Юрий Табак

Нескромные смыслы Торы

Потаенные сокровища еврейского фольклора

© Табак Ю., текст, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Предисловие

Дорогие друзья!

Перед вами не совсем обычная книжка. Хотя она носит название «Нескромные смыслы Торы», с подзаголовком «Потаенные сокровища еврейского фольклора», автор не обладает ни званием раввина, ни ученой степенью ученого-фольклориста, да и вовсе не ставит перед собой серьезной цели открывать глубины библейских смыслов. И, разумеется, никоим образом не претендует на полноту исследований смыслов Торы, каковые, к примеру, проводятся в ешивах или на университетских кафедрах иудаики. Однако могу уверить читателя, что перед ним настоящие еврейские, пусть и фрагментарные комментарии, – а именно разъяснения наших мудрецов разных эпох на стихи Вечной книги, Торы.

Тора, или, как ее еще называют, Пятикнижие Моисеево, будет разъясняться бесконечно, и ее будут комментировать всегда. Этот великий историко-литературный памятник моделирует ситуации, отношения, конфликты, которые остаются актуальными для всех времен и народов. И каждый еврей примеряет на себя поступки ее героев, извлекает из нее уроки, сообразующиеся с его менталитетом, эпохой, страной проживания. И не только еврей, но и христианин, поскольку Тора и ТАНАХ (называемый в христианстве «Ветхим Заветом») являются неотъемлемой частью христианского Священного Писания. И у последователей ислама герои Торы пользуются величайшим уважением.

Однако значит ли это, что каждый человек может интерпретировать Тору, как ему заблагорассудится? Ортодоксальный иудаизм учит, что нет. Пятикнижие Моисеево раскрывается через Устную Тору – огромное еврейское предание, включающее в себя бесчисленные толкования Торы, которые регулируют конкретные вопросы повседневной жизни и морали евреев. А эксклюзивное право толкователей в иудаизме, как это имеет место во всех мировых религиях, приняли на себя наиболее образованные и авторитетные учителя – раввины, мудрецы прошлого и настоящего.

Но, спросите вы, почему мы должны слушать объяснения мудрецов? Ведь они тоже люди и могут ошибаться, сколь бы умными они ни были. На этот естественный вопрос наша традиция, разумеется, приготовила ответ: Устная Тора была дана Моисею на Синае вместе с Писаной Торой – подобно зерну, которое потенциально содержит в себе уже все будущие многотысячные законодательные решения и рассуждения на прочие темы авторитетных мудрецов десятков поколений. Академическая наука объясняет ту же идею несколько иным образом: когда в период становления раввинистического иудаизма мудрецам надо было придать непререкаемый авторитет собственным решениям, они и объявили, что Устная Тора была дана на Синае самим Богом, поэтому свята. И уже вопроса «А ты кто такой, чтобы мне указывать?» не возникнет, по крайней мере, у благочестивых иудеев.

Сначала Устная Тора так и оставалась устной, но на рубеже I–II вв. н. э. она была записана и получила название Мишны. Но еврейская цивилизация развивалась, многочисленные бытовые законы, нормы этики требовали пересмотра, и появились уже комментарии под названием Гемара на комментарии Мишны. Новые комментарии, составленные и записанные в двух местах – Палестине и Вавилоне, получили, соответственно, названия Палестинского и Вавилонского Талмудов и включают в себя Мишну и Гемару. Более авторитетным является Вавилонский Талмуд, составленный в III–VII вв. н. э. Дальше процесс продолжился и продолжается до сих пор: цивилизационные, исторические перемены влекут за собой все новые расходящиеся круги комментариев. В результате иудаизм стал представлять собой уникальную по количеству авторитетов религию, потому что в каждую новую эпоху писались комментарии на комментарии, и из зерна на Синае выросло гигантское дерево с десятками тысяч ветвей. И все эти ветви, как нас учит иудаизм, правильные. Ведь они изначально зародились на Синае. Разумеется, речь идет об ортодоксальном иудаизме, который другие ветви иудаизма (реформистская, консервативная синагоги, реконструктивисты и т. д.) за таковой вообще не считают. И их положения к Синаю не относит.

Однако здесь надо отметить очень важный момент. Устная Тора состоит из двух частей – алахи (законодательной части) и аггады (совокупности притч, анекдотов, исторических отсылок, научных рассуждений, рассказов и т. п. не законодательного характера, но призванных формировать еврейское самосознание). В отличие от христианства, где часть исторического наследия Св. Предания может быть признана христианскими религиозными лидерами устаревшей и в части законодательства, и в части морально-этических норм, в ортодоксальном иудаизме такого не может произойти по определению. Законы Торы и разработанные на их основе законы мудрецов Мишны и Талмуда, а также позднейших мудрецов считаются незыблемыми. Алаха, когда бы она ни разрабатывалась, неотменима. Мало того, мудрецы последующих поколений должны сверяться с законами предыдущих и не могут им противоречить. Часть законов может по каким-то веским причинам не исполняться (например, в силу отсутствия Храма), но это не отменяет их незыблемости. А отсвет святости законов алахи неизбежно падает и на аггаду. В самом деле, научные рассуждения и истории из жизни мудрецов, скажем, V в. н. э. в наши дни могут показаться очень странными, но благочестивый иудей никогда не назовет их «чепухой», никогда не будет критиковать их. В противном случае будет подвергнут сомнению авторитет тех же самых мудрецов, которые устанавливали алаху, незыблемую до сего дня. И тогда покачнется все выстроенное здание иудаизма. Да и аггада ведь тоже дана Богом на Синае в составе Устной Торы. Как она может быть «чепухой»?

И вот здесь зарождается некий конфликт. В самом деле, к примеру, мудрецы Талмуда, а потом и великий мудрец Раши (X в.) полагали, что существуют русалки, которые есть плод связи дельфинов и людей. Или, как полагали в древности, что Солнце вращается вокруг Земли, а мир создан около 6 тыс. лет назад. Как быть с таким утверждением? Что ответить студентам университетов? Как быть с законами, с этическими и эстетическими нормами, научными положениями раннего Средневековья, во многом не соответствующими сегодняшним представлениям? Но которые одновременно необходимо разделять или, по крайней мере, не опровергать их? Как в XXI в. исполнить заповедь Торы, относящуюся к священникам и левитам, но которую мудрецы последующих времен отнесли уже к самим себе: «Не уклоняйся от слова, которое они скажут тебе, ни вправо, ни влево»?

Из этой непростой ситуации сложилось четыре основных выхода:

1. Существуют различные школы раввинов, со своими учениями и толкованиями по разным вопросам, из которых вы можете выбирать наиболее вам подходящее.

2. В иудаизме выработалась виртуозная традиция интерпретации, которая позволяет при необходимости логически обставить любой древний закон такими условиями и придать ему такое содержание, что святость его сохраняется, но в реальности он не может быть осуществим. Или же на практике обретает противоположное содержание. Иногда эта методика носит название «Ограда вокруг Торы».

3. Многочисленные положения как древней алахи, так и аггады, от которых у современного светского еврея и тем более нееврея могут глаза на лоб полезть, просто обходятся вниманием. Они умалчиваются для широкой публики. В лучшем случае их изучают в ешивах, еврейских религиозных школах, или же они являются предметом изучения академических ученых, круг читателей которых весьма ограничен. Разумеется, каждый человек, даже не знающий иврита и арамейского языков, может при желании прочесть Талмуд в переводах – достаточно владеть хотя бы одним из основных европейских языков. Ну или прочитать соответствующее университетское издание, где та или иная тема подробно разбирается. Но в целом народ «ленив и нелюбопытен», по словам нашего великого поэта, и чтению предпочитает слушать раввинов в ютьюбе. А те предпочитают рассуждать о высокодуховных материях, а рискованных мест, коих превеликое множество, обычно не касаются.

4. Той же цели, защите истинности текстов Писаной и Устной Торы (которая часто совокупно называется «Торой»), служит разработанная в раннем средневековье система четырех все более высоких уровней прочтения текста: буквальное (пшат), аллегорическое (ремез), метафорическое (драш) и тайное, которое часто отождествляют с каббалистическим (сод).

Для чего нужны эти уровни прочтения? А для того, чтобы при развитии науки, изменении этических норм в новых исторических условиях оправдывалось содержание сакральных древних текстов: ведь прочитывать их можно уже не буквально (на этом уровне их воспринимать становится все сложнее), а на все более высоком уровне – и тем самым их глубина, а значит, и святость, сохраняются. В итоге конфликт отчасти разрешался. Часть читателей продолжает воспринимать тексты Торы буквально – например, о говорящей Валаамовой ослице. Но другие читатели, особенно с течением времени и с ростом образованности, уже не могут поверить в говорящую ослицу и начинают воспринимать этот текст как аллегорию. Третьи идут дальше и воспринимают историю с ослицей как некую метафору. Но найдутся с течением времени и те, которые в любом тексте видят мистические отражения совсем иных сфер, когда ослица – это уже не ослица, а Валаам – не Валаам. И вам всегда могут предложить на выбор один из четырех типов прочтения или сразу несколько, снимающие недоумение от прочитанного текста и его прямого понимания, нередко влекущего неприятные выводы.

Новые законодательные инициативы и мировоззренческие моменты рождались в дискуссиях мудрецов, которые приобретали невероятно изощренный характер. Эти споры и составили Талмуд – единственное в своем роде, уникальное произведение в мировой литературе, в котором запечатлены не только конечные законы и установленные нормы повседневной жизни общества, но и механизм принятия этих законов, пространные логические выкладки, приведшие к конечным выводам из тысяч самых разных вопросов, – от бытовых до устройства мироздания.

Кроме того, комментаторам требовалось разъяснить для широких масс психологические, исторические, духовные мотивации героев Торы – духовного средоточия еврейской религии – выразить к ним свое отношение. А поскольку рассказы Писаной Торы обычно краткие и напрямик из них подчас трудно что-то вывести, то особую популярность в поздней античности и средневековье приобрел жанр мидрашей (от слова «драш») – попытка через последовательный нарратив дать новое толкование священному тексту. Мидраши стали основным типом комментариев на события Торы; из них выводили и алахические предписания, и нравственные наставления.

Однако иносказательная изощренность мидрашей, полет фантазии в конструируемых там рассказах о библейских событиях привели к тому, что стал теряться буквальный смысл древних источников. А с развитием мистических учений и каббалы, когда реальные события и персонажи текста Торы начинают представляться лишь как символ совершенно иных событий, происходящих в духовном мире, в столкновении мистических сфер, описанные в ней реальные герои, жизненные конфликты, конкретные исторические детали превращаются в иллюзорные и незначимые сами по себе. В результате, если раньше восприятию святости Торы мешал упор на буквальное ее прочтение, теперь возникла опасность разрушения святости Торы по прямо противоположной причине – оторванности комментариев от непосредственного текста Торы.

Соответственно, зародилась обратная тенденция. Мудрецы стали настаивать, чтобы священные источники прочитывались в первую очередь буквально, в пшат. Уже великий мудрец Саадия Гаон (IX–X вв.) требовал прочтения текстов Торы в их буквальном значении, за исключением нескольких случаев, когда это невозможно. Но даже эти исключения были довольно расплывчатыми и позволяли прочитывать множество текстов аллегорически. Поэтому ряд последующих мудрецов ужесточили требования к буквальному прочтению Торы и расширили их на писания мудрецов. Апогея эта тенденция достигла, с моей точки зрения, уже в XX в. у последнего, 7-го, Любавического Ребе, М. – М. Шнеерсона. Ребе требовал буквального прочтения не только Торы, но и всей Устной Торы: «Слова Торы и Писания верны и достоверны в их буквальном значении… за исключением очень немногих случаев», «Стихи Торы и высказывания наших мудрецов не могут быть отделены от их буквального смысла». И Ребе даже приводит в пример фрагмент из талмудического трактата Моэд Катан: «Фараон был высотой с локоть, и борода его была с локоть», требуя понимать его буквально (и не закончив сообщение из Талмуда, где говорится, что член фараона был длиной с локоть и ладонь). Другое дело, добавляет Ребе, что надо подумать, зачем мудрецы оставили нам эти подробности.

Однако линия буквального прочтения, естественно, не стала ведущей в последующей исторической традиции еврейской интерпретации текста. Большинство современных раввинов смотрят на аггадические тексты, мидраши совершенно иначе. Они утверждают, что буквально их прочитывать нельзя: они подчиняются особым правилам прочтения. И, казалось бы, очень близкие по сюжету и формам литературные тексты, которые в академической среде рассматриваются как сходные и требующие применения общих методов литературно-исторического анализа, в религиозной традиции рассматриваются совершенно иначе: скажем, арабские легенды – это просто легенды и сказки, а вот еврейские с точно тем же сюжетом – это глубочайшие тексты, имеющие множество глубинных смыслов. И их, дескать, нельзя прочитывать буквально.

Тем не менее некоторые выдающиеся мудрецы позднего Средневековья, ссылаясь на мидраши, прочитывали их именно буквально – как тот же великий комментатор Раши. И лично у меня, признаюсь, большое удовольствие (хотя мне оно, конечно же, не близко интеллектуально) доставляет буквальное толкование Торы и особенно многочисленных раввинистических писаний. И я страшно доволен, что могу законно опираться при этом на соответствующую концепцию некоторых наших выдающихся мудрецов. Кроме того, я, признаюсь, по натуре своей раблезианец и обожаю разные истории, связанные с бытовыми, эротическими, физиологическими подробностями. А в этом плане еврейский фольклор поистине не имеет себе равных и являет просто океан наслаждения – особенно с учетом того, что наши мудрецы, в частности, очень четко понимали, какую высокую роль играет эротическая составляющая в жизни человека. Поэтому Талмуд, мидраши буквально пронизаны эротической тематикой, и именно в этом ракурсе очень неожиданно толкуются многие стихи Торы и ТАНАХа.

Но именно такая особенность Писаний наших мудрецов, а также их дискуссии на очень необычные темы, парадоксальные толкования, от которых у светского, да и вообще современного человека могут волосы встать дыбом, ставит современных раввинов в сложное положение.

С одной стороны, святость Торы и писаний наших мудрецов (особенно тех из них, которые требуют буквального прочтения) заставляет уважительно относиться ко всем текстам. С другой – многие из этих древних текстов, талмудических дискуссий как-то неловко приводить и цитировать, чтобы не оставить читателя с разинутым ртом и выпученными глазами. И тем более приводить их читателям-неевреям, чтобы те не подумали что-то плохое о евреях. Поэтому эти тексты оставляют для узкого рассмотрения учащихся ешив, да и то далеко не всех, а широкому еврейскому читателю приводят тщательно отобранные разные высокодуховные тексты и рассказывают о Талмуде как величайшем произведении человечества. Талмуд – действительно великое произведение, но, как отмечено выше, широкая еврейская публика, охотно провозглашающая этот тезис, склонная к вере в Бога и даже соблюдающая, Талмуд почти не читает, предпочитая слушать о нем в Интернете. Велик же он не только своей диалогичностью, историческим, литературным, религиозным содержанием, но и необычайно высоким качеством фольклорного материала, равного которому, кажется, не существует. Полет фантазии мудрецов настолько безграничен, что порой кажется, такое придумать просто невозможно – и тем не менее это есть. Но, увы, именно этот великий фольклор, совершенно невероятные дискуссии мудрецов остаются неизвестными и еврейскому читателю, и тем более нееврейскому.

А поскольку я как раз люблю читать разные тексты, несколько лет назад я решил ознакомить своих друзей и подписчиков в соцсетях с разными любопытнейшими комментариями наших мудрецов на тексты Торы. Из реакции читателей на мои посты я понял, что эти тексты им совершенно неизвестны и очень им интересны. Иначе говоря, не будучи никаким религиозным авторитетом, который имеет право учить людей, или академическим ученым, я просто делился и делюсь прочитанным. Я посчитал это дело очень увлекательным для себя и в том плане, что, будучи человеком, пишущим литературные тексты с самого детства, я все время пытаюсь найти стилистически правильные ходы, выработать оптимальный жанр рассказа. Поэтому эти тексты для меня еще и экспериментальная площадка. Будучи любителем постмодернизма, я нередко собираю еврейский фольклор из разных мидрашей различных эпох и пытаюсь выстроить последовательный нарратив, ничуть, разумеется, не претендуя на его серьезность и какую-либо научность, – наоборот, твердо осознавая его ненаучность. И, судя по отзывам читателей и участников конференций и семинаров, где эти нарративы слушались с большим интересом и с самыми благоприятными откликами, в какой-то степени эти литературные опыты мне удаются.

Но, разумеется, отнюдь не все читатели довольны моими экспериментами. Мне неоднократно говорили, что мои тексты дискредитируют иудаизм, и неподготовленным читателям нельзя цитировать то, что я цитирую. Мне советовали лучше их не публиковать (тексты из священных еврейских книг!), чтобы не вводить в соблазн «малых сих». Ну и не обошлось, конечно, без вековых классических реакций, пригодных к любым неугодным цитатам: дескать, они «вырваны из контекста».

С необходимостью учить и воспитывать кого-то я категорически не могу согласиться: я не считаю своих читателей детским садом, в котором я должен проводить воспитательную работу и давать им «полезные» тексты. Это и так делают десятки и сотни уважаемых раввинов в соцсетях. Я считаю читателей взрослыми людьми, которые сами могут выбрать, что им интересно и важно, и сравнить разные точки зрения. Кроме того, я их знакомлю с текстами, с которыми их почти никто больше не знакомит – по вышеозначенным причинам. И тот же Талмуд становится для читателей не просто абстрактным символом еврейской учености, а реальным замечательным и исключительным литературно-историческим памятником своей эпохи. В этом я вижу просветительский аспект своей деятельности, хотя и осознаю ее очень скромный масштаб.

Что же касается «вырывания из контекста», то действительно литературная история полна таких примеров, когда вырванная из текста отдельная фраза подается как мысль автора, хотя, прочтенная в контексте, она приобретает совсем иной смысл. Но это отнюдь не значит, что любой выделенный из книги эпизод, отдельная мысль, представленная читателям, обязательно теряют свой исходный смысл. В конце концов, существуют многочисленные сборники «умных мыслей», лишенных всякого контекста. Многие раввины оперируют эпизодами из мидрашей и мыслями великих мудрецов, вовсе не пересказывая их широкий контекст. И, главное, в конструировании фольклорного еврейского нарратива у меня много великих предшественников. Крупные еврейские писатели и ученые издавали сборники еврейского фольклора, включавшие и последовательные нарративы, составленные из разных источников, и просто отдельные эпизоды. Наиболее выдающимся автором, которому я немало обязан своими текстами, был великий еврейский ученый XX в. Луис Гинцберг. Вундеркинд, к 14 годам знавший наизусть чуть ли не весь Талмуд, он избрал карьеру ученого, совмещая ее с деятельностью раввина. Гинцберг составил крупнейший семитомный свод аггадического материала на библейские темы. Семитомник носит академический характер; он состоит из четырех основных томов и трех томов из 36 тыс. примечаний, которые Гинцберг помнил наизусть[1]. В Москве издали труд Гинцберга в хорошем переводе на русский язык[2]. Но, к сожалению, переведено было только четыре основных тома, а как раз в обширных примечаниях содержится множество сюжетов, не вошедших в основной текст русского издания. Впрочем, издатели научных целей перед собой и не ставили.

Луис Гинцберг конструировал свои нарративы, группируя их вокруг избранных библейских героев или событий. Я же попытался их сгруппировать по главам Торы, в традиционном еврейском делении Торы – именно так, как она изучается в синагогальном годовом цикле чтения Торы. Кроме того, я выбирал не только аггадический, но и алахический материал, показавшийся мне интересным и необычным. Наконец, если работа Луиса Гинцберга носит масштабный характер, где он располагал в своем нарративе весь известный ему фольклорный материал, то в своей скромной книжке я старался выбирать исключительно те тексты, которые меня самого приводили в восторг. Выбор мной текстов носит сугубо субъективный характер, он не обусловлен духовными, этическими или педагогическими соображениями.

Вместе с тем я отвечаю за каждое написанное мной слово – в том плане, что все эти тексты, которые могут оказаться в новинку для читателя, действительно существуют. А то мне неоднократно приходилось выслушивать упреки от благочестивых граждан, типа «автор придумывает» или «этого не может быть». Поэтому я был обязан сопроводить текст обильным числом ссылок на раввинистические первоисточники. Впрочем, я почти уверен, что проверять эти ссылки будут очень немногие, поэтому все ссылки размещены в конце книжки, чтобы не затруднять процесс чтения. Но ссылки на саму Тору я посчитал нужным оставить внутри текста.

Известные затруднения вызвал вопрос имен и топонимов. Книжка рассчитана в первую очередь на читателя, которого интересует именно еврейский фольклор, поэтому преимущество отдано традиционным еврейским именам библейских героев и еврейским топонимам, привычным для читателей-евреев. Вместе с тем для широкого читателя более привычны имена и топонимы из русского Синодального перевода Библии. Поэтому, если имя или топоним встречается в тексте первый раз, и его еврейское прочтение отличается от привычного синодального, последнее я указываю в скобках. Библейские цитаты тоже даются в Синодальном переводе, при необходимости мной скорректированном. Древневавилонские меры длины и веса переведены в книге в метрическую систему мер.

Как уже было сказано, материал Торы разбит по главам в соответствии с традиционным еврейским делением. В начале главы еврейское название каждой книги Пятикнижия сопровождается ее названием в Синодальном переводе, а названия глав сопровождаются указанием диапазона соответствующих ей стихов из христианской Библии, чтобы широкому читателю легче было ориентироваться. Иногда нумерация стихов еврейской и христианской Библии не совпадает, но эти случаи редки. Я не стал специально на них указывать, чтобы не загромождать материал – обычно это соседние стихи или псалмы, и читатель сам найдет нужный стих. Точно так же могут порой не совпадать по типу пагинации еврейские источники в разных изданиях. Я давал ссылки по тем изданиям и в той пагинации, которые считаю более предпочтительными. Повторюсь, книга не носит академического характера.

Ссылки на библейские книги приводятся в их еврейском именовании. Поэтому заранее привожу сопоставительную таблицу еврейских (как они следуют в ТАНАХе) и синодальных названий библейских книг:

Я ограничился ссылками только на раввинистические первоисточники. В тех немногочисленных случаях, когда я сталкивался с интересными сведениями из вторичного источника, но не имел возможности обратиться к первоисточнику, я просто отмечаю «пишут, что…» или ссылаюсь на Луиса Гинцберга. Неоднократно, особенно в первых главах книжки, упоминается 7-й Любавический Ребе М. – М. Шнеерсон, в силу моего пристрастия к его позиции буквального прочтения текстов. Все приведенные высказывания Ребе можно найти в замечательной, почти настольной моей книге, где излагаются взгляды Ребе на взаимосвязь науки и религии[3]. Настоятельно советую всем ее почитать: книга уникальна по своим умозаключениям. Существует ее русский перевод[4], но он мне недоступен. Английский вариант книги (с купюрами) можно найти на сайте chabad.оrg[5], на русском отдельные главки есть на сайте chabad.ru[6].

И в заключение этого длинного, но важного для меня и, надеюсь, для читателей, Предисловия я хочу поблагодарить издательство Эксмо, предложившее издать книгу, всех тех, кто принимал участие в ее подготовке к изданию, а также моих верных и отзывчивых читателей. И конечно, буду благодарен за все советы и замечания.

Берешит

◾ Сколько времени понадобилось Всевышнему для сотворения мира?

Всем хорошо известно, сколько копий сломано по вопросу Сотворения мира. Ученые доказывают, что современная вселенная формировалась постепенно, миллиарды лет. Со своей стороны, ортодоксальные иудеи (да и не только они) буквально верят в рассказ Торы о сотворении мира за шесть дней.

При этом раввины-ревизионисты пытаются приспособить рассказ Торы к современной науке, объясняя, например, что «день» (йом) не обязательно означает день в нашем понимании (сутки по 24 часа), а есть некий продолжительный период (эон) – и тогда вроде бы наука с Торой согласуется. Но далеко не все современные мудрецы приветствуют низкопоклонство перед наукой. Например, М. – М. Шнеерсон категорически отвергал такой подход, требуя буквального прочтения Торы и возражая против любых попыток приспосабливать ее к науке. В данном случае, он пишет:

«Попытка «переинтерпретировать» текст первой части Берешит – как если бы она подразумевала длительные периоды (эоны), а не обыкновенные дни или неразборчивое употребление сентенции «Тора говорит на языке человека» – не только не оправданна, но и означает искажение самой мицвы [заповеди] Шаббата, которой «уравновешивается» ВСЯ Тора. Ибо если кто-то вырывает слова «один день» из их контекста и очевидного значения, то ipso facto отвергает всю идею Шаббата как «седьмого дня», провозглашаемую в том же самом контексте. Вся идея соблюдения Шаббата опирается на ясное и недвусмысленное положение Торы: «И в шесть ДНЕЙ сотворил Б-г небо и землю, почил в ДЕНЬ седьмой от всех дел Своих, которые делал» – ДНЕЙ, а не периодов».

Таким образом, по убеждению Ребе, Бог творил мир 144 часа – шесть суток по 24 часа, а вовсе не миллиарды лет, как утверждают ученые и ортодоксы-ревизионисты. И логика Ребе вполне понятна: трудно представить, чтобы Шаббат продолжался сотни миллионов лет – сколько же можно отдыхать и веселиться?

Трудно представить, чтобы Шаббат продолжался сотни миллионов лет: сколько же можно отдыхать и веселиться?

А когда пытливые студенты задали вопрос Ребе: как звезды могли быть созданы 6 тыс. лет назад, если астрономы считают, что свет от них доходит до Земли за намного большее время? Ребе дал убедительный ответ: Бог создал свет звезд отдельно от звезд, вот он до нас и доходит.

◾ О дне и ночи

Как известно, у нас, евреев, день отсчитывается с заката, а не с рассвета, на основании ст. Берешит 1:5, где вечер упомянут раньше утра: «И назвал Бог свет днем, а тьму – ночью. И был вечер, и было утро: день один». Но один выдающийся мудрец, Рашбам (1085–1158), упрямо не разделял этой идеи и прокомментировал сотворение дня и ночи из Берешит 1:5 в том духе, что день земной длится от рассвета до заката, как и у всего человечества[7].

Другой не менее знаменитый мудрец, Ибн-Эзра (1089–1164), был крайне недоволен таким подходом и обратился к будущим переписчикам комментариев Рашбама с мягким увещеванием: «Да отсохнет рука у того, кто запишет этот комментарий к Писанию, да окривеет он на правый глаз». Такие беды требовалось накликать на писцов вследствие следующего духовного обстоятельства: «Это толкование собьет с пути весь Израиль – тех, что на востоке и на западе, ближних и дальних, живых и мертвых»[8].

Но известно, что наши мудрецы всегда и во всем правы, поэтому р. Яков Каменецкий оправдал Рашбама, компромиссно заявив, что день стал начинаться с заката только после дарования Торы, а до этого начинался с рассвета. Впрочем, современные издатели не стали заморачиваться и просто выбросили из Микраот Гдолот – сборника авторитетных комментариев на Тору – соответствующий комментарий Рашбама.

Самое лучшее решение – простое.

◾ О Земле и Солнце

Ученые и наши мудрецы много спорили, насколько истинны сведения об истории, природе и мироздании, которые мы черпаем из Торы и писаний наших мудрецов.

По умолчанию ныне считается, что Бог сотворил гелиоцентрическую систему (т. е. Земля вращается вокруг Солнца), в которой мы и обитаем. Однако поначалу мудрецы Талмуда полагали, что твердый небосвод находится над землей, и солнце крутится вокруг небосвода через дырки по его краям. Днем солнце проходит под небосводом, поэтому светло, а ночью солнце проходит над небосводом, и нам темно[9].

Потом ряд мудрецов утверждали, что солнце вращается вокруг земли, в противовес теории Коперника.

М. – Менахем Шнеерсон утверждал, что наши мудрецы никогда не ошибались в части своих научных выводов. Отстаивая их мнение и вооруженный знаниями, полученными в высших учебных заведениях Берлина и Парижа, Ребе полагал, что такой взгляд на вещи давно отстает от современной науки. Доказывает он свою мысль следующим образом: когда два тела в пространстве находятся в движении друг относительно друга, то с бесспорной научной точки зрения оба заключения равновозможны – что Земля вращается вокруг Солнца и что Солнце вращается вокруг Земли. Что именно вокруг чего вращается, добавляет Ребе, наука принципиально не сможет никогда доказать, и человек волен для себя выбрать один из двух вариантов – это будет предметом веры. Все ученые, считает Ребе, которые однозначно придерживаются гелиоцентрической модели Вселенной, отстали от науки и пребывают в коперниковском прошлом. В целом такая теория вполне теоретически правомерна – если добавлять, что вывод зависит от выбора точки наблюдения, – но р. Шнеерсон и мудрецы все же предположительно находились на Земле и, по крайней мере, наблюдали за Солнцем в нашей солнечной системе. Ну и, к сожалению, древний тезис о дырках в небосводе не получил современного обоснования.

Кстати, отсюда вытекают разные интересные частности. Следуя логике теории относительности в изложении Ребе, вам, дорогие читатели, как людям образованным, нельзя утверждать однозначно, что вы ожидаете на вокзале в Москве прибытия электрички из Тамбова. Находясь в электричке из Тамбова, вы можете предполагать, что скоро к вам прибудет московский вокзал.

◾ Об опровержении эволюции и вечной правоте Торы

Потом Бог создал животных. И по-настоящему верующие знают, что Господь создал сразу все виды животных, как это указано в Торе (Берешит 1:21–25). Однако ученые считают по-другому и настаивают на эволюционном происхождении видов по Дарвину. Также и мудрецы Талмуда приводят всякие данные о природе, нередко не совпадающие с мнением современных ученых. Однако Ребе доказывает, что и в этом вопросе мудрецы правы.

Так, студенты задали Ребе и вопрос о том, как мир может существовать около 6 тыс. лет, если находят ископаемые останки динозавров возрастом в миллионы лет. Здесь Ребе дает два возможных строгих научных объяснения:

а) Возраст останков определяется радиоактивным методом. А кто сказал, что погодные условия, атмосферные явления, радиоактивность в доисторические времена радикально не отличались от сегодняшних? Соответственно, и радиоактивный метод, основанный на знании периода полураспада изотопа, может не работать: кто там знает, как распадался изотоп в доисторические времена?!

б) Другое объяснение сходно с ответом о свете звезд. А кто мешал Богу создать останки динозавров в один день с самими динозаврами?! Вот их и находят, а насчет возраста см. предыдущий пункт. На вопрос, а зачем вдруг Богу понадобилось создавать останки динозавров, Ребе отвечает, что это точно такой же вопрос, зачем Богу понадобилось создавать атом, т. е. бессмысленный, и никак не могущий служить в пользу теории эволюции. Но я позволю все же предположить, зачем Бог специально создавал останки динозавров – чтобы обеспечить рабочие места и кусок хлеба палеонтологам.

Далее, в Талмуде и в позднейших писаниях средневековых мудрецов[10] говорится, что есть виды, зарождающиеся самопроизвольно, а не путем размножения. Это очень важный момент, имеющий серьезные галахические последствия: ряд мудрецов разрешает убивать вшей в субботу, исходя именно из предположения, что они развиваются самопроизвольно[11]. Современная зоология считает самопроизвольное размножение видов невозможным, но Ребе опровергает ее выводы следующей изящной аргументацией:

А кто мешал Богу создать останки динозавров в один день с самими динозаврами?!

«Действительно в ходе экспериментов описан процесс развития червей (личинок) из яиц. И когда есть убедительные объяснения, как происходит процесс отложения яиц, можно сделать вывод, что черви данного вида размножаются репродуктивно. Однако когда яйца, обнаруживаемые в гнили, идентифицируются как принадлежащие определенному виду червей, и черви, обнаруживаемые там же, по своим признакам также относятся к этому виду, это ни в коей мере не доказывает, что такие черви могут зародиться только из яиц, а не самопроизвольно. По сути дела, каждый отдельный червь имеет собственные индивидуальные характеристики, так что не существует двух одинаковых червей. И вывод о том, что конкретный червь абсолютно идентичен тем наблюдаемым червям, которые выводятся из яиц, не может быть признан верным. Но даже если бы он был признан верным, это вовсе не означало бы, что такие черви не могут зарождаться самопроизвольно».

В самом деле, ведь в микроскоп всех на свете червей не увидишь.

◾ О сотворении Адама

Наконец, Бог создал из праха земного, т. е. из земляного покрова – песка, глины, пыли или еще чего-то – венец творения, человека (Адама) (Берешит 1:27–28). Создал он его сразу 20-летним отроду, подобрав физические параметры веса и роста[12]. Причем мудрецы очень наглядно сформулировали свои геополитические предпочтения в рассказе о сотворении Адама. По их сведениям, прах, из которого Бог сотворил Адама, был взят из разных мест: для головы – из Эрец Исраэль, а для задницы – из некоего городка на юге Вавилона[13]. Рост Адама был внушителен: р. Элеазар утверждает[14], исходя из буквального прочтения стиха Торы: «Со дня, в который Бог сотворил Адама на земле, и до края неба» (Дварим 4:32), что, стоя на земле, головой Адам доставал небо. Р. Йехуда дополнительно измерил рост Адама в лежачем положении, опираясь на тот же стих, и отметил, что он занимал все пространство от востока до запада – и от севера до юга, добавляет другой источник[15]. Позднейшие французские мудрецы-тосафисты в XIII в. н. э. добавили, что потребовалось бы 500 лет пути, чтобы пройти вдоль тела Адама. Очень приличное расстояние.

Однако мудрецы задумались над тем, может ли, исходя из этих двух однозначно правильных выводов мудрецов, расстояние от края до края земли точно соответствовать расстоянию от земли до неба? В итоге они выяснили, что может. А тосафисты потом уточнили (чтобы народ не заморачивался вопросами, как Адам в таком тесном пространстве мог лежать, вставать и пр.), что дело происходило в райском саду, а там своя геометрия.

Впрочем, после того как Адам согрешил, Бог уменьшил его рост всего лишь до 45 метров[16]. И он был невыразимо прекрасен, хотя еще пока и не был наделен душой и мозгами[17] (что-то подобное когда-то говорили про актера Алена Делона, с чем я категорически не согласен). Будущая его жена Хава была в сравнении с ним как обезьяна с человеком; одна его ступня великолепием своим затмевала солнце[18].

В общем, Бог не доверял человеку изначально, и не ошибся.

Теперь предстояло наделить его душой. Луис Гинцберг приводит мидраш, почему Бог осуществил эту процедуру, вдохнув душу в Адама через ноздри (Берешит 2:7 – слово «апайо» можно перевести как «лицо» или «ноздри» – в синодальном переводе предпочтение отдано первому значению). Выбор этой части тела был не случаен. Бог долго размышлял, советуясь по этому поводу со своим штабом: через рот вдохнуть душу нельзя, потому что человек будет дурно говорить о собратьях, через глаза – нельзя, потому что он ими будет распутно подмигивать, через уши нельзя – потому что он будет слушать клеветнические измышления. Так выбор пал на ноздри, поскольку Бог предполагал, что человек сразу почует нечистое и отвергнет, а благоуханное примет – таким образом, праведники будут остерегаться греха и оставаться верными словам Торы.

В общем, Бог не доверял человеку изначально, и не ошибся. Выбор ноздрей не стал выходом из ситуации. Человек воплотил в себе все, чего опасался Бог.

◾ В ожидании Хавы (Евы)

Итак, мы знаем, что Бог сотворил человека, т. е. мужчину, из праха земного. А далее рассказывается, как Он сотворил для мужчины женщину.

Но женщина появилась не сразу. После того как Бог сотворил Адама, тот искал себе пару в Эдемском саду. В итоге, как установил р. Элеазар на основе стиха «это кость от костей моих и плоть от плоти моей» (Берешит 2:23), Адам сожительствовал со всеми местными животными (одновременно или последовательно, сказать трудно). Однако ни одно из них его не устроило[19] – возможно, с этим обстоятельством и связан последующий запрет Торы на зоофилию (Ваикра 18:23). На тему зоофилии мы еще поговорим подробно. Довольно трудно представить, как Адам вступал в интимную связь с животными и будущей Хавой до грехопадения, учитывая его гигантский рост. Впрочем, возможно, и животные, и Хава до грехопадения были такого же роста? Мудрецы нередко учат нас, что организмы в те времена были другими.

◾ О сотворении женщины

Попробуем провести историческую реконструкцию сотворения женщины и представить ее первые шаги на основании свидетельств мудрецов, обнаруживаемых в разных святых источниках:

Итак, Бог сотворил Адаму, в качестве его партнерши, женщину. У Бога были какие-то нехорошие предчувствия на этот счет, как ранее и насчет самого Адама. Он размышлял, из чего бы женщину сотворить: «Не из головы, чтобы не была легкомысленной; не из глаза, чтобы не заглядывалась на мужчин; не из уха, чтобы не собирала сплетни; не изо рта, чтобы не была болтлива; не из сердца, чтобы не была ревнива; не из руки, чтобы не была воровата; не из ноги, чтобы не слонялась без дела; но из самой скрытой части тела…»[20]. В итоге Бог сотворил Хаву из правого тринадцатого ребра Адама[21], хотя по другим историческим данным, под «ребром» понимались то ли лицо Адама, как считал р. Рав, то ли хвост Адама, по мнению р. Шмуэля[22]. Но предчувствия не обманули Бога; мудрецы заключили, что «четыре качества присущи женщинам: они прожорливы, собирают сплетни, ленивы и ревнивы. Они также болтливы и вздорны»[23]. И не случайно сатана был создан одновременно с женщиной[24]. Как и в случае с человеком-Адамом, женская природа Божий замысел посрамила.

Отметим, что большинство мудрецов и религиозных граждан полагают, что Бог сотворил мужчину и женщину по образу Божьему. Однако величайший еврейский мудрец Абарбанель (1437–1508) так не считал. Он опирается на буквальное прочтение стиха Берешит 1:27, где только про мужчину («его») сказано, что он создан по образу Божьему: «По образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их» (Берешит 1:27)[25]. Абарбанель объясняет этот факт тем обстоятельством, что «только мужчина может познать секреты божественной мудрости, и поэтому только мужчина является целью Творения». Женщина же, по его мнению, была создана для продолжения человеческого рода, для удовлетворения материальных потребностей мужчины и обеспечения ему возможности легче достигать высот разума, но не более того.

Тем не менее наши древние и современные мудрецы единодушно согласились, что женщине в иудаизме отведена высочайшая роль, наилучшая в сравнении со всеми мировыми религиями (впрочем, то же мнение распространяется и на качество всех остальных положений иудаизма). Наиболее кратко и ярко замечательное положение женщины охарактеризовал Маймонид, равного которому, как известно, не было со времен Моше-рабейну: «Красота женщины сохраняется в углу дома», – и рекомендовал мужу женщины не пускать ее из дома чаще одного-двух раз в месяц. Маймонида вдохновил на эту рекомендацию стих из Теилим 45:13: «Вся слава дщери Царя внутри»[26]. В самом деле, ценить надо внутреннюю красоту, которую олицетворяет собой славная триада женских добродетелей – «босая, беременная и на кухне».

◾ О треугольнике Адам – Хава – змей

Все вышеупомянутые черты женского характера сыграли свою зловещую роль в истории грехопадения. Змей (то ли сам по себе, то ли воплотившийся в него злой ангел Самаэль) сразу испытал вожделение к Хаве и решил: «Убью Адама и женюсь на Хаве»[27]. По одним сведениям, вожделение благополучно разрешилось бурным романом, и в ходе совокупления змей впрыснул нечистоту в Хаву[28]. Причем, Каин родился от связи Хавы со змеем, а Эвель (Авель) – от связи с Адамом[29]. Согласно же другим источникам, спустившийся с небес верхом на змее красавец Самаэль сам соблазнил Хаву, и именно от этой связи родился Каин[30].

В любом случае несчастный и доверчивый Адам стал мишенью змея, соратником которого стала Хава. Каким образом? Есть сведения, что змей обещал Хаве: она не умрет, если отведает плод с древа познания добра и зла, и даже сам попробовал для убедительности. Хава тоже соблазнилась, но вдруг увидела спешащего к ней ангела смерти. Испугавшись, Хава, однако, подумала: если я умру, Господь сотворит другую женщину для Адама. И она последовала традиционной логике «ни себе, ни людям»: лучше я и его заставлю съесть плод; умирать – так уж вместе[31].

Затем она долго уговаривала Адама съесть плод. По одной из версий, это был виноград, и Хава даже предусмотрительно выжала из него сок, чтобы Адаму не пришлось жевать ягоды и он мог легче поглотить бы ужасный плод[32]. А по другой версии, она перегнала виноград в вино и споила Адама[33], так что грех вошел в мир только по пьяни[34] – что должно послужить особым уроком для многих пьющих граждан.

Мало того, Хава дала отведать плод всем животным в саду – видимо, из ревности и сладкой мести, памятуя о прежних многочисленных увлечениях Адама. Только одна птичка по имени «холь» оказалась непреклонно добродетельной и не стала вкушать плод, за что ей была дарована вечная жизнь. Птичку эту наши мудрецы отождествляют с птицей феникс – соглашаясь с тем, что она живет 1000 лет, но несколько расходясь во взглядах на процесс ее возрождения[35].

◾ Наказание участников треугольника

Таким образом, человечество впало в грех, после того как Адам вкусил от запретного дерева. Все мы знаем из Торы, как были наказаны участники рокового треугольника. Добавим только, что Хава (а в ее лице все женщины) была проклята за свой великий грех десятью проклятиями[36]. Теперь женщинам надлежит шествовать впереди похоронной процессии – ибо Хава внесла смерть в мир; испытывать тяготы месячных – ибо, принеся смерть, Хава пролила кровь Адама; ходить с покрытой головой – ибо Хава совершила зло и должна стыдиться людей[37]. Еще добавим, что на женщину возложены две важнейшие религиозные заповеди, но очень важно помнить о трогательных истоках этих заповедей: субботние свечи женщина должна зажигать потому, что она загасила душу Адама, вызвала его смерть, а отделять халу от теста – потому что она испортила Адама, который был «халой мира»[38].

Таким образом, феминистки знают теперь, где обнаруживаются истоки горькой женской доли.

Был наказан и змей. По свидетельству одного православного священника, он был превращен из прямоходящего в червяка.

◾ О зверском убийстве

Что же касается последствий грехопадения для человечества в целом, то они были печальными. Как мы знаем, сын змея, Каин, убил сына Адама, Эвеля (Берешит 4:1–8). Это было первое убийство в истории человечества. Многие мудрецы предлагали глубокие теории для объяснения убийства Эвеля, поскольку слишком краткое объяснение в св. Торе требовало дополнения. В самом деле, Каин принес в дар отцу какого-то ягненка, а Эвель – сноп пшеницы. Адаму понравился дар Эвеля, а дар Каина не понравился. И это причина, чтобы убить Эвеля?! Не говоря уж о том, что овечка подавляющему большинству мужчин понравилась бы больше снопа.

Но мудрецы раскрыли истинную причину убийства Эвеля. И как это часто бывает, причина оказалась банальной – «шерше ля фам».

Адам с Хавой на самом деле родили пятерых детей: Эвеля с сестрой-близнецом и Каина – с двумя сестрами-близнецами[39]. Каину сразу понравилась сестра Эвеля, и братья переругались, кто на ней женится. Каин сказал, что он первенец, и это его право, а Эвель заявил, что она вместе с ним родилась, и он должен на ней жениться[40]. В итоге Эвель, еще не достигший двухмесячного возраста (он погиб в возрасте 50 дней[41]), женился на своей сестре-близнеце[42]. Тогда Каин решил: «Убью я Эвеля и возьму ее себе в жены»[43]. В итоге Каин выследил Эвеля, когда тот пас овцу, и набросился на него. Они боролись, и Эвель прижал Каина к земле. Тут Каин проявил подлость. Он взмолился: «Брат мой, не причиняй мне вреда». Эвель проникся состраданием и ослабил хватку[44], а Каин взял то ли камень, то ли палку, то ли какой-то сельскохозяйственный инвентарь, то ли внутренности убитой отцом овцы, и убил Эвеля[45]. Но чтобы убедиться в его смерти, Каин нанес еще множество ран Эвелю по всему телу, пока не добрался до шеи[46] и не впился в нее зубами[47].

И в заключение трогательный эпизод. Эвеля похоронили птицы небесные и кошерные животные. За это Бог щедро наградил последних: в момент их кошерного убоя над ними стали читаться два благословения[48].

◾ О нашем происхождении

Как мы уже знаем, в результате прелюбодейства Хавы со змеем Каину передалась нечистота змея. Но нечистота передалась и Эвелю, в полном соответствии с мнениями ряда граждан, верящих в телегонию – что наследственные признаки ребенка определяются не только мужем, но и всеми предыдущими любовниками матери. Конечно же, нечистота вошла и в их потомков. Только Шет (Сиф), родившийся у Адама и Хавы взамен убитого Эвеля (Берешит 4:25), не был отмечен нечистотой[49].

Так вот, фактически мы все происходим от Ноаха (Ной) – о нем мы поговорим подробнее в следующей главе, – который, в свою очередь, происходит от неинфицированного нечистотой Шета. Вроде бы обошлось. Но вся беда заключается в том, что Ноах женился на Нааме, сестре кузнеца Туваль-Каина (Тувалкаин) – прямом потомке Каина, являющегося сыном змея[50]. Кстати, Туваль-Каин еще и усовершенствовал грех Каина: тот убил Эвеля, не имея под рукой специального оружия, а Туваль-Каин изобрел все режущие инструменты (Берешит 4:22)[51].

Таким образом, две наследственные линии сошлись, и их дети уже несут наследственность змея! А поскольку человечество ведет свой род, как мы в дальнейшем узнаем, исключительно от выживших на ковчеге трех сыновей Ноаха и Наамы, ты мы все, соответственно, происходим от змея! Не от какой-то обезьяны, как утверждают Дарвин и невежественные атеисты, а от самого змея!

И с этим придется жить…

Есть ли жизнь на Марсе?

Все еще не прекращаются споры о том, существуют ли внеземные цивилизации. А ведь наши мудрецы уже много веков назад доказали, что жизнь на других планетах существует. Их безупречные выводы строятся на следующих аргументах:

В книге Шофтим есть рассказ, как наши сражались с хорошо вооруженным вражеским войском под командованием полководца Сисры (Сисара), в чем им помогали даже звезды: «Звезды с путей своих сражались с Сисрою» (Шофтим 5:20). А дальше сказано: «Прокляните Мероз, говорит Ангел Господень, прокляните, прокляните жителей его за то, что не пришли на помощь Господу» (Шофтим 5:23). Отсюда мудрецы делают вывод, что «Мероз» – название обитаемой звезды-предательницы, которая не помогала Богу[52]. Значит, внеземная жизнь однозначно существует, хотя бы на Мероз.

Вопрос же: «Разумны ли жители звезд?» убедительно разрешил 7-й Любавический Ребе:

«Если бы в космосе были существа подобные нам, они бы обладали свободой воли и, следовательно, имели бы Тору. Но невозможно, чтобы существовала другая Тора, потому что наша Тора есть Тора истины. Ее называют «Торат Эмет», и истина может быть только одна, а не две. Наша Тора, которую Б-г передал нам через Моше, не могла быть дарована существам в космосе, потому что откровение Торы описано в самой Торе в конкретных деталях. Так что гипотетические космические существа не могут иметь Тору – отсюда невозможно, чтобы в космосе были существа, подобные нам».

Мы все, соответственно, происходим от змея!

В самом деле, невозможно предположить, что где-то на звездах тоже живут евреи. Таким образом, хотя на других планетах и есть жизнь, но все их жители безмозглые.

Однако мы верим, что с нашим приходом свет воссияет и им.

Ноах

Главу Ноах очень любят дети, поскольку в ней рассказывается о том, как праведный Ноах посадил в корабль-ковчег не только свое семейство, но и разных животных, которые, таким образом, пережили насланный за грехи мира Всемирный потоп. Дети, да и взрослые, часто с умилением взирают на картинки, где изображены добродушные животные, заходящие парами в ковчег. Отметим, что в чудесном Библейском зоопарке в Иерусалиме есть большая деревянная модель ковчега, на входе в который написано: «Вход не только по парам».

Но за какие же грехи на землю был наслан потоп? Это, прежде всего, достигший поистине космических масштабов разврат. Все животные, независимо от принадлежности к конкретным семействам, родам и видам, совокуплялись между собой. По словам р. Йоханана, домашние животные совокуплялись с дикими: собаки – с волками, куры – с павлинами, змеи – с птицами и т. д., а человек совокуплялся со всеми[53], занимался мастурбацией[54] и практиковал coitus interruptus[55].

◾ О полуправедном Ноахе

Однако в отличие от мерзких развратников Ноах вел вполне праведную жизнь. Как и положено нашим праведникам, он родился уже обрезанным[56]. Он с рождения был настоящим подарком миру, что отметила даже природа. Ведь после грехопадения мир стал сплошным извращением: люди сеяли пшеницу, а вырастали сорняки; бык не слушался пахаря; вода затопила могилы предков. После же рождения Ноаха мир вернулся к нормальному существованию[57]. И вырос он талантливым человеком: он придумал плуг и заменил ручной труд отчасти механизированным[58].

А в старых книгах пишут, что мудрый Ноах к тому же понимал языки всех живых существ и составил книгу медицинских рецептов, которые ему поведал ангел Рафаэль.

Собственно, еще до дарования Моше (Моисею) предписаний Торы на горе Синай Ноах приносил в жертву Богу чистых животных (Берешит 8:20)[59]. Впрочем, и Ноах полностью праведным не был, как полагают многие верующие граждане. Он побаивался, что умрет вместе с греховодниками[60], и выжил не потому, что был особенно праведен, а поскольку Господь знал, что от него произойдет Моше[61]. Праведность его была недостаточной, чтобы Бог защищал мир в силу его заслуг[62].

Но в любом случае Ноах с семейством был избран для спасения (Берешит 6:14), и ему было указано построить огромный корабль-ковчег, на котором он с представителями мировой фауны должен был пережить длительный потоп.

◾ В ожидании потопа

Бог дал людям срок в 120 лет, чтобы они одумались и перестали блудодействовать. Все «поколение Потопа» должно было утонуть. Ноах резко ругал грешников, предупреждал их о потопе, но упрямое человечество не прислушивалось к словам Бога и ограничилось практикой coitus interruptus, чтобы не нарожать лишних обреченных детей. Они спорили с Ноахом и обзывали его «презренным старикашкой», высмеивая: «Только твой дом потоком и накроет»[63].

Ноах долгое время жил холостяком. По одной версии, Ноах вообще не хотел жениться почти 500 лет, чтобы его дети не злили Бога. Но потом вспомнил, что Бог велел размножаться[64], да и Бог пообещал сохранить в живых его семейство[65]. По другой версии, если бы Ноах женился рано, то его дети достигли бы 100-летнего возраста и подлежали бы суду Божьему, т. е. утонули бы со всеми грешниками. В результате то ли Ноах сам не женился, воздерживаясь от секса, то ли Бог блокировал пять веков его фертильность[66]. Но заповедь о размножении надо было выполнять, и наконец Ноах в 498-летнем возрасте, по прямому указанию Бога, женился. При этом его жена Наама была старше его на 82 года, ей в то время было 580 лет[67]. Наама, о которой мы уже упоминали в связи с нашим трагическим наследием – происхождением от змея, – была достойным потомком своего предка: она стучала на барабане, склоняя людей к идолопоклонству[68]. Почему Бог заставил Ноаха на ней жениться и как ее пустили на ковчег, неясно. Соответственно, и не все сыновья Ноаха были, мягко говоря, добродетельными, о чем мы узнаем далее.

Наама в тот же год зачала и родила Йефета (Яфет). Через 4 года родился Шем, потом Хам. По одной версии, Ноах строил ковчег 52 года, давая возможность народу еще покаяться и оттянуть время расплаты[69]. По другой, он начал строить ковчег в 595-летнем возрасте вместе с подросшими 90-летними сыновьями, и строил его 5 лет. А по окончании строительства женил своих сыновей на внучках Метушелаха (Мафусаил), который как раз тогда почил в почтенном 969-летнем возрасте[70].

◾ Устройство ковчега

Ноах построил довольно крупный трехпалубный ковчег из кедрового дерева (мудрецы спорили, из каких его видов); доски были тщательно просмолены. Он уже заранее знал, какие деревья выбрать, поскольку о будущем потопе знал заранее, еще за 120 лет[71]. Размеры ковчега составляли 135 × 22 × 14 м (Берешит 6:14), и подробнейшее описание ковчега у нас есть[72]. Вдоль левого и правого борта располагались по 150 кают, еще по 33 каюты в середине и у правого борта. Также в середине ковчега было 10 залов, где складировались продуктовые запасы. На каждой палубе располагались по 5 закрытых цистерн с водой справа и по 50 слева; при необходимости из их отверстий через трубы вода подавалась на палубы. В ковчеге были окна, а, по сведениям р. Меира, сверху был подвешен бриллиант, который, как солнце, освещал весь ковчег[73].

Домашний скот и дикие животные должны были располагаться на нижней палубе, птицы – на средней. На верхней же палубе почему-то вместе располагались люди и рептилии. Не исключено, что это обусловлено тем обстоятельством, что человек произошел от змея, как мы установили выше. Т. е. люди поселились со своими. Таким образом, на каждой из палуб всего было по 366 кают, откуда мы узнаем, сколько было видов скота и диких животных на земле, видов птиц и рептилий. Их всех было по 366 видов[74].

И тут, конечно, возникают вопросы. Если предположить, что для каждого вида рептилий была предназначена отдельная каюта на верхней палубе, то где жил Ноах с семейством? Вероятно, нескольким видам рептилий приходилось жить вместе. А может, и часть семейства Ноаха жила в одних каютах с рептилиями – все-таки родственники.

◾ Посадка на судно

Когда строительство ковчега окончилось, Бог дал 600-летнему Ноаху семь дней, чтобы отобрать животных и закрыться с семейством на судне, после чего начнется адский потоп (Берешит 7:4). А тем временем стали лить дожди, вода прибывала, народные массы осознали наконец грозящую опасность, и вокруг ковчега скопилось довольно много народа – 700 тыс. человек, требовавших пустить их на судно[75]. Они долго уговаривали Ноаха открыть им ковчег, но тот логично заметил, что у них было 120 лет для раскаяния, а теперь уже поздно. Тогда они попытались взять ковчег штурмом, но с ними вступили в бой дикие звери и победили, убив многих нападавших. Мотивация зверей вполне понятна: ковчег не резиновый, и такая орава явно бы стеснила других обитателей ковчега. Грешники сопротивлялись, как могли: когда из земли забили потоки кипятка, густые и плотные, как сперма (в отместку за их горячие половые преступления)[76], они побросали туда своих детей, желая перекрыть фонтаны кипятка, однако все эти меры не помогли, и грешники бесславно закончили свою жизнь в кипятке[77]. А поскольку человек спал со всеми животными, как некогда Адам в раю, и подавал животным плохой пример, – то люди утопли первыми[78].

Между прочим, Ноах, хоть и построил ковчег, но до поры до времени не собирался в нем спасаться: по сообщению р. Йоханана, вера отсутствовала у Ноаха: если бы вода не достигла его лодыжек, Ноах в ковчег так бы и не вошел[79].

Но деваться было некуда, и Ноах стал собирать животных в ковчег. Ему надо было отобрать по семь пар от всех чистых животных и по две пары от нечистых (Берешит 7:2–3). Но, вопреки распространенному мнению, Ноах набирал не всех существовавших к тому времени видов животных в ковчег. Из чистых он брал тех, кто пригоден к жертвоприношению, т. е. без физических изъянов. Что дало мудрецам повод поспорить: а сам-то Ноах был без физических изъянов? Решили в итоге, что с ним все было в порядке. Но главным критерием был моральный облик животных: не находились ли они раньше в греховной межвидовой случке?[80] Проверка осуществлялась следующим образом: когда животные и птицы, по велению Божьему, строем и попарно двинулись на новое место жительства, ковчег чудесным образом одних пропускал, других – нет[81]. Луис Гинцберг приводит сведения, что Бог дал Ноаху подсказку: если животные перед ковчегом ложились, он их пропускал, а стоявших – нет.

◾ Регуляция сексуальных отношений в ковчеге Ноаха как бихевиористский паттерн коллективного пребывания в изолированном пространстве

Святая Тора, помимо многочисленных нравоучительных поучений и религиозных истин, преподает нам здесь еще один важнейший теоретический и практический урок. В изолированном пространстве, где длительное время пребывает разнополый и тем более разновидовой коллектив, должна быть создана соответствующая психологическая атмосфера и определены основные поведенческие требования к членам коллектива. Это актуальная проблема для космонавтов на космической станции, команд подводных лодок и т. д. И как нельзя более актуальной эта проблема становится в настоящее время – мы это испытали в режиме самоизоляции во время пандемии. Не секрет, что неотрегулированные отношения в семье, в т. ч. сексуальные, усложняют психологическую атмосферу и приводят к конфликтам, иногда заканчивающимся весьма трагическим образом.

Очевидно, что секс должен строжайшим образом регулироваться в период длительного обособления. И в этом смысле требования сексуального поведения, разработанные Ноахом для многочисленных обитателей ковчега на период Всемирного потопа, должны тщательно изучаться и анализироваться современными теоретиками в области коллективной психологии на предмет их применимости к различным конкретным условиям жизни изолированного коллектива.

Итак, с учетом бытовых трудностей общежития в ковчеге, ограниченного количества продуктов, нежелательности появления потомства и возможных поведенческих эксцессов, его обитателям – и людям, и животным – было запрещено заниматься сексом даже с законными женами. Практические мотивации этого запрета понятны, хотя р. Йоханан его выводит формальным образом из несколько отличной последовательности вхождения в ковчег представителей рода человеческого, описанной в двух стихах из Берешит: «…и сыновья твои, и жена твоя…» (6:18), «…и жена твоя, и сыновья твои…» (8:16)[82]. К несчастью, подобная отточенная логика и соответствующий глубокий вывод обладают святостью для человека верующего, но для безбожного ума являются глубоко таинственными и остаются за пределами научных изысканий в сфере коллективной психологии.

Показательно, что вся фауна в течение всего года пребывания в ковчеге четко следовала инструкциям, за исключением трех своих представителей: собаки (Canis lupus familiaris), ворона (Corvus corax) и Хама, сына Ноаха (Homo sapience). За это нарушители и их потомки были строжайше наказаны. Собаку приговорили сидеть на цепи и публично развлекать публику сексом, потомство Хама сделали чернокожим. Довольно странное наказание было вынесено ворону: его заставили заниматься с воронихой оральным сексом – почему такое наказание является столь уж тягостным, остается полной загадкой[83].

Но, по контрасту с такими безобразиями, в ковчеге имела место и очень трогательная межвидовая помощь, о которой невозможно читать, не утирая слезы носовым платочком. Так, спрятавшаяся в свою норку мышка, которая тоже плавала на ковчеге, выползла оттуда и жалобно попросила Ноаха: «Будь добр, зашей мне, пожалуйста, щечку, которую мне поранила кошка». Ноах вытащил волос из хвостика спящего поросеночка и зашил мышке щечку[84].

Заметим, что девиантное поведение редко бывает окказиональным и обычно прослеживается регулярно. Так, грешник Хам был замечен и впоследствии в сексуальных девиациях. Когда его отец Ноах произвел вино из захваченной в ковчег лозы[85], неосторожно напился до положения риз (Берешит 9:21) и валялся голый в шатре, то, по убедительной версии р. Равы, Хам оскопил родителя, а по столь же убедительному мнению р. Шмуэля, изнасиловал его[86].

Отличился еще раз и ворон: когда Ноах собирался его отправить на поиски суши, ворон пришел к выводу, что Ноах хочет от него избавиться, дабы соблазнить ворониху (аналогичный исторический эпизод имел место через несколько столетий, в период царствования царя Давида, когда последний отослал своего военачальника Урию на действующий фронт, дабы обладать его супругой Батшевой (Вирсавия) – Шмуэль Бет 11:15). Ноах тогда горячо пристыдил ворона, заявив, что ему даже с собственной женой категорически запрещено заниматься сексом, не говоря уж о межвидовой случке с воронихой[87].

Всего Ноах с семейством и с фауной оставались в ковчеге около 10 месяцев, и пять из них провели непосредственно в плавании. Все закончилось хорошо, и ковчег пришвартовался в районе Араратских гор (Берешит 8:4), где, говорят, его периодически видят до сих пор.

Остается добавить, что после Потопа вся фауна вернулась к регламентированной и упорядоченной половой жизни, за исключением некоей асоциальной птички «тушлами» (которую Маркус Ястроу в известном словаре отождествляет с «монгольским жаворонком» – Alauda arvensis mongolice), не сдавшейся и упрямо продолжавшей практику неразборчивого секса[88]. Как это сочетается с постпотопной праведной жизнью остальных животных, раз она с ними совокуплялась, сказать довольно трудно. Да и как она ухитрилась попасть на ковчег, тоже неясно. Остается также научной проблемой, практиковала ли тушлами неразборчивый секс в самом ковчеге, – нам недоступны соответствующие отчеты бихевиористических исследований в отличие от эпизодов с собакой, вороном и Хамом.

Отметим, что в наше время наука и практика ушли далеко вперед от допотопных представлений о внутривидовом и межвидовом совокуплениях. К примеру, совокупление волка с собакой сейчас не вызывает никакого удивления. Что касается поведения Homo sapiens, то в сексопатологических исследованиях зафиксированы достаточно частые случаи зоофилии, о чем мы подробнее поговорим в главе «Ахарей Мот».

Лех Леха

◾ О жизни Авраама

Теперь мы переходим к важнейшему моменту в нашей еврейской истории – появлению первого еврея Авраама.

О праведном Аврааме, завет Бога с которым положил начало еврейскому народу, написаны сотни томов. Однако очень часто мы помним только о великих духовных деяниях, свершенных нашими праотцами, в т. ч. и Авраамом. Со страниц книг и многочисленных сайтов к нам нисходит необъятная раввинская мудрость, связанная с именем Авраама. Но ведь наш предок был живой человек, который жил обыкновенной человеческой жизнью, решал бытовые вопросы, болел и нервничал. В разных наших святых источниках содержатся сведения об Аврааме, которые менее известны, но они и формируют живой портрет человека, которым мы так гордимся и которому мы немало обязаны.

Так, Господь решал, кого Ему раньше создать – Адама или Авраама, но, зная о будущем развитии событий, решил, что Адам нагрешит, а позже созданный Авраам исправит положение. В итоге Авраам родился позже Адама[89]. Отец Авраама, уроженец Ура Халдейского, Терах (Фарра), был также немолод, когда у него родился долгожданный сын – ему стукнуло 70 лет[90].

Рождение Авраама сопровождалось разными чудесами. Авраама сразу захотели убить все цари (как и все последующие правители – от фараона до Ирода – хотели убить будущих еврейских лидеров). Соответственно, и правитель Нимрод велел тщательно отслеживать всех рождающихся первенцев[91]. Как рассказывает Луис Гинцберг, когда мать Авраама забеременела и раздалась, Терах, довольно противный язычник, грозно спросил у жены, не беременна ли та. Но Авраам в утробе ловко занял такую позицию, чтобы беременность была незаметна. Таким образом, он еще в утробе творил чудеса.

Любопытно, что ел и пил он тоже за 74 человек, так что будущим женам Агар и Сарре, видимо, приходилось нелегко в домашнем хозяйстве.

Дальше мама Авраама совершила довольно спорный поступок. Боясь Нимрода, она предпочла бросить Авраама одного в пещере: «Пусть о тебе Бог позаботится». Однако на помощь прилетел архангел Гавриил, который сотворил чудо: молоко текло из мизинца правой руки Авраама, и тот его преспокойно сосал. Очень удобно. Так он сосал молоко десять дней, а потом встал и вышел из пещеры. Но как это обычно рассказывается в святых книгах, столь выдающегося младенца ждали большие неприятности. Негодяй Нимрод не оставил своих планов, и Аврааму пришлось вернуться в пещеру, где он просидел под землей 13 лет, прячась от Нимрода[92]. Потом он был схвачен и еще десять лет провел в темнице, после чего его бросили в огненную печь[93], откуда был чудесно спасен в силу будущих заслуг своего внука Яакова (Иакова)[94].

К этому моменту 23-летний Авраам был уже видным мужчиной. Рост его был равен суммарному росту 74 мужчин, и таковой же была его сила. Любопытно, что ел и пил он тоже за 74 человек[95], так что будущим женам Агар и Сарре, видимо, приходилось нелегко в домашнем хозяйстве. Один шаг Авраама составлял около пяти километров, хотя по некоторым сведениям – три километра[96].

Еще Авраам был беспримерно мудр. Согласно одному источнику, уже в трехлетнем возрасте Авраам признал Творца[97], хотя согласно другому источнику, это произошло чуть позже – в 48 или 50 лет[98]. Оба источника должны быть правы, но примирить их предоставим мудрым раввинам. С десятилетнего возраста в течение 39 лет в доме Ноаха и Шема Авраам изучал Тору[99], которую Моше впоследствии раскроет его потомкам (правда, не очень ясно, как Авраам оказался в доме Ноаха и Шема, если известно, что он прятался в пещере). Он был изумительным знатоком Писаной и Устной Торы, исполнял малейшие заповеди и заранее знал наизусть все раввинские установления[100], увидевшие свет 15–20 веков спустя. Даже верблюды его брезговали приближаться к дому, где жили идолопоклонники[101]. Тщательно соблюдая кашрут и законы ритуальной чистоты, каждого гостя Авраам подвергал семидневному очистительному карантину перед тем, как тот входил в его дом, и заставлял ежедневно принимать очистительные ванны[102]. Именно Авраам написал трактат Авода Зара из 400 глав (из которой до нас дошли лишь пять, и, по словам р. Хисды, мы сами не знаем, что говорим)[103] и не менее популярную каббалистическую книжку «Сефер Йецира»[104], а в соавторстве с Ицхаком и Яаковом написал «Книгу праведного» (Сефер а-Яшар), о которой упоминается в Йеошуа 10:13[105] (кстати, это была, видимо, единственная в истории книжка, написанная совместно дедушкой, отцом и сыном). Он знал астрологию, и все цари Востока и Запада собирались утром у его дверей, чтобы с ним посоветоваться[106]. И вообще, Авраам был первосвященником[107].

Такие познания Авраама, кстати, неслучайны – Господь снабдил его двумя почками, которые были как два мудреца и всю ночь давали ему мудрые советы[108]. Но, надо заметить, этот важнейший факт вызвал некоторые проблемы у раввинов. При современных медицинских технологиях, позволяющих пересадку почку, раввинам пришлось решать вопрос: а если пересадить почки от нееврея, что она еврею насоветует? Но в силу острой необходимости эта проблема была разрешена. У нас очень гибкая религия.

◾ Эмиграция в Харран

Как и любому приличному еврею, Аврааму пришло время жениться и продолжить еврейский род. Он женился на очень приличной девушке Сарре. Вдвоем они обращали в единобожие соплеменников: Авраам – мужчин, а Сарра – женщин[109]. И Авраам подчинялся Сарре в пророческих делах[110].

Тем временем Нимроду приснился страшный сон, что Авраам принесет ему несчастье, и он в очередной раз велел его разыскать и ликвидировать. Но Авраам успел спрятаться в доме Ноаха и Шема, его не нашли, и Нимрод успокоился.

Однако все равно Авраам решил спешно бежать в Ханаан, подальше от Нимрода. Он уговорил отца уходить с ним. В уговорах приняли участие Шем с Ноахом, и скоро большое семейство – Авраам с отцом, племянником Лотом, со всеми женами отправились в Ханаан. С этого момента начался великий путь евреев. Остановились они в городе Харран. Там было довольно приятно, жители скоро поддались религиозной пропаганде Авраама и стали набожными и добрыми[111]. Но пришел момент, когда Господь велел идти дальше, в землю Ханаан, которая должна была стать еврейской землей[112].

Вообще-то Авраам боялся выходить из Харрана, ссылаясь при этом на нежелание оставить престарелого отца и навлечь на себя тем самым бесчестие. Однако милосердный Бог мало того что освободил Авраама от заповеди почитать отца и мать, но и пообещал принять Тераха в иной мир еще до отбытия Авраама из Харрана[113]. Это благодеяние, разумеется, должно было успокоить нашего патриарха.

◾ О сластолюбивом фараоне и хитром Аврааме

В итоге Терах почил, Авраам перестал нервничать и вышел из Харрана. По дороге в каждом встречном городе он упрашивал Бога, чтобы его там оставили, но Бог гнал его дальше, на Землю обетованную[114].

Так он поселился в Ханаане, но радоваться ему пришлось недолго. Разразился голод, и он отправился за продуктами в Египет. Вероятно, все наши предки всегда шли за едой в Египет. И тут он как раз обратил внимание, насколько красива была его жена Сарра. Раньше он этого как-то не замечал. Понимая, что египтяне тут же отнимут красавицу-жену, он ее предупредил: «когда египтяне увидят тебя, то скажут: это жена его; и убьют меня, а тебя оставят в живых; скажи же, что ты мне сестра, дабы мне хорошо было ради тебя и дабы жива была душа моя чрез тебя» (Берешит 12:11–13).

Такую мотивацию Авраама многие современные граждане считают недостойной мужчины, но мудрые раввины объясняют, что это было вполне благоразумно. Авраам полагал, что с Саррой ничего не случится: он видел Божественное присутствие рядом с ней[115], ему и ангел об этом сообщил, поэтому опасался он только за самого себя[116]. Большинство комментаторов вообще не собирались искать оправданий поступку Авраама, неприличному с современной точки зрения, и не ссылались ни на какую Божью защиту. Они считали самим собой разумеющимся: мужчина опасался за свою безопасность да еще рассчитывал, что ему подарки дадут в качестве приданого[117] – о чем вообще тут говорить?! Но некоторые мудрецы таки осуждали поступок Авраама как нехороший: так, Рамбан назвал поступок Авраама «страшным грехом», хотя и невольным[118].

Однако перед пересечением границы Авраам все же на всякий случай спрятал Сарру в ларь, пытаясь нелегально перевезти ее в Египет, не зарегистрировав на таможне. Однако таможенники на границе настояли, чтобы ларь открыли, и были поражены красотой Сарры. Наши источники говорят, что в сравнении с ней остальные женщины были как обезьяны; она даже Еву превосходила красотой[119]. Таможенники стали наперебой ее домогаться, фараоновы вельможи устроили аукцион, кому она достанется, но все же доложили фараону, что появилась такая красотка, и Сарру доставили во дворец[120].

Фараон был в восторге, одарил Сарру подарками, даже составил брачный контракт, согласно которому передал Сарре провинцию Гошен (Гесем), где потом жили ее потомки[121] – вот насколько безумным иногда делает мужчину любовь к женщине. Авраам и Сарра долго молились в слезах, чтобы ничего плохого не случилось, и их молитвы были услышаны. Фараон очень надеялся, что скоро овладеет Саррой, но не тут-то было. Бог услышал ее молитвы и послал ангела на помощь. Сарра предупредила фараона, что лучше к ней не притрагиваться, но фараон ее не послушал. Когда фараон приблизился к Сарре и попытался стянуть с ее ноги туфлю, ангел врезал ему по руке палкой. Когда он пытался снять с нее одежду, последовал второй удар. Потом произошло еще одно чудо: фараон вместе со своими приближенными, кроватями и стенами дома покрылись проказой, и он не смог осуществить свои сексуальные мечты[122].

Фараон понял, что с этим семейством лучше не ссориться. Как ее и научил Авраам, Сарра объявила фараону, что муж на самом деле ее брат. Фараон тут же извинился перед Авраамом, щедро наградил его золотом и серебром, рабами и рабынями, крупным рогатым и мелким скотом и помещением в своем дворце[123]. И отдал в рабыни Сарре собственную дочь Агар, что потом привело к непредсказуемым последствиям[124]. Видимо, фараоном двигало уже естественное чувство самосохранения. Мы еще столкнемся в дальнейшем с подобной ситуацией, тоже с фараоном.

Наконец Авраам с семейством благополучно отбыл в Ханаан.

◾ О треугольнике Авраам – Сарра – Агар

Сарра и Авраам стали мирно поживать, но возникла проблема: у них не было детей. Сарру сглазили, и у нее были постоянные выкидыши[125].

Наши патриархи с матриархами еще не следовали последующим гуманным раввинистическим постановлениям о необходимости супругам развестись, если в течение десяти лет им не удается зачать ребенка. Поэтому Сарра придумала другой выход – подарить Аврааму свою рабыню Агар в качестве жены, предварительно даровав ей свободу (Берешит 16:3)[126].

Агар была чрезвычайно праведной, ибо ее воспитывала и обучала сама Сарра[127]. Но как только Агар зачала Ишмаэля от Авраама, которому стукнуло тогда 86 лет (Берешит 16:16), ее праведность как ветром сдуло, хотя Сарра к ней относилась очень заботливо и нежно. Когда, например, благородные дамы наносили Сарре визит, она просила их также навестить «бедную Агар». Агар же, пользуясь случаем, чернила Сарру, рассказывая всем, что Сарра только внешне праведная, что Бог не даровал той ребенка из-за ее неправедности, а вот она, Агар, зачала в первую же ночь с Авраамом (что стало чудом: по мнению мудрецов, при первом коитусе с девственницей ребенок зачат быть не может[128][129]).

Сарра посчитала ниже своего достоинства пререкаться со служанкой и предпочла нажаловаться на нее Аврааму. Причем она припомнила Аврааму все: что она покинула родной дом и отправилась с Авраамом неизвестно куда, что ей пришлось прикинуться сестрой Авраама, что она подарила ему свою служанку в качестве наложницы[130]. В гневе Сарра даже расцарапала лицо Аврааму[131].

Скромный и тихий Авраам, по сообщению Филона Александрийского (впрочем, наши мудрецы ни в грош не ставят Филона), один раз вступивши в половой контакт с Агар и зачав ребенка, впоследствии уже не спал с ней из уважения к Сарре[132] – подобные случаи нам известны и из истории русского декаданса. И Авраам на всякий случай предупредил Сарру, что если уж Агар превратили в наложницу, то снова рабыней ее сделать невозможно. Но Сарра уже разошлась и навалила на Агар обязанности рабыни. Мало того, Сарра всячески мучила ее: не давала спать с Авраамом, била тапком по лицу и заставляла носить за ней шайки и одежду в баню. Наконец, она навела на нее порчу, и у Агар случился выкидыш. Агар сбежала, но на пути ее встретил ангел и пообещал, что у нее будет много детей, и уговорил вернуться. Впрочем, мудрецы затеяли очень важную дискуссию, был ли это один ангел, или их было четверо или пятеро[133]. И действительно, у нее потом родился сын Ишмаэль (Измаил), и окончательно Авраам с Саррой выгнали ее в пустыню с младенцем только через 14 лет (Берешит 21:14).

◾ Об обрезании Авраама

Авраам – первый еврей. И стал евреем он после того, как совершил по велению Божьему обрезание, что и стало «брит-мила» – знаком Завета еврея с Богом. Не будем касаться глобальной проблемы: кажущегося противоречия между сакральным величественным моментом установления союза человека с Богом, с одной стороны, и профанным отрезанием куска мужского полового члена, с другой, равно как и языческого происхождения этого древнего репродуктивного ритуала. Не будем оценивать и эстетические особенности последствий обрезания – скажем только, что сами евреи считали обрезанный член красивым, а греки – нет (вследствие чего некоторые устыдившиеся евреи эллинистической поры даже проделывали эписпазм – довольно болезненную операцию обратного натягивания крайней плоти).

Но, разумеется, помимо знака Завета, обрезание выявляет и другие важные смыслы. Существует взаимосвязь Откровения с обрезанием[134]. Мудрецы придумали красивую концепцию, согласно которой Бог создал человека не совсем совершенным, и несовершенство это символизируется ненужной крайней плотью. А удаляя крайнюю плоть, человек совершенствуется и таким образом является соработником Бога. Недаром на месте обрезания обретается буква «йуд» из имени Божьего[135]. Это все очень мудро и глубоко.

Мало того, Сарра всячески мучила ее – не давала спать с Авраамом, била тапком по лицу и заставляла носить за ней шайки и одежду в баню.

Забегая на века вперед, отметим лишь, что этот своеобразный ритуал вызывал много споров и в других, самых разных аспектах – в частности, способствует ли обрезание увеличению удовольствия женщины от соития с мужчиной в момент исполнения комбинации заповедей Божьих: «Плодитесь и размножайтесь в поте лица своего». Нынешние адепты обрезания категорически утверждают, что, дескать, отсутствие крайней плоти приводит к огрублению нервных окончаний полового члена и, соответственно, к пролонгации полового акта, что способствует большему удовольствию женщины. Но существует и иная точка зрения, а именно великого Маймонида, объяснявшего физиологическую пользу обрезания в прямо противоположном смысле: обрезание ведет к вялости члена, снижению удовольствия от секса и уменьшению полового влечения. Он сослался на мидраш[136], где прямо написано: «Женщине, хоть раз попробовавшей совокупление с необрезанным, трудно расстаться с ним». Так все семьи порушатся, смешанные браки последуют, ассимиляция в итоге – чего никак допустить нельзя. А обрезание как раз и препятствует излишним удовольствиям[137]. Лучше меньше удовольствия, но больше духовности, поэтому и надо обрезаться.

Трудно сказать, на основании каких практических или теоретических исследований Маймонид пришел к подобному выводу, но пишут, что с последним не согласились французские проститутки конца 20-х гг. XX в., которые, судя по проведенным социологическим опросам, как раз выделяли клиентов-евреев в качестве любовников. Впрочем, и мнение французских проституток не является определяющим.

Однако вернемся к обрезанию Авраама. Бог категорически велел ему и всем домочадцам сделать обрезание и тем самым установить с Ним Завет, но Авраам не так уж и торопился. Он боялся, что после обрезания к нему неевреи уже заходить не будут, но Бог ему ответил, что Его самого будет для Авраама достаточно[138]. Потом Авраам благоразумно решил посоветоваться с приятелями. Двое из них пришли в ужас. Один решил, что он станет калекой и не сможет убежать от врагов; другой сказал, что Авраам уже стар и не переживет операции из-за потери крови. Только третий сказал, что Бог многократно спасал Авраама и надо Его волю исполнять[139].

И Авраам решился. Путем логических умозаключений он понял, что надо обрезать какую-то часть тела[140]. Теперь надо было решить вопрос, какую именно: ухо, губы, сердце или член[141]. В итоге сообразительный Авраам остановился на члене.

Мудрецы спорят сразу по нескольким пунктам истории обрезания Авраама:

1. Болезненность обрезания. Согласно одной версии, Авраам его даже не ощутил: он вдруг обнаружил, что уже обрезан. Впрочем, р. Абба с этим не согласился и заявил, что Авраам страдал, за что Бог вдвойне вознаградил его[142]. Версия р. Аббы поддерживается и в других источниках, рассказывающих, что ангел Рафаэль пришел исцелять Авраама[143], а на третий день сам Бог пришел проведать болезного, о чем мы поговорим чуть ниже.

2. Кто был моэлем (свершителем обрезания)?

На этот счет есть четыре основных версии.

а) Шем, сын Ноаха[144].

б) Скорпион. Бог указал скорпиону на соответствующее место, и тот откусил Аврааму крайнюю плоть[145]. Нельзя не признать, что это самый экзотический способ обрезания, к которому вряд ли когда-либо прибегали потомки Авраама.

в) Совместно Авраам и Бог. Авраам уже оттянул крайнюю плоть, но испугался. Тогда Бог протянул руку, и они вдвоем оттянули крайнюю плоть, которую Авраам благополучно отрезал[146].

г) Пишут также, что его обрезал ангел Рафаэль.

◾ О визите трех ангелов

Третий день Авраам уже страдал от боли (обрезание во взрослом возрасте – штука довольно болезненная, а тогда с разными там болеутоляющими было слабовато), и Бог предложил ангелам навестить с Ним вместе больного. Ангелы удивились: «Куда же пойдешь, в место грязи и нечистоты?» Но Бог сказал, что для Него запах крови обрезания милее, чем запах ладана и мира, и добавил: «Не хотите идти, пойду один»[147].

Богу действительно больше нравился пусть даже и самый неприятный, но связанный с крайней плотью запах. Так (прошу не читать этот абзац в момент приема пищи!), после того как Авраам обрезал всех своих ближних, он свалил в кучу куски крайней плоти. Под воздействием жаркого солнца куча стала страшно вонять, и в ней завелись черви. Запах от кучи достиг Бога, подобно ароматам воскурений и жертв всесожжения, и Бог заявил: «Когда потомки Авраама согрешат, я вспомню этот запах, и меня наполнит сострадание к ним»[148]. Вероятно, вонь была действительно очень сильной, если сам Бог на нее так среагировал…

Когда компания собралась проведать Авраама, было очень жарко: Господь проделал дыру из геенны, и оттуда жара достигала поверхности земли, чтобы на улицу никто не выходил и Авраама не беспокоили. Так что на улице было пусто, Аврааму стало тоскливо без гостей, и он даже послал слугу Элиезера (Елиезера) поискать прохожих[149].

Тут и появился Бог с двумя ангелами (Берешит 18:1–16). Между прочим, в еврейской традиции почти единодушно принято считать, что это были просто три ангела. Но в наших источниках черным по белому написано, что это был Бог в сопровождении двух ангелов. Даже указывается, что Бог показывался в смиренном человеческом облике семь раз[150]. Все это вызывает большие вопросы не только к нижеописанной трапезе, но и в связи с христианскими воззрениями насчет личности Иисуса.

Но вернемся к нашему повествованию. Страдающий от боли Авраам обрадовался, хотел встать и поприветствовать подошедшего Бога, но тот уважительно попросил его не вставать, пообещав, что потомки Авраама будут сидеть в школах и синагогах в Его присутствии[151]. Впрочем, увидев, что Авраам перевязывает рану, Господь решил, что неприлично беспокоить Авраама в столь интимный момент и удалился с двумя своими спутниками-ангелами. Аврааму пришлось побежать за ними в силу своего исключительного гостеприимства (Берешит 18:2)[152].

Потом Бог куда-то делся, и Авраама навестили уже три ангела в обличье людей; впрочем, мудрецы спорят, сколько их всего было – два или три[153]. Ангелы очень вежливо и уважительно обращались друг к другу, что Аврааму очень понравилось: он понял, что это достойные люди. Однако он все же заставил их вымыть ноги, перед тем как они зашли в его шатер, дабы шатер не осквернили, – тем более они были похожи на странников-арабов[154]. Не исключено, что Авраам подверг путников (среди которых, возможно, был и сам Бог!) семидневному карантину.

Аврааму пришлось угостить гостей мясным: он велел зарезать трех бычков и угостил каждого из гостей говяжьим языком с горчицей.

Довольный приходом гостей, Авраам решил устроить пир. Сначала было решено что-то испечь и подавать с молочным, и Сарра уже замешивала тесто, но у нее начались месячные[155]. Тесто было осквернено, и тогда Аврааму пришлось угостить гостей мясным: он велел зарезать трех бычков и угостил каждого из гостей говяжьим языком с горчицей[156].

Ангелы были очень довольны и сообщили, что Сарра родит ребенка. Сами ангелы были потрясены красотой Сарры, но она сама считала себя уж очень старой. И ангелы услышали, как Сарру разбирал смех, хотя внешне она виду не подала (Берешит 18:11–12)[157]: «Разве из этих чресел может выйти ребенок, разве эти иссохшие груди смогут дать молока? И разве мой господин Авраам не стар уж?»[158] Она забыла, что Бог всемогущ…

◾ Рождение Ицхака (Исаака) как повод к семейному конфликту

К сожалению, факт обрезания никак не помог Аврааму в способности к отцовству, поскольку, увы, он был бесплоден, – по крайней мере, после рождения Ишмаэля[159]. Добавим еще, что Сарра не просто была бесплодна[160], но у нее вообще отсутствовала матка[161] (как это согласуется с тем, что у нее были выкидыши, сказать трудно, но можно обратиться за разъяснением к раввинам). Таким образом, Господь совершил великое чудо, снабдив престарелую пару всем необходимым для рождения нашего праотца Ицхака (Исаака). Кроме того, Авраам был аскетом и всячески усмирял плоть[162]. По свидетельству р. Равы, добродетельный Авраам никогда не глядел на Сарру[163], и только когда она переходила реку и то ли упала в воду, то ли приподняла юбку, он впервые увидел ее бедро[164]. Возможно, необыкновенная скромность Авраама и привела к тому, что ребеночек у пары родился так поздно. Аврааму уже стукнуло к тому времени 100 лет (Берешит 17:17).

Но, увы, после того, как Господь даровал Сарре и Аврааму Ицхака, семейные конфликты только обострились – между собой непрерывно ссорились, помимо матерей, еще и сыновья. И как это обычно бывает, начались имущественные дрязги. Ишмаэль требовал двойной части наследства как первенец. Сарра же настаивала, чтобы все наследство отошло Ицхаку, поскольку Ишмаэль недостоин быть наследником[165]. Она заявляла, что Ишмаэль совокупляется с рабынями и соблазняет замужних женщин, строит языческие алтари и ловит кузнечиков, принося их в жертву (мальчик ничего более крупного поймать не мог). И что он странно шутил, постоянно пуская стрелы из лука в сторону Ицхака. Она также требовала от Авраама развода с Агар. В итоге Авраам дал Агар разводное письмо и отослал ее с малышом в пустыню – да еще обвязал ей талию, чтобы ни у кого не возникло сомнений насчет ее рабского статуса[166]. Дополнительно Сарра еще навела на Ишмаэля порчу, так что того скрутила лихорадка и бедный подросток не смог сам идти – Агар пришлось тащить его на плечах (Берешит 21:14)[167].

Вайера

◾ О Лоте и его дочерях

Прежде чем мы перейдем к приключениям сына Авраама, Ицхака, напомним еще один любопытнейший и неоднозначный эпизод из жизни племянника Авраама – Лота.

Напомним, что Лот поселился в Содоме (Берешит 13:12) и женился на местной уроженке[168]. Город был ужасен и знаменит своими нечестивыми жителями. Но Лоту город и его жители очень понравились[169]. И у него был к содомлянам свой интерес – он давал им деньги в рост[170] и даже стал там главным судьей[171]. Причем из пяти судей он был самым отвратительным[172]. Однако это не помешало совершить ему героический поступок.

Дело в том, что двум из трех ангелов, посланных Богов к Аврааму (о приеме их Авраамом мы писали выше), были поставлены следующие задачи – Габриэль должен был разрушить Содом за его злодеяния, а Михаэль – спасти Лота[173]. Они и явились в гости к Лоту. Однако нечестивые жители города собрались учинить с ангелами, как иногда красиво выражаются, «богомерзкий содомитский грех» – проще говоря, их изнасиловать (Берешит 19:7)[174]. Лот предложил им дочерей вместо странников, но испорченные горожане не согласились, стали ломать двери, и ангелы поразили потенциальных насильников слепотой. После чего окончательно решили ликвидировать всех жителей города (Берешит 19:8–14).

Они вывели из дома Лота с женой и его двумя дочерьми и велели им быстро идти вперед, но не оборачиваться (там же, 19:17). Однако жена Лота, которая бежала впереди, очень опасалась за замужних дочерей и обернулась посмотреть, следуют ли они за ней, не остались ли в городе с любимыми мужьями – ведь город ждала страшная участь[175]. Кажущееся противоречие с тем, что дочери Лота были девственницами (Берешит 19:8)[176], мудрецы разрешают сообщением, что у Лота были четыре дочери – две замужние, а две девицы[177]. Судьба первых двух неизвестна и, видимо, печальна, а в Торе рассказывается о судьбе двух других.

В любом случае в наказание за непослушание Бог превратил жену Лота в соляной столб. Почему именно в соляной столб, спросите вы? Потому что она грешила с солью в ночь прихода ангелов[178]. Эта загадочная фраза может иметь разные толкования. Раши полагает, что она отказалась дать соль ангелам, поскольку гостеприимство не было принято в городе[179], Альшех – что в городе из стихий были сера, огонь и соль, но над женой Лота властвовала только соль[180], а Сончино – что она попросила у соседей соли для гостей, тем самым гостей выдав[181]. Остальные, более пикантные версии, предлагаем родить богатому воображению читателей. В любом случае жена Лота и стоит в виде столба до сих пор, дабы последующие поколения прославляли Творца мира[182].

А тем временем события развивались. Лот остался без жены, а дочери без мужей. Прятались они в некоей пещере. И тут трактовки последовавшей знаменитой истории различаются. По одной версии, Лот хотел отдать дочерей любому, кто бы их обесчестил, дабы воспроизвести потомство славного рода. Именно так интерпретируют ст. Берешит 19:36: «Вот у меня две дочери, которые не познали мужа; лучше я выведу их к вам, делайте с ними, что вам угодно».

По другой версии, распутный Лот сам мечтал переспать со своими дочерьми. Чтобы этого никто не увидел, он поселился с ними в пещере: здесь можно было спокойно предаться разврату[183]. Сами дочери, полагают мудрецы, скорее всего, не жаждали спать с отцом[184]. Есть и третья версия. Героические дочери готовы были пойти на инцест, дабы исполнить заповедь: они полагали, что весь мир будет разрушен, и им выпала задача восстановить человечество[185]. Писаная Тора описывает как раз третью версию.

В Содоме было полно вина, которое хранилось в пещерах – в т. ч. и той, где спрятались Лот с дочерьми. Дочерям удалось напоить Лота, и старшая первой спала с пьяным отцом, о чем он даже не помнил. На следующий день они снова напоили отца, и теперь с ним спала младшая, о чем он тоже не помнил (Берешит 19:33–35). Но наши мудрецы заявили, что точка, которая стоит в рукописях Торы над буквой «вав» в слове «убекума» (встала) (Берешит 19:33), свидетельствует: Лот знал, когда старшая дочь встала, но не знал, что она легла с ним. Отсюда мудрецы делают вывод, что Лот не так уж был пьян и отчасти контролировал себя. В виду происшедшего он должен был не напиваться в следующую ночь, но раз снова напился, значит, хотел трахнуть и младшую дочь[186]. Правда, в другом источнике указывается, что точка означает: Лот знал, когда встала младшая, но не старшая[187]. В таком случае он был совсем пьян и очнулся только тогда, когда встала младшая дочь. Т. е. он вообще-то был праведен, просто сильно выпимши.

Интересно, что, согласно мидрашу (авторы которого исходили из того, что девственницы не могут забеременеть в первую брачную ночь[188]), сестры для зачатия использовали «специальные средства»[189]. Я думаю, многие наши современницы вполне догадываются, что это были за средства. Впрочем, нам разъясняют[190], что сестры только усилием воли лишили себя невинности перед сексом с отцом – способ прекрасный, но, вероятно, достижимый разве что для особо одаренных девиц. Двойной инцест оказался удачным: обе сестры забеременели (Берешит 19:36), и от них с Лотом пошли народы моавитян и аммонитян.

Чтобы этого никто не увидел, он поселился с ними в пещере: здесь можно было спокойно предаться разврату[191].

В силу заслуг старшей сестры, ставшей инициатором инцеста ради исполнения заповеди (Берешит 19:31) и от которой произошел народ моавитян (по имени ее сына Моав – «от отца»), Бог приказал израильтянам не слишком обижать этот народ (Дварим 2:9). Старшая дочь была и дополнительно щедро награждена: четыре ее потомка стали царями в Израиле, против одного от сестры[192]. Мало того, из этого народа вышла моавитянка Рут (Руфь), прабабка царя Давида (Рут 4:17), чьим потомком будет и будущий Машиах (мессия)! Так, инцест послужил счастливому избавлению мира и стал важным историческим событием.

◾ О рождении Ицхака

Но, конечно, главным для нас в этой главе является не зарождение моавитян и аммонитян, а появление на свет одного из наших самых славных героев – Ицхака.

Как мы уже знаем, Сарра посмеялась над словами Бога, что у нее будет ребенок в 90-летнем возрасте (Берешит 18:12) и при ее соответствующем физиологическом состоянии. Да и благочестивый Авраам не мог удержаться от смеха по этому поводу: уж куда мне, дескать…

Но Бог сдержал свое слово: рождение Ицхака, пожалуй, в наибольшей степени окружено самыми удивительными знамениями и чудесами в сравнении с другими библейскими персонажами. Прежде всего, конечно, впечатляет возраст родителей ребеночка: 100-летний Авраам и 90-летняя Сарра (Берешит 17:17; 21:1).

Далее, при обсуждении мудрецами[193] деликатного вопроса, почему у Авраама и Сарры так долго не было детей, р. Амми привел историческое свидетельство, что они оба были «тумтум» – так в иудаизме называются лица, близкие к андрогинам, т. е. имеющие одновременно мужские и женские половые признаки (к тумтумам наша традиция предъявляет повышенные требования – они должны одновременно выполнять заповеди и для мужчин, и для женщин[194]). Соответственно, у них были недоразвиты репродуктивные органы; у Сарры вообще не было матки. Но Бог испытывал Сарру 25 лет, проверяя ее соответствие высокой миссии[195], и все исправил: он специально создал ей матку, чтобы Сарра могла родить Ицхака[196]. Волосы Сарры снова почернели, к ней вернулась молодость, и она стала как девушка[197].

И вот торжественное событие случилось. Сарра зачала на Рош а-Ашана[198]: радостную весть об этом сообщил ей ангел Михаэль[199]. Роды случились в полдень, как раз в момент будущего выхода евреев из Египта[200]. Близстоящий ангел повернулся ко входу в шатер, потому что почувствовал исходящий оттуда свет[201].

Когда Сарра родила, в честь этого события многие бесплодные родили, глухие стали слышать, слепые – видеть, безумцы стали нормальными[202].

Ицхак появился из утробы красивым мальчиком – столь же красивым, как Адам[203], с лицом, столь же прекрасным, как у Авраама[204]. Р. Гуния утверждает, что Ицхак родился семимесячным, а р. Юден – что девятимесячным[205], но оба они, конечно, правы.

О том, что Ицхак был великим праведником и знатоком Торы, даже упоминать излишне. Это следует из обстоятельств его рождения, которые очень напоминают обстоятельства рождения другого еврейского мальчика – Иисуса из Назарета. Разве что без непорочного зачатия обошлось – тут сработали другие чудеса.

◾ О знаменитом жертвоприношении

Нельзя обойти вниманием и знаменитый поступок Авраама, продемонстрировавший беспредельную верность Богу. Когда Бог приказал Аврааму, чтобы тот принес в жертву единственного уже выросшего сына Ицхака, Авраам ничуть не колебался (Берешит 22:2). Он соорудил жертвенник, разложил дрова, положил на жертвенник связанного Ицхака и занес над ним нож. Но в этот момент Бог остановил его руку и велел не резать сына (Берешит 22:6–12).

Однако преданность Авраама Богу не знала границ. Он взмолился: «Разреши, я его задушу?»

– Нет, – ответил Бог, – не трогай парня.

– Ну тогда хоть каплю крови пущу?

– Нет, никаких ран[206].

Мудрецы рассказывают, что сам сатана в последний момент выбил нож из рук Авраама. Уже после этого раздался голос с неба, чтобы Авраам не трогал Ицхака. А в противном случае, добавляют мудрецы, Авраам обязательно бы принес в жертву сына[207]. В итоге Ицхак был заменен бараном на жертвеннике, а Бог остался доволен верностью Авраама (Берешит 22:13).

Но, между прочим, есть версия, что Ицхак все же умер на жертвеннике, когда нож коснулся горла. Его душа отлетела, но послышался голос двух херувимов «Не трогай парня!», и душа тут же вернулась. Теперь Ицхак знал, каким образом в будущем воскреснут мертвые, и горячо поблагодарил Бога за это знание[208]. А Авраам мог остаться довольным. И вроде жертву принес, и сын жив. Так что все закончилось наилучшим образом.

Хаей Сара

◾ Смерть Сарры и Авраама

Но время бежит. И смерть властна над всеми. Глава Хаей Сара начинается с печального сообщения о смерти Сарры в почтенном возрасте 127 лет (Берешит 23:1). Она могла бы прожить и дольше, но некогда во внутрисемейном конфликте между женами она неосторожно потребовала, чтобы Всевышний рассудил ее спор с Авраамом. В итоге у нее было отнято 48 лет жизни[209], а так бы она прожила 175 лет и трогательно бы умерла в один год с Авраамом (Берешит 25:7).

Его душа отлетела, но послышался голос двух херувимов «Не трогай парня!», и душа тут же вернулась.

Впрочем, есть и иная версия преждевременной смерти Сарры: сатана ей сообщил, что Авраам зарезал-таки Ицхака в ходе знаменитого жертвоприношения (Берешит 22:1–13), и тогда она горестно вскрикнула и умерла от горя[210].

Похоронили Сарру в пещере Махпела. Она ее присмотрела еще при жизни[211], но и Авраам, чудесным образом наткнувшись на пещеру в поисках убежавшего бычка, пожелал быть погребенным в этой пещере еще при жизни[212]. Желания супругов счастливо совпали.

Там ныне и покоятся Сарра и Авраам вместе с еще тремя парами: Адамом и Хавой, Ицхаком и Ривкой (Ревеккой), Яаковом и Леа (Лией)[213] – с последними тремя мы еще познакомимся. Причем, когда Авраам собирался похоронить Сарру, Адам и Хава начали скандалить и отказывались делить гробницу с Саррой, заявив, что они и так нагрешили, а теперь еще им будут тыкать праведностью соседки[214], – однако в итоге все обошлось.

Тем временем овдовевший Авраам снова женился – на женщине по имени Кетура (Хеттура), которая есть не кто иная, как изгнанная им некогда Агар[215]. Агар-Кетура оставалась верной Аврааму: она ни разу ему не изменила[216] и теперь нарожала Аврааму еще детишек (Берешит 25:2).

Однако время шло. Постарел и сам Авраам, и в возрасте 175 лет умер от кишечной болезни[217]. Он был похоронен в той же пещере Махпела, рядом с Саррой. Впрочем, над столь выдающимся человеком, как Авраам, ангел смерти не был властен, и тело его не подлежало тлению[218]. И не случайно в будущем веке великому праведнику Аврааму доверено стоять у входа в геенну (в отличие от апостола Петра, который с ключами будет караулить вход в рай). Авраам не позволит обрезанному еврею туда спуститься – однако если грешники будут очень уж злостные, то Авраам возьмет крайнюю плоть у младенцев, не успевших дожить до обрезания (и автоматически попадающих в рай), и натянет ее на обрезанных грешников. Тогда они станут как необрезанные, после чего сбросит он их в геенну[219]. А тех обрезанных, кто все же приговорен к геенне, милосердный Авраам, наоборот, вытащит оттуда – за исключением тех, кто вступал в половые отношения с нееврейками (у этих грешников отрастет оставшаяся на члене плоть, и они будут выглядеть словно необрезанные)[220].

◾ Как Ицхак нашел свое счастье

Еще при своей жизни, но достигнув почтенного возраста, Авраам отправил раба Элиезера найти жену сыну Ицхаку (Берешит 24:2–4).

По пути Элиезер перенес верблюдов через реку, держа по верблюду в каждой руке[221]. Откуда такая неимоверная сила у Элиезера? Об этом мы узнаем позже, когда раскроем его тайну. Потом, как известно (Берешит 24:13–14), придя в город Арам, Элиезер остановился у колодца и стал ждать какую-нибудь девицу, чтобы та предложила попить ему самому и верблюдам.

Тут же вышла к колодцу и Ривка. Вообще-то, будучи царской дочерью, раньше Ривка никогда в жизни по воду не ходила. Тут же, по чудесному стечению обстоятельств, вышла как раз к приходу Элиезера[222]. Впрочем, все девушки мечтали о замужестве с Ицхаком и вышли с ведрами к колодцу, но лишь при виде Ривки вода сама запрыгнула из колодца ей в ведро[223] – что послужило, вероятно, серьезным сигналом для Элиезера.

Ривка, по всей видимости, была красива, как и положено матриархам. И, разумеется, она была девственницей. Мало того, у нее не было до этого секса с мужчинами (Берешит 24:16)[224]. Если наивный читатель недоуменно спросит, не вытекает ли из первого утверждения второе, ответом будет решительное «нет», поскольку девственницей можно остаться и при альтернативном сексе. Впрочем, ей особенно и некогда было предаваться альтернативному сексу: когда она отправилась с Элиезером к своему жениху, ей было всего три года[225]. Впрочем, справедливости ради, отметим, что в Вавилонском Талмуде есть содержательная дискуссия о том, можно ли коэну (священнику) жениться на женщине, которая занималась сексом в возрасте до трех лет[226]. Однако к Ривке эта дискуссия явно не имеет отношения, согласно тому же ст. Берешит 24:16; да и Ицхак, кажется, не был коэном.

В результате Ривка благополучно вышла замуж за Ицхака, который все-таки подождал, пока ей наступит 14 лет. Самому Ицхаку в это время стукнуло 40 лет[227]. И они жили очень счастливо, хотя и не без трудностей…

Толдот

◾ Рождение Эйсава и Яакова

Долгое время у супругов были проблемы с деторождением, и не случайно. Ицхак и Ривка чудесным образом повторили судьбу Авраама и Сарры: Ицхак так же был бесплоден[228], а у Ривки, как и у Сарры, отсутствовала матка[229]. Но они неустанно молились (Берешит 25:21), и Господь снова совершил чудо, наделив супругов всем необходимым. Ривка зачала: случилось это на Рош а-Шана[230].

Надо сказать, что период беременности для супруги Ицхака проходил крайне тяжело. Настолько тяжело, что она допустила слабость в плане исторических перспектив богоизбранного еврейского народа. При сроке беременности в семь месяцев она нажаловалась знакомым женщинам: знай она о таких мучениях в период беременности, то и вовсе не рожала бы детей[231]. Проблема заключалась в том, что близнецы Яаков и Эйсав стали ярыми врагами еще в утробе матери; они непрерывно дрались (Берешит 25:22)[232], перемежая драки беседами о земном и загробном мире[233]. Да еще, когда Ривка останавливалась около синагоги и домов учения (не спрашивайте меня, откуда взялись синагоги в то время), Яаков норовил вылезти наружу. И наоборот, когда она проходила мимо языческих капищ, уже Эйсав стремился выбраться наружу[234]. Впрочем, подозрения насчет Эйсава закрадывались у Ривки еще до зачатия. Сообщение Торы, что она слезла с верблюда, впервые увидев Ицхака (Берешит 24:64), мидраш разъясняет предельно точно: она свалилась с верблюда от ужаса, когда по Божественному наитию почувствовала, какого негодяя ей предстоит родить[235].

Проблема заключалась в том, что близнецы Яаков и Эйсав стали ярыми врагами еще в утробе матери; они непрерывно дрались.

Проходили тяжело и сами роды, случившиеся на Песах[236] – будущий великий праздник. Близнецы продолжали драться, и каждый заявил, что вылезет первым. Пишут, что Эйсав пригрозил: если Яаков не выпустит его первым, то он убьет мать и вылезет посредством кесарева сечения. Благородный Яаков назвал его убийцей, но не стал препятствовать Эйсаву первым появиться на свет. Зато Эйсав вылез на след с последом, грязный и в крови, а Яаков – чистеньким[237]. При этом здоровый и грубый Эйсав сильно повредил матку Ривки[238], что имело важнейшие исторические последствия. Не так хорошо известен тот факт, что именно Ривка сама была достойна дать начало двенадцати коленам Израилевым[239], а не две жены и две наложницы отца нашего Яакова. Однако тяжелые роды сделали ее неспособной выносить такое количество детей[240], и ход истории оказался иным.

Яаков с рождения был особо отмечен – он родился красивым, был похож на Адама и Авраама[241]. Две его руки были как два мраморных столба[242], хотя комплимент ли это, не совсем ясно. Яаков был обрезан[243], как многие наши герои. Эйсав же был необрезанным, волосатым, с рыжей бородой и уже с полным ртом коренных зубов[244], чем, вероятно, немало напугал окружающих. Ицхак, опасавшийся кровотечения, не стал делать Эйсаву обрезания, решив подождать до его 13 лет (в этом возрасте был обрезан Ишмаэль). Но когда Эйсаву стукнуло 13 лет, он отказался обрезываться[245]. Но Эйсав не остался без знака на теле; ссылаясь на каббалиста Цийони, Луис Гинцберг пишет, что у Эйсава был знак змеи на теле – всего самого проклятого и ненавидимого Богом.

◾ Юность братьев

Дети росли, причем папа Ицхак любил больше Эйсава (тот охотился и угощал отца дичью), а мама Ривка – Яакова, который построил себе дом учения[246]. Там он постоянно изучал Тору[247]. До 13 лет они оба ходили в школу, но потом Яаков продолжил учение в школе, а Эйсав стал посещать языческие капища[248]. Пишут даже, какие три книжки, помимо Торы, Яаков изучал. Это были книги, написанные Адамом, Хэнохом (Енохом) и патриархом Авраамом («Книга творения»). Отметим, что Яаков еще и учредил маарив, вечернюю молитву[249].

Конечно же, такой духовно продвинутый молодой человек хотел служить Всевышнему в святилищах, но на это право имел только первенец. Яакову покоя не давала мысль о том, что приносить жертвы на алтарях будет негодяй Эйсав[250]. И вот, пишут, однажды Эйсав заявился с охоты голодным. А Яаков был невероятно скромным и, возвращаясь поздно из дома учения, не хотел никого беспокоить и сам себе готовил. В этот раз он приготовил поминальное блюдо – суп из чечевицы в память о дедушке Аврааме[251], как когда-то готовили Адам с Хавой в память об Эвеле. Вот Эйсав и попросил вкусного супа. Яаков предложил ему продать за суп первородство (Берешит 25:30–31).

Тут мнения мудрецов расходятся. Одни уверены, что Эйсав не собирался никаких жертв приносить. Он не знал, что ему делать с первородством и с готовностью отдал ее Яакову за суп[252]. А вот другие утверждают, что не такой уж дурак был Эйсав и в придачу к красной похлебке потребовал и золота. Именно так интерпретируется дважды повторенная просьба о «красном» (Берешит 25:30 – хотя есть и другая, таинственная интерпретация этих слов, с которой мы познакомимся позже). Причем сначала Эйсав забрал нечто более существенное – золото, а уже потом отобедал[253].

Ну и, наконец, хитроумная Ривка по воле Всевышнего придумала комбинацию, как обмануть подслеповатого Ицхака и получить для любимчика Яакова еще и благословение. Сцена была основательно подготовлена: мама нарядила Яакова в одежды Эйсава, которые тот прихватил у убитого им Нимрода[254]. Нимрод же получил одежды от самого Адама, приятно благоухавшие райским садом[255]. Кроме того, Ривка приготовила деликатесы и вино для Ицхака (Берешит 27:25), сохранившееся со времен Творения[256]. Означает ли это, что Яаков с его мамашей вдобавок к охмурению Ицхака сладким райским запахом еще и подпоили Ицхака? Все возможно…

В любом случае трюк удался, и Ицхак, выпив и закусив, благословил Яакова, приняв его за Эйсава. Не остался без кое-какого благословения и расплакавшийся Эйсав, но одновременно он крайне разозлился, сообразив, что брат не только сейчас, но и с первородством его провел за нос. Он собрался прикончить Яакова, и тот не на шутку испугался. Как известно, мама Ривка посоветовала Яакову срочно бежать к дяде Лавану в Харран, что тот и сделал (Берешит 27:41–45). Но вражда братьев надолго определила их отношения, о чем мы узнаем дальше.

Вайеце

◾ Чудесное путешествие Яакова

Простодушный, но вспыльчивый Эйсав понял, что братец дважды его обманул. Он был вне себя от ярости, и Яаков по мудрому совету мамы Ривки спешно бежал от его гнева в Харран, к дяде Лавану (Берешит 23:43–45). Так что пришло время рассказать о различных чудесах, случившихся с Яаковом по дороге.

Когда Яаков решил по пути переночевать, то он задумал положить себе удобный камень в изголовье. Вокруг валялись двенадцать камней, которые Яаков хотел использовать на время сна в виде стенки (видимо, в защиту от хищных зверей[257]). Эти камни, из которых Авраам некогда воздвиг алтарь для принесения в жертву Ицхака[258], слились в один, – таким образом предупреждая о славном будущем колен Израиля, составляющих единый еврейский народ. Впрочем, по мнению р. Неемии, не двенадцать, а три камня слились воедино, намекая на Божественное благоволение к самому Яакову, а также к папе Ицхаку и дедушке Аврааму. А другие мудрецы учили, что два камня слились воедино, отвергая дуализм «добро – зло» и обозначая единую добрую природу будущих сыновей Яакова[259].

Камень тут же стал как подушка и постель, и Яаков сладко заснул. И р. Йехуда заявил, что до этого 14 лет Яаков не спал, а учился. А р. Неемия добавил, что все последующие двадцать лет пребывания у Лавана он тоже не спал, а учился и распевал псалмы[260]. Т. е. Яаков единственный раз заснул за 34 года. Это был, вероятно, незабываемый момент.

После стольких лет бодрствования может присниться что угодно. Яакову приснился знаменитый сон про лестницу, уходящую в небо, – сон, предвосхитивший не менее знаменитую песню группы «Лед Зеппелин». По лестнице вверх-вниз сновали ангелы, мудрецы расходятся во взглядах на точном их отождествлении. Так, среди последних были два ангела, посетившие некогда Авраама и не выполнившие приказа по разрушению Содома, – вследствие чего несчастным пришлось провести 138 лет на земле и ныне сопровождать Яакова. Они тут же стали радостно подниматься вверх, на родину, и заодно позвали других ангелов поглазеть на спящего Яакова[261]. Широко известно, что там были и ангелы четырех будущих царств – притеснителей Израиля. Они символически забирались на разное количество ступенек лестницы (в зависимости от своего могущества) и спускались по ней – ангел Вавилона на 70 ступеней, ангел Мидии – на 52 ступени, ангел Греции – на 180 ступеней. Таким образом, Бог явил их возвышение и падение. Насколько забрался ангел Эдома (он же Рим) точно не сообщается, но очень высоко. Он вообще собирался забраться на самый верх, но Бог пообещал его скинуть оттуда, даже если бы он добрался[262]. И в самом деле, Эдом оказался высоко, покорив Палестину и разрушив Второй Храм в 70-м г. н. э., однако через несколько веков Римская империя все равно рухнула.

Но тут самое время остановиться на малоизвестных технических характеристиках лестницы[263]. Известно было, что по лестнице могли одновременно спускаться и подниматься по две пары ангелов. Т. е. ширина лестницы должна быть не меньше общей ширины четырех ангелов, когда они пересекались бы в своем движении и образовали бы сравнительно плотную шеренгу. Далее известно, что размер тела ангела по величине равен протяженности Таршиша (Даниэль (Даниил) 19:6), а протяженность города Таршиш или моря[264] составляет ок. 14 тыс. км. Т. е. средний ангел в толщину составляет 14 тыс. км, а вся лестница, соответственно, не менее 56 тыс. км. Кстати, по сообщению р. Берекии, ангел составляет в толщину треть мира[265], откуда мы можем вычислить ширину мира – 42 тыс. км. По мнению т. н. науки, диаметр земного шара составляет ок. 13 тыс. км, т. е. чуть меньше толщины одного ангела, но мудрецы лучше знают.

Яакову приснился знаменитый сон про лестницу, уходящую в небо, – сон, предвосхитивший не менее знаменитую песню группы «Лед Зеппелин».

Господь явил Яакову не только печальные в конечном итоге судьбы царств, но и будущие истории из других книжек ТАНАХа. Так, мы узнаем про откровение на Синае, про трех отроков в печи огненной из книги Даниэля, про вознесение Элияу (Илия)[266]. Мудрецы полемизировали по вопросу точного расположения лестницы – то ли основание ее было в районе Беершевы, а наклон в сторону будущего Храма, то ли основанием она упиралась в место, назначенное будущему Храму, а наклонялась в сторону Бейт-Эля (Вефиль). В любом случае из сна Яакова самое большое впечатление на него произвело будущее разрушение Храма (построенного спустя несколько веков после его кончины), отчего он в ужасе и проснулся[267]. Но еще больше занимали его сиюминутные, практические вопросы. Яаков тут же использовал камень-изголовье в качестве алтаря, возлил на него масло и попытался заключить сделку с Богом. Суть его просьбы заключалась в том, чтобы быть под защитой Бога (видимо, от Эйсава) и благополучно вернуться домой, да и чтобы по пути он был обеспечен одеждой и продуктами. Взамен он дал обет признавать Господа «своим Богом» и регулярно жертвовать десятину (Берешит 28:20–22). И этим самым Яаков внес еще один огромный вклад в иудаизм: он был первым, кто принес обет и кто пожертвовал десятину[268].

Господь согласился и сбросил камень в пропасть, достигающую центра земли. Таким образом, камень стал «краеугольным» камнем земли. Одновременно это еще и камень, на котором зиждется Храм («Эвен Шетья») и на котором выгравировано непроизносимое Имя Божье[269] (кстати, мудрецы размышляли над взаимной топографической привязкой земного и небесного Храмов и пришли к выводу, что они находятся всего лишь в 29 км друг от друга[270]). Таким образом, ни один камень в истории человечества не имел такой славной судьбы.

Тут же случилось еще одно чудо. Кусок земли, вместе с находившимся на ней Яаковом, прыгнул прямо с горы Мория в Харран (подобные чудеса Бог совершал лишь четырежды в истории)[271]. Яаков очутился в конечном пункте своего путешествия, около уже известного нам по Ривке колодца и вскоре увидел прекрасную Рахель (Рахиль). С этого момента начались сложные взаимоотношения в семейном пятиугольнике, достойные отдельного рассказа.

◾ В семейном пятиугольнике

История захватывающих взаимоотношений Яакова с его двумя женами и двумя наложницами позволяет вывести много важных уроков.

Общая схема этих взаимоотношений известна из Торы: Яаков любил Рахель и в надежде жениться на ней прослужил у ее отца Лавана семь лет, но тот обманул его, подсунув ему в жены другую дочь – Леа (Лию). И чтобы заполучить-таки Рахель, Яаков еще семь лет прослужил Лавану. В итоге Яаков обзавелся двумя женами. По разным причинам не рожавшие в разные периоды и соперничавшие друг с другом Рахель и Леа предоставили Яакову для деторождения своих служанок Зилпу (Зелфу) и Билу (Валлу), и в конечном итоге 12 колен еврейского народа произошли от Яакова, двух его жен и двух их служанок.

Но рассмотрим всю эту историю детальней. Прежде всего, внесем коррективы: когда Ривка родила двух сыновей, а Лаван зачал двух дочерей, они списались и договорились, что Леа предназначалась Эйсаву, а Рахель – Яакову[272]. У Яакова же были изначально виды не столько на Рахель, сколько на Леа, но он с опаской подумал: «Эйсав скажет: ты не только отнял у меня первородство и благословение, да еще и невесту!» – и сам предложил Лавану работать семь лет за Рахель[273]. Да и Леа, не желавшая выходить замуж за негодяя Эйсава, непрерывно плакала, вследствие чего у нее резко ослабло зрение (Берешит 29:17) и вылезли ресницы[274]. Но закончилось все благополучно: Эйсав так и не женился на Рахель, по молитвам Яакова и Леа[275].

Впрочем, со временем приоритеты Яакова, видимо, изменились, и он влюбился в Рахель. Хитрый Лаван решил воспользоваться влюбленностью Яакова и предложил ему отработать семь лет, после чего он сможет жениться на Рахель. Однако по прошествии семи лет он все же решил пристроить сначала Леа с ее вылезшими ресницами и придумал изящный ход – обмануть счастливого жениха и в брачную ночь подсунуть Яакову Леа вместо Рахель. После чего Иакову уже, дескать, деваться будет некуда, и он женится на Леа. Рахель предупредила Яакова о планах отца и показала ему тайные знаки: она должна была ночью их воспроизвести, чтобы Яаков не трахнул по ошибке Леа. Однако Рахель все же пожалела Леа и рассказала ей о тайных знаках, чтобы она выдала себя за сестру. Поскольку дело происходило в темноте, все свечи были потушены[276], знаки, очевидно, относились к разряду тактильной сексуальной коммуникации. Мало того, она залезла под кровать новобрачных и в разгар страстей отвечала Яакову вместо Леа[277]. В результате Яаков так и не разобрался, с кем спал[278], и вынужден был жениться на несчастной Леа. Все это, между прочим, очень кинематографично, вот бы фильм эротический сделали!

Впоследствии, не простив Леа обмана, Яаков хотел развестись с ней[279]. Он Леа ненавидел (перевод слова «шнуа» как «нелюбима» в ряде переводов Берешит 29:31 слишком мягок) и избивал ее, о чем мы узнаем из комментариев р. Якоба бен Ашера к книге Берешит. Прекратил он ее избивать только после рождения Реувена. Именно так мудрец толкует имя «Реувен» (Рувим) («Бог увидел горе мое») в Берешит 29:32. Но хотя бить Леа Яаков перестал, он ее продолжал ругать, что мы знаем из толкования в тех же комментариях имени «Шимон» (Симеон), в ст. 29:33 («Бог услышал, что я ненавидима»). Отметим, что Леа была не только нелюбима, но и бесплодна – для наших матриархов эта печальная традиция. Такой вывод сделали мудрецы из сообщения Торы, что Господь «отверз утробу ее» (Берешит 29:31), т. е. даровал ей фертильность. А сделал это Господь для того, чтобы Яаков с Леа не развелся. Потом Господь наградил Леа большим числом сыновей[280] – хотя вообще-то планировалось, что каждая из четырех женщин Яакова родит ему трех сыновей, чтобы в общей сложности они составили двенадцать колен. Поэтому после четвертого сына Лия особенно возблагодарила Господа[281], а Яаков не стал с ней разводиться.

Удачливый Лаван заставил Яакова еще отработать семь лет, дабы тот мог все же жениться и на Рахели. Так и произошло. Разумеется, и Рахель была бесплодной от природы, но Господь одарил ее фертильностью по другой причине – за самоотверженность во благо подменившей ее сестры[282].

Несмотря на взаимную привязанность сестер, они тем не менее ревновали Яакова друг к другу. Они договорились, что Яаков будет проводить с ними ночи поочередно, но одну ночь Леа продала Рахели в обмен на мандрагоры – плоды повышающие фертильность (Берешит 30:14–15)[283]. Иакову же, видимо, было все равно, с кем спать… Впрочем, Господь содействовал Рахели в эту ночь, ибо специально подвел осла, на котором восседал Яаков, к ее шатру[284], и в эту ночь был зачат Иссахар – «осел крепкий» (Берешит 49:14).

Соперничество продолжилось и по части рождения детей. Лия не унималась и родила в общей сложности шесть сыновей. Однако, зачав седьмого сына, она все же вспомнила о совести и подумала, что ее сестра даже с рабынями не сравняется по количеству сыновей. Тогда, по ее молитве, мальчик в утробе превратился в девочку, будущую Дину[285]. Однако есть и более язвительная версия, что это произошло по молитве сестрички Рахель[286]. Еще по одной версии, Леа зачала мальчика, а Рахель – девочку, и по воле Господней сестры обменялись плодами в утробах[287]. Но вообще Леа страстно желала продолжать еврейский род: когда она выкупила за мандрагоры право спать в очередную ночь с Яаковом (Берешит 30:15–16), то так жаждала зачать, что даже не дала Яакову в ту ночь помыть ноги, а сразу затащила его в постель[288].

Все эти перипетии трудной судьбы отразились на Леа: она почила в возрасте всего 44 лет[289]. Единственной наградой за многотрудную судьбу ей было только то, что похоронили ее в пещере Махпела вместе с Яаковом и его предками, а Рахель – на перекрестке дорог[290].

◾ О женах и наложницах-рабынях

Из острого соперничества обе сестры пожаловали Яакову своих служанок, Зилпу и Билу, которые родили счастливому отцу еще четырех сыновей. О наложницах Яакова не очень много известно: разве только рассказывается, что Зилпа была столь юна, что ее беременности никто не заметил до самого рождения ребенка[291]. Как связан юный возраст с незаметной беременностью, мне, признаюсь, неизвестно.

О Биле известно чуть больше. Ну, прежде всего, она прославилась тем, что спала с Реувеном, сыном Яакова (Берешит 35:22). Впрочем, мудрецы старались каким-то образом изобразить, что вполне ясное сообщение Торы надо понимать иначе[292]. Так, р. Шмуэль бар Нахмани прямо заявляет, что считающий Реувена грешником ошибается, в чем его поддержал р. Шимон бен Элазар. Дескать, Яаков после смерти Рахели перенес свою постель в шатер Билы, а не Леа, матери Реувена, а Реувен запротестовал и перетащил оттуда постель отца в шатер Леа[293] – что именно так надо понимать фразу «Реувен переспал с Билой» (Берешит 35:22). Но эти соображения не слишком убедили остальных мудрецов, и стих из Торы о грехе Реувена и Билы читался в древней синагоге, где иврит мало кто понимал, но на разговорный арамейский он специально не переводился[294]. Однако Била действительно заботилась о стареньком Яакове – когда он заболел, она известила об этом Йосефа[295], а после смерти обеих жен, Леа и Рахели, Божественное Присутствие переместилось в дом Билы[296].

Отметим, что мудрецы вообще были склонны считать Билу и Зилпу не просто служанками[297]. Это были дочери Лавана, которых ему родили его наложницы. Иначе говоря, у Яакова были дети сразу от четырех единокровных сестер! Это, несомненно, исторический мировой рекорд!

В любом случае родившиеся в этих запутанных семейных отношениях сыновья Яакова, чью славную историю мы рассмотрим дальше, положили начало двенадцати коленам еврейского народа.

Вайишлах

◾ О нашем мужественном праотце

После долгого отсутствия на родине Яаков наконец отправился домой, до смерти боясь встречи с Эйсавом (Берешит 32:1–8). Несмотря на все объяснения наших мудрецов, насколько величественный поступок совершил Яаков, дважды обманув простодушного Эйсава, сам Яаков, видимо, подозревал, что Эйсаву есть за что его не любить. И есть мнение, что даже «иш», некая божественная сущность, с которой Яаков боролся ночью (Берешит 32:24–30) и об идентификации которой мудрецы погрузились в вечные споры, это ангел Михаэль, посланный для спарринга с Яаковом. Бог видел, что Яаков боится Эйсава, и победа Яакова над ангелом воодушевила бы его[298]. Одновременно Яаков через вестников попытался внушить Эйсаву, что нажил свое богатство собственным непосильным трудом, а не изъял его из дома Ицхака. Тем самым он пытался доказать, что в очередной раз не ущемил и так обиженного им Эйсава[299]. Кроме того, Яаков надеялся, что, пока отец жив, Эйсав его не тронет, и хотел как можно скорее помириться с братом[300]. Не случайно он восемь раз подобострастно величал Эйсава своим господином, а себя – рабом (за что возревновавший Бог его даже наказал – от Эйсава произошли восемь царей раньше, чем от Яакова). И заодно Яаков добавил, в расчете на испуг Эйсава, что его люди хорошо подготовлены, что Бог его не оставит в схватке с Эйсавом[301].

Однако Эйсав не внял доводам брата, заявив, что тот не только его дважды обманул, но еще и вероломно облапошил Лавана, уведя у него дочерей, и теперь наступил час расплаты. Он послал навстречу Яакову целую армию – неких 400 царственных особ, каждая из которых возглавляла боевое подразделение из 400 человек (итого в общей сложности 160 тыс. чел.)[302].

Яаков совсем перепугался и, не удовлетворившись одним лишь благословением Божественной сущности и своим новым именем Израиль (Берешит 32:26–28), попытался применить вечный надежный прием. Он решил задобрить Эйсава подарками – драгоценностями[303], специально обученной птицей для охоты[304] (видимо, соколом) и стадами. Всего он ушел от Лавана с 5500 головами скота и пожертвовал Эйсаву десятину, т. е. 550 голов[305]. Нам известно точное исчисление отосланных Эйсаву особей по мужскому и женскому полу (Берешит 32:14–15)[306]. Соотношение подаренных самцов и самок (200 коз обслуживаются 20 козлами, 40 коров – 10 быками и т. д.) послужили для мудрецов основой пространного обсуждения, сколько надо заниматься сексом человеческим парам. Но интересно, что в этом списке живности не приводятся только данные по верблюдам-самцам, указаны лишь «верблюдицы дойные с жеребятами их». Р. Берехья посчитал, что это связано со скромным поведением верблюжьих пар в сексе и уточнил, что верблюдов-самцов тоже было 30[307]. Иначе говоря, один верблюд обслуживает одну верблюдицу. Но почему об этом надо было умалчивать, а не ставить верблюжью моногамность в пример распущенному человечеству? Видимо, потому, что так мало заниматься сексом человеку не пристало. Впрочем, мудрецы ошибаются насчет моногамности верблюда, но в данном случае это к делу не относится.

Яаков разделил стада на несколько частей и отправил их вперед, наказав пастухам: как будет спрашивать Эйсав, что это за стада, отвечайте: «Раба твоего Яакова, в дар тебе присланы» (Берешит 32:17–19)[308]. Тот же прием впоследствии применил Кот в сапогах из одноименной сказки Шарля Перро, подговорив пастухов отвечать королю на вопрос, чьи это стада: «Маркиза, маркиза, маркиза Карабаса…» Кстати, Яаков не будь Яаков, если бы он опять не обманул доверчивого Эйсава: он подсунул ему выбракованных животных[309].

Впрочем, Господь не оставил Яакова в беде и отправил навстречу людям Эйсава два сонма ангелов, относительно количества которых мудрецы разошлись во мнениях: то ли их было 20 млн, то ли 40 млн. Они выглядели как действующая армия – сначала выступали латники, потом конница, потом колесницы. На вопрос Эйсава о том, чьи они, все виды войск последовательно отвечали: «Яакова»[310] – опять же как в «Коте в сапогах». Ответив на вопросы, ангелы, по одной версии, оставили Эйсава в покое, только напугав его, по другой – накостыляли Эйсаву по полной программе, четырежды, причем одна группа ангелов сменяла другую, а Эйсав плакал и умолял его пощадить[311].

Но даже ангельская подмога не успокоила Яакова, и он испугался так, что «тело его стало мягким как воск»[312]. Вероятно, эта фраза является эвфемизмом современной русской пословицы, повествующей о физиологической реакции в момент крайнего страха… И Яаков опять воззвал к Всевышнему с неотразимым аргументом: «Если этот негодяй всех убьет, что станет с Торой?»[313]

Тот же прием впоследствии применил Кот в сапогах из одноименной сказки Шарля Перро.

Пишут, что одновременно не очень сердобольные, как оказалось, жены Яакова, вместо того чтобы утешать мужа, подливали масла в огонь своим нытьем: «Ты знал, что боишься Эйсава, так чего ради вытащил нас из дома отца?»

Однако Яакову было уже не до препирательств: сначала рассчитывая на собственную молитву и силу, он на всякий случай создал глубоко эшелонированную оборону – «расставил детей» (Берешит 33:1), чтобы «каждый защитился по заслугам своим»[314]. По уточненной версии, Яаков впереди выставил наложниц с четырьмя сыновьями от них. Он рассчитывал, что пока сладострастный Эйсав будет насиловать Зилпу и Билу, сам Яаков тем временем сможет подготовиться к обороне, чтобы защитить основных жен и детей[315]. Если же Эйсав прорвется, далее на его пути Иаков поставил Леа с детьми. Ближе всех к нему располагалась любимая Рахель с Йосефом. Хитрый Яаков рассчитывал, что даже если всех жен и детей перебьют, через Йосефа сам он все же спасется[316]. Впрочем, современный комментатор к этой надежде Яакова сделал высокодуховное примечание, что Яаков имел в виду не себя, а народ Израиля. Но справедливости ради отметим, что Яаков все же вышел вперед стана, чтобы встретиться с Эйсавом (Берешит Рабба 33:3).

Жаждущий мести буйный Эйсав сначала даже не хотел стрелу тратить на Яакова, а желал загрызть его зубами и высосать его кровь[317]. Но побои ангелов и многочисленные подарки сделали свое дело, тем более что трясущийся от страха Яаков семь раз ему поклонился (Берешит Рабба 33:3). Растроганный Эйсав, согласно Торе, бросился к нему с объятиями, пал на шею и поцеловал (Берешит 33:4). Однако мудрецы отнеслись подозрительно к такому поведению негодяя Эйсава и посчитали, что тот вовсе не поцеловал Яакова. По мнению р. Янная, Эйсав укусил Яакова в шею (слова «поцеловать» и «укусить» на иврите очень похожи, что и навело мудреца на такие размышления). Однако шея Яакова мгновенно стала мраморной, и Эйсав только стесал зубы. И они оба рыдали (Берешит 33:4) вовсе не от радости: один – по поводу шеи, а другой – по поводу зубов[318].

Яаков еще в течение целого года продолжал ежедневно дарить Эйсаву подарки, чем его окончательно задобрил. Однако Господь не оставил Яакова в беде, все его затраты чудесным образом восполнялись, и материальный достаток его нисколько не уменьшился. Мало того, Яаков еще ухитрился выкупить у Эйсава его долю в пещере Махпела[319]. Впрочем, по альтернативной версии, Господь очень был недоволен страхами маловерного Яакова, и после его примирения с Эйсавом весь скот Яакова сдох – осталась одна годовалая овечка в честь заслуг Авраама[320].

Но в целом можно считать, что для Яакова закончилось все благополучно, он остался жив, и слава богу. Хотя, честно говоря, рассчитывать на что-то другое и не приходилось.

◾ О тайне Эйсава

Мы знаем теперь о судьбе несчастного, доверчивого, простодушного, хотя и очень вспыльчивого Эйсава. Но, может быть, он тщательно что-то скрывал?..

Мы уже обратили внимание на то, что Яаков смертельно боялся Эйсава. Почему же? Разве только потому, что Яаков неоднократно обманывал простодушного брата и боялся мести? Нет, создается ощущение, что было что-то еще, и что-то такое, отчего по тебе начинают ползти ледяные мурашки…

И ведь в самом деле, Эйсав не только пугал праведного Яакова, но и причинил неисчислимые страдания всему еврейскому народу: ведь наши мудрецы отождествляют его с Амалеком и Эдомом.

В чем же кроется тайна всей мерзости этого страшного человека?

А в том, что Эйсав был вампиром, как подсказал нам замечательный современный мудрец Носон Слифкин! Раввин Слифкин, возможно, шутил, но наши святые писания приводят немало свидетельств, что это правда! В самом деле:

1. Эйсав родился, весь покрытый волосами, волосатым, бородатым и со ртом, полным зубов[321]. Его руки поросли волосами (Берешит 27:23), а это явный признак вампира.

2. Эйсав был ярко-рыжим (фактически «красным» – Берешит 25:25), а рыжий волос – традиционный признак вампиризма.

3. Буквальное прочтение мидраша[322] говорит нам, что Эйсав охотился на людей «своим ртом». Хорошо известно, что так охотятся на людей вампиры.

4. Эйсав хотел высосать кровь Яакова, как уже отмечено выше.

5. Почему вдруг Эйсав стал бы продавать первородство за чечевичную похлебку – даже если он голодный с поля пришел? И почему он вдруг говорит, что «умирает» (Берешит 25:32), если просто голоден?! Нет, это была не похлебка!!! Эйсав просит: «Продай мне красного, красного…» (Берешит 25:30). Ему срочно нужно было вкусить свежей крови! Это была кровь!

Эйсав был вампиром

6. В мидраше[323] обсуждается, почему Яаков страстно желал получить первородство. Там же приводится обращение пророка Иехезкеля (Иезекииля) к горе Сеир: «говорит Господь Бог – сделаю тебя кровью, и кровь будет преследовать тебя; так как ты не ненавидела крови, то кровь и будет преследовать тебя» (Иехезкель 35:6). И задается риторический вопрос: «Так разве Эйсав ненавидел кровь?» Нет, Эйсава все время преследовала кровь, он хотел крови! И Яаков отдал Эйсаву часть своей крови. Это и была плата за первородство, а вовсе не какая-то похлебка!

7. Сказано в Торе, что Эйсав пал на шею Яакову и «поцеловал его» (Берешит 33:4), но мы уже знаем; на самом деле он хотел его укусить. Кто еще будет кусать человека в шею, кроме вампира?!

8. Возвращаясь к идентификации некоего «иш», с которым Яаков провел историческую ночную схватку (Берешит 32:24–26), отметим, что очень часто мудрецы отождествляют «иш» с ангелом Эйсава[324]. Схватка закончилась до рассвета, когда «иш» попросил его отпустить (Берешит 32:26). Почему до рассвета? Потому что вампиры и их ангелы боятся дневного света!

9. Что имел в виду ангел Эйсава, заявивший, что Яаков боролся с «Богом и человеком» (Берешит 32:28)? А то, что вампиры бессмертны, обладая, таким образом, атрибутами божественными и человеческими.

10. Нам известно[325], что сын Дана, Хушим, врезал дубиной по башке Эйсава и, по одной из версий, снес ее. Именно так убивают вампиров – обезглавливают деревянным мечом.

11. Вспомним, что ангел Эйсава боролся с Яаковом до того, как последний перешел реку Иавок, заранее переправив на другой берег семью и стада (Берешит 32:22). Это не случайно: сам ангел Эйсава не мог перейти реку – вампиры боятся воды.

12. В Талмуде[326], где речь идет о возмещениях убытков за нанесенный ущерб (один из видов ущерба носит название «шен» – зуб), приводится цитата из пророка Овадии (1:8) «Как обобрано все у Эйсава и обысканы тайники его!». «Обысканные тайники» ассоциируются с клыками Эйсава, и это явный намек на его вампиризм!

13. Эйсав гонялся за молодыми женщинами, и это даже стоило пяти лет жизни его отцу[327]. Не мне вам объяснять, что это типичное поведение вампиров.

14. Эйсав – единственный персонаж Торы, к которому в книге Зоар применяется характеристика «проливающий кровь»[328], хотя в святой Книге упоминается немало кровожадных убийц. И это очень многозначительный факт!

Итак, загадка Эйсава разрешена! Теперь понятно, почему потомки Эйсава, проклятые наследники Эйсава-Эдома насаждали антисемитизм и веками пили кровь из евреев.

◾ «Нет повести печальнее на свете…»

Продолжая разговор о детях Яакова, мы не можем не коснуться одной из самых печальных женских судеб – а именно судьбы Дины, дочери Яакова и Леа. Мы уже знаем о горькой судьбе самой Леа – дочь ее ждали еще более горестные испытания.

Уже при ее рождении имели место большие сложности. Кстати, вместе с Диной родилась ее сестра-близнец[329], но она таинственным образом тут же исчезает из истории великого семейства.

Яаков прятал крошечную Дину в сундуке от ее дяди Эйсава, который хотел на ней жениться, но Яаков ему в этом отказал[330]. И позже это обернулось двойным большим несчастьем для Дины. Бог разозлился и обещал наказать Яакова за отказ выдать замуж дочь Дину за дядю Эйсава: «Не хочешь выдать ее законным образом, выйдет противозаконным. Не хочешь обрезанного, выйдет за необрезанного»[331].

Бедная 6-летняя девочка[332] безвылазно сидела в своем шатре. Видимо, о ней услышал Шхем (Сихем), сын местного правителя, и устроил так, чтобы рядом с шатром играли девочки, ее ровесницы[333]. И Дина решила выйти на улицу, показать, что она тоже очень красива и достойна любви[334]. Мудрецы, конечно же, выдвинули версию, что она вышла раскрашенная, как проститутка, – точно так же, как и ее мать когда-то вышла навстречу Яакову (Берешит 30:16, 34:1)[335]. Шхем ее увидел – вернее, как авторитетно заявляет р. Шмуэль бен Нахман, увидел ее обнаженную руку и воспылал к Дине страстью. В результате Шхем возлег с ней «естественным образом» и изнасиловал «неестественным»[336], что подразумевает, видимо, вагинальное и анальное соитие. Дина забеременела от Шхема и родила дочку Аснат (Асенефу). Еще она родила от Шхема сына Шауля, который также бесследно исчезает из истории великого семейства[337].

Прошло два с половиной года, за которые Шхем и Дина – ей, соответственно, уже стукнуло в это время восемь с половиной лет – нежно полюбили друг друга[338]. Ей очень хотелось остаться с возлюбленным. Да она и не представляла, как ей придется жить, когда все ее будут стыдить. Да и вспомним, в соответствии с утверждением мудрецов, что после секса с необрезанным Шхемом она его не сможет позабыть. Братьям пришлось чуть ли не силой отрывать Дину от Шхема. Шимону пришлось пообещать Дине жениться на ней (между прочим, на родной сестре), и только тогда она согласилась отправиться с братьями[339].

Но Шхем тоже не хотел расставаться с любимой и попросил отца Хамора сосватать ему Дину (Берешит 34:4)[340]. Он готов был на все ради брака с любимой, даже обрезаться по требованию Яакова и сыновей (Берешит 34:19). Однако возлюбленным не суждено было быть вместе, как и шекспировским Ромео с Джульеттой. Разумеется, обещания Шимон не сдержал, а вместе с братом Леви (Левием) сотворил великие бедствия ни в чем не повинным жителям города Шхема (Берешит 34:20–29).

Соплеменники хотели убить и Дину, однако Яаков повесил ей на шею чудесный оберег с именем Божьим, и ангел Михаэль перенес ее в Египет, где ее удочерила бесплодная жена Потифара, с которой мы потом еще встретимся[341]. Чему могла научить Дину жена Потифара, которая, как мы узнаем позже, безуспешно (по одной версии, полууспешно) пыталась изнасиловать брата Дины, Йосефа, остается только догадываться… В итоге Йосеф женился на Аснат, дочери Дины и своей племяннице.

Сама же Дина потом вышла замуж за многострадального необрезанного Иова из одноименной библейской книжки[342]. Так дважды свершилось наказание Божье за отказ Яакова выдать Дину за Эйсава. Бестактный Иов, кстати, не преминул напомнить Дине о ее прошлой связи со Шхемом: «Ты говоришь как бесчестная женщина, навлекшая позор на дом отца»[343].

О кончине Дины известно лишь, что Шимон забрал ее из Египта и похоронил в Ханаане[344]. Испытывал ли он какие-либо угрызения совести на предмет разрушенной любви двух молодых людей, неизвестно…

Нам же остается молча склонить голову, почтив память невинно страдавшей души.

Вайешев

◾ Повесть о Тамар и ее юных мужьях

В главе «Вайешев» рассказывается об удивительной судьбе Тамар (Фамарь) и ее мужчин. Обратимся к действующим лицам этой драмы.

Итак, у сына Яакова, Йехуды (Иуды), родились три сына: Эр (Ир), Онан, Шела. Шела ничем особо не выделялся. Эр же и Онан были очень своеобразными молодыми людьми. Достигнув семилетнего возраста, Эр женился[345]. И женился он как раз на Тамар, которая была дочерью Шема, сына Ноаха[346].

У нас есть подробное родословие потомков Шема, в числе которых и сам Йехуда (Берешит 11:10–29). Мы не будем утомлять читателя подсчетами, но из этого родословия, а также из других источников[347] вытекает, что Тамар было приблизительно 660 лет, когда на ней женился 7-летний Эр. И она ему приходилась пра-пра-пра-… бабкой в 14-м поколении.

Несомненно, возрастные особенности сказались и на сексуальных отношениях молодоженов: Эр совокуплялся с Тамар «неестественным образом», поскольку не желал подпортить красоту 660-летней Тамар беременностью[348]. Впрочем, еще в одном источнике утверждается, что он совокуплялся классическим образом, но практиковал coitus interruptus[349] – возможно, по той же причине. Видимо, за это Эр и был «неугоден» Богу (Берешит 38:7), а может, и за что другое. Короче говоря, Господь его умертвил, и Йехуда велел его брату Онану вступить в левиратный брак с Тамар, дабы «восстановить семя брату твоему» (Берешит 38:8).

Однако братья были удивительно схожи в судьбах и своих пристрастиях. Онан, как и брат, тоже женился на Тамар в 7-летнем возрасте[350] и также практиковал «неестественный» секс. Оба они, уточняют мудрецы, предпочли анальный секс с Тамар[351]. В Торе, однако, говорится, что он «входил к Тамар» классическим образом, но не хотел свое потомство дарить брату (Берешит 38:9) и потому также прибегнул к coitus interruptus, – хотя не исключено, что он делал это по привычке, как и покойный Эр. Но Богу не понравилось поведение и Онана, и Он умертвил также и его.

Тамар было приблизительно 660 лет, когда на ней женился 7-летний Эр.

Отметим, что результатом всей этой истории была эпохальная ошибка – обычному coitus interruptus присвоили, по имени персонажа Торы, название «онанизм», который является страшнейшим грехом в иудаизме. И, кстати, имела место еще одна историческая несправедливость: мы помним только об Онане, а его братец Эр, ничем от него не отличавшийся, нами позабыт (хотя некоторые знатоки даже слово «эротика» производят не от греческого Эроса, а от библейского Эра).

Однако продолжим. Из Торы мы знаем, что Йехуда рассчитывал, что третий сын, Шела, подрастет и таки восстановит семя старшим братьям. Однако этого не произошло, и история пошла по совсем другому пути…

◾ Йехуда и Тамар

Самой Тамар история с сыновьями Йехуды, видимо, уже надоела, и она сосредоточила внимание на отце. Как мы знаем из Берешит 38:12–26, она решила соблазнить Йехуду. Тамар переоделась в проститутку и закрыла лицо: Йехуда ее не узнал и с удовольствием зашел к ней на огонек. Даже оставил ей залог за работу. Впоследствии, когда выяснилось, что Тамар – его невестка, он хотел ее убить за разврат, но простил.

На самом же деле Бог предназначил заранее связь Йехуды с Тамар[352]. Поэтому, когда Йехуда мирно проходил мимо шатра Тамар, Бог послал Йехуде ангела желания. Ангел предупредил Йехуду, чтобы тот не забывал, от кого должны произойти великие цари, и тот, бедняга, против своего желания свернул к Тамар[353]. После сурового анкетирования Тамар – выяснив, что она не язычница, что она незамужняя, сирота и что у нее нет месячных[354], – Йехуда убедился, что с ней можно спать, не нарушая строгих правил алахи. Что он и сделал, и она сразу зачала от Йехуды близнецов Пареца (Фареса) и Зару (Зераха). Если Зара, как и Шела, ничем особенным не выделялся, то Парецу выпала почетная судьба быть прародителем Машиаха[355].

На этот момент стоит обратить особое внимание. Наш Машиах происходит, с одной стороны, от инцеста, когда вусмерть пьяного Лота соблазнили две его дочери, и старшая родила Моава, от которого происходит Рут, прабабка Давида, из рода которого произойдет Машиах, – а с другой, от вышеописанного случая снохачества Йехуды с Тамар, пережившей двух своих 7-летних мужей. Что еще раз свидетельствует о таинственности и непредсказуемости спасительных путей Божьих.

◾ Библейская загадка

Друзья, по ходу ознакомления с главой «Вайешев» мне хочется загадать вам пикантную загадку. Известно, что Тамар осталась девственницей после двух замужеств за сыновьями Йехуды, что вполне естественно, учитывая специфику их секса с Тамар. И как сказано в Берешит 34:18 и подтверждают мудрецы[356], Тамар забеременела при первом же половом акте с Йехудой. Однако, согласно строгим научным данным тех же мудрецов[357], при первом половом контакте женщина не может забеременеть! Как же тогда это получилось? Подсказка: о чем-то подобном мы уже слышали ранее.

Успеха на пути к истине!

◾ Йосеф и его милые братья

Мы начинаем увлекательнейшее чтение про приключения Йосефа и его братьев – сюжеты, давшие богатейшие материалы мировой культуре. Как всегда, высокодуховные толкования вы почерпнете у раввинов, а мы заострим внимание на не очень известных, но крайне любопытных и трогательных исторических фактах из жизни большого семейства, о которых поведали наши мудрецы.

Уже с юности Йосеф был, что называется, «красавчиком». Родился он, разумеется, обрезанным[358]. Его лицо было подобно розе[359]. Он очень следил за собой: подкрашивал глаза и носил модную прическу; даже походка его была специфической, подобной девичьей[360]. При этом вел воздержанный образ жизни и не пил вина[361]. Он пас скот с сыновьями наложниц Яакова, Билы и Зилпы. Пишут, что кровные братья обнимали и целовали его – что, однако, не мешало Йосефу стучать на них отцу (Берешит 37:2). Он сообщал отцу, что братья, вопреки строгим запретам, отрезают плоть от живых животных и заглядываются на местных девушек. Заодно он доносил, что сыновья основных жен Яакова якобы называют «рабами» его сыновей от наложниц[362]. Неудивительно, что братья его терпеть не могли.

Яаков же любил Йосефа, сына своей любимой жены Рахель, больше других сыновей и подарил ему красивую цветную тунику (Берешит 37:3). Туника была такая легкая, что ее можно было спрятать в кулаке[363]. Еще Йосефу все время снились сны, где все семейство ему поклонялось, – о чем он простодушно и поведал братьям (Берешит 37:6–11). Неудивительно, что братья вообще его возненавидели и при ближайшей возможности, когда отец попросил Йосефа проведать их на пастбище, решили его прикончить. Сначала братья хотели натравить на Йосефа собак[364], но потом решили просто убить его и сбросить в яму в пустыне. Йосеф упал к ногам братьев, умоляя пощадить его, но безрезультатно[365]. Возражения человеколюбивого Реувена, пытавшегося спасти Йосефа, не возымели действия. Предусмотрительно сняв с него всю не такую уж дешевую в те времена одежду (не говоря уж о красивой тунике), братья бросили его в яму и уселись обедать (Берешит 37:25). В яме было полно змей и скорпионов[366] – и Йосеф, очень боявшийся змей и скорпионов, заорал от ужаса, однако Господь вмуровал ползучих тварей в стенки ямы, чтобы они не тронули юношу[367]. По предложению вредного Шимона братья еще начали швырять в Йосефа булыжниками. Зато потом, когда Шимон уже в Египте попался в руки Йосефа, тот швырял ему куски жирного мяса[368], как собаке.

Потом братья отошли подальше от ямы, чтобы не слышать воплей Йосефа, и сели обедать.[369] За обедом они все еще размышляли, убить ли Йосефа или оставить его в яме, И тут в голову практичного Йехуды, заметившего приближающийся караван мидианитян, пришла удачная мысль: зачем Йосефа убивать, если такого красавца можно выгодно продать, да и совесть почище будет – ведь не убили же? Они быстренько сговорились с мидианитянами за двадцать серебряников (чего хватило на покупку ботинок каждому из братьев[370]). И Луис Гинцберг приводит интереснейший эпизод (который мне не удалось проверить по ссылкам): когда мидианитяне извлекли Йосефа из ямы, оказалось, что он без туники, но в рубашечке. Дело в том, что ангел Габриэль, обнаружив Йосефа в совсем уж непрезентабельном виде, чудесным образом укрупнил амулет на его шее таким образом, что амулет превратился в рубашку, покрывавшую его тело. Удивленные, но прижимистые братья стали торговаться, заявив, что они продавали Йосефа голеньким, и за рубашечку-то надо отдельно доплатить. Впрочем, мидианитяне пошли на натуральный обмен, дав за рубашечку еще четыре пары ботинок. Потом во всех своих приключениях, о которых мы поведаем дальше, он эту рубашечку не снимал. А нас эта история учит тому, что, готовя товарную продукцию к реализации, надо тщательно калькулировать ее стоимость и не забывать включать в ценник стоимость тары.

У пытливого читателя могут возникнуть некоторые вопросы: почему, собственно, братья продали такого красавца сравнительно недорого? Дело в том, что после пребывания в яме Йосеф не был уже столь привлекателен – он ослаб и побледнел, буквально позеленел[371]. Но он, слава богу, быстро восстановил форму. Не случайно, когда братья впоследствии явились в Египет в поисках брата, они прежде всего отправились в район борделей, решив, что мидианитяне непременно продали туда юного красавца[372].

Удивленные, но прижимистые братья стали торговаться, заявив, что они продавали Йосефа голеньким, и за рубашечку-то надо отдельно доплатить.

Мидианитяне потом подумали, а вдруг Йосефа украли и им продали краденое? Иди потом, имей дело с Израилем – еще их всех за это грохнут… И они перепродали Йосефа ишмаэлитам. Те везли Йосефа на верблюде, и он все время плакал, что его разлучили с отцовским домом. Тогда ишмаэлиты решили, что ему неудобно ехать на верблюде, и предложили идти пешком, но он продолжал плакать. Раздраженные ишмаэлиты побили Йосефа. Однако Бог наслал за это тьму на мидианитян, и у всех бивших Йосефа отсохли руки. А после перехода Евфрата Йосеф еще и поплакал на могиле матери, но Бог его успокоил[373].

Тем временем братья вымочили тунику Йосефа в крови убитого козла и, вернувшись домой, соврали, что Йосефа растерзали дикие звери. Иаков был потрясен вестью о гибели любимого сына (Берешит 30:31–35).

◾ Повесть о женской страсти и мужской стойкости

Потом Йосефа еще долго перепродавали, пока его не купил царедворец фараона Потифар[374]. Собственно, Потифар купил его для собственных сексуальных утех, но пришел ангел Габриэль и кастрировал Потифара, лишив его такого удовольствия[375]. В итоге Потифару пришлось использовать Йосефа всего лишь в качестве администратора, однако теперь пришла очередь уже жены Потифара, которая стала неистово домогаться прекрасного Йосефа.

И тут история Йосефа дает нам пример исключительной стойкости перед женскими чарами. Он отводил глаза от всех египетских женщин, и от жены Потифара в том числе, когда их видел[376], и опускал голову. Тогда она приставила стальной штырь под его подбородком, чтобы он прямо глядел на нее[377]. Она просто сходила с ума от страсти, о чем свидетельствует следующий эпизод: позвав подружек, она им вручила по плоду этрога и по ножу, после чего позвала Йосефа. Увидев прекрасного Йосефа, остолбеневшие подружки сильно, до крови, порезались ножами, а она им заявила: «Вы его увидели на мгновение и так возбудились, а я его вижу все время!»[378] Пытаясь соблазнить Йосефа, она в течение дня меняла одежды, использовала самые дорогие парфюмы и косметику, ювелирные украшения и умоляла его отдаться ей, грозя в противном случае засадить его за решетку, согнуть стан, выколоть глаза, наконец, предложила ему тысячу талантов серебра – т. е. 60 т 400 кг. В денежном выражении это составляет 3 млрд 261 млн 600 тыс. руб., исходя из нынешних официальных цен на серебро 999-й пробы (если деньги переводить на карту). Но он все время плакал и категорически отказывался спать с ней в этом мире и быть с ней в будущем[379].

Но жена Потифара не думала о будущем мире, и она решительно вознамерилась заполучить Йосефа еще на грешной земле. А мужчина все же есть мужчина, и ему тоже очень хотелось, несмотря на всю его набожность. Мудрецы спорили, что означает «Делать дело свое» в ст. Берешит 39:11 («случилось в один день, что он вошел в дом делать дело свое, а никого из домашних тут в доме не было») – то ли Йосеф пришел поработать, то ли трахнуть жену Потифара, когда все ушли в театр: именно так посчитал р. Шмуэль[380]. И вот, жена Потифара, поводив его по разным спальням, поймала за одежду и привела в спальню, стыдливо прикрыв физиономию идола на стенке[381]. Жена Потифара потребовала «Ложись со мной» (Берешит 39:12) и, как написано в двух рукописях талмудического трактата Сота, они легли обнаженные в постель[382]. Йосеф уже почти готов был отдаться. И тут мудрецы предлагают нам разные версии того, что произошло. По одной версии, он просто решил, что он человек, а не животное, и не должен отдаться страсти: так мудрецы альтернативно толкуют ст. 39:11 о том, что никого в доме не было, т. е. человека[383]. По другой версии, ему привиделась мама, что также его остановило[384]. По третьей версии, сам Бог явился ему с камнем – основанием мира в руке и предупредил его, что разрушит мир, если он коснется этой женщины[385]. И вот в решающий момент, когда член Йосефа был в предельно эрегированном состоянии, и он уже не мог терпеть, – он вонзил пальцы в пол спальни и эякулировал не как положено, а через пальцы[386].

Отказывался спать с ней в этом мире, и быть с ней в будущем.

Но есть и менее эротизированная версия: ему явился в окне образ отца и предупредил, что его имя сотрут с нагрудника будущих храмовых первосвященников[387]. Йосеф в очередной раз заплакал и хотел сбежать, но, как пишут, Потифарова жена вытащила меч, припрятанный в складках ее платья, и приставила его к горлу Йосефа: «Или ты мой, или умрешь». Йосеф рванул от сладострастницы, то ли оставив в ее руках кусок одежды (который она потом долго целовала и гладила[388]), то ли вообще голый сбежал, оставив ей тунику, – тогдашние туники несложно было расстегнуть спереди.

Неудовлетворенная и разъяренная жена Потифара раздавила в постели яйцо, чтобы предоставить следы учиненного с ней Йосефом безобразия и подвести его под обвинение в изнасиловании. Однако эксперты разгадали женскую хитрость, и Йосеф не был казнен[389]. Да и сама жена Потифара предложила мужу не казнить его попусту, а засадить его в тюрьму. Чтобы потом выгодно продать, – на самом же деле она хотела-таки добиться Йосефа хотя бы в тюрьме. Она посещала Йосефа в камере каждый день, требуя, чтобы он ей отдался, но он по-прежнему отказывался[390].

В итоге Йосеф выдержал испытание, а рассказ Торы учит нас, каким стойким может быть мужчина и насколько неистовой может быть страсть женщины, тем более жены начальника. Очень жизненно.

Микец

◾ Братья Йосефа в Египте

Бог отвел Йосефу 10 лет сидения в темнице, по году за доносы на каждого из своих братьев. А когда Йосеф положился не на волю Божью, а на протекцию перед фараоном начальника виночерпиев за удачно истолкованный сон («если будешь помнить обо мне…» – Берешит 40:14), Бог накинул ему еще пару лет тюремного заключения[391]. Так или иначе, после долгого заключения Йосеф на Рош-а-Шана покинул темницу, чтобы удачно истолковать уже фараону его сны. В результате он стал чем-то вроде премьер-министра при фараоне и благополучно правил страной. При этом ему пришлось немалое время уделять дворцовым интригам; в частности, он сместил со своих постов астрологов фараона[392]. Потом он засадил астрологов в темницу, а несчастного Потифара заковал в кандалы до конца жизни[393].

Приходилось ему и давать ложные клятвы, но в такие моменты хитрый Йосеф клялся жизнью фараона[394]. Когда простодушные египтяне, у которых сгнил весь запасенный (по совету Йосефа же) хлеб, и они пришли к нему попросить из государственных запасов, он потребовал от них обрезаться. В слезах они отправились жаловаться фараону, но перепуганный властитель посоветовал им делать все, что скажет Йосеф. Вроде бы египтяне с голодухи даже обрезались, но потом отвергли этот обычай[395].

Личная жизнь Йосефа после увлекательных перипетий с женой Потифара тоже складывалась благополучно. Как мы уже знаем, он женился на Аснат, дочери Дины и воспитаннице жены Потифара: нимфоманка удочерила Аснат, будучи сама бесплодной (а ее мужа, напомним, кастрировал сам Господь за вожделение к Йосефу). Аснат родила Йосефу сыновей Менаше (Манассию) и Эфраима (Ефрема) (Берешит 41:50–52). Вообще-то Йосеф сам был достоин родить двенадцать колен, как и его отец, но, увы, семя его ушло сквозь пальцы во время известного эпизода, о котором мы упоминали ранее[396].

Тем временем в Израиле начался голод, и Яаков послал десять сыновей в Египет (кроме младшего, Биньямина (Вениамина) за хлебом (Берешит 42:2). Как мы уже знаем, те сначала искали Йосефа по борделям, поскольку считали, что его у них купили когда-то только с этой целью. Но Йосеф ожидал прихода братьев и велел доставить их к нему сразу по прибытии. Они его продали-то юношей совсем, и теперь, уже бородатого, они его не узнали. Состоялась весьма нервная беседа. Йосеф выспрашивал братьев, что они делали в районе борделей, они ему врали, что что-то там потеряли. Но Йосеф внимательно поглядывал на стоявший перед ним серебряный кубок (о котором еще пойдет речь впереди), стучал по нему, нюхал и делал вид, что кубок сообщает ему правду – сродни мотивам сказки А. С. Пушкина «О мертвой царевне и семи богатырях» («Свет мой, зеркальце! Скажи…»). В конце концов, Йосеф обвинил братьев в шпионаже и засадил на три дня в темницу[397]. Потом он решил их отпустить в обмен на то, чтобы братья доставили ему из Ханаана любимого младшего брата Биньямина, – а пока оставить в заложниках Шимона. Выбор мстительного Йосефа не случайно пал на Шимона – именно Шимон с Леви настаивали некогда на его убийстве, и именно Шимон сбросил его в яму[398]. Йосеф оставил бы в заложниках и Леви, но испугался, что вдвоем они устроят в Египте новый кровавый Шхем. К тому же братья не слишком любили Шимона и не особенно возражали бы против решения Йосефа; мудрого же священника Леви им отдавать не хотелось[399].

Недовольный Шимон обратился к братьям за помощью, напомнив им, что они с ним хотят проделать то же, что некогда сделали с братом Йосефом. Но братья, каждый из которых в одиночку мог уничтожить десять городов, сослались на необходимость вернуться с продовольствием и вмешиваться не стали: «А что мы можем сделать?» Тогда Шимон, который мог рассчитывать только на себя, сказал, что будет сопротивляться. Струхнувший Йосеф обратился к фараону, чтобы тот прислал 70 воинов, и повелел схватить Шимона и заковать в цепи. И тут разгорелась нешуточная потасовка. Шимон так рявкнул на воинов, что они попадали на землю и переломали себе зубы. Тогда Йосеф позвал Менаше, который одним ударом в загривок свалил дядю с ног. Теперь перетрухали уже братья – так они были впечатлены силой Менаше, а Шимон даже усомнился в том, что это был египтянин, а не «один из наших»[400]. Кончилось дело тем, что Шимона засадили в темницу и заковали в кандалы, хотя после ухода братьев Йосеф его помыл и накормил[401].

Когда братья вернулись в Ханаан к отцу и рассказали, что Шимон в тюрьме и требуют привезти Биньямина, Яаков пришел в отчаяние. Но больше всего его волновала, кажется, мысль, что не исполнится данное ему Богом обещание и он не станет родоначальником 12 колен Израилевых[402]. Он ни за что не хотел посылать Биньямина, полагая, что он его тоже больше не увидит. Реувен предложил все же отправить Биньямина, и в случае если Шимон с Биньямином не вернутся, пусть убьют двух его сыновей. Яаков подумал, что Реувен совсем дурак, – словно его дети не являются и для Яакова детьми. Но на глупости отвечать не стал[403].

Но опять настал голод, деваться было некуда, и братья снова отправились в Египет, уже с Биньямином (Берешит 43:15). Йосеф устроил праздничный обед; это как раз была шаббатная трапеза. По приказу Йосефа привели Шимона, который раздобрел на хороших хлебах и округлился, как пивной бочонок[404]. Было поставлено три стола – для Йосефа, братьев, а также для египтян. Йосефу полагалось сидеть отдельно, поскольку он большой начальник. Братьев же отделили, поскольку у египтян был собственный «кошер»: еврейская еда была для них «мерзостью» (Берешит 43:32) – ведь израильтяне употребляли в пищу животных, которых египтяне приносили в жертву[405]. Кстати, Йосеф велел приготовить мясо специально в присутствии братьев, чтобы они убедились в его кошерности[406].

Порция Биньямина была в пять раз больше порций остальных (Берешит 43:34): ему в дополнение к собственной порции отдали свои порции Йосеф, Аснат и их два сына[407]. И самое главное, чтобы не забыть! В знак траура по содеянному с Йосефом его братья в течение 22 лет не потребляли алкоголя! Представляете, 22 года! Теперь же, наконец встретившись с ним, они напились[408].

Далее в главе рассказывается, как Йосеф отправил братьев домой, нагруженными хлебом и серебром, и велел тайно положить в сумку Биньямина тот самый серебряный кубок, с которым шептался. В итоге хитроумный Йосеф обвинил братьев в воровстве и в «наказание» объявил, что оставит у себя того, кто взял кубок, – уж очень ему хотелось видеть Биньямина рядом с собой. Когда обыскали вещи братьев, кубок, естественно, был обнаружен у Биньямина; его схватили, и братьям ничего не оставалось, как вернуться к Йосефу – возвратиться к отцу без Биньямина было невозможно (Берешит 44:1–14).

Вайигаш

◾ Битва Йосефа с Йехудой

В дальнейшем взаимоотношения Йосефа и его братьев чуть не переросли в глобальный международный конфликт.

Когда Йосеф объявил, что оставляет у себя любимого (единокровного и единоутробного) брата Биньямина, братья, разумеется, пришли в ужас, ибо клятвенно обещали отцу, что приведут Биньямина обратно (Берешит 43:9). Соответственно, Йехуда понял, что вопрос можно решить, только применив силу. Он выломал дверь и ворвался с братьями к Йосефу. Поначалу он угрожал Йосефу, рассказывая, что Шимон и Леви сделали со Шхемом и что он, Йехуда, еще намного сильнее, чем они. На что Йосеф ответил, что за ним фараон и что они вместе намного могущественнее. Йехуда на это заметил, что начнет с фараона, а закончит Йосефом. Так они долго препирались, пока не перешли к более качественным угрозам. Йехуда сообщил, что стоит ему вытащить меч, и он зальет весь Египет кровью. На что Йосеф дал ответ в духе диалогов из российских криминальных сериалов, что он этот меч обернет вокруг шеи Йехуды[409]. Тогда внес свое предложение Шимон: бросить с горы огромный камень, который разом разнесет весь Египет и всех переубивает. В этот момент Йосеф сделал знак Менаше, и тот топнул ногой с такой силой, что весь дворец затрясся. Мудрецы спорили, насколько благоразумно действовал Йосеф в этой ситуации, но в итоге изумленный Йехуда подумал, что так топнуть может только человек из их рода[410]. Йехуда предупредил, что сожжет весь Египет, что стоит ему воспользоваться даже не мечом, а вырвать один волосок из тела, и весь Египет будет уничтожен его кровью. «Не той ли кровью, – язвительно поинтересовался Йосеф, – в которой вы вымочили тунику вашего проданного брата?»[411]

Услышав эти слова, Йехуда пришел в ярость. Далее спорящие перешли к демонстрации способностей, и даже ангелы с неба спустились, с любопытством наблюдая за сварой. Йехуда поднял пятикилограммовый камень и подбросил камень правой рукой до небес, после чего поймал левой, потом сел на него, и камень превратился в пыль. Но по знаку Йосефа Менаше тут же повторил упражнение с камнем. Потом они опять стали препираться. Другие братья в спор не вмешивались, поскольку боялись, что их всех грохнут[412]. Йехуда, поняв, что Йосеф тверд в своем решении не отдавать Биньямина, в ярости издал вопль, разнесшийся на расстояние около 2800 км и достигший жителей Ханаана, в т. ч. глуховатого Хушима, сына Дана. Тот немедленно примчался в Египет, и теперь они совместно с Йехудой стали орать еще громче, пока земля Египта чуть не перевернулась и у египетских воинов Йосефа не выпали все зубы. Города Питом и Раамзес были разрушены, и потом евреям, уже в качестве рабов, пришлось их восстанавливать.

Братья, видя Йехуду в ярости, тоже воодушевились и стали топать с такой силой, что под их ногами образовались канавы[413]. Они поклялись, что разрушат Египет, каждый приложит все свои силы[414]. Йехуда велел брату Нафтали (Неффалиму) сосчитать количество рыночных площадей в Египте. Тот насчитал двенадцать, и тогда Йехуда дал задание каждому из братьев разрушить по одному рынку, а на себя взял три. Но братья справедливо заметили, что Египет – это не безобидный Шхем и что, если разрушить Египет, то и весь мир будет разрушен[415]. Поэтому Йехуда, видимо, сменил концепцию. Сначала он предупредил Йосефа, как об этом свидетельствует р. Йеремия бен Шемайя, что нашлет проказу на Йосефа и все его окружение. И язвительно добавил: «Как фараон любит мужчин, так и ты», полагая, что Биньямин потребовался Йосефу исключительно в качестве юного любовника[416].

Но Йехуду было уже не остановить, а в гневе он был страшен. Из глаз у него начинали течь кровавые слезы, и, по сообщению р. Ханана, даже волосы на его груди напрягались до такой степени, что протыкали пять одежд, в которые был облачен Йехуда. Эти ядовитые волосы убивали каждого, кто к ним прикасался[417]. В рот Йехуда засовывал медные стержни и сгрызал их в порошок[418].

Йосефу надо было действовать решительно. Йосеф пнул ногой каменный трон, на котором восседал, и тот рассыпался. Изумленный Йехуда подумал, что Йосеф, пожалуй, могущественнее его самого, попытался извлечь меч из ножен, но тот не извлекался, на основании чего Йехуда пришел к глубокомысленному выводу: «А этот человек богобоязненный»[419].

Но Йосефа это не обмануло. Видя развитие событий, он справедливо полагал, что взбешенные братья могут разрушить к чертовой матери весь Египет, и велел Менаше быстро собрать египетских воинов, пеших и конных, почему-то с музыкальными инструментами, но с условием, чтобы те не трогали братьев. Что Менаше и сделал, собрав пятьсот всадников и десять тысяч пехотинцев, среди которых было четыреста бойцов, специализирующихся на боях без правил и работавших только руками и ногами[420].

Йехуда, в свою очередь, вытащил меч и заорал во всю мочь. Египтяне перепугались, многие упали на землю от страха, остальные бросились бежать, и Йехуда с братьями преследовали их до самого дома фараона. Потом Йехуда опять вернулся к Йосефу требовать Беньямина и издал еще более страшный вопль, потрясший весь Египет. Фараон упал со своего трона, городские стены во всем Египте рухнули, а у женщин случились выкидыши. Фараон в ужасе послал своих людей к Йосефу: «Зачем ты евреев сюда привел? Отошли их, а то мы все здесь пропадем. А если они тебе так нужны, оставляй себе мои дары и отправляйся с ними»[421]. Фараон хотел, видимо, только одного – чтобы евреи оставили его в покое и не мучили своими разборками.

В рот Йехуда засовывал медные стержни и сгрызал их в порошок.

Йосеф еще попробовал поторговаться с Йехудой, но тот совсем уже был невменяемым от злости, и Йосефу, страшно боявшемуся как фараона, так и братьев, ничего не оставалось делать, как открыться братьям и тем самым прекратить конфликт.

◾ Конец разборок

Хорошо все, что хорошо кончается, пусть и не сразу. Йосефу все эти битвы, вероятно, надоели – он не выдержал, показал братьям свой обрезанный член и объяснил, что он их родной брат, которого они когда-то продали (Берешит 45:4). Член показать было необходимо: ведь в момент продажи, как мы помним, он был безбородым юным женоподобным красавчиком, а теперь стал бородатым мужчиной средних лет. Так что по лицу его узнать было нельзя, а по обрезанному члену можно[422] – что-то аналогичное имело место в знаменитом эпизоде опознания служащей банка изнасиловавшего ее налетчика из бессмертного фильма «Однажды в Америке». В любом случае братья наконец поверили, что это Йосеф, и вознамерились окончательно его замочить, потому что боялись мести. Однако на арену боевых действий спустился ангел и разметал братьев по четырем углам комнаты[423].

После чего вся компания неожиданно примирилась, и все стали плакать. Йосеф, впрочем, плакал не от умиления, а с горя по будущим разрушенным Первому и Второму храмам (именно так толкуют мудрецы тот факт, что Йосеф пал не на «шею», а на «шеи» Биньямина, как буквально прочитывается текст Берешит 45:14)[424]. Биньямин тоже заплакал – и, опять же, не от умиления, а предчувствуя, что Йосеф снесет любимое им святилище в Шило[425]. Иначе говоря, в душе Йосеф и его братья так и продолжали испытывать неприязнь друг к другу. Зато больше всех был счастлив фараон, который совсем уже перетрухал во время еврейских семейных разборок. На радостях он обещал семейству лучшие куски земли (Берешит 47:6)[426].

Наконец Йосеф загрузил братьев богатыми подарками, и они отправились домой. Среди подарков было выдержанное вино, на радость старику[427], десять ослиц (Берешит 45:23) – по пять в честь матери и приемной матери Билы (остальные жены отца уже умерли)[428] и десять ослов, по количеству братьев без Йосефа и Биньямина. Отсюда можно сделать вывод, что Йосеф так и оставил у себя Биньямина[429], – что бы нам ни говорили. Он тепло напутствовал братьев в путь и велел им соблюдать алаху – но не обсуждать ее, чтобы не потеряться по дороге[430].

Братья благополучно добрались до Ханаана, а спустя некоторое время наступил торжественный момент, когда братья, уже вместе с отцом Яаковом, вернулись в Египет. Пишут, что братья по очереди несли отца на руках и их сопровождали 600 тыс. ангелов[431].

Когда все семейство собралось в Египте, Йосеф пал на шею отцу (которого не видел уже двадцать два года[432], но почему-то ничего в связи с этим не предпринимал) и хотел его поцеловать, но необыкновенно благочестивый Яаков не позволил ему этого сделать, подумав: «Небось, его тут уже какие-то женщины целовали, с такой красотой-то!»[433] По другой версии, Яаков читал Шма и не хотел прерывать молитву поцелуем[434]. И это все несмотря на то, что с момента исчезновения Йосефа Яаков пребывал в трауре и даже прервал супружеские отношения с женами[435].

В любом случае семейству Яакова выделили прекрасный район для проживания. В годы очередного голода Йосеф в обмен на припрятанный хлеб забрал у египтян все серебро, скот, потом и их самих сделал рабами фараона. Да еще и обрезав несчастных, как мы знаем. Так, благодаря Йосефу, в Египте расцвел рабовладельческий строй. Семейство же Яакова жило припеваючи, евреи стали оседлыми.

◾ О тайне Биньямина

Мы с вами уже знаем про тайну Эйсава. Теперь пришло время узнать о тайне Биньямина.

Младший сын патриарха Яакова, Биньямин был оборотнем (по-научному, ликантропом)! Это убедительно доказывает вместе со своими учениками р. Эфраим бен-Шимшон – еврейский экзегет, живший во Франции на рубеже 12–13 вв. В самом деле:

1. Благословение Яакова Биньямину в Берешит 49:27 («хищный волк: утром жертву свою грызет, вечером разрывает добычу») р. Эфраим в своем комментарии на Берешит 44:29 интерпретирует буквально: Биньямин – это в самом деле волк, который время от времени грызет людей.

2. О Биньямине сказано в Дварим 33:12: «Между плеч его покоится он». И это не случайно: хорошо известно, что в момент превращения в волка лапы оборотня вылезают из плеч человека.

3. Когда Биньямин находится рядом с отцом, тот следит за ним и не дает превратиться в волка. Именно по этой причине Йехуда умоляет Йосефа отпустить Биньямина: «отрок не может оставить отца своего, и если он оставит отца своего, то сей умрет» (Берешит 44:22): когда Биньямин отделяется от отца, он превращается в волка, и встретившийся ему путник убьет его на горе отцу.

Биньямин был оборотнем.

4. Все же Йехуде не удалось уследить за Биньямином: в Берешит 35:18 сказано о кончине матери Биньямина, Рахели: «И когда выходила из нее душа, ибо она умирала, то нарекла ему имя: Бенони». Бенони на иврите означает «сын моей беды, мук», а Рахель – «овца», поэтому ученики рабейну Эфраима утверждают, что Биньямин загрыз свою мать, «имейну Рахель». Ведь овцы – излюбленная добыча волков.

5. У оборотня хвост никогда не исчезает, даже когда он в облике человека: для р. Эфраима этот факт почему-то символизирует полоска земли, связывающая надел Биньямина с наделом Йехуды, на котором был построен святой Храм (Йеошуа 18:11–14).

6. Берешит 49:27 начинается с буквы «бет» (первой буквы в имени «Биньямин»), а заканчивается «ламедом» («шалаль» – добыча). Буквы «ламед» и «бет» в их числовом значении вместе составляют 32 – количество зубов у еврея (насчет количества зубов у неевреев ученики р. Эфраима были, видимо, не в курсе). Поскольку же слово «зубы» («шенаим») фонетически и по написанию близко слову «перемена, превращение» («шинуй»), то у всех людей они выпадают и вырастают во второй раз. А вот оборотни рождаются уже с зубами, как и волки, на что и намекает стих.

Мы можем в любую секунду обратиться в оборотней, если таковой нас укусит. Раньше этому препятствовали надежные средства: известно, дабы уберечься от волка-оборотня, надо схватить горящую головню и размахивать перед собой. Именно поэтому в святом Храме, пишет рабейну Эфраим, было предписано каждый день бросать пепел от жертвы всесожжения рядом с алтарем (Ваикра 6:10).

Сейчас Святого Храма уже не существует. Но знания о Биньямине-оборотне и печальной судьбе съеденной им мамы Рахели должны запечатлеться в нашей памяти и быть согласованы с другими знаниями о младшем сыне праотца Яакова. Тем более что помимо этого высокоученого комментария ученики рабейну Элеазара приводят другие убедительные доказательства существования оборотней. В этом их поддерживают и другие знаменитые мудрецы, в частности, рабейну Элеазар из Вормса. В самом деле, ведь мы знаем о многочисленных случаях превращения людей в животных и наоборот, и не только из священного ТАНАХа, где, например, в гл. 4 книги Даниэля злой Навуходоносор превращается в вола, жующего траву (4:10–24). Нам хорошо известны истории и о Царевне-лягушке, и, наконец, о Сером Волке, который превращался то в царевну, то в коня.

◾ Счастливое семейство

Итак, сколько же всего евреев поселилось в Египте в момент счастливого воссоединения Йосефа со своим семейством?

В главе «Вайигаш» перечисляются члены семьи Яакова, спустившейся в Египет. И тут перед пытливым читателем встает интереснейший вопрос: из Берешит 46:8–26 легко посчитать, что все семейство составляет 69 человек, но в 46:27 говорится, что их было 70. Кто же этот таинственный 70-й? Попробуем разобраться.

В различных доступных источниках выдвигаются разные версии, коих насчитывается священное число «семь»:

1. Это Йохевед (Иохаведа), дочь Леви и мать Моше и Аарона, родившаяся «между стен» при входе в Египет[436]. Ту же версию поддерживает Раши[437]. При этом Йохевед должны были посчитать в числе 70, когда она еще была в утробе матери.

2. Это девочка – близнец Дины, о которой сообщил р. Хийя бен-Абба и о которой в писаной Торе нет ни слова[438].

3. Это Серах, падчерица Ашера (Асира)[439]. Она упомянута среди 66 душ дома Яакова (Берешит 46:17) и одновременно среди тех, кто покинул Египет при Исходе (Бемидбар 46:26). В силу необычайной продолжительности жизни Серах[440] ее посчитали как двух человек сразу[441]. Есть версия, что она вообще никогда не умирала и вошла в рай живой[442].

4. Это сам Господь во славе Своей, по мнению р. Танхум бен Ханила[443].

5. Это Шехина[444].

6. Это сын Дана, имя которого не упомянуто в ТАНАХе. Такое предположение основывается на тексте Берешит 46:23, где говорится буквально о «сынах» Дана (во множ. числе), а упоминается один лишь Хушим. В Талмуде эта загадка объясняется тем, что хотя сын у Дана был один – Хушим, зато у самого Хушима было бесчисленное число сыновей («как вереск»), которые приписаны Дану – отсюда и множественное число в стихе[445].

7. Это был сам Яаков, который включен в число семидесяти. Так толкуют стих Ибн-Эзра и Сончино.

То есть мы так и не разобрались. У нас есть три варианта действий:

1. Принять версию, упоминаемую в большинстве источников. Тогда это будет Йохевед.

2. Попытаться согласовать все источники, исходя из неоспоримого положения, что все мудрецы всегда во всем правы. Заранее преклоняюсь пред великим человеком, готовым решить эту грандиозную задачу.

3. Принять ту из версий, предложенных мудрецами, которая больше импонирует.

Я же лично предпочитаю смиренно склонить голову перед безграничной фантазией, которой наделен человек.

Вайехи

◾ О предсмертном и посмертном бытии Яакова

Долго мы следили за бурными перипетиями жизни Йосефа и его братьев, но увы, человек смертен. И мы неизбежно подошли к печальному финалу жизни Йосефа и его отца, о чем повествуется в главе Вайехи.

Вспомним сначала малоизвестные обстоятельства смерти Яакова. Перед смертью он заболел. И это, на первый взгляд, банальное сообщение открывает новую страницу в истории человечества: считается, что до Яакова никто не болел, все умирали молниеносно. Наш же патриарх, наоборот, попросил у Всевышнего предсмертных болезней, чтобы достойно подготовиться к смерти[446]. Отсюда предполагается, что Яков вроде бы стал первым человеком, который умер от болезни. Почему «вроде бы»? Потому что странным образом одновременно известно, что его дедушка Авраам умер от какого-то желудочно-кишечного расстройства – к этому выводу мудрецы пришли на том основании, что если сказано о ком-то «скончался», как об Аврааме в ст. Берешит 25:8, то он умер от желудочного расстройства[447].

Хотя р. Йоханан полагает, что Яаков вообще не умер (видимо, в духовном смысле[448]), все же расскажем об обстоятельствах его смерти и погребения.

Яаков попросил сыновей похоронить его в Ханаане. Собственно, просить об этом было необязательно, даже если Яаков и хотел оказаться на Святой земле. Дело в том, что со всех точек земного шара в Израиль ведут подземные ходы, и кости почивших праведников туда ползут по этим ходам, чтобы в день воскресения облечься плотью. Но Яакову было некомфортно ползти таким образом, потому он и попросил сыновей похоронить его уже на месте[449]. По другой версии, он знал, что Египет в ходе одной из казней в преддверии Исхода наполнится разными паразитами, и ему не хотелось, чтобы паразиты потревожили его прах. Кроме того, ревнивый Яаков опасался, чтобы египтяне не сделали из него идола и «не получили бы избавления за мой счет», да и полагал, что первыми воскреснут погребенные в земле Израиля[450]. Он потребовал клятву с Йосефа, чтобы тот похоронил его в Израиле, и в знак клятвы велел ему положить руки под свое «бедро» (Берешит 47:29), что является эвфемизмом «на обрезанный член». Иначе говоря, надо было поклясться на живом свидетельстве единственной данной к тому времени заповеди об обрезании (позже количество заповедей несколько увеличилось), однако Йосеф почему-то не захотел производить этого сакрального действия, и дело обошлось устной клятвой[451].

Кости почивших праведников туда ползут по этим ходам, чтобы в день воскресения облечься плотью. Но Яакову было некомфортно ползти таким образом.

Возлежал Яаков на золотой кровати, и все двенадцать колен собрались вокруг нее, а потом появилась и Шехина[452]. Он дал подробные инструкции сыновьям, кто и каким образом будет переносить его гроб, велев отнестись к переноске его тела с трепетом и благоговением. Мало того что необрезанным запрещалось приближаться к его гробу; даже внукам это было запрещено по той причине, что они осквернились, женившись на хананеянках[453]. Так, поболев несколько дней, он и отошел в мир иной – и умер легко, посредством поцелуя Божьего: смерть не имела над ним силы[454]. Он умер праведником, как и жил: за первые 84 года жизни, до зачатия Реувена, у Яакова не было ни одной ночной поллюции[455].

Когда Господь поцеловал его и 147-летний Яаков почил, его тело переложили из золотой кровати в гроб из слоновой кости, выложенный золотом, украшенный драгоценными камнями и покрытый чудесными льняными тканями. В течение сорока дней его бальзамировали, натирая тело священным миром, превосходившим все благовонные масла и приправленным специями. Бальзамирование было внешним и внутренним: миро выливалось на пупок, через который проникало внутрь тела и впитывалось во внутренности[456]. В гроб, на радость покойному, положили лучшие вина и тончайшие парфюмы[457].

Увы, погребение сопровождалось очень неприятным инцидентом. Места на хорошем кладбище ценились не меньше, чем сейчас. Когда Яакова хоронили в пещере Махпела, явился Эйсав и заявил, что четыре пары уже похоронены в Махпеле, Яаков там захоронил Лию и осталось только одно место для него, Эйсава. Присутствующие возразили, что Эйсав им продал свое место в гробнице: в самом деле, как мы уже знаем, Яаков выкупил место в Махпеле у Эйсава[458]. Однако Эйсав потребовал показать ему купчую. Родственники сообщили на это, что оставили документ в Египте, и быстроногий Нафтали помчался за документом. Тем временем глуховатый Хушим, сын Дана, спросил, почему задерживается погребение. Получив ответ, он возмутился: «Что, дедушка тут будет в бесчестье до возвращения Нафтали?!» И, недолго думая, врезал Эйсаву дубиной по башке, да так сильно, что у того выкатились глаза и упали на колени Яакову. Тут уже умерший Яаков приоткрыл глаза и испытал абсолютное счастье[459] от кончины брата – мы помним, сколько страха Яакову пришлось натерпеться. По другой версии, Эйсава вероломно убил племянник Йехуда, подкравшись сзади и снеся ему голову[460]; голова покатилась к пещере Махпела и застряла в складках савана Ицхака[461].

Яаков же, будучи похороненным в гробнице Махпела рядом с Лией и оставшись нетленным, остро чувствует, когда евреи грешат. Зато и по пришествии Избавления Яаков будет радоваться больше других патриархов, поскольку его пригласят на эсхатологический пир как нашего прародителя – ведь мы зовемся «сыны Израиля»[462]. И на пиру праведников вместе с Яаковом мы будем вкушать Левиафана – отвратительного, хотя и вкусного, по-видимому, чудовища, которого убьет ангел Габриэль[463], а также прочую некошерную пищу, слава богу. Впрочем, кто из нас попадет в число праведников, еще большой вопрос.

◾ Йосеф – в последний путь

После смерти отца братья Йосефа очень боялись, что теперь-то Йосеф точно их прибьет[464], и в разговоре с ним соврали, что отец велел ему простить грех братьев. Йосеф всплакнул, но особо не заморачивался. Он сообщил братьям, что все предыдущие события были предначертаны Богом, чтобы сберечь евреев, на чем братья и утешились (Берешит 50:16–20).

110 лет от роду почил уже сам Йосеф. Еще при жизни он завещал перенести его останки в Ханаан – ровно по той же причине, что и Иаков, – чтобы не проходить утомительной и болезненной процедуры ползания костей по подземным ходам[465]. Пока же его так же забальзамировали, как и отца, но вот о временном захоронении есть разные версии. По одной версии, его похоронили в царском мавзолее. По другой версии, его положили в массивный железный гроб весом в 500 талантов[466] – т. е. весом в 16,1 тонны или 30,2 тонны, в зависимости от того, какой вавилонский талант мудрецы имели в виду – легкий или тяжелый. В любом случае это самый тяжелый гроб в истории человечества. Его бросили в Нил, а Моше впоследствии этот гроб чудесным образом выловил. В обеих версиях гроб охраняли золотые псы – если кто приближался к гробнице, лай псов раздавался на весь Египет[467].

Таскать 40 лет гроб, весящий по меньшей мере 16 тонн, – это подлинный героизм.

В итоге все 40 лет, пока израильтяне под водительством Моше перемещались по небольшой пустыне, чтобы попасть в Ханаан, они перетаскивали два тяжелых предмета – Ковчег Завета и гроб с телом Йосефа[468]. Таскать 40 лет гроб, весящий по меньшей мере 16 тонн, – это подлинный героизм.

Но это уже отнсится к другой захватывающей истории, связанной с Моше-рабейну и евреями, которую мы будем изучать в книге Шмот.

◾ Памяти Эйсава

Мы уже знаем, что на похоронах Яакова погиб его брат Эйсав – одна из самых трагических фигур в библейской истории. Обманы, гонения, несчастья сопровождали всю жизнь этого простодушного, но честного и искреннего человека. Правда, мы уже предположили, что Эйсав был вампиром и, соответственно, человеком нехорошим. Но есть и другие факты, свидетельствующие об обратном, что он был человеком хорошим.

В самом деле, подведем итоги жизни Эйсава:

1. Он уже родился зубастый, с волосами и бородой, чем вызывал страх и отвращение у окружающих[469], и наверняка очень страдал от этого.

2. Мать Ривка не любила его, в отличие от своего любимчика Яакова (Берешит 25:28).

3. Никто в мире не любил своего отца больше, чем Эйсав Ицхака[470]. Отец его тоже любил, но, как и в известной сказке «Золушка», безвольный Ицхак ничего не мог противопоставить интригам хитроумной Ривки и сына Яакова.

4. Яаков хитростью отнял у умирающего от голода Эйсава первородство Берешит 25:29–34).

5. Потом Яаков с помощью Ривки снова хитростью отнял у простодушного Эйсава благословение (Берешит 27:1–38).

6. Он хотел жениться на Леа[471], но обе сестры, Рахель и Леа, достались Яакову.

7. Ангелы, посланные в помощь Яакову, несколько раз избивали Эйсава[472].

8. В знак примирения Яаков подарил Эйсаву стада, но, как оказалось, опять обманул его: Яаков подсунул Эйсаву выбракованных животных[473].

9. На похоронах Яакова Эйсав только просил показать купчую, надеясь быть похороненным вместе с родней, но его зверски убил Хушим или Йехуда[474].

Так трагически закончилась жизнь Эйсава, которому пришлось претерпеть в жизни столько обманов и несчастий. Но и после смерти его мучения не закончились: до настоящего времени его отождествляют с врагами евреев, возводя на Эйсава-Эдома обвинения в вековых гонениях и кровавых преступлениях и проклиная его.

Преклоним же тихо голову и воздадим дань памяти невинному страдальцу, столько претерпевшему ради того, чтобы мы извлекали уроки жизни и мудрости из святой Торы.

Ну при условии, конечно, что Эйсав – не вампир.

Шмот

◾ Евреи в рабстве

Благодаря заслугам Йосефа, евреи жили довольно долгое время в Египте припеваючи. Как сообщил нам р. Юдан, Яаков не покинул этот мир, пока не увидел 600 тыс. своих потомков[475]. Мы помним, что семейство Иакова пришло в Египет в количестве 70 душ. Напомним также, что Иаков прожил в Египте 17 лет (Берешит 47:28), т. е. к моменту смерти патриарха количество евреев выросло с 70 чел. до 600 тыс. чел.[476] Каким образом и с какой скоростью надо размножаться, чтобы за 17 лет народонаселение выросло в 8572 раза, я объяснить не берусь, но Богу подвластно все на свете.

После смерти Яакова положение евреев в Египте стало ухудшаться. Евреев заставили работать на тяжелых строительных работах, и фараон придумал хитрую систему. Он за каждый положенный кирпич платил по шекелю (тогдашнему), и евреи старались побольше положить кирпичей, чтобы заработать. Потом уже платили по шекелю в день и, наконец, евреев окончательно превратили в рабов[477]. Фараон перестал им платить, но требовал от каждого выполнения ежедневной нормы кладки стольких же кирпичей, сколько каждый клал и раньше, в период трудового энтузиазма (Шмот 5:8–9). При невыполнении нормы их замуровывали в стенах зданий[478]. Но Амрам и вообще левиты были очень хитрыми, и в период, так сказать, финансовых стимулов, ухитрялись класть один кирпич в день, поэтому новые репрессивные меры их не коснулись[479].

Среди левитов особым благочестием и мудростью отличался Амрам, председатель Санхедрина – существовавшего, оказывается, еще в Египте[480]. Амрам вступил в кровосмесительный брак с Йохевед, приходившейся ему теткой по отцу (Шмот 6:20). Ему повезло, что он не дожил до того момента, пока его сын Моше не получил от Бога закон, согласно которому подобный брак объявляется чудовищным грехом и подлежит страшной каре (Ваикра 18:12). Кстати, даже до получения Торы евреям разрешалось жениться на сестре отца только по отцовской, а не по материнской линии[481], что феминистки, безусловно, сочтут злостным нарушением прав женщин. Супруги родили дочь Мирьям (Мариам) и сына Аарона.

Непосильный труд не мешал стремительному увеличению еврейского народа, как было обещано еще Аврааму. Дальнейшему чудесному росту еврейского населения всячески пытались препятствовать египтяне, запретив евреям спать дома и тем самым вроде бы лишая их возможности зачинать детей. Египтяне стали думать, как бы ограничить рождаемость. В результате они запретили евреям спать в собственных домах, чтобы те не занимались сексом со своими женами. Тем не менее такая возможность, видимо, изыскивалась неутомимыми парами, даже обессиленными строительными работами и непрерывным деторождением. Однако Бог снабжал женщин в изобилии какой-то рыбой, которой они кормили мужей, что способствовало их мужской силе и непрерывным совокуплениям посреди полей[482], тем самым продолжая активнейшим образом размножаться, – женщины регулярно рожали по несколько детей одновременно, – по некоторым сведениям, до шести человек[483].

Амрам вступил в кровосмесительный брак с Йохевед, приходившейся ему теткой по отцу.

Тогда отвратительный Бильам (Валаам), с которым мы еще встретимся, посоветовал фараону умерщвлять еврейских младенцев мужского пола и оставлять в живых девочек, а многострадальный Иов из одноименной библейской книжки некрасиво промолчал на сей счет[484]. Впрочем, согласно другому источнику[485], сам Иов и предложил умерщвлять младенцев. Кстати, именно он ранее посоветовал фараону обратить евреев в рабство, впрочем, из гуманных соображений сохранения их жизни[486]. Египтянам план Бильама (или Иова) очень понравился, поскольку мужчины-евреи им были никак не нужны, а вот женщины нужны – чувственные египтяне хотели оставить себе как можно больше женщин[487]. Миссия по уничтожению еврейских младенцев мужского пола была возложена на двух повитух – уже известных нам Йохевед и Мирьям. Две славные женщины быстро сориентировались в стремительном процессе почти одновременного принятия родов не менее чем у миллиона героических еврейских женщин, размножавшихся с небывалой скоростью, и нежно заботились сразу обо всех новорожденных. Интересно, что фараон почему-то всячески уговаривал повитух выявлять младенцев мужского пола, вместо того чтобы им строго приказать. При этом он использовал разные виды уговоров, вплоть до любовных приставаний и к матери, и к дочери, выказав себя одновременно педофилом и геронтофилом[488] – возраст Йохевед приближался к 130 годам, а Мирьям было в то время меньше 5 лет[489]. Однако повитухи героически не подчинились приказам фараона. Фараон приводил разные аргументы, но повитухи изящно отговорились, что еврейские женщины рожают легко, до прихода повитух: «Мы, евреи, – как животные. Как и животным, евреям повитухи не нужны»[490], чем фараона, видимо, убедили.

Те не менее многие еврейские мужчины перепугались и стали держаться от жен подальше (контрацептивами в те времена широко не пользовались). Но не все были такими боязливыми – и жены смельчаков, не боявшихся зачинать детей, уходили рожать в поле и оставляли там младенцев, чтобы тех не убили (каким образом была незаметна их беременность, неясно, отнесем это тоже к чуду). Далее детьми занимались ангелы: они мыли младенцев, пеленали и оставляли им два гладких камня, из которых сочились молоко и мед, как в Ханаане. Волосы у младенцев отрастали до колен, чтобы защитить их. Потом их принимала земля, но не чтобы похоронить, а чтобы служить приютом. В нужный момент земля их изрыгала, наподобие цветов и злаков, и младенцы уже взрослыми возвращались домой. Египтяне, узнав об этом деле, тщательно перепахали всю землю, но земля тщательно скрывала малышей[491].

Но фараон не унимался и приказал египтянам топить всех еврейских младенцев-мальчиков в реке (Шмот 1:22)[492]. Слабохарактерные, как всегда, мужчины окончательно отказались от сожительства с женами, стали заискивать перед египтянами и даже перестали обрезываться. Что же касается хитрого, но законопослушного Амрама, то он развелся с женой согласно приказу фараона о младенцах, а за ним все остальные. Однако через три месяца по совету Мирьям Амрам вновь на ней женился, и все прочие тоже последовали его примеру[493]. В непризнанных мудрецами «Заветах двенадцати патриархов» указывается, что Амрам родился в один день с Йохевед, т. е. ему было тоже 130 лет. В библейской хронологии на основе усредненных расчетов возраст Амрама определяется в 65 лет – т. е. он был вдвое моложе Йохевед. Плодом этого повторного брака и стал Моше[494], впоследствии величайший герой еврейского народа. Йохевед со своим возрастом деторождения переплюнула даже Сарру (хотя уступила, как мы знаем, 650-летней Тамар). Богу же пришлось ради этого знаменательного события вновь превратить Йохевед в прекрасную девушку[495].

◾ Моше: детство

Рождение и юные годы Моше сопровождались разными чудесами. В период беременности и во время родов Йохевед не испытывала никаких болезненных ощущений[496], а дом с появлением младенца озарился светом[497]. Йохевед родила Моше шестимесячным, но это оказалось совсем не страшно, как по нынешним временам, когда выхаживают младенцев в барокамере. Разумеется, Моше родился уже обрезанным[498], а когда ему исполнился один день, он уже стал ходить и разговаривать с родителями, сразу же отказавшись от грудного молока и перейдя на обычную пищу. В трехмесячном возрасте он уже заявил, что ему было предназначено получить Тору[499]. Он с детства был необычайно красив и напоминал ангела Божьего[500]. Впоследствии он стал интересным, видным мужчиной: рост его составлял 4 метра 50 см[501], а голос его был слышен на расстоянии, равном 40-дневному пути[502].

Как мы уже знаем, подлый фараон не сломался перед временными трудностями и приказал топить еврейских младенцев в реке. Чтобы спасти юного Моше от фараона, его положили в тростниковую корзинку и пустили по Нилу. Отметим, что одновременно с Моше были зачаты и рождены – сколько бы вы думали? – еще 600 тыс. мальчиков; их всех тоже положили в корзины и пустили по Нилу, и вся эта орава младенцев дружно плыла по реке[503].

Когда ему исполнился один день, он уже стал ходить и разговаривать с родителями, сразу же отказавшись от грудного молока и перейдя на обычную пищу.

За такие подлости фараона Бог наслал на всех египтян проказу, и египетская принцесса вышла на берег Нила, чтобы водой унять кожный зуд[504]. Увидев множество плывущих корзинок, она сразу по наитию поняла, какую надо выловить. Однако корзинка с Моше плыла на расстоянии почти 70 метров. И тут Господь совершил очередное чудо: рука принцессы вытянулась и выловила Моше[505]. Кстати, в честь Моше все младенцы вылезли из Нила живыми и невредимыми[506].

◾ Моше: юность

Впоследствии, как известно, Моше воспитывался у дочери фараона, под присмотром собственной матери и сестры. Когда он вырос, то заботился о евреях. У одного еврея, по имени Датан, был египтянин-надсмотрщик, который воспылал страстью к жене Датана. И вот однажды он пришел очень рано в дом еврея, отослал его на работу, а сам обесчестил женщину, причем она почему-то приняла его за своего мужа. В этот момент вернулся Датан. Поняв, что тот все видел, надсмотрщик стал избивать еврея, а Моше после гневной речи, обращенной к египтянину, произнес Имя Божье, и тот упал замертво. По другим версиям, он убил его то ли ударом кулака, то ли мастерком раскроил череп. Тем не менее сам же Датан с братом и настучали фараону на Моше[507]. Того повели на эшафот и десять раз пытались мечом отрубить голову, но шея его сделалась как слоновая кость, и меч соскальзывал с нее. Потом Господь послал на землю ангела Михаэля, принявшего облик палача, а палачу придал облик Моше. В итоге Михаэль убил палача, а настоящий Моше благополучно сбежал. Посланные за ним войска поразила слепота и немота – они его не видели, а кто и видел, сказать ничего не мог[508]. А с Датаном мы еще встретимся.

◾ В эмиграции

Но Моше все-таки пришлось скрываться, и в поисках убежища он оказался в земле мидианитян, где присел отдохнуть у колодца (Шмот 2:15). Главным жрецом Мидьяна служил в это время Итро (Иофор), и не было в мире идола, которому бы он не поклонялся[509]. Но в итоге он оказался человеком прогрессивных взглядов и, по словам Раши[510], отверг языческий культ, и был отлучен собратьями. У Итро было семь дочерей. Они всей компанией регулярно ходили к колодцу по воду и постоянно конфликтовали с пастухами, которые из этого колодца поили овец. В день прибытия Моше пастухи особо зверствовали и пожелали не только отнять воду у дочерей Итро, но то ли хотели изнасиловать их, то ли просто сбросили в колодец. Но в это мгновение, как в хорошем криминальном боевике, появился наш герой и спас девушек. Но пастухов он не грохнул в отличие от боевиков, а милосердно напоил и стада, и негодяев-пастухов. Так он и познакомился с Ципорой (Сепфорой), одной из семи дочерей Итро[511]. Все наши патриархи знакомились с женами у колодцев, на что следует обратить особое внимание девушкам, находящимся в поиске приличного мужа.

Господь посоветовал Моше потребовать от фараона «Отпусти народ мой!»

Всякий, кто видел Ципору, дочь Итро, поражался ее красоте. Она и имя-то свое получила благодаря восхищенным откликам («Смотри (‘ципо’) и увидь (‘раа’), как она прекрасна!»). Кушиткой ее звали (Бемидбар 12:1) потому, что, как кушитки (эфиопки) отличаются цветом кожи, так и она выделялась своей красотой[512]. Когда Моше оказался на землях Итро, то Ципора сразу полюбила его. И когда Итро велел дочерям пригласить Моше и накормить его, Ципора полетела за ним, как птичка (ивр. «ципор»)[513].

Но реальность оказалась сложнее. Моше открыто провозглашал свою еврейскую идентичность. А Итро, хотя и был прогрессивным, но наслушался пропаганды местных мудрецов и решил, что этот еврейский пророк разрушит Египет. Поэтому он бросил Моше в яму, где тот провел долгие десять лет. И все это время Ципора приносила Моше еду[514], спасая его от голодной смерти.

И вот, спустя десять лет, не только красивая, но и сообразительная Ципора предложила отцу: «Пойдем посмотрим, жив ли Моше?» Итро изумился: «Как же человек десять лет может без еды провести?» И Ципора ответила: «А разве ты не слышал, что Бог евреев велик и могуч, и творит чудеса для них во всякие времена?» Они пошли к яме, вытащили Моше, побрили его и посадили кушать[515].

Моше вполне понравилось у Итро (Шмот 3:21). Да и Ципора оказалась такая заботливая! Он попросил у Итро ее руки, но отец поставил условие: их первенец останется идолопоклонником, а второй уж, ладно, пусть будет обращен в иудаизм[516]. Моше согласился на многоконфессиональную семью, женился на Ципоре, и у него родился сын Гершом (Гирсам) (Шмот 2:22).

◾ Поручение Бога

Однажды Моше в качестве зятя Итро пас его овец, и ему в горящем кусте явился Бог. Бог велел ему отправляться к фараону и потребовать вывести страдающих евреев из Египта. Моше долго отнекивался, боялся, что ему не поверят, что он заикается. Но Бог настоял на аудиенции Моше у фараона и обещал помочь разными чудесами. Однако Моше справедливо отметил: кто он вообще такой, кто его слушать будет? (Шмот 3:1–15) И вот здесь, друзья, мы имеем возможность ознакомиться, наверное, с самой удивительной в истории человечества рекомендацией Бога своим служителям.

Итак, Моше предстоял тяжелый разговор с фараоном. Надо было заранее и тщательно продумать все детали исторического диалога. И Господь дал Моше изумительный, непревзойденный по психологической точности и практической эффективности совет. Дело в том, что фараон притворялся перед египтянами богом, а, как известно, боги не должны справлять естественные надобности. Поэтому фараон справлял большую нужду тайно: рано утром, чтобы его никто не заметил, он выходил с этой целью на берег Нила (Шмот 7:15). Так вот, Господь посоветовал Моше потребовать от фараона «Отпусти народ мой!» как раз в момент дефекации фараона: «Пойди к фараону завтра: вот он выйдет к воде, ты стань на пути его, на берегу реки»[517]: ведь в этот момент человек находится в особенно беспомощном и нерешительном состоянии, и ему трудно возражать.

◾ Обрезание Гершома

Мудрый совет убедил Моше, и он с семейством отправился обратно в Египет. Но случилось непредвиденное: верный своему слову, данному Итро, Моше так и не обрезал Гершома. Причем довольно хитро выкрутился: дескать, Бог мне велел срочно в Египет идти, а если я его обрежу, то три дня придется сидеть и ждать, пока он поправится[518]. Но эти оправдания не помогли: Бог решил убить Моше (Шмот 3:24) и послал с этой целью ангела. Не совсем ясно, кто бы уговаривал фараона, если бы Бог прикончил-таки Моше. Впрочем, р. Шимон бен Гамлиил посчитал, что Бог хотел грохнуть необрезанного Гершома, а не самого Моше. В любом случае ангел явился к Моше в обличье огромного змея и заглотил Моше с головой, ровно до его гениталий, а точнее, места обрезания на члене[519]. Умная Ципора поняла, что это был посланный ей свыше знак: змей не мог заглотнуть Моше дальше – так велика сила обрезания! Она тут же сообразила, что к чему, схватила нож и обрезала Гершома – как сказано в святой книге Зоар, Господь окрылил ее[520]. В результате Моше живой и невредимый выскочил из утробы змея. Так Ципора дважды спасла жизнь Моше. А второй сын, Элиезер, так и остался необрезанным (Шмот 18:4)[521]. Этим отчасти был достигнут некоторый компромисс с Итро: обрезан все же был первенец, но второй сын так и не стал монотеистом.

Ваэра

◾ Встреча с фараоном

Итак, Моше воспользовался отличным советом Бога, поймав фараона у реки в момент дефекации и схватив его за грудки. Фараон попросил Моше чуть-чуть подождать и, сразу после того как облегчится, обещал с ним пообщаться на тему Исхода. Моше, при всем своем волнении от ожидаемого разговора, все же ехидно поинтересовался: «Разве богу требуется облегчаться?»[522] На что фараону пришлось ответить, что он только притворяется: египтяне такие идиоты, что их лучше считать ослами, чем людьми[523].

Стал ли Моше ждать завершения процесса у фараона, нам неизвестно. Но в любом случае этот исторический эпизод не мог не повлиять на нервную систему (а возможно, и на работу желудочно-кишечного тракта) фараона и, соответственно, на дальнейшую цепь событий по выходу еврейского народа из рабства к свободе. Кстати, этот урок Торы, вероятно, несложно реализовывать в повседневной жизни, когда что-то надо добиться от близких или начальства.

Но есть и иная версия первой встречи Моше с фараоном, описанная Луисом Гинцбергом. Он направился прямиком к дворцу фараона; его сопровождали Аарон и старейшины, но по дороге старейшины от страха разбежались. И было от чего. Уже сам дворец производил внушительное впечатление[524]: в нем было 400 входов (по сто с каждой из четырех сторон), и каждый вход охраняли 60 тыс. солдат – итого 24 млн человек. По-видимому, это был самый охраняемый объект в истории человечества. Трудно сказать, как они располагались у входов. Вряд ли толпилось по 60 тыс. человек – скорее всего, они выстроились колоннами по обеим сторонам входа: если взять за санитарную норму даже минимальную, по полметра на человека, то колонны составляли в длину по 15 км, поэтому дойти до дверей Аарону с братом было нелегко. Мало того, такой многочисленной охраны, видимо, не хватало, и у самых дверей еще размещались по паре львов, медведей и прочих диких животных, которые никого не пускали, если их не накормить мясом. Но Моше взмахнул посохом, и все эти звери облизали братьям ноги и чинно сопроводили их к фараону. В итоге собравшиеся у фараона по поводу его дня рождения цари Запада и Востока[525] чуть не спятили от страха и поклонились братьям[526].

Когда братья вошли во дворец, 70 секретарей фараона на 70 языках занимались корреспонденцией фараона. Они также пришли в ужас от посетителей: мало того, что те были похожи на ангелов, а бороды их напоминали пальмовые ветви – у них еще изо рта пламя вырывалось, когда они начинали говорить. Разумеется, секретари побросали бумаги и перья и простерлись ниц перед гостями.

Моше пришел в ярость и даже врезал фараону перед уходом после очередной аудиенции.

В любом случае последовали длительные переговоры, во время которых фараон проверил состоятельность притязаний братьев и могущество стоящего за ними Господа. В ходе беседы им пришлось нетривиальным образом показывать свою силу. Аарон бросил на землю посох, и он превратился в «танин» – то ли в змею, то ли в крокодила, в зависимости от воображения переводчиков. Но египетские маги легко сделали то же самое со своими посохами. Мудрецы приводят исключительно интересный комментарий на этот эпизод: фараон рассмеялся и немедленно приказал, чтобы его 4–5-летних детей привели во дворец из школы. И они в точности повторили фокус с посохами. Мало того, фараон послал за женой, и она сделала то же самое![527] Представляете, даже жена!!! Тогда Аарон усилил эффект: его змей сожрал посохи египетских магов, также превратившихся то ли в змей, то ли в крокодилов (Шмот 7:10–12).

В итоге фараон страшно перепугался, что посох Аарона проглотит и его самого вместе с троном[528], но упрямство его победило, и он стал еще больше притеснять евреев. Тогда Бог и стал насылать кары (казни) на Египет. Далее прошу меня простить за некоторые неприятные физиологические подробности:

◾ Кровь

В качестве первой казни вся вода в Египте превратилась в кровь. Причем не только речная вода, но и слюна во рту египтян; сочились кровью идолы и их пьедесталы, даже каменные и деревянные предметы интерьера в египетских жилищах источали кровь. Когда египтяне садились на камень, их одежда пропитывалась кровью и становилась непригодной. Обычная вода, даже когда египтянин и израильтянин жили в одном доме, оставалась для израильтянина чистой, в руках же египтянина она тотчас же превращалась в кровь. А теперь внимание! Только когда египтянин покупал воду у израильтянина, она оставалась чистой! Нет нужды говорить, что продажа чистой воды стала довольно прибыльным бизнесом для евреев, и у них на этом деле получился хороший гешефт[529]. Но даже при таком повальном бедствии для Египта фараон все равно не согласился отпустить евреев. По сообщению р. Реш Лакиша, Моше пришел в ярость и даже врезал фараону перед уходом после очередной аудиенции[530].

◾ Жабы

Потом Господь наслал жаб. Жабы сплошь заполонили всю египетскую территорию, но в этом был и свой небольшой геополитический плюс. Дело в том, что Эфиопия и Египет никак не могли осуществить демаркацию границ, и приграничные территории являлись предметом долгих споров двух государств. Но поскольку жабы заполнили строго египетскую территорию, не переходя границы, то эфиопы и египтяне теперь точно знали, где эти границы проходят[531].

Жабы кишели всюду – прыгали в тесто и пожирали его, прыгали в печь и остужали ее своей холодной кожей, забираясь внутрь пекущегося там хлеба (самые крупные жабы, разумеется, поселились во дворце фараона[532]). Так они попадали в желудки и кишки египтян, где непрерывно и мерзко квакали[533]. В связи с этим мудрецы провели горячую и важную дискуссию на исторические темы, которую я кратко воспроизведу.

На основании глубокой интерпретации слов из Торы «и на тебя… взойдут [жабы]» (Шмот 8:4) р. Аха утверждал, что каждая капля воды, выпитая фараоном, превращалась внутри его в жабу и заползала в его сердце, где и размножалась. Однако р. Акива полагал, что вначале на египтян напала всего одна жаба – поскольку в соответствующем стихе Шмот 8:6 слово «жаба» стоит в единственном числе; просто она очень быстро размножилась. Р. Элеазар бен Азария согласился с р. Акивой, что сначала была всего одна жаба, вопреки мнению р. Ахи, но призвал его отказаться от рассмотрения аггадического материала и обратиться к трактатам «Негаим» и «Охолот» из Мишны, посвященным вопросам нечистоты. На основании этих трактатов р. Элеазар бен Азария сделал твердый вывод, что первичная жаба только привлекала своим кваканьем других жаб, а вовсе не размножалась. Р. Йоханан дополнил его: «Туда, где оставался хотя бы крошечный кусочек земли, падала капля воды, и тотчас превращалась в жабу». Он интерпретирует Теилим 105:30 («земля произвела множество жаб») в том смысле, по мнению комментаторов Сончино, что сама земля превратилась в жаб. Р. Езекия бен Рабби обратил внимание на то, что жабы вошли «в дома» (Шмот 8:3), предположив, что жабы взывали к мрамору домов: «Приготовь место для меня, чтобы я выполнила волю Творца», после чего мрамор раскалывался и пускал жаб. А на основании Теилим 78:45 «послал на них… жаб, чтобы губили их» он сделал вывод, что, оказавшись в доме, жабы заползали в «укромные места» несчастных египтян и кастрировали их[534]. Остается вопрос, как жабы (лат. Bufonidae) могли кастрировать египтян (известно, что у жаб отсутствуют зубы), но если это был род лягушек, обладающих зубами (лат. anura, anidas, rana), то могли. Впрочем, не столь важно, какие там жабы были, поскольку у мудрецов всегда есть универсальный, блестящий и неопровержимый ответ на этот и подобные вопросы, нам уже знакомый: тогда все организмы, и жабы в т. ч., могли быть другими.

После катастрофического нашествия жаб фараон вроде бы сдался и пообещал отпустить Моше. В итоге жабы сдохли, их трупы заполонили всю землю, и они гнили, издавая зловонный запах (Шмот 8:13–14). Дохлых жаб было такое огромное количество, что каждый египтянин собрал четыре огромные кучи трупов[535].

◾ Вши

Далее Господь превратил пыль во вшей, которые кишели огромными кучами и, обсыпая египтян, кусали их. Фараон к тому времени уже смертельно устал от Моше, что неудивительно. Он жалобно объявил: «Этот сын Амрама каждое утро ко мне ходит. До его прихода я спрячусь, чтобы он меня не нашел»[536].

◾ Твари

Потом Бог наслал каких-то непонятных тварей под названием «аров», в идентификации которых мудрецы расходятся. Р. Йехуда полагал, что это было скопище разных зверей и птиц (иногда их конкретизируют – львы, медведи, пантеры и пр.). Р. Нехемия считал, что речь идет о шершнях и слепнях[537]. В синодальном переводе этих тварей обобщенно обозвали «песьими мухами». Много веков спустя мудрецы погрузились в содержательный и, опять же, очень важный спор, откуда эти твари взялись: часть мудрецов утверждала, что сверху, другая – что снизу, р. Акива – что сверху и снизу, а р. Шимон бен-Лакиш логично предположил, что птицы взялись с неба, а звери – с земли[538].

«Этот сын Амрама каждое утро ко мне ходит. До его прихода я спрячусь, чтобы он меня не нашел».

Египтяне прятались от тварей в домах, но, как рассказывает Луис Гинцберг, Бог вызывал какое-нибудь маленькое животное, которое проникало через окно, открывало дверь и приглашало львов, волков и медведей в дом, а те благополучно пожирали всех, включая младенцев в колыбелях. Если египтянин доверял израильтянину выгулять своих многочисленных детей (просьба не очень логичная в связи с напряженными отношениями, сложившимися к тому моменту между двумя этносами), то подбирался лев и утаскивал одного ребенка, потом медведь – другого, змея – третьего и т. д. В результате еврей-нянь возвращался домой в одиночестве, как в известном романе Агаты Кристи про десять негритят. Египтянин интересовался, куда делись дети, и израильтянин ему подробно сообщал о случившемся[539]. О характере последующей беседы еврея с осиротевшим египтянином остается только гадать.

Однако египтянам все же удалось некоторых тварей прикончить в порядке самообороны. Сказано в Шмот 8:31 «удалил песьих мух от фараона, от рабов его и от народа его: не осталось ни одной». Но «удалил» – это не значит, что они сдохли. Они просто сбежали по воле Божьей. И здесь надо обратить внимание на важный момент. Некоторых тварей египтяне грохнули в порядке самообороны, но их трупов не осталось на месте гибели. Бог их воскресил, и они тоже сбежали. Спрашивается, а зачем Богу понадобилось их воскрешать? Почему их не постигла та же судьба, что и жаб? И мудрецы нам объясняют: чтобы врагам-египтянам ничего не досталось, даже мясо и шкуры. И специально для сравнения подчеркивается, что трупы жаб остались гнить на месте, поскольку их невозможно как-то использовать[540].

Твари-аров нападали на египетский скот, но оставляли невредимой скотину евреев: «А из скотов Израиля не погибло ничего» (Шмот 9:6). А в том случае, если животное наполовину принадлежало египтянину, а наполовину еврею, оно тоже оставалось в живых![541] Так что тщательнее выбирайте себе партнеров в акционерных обществах!

◾ Мор, нарывы и град

Потом Бог наслал мор на оставшийся в живых египетский скот. И как каждая казнь, эта тоже была весьма продумана и имела глубокие исторические корни: когда-то египтяне заставляли евреев пасти свой скот в отдаленных местах, чтобы они не совокуплялись с женами и не производили многочисленного потомства. Теперь египтян ждала кара.

Потом пришла очередь воспалений и нарывов, поразивших египтян. Произошло это посредством великого чуда. Аарон и Моше подхватили горсти сажи из печи и швырнули их. Моше установил два очередных мировых рекорда: если у обычного человека горсть сажи может разлететься не более чем на два метра, то у Моше она покрыла весь Египет и долетела до Престола Божьего. И пепел по воле Божьей превратился в нарывы, поразившие египтян. Опять же, форма казни была не случайной. Израильтян заставляли греть египтянам одежду для холодной погоды и охлаждать для летней. Теперь же, из-за нарывов, египтянам больно было касаться тела – что теплой одеждой, что холодной[542]. Согласно другой версии, по Луису Гинцбергу, египтяне заставляли евреев топить им бани, дабы получать приятные телесные ощущения. И теперь египтяне стали жертвами страшной мести – непрерывно чесались, а хитрые израильтяне в это время наслаждались их банями.

Наконец, страшный град, сопровождавшийся огнем, громом и молниями, уничтожил весь скот египтян, который был не под крышей. Если египтянин стоял, его сверху поливал град, если сидел, снизу его охватывал огонь: на этот случай Господь помирил две стихии, чтобы они совместно мучили египтян. Были уничтожены все посевы, кроме пшеницы и полбы, – которые чудесным образом позже созрели[543].

Однако фараон так и не отпустил евреев, и пришлось насылать на египтян дополнительные казни, подробности которых мы рассмотрим в следующей главе.

Бо

В главе Бо рассказывается о последних трех страшных казнях египтян – хотя, казалось бы, после первых семи жутких казней Египет уже должен был стать безвидным и пустым, как земля в начале Творения (Берешит 1:2). Однако фараон оказался упрямым орешком: впрочем, тут ему помог сам Господь, неоднократно ожесточавший его сердце в назидательных и педагогических целях для евреев и неевреев.

◾ Саранча

Вначале отметим, что у всех этих казней есть одна, возможно, не самая бросающаяся в глаза, но общая черта, подчеркивающая радостный экономический аспект бедствий, учиняемых врагу. Как мы помним, после казни, осуществлявшейся жабами, трупы их никуда не исчезли и продолжали гнить – египтяне их никоим образом не могли использовать в хозяйстве. А вот судьба тварей под названием «аров» была иной. Никаких трупов не осталось, даже убитые твари воскресли и сбежали, чтобы их шкуры и мясо не достались врагу.

Аналогичная история произошла и в ходе восьмой казни, описанной в нашей главе. Итак, после гибели представителей местной фауны Бог наслал на Египет еще и саранчу, которая сожрала все до последнего зеленого листика (Шмот 10:13–15). Однако погибать, так с музыкой! И уже много месяцев пребывавшие в условиях непрерывных катаклизмов и стрессов, египтяне не растерялись и стали ловить насланную на них саранчу для засола и последующего использования в качестве деликатеса. Но Бог твердо знает свое дело. Он организовал сильный западный ветер, который всю саранчу отнес в Красное море, где она и утопла. И главное, что даже та саранча, что уже была в кастрюлях с рассолом, обрела крылья, вылетела оттуда и тоже полетела топиться. В результате цель Божья была достигнута: как раньше от жаб и тварей-аров, так и от саранчи зловредные египтяне не получили никакой выгоды[544]. Попутно зададимся любопытным вопросом: а отведали ли евреи налетевшей саранчи? Ведь некоторые ее виды Бог своим таинственным соизволением счел кошерными (Ваикра 11:22) в отличие от полезных и питательных морепродуктов. Но исторические документы на этот счет до нас не дошли.

Таким образом, Тора преподает нам важнейший экономический урок: никакой материальной выгоды угнетавшей стороне! Чтобы ни копейки, ни ниточки не досталось! Обои обдерите!!!

◾ Тьма

В качестве следующей казни Бог наслал страшную тьму[545]. Она исходила из самой преисподней и была необычайно густой: уровень ее плотности был таков, что если в первые три дня египтяне могли изменить позицию тела – встать, сесть, то в последующие четыре дня они не могли даже пошевелиться. Они все застыли, как в известной игре «замри!», и так пребывали недвижные и голодные до конца катаклизма, не в силах шевельнуться. Голос и слух у них пропали. Напротив, лучи небесного света падали на жилища израильтян и демонстрировали им не только бедственное положение их соседей, но и – внимание! – их имущественное положение. Эти чудесные дни пошли евреям на большую пользу. Впоследствии они ходили по соседям и, так сказать, одалживали у них одежду, серебряные и золотые украшения на нужды предстоящего путешествия. Египтяне жалобно причитали, что у них ничего нет, но евреи-то уже точно знали, где что лежит. Египтяне без колебаний отдавали им все, что евреи просили, надеясь, что хоть какое-то барахло те не заметили[546]. Впрочем, было немало недостойных евреев, которые не собирались покидать Египет и предпочитали местные страдания тяготам будущих странствий. Потом мы рассмотрим, сколько таковых было, и вы удивитесь. У них были египетские покровители, их окружали почет и богатство, и никуда уходить они не собирались. Вот они за три дня кромешной тьмы и отдали богу душу в наказание за вопиющую бездуховность[547].

Даже та саранча, что уже была в кастрюлях с рассолом, обрела крылья, вылетела оттуда и тоже полетела топиться.

Наконец уже сам Моше сжалился и попросил для египтян хорошую погоду. Впрочем, об этом пишет философ Филон Александрийский в книге «Жизнь Моше», – но мудрецы, как мы знаем, его ни в грош не ставят, и, значит, его свидетельству доверять не будем.

◾ Накануне последней казни

Фараон почти сдался и уже готов был отпустить евреев, но Моше потребовал отпустить с ними весь принадлежащий евреям скот – таковым он считался, даже если одно копыто принадлежало израильтянину. Не учившийся на собственных ошибках и исторических уроках фараон остался таким же негодяем. Он разозлился, устало спросил Моше, до каких пор тот еще будет ходить во дворец, и потребовал уйти – чтобы больше он его не видел. Моше ехидно ответил, что он его больше действительно не увидит, подразумевая оставшуюся десятую казнь[548].

Но прежде чем наслать на египтян завершающую кару – гибель всех египетских первенцев, Бог велел евреям принести пасхальную жертву и обмазать ее кровью косяки дверей еврейских домов, чтобы ангелы смерти не перепутали дома египтян с еврейскими домами. Потом евреи должны были вкусить жертвенного мяса и подготовиться к Исходу.

Но при этом съесть пасхальную жертву дозволялось только обрезанным, чем и воспользовался Моше. Дело в том, что вкусить агнца всем хотелось, а обрезываться почему-то многие не желали, несмотря на настойчивые уговоры. Тогда Бог пошел на хитрость и приказал четырем ветрам придать пасхальному барашку, предназначавшемуся лично Моше, соблазнительные запахи из самого Эдема и разнес их по всему Египту, на расстояние 40-дневного пути. Народ, разумеется, сразу толпами потянулся в направлении барашка, желая его опробовать, но Моше решительно предупредил: «Мясо – только обрезанным». Как известно, материя определяет сознание, и народ массово стал обрезываться[549]. Впрочем, им пришлось бы обрезываться в любом случае, иначе бы еврейские первенцы не смогли съесть жертвенное мясо, были бы приравнены к египетским первенцам и погибли бы в ночь Исхода[550].

Было и еще одно препятствие к поеданию барашка. Евреи-то пребывали в Египте, а жертву нельзя было принести вне Святой земли. И Бог совершил еще одно великое чудо. Он посадил евреев на облака и перенес в Израиль, а после того, как они съели жертву, перенес их обратно[551].

◾ Казнь первенцев

Тем временем, пока евреи были заняты трапезой, началась последняя казнь. Зловредный фараон решил пожертвовать первенцами, посчитав, что они составят не более десятой части от мужского населения – лишь бы не выпустить евреев. Однако египетские первенцы заартачились, а фараон велел наказать их за упрямство и высечь – за странное нежелание умереть. Но упрямые первенцы стояли на своем, и в последовавшей войне отцов и детей дети убили – сколько бы вы думали? – 600 тыс. отцов[552]. Для истории Израиля и соседей это число – некоторая постоянная величина.

К тому же фараон просчитался: Бог неожиданно отнес к первенцам не только первых рожденных сыновей, но и дочерей, а также первенцев от предыдущих браков. С учетом сексуальной активности египтян, о которой мы уже упоминали ранее, нередко каждый из десяти детей женщины был первенцем одного из десяти отцов. В конце концов Бог отказался и от идеи собственно первенцев. Он постановил, чтобы каждый старший в семье был убит, независимо от того, первенец он или нет. В ту же группу несчастных были заодно отнесены первенцы всех народов, пребывающих в Египте, первенцы египтян, пребывающих за границей и первенцы всех египетских рабов и их пленных (этих вот за что, непонятно). Даже давно покойные первенцы пострадали: собаки разрывали землю, вытаскивали их из могил и втаскивали в дом до общей кучи[553]. Не избежали печальной участи и первенцы скота. Все памятники и статуи в честь первенцев превратились в пыль[554]. В общей сложности, по подсчетам Луиса Гинцберга, первенцев только среди людей было убито, опять же, 600 тыс. чел.

Ровно в полночь сам Бог появился в Египте, сопровождаемый 90 млн ангелов смерти, вооруженных градом и огнем. Их обличье наводило ужас на бедных египтян, заставив их содрогаться от страха. Они уже было начали казнь, но Господь остановил их, решив лично наказать врагов Израиля (Шмот 12:12)[555].

Некоторые египтяне попытались спасти своих первенцев, отослав их в еврейские дома в надежде, что Бог их обойдет. Но, увы, когда израильтяне проснулись, они увидели – как в классическом фильме ужасов – лежащие рядом трупы беглецов[556].

Только единственный первенец – сам фараон – и избежал смерти[557]. Мидраш объясняет это тем, что надо было морочить голову египтянам: пусть они по-прежнему думают, что фараон могуч и не может умереть[558]. Фараон же пришел в ужас от происходящего и отправился искать Моше, чтобы наконец с ним договориться. Но поскольку он не знал адреса Моше, то ему пришлось долго искать его[559]. Пишут, что весело резвящиеся на улицах еврейские ребятишки дразнили его и отсылали в неправильном направлении.

◾ Накануне Исхода

В это время Моше и Аарон пили вино, ели барашка и пели гимны в честь Господа. Когда наконец фараон отыскал Моше, он вступил с ним в длинный диалог, в результате которого фараон согласился на уход евреев и попросил это сделать немедленно – и его можно понять! Но Бог решил, что если он ночью выведет евреев, то скажут: он это сделал по-воровски, и, несмотря на слезные просьбы фараона, Бог вывел евреев из Египта в полдень следующего дня[560]. По другой версии, Моше счел, что его могут назвать вором, если он уйдет ночью[561].

Когда израильтяне проснулись, они увидели – как в классическом фильме ужасов – лежащие рядом трупы беглецов.

Довольно неожиданно египтяне в этот момент полюбили евреев и подарили им много золота и серебра. Эту любовь можно объяснить только одним – евреи так достали местное население, что их готовы были отпустить, и как можно скорее, заплатив за это любую цену. В итоге израильтяне ушли из Египта, нагруженные до такой степени, что каждый из них мог в одиночку оплатить последующее сооружение и украшение Скинии[562].

Наши мудрецы по-разному отнеслись к этому деликатному моменту со свалившимся на голову богатством. Одни считают, что евреи попросили подарить им все это богатство[563]. Другие указывали на необходимость возместить евреям недоплаченную зарплату плюс моральные издержки[564]. Третьи подчеркивают, что это велел сделать сам Бог (Шмот 11:2). Четвертые – что евреи просто одолжили средства на дорогу у египтян, как можно прочесть слово «вэ-ишеалу» в Шмот 11:2. А некоторые комментаторы признают, что как-то нехорошо вышло, но по слову пророка (т. е. Моше) иногда надо в сложной ситуации поступить и вопреки закону[565]. В итоге в Шмот 12:36 прямо сказано, что мы «обобрали» египтян.

Но в любом случае, если учесть те деньги, которые евреи выручили за продажу чистой воды и за несколько дней тьмы, то просто голова кругом идет от доставшегося нам богатства. Во всех подробностях, как мы обогатились, узнаем в следующей главе.

Добавим только, что в 2003 г. группа египетских юристов подготовила необходимые для подачи иска о возвращении ценностей, вынесенных из Египта евреями во время Исхода. По словам декана юридического факультета одного из крупных университетов Египта Набиля Хильми, евреи украли 5758 лет тому назад (если считать по еврейскому календарю) в пересчете на золото более 300 тонн, а при пятипроцентной годовой ставке стоимость должна была удваиваться каждые двадцать лет. Хильми предложил выплатить немалую сумму (триллионы долларов) в рассрочку, в течение тысячи лет. Однако юрист из Гарварда Алан Дершовиц заявил, что евреи могут выдвинуть встречный иск по выплате компенсаций за годы рабства, проведенные в Египте. Пока оба иска, кажется, остались без движения.

◾ С нехитрым скарбом – на свободу

Итак, обезумевший фараон наконец-таки разрешил евреям покинуть Египет. Оставшиеся в живых немногочисленные египтяне вместе с фараоном даже не стали хоронить мертвых[566], а бросились помогать евреям нагружать их повозки, чтобы они скорее убрались. Фараон еще и выдал евреям в качестве подарков оставшихся в живых быков и овец своих поданных. Еще он попросил прощения и попросил за него молиться[567].

Мы узнаем, что, готовясь к Исходу, Моше не забыл прихватить с собой тяжелейший металлический гроб с останками Йосефа[568], который, как мы помним, был утоплен в Ниле. Когда евреи ходили и, так сказать, одалживали ценности у египтян, Моше был озабочен судьбой гроба. Отправившись к Нилу, Моше произвел магические действия над кубком, который некогда Йосеф засунул в багаж Биньямину. И тяжелейший гроб чудесным образом всплыл[569]. После этого Моше пришлось успокоить двух охранявших гроб золотых псов, лай которых был слышен по всему Египту на расстоянии 40 дней пути[570]. Отметим, что искусственные псы лаяли на всех в отличие от чудесных египетских живых собак, которые, непрерывно рыча на своих соотечественников, хоронивших несчастных первенцев, нежно смолкали при виде израильтян. За это Господь наградил египетских псов и их потомков высочайшей наградой, которой не удостоились даже люди: собачьи экскременты стали использовать для дубления шкур, из которых изготавливают свитки Торы, мезузот и тфилин![571]. Но заботы Моше не ограничивались гробом в эту памятную ночь. Пока рядовые евреи кушали пасхальную жертву, он еще был занят упаковкой материалов для Скинии, подготовленных еще патриархом Яаковом[572].

Бешалах

◾ Исход

Итак, в знаменательный день 15 Нисана мы вышли навстречу свободе (что и продолжаем делать каждый год за праздничным столом (в этот же день, кстати, в неопределенном будущем Израиль обретет Избавление[573]). Фараон лично сопроводил докучливых евреев до границ Египта, дабы убедиться, что они наконец оставят его в покое[574] и что никто его сердце ожесточать больше не будет. Он даже убил со злости советников, которые уговаривали его не отпускать евреев[575].

Теперь попытаемся выяснить, сколько же нас всего вышло из Египта. Согласно святой цифре из Шмот 12:37 – 600 тыс. мужчин. Про женщин здесь, в отличие от детей, не упоминается – ввиду той почетнейшей роли, которую наши мудрецы отводят женщинам в иудаизме. Предположим для упрощения, что евреи были моногамны и что у каждого взрослого еврея была, по крайней мере, одна жена, что дает общую сумму с женами в 1 млн 200 тыс. чел. (на самом деле было намного больше – как мы знаем, евреи не были моногамны). Далее, каждый мужчина вел лошадь, на которой восседало по пятеро детей[576], – т. е. в общей сложности, 3 млн детей. Таким образом, общее количество евреев составляло, по самым минимальным оценкам, 4 млн 200 тыс. чел.

Нам известно, что вместе с евреями из Египта вышла огромная толпа неевреев, по разным причинам к ним присоединившаяся и намного превосходившая количество евреев (Шмот 12:38)[577]. С каждым евреем вышло по пять рабов и обращенных, т. е. 3 млн чел.[578]. У них, соответственно, тоже были жены и дети. Если взять ту же минимальную пропорцию – по одной жене и пятеро детей, то сопровождающих в общей сложности должно было насчитываться 21 млн чел. Иначе говоря, общая численность покидающей Египет толпы составляла около 26 млн чел. И это при условии моногамии всех сопутствующих!

Однако, как мы знаем, не все евреи оказались настолько мужественными, чтобы последовать за Моше в долгое путешествие с неясными перспективами. Часть не пережила суровой тьмы, а многие остались в Египте, не убоявшись некоторого недовольства выживших египтян после десяти страшных казней. Сколько же именно нас осталось? По оценкам мудрецов, из Египта вышел каждый пятый, пятидесятый и пятисотый еврей[579]. Поскольку мы уже неоднократно указывали, что все мудрецы всегда правы, просто имеют в виду разные правильные факты, то мы будем считать, что вышел каждый пятисотый. Таким образом, в Египте осталось около 300 млн, точнее, 299 млн 400 тыс. евреев-мужчин. Опять же, если считать их моногамными (что далеко не так), то с учетом женщин и пяти детей общее количество их составляло около 3 млрд 800 млн чел., т. е. почти половину нынешнего населения Земли. Отметим при этом, что количество египтян за время десяти казней сильно поредело, поэтому евреи в Египте должны были представлять абсолютное большинство. Кстати, куда 3,8 млрд местных египетских евреев потом все делись, сказать не берусь, но какой-нибудь мудрец наверняка объяснил последующее исчезновение столь крупной популяции. Или объяснит.

Итак, евреи и неевреи в количестве от 26 млн чел., не торопясь, тронулись в путь, нагруженные до предела золотом, серебром и гробом с останками Йосефа (гроб во время странствований пребывал в шатре самого Моше[580]). Обратим внимание, что провизии при этом они никакой не взяли, надеясь на Господа – только остатки мацы и горьких трав в память о египетском рабстве[581]. На предмет же материальных ценностей они, видимо, надеялись на Господа, но сами не плошали. Торопиться им было некуда, поскольку, в соответствии с волей Божьей, им предстояло слоняться по пустыне 40 лет. Немного отвлекаясь, заметим, что, в отличие от наших мудрецов, не осененные Божественной интуицией университетские мужи многих поколений гадали, как такая многочисленная толпа ходила столько лет по сравнительно небольшой пустыне и об этом примечательном факте ни один из соседних народов не оставил свидетельств – но так, увы, и не нашли убедительного ответа.

Евреи и неевреи в количестве от 26 млн чел., не торопясь, тронулись в путь, нагруженные до предела золотом, серебром и гробом с останками Йосефа.

Уже вскоре, однако, путникам пришлось понервничать. Но надо было бы быть наивными людьми, чтобы понадеяться на смирение фараона…

◾ О величайшем противостоянии в истории

26 млн евреев и попутчиков вышли из Египта в четверг, шли себе не торопясь, и уже наступило воскресенье, как вдруг фараон вспомнил, что евреи намеревались отпроситься в пустыню всего на три дня (Шмот 5:3). Но три дня прошло, а они так и не вернулись! А ведь фараон поверил в честность евреев и простодушно ожидал их возвращения! Но, вероятно, у него за этот беспокойный год крыша слетела окончательно, десяти душераздирающих казней ему показалось мало, и ему опять захотелось повидаться с сынами Израиля. Возмутившийся вероломством евреев, фараон в ярости потребовал соорудить себе боевую колесницу, но, не в силах ждать, изготовил ее собственными руками. Придворные прониклись его энтузиазмом и тоже собственноручно соорудили колесницы[582]. Кроме того, злой дух Шамаэль поставил ему еще 600 колесниц, управляемых 600 ангелами-бойцами потусторонних сфер[583]. За этой внушительной силой пешим строем построились египтяне, вооруженные кто чем, и вся эта рать ринулась за евреями. В итоге на каждого израильтянина пришлось не меньше, по разным оценкам, чем 3, 30 или 300 египтян[584]. Как всегда, мы абсолютно доверяем историческим сведениям сразу всех мудрецов и выбираем максимальное число в 300 чел. Поскольку евреев-мужчин вышло из Египта 600 тыс. чел, то нехитрые расчеты показывают, что за 600 тыс. евреев и попутчиков погнались не меньше 180 млн египтян-мужчин. Опять же, столь внушительное противостояние, равного которого в истории человечества никогда не было и, вероятно, никогда не будет, по таинственным причинам оказалось не замеченным соседними цивилизациями. Нечего и говорить, что силы соперника несравненно превосходили наши (если не считать боеспособными женщин, детей и рабов с попутчиками). Тут и сказалось предательское маловерие 300 млн наших соплеменников, оставшихся в Египте.

Кстати, посчитаем заодно количество египтян, проживавших в Египте, чтобы еще раз посрамить безбожных профессоров, т. н. «историков», которые всю свою нечестивую деятельность посвящают тому, чтобы опорочить наши священные книги. У каждого египтянина было, по крайней мере, по одной жене и по пять детей[585]. Таким образом, общая численность египтян, погнавшихся за евреями, и членов их семей, оставшихся в Египте, составляла, по крайней мере, до казней, 1 млрд 260 млн чел. – около половины от еврейского населения Египта. Но повторюсь, мы не принимали в расчет число рабов и их семей, национальных меньшинств и их семей, туристов-иностранцев, а также исходили из моногамности евреев и египтян. Кроме того, видимо, не все египетские мужчины погнались за евреями, и немало их погибло в ходе казни первенцев (мы знаем, по крайней мере, обо все том же священном числе в 600 тыс.). И тогда общая численность населения Египта, не считая меньшинств, составляла, по меньшей мере, не менее 5 млрд 80 млн чел., что уже значительно больше половины нынешнего населения земного шара. Таким образом, безбожные профессора (среди них нередко встречаются антисемиты), ограничив гипотетическую численность тогдашнего египетского населения всего 2,5–3 млн чел., уменьшили его истинное количество чуть ли не в 1700 раз!!! И, несомненно, сделали это сознательно, чтобы преуменьшить наши достижения в деторождении!

Моше стал горячо молиться, но Господь велел ему не валять дурака, а действовать.

Но вернемся к ходу событий. Возничие колесниц работали в три смены, и за полтора дня египтяне нагнали евреев[586]. Увидев такое гигантское войско позади себя, евреи пришли в ужас: впереди было Красное море, сзади египтяне. Они начали гневно пенять Моше, зачем он их вообще выводил из Египта (Шмот 14:9–11). Моше стал горячо молиться, но Господь велел ему не валять дурака, а действовать: поднять знаменитый жезл и велеть морю расступиться (Шмот 14:15–16)[587]. После недолгого препирательства с Богом Моше так и поступил, но тут уже взбунтовалось море. Оно заявило Моше: «Ты вообще кто такой, чтобы я тебя слушало?! Ты моложе меня на три дня: Всевышний создал меня на третий день, а тебя – на шестой». Моше обратился за советом к Богу, и тот оказал действенную помощь, положив свою правую руку на правую руку Моше. Увидев это, море «побежало», как сказано в Теилим 114:3, и потом объяснило Моше, что убежало с перепугу. Но, видимо, вернулось (вероятно, чтобы утопить впоследствии египтян), потому что после этого Моше протянул руку, и море расступилось, – а заодно расступилась вода во всех реках, озерах, колодцах, в чашках и блюдцах, – и воссоединилось, только когда евреи позже его перешли[588]. Тем не менее мстительное море затаило злость на Моше, как мы увидим в дальнейшем.

◾ О морских приключениях

Пока же Господь решил, что переходить море надо утром. На ночь он окутал египтян тьмой, наподобие той, что была во время казни, – египтяне замерли и не могли шевельнуться, а евреи в ярком приятном свете весело пировали, что египтяне созерцали и, вероятно, исходили злостью. Некоторые из них все же ухитрились пустить копья и стрелы в евреев, но их ловили облако и неутомимо сновавшие между двумя лагерями ангелы, так что никто из евреев, слава богу, не пострадал[589].

Утром пришло время перехода Красного моря, и каждое колено стремилось это сделать первым – как написано в мидраше, из желания прославить Всевышнего (а не из страха перед египтянами, что было бы более естественно). Пока колена препирались, биньяминиты первыми прыгнули в море. Колено Иуды возмутилось и стало закидывать их камнями, но Господь оценил благочестие обоих и щедро потом эти колена наградил[590].

Дальше произошло множество чудес: образовалось двенадцать соединенных сверху, словно крышей, проходов-коридоров. Высота водных стен составляла, по меньшей мере, тысячу километров, и их могли отовсюду видеть народы мира[591]. По некоторым сведениям, стены, сохраняя прозрачность, одновременно поросли зеленью и фруктовыми деревьями ради приятного пейзажа и комфортного прохода каждого колена; плескавшаяся водичка превратилась во вкусную пресную, чтобы евреи могли попить[592]. Море предоставляло израильтянам, что только душа пожелает, как во время супердорогого морского круиза. Если ребенок начинал капризничать на руках матери, то она могла протянуть руку, сорвать яблоко или другой фрукт и угостить ребенка[593].

Так евреи совершили приятную прогулку по морскому дну. На прогулку прилетели полюбоваться три патриарха – Авраам, Ицхак и Яаков, к которым еще в ряде источников добавляют шесть матриархов – Сарру, Ривку и четырех женщин Яакова. Ради такого исключительного случая Господь извлек их из могил и перенес на берег Красного моря, а потом отнес их обратно в могилы[594].

Увидев готовые и приятные проходы, египтяне тоже бросились в море, но не тут-то было: твердое дно превратилось в вязкую тину, где застряли колесницы и пешие воины, водичка стала кипеть, а приятные цветущие водяные стены превратились в скалы, на которые сильный ветер кидал египтян, и они разбивались. В это же время их колесницы наполнились золотом и серебром, которые доставила непосредственно из Эдема проистекающая оттуда и впадающая в Красное море река Фисон. Колесницы выбросило на берег, к вящей радости отдыхающих там евреев. Таким образом, их богатство еще больше увеличилось[595].

Но Бог не был бы Богом, если бы он не обставил гибель египтян изощренными мучениями, в сравнении с которыми десять казней показались бы санаторием. Он разделил египтян на три группы в зависимости от их отношения к евреям. Наиболее лояльных, которые всего лишь хотели вернуть евреев в Египет, море просто накрыло с головой. Других, которые хотели отобрать, не дай бог, еще и еврейское имущество, Бог больно сбросил на дно моря, и они утопли. А вот третьих, кто смерти желал евреям, постигло неописуемое бедствие. Бог сбросил их с лошадьми в морскую пучину. Оттуда они снова взлетали вверх и снова падали – вверх-вниз, как на батуте, только каждый раз больно о воду[596]. Чтобы побольше помучить египтян и увеличить давление толщи воды, Средиземное море перелилось в Красное[597]. Но и этого было мало: тьма соединилась с водами, чтобы египтяне почили без света[598] (хотя я не уверен, что египтяне при подобных обстоятельствах нуждались в хорошем освещении).

Пока же те, кого накрыло с головой, уже захлебывались, Господь вынес их на берег вместе с утопшими, чтобы показать торжествующим евреям мучающихся египтян. А египтяне могли позавидовать веселящимся евреям. Но главное – евреи могли собрать все золотые и серебряные украшения, которые были на египтянах. По другой версии, выбросило на берег только богатую одежду египтян[599]. Создается впечатление, что в ходе всех этих бесконечных египетских мучений Бога преследовала одна неотступная мысль: мучения мучениями, но все ценное барахлишко должно до копейки достаться евреям.

В общем, все египтяне в итоге отдали богу душу (Шмот 14:30) – кто в воде, кто на берегу. Один фараон не утоп[600]. Он барахтался в волнах, а услышав, как евреи поют благодарственный гимн Богу, вроде бы уверовал в Него, но опять не тут-то было. Архангел Гавриил заподозрил его в лукавстве и сбросил на морское дно, где мучил пятьдесят дней, а потом отправил правителем в Ниневию, где с ним позже при интересных обстоятельствах встретился Иов из одноименной книжки. Но это уже другая история[601].

Бог, однако, учел раскаяние фараона и в награду велел захоронить египтян. Поначалу земля их не захотела принимать и начала выяснять отношения с морем по вопросу, где будут захоронены египтяне. После долгой перепалки их все же приняла земля[602].

Так благополучно завершился переход Красного моря, а туристам, загорающим на его берегу, следует помнить, что их лежаки расположены на месте последнего упокоения 180 млн утопших египтян – жертв и свидетелей Исхода.

◾ Финансово-экономические показатели еврейской общины по выходе из египетского рабства и источники денежно-материальных накоплений за отчетный период «Десять казней и переход Красного моря»

Отметим главный результат вышеописанного важнейшего события нашей истории: мы вышли из египетского рабства очень состоятельными людьми. Поэтому очень важно провести итоговый анализ, как и из каких средств суммарно складывалось наше финансово-экономическое благополучие:

1. Продажа чистой воды египтянам в ходе первой казни. На продаже чистой воды мы организовали наш первый серьезный успешный бизнес в ходе казней.

2. Во время тьмы мы точно узнали все места складирования золотых и серебряных украшений, денег, дорогой одежды и прочих ценностей в домах египтян, содержимое всех ящиков, шкатулок и прочих емкостей, и реквизировали ценности[603].

3. Фараон разрешил нам забрать весь свой скот и еще выдал в качестве подарков оставшихся в живых быков и овец своих подданных.

4. Накануне выхода из Египта египтяне подарили нам много золота, серебра и дорогих одежд.

В итоге, когда евреи выходили из Египта, перед каждым шествовали 70 ослов, нагруженных всем этим богатством[604]. Между прочим, поскольку всего вышло 600 тыс. евреев, значит, в пустыню выдвинулось 42 млн ослов. Это должно было быть очень внушительное и поучительное зрелище. По-видимому, речь идет о самых грандиозных миграционных потоках в истории – как животных, так и людей.

5. Река Фисон принесла с собой золото и серебро, доверху загрузив колесницы. Нам достались все золотые и серебряные украшения, бывшие на египтянах, их дорогие доспехи и все, что было в колесницах.

6. Фараон захватил с собой государственную казну, чтобы при случае было чем заплатить наемникам. Казна также оказалась у нас[605].

Надо отметить, что такими богатыми мы не были больше никогда в истории.

◾ На берегу

Итак, все закончилось благополучно. Мы перешли Красное море, обретя свободу и богатство.

Однако нам захотелось остаться на берегу, и неспроста. Дело в том, что море продолжало выбрасывать на берег пожитки утопших египтян, и наши никак не хотели уходить, не собрав все до последней нитки. Прошло несколько дней, и Моше пришлось ядовито поинтересоваться: неужели вы рассчитываете, что море бесконечно будет выбрасывать египетское барахло?[606]

В итоге мы все же уступили, торжественно подняли вверх идола, прихваченного с собой из Египта, и под его защитой собрались направиться обратно в благословенную страну пирамид – объяснив, что все египтяне уже мертвы и страна пустая[607]. В самом деле, надолго покидать страну, где мы так неплохо заработали, было бы странно. Мы довольно долго ныли, приводя разные аргументы и жалуясь на отсутствие нормальной жратвы, и Моше в итоге пришлось воспользоваться своим чудесным жезлом. Почувствовав на себе силу его ударов, мы все же двинулись в сторону пустыни[608].

Неужели вы рассчитываете, что море бесконечно будет выбрасывать египетское барахло?

◾ О манне небесной

Завершим изучение главы Бешалах изумительной историей о манне небесной. Рассказ о манне небесной сам по себе есть манна небесная – так он прекрасен.

Итак, когда провизия у нас закончилась, и мы совсем возроптали, что жрать нечего, Господь обещал послать нам с небес хлеб и свершил величайшее чудо – послал голодающим манну. Она была «как кориандровое семя, белая, вкусом же как лепешка с медом» (Шмот 16:31).

Как утверждал р. Элеазар из Модина, высота слоя выпавшей манны достигала 27 метров. Р. Исси бен Йехуда заявил, что высота слоя была такая огромная, что все цари Востока и Запада могли увидеть объем манны и поразиться[609]. По другим сведениям, высота слоя манны составляла всего около метра, и мы ее набирали только сверху[610]. Во всем этом разобраться непросто: имеется ли виду ежедневный слой в 27 м или общий за всю историю. Может, кстати, быть и однодневный слой: за день манны выпадало столько, что ее хватило бы на 2 тыс. лет[611].

Поскольку человек нуждается ежедневно в горячей пище, то Бог и посылал им манну в теплом виде ежедневными порциями, которые мы вкушали горячими[612].

В наших святых источниках подробно изложены особенности мукомольного производства, обеспечивавшего странствующих евреев хлебом насущным. Господь сотворил манну на второй день Творения[613]. По другим, не менее достоверным источникам, Господь сотворил ее в вечер между шестым и седьмым днем[614]. Помолом манны занимались ангелы на мельнице, расположенной на четвертом небе, Шехаким, – там манна постоянно мелется для будущих праведников[615]. Отметим, что двое великих мудрецов резко разошлись во взглядах на тот счет, вкушали ли сами ангелы манну. Р. Акива отвечал на вопрос утвердительно, опираясь на Теилим 78:25, а р. Ишмаэль категорически настаивал, что ангелы только производили манну, но не ели ее[616]. Этот исторический спор, кажется, не разрешен и до сегодняшнего дня.

Поглощающий манну сам становился подобным ангелам. По словам великих мудрецов р. Шимона бен Шетах и р. Йоханана, манна полностью усваивалась всеми 248 органами нашего тела, и никому из израильтян не требовалось отправлять естественные надобности[617]. Значит ли это, что мы все 40 лет были как ангелы? Так полагал р. Элазар бен Перата. Но ему возражали: зачем тогда нужно предписание Дварим 23:13ш–14 справлять большую нужду за пределами лагеря и иметь при себе лопатки для закапывания экскрементов? Мудрецы тогда предположили, что манна-то переваривалась, но жратва, которую мы покупали у язычников – нет, и поэтому нам все равно приходилось бегать за пределы стана. Однако р. Элазар бен Перата свидетельствует, что манна обладала такой мощью, что переваривались даже эти, побочные, продукты. На это мудрецы заявили, что только после того, как евреи впали в грех, Бог наказал их: теперь они должны были проходить 17 км, чтобы справить нужду[618]. А до этого мы были ангелами. Но в этом случае непонятно, как тогда можно говорить обо всем 40-летнем пребывании в качестве ангелов? Или Бог наказал за грехи уже после периода пребывания в пустыне? Но есть и другой, не менее важный вопрос о справлении нужды, который мы подробно разберем в главе Ки Тецэ.

Манна обладала чудесными свойствами. Она была очень сытной: по словам р. Йоси бен Шимона, мы походили на «откармливаемых лошадей»[619]. Манна приобретала вкус того блюда, которое было особенно любимо тем или иным еврейским странником – для младенцев оно было как молоко, для юношей и девушек как хлеб, для стариков – как мед, для больных – как вкус ячменя, вымоченного в масле и меде[620]. Исключениями во вкусовых качествах манны стали пять продуктов: дыни, огурцы, лук репчатый, лук-порей и чеснок. Манна никогда не напоминала их по вкусу (Бемидбар 11:5)[621], чтобы не вызвать теплые ностальгические воспоминания о славном Египте, где евреи неограниченно поглощали эту плодоовощную продукцию.

Для меня, я думаю, манна бы приобрела вкус графинчика водки и люля-кебаба с картофелем по-деревенски. Тем более Бог словно стол в ресторане накрыл: сначала ветром прогнал всю пыль, потом дождем смыл грязь. Дальше Он напустил росы, которая под действием ветра превратилась в лед, покрывший землю тонкой, чистой и красивой корочкой. На корочку, как на золотую скатерть, и сыпалась манна, сверкавшая, словно бриллианты[622].

Манну не надо было собирать, можно было прямо у порога подставить ладошки, куда она и сыпалась[623]. Впрочем, есть и иная версия: для праведников манна высыпалась прямо у входа в шатер, а обыкновенной публике приходилось собирать ее с земли, грешникам же вообще приходилось разыскивать ее в поте лица своего. Согласно же Талмуду, грешникам приходилось еще хуже – они вынуждены были перемалывать манну. Обыкновенная публика пекла из нее хлеб, и только праведникам она доставалась в виде готового продукта[624]. Так евреи и обеспечивали себя и семейство пропитанием[625].

Благовония в течение этого длительного периода тоже были невостребованными: всякий поглощавший манну начинал пахнуть исключительно приятно[626].

Сыпалось это чудо с неба ровно до того момента, когда начинало припекать солнце, и мудрецы спорили, сколько времени проходило с рассвета – 4 и 6 часов. После же этого времени манна превращалась в реки, и мы имели возможность пить вкусную водичку; олени тоже прибегали ее пить. Путешествующие вместе с нами миллионы язычников тоже пытались ее пить – но не тут-то было! Вода оказывалась горькой, и им приходилось пить воду из манны опосредованно – съедая животных, которые ели манну. Манна и в этом случае оказывалась вкусной, чем язычники безмерно восторгались[627]. Впрочем, есть сведения, что манна вообще сопутствующим не доставалась, поэтому радоваться они никак не могли. Им выдавали на еду осадок, оставшийся на жерновах после помола манны[628].

Манна стала действенным инструментом разрешения конфликтных ситуаций и юридических споров. Случалось, что муж с женой поцапались и обвиняли друг друга; если манна падала пред шатром тестя и тещи, то признавали правой жену, а если перед шатром, где жили супруги, – то правым признавался муж[629].

По субботам и праздникам манна не падала, но зато в пятницу к вечеру выпадала двойная порция, чтобы в шаббат мы не беспокоились о хлебе насущном[630]. В эти дни она и выглядела красивей и еще вкуснее была, как и положено шаббатной трапезе[631].

Но, разумеется, среди наших оказывались и малодуховные евреи, которые и по субботам бродили в поисках манны. Были и те, кто нарушил другое повеление Божье: не хранить манну до следующего дня[632]. Жадные негодяи Датан (Дафан) и Авирам (Авирон), с которыми мы еще столкнемся, решили ее припрятать. За что и понесли наказание: в манне завелись черви, которые поползли из их шатров длинными ручьями, чтобы продемонстрировать всему обществу бесстыдство этих двух персонажей[633]. Я лично думаю, что негодяи и естественные надобности начали справлять, в наказание.

Плотная стая перепелов представляла собой куб объемом 13 млн 800 куб. км.

Хотя манна обретала вкус любого блюда, нашлись также проходимцы, которые отказывались ее есть и требовали мяса. Они достали Бога своим нытьем, и Бог нехотя согласился, но решил наказать нас, послав такое количество мяса, чтобы оно у нас «из ноздрей полезло» (Бемидбар 18:20). Сделал Он это со стыда ночью, поскольку был недоволен прихотью несознательных евреев, не желавших ограничиваться небесной манной. Однако действительно прислал огромное количество перепелов (Бемидбар 11:31). Плотная стая перепелов представляла собой куб объемом 13 млн 800 куб. км и нависала в метре от земли, так что мы могли ловить птичек прямо руками[634].

Вероятно, после манны, напоминающей таблетки будущего, натуральная пища казалась странникам восхитительной. Но нам сравнить манну с перепелами уже, увы, не удастся: как отмечено выше, после смерти Моше – сразу или через некоторое время – манна навсегда исчезла из нашего рациона[635]. Мудрецы разве что спорят, питались ли мы манной 40 или 70 дней после смерти Моше[636].

Итро

◾ Как это было

В главе Итро рассказывается о величайшем событии в нашей истории – заключении Завета и даровании нам Торы на горе Синай. Но за эпохальностью этого события забывается не менее важный его аспект – прообразующее начало мессианских времен, о чем помнить особенно важно в наши дни, когда мы со дня на день, по мудрейшему слову каббалистов-мистиков, ожидаем прихода мошиаха. Давайте же разберем исторический ход событий, сопровождавших дарование нам Торы.

Итак, перед горой Синай собрались 600 тыс. чел. (Шмот 19:17), не считая женщин и детей, а также души всех прошлых и будущих поколений, включая нас с вами[637].

Бог был не уверен, что евреи примут Тору, поэтому все предусмотрел. Он поднял гору над нашими головами и потребовал принять Завет, иначе Он обещал нас немедленно грохнуть, прибив горой[638]. Но у Него все равно были подозрения относительно будущих вывертов избранного Им народа, и Он потребовал твердого поручительства, что евреи будут Тору соблюдать. Евреи охотно заявили (впрочем, выбора у них особого не было), что их дети будут поручителями, и привели всех женщин с детьми, а также беременных. Тела беременных стали прозрачны как стекло, Бог прекрасно мог разглядеть младенцев в утробах и обратился к ним, готовы ли они быть поручителями. Те дружно ответили «да» и подтвердили, что Он их Господь, а других богов у них нет[639].

Несмотря на все эти, как говорят юристы, обстоятельства непреодолимой силы, р. Дими бен Хама уверяет, что евреи все равно охотно приняли Тору, и гора над их головой на это решение не повлияла. Зачем же тогда Бог заставил евреев силой принимать Тору? Р. Дими бен Хама объясняет, что они готовы были принять Писаную Тору – она сравнительно короткая и попроще. А вот Устная Тора длинная и трудная, и учить ее можно, только уж совсем Бога полюбив. И в самом деле, поди осиль больше 2700 двойных страниц Вавилонского Талмуда и разберись там в куче комментариев. Вот евреи и заартачились, а Богу пришлось угрожать им смертью, если они не примут и Устную Тору. Деваться было некуда. Еле живые от страха, мы согласились принять всю Тору[640]. С тех пор нам приходится благоговейно внимать нашим бесчисленным мудрецам.

В момент дарования Торы установилась абсолютная тишина (Теилим 76:9): «Когда Господь даровал Тору, ни одна птица не щебетала, ни одна не летала, быки не ревели, офаним не шевельнули крылом, серафимы не молили: «Свят, Свят!», море не клокотало, люди не произносили ни слова. Весь мир погрузился в бездыханное молчание», а голос Бога не отдавался эхом[641]. Я мечтал бы об установлении такого звукового режима у себя в кабинете, чтобы без помех слушать любимую вторую часть второго диска из студийной записи Майлза Дэвиса The Complete Bitches Brew Sessions (Miles runs the Voodoо down) (1970). Но, увы, трезво смирился с мыслью, что моя мечта никогда не исполнится.

Бог грозно произнес первую заповедь. При этом первое слово, «Я (анхи)», по мнению р. Йехуды, он произнес по-египетски. При этом р. Йехуда привел довольно любопытное объяснение на примере притчи. Царь отсылает своего сына в далекую страну, где он изучает местный язык. И когда он возвращается, царь начинает говорить с ним на языке этой страны, чтобы выразить ему свою любовь. Так и Бог, некогда отославший евреев в Египет и снова с ними встретившийся, начинает говорить с ними по-египетски, чтобы выразить свою любовь. Все же тут скорее забота о подзабывших святой язык. Почему таким образом выражается любовь, мне не совсем ясно, но р. Йехуде виднее[642].

Любовь любовью, но, услышав громовую заповедь в абсолютной тишине (уже на 70 языках), ошалевшие от страха израильтяне всей толпой сломя голову бросились бежать и, пробежав чуть более 19 км, бездыханные упали на землю. А души их спешно полетели на небеса, чтобы оказаться у престола Божьего. Тогда вмешалась в дело сама Тора и потребовала от Бога оживить евреев: «Я дана живым, а не мертвым!» При этом гневные аргументы Торы надо признать довольно убедительными: «Зачем я тогда существовала за 2 тысячи лет до сотворения мира? Зачем тогда во мне говорится: “каждый из сынов Израилевых”, “говори сынам Израиля” и т. д.?» В итоге Господь внял доводам расстроившейся Торы и исключительно ради нее оживил евреев чудодейственной росой. Сама же Тора разобралась с беспорядочно летающими душами покойных евреев, возвратив каждую на законное место, к законному владельцу, ничего не перепутав. Что и подтверждается в Теилим 19:7: «Закон Господа совершенен и возвращает душу»[643]. Тем самым имело место первое в истории наше всеобщее воскресение!

А нам пришлось слушать последующие заповеди Господни, и хотя мы уже не умирали, но по-прежнему в ужасе убегали после каждой заповеди на 19 км и возвращались только на 16 км, т. е. в общей сложности преодолевали 35. А ангелам приходилось силой возвращать нас на место[644].

Ошалевшие от страха израильтяне всей толпой сломя голову бросились бежать и, пробежав чуть более 19 км, бездыханные упали на землю.

Но в итоге все закончилось хорошо, и мы таки заключили Завет с Богом.

◾ Небесное воинство

Как мы уже отметили, во время дарования Торы на Синае Господа окружало множество ангелов на колесницах[645]. Наши мудрецы подсчитали их точное количество[646].

В момент непосредственного дарования Торы ангелы окружали Господа с четырех сторон. По одну сторону находилось 22 тыс. ангелов с золотыми коронами, по другую – 603 тыс. 550 ангелов, по третью – вдвое больше, 1 млн 207 тыс. 100 ангелов, а по четвертую – неисчислимое количество. Обратим внимание на точность подсчетов, которой нас учит Тора, – до одного ангела. Если же ангелов неисчислимое количество, так и говорится, цифры из головы не берутся[647]. Есть чему поучиться нашим СМИ. Число ангелов, сопровождавших Бога, было вовсе не произвольным, а соответствовало целям и задачам момента и количеству присутствовавших евреев, но мы не будем погружаться в эти высокие сферы.

Когда евреи принимали Тору, Господь их наградил небесными дарами. К ним слетелся 1 млн 200 тыс. ангелов, и каждому еврею вручили корону[648] и то ли латы, то ли судейскую цепь[649], то ли корону с диадемой[650], то ли царскую тунику[651]. По другой версии, им вручили две короны, хотя неясно, на что они будут надевать сразу две короны. Впрочем, потом, когда они стали поклоняться золотому тельцу, ангелы снова прилетели и отобрали короны с ожерельями. Но не все потеряно: когда Израиль выполнит свое предназначение, нам короны (корону и ожерелье) вернут[652].

Особо указывается, что ангелы не толпились – всем им «было комфортно», несмотря на такое их изобилие[653]. И еще, поскольку Господь все равно до конца своим партнерам по Завету не доверял, то Он приказал ангелам в случае отвержения Торы ликвидировать евреев[654]. Но все же мы приняли Тору, слава богу. Иначе, вероятно, некому было бы написать то, что вы сейчас читаете.

◾ Юридический аспект

Итак, согласно нашим авторитетнейшим источникам, у евреев, с горой, поднятой Богом над их головой, собственно, не было выбора – принимать Тору или нет. Иначе говоря, договор был заключен под давлением Бога – мало того, под угрозой смерти. Нет нужды объяснять, что в любой юридической системе такой договор признается недействительным.

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. При этом доказательствами применения насилия или угроз могут быть свидетельские показания, медицинские документы с зафиксированными телесными повреждениями, другие доказательства, подтверждающие насилие или угрозы.

А ведь свидетелей этого договора под давлением было множество, как отмечено выше – и живые, и мертвые, и еще не родившиеся младенцы. И как известно, события на горе Синай, в т. ч. и обстоятельства заключения Завета слово в слово, как знают наши раввины, передавались от 600 тыс. свидетелей через отца к сыну, из поколения в поколение. Таким образом, мы три тысячи с лишним лет руководствовались недействительным договором (и продолжаем руководствоваться). Хотя напоминать об этом несколько поздно – но лучше, чем никогда. И р. Аха бар Яаков признал это обстоятельство довольно серьезным: оно может помешать евреям выполнять заповеди Торы[655]. Кроме того, известно, что Бог милостиво даровал Тору не нам, а только Моше и его потомству. Уже последний по доброте душевной передал ее своим соплеменникам, т. е. еврейскому народу[656]. Т. е. мы вообще не можем считаться прямыми участниками договора! В силу этого факта, кстати, все наши глубокомысленные и эпохальные умозаключения насчет планов Божьих на предмет воспитания еврейского народа требуют основательного пересмотра.

Как выйти из этой ситуации, сказать трудно. Но иудаизм, как известно, религия живая и динамичная, и наши всегда отличались изощренной логикой. Да и юристов квалифицированных у нас много. Израиль в 2015 г. занимал первое место в мире по количеству юристов – 585 на 100 тыс. чел. населения.

Надо думать, и наверняка зацепки найдутся. Одна зацепка есть, конечно. В книге Эстер (9:27) сказано, что, празднуя победу над негодяем Аманом, «постановили Иудеи и приняли на себя и на детей своих и на всех присоединяющихся к ним неотменно, чтобы праздновать эти два дня по предписанному о них и в свое для них время, каждый год». На основании этого стиха р. Рава заявил, что евреи, таким образом, подтвердили обет, данный на Синае, хотя бы и под давлением[657]. Как это следует из Эстер 9:27, неясно, но р. Раве виднее.

Может, еще что придумаем.

Мишпатим

◾ О законах

Нам еще предстоит обсудить увлекательнейшие приключения израильтян в сравнительно небольшой Синайской пустыне, но пока мы прервемся, чтобы обсудить другое важнейшее событие, о котором рассказывается в главе Мишпатим (Законы).

В ходе Синайского Откровения Господь выдал первую большую серию законов, которые нам следует неуклонно исполнять. Законы эти касаются самых разных сфер жизни. В дальнейшем наши мудрецы подробно разъяснили наши законы применительно к разнообразным жизненным и нежизненным обстоятельствам. За исключением ортодоксальных ветвей иудаизма, все евреи прошлого и настоящего, отождествляющие себя с верой иудейской – а именно, всякие там караимы, реформисты, консерваторы, прогрессисты, реконструктивисты, члены гей-синагог и все прочие – суть еретики. Ибо мудрецы нам разъяснили, что все бесчисленные алахические указания почти двух десятков веков, определяющие повседневное поведение еврея, а также разного рода истории с героями Торы из многочисленных мидрашей подарены нам непосредственно на горе Синай вместе с Писаной Торой: «Даже то, что сведущий ученик когда-либо изложит своему учителю, было сказано Моше на Синае»[658]. А еретики в это не верят. Впрочем, и некоторые злоязычные профессора утверждают, что мудрецы все это придумали. Якобы тем самым мудрецы обеспечили себе юридическую неприкосновенность. Ведь все, что бы мудрецы ни пожелали сообщить, будет свято – их высокие мысли сам Бог на Синае нам подарил. И вопрос: «А кто ты такой, чтобы я тебя слушал?» – будет неуместен. Но мы не станем принимать соображения профессоров во внимание, как и соображения еретиков.

Соответственно, законы, предложенные нам в главе Мишпатим, разъясняются мудрецами в ходе увлекательнейших дискуссий в рамках святой Устной Торы. Вспомним некоторые из них и разберем, разберем, как мудрецами формировалась алаха, основанная на четких и прозрачных принципах.

◾ О зоофилии

Остановимся на важнейшем законе, изложенном в Шмот 22:19: «Всякий, кто вступает в сексуальную связь с животным, да будет предан смерти».

Как мы помним, Потоп был наслан в первую очередь за неразборчивые связи человека со всей фауной. Соответственно, наши мудрецы уделяли пристальное внимание этому закону и выработали рекомендации, которые воспрепятствовали бы впадению человека в страшный грех зоофилии. И Маймонид[659], и Шулхан Арух[660] – наши авторитетнейшие источники – свидетельствуют, что у еврейских мужчин не практиковались зоофилия и приравненный к ней по тяжести гомосексуализм. Но оба источника хотя и не запрещают мужчинам оставаться наедине друг с другом и животными, но единодушно рекомендуют мужчинам все же этого не делать, дабы не поддаться соблазну. И указывают, что великие мудрецы прошлого избегали уединения с мужчинами и животными.

В самом деле, р. Абайе, проходя полем, предварительно сгонял с него животных, а когда р. Шешет переходил по мосту, животные оставались по другую его сторону. Р. Кахане погрузился в учение и не заметил, что перед ним стоит животное – когда р. Ханан из Неардеи сказал ему об этом, то р. Кахана признался, что проявил легкомыслие[661].

Собственно, аналогичные меры предосторожности принимали и христиане. К примеру, как указано в уставе для насельников монастыря св. Иоанна Предтечи «Фоберос» (XII в.), «не следует держать животных женского пола внутри или вне монастыря – ни коров, ни овец, никого того же рода. Ибо это запрещено всем, кто живет по Божьим законам». Также и многочисленные правила устанавливались для пресечения интимных встреч монахов, послушников. Впрочем, такие специальные ограничения были ориентированы на монастырскую братию, а совершившие грех с мужчиной или животным из числа широкой публики просто подвергались различным церковным прещениям.

Да и вообще современные христиане давно уже пренебрежительно относятся к учению своих средневековых предков. Но ведь евреи обязаны свято чтить древние установления! Однако рекомендациям Маймонида и Шулхан Арух, кажется, никто из мужчин не следует, предпочитая смягчающие мнения – встречаются наедине и даже выпивают, тем самым увеличивая вероятность тяжкого греха; кроме того, одинокие мужчины нередко заводят собак, кошек и прочую живность. Печально…

◾ О несчастной корове

В непосредственной близости один от другого, в главе приводятся три закона:

1) «Если кто займет у ближнего своего скот, и он будет поврежден или умрет, а хозяина его не было при нем, то должен заплатить. Если же хозяин его был при нем, то не должен платить; если он взят был в наймы за деньги, то пусть и пойдет за ту цену» (Шмот 22:14–15).

2) Если обольстит кто девицу необрученную и переспит с нею, пусть даст ей вено [и возьмет ее] себе в жену. А если отец не согласится выдать ее за него, пусть заплатит [столько] серебра, сколько [полагается] на вено девицам (Шмот 22:16–17).

3) «Всякий скотоложник да будет предан смерти» (Шмот 22:19).

В святой Торе нет ничего случайного. Если стихи, раскрывающие эти законы, расположены рядом друг с другом, являются «смухим» (смежными), то они должны быть взаимосвязаны и могут быть, согласно герменевтическому правилу, подвергнуты сопоставлению. Так, например, из расположения рядом описания строительства Скинии (Шмот 25:1–31:11) и запрета на работу в субботу (Шмот 31:12–15) мудрецами было выведено, какие именно работы запрещены в субботу.

Вероятно, и соседство указанных стихов заставило р. Рами бар Хама предположить возможность вполне реальной ситуации, требующей алахического разрешения. Как поступать в том случае, если человек одолжил корову для сексуальных нужд – и в итоге корова сдохла?[662] Очевидно, что этот человек будет забит до смерти камнями, согласно Шмот 22:18. Будет ликвидирована и корова, согласно постановлению мудрецов[663]. Но должен ли заемщик сначала заплатить хозяину коровы, согласно Шмот 22:14?

При этом причины гибели коровы – будь то крайняя изможденность от сексуального насилия, итог опасных сексуальных игр или же еще какие-то причины – не имеют особого значения. Зато имеет значение условие Шмот 22:14: «Если же хозяин его был при нем, то не должен платить». Раши толкует «при нем» следующим образом: если хозяин был задействован в той же работе, для которой животное было нанято, вместе с нанимателем, то за животное платить не надо[664].

Как поступать в том случае, если человек одолжил корову для сексуальных нужд, и в итоге корова сдохла?

Давайте рассуждать. Корова была нанята для работы в сфере сексуальных услуг. Если заемщик просто ее одолжил и использовал, то он должен заплатить ущерб. Но если хозяин коровы тоже был задействован заемщиком в этой сфере, и корова сдохла, то платить не надо. Здесь возможны два варианта: а) хозяин вместе с заемщиком использовали корову для сексуальных нужд; б) заемщик использовал хозяина наряду с коровой для сексуальных нужд. Иначе говоря, если хозяин, заемщик и корова жили втроем, то заемщик хозяину ничего не должен за смерть коровы, что вполне логично. Он может вздохнуть спокойно, после чего все трое должны быть преданы смерти.

Но остается и другой вопрос об оплате, прямо не вытекающий из стихов Торы, но вполне логичный: обычно животное нанимают для стандартных услуг (пахать, сеять, ездить и пр.), и возможно, именно на этот случай предполагалось распространять обсуждаемые выше правила. Но можно ли отнести сексуальные услуги коровы к традиционным услугам, и если нет, то следует ли вводить специальные правила оплаты для такого случая? К сожалению, этот вопрос остался пока неразрешенным и оставлен для размышлений будущим поколениям мудрецов.

◾ О ценном наследии быка-смертника

Как мы отметили выше, корова да и любое животное, имевшее сексуальный контакт с человеком, приговаривается к смерти. Даже если корова невиновна и подвергалась сексуальной эксплуатации, как в вышеприведенном случае. Объясняется необходимость убиения животного тем, что в живом виде оно неизменно будет напоминать людям о позорном явлении да еще может подтолкнуть их на аналогичное преступление.

К смерти может быть приговорено животное и за другие грехи. В частности, в Мишне и Гемаре[665] подробно обсуждалась история с бодливым быком из Шмот 21:34–35. В пространной дискуссии обсуждается, в каких случаях нужно казнить быка – в зависимости от того, кого, когда и в какие дни он забодал. Но мы в эту дискуссию погружаться не будем, а рассмотрим другой вопрос. Если бык за свои злодеяния все же приговорен к смерти, может ли быть от него какая-то польза? Этот деликатный вопрос также тщательно разбирается мудрецами[666].

Вспомним, что в Шмот 22:14 речь идет о том, что в случае, если отец не захочет выдавать девицу замуж за ее соблазнителя, то тот должен заплатить за нее отцу установленную сумму (в общем случае соблазнитель обязан жениться, поскольку он посягнул на движимую собственность отца). Но соблазнителю можно было заплатить не обязательно серебром, а какой-то еще ценностью. Так вот, мудрецы увлеченно обсуждали, может ли в качестве такой ценности выступить навоз, оставшийся от быка, но не просто быка, а приговоренного к смерти за какое-либо преступление. И если жену купить за навоз быка-смертника, будет ли такая сделка по заключению брака действительной?

Тут приходится погружаться в прошлое быка и выяснять, за какое именно преступление он был приговорен. Если бык служил в качестве идола, то ничего от быка, даже его навоз, не может использоваться согласно категорическому запрету в Дварим 13:15–17: «И да не прилипнет к руке твоей ничего». Мало того, мудрецы обратили внимание на особую роль, которую играет говно в кишечнике быка-идола. Оно раздувает его брюхо, делает быка более дородным и представительным и лишь укрепляет его статус, усиливая влияние на идолопоклонников. Тем более его навоз отвратителен и не подлежит использованию. Думается, что с животным, занятым в сфере сексуальных услуг, такая же история.

Если жену купить за навоз быка-смертника, будет ли такая сделка по заключению брака действительной?

Но допустим, быку не поклонялись, и он всего-навсего забодал насмерть человека. Тогда быка в наказание забивали камнями, а мясо его есть запрещалось (Шмот 21:28). Но кроме как о мясе, в ст. 21:28 ничего не сказано, откуда мудрецы делают вывод, что во всем остальном покойного быка можно использовать, в т. ч и его навоз. Мало того, рассуждают они, дородность и красота быка-убийцы уже не является значимым фактором, и оставшийся от него навоз, слава богу, можно выгодно использовать – например, купить на него жену и образовать новую счастливую еврейскую пару.

◾ Об увечном рабе

Проиллюстрируем глубокие и поучительные дискуссии в рамках святой Устной Торы, раскрывающей нам смысл Торы писаной, еще на одном примере.

В нашей главе рассказывается о необходимости гуманного отношения к рабу: если хозяин повредит рабу глаз или выбьет зуб, то его требуется отпустить на волю (Шмот 21:26–27). В свою очередь, группу ученых из Низунии заинтересовал следующий непростой вопрос, ответа на который не предложено напрямую в писаной Торе. Они обратились с этим вопросом к р. Гамнуне[667]: а что, если хозяин отрежет своему рабу яйца, должен он его отпустить на волю или нет? Проблема здесь заключается в следующем: по мнению одних мудрецов Мишны, отпускать раба следовало за повреждение, помимо глаза и зуба, всех остальных внешних органов, коих насчитали только 24 (пальцы на руках и ногах, кончики ушей, носа и члена). Яйца же указанные мудрецы относили к внутренним органам, поскольку они заключены в мошонку. Но р. Хисда возразил, что яйца тоже внешний орган, поскольку в составе мошонки они выступают наружу по отношению к телу, и за их отрезание раб тоже должен быть отпущен. Тут р. бен Аззай заметил, что тогда и за отрезанный язык раба тоже надо отпускать – ведь это тоже получается внешний орган, хоть и во рту. Дальше мудрецы занялись обсуждением темы языка – внутренний или внешний это орган, есть ли разница между отрезанием языка и потерей языка, о какой части отрезанного языка, говорящей или общей, идет речь и пр. Но этой увлекательной и сложной темы в условиях ограниченного объема книги мы, опять же, касаться не будем и приглашаем читателя к самостоятельному изучению сокровищ еврейского фольклора и законодательства.

Что же касается отрезанных яиц у раба, то этот вопрос так и остался непроясненным в силу разногласий мудрецов.

К счастью, сейчас института рабства уже не существует, и вряд ли описанная ситуация может возникнуть, но сама формальная логика в обсуждении позиции «внешнее – внутреннее» на частном примере яиц раба заслуживает всяческого внимания.

Трума

◾ О глобальном строительном проекте

Глава Трума посвящена строительству мишкана (Скинии Завета) – переносного Храма и обиталища Бога. В главе подробнейшим образом расписывается план строительства, количество и качество материалов для строительства и сам ход строительства. На непросвещенный взгляд это самая нудная глава в Торе, представляющая собой не более чем техзадание на строительство культового объекта – хотя просвещенный в вере взгляд усмотрит в ней глубочайшие мистические откровения и каббалистические тайны. Но мы не будем на них останавливаться и обратимся к историческим аспектам этого исторического строительства.

Итак, с учетом количества золота, драгоценных тканей и прочих ценных вещей, вынесенных из египетского рабства, не приходится удивляться роскоши и величию сооружаемого заведения, – как мы уже знаем, каждый еврей набрал столько египетского добра, что мог самостоятельно оплатить строительство всей Скинии.

Однако когда Моше объявил сбор пожертвований на скинию, народ стал с удовольствием делиться имуществом ради благого дела. Израильтяне с таким же энтузиазмом откликнулись на идею сооружения скинии, как и Золотого тельца. Мало того, они даже решили, что пожертвований не хватит, и стали срывать со своих жен, сыновей и дочерей их драгоценности и с радостью доставляли их Моше[668].

Впрочем, жены были, кажется, не в обиде и с удовольствием ткали завесы из козьей шерсти. Причем ткали они, чудесным образом, на самих козах, даже не состригая шерсть со счастливых животных[669]. А согласно одному из поздних мидрашей в изложении Луиса Гинцберга, благочестивые козы сами приходили к женщинам, за исключением дней субботы и новомесячья, и предлагали им свою шерсть.

Женщины даже хотели пожертвовать на строительство свои зеркала, и Моше поначалу возмутился: «Как это в святилище будут предметы, вызывающие вожделение у мужчин?!» Но Господь разъяснил Моше, что зеркала – дело хорошее: когда евреи, будучи египетскими рабами, приходили уставшими со стройки, то жены, как положено, сначала кормили и поили их, а потом предлагали посмотреть в медные зеркала и убедиться, насколько они прекраснее своих мужей. Мужей охватывала страсть, они тут же опрокидывали жен в постель и плодили множество детей. Так Израиль и не угас – вопреки всем козням фараона[670]. В итоге из зеркал соорудили умывальник для священников (Шмот 38:8), который впоследствии стал использоваться для чудесного обряда «сота» – проверки жены на измену по подозрению ревнивого мужа. В этом умывальнике, как мы узнаем дальше, смешивали пыль из святилища с водой и поили женщину смесью. Если она в корчах помирала, то, значит, обманывала мужа. А если жива оставалась, то муж ее напрасно подозревал. Так что зеркала послужили и в дальнейшем упрочению семейных устоев[671].

Кстати, Нахманид[672] и Раши[673] в один голос утверждали, что женщины с большой радостью сдавали зеркала именно в предвкушении этого обряда – поскольку заранее мечтали, что мужья убедятся в их верности. Понимаю, что некоторые читательницы сочтут такое понимание тонкостей женской души нашими мудрецами недостаточно глубоким и даже ругнуться могут, – но уж что есть, то есть.

Благочестивые козы сами приходили к женщинам, за исключением дней субботы и новомесячья, и предлагали им свою шерсть.

◾ Моше как строительный подрядчик

Моше приходилось очень нелегко. Он, как хороший прораб, ни на час не оставлял строителей, руководя ими[674]. Впрочем, вряд ли бы он справился со столь грандиозным проектом, если бы ему не содействовали активно небесные сущности. Сверху ему в качестве образцов спускались огненные ковчег, жертвенник и менора, и по их форме Моше сооружал земные реалии – не без помощи архангела Габриэля, представшего в виде мастера[675]. По другой, упрощенной, версии, Моше, по совету Всевышнего, вообще не заморачивался, а просто засунул кусок золота в печь, и оттуда вылезла готовая менора[676].

В строительстве людям помогали разные дикие звери и скот, которых Бог наградил тогда мудростью и пониманием[677], – в т. ч. и какой-то чудесный червяк под названием «шамир», который мог обгрызать любые камни[678].

Отметим, что накинуть покров на скинию Моше никому не доверил. Он это сделал сам (Шмот 40:19) – из чего, между прочим, наши мудрецы приходят к выводу, что все левиты были довольно большого роста, как и Моше, а именно достигали в высоту 4 м 50 см[679]. Впрочем, этот интересный факт стал предметом оживленных споров. Поскольку, по бесспорному убеждению, Шехина опускалась только на человека мудрого, богатого и высокого, а она точно опусклась на Моше, то он должен был быть выше других левитов. Тем не менее, к несчастью, точный рост Моше мудрецы здесь не привели.

Тецаве

◾ О покрое священных одеяний

В главе Тецаве рассказывается об облачении священников и правилах приношения жертвоприношений – что не менее важно, чем проект строительства скинии.

Инструкции Торы на предмет всего, что касается скинии и служения в ней, чрезвычайно подробные и точные: каждая деталь имеет свой непреходящий смысл – даже, казалось бы, в таких технических вопросах, как одежда.

Жертвоприношение требует абсолютной сосредоточенности и отрешенности от всего мирского. Никаких препятствий не должно возникать в момент совершения сакрального действа. А помешать может каждая мелочь. И наши мудрецы детально анализируют все возможные варианты препятствий[680]. Должна ли одежда первосвященника плотно примыкать к телу или быть свободного покроя? Ясно, что кусок грязи, попавший под одежду, точно помешает. Но р. Раба задался более сложным вопросом, будет ли помехой свободное пространство между рукавом и подмышкой? А Мар бен р. Аши поинтересовался, будет ли препятствием волос, попавший под одежду? Одно дело, если это волос на теле, а если с головы?

Наконец, тот же р. Раба сосредоточился на вопросе, помешает ли служению заползшая под одежду вошь? В том случае, если вошь уже дохлая, она, конечно, не помешает! А если живая и туда-сюда будет ползать? С одной стороны, это естественно, и вроде бы вошь не должна мешать. Но, а если вдруг первосвященник чувствует дискомфорт, значит, мешает все-таки?

Все эти вопросы пока остались, к сожалению, неразрешенными. Но мы знаем, что скоро явится Машиах и будет отстроен Третий Храм. И уже новому поколению мудрецов придется искать решения непростых, но очень важных проблем. Но ответы на них есть: они нам были даны на Синае тридцать три века назад. Нам их надо только открыть для себя, в чем нам поможет сосредоточенная молитва, ежедневное изучение главы из Торы, а главное – щедрая цдака.

Тиса

◾ «Золотыми пальцами краснодеревца…»

Поговорим о скрижалях – двух досках, которые являются свидетельством нашего Завета с Богом. Бог дважды дарил их Моше. Первые сделал и написал на них заповеди сам Бог (Шмот 31:18). Моше их разбил, сойдя с Синая и наткнувшись на веселую оргию, которую мы устроили под горой (Дварим 9:17). Вторые уже изготовил сам Моше, и Бог вторично написал на них заповеди. Эти скрижали хранились в Ковчеге Завета. Там же хранились и разбитые скрижали[681]. Впоследствии Ковчег бесследно исчез, хотя конспирологи утверждают, что Ковчег пребывает в подвалах Ватикана. Там вообще, согласно многочисленным святочным историям, все пребывает.

Помешает ли служению заползшая под одежду вошь?

В тех же стихах Торы указано, что и те и другие скрижали были изготовлены из камня. Но наши мудрецы решили, что простой камень не очень подходит под изготовление такого величественного предмета, и уточнили, что скрижали были изготовлены из сапфира[682].

Что касается размеров скрижалей, то они составляли ок. 50 см в длину и ширину, и были толщиной в 25 см[683]. Несли их, очевидно, положив одну на другую, и, таким образом, они составили блок размером 50 × 50 × 50 см. Теперь определим вес блока из двух скрижалей. Удельный вес сапфира берем максимальный – 4,10 г/куб.см. Используем известную форму для подсчета веса прямоугольных драгоценных камней (поправки на выпуклость, огранку и пр. делать не будем, так как будем считать, что плиты идеально выточены, сначала Богом, потом Моше – какие там могут быть поправки на дефекты и огранку?!). Получается, что вес блока составлял 512,5 кг.

Отметим то интересное обстоятельство, что Бог использовал при написании скрижалей не «руку крепкую», как обычно, а палец – или «перст» (Дварим 9:10), как поизящнее выразились синодальные переводчики. Наши древние предки очень хорошо понимали, что в отличие от общих предприятий, где Богу требовалась сила рук и плечевых мышц (Дварим 5:15), написание заповедей требовало более тонкой и тщательной работы, которую Бог осуществлял уже пальцем. По крайней мере, именно к такому заключению пришел крупный германо-американский библеист рубежа XIX–XX вв. Арнольд Эрлих.

В дальнейшим подобная детализация функциональных особенностей организма претерпела последующее развитие, приведя к появлению фразеологизма «не пальцем деланный».

Я бы мог посоветовать интересующимся самостоятельно углубиться в тему проникновенного и величественного образа «руки Божьей», но для этого придется обратиться только к специальной литературе. В обычных интернет-поисковиках, на любых языках, задав поиск «руки Божьей», вы наткнетесь, прежде всего, на рассказ о том, что это «один из самых знаменитых футбольных голов в истории, исполненный аргентинцем Диего Марадоной на 51-й минуте четвертьфинального матча чемпионата мира по футболу 1986 года против сборной Англии». Вот он, голос динамично развивающегося мира.

◾ Здоровье – прежде всего

Итак, Моше, получив скрижали от Бога и спустившись с Синая, обнаружил, что соплеменники соорудили Золотого тельца и радостно предаются оргиям. В итоге он разбил скрижали. Многие века наши мудрецы предавались размышлениям, почему Моше это сделал. Они придумывали самые возвышенные и мудрые объяснения. Мне кажется, что наиболее близко к разгадке тайны разбиения скрижалей подошли Рашбам и р. Элиезер.

Но прежде поясним, что Моше, даже при своем, как мы знаем, 4,5-метровом росте и мощи[684] утащить их один не мог. Он тащил скрижали вдвоем с Богом[685]. Трудно сказать, помогал ли ему Бог духовно, удесятерив силу Моше, как в русских народных сказках, или реально они вдвоем тащили скрижали, ухватившись сзади и спереди. Многие мудрецы разных поколений считали Бога вполне телесным, так что Рамбаму даже пришлось в еврейский Символ веры вставлять положение о бестелесности Бога. Ну и добавим, что скрижали еще дополнительно несли сами себя[686].

Так вот, по историческому свидетельству Рашбама[687] и р. Элиезера[688], когда Моше увидел безобразия с Золотым тельцом, он так расстроился, что лишился сил. Да к тому же и все записи со скрижалей улетели[689], хотя вряд ли они значительно уменьшили вес полутонного блока. Моше уже не мог удерживать тяжеленные скрижали[690] и благоразумно отбросил их подальше, чтобы они не упали ему на ноги. Очевидно, что он принял единственно правильное решение: упавшие скрижали, несомненно, травмировали бы ему, а возможно, и Богу, довольно хрупкие кости стопы и связки голеностопного сустава.

Но, к счастью, обошлось без травм, скрижали разбились при падении, и Моше смог без помех продолжить свою ответственную деятельность. А Бог ему вручил новые скрижали, и все окончилось благополучно.

Упавшие скрижали, несомненно, травмировали бы ему, а возможно, и Богу, довольно хрупкие кости стопы и связки голеностопного сустава.

Так, Тора дает нам важный урок. Будьте осторожны, внимательно относитесь к своему здоровью.

◾ Обретя богатство

Но все вышенаписанное не столь важно. Мы должны от души поздравить Моше-рабейну с главным итогом всех этих событий. Бог, как мы уже знаем, доверил ему для изготовления скрижалей обтесывать сапфировые глыбы – а стружки при этом оставлять себе! Благодаря этим стружкам Моше стал очень богатым человеком[691].

Аллилуйя!

Вайякел

◾ Тора об экономических аксиомах

В главе Пкудей, среди прочих бесценных уроков на все случаи жизни, Тора преподает нам бесценный урок экономической бизнес-стратегии.

Наши мудрецы напоминают, что поначалу Моше планировал привлечь партнеров к контролю над счетами в строительстве Скинии Завета. Но всем было уже не до того, странники с энтузиазмом жертвовали свои драгоценности, и в итоге Моше остался единственным распорядителем казны и подрядчиком на строительство[692]. Впоследствии это обстоятельство чуть не ввергло Моше в большие неприятности.

Пока Моше беззаветно трудился в должности генподрядчика у Бога, энтузиазм у народа заметно поубавился. На Моше уже посматривали довольно косо, и, как это обычно бывает при возведении крупным подрядчиком строительных объектов, за спиной у Моше обыватели перешептывались: «Смотрите-ка, шею какую наел!» («И ножищи… поди плохо, жрет и пьет за наш счет!» – добавлено у Луиса Гинцберга), на что ему отвечали: «А что ты думаешь: кто контролирует строительство мишкана, нищим останется?!»[693]

Соответственно, строительство не могло не привлечь повышенного внимания вкладчиков. Уже когда строительство скинии было благополучно завершено и был проведен аудит, Моше пришлось отчитываться перед народной финансовой инспекцией. Бухгалтерия, как назло, не сходилась: он не учел 1,775 шекелей, потраченных на статью расходов «золотые крюки» (Шмот 38:28). Моше не сомневался, что народ обвинит его в воровстве, однако то ли сама Шехина демонстративно повисла на крючках, то ли ему чудесным образом явились крюки, напомнив Моше, на что пошли деньги[694].

В итоге Моше чудом избежал народного гнева. Как поступили бы обманутые вкладчики с предполагаемым расхитителем, к которому к тому же питали не самые теплые чувства, можно только догадываться.

«А что ты думаешь: кто контролирует строительство мишкана, нищим останется?!»

Таким образом, святая Тора являет нам не только модель строительства и изыскания финансовых средств, но и преподает нам важнейшие финансово-экономические уроки: 1) Строительство предпочтительно осуществлять акционерному обществу, где партнеры несут равную ответственность перед вкладчиками. 2) Поскольку к главному подрядчику нередко прилипает часть выделенных на строительство средств, то лучше всего, когда аудитом счетов занимаются несколько партнеров независимо друг от друга (а еще лучше, когда приглашают независимого внешнего аудитора, поскольку партнеры могут вступить в сговор).

Пкудей

В последней главе книги Шмот снова рассказывается о том, как и из чего изготавливалась скиния. Остановимся на одном важном элементе проекта.

◾ Херувимы и современность

На крышку Ковчега Завета в святилище Господь потребовал водрузить двух золотых херувимов: «Чеканной работы сделай их на обоих концах крышки; сделай одного херувима с одного края, а другого херувима с другого края; [выдавшимися] из крышки сделайте херувимов на обоих краях ее; и будут херувимы с распростертыми вверх крыльями, покрывая крыльями своими крышку, а лицами своими [будут] друг к другу: к крышке будут лица херувимов лицами своими [будут] друг к другу: к крышке будут лица херувимов» (Шмот 25:18–20). Оставим в стороне вопрос, как в святейшем месте могли появиться скульптурные изображения, хотя одной из десяти заповедей нам строжайшим образом велено не делать никаких изображений, и попробуем понять, как они выглядели.

Толком этого никто не знает. Из вышеприведенного описания р. Каттина сделал вывод, что херувимы представляют собой переплетенные тела. Не случайно безграмотные язычники, вошедшие в Храм и увидевшие два переплетенных тела херувима, были разочарованы. Они решили, что евреи, претендующие на верность заповедям Божьим, не только разместили в Храме скульптурные изображения, да еще созерцают с вожделением обнаженные тела. В итоге язычники сразу евреев запрезирали[695]. Во время странствий левиты переносили на себе всю священную утварь скинии, в т. ч. и херувимов. И на всякий случай, чтобы красивые тела херувимов никого не соблазняли, их покрывали материей. Даже сами левиты, когда покрывали их материей, не должны были глядеть на них. Однако во время праздников покров убирался, и херувимы демонстрировались народу как символизирующие любовь мужчины и женщины. Р. Нахман сравнил их с невестой, которая поначалу скрыта в доме ее отца и мужу не открывается, но, перейдя в дом свекра, уже не скрывает внешности[696].

Однако Раши полагает, что херувимы – это вовсе не мужчина с женщиной, а классический образ детей с крылышками[697]. Так полагал и р. Аббаху, но р. Абайе поинтересовался, как же тогда в Иехиезкель 10:14 написано, что лицо херувима «человеческое»? Р. Аббаху объяснил, что у Йехиезкеля речь шла о взрослом херувиме (именно так он понял слово «человеческое»), а тут о ребенке[698].

Ибн Эзра полагает, что это просто два юноши[699]. За интерпретацию в духе двух обнимающихся крыльями юношей Ибн Эзре сейчас могли бы впаять статью о пропаганде нетрадиционных отношений.

В любом случае в истолковании наружности херувимов выделяется гендерно-эротический аспект. Однако необходимо соблюсти политкорректность в духе европейских норм прав человека и в обеспечение всесторонней актуальности библейской истины. Поэтому нам никто не мешает предположить, что херувимы представляют собой еще и сплетенных в страстном объятии двух миловидных девушек.

Однако благонамеренный гражданин, руководствуясь традиционными консервативными ценностями, ничего этого предположить не может и будет считать херувимов бесполыми ангелами. Маймонид видел педагогическую задумку в размещении херувимов в святилище: народные массы не должны были верить, что ангел – это образ Божий. А как раз два ангела, полагал он, препятствуют такой вере: Бог един, и Он сотворил ангелов[700].

Ну и, разумеется, вопрос вызывает ст. Шмот 28:20: «Лицами своими [будут] друг к другу: к крышке будут лица херувимов». Как можно смотреть одновременно вперед, друг на друга и вниз, на золотую крышку-подножие? Это не очень понятно, если только не считать ангелов страдающими расходящимся косоглазием (экзотропией). Но предполагать, что у ангелов могут быть офтальмологические проблемы, тоже было бы странно. Вопрос, естественно, заинтересовал мудрецов. И начался увлекательный спор[701]. Р. Йоханан утверждает, что херувимы смотрели друг на друга. Р. Элеазар полагает, что они смотрели на крышку. И аргументировал свою позицию вопросом: разве не написано, что они смотрели на крышку – как они тогда могли смотреть друг на друга? Р. Йоханан объяснил, что речь идет о двух разных периодах: когда они повиновались воле Божьей. Иногда они глядели на крышку, а иногда – друг на друга. В свою очередь р. Йоханан задал контрвопрос: разве не написано, что они смотрели друг на друга? Р. Элиезер ответил, что отчасти они глядели друг на друга, а отчасти на крышку, демонстрируя широкое поле зрения. В подтверждение своего тезиса он сослался на прозелита Онкелоса, учившего, что херувимы вообще вертели головами в зависимости от Божьих пожеланий. В рамках последнего объяснения херувимы, разумеется, могли глядеть куда угодно в любое время.

Есть еще и увлекательная загадка относительно расположения двух херувимов в будущем храме Шломо (Соломон), но пока мы размышляем о скинии. Дай бог, доберемся когда-нибудь и до храма Шломо.

Ваикра

◾ О критическом моменте

Может показаться, что первая глава третьей книги Торы, целиком посвященная порядку и особенностям храмовых жертвоприношений, лишена привычных нам увлекательных искрометных сюжетов и что она даже несколько скучновата. Однако следует иметь в виду, что глава Ваикра чрезвычайно важна, особенно в эти дни, когда вот-вот явится Машиах и во вновь отстроенном Храме мы снова будем радостно приносить кровавые и прочие жертвы. Поэтому каждая деталь, каждый нюанс жертвоприношений требует к себе пристального внимания, о чем нам неустанно напоминают мудрецы.

Капли крови полетели на жертвенник и занавес, но в этот момент рука у священника оторвалась!

Обратимся сегодня только к одному такому нюансу. В нашей главе неоднократно упоминается требование к священнику в процессе жертвоприношения окропить кровью жертвенник (Ваикра 1:5; 3:8, 13) и кропить перед занавесом святилища (4:6, 17).

Представим себе механизм этого важного действия: священник взмахивает рукой, и брызги крови жертвенного животного летят на жертвенник и занавес. Но для этого у священника должна быть рука, чтобы он мог ей взмахнуть! Именно поэтому среди строгих требований, предъявляемых к священнику в Ваикра 21:18–21 (подробнее мы на них остановимся в другой раз), есть условие, чтобы он не был инвалидом. В том числе у него должна быть рука, которой он может взмахнуть. И лишь тогда он может приступить к процессу жертвоприношения, и последнее будет признано угодным Богу.

Однако даже если священник не инвалид, может возникнуть следующий случай[702]: предположим, физическое состояние священника соответствует всем требованиям, он осуществляет жертвоприношение и взмахнул рукой, начиная окропление. Капли крови полетели на жертвенник и занавес, но в этот момент рука у священника оторвалась! В связи с этим возможным инцидентом р. Ирмейя задал вопрос р. Зера: ведь капли крови еще в полете, а рука уже оторвалась. Т. е. он стал инвалидом до того, как окропление завершилось. Значит, требования к состоянию священника нарушены, и окропление считается несостоявшимся? Или предполагается фиксация надлежащего состояния священника только до начала процесса, а в ходе его уже неважно, оторвалась рука или нет, раз кровь попала на нужное место? Мудрецы приняли решение в пользу последнего случая: т. е. если рука у священника оторвется, а кровь еще не попала на жертвенник или занавес, то жертва, увы, не будет считаться действительной. Если же кровь уже долетела до места назначения, то даже если рука у священника оторвалась, то ничего страшного – жертва Богом принята.

И это только один из многочисленных важнейших моментов, которые требуют к себе тщательного внимания, а значит, и тщательного изучения нашей главы.

Цав

◾ О штанах первосвященника

В главе Цав речь идет о жертвоприношениях, которые должны совершать надлежащим образом одетые священники. Сейчас мы коснемся самого важного элемента одежды священника. В Ваикра 6:10 есть волнующая и несколько загадочная фраза: «…Пусть священник… оденется в свою одежду льняную и наденет свои льняные штаны (исподнее, подштанники) на тело (букв. на “его плоть”)».

О льняных штанах, которые должны надеть для совершения жертвоприношений священники, говорится и в других местах (Шмот 28:42–43, Ваикра 16:32). Специальное упоминание о штанах, возможно, свидетельствует о том, что в обычное время священники штаны под платьем не носили, и только в данном случае надевали их «для прикрытия телесной наготы от чресл до голеней» (Шмот 28:42). Мало того, Моше тоже штаны не носил, поскольку в Ваикра 20:26 содержится предостережение Бога: «И не всходи по ступеням к жертвеннику Моему, дабы не открылась при нем нагота твоя» (Шмот 20:26). Да и вообще никто не носил. Иначе говоря, штаны первосвященники в ходе служения надевали для приличия, и срамота жестко наказывалась: «И да будут они на Аароне и на сынах его, когда будут они входить в скинию собрания или приступать к жертвеннику для служения в святилище, чтобы им не навести [на себя] греха и не умереть» (Шмот 28:43).

В самом деле, когда первосвященник по ступенькам поднимался вверх к алтарю для принесения жертвы (Ваикра 9:22, Йехиезкель 43:17), его гениталии открывались бы Богу и людям, что умаляло бы торжественность момента. Именно поэтому в Шмот 20:26 подниматься к алтарю без штанов было категорически запрещено. Историки предлагают еще одно объяснение: в ряде языческих практик древнего Ближнего Востока жрецы совершали культовые церемонии обнаженными: считалось что сексуальная энергия приблизит к божеству или магически повлияет на милость богов. Запрет Торы на служение без штанов исключает такую практику.

Маймонид подробно расписывает, какими должны быть эти штаны. Точнее, подштанники. Они должны быть от верхней части живота до колен, и перевязываться веревкой на талии. Никаких вытачек для зада или гениталий у них быть не должно, они должны облегать фигуру по типу мешка[703]. Судя по этому описанию, подштанники священника напоминают женские панталоны с начесом из советских времен.

В Ваикра 6:3 (6:10 в Синодальном переводе) также специально отмечено, что штаны должны «надеваться на тело». Мудрецы понимают это требование таким образом, что между плотью и штанами ничего не должно находиться; так полагают Реши и некоторые другие комментаторы[704]. Т. е. речь идет о том, что первосвященник не должен носить что-то вроде трусов, и штаны должны надевать на голое тело.

Однако мудрецы развили идею о том, что между одеждой (в т. ч. штанами) и телом ничего не должно быть. Они стали задаваться серьезными вопросами, вызвавшими оживленную полемику[705]. В частности, священные одежды должны плотно примыкать к телу, не допуская никаких промежуточных предметов – нельзя, например, чтобы корка грязи отделяла тело от одежды. Мудрецы размышляли над тем, является ли ветерок, проникший под одежду, или воздух под мышками отделяющим тело от одежды? А если священник засунет руку за пазуху – будет ли рука считаться промежуточным предметом? А если длинный волос с головы священника попадет под одежду, считать ли его волосом от тела или не считать – в последнем случае становится ли он промежуточным предметом? Наиболее интересным мне представляется вопрос, можно ли рассматривать вошь, забравшуюся под одежду священника, нарушением закона. В ходе оживленной дискуссии рассматривались два варианта: когда вошь дохлая и когда живая. Если вошь дохлая, то она, конечно же, является промежуточным предметом. Но если она туда-сюда ползает и не занимает каждый раз конкретного места, можно ли ее считать промежуточным предметом? Эти вопросы законоучителей так и не получили внятного ответа, в т. ч. и о вше. Но мне кажется, вошь все же – не квантовая частица, которая, согласно принципу неопределенности Гейзенберга, не обладает каким-то определенным положением или пространственной координатой. Она крупнее и ползает не со сверхсветовой скоростью, поэтому в единицу времени занимает точное положение между одеждами и телом – а значит, является таким промежуточным предметом.

Является ли ветерок, проникший под одежду, или воздух под мышками отделяющим тело от одежды?

Особую точку зрения высказал выдающийся немецко-еврейский гебраист и библеист Арнольд Эрлих. Он полагал, что Ваикра 6:3 мудрецы поняли буквально – что священники не носили штанов в обычное время. А на самом деле, полагает Эрлих, Ваикра 6:3 единственно утверждает, что штаны скрывают гениталии, а речь вовсе не идет о ношении штанов в то или иное время.

Шмини

◾ О божественном обонянии

В главе Шмини рассказывается о важнейшем элементе еврейской жизни храмового периода – совершении жертвоприношений.

Мы уже немало обсуждали этот вопрос и сейчас поговорим о явлениях, которые неизбежно сопровождали жертвоприношения животных – а именно, о страшной вони на храмовой территории и прилегающих участках. Можно себе представить, какие ароматы распространялись от луж крови и разделываемых туш животных.

Возможно, обонятельные ощущения населения никого тогда не интересовали – это вам не мегаполисы, где периодически жалуются на загрязненность атмосферы. Вопрос ставился единственным образом: угоден Богу такой ambré или неугоден.

Но все мы также знаем, что помимо жертв Богу в Скинии и Храме практиковались воскурения – сжигание специальной смеси, выделявшей приятный запах – «в приятное благоухание Господу», как сказано в Ваикра 17:6. Тем самым планировалось привести Бога в «хорошее настроение», по глубокой мысли одного современного раввина.

При этом подразумевалось, что запах должен быть именно приятным – божественное обоняние воссоздавалось по образу человеческого. Воскурение фимиама было приятно Богу, но надо думать, господа, и о полезном для нас самих – чему помогает одно неоспоримое историческое свидетельство. Вспомним из главы Лех Леха, как Богу была приятна вонь от крайних плотей, сваленных в кучу после обрезания Авраамом своих домочадцев. Эта вонь помогала Богу не забывать о тех страданиях, которые мы все время терпели. И она оказывается не менее полезной, а то и куда более важной, чем поднятие настроения у Бога.

Но это все можно отнести к метафизическому аспекту воскурений. А Рамбам был человеком практичным. Он утверждал[706], что разделка туш и сжигание внутренностей создавали вонь «как на бойне», а сплошная вонь снизит благоговейное отношение публики к Храму. Продолжим уже от себя: …что могло, не дай бог, привести и к оттоку посещаемости Храма, и к измельчению финансово-материальных потоков! Поэтому, пишет Рамбам, и было предписано дважды в день воскурять благовония (Шмот 30:7–8). Иначе говоря, воскурения использовались не иначе как освежитель воздуха, своего рода храмовый дезодорант. Уже тогда люди понимали, что выбрасываемые в атмосферу вещества и элементы продуктов сгорания, последующее загрязнение атмосферы является глобальной проблемой для окружающей среды, здоровья народонаселения и угрозой экономике.

Но в любом случае все это пустое. Напоминаю, вот-вот явится мошиах, мы отстроим Третий храм и, следуя предписанным законам, снова начнем приносить кровавые жертвы и воскурять благовония. И не будем задаваться вопросом об обонятельных предпочтениях трансцендентного Бога.

◾ С надеждой – в будущее

Большой раздел в главе Шмини посвящен и кашруту – диетарным предписаниям, которые Бог заповедал евреям. Здесь рассказывается, какие представители фауны и по каким признакам разрешены в пищу.

Сразу скажем, что Бог, по крайней мере, дважды ошибся, с учетом нынешних научных данных: летучую мышь Он отнес к птицам (11:19) и посчитал, что заяц отрыгивает жвачку (11:6).

Но обратим внимание на более важную вещь – смысл Божьих запретов. Все мы знаем, какое тяжелое бремя накладывает на нас Тора ради того, чтобы мы были верными Богу и светом народам. И одно из самых тяжелейших испытаний – это верность предписаниям кашрута. Исторически так сложилось, что настоящим символом этих строгих предписаний стал категорический запрет на вкушение свинины: «И свиньи (а-хазир), потому что копыта у нее раздвоены и на копытах разрез глубокий, но она не жует жвачки, нечиста она для вас» (Ваикра 11:7).

Почему же этот запрет наиболее мучителен для нас? Наш величайший философ Филон Александрийский, да будет благословенна его память, хотя наши мудрецы его в грош не ставят, писал о высоких причинах невыносимого запрета на вкушение свинины, а заодно и осетровых:

«Моше… запретил всей своей властью всякую живность, на земле, в воде или летающих в небе, которые наиболее жирны и мясисты и считаются доставляющими исключительное наслаждение, – хорошо понимая, что такое искушение, а именно вкусная еда, превращает человека в раба сильнее всех прочих чувств, порождая ненасытность, неисцелимое зло равно для души и тела, ибо ненасытность порождает несварение желудка – кое есть источник и причина всех расстройств и слабостей. А из всех земных животных свинья обладает вкуснейшим мясом, как и из водной живности – рыбы без плавников»[707].

Итак, мы слабы и убоги, а потому нам запрещен доступ к высочайшим наслаждениям. Но все ли потеряно? Неужели мы вечно будем страдать? Нет!!! Рабейну Бахья объясняет нам: «Почему ее (свинью) называют «а-хазир»? Потому что в будущем мире Господь вернет ее нам». Мудрецы исходят из того, что у слов «вернуть» («лахазор») и «хазир» один корень[708]. И может быть, свинья научится отрыгивать жвачку, а раздвоенные копыта у нее есть, и тогда она станет полностью кошерной!!! А на крайний случай, генетики уже научились свинину из стволовых клеток выращивать – остальное галахисты подверстают.

И наконец, сам Любавический Ребе обещал нам, что в грядущем мире, хоть и не с самого начала, «…свинья станет чиста для нас. А далее, с исполнением пророчества «Нечистого духа удалю с земли» вся «нечистая колесница» (в т. ч. верблюд, заяц, кролик и пр.) перестанет существовать»!!! Иначе говоря, мы сможем кушать все!!!

Мы сможем кушать все!!!

Друзья мои, если мы будем скрупулезно исполнять заповеди, вести праведный образ жизни, щедро раздавать цдаку, усердно молиться, то тем самым мы приблизим приход Машиаха. И тогда, на пиру праведников, мы будем сидеть все вместе. И Филон Александрийский будет дружески разъяснять нашим мудрецам достоинства изысканной кухни. Вместе с ними, полулежа, как свободные римские граждане, и наблюдая бои без правил, мы будем вкушать наряду с некошерными чудовищами Левиафаном и Бахамотом[709] зайчатину, крольчатину, осетров, устриц, кальмаров, черную икорку и самое главное – вкуснейшую свининку! Кстати, огромного Левиафана полностью съесть не удастся, но остатки мяса мы продадим на рынке, так что еще наживемся![710]

Прожаренную свининку, с хрустящей коричневой корочкой, только что снятую со сковородки и еще скворчащую, с жареной картошечкой и свежим лучком, под рюмку водки!

Достойная жизнь будет достойно вознаграждена в грядущем мире!

Тазриа

◾ Девочка vs. супружеские радости

Уже при чтении первых стихов главы Тазриа мы сталкиваемся с серьезнейшим и интереснейшим вопросом: почему среди стихов, рассказывающих о женской нечистоте в послеродовой период (Ваикра 12:2–5), вдруг вкрапливается предписание обрезывать мальчика на восьмой день (12:3)? Почему это предписание не появилось раньше, а именно в Берешит 17:4–9, когда Бог дал Аврааму историческое повеление: еврей-мужчина на все века должен заключать союз с Богом посредством парадоксального акта отрезания куска своего полового члена, точнее, его крайней плоти?

Попробуем разобраться. После рождения мальчика женщина пребывает в нечистоте семь дней, и только после окончания этого периода, на восьмой день, производится обрезание[711]. Но какое отношение нечистота матери имеет к обрезанию сына? И мудрецы дарят нам изумительное и точнейшее объяснение этой загадки[712]. Ведь только после завершения семи дней послеродовой нечистоты супругам разрешено соитие. Но ритуал обрезания – это ведь радостный праздник приобщения к Народу Божьему! А какой, спрашивается, может быть радостный праздник, с гостями и выпивкой, если родители не могут совокупиться?! Ведь «никто из гостей не будет радоваться, пока родители печальны». Какой там уже брит, союз-Завет?! И вот нечистота проходит, соитие осуществляется, можно и обрезание делать.

Но далее возникает другой серьезнейший вопрос: почему при рождении мальчика родителям приходится терпеть воздержание семь дней, а при рождении девочки – четырнадцать дней? Ведь именно четырнадцать дней нечистоты предписано женщине в случае рождения девочки (Ваикра 12:5)? Разные ответы давались на этот вопрос, но наиболее точным и, опять же, изумительным мне видится ответ нашего великого мудреца Шимона бар Йохаи: «Когда женщина рожает в муках, она клянется никогда больше не совокупляться с супругом. Но если родился мальчик и все рады, то она уже через семь дней сожалеет о своей клятве и приносит жертву за ее нарушение. А если родится девочка – то через четырнадцать дней»[713]. Т. е. если родится не мальчик, а еще что-то, то все недовольны, а мать злобствует целую лишнюю неделю. Что еще раз подчеркивает то высочайшее почитание, которым пользовалась родившаяся девочка, а потом и женщина в древнем иудаизме.

◾ А если все же мальчик, то какой?

Но если родится мальчик, может также возникнуть проблема. Например, если родится мальчик с двумя головами – на какую именно голову надо вначале накладывать тфилин для молитвы? Именно этот вопрос был задан любознательным р. Пелейму великому р. Йехуде а-Наси[714].

Тот разгневался, решив, что р. Пелейму над ним издевается, и предложил на выбор изгнание или отлучение от общины. Но вскоре у некоего еврея действительно родился сын-первенец с двумя головами, и он обратился к р. Йехуде а-Наси, но уже с куда более практичным и волнительным вопросом: «Как мне платить выкуп священнику за первенца – как за одного сына или как за двух?» Рабби Йехуда а-Наси, сославшись на заповедь Торы «возьмешь по пять шекелей с головы» (Бемидбар 3:47), разъяснил, что величина выкупа зависит от количества голов у ребенка, поэтому в данном случае надо платить за две головы. Начался довольно сложный разбор ситуации. Ссылка на то, что с ребенка, который обречен на смерть в течение 30 дней со дня рождения (а считалось, что двухголовый обречен), выкуп не берется, не прошла: пока он жив, выкуп надо платить, и в соответствии с количеством голов. Упускать денежную выгоду нельзя, нечего целый месяц ждать.

Т. е. если родится не мальчик, а еще что-то, то все недовольны, а мать злобствует целую лишнюю неделю.

◾ А если, не дай бог, выкидыш?

Обсуждается также, в каком случае женщина считается нечистой, если у нее будет, не дай бог, выкидыш[715]. Это зависит, в частности, от вида выкидыша – похож ли он на человека, птицу, рыбу, саранчу, пресмыкающихся, домашних животных, хищных зверей или морское чудовище. Попутно проясняется специальный вопрос насчет сов. Поскольку вопрос чрезвычайно важный, остановимся на нем подробнее.

Р. Яннай привел мнение р. Меира. Согласно р. Меиру, глаза у выкидыша в форме животного сфокусированы так, что он глядит прямо перед собой, как у человека. В этом случае женщина считается нечистой. А вот если выкидыш в форме змеи или птицы, то у него глаза так не сфокусированы, поэтому женщина считается чистой. Однако мнение р. Янная относительно позиции р. Меира посчитали неточно сформулированным. В одном случае выкидыш был в форме птицы, но глаза у него не были сфокусированы вперед. И р. Меир посчитал женщину нечистой. Но р. Абайе объяснил, что р. Меир, говоря о птицах, имел в виду конкретно маленькую или большую сову, а в случае этой женщины речь шла о других видах птиц. Но на это последовало возражение в формулировке р. Ханины бен Антигон: утверждение р. Меира справедливо относительно выкидыша в честь домашних или диких животных, а других мудрецов – относительно птиц. Последовал естественный вопрос: если у р. Меира идет речь о большой и маленькой сове, то причем тут домашние и дикие животные? Он же выделял только признак сфокусированного вперед взгляда. Дискуссия продолжалась еще довольно долго, и в конце концов мудрецы стали выяснять вопрос: а в чем специфика большой и маленькой совы в отличие от других птиц? Выяснилось, что у сов не только глаза, но и щеки выглядят как у человека, поэтому выкидыш в форме совы делает женщину нечистой.

Но это только маленькая часть общего очень обстоятельного разбора вопроса о нечистоте в связи с выкидышем с неоднократными боковыми ветками обсуждения. Исследуются смешанные варианты. Например, если у плода тело козла, а лицо человека, то такой плод считается человеком, но не наоборот. Далее, разумеется, начинаются споры, а что есть лицо – какие признаки должны быть, чтобы посчитать лицо человеческим лицом. По мнению р. Рава, цитирующего р. Хасу, должны быть, по крайней мере, одна щека, один глаз и т. д. По мнению р. Йермеягу бен Абба, цитирующего р. Йоханана, должны быть два глаза, две щеки и т. д.

Тут же возникла тема, какой плод животного можно потреблять в пищу в зависимости от его вида. Так, если в зарезанном животном плод имеет форму человека или голубя, его употреблять в пищу нельзя. Дальше идут споры уже о деторождении, когда у женщины рождается ребенок необычного вида. Обширные рассуждения на эту тему мы опустим, поскольку они неприятные. Но они влекут за собой серьезные последствия, в т. ч. юридические. Приведем лишь несколько примеров.

Считается, что плод родившей женщины, имеющий форму животного, нежизнеспособен. Но если женщина после рождения такого нежизнеспособного плода рожает нормального сына, то кого считать первенцем и освобождается ли родитель от уплаты выкупа за первенца? Мудрецы разошлись во мнениях по этому вопросу.

Отметим также, что эти рассуждения важны не только с точки зрения определения нечистоты. Например, согласно р. Меиру, если женщина разрешилась плодом в форме представителя крупного рогатого скота, то это обычный ребенок, хотя и нежизнеспособный. И тут р. Йирмия задает хитрый вопрос р. Зера: если этот ребенок женского пола (например, в виде овцы), и отец такого ребенка оформил с кем-то ее помолвку – заплатил деньги или подписал брачный договор, то может ли этот кто-то также взять в жены сестру ребенка-овцы, которая имеет обычную форму человека? Вопрос связан с запретом Ваикра 18:18 брать в жены одновременно двух сестер (сразу предупреждая очевидный вопрос, почему жениться на сестрах было дозволено Яакову, отвечаю: это происходило до дарования Торы). На это р. Зейра отвечает, что р. Меир считал плод-овцу нежизнеспособной и поэтому разрешал жениться на ее обычной сестре-человеке: запрет жениться на двух сестрах действует только при жизни обеих. По мнению же р. Аха бен Яакова, р. Йирмия просто хотел повеселить р. Зейру необычным вопросом, однако тот не стал смеяться. По мнению р. Йоханана, высказанному от имени р. Шимона бар Йохаи, нам вообще смеяться запрещено, пока мы в изгнании, а не в Сионе[716]. А вот, поди ж ты, смеемся…

В любом случае есть очень много подобных тонкостей, связанных с затронутой темой, но всегда можно обратиться к опытному раввину, который их разрешит.

Мецора

◾ О материальном и духовном

В главе Мецора (14:34) Бог торжественно обещает, что после вхождения в Ханаан наведет еще и «язву проказы на домы в земле владения вашего», и дальше сообщает, какой курс лечения надо предпринять, чтобы излечить язвы, выступившие на стенах домов (Ваикра 14:37–53).

«В стенах дома могут скрываться дар и проклятье. Источают ли они запах свежеиспеченной халы или дешевого алкоголя? Какие звуки доносятся через стены – еврейских молитв или криков из порнофильмов?»

Наши мудрецы придумывали разные объяснения насчет причин заболевания домов, но самое достоверное и приятное, на мой взгляд, предложил наш великий мудрец Шимон бар Йохаи[717].

Прекрасно помня вековую мудрость «Тора дает свет, а деньги – тепло», мудрец объяснил, что, пока евреи 40 лет бродили по пустыне, проживавшее в Ханаане население, разумно опасаясь прибытия дорогих гостей, успело вероломно запрятать свое золотишко в стены домов. Этот дом Бог и пометил. Нагрянувшие же из пустыни евреи дома эти снесут и получат удачную возможность экспроприировать материальные ценности местных жителей. Аллилуйя!

Нынешние мудрецы склонны к более высокодуховным объяснениям. Меня восхищает изящнейшая риторика современного израильского раввина Шломо Рискина, связывающего мудрые слова Торы с культурным уровнем граждан:

«В стенах дома могут скрываться дар и проклятье. Источают ли они запах свежеиспеченной халы или дешевого алкоголя? Какие звуки доносятся через стены – еврейских молитв или криков из порнофильмов?»

Эти слова заставляют читателя задуматься, как наилучшим образом веселее провести вечер по одной из двух предложенных схем. Разве что неясно, почему алкоголь должен быть дешевым? Немножко обидно…

Ахарей Мот

◾ О спасительном козле

В главе Ахарей Мот мы встречаем массу важнейших установлений на разные житейские темы.

Сосредоточим сначала свое смиренное внимание на важнейших стихах, повествующих о ярчайшем проявлении идеи строгого монотеизма – а именно о ритуале Дня Искупления (Йом-Кипур), когда мы перекладывали свои грехи на козла и сбрасывали его в пропасть: «И возьмет (Аарон) двух козлов, и поставит их перед Богом у входа в Шатер откровения. И возложит Аарон на обоих козлов жребий, жребий один для Бога и жребий другой для Азазеля… чтобы совершить через него искупление, отправив его к Азазелю, в пустыню» (Ваикра 16:7–10).

К несчастью, сейчас, в отсутствие Храма, у нас временно нет возможности осуществлять чудесный ритуал, но Машиах вот-вот явится, отстроит Третий храм, и мы снова начнем сбрасывать козлов в пропасть. Пока же будем радостно крутить над головой кур и петухов, сбрасывая грехи уже на них в ходе не менее чудесного ритуала «каппарот».

Наши мудрецы высказывали разнообразные высокодуховные соображения в связи с упомянутым ритуалом на Йом-Кипур. Но самым точным, убедительным и прекрасным, на наш взгляд, является пространнейший комментарий нашего величайшего мудреца Рамбана[718] со ссылкой на других наших величайших мудрецов – р. Элиезера[719] и Ибн-Эзру, обещавшего раскрыть великую тайну только обретшим мудрость, т. е. после 33 лет отроду[720].

Вкратце чудесная мысль Рамбана и р. Элиезера заключается в следующем. Почему в ритуале участвуют два козла, и на одного из них выпадет жребий быть «козлом отпущения»? А потому что один козел предназначен в качестве жертвы Богу, а другой, «отпущения», – в качестве жертвы духу зла Самаэлю (что, собственно, в ст. 16:9 прямо и указано – «Азазелю», т. е. демону пустыни). Рамбан объясняет, что вторая жертва вызвана необходимостью умилостивить Самаэля в День Искупления, дабы он не свел на нет эффект жертвоприношений Богу. Но поскольку, согласно Ваикра 17:7, запрещено приносить жертвы идолам, то жертвоприношение козла было хитроумно обставлено: козел приносился не в качестве обычной жертвы на алтаре, а путем сбрасывания в пропасть. И жертва духу зла принесена, и закон не нарушен, ко всеобщему удовольствию.

Машиах уже при дверех, и мы снова сможем приносить жертвы Богу и Самаэлю.

Была еще возможность дополнительно проверить, доволен ли Самаэль принесенной жертвой[721]. К рогам козла привязывалась красная нить, и если нить становилась белой по приходе козла в пустыню, значит, жертва Самаэлю принималась, и грехи человеческие были прощены, ко всеобщей радости. В противном случае священники предавались стыду и печали.

Нам надо потерпеть совсем чуть-чуть, ибо Машиах уже при дверех, и мы снова сможем приносить жертвы Богу и Самаэлю.

Аллилуйя!

◾ О любви с животными

Теперь рассмотрим другую важнейшую тему, которую мы отчасти затронули в главе Ноах, – а именно категорический запрет на интимную связь с животными, на зоофилию: «И ни с какой скотиной не производи излияния семени твоего, чтобы оскверниться ею, и женщина да не станет перед скотом для совокупления с ним: гнусность это» (Ваикра 18:1–23). Отчасти мы этой темы уже касались, и неоднократно, но теперь разберем ее подробнее.

На протяжении всей истории человечества отношение к зоофилии претерпевало историческую трансформацию. Как мы уже знаем из книги Берешит, что сначала Адам сожительствовал со всеми животными в раю, но ему такой секс не понравился, и Богу пришлось создать для него Хаву.

Историчность рассказа о сексуальной жизни Адама в раю имеет и научное подтверждение. Начиная с 40-х гг. XX в., начали появляться академические труды, авторы которых – Кинси, Мастерс, Массен, российский исследователь Г. Дерябин, целый ряд других – привели убедительные доказательства фактов совокуплений человека практически со всеми представителями фауны – как с исторически традиционными в этом смысле животными (собаками, овцами, козами и коровами), так и с более экзотическими (птицами, рыбами, змеями, жирафами и даже мухами – см., например, монографию R. E. L. Masters Forbidden sexual behavior and Morality. New York, 1962, pp. 1–160). Банк научных данных сексуальных контактов непрерывно пополняется. Например, несколько лет назад в прессе появились сообщения, что двое российских туристов в состоянии алкогольного опьянения решили злонамеренно нарушить закон штата Флорида и изнасиловали дикобраза. Впрочем, многочисленные общества защиты животных активно борются с этой практикой, заявляя, что грубо нарушаются права животных, согласия которых на секс с Homo Sapiens не предусматривается. Очевидно, что такая практика не соответствует современным нормам по обеспечению прав животных.

Но в целом, в ходе цивилизационного развития человечество постепенно отказывалось от секса с животными. И уже библейское законодательство в своем строгом неприятии зоофилии несколько отличается от законодательств соседних ближневосточных цивилизаций, где к зоофилии относились более избирательно и гуманно. Так, согласно хеттским законам, совокупление мужчины с коровой, овцой, свиньей или собакой каралось смертью, а вот с лошадью или мулом разве что лишало его возможности приблизиться к царю и стать жрецом.

Грубо нарушаются права животных, согласия которых на секс с Homo Sapiens не предусматривается.

Зоофилия в древности оставалась актуальной темой и нашла отражение в наших священных Писаниях. В еврейской литературе зоофилия, с одной стороны, приписывается самым отрицательным героям. Так, негодяй Бильам, с которым мы еще познакомимся поближе, обвиняется в сожительстве со своей знаменитой говорящей ослицей[722]. В зоофилии обвинялся и его отец Беор (Веор)[723]. С другой стороны, зоофилия не исключалась и для положительных героев. К примеру, наши мудрецы утверждали, что персидский царь-освободитель Кир – единственный нееврей, которого назвали «помазанником», т. е. машиахом (Йешаягу 45:1), – сожительствовал со своей собакой-наложницей[724]. Как мы помним, когда Ноах отослал ворона из ковчега на поиски суши, тот решил, что это решение было вызвано сугубо страстью Ноаха к воронихе. Этот эпизод вызывает в памяти некрасивый поступок царя Давида в его любовной истории с Батшевой по отношению к ее супругу Урии (Мелахим Бет 1:15).

Да и обычным людям считалось свойственным тяготеть к зоофилии: так, о склонной к неумеренному потреблению вина женщине говорится, что после четвертого бокала вина она вожделеет к ослу на рыночной площади[725].

Сексуальные зоофильские мотивы проглядывают порой в ТАНАХе, где порой чувствуется восхищение сексуальными способностями ослов и жеребцов. Так, пророк Иехиезкиль изобличает Израиль за недостойное поведение следующим образом: «И она умножала блудодеяния свои, вспоминая дни молодости своей, когда блудила в земле Египетской; пристрастилась к любовникам своим, у которых плоть – плоть ослиная, и похоть, как у жеребцов» (Иехиезкель 23:20).

Несмотря на строжайшие запреты зоофилии, в Талмуде встречаются глубокие и важные дискуссии на темы интима с животными. Одну из этих дискуссий мы уже проанализировали: следует ли оплачивать хозяину стоимость коровы, которая была приобретена для сексуальных нужд и сдохла.

Есть и другие: разрешено ли первосвященнику жениться на девушке, переспавшей с животным[726]; подлежит ли смерти животное, с которым совокупляется человек[727], и т. д.

Отметим, что в наше время наука и практика ушли далеко вперед от допотопных представлений о внутривидовом и межвидовом совокуплениях. К примеру, совокупление волка с собакой сейчас не вызывает никакого удивления. Что касается поведения Homo sapiens, то Потоп трансформировал поведение этого вида в сторону меньшей коллективной девиантности.

Кдошим

◾ Тайна кощунника

В главе Кдошим содержится строжайший запрет на нанесение татуировок («Ради умершего не делайте нарезов на теле вашем и не накалывайте на себе письмен» – Ваикра 19:28). Не очень ясно, а можно ли делать татуировки не в память об умерших, относится ли вторая часть заповеди к памяти об умерших. Так, мудрецы считают, что если татуировка нанесена в память о каком-то стихийном бедствии, то за нее не наказывают[728]. Впрочем, к большому сожалению, значительная часть нынешней еврейской молодежи и не очень молодежи на эти тонкости не заморачивается или же совсем потеряла страх Божий – и сплошь покрывает себя татуировками.

Так вот, в конце VII – начале VI века до н. э. правил в Иудее очень плохой царь Йеойаким (Иоаким) (Мелахим Бет 23:36–37; Диврей Гайамим Бет 36:5–9): «Мерзости его, какие он делал и которые были на нем обнаружены, описаны в книге царей Израиля и Иудеи». Этот негодяй творил разное непотребство, а именно: носил запрещенную одежду шаатнез, маскировал обрезание. Он, вероятно, установил мировой рекорд, поскольку спал сразу с матерью, мачехой и невесткой. Он убивал людей, насиловал их жен и забирал у них деньги[729]. Да еще гнал пророков (Йермиягу 26:2–23). Неудивительно, что он оставил довольно неприятные впечатления у летописцев.

И вот здесь начинается самое интересное и имеющее непосредственное отношение к нашей сегодняшней главе. В самой святой Торе не сказано прямо, какие именно мерзости были обнаружены на Йеойакиме. Но зато об этом прекрасно знали мудрецы десять веков спустя: мерзость на Йеойакиме – это татуировки, да еще которые он сделал не где-нибудь, а на своем члене[730].

И вот тут возникает некоторая проблема для интерпретаторов последующих поколений. Р. Йоханан утверждает, что Йеойаким вытатуировал на члене идола, а р. Элиезер – что Имя Божье, дабы посильнее оскорбить Бога Израилева. А ведь мудрецы никогда не ошибаются! Как решить это, казалось бы, противоречие? Напрашивается очевидный вывод: какой-то древний неизвестный мастер тату (очевидно, высококлассный) ухитрился вытатуировать на члене Йеойакима сразу два образа! А вот зачем такую сложную концепцию-комбинацию из идола и Бога понадобилось Йеойакиму воспроизвести на своем члене, предстоит решить современным мистикам и каббалистам. Увы, я и в малейшей степени не способен так глубоко проникать в замысел вселенского Зла.

Но есть еще более интригующая загадка: Йеойакима мудрецы-таннаим не включили в список царей-злодеев, которые лишены будущей жизни! И на вопрос «Почему?!» р. Рава бар Мари ответил прямо: «Мне неизвестны какие-либо объяснения по этому поводу»[731]. Хотя в другом месте говорится, что он таки не попал в лучший мир[732].

Так где сейчас Йеойаким? Тайна осталась покрытой мраком. Кажется, что-то еще было такого в Йеойакиме, о чем мы не знаем.

И почему-то холодные мурашки поползли по моей коже…

◾ Мудрый глас из могилы

Коснемся еще одного запрета – некромантии, вопрошания мертвецов на разные актуальные темы, который приводится в самом конце главы (Ваикра 20:27): «Мужчина ли или женщина, если будут они вызывать мертвых или волхвовать, да будут преданы смерти: камнями должно побить их».

Однако, вопреки строгому запрету и угрозам Торы, а также порицаниям отдельных мудрецов, некромантия широко практиковалась нашими предками. Впрочем, во-первых, много самих мудрецов горячо верило в некромантию, а во-вторых, порицание носило вполне мягкий характер, ибо отсылало за наказанием грешников к Богу, а не к людям, – а к Богу, как известно, попадешь не сразу.

Так вот, мудрецы тщательно описали процесс некромантии (Ваикра 20:6)[733]. В Мишне был высказан тезис, что вызывающие мертвецов (или духов мертвецов) делятся на два типа: некроманта («ов»), у которого мертвец вещает из подмышки или суставов, и колдуна («йидеони»), который кладет в рот кость некоего существа «йедуа»[734] (оно же «адней хасаде»[735]), и вещает эта кость. Правда, для этого мудрецам пришлось провести дискуссию на предмет того, почему в другой мишне различий между двумя типами не делается[736]. Раши и Маймонид разошлись в зоологической классификации существа – первый считал его хищным зверем, а второй – птицей.

Впрочем, на тезис о подмышке и суставах тут же последовало возражение: раз у пророка сказано «И будешь унижен, из земли говорить будешь, и снизу, из праха, выйдет речь твоя, и как голос мертвого (ов) из земли будет голос твой» (Йешаягу 29:4), то из слов «как ов из земли будет голос твой» следует, что мертвый, вызванный для разговора, на самом деле разговаривает из могилы! На что последовало ответное возражение: дух выпрыгнул из земли и уселся в суставах или подмышкой у некроманта. Но тут вспомнили о колдунье, которая видела дух Шмуэля, поднимающийся непосредственно из земли (Шмуэль Алеф 28:12–13). На это последовал твердый ответ, уже без всяких обоснований: нет, Шмуэль разместился в ее суставах и вещал оттуда.

Теперь поговорим об одной из категорий, представляющих особый интерес с точки зрения благочестия покойников. В ней представлены два типа некромантов. Один – этот тот, который беседует с вылезшим из земли черепом покойника – вроде Гамлета, опрашивающего череп Йорика. Другой тип некроманта – это тот, который колдовством на своем члене вызывает дух покойника (Раши пишет, что некромант сажает покойника на свой член[737]) и потом задает интересующие его вопросы. А вот дальше самое интересное.

В первом случае, утверждают мудрецы, покойник вылезает из земли естественным образом, головой вверх, и поэтому с черепом можно беседовать по субботам. А вот тот, которого усаживают на член, вылезает из земли вверх ногами, поэтому с ним можно беседовать только по будним дням, а не по субботам. Именно на это обстоятельство ссылался великий р. Акива[738], когда объяснял малограмотному римскому наместнику Тинеусу Руфусу признаки субботы: как раз в субботу колдун не может вызвать мертвого и усадить его на свой член.

Очевидно, по мнению мудрецов, вылезание черепа из земли не является работой, а вылезание вверх ногами является. Во втором случае напрашивается объяснение, что покойнику приходится работать ногами, чтобы разрыхлить землю и вылезти. Но почему череп, пробивающий слой земли, не совершает работу? Неясно.

Кстати, к другим несомненным признакам субботы р. Акива, между прочим, отнес следующие: в субботу река Саббатион останавливается; из геенны во все дни недели, кроме субботы, идет дым – а вот в субботу дыма нет, ибо в этот день ад отдыхает, давая отдых и грешникам[739].

Так что мы в субботу, друзья, будем отдыхать и в будущей жизни.

Эмойр

◾ Об оптимальном размере поводка

В главе Эмойр перечисляются важные законы из разных сфер, в т. ч. и многочисленные требования к священникам, жертвенным животным и обычным гражданам, желающим посетить святилище – скинию или будущий Храм. Здесь рассказывается о видах «нечистоты» (прикосновение к трупам людей и животных, к насекомым, к менструирующей женщине, истечение семени). Если человек осквернился, он становится «тамей» – это слово обычно переводится как «нечистый». Священникам «тамей» категорически запрещается приступать к жертвеннику и совершать жертвоприношения, а пребывающим в нечистоте широким массам запрещено входить в святилище – скинию или будущий Храм (Ваикра 21:1–22:8). Сначала все они должны очиститься. И, между прочим, в настоящее время такое очищение очень проблематично, ибо носит специальный характер, о чем мы поговорим в главе «Хукат». Впрочем, и Храма тоже давно нет.

«Тамей» человек может стать по самым разным причинам, которые и перечисляются в главе. Для чего понадобились эти законы, запрещающие «тамей» посещать святилище?

Казалось бы, ответ очевиден. Обычное объяснение состоит в том, что пространство святилища и акт жертвоприношения сакральны, что там требуется особая физическая и духовная чистота. Но великий Маймонид, большой любитель историко-антропологического подхода, дает иное разъяснение[740]: человеку, по убожеству его, необходим религиозный культ, регулирующий его жизнь, – он ведь уже привык к языческим ритуалам. При этом если уж гражданин дорвался до чего-то, то его оттуда силком не вытащишь. Он и будет бесконечно тратить время, силы и деньги, не вылезая из Храма, наподобие язычников – вместо того чтобы совершенствовать себя и общество. Святилище-то должно быть «возведено в сердцах», по Маймониду. Поэтому, чтобы ограничить пребывание человека в святилище, Тора предписала многочисленные сдерживающие правила насчет его посещений. На это и работают законы «тамей»: человек вряд ли избежит контакта с предметом, который сделает его «тамей», ему чинится множество препятствий – и он не сможет захаживать в святилище, когда ему это только взбредет в голову. Будет работать, делом заниматься, оставляя такие посещения на особо торжественные случаи.

Это очень мудрое и, кажется, вполне типичное рассуждение Маймонида, часто сводящего возвышенные мотивы к вполне прозаическим вещам. Так, мы уже знаем из главы Лех Леха, что он рассматривал обрезание как фактор отказа от чрезмерного удовольствия. Маймонид стоял на почве реализма, хотя его революция не удалась.

◾ О наших будущих супругах-священниках

А вот эти размышления обращены к прекрасной части нашего еврейского человечества.

Девочки!

В главе Эмойр содержится очень много требований к священнику. Хотя таковые сейчас не при исполнении, но мы достоверно знаем от наших всезнающих мудрецов, что скоро священники приступят к своим обязанностям во вновь отстроенном Храме, и нам придется подумать, стоит ли выходить за них замуж.

В смысле материального обеспечения проблем у нас точно не будет, потому что жертвенного мяса и разных первых плодов из урожая нашим потенциальным мужьям будут отваливать предостаточно. Но сразу скажем – нам страшно повезло и в смысле внешней фактуры будущих мужей.

Он не сможет захаживать в святилище, когда ему это только взбредет в голову.

Священник регулярно предстоит перед Богом и должен быть во всех отношениях мужчиной видным. Поэтому Тора (Ваикра 21:18–21) требует, чтобы он был красивым и представительным – т. е. чтобы он не был горбатым, лысым, карликом (названным в синодальном переводе почему-то «сухим членом») (Ваикра 21:20), слепым или косым, чтобы у него были целы руки, ноги, и была здоровая кожа.

Вообще, священник не должен быть «деформированным» («саруа») (Ваикра 21:18), т. е. «уродливым», как решили авторы Синодального перевода. Но, как всегда, писаная Тора только заявляет общие принципы. Подробные требования к внешнему виду священника пространно излагаются в Мишне. Сначала там перечисляются многочисленные требования к приносимой в жертву скотине[741], а потом они же, с необходимыми дополнениями, применительно к священнику[742], – в чем, вообще говоря, можно углядеть и что-то обидное для человека.

Скажем сразу, опираясь на красивый перевод Мишны уважаемым г-ном Перферковичем: наш муж-священник не должен быть альбиносом, худым, глухонемым, безумным, бородавчатым и страдающим язвами. Вообще, он должен быть здоров – никакой астмы или эпилепсии. И он не должен быть алкоголиком! Поскольку Мишна писалась в несознательное время, 20 веков назад, то в ней отказывается быть вашими мужьями чернокожим и индейцам[743]. Мишна свята и должна исполняться. Но в наше толерантное время, даже если ваши избранники черного и красного цвета, выйти замуж за них вы все равно сможете. Главное, чтобы они были евреями. А любые законы имеют свойство бесконечно перетолковываться, отвечая духу времени, так что за Мишну не беспокойтесь.

Теперь опишем требования к голове вашего мужа.

Череп у него не будет конусовидным, морквовидным, молотообразным, впалым, длинным. У него, в отличие от бандита, шея будет присутствовать, и голова не будет низко посаженной. Он также не будет мокроглазым, плешивым, беззубым. Глаза у него одинакового размера, будут расположены на одном уровне, не низко и не высоко посаженными, и будут глядеть в одну сторону. Они не будут большими, как у теленка, или маленькими, как у гуся. Брови у него не будут свешиваться на глаза и будут одинакового цвета. Нос не будет слишком большим или маленьким, а уши не будут похожи на губку. Губы не будут выпячиваться одна перед другой.

Теперь о туловище.

У него не будет двух спин и двух позвоночников. У него не будут свешиваться груди, как у женщины, у него не будет большого живота и выступающего пупка. Конечности его будут пропорциональны телу. У него будет по пять пальцев на руках и ногах.

Я пропущу требования к его пальцам, пяткам, стопе, которая не должна быть плоской, «как у гуся», и многочисленные прочие требования. Перейдем к самому главному.

Как у настоящего мужчины, у него будут яйца, причем оба, и здоровые («неповрежденные ятра», по изящному определению Синодального перевода). Они не будут слишком большими или маленькими, а также сплюснутыми.

У него, в отличие от бандита, шея будет присутствовать, и голова не будет низко посаженной.

К несчастью, вся эта чудесная картина омрачается одним «но» – член у него не будет слишком большим; впрочем, иногда, как мы хорошо знаем, это к лучшему.

Разумеется, здесь перечислена только лишь очень малая часть качеств наших возможных мужей – каждое из требований широко обсуждается, детализируется в Гмаре и дополняется многочисленными требованиями, начиная с обстоятельств вылезания нашего жениха из чрева матери. И напомню еще раз, что мы не перечислили требований к жертвенной скотине. Они актуальны, поскольку предъявляются и к нашему будущему мужу-священнику. Однако общая радужная картина, надеюсь, ясна. Наши мужья-священники будут записными красавцами.

◾ Насчет беременной девственницы

Но конечно же, серьезные требования предъявляются, девочки, и к нам, будущим женам. Если мы хотим выйти замуж за первосвященника, то мы не должны быть разведенными, распутными и должны ухитриться сохранить девственность до свадьбы (Ваикра 21:7). Как мы отлично знаем, требования быть девственницей и не быть распутной вовсе друг друга не дублируют – и нашим мудрецам это тоже было прекрасно известно.

Но конечно же, у нас есть не только современные средства возвращения девственности, но и другие откаты. Не случайно всякие хитрые варианты возможного поведения незамужней девушки применительно к браку с первосвященником породили многочисленные оживленные дискуссии в Талмуде.

Рассмотрим одну такую дискуссию – на интересную тему, может ли первосвященник жениться на беременной девственнице?[744]

Об этом ученики спросили мудрого р. бен Зома. Откуда возникла эта, казалось бы, странная, но на самом деле очень глубокая дискуссия. С одной стороны, первосвященник, как было сказано выше, обязан жениться на девственнице. Но нигде не сказано, что ему запрещено жениться на беременной. У простодушных читателей может возникнуть вопрос, а как это девушка способна забеременеть, оставаясь девственной, т. е. не имея половых контактов? И тут наши мудрецы оказались прозорливыми, на много веков предвидя споры современной науки.

Во-первых, обсуждается возможность забеременеть без участия мужчины. Так, ученые давно ломают голову, возможен ли у женщин партеногенез подобно тому, как он имеет место у некоторых видов животных и растений (пчелы, рыбы, отдельные виды птиц, а чаще всего членистоногие) – когда неоплодотворенная яйцеклетка самостоятельно начинает делиться, и зарождается плод. Из всезнающей прессы вроде бы даже известно, что ученые из Института развития клеточной технологии (Массачусетс, США) получили полноценные эмбрионы из неоплодотворенных яйцеклеток у 4 из 28 испытуемых макак.

В прессе также ходят упорные слухи, что известны случаи и у Homo sapiens, когда под влиянием стрессовых ситуаций, высоких температур и в других экстремальных условиях женская яйцеклетка тоже может начать делиться, будучи не оплодотворенной, – хотя в 99,9 % случаев она вскоре погибает. Но ведь остается 0,1 %, согласно всемогущему Интернету! Так, по некоторым данным, в истории известны 16 случаев своего рода «непорочного зачатия», имевшие место в Африке и странах Европы. Впрочем, любителям объяснять библейские чудеса, и в т. ч. «непорочное зачатие» девы Марии, такой естественно-научной причиной рано радоваться: эмбрион содержит только женские хромосомы, и в результате партеногенеза может родиться только девочка. Видимо, этим знанием был вызван вопрос одной дамы в зале живописи эпохи Возрождения в Эрмитаже. По рассказу моей знакомой, экскурсовода из Эрмитажа, посетительница изумленно спросила: «А почему на руках у мадонн всегда мальчик, а не девочка?»

Может ли первосвященник жениться на беременной девственнице?

Существуют даже два выдающихся исторических примера такого необычайного события. В одном итальянском монастыре XVII в. монахини начали беременеть одна за другой. И многочисленным церковным комиссиям, искавшим виновников в соседней деревне, подземный ход в соседний мужской монастырь и т. д., ничего обнаружить не удалось. Зато выяснилось, что рядом действовал вулкан, от чего земля вибрировала и, вероятно, создавала ту особую стрессовую ситуацию, когда яйцеклетка начинала делиться.

Другой пример относится уже к нашему времени. В супермаркете в Глазго все кассирши, сидевшие на кассе № 7, начинали беременеть: замужние, разведенные, бесплодные, молодые, старые… Оказалось, что через кассу № 7 проходила волна вибрации, вызванная работой японской бетономешалки, что и привело к такому же результату, как в монастыре. В любом случае, залетевшие девушки, имейте в виду: в напряженном разговоре с мамой и папой вы всегда можете сослаться на японскую бетономешалку.

Но вернемся к Талмуду. Мудрецы, конечно, до идеи партеногенеза не добрались: все же какое-то участие мужчин, хотя и косвенное, они не могли отрицать. Но именно косвенное: так, отвечая ученикам, Бен Зома допустил, что девушка могла забеременеть, но без сексуального контакта – например, в бане, когда в воде осталось семя мужчины. И в этом случае она может выйти замуж за первосвященника, поскольку все условия выполнены. Конкретные обстоятельства и условия такой беременности в дискуссии не обсуждаются: как девушка и мужчина могли оказаться в одной бане, как в воде могла оказаться сперма и пр. Разве что ученики выяснили у р. бен Зомы, что семя может оказаться в девушке не как от «пуска стрелы» мужчиной, а через некоторое время.

Но был возможен и другой случай. Один из величайших вавилонских мудрецов, р. Шмуэль, обладал необычайной способностью осуществить полноценный сексуальный акт и зачать ребенка, не разрывая девственной плевы девушки. Как ему это удавалось, известно только одному Богу. Но в этом случае беременная девушка уже не могла выйти замуж за первосвященника, поскольку в результате контактов с р. Шмуэлем считалась бы распутной, хотя и осталась девственницей.

Но тогда как же ответить на вопрос и вывести алахическое правило: может ли священник жениться на беременной девственнице? Бен Зома разрешил такой брак, обосновав решение следующим образом: необычайным талантом Шмуэля обладает лишь ничтожное число мужчин, и поэтому такой способ забеременеть крайне маловероятен, им можно пренебречь. А вот другая указанная возможность, хотя и редко, но встречается. Вывод Шмуэля может показаться спорным, но зато живым и действенным, как жива и действенна наша алаха.

Существует еще целый ряд дискуссий на предмет различных обстоятельств сексуального характера применительно к браку первосвященника. Но я их все же поостерегусь называть, потому что у неподготовленных читателей могут от ужаса вылезти глаза из орбит, и жизнь их уже навсегда изменится. Ибо «во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь» (Коэлет 1:18).

Беар

◾ Об идольской красоте

Один из заключительных стихов главы Беар (Ваикра 26:1) содержит важнейший запрет идолопоклонства. Наши мудрецы неустанно напоминают нам об опасности идолопоклонства, без устали разъясняют, как не впасть в страшный грех.

А ведь сейчас в идолопоклонство впасть очень легко. Так, в современном мире – в парках, музеях, на улицах – можно встретить множество статуй, среди них и посвященных античным богам, императорам, красивым девушкам с веслом и без. И если статуя является не объектом поклонения, а просто украшением – можно ли ее поставить? Слава богу, в святом Талмуде[745] мудрецы всесторонне рассмотрели эту тему.

Сначала они решили, что в городах статуи можно ставить, ибо они точно будут рассматриваться как украшение. А вот с деревнями оказалось сложнее. Видимо, деревенская публика вызывала у мудрецов меньше доверия, чем городская. В принципе, мудрецы разрешили использовать для украшения деревенских населенных пунктов статуи вавилонских, греческих и римских царей. Однако они оговорились, что скульптурные изображения не должны включать символов управления миром (корону, трость, меч, перстень и т. д.), поскольку мерзкие язычники в этом случае оказывают царским статуям божественные почести, и статуи превращаются из предметов искусства в идолов. Насчет меча возникли споры: сначала мудрецы пришли к выводу, что статуя с мечом символизирует бандита, но потом согласились, что меч – символ порабощения мира. Р. Тана, вслед за р. Гамалиилом, расширил область действия этого запрета и установил, что он относится к статуям, вообще держащим в руках какой-либо предмет (камень, щепку и т. д.).

И тут, внимание, р. Аши задал изумительный вопрос: а что говорит закон о статуе, которая держит в руках говно? Может ли такое произведение украсить населенные пункты? Ведь, с одной стороны, говно в руке статуи может быть воспринято в том смысле, что весь мир для статуи – говно, и тогда статуя точно представляет собой идола. Но может быть и другая точка зрения: статуя с говном в руках сама может рассматриваться как говно, как нечто никчемное, – и тогда она уже явно не идол, а украшение. К сожалению, мудрецы так и не разрешили этот сложный вопрос. Но на всякий случай, по моему скромному мнению, подобными статуями лучше свои дворы и пригородные участки благочестивым иудеям не украшать.

◾ О повседневном употреблении идолов

В ходе скрупулезного анализа мудрецами серьезной проблемы идолопоклонства возник еще один серьезный вопрос: помимо самой себя как предмета идолопоклонства может ли статуя нести дополнительный вред?

Сразу ответим: да, может.

Р. Йосеф в ходе захватывающей талмудической полемики о том, как следует уничтожать идолов – сжигать, толочь в порошок, бросать в море и т. д., – сослался на Млахим Алеф 15:13. Там рассказывается, как Мааха, мать царя Асы, изготовила мерзкого истукана. Праведный Аса сжег его, а мамашу даже лишил звания царицы. Р. Йехуда подчеркнул, что этот истукан умножал непристойность, а р. Йосеф разъяснил, что именно изготовила Мааха – а именно статую с мужским членом, с которой Мааха ежедневно совокуплялась[746]. Иначе говоря, мама благородного борца с истуканами Асы приспособила идола под вибратор. Откуда р. Йосеф добыл такую ценную информацию, осталось неясным, но для нас эта история является важнейшим уроком.

Помните, друзья: идолы не пригодны к употреблению ни в каком качестве! Не поддавайтесь соблазнам!!!

Бехукотай

◾ О стоимости мужчин и женщин

Иногда мужчины и женщины приносили в Храме обет Богу. И существовало правило, что если молящийся четко проговаривает, какой именно обет он принимает, за это надо заплатить: свою решимость на духовные подвиги надо подкрепить финансовым вложением в пользу не Бога, конечно, но храмового священства. Так вот, в главе Бехукотай (Ваикра 27:3–7) приводится сравнительная стоимость мужчины и женщины за Божью помощь в каких-то делах. Раши указывает[747], что расценки берутся не по рыночной стоимости и состоянию мужчины и женщины на данный момент, а по фиксированной цене, зависящей от возраста.

Итак, сведем в таблице стоимость еврейских мужчины и женщины (в сиклях серебра) в зависимости от возраста:

Из таблицы следует, что сравнительная ценность мужчины и женщины разнится в зависимости от возраста и колеблется от 3:2 до 2:1. Ну что мужчина всегда дороже женщины, это и так ясно. Иное просто невозможно. Но Раши исследует сравнительную разницу в абсолютной стоимости мужчин и женщин на примере цен в двух диапазонах. После 60 лет мужчина стоит меньше 1/3 своей прежней цены, а женщина – ровно треть, т. е. ее сравнительная ценность увеличивается. Раши объясняет это обстоятельство со ссылкой на Талмуд[748] следующим образом: мужчина после 60 становится только обузой в доме, старая же женщина – настоящее сокровище[749]. Ну в самом деле – приберет, приготовит, постирает и т. д.

Почему мужчина здесь переоценен, а женщина недооценена?

Но вот загадка, которую, кажется, никто не объясняет. До 20 лет мужчина – еще не воин, неокрепшая душа, так сказать, и на хрен никому не нужен. Женщина же до 20 – ягодка, в самом соку. Тем не менее разрыв в их стоимости самый высокий по всем диапазонам – 2:1. Почему мужчина здесь переоценен, а женщина недооценена?

И мы можем погрузиться в сладостные размышления над загадками текста Торы.

Бемидбар

◾ Прообраз светлого будущего

В книгах Шмот (25:5, 35:7) и Бемидбар (4:10) мы читаем, что скинию, разные предметы и утварь в ней надо покрывать «синими кожами» – шкурами «тахаш», каких-то неизвестных животных. Уже много веков комментаторы оживленно гадают, что же это за звери такие.

Единственный раз до этого тахаш упоминался у пророка Иехезкиля, где обувь израильтян была изготовлена из тахашей: «…И я обул тебя в сафьяновые сандалии» (букв. «в сандалии из тахаш») (Иехезкиль 16:10). Отсюда можно предположить, что шкура тахашей была довольно крепкой и использовалась для шитья обуви. Правда, мудрецы спорили, пригодна ли для носки обувь, изготовленная исключительно из кожи тахашей или из кожи других животных тоже[750]. Существует, впрочем, мнение, что в природе есть два разных вида тахашей: из кожи одного можно шить обувь, а из другого – покрывать скинию: именно о таком тахаше говорится в книгах Шмот и Бемидбар.

Насчет цвета животного тоже возникли оживленные споры. Р. Йехуда полагал, что шкура его была лилового цвета, р. Неемия – что синего[751]. По еще одной версии мудрецов, она переливалась разными цветами[752]. Мидраш уточняет, что тахаш был шестицветным и составлял в длину 15 м[753].

В качестве кандидатов на тахаша выдвигались барсук[754], горностай, тюлень, антилопа, окапи, зебра, жираф, ласка, медоед, тюлень, нарвал, дюгонь, морская свинка, дельфин. Конечно, последние пять видов в пустыне не водились, но теоретически могли быть выловлены древними евреями в окружающих водоемах. Мудрецы оживленно включились в дискуссию на эту тему. Наиболее романтическая версия в Вавилонском Талмуде, изложенная р. Элой со ссылкой на р. Шимона бен Лакиш, со ссылкой на р. Меира, с которой солидарны мудрецы Иерусалимского Талмуда, гласит, что тахаш – это легендарный единорог. Он специально был создан ради этого случая, явился к Моше, благородно пожертвовал свою шкуру, а после исчез с лица земли[755], внеся свой уникальный вклад в священную историю еврейского народа. Причем мудрецы Мишны не сумели определить, кошерное это было животное или нет. Но, исходя из того что у него был рог, р. Йехуда пришел к выводу, что животное кошерно. Но почему рог послужил для него признаком кошерности? А потому что мудрецы вывели из Теилим 69:31 («и будет это благоугоднее Господу, нежели… телец с рогами (макрин) и с копытами»), что Адам когда-то в раю принес однорогого бычка в благодарственную жертву Богу, которая могла быть только кошерной. А «макрин» подразумевает однорогого бычка, откуда вытекает, что единороги кошерны. Но мудрецы не согласились, что «макрин» означает однорогого, откуда вытекает, что единорог-«тахаш» мог быть некошерным. В итоге все же решили, что единорог был кошерен. Дальше мудрецы заспорили, домашним ли он был животным или диким, но не пришли к единому заключению[756].

Но важно отметить следующий момент:

Если тахаш кошерное животное (тут предлагались кандидатуры коз, жирафов, антилоп), то проблем нет. Но поскольку тахаш к тому же не упомянут в Лев. 11 и Втор. 14 как кошерное животное, то можно полагать, что оно некошерное. Некоторые позднейшие раввины поддерживали это мнение. И тогда возникает вопрос: а как скиния, священнейшее для евреев место, могло быть покрыто шкурами некошерных животных?

Здесь можно усмотреть намек на эсхатологические времена, когда понятие кашрута исчезнет, как и все строгие предписания Торы, и мы наконец оторвемся и будем вкушать некошерных Левиафана и Бегемота, и даже будем избавлены от их ритуального убоя![757]

Пишут, что 7-й Любавический Ребе очень высоко ценил тахаша – он говорил, что это единственное существо, которое использовалось исключительно для святых целей.

Как скиния, священнейшее для евреев место, могло быть покрыто шкурами некошерных животных?

И наконец, приятно знать, что мы можем еще увидеть тахаша: по мнению мудрецов, тахаш – это другое название однорогого животного «кереш», которое существовало и после завершения строительства скинии[758].

Насо

◾ О проверке нас на неверность

Девочки, дорогие! Опять обращаюсь к вам!

В главе Насо описан довольно противный обряд (Бемидбар 5:11–31) проверки жены на неверность «горькой водой» (т. н. «сота»).

Суть его состоит в следующем: благоверный подозревает нас в измене, но на месте преступления не застал. Тогда нас ведут к священнику, который производит над нами всякие магические действия: собирает пыль с пола святилища, смешивает с водой, стряхивает туда пыль с пергамента от стертых записей наших грехов, и нам придется эту дрянь выпить. Дескать, проверяют нас: если мы все же наставили рога мужу, то адская смесь окажет на нас разные физиологические эффекты, довольно неприятные, оставляю их без описания. После чего мы благополучно сдохнем, а муженек узнает, есть ли у него рога или нет.

Все это будет действовать, впрочем, при условии, что мужики сами в этом плане безупречны, т. е. не нарушили всяких мудреных законов еврейской сексуальной этики, которые мудрецы нам огласили всего лишь через две тысячи лет после получения их на Синае[759]. В противном случае они тоже будут страшно мучиться желудком. Но мы на этих законах останавливаться не будем и сразу перейдем к главному. В помощь нам целый трактат «Сота» из Вавилонского Талмуда.

Девочки, для нас самое важное – понять, как нам избежать подозрений и не подвергаться мужским издевательствам. И зацепки у нас есть!!! Приведем только некоторые:

1. В условиях проверки сказано «и переспит кто («иш» – букв. «мужчина») с ней» (5:13). Отсюда, по мнению ряда мудрецов, проверка не распространяется[760] на ту, что:

а) спала с малолетним;

б) с другой женщиной;

в) с животным;

г) с мужчиной, у которого повреждены яйца;

д) с импотентом.

Потребовать проверки жены на неверность не может[761]:

а) глухой и слабослышащий;

б) идиот (вот где все мы можем развернуться…);

в) находящийся в длительной командировке;

г) пребывающий в тюрьме;

д) сказано, что предполагаемая измена должна быть скрыта «от глаз мужа ее» (Бемидбар 5:13). Как пишет р. Шешет, в этом случае незрячий муж исключается из возможных подозревающих[762].

2. Секс должен быть «с излиянием семени» (Бемидбар 5:13), т. е. подозрения мужа не вправе вызвать проверки в следующем ряде случаев[763]:

а) по мнению р. Шешета, в случае вашего альтернативного секса с другим мужчиной;

б) по мнению р. Равы, в случая секса без пенетрации, с использованием «других конечностей»;

в) по мнению р. Абайе, в случае неполной пенетрации.

3. Вы не подвергаетесь проверке, если[764]:

а) подозревающий муж успел умереть до проверки «Сота». Увы, денег по брачному контракту мы получить не сможем. Хотя школа Шаммая это подразумевает, но приоритетная школа Гиллеля придерживается другого мнения;

б) если подозреваемая женщина беременна от предыдущего мужа или кормит младенца от предыдущего мужа;

в) если вы – еврейка, которая замужем за мамзера;

г) если вы старая;

д) если вы бесплодная;

е) если вы немая, ибо сказано: «И скажет жена: аминь, аминь»! (Бемидбар 5:22). Вы-то уже ничего не скажете.

Ну и если вы, не дай бог, парализованная или безрукая, ибо сказано: «И поставит священник жену пред лице Господне, и обнажит голову жены, и даст ей в руки приношение» (Бемидбар 5:18, Сота 27а–27б). Вероятно, в эту же категорию попадают и безголовые!

Так что, девочки, все не так уж плохо! Но я вас еще больше порадую:

Вас вообще уже не могут подвергать этой процедуре! В I в. н. э. р. Йоханан бен Закхай ее отменил[765]. Всякие академические профессора-безбожники считают, что просто минула эпоха диковатого языческого ритуала, он и отмер. Но наши мудрецы привели, как всегда, очень правильное объяснение, в духе известной максимы «все мужики – козлы»: количество прелюбодеев настолько умножилось, что женщин стало просто бессмысленно проверять. И надо отметить, их заключение представляется в высшей степени актуальным и по сегодняшний день.

◾ О продолжительности соития

Продолжим обсуждение важнейшей темы нашей измены мужьям. Как уже сказано выше, обряд «сота» проводится, когда муж подозревает жену в измене, но она не была в ней уличена формально (Бемидбар 5:13). А что значит «формально»? А это значит: свидетель не подтвердил, что женщина находилась в уединении с посторонним мужчиной больше положенного времени. А что значит «больше положенного времени»? Этот вопрос по-прежнему остается актуальным и составляет предмет сложнейшей темы «ихуд» – законов уединения мужчины и женщины.

Имеется в виду то минимальное время, за которое любовники могут совершить половой акт. Но сколько составляет этот промежуток времени? На эту тему разгорелись жаркие споры[766]. Попробуем систематизировать разные мнения мудрецов на эту тему, опуская детали:

Итак, это

1) время, за которое можно обежать пальму (р. Ишмаэль);

2) время, за которое можно разбавить бокал вина водой (р. Элиезер);

3) время, за которое можно выпить бокал вина (р. Йошуа);

4) время, за которое можно изжарить яйцо (р. бен Аззай);

5) время, за которое можно проглотить яйцо (р. Акива);

6) время, за которое можно проглотить три яйца, одно за другим (р. Йехуда бен Батира);

7) время, за которое можно завязать нить узлом (р. Элеазар бен Иермийя);

8) время, за которое женщина может поднести руку ко рту и вытащить оттуда зубочистку (р. Ханин бен Пинхас);

9) время, за которое можно засунуть руку в корзину и достать оттуда буханку хлеба (р. Пелейму);

10) время, за которое ветер успевает качнуть пальмовую ветвь (р. Элиезер).

Однако, разумеется, каждое из этих предположений подвергается дополнительному содержательному обсуждению. Так, наиболее вдумчивый и любознательный р. Аши задался вопросом, надо ли понимать под раскачиванием пальмовой ветви время, за которое ствол дерева совершает движение туда и обратно, или время, за которое совершает полное колебание одна пальмовая ветвь? Этот важный вопрос не получил ответа. Потом р. Аши задался вопросом, о какой нити может идти речь, – о длинной или короткой. Ведь в этих случаях завязывание нити узлом занимает разное время. Вопрос также не получил окончательного разрешения. Наконец р. Аши спросил, какая корзина имеется в виду широкая или узкая, новая или старая. Ведь понятно, что в разных случаях время для пенетрации потребуется разное, в зависимости от объема корзины. Он же задал вопрос, какой именно хлеб необходимо вытащить – горячий или холодный? Пшеничный или ячменный? Мягкий или твердый? Вопросы также остались без ответа. Он же спросил, должна ли зубочистка быть плотно зажата между зубами или свободно? Вопрос остался без ответа. Наконец, р. Ицхак бен Йосеф заявил от имени р. Йоханана: невозможно установить точную длину промежутка времени, необходимого для частичного полового акта, – просто потому что каждый мудрец исходит из собственного индивидуального опыта. Однако пытливые ученики тут же задали ему каверзный вопрос: если каждый из мудрецов исходит исключительно из собственного опыта, откуда таким опытом обладает р. бен Аззай, который не женат?! Им ответили, причем довольно небрежно: «Если хотите, то скажите, что…»:

1) он был женат, но впоследствии разошелся с женой;

2) он узнал об этом от своего учителя;

3) наконец, дорогие друзья, я советую особенно присмотреться к третьей версии ответа.

Великий мудрец р. бен Аззай о том, что частичный половой акт равен по времени изжариванию одного яйца, узнал непосредственно от Бога, согласно правилу «тайны Господа – почитающим Его». Этот аргумент абсолютно неопровержим, так что можете к нему регулярно прибегать по всем вопросам.

Ну и в заключение: в настоящее время временем максимально возможного запрещенного уединения, но не подпадающего под наказание считается период в 35 секунд – за это время «оскверниться» считается невозможным; хотя есть и другие мнения, в сторону увеличения или уменьшения. Если мужчина оказывается в запрещенном уединении с несколькими женщинами, то логичным было бы считать, что период ихуда увеличивается пропорционально количеству женщин – чтобы всех оприходовать, нужно время. Впрочем, у мужчины может иметь место аномалия, называемая дифаллией, – наличие двух пенисов. В этом случае теоретически возможно параллельное совокупление с двумя женщинами, и время ихуда должно уменьшаться. Но на самом деле с двумя женщинами уединяться вообще запрещено, а со сколькими можно – есть разные мнения.

◾ О наших древних секс-бомбах

Ну что, девочки, завершаем изучение главы Насо. Итак, мы уже почти преодолели риски обряда «сота» (Бемидбар 5:11–31) – проверки жены на неверность в случае подозрений мужа. И наши многочисленные отмазки, чтобы вообще не подпасть под проверку. Напомним, что все это происходит в том случае, если муж нас только подозревает, а свидетелей нет.

Великий мудрец р. бен Аззай о том, что частичный половой акт равен по времени изжариванию одного яйца, узнал непосредственно от Бога.

Но допустим тот редчайший случай, когда мы действительно ему не изменяли, а наш благоверный все-таки потащил нас на проверку к священнику. Тогда, выпив адскую смесь, мы не помрем, будем признаны невиновными и по закону должны принести благодарственную жертву.

Но тут наши мудрецы задаются естественным вопросом: а вдруг уже после того, как мы благополучно выжили, заявляются зловредные свидетели и утверждают, что таки застукали жену на месте преступления. Как быть с благодарственной жертвой: считать ее недействительной или утвердить? Так вот, мудрецы Мишны постановили, что благодарственная жертва от распутницы все равно принимается. Но р. Рава поинтересовался: как же так?! Она же ведь изменила мужу! А мудрецы Мишны всегда правы, надо объяснить их решение!

И р. Йехуда из Дискарты нашел-таки логичное и изящное объяснение[767]: жена прелюбодействовала уже непосредственно в Храме, прямо в процессе самого испытания, после предъявления подозрений со стороны мужа – именно в этот момент ее застукали свидетели! А принесенная жертва относится к предшествующим временам и потому принята.

Но как же она могла там прелюбодействовать, удивился р. Мешаршейя: ведь ее же сопровождали молодые храмовые служители, не оставляя ни на минуту?! На что р. Йехуда резонно предположил: она прелюбодействовала как раз с одним из этих служителей[768].

Р. Аши не согласился с этой версией и предложил свою: она отпросилась по нужде в уборную, куда служители, естественно, не могли ее сопровождать, и там прелюбодействовала с кем-то еще[769].

В общем, жена показала себя суперженщиной, просто секс-бомбой. В ходе самой проверки на неверность ухитриться-таки изменить мужу! С молодыми левитами или же прямо в сортире Иерусалимского храма!

Да, девочки, ныне трудно представить себе подобный размах, но мудрецы оставили нам немало выдающихся примеров для подражания. Пусть зафиксированная свидетелями измена – это неминуемая мучительная смертная казнь (Ваикра 20:10; Дварим 22:22–24), но наш полет остановить нельзя даже под угрозой смерти.

Бееалотха

◾ О расизме

В главе Бееалотха обсуждается множество интереснейших тем, но мы обсудим лишь одну, которая напрямик пересекается с волнующими событиями сегодняшних дней и касается расизма.

Все вы помните историю из Бемидбар 12:1–10, где рассказывается, как Мириам и Аарон упрекали брата Моше, что он женился на «эфиоплянке». Мудрецы наши разъясняют детали: Мириам увидела, что Ципора не приукрашивается, как другие, и спросила ее почему? Ципора ответила, что Моше воздерживается от секса с ней. Мириам озабоченно обсудила эту новость с Аароном, поскольку боялась, что Моше послужит плохим примером израильтянам. Мудрецы полагают, что Мириам в заботе о брате и деторождаемости в Израиле обсудила проблему приватно, с другим братом.

И тут Бог «внезапно» велел Моше, Мириам и Аарону прийти к Скинии собрания (Бемидбар 12:4). Раши толкует «внезапно» довольно своеобразно[770]. Бог оторвал и Мириам, и Аарона от секса. Они начали умолять, чтобы им принесли воды, чтобы они могли очиститься. Тем самым, считают мудрецы, Бог хотел им преподнести урок. Оказывается, Моше правильно воздерживался от секса, поскольку он в любой момент был готов явиться, как только сойдет Шехина. Такое его героическое поведение восходит еще к событиям вокруг дарования Торы, когда перед откровением на Синае супругам предложили три дня воздерживаться от секса. После откровения трехдневная аскеза завершилась для всех, кроме Моше, – Бог велел ему оставаться с Ним и «не ходить путями земными»[771]. Т. е. Бог, получается, сам велел Моше не спать с Ципорой – о чем Мириам не знала. И, делают неожиданный вывод мудрецы, если Бог наказал Мириам и Аарона даже с учетом их заботы о брате и деторождаемости, то что было бы, если Мириам хотела бы опорочить брата, распускать публично сплетни и снизить деторождаемость?[772]

Бог оторвал и Мириам, и Аарона от секса.

Наказал же Бог Мириам, по сообщению Бемидбар 12:10, «проказой, как снегом». Упоминание о снеге явно не случайно. Мириам, возможно, издевалась над цветом кожи невестки: ведь Моше взял в жены «кушитку» (мавритянку, эфиоплянку) (12:1), т. е. чернокожую. И в отместку Бог наградил смуглую Мириам за расизм позорной «белоснежной» кожей. По крайней мере, такой версии придерживаются некоторые современные афроамериканские богословы, задаваясь попутно вопросом, а не являются ли все белые прокаженными?

Но расизм может иметь и противоположную направленность. Еще ранее одного из сыновей Ноаха, Хама, как мы знаем, наказали прямо противоположным образом за его безобразное поведение – он стал чернокожим. Одну версию, за что его так наказали, мы знаем – за нарушение запрета на секс в Ковчеге[773]. Но есть и другая расистская версия: когда Хам, как мы знаем из главы «Ноах», сотворил непотребство со своим пьяным вдрызг отцом Ноахом, то его потомству не только была назначена роль рабов потомков других братьев (Берешит 9:25), но было назначено еще одно наказание. От его сына Ханаана пошли чернокожие, к которым принадлежала и вышедшая замуж за Моше «эфиоплянка» (Бемидбар 12:1)[774].

Расистские тенденции подхватило и раннехристианское предание. Когда некий евнух-эфиоп, потомок Хама, принял крещение (Деян. 8:26–39), то, согласно сведениям английского монаха и летописца VII в. Беды Досточтимого, он получил чудесную награду свыше – тут же побелел.

Шлах

◾ Из области исторической антропологии и экологии

Дорогие друзья!

В главе Шлах рассказывается, как Моше отправил в Землю Обетованную двенадцать разведчиков, чтобы они составили подробный отчет: можно ли завоевать Ханаан и как это сделать? (Бемидбар 13:1–20). Эти двенадцать были лучшими из лучших представителей колен Израилевых (Бемидбар 13:2), воплощавшими в себе всю аристократическую гордость, вековую славу и мудрость своих предков.

Действительность оказалась ужасна. Стало ясно, что с Ханааном воевать было невозможно: обитающие там великаны были столь могучи, что от одного лишь их крика разведчики попадали в беспамятстве[775], и десять из них были так напуганы, что уговаривали соплеменников нарушить повеление Божье и не идти в Землю Обетованную.

А разведчикам было чего пугаться: они повстречали целое семейство настоящих гигантов – Енака с его сыновьями, дочерьми, и внуками.

Отметим, что и сами разведчики, лидеры двенадцати колен, были высокими статными мужчинами – рост каждого из них достигал 27 метров[776] (любопытно, что такая же ширина плеч была у народного героя Шимшона[777]). Мы не будем сейчас разбирать, насколько этот факт сопоставим с сообщением о 4,5-метровом росте Моше[778] – великий еврейский лидер Моше почему-то был в шесть раз ниже своих разведчиков, десять из которых к тому же были признаны потом негодяями! Разведчики в этом плане уступали разве что только Аврааму, рост которого был равен росту 74 человек[779]. Если взять средний рост мужчины за 1,75 м, то рост Авраама, таким образом, составлял около 130 метров. Но на эти болезненные вопросы нам могут ответить только мудрые раввины.

Так вот, рост разведчиков не шел ни в какое сравнение с ростом великанов. Попробуем вычислить рост последних. Сообщения о том, что внуки Енака носили солнце в качестве ожерелья на шеях[780], мало что даст, поскольку разведчикам просто могло показаться снизу, что солнце село на шею высоченным великанам. Но зато важными являются следующие наблюдения разведчиков и великанов. По свидетельству разведчиков, они были в глазах великанов «как кузнечики» (Бемидбар 13:33), а один из великанов, заметив разведчиков, поделился с другим наблюдением: «Там, в траве, лежат кузнечики, похожие на людей»[781].

Примем средний рост мужчины (Homo sapiens) за 1,75 м, а средний размер взрослой особи кузнечика зеленого (Tettigonia viridissima) за 32 мм. Допустив такое же соответствие между великанами и разведчиками, путем расчета нехитрой пропорции получаем, что рост каждого из великанов составлял приблизительно 1,7 км. Эта значительная разница в росте иллюстрируется ярким примером: увидев великанов, разведчики в ужасе спрятались в какой-то пещере, но пещера эта оказалась всего лишь куском кожуры от граната, который вкушала одна из сестриц великанов.

И вот тут прошу малокультурных граждан проявить особое внимание! Девушка бросила эту кожуру на землю, однако в высококультурной семье Енака было не принято бросать мусор на землю – поэтому дочь Енака устыдилась своего поступка, вновь подобрала кожуру с двенадцатью разведчиками и зашвырнула ее в глубину сада[782].

Лидеры двенадцати колен были высокими статными мужчинами – рост каждого из них достигал 27 метров.

И здесь я усматриваю главный урок главы Шлах. Несмотря на яркий пример, приведенный нашими мудрецами, отдельные несознательные граждане бросают окурки, бумажки, кожуру от мандаринов и бананов где попало.

НЕ СОРИТЕ!!

◾ О бессмысленной правде

Итак, разведчики были невероятно напуганы местными великанами.

Но в разведанных землях были и вполне приятные находки – в частности, очень вкусные фрукты огромного размера. На это обстоятельство и упирали двое из разведчиков, Калев и Йеошуа, которые предполагали поведать о Ханаане только хорошее и доброе. Так вот, они решили притащить в стан образцы фруктов, чтобы убедить народ идти в Землю обетованную. Но пребывавшим в ужасе остальным десяти разведчикам было не до этого, они отказывались, и Калеву даже пришлось вытащить меч, угрожая паникерам смертью[783]. Тем пришлось согласиться, и разведчики срезали виноградную лозу для презентации в стане и потащили ее «на шесте двое» (Бемидбар 13:23).

Лоза была такой тяжелой, что ее пришлось нести восьмерым сильным мужчинам (тридцатиметрового роста, как нам уже известно). По сообщению р. Акивы, разведчиков вообще было 24 – каждый из уважаемых лидеров колен еще слугу с собой прихватил, а как же иначе? – и несли лозу на жердях 16 человек, четырьмя группами по 4 человека[784], а остальные 8 человек тащили инжир, гранат и собственные пожитки. По другим мнениям, виноградную лозу тащили 8 человек, а еще два разведчика-паникера тащили фигу и гранат[785]. Хотя гранат, видимо, был много меньший, чем тот, в кожуре которого они все прятались и летели, брошенные мощной рукой дочери Анака. Мудрецы спорят, сколько жердей им пришлось использовать, и предлагают нам самим вычислить вес грозди[786]. Но расчеты уже проведены, и нам остается только их представить и сделать окончательные выводы. Будем считать, что лозу несли 8 человек, поскольку мы знаем силу только самих разведчиков (напомним, тридцатиметрового роста!), а не их слуг.

Известно, что Йеошуа бин Нун поставил в Гилгале 12 камней-жертвенников, которые разведчики вынесли из Ханаана каждый на плече (Йеошуа, 4:5, 20). Каждый камень весил 240 кг[787], отсюда каждый из разведчиков мог справиться с грузом в 240 кг. Если ему помогают взвалить на спину еще такой же груз, то он способен нести уже 480 кг, а с помощью помощника – еще 240 кг. Т. е. всего он способен нести 720 кг. Как раз в паре двое разведчиков могли нести груз в 1 т 440 кг[788]. Разведчиков было четыре пары, по 2 человека с шестами (существует подробное описание общей конструкции из шестов[789]). Т. е. общий вес лозы составлял около 6 тонн. Потом израильтяне пили вино из плодов этой лозы в течение всех сорокалетних странствий по пустыне[790].

Обратим внимания, что сами мужественные Калев и Йеошуа ничего не несли. По одной версии – в силу своего великого достоинства (что вообще-то не очень хорошо – тяжесть странствий надо делить поровну)[791]. По другой версии, разведчики-паникеры по собственной инициативе тащили эти плоды, чтобы еще больше убедить соплеменников в бесперспективности завоевания Ханаана: уже если плоды здесь такие гигантские, то можно было представить себе, кто там живет, кушая такие плоды[792]. А по третьей версии, именно Калев с Йеошуа несли гроздь, потому что остальным десяти она оказалась не по силам, даже всем вместе[793].

Но забота паникеров о безопасности соплеменников им не помогла: их взволнованный и честный рассказ вызвал гнев Божий, и за свою искренность они погибли мученической и довольно необычной смертью. Поскольку Господь посчитал, что согрешили они языком, рассказывая о кошмарах Земли обетованной, то язык у них вытянулся до пупка, из языков выползли черви и проникли через пупки в желудки[794].

Таким образом, Тора преподносит нам важнейший урок: рассказывайте и делайте всегда то, что приятно начальству и Богу. И все будет у вас хорошо. В наше смутное время надо быть благоразумным и не высовываться.

Т. е. общий вес лозы составлял около 6 тонн. Потом израильтяне пили вино из плодов этой лозы в течение всех сорокалетних странствий по пустыне.

Но все равно мы всегда будем помнить вас, разведчики – первопроходцы Земли обетованной, погибшие мученической смертью. Даже если вы выбрали неправильную стратегию.

Корах

◾ «Меньше всего боятся смерти те, чья жизнь дороже всего»

На протяжении всей истории отдавали светлые жизни за свою правду Сократ, Гипатия, Джордано Бруно, Уриэль Акоста, Ян Паточка и многие другие. Они намечали новый путь человечества. Но чтобы пойти по нему, им приходилось вырваться из среды, освободиться от ее философско-религиозных пут. А среда старается не пускать, ибо «должна сохранять себя как нечто сложившееся и усредненное целое», по замечанию поэта Давида Самойлова. И потому стремящемуся мужественно вырваться из своей среды порой грозит смерть.

В главе Корах и комментариях наших святых мудрецов описана жизнь величайшего мыслителя, заложившего основы современной цивилизации и сравнимого по масштабу гения разве что с Леонардо да Винчи.

Являясь одним из великих ученых, Корах был наделен правом переносить Ковчег Завета[795]. Но он отказался от традиционного пути еврейского мудреца. Неустанные поиски смысла бытия, размышления о Вселенной, о сакральном и профанном, о святости привели его к радикальному пересмотру привычной картины мира. Он подверг сомнению божественное происхождение Вселенной[796], предвосхитив современные споры науки и креационизма. Он подверг сомнению святость Торы[797], заложив основы библейской научной критики.

Он первым в истории поставил вопрос о проблематике религиозного культа, о соотношении святости и ее внешней атрибутики. В диалоге с Моше он задал ряд вопросов, которые по праву делают его первым рационалистом и логиком в еврейской истории[798]: «Согласно предписанию Торы в цицит нужно вплетать нить небесно-голубого цвета (тхелет) (Бемидбар 15:38–40). А если одежда целиком цвета тхелет, зачем же нужна тогда эта нить?» Согласно предписанию Торы (Дварим 6:9), на косяках двери помещения следует прикреплять мезузы – свитки пергамента с записанными на нем текстами из Шма. А если все помещение заполнено свитками Торы, разве нужна мезуза: «Всей Торы, состоящей из 275 частей, недостаточно для дома, а одной части в мезузе достаточно?!»

Корах смело обвиняет Моше в том, что заповеди дал народу Израиля не Бог, а их придумал сам Моше[799], что Моше не пророк, а Аарон – не первосвященник[800]. Таким образом, Корах первым выдвинул революционную гипотезу о Торе как написанной людьми, как о литературно-историческом памятнике.

Но имя его навсегда впечатано золотыми буквами в еврейскую историю, наряду с именами Элиши бен Абуй, Уриэля Акосты, Баруха Спинозы.

Но Корах оставил величайший след не только в сфере религии. Он первым восстал против всесилия Моше и поднял вопрос о характере власти, подвергнув сомнению теократический принцип. Корах ратовал за сменяемую власть, многими веками ранее предвосхитив идеи демократии: «Вы думаете, что я стремлюсь занять высокое место для себя? Я хочу, чтобы мы все, по очереди, имели такую возможность – а не как Моше, присвоивший себе власть и сделавший брата первосвященником»[801].

Он рассказал притчу о вдове, ставшую гимном борьбы обездоленных за свои права; так он предвосхитил искания народников и социалистов[802].

Как и многие другие мужественные борцы, Корах погиб. Его постигла страшная смерть: он был сожжен заживо, и его поглотила земля[803]. Впрочем, р. Йоханан считает, что он умер от чумы[804].

Но имя его навсегда впечатано золотыми буквами в еврейскую историю, наряду с именами Элиши бен Абуй, Уриэля Акосты, Баруха Спинозы.

◾ Корах – предтеча марксизма

Приведем вышеупомянутую притчу о вдове, которой великий Корах предвосхитил раскрытие марксизмом трагические экономические процессы в обществе. Притчей предвосхищается позднейшая едкая сатира на корыстных и жадных власть имущих и клерикалов всех мастей, равно как и марксистская критика религиозных институтов. Но уникальная особенность этой притчи состоит в том, что в ней жадность власть имущих не противопоставлена заповедям Божьим. Наоборот, в чисто марксистском духе сами эти заповеди объявляются средством поборов с бедноты, а их автором именуется вовсе не Бог, а не кто иные, как Моше и Аарон. Известные нам социальные протесты беднейших еврейских слоев против религиозного истеблишмента и богачей Корах выразил тридцатью веками ранее!

Итак, Корах рассказал следующую историю: «По соседству со мной жила вдова с двумя дочерьми, у нее было поле, урожая с которого как раз хватало, чтобы не умереть с голоду. Когда женщина принялась распахивать поле, перед ней предстал Моше и велел: “Не паши на воле и осле вместе” (Дварим 22:10). Когда она стала сеять, Моше предстал перед ней и велел: “Не засевай двумя родами семян” (Дварим 22:9).

Когда на поле бедной вдовы показались первые колосья, Моше явился и велел отдать их священникам, ибо сказано: “Начатки плодов земли твоей приноси в дом Господа, Бога твоего” (Шмот 23:19). Когда пришло время собирать урожай, Моше явился и велел: “Не дожинай до края поля твоего и оставшегося от жатвы твоей не подбирай, но оставь бедным” (Ваикра 19:9). Когда женщина сделала все, что велел ей Моше, и собралась обмолачивать зерно, Моше опять явился и потребовал: “Отдай мне возношение, первую и вторую десятину” (Ваикра 27:30; Дварим 12:17).

Когда бедная женщина поняла, что теперь, после всех тех податей, которые возложил на нее Моше, с урожая ей уже не прокормиться, она продала поле и купила овец, в надежде что теперь сможет спокойно прожить за счет овечьей шерсти и ягнят. Однако она ошибалась. Когда родился первый ягненок, перед ней предстал Аарон и потребовал ягненка, поскольку все первенцы принадлежат священникам (Бемидбар 3:13).

К моменту первой стрижки овец Аарон опять явился перед ней и потребовал “начатки от шерсти овец” (Дварим 18:4), которые принадлежали ему по закону Моше. Но не удовлетворившись этим, Аарон явился снова и потребовал отдать ему одну из каждых десяти овец в счет десятины, на что он, согласно закону, имел право (Ваикра 27:32).

Этого уже исстрадавшаяся женщина не выдержала, и она зарезала овец, полагая, что теперь ее оставят в покое и ей достанется все мясо. Но не тут-то было! Опять явился Аарон и, ссылаясь на Тору, потребовал плечо, челюсти и желудок овец (Дварим 18:3). “О горе! – воскликнула женщина. – Я зарезала овец, но от вас никуда не деться! Так пусть же мясо будет посвящено Святому!” Но Аарон заявил: “Все святое в Израиле принадлежит мне. И все это будет мое” (Ваикра 27:28). И он удалился, оставив горько плачущую вдову и ее дочерей».

«Вот что за люди Аарон и Моше – они выдают свои жестокие поборы за Божественные законы», – завершил рассказ Корах.

◾ Чем Бог послал…

Достоинства Кораха не ограничивались его гигантским вкладом в цивилизацию. Он еще и был, по-видимому, одним из самых богатых людей всех времен и народов. Когда-то Йосеф спрятал свои сокровища в Египте, и Кораху открылось, где была запрятана третья их часть. Как свидетельствуют мудрецы, триста белых мулов были нагружены не сокровищами Кораха, а… КЛЮЧАМИ от его сокровищниц[805].

Заодно обратите внимание, как в одной короткой фразе мудрецам удалось рассказать о неисчислимом богатстве – минуя всякие длинные описания пещер, заполненных золотом. Самая краткая и самая убедительная характеристика богатства в истории человечества.

◾ О талмудических корнях романа Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка»

Мы уже знаем, какая страшная судьба постигла Кораха и его сподвижников: их всех поглотила земля (Бемидбар 16:33). Теперь обратим внимание на следующее. Все эти мученики, провалившись, оказались в геенне, которая находится внутри земли, земного шара[806].

С другой стороны, из достоверных сообщений мудрецов в трактате об относительной величине Египта, Эфиопии, земного шара, эдемского сада, Эдема и геенны путем нехитрых вычислений выясняется, что геенна превосходит земной шар в 216 000 раз. Иначе говоря, мудрецы Талмуда сообща заключили, что внутри земного шара находится другое пространство, в сотни тысяч раз больше наружного! Даже отметили, что земной шар для геенны как крышка для кастрюли[807].

Но теперь вспомним 4-ю главу бессмертного романа Ярослава Гашека, в которой мы читаем, что бравый солдат Швейк во время пребывания в сумасшедшем доме встретил пациента, который уверенно утверждал, что «внутри земного шара имеется другой шар, значительно больше наружного». Откуда герой романа (а значит, и писатель) мог почерпнуть такие сведения?! Только из Талмуда! Отсюда следует, что великий чешский писатель Ярослав Гашек, несомненно, учил Талмуд!

Хукат

◾ И коровой очистимся…

Глава Хукат посвящена разным важным историческим событиям, в т. ч. учреждению подчеркнуто монотеистического обряда – когда коснувшийся мертвого тела человек может очиститься, если его облить водой, смешанной с пеплом ранее сожженной рыжей коровы (Бемидбар 19:2–10). Обряд чрезвычайно важен, ибо понятие касания мертвого тела трактуется чрезвычайно широко. Как мы уже знаем, каждый из нас наверняка нечист. А без такого очищения, по мнению многих мудрецов, мы не можем даже взойти помолиться на Храмовую гору, чего мы все страшно вожделеем.

Почему, собственно, выбран столь загадочный обряд для нашего очищения, испокон веков являлось предметом оживленных споров. Мидраши и Талмуд учат, что есть необъяснимые законы, учрежденные Богом, т. н. хуким (нашу главу называют иногда «закон учения»)[808]. К ним относится и закон о рыжей корове, механизм действия которого известен лишь избранным великим, как Моше и р. Акива[809]. Раши полагает, что вопросы насчет хуким вообще являются насмешками сатаны и неевреев над Израилем, поэтому их запрещено задавать[810]. Учредил Бог – и точка, иди и исполняй.

Нахманид, однако, предлагает рациональное объяснение этого чудесного закона[811]. Он утверждает, согласуясь, скорее, с христианским представлениями, что нечистота тела объясняется заложенным в человеке влиянием змея-сатаны, по сути, первородным грехом. В самом деле, нам уже известно из книги Берешит, что мы являемся потомками змея. Поскольку Устная Тора, выводимая из Писаной Торы, обладает женской природой, то выбирают корову, а не быка. А рыжую выбирают, потому что красный цвет символизирует справедливость. Разумеется, понять логику Нахманида обычному человеческому разуму непросто, но раз уж наш разум так несовершенен, то ничего не поделаешь.

Маймонид тоже не считает, что нельзя задавать вопросы относительно законов. Он вообще полагает, что касание мертвого тела не делает человека нечистым как таковым. Просто надо соблюдать гигиену – мыться (добавим, лучше с мылом), стирать одежду, и вуаля! «Нечистота» – это нарушение божественных заповедей, понятие духовное. А многочисленные предписания на предмет оскверненности – от касания мертвого тела, менструаций, поллюций и т. д. он объясняет, как мы знаем, в свойственном ему духе. Все эти законы-предписания даны Богом, чтобы убить сразу несколько зайцев: 1) чтобы широкая публика старалась соблюдать гигиену; 2) чтобы лишний раз не шастали в святилище жертвы приносить; 3) чтобы люди не сразу, а потихоньку отвыкали от любимых и привычных языческих обрядов: резкий отказ от них слишком нас шокирует. Что же касается разных процедур, предусмотренных законами очищений – кедровое дерево, две птицы, иссоп, нить из червленой шерсти и пр. (Ваикра 14:4, Бемидбар 19:2–9), то Маймонид прямо заявляет, что не понимает их смысла[812].

Но, разумеется, исполнение их необходимо для пока еще несовершенного человечества, которое надо держать в узде. Соответственно, к рыжей корове предъявляется масса требований, Во-первых, мудрецы погрузились в горячую дискуссию, какую корову можно считать «рыжей»[813]. Мнения по этому вопросу резко разошлись. Если всего два черных или белых волоска выросли из одного фолликула (волосяного мешочка), то корову уже нельзя считать красной. Если они выросли из двух фолликулов, но расположенных рядом, то корова опять непригодна. По мнению р. Акивы, даже если на корове выросли четыре или пять волосков не того цвета и они рассеяны по ее телу, то их разрешается выщипать, и корова будет считаться красной. По мнению р. Элиэзера, даже если по шкуре коровы рассеяны пятьдесят волосков, их можно выщипать, и корова будет считаться красной. Р. Йошуа бен Батира утверждал, что если один такой волос вырос на голове, а другой – на хвосте, то корова выбраковывается. По мнению р. Меира, если у коровы есть два волоса, корни которых черные, а верхняя часть красная, то корова пригодна, а если наоборот – то непригодна. Однако, по мнению большинства мудрецов, все наоборот: если корни красные, а верхняя часть черная, то корова пригодна, в противоположном случае – нет.

Содомский грех, женский раввинат, бесстыжий Интернет – все это вопиет к небесам!

Имели место и не менее существенные прения насчет физической пригодности коровы[814]. Помимо требований к отсутствию физических дефектов, выяснялось: может ли корова быть черноглазой? может ли она быть рождена посредством кесарева сечения? может ли она быть беременной? карликовой? можно ли использовать корову, отданную в уплату проститутке? если на корове ездили, висели у нее на хвосте, переплывали с ее помощью реку? если ее прикрыли плащом от мух? если на нее нацепили сандалии, чтобы не поскользнулась? если на нее села птица? если на нее вскарабкался бычок? Этих правил такое обилие, что всего в истории подходящих коров встретилось только семь и девять[815]. Десятая, по мнению Маймонида, появится вместе с Машиахом[816].

Друзья, час приблизился! Мир летит в тартарары. Содомский грех, женский раввинат, бесстыжий Интернет – все это вопиет к небесам! Исполнилась мера беззакония! Грядет Третий Храм! Грядет Машиах!

Так что скоро появится и нужная корова. Надо только выяснить, не держали ли ее за хвост, а также насчет бычка… А проституткам вряд ли сейчас коровами платят.

Балак

◾ Об израильтянине Бильаме

Глава Балак обычно трактуется как величественная история противостояния Израиля негодяям Бильаму и Балаку.

Но такая постановка вопроса не учитывает одного нюанса. Давайте тщательно изучим происхождение Бильама, который сыграл такую важную роль в истории Израиля.

Известно, что Бильам был сыном Беора (Веора)[817] и что дедушкой Бильама, т. е. отцом Беора, был Лаван Арамеянин[818], тесть Яакова. Лаван Арамеянин также был дедушкой всех двенадцати колен Израилевых, поскольку две наложницы Яакова на самом деле являлись сводными сестрами Лии и Рахели[819]. Таким образом, Бильам приходится троюродным братом двенадцати коленам. С другой стороны, нам известно, что Беор и Лаван-арамеянин – одно лицо[820]. Отсюда вытекает, что Беор был сам себе сыном и отцом, а Бильам, соответственно, был одновременно сыном и внуком Беора. Но мы также знаем[821], что Бильам был самим Лаваном Арамеянином. Таким образом, Бильам был одновременно сам себе дедом, отцом, сыном и внуком, будучи одновременно тестем Яакова, отцом Лии, Рахели и двух наложниц, а также дедом, двоюродным дядей, троюродным братом и четвероюродным племянником двенадцати колен Израилевых, т. е. плотью от плоти Израилевой.

Кажется, никому в истории больше не удалось занимать столь мощную позицию в семейном древе. Слабая попытка была у бывшего бас-гитариста «Роллинг Стоунз» Билла Уаймена. Признанный одним из известнейших сердцеедов современности (он жаловался, что страдает гиперсексуальностью, и утверждал, что спал более чем с тысячью женщин), 52-летний Уаймен женился на 18-летней Мэнди Смит (которая встречалась с ним, еще будучи 13-летней). А вот 30-летний сын Уаймена женился на 46-летней матери Мэнди. Таким образом Уаймен побывал свекром своей тещи и пасынком собственной жены. К сожалению, Уаймен и Мэнди разбежались через два года и детей не завели. Его сын с матерью Мэнди тоже детьми не обзавелись, прежде чем разбежались. А то Билл Уаймен мог бы немного приблизиться к Бильаму. В итоге исторический рекорд нашего Бильама удержался.

Но еще более важным оказывается, что тогда мы имеем дело не с внешними врагами, а с серьезнейшей внутренней разборкой в самом священном семействе праотцев. Это значительно уточняет наши знания о древней истории Израиля, хотя часть мудрецов и считали его неевреем.

А что мы знаем о личности нашего героя, исходя из мнения последних, – хотя и правы, как всегда, все?

Человеческий и профессиональный потенциал Бильама был огромен – он мог бы стать настоящим другом еврейского народа. Наши мудрецы считали его величайшим нееврейским пророком, в чем-то даже превосходящим Моше[822] – не случайно ему выпала великая честь родиться обрезанным[823]. Не было ничего в мире, что не было бы открыто Бильаму, и в мудрости он тоже превосходил Моше[824]. Он был опытнейшим колдуном, причем любопытно, что колдовал он при помощи своего члена[825]. Точный механизм колдовства у Бильама нам неизвестен, но, вероятно, схож с тем, что разобран нами в главе «Кдошим».

Бильам был одновременно сам себе дедом, отцом, сыном и внуком, будучи одновременно тестем Яакова, отцом Лии, Рахели и двух наложниц, а также дедом, двоюродным дядей, троюродным братом и четвероюродным племянником двенадцати колен Израилевых.

Однако весь свой потенциал Бильам растратил на разные недобрые дела, за что и был наказан. Мало того, что он был хром, так он еще и лишился глаза за невиданный и исключительный в истории человечества грех. Дело в том, что Господь, согласно свидетельству мудрецов, внимательнейшим образом наблюдал за всеми половыми актами на земле в ожидании зачатия праведника. Наглый же Бильам заметил на этот счет: «Как же Он, такой чистый и святой, со своими служителями, такими чистыми и святыми, может смотреть на подобное?!» Фактически он обвинил Бога в сексуальной девиации – вуайеризме, за что и был мгновенно лишен глаза[826].

Именно Бильам подговорил Балака увести евреев с пути праведности, и тот заставил мадианитянок заниматься проституцией в шатрах, установленных вдоль дорог[827]. Между прочим, за этот и множество прочих грехов Господь наказал Бильама довольно редкой, но страшной посмертной мукой: у него в яйцах кипело семя[828]. Смерть же вообще этому незаурядному человеку выпала нелегкая: он был поочередно забит камнями, сожжен, зарублен мечом и задушен[829].

◾ Светлой памяти бильамовой ослицы

Теперь нам известно, какой великой и неоднозначной фигурой был Бильам.

Но главное значение в человеческом и духовном становлении Бильама сыграл, по-видимому, другой фактор. Мы хорошо знаем, какую огромную роль в священной истории и жизни наших праотцев сыграли женщины – кто не слышал о деяниях Сарры, Ривки, Рахель с Леа? И у Бильама была верная, чуткая и умная подруга, также сыгравшая свою роль в священной истории – знаменитая говорящая ослица, с которой, как мы знаем, он сожительствовал[830]. Она была сотворена на 6-й день Творения[831], и с ней сожительствовал в раю еще сам Адам, поскольку он сожительствовал там со всеми животными[832]. Подарил ослицу Бильаму Яаков[833]. Сразу возникает предположение, что и с Яаковом ее связывали романтические отношения, но исторических сведений на этот счет у нас нет. В любом случае то, что она была подругой двух таких крупнейших исторических персон, свидетельствует о ее высочайшем статусе. Ослица с самого рождения уже хорошо владела ивритом[834], разве что ей пришлось заговорить на нем достаточно поздно. Отметим заодно, что Бильам тоже говорил на иврите, так что они беседовали на святом языке. Но в отличие от культурной ослицы Бильам грязно ругался на иврите[835].

Ослице приходилось нелегко: ведь с гениями жить всегда трудно. Кроме того, как это нередко бывает, высочайший дух Бильама томился в хилом теле – он был не только слеп на один глаз, но и хром[836]. Но все же в целом отношения между ними были, вероятно, очень доверительные и теплые: когда в момент редкой ссоры разнервничавшийся Бильам начал ее избивать (Бемидбар 22:23), ослица поразилась его нечуткости, о чем свидетельствуют ее горькие упреки (Бемидбар 22:30).

Конец ослицы был трагическим. Бог убил ее сразу после разговора с Бильамом, чтобы язычники не стали ей поклоняться[837] – этому чудесному животному, которое поистине достойно поклонения. Но, наверное, это и к лучшему, что ослица погибла раньше своего возлюбленного – можно только представить, какие душевные муки ей пришлось бы пережить.

Остается только утешаться, что даже после своей трагической гибели ослица была вознаграждена за страдания и любовь к Бильаму, несмотря на его нелегкий характер. Как иудаизм стал основой всех последующих монотеистических религий, так и Бильамова ослица положила начало целой династии славных ослов. По преданиям, сначала Иисус на ее потомке въехал в Иерусалим, а потом пророк Мухаммед разъезжал на ее еще более дальнем потомке Яфуре.

Будем помнить Бильамову ослицу и все, что она сделала для нас и человечества.

◾ О предыстории зверского убийства Зимри и Козби (Хазвы)

Среди чрезвычайно любопытных событий главы Балак, помимо сложных отношений Бильама с его ослицей, немалый интерес привлекает последний эпизод (Бемидбар 25:1–15), когда Зимри из колена Шимона «привел к братьям своим мадианитянку», а разгневавшийся Пинхас (Финеес) из рода Леви убил обоих. Этот эпизод нередко рассматривается в традиции как величественный пример принятия на себя Пинхасом ответственности за следование путями Всевышнего («возревновав по Мне среди них» – Бемидбар 25:11). И в классических источниках содержится очень много интереснейших подробностей, живописующих этот героический поступок.

Попробуем пунктирно восстановить ход событий, опираясь на совокупность источников.

Итак, евреи стали распутничать с мадианитянками. Произошло это не без помощи зловредного Бильама, который, дабы совратить евреев, велел царю мадианитян, столь же отвратительному Балаку, заставить мадианитянок заниматься проституцией в шатрах, установленных вдоль дорог[838]. Хотя Бог наказал Бильама страшной посмертной мукой, о которой мы упомянули выше, тем не менее человечество будет вечно благодарно этому талантливому и незаурядному человеку. По некоторым сведениям, именно он считается основателем борделей и игорных заведений, хотя точных исторических источников на этот счет мне обнаружить не довелось.

Поддался искушению и Зимри. Но ему захотелось не рядовой мадианитянки, а, собственно, дочери самого Балака – Козби. Он сначала пытался ее уговорить по-хорошему: «Отдайся!» Но не тут-то было. Козби заявила, что она царская дочь и отец ей велел отдаваться только самым великим. На что Зимри сначала спокойно ответил, что тоже не лыком шит, что он князь колена Шимона и даже выше Моше, поскольку Моше происходит от третьего по старшинству колена (Леви), а он, Зимри, – от второго. Но, видимо, устав от бесплодной дискуссии, он рассвирепел и – обратим внимание – не сразу изнасиловал, а схватил Козби за волосы и законопослушно потащил разбираться к Моше[839]. Таким образом, Моше был в курсе событий с самого начала, но выступал, как мы увидим далее, то ли в качестве педагога, то ли в качестве циничного стороннего наблюдателя (bystander, как принято сейчас выражаться).

Представ перед Моше, Зимри прямо спросил: «Сын Амрама, эта женщина запрещена мне или разрешена?» И, предвидя ответ, проницательно заметил: «Если ты скажешь “запрещена”, то почему тебе тогда разрешена дочь Йетро, Ципора?»[840] И привел дополнительные, вполне разумные аргументы: «Ведь обе – мадианитянки, но моя хотя бы дочь царя, а твоя – вообще дочь священника-идолопоклонника!»[841] Моше мог бы ответить, что он женился на Ципоре до дарования Торы, воспользовавшись аргументом Раши. По мнению Раши, в момент дарования Торы Ципора автоматически вошла в Завет вместе с другими ноахидами[842]. Однако, увы, Моше до времен Раши не дожил… А Зимри, к его несчастью, опоздал со своим вожделением: до дарования Торы он с полным правом мог приставать к Козби. Таким образом, Тора учит нас: ребята, надо рождаться вовремя!

Дискуссия с Моше, видимо, ничем не закончилась, реакция Моше неизвестна, но факт заключается в том, что Зимри с Козби оказались в ее шатре, где и предались любовным утехам.

В это время радеющий о нравственности народа Израиля внук Аарона, Пинхас, вспомнил некий закон (нам неизвестный), что совокупляющийся с арамеянкой подлежит смерти[843]. Он возмутился и отправился к Моше за разъяснениями: «Разве ты сам не учил нас, сойдя с горы Синай, что всякий, вступающий в связь с нееврейками, может быть умерщвлен зелотом?» Было проведено совещание, в ходе которого Моше ему отвечает в духе расхожего выражения «всякая инициатива наказуема»: «Кто зачитывает повеление, должен и исполнять его»[844].

Пинхасу ничего не оставалось, как отправиться к шатру Козби. Тут-то и началось самое интересное.

◾ Историко-юридическая и сексологическая реконструкция убийства Зимри и Козби

Итак, после беседы с Моше Пинхас решил самостоятельно учинить расправу над нечестивыми Зимри и Козби. Он «встал из среды общества и взял в руку свою копье» (Бемидбар 25:7), и не просто взял, а выхватил из рук Моше[845]. Сняв предварительно наконечник с древка и спрятав его в одежде[846], Пинхас направляется к шатру Козби, как бы опираясь на палку[847], где встречает предающихся оргии соплеменников (Бемидбар 25:1) из колена Шимона[848]. Те спрашивают, что ему нужно?[849] Пинхас в ответ задает им встречный хитрый вопрос: «А кто вам сказал, что колено Леви чем-то лучше колена Шимона?»[850] – дескать, шимонитам можно спать с мадианитянками, а левитам непристойно?[851] Простодушные шимониты отвечают: «Иди, удовлетвори свое желание»[852], сославшись на мнение фарисеев («может, фарисеи разрешат»). Фарисеи, между прочим, появились десять веков спустя[853]. Интересно, что современные комментаторы трактуют ссылку на фарисеев в том смысле, что по народным представлениям «устный закон может обосновать любые действия – нравственные и безнравственные».

Но вернемся к нашему рассказу. Такой ответ, с учетом того, что Козби и Зимри как раз в этот момент предавались утехам, предполагает два вариативных направления мысли шимонитов: 1) шимониты полагали, что Козби, Зимри и Пинхас займутся сексом втроем; 2) что Пинхас дождется своей очереди у Козби после Зимри.

В любом случае Пинхас получает беспрепятственную возможность войти в шатер. Теперь рассмотрим, что же там произошло.

Войдя в шатер, Пинхас вытаскивает копье, приделывая к нему спрятанный наконечник. Мудрецы упоминают важную юридическую подробность[854]: если бы Зимри увидел готовящегося к удару Пинхаса и стал защищаться, а Пинхас его бы убил, то Пинхаса казнили бы; а если бы Зимри убил Пинхаса, ему бы ничего не грозило, потому что убийство произошло бы в процессе самообороны. Отсюда следует, что Зимри не видел Пинхаса. Пинхас наносит удар копьем, и копье пронзает спину Зимри, потом его гениталии и гениталии Козби[855] – недаром необыкновенно точный и многозначительный удар Пинхаса перечислен в составе 12 чудес, имевших место в связи с этим эпизодом[856]. Отсюда следует, что любовники находились не боком к входу (когда они тоже могли бы не заметить Пинхаса), а так, что Зимри оказался спиной к вошедшему Пинхасу. Т. е. в этот момент они могли находиться: 1) в традиционной, т. н. миссионерской позе – Зимри сверху, Козби снизу, ногами в направлении вошедшего в шатер Пинхаса; 2) в позиции сидя лицом друг к другу, причем Зимри – спиной к входу, а Козби – лицом; 3) стоя в той же диспозиции. Во всех этих трех случаях Козби могла видеть входящего Пинхаса с копьем; 4) если Зимри входил в Козби сзади, и они находились спинами к входу – тогда они оба не могли видеть Пинхаса. Экзотические позы типа висения на люстре и из практики йоги мы рассматривать не будем.

Важно, что удар был нанесен так, что член Зимри был плотно вбит копьем во влагалище Козби[857]. Это обстоятельство очень важное: в противном случае Зимри мог заявить в суде, что пенетрации не было, а он просто мастурбировал – тогда бы он не подлежал казни[858]. Кроме того, убийство допускалось только в момент совершения греха. Если бы Зимри уже кончил и отделился от Козби в момент, когда Пинхас напал на него (т. е. после соития), то Пинхас сам подлежал бы смерти: только суд мог приговорить Зимри к смертной казни, а сам Пинхас не имел права совершать самосуд. Отсюда следует, что Зимри с Козби находились именно в процессе греховного соития. Поэтому Пинхас казни за убийство не подлежал, поскольку его совершил в момент совершения тяжкого греха.

Но возникает вопрос: если Козби видела входящего Зимри, почему она не закричала, и любовники не разделились? В этом случае Пинхас тоже не мог бы безнаказанно вершить самосуд. В качестве еще одного чуда мудрецы отмечают, что любовники лишились дара речи[859] – иначе они бы могли позвать на помощь, и убийства не состоялось. Между прочим, это чудо говорит в пользу того, что Козби видела входящего Пинхаса – иначе чуда просто не потребовалось бы.

В момент входа Пинхаса в шатер и его очевидных намерений с Козби произошло то, что в медицине называется penis captivus.

Наконец, еще одно чудо состояло в том, что Бог специально не дал возможность Зимри и Козби разъединиться до удара копьем. Как этот факт можно объяснить с научной точки зрения? Вероятно, в момент входа Пинхаса в шатер и его очевидных намерений с Козби произошло то, что в медицине называется penis captivus (лат. – плененный член) – внезапное спазматическое сокращение мышц влагалища, промежности и бедер женщины во время полового акта, делающее невозможным извлечение члена. Оба партнера при этом испытывают острую боль. Такое может произойти при внезапном испуге, стрессе у женщины, что неудивительно – можно себе представить реакцию Козби, увидевшую вошедшего в шатер и достающего копье разъяренного Пинхаса. Тем же можно объяснить и молчание любовников: Зимри Пинхаса не видел, а Козби от страха не могла ничего вымолвить.

Остается добавить, что Пинхас пронес несчастную пару голыми на копье несколько километров. Причем он держал копье одной рукой, совершенно не устав, и копье не сломалось. Чтобы их кровь на него не капала, она сгустилась. Ну и любовники оставались живыми до конца прохода Пинхаса, после чего тут же умерли. Все эти моменты тоже отнесены к разряду чудес[860].

Пинхас

◾ Они были первыми (Памяти дочерей Цлофхада)

Девочки, дорогие!

В главе Пинхас, впервые в святой Торе, мы выступаем не как собственность отца или мужа, которую можно сдать в гарем или продать в рабство. Здесь нам впервые уделено внимание как человеческим личностям, имеющим право на уважение к себе.

Впервые в истории мы отважились бросить вызов мужчинам – этим грубым и деспотичным созданиям, неспособным на сочувствие и заботу. И эта историческая революция вместилась в один эпизод – когда дочери Цлофхада (Салпаад), а вместе с ними все мы, девочки, наши прошлые и будущие души, пришли к Моше и сказали ему: наш отец умер, братьев у нас нет, так дай нам земельный удел в наследство (Бемидбар 27:1–4).

Для дочерей Цлофхада это был очень нелегкий визит, и от них требовалось немалое мужество. Их отец, по одной версии, совершил страшный грех: он собирал в субботу хворост[861]. По другой, он взошел на вершину горы в ходе получения Синайского откровения[862], что было категорически запрещено. По третьей же версии, он когда-то нагрубил Моше, за что и был умерщвлен Богом[863]. А согласно еще одной версии, как варианту первой, он вообще был героическим человеком, пожертвовавшим собой ради общей духовности: Цлофхад сообщил, что специально пойдет собирать в субботу хворост, будет арестован, приговорен к смертной казни и убит, – зато евреи поймут, что значит дисциплина. Так и произошло. Но может, это и не он был, а другой – поскольку имя его прямо не упоминается[864]. А еще в одном источнике р. Шимон утверждает, что это вообще был не Цлофхад – он не подходил по возрасту[865]. В любом случае будем считать (поскольку все мудрецы всегда правы), что он был умерщвлен – через побиение камнями[866].

Но видимо, героем Цлофхада тогда еще никто не считал, и дочери исходили преимущественно из личных качеств Моше, предполагая, что он будет мстить им за грубость покойного отца. Поэтому они благоразумно потребовали встретиться с ним не наедине, а при свидетелях, в присутствии старейшин и всего народа: при большом количестве народа, полагали они, Моше придется вершить суд по справедливости[867]. Так они и предстали перед Моше и всем мужским сообществом, сидящим в скинии собрания[868]. Разумеется, встать в знак уважения к женщине никому из мужчин даже в голову не пришло – с прискорбием надо признать, что сейчас многие из нас отошли от библейских принципов, хотя некоторые достойные их чтут и не встают перед женщинами.

И в самом деле, при таком количестве народа Моше не решился судить сам, а перебросил решение вопроса на Бога (Бемидбар 27:5)[869]. И мужественные дочери Цлофхада выбрали правильную тактику. Они заявили, что отец погиб за личный грех, он не входил в компанию Кораха[870], и поэтому они законно могут претендовать на наследство. В итоге Бог таки велел Моше удовлетворить просьбу девушек (Бемидбар 27:7).

Мало того, умные и юридические подкованные дочери Цлофхада сумели добиться тройной доли – той, что полагалась их отцу, как вышедшему из Египта, и его двойной доли как первенца, умершего раньше собственного отца[871]. Они также вынудили мужчин не выдавать их замуж как вещь, обязательно за представителя собственного колена, а добились исключительного права выбрать себе мужа из любого колена[872].

Но будучи мудрыми, дочери Цлофхада были еще и невероятно праведны, и замуж собирались выйти только за достойных[873]. А поскольку таковых почти не было, да и сейчас нормального мужика днем с огнем не сыщешь, то они много лет пребывали в поисках мужей. Даже самая младшая, по сообщению р. Элиезера бен Яаков, вышла замуж только в 40 лет. Зато за свою праведность они все удостоились детей! И это было чудом Божьим, поскольку, по утверждению р. Хисды, женщина, вышедшая замуж после 40 лет, зачать не способна[874].

Да, дочерей Цлофхада уже давно нет в живых. Но зажженный ими факел свободы и достоинства через века мук и тяжелейших испытаний в нашем патриархальном обществе, когда мы были загнаны на кухню и ходили там босиком и вечно беременные, подхватили суфражистки, феминистки, многочисленные женские ассоциации. И мы многого добились. Но нам предстоит еще долгая борьба. Закон порой по-прежнему несправедлив к нам. Вдумайтесь, ведь совсем недавно, хотя на дворе уже третье десятилетие XXI века, раввинский суд в Израиле запретил лишать нас имущественной доли при разводе, если мы воспользовались своим женским и человеческим правом отдаться кому-то помимо мужа! Слава богу, БАГАЦ отменил постановление, и это тоже итог нашей многолетней борьбы, начатой дочерьми Цлофхада.

И пусть эти горькие, но пронизанные надеждой слова из нашего, женского, комментария к Торе будут памятью и данью героиням:

Нам предстоит еще долгая борьба. Закон порой по-прежнему несправедлив к нам.

«Можно себе представить, как Махла, Ноа, Хогла, Милка и Тирца – сестры, обратившиеся к Моше и одержавшие победу, – были бы разочарованы, узнав, что эта победа стала преддверием веков дискриминации женщин. Тем не менее мы аплодируем их мужеству и воздаем им должное за голос протеста».

Амен.

Мы их сделали!

◾ Светлой памяти Раав

Мы знаем, как Йеошуа прославился в качестве разведчика. Из двенадцати разведчиков в живых осталось двое, Йеошуа бин Нун и Калев, которые рассказали, что в Ханаане все чудесно и надо его завоевывать. Эта история имела духовное продолжение. Прошли годы, и после смерти Моше уже сам Йеошуа бин Нун занял место духовного лидера евреев. Происходила битва за Ханаан, и Йеошуа снова послал туда двух разведчиков – того же Калева и Пинхаса (Йеошуа 2:1).

О Калеве и особенно о Пинхасе мы храним теплые и благодарные воспоминания. А вот еще один наш великий герой, вернее, героиня, вспоминается редко. Отдадим же ей долг благодарной памяти.

Итак, один из разведчиков, Калев, в ходе разведки чуть не погиб. Его успела спрятать местная проститутка Раав на крепостной стене, где у нее было жилое помещение. Пинхаса, вопреки общераспространенному мнению, спасать не пришлось, потому что после того, как он совершил свой героический подвиг, грохнув Зимри и Козби в момент их соития, он и его род были удостоены вечного священства (Бемидбар 25:12–13). Как все священники, уподобился бесплотному и невидимому ангелу – его не нужно было прятать[875].

Так Раав внесла свой самоотверженный вклад в заповеданное Богом завоевание нашей исторической родины. Но заслуги ее несравненно больше, и мы должны с благодарностью вспомнить эту замечательную женщину и проследить основные вехи ее жизненного пути.

Не было ни одного из князей – властителей мира, который не спал бы с ней.

Ей было 10 лет, когда евреи вышли из Египта, и в течение всех сорока лет их многозначительных скитаний по пустыне Раав честно и неутомимо служила в сфере сексуальных услуг[876]. Обслуживала она как горожан внутри городских стен, так и разных разбойников вне их[877]. Равных ей по красоте в мире было только три женщины – Сарра, Авигаль (Авигея) и Эстер (Есфирь)[878]. Поэтому неудивительно, что не было ни одного из князей – властителей мира, который не спал бы с ней[879].

И вот, достигнув пятидесятилетнего возраста, она спасла Калева, поняла, о чем она тайно мечтала все 40 лет своей романтичной жизни, и совершила гиюр. А впоследствии вышла замуж – но вовсе не за Калева, как вы могли бы подумать, насмотревшись голливудских фильмов, – а за самого Йеошуа бин Нун[880]. Несомненно, она осчастливила нашего лидера как своим ныне высоким духовным уровнем[881], так и профессиональными способностями. В самом деле, по достоверному историческому свидетельству р. Ицхака, достаточно было один раз переспать с ней, после чего одно лишь упоминание ее имени вызывало у мужчины немедленный оргазм[882]. Неудивительно, что от праведной Раав и Йеошуа произошли восемь еврейских пророков, и среди них великий Йермиягу[883].

Девочки, да послужит благословенная Раав всем нам примером и путеводной звездой во всех ее начинаниях!

Аллилуйя!

Матот

◾ О судьбе захваченного имущества

В главе Матот рассказывается о последствиях чудовищного греха – посещения еврейскими скитальцами мадиамских борделей.

Вспомним опять, как по наущению мерзкого Бильама мерзкий Балак разместил мадианитянок в шатрах вдоль дорог, превратив их в полевые бордели[884], и евреи начали там радостно блудодействовать, а героический Пинхас, при полном общественном бездействии, устроил показательный самосуд над блудодеями, заколов Зимри и Козби (Бемидбар 25:1–10).

Но вот пришло время коллективной расплаты – уничтожения всех без исключения мадианитян. Господь велел Моше отомстить за совращение евреев (Бемидбар 31:1), причем сделать это собственноручно. Однако Моше был человеком совестливым и заявил, что он воспитывался в землях Мидьяна и не может расстраивать тех, кто явил ему свою доброту. Вместе с тем парадоксальным образом он попросил Господа дать ему возможность своими глазами увидеть расправу над мадианитянами[885]. Отсюда мы можем извлечь важнейший урок Торы: не надо мокрые дела делать своими руками, лучше кого-то нанять и тщательно проследить за исполнением.

Из дальнейшего повествования мы узнаем, что битва завершилась на редкость успешно: войсками Моше были перебиты все мадианитяне-мужчины, а женщины и дети захвачены в добычу (Бемидбар 31:7–11). Совестливый, но вместе с тем строгий и требовательный Моше разгневался на военачальников, что они оставили в живых всех женщин, совративших «общество Господне». В итоге он сначала повелел убить всех мальчиков-мадианитян, а потом отдал другое повеление, на котором мы и остановимся подробнее: «И всех женщин, познавших мужа на мужеском ложе, убейте; а всех детей женского пола, которые не познали мужеского ложа, оставьте в живых для себя» (Бемидбар 31:17ш–18).

Этот стих вызвал пространную дискуссию[886]. Из него с очевидностью следует, что надо убить всех взрослых женщин, уже имевших сексуальный опыт с мужчиной. Легко было предположить, что любая из них могла работать в вышеупомянутых борделях и соблазнять евреев, уже за это ее предполагалось убить. Но вот взрослых женщин-девственниц надо ли оставлять в живых? А если девственность нарушена не мужчиной, а случайным образом? Некоторые мудрецы посчитали, что смерти могли подлежать даже девственницы, но «годные» к соблазнению еврея, и их лучше прикончить сразу. Именно так решение Моше объясняет Раши[887]. Возник вопрос, надо ли стих 31:18 прочитывать в том смысле, что речь идет о девочках (детях), которые «познали мужеское ложе»? Или все же в стихе отделяются взрослые женщины от девочек в возрасте до 3 лет и 1 дня (с этого возраста они считались женщинами)? Ибн Эзра вообще прочитывает стих таким образом, что речь идет не только о детях-девочках, но вообще о детях[888].

Далее, юных девственниц Моше предложил соплеменникам оставить в живых «для себя». Мудрецы разошлись в понимании фразы «для себя». Шимон бар Йохаи понял ее так, что на девочках, обращенных в иудаизм в возрасте до 3 лет и 1 дня, можно потом жениться[889]: зла они уже не принесут. Более того, Шимон бар Йохаи вывел из ст. 31:18, что на девочках могут жениться и священники: на том основании, что среди воинов, разгромивших мидианитян, был священник Пинхас. Впрочем, другие мудрецы с ним не согласились и решили, что «для себя» означает «в качестве рабынь и служанок».

◾ О проверке на девственность

Осталось теперь только прояснить исключительно важный вопрос, естественным образом возникший из вышеописанной дискуссии: каким образом Моше в полевых условиях, в массовом и спешном порядке мог срочно выявить среди захваченным мадианитянок девственниц, а потом выделить из них «годных» для соблазнения евреев? Вторая часть задачи решалась просто: р. Хана бар Бизна от имени р. Шимона Хасида предложил, в духе традиционного сюжета западноевропейской волшебной сказки, каждой испытуемой девственнице показать золотой налобник первосвященника, и те из женщин, которые бледнели, наверняка были способны соблазнить еврея, – их благополучно и казнили[890].

Но вот как быстро определить самих девственниц без длительного индивидуального осмотра? Тем более что вопрос был актуален не только для Моше и его воинов, но и для последующих поколений наших предков. Из Шофтим 22:12 нам известно, что «нашли они (сыны Израилевы) между жителями Иависа Галаадского четыреста девиц, не познавших ложа мужеского». Как же сыны Израилевы определили девственниц?

Обратимся к опыту мудрецов[891]. Изящный способ, позволяющий отличить девственницу от недевственницы, предложил р. Кахана. Способ настолько прост и естественен, что человечество должно быть раву безмерно благодарно. По точным данным р. Каханы, дам из Иависа Галаадского усадили голым задом на открытые винные бочки и принюхались к запаху изо рта. От недевственниц, т. е. уже имевших соитие с мужчиной, пахло вином, а у девственниц, в силу естественной преграды, винного запаха не наблюдалось: ароматы ротовой полости не достигали!

Изящный способ, позволяющий отличить девственницу от недевственницы, предложил р. Кахана.

Экспериментально этот способ проверил р. Гамлиэль[892] и даже разрешил супружеский конфликт новобрачных. Дело в том, что, согласно подписанной ими ктубе, в случае невинности супруги муж должен был ей выплатить 200 зузов, в противном случае – 100 зузов. Вот новобрачный и решил сэкономить, обвинив жену в недевственности. Молодая же супруга не желала терять бабки и заявила, что она до сих пор невинна, даже после первой брачной ночи, и потребовала выплаты всей суммы. Р. Гамлиэль, сначала проверив вышеописанный способ на двух рабынях – невинной и уже видавшей виды, – потом посадил на бочку юную супругу и убедился в ее девственности: изо рта у нее вином не пахло. Таким образом, жадный муж остался ни с чем, а его дорогая супруга получила всю причитающуюся ей сумму, с чем мы ее запоздало поздравим. Кстати, с учетом веса зуза и сегодняшней стоимости грамма серебра по курсу Сбербанка (мы не знаем точно, какой пробы было серебро, и возьмем среднюю, 875-й пробы) новобрачная отсудила около 40 тыс. руб. – сумму не такую большую, но мужика таки уела!

К сожалению, сейчас выделить потенциально опасную, т. е. готовую к соитию, девственницу довольно сложно: налобник первосвященника в музеях отыскать невозможно – разве что в подвалах Ватикана, где зловредные церковники, как известно, прячут все наши бесценные храмовые реквизиты. Но они нам их отдадут, скорее всего, только после прихода Машиаха. А вот идея с бочкой сохраняет актуальность до сих пор. Бочку с вином или пивом найти гораздо проще; в крайнем случае, девушку можно посадить на трехлитровую банку с самогоном.

Масэй

◾ О смерти Аарона

В главе Масэй сообщается о печальнейшем событии – кончине Аарона (Бемидбар 33:38–39). Собственно, о его кончине сообщалось и раньше, и более подробно (Бемидбар 20:22–29). Но мы отложили печальную новость на конец книги Бемидбар.

Итак, в преддверии кончины Ааарона его брат, Моше, и сын Аарона, Элеазар, сделали все, как им велел Бог. Они взошли с Аароном на гору Ор. Потом Моше сказал Аарону, чтобы тот вошел в пещеру, где Аарон увидел застеленное ложе и горящую свечу. Аарон должен был умереть после того, как Элеазар облачится в его первосвященнические одежды – т. е. произойдет смена духовной власти. Поэтому Моше снял с Аарона священническое облачение. Обстоятельства раздевания довольно любопытны[893]. Ведь первосвященнические одежды всключают в себя и исподнее – штаны, о которых мы уже говорили подробно. Так неужели Аарон мог голый стоять, пока Элеазар надевал его облачение? Конечно нет! Но это еще не все. Ведь на Элеазара сначала надо было надеть штаны, а потом верхнее облачение. А как Моше мог снять с Аарона штаны раньше верхнего облачения? И вот тут произошло сразу несколько чудес. Вмешалось Присутствие Божье, которое чудесным образом раздело Аарона в нужном порядке и нарядило в его одежды Элеазара. Потом Моше велел Аарону лечь на ложе, вытянуть руки, закрыть рот, закрыть глаза. Аарон все исполнил точно, как ему велел Моше[894].

После чего Аарон спокойно отошел в мир иной. Моше с Элеазром сошли с горы, и Моше сообщил собравшемуся народу, что Бог «сокрыл для жизни вечной» его брата[895].

А надо сказать, что народ очень любил Аарона – это был добрый чуткий человек, всегда идущий навстречу пожеланиям народных масс, в минуты всеобщего отчаяния соорудивший для людей Золотого тельца.

А вот его брата Моше народ не любил. Моше был совсем не чутким – он периодически расправлялся с неугодными; его вечно обвиняли в том, что вытащил людей из Египта, где им были обеспечены кров и пища, и потащил их неизвестно куда, заставил их голодать в пути и претерпевать прочие неудобства. Обвиняли его и в разных вполне прозаических грехах: масштабном воровстве при строительстве скинии[896], в соблазнении чужих жен[897] и т. д.

И не случайно после смерти Аарона подозрительные израильтяне не поверили объяснениям Моше, что Аарон вот просто так умер. Они считали, что Ааарон мог «противостоять ангелу смерти»[898]. В итоге народные массы пришли к выводу, что это Моше сам убил своего брата, то ли будучи человеком грубым и несдержанным[899], то ли из зависти к популярности брата – ведь он сам хотел пожизненно стать первосвященником[900]. Да и отношения между братьями давали к этому повод. Как мы помним, Аарон с Мириам судачили насчет того, что Моше не спит с Ципорой (Бемидбар 12:1)[901], за что оба были даже наказаны проказой (Бемидбар 12:10)[902]. А после истории с Золотым тельцом Моше вообще хотел убить Аарона[903].

Впрочем, по некоторым сведениям, часть народа посчитала, что это сын Аарона, Элеазар, убил отца, поскольку хотел занять его место первосвященника. В любом случае собравшаяся у горы толпа потребовала, чтобы Моше привел Аарона здоровым и невредимым, иначе забросают его камнями[904]. И только по его молитве Бог открыл пещеру и поднял в воздух ложе Аарона, этим чудом отведя подозрения от Моше[905]. В итоге Моше, слава богу, не пострадал от разъяренной толпы соплеменников.

Но это все рассказывается применительно к версии смерти Аарона в кн. Бемидбар. А в книге Дварим просто сказано, что «там умер Аарон и погребен там» – в неизвестном нам месте Мосера (или Мосерот) (Дварим 10:6). Судя по описаниям путешествия евреев из Бемидбар (33:31–37), это место находится довольно далеко от горы Ор – на расстоянии семи длинных отрезков пути евреев по пустыне. Мудрецы по-разному обосновывали правильность и совместимость обоих повествований. Ибн-Эзра приводит соображения о специфическом понимании слова «там»[906]. Рамбан под «Мосера» понимает совсем иное место, в долине под горой, и пишет, что израильтяне просто оплакали Аарона под горой, местом его захоронения[907].

Ну и, наконец, есть еще одно объяснение: когда Аарон умер, то облачный столп над станом израильтян исчез, и на них решили напасть хананеи. Израильтянам пришлось срочно повернуть назад и пройти, не без приключений и взаимных стычек, длинный путь обратно до Мосеры, где они совершили надлежащие похоронные обряды по Аарону[908]. Эти все объяснения, несомненно, правильные, но туманные – конкретную фразу «умер и погребен» понять как «оплакан» довольно сложно.

Дварим

◾ О непреходящих уроках ведения бизнеса

В главе Дварим нам преподан краткий, но очень значимый урок. Как мы знаем, каждое сообщение Торы несет в себе важный смысл, каким бы отвлеченным оно ни казалось.

Речь в начале главы идет об указаниях Бога израильтянам, в каких именно регионах Святой земли как вести себя по отношению к местным народам – с кем договариваться, кого просто истребить и т. д. – чтобы в итоге поселить там израильтян.

В ст. Дварим 2:23 нам сообщается: «И авим, живших в селениях до самой Газы, кафторим, вышедшие из Кафтора, истребили и поселились на месте их». Зачем вдруг нам рассказывается о конфликте авим с кафторим? Какое отношение имеет к нам этот, казалось бы, сторонний конфликт? И мудрецы Талмуда нам дают внятное и актуальное до сегодняшнего дня объяснение[909]. Перескажем простыми словами их объяснение, которое развернуто приводят и последующие комментаторы[910].

Некогда филистимский царь Авимелех потребовал клятвы с Авраама: «И теперь поклянись мне здесь Богом, что ты не обидишь ни меня, ни сына моего, ни внука моего; и как я хорошо поступал с тобою, так и ты будешь поступать со мною и землею, в которой ты гостишь». Авраам поклялся (Берешит 21:23–24). Фактически это означало, что Авраам не должен забирать земли у трех поколений филистимлян.

Клятву нарушить нельзя, и Бог пошел на хитрый трюк. Он натравил кафторим на авим, «которые и есть филистимляне» (Хуллин 60б). Кафторим хапнули землю у авим, а теперь израильтяне могут с полным правом хапнуть землю уже у кафторим. И клятва не нарушена, и земля наша.

И такой трюк проделывается еще раз. В Бемидбар 21:26 нам сообщается, что «Хешбон был город Сигона, царя Аморрейского, и он воевал с прежним царем Моавитским и взял из руки его всю землю его до Арнона». «Какой практический смысл в знании этой информации?» – задают риторический вопрос мудрецы. И приводят аналогичное объяснение[911].

Нам дается важнейший повседневный урок: как прибрать что-то к рукам, оставшись юридически чистыми и не нарушая УК.

Бог велел Моше в Дварим 2:9: «Не вступай во вражду с Моавом и не начинай с ними войны». А как можно не вступать в войну и одновременно захватить землю? Очень просто. Бог попускает завоевание Сигоном Моава (или, опять же, сам натравливает Сигона на Моава): «Пусть Сигон придет и отнимет землю у Моава». И уже потом «придет Израиль и отнимет ее у Сигона». И с Моавом войны не было, и землю хапнули.

Таким образом, нам дается важнейший повседневный урок: как прибрать что-то к рукам, оставшись юридически чистыми и не нарушая УК. Ты обладаешь хорошими связями во властных структурах, присматриваешь перспективное предприятие, банк или землю, и через эти самые структуры насылаешь туда прокуратуру. Руководство предприятия сажают за разные страшные преступления, предприятие выставляют на аукцион, а ты уже избран в качестве покупателя и покупаешь в десять раз дешевле, чем оно стоило.

И урок уже вовсю используется в наше время, к сожалению, без ссылок на драгоценный источник.

◾ Сколько звезд и сколько евреев

В главе Дварим Моше рассказывает историю былых приключений, достижений и неудач. В частности, он поведал, что Бог размножил евреев, и они «ныне многочисленны, как звезды небесные» (Дварим 1:10). Каждое число и слово в Торе незыблемо верны, и поэтому возникает естественный вопрос: а сколько же всего звезд на небе?

Ответ нам дает сам Бог[912]. По сообщению р. Реш Лакиша, Израиль упрекал Бога, что тот покинул и забыл евреев. Бог же в ответ на упреки рассказал Израилю, как Он прицеплял звезды к тверди небесной. На основе точных данных, приведенных Богом в Его рассказе, несложно посчитать число звезд на нашем небосклоне.

Итак, всего звезд на небе 106 434 миллиарда. Это очень много. И кажется, что соответствие евреев этому количеству звезд – все же аллегория. Где они тут все разместятся?

Ваэтханан

◾ Как и в каком положении можно читать Шма

В главе Ваэтханан, чрезвычайно насыщенной и глубокой, фактически формулируется идея монотеизма: «Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, Господь един есть» (Дварим 6:4).

Эта фраза, начинающаяся со слов «Шма Исраэль… (Слушай, Израиль)», получила название «Шма», является эпицентром еврейского миросозерцания и занимает огромное место в нашей религиозной традиции и литургии. С ней шли на смерть прославляющие имя Бога, ей приписывались магические свойства. Текст Шма помещается в мезузу и тфилин.

Шма следует произносить дважды в день, утром и вечером. Разумеется, произнесение ее требует внутренней собранности, погружения в ее великий смысл. Но наши мудрецы уделяли немалое внимание и тому, чтобы Шма произносилась при подобающих внешних условиях, и в святом Талмуде обсуждению этих условий посвящено немало страниц. Попытаемся очень кратко обсудить их.

Прежде всего, во время произнесения Шма надо вести себя достойно. Р. Ицхак бар Шмуэль бар Марта учил, что в этот момент нельзя говорить и делать знаки посторонним, а именно подмигивать, делать намеки губами и показывать пальцами[913].

Надо соблюдать и внешние приличия. Шма требует, чтобы в момент ее произнесения в человеке было все прекрасно, как по Чехову.

Человек должен пребывать в состоянии скромности.

Можно читать Шма, когда человек сидит в микве и тело его по шею скрыто под водой. Но если вода прозрачная и гражданин видит свои гениталии, разве можно читать Шма? Есть мнение, что если он взболтает воду ногой и гениталий не будет видно, то можно читать Шма. Разгорелся спор, можно ли гражданину читать Шма в случаях, когда его сердце видит гениталии или пятки видят гениталии. Выясняется, что разрешено и в том, и в другом случае. Но вот если пятки касаются гениталий, то читать Шма нельзя[914]. В принципе, занимающийся йогой гражданин может принять такую позу, но ему тогда нельзя прочесть Шма.

Голая задница срамом не является, и читать Шма можно.

Далее р. Йехуда отметил, что нельзя читать Шма в присутствии голого нееврея, поскольку созерцается его половой орган. На попытку возразить, что запрет читать Шма в присутствии голого человека обращен только к евреям, р. Йехуда твердо отметил, что речь идет о неевреях тоже. После продолжительной дискуссии мнение р. Йехуды победило.

По той же причине нельзя читать Шма лежащим в одной постели голым евреям, если они лежат лицом друг к другу. Но если они отвернут лица в разные стороны, то читать Шма можно. Но возник интереснейший вопрос: а если мужчины лежат спинами друг к другу, ведь их задницы соприкасаются, и это неприлично! На что ему р. Гуна ответил, что голая задница срамом не является, и читать Шма можно. Дальше идут длинные рассуждения, что если в одной постели пребывают жены, дети, еще прочие домочадцы, можно ли читать Шма? После дискуссии остановились на том, что от жены можно не отделяться – это «одна плоть». Если дети малые, то можно и не отделять их. А вот что касается других домашних, то можно читать Шма, только отделившись от них – например, одеялом[915].

◾ Пространство для чтения Шма

Нельзя и производить определенных действий при чтении Шма.

Нельзя читать Шма в момент мочеиспускания, но когда оно завершилось, то можно – при условии, что моча уже не должна быть влажной. Поверить это можно по ее высохшему следу на земле. Но нельзя произносить Шма не только в случае дефекации, но и в присутствии экскрементов – причем даже высохших. Упоминание «высохших» экскрементов немедленно повлекло вопрос, а как определить это состояние. Р. бар Хана ответил: если ты кидаешь комок говна, и он рассыпается, то оно высохло. Если же его можно перекатывать, то оно еще не высохло. Впрочем, Мар Зутра высказал альтернативное мнение, что при высохшей куче читать Шма можно[916].

Параллельно возникла дискуссия[917], можно ли читать Шма, если рядом находится ночной горшок с содержимым. Р. Закхей при этом поинтересовался, насколько важно месторасположение горшка. Р. Шимон бен Гамлиил ответил, что если горшок под кроватью (т. е. кровать отделяет человека от горшка), то можно, лежа на кровати, читать Шма. Однако Шимон бен Элеазар возразил, что сколь большой ни была бы комната, горшок надо отодвинуть на расстояние около 1 м 80 см или засунуть под кровать. По этому поводу разгорелся спор, что имел в виду Шимон бен Элеазар. Были выдвинуты две версии: 1) когда горшок уже под кроватью, то сразу можно читать Шма, а если перед кроватью, то надо его отодвинуть на 1 м 80 см и после этого читать Шма; 2) если горшок под кроватью, то надо его отодвинуть на 1 м 80 см, а если перед кроватью – то вообще нельзя читать Шма. В итоге мудрецы остановились на первом варианте.

Но возникла еще одна любопытная гипотетическая ситуация для обсуждения. Если высота кровати меньше 30 см, то пространство между его дном и полом считается ничтожным, несуществующим. Соответственно, и говно под кроватью – в горшке или кучкой – тоже считается несуществующим. И наоборот, если дно кровати с лежащим на ней евреем возвышается над полом больше чем на метр, то она попадает уже в отдельный домен, и говно уже не имеет отношения к кровати с возлежащим на ней евреем. Р. Йосеф поинтересовался на этот счет у р. Гуны: а если высота кровати от 30 см до метра, можно ли тогда, лежа на ней, читать Шма? Р. Гуна честно ответил, что не знает[918].

В любом случае в Дварим 23:13 содержится требование «зарой испражнение свое», т. е. говно надо убрать или прикрыть. Нельзя читать Шма в присутствии человеческого, куриного, собачьего, свиного говна, вообще плохо пахнущей кучи или еще чего-то отвратительного. Но если отойти на расстояние более пяти метров или чтобы куча скрылась из виду, то читать Шма можно. От всех других источников вони можно отойти на расстояние не менее двух метров и прочесть Шма. Но если кучка маленькая, то, как заповедал р. Абайе, можно просто плюнуть на нее: слюна считается прикрытием. Причем р. Рава заметил, что плевок должен быть достаточно густым, и добавил, что если говно находится в ямке, то читать Шма можно, прикрыв ямку ботинком. Тогда р. Мар бен Равина задал вопрос: а что, если говно прилипнет к подошве ботинка, можно ли читать Шма – ведь тогда получается, что, с одной стороны, ботинок – прикрытие, а с другой – вроде бы и не прикрытие. Но пытливый р. Мар Бен Мара так и не получил ответа на свой актуальнейший вопрос[919].

Ну и в заключении отметим, что если во время изучения Торы в комнате кто-то испортил воздух, то изучение Торы можно продолжить, но вот Шма читать все-таки нельзя[920].

Мы рассмотрели только небольшую часть возможных ограничений на чтение Шма. Мудрецы очень много времени посвятили дискуссиям на эту тему, и – шире – на тему условий, которые надо соблюдать во время молитвы. И из их заветов следует, что приступать к чтению Шма надо с величайшим благочестием и при только абсолютной духовной и физической чистоте.

◾ О гендерной иерархии ценностей

В главе Ваэтханан содержится важнейшее предписание – запрет «сотворить зло – сделать себе изваяние, какое-либо изображение в виде мужчины или женщины» (Дварим 4:16). Здесь не просто упоминается запрет на изготовление идола (кумира), но и приводится расшифровка запрета второй заповеди из Декалога («не делай никакого изображения»): нельзя делать изображения мужчины и женщины. К несчастью, этот строгий запрет под влиянием богопротивных эллинов, разных хитроумных уловок и толкований превратился в широко распространенную практику т. н. изобразительного искусства, пропагандирующего похоть и идолопоклонство.

Казалось бы, запрет ясный. Но в мудром комментарии Сончино на Дварим 4:16[921] не случайно понадобилось отдельно выделить фразу «в виде… женщины». Приведем полностью этот комментарий:

«В иврите не существует слова “богиня”. При необходимости описать божество женского пола пророки пользовались тем же самым словом, которое обычно употребляется для обозначения идола… Это свидетельствует о том, что сама идея соотнесения Божественного начала с женским образом была отвратительна для сынов Израиля».

Иначе говоря, с мужчиной божество тоже не годится отождествлять, но это все-таки не так отвратительно. И тривиальный факт бога-мужчины даже отдельного комментария не удостоился. Но вот уж божество-женщина – просто ужас! Это вообще ни в какие ворота не лезет!

Светским аналогом этой глубочайшей мысли представляется следующий анекдот:

– Сарра, говорят, ты мне изменила…

– Это неправда!

– Да еще с итальянцем…

– Это уже совсем неправда!

Да, чуткое понимание семейного блага и сочувствие к одиночеству побеждало в душе наших сердобольных предков, и популярнейшая в древнем монотеистическом Израиле богиня Ашера частенько скрашивала одиночество Единого Бога.

Но мы не должны повторять трагических ошибок древних израильтян, какое бы сочувствие мы не испытывали к одинокому Единому! Помните об этом!

Эйкев

◾ Как выявить греховодника?

В главе Эйкев содержится строжайшее предписание предавать огню языческих богов (7:25). И наши предки свято следовали этому правилу.

Мы помним, как Моше расправился с Золотым тельцом: «И взял тельца, которого они сделали, и сжег его в огне, и стер в прах, и рассыпал по воде, и дал ее пить сынам Израилевым» (Шмот 32:20).

Но тут возникают некоторые вопросы о технологии ликвидации идолов, в частности, золотых. Наши мудрецы, к сожалению, не уделяют этому вопросу особого внимания, а вот христианский комментатор Джон Гилл в XVIII в. восполнил пробел, подробно и точнейшим образом объяснив эту технологию.

Он рассказывает, что Моше расплавил тельца так, что он потерял свою форму и превратился в слиток, после чего растер в порошок. Тут Гилл предполагает два возможных варианта: то ли имело место раскалывание слитка на тонкие пластины, а затем их распиливание на мелкие кусочки, то ли какая-то неизвестная технология, которой Моше научился у древних египтян. Второе предположение, по Гиллу, находит подтверждение у современных ему химиков, доказавших, что «золото, хотя и очень вязкий и тяжелый металл, состоит из частей, которые можно отделить друг от друга и разделить на бесконечное количество более тонких частей. Гилл ссылается на знаменитого английского ученого Эдмонда Хэлли, которому удалось каким-то образом показать, что крупицу золота можно разделить на 10 тыс. частей. Но гораздо более впечатляет ссылка Гилла на некоего д-ра Кейля, показавшего, что кубический дюйм золота делится на 47 619 047 частей. Как удалось д-ру Кейлю достичь таких точных результатов, останется вечной загадкой. А точность его цифр вызывает в памяти точность подсчетов наших мудрецов и достойна уважения. Другие вычисления указанных ученых не менее впечатляющи: Так, д-р Галлей выяснил, что сусальное золото, которым позолочены серебряные нити, не толще одной 1/124 500 дюйма.

Если она действительно виновна, то ее живот вздуется, ее будет пучить, и она благополучно сдохнет.

Иначе говоря, д-р Гилл объясняет, что Моше удалось измельчить тельца так, что он превратился фактически в порошок. Зачем нужно было растереть тельца в порошок? Чтобы он плавал на поверхности воды, а не опустился на дно. Далее Моше должен был высыпать золотой порошок в некоторый стоячий водоем (река бы его унесла), который д-р Гилл обнаруживает на Синае, на месте нынешнего монастыря св. Екатерины.

И уже тогда Моше напоил сынов Израилевых смесью порошка с водой. Зачем надо было поить людей? Чтобы от идола ничего не осталось и его нельзя было бы использовать в разных суеверных целях, а также чтобы показать глупость граждан, поклонявшихся тельцу. А заодно, пишет Гилл, чтобы выразить крайнее отвращение к тельцу – смесь, выпитая грешниками, проходит через их пищевод и превращается в говно. Вот что они заслужили!

Потом провинившиеся были наказаны за свое преступление: грохнули 3 тыс. греховодников. Меня многие годы занимал вопрос: грохнули только 3 тыс. из 600 тыс. И это всего лишь?! Если виновных, то что, только 3 тыс. приняли участие в вечеринке, а 597 тыс. отказались?!

У выпивших смесь участников оргии, целовавших тельца, верхняя губа стала золотой

Но интереснее другое: как выявили эти 3 тыс.? Настучали на них? Вроде нет: большинство комментаторов ссылается на повеление Моше из Шмот 32:20: «и взял тельца, которого они сделали, и сжег его в огне, и стер в прах, и рассыпал по воде, и дал ее пить сынам Израилевым» – что именно так и выявили виновных. Выпить смесь, по сути, означало воспроизвести чудесную процедуру «сота», проверку жены на неверность. Как мы помним, подозреваемой жене дают выпить смесь пыли из святилища с водой. Если она действительно виновна, то ее живот вздуется, ее будет пучить, и она благополучно сдохнет. Так и теперь, все израильтяне выпили смесь золотого порошка с водой, и у того, кто участвовал в вечеринке, вздулся живот и его пучило. Таких потом и грохнули, уже мечом (Шмот 32:27–28)[922]. Единственный, кажется, комментатор дал иное объяснение[923]: у выпивших смесь участников оргии, целовавших тельца, верхняя губа стала золотой, и именно так грешников опознали. Но есть и менее романтическая версия, которая мне нравится больше всего. Крупный английский юрист XVII в., ученый и писатель, знаток иудаизма Джон Селден утверждает, что у виновных после выпитой смеси пожелтела борода. При этом Селден ссылается на древних еврейских мудрецов. Но кто из мудрецов и где сообщил такой факт, вроде осталось неизвестным. Поэтому остается рассчитывать только на твердые исторические сведения насчет пучить и золотой губы.

Однако та же память о замечательном обряде «сота» породила другую концепцию. Израильтяне, как мы знаем, подозревали Моше, что он соблазняет их жен. И потому они сами хотели заставить жен выпить смесь, чтобы это проверить[924]. Моше, услышав это, даже на землю упал от стыда[925]. И даже поставил свой шатер вне стана, не выдержав сплетен[926].

Ръе

◾ Про сестер наших меньших

Дорогие друзья!

В главе Ръе благочестивому еврею предъявляется довольно много требований. И прежде всего, мне хочется остановиться на том, что можно кушать. Так, из всего, что обитает в воде, кушать можно только рыб, у которых есть чешуя и плавники (Дварим 14:9).

Сразу отметим, что рыба – это не просто рыба. Рыба, человек и Шаббат особенным образом связаны друг с другом через благословения, данные Богом в последние дни Творения (Дварим 1:20–31). Соответственно, рыба не могла не отличаться особой святостью, как и некоторые другие кошерные живые существа, и не могла не чувствовать святость субботы. Но конечно же, это не относится к разного рода мерзким белугам, севрюгам и осетрам, порождающим отвратительную и богопротивную черную икру.

И наши сестры меньшие проявили величайшее достоинство в ходе истории. Так, р. Ханина бен Аббаху рассказывает[927], что семьсот видов кошерных рыб, восемьсот видов кошерных кузнечиков и бесчисленные кошерные птицы из солидарности отправились вместе с евреями в вавилонское изгнание. А потом все вернулись вместе с евреями на родину – кроме одной рыбы-предательницы под названием «шибута», которая предпочла остаться в гостеприимном Вавилоне. Причем у этой рыбы, по историческому свидетельству р. Нахмана, съедобны мозги[928], которые по вкусу схожи со свининой. Раши подтверждает мысль р. Нахмана[929]. Трудно сказать, когда р. Нахман и Раши пробовали мозги шибуты и откуда им известно про вкус такой сверхмерзости, как свинина, но наши мудрецы знают все, им даже пробовать необязательно. Между прочим, шибуту альтернативно отождествляют с нашими родимыми кефалью, палтусом и камбалой (тюрбо). Кто-то пробовал мозги кефали, палтуса и камбалы, может ли сказать что-то об их вкусовой близости к свинине?

Шабтай не плавает по субботам вместе с рекой Саббатион, которая по субботам не течет, и с геенной, по субботам не работающей.

В рамках дискуссии о том, какую еду, купленную у неевреев, можно считать кошерной, фигурирует рыбка кильбит[930]. Р. Хинена бен Айди и р. Ада бен Ахава сообщили, что если уха куплена у нееврея, то присутствие там рыбки кильбит указывает на кошерность ухи. При этом дискуссия разворачивается вокруг вопроса, одна или две плавающие рыбки кильбит свидетельствуют о кошерности ухи? Мудрецы заключили, что одна рыбка может случайно попасть в кастрюлю, а вот что две – это уже маловероятно. Поэтому постановили, что в случае открытой кастрюли с ухой необходимо наличие в ней двух рыбок кильбит, а в закрытой – одной. С другой стороны, если неевреи предложили несколько открытых кастрюль с ухой, и хотя бы в одной из них кильбит плавает, то и из других кастрюль можно уху съесть – значит, другие рыбки кильбит из кастрюль просто выпрыгнули. В этом важном заявлении р. Ада сослался на выводы трех выдающихся ученых – Рава, Шмуэля и Йоханана. Между прочим, эта кильбит почему-то наводит ужас на кита, по сведениям мудрецов[931].

Доводилось мне читать и о других подвигах наших ближних, о чем спешу вам поведать. Они не всегда отсылают к точным историческим источникам, но невозможно не поверить в их подлинность – они всегда вызывают слезы радости, умиления и гордости за наше чудесное Творение.

Радак в толковании на главу Берешит рассказывает о морской рыбе шабтай (несмотря на схожесть именований, я не верю, что она может быть предательницей! Это другая рыба!). Шабтай не плавает по субботам (вместе с рекой Саббатион, которая по субботам не течет, и с геенной, по субботам не работающей[932]) и отдыхает весь день вблизи от берега или скал[933]. Своей праведностью эта рыба выгодно отличается от своего тезки Шабтая Цви, сбивавшего евреев с путей Божьих.

Хотя всю субботу антисемиты били ее мечами и дротиками, но она не сдвигалась с места вплоть до самого исхода субботы.

Еще видел ссылки на две чудесных истории. Одна повествует[934] о некоем мудреце, узнавшем, что шабтай водится только в Персии. Он туда отправился и обнаружил, как на закате в пятницу шабтай выпрыгивает на сушу. А дальше, подобно своим собратьям-евреям, шабтай героически отстаивала право на Шаббат, претерпевая неслыханные мучения. Хотя всю субботу антисемиты били ее мечами и дротиками, но она не сдвигалась с места вплоть до самого исхода субботы. Еще ссылаются на рассказ[935] мудреца из Измира о рыбе, достигшей высшего уровня святости. Чтобы уподобиться более высокоразвитым кошерным Божьим творениям, она научилась отрыгивать жвачку. Зовут эту рыбку просто – фиш.

Друзья, когда в тихом рыбном ресторанчике мы вкушаем восхитительные кошерные дары морей, давайте никогда не будем забывать славную и героическую историю наших кошерных сестер меньших…

Шофтим

◾ Об уроках семейной психологии от царя Давида

В главе Шофтим перечислены требования к царю Израиля – в том числе что он не должен обзаводиться «множеством жен, дабы не развращалось сердце его» (Дварим 17:17). Вероятно, это требование связано как с опасением вредного влияния жен-язычниц, что сказалось потом на царе Шломо, так и с широко известным общим развращающим влиянием женщины на мужчину, которое невозможно перебороть ничем, даже молитвой.

Однако отцу Шломо, нашему величайшему и лучшему царю Давиду, было свойственно качество, сводившее на нет любые законодательные ограничения – а именно необузданная сексуальная энергия. В этом смысле очень показателен один разговор Давида с Богом[936]. По историческому свидетельству р. Йехуды со ссылкой на р. Раву, Давид пожаловался Богу, что его имя не упоминается в молитве Шмоне-Эсре: «Вот о Боге Авраама, Ицхака и Яакова говорится, а о Боге Давида – нет». Бог на это ответил, что трех праотцев он подверг испытанию, а Давида не испытал. На немедленное предложение Давида испытать и его (Теилим 26:1) Господь ответил, что проверит его на предмет главной слабости – любвеобильности. Вероятно, Бог настолько был уверен в исходе дела, зная Давида, что даже дал ему фору в сравнении с праотцами: тех он заранее не предупреждал о характере испытаний, а Давиду сообщил, что подвергнет его испытанию с замужней женщиной (отношения с которой запрещены). Давид согласился, но Бог в нем не ошибся.

Давид, предполагая, что Бог может испытать его в любую секунду, стал заниматься с женами сексом не ночью, а днем – надеясь, что днем ему удастся устоять перед вожделением. По крайней мере, именно таким изящным и таинственным образом толкуют мудрецы, казалось бы, вполне бытовой стих из Шмуэль Бет 11:2 («Однажды под вечер Давид, встав с постели, прогуливался на кровле царского дома»). И вот так прогуливаясь, Давид увидел пяти- или шестилетнюю красавицу Батшеву[937] со всеми вытекающими последствиями. В итоге Давид, несмотря на все тренинги и успехи личностного роста, не устоял перед вожделением и испытание Господне провалил.

Свой сексуальный напор Давид сохранял до глубочайшей старости. Даже будучи больным, Давид исполнял супружеский долг со всеми восемнадцатью женами (большее количество царю, к сожалению, не полагалось[938]) – именно так трактуют мудрецы слова «омывая ложе мое» в Теилим 6:1: «Утомлен я воздыханиями моими: каждую ночь омываю ложе мое, слезами моими омочаю постель мою»[939]. Хотя, надо признать, эта интерпретация внешне более очевидна, чем предыдущая.

Давид, предполагая, что Бог может испытать его в любую секунду, стал заниматься с женами сексом не ночью, а днем – надеясь, что днем ему удастся устоять перед вожделением.

А на закате жизни царя Давида очень любопытная и поучительная история произошла у него с юной девственницей шунамиткой Авишаг[940], которую слуги пригласили, чтобы она согревала мерзнущего старика в холодной постели (с условием «интим не предлагать»). Авишаг свою функцию исправно выполняла (Млахим Алеф 1:1–3). Но как это нередко бывает, со временем юная и практичная Авишаг обнаглела и вознамерилась выйти замуж за престарелого царя путем его соблазнения. Однако тот ей отказал, сославшись на предельное количество жен, которых он уже имеет. А внебрачным сексом, как порядочный мужчина, он не занимался. Но хитрая Авишаг, прекрасно зная, как можно больно уязвить мужчину, ядовито намекнула: Давид, видимо, уже по немощи своей не способен удовлетворить женщину. Дурочка, она не знала наших!..

Давид оскорбился, приказал позвать Батшеву и на глазах наглой Авишаг трахнул Батшеву тринадцать раз подряд. Намек провалился.

Великие уроки Торы. Настоящая мужская сила в сочетании с абсолютной порядочностью и верностью семейным устоям. Нам есть чем гордиться и чему учиться у наших предков.

Ки Теце

Глава Ки Теце насыщена важнейшими законами, и некоторые из них мы разберем. Отметим, глава может оказаться самой длинной во всей этой книге, но терпеливое прочтение ее, надеюсь, будет вознаграждено возросшей духовностью читателя.

◾ Об изголодавшихся

Уже в самом начале главы обсуждается, что делать, если вам понравилась взятая в ходе военных действий пленная женщина, и вы хотите взять ее к себе в дом в качестве жены (Дварим 21:11–12). Обычно для широкой публики эти стихи комментируются таким образом, что лучше в жены иноплеменниц не брать, но если уж очень полюбите… Однако по какой-то таинственной причине обычно не приводится комментарий из Талмуда, что изголодавшемуся солдатику можно удовлетворить свое желание[941], а уже потом приступать к ознакомлению со стихами книги Дварим о дальнейших действиях с пленницей (21:12–14). Оговаривается, что статус женщины – замужняя она или нет – не имеет значения, потому что языческие браки силы не имеют. Однако страсть воина все же подвергается строгим ограничениям. Изнасилование допускается только одной пленницы, но не двух, и изнасилование должно быть однократным. Разрешение на изнасилование приводится не само по себе, а в ходе дискуссии, может ли солдат-священник удовлетворить свою половую страсть, как и простой солдат, – для последнего право на изнасилование не подвергается сомнению. И Маймонид объясняет, что для священника это возможно, пока женщина еще язычница – с обращенной в иудаизм уже другие отношения, требующие выполнения специальных условий[942].

Но возникает естественный вопрос, где воин может осуществить изнасилование – на поле боя или еще где-то. По мнению Маймонида, удовлетворить свое желание надо не на поле боя, а в укромном месте[943]. Причем это вывод делается на основе Дварим 21:12 («Приведи ее в дом свой…»).

Такова реальность войны. Увы, на протяжении многих веков, вплоть до наших дней, изнасилование пленниц или местного населения в ходе военных действий – печальная реальность. Часть мудрецов (хотя не все заостряют на этом вопрос) только ее фиксируют как неизбежность, как дань «дьявольским инстинктам»[944], но все же требуют себя как-то сдерживать.

◾ О смелых вопросах

В главе справедливо указывается на то, что чужие вещи надо отдавать хозяину (Дварим 22:1–3). Но, естественно, вопрос находок вызвал горячее обсуждение у наших мудрецов.

Например, вы нашли цыпленка, что с ним делать? На этот счет в Мошне[945] есть указание: если цыпленок найден на расстоянии менее 22,5 м от вашего курятника – то принадлежит вам. Если цыпленок найден на расстоянии свыше 22,5 м, то он принадлежит тому, кто его нашел. Принадлежность такого цыпленка вам исключается: по словам р. Уквы бар Хамы, птица, способная только прыгать по земле (а цыпленок относится именно к таковым), не может пропрыгать более 22,5 м. Если цыпленок обнаружен между двумя курятниками, то принадлежность цыпленка определяется тем, ближе к какому он найден. Если же цыпленок найден посредине между курятниками, то цена цыпленка делится между ними пополам.

Мудрецы стали дискутировать: а если один курятник больше другого – значит, и вероятность принадлежности цыпленка большему курятнику выше? Но тут вмешался хитроумный р. Ирмейя и задал вопрос: «А если одна лапка цыпленка находилась на расстоянии менее 22,5 м от курятника, а вторая его лапка – на расстоянии больше 22,5 м – каков закон в таком случае?» Ответа бедному Ирмейи не дали, а выгнали из дома учения и продолжили дискуссию. Насчет того, почему его выгнали, мудрецы тоже спорят. Раши полагает, что вопрос был дурацкий, и Ирмейя просто издевался над коллегами-раввинами[946]. А вот тосафисты полагают, что Ирмейя имел наглость подвергнуть сомнению вывод мудреца Мишны насчет невозможности для птицы пропрыгать больше 22,5 м, и потому его выгнали[947].

Если у мальчика две головы, на какую из них он в первую очередь должен накладывать тфилин?

Кстати, как мы помним, были и еще случаи, когда мудрецов выгоняли из дома учения за неправильные вопросы. В главе Тазрия мы разбирали, как р. Пелейму выгнали за вопрос к р. Йехуды а-Наси: если у мальчика две головы, на какую из них он в первую очередь должен накладывать тфилин?

Какой урок мы можем отсюда вынести? На всякий случай, не задавайте вопросов, пусть даже и мудрых, но которые могут показаться дурацкими, особенно начальству. Береженого бог бережет.

◾ Немного из талмудической зоологии

Положение из нашей главы о запрете впрягать вместе вола и осла (Дварим 22:10), как и сходные запреты – засеивать поле разными культурами, делать одежду из льна и шести и т. д., – породило оживленную дискуссию мудрецов[948]. Мудрецы решили, что эти запреты объединены общей идеей недопустимости смешения двух разных видов, будь то животные, ткани или сельскохозяйственные культуры. Но, естественно, возник вопрос, какие зоологические виды можно считать однородными и по каким признакам[949]. Так р. Хабиба указал, что хотя петух, павлин и фазан и могли бы считаться однородными, поскольку у них имеет место имбридинг, но это не так. И р. Шмуэль подтвердил, что даже вроде бы совсем близкие дикий гусь и домашний гусь считаются разнородными. Р. бен Ханан поинтересовался: не потому ли, что у одного длинная шея, а у другого короткая? Но, продолжил он, ведь арабский и персидский верблюды не считаются однородными, хотя у одного шея толстая, а у другого – тонкая? На этот парадокс р. Абайе ответил, что дикий и домашний гусь не из-за шеи разнородными считаются, а потому что у дикого гуся видны яйца, а у домашнего – скрыты. Р. Папа еще один фактор разнородности гусей привел: дикая гусыня по одному яйцу откладывает, а домашняя – сразу несколько. Тут же, к слову, р. Йермия жестко предупредил, сославшись на мнение р. Реш Лакиша: скрещивающий разнородных морских обитателей подвергается ударами плетью.

Тем временем р. Рехава задался еще одним парадоксальным и сугубо теоретическим вопросом: распространяется ли запрет Торы на случай, когда кучер впряг в одну телегу разнородных козу и рыбу шибуту (помните, мы обсуждали рыбу-предательницу, которая не вернулась с изгнанниками из Вавилона и у которой мозги по вкусу идентичны со свининой)?[950] Ведь поскольку коза не пойдет в воду к шибуте, а шибута – на сушу к козе, то они не будут трудиться совместно, и, следовательно, кучер запрета не нарушает. Но, с другой стороны, кучер по факту запряг шибуту и козу вместе – а совместное запряжение разнородной живности запрещено, и он должен быть наказан. В ходе увлекательной дискуссии мудрецы решили, что в одну телегу впрячь не можно козу и рыбу шибуту.

В любом случае мне был известен один доктор филологических наук, ныне, увы, покойный, который точно скажет: Иван Андреевич Крылов читал этот отрывок из Талмуда. Потому что, по его ученому мнению, все более или менее приличные писатели и художники почерпнули свои образы исключительно из еврейских писаний.

◾ О самом главном

Далее мы разберем необычайно важную заповедь. Я бы даже назвал ее важнейшей во всей Торе, если бы, как сказано выше, наши мудрецы не учили, что все заповеди равно важны.

Речь идет, конечно же, о предписании Дварим 23:13: «…Должна быть у тебя лопатка; и, когда будешь садиться вне стана, выкопай ею яму и опять зарой ею испражнение твое».

Сначала попробуем понять причины исторического предписания. Их несколько:

1. Необходимость соблюдения санитарных норм в стане. Ранее мы подсчитали, что общее число еврейских выходцев из Египта составляло 4 млн 200 тыс. чел. В среднем современный человек производит 200–300 г кала в день. Предположим, что аналогичные показатели были у вышедших из Египта евреев. Получается, что всего в стане производилось в день больше 720 тонн говна. Это при условии, что человек испражняется один раз в день, но это может происходить и несколько раз, и надо учитывать вероятность диареи. А поскольку стоянка занимала несколько дней, а то и больше, то можно представить, какое огромное количество экскрементов скопилось бы в стане; даже представить страшно. Поскольку передвижных туалетных кабинок в то время не существовало, то говно приходилось зарывать, иначе в условиях жаркого климата это привело бы к заражению огромных участков земли, появлению гигантского количества мух, разного рода паразитов, которые разносили бы инфекцию при такой скученности обитателей стана.

Далее, сами экскременты считались предметом нечистым. Пророк Йехиезкель запрещал готовить еду на топливе-говне (Йехиезкель 4:12–15). А ессеи, по свидетельству Иосифа Флавия, даже отказывались испражняться в субботу, чтобы не нарушить ее святость[951]. Эта же идея прошла через всю историю иудаизма. Так, в Шулхан Арух есть целая глава[952], посвящена правилам, как вести себя в сортире и открытом месте: нельзя садиться вдвоем, не следует садиться задом к Иерусалиму, подтираться правой рукой и средним пальцем левой (в связи с особенностями накладывания тфилин) и т. д. Как мы помним, в Талмуде[953] глубоко разбираются вопросы, можно ли читать Шма, если под кроватью ночной горшок с говном или просто рядом с молящимися находится кучка говна. Но возникает вопрос, почему нельзя было зарывать говно непосредственно в стане, а требовалось выходить за его пределы?

Ответ на это вопрос дает сообщение из Дварим 23:14: «Стан твой должен быть свят, чтобы Он не увидел у тебя чего срамного». Ведь чтобы испражняться, приходилось обнажать гениталии перед посторонними с учетом скученности в стане. А такое действие считается недопустимым, срамотой. Вспомним эпизод с напившимся вдрызг Ноахом, который заснул голый (Берешит 9:22–23). Священникам специально полагались штаны, чтобы при восхождении по лестнице к алтарю скрыть свою наготу (Шмот 20:26). Та же тенденция укрепилась в раввинистическом иудаизме, где лицезрение половых органов было запрещено. Р. Йехуда даже объясняет, почему женская грудь находится в верхней половине туловища: чтобы младенец при кормлении не видел гениталии матери[954]. Так и Бог тоже не должен был лицезреть гениталии справляющих надобности. Как мы помним, Бог сделал в наказание кривым негодяя Бильама, обвинившего Его в вуайеризме[955].

Но есть еще одна важнейшая причина, почему надо было покидать стан и зарывать говно вне его. Обратим внимание на сообщение из того же стиха Дварим 23:14: «Ибо Господь Бог твой ходит среди стана твоего». Бог пребывал в стане с израильтянами. Он не только открывался между двумя херувимами (Шмот 25:20–22) на алтаре, но и реально «ходил» среди стана. Чтобы понять эту мысль, обратимся к тексту известнейшего израильско-американского профессора, благочестивого ортодоксального еврея Джеймса Кугеля: «Во многих из ранних библейских текстов Господь, по-видимому, был реальным, физическим живым существом. Поскольку ранняя модель Бога предполагает наличие у Него тела, то не стоит удивляться тому, что многие места в текстах говорят о “лице”, “руке”, “глазах”, “ушах” и “пальцах” Господа… Тело Бога в этих ранних текстах не только не отличается существенно от человеческого тела, но и ненамного превышает его по размеру». Идея телесности Бога сохранилась, через века ее исповедовали многие выдающиеся раввины. Даже когда Маймонид ввел запрет на веру в телесность Бога в 3-м из своих 13 принципов веры, ему, как известно, резко возражал Рабад: «Почему он называет таких людей еретиками? Есть много более великих и превосходящих его, кто держится убеждений, почерпнутых ими из стихов Писания»[956].

Таким образом, если бы мы испражнялись на территории стана, прохаживающийся там Бог мог бы просто ступить ногой в кучу говна и оскверниться! И в результате покинуть стан, осиротив нас (Шмот 23:14)!

Поскольку накапливать экскременты было негде (о существовании горшков нам известно только с VI в. до н. э.), а по пустыне евреи путешествовали намного раньше, то при соответствующих позывах, когда терпеть уже сил не было, благочестивые израильтяне вынуждены были выходить за пределы стана. И они совершали тем самым физиологический и духовный подвиг. Сейчас мы поймем, почему.

Итак, в стане располагались 4 млн 200 тыс. чел., а в реальности наверняка намного больше. Попробуем определить площадь стана. Мы уже знаем (см. главу Бешалах), что насельнику стана, чтобы справить нужду, требовалось пробежать 17 км от точки своего проживания до той же точки в прежнем месте стоянки, позади нынешней. Т. е. в длину стан составлял 17 км. Мы не знаем, какая бралась минимальная санитарная норма жилплощади на одного человека в стане. В пустыне места много, поэтому возьмем такую норму, исходя из нормы площади на одного человека, предоставляемой в Москве на семью из 3 чел. – 18 кв. м. Тогда общая площадь стана составляла немногим больше 43,2 кв. км. Обычно стан представляется в виде прямоугольника. Т. е. его размеры, таким образом, составляли 17 × 2,5 км. Но это с учетом московских норм – несомненно, стан был намного более широким. Впрочем, мы могли бы и не считать, потому что в связи со смертью Моше указывается, что территория лагеря составляла 67 × 67 км[957]. Как это согласуется с данными о протяженности стана в 17 км, объяснить могут только мудрые раввины.

Но остается неразрешенным очень важный вопрос. Насельник проходил (или пробегал) 17 км, справлял нужду, закапывал говно и возвращался обратно. Но возникает вопрос: как можно терпеть нужду в течение такого длительного времени?! С какой скоростью надо было бежать, чтобы преодолеть 17 км? Не говоря уже о том, что общий путь туда-обратно составлял 34 км. А при диарее сколько надо было пробежать – по 100 км в день? И это не учитывая того, как решался вопрос с детьми – надо ли их было выводить за пределы стана?

Действительно, организмы были тогда другими, и бегали мы с несравненно большей скоростью – как нас и учат. К счастью, еще требование выходить за пределы стана не распространялось на малую нужду[958].

Но предписание Дварим 23:14 в любом случае остается той сокровищницей мысли и действия, из которой вышли все понятия современной санитарной гигиены и экологии, зеленой экономики, Альберт Гор и Грета Тунберг. И потому она не только запечатлена в св. Торе, но и будет вписана золотыми буквами в мировую историю.

◾ Одалживая корову для нестандартных услуг

Продолжаем внимательное изучение главы Ки Теце. В главе содержится важное ограничение на инвестиции: своему «брату», т. е. еврею, ни в коем случае нельзя давать деньги в рост (Дварим 23:20). Банкирами евреям быть дозволено только в нееврейском мире, с чем они неплохо справляются. Впрочем, они, кажется, не ставят данный стих из Дварим во главу угла своей благородной деятельности.

А вот великодушно одолжить какую-то вещь, чтобы временно ей попользоваться, разрешается. И тут, конечно, возникают вопросы. Вдруг с этой вещью случилось что-то нехорошее? Например, она была украдена, повреждена и т. д.? Все эти вопросы детально обсуждаются нашими мудрецами[959]: что за предмет, с какой целью одолжен и пр. От этого зависит, в каком случае хозяину следует возместить ущерб.

Так, р. Рами бен Хама поинтересовался: что говорит закон о человеке, который одолжил корову для того, чтобы вступить с ней в сексуальную связь, – и корова сдохла[960].

Почему он озадачился этой проблемой?

В главе Мишпатим подряд приводятся три закона:

1) Если кто одолжит у ближнего своего скот и ему будет нанесено увечье, или он умрет, а хозяина его при нем не было, то заемщик должен заплатить. Если же хозяин его был при нем, то не должен платить; если он взят был в наем за деньги, то пусть и пойдет за ту цену (Шмот 22:14–15).

2) Если обольстит кто девицу необрученную и переспит с нею, пусть даст ей приданое и возьмет замуж. А если отец не согласится выдать ее за него, пусть заплатит столько серебра, сколько полагается на приданое девицам (Шмот 22:16–17).

3) Всякий скотоложник да будет предан смерти (Шмот 22:19).

В святой Торе нет ничего случайного. Если стихи, раскрывающие эти законы, расположены рядом друг с другом, являются «смухим» (смежными), то они должны быть взаимосвязаны и могут быть, согласно герменевтическому правилу, подвергнуты сопоставлению. Так, например, из расположения рядом описания строительства Скинии (Шмот 25:1–31:11) и запрета на работу в субботу (Шмот 31:12–15) мудрецами было выведено, какие именно работы запрещены в субботу.

◾ О некоторых особенностях заключения левиратного брака

Теперь поговорим о т. н. левиратном браке: в Дварим 25:5 предписывается, что в случае смерти мужа (если он не оставил потомства) его вдова должна выйти замуж за своего деверя – старшего из оставшихся братьев покойного мужа, – и родившийся в этом браке первенец будет считаться сыном покойного. Теме левиратного брака, его заключения и условиям посвящены сотни страниц раввинистических комментариев разных эпох. Мы не будем рассматривать многочисленных возможных обстоятельств, когда этот брак не заключается, и остановимся на крошечном фрагменте исследуемой проблемы[961], обращая внимание только на наиболее его существенные детали.

Итак, левиратный брак считается заключенным посредством полового акта между вдовой и ее деверем («Деверь должен войти к ней» – Дварим 25:5). При этом мудрецы Мишны постановили, что действительность такого полового акта признается независимо от обстоятельств его совершения. Так, неважно, был ли акт добровольным или же нет – при этом для убедительности уточняются все возможные случаи: он хотел, она не хотела, и наоборот; его заставили («был изнасилован», по выражению мудрецов), ее нет, и наоборот. Неважно, в начальной ли стадии имело место совокупление или в конечной, в традиционной манере был осуществлен акт или в нетрадиционной (анал). В любых случаях половой акт признается действительным, а соответственно, и левиратный брак.

Но тут, как обычно у мудрецов Гмары, возникло много вопросов, ответы на которые требовали согласованности с прежними решениями мудрецов Мишны, которые никогда не ошибаются. Остановимся на малой части этих вопросов и соответствующих дискуссий.

1) В Мишне сказано, что изнасилованным может быть мужчина. О какой ситуации может идти речь? Последовали следующие предположения:

а) Пришли язычники и под угрозой смерти заставили мужчину переспать с золовкой. Предположение опровергнуто: существовало известное положение р. Равы, что переспать с золовкой мужчина может только при эрегированном члене, а эрекция не может возникнуть помимо его желания («не бывает эрекции без согласия», как выражаются мудрецы). Т. е. в данном случае речи об изнасилованном мужчине идти не может – он явно хотел золовку.

б) Деверь спал в состоянии эрекции, а золовка воспользовалась этим обстоятельством и переспала с ним сонным, т. е. изнасиловала его. Предположение поначалу опровергнуто: ранее р. Йехуда установил, что половой акт деверя и золовки, совершенный во сне, не считается действительным, поскольку пенетрация должна быть осознанной (спит при этом или бодрствует золовка, роли не играет). Однако наряду с мнением р. Йехуды существовало прямо противоположное мнение мудрецов Мишны, что половой акт, совершенный деверем и золовкой во сне, действителен для заключения левиратного брака. Как примирить возникшее противоречие? Последовало новое предположение: мудрецы Мишны имели в виду половой акт не во сне, как р. Йехуда, а в дреме. В этом случае мнения р. Йехуды и других мудрецов согласуются. Но последовал уточняющий вопрос: как определить состояние дремы? На этот вопрос дал ответ р. Аши. Дрема – это когда деверя окликнуть по имени, и он отзовется, но не в состоянии дать разумный ответ на заданный вопрос; зато потом он вспомнит, что произошло.

в) Пенетрация состоялась без ведома деверя, случайно. Предположение опровергнуто на основании прежнего заключения р. Равы, приведшего аналогию: если деверь случайно упал с крыши на золовку с раздвинутыми ногами, и случилась пенетрация, то половой акт не имеет юридической силы, поскольку он также произошел неосознанно. Опять же, об изнасилованном мужчине речи не идет.

г) Методом исключения предыдущих ситуаций выводится один возможный вариант изнасилованного мужчины (недобровольного секса с его стороны): деверь намеревался переспать с собственной женой или еще с кем-то или чем-то, был в состоянии возбуждения, и в этот момент его неожиданно перехватила золовка, заставив переспать с собой. Однако р. Рава внес важнейшее уточнение о характере случайной пенетрации. Если деверь намеревался мастурбировать в трещину в стене, но вместо этого его член совершенно случайно угодил в вагину золовки, то это пенетрацией не считается, и такой половой акт не имеет юридической силы в плане заключения левиратного брака. Однако если деверь намеревался переспать с животным, но в итоге совершил половой акт с золовкой, то этот факт признается за пенетрацию, и левиратный брак следует считать заключенным.

2) Р. Хия уточнил, что левиратный брак будет действителен, если секс был недобровольным с обеих сторон (и деверь, и золовка «были изнасилованы»). Как такая ситуация может возникнуть?

Мудрецы Гмары ответили на этот вопрос следующим образом: деверь как раз собирался переспать с женой, но в этот момент пришли язычники и силой засунули его эрегированный член в вагину золовки.

Повторюсь, мы разобрали только очень малую часть из важных вопросов, касающихся левиратного брака. Жизненные реалии гораздо богаче и многообразнее, и по всем возникающим вопросам следует обращаться к раввинам.

Ки Таво

◾ Красота библейских кар

Каждый год, когда я открываю главу Ки Таво, меня посещают «неизъяснимы наслаждения», по словам поэта, и мне хочется поделиться ощущением блаженства со всем миром. Среди многочисленных даров Божьих есть особый, которого мы просто недостойны, – а именно перечитывать снова и снова многочисленные проклятия, приведенные в главе (Дварим 28:15–68).

Вслушайтесь в это изумительное последование шипящих, изысканное наслоение твердых и мягких согласных, монументальную образность!

Нет ничего более поэтичного и живописного, чем эти проклятия, – если читать на ночь хотя бы по несколько строк, то на следующий день гарантировано прекрасное настроение, ощущение, что ты словно воспарил. По степени литературного наслаждения эту главу я бы сравнил разве что с моим любимым «Мелким бесом» Федора Сологуба. Конечно, знатокам библейского иврита эти тексты, с их аллюзиями, фонетическими играми, смысловыми нагрузками, несомненно, доставят особое удовольствие, но даже в переводах они очень красивы.

Внемлите этой красоте, чудесно переданной в Синодальном переводе: «Поразит тебя Господь чахлостью, горячкою, лихорадкою, воспалением, засухою, палящим ветром и ржавчиною, и они будут преследовать тебя, доколе не погибнешь… и будут трупы твои пищею всем птицам небесным и зверям, и не будет отгоняющего их; поразит тебя Господь проказою Египетскою, почечуем, коростою и чесоткою, от которых ты не возможешь исцелиться. Поразит тебя Господь сумасшествием, слепотою и оцепенением сердца».

Вслушайтесь в это изумительное последование шипящих, изысканное наслоение твердых и мягких согласных, монументальную образность! Насколько же это очаровательно!

Есть много гениальных композиторов, но среди них недоступной вершиной возвышается Бах. Среди изумительных по красоте библейских текстов вершина – это проклятия в главе Ки Таво. От них невозможно оторваться!

◾ Страшная месть

Продолжаем изучать с вами кары из главы Ки Таво, которые нашлет на нас Бог, если мы не будем тщательно соблюдать его заповедей.

Мы уже обсудили яркие и живописные кары, само перечисление которых доставляет неслыханное удовольствие. Но вдруг посреди этой неописуемой красоты мы наталкиваемся на внешне сдержанное, лишенное всякой цветистости предупреждение – и словно леденеем от мгновенно охватывающего нас ужаса, душераздирающего ощущения чудовищной расплаты, постигшей нас. Жестокость этого наказания поистине беспредельна: «С женою обручишься, и другой будет спать с нею» (Дварим 28:30). А погружаясь в текст оригинала, ты еще больше увязаешь в царстве тьмы и отчаяния. Ладно бы, в стихе и в самом деле подразумевалась жена, но Раши учит[962], что в стихе говорится о наложнице – т. е. речь идет о ваших отношениях с любовницей, если применить мудрость вечно юной Торы к нашим скорбным временам! А буквально в Дварим 28:30 написано, что этот неведомый мужик вашу любовницу «ишгалена» (букв. «изнасилует, трахнет»). В гуманном же русском Синодальном переводе смысл выражения значительно смягчен: «Будет спать с ней». Так же и мудрецы решили[963], что слово «ишгалена» грубовато, и при публичном чтении в синагоге «ишгалена» меняют на более мягкое «ишкавена» («возляжет»). Кстати, и в предыдущем ст. (28:27), когда Бог угрожает грешникам наказанием в виде «египетских геморроев», что сочли грубоватым, и в синагоге читается про обычные «нарывы». А страшное проклятие из Мелех Бет 18:27 «будете есть свое говно и пить ссаки» следует прочитывать как более приятное, типа «будете есть свой кал и пить мочу».

Но какие бы слова нами не проговаривались, вернемся к жуткой реальности нарисованной нам Богом картины. Представим себе весь ужас происходящего: если вы не исполняете заповеди Бога, то посторонний мужик трахнет вашу любовницу!

Но будьте благочестивы, следуйте путями добродетели, и не постигнет вас кара Божья! И не будут вас мучить египетские геморрои, и никто не посягнет на вашу любовницу!

Ницавим

◾ О наших гороскопах

В главе Ницавим в очередной раз строго предупреждается о недопустимости идолопоклонства и служения чужим богам: «И видели мерзости их и кумиры их, деревянные и каменные, серебряные и золотые, которые у них. Да не будет между вами мужчины или женщины, или рода, или колена, которых сердце уклонилось бы ныне от Господа, Бога нашего, чтобы ходить служить богам тех народов» (Дварим 29:17–18).

Мы уже неоднократно приводили мнение мудрецов о недопустимости идолопоклонства и приводили примеры, как наказывались идолопоклонники. Но на практике идолопоклонство, увы, бытовало и принимало разные интересные формы.

Самым решительным борцом с идолопоклонством среди еврейских мудрецов был великий Маймонид. Он категорически отвергал обращение к разным идолам, считая это диким суеверием[964], хотя и он допускал магические действия в медицинских целях. А вот его извечный оппонент, великий Нахманид, наоборот, считал, что идолы существуют и сильны, – но евреям запрещено им поклоняться: Божий народ не должен отвергать Бога, обращаясь за помощью к идолам. Такого взгляда придерживался не только Нахманид. В книге «Зоар» также утверждается, что «боги народов», упомянутые в Библии, – это не просто идолы, а настоящие небесные существа с реальной, хотя и ограниченной властью влиять на мир и людей[965]. Оговаривается только, что евреи, как народ Божий, не должны отвергать Бога и обращаться за помощью к идолам, сколь бы эффективной ни была их помощь.

Точно так же Нахманид был убежден, что солнце, луна, звезды и созвездия имеют власть над людьми и влияют на них как во благо, так и во зло, но евреям запрещено поклоняться небесным светилам. В отличие от Маймонида, резко критиковавшего тех, кто верил в глупость астрологии, Нахманид был убежден, что она работает[966]. Р. Бахья бен Ашер придерживался того же мнения: хотя и считая, что, хотя еврейский народ, в целом, храним Богом и не подвержен влиянию звезд, каждый отдельный еврей зависит от гороскопа[967].

С учетом необыкновенной популярности нетрадиционных отношений в наше скорбное время, мы, получается, вообще должны жить при непрерывном лунном затмении, в полной темноте.

Кроме того, разные небесные коллизии, по мысли мудрецов, свидетельствуют о земных делах. Так, мудрецы сообщают[968], что солнечные затмения вызываются следующими грехами:

1. Должным образом не оплакан замглавы Синедриона.

2. На крики насилуемой в населенном пункте помолвленной девицы никто не отозвался, чтобы помочь.

3. Единовременно пролита кровь двух братьев.

4. Свершился содомский грех.

И вот здесь неизбежно возникает серьезнейший вопрос:

Неоплакивание почившего замглавы Синедриона отпадает в качестве повода к затмению, поскольку Синедриона уже давно нет. Единовременное пролитие крови двух братьев, как и равнодушие к крикам насилуемой помолвленной девицы – тоже вещь, видимо, нечастая. Тут действительно затмения могут возникать периодически, спору нет. Но вот что насчет содомского греха? С учетом необыкновенной популярности нетрадиционных отношений в наше скорбное время, мы, получается, вообще должны жить при непрерывном лунном затмении, в полной темноте. Так почему лунные затмения все же возникают только периодически?! Загадка загадок.

Точно так же мы должны пребывать в темноте вследствие лунных затмений, которые происходят по четырем причинам[969]: 1) изготовление фальшивых документов; 2) лжесвидетельство; 3) разведение животных, которые могут разорять чужие поля в Израиле; 4) вырубание здоровых деревьев. Поскольку вышеозначенные деяния имеют место повседневно, то мы вообще луны не должны видеть. Но все же видим. Тоже загадка загадок.

Вайелех

◾ О величии полузабытого

В Торе несколько раз упоминается Ог, царь Вашана (Васана). И в последний раз он упоминается в конце Торы, а именно в нашей главе. Что мы о нем знаем? Он был из великанов-рефаимов; его кровать была длиной 4 м, а шириной – 2 м (Дварим 3:11). Ну и что евреи с ним то и дело воевали (Бемидбар 21:33, Дварим 3:1, Дварим 29:7). Но наши мудрецы раскрывают нам истинные параметры и подлинную личность этого незаурядного, поистине великого человека.

Итак, что мы узнаем о великане Оге?

Братья Сихон и Ог были сыновьями Ахийи, сына Шемхазая – одного из ангелов, спустившегося на землю в поколении Еноха[970]. Он был последним из гигантов-рефаимов[971]. И размеры его кровати в Торе, видимо, сильно преуменьшены – наши мудрецы установили его подлинные размеры. Его нога составляла в длину около 22 км: согласно историческому свидетельству великого Аббы Шауля (иногда его приписывают великому р. Йоханану), он охотился за оленем, и олень забежал внутрь бедренной кости трупа. Шауль погнался за ним и пробежал внутри кости почти 17 км, но не достиг выхода из кости. Это была кость Ога[972]. Капля спермы Ога весила ок. 16 кг. В пищу ему требовалось тысячу быков, и выпивал он тысячу мер. Ог построил 60 городов, у самого маленького стены были высотой около 100 км[973]. Сильнее его долгое время никого не было: Сихон и Ог были сильнее фараона и его армии: это о нем Давид написал в Теилим 135:10: «Поразил царей великих»[974]. Но у него родился сын, который был сильнее его[975].

Однако известно, что сила его значительно уступала силе Авраама, который удерживал его на ладони руки. Однажды Авраам так рявкнул на Ога, что у того выпал зуб, и Авраам сделал из зуба себе то ли кровать, то ли кресло, в котором просидел всю жизнь[976].

Шауль погнался за ним и пробежал внутри кости почти 17 км, но не достиг выхода из кости.

Но Ог не был просто Огом. Нам известно, что фараон был сыном Нимрода[977], а великан Ог был слугой Авраама, Элиезером[978]. Элиезер же тоже был сыном Нимрода[979]. Таким образом, Ог был сыном Нимрода. Отсюда вытекает, что фараон был никем иным, как Элиезером-Огом или его братом. Кстати, исторический факт тождества Ога и Элиезера подтверждается тем, что сила Элиезера равнялась силе 318 человек[980]. И еще нам известно, что Агарь, служанка Авраама, была дочерью фараона[981]. Т. е. наложницей Авраама была дочь Ога-Элиезера.

Поэтому все важнейшие библейские события, так или иначе, связаны с Огом.

В преддверии потопа Ог умолял Ноаха взять его с собой в ковчег, пообещав быть вечным слугой ему и его потомкам. Ноах согласился. Но поскольку великан в ковчег не помещался, то пристроился на верхней палубе, и Ноах подавал ему пищу через специально проделанное отверстие в крыше[982]. Потом Ог познакомился с потомком Ноаха, Авраамом, и, исполняя свое обещание, стал его слугой – Элиезером, как мы уже отметили. Ог-Элиезер был обрезан вместе со всем домом Авраама (Берешит 17:27)[983].

Но в итоге Ог оказался негодяем. Он замышлял втянуть Авраама в битву с врагами, чтобы его убили, после чего он женился бы на Сарре[984]. И однажды, увидев, что израильский лагерь растянулся на 16 км, Ог вырвал из земли гору высотой 16 км и поднял над головой, чтобы сбросить ее на лагерь. Тогда Бог наслал каких-то червей, которые прогрызли сверху гору. И камень в итоге, подобно ожерелью, свалился Огу на шею. Он уже хотел его сбросить, но его зубы стали расти в противоположные стороны и крепко обхватили камень. Так он оказался пленником камня и собственных зубов. Потом Моше (рост которого, как мы знаем, составлял пять метров) взял пятиметровую палку, подпрыгнул на пять метров, стукнул Ога по лодыжке и убил его[985].

Вот такая странная смерть странного исторического персонажа.

◾ Как стать начальником

В главе Вайелех рассказывается о важнейшем событии, о смене лидера Израиля – как Моше избрал себе преемником Йеошуа бин Нун (Дварим 31:7), который правил Израилем 28 лет[986].

Конечно, это произошло не случайно: о многих заслугах Йеошуа бин Нун нам известно из ТАНАХа и от наших мудрецов. Как мы знаем, он по возвращении разведчиков из Ханаана сообщил то, что требовалось сообщить, потом в войне с Амалеком отличился (Шмот 17:13) и Тору прилежно учил. Пишут, что Йеошуа изображал из себя дурачка, непрерывно прося Моше учить его мудрости Торы, пока ее наизусть не выучил.

Даже есть мнение, что он дописывал Тору после смерти Моше (об этом мы подробнее поговорим в последней главе книги) и совершил множество других выдающихся деяний.

Да и мужчиной он был видным. Пишут, что ростом он был в 2 м 20 см, хотя мы уже знаем, что ростом все разведчики были по 30 м.

Для Йеошуа недостаточно было иметь хорошее образование, постоянно учить, знать и разъяснять Тору[987], отличаться в боевых действиях. Важно было и выполнить ряд других ответственных заданий: Йеошуа охранял скинию (Шмот 33:11), насадил морской лук, который разделял границы владений колен[988].

Но немаловажную причину его выдвижения в лидеры Израиля, вероятно, следует искать и в стихе Бемидбар 11:28. Здесь говорится, что он был «служителем» Моше – в соответствии со словами наших мудрецов, что «служить ученому Торы лучше, чем самому учить Тору»[989]. Именно к Йеошуа мудрецы относят высказывание из Мишлей 27:18: «Кто заботится о господине своем, тот будет в чести».

И Йеошуа неустанно «заботился» о Моше, приходя к нему днем и ночью и впитывая божественную мудрость[990]. Он приходил рано утром к жилищу Моше, расставлял скамейки и раскладывал подстилки[991]. Пишут даже, что в пустыне Йеошуа бин Нун выбирал для своего босса Моше манну покрупнее и послаще и угощал его, а также таскал для Моше шайки и полотенца в бане. И в итоге сам Бог отметил, что Йеошуа прислуживал Моше со всем пылом, и рекомендовал его в преемники[992].

Все эти обстоятельства, несомненно, повлияли на блестящую карьеру Йеошуа бин Нуна. Тора дает нам выдающиеся уроки взаимоотношений с начальством. Каждый из вас может быть выдвинут на должность топ-менеджера, директора, начотдела по кадрам – поэтому нам следует хорошо усвоить уроки из Торы, вмещающей весь мир, в т. ч. тонкости занятия руководящих постов. Тщательно изучайте святую книгу, и вас ждут высокие чины и хорошие зарплаты. И помните: чтобы сделать головокружительную карьеру, надо не только обладать талантами, быть активным в общественной жизни, но и угождать начальству в быту.

Аазину

В главе Ааазину Моше резко обрушивается на народ за поклонение другим богам. Эта тема постоянно звучит в Торе, но, возможно, в ст. 31:17 она выражена наиболее жестко: «Приносили жертвы бесам, а не Богу».

Как уже отмечалось, многие выдающиеся мудрецы и раввины позднего Средневековья разделяли веру в демонов – что уж говорить о широких народных массах. Талмуд и мидраши изобилуют сообщениями о демонах, где даются подобные их классификации[993], как и какими они были созданы (сам Бог сотворил их в неделю Творения накануне субботы[994]), об их влиянии[995], рассказывается, как их отвадить[996]. Ночью запрещено было оставаться одному из-за появления «злого духа» Лилит[997]. Нам предлагаются различные яркие описания демонов – как, например, существо с головой теленка, с вращающимися рогами посередине, с единственным глазом на груди, и все тело его покрыто волосами и чешуей. Кто из людей или из животных увидит его, тот падает на землю и умирает[998]. Демоны внедряются в человеческое тело[999], приносят болезни и беды. У демонов есть царь Ашмедай[1000] и царица Аграт бат Махалат, которой прислуживают 180 тыс. зловредных демонов. Из-за них ночью тоже нельзя оставаться одному[1001]. Но некоторые вредят по утрам[1002]; одного такого, прозванного «кетев мерири», даже обнаруживают в Торе – в синодальном переводе он представлен как «лютая зараза» (Дварим 32:24) и как «зараза, опустошающая в полдень» в Теилим 91:6.

Но из демонов можно и пользу извлечь. Так, царь Шломо держал при себе Ашмедая, когда строил Храм[1003]; демоны таскали для Шломо воду из Индии для полива каких-то экзотических растений[1004].

Среди позднейших мудрецов лишь один Маймонид полностью отрицал существование демонов – он просто обходил места в Талмуде, где они упоминались. Все другие в той или иной степени признавали их существование и выдавали рецепты, как с ними бороться. В наибольшей степени веру в демонов и злых духов усвоили каббалисты, придумавшие множество обрядов и молитв, чтобы отвратить злые силы. Мудрецы с ними разговаривали и выясняли, как себя правильно надо вести[1005]. Так, против демона Шабрири можно бороться, отнимая вслух по букве от его имени (шабрири, брири, рири и т. д.)[1006].

Предупреждение Торы в Дварим 31:17 пошло насмарку, и об утверждении строгого монотеизма вплоть до Нового времени говорить не приходится (как, впрочем, и во всех религиях). Мы сопротивлялись единобожию как могли, и выстояли!

О славной народной вере уже наших совсем не далеких предков свидетельствует судебный процесс, описанный в популярнейшей книге «Сэфер кав а-яшар» (1701). Книга выдержала почти 100 изданий, так была популярна.

В 1721–1722 гг. в еврейском квартале польского города Познань стоял каменный дом. Подвал дома был закрыт, и войти в него было нельзя. Но однажды какой-то молодой человек зашел в подвал, и через четверть часа жившие в доме люди нашли у входа в подвал его труп. Никто не знал, как он умер. Спустя примерно два года после смерти юноши во флигеле дома поселились демоны. Когда на плите готовили еду, они бросали в кастрюлю грязь и пепел, и еда становилась несъедобной. Со временем они разошлись еще больше: проникали в жилые комнаты, сбрасывали на пол разные вещи и развешанные на стенах лампы. Они никому не причиняли физического вреда, но беспокоили и мучили жильцов дома. Демоны появлялись во всех комнатах дома, наводя такой страх на обитателей, что в конце концов те были вынуждены покинуть дом и переселиться в другое место.

Демоны таскали для Шломо воду из Индии для полива каких-то экзотических растений.

Старейшины общины обсудили этот вопрос и решили просить помощи у иезуитов, но те оказались неспособны выгнать демонов из дома.

Тогда старейшины отправили специального посланника к знаменитому р. Йоэлю Бааль-Шем из Замостья с просьбой выгнать демонов. Как только р. Йоэль прибыл на место, он начал заклинать демонов святыми именами, требуя от них ответа, почему они вошли в этот дом, который есть жилище смертных. Он заявил, что демоны не имеют права жить в местах, населенных людьми, – их место лишь в безлюдных местах или пустыне. Но в ответ уже демоны заявили, что они имеют полное право на дом. Они утверждали, что подвал дома им оставлен по завещанию, и в соответствии с законом Торы потребовали, чтобы дело было рассмотрено в суде святой общины Познани.

В итоге дело было направлено в суд, где демоны доказывали свои притязания, ссылаясь на события, происходившие при жизни предыдущего поколения.

Итак, поведали демоны-истцы, в этом доме некогда проживал кузнец с женой и детьми. Кузнеца соблазнил демон, являвшийся ему в облике прекрасной женщины, которая родила от него сыновей. По рассказам демонов, кузнец был неистово влюблен в демона. Они свидетельствовали, что порой кузнец даже был вынужден прерывать молитву и покидать синагогу, дабы удовлетворить сексуальные желания демона. А однажды кузнец проводил пасхальный седер, и вдруг посреди трапезы он встал и пошел в туалет. Жена его последовала за ним и через щелку в двери увидела дворцовые покои, стол, накрытый золотой и серебряной посудой, и роскошно убранное ложе. На ложе возлежала прекрасная обнаженная женщина в объятиях кузнеца… Охваченная страхом, жена вернулась на свое место, а примерно через четверть часа вернулся и ее муж.

Жена тогда не сказала ни слова, но на следующий день жена кузнеца пошла к р. Шабтаю-Шефтелю Горовицу, чтобы просить его о помощи. Раввин изготовил амулет, который заставил кузнеца порвать с демоном. Тем не менее, когда кузнец находился при смерти, демон в женском обличье вернулся и уговорил его завещать подвал дома ей и ее потомству.

Таким образом, утверждали демоны, они поселились в доме на законных основаниях. А поскольку не существовало предписания крепить на двери подвала мезузу, демоны могли присутствовать там беспрепятственно.

Ответчики – жильцы дома – выдвинули три контрдовода: во-первых, они выплатили наследникам кузнеца полную стоимость дома, во-вторых, демоны не являются смертными существами, и им нет места в жилищах людей, и, в-третьих, демон принудил кузнеца к любовной связи.

Суд принял доводы жильцов дома, и, согласно приговору р. Иоэля, демоны должны были навсегда покинуть дом, включая и подвал. Он обязал их отправиться в надлежащее им место – леса и пустыни.

Анализируя этот знаменитый судебный процесс, один из исследователей отметил следующие характерные детали: демоны придерживаются норм алахи, поэтому смертные должны соблюдать большую осторожность, чтобы не дать им повода к вторжению в человеческую сферу.

Будьте бдительны, помните советы мудрецов, не дайте демонам захватить вашу недвижимость!

Ве-Зот а-Браха

◾ О кончине Моше

И вот мы подошли к заключительной главе святой Торы, к главе Ве-Зот а-Браха, где рассказывается о печальнейшем событии – смерти Моше.

Глава очень маленькая и состоит всего из 12 стихов, последние восемь из которых рассказывают, как Моше взошел на гору Нево. Взошел он туда в 120-летнем возрасте, в полном здравии и расцвете сил: двенадцать подъемов на гору Нево он преодолел за один прыжок (Дварим 34:7)[1007].

Бог четко отсчитывал ему оставшееся время жизни, совсем как при запуске ракеты в космос. Вначале Он предупредил, что жить Моше осталось один день. Последний день Моше провел плодотворно, написав тринадцать свитков Торы – по одному для двенадцати колен и один, чтобы его сохранить в Ковчеге Завета[1008]. Он провел торжественный сбор населения и назначил Йеошуа бин Нуна своим преемником, после чего Бог объявил, что жить Моше осталось пять часов, потом четыре. Моше не хотел умирать и довольно долго препирался с Богом, выпрашивая Его оставить его в живых ради былых заслуг и приводя разные хитрые аргументы.

Потом он изъявил желание хотя бы попасть перед смертью в Землю обетованную – и был готов для этого превратиться в птицу или в рыбу. Эти переговоры запечатлены в особом мидраше, посвященном смерти Моше[1009]. Бог отчасти пошел ему навстречу, предоставив взглянуть на немыслимые красоты Ханаана, а также лицезреть Машиаха, с которым Моше даже успел перекинуться парой слов. Моше также поучаствовал в продолжительном споре с Адамом, Ноахом и тремя патриархами, доказывая, что он намного более велик, чем они[1010]. Потом он дважды хитрыми аргументами заставил ангела смерти улететь, и наконец, спорил с собственной душой, которая уже тоже собиралась отлететь. Наконец наступил исторический момент – он позволил душе отлететь[1011] и умер от поцелуя Божьего, а не от меча ангела смерти[1012].

Но вопросов, конечно, остается много. И главный, дебатировавшийся веками вопрос – как Моше, автор Торы, мог написать о собственной смерти? Раши высказывает мнение, что последние стихи записал уже Йеошуа бин Нун. Но он приводит и альтернативное мнение р. Меира, что Бог сообщил Моше обстоятельства его смерти, который тот и благополучно записал со слезами на глазах[1013]. Ибн Эзра пишет, что существует «тайна двенадцати»[1014]. Считается, что тем самым он намекает на то, что не Моше дописывал Тору, однако не поясняет, что имеет в виду, – чтобы не вызывать конфликт. В 1370 г. французский раввин Йосеф Бонфис написал комментарий к комментарию ибн Эзры; по его словам, ибн Эзра считал, что в дополнение к 34-й главе есть еще шесть других библейских отрывков, которые не могли быть составлены Моше. Это и составляло «тайну двенадцати», по мнению р. Бонфиса.

Но почему все-таки Моше плакал? Очевидная версия, что ему стало себя жалко. Но эта версия не котируется – ведь он же должен был знать, в отличие от атеистов, что есть жизнь после смерти. К тому же она дегероизирует Моше. Поэтому придумали несколько более возвышенных версий – например, что Моисей плакал потому, что не смог выполнить свою миссию и привести израильтян в Ханаан. Есть и конспирологическая версия, выдвинутая р. Давидом Цви Хоффманом, что последние стихи Моше специально писал слезами, чтобы они не были видны до поры до времени. И наконец, есть версия, которая мне нравится больше всего: когда Моше поднялся на гору Нево, он не взял с собой чернил и поэтому дописал 34-ю главу слезами.

Когда Моше поднялся на гору Нево, он не взял с собой чернил и поэтому дописал 34-ю главу слезами.

Далее, в главе указано, что умершего Моше похоронили «в долине в земле Моавитской близ Бейт-Пеора (Беф-Фегор)» (Дварим 34:6). А кто его похоронил? Раши утверждает, что его похоронил сам Бог[1015], в могиле, которая была Им сотворена в неделю Творения, накануне субботы[1016]. Ибн Эзра[1017] и р. Ишмаэль[1018] пишут, что Моше сам себя похоронил. К месту захоронения его перенесла Шехина на своих крыльях[1019]. Но все равно толком никто не знает, где могила Моше (Дварим 34:6)[1020]. Когда Рим потребовал от правителя Бейт-Пеора показать могилу Моше, то снизу наблюдателям казалось, что гроб наверху, а сверху им казалось, что гроб внизу[1021].

Бог перенес Моше в Бейт-Пеор, чтобы Моше искупил грехи израильтян, поклонявшихся богу Пеору (Дварим 25:2)[1022]. Вспомним, что израильтяне помимо радостного пребывания в мадиамских борделях еще и «прилепились», по изящному выражению Синодальных переводчиков, к божеству Бааль-Пеору (Ваал-Фегор) (Бемидбар 25:3). Так вот, Пеор не прекратил своей антиизраильской деятельности, и, стоило Израилю согрешить, он тут же подымался из-под земли и открывал рот, намереваясь своим дыханием погубить Израиль. Но Бог специально могилу Моше разместил напротив, так что пребывавший неподалеку Моше реагировал мгновенно, произносил имя Божье, и божество Пеор удалялось восвояси под землю.

Вся эта увлекательная история излагается в мидраше[1023], написанном не ранее XIII в. (а скорее всего, позже) и альтернативно приписываемом р. Шимону Франкфуртскому и р. Шимону Кара. Оба они числились «королями экзегезиса». Т. е короли экзегезиса, а не какой-нибудь деревенский сказитель, уже в XIII в. или позже излагают истории про героическую борьбу Моше со злостным божеством. Вовсе не заморачиваясь идеей, что «Адонай эхад», Господь един (Дварим 6:4).

Добавим, что могила Моше соединена подземным ходом с гробницами патриархов[1024], и останки его неподвластны червям, как у всех умерших через Божий поцелуй[1025]. Но есть версия, что Моше вообще не умер, а днем и ночью по-прежнему стоит и служит Богу, как это он делал сорок дней на горе Синай[1026].

На этой оптимистичной ноте мы и заканчиваем нашу книгу. Как писал великий Владимир Набоков, «Прощай же, книга! Для видений отсрочки смертной тоже нет». А вот у нас есть возможность в полной мере реализовать свои видения, свое богатое воображение и вслед за нашими мудрецами придумать еще много увлекательных версий о библейских событиях.

Примечания

1

Ginzberg Louis. Legends of the Jews. Jewish Public Society. 1910–1938.

2

Гинцберг Луис. Предания еврейского народа (в 2 томах). М., Вече, 2011.

3

Mind over Matter. The Lubavitcher Rebbe on Science, Technology and Medicine, Shamir 2007, N. – Y.

4

Пробуждение разума. Вопросы науки, техники и медицины в трудах Любавичского Ребе, 2016.

5

https://www.chabad.org/library/article_cdo/aid/111581/jewish/Mind-Over-Matter.htm

6

https://ru.chabad.org/library/article_cdo/aid/4045264/

7

Рашбам. Комм. на Берешит 1:5.

8

Ибн-Эзра. Игерет а-Шаббат, Предисловие.

9

Песахим 94б.

10

Маймонид. Море Невухим 1:72; Герсонид. Милхамот а-Шем 3:96–97; и др.

11

Шаббат 107б.

12

Берешит Рабба 14:7; Бемидбар Рабба 12:8.

13

Санхедрин 38б.

14

Хагига 12а.

15

Берешит Рабба 21:3, 24:2; Хагига 12а; Пиркей де р. Элиезер 11; Ваикра Рабба 14:1, 18:2.

16

Хагига 12а; Санхедрин 38б; Ялкут Шимони, Ваэтханан 827:4.

17

Шмот Рабба 40:3; Теилим Рабба 92:2.

18

Бава Батра 58а; Ваикра Рабба 20:2.

19

Йевамот 63а.

20

Берешит Рабба 18:2.

21

Таргум Иерушалми, Берешит 2:21.

22

Берахот 61а.

23

Берешит Рабба 45:5.

24

Берешит Рабба 17:6.

25

Абарбанель, комм. на 1:27.

26

Мишне Тора, Нашим, Ишут 13:11.

27

Сота 9б; 1 Авот де р. Натан.

28

Шаббат 146а.

29

Зоар 1:36б.

30

Пиркей де р. Элиезер 21.

31

Таргум Йерушалми, Берешит 3:6; 2 Авот де р. Натан 1; Пиркей де р. Элиезер 13; Берешит Рабба 19:5.

32

Берешит Рабба 19:5.

33

Бемидбар Рабба 10:4.

34

Санхедрин 70а-б.

35

Берешит Рабба 19:5.

36

Эрувин 100б.

37

Берешит Рабба 17:8.

38

Берешит Рабба 17:8; Иерушалми Шаббат 2:6.

39

Берешит Рабба 22:2.

40

Берешит Рабба 22:7.

41

Берешит Рабба 22:4.

42

Иерушалми, Йевамот 11:1.

43

Пиркей де р. Элиезер 21:5.

44

Мидраш Танхума, Берешит 9:3.

45

Пиркей де р. Элиезер 21:5; Сефер а-Яшар, Берешит 7; Берешит Рабба 22:8.

46

Санхедрин 37б.

47

Зоар 1:54б.

48

Берешит Рабба 22:8.

49

Зоар 1:36б.

50

Берешит Рабба 23:3.

51

Там же.

52

Моед Катан 16а; Зоар 3:269б.

53

Санхедрин 108а; Пиркей де рабби Элиэзер 22; Мидраш Танхума 12:4.

54

Нидда 13a; Санхедрин 108б.

55

Пиркей де р. Элиезер 22.

56

Мидраш Теилим 9:7.

57

Мидраш Танхума 11; Берешит рабба 25:2.

58

Радак, комм. на Берешит 6:9; Ор а-Хаим, комм. на Берешит 6:9.

59

Ваикра Рабба 2:10.

60

Зоар 1:68а.

61

Берешит Рабба 26:6, 31:3.

62

Зоар 1:68а.

63

Санхедрин 108б; Берешит Рабба 30:7.

64

Танхума Бубер, Берешит 39.

65

Сефер а-Яшар, Ноах 1.

66

Мидраш Теилим 1:10; Сефер а-Яшар, Ноах 2.

67

Сефер а-Яшар, Ноах 1–2.

68

Берешит Рабба 23:3.

69

Пиркей де р. Элиезер 23.

70

Сефер а-Яшар, Ноах 1.

71

Берешит Рабба 30:7.

72

Пиркей де р. Элиезер 23.

73

Санхедрин 108б.

74

Пиркей де р. Элиезер 23.

75

Сефер а-Яшар, Ноах 4.

76

Санхедрин 108б; Рош-а-Шана 12а; Зевахим 113б.

77

Сефер а-Яшар, Ноах 4; Мидраш Танхума, Ноах 7:3.

78

Тосефта Сота 4:11; Бемидбар Рабба 9:18; см. Берешит Рабба 50:8.

79

Берешит Рабба 32:8.

80

Мидраш Танхума, Ноах 12.

81

Там же; Берешит Рабба 32:8; Зевахим 116а.

82

Санхедрин 108б.

83

Мидраш Танхума, Ноах 12:9; Санхедрин 108б, Иерушалми Таанит 1:6:10.

84

Альфа-Бета де бен Сира (альтерн.) 44.

85

Берешит Рабба 36:3.

86

Санхедрин 70а.

87

Санхедрин 108б.

88

Санхедрин 108а.

89

Берешит Рабба 14:6.

90

Сефер а-Яшар, Ноах 8.

91

Пиркей де р. Элиезер 26.

92

Там же.

93

Там же.

94

Берешит Рабба 63:2; Ялкут Шимони, Толдот 110.

95

Софрим 21:9.

96

Мидраш Теилим 110:3.

97

Недарим 32а; Сефер а-Яшар, Ноах 12.

98

Песикта Раббати 21:12.

99

Сефер а-Яшар, Ноах 12.

100

Йома 28б; Берешит Рабба 64:4.

101

Авот де рабби Натан 8:8.

102

Зоар 1:102.

103

Авода Зара 14б.

104

Сефер Йецира, 5:13; Сефер а-Кузари 4:25.

105

Авода Зара 25а.

106

Бава Батра 16б.

107

Берешит Рабба 46:5.

108

Авот де рабби Натан 33:1.

109

Зоар 1:102б; Авот де р. Натан 12:8; Шир а-Ширим Рабба 1:3.

110

Мидраш Танхума, Шмот 1:3.

111

Сефер а-Яшар, Ноах 26–28.

112

Сефер а-Яшар, Ноах 28.

113

Берешит Рабба 39:7.

114

Берешит Рабба 39:8.

115

Зоар 1:80а–82а.

116

Зоар 3:52а.

117

Раши, комм. на Берешит 12:13; Ибн-Эзра, комм. на Берешит 12:13; Сфорно, комм. на Берешит 12:13.

118

Рамбан, комм. на Берешит 12:10.

119

Мидраш Танхума, Лех Леха 5:1–2; Берешит Рабба 40:5; Сефер а-Яшар, Лех Леха 4.

120

Берешит Рабба 40:5; Мидраш Танхума Лех Леха 5:1–2.

121

Пиркей де р. Элиезер 26:7.

122

Берешит Рабба 41:1, 52:13; Мидраш Танхума, Лех Леха 5:3; Зоар I:82a.

123

Сефер а-Яшар, Лех Леха 4.

124

Пиркей де рабби Элиезер 26:7; Берешит Рабба 45:1, Таргум Иерушалми, Берешит 16:1.

125

Берешит Рабба 45:5.

126

Таргум Иерушалми, Берешит 16:3; Берешит Рабба 45:4.

127

Сефер а-Яшар, Лех Леха 9.

128

Йевамот 34а.

129

Таргум Иерушалми, Берешит 16:5.

130

Берешит Рабба 45:2–5.

131

Берешит Рабба 45:5.

132

Филон Александрийский, Об Аврааме 43.

133

Берешит Рабба 45:5–8.

134

Таргум Иерушалми на Берейшит 17:1–3.

135

Танхума. Шмини 8:1; Цав 14:1.

136

Берешит Рабба 80:11.

137

Маймонид, Море Невухим 3:49.

138

Берешит Рабба 46:3.

139

Мидраш Танхума, Ваера 3:1.

140

Берешит Рабба 46:44; Шаббат 108а.

141

Ваикра Рабба 25:6; Шаббат 108а; Пиркей де р. Элиезер 29:6.

142

Берешит Рабба 47:9.

143

Бава Меция 86б.

144

Пиркей де р. Элиезер 29.

145

Мидраш Танхума, Лех Леха 17.

146

Аггадат Берешит 16:3.

147

Мидраш Танхума, Ваера 2:6, Аггадат Берешит 19:2.

148

Берешит Рабба 47:7; Шир а-Ширим Рабба 4:6.

149

Бава Меция 86б; Берешит Рабба 48:8.

150

Мидраш Танхума, Ваера 2:3.

151

Аггадат Берешит 19:2; Танхума Ваера 2, Берешит Рабба 48:1; Шмот Рабба 41:4; Пиркей де р. Элиезер 29.

152

Бава Меция 86б.

153

Там же.

154

Берешит Рабба 48:9; Бава Меция 56б.

155

Бава Меция 87а; Пиркей де рабби Элиезер 36; Берешит Рабба 48:14; Мидраш Танхума, Ваера 13:6.

156

Бава Меция 86б.

157

Берешит Рабба 48:16–17; Таргум Иерушалми, Берешит 18:12–13; Бава Меция 87а.

158

Танхума Шофтим 18, Берешит Рабба 48:17.

159

Йевамот 64а.

160

Йевамот, Тосефта 8:4; Берешит Рабба 45:2–3.

161

Берешит Рабба 53:5.

162

Шир а-Ширим Рабба 1:13.

163

Бава Батра 16а.

164

Мидраш Аггада, Берешит 12:13; Таргум Иерушалми, Берешит 12:11.

165

Берешит Рабба 53:11; Тосефта Сота 6:6; Сифре Дварим 31:1.

166

Пиркей де р. Элиезер, 30:2.

167

Берешит Рабба 53:13.

168

Таргум Иерушалми, Берешит 19:26.

169

Берешит Рабба 41:7.

170

Берешит Рабба 51:6.

171

Берешит Рабба 51:3.

172

Танхума Бубер, Ваэра 21:4.

173

Бава Меция 86б.

174

Берешит Рабба 50:5.

175

Рамбан, комм. на Берешит 19:17.

176

Берешит Рабба 45:4.

177

Берешит Рабба 50:9.

178

Берешит Рабба 51:5.

179

Раши, комм. на Берешит 19:8.

180

Альшех, комм. на Берешит 19:8.

181

Сончино, комм. на Берешит 19:8.

182

Сефер а-Яшар, Ваэра 7; Пиркей де р. Элиезер 25.

183

Аггада Берешит 25:2.

184

Берешит Рабба 51:9.

185

Назир 23а; Орайот 10б.

186

Орайот 10б.

187

Авот де рабби Натан 34:4.

188

Йевамот 34а.

189

Берешит Рабба 45:4.

190

Сончино, комм. к Берешит Рабба 45:4.

191

Аггада Берешит 25:2.

192

Назир 23б–24а.

193

Йевамот 64а.

194

Мишне Тора, Мада. Аводат Кохавим 12:4.

195

Песикта Раббати 43:5.

196

Берешит Рабба 53:5.

197

Танна дебей Элияу Рабба 5.

198

Берахот 29а.

199

Бава Мециа 86б.

200

Берешит Рабба 53:6.

201

Эйц Йосеф 48:16.

202

Берешит Рабба 53:8.

203

Бава Меция 84а.

204

Бава Меция 87а.

205

Берешит Рабба 53:6; Мидраш Аггада, Берешит 18:14.

206

Берешит Рабба 56:7.

207

Мидраш Танхума, Ваэра 23:4.

208

Пиркей де р. Элиезер, 31.

209

Берешит Рабба 45:5.

210

Таргум Иерушалми 22:20.

211

Мидраш Танхума, Хаей Сара 3:1.

212

Зоар 1:127а – б.

213

Эрувин 53а.

214

Зоар 1:128а.

215

Берешит Рабба 61:4.

216

Леках Тов, Берешит 25:1.

217

Берешит Рабба 62:2.

218

Бава Батра 17а.

219

Берешит Рабба 48:8.

220

Эрувин 19а.

221

Ялкут Шимони, Берешит 109:5.

222

Пиркей де рабби Элиезер 16.

223

Берешит Рабба 60:5.

224

Там же.

225

Софрим 21:9.

226

Нида 44б–45а.

227

Берешит 25:20.

228

Йевамот 64а.

229

Берешит Рабба 63:5.

230

Рош а-Шана 11а.

231

Берешит Рабба 63:6; Сефер а-Яшар, Толдот 1.

232

Мидраш Теилим 58.

233

Даат Зкеним, комм. на Берешит 43:14.

234

Берешит Рабба 63:6.

235

Ялкут Шимони, Хаей Сара 109:5.

236

Рош а-Шана 10б.

237

Берешит Рабба 63:6.

238

Танхума Бубер, Ки Тецэ 4.

239

Берешит Рабба 63:6; Танхума Бубер, Ки Тецэ 4.

240

Танхума Бубер, Ки Теце 4.

241

Бава Меция 84а.

242

Берешит Рабба 65:17.

243

Берешит Рабба 63:7; Авот де р. Натан 2:5.

244

Таргум Иерушалми на Берешит 25:25.

245

Даат Зкеним, комм. на Берешит 25:25.

246

Таргум Иерушалми, Берешит 33:17.

247

Ялкут Шимони, Толдот 110.

248

Берешит Рабба 63:10.

249

Берахот 26б.

250

Берешит Рабба 63:13.

251

Берешит Рабба 63:14; Бава Батра 16б; Пиркей де р. Элиезер 35:2.

252

Бемидбар Рабба 4:8.

253

Леках Тов, Берешит 25:34.

254

Сефер а-Яшар, Толдот 4; Зоар 1:142б.

255

Зоар 1:142б.

256

Таргум Иерушалми, Берешит 27:25.

257

Эйц Йосеф, Берешит 68:11.

258

Ялкут Шимони, Ваеце 119:2.

259

Берешит Рабба 68:11; Хуллин 91б.

260

Берешит Рабба 68:11.

261

Берешит Рабба 50:9; Даат Зкеним, комм. на Берешит 19:11, 28:12; Бахья, комм. на Берешит 19:11; Таргум Иерушалми, Берешит 28:12.

262

Ваикра Рабба 29:2, Пиркей де рабби Элиезер 35, Мидраш Танхума, Ваеце 2:1; Мидраш Теилим 78:6; Шмот Рабба 32:7.

263

Хуллин 91б.

264

Раши, комм. на Йешаяу (Исайя) (2:19).

265

Берешит Рабба 68:12.

266

Берешит Рабба 68:13.

267

Берешит Рабба 69:7.

268

Берешит Рабба 70:1–2; Даат Зкеним, комм. на Берешит 28:22.

269

Пиркей да р. Элиезер 35; Таргум Иерушалми, Шмот 28:30; Таргум Коэлет 3:11.

270

Берешит Рабба 69:7, 70:7.

271

Пиркей де р. Элиезер 35; Таргум Иерушалми, Берешит 28:10.

272

Танхума Бубер, Ваеце 12:1.

273

Танхума Бубер, Ваеце 12:2.

274

Бава Батра 123а; Леках Тов 19:17.

275

Мидраш Теилим 55:4.

276

Берешит Рабба 70:19.

277

Эйха Рабба, Петихта 24.

278

Мегила 13б.

279

Берешит Рабба 71:2.

280

Леках Тов, Берешит 29:31.

281

Берешит Рабба 71:4.

282

Берешит Рабба 73:4, Бава Батра 123а.

283

Сфорно, комм. на Берешит 31:14.

284

Нидда 31а.

285

Берахот 60а.

286

Йерушалми Берахот 9:3.

287

Таргум Иерушалми 30:21.

288

Берешит Рабба 72:5.

289

Седер Олам Рабба 2.

290

Зоар 1:233а.

291

БерешитРабба 71:9.

292

Шаббат 55а; Зоар 1:175б.

293

Берешит Рабба 98:4.

294

Мишна, Мегила 4:10.

295

Песикта Раббати 3:4.

296

Зоар 1:175б.

297

Таргум Иерушалми, Берешит 29:24, 29; Берешит Рабба 74:13.

298

Танхума Бубер, Вайишлах 7.

299

Берешит Рабба 75:5, 11.

300

Зоар 1:166а.

301

Берешит Рабба 75:11.

302

Танхума Бубер, Вайшлах 6:1.

303

Раши, комм. на Берешит 32:14.

304

Бахья, комм. на Берешит 32:14.

305

Пиркей де р. Элиезер 37.

306

Танхума Бубер, Вайишлах 11:1.

307

Иерушалми Ктубот 5:7; Берешит Рабба 76:7.

308

Берешит Рабба 76:7–8.

309

Кицур Бааль а-Турим, Берешит Рабба 32:15.

310

Берешит Рабба 75:10.

311

Мидраш Танхума, Вайишлах 3:5.

312

Танхума, Вайишлах 6:2.

313

Берешит Рабба 75:13.

314

Берешит Рабба 78:7.

315

Таргум Иерушалми, Берешит 33:2.

316

Песикта Раббати 13:20.

317

Берешит Рабба 78:9; Пиркей де р. Элиезер 37.

318

Там же.

319

Танхума Бубер I1:3.

320

Алеф Бет бен Сиры 1:21.

321

Таргум Иерушалми, Берешит 25:25.

322

Берешит Рабба 63:10.

323

Берешит Рабба 63:13.

324

Рамбан, комм. на Берешит 18:1; Даат Зкеним, комм. на Берешит 47:28; Шир а-Ширим Рабба 3:6.

325

Сота 13а.

326

Бава Кама 3б.

327

Берешит Рабба 63:12.

328

Зоар, Райа Мехемна 42а.

329

Бава Батра 123а.

330

Берешит Рабба 76:9, 80:4.

331

Там же.

332

Софрим 21:9.

333

Пиркей де р. Элиезер 38.

334

Сехель Тов, Берешит 34:1.

335

Берешит Рабба 79:8–80:1.

336

Берешит Рабба 80:5; Мидраш Коэлет Рабба 10:8; Йома 77б.

337

Берешит Рабба 80:11; Раши, комм. на Берешит 46:10.

338

Сехель Тов, Берешит 34:3–4.

339

Берешит Рабба 80:11.

340

Сехель Тов, Берешит 34:4.

341

Пиркей де рабби Элиезер 38.

342

Берешит Рабба 80:4.

343

Таргум Иов 2:9,10.

344

Берешит Рабба 80:11.

345

Седер Олам Рабба 2; Хизкуни, комм. на Берешит 38:1.

346

Таргум Иерушалми, Берешит 38:6.

347

Берешит 21:5, 25:26; Ялкут Шимони, Вайеце 125:6; Сехель Тов на Берешит 38:2.

348

Йевамот 34б.

349

Берешит Рабба 85:4; Йевамот 34б.

350

Хизкуни, комм. на Берешит 38:1.

351

Йевамот 34б.

352

Зоар 1:188а – б.

353

Берешит Рабба 85:8.

354

Сота 10а.

355

Шмот Рабба 30:3.

356

Йевамот 34б.

357

Йевамот 34а.

358

Авот де рабби Натан 2:5.

359

Сота 36б.

360

Берешит Рабба 84:7.

361

Берешит Рабба 98:20.

362

Берешит Рабба 84:7.

363

Берешит Рабба 84:8.

364

Берешит Рабба 84:14.

365

Берешит Рабба 91:8.

366

Берешит Рабба 84:16.

367

Сефер а-Яшар, Вайешев 4:4.

368

Ялкут Шимони, Вайешев 142; Мидраш Танхума, Вайешев 13:10.

369

Сефер а-Яшар, Вайешев 4:4.

370

Таргум Иерушалми, Берешит 37:28.

371

Мидраш Танхума, Вайешев 2:4.

372

Берешит Рабба 91:6; Мидраш Танхума, Микец 8:2.

373

Сефер а-Яшар, Вайешев 4:7–8.

374

Берешит Рабба 84:22.

375

Сота 13б.

376

Ор а-Хаим, комм. на Берешит 49:22.

377

Мидраш Танхума, Вайешев 8:5.

378

Мидраш Танхума, Вайешев 5:2.

379

Берешит 39:10; Йома 35б.

380

Сота 36б, Берешит Рабба 87:6.

381

Берешит Рабба 87:5.

382

Сота 36б.

383

Берешит Рабба 87:7.

384

Берешит Рабба 98:20.

385

Ялкут Шимони, Вайешев 145.

386

Сота 36б.

387

Там же.

388

Берешит Рабба 87:8.

389

Таргум Иерушалми, Берешит 39:14, 20.

390

Танхума, Вайешев 9:5.

391

Шмот Рабба 7:1.

392

Сота 13б.

393

Мидраш Теилим 105:7.

394

Берешит Рабба 91:7.

395

Раши 41:55; Ялкут Шимони, Йирмеягу (Иеремия) 285:3.

396

Сота 36б.

397

Берешит Рабба 91:7; Ялкут а-Тора 148:7.

398

Берешит Рабба 91:7; Таргум Йерушалми на Берешит 42:24.

399

Ялкут а-Тора 148:8.

400

Мидраш Танхума, Ваигаш 4:4–7.

401

Берешит Рабба 91:8.

402

Аггада Берешит 73:1.

403

2 Авот де р. Натан 40; Берешит Рабба 91:9.

404

Берешит Рабба 92:4.

405

Таргум Онкелос, Берешит 43:32; Таргум Йерушалми, Берешит 43:32.

406

Хуллин 91а.

407

Берешит Рабба 92:5; Мидраш Танхума, Ваигаш 4:9.

408

Берешит Рабба 92:5, 98:20.

409

Мидраш Танхума, Вайигаш 5:9.

410

Берешит Рабба 93:6.

411

Сефер а-Яшар, Вайигаш 3.

412

Зоар 206а.

413

Берешит Рабба 93:7.

414

Хадар Зкеним, комм. на Берешит 44:18.

415

Мидраш Танхума, Вайигаш 5:7.

416

Берешит Рабба 93:6.

417

Хадар Зкеним, комм. на Берешит 44:18.

418

Берешит Рабба 93:6.

419

Хадар Зкеним, комм. на Берешит 44:18; Берешит Рабба 93:6.

420

Сефер а-Яшар, Вайигаш 4.

421

Сефер а-Яшар, Вайигаш 5.

422

Танхума, Вайигаш 5:13.

423

Танхума, Вайигаш 5:14.

424

Мегила 16б.

425

Берешит Рабба 93:122, Мегила 16б.

426

Сефер а-Яшар, Вайигаш 7.

427

Мегила 16б.

428

Сехель Тов, Берешит 45:23.

429

Леках Тов, Берешит 45:23.

430

Таанит 10б.

431

Зоар 2:4а.

432

Мегила 17.

433

Калла Рабати 3.

434

Мидраш Аггада, Берешит 46:29.

435

Зоар 1:189а.

436

Бава Батра 120а; Берешит Рабба 94:9; Песикта де рав Кахана 11:13; Таргум Иерушалми, Берешит 46:27.

437

Раши, комм. на Берешит 46:26.

438

Бава Батра 123а.

439

Песикта де р. Кахана 11:12; Сефер а-Яшар, Ваешев 21.

440

Песикта де р. Кахана 11:12.

441

Сехель Тов, Берешит 46:17.

442

Сефер а-Яшар, Вайигаш 9; Таргум Иерушалми, Берешит 46:17.

443

Песикта де р. Кахана 11:13.

444

Пиркей де р. Элиезер 39.

445

Бава Батра 143б.

446

Бава Меция 87а.

447

Берешит Рабба 62:2.

448

Таанит 5б.

449

Ктубот 111а.

450

Берешит Рабба 96:5.

451

Сехель Тов, Берешит 47:31.

452

Таргум Иерушалми, Берешит 49:1.

453

Бемидбар Рабба 2:8; Берешит Рабба 100:2.

454

Бава Батра 17а.

455

Берешит Рабба 79:1.

456

Зоар 1:250б–251а.

457

Таргум Иерушалми, Берешит 50:1.

458

Пиркей де рабби Элиезер 38; Таргум Иерушалми, Берешит 50:13.

459

Сота 13а.

460

Мидраш Теилим 18:32.

461

Таргум Иерушалми, Берешит 50:13.

462

Мидраш Теилим 14:7.

463

Бава Батра 75а.

464

Мидраш Танхума, Вайехи 17:5, Берешит Рабба 100:8.

465

Ктубот 111а.

466

Дварим Рабба 11:7.

467

Шмот Рабба, 20:19; Сота 13а; Песикта де р. Кахана 11:12.

468

Сота 13а.

469

Таргум Иерушалми, Берешит 25:25.

470

Дварим Рабба 1:15; Зоар 1:146б.

471

Мидраш Танхума, Ваеце 12:1.

472

Мидраш Танхума, Ваишлах 3:5.

473

Кицур Бааль а-Турим, Берешит 32:15.

474

Сота 13а; Мидраш Теилим 18:32.

475

Берешит Рабба 79:1.

476

Берешит Рабба 65:9.

477

Мидраш а-Гадоль II:8; Сефер а-Яшар, Шмот 15; Шмот Рабба 1:11, 5:18; Хадар Зекеним, комм. на Шмот 1:13.

478

Шмот Рабба 5:21.

479

Даат Зкеним, комм. на Шмот 1:13.

480

Шмот Рабба 1:13.

481

Санхедрин 58б.

482

Шмот Рабба 1:12.

483

Шмот Рабба 1:8.

484

Сота 11а.

485

Сефер а-Яшар. Шмот 18.

486

Зоар 2:33а.

487

Шмот Рабба 1:18.

488

Сота 11б.

489

Бава Батра 120а; Шмот Рабба 1:13.

490

Сота 11б; Шмот Рабба 1:16.

491

Сота 11б.

492

Сефер а-Яшар, Шмот 23; Сота 11б.

493

Сота 12а; Мехилта де рабби Шимон бар Йохаи, Сания II:4.

494

Сота 12а; Шмот Рабба 1:19.

495

Сота 12а, Бава Батра 120а.

496

Сота 12а, Шмот Рабба 1:20.

497

Сота 12а.

498

Там же.

499

Дварим Рабба 11:10.

500

Пиркей де р. Элиезер 48.

501

Берахот 54б.

502

Мехилта де р. Ишмаэль, Писха 14.

503

Берейшит Рабба 97:3.

504

Таргум Иерушалми, Шмот 2:5.

505

Шмот Рабба 1:23.

506

Берешит Рабба 97:3.

507

Шмот Рабба 1:28–31.

508

Шмот Рабба 1:31, Дварим Рабба 2:29.

509

Мехилта де р. Ишмаэль, Амалек 4.

510

Раши на Шмот 2:16.

511

Шмот Рабба 1:32.

512

Сифрей Бемидбар 99.

513

Шмот Рабба 1:32.

514

Таргум Иерушалми, Шмот 2:21.

515

Сефер а-Яшар, Шмот 41.

516

Мехилта де р. Ишмаэль, Амалек 3.

517

Раши, комм. на Шмот 7:15; Шмот Рабба 9:8.

518

Недарим 31б.

519

Недарим 32а.

520

Зоар I:93б.

521

Мидраш Аггада, Шмот 18:3.

522

Танхума Бубер, Ваэра 16:4.

523

Мидраш Аггада, Шмот 8:16; Леках Тов, Шмот 8:16.

524

Ялкут Шимони, Ваэра 181:4.

525

Мидраш Танхума, Ваэра 5:6.

526

Ялкут Шимони, Ваэра 181:4; Шмот Рабба 5:14.

527

Шмот Рабба 9:6.

528

Шмот Рабба 9:7.

529

Шмот Рабба 9:10.

530

Зевахим 102а.

531

Шмот Рабба 10:2.

532

Там же.

533

Шмот Рабба 10:6.

534

Шмот Рабба 10:3–5.

535

Шмот Рабба 10:5–6.

536

Шмот Рабба 11:1.

537

Шмот Рабба 11:3.

538

Шмот Рабба 11:2.

539

Мидраш Танхума, Бо 4:3.

540

Шмот Рабба 11:3.

541

Шмот Рабба 11:4.

542

Шмот Рабба 11:5.

543

Шмот Рабба 12:4–6.

544

Шмот Рабба 13:7; Таргум Иерушалми, Шмот 10:19.

545

Шмот Рабба 14:1–3; Мидраш Танхума, Бо 1–3.

546

Мидраш Танхума, Бо 3:3.

547

Мидраш Танхума, Ваера 14:13; Раши на Шмот 10:22; Таргум Иерушалми, Шмот 10:23.

548

Шмот Рабба 18:1.

549

Шмот Рабба 19:5.

550

Бемидбар Рабба 11:3.

551

Таргум Иерушалми, Шмот 19:4.

552

Песикта де р. Кахана 7:6,9; Песикта Рабати 17:5.

553

Песикта де р. Кахана 7:6; Песикта Рабати 17:6.

554

Мехилта де р. Ишмаэль, Писха 13; Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Бешалах 15:2.

555

Танхума, Бо 7:1; Таргум Иерушалми 12:29; Шмот Рабба 17:5, 19:8; Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Бешалах 15:1, 16:5.

556

Шмот Рабба 18:2.

557

Мехилта де р. Ишмаэль, Писха 13.

558

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Бешалах 15:1.

559

Мехилта де р. Ишмаэль, Писха 13.

560

Пирке де рабби Элиезер 48:20.

561

Мехилта де р. Ишмаэль, Писха 13.

562

Мехилта де р. Шимон бар-Иохай, Бешалах 15:8.

563

Бахья, комм. на Шмот 3:22; Хананель, комм. на Шмот 3:22; Рашбам, комм. на Шмот 3:22.

564

Санхедрин 91а.

565

Ор а-Хаим, комм. на Шмот 12:36.

566

Мехилта де р. Шимон бар-Иохай, Бешалах 15:8.

567

Шмот Рабба 20:3; Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Бешалах 15:4; Зоар 2:45а-45б; Таргум Иерушалми, Шмот 12:32.

568

Шмот 13:19; Тосефта Сота 4:8.

569

Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 7; Танхума Бешалах 2; Сота 13а.

570

Шмот Рабба 20:19; Песикта де р. Кахана 11:12.

571

Перек Шира 6.

572

Шмот Рабба 18:10.

573

Таргум Иерушалми, Шмот 12:40–42.

574

Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 1.

575

Зоар 2:45а-45б.

576

Таргум Иерушалми, Шмот 12:37–38.

577

Мехилта де р. Ишмаэль, Писха 14; Таргум Иерушалми, Шмот 12:37–38.

578

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Бешалах 20.

579

Там же.

580

Песахим 67а.

581

Мехилта де р. Ишмаэль, Писха 6; Седер Элиягу Рабба 17: 85.

582

Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 2.

583

Зоар II 51а–51б.

584

Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 2.

585

Песикта Раббати 49:8.

586

Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 3.

587

Там же.

588

Шмот Рабба 21:6.

589

Мехилта де р. Ишмаэль Бешалах 5.

590

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Бешалах 25:1.

591

Таргум Иерушалми, Шмот 14:22.

592

Мидраш Теилим 114:7; Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 5.

593

Шмот Рабба 21:10.

594

Берейшит Рабба 92:2.

595

Таргум Иерушалми, Шмот 14:9.

596

Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 6, Шира 5, 7.

597

Мехилта де р. Ишмаэль, Шира 5.

598

Там же.

599

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Бешалах 25:3, 26:5.

600

Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 26.

601

Мидраш Аггада, Шмот 14:28; Пиркей де р. Элиезер 43.

602

Пиркей де р. Элиезер 42, Таргум Иерушалми, Шмот 15:12.

603

Мидраш Танхума, Бо 3.

604

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Амалек 64: I.

605

Мехилта де р. Ишмаэль, Бешалах 2.

606

Танхума Бубер: Бешалах 16:1.

607

Шмот Рабба 24:2, 41:1; Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Бешалах 21:1.

608

Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 1.

609

Мехилта де р. Шимон бар-Йохаи, Ваясса 40:3; Йома 76а.

610

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Ваясса 42:2, Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 2.

611

Тосефта Сота 2:3.

612

Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 2; Мехилта де р. Шимон бар-Йохаи 60:3; Йома 76a.

613

Пирке де р. Элиезер 3.

614

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Ваисса 42:1; Сифре Дварим 355; Мидраш Теилим 78.

615

Хагига 12б.

616

Йома 75б.

617

Мидраш Теилим 78:3, Йома 75б.

618

Йома 75б.

619

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Ваясса 40:3; Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 2.

620

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Амалек 60:3; Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 5; Танхума, Шмот 25:6; Шмот Рабба 25.3; Йома 75a; Сифре Бемидбар 89:3–4.

621

Йома 75а.

622

Сифре Бемидбар 89:5; Мехилта де р. Шимон бар-Йохаи Ваясса 40:2; Мидраш Теилим 76, 3–4; Йома 75а.

623

Мехилта де р. Шимон бар-Йохаи, Ваясса 40:2; Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 2, Танхума Бубер, Бешалах 22:1; Сифре Бемидбар 89.

624

Йома 75а.

625

Сифре Бамидбар, 89:3–4.

626

Йома 75а; Сифре Бемидбар 89:2.

627

Таргум Йерушалми, Шмот 16:21.

628

Зоар 2:191б.

629

Йома 75a; Мехилта де р. Шимон бар-Йохаи, Ваясса 42:1; Зоар 2:63a.

630

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Ваясса 39:1.

631

Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 2; Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Ваясса, 39:1.

632

Мехилта де р. Шимон бар-Йохаи, Ваясса 41:1; Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 5.

633

Таргум Иерушалми 16:20; Танхума Бубер, Бешалах 24:1; Мехилта де р. Шимон бар-Йохаи 41:1; Шмот Рабба 25.10.

634

Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 2–3; Мехилта де р. Шимон бар-Йохаи 40:1; Сифре Бемидбар 97; Тосефта Сота 4:4).

635

Тосефта Сота 11:2, 10.

636

Мехилта де р. Шимон бар Йохаи, Ваясса 42:1; Мехилта де р. Ишмаэль, Ваясса 5.

637

Мидраш Танхума, Ницавим 3:1; Шмот Рабба 28:6.

638

Шаббат 88а; Мидраш Танхума, Ноах 3:4.

639

Мидраш Теилим 8:4.

640

Танхума, Ноах 3:4.

641

Шмот Рабба 29:9.

642

Песикта Раббати 21:12.

643

Пирке де р. Элиезер 41; Шаббат 88б, Шмот Рабба 29:4, Мидраш Теилим 68:5; Зоар 2:84бш–85а.

644

Тосефта Арахин 1:9, Сифре, Дварим 313; Шаббат 88b; Таргум Иерушалми, Шмот 20:18–21; Зоар 2:84б–85a.

645

Теилим 68:10.

646

Шаббат 88а, Песикта Раббати 21, Шмот Рабба 29:8; Мидраш Теилим 68, 10; Таргум Теилим 68:18.

647

Песикта Раббати 21:8.

648

Шмот Рабба 45:2, 51:8.

649

Песикта Раббати 10:6, 21:7.

650

Пирке де р. Элиезер 47.

651

Мидраш Танхума, Тецаве 11:2–3.

652

Шаббат 88а.

653

Песикта Рабати 21:8.

654

Песикта Рабати 21:8; Песикта де р. Кахана 12:22.

655

Шаббат 88а.

656

Бемидбар Рабба 9:48, Недарим 38а.

657

Шаббат 88а.

658

Иерушалми, Пеа 2:6; Ваикра Рабба 22:1; см. Мегила 19б.

659

Маймонид, Мишне Тора, Иссурей Биа 22:2.

660

Шулхан Арух, Эвен а-Эзер 24:1.

661

Киддушин 81б.

662

Бава Меция 96а.

663

Санхедрин 55а – б.

664

Раши, комм. на Шмот 22:14.

665

Бава Кама 37а–37б.

666

Авода Зара 34б.

667

Киддушин 25а.

668

Шмот Рабба 41:2, Бамидбар Рабба 12:16, Леках Тов, Шмот 35:22.

669

Шаббат 74б, 99а; Таргум Иерушалми, Шмот 35:26.

670

Мидраш Танхума, Пкудей 9:3; Сота 11б.

671

Бамидбар Рабба 9:14.

672

Рамбан, комм. на Шмот 38:8.

673

Раши, комм. на Шмот 38:8.

674

Бамидбар Рабба 12:9.

675

Менахот 29а.

676

Бамидбар Рабба 15:4.

677

Шмот Раба 48:3.

678

Гиттин 68а.

679

Шаббат 92а.

680

Зевахим 19а.

681

Бава Батра 14б.

682

Сифре Бемидбар 101:1; Пиркей де р. Элиезер 45; Бартенура, комм. на Пиркей Авот 5:6; Ор а-Хаим, комм. на Ваикра 23:15.

683

Бава Батра 14а, Недарим 38а; Иерушалми, Таанит 4:5.

684

Недарим 38а.

685

Иерушалми, Таанит 4:5.

686

Пиркей де р. Элиезер 45.

687

Рашбам, комм. на Шмот 32:19, Дварим 9:17.

688

Пиркей де р. Элиезер 45.

689

1 Авот де р. Натан 2; Иерушалми, Таанит 4:5; Песахим 87б.

690

Иерушалми, Таанит 4:5.

691

Бемидбар Рабба 9:48, Ваикра Рабба 32:2; комм. Раши на Шмот 31:1.

692

Шмот Рабба 51:1–2.

693

Шмот Рабба 51:6.

694

Мидраш Танхума, Пкудей 7:3; Танхума Бубер, Пкудей 4:1; Шмот Рабба 51:6, Зоар 2:226б.

695

Йома 54б.

696

Йома 54а.

697

Раши, комм. на Шмот 25:18.

698

Сукка 5а.

699

Ибн Эзра, комм. на Шмот 25:18.

700

Маймонид, Море невухим 3:45.

701

Бава Батра 99а.

702

Зевахим 15а.

703

Маймонид, Мишне Тора, Сефер Авода, Клей а-Микдаш 8:18.

704

Йома 23б; Сифра 2:3, Цав 6:3; Раши, комм. на Ваикра 6:3.

705

Зевахим 19а.

706

Море Невухим 3:32.

707

Филон Александрийский, Об особых законах 4:100–101.

708

Бахья, комм. на Ваикра 11:4.

709

Бава Батра 75а.

710

Там же.

711

Таргум Иерушалми, Ваикра 12:2–3.

712

Нидда 31б.

713

Нидда 31б.

714

Менахот 37а–37б.

715

Нидда 22б–24а.

716

Берахот 31а.

717

Ваикра Рабба 17:6.

718

Рамбан, комм. на Ваикра 16:8.

719

Пиркей де р. Элиезер 46.

720

Ибн Эзра, комм. на Ваикра 16:8.

721

Йома 67–68б.

722

Санхедрин 105б.

723

Санхедрин 105а.

724

Рош-а-Шана 4а.

725

Ктубот 65а.

726

Йевамот 59б.

727

Санхедрин 55а – б.

728

Хизкуни, комм. на Ваикра 19:28.

729

Ваикра Рабба 19:6.

730

Санхедрин 103б.

731

Там же.

732

Иерушалми Пеа 1:1.

733

Санхедрин 65б.

734

Таргум Иерушалми 19:31.

735

Мишна Килаим 8:5.

736

Мишна Критот 1:1.

737

Раши, комм. на Санхедрин 65б.

738

Санхедрин 65б.

739

Там же.

740

Море Невухим, 3:32.

741

Мишна Бехорот 6.

742

Мишна Бехорот 7:1–7.

743

Мишна Бехорот 6.

744

Хагига 14б–15а.

745

Авода Зара 41а.

746

Авода Зара 44а.

747

Раши, комм. на Ваикра 27:3.

748

Арахин 19а.

749

Раши, комм. на Ваикра 27:7.

750

Йевамот 102б.

751

Иерушалми Шаббат 2:3.

752

Шаббат 28а; Коэлет Рабба 1:9.

753

Мидраш Танхума, Трума 6.

754

Раши, комм. на Иехезкиль 16:10.

755

Шаббат 28а-б; Иерушалми, Шаббат 2:3.

756

Шаббат 28б; Коэлет Рабба 1:9.

757

Танхума, Шмини 7:1; Бава Батра 75а.

758

Шаббат 28б; Коэлет Рабба 1:9; Эйн Яааков, Шаббат 2:9.

759

Сота 29а.

760

Сота 26б.

761

Сота 24а – б.

762

Сота 27а.

763

Сота 26б.

764

Сота 25а – б.

765

Сота 47а.

766

Сота 4а – б.

767

Сота 6б.

768

Там же.

769

Там же.

770

Раши, комм. на 12:10.

771

Танхума, 13:1.

772

Сифрей Бееалотха 99.

773

Санхедрин 108б.

774

Берешит Рабба 36:9.

775

Танна дебей Элияу Рабба 29:1.

776

Хадар Зкеним, комм. на Бемидбар 13:11.

777

Сота 10а.

778

Берахот 54б.

779

Софрим 21:9.

780

Сота 34б; Бемидбар Рабба 16:11.

781

Сота 35а.

782

Хадар Зекейним на Бемидбар 13:11.

783

Бемидбар Рабба 16:14.

784

Песикта раббати 27:1.

785

Сота 34а.

786

Бемидбар Рабба 16:14.

787

Там же.

788

Танхума Бубер 8:1.

789

Сота 34а.

790

Шир а-Ширим Рабба 4:27.

791

Сота 34а.

792

Там же.

793

Зоар 3:160б.

794

Сота 35а.

795

Бемидбар Рабба 18:3.

796

Зоар 17а – б.

797

Зоар 17б.

798

Бемидбар Рабба 18:3.

799

Там же.

800

Иерушалми, Санхедрин 10:1.

801

Бемидбар Рабба 18:10.

802

Мидраш Теилим 1:15.

803

Бемидбар Рабба 18:19; Санхедрин 110а.

804

Санхедрин 110а.

805

Песахим 119а; Санхедрин 110а.

806

Санхедрин 110а, Таргум Иерушалми, Бемидбар 16:33.

807

Таанит 10а.

808

Йома 67б.

809

Бемидбар Рабба 19:6; Мидраш Танхума, Хукат 8.

810

Раши, комм. на Бемидбар 19:2.

811

Рамбан, комм. на Бемидбар 19:2.

812

Маймонид, Море невухим, 3:47.

813

Мишна, Пара 2:5.

814

Мишна, Пара 2:2.

815

Мишна, Пара 3:5.

816

Мишне Тора, Пара Адума 3:4.

817

Зоар 1:133б.

818

Зоар 1:166б.

819

Берешит Рабба 74:13.

820

Санхедрин 105а.

821

Таргум Иерушалми, Бемидбар 22:5.

822

Бемидбар Рабба 14:20.

823

Авот де рабби Натан 2:5.

824

Танна дебей Элияу Рабба 28.

825

Санхедрин 105а.

826

Нидда 31а.

827

Таргум Иерушалми, Бемидбар 24:25.

828

Гиттин 57а.

829

Санхедрин 106а – б.

830

Санхедрин 105а.

831

Таргум Иерушалми на Бемидбар 22:28; Мидраш Аггада на Бемидбар 22:21.

832

Йевамот 63а.

833

Мидраш Аггада, Бемидбар 22:21.

834

Таргум Иерушалми, Бемидбар 22:28.

835

Бемидбар Рабба, 20:14.

836

Санхедрин 105а, б.

837

Бемидбар Рабба 20:14.

838

Иерушалми, Бемидбар 24:25.

839

Санхедрин 82а.

840

Там же.

841

Шмот Рабба 33:5.

842

Раши, комм. на Санхедрин 82а.

843

Бемидбар Рабба 20:25; Санхедрин 82а.

844

Санхедрин 82а; Бемидбар Рабба 22:4.

845

Пиркей де рабби Элиезер 47.

846

Санхедрин 82б; Бемидбар Рабба 20:25.

847

Йерушалми Санхедрин 10:2; Санхедрин 82б.

848

Санхедрин 82б.

849

Иерушалми, Санхедрин 10:2.

850

Санхедрин 82б, Иерушалми 10:2.

851

Раши, комм. Санхедрин 82б.

852

Санхедрин 82а, Йерушалми Санхедрин 10:2.

853

Йерушалми Санхедрин 10:2.

854

Санхедрин 82а.

855

Пирке де Рабби Элиезер 47; Таргум Иерушалми на Бемидбар 25:8; Санхедрин 82б.

856

Таргум Иерушалми, Бемидбар 25:8.

857

Иерушалми Санхедрин 10:2; Санхедрин 82б.

858

Иерушалми Санхедрин 10:2.

859

Таргум Иерушалми, Бемидбар 25:8.

860

Там же.

861

Шаббат 96б, Сифрей Бемидбар 105, 113, 133.

862

Шаббат 97а.

863

Зоар 3:205б.

864

Таргум Иерушалми, 15:32–36.

865

Сифрей Зута, Бемидбар 15:32.

866

Таргум Иерушалми, 15:36.

867

Зоар 3:205б.

868

Бава Батра 119б.

869

Зоар 3:205б.

870

Шаббат 96б.

871

Бава Батра 122б; Сифрей Бемидбар 134.

872

Бава Батра 120а.

873

Бава Батра 119б.

874

Там же.

875

Бемидбар Рабба 16:1; Танхума Бубер, Шелах 1.

876

Зевахим 116б.

877

Сифре Зута, Бемидбар 10:29.1.

878

Мегила 15а.

879

Зевахим 116б.

880

Мегила 14б.

881

Бемидбар Рабба 3:2.

882

Мегила 15а.

883

Мегила 14б.

884

Таргум Йонатан на Бемидбар 24:25.

885

Бемидбар Рабба, 22:4–5.

886

Йевамот 60б.

887

Раши, комм. на Бемидбар 31:17.

888

Ибн Эзра, комм. на 31:17.

889

Мишна Нидда 5:4.

890

Йевамот 60б; Раши, комм. на Бемидбар 31:17.

891

Йевамот 60б.

892

Ктубот 10а – б.

893

Сифра, Цав Милуим 1; Рамбан, комм. на Бемидбар 20:26.

894

Раши, комм. на Бемидбар 20:25.

895

Сифрей Дварим 305:4.

896

Шмот Рабба 51:6.

897

Таргум Иерушалми 16:4; Санхедрин 110а; Моэд Катан 18б.

898

Бемидбар Рабба 19:20.

899

Сифрей Дварим 305:4.

900

Шмот Рабба 37:1, Ваикра Рабба 11:6.

901

Сифрей Бемидбар 99.

902

Сифрей Бемидбар 105; Шаббат 97а.

903

Мидраш Аггада, Шмот 32:20.

904

Мидраш Танхума, Хукат 17.

905

Бемидбар Рабба 19:20; Сифрей Дварим 305; Мидраш Танхума, Хукат 17.

906

Ибн-Эзра, комм. на Дварим 10:6.

907

Рамбан, комм. на Дварим 10:6.

908

Таргум Иерушалми, Дварим 10:6, 10; Мехилта де р. Ишмаэль, Ваяса 1.

909

Хуллин 60б.

910

Раши, комм. на Дварим 2:23; Сфорно, комм. на 2:23 и др.

911

Хуллин 60б.

912

Берахот 32б.

913

Йома 19б.

914

Берахот 25б.

915

Берахот 24а.

916

Берахот 25а.

917

Берахот 25б.

918

Там же.

919

Там же.

920

Там же.

921

Сончино, комм. на Дварим 4:16.

922

Раши, комм. на Шмот 32:27–28; Ибн Эзра, комм. на Шмот 32:27–38; Рамбан, комм. на Шмот 32:27–38 и др.

923

Пиркей де р. Элиезер, 45.

924

Таргум Иерушалми, Бемидбар 16:4; Санхедрин 110а; Моэд Катан 18б.

925

Таргум Иерушалми, Бемидбар 16:4.

926

Санхедрин 110а.

927

Эйха Рабба, Петихта 34; Иерушалми Таанит 4:5.

928

Хуллин 109б.

929

Раши, комм. к Хуллин 109б.

930

Авода Зара 39б–40а.

931

Шаббат 77б.

932

Санхедрин 65а.

933

Радак, комм. на Берейшит 2:3.

934

Рамбам, Пардес а-Мелех.

935

Элиягу бен Авраам Шломо ха-Коэн, Мидраш Тальпиот.

936

Санхедрин 107а.

937

Санхедрин 69б.

938

Санхедрин 22а.

939

Санхедрин 107а.

940

Санхедрин 22а.

941

Киддушин 21б.

942

Маймонид, Мишне тора, Хилхот Мелахим 8:2.

943

Там же, 8:3.

944

Киддушин 21б.

945

Бава Батра 23б.

946

Раши, комм. на Бава Батра 23б.

947

Тосафот, комм. на Бава Батра 23б.

948

Бемидбар Рабба 17:4; Санхедрин 65б, 59б и др.

949

Бава Кама 55а.

950

Там же.

951

Иосиф Флавий, Иудейская война II 8:9.

952

Шулхан Арух, Орах Хаим 3.

953

Берахот 25б.

954

Берахот 10а.

955

Нидда 31а.

956

Рабад, Мишне Тора, Тшува 3:7.

957

Сота 13б.

958

Берахот 25а.

959

Бава Меция 96а.

960

Там же.

961

Йевамот 53б–54а.

962

Раши, комм. на Дварим 28:30.

963

Мегила 25б; Раши, комм. на Дварим 28:30.

964

Маймонид, Море Невухим 1:37.

965

Зоар 2:7а, 2:237а – б.

966

Нахманид, комм. на Дварим 18:9.

967

Бахья, комм. на Берейшит: 15:5.

968

Сукка 29а; Тосефта, Сукка 2:6.

969

Сукка 29а.

970

Нидда 61а; Раши, комм. на Нидда 61а.

971

Дварим 3:11; Мидраш Аггада, Дварим 3:11.

972

Нидда 24б.

973

Софрим 21:9.

974

Мидраш Теилим 136:11.

975

Бемидбар Рабба 19:32.

976

Софрим 21:9.

977

Таргум Иерушалми, Берешит 16:5.

978

Софрим 21:9.

979

Таргум Иерушалми, Берейшит 14:14.

980

Там же.

981

Пиркей де рабби Элиезер 26:7; Берешит Рабба 45:1, Таргум Иерушалми, Берешит 16:1.

982

Пиркей де р. Элиэезер 23:8.

983

Зоар 3:184а.

984

Берешит Рабба 42:8.

985

Берахот 54б.

986

Седер Олам Рабба 12.

987

Танна Дебей Элиягу Зута 13; Иерушалми Шекалим 3:5, Иерушалми Пеа 1:1; Берешит Рабба 6:9; Эрувин 63б.

988

Бава Батра 56а.

989

Леках Тов, Бемидбар 11:28.

990

Бемидбар Рабба 12:9.

991

Бемидбар Рабба 21:14.

992

Бемидбар Рабба 21:14.

993

Таргум Иерушалми, Дварим 32:24; Бемидбар 6:24.

994

Пиркей Авот 5:6; Берешит Рабба 7:5.

995

Берешит Рабба 20:11, 23:6, 24:6.

996

Берахот 6а.

997

Шаббат 151б.

998

Мидраш Теилим 91:3; Бемидбар Рабба 12:3.

999

Сифрей Дварим 318.

1000

Песахим 110а.

1001

Песахим 112б.

1002

Песахим 111б; Раши, комм. на Иов 3:5.

1003

Гиттин 68б.

1004

Коэлет Рабба 2:5.

1005

Песахим 100а; Песахим 112б.

1006

Авода Зара 12б.

1007

Сота 13б.

1008

Дварим Рабба 9:9.

1009

Петират Моше.

1010

Дварим Рабба 11:3.

1011

Дварим Рабба 11:5.

1012

Дварим Рабба 11:8.

1013

Раши, комм. на Дварим 34:5; Бава Батра 15а; Сифрей Дварим 357:28; Менахот 30а.

1014

Ибн-Эзра, комм. на Дварим 11:2.

1015

Раши, комм. на Дварим 34:5; Сота 13б, 9б.

1016

Раши, комм. на Дварим 34:6; Пиркей авот 5:6; Песахим 54а.

1017

Ибн Эзра, комм. на Дварим 34:6.

1018

Сота 14а, Сифре Бемидбар 106:1.

1019

Сота 13б.

1020

Бемидбар Рабба 20:24.

1021

Сота 13б.

1022

Там же.

1023

Ялкут Шимони 965:6.

1024

Сифрей Дварим 357:28.

1025

Бава Батра 15а.

1026

Сота 13б.

Content

Юрий Табак
Нескромные смыслы Торы
Потаенные сокровища еврейского фольклора

Предисловие

Берешит

◾ Сколько времени понадобилось Всевышнему для сотворения мира?

◾ О дне и ночи

◾ О Земле и Солнце

◾ Об опровержении эволюции и вечной правоте Торы

◾ О сотворении Адама

◾ В ожидании Хавы (Евы)

◾ О сотворении женщины

◾ О треугольнике Адам – Хава – змей

◾ Наказание участников треугольника

◾ О зверском убийстве

◾ О нашем происхождении

Ноах

◾ О полуправедном Ноахе

◾ В ожидании потопа

◾ Устройство ковчега

◾ Посадка на судно

◾ Регуляция сексуальных отношений в ковчеге Ноаха как бихевиористский паттерн коллективного пребывания в изолированном пространстве

Лех Леха

◾ О жизни Авраама

◾ Эмиграция в Харран

◾ О сластолюбивом фараоне и хитром Аврааме

◾ О треугольнике Авраам – Сарра – Агар

◾ Об обрезании Авраама

◾ О визите трех ангелов

◾ Рождение Ицхака (Исаака) как повод к семейному конфликту

Вайера

◾ О Лоте и его дочерях

◾ О рождении Ицхака

◾ О знаменитом жертвоприношении

Хаей Сара

◾ Смерть Сарры и Авраама

◾ Как Ицхак нашел свое счастье

Толдот

◾ Рождение Эйсава и Яакова

◾ Юность братьев

Вайеце

◾ Чудесное путешествие Яакова

◾ В семейном пятиугольнике

◾ О женах и наложницах-рабынях

Вайишлах

◾ О нашем мужественном праотце

◾ О тайне Эйсава

◾ «Нет повести печальнее на свете…»

Вайешев

◾ Повесть о Тамар и ее юных мужьях

◾ Йехуда и Тамар

◾ Библейская загадка

◾ Йосеф и его милые братья

◾ Повесть о женской страсти и мужской стойкости

Микец

◾ Братья Йосефа в Египте

Вайигаш

◾ Битва Йосефа с Йехудой

◾ Конец разборок

◾ О тайне Биньямина

◾ Счастливое семейство

Вайехи

◾ О предсмертном и посмертном бытии Яакова

◾ Йосеф – в последний путь

◾ Памяти Эйсава

Шмот

◾ Евреи в рабстве

◾ Моше: детство

◾ Моше: юность

◾ В эмиграции

◾ Поручение Бога

◾ Обрезание Гершома

Ваэра

◾ Встреча с фараоном

◾ Кровь

◾ Жабы

◾ Вши

◾ Твари

◾ Мор, нарывы и град

Бо

◾ Саранча

◾ Тьма

◾ Накануне последней казни

◾ Казнь первенцев

◾ Накануне Исхода

◾ С нехитрым скарбом – на свободу

Бешалах

◾ Исход

◾ О величайшем противостоянии в истории

◾ О морских приключениях

◾ Финансово-экономические показатели еврейской общины по выходе из египетского рабства и источники денежно-материальных накоплений за отчетный период «Десять казней и переход Красного моря»

◾ На берегу

◾ О манне небесной

Итро

◾ Как это было

◾ Небесное воинство

◾ Юридический аспект

Мишпатим

◾ О законах

◾ О зоофилии

◾ О несчастной корове

◾ О ценном наследии быка-смертника

◾ Об увечном рабе

Трума

◾ О глобальном строительном проекте

◾ Моше как строительный подрядчик

Тецаве

◾ О покрое священных одеяний

Тиса

◾ «Золотыми пальцами краснодеревца…»

◾ Здоровье – прежде всего

◾ Обретя богатство

Вайякел

◾ Тора об экономических аксиомах

Пкудей

◾ Херувимы и современность

Ваикра

◾ О критическом моменте

Цав

◾ О штанах первосвященника

Шмини

◾ О божественном обонянии

◾ С надеждой – в будущее

Тазриа

◾ Девочка vs. супружеские радости

◾ А если все же мальчик, то какой?

◾ А если, не дай бог, выкидыш?

Мецора

◾ О материальном и духовном

Ахарей Мот

◾ О спасительном козле

◾ О любви с животными

Кдошим

◾ Тайна кощунника

◾ Мудрый глас из могилы

Эмойр

◾ Об оптимальном размере поводка

◾ О наших будущих супругах-священниках

◾ Насчет беременной девственницы

Беар

◾ Об идольской красоте

◾ О повседневном употреблении идолов

Бехукотай

◾ О стоимости мужчин и женщин

Бемидбар

◾ Прообраз светлого будущего

Насо

◾ О проверке нас на неверность

◾ О продолжительности соития

◾ О наших древних секс-бомбах

Бееалотха

◾ О расизме

Шлах

◾ Из области исторической антропологии и экологии

◾ О бессмысленной правде

Корах

◾ «Меньше всего боятся смерти те, чья жизнь дороже всего»

◾ Корах – предтеча марксизма

◾ Чем Бог послал…

◾ О талмудических корнях романа Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка»

Хукат

◾ И коровой очистимся…

Балак

◾ Об израильтянине Бильаме

◾ Светлой памяти бильамовой ослицы

◾ О предыстории зверского убийства Зимри и Козби (Хазвы)

◾ Историко-юридическая и сексологическая реконструкция убийства Зимри и Козби

Пинхас

◾ Они были первыми (Памяти дочерей Цлофхада)

◾ Светлой памяти Раав

Матот

◾ О судьбе захваченного имущества

◾ О проверке на девственность

Масэй

◾ О смерти Аарона

Дварим

◾ О непреходящих уроках ведения бизнеса

◾ Сколько звезд и сколько евреев

Ваэтханан

◾ Как и в каком положении можно читать Шма

◾ Пространство для чтения Шма

◾ О гендерной иерархии ценностей

Эйкев

◾ Как выявить греховодника?

Ръе

◾ Про сестер наших меньших

Шофтим

◾ Об уроках семейной психологии от царя Давида

Ки Теце

◾ Об изголодавшихся

◾ О смелых вопросах

◾ Немного из талмудической зоологии

◾ О самом главном

◾ Одалживая корову для нестандартных услуг

◾ О некоторых особенностях заключения левиратного брака

Ки Таво

◾ Красота библейских кар

◾ Страшная месть

Ницавим

◾ О наших гороскопах

Вайелех

◾ О величии полузабытого

◾ Как стать начальником

Аазину

Ве-Зот а-Браха

◾ О кончине Моше

Примечания