернулись в «Племя», даже те, кто не может полноценно встать в строй. Ещё и по несколько новичков некоторые с собой привели. Вот такие дела, Рат!

— Прекрасная новость! Значит, поверили вам люди!

— Верят. Не все, конечно, но многие.

— Я вот тут нашему строгому Тихону уже новость сказал, но и тебе с удовольствием повторю. Род Тулиных объявил набор в твой отряд. С полным обеспечением ратников и информационной поддержкой. Поэтому и хоронили спокойствие, пока ты не объявился.

— Если князь Борис курирует, то, значит, ты снова становишься нашим вождём?

— Нет. Может быть, со временем что-то и поменяется, но не в ближайшие дни. Считайте меня посредником между вами и моим отцом. Злата в курсе и дала согласие сотрудничать с Тулиными. Но в её дела я не лезу, и она сама вам расскажет, что посчитает нужным.

Вскоре пришёл и Расул, которому я в третий раз пересказал новость. В отличие от Леду и Тихона, он не проявил никаких эмоций, а задумчиво уставился в окно, напевая:

' Река волной любви накрыла,

И сердцу стало горячо.

Как ты меня тогда любила,

Хочу ещё, ещё, ещё…'

— Расул! Ты чего там подвываешь? — спросил я его, чувствуя, как по спине начали не просто бегать, а метаться в панике мурашки.

— Да песенка с утра в магазине привязалась и никак отлипнуть не может! — скривился он. — «Волна любви», кажись, называется. Для танцулек. Показали б гада, что при мне её включил, удавил бы, не раздумывая! Уже весь мозг выела! Вот откуда я эту пакость знаю? Нет чтобы про тяжёлую пацанскую долю. Хоть и воровская тема, но жизненная.

Только не музончик меня сейчас больше волнует, а твои слова, Ратибор. Такие дары, что папаша твой подсовывает, либо богам несут, либо на поминальную тризну… Что-то божественного ни в одном из нас ничего не ощущаю. Значит, опять головой рисковать придётся. Раз такая спешка, то скоро. Я неправ?

— Прав, — согласился я. — Но и с этим вопросом, пожалуйста, к Злате. Вам с ней решать, как жить дальше. Отойдёте в сторону — никто неволить не станет.

— Выборы? Завтра гонка претендентов начинается, — поинтересовался Тихон.

— Не сами выборы. Ближе к концу их стоит быть во всеоружии. Это дело не Рода Тулиных, а государственное.

— А подробности? — не отставал он.

— А покажи мне отчётную ведомость за последний месяц?

— Понятно. У каждого свои секреты.

Сильный взрыв, заставивший задрожать стёкла, отвлёк нас. Тут же прогремели ещё несколько. Мы бросились к окну и увидели вдалеке густой чёрный дым.

— Это ж кто там так «развлекается»? — первым задал вопрос Расул.

Ответ на него пришёл в виде связиста «Народного княжича».

— Нападение на боярышню! — запыхавшись от бега, проорал он. — Помощи просит!

— Тихон! Сколько здесь вооружённой охраны?

— Человек тридцать.

— Всех по машинам! Едем на выручку! Бронешторы на окна офиса! Гражданскому персоналу раздать стволы на случай, если и сюда кто-то непрошеный сунется! Остаёшься за старшего! Быстро! Время!

Мы неслись, не разбирая дороги, нарушая все правила дорожного движения. Срезая путь, пару раз заезжали на тротуары, бешено сигналя, чтобы разогнать испуганных пешеходов.

— Луганские! Приём! Приём! — бубнил я в рацию, покуда не пришёл ответ.

— Кто это? — наконец-то прозвучал из неё голос самой Златы, перемешанный с треском автоматных очередей.

— Тулин! Ратибор Тулин! Мы в нескольких минутах от вас! Держитесь и не пальните!

— Быстрее. Боезапас к концу подходит. Прячемся за остовами бронемобилей. Зажаты в классические «клещи». Дома по обе стороны улицы «красные». Номера семь и двенадцать! Бьют больше с крыш, но и из нескольких окон прилетало. Гражданских вряд ли эвакуировали. Я изменяла конечный маршрут, так что толком не должны были подготовиться. Ждём! Не отвлекай! — деловито протараторила она, как мы привыкли делать это на фронте.

— Все слышали? — поинтересовался я у сидящих в машине. — Делимся на группы. Эдмонд с половиной людей зачищает седьмой дом, а я веду группу в двенадцатый.

— Я остаюсь тут, — сказал Расул. — Пока не въехали в зону «глушилок», местной братве успел весточку кинуть. Скоро подтянутся. Вот с ними и подмогну. Ещё Тихон сказал, что дружинников на уши поставил, хотя они тоже были в курсе — весь эфир забит повтором призыва о помощи.

— Отлично!

Вскоре мы подъехали к театру боевых действий. Высадившись, разделились на два отряда, но подойти ко входам в дома не представлялось возможным из-за плотной пальбы с их стороны. Потеряв несколько человек, залегли и стали и беспокоить противника прицельным, но мало результативным, больше отвлекающим от основной цели огнём.

Так дело не пойдёт! К чёрту всё!

— Эдмонд! Назначь командира на мою группу и атакуй, как только увидишь возможность!

— А ты?

— Уже одной ногой там!

Включив боевой режим на максимум, рванул что было сил к перевёрнутому представительскому лимузину. Боярышня должна быть рядом с ним, так как никто разгуливать по улице ей спокойно не даст.

Не ошибся! Злата, используя приоткрытую бронированную дверь как прикрытие и сильно задрав дуло автомата, шмаляла короткими очередями куда-то вверх.

Не останавливаясь, хватаю её в охапку и забегаю в ближайший подъезд. Сто двадцать метров за три с половиной секунды, да ещё и часть пути с «утяжелением»! Рекорд! Расту!

— Ранена⁈ — ору оторопевшей от такого резкого перемещения девушке.

— Что? Где? — не может она ничего понять.

— Свои! Начинай соображать!

— Нет. Цела почти — царапины не считаются. Патроны есть? У меня треть магазина осталось.

— Держи! — протягиваю ей парочку своих. — Среди нападавших есть витязи?

— Ни разу не применялся Дар. Скорее всего, одни простые ратники, хотя и натасканы отлично.

— Неважно. Сейчас поднимаемся на крышу, устраиваем на ней светопреставление и пытаемся дать возможность нашим прорваться к домам. Нужно хоть одну сторону улицы сделать непростреливаемой на некоторое время, а дальше легче будет.

— Действуем, как на Немане, используя тактику боя малыми силами в окружении?

— Да. Это у нас хорошо получалось. Хотя тут расклад немного другой и простора нет, — быстро поднимаясь по лестнице, подтвердил я. — Мы практически посередине дома выйдем. Твоя сторона западная.

— Поняла, командир.

На крышу мы не выбежали, а практически вылетели. Я сразу засёк двух бойцов и развалил их Воздушной Плетью. Судя по вспышке света и жару, слегка припёкшему мою спину, гранд-лейтенант Луганская тоже не воробьёв считает. Не завидую сейчас тем, кто против неё: злой боярышня должна быть до чёртиков!

Ухожу вправо за вентиляционную трубу и рывком затаскиваю туда Злату. Рой пуль неслабого калибра хреначит с той стороны в укрытие, но пробить его не может.

Выглядываю и засекаю супостата.

— Меняемся, — говорю напарнице, пускающей один за другим небольшие огненные шары. — На час за трубой устроился пулемётчик. Жахни Веером. Может, кого ещё пришпаришь.

Она молча выполнила моё распоряжение, и пулемёт заткнулся. Хотели было развить успех и перейти в атаку, но со стороны противоположного дома, разобравшись в ситуации, по нам тоже открыли плотный огонь. Мы залегли и, крутясь ужами на сковородке, начали отстреливаться.

— Получилось! — раздался в рации голос Леду. — Обе группы на объектах! Сорок секунд и мы с вами!

Тут же сверху раздался вертолётный шум. Свои или чужие пожаловали? Но, разглядев княжескую эмблему на борту одного из них, успокоился. Свои!

Внезапно, как по команде стрельба прекратилась. У нападавших что, патроны закончились? Вряд ли, но нам с боярышней подобное миролюбие только на руку. Вскоре бойцы «Княжича» забежали на крышу, а с вертолётов спустился десант.

— Ратибор⁈ — удивлённо сказал главный.

— Воевода Николаш? Опять ты⁈ — узнал я его по голосу из-под закрытого шлема своего командира по Сувальням, ныне отвечающего за охрану Новгородского Кремля.

— Нет! Опять ты! У меня традиция появляется тебя с крыш стаскивать! Нет, чтобы в хороший кабак старого однополчанина пригласить! Ёщё и Злату Луганскую на этот раз с собой прихватил! Срочная эвакуация!

— Не надо, — возразил ему появившийся Эдмонд Леду. — Странно всё… Ни одного живого противника. Причём следы от пуль мало у кого видны, словно просто померли от остановки сердца.

— Надо! Сами померли или не сами — это пусть волхвы Жизни разбираются и дознаватели. Моя задача доставить Рата с боярышней в безопасное место. Приказы князя я не обсуждаю.

Злата, Ратибор! Не забыли ещё, как в вертолёт по «шнурку» подниматься?

Десантироваться тоже придётся таким же образом, так как на крышу представительства Тулиных приземлиться не смогу: маленькая площадка.

— Если что, то и управлять твоей «стрекозой» сможем, — усмехнулся я, потихонечку отходя от горячки боя.

— Да кто ж вас, бедовых, за штурвал пустит? Чтобы ещё и в небе на собственную задницу приключений найти? Обойдёмся как-нибудь. Всё! Хватит лыбиться! По машинам!

Глава 18

— Николаш, ты как тут очутился? — во время перелёта спрашиваю у воеводы.

— Не поверишь, но почти по старой схеме. Во время облёта территории услышали тревожные вести о боярышне. Ну и рванули. Правда, не ожидал здесь тебя увидеть. Честно говоря, не удивляюсь особо: в последнее время большинство столичных и не очень новостей вокруг тебя вертятся. Надеюсь, хоть предвыборная гонка «сменит пластинку».

— Не надейся. Мне нравится быть самым красивым на всех новостных каналах. И даже кандидатам в князья не уступлю своего трона. Что думаешь о внезапной смерти боевиков?

— Только то, что умерли. Не имею привычки лезть в чужие дела. У меня и без них проблем выше вашей крыши, только вертолёт спасательный никто не пришлёт. Поверь, охрана Кремля ещё та задачка!

Знал бы заранее, что столько дел навалится, от воеводского звания отказался. Теперь поздно метаться, тяну лямку честно. Тут ещё и случаи странные да покушения… Вначале боярыня Выборгская, потом Смоленские и теперь вы.

— Смоленские? — непонимающе переспросила Злата.

— А… Так вы ещё не в курсе? Думаю, что большой тайны не выдам: час назад на Главу Рода было совершено покушение. Удачное. Вместе с наследником и одной из жён «к Моране» отправился. Причём прямо в смоленской крепости! Я поэтому и облёт совершал, чтобы удостовериться, что никакая пакость к нам не подбирается, а все посты на своих местах.

Пока что информация не для всех, но уверен, что к вечеру волна поднимется в новостях неслабая! Как-никак один из сильнейших бояр и претендент на княжеский трон погиб.

— Немыслимо, что прямо в родовых землях! — неприятно удивился я.

— Факт. Кто как думает, а по мне, там без предательства не обошлось.

Дальше до самого представительства летели молча, переваривая последние новости.

После высадки сразу же прошли в кабинет Бориса, который был в сильно взвинченном состоянии.

— Живы? Хотя чего спрашиваю, раз тут на своих двоих стоите! Про боярина Смоленского знаете?

— Да, — кивнул я. — Почему-то твёрдо уверен, что Неназываемый сделал очередной ход. То тихо было, а тут сразу три таких события. Но больше всего не нравится, что устранили пока что Выборгских и Смоленских, с которыми «Княжич» достаточно продуктивно вёл свои дела. Покушение на Злату можно отнести туда же. Сектанты делают всё, чтобы я потерял любых союзников.

— Не замыкайся на собственной значимости! — фыркнул отец.

— Это ещё не всё… Сегодня Расул напевал ту самую песенку, которую ему должен был внушить Странник. Это подтверждение того, что я в деле. И время подходящее: как раз во время массовых покушений.

— О, как… Мысли есть, кого следующего попытаются ликвидировать? Меня или Славуту?

— Думаю, что больше никого. Ещё одна смерть высокопоставленного человека, и можно вводить военное положение по всей стране. Это значит, что придётся откладывать выборы, что совсем неинтересно Неназываемому. Удар лучше наносить во время обострения интересов Родов, а не когда бояре консолидируются против общего врага. Секта понимает это хорошо, и усложнять себе жизнь не будет.

— Посмотрим. Пока что на улицу ни ногой! Боярышня Луганская, это я и тебе говорю. Славута уже связался со мной, и я дал слово, что прикрою тебя. Считай это приказом Главы своего Рода, а не моим пустым брюзжанием. Покои тебе выделим согласно статусу. И охрану тоже, не обессудь, строжайшую.

— Отец летит в столицу? — спросила она.

— Летит или едет — без понятия. В сложившейся ситуации предпочитает передвигаться тайно. И правильно делает!

— Значит, вы пришли с ним к каким-то договорённостям?

— Придём, — кивнул князь и выложил на стол два перстня правительственной связи. — Мы по этим украшениям с ним общались, так что не до долгих бесед. Кстати, это ваши взамен утерянных. При таких сюжетах доверие только к защищённой связи.

— Спасибо, — взяла свой перстень боярышня, неожиданно добавив, — только можно мне не в отдельные апартаменты, а поселить вместе с Ратибором? Не стоит распылять охрану по разным объектам.

— И Маруша не испугает? — ухмыльнулся я.

— У тебя спален много, и изоляция в них превосходная, так что ваши любовные утехи не услышу. В остальном же… Меня с некоторых пор удивить и испугать тяжело.

— Договорились, — одобрил Борис. — Живите вместе. Да и ненадолго это: Славута долго чесаться не будет и быстро тебя заберёт под своё крыло.

Ведунья встретила нашу парочку с удивлением.

— Это что-то должно значить? — приподняла она бровь.

После пересказа последних событий Маруша резко отшвырнула чашку с кофе.

— Хватит! Напилась! Уже мутит от него! Ай да Неназываемый! Ай да Странник, падлюка! Эта сволота раскачивается медленно, а действует быстро! Началось! Прямо вопит всё в душе!

— Знаю, — многозначительно ответил я. — Прямо как и у меня. Только другой вопрос сейчас интересует… Злата, что за выкрутасы пожить в моих покоях?

— А то, что не прослушиваются они. Мне Маруша об этом недавно говорила. Кое-что обсудить надо. Раз Кровавая Клятва на тебя больше не действует…

— Свершилось! — с иронией перебила её ведунья, картинно задрав руки к небу. — Боярышня поумнела и вняла нашим словам!

— Словам я не доверяю, — вернула девушка шпильку. — Твоим особенно. Одна гадость уже тобой управляла… Может, уже и другая сейчас подбирается. Или уже подобралась? А?

— Да ты…

— Тихо! — рявкнул я. — Две курицы на петушиных боях, а не существа разумные! Если будете и между собой лаяться, то катитесь обе к Неназываемому.

— Извини, — примирительно сказала Злата. — Небольшое продолженьице прошлого девичьего разговора случилось. Всё! Не до личностей сейчас. Но на вопрос ведуньи отвечу, чтобы потом косых взглядов за спиной не было.

Словам я не верю, а вот поступкам очень даже. Будь Ратибор под Кровавой Клятвой, то не кинулся мне на выручку. Точнее, захотел бы, наверное, только вначале у князя разрешение затребовал. Тот, естественно, приказал бы наследнику сидеть в офисе и не рисковать своей жизнью. Если всего этого не произошло, то вывод напрашивается сам собой: Клятва не действует. Дальше цепочку рассуждений выстроить легко.

— Девочка не только злая, но и умная, — уважительно прокомментировала Маруша.

— Я не девочка, а боярышня! Разницу чувствуешь? И хватит кормить меня полуправдой. Для этого и попросилась к Рату на постой, чтобы поговорить без прослушки. Заодно решим, что будем дальше делать. Ратибор! Ты снова командир, пусть и пока без официально подписанных бумаг.

— Не до них сейчас, — отмахнулся я.

— До них, родимых. Меня не убили сегодня, но могут убить завтра. Тебе реально нужно усиление, поэтому при первой же возможности я тайно передаю «Племя» и ' Княжич', а для других создаём видимость, что ничего подобного не было.

— Тихона, Расула и Леду с Дашкой нужно поставить в известность.

— Естественно.

— И меня тоже стоит включить в «Народный княжич», — предложила ведунья. — Думаю, что место приложения усилий должно найтись для такого специалиста.

— Чтобы ты докладывала всё Борису? — поинтересовалась Злата.

— Нет. Клятвы, что давала Роду, теперь у меня все исчезли, а ближе Ратиборушки никого нет. Душа в душу живём! — ласково обняв меня, проворковала эта зараза, закатив глаза. — Я буду послушной девочкой.

— И твоей непосредственной начальницей станет боярышня, — немного поломал я её игру.

— Так нечестно!

— Честно, Маруша. Я тебе уже и задание придумал. Кажется, что допустил большой просчёт. Сегодня после песенки, внушённой сектантами Расулу, прямо в голове стрельнуло. Если они с такой лёгкостью смогли подобраться к человеку, имеющему доступ к нашим тайнам, то что говорить о простых клерках? Сколько ещё невынужденных шпионов имеется?

— Понятно… Я парочку на месте Странника или его Хозяина точно бы держала. Нужна проверка! Всех, начиная с Тихона, Дарьи и Эдмонда. Даже простых уборщиков не стоит сбрасывать со счетов.

— Именно. Этим и займёшься. Так как я не могу открыто вмешиваться в дела «Княжича», то получается, что боярышня твоя начальница.

— Хорошо, — вздохнула Злата. — Причина реально серьёзная, и без помощи высококлассной ведуньи её не убрать. Но я бы расширила проверку. Есть люди, с которыми контактируем по важным вопросам, но они не принадлежат нашей организации. Твой аналитик Тёма, например, или Адам с Викторией… Гнат. Всех телохранителей нужно «просветить». Может, стоит подключить и других с Даром Восприятия, а то работы непочатый край?

— Справлюсь! — жёстко ответила Маруша. — Тем более что ни хрена никто не найдёт, кроме меня. Там своеобразная техника, основанная на Даре Неназываемого. Я помню его энергетический слепок, хотя и очень хочется забыть.

— Значит, — немного подумав предложила Злата, — действуем по такой легенде. В связи с последними покушениями все члены «Княжича» и «Племени» должны пройти проверку на лояльность. Правда, как быть с родовыми телохранителями…

— Легко. Ты замани всех в офис, а там уже я введу их в транс и проверю. Никто ничего помнить не будет.

— Вот и сработались! — довольно потёр я ладони. — Предлагаю немного перекусить, помыться после боя и продолжить разговор чистыми и сытыми.

— Прелестно! Всего из перечисленного хочется! — превратившись в няшную девочку, с восторгом поддержала меня боярышня. — Чур, я первая в душ! Рат, халат всё на том же месте?

— Да.

— Закажите мне стейк из форели, на гарнир стручковую фасоль. Немного белого вина не помешает для снятия напряжения. Десерт… Профитроли или эклеры. Обязательно со взбитыми сливками!

Упорхнув в ванную комнату, она оставила нас с Марушей наедине.

— Ты зачем её дразнишь? — интересуюсь у ведуньи.

— Надо. Психотип Златы я уже просчитала. Она раскрывается и начинает эффективно действовать лишь в экстремальных состояниях. Теперь я её непосредственная конкурентка, и боярышня из кожи вон вылезет, чтобы выяснить, кто из нас круче.

— Разные весовые категории в обществе. Что-то не вижу причин для конкуренции.

— Потому что, Рат, ты иногда тупой. Ревность! Вот главное в данном случае! Злата просто так тебя не отдаст какой-то «ведьме». Всеми силами будет показывать, какой бриллиант ты потерял. Даже может первая пойти на примирение, если гордыню отбросит в сторону.

Ну, тут я тебе не завидую: значит, поняла, что ты для неё единственный мужчина на свете. Для таких это очень важно. Вцепится, как клещ, и придётся решать серьёзные проблемы с Родами Тулиных и Луганских.

— Вот спасибо! Утешила! И что мне теперь делать?

— Понять, как к ней сам относишься. Готов бороться за девушку? Борись. А если нет, терпи молча и жди удобного случая выкрутиться из нелёгкого положения. Только резко не рви — воспримет очень болезненно.

— Я её люблю.

— Знаю… Долбаное слияние душ! Значит, — вздохнула Маруша, — и Злата тоже попала в переплёт. Вы с ней очень сильные характером, поэтому оба не остановитесь, сметая любые преграды на пути. А есть ещё и чувство долга, и осознание катастрофических последствий от вашей связи… Правильно ты меня от Велеса спас! Без опытного «мозгоправа» не обойдётесь!

— Вообще-то, спас по другой причине. Разве не видишь в общей душе?

— Нет.

— Странно. Делаем ещё одно открытие: эмоции друг о друге чувствовать не умеем.

— Интересненько! И что ты там себе навоображал?

— Большую кровать и как ты на ней голая лежишь, — пошутил я.

— Любить одну, а трахать другую, полигамный ты наш? Это по-мужски! Только прошу, не назови случайно Златой, а то весь кайф испортишь.

— А Фаттой?

— Ты знаешь, сколько ей лет?

— Знаю, но выглядит сногсшибательно. Ненамного старше тебя.

— Фаттой называй. Разрешаю. Матушка хороший пример для подражания.

— А Мораной? — продолжаю игру.

— Только если займусь вязанием во время секса. Но это уже твоё упущение.

— Оставьте свои животные инстинкты до лучших времён! Или пока я не покину представительство Тулиных! — уничижительно произнесла Злата, выходя из ванной в большом махровом халате. — Один секс на уме!

— Но несколько раз! — вступила в перепалку Маруша. — Получается, что не один.

— Наслаждайтесь. Я же не зверь. Рат… Вот никак не могу понять, чем так хороши твои халаты. Вроде у меня дома не хуже, но ощущаются не так. Надела и словно в облаке… Особенно по утрам!

— Не знаю… — задумчиво протянула ведунья. — Я обычно голая хожу. Так привычнее.

Боярышня стала наливаться натуральным малиновым цветом. И, кажется, увеличиваться в объёмах из-за набранного внутрь воздуха. Сейчас лопнет!

— Сидеть! К ноге! Не тявкать! — заорал что было сил, вызвав глубокое возмущение у обеих спорщиц. — Короче! У меня пять спален! На всех хватит!

— Естественно. Ещё три свободными остаются. В одной Злата расположится, в другой мы…

— Остаются свободными ДВЕ! Тошнит меня от вас обеих, поэтому предпочитаю коротать ночи один! Утром ВСЕМ быть в халатах или в повседневной одежде! Кого голой увижу, то…

— Что? — хором заинтересованно спросили эти занозы.

— Двести отжиманий от пола!

— Зачем себя так мордовать? — на голубом глазу поинтересовалась Злата.

— А если обе голопопые, то четыреста получается? Силён! — вторила ей Маруша.

— Вам отжиматься!

— Мальчик любит, когда девочка сверху… — глубокомысленно поставила она жирную точку.

— Пошли вы!

Психанув, выбежал в соседнюю комнату и перевёл дух.

Спорить с женщинами — это то же самое, что тушить пламя бензином. Во всяком случае, для меня. Не получается вести правильных разговоров! Успокойся, Ратибор! Привыкай! Что ты можешь противопоставить их нелогичной логичности? Пофигизм… Он меня всегда выручал, когда дело касалось отношений.

Вернувшись через пяток минут, застал почти идиллистическую картину. Обе барышни, усевшись за стол, чаёвничали. Когда умудрились⁈ Причём, несмотря на натянутые улыбки, явственно проступало некое соперничество и… Эти львицы из одного прайда.

— Мне нальёте? — буркнул им.

— Водички попей, — ответила Злата, не обращая на меня никакого внимания.

— Можешь и другое поискать, но только не кофе, — вторила ей Маруша. — Его запах мне стал неприятен.

— Ничего, что апартаменты мои?

— Так, мы ж тебя и не выгоняем.

— А если я вас? Взашей!

— Соберёмся и пойдём, — опять подала голос боярышня. — С тебя станется.

— То есть, «виноватый наскрозь» я один, а вы белые и пушистые?

— Не я это сказала.

— Значит, попью воды. Мешать не буду, посмотрю телевизор… Нет! Лучше к Дашке в «Сплетни» отпрошусь. Хоть какой-то информацией разживусь… Может, и покормит.

— Дарья с Тёмой замутила, — также не оборачиваясь, произнесла Луганская. — Ревнивый аналитик оказался, так что злить его не рекомендую.

— Не буду. Спасибо за «инсайд». Поиграю в стрелялку… Это же никак не повредит?

— Играй, дорогой! Играй! — соблаговолила Маруша скинуть разрешение с «барского плеча».

До поздней ночи гонял монстров на экране, попутно пытаясь разгадать, что сейчас происходит в серпентарии за стеной. Нет! Это совсем никуда не годится! Мной пытаются манипулировать, хотя подобным должен заниматься я. И ведь не понимаю, как можно выкрутиться из создавшегося положения. Ладно Злата: её по полочкам Маруша разложила. Только кто мне проанализирует действия самой ведуньи? Должна быть подоплёка, которой не вижу.

Спас от этих дум звонок отца. Боярин Славута прибыл в представительство, и срочно созывается совет.

Глава Рода Луганских был слегка потрёпан. Явно не личным самолётом к нам добирался, а как простые люди — на перекладных. Они уже что-то с Борисом обсудили, поэтому готовы были донести это решение до своих наследников.

— Инцидент исчерпан, — обратился Славута к своей дочери. — Не знаю, к каким выводам ты пришла сама, но они неверные. Аналитический отдел Рода всё прошерстил и дал однозначный ответ: Тулиным есть смысл верить.

— Я знаю и без твоих «умноголовых», что правда, а что ложь, — парировала Злата. — Хорошо, что и ты пришёл к таким выводам.

— Хорошо? А если бы был другой вариант?

— Мелочи жизни. Достаточно мнения, которое устраивает всех.

— Ратибор! — это уже мне. — Ты, случайно, не подменил мою дочь?

— Сам в шоке, боярин! Злыдня, а не девушка! Гарпия в человеческом обличье!

— Но-но… Говори, да не заговаривайся! Семейные дела оставим на потом. Сейчас важнее понять, что делать дальше.

— Обороняться плечом к плечу, — вклинился в разговор Борис. — Это разборка не на один день и не для одного Рода. Мы с тобой играем свою партию… вернее партии в Думе, а вот ребятишкам нужно усиление.

— Будет. Жаль, Выборгские со Смоленскими выключены, а то бы мы все сообща… Камня на камне не оставили бы!

— Мы и так сильны!

— Не стал бы очень сильно уповать на это, — перебил я диалог двух Глав. — Пока всё идёт не по нашему сценарию. В догонялки играем. Если хоть чуть-чуть расслабимся, то прилетит в темечко знатно.

— Верно, — согласился Славута, окинув меня тяжёлым взглядом. — Не нравишься ты мне, только прислушиваться к твоим словам стоит… княжич.

— Решил не выносить сор из Тулинской избы, раз «княжичем» обозвал? — без тени почтения спрашиваю у него.

— Сор уже вынес сам Борис… С прошлым наследничком. Посмотрим, насколько ты соответствуешь княжеским надеждам, двойник. Злата! Работать — работай, но близко этого самозванца к себе не допускай! Приказ Главы Рода! Больно хитрожопый экземпляр попался.

— То есть, — с невинным видом попыталась получить пояснения боярышня, — трахаться только в твоём присутствии?

— Что-о-о⁈

— Поняла. Без тебя.

— Боря! Она меня на погребальный костёр живьём отправит своими выкрутасами! Сделай хоть что-нибудь! Князь ты Великий или из дерьма слепленный⁈

— Князь! Ещё почти месяц и самый натурально-законный! — усмехнулся мой отец. — Поэтому лягу рядышком на костёр с тобой. В знак солидарности, так сказать. Наследники нынче не те… То ли было в наше время!

Глава 19

Новгород, как и всё Славянское Княжество, будоражило от нахлынувшего адреналинового азарта. Предвыборная гонка развернулась вовсю. Более ста двадцати Глав Родов нацелились на княжеский трон. К слову сказать, всё только звучит так высокопарно.

На самом деле по итогам выборов тридцать Родов, оказавшихся вверху списка, формировали новую Боярскую Думу, которая уже и выбирала Великого Князя. Поэтому это настоящее эмоциональное шоу, где соперники не стеснялись в методах, используемых против конкурентов, лишь бы вырваться вперёд, правильно было бы назвать не княжескими, а думскими выборами.

Состоялось даже несколько дуэлей между Главами Родов. Вшивенькими, правда, Главами. Задача которых была больше не выиграть выборы, а немножко приподняться в Думе. Но народу было плевать на причины: главное — знатная драка.

Я тоже попытался влиться в это предвыборное безумие, рассчитывая поднять рейтинг Бориса Тулина. Но он мне быстро сделал от ворот поворот, доходчиво объяснив, что при тесной работе со Славутой Луганским, который является одним из сильнейших конкурентов, ничего неожиданного случиться не может. И Дума будет «правильная», и Великий Князь.

На сегодня моя задача — создать боеспособное внеродовое подразделение. И держать руку на пульсе, пытаясь отследить хоть какие-то намёки на телодвижения Неназываемого. Так что всё, что я сделал «героического», это дал несколько интервью, объяснив людям, поддерживающим «Княжич», за кого стоит пойти проголосовать.

Делал это без души, выдавая в эфир текст, написанный Радой, но и это привело к неожиданным результатам.

По промежуточным прогнозам аналитиков рейтинг Бориса сразу скакнул вверх аж на тридцать процентов, серьёзно оторвав от ближайших преследователей. Точнее, от боярина Славуты, который после Златиных выступлений тоже внакладе не остался, заимев восемь дополнительных процентов к рейтингу. Кажется, что немного, по сравнению с Родом Тулиных, только подобные агитки наследников обычно приносят несколько десятых процента.

— Видел? — вызвав к себе, показал отец эти данные. — Выводы сделал?

— Естественно. Хрен кто вас со Славутой переплюнет.

— Я не про нас, а про вас со Златой. Случись заварушка между Родами, то на сторону «Княжича» встанет несколько миллионов человек по всей стране. Признаюсь, сам удивлён, что настолько эффективным оказался этот проект. Но кроме радости, испытываю ещё и лёгкую тревогу. Стоит ли снимать с тебя Кровавую Клятву? С такой неподконтрольной мне силищей легко можешь дров наломать.

— Не снимай, — пожал я плечами. — Пусть Злата одна «дроволомом» работает — поводка-то у неё нет.

— И она обязательно это сделает. Будет сильно ерепениться — тупо обанкротим и выкупим «Народный княжич» по бросовой цене. Но это отвратительный вариант. Хотя её дёрганья достаточно предсказуемы, в отличие от твоих, так что особой угрозы не несут.

— Зато мои принесли тебе тридцать процентов к рейтингу.

— Спорить не стану. Просто пытаюсь определить, как дальше жить будем. Я вот что решил… Клятву обещал убрать — уберу. А вот «Народный княжич» пусть остаётся у боярышни Луганской. Больше не пытайся его вернуть. Мне так на душе спокойнее.

Мы со Славутой уже всё обмозговали и заключили парочку тайных договоров. Да и без них уже так повязаны, что можно Рода объединять: никто разницы особой не увидит. Твоё дело будет маленьким: держать популярность «Народного княжича» на высоком уровне, рекламируя его своими поступками. Поводы для этого подкинем.

— Хорошо, отец, — покорно ответил я, внутренне усмехнувшись.

Он ещё не знает, что я на данный момент имею две трети от всех активов не только «Княжича», но и «Племени». Всё юридически грамотно заверено юристами Тихона и спрятано в сейфе небольшого внеродового банка за пределами столицы.

Пока афишировать смену власти не будем, но очень интересно посмотреть на вытянувшиеся лица Бориса и Славуты, когда преподнесём им такой сюрприз. Ох, сколько воплей ожидается! Потираю руки в предвкушении!

— Что? Даже никаких возражений? — недоверчиво посмотрел он на меня. — Можешь выразить свою точку зрения. Разрешаю.

— Она что-то изменит?

— Нет.

— Тогда зачем сотрясать воздух?

— Прагматично. Расскажи, что у вас нового с набором в «Племя».

— Результаты превосходные. Четыре тысячи годных ратников насобирали. Основной лагерь уже не вмещает людей. Подключили старый палаточный. Пополнение прибывает постоянно не только из Новгорода. Отсев ведём основательный и где-то треть оставляем у себя, но уверен, что тысячи полторы наскрести ещё можно.

Благодаря твоему разрешению и личным дружеским связям с командиром антитеррористического отряда Дальразведки обзавелись неплохими инструкторами. «Волкодавы» сосватали своих ветеранов.

Мужики в возрасте, но с таким удовольствием гоняют пополнение, что аж самому страшно смотреть. Армейские тоже в долгу не остались. Бывший начальник Оплота-5 гранд-полковник Истома подогнал ценных кадров во многих областях.

— Получается, что около шести тысяч приличных головорезов себе обеспечили… Почему не больше? При такой динамике полноценную дивизию склепать можно. Деньги и оружие — не проблема. Выделим.

— Можно и на армию замахнуться, только без чёткой структуры, без отработанных внутри связей, подготовки она превратится в неорганизованное стадо.

— Зато стадо большое!

— От него хаоса может быть больше, чем пользы. Нет! Всё делаем правильно!

— А если прикажу? — нехорошо, прищурился Борис.

— Злате? Она чуть с отцом в открытую военную конфронтацию не вошла. Так что у тебя будет замечательный шанс сходить туда, куда князей обычно не посылают. Но мы тоже думали о том, что много достаточно годного материала приходится отставлять в сторону. Нужно в других городах открыть временные лагеря и пункты вербовки.

— Так другие Рода вам это и позволят сделать!

— Думаю, что не просто позволят, а с радостью, — стал пояснять я свою мысль. — У нас уже лежит кипа бумаг, где Главы Родов приглашают к сотрудничеству по всякой ерунде. Видимо, быстро оценили эффективность «Княжича» на выборах и поспешили к нему присоседиться, чтобы поднять свой рейтинг за счёт упоминания рядом с нами. Пока ход бумажкам не даём, ограничившись лишь благодарностями и пообещав рассмотреть предложения в кратчайшие сроки.

— Хочешь дать им инструмент продвижения наверх? Они тебе лагеря, а ты упоминание в сетях, что Род Жопкиных, например, несмотря на всё своё богатство в виде трёх коров и двух деревень, оказал неоценимую помощь?

Сработает! Жопкины сразу повысят свой рейтинг среди таких же замухрышек и купят ещё одну корову. Плюс рабочие места для обслуживания лагеря, деньги за аренду и прочие приятности… И уже не Жопкины получаются, а настоящие Задницевы среди остальных, менее хитрых «жопкиных».

— Ну и аллегории у тебя, отец! — рассмеялся я. — По сути всё верно, только не со мной будут договариваться, а со Златой, и не мелкие «жопошники» нужны. Только крупные Рода! Наша цель за неделю создать лагеря. Такую эффективность работы ни одна мелкая семья не обеспечит.

Да, лагеря в других городах будут слабы и не так профессиональны, но в случае конфликтов станут хорошим раздражителем для бояр, приютивших «Племя». Сто раз подумают, прежде чем против выступить, а если и решатся с нами воевать, то на своей земле, пока с лагерями не разберутся. Это выигрыш времени.

— Верно, но особо не обольщайся, что все согласятся. Главы Родов редко дураками бывают.

— Уверен, что согласятся практически все. Время выборов скоротечно, и нужно любыми способами его использовать. Вот после выборов — это другое дело. Сразу начнут сворачивать «Племя» у себя.

— А нам только и надо пару месяцев пережить! — довольно согласился Борис. — Потом и сами закроем филиалы, отфильтровав нужных людей и перенаправив их в Новгород. Твоё якобы народное ополчение сразу разрастётся тысяч до двадцати!

— Продолжаю считать, что на данном этапе подобное не принесёт пользы. Нужно соизмерять аппетит и возможности организма.

— И с тем, и с другим у Великого Князя всё в порядке! А если сюда и Славутину утробу приплюсовать, то двадцати тысяч даже маловато будет. Ты представляешь, что мы можем сделать, имея под рукой полумиллионную группировку?

— Представляю, — ответил отцу спокойно, но мысленно чертыхнулся. — Так можно из Княжества Славянское Царство создать. Только с чего ты решил, что Славута тебе корону уступит?

— Я так далеко не загадываю. Достаточно и полностью покорной Думы на первых порах. Только если уж ты заговорил о глобальных вещах… Молодец! Хвалю! Но междоусобицы мы с боярином Луганским не устроим. Просто поженим своих наследников и сольёмся Родами в один правящий. Ваши со Златой дети уже будут единолично царствовать. Вот какие перспективы открываются!

— Уже и про это договорились? Неожиданно. Раньше рогами упирались.

— Хорошие политики обязаны смотреть в будущее и уметь маневрировать. Тем более, династический брак решит и твою сердечную проблему. Уверен, что при таком раскладе уломаешь её на свадьбу.

— Спасибо, отец, — благодарно склоняю голову. — Но это разговор не сегодняшнего дня. Пока наша задача — свои задницы от Неназываемого спасти, а не на чужие зариться.

После этого разговора сразу рванул в «Народный княжич», где и застал Злату, увлечённо обсуждающую что-то с Тихоном. Оторвав от разговора, прошёл в её кабинет и спросил:

— Как дела с зачарованными шпионами Неназываемого?

— Троих Маруша вычислила. Все мелкие сошки, но перекладывают важные бумажки.

— Не трогаете их?

— Зачем? Пусть работают. Просто у них теперь будет другой поток информации. Точнее, дезинформации, выгодной нам.

— Правильно… А я к тебе с радостными вестями! Шей белое платье!

— Для свадьбы или погребального костра? — на голубом глазу поинтересовалась она.

— Да тут в принципе разницы особой не вижу. Папаши наши с ума сошли, почувствовав себя круче всех крутых.

После пересказанного разговора с Борисом Злата реально психанула. Еле успокоил разгневанную боярышню.

— Теперь ты понимаешь, почему хочу продолжать играть послушного сынка под Кровавой Клятвой?

— Рат! Я тоже так хочу! Как корову под бычка подставляют! Бесит! Может, попросить отца — вот гад такой! — со мной тоже обряд подчинения провести, а потом ты его тихонечко снимешь?

— Не получится.

— Помню. Для этого надо Марушу спасти из лап Неназываемого. Даже на такой сомнительный подвиг готова!

— Зато она фиг во второй раз туда сунется. Так что умойся ключевой водицей и спрячь свои желания под большой камень. Судя по всему, вы с ней так и не нашли общий язык?

— Она реально очень сильна и профессиональна, поэтому по всем деловым моментам общаемся прекрасно, отлично понимая друг друга. Но в личном плане… Бесит! — не стала скрывать Злата.

— Так она ж не я, чтобы всем нравиться!

— Не много ли о себе возомнил?

— Я оптимист.

— И придурок иногда. Ничего! Скоро это исправлю! Вот поженят нас отцы, и сразу начну!

— Во-первых, это будет не так уж и скоро, если вообще будет. Во-вторых, ты мне ещё предложение руки и сердца не делала, дорогих подарочков не дарила и на море отдыхать не возила!

— Как это не возила⁈ Ну, нахал! Да я с того «курорта» в чемодане домой летела! Забыл⁈ Большая часть возвращённых активов — это дешёвенький подарок⁈

— Каюсь. Было. Остаётся только на коленях вымолить моё согласие на свадьбу. Учти, что сразу не соглашусь. Вдруг кого-нибудь более богатую и знатную на окраинах встречу. Девок тут много проживает. Я ж не на помойке себя нашёл! Мне ж даже сама Морана глазки строила, так что котируюсь у женского пола сильно. Ох, не знаю, чем и завлекать-то теперь будешь.

— Пистолетом у виска… Поясняю, чтобы сильно не фантазировал: у твоего виска! Отличное приворотное зелье, как мне кажется. Не устроит ответ — бах! — и пошла искать новую любовь, пока обойма не закончится!

Мы ещё немного подурковали в таком стиле, чтобы слегка отдохнуть от дел и информации. Внезапно Злата прервала очередную шутливую тираду и абсолютно серьёзно спросила.

— Скажи, Рат. А вот если реально придётся стать парой, то как ты отреагируешь? Согласишься?

— Не знаю, — честно признался я. — В зависимости от обстоятельств. Чего гадать и раздавать пустые обещания сейчас?

— А вот я, — подошла девушка ко мне, — соглашусь в любом случае.

Резко сблизившись, она поцеловала меня, и я забыл всё на свете. Только вкус её губ и острое желание перевести этот поцелуй в нечто большее. Обожаю! Моя! И да, я тоже хочу, чтобы Злата всегда была рядом.

— Это моё извинение, — нехотя отстранилась она через несколько минут. — Прощаешь?

Блин! Как всё и говорила Маруша! Я влип! Но… Плевать! Мы должны быть вместе!

— А ты разве не поняла? Хотя… Чувствую, что ещё немного дуюсь! Иди ко мне.

К сожалению, никто никуда не пошёл. Вспомни о ведунье, она и появится!

— Ратибор, привет, — деловито сказала Маруша. — Я к боярышне с нехорошими вестями. Сейчас просканировала её телохранителей. Выявлен один предатель.

— Он не предатель, а околдован, — поправили её девушка.

— В том-то и дело, что нет. Абсолютно другой слепок. Это больше похоже не на подчиняющее плетение, а на блок сокрытия. Делай выводы.

— Вот сука… Теперь понятно, почему напали на мой кортеж, несмотря на то, что изменила маршрут. Заложил, тварь, своим истинным хозяевам! Но у него же стояли родовые блоки⁈

— Стоят до сих пор, только являются неосновными, так как получены были после клейма Неназываемого. Подобное делается исключительно по доброй воле.

— Убью!

— Нет. Лучше доложи отцу. Можешь ссылаться на меня — он знает, что в «Княжиче» работаю. Дело ваше, только обрывать такую ниточку не нужно. Лучше подставить его по службе и в наказание временно понизить. Внимательно отследить контакты. Может, на кого-нибудь и выведет. На данный момент даже подобная мелочёвка лучше, чем ничего.

— Получается, что представительства могут быть наводнены разномастными шпионами? — сделал неутешительный вывод я. — Любой уборщик может достать ствол и жахнуть в затылок?

— Безопасных мест теперь не осталось, но не думаю, что всё так критично. Иначе бы не устроили уличную войну, пытаясь ликвидировать боярышню. Берегли осведомителя.

— Ты с офисом закончила?

— Полностью. «Племя», не считая последних новобранцев, тоже просеяла. Там, почему-то, никого нет. Или во время войны погибли, или просто пока ещё не добрались до него.

— Переключайся на ближнее окружение Бориса и моё. Потом поедешь в представительство Луганских с той же миссией. Уверена, Главы Родов дадут добро.

— Слушаюсь! И… — Маруша ехидненько посмотрела на меня со Златой. — Вы бы хоть помаду размазанную стёрли… «Вожди» фиговы! А то люди правильно понять могут!

Как по команде мы с боярышней стали тереть губы.

— Да нет, вроде ничего… — первым сказал я. — Чисто!

— Конечно, чисто, простофили. Но когда я вошла, у вас морды были такие довольно-смущённые, будто бы не только физиономии свои помадой испачкали, но и другие части тела.

— Какие части? — машинально спросила Злата.

— Если хочешь, то потом расскажу… Или даже покажу, как это делается, если Рат будет не против.

— Ну ты и гадина! А что? Без дополнительных телодвижений ты уже мужчин возбудить не можешь?

— Считай, что уела! — по-хулигански подмигнула Маруша. — Пойду, с горя над делами порыдаю! Всё, птенчики! Не ссорьтесь!

— Стыдно-то как… — пробормотала пунцовая девушка, после ухода ведуньи.

— Конечно, стыдно! — сурово ответил я, нахмурив брови и сделав очень зверское лицо. — Не знать элементарных вещей, что иногда делают мужчина и женщина в постели… И не только в ней! Чувствую, что пора заполнять этот пробел в твоём образовании. Как думаешь? На роль учителя сгожусь?

— Пора. Давно пора. Здесь начнём или другое местечко подыщем?

— Помнится, ты мечтала о романтике. Не будем первый раз делать это на рабочем столе. Приезжай сегодня ко мне.

— А Маруша⁈ С ней за стенкой⁈

— Ты понимаешь, сколько работы сейчас на ведунью свалилось? Только через несколько дней отсыпаться придёт.

— Жди! Пока же займёмся неотложными проблемами. Я срочно еду к отцу. Думаю, что и ты своего навестить обязан.

Известия о возможности наличия предателей в Роду взбесили Бориса. Он долго матерился, а потом, немного успокоившись, позвонил Славуте, врубив громкую связь. Боярин оказался примерно в таком же настроении, что и князь. Вначале они слаженным дуэтом ругали всех подряд, начав со сволочей-отступников, этого проклятого Неназываемого и закончив погодой.

Она-то тут при чём? Хорошая стоит, вроде… В конце концов, договорились об «аренде» Маруши и разорвали связь. Долго разговаривать со мной отец не стал, глубоко задумавшись о чём-то, поэтому отпустил восвояси.

Этого мне и надо было! Итак! Сегодня намечается романтический вечер и если повезёт, он продолжится романтическим утром. Сбывается мечта влюблённого идиота!

Свечи, вино, шампанское… Водочки бы хряпнуть для храбрости, чай, не каждый день боярышню соблазняю. Но это уже моветон моветонский! Не хватает ещё рюмаху чесноком закусить!

Так… Лёгкие закуски из самого дорогого ресторана прибыли. С музыкой вообще не проблема.

Нацепив костюм, стал ожидать Злату, каждые несколько секунд поглядывая на часы.

Она была точна. Ровно в восемь вечера охранник сообщил, что прибыла с частным визитом Луганская.

Девушка несмело вошла в гостиную и взглядом окинула её убранство.

— Мне нравится, Рат… Знаешь, именно такую картинку я себе и представляла.

— А мне нравишься ты! — говорю, протягивая бокал с шампанским. — Бесподобное платье, а хозяйка его ещё лучше. За нас?

— За нас.

Сделав несколько глотков, я обнял Злату и стал целовать. Ммм… Какая же она вкусная! Как восхитительно пахнет её нежная кожа! Сам не заметил, что умудрился расстегнуть молнию платья и запустить туда свои шаловливые руки. Злата не сопротивлялась, по-кошачьи выгнув спинку. Кажется, что её происходящее тоже заводит…

ВСЁ! ХРЕН ВАМ, А НЕ РОМАНТИКА!

Звонок по правительственной связи прервал намечающуюся прекрасную ночь.

— Ратибор! — то ли прохрипел, то ли просипел Борис. — Иляна только что родила! Мальчика! Здорового! Срочно спускайся в медицинское крыло знакомиться с братом! Без тебя его бы не было!

— Хорошо, только я не один. Боярышня Луганская…

— И её бери! К херам собачим условности! Свои люди!

Узнав о рождении ещё одного Тулина, Злата взвизгнула и повисла у меня на шее.

— Ратиборушка! Поздравляю!

— Спасибо, но лучше бы малыш родился чуть позже… Я так тебя хочу!

— Успеешь, мужлан ненасытный! Там же РЕБЁНОК! Настоящий! Это же такое событие! Быстро застёгивай на мне платье, и побежали!

Спорить не стал и выполнил приказ.

В медицинском отсеке уставшая после родов Иляна лежала с маленьким существом. Страшненький, однако… Но что-то милое в нём есть. Правда, я пока, кроме лёгкой симпатии, ничего к младшему брату не почувствовал.

Наверное, придёт со временем. Рядом с койкой стояли ошалевшие от счастья Борис с Радой, раскрасневшиеся то ли от пережитого волнения, то ли от святовской настойки, запах которой витал в комнате.

— Держи, — протянула Иляна ребёночка мне. — Спасибо, Рат, что помог исполнить мою мечту. Семья Тулиных стала сильнее, а я в миллион раз счастливее.

— Обойдусь! — отошёл я на пару метров, выставив ладони перед собой. — Ещё сломаю ему чего-нибудь!

— А можно, я? — с мольбой попросила Злата.

Профессионально взяв дитя на руки, она поднесла его ко мне.

— У нас тоже такой когда-нибудь будет! Правда, прелесть?

От слов боярышни Борис резко закашлялся и попытался что-то сказать, но острый локоть Рады, оказавшийся чётко впечатанным в княжеское подреберье, прервал начинающуюся речь.

Я посмотрел на малька. В умных книжках написано, что одарённые рождаются зрячими и в первые три часа жизни всё остро ощущают, не до конца разорвав связь с Правью и Навью. Он улыбнулся беззубым ртом и протянул ко мне свои крохотные ручонки.

Ну здравствуй, братан! Добро пожаловать в наш мир! Скучать в нём тебе точно не придётся!

Глава 20

Романтической ночи не получилось, но праздничной она от этого меньше не стала. Счастливый Борис закатил маленький междусобойчик, на котором лично вознамерился напоить каждого. Опыт у князя в этом деле такой, что тягаться с ним, а уж тем более перечить, дохлый номер. Свят притащил несколько ящиков своих фирменных настоек, и понеслось!

Не помню, когда разошлись, но утро встретил в собственной кровати. Голый… Рядом со Златой… Кажется, подобное мы уже проходили. Только в отличие от прошлого раза, это не вызвало никакой паники. Я любовался спящей девушкой и в какой-то момент, не выдержав, стал целовать её грудь, потом животик.

— Не останавливайся, — прошептала она, не открывая глаз. — Так приятно…

— С добрым утром, любимая. Теперь нам никто не помешает.

СГЛАЗИЛ!

У меня и у Златы одновременно ожили «Ведуны».

— У нас происшествие! Драка! — быстро согнал сонную негу Расул.

— Так, разнимите! — рявкнул я.

— С радостью, но людишки родовые отношения выясняют. Человек триста!

— Вызывайте дружинников и бойцов Леду!

— Все здесь, но проблема: что и сами Главы этих семеек друг другу кости переломать пытаются. Стоим, смотрим, а вмешаться в дела боярские не можем. С такими людьми вам разруливать.

— Сейчас!

— Точно говорю: это твоя ведьма Маруша на нас порчу навела! — надевая платье, ругалась Злата. — Чуть только сблизимся, так сразу что-то случается! Ух, какая я сейчас злая!

— Не трави душу! Два облома за одни сутки — совсем перебор! Пойдём уже хоть этим боярам недоделанным рожи начистим.

— Пристрелю на месте!

И вот в таком «приподнятом» состоянии мы рванули на окраины.

Драка действительно оказалась массовой. Прямо народный кулачный бой стенка на стенку. Бойцы с обеих сторон азартные, но неумелые. Размахнись, рука! Раззудись, плечо!

Видимо, приёмы рукопашки изучали, от мух отмахиваясь, а не с реальными спарринг-партнёрами. Плохо, что кроме самих задир, пострадали ещё и витрины магазинов на первых этажах. Ну и людям окраин такая веселуха не нужна: им своих проблем хватает.

— Где эти грёбаные бояре⁈ — заорала Злата, подлетев к флегматичному начальнику дружинного участка.

— Вон там несколько минут назад обозначились, — показал он пальцем. — Ан, нет! Видите вспышку справа? Уже переместились.

— Они что? — не поверил я. — Прямо посреди толпы Даром друг в дружку хреначат?

— Выражаться так не имею права, но дурни отъявленные, — кивнул дружинник. — Всё жду, когда хоть один промажет, и тогда могу ребят из «спецов» вызвать. Тем, что простолюдин, что боярин — всех одинаково красиво мордой в землю кладут.

— Не надо никого звать! Сейчас мы им устроим! Леду! Сделай-ка мне своими парнями коридорчик через эти организмы! Прямо до бояр нужно. Особо не зверствуй, а то потом во всех новостях раздадутся вопли, что «Племя» безоружных избивает.

— Полторы минуты, вождь! — в привычной манере ответил Эдмонд.

Уложился даже в чуть меньший срок. Мы со Златой дошли до зачинщиков конфликта. Два мужика, один из которых имел зачатки Дара Воды, а другой — Воздуха, лупили друг в друга непонятными сгустками, которые боевыми, да что там боевыми, тренировочными нельзя было обозвать. Полное отсутствие знаний и школы. Но это для меня, а вот простой человек мог пострадать серьёзно.

— Прекратить! — кричу, привлекая к себе внимание.

Никакого эффекта. Им сейчас сам чёрт не брат.

— Пре…

Договорить не успеваю. Между поединщиками врезается в мостовую небольшой огненный сгусток и взрывается ярким пламенем. С лёгким укором смотрю на Злату.

— А чего? Помогло же? Скажи спасибо, что не поджарила, — невинно хлопает глазками она.

Тут спорить с ней бесполезно: в своём праве полностью. Да и драка двух бояр прекратилась, как по волшебству.

— Куда лезешь, быдло⁈ — попытался на меня наехать один из хулиганов. — Я боярин Пырьский! Ты понимаешь, кого задел⁈

Да уж, совсем отмороженный. Мало того, что не сообразил своей дурной башкой, что простолюдин не сможет применить Дар Истинного Огня, так ещё и на меня бочку катит.

Второй оказался более смышлёным, поэтому сказал почти миролюбиво.

— Да! Не вмешивайся! Это наше личное дело, и других Родов оно не касается! В сторону!

— А вот мне сейчас стало ну вот прям очень обидно, — задумчиво произнесла Злата, кастуя неслабый Огненный Шар. — Стараешься тут, стараешься, а всё внимание к тебе, княжич. Нет в жизни справедливости! Может, платье неподходящее?

— Что ты! Изумительное! Сразу видно, что Род Луганских на своей наследнице не экономит. Кстати, — повернулся я к двум ошалевшим боярам, до которых только сейчас дошло, кто перед ними, — Славута очень сильно обижается, когда на земле, принадлежащей его дочери, всякие непотребства творятся. Ну как обижается? Под асфальт закатывает. Головы в начале улицы, а ноги в конце.

— Но это же окраины? Ничейные совсем, — проблеял хамоватый.

— Ты откель, деревня, прибыл?

— Из Пырьевска, разумеется. Древний город…

— Не продолжай дальше. Ты тоже оттуда? — интересуюсь у второго.

— Боги пощадили! Сосед я вот этого, — недобро глянул он на своего противника. — А ты, княжич, тут не командуй! Будешь мешать, не посмотрю, из какого Рода! Возьму и проголосую против Бориса Тулина!

Кажется, в его лёгкой адекватности я ошибся. Вообще, кукухой поехал.

— Врёшь! — заорал Пырьский. — Не бывать тебе в Думе! Мой Род был, когда твои предки коров по лугам пасли!

— Это потому что у вас, голодранцев, даже коров не было!

— Кто голодранец⁈ А, ты…

Возобновившуюся драку я прекратил просто — сделал Воздушную Петлю и подвесил на ней вверх ногами в двух метрах над землёй обоих «аристократов».

— А с чего вы решили, что вас кто-то в Думу пустит? — на мгновение опередив меня, спросила их Злата, будто бы ничего не произошло.

— Так, известно! — с вытаращенными глазами и красной мордой стал объяснять Пырьский. — Указ вышел, что теперь в Думе выделят дополнительно аж сто мест для малых Родов и вся сила за ними стоять будет. Так что быстро опускайте! Мы теперь власть!

Попросили — сделал. Две туши рухнули вниз. Попытались было подняться, но витязи из охраны самым невежливым способом быстро привели бояр в горизонтальное положение.

— Арестовать! — приказала боярышня дружиннику. — Я обвиняю их в вандализме, хулиганстве и незаконном использовании Дара на моей территории.

— С превеликим удовольствием. Только не забудь потом заявление написать, — улыбнулся начальник дружинного отдела.

— Обязательно. Ещё и пару пятен от слезинок на бумажке оставлю, чтобы совсем жалостливо было.

— А с этими, что делать? — показал он на притихшую толпу драчунов.

— Взашей гнать! Непонятливых можно пинками. Они здесь не сами по себе, а исполняли приказы Глав Родов, так что спрос маленький.

— Ну что? — повернулась она ко мне. — Возвращаемся в представительство и закончим незавершённые делишки? На самом интересном остановились же.

— Обязательно. Только отца своего пригласи.

— Зачем⁈ Ты чего удумал? Ещё видеотрансляцию и спальни устрой!

— Не за тем, о чём ты подумала. Сама сказала: дела!

Славута, оказывается, уже был в гостях у Бориса. Оба Главы сидели в кабинете, в котором папаша устроил небольшое продолжение ночного банкета.

— Трезвейте. Херовые новости, — с порога ошарашил их я.

Рассказал о недавнем происшествии.

— Вот видишь, — со вздохом сказал мне отец, — а ты вчера над «жопкиными» смеялся. Это тебе не большие Рода, с которыми привык общаться. Поверь, в глубинке таких большинство. Мозгов и образования мало, а гонору на целого Великого Князя. Одного не понимаю: чего так разнервничался из-за мелочи.

— Не из-за них. Вначале удивился, что оба дурака в Думу метят. Причём на полном серьёзе. Эпидемия идиотизма, что ли, разразилась?

— Она у них никогда и не прекращалась, но приходится терпеть. «Соль земли» как-никак, — хмыкнул Славута.

— Подожди-ка… — остановил его Борис. — А ведь Ратибор прав! Хреновые новости! Это получается, что по всем малым Родам была разослана информация, что их ждут в Новгороде на выборы, чтобы включить в состав Думы. Умные не поверили, а жадные дураки стали слетаться, как мухи на дерьмо. Неспроста такое!

— Тоже считаю, что неспроста, — согласился я с его выводами. — Много мелких Родов в столице. Зачем? Уж не затем ли, чтобы замаскировать наплыв людей Неназываемого?

— Твою ж кочерыжку! — посерьёзнел Луганский. — А ещё такие вот гордецы считают себя несправедливо обиженными властью. Случись заваруха, то многие примут сторону того, кто больше всех посулит. И это явно не мы. Мы уже как бы их обманули с Думой, не пустив туда, и доверие растеряли. У кого с десяток людишек, у кого пара сотен… Дополнительная сила, вносящая неразбериху, сыграет на стороне сектантов! И что теперь делать?

— Думаю, нужно пустить их в Думу, отец, — предложила Злата неожиданный вариант. — Только избранных будет не сотня, а, например, двадцать. Без законодательного голоса, но имеющих право совещательного. И выборы для них не сейчас, а через два месяца. Ну и полные заседания с ними устраивать раз в полгода. По хорошему счёту малые Рода не будут иметь абсолютно никакого влияния на думскую работу. Зато Великий Князь покажет, как ценит и уважает их.

— А почему через два месяца?

— В столице дорогое проживание, а у них каждый медяк на счету. Разбегутся за пару дней. Ну а за теми, кто останется, проследим внимательно.

— Можно ещё усугубить, — не остался в стороне я. — Часть подобных «жопкиных» решат, что есть смысл пожить в Новгороде. Будут на последние деньги гулять, но постараются себя показать во всей красе, чтобы их запомнили и своими посчитали. Зря, что ли, раз в жизни в большой город выбрались?

Сегодняшним провинившимся боярам необходимо не простой штраф впаять, как это обычно делается, а раздеть до нитки. Вплоть до ликвидации Родов за долги довести. Ещё несколько случаев разухабистости жёстко пресечь и растиражировать по столице. Подобное провернуть просто. Остальные «первые парни на деревне», глядя на такие зверства, решат, что в Новгороде пыжиться опасно, и домой засобираются.

— Борь, — обратился Славута к князю. — Предлагаю смотаться отдохнуть на тёплые моря. Детишки, как вижу, и без нас тут справятся. Ишь, с какой стороны махом проблемку решили.

— Боюсь, что вернёмся в другую страну после их реформ. Хрен я таких одарённых без присмотра оставлю.

— Прав… Могут… Жаль, что не срастается с пляжАми. Устал я чего-то, ничего не хочу, но придётся дальше лямку тянуть.

ВСЁ! Эта предвыборная лихорадка подошла к концу! Сегодня началось голосование, и мы все, понимая, что больше ничего сделать не можем, просто отслеживали результаты, которые постоянно поступали в представительство Тулиных по закрытым каналам. Точнее, Борис со Славутой впёрлись в различные графики и проценты. Хоть и хорохорятся, что уверены в победе, но вижу, насколько сильно переживают.

У Златы и меня другая задача. Несмотря на все опасения, сектанты никак ещё не проявили себя. Тихо в Новгороде. Особенно после массового исхода малых Родов. Меня подобное всё больше и больше нервирует.

Должно быть хоть что-то! Иначе, зачем весь этот цирк? Или мы ошиблись в расчётах, и готовится абсолютно другая акция? Тогда это плохо вдвойне. Наплевать на такой удобный случай, как выборы, можно лишь при варианте, который намного круче дележа власти. Я таких вариантов не вижу. Аналитик Тёма, который уже неделю практически поселился у меня, тоже.

Бойцы Эдмонда Леду сидят на казарменном положении, готовые в любую секунду начать боевые действия. Ан, не с кем!

— Рат, — раз в двадцатый за сутки позвонила боярышня из своего представительства, в котором также обложилась мониторами и аналитиками. — Тихо?

— Мирнее мирного.

— И у меня… Что мы пропускаем?

— Молодость, — подала голос Маруша, лениво развалившаяся в кресле и попивающая белое вино. — Устала уже от ваших постоянных переговорчиков. Хоть бы громкую связь убрали.

Ей, кажется, одной на всё пофиг. Но это только кажется. Уже хорошо изучил ведунью и знаю, что она собрана, как никогда. Уверен, ещё те психологические этюды в голове составляет по разным районам столицы.

— Не ехидничай, — беззлобно огрызаюсь я.

— И в мыслях нет. Два часа до закрытия голосования. Во всех частях Новгорода есть небольшой всплеск уличной активности граждан, только это легко объяснимо: люди слегка взбудоражены событием десятилетия. Если бы сектанты что-то затевали, то хочешь или нет, но атмосфера изменилась. Или нездоровое шевеление или, наоборот, тишина, как в склепе.

— Согласен, — сняв очки, потёр утомлённые глаза Тёма. — Все показатели среднего значения: транспорт, покупки, загруженность развлекательных центров, приводы в дружинные участки. Мониторить, естественно, нужно до конца. Только думаю, что не стоит всей толпой сидеть. Я составил алгоритм отслеживания, поэтому можем расходиться на отдых. Что-то будет — тут же тревога поднимется. Но могу поспорить на миллион, что если и «тряхнёт», то не сегодня.

Всё равно, несмотря на сильную усталость, никто не ушёл. Тёма, кстати, тоже.

Час до закрытия голосования…

Полчаса…

Пять минут…

Одна…

Баста! Выборы состоялись! Начался подсчёт голосов.

Через три часа позвонил довольный Борис.

— Ну что, Рат! Ещё десять лет тебе княжичем ходить, а не сыночком боярским! У нас пятьдесят восемь процентов! Тридцать один набрали Луганские! Ты понимаешь, что это значит?

— Опять попойка? — пошутил я.

— Без неё не обойтись, но я о более «малюсеньких» вещах… Как яйцо динозавра! Мы со Славутой контролируем восемьдесят девять процентов Славянского Княжества! Небывалое в истории! Тут, правда, — немного убавил бодрости в голосе отец, — во многом помогли трагедии Родов Выборгских и Смоленских. Не будь покушений, то и полтинник на двоих со Славутой с трудом бы насобирали. А так наши конкуренты решили, что старые предсказуемые власти им выгоднее, чем случайные выскочки. Ладно, не будем о грустном. С утра всем объявят итоги, а через сутки снова даю Присягу. Сейчас это главное!

— Так уверен, что Дума тебя Великим Князем выберет?

— Мои пятьдесят восемь процентов не оставляют никаких шансов другим. Уже подвёл предварительные итоги. Было бы единогласно, только боярин Луганский проголосует против. На исход дела не повлияет, но обозначит наличие оппозиции. В жёсткой, непримиримой борьбе верх одержал Род Тулиных! Так и живём…

Решив, что самое напряжённое время закончилось, отправился на небольшой отдых. Тревожных суток в ожидании неприятностей ещё много, и не стоит загонять себя слишком сильно. «Война войной, а обед по распорядку». Эту фразу изрёк мудрый человек.

Расслабился зря. Не успел закрыть глаза, как сразу же провалился в Навь, не прилагая к этому не то что никаких усилий, но не испытывая даже лёгкого желания оказаться среди чёрной метели Хозяйки Зимы.

— Опять мир спасать? — поинтересовался у возвышающейся надо мной Мораны.

— Долги отдавать, — также лаконично ответила она.

— Надеюсь, ничего длиною в тысячу лет не намечается? Просто через два дня…

— Знаю, — перебила богиня. — Боюсь, что покрасоваться в Кремле на принятии присяги Борисом у вас со Златой не выйдет. Вы мне нужны в другом месте.

— И как я это объясню отцу? Ладно с ним! Договоримся! Луганский без наследницы точно не явится в Кремль. Злата, кстати, вам ничего не должна.

— Ерунда. Значит, будет должна потом. Пусть считает это погашением долга авансом. Как и чего тебе делать — не мои проблемы. Сказала: чтобы был готов! Точка!

— Хоть намекни.

— Битва с Велесом начинается. Оружие не брать. Тихо сидите в Яви и ждёте, пока призовём.

— Ни хрена себе! Значит, всё-таки решились пощипать Неназываемого? Но у меня много вопросов. Злата, например, ни с какого боку…

— У тебя их всегда много, — раздражённо перебила Морана. — Спи и не напрягайся, личинка.

Очнулся в своей кровати, дрожа от холода после божественного свидания. Встал и прошёл на кухню, где сначала выпил пару рюмок «святовской», а потом заварил крепкий кофе.

— Ты был в Нави, — утвердительно сказала Маруша, зайдя на кухню.

— Да. Теперь от тебя подобные вещи не утаишь. Кажется, что боги решили сами поквитаться с Велесом. Правда, зачем-то им нужны я и Злата.

— А я?

— Вроде нет. Хозяйка Зимы не очень любит отвечать на вопросы… Не быть ей учительницей! Теперь ломаю голову, как убедить боярышню пропустить Церемонию Присяги.

— Расскажи правду. И ей, и вашим отцам. Других вариантов не вижу.

— Я тоже… Ох, и прилетит мне от них! Пойду немного ещё посплю.

Вернулся в кровать, но сон не шёл. Тяжёлые мысли табуном бегали в черепной коробке. Дверь распахнулась и вошла Маруша, ночевавшая в соседней спальне. Ничего не говоря, легла. Прижалась своим горячим телом.

— Я…

— Молчи, Рат. Я знаю, что тебе сейчас нужно после холода Мораны… И мне. Общую душу не пропьёшь.

Всё вышло, как и сказал отец. Дума в прямом эфире устроила небольшой срач на радость публике, но Великий Князь остался на своём посту. Ох, и бушевал Глава Луганских перед журналистами, крича благим матом, что выборы подтасованы, что систему их нужно менять, Бориса сажать в тюрьму, а не на трон княжеский.

Не знал бы всей подоплёки, сам поверил в праведный гнев боярина. Об этом и сказал ему на неофициальной встрече в нашем представительстве. Славута с удовольствием принял мою оценку его актёрской игры.

Все приятности закончились, как только поведал о встрече с Мораной.

Глава 21

— Не дам! Вот тебе, а не моя Злата! — орал с красной рожей Славута, потрясая дулей перед моим лицом. — Богам потому и поклоняемся, чтобы они свою работу делали, а не чужих дочек воровали!

Это продолжалось уже довольно долго и успело основательно поднадоесть. Кажется, совет Маруши рассказать всё начистоту был не самым удачным. Видимо, не я один утомился от воплей Луганского, так как Борис внезапно шибанул кулаком по столу и в секундной тихой паузе успел вставить:

— Хорошо, Слав! Я тоже против, чтобы мой сын твоей дочерью свои долги закрывал.

— Правильно мыслишь, Борис! — сразу же обрадовался он такой поддержке. — Это не дело моего Рода.

— Тут каждый сам решает, как дальше жить, — продолжал спокойно говорить князь, любуясь собственными ногтями. — Только учти, что сила наша от этих самых «плохо работающих» богов исходит. Ты уж потом не говори, когда спичку Даром зажечь не сможешь, что я не предупреждал. В обиду другим Луганских, конечно, не дам, прикрою вас и даже в Род Тулиных включу, но… Только как простолюдинов без Дара.

— Боги не дураки и должны понимать!

— Ты сколько раз сам, поклоны отбивая или через волхвов, клянчил у Властителей Прави и Нави ерунду всякую? Теперь они тебя единственный раз попросили, а в итоге дули им крутишь. Как бы ты на их месте поступил? Нужен ли тебе подобный человечишка?

— Дочь! Наследницу мою требуют!

— И что? К тому же не забывай, что мы с тобой вечно жить не сможем, и когда-нибудь к Хозяйке Зимы отправимся. Она будет решать, как душой нашей распорядиться дальше. Может, к родичам отправить, а может, и чёрным снегом закружить.

— С неё станется и что-то похлеще в наказание придумать, — подлил я бензинчику в костёр. — Нервная Морана. Злопамятная. Я тебе, боярин, больше скажу: хоть на голове стой, а будет по её. Заснёт Злата и в Нави окажется. А там уже разговор короткий: отдал честь и иди приказ выполнять, если снова солнышко хочешь увидеть. По себе знаю.

— Я, — сбавил обороты Славута, — от богов наших не отрекаюсь. Только странно это… Нехорошее намечается у них.

— А у нас лучше? Уже забыл, как недавно кортеж боярышни расстреляли? — спросил князь. — Тут за каждым поворотом опасность поджидать может. И враг у нас с богами один — Неназываемый. Какая разница, где воевать? Хотя… Лично я выбрал бы команду богов. Любому бревну понятно, что они сильнее всех армий мира.

— Пусть… Ладно… — горестно вздохнул Луганский, сдавшись. — Ещё и в такой знаменательный день! Припрусь на твою Церемонию Присяги, и каждый встречный будет тыкать, что без наследницы. Решат, что разлад у нас с ней, и Род Луганских ослабел из-за него.

— Так и я без наследника останусь! Ратибор, даже если ноги ему оторвёт, всё равно обязан до Кремля доползти и встать по правую руку Великого Князя во время присяги. Моё позорище похлеще твоего намечается, но я же не ною. А что детишек наших нет, то просто скажем, что… Да наказаны они! За что? Тут и без нас придумают. Уже и так на каждом новгородском углу шушукаются, что Рат со Златой как-то странно дружат. Не понимаю, кто эти сплетни распускает?

— Я сам, — честно признаюсь Главам. — Неназываемому же скормил сказочку, что к боярышне подкатываю, поэтому приходится поддерживать легенду, чтобы во вранье не заподозрили.

— Да ты и так её окучиваешь! Прекращай, пока я меры принимать не стал.

— Слав… Тут ещё пойми, кто кого, — ухмыльнулся мой отец. — Твоя Златочка ещё тот «одуванчик», оказывается. Сам видел.

— Что ты видел?

— То, что спокойной жизни с такими наследниками нам не светит даже после смерти. Они нас и там достанут.

А потом нас Главы Родов выгнали, чтобы обсудить последние известия без раздражающих факторов в виде меня и Златы. Разговор или спор у них затянулся на несколько часов, но уехал Славута один, напоследок пообещав мне, что если хоть один волосок с его дочери упадёт, то он меня живьём в дерьме сварит.

Говорил он это настолько убедительно, что сразу стало ясно: это не образное выражение. Так что Церемонию Присяги мы со Златой смотрели на экране в прямом эфире вместе с Радой и Иляной, держащей на руках спящего младенца. К нам присоседились ещё несколько человек из ближнего окружения.

Большой княжеский зал Кремля был забит народом. Все Главы Родов, пробившиеся в Думу, прибыли со своими наследниками. Журналистов тьма. Послы. С удивлением увидел, что явились последние не только из дружественных государств. Присутствовали даже из западных и южных королевств, с которыми на границе сейчас отчаянно режемся.

Намечается перемирие? Нет. Необходимая мера. Каждая страна имела право присутствовать на коронации любого князя или монарха, чтобы подтвердить легитимность новой власти. Война войной, но нужно иметь чёткое представление, с кем будешь договариваться, если возникнет в этом нужда.

Перед этим Борис Тулин провёл час в Храме, приобщившись к Нави и Прави и испросив разрешения у Тёмных и Светлых богов вести дела от их имени. Потом, пешком дойдя от Храма до Кремля, скинул у его ворот почти всю одежду, оставшись в одной длинной домотканой рубахе старинного покроя. Именно в таком непрезентабельном виде он и оказался в Большом Княжеском зале, где, положив руку на самую древнюю книгу «Правду», зачитал присягу.

Отец проделал весь ритуал образцово. После последнего слова клятвы замолк и облачился под рукоплескания зала в новые одеяния Великого Князя, поставив во всём этом действе жирную точку. Уже снова имея княжеские права, Борис подошёл к трибуне, чтобы зачитать приветственную речь к Думе.

Внезапно экран пошёл рябью, и изображение пропало. Я хотел было возмутиться качеством трансляции, но за окном раздался сильнейший взрыв. Пол под ногами задрожал. И это в здании, которое может выдержать попадание ракеты! Предчувствуя нехорошее, мы скопом ломанулись к окну и с ужасом увидели, что в том месте, где находится Новгородский Кремль, поднимается огромный чёрный столб дыма.

ТЕРАКТ!

Все кинулись названивать, чтобы выяснить, что произошло, но кремлёвские номера были недоступны. Даже правительственная связь не могла достучаться. Зато нам начали названивать все кому не лень. Первым был Леду.

— Вождь! Кажется, в Кремле диверсия! Что делать нам?

— Сидеть и не высовываться, пока не разберёмся в обстановке. Передай лагерям «Племени» в других городах, чтобы не поддавались на возможные провокации и без приказа ни на кого оружие не направляли. Пусть разведчики в столице постоянно мониторят обстановку и передают её в аналитический центр Артемию. Особое внимание на малые Рода, что остались в Новгороде.

— Тихон! — дрожащим голосом вещала Злата по своему «Ведуну». — Все офисы «Княжича», включая головной, перевести на осадное положение! Объявите жителям окраин, что они при любом раскладе не пострадают, так как находятся под нашей защитой!

Матери тоже не оставались в стороне. Рада моментально раскидала рекомендации по всем новостным порталам, приказав им не вякать без её дозволения. Женщина она резкая, так что ослушаться её самоубийц не нашлось. Иляна, крепко прижав к себе ребёнка, открыла ноутбук и блокировала все транзакции банков Рода Тулиных.

Шум, гвалт и крики заполнили гостиную. Но паники не видно: здесь собрались не простые обыватели, а те, кто привык действовать в критических ситуациях.

Среди важных и не очень звонков высветился номер моего бывшего командира в Оплоте.

— Ратибор, — замогильным голосом сказал гранд-полковник Истома. — Тебе говорю первому. Держитесь…

— Тихо все! — заорал я и включил громкую связь.

— Твой отец погиб. Вся Дума тоже. Огромной силы взрыв не оставил никому шансов.

— Как такое могло случиться в самом защищённом месте страны⁈ Ты уверен⁈

— Абсолютно. Как могло? Не знаю. Не до расследований. На церемонии была вся армейская верхушка, и у нас начинается бардак. Нет общего руководства.

Если я хоть немного разбираюсь в аналитике, то это переворот. Внутренние враги. Готовься к междоусобным войнам и срочно становись официальным Главой Рода Тулиных. Сейчас кто будет первым, тот и встанет у руля Славянского Княжества… Или того, что от него останется.

Лучше, чтобы это был ты, чем та сволочь, что затеяла такое. За всю армию и дружину говорить не буду, но имею определённое влияние в этой среде. Сможешь быстро собраться с силами — поддержим. Нет? Извини, но сейчас нужен не хороший парень на троне, а сильный. Всё! Не до длинных разговоров! Информацию дал, свою позицию высказал. Действуй, если можешь!

Оторопело замер, обводя глазами помещение. Рада потеряла сознание, и её приводит в чувство Гнат. Иляна выла, приложив кулак ко рту, чтобы не испугать ребёнка. Маруша, закатив глаза, ушла в транс.

Злата… Злата стояла, как и я. Не вижу в ней растерянности — сейчас девушкой управляет чистый гнев. В её руках образовались две огромные огненные сферы. Ещё немного, и они вырвутся на свободу, спалив всё вокруг.

— Тихо, родная… Тихо… Не время. Мы должны отомстить за наших отцов. Не трать попусту силы.

Минута ласковых уговоров, и Злата начинает успокаиваться, постепенно уменьшая выброс Дара.

— Скажи, что я сплю. Скажи, что это кошмарный сон, — наконец непослушными губами произносит она.

— Это война, гранд-лейтенант. На нас напали. Нужно обороняться, а мёртвых потом оплачем…

— Все слышали? — без предупреждения рявкнул я во всё горло, пытаясь обратить на себя внимание.

Кажется, подействовало.

— Нужен новый Глава Рода! Без этого мы инвалиды, и никто не будет с нами иметь дел! По идее, я должен стать им, но… Вы все в курсе, кто я такой. Самозванец. Здесь и сейчас необходимо решить: доверите вы мне Род или поставите во главе его настоящего, кровного родича. Поддержу любое ваше решение.

— Нужен общий сход Тулиных, — нерешительно пробормотал Гнат. — Слишком серьёзная вещь.

— Уехать в Тулу, раскрыть мою тайну и заседать, пока не придёте к единому решению?

— Не знаю… Нет у нас столько времени.

— Я готова встать под твою руку, боярин, — собравшись с мыслями, поклонилась мне Рада. — Некому больше, сын.

— Я тоже, — всхлипнув, согласилась со старшей матерью Иляна. — Горе какое…

— Деваться некуда, — принял решение Гнат. — Верю тебе, Ратибор, но остались ещё Малюта и Святомудр, коль живы, конечно: они же в Кремле были… Хоть один из них воспротивится, то будем искать другого Главу.

— Поговорим, а пока беру временное командование в свои руки. Первый приказ! Доставить боярышню в представительство Луганских. У них там тоже безвластие. Злата, — повернулся я к ней. — Сама справишься или помощь нужна?

— Справлюсь. Единственное, боюсь, что просто не доеду до своих.

— Эдмонд! — связываюсь с командиром «Племени». — Двести человек на бронетранспортёрах ко мне! Задача сопроводить Злату Луганскую, поэтому отбери лучших бойцов из старых, проверенных.

— Понял, вождь! Мятеж в столице?

— Хуже. Убита вся Боярская Дума во главе с князем.

— Задница!

— Не трать время на ругательства! Выполняй приказ… Стой! Срочно передай во все иногородние лагеря «Племени»! Под любым предлогом попасть в родовые крепости и временно блокировать Глав Родов. Пока никто не знает о случившемся, то военное положение они объявлять не будут.

Воспользуйтесь неразберихой. Потом очень вежливо донесите до бояр страшные известия и рекомендации не рыпаться. Никакого насилия! Исключительное дружеское расположение! Мы с ними не враги! Попытаются кого-то из Глав Родов сместить мутные личности — защищать, как мать родную!

— Сроки выполнения акции?

— Чем быстрее, тем лучше. Два часа в своём распоряжении имеете, а дальше информация разлетится по всему Княжеству, и наши лагеря заблокируют. Действуем на опережение.

— Есть!

— Княжич, — заглянул озадаченный охранник. — Малюта к тебе! Раненый!

Ответить не успеваю, так как охранника воздушной волной откидывает в сторону и врывается начальник родовой СБ.

— Беда! — орёт он, зажимая окровавленное плечо. — В Кремле рвануло! Да так, что за два километра ни одного целого окна! Если это…

— В Думе, — перебил я его. — Князь и все, кто был на Церемонии Присяги, мертвы. Бояре, наследники.

— Лядь! Сука!

— Заткнись! Мы все ругаться умеем! Ты должен был быть на Церемонии. Что здесь делаешь?

— Приказ Главы Рода. Как только Борис вышел из Храма Всех Богов, то незаметно сунул мне вот это, — протянул он комок бумаги. — Сказал срочно ехать к тебе, взяв всю родовую охрану.

— Что это?

— Без понятия! Три раза нападали по дороге.

— Кто?

— «Мирные» жители! Впервые видел, как детская коляска за несколько секунд трансформируется в пулемёт. Но подготовка к нападениям была никакущей, а так бы не добрался. Видимо, наспех действовали. Правда, из пяти наших машин всего три целы остались.

Я взял бумажный ком и развернул его. Почерк отца. Неровный, перескакивающий на другие строчки, будто бы писал впопыхах. Стал читать вслух.

' Сын! Ратибор!

Не думал, что вот так с тобой попрощаемся… Стою сейчас в Храме и пытаюсь быть сильным духом. Боги снизошли ко мне. Тёмные и Светлые. Сказали, что отжил своё. Сама богиня Смерти сказала, а остальные подтвердили.

Не знаю, как умру в ближайшие часы, но явно не от болезни. Убьют. Единственное, боги дали возможность передать тебе это послание. Домой уже не вернусь.

Слушай приказ, княжич! Мой последний приказ!

Мне похрен, что ты будешь делать, но не выпускай Род из своих рук! Соплей не распускать! Дави любого, кто пасть открыть посмеет! Выжги скверну Неназываемого! Время вежливых слов закончилось — пришло время силы!

Не знаю, что там Славута мутить будет, но если поперёк встанет, то и его не жалей. Я верю ему, но ты не должен верить никому. Хочешь объединить Рода Тулиных и Луганских — делай, если поймёшь, что это усилит тебя.

Ты справишься, хитрый жучара! И да, я знал, что на тебе больше нет Кровавой Клятвы. Говорю это, чтобы не зазнавался и не считал себя умнее стариков. Будь с ними предельно осторожен. Прощай, боярин Ратибор Тулин! Будь достоин своего великого Рода. Береги брата! Помоги воспитать его настоящим человеком! Таким, как ты сам. Передаю всю власть! Пора молодым волчатам показать свои клыки!

Рада…Радочка! Представляю, как тебе тяжело будет. Столько лет бок о бок. Поддержи Ратибора. И помнишь те слова, что говорил тебе в молодости? Готов их повторить с чистым сердцем: врать сейчас бессмысленно. Я люблю тебя! Ни секунды не жалел, что ты рядом!

Иляна! Свет души моей! Спасибо, что подарила счастье! За тепло и нежность спасибо! За ребёнка, которого смог подержать на руках!

Свят! Буду скучать в загробном мире по твоей настоечке.

Гнат, Малюта, родичи… Слов хороших много, а времени нет. Обнимаю каждого!

Пора… Великий Князь должен принести Присягу во что бы то ни стало. Даже ценой собственной жизни. Люди ждут. Страна ждё т. Ухожу.'

В горле застрял ком. Предательская влага застилает глаза. Не в силах справиться с собой, опускаюсь на пол и обхватываю голову руками. Прощай, отец! Только сейчас понимаю, насколько ты стал настоящим для меня. Дыра. Огромная дыра в душе без тебя. Залатать её будет невозможно.

Не знаю, сколько времени провёл вот так, но постепенно холодная ярость вытеснила горе. Встал. Посмотрел на присутствующих. Никто, даже витязи не скрывают своих слёз. Я их понимаю, но плакать будем потом. А сейчас…

— Малюта! Ты готов признать меня своим Главой?

— Да, — не раздумывая отвечает он. — Даже без этого письма согласен был бы. Других кандидатур не вижу. Клянусь в верности!

— Ублюдки! — внезапно выругалась Маруша, выпадая из транса. — Закрыли!

— Что закрыли? — не понимаю я.

— Навь закрыта. Пыталась попасть к Моране, но словно мухой об стекло билась. Не к добру!

— Ты долго отсутствовала.

— Может быть. Правда, по моим ощущениям не дольше десяти минут… Неважно!

— Вождь! — связался со мной Эдмонд Леду. — Эскорт для боярышни прибыл.

— Ты всё слышала, боярыня Злата, — повернулся к ней. — Решать тебе, что делать дальше, но, думаю, что твой отец написал бы примерно такое же послание, если б имел возможность.

— Я знаю. И пусть боярыней ещё не стала, только рассчитывай на Род Луганских. Во всём!

* * *

Спустившись на первый этаж, Злата тут же оказалась в кольце витязей «Племени». Они чуть ли не внесли её в броневик, и колонна машин на высокой скорости вылетела из представительства Тулиных, ощетинившись стволами крупнокалиберных пулемётов во все стороны.

Рат был прав, пускать её домой убийцы отца не собирались. Случились две попытки нападений, но их быстро и жёстко пресекли, даже не замедлив ход.

Оказавшись в родном представительстве, девушка с десятком телохранителей прошла в кабинет Главы Рода. Все важные фигуры были уже в нём. Судя по лицам, страшные вести долетели и до них.

— Думаю, никому ничего объяснять не надо, — сказала она, усаживаясь в отцовское кресло. — Теперь я руковожу Родом. Мой первый приказ…

— Не рано ли себя выше других поставила? — невежливо перебил её высокий, статный мужчина лет сорока. — Ты ещё не Глава, и вряд ли станешь ею. Не то время, чтобы соплюхе власть доверять. Считаю, что есть более достойные кандидатуры.

— И кто же? — сохраняя спокойствие, спросила Злата.

— Я! Двоюродный брат Славуты, имеющий опыт руководства! А ты… Отойди в сторону и не мешай взрослым людям! А не то…

Небольшой Огненный Шар Истинного Огня вырвался из ладони боярышни и испепелил говорившего.

— Ещё есть кандидатуры? — также не повышая голоса, поинтересовалась она у сидящих за столом.

— Дочь своего отца! — миролюбиво грустно улыбнулся полноватый мужчина, финансист Рода. — Решение принимаешь быстро и… правильно.

— Верно, братишка, — согласился с ним другой, отвечающий за службу безопасности Рода. — Нечего смуту разводить, когда вместе держаться надо. А Божко мне и до этого не нравился. Пусть боги будут к нему милостивы… Хотя вряд ли. Устал за этим высокомерным тупым гадёнышем подтирать.

Остальные согласно закивали, выражая общее мнение в поддержку Златы.

— Ну, раз с частностями разобрались, то переходим к главному, — внутренне облегчённо выдохнула она. — Действительно, боярыней официально стать пока не могу. Лететь в Лугу сейчас не самый лучший способ самоубийства. Несмотря на это препятствие, прошу считать меня Главой Рода. У Тулиных то же самое. Ратибор теперь руководит. Возражения? Дополнения?

В полной тишине подождала несколько секунд и продолжила:

— Раз замечаний не имеется, то готовьтесь к тому, что Род Тулиных, наш и «Народный Княжич» временно объединяются в одну команду. Двоевластия в такой сложной обстановке быть не должно, поэтому передаю командование Ратибору. Это не значит, что должны полностью отказаться от своих интересов ему в угоду. Нет! Решаем совместные задачи на пути к цели, а потом уж подумаем, как строить новые отношения.

— И какие же задачи, дочь? — подала голос младшая жена Славуты.

— Месть. Про секту Неназываемого все присутствующие знают. Она повинна в смерти отца. Ещё постараемся сохранить Славянское Княжество от распада и не допустить междоусобицы. Уверена, что придётся разбираться и с внешними врагами.

— Глобально.

— Не я выбирала, матушка, жизнь подкинула сама.

— Ну, раз подкинула, то чего уж тут хвосты прижимать! Тулины так Тулины! — подытожил начальник СБ. — Давай, племяшка… Прости! Глава Рода! Не тушуйся, а мы поможем! За твоей спиной крепкая стена, которую сам Славута построил! Рассказывай, что там у Ратибора слышно.

Глава 22

Звонок Святомудра заставил подскочить на месте. Жив!

— Свят! Ты где⁈ — заорал я.

— Где и все Великие Волхвы сейчас. В Храме Всех Богов.

— Много жертв? Не пострадали? Спасатели говорят, что его не видно за какой-то дымкой! Пожар?

— Не пожар — божественная защита. Во время присяги Бориса мы совершали коллективный молебен, прося даровать силы князю. Видно, слабенько молились… Услышали взрыв. Кинулись на улицу, но оказались запертыми в Храме. Связь не работала. Паники хоть никто и не поддался, но лучше от этого особо не стало. Потом боги… Все явились перед нами! Такого ещё никогда не было!

— Эти суки, значит, у вас, а нас к себе не пускают! Маруша…

— Не позорь себя хулой в адрес тех, кому мы жизнями обязаны! Да! И ты тоже! Боги сказали, что спасли тех, кто начнёт великое дело.

— Какое?

— Не ответили. Приказали поддержать власть мирскую духовной.

— А вы чего?

— Чего-чего! Рты пораскрывали! Вот чего! Перестань перебивать! Боги ушли, а мы тут свой небольшой совет устроили: всё равно выйти нет возможности. Говорили долго и обстоятельно, пока не пришли к общему мнению. Если из всех великих Родов вменяемые наследники остались лишь у Тулиных и Луганских, то получается, что должны помочь вам.

— А откуда знаете, что мы живы?

— Будущее видели.

— Правда⁈

— Нет, дубина! Сказано ведь, что боги обмолвились! Ненавязчиво так, но мы их внимательно слушали. И сразу же встал интересный вопрос… Что ты задумал, Рат? Я тебя хорошо знаю и уверен, что сейчас не волосы на голове рвёшь, а действуешь.

— «Волосы» тоже были. Совсем недавно…

— Понимаю. Сам с трудом держусь. Так что ты задумал? Нужно знать, в чём тебя поддерживать.

— Ну… Обряд вступления в должность Главы Рода можно провести либо на родовых землях, либо в Храме Всех Богов в присутствии полного набора Великих Волхвов. Мне со Златой подобное очень бы подошло.

— Принято. Проблем не будет. Что ещё?

— Я и боярышня объявляемся богоизбранными.

— Не слабые у тебя аппетиты. Но в принципе так оно есть, если учесть сегодняшнее явление богов. Всё?

— Нет. Есть ещё одна идея, только пока озвучивать не буду.

— Ты заставляешь меня нервничать. Именно с этой фразы обычно начинаешь свои авантюры.

— Прости, но сам не знаю, что из этого получится.

— Можешь посоветоваться со мной.

— Не. Знаю, что скажешь. Потом догонишь и ещё раз скажешь… по печени.

— Говори, сволочь! — не выдержал Свят, явно находясь не в лучшем психическом состоянии после последних событий.

— Позже обсудим. Ты когда домой?

— Барьер рассасывается. Скоро должны выйти, раз связь заработала.

— Жду в представительстве.

Я первым прервал разговор, отключив «Ведуна». Что ж, теперь понятен замысел богов. Хотят сделать из меня туза козырного, поэтому и запретили идти туда, где должно рвануть.

Стоит ли мне взбунтоваться? Уверен, что бесперспективное занятие: всё, что собираюсь сделать, они уже просчитали. Поэтому не буду идти наперекор собственным желаниям.

Экстренный выпуск новостей, которые подготовили вместе Рада и Дарья, произвёл эффект разорвавшейся бомбы по всему Славянскому Княжеству среди простолюдинов. Главная идея была такой: нас хотят уничтожить. ВСЕХ! От бояр до простолюдинов!

Мировое зло распространилось по границам Княжества. Без какой-либо конкретики с упоминанием Неназываемого — просто ЗЛО! Оно только и ждёт, пока мы дадим слабину, а потом накинется, оставляя после себя лишь выжженную землю и обгоревшие кости.

Журналистка Дарья и моя мать — обе сильнейшие профессионалы в области массового промывания мозгов, даже подружились на этой почве. Поэтому жути нагнали основательно.

В конце их заявлений на экран вывели меня и Злату из наших представительств, чтобы мы с ней дали свою точку зрения на происходящее и ответили на вопросы зрителей.

— Мой отец убит, — начал я. — Подло. Также многие Главы Родов с наследниками погибли. Больше сотни человек! Сейчас нам всем рассказывали про внешнего врага. Только подобное могли совершить лишь предатели! Изнутри! Они ходят по нашим улицам, едят в наших ресторанах, улыбаются и ждут момента, чтобы устроить кровавую вакханалию.

Им всё равно, кого убивать! Среди погибших наследников Родов примерно четверть была несовершеннолетними. Делайте выводы, что ждёт ваших детей. Рабство, насилие, смерть! Хотя про смерть я погорячился. Убьют родителей, помнящих что такое свобода, а маленьких детишек превратят в марионеток, в тупое мясо, способное лишь выполнять приказы и размножаться в инкубаторах, плодя себе подобных. Честно говоря, лучше смерть, чем такое…

— Откуда у тебя подобная информация, княжич? Быть может, не всё так страшно, как ты описал? — вставила заготовленный вопрос Даша.

— Извини, но пока раскрыть не могу. Любая утечка сейчас сыграет на руку врагам. Придётся поверить на слово. Но это чистая правда! Признаюсь, что она ещё страшнее! Когда я ознакомился с ней, то у меня волосы на голове дыбом встали!

— Предположим. Но как распознать предателей среди нас? Не будет ли их выявление очередной охотой за инакомыслящими?

— Как распознать? Легко! Сейчас все, кто будет устраивать свары, войны, междоусобицы не только на поле брани, но и в финансовом секторе, являются теми, кому массовое убийство в Кремле выгодно. С большой долей вероятности они и стояли за покушением, продавшись с потрохами врагу.

Естественно, будут среди них не только истинные зачинщики, но и жадные, бессовестные дураки, пытающиеся урвать кусок пирога. С каждым стоит разбираться отдельно. Дураков в хорошо охраняемый дурдом, предателей на плаху. Среднего быть не может.

Мы уже начали приводить этот план в действие. Бойцы народного ополчения взяли под охрану семьи не только погибших Глав Родов, но и тех бояр, что не вошли в Думу и поэтому остались живы. Уже предотвращено несколько серьёзных покушений и захватов власти!

Тут я нисколечко не соврал. Бойцы «Племени» в других городах исполнили мой приказ по блокировке Родов чётко. Не обошлось, конечно, без накладок, но в целом операцию можно считать успешной.

В нескольких семьях, потерявших преемственность власти из-за слишком маленьких наследников или по причине полного их отсутствия, зарождались внутренние конфликты, которые мы быстро подавили, приведя особо ретивых в чувство и предложив решить родовые разногласия мирным путём.

Две попытки соседей напасть на Рода отбили. Ещё одна семейка оказалась такой невменяемой, что просто посадили её под замок, пригрозив полной зачисткой, если хоть одна тварь вякнет.

Но большинство бояр и приближённых к ним родственников повели себя хоть и настороженно, но разумно. Тем более что мои бойцы, как и приказано, были сама любезность. Информация о том, что в местах, где нет «Племени» творится настоящий беспредел, быстро разлетелась среди мелких и средних бояр, поэтому офис «Народного княжича» был завален просьбами о помощи.

Это хорошо! Значит, Главы Родов начинают доверять нам. А к кому ещё обратиться? Княжеской власти нет. К армии? Она на границе воюет и внутреннюю неразбериху в порядок приводит. К другим Родам? Опасно. Те могут потребовать взамен что-то безумно дорогое для себя, а то и в спину ударить.

— Что ж, — продолжила Дарья. — Твоя позиция, Ратибор, ясна. А что думает боярышня Луганская?

— Нарубленное мелкими кусочками мясо, закатанное в банки. Это первая ассоциация, которая пришла на ум, когда узнала некоторые вещи под грифом «Особо секретно», — играя на публику, зябко передёрнула плечами Злата, усиливая эффект от своих слов. — Нет, есть нас не собираются, но пустить души на такие консервы — однозначно. Великий Князь и несколько Глав Родов пытались противостоять угрозе, только не успели. Не всё просчитали.

Это их большая ошибка! Нужно было не действовать втихаря, а сплотить всё Славянское Княжество! От Боярской Думы до маленького Рода! От воеводы до мирного простолюдина! Каждого! В таком большом государстве, как Славянское княжество, нужно пользоваться всеми ресурсами, а не только теми, что… Ладно. Они погибли, честно выполняя долг, и критиковать не имеем права…

А вот ошибки учесть стоит! Как многие знают, Тулины и Луганские всегда были непримиримыми конкурентами. Только не в этом вопросе. Скрипели зубами, но договаривались. Мы же с княжичем Ратибором пошли дальше, отбросив все разногласия. Советую также поступить и другим Родам.

Смотрите сами! В Кремле были убиты все: и власть, и оппозиция. Вроде бы нелогично. Последних нужно было оставить и дать им то, к чему они стремились. Этого не произошло. Почему? Мы не нужны врагу в любом состоянии, кроме мёртвого. Ему плевать на политические взгляды и интересы Родов.

Есть только один интерес — вражеский! Без всех нас! Свободных нас! На время кризиса мы, Луганские и Тулины, объединили Рода в один отряд. Я склонила голову перед Ратибором и отдала полностью управление в его руки, оставив за собой лишь ведение внутренних дел своего Рода.

Обращаюсь ко всем Родам, кто сейчас меня слышат! Не время для гордыни! Присоединяйтесь к нашей Армии Жизни!

И к внеродовым гражданам тоже обращаюсь! Ждём у себя каждого! С уважением и благодарностью примем любую помощь! Кто-то может встать с оружием в руках, а кто-то пирожки печь! Нам нужны все, чтобы сохранить близких людей и будущее наших детей.

— Согласна! — воодушевлённо сказала Дарья. — Я сама стрелять не умею, но приложу все усилия, чтобы освещать события, отсеивая мутную грязь лжи! «Новгородские сплетни» будут переводить весь доход от рекламы и пожертвований в фонд «Народного княжича». Я знаю, что вы не украдёте ни одного ломаного медяка, а потратите всё на благие дела.

— Спасибо за доверие! — грустно улыбнулась Злата.

— К сожалению, не все вам так доверяют, как я, — выложила журналистка очередную заготовку. — Вот вопрос нашего подписчика. Один из многих похожих. «Скажи, боярышня, а не пытаетесь ли вы с Ратибором Тулиным решить свои личные делишки за наш счёт? Всем известно, что вы с ним встречаетесь!».

— Для любителей заглянуть под чужое одеяло отвечу, хотя не время для таких тем. Да, Рат классный! Чувства? Присутствуют. Но… Кошельки у нас разные, и каждый привык платить сам за себя.

К тому же мы теперь Главы сильнейших Родов, которые не привыкли прогибаться под других. Делайте выводы, нужно ли нам что-то, кроме согласия партнёра, чтобы плюнуть на всё и сбежать от проблем. Спокойно обоснуемся в тихом месте, купаясь в деньгах. Вместо этого мы тратим все свои силы и финансы, чтобы спасти страну.

— Более того! — подал голос я. — Неужели вы думаете, что если на каждом углу шепчутся про нашу любовь, то князь Борис и боярин Славута не знали о ней? Знали! Почему не прекратили выходки наследников? Потому что поддерживали! Так и сказали:«Станете Главами Родов, хоть на голове стойте. Но пока делать это не время».

Теперь мы Главы… Страшно пришли к этому… Готов вернуть всё назад и оставаться ещё миллион лет наследником, лишь бы наши отцы были живы. Но прошлое вспять не поворотить…

Что ж. Злата… Я люблю тебя! Станешь ли ты моей женой перед богами и людьми?

Шок — это по-нашему! Такого в заготовленном сценарии не было. Немая сцена из «Ревизора» в этот момент могла по своим масштабам превзойти любую первомайскую демонстрацию. Первой опомнилась Даша и объявила десятиминутный перерыв на новости про обстановку в различных регионах страны.

Вторым опомнился Гнат и покрутил пальцем у виска. Рада попыталась схватить за грудки, но я увернулся. Хорошо, что мы с Луганскими в разных представительствах. Эти бы точно догнали и запинали всем стадом. Злата отмерла последней.

— Ратибор, — с укором сказала она с монитора. — Ты понимаешь, что только что обидел меня? Сильно обидел.

— Чем?

— Тем, что использовал мои чувства в корыстных целях. Устроил клоунаду на публике.

— Нет. Я говорил абсолютно серьёзно. Ты станешь моей женой? Всё равно рано или поздно я попрошу твоей руки. Зачем откладывать?

— Нет.

— Жаль. Больше такого момента безболезненно это сделать не представится.

— Нам никто не позволит быть вместе. Отказываю только поэтому.

— А как же бравада про общих детишек и прочее?

— Тогда мы жили в другой реальности.

— Рат, — положила мне руку на плечо Маруша. — Кончай уже упрашивать. Не подходит боярышня тебе. Тулиным нужны наследники, рождённые не от слабачек. Две минуты до эфира.

— Согласен. Вопрос снимается с повестки.

— Ты так просто сдался? — скривила в презрительной усмешке губы Злата. — Не ожидала.

— В некоторых крепостях ворота должны открываться по согласию, а не тараном. «Я не такая», «мама не велит» и прочее оставь для девиц в ночном клубе, которые себе цену набивают во время съёма. Ты теперь Глава Рода, чтобы манерно «можетбытькать». Ты сказала, я тебя услышал.

— Тридцать секунд до эфира! — предупредила ведунья. — Если собираетесь и дальше отношения выяснять, то найдите другое время!

— Будет ему ответ! — зыркнула боярышня, явно что-то задумав.

Дальше на экране опять появились мы, героическими лицами глядящие на зрителей.

— Эээ… Хм… — задумчиво произнесла Дарья, собираясь с мыслями. — Очень неожиданное заявление сделал Ратибор Тулин! Признаться, он и раньше шокировал многих своими словами. Но сегодня у меня проснулось чисто женское любопытство… А что же ответит Злата Луганская?

— Слияние Родов? — лучезарно улыбнулась она в телекамеры. — В данной ситуации не вижу в этом больших проблем. Вдвоём с Ратибором мы сможем удержать хаос в кулаке и нормализовать жизнь Княжества.

Но времечко неспокойное, и такие дела приходится решать быстро. Если княжич сможет в ближайшие сутки обеспечить нам официальное вступление в должность Глав Родов, то готова на свадьбу не раздумывая. Жаль, что подобное возможно лишь в родовых землях, поэтому должна на время отложить идею с бракосочетанием.

— Не только в родовых землях, — показал я все тридцать два зуба. — Есть ещё Храм Всех Богов.

— К несчастью, он разрушен и нужен полный сонм Великих Волхвов.

— Я починю. Я всех соберу.

— За сутки⁈ Тогда готова сразу же и союз заключить в нём.

— Дядюшка, — прямо в прямом эфире позвонил я Святу. — Когда барьер упадёт?

— Минут двадцать-тридцать ещё продержится.

— Не расходитесь. И готовьтесь к обряду принятия главенства. Выезжаю с боярышней Луганской. Потом ещё один обрядик организовать нужно будет.

— В смысле? Кто-то из наследников великих Родов выжил?

— Не. Всё с той же персоной и со мной.

— Рат! — заорал Святомудр, всё поняв правильно. — Не вздумай! Я тебе печень вырву!

— То есть, про печень я всё-таки угадал? Не иначе старшие товарищи, что с вами встречались, догадывались о моих маленьких просьбах и просили не перечить, понимая, что я вижу будущее.

— Рат… Ты делаешь ошибку. Фатальную.

— Старшие товарищи так не думают.

— Да. Тут с тобой спорить тяжело. Жду. Попытаюсь всех Великих Волхвов уговорить до твоего приезда, но, боюсь, сам по голове от них получу.

— Я верю в тебя и в крепость твоей головы. Будем через час.

— Где и кто будет? — заинтересованно спросила Дарья, окончательно наплевав на сценарий.

Из всего разговора все слышали только мои слова и ничего из них не поняли.

— В Храме. Я же обещал его привести в порядок. Злата, пора в дорогу. Нас ждут. Извини, что всё проходит в ускоренном режиме, но ты сама просила.

Я самовольно отключился от трансляции и посмотрел на Раду.

— На бракосочетании должен присутствовать кто-то из кровных родичей. Ты со мной?

— Мне сейчас позвонил Свят! Ратибор! Не дури!

— Если отказываешься, то и его одного достаточно. Своё решение менять не стану. Тут не только дела сердечные, но и возможность сплотить страну так, как её ещё никто не пытался сплотить.

— Еду… Но всё равно не одобряю.

— Скотина! Ты что устроил⁈ — позвонившая по видеосвязи Злата была в состоянии полного бешенства.

Уже второй раз за день её руки были объяты пламенем Истинного огня. Заметка на будущее: супругу не злить.

— Выполняю твои условия. Сейчас Леду пригонит к твоему представительству четверть «Племени», и двигайтесь в сторону Кремля. Платье белое не обязательно, а вот армейский комплект штурмовика не помешает. Вместо букетика автомат прихвати на всякий случай.

— Ты шутишь?

— Дура, что ли⁈ — рявкнул я, потеряв терпение. — У нас близких людей убили! Страна разваливается! С хрена мне клоуна изображать⁈ Бери подмышку кого-то из кровных родичей и дуй, куда сказано!

— Не шутишь… Мне нужно пять минут на сборы и двадцать на оборону от родственников.

— Укладываемся!

Тут же набираю Эдмонда и объясняю возникшую обстановку.

— Я знал, что ты немного сумасшедший, — озадаченно произнёс он. — Кажется, сильно ошибался. Ты невменяемый! Прости, вождь, за откровенность.

— Прощу, если прибудешь через двадцать минут.

— Через шестнадцать, если по пути ничего не задержит. Экипажи в машинах, двигатели не глушим… Может, всё-таки возьму для тебя волхва Жизни? Пусть голову проверит.

— Нет. Вместо него возьми ещё одного пулемётчика из витязей. Я не уверен, что нам спокойно дадут разъезжать по городу.

Осмотрелся по сторонам. Кажется, не только Леду считает меня больным. Одна Маруша стоит у стены, скрестив руки и иронично улыбаясь. Да и ладно! Подошёл к огромному горшку с зеленью и сорвал большой, красивый цветок.

— Чего вылупились? Не с пустыми же руками к невесте ехать?

Рейтинг моего сумасшествия подскочил в глазах окружающих сразу на несколько пунктов…

Глава 23

В броневике меня поджидал Леду, решивший лично приехать за своим «вождём».

— Тихон и Расул вместе с боярышней, — как ни в чём не бывало, пояснил он в ответ на мой немой вопрос. — Мы решили, что столь знаменательное событие пропустить не можем.

— Что по охране?

— Лучшие из лучших. У Златы тоже. Большая часть выжила на Немане, так что беспокоиться не стоит.

Не успели тронуться в путь, как перстень завибрировал и раздался звонок по правительственной связи.

— Это Истома, — зачем-то представился бывший командир Оплота. — Рат, скажи, что ты сейчас сидишь в представительстве под серьёзной охраной и никуда выезжать из него не собираешься?

— Охрана серьёзная, но уже в пути.

— Самка собаки! Отменяй всё!

— Пояснения будут?

— Возвращайся! Потом расскажу!

— Не могу.

— Вот ты упёртый… Короче! У нас в военном ведомстве раскол. Часть сотрудников имеем я и командир спецназа Дальразведи «волкодав» Станислав Литвицкий.

— Хорошая парочка! Ты мозги, а он силища.

— Не суть! Вторая часть армии приняла позицию воеводы Николаша.

— Достойный мужчина. Я с ним в Сувальнях…

— Знаю, что ты с ним в Сувальнях! — раздражённо перебил он меня. — Примкнувшие к нему только что выехали на захват какого-то «предателя Княжества». Восемь бронемашин и сотня человек личного состава. Все облачены в боевую броню и с ручной артиллерией. Причём приказ отдан был сразу после твоего интервью. Делай выводы.

— Делаю… Объясни обстановку в военном ведомстве.

— Сложная, — вздохнул Истома, — проблема в том, что штабные пошли за Николашем, а вот боевые части придерживаются немного другой политики. Хотим понять, что происходит. Николаш давит сильно: в конце концов, он единственный, оставшийся в живых воевода. Сам знаешь, какое чинопочитание у штабных.

— На что давит?

— На то, что сейчас военные должны взять всё в свои руки, отодвинув в сторону гражданские власти.

— А ты с «волкодавом» Станиславом?

— Пытаемся разобраться в обстановке и не рубим сгоряча.

— Правильная позиция. Честно говоря, думал, что Николаш погиб со всеми остальными в Кремле.

— Повезло. Его вертолёт облёт совершал. Тряхнуло воеводу неслабо. Даже экстренная посадка случилась с лёгкими травмами, но считай, что в рубашке родился. Теперь мнит себя главным. Офицер боевой, заслуженный. Герой. Такому в рот смотрят. И теперь его приспешники едут на захват «врага государства».

— Меня, то есть. Понял. Вот что, Истома! Ты сам гранд-полковник. Фигура немаленькая. Дам тебе один совет. Занимай территорию Николаша. Бери всё под свой контроль, пока основные силы отсутствуют. При неповиновении сразу в лоб бей!

— Сдурел⁈ Там же наши!

— Друзья сейчас опаснее врагов могут быть. Списывай воеводу Николаша в «резерв»!

— Не понимаю!

— Я сейчас еду становиться Главой Рода. Злата Луганская тоже добирается из своего представительства в Храм Всех Богов. Зачем нам хотят помешать, понимаешь? Должен понять! Ты же аналитик неслабый!

— Военный переворот с замещением княжеской власти воеводской? Чтобы не было никого на пути?

— Как один из самых радужных вариантов. Остальные более поганые, и поговорим при встрече. Тридцать секунд для перезагрузки перстня правительственной связи! Думай!

Закончив разговор, повернулся к Эдмонду.

— Передай конвою и Злате, что по пути возможны засады из княжеских войск. Не останавливаться. Гасить всех, как шляхтичей на Немане.

— Понял, вождь, — кинул Леду без лишних вопросов.

Минут пять я сидел, спрятав цветок в карман и держа в руках заряженный антимагическими пулями автомат. Вряд ли к нам пошлют гопников — биться придётся всерьёз. Четыре закастованных боевых заклинания Дара Воздуха тоже ждали своего часа.

— Вождь, — к чему-то прислушиваясь в своём ухе, сказал Леду. — Головные машины вступили в бой с армейцами.

— Как обстановка?

— В нашу пользу. Армия только с лёгким вооружением.

— Не может быть. Николаш опытный военачальник.

— В отличие от «паркетных» вояк. Маскироваться не умеют. Как наш «головняк» увидел чужой блокпост на месте, где ставить его невыгодно, то сразу же промониторил окрестности. Четыре лёгких орудия накрыли ручной артиллерией. Одно выстрелить успело, но это был его последний залп. Дальше крупнокалиберными пулемётами из-за брони разметали нападавших. Так что движемся по графику.

— Отлично! Но не расслабляйтесь! Колонны обычно зажимают с двух сторон.

— Я тоже так подумал. Разбрасываем мины с дистанционным управлением… Извини, вождь! Уже не разбрасываем, а взрываем.

— Слышу, но не одобряю. Там мирные жители в домах!

— Все мины направленного действия: лупят только по дороге.

— Да… Кого я учу⁈ Извини, Эдик, что в твою работу вмешиваюсь.

— Главное, что не мешаешь. Не каждый начальник способен на такой подвиг, — смущённо произнёс он.

Ещё два нападения, как под копирку. Думаю, что Николаш волосы на жопе рвёт, на чём свет матеря своих штабных сотоварищей. Делают они, в принципе, правильно. Но те, кто прошёл настоящую войну, понимают, что правила работают лишь базово, а всё остальное — импровизация. Для этого нужен не просто бравый вид и умение договариваться с начальством, а нечто большее, замешанное на крови и инстинкте самосохранения.

Кремль. Храм Всех Богов белоснежными стенами сверкает посреди руин. «Племя» берёт его в оцепление, ощетинившись всем, чем можно стрелять. Кортеж Златы ещё не виден, но мне пока не до него. Поднимаюсь по ступеням, вхожу в огромный зал, по периметру которого стоят идолы богов. Все Великие Волхвы здесь. Смотрят насупленно, но без агрессии.

— Ратибор! — вперёд выходит Святомудр. — Готов ли ты пройти обряд?

— Что? Так сразу?

— А ты думал, что хороводы водить будем и песнопения завывать?

— Нет, но…

— ТЫ ГОТОВ⁈

— Да! — громко сказал я, и эхо моих слов стало гулять по Храму, отражаясь от стен.

Внезапно все Великие Волхвы ударили в меня своим Даром. Как же они быстры! Даже защиту поставить не успел и в боевой режим войти!

Холод, огонь, вода перемешивались с чернозёмом и сумасшедшим смехом. Меня растаскивало на части ветрами и вновь собирало в кучу ими же. Я возрождался из пепла и растекался лужами, чтобы потом, выплюнув из себя грязь, превратиться в кристально чистый родник! Падаю на колени и понимаю, что меня больше нет…

— Смотри-ка ты! — слышу чей-то удивлённый возглас. — Живой!

Живой… Мать твою… Сейчас очухаюсь и устрою этим гадам преисподнюю!

— Боги приняли! — громко возвещает Святомудр так, что уши закладывает. — Боги признали Ратибора Главой Рода Тулиных! Право его! Власть над Родом его! Династия продолжается!

Значит… Хрен с ними, с выводами! Важны последние слова! Стоило потерпеть, но теперь я знаю, почему все наследники обходят Храм Всех Богов стороной. В жопу такие ощущения! Зато… Зато все знания Рода у меня в голове! Не нужно отлёживаться в «лайтовом» режиме усвоения. Будем считать, что я не обиделся на Великих Волхвов и с пользой дела провёл это время.

Пошатываясь, выхожу из Храма. Всё-таки знатно меня сплющило. Около входа стоит Злата, с опаской глядя на новоявленного Главу Рода Тулиных.

— Я бы второй раз не пошёл, — честно признаюсь ей, — но отговаривать не буду. Всё равно не послушаешь.

— Естественно! — гордо вскинув подбородок, заявила она и почти промаршировала во врата.

Ждать пришлось долго. В отличие от меня, боярыню Луганскую вынесли на руках.

— Я бы тоже… — вытирая кровь из носа, сказала Злата.

— Чего «тоже»?

— Не пошла. Одного раза хватило.

— Не расслабляйся. Нам снова туда переться нужно… Если не передумала стать моей женой. У тебя ещё есть шанс отказаться. Последний! Собачка на привязи мне не нужна.

— Ты придурок, Ратибор. Да, нет гостей и прочей очень важной лабуды. Ни капли романтики, и не так я себе всё в мечтах представляла. Только пропустить самую сумасшедшую, неправильную свадьбу за всю историю человечества не намерена! Сам не сбеги, а то… Пристрелю! Ты меня знаешь!

— Вот, — достал я из кармана цветок. — Извини, что помят, но от чистого сердца.

— Ничего… Только в следующий раз другой выбирай. Не стоит слабительное невесте подсовывать.

— Ничего себе! У меня их целая клумба дома!

— Видела. Ты всегда засранцем был. Это мёдоножник, волхвами Жизни выведенный. Красиво цветёт, но про эффект ты понял. Лучше я сама себе буду букетики подбирать, раз ты в этом деле не разбираешься.

— Согласен.

— Раз согласен, тогда попёрлись… — вздохнула она. — Ох, папа! Видел бы ты сейчас свою дочку.

— Он видит, — серьёзно сказал я. — Как и мой.

— Ругаются, наверное…

— Я бы всё отдал, чтобы это услышать. От живых.

— Я тоже… Значит, мы должны сделать всё, чтобы они поверили в нас.

И Злата потащила меня в ворота Храма.

На удивление, в этот раз не было никакой боли. Светлая благодать окутала от заклинаний Великих Волхвов. Словно на мягком облаке парил я над землёй, держа Злату за тёплую ладошку. Потом резкое падение, и, проморгавшись, смотрю на Волхвов.

— Союз заключён! — говорит один из них. — Великая семья рождается, раз все боги, Тёмные и Светлые, вас единогласно соединили. Видел многое, но такое впервые… Как Род теперь называться будет? Тут уже не Тулины с Луганскими, а нечто большее.

— Княжеский! — это первое, что пришло мне на ум.

— Ты не зарывайся, не до… — попытался возразить мне волхв.

— Именно так! На меньшее пусть другие претендуют! Хочешь поспорить — спорь с богами!

Мы вышли из Храма, и тут началась стрельба. Выхватываю из кобуры пистолет и откидываю Злату в сторону. Заклинание Воздушной Плети готово сорваться с пальцев. Замираю, ища врагов… Блин! Это наши парни лупят в воздух, устраивая праздничный салют! Вот падлы! Я чуть в штаны не наложил!

Эдмонд Леду, Расул и Тихон подходят ко мне с важным видом. Достаю офонаревшую боярышню… боярыню… ЖЕНУ из обгоревшей ямы. Отряхиваемся, насупленно глядя на своих друзей.

— Поздравляем! — радостно говорит Тихон. — Сладилось всё-таки! Так переживали за вас, глядючи, как мурыжите друг дружку. Извините, что без подарочков, но обязательно будут.

— Палить обязательно⁈ — словно не услышав его, рычит Злата, размазывая пепел по своей мордашке.

— Да, — невозмутимо поясняет Эдмонд. — Вы не простые булочники, а вожди боевого подразделения. Не конфетами же вас осыпать?

— Дорогая, — с улыбкой поворачиваюсь к Злате, не зная, то ли смеяться во весь голос, то ли материться. — Зато такой «романтики» ни у кого точно не было. Невеста нарядная! Жених красавчик! И гости под стать им!

— Угу… И вместо свадебного торта нужно три метра колючей проволоки в рулон смотать…

— Я могу принести! Ровно три? — с готовностью ответил Эдик, часто не понимающий тонкий славянский юмор.

Несмотря на всю трагедию последних суток, мы заржали. Смех с болью в душе. Смех с надеждой на будущее! Смех со слезами на глазах! Это наша жизнь дурацкая! Нет в ней ничего однозначного, но мы ЖИВЫ! Это главное!

Уже в машине Злата мне категорично заявила.

— Первая брачная ночь откладывается, если не хочешь очередного облома. Дел невпроворот. Что у тебя дальше по плану?

— Он постоянно меняется. Не знаю, за что и хвататься. Сейчас едем к Тёме — нашему гению цифр. Нужна Маруша…

— Куда ж без неё! — скривилась новоявленная жёнушка.

— Ты права. Никуда. Я тут сообщение Истоме кинул, чтобы к нам срочно приехал. Святомудр и так в соседней машине и никуда не свернёт. Пора раскрывать карты.

— Ты про Неназываемого?

— Про него. Настоящее имя — Велес. Поняла?

— Не совсем…

— Ты видела его представителей Великих Волхвов среди тех, что сегодня были в Храме?

— Я их, вообще, никогда не видела. Даже «слабовеликих».

— Правильно. А ему очень хочется подмять мир под себя. Включай логику.

— Но он почитаемый бог!

— Ага. Покровитель животных. Недалеко ушёл от них, скотина. Сегодня откровений будет много. Наберись терпения и не задавай пока вопросов.

— Нужны Луганские! — категорично заявила Злата. — Если мы теперь одно целое, то нельзя жрать информацию в одну харю!

— Верно. Извини, что не подумал над этим: привык старыми связями обходиться.

Вскоре отцовский кабинет под завязку был набит людьми. Все, кто был близкими родичами Луганских и Тулиных, собрались вместе. Ещё добавить Расула, Тихона, Эдмонда и Истому с Марушей, то получается расширенное заседание людей, имеющих на данный момент хоть какую-то власть в Новгороде.

— Я хотела бы знать, как Рода будут делить обязанности между собой! — с лёгким вызовом в голосе первой начала младшая вдова Славуты. — Если Тулины хотят подмять нас под себя, то…

— Не хотят, — мягко перебил я эту красивую женщину с умными глазами. — Не волнуйтесь. Притрёмся. Сейчас разговор не о том, кто из нас круче, а о том, чтобы задницы и страну сохранить.

Начал говорить. Ничего не скрывал. И про Велеса, и про слияние душ с Марушей. Она подтверждала каждое моё слово и дополняла в некоторых местах. Странник, Хозяин…

Ничего не упустил. Не время в тайны играть!

Да, боги запретили трепать языком, только до них сейчас не достучаться. Бросили на произвол судьбы, из Нави и Прави наблюдая за людишками, как за оловянными солдатиками, расставленными на столе. Дали всё нам на откуп — пусть теперь не обижаются. Я тоже могу играть по их правилам

— Ситуация ясна? — окидываю всех пристальным взглядом, закончив рассказ.

По лицам вижу, что впечатлены. Здесь нет тугодумов, поэтому информация правильно легла на правильные мозги.

Через несколько минут глубокого раздумья поднялся гвалт. Все о чём-то спорили, что-то доказывали, но понимаю из обрывков фраз, что ничего путного нет: просто выброс эмоций.

— Тихо! — громко говорю, привлекая внимание к себе. — Значит так, родичи… Да, на Луганских и Тулиных теперь не разделяю, но осознаю, что вам самим ещё нужно привыкнуть к мысли об объединённых семьях. Разъезжаемся. Думаем. Завтра продолжим. Уверен, что каждая сторона имеет дельные мысли, только пока не оформленные. Хочу услышать их без эмоций.

— Боярыня едет? — интересуется кто-то из Луганских — Или ты едешь к нам?

Понятно. Опять пытаются выяснить, кто главнее.

— Жена остаётся с мужем.

— А ты её спросил?

— Остаюсь, — подаёт голос Злата. — У Ратибора очень мягкие халаты и вкусный завтрак. Он сам мне его готовит.

— Яичницу? — слегка склонив голову, поддержал я игру жены.

— А ты что-то ещё умеешь?

— Бутерброды. Хочешь с хлебом?

— А есть и другие?

— Да. Без хлеба. Сыр и колбаса. Можно по отдельности, но для тебя могу масляную прослоечку положить, чтобы не разваливались… Или варенье запихнуть.

— ИзврасЧенец! Я так толстая стану! Короче, завтрак заказываешь в ресторане. Молочное. Люблю кушать в постели.

— Так, раньше тебя проснуться придётся? Что-то не очень…

— Терпи. Никто жениться не заставлял.

Лёгкие смешки от представителей обоих Родов.

— Ладно, — говорит младшая мать Златы. — Пусть отдыхают… И терпят! Не одним же нам страдать с такой Главой Рода! До завтра, молодожёны. Пусть боги смилостивятся над всеми нами.

Как только Луганские уехали, я попросил задержаться Истому и Марушу, а также вызвал Тёму.

— Подслушивал? — пристально посмотрев на взъерошенного аналитика, спросил у него.

— Очень надо, — как-то неуверенно стал отбрыкиваться он, нервно поправляя свои очки.

— Раз подслушивал, то объяснять ничего по второму разу не буду. Николаш! Вот кто меня волнует больше всего на данный момент.

— Он хороший мужик, — встал на его защиту Истома. — Ошибается в своих действиях сильно, конечно, и перешёл все границы, но хочет того, чего и мы — страну сохранить.

— Уже не уверен. Смотри сам. Единственный чудом выживший воевода. Агрессивные действия против наследников с целью не дать им стать официальными Главами Родов. По твоему ведомству тоже всё странно. На секундочку представим, что Николаш причастен к покушению на Думу, и всё сразу выглядит зловеще.

Тёма хоть и аналитик от бога, но не военный. Ты бы с ним покопался в последних событиях. Если Николаш невиновен, то попытаюсь забыть сегодняшнюю войнушку и пойду на переговоры. Дайте мне повод доверять ему или предъявить обвинение.

— Есть! — по-военному вытянулся Истома.

— Говно вопрос, — почесал затылок аналитик. — «Ломать» базу данных армейцев разрешаете? По хребту никто не настучит?

— Можно, только осторожно, — предупредила его Злата. — Чтобы никаких следов хакерской атаки обнаружено не было.

— Не найдут, — успокоил её гранд-полковник. — У меня коды есть.

— Э, брат! — хлопнул его по плечу Артемий. — Ты прямо клад, а не человек! Пойдём повеселимся!

Глаза слипаются. От всех событий я настолько вымотан, что чувствую себя как зомби. Смотрю, Злата тоже носом клюёт.

— Спать?

— Ага… — безжизненно произносит она. — И ты тоже рядышком ложись. Только не приставай: я сегодня больше бревно, чем женщина.

Кажется, только закрыл глаза, как меня разбудил звонок по «Ведуну».

— Извини, Рат, что посреди ночи, — немного виновато сказал Истома. — Спускайся в аналитический отдел. Мы с этим придурковатым Тёмой что-то нарыли.

— За придурка пиво будешь должен, солдафон! — раздалось в динамике на заднем плане.

— Спускаюсь, — отвечаю шёпотом и аккуратно встаю, чтобы не потревожить Злату.

— Ну? — спрашиваю, оказавшись у них.

— Смотри… Перед взрывом Николаш совершал облёт территории. Вне графика, хотя должен был быть в Княжеском зале.

— Может, он сильно переживал за безопасность? — интересуюсь у Истомы.

— Может. Только его вертолёт имеет повреждения снизу. Единичные, после удара о невысокую скульптуру, что стоит почти в центре Кремля. Больше никаких повреждений, хотя должен был знатно пострадать от взрыва. Данные ПВО показывают, что случилось резкое отклонение от маршрута, когда произошло покушение.

Потом возвращается обратно на приличной скорости, словно нет с машиной никаких проблем, и натыкается на эту несчастную статую. Будто специально! Вокруг пустое место для нескольких вертолётов! Опытный лётчик такую глупую ошибку допустить не мог.

— Согласен. Очень подозрительно.

— Сейчас я тоже добавлю! — возбуждённо сказал Тёма. — Хакнул базу данных военного госпиталя. Практически все охранники Кремля погибли в результате механических и термических повреждений, но есть десять странных случаев. Помнишь, как при покушении на Злату нападавшие массово подохли? Диагноз схожий: мозги расплавлены. Таких хрен допросишь после смерти. И когда подобное случилось у вас со Златой? Когда Николаш лично прилетел.

И это не всё! Я посмотрел расположение постов, на которых стояли странно погибшие охранники Кремля, и выстроилась интересная цепочка, по которой можно легко пронести крутой взрывной артефакт, минуя все проверки.

— Это уже практически улики, — сложил я в голове два и два.

— Добавлю ещё огоньку, — перехватил инициативу гранд-полковник. — В Генеральном Штабе было несколько человек, которые поставили под сомнение лидерство Николаша. Все скончались, как и напавшие на боярышню… боярыню и охрану Кремля. Что-то странная эпидемия, и везде наш воевода проявился неподалёку!

— Спасибо. Отдыхайте.

— А ты? — спросил Артемий.

— Звоню Николашу. Думаю, он не откажет своему фронтовому товарищу в просьбе встретиться.

— Не делай! — попытался перечить Истома. — Сгинешь!

— Посмотрим. У меня есть свои интересные аргументы для него. Только Злате ничего не говорите. Пусть спит. Сейчас начинается моя личная война, в которой помощь лишь навредит.

Глава 24

На мой звонок Николаш ответил сразу. Такое ощущение, будто ждал его.

— Здравствуй, Ратибор! Соскучился?

— И не говори. Ты, помнится, всё сокрушался, что «выпить-посидеть» нормально не можем, хотя в одном городе живём. Решил исправить этот маленький недостаток. Но в гости к себе приглашать, думаю, плохая идея?

— Да. Лучше ты ко мне. В Генеральный Штаб.

— Насколько я знаю, он не твой. Истома с «волкодавами» решили, что он им больше подходит. Зачем мне ехать туда, где тебя нет? Дороги нынче опасные для пустых прогулок.

— Хм… Неприятная осведомлённость. Нейтральная территория! — вдруг резко сменил воевода дружеский тон на приказной. — Через пятнадцать минут в ресторане «Скважина»!

— Уговорил. Через пятнадцать, но в другом ресторане. Он почти там же, и добраться оба успеем.

— Не доверяешь?

— А ты? Если такой беспечный, то приезжай ко мне.

— Хорошо. Скидывай координаты заведения. Учти, если хоть одно подозрительное лицо увижу…

— Не увидишь, если в зеркало смотреться не будешь! Хватит болтать! — быстро свернул я разговор, не давая ему потянуть время и передислоцировать своих боевиков.

В нужное время прибыл к месту встречи. Осмотрелся. Народу в ресторане никого нет — все по домам сидят. Официант с опаской посмотрел на одинокого посетителя и неуверенно спросил.

— Ты к воеводе? Он ждёт. Я провожу к нему в отдельный кабинет.

— Заждался, Хозяин? — с порога поприветствовал Николаша. — Моё искреннее восхищение за такой отличный план по захвату Княжества.

— Он был бы отличный, если бы ты его не испортил своими действиями… И давно ты знаешь про меня? Удивил.

— Сразу после покушения всё понял, — признался я. — Тут, кстати, ты сработал топорно. Столько улик за собой оставил, что будь я следователем, то давно за решётку тебя упёк. Подчищать за собой лучше надо.

— Правда твоя. Не успел. Больше сосредоточился на текущих задачах, отложив это до лучших времён. Но не будем о мелочах. Итак, ты знаешь о происходящем, знаешь цели Неназываемого, но вредишь ему.

— Неверно. Я просто воспользовался ситуацией. Спасибо, но ты сделал за меня часть работы. Теперь путь на княжеский трон открыт. Более того! На царский!

— Это моё! — оскалился Николаш.

— Кто тебе сказал? Неназываемый? Не смеши! Ему плевать! Наш бог должен вернуться, а кто ему будет прислуживать — абсолютно неважно. Извини, но ничего личного. Победит сильнейший из нас.

— Смотрю, Странник неплохо тебя просветил. Умный был человек, но… Недостаточно.

— Был?

— Да. Подавился амбициями. Насмерть. Ему не давала покоя моя близость к богу, поэтому он сделал ставку на тебя и стал действовать за моей спиной. Вначале решил немного ослабить марионетку Ратиборушку и убрал с доски Выборгских и Смоленских. Хотел и боярышню Злату ликвидировать, только ты возник из ниоткуда, сорвав покушение.

— Понятно… А ты, значит, тогда прилетел подчищать за ним следы?

— Именно. Пришлось рисковать. Теперь это тоже неважно. Предлагаю тебе как следует подумать и отойти в сторону. Но такого человека отбрасывать я не собираюсь. Хочешь сделку?

— Весь внимание.

— По всем расчётам сейчас твоя позиция кажется немного выигрышней. Власть в Славянском Княжестве возьмёшь, пустив мои усилия прахом. Единственный момент — это Незабываемый. Он сильнее любого из нас и благоволит мне, поэтому результат противостояния очевиден… В долгосрочной перспективе. Ты хочешь быть князем или царём? Будь! Я поддержу!

— В таких моментах обязательно должно быть «но».

— Есть. Я когда-нибудь впитаю такую силу рядом с Неназываемым, что смогу стать властителем мира. Мне не нужны троны, короны и прочее. Я буду руководить правителями! Всеми! — с фанатичным блеском в глазах начал вещать Николаш.

— Кайфуешь от тайной безграничной власти?

— Да. И не стыжусь этого. Я родился в занюханном Роду, который мог из кожи вылезти, но не попал бы даже в эту сраную Думу. Жить на задворках и питаться объедками? Я достоин большего! Когда на молодого курсанта Высшей Военной Школы вышли сторонники Неназываемого, то сразу обратился в истинную веру. Служил, продвигался по карьерной лестнице. Даже жизнью честно рисковал, как в Сувальнях.

Делал это легко, так как видел цель — стать выше всех! Но чем больше видел, тем больше понимал: власть… настоящая власть не терпит публичности, так как не любит быть зависимой от толпы прихлебателей.

Лучше незаметно дёргать за ниточки тех, кто в любой момент может превратиться в ничто из-за выборов, революций или везучего сумасшедшего, подкараулившего со снайперской винтовкой. Чем выше забираешься, тем больше боишься такого финала. Понимаешь?

— Да. И что я буду иметь с этого, кроме мнимой власти?

— Почему мнимой? Настоящей. Над тобой будет всего два начальника — я и Неназываемый. Также Славянское Княжество станет оплотом, цитаделью для экспансии по всему миру. Бог подобное оценит высоко. Внакладе не останешься. Ты получаешь пусть и не безграничную, но реальную власть. Как и хотел.

Я мысленно усмехнулся. Ай да Николаш! Как красиво медовые пряники мне во все отверстия организма запихивает. Интересно, со Странником также было или другой подход применил?

Видимо, я реально переломал ему все планы, раз зазывает. Даже попытался немного о себе рассказать для лучшего антуража. И ещё чувствую лёгкое давление на мозг. Нет, дружок, даже не пытайся внушить что-либо «контрафактное»!

И о малых Родах-отступниках, которые мы хоть и выдавили хитростью из Новгорода, но опасность они всё равно представляют, не обмолвился. Чьи они? Хозяина или Странника? Скорее всего, Странника. Николашу необходимо взять их под свой контроль, так как благодаря авторитетным Истоме и командиру «Волкодава», за воеводой пошла малая часть военных.

Николаш поэтому и предлагает сотрудничество, чтобы выиграть время, сплотив вокруг себя отщепенцев. А вот после и меня угробит, как Странника: сильные конкуренты у задницы Велеса ему не нужны.

Но отказываться от его предложения не буду. Если пойду в открытую конфронтацию, то Хозяин тут же исчезнет из поля видимости. Я уверен, что гнида пути отступления и «план Б» предусмотрел заранее. Потом лови его по всем королевствам и жди очередной удар в спину Славянскому Княжеству.

Есть вариант пришибить прямо здесь, но если воевода имеет основательную защиту Велеса, то не факт, что справлюсь, а в этом деле нужно действовать наверняка.

— Мучаешься, как поступить? — словно прочитал он мои мысли. — Согласиться на предложение или убить, не выходя из этой комнаты? Помогу немного с определением в дальнейшей жизни.

Неожиданно Николаш снял с себя защитные барьеры, представ во всей красе. Ого! Я уже видел подобное, когда спасал Марушу. Точнее, я видел лишь монстра-осьминога, а силу Велеса лишь слабенько ощутил через мощную защиту богов.

Теперь её не было, поэтому сплющило меня основательно. Хозяин имеет прямой канал подпитки от Неназываемого! Жирный такой! Продержусь против минуту — уже будет чудо!

— Впечатляет, — честно признался я. — Заодно доказывает, что ты реально значимая фигура, а не как этот фокусник Странник. Думаю, что не зазорно будет мне, будущему царю, иметь такое начальство. С такими способностями ты сам мог Новгород на запчасти разобрать. Почему не сделал?

— Неназываемый запретил. К тому же ты несколько преувеличиваешь мою силу. Её хватит лишь на половину столицы, а дальше все Рода Славянского Княжества запишут меня в демоны и ополчатся. Очень нехороший вариант, однако. Поэтому ты мне и нужен. Как ширма.

— Ширма, обладающая большими возможностями и серьёзной защитой? Я согласен.

— Другого от тебя и не ожидал, — благосклонно кивнул он. — Значит, план действий такой. Прославляешь себя на каждом углу Княжества. Военных, что под моим контролем, отдам тебе. Точнее, выставим всё так, будто бы они прикрывались моим честным именем и пытались взять власть в стране незаконными методами.

Как только мы с ними справляемся, то проходят внеочередные выборы в Думу. Победу гарантирую. После ставишь меня на важный пост… Там посмотрим по обстановке, что выбрать. Укрепляемся и готовим захват какого-нибудь западного королевства.

— Какого?

— Тоже пока не готов ответить. Которое быстрее изнутри обработаем, то и наше. Так, шаг за шагом, за пару десятков лет власть Неназываемого распространится по всему миру. Он бог, обрётший имя. Я наместник бога. Ну а ты… Старший помощник наместника. Как тебе такая иерархия?

— Устраивает.

— Тогда иди и думай! Мне не нужен тупой болванчик. Жду от тебя конкретных предложений. Да! Напоследок! Чтобы не было желания пойти по пути Странника. Ты слишком силён своими союзниками, и мне это не очень нравится. Я только что решил эту проблему. С Луганскими вы хоть и стали одним Родом на бумаге, только они тебе не доверяют. Теперь ты для них чужак окончательно… Ну и заодно открытую демонстрацию своей силы устроил, чтобы не было желания предать или спрятаться от меня за высокими стенами.

— Не понял?

— Не всё сразу. Будь на связи.

Николаш встал и вышел. Глядя ему вслед, хотелось достать пистолет и выпустить всю обойму в башку сволочи. Жаль, что не поможет…

* * *

Злата проснулась с тяжёлой головой. Хотелось ещё отдохнуть, только дела не ждут. Открыла глаза. Смятая подушка Ратибора без своего хозяина. И когда он успел смотаться? Мог бы и разбудить. Немного подлечив больную голову, девушка встала и хотела уже пойти в душ, как раздался стук в дверь.

— Госпожа, — раздался из-за неё голос телохранителя. — Важное сообщение.

Вздохнув, она открыла дверь. Дуло. Огромное дуло пистолета смотрело ей в лицо. И глаза охранника! Такие же, как были у зачарованной Маруши!

Выстрел… Вспышка… Что-то больно бьёт в голову и откидывает назад. Темнота…

Сделав своё дело, убийца прошёл в апартаменты. Закрыв дверь на замок, проверил пульс жертвы. Его нет. Усмехнулся, а потом поднёс пистолет к своему подбородку и нажал на спусковой крючок.

Маруша шла в покои Ратибора, кипя от злости. Самонадеянный мальчишка! Попёрся в одиночку на встречу с Николашем! Если он связан с Велесом, то размажет новоявленного Главу Рода по стенке и не вспотеет.

Ведунья помнила ту страшную силу бога и не сомневалась, что противопоставить ей ни один смертный ничего не сможет. Нужно будить Злату и поднимать Рода Тулиных и Луганских на помощь!

Выйдя из лифта, Маруша увидела двух охранников, лежащих на полу. Подскочив к ним, убедилась, что они не мертвы, а просто… Спят! Побросали автоматы и дрыхнут, скотины! Перепились, что ли? Хотя это витязи, и им подобное не грозит. Потрясла за плечо. Никакого эффекта.

Предчувствуя неладное, женщина побежала со всех ног мимо постов, также пребывающих в сонном царстве. Ратиборова дверь! Заперта. Благо есть ключ от неё и попасть вовнутрь проблемы не представляет.

Лучше бы не заходила… Кругом кровь и мозги! Точнее, мозги охранника, а Злате выстрел попал в лицо. Тоже ничего хорошего: с такими ранами не выживают, но мозг цел!

Нужно узнать хоть так, что тут произошло! Не обращая внимание на кровавую лужу, Маруша прямо коленями встала в неё и приложила руки к голове убитой. Опытная ведунья с Даром Восприятия знала, что нужно делать. Но вместо привычного слияния её стало затягивать в какую-то чёрную воронку.

— Настырная ты, Маруша, — сказала Хозяйка Зимы ошалевшей женщине. — Всё-таки нашла лазейку. Даже не знаю, гневаться или хвалить за такое. Ясно же дала понять, чтобы не совалась ко мне. Так, нет! Хотя, не скрою, вышло оригинально. Люблю неожиданные ходы.

— Злата! Богиня! Злата погибла!

— Ты МНЕ это рассказываешь? Той, к которой стекаются души после смерти?

— Прости! Я не знаю, что делать!

— Прощаю. Ситуация реально сложная. И это я не про вашу Явь говорю, а про вещи иного порядка. Девчонку убили непростой пулей. По идее, душа её должна была отправиться прямиком к Велесу. С трудом перехватила по дороге. Злата в коконе. К сожалению, снять его с неё не могу, так как не имею полной власти над душой. Получается, что Луганская сейчас не принадлежит ни одному миру, а это недопустимо.

— И какой выход?

— Теперь этим выходом можешь стать ты, настырная.

— Объясни.

— Ты должна подключиться к Злате. Даже после её смерти та дрянь, что была в пуле, создаёт преграду для остальных богов. Вернее, сломать можем, но и Велес получит от нас много ценной информации. Патовая ситуация. А тут ты, такая нарядная! Имеешь печать Велеса, как бывшая пленница. И служишь мне. Общая душа с Ратибором — дополнительный канал и защита. Идеальная кандидатура. Рискнёшь вытащить Злату?

— Конечно! — не раздумывая, проговорила ведунья.

— Подожди соглашаться. Помнишь, что случилось с Ратибором, когда тебя вытаскивал? Слияние душ. Готова к такому ещё с одним человеком?

— Эээ… Без этой дряни никак? Что-то с Луганской ничего общего иметь не хочется.

— Нет.

— И что потом будет?

— Последствия непредсказуемые. Новый опыт даже для богов.

— Ладно. Согласна. Если Ратибор прочитает в нашей с ним общей душе, что я струсила, то возненавидит. Он любит Злату. Сильно. По-настоящему.

— Что ты знаешь о любви?

— Сама не ощущала ни разу, но всю технику возникновения разложила по полочкам. Особенно изменение гормонального фона. Ратибор от такой потери понаделает глупостей. Значит, я любой ценой должна смягчить горе. Лишь частично, но пусть лучше Злата у тебя останется, чем у Велеса. Так для дела полезнее.

— Я тоже так думаю.

Ведунья хотела спросить что-то ещё, но её сознание стало растворяться в чёрной метели Нави. Ветер подхватил и понёс снежинку, бывшую когда-то Марушей, к звёздам. Это длилось целую вечность, пока снежинка не опустилась в вонючую лужу.

Мерзко. Противно. Снежинка хотела улететь, но внезапно увидела среди грязи маленькую, кристально прозрачную капельку росы.

— Я возьму тебя с собой. Это не то место, где ты должна находиться, — сказала душа Маруши росинке.

— Я не могу. Нет сил отлипнуть. Растворяюсь…

Снежинка не знала откуда, но точно знала, что нужно делать. Она стала замораживать каплю воды, опустившись на неё и полностью сливаясь с бедняжкой. Как только произошло слияние в одну ледышку, то холодный ветер подхватил её и опять закружил в чёрной метели.

— Прекрасно! — пару раз хлопнула в ладоши Морана. — Ты реально сильна. Будет достойная смена Фатте.

— Значит, у нас получилось? — спросила Маруша, снова ощущая себя цельной личностью.

— Глупый вопрос. У Ратибора их задавать научилась?

— Поняла. А что будет теперь со Златой?

— Не твоя проблема. Возвращайся в Явь.

— Извини, Хозяйка Зимы! Я обязана задать ещё один вопрос. Если у нас с ней общая душа, то теперь часть её будет постоянно в Нави?

— Не переживай, мои метели Злате не грозят. Уйдёт в Правь, а там и достойное перерождение обеспечено.

— Но душа-то общая! Получается и я зависну в этой неопределённости!

— Ты сама пошла на риск, так что теперь не ной.

— Может, есть хоть какая-то возможность вернуть Злату обратно в собственное тело?

— Ты её голову видела? Буду вечно возвращать, а она вечно помирать от такой раны. Хотя… — на секунду задумалась богиня. — Готова ли ты стать «строительным материалом» для излечения Луганской? Другие не сгодятся, так как не имеют такой связи, какая только что между вами образовалась.

— Готова!

— И потерять при этом свой Дар… Не только Дар, но и красоту! Проживёшь до самой смерти уродкой, от которой все шарахаются.

— А Злата будет как прежде?

— Обязательно.

— Страшная цена, но Ратибор достоин счастья.

— А ты ещё та лгунья! — неожиданно рассмеялась Морана. — Любовь ей неведома! Гормоны она на весах взвешивает! Да на такие жертвы способна лишь та, кто по уши втюрилась!

— Ты знаешь, госпожа, что я любить не могу. Зачем издеваешься?

— Можешь, и ещё как! Просто начиная служить мне, каждый вместе с Даром Восприятия автоматически получает блок. Для чего? Чтобы чувства не туманили мозги, да и не было соблазна навязать любовь предмету своего воздыхания. Так что: ты любишь!

Открою тайну: я тоже когда-то любила. Любовь неподвластна богам — это стихия немного другого уровня. Мы, боги, можем руководить поступками людей, сближая или отдаляя их друг от друга, но вытравить любовь невозможно… И не нужно!

Повторяю вопрос. Ты готова пожертвовать всем? Наблюдать, как Ратибор счастлив со Златой и с омерзением смотрит на тебя? Переиграть будет невозможно. А ведь ты ему оооочень нравишься сейчас! Прямо очень-очень! И как женщина, и как личность!

Есть шансик занять место Луганской! Стать в этой неразберихе не просто подданной, не постельным утешением, а полноправной женой. Погорюет твой любовничек, поплачет и успокоится, полностью отдав всю свою нежность тебе.

— Не такой ценой. Начинай… — прошептала Маруша, плотно закрыв глаза в ожидании боли.

Глава 25

Ведунья всё ждала и ждала, когда начнётся пытка, но никаких неприятных ощущений не испытывала.

— Что за ерунда⁈ — наконец, не выдержала она и открыла глаза.

Апартаменты Ратибора, а не Навь, предстали перед её взглядом. Морана вернула обратно. Рядом сидит в луже крови Злата и тупо смотрит в одну точку. Красивая, как и прежде. Значит, от моей красоты уже ничего не осталось…

Не выдержав, Маруша подбежала к зеркалу, собрав всю силу воли, чтобы не закричать и примириться с уродством, но то ли зрение её подводило, то ли ничего не изменилось. Отражение было таким же, как и раньше. Непонятно…

— Сюрприз, — возник в голове голос Мораны. — Не могла же я оставить без наказания твоё наглое прибытие ко мне, да и жалко такую мордашку портить. Говорят, что смерть не шутит? Я весёлая.

— А Дар⁈

— Ты такой же идиоткой стала, как и твой Ратибор. Не нужно вас было сводить, а то сплошные разочарования.

— Извини, — попыталась было оправдаться Маруша, но поняла, что говорит в пустоту: присутствие богини исчезло.

Не помня себя от счастья, женщина кинулась к Злате и стала её тормошить, пытаясь привести в чувство.

— Охренеть… — первое, что произнесла сдавленным голосом боярыня Луганская.

— Жива⁈ Как себя чувствуешь⁈

— Паскудно. Будто бы меня слоны затоптали. Помоги подняться.

Пошатываясь, девушка прошла в ванную и стала смывать под душем кровь. После этого, облачившись в пушистый халат, вышла и увидела ведунью, какой-то тряпкой затирающей кровь на полу.

— Ты что делаешь? Зачем?

— Слушай меня внимательно! — приказала Маруша, не отрываясь от уборки. — Покушение было, но ты с ним сама справилась. Поняла? Никакой смерти не было! Быстро выстраивай легенду, пока кто-нибудь не заявился!

— Поняла. Значит, ты меня не спасала?

— Ты про это помнишь?

— Всё. Слышала даже, как ты отрекаешься от своей судьбы в обмен на счастье Ратибора.

— Слышала и забыла!

— Нет!

Девушка подошла и обняла ведунью.

— У нас теперь тоже одна душа на двоих. Чувствуешь ли ты мою, я не знаю, поэтому скажу словами. Ты, как никто, достойна быть рядом с Ратом.

— Ты бы сделала то же самое для него. Я знаю. И вообще, перестань меня тискать, а то опять отмываться придётся! На тебя воды и шампуня не напасёшься!

— Ерунда. Давай тряпку, помогу.

* * *

Я летел домой, не сбавляя скорости. Что же произошло? На что намекал Николаш? Понятно, что ничего хорошего этот падла подсунуть не мог. Херовые предчувствия и неопределённость разрывали мозг.

В какой-то момент душу опутала серая безнадёга и страх. Ощущение, будто бы я опять оказался в чертогах Велеса. Что это⁈ Явно не моё! Остаётся одно — отголоски эмоций от Маруши!

Не знаю, как не врезался ни в один столб, но долетел до представительства за семь минут. Сломя голову, кинулся в апартаменты, где, пробежав через спящие посты, увидел странную картину. Злата и Маруша подрядились уборщицами и деловито мыли пол, отклячив свои аппетитные попки и совсем не обращая на охранника с развороченной головой.

— Вы чего⁈ — запыхавшись, спросил я.

— Возьми ведро и смени воду на чистую, — попросила Маруша.

— И тряпок бы ещё, — вторила ей Злата. — Только нормальные возьми, а то эти плохо впитывают.

— Вообще-то, это было моё лучшее платье. Первое под руку подвернулось.

— Значит, есть смысл сменить гардероб. Такое ты вряд ли уже наденешь.

— Какие на хрен платья! — заорал я. — Хоть одна собака мне объяснит, что происходит.

— Ещё раз суками обзовёшь, то сам будешь порядок наводить! — тут же отреагировала ведунья, встав в полный рост. — Собственным кителем парадным по полу елозить!

— Так, девочки, — продолжаю уже миролюбиво, видя, что хоть здесь и случилось побоище, но они обе живы. — Я вам водички чистой, а вы мне внятный рассказик приготовьте.

К сожалению, рассказ пришлось отложить в сторону. Через несколько минут ко мне ворвались очухавшиеся охранники.

— Что тут происходит⁈ — последовал совсем неоригинальный вопрос от слегка чумного командира смены.

— Покушение, — показала Злата на труп. — Один из ваших бойцов был околдован и пытался меня застрелить.

— Это невозможно! Мы…

— А вы дрыхли, как последние сволочи! Тоже, кстати, не по собственной воле.

— Э-э-э… Да! Только сейчас начинает доходить.

— А до нас уже дошло! Я всё видела собственными глазами, — вступила Маруша, показав на труп. — Зашёл вот этот красавец и попытался выстрелить в боярыню Луганскую. Та, не будь дурой, среагировала моментально и отвела ствол от себя. К сожалению, прямо в голову убийце. Теперь не допросить.

— А чего они в крови? — посмотрел на меня охранник.

— Откуда я знаю? Только что сам ввалился.

— Я ж в башку да с близкого расстояния. Грохот, кровь во все стороны! Тут чистенькой остаться тяжело, — ответила Злата. — Маруша меня давай проверять на предмет ран и тоже извазюкалась. Ты будешь своё любопытсво начёсывать или позовёшь начальника СБ?

— Виноват!

Дальше целый час длился форменный допрос, который устроил Малюта. Я тихо охреневал, слушая подробности. Не будь свидетелем замыва улик, то сам бы поверил, а так стойкое ощущение вранья не покидало ни на секунду.

— Ну что? — устало спросил женщин, когда их наконец-то перестали мучить вопросами и оставили нас втроём, без свидетелей. — Давайте-ка, выкладывайте правду и причины этого спектакля.

Рассказ поверг меня в шок! Злату убили, и она воскресла! Ещё и с Марушей душами сплелись! Мало было забот, так ещё и это. Ладно, с последствиями потом разбираться будем.

— Одного не понимаю, — произнёс я, глядя на свежевымытый пол. — Почему нельзя было всё Малюте рассказать?

— Потому что! — как маленькому стала объяснять Маруша. — Умершая и воскресшая боярыня — это не та тема, которую должны знать многие. Про наше с тобой слияние душ пришлось растрепать, но что у нас «тройничок» — это на публику не выносим без веской причины.

— Согласен.

— Ну и последнее… Если боги допустили такое, значит, им для чего-то это нужно. Вот не верю я в случайности!

— И ты догадываешься, зачем?

— Конечно! Есть сотня версий! Другое дело, что непонятно, какая из них правильная. Ты лучше, недоумок, скажи, зачем к Николашу попёрся⁈

— Начну с того, что воевода и есть Хозяин.

— Ещё лучше! — сварливым тоном произнесла Злата. — А меня разбудить не мог?

— Опасно было ехать вдвоём.

— Да что ты говоришь! Хорошо, что здесь оказалось «не опасно»! Открою маленький женский секретик: пуля, расхреначивающая лицо, не придаёт молодости и крепких нервов.

— Никому не придаёт! — вторила ей ведунья. — И ты скоро сам об этом узнаешь! От нас! На собственных нервишках! Рассказывай дальше…

После того, как я изложил все подробности встречи, на меня временно прекратилась атака двух фурий.

— Созываем совет двух Родов и «Княжича», — после недолгих раздумий предложила жена. — Это нужно знать всем.

— Ещё Истому и этого…«волкодава»… — дополнила Маруша.

— Гранд-полковника Станислава Литвицкого?

— Его. Одни мы эту гадину Хозяина не задавим. Тут всем миром решать придётся. Заодно и планы выработаем для мнимого сотрудничества с Николашем. Должен же ты хоть что-то ему предоставить?

Через три часа пришлось на совете повторить слегка отредактированный разговор с Хозяином. Наступила гнетущая тишина. Никто не мог поверить, что геройский воевода оказался такой тварью.

— Обстановка следующая, — первым начал Истома. — Сейчас Главный Штаб полностью под нашим контролем. Сторонники Николаша обосновались на территории армейских арсеналов.

— Накрыть их артиллерией! — предложил кто-то из Луганских.

— Не вариант. Там боеприпасов на несколько месяцев войны. Резерв. Если сдетонирует, то половина Новгорода в руины превратится. К тому же, уверен, из военных лишь немногие знают правду, а остальные по дурости пошли, не понимая истинного положения дел. Жалко людей гробить.

— Но и атаковать пехотой тоже не можем, — сделал вывод я. — К тому же не решим главной проблемы: не разберёмся с Хозяином. Предлагаю пока просто блокировать район и на время забыть. Меня больше волнует, что на границах творится.

— Правильно мыслишь, боярин, — одобрительно кивнул Истома. — Везде ушли в глухую оборону и не рыпаемся. Противник тоже замер, пытаясь скоординировать свои действия в новых условиях. Но долго подобное продолжаться не может. Парочка дней, и так рванёт, что по частям себя собирать будем.

Армия деморализована и не понимает, откуда получать приказы. Логистика нарушена. Всё держится на опыте командиров на местах. Нужно любой ценой заключить перемирие. Потеряем, конечно, много, но пусть лучше так, чем всё. Потом отвоюем, если живы будем.

— Я, конечно, не воевода, — поддержал его командир «Волкодава», — только опыт кое-какой имею: всю жизнь в дальразведке. К тому же у меня теперь планы акций и архивы по всем делам за границей. Может, заставим понервничать иностранцев? Несколько терактов на критических объектах и покушений на важных лиц? Сделаю всё красиво. С такими козырями легче перемирие заключить.

— Нет! Хотя… Подготовь на всякий случай. Не дойдёт через голову, постучимся в печень. Тебе сколько времени нужно?

— Так, я уже и подготовил десяток акций. Правда, для другого, но везде пригодиться могут, — довольно разулыбался Станислав. — Осталось лишь на кнопочки нажать!

— Держи «кнопочки» при себе. Дам отмашку — жми на все сразу. Тут одиночными акциями не обойдёмся. Придётся кошмарить глобально, а потом много блефовать. Теперь по сотрудничеству с Николашем. Надо что-то придумывать, а то не будет у него уверенности, что я заглотил наживку.

— А что тут особо придумаешь? — пожала плечами Злата. — Вижу лишь один вариант. Пусть Истома со Станиславом свяжутся с ним. Расскажут сказочку, что ты им предоставил неопровержимые улики, что воевода находится под плотным контролем мятежников, которые прикрываются погонами Николаша. Пусть наши военные сделают ему предложение по освобождению из плена. Предложат парочку заранее провальных вариантов.

— Но это всё будет слеплено наспех и не выдержит никакой проверки! — возразил Малюта.

— А кто сейчас проверять будет? Нет у воеводы возможностей. Нам главное время выиграть и правильные телодвижения показать.

— Сделаем! — кивнул Истома. — Но не сразу. Вначале притворимся, что не очень доверяем воеводе и проверяем его сами. Так ещё больше переговоры затянем.

— Известия от Адама с женой, — вступил в разговор Гнат. — Они сейчас в Выборге. Боярыня Хелена выкарабкалась. К ней никого не допускают, но обещают выпустить из реанимации через пару дней.

— Не знаю, как и реагировать теперь. Раньше бы сказал, что известие радостное.

— Радостное и есть, Ратибор! Наши предотвратили покушение на малолетних наследников Выборгской, как только поступило известие, что Хелена пошла на поправку. Женщина она хоть и непредсказуемая, но таких вещей не забывает и должна быть благодарна. Во всяком случае, мешать не будет точно.

— И если говорить о покушениях! — встала младшая мать Златы. — Я связалась со старшей матерью в Луге, и мы пришли к однозначному выводу! Наша Глава Рода находится в серьёзной опасности, которую мы убрать не можем. Лишь только Маруша Подус способна распознать колдовство Велеса. Мы требуем, чтобы она днём и ночью была рядом со Златой и проверяла всех контактирующих с боярыней.

— Полностью согласен с вашим требованием, — тепло улыбнулся я женщине, внутренне содрогнувшись от того, какой персональный ад у меня намечается.

Предчувствия не обманули. Женщины спелись, хотя раньше дружили, как кошка с собакой. Скорее всего, это случилось в момент слияния душ и совместной затирки кровавых полов.

После совещания мы остались в моих апартаментах одни, и вот тут началось. Злата с Марушей словно взяли шефство над инвалидом, пытаясь угодить мне в каждой мелочи ещё до того, как я сам пойму, чего хочу. Проявление коллективной женской души или какая-то пакость намечается? Ответа нет, но меня подобное напрягает. Всё хорошо в меру, даже внимание.

— Девочки! — наконец не выдержал я. — Переключитесь на что-нибудь другое! Дайте спокойно подумать, как с западниками общаться буду!

— Не мешай ставить эксперимент, — сделала неожиданное заявление Маруша. — И размышляй спокойно: мы же тебе в голову не лезем.

— Не понял?

— А чего непонятного? Проверяем, насколько у нас со Златой развита эмпатия по отношению к тебе. Пытаемся узнать границы допустимого и выяснить чувствительность у каждой по отдельности.

— И кто побеждает?

— Пока я с небольшим перевесом. Но это больше из-за обширного жизненного опыта, так что можно сказать, что ничья.

— Согласна, — подтвердила её выводы Злата. — Интересно, а ты, Рат, что ощущаешь? Чувствуется какое-то раздражение. Мы недостаточно точно угадываем или не так интерпретируем твои эмоциональные посылы?

— Посыл? Это правильное слово, жёнушка! Очень послать хочется! Бери свою новую подружку в охапку и валите обе с глаз моих долой! Да я словно в вязком приторно-сладком сиропе с мухами тону! Если чего-то хочу, то сделаю это сам или попрошу! Тоже сам!

— Херово, — задумчиво сказала Маруша. — Получается, несмотря на общий эмоциональный фон, каждый из нас интерпретирует его по-своему. А что чувствуешь ты по отношению к нам?

— Всё как обычно. Появляются лишь сильные эмоции, которые не направлены на меня. Злата, например, сейчас дико недовольна тобой. Ей не нравится, что ты выступаешь первым номером, хотя жена она. А ты завидуешь Злате.

— И чему ты завидуешь? — подозрительно посмотрела боярыня на товарку, уперев руки в боки.

— Вроде нечему завидовать. Отстань.

— А я знаю чему! Тому, что Ратибор мой муж!

— Я выше этого! И если тебя выбешивает моя инициатива, то это говорит лишь об одном… Ты слишком в себе не уверена! Боишься, что Ратибор нас сравнит после вашей первой НАСТОЯЩЕЙ брачной ночи и решит, что я лучше в постели? Зря. Я теперь его и на пушечный выстрел к своему телу не подпущу. Хоть и люблю, оказывается, Ратибора, но доедать объедки чужих чувств не намерена.

— Ах, «объедки»⁈ Ты циничная, наглая особа! Я, конечно, благодарна тебе за всё, но это уже перебор!

— А что ты хочешь? Что бы я…

Уф… Вот и славненько! Пусть лаются, лишь бы меня не трогали. Сразу давление на мозг ослабло, когда барышни друг на друга переключились. И да! Маленькая месть удалась! Хоть и выдумал про их эмоции по отношению друг к дружке, но, кажись, попал в точку… Или не угадал, а реально что-то уловил, раз так бабахнуло? Потом разберусь.

Быстро слинял из покоев и заперся в собственном кабинете, наконец-то полноценно занявшись делами.

Вернувшись под вечер, застал идеальную картину. Женщины разругались вдрызг и игнорили друг друга. Маруша гремела посудой на кухне, что-то готовя, а Злата упёрлась в компьютер, просматривая какие-то таблицы по «Народному княжичу». На моё приветствие не отозвалась ни одна из них.

Тишина… Лепота-то какая!

Устал как собака, поэтому сразу же прошёл в спальню и лёг. Не успел закрыть глаза, как нарисовалась Злата.

— И это всё? — обиженно спросила она.

— А что?

— Мог бы встать на мою сторону: жена теперь всё-таки! А ты вместо этого притворился пустым местом!

— Сами эксперименты ставите, сами ругаетесь. Моего согласия ни на что не спрашиваете. С чего бы мне «полным» местом быть?

— Ну да, немного перегнули палку, — нехотя согласилась она. — Только тебя это не оправдывает.

— Солнце! Я вот сейчас очень хорошо чувствую, что не за этим ты меня разбудила. Да и на Марушу уже злишься по инерции.

— Да… Ох, уж эта общая душа! Проклятие какое-то!

— Согласен, трудности есть. Главная проблема, что каждый тянет одеяло на себя. Нужно притираться.

— Может быть. Но, знаешь, я реально не затем сюда пришла. В одном эта ведьма права: я боюсь быть хуже её как любовница. Надо убрать этот страх из головы… Как насчёт первой брачной ночи прямо сейчас?

— Не против! Должно же когда-нибудь получиться?

Скинув одежду, девушка юркнула под одеяло. Ммм… Её нежное тело подействовало на меня как вагон «Виагры». В первый раз получилось не очень: Злата реально побаивалась близости. Но потом она вошла во вкус, и мы устроили такое, что голова отключилось полностью. Лишь общая душа на двоих разрывалась от счастья и наслаждения.

— Да прекратите вы уже, изверги! — посреди ночи ворвалась растрёпанная, взбешённая Маруша, обломав весь кайф. — Я сдохну сейчас или паралич разобьёт!

— Тебя стучаться не учили⁈ — попыталась сделать выговор Злата.

— Меня много чему учили! Особенно прислушиваться к инстинкту самосохранения! Восемь оргазмов за короткое время! Моя психика не выдерживает! Ещё и картинки порнографические вспышками вижу! С вашим участием, кстати!

— Фига ты страстная… Ладно, будем потише.

— Нет, Златушка! Это вы страстные! Будь проклят тот миг, когда наши души слились!

— Мы тут ни при чём. У меня было всего три раза, а остальное — твои фантазии.

— Три оргазма у тебя и пять у Ратибора. Посчитай! Ещё это усиливается вашими и моими эмоциями, так что ощущения можно смело умножать на миллион! Сейчас пойду, подцеплю какого-нибудь мужика, и вот тогда сами поймёте все «прелести» интима! Потом не жалуйтесь и пощады не просите!

— Кажется, — задумчиво почесал я репу, — у нас наметилась серьёзнейшая проблема. Ни вам, ни мне теперь по-тихому налево не сходить.

— Я тебе схожу! — хором выкрикнули обе женщины, гневно сверкая очами. — Быстро в гостиную!

Отлично. Опять помирились, выступив против меня единым фронтом. Но проблемы это не отменяет…

Глава 26

В гостиной мы долго молча сидели, смущённо переглядываясь. Никто не спешил начинать щекотливую тему, хотя всех распирало от желания громко материться.

— Да… Нестандартная ситуация… — первым не выдержал я. — Хорошо, что в туалете эмоции не передаются. Как представлю картину, так…

— Ага! — нервно хихикнула Злата. — Вечный засранец и две засранки! С тройным эффектом! Но тебе, Рат, повезло меньше всех: у нас же с Марушей ещё и определённые дни бывают, во время которых настроение скачет так, что ты с непривычки на стенку полезешь. Ещё женщины рожают иногда.

— Не дай боги! — реально испугался я такой перспективы.

— Нашутились? — мрачно сказала Маруша. — А вот мне сейчас совсем не до смеха. Хана личной жизни! Вашей, кстати, тоже! Я приложу все усилия, но в постели, голубики, кувыркаться не дам. Себя тоже буду ограничивать, так как на собственной шкуре почувствовала, как бывает плохо от этого хорошо.

Нам теперь не просто нельзя, а опасно заниматься сексом. Представь, Златочка! Садишься ты за руль машины, и тут тебя накрывает эротическое безумие от моего оргазма, и ты на полной скорости врезаешься в столб. Или ты, Рат, держишь в руках взведённый автомат, а тут…

— Поняли-поняли! — перебил я её. — Танцы на минном поле получаются! Нужно искать способы возведения защитных барьеров на такой случай.

— А как их найти? Сколько времени подобное займёт? — тяжело вздохнула жена. — Эх… Раньше без этого как-то жила — нечего было и начинать…

— Дело не в тебе, — пояснила ведунья. — Можешь в лесу спрятаться, но нас трое. Хоть один, но обязательно сорвётся. И чем дольше будет воздержание, тем сильнее получится выплеск эмоций. Надо идти к Моране за советом.

— Нет, — возражаю Маруше. — Она меня даже с Кровавой Клятвой послала, популярно объяснив, что я тупой и ленивый. И раз не могу справиться с таким «пустяком», то так мне и надо.

— А другие боги? — с надеждой спросила Злата. — Может, они помогут.

— Я видел Хорса. Он на всё отвечает так, что ничего не понятно. Думаю, и остальные не лучше.

— Тогда… Тогда…

Злата прикусила губу, не смея озвучить пришедшую ей на ум идею.

— Тогда остаётся одно, но оно никому не понравится… — наконец изрекла она. — Надо жить втроём.

— Мне нравится! — сразу же согласился я.

— Нисколько не сомневалась в твоей кобелиности! — уничижительно посмотрела на меня Маруша. — Только и это не выход. Хорошо! Допустим, на данный момент нас трое. Потом Ратибор обязан будет взять ещё одну жену. Так положено.

— Вообще-то, я тоже Глава Рода, — совсем поникла боярыня Луганская. — Получается и второй муж обязан появиться… Ой, мамочки!

— Раньше головами своими нужно было думать! — огрызнулась ведунья. — Такую кашу заварили!

— Чего теперь охать? — попытался успокоить женщин. — Нужно выкручиваться из создавшегося положения. Но Злата права: мы теперь неразрывно связаны и никуда друг от друга не денемся. Выходит, Маруша, быть тебе младшей женой по всем правилам.

— По правилам я не могу быть ею. Тем более что проблему второго мужа боярыни это не отменяет.

— Стоп! Всё не так критично! Твой Род Подус… Точнее, Род твоих предков давно растворился в Тулиных, но ты не перестала быть его представительницей! Имеешь Дар! Пока ни одной буквы закона не нарушаем! Остаётся Злата…

— Я могу отречься! — сразу же ухватилась за идею жена. — Чай, не единственное дитё у Славуты!

— И оставить во главе малолетнего наследника в такой трудный момент? Не очень хороший выход. Но есть и другой вариант. Наши Рода теперь формально объединяются в один Род. Ты признаёшь моё главенство, но сохраняешь автономию Луганских. Получается, что повторно замуж выходить не нужно. Лишь только наш будущий ребёнок станет полноправным Главой обоих Родов… Я уже и название придумал — Род Князевых! При таком раскладе ребёнок от постороннего мужа внесёт неразбериху и никому не нужен. Как?

— Заманчиво. Нужно поговорить с родичами. Это будет настоящий бой, так как это нарушает привычный порядок вещей. И…

Злата встала, одёрнула халат и торжественно произнесла.

— Ведунья Маруша Подус! Согласна ли ты стать младшей женой моего мужа Ратибора Тулина? Хранить и оберегать его? Любить и быть опорой во всех делах?

— Нет, — неожиданно ответила ведунья. — Поясню. Я тоже могу родить ребёнка и запутать престолонаследие Князевых, если, не дай боги, с вашим наследником что-то случится.

— Ерунда! — возразила боярыня. — Точнее, путаница лёгкая будет, но с другой младшей женой из действующего Рода оно только усугубится. Ты оптимальный вариант для всех.

— Всё равно нет. Жить постоянно «пятым колесом»? Я сорвусь и вам всё поломаю. Давайте искать другой вариант сосуществования.

— Ты же любишь его?

— Ну… Э-э-э…

— Не мнись! — сердито топнула ногой Злата. — Я это чувствую, да и Морана тебя давно раскусила!

— Это когда такое было? — осторожно спросил я.

— Потом узнаешь! — отмахнулась жёнушка. — Просто упустили этот момент из рассказа о моём спасении.

— Да! Люблю! — зло выпалила Маруша. — Как дура, и давно! Ну и что из этого⁈ Выпрашивать кусочек счастья ни у кого не намерена! Ратибор твой и только твой! Я смирилась! И не надо меня искушать!

— Всё немного не так, как ты это себе представляешь, — спокойно улыбнулась Злата. — Теперь отчётливо это знаю после слияния душ. Но пусть лучше Рат тебе всё сам скажет.

— Есть такое… — неловко ответил я, собираясь духом. — Злата! Я люблю тебя, но и Марушу тоже. Разные чувства. Вы словно день и ночь, но стоите рядом в моём сердце.

— Не ко мне, а к ней обращайся, дубина! — приказала девушка.

— Маруша! Короче, хватит тут в игры играть! Соглашайся быть НАСТОЯЩЕЙ женой, а не «пятым колесом»! Нервы с этой командиршей вы мне ещё потреплете, но без вас обеих я никуда!

— А я ведь чувствую, что не врёшь… Катились, катились и докатились… — ошарашенно произнесла ведунья. — Согласна! Но учти, что легко с двумя такими бабами не будет. Мы с этой «старшей» женой слишком разные.

— А ни у кого не бывало из Глав Родов, — беспечно сказала Злата. — У меня обе матери год друг к дружке со скандалами притирались. У Хелены и того хуже было — её мужья по первости даже дрались смертным боем, а потом лучшими друзьями стали.

— Ты у неё ТАКОЕ спрашивала? — удивился я.

— Конечно. Чего глаза блюдцами сделал? Мне ж тоже двоемужество грозило. Боялась очень. Вот и поинтересовалась у бывалой женщины, чего ожидать в будущем. Но мы должны легче пережить — душа-то теперь общая.

— Единственное, — выдвинула новую идею Маруша, — не стоит пока всё официально оформлять. Пусть ситуация в стране в норму придёт, а потом, если живы будем, всех и шокируем.

— Можно и так, — согласился я и обнял обеих женщин. — Что нам эти обряды, когда боги уже всё устроили, не спрашивая нашего согласия!

В душе разлилось тепло и чувство какой-то целостности, которую давно не ощущал. Судя по лицам женщин, они испытывают то же самое.

— Ратибор! — обломала весь кайф Рада, без стука ворвавшись в мои покои. — Э! Что тут у вас творится⁈ Неважно! Не до болтовни! Западники соизволили дать согласие на разговор с тобой. Через полчаса! Одевайся!

— Идёте со мной, — приказал я жёнам. — Злата! «Играешь мускулами» Рода Луганских! Маруша! Ты очевидица и участница почти всех событий! Составляешь психологические портреты! Будут спрашивать корольки — не отмалчивайся! Мы должны излучать уверенность!

Вскоре мы уселись перед десятком мониторов в теперь уже моём кабинете Главы Рода. С них на нас смотрели жёсткие, умные лица основных правителей Европы. Породистые, с лёгким презрением во взгляде к этому молодому выскочке Ратибору Тулину.

— Ну что ж! — сразу же перешёл я к делу. — Документы о секте, угрожающей нашей власти, вы получили. Как вижу, ознакомились и решили обсудить эту щекотливую ситуацию.

Начну с себя. Что предлагает Славянское Княжество? Временное перемирие на всех фронтах. Это касается не только нашего, но и ваших личных разборок. Нужно в срочном порядке направить все силы на устранение угрозы нашей власти. Создадим общий штаб и раздавим гадину Неназываемого. Он реально бог, поэтому поодиночке тягаться с ним не самое хорошее занятие. Думаю, что у вас тоже есть свои наработки по нему, поэтому мы сейчас и разговариваем.

— Мальчик решил воспользоваться ситуацией? — скривился саксонский король. — Ты — самозванец, боящийся остаться с голой жопой! Скоро в Новгороде будут мои войска и я лично отрублю твою голову!

— Во-первых, не только твои войска, но и Шляхты. Не стоит приписывать все заслуги себе. Во-вторых, наша замечательная операция «Котёл», в котором варится основная часть вашей коалиции, может перейти в течение нескольких минут в решающую стадию. Специально оттягивали момент, чтобы поторговаться.

Представляете, что будет дальше? Наши многоуважаемые коллеги, что присутствуют на этом совещании, с удовольствием захватят ослабевшие территории Шляхты и Саксонского Королевства. Так что не надо меня пугать отсечением головы. Вы должны думать, как свои части тела сохранить.

— Мы повременим с разногласиями, — со змеиной улыбочкой вступил в разговор бриттский король. — Земли Славянского Княжества пригодятся всем. Нам в том числе.

Остальные согласно закивали головами.

— Как все знают, — подала голос Злата, — Рода Тулиных и Луганских слились в один. К нам ещё примкнёт минимум половина Родов.

— Даже больше, — перебил я её. — Военные полностью переходят на нашу сторону. Все Главы хотят быть под знакомой защитой, а не под пятой оккупантов.

— Спасибо, муж! — тепло улыбнулась мне Злата. — Теперь представьте, какая война вас ожидает. На простую прогулку похожа она не будет. Саксы и шляхтичи обескровлены в неманском котле. Бритты, пока доберутся с острова, потеряют половину кораблей. Средиземноморское королевство увязнет в горах на юге. Часть территории мы, конечно, потеряем, но сохраним ядро Славянского Княжества. Сильное и очень злое ядро!

— Именно так! Но есть ещё один момент. Наши враги сейчас не вы, а бог Неназываемый. Получается, что, вредя нам, вы автоматически становитесь его пособниками. Тут правила войны мы соблюдать не намерены. Готовьтесь к массовым терактам по всем королевствам, примкнувшим осознанно или по глупости к сектантам, — начал жёстко блефовать я. — Достаточно пары месяцев, чтобы жизненно важные инфраструктуры превратились в хлам. Естественно, и нас в ответ ожидает подобная участь, но деваться некуда. Выбора не оставляете! Готовы ли вы к такой победе?

— Ты не просто самозванец, а сумасшедший самозванец! — воскликнул горячий саксонский парень. — Есть международные договорённости между странами, и нарушивший их…

— Если я самозванец, то мне плевать на подобное нытьё! — резко обрываю его. — Со мной никто не договаривался! Достаточно лишь изменить название Славянского Княжества, и ни в одном документе не будет упоминания, что я согласен вести себя, согласно кем-то подписанным бумажкам!

Либо вы признаёте, что я являюсь официальным представителем Славянского Княжества, и ведёте конструктивный диалог, а не с позиции силы, либо кровью умоются все!

Я расконсервирую запрещённые разработки магического оружия массового поражения, если почувствую, что Неназываемый берёт верх с вашей помощью. Точнее, они уже идут полным ходом и находятся в финальной стадии опытных образцов. Повторюсь, мы давно готовились к возможным вариантам войны с богом, и наш хаос тоже прогнозируемый!

— Давайте не будем горячиться, — миролюбиво предложил пожилой король франков. — Нужно цивилизованно решать создавшиеся недоразумения, а не грозить друг другу карами. К тому же про секту информация правдивая. Каждая страна имеет определённые проблемы с ней, и они нарастают. Франкское Королевство готово к сотрудничеству и к перемирию на всех фронтах.

— Чушь! Вы же все прекрасно видите его несостоятельность! Мальчишка блефует! — не унимался саксонский король. — Он не имеет ничего! Ни армии, ни власти! Я требую доказательств его слов! Делами, а не болтовнёй!

— «Готов жать на кнопки?» — отправил я сообщение Станиславу Литвицкому.

— «З адействовать все?» — пришёл моментальный ответ.

— «Четыре военных завода у саксов. Выбери самые жирные».

— «Час на осуществление акции»

— Что ж, — вернулся к продолжающейся дискуссии. — Кажется, мы зашли немного в тупик. Перерыв два часа, а потом продолжим.

Не дав никому возразить, отключаюсь от связи.

— Они не согласятся, — грустно произнесла Злата. — Всё впустую.

— Не факт, — возразила Маруша. — Нужно обработать франка и средиземноморца. Эти колеблются. Шляхтич тоже отмалчивается, хотя должен был саксонца поддержать. Будет хотя бы несколько сильных стран на нашей стороне, то и остальным деваться некуда. Или присоединяйся, или грызись с соседями в новых политических реалиях.

— Посмотрим, — устало ответил я, переводя дыхание после первого раунда сложнейших переговоров.

Через час с лишним Станислав отчитался.

— Три рванули, а с одним провал. Точнее, можно было попробовать, но шансы маленькие. Там у них систему охраны усовершенствовали — нужно ключики подбирать.

— Благодарю. Хватит и трёх.

— Да чего благодарить! Это до меня всё подготовили. Держали про запас.

Выйдя снова в эфир, с ехидной улыбкой обратился сразу к саксонскому королю.

— Предъявил доказательства?

— Ты ответишь за это! — прорычал он.

— А я чего? Всё, как вы и просили, Ваше Величество. Нужно ещё? Ваш личный дворец, например, или штаб бундесвера? Давайте сделаем на это очередной перерыв.

— Я сожгу все твои города!

— Приятно, что считаете моими.

— Вообще-то, Ратибор Тулин был в своём праве, — неожиданно встал на мою сторону франк. — Объекты военные, хорошо охраняемые, поэтому их нельзя ликвидировать без серьёзной подготовки военного ведомства. Король Саксонии сам требовал доказательств состоятельности Тулина. Угрозу жечь города считаю необоснованной, так как на военных заводах нет гражданского персонала, и все работники считаются призванными в армию.

Дальше началось то, что обычно называют базарной руганью. Но постепенно правители успокоились, и мы с ними прозаседали почти двенадцать часов, придя к общей договорённости.

Трёхмесячное перемирие заключили в обмен на безопасный вывод из «котла» Немана шляхетско-саксонской коалиции. Правда, уйдут без оружия — на хрен мне не сдалось, чтобы сразу перегруппировались и ударили. А так: времени потеряют много, снова вооружаясь.

Жаль, никто не согласился участвовать в совместной борьбе с Неназываемым. Видимо, ждут, что я надорвусь, и начнётся в Славянском Княжестве очередная неразбериха. Зато признали официальным временно исполняющим должность Великого Князя! На большее, честно говоря, я не рассчитывал. Чудо, что хоть это отжал.

— Отдохните немного! — предложила Рада, видя, как мы медузами растекаемся по креслам.

— Не время, — встал я, разминая затёкшие ноги. — Ты с Дашей состыковалась? Нужно обращение ко всем жителям Славянского Княжества. Хватит междусобойчики устраивать.

— Она уже копытами бьёт от нетерпения! Прекрасная девушка! Словно маленький трудолюбивый паучок, опутала своей информационной сетью всю страну за короткий срок. Раньше её наставляла, а теперь сама учусь.

— Она мне тоже сразу понравилась, — сказала Злата.

— Да ну⁈ — поднял я бровь. — Вот так прям сразу-сразу?

— Сразу, как только с Артемием сошлась, перестав тебе глазки строить, — моментально переиначила свои слова жёнушка.

Так за лёгкой шутливой перебранкой, сбрасывающий напряжение после переговоров, мы прошли в заранее подготовленную студию.

— Готовы? — спросила Рада.

— Да!

— Тогда начинаем! — приказала она и добавила в микрофон. — Дарья! Глуши все новости! Врубаем экстренный выпуск!

— Граждане Славянского Княжества! — начал я. — Так случилось, что постоянно обращаюсь к вам с плохими новостями: то беспредел дружинников, то тяжёлая обстановка на фронтах. Сегодня хочу сломать эту традицию. Все трагические известия вы давно уже знаете и, уверен, переживаете за свою судьбу, за судьбу своих детей.

Правильно, кстати, делаете. Беды такого масштаба наша страна ещё не знала! Внутренние и внешние враги практически раздирают нас на части. Кругом неразбериха и неопределённость! Рода друг на друга волками смотрят, ожидая удара в спину! Вот-вот рванёт! На улицу лишний раз выходить страшно!

Я тоже чувствую эти эмоции. Больше скажу! До недавнего времени мне ещё страшнее было, так как знаю о реальном положении дел намного больше вашего. Спросите, почему до сегодняшнего времени? Да потому что перестал бояться и баюкать собственное горе. Слезами делу не поможешь!

Я как новый Глава Рода Тулиных попытался навести порядок хотя бы вокруг себя. Стало получаться. Потом ко мне присоединилась боярыня Злата Луганская, потом честные офицеры из армии и дружины. Ещё наш со Златой любимый «Народный княжич» примкнул. В результате образовалась сила! Огромная сила из неравнодушных людей. Она растёт каждый час, так как многие увидели в нас тех, кто спасёт их дома.

Но сейчас мы упёрлись лбом в тупик. Каждый всё равно действует сам по себе. В интересах своей организации и Рода. Даже наша свадьба с боярыней Луганской мало что поменяла в сложившейся обстановке. Мы сделали шаг, который могли сделать, но на другой нам не хватает… Не знаю, как правильно и сформулировать. Организованности, что ли. Полной открытости. Все думают о том, что будет дальше, и строят планы на будущее, пытаясь залезть повыше. Это проигрышный вариант.

Совещались долго. Спорили, ругались — не скрою. Но все пришли к одному выводу; не может быть много начальников. Нужен один и надолго. Выборов никаких не было — я сам назначил себя на место Великого Князя. Можно сказать, даже царя, так как больше выборов устраивать не намерен.

Что с этого будете иметь вы, граждане Славянского Княжества? Стабильность! Есть один закон — мой! Есть одна политика — моя! Никаких отклонений от неё и интриг. Каждый понимает, что делает, и делает это только для процветания нашей страны, а не для возвеличивания собственного Рода в ущерб другим!

Внеродовые граждане! Теперь вы уравниваетесь в правах с другими, имеющими фамилию, и вступаете в новый Род Князевых! Именно так мы назвали с боярыней Златой нашу, теперь уже общую семью. Пенсии, налоги, защита — всё, как и у родовых людей. Даже если вы и не согласны с моей узурпацией власти.

Недовольны политикой? Можете высказываться открыто. Видите огрехи в экономике? Присылайте своих делегатов, и мы всё обсудим. Я не прошу вас о поддержке. Я говорю, что уже поддерживаю вас!

Главы Родов! Понимаю, как вы сейчас негодуете. Думаете, я хочу вас всего лишить? Ошибаетесь! Я хочу дать всем вам равные шансы! Сколько мелких и средних Родов имеют желание почувствовать себя не третьесортными аристократами? Сколько талантливых, а местами даже гениальных членов ваших семей так и не нашли своего призвания, потому что более сильные не подпускают к куску вкусного пирога? Да не счесть! Я сам видел!

Присоединяйтесь ко мне! Дума будет состоять именно из профессионалов, невзирая на их родословную и набитость кошелька. То же самое относится и к другим важным постам в Славянском Княжестве. Распускать Рода я не намерен. Каждый Глава Рода получит полную автономию во внутренних делах и в бизнесе семьи, но эти дела будут вестись не «вась-вась» втихую, а под контролем. Нужна плановая экономика, доступная для всех, а не только для избранных.

Всем Главам Родов сегодня же будут разосланы новые законы со всеми правами и обязанностями. Внимательно ознакомьтесь с ними. Нужны дополнения или исправления — обязательно говорите, и я исправлю. Но поверьте, что ваших прав там будет намного больше, чем обязанностей, которые ярмом лежат на ваших шеях при нынешних законах.

Главы больших Родов… С вами сложнее всего. Нужна отдельная встреча, чтобы выработать общую стратегию развития. Если, конечно, будет на то ваше желание.

— «Срочно!!!»- прислала паническое сообщение Дарья. — «Рат! Я не знаю, что делать! Только что позвонила боярыня Хелена Выборгская! Требует немедленно выпустить её в эфир!»

Только её не хватало! Эта тётка непредсказуемая, как обезьяна с гранатой. Может такого наворотить, что потом кровью харкать будем. С другой стороны, если Хелену проигнорить, то будет ещё хуже. Озлобится. Была не была!

— «Запускай!» — приказал я Дашке.

Появившуюся на экране Хелену было не узнать. Вместо цветущей, полной энергии женщины, стояла сгорбившаяся баба-яга с изуродованным лицом. Видать, сама сбежала из больницы, до конца не восстановившись. Лишь глаза её яростно сверкали, как и прежде. Уверенная, сильная женщина, которую ничто не может сломить!

— Нравлюсь? — с недоброй ухмылкой прокаркала она. — Сейчас уже красавица, а было ещё хуже. Вот что я вам скажу… Когда в дом пришла беда, и мои дети остались один на один с врагом, то никто не помог. Только Ратибор да Злата со своим «Княжичем»!

Мы все уязвимы, покуда по отдельности! Спиной друг к дружке повернуться боимся, чтобы не трахнули конкуренты. Каждый Глава Рода и его наследники постоянно под прицелом живут, а многие, как у Смоленских, не доживают.

Старое не работает. Жизнь меняется. Нам можно сколь угодно долго лелеять свою гордыню, но это путь мертвецов. Слышали, что Ратибор говорил? Запоминайте хорошенько! Он хоть и молод, но слово и хватка железные! И Злата ему под стать! Так что не выдюжите против них идти… И против меня.

Неожиданно она встала на колени.

— Ратибор Князев! Я, боярыня, Глава Рода Выборгских, прошу у тебя защиты! Клянусь всеми богами и собственной честью, что и сама, и наследники мои будут верно служить под твоей рукой Славянскому Княжеству!

— Клянусь, — громко сказал я, ошалев от такого, — что буду защитой и не опозорю твой Род ни словом, ни делом! Встань! Негоже одному человеку перед другим на коленях ползать! Мы все равны перед богами!

— Всё видели⁈ — продолжила Хелена выпрямившись. — Кто попытается рот на Князя открыть, то будет иметь дело со мной! А я очень мстительная, опытная… И живучая! Заканчивай, Ратибор, свою болтовню и делами займись! Умные уже всё поняли, а дуракам объяснять дальше бессмысленно!

Быстро свернув интервью, я долго не мог прийти в себя. Хотел было позвонить Хелене, но она была вне зоны доступа. Набрал Адама, находящегося в Выборге. Тот огорошил известием: боярыне опять стало очень плохо, и она сейчас в руках волхвов Жизни. Видимо, все свои силы потратила, чтобы поддержать меня… Вот это женщина! Дайте ей боги здоровья!

Измочаленный последними сутками, собирался пойти на кратковременный, но очень заслуженный отдых, как в голове раздался знакомый голос Мораны.

— Не торопись. Нужно поговорить. С тобой и твоими женщинами. Гости у тебя нехорошие…

Глава 27

Подобный пассаж от Хозяйки Зимы сильно насторожил, поэтому я позвал в отдельную комнату Злату и Марушу, объяснив без посторонних, что что-то намечается. Сразу же от них посыпались вопросы, но ни на один ответить не успел. Чёрная воронка закружила нас, доставив прямиком в Навь.

— Слуга Велеса пробрался в представительство, — без предисловий сказала Морана. — По ваши души, точнее, душу прибыл.

— Николаш?

— Да, Ратибор. Миром вы с ним не разойдётесь.

— Вот и славно! — недобро оскалилась Маруша. — Глотку вырву! Лично!

— Не вырвешь, — разочаровала ведунью богиня Смерти. — Никто из вас с ним не справится по отдельности, даже Ратибор. Поймите, будет противостояние иного порядка.

— Втроём и замочим негодяя, — пожала плечами Злата. — У каждого есть к нему личные счёты, так что миндальничать не будем.

— Ну-ну… Ты что, имеешь проблемы со слухом? Я же сказала, что бой необычный. Для вас, во всяком случае. Запомните главное! Ты имеешь силу Светлых богов! Маруша — Тёмных!

— А что у меня? — спросил я.

— У тебя две любящие женщины.

— Вы, боги, поможете лично? Защита там и прочее?

— Я всё сказала! — махнула Морана рукой, и мы снова оказались дома.

— Что-то мне нехорошо… — вздохнула Злата. — Я не трусиха, только хочется сбежать и не встречаться с бывшим воеводой.

— Если он спокойно проник сюда, то везде отыщет, — пояснила Маруша. — Бегай не бегай, но встречи не избежать.

— Правильно! — согласился я с ней. — И нужно встретить Николаша подготовленными!

Недолго думая, поволок их в кабинет Главы Рода. Открыв потайную дверь, показал на внушительный арсенал, состоящий из различных систем оружия.

— Экипируемся! Брать только крупный калибр и антимагические пули. Ножи, тесаки и метательные звёздочки зачарованы против паладинов — для ближнего боя самое то. Все бронежилеты с активной многослойной защитой, но больше двадцати попавших заклинаний не отражают, так что не геройствуем сверх меры. Аптечки тоже с собой берём: чую, что с таким врагом лишними не будут.

— Я такого никогда не видела, — округлила глаза Злата. — Новые разработки?

— Не совсем новые, но каждый предмет стоит, как автопарк Главы Рода. У тебя подобное тоже должно быть.

— Наверное. Ещё не добралась до отцовского арсенала.

Через двадцать минут мы представляли из себя настоящих командос из голливудских боевиков. Мои красотки смотрятся сексуально и смертоносно одновременно. Прямо богини войны, а не женщины! Уверен, победа будет за нами.

Выйдя из кабинета, мы шокировали своим видом окружающих.

— Рат! — округлила глаза Рада. — Я чего-то не знаю?

— Пять минут на эвакуацию всех из представительства! Охраны это тоже касается!

— Но…

— Бегом! Выполнять приказ Главы Рода! Время пошло! Кого встречу после обозначенного срока, буду считать врагом и уничтожать на месте!

Поняв, что дело серьёзное, Рада объявила сигнал тревоги. Мы же пошли искать Николаша. В моих покоях его нет. Подключившись к камерам видеонаблюдения, стал комнату за комнатой исследовать представительство. Пусто. Неужели Морана жестоко подшутила над нами? Вряд ли. Где ещё может прятаться Хозяин? Если камеры не показывают ничего, значит, остаётся лишь одно непросматриваемое место — секретный подземный этаж!

Зайдя в лифт, я набрал код и сказал пароль. Потом произвёл процедуру принятия в систему безопасности Злату. Маруша, оказывается, в ней уже была. Спустившись, мы сразу поняли, что прибыли в нужное место.

Охрана и волхвы мертвы. Их тела с обезображенными ужасом лицами постоянно попадались нам на пути. Знакомая комната. Здесь когда-то держали невменяемую Марушу.

Взяв автомат на изготовку, пинком вышибаю дверь и врываюсь вовнутрь. За мной неотлучно следуют девочки.

— Долго же ты думал, Ратибор, — как ни в чём не бывало, сказал знакомым голосом сидящий человек в накидке с капюшоном. — Разочаровываешь. Глупо было играть со мной. Тем более так бездарно.

— Ты куда-то торопишься? Что мордашку скрываешь? Стыдно?

— Стыд — понятие иррациональное. Хотя тебе должно быть стыдно. Так долго водил меня за нос, предатель.

— А ты кто? Отступник, убивший тех, кому давал присягу.

— Словам верить нельзя. Они пустое сотрясение воздуха. Господина ни мыслями, ни делами не предал, окончательно и бесповоротно посвятив ему свою душу.

Резким жестом Хозяин сорвал с головы капюшон, и мы ахнули. Это уже не человек! Лицо… Точнее, морда приобрела звериные черты, будто у не до конца трансформировавшегося оборотня. Глаза пылают чёрным огнём. Кожа вся в трещинах, из которых проступает густая, зелёная жижа — на кровь это совсем не похоже.

Палец сам собой нажал на спусковой крючок. Пули с хлюпаньем впиваются в тело твари, но не приносят видимого эффекта. Хозяин стоит и с интересом рассматривает наши попытки его убить. Перезаряжаю автомат и опять начинаю палить. Злата с Марушей не отстают от меня.

— Надоело, — наконец, изрёк тот, кто был когда-то Николашем. — Никакого разнообразия!

Один взмах его руки и неведомая сила расшвыривает нас по комнате.

Вскакиваю, кастую мощный Воздушный Кулак. В другом углу Злата создала Шар Истинного Огня. Запускаем наши поделки почти одновременно и… Ничего не происходит!

— Хорошая попытка, — удовлетворённо произносит Хозяин. — Попробуйте ещё.

Отказывать в просьбе ему не стали и начали молотить всем своим арсеналом.

— Хватит! — заорала Маруша. — Он только сильнее становится от этого!

— Какая находчивая бабёнка! — картинно захлопал Николаш ладонями. — Кстати, спасибо, что такое уютное местечко показала, когда тут взаперти сидела. На верхних этажах наказывать вас было бы не очень удобно, а здесь тишь и благодать. Но хватит о мелочах.

Хозяин стал увеличиваться в размерах… Или мне это так показалось? Нет! Растёт, зараза, теряя очертания и бесформенным чёрным туманом начиная заполнять комнату. Млять! Он же имеет прямую подпитку от Велеса! Какой мощный канал! Становится частью бога! Его карающей рукой!

Стон. Протяжный стон боли резанул по ушам… Не ушам! Это болят части души Златы и Маруши! Велес забирает их к себе! Пытаюсь хоть что-то сделать, чтобы остановить трагедию, но мой разум бьётся о вязкую преграду. Так ничего не выйдет… Стоп!

Почему моя часть души неподвластна твари? Оставил на сладкое или не может ничего сделать? Скорее всего, последнее. Я же не из этого мира! Нет у Велеса власти надо мной! Если я непобедим, то, значит, что и девочки не могут попасть в плен полностью. Можно их спасти!

Озарение пришло само собой. Потянулся к моим подругам и стал успокаивать. Не словами, а своими чувствами, любовью. Брал их боль на себя, мысленно целовал и обнимал, строя защиту. Кажется, возбуждаюсь… Как не вовремя, но так приятно! Чувствую, что Злата с Марушей тоже перестали метаться от ужаса и потянулись ко мне, всё больше и больше наполняя часть моей души своей страстью…

ВСПЫШКА!

Стою посреди пустого пространства. Лишь гладкая, как стекло, земля под ногами даёт понять где верх, а где низ.

— Теперь я понимаю, в чём твоя странность! — задумчиво сказал материализовавшийся Николаш. — Какая интересная комбинация из иномирца и местных людишек. Одна душа на троих? Хитро. Тем интереснее будет сражение! Марионетка глупых богов против последователя Истинного Бога!

В руках у него появился серый, с зелёными прожилками меч. Ощущаю в своих тяжесть и смотрю, как прямо из воздуха возникает похожее оружие. Только мой меч из других цветов: от золотистой части лезвия исходит жар, а от чёрной — холод. Долго любоваться им не пришлось, так как Враг кинулся в атаку.

Уворачиваюсь от первого удара. Все способности включены на самую большую мощность, но всё равно Враг теснит! Враг не даёт прийти в себя! Ухожу в глухую оборону. Даю себе немного осмотреться и понять тактику боя Врага. Ощущаю, что заклинания не работают.

Видимо, здесь противостояние иного порядка, как и говорила Морана! А ещё говорила, что мои любимые со мной… Я знаю где! В этом мече!

По телу разлилось тепло, придающее сил. Это Маруша и Злата отдают себя полностью, ради того, чтобы я выжил. Проиграю — они уйдут пленницами к проклятому Велесу. Ну уж нет!

Ярость затопила сознание. Холодная, расчётливая ярость, не мешающая думать. Пусть Враг и силён, но он один, а нас трое. Он не понимает, что это значит. Не понимает, что бьюсь не за собственную задницу, а ради большего. Ради чего стоит жить, и если нужно, то и умереть!

Шаг за шагом начинаю теснить Врага. Вначале он, упиваясь собственной силой, не понимает, что происходит, а потом пытается перехватить инициативу. Не получается у него ни хрена! Опыт Филиппа, Нулевого и Ратибора в одном флаконе представляет серьёзную угрозу для недоделанного воеводы-предателя.

Удар! Ещё удар! Подсечка! Враг падает, но я не даю ему спокойно приземлиться. Как только он нелепо раскрылся в полёте, то отсекаю ему руку с мечом.

Вой! Протяжный звериный вой! Но я не обращаю внимания, отслеживая действия Врага. Он лежит, не в силах поверить в своё поражение.

— Добей… — хрипит он. — Прошу… Добей… Моя сила станет твоей…

Беру в руки велесов меч. Задумчиво рассматриваю на нём зелёные узоры.

— А с чего ты решил, что такая сила мне нужна?

— Власть! Безграничная власть! Склонятся народы! Склонятся поверженные Господином боги! Все будут у твоих ног! Добей и стань частью Великого! Не медли! Время уходит!

— Ты прав, медлить не буду.

Упираю меч Врага остриём в землю и с размаху бью по нему каблуком своего тяжёлого армейского ботинка. Оружие разлетается на мелкие осколки, словно разбил хрупкое стекло.

— Не сила это. Пакость! Дерьмо даже во властной обёртке дерьмом остаётся.

— Нееет! — орёт Николаш, раздирая лицо ногтями. — Господин! Простииии…

Голос его затихает и бывший воевода, приняв нормальный человеческий облик, начинает растекаться зелёной слизью, которая тут же испаряется.

— Спасибо вам, любимые, — нежно целую лезвие своего меча. — Чтобы я без вас делал!

Холод и жар мгновенно обжигают губы, но никакой боли. Лишь наслаждение и…

Открываю глаза. Стою в незнакомом мне кафе, за длинным столиком которого расположились несколько человек. Фигассе! Это и не люди вовсе! Морана, Хорс и остальные боги во вполне себе цивильной одежде, потягивают коктейльчики.

— Ну молодцы! — улыбаясь, говорит Хозяйка Зимы. — Твёрдая пятёрка с минусом!

— Почему с минусом? — спрашивает её… кажется, Стрибог.

— Я просто пятёрку только вам ставлю… Ну и себе с плюсом, конечно.

— Где Злата и Маруша⁈ — перебиваю я их тупую беседу.

— Обернись.

Резко разворачиваюсь и вижу ошалевших девушек. Мы кинулись обнимать друг друга. Боги долго терпели наше проявление нежности, но Морана не выдержала первой.

— Хватит! Уже тошнить начинает! Присаживайтесь, разговор намечается интересный.

Как только мы уселись за стол, то сразу же перед нами появились напитки. У меня большой запотевший бокал холодного пива, а у девчонок коктейли. Причём у каждой свой.

— Не хочу, — попыталась отодвинуть Злата стакан — Меня интересует…

— Надо! — перебил её Хорс. — Неужели вы думаете, что находитесь в Яви, и всё тут реальное? Нет! Напитки тоже непростые. После такого боя полезно немного восстановить энергетическую структуру. Даже мы не отказываемся, а вам тем более стоит.

— А вы где воевали? — невежливо интересуюсь я. — Только и делали, что загребали жар чужими руками!

— Так только кажется тебе, личинка! — возразила Морана. — Всё не ограничилось лишь вашей схваткой. Во время мощной подпитки Николаша Велесом, образовался широкий коридор в его владения. Чем мы и воспользовались, наложив на него свои плетения. Как только ты сломал божественный меч воеводы, то сразу же этот канал захлопнулся. Но перед этим гнилая душа Хозяина вернулась к своему господину. Мы наложили и на неё определённые печати, прочно закупорив лазейку, через которую Велес проникал в наш мир.

— Чпок! И ловушка закрылась! — звонко рассмеялась девушка с веснушками, в которой я сразу же определил Живу. — Вот он там бесится!

— А убить Велеса было не судьба? — скривился я.

— Что ты, дорогой! Нас, богов, убить невозможно. Мы сами уходим, когда приходит время. На повышение, так сказать.

— Лет через пятьсот поймёшь это, личинка, — подтвердила слова богини Жизни Морана.

— Перестань называть меня личинкой!

— А кто ты? Личинка и есть… Бога.

— Чего⁈

— Тупого, глухого бога! Я же ясно выразилась!

— Подожди, — осадил её Стрибог и уставился своими светло-серыми глазами на меня. — Морана права. Ты — будущий бог. Не сразу, но станешь им. Морлы со своими дарами не ошибаются. Примерно через семьсот-восемьсот лет обретёшь знание и силу.

Твой путь иной, чем наш. Не Одиночества! Мы получили могущество сами, а ты его разовьёшь и станешь после нашего ухода единоличным смотрителем этого мира.

— Я что? Буду жить вечно? — охренел я от такой новости, сжав ладошки Маруши и Златы. — А они? Я переживу их? Не хочу!

— Жить вечно этому телу не получится. Твоя душа будет перерождаться в потомках через несколько поколений, сохраняя всю память прожитых жизней. А так как у вас одна душа на троих, то делай выводы. Кем будут твои спутницы в веках? Тёмной и Светлой сторонами мироздания. Сами определитесь с названиями. Богини, ангелы или ещё чего-то выдумаете новенькое — это уже не нам решать. К этому моменту мы станем морлами, передав тебе все рычаги управления.

— Жуткими насекомыми?

— Нет, — усмехнулся Стрибог. — Ты увидел двух зайцев в лесу и решил, что весь лес состоит лишь из одних зайцев.

— А кто, вообще, эти самые морлы? Я совсем запутался!

— Придёт и твоё время узнать. Имей терпение! Мы вот, например, не знаем, в кого перерождаются морлы, достигнув своего совершенства на этой стадии развития.

— Понятно…

— А мне не очень! — внезапно ожила Злата. — Получается, что мы трое вечные, а наши дети умрут у нас на руках? И внуки, и правнуки? Это очень жестоко!

— Успокойся, милая! — подошла к ней Жива и обняла сзади. — Ваши детишки будут иметь часть божественной души. Ещё удивишься… Приятно удивишься, как интересно всё сложится!

— Я б подробности послушала, — вступила в разговор Маруша.

— И я бы тоже с удовольствием их растрепала, но вы, особенно ваш муж, имеет непредсказуемые причинно-следственные связи. Ваши ветви энтропии скрыты даже от нас. Мы ведь и бой с Николашем до конца спрогнозировать не могли, хотя и предоставили все инструменты для его успешного завершения. Могли проиграть…

— И что тогда?

— Мы бы тоже хренакнулись! — буркнула Морана.

— Тогда последний важный вопрос, — спросил я. — Велес! Сегодня он заперт, но когда-нибудь опять попытается выбраться.

— К этому времени ты, собрав способности всех нас, будешь представлять такую силу, что Велес не станет с нею связываться. Рассчитывать он умеет отлично. Соберётся и уйдёт. Насовсем. Как только увидит свой Путь.

— К морлам? И такую тварь они примут⁈

— Ты просто соткан из вопросов, личинка! Куда надо, туда и уйдёт!

— Так и скажи, что не знаешь.

— Не знаю. Но вы с ним больше никогда не встретитесь. Пора! Валите уже отсюда, а то у меня Навь без присмотра! И по пустякам не тревожить в ближайшие несколько лет! Достали!

* * *

Полгода спустя

Я, стоя рядом со Златой и Марушей, смотрю на Храм Всех Богов.

Многое пришлось пережить за последние месяцы. Но мы выдержали, выстояли! Опять объединили Славянское Княжество в мощную страну, которую просто так не раздавить. Да, врагов ещё много, и они продолжают строить против нас коварные планы, но знаю, что с годами и врагов перекуём в друзей. Это мой путь!

Точнее, НАШ! Два моих любимых ангела, два крыла будущего бога, придают сил и уверенности в завтрашнем дне.

Зачем мы стоим на территории возрождающегося Новгородского Кремля? Это всё не к месту активная Хелена Выборгская виновата. После окончательного выздоровления она расцвела, и теперь её кипучую энергию ничем не остановить. Если решила, что я должен принять официально титул бессменного Великого Князя, то спорить бесполезно. Легче пристрелить! Но она, по собственному утверждению, живучая. Вот и приходится мучиться.

— Пора, Ратибор, — шепчет мне Святомудр, ответственный за церемонию.

Мы входим в Храм. Идолы вдоль его стен… Подмигнул им, как старым знакомым. Кажется, у них ожили глаза. Видно, решили не пропустить шоу.

Великие Волхвы стали проводить свои обряды, но мы с жёнами уже знали, чем всё закончится.

Выхожу из Храма. Смотрю на толпу людей. Друзья и соратники в первых рядах. От их душ идёт столько энергии, что она заставляет меня мысленно обнять всех и каждого.

Встаю на одно колено.

— Я, Ратибор Князев, перед лицом богов клянусь жить по правде! Клянусь оберегать страну! Клянусь не очерстветь сердцем и помнить, что власть не только я, но и люди, доверившие её мне! Клянусь…

Да, этой клятвы в церемонии не было, но по-другому поступить я не мог!

КОНЕЦ.

Content

Двойник Рода. Чёрная метель

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27