Елизавета Шумская

Конечно, любовь

Часть первая

– Шиасу… Шиасу… очнись.

Демон отчетливо слышал в женском голосе тревогу, но просыпаться не хотелось. Что-то он устал… ужасно устал…

– Шиасу, пожалуйста.

Умоляющие нотки в голосе остановили мужчину от провала в темную пропасть, куда его затягивала невероятная, изматывающая слабость.

– Прошу тебя…

Ракхар будто наяву вновь увидел Айллу, вцепившуюся в перила и смотрящую ему вслед, когда он уходил. Она тоже звала, а он, придурок, все равно ушел. Проклятье! Нужно открыть глаза. Нужно сказать ей, что все в порядке, что он ее больше не бросит, надо ее успокоить. Он здесь, и все будет хорошо. Он позаботится о ней.

– Шиасу, пожалуйста.

Нет, она не будет плакать. Он больше этого не допустит. «Девочка моя родная… Я сейчас… Только не плачь…» Такое простое действие – открыть глаза… а усилий пришлось приложить столько, будто он скалу поднимает. Да что же это с ним такое?! Демон призвал на помощь всю свою волю и смог-таки поднять веки. Взгляд никак не хотел фокусироваться, какие-то сплошные пятна, темные и светлые.

– Шиасу! Шиасу! – в голосе женщины слышались слезы, и это разрывало сердце.

– Не плачь… – шепнул мужчина пересохшими губами.

И она затихла. Захотелось улыбнуться. А еще нестерпимо захотелось ее увидеть. Так сильно и отчаянно, что казалось, душа сейчас разорвется. Слабость в теле приводила в уныние. Опоили его чем-то, что ли? Не мог же он заболеть, в самом-то деле! Но все же ему наконец удалось сфокусироваться и увидеть свою девочку.

Нет, не свою. Шиасу смотрел на знакомые черты. Женщина явно переживала. Вглядывалась в его глаза. Держала за руку.

Но это была не она.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Анкерелла.

У нее не было синих волос Айллы, ее синих глаз… И голос… Как он вообще мог подумать, что это голос его девочки?

– Плохо? Тошнит? Где болит?

«Там не лечат».

Шиасу захотелось закрыть глаза и не открывать их еще минимум неделю. К хаосу все. Но тут с другой стороны появился Син. Сел рядом и с тревогой уставился на брата.

– Ты как? Живой? – взволнованно спросил младший.

«Что-то мелкий уже натворил, – с обреченной уверенностью подумал Шиасу. – Вон как глаза отводит».

– Попробуй пошевелить руками и ногами, – попросила Анкерелла.

Ракхар не хотел ничем шевелить. Он хотел спать. Максимум – узнать, во что вляпался младший. Однако воспоминания навалились тяжелым комом обязанностей и обещаний.

– Где мы? – спросил мужчина.

– Мы прошли портал, – с готовностью ответил Син. – И оказались в другом мире.

Старший из братьев довольно отметил, что не ошибся.

– За нами никто не последовал, потому что с телепортом что-то случилось.

«Да уж», – поморщился Шиасу, вспоминая ощущения от падения в него.

– Однако мы решили не искушать судьбу и уйти как можно дальше. Я, кстати, пришел в себя после телепорта. Мы шли несколько часов, но все очень устали – и вот встали лагерем. Народ даже нашел, что пожрать. Немного, но как перекус сойдет. Очень похоже на какой-нибудь человеческий или смешанный мир. Но мы пока еще не поняли, где мы.

«Несколько часов они шли… А я не помню. Получается, меня тащили, а я даже не почувствовал…»

– Что со мной? – Шиасу попытался осмотреть себя, но ему еле удалось пошевелиться. Мужчина требовательно посмотрел на младшего. Тот вновь отвел глаза. «Значит, это не он натворил, это со мной что-то не так!» – догадался Ракхар. – Говорите, чудовища, я сейчас в обморок от ваших недомолвок упаду!

Они долго мялись, потом все же рассказали. Признаться, после всей этой пантомимы Шиасу ожидал худшего. Несколько средней тяжести ран, серьезно пострадало правое крыло, но самое неприятное – та тварь, от которой они улепетывали, обрызгала его какой-то жидкостью, что, похоже, очень плохо сказалось на магии. Возможно, даже зелье похитителей основывалось именно на этой дряни. Сила в Шиасу будто уснула. Не пропала, но не отзывалась, хотя и по-прежнему жила в крови.

«Отвратительно, – подумал старший Ракхар. – Как я буду их защищать?» К неприятностям добавилось еще и то, что принять человеческий облик он не смог.

– Не волнуйся, – Анкерелла погладила его по плечу. – Сину уже лучше. Значит, скорее всего, магия восстановится. Я… постараюсь разобраться.

«Кстати, да. Насколько долго это?» – Шиасу гнал от себя мысль о том, что он мог и вовсе остаться без магии.

– У нас осталось еще немного лекарства, которое давали Сину. Давай попробуем его.

– Син восстановился уже?

Лекарка замялась.

– Ты не уверена, – констатировал Шиасу. – Тогда оставь. Меня это не спасет, а может пригодиться. Аналог там сделать. Или еще что…

Женщина не стала спорить. Шиасу оглядел лагерь, насколько возможно, расспросил брата на тему того, какую защиту он поставил, немного поел и уснул, будто выключился.

Утром решили искать хоть какое-то жилье. Пошли просто вниз по самому легкому пути и через час наткнулись на дорогу. Вполне приличную, в хорошем состоянии. Правда, почему-то никто не встречался им на пути.

Стоило об этом подумать, как перед ними появился человек. Более того, в военной форме. Он что-то сказал и жестом приказал остановиться. Группа поддержки у него тоже была, правда ждали они в отдалении, явно точно выверенном. В обычной ситуации Шиасу это возмутило бы, однако сейчас демон даже обрадовался. Тут живут люди, а не какие-нибудь кракозябры, есть власть, и, судя по первому впечатлению, вполне адекватная – не расстреляли их из кустов, а завели разговоры. Даже один переводческий амулет нашли. Ракхару, конечно, пришлось усмирять горячую кровь, требующую куда большего уважения. Но с еле живыми людьми за спиной и уснувшей магией драться с профессиональными военными – глупо. Тем более демон видел то количество артефактов, которыми обвесились все воины, не только переговорщик. В его родном мире такого удостаивалась лишь гвардия. Интересно…

Все следующее утро Итвальд просидел на всевозможных совещаниях и получил доклад своего адъютанта только после них. Они обедали у его превосходительства дома, и Эно рассказывал. Так глава гарнизона узнал подробности про странную компанию, на которую наткнулся отряд арима Салена Наенги, когда патрулировал горную дорогу на западе от Тоосула. Там нередко случались обвалы, да и разбойники любили пошалить, вот и приходилось следить.

Группа из людей, оборотней и двух демонов выглядела ужасно. Изможденные, раненые, загнанные какие-то, мужчины, женщины, дети смотрели диковато и отнеслись к людям в форме с явным опасением. Однако сила была на стороне людей Салена. Кое-как перевязанный демон, бывший у них за старшего, задал несколько вопросов и приказал своим не сопротивляться. Компанию разместили на заставе и срочно вызвали лекарей. Вердикт оказался необычным. Люди и оборотни долго голодали, подвергались вредному магическому воздействию. Плюс их явно чем-то опаивали. По крайней мере демонов точно. Чем именно, лекари без специального оборудования сказать не могли, но оказали первую помощь со всем тщанием.

– Честно говоря, я выяснил мало, – повинился Эно. – Их насильно держали в каком-то подземелье, откуда они с боем ушли через портал. Самое обнадеживающее, – поспешил добавить лейгентер, видя, как Ито хмурится, – что, похоже, дело происходило не в нашем мире. Пришлось задействовать амулеты-переводчики, но я узнал один из языков мира людей Теффана. Подробнее выяснить не удалось – люди в очень плохом состоянии, доктора еще гоняли меня.

Адъютант вздохнул. Старший Наенги задумался. Рабство в их мире находилось под строжайшим запретом, что Итвальд полностью поддерживал. И вот на его территории беглецы из какого-то подземелья, где использовали невольничий труд… Пусть даже в другом мире, но портал их привел сюда. Как их привел, так и рабовладельцев может. Или еще хуже – охотников за головами. А в тех горах немало крохотных деревушек, до которых патрули добираются раза два в год. М-да, вот только рабства и массовых похищений ему не хватало.

– Ты пригласил их лидера ко мне?

– Да, будет через полчаса.

– Демон?

– Демон, – кивнул Эно. – Не знаю уж, как те, от кого он сбежал, его вообще пленили. Но как-то смогли. И… это плохо.

– Очень плохо, – согласился Итвальд. А у него как раз гилгалимы пропадают… Это может быть связано?

Демон явился точно в срок – еще бы, его же привезли люди Наенги. Ито смотрел на красноволосого мужчину и думал, что ребята – молодцы: встать на пути у такого – нужно немалое мужество. С представителями этого вида амбриел дело имел редко. Прямые порталы в их мир на его земле не стояли, через другие телепорты они, конечно, приходили, но обычно, перемещаясь через Базарный Перекресток, обретались рядом с выходом из него. А это довольно далеко от Тоосула.

– Как ваше здоровье? – спросил Итвальд, когда оба представились и уселись. Признаться, выглядел демон ужасно – кожа на его лице, правом плече и руке скукожилась как при недавнем ожоге. Что-то скрывали повязки, но далеко не все.

Его собеседник скривился.

– Доктора говорят, что ужас-ужас. Но меня беспокоит только отсутствующая магия. К сожалению, никто пока не знает, как исправить положение.

– У нас хорошие лекари. Думаю, разберутся. Могу я попросить вас рассказать, что с вами произошло?

Они оба прекрасно понимали, что это не просьба. Демон, однако ж, не стал спорить и спокойно изложил, что с ними произошло.

– Как видите, я знаю не всю историю. Для полноты картины поговорите потом с кем-то из тех, кто дольше находился в той дыре. С Руфгеном лучше всего.

Они обсудили еще ряд моментов. Наенги сказал, что лечение беглецам предоставит город. Демон ответил, что вполне может заплатить за услуги докторов.

– Мне нужно только связаться с родственником в нашем мире и… – он замолчал, потому что в этот момент в комнате появилась Айлла.

Прекрасным видением она залетела в кабинет, щебеча:

– Ито, а ты не видел мой учебник по мине… – и вдруг замолчала, с ужасом уставившись на демона.

В первый момент Итвальд думал, что ее сейчас придется ловить – вот-вот хлопнется в обморок. Такого ужаса мужчина давно не видел на лицах. Тем временем его гость вежливо поднялся.

– Простите, я напугал вас, – повинился он: мало того, что в истинном обличье, так еще и при таких жутких повреждениях. – Я не хотел и…

– П-прости… ты занят… – Книксен походил на начальную стадию обморока. Девушка кивнула гостю и поспешила сбежать.

Какое-то время оба мужчины с некоторым недоумением смотрели на закрывшуюся за ней дверь.

– Кажется, я напугал вашу… подругу, – произнес демон.

– Она не любит прерывать мою работу, – не моргнув взглядом, пояснил Итвальд. – Тем более врываться на важные встречи.

– Красивая, – не смог не отметить гость.

– Да, – кивнул амбриел. – Так на чем мы остановились, господин Ракхар?

Тот мигом понял намек и поменял тему.

– Мне нужно связаться с дядей. Нет ли у вас хрустальных шаров для этого или каких-то иных приспособлений?

Какое-то время они обсуждали эти моменты, потом демон ушел, а Наенги отправился искать Айллу.

Мечущаяся из стороны в сторону девушка нашлась в гостиной, которая прилегала непосредственно к спальне.

– Ты узнала его? – Итвальд прислонился плечом к косяку, разглядывая суккуба. – Не могла же ты его вида испугаться.

Айлла остановилась прямо напротив мужчины, но не стремилась сократить расстояние между ними.

– Ты специально его нашел? Из-за меня?

– Он из той группы подозрительных оборванцев, о которой сообщили, когда мы были на празднике наяд. Но я так понимаю, что ты с ним знакома? – живые, такие выразительные глаза Ито в упор смотрели на девушку.

Она какое-то время пыталась разглядеть в них подвох, но не смогла, поэтому шумно выдохнула и вдруг почувствовала, что вот-вот расплачется. Чтобы не допустить этого, Айлла посмотрела в сторону и вверх, стараясь удержать в себе нахлынувшие чувства. Руки невольно сцепила перед собой.

Итвальд же прошел в комнату и закрыл за собой дверь.

– Правильно ли я догадался: мой сегодняшний посетитель – это тот мужчина, от которого ты сбежала? Тот, про которого ты мне рассказывала? Чьего брата… ты чуть не убила?

Демоница порадовалась, что ее не стали утешать – тогда она расплакалась бы совершенно точно. Но от вопросов стало неуютно, и девушка невольно передернула плечами. Чуть помедлив, кивнула.

– Он пришел за мной, да? – Ей хотелось, чтобы это прозвучало сдержанно и по-взрослому, получилось же наоборот – на редкость жалостливо. Но Ито в очередной раз деликатно этого не заметил.

– Не похоже, – ответил он. – Можешь мне еще раз рассказать всю историю?

Мужчина усадил девушку на диван и обнял за плечи.

– Я на твоей стороне, просто расскажи, как все произошло, чтобы я смог тебя защитить.

– Он же демон, – уткнулась Айлла в его плечо лбом. – И его род…

– Звезда моя, я тебе уже говорил, мы умеем воевать с демонами. К тому же не так давно твоего непобедимого Ракхара захватили в плен люди и валяли по каким-то катакомбам так, что еле ушел. И то половина шкуры там осталась.

Айлла выпрямилась и удивленно уставилась на Итвальда.

– Правда?

Наенги кивнул и рассказал ей о злоключениях Шиасу. Девушка слушала с открытым ртом, мечась между двумя взаимоисключающими чувствами – тревогой и злорадством. Однако, когда Ито замолчал, она долго колебалась, но потом все же спросила:

– Он сильно пострадал?

Итвальд поморщился.

– Сомневаюсь, что настолько, чтобы перестать доставлять тебе неприятности. Поэтому рассказывай.

В этот раз Айлла рассказала все в подробностях. Когда же закончила, мужчина притянул ее к себе и, поглаживая по голове и спине, задумался.

– Он не узнал тебя, – проговорил Ито. – Это, разумеется, плюс.

Все так, только почему-то демоница ощутила укол недовольства при этой фразе. Не узнал он ее, зараза…

– И не похоже, что он знает, что ты здесь. Но это не дает гарантии твоей безопасности. Он может что-то выведать или почувствовать. По поведению или манере речи, или чему-то еще. Я готов предложить тебе свой дом в качестве убежища. Тебя будут ежедневно отвозить на учебу мои люди.

Девушка благодарно потерлась щекой о его грудь.

– Я не могу… там девочки.

– Можем забрать и их, – пожал плечами Итвальд, ему уже не раз рассказывали про «сестер».

– Все равно остаться в университете проще, – подумав, сказала Айлла. – Там закрытая территория. А в дороге даже на твоих людей могут напасть. Я просто не буду выходить какое-то время.

– Если потребуется, то я или мои люди заберут тебя у ворот. Я не смогу отказаться от встреч с тобой, – улыбнулся мужчина, и на сердце девушки стало теплее. Потом он вновь стал серьезным. – Так и правда безопасней. Ты же будешь умницей и не станешь рисковать?

Айлла активно закивала. Вот уж чего ей не хотелось, так это потерять свою нынешнюю жизнь, в которой все наконец шло так, как ей нравилось.

– Я дам тебе амулет для связи. И я порекомендовал бы, и твои сестрам, будем называть их так, никуда не выходить, пока этот демон не уберется из Циная.

– Думаешь, им тоже грозит опасность? – забеспокоилась демоница.

– Очень похоже на то… – задумчиво произнес Итвальд. – Я постараюсь, чтобы он побыстрее отсюда убрался, – мужчина уже явно размышлял, как это сделать. – Но даже после этого несколько дней необходимо будет соблюдать осторожность. Ты меня поняла?

Девушка снова кивнула.

– Проклятье, кто же знал, что из всех демонов вселенной здесь появится именно этот! – Ито прижал к себе Айллу покрепче, потерся щекой о ее волосы. – Прости меня за то, что из-за меня тебе пришлось с ним столкнуться. Я… должен был предвидеть такую возможность.

В ответ девушка только вздохнула.

– Да, нарочно не придумаешь… Но, может, даже лучше, что я увидела его здесь, чем если бы, к примеру, на улице или еще где.

– Не уверен. Но хотя бы предупреждены. И примем меры, – Итвальд чуть отодвинул девушку от себя, заправил ее локон ей за ухо и со смешливыми искорками в глазах спросил:

– А как же все-таки тебя зовут, звезда моя?

Обратно к месту, где расположили их группу, Шиасу снова отвезли в карете. Он ехал и вспоминал разговор с Итвальдом Наенги. Вроде бы все прошло хорошо. Вполне себе цивилизованный мир: никто их в рабство не отправлял, свободу в общем-то тоже не ограничивали, даже взяли на себя лечение. Хотя последнее, возможно, дабы изучить, чем таким их накачали. Этот глава гарнизона дураком точно не выглядел. Вряд ли такой упустит возможность заполучить средство против демонов. «Надо будет придумать, как его нейтрализовать… Да, это вообще сейчас самое актуальное!» Самостоятельно дрянь, которой его облили, не выводилась, как Шиасу не пытался. Возможно, слишком много ее хватанул. По крайней мере, Ракхар надеялся, что причина только в этом.

Без магии… признаться, демон ужасно мучился без нее. Никогда раньше он не задумывался, насколько привык ей пользоваться даже в быту. Как без нее теперь… И будто беззащитен. Да, остается сила, оружие, но магия… магия давала уверенность, ощущение могущества.

Правду говорят, все, сделанное другим, тебе и возвращается. Просто обычно не так быстро. У него ничто не ёкнуло, когда он надевал блокирующий чародейство браслет на Айллу. Вот теперь, так сказать, почувствуй на себе. Ну да ничего, он справится. Та же Айлла не только жила у него без магии, но и сбежать сумела, да потом еще полстраны прошла, пока не избавилась от браслета. Кстати, как?

От этой мысли он перескочил на воспоминание о том, как их с Наенги разговор прервали. «Красивая все-таки у мужика девка… Да-а… Почти как Айлла». Задумавшись о синеволосой демонице, Шиасу невольно вспомнил все их совместные… нет, увы, не ночи… моменты, наверное. Как он целовал ее в гостинице на Базарном Перекрестке, как они валялись в снегу, не в силах оторваться друг от друга, как он уложил ее на постель у себя в комнате. От таких мыслей даже жарко стало… Вот бы ее сейчас в его нынешний номер, уж он бы не оплошал… В этот раз никто не смог бы оторвать его от нее. Шиасу пришлось крепко сжать кулаки, чтобы унять огонь в крови. Как же хотелось секса… желательно именно с Айллой. Может… может… какой-нибудь другой секс заставит его поостыть? Нужно как-то избавиться от этого наваждения…

Шиасу вспомнил о другой женщине, с которой недавно провел много времени – об Анкерелле. И сразу постарался выкинуть эту мысль из головы. Нет, не нужно. Ей и так досталось. Он, конечно, со всех сторон подарок, но вряд ли ей нужна короткая связь с тем, кто скоро уйдет. К тому же… нет, она – подруга, человек, и он обещал ей помочь. И обязательно поможет. Вот сдаст Сина на руки дяде, заодно посоветуется – и вот тогда.

Карета наконец прикатила к зданию, где их разместили. Вполне приличному, к слову. Для простых ребят даже роскошному. А вот он привык пошикарней. Но после катакомб мягкая постель и еда – уже счастье.

Стоило зайти в их с Сином комнату, как налетели… все, кто мог нормально двигаться и имел достаточно смелости, то бишь братец, Анкерелла и Руфген. Берри осторожно топтался у двери.

– Ну что?

– Были проблемы?

– Нас отпускают?

– Что с нами будет?

Говорили, разумеется, все разом. Можно, конечно, отправить их всех… отдохнуть. Но эти не отвяжутся. Пришлось отвечать.

– Нас никто не держит, Берри. Предлагают совершенно бесплатно остаться здесь, пока не придем в себя. Потом обещают переправить в наши миры. Никаких сложностей не возникло, Руфген. Местная власть вполне лояльна. Нам помогут связаться с дядей, Син. И как только мы это сделаем… и долечимся, конечно, поедем спасать твоих сестер, Релли.

Анкерелла – слишком длинно, поэтому придумали такое сокращение. Женщина не возражала.

– Когда мы свяжемся с дядей? – подскочил на кровати – на его, Шиасу, кровати, между прочим, – Син.

– Как только смогут это организовать. Или захотят.

– Думаешь, не захотят?

– Я бы посмотрел на нас сперва, мало ли что за птицы.

Какое-то время они обсуждали разговор с местным главой гарнизона, потом гостей все же удалось выпихнуть. И Шиасу наконец-то смог завалиться на кровать. Что-то он стал уставать слишком быстро в последнее время. Наверное, все из-за той дряни, из-за которой самому в зеркало смотреть страшно. Как народ не шарахается еще… Хотя та девушка чуть в обморок не свалилась, когда его увидела. Неприятно… Но хороша, хороша. Сиськи, попка, все на высшем уровне. Впрочем, все закономерно. Он бы удивился, если бы у местного военачальника любовница оказалась страшилищем. Вот невеста могла бы, а подруга, как он ее назвал, точно нет. Так, нужно перестать думать о бабах. Погулять, что ли?

Отправлялся просмотреть город Шиасу на пару с Сином, имея твердое намерение присмотреть себе какую-нибудь красотку на ночь. Однако вернулся в комнату спустя несколько часов один – и без женщины, и без братца. Вот этот паршивец нашел себе развлечение. А старшему Ракхару… не захотелось.

Когда Айлла вошла в свою комнату, к ней тут же полетел маленький меховой комочек. Мици, разумеется, снова находилась в своем зверином обличье. Но девушка не стала корить малышку за это, просто обняла покрепче.

– Соскучилась? – демоница со смешком подхватила рысенка под попку и прижала к себе одной рукой. – Все в порядке? Тебя не обижали?

Мици сначала активно закивала, потом замотала головой. Для более подробного рассказа ей пришлось перевоплотиться, что та со вздохом и сделала.

– А Рики списывает! А Риуаль кидался яблоками! Я поймала, но яблоки невкусные! А он еще и кричал, когда я их съела! Вот дурачок! За такую-то гадость! – трещала малышка.

– Риуаль же вроде обращается в пегаса, – припомнила демоница, выкладывая свои учебники и тетрадки из сумки, другой рукой без труда держа девочку.

– Да-да, в крылатую лошадку такую! – засмеялась Мици. – Такой ми-и-илый! А покататься не дает!

– Он, наверное, еще маленький.

– Я тоже маленькая! Но и когда вырастет, не обещает!

– Подружитесь – покатает. Ну может, не сейчас, так потом. Но вообще логично, что он любит яблоки.

– Фу-у-у, яблоки. Как их любить-то можно?

– А мясо он есть?

Мици задумалась. Айлла пока грела чайник: в комнате стояла небольшая магическая плитка.

– Ты не голодна?

Рысь оторвалась от своих размышлений.

– А колбаска есть? А пирожные?

Любовь к мясу в Мици премило соседствовала с обожанием сладкого.

– Пирожные принесла я, – дверь как раз открылась, и Саша услышала последний вопрос. Ответ на него немало удивил оборотницу.

– А тебя тоже поклонник появился?

Девушки рассмеялись: обычно вкусности приносила Айлла со свиданий, Итвальд стратегически задабривал «сестер» своей пассии.

– Я их просто купила.

– О-о-о… – судя по глазам малышки, она сейчас осмысливала новый способ добычи заветного сладкого.

Мило болтая, девушки почаевничали, а потом Айлла все-таки рассказала, что им теперь лучше какое-то время не выходить за стены университета. Мици, которая и так почти никуда не выходила, особенно без сопровождения «сестер», испугалась больше всех. Вцепилась в руку демоницы, а потом и вовсе разрыдалась. Это стало неожиданностью для обеих девушек, и они долго утешали ребенка, объясняя и подсовывая сладкое попеременно.

Успокоилась рысенок не сразу. Но как только перестала плакать, тут же уснула. Измотанные подруги еще какое-то время уныло допивали остывший чай и пошли спать. Свет погасили, однако уснуть никак не удавалось. Айлла лежала в темноте с распахнутыми глазами, смотрела на причудливое пятно света на потолке и думала о сегодняшнем дне. От этих мыслей становилось так тяжко и плохо, что под веками невольно появлялись слезы. «Я же не Мици, я не буду плакать», – уговаривала себя девушка и украдкой даже от себя вытирала глаза.

Она никак не ожидала его встретить сегодня… Опешила, испугалась, повела себя как полная дура. Демоница попыталась вспомнить, как все происходило. Вот она входит и видит его. И всё… столько мыслей, чувств… паника эта… Ее предали? Нет, не предали? Ее нашли, нет, не нашли? Узнал? Нет, не узнал? А еще какая-то странная радость, быстро погасшая, но отчего-то возникнувшая. И боязнь – за него. Что с ним сделали? Ожоги эти страшные. Что это такое могло быть, раз даже демоническая регенерация не справилась? Потом Итвальд, разумеется, ей все рассказал. Но тогда – в первый миг – Айлла испугалась. Теперь ругала себя за эти чувства. За радость при виде его и за сочувствие. Правду говорят, бабы – дуры. По крайней мере, иногда. Почему она помнит, как он водил ее к морю или целовал в снегу, но не вспоминает, как он ушел, мазнув напоследок равнодушным взглядом? Впрочем, нет, это как она как раз хорошо помнит. До сих пор больно… Так почему же она все еще радуется и сочувствует ему?

«Успокойся… пусть вы и не были по сути вместе, но это как с бывшим – вспоминаешь хорошее, вспоминаешь плохое. Иначе никак. Пока не потускнеет от времени, не станет неважным. Было хорошо, и ты замечталась… о чем? О любви, наверное. А тебя снова предали. Это не любовь, это просто обманутые надежды».

Итвальд подарил ей куда больше приятных моментов. И ничем не огорчил. Да, вряд ли он ее любит, но готов защищать и заботиться, что еще нужно? Однако перед глазами то и дело вставали их с Шиасу свидания, разговоры, перепалки… А потом все перечеркивали мысли о его жестокости и равнодушии, худшем, что может произойти в отношениях. Приходилось вытирать слезы и сдерживаться, но все равно хотелось плакать. От обиды, от какого-то детского разочарования, от понимания, что ее не любят.

«Зато меня любят мои девочки», – пыталась утешить себя Айлла. Но сердце болело все равно. И отчаянно чего-то хотело.

Син вернулся под утро, но что характерно, на завтрак вскочил первым.

«Жрать, жрать, жрать!» – так и светилось в его взгляде. После этого демоны собирались пойти к лекарям: как раз наступило положенное время. Однако их остановил адъютант главы гарнизона, с которым они уже недавно беседовали.

– Его превосходительство просит вас проехать к нему, – после приветствий заявил Эно Наенги. И пояснил в ответ на удивленные взгляды: – Ему удалось организовать сеанс связи с вашим миром.

Шиасу очень удивился. Ему казалось, что какое-то время глава гарнизона будет тянуть с этим, дабы изучить, чем их пичкали. По крайней мере кровь в исследовательских целях взяли. Демон не особо хотел ее давать, зная, что магию крови здесь тоже изучают, но убедили, заразы этакие. Неужели так быстро получили ответы на свои вопросы? Странно… Ладно, ему же лучше.

Их с Сином в этот раз отвезли в какое-то другое место явно официального толка. Там встречал их самолично Итвальд Наенги и какой-то человеческий маг. Вел последний себя так, что даже Шиасу проникся его важностью. После положенных расшаркиваний демонов проводили в зал для магических воздействий, как его назвали, очень похожий на тот, что в замке Меррея – с абсолютно гладкими стенами, пентаграммами в кругах по полу и без какой-либо мебели. Впрочем, для них быстро организовали стол и стулья.

Перед магом, магистром Велмором, поставили странный прибор, похожий на рамку из проволоки с чем-то вроде бусин разнообразных материалов – от цветных камней до бронзы. Шиасу выдали стандартный стеклянный шар. Он подумал-подумал и передал его Сину. У того сейчас с магией намного лучше.

– Этот шар, так сказать, не знаком с шаром того, кого вы пытаетесь вызвать, – маг выглядел недовольным, но это мало кого трогало. – Поэтому ваша задача как можно более четко предоставлять себе эм… демона на другой стороне. Никаких отвлечений, никаких посторонних мыслей.

«Тогда уберите из комнаты всех баб», – хотел пошутить Шиасу, однако присутствующие девушки – помощница магистра и какая-то женщина в военной форме – выглядели настолько серьезно, что пришлось прикусить язык.

– Представь, что скажет Меррей, если ты не сможешь даже этого, – наклонившись, старший брат шепнул младшему. Судя по тому, как Син передернул плечами, воздействие удалось в полной мере.

– А я постараюсь пробиться между мирами, сделать своего рода коридор для вашего зова, – продолжил маг. – Это весьма непросто и, скорее всего, долго, но вам придется все это время не отвлекаться. Иначе все зря.

– Он не будет отвлекаться, – пообещал Шиасу и сжал плечо брата так, что тот почувствовал его когти.

– Отлично, – магистр Вермор кивнул и тут же принялся двигать эти странного вида бусины и что-то шептать.

Оба Ракхара уставились на него. Такой магии они еще не видели. Оно правда работает? Вскоре воздух внутри металлической арки стал мерцать и искрить.

– Думай о Меррее, – прорычал Шиасу, видя, что Син с открытым ртом наблюдает за процессом.

Услышав волшебное имя, братец встряхнулся и явно быстро вспомнил любимого дядюшку. Шиасу же пообещал себе обязательно когда-нибудь научиться вызывать такую же реакцию. Хаос побери, это же прекрасно!

Пространство внутри арки стало темнеть, все больше напоминая ночное небо со звездами. Внутри же что-то закручивалось, словно воронка. Маг периодически двигал бусины и явно прилагал немалые усилия. В какой-то момент его помощница подошла поближе, вытерла платком пот с его лба и протянула откупоренную бутылочку с зельем. Чародей не глядя выпил его и взбодрился на какое-то время. Когда кожа на его лице вновь посерела, что-то изменилось. Шиасу ощущал это всем телом, будто повеяло горячим выжженным воздухом и одновременно сила родного мира прокатилась по коже, зовя и маня. Никогда раньше демон такого не испытывал. И через еще пару ошарашивших минут шар потемнел. Внутри заклубился красноватый туман.

– Син? – голос Меррея звучал тихо-тихо, однако даже так в нем отчетливо слышалось облегчение. – Где вы? Шиасу с тобой?

– Да! Да, дядя! – заговорил младший.

– Хаос, что со связью? Сейчас…

Внутри рамки воздух окрасился в черный, и маг застонал. Помощница подскочила и сунула ему под нос еще одну склянку.

– Дядя, ты нам чародея угробишь, – поспешил вмешаться Шиасу. – Мы связываемся через чужой шар и с чужой помощью.

– Прошу прощения, – отозвался Меррей, и волшебника отпустило, даже цвет кожи вновь стал нормальным. Мерцание же в рамке стабилизировалось, а в шаре появилось лицо дядюшки. Он окинул взглядом племянников, и напряжение в его глазах пропало, даже вроде как подобрел. – Где вы?

Шиасу поразился тому, что Меррей не добавил «шлялись».

– Мир Цинай, город Тоосул.

Старший демон кивнул.

– Господин чародей, вы продержитесь еще пару минут?

Маг вскинул голову, явно удивленный.

– Если только пару.

– Мне хватит.

Картинка будто застыла, как и таинственное марево в рамке артефакта. В следующую минуту все присутствующие ощутили – творится нечто невероятное. И не сказать, чтобы приятное. Девушка-помощница, как наиболее чувствительная к вибрациям магии, вообще позеленела. Чародей сидел ни жив, ни мертв. Итвальд Наенги явно к чему-то готовился. Амулеты на его шее и руках засветились. У сопровождающих тоже. Только Шиасу и Син удивлялись, скорее, тому, что дядюшке потребовалось столько усилий. Как потом выяснилось, потому что и мир, и это место – отлично защищены от таких вот гостей. Впрочем, если демон уровня Меррея Ракхара хочет куда-то попасть, он попадает. Ровно через полторы минуты он вышел из разрезавшего два мира портала, который мгновенно схлопнулся за его спиной.

Чародей тут же погасил свой прибор и схватился за третью бутылочку. Прибывший же демон окинул взглядом диспозицию, явно подмечая все-все детали. Особое внимание досталось племянникам. Взбудораженная таким мощным и неестественным колдовством энергия стала немного утихомириваться.

– Живы? – явно, чтобы разбавить напряженную тишину, спросил Меррей.

Син с Шиасу поспешили заверить, что с ними все в порядке.

– Хорошо, – демон повернулся к Итвальду и направился к нему, по пути на пару мгновений задержавшись около мага. – Вы отличный специалист, – демон коснулся его плеча, от чего чародею стало полегче. Он благодарно кивнул и с интересом воззрился на прибывшего. Меррей уже протягивал руку Ито Наенги и представлялся.

Глава местного гарнизона ответил тем же.

– Благодарю за то, что спасли моих шалопаев, – с чуть наигранным дружелюбием произнес дядюшка.

– Они сами справились, – не принял лавры Итвальд. – Рад приветствовать вас в Тоосуле.

Меррей застыл, разглядывая собеседника. Шиасу с Сином переглянулись. Они знали: обычно это означало, что тот заинтересовался. Но чем именно, обычно не угадать. Дядю могло восхитить и скромное благородство, и глубочайшая мерзость. Водилось за главой клана этакое научно-исследовательское, порой нездоровое любопытство.

– Надо же… как интересно… – пробормотал Меррей, совершенно не дав подсказки племянникам, что же он там углядел. Вместо этого старший демон рассыпался в очередных пустословиях. Наенги ответил тем же.

Когда эти церемонии завершились, дядюшка, ухватив братьев за руки, переместился вместе с ними напрямую в демонический мир. Шиасу, привыкший к таким фортелям с детства, чуть ли не впервые задумался, какого все же невероятного мастерства достиг Меррей – за полторы минуты пробить брешь между мирами, в неизвестное место, ориентируясь на едва ощутимую связь между ними.

– Вообще-то я не собирался так быстро уходить из того мира, – пробурчал Шиасу, стараясь переосмыслить новые впечатления. Нельзя показывать восхищение дяде, он мигом раздуется как павлин и весь оставшийся день будет невыносим. – Мне нужно будет туда вернуться.

– Нужно – вернешься, – пожал плечами Меррей. – Но не раньше, чем вылечишься. До этого я запрещаю даже из моего замка уходить. Тебе ясно?

Впечатлившись, Шиасу кивнул. Дядя редко что-то запрещал. Еще реже терпел кого-то на своей территории слишком долго. В последнее время явно что-то происходило. Или он действительно так плох?

– А мне можно идти? – влез Син, вызвав у Шиасу отчаянное желание отвесить ему подзатыльник.

– Тебе точно нельзя, – зарычал Меррей.

Оба брата уже почувствовали, как над ними разворачивает свои пушки-громы гроза. Однако каким-то невероятным и не совсем понятным усилием старший Ракхар сдержался и отослал братьев из комнаты жестом. Весьма красноречивым.

С некоторых пор у группы, которая специализировалась по артефактам, прибавилось занятий по теории магии. Причем знания давали сугубо прикладные. Поэтому тема сегодняшнего урока удивила Айллу – им рассказывали про местные божества. Впрочем, очень быстро девушка поняла, что и в этот раз сведения максимально адаптированы для их направления.

– Наверняка в сказаниях других народов и миров вы сталкивались с такими понятиями, как, например, бог грома или богиня плодородия, – вещал преподаватель. – То бишь конкретной божественной сущности приписывают одну-две-три функции. Обычно они четко обозначены и взаимосвязаны, иногда напрямую, иногда ассоциативно. Например, покровительница любви и красоты и покровитель грозы и войны. Когда мы говорим о божествах наших земель, то нужно помнить, что такого четкого разделения нет. Наш мир таким, каков он есть, создали восемь божеств. Конечно, каждый из них имел свои предпочтения, например, Ли-Аран создавал минералы и металлические руды, а Ли-Сирдхаим проложила все русла рек, ручьев и даже подземных течений. Однако гномов, столь любящих камни и металлы, сотворил не Ли-Аран, хотя, казалось бы, это логично, а Ли-Поллок. И не потому, что не мог. Вместо этого Ли-Аран занялся дорогами. А та же Ли-Сирдхаим создала не наяд и прочих водных существ, а эльфов, влюбленных в ночное небо, – лектор записывал на доске каждое из произнесенных имен. – Почему так – мы не знаем. Логику богов не всегда можно постичь, но наш мир удивительно разнообразен и при этом гармоничен. Может быть, именно поэтому? Вы наверняка думаете, что я отвлекся от темы урока, – мужчина улыбнулся, – однако это не так. Дело в том, что сегодня мы будем изучать символы, в том числе применяемые в артефакторике, связанные с нашими восемью божествами.

– А я слышал, что богов было девять! – раздался чей-то нахальный и даже дерзкий голос.

Преподаватель только усмехнулся.

– Нет ни единого года, чтобы на этой лекции не прозвучало подобного комментария. Тот, про кого нам только что напомнил Той-том, – это Лесснихт, – лектор записал на доске новое имя, чуть вдалеке от других. – Он не божество. Как видите, у него нет приставки Ли, как у других божеств.

Айлла вспомнила, что оная приставка обозначает бога, а без нее одну из Высоких семей. Например, Наенги – это род ее Итвальда, а Ли-Наенги – тот, кто ему покровительствует.

– Так вот о Лесснихте мы поговорим чуть позже. Сначала давайте разберемся с символами божеств. Обязательно запишите и зарисуйте. Это будет на экзамене. Да и без них вы не сможете создать действительно серьезных артефактов.

Скоро рядом с именами появились замысловатые символы, в одном из которых Айлла узнала герб Итвальда, вернее, его центральную часть, что, впрочем-то, логично.

– Как странно, – пробормотала Саша.

– Что странно? – удивилась демоница. – По-моему, все довольно-таки четко. Осталось только выучить, для чего эти символы применяются, раз уж здесь боги – такие специалисты широкого профиля.

– А? – Саша непонимающе поглядела на подругу.

– Говорю, что нужно понять, когда символ можно применять… того же Арана… тьфу, Ли-Арана – к металлам или к дорогам. Ну там… на легкую дорогу, если амулет делать…

– А такие есть?

– Понятия не имею. Но мало ли?

– А, ну да, ну да.

Саша отчего-то потеряла интерес к беседе, хотя минутка выдалась – преподаватель что-то пояснял в ответ на вопрос из зала.

– Ты разве не это имела в виду? – дискуссия между студентом и лектором показалась Айлле скучной, и она вновь повернулась к подруге.

– Нет… – та выглядела растерянной.

– А что?

Немного помявшись, Саша призналась:

– Не могу вспомнить, где-то я уже видела что-то подобное, – она указала на символ Ли-Арана, тщательно перерисованный в тетрадку. – Но именно подобное. Не такой же…

– Так батя твой именно артефактами и занимается. Наверняка из разных миров притаскивал их.

– Я тоже так подумала. Не только притаскивал, но и обвешивал ими мою комнату и меня. И сейчас пытаюсь вспомнить именно этот. Если таковой был, то за что отвечал?

– И за что?

– Да вот то-то и странно, что не помню. Был же! Наверняка!

Преподаватель постучал по кафедре: дискуссия явно показалась скучной не только Айлле с Сашей.

– Теперь же перейдем к вопросу, который задал Той-том. А именно к Лесснихту. Те из вас, кто родом из этого мира или живет здесь достаточно давно, наверняка это знают, но все равно послушайте, потому что версии могут отличаться, а для создания сложных заклинаний и тем более артефактов вам обязательно нужно будет уметь обращаться с символом Лесснихта. Для этого еще немного расскажу про богов. Как я уже говорил, наш мир создан довольно-таки толково. Это очень хорошо видно, например, при изучении анатомии живых существ или законов природы. Однако такого совершенства достигли не сразу. Случались у богов и ошибки. Несмотря на то, что божества умеют уничтожать, со своими творениями никто так не поступил. Есть мнение, что боги могут карать, но конкретно, за какие-то проступки, а именно уничтожать под корень не в состоянии. Не мне судить, однако известно, что для этих целей, то есть для уничтожения божественных творений, создан был Лесснихт. Именно создан, причем всеми восемью богами совместно. Таким образом, Лесснихт – не бог, а их создание, но могущественное, запредельно могущественное. По сути, он может уничтожить все, что было создано богами.

– В-весь наш мир? – заикаясь, произнес кто-то с первой парты.

– Весь, – преподаватель с удовольствием полюбовался на вытянувшиеся лица группы и после паузы добавил: – Однако только с согласия всех восьми богов.

По аудитории разнеслись облегченные смешки.

– Как вы сами понимаете, вероятность того, что все восемь богов захотят уничтожить мир, который так долго создавали и которому помогают до сих пор, ничтожна мала. Тогда что же делает Лесснихт? – еще одна многозначительная пауза, к которым преподаватель имел тайную слабость. – Лесснихт полностью, целиком убирает то, что создано богами. Если какой-то вид, расу, группу они посчитают недостойной жить, то не будут убивать их сами. Лесснихт просто сотрет то, на что они указали, как ластик стирает карандашную запись. Не спешите осуждать, – преподаватель чутко отреагировал на взволнованный гул. – Ведь речь идет не только и даже не столько о живых существах, хотя случалось и такое. Скорее, больше под действие Лесснихта попадало что-то опасное. Например, растение со слишком убойным ядом или минерал, который распространял губительную радиацию. Есть сказания, что так останавливали цунами и вулканы, удар которых не пережил бы континент или большая его часть. Впрочем, времена активного созидания богов и слишком уж яростных катаклизмов прошли. Давно уже, очень давно боги и Лесснихт участвуют в нашей жизни лишь опосредованно. Через символы в том числе. Давайте же разберем, в каких случаях оные могут нам пригодиться…

В середине дня Айлле доставили письмо от Итвальда Наенги, в котором он сообщал, что Шиасу с братом отбыли в свой мир. «Явной опасности больше нет, но я попросил бы некоторое время тебя с сестрами не покидать территорию университета, так как пока на моем попечении находятся люди, которые пришли вместе с ним из подземелий. Ракхар же обещал вернуться за ними. Я склонен считать, что он выполнит свое обещание, а значит, случайную встречу нельзя исключать…»

– Правильно ли я понимаю, – с благоговением выдохнула Саша, – твой Ито за день организовал межмировую связь и, вероятно, межмировой портал?

Айлла задумалась.

– Получается, так.

На лице Саши отразился полный восторг.

– Боги, мужчина, который может такое организовать… сам, без понуканий, без просьб, без истерик… в общем, держись за него.

Демоница кивнула и улыбнулась. Правда заключалась в том, что на самом деле сейчас она испытывала жесточайшее разочарование: он не узнал ее… Не узнал и ушел… И понятно, что и не могло было быть иначе, ведь сама Айлла именно к этому и стремилась. Делала для этого все возможное. Такой исход – самый лучший: Шиасу не понял, кто перед ним, а Ито быстро выпроводил его в демонический мир. Все правильно, все так, как должно. Вот только… почему от этого так тошно?

Через какое-то время Меррей лично наведался к племянникам. В этот раз он хотел знать, что же конкретно произошло. Разумеется, ему поведали все. Дядя пригнал своего любимчика – ученого мага, который, кстати, смог пересадить души человеческих воительниц в тела пленных демониц. Тот взял кровь у обоих братьев, долго что-то измерял непонятными приборами, потом ушел, пообещав противоядие. Это немного примирило Шиасу со всем этим цирком.

– Я должен вернуться в Теффану, – сообщил демон дяде. – Сначала в Цинай, забрать тех, кого вывел из подземелья, если они, конечно, не захотят остаться в Цинае.

– Я бы остался, – влез братец. – Теффана – дыра.

– У многих семьи, Син, – возразил Шиасу. – Сам подумай, разве бы ты не рвался к нам, даже окажись в мире, куда лучшем, чем наш?

Юноша хотел что-то сказать, но так и застыл с открытым ртом.

– То-то и оно, – вздохнул старший брат и повернулся к внимательно наблюдающему сцену дяде. – В общем, я пообещал…

«Анкерелле вернуть ее к сестрам», – хотел продолжить Шиасу, однако представив себе ехидные замечания Меррея на тему «Недолго же хватило твоей великой любви» или «Ты хоть покажи будущую невестку, вторую», замялся, и предложение зависло, оборванное.

– Пообещал, в общем, – скомкано продолжил он.

– Пообещал так пообещал, – дядя ясно видел, что сказали не то, что собирались, но, к удивлению, не стал допытываться. – Только сначала долечись.

– И мне мои воины потребуются. Мы никаких законов не нарушим?

– Нарушите, – вздохнул Меррей. – Я согласую, сколько смогу, но вряд ли больше троих. В чисто человеческие миры большие отряды не допускаются.

Шиасу проворчал что-то ругательное, но справедливо решил, что трое – это лучше, чем ничего.

– Надо придумать защиту от этой дряни. Чем там меня опрыскали вначале… и потом тоже… – признаваться в подобном не нравилось демону, но куда деваться? Глупей этого – только наступить на те же грабли второй раз.

– Уже работаем, – Меррей замолчал, явно о чем-то задумавшись. – В Теффане сейчас… Вайлена, – мужчине явно не нравилось что-то, но Шиасу никак не мог понять, что именно. – Она помогала мне тебя искать, – глава клана пересказал события. – Наверняка у нее сейчас больше сведений, чем когда мы виделись в прошлый раз. Уверен, она напросится тебе в отряд.

– Нет! – мигом вскинулся Шиасу.

– Почему? – сделал вид, что удивился, Меррей.

Племянник уже начал отвечать, как завис. Действительно почему? Потому что она женщина? Так это не повод. Демоницы хоть и послабей демонов, однако не так уж сильно им уступают. Магией так и помощней встречаются. Эта Вайлена вроде воительницей была, значит, новое тело быстро приобретет нужные навыки. Да и мир она знает, связи остались. Найдет, как их задействовать, пусть и не узнают ее. Почему же он против помощи со стороны? Дурость какая. Потому что она помогла Айлле от него сбежать? Возможно-возможно. Но может, благодаря ей, его суккуба не убили раньше? Тоже имеет место быть. Потому что эта Вайлена сидела в дядюшкином доме так, что на миг показалась там хозяйкой?

– Она… долго командовала своим отрядом. Попытается и в моем взять те же позиции. Я, разумеется, не дам этого сделать. Силой она или не полезет, или не победит, но будет постоянно высказываться, комментировать, ворчать, в общем всячески подрывать авторитет. Мне придется отвлекаться, и атмосфера станет невыносимой.

– Боишься, что она окажется права? – хихикнул мнящий себя бессмертным братец.

– Она знает мир, но она не знает демонов, даже с учетом нынешнего тела, – отвесив мелкому подзатыльник, пояснил Шиасу.

– Однако взять ее с собой придется, – недовольно проговорил Меррей. – Никому другому из того мира я не доверяю. А кто-то, знакомый с местными реалиями, вам необходим.

– Может, она не захочет… – в этот раз Син решил выступить на стороне брата. В ответ получил два скептических взгляда: Меррей редко ошибался в людях.

Лежа на плече Итвальда, Айлла нежилась в теплых объятиях и рассматривала таинственно искрящиеся в лунном свете часы на каминной полке. Очень броские, но при этом удивительно хорошо сочетающиеся с общим стилем. Девушка не знала, кто занимался обустройством особняка, однако он обладал идеальным вкусом, сумев нивелировать пристрастие Ито к экзотическим и ярким вещам выдержанным, почти строгим интерьером.

– Ты сегодня задумчива, – мужчина погладил девушку по предплечью и коснулся губами ее волос. Сейчас синих.

«Я тоже подхожу под описание ”экзотичная и яркая”, – подумала Айлла. – Не поэтому ли он со мной?»

– Я понимаю, что вся эта ситуация неприятна, но не стоит грустить.

Айлла повернула голову и поймала его губы поцелуем.

– Неприятна… я… испугалась и… – она вздохнула. – И слишком многое вспомнила. Не переживай, я справлюсь. Просто… неожиданно. Хорошо, что ты так быстро выпроводил его, – как именно, Ито уже рассказал, и благодарность за это тоже получил. – Не хочу об этом. Смотрю вот на твои часы. Артефактные?

– Разумеется, – кивнул Итвальд ее желанию перевести тему. – Но там совсем простые функции. Вроде защиты от влажности.

– А-а… но на них символ Ли-Наенги. Мы недавно проходили, – отчего-то смутилась Айлла.

– Не Ли-Наенги, а просто Наенги, – Ито еще раз поцеловал ее волосы. – Видишь, нет наверху завитушки, – он нарисовал в воздухе пальцем то, что имел в виду, тонкая линия бело-желтой магии очертила уже знакомый девушке знак. – Герб семьи, не более. Вам уже объяснили, как пользоваться этими символами?

– Нет, пока только изучаем. О, рассказывали о Лесснихте.

– Разумеется, – засмеялся Итвальд. – Он и для религии важен, и для магии. Скоро будете изучать, как его символ крепить к заклинаниям и артефактам.

– Я правильно понимаю, что он как бы перечеркивает заклинания?

– Не все так просто. Нельзя добавить этот символ, и заклинание разрушится. Там все намного сложнее. Для перечеркивания, как ты выразилась, мощь должна быть невероятная. Нерационально. Зато порой удобно, если не понимаешь, чем в тебя запулили. Но тоже не так просто. Против же заклинаний знакомых лучше использовать специализированные связки отмены. Обязательно расскажут. Очень интересная методика.

– И прям работает? – заинтересовалась Айлла, даже, извернувшись, уселась, чтобы видеть лицо любовника. – Малыми силами можно разрушить заклинания?

– Работает, – кивнул Ито. По его глазам девушка поняла, что продолжение ее повеселит. – В условиях учебных поединков.

– А в деле?

– А в деле в тебя обычно летит множество заклинаний, рисунок нечеткий, все смазывается, сил противников не знаешь, времени ни на что не хватает. В масштабном бою вообще ничего не разобрать. Куда тут для каждого удара продумывать связки отмены. Проще «щиты» поставить и бить в ответ.

– О-о-о… – впечатлилась Айлла.

– Именно. Конечно, некоторые связки рождаются сами собой, когда видишь что-то простое. Тогда да, очень удобно. Сил почти не уходит. Настоящие боевые чародеи, как правило, придумывают свои индивидуальные связки против самых типичных заклинаний и могут создавать их, почти не отвлекаясь. Но и то, таких связок даже у лучших не больше четырех-пяти. Работает против десяти-пятнадцати стандартных атак.

Демоница вдруг подумала, что магистр Даслайн был прав: не по ней эта наука.

– А у тебя сколько? – хитро прищурилась девушка.

– О-о-о, это страшная тайна, – усмехнулся Ито, опрокидывая Айллу на подушки и нависая с самыми недвусмысленными намерениями. – Могу выдать только за о-очень большую плату…

– А открой мне еще одну страшную тайну, – спустя какое-то время Айлла вновь лежала у Итвальда на плече, но уже на другом. – Вот твой… божественный зверь… такие же есть и у других представителей семьи… вообще Высоких семей?

– Не совсем, – покачал головой мужчина. – Чтобы вызвать зверя, нужны очень большие силы. А пуще того – воля. И лучше, если все подкреплено соответствующими обрядами. В общем, не так просто. Теоретически – да, любой член семьи может его вызвать. На практике – увы.

– Интересно… – Айлла снова задумалась. – Правда, интересно. Получается, боги в вашем мире довольно активны.

– Это, скорее, официальная позиция, – протянул Итвальд.

– А на самом деле…

– На самом деле… – какое-то время он молчал, потом заговорил, но как-то тяжело, будто нехотя, – на самом деле думаю, они давно уже не участвуют в нашей жизни. Могут иногда что-то сделать, но уж точно не присматривают за нами как любящие родители. Да, зверей они нам оставили, но сами… нет, не думаю.

Судя по тону, Ито знал, о чем говорил.

– Почему ты так считаешь? – Айлле действительно хотелось это понять. Ведь он – Наенги, казалось, бы куда ближе к богам? У него даже семейный храм при особняке имеется. Вроде как к дедушке на огонек заглянуть.

– Много примеров… Мелочи и действительно серьезное…

– Серьезное?

– И оно тоже… Про кого вам пока больше всего рассказывали?

– Про Арана, пожалуй. То есть Ли-Арана.

– О, это покровитель наших соседей. У них земли совсем недалеко. Что бы такое рассказать… Аран, Аран… О! говорили же, что он земляные жилы создал? Каменья драгоценные, металлы – это все он.

– Да, – обрадовалась Айлла. – А гномов не он.

– Именно. Не он. Можно было бы подумать, что он не может. Вроде как только неживое может создавать, однако это не так. Доподлинно известно.

– Правда?

– Самая, что ни на есть. Потому что живых он все-таки создал.

– Ой, а кого? Не гномов, не эльфов, хм… кобольты? Драконы?

– Сразу видно иномирца, – засмеялся Ито. – Нет, его создания внешне ничем не отличались от людей, да и были, по сути, людьми. Их отличало только то, что они могли призывать жилы земные. Притягивать их. Вроде как лежит руда железная в глубине горы, а такой человек, под покровительством Ли-Арана, может сделать так, чтобы она на поверхность вылезла или хотя бы чуть ближе стала. Не говоря уже о том, что они чувствовали камни, металлы, таящиеся в горных толщах. Да и просто ощущали их наличие в чем-либо.

– Удобно, – Айлла с легкостью представила, как много прибыли может принести такое умение.

– Весьма, – кивнул Итвальд. – Таких людей никогда не было слишком много. И Семьи, да и просто могущественные группировки начали тянуть их к себе. Где уговорами, где силой. Те, разумеется, сопротивлялись. Гордые были, оно и понятно почему. Только мало кого это останавливало. И доигрались. Сгинули все. Весь род, любимцы Ли-Арана. Ни одного не осталось. Все вымерли, будто и не существовало никогда. И Ли-Аран не вступился. Не послал кары на врагов их, не спас ни одного ребенка или женщины. Хотя казалось бы… Поэтому я и говорю, что покровительство бога – это хорошо, но лучше на него особо не рассчитывать.

– Печально как, – вздохнула Айлла, как никто хорошо понимавшая трагедию. – А ты говоришь, профессия сможет защитить. Тут вот какое умение не спасло…

– Такое развитие событий исключать нельзя, увы, никогда. Но ты же будешь артефактором, – хмыкнул он, – тебе ничто не помешает добавлять в свои амулеты что-то такое, чтобы преимущество всегда оставалось на твоей стороне.

Демоница воззрилась на любовника с полным восторгом.

– Я тебе говорила, что ты – это нечто невероятное.

– Не далее, как с четверть часа назад, – усмехнулся Ито. – Но ты можешь еще раз повторить. Мне понравилось.

– А ты, хм, повторишь? Мне тоже понравилось, – голос стал манящим и зовущим.

Итвальд улыбнулся и выполнил просьбу дамы.

Глядя на Вайлену, Шиасу в очередной раз задумывался над поступком дяди – зачем он переселил ее душу в демоническое тело? Не мог же Меррей знать, что племяннику потребуется свой человек в Теффане… Или мог? Нет, точно нет.

Четкая манера речи и такой же подход к делу немало импонировали Шиасу. Но женщина все равно ему не нравилась.

– Пропадает здесь народ много и часто, – рассказывала она. – И в городе, но более всего по деревням.

– И по какой причине?

– Без причины.

– Как-то же это должно быть объяснено.

– Никак не объяснено. Это же бывшая Улюдгей. Когда-то существовала единая страна, – пояснила женщина. – Территория огромная. В давние времена правил у них один толковый король. Он-то и объединил множество земель. Они тогда воевали против лаварнов, это племена такие кочевые. Успешно отбились, кстати, да так под его рукой и остались. Потом его детей. Но уже правнуки не удержали государство. В какой-то момент страна распалась на отдельные княжества. У каждого князька войско, своя монета. Так и живут до сих пор. Внешне все более-менее, а по факту далеко не везде порядок. Достаточно местного правителя задобрить, и всё – никто тебе не указ. Но тут даже я поражена – целыми деревнями народ пропадает. Впрочем, я проехалась, пока вас не было, по нескольким. Кое-где и приврали. Однако есть действительно обезлюдевшие места. Вот и думай – сами люди ушли или их кто-то ушел.

– Бардак, – поделился мнением Шиасу.

– В самом деле? – подняла брови Вайлена. – А вы что, своих низших считаете?

– Низших? – удивился тот. – Они же даже не всегда разумны. В том понимании, которое мы вкладываем в это слово.

– Вот и крестьяне, и прочий люд для дворян да князей не всегда кажутся разумными. Хорошо, если князь просвещенный, так сказать, или хотя бы рачительный хозяин, который стадо свое считает. А если относится как вы к низшим?

– Ты явно не понимаешь, что есть низшие… – попытался объяснить Шиасу, но женщина не стала слушать.

– Не надо, мне Меррей уже рассказал. Не хочу это больше слушать. Аналогию ты понял. Дальше думай сам. Что касается подземелий, где вас с Сином держали…

Оба демона навострили уши.

– Точных данных у меня нет, но в этом районе не так много пещер, да еще и крупных. А вот шахты есть. Вполне возможно, там начало. А потом или до естественных докопали, либо сами подсуетились.

Братья закивали. С чем соглашался Син, Шиасу не особо понял, этот поганец почти все их «приключение», прости хаос, в отключке провел. Помощничек. Ну ничего, скоро получит свое.

– Я отправила людей пошуршать вокруг этих шахт, – продолжала Вайлена. – Особой активности нигде не заметили, но вот следы! – она ухмыльнулась. – Следы нашлись.

– Отлично, – за такие новости Шиасу уже почти готов был простить… ну, что-нибудь. – Тогда отправляемся. Возьму своих людей, спрошу у Меррея, что там с противоядием, и пойдем.

– Ты вылечись сначала, – фыркнула женщина.

Шиасу подумал, что рано к ней подобрел.

– А Руфгена и остальных будем брать? – уточнил Син.

Старший из присутствующих здесь демонов задумался.

– Пожалуй, нет, – решил он. – Если со мной будут мои демоны, то мы пройдем без проблем. В тот раз они поймали нас на неожиданности, в этот раз я буду готов. Поэтому лучше без людей. Они много слабее нас.

– Ты недооцениваешь людей, – не смогла промолчать Вайлена. – Мы на многое способны.

– Ты теперь тоже демон, – усмехнулся Шиасу. – Поэтому соглашусь: да, мы на многое способны.

Воительница скривилась, а Син заржал. Брат же его нехорошо улыбнулся и добавил:

– А ты останешься при дядюшке. Лечиться и думать о своем поведении.

Спустя несколько дней, частично вылечившись, Шиасу стоял в подземном зале, где принимал бой, прикрываясь двойным «щитом», закрывая им всю группу. Тогда еще всю… без потерь.

Вот уже пару часов он совместно с тремя демонами из его гвардии обшаривали подземелье и не находили… никого. Ракхар уже усомнился, то ли место они нашли, но этот зал Шиасу помнил хорошо. Да и следы магии не скроешь. Проклятье, неужели за несколько дней они слиняли?

Выходило, что так. Следов пребывания людей, или кто они там, нашли много. Но никого живого, как и оборудования, мебели или чего-то похожего. Вывезли все. Остались только решетки на камерах, да и то не все. Шиасу стремился найти ту комнату, в которой его хотели принести в жертву. Обязательно нужно перерисовать знаки, что были нанесены на стены. Пусть дядины умники разбираются.

После какого-то количества метаний ту страшную комнату демоны нашли. Но только по остаточным эманациям. Само помещение оказалось взорвано. Сейчас оно и ряд соседних представляли собой сплошной завал из камней.

Ругался Шиасу долго и страшно. Он до сих пор помнил тот ужас, который охватил его в этом месте. И очень хотел понять, что за магия сотворила такое. А, похоже, не выйдет. Разобраться же просто необходимо, ибо такое не должно иметь место на земле. Нужно уничтожить тех, кто может подобное сотворить. Или хотя бы понять, что они там делали. Кстати…

Демонам пришлось выйти из пещер, чтобы связаться со своим миром. Местные породы блокировали магию подобного рода напрочь. Зато и подземное колдовство никто не мог отследить. Удобно, гады, устроились. На поверхности удалось достучаться до Меррея. Шиасу рассказал ему все, как есть.

– Мы попробуем пройти пещеры до конца, вдруг все же что-то найдем, – говорил он. – Правда, по ощущениям вычистили все идеально. Но меня очень уж беспокоит та комната.

О ней Шиасу уже говорил дяде. Тот тоже очень заинтересовался.

– Эманации еще остались, но затихающие.

– Тогда давай так, – подумав, решил Меррей. – Отправляй одного бойца мне, а я вышлю одного из наших умников, пусть посмотрит, может, что-то разберет.

Собственно, именно это Шиасу и хотел предложить.

Из-за умников пришлось задержаться. Их же охранять нужно! Высшая, хаос побери, ценность. Но дядя отпустил их только после обещания беречь. Зато умники подсказали, как проще проверить пещеры. Быстренько накидали хитрое заклинание, которое работало даже с учетом местных пород камня, которые местами глушили магию.

Результаты не порадовали – живых в катакомбах не осталось. Потом демоны все же прошли их полностью. Но увы, с тем же результатом. Трупов, к слову, тоже не нашли.

– Осторожные, сволочи, – ругался потом Шиасу, сидя за рюмочкой в гостиной Меррея. – Всё вычистили. Ни единой склянки, ни одного тела, ни какого-нибудь рисунка… Даже эту мерзкую тварь, которая на меня напала, они убили и труп унесли. Ничего не осталось!

– Гады, – Вайлена, вновь сидящая рядом с дядей, добавила еще парочку ругательств.

– Предусмотрительные, – охарактеризовал глава клана то ли с одобрением, то ли с досадой. Переждал очередные эмоциональные комментарии Шиасу и добавил: – Возможно, я все усложняю, однако очень похоже, что эти ребята проворачивают подобный номер не в первый раз.

– Ты хочешь сказать, что это… – Вайлена остановилась, чтобы глубоко вдохнуть, – продолжается долго, и периодически они меняют место?

Меррей еще немного подумал и кивнул.

– Пещеры очень большие, и там все было обустроено весьма толково. Труда вложили немало. Плюс пленники, плюс эта тварь. Персонал, мебель, рисунки, выдолбленные на стенах. Однако, как только они поняли, что Шиасу со товарищи удалось уйти, они собрали все это, подчистили следы и ушли. Причем ушли, судя по всему, очень быстро. Явно зная, как это делать, а не мечась в панике, хватаясь за все подряд.

– Но как же мне их теперь найти?! – эти слова последовали за достаточно долгой и исключительно нецензурной характеристикой происходящего. Вайлена аж заслушалась. Меррей же только поморщился.

– Наскоком, похоже, не удастся, – резюмировал он. – Придется искать более тщательно. Где-то же они снова осядут. Вайлена…

– Да, я поняла, я организую поиски.

Женщина понимающе кивнула и улыбнулась Меррею. Тот ответил ей благодарной улыбкой. Шиасу скрипнул зубами. Дядя, будто только сейчас вспомнив о нем, произнес:

– Ты все равно собирался вернуть своих человеческих соратников по домам, помочь по мере возможности. Да и дело с амулетами нельзя запускать. Возможно, мы за это время сможем что-то нарыть, однако я не стал бы рассчитывать. Увы, здесь нужно терпение.

Терпение никогда не считалось сильной стороной Шиасу, но других вариантов не оставалось. Для начала он пошел проведать Сина, выслушал кучу упреков.

– Ты тоже еще не до конца вылечился! – возмущался тот. – Почему тебе можно скакать по мирам, а я вынужден сидеть у дяди под присмотром?!

«Потому что у меня обязательства, братик, – подумал Шиасу. – А для тебя это развлечение».

– А ты выучил «щит», который придумали умники Меррея?

– Выучил!

– И можешь его поддерживать сутки? Даже во сне?

– Зачем сутки? – удивился Син. – Да и во сне зачем?

– А как ты узнаешь, когда он пригодится? В тот раз нас поймали, когда мы не ожидали. Думаешь, в этот раз предупредят?

Братец уже и сам догадался и теперь злился на себя за вопрос.

– Я выучусь. Вот увидишь! Ты же знаешь, что я быстро учусь.

В этом старший из братьев не сомневался. Просто он… вдруг чуть ли не впервые испугался за это непутевое создание. Они рано осиротели. Шиасу до сих пор помнил, как в особняк, где гостила их семья, ворвались демоны другого клана. Как стояла насмерть личная охрана отца, как он сам, закрывая семью собой, творил заклинания неимоверной силы. Как мать раз за разом пыталась пробить блокирующее телепортацию заклятье, а она в порталах была одной из лучших. Вся ее магия ушла, чтобы открыть крошечное окошко, в которое демоница закинула обоих детей. Последнее воспоминание о матери у Шиасу – как она поднимает клинок и встает рядом с отцом.

Портал почти сразу схлопнулся, но Меррей успел все понять. Ему еще предстояло встать во главе клана, заново его собрать и отомстить за обожаемого старшего брата и его супругу. Шиасу хорошо помнил, как менялся дядя, будто каждый день, каждый новый уровень силы, каждый убитый враг, каждое выигранное сражение перековывали его в иное – более совершенное создание, того, кого он знал сейчас. Шиасу успел привыкнуть к нему, понять, что Меррей всегда на самом деле был вот таким, просто потери и победы огранили эти черты.

Его племянник не сразу смог встать рядом с ним, стать опорой и поддержкой. Хоть в чем-то… Но он воевал, учился, боролся и наконец занял место подле него. Син же… обожаемый малыш, которого хоть и пытались не избаловать, все равно избаловали. Он не помнил закрывающегося окна портала, в котором мама поднимала огненный клинок и улыбалась мужу.

Син получил лучших учителей, в том числе по боевым искусствам и магии. В какой-то момент присоединился к старшему брату в его военных делах, однако всегда рядом стояли демоны личной дружины Шиасу. Теперь он понимал, что этого мало. И испугался. Он не потеряет мелкого. Ни за что. Памятью родителей клянется.

– Разумеется, выучишься. Я в этом нисколько не сомневаюсь, – мужчина старался говорить максимально убедительно. – Но мы имеем дело с весьма изобретательным противником. А мы с тобой – единственные наследники дяди. Меррей просил нас обоих не рисковать, пока не прощупаем, на что этот гад еще способен. Ты же знаешь, какие сейчас неспокойные времена. Если мы снова оба пропадем, наши враги обязательно этим воспользуются, – Шиасу врал. Никакой особой ситуации сейчас не наблюдалось. Но в мире демонов всегда напряженно, а Син в политике вообще не разбирался – потому что не хотел! – и объяснение вполне подходило. Тем более братец старательно скрывал собственное равнодушие к подобным темам. Вот и сейчас солидно покивал. И тут же скривил унылую мордочку.

– Дядя опять что-то затеял, а мне сиди на привязи. Так нечестно! Может, можно как-то…

– Ты же не хочешь подвести Меррея в такой тяжелый период? – Шиасу посмотрел на Сина тяжелым взглядом, которым обычно ставил на место зарвавшихся хамов.

Братец отреагировал не хуже: мгновенно принял самый благообразный лик и уверил, что он безмерно предан дяде и их роду. Шиасу искренне надеялся, что этого разговора хватит.

– Ты вернулся! – Анкерелла бросилась к демону и повисла у него на шее. Мужчина этого никак не ожидал, но стало неожиданно приятно. Тоже обнял женщину… Да какая она женщина, девушка, вполне себе юная. На хорошем лечении и питании знахарка немного округлилась и превратилась пусть не в красотку, но в симпатяжку точно. Син бы не пропустил.

– Рассказывай, какие новости, – по-дружески предложил он, отпуская ее.

Лекарка улыбнулась и поправила одежду. Так непривычно видеть ее в платье…

– Заботятся о нас хорошо. Лечат, кормят, вот одежду выдали, мелочи всякие необходимые. Пару раз заходил их местный начальник и кто-то важный из гражданских. Вели расспросы. А так… скучно. В город нас пока не пускают. Говорят, слабые еще.

Шиасу подозревал, что причина другая, но не мог местные власти осуждать за перестраховку. Сам демон прибыл в Цинай максимально официально, пройдя через стационарные порталы и оформив все бумаги.

– Лекарям виднее.

Анкерелла фыркнула, напомнив, что она тоже имеет медицинское образование.

– Пусть и не полное, – добавила она от честности души. Шиасу умилился.

– Здесь медицина явно дальше продвинулась, – и тут же перевел тему. – Как наши?

– Руфген полон сил и очень хочет вернуться. У него же в Теффане жена, сын и две дочки. Берри с ним хочет. Руфген же плотник, говорит, найдет работу для Берри. А Далер… – голос девушки дрогнул.

– Что Далер? – судьба каменщика, так сильно помогшего им, волновала демона.

– Чуть не умер вчера, – вздохнула Анкерелла. – Еле вытащили. Лекари говорят… – она еле справилась с собой, – что шансов мало. Он редко приходит в себя. А приходит, просит его на воздух вывезти. Сидит на веранде и на небо смотрит. Говорит, силы закончились еще на половине нашего пути-побега, но не мог умереть, пока небо не увидит. И вот… увидел.

Демон вздохнул. Не понимал он людей, но грусти это не мешало.

– Глупость какая, – проговорил Шиасу наконец. – Надо вправить ему мозги.

– Мы пытались. Но… может, тебя послушает?

– Попробую. А что остальные?

Она уже открыла рот, чтобы рассказать, но потом застыла и спросила явно не то, что раньше:

– Ты же приехал меня забрать отсюда? В Теффану. Как обещал?

– Если ты еще хочешь, – вздохнул Шиасу. Признаться, ему намного больше хотелось бы, чтобы Анкерелла осталась в благополучном Цинае, доучилась, стала бы уважаемым целителем. Но он все понимал, что уж…

Шиасу проведал всех, кто вышел вместе с ним из подземелья, каждому нашел, что сказать, хотя это оказалось для него непросто, дал денег лекарям. Те утверждали, что в этом нет необходимости, мол, оплачено, но демон считал, что так лучше. А затем уже с Руфгеном, Берри и Анкереллой направились к порталу. Пришлось ехать довольно долго, но что поделаешь. Втайне Шиасу все еще надеялся, что лекарка передумает. Посмотрит на эти сытые, благополучные земли и… утопия, конечно, но почему бы не помечтать.

Охрану Шиасу не взял, потому что кроме Вайлены, ищущей тех мерзавцев, еще несколько демонов продолжали исследовать пещеры, где держали пленников. Больше их клан сюда не пустили. Меррей готов замедлить поиски, но тут уже Шиасу не выдержал. Уперся – нечего над ним трястись! – и никого с собой не взял. В конце концов, пока гонялся за Айллой, он здесь совершенно свободно шастал. Замаскировал ауру получше, обвешался амулетами, защищающими от всего на свете, – и вперед. К тому же демон клятвенно пообещал дяде максимально ни во что не встревать.

Место, куда перенес их портал, оказалось большим городом в Теффане. Основной его профиль – торговля. По сути, все строилось вокруг двери в другие миры, что и понятно.

Руфген обрадовался необычайно.

– Тут пара дней пути до города с нужным порталом в…

Он сыпал именами и названиями, Шиасу совершенно незнакомыми. Однако остальные понятливо кивали. До деревни Анкереллы было еще дальше. Демон не спорил, для себя уяснив, что путешествие затягивается. «Да, господин Ракхар, это тебе не на крыльях лететь и не по телепортам скакать, – мысленно усмехнулся он. – Почувствуй себя простым человеком». Шиасу потер плечо. Все еще болит. И магия работает через силу. Но то, что она есть, – это уже счастье. Страшнее, когда казалось, что вообще не сможет колдовать. Проклятье, что же оно снова заболело?

Шиасу слушал болтовню попутчиков и думал, удастся ли Вайлене найти, куда делись похитившие их мерзавцы. Он спас лишь горсточку, а сколько там еще оставалось! И даже если освободить всех, сможет ли он спасти Гришека? Демон вспомнил, как он лежал совершенно беспомощный и не способный противостоять неминуемой, казалось тогда, смерти. Но гнева на мальца все равно не испытывал. Разве только на тех чудовищ, кто такое делает с людьми. И это… удивляло Шиасу. Раньше чужие судьбы для него походили на деревья, мимо которых он проносился на лихом скакуне. Вроде и заметил, а ничего в душе не осталось. А сейчас… конечно, не всех, но некоторых… жалко, что ли. Нет, не так – они стали небезразличны. Странно…

Через несколько дней их группа все-таки добралась до города, где раньше жил Руфген. И вот тут оказалось, что в его доме сейчас обитают совсем другие люди. И они никак не ожидали подобного визита. Предчувствуя неладное, Руфген рванул к родителям жены. Но и их дом оказался занят чужаками. Соседи ничего не знали или не хотели говорить. Те, кого удалось отловить, мычали что-то про переезд, куда и почему, никто не знает.

Отряд рванул в гильдию. Ее члены собирались в большом доме, на самом деле принадлежавшем двум братьям. Внизу находился большой магазин-склад, мастерские. Наверху жили люди и находился зал, в котором и проходили совещания. Сидели все правда друг у друга на голове, но что поделаешь.

– Руфген! Живой!

Мужчину обступили другие люди, в основном невысокие и на диво крепкие. Захлопали его по плечам, спине.

– Живой! Живой!

– Мы уж не чаяли!

– Созывайте людей!

– Зовите всех!

Подмастерья рванули во все стороны. Шиасу только вздохнул.

– Где моя семья? – Руфген не дал свернуть себя в сторону.

– Ты живой! О!

– Давайте устроим праздник!

– Точно! Несите столы!

– Где моя семья?! – почти закричал Руфген.

И люди стали отводить глаза. Кто-то пробормотал, что должен проследить за подмастерьями. Другой заявил, что вспомнил про срочное дело. Третьи просто смотрели в сторону. Тогда Руфген принялся хватать всех за грудки, но мужчины и юноши лепетали, что они ничего не знают.

В этот момент Анкерелле стало действительно страшно. Что могло с ними случиться? Неужели… как с ней и остальными? Или что? Казнили? Выгнали? Погибли от болезни?

– Говори, мразь!!! – уже орал Руфген. Он тряс одного из самых главных в гильдии, и судя по покрасневшему лицу того, скоро здесь должен был появиться первый труп. Шиасу в тот момент подумал, что легко положит всех плотников магией, но из города придется очень быстро тикать.

– Прекрати, Руфген! – заговорил невысокий мужчина, еще крепкий, но уже в летах. Все почтительно смолкли. – Мы… я расскажу.

Бывший пленник придвинулся ближе. Его лицо побледнело. Стало казаться, что еще немного, и он не выдержит.

– Когда ты… тебя… все думали, ты погиб! – начал мастер Варрон. Так звали того, кто решил говорить за всех.

– Ниса так горевала, – выдохнул кто-то.

На Руфгена было больно смотреть.

– Мы все ждали, ждали, но ты не появлялся, и да, мы решили, что ты умер, – подтвердил Варрон. – Встал вопрос о том, кто примет твое дело.

– У меня сын! – возмутился Руфген.

– Да, но ему двенадцать.

– И что! Дети быстро растут!

– Дети растут, но на это уходят годы. Мы решили забрать дело, клиентов, подмастерьев…

– Мерзавцы, – застонал Руфген.

– Взамен мы бы содержали твою семью! – выкрикнул кто-то.

– Именно. Мы бы содержали твою семью, – подтвердил Варрон.

– Вы и так обязаны были это делать! Я столько лет платил взносы в гильдию!

– Именно. И по гильдейским законам, если ее член погибает, то его дело остается в гильдии, а она заботится о семье погибшего. Ты знал это!

– Ничего такого никогда не озвучивалось! Только говорили, что вы позаботитесь о моих, если случится какое-то несчастье.

– Это все есть в уставе. Ты же сам, добровольно вошел в гильдию. Даже добивался.

– Еще бы! Без этого работать в городе невозможно! Вы обещали помощь и поддержку!

– И мы готовы были ее оказать. Но Ниса не отдавала ничего. Сказала, что ее выкинут из ее дома только силой.

Сначала на лице Руфгена отразилась гордость, потом ярость.

– Вы и дом наш хотели забрать!

– Вы живете над мастерской! Как брать дело в свои руки, если над мастерской живет чужая семья?

– Ну вы… – дальнейших слов переводчик Шиасу не знал, и демон ими очень заинтересовался.

– Ниса сказала, что подаст в суд, – продолжил Варрон. – Мы сказали, что таким образом она отрекается от помощи гильдии. За себя и своих детей.

– Какие же вы гады!

– Она не послушала нас. И дело мы выиграли.

Шиасу почувствовал, что ему хочется убивать. В идеале медленно. Но можно и быстро. Так уж ли нужен им этот город? Сбежать можно очень быстро.

– Нисе пришлось уехать.

И Руфген ударил. Варрон откинулся назад, заливая лицо кровью из носа. К ним тут же кинулись несколько дюжих парней. Но Шиасу и Берри не подкачали. Анкерелла понятливо спряталась в самом дальнем углу, не мешая сопровождающим отводить душу. Шиасу постарался, чтобы никто не ушел, а его спутники остались на ногах. Демон с таким удовольствием раздавал тумаки, что даже магию почти не использовал. Немного только и в основном для защиты Руфгена и Берри.

Совсем скоро в зале не осталось ни одного действующего члена гильдии, не корчащегося на полу. Заслужили, подумал Шиасу, удовлетворенно оглядывая результаты своей работы и дуя на костяшки пальцев.

– Где она?! Где?! – Руфген тряс Варрона как пес игрушку.

– Не знаю! Мы не знаем! Она уехала куда-то!

Шиасу решил, что рано закончил, и добавил еще господам гильдийцам. Потом узнал, где гильдейская казна и просто выломал дверцу железного шкафа, который заменял тут сейф. Правда, содержимое его не особо впечатлило. У каждого из присутствующих под полом наверняка нашлось бы побольше.

– Где она?!

Руфгена было уже не остановить. Но подскочила Анкерелла и перехватила его кулак.

– Хватит, Руф! Хватит, – произнесла она. – Если бы они знали, уже сказали. Думай, какие у нее были подруги. Не жены этих придурков. Кому-то она должна была сказать.

Какое-то время мужчина смотрел на нее бешеными, налитыми кровью глазами, но потом весь как-то поник.

– Берем как компенсацию за невыполнение обязательств, – Шиасу взвесил на руке несколько мешочков, – и предательство. Вира, так сказать.

Демон подумал-подумал и накрыл место защитным куполом. Закрепил его по углам, чтобы стоял без подпитки. Добавил крови – нацедил с кого-то. Три-четыре дня простоит. Пусть попробуют отсюда выбраться. Если только кто-то извне их отковыряет…

– Герда! – встрепенулся Руфген, и в его больных глазах появился свет. – Герда, жена горшечника, с соседней улицы.

Они пошли к этой Герде. Женщина жила через несколько улиц. Когда к ней в дом постучались незнакомцы во главе с Руфгеном, она скинула на «призрака» немало изделий своего мужа. Компания мигом разбежалась в сторону. Даже Шиасу еле увернулся от этакого обстрела.

– Да прекрати ты, дура старая!

– Какая я тебе старая! – В мужчину полетел еще один горшок. – Сам уже мертвый, а туда же! Я только на два года старше твоей жены! Или ты уже забыл про жену?! Так я напомню!

– Так я и пришел, чтобы узнать, где она!

– Ты решил ее сожрать, зомби! Вурдалак! Я тебе не скажу!

– А где логика? – не выдержал Руфген. – Живой я, живой. Стал бы зомби с тобой тут на всю улицу орать!

Женщина для профилактики швырнула в него еще один горшок и задумалась.

– Чем докажешь?

– Хочешь побожусь? Обережный знак сделаю?

– Делай, – решила Герда.

Мужчина принялся истово водить перед собой руками. Для Шиасу совершенно непонятно, а остальные одобрительно кивали. Демону же захотелось побиться головой об стену.

Спустя четверть часа проверок, после которых Герду готовы были придушить все четверо, та пустила их в дом. И следующие полчаса ушли на новое испытание – слезами и причитаниями. Шиасу выдержал десять минут, потом встал, буркнул: «Я в ближайшей таверне» и ушел. Остальные ему очень позавидовали, но последовать его примеру не смогли. Они присоединились к демону через час. Сразу выпили по пинте пива, только потом смогли говорить. Оказалось, что жена Руфгена с детьми и родителями уехала в какую-то далекую деревню.

– Эти суки не дали ей ни монетки! – рычал мужчина. Лицо его перекосилось – то ли заплачет, то ли начнет все крушить. – А сколько там осталось денег после того, как меня так долго не было! Сколько ушло на сволочей, которые отстаивали ее в суде?!! Ее родители все, что могли, отдали! Боги, моя девочка, моя прекрасная, милая девочка, вынуждена была уехать в какую-то дыру, потому что там был пустующий дом… Боги, она же ничего не понимает в огороде… Ни скотины, ни курей, ничего… Как они там выжили… Боги, а если не выжили? А она у меня такая красавица… А если позарился кто? Принудил?…

Руфгена трясло так, что он даже пить не мог.

– Нам всегда говорили, что гильдия своих не бросит, что наши женщины под защитой, что наших детей воспитают… Поэтому я так спокойно поехал к клиенту так далеко, большой заказ, хорошие деньги…

Они уже знали, что на Руфгена и двух его подмастерьев напали разбойники. Очнулся он уже в подземелье.

– Только бы были живы, только бы были живы…

Шиасу смотрел на мужчину и думал, что близкие – это наша слабость. Недаром Меррей так и не завел семью. Он так долго бился за их клан, мстил, поднимался, тащил на себе всё, весь род, что просто не мог позволить себе слабостей. Даже их с Сином воспитывал так, что до поры никто и не знал, как много он в них вкладывает, сколько времени с ними проводит. «Дядя заслуживает счастья», – внезапно подумал Шиасу.

– Поехали, – поднялся демон и бросил подбежавшему подавальщику монету. – Придешь в себя по дороге. Ты узнал, куда нам ехать?

– Только название, – словно отряхнулся Руфген, возвращаясь в свое привычные сдержанно-собранное состояние. – Но сейчас на рынке узнаем. Давайте туда. Припасы, сведения.

Одна секунда – и перед ними вновь стоял тот Руфген, который из толпы узников сделал вполне организованную группу, пусть не бойцов, но все равно – выжили многие, в том числе много больных и детей. Сейчас в его глазах пылал тот же огонь, что и тогда. Шиасу усмехнулся и подумал, что безумно любит вот таких упрямцев – в любой ситуации они идут вперед, к цели, к мечте. Его девочка – такая же. Только он не смог распознать за улыбками и красотой этой искорки, не узнал ее.

На рынке Руфген напомнил Шиасу демона-«быка» во главе клина таких же бронированных бойцов. Правда, вряд ли кто-то из других людей сделал похожее сравнение. Казалось, человек просто закупает продукты, но с какой же четкостью он действовал, какие вопросы задавал! Не прошло и четверти часа, как дорогу им описали, а припасы оказались в сумках.

В путь отправились сразу, не дожидаясь нового дня.

Ехать пришлось трое суток. Про полузаброшенную деревню Нисе рассказала какая-то другая знакомая. Близко к городам пустых домов было не сыскать, вот и отправились хаос знает куда. Места становились все глуше и глуше. Села почти не попадались, придорожные постоялые дворы, увы, тоже. Правда, на путников однажды попытались напасть разбойники, немало их этим удивив. Кого тут грабить? Однако мечи и стрелы при всей их древности были наточены остро, а на Анкереллу мужики смотрели так, что чуть слюна не капала. Шиасу решил избавить мир от этих представителей людского племени, но дальше дорога стала еще мрачнее. А что, если Ниса с малышами и пожилыми родителями нарвалась на таких же молодчиков? Как она вообще смогла без оружия, навыков и сопровождения забраться так далеко?

Во всех деревнях путники расспрашивали о женщине с детьми, но времени прошло уже много – никто ничего не помнил или решил не говорить. Заодно Шиасу хотел узнать о пропавших, но на него смотрели полными ужаса глазами и сбегали, как только могли. Зато все дружно ехать дальше не советовали.

– Это уже где-то рядом, – Руфген хмурился. По всем прикидкам они должны уже были доехать, но деревня все не показывалась и не показывалась.

Шиасу оглядел вековой лес перед собой. «Да-а, такого в демоническом мире не встретишь. Великаны! Вырастила же природа! И никакого дровосека на них не нашлось. Кстати, почему? На том же флоте или при строительстве такие стволы с руками бы оторвали. Далеко везти? Так река же близко… Слишком тяжелые? Хм…»

– Мне что-то страшно, – пробормотала Анкерелла, осеняя себя какими-то знаками, которые были в ходу у местных.

Демон с удивлением посмотрел на девушку, а потом на остальных спутников. Все казались какими-то бледными. Мужчины сжимали руки на мечах, лекарка прижала руку к горлу, будто защищая его. Сам Шиасу никакой тревоги не чувствовал, но подчиняясь общему настроению наколдовал вокруг них «щит».

И в следующее мгновение в него ударился огромный волк. Опешил даже демон, целых пять секунд наблюдая, как зверь пытается вгрызться в магию, после чего сообразил, что это не просто животное. Шиасу вынырнул за пределы «щита», крикнув остальным оставаться под ним. Сам же метнул в монстра сгусток пламени. Волк ловко отскочил и против всех законов бросился на обидчика. Первый раз его откинули еще одним «щитом», второй раз огнем. В третий раз он так осмелел, что перепрыгнул заклинание и скакнул, целясь в горло демона. Шиасу с удовольствием насадил его брюхо на меч. А потом просто вырвал сердце, сломав клетку ребер.

– Сзади! – заорали на три голоса.

Шиасу успел перекатиться и схватить за горло вытянутой рукой второго зверя. Помельче. По человеческой руке побежала кровь от лап зверя, однако мужчина извернулся и одним мощным движением свернул чудовищу шею. На землю упал уже мертвый волк. Демон же отправил несколько поисковых заклинаний, но рядом не оказалось даже мелкой живности. Будто вымерла вся. «Или сожрали», – цинично подумал Шиасу и посмотрел на здоровенных монстров. Он опустил взгляд ровно в тот момент, когда те начали меняться, превращаясь в… да, в людей! Мужчину и женщину.

Увидев вторую, Руфген рванулся вперед, упал рядом и отвел волосы. Спутники замерли от ужаса, подозревая самое страшное. Когда мужчина с облегчением выдохнул: «Не она», от напряжения засмеялись все. Хотя радостного было мало. Если эти оборотни – явно проклятые, не рожденные, которые могут менять облик по желанию, – не побоялись напасть на четверых путников с оружием… устояла ли деревня?

Не сговариваясь, они пришпорили и так перепуганных коней. Даже лошадка Шиасу, которая до сих пор ходила под дурманящим заклятием – иначе пугалась его, неслась со всех ног. Сдерживать приходилось. Еще сдохнет.

Лес расступился минут через десять подобной скачки, и стали видны первые домики. Унылое зрелище, однако над несколькими вился дым, и это вселяло надежду. Путники придержали лошадей и въехали в деревню шагом, внимательно поглядывая по сторонам. За заборами и в окнах то и дело мелькали лица, но никто не вышел их встретить. Даже по своим делам никто не шел, не говоря уже об играющих малышах. Да и живности никакой не виднелось.

Руфген внимательно смотрел по сторонам, но ни жены, ни детей не видел. Что это значит? Шиасу надоело гадать. Не слезая с лошади, он замолотил кулаком в первые же ворота, за которыми увидел жизнь. Никакой реакции не последовало, но демон и не ожидал ее.

– Открывайте! Я вижу, что вы там! Иначе к хаосу спалю всё! – и он выпустил в небо столб пламени.

Это подействовало: из избы вывалился еле живой мужичонка и принялся кланяться даже раньше, чем открыл ворота.

– Где Ниса? – рявкнул Руфген, тоже уже не в силах ждать.

Почти минута потребовал крестьянину, чтобы уразуметь, что его не будут убивать. От этой мысли на лице отразилась такая радость, что стало не по себе. Местный житель истово замахал рукой куда-то дальше и зашелестел пояснения вперемешку с оправданиями, мол, никто не говорил, что нельзя ее принимать. Шиасу захотелось кого-нибудь стукнуть. Что же за господин здесь, что довел людей до такого состояния, да еще тварей всяких развел, ни пройти, ни проехать.

А Руфген уже мчался на другой конец деревни. Его встретили запертые ворота и закрытые ставни.

– Ниса! Ниса! Это я! – заорал мужчина во всю мощь глотки. – Это я! Руфген! Это я!

Шиасу подъехал, как раз вовремя, чтобы увидеть, как распахивается дверь, и женщина в простом платье явно городского покроя выбегает на крыльцо. На ее лице недоверие и отчаянная, жадная надежда.

– Девочка моя!

Ниса оказалась высокой, пышнотелой, с длинной косой русого цвета. Демон никогда не назвал бы ее даже симпатичной. Но в тот момент, когда она бросилась к Руфгену, она засияла так, как не смогли бы и сотни бриллиантов, став ослепительно, просто нестерпимо прекрасной. А Шиасу мгновенно вспомнил, как под ним лежала его синеволосая беда и смотрела… да, так же. Или почти так же. С той же надеждой и беззащитностью. «Хаос… я же действительно разбил ей сердце…» – сейчас Шиасу понимал это так, как не понимал никогда раньше. «Поэтому дядя и был в такой ярости, – осознал демон. – Способный причинить такую боль любимой, хотя бы просто желанной женщине… Клан – не женщина, но предательство есть предательство. Теперь я понимаю…»

А из дома тем временем выбегали дети. Причем их было явно больше, чем планировалось. «Очевидно, ученики, – догадался Шиасу, – и подмастерья». Пара мальчишек явно уже подошли вплотную к поре юности. «А мне снова, – мысленно вздохнул демон, – тащить на себе беспомощных людей в… кстати, а куда?»

На ночь остановились в доме, хотя Шиасу не выдержал и часа и ушел спать на улицу: слишком тесно, слишком душно. Но люди даже не замечали этого. Все были так беззаветно счастливы, что, казалось, не могут перестать улыбаться. А на утро всем табором отправились в ближайший город. Выбор пал на некий Толбут, потому что оттуда было ближе для Анкереллы и потому что Руфген собирался начать все сначала на новом месте. Шиасу выделил ему денег на обустройство. Плотник божился, что вернет их в ближайшие годы, но демон только отмахнулся.

– Твоя плата – присматривать за Анкереллой, – сказал он. – И помочь, если что.

– Да я бы и так…

– Помогать всегда лучше, не нищенствуя, – отрезал Шиасу. – У тебя вон сколько ртов.

Через несколько дней они добрались-таки всей гурьбой до места назначения и распрощались. Хоть это оказалось непросто – и доехать, и расстаться. Однако после множества важных и нужных слов Шиасу с лекаркой все же отправились дальше в путь.

– Только ты не пугайся, у нас места глухие, – первое, что сказала девушка спустя полчаса дороги.

Демон с ужасом посмотрел на спутницу.

– Что, еще более глухие?!

Анкерелла рассмеялась.

– Нет-нет, нормальная деревня, только перин не будет. И я… сомневаюсь, что девчонкам удалось дом поддерживать в нормальном состоянии, – смущенно проговорила лекарка.

– Я сбежал из дома Нисы не из-за чистоты полов, а из-за количества набившегося туда народу, – покачал головой Шиасу. – Не думаю, что у тебя появилось несколько дополнительных сестер.

– М-да, я тоже, – озадачилась девушка.

Они ехали дальше. Леса быстро сменились полями и лугами, окаймляя их неширокой полосой. Да и деревушки встречались довольно часто. Попадались и постоялые дворы. В одном из них путники и заночевали. Тут же, кстати, и узнали, что у земель сменился хозяин.

– То-то я смотрю, деревни как-то… повеселей выглядят, – пробормотала Анкерелла.

Шиасу тоже местные села казались вполне симпатичными, насколько это вообще в принципе возможно с точки зрения демона.

– Прошлый был вообще мерзавец, – горячилась лекарка. – Уверена, он прекрасно знал… знал, куда люди пропадают!

– Хм… А ведь это мысль… – задумался Шиасу. Возможно, стоит наведаться к местному лорду и спросить о его предшественнике.

– Думаешь? – угадала его идею девушка.

Демон поднял кружку с элем и подмигнул.

– Уверен в этом.

«И не придется зависеть от Вайлены. Отлично!»

В деревню Анкереллы они въехали на следующий день, когда солнце добралось до высшей точки своего дневного пути. Находилась та, кстати, тоже в лесах.

– А вас что защищало от оборотней? – вспомнил Шиасу дорогу до убежища Нисы. Там, кстати, постаралась местная знахарка. Ее заговоры и обряды, проведенные вокруг деревни, до поры удерживали агрессивных монстров. К тому же именно она приказала пустить жену Руфгена и не трогать ее. Демон подумал, что ее прозорливость пошла на пользу местным жителям. Вот же ж…

– Да не было у нас никаких оборотней отродясь, – отмахнулась Анкерелла. – А защиту от нежити и нечисти маг когда-то в незапамятные времена поставил. Иногда наши господа вспоминали, что ее нужно обновить. Тем и жили.

«М-да, – подумал Шиасу, – для деревни куда страшнее оказались люди, чем все монстры этого мира. А у нас не так? Скольких погубил хаос и опасности наших земель? Крохи по сравнению с тем, сколько демонов вырезали их сородичи».

– Боги, как же я соскучилась, – прошептала лекарка, беспрестанно вертя головой в разные стороны. Ее взгляд нет-нет, да и упирался в одну и ту же точку. Похоже, дом ее родителей было видно уже отсюда.

Шиасу улыбался. Это стоило того, чтобы метаться по тому подземелью. А Анкерелле – еще и не сломаться от всего того, что пришлось пережить в плену.

– Хочешь ускоримся? – спросил демон. – Не примут нас за врагов или еще какую нечисть?

– Нет, – засмеялась девушка и с радостью пустила свою лошадь галопом. – Догоняй!

Мужчина только усмехнулся. Он совершенно не собирался ее обгонять. Более того, он собирался немного приотстать, чтобы сполна насладиться встречей сестер. Как же он хотел увидеть Анкереллу счастливой. Она заслужила свое тихое счастье.

Именно так Шиасу и поступил. Нужный дом он нашел по лошадке, поводья которой Анкерелла небрежно накинула на столбик ворот. Калитка еще покачивалась. Демон усмехнулся и спешился. Огляделся, отметил запущенный вид садика перед домом, а также людей, собирающихся со всей деревни, понаблюдать за чужаками, вернее, чужаком, а Анкереллу приветствовать будут. Приезд лекарки – истинное благо для местных.

Шиасу кивнул подходящим людям и прошел в калитку. Он заслужил увидеть это счастье. Однако через пару шагов остановился, потому что на крыльцо вышла растерянная Анкерелла.

– Их нет, – пояснила она. – Давно. Наверное, кто-то сжалился… взял себе и… или все же к тете ушли…

Она увидели людей за забором и бросилась к ним.

– Анкерелла!

– Ты вернулась!

– Мы… – возгласы неслись со всех сторон.

– Где девочки? – голос лекарки перекрыл все остальные восклицания. – Где Дора и Велина? Где они? У кого?

Демона накрыло дежавю. Он уже видел подобное: тогда точно так же отводили глаза. Неужели и эти что-то сделали с детьми? Кровь вновь вскипела яростью.

– Рель, – пожилая женщина положила руку на локоть лекарки, – ты только не волнуйся.

– Где они?

Вперед выдвинулся серьезный мужчина с большими печальными глазами.

– Они не ушли, Рель, – произнес он. – Тогда… когда эти скоты… они выбрались из подземного хода, побежали к лесу… Но… их застрелили в спину, Рель, обеих. Тогда… почти всех… тех, кто спрятался. Одиннадцать, – голос мужчины сорвался. – Одиннадцать детей…

Шиасу показалось, что он ничего страшнее не видел. Люди просто стояли и плакали. Слезы текли по перекошенным от горя лицам, и их никто не вытирал.

– Дора, Велина, Гашек, – выдавливал из себя мужчина, – Юрдан, Амелка, Саран и Санда, Арзоч, Милет, Нани… Венечка, – последнее имя он буквально выстонал.

Стоящая рядом женщина обняла его.

– Мы их даже похоронили всех вместе, – казалось, он наказывает себя этим рассказом. – Старухи копали… Целых… не раненых не осталось. Молодых тоже. Они всех… увели. Или… мы похоронили рядом…

Она кричала. И женщины рядом кричали вместе с лекаркой, не в силах носить в себе это горе. И Шиасу чувствовал себя совершенно убитым. Того, что произошло, он не мог изменить. Как и того, что чувствовали все эти люди. И боли Анкереллы ему не вырвать. Он поклялся, что найдет этих мерзавцев, но что это может изменить? Уже все случилось. И остается только обнимать ее и скорбеть рядом.

Много позже демон сидел в доме того мужчины, который все рассказал. Он оказалось местным старостой Гаврилом. Лекарка, опоенная какими-то зельями, спала на сундуке, а Шиасу пил мутную самогонку и слушал хозяина.

– Их ведь потом нашли, – почти трезво говорил тот, – всех этих гадов. У кого-то хватило удачи – всех прирезали, до единого. Каждому горло вспороли. Жаль, что не мучились. Как же жаль…

С этим Шиасу не мог не согласиться. Однако смущало то, что, судя по рассказу, отряд воинов перерезали как овец на бойне. Слишком просто. Слишком похоже на действия профессиональных убийц. Или мага. Или кто-то с деньгами мстил, или… устраняли переставших устраивать союзников.

Часть вторая

Итвальд Наенги, сидя в своем кабинете главы гарнизона, рассматривал списки, которые ему подготовили подчиненные. Его адъютант поставил рядом с начальником чашку кофе и устроился напротив, наблюдая, как брови на лице его превосходительства сходятся на переносице.

– Я еще не дошел до отчета по порталу. Что там наши умники нарыли?

Остатки портала, из которого выскочил Шиасу Ракхар со своими спутниками, нашли довольно быстро – слишком уж сильное оказалось магическое эхо от его разрушения. Побродили вокруг, но арка явно не собиралась восстанавливаться. Поэтому Итвальд отправил туда команду из ученых, специалистов по телепортации. Расходы на них даже удалось списать на военные нужды – если из портала явятся войска из соседнего мира, мало никому не покажется.

– Да, отчет там немаленький вышел, – покачал головой Эно. – Явно старались оправдать свои гонорары объемом за скудостью информации. Если подытожить этот многостраничный роман, то они не могут сказать, восстановится портал или нет. По всей видимости, он природный, а такие склонны восстанавливаться, хоть и не быстро.

– Отправь туда парочку магов потолковее с охраной, пусть поставят что-нибудь, что просигнализирует нам, что портал восстанавливается. Держать человека в такой глуши долгие годы просто глупо.

– Распоряжусь, – кивнул лейгентер, который пришел к такому же решению и даже подобрал нужного человека. – Но зачем парочку? И один справится.

Немного помедлив, Итвальд произнес:

– Хочу исключить сговор. Поэтому постарайся подобрать тех, кто не находится в дружеских отношениях.

– Сговор?

– Мне не нравятся отчеты, – туманно пояснил Ито. – По порталу есть еще что-то?

– Да, вел в мир Теффана, как и предполагалось. И самое главное, похоже, портал пытались – и весьма успешно – замаскировать, поэтому мы и не обнаружили его раньше. Там, конечно, не самые многолюдные места, но за столько лет кто-нибудь да наткнулся бы. Но магия действовала так – глушила магическое эхо, а у живых существ – вызывала неосознанное желание обойти это место. Даже сейчас еще держится этот эффект, хоть и едва ощутим.

– Даже так? – заинтересовался Ито.

– Именно. Умники вцепились в это заклинание и с удивлением обнаружили, что оно держится, опираясь на несколько валунов. Те огромные, их не сдвинешь. Заклинание привязано к ним ключевыми точками, как пентаграмма к свечкам в ее углах. Особенность в том, что ему не помешал даже действующий природный портал. Понимаете, что это значит?

Глава гарнизона задумался.

– Валуны большие… Заклинание накрывало портал, а не строилось вокруг него, правильно я понимаю?

– Да, все верно.

– Получается… а получается у нас очень сильный маг… К такому выводу пришли умники?

– Именно к такому, – просиял Эно, как всегда восхищенный умом своего начальника. – Или группа магов. Чтобы создать такое заклинание, потребовалось бы влить море энергии. Напрашивается вывод: или у кого-то ее было до звезд, или он знал, как сделать проще.

Итвальд задумался.

– Можно по магии понять, чья она была?

– Не демоническая, – усмехнулся адъютант. Сделал глоток из своей чашки и продолжил: – Каких-то расовых особенностей не проследить. Больше всего похожа на человеческую, но, возможно, под нее делали. Ее легче всего сымитировать.

– Какие еще особенности?

– Не в магии. Нашли несколько знаков на тех опорных валунах. – Эно порылся в папках и выудил обсуждаемый отчет, нашел нужную страницу и протянул начальнику. Продолжать не стал, зная, что тому захочется сначала сделать свои выводы, а потом сравнить с догадками ученых.

– Старая магия, – голос Итвальда дрогнул. – Проклятье, это реально старая магия.

– Старая магия, – кивнул лейгентер. – Плюс силы до краев.

Глава гарнизона бросил отчет поверх бумаг и откинулся на спинку кресла.

– Проклятье…

Подобное сочетание не обещало ничего хорошего. Во-первых, это могли быть Высокие семьи. А это чревато очень, очень большими неприятностями. Во-вторых, древние чародеи работали масштабно, опасно и непредсказуемо. Нынешняя магия пестрила защитными техниками, предохранителями, якорями, по которым уходила энергия, если что-то пошло не так. И эти решения не возникли на пустом месте. Их необходимость доказали реки крови случайных жертв и горы трупов тех, кто пренебрегал защитой. Волшебники тоже ошибаются, поэтому столетиями разрабатывались способы избежать последствий. А старая магия обходилась без всех этих сложностей. Получилось – хорошо, не получилось – ну что ж, такая судьба, значит.

– Проклятье! – повторил еще раз Итвальд.

– Может, просто поставили достаточно давно? Мало ли… – пожал плечами адъютант. – А те злодеи, о которых нам рассказали беглецы, нашли и воспользовались?

Глава гарнизона задумался.

– Мало сведений…

«Отчет придется все же читать. Вдруг Эно что-то упустил. Где взять еще парочку часов в сутки?»

– Надо это хорошенько обдумать.

– Там умники расписали свои идеи по поводу этих знаков, но все очень запутано.

– Я посмотрю. Меня куда больше волнует вот это, – Итвальд постучал по листкам со списками пропавших за последние годы. Ты заметил тенденции?

– Раньше пропадало больше, – у адъютанта снова прорезалась гордостью за свое руководство. – В первые годы, как вы встали на эту должность, исчезновения еще держались на прежнем уровне, потом стало меньше.

– Не совсем так, – покачал головой Ито, хотя ему стало приятно. – Смотри, сначала было одно количество, потом я действительно взялся за это, и стало меньше. Но раскрываемость не повысилась. Какой-то процент раскрытия дел по пропаже разумных существ, конечно, добавился за счет усилий, которые стали прилагать. Мы же и штат тогда увеличили, и наших в сыскарские службы внедрили. Сыщики стали активнее вести расследования, но практически семьдесят процентов нераскрытых дел – это очень много. Те же убийства раскрываются – раскрываются! – почти в девяноста процентах. Но число пропадавших стало падать, и их стали находить – живых или мертвых. И только по гилгалимам статистика удручающая. Причем у них пропадают практически только взрослые особи, третьего уровня, что особенно для них критично… Необычно…

– Сами виноваты. Они же почти не сотрудничают с властями.

– В этом есть доля истины. Теперь смотри статистику по соседним провинциям. У них в те годы, когда у нас снизился процент исчезновения, эти показания, наоборот, увеличились. Примерно до такого же уровня, что на землях вокруг Тоосула раньше. И раскрываемость тоже очень низкая. Понимаешь, что это значит?

– Кто-то на протяжении многих лет похищает людей и нелюдей? – ужаснулся Эно. – Их прижали тут, они переползли в соседние земли?

– Очень похоже на это. Теперь смотри раскладку по расам и видам, – Ито протянул помощнику соответствующий лист. Ему всегда очень помогали рассуждения вслух. – Обрати внимание по раскрытиям.

Адъютант вчитался в текст и тоже начал хмуриться.

– Получается… исчезают все виды и расы, однако людей находят чаще?

– И я сомневаюсь, что причина этого в расизме сыщиков. Если мы берем за рабочую версию теорию, что есть некий конкретный похититель, то выходит, что люди его не особо интересуют. В Цинае он разживается эльфами, гномами, оборотнями и прочими нелюдями.

– В Цинае? Вы думаете?..

– Я думаю, что в Теффане много людей, и их там похитить очень легко. Порядка там… маловато. Особенно в некоторых землях.

– Вы и правда думаете, что беглецы из Теффаны и наши исчезновения связаны?

– Я не уверен, – покачал головой Итвальд. – Об этом тоже нужно хорошенечко подумать.

– Надеюсь, за этими размышлениями вы не забудете про праздник Ли-Анари? – хитро прищурился Эно.

– Проклятье! – выругался глава гарнизона. Он всей душой ненавидел это ежегодное событие, в первую очередь из-за его любовной направленности. Считалось, что в этот день богиня Анари может указать тому, кто пришелся ей по душе, на его истинную судьбу – в самом романтическом понимании этого выражения. – Опять все эти… – тут он остановился. – Ха, но теперь у меня есть с кем пойти!

– Думаете, госпожа Новейн не знает о традиции представлять невесту обществу? – поднял брови адъютант. Считалось, что если мужчина пришел на праздник с женщиной, то он прямо заявляет, что уже сделал выбор. – Или вы все-таки определились с кандидатурой своей будущей супруги?

– Айлла не страдает подобными романтическими глупостями, – отмахнулся Итвальд. – В конце концов можно предупредить.

– Предупредить нужно. Ее же наши мегеры загрызут.

– Мне будет приятно посмотреть на их лица, – много лет все матроны Тоосула с внушающей уважение настойчивостью преследовали главу гарнизона, и он собирался мстить. – Айлла же умеет кусаться в ответ, – улыбнулся мужчина. Потом подумал немного и внезапно добавил: – А ведь и идея и правда хороша…

Итвальд представил свою любовницу в своем доме, встречающую гостей рядом с ним, в украшениях рода, сопровождающую его на всяких официальных приемах, смеющуюся в компании его друзей во время посиделок. И внезапно понял, что она легко вписывается во все эти картинки. Умеет себя держать и вести, красивая, умная, с талантом, легкая в общении и искренне ценит именно его, а не его положение в обществе или деньги. А уж в постели… почему бы и нет в самом деле?

– Но она… – аж начал заикаться Эно, – не из нашего же мира… Вам нельзя…

«Об этом тоже надо тоже хорошенечко подумать», – вздохнул Итвальд.

– А ты будешь как обычно вертеть головой по сторонам в поисках знака от богини? – усмехнулся он, переводя тему.

– Неправда! – вспыхнул до корней волос адъютант, одним этим подтверждая правильность предположения. – Моя жизнь – служение вам!

Ито только хмыкнул.

Сегодня лекцию по теории артефактов вел приглашенный преподаватель, какое-то невероятное светило магической науки, которого все почтительно называли мэтр Саругано. Перед занятием появился мастер Каабу и настращал всех так, что прониклась даже Айлла. Суть его посыла же заключалась всего в трех словах: «Не позорьте меня».

Сейчас группа старательно изображала из себя прилежных учеников и порядочных людей. Особенно мило это выглядело в исполнении оборотней и полудемонов. Впрочем, скоро уважение из показного переросло в подлинное.

– Развитие магической науки обычно идет скачкообразно, – рассказывал лектор, среднего роста темноволосый мужчина с невероятно яркими серыми, почти серебряными глазами. – Она развивается, развивается, достигает какого-то уровня и долго топчется на одном месте, не в силах преодолеть некий барьер, потом случается открытие, которое многое меняет, и наука вновь начинает прогрессировать. Причем, в первое время очень бурно. Затем снова добирается до некой точки и опять ждет своего гения. Особенно это заметно в других мирах. Почему? Как ни странно, потому что их не создавали такие разумные боги, как наши. И во многом благодаря тому, что они придумали Лесснихта и его символ, – преподаватель изобразил на доске уже известную всем закорючку. – Символ отрицания. Не существующий отдельно от чего-то другого, но полностью меняющий то, к чему добавлен. Сейчас, на других занятиях, вы проходите самые простые по сути заклинания. Вас учат готовым и совершенным в своем роде формулам. И это правильно. Однако маг, пользующий только ими, по сути, ремесленник, работающий по образцам и не создающий ничего своего. Создавать свои заклинания вы будете на старших курсах. И они будут самыми разными. Поверьте, навертеть можно такого, что все будут только диву даваться. Древние маги так и делали. Однако вы прекрасно знаете, что действительно известных чародеев на раннем развитии магической науки не так уж много. Почему? Ответ прост и печален – из-за высокой смертности при экспериментах с энергией. В таких случаях говорят, что эти знания оплачены кровью. И, увы, это так, магия не терпит ошибок. Но все мы ошибаемся. Так что же делать? Именно для того, чтобы ошибки не стали фатальными, придумана схема, которую я сейчас покажу. Вы будете применять ее на старших курсах и в заклинаниях, и в артефактах. В нынешнее время и те, и другие, созданные не на основе этой схемы, считаются слишком опасными. Артефакты и не продать без нее. Итак, что же это за волшебная такая схема? Допустим, есть у нас заклинание или амулет с некими свойствами, – мэтр Саругано нарисовал на доске несколько прямоугольников, расположенных под углом друг к другу. – Эти части могут сработать как надо, а могут и не сработать. Кто скажет, какая главная опасность, если вдруг что-то пошло не так? Так, кто? – преподаватель оглядел зал. – Вот вы, – указал он на одного из парней в первом ряду.

– Все взорвется, – без колебаний ответит тот.

– А почему взорвется?

– Ну… так всегда происходит.

– Не всегда, но да, часто. Итак, кто знает, почему амулеты порой взрываются? Давайте вы, – мэтр Саругано указал на другого ученика.

– Эм… в амулете были разные типы энергий. И если что-то сделано не так, то они… пришли в столкновение.

– Хорошо. Это один из вариантов. На самом деле их много. Например, энергия этого типа реагирует на некие внешние факторы. Но основная беда сложных систем в том, что концентрация силы оказывается слишком велика. Чтобы взрыва из-за переизбытка энергии не произошло, на исходное заклинание навешиваются дополнительные блоки-предохранители, основная задача которых принять излишки на себя в случае поломки, – мужчина нарисовал вокруг прямоугольников несколько точек. – Это спасет вас от взрыва. Теперь собственно то, ради чего я рассказывал сегодня про богов, Лесснихта и развитие магической науки. Самой важной частью качественного артефакта или заклинания является знак Лесснихта. Он привязывается к ним для того, чтобы можно было полностью, одним движением деактивировать работу. Знак полного отрицания может это сделать. Его добавление спасло очень, очень, очень много жизней. Помните, я говорил, что нам повезло с богами? Так вот это действительно так. В других мирах до сих пор вынуждены придумывать к каждому изделию свой вариант выключения. Это очень тормозит артефакторику.

– А почему они не пользуются нашим знаком? – спросил кто-то. – Не знают?

– Многие знают, но особенность знака Лесснихта в том, что он не работает в других мирах. Готовый амулет можно туда принести, и он будет работать. А вот создать новый с этим знаком вне нашего мира не получится. Вернее, знак не будет выполнять нужную функцию.

– А почему так?

– Потому что так наши боги решили. Знак Лесснихта на самом деле очень мощный инструмент. Поэтому и применять его следует весьма осторожно. Этому вас будут учить на практических занятиях.

– А не вы у нас будете вести?

– Нет, – усмехнулся преподаватель. – Практику ведут только те, кто проработал в университете не меньше пяти лет. Безопасность превыше всего, – явно передразнил он кого-то. – И это, разумеется, правильно, – добавил мэтр уже обычным тоном. Теперь давайте поговорим о сути знака Лесснихта. Кто знает, что он делает?

– Разрушает амулет?

– Уничтожает заклинание? – раздались предположения.

– На самом деле сила Лесснихта, – лектор на какой-то миг замолчал, – да, сила Лесснихта – забирать. Сам Лесснихт мог забрать что угодно.

– Даже жизнь? – ахнули откуда-то с галерки.

– Жизнь… – мэтр Саругано замолчал, словно обдумывая свои слова. Айлле вдруг показалось, что он странный. Но про него говорили, что он гений. С ними такое случается. – Жизни ему тоже доводилось забирать, да.

– Выходит, он злодей? – явно не понял какой-то оборотень из другого мира.

На него удивленно посмотрели все те, кто родился в Цинае.

– Нет, Лесснихт лишен собственной воли, – как-то грустно ответил преподаватель, – так по крайней мере считается. Он делал только то, что повелели боги. Причем все восемь. Все важные решения принимали они все вместе. И если их мнение сходилось, то отдавали приказ Лесснихту. Поэтому он злодей ровно в той степени, в какой можно считать злодеями наших богов.

Все притихли. Мысль отчего-то тревожила.

– Итак, Лесснихт мог забрать все, на что ему указали боги.

– А почему они не делали этого сами? – оборотень решил все прояснить. – Они же создавали.

– Потому что это все равно что убивать своих детей, – мэтр Саругано оглядел аудиторию. – Жизнь, магию, душу, силу, здоровье, голос – всё мог забрать Лесснихт. Однако это, – мужчина указал на доску, – не бог, это всего лишь символ. Его функция куда проще. И он способен только на одно действие. Какое?

Преподаватель обвел взглядом притихших студентов.

– Он полностью уничтожает магию заклинания или артефакта. Причем знак может быть привязан только создателем оных. В артефактах его активирует обычно отдельное действие, например, поворот какого-нибудь рычажка или нажатие скрытой кнопки. Поворот-нажатие – и всё. Остается только оболочка, основа амулета. От заклинания не остается ничего, даже остаточного следа.

Эта мысль почему-то тоже тревожила. Однако мэтр Саругано продолжал:

– Как думаете, для чего это нужно?

На это нашлось множество ответов. Айлла же думала о том, что если придется перебираться обратно в демонический или любой другой мир, то к ее амулетам нужно придумать аналоги, если уж этот волшебный знак там не будет работать. Неудобно, однако!

– Шиасу Ракхар забрал троих из своих спутников, с которыми бежал из подземелья, – Итвальд благородно удержался от «твой Шиасу». – Но не всех. Поэтому опасность еще сохраняется, и я прошу тебя и твоих сестер пока по-прежнему быть осторожными и не покидать территорию университета.

Они гуляли по одному из старейших парков Тоосула. Ито обещался показать Айлле какую-то местную достопримечательность. В ответ на его слова девушка кивнула.

– Хорошо… мы будем.

«Он ничего не сказал? Что за девушка? Он не спрашивал обо мне? Нет, правда, что за девушка?»

– Он… никак не проявил, что узнал меня?

– Вопросов у него по поводу тебя не было. По крайней мере он не задавал их кому-нибудь из персонала больницы или моим людям. По городу не шлялся. Так, по мелочи – припасы, амулеты.

– Хорошо.

«Все и правда хорошо».

– Я… рада.

– Точно? – проницательно спросил Итвальд.

«Хаос, как же с ним легко».

– Это… прошлое… ранившее меня. Его трудно, хм, отпустить. Забыть. Воспоминания… режут.

– А он еще и появился как назло, – вздохнул мужчина. – Я понимаю тебя. В моей жизни не случалось раньше какой-то… яркой любви. Однако была ситуация… когда я и некоторые из моих друзей оказались по разные стороны баррикад. И как ты понимаешь, дружба закончилась, – Итвальд явно говорил о том, что еще болело. – Мне до сих пор… не нравится даже просто ходить по местам, которые связаны с нашей дружбой. Столько воспоминаний… и все кажутся счастливыми.

– И от этого так больно, – на глаза навернулись слезы, и Айлла только невероятным усилием воли не дала им пролиться. – Говорят… говорят, у многих иначе… после предательства вспоминают только плохое. Я порой завидую им.

– Да… наверное, я тоже.

Демоница не глядя нашла его руку, и их пальцы переплелись. Какое-то время они шли молча. Потом девушка справилась с собой и перевела тему:

– А нам сегодня про Лесснихта рассказывали.

– О, это интересная тема.

– Да, какое-то светило позвали. Мэтр Саругано. Знаешь такого?

Итвальд честно задумался.

– Что-то очень знакомое. Признаться, я довольно далек от научного мира. Но если пригласили, скорее всего, действительно светило. Тебя что-то насторожило в нем?

Айлла даже удивилась.

– Да нет. Просто к слову пришлось. Удивительно, что этот знак… Лесснихта в других мирах не работает.

– А ты оставайся в нашем. И никаких проблем.

– Думаю, что так и сделаю, – улыбнулась Айлла. – Мне тут так хорошо, – и она посмотрела на мужчину так, чтобы он понял, что это в том числе и благодаря ему.

– Я рад, – Ито поднес ее руку к своему лицу и коснулся губами пальцев. – Совсем скоро будет праздник Ли-Анари. Будешь моей спутницей?

– Ли-Анари – это одна из ваших богинь, верно? Мы уже проходили.

– Все верно. Ее праздник очень красивый, радостный. Обычно очень весело.

– Я чую подвох.

– Твоя интуиция поражает. Подвох есть.

Девушка подняла брови, прося продолжения.

– Считается, что в этот день богиня может показать тем, кто пришелся ей по душе, их истинную любовь, судьбу, пару, называй, как хочешь.

– Дай догадаюсь, – глаза демоницы смеялись. – Тебя атакуют девицы на выданье?

– Ты абсолютно права, – мученически закатил он глаза.

– И тебе нужно прикрытие.

– Если ты не против.

– Абсолютно. Это мелочь по сравнению с тем, что ты для меня делаешь.

– Я делаю это, потому что хочу. А по поводу праздника… есть один нюанс. Если неженатый мужчина приходит туда с девушкой, он таким образом намекает, что она – его выбор, невеста практически. Это значит, что на тебя могут накинуться все наши многочисленные матроны и девицы помоложе. Даже не имеющие на меня планов. Просто из любви к искусству.

– И сплетням.

– Точно.

– Это не проблема. Позабавлюсь. Боюсь только, что могу ненароком испортить тебе репутацию или отношения с кем-то.

Как же приятно быть свободной! Особенно от ожиданий. Она не хочет за него замуж, поэтому так легко сыграть его невесту, не надеясь, что он однажды действительно позовет ее замуж.

– Об этом не волнуйся. Если я в глазах матрон буду выглядеть хуже, это сильно облегчит мне жизнь.

– Не обольщайся, – засмеялась Айлла, – ты слишком лакомый кусочек, чтобы от тебя так легко отступились. Скорее, тебя, наоборот, примутся усердно спасать из лап такой злостной хищницы, как я.

Итвальд снова засмеялся и поцеловал ее пальцы.

– Ты прекрасна.

И получил в ответ нежную улыбку.

– Если это все так тяжело, может, не пойдем просто? Или ты обязан присутствовать?

– И обязан, и просто хочу. Да и… не рискнул бы я пропустить праздник Ли-Анари.

– Разве она грозная?

– Нет, – тут Ито замялся, подбирая слова, чтобы лучше донести свою мысль: – Ли-Анари почитается как богиня любви и плодородия. Но на самом деле все куда глубже. По сути, именно благодаря ей у нас есть шанс на счастье. Как объяснить… в нашем мире считается, что если ты был достоин, то Ли-Анари может обратить на тебя свой взор и укажет тебе на ту, которая сделает тебя счастливым. И это не миф, это истина, подтвержденная многими и многими парами. А если прогневить Ли-Анари, то в семье не будет детей… Она не отвечает за физиологию зачатия или родов. Но по ее воле ребенок может родиться или не родиться, как и земли могут плодоносить, а могут остаться пустыми. У нас практически нет семей, в которых есть любовь, но нет детей. А от изнасилования очень редко рождаются дети. В том числе поэтому наши женщины в основном защищены от навязанных браков. Ведь очень велика вероятность, что такой союз останется без наследников. Не добился любви своей женщины, значит, или выбирай другую, или оставайся без потомков. Мой отец всегда говорил, что Ли-Анари – самая сильная из богов, потому что она дарит жизнь и смысл жизни, просто понимаешь это не сразу, – Итвальд усмехнулся воспоминанию. – Она не отвечает за рождение каждого существа, но она может благословить или проклясть. Любовь может случиться без ее взора, но если она его все же обратит, то считай, тебе повезло, ты выиграл самую важную лотерею в своей жизни. О, кстати, в тему предыдущего разговора. Про Лесснихта…

– А он-то тут причем? – опешила Айлла.

– Он – пример силы Ли-Анари.

– То есть она, – демоница поразилась, – его создала?!

Теперь поразился Итвальд.

– Нет, что ты, что ты. Просто… Лесснихт… его создали без свободы воли. Бог-функция. С учетом его основного предназначения, может, эта свобода воли и не нужна была.

Айлла промолчала. Ее родные были бы счастливы, лишись она еще и такой свободы. Пусть умоются. «Надеюсь, Нерки уже порвали их на лоскуты».

– Никто не знает, зачем Ли-Анари это сделала, – продолжал рассказывать Итвальд, – но однажды смог полюбить даже Лесснихт. И я думаю, это стало началом конца.

– К-как? – демоница поразилась обоим фактам. Но второй затмил первый. – Какого еще конца? С этим миром что-то не так?

– Надеюсь, все так, – усмехнулся Ито. – Однако раньше боги довольно активно вмешивались в него. Создавали расы и народы, новые виды животных и растений, даже участвовали в войнах, пусть и только благословением, выполняли желания за определенные действия, но после истории с любовью Лесснихта это все прекратилось. Боги словно отдалились от мира. Не оставили его, но перестали вмешиваться в его жизнь. Их звери, подаренные восьми семьям, пожалуй, самое мощное их воздействие за последние сотни и сотни лет.

– Понятно, – протянула Айлла. – Может, это и было целью Ли-Анари?

– Может, – кивнул Итвальд. – Гадать можно бесконечно. Кстати, мы пришли.

– Пришли? – удивилась девушка.

– Именно, – Ито наклонился к ней, и Айлла с удовольствием приподняла лицо, подставляя губы для поцелуя. Однако этот мерзавец просто таким образом отодвинул ветви какого-то дерева, как оказалось, скрывающего узкую тропку к… храму. Да, пожалуй, это был именно храм. Завороженная зрелищем, девушка скользнула вперед, жадно вглядываясь в представшую перед ней картину.

Впереди посреди водной глади стоял ослепительно белый храм, казавшийся абсолютно воздушным, словно сделанным из бумаги. Но, наверное, его создали все же из дерева – слишком уж много тонких деталей в выдающейся вперед крыше и галереях. Словно резная шкатулка или причудливый рисунок. Храм полностью отражался в воде, вместе с небом прекрасного голубого цвета. Айлла жадно вглядывалась в это совершенство и находила все больше и больше деталей. Вот эти скульптуры – это божественные звери, да? А фигурные полоски по краю крыши – символы восьми демиургов? А какая башня сзади! Островерхая, тонкая, будто стрела, выпущенная в небо. А это что за существа вырезаны на стенах? Тут водятся даже наги? О, а вот наяд она уже видела. А крылатых… м-м… львов нет…

– Храм восьми богов, – пояснил Итвальд. – Пройдем?

Айлла радостно подала ему руку. Они шли по издалека казавшейся узкой дорожке из белого, идеально ровного камня. На самом деле ее ширина составляла не меньше трех-четырех шагов. Вокруг плескалась вода, на самом деле совсем не глубокая, но так точно отражающее небо, что возникало ощущение, что идешь прямо по нему. Потом дорожка расширилась, переходя в площадь перед храмом, и Айллу ждало новое потрясение – цветущие деревья с черными стволами и длинными, как у ивы, ветвями. Розовые лепестки срывались при каждом дуновении ветра и кружили вокруг как снег.

– Каждый из богов подарил храму что-то свое. Например, Ли-Сирдхаим вырастила тут эти вечно цветущие ирдаимисы, это название дерева… – Ито подставил ладонь, и скоро на нее опустились два розовых почти круглых лепестка.

Они пошли дальше, и Айлла не переставала поражаться. Оказалось, с другой стороны храм черный, и окаймляют его красные клены. По крайней мере, так демоница их для себя назвала.

– А это дар Зеавайн…

Протянув руку, Айлла коснулась одного листка на дереве. «Такой же цвет, как волосы Шиасу…»

– Как же красиво…

Ветер шелестел в кронах, и казалось – во всем мире есть только это место с его спокойствием и умиротворением.

– А почему нет других людей?

– Магия этого места, – улыбнулся Ито, довольный ее реакцией. – Здесь можно встретить только того, кто тебе нужен сейчас. Остальных ты просто не видишь, а они не видят тебя. Вы будто в разных плоскостях. Это дар Ригрека.

Вот тут уж Айлла откровенно открыла рот.

– Я даже не слышала о таком…

Итвальд улыбнулся. Они гуляли уже достаточно долго, и солнце начало клониться к земле.

– Идем, скоро будут зажигать фонари.

– Фонари?

– Да, особые.

Они прошли чуть дальше. За храмом с этой стороны тянулся шлейф построек, более низких, но вполне симпатичных. Около одной одноэтажной с причудливо изогнутой крышей, которая держалась по факту только на колоннах, вновь начинался пруд, такой же неглубокий. И по нему змеились каменные узкие полоски, свиваясь в стилизованные цветы. Именно здесь Айлла и Итвальд увидели первых на территории храма людей – двух жрецов в голубых одеяниях. Они шли по этим каменным дорожкам толщиной в ступню человека и несли в руках факелы. Оказалось, что в центре «цветков» находится что-то вроде чаш, в которых зажигался огонь.

– Кстати, на праздник Ли-Анари возьми сестер.

Не отрывая взгляда от этого завораживающего зрелища, Айлла кивнула.

– Это безопасно, поверь мне. А я захвачу Эно и, пожалуй, Ихаро.

– С… Шани будет интересно с обоими, а вот кому из них будет интересно с Мици? – усмехнулась девушка.

– Думаю, Ихаро, – засмеялся Итвальд. – По внутреннему возрасту самое то. Не переживай, – сказал он более серьезно, – на празднике будет множество детей. Думаю, ваша малышка проведет время очень весело. Все прекрасно понимают, что малышню нужно развлекать, и для этого устроено неприличное количество мероприятий.

– Лишь бы не мешали взрослым миловаться, – поддела Айлла.

– Зришь в корень, – не стал отпираться мужчина. – Форма одежда – как для цивилизованного праздника на природе, но на вечер что-то вроде шалей нужно взять. Закажи платья в приличной мастерской. Пусть счет пришлют мне.

– Ито… – начала девушка.

– Я помню, что вы появились в этом мире после погони. Тебе даже пришлось заключать с университетом договор. А он непростой. И я не желаю, чтобы из-за меня количество твоих трат увеличивалось, однако хочу, чтобы моя спутница выглядела на празднике роскошно. Значит, я должен за это заплатить. Верно? – и не дав ей ответить, продолжил: – Еще один обычай – на празднике Ли-Анари принято подчеркивать свою связь с матерью. Наши дамы обычно надевают что-то из украшений своих родительниц. Если такого ничего нет, то…

– Есть, – успела вставить Айлла. – Есть… – ее улыбка стала мечтательной. Она не надевала мамины драгоценности так давно… Вот и повод.

Небо окрашивалось в темный, а на водной глади распускались огненные цветы. И все узоры из каменных тонких полосок вдруг стали желтеть и засветились мягким золотистым сиянием.

– А это дар Арана.

Теперь Айлла видела, что линии сплетаются в пусть стилизованный, но его знак.

– Как необычно, что камень светится…

– В нем прожилки гилгала, от огня они нагреваются и передают свое тепло камню. А тот от этого начинает светиться.

– Гилгал… это тот металл, который так нужен этим оборотням, которые Ихаро схватили?

– Да, гилгалимам. Именно.

– А они не попытаются выковырять его отсюда? Или место хорошо охраняется?

– Оно охраняется богами. Этот храм и праздники в честь богов священны. И у нас это не просто слова. Поэтому и сестер твоих приглашаю.

– Мы будем, – улыбнулась Айлла. «Девочки будут в восторге. Осталось запихнуть Мици в платье и убедить не менять облик хотя бы один вечер».

Когда Шиасу думал, что Айлла умерла, его сковывало горе. Беспомощность и горе. Сейчас в душе царили беспомощность и сочувствие. Как же он все это ненавидел!!! Что он мог сказать Анкерелле? Чем утешить?

Он отвез девушку к Руфгену, ибо та совершенно не могла оставаться в деревне, хотя уговаривали ее все. Еще бы – свой лекарь! Но там всё, абсолютно всё кричало о потерях, и смотреть на то, как Релли мучается, Шиасу не мог.

Руфген обещал позаботиться об их подруге. Помощники в новом доме были ой как нужны. Шиасу надеялся, что обилие дел и дети рядом отвлекут девушку, а не усугубят ее состояние. Однако уверенности в этом не испытывал. Поэтому обмозговал ситуацию и придумал, как Руфгену связаться с ним.

– Если Релли станет хуже или просто нужна моя помощь. Проблемы с гильдией, может, тут такие же уроды… В общем, мало ли что. Не стесняйся, ладно?

Мужчина кивал и обещал дать знать, если случатся неприятности. Сам же Шиасу решил-таки навестить нового владельца земель, на которых находилась деревушка Анкереллы.

Как же демона раздражали эти проклятые лошади! До чего же медленные и прихотливые животные! Еще и пугливые! Ну да ладно, лучше так, чем на своих двоих – ногах или крыльях.

Сначала в замок не хотели пускать каких-то подозрительных типов: к Шиасу присоединились несколько демонов в человеческих обличиях. Однако столб огня выше стен этой развалюхи быстро убедил стражников, что стоит вести себя вежливей. И господину быстро доложили. Тот принял их незамедлительно. Звали местного вельможу Данли Рандок.

– Я дальний родственник предыдущего владельца, – хозяин окрестных земель поморщился. – Наши ветви семьи давно разругались. Слишком уж нос задирали мои родственнички. А ведь их много было… За три поколения всех выкосило.

– Проклятье? – заинтересовался Шиасу.

– Да какое там проклятье. Выпивка, дурман-травы и собственный склочный характер справляются лучше любого проклятья. А земли пришлось выкупать у ростовщиков. Жалко стало. Родовые все же. Хотя порой жалею. Видели, что тут натворили? Я сюда уже больше, чем на выкуп, вложил, а отдача… Не знаю, будет ли вообще. И самое жуткое то, что людей почти не осталось. Земли плодородные, да некому их обрабатывать…

– Собственно, именно об этом я и хотел поговорить… – Шиасу рассказал сокращенную версию событий.

Господин Рандок расстроился, но не удивился.

– Вот об этом я и говорю. Что уж тут творили… Вы хотите справедливости и мести, это я понимаю. Но я действительно не знаю и не знал ничего о делах моего родственника. Можете проверить, я в это время был при дворе и постоянно на виду.

Отчего-то Шиасу верил этому человеку. Да и… амулет, определяющий, правду говорят или врут, подтверждал его искренность. Правда, демон не особо доверял этому артефакту, его действие можно было нейтрализовать другим, но решил временно не трогать этого Данли. А там… если замешан, то все равно где-нибудь да засветится. Шиасу собирался разобраться в этом деле, добраться до всех, кто замешан.

– Подручных Рейли всех перебили. Причем и тех, что зарезали вместе с ним, и тех, что жили в замке.

– Про замок не слышал.

– Да, в какой-то момент тут перетравилось просто нещадное множество народу. Официально грибами, а по факту… слишком уж избирательно, знаете ли. А некоторых, верите или нет, животные задрали. В лес зачем-то народ потянуло… и вот, задрали.

– Удивительное совпадение, – нахмурился Шиасу.

– Вот и мне так показалось, поэтому я, – Данли покачал головой, – не стал ничего расследовать. Если эти люди были в чем-то замешаны, а это, судя по всему, так и есть, то туда им и дорога. А если нет… то я очень удивлюсь.

– Но должно же быть хоть что-то… записи, разговоры, документы какие-то…

– Я перебрал все документы в кабинете. Нашел несколько записей, но они все вот такие.

Рандок поднялся, поискал что-то в шкафу с книгами и выложил перед Шиасу несколько бумаг. Демон матюгнулся: его амулет не переводил тексты, в чем пришлось признаться.

– Я отдам приказ скопировать их для вас. Но поверьте, там только названия деревень, цифры и суммы. Очень похоже, что это количество… проданных людей. Я бывал в других странах и даже мирах, я знаю, как там относятся к нашим… землям. Так вот даже у нас так нельзя с людьми. Даже с теми, кто живет на твоей земле и не может с нее уйти. Да, это подданные, вассалы, они платят оброк, но это не рабы. И вот так… это преступление. К тому же столько погибло. Вы сами видели… К чему я веду – их передавали где-то… Тайно. Я долго думал, куда их всех отвезли, можно ли спасти. Но нашел только одну зацепку.

– Какую? – заинтересовался Шиасу.

– Мой… родственник где-то разжился… эльфийкой и гномом. Где-то увидел и захотел. Обменял или купил. Эльфийку как… наложницу. А гнома принял за карлика и хотел использовать как шута. У Рейли всегда были злые шутки. Гном, похоже, был еще молодым, подростком, возможно, в ответ на какое-то издевательство он попытался убить хозяина. Ранил, но самого его забили до смерти. А девушка… эльфийка… какое-то время жила в замке, взаперти, а когда… понесла, Рейли избавился и от нее, – было видно, что рассказывать все это мужчине нелегко, но он продолжил. – Как кузен сказал, ушастые ублюдки ему ни к чему.

Эльфийки считались красивыми. Шиасу они не особо нравились, но он признавал – в них что-то есть. А еще они действительно обладали светом, достоинством, каким-то особым благородством… и вот так, в руки какого-то мерзавца…

– Гномы и эльфы у нас редкость, – проговорил Данли. – Поэтому я и зацепился за эту историю. Кузен… купил их, похоже, около Войка, это город такой. Известен тем, что там есть портал в мир Цинай. Это, конечно, все очень неточно, потому что складывается из рассказов и пересказов.

Они проговорили еще какое-то время. За это время Ракхар получил описание гнома и эльфийки, все же виды эти существенно отличались в разных землях. По итогам Шиасу решил отправиться в Войк, посмотреть, что за город такой.

Как оказалось, особо смотреть там не на что, хотя, возможно, он просто избалован куда более яркими мирами. С другой стороны, не для изучения культуры прибыли. Это и раньше-то Шиасу не особо интересовало, а уж сейчас…

Правда, выяснилось, что сыскарская работа непроста и как за нее браться, непонятно. По факту, помог случай. Сопровождающие Шиасу запросились в бордель. Ракхар их понимал: расслабиться хотелось. Тогда и пришла в голову эта идея. Они изображали провинциального господина с небольшой охраной. Выбрали веселый дом побогаче и ввалились. Подчиненные быстро выбрали себе красоток, а Шиасу долго выбирал, морщился и потребовал экзотики. Черноволосые и узкоглазые, рыжеволосые и полногрудые, чернокожие и высокие ему не подошли. И вот тогда привели… гномку. Поначалу мужчина даже опешил. Он ожидал эльфийку. Но пришлось изображать интерес и соглашаться.

– Где окошко для подглядывания? – склонившись, тихо произнес Шиасу после долгого оглядывания дородной барышни, никак не предназначенной для подобного заведения.

Девушка казалась слегка заторможенной. Очевидно, для покорности ее до сих пор чем-то подпаивали, иначе гордая дочь гор давно бы уже открутила причиндалы каждому, оказавшемуся достаточно близко. Руки у гномов, независимо от пола, что щипцы, не каждый человеческий кузнец такими может похвастаться. Что-то в этой Теффане слишком часто используют всяческие зелья. Наплодили алхимиков, никакой управы на них нет.

Шиасу повел пальцами, ставя вокруг них маскирующий полог. Вроде все видно, но деталей не разобрать, будто смазывается картинка. Если за ними наблюдают, это риск, но что делать? Мужчина покопался в своем скарбе и нашел более-менее универсальное средство против дурманных эликсиров. В этот раз он собрался в дорогу хорошо. Особенно памятуя, как долго мучился с бесчувственным Сином. Накапал в чашку, плеснул туда воды и влил в гномку. Добавил магии. Девушка начала приходить в себя спустя минут десять. Ракхар как раз достал амулет-переводчик, предположив, что ее родиной является Цинай. «Будем надеяться, она знает тот язык, на котором говорят в Тоосуле».

Оказалось, что знала. Однако сначала пришлось зажимать рот, стискивать руки и ноги, шипеть от боли в отбитых конечностях и объяснять, что ей хотят помочь. Через какое-то время девушка все же осознала это и закрыла все слуховые отверстия, про которые знала.

– Может, есть еще, – проговорила она, закутываясь в покрывало и явно сгорая от стыда. Шиасу старательно смотрел только в лицо гномке.

– Хорошо, тогда тихо. Магия нас скрывает. Я вытащу тебя отсюда. Только расскажи, как ты тут оказалась. Я думаю, это связано с теми людьми, которые навредили моей подруге.

Уговаривать не пришлось. Особенно когда Шиасу показал свой истинный облик. Девушка не испугалась совершенно, наоборот, ее глаза загорелись такой яростью, что рисковали подпалить все без помощи демона.

История оказалась простая. Кларитида Броргоч, как звали гномку, родилась действительно в Цинае, однако Тоосул – это столица соседней провинции, но близко – сразу за горами, где их клан и трудился. В тот роковой день она и еще несколько девушек как всегда принесли обед родственникам. Пока она кокетничала с неким Гарувином, горы неожиданно тряхануло, хотя совершенно не должно было. Уж в этом гномы разбираются. Последнее, что она помнит, это фиолетовый зев портала. Дальше темнота. Очнулась она уже в этом отсталом мире. Ее родственников куда-то забрали, а ее отдали сюда. Вроде как ее слишком сильно приложило, и думали, не выживет, не хотели тащить с собой.

«А кровь? – удивился про себя Шиасу. – Может, ритуал долго или неудобно было проводить? Или кровь нужна свежая? Здесь искать или в Цинае?»

Ракхар понимал, что в Теффане у него явно не получается взять след и, увы-увы, здесь лучше справится Вайлена, будь она неладна. В Цинае можно попытаться привлечь местные власти. Там вроде поцивилизованней места. Не смогут они отвернуться от того, что половина гномьего клана пропала. Или смогут?

– Ты можешь убить их всех? – прошептала Кларитида. – Всех! Броргочи этого не забудут.

От ненависти, ярости и боли, сквозивших в голосе, пробрало даже демона. Еще полгода назад он бы даже не задумался – спалил бы тут все к хаосу, пусть горит!

– Я хочу найти тех, кто все это затеял, – произнес Шиасу. – Гномов я там не видел, значит, или не попались на пути, или… нужно отомстить.

– Да! – гномка сжала кулаки.

– Тот, кто все это задумал, не знает, что я иду по следу. По крайней мере я надеюсь на это. Может, его и не заинтересует сгоревший бордель. А если насторожит? После того, как я сбежал, они вычистили в ноль огромные подземелья.

Кларитида задумалась. Шиасу терпеливо ждал. На самом деле содействие девушки ему уже не требовалось. Что она знала, то рассказала. Однако… оставить ее тут демон уже не мог. А для этого требовалось действовать сообща. Гномы всегда отличались вспыльчивостью и практичностью одновременно. Что сейчас победит?

– Ты сможешь достать их всех?

– Поверь мне, я о-очень постараюсь.

Что-то такое прозвучало в его голосе, что Кларитида поверила.

Гномку пришлось выкупать. Изображать из себя невесть что и выкупать, хотя с куда большим удовольствием он свернул бы шею хозяйке и сжег тут все дотла. Именно это Шиасу и представлял, когда улыбался бордель-маман. Выходило очень искренне. «Вернусь обязательно и все-таки спалю, – думал он и прям цвел приветливостью. – Ни уголечков, ни черепушечек не останется».

Добраться до Циная проще было через местный портал, но Шиасу решил, что сначала нужно заглянуть домой, да и сбить со следа тех, кто, возможно, заинтересуется его расспросами. Поэтому пошли через Базарный Перекресток. Поселив сопровождающих в отеле и отправив Кларитиду в терапевтический поход по магазинам, Ракхар заявился к дяде.

– Опять ты тут, – поприветствовал Шиасу Вайлену, входя в гостиную. – Долго тебя еще терпеть?

– До тех пор, пока ты не перестанешь бегать к дядюшке при каждом чихе, – не осталась в долгу воительница.

Взбодрившись, оба перешли к конструктивному диалогу.

– Нашла что-нибудь?

– Ученые Меррея выяснили, какие ингредиенты массово использовались в этом подземелье, – такой метод работы оказался для Вайлены в новинку, но она быстро поняла его преимущества. – Часть закупалась в Теффане, уже даже поставщиков выяснили. Но часть – в мире Цинай.

– М-да, – задумался Шиасу. – Они явно плотно с ним работают.

– Да? – заинтересовалась воительница.

– О, мои дорогие, вы уже тут, – Меррей впорхнул в гостиную как экзотическая пташка. Чмокнул девушку в щечку, чем поверг в немалый ступор обоих, хлопнул племянника по спине и плюхнулся в кресло. Вокруг закружили слуги-призраки, обустраивая столик с напитками и закусками.

– Ты, кажется, чем-то доволен? – осторожно спросил Шиасу. Обычно такое настроение у дядюшки бывало, когда кому-то из его врагов не без помощи Меррея становилось очень и очень плохо.

– О да! – растянул губы в ухмылке глава клана.

– И чем же?

– А, так, ерунда, племяш, не забивай себе голову. Лучше расскажите мне, о чем вы тут шептались без меня, негодники.

Вайлена и Шиасу переглянулись. У обоих возникли некоторые сомнения в трезвости Меррея, однако таких сильных напитков и дурманов еще не научились производить. Поэтому, бросая подозрительные взгляды на улыбку главы клана, они пересказали свою прошлую беседу, исключив разве что приветствия.

– А как ты съездил, племяш? – покивал Меррей.

Шиасу вздохнул. Говорить об этой, прости хаос, поездке не хотелось. Даже вспоминать не хотелось. Однако нужно.

И он рассказал.

И про гильдию Руфгена, и про оборотней, и про его жену, и про… сестер Анкереллы…

– Бедная девочка… – прошептала Вайлена. Вскочила, сжимая кулаки. – Проклятье! Проклятье! Да будьте про… – и тут же словно одернула себя. – Мы найдем их. Этих гадов. Но с девочкой нужно что-то делать. Я возьму ее в свой отряд!

– У тебя нет отряда, – лениво заметил со своего кресла Меррей.

– Создам заново! – сверкнула она на него глазами, явно ожидая возражений в духе «Ты останешься здесь, со мной, я так сказал». Но глава только вздохнул.

– У тебя нет отряда, потому что всех твоих девочек положили какие-то ублюдки. Их не спасли ни сила, ни воинское искусство, ни магия, ни твое заступничество, – говорил Меррей ровно, почти без интонации.

Но глаза женщины сверкали так, что Шиасу подумывал, как успеть встать между ней и дядей. Зачем он ей на это указывает?

– Я вполне допускаю, что когда-то твой отряд для каждой из них стал спасением, но, Вайлена, пора повзрослеть. Женщине на войну нужно идти, только если к тому толкает ее сердце. Сердце, Вайлена, не горе.

– Ты… ты не понимаешь…

– Я знаю, что война и для женщины может стать призванием. Даже если она не понимала этого ранее. Однако будем честны, в большинстве случаев лучше найти ей другое дело или иную цель.

– Месть. Месть – отличная цель.

– Отличная, но временная. Поверь мне, я знаю, – Меррей улыбнулся так злорадно, что никто не усомнился в причинах этого неуместного веселья. – Я выжег всех своих врагов. Всех. Мой брат и его жена отомщены стократно.

Перед глазами Шиасу вновь будто наяву встала спина матери, гордый поворот ее головы и улыбка отцу.

– Да, – Меррей на миг замолчал. О чем думал он? Что вспоминал? – Но если бы не было этих двух спиногрызов, – старший Ракхар кивнул на племянника, – и моего клана, который нужно было возродить… я никогда бы… – снова остановился. – В какой-то момент я поймал себя на том, что становлюсь похож на огонь, – Меррей поднял руку, и на ней расцвело пламя. Шиасу аж плохо стало. Он помнил, как чуть не лишился рассудка, призвав истинный огонь, который сейчас плясал на ладони дядюшки. Насколько же он силен, что даже не морщился? Впрочем, нет, поморщился и потушил его, сжав кулак. – Необоримый… и бессмысленный. Бессмысленно… В какой-то момент это все стало бессмысленно. Мне пришлось разве что не силой заставлять себя заниматься другими. И постепенно это другое потеснило огонь. Но я демон, у меня в запасе века. Хватит ли твоей девочке ее малых человеческих лет, чтобы выжигать себя ради мести?

– Думаешь, месть бессмысленна? – Вайлену, похоже, тоже впечатлили слова главы клана, но просто так уступить она не могла.

– Разумеется, нет. Месть нужна и важна. И для того, у кого отобрали близких, и для тех, кого нужно наказать. Первому – для успокоения, вторым – для профилактики. Если окружающие видят, что стало с твоим обидчиком, они как-то резко умнеют. По крайней мере в отношении тебя. Но за эту девочку отомстит Шиасу. А вот что делать… Она же лекарь, верно, племяш?

Тот кивнул.

– Пусть немного отплачет, побудет среди друзей, а потом отправь ее в какой-нибудь лекарский университет в любом из миров, где ей будет комфортно. Или что-то в этом роде. Нужна смена обстановки и цель. Подумай над целью, хотя медицина и так вполне себе цель, но нужно что-то еще.

– Как легко ты ворочаешь чужими судьбами… – с непонятной интонацией протянула Вайлена.

Меррей пожал плечами.

– Этому тоже пришлось учиться, – поделился он. – В большинстве случаев люди, как и демоны, совершенно не представляют, что им делать со своей судьбой. Если есть идеи лучше, то милости прошу высказываться, а пока, племянник, расскажи, что ты еще накопал. Вряд ли же ты явился бы без каких-либо интересных сведений.

В ответ Шиасу поведал остальное.

– Предлагаю разделить направления поиска, – предложил он, закончив. – Я отправлюсь в Цинай…

– А я – в Теффану, – подхватила уже пришедшая в себя Вайлена.

– Вот так растишь их, растишь, а они разбегаются, – шутливо посетовал глава клана. – Но звучит логично.

Они обсудили детали, и Шиасу ушел, а Меррей вновь шаловливо улыбнулся и пересел на подлокотник кресла Вайлены. Закинул руку на его спинку и в ответ на вопросительный взгляд женщины интригующе протянул:

– А я кое-кого нашел…

– Ты поэтому такой довольный? – чуть склонила голову воительница, вглядываясь в его алые глаза.

– Именно.

– И кого?

– Прекрасную девушку, – подначил Меррей.

– И?.. – Вайлена подумала, что та ей уже не нравится.

– И это твоя Эли. Айлла Нокрейн Сацина.

– И где же она?

– А что мне за это будет? – сверкая довольными хитрыми глазами, спросил демон.

– М-м-м… – женщина поймала это его настроение. – Поцелуй?

– Ты же в курсе, – Меррей приподнял ее лицо за подбородок, – что я тысячелетний высший всесильный демон? Два поцелуя!

Сперва нарядили Мици. Голубое как небо платьице шло малышке просто изумительно. Даже рысенку понравилось. Она вертелась перед зеркалом, довольно улыбалась и щебетала практически безостановочно. «Сестры» только улыбались.

– У тебя есть что надеть от матери? – тихо спросила Айлла у Саши. Она давно рассказала об этой особенности праздника, но как-то не интересовалась, как подруга решит этот вопрос. Ито сказал, что в случае отсутствия каких-либо материнских вещей можно просто на коже написать ее имя. С Мици они именно так и поступили.

– Да, – светло улыбнулась Саша. Ее черные кудряшки уже раскрутились, и сегодня волосы лежали красивыми волнами по плечам, лишь немного собранные вверху. – Папа давно положил некоторые украшения мамы в сейф в банке. Сегодня надену.

Она достала из шкатулки серьги и вдела в уши. Айлла с удовольствием полюбовалась на сложное плетение тончайшей проволоки почти белого металла и тихим, сдержанным блеском прозрачных камней. Смотрелось интересно и дорого. Демоница подумала, что нужно взять на вооружение для будущих артефактов. Очень изящно. Кстати, серьги точно непростые, чувствуется магия. Саша тем временем добавила еще и кольцо. А вот браслет оказался из другого комплекта – с яркими, волнистыми линиями на эмали. Здесь было модно, чтобы одна вещь в украшениях выбивалась, этакий акцент, немного дерзости и шаловливости, так сказать.

– Роскошно, – от души похвалила Айлла. Они сегодня хотели ненавязчиво показать свое родство, пусть и не кровное, но настоящее. Саша выбрала бело-серебристое платье с голубой отделкой, а «Лия» – голубое с серебристой отделкой.

– И мне нравится, – средняя из «сестер» счастливо улыбнулась и тут же помрачнела: – А ты… тебе имя написать?

– Нет, – видеть тревогу за себя было неожиданно приятно. – Таллеас, мой дорогой друг, смог передать мне еще тогда, когда я была у Шиасу, парочку маминых украшений. – И Айлла достала из шкатулки свое самое большое сокровище – совсем небольшую диадему из серебра. На знатоков она всегда производила немалое впечатление, ведь за внешней простотой стояла тонкая, удивительная работа – и в плетении металлических нитей, создающих узор, складывающийся в символ их рода – двенадцатилучевую звезду, и в его продуманности, и в невероятной женственной красоте. Поистине эту вещь создали настоящие мастера, какими ее предки и были. Кстати, диадема тоже обладала магией, но Айлла не знала, что этот артефакт умел. Но какие-то свойства у него точно были, по крайней мере, не-Сацины его примерить не могли. Проверено на милейших родственниках. Пару составлял похожий браслет с родовой звездой, крепко обхватывающий запястье.

– Ой коронка-коронка!!! – обрадовалась Мици, и девушки рассмеялись. Айлла же посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Демоница была даже рада, что появился повод достать материнские украшения. Ей хотелось показать Ито, да и себе, что она не просто какая-то нищая девица, вынужденная брать деньги у университета на учебу под будущие доходы, что вообще-то она тоже происходит из древнего славного рода.

Разумеется, в любой важный день обязательно случается что-то такое, что непременно мешает всем планам! Именно об этом подумал Итвальд Наенги, получив сообщение об убийстве гилгалима.

– Убийство не похищение, – заметил Ихаро, уже с полчаса как присоединившийся к Ито. – Без тебя разберутся. А девушки ждут. Наряженные, с прическами, в предвкушении…

– Эно, – обратился глава гарнизона к адъютанту, – отправляйся в университет и отвези госпожу Новейн с сестрами на праздник. Извинись от моего лица обязательно и скажи, что я буду через час, максимум полтора. Ихаро, ты тоже…

– Не-е, я с тобой, – предсказатель даже не попытался сделать вид, что обдумывает предложение.

– Тебе-то там что делать?

– М-м-м… не знаю, считай это предчувствием.

– Ты просто боишься, чтобы одну из сестер примут за твою невесту и придется жениться!

– Хм… может быть, может быть. Но мне больше нравится моя версия.

– Конечно-конечно.

Приезд главы гарнизона внес некоторую панику в слаженную работу сыщицкой команды. Впрочем, недолгую. К Наенги подошел один из детективов, поприветствовал и коротко рассказал о выводах.

– Была драка. Мы нашли следы трех гилгалимов и…

– Трех? – Итвальд с Ихаро переглянулись.

– Да, но что стало с остальными двумя, непонятно. Скорее всего, удрали.

– Если бы… – нахмурился Наенги. – А нападающие?

– С нападающими совершенно непонятно. Но выходит человек шесть. Причем точно два магов. Но, может, и больше. Мы нашли кровь разных существ. Точнее скажу позже.

– Это очень важно, – кивнул Ито.

– Согласен. Вообще есть ощущение, что гилгалимов подкараулили. Но тогда непонятно, почему труп только один.

– Потому что их не собирались убивать. Их хотели похитить.

– Считаете?

– Как прибудете в присутствие, найдите детектива Роерула, возьмите у него дела по похищениям гилгалимов, сравните, объединяйте дела.

– Так точно, ваше превосходительство!

– Ищите на земле следы необычных жидкостей. Возможно, их пытались усыпить или ослабить с помощью алхимии.

«Если они придумали какую-то дрянь против демонов, могли и оборотней так оприходовать. Но что-то пошло не так».

– Так точно, ваше превосходительство!

– Что еще?

– Нашли следы телепорта недалеко, но слишком старые, не просчитать, куда вел.

– Показывайте.

Детектив сделал приглашающий жест в сторону, помахал кому-то из группы, изучающей место преступления, и сам пошел первым, указывая путь.

Через несколько минут все четверо, считая Ихаро, с неподдельным интересом смотрели на пустую стену дома. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так. На самом деле они изучали место, откуда построили телепорт, в котором, по всей видимости, скрылись нападающие. Возможно, с двумя гилгалимами.

– Телепорт косвенно подтверждает версию о похищении, – пробормотал детектив.

– Вот, ваше превосходительство, – пояснял маг из сыщицкой команды, – отсюда они и ушли. Но прошло уже больше часа, не можем проследить.

– А почему конкретно не можете? – нахмурился Ито. – След не затерли.

– Это верно. Более того, в нем есть шлейф, который бывает, если маг ранен. Это объясняет этакую небрежность. Второй чародей, скорее всего боевик, поэтому не мог помочь, может, даже и не знал, что нужно. Однако время ушло, тут нужно круг из пяти-шести волшебников созывать. Причем сработанных. Тогда сил хватит.

– Правильно я понимаю, что сложность именно в недостатке магической мощи? – уточнил Наенги.

– Именно, ваше превосходительство.

– Тогда зови тех, кто будет фиксировать и кто может подцепить след, силой я… – он глянул на Ихаро, тот кивнул, – мы поделимся.

Маг-эксперт удивленно воззрился на главу гарнизона. Итвальд буквально видел скоростные подсчеты в голове эксперта.

– Мы используем реакцию Рей-Халля – удвоение сил, – подсказал Наенги. – Поспешите, пожалуйста, мне нужно сегодня еще попасть на празднование Ли-Анари.

– И говорить речь, – поддел предсказатель. Ито только поморщился. Зато вокруг резко все засуетились. – А еще у него там девушка.

– Да угомонись ты уже! – фыркнул Итвальд.

Празднество проводилось в огромном парке, который прилегал к храму восьми богов. Эно помог дамам выйти из кареты, еще раз рассыпался в извинениях вперемешку с комплиментами и умчался за начальником. «Сестры» же огляделись и сразу разулыбались. Все вокруг дышало праздником: гирлянды цветов, разноцветные ленты, бумажные фонарики, полотна с пожеланиями любви и счастья, палатки и лотки с вкусностями и мелкими сувенирами, ряженые в исторических костюмах, понять смысл которых у девушек не хватало знаний, музыка, представления уличных артистов, нарядные прохожие, детки в милейших костюмчиках и платьях.

Айлла и Саша, переглянувшись, влились в эту толпу. Впрочем, постепенно она рассасывалась по многочисленным дорожкам и тропинкам. Там, где происходило что-то интересное, вроде выступления актеров или игр, народ скапливался, но в основном все просто гуляли, общались, раскланивались со знакомыми.

– А как твой Ито найдет нас? – какое-то время девушки тоже просто прохаживались, откровенно глазея на праздник. Потом Саше захотелось поговорить.

– Не знаю, – легкомысленно пожала плечами Айлла. – Но я в нем не сомневаюсь.

– Хочу мороженого! Того, синего! Вот как у него! – подпрыгнула рядом Мици и указала в шарахнувшегося от нее прохожего. Демоница украдкой вздохнула: ну да ладно, малышка и так уже достаточно долго была воспитанной девочкой.

– Идем искать, где его продают.

С учетом количества прилавков с лакомствами это представлялось нелегкой задачей. Однако они справились. И теперь рысенок лизала мороженое и металась от одной палатки к другой.

– Ты не думаешь, что твой Ито опаздывает, потому что передумал представлять тебя своей невестой?

Демоница удивленно посмотрела на подругу.

– Ну а что? – начала оправдываться Саша. – Подозрительно! И даже обидно! Тебе разве не обидно? На своего Шиасу ты обижалась!

– Там была другая ситуация, – покачала головой Айлла, давя в себе поднявшуюся боль. Почему любая мысль о нем отдается именно так? Когда она уже забудет этого проклятого демона? – И его уход означал совсем другое. Здесь же у человека просто работа. Я не уверена, что мне понравилось бы, если бы он пренебрег своими обязанностями ради праздника.

– Ради встречи с тобой!

– Саш, одно дело, когда речь идет о болезни, опасности, какой-то тяжелой ситуации, в которой его присутствие действительно может помочь. Другое дело – развлечения. Ничего же не случилось от того, что он не довез нас до парка. Освободится и приедет. Зачем мне портить такой день какими-то надуманными обидами?

– Нет, а если бы ты действительно была его невеста, и он так по сути представлял тебя обществу… И тут – бац, нет его, опаздывает, дела. Это явно нехороший признак. Неуважение. Пренебрежение.

– Возможно, если бы это было действительно важно для меня, я бы к этому иначе относилась. Но мне кажется, ты преувеличиваешь важность этих социальных проявлений внимания. Вот представь, вы договорились пойти в оперу, а у него возникли важные дела на его службе. Что ты почувствуешь?

– Мне будет обидно.

– Почему? Потому что он выбрал работу вместо развлечения? Но ведь он достиг многого в том числе и потому, что так относится к своей работе.

– Не вместо развлечения, вместо меня.

– Почему вместо тебя? Ты же хотела пойти в оперу, так иди. Сама. Или с подругой.

– Но я хотела пойти с ним!

– Чтобы все увидели, какой роскошный мужчина с тобой? Так это уже тщеславие, а не любовь с твоей стороны. С другой стороны, если ты хотела провести время вместе с ним…

– Вот да!

– Тогда ты можешь быть огорчена, а не обижена. И тогда нужно подумать, что ты скажешь ему, когда он придет. «Я скучала по тебе сегодня» или упрекнешь в пренебрежении… На самом деле, Саш, я не знаю, у меня не было старшей родственницы, которая мне бы подсказала, как быть, но я так чувствую.

– А может, ты его просто не любишь?

– Может, и нет. Но в любви должна быть забота. Я это точно знаю. Никакая страсть, ревность, никакие слова ее не заменят. Забота с обеих сторон. Да, было бы здорово, если бы Ито был со мной весь сегодняшний день. Отвез, рассказал про сегодняшний день. Позаботился. Однако если он не может, значит, так было надо, зачем его мучить, если он не виноват? Это уже забота с моей стороны.

– Ты так говоришь… Эх… Хотела бы и я такого мужчину… сильного, заботливого…

– Будет, обязательно будет, – Айлла приобняла девушку за плечи. – Вот увидишь…

– А у меня будет? – когда Мици успела притулиться рядом и все это подслушать, девушки не поняли, но факт налицо. То есть на забавную, перепачканную в синем мороженом мордочку.

– И у тебя, разумеется, тоже, – Айлла достала из крохотной сумочки платок и попыталась привести рысенка в приличный вид. – Нет, тут без воды не обойтись, – демоница оглянулась и увидела питьевой фонтанчик. – Мы сейчас.

– Пить хочу! – потребовала малышка. – Лимонадика!

Айлла посмотрела на Сашу. Та понятливо кивнула.

– Арбузного! – прокричала ей вслед Мици.

Смотреть на то, как колдует Итвальд Наенги, собралась вся команда. Ихаро только усмехнулся. Глава гарнизона немного подумал и принялся объяснять свои действия. Внимали ему, затаив дыхание. Магия Высших семей существенно отличалась от обычной. В основном потому, что была на порядок мощнее, то есть ее обладатели могли использовать те заклинания, которые большинству не давались. В теории о них знали, но весьма поверхностно. А ведь для работы могло и пригодиться. Поэтому Ито не скупился на пояснения. Ихаро хмыкал, но помогал. Друзья стояли сейчас лицом друг к другу с поднятыми ладонями, почти соприкасаясь ими. Между их пальцами как раз и находилось то место, где ощущался центр бывшего телепорта. От рук исходило мягкое сияние, будто стекая к одной точке. По мере того, как она становилась ярче, Итвальд с Ихаро отступали на полшага-шаг. Наконец структура стабилизировалась, и стало ясно, куда переместились преступники. Маги-эксперты старательно фиксировали данные.

– Прикажете отправить людей на поиски? – спросил сыщик, когда Наенги с другом закончили колдовать.

Итвальд задумался.

– Я позабочусь об этом сам. Пришлите мне к утру расчеты и результаты расследования.

– Будет сделано, ваше превосходительство, – с явно возросшим уважением поклонился сыщик.

– Отлично, а теперь наконец-то к девочкам! – дурашливо провозгласил Ихаро, плюхаясь на сиденье так вовремя подъехавшей кареты. Поймал веселый взгляд друга и добавил: – Да-да, девочки, хмельное и любовь!

– Торжественные речи, прогулка с ребенком и замаскированное под любезности злословие знакомых. М-да, в твоих устах как-то повеселее звучит.

Иронизировал Итвальд в том числе и потому, что несколько волновался. Никогда раньше он не появлялся на празднике Ли-Анари с девушкой. Все-таки это шаг. Тем более знакомство с родственниками. Наенги знал, что сестры не родные, но что это меняет? Лично он бы задумался, если бы тому же Ихаро не понравилась его избранница. Нет, он бы не отказался от нее, но пригляделся бы внимательнее. С Айллой ему повезло: друзья от нее были в полном восторге.

– Ты не договорился, где вы встретитесь?

– А смысл? Я не знал, как быстро управимся. Сейчас найдем. Все самые интересные мероприятия примерно на одном пятачке. Вряд ли они пойдут куда-то еще. С ними же ребенок. Ее развлекать надо, а когда развлекается сама, приглядывать.

– Твоя правда, – согласился Ихаро. – Вот только пятачок не такой уж маленький.

– Не найдем, раскинешь кости и найдешь, – пошутил Итвальд. – Должна же быть от тебя какая-то польза. Заодно и подзаработаешь. Ярмарочной гадалкой!

– С тебя первого деньги и слуплю!

– И какой ты друг после этого?

Препираться подобным образом они могли вечность, но их прервал высокий женский и, к сожалению, очень знакомый голос:

– Ихаро! Мальчик мой!

– Тетушка… – простонал предсказатель и тут же засиял улыбкой, приветствуя с уже другой интонацией. – Тетушка!

– Госпожа Таррад, – поклонился Итвальд.

– Ах мои дорогие мальчики, – защебетала моложавая, довольно красивая женщина, сверкая глазами на обоих. Наенги всегда подозревал, что своим чириканьем и нарочитой болтовней она просто подтрунивает над племянником. Одни сентенции о необходимости женитьбы чего стоят. А ей как представительнице семьи предсказателей отлично известно, что, если Таррадам суждено вступить в брак, никуда они не денутся. Просто нет шансов пройти мимо. О, снова начала. Точно, забавляется. Пока Ихаро закатывал глаза, женщина подмигнула Итвальду, и тот, чтобы не рассмеяться, отвел взгляд в сторону и тут… увидел её.

Она стояла на крохотном крутом мостике через декоративный пруд и оглядывалась. В первый миг Ито подумал, что Айлла решила наконец вернуть темный цвет волос. Солнце заливало все вокруг, ветер колыхал длинные полупрозрачные разноцветные полотна, которыми наряду с гирляндами украсили мостик. Из-за этого лицо девушки было плохо видно, но Итвальд всем сердцем ощущал ее красоту. Нежную, мягкую женственность, перед которой не устоять. Будто день стал светлее и праздник веселее. И на душе – тепло и солнечно, спокойно и радостно одновременно. Как в детстве, когда родители повели тебя в такой же праздничный парк, купили мороженое и дали насладиться всеми развлечениями, какие ты только захотел. И никакой суеты, никаких дел, никакой ответственности, только солнце и веселье. Только счастье… И вот это счастье, воплощенное счастье стоит на крутобоком мостике и чему-то улыбается. Может быть, даже ему… Да, наверное, ему… Иначе отчего так дернулось сердце и забилось как после долгого бега?.. Какая же улыбка… какая улыбка…

– Ито? – раздалось откуда-то сбоку.

Итвальд с трудом отвел глаза и вздрогнул. Айлла шла к нему с другой стороны, улыбалась – совсем иначе! – и держала за руку ребенка – прелестную девочку в голубом платьице. В этом же цвете был наряд и у самой демоницы. Обе светловолосые, они сейчас действительно смотрелись как сестры. Но… если она по-прежнему блондинка, то кто же тогда… Мужчина помахал Айлле рукой и кинул быстрый взгляд на мост, однако неизвестную красавицу с такой потрясающей улыбкой там уже не увидел.

– Лия, – улыбнулся Ито, пораженный произошедшим до самых печенок и искренне стремящийся это скрыть. – Здравствуй, звезда моя. Познакомишь меня с этой очаровательной дамой?

«Очаровательная дама» засмущалась и спряталась за юбкой «сестры». Айлла засмеялась и погладила ее по волосам.

– Мици, золотко, это Итвальд Наенги, тот, кто передавал тебе пирожные все это время. Ито, а это Мици.

Упоминание о пирожных приободрило малышку.

– Тебе нравятся пирожные? – спросил Ито мягко. Девочка кивнула, но все еще пряталась за юбкой. – А какие? Я должен знать, чтобы присылать тебе самые лучшие.

– Трубочки, – решилась рысенок, отпустила юбку, пригладила свою и присела в заученном книксене. – И корзиночки.

Итвальд поклонился в ответ и серьезно ответил:

– Я учту.

Мици хихикнула, совсем уже осваиваясь.

– Вы вдвоем?

Айлла покрутила головой.

– Шани пошла добывать для нас лимонад.

– Арбузный! – вставила рысенок.

– Должна быть где-то… А, вон она! – демоница замахала рукой подруге.

Та явно заметила их давно, потому что шла целенаправленно. «Наверное, с мостика как раз увидела», – подумал Итвальд, разглядывая темные волосы третьей «сестры». Такой же красивой, как ему показалось издали, но с совершенно другими чертами, чем у Айллы. Спутать двух девушек было совершенно невозможно, но у него как-то вышло… Но какая же потрясающая у нее улыбка… Такая солнечная и счастливая…

Хорошо, что можно отвлечься на представления Ихаро и его любопытной родственницы…

Айлла очень надеялась, что предсказатель понравится Саше. И вроде пока все шло неплохо. Правда, больше напоминало беседу двух друзей. А еще смущало… Ихаро, когда здоровался с самой демоницей, вдруг как-то замер и очень странно на нее посмотрел. Девушка невольно вспомнила разговоры про то, что богиня в этот день может указать на любовь всей жизни. Суккубу очень нравится предсказатель, но не как возможный возлюбленный. И ей совершенно не хотелось разбивать ему сердце.

Подозрения усилились, когда, погуляв какое-то время, раскланиваясь со знакомыми, Ихаро ненавязчиво выпихнул Итвальда и Сашу вперед. Мици бегала между ними, придавая празднику должную степень веселости, а вот предсказатель шел рядом с Айллой.

– Вы сегодня невероятно красивы… Лия, – после некоторого неловкого молчания проговорил мужчина.

– Благодарю вас, – настороженно произнесла демоница. – Такой чудесный день… Всегда приятно оказаться на празднике и…

– Лия, – перебил ее Ихаро, – позвольте задать вам вопрос…

«Началось… – безнадежно подумала Айлла. – Хаос, что же сказать?! Хоть бы Ито не услышал. Разругаются же. Да за что это мне?!»

– Я… я… слушаю вас… – не придумала ничего другого девушка.

– Вы можете не отвечать… но я очень прошу вас.

– Хорошо… – «Да не мучь меня уже!»

– Откуда у вас эти украшения? – Ихаро показал на диадему и браслет.

Айлла, уже готовая произнести что-то вроде «Я очень польщена, но…», так и застыла с открытым ртом. Когда же поняла свою ошибку, от облегчения засмеялась. Да так заразительно, что даже Итвальд с Сашей обернулся.

– Ихаро, ты там мою девушку уводишь?

– Я ее развлекаю, – ухмыльнулся предсказатель. – А твоя задача на сегодня – произвести хорошее впечатление на ее родственниц. Не отлынивай!

Теперь смеялись уже все. Особенно когда Ито отчеканил:

– Есть произвести хорошее впечатление! Может, кофе? – и предложил свой локоть Саше, за который она с удовольствием ухватилась. Даже Мици осмелела настолько, что дала ему свою ладошку, которую Итвальд бережно сжал.

На глаза Айллы навернулись слезы.

– Так что с украшениями? – тихо напомнил о себе Ихаро.

– Это моей матери. Вернее, родовые. Выковал когда-то давным-давно мой предок. Артефактные, но за столько столетий назначение потерялось. А что?

– Они мне приснились, – рассеянно пояснил предсказатель, явно озадаченный и уплывающий в своих мыслях далеко-далеко.

– Это… плохо? – решила помешать этому процессу Айлла.

– Не знаю… – Ихаро будто встряхнулся. – Ито! Эй Ито, – и когда тот обернулся, продолжил: – Предлагаю заменить кофе на игристое! – и кивнул на премилый стеклянный павильон у самой кромки пруда.

– Вижу, тебе понравилась сестра Лии… – Итвальд старался на людях не произносить настоящего имени девушки. Сам Наенги старался не думать о своем первом впечатлении о Саше. И об ее улыбке…

Маленький оборотень – это практически вечный двигатель. По крайней мере, так казалось. Ресторан, где сидела компания, нанял специальных людей, которые развлекали юных посетителей, устроив игры около пруда, который оказался совсем не глубоким – где-то по колено взрослому человеку. Однако периодически требовалось участие взрослых, поэтому то Айлла, то Саша иногда оставляли кавалеров. Вот сейчас вторая бегала по поляне с гурьбой малышни, привлекая взгляды практически всей мужской части зала, а первая – отошла попудрить носик.

– Шани очаровательна, – кивнул Ихаро.

– Да ты взгляд с нее не сводишь!

– Ито! – застонал предсказатель. – Что с тобой сегодня? Ты что, не заметил украшений своей возлюбленной?

Тот удивленно посмотрел на друга.

– Да! Украшений! – несмотря на эмоциональность, Ихаро говорил очень тихо. – Двенадцатилучевая звезда на диадеме и на браслете!

– Двенадцатилучевая звезда… А ведь и правда…

– Я спросил Лию о них. Она сказала, что это родовые украшения ее клана. То есть эта звезда – символ ее рода.

– Но тебе приснились два символа. Ты думаешь?..

– Да, думаю, и чтоб мне от тетушки месяц не отходить, если в украшениях Шани нет второго символа! Но там так много узоров… может, мне и кажется. По крайней мере, что-то очень похожее есть…

– Ихаро, но второй символ был Ли-Арана.

– Может, не его? Просто похож? Шани же из другого мира. Мало ли какие у них там символы.

– Хм… мы с Лией несколько раз обсуждали символы богов, пока у нее шли лекции на эти темы. Было бы сходство, она бы заметила. Символы некоторых стихий у нас совпадают. Но Лия не из Теффаны.

– Именно.

– Что гадать, давай спросим.

– Давай спросим. Хотя не факт, что нам ответят правдиво.

– Думаешь, Лия сказала неправду?

– Вряд ли, – покачал предсказатель. – Я не почувствовал фальши. Хотя, конечно, жаль, что род, умеющий создавать такую красоту, практически исчез. Как у Лии, кстати, с артефакторикой дела?

– Ее очень хвалят. И она рассказывала, и мне говорили.

– Обо мне сплетничаете? – улыбнулась, подходя к столику, Айлла. Не удержалась и ласково провела ладонью по плечам любовника.

– Конечно, звезда моя, – Итвальд перехватил ее руку и поцеловал пальчики, – кого нам еще обсуждать. Я рассказывал про твои успехи в артефакторике.

– О-о-о… – глаза Айллы вспыхнули демоническим огнем. – Ихаро, как же ты был прав! Это действительно мое. Я многое просто чувствую! Причем мастер Каабу говорит, что, когда будем изучать индивидуальные амулеты, мне будет намного проще. Там же нужно будет людей ощущать, а это моя природа. Где бы найти инкуба в пару? – засмеялась она.

– О чем я тебе говорил? – подмигнул Ито.

Они обсуждали эту тему, пока не вернулась замученная детишками Саша. Плюхнулась за стул и запросила пить.

– Маленькие демонята, – простонала она.

Пребывавшая в отличном настроении Айлла рассмеялась.

– Скоро уже начнется очень популярное у детей представление, – улыбнулся Ихаро. – Видишь, остальные родители тоже мечтательно поглядывают на часы. – Ставится каждый год и с каждым разом все длиннее. При желании можно пойти с детьми, но обычно туда отправляют их одних. Там все очень комфортно. Представление, специально обученный персонал, сладости, напитки. В общем, все, лишь бы дорогие гости отдохнули от своих чад.

– Хаос, вот это, я понимаю, забота о людях!

– Скоро, кстати, начнется, – предсказатель глянул на часы. – Хотите отведу?

– Не, Мици с тобой одним не пойдет. Отведу я, – сказала Айлла. – Шани, не дай заскучать нашим кавалерам, ладно?

Выдохшаяся Саша благодарно глянула на подругу. Все трое проводили демоницу взглядами, а потом Ихаро развернулся к сидящей рядом девушке и, разве что не мурлыкая, произнес:

– Весь день любуюсь вашими украшениями. И Лии, и вашими. Тоже материнские?

В обычной ситуации Саша предположила бы, что это флирт, однако мужчины с такой жадностью уставились именно на серьги, что это ее даже обескуражило. Чес-слово, лучше бы на сиськи пялились!

Мици от возбуждения не могла идти спокойно, подпрыгивала и подскакивала на каждом шагу, одновременно обрушивая на «сестру» тонну информации – в основном о новых и старых друзьях. Айлла с ужасом думала, как этот сгусток энергии будет смотреть какое-то там представление. Ито и Ихаро говорили, что это безопасно, но… там же камня на камне не останется! Демоница огляделась: к огромному летнему театру стекались семьи с детьми. Обратно шли только взрослые. Проклятье… как-то это…

– Малышка, ты точно хочешь туда идти?

– Да ты что, я так ждала! Мне все в группе рассказывали! Хвастались! И там будет Рики. Он обещал меня там найти! Он хорошо ищет! Сказала, что, если не найдет, я с ним больше не дружу.

– Рики – это аргумент, – вздохнула Айлла. Их малышка пользовалась популярностью у своих сверстников. Но сама рысенок серьезно относилась к дружбе. Вот и сейчас выяснилось, что, если бы их не позвали на праздник, она сама бы уговорила «сестер» пойти. Потом шло длинное перечисление тех, кто ей еще рассказывал об этом представлении.

– А ты точно высидишь все это время?

– Я же на уроках сижу!

– И то верно, – подумав, согласилась демоница.

На входе Мици сразу всучили какую-то сладость, а Айллу бескомпромиссно выпроводили, указав, в какое время забирать ребенка. Рысенок торопливо чмокнула «сестру» в щеку и умчалась. А суккуб, растерянная, стояла у дверей. «То ли еще будет, – заставила девушка себя встряхнуться. – Потом она подрастет, обзаведется настоящими поклонниками, пойдет в институт, а там и замуж заберут. Проклятье… когда я успела стать матерью?»

Айлла развернулась, чтобы идти обратно, и вдруг почувствовала, что не хочет возвращаться. Она медленно шла по аллее, оттягивая неизбежное, потом плюнула на все и свернула на боковую дорожку.

Как же здесь хорошо… Деревья легонько качали длинными ветвями. Цветы подставляли свои яркие головки солнцу. Оно же то здесь, то там пронзало кроны своими золотыми лучами. Хотелось просто идти и идти вперед, впитывая в себя эту красоту. Откуда вдруг это ощущение уединения и тишины? И люди ходят вокруг, и шум периодически раздается, а все равно… Будто есть только она и солнце, и эти деревья, и легкий ветерок, свежий и одновременно полный цветочных ароматов.

Девушка дошла до одного из любимых здесь крутобоких мостиков с деревянными перилами, пересекла его и направилась вдоль пруда. Довольно мелкого, но даже такой, он невероятно радовал. Вода – почти зеленая, а на ней большие розовые цветы, похожие на лотосы. Смотреть на них – как лицезреть совершенную статую или закат над пропастью – от красоты перехватывает дыхание и хочется уметь рисовать.

И снова мостик. Меж деревьев разбиты клумбы цветов, рисующих какие-то узоры или даже символы. Во всем этом так легко потеряться. Но музыка доносится даже сюда, и всегда можно вернуться…

Здесь пруд глубже и полностью прозрачный. Дно выложено цветным стеклом всех оттенков голубого, и посредине играет струями фонтан. Льющаяся вода кажется чем-то бесценным и бесконечно желанным.

Айлла поняла, что не может устоять. Забралась на теплый от солнца гранитный бортик, подобрала платье, стянула туфли и опустила ступни в прозрачную, искрящуюся воду. Та обняла их, и по телу разлилась дивная прохлада. Какое же блаженство…

В этот раз Шиасу решил никого не оповещать о своем прибытии в Цинай. Подопечных проведает потом, пока же займется делом. Более того, явился он в человеческом обличье, дабы никого не смущать красными рогами. Способность менять облик восстановилась, хотя Ракхар все равно еще чувствовал, что часть сил так и не вернулась, да и тело там, куда попала жидкость монстра, оставалось скованным. Не так, чтобы не поднять руки, но уставал он очень быстро, а после тренировок все болело просто дико. Доктора говорили, что постепенно эффект пройдет, и уговаривали избегать нагрузок, как физических, так и магических, но… когда тут ждать? И сколько? Не факт, что за один год пройдет. Хоть надежда на более быстрое излечение не покидала Шиасу.

К тому же Ракхар решил немного изменить черты лица, для чего достал первоклассный амулет, а то мало ли кто его мог опознать. Хорошо, если свои? А если те гады, которые напали на него в Теффане?

Начать же демон решил в Тоосула, все же там места уже знакомые.

Оказалось, что он приехал в город накануне какого-то грандиозного праздника. В гостинице ему посоветовали никаких дел не планировать, ибо никто ничем заниматься на следующий день не будет.

– И вообще, господин, сходите на праздник, – увещевал служащий в гостинице. – Это феерическое зрелище! Да и… вдруг встретите свою любовь, – молодой полуэльф совершенно похабно подмигнул.

– Я уже встретил, – пробурчал Ракхар, но подумав, все же решил последовать совету. Хоть на местных посмотрит. Все интереснее, чем валяться на кровати, уставившись в потолок.

Гуляя по парку, Шиасу неожиданно понял, что принял правильное решение. Он гулял по украшенным аллеям, смотрел на веселых, нарядных людей, слушал музыку, и на душе как-то отпускало. Все-таки последние события оставили свой след на сердце. Оказалось, оно совершенно не каменное. И даже Айллу не обвинишь в этом.

Айлла… его синеволосая девочка… жалко, она не видит этой красоты. Шиасу знал: ей бы понравилось. С ней можно было бы вот так же хохотать, как парочка, проходящая мимо. Или держаться за руку, переплетя пальцы, словно тела не в силах дождаться, когда окажутся еще ближе друг к другу. А может, она взяла бы его под руку, как вот эта женщина. Собственнически. Он никогда раньше не понимал, как, должно быть, приятен этот жест – когда твоя любимая на языке неосознанных жестов заявляет на тебя права. Значит, она хочет быть с тобой. А уж если прошли года, а она все равно этого хочет… как-то так, наверное, и выглядит счастье. Раньше Шиасу никогда не думал так и о подобном, а теперь вот… может, время пришло?

Гулял демон без всякой цели – везде красиво и интересно. В какой-то момент ему захотелось уйти подальше от толпы, и он свернул на боковую дорожку. И вот – стоит перед искусственным прудом и наблюдает, как прелестная светловолосая девушка, подобрав нежное серебристо-голубое платье, сидит на краю и болтает стройными ножками в воде. И все – солнце, озерцо, деревья, даже некоторое количество людей вокруг – будто декорации к этой непосредственной красоте. Как же все естественно… Видно, что девушка нисколько не играет и не пытается кого-то соблазнить. Но взгляд не оторвать. Совершенно не оторвать.

Шиасу любовался прелестницей, но у него даже мысли не возникло подойти и познакомиться. Будто это могло все испортить. Да и испортило бы наверняка. Однако девушка немного поерзала, села чуть иначе, и в ее волосах что-то блеснуло. Ракхар, никогда раньше не интересовавшийся женскими побрякушками, неожиданно решил сделать пару шагов вперед и рассмотреть диадему.

И рассмотрел.

Двенадцатилучевая звезда. Такая же, как на браслете. Такая же как на гербе почти исчезнувшего рода Сацин. Сацин… Айлла Нокрейн Сацина… Это же ты?

Как всегда, кровь вскипела при виде этой проклятой демоницы. Он ее и оплакал, и искал, а она сидит тут и… Сколько слов, мыслей и чувств теснилось сейчас в голове Шиасу! Больше всего хотелось подойти, вздернуть ее за плечи и телепортироваться в какое-нибудь укромное место. А потом сразу в его особняк! Запереть там и никуда не выпускать!

Какое же количество сил пришлось приложить, чтобы просто не двинуться с места, иначе, хаос видит, так и поступил бы! И плевать на все последствия. Остатки разума и память убеждали, что так не стоит делать. Но Шиасу еле держался. Особенно когда понял, что уже видел ее в этом образе. В доме главы местного гарнизона! Как там озвучили – «подруга»? Как-то так. В его доме! Значит, они точно любовники!

От этой мысли перед глазами все подернулось красной пеленой. «Ты же знал… – шепнул внутренний голос. – Ты прекрасно знал, что так и будет. Она – суккуб. Иначе ей не выжить. Так чего ты бесишься?» Бесился Шиасу по нескольким причинам. Во-первых, он не узнал ее тогда, в доме Наенги. А она узнала, между прочим! Поэтому и испугалась так. Кстати, уж не поэтому-то ли им с Сином так быстро организовали сеанс связи с Мерреем? Считай, выставили из этого мира. Как он мог не узнать ее? Да, она подправила черты, изменила цвет волос… Но ведь это она. Теперь Ракхар это четко видел. Безглазый тупица!

Во-вторых, этот Наенги ему раньше нравился. Нормальный мужик. Сразу видно, что достоинств полно. Не говоря уже о смазливой внешности. При деньгах и власти. И это платье на Айлле… Откуда у нее деньги, если не от любовника? Перед глазами вновь встала кровавая пелена. Шиасу еле смог одернуть себя. Что за реакции, хаос побери?! Он не низший, умеет сдерживаться. «Приятель, – сказал он себе, – прими уже как данность: у нее есть любовник, и судя по всему он ее не обижает ни отношением, ни деньгами». И тут же ответил себе: «Это еще надо проверить!» И все же этот Наенги – серьезный противник, с таким попробуй посоревнуйся! Может, все же через плечо, телепорт в свой мир и под замок?

Шиасу прикрыл глаза, просчитывая последствия, и понял: Айлла не смирится. Через какое-то время она изобразит покорность обстоятельствам, но будет ждать, пока не сможет снова сбежать. Демон знал: как бы он ни охранял ее, однажды она найдет лазейку. Да и хочет ли он жить с женщиной, которая видит в нем тюремщика? Нет, точно нет.

Значит, придется завоевывать ее по-другому. И сейчас будет тяжелее, чем в прошлый раз. Раньше она сравнивала его с родственниками, а теперь – с Итвальдом Наенги. Что нужно сделать, чтобы стать лучше него? Шиасу не знал.

Одна надежда – Меррей считал, что Айлла влюбилась в Шиасу. Иначе как бы она стала высшей и совершеннолетней? Но все же до боли хотелось стать для нее лучшим. Лучшим… и чтобы она смотрела на него с восторгом. Восторгом, а не как тогда – на лестнице.

– Дяденька, купите маску! – звонко раздалось рядом. Шиасу опустил взгляд и увидел маленькую девочку с корзинкой. Желтое платье делало ее похожим на одуванчик, а нахальные глазки – на бесенка.

– И зачем мне маска? – поинтересовался демон.

– Ну так для вечерних танцев! – выпалила девчушка. – Все будут в масках.

– Почему? – опешил Ракхар.

– Всегда так, – малышка нахмурилась и воспроизвела явно когда-то слышанную фразу. – Потому что Ли-Анари хочет, чтобы мы не отвлекались на красоту лиц, а смотрели в сердце и душу. Вот! Так что берите маску! – она протянула ему красную. – Эта вам пойдет.

Как девочка поняла, какой цвет Шиасу предпочитает, он не понял, но маску купил. Внешность демон, конечно, и так поменял с помощью иллюзии. Однако женщины, они такие… лучше подстраховаться.

Когда Ракхар перевел взгляд на Айллу вновь, она уже поднялась и надела туфли. И именно в этот момент к ней подплыла женщина в розовом, явно уже солидного возраста. Шиасу заинтересовался и подошел так, чтобы слышать разговор, но не слишком близко.

– Так значит, это вы – та, что увела милого Ито у наших девочек?

Айлла с доброжелательной улыбкой окинула взглядом даму. Ростом демоница оказалась повыше, но женщину в розовом это не пугало.

– Добрый день, госпожа. Мы знакомы? – подняла брови суккуб.

Дама ответила не менее долгим взором, явно намекая на то, что она с такими девицами не знакомится. Однако демоница улыбалась все так же безмятежно, будто и не понимала, что ее пытаются оскорбить. А это можно сделать и словами, и взглядами, и даже их отсутствием.

– Кламинтина Ваермити, – женщина представилась с явным превосходством. Только для демонов это имя ничего не говорило. Что Айлла не преминула показать с той же всесокрушающей доброжелательностью.

– Какое красивое имя! – восхитилась она. – Лия Новейн. А вы знакомая Ито?

– Он вырос на моих глазах! – Кламинтина явно хотела что-то добавить, но Айлла успела с ответной репликой.

– Потрясающе! – захлопала она глазами. – Расскажите, а какой он был маленьким? Наверняка разбойник еще тот? – засмеялась девушка вполне искренне.

– Да!.. То есть я не для этого подошла, – взяла себя в руки госпожа Ваермити. – Не обольщайтесь, девушка, он не будет с вами. Поиграется и бросит. Поверьте, все уж со счета сбились, считая девиц, прошедших через его спальню.

– О, в том, что он опытный, у меня нет ни малейших сомнений, – уже чуть более по-взрослому усмехнулась Айлла, сверкнув синими очами.

– Он не женится на вас!

– Не переживайте за меня, добрая госпожа Ваермити, – улыбнулась демоница. – Меня очень трогает ваша забота, но я давно уже не мечтательная девица, чтобы жаждать брака с каждым мужчиной, встреченным мною в жизни.

От заявления дама опешила. Причем, скорее всего, от упомянутой «заботы».

– Тогда прекратите крутиться около него! Неужели вы не понимаете, что этот мужчина не для вас?!

– Вот с этим не могу согласиться, – покачала головой Айлла. – Мы очень весело проводим время. Я не собираюсь лишаться такого удовольствия из-за мнения другой женщины. К тому же мне кажется, этот мужчина и не для вас.

По ухмылке Шиасу понял, что демоница прекрасно осознает, что дама радеет не за себя, а за какую-то родственницу.

– Я вижу вам трудно осознать простую истину, – справилась с собой Кламинтина и постаралась говорить более спокойно, – даже если она донесена максимально без намеков, тогда объясню еще проще. Он не женится на вас, потому что может жениться только на девушке из нашего мира. Поэтому не теряйте время, ищите кого-то не из Высоких семей.

– Вот видите, вам не о чем переживать, коль уж все так, как вы говорите, – доброжелательность на лице Айллы не снизилась ни на градус. – Поэтому просто подождите немного и понаблюдайте, как наблюдали все это время.

– Я понаблюдаю, уж не сомневайтесь, и дождусь, пока вас заменят другой доступной девицей.

– Тем более не о чем переживать. Ито – мужчина решительный. Ему хватило пары взглядов, чтобы позвать меня на свидание. Если вы или та, о ком вы радеете, придетесь ему по душе, он не станет медлить.

– Он и позвал бы уже. Но такие, как вы, всегда забиваете голову мужчинам своими прелестями.

– А разве он не знаком с вашей протеже?

– Знаком, и он женится на ней.

– Тогда готовьте платье. Если Ито полюбит кого-то, его не остановят ни такие девицы как я, ни… – девушка усмехнулась, – происхождение из другого мира. Хотите я передам Ито ваше предложение о браке? Кто невеста – вы или какая-то другая женщина?

Произнеся что-то вроде «хамка», Шиасу не разобрал точно, дама ретировалась. Айлла же улыбнулась ей вслед. И демон задумался, так ли его девочка не хочет замуж за этого столь популярного кавалера. Он прекрасно знал, как манит недоступное и вожделенное многими.

Айлла вернулась в кафе, где Итвальд и Ихаро развлекали довольную и раскрасневшуюся от комплиментов Сашу.

– Все в порядке? – шепнул поднявшийся Наенги, пододвигая демонице стул.

– Да, вполне, – улыбнулась она. – Встретила твою горячую поклонницу, – и Айлла со смехом пересказала недавний разговор.

Мужчины переглянулись и только покачали головами.

– Первые ласточки встали на крыло, – прокомментировал предсказатель. – То ли еще будет.

– Прости, звезда моя, – Ито поцеловал пальцы Айллы. – Я надеялся, что они будут подходить только в моем присутствии.

– Ерунда. Ты же предупреждал. Я ожидала чего-то более страстного. Безобразие, даже ни одна драная кошка в волосы не попыталась вцепиться, – пошутила она. – Для кого я боевую магию изучаю?

– Вот повстречаетесь еще немного, – предрек Ихаро, – подтянутся и кошки.

– Хаос, надеюсь, они все нужные прививки имеют? – напоказ забеспокоилась Айлла. – Не хотелось бы лечиться, к примеру, от бешенства.

– Я подумаю, как решить эту проблему, – нахмурился Итвальд.

– Прививок или кумушек? – переспросила демоница. – Брось, проблему кумушек не удалось решить ни в одном из миров. Знал бы ты, какие у нас мегеры! Там неприятными разговорами не отделаешься!

– Представляю себе тещ-демониц, – предсказатель передернул плечами. – Брр!

– Вот именно, лучше не представляй, – продолжила шутку Айлла. – Но вообще матери, желающие пристроить своих дочерей удачно замуж, – это необоримая сила в любом мире. И то, что вам, мои дорогие, удается оставаться холостыми, говорит о немалом стратегическом таланте.

– В моем случае о даре предсказателя, – засмеялся Ихаро.

– Кстати, а почему тебе нельзя жениться на иномирянке? – влезла в разговор Саша. Айлла поморщилась: ну кто же такие вопросы задает в лоб и при друзьях? Она уже хотела как-то избавить любовника от необходимости отвечать, однако Итвальд не подкачал и тут:

– Наши кумушки как обычно не отличают зерна от плевел. Мне не нельзя жениться на женщине из другого мира. Мне нужно завести хотя бы одного ребенка от женщины из Циная. Это долг перед семьей и… зверем Наенги. Его сила может пробудиться только в ребенке, оба родители которого происходят из этого мира.

– А у тебя уже есть такой? – Саша явно решила забыть о деликатности.

– Нет, – так же спокойно ответил Ито. – Но разве это проблема?

– А…

– А почему люди надевают маски? – Айлла решила прекратить этот допрос и перевести тему.

Действительно их соседи, не все, но многие, закрывали лица.

– О, это еще одна традиция, – обрадовался изменению русла беседы Ихаро. – Ли-Анари со своей подругой Ли-Сирдхаим создали множество прекрасного. И живых существ в том числе. Эльфы, феи, к примеру, их рук дело. Однако обе богини всегда считали, что прекрасным существо делает его душа, чувства, личные качества, поступки, но никак не черты лица. Есть в этом, конечно, некоторая наивность, но никакой неправды. И в свой праздник Ли-Анари хотела, чтобы люди смотрели сердцем. Вот и появилась эта традиция – вечерние танцы в масках.

– И мы не будем ее нарушать, – Итвальду поднесли четыре маски, которые он и раздал друзьям. – Поможешь?

Айлла с удовольствием повязала ему черную ткань с прорезями, подумав, что в этом определенно есть что-то будоражащее, и ласково коснулась лица, волос, шеи любовника, будто проверяя, все ли в порядке с маской. Ито не остался равнодушным. Его глаза сверкнули, и скоро демоница на себе ощутила, как волнуют подобные, почти невинные ласки.

– Подари мне танец, звезда моя, – шепнул ей на ушко Итвальд.

– Шани, могу я пригласить вас? – предсказатель поднялся и протянул руку Саше.

– Ихаро! Мы же договорились на «ты»!

Пара, шутливо препираясь, ушла в сторону танцующих первой.

– Кажется, твоей сестре он понравился, – Ито положил руку на талию Айллы.

– Как друг и интересный человек, – вздохнула демоница, вспоминая несколько непривычные движения танца. В целом походило на вальс, но все же другой.

– Уверена? – расстроился Итвальд.

– Увы.

– Она у тебя красивая, веселая и настоящая. Ей быстро найдется жених. Я просто думал, что было бы неплохо… если бы это оказался кто-то из моих друзей.

– И правда было бы неплохо, – расчувствовалась Айлла. – Однако наверняка у тебя еще много друзей.

– Верно. Но Ихаро – самый близкий.

Демоница так и не поняла, почему на сердце вдруг стало так тяжело.

Вечер шел своим чередом. Периодически к девушкам подходили другие мужчины и приглашали на танец, испросив разрешение у их кавалеров. Отказывать в такой день было непринято, как и танцевать только со своими партнершами. В рамках разумного, конечно. Вот и сейчас Айлла вернулась к их столику, где обнаружился один только Ихаро.

– Шани с Ито отправились за Мици, – не дожидаясь вопроса, сообщил предсказатель. – Одна она не найдет, а я был в этот момент занят.

«Я нашла, а она не найдет? – удивилась демоница. – Хотя тогда день был, не сумерки. Да и водится за Сашей некоторая географическая бестолковость».

Надо отметить, что Ихаро оказался личностью в городе известной. А кто не знал его лично, быстро опознал по волосам и компании. И многие подходили договориться о консультации или просто надеясь на шальное предсказание, что говорило о весьма поверхностном знании принципов его работы.

Айлла хотела пошутить на этот счет, но очередной мужчина подошел и пригласил на танец. Ихаро, очевидно, принятый за ее кавалера, только махнул рукой, мол, развлекайтесь на здоровье.

Музыканты заиграли, и девушка улыбнулась, кладя ладонь на плечо мужчины. И ее тут же будто унесло в прошлое. Что-то было в этой мелодии, что-то такое… и двигался этот незнакомец не так, как прочие, с кем ей сегодня довелось танцевать, намного привычнее. Он вел так уверенно, что осталось только следовать его движениям, и получалось просто отлично, как всегда с хорошим партнером. Музыка чаровала, танец кружил и дарил невероятное удовольствие… Все вдруг в какой-то миг показалось… правильным. Айлла вдруг заметила, какие у этого незнакомца широкие плечи, и рост высокий, и стать… В его объятиях так надежно и… да, пожалуй, волнительно. А еще… это все что-то напоминает… Но что…

«Вальс, – вдруг поняла Айлла. – Это вальс. Настоящий. Правильный. Такой, как мы танцевали на…»

– А ты помнишь, как мы с тобой танцевали над городом? – тихо, но отчетливо спросил незнакомец.

Демоница вскинула на него полный ужас взор. Нет. Нет. Черты совсем другие. Глаза – карие.

– Помнишь, Айлла? – В этот момент иллюзия на миг истончилась, и его взор полыхнул алым.

В следующее мгновение они сделали поворот, потом еще один, и оказались на площадке, где днем играли дети. Девушка не успела и вскрикнуть, когда ее утащили в темноту и прижали спиной к стене, крепко держа за запястья. Она попыталась вывернуться, но в результате оказалась зажатой между его телом и кирпичной кладкой. Все произошло так быстро, что Айлла только сейчас сообразила позвать на помощь. Но не удалось выдавить ни звука. Магия, проклятая магия Ракхаров, лишила ее голоса. Шиасу же наклонился к ней, так, что девушка могла видеть только его лицо, и прошептал:

– Если закричишь, я убью каждого, кто подойдет… или может, просто поцеловать тебя? – мужчина хищно улыбнулся. – Я еще не решил…

Несколько секунд Шиасу искренне наслаждался ужасом в синих глазах. А потом… стало противно и больно. Разве так должна смотреть любимая женщина? И ведь некоторое время назад он, скрипя зубами, наблюдал, как она ворковала со своим Наенги! Может, правда, оставить ее в покое, как советовал дядя? Однако Шиасу даже не смог разжать пальцы на ее запястьях. Как он хотел сейчас просто утащить ее к себе, похитить как дракон в глупых человеческих сказках, как хотел… Кровь горела при виде этой женщины, внутри все просто полыхало. Его колотило от желания припасть сейчас к этим губам и пить, пить их, пока она не позволит ему уложить ее на постель и продолжить то, от чего он, дурень, отказался тогда… в последний раз. Целовать бы ее всю, абсолютно всю, ласкать бы везде, гладить, нежить… Он сделал бы все, чтобы его девочка стонала от удовольствия и, забывшись, требовала продолжения, чтобы обнимала его и целовала в ответ, чтобы смотрела с восхищением и нежностью, чтобы смеялась от счастья и мечтала об общих детях. Хаос, почему раньше это казалось таким смешным, таким не важным? Как он мог не понимать, что любовь этой женщины – это роскошь, которую нужно заслужить, это дар, который нужно ценить, это счастье, которое надо оберегать. Как ему теперь всё исправить? Как убрать эту ярость из ее глаз и – хуже – этот ужас?

Пальцы сами разжались, скользнули по ее рукам к шее и приподняли ее голову. Несколько минут Шиасу просто смотрел на нее.

– Прости меня, – прошептал он. – Прости меня…

Первый страх прошел, и Айлла была готова биться за свою свободу со всей яростью, которая текла вместе с кровью по ее демоническому телу. Она не отдаст то, к чему так долго стремилась! Не отдаст! Будет кричать, вырываться, колдовать, драться, все, что угодно, но больше она в плен не пойдет. Пусть хоть режут. Ей потребовалась лишь пара секунд, чтобы призвать магию, но, когда Шиасу отпустил ее запястья, девушка замешкалась, не понимая, что происходит, что за подвох. И уж никак она не ожидала этих слов.

– Прости меня… – и мужчина прижался лбом к ее лбу.

Ей показалось, что ее ударили. Она застыла, не понимая, что чувствует, не в силах разобраться в том наплыве эмоций, которые ее захватили. Ей захотелось кричать, ударить, расцарапать его гнусную физиономию – и одновременно плакать. Навзрыд, горестно, в голос. За что, за что ты, сволочь, извиняешься? За плен? За «поводок»? За то, что предал? Голос снова вернулся, но… всех этих чувств было столько, что слов, обычных слов просто не хватало. Первым делом Айлла попыталась оттолкнуть Шиасу. Но он стоял крепче той стены. Тогда девушка ударила. Обоими кулаками, сильно, больно, несколько раз. Однако он все равно не отстранялся. Да и что этому проклятому демону ее усилия…

– Нет, – продолжила бить Айлла, просто другим способом. – Я не прощу.

Шиасу чуть отстранился и посмотрел ей в глаза. И ей вдруг сразу захотелось взять свои слова обратно. Но она лишь гордо вскинула голову и процедила.

– Никогда, – и тут же все испортила, добавив: – Никогда, слышишь?!

Демон улыбнулся, уперся руками в стену по обе стороны от нее и чуть наклонился.

– Я хочу тебя обратно.

Глаза Айллы полыхнули почти ненавистью.

– Неужели меня кто-то до сих пор хочет выкупить? Нерки или Феестины? Или дядя придумал, куда меня еще продать?

– Дядя сказал оставить тебя в покое, – покачал головой Шиасу. – Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне. И мы были вместе. Как мужчина и женщина.

Айлла опешила. Она отклонилась так сильно, как только могла, помолчала и наконец ответила:

– Слушай своего дядю, Шиасу.

Сейчас Айлла поняла смысл выражения «взгляд режет как ножом». Именно это она испытывала от взора демона – будто кожу полоснули лезвием. Больно. Почему же так больно?

– Я не отступлюсь, ты же знаешь.

– Нет, – покачала головой Айлла. – Не знаю.

– Мы будем вместе. И все у нас будет хорошо.

Вновь захотелось плакать. Как долго она ждала этих слов. Но время для них прошло.

– Снова похитишь и запрешь в своем особняке? – выдала она свой самый жуткий страх. Теперь это действительно казалось ужасным.

– А ты хочешь этого? – он улыбнулся. Айлла помнила эту улыбку, тягучую, нахальную, такую обаятельную.

– Нет!

– Тогда не буду похищать, – легко согласился Шиасу.

– Правда? – не поверила девушка.

– Правда, – серьезно кивнул мужчина.

– Пообещай мне, что не будешь принуждать, – потребовала Айлла.

– А что мне за это будет?

– Нет, ну ты вообще обнаглел!!!

– Один поцелуй, – предложил Ракхар, не ведая, что похожий разговор совсем недавно случился у любимого дядюшки. – Один поцелуй – и я поклянусь, что не буду тебя силой никуда забирать.

«Нахал», – думала Айлла. Соблазн оказался велик. Что есть по сути один поцелуй? Несколько мгновений прижаться губами. И все – клятва у нее в кармане. А клятва демона стоит дорого. Это ее безопасность. Один поцелуй – и полная безопасность. Но есть Итвальд. Итвальд… и пусть они никогда не говорили на тему верности или отношений в принципе, однако Айлла не могла представить его целующимся с другой женщиной ради каких-либо целей. Нет, только не пока они вместе. Да и вообще разве это не подразумевается само собой?

– Если ты готов отдать свою клятву за поцелуй, значит, ты уже все решил, – усмехнулась Айлла. – И следовательно, поцелуй не может изменить это решение. Ведь так? Или тебе действительно наплевать на мое согласие?

Шиасу, который последние несколько секунд мог думать только о поцелуе, не сразу понял, о чем она говорит, а когда сообразил, разозлился. Но злость тут же сменилась весельем и даже некоторой гордостью. Мужчина коснулся большим пальцем ее губ, провел по ним, потом скользнул ниже, приподнял ее лицо за подбородок и склонился так, что девушка ощутила его дыхание.

– Ты права, – прошептал он… и отстранился. – Мне не наплевать на твое согласие. Но я добьюсь его. И ты это знаешь. Скоро увидимся, моя дорогая. Если что, я остановился в гостинице «Розмарин и ель». И жду тебя.

Подарив ей еще одну улыбку, демон развернулся и ушел.

Просто, без всяческих спецэффектов.

Хотя, на взгляд Айллы, спецэффектов и так хватало.

Девушка с трудом сделала пару шагов и тяжело опустилась на лавочку. Ноги просто подгибались. Хаос, ужас-то такой… Ее до сих пор потряхивало от произошедшего. Шиасу ее нашел… Этот страх так долго преследовал Айллу, что она никак не могла прийти в себя. Заново она переживала это жуткое чувство беспомощности, плена. Сколько раз демоница просыпалась от кошмаров, что снова в неволе. И вот сегодня – снова испытала его на себе. Если бы Шиасу ее не освободил, она бы… наверное, попыталась бы убить, покалечить, закричать – и плевать на последствия. На то, сколько людей погибнет, на то, выживет ли сама. Лишь бы Саша и Мици не пострадали. Только ради них она готова вновь оказаться в плену, но без боя она не сдастся. Так почему же, хаос побери, она не согласилась на клятву? Подумаешь, поцелуй. Итвальд бы понял. Если бы он увидел. А он не увидел бы. Хаос, тогда почему…

«Надо возвращаться, и так подозрительно. Говорить или нет?» – Айлла с трудом поднялась и вернулась к их столику. Наверное, зря. Ито с Сашей и Мици еще не пришли, а Ихаро лихо кружил в танце какую-то красотку.

Итвальд не пришел в восторг от идеи сопровождать сестру Айллы. Да, сам решил, сам вызвался, но… но… он все еще помнил, как принял ее за Лию. Вроде мелочь… но нет, не в этот день. Мужчина не хотел признаваться сам себе, однако где-то очень глубоко в душе он надеялся, что сегодня Ли-Анари укажет ему на Айллу. Демоница ему нравилась. Очень нравилась. Она подходила ему по всем параметрам. Как же легко и хорошо с ней всегда… Может, действительно дело в ее иномирном происхождении? Но разве любовь делает различия? Или богиня посчитала, что и так все понятно? Наверняка так и есть… «Однако почему я тогда обратил внимание на Шани?» Сначала мысль напугала. Итвальд при всей его изворотливости обладал весьма правильным воспитанием и заглядываться на сестру своей девушки считал непорядочным.

«Да и… как можно на нее заглядываться, когда рядом Айлла? Роскошная, красивая, умная, полная особенного внутреннего достоинства, в будущем с прекрасной профессией и при этом настоящая. Шани же… милая, веселая, весьма симпатичная, но пока еще такая маленькая. Не по возрасту даже, а по состоянию души». В общем, прелестная, однако не про него. Вот только улыбка… Просто глаз не отвести. Будто солнце в хмурый день. И бьет прямо в сердце… Да… Но улыбка – это просто мимика, куда важнее качества человека. Кстати, Ихаро не заинтересовался. Нужно ее с Эно познакомить». Последняя мысль почему-то не понравилась, хоть никаких противоречий в ней Ито не нашел.

– А у нас тоже похожий праздник есть, – вдруг произнесла девушка. – Только он не столько любви, сколько плодородия. И его в городах как-то особо не празднуют. А вот в деревнях – обязательно. Вроде как не погуляешь как следует, богиня обидится и урожая лишит.

– И лишала?

– Не знаю, если честно. Я никогда всем этим земледелием не интересовалась. Однако праздновать мне нравилось.

– И как этот праздник проводят?

– Очень весело, – засмеялась девушка. – Совсем не так чинно, как здесь. Там весь народ гуляет! Хороводы, пляски, вкусности, игры всякие. Знаете… знаешь, – с улыбкой поправилась она, – такие… вот например, когда все водят хоровод, но не обычный, с поднятыми вверх руками. А один парень в центре, а за пределами бегает девушка. Задача парня поймать, хм, утку! Да, так называют эту девушку. То есть задача охотника поймать «утку». А те, кто в круге, должны ему помешать, опустив руки перед ним. Девушка бегает вокруг, люди в круге мешают охотнику. Очень весело, – Саша засмеялась.

– Охотно верю, – Итвальд с легкостью мог представить эту сцену. Даже какой-то азарт захлестнул.

– Девушки еще и вскрикивают испуганно, народ вокруг хохочет. Зато, – она сверкнула на мужчину хитрыми глазами, – тот, кто поймал, имеет полное право поцеловать.

«И потискать, пока держит», – мысленно добавил Ито. Он бы точно потискал.

– Хорошая игра, – усмехнулся он. – Очень правильная.

– Да-да, все ее очень любят, – улыбалась девушка. – В этот день всегда много таких игр. Но финал всегда догонялки.

– Догонялки? – удивился Итвальд.

– Да. Девушки убегают, парни догоняют. Если девушки уже взрослые, – пряча смущение, Саша убрала за ухо прядку темных волос, – то это уже что-то вроде брачных игр. У малышей же просто игра.

– И в чем смысл? – Ито догадывался, но хотел проверить.

– Поймать понравившуюся девушку, разумеется. А девушке – убежать.

– Даже если парень нравится? – подначил смущающуюся Сашу мужчина.

– Особенно если парень нравится.

– Почему? – даже заинтересовался Наенги.

– Есть такое поверье. Мол, нужно со всех ног бежать от того, кого хочется, чтобы поймал. Если не будешь стараться, то богиня не даст здоровья вашим будущим детишкам.

– О-о-о… – протянул Итвальд. – Пожалуй, это аргумент.

– Да еще какой. Чем быстрее и дальше убежишь, тем более здоровыми будут детишки, – Саша только покачала головой. – Как ты понимаешь, действительно бегут. А парни ловят.

– И целуют? – Ито с удовольствием полюбовался, как загораются смущением ее очаровательные щечки.

– Целуют, разумеется. Иногда и не только, – девушка покраснела еще больше, но все равно сказала то, что сказала.

– Не сомневаюсь, – мужчина легко представил, какой азарт захлестывает молодых людей. – А ты не участвовала? Ни разу?

– Только в детстве. Еще ребенком. Так смешно было.

– Просто весело или что-то особенное произошло?

– Да, был один случай, – Саша улыбнулась. – Меня в деревню на лето отвезли. С нянькой. Но я много времени проводила с деревенской ребятней. Везде. И на речку, и в лес, по грибы, ягоды, и на луг, и где только не были. Я очень любила черноглазку, это ягода такая, похожа на голубику, но немного другая. В общем, я в тот год еще слишком маленькая была, но в догонялках финальных участвовала. И побежал за мной мальчик, который мне совершенно не нравился. Уж как я от него бежала, это что-то! В лес помчалась, как и все, и давай петлять. В какой-то момент отстал он от меня. А я глядь – а передо мной целая поляна черноглазки. Я все на свете забыла, давай ее собирать. В руки, в подол, в рот. И тут – о-па – мальчик этот выходит. Нашел-таки меня. Я – убегать. Но чую – не уйду. В общем, полезла я на дерево. Залезла повыше, сижу. Вижу, лезет ко мне. Жуть, да и только. Что делать?

– И как же ты поступила? – рассказ немало забавлял мужчину.

– Это самое смешное. Я достала дудочку. Вернее, я думала, что это дудочка. По факту стебель травы, твердой снаружи и полой внутри. Мы такие тогда все таскали. Почему-то считалось очень весело на ней «играть» – дуть, извлекая звуки. Она у меня на поясе всегда висела. Вот в общем, я с ее помощью начала плеваться ягодами в своего противника!

– Отличное решение, – хохотнул Итвальд. – Помогло?

– Еще как! Ягоды хоть и крепкие, но если с такой скоростью, то мнутся, то есть… ну рвутся и сок из них вытекает. А эта черноглазка как черника. В результате он весь в серо-синих пятнах, а я с серо-синим ртом. Причем умудрилась извазюкаться так, то, когда вернулись, меня за нежить приняли!

Ито засмеялся, а Саша добавила:

– Да-да, представляешь, губы чуть ли не черные, потеки по краям, подбородку! Руки – тоже! Исцарапанная вся, платье еще порвала. Бегу, ору! Руками машу. Народ чуть дуба не дал!

В этот раз они уже хохотали оба.

– А хуже всего, что в этот вечер приехали мои родители. Они хотели днем, но что-то там случилось в дороге, и успели только к ночи. Представляешь, приходят домой. Там никого, они давай искать, и из леса выползает этакое чудище!

– Это прекрасно, – чуть ли не простонал мужчина, а девушка, покивав, вдруг заговорщически оглянулась, увидела, что людей рядом почти нет, и выдохнула:

– Я так больше не могу!

Пока Итвальд осмысливал ее фразу, Саша подобрала юбку и ловко влезла на невысокое, по колено ограждение. Узкое – шириной в кирпич – оно тянулось уже давно. И девушка поглядывала на него с вожделением. Наконец желание пройтись по нему пересилило воспитанность, и теперь черноволосая красавица выглядела просто невозможно счастливой.

– О да! – засмеялась она и сделала пару шагов, расставив руки и чуть покачиваясь.

Вышедший из ступора, Ито только хмыкнул.

– Тебе помочь?

– Ха!

– Ну-ну, – мужчина тем не менее пошел рядом, страхуя. – Так что досталось тебе от родителей?

– Да нет, – хихикнула Саша. Девушка все так же шла по оградке, одной рукой придерживая юбку, второй – балансируя. – Они в конце концов просто были счастливы, что перед ними пусть перемазанный, но живой ребенок. Правда, все вокруг грозились, что сок от черноглазки не выведется еще с месяц, но мама уже на следующий день приготовила какой-то отвар, умыла меня им, водила по коже каким-то металлом и вернула-таки обоим дитятям их естественный цвет.

– Какая замечательная женщина, – одобрил и немного подольстился Итвальд. – Теперь, наверное, в той деревне все используют этот рецепт?

– Не, там какой-то металл редкий нужен для настаивания и собственно самой процедуры. Мама потом его для артефактов использовала. Вряд ли местные такой же найдут, к тому же в нужном количестве.

– Такой редкий?

– Да. Мама же создавала амулеты и иже с ними. У нее часто водились всякие редкие материалы. Эх… как же жаль, что она ушла, когда я совсем маленькой была. Мне с каждым годом ее все больше не хватает. Вот даже сейчас… сколько она всего про те же артефакты могла рассказать! Столько знаний…

– Понимаю, – вздохнул Ито. – Лия недавно что-то похожее говорила. Только ругалась почти, мол, не могли милые предки дать себе труд выжить.

– Айл… Лия такая, – засмеялась Саша, и грусть стерлась с ее личика как давешний сок. – Она…

В этот момент рядом с ними поравнялась пара прогуливающихся немолодых дам. Они демонстративно присели перед Итвальдом в слишком уж вежливом реверансе и с вычурной вежливостью поздоровались. Очевидно, этак они хотели пристыдить шкодливо покачивающуюся на оградке Сашу.

– Представишь нам свою новую, – слово заметно подчеркнули интонацией, – возлюбленную, Ито? – произнесла одна из дам.

– Если это, конечно, она, а не ее дочурка, – ядовито улыбнулась вторая. – Я слышала, твоя пассия довольно открыта для общения, если можно так выразиться.

Итвальд нахмурился и явно собрался ответить сообразно прозвучавшему оскорблению, как вдруг засмеялась Саша.

– Не стоит злиться, дамы, – разве что не пропела она. – Да, я сейчас молода и невероятно прекрасна, – девушка подняла руки и будто в цирке акробатка ловко повернулась вокруг своей оси, демонстрируя свою действительно очень привлекательную фигуру. – Правда же?

Ито мог поклясться, что мигом откуда-то появившиеся зрители сейчас были полностью согласны с ней, особенно мужчины, подхваченные ее задором и смешливостью. А Саша тем временем продолжила:

– Моя молодость и красота тоже когда-нибудь уйдут, и я обязательно, лет этак через сто-двести, стану такой же старой и злобной грымзой, как вы, и буду кидаться на молоденьких красавиц!

Опешили, наверное, все. Мгновение тишины прервал чей-то вырвавшийся смешок, а потом хохот уже многих глоток. Итвальд поймал себя на том, что ухмыляется. Дамы же возмутились до предела и, завывая на ходу что-то вроде «Хамка! Деревенская хабалка!», ретировалась.

– Пока-пока! – помахала им вслед девушка.

Однако в следующий момент немного подпортила впечатление от выступления: все-таки оступилась и совершенно точно свалилась бы, если бы ее не поймал в объятия Ито. На миг, ладно, на несколько, Саша прижалась к мужчине, подняв на него испуганные глаза и замерев, сраженная произошедшим.

– Я, наверное, зря так поступила, – прошептала девушка, желая сделать хоть что-нибудь. Близость этого человека показалась неожиданно восхитительной. «Как же Айлла выживает, каждый раз глядя в эти роскошные глаза? Целуя эти мужественные губы? Как же он крепко обнимает… Какие же сильные руки… С ума сойти… Меня так никто не обнимал…»

– Когда упала или когда рассорила меня с женами членов губернского совета?

– Когда рассорила, – совсем приуныла Саша, стараясь унять будто сошедшие с ума от этой близости чувства.

– Не вздумай переживать, – улыбнулся Итвальд и наконец отпустил девушку. Та, правда, качнулась, пришлось придержать за оба локтя, касаясь удивительно нежной кожи на них. – Этим кумушкам давно пора дать по носу. Они забыли, на кого тявкать нельзя. Я бы, конечно, предпочел более изящный способ, но так тоже неплохо.

Немного успокоенная, Саша кивнула, обхватив себя, держа ладони там же, где только что касался Итвальд.

– Я… вечно как ляпну что-нибудь. Уж сколько меня в школе за это ругали!

– Если что-то не удается изменить, придумай, как это использовать на благо, – подмигнул Наенги.

– Да как это использовать? – Саша, стараясь скрыть запоздало накрывшее ее смущение, чуть приподняла юбку, дабы убедиться, что с туфельками все в порядке.

– Подумай. Наверняка что-то придет в голову, – Итвальд предложил девушке локоть, за который она с удовольствием ухватилась, мысленно ругая себя за эту готовность и радость, но не в силах отказать себе в такой малости.

– А ты… у тебя есть черты, которые ты не смог изменить и стал использовать?

– Разумеется, вот, например…

«Хаос, что же я наделала? – корила себя Айлла. – Клятву он бы не нарушил…» Запоздалый страх накрыл девушку противной, мелкой дрожью. Ихаро перехватили какие-то солидные мужчины с широкими, явно что-то значащими поясами. От очередного танца демоница отказалась, сославшись на необходимость передышки. То бишь заняться было нечем. Оставалось наблюдать за парами и пить вино, но руки так тряслись, что суккуб сначала взяла бокал, а потом поставила его, дабы не позориться. Еще зальет платье…

С какой-то непреодолимой горечью девушка оглянулась. Как же она была счастлива… Этот прекрасный, благоустроенный мир… Да, конечно, тут тоже множество сложностей, но она сразу попала в среду, где их не особо и видно. Учеба, сокурсники, ее сестренки… Богатый и влиятельный любовник. Безумно интересные занятия по созданию артефактов. Ощущение, что наконец занимаешься делом, чем-то полезным, что создаешь себя, что свободна… Все это в один миг оказалось под ударом. И теперь Айллу трясло именно от страха все это потерять. Снова стать никем. И одновременно… она постоянно вспоминала, как руки Шиасу сжимали ее запястья, как близко он стоял… его пальцы на губах, подбородке… Почему от этих, почти невинных прикосновений горит кожа и плачет тело? Ведь ее суккубья натура не может быть голодна. Но все ноет так, будто она полгода не была с мужчиной и вот он неожиданно оказался рядом. Почему она раз за разом вспоминает, как Шиасу смотрел на нее и… про поцелуй… неслучившийся… Да, его не было, но как же этот мужчина глядел на ее губы!.. Какой жар от него шел! Айлла никогда не чувствовала себя настолько желанной, настолько нужной… Почему он не поцеловал ее? Почему?

Что это значит? Ему… не так уж и нужно? Или он решил не принуждать? Хаос, принуждать… Айлла вдруг поняла, что, если бы Шиасу коснулся губами ее губ… она бы не устояла. Целовала бы его и целовала, и не смогла бы остановиться. Может, именно поэтому она не стала этого делать? Хаос, нет, нет, это бред. Разумеется, это бред. Надо просто дождаться Ито и прижаться к нему, забыться в его объятиях. Это все… наваждение, игры суккубьей натуры. Они просто… тогда не дошли до конца, вот и тянет, мучает эта незавершенность. И… еще она слышала, что пленницы порой влюбляются в своих тюремщиков. Как-то это еще называется… как болезнь какая-то. Вот с ней, похоже, то же самое происходит. Иначе это никак не объяснишь. Хорошо, что она не поцеловала Шиасу. Глупости все это. Глупости и нездоровые инстинкты, вроде того, что толкает посмотреть на место, где произошел с кем-то несчастный случай или еще что-то нехорошее. Нужно давить это в себе. В конце концов это просто непорядочно.

Что же делать теперь? Действительно ли Шиасу сдержит свое слово и не будет пытаться ее похищать или решит, что коль поцелуя не было, то и обещания не было? Нужно сказать Ито, что Ракхар здесь. Надо… но завтра. Сегодня слишком хороший день, чтобы портить его этаким известием. Нет, ну как же хорошо, что она не целовалась с Шиасу, не предала. Может, если он не утащил ее сегодня, когда она оказалась практически без защиты, то действительно не стоит волноваться?

А еще… он сказал: «Я хочу, чтобы мы были вместе. Как мужчина и женщина». Айлла закрыла глаза, заставляя себя согнать с лица глупую улыбку. Вот же… уже другой есть, а все равно приятно. Приятно? Ха-ха, какое пресное слово для таких чувств. Но это просто дурная бабская гордость, мол, поймала в свои сети еще одного. Больше ничто. Лучше подумать о том, чем вся эта прелесть грозит, когда Шиасу поймет, что она не собирается принадлежать ему. Насколько хватит его благородства и терпения? Они вообще есть у него? «Нужно себя обезопасить. Но как? Как?! Может, просто сказать Ито? Он, конечно, все решит. Но… как так случилось, что я полностью полагаюсь на мужчину? Я же не хотела этого никогда, несмотря на то, что суккуб. Хаос, что же делать?»

Чисто на силе воли Айлла смогла согнать с лица тревогу, когда увидела Итвальда с Сашей и Мици. Они шли рядом, болтали и чему-то улыбались.

«Выглядят, как семья, – вдруг подумала демоница. – Красивая и счастливая семья. Может, пора уже ревновать?» Но ревность не рождалась в душе. Вообще никаких чувств туда больше не помещалось, кроме тех, кто недавно вызвал Шиасу. И, пожалуй, теплоты. Они все, и даже наконец вырвавшийся из затягивающих его бесед предсказатель, были очень дороги Айлле. При виде их хотелось улыбаться. Совершенно искренне.

«Интересно, а зачем Ихаро спросил у Саши ее день рождения?» Подруга тогда ответила в датах своего мира, потом рассмеялась и добавила:

– Это восьмое ми… мониаля, по-вашему.

Демоница тогда хихикнула. Даже Саше с трудом давались местные месяцы, несмотря на все ее успехи в изучении языка.

Шиасу, стоя в темноте парка, смотрел на освещенный множеством огней павильон. Когда проклятый Итвальд Наенги наклонился к Айлле и поцеловал в щеку, демон скрипнул зубами. Он, разумеется, знал, что они вместе, но глядеть это… Поэтому Ракхар принялся наблюдать за тремя другими. Кто эта девушка и ребенок? Надо узнать.

Девочка влезла демонице на колени. От мягкой улыбки Айллы у Шиасу на душе потеплело. Суккуб ласково обняла малышку и притянула ближе к себе, погладила по волосам.

«Нет, это просто невозможно, – выругался про себя Ракхар, поняв, что уже пару минут, забывшись наблюдает за женщиной с ребенком и мечтает, что однажды она так же будет держать на коленях их общую дочь. – Совсем размазня стал. Ты демон или тряпка? Проклятые бабы, как же им это удается?» Шиасу развернулся и ушел, понося себя на все лады, однако прекрасно понимая, что лукавит. Нет, все-таки женщины – ведьмы, все как одна. Даже суккубы. Особенно суккубы.

– Он во! – на прощание Мици обняла Айллу и показала ей подсмотренный у местных знак одобрения. Демоница хихикнула. Растет их девочка. Однако потом настроение вернулось на прежние позиции. Она, конечно, изображала удовольствие от вечера, однако искренне радоваться уже не могла. Но не портить же другим праздник…

И впервые за все пребывание в этом мире ей не хотелось быть с Ито. И тем не менее она все равно осталась у него. То ли забыться хотелось, то чтобы не расстраивать, ведь знакомство с сестрами и все эти люди, которые смотрели на их компанию, – то еще испытание.

Стоя под душем, в роскошной ванной комнате, Айлла ругала себя за глупость. Нельзя, нельзя позволять Шиасу расстраивать ее, вторгаться в налаженную, новую жизнь и портить все своими заявлениями. Пусть сначала дядюшке научится возражать! Сам ничего решить не может, а туда же! И вообще, у нее учеба, сестры и Ито! И самое главное – в перспективе дело, которое сможет ее обезопасить. Надо просто отвадить от себя этого проклятого демона.

Вот только… секса все равно не хотелось. Но Айлла решила для себя, что, если Итвальд проявит инициативу, все будет. Этот мужчина умеет пробудить желание. «И вообще – я суккуб».

– Жду тебя, – улыбнулась девушка, выходя из ванной комнаты.

– Ты не устала? – Ито поправил прядку ее волос, заправив за ухо. – День выдался насыщенным.

Айлла улыбнулась и покачала головой. Какой же он хороший…

Когда Ито отправился в душ, девушка подумала, что обычно он пользовался соседней душевой. Видать, ему тоже нужно было прийти в себя. «Если захочет… обязательно», – решила демоница, забираясь в кровать.

Однако, когда Итвальд вышел из душа, Айлла притворилась, что спит. «Если поцелует, – поправилась она, – то сделаю вид, что проснулась». Ито же поправил на ней одеяло и аккуратно лег рядом.

«Устал», – с дикой смесью теплоты, разочарования, обиды и облегчения подумала Айлла. За последнее стало ужасно стыдно.

Часть третья

«Проклятые мужики», – думала Айлла следующим утром на занятии по артефакторике. Обычно этот предмет вызывал у нее полнейший восторг, однако сегодня все шло наперекосяк: ничего не получалось. В теории все казалось довольно просто. Сначала изучали свойства материала, потом магическую схему, затем таблицу влияния звезд в зависимости от даты рождения. Теперь все это нужно воплотить в реальности. Каждому выдали задачку с разнообразными данными. Почти все сокурсники уже подходили к финальной стадии, а Айлла никак не могла разобраться, как же приступить к ней. Нарисовала схему, которая подошла бы человеку с таким гороскопом и параметрами – пол, возраст, особенности здоровья, осталось только наложить ее на материал – аккуратный кусок малахита в разрезе размером чуть больше крупной монеты. И… не получалось.

Демоница снова и снова перепроверяла схему, расчеты, бралась за каменный кругляшок и… понимала, что не сработает. Да, магию она наложит, как решила, однако нужного эффекта ей не достигнуть. Да и держаться энергия будет ужасно, то бишь недолго. Конечно, можно предположить, что для учебного занятия никто не озаботился реалистичностью задания, однако такое было не в стиле их преподавателя. Значит, скорее всего, Айлла ошиблась. Но где? На каком этапе?

Помучившись еще немного, девушка скосила глаза на Сашу. Та явно или заканчивала, или закончила. Но даже если нет, то у нее нашлось время на разговоры с симпатичным пареньком, сидящим по другую сторону от нее. Они оба флиртовали так отчаянно, что вряд ли замечали что-либо еще. Айлла закатила глаза и вздохнула: ну не отрывать же подругу от такого интересного и правильного занятия. Демоница перевела взгляд на других сокурсников. Большинство просто рисовали очень похожие схемы и явно не испытывали затруднений. Только Абонтен сидел и хмурился. Однако его стол находился слишком далеко. Если позвать, то преподаватель услышит. А мастер Каабу четко разделял групповые и индивидуальные задания. Если сказал делать самостоятельно, так за перешептывания могло и влететь. Девушка еще немного помялась, глянула на Сашу и повернулась. Мариэль тоже после долгих перипетий решила выбрать артефакторику. У Абонтена балл был выше, а Мариэль колебалась между их направлением и работой с растениями. В конце концов решила, что первое нужнее. С флорой куда лучше работали чистокровные эльфы.

К некоторому удивлению и облегчению Айллы та тоже сидела над своим куском камня и кусала губы.

– Не получается? – прошептала демоница.

Полуэльфийка подняла на нее немного потерянный взгляд. Потом кивнула и так же тихо произнесла:

– Дерево не принимает.

Ответ озадачил Айллу.

– Дерево?

– Ну… – Мариэль воровато огляделась и быстро-быстро зашептала: – Видишь эти кольца на камне? – Малахит и правда отличался неровным цветом: темно-зеленый перемежался с более светлыми полосками. Собственно, именно это демоницу и смущало. – Они похожи на годовые кольца на дереве, – полуэльфийка достала из кармашка спил дерева с какой-то руной, скорее всего, простейший амулет. – Ношу с собой, – смутилась девушка, – помогает… хм… разобраться.

Айлла не стала спрашивать в чем. У ушастых свои заморочки.

– Так вот, – продолжила Мариэль, – если бы я наложила на дерево, то оно не приняло бы схему.

– Ну так это и не дерево.

– Здесь это несущественно, – пожала плечами полуэльфийка. – Амулеты здоровья все равно не делают на малахите. По крайней мере общие.

Вот с этим Айлла полностью согласилась. Хотя аналогия с деревом ей все равно пока не давалась. О чем она и сообщила Мариэль.

Обе девушки совершенно не заметили неожиданную, какую-то особенную тишину.

– Госпожа Новейн, – голос преподавателя раздался подобно грому с небес и заставил подпрыгнуть обеих студенток, – вижу, у вас возникли какие-то затруднения? – вопрос казался простым, но сколько угрозы за ним чувствовалось…

Айлла невольно сглотнула, потом напомнила себе, что она высшая демоница и вообще пришла сюда за знаниями, и отважно произнесла:

– Да, – голос все равно предательски дрогнул. – Не получается…

Мастер Каабу нахмурился так, что стало страшно всем остальным. Никто даже угодливо не хихикнул. Однако кое-кого грозовая атмосфера не остановила:

– Потому что надо учиться, а не блудить, – раздалось сзади.

Сама демоница решила сделать вид, что не услышала, однако к ее огромному удивлению преподаватель повернулся и уставился на говорившую.

– Госпожа Сирди, если я еще раз услышу подобное замечание, будете своим грязным языком вылизывать пробирки от реактивов, – пророкотал он, уставившись своими жуткими глазами на девушку из местных.

Та явно собралась отстаивать свою точку зрения, однако под этим взглядом сникла. Извиняться или говорить что-то вроде «я больше не буду» не стала, но глаза отвела. Однако мастер Каабу этим не удовлетворился.

– Вы поняли, почему я зол на вас?

Июрэ Сирди явно думала примерно то же, что сказала, но просто кивнула.

– Вы думаете, – понял все преподаватель, – я вас осадил, потому что госпожа Новейн – моя любимица, не так ли? Или что-то куда более грязное, верно?

Та молчала. Молчал и класс.

– В этом университете учатся самые разные существа с разной культурой, навыками и физиологическими особенностями. Однако мы уживаемся. Более того, наши выпускники так ценятся в немалой степени потому, что в обучение вплетены знания, которые получены от представителей самых разных видов и рас. Это основа и базис нашего учебного заведения. И вам об этом говорили. Поэтому прошу воздержаться от любых высказываний, которые могут расшатывают ту атмосферу терпимости, которую столько веков создавали здесь. Теперь ясно?

Сирди молчала. Потом подняла на преподавателя злые глаза.

– А я не имею претензий к тому, какой расы или вида эта шлюха, кто бы она там ни была. Не лезла бы в койки к нашим мужикам, так и никто бы ее и не трогал!

Айлла вздохнула. Наверное, этого следовало ожидать.

– Ну залезь к нему в койку сама, – произнесла она. – Я не буду против.

– Я не такая! – вспыхнула до корней волос Июрэ. – Я не шлюха!

– Он просто тебя не захотел, верно? – усмехнулась Мариэль.

– Да что ты понимаешь? – воскликнула Сирди. – Твой отец вряд ли женился на твоей матери!

– А вот это высказывание уже подходит для вылизывания пробирок, – рассердился преподаватель. – Сегодня я сжалюсь, потому что у меня нет времени на эту ерунду, но вы, госпожа Сирди, останетесь после уроков. Вашей задачей будет полностью вымыть кабинет и всю стеклянную тару, которая накопится после занятий.

– Я не уборщица!

– Ты дрянь, – прорычала Саша, не успевшая до этого ничего вставить и очень злая из-за этого.

– Уверен, что нет, однако выбор у вас такой – или мое наказание, или отказ от моего курса. Ректора я уведомлю о моем решении. Госпожа Кинс и обе госпожи Новейн, тоже задержитесь после занятий.

С языка Июрэ явно рвалось предположение, почему преподаватель так защищает Айллу, но благоразумие в кои-то веки взяло вверх.

– Госпожа Сирди пока подумает над своим поведением, – скривился мастер Каабу, без труда прочитавший все на ее лице. – А я скажу вам так. Каждый из вас рано или поздно станет кем-то важным. Кто-то будет делать потрясающие артефакты, кто-то начнет преподавать, третий займет серьезную должность, возможностей после завершения учебы будет море. Если вам не хватает обычной порядочности, чтобы не задевать других, то подумайте вот о чем: неважно какое место в социальной иерархии займете вы, любой ваш сокурсник может оказаться полезен. Вот станете вы, госпожа Сирди, к примеру, женой мэра. Кажется, куда важнее? И деньги будут, и положение. Возможно? Возможно. Но судьба любит пошутить. Все вроде хорошо… а… к примеру, детишек нет. И не будет, как говорят лекари. Может быть такое? Вполне? И что вы будете делать, госпожа, если вдруг окажется, что только госпожа Новейн единственная, кто может сделать артефакт от вашего бесплодия, а?

– Я не бесплодна, – побелевшая как полотно, пискнула Июрэ.

– Скорее всего, нет, но кто там знает? Пока и госпожа Новейн не умеет делать такие сложные артефакты. И даже простые, как я посмотрю, – преподаватель вновь посмотрел грозно на демоницу. – Что у вас не получается, как вы выразились?

Айлла вздрогнула и на несколько секунд растерялась: слишком уж неожиданным оказался переход. Потом собрала силу воли в кулак и выдала:

– Вот схема. Она правильная… вроде, – сомнение охватило девушку неожиданно, и она с мольбой посмотрела на мастера. Тот взял лист, скользнул по нему взглядом и сдержанно кивнул.

– Почерк отвратный, но в целом должно сработать.

– Но не сработает, – продолжила Айлла, помотала головой и зачем-то повторила: – Не сработает.

– Почему?

– Ну вернее, сработает, но не так, как надо, и держаться не будет.

– Почему? – повторил преподаватель.

– Это… в смысле нужно вписать схему в круг, – пробормотала демоница. Мысленно отругала себя за лепет и продолжила более уверенно: – А круг на камне неровный. Вот видите, – она подняла кругляшок. – Вот тут шире, а тут уже. И если поместить центр там, где центр кругов, то получается, что схему нужно растягивать. Но растянется она неровно. Потому что круг неровный.

Какое-то время преподаватель молчал, замер и класс. Студенты вглядывались в свои артефакты. Многие выглядели растерянно. У них ситуация не отличалась.

– А с чего вы взяли, что схему вообще нужно вписывать в круг? – сощурился преподаватель.

Раздались облегченные смешки.

– Ну как же… – растерялась Айлла. – Точно надо.

Она понимала это так ясно. Только вот реально… почему?

– А вы, госпожа Кинс, – обратился мастер к полуэльфийке, – почему ничего не сделали?

Мариэль затравленно глянула на выжидающие лица и, отчаянно смущаясь, повторила то, что ранее рассказала Айлле. Это еще больше повеселило окружающих.

– Линии, – вдруг четко произнес Абонтен. – Это линии.

– Поясните, господин Гарфер, – повернулся к нему преподаватель.

– Круги – это тоже линии.

– Точно! – Саша разве что не ударила себя по лбу и с досадой посмотрела на собственное творение. – Любые линии в магической схеме меняют ее свойства. А рисунок на камне – это природные линии. Они более мощные, чем любые, что нанесем мы.

– Вот дерьмо… – совсем не по-эльфийски пробормотала Мариэль.

Теперь веселыми никто не выглядел.

– Проклятье, это же первое задание, – не выдержала Айлла. – Любые неучтенные линии в рисунке заклинания меняют его. Поэтому всегда желательно выбирать максимально ровные площадки для схем.

– Именно. Основополагающее правило. Миллион раз озвучивали его. И что? Большая часть класса просто не соотнесла его с реальной ситуацией. Да что там большая! Никто этого не сделал! Очень плохо!

– То есть амулет на малахите нельзя создать? – робко спросил Абонтен.

– Можно, – фыркнул преподаватель, – но схему нужно изначально вписывать в рисунок на камне.

– Но он же не ровный! – возмутился кто-то.

– Да, неровный. И расчеты там сложнее.

– Но мы такого еще не проходили.

– Именно это вы и должны были мне озвучить. Незачет у всей группы.

– Мастер Каабу, – подала голос Айлла, – а многие обычно проходят правильно это задание?

Тот только хмыкнул.

– Практически никто.

Класс облегченно выдохнул и возмутился одновременно.

– Тогда зачем же?.. – начала демоница и остановилась, подозревая, что услышит в ответ. Преподаватель ее не разочаровал:

– Чтобы запомнили.

– Абонтен, – удивилась Саша. – А ты что тут делаешь?

Мариэль с «сестрами Новейн» томились под дверью кабинета, ожидая преподавателя.

– Мастер Каабу сказал прийти.

Девушки переглянулись. За что вызвали их троих, догадаться несложно: пропесочивать будут. А Абонтена-то за что?

Преподаватель будто почувствовал, что все о нем думают.

– Собрались? – появился он из бокового коридора. – Тогда идемте, – и отправился куда-то, отмахиваясь от вопросов и удивленных взглядов.

Идти пришлось недолго. У двери в один из лекториев мастер затормозил, оглядел группу.

– Мэтр Саругано – очень уважаемый человек. Это честь, что он захотел пообщаться с вами. Уж не опозорьте меня. Узнаю, что выставили себя идиотами, будете пробирки у меня до конца обучения мыть!

«Языками?» – хотела съехидничать Айлла, но с трудом удержалась.

– Так это задание… – догадался Абонтен, – была проверка?

– Мэтр Саругано захотел поговорить с самыми толковыми и напомнил про этот тест. Даже малахитовые заготовки свои пожертвовал университету. Думаете, легко такой материал найти? А такие балбесы, как вы, портят его постоянно! Поэтому ведите себя достойно. Все поняли?

Разумеется, никто ничего не понял, но оказались впечатлены и вразнобой закивали.

– Тогда чего ждем? Идите уже. Госпожа Новейн, а вы куда? – одернул преподаватель Сашу. – Вы вообще никакого отношения к правильным ответам не имеете. Стойте здесь, думайте о своем поведении, я скоро выйду.

Демоница хотела затормозить, но мастер так гневно помахал рукой, что, бросив на «сестру» извиняюще-сочувствующий взгляд, суккуб вошла в аудиторию. А что делать? Не съедят же Сашу в самом деле… По крайней мере не мастер Каабу.

Мэтр Саругано сидел за столом и раскладывал какие-то бумаги. Увидев вошедших, он встал. Молодых людей представили.

– Значит, они прошли тест?

– Не совсем.

Пришлось пересказывать.

– Так почему вы, голубушка, решили, что схему нужно вписать в круг в рисунке малахита? – обратился мэтр к Айлле.

– Так он тоже линия, – ответила девушка.

– И вы помнили это правило?

– Э-э… – демоница покаянно глянула на мастера Каабу. – Я просто… ну просто, не знаю почему, подумала, что схему нужно вписать в круг. Возможно, я на самом деле помнила правило. Просто… не осознавала, что ли… – объяснения даже ей самой показалось жалким. Но что тут еще скажешь?

– А свойства материала почувствовали?

– Э-э… материал там был нефрит. Мы изучали его свойства. Например, мягкость, оксид меди…

– Я имею в виду именно ощущения. Например, какие примеси?

Айлла откровенно растерялась. Мэтр Саругано достал из кармана малахитовый кругляшок, ровно такой же, как на занятиях, и бросил ей. Демоница поймала и уставилась на него.

– Какие тут примеси? – девушка удивленно посмотрела на камень, потом на лектора, затем на мастера Каабу. Тот только пожал плечами.

– Простите… я…

– Понятно, – Саругано отвернулся от демоницы и посмотрел на Мариэль. Причем, судя по всему, сначала на ее уши. Острые. – А вы, голубушка, можете определить?

Демоница передала заготовку для артефакта. Полуэльфийка также покрутила ее перед глазами, потом вздохнула.

– Я больше по растительным материалам. Был бы это спил дерева, тогда да…

– А вы, молодой человек?

– Да просто нелогично все было. Малахит для общего здоровья не подходит. Такие лучше на дереве делать или гранат… Ладно, гранат нам никто бы не дал, но сердолик-то дешевый! Рисунки эти смутили. Да и… в малахите есть железо. Оно не очень хорошо для…

– Железо? Вы его чувствуете?

– В смысле? Я же знаю, что там есть. Те же круги возникают из-за разницы в количестве железа. Вот и спрашивается, зачем на таком камне делать общеукрепляющий амулет?

Мэтр покивал, но продолжать тему не стал. Вместо этого рассказал, как закрепить схему на неровном круге. Очень интересно оказалось!

– Общая беда всех артефакторов в том, что они смотрят очень узко, – напоследок сказал он. – Вот материал, вот задача, вот схема, погнали. Чтобы действительно стать мастером, нужно смотреть шире. Подбирать материалы не только по справочникам, но и по чутью. Пытаться создать новые схемы, использовать и придумывать новые методы. Например, вот этот метод аналогии с материалом, который понимаешь, у вас, голубушка, – Саругано благосклонно посмотрел на Мариэль, – безусловно хорош. Он не будет действовать всегда, но и вы не стойте на месте. Пробуйте его усовершенствовать. И еще, сначала правила нужно выучить и понять, а потом уже нарушать. Иначе вы будете совершать ошибки, которые ваши менее талантливые коллеги изучили и обошли. Так что учеба, учеба и еще раз учеба. Я буду наблюдать за вашими успехами.

И он дал знать, что встреча окончена. Ребята один за другим потянулись из аудитории. В коридоре их дожидались мастер Каабу и красная от стыда Саша.

– Нет, ты представляешь, – возмущалась по дороге Саша, – и парой слов нельзя обменяться с соседом!

Демоница только посмеивалась.

– Он так хорош? – улыбнулась она.

Ее подруга задумалась.

– Ты знаешь, – смущенно призналась она, – после встречи с твоим красавчиком…

«Она встречалась с Шиасу?! – с ужасом подумала Айлла. – Когда?!»

– …я уже не уверена, – безмятежно продолжила Саша, не ведая о страстях, которые вызвала в душе «сестры». – Он такой… не знаю, как объяснить. Рядом с ним остальные… кажутся… детьми, что ли… Хотя вот Ихаро нет… Может, это от того, что они вместе росли. Не знаю… Но остальные… ну правда, будто дети в песочнице. Даже та мерзкая старушенция, что пыталась меня пристыдить, приняв за его девушку. Да-да, даже она. Хотя есть и обратная сторона… рядом с ним я сама себе кажусь ребенком.

Завороженная лихими поворотами мысли, Айлла не сразу сообразила, что речь об Итвальде.

– Значит, – собралась она, – тебе понравился Ито?

– Да! – выпалила подруга и тут же смутилась. – Ты не подумай ничего. Просто… ну как он может не понравиться? Только он такой… взрослый, серьезный. Нет, не так… Просто смотришь на него и понимаешь, что мы все тут в куличики играем, а человек живет взрослой жизнью и занимается тем, что действительно важно.

– Не так уж он и серьезный, – припомнила Айлла, как они порой дурачились.

– Не-не, ты не так остро реагируешь, потому что тоже взрослая. Я часто с тобой это ощущаю.

– Я, конечно, постарше тебя, – почти обиделась демоница, – но если в пересчете на человеческие года…

– Я не про это, – отмахнулась Саша, – я про опыт. Про поведение. Нет, все не то. Просто поверь, вы с ним на одной волне, а я… нет.

– Но мне и с тобой, и с ним комфортно.

– Да, есть такое. Я и не говорю, что это препятствие.

– По-моему, это ты все придумала.

– Да, если бы… в общем, он огоблинеть какой шикарный. И тебе подходит.

– Да… – протянулась Айлла, – он мне подходит.

Но перед мысленным взором почему-то все равно стояли алые глаза Шиасу и его улыбка. И никак их из головы выбить не удавалось. «Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне. И мы были вместе. Как мужчина и женщина». «Проклятый демон!!! Чтобы тебе навернуться, сволочь такая! Свалился на мою голову!»

– Я бы такого тоже хотела, – мечтательно вздохнула Саша.

«Зачем ей такой же, как Шиасу… Тьфу, она об Ито!»

– Но тот твой красавчик на уроке совсем не походил на Итвальда, а ты флиртовала с ним за милую душу. Поэтому и прошляпила линии эти на малахите!

– М-да, с линиями глупо получилось. И ведь я чувствовала, что что-то не так… Или мне так кажется…

– О кстати, ты почувствовала в нем железо?

– В ком? – опешила Саша. – В Итвальде? Еще как!

– В малахите!

– А в малахите… ну да, было, а что?

– Да нас этот… мэтр Са-как-его-там все спрашивал, почувствовали ли мы его или нет? Вот скажи, разве мы должны были его почувствовать?

– Ну-ну, по идее… если так подумать, то в этих узорах, наверное, содержится разное количество железа. И, наверное, если бы мы почувствовали, то поняли, что нужно это учитывать или еще как. Понятия не имею, если честно. И вообще, мы такое еще не проходили!

– Вот именно! Почему мы должны были это учитывать. Вот же ж… как же все сложно. Я с трудом астрономию с требуемыми свойствами амулета увязываю, а если еще примеси нужно учитывать… это ж звездец полный!

– И это у нас еще схемы и справочники есть. А прикинь, каково было первым мастерам? Когда еще ни закономерностей неизвестно, ни пособий вспомогательных нет. Как они только додумались до этого?

– У-у-у… не вгоняй меня в уныние! И так чувствую себя бездарностью!

– Да ладно. Твои предки наверняка могли это, и ты сможешь.

– Наверняка да… могли…

– Жалко, что записей их не осталось.

– И не говори, – вздохнула Айлла. – Вот как подумаю, сколько там бесценной информации хранилось, так прям ножом по сердцу. Вот просто боль…

– Прости, – повинилась Саша. – Не хотела тебя расстраивать. Давай… давай порадуем себя чем-нибудь. Например, м-м-м, возьмем мелкую и в кафе. Есть мороженое!

– У мелкой сегодня дополнительные занятия по обращениям. Она будет попозже.

– А ей-то зачем? – опешила Шани. – Она обращается лучше, чем говорит!

– Вот ты не следишь совсем, – засмеялась Айлла. – Тебе же еще в первый день рассказали про мальчика, который не умеет обращаться.

– Которого наш рысенок хотела укусить, а ей не разрешили, – вспомнила ее подруга.

– Именно. А потом нам рассказывали про некого Рики…

– А еще про Риуаля-пегаса, Пашку-собаку, Грени… не помню про кого.

– Да, но именно Рики обещал искать ее на вчерашнем спектакле. И за то, что ее не найдет, его обещали отлучить.

– И что, мелкая подрядилась его научить превращаться?

– Превращаться он уже умеет, но как-то не так. И Мици решила ему помочь, да.

– По-моему, она просто все-таки хочет его укусить!

– А, по-моему, она прям наша сестра!

И девушки засмеялись.

– Ладно, – попыталась отдышаться Саша, – пока они обратятся, пока покусаются, это надолго. Пошли лопать мороженое.

– Пошли, а мелкой принесем с собой, а то обида будет страшная. Сейчас вызову ребят Итвальда.

– Слушай, а может, без них? Ну что с нами может случиться? Тут три шага.

– А мне потом оправдываться? Не, давай вызовем. Мало ли…

«Шиасу, конечно, сказал, что не будет похищать… но я же его не поцеловала… Нет клятвы – нет уверенности», – и Айлла сжала амулет вызова.

– Нельзя было идти на поводу у вас, – Саша отодвинула занавеску и улыбнулась едущему рядом Эно Наенги, – и пойти-таки пешком. Такой чудесный день.

Айлла откинулась на сиденье кареты и усмехнулась.

– И виды прекрасные.

– Именно!

– Все-таки мужчинам удивительно идет форма…

– О да… Так, я про природу!

– Разумеется, – засмеялась Айлла, и в этот момент на карету что-то упало.

Что-то очень большое и… активное. Снаружи раздались странные звуки. Свист, крики, рычание, команды. Демоница рванула Сашу за шкирку прочь от окна.

– На пол! – крикнула она, перевоплощаясь. Одежда сзади порвалась под напором крыльев. – Лежи!

– Н-но…

– Сама убью, – прорычала Айлла и осторожно выглянула в окно. Там, снаружи, люди Итвальда более-менее успешно отбивались от каких-то волкообразных прямоходящих оборотней. Выглядело жутко. На мостовой уже лежали первые раненые. Если не трупы… – Проклятье!

– Что там?

Демоница уже хотела ответить, однако крыша снова сотряслась. Будто ее кто-то рвал когтями. И это ему явно удавалось.

– Проклятье! – ругнулась Айлла. – Лежи тут. Держи «щит». Самый крепкий, какой сможешь.

– А ты?!

– А я – щас.

– Нет, Айлла! Нет!

Но демоница уже вывалилась из кареты. Один взмах крыльями – и она на крыше. Здоровенный оборотень действительно рвал верх кареты огроменными когтями. «Ах ты дрянь!» – подумала Айлла и швырнула в него ледяными «стрелами». Те неожиданно отскочили от невидимого ранее «щита», но полуволк почувствовал и обернулся. Глядя в его оскаленную морду, Айлла ощутила взрывную смесь ужаса и ярости. Эта тварь почти прорвалась к Саше! Зарычав не хуже того же оборотня, суккуб обрушила на него всю мощь демонической магии. Однако этот мерзавец быстро сообразил – прижался вплотную к крыше, так, что не попасть в карету, целясь в него, невозможно. Когда Айлла это поняла, перед глазами колыхнулся алый туман. Кровь запылала. Уже мало сознавая, что делает, она бросилась вперед, напрыгнув на оборотня. Удар в морду, еще один. Навалиться всем телом, вжимая в крышу, лупя что есть сил. А сил столько, будто подпоили чем-то! И когтями! И душить! И магией. Тупо задавить силой!

Оборотень сопротивлялся отчаянно. Крупный мужчина, с когтями, клыками, защищенный амулетами, боец с опытом. Вот только он никак не ожидал драки с разъяренным демоном. Ее магия давила всей мощью, проламывая «щиты» и выжигая артефакты, не давая пошевелить даже лапой. А проклятая девица лупила с совсем не женской силой. Оборотню приходилось изворачиваться, на пределе сил продираясь сквозь жутчайшее давление ее магии, лишь бы защитить глаза и горло. Пока его спасало только то, что ярость не давала демонице нанести действительно критичные повреждения. Однако сколько такая удача продлится? Перевертыш в первый раз в своей жизни столкнулся с этим мерзким чувством – когда ничего не можешь поделать, хоть и на волосок от смерти. Вот уж чего не ожидал, того не ожидал…

В один момент, когда оборотень уже начал задыхаться от хлынувшей горлом крови, крыша кареты под ним хрустнула. Демоница зарычала и взмахнула нетопыриными крыльями, поднимаясь в воздух и подтягивая за собой противника. Перевертыш понял, что это его шанс. Будь Айлла мужчиной, такой фокус у того не получился бы: все же у представителей сильного пола руки с когтями длиннее и крепче, а так оборотню удалось выкрутиться. Он приземлился на четыре лапы и дал деру, ловко проскочив между людьми Наенги. Демоница только и сумела, что запустить ему вслед несколько заклинаний. Одно, судя по всему, попало, но оборотень не остановился.

Где-то на этом моменте Айлла начала приходить в себя. Оглядела поле боя. Перевертыши отступали.

– Жива? – рыкнула демоница. – Это я, – она распахнула дверцу кареты и уставилась в испуганные глаза подруги. На кончиках ее пальцев дрожала магия. – Хорошо.

Эно тоже подскочил и заглянул внутрь. При виде их лиц заклинания в руках Саши погасли, а личико скривилось в преддверии слез.

– Я его убью, – прошептала Айлла, чувствуя, что ярость опять заволакивает взор. Резко развернулась к Эно и прошептала: – Жизнью за нее отвечаешь!

Пара взмахов крыльями под запоздалые возмущенные протесты адъютанта Итвальда – и вот Айлла уже несется над городом. Где там эта клятая «Розмарин и ель»?

Гостиницу эту демоница видела, но как умудрилась вспомнить – одному хаосу известно.

– Шиасу!!! – заорала она почти на ультразвуке. – Прячешься, сволочь?!

Судя по выражению лица, Ракхар просто не поверил своим ушам, когда распахнул окно. В следующее мгновение на него наскочил клубок ярости. Демон попытался подхватить девушку, чтобы не свалилась. В результате по инерции и от обрушившихся на него ударов отступил на несколько шагов назад, споткнулся и упал на кровать. В принципе мужчину устроил такой поворот, вот только колотила его Айлла на полном серьезе. Но, в отличие от оборотня, ее сила ему не мешала. Лишь с некоторым усилием Шиасу перевоплотился, поймал девушку за руки и перевернул, наваливаясь сверху.

– Мерзавец! Негодяй! Тварь!

– Хаос побери, да что с тобой?!

– Ненавижу! – Айлла вложила в удар всю свою магическую силу и заставила демона отпрянуть. Одна секунда – и выбралась из-под его тела, однако Шиасу вновь притянул ее к себе, сжимая запястья.

– Да что не так?!

– Что не так?! Что не так?! Решил через сестру, да?! – Удар, еще удар.

– Что через сестру? Чью сестру? – Ракхар искренне не понимал.

– Мою сестру! Мою!

– У тебя есть сестра?!

– Какая же ты сволочь! Увидел вчера – и тут же придумал! И обещание не нарушил, и в плен меня снова, да?!

– Да успокойся ты, сумасшедшая! – Шиасу крепко прижал девушку к постели, держа так, что и магия не помогала. – Ты можешь мне объяснить, что имеешь в виду? Что случилось?

– Что случилось?! – Айллу трясло от ярости. Даже не приводило в себя то положение, в котором она оказалась. – Вчера ты подкатываешь ко мне со своими заявлениями, а сегодня на меня и мою сестру нападают! Решил, что…

– На тебя напали?

– Да! Это ты их послал! Так что нечего…

– Айлла, послушай меня…

– Нет! Ты сейчас скажешь, что ни при чем! А я знаю! Это всё ты!

– Да зачем мне это?!

– Ты решил, что если у тебя будет моя сестра, ты…

– У тебя нет сестры. Разве что ты стала некроманткой.

– Нет, некроманткой не стала… Тьфу на тебя! Вообще не важно! Подруга! Ты видел ее вчера и понял, как на меня воздействовать!

– Родная, а тебе не кажется, что если бы я решил так подло поступить, то проще было тебя похитить?

– Не проще! Ты дал слово!

– Я пообещал, но не клялся. И меня останавливает только твоя реакция. А так бы утащил. А чем твоя реакция от похищения сестры-подруги будет отличаться от реакции на похищение тебя самой?

– Ничем!

– Вот видишь.

– Ничего я не вижу! На нас напали! Сразу после твоего появления! Такого здесь еще ни разу не было! Как ты это объяснишь?!

– Никак. Это не я. Хочешь поклянусь?

– Хочу!

– Клянусь, я не организовывал на тебя нападений. По крайней мере в этом мире.

– Мерзавец!

– А сейчас-то почему?

– В этом мире!

– Ну что поделаешь, в прошлом я действительно тебя похитил. Этого не изменить. Зато можно изменить будущее. Хотя… мне и так все нравится, – Шиасу демонстративно оглядел лежащую под ним девушку. В глазах полыхнул такой огонь, что Айлла почувствовала себя голой. Да и… от наряда мало что осталось. Крыльями-то она все разодрала. Да и формы ее в демоническом обличье куда интересней. А следовательно, все, что осталось от одежды, или сваливалось или обтягивало слишком крепко.

– Только посмей, – прошипела демоница. – Только посмей, и я…

Угрозу она не успела договорить. Горячие губы Шиасу прижались к ее губам. Айлла принялась бешено сопротивляться. Но очень трудно что-то бороться, когда руки мужчины сжимают запястья, а его тело лежит сверху. Очень трудно… Особенно когда по венам вдруг вместо крови начинает течь лава и, кажется, еще немного – и всё вокруг и она сама загорится, вспыхнет бешеным пламенем. Таким же, как разгорается сейчас внутри. И как же хочется позволить ему… себе… Всё, всё это – позволить. Обнять, поцеловать, укусить, ответить… Они уже на кровати, от одежды почти ничего не осталось. И она получит всё, что так хотела… что хочет… как же хочет! Проклятье!

«Так нельзя!» – мысль причинила почти физическую боль. Суккуб внутри поднял голову. Девушка буквально услышала его рычание – он явно не собирался отказываться от своего и жаждал продолжения. Так жаждал, что даже внутри все скручивало от этого желания. И хотелось только одного… Но Айлла держалась. Сжимала кулаки, не размыкала губ и даже пыталась вырваться. Кто бы знал, чего это ей стоило!

Шиасу же поначалу будто и не замечал, что ему не отвечают. Целовал и целовал, поглаживал запястья, явно не собираясь отпускать. И целовал, целовал, целовал… так сладко… так сладко… Однако вместо того, чтобы расслабиться, отдаться страсти, пойти на поводу у собственной натуры, Айлла ощущала внутри ледяное, мерзкое напряжение. Едва заметное поначалу, оно все нарастало и нарастало, и никуда от него было не деться. Невидимый холод застыл в груди колючим комом и встал у глаз слезами. От этого жуткого чувства желание исчезало, не пропадая, дразня неудовлетворенностью, разбуженным либидо, но не позволяя пойти у него на поводу. «Нет, нет, нет. Нельзя, так не надо. Не надо», – шептало что-то внутри. И когда стало просто невыносимо терпеть этот жуткий, разрывающий дисбаланс – желание отдаться, уступить, вновь ощутить на себе его руки, закончить то, что когда-то начали, и одновременно отчаянное, почти болезненное неприятие происходящего, круто замешенное на обиде, представлениях о честности и страхах, – вот тогда Шиасу замер. Нет, он не поднялся, не отпустил ее руки, даже его губы не перестали ее целовать, лишь сместились выше, к носу, а потом и ко лбу, и стали такими нежными, что слезы почти прорвались.

– Прости, – прошептал мужчина. – Не так…

Только сейчас Шиасу разжал пальцы и обнял девушку.

– Я не буду принуждать.

Он обнимал ее, прижимал к себе так нежно и бережно, что Айлла почти перестала дышать, чтобы не дать себе заплакать.

– Прости, малышка… Рядом с тобой теряю голову… Пусть это будет поцелуй за мою клятву – я не буду принуждать тебя ни к чему. Ни прямо, ни косвенно. Ни силой, ни шантажом, ни как-то еще. Ты абсолютно свободна.

От этих слов девушка вздрогнула. Свободна… Демон же вновь коснулся губами ее лба и прошептал:

– Но я не отступлюсь. Я знаю, ты любишь или, по крайней мере, любила меня. А я, дурак, все профукал. Но я исправлюсь.

Айлле казалось, что сердце сейчас не выдержит, вырвется из груди, и она просто задохнется от переполняющих чувств – обиды, боли, облегчения, совсем неуместной нежности и чего-то еще, совершенно непонятного.

– Не надо, – только и смогла прошептать девушка. «Ты ушел. Ты уже ушел…»

Ее нахально поцеловали в кончик носа и скатились с нее. Шиасу выпрямился, стоя у кровати, и протянул руку, чтобы помочь подняться. Оную демоница проигнорировала, на что Ракхар весело усмехнулся. Справилась и без него, да-да.

– Поклянись, что ни ты, ни нанятые тобой люди-нелюди не нападали на нас сегодня, – с напускной, насквозь фальшивой яростью потребовала она.

– Клянусь, это не я. И я никого не нанимал, – Шиасу с трудом оторвал взгляд от ее тела, на которое реагировал, как любой нормальный мужчина на любимую женщину, и заставил себя сосредоточиться. Сразу как-то стало не до возмущения. Демон нахмурился. – Но это мне совсем не нравится. Вас именно похитить хотели?

– Если бы убить, действовали иначе.

– Хм… А кто твоя сестра?

– Шани Новейн, – почти прорычала Айлла. – А я, кстати, Лия Новейн. И не смей путать!

– Хорошо-хорошо, – засмеялся Шиасу. – Настоящее имя ты мне не скажешь? От меня скрываетесь?

– Вот еще! Много чести! – покривила душой девушка. – Просто на нас уже нападали.

«Точно, на них уже нападали». Демон яростно сверкнул глазами, подошел к двери и крикнул коридорному. Когда тот подбежал, приказал:

– Добудь женское платье, – Шиасу бросил на девушку взгляд и продиктовал размеры, очень близкие к реальным. Демоница отчего-то вспыхнула как маков цвет. – Получше и побыстрее.

И отсыпал денег. Айлла подумала, стоит ли возмущаться, но решила, что он ей действительно должен, и добавила:

– И кофе с пирожными!

Свои слова для себя оправдала тем, что Шиасу все равно не отстанет, пока не узнает про нападения. Да и платье нужно дождаться. Разумеется, причина только в этом. Вовсе не в том, как Шиасу красив сейчас. Проклятье, эти красные волосы… И не в том, что суккубья натура уговаривает, что нужно думать только о своих желаниях, что очень вкусно, что ей давно хочется… И разумеется, совсем не потому, что хочется побыть рядом… спросить… о чем-то. Разумеется, это все неправда.

– И кофе с пирожными, – подтвердил демон и, закрыв дверь, посмотрел на гостью. Айлла, уже в человеческом обличье, демонстративно уселась за столик у окна и закинула ногу на ногу.

Мужчина оглядел картинку и почувствовал, что кровь вновь вскипает в жилах. Хаос, как же хороша… Так и съел бы. Утащил бы к себе в особняк и не выпускал из постели несколько дней. Хаос, да как ее вообще можно выпустить из-под себя?.. Кто бы знал, каких усилий Шиасу стоило сдержаться. Айлла явно это заметила и довольно улыбнулась. Так приятно оказалось – будто бальзам на душу. Но благоразумно решила не менять ноги, кладя одну на другую. Ведь и сорваться может…

Пока им несли заказ, напряжение в комнате нарастало. Однако оба держались. Потом принесли напитки, и как-то полегче стало. За кофе демоница, пряча переполнявшие ее чувства, рассказала Шиасу про нападение.

– Твою подругу-сестру зовут Саша Вациск, верно?

Айлла распахнула глаза в удивлении. Она никак не подтвердила и не опровергла это высказывание, однако ее реакция все рассказала Шиасу.

– Я работаю с ее отцом. Закупаем у него артефакты, – пояснил он. – Я ехал вместе с ним, когда на него напали. Еле отбились.

Девушка помрачнела. Саша получила письмо с информацией об этом случае, но про демона там не говорилось. Айлла все никак не могла поверить, что все это случайность. Она придирчиво расспрашивала про знакомство, сотрудничество, нападение. Как же так произошло-то?!

– Но я рад, что дочь Онгея рядом с тобой. Однако то, что на вас снова нападают…

– Думаешь, это те же, что и раньше? – Айлла вспомнила, как примчалась к лагерю и наткнулась на побоище. Все полегли… все… «Морва должна была выжить. Вот только как она без Вайлены? Девочки мои… как же так…»

– А кто еще? – пожал плечами Шиасу. – Такое же масштабное нападение. И очень наглое – в центре города, у всех на глазах, да еще и охрана из солдат гарнизона. Разве найдется в двух мирах кто-то, настолько же богатый, наглый и заинтересованный в Саше… хм, или Онгее?

– Кто же эта сволочь? – прошептала Айлла, чувствуя, что ее вновь заполняет ненависть. – Какая же дрянь?!

– Хотел бы я знать… – Шиасу становилось плохо при мысли, что он легко мог потерять свою любимую из-за этой твари, которую совершенно не получалось вычислить. А ведь пока корень угрозы не выкорчевать, она так и будет в опасности. Похоже, они с этой Сашей стали близки, коль называет ее сестрой и примчалась его убивать, заподозрив в похищении. Его малышка – такая добрая и заботливая девочка… Да, придется со всем этим разобраться. Он, конечно, и так собирался, но теперь это жизненно необходимо. – А вы не могли нажить врагов уже здесь? – Шиасу не верил в это, но хотел кое-что узнать. – Чем вы вообще здесь занимаетесь?

– Мы просто учимся, – пожала плечами Айлла.

– В местном магическом университете? И на какой специальности?

О как полыхнули ее глаза!

Шиасу понял, что сейчас нужно слушать так внимательно, как только возможно. И ни в коем случае не отвлекаться на ее прекрасные синие глаза, губы эти манящие и уж совершенно точно не пялиться на грудь, почти открытую изорванными одеждами. Проклятье, где же коридорный с платьем! О да, Шиасу очень старался слушать. Слушать и не представлять, как целует ее красивую шею, плечи, вспоминать, каково это запускать руки в эти волосы… И делать это можно было только заставив себя умиляться ее восторженному тону, ее смешкам, с которыми она рассказывала, как ей не давались другие направления. А еще демон понял, что ему не удастся вытащить Айллу отсюда раньше, чем она закончит университет. И с этим придется смириться. В конце концов семье не помешает собственный артефактор. Возможно, даже талантливый, хотя бы увлеченный, судя по тому, как горят ее глаза.

– Горжусь тобой, – улыбнулся Шиасу, буквально заставляя себя давить в зародыше сожаления. Несколько лет – в сущности мелочь, если учесть, что взамен любимая женщина приобретает. – Что значит кровь… Ты же по сути вернулась к ремеслу предков.

«Кстати, это мысль… Надо связаться с Сином. Хватит этому бездельнику прохлаждаться!»

– Да, – улыбнулась Айлла. – Так и есть.

Тут наконец принесли платье.

Номер Шиасу снял достаточно большой, тут даже нашлась ванная комната, куда демоница и удалилась переодеваться, оставив мужчину ругаться про себя последними словами, самым обидным из которых оказалось невинное «мальчишка!». Следовало или пойти за девушкой, или унять кровь, которая бурлила так, будто он действительно вернулся в подростковые годы.

Платье, к слову, Шиасу совершенно не понравилось. Слишком закрытое и с огромным количеством рюшек. Только до дома и дойти, а потом сжечь к хаосу! Сжечь… а обнаженную Айллу уложить на кровать и… Да что ж такое-то! Точно как подросток.

Хотя картинки того, что бы он с ней сделал, оказались вполне взрослыми.

Девушка же тем временем нахмурилась и произнесла:

– Я очень надеюсь, что ты действительно сдержишь слово. И ни я, ни мои сестры не пострадаем.

– Я же поклялся, – клятвы в демоническом мире имели магическое значение. – Подожди, сестры? Есть еще?

– Да, – кивнула Айлла. – Малышка Мици.

Шиасу вспомнил девочку, которую усаживала себе на колени его любимая, и кивнул.

– И я тебя умоляю, не бодайся с Итвальдом!

– Вот этого не могу обещать, – оскалился демон.

– Шиасу! – всплеснула руками Айлла. – Я не шучу. Это опасно!

– Чем может быть опасен мне обычный человек?

– Он не человек. По крайней мере не совсем. Более того, он из Высокой семьи. Это местная власть, ко всему прочему отмеченная богами и способная вызывать так называемых божественных зверей. Я раз видела это… Шиасу, поверь, там такая мощь… Не связывайся, прошу тебя.

– А за кого ты переживаешь – за него или за меня? – жутко довольный улыбнулся демон.

Он ожидал, что в него что-нибудь полетит, однако Айлла спокойно положила остатки одежды на стул и повернулась к мужчине со спокойным, почти равнодушным лицом.

– За себя.

Демон не поверил. Однако в этот момент на лестнице раздалось столь громкое топанье, что стало ясно – бегут несколько человек и очень быстро. В дверь заколотили, а потом, не подождав и секунды, просто снесли ее магией.

– Ито, нет! – Айлла бросилась наперерез.

Она оказалась между ним и Шиасу, предотвратив удар. Итвальд еле успел сдержать заклинание, да и демон за ее спиной как раз поднял руки для отражающего «щита». В комнату вваливались новые люди – их с Сашей охрана, телохранители Наенги. Ракхар поменял облик.

– Это не он! – девушка старалась побыстрее сказать все, что нужно, чтобы остановить обоих кавалеров. – Я думала, это он, а это не он. Он поклялся!

Итвальд тяжело посмотрел на Шиасу поверх плеча Айллы, протянул руку и дернул демоницу к себе за спину. Девушку накрыло волной нежности – защищает ее – и одновременно страха: теперь она не может остановить удар, если эти двое решат подраться.

– Кровью? – поднял брови Итвальд, показывая удивительное знание магии демонов.

В ответ Шиасу усмехнулся, провел когтем по запястью.

– Кровью своей подтверждаю клятву. Не нападал, не организовывал нападение на Айллу и не собираюсь, – и слизнул, глядя в глаза демоницы. – Клянусь не причинять ей намеренно вред делом или бездействием.

У Айллы подкосились колени. Это же практически… практически… Для демонов это практически признание…

– Отлично, – процедил Ито, прекрасно понимая, что его противник только что провернул. – Надеюсь, этого хватит, чтобы моя девушка не опасалась насилия.

– Можете не сомневаться, Айлла в полной безопасности со мной, – Шиасу тоже отлично понял намек.

– Охрану я все же не сниму, – хмыкнул Наенги. И пока демон злился, уточнил: – Так зачем же вы, господин Ракхар, снова приехали в наши края? Так удивительно вовремя.

Сначала Шиасу собирался ответить какой-нибудь фразой вроде «Не твое дело», но уж больно глупо это звучало. Более того, на самом деле помощь местных властей не помешала бы. Правда, кто ж знал, что так понравившийся ему глава гарнизона окажется соперником. Отвратительная несправедливость!

– Веду расследование массовой пропажи людей, – наступая собственной песне на горло, ответил Шиасу.

Наенги нахмурился, явно разрываясь между чувствами и долгом. Сверлил Ракхара взглядом, словно подозревая в обмане. Демон тоже не собирался облегчать ему задачу, вскинув подбородок и зло уставившись в ответ.

– Что ж, – наконец процедил Итвальд. – В таком случае заходите завтра ко мне в управление, обсудим.

После этого демонстративно ухватил Айллу за талию и вышел из комнаты. По упавшей двери. Его люди, тоже ошарашенные сверх всякой меры, последовали за ним.

Неожиданное окончание разговора позволило надеяться на то, что Итвальд будет меньше злиться, занятый мыслями о том, что Шиасу расследует. Интересно, он правду сказал или соврал? Айлла вздохнула и обняла Сашу, которая ждала ее в карете. Шани завезли в университет, а вот демоницу Наенги бескомпромиссно повез к себе. Вот тогда-то суккуб и поняла, что тяжелого разговора не избежать. Мужчина дождался, пока они, пройдя всю охрану и слуг, окажутся в гостиной. И только там позволил себе выказать свое раздражение. Он ходил по комнате, похлопывая перчатками, сжатыми в правой руке так сильно, что побелели пальцы.

– Когда ты узнала, что он вернулся? – тон, которым произнесли фразу, не оставлял сомнений в персоне, которой интересовались.

– Вчера, – Айлла и правда чувствовала себя виноватой. Ито редко выходил из себя. Да что там! Она его таким видела только один раз – когда Ихаро попал в переделку.

– Вчера, значит? – в голосе пророкотала гроза.

– Да, вчера, – затараторила девушка, отчаянно желая все объяснить и хоть как-то уменьшить его гнев. – Когда ты ушел с Сашей за Мици, меня пригласили на танец. Я его сначала не узнала. А потом…

– А потом узнала, – процедил Итвальд. – Что он сделал? Он угрожал?

– Нет! Ито, нет. Он… мы с ним поговорили. Он пообещал меня не принуждать, не похищать. В своей манере, конечно, но тем не менее.

– И ты поверила? А почему, во имя всех богов, ты мне не рассказала?! – тут мужчина первый раз позволил себе повышенный тон, но тут же взял себя в руки и дальше говорил уже спокойнее, хотя это никого не обмануло. – Неужели я дал повод считать себя безмозглым ревнивцем, который занимался бы упреками, а не твоей безопасностью? Я, например, далеко не уверен, что сегодняшнее нападение организовал не он.

– Но он же поклялся… – растерялась Айлла.

– И что? Любую клятву можно обойти. Ты побоялась моих упреков, или были какие-то еще причины? Мне нужно знать.

Девушка окончательно расстроилась. Ито такой хороший. А она…

– Я… не хотела портить вечер, – призналась она. Одного выражения лица Итвальда стало достаточно, чтобы понять, что он сейчас о ней думает. – Прости, прости. Я правда… день был такой хороший! Все так радовались. Я… если бы я сказала, то все это мигом бы прекратилось. А утром не успела. Ты ушел уже. А я… Прости, пожалуйста, я знаю, что не права, но… – Айлла придвинулась ближе и прижалась к мужчине, стараясь лаской смягчить его гневное сердце. – Пожалуйста… не сердись.

Тот выдохнул. Потом выдохнул еще раз, осторожно провел пальцами левой руки по ее волосам и спросил:

– Ты же понимаешь, что рвануть к нему после нападения было откровенно глупой идеей?

– Да, – Айлла уткнулась лбом в его грудь. – Я… пришла в ярость. До такой степени, что голова просто отказала! Я понимаю, что… В общем, да, идея и правда была глупой, идиотской, ужасной. Я подвела тебя и подставила твоих людей. Прости… – демоница обняла его покрепче, надеясь отвлечь.

Итвальд тяжело вздохнул, тоже обнял ее, а потом тихо произнес:

– Ты понимаешь, что тебя привела в ярость мысль о том, что он тебя обманул?

Распахнув глаза, Айлла уставилась на любовника.

– Нет… я… Нет-нет, – замотала она головой. – Я из-за Саши! Я решила, что он решил подобраться ко мне через Сашу. Взять в плен не мог – обещал. Зато мог похитить ее, и я бы как на поводке пошла бы за ним. Поводки он любит! – со злостью закончила она.

– Звезда моя… – покачал Итвальд головой. – Ты думала о нем целый вечер и наверняка половину ночи. И когда случилось это нападение, сразу подумала о нем. Хотя это мог быть кто угодно. В конце концов у меня тоже есть враги. Но ты подумала о нем. И отправилась к нему. Ты же понимаешь, в какую опасность ты могла угодить?

– Ито… – покаянно прошептала Айлла, – Ито… прости меня. Я все понимаю, я должна была думать головой. И не действовать так… неосмотрительно. Я обещаю, я…

Мужчина прижал два пальца к ее губам.

– Не говори, покажи.

И Айлла на миг застыла, а потом многообещающе улыбнулась.

Спустя какое-то время девушка уснула, а Итвальд спустился вниз. Там его ждал Эно с кучей бумаг. Глава гарнизона кивнул ему на кабинет и, когда за ними закрылась дверь, спросил:

– Кто это был?

– Гилгалимы, – так же коротко ответил адъютант.

Такого Ито явно не ожидал, сел за стол и позвонил в колокольчик.

– Кофе, – приказал он вошедшему дворецкому. Тот поклонился и исчез за дверью. – Ты уверен?

– Охрана твердит об этом в один голос. Свидетели – а их было пятеро – тоже.

– Проклятье! Что ж этим тварям неймется?!

– Скорее всего, мстят за то, что мы отбили у них господина Таррада, – пожал плечами Эно. – К сожалению, захватить хотя бы одного не удалось. У них было количественное преимущество, но амулеты и магия нивелировали его. К тому же когда госпожа Новейн… улетела, они быстро отступили, унося раненых и убитых, хотя были ли такие на самом деле – в точности не установлено.

– Значит, приходили за А… Лией, – Итвальд зло ударил по столу и поднялся. Прошелся туда-сюда по комнате. И чем больше он ходил, тем больше мрачнел. – Не понимаю… Почему она?

– Они, наверняка, знали, что госпожа Новейн дорога вам, – Эно все казалось очевидным. – Вот они и пытались таким образом и ей отомстить, и вам.

– Ихаро им был нужен, чтобы узнать про гилгал. Это понятно. Способ – преступный, но действие в целом логичное. Когда ребята нагрянули к ним, никого там уже не было. Да и по известным адресам гилгалимов мы тоже не нашли. Те немногие, с кем удалось поговорить, – это матерые, тертые калачи, которые виртуозно делали вид, что ни при чем и не понимают, о чем речь. Весь взрывной молодняк убрали с наших глаз. То есть тот, кто их возглавляет, имеет мозги. Действует быстро и довольно-таки четко. И тут такое – нападение на вооруженных людей, более того, моих людей! Среди белого дня, на улице, пусть не самой оживленной, но пять свидетелей! Это те, кто не спрятался. Причем хотели похитить, не убить. И это все ради мести?

– Гилгалимы мстительны и агрессивны, – уже не так уверенно заметил Эно.

– Агрессивны и вспыльчивы, но мстительность – это предположение, – покачал головой Итвальд. – До этого случая их действия казались вполне логичными. Зачастую противозаконными, порой излишне воинственными, но понятными. Это же нападение… странное.

– Может, они хотели обменять госпожу Новейн на господина Таррада?

– Если бы мы жили в Теффане, а я был бы обычным человеком, это можно было бы допустить, но серьезно предполагать такое у нас? Нужно совсем не понимать ситуации.

– Большинство тех, кого называют разумными существами, на самом деле те еще идиоты.

– Мне не нравится объяснение, которое базируется на предполагаемой глупости противника. Как правильно, оно означает, что мы чего-то не знаем. Да и не казались они идиотами раньше.

– У них мог смениться лидер. Или это решение отдельных особей, не всего клана.

– Возможно-возможно. Нужно срочно найти этих деятелей и поговорить с ними. А что с убийством? Проклятье, кто-то же их легко находит! А мы не можем!

– Мы подняли всех информаторов. Рано или поздно найдем.

Итвальд не стал опускаться до банальнейшего «лучше рано», тем более наконец принесли кофе. Мужчины отпили по паре глотков и задумались.

– Еще этот демон…

Эно смотрел на чашку, чтобы не глядеть на командира.

– Вряд ли это что-то даст, но пусть Майло покрутится рядом с ним. Нужно понять, зачем этот Ракхар на самом деле сюда явился. И ведь скрытно на этот раз явился…

– Думаете, он соврал про расследование?

– Не знаю, – после обдумывания ответил Итвальд. – Но очень уж все это подозрительно. Не люблю совпадения.

Адъютант покивал, потом задал вопрос, который по какой-то странной ассоциации пришел ему в голову:

– А не могли гилгалимы обознаться?

– Как можно спутать с кем-то синеволосую крылатую демоницу?

Юноша смутился, потом заметил:

– Зато мы можем быть уверенными, что этот случай не связан с предыдущим нападением на сестер Новейн.

– А эта мысль недурна, – кивнул Итвальд.

Этот шар заколдовывал лично Меррей Ракхар. После недавних событий ему совсем не хотелось мучиться в неизвестности, где пропадают любимые племянники, и оных обязали носить средство связи с собой, если они уходят из дома хотя бы на сутки. Син возмутился, Шиасу обрадовался.

– Вот сейчас и проверим, так ли хороша дядюшкина поделка, – пробормотал демон, доставая шар из сумки. Меррей никогда не увлекался артефактами. Однако он позвал каких-то мастеров, объяснил им задачу, те пошаманили, а потом оказалось, что дабы связь пробивалась даже между мирами, нужна сила, очень много. Пришлось за дело браться лично главе клана.

– Син, ты меня слышишь? – когда из хрусталя в ответ на вызов раздались шебуршания и потрескивания, спросил Шиасу.

– Хаос, ты меня тоже собираешься проверять? – раздался недовольный голос брата. Изображение появилось не сразу и походило на выцветшую картинку, явно не успевая за звуками.

– А ты что, куда-то сбег?

– Да не сбег я никуда! Сижу как ребенок в замке! Это дядя куда-то умотал!

– Куда?

– Не знаю, взял эту свою… и умотал! А я как привязанный и…

– Вайлену? – ни капли не посочувствовал Шиасу.

– Ну да, кого же еще, – фыркнул братец. – Он ее вообще везде таскает теперь. Вот и вызывал меня уже! Проверял!

– Так-таки проверял?

– Ну да, он же знает, что я ничего почти из того плена не помню, а спрашивал про какую-то закорючку. Явно же проверял!

– Какую закорючку?

– Да я не помню, говорю же!

– Вот толку от тебя, не мог запомнить и поискать.

– Да ну тебя. Достали уже своими нравоучениями. Ты вообще чего вызывал? Тоже какую-нибудь ерунду будешь спрашивать?

– Во ты стал подозрительным. Может, тебя не на поставки направить, а во внутреннюю безопасность? Будешь шпионов ловить и заговоры искать.

– Да пошел ты, а!

– Ладно, слушай, дело есть. Учти, облажаешься, я тебя на год в замке запру!

– Хорош пугать, говори уже, пугальщик нашелся.

Когда Шиасу изложил свое задание, Син пришел в полный восторг.

– Ты ее все-таки нашел!

– Нашел-нашел. Так сделаешь?

– Сделаю, конечно! Ради такого я наизнанку вывернусь, но добуду! Спасибо!

– Э-э… за что?

– За дело! – почти орал Син. – Хаос, слава тебе! Наконец-то у меня есть дело!!!

– Какой же твой Ито круто-ой!!! – уже в который раз говорила Саша.

Они с Айллой шли через один из двориков между корпусами, то и дело отвечая на приветствия. В университете любили растения, поэтому здесь нашлось место и ровному газону, и величественным, разросшимся кленам, и клумбам с цветами всех возможных оттенков. Деревьев на территории насчитывалось немало, но разные виды сажали отдельно друг от друга.

– Как быстро он примчался! Как ворвался в эту гостиницу! Просто бог войны!

– У них тут нет бога войны, – зачем-то заметила Айлла.

– Неважно, у нас есть. Вот так он и должен выглядеть! Кстати, ты видела его Зверя?

– Зверя? Когда ты его видела? – встряхнулась демоница.

– Когда мы ехали тебя спасать, – охотно поделилась впечатленная донельзя Саша. – Но я не то что бы видела… а вот как… ну как след заклинания и металлы в камне – не столько видишь, сколько знаешь, чувствуешь их.

– Хм… у меня, наверное, не такое тонкое восприятие. Слушай, а куда все бегут?

Вокруг действительно образовалась какая-то суета. Мчаться не мчались, но несколько мужчин, явно не учеников, куда-то очень быстро двигались. А на лицах студентов появилось странное выражение – смесь опасения и любопытства.

– Надо узнать! – Саша схватила подругу за руку и потащила туда, куда спешили преподаватели и охранники.

Оказалось, не одни «сестры» такие наблюдательные. Буквально через пару минут они врезались в таких же любознательных, которых дальше не пускали.

– Что случилось? – тут же озвучила Саша главный вопрос.

Ответы посыпались со всех сторон, но Айлла поверила только Абонтону, который умудрился уже пошептаться с кем-то из охраны.

– Диверсия на полигоне с нежитью, – тихо пояснил он «сестрам». – Второй курс там проводил занятия, и напоролись на какого-то монстра, которого там не должно быть. Преподаватель пытался его сдержать, но сил не хватило, но слава богам, второй курс как раз изучал на предыдущем занятии какую-то «сеть Годера». Закидали его этой дрянью. Остановить не остановили, но замедлили. Прорвались к панели и вызвали охрану.

– Кто-то погиб? – в демоническом мире безопасностью никто особо не заморачивался, но в мирном Цинае Айлла как-то отвыкла от подобных инцидентов.

– Ранило нескольких, но вроде все живы. Вообще жуть, конечно. Какая же сволочь это устроила?!

– А ты уверен, что это кто-то постарался?

– Может, они перепутали полигоны, пришли туда, где старшие курсы должны были заниматься? – скептически посмотрела Саша.

– Вообще да, они не должны были сегодня заниматься, но на завтра препод взял отгул, решил сегодня провести урок. Вот только это полигон для первых и вторых курсов, тут такой твари вообще в принципе быть не могло.

Демоница прошипела сквозь зубы проклятья. Интересно, у мелких такое не может случиться? Там же совсем еще дети. Мици, если что, только за ногу кого подрать и сможет.

Они потолкались среди народу еще немного, однако потом их там обнаружила староста.

– Там новое расписание повесили, – крикнула она так, что обернулись почти все. – На доске! И не говорите, что не предупреждала!

– Как всегда в последний момент, – проворчал Абонтен и принялся выкарабкиваться из толпы.

В новом расписании первым уроком шла боевая магия.

Никто сразу не сообразил, почему Саша так побледнела, и девушке пришлось ткнуть пальцем в место проведения урока. Там значился полигон, откуда только что вынесли раненого преподавателя и нескольких второкурсников.

Итвальд искренне надеялся, что демон не придет. Поддастся своей демонической гордости и не придет. Однако он явился. И теперь предстояло решить, как к этому относиться. И в идеале понять, что это, проклятье, значит!

Мужчины уставились друг на друга, явно пытаясь сообразить, как себя вести. Ситуация становилась все абсурдней, и Ито решил не множить сущности.

– Присаживайте, – указал он рукой на кресло для посетителей. – Выпьете?

Выпивка означала первый шаг если не к примирению, то к нормальному разговору. Но Шиасу не хотел ни выпивки, ни примирения, ни нормального разговора. Он хотел рвать, сыпать заклинаниями и убивать.

– С удовольствием, – воля загнала темперамент подальше. И мужчины выпили. Посмотрели-посмотрели, потом одновременно произнесли:

– Но Айллу я не отдам.

И ошарашено уставились друг на друга. Итвальд хмыкнул и покачал головой.

– В этом вопросе мы не договоримся. Давайте перейдем к следующему. Что вы говорили про массовые исчезновения?

Шиасу нахмурился. Этот Наенги ему нравился. Надежный. Если бы не Айлла, с ним можно было бы иметь дело. Впрочем, рассказать он расскажет. Пришлось брать себя в руки и на время забыть, кто перед ним. Демон помялся, безжалостно загоняя собственные эмоции в глубину души. «Это ради Анкереллы, ради Гришика…» Воспоминания мигом перестроили Ракхара на иной лад, и он поведал о том, что узнал. И чем дольше он говорил, тем больше хмурился Итвальд.

– Больше всего мне не нравится… масштабность мероприятия, – потер он лоб, когда демон закончил. – Мы тоже выявили массовые пропажи разумных существ, причем за много лет. Правда, в последние годы не на моих территориях. Однако… – Наенги, не вдаваясь в подробности, поведал о том, что происходит у них. – Тот, кто этим занимается, явно имеет какую-то грандиозную цель.

– Или эти жертвы идут на что-то постоянное. В одном из миров я сталкивался с ужасающей практикой высасывания жизненной силы людей ради магии, которая использовалась как для заклинаний, так и для амулетов. Как вы понимаете, и те, и другие требовались всегда.

– Своей магии, я так понимаю, у них не было, – стараясь держать лицо, уточнил Ито.

– Какая-то была, но на беду того мира в нем придумали и вот такой способ.

– Вернемся к нашим делам, – Наенги сделал глоток. – Могу я взглянуть на те символы, которые вы нашли или запомнили в тех пещерах?

Шиасу ожидал этой просьбы и протянул ему несколько листков.

– Первые листы – это то, что запомнил я и другие спасшиеся. Последний – то, что нашли после их ухода.

– Надо отдать специалистам, – Итвальд разглядывал закорючки, явно что-то в них понимая. – Некоторые я узнаю, но не все, и общий смысл не угадывается. Может, специалисты смогут разобраться. У нас тут целый университет.

– Только кому попало не отдавайте, – фыркнул Ракхар. – Я нашим умникам тоже показал. Пусть думают.

В этот момент мина, которую старательно держал Ито всю встречу, будто треснула под напором удивления.

– Вы точно срисовали? – Речь явно шла о последнем листе.

– Точно, – кивнул Шиасу. – Этот знак повторялся несколько раз, его явно пытались вывести. Где не смогли, разбили камень. Однако кое-где это не удалось, или кто-то из подручных не справился с поручением, нам на счастье. Вы знаете, что это за знак?

– Знаю, – помедлив, признал Итвальд. – Однако этот символ не работает в чужих мирах, – Наенги пришлось прочитать короткую лекцию о Лесснихте и его обозначении. – Вот если бы артефакт у нас создали. Он бы работал в других мирах. А если знак изначально в другом мире нарисовать, то это пустышка. Он ничего не сделает. Но и столь тщательно уничтожать его нет смысла.

Оба мужчины задумались, но быстро поняли, что сейчас не место и не время.

– Что ж, благодарю за сведения, – Наенги поднялся. – Этим делом уже занимаются, думаю, данная информация поможет. С вашей стороны, было бы отлично копать в Теффане. Мои люди туда точно не отправятся. Кроме самых исключительных случаев.

– Хочешь, чтобы я находился подальше от Айллы? – Шиасу снова встал, оказавшись выше даже в человеческом обличье, однако Итвальда это нисколько не смутило.

– Хочу, – кивнул он. – Но и делу это поможет.

– Не выйдет меня сплавить, так и знай, – ухмыльнулся демон. – В Теффане же будет копать… хм… моя будущая родственница, – «и мне придется с этим смириться» – Ракхар привычно разозлился на Вайлену. – Я же останусь здесь и буду копать. Мало ли. Вдруг это ты за всем этим стоишь. А?

– Это было бы слишком большим подарком для вас, – Наенги подчеркнул тоном последнее слово. – Даже не рассчитывайте на него.

– Печально-печально, – демон издевательски покачал головой. – В любом случае я остаюсь здесь и буду добиваться Айллы.

– У вас был шанс, – Итвальд улыбнулся той самой улыбкой, которая, как он знал, раздражает очень многих. – Айлла сбежала от вас через два мира, а ко мне приходит по своему желанию. Так стоит ли тратить время на несбыточные надежды? И на случай, если вам придет в голову все же нарушить или обойти клятву – Айлла и ее сестры под охраной. В том числе и от вас.

– Боишься, что она убежит от тебя, такого хорошего, ко мне?

– Женщины склонны выбирать не тех мужчин, но Айлла видела от вас только горе, и я надеюсь на ее разумность… и чувства, – произнес Итвальд особенным тоном.

– Она любит меня!

– Правильнее будет сказать, любила. Будем откровенны, это вы привели ее ко мне. И теперь она – моя.

– Это пока не было меня. Я намерен все исправить.

Мужчины сами не замечали, что стоят друг напротив друга как два бойцовых петуха.

– Она не хочет вас видеть. Говорить с вами, общаться. Постарайтесь наконец понять, что этот шанс ушел. Она не будет вашей.

– Будет! – Кровь бурлила уже давно. Демон еле сдерживался, чтобы не вмазать этому смазливому выскочке. Однако он подозревал, что чего-то подобного Итвальд и ждет – и приготовился.

– Чего бы ей это ни стоило? – чуть грустно усмехнулся Итвальд.

И Шиасу почувствовал, что сдувается.

– Этот разговор бессмыслен, – наконец произнес он и, развернувшись, вышел, хлопнув дверью.

Оставшись в одиночестве, Итвальд с трудом выдохнул и отпустил готовое заклинание. Тяжело опустился на край стола и на пару мгновений зарылся лицом в собственные ладони. Потом выпрямился и поискал бокал. Осушил его до дна и подумал, что совсем другого он ожидал от праздника Ли-Анари.

В этот момент тяжеленная резная дверь без стука распахнулась, и в кабинет влетел Ихаро. Увидел огненный шар в руках Итвальда и удивленно на него уставился.

– И давно ты встречаешь друзей боевой магией? – уточнил он.

– А давно ты перестал стучаться в мою дверь?

– Лет с десяти, – подумав, ответил предсказатель и, тряхнув серебряными волосами, упал в кресло. – Мне сказали, что ты один, – виновато улыбнувшись, прояснил свое вторжение он.

Наенги втянул магию обратно и почувствовал себя откровенно раздраженным.

– Но ты даже не подумал, что я могу все равно быть занятым.

– Не злись, – легко отмахнулся Ихаро. – Я знаю, что выпущенная боевая магия раздражает, но ты давно уже в том возрасте, когда умеют преодолевать негативные последствия. Подумай о чем-нибудь хорошем и выпей. Кстати, я бы тоже не отказался.

Ито только покачал головой и достал чистый бокал.

– Надеюсь, ты с хорошими новостями, – угрожающе произнес Наенги. – Иначе я переводить на тебя первоклассный коньяк не буду.

– Я вообще без новостей. Это считается за хорошую?

– Более чем, – Итвальд поднял бокал. – За отсутствие новостей!

Друзья выпили по глотку.

– Я пришел напроситься в гости, – пояснил предсказатель, чем вызвал удивленный взгляд.

– С каких пор тебе для этого необходимо разрешение?

– С тех самых, с каких потребовалось организовать присутствие твоей красавицы и ее милых сестер.

– Обеих? – зачем-то уточнил Итвальд.

– Достаточно и Сашу, но куда тогда деть младшую?

– Ты все не можешь успокоиться насчет своего видения?

– Да. Возможно, девушки от нас что-то скрывают, согласен. Но если нет, то мне нужны некоторые сведения для гадания.

– Ты не подумал, что твое видение просто связано с тем, что тебя должна была спасти Айлла, а Саша просто связана с ней?

– Тогда почему не показали и рысенка? Да и в украшении явно проглядывается символ Ли-Арана.

– Не явно, – просто чтобы возразить, ответил Ито. – Ты подумал, что вообще может это означать?

– Я перебрал множество вариантов. Но в одном я уверен – ответ на этот вопрос знает тот, кто нападал на нее и ее отца.

Айлла сидела около фонтана и ждала, когда у Мици закончится занятие, чтобы забрать ее. Маленький дворик без носящихся вокруг детей казался на редкость уютным и тихим. Солнце пригревало, и демоница неожиданно расслабилась под его лучами. Стянула босоножки и с ногами устроилась на лавочке около пахучей пихты. Как же тут хорошо…

Тепло, свет, едва слышное журчание фонтана успокаивали и настраивали на размышления. Вот только… чем дольше Айлла думала, тем мрачнее становилась…

Почему-то в последнее время, стоило ей только прикрыть глаза, как перед мысленным взором будто наяву вставал Шиасу. Вспоминалось, каким он был на празднике. Как сжимал запястья и склонялся к губам.

«Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне. И мы были вместе. Как мужчина и женщина».

«Один поцелуй. Один поцелуй – и я поклянусь, что не буду тебя против силы никуда забирать».

«Ты права. Мне не наплевать на твое согласие. Но я добьюсь его. И ты это знаешь. Скоро увидимся, моя дорогая».

«Нет, ну правда же нахал, – отчего-то улыбаясь, думала Айлла. – Совсем нахал», – и улыбалась еще шире.

Почему она тогда не согласилась? Ерунда же, если подумать. Она суккуб, что для нее один поцелуй? Тогда и не было бы второй встречи… Второй встречи… Как он ее целовал!!! Сейчас Айлла могла об этом думать хоть немного отстраненно. Да, она не соглашалась на этот поцелуй… Но как же он ее целовал! Так, что даже теперь сердце заходилось. С такой жаждой, с такой страстью, с таким нетерпением…

Демоница сжала руку в кулак, впиваясь ногтями в кожу, но не могла прогнать из головы это воспоминание – и ужасающую мысль о том, что никто и никогда не целовал ее так самозабвенно, с таким голодом, с такими чувствами. «Хаос, что это было? Что?»

В глазах стало жечь, и Айлла с трудом сделала несколько долгих вдохов, чтобы не заплакать. Проклятье!.. Думать об этом оказалось тяжело. Больно, обидно. Но нужно жить с открытыми глазами. Смотреть на жизнь честно, не отстраняясь от нее иллюзиями, мечтами и обидами. А правда в том, что ее, Айллу, никто никогда не любил. Многие мужчины хотели, даже говорили о возвышенных чувствах, но это была или похоть, или навеянные чары, или влюбленность. Но по-настоящему… принимая полностью, желая прожить с ней всю жизнь, именно с ней, не с выдуманным идеалом…

«Прости, малышка… Рядом с тобой теряю голову… Я не буду принуждать тебя ни к чему. Ни прямо, ни косвенно. Ни силой, ни шантажом, ни как-то еще. Ты абсолютно свободна».

Почему тогда, да и сейчас от этих слов так больно? Ведь больше всего она мечтала именно о свободе… Она ее получила. И она ей счастлива. Но почему, когда этот мужчина говорит о ней, так больно?

– Я не понимаю, – прошептала Айлла синему-синему небу с легкими перистыми облачками. – Я правда не понимаю.

Однако слова не помогли избавиться от чувств. Те были. Существовали. Засели в сердце зудящей болью и мучили, мучили.

Зачем ей все это? Зачем? Ведь все же было хорошо… Хорошо, да, и она была счастлива.

На этой мысли Айлла снова задумалась. Если она решила быть честной, то нужно понять, было ли это счастье или нет? С Итвальдом… замечательно. Весело, легко, радостно. С ним ее сердцу ничто не угрожает. Скажи он ей сейчас, что… ну, например, он женится на другой, она только вздохнет и от всей души понадеется, что его жена – достойная женщина и сделает его счастливым. Действительно счастливым. Ито стал Айлле дорог, но, скорее, как человек, а не как любовник, хотя любовник он замечательный. Такого еще попробуй найти. Могли ли они быть вместе всегда? Девушка не знала. Она понимала, что выдержки Итвальда хватит на вежливость и уважение, но не станет ли он несчастным рядом с ней? Или они рано или поздно смогут полюбить друг друга? Такого, как Ито, любить легко. Даже странно, что она еще не… А Шиасу…

При мысли о нем кровь вновь вскипела. Сразу в голове и сердце смешалось так много – злость, обида, надежды, воспоминания о поцелуях, прогулках, его слова, прикосновения… И от всего этого вновь стало больно и сладко, как тем самым первым летом, когда вдруг мальчики становятся такими интересными и все мысли только о том, кто позовет тебя на свидание. Тот или не тот?

Интересно, каково бы было с ним, если… не было бы этого плена, побега, всех тех глупостей, что они наворотили? Если бы они вот так же как с Ито встретились в кафе и улыбнулись бы друг другу?.. Но это все было. Был плен, была боль, была галерея второго этажа, был Син, был побег…

«Но я не отступлюсь. Я знаю, ты любишь или, по крайней мере, любила меня. А я, дурак, все профукал. Но я исправлюсь».

И опять же если она хочет быть честной с самой собой, нужно признать, что она была влюблена в него. Проклятье! Как же она это допустила?! Если бы… не это, как легко было бы сейчас! Никаких страданий или сомнений. Нет же, сидит, мучается. Но почему?

«Неужели я все еще…» – Айлла отчаянно замотала головой. Нет, такого просто не может быть. А мучается она просто потому, что ее, так сказать, позвал на свидание не тот. То бишь ей просто до сих пор обидно, что, несмотря на всю ее любовь, красоту, силу суккуба, он тогда все же ушел. Она отдала ему свое сердце, но даже этого… не хватило. И все его слова сейчас, действия не в силах перечеркнуть то равнодушие, с которым он поглядел на нее, уходя.

Значит, нужно как-то убедить его отстать и, самое главное, не позволять своему глупому сердцу вестись на эти сладкие слова и поцелуи. Вот их, кстати, не допускать в первую очередь! Не так уж сложно. Она никогда и никому не доверяла… по крайней мере, раньше. Так нужно не доверять и дальше. Во всяком случае этому мужчине.

По закону подлости Айлла тут же вспомнила об их недавнем поцелуе. Кожу словно жар опалил, как бывает, когда открываешь из прохладного помещения дверь в летний день. Проклятье! Не думать! Не думать! Призвать волю и не думать о нем!

Тут, слава хаосу, прозвенел звонок, и буквально через миг со всех четырех сторон раздался топот маленьких ног. Дворик с фонтаном будто по волшебству наполнился детьми. «Как же преподаватели с ними справляются? – оглядывая эту вопящую и носящуюся вокруг ораву, с ужасом подумала Айлла. – Памятник, памятник при жизни!»

В следующее мгновение на нее напрыгнули, обняли за шею и мгновенно забрались на колени. Демоница прижала Мици, старательно не обращая внимания на то, как защемило сердце от этих действий маленького рысенка. Девочка, впрочем, долго не собиралась сидеть без дела. Ей требовалось срочно задать сотню вопросов и рассказать о тысяче вещей. Одновременно, разумеется.

– Идем, сначала отпросим тебя с последнего занятия, – ссаживая Мици с колен, произнесла Айлла и поднялась.

– Отпросим? Мы куда-то идем? – оборотненок не могла идти спокойно: подпрыгивала на месте и дергала «сестру» за руку.

– Да, мы сегодня ужинаем у Итвальда.

– Ух ты! Здорово! Он потрясающий! – Тебе понравился? – улыбнулась Айлла.

– Ага! И Саше!

– И Саше? – удивилась девушка.

– Да! Ты выйдешь за него замуж?

– Мици!

– Ну а что? Он здоровский!

– Малыш… это так не делается. Это… вопрос непростой. Много… разного и…

– А за этого, второго, о котором вы с Сашей шепчетесь, когда думаете, что не слышу, выйдешь? – прервала ее девочка.

– Мици! – возмутилась Айлла. – Нет. Конечно нет.

– Почему?

– Потому что он… он меня обидел, малышка. Я его не простила. А еще я в принципе не собираюсь пока замуж. Нужно доучиться, – «И вообще! Он не предлагал! И что любит, не сказал! Сволочь!»

– А когда простишь и доучишься, выйдешь?

– Да что ж такое-то! Откуда этот интерес к моему замужеству?

– Да вот думаю, Итвальд тебе или Саше достанется? Может, он подождет, пока я вырасту?

– Мици!

Карета катилась по дороге, сопровождаемая всадниками охраны, и везла троих сестер в особняк Итвальда Наенги. Саша и Мици болтали без умолку, пребывая в отличнейшем настроении. Вот ведь легкие душеньки…

И тут мимо пронеслась крылатая тень. Шарахнулась одна из лошадей охранников. И здоровенный краснорогий демон опустился прямо перед каретой. Кучер еле успел остановить и потом успокоить взбудораженных коней. Военные тут же ощетинились оружием. Саша и Мици вздрогнули и прижались друг к другу. Только Айлла ругнулась и, почти наполовину высунувшись из окошка, полюбовалась на этого идиота, но все-таки крикнула:

– Стойте! Это ко мне!

– Госпожа, – начал один из всадников, – это может быть опасно и…

– Это будет опасно для вас и, что хуже, совершенно бесполезно. Пропустите его. Пусть скажет, что хочет, и убирается.

Командир, явно сомневаясь, тем не менее взмахнул рукой. Охрана опустила, но не убрала оружие.

– Шиасу, ты дебил, – прошипела Айлла, когда демон, не торопясь и явно наслаждаясь ситуацией, приблизился. – А если бы я не остановила их? Нашпиговали бы как миленького! Отправилась бы к дяде твоя поджаренная тушка.

«Как же моя девочка не любит Меррея, – умилился Ракхар. – А он, похоже, предвидел все это уже давно – озаботился подарком, за который она ему все простит. М-да… даже не на пару шагов впереди, а на вечность…»

– Но ты остановила, – нахально улыбнулся он, приближаясь вплотную к окошку кареты. Взгляд невольно скользнул по любопытным личикам двух других девушек. «Они не испуганы. То есть Айлла рассказывала обо мне. Ха!»

– И уже жалею об этом, – сорвалось с языка прежде, чем демоница осознала, насколько шаблонно это звучит. Разозлилась еще из-за этого и яростно уставилась на мерзавца. – Говори, что нужно. У тебя минута. Потом прикажу трогать.

Однако девушка не посмотрела на начальника охраны, то бишь не обозначила эти слова как распоряжение. Конечно, напрямую ей тот не подчинялся, но принять к сведению мог.

Шиасу только хмыкнул, и в его руках появилась вытянутая коробка. Фиолетового цвета с белым бантом. Кривоватым, ибо сам завязывал.

– Хочу тебе кое-что вернуть, – пояснил демон.

Слова застали девушку врасплох. Она не хотела никаких подарков от этого мужчины. Да и чувствовала какой-то подвох.

– Я у тебя не оставила ничего своего, – осторожно ответила Айлла. «Кроме своего сердца! И своей самооценки, мерзавец ты такой!»

– Ты забыла подругу. Открой.

Видит хаос, она не хотела! Колебалась, колебалась, но под ждущими взглядами пришлось сдаться. Вот уж воистину, порой проще дать! «Что бы это ни было, даже и думать не буду, не возьму и всё!» Девушка осторожно, ничего хорошего не ожидая, развязала на редкость кривой бант и подняла крышку. Дальше мысли просто улетучились. Перед ней на белом атласе уютно устроилась та самая катана, которая так восхитила ее в оружейной Ракхара. Седьмой меч, сделанный мастером Нееро после получения силы Вулканических озер. Строгая красавица с фиолетовым лезвием. Доверившаяся ей. Решимость Айллы отвергнуть подарок покачнулась. Девушка смотрела на это совершенство и чувствовала на глазах слезы.

– Она… я не могу ее забрать, – говорить, отказываться было так больно, что казалось кто-то режет изнутри. – Она бесценна, и это… – ей показалось, что катана будто потускнела от этих слов, будто ее обидели. Даже предали.

– Она не имеет цены, потому что это оружие уже выбрало хозяина и больше мне не принадлежит, – грустно улыбнулся Шиасу. – Она выбрала тебя. Поэтому ты не можешь ее бросить.

Больше бороться с собой Айлла не могла. Ухватилась за длинную рукоять и благоговейно потянула клинок из ножен. Тот сверкнул знакомым, радостным фиолетовым цветом.

– Я не смогу ее здесь носить на виду, – пробурчала демоница, отчаянно пытаясь сообразить, что делать. Отдать катану она уже не могла. Но и принять – тоже.

– Я уже встроил заклинание в нее, – Шиасу провел пальцем по ножнам, от чего на тех вспыхнул серебристый узор. – Вот такую вязь повторяешь, и она прячется в пространственный карман. Кодовое слово – и появляется.

Айлла оценила.

– Какое кодовое слово?

– «Шиасу, я люблю тебя», – с совершенно непроницаемым выражением лица ответил этот мерзавец.

Девушка несколько секунд хлопала ресницами, потом зарычала и сунула ему катану обратно. Демон засмеялся и поднял руки, не позволяя ничего в них запихнуть.

– Шучу-шучу. Кодовое слово – Принцесса Кимико. Так ее зовут.

– Принцесса Кимико… – прошептала Айлла, заново знакомясь с катаной. Та довольно сверкнула фиолетовым лезвием.

– Я рад, что тебе нравится, – улыбнулся Шиасу. – Возобновляй навыки, и скоро снова потренируемся.

Он взмахнул крыльями, в мгновения ока поднимаясь вверх и исчезая из виду. Айлла запретила себе смотреть ему вслед.

Ужинать решили в саду. Теплая погода, плетеные стулья, белый кованый столик, накрытый кружевной скатертью, многочисленные цветы, ласковая тень деревьев – все это настраивало на блаженное ничегонеделанье и откровенное наслаждение жизнью. Айлла и Итвальд тихо ворковали, Мици в качестве исключения разрешили прыгать по саду рысенком. И только Ихаро с милейшей улыбкой продолжал выпытывать у Саши секреты ее семьи. Сейчас она долго рассказывала про отца, братьев и многочисленных дядюшек с их потомством.

Признаться, демоница потеряла нить повествования уже на четвертом родственнике и развлекалась тем, что строила глазки Ито. Тот явно велся… По крайней мере прекрасные очи суккуба интересовали его куда больше чьей-то иномирской родни. Хотя Айлла не удивилась бы, если бы выяснилось, что он как раз все понял и запомнил. Во всяком случае он тут же встрепенулся, когда Саша в ответ на вопрос о ее матери ответила:

– А у мамы родни, кроме меня, нет.

– Нет? – удивился, казалось, совершенно не утомленный Ихаро.

– Да, были родители, мои бабушка с дедушкой. Но они умерли спустя лет пять после того, как мама закончила университет. Кстати, тот же самый, где мы сейчас учимся.

– Она училась здесь? – заинтересовался Итвальд.

Саша принялась рассказывать уже набившую оскомину историю о том, что ее мама – гениальный артефактор, а здесь так прекрасно учат именно этой специальности.

Мужчины переглянулись, но Айлла не поняла почему.

– То есть твои бабушка и дедушка жили или приезжали сюда? Если уж знали про университет.

Уже открыв рот для ответа, Саша застыла. Потом стыдливо призналась:

– Я не знаю. Родителей мамы папа не знал. А она сама рано ушла… Может, она и говорила… но я не помню.

Ихаро сверкнул глазами.

– А на могилы бабушки и дедушки вы с родителями ходили?

В этот раз пауза продлилась дольше.

– Нет, – вновь призналась Саша.

– То есть теоретически твоя мама могла быть из этого мира?

– Не-ет, – замотала головой та.

– Почему?

– Мама… ну она была такая… любила комфорт. У нас в доме артефакты на все стояли, что можно было улучшить. У нас же, в Теффане, ну как будто на несколько веков назад все… Мама ни за что бы не променяла жизнь в Цинае, где комфорта, прав и возможностей намного больше, на жизнь в Теффане. Маму очень возмущали законы в нашей стране. Она прям жутко злилась и называла их мракобесием и темными веками. И… – тут Саша замолчала, явно потеряв уверенность в своих словах.

– Пока все, что ты рассказываешь, говорит только в пользу моей теории, – подлил масла в огонь Ихаро.

– Но зачем ей?.. – растерялась девушка. – Ведь только любовь к родным и родине могла ее привести в Теффану. А папа ее встретил именно там, не здесь.

– Если ей пришлось от кого-то бежать, – емко ответил за друга Итвальд. – Ради спасения она могла убежать в Теффану, как вы с Айллой прибежали сюда.

Мысль поразила Сашу в самое сердце.

– Но мама была самой законопослушной женщиной в мире! Во всех мирах!

– Причина бежать из родных мест могла быть какой угодно. Айлла же тоже убежала из своего мира. Но забавно, что вы сразу подумали про преступление, – усмехнулся Итвальд, чем вогнал Шани в краску.

– Зато это объясняет знак Ли-Арана в родовых украшениях, – возликовал предсказатель.

– По-моему, вы оба просто подогнали факты под свою теорию, – хмыкнула Айлла. – Могилы могли не навещать, потому что родители, например, раньше жили в другой стране. А про университет они узнали, потому что занимались торговлей с Цинаем или просто собрали информацию. В конце концов порталы между мирами существуют не одну сотню лет. Прогрессивные взгляды же могли остаться как раз после учебы в университете. А в Цинае она не осталась именно потому, что не хотела жить не в своем мире. Знак же на украшении – то же отголосок учебы. В любом случае ваша теория бездоказательна.

Итвальд и Ихаро снова переглянулись, но уже куда менее довольно.

– Именно, – поддержала подругу Сашу. – Правда, украшение делала не моя мама, а кто-то из предков. Пра-прапрадедушка или как-то так.

Видя, как вновь загорелись глаза мужчин, Айлла поспешила добавить:

– Или вообще этот знак вам чудится, он слишком стилизован для однозначного ответа.

– Почему это вообще важно? – Саша внимательно посмотрела на Ито, хотя ее расспрашивал Ихаро. – Даже если мама из этого мира.

– Это важно, я знаю, – предсказатель потер лоб под серебристой челкой. – Видения… у представителей моего рода случаются редко, но их обязательно нужно расшифровать. Иначе случится беда.

Все притихли после этого высказывания.

– Может, все дело в том, что я первой появилась тебя спасать, – предположила Айлла, – поэтому ты и увидел мою родовую звезду. А Саша вроде как вместе со мной.

– Возможно, – произнес Ихаро таким тоном, что стало ясно – вероятность равна нулю.

– Кстати, – решила перевести тему демоница. – У нас тут в университете такой случай произошел… – и рассказала про нежить на полигоне. – А у нас там занятие должно было быть. Завтра. То есть мы первые должны были с ней столкнуться.

– Может, это тоже покушение? – сделала испуганные глаза Саша и кокетливо посмотрела на обоих мужчин.

Те же в очередной раз переглянулись и засмеялись.

– Мы о чем-то не знаем? – спустя минуту догадалась Айлла.

– Они проворачивают это минимум раз в год, – усмехнулся Ихаро. – Университет абсолютно безопасен.

– Поэтому все студенты расслабляются и в первом же настоящем бою ни на что не способны, – добавил Итвальд. – Вот и придумывают что-то, чтобы держать вас в тонусе, чтобы реагировали как в жизни, а не как в игре. Между прочим, очень нужная и сложная задача. Хотя, на мой взгляд, рановато. Вы еще не забыли жизнь до университета. Да и только что выкладывались на испытаниях перед распределением. Хм… зачем?

– Может, на самом деле проверяли второй курс? – спросила Айлла.

– Их в расписании точно не было?

– Нет.

– То есть я правильно понимаю, – вдруг начала сердиться Саша. – Что нас этой нежитью напугали бы до икоты, чтобы мы не чувствовали себя в безопасности?

– Не только, – Итвальд намеренно не заметил подтекст вопроса. – Еще так выявляют прорехи в обучении. Вот как ты бы среагировала?

– Ну-у… – Саша задумалась. – Не знаю. Наверное, «щит» поставила.

– Неплохое решение, – улыбнулся ее смущению Ито. – Позволяет оценить уровень опасности, защитить себя. А ты, звезда моя?

Демоница как всегда замерла, завороженная его улыбкой и нежностью.

– М-м-м… – она представила себе полигон, неожиданный крик, поднимающихся мертвецов, стремительную атаку, однокурсников, Сашу… – Хм… там же сразу началась бы паника. Нужно защитить себя и Шани. Вряд ли что-то понятно в первые секунды. Боюсь, что… я бы перевоплотилась бы и взлетела, чтобы оценить ситуацию. Потом если нападающие не слишком быстрые, то «щит» вниз, на толпу, если бы стояли кучно. Если нет, то на Шани. Потом атака. Нежить – лучше бы огнем. Но можно и заморозить. А если атакующие быстрые, то прям с воздуха атака с обеих рук… Что придет в голову. Обычно это «ледяные стрелы».

– Все-таки странно, что вас на боевой факультет не захотели принять, – покачал головой Ихаро.

Ито поцеловал пальцы суккуба, поднеся их к губам.

– Хорошо, что не взяли. У них такое через день. Им это в радость, а тебе, звезда моя?

Нисколько не рисуясь, демоница передернула плечами:

– Хаос упаси.

– Вот и разница, – покачал головой Итвальд. – Нужно позаниматься, чтобы на любую опасность ты реагировала максимально эффективно.

Айлла вздохнула. Когда она наконец сможет не прятаться и жить спокойно? Будет ли такое вообще?

– Нужно срочно ловить этих гадов… – «Шиасу все равно уже знает».

– Подождите, – вдруг встрепенулась Саша, – но там же пострадавшие были.

– Преподаватель? – улыбнулся Ихаро.

– Ну да… и еще кто-то…

– Это имитация. Все под контролем было.

– Да? – недовольно буркнула девушка.

– Разумеется. Университет – самое безопасное место в городе.

Часть четвертая

Прошло уже шесть дней, девушки два раза даже выбирались с территории университета, и что радовало – никто на них не напал. Айлла вновь начала подозревать Шиасу, Саша – надеяться, что от них отстали, Итвальд – ожидать худшего. А Ракхар… наконец-то получил от Сина долгожданную посылку. И собирался сегодня ее вручить. Вот только как отбить демоницу от охраны этого мерзавца? Нет, против как таковых телохранителей Шиасу не возражал. Вот только к суккубу теперь как к коронованной особе не пробиться!

Оставался вариант действовать как тогда с катаной. Шиасу не сомневался: Айлла и сейчас остановит охрану. Правда, не факт, что сразу. Устраивать драку на потеху демонице не хотелось. Он, конечно, силушку покажет, однако не ум, это уж точно.

В этот день посланные следить за домом Наенги мальчишки сообщили, что черная карета с охраной проследовала по направлению к университету. Ракхар решил, что, если повезет, он успеет перехватить Айллу, когда ее или их, если она будет с «сестрой», куда-то повезут. Демон давно присмотрел одно место, которое для этого вполне удобно. На крыльях он успел быстро. Вот только карета поехала другим путем. И за ней явно следили. С воздуха Шиасу увидел, как по крышам домов мчатся стремительные здоровенные тени. Волкообразные твари тоже ждали в засаде, но смена маршрута заставила их подняться из укрытий.

Кучер знал свое дело, карета ехала быстро. Вот только опасных мест на улицах города оказалось неприятно много. И в одном из них огромный гилгалим прыгнул прямо с крыши на охранника на козлах. Кони дернулись от рывка поводьев. В воздухе запахло кровью. И следом волна-стая хлынула из проулков, крыш, даже из окон.

Охранники отчаянно отбивались от напрыгивающих зверей. Лошади ржали и лягались, то ли дерясь, то ли пытаясь сбежать.

«Не успеваю!» – отчаянно подумал Шиасу и ускорился. В руках заполыхала магия. В этот же момент на крышу кареты прыгнули два гилгалима. И тут же их снесло волной магии. В образовавшуюся дыру тут же вырвалась Айлла уже в демоническом обличье. Охрана ей что-то закричала. Ракхар не слышал, что именно, однако девушка рывком вытащила Сашу из кареты на крышу.

Демон запаниковал, видя два характерных силуэта на соседнем здании. Сейчас прыгнут! Суккуб же тем временем обхватила подругу под грудью и взмахнула крыльями. Гилгалимы прыгнули, желая сбить девушек, порвать обманчиво тонкие крылья. Шиасу зарычал, и магия вырвалась из его рук. Уже на излёте, почти потеряв силу, она достала обоих. Один из них взвыл, извернулся, пытаясь сбить огонь с хвоста и спины. Второй будто и не обратил внимания, что горит. Однако ему «помогли». Ледяная магия Айллы ударила ему прямо в грудь, сбивая с направления: зверь теперь падал не на карету, а куда-то назад.

Еще двоих таких же тварей сшибли чем-то охранники. Правда, один из них тут же свалился. Его коллеги быстро закрыли брешь, но стало ясно, что долго так они не выдержат. Впрочем, Шиасу уже добрался. Его огненная магия бросилась к самым ретивым зверям. Айлла же все-таки поднялась в воздух, таща Сашу.

Ох как легко было бы сейчас схватить обеих в охапку и утащить в свой мир. Увы… этого ему точно не простят. Полыхнуло еще какой-то магией, Шиасу не понял какой, но какой-то очень сильной. И буквально через полминуты все переменилось. На улочке оказалось какое-то совершенно невозможное количество мужчин в форме. На гилгалимов начали падать странные светящиеся белым огнем сети. Стоило такой коснуться перевертыша, как он явно насильно обращался в человека, к тому же магическая паутина липла к нему, как настоящая.

Шиасу сообразил, что прибыли люди его превосходительства Наенги. «Еще попозже заявились бы», – проворчал он, понимая, что по факту схватка заняла пару минут. Если военные ждали хотя бы в паре улиц отсюда, то появились они весьма и весьма быстро, что, впрочем, никак не умаляло его возмущения. Демон продолжил лететь к Айлле, по-прежнему зависшей над каретой. Подниматься слишком высоко она не стала, явно увидев прибывшее подкрепление. Ракхар только покачал головой. «Девочка моя, ну кто же расслабляется до окончания драки?»

И в этот момент его будто тряхнуло. Та самая странная магия полыхнула рядом, но ближе, куда как ближе, чем в прошлый раз. Прямо в небе появилась светящаяся зеленым рамка высотой в человеческий рост.

«Портал», – ужаснулся Шиасу, метнувшись вперед, чтобы зависнуть перед девушками. Сферический «щит» кинул на обеих, почти не глядя. От арки повеяло какой-то страшной, пробирающей до костей силой. Демон скривился, вдруг потеряв уверенность, что сможет противостоять этому непонятному противнику. И в этот же миг почувствовал, как воздух колыхнулся еще раз.

Ракхар резко развернулся влево, откуда ощутил эту новую угрозу. Сила здесь тоже зашкаливала, но другая. И понял, что на соседнюю крышу ворвался Итвальд Наенги. Амбриел даже не глянул на Шиасу, сразу уставившись на зеленую арку портала. Демон же потерял несколько драгоценных секунд, разглядывая силуэт зверя, полыхающего над главой гарнизона. Вот что Айлла имела в виду над божественным благословением. Фантастическая мощь присутствия чего-то невероятного, священного, основополагающего тряхнула все магическое, что находилось рядом. Даже Ракхар оказался впечатлен. Очевидно, тот, кто собирался выйти из портала, тоже не избежал потрясения. Потому что после минутной паузы немыслимого напряжения цвет телепорта стал тускнеть, и арка исчезла. Пропало и то ощущение чужой враждебной силы.

И Ито, и Шиасу какое-то время подождали, но ничего больше не произошло. Тогда они переглянулись и отпустили свою магию. Божественный зверь ушел, а Ракхар деактивировал боевые заклинания, уже готовые сорваться с рук. Мелькнула, правда, мысль о том, что вот сейчас вполне можно отправить их в соперника. Вряд ли он успеет выставить «щит». Но демон быстро отмел ее. Во-первых, наверняка на Наенги амулетов с полпуда. Во-вторых, чай не война, чтобы на подлость идти. В-третьих, Айлла не простит. Проклятые бабы, привычно подумал Шиасу, все из-за них. И тут же повернулся, чтобы посмотреть на свою. Заодно и «щит» снял.

Демоница бросила на него странный взгляд и потащила Сашу к крыше, на которой стоял Итвальд. Тот ловко поймал Шани и подал руку суккубу.

В этот момент в Шиасу что-то перевернулось. Будто какая-то черта оказалась пересечена. Все эти мелочи, важные или ничего не значащие, вдруг сложились – и терпеть дальше стало невыносимо. Эта тварь касается его, его, женщины! Его Айллы, к которой он так долго шел! Касается! Промелькнувшая перед глазами картинка сплетающихся в ночи тел окрасила мир в алый. Демона заколотило от еле сдерживаемой ярости.

Итвальд же именно в этот момент посмотрел на него. Посмотрел, явно оценил и – усмехнулся. Все, сука, сразу понял. На крыше оказались его люди, и он, поцеловав руку Айлле и сказав что-то своему адъютанту, отправил ее с подругой вниз, в карету. Сам же не пошел. Так и остался стоять на крыше и смотреть на Шиасу, будто приглашал… или нарывался.

Ракхар оскалился. Он помнил зверя, совсем недавно стоявшего за плечами Наенги, и отлично понимал, что тот никуда не ушел и просто ждет своего часа, возможности сорваться с поводка, выпустить свою силу наружу, потешить душеньку дракой… и победой. Да, Шиасу это помнил, но он касался его женщины!!! Почему-то именно сейчас терпеть и ждать стало просто невыносимо.

Шиасу медленно, не отрывая взгляда от Итвальда, опустился на ту же крышу. Амбриел шагнул вперед.

– Хочешь меня убить? – прямо спросил он.

– Невыносимо, – прорычал демон.

– Почему?

– Потому что она – моя.

– Ты серьезно так думаешь? – поднял брови Итвальд и усмехнулся. – Прелесть ситуации в том, господин облажавшийся, что даже если ты убьешь меня, она не станет твоей. Более того, я сказал бы – если ты убьешь меня, она точно не будет твоей.

Он посмотрел на противника, явно наслаждаясь произведенным эффектом.

– Даже если ты снова похитишь ее и засадишь в самую высокую башню, она сбежит и будет еще больше тебя ненавидеть. Поэтому имей достоинство, Шиасу Ракхар, и перестань преследовать ее.

– Если бы сегодня я не появился вовремя, девушек бы выкрали у тебя из-под носа.

– Все сегодняшнее было спланировано. Сейчас мои люди доставляют в тюрьму огромное количество схваченных нападающих. При таких цифрах несомненно, что кто-то из них да расколется, и мы наконец узнаем, зачем и кому понадобились девушки.

– Я тоже хотел бы знать, – кровожадно сверкнул глазами Шиасу.

– Я сообщу тебе о результатах расследования… если подозреваемые окажутся в других мирах, куда мне не дотянуться.

– Я хотел бы знать все, вне зависимости от того, кто и где эти самые подозреваемые.

– Много хочешь, – фыркнул Итвальд. – Я готов был с тобой сотрудничать, пока ты не стал преследовать мою даму, при этом уже зная, что мы пара. А коли так, то никакого сотрудничества.

– Вы не пара, – покачал головой Шиасу. – Иначе ты бы уже женился на ней.

Итвальд как-то странно посмотрел на демона и вдруг недобро улыбнулся.

– Знаешь, что самое приятное? – голос стал тише и будто доверительнее. – Что после тебя на ней даже жениться не нужно. Она теперь настолько не доверяет мужчинам, что предпочтет свободу всему, что хоть в чем-то лишает ее этой самой свободы. Включая брак. Удобно, не правда ли?

Ракхар даже отшатнулся от собеседника, во все глаза уставившись на него.

– Это… – «подло», – мысленно подобрал слово Шиасу, но не сказал, слишком уж мелодраматично это звучало. Он стискивал кулаки и думал, бить ими или магией.

– Она никогда не будет знать нужды в деньгах или внимании, – продолжал разглагольствовать Итвальд. – В пределах разумного, конечно.

– Зачем это тебе? – выдавил из себя демон. Что он прицепился к его девочке?

– А это очень удобно, – вновь неприятно улыбнулся Наенги. – Лучшей любовницы я не найду. К тому же еще Айлла уже сейчас поражает преподавателей по артефакторике своими работами. Через лет пять за ее амулетами будет выстраиваться очередь. Но они все пойдут на нужды мои и моей семьи. Суккуба легко подсадить на иглу из секса и благодарности. Она останется со мной даже, когда я женюсь.

– Зачем ты мне это говоришь? – протолкнул сквозь сжатое ненавистью горло Шиасу.

– Потому что ты мне надоел. Айлла видит тебя и переживает. Я хочу, чтобы она увидела твое поражение и успокоилась.

– Ты так уверен в себе?

– Разумеется. Священного зверя Наенги победить нельзя. Не в этом мире.

– Ты удивишься.

Итвальд наклонил голову.

– Нас никто не видит. Айлла с сестрой уехали. Мои солдаты тоже не слышат. Ты помог всех спасти, а теперь уходи. Уходи – и тебе не придется снова перед ней позориться. Как и уходить под ее взглядом.

Уходить под ее взглядом… Шиасу помнил, как это было в прошлый раз. Больше не хочется…

– Для тебя она все равно будет слишком неудобна. Со своим мнением, с требованием учиться, потом работать в мастерской, с такими друзьями, как я и ее «сестры». И она всегда будет помнить, что ты ее бросил. И никогда не станет доверять. Зачем тебе столько сложностей?

– А ты утешишь?

– Уже утешил. И еще утешу. Ей будет хорошо со мной, – Ито усмехнулся. – Поверь мне, она оглянуться не успеет, как станет полностью от меня зависеть и будет абсолютно этим счастлива.

Шиасу не понял, стоял «щит» у Итвальда или нет, но в любом случае его не хватило – в челюсть этот урод получил-таки. Да так, что отлетел на пару шагов. И уже на земле, вытирая кровь с разбитой губы, зло глянул на демона.

– Я так понял, что разуму ты не собираешься внимать.

Над Итвальдом вновь засветился тонкими сияющими лучами божественный зверь.

– Что происходит, Эно? – беспокоилась Айлла. Их с Сашей привели на какой-то пустырь, окружили «щитами»-сферами. Явно что-то намечается.

– Дуэль, госпожа Лия, – поклонился адъютант.

– Что? – не поняла демоница.

– Дуэль, – повторил ее собеседник так многозначительно и кивнул в сторону пустой площадки перед ними.

Айлла побледнела: на пустыре показались противники.

– Нет… – прошептала она. Резко развернулась к лейгентеру и схватила его за грудки. – Эно, они же убьют друг друга!

– Не волнуйтесь, госпожа, – с легким оттенком высокомерия улыбнулся младший Наенги, – его превосходительство под защитой божественного зверя. Пока жив этот мир, он непобедим.

Саша явно успокоилась при этой фразе, а Айлле поплохело. Руки сами собой разжались, и она обернулась к обоим дуэлянтам, во все глаза глядя на них.

«Ито решил убить Шиасу!» – мысль вызвала бурю в душе. Ударила так сильно, что девушка качнулась. Подруга незаметно поддержала ее, до боли сжимая локоть.

– Но… зачем?..

На самом деле причина ее совсем не волновала. Слова вывалились сами, будто кто-то подсказал. Так случается, когда все вокруг ждут именно этого вопроса. Айллу куда больше заботило, что ей сейчас делать. Как остановить это сумасшествие? Зачем им драться? Они же поубивают друг друга! Да, божественный зверь, но Шиасу – демон! Клан Ракхар! Даже если его убить, то Меррей не помилует. О хаос… Меррей точно уничтожит тут все! И тут же как кувалда ударила мысль: «То есть Шиасу не будет?.. Вообще не будет… Ни в одном из миров… Ни в одном… Хаос… о хаос…» Слезы наполнили синие глаза.

– Из-за вас, госпожа Лия, – ответил тем временем Эно, внимательно глядя на пассию начальника. – Его превосходительство понимает, что господин Ракхар так и будет докучать вам, ибо демоны не умеют отступать, пока им не показали силу. Его превосходительство, как и планировал, нашел те слова, которые привели к дуэли. Как мы видим, все удалось самым наилучшим образом.

Противники замерли друг напротив друга. Фигура перевоплотившегося демона отчетливо подсвечивала алым. Наенги против него казался мелким, но над ним уже выпростал когти божественный зверь.

– Наилучшим?! – ярость разве что не плавила девушку. – Наилучшим?!

– Разумеется, – все с тем же легким превосходством ответил Эно, – разве вы не хотели избавиться от вашего тюремщика и преследователя? Уверяю, после сегодняшнего он будет не в силах преследовать вас.

«Не будет преследовать…» – Айлле показалось, что ее ударили.

– Может, и правильно, а, Лия? – Саша осторожно взяла ее за ладонь с отчего-то прорвавшими человеческое обличье когтями. – Ты же так его боялась. Ито… Итвальд защищает тебя. Главное же, что Ито… Итвальд не пострадает. Я же правильно поняла вас, господин Наенги?

– Все верно. Господин Ракхар, несмотря на лечение и прошедшее время, еще не оправился от травм, которые получил в плену.

– Что?! – Айлла в ярости повернулась к адъютанту.

– Да, разумеется, демон этого не афишировал, но та тварь, с которой он сражался у портала, не так проста. Именно из ее… хм… выделений делают самый лучший блокиратор магических сил. Господина Ракхара, конечно, пользовали лучшие лекари, однако попасть под самую струю… да еще такая площадь поражения. Нет, это может вылечить только время. Полгода, как я думаю.

– Но… он точно может колдовать! – вспомнила Айлла.

– Да, но по нашей шкале заклятиями не сильнее шестого уровня из десяти.

«О хаос…»

– Зачем же он…

– Интересно, что такого ему сказал Итвальд? – задумчиво проговорила Саша, с удовольствием разглядывая скинувшего куртку Наенги.

Шиасу тоже избавился от камзола. Даже сейчас Ито казался воплощением вкуса, а Ракхар… тех самых желаний, которые приходят летними жаркими ночами и о которых совершенно невозможно никому поведать. Айлла жадно разглядывала его, невольно вспоминая, как касалась этих мышц, кожи, как ускорялось от ее прикосновений его сердце, как он на нее смотрел… «Хаос, о чем я думаю? Какая же я идиотка… Вспомни лучше, как он тебя по затылку приложил! Или потом – сразу по морде дал, чтобы поняла, что будет, если буду дергаться. Хаос, да и после! Поводок один чего стоит. И он ушел! Ушел! А потом гнал как беглого каторжника какого-нибудь! Пусть Итвальд с ним покончит. Пусть раз и навсегда это прекратится. С Итвальдом так хорошо. Он… он ни разу меня не обидел! Столько радости подарил! Ухаживал! Ничего не требовал взамен! С ним… с ним так весело и спокойно, нежно… приятно… Пусть даст Шиасу взбучку. Этому проклятому демону пора раз и навсегда уяснить, к кому нельзя лапы тянуть! Только не убивай его, Ито! Не убивай!.. В смысле тогда Меррей отомстит. Нам этого не нужно. Да, именно».

– О боги, какой же он крутой, – Саша не могла оторвать взгляда от Итвальда. Айлле же казалось, что, несмотря на все внутренние увещевания, она умрет прямо здесь. «Пожалуйста, не убейте друг друга».

Первые удары магии полетели в противников.

«Тебе, конечно, наплевать, однако я не собираюсь подставлять под заклинания случайных людей», – так сказал этот проклятый Наенги Шиасу, предлагая переместить дуэль в другое место. Увидев здесь Айллу, Ракхар понял, что все подстроено. Похоже, местный глава гарнизона не зря ел свой хлеб. В планировании и понимании ситуации ему нельзя было отказать. Проклятье!

«Девочка моя, – Шиасу с болью смотрел на белую как снег демоницу. Ее укрыли ”щитами” в три слоя, но даже это не скрыло ее несчастные, почти больные глаза. – О ком ты волнуешься, детка? Ты правда его любишь? Боишься за него?» Будто в ответ губы девушки дрогнули. Ему показалось, что он услышал безмолвное: «Не убивай его». Стало так больно, будто тогда, когда он узнал о ее смерти. Мнимой, но тем не менее. «Неужели ты правда его любишь?»

– Приступим? – Наенги тряхнул руками, на кончиках пальцев засверкала магия.

Шиасу бросил еще один взгляд на Айллу, стараясь впитать в себя весь ее образ. Кто знает, может, ему больше не придется ею любоваться… И нехотя кивнул.

– Приступим.

И тут же ударил полыхнувшей по глазам молнией. Демон бил и бил, магия роилась сотней огненных шаров, верткими пламенными змейками, мерцающими опасными вспышками, сверкающими все проникающими стрелами. Удары сыпались со всех сторон, пробуя защиту амбриела любыми возможными способами. Но «щиты» вокруг него вспыхивали бело-золотым пламенем, гулко, недовольно звенели, однако не рушились. В те короткие мгновения, когда они исчезали, в Шиасу летели ответные заклинания. Наенги тоже потренировался изрядно, обрушив на противника весь спектр боевой магии.

Впрочем, оба понимали, что это только прелюдия. Весь этот фейерверк не значит ничего, кроме как проверить врага, прощупать реакции, понять уровень его силы. Настоящая битва пойдет потом – заклинания на грани возможностей и самое-самое мощное оружие. И оба выжидали. Тут важно было не ошибиться. Не открыться раньше времени. Не упустить шанс, когда ошибется соперник. Не пропустить момент. Каждый из них знал – возможностей будет немного. Вероятно, только одна. Тот самый миг, когда противник будет готовиться к тому самому – мощнейшему – удару. Вот в те доли секунды нужно ударить. За мгновение до того, как он выпустит силу. Если хочешь выжить. За полмига до этого он откроется. И вот тогда. Тогда. Не пропустить.

Этот мир любит потомков своих богов. И шансов у чужака почти нет. Но даже Наенги умирают. И не только в постели от старости. Сколько их гибнет в бою! Так почему не в этом? Демоны даже от собственного мира не ждут помощи. И потому так сильны. Они привыкли к борьбе, к драке и более чем кто ли созданы для войны. Вот и сейчас Шиасу всей кожей почувствовал дрожание магии. Будто натянулись невидимые струны. За эхом другой магии зазвенели серебряные нити чего-то невероятно мощного, чего-то, от чего Ракхар бы предпочел в обычной ситуации отступить. Цунами не остановить. Как бы ты ни был крут, есть силы, против которых не устоять. Если только не рвануть наперерез в тот самый – единственный – миг. И Шиасу был готов. Вот сейчас. Вот сейчас уже…

И в этом ожидании, которое для других спрятали за почти декоративной магией, в эти напряженные мгновения, когда демон будто весь обратился в открытый нерв, в олицетворение готовности, в воздухе прозвенело еще одно неучтенное колдовство. Если бы Ракхар не напрягал все свои чувства, чтобы не пропустить тот самый миг, он не ощутил бы или не обратил внимания… но сейчас эта новая сила резанула, будто нож по струнам. И хаос бы с ней – если бы не стороны, где стояла Айлла.

Презрев все правила боя, все доводы самосохранения, Шиасу обернулся к своей девочке. И увиденное – здоровенный, похожий на сияющее окно портал, распахнувшийся рядом, – заставило его кинуться наперерез. И плевать, что божественный зверь Наенги уже устремился к нему. И что он не успевает защититься и остановить чужую магию. Плевать.

Случаются в жизни такие мгновения, когда не остается больше ничего, кроме единственного, самого правильного, самого главного действия в жизни. Никакие доводы разума, вопли инстинкта самосохранения, логические умозаключения или рассуждения в этот миг не действуют. Вся жизнь, все существо, все чувства концентрируются на этом действии. И нет ничего важнее. И не совершить его невозможно. Это сосредоточие всего того, что составляет смысл жизни, души. И рывок Шиасу наперерез атакующему Айллу колдовству был им, тем самым действием.

Весь поединок демоница смотрела ни жива, ни мертва. Когда заклинания неслись в Итвальда, она готова была собственноручно придушить Шиасу. Когда ответная магия падала на Ракхара, Айлле хотелось метнуться к нему и добавить свои «щиты» к его обороне.

– Скажи мне, – вдруг спросила Саша каким-то другим, более взрослым тоном, – за кого из них ты переживаешь?

– За обоих, – не успев подумать, ответила суккуб и тут же забыла вопрос. Поэтому, когда подруга продолжила, ей потребовалось почти мучительное усилие, чтобы вспомнить, о чем речь.

– Но ты же понимаешь, что тебе придется выбрать?

«Я выбрала», – хотела ответить Айлла и в тот же миг поняла, что врет себе. Или все же нет?

А потом… зверь Наенги неожиданно проявился в реальности – и это было страшно. Воздух над Ито вдруг прорезали светящиеся бело-золотым линии. Каким-то невероятным образом они сложились в силуэт зверя. По нервам ударило его силой. И в этот момент Шиасу помчался в сторону. В сторону? К ней! Что он творит?! Пытается ее похитить? Прикрыться ею? Да нет! Он не… В тот же миг Айлла поняла, что демон смотрит куда-то вверх, что находится позади нее. И совсем не глядит в сторону несущегося зверя. Его вроде еще и нет в реальности, но всей кожей чувствуешь угрозу. Приближающуюся с невероятной скоростью угрозу. Проклятье, Шиасу!

Айлла рванулась вперед, выпуская перед собой магию. Она и сама не поняла, что. Что-то вроде ледяного «щита», прикрывая им открывшегося Ракхара и матеря его на все лады. И тут же почувствовала, что какая-то другая сила накрывает ее. Нет, не зверь. Что-то иное. Оно тащило к себе девушку, как водоворот затягивает неосторожного пловца. Демоница сопротивлялась ему как могла.

Зверь Наенги прыгнул к ней, но «щит» чуть притормозил его.

– Саша! – заорала ему Айлла. Божественная тварь словно послушалась и скакнула к «сестричке». Суккуба же схватил Шиасу, швырнув в затягивающий их портал какую-то магию. И все бы обошлось. Но в этот момент что-то громыхнуло, и чужая сила будто увеличилась в два раза. Айлла и выдохнуть не успела, как ее поволокло по камням, подняло в воздух. К ней бежали двое – и Ракхар, и Итвальд. Но первый просто физически оказался ближе. Он прыгнул вперед, махнул крыльями и схватил ее за талию.

Чужая сила громыхнула еще раз, вновь увеличившись в разы, и обоих демонов затянуло в портал.

Он тут же схлопнулся.

Айлла очнулась от боли и никак не могла прийти в себя. Что случилось? Дуэль этих двух придурков… Фейерверк боевой магии. Зверь Наенги. Какой-то неучтенный портал в воздухе, совсем близко. Похоже, ее затянуло-таки в него. Понятно, почему все болит – нет ничего хуже сбитой телепортации. Как жива осталась только… А полностью ли?

В ужасе демоница распахнула глаза, попыталась ощутить разом все части тела и понять, на месте ли они. И что, хаос побери, ее к земле-то прижимает? И вообще где она?

К ее невероятному смущению, оказалось, что она лежит на груди Шиасу. Одна его большая ладонь закрывает ее голову, вторая спину на уровне ребер. О хаос, а он!.. С ним все в порядке?

Девушка резко изогнулась, во все глаза разглядывая мужчину. Какой-то он бледный… Она видела верхнюю часть тела, и то только с одной стороны. А вдруг он спиной упал на какой-нибудь камень? Тут Айлла огляделась, подумав, что правильно ее не взяли на боевой факультет: только сейчас сообразив, что вокруг могут оказаться враги.

К счастью, пока никаких врагов рядом не наблюдалось. Правда, где она с Шиасу находится, тоже непонятно. Долина меж гор, травка, земля. Ну хоть дышать можно. Могли и в какой-то совсем уж враждебный мир попасть…

«Так, Шиасу…»

Айлла попыталась осторожно слезть с него, чтобы оглядеть на предмет повреждений. Что-то тревожно, что он до сих пор не пришел в себя.

Стоило ей двинуться, как мужчина застонал.

– Что? Шиасу! Где болит?! – демоница отодвинулась более решительно, во все глаза оглядывая Ракхара, ища кровь и переломы.

В ответ послышались сдавленные проклятия. Признаться, они немного успокоили Айллу.

– Ты цел?

Оказалось, Шиасу умудрился упасть на спину и крылья.

– Перекидывайся, – подумав, приказала девушка. Она прекрасно понимала, что в обычной ситуации мужчина сумел бы сгруппироваться и меньше бы пострадал. – Так быстрее придешь в себя.

Демон недовольно зыркнул на нее. Шипя сквозь зубы, перекатился на живот, приподнялся на руках и выгнулся, меняя форму. На землю сел уже в человеческом обличье.

– Полегче? – участливо спросила девушка.

Шиасу поморщился, но ругаться и стонать перестал.

– Ты знаешь, где мы? – оглянулся он, внимательно рассматривая местность вокруг. Сплошная природа, никаких следов цивилизации.

– Не представляю, – Айлла тоже сидела на земле, чувствуя себя ужасно неловко. – Хотя бы что за мир – понять.

– Да это же. Как его… Цинай. Если бы нас в другой перекинуло, я бы почувствовал. Телепортация не была такой уж долгой. Мы где-то в Цинае, даже не думаю, что сильно далеко занесло.

– Правда? – удивилась девушка. Потом подумала, что погода, да и растения действительно не сильно отличаются. Хоть в ботанике она и не особо разбирается. – Ты понял, что случилось?

– Судя по всему еще одно похищение, – пожал Шиасу плечами, поморщившись. – Вас с Сашей должно было затянуть в портал, но я успел первым. Попытался магией его разрушить. Но тот, кто его держал, очень силен, – демон нахмурился. – Очень-очень. Все, что мне удалось, сбить направление.

– Ты рисковал, – нахмурилась Айлла.

– Да, – кивнул мужчина. – Не особо умно. Но в той ситуации иных решений не нашлось. Слишком быстро. И, – двумя пальцами он сжал переносицу, – очень сильный противник оказался. Я бы сказал… – и Ракхар замолчал, после паузы продолжил: – Не демон. Даже не высший демон. Что-то другое. И это мне не нравится.

А уж как это Айлле не нравилось.

– Кому-то не тому вы перешли дорогу.

– Вряд ли дело в наших поступках, – неожиданно осенило демоницу. – Если это кто-то такой крутой… то, что ему могли сделать мы? Нет, тут что-то другое…

– Тоже верно, – согласился Шиасу. Потом потянулся и, морщась, поднялся. Протянул руку девушке.

Та подумала-подумала и приняла ее.

– Тебе не нужно было драться с Итвальдом, – вспомнила Айлла.

– Не бойся, не убил бы я его.

– Так бы он и дал себя убить. Тебе просто не нужно было с ним драться.

– Знаю. Пошли.

– Куда?

– Давай до озера дойдем. Может, там есть кто-то, кто ответит на вопросы.

Озеро находилось в самом центре долины. Небольшое и очень красивое.

– Не вижу домов вокруг.

– Варианты?

– Эм… пошли…

Шиасу взял ее за руку и направился к озеру. Через полминуты Айлла попыталась высвободить свою ладонь. И он отпустил. Паразит!

– Вообще это очень похоже на горы вокруг этого вашего Тоосула.

Парочка дошла до озера, умылась и теперь сидела на поваленном бревне в паре шагов от отраженного в воде неба.

– Не знаю. Я одну гору от другой не отличу вот так вот.

– Мы, когда нас сюда в прошлый раз выкинуло, по вот таким местам шарились какое-то время. Таких долин, правда, не попадалось. И озер тоже. Но в целом похоже.

– Мы?

– Твой крендель разве не рассказывал?

– Рассказывал, конечно. Ему пришлось устраивать их в больницу, а потом еще и заниматься их судьбой.

– Не все решили вернуться в свой мир, – кивнул Шиасу, стараясь не морщиться на этот укол. – Я предлагал. И денег дал, подъемные вроде как.

Айлла хмыкнула.

– В чужом мире этого, знаешь ли, не всегда достаточно.

– Я понял, ты хочешь сказать, что твой Наенги крут как эти горы. Верно?

– Верно!

Шиасу внимательно посмотрел на девушку, готовую дерзить и отстаивать свою точку зрения, и мягко произнес:

– Мне не особо приятно это говорить, но я очень хорошо осознаю, что Итвальд Наенги действительно имеет массу положительных качеств. И я знаю, что ты спишь с ним. Конечно, я предпочел бы, чтобы ты выбрала кого-то похуже. С ним соревноваться было бы легче. Но ведь это же ты. Ты не могла польститься на что-то мелкое и слабое. За это я тоже ценю тебя. Ценю, не осуждаю… хоть и ревную.

Теперь уже Айлла во все глаза смотрела на собеседника. Сказать по правде, его слова поразили ее в самое сердце.

– Ты точно Шиасу Ракхар? – со сдавленным смешком наконец спросила она.

– Совершенно точно, – улыбнулся мужчина, и от этой улыбки – взрослой и такой теплой – у нее по коже побежали мурашки. – Это я. Только осознавший, каким дураком был, прошедший очень многое и… потерявший любимую женщину.

Не в силах это слушать, Айлла закрыла лицо руками.

– Не говори так.

Демон нежно взял ее за запястья и потянул на себя, поглаживая кожу на них.

– Ну что ты, девочка моя, – мягко шепнул он. – Не прячь личико.

Девушка отняла руки от лица и возмущенно посмотрела на него.

– Ты смеешься! – обвинила она.

– Совсем немного, – не стал отрицать Шиасу. – Я просто очень счастлив, что мы наконец рядом.

– Рядом, но не вместе! – поспешила уточнить Айлла, отнимая свои руки, все так же находящиеся в его загребущих ладонях.

– Хотя бы так.

– А тебя не волнует, что мы невесть где и отправил нас сюда какой-то очень сильный враг?

– Признаться, куда меньше, чем то, что ты сидишь рядом.

– Перестань! – как ни старалась Айлла сохранить серьезность, но чувствовала себя маленькой девочкой, которую поддразнивает друг старшего брата. Она поднялась, чтобы хоть так отдалиться от того, кто так ее смущал. И с чего бы? – Нам может грозить опасность!

– Пусть найдут сначала, – хмыкнул Шиасу и тоже встал. – Я сбил конечную точку телепорта.

– Итвальд найдет меня, у меня его амулет. Правда, я не уверена, как далеко и точно он действует.

– Сначала ему придется спрятать Сашу так, чтобы ее за это время не похитили, – недовольно пробурчал Ракхар.

– Это же ее должны были похитить, верно? – обхватив себя руками, спросила Айлла.

Шиасу не выдержал и обнял ее сзади, будто пытаясь согреть.

– Думаю, да. Ее поклонник не оставляет попыток.

– Проклятье, да кто же это?! Зачем ему Саша?!

– Чем-то она очень ценна.

Айлле захотелось завыть от одних и тех же вопросов, которые она уже миллион раз гоняла в голове по кругу.

– Нам нужно выбираться отсюда. Негоже вешать на Итвальда еще и заботу о Саше. Я волнуюсь за нее. Хаос, да за что же ей такое?

Шиасу обнял девушку покрепче. Он подумал, что сейчас хорошее время сказать, что Вайлена с подругами жива, но вдруг заметил один нюанс.

– Скажи, а где твои амулеты?

Разумеется, Айлла выкрутилась из его рук. Артефакты были привычно оформлены в виде украшений.

– Только… что-то с ними не то… – Девушка еще не поняла то, что почувствовал Шиасу: его руки находились недалеко от амулетов, и никакого импульса от них не исходило. Так не бывает. По крайней мере, с теми артефактами, которые должны указывать местоположение одного человека другому. – Они не работают! – Айлла в ужасе перебирала все свои обереги. Что-то подарил ей Итвальд, другие она купила, третьи сделала сама. – Почему они не работают? – Глаза девушки стали просто круглыми. – А у тебя?

– Хм… – мужчина тоже перебрал свои амулеты. – Работают только самые сильные, – он показал ей браслеты, явно выкованные в пламени демонического мира. Перстень на мизинце тоже магически подмигивал. Шиасу потянул из ножен свою катану. Айллу вновь на миг охватил совершенно неуместный восторг. Клинок гневно полыхнул алым и спрятался обратно. – Вот так вот… А остальное хоть на мусорку.

– Не смей! – возмутилась Айлла. – Наверное, какая-то аномалия. Выйдем за ее пределы, и все восстановится. Даже если нет, там материалы! Работа!

– М-да, ты явно становишься артефактором.

Девушка презрительно фыркнул, чтобы и не думал насмешничать.

– Кстати, и магия отзывается с некоторым усилием, – Шиасу осуждающе посмотрел на огненный шар в руке. Тот получился куда меньше, чем обычно при подобных усилиях.

Демоница тут же попробовала любимое заклинание и обнаружила, что ее сила тоже упирается.

– Хоть не полностью пропала, – покачал головой мужчина. – В последнее время это случается со мной просто с ужасающей регулярностью.

– Похоже, тебе нужно сменить круг интересов, – попробовала пошутить девушка.

– Вот еще. Не дождутся.

Айлла отвернулась, оглядываясь. Нужно понять, куда дальше двигаться… и просто необходимо перестать на него смотреть…

Вокруг… было красиво. Картинка, а не место – трава зеленая, в озере небо отражается, горы обрамляют. Причем те, что поближе, – пониже, но чем дальше, тем выше. Прав Шиасу – похоже на Армитейский хребет.

Девушка распахнула крылья и поднялась в воздух. Ветер мгновенно ударил в лицо… и голову. Как же она любит летать! Демоница устремилась вперед, больше желая поймать это удовольствие, чем действительно что-то разведать. Ей пришлось напомнить себе два раза, что необходимо осматриваться. Как же хорошо! Как свободно! Как же хотелось, чтобы Шиасу летел рядом… в смысле Ито, конечно. Мысль отрезвила. Пока она тут прохлаждается, Итвальд, наверное, там с ума сходит. И Саша тоже. Проклятье!

Сделав круг, Айлла приземлилась рядом с Ракхаром, который все это время наблюдал за ней, приставив ладонь ко лбу. Вот только что за странное выражение лица?..

– Я все думал, вернешься ты или нет… – задумчиво произнес мужчина, все разом пояснив.

Сначала демоница испытала угрызения совести, что действительно не предупредила о своих намерениях, однако потом…

– Неприятно, правда? – произнесла она, глядя ему прямо в глаза.

Они стояли друг против друга, как два врага на поле боя, и каждый из них вспоминал один и тот же момент – лестницу в доме Ракхара и его уход. Рука Шиасу дернулась вперед в попытке дотронуться до девушки, но Айлла чуть отклонилась, и он опустил ладонь.

– Прости меня, – произнес мужчина. – Я не должен был уходить тогда. И не должен был даже отвечать на вызов дяди. Это было глупо, инфантильно и жестоко.

Как долго Айлла ждала чего-то подобного. Как она хотела, чтобы он осознал! Чтобы понял! Прочувствовал! Хотела его извинений! И что – вот они прозвучали… И ничего. Только больнее стало. От желания причинить ему такую же боль внутри все дрожало. Слезы обожгли глаза. Захотелось накинуться на него с кулаками, выкрикивая обвинения и оскорбления. Чтобы он, сволочь, понял, понял… Разумеется, ничего этого Айлла не сделала. Она хмурилась и смотрела на него.

– Нет, – наконец покачала девушка головой. – Не прощаю.

Шиасу тяжко выдохнул. А чего он ожидал? Она – демоница. Это не обычные человеческие женщины, которые за пару добрых слов могут и побои забыть. Кстати, за «поводок» и тот удар в их первую встречу придется тоже долго прощение вымаливать.

«Проклятые бабы, – смиряясь, подумал мужчина, – рехнешься с ними, но и без них не жизнь. Это, наверное, какой-то особый механизм защиты, – мысли скакали по поверхности сознания, чтобы не погружаться с размышления о том, что на самом деле значит это ”нет”, – дабы демоны не плодились совсем уж без счета. Или еще какая ерунда. Не может такой характер у всех наших баб быть просто так… ну не может быть…»

– Хотя бы подумай об этом, – вздохнул Шиасу.

– Вблизи я не заметила каких-то признаков людей. Ни дорог, ни домов, – произнесла Айлла, не готовая сейчас дать ответ. – Но там, – она махнула рукой куда-то в сторону, – вроде бы есть какие-то строения. Четко я их не рассмотрела, слишком далеко. Пешком мы туда будем вечность добираться. Как твое крыло?

– Вот та гора? – Ракхар тоже решил перевести тему. – Которая с округлой вершиной?

– Нет, за ней которая. Где макушка будто срезана, – девушка критически оглядела мужчину. – На своих двоих действительно долго выйдет.

– Да ладно, не вечность. Пару-тройку дней, смотря, что там за почва, есть ли проходимый путь. Крыло сегодня поберегу. Завтра посмотрим. Может, и сможем полететь.

– Ну пошли тогда, – вздохнула Айлла, опять недовольная произошедшим. Демоница и сама не понимала, что ей не так. Но то, что Шиасу так легко отставил объяснения, тоже не понравилось. Вот, казалось бы, чисто деловой разговор – как хотела, никаких эмоций. Но задевает. Проклятые мужики! Одни сложности с ними!

В тот же миг демон поймал ее за руку и легонько сжал ладонь. Глупое сердце пропустило удар, а затем, как водится, застучало с удвоенной силой. Айлла с досады – да, только поэтому! – прикусила нижнюю губку. Шиасу будто специально посмотрел именно на нее. Наверное, поэтому не сразу поймал вопросительный взгляд девушки. Да и руку не отпустил.

– Что?

Маленькая пауза, потом мужчина пояснил:

– Давай сегодня останемся здесь.

– Почему? – удивилась Айлла, чувствуя подвох.

– Место хорошее. Опасность будет видна издалека. Магия хоть и затруднена, но не отсутствует. А если такая аномалия есть, то вероятность дальнейшего понижения силы в горах весьма высока. Вода всегда усиливает природную магию. Да и твой крендель, возможно, будет ориентироваться на это место. Иногда телепорт можно отследить.

Все так разумно звучало, что даже придраться не удалось. А очень хотелось.

– Хорошо, – подумав, кивнула девушка, чтобы не выглядеть совсем уж неадекватной. Но ладонь отняла.

– Отлично, – как-то уж слишком довольно улыбнулся Шиасу. – Тогда давай обустраивать лагерь. Я предложил бы тебе передохнуть, но мне придется идти за хворостом вон к тем деревьям, и я не хотел бы оставлять тебя одну в месте, от которого не знаю, чего ожидать. Прогуляешься со мной? – и протянул ей руку.

Айлла уже дернулась взять ее, однако в последний момент остановила себя. Хмуро посмотрела на демона, тот только усмехнулся и пошел вперед. «Вечер не будет легким», – подумала девушка, последовав за ним.

В лесу они немного разошлись, чтобы не хвататься за те же ветки.

– Увидишь какие-нибудь ягодки-грибочки, присмотрись на предмет, можно ли съесть, – Шиасу почесал затылок, – и не сдохнуть.

Айлла хмыкнула и пошла в сторону.

– И не отходи далеко! Если что – кричи.

Девушка кивнула без споров. Довольный подобной покладистостью, Ракхар отправился собирать хворост, втайне мечтая, чтобы рядом оказался хоть какой-нибудь завалящий разбойник или зверь, который бы напугал Айллу, и он, Шиасу, героически ее спас. В конце концов, разве не для этого мужчины существуют? Добывать еду и защищать. Кстати, о пище насущной нужно позаботиться. Сначала костер, чтобы не замерзнуть. Потом поставит охранное заклинание помощнее, чтобы можно было уйти спокойно. Девушка будет греться, ждать его в безопасности, а он притащит какой-нибудь дичи. За подобными рассуждениями мужчина собирал то, что можно использовать под дрова. Взгляд его вдруг зацепился за нежный синий цвет в траве.

Оказалось, какие-то цветы вроде колокольчиков. Красивые. Шиасу задумался. «А цветов-то я Айлле и не дарил». Вспомнил чью-то фразу, что женщина всегда будет помнить не подаренные цветы. Нужно срочно исправляться. Сгрузил собранные деревяшки на землю и принялся аккуратно срывать эти синие красотульки. И так увлекся, что на вскрик где-то сбоку среагировал не сразу, а секунды через полторы. Позорище!

Айлла!

Демон мчался со всех ног, кляня себя на все лады. Думал же, что может быть опасно! «Зато спасу! Стану героем для нее!» – успокаивал он себя, изрядно перетрухнув. В последнее время рядом с его девочкой слишком много опасностей. Похищения эти, оборотни клятые. Хаос, только бы с Айллой все было в порядке!!!

С Айллой было все в порядке. Она стояла над тушей дикого кабана. С одного бока зверя будто поджарили, с другой подморозили. Демоница явно пребывала в смущении от такого результата и держала руку с катаной позади.

– Он выскочил, и я… вот… – «пояснила» девушка.

Шиасу оторопело разглядывал картину. Потом его разобрал дикий смех. Защитник! Добытчик! И только видя, что Айлла начинает обижаться, с трудом остановился.

– Я так понимаю, вопрос с ужином решен.

Девушка подумала-подумала и улыбнулась.

– Ну в конце концов я – женщина. Вот, позаботилась о… – «своем мужчине», – об ужине.

– А ты знаешь, как его теперь приготовить? – не мог не подначить Шиасу.

– Это детали, – отмахнулась Айлла, пряча в пространственный карман катану. Потом вдруг указала на левую руку Ракхара. – А это что?

В этот момент демон понял, что, бросившись на помощь, совершенно забыл про собираемый букет. Цветы оказались судорожно зажаты в его ладони. И, несмотря на стойкость, которую никогда не проявили бы обычные колокольчики, выглядели потрепанными, но не потерявшими свои красивые головки.

– Да вот… хотел тебе подарить, – что уж скрывать? Обескуражено оглядел этакое великолепие и расстроено вздохнул. А когда поднял глаза в образовавшейся паузе, и сам замер. Айлла смотрела на него огромными, полными чувств глазами. Столько всего в них было сейчас – и слезы, и улыбка, и грусть, и радость. Именно этот взгляд не позволил Шиасу по-тихому выкинуть получившееся недоразумение. Вместо этого он протянул его девушке, и она приняла. Приняла! Прижала к себе, вдохнула запах и улыбнулась. Так нежно, так больно.

– Спасибо, – прошептала на выдохе.

Шиасу пообещал себе, что будет дарить ей цветы постоянно – по поводу и без. Ради этого «спасибо», ради ее улыбки и полных чувств глаз.

«Я люблю ее», – как-то вдруг снова осознал демон. Осознал до печенок, до самого дна души.

Ракхару не сразу удалось взять себя в руки. Он подозревал, что долго стоял и пялился на девушку с видом совершеннейшего идиота. Может, и нет. Но ситуацию нужно срочно выправлять. Поэтому Шиасу улыбнулся и, примерившись, ухватил добычу своей любимой женщины и взвалил на плечо.

– Пойдем, я там такую гору хвороста набрал…

Айлла, вновь не споря, пошла рядом. Они вернулись по просеке, оставшейся после его забега. Шиасу магией подцепил дрова, и демоны направились к озеру.

Суетиться рядом с девушкой, организовывая костер и ужин, оказалось неожиданно уютно. Пусть кабана завалил и не он, зато он знал, как его приготовить в походных условиях. Воду для питья смог организовать, магией выдолбив – пусть и грубые, но все же – чашки и миску для кипячения из камня. Айлла же восторженно ахала и мило мешалась, в смысле пыталась помочь.

Какое-то время спустя они сидели у костра, кушали, пили нечто вроде слабенького компота из опознанных трав и ягод. Разговор тоже шел, но про всякие глупости – бытовые мелочи, погоду, еду. Однако Айлла вдруг поймала себя на мысли, что ей… хорошо. Даже уютно. Приятно. Волнительно.

Она пыталась себя одернуть. Думала о том, что находится невесть где, что на них с Сашей снова напали, что подруга сейчас в опасности, что Итвальд волнуется. Напоминала себе о том, как Шиасу ее хотел продать. Более того, затеял ее похищение. Надел ментальный поводок, причинял боль, ушел тогда… И все равно. Прошлое будто растворялось в этих тихих сумерках, что неторопливо опускались на землю. Предметы теряли четкость, и вместе с ней уходило то, что раньше казалось нерушимой стеной между ними. Еще несколько часов назад Айлла собиралась стоять насмерть, если Шиасу вдруг вновь попытается получить то, что он так хочет… И вот… она совершенно по-глупому улыбается его шуткам и тем мелочам, что он сейчас для нее делал. Этим жутким чашкам, истрепавшимся цветам, его серьезному и такому деловому копошению над кабаном. Тоже оказалось не такое уж простое занятие – снять шкуру, выпотрошить, зажарить. Хорошо, что ее избавили от подобных дел.

Демон натащил каких-то веток, должных исполнять роль ложа. Тут Айлла задумалась, что плащ у них только один. А спать на этой, прости хаос, подстилке без хоть какой-то прослойки – извращение. Выпихнуть на голые ветки Шиасу? Вот ведь, зараза… «Выпихну, – решила девушка. – Вот полезет – и обязательно выпихну!»

Но пока Ракхар никуда не лез. Он заботился об их ужине… и получилось вкусно. Вроде бы все так просто, однако почему-то кое-где подгоревшее и не такое уж мягкое мясо показалось Айлле преотличным. Облизываясь и стараясь не заляпаться в соке, демоница слопала свою порцию и попросила добавку. «Проголодалась», – подумала она, старательно гоня от себя мысль, что ей нравится эта забота. И то, как Шиасу на нее смотрит. Под его взглядом она чувствовала себя… восхитительной, желанной… единственной.

«Он проехал за мной два мира… И это если не считать нашего и Базарного Перекрестка. Зачем?.. Вряд ли я еще нужна Неркам или родственничкам… Уязвленное самолюбие? Глупо… Зачем ты здесь, Шиасу?»

– Наелась? – улыбнулся демон.

Айлла в очередной раз глупо улыбнулась и кивнула.

– Надо руки вымыть… – после пятой или шестой уже похвалы повару заметила она. – Да и вообще… покупаться. Обещаешь не подглядывать? Не хочу потом в мокром белье сидеть.

– Разумеется, – кивнул Шиасу. – Я все и так отлично помню.

– Мерзавец! – вспыхнула Айлла и тут же поймала его подначивающую улыбку. – Мерзавец! – повторила она уже спокойнее, даже с некоторым одобрением.

Каким же теплым стал его взгляд сейчас! Сколько в нем появилось нежности и ласки. Почти ощутимой, чес-слово!

– Я очень хочу все это увидеть снова, но не украдкой, а с полного твоего дозволения, – просто сказал демон. И от этого Айлла смутилась с новой силой.

Пробормотала что-то вроде «Этого никогда не будет» и сбежала к озеру, отчетливо понимая, что явно не убедила.

И этот мерзавец, как и обещал, не подглядывал! Вообще!

Вода оказалась прохладной, лишь поверху теплой, нагретой за день солнечными лучами. Айлла привыкла очень быстро. Блаженствуя, она плавала то вперед-назад, то вдоль берега. И потихоньку приводила мысли в порядок. В конце концов ничего страшного не произошло. Итвальд позаботится о Саше, Саша – о Мици, а то, что они с Шиасу сюда попали… выберутся! Или Ито их найдет, или сами. Главное, не в лапы злодею. Да-да, именно это важно. Ну а то, что они вдвоем здесь, – глупости. Надо просто держать свои суккубьи инстинкты на привязи и не поддаваться собственной глупой женской натуре.

Айлла нырнула, словно это могло остудить голову, вернее, те жаркие мысли, образы, которые там возникали при виде Шиасу. «Это, наверное, какая-то расовая особенность, – пыталась рассуждать девушка. – Высший или почти высший демон проявляет интерес, и мозги отказывают. Я же понимаю, что Ито лучше… нет, не так, мне с Ито лучше… поэтому не должна ничего к Шиасу испытывать». Однако она испытывала. Столько всего… столько всего…

В этот момент теплые руки обхватили ее за талию и прижали к крепкому мужскому телу. Оказалось, она уже минут пять просто стоит в воде где-то по плечи, чем этот мерзавец и воспользовался.

– Нет, – покачала головой Айлла.

Одна из ладоней скользнула с ее талии по рукам вверх и коснулась шеи девушки, заставляя ее откинуть голову на плечо Шиасу. Демон принялся поглаживать чувствительную кожу, доходя до подбородка, основания челюсти и возвращаясь к ключицам.

– Я так скучал по тебе, – прошептал мужчина. Большой палец коснулся ее губ, а ладонь заставила Айллу повернуть голову.

Отчаянно захотелось застонать. Внутри что-то буквально распирало, рвалось наружу, жаждало прорваться в стоне, выходе, может, даже всхлипе или хныканье, но демоница до боли прикусила губу с внутренней стороны, заставляя себя молчать. А взгляд отвести не смогла, когда он наткнулся на алые всполохи в глазах Шиасу.

Она смотрела в них и никак не могла насмотреться. Как же красиво… красиво… И взгляд такой нежный. В нем просто плавишься…

– Так скучал… – Шиасу гладил девушку по шее, подбородку. – Какая же ты красивая…

– Это суккубья магия и…

– Глупости, – демон положил палец на ее губы. – Это ты. Ты – сквозь любые личины и образы. Это ты – красивая. Именно ты.

– Ты не узнал…

Ей снова не дали договорить.

– Я подумал: почти такая же красивая, как моя Айлла.

– Я не твоя, – слабо запротестовала девушка.

– Моя, – прошептал демон и наклонился к ее губам. Уже от ощущения его дыхания на коже закружилась голова и опалило жаром. Айлла хотела сказать «нет», но стоило ей приоткрыть губы, как их тут же поцеловали. Поцеловали нежно, осторожно, так трепетно. Захотелось застонать, всхлипнуть, оттолкнуть и прижаться одновременно. «Шиасу… Шиасу… Шиасу…»

Наверное, он испытывал что-то похожее, потому что целовал так, будто она была самой любимой, самой желанной, единственной. И это чувство росло, росло, пока не превратилось во что-то невероятно обжигающее, огненное, жаркое и жадное. Айлла не поняла, когда ее развернули, когда этот мерзавец запустил руки в синие волосы, когда поцелуй из осторожного и трепетного превратился в страстный, полыхающий пожар. Они целовались как бешеные, обнимая друг друга, прижимаясь, вжимаясь друг в друга, и, казалось, озеро вскипит от их страсти.

Айлла так и не смогла понять, что изменилось. То ли мелькнула мысль об Итвальде, то ли природная осторожность проснулась, то ли они попали в холодное течение, то ли еще что-то, но в какой-то момент ее будто окатило ледяной водой. Она вырвалась, выскользнула из объятий Шиасу. Отпрянула и за доли секунды выставила перед обескураженным демоном ледяную магическую стену.

Ярость полыхнула в душе Шиасу, в его растравленном теле. О как же захотелось схватить эту вредную девчонку и показать, что так с ним поступать нельзя, доказать ей, что только с ним ей будет хорошо. Но демон смог взять себя в руки. Он знал, что будет непросто. Ему и так перепало больше, чем он мог надеяться. Нельзя спугнуть.

– Можно было просто сказать «нет», – уставился он на неожиданную преграду. – Ледяная стена – это перебор.

– Я сказала, – смущенно буркнули с той стороны.

– Хорош бы я был, чтобы после одного «нет» останавливался.

Тут Айлла признала, что таки он прав. Но еще раз потребовала не подглядывать, пока она будет одеваться.

– Так ты сразу замерзнешь.

– Не замерзну.

Разумеется, она замерзла. Воздух оказался совсем не таким теплым, как думалось. Натягивать одежду на влажное тело было неудобно, да и ощущения те еще. Но это все равно не повод подходить сзади, прижимать ее к себе и обнимать. Хотя, конечно, жар, исходящий от демона, согревал.

– Нет, – сурово сказала Айлла, но не оттолкнула.

– Серьезно?

– Шиасу, нет, – в этот раз девушка произнесла это куда убедительнее, еще и царапнула коготками.

– Понял-понял, сейчас только высушу.

Магия Шиасу пробежалась по одежде теплым сухим ветром, приятно лаская кожу. Слишком приятно.

– Спасибо, – пробурчала Айлла, которой снова пришлось напоминать себе обо всех прегрешениях демона. Подлая женская натура начала ныть на тему, так уж ли все страшно было. Но демоница призвала себя к порядку. Все начинается с того, что ты терпишь недостойное поведение по отношению к себе. Терпишь и прощаешь. Потом этого не исправить. Ведь зачем мужчине что-то менять, если ему и так все сходит с рук? Что бы он ни говорил, что бы ни обещал, если ты позволяешь, ничего не предпринимая, все будет только хуже. Конечно, Айлла не собиралась жить с Шиасу, но спускать что-то уж точно не желала. Что бы там ее глупое сердце ни просило!

Следующая битва развернулась за плащ, который сейчас работал и простыней, и одеялом. Айлла понимала, что наглеть не стоит и нужно пустить его хозяина хоть на краешек, но приставать же будет!

– Учти, полезешь – спать тебе на сырой земле!

– Ты жестока!

– А ты лапы не тяни! И вообще поставлю вокруг ледяную стену, и никаким плащом не поделюсь!

– Ты не сможешь ее во сне поддерживать, – Шиасу, кстати, защиту от всякого разного поставил.

– Смогу! Я ее на замкнутом контуре поставлю!

– О как, – восхитился демон. – Уже проходили?

– Да! Поэтому на расстоянии, пожалуйста.

– Плащ не такой широкий. Я просто приобниму…

– Нет!

– Просто на плечо ляжешь и…

– Нет!

И да, разумеется, оказалось, что без подушки на этакой подстилке из веток и плаща ужасно неудобно. Поворочавшись, Айлла приткнулась-таки поближе к Шиасу и положила голову ему на плечо.

– Учти, это ничего не значит.

– Разумеется, – не стал спорить довольный демон, и девушка надулась.

Пели какие-то ночные птахи, тихо накатывали на берег волны, ветер шелестел листьями деревьев. Мир жил своей собственной, порой непонятной жизнью, успокаивая и настраивая на умиротворение. Айлла смотрела в высоту темно-синего неба и любовалась звездами. Смешно. Когда они только встретились с Шиасу, что она сказала? Что ее те совсем не впечатляют? Как-то так… И вот она лежит у него на плече, греясь о его бок и любуется незнакомыми созвездиями. «Они и правда красивы… – думала демоница. – Сколько всего произошло с того самого дня… Будто целая жизнь прошла… И я изменилась, и Шиасу… словно другой стал. Вроде прошло не так уж много времени. Что же случилось? Со мной понятно. А с ним?»

– Зачем ты сюда на самом деле приехал?

– Потому что ты нужна мне.

– Прекрати. Ты не знал, что я здесь. Но зачем-то тут появился.

– Обстоятельства тебе известны.

– И я знаю, что ты возвращался, чтобы забрать тех, кто спасся вместе с тобой. Зачем ты опять здесь?

Какое-то время Шиасу молчал. Айлла не торопила – чувствовала, что ему нужно время.

– Во-первых, не всех…

– А во-вторых? – подтолкнула-таки девушка на новой паузе.

Он снова замолчал.

– Потому что есть преступления, которые нельзя оставлять безнаказанными, – глухо проговорил демон. Мужчина произнес это так, что Айлла даже не стала реагировать на ставшее более крепким объятие. Как-то поняла, что вот именно сейчас – это точно не приставание. – Знаешь… в моей жизни после твоего в ней появления будто что-то сдвинулось. Я только теперь понимаю, как беззаботно жил. И эта беззаботность была чем-то наподобие шор на глазах лошади. Она видит только дорогу, только вперед. Вроде и удобно, цели легче достигать, но как же глупо и… ограниченно. Не могу сказать, – тут Шиасу невесело усмехнулся, – что знакомство с другой стороной жизни, назовем это так, принесло мне море удовольствия. Нет, наоборот, скорее, меня регулярно прикладывало то одним, то другим. Но знаешь, я очень многое понял… и еще на большее посмотрел совсем иначе.

– В самом деле? – Айлла сама не заметила, как развернулась и теперь, упираясь подбородком ему в плечо, смотрела на демона.

– Да, – улыбнулся он, заправив прядь волос ей за ухо.

От его взгляда по телу будто вновь промчался жар магии, какой недавно сушил одежду. Вот только Шиасу сейчас не колдовал. «Проклятье! Будто он – инкуб, а не я… суккуб!» Айлла всей своей натурой ощущала идущую от него энергию. Ту самую… вкусную. А ведь они даже не занимались сексом… Эта сила была особенной, такой… качественно другой, мощнее, слаще, чем все, что Айлле доводилось пробовать в жизни. И она боялась даже размышлять о причинах.

– Расскажи, – попросила вместо этого.

Шиасу вздохнул. Он не хотел все это вспоминать, тем более словами озвучивать все переживания, всё, что видел и чувствовал. Но сейчас любимая лежала в его объятиях, никуда не вырывалась, готова была слушать. Ради того, чтобы подобное продолжалось как можно дольше, демон согласился бы и не на такое.

– Мне кажется… – подумав, начал Шиасу, – мне кажется, все началось, когда я думал… что тебя убили. Учти, это было жестоко.

Девушка вздохнула и завозилась. Он знал, что извинений ему не дождаться. Да и разве те нужны?

– Я действительно… Айлла, я думал, что ты умерла. Что я только не передумал за это время… Не хочу вспоминать. Однако… это был очень сильный удар. Но мне кажется, я тогда не полностью его воспринял. Если… если сейчас с тобой что-то случится, это будет куда страшнее.

– Почему?

– Не знаю, но все, что со мной случилось, будто… оставило меня без брони. Тогда… броня еще была.

Айлла явно растерялась. Поэтому не нашла ничего лучше, чем погладить его по плечу. Как же этот невинный жест его обрадовал! Не все потеряно! Он на верном пути.

– Потом я узнал, что ты жива.

– М-м-м… как?

– Катана.

– Оу…

– Именно.

Шиасу рассказывал, как искал ее, как начал дела с отцом Саши, про нападение на него, про то, как похитили уже их с Сином.

– Так много вещей… которых у нас просто нет. То, как Онгей говорил про свою жену. То, как держались ребята из подземелий. Они же не рассчитывали на меня. Понимаешь, я был их шансом, но они понимали, что мне наплевать. Они уцепились, смогли убедить меня помочь. Вытащили всех, кого получилось. Этот путь… Любимая, я даже передать не могу, как это было тяжело, но они тянули всех. Детей, женщин, слабых… Не сдавались, не жаловались, не ныли, они делали все, что могли. Боролись до последнего, за каждого, – голос Шиасу дрогнул. – Не всех спасли. Но с учетом всего того, что было, – это подвиг, понимаешь? Сила духа, которая нам и не снилась. Вернее… мы бы так просто не поступили, ибо это не в нашей природе. Я так думал, а теперь не уверен… Просто мы привыкли не замечать чужой беды, смотреть только вперед. Но… я теперь не смогу как прежде…

Девушка еще крепче прижалась к мужчине. Хаос, сколько всего он пережил! И как держался! Как изменился! Восхищение родилось где-то внутри, дрожащее и сияющее, оно прокралось в сердце, и то, глупое, забилось еще сильнее.

История с мальчиком Гришиком обожгла веки нестерпимым желанием расплакаться. Девушка видела, как Шиасу переживал.

– И уже не спасти… – прошептал он.

На глазах у Айллы все же появились слезы.

Зато потом перед ней будто наяву развернулась эпическая битва с подземным монстром, о которой Шиасу рассказал так, что девушка хохотала и не могла остановиться.

– Вот такой дорогой, – улыбался демон ее веселью, – меня судьба и притащила к тебе, – он не удержался и приподнял ее личико за подбородок. Полюбовался на него. Согрелся в теплом взгляде ее синих, сумасшедше прекрасных глаз. Как же хочется ее целовать… Чего ему стоило улыбнуться и с иронией покачать головой: – Я ведь правда заметил тебя тогда, когда общался с Наенги. Подумал, красивая. Почти как моя Айлла. Вот же придурок.

И удостоился еще одного поглаживания по груди. Поймал ее пальчики и несколько раз поцеловал, потом прижал ладошку к сердцу, накрывая своей лапищей.

– Твоей кавалер быстро выпроводил меня в мой мир, но ты же понимаешь, я должен был помочь ребятам. Отвезти их к родственникам. Иначе все зря. Вся их стойкость… она же практически вся – потому что их ждали, и нельзя было умирать, ведь там родные. Я столько раз рисковал жизнью, особенно раньше, и казалось легко. А теперь я понимаю, что легко – потому что ничто не держит. Я так больше не хочу. Я хочу семью. Не только такую, какая сейчас – дядя и Син. Я хочу быть с моей любимой. С тобой, Айлла, и с нашими детьми. Я этого хочу так, что горы сверну, лишь бы так стало. Тсс… – он положил палец на ее нежные губы. – Молчи, я все понимаю. Я много дел наворотил, и теперь многое у тебя изменилось, но я хочу, чтобы ты знала – это не желание потрахаться или самолюбие. Я действительно люблю тебя, Айлла Нокрейн Сацина, люблю всей силой своей сущности. Я хочу любить тебя, защищать тебя, радовать, хочу сделать тебя счастливой. И так же сильно я хочу с тобой семью. Я готов ждать, готов меняться. Но я не отступлю.

– Шиасу…

О, что творилось сейчас с Айллой… словами не передать. Ее мир шатало. Становилось сладко и жутко одновременно. Так бывает? Хаос, неужели так бывает? Мысли путались, сплетаясь с эмоциями. Ее накрывало то страхом, то, наоборот, невероятным, всеобъемлющим ощущением счастья. И она совершенно не представляла, что ей делать теперь.

– Ничего не говори пока, – улыбнулся в ее растерянные глаза демон. – И хотя ты, любовь моя, сейчас так невероятно искушающа, что мне требуется вся моя выдержка, чтобы не набросится на тебя, – как же мило она смущается… как же приятно видеть радость в ее глазах. – Я хочу, чтобы твое решение не было принято под влиянием момента. Чтобы ты не пожалела.

И он с невыразимой нежностью коснулся губами ее лба, прижимая к себе, будто укрывая ото всех бед на свете.

Время ускользало словно пресловутый песок меж пальцев. Именно так ощущал Итвальд. Ему хотелось куда-то бежать, драться, бороться, как-то действовать. А он сидел в своем кабинете и принимал доклады.

Сейчас перед ним стоял руководитель группы исследователей, разбиравшихся со следом от телепорта. Сразу после того, как туда попали демоны, тот захлопнулся, и проследить его не удавалось. В отличие от того, с места похищения гилгалимов. А Итвальд и его маги не пожалели усилий, чтобы узнать место, куда перенесло Айллу и Шиасу. И теперь глава гарнизона хотел понять, почему они оказались тщетными.

– На данный момент могу сказать с уверенностью, что телепорт вел в горы Армитейского хребта. Вот в этот квадрат, – эксперт сверился с координаторами и карандашом нанес на карту границы. Получался огромный участок.

– Горы, долины, пещеры, шахты, пропасти, реки, водопады, – процедил Итвальд, оценив территорию будущих поисков. – Это все, что удалось выжать?

– Телепорт был сбит, – мужчина даже не собирался оправдываться. – Похоже, тот демон, про которого вы говорили, сумел, уж не знаю, специально или случайно, подкорректировать выходную точку.

– Это если их не разорвало в клочья, – озвучил Наенги свой самый большой страх.

– Не разорвало, – покачал головой его собеседник. – Телепорт абсолютно точно имеет выходную точку. Вообще, признаться, я раньше не сталкивался с таким… построением.

– Поясните, – потребовал Итвальд.

– Охотно. У стандартного телепорта структура вот такая, – исследователь быстро набросал на листке что-то вроде зигзагообразной восходящей линии с жирными точками вверху и внизу. – У стационарного портала вот такая, – рядом появилось изображение вертикальных полос, а жирные точки распределялись по всей высоте. – По тому, что удалось реконструировать, у этого телепорта структура строится вот так, – и он нарисовал зигзаг, заключенный между двумя полосками.

Итвальд взял листок, вгляделся в него, положил на стол и требовательно посмотрел на эксперта.

– Зигзагом обозначают динамическую структуру, насколько я помню, – принялся рассуждать Наенги, – которая, собственно, и позволяет создать телепорт от мага к некому задуманному им месту, вещи. Жирные точки, как я понял, – это, собственно, привязки к конкретному месту. Вертикальные линии портала – это энергия, которая пробивает пространство, сильная, мощная, надежная. И тоже с четкой привязкой из точки один к точке два. А вот этот третий тип – это как понимать?

– Все верно, ваше превосходительство, – довольно покивал исследователь. – Поэтому и различают портал и телепорт. Один – надежный, другой – динамичный. А то, что мы нашли на месте похищения, – это соединение того и другого. И это мастерство уровня… я даже боюсь представить какого уровня. Скажу так, я видел телепорты лучших специалистов из Высоких семей и уверен, что даже им такое не под силу.

– То есть хотите сказать, что это кто-то из другого мира?

– Нет, ни в коем случае.

– Почему такая уверенность?

– Потому что основная причина того, что мы больше не смогли ничего выяснить, это очень мощный символ Лесснихта. Он стер почти все. Поэтому вы и не смогли проделать тот же фокус, что и на месте похищения гилгалимов. Не за что было цепляться. Скажу так, если бы не вмешательство демона, мы не получили бы даже этих сведений. Телепорт просто бы закрылся, и после него осталась бы стерильная пустота. Из-за действий демона заклинанию пришлось стабилизироваться, и это оставило следы, за которые мы и уцепились.

– Что-то не очень в голове укладывается. Да, символ Лесснихта способен затереть следы, но телепорт же, сами говорите, был очень мощный. Более того, точек на схеме вы не нарисовали, значит, хотя бы один его конец держал сам маг, а не амулет или пентаграмма. Второй конец, скорее всего, он задал по координатам местности. Так как можно было все стереть одним знаком? А если вешать несколько знаков, то телепорт просто не откроется или разорвется в процессе.

– Знак был один. Очень, очень, очень мощный. Я бы сравнил его силу и чистоту с… не могу подобрать аналог. Маг, создавший это заклинание, точно сильнее одного существа практически любого вида. Разве что демоны… Но демон должен быть высшим, таким как Владыка и, может, главы кланов. Или очень древние эльфы. Как вариант, главы Высоких семей.

– Вы понимаете, какого уровня такие… существа? В большинстве случаев их уже мало интересуют земные проблемы.

– Да, но это больше всего похоже. Простые представители Высоких семей, равно как сильные маги других рас, не обладают такой мощью.

– Но… но… те, кого вы перечислили… это…

– Да, их мощь соизмерима с силой малого природного источника. Вот здесь что-то такое.

– Или техника, которая позволяет добиться подобного эффекта, – Итвальд всегда верил в то, что при должной изворотливости можно обойти ограничения на количество ресурсов.

– Или она. Но в таком случае мы ее не распознали.

– И это плохо.

– Согласен. Я бы, однако, подумал над сочетанием мощи и знака Лесснихта. Это кто-то наш, сильный и умелый. Способный создать динамический телепорт надежности портала и затереть следы одним знаком.

Повисло молчание.

– Это… – дальше его превосходительство четко и по-армейски обозначил ситуацию одним емким словом. Эксперт с ним от души согласился.

Итвальд проводил исследователя до двери, поэтому лично мог наблюдать немало позабавившее бы его в иной ситуации зрелище – совершенно растерянное лицо своего адъютанта, который отчаянно пытался переспорить девушку. Шани Новейн рвалась к главе гарнизона. Растрепанная, злющая, она походила на ухоженную домашнюю кошку, которая вдруг обнаружила, что у нее есть когти, зубы и ими можно постоять за себя.

– Что здесь происходит? – пророкотал Ито, прекрасно понимая ситуацию. Эно получили доставить Сашу в университет сразу после того, как Айлла пропала в телепорте. Ошарашенную девушку удалось запихнуть в карету и, скорее всего, даже довезти до точки назначения. Однако за это время она пришла в себя и поняла, что ее оставят в неведении, пока дело не разрешится в ту или иную сторону. Эно же прекрасный адъютант и воин, но совершенно не умеет противостоять женщинам. Скорее всего, девушка пригрозила, что как только ее оставят в университете, она своим ходом доберется до Итвальда. Что, собственно, сводило на нет все их усилия. Пришлось везти ее сюда. Но верный Эно никак не мог допустить эту фурию до начальника. Надеялся, что она посидит тихонечко в уголочке, пока лейгентер осторожно доложит тому о ее присутствии.

– Я не собираюсь молчать, пока моя сестра в опасности! Я должна знать!..

Да-да, тут план Эно тоже порушился. Тихо ждать госпожа Новейн не желала. Она рвалась к Итвальду и требовала сообщить ей все, что делается для спасения Айллы. Глава гарнизона вздохнул. Женщины…

– Эно, пропусти госпожу Новейн, – поморщился он.

Саша, бросив на молодого Наенги победный взгляд, прошествовала в кабинет. Ито подумал, что горячность девушки ему, конечно, импонирует, но сейчас проявление этих качеств ужасно не вовремя. Айлла действовала бы по-другому. Никаких скандалов точно не было бы, но, с другой стороны, Итвальд совершенно не мог представить Шани своей любовницей.

– Я требую рассказать мне…

Ито закрыл за собой дверь и так посмотрел на девушку, что та поперхнулась словами. Он же не собирался смягчаться, потому что понимания в нем осталось очень мало.

– Госпожа Новейн, – голос звучал так же тяжело, как ощущался его взгляд, – я позволю себе напомнить, что вы не являетесь официальным представителем университета или каких-либо других организаций, чтобы требовать немедленной встречи со мной. То, что вас сюда пустили, так это лишь из-за наших с вашей сестрой теплых отношений. Но моей родственницей вы тоже не являетесь. Поэтому прошу вас перестать изводить моих сотрудников, отправиться в университет и не мешать профессионалам искать вашу сестру. Я достаточно ясно донес свою мысль?

На глазах Саши навернулись слезы. Итвальду самому не нравилась данная ситуация, но он не собирался тратить бесценное время на препирательства и утешения. Проклятье, вот почему ему так хорошо с Айллой! Даже когда она плакала, это не выглядело как скандал или истерика.

К чести Саши, она быстро сообразила, что ее сейчас выставят вон и что тактика, сработавшая с Эно, только все испортит. Поэтому быстро взяла себя в руки.

– Ито, прости, прости, умоляю, – прошептала она. – Я была неправа. Но я схожу с ума. Айлла же из-за меня пострадала. Если ее убьют…

– Ее не убьют, – Итвальд произнес это так, будто имел сведения напрямую от богов.

– Не убьют. Но пока ты ее найдешь, я сойду с ума. Прошу тебя… умоляю… я тихонько посижу в уголке. Мне бы хоть краешком уха знать новости.

Мужчина помассировал переносицу, внезапно ощутив, что устал.

– Ито…

– Ты понимаешь, что я делаю все возможное?

– Я уверена в этом!

– Так зачем ты тут?

– Я беспокоюсь…

– Это твои эмоции. Здесь они не нужны. Приведи причину, зачем мне тебя тут оставлять.

Саша хотела возмутиться, снова заявить… «О чем, дурочка?! Думай быстрее! Сейчас выставят же! Ты тут никто! Сестра любовницы! Смешно!»

– Я… я…

Итвальд поднял брови, чем еще сильнее покачнул ее уверенность в своей правоте. Уж больно насмешливо это выглядело. По крайней мере казалось.

– Я хорошо знаю Айллу. Возможно… будут какие-то данные, которые надо будет оценить с ее точки зрения. Следы там, подсказки… О! может, какие-то данные биографии ее понадобятся. Я могу знать! И вообще, это скорее всего, за мной охотились. Значит, я точно могу пригодиться!

– А ты знаешь, почему за тобой охотятся? – Итвальд тоже решил вернуться к дружеской манере общения.

– Нет, – расстроено ответила девушка. – Но вдруг какие-то факты смогу оценить… зная о себе больше, чем кто-либо.

Признаться, Наенги сомневался, что от Саши будет хоть какая-то польза. С другой стороны, он и не собирался ее выставлять.

– Сядешь вон там вот, – мужчина кивнул в дальний угол своего кабинета, – и затаишься там как мышка. Ни слова моим посетителям. Все свои мысли – только когда за ними закроется дверь. Поняла?

– Спасибо, Ито!

Улыбка сверкнула как солнце между туч. Саша порывисто, от всей души обняла Итвальда, поцеловала в щеку и упорхнула на указанное место. Наенги же потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя после этой улыбки. Проклятье!

От дальнейших раздумий и странных реакций Ито отвлек стук в дверь.

– Ваше превосходительство, – Эно с подчеркнутой вежливостью и исполнительностью старался загладить свой промах с Сашей, – мастер Себриан подошел.

Итвальд на миг замер, вспоминая, кто это. «Артефактор!» – семейный специалист по этому направлению сейчас находился в столице, пришлось обращаться к одному из гильдейских, но с очень хорошими рекомендациями.

– Проси.

Мастер Себриан оказался полукровкой с явными гномьими корнями. Мужчины церемонно раскланялись. Потом артефактор хитро прищурился на Сашу, притихшую в дальнем углу, покосился на Итвальда и хрипловато-ворчливым голосом произнес:

– Эх, как хотелось бы мне, ваше превосходительство, насладиться словесными кружевами, на которые, как говорят, вы большой мастак, торгом и взаимными посулами, но, понимаю, время не терпит. Поэтому примите мою краткость как знак моего уважения к вам и вашей семье.

Пораженный в самое сердце, Итвальд церемонно поклонился, удерживая на языке рвущееся «Так дорого воздух мне еще не продавали». Не сболтнуть это было жизненно необходимо, ибо тогда они как раз и открыли бы торг, на который действительно времени не оставалось.

– Покопались мы с ребятами в ваших артефактах, – начал мастер, попыхивая трубкой, с которой, похоже, не расставался. Итвальд отдал ему амулеты, которые должны были обеспечивать связь с Айллой, в случае чего определять ее местоположение. Раньше сбоев они не давали. И вот – в самый важный момент подвели. Наенги хотел понять, почему и возможно ли восстановить их работу. – Первое предположение – сбой в результате неудачной телепортации.

– Они защищены от этого. Меня уверили, что телепорт несмотря на вмешательство в него был стабилен. Значит, и артефакты должны были пережить.

Мастер Себриан солидно покивал.

– Мы тоже пришли к выводу, что, если бы имело место физическое уничтожение или дестабилизация телепорта, картина была бы иной. Вообще мастер, что делал эти артефакты, – это Ойдан Ферон, верно?

Итвальд кивнул.

– Да-а, высшая лига. Скажу так, чтобы нарушить их работу, нужно очень постараться. Мы перебрали множество вариантов. Например, что объект сама их отключила, – мастер ненавязчиво дал понять, что знает, кто носил амулеты, – или объект переместился между мирами, или кто-то его блокирует. Однако, действуя почти на грани своих возможностей, мы выяснили, что связь между двумя частями артефакта все же присутствует.

Услышав это, Итвальд подобрался, а Саша встрепенулась.

– Можно по ней найти… объект?

– Увы, – мастер действительно сожалел об этом. – Эта связь есть, но она не активна. Проведя ряд экспериментов, мы пришли к двум причинам, почему такое могло произойти.

Несмотря на обещанную краткость, Себриан не смог удержаться от театральной паузы и, лишь увидев дернувшуюся бровь главы гарнизона, с удовлетворением продолжил:

– Первая – в артефакте сместилась часть, отвечающая за накопление энергии. Но, поскольку речь идет о работе мастера Ойдана Ферона, я полагаю это маловероятным, хоть и не озвучить не могу.

С этим Наенги согласился.

– Вторая – куда более вероятная – объект находится в зоне аномально низкой магической энергии. Искусственной или естественной – утверждать не берусь. Я бы поставил на естественную.

– Почему? – если до этого Итвальд мог представить цепочку рассуждений мастеров, даже предположить, какие были проведены опыты, то здесь его воображение пасовало.

– Потому что связь все-таки есть. Она не активна, послать силу по ней от нас невозможно, но она есть. Канал не обрублен. Значит, место, где объект находится, какую-то магию имеет. Возможно, неподходящую для артефакта, возможно, слишком слабую, но тем не менее.

Эту мысль Наенги покатал в голове подольше. Выглядело логично. Что ж, мастера честно отработали свой гонорар. Осталось только раскланяться и выразить должную степень восторга.

Как только за артефактором закрылась дверь, раздался дрожащий голосок Саши:

– Значит, Айлла осталась почти без защиты. С оружием она хороша, но если нападающих будет несколько… без магии никак!

Итвальд подавил в себе желание открыть стенной бар и налить стаканчик коньяка.

– Айлла и… господин Ракхар – демоны, – рассудил вслух мужчина. – Их тела аккумулируют магию внутри себя. Если энергии вокруг полно, они с легкостью берут ее извне. А если силы мало, то она копится внутри, по желанию хозяина превращаясь в заклинания. Поэтому, кстати, они могут действовать в мирах, практически лишенных магических потоков.

– Разве такие бывают?

– Разумеется, и довольно много. Там даже местное население практически не обладает магией. Кое-где она вообще считается сказкой, небылицей, крутится вокруг ярмарочных гаданий и неявных воздействий, по уровню равных заговорам наших знахарок «на неудачу» или «на привлечение внимания».

– О-о-о… но это же совсем ерунда! Считай, и нет ничего.

– Как сказать, – Итвальд поймал себя на желании поболтать на эту тему, она его давно интересовала. Однако дела не терпели, поэтому он ограничился относительно коротким ответом: – Если подобные воздействия считаются антинаучными суевериями, то и способов защиты от них никто не знает. Кто будет изучать, как защититься от того, чего не существует? А ведь эти заговоры могут действительно подпортить жизнь. Представь, каково жить, когда что бы ни начал, все идет с бесконечными препонами? У большинства просто опускаются руки. А хуже этого нет.

– И что, ничего нельзя сделать? – Саша явно впечатлилась, чем немало потешила самолюбие Итвальда.

– Почему нельзя? – с деланным равнодушием пожал он плечами. – Человек с сильной волей побеждает всегда. Опять же несмотря на непризнанность, если такие воздействия существуют, значит, придумали и способы защиты или исправления. И сложность по сути – найти соответствующего специалиста, а самое главное – понять, что он необходим. Ну и религия.

– Религия? – девушка взволнованно блестела глазами.

– Разумеется. В большинстве случаев против слабых воздействий такого типа она отлично помогает. Если с умом, конечно, и…

В этот момент в дверь постучали.

– Да, Эно?

– Они нашли того, кто готов сотрудничать! – появившийся в проеме адъютант сиял как бриллиант на солнце.

Итвальд вскочил и скорым шагом направился к двери. Саша в одно мгновение оказалась там же. Да настолько близко, что на полном ходу врезалась в мужчину. Вцепилась в него, чтобы не упасть, оказалась подхвачена его крепкой рукой, от чего смутилась просто ужасно и тут же быстро-быстро проговорила:

– Я с тобой!

– Нет, – покачал Наенги. – Жди здесь.

– Ну пожалуйста!

– Ты хочешь посмотреть, как я буду пытать оборотня?

– Но… но… Эно сказал, что он готов сотрудничать, – испугалась Саша.

– Не факт, что его сотрудничество распространяется на те вопросы, которые меня интересуют.

– Но… прям пытать?

– Да, – Итвальд прямо смотрел на девушку. Она глядела на него растерянно и расстроено. И действительно была очень красивой. Но не как Айлла, красота которой всегда казалась невероятно гармоничной, лишенной недостатков, что и понятно. Личико Саши, скорее, могло считаться милым, но от эмоций, живости, неопытной юности очаровывало. Однако речи о каком-либо совершенстве здесь не шло.

– Б-будь осторожен, – девушка обнаружила, что все еще сжимает ткань его пиджака, разгладила ее и отступила. – Оборотни как звери – загнанные в угол могут оказаться опасны.

Она явно знала, что говорила, и, хотя подобного напоминания Ито не требовалось, он кивнул, сделав себе зарубку расспросить об этой истории. Убрав руку с талии Саши, шагнул за дверь. Эно, поколебавшись, последовал за ним. Выглядел он почему-то растерянным.

Гилгалим смотрел на Итвальда так, что впору вспомнить пожелание Саши, однако глава гарнизона знал, что тот просто прощупывает его на крепость нервов. Оборотни, они и есть оборотни. Да и мужчины всегда остаются мужчинами. Никто не сдаст позиций, если почувствует в противнике слабину.

Итвальд не торопясь уселся напротив перевертыша и посмотрел ему в глаза. Слишком близко. Да, оборотень прикован, но Наенги готов был поклясться – перед ним гилгалим третьего уровня. Значит, он может становиться больше, в том числе и руки удлинять, причем, за считанные мгновения. Поэтому подвесил перед собой «щит», активируемый одной мыслью. Перевертыш демонстративно втянул воздух и усмехнулся. «Хочет сказать, что чувствует мою магию», – откинувшись на спинку стула, Итвальд положил руки с переплетенными пальцами себе на колено. «Время, на все требуется время, на каждого самодовольного придурка или умника требуется время». Времени у Ито как раз и не хватало.

– Моя девушка попала в телепорт, который активировал ваш друг, для которого вы подставляли свои задницы. А значит, счет идет на часы. Ты со своею сворой – мой единственный способ получить столь нужные мне сведения. Мне сказали, что ты готов говорить. А я вижу – тебе сначала нужно помериться яйцами. Так вот, уважаемый, на это времени у меня нет. Поэтому давай ты мне быстро все расскажешь, а я подумаю, как сделать так, чтобы вас перестали пускать на мясо.

Оборотень лишь усмехнулся.

– А если нет?

– Мы поймали около двух десятков ваших щенков, которые от мамки уже оторвались, а мозгов еще не нарастили. Как думаешь, сколько секунд их нужно провоцировать, чтобы они бросились на представителя власти и дали повод их вырезать?

– Я слышал, ты – добрая душа, твое превосходительство. И сейчас ты просто грозишься, но никогда так не сделаешь.

– А я слышал, что гилгалимы даже читать не умеют, правда?

– Галиматья.

– Однако слухи, они такие. Давай проверим. Эно, дай список всех арестованных гилгалимов.

Адъютант на миг скрылся, потом вернулся с исписанным листом. Все это время оборотень и глава гарнизона пикировалась взглядами и ухмылками.

– Ваше превосходительство, – Эно протянул начальнику бумагу.

Итвальд взял ее, пробежался взглядом, положил на стол, перевернул и подтолкнул к перевертышу.

– Читай.

– Да пошел ты.

– Все-таки не умеешь?

– Думаешь взять меня на слабо?

– В проверке чтения? Я не антрополог. Но если не можешь, – Итвальд пожал плечами, – сами прочитаем. Эно… – и потянул лист на себя.

Перевертыш хлопнул по листку наполовину трансформированной лапищей. «Силе-ен», – отметил Ито: при аресте всех гилгалимов заковали в кандалы, блокирующие оборот. И даже они не удерживали его ипостась полностью.

Пленник хмуро зыркнул на представителей власти и принялся четко, практически без запинки читать имена соплеменников. Итвальд не отводил взгляда от него ни на мгновение.

– Стоп, – хлопнул глава гарнизона ладонью по столу. – Эно, пусть приведут Ёнеша Трога.

Гилгалим вскинул на него полный ярости взгляд. Ито садистски улыбнулся. Адъютант приоткрыл дверь и отдал распоряжение. Лапа оборотня смяла лист бумаги, хотя вряд ли перевертыш это осознал.

– Готов проверить мою доброту на… кто он тебе? Сын? Брат? Племянник?

Оборотень с ненавистью оттолкнул истерзанный комок бумаги.

– Хорошо, – глухо прорычал он. – Я буду говорить.

Ёнеш Трог оказался племянником Рурка Дайрона, как звали того, с кем сейчас беседовал Итвальд. Сыном горячо любимой сестры. По сути единственной его оставшейся в живых родственницы. И такую потерю она не перенесет. Она исчезновение мужа еле пережила.

Да, исчезновение. Гилгалимы пропадали без вести всегда. Часто их находили в виде трупов, порой не находили вообще. Не то это племя, чтобы жить спокойно и умирать в своих постелях. Но не в таких же количествах… Зять Рурка, Зок Трог, ему всегда нравился – сильный, взрослый оборотень, достигший третьего уровня и не потерявший голову от новых возможностей. Выйдя за него, сестра получила защиту. Потом еще и Ёнеш появился. Смешной, забавный карапуз, который так быстро рос. А потом случилось то, что раскололо жизнь их небольшой семьи на до и после – Зок Трог пропал. А вместе с ним еще пятеро. Много, слишком много за раз.

Сестра не мучила себя напрасными надеждами. Рурк никогда не забудет того утра, когда она пришла к нему, серая от боли. «Они убили его, братик, убили». Оборотню тогда показалось лучшим попытаться ее успокоить сомнением, может, не убили, может, жив. Но сестра только покачала головой. В ней всегда жило что-то такое. Шаманское знание, мистическое и очень фундаментальное… Ёнеш рос, жаждая отомстить за отца. А Рурк… Рурк желал разобраться. Он связался с другими племенами гилгалимов и обнаружил, что чем дальше от их земель те живут, тем меньше у них таинственных исчезновений. Тогда он предложил своим переехать. Но идею приняли в штыки. Да и… агрессивных, плохо социализированных оборотней мало где встретили бы с распростертыми объятиями. Тогда он попытался склонить сородичей сотрудничать с властями. Сейчас это делали минимально. «Мы уже сходили пару раз», – услышал Рурк в ответ. Оказалось, когда-то давно племя пыталось общаться с сыщиками, но те только посмеялись, особо ничего не сделав.

Итвальда аж перекорежило от этой новости. Не утешило и то, что дело происходило при его предшественнике.

Получив два отказа на свои предложения, Рурк не опустил лапы, а продолжил искать выход из ситуации.

И начал он с того, что добился, чтобы оборотни перестали шастать по подозрительным местам в одиночку. Загнать свободолюбивых соплеменников в подобные рамки удалось не сразу и с немалыми трудностями. Однако его действия приносили плоды. До поры. Оказалось, что неведомый противник накапливал силы и выжидал нужный момент. Он не испугался гнева Ли-Анари и напал на идущих на праздник гилгалимов.

К этому моменту скопытился один из старейшин, и Рурк занял его место. По какой-то странной, не особо понятной даже Дайрону традиции племенем управлял совет, состоящий из неженатых гилгалимов третьего уровня, обычно максимально преклонного возраста. Весомыми годами Дайрон похвастаться не мог, но обладал немалой поддержкой в племени. Так что старики, скрипя оставшимися зубами, приняли его в свой круг.

Раньше Рурк тоже считал, что возраст членов совета – это прежде всего опыт, мудрость и выдержанность, благо, каких-то умственных болезней по причине преклонных лет за оборотнями замечено не было, то позже Рурк понял, что не замечено только по причине того, что мало кто из перевертышей доживает до подобных старческих недугов. Пришел он к таким неутешительным выводам как раз после праздника Ли-Анари. То нападение, во многом благодаря предпринимаемым предосторожностям со стороны гилгалимов, пошло совсем не так, как планировали их враги. Им не удалось захватить самого сильного из тех перевертышей. Он дорого продал свою жизнь. Впрочем, в их сети попало два подростка.

И вот тогда случилось неожиданное – их скрытый враг вышел на связь, просто отправив к ним одного из похищенных щенков и предложив встречу. Разумеется, делал вид, что никакого отношения к более ранним похищениям не имеет, да и сейчас хотел лишь поговорить, а погибший гилгалим все не так понял.

– Я показывал щенка шаманам, – хмурясь, рассказывал Рурк. – Они сказали, что память у него подчищена. Грубо причем. Скорее всего, даже не столько магией, сколько какими-то зельями.

Вот с этих событий и начался разлад Дайрона со старейшинами. Дело в том, что похититель предложил им обменять нескольких сородичей на большое количество гилгала. Якобы он хочет себе на службу верных оборотней. И старейшины согласились!

Согласились! Хотя в этом предложении странным было все. Во-первых, гилгалимов редко нанимали в качестве телохранителей. Из-за агрессивности, верности прежде всего племени, отсутствия подготовки. Прискорбно признавать, но вокруг полно куда более подходящих бойцов. Во-вторых, этот маг скрывал свое имя, и никто за него не мог поручиться. В-третьих, гилгал дорог. Его очень и очень мало. За обещанное количество можно пару полков нанять, не то, что нескольких человек. В-четвертых, он уже замарал руки кровью их сородича. В-пятых, девять из десяти, что именно он стоит за всеми прошлыми похищениями.

Тем не менее старейшины согласились! Все, чего удалось добиться Рурку, заронить зерна сомнения. Причем не только в совете, но и среди соплеменников. Решено было узнать как можно больше о «нанимателе». Провернуть это оказалось не так уж просто. Хотя бы потому, что он использовал амулет личины, маскировал запах. Но после очередной встречи, на которой старейшины разыгрывали партию разлада в своих рядах, за магом пошли настоящие профессионалы. Походка, малейшие нюансы запаха, характерные жесты, рост, использовали все, чтобы вести его как можно дольше. В конце концов он ушел телепортом, однако теперь оборотни знали два его облика. А ведь у самого лучшего из таких амулетов их максимум три.

С такими знаниями перевертыши занялись сбором слухов. Они перетряхнули все дно Тоосула. Сведения разнились, однако потом перевёртышам повезло. Оказалось, что маг очень осторожно, но тщательно ищет синеволосую демоницу.

Ха! А уж гилгалимам была известна такая!

Рурк весело глянул на Итвальда, хотя на самом деле никакого особого веселья не испытывал. Еще одно неправильное решение. И Дайрон даже не может сказать, что не поддержал его. Не был против, уж точно. И во что это вылилось – Наенги со своей командой неслабо проредили их ряды. Рурк хотел сказать, что несправедливо, но не мог – сами подставились. Глупо, недальновидно – и больно огребли. Причем глава гарнизона был в своем праве. Если бы он так не спешил, а привел бы подчиненных ему солдат, все кончилось бы еще хуже. Обидно. И теперь в племени его люто ненавидели.

Известие о том, что «нанимателю» зачем-то нужна синеволосая демоница, взбудоражило сородичей. Почему-то все решили, что стоит ее заполучить, как заветный гилгал посыплется на них мало не слитками. Даже если не от нее, так можно и обменять девушку на вожделенный металл.

Итвальду вновь захотелось убивать. Рурк видел это, ощущал своим звериным нюхом, но не стал замалчивать правду. Возможно, имел планы на ярость могущественного главы гарнизона. Ведь операцию по нападению на демоницу возглавлял не он. По очередной странной традиции военачальник не может быть старейшиной. Судя по результатам мероприятия, она явно устарела.

– Эти придурки не только упустили демоницу и ее спутницу, но и засветили ее на весь город, – прорычал Рурк, когтями царапая стол.

Наверное, впервые в жизни Наенги позавидовал оборотню – ему тоже хотелось бы так легко сбросить эмоции. Не держать лицо, как требовало воспитание, а выпустить когти и беситься в свое удовольствие.

– Не прошло много времени, как «наниматель» все узнал. Пришел в ярость. А ведь у него оставался еще один щенок. С трудом удалось договориться. Тогда-то и придумали… второе нападение. Когда вы нас и взяли, – гилгалим прикрыл глаза, откидываясь на спинку стула. Стало заметно, что он уже не молод, что устал, что даже железные нервы оборотня не выдерживают – вытягивают из него силы капля по капле. – Вот такие дела, твое превосходительство. Причем я уверен – мы не были его единственным планом. Он наверняка использовал что-то еще. Или кого-то еще. Если он не добрался еще до своей добычи, значит, еще доберется. Он упорный и чем-то очень замотивирован, – оборотень распахнул глаза и уставился на Итвальда жутким звериным взглядом. – Если бы он не уничтожал методично мое племя, я обошел бы его десятой дорогой. Он страшный. Я уже взрослый гилгалим, не щенок, который тявкает об отваге и при первой же опасности бежит, поджав хвост. И я признаю – от этого… существа меня пробирает ужас. Такой сильный, что замораживает до костей. Но я все равно буду с ним бороться. Мне некуда отступать.

Ито Наенги долго смотрел в эти совершенно дикие глаза, принимая решение и осмысливая сказанное, потом кивнул.

– Мне нужно все, что вы про него знаете. И тогда я не стану предъявлять обвинение в нападении на сестер Новейн и моих людей. Хотя, кто знает, что безопасней для вас – сидеть в камере или выйти на волю… Ты назвал его существом… почему? Не определил расу, вид?

Рурк так же после паузы кивнул.

– Ты обещал, – качнул он головой. – Я все расскажу. И готов пойти как собака по следу, если нужно будет. И не отступлю, когда нужно будет сражаться, – казалось, перевертыш оттягивает ответ на вопрос, но потом, тяжело вздохнув, все же произнес: – Я не знаю ни вид, ни расу этого гада. Он маскировал запах и внешность, как я уже говорил. Но… – Рурк замолк, заново переживая эмоции, которые незнакомец в нем вызвал, – есть в нем что-то такое… когда чувствуешь, но не как запах, это куда глубже… сутью своей понимаешь, печенкой.

– Мне кажется, я понял, – кивнул Итвальд, – и что ты почувствовал?

– Что это не совсем… живое существо. Не нежить, нет. Я что-то подобное испытал пару раз. Впервые – когда оказался в старом, очень-очень большом храме. Я помню, стоял посредине, смотрел вверх, и мне казалось, что из темноты сводов, с их высоты, из гулкости звуков и смеси благовоний и пыли на меня кто-то смотрит. Не живой, не бог, не мертвый… кто-то… иной. Иной. Совсем иной. И второй раз – когда я гнался за ланью, проклятой, глупой ланью, которая неслась, неслась, неслась… а я за ней. Как почуял – не знаю, но затормозил за миг до скачка – еще мгновение и свалился бы в пропасть. В бездну, буквально. Я замер, застыл на самом краю – и посмотрел вниз. И клянусь, оттуда тоже кто-то на меня посмотрел. Словно ему было немного интересно, упаду я или нет. Он не жаждал этого, не хотел, ему было любопытно… причем не моя судьба, а выбор, в какую сторону качнутся весы. Вот если бы тот, кто смотрел на меня, захотел бы моей смерти – это было бы такое же чувство, которое я испытал, когда общался с этим якобы нанимателем. Будто бездна обрела плоть и пришла на переговоры. Только бездна уже не равнодушная, а желающая… даже не убивать, он мог убить нас прям там, желающая чего-то от нас получить. Ей пришлось держать себя в руках и отступить, и это давалось ей с трудом. Вот такие были ощущения.

Эно, совершенно неприлично разинув рот, пялился на оборотня. Итвальд же обдумывал его слова со всей возможной серьезностью. У него ни на миг не мелькнуло мысли, что его водят за нос, и уж точно он не собирался смеяться над словами перевертыша. Глава гарнизона пытался перевести рассказ в привычные ему понятия. Представить, кто мог вызвать такие ощущения у взрослого гилгалима третьего уровня. Что это за тварь такая, а?

Фантазия пасовала.

– Ты же видел моего зверя?

Оборотень кивнул.

– Похож?

– Вообще противоположное.

Что ж, по крайней мере, это не кто-то из Семей. Но кто тогда?

– Сейчас поработаешь с нашим художником, нужно нарисовать портреты его обликов. И все особенности, которые могут помочь его опознать, опиши.

Дверь в кабинет Итвальда открылась без предупреждения, и Саша вздрогнула. Вдруг подумалось, что даже в рядах соратников Наенги может оказаться ее таинственный недоброжелатель. Почему бы и нет? Очень даже логично для такой личности пробраться в круг сильных мира сего.

В образовавшуюся щель с самым подозрительным видом юркнул Ихаро Таррад. Он нашел взглядом сжавшуюся девушку и уставился на нее своими серебряными глазами.

– А вы ведь соврали мне, моя дорогая, – нехорошо протянул он, усаживаясь на стол Итвальда.

– Ты… – прошелестела Саша.

– Что я?

– Мы на «ты».

– Точно, – ухмыльнулся Ихаро. – Ты мне соврала, моя дорогая. Так лучше?

– Вполне, – кивнула девушка.

– Не спросишь в чем?

– Не имею ни малейшего желания.

– Ты сказала, что родилась восьмого мониаля, а это ложь.

– С чего ты так решил? – очень натурально удивилась Саша.

– Я очень хороший предсказатель. Гороскоп с такими данными явно не совпадает с твоей биографией.

Девушка пожала плечами.

– Я вообще в гороскопы не верю.

– Ну так и я не ярмарочный шарлатан, – покачал головой Ихаро. – Поднатужившись, я вспомнил, какую дату ты назвала первой – в числах и месяцах твоего мира. Так вот получается, что ты родилась восьмого миаля. И именно эту дату ты собиралась назвать первой. А потом почему-то решила назвать мониаль. С твоей датой рождения что-то связано?

Задумавшись, Саша застыла.

– А почему я должна тебе доверять?

Теперь опешил Ихаро. Он имел такой статус в городе, что никто раньше не задавался подобным вопросом, а для Айллы он сразу же организовал ритуал с монеткой.

– Итвальду же ты доверяешь.

– Ну так то Итвальд.

– Мы можем играть в эти игры до вечера. Я просто хочу помочь Айлле.

– Составляя мой гороскоп?

– Послушай, в вашем же мире очень сильные гадалки, почему ты так скептически ко мне относишься?

И вот тут Саша задумалась. Действительно, почему?

– Ну ладно. Тогда и договор как с ней нужен.

– Монетка есть?

– Вот, – девушка вытащила из кошелька мелкий серебряный.

– Разорюсь я с этакой непрактичностью, – шутливо посетовал Ихаро, ловя монету и оттарабанивая формулу клятвы.

– С такими друзьями и не надейся, – Саша вздохнула и представилась настоящим именем, назвала дату рождения. – А соврала я в прошлый раз… потому что вспомнила… В памяти не очень точно отложилось, как было дело, по-моему, я еще совсем ребенком спросила у мамы что-то про дату рождения. Она назвала, потом рассмеялась и поправилась – назвала дату по нашему, теффанскому, календарю. То есть понимаешь, она сначала, не задумываясь, сказала дату по календарю Циная.

– Хм… как будто ей было так привычнее…

– Или если бы я родилась тут.

– А ты не знаешь, где именно ты родилась?

– Раньше думала, что знаю. В деревушке одной. А потом поняла, что тот домик родители купили через пару лет после моего рождения.

– Как интересно, – протянул Ихаро.

– Только теперь гороскоп и не составишь.

– Да, будут сложности, но в целом можно обойти. Так, давай так, я пошел к своим справочникам, а ты все-таки расскажи все Ито. Я, конечно, самый умный, но он стратег каких поискать. Умеет складывать события и факты лучше, чем я звезды и цифры.

– Да-да, идеален во всем.

Ихаро подмигнул.

– Хочешь, погадаю на суженого-ряженого?

– Не смей! – испугалась Саша.

Злодейски хохоча, ее собеседник выскочил за дверь.

– И это серьёзный предсказатель! – прокричала ему вслед девушка, собираясь надуться. Она совершенно ничего не хотела знать о своем будущем. Ее мечты казались ей предательством. Если сбудутся. Но если не исполнятся… даже думать горько…

Подгруженный в свои мысли, Итвальд тем не менее четким военным шагом шел к своему кабинету, когда рядом появился один из его солдат с докладом. Вернее, с кратким отчетом от команды, которая уже несколько дней следила за несколькими интересными личностями.

Перед праздником Ли-Анари Итвальду и Ихаро удалось подцепить след телепорта, и сыщики определили место выхода. Пустырь в неприглядном районе. Однако все же не в чистом поле. Сыскари проделали грандиозную работу, опросили огромное количество людей, проанализировали множество данных и пришли-таки к выводу, что, судя во всем этим сведениям, а также особенностям магии, в похищении гилгалимов участвовали два мага – Щук Грин и некто по кличке Удалый. В паре они не работали, но в различных делах в составе сборных групп периодически участвовали. Первый из них обращался к подпольному лекарю с весьма характерными повреждениями.

Теперь их связи тщательно отслеживали. Старались найти и тех, с кем они общались до этого. Кто-то же их нанял.

– Хм… Батька Миряй, – Итвальд уставился на доклад, вспоминая внешне такого добродушного, но на самом деле безжалостного преступного главаря. – Они уверены?

Солдат кивнул. Его приставили к команде именно для того, чтобы он служил связным между ними и начальством.

– Все указывает на это.

Итвальд немного подумал, потом приказал:

– Возвращайся. Указаний нет. Пусть продолжают.

Подчиненный отдал честь и испарился. Ито же направился в кабинет. Однако под его дверьми глава гарнизона остановился.

– Ваше превосходительство? – осторожно окликнул его Эно после пары минут почтительного молчания.

– Батька Миряй – это серьезный человек, – поделился своими мыслями Итвальд. – Сомневаюсь, что он будет работать на какого-то левого проходимца. Там или очень большие деньги, или связи, или что-то еще… Хотел бы я знать… Почему бы мне не спросить, а? Как думаешь, Эно?

– Я думаю, что нужно вызвать отряд сопровождения, хм, арима Хайлуна Наенги.

– Да, Батька Миряй – не абы кто. Тут нужны лучшие. Вызывай.

– Будет сделано. И заодно организую сопровождение для госпожи Новейн.

– Госпожи Новейн? А, точно, Шани. Да, нужно ее отправить в университет.

– Я! Не! Поеду! – Саша всем своим видом давала понять, что с места не сдвинется.

– Ты же не можешь ночевать здесь! – невольно любуясь этой разъяренной фурией, заметил Итвальд.

– Очень даже могу.

– Это здание не так уж хорошо охраняется. У тебя только два выбора – мой дом или университет.

– А ты отправишься спать?!

– Нет, я отправляюсь по делам.

– Они касаются Айллы?

– Да.

– Тогда я с тобой!

– Нет, – покачал головой Итвальд. – Там, куда отправлюсь, девушек видят только в облике шлюх и не тащат их на переговоры.

– Что?

Ито скептически посмотрел на Сашу. Та смутилась, но не отступилась.

– Айлле бы так не сказал.

– Сказал бы. Айлла отлично умеет чувствовать момент, когда нужно отступить и не упрямиться.

– А в логово гилгалимов ты ее взял!

– Айлла – демон, хороша в магии и сильна физически. А у меня в тот момент не было других ресурсов. Сейчас есть, а ты обычный человек и еще студентка.

– Тогда я поеду к тебе. И буду тебя ждать! Чтобы мы продолжили искать Айллу.

Наенги вздохнул.

– Мне напомнить тебе, что в университете тебе ждет маленький, наверняка напуганный отсутствием сестер ребенок?

Это мгновенно отрезвило девушку. Более того, она отчетливо покраснела, поняв, что совершенно забыла о Мици.

– Хорошо, – пробурчала Саша, борясь со стыдом. – Но завтра…

– Завтра будет завтра. Идем.

Она кивнула, схватила сумочку и быстрым шагом направилась к двери. Ито уже взялся за ручку, чтобы открыть, когда девушка вдруг притормозила, оказавшись в опасной, почти неприличной и очень интимной близости от него.

– Т-ты… не бросишь меня? – прошептала Саша, глядя на него огромными, полными чувств глазами.

Айлла была женщиной, красивой, умной, сильной. Она могла плакать или просить о помощи, но она всегда оставалась женщиной. Саша сейчас казалась Итвальду маленькой девочкой. Невероятно милой, симпатичной, очень испуганной. Такую, ее хотелось защищать, оберегать от всего мира и дать все, лишь бы страх исчез из этих завораживающих, влажных глаз.

– Сейчас… Айллы нет и… я… мы с Мици совершенно одни здесь.

Как же хотелось сейчас ее обнять и успокоить… Она не играла и не кокетничала. Она действительно боялась. Все существо Итвальда требовало немедленно защитить ее, уберечь от любых опасностей, а для начала хотя бы утешить. Мужчина сам удивился силе своих реакций.

– Я обещал… что бы ни случилось с Айллой или между нами с ней, я буду тебя защищать. Обещаю.

Как же близко, как близко она стоит, как близко ее нежные губы, которые так робко, еле-еле улыбаются…

– Спасибо! – шепчет Саша и подается еще больше вперед. На миг прижимается к его груди и целует в щеку. Потом она, разумеется, тут же отпрянула и выскользнула в дверь. Итвальд только покачала головой.

– Только пикни, – бросил он, направляясь следом мимо Эно, невольно наблюдавшего эту сцену в приоткрытую дверь.

По здравому размышлению Ито решил, что они сначала доставят Сашу к университету, а потом уже отправятся к Батьке Микаю. Изначально девушку должен был сопровождать отряд, а Итвальд – ехать в другую сторону. Зато, подумал Наенги, его команда – это лучшие и с ней ничего не случится, а то как потом перед Айллой оправдываться?

– Вы что творите, псы драные? – Батька Микай больше походил на деревенского старосту, чем на одного из главарей преступного мира. Казалось, ну что такой увалень может страшного сделать? Самое ужасное – хватить чем в гневе по хребту. Однако Итвальд давно знал, что этот человек отправил на тот свет не один и не два десятка людей. Это если считать только тех, кого он собственноручно укокошил. Пару лет назад Микай решил, что участь наемника и посредника его больше не устраивает, и принялся пробиваться к вершине преступной иерархии. До нее не дошел, но определенное, достаточно высокое положение занял.

Сейчас бойцы Итвальда со всей возможной тщательностью громили кабинет над одним из трактиров, где Батька Микай устроил себе логово. Трое держали на прицеле арбалетов и магии самого хозяина. Тот, разумеется, разразился угрожающе-возмущенными воплями. Наенги же молча смотрел за действиями своих людей, будто не замечая негодующего Микая.

И от этого Батьке вдруг стало страшно. Они действовали, словно его уже не было. В том, что Итвальд Наенги может кого-то убить и это ему сойдет с рук, хозяин трактира нисколько не сомневался. При нынешней системе власти то, что страна не развалилась на конклавы, было заслугой лишь одного – особого воспитания, представлений о чести и благе в Высоких семьях. С детских лет в них вбивали ответственность за свои поступки. В результате молодые люди умели брать ее на себя, но и соответственно, если принимали решение преступить закон, их мало что могло удержать. К тому же Батька Микай прекрасно знал, что на парочку смертных приговоров он давно заработал. Его оставляли в живых только потому, что власть держащие считали его полезным. Так что же переполнило чашу их терпения?

– Догадываешься, почему я здесь, а, Микай?

Батька был старше Итвальда Наенги раза в два, и прозвище ему дали за некоторое родственно-покровительственное поведение в отношении тех, кто младше или слабее. Однако сейчас под взглядом главы гарнизона Микай вдруг почувствовал себя мелким мальчишкой, пойманным на воровстве. И только этот господин решает – сдать его страже или самому отлупить. Только в глазах амбриела Микай прочитал куда более страшный приговор.

Но с ним заговорили! Это уже хорошо! Значит, есть шанс! Заболтать, дать то, что нужно, поделиться нечестно нажитым, да что угодно, лишь бы смертный приговор во взоре Итвальда Наенги сменился на что-то иное.

– Нет, ваше превосходительство, ни малейшего! – тут же поспешил воспользоваться своим шансом Микай. – Но ежели что-то от меня требуется, то мы завсегда рады властям помочь.

По изменившемуся лицу главы гарнизона тут же понял, что ответил неправильно.

– Помочь властям? Помочь властям? – вкрадчиво проговорил Итвальд. – Мою женщину похитили. Это так ты помогаешь властям?!

Микай разве что не взвизгнул от ужаса. Наенги по щелчку пальцев может объявить это нападением на Высокую семью, и тогда точно без шансов.

– Это не я! Не я! Я бы никогда! Да даже…

– И гилгалимов не ты? – прошипел Итвальд. – Думаешь, я не знаю?

– Ну так где гилгалимы, а где ваша баба?! – почти возмутился Микай.

– Дурака из меня делаешь?

От этих интонаций Батьке захотелось провалиться в подвал к колбасам и окорокам.

– Не связано! Не связано!

– Заказчик кто? Быстро!

После, когда Микай обдумывал этот разговор, он прекрасно понимал, что его сознательно попугали. А вот почему он повелся на это – совершенно не понимал. Умом. А вот стоило вспомнить взгляд Наенги, так вопросов как-то не оставалось.

Заказ Микай действительно не хотел брать. Да, гилгалимов никто не любил, они же на всю голову бешеные. Похищать таких – даже с перевесом в бойцах и магах – смертоубийство. Батька действительно собирался отказать. Однако заказчик чего-то подобного ожидал. Он вытащил из складок своего смешного, явно для маскировки одетого плаща, бутылочку с жидкостью оранжевого цвета.

– У тебя отказывает печень, – ухмыльнулся этот странный человек. – Я поэтому тебя и выбрал. По чайной ложке на ночь. В течение трех месяцев. Тут на один месяц. Еще два – по выполнению дела. Неделю тебе на распробовать.

Батька Микай давно мучился с этой проклятой печенкой. Лекари качали головами и говорили, что время упущено. Пара лет – это максимум, который ему отводили.

С учетом всего этого Микай решился попробовать неизвестное зелье. И оказалось – действует. Специально мага-лекаря вызвал. Оказалось, что есть признаки излечения, но они в любой момент могут пойти в обратную сторону. Доктор долго распинался, но Батька понял только, что нужно время и продолжение лечения. Вот тогда Микай и ощутил надежду. С тех пор его было не свернуть. В конце концов гилгалимы тоже живые существа, а значит, их можно побороть, вырубить, пленить, в общем, придумать, как словить. Правда, тут случилось странное. Все лучшие маги начали отказываться от работы. Многие вообще на время исчезли из поля знания Батьки. Как выяснилось, народ быстро просек интерес Итвальда Наенги к похищениям гилгалимов и сразу смекнул, что, засветившись в одном таком, можно получить наказание и за все остальные. Но Микай уже отступить не мог. Пришлось выбирать лучших из тех, кто не смог увильнуть.

Грин и Удалый в целом неплохие маги. Удачливые, умелые, молчаливые, что еще надо? Но если уж пошло что-то не так, то так и будет. Не зря Микай не хотел браться за это дело. Вместо заказанного гилгалима третьего уровня, наемники притащили двух щенков, а взрослого убили. Заказчик пришел в ярость. Грозился не отдать лекарство. Но тут уж у Микая крышу сорвало – сколько он тогда наговорил и как! В итоге еще одна бутылочка лекарства ему досталась. Третью пообещали отдать, когда начнут новое дело.

– И кто заказчик? – Итвальд не собирался проявлять сочувствие. Он наизусть знал все возможные жалобы, которые преступники вываливали на головы сыщикам, и не собирался терять на них время.

Микай посопел-посопел, смиряясь с подобным отношением, потом выдал:

– Он был под личиной.

– Можно подумать он первый до этого додумался.

– Нет, конечно, – надулся Батька. – Но у него амулет сильный. Мой артефакт, который помогает видеть без личин, не справился. А узнать, где он живет, не удалось. Он кучу мест обходил за день. Куда-то в одной личине, куда-то в другой. Иногда зашел в одной, а вышел в другой. Мои люди его потеряли. Третью личину так и не узнали.

«Опять две! Но, может, другие две? А может, их всего две?»

– Сейчас засядешь с художником и расскажешь, как выглядел. И нужен полный список мест, где он бывал.

– Так полного я не знаю, надо топтунов звать, что за ним ходили.

– Ну так зови.

– Так разбежались все! Вы бы еще с оркестром пришли!

– Вот сейчас тебя под белы рученьки выведут отсюда, посадят в соседнюю камеру с гилгалимами, которых у меня сегодня полный подвал, и я им поясню, почему ты там сидишь. Как думаешь, останется у тебя время на то, чтобы твое зелье помогло?

– Да найду я их! Найду! Только мне указания отдать надо.

– Так отдавай.

– Я отдам-отдам. Через пару часов все будет.

Итвальд прикрыл глаза. Его потряхивало от эмоций, сходящей с ума силы.

– Эно, ты со мной. С господином Жинстером, – Наенги с удовольствием увидел, как дернулся мерзавец от своего настоящего имени, – останется арим Хайлун Наенги.

Адъютант с готовностью вскочил. Ито тоже поднялся и отдал необходимые распоряжения.

– А мы куда?

– Домой. Мне нужно подумать.

Подъезжали к особняку уже в глубокой темноте. Тем не менее свечи в гостиной горели. Оказалось, Ихаро давно здесь дожидается.

– Иди спать, Ито, – выдал он, стоило ему увидеть друга.

Итвальд только отмахнулся.

– Все донесения перехватим мы с Эно, – не отстал предсказатель. – Ты сегодня много колдовал, метался по городу, множество дел переделал, да и нервничал, тебе нужна передышка. Ты же солдат, тебе это должны были миллион раз объяснять.

– Да я не собираюсь не спать, просто нужно сначала обдумать…

– Звезды говорят, что завтра, в крайнем случае, послезавтра, – перебил его Ихаро, – нам выпадет тяжело сражаться. Понадобятся все твои силы, а если ты будешь не в форме, можем и проиграть.

– Ты что-то выяснил?

– Еще пока нет, но то, что я сказал, с анализом всех данных по нам – практически максимальная вероятность.

Глава гарнизона чувствовал какой-то подвох, но понимал – друг не отступит, да и не так уж он не прав.

– Если не сможешь уснуть, я поколдую, – выкрикнул ему вслед Ихаро, когда Ито, отдав миллион указаний, отправился в спальню.

Эно, дождавшийся, когда ее дверь хлопнет, с интересом посмотрел на предсказателя:

– Нам, правда, придется завтра тяжело сражаться?

– Может, послезавтра, – Ихаро уселся за столик, где уже разложил свои бумаги.

– Это по гороскопу, да?

– Это по логике.

Видя недоумение адъютанта и его любопытство, предсказатель вздохнул:

– Зная моего дорогого друга, я уверен, что он найдет следы за один, максимум два дня. Маг, который строит столь сложные телепорты, использует древние техники, склоняет к сотрудничеству подобные силы, да и вообще проворачивает такие дела, определенно серьезный противник. И вряд ли действует в одиночку. Значит, точно придется много и тяжело колдовать, сражаться и воевать.

Восхищение в глазах Эно предсказателю польстило.

– Поэтому распорядись, чтобы Ито не будили, что бы там ни случилось. Пусть сначала докладывают тебе. Если решишь, что что-то срочное, – мне. А там я подумаю, – Ихаро немного помолчал. – Я и правда ощущаю, что нечто очень серьезное скоро случится. Такое серьезное, что нам потребуются все силы Ито. И не факт, что их будет достаточно.

Утром Итвальд, конечно, поворчал на самоуправство Ихаро, но признал, что тот оказался прав – тем более за ночь ничего не произошло. Теперь же они имели на руках все данные, которые успели собрать за сутки.

Маги-эксперты принесли свои расчеты и карты с указанием мест с пониженным магическим полем в том районе Армитейского хребта, в который вел след портала. Всю информацию, которую собрали гилгалимы и люди Батьки Митая, тоже принесли. Разумеется, Ито со товарищи сразу схватились за портреты, нарисованные со слов видевших таинственного заказчика. Однако, как ни разглядывали их, знакомых черт не нашли. Самое обидное, что третью личину выявить не удалось. Зато две другие совпали. Хоть здесь без неожиданностей.

– Я тут покопался в твоих бумагах, – нахально заявил Ихаро. Предсказатель давно имел полный доступ к кабинету Итвальда. Все равно то, что действительно не предназначалось для его глаз, пряталось в сейф, – и нашел тот отчет по развалинам телепорта, из которого явился ухажер нашей Лии. Помнишь, ты мне его показывал?

Ито кивнул. Ихаро в силу специфики своей работы обладал огромным объемом знаний. Глава гарнизона советовался с ним по поводу найденных там символов и обрывков заклинаний.

– Еще раз проглядел. Сравнил с этим телепортом. И вот знаешь, возникла такая мысль: какова вероятность, что в наших землях появилось несколько магов, очень сильных и использующих старинные техники времен чуть ли не первых чародеев?

Какое-то время оба Наенги осмысляли эту идею.

– Ты хочешь сказать, что этот, кто ставил заклинания рядом с телепортом, и тот, кто украл Лию, – одно и то же лицо? Но разница в годах между этими событиями очень большая!

– Вот и нет, да, она существенна, однако маг с определенным уровнем силы вполне мог дожить.

Итвальд забрал у друга бумаги и долго сравнивал. Потом вздохнул и отложил.

– Ихаро, но совершенно же не похоже.

– Похоже-похоже, – хмыкнул предсказатель, отпивая какого-то травяного настоя, который для него готовил лично дворецкий Итвальда. – Ты ищешь одинаковые связки, похожие решения, характерные символы. А нужно смотреть шире – на методы. Вот, например, тут посмотри. Здесь как соединение двух частей заклинания использована «ловчая петля». Прекрасное решение, крепкое, надежное, но жрущее много сил. Смотрим телепорт, видишь вот эту дорожку, связку между подвижной частью и выходом, – это «кружево Слаера». Те же критерии – надежно, крепко и энергозатратно.

– Но это совершенно разные техники. Их даже не всегда в одних университетах изучают.

– Согласен. Однако, во-первых, когда-то очень давно эти два приема использовали повсеместно.

– Это было о-очень давно.

– Все верно. Потому что – и это во-вторых – сейчас маг бы использовал в первом случае перекрестное сцепление – дешево и сердито, а в телепорте – «снежинку». Ты можешь сказать, что первый маг тогда еще не знал про перекрестное сцепление. Однако, судя по датам, не мог не знать. То есть в обоих случаях чародей использовал достаточно древние техники, которые современные маги даже не все знают и уже совершенно точно не будут применять. Выгода спорна, действие – сложнее.

На этом моменте Ито задумался.

– И какое твое объяснение? Действительно, зачем использовать более сложные техники?

– Я вижу только одно объяснение, – пожал плечами Ихаро, – привычка. А в энергии он, очевидно, не ограничен.

– Если предположить, что ты прав… Какой-то достаточно возрастной чародей гоняется за Сашей или Лией… и ставит или, что вернее, скрывает природные телепорты для… минимум для контрабанды.

Предсказатель насмешливо поднял брови. Итвальд скривился.

– Возможно, для переправки представителей редких для Теффаны рас. И может являться заказчиком или исполнителем этих похищений.

– Звучит жутко, – кивнул Ихаро.

– И не доказано.

– Увы. Но если бы ты попросил мое экспертное мнение, то в нем было бы сказано о схожести.

– Даже полное подобие – это не доказательство.

– А тебе и не нужны доказательства на данном этапе. Их потом будешь добывать.

– Твоя правда и…

В этот момент в комнате появился дворецкий и доложил о визите магистра Даслайна. Друзья переглянулись. Итвальд сотрудничал с преподавателем Айллы по службе, Ихаро просто знал, как знал почти всех магов города.

– Магистр Даслайн, – Итвальд поднялся и протянул руку.

– Ваше превосходительство, – преподаватель боевой магии пожал ее и чуть поклонился. – Буду благодарен за четверть часа вашего времени.

– Прошу вас, присаживайтесь. Выпьете чего-нибудь?

Ихаро тоже обменялся рукопожатием с посетителем и направился к двери. Вернее, сделал вид.

– Магистр Даслайн, – верно понял его телодвижения Итвальд, – желаете ли вы пообщаться с глазу на глаз, или господину Тарраду можно послушать?

Преподаватель задумался.

– Я хочу рассказать об одном инциденте, который произошел в стенах университета некоторое время назад. Возможно, он связан с безопасностью сестер Новейн. Так что решайте сами.

– Тогда с вашего позволения Ихаро останется. Он полностью в курсе расследования похищения госпожи Новейн. Прошу, присаживайтесь. Выпьете?

Преподаватель вздохнул.

– Хотел бы. Но с учетом, что одна из моих учениц пропала, нужно держать голову трезвой.

– У вас есть какие-то сведения о… Лии?

Магистр раздраженно покачал головой.

– Увы, все, что известно мне, не является тайной для вас. Про нападения у портала, когда обе, вернее, все три сестры оказались в нашем мире, вы знаете?

Наенги кивнул.

– И про то, что мы разыграли представление, что девушки покинули стены университета?

– И про это.

– А про то, что были попытки узнать настоящие имена первокурсников?

– Да.

– Тогда собственно осталось рассказать только о недавнем случае. Возможно, госпожа Новейн… – тут преподаватель запнулся.

– Давайте для простоты использовать имена, – предложил Ито.

– Да, разумеется. Так вот, возможно, гос… Лия или Шани вам уже рассказывали – у нас приключился неприятный эпизод на полигоне для отработки боевой магии и некромантии. Место это специально рассчитано для первых двух курсов. Там ничего сложного в плане потенциальных опасностей никогда не было. Просто не подготовлено оно для такого. И вдруг – гоулмен третьего уровня. А это уровень пятого курса. И только для отработки в паре. В одиночку против таких тварей не выходят. Причем это программа для боевиков. Остальных тоже, конечно, учим, но не специализированно.

Здесь следовало знать специфику – особо активную нежить в Цинае уже давно повывели. Порой случались эксцессы, но достаточно редко и, как правило, в какой-нибудь глуши, куда успевали отправить боевых магов, прежде чем пострадают гражданские. Однако несколько универсальных заклинаний и общие сведения о каждом виде этих тварей вдалбливали всем чародеям. Конечно, не каждый травник сможет так лихо кидаться огненными шарами, как Айлла, но и совсем без защиты не останется. Не раз и не два именно лекари, артефакторы и бытовые маги держали оборону до прихода подмоги – боевиков и некромантов.

– Да, девушки рассказывали про этот случай. Разве это не специально было сделано? – удивился Итвальд. – Чтобы не расслаблялись и научились применять знания в реальной ситуации?

– На первом курсе? – в свою очередь поразился предположению преподаватель. – Там и знаний почти нет, да и не забыли они еще ничего.

– Хм… – Ито посмотрел на Ихаро, тот развел руками.

– Так вот, я продолжу. Тогда это посчитали глупой шуткой кого-то из старшекурсников, – магистр потер лоб. – Но история мне сразу не понравилась. Я пытался дознаться, кто это и, главное, как провернул, однако потерпел неудачу. Никто из потенциальных виновников не признался, а свидетелей того, как тварь затаскивали на полигон, не нашлось. Что тоже очень странно. Ни один охранный артефакт не вякнул. В общем, одни вопросы. Теперь в свете произошедшего у меня появились новые идеи. Во-первых, группа второкурсников оказалась на полигоне случайно. Если бы не она, то под раздачу попали бы первогодки, а именно студенты-артефакторы, в число которых входят обе госпожи Новейн.

Преподаватель глянул на Наенги. Тот стоял у окна и выглядел невероятно сосредоточенным. От взгляда его темных выразительных глаз хотелось передернуть плечами и максимально быстро покинуть кабинет. Однако такой роскоши у магистра не имелось.

– Во-вторых, – продолжил он, – хм… я долго думал, зачем? Да, гоулмен – это большая неприятность. Допустим, преподавателя могли задержать где-то, отвлечь, даже вырубить. То, что пострадал преподаватель, по факту случайность – слишком уж неожиданно было. Это как зайти в собственный дом и там обнаружить волка. Но тем не менее группа второгодников справилась, не имея должной подготовки. По факту даже первокурсники толпой бы закидали его заклинаниями. Конечно, досталось бы всем. Очень большая вероятность, что кто-то пострадал бы очень сильно, возможно, даже с летальным исходом. И вот тут возникает вопрос: кто? Это настолько непредсказуемо, что действительно похоже на дурацкую шутку или, может, акцию устрашения. Но как первое, так и второе мне представляется маловероятным. Тогда зачем такие сложности?

– И к какому выводу вы пришли? – Итвальд понял, что без ответа магистр к нему бы не явился.

– Я представил в деталях, как поступила бы именно эта группа, окажись она в той ситуации. Преподавателя я исключил сразу, вряд ли не придумали бы, как его нейтрализовать хотя бы на время. Вот ребята оказываются один на один с гоулменом. Нежить эта – тварь стремительная, голодная и злая. Неподготовленная толпа юных магов – достойная, вкусная добыча. Гоулмен всю ночь просидел в незнакомом месте, не в силах выбраться. Он будет рваться на свободу, но при виде такого количества еды сразу не уйдет. Попытается подпитаться. Толпа юношей и девушек, хихикая и болтая, вваливается на полигон. Они заслоняют собой выход. Гоулмен их видит. Оценивает ситуацию из-за какого-нибудь укрытия. Выбирает или сильнейшего, или ближайшего. И нападает – быстро, стремительно, без предупреждения. Один готов – мертв или ранен. Прыгает на второго. Тут молодые маги должны очнуться. Крики, визг, кто-то рвется к двери, кто-то вперед, кого-то толкнули. Падает третья, четвертая жертва. Но вот – чисто на инстинктах – в тварь полетели первые заклинания. Что-нибудь вроде огненных шаров, ледяных копий. Всегда сразу вспоминается простейшее. Гоулмен уворачивается. Он такое уже видел. Нападает на следующего. Тут многое зависит от силы воли студентов, найдется ли кто-то опытный, быстрый. Но в этой группе таких нет. Лия с ее малым послужным списком – одна из тех, на кого бы я поставил. Ее растерянность будет длиться очень недолго. Конечно, опять же многое зависит от того, как быстро ее примеру последуют сокурсники. Поддержат магией или бросятся бежать? Однако тут я подумал: а что госпожа Лия Новейн сделает в первую очередь?

– Перевоплотится, – одновременно произнесли Итвальд и Ихаро.

Даслайн кивнул.

– Мне тоже так кажется. Это инстинктивное и в данной ситуации оправданное действие. Я не берусь утверждать, что это реальная причина. Однако с учетом того, что уже пытались вызнать настоящие имена и внешность студенток, мне представляется вероятным, что вся эта история была затеяна для того, чтобы увидеть истинный облик девушек. Лия в нем очень яркая. А где она, там и ее подруга. Значит, нужно просто узнать, кто из студенток – синеволосая демоница.

Итвальд прошелся по кабинету, обдумывая идею.

– Не слишком ли сложно? Две девушки и ребенок прошли в портал. И вот у нас есть три сестры.

– Все верно. Но, во-первых, я сомневаюсь, что оставшиеся в живых бандиты, которые поджидали девушек у портала, вернулись к своему хозяину после этакого поражения. Рысенка, как я понимаю, они похитили по каким-то своим причинам, которые не относятся к их заданию. Вряд ли о ней докладывали. Во-вторых, даже если о трех девушках было известно, у нас часто прибывают семьями. В этом году тоже есть. В-третьих, маскарад немного запутал нашего злодея. Он мог быть не уверен, что сестры Новейн – то, что ему нужно.

– Как я понял, многие считают, что Лия тоже оборотень, – вставил Ихаро. – Они с Мици немного похожи. Пластика движений у Лии нечеловеческая, это сразу видно. Но и не эльфийская. На орчиху или какую-то иную расу она мало похожа. С учетом заявленного родства с маленьким рысенком предположить, что и Лия – перевертыш, – логично.

Наенги сделал еще пару проходок туда-сюда, потом кивнул.

– Что ж, это похоже на правду. Но получается, что наш злодей или его подручный засел в университете. Проклятье, там же Саша!

Итвальд резко развернулся и направился к двери.

– Она сейчас на занятиях, – магистр Даслайн поднялся. – Я приставил к ней двух своих людей, чтобы сопровождали ее на переменах. Незаметно. К тому же вы сами знаете, в университете лучшая защита во всем городе. Потом уже мэрия и, как я вижу, ваш дом.

Слова преподавателя остановили Итвальда. Умом он все это понимал. Но ужасно хотелось забрать девушку из потенциально опасного места и… что? Запереть в другом потенциально опасном месте? Таскать за собой по допросам преступников и злачным местам? «Успокойся, университет – это действительно крепость, несмотря на всю свою ажурность. Там защиту и армия не пробьет. И люди Даслайна бдят… К тому же день, куча народу. Но к ночи нужно что-то решить. Проклятье!»

– С территории университета Саше не выйти, я отдал распоряжение – ни одна, ни с кем-то. Всех девушек проверяют на личины. Телепорт оттуда не открыть. Это проверено сотнями наших студентов, – магистр усмехнулся.

На лице Итвальда отразилась борьба чувств, однако в конце концов разум победил.

– Хорошо, – неохотно признал он. – Пока это не самый плохой выбор.

Магистр кивнул.

– Меня успокаивает мысль, что наш враг действует там не особо уверенно. По ощущениям так вообще в одиночку. И ничего про наших красавиц пока не узнал.

– Уже узнал.

– Да, с этим не поспоришь. Если допустить, что все так, как я думаю, то он действительно получает информацию не очень оперативно и не может быстро корректировать свои планы.

– Это все лирика. У вас есть предположение, кто это?

– Предположение есть, – вздохнул Даслайн. – Даже несколько. В этом году у нас три новых преподавателя, две приглашенные «звезды» на семестр, пятеро подсобных рабочих, с которыми мы дела раньше не имели. Их, разумеется, всех проверили перед тем, как позвать на работу, однако всегда существует вероятность подлога. Если вложены достаточно большие деньги и силы, то могло и сработать. Даже несмотря на все усилия нашей службы безопасности.

– Есть еще вариант, что это студент, – заметил Итвальд.

Магистр удивленно посмотрел на него. Потом задумался.

– Мне нужны списки, – вздохнул Наенги. – Будем про…

В этот момент в дверь постучали так, что стало ясно – не успели.

Итвальд, Эно, Ихаро, магистр Даслайн и еще множество людей стояли в зале со сложной, многоуровневой пентаграммой и растерянно хлопали глазами, пытаясь осознать произошедшее. Защиту университета пробили изнутри. Сделали это телепортом такой невероятной сложности, что посмотреть на него сбежался весь преподавательский состав.

Сразу видно – этот временный портал явно готовили не один день. В комнате, дверь в которую раньше никто не замечал. И нашли ее только после того, как ощутили сработавший телепорт и заорали все защитные системы университета.

Главе гарнизона хотелось материться и требовать ответа, как такое вообще могло произойти. Однако он и сам видел, что стоило двери закрыться, как она будто исчезала. Итвальд лично проверил это и понял, что даже не представляет, как подобное волшебство работает. Магии просто не чувствуется.

Впрочем, это все дело десятое. Сейчас куда важнее, кто ушел этим телепортом и кого с собой увел. Собственно, это уже выясняли. Ответ кричал о себе, но следовало проверить. Группа Айллы по закону подлости или тонко продуманному плану занималась на дальнем полигоне. Отправленный туда секретарь привел с собой магистра Целкеца. Тот обвел взглядом всю честную компанию, на миг задержался на площадке-опоре телепорта и, не дожидаясь вопросов, произнес:

– Шани Новейн не пришла на занятие.

Тут встрепенулся другой преподаватель.

– А на первом уроке была.

В этот момент на пороге появился здоровенный черный волкодав и оглядел присутствующих тяжелым взглядом. За собакой прибежали двое запыхавшихся учителей. В мгновение ока пес обернулся высоким представительным мужчиной.

– Господа, – голос у него оказался под стать – низкий, густой, – вынужден сообщить о чрезвычайной ситуации. У нас пропала ученица. След привел сюда.

– Мици Новейн? – вздохнул Итвальд, вычислив, что волкодав-оборотень является кем-то из руководства начальной школы при университете.

– Вы уже знаете?

«Проклятье, – Наенги предоставил отвечать другим, сам же повернулся к телепорту, – если Саша – это просто плохая новость, то если что-то случится с Мици, это разобьет Айлле сердце».

– Нужно выяснить, куда вел телепорт и как девушки сюда попали. Обе. И кто еще отсутствует.

Итвальд заставил себя отвлечься от тяжких дум и начал раздавать указания.

Скоро над порталом работали лучшие маги-теоретики в городе, а остальные оказавшиеся в распоряжении главы гарнизона люди искали, кто еще пропал, и восстанавливали картину произошедшего. Приставленных к Шани людей магистра Даслайна нашли без сознания в одной из соседних аудиторий. Кто их вырубил, они не увидели, да и как это произошло, не понимали.

– Да, я передал Шани, что мастер Каабу ждет ее в аудитории 134-2, – кивнул Абонтен. – Я правда не понял, что за номер такой. Но мы предположили, что рядом со 134-й. Проклятье, нужно было с ней пойти! Но урок уже скоро должен был начаться!

– А Мици?

– Она с ней была. А что, и она пропала?

– Тебе мастер Каабу сказал, что ждет ее?

– Я ничего такого не говорил, – тут же заявил артефактор.

– Нет, не мастер Каабу, – юноша вдруг напрягся. – Июрэ Сирди.

Привели девушку.

– Неправда! Ничего такого я ему не говорила! Все он врет! Наверняка прикрывает свои темные делишки.

– Это какие такие делишки? – возмутился Абонтен.

– У таких как он всегда есть какие-то… делишки, – сморщила носик Июрэ.

– Это каких таких? – не собирался сдаваться юноша.

Итвальд поднял брови.

– Ну знаете, – девушка махнула рукой, – не нашего с вами круга.

– Что?! Мой отец – ученый!

– Именно, – Июрэ вновь улыбнулась Ито. – Он вынужден работать, – последнее слово она произнесла весьма и весьма многозначительно. – Вы же понимаете, ваше превосходительство?

А после улыбнулась и выдохнула так, что мужчины заворожено уставились – кто на губы, кто на грудь.

– То есть вы решили подшутить над господином Гарфером и передали ему вымышленное послание? – говорил и улыбался Итвальд очень мягко. Однако всем отчего-то стало холодно. Кроме Июрэ, которую, наоборот, бросало в жар от его близости.

– У меня нет времени на такие нелепые розыгрыши, – девушка начала накручивать локон на пальчик, облизнула нижнюю губу. – У меня есть время только на учебу… и достойных мужчин.

– А на недостойных женщин есть? Ваше сообщение касалось Шани Новейн. Она бы опоздала на практическое занятие, чем заслужила бы недовольство преподавателя. Такое вполне могло показаться забавным, разве нет? Маленькая месть наглой выскочке.

– Я рада, что вы разделяете мое мнение, ваше превосходительство, – протянула Июрэ и будто невзначай коснулась его руки. – У нас столько общего.

– Так что же, вы придумали это сообщение?

– Ой да я уже не помню…

Девушка явно хотела, чтобы ее поуговаривали.

– Вспомните, пожалуйста, – Итвальду приходилось не забывать, что Сирди – знатный род и уважаемая семья.

– А что мне за это будет? – Июрэ капризно надула губки. Подразумевалось, что не всерьёз, разумеется. Очевидно, кто-то сказал ей, что так она выглядит максимально очаровательно.

– От вашего ответа и его правдивости зависит, что я решу: случайно вы попали в эту ситуацию или являетесь соучастницей похищения.

– Какой вы бука, – девушка явно собиралась тянуть время до последнего. Лишь бы Итвальд Наенги общался с ней как можно дольше.

– Госпожа Сирди, – вздохнул он, – если вы не помните, боюсь, мне придется позвать мэтра Лока, – произнес Ито очень многозначительно.

– Мэтра Лока? – Июрэ явно не помнила этого имени.

– Именно. Он введет вас в транс, и вы расскажете все, что знаете. Внешне это, конечно, выглядит непрезентабельно. Часто у подопытных капает слюна, они издают всякие… неприличные звуки и начинают выкладывать про себя разнообразные подробности. А если сильная природная защита, то ломать придется, там и до непроизвольного мочеиспускания недалеко…

– Я… я… – девушка была явно не готова к тому, что куртуазная, по ее мнению, беседа так повернется. – Я против!

– Что поделаешь? Вы под подозрением в соучастии в похищении и массовых убийствах. Дело взято под особый контроль, значит, действует военное право. В таких случаях гипноз – это даже гуманно. Будь на вашем месте юноша, его уже тащили бы к пыточных дел мастерам.

– Да не знаю я ничего! Мне это передал мэтр Саругано! Но не буду же я сама этой выдре что-то говорить! Пусть радуется, что вообще одолжение сделала!

– Мэтр Саругано? С чего бы ему передавать это сообщение? Он же не мальчик на побегушках у мастера Каабу.

– Откуда я знаю?! Он сказал, я передала!

– Я могу верить вашим словам, или позвать все-таки мэтра Лока?

– Правда это! Правда! А вы садист! И мерзавец! И… и не дурно воспитаны!

Итвальд повернулся и кивнул одному из прибывших с ним солдат.

– Проведите госпожу Сирди в какой-нибудь кабинет или комнату, где она будет ожидать решения своей участи. Никого не пускать, ее не выпускать. До особого распоряжения. Эно, организуй. А вы, госпожа Сирди, подумайте над тем, насколько высокомерие пристало образованной женщине, которая хочет составить приличную партию. Особенно это касается высокопоставленных женихов. Мало какой политик решится взять в жены девицу, славящуюся своим презрительным отношением к разного рода крупным социальным группам.

– А я слышала, вы очень смелый! – Июрэ явно еле удерживалась, чтобы не расплакаться. Однако старалась держать лицо.

– Да, но люди с подобными взглядами мне неприятны не как политику, а как человеку. Уведите.

Ошарашенную и возмущенную девушку повели прочь, а Итвальд, прикрыв глаза, представил грядущее выяснение отношений с кланом Сирди и вздохнул. Может, отдать девчонку под суд? Осудить не осудят, но гонор собьют. Нет, оснований все же нет. Если только выяснится, что она врала.

– А мэтр Лок уже пришел? – услышал Итвальд чей-то шепот.

– Да нет никакого мэтра Лока, что вы как дети, право слово. Позовите мэтра Саругано, пожалуйста.

Через час поисков оказалось, что мэтра никто не видел со вчерашнего дня.

Кроме Июрэ Сирди, если верить ей на слово, конечно.

Девушку привели обратно. Выглядела она раздраженной и явно разочарованной в Итвальде Наенги. Смотрела на него хмуро и разве что не шипела.

– Вы соврали нам. Мэтр Саругано ни о чем вас не просил.

Как же она удивилась!

Это весьма не понравилось Ито. Как проще бы было, если бы девушка оказалась замешана.

– Что за бред?! Это он вам так сказал? Пусть не врет! Проклятый полукровка!

– Почему полукровка? – удивленно встрепенулся мастер Каабу. – Мэтр Саругано – чистокровный человек.

Ему тоже досталось презрения во взгляде.

– Как же! Я такие вещи чувствую. Он точно какой-то полукровка. Может, папашей и записан какой-нибудь наивный придурок, да только люди там были лишь с одной стороны. Меня не обманешь!

Мастер Каабу вздохнул.

– Кажется, наша беседа про расизм прошла даром. Второе предупреждение, госпожа Сирди.

– Можно подумать, это что-то значит. Истинную Сирди никто не тронет. Доучусь, что бы вы там себе не думали.

– Что-то мне не верится, что вы можете определить иную кровь, – покачал головой Итвальд, словно вынырнув из раздумий и не дав ответить артефактору. – Если, конечно, нет внешних признаков.

Разумеется, взять неопытную девушку «на слабо» оказалось легче легкого. Она без каких-либо сложностей определила всех в комнате, кто имел в предках родителей разных видов. Каких именно, у Июрэ не получалось определять, но чистокровность – вполне.

– А сестры Новейн? – вдруг спросил Ихаро.

Ему девушка улыбнулась вполне благосклонно. Начала строить глазки, однако потом глянула на Итвальда и решила не затягивать с ответом.

– Все трое чистокровные, – скривилась она. – Даже странно. Что, кстати, говорит, что они вовсе не сестры! По крайней мере, одна приемная!

– Почему? – удивился предсказатель. Причину он, разумеется, знал, но хотел послушать версию Июрэ.

– Потому что мелкая – оборотень. А Шани точно человек.

«К сожалению», – явно слышалось в ее интонациях.

Итвальд задумался.

– Так зачем вы соврали про встречу с мэтром Саругано? – вернулся он к допросу, решив, что отвлек девушку достаточно. Однако она не сбилась:

– Да не врала я! Это был он! Точно он! Зачем мне это?

– Причинить боль Лии, – просто ответил Ито.

– Да нужна мне эта… легкодоступная девица, – фыркнула Июрэ. – Много чести.

– Может, вас видел кто? Как вы говорили с мэтром Саругано.

Оказалось, что никто. Или она не заметила. Или не помнила. Итвальд поручил продолжить допрос одному из прибывших сыщиков, а сам поманил мастера Каабу за собой в коридор. Ихаро увязался за ними. Подошел и магистр Даслайн.

– Скажите, мастер, вы хорошо знаете мэтра Саругано?

– Вы думаете, Сирди таки не соврала насчет их встречи?

– У госпожи Сирди опасное убеждение, что принадлежность к знати оправдывает неприглядное, будто то личные качества или поступки. Однако я не вижу смысла для столь простого дела вовлекать такого ненадежного союзника, как Июрэ Сирди. Так что с мэтром Саругано? Хорошо знаете?

– Да куда нам! Это ж настоящая звезда теоретической артефакторики. Его много лет звали к нам преподавать. Но он живет где-то близ Дайсула, – назвал он столицу соседней провинции. – И иногда преподает в их университете. Не любит куда-то выбираться из своего поместья.

– Так почему же в этот раз приехал?

– Мы ему каждый год шлем традиционные приглашения. Он всегда отказывался. А тут вдруг согласился. Мол, дела у него тут, заодно и… – преподаватель развел руками.

– Понятно. А было что-то, что вас в нем удивило? В его поведении? Может, в отлучках или оговорках?

– Ну уходит он куда-то часто… А так… Магия у него сильная, но это вы знаете. Мощная. О! Вспомнил! Он попросил первый курс. В смысле вести занятия у первого курса. Хотя мы ему старшекурсников предлагали. Их он тоже взял. Но и на первом курсе настоял. Причем просил и лекции, и практические занятия.

– А почему вас это удивило?

– Так они ж ничего не знают. Тут любой более-менее нормальный преподаватель справится. А знания мэтра эта мелочь еще не оценит. Так зачем тратить такой ресурс на них?

– Логично. Но уступили, верно?

– Конечно, – пожал плечами мастера Каабу, – у такого великого ученого могут быть прихоти. Эта же – даже на пользу пойдет. Дали ему лекции, все довольны.

– Только лекции?

– Ну да. До практики допускаются только преподаватели, которые проработали в университете пять лет. Тут правила неизменны. Кроме каких-то экстренных ситуаций, как когда все учителя ушли на войну с великанами.

– Такое правило ради безопасности?

– Именно. У нас учатся студенты из разных миров и самых разных семей. Преподавателю практики мы открываем их личные дела, ведь там может содержаться информация, которая поможет лучше понять ученика, особенности его магии. Как с той же Лией. Ее демоническая сущность очень сильно влияет на ее способности. Опять же воздействие на мужчин – это ж по сути ментальная магия. Мощность магии – тоже следствие происхождения. Преподаватель должен уметь с этим работать. Поэтому практику ведут только самые проверенные кадры.

– Разумно.

Тут Ито остановился и посмотрел на Ихаро и Даслайна. Они все трое вспомнили разговор о нападении гоулмена.

– Все-таки интересно, кто родители мэтра Саругано? – протянул предсказатель.

– Я все же думаю, что это какая-то ошибка или оговор, – заявил мастер Каабу. – Мэтр Саругано – чистокровный человек. Это много раз озвучивалось, потому что магия сильная очень для подобного происхождения.

– Насколько сильная?

– Весьма. Это уровень эльфийских патриархов или высших демонов.

– И он теоретик?

– Ну не только, но говорит, ему формулы милее составлять, чем с огненными шарами наперевес бегать.

– А он молод?

– Точно нет. Он, конечно, выглядит как мужчина средних лет, но на деле ему не одно столетие.

– Как интересно…

Мужчины снова переглянулись.

– И он пропал.

– Но зачем? – растерянно произнес мастер Каабу. – Зачем все это? Зачем ему Шани или Лия? Глупости какие. Не для извращенных же утех, право слово. Мэтр Саругано – известный ученый и вполне состоявшийся мужчина, при деньгах, если это важно. У него нет сложностей с противоположным полом.

Этот вопрос занимал их всех. Если не понимаешь мотивов, значит, не все знаешь. А если не все знаешь, значит, с высокой вероятностью ошибешься. Какая будет плата у этой ошибки?

– Доктор Лийданиил тоже пропал!

Часть пятая

Утром Айлла выбралась из теплых объятий с трудом. За ночь так пригрелась, так пристроилась… И выспалась просто отлично. Причем настолько хорошо, что думать о причинах этого тоже не хотелось. Кто бы мог подумать, что похищенная неведомым злодеем, в какой-то дыре, вокруг враждебной природы, на подстилке из веток и рядом с демоном, который в свою очередь ее тоже когда-то похитил, она почувствует себя как в далеком детстве, когда все еще было хорошо и будущее казалось прекрасным – спокойно и защищено. Радостно. А еще – и это пугало демоницу больше всего – она ощущала себя абсолютно, стопроцентно счастливой.

Вот как так-то?!

– Ты куда?

– Спи, я на минутку.

Шиасу благоразумно не стал расспрашивать дальше. Айлла спустилась к воде. Привела себя в порядок, умылась и присела на бревно, глядя на холодное, хмурое еще утро. Озеро и небо казались серыми и непроснувшимися. Даже туман еще крался над водой. Тихо и спокойно. И несмотря на то, что мужчина спал совсем рядом, девушка вдруг почувствовала себя наедине со всем миром. Будто на исповеди перед богом или богиней, когда нельзя врать, молчать и изворачиваться. Нельзя солгать, когда такое утро спрашивает тебя – о самом главном. И ответы появляются в голове сами собой.

«Твой Шиасу много напортачил. Но разве он тебя обманывал?»

«Нет».

«А ты его?»

«Да», – Айлла вспомнила и Таллеаса с друзьями, и Сина, и даже обманку с телом Вайлены.

«Разве Шиасу действовал в тех обстоятельствах не так, как должен был исходя из своего положения?»

«Так», – признала девушка с грустью.

«Так на что ты обижаешься?»

«На то, что он не полюбил».

«А ты полюбила?»

«Да, – Айлла закрыла лицо руками. – Да».

«Твоя обида – это обида неразделенной любви, ты понимаешь?»

«И суккуба, который не смог соблазнить того, кого любит. Как он вообще смог уйти?»

«Потому что твоя любовь его и оберегла. Но сейчас-то он любит тебя. Что не так?»

«Я не верю ему».

«Не только. Ты боишься. И ты обижена».

«Да, я боюсь, и я обижена. У меня все хорошо, а он все разрушит».

«А если у тебя будет все это, но не будет его, не разрушишь ли все ты?»

На этот вопрос Айлла долго думала. Ей хотелось что-то ответить, кидало то в одну сторону, то в другую. Мысли и желания, страхи и сомнения путались в голове и отдавались едкой болью в сердце.

Шагов она не услышала, просто в какой-то момент ее плечи накрыл теплый плащ, и хриплый со сна голос Шиасу произнес:

– Не могу смотреть, как ты тут одна мерзнешь.

Девушка подняла на него огромные глаза. И внезапно расплакалась. Разрыдалась как девчонка, некрасиво и от всей души. Слезы рвались из нее так, будто она сдерживалась все эти годы, будто произошло что-то ужасное. Или, наоборот, что-то слишком хорошее. Шиасу сначала растерялся, потом подхватил ее на руки, закутывая в плащ как в кокон, опустился на это же бревно и прижал к себе, укачивая как ребенка и шепча что-то успокаивающее.

Айлла обняла его и, как только смогла успокоиться, рассказала ему про свои попытки побега. Шиасу сначала оцепенел, и девушка заледенела от ужаса, но потом расхохотался. Смеялся и прижимал ее к себе.

– Теперь я просто обязан на тебе жениться, – хмыкнул он. – Такой изворотливый ум нельзя упускать.

– Дурак! – с облегчением прошептала Айлла.

– Не спорю. Но я рад, что у меня нет аллергии на какую-то неведомую жратву.

Смущенная донельзя демоница спрятала лицо у него на груди.

– По-моему, – дразня, прошептал ей на ушко Ракхар, – это прекрасная история о встрече и истории любви папы с мамой для наших общих детей.

– Замолчи! – девушка стукнула его кулачком по груди. Шиасу еще шире улыбнулся.

– Кстати, у меня для тебя есть подарок, – демон пропустил ее волосы между пальцев, блаженствуя от ощущений.

– Еще один? – удивилась Айлла.

– Милая, я собираюсь задарить тебя ими с ног до головы.

– Ой…

Шиасу засмеялся и одним ловким движением достал из подпространства книгу в кожаном синем переплете. Девушка подозрительно посмотрела на мужчину.

– А у тебя там случайно еще одного плаща нет?

– Нет, клянусь, – хохотнул явно пребывающий в отличном настроении демон.

Покосившись на книгу, Айлла вздохнула, слезла с коленей Шиасу, умылась, высушила руки, уселась рядом на бревнышко и только тогда взялась за подарок.

Какое-то время она не могла сообразить, что это. А потом разве что не закричала. Вскочила от избытка чувств.

– Шиасу! Шиасу! Это же!.. Это же книга моей семьи! Артефакты! Шиасу! Это про артефакты! Про артефакты! Это наше! Сацинов! Шиасу!

Жутко довольный демон поднялся тоже и любовался этим прекрасным зрелищем.

– Там несколько шкафов. Феестины сохранили, что удалось. Нерки не успели уничтожить. Син выкупил все, до чего смог дотянуться. И украшения, которые удалось опознать как принадлежащие твоему роду. Это твое приданое, малышка.

– О-о… – Айлла стояла как громом пораженная. – Шиасу… Но там же, наверное… бешеные деньги запросили.

– Пусть тебя это меньше всего беспокоит. Я просто хочу, чтобы ты получила то, что принесет тебе радость. И более того, принадлежит тебе по праву. Ну так что, я прощен?

– Да! Да! – девушка рассмеялась и от избытка чувств обняла демона. – Спасибо тебе!

И счастье в ее глазах стало ему наградой. Он, конечно, предпочел бы кое-что еще. Но как опытный охотник не спешил. И Айлла была ему за это благодарна.

Из зоны с пониженным магическим фоном решили выбираться на своих двоих. Демон не рискнул перевоплощаться с таким маленькими количеством энергии. Иначе как колдовать, случись необходимость, если весь ресурс уйдет на оборот?

Пока Шиасу собирал лагерь, упаковывал в специальный кокон остатки кабана, Айлла жадно читала.

– Безумно интересно, – поделилась девушка спустя какое-то время. – Ничего не поняла.

Демон засмеялся, но все же уточнил, что она имела в виду.

– Книжка явно на состоявшегося артефактора рассчитана. Я понимаю лишь малую часть, плюс термины надо наши узнать. Тут же иным учат. И символы тоже. Но уже ясно – это бесценное сокровище.

– Я рад, – улыбнулся Шиасу. – Найдешь в себе силы оторваться, или побудем здесь еще какое-то время?

Айлла растерянно огляделась. Итвальд явно не смог отследить ее по амулету. Печально. Хотя, может, так и лучше. Ей явно нужно все хорошенько обдумать. Удалось ли Итвальду защитить Сашу? И кто же тот мерзавец, что ее хочет похитить? «Надо выбираться. Книжки и кабаны – это, конечно, прекрасно, но на носу контрольные, а я не готова».

– Пойдем.

– Зачем все же ты полез драться с Итвальдом?

Шиасу вздохнул.

– Он спровоцировал меня. А я повелся.

– Эно сказал, что Ито наговорил про меня гадостей.

– Не про тебя. Про свое отношение к тебе. Теперь я понимаю, что подловили меня на этом.

– Уверен?

– Да, потому что подготовили место для дуэли. Только вот, похоже, этого придурочного фаната твоей сестры не учли.

– Я беспокоюсь за Сашу.

– Да уж… – Шиасу правда больше волновал сам похититель. К нему у мужчины имелся отдельный здоровенный счет.

Демоны шли по долине, направляясь в сторону, где Айлла видела какие-то строения. Пейзаж вокруг – просто загляденье. Тихо, мирно, не хватает только какой-нибудь премилой деревушки с коровками, а так все для пасторальной картинки в наличии – и красивые горы со снежными вершинами, и зеленая травка, и чистейшее озеро, и небо, такое голубое, что губы сами собой растягиваются в улыбке.

– Какой все-таки красивый мир, – заметила Айлла.

– Не спорю. Надо будет поездить по нему. И по нашему тоже. Ты, например, была в Алых Скалах Нехмехта?

Девушка покачала головой.

– Это на наших землях. Невероятное место. Обожаю его. Очень хочу тебе показать. Кстати, я никогда не был на Летающих Островах Зугда. Вот бы увидеть…

– Да-а, я слышала, это что-то невероятное.

– Да-да, можно попытаться устроить. Все же земли Повелителя.

– А еще я бы хотела…

Шиасу внимательно слушал, но периодически проверял уровень магической энергии в пространстве. Пока мало…

Дороги демоны не нашли. Пришлось Айлле перевоплощаться и лететь разведывать путь. Ракхар немало понервничал, пока она не вернулась: неизвестно, как далеко от логова противника их выкинуло. Конечно, если что, Шиасу смог быстро перевоплотиться и прийти на помощь, однако при таком количестве энергии боец из него не самый аховый. Разве что в рукопашную сойтись.

Слава хаосу, обошлось. Айлла вернулась и рассказала, что нашла что-то вроде тропинки, но скорее всего, звериной.

– Наверное, – пожала она покатыми плечами и поморщилась. – Не разбираюсь я в этом. Как же хорошо, что я не пошла на боевой факультет. Они, небось, половину практики на пузе по каким-нибудь буеракам лазают, нежить ловят.

– Скорее всего, – ностальгически вздохнул Шиасу. Он-то в свое время с восторгом воспринял такое обучение. И уж точно его не хватило бы на сидение над какими-то побрякушками с целью запихнуть туда магию самым фильдеперсовым способом.

Демоны пошли по этой едва заметной тропке. Сначала идти было легко, постепенно дорожка стала забирать все больше вверх. Шиасу снова проверил магию. Все то же. И пришлось на своих двоих забираться в гору.

– Уф, хорошо, что мы демоны, – смеялась Айлла, когда они преодолели особо опасный участок – здесь камни буквально выскакивали из-под ног.

– Зато мы точно теперь знаем, что это убожество проложили не люди.

– Или сделали очень давно.

– Очень сомневаюсь.

Они достигли места, где тропинка уходила на другую сторону горы, вниз. Однако Шиасу вдруг застыл. Девушка смотрела на него с тревогой. Мужчина то ли вглядывался, то ли прослушивался к чему-то. Наконец отмер и решил:

– Давай-ка залезем вот на ту вершину, – и он указал на гору перед ними. Она казалась выше и более остроконечной.

– Зачем? – удивилась Айлла.

– Чувствую что-то.

Демоница ничего не поняла, но решила не спорить.

– Может, я слетаю?

– Нет, это может быть опасно. Магия, которую я ощущаю, кажется мне слишком серьезной, чтобы от нее можно было защититься простыми заклинаниями. Тут я и в своих силах не уверен.

– Даже так? – поразилась девушка. Какой из мужчин может подобное сказать предмету своих ухаживаний?

– Последние события сильно покачнули мою веру в собственную неуязвимость, – хохотнул Шиасу. – Поэтому теперь я стараюсь перестраховываться. Нет ничего глупее, чем дважды наступить на одни и те же грабли. Или похожие. Учусь, так сказать, на ошибках.

Айлла пролепетала что-то одобрительное и пошла вперед, чтобы скрыть, как ее на самом деле впечатлили его слова. Это точно тот самый Шиасу Ракхар, который ее когда-то похитил? Демон догнал девушку и отправил себе за спину. Ей осталось только покаянно улыбнуться: точно, они же не по скверу гуляют. Мысль о сквере вернула ее к вопросу, где же Итвальд и что с Сашей. То, что Ито пытается их обеих спасти – вернее, сестру защитить, а саму Айллу найти – суккуб не сомневалась. И тут очень важно не помешать ему. Особенно в том, что касается подруги. Саму Айллу Шиасу, скорее всего, спасет. По крайней мере с ней ничего страшного не произошло. Пока.

Исполняя план Ракхара, демоны спустились в другую долину, не менее очаровательную, но без озера, немного отдохнули, напились из местного ручейка и отправились дальше. Эта гора оказалась круче. От чего и подъем дался труднее. Они даже всерьез думали перевоплотиться, однако, к некоторому удивлению обоих, магия тут работала еще с большим трудом, чем ранее.

– Не нравится мне это, – хмурился Шиасу. Однако они продолжали идти.

Отсюда, кстати, уже становились видными те строения, которые углядела Айлла. Не очень четко, но их силуэты прорисовывались вдали. Безусловно, раньше там находился город. Даже не деревушка. Дома минимум в два-три этажа. Какие-то колонны разной высоты, возможно, разрушенные. А еще дальше, на возвышении, какое-то величественное сооружение, отсюда не разберешь.

– Безусловно, что-то интересное.

Шиасу придержал Айллу за шкирку, не давая свалиться вперед, пока она всматривалась вдаль.

– По моему опыту оставленные города никогда не приносят ничего хорошего, – поделился он. – Или нежить, или проклятья какие, или монстры, или засада, – мужчина передернул плечами, давая понять, что знает, о чем говорит.

Спорить Айлла не стала. Однако желания поглядеть на мертвый город не убавилось. Правда, девушка благоразумно молчала.

Шиасу же подумал, подумал и предложил:

– А давай-ка мы пойдем не вверх, а прямо. Обогнем эту гору и посмотрим на нее с другой стороны.

Они еще не забрались так высоко, чтобы подобное стало проблематичным. Здесь склон походил на обычный лес, только растущий на наклонной поверхности. Идти по нему не представляло особого труда, правда, сразу бросалось в глаза, что тут явно давно не ходили люди – буераки и подлесок впечатляли. Айлла не жаловалась, хотя начала уставать.

Через какое-то время девушка поняла, что ожидал найти Шиасу. Они натолкнулись на тропинку, явно созданную руками человека. От времени она немало разрушилась, но в целом камень еще держался. Идти сразу стало легче, и демоны начали подниматься.

Магии в этом месте оказалось еще меньше, что начало пугать Айллу. Ракхар же шел вперед, явно почуяв цель. Иногда он с тревогой поглядывал на девушку, но она тут же изображала на лице упертое выражение: а то с этого демона станется решить, что слишком опасно для нее, и следует усадить ее где-нибудь в уголке и отправиться разбираться со всеми вопросами самостоятельно. В целом неплохое решение, но не в этой ситуации. В этом деле Айлла собиралась поучаствовать лично.

Почему-то подниматься становилось все труднее. И дело не в том, что подъем делался круче, а местность все непригляднее, нет, что-то другое заставляло Шиасу пожалеть о своем упорстве. Магии вокруг становилось все меньше, и нечто тяжелое и душное давило на все чувства, вместе взятые. Ракхар знал о заклинаниях, отвращающих от каких-то мест. Вот очень похоже. Однако это ж какая силища должна быть, чтобы пронять даже демонов? Впрочем, стоит ли удивляться? В этом деле такое случалось частенько.

В какой-то момент они все-таки забрались на вершину. Та оказалась не такой уж и острой. Наверху Айлла и Шиасу обнаружили небольшую, не более десяти шагов в каждом направлении площадку, слишком ровную, чтобы быть естественной.

– Осторожно, – Ракхар придержал девушку, шагнувшую было вперед.

– Но там символы…

– Я вижу.

Знаки казались даже не выдолбленными, а вылитыми в камне, как если бы он был металлом, а по нему вели раскаленным прутом. Шиасу не представлял, как такое возможно сделать, разве что, пожалуй, если использовать истинное пламя. Правда, ему не удалось бы сделать линии такими отточенными и узкими.

– Ты чувствуешь? – Айлла почему-то шептала.

– Что?

– Магии много.

Тут и демон понял, что давление исчезло, а энергетический голод, мучивший его с утра, пропал. Мужчина сделал шаг вперед и глубоко вдохнул. Хаос, как же хорошо. Постоял, втягивая в себя силу, наполняясь ею, потом только подошел к рисунку, осторожно прощупывая пространство на предмет ловушек.

– Как необычно, – Айлла, разумеется, последовала за ним. Хорошо еще, вперед не лезла, а благоразумно держалась чуть позади.

– Что именно?

– Знак Лесснихта. Тут его лепят в каждое заклинание и на каждый артефакт, но как бы… сбоку, как дополнительный элемент, аварийный клапан. А здесь – прямо в центре.

– И правда, интересно, – протянул Шиасу. – Правильно, я понимаю, это их местный знак отрицания, отмены?

– Ага, а почему местный? Где-то еще такие есть?

– В ряде учений встречаются, но никогда универсальные. А здесь толково придумано. Однако то, что он в центре, позволяет предположить, что этот рисунок и блокирует магию в округе. Вернее, снижает ее интенсивность.

Айлла потопталась рядом, но ничего не придумала.

– А представляешь, как его отключить?

– Думаешь, нужно?

– А как мы сражаться будем, если что? На десятинке магии?

– Хм… согласен. Надо подумать… Расскажи-ка мне про этот знак.

Девушка честно поведала все, что знала. Шиасу выслушал, сложил с тем, что уже знал, и задумался.

– Ты тоже поразмышляй, может, придет какая умная мысль, – буркнул он и замолчал.

Демоница согласно покивала, даже честно выполнила указание. Ничего дельного в голову не пришло, и Айлла с чистой совестью уселась на камешек с книжкой. Той самой.

– Взорвать тут все, – эти слова спустя какое-то время выдернули девушку из прекрасного и малопонятного (пока!) мира артефакторики. – Я вижу только один вариант. Для верности вместе с локтем камня вниз.

– Уверен? – Айлла вздохнула.

– Нет, – признался Шиасу, чем снова поразил девушку. – Это сразу выдаст, что мы тут. Уверен, последствия сразу докатятся до нашего недруга. С другой стороны, он и так понимает, что мы где-то недалеко. И то, что не нашел, говорит о том, что на самом деле ему наплевать на нас и его цель – Саша Вациск.

– Может, просто не нашел? – робко предположила демоница.

– Может, – согласился мужчина, – но я сомневаюсь.

Он повел плечами, сделал еще один шаг и начал перевоплощаться. Айлла не смогла отвести глаз. Расправил крылья, потянулся.

– Как же хорошо, – практически простонал демон. Суккуб с ним была полностью согласна. – Милая, посмотри, пожалуйста, крыло в порядке?

С неприятно поразившей ее саму поспешностью девушка вскочила и скользнула вперед. Руки с упоением легли на основания крыльев. Шиасу пришлось закусить губу, чтобы сдержать себя и не наброситься на нее. Еле сдерживая желание, он стоял каменным истуканом, позволяя Айлле трогать себя, где ей вздумается. Чем суккуб и воспользовалась в полной мере: провела ладошками по одному крылу, по другому. Коснулась везде, где достала. Потом вдруг шагнула вперед, прижалась к спине демона и обняла его, прижавшись щекой к его правой лопатке.

– Я могла бы сейчас с легкостью вонзить тебе катану в спину, – пальцы девушки легонько поглаживали демона по естественной броне на груди, – и провернуть ее в твоем сердце.

– А хочется? – Шиасу еле сдерживал дрожь от ее прикосновений, от собственных желаний.

– Порой – ужасно хочется.

– И проблемы многие решатся, да?

– О да…

– Так почему же не бьешь?

Пальцы девушки застыли прямо над сердцем. А ведь и правда – усиленная ледяная стрела – и многих ее бед не будет…

– Вот и я думаю, – протянула она, чувствуя, как голова кружится от исходящей от демона энергии. Как же вкусно, как вкусно!

Шиасу откинул голову назад и выдохнул сквозь зубы, мысленно уговаривая себя держаться и дальше. Дать ей свободу делать, что хочется.

– У тебя будет еще множество шансов. Каждой ночью, которую ты проведешь вместе со мной.

– Нахал, – почти любовно прошептала девушка и отстранилась. – Твои крылья в порядке.

Демон вновь призвал на помощь всю свою выдержку и повернулся к ней. При виде того, как он на нее смотрит, Айлла испытала глубочайшее чувство удовлетворения. Да-а-а… именно так этот мужчина должен на нее глядеть. Только так.

– Будем взрывать? – кивнула она на рисунок за его спиной.

Ракхар хмыкнул.

– Я придумал кое-что получше.

Айлла приподняла брови.

– Поможешь мне? – протянул руку Шиасу. Девушка заворожено вложила в нее свою ладонь. Мгновение – и оказалась в его объятиях, прижатая к крепкому телу. Пальцы мужчины тут же зарылись в ее волосы, легонько массируя.

– Шиасу! – возмутилась демоница, упираясь в его грудь и стараясь оттолкнуть.

– А, – сделал вид, что очнулся он. – Прости, забылся.

В следующее мгновение Ракхар устремился вниз, взмахивая мощными крыльями и по-прежнему удерживая девушку в объятиях.

– Между прочим, я и сама могу летать, – возмутилась она спустя какое-то время.

– Да-да, – не стал спорить или объяснять Шиасу.

Они спустились вниз где-то на четверть от общей высоты горы. Здесь прямо из камня бил источник, который они приметили еще при подъеме. Причем вырывался он мощным напором. Демоны напились, умылись, а потом Шиасу долго разглядывал родник, что-то прощупывал, пока наконец не принялся чертить какие-то символы осколком булыжника ровно над тем местом, откуда лилась вода.

– Мы такое делали, когда против Дайлеров воевали, – блаженно зажмурился Ракхар. – Там местность непростая, идеально для всяческих диверсий. То они нам, то мы им. Но мы им, конечно, больше. Эх, если бы не вмешательство Владыки… Ну да ладно, суть в том, что магии минимум, иначе можно засветиться, а эффект… есть.

– Какой?

– Сейча-ас… – Шиасу нарисовал по такому же сложному знаку с обеих сторон отверстия и теперь, сдавленно ругаясь шепотом, пытался сделать еще один снизу.

– Нужна помощь? – спросила Айлла, немного полюбовавшись на эту картину.

Демон только отмахнулся. Спустя какое-то время ему удалось то, что он хотел. На этом мужчина не остановился. На пару с девушкой они перелетели в другое место, которое Шиасу долго выбирал, постоянно то задирая голову, то наоборот, смотря вниз. Здесь знак изобразили уже другой. Такой же нарисовали еще в двух точках.

– Вот так, – Шиасу довольно осмотрел дело рук своих. – Теперь можно активировать.

Они снова оказались у источника, еще раз напились и умылись, а потом демон принялся колдовать. Очень осторожно, поминутно сверяясь с ощущениями и наблюдениями. Этим же занималась и Айлла, то бишь смотрела и пыталась разобраться, что происходит. Пока она видела только, что поток воды становится все меньше и меньше, пока наконец не пропал совсем.

– Ч-что?.. – начала было девушка, но замолчала. Гул внутри горы ее пугал.

– А теперь деру отсюда, – довольно отряхнул руки Шиасу и, подхватив Айллу, полетел вниз.

– И что ты сделал? – спросила-таки демоница, когда ее опустили на землю. Мужчина взял ее за руку и повел дальше. – Шиасу! Я сейчас умру от любопытства!

Ракхар еще немного похмыкал, многозначительно подвигал бровями, заслужил шутливый удар кулачком по плечу и, наконец, рассказал:

– Это специальная диверсионная разработка. Для всяческих сторожевых постов, которые расположены вот в подобных местах. Я перекрыл выход воде. Причем так, что ей не пробиться. Но куда-то деваться нужно. И она найдет выход. Я постарался притянуть ее к двум очень перспективным местам. Если она там прорвется, то часть верхушки обрушится, что уничтожит знак. А мои художества сотрутся, как только будут уже не нужны. Быстро вода дело не сделает, мы за это время сможем отойти подальше. Предлагаю пока не мелькать как мишень в небе, а идти своим ходом.

– А точно сработает?

– Не сработает, всегда сможем вернуться.

– Ну-у… тоже верно.

В этой долине пребывание людей не вызывало сомнений: то здесь, то там попадались сооружения, явно сделанные человеческой рукой. Другое дело, что жители ушли отсюда очень и очень давно.

– Как думаешь, что тут произошло? – тихо спросила Айлла, на которую это произвело неожиданно тяжелое впечатление.

Шиасу пожал плечами.

– От войны до налогов, от эпидемии до изменения торговых путей. Гадать можно бесконечно.

– Мне видится в этом что-то зловещее.

– Хочешь, не пойдем дальше?

– А куда?

– Да куда угодно. Хоть вправо, хоть влево, хоть назад.

– Нет, я так не могу. Должна быть цель. Город – вполне себе цель. От него хоть одна дорога, но должна идти к людям. Мы не знаем, куда нас закинуло, эти проклятые горы тянутся на сотни хорн в разные стороны.

– Мне тоже не хочется сворачивать.

– Значит, пошли.

Следующая гора оказалась выше и круче, чем предыдущая. Дорогу демоны тоже нашли, но смотрели на нее с подозрением: какова вероятность ловушек? Конечно, проще взлететь, однако вдруг за подходами к городу и правда наблюдают? Шиасу не был до конца уверен, что похититель и тот, кто держал его в заключении, один и тот же человек, однако такое казалось вполне возможным. А раз так, то стоит помнить, как много подручных шастало по подземельям. Здесь ли они? Кто знает… Один Ракхар, может, и рискнул бы, но с ним шла Айлла, и он не собирался подвергать ее риску больше необходимого.

Немного пометавшись, то есть, конечно, совершив разведывательные действия, демоны решили подниматься не по главной дороге – пусть тут она и выглядела как узкая, полуразвалившаяся лестница с множеством зигзагов, а по более неприметной тропке, которая к тому же начиналась за какими-то валунами и явно давно не использовалась. Прорубленные ступеньки хоть и заросли, и местами раскрошились, все еще проглядывали сквозь буйство природы.

– Вот будет обидно, если на главной дороге никаких ловушек и в помине не было, – проворчала Айлла. – Идти здесь – развлечение для извращенцев. – Ноги постоянно приходилось поднимать на разную высоту, на пути то и дело оказывались то камни, то корни, то дорога вовсе пропадала. – Или что охраны никакой, и можно было спокойно взлететь.

– Ты готова ради удобства рискнуть безопасностью? – Шиасу чувствовал себя преотлично. Такая разминка только способствовала бодрости духа. В ответ мужчина получил невразумительное ворчание и хмыкнул. Милашка же!

В какой-то момент Шиасу остановился. Айлла с радостью плюхнулась на ближайший камень. Демон поглядел на ее бескомпромиссную мордашку и объявил привал. Отдал девушке имеющиеся припасы и ушел куда-то в сторону. Она только плечами пожала. Даже если свалит, не огорчится. Загнал ее, понимаешь! Однако уже через четверть часа начала беспокоиться. Впрочем, Ракхар вернулся и притащил что-то вроде бурдюка из твердой, почти каменной кожи.

– Нашел схрон, скорее всего, контрабандистов. Вина, или что тут было, уже нет, но сосуд мне понравился. Нашел ручей, тщательно вымыл и принес нам напиться.

– О-о-о… – восхищённо сверкнула на него глазами Айлла. Конечно, можно было и наколдовать воду, но проклятые предосторожности!

Немного отдохнув, демоны двинулись дальше и в какой-то момент оказались на небольшом уступе. Отсюда открывался просто потрясающий вид на город. Айлла застыла в восхищении, Шиасу – в опасениях.

Какой-то неизвестный народ явно питал слабость к белому мрамору. Все строения – от самых маленьких до самых величественных – отличались удивительной гармонией, соразмерностью, будто возводили их по единому плану и в одном стиле. Который, кстати, тоже очаровывал – правильные линии, высокие колонны, сдержанно-изысканные украшения, портики, фронтоны, пилястры, симметричность. При внешней монументальности и строгости форм город казался легким, изящным, наполненным воздухом и светом. Он вписывался в пейзаж так, будто вырос из него, как растет дерево из земли. На фоне синего неба это белокаменное совершенство впечатляло и очаровывало. Впрочем, возможно, дело было в самой Айлле, Шиасу вот не испытал ни малейшего благоговения. Все его внимание занимал поиск опасностей. Взгляд демона обшаривал окрестности, но, как ни парадоксально, первую странность заметила именно девушка.

– Какое необычное решение, – восхитилась она, смотря куда-то вниз. Увидела непонимающие глаза Ракхара и пояснила: – Вон видишь забор, или как это правильно назвать, в виде статуй ощетинившихся оружием воинов. Никогда такого не видела! Интересно, это какой-то механизм, который отодвигается, если проезд разрешен, или что?

Проследив за жестом демоницы, Шиасу вгляделся в скульптурную группу. Строй солдат изобразили в разнообразных доспехах, как водилось в древних армиях. Кого-то неведомые мастера облачили в кольчуги, кого-то в легкие доспехи из пластин, туники же и обувь выглядели однотипными. Оружие дали каменным изваяниям тоже разное – кому-то булаву, кому-то секиру, но в основном все же мечи. Отсюда выражения лиц разглядеть не получалось, но позы выдавали напряжение, готовность к защите и даже ярость. Роскошная композиция! Однако почему посредине дороги? После ворот она расширялась, и вот ее-то и перегораживали мраморные воители. Красиво, загадочно… подозрительно. Наверняка какая-то ловушка. Шиасу бывал в подземельях, где подобные статуи начинали сражаться, ведомые магией или механизмами.

«Обойдем», – решил он, продолжая наблюдение.

– Давай заберемся повыше, – предложил Ракхар, и оба немного переместились так, чтобы видеть еще две улицы, а самое главное площадь, в которую обе упирались.

На ней тоже стояли статуи в человеческий рост, но уже другие. Шиасу пробормотал заклинание, и зрение улучшилось в несколько раз. Эффект временный, зато силу почти не жрет. Правда, вблизи почти не видишь, пока не закончится действие. Но сейчас казалось куда важнее понять, что за статуи расставлены дальше. И чем больше он смотрел, тем сильнее удивлялся. Во-первых, скульптуры здесь явно любили, иначе как объяснить такое их количество? Во-вторых, таких масштабных больше не встречалось. В-третьих, их зачем-то расставили по всей улице, прямо на тротуарах, а не на постаменте. Типажи разительно отличались: очередной ощерившийся оружием воин, спокойный высокий старик, тонкая изящная девушка, почтенная матрона с парочкой ребятишек, чиновник, торговка, цветочница. Потом Шиасу начал замечать и сходство. Эмоции, движение мастера подарили только воителям, а вот «мирные жители» стояли ровно, выпрямившись, с чуть поднятыми, бесчувственными лицами. Пожалуй, только скульптуры женщин с детьми немного отличались. Малыши прятали лица, утыкаясь в матерей, а те обнимали их или сжимали ладошки тех, кто постарше.

Это… пугало. Ракхар не понимал задумки создателей. Такое мастерство в одежде, аксессуарах, деталях доспехов, оружия – и такое равнодушие к лицам изображенных. Может, здесь подобное считалось красивым? Строгие, гармоничные, как весь этот беломраморный город, черты без единого проблеска эмоций… И лишь ярость дозволяется воинам. Или мастерство скульпторов не достигло такой вершины, как точное отображение чувств? Вроде это особое умение и даже философия. Запросто же может быть так, что все дело именно во взглядах на искусство и эстетику. Шиасу немного успокоился и вновь задумался на тему механизмов и магии.

– Ты не ощущаешь каких-нибудь особенных вибраций энергии или вообще чего-то необычного?

– Нет, – спустя пару мгновений шепнула Айлла. – Но мне почему-то страшно.

Демон нахмурился. Суккуб не отличалась излишней пугливостью. Что же ее встревожило? Негативных эманаций он не ощущал: земля не проклята, значит. Что-то из некромантии? Непонятно…

– Ладно, пошли. Это… от неопытности, наверное, – вздохнула девушка.

«Такое может быть», – кивнул Шиасу. Еще раз внимательно все оглядел, включая демоницу, и только тогда двинулся вперед.

Они обошли перегораживающих дорогу воинов полуразрушенными дворами и выскользнули на одну из улиц, ведущих к площади, которую приметили издали. Здесь скульптур почти не стояло. Лишь парочка – в виде какого-то мужчины с книгами и девушки в местном легком платье, мягкие волны которого больше подчеркивали, чем скрывали. Шиасу невольно засмотрелся. Не, худощава. То ли дело у его девочки, и спереди, и сзади – красота! Айлла поймала его плотоядный взгляд и покачала головой. Да-да, он помнит, что крепость еще не взята. Но главное – она рядом. С остальным разберутся.

С этой светлой мыслью Ракхар сделал еще пару шагов и остановился как вкопанный. Следующим его действием стало задвинуть Айллу себе за спину, чтобы она не увидела. Но она, разумеется, увидела.

Здесь улочка делала легкий изгиб, который позволял видеть две трети дороги, а вот на оставшейся части и находилось… это. На косом кресте, вбитом прямо в булыжную мостовую, висел распятый человек. Все крупные его вены кто-то аккуратно вскрыл, и кровь стекала прямо в небольшое углубление и, отчего-то не свертываясь, текла по крошечной канавке к площади. В полной тишине мертвого города зрелище ужасало. Но хуже того – Шиасу знал убитого мужчину.

На него мертвыми серыми глазами смотрел кучерявый, который допрашивал его в подземельях в Теффане.

«Получается, оттуда они переползли сюда, когда появилась угроза разоблачения. А здесь… почему с ним так поступили? Такому же только плати, заставлять или уговаривать не нужно. Стал не нужен в новом мире? Слишком заметен? Или… нужны были жертвы? Настолько, чтобы избавляться от лояльных соратников? Или провинился в чем-то?»

– Хаос… – прошептала Айлла.

– Не смотри, – приказал Шиасу.

– Не могу.

Демон вздохнул, он понимал девушку прекрасно.

– Тогда смотри на знаки. Запомни. Может, что-то умное в голову придет.

Сам Шиасу узнал некоторые символы. Какие-то – общеизвестные, но гораздо хуже – другие он видел в той страшной комнате, где его чуть не принесли в жертву. Айлла чуть дрожащим голосом перечисляла те знаки, которые встречала ранее. Ракхар еще раз вздохнул. Конечно, его девочка – демоница, принимала участие в сражениях, но одно дело в горячке боя видеть тела, а другое – вот так. Словно свинью на обед закололи и подвесили, чтобы кровь вытекла. Даже его проняло.

– Уже темнеет, – перебил девушку Шиасу. – Предлагаю откочевать назад и переночевать в каком-нибудь укромном месте. Нет ничего глупее по темноте переться в логово врагу.

Айлла радостно согласилась. Они вернулись по своим следам. Более того, Ракхар их привел к развалинам небольшого домика недалеко от схрона контрабандистов. Когда-то милый садик здесь разросся, создавая столь необходимый сейчас контраст с мертвым беломраморным городом наверху.

Недалеко они нашли родник, где набрали воды, и теперь Шиасу суетился, обустраивая лагерь и устанавливая защиту. В числе прочего требовалось не только найти дрова для костра, но и сделать так, чтобы тот не увидели снаружи. Девушка набрала немного ягод рядом с домом и даже попыталась помочь с остатками снеди, но ее прогнали, чему, признаться, Айлла весьма обрадовалась, ибо не особо представляла, что именно нужно делать.

Подстелив плащ, демоница уселась на крыльцо и уставилась в небо. Сумерки сгущались, заливая все вокруг насыщенным, богатым синим, на котором то здесь, то там сверкали звезды – маленькие и большие, едва заметные и яркие-преяркие. Айлла невольно вспомнила один из первых их с Шиасу разговоров. Тогда она высказалась в том духе, что ничего особенного в звездах нет. Смешно. Сейчас их свет кажется исцеляющим. Прекрасным и настоящим, милосердным в своем равнодушии в отличие от недавно увиденной продуманной жестокости. Или это такой тип безразличия? Когда живые существа воспринимаются как бурдюк с кровью? Если так, то, пожалуй, это еще страшнее. Неужели именно такое существо нацелилось на Сашу? Айлла спрятала лицо в ладонях, пытаясь справиться с эмоциями и уговаривая себя не думать на эту тему. «Сейчас я не могу ничего изменить, поэтому пока откладываем. Хотя бы до утра. Сейчас есть эти прекрасные звезды и Шиасу».

«Хаос, почему здесь, когда опасность так близко, я ощущаю себя так… по-настоящему. Словно последние месяцы играла в жизнь, а не жила ею… Глупости… какие же глупости. И это чувство уюта – тоже глупость несусветная». Однако именно это она и ощущала. Особенно когда Шиасу подошел, уселся рядом и спустя пару мгновений обнял ее за плечи. Айлла подумала, что ничего страшного не произойдет, если она положит голову ему на плечо, что и сделала. Демон придвинул ее к себе, чтобы ей было поудобнее, и замер, тоже уставившись на звезды.

– О чем ты сейчас думаешь? – задала девушка любимый женский вопрос, неизменно вгоняющий мужчин в ступор. Правда, в отличие от большинства, Шиасу не размышлял в этот момент о какой-нибудь нелепице вроде «чем муха держится за потолок».

– Признаться… я думаю, что нужно завтра поворачивать. Не идти в город.

– Но ты же понимаешь, что наш враг… он там? – после ошарашенной паузы уточнила Айлла.

– Именно поэтому. Я боюсь за тебя.

– Шиасу…

– Да… Айлла… я пытаюсь подобрать слова, которые передадут тебе мои чувства… Но все звучит так избито и мелодраматично. Все эти «я не хочу терять тебя», «я уже однажды пережил твою смерть»… они же не остановят тебя, верно?

– Прости… но нет. Саша…

– Я понимаю.

– Да, у тебя же есть… Син.

Против ее ожиданий Шиасу не зарычал, не напрягся, не отдалился.

– Дело не в нем. Не только в нем. Дело… в Анкерелле.

Этого суккуб никак не ожидала. Удивленно посмотрела на демона, причем, исхитрившись при этом не поднять головы с его плеча. Перед мысленным же взором Шиасу же стояли глаза Анкереллы, когда та узнала… Никогда больше… Никогда больше он не хочет увидеть такой взгляд… Айлла обняла мужчину покрепче и потерлась щекой о его грудь, стараясь защитить от тех переживаний, которые сейчас заставляли его сжимать зубы и кулаки. Как же ей хотелось разгладить эту морщинку между бровей… Прошлое далеко не всегда остается в прошлом. Порой оно нагло переселяется в настоящее и продолжает драть сердце острейшими когтями. Проклятье!

Шиасу тоже покрепче обнял девушку. И на душе постепенно легчало.

– Как думаешь… зачем ему кровь… того мужчины? И куда та текла?

– Какой-то ритуал, – отозвался демон. – В подземелье кровь тоже сцеживали. Возможно, именно для этого ему требовались разные расы.

– Это что же за ритуал такой?!. И ведь это же происходило много лет!

– Что-то очень серьезное. Аналогов я не могу припомнить. Но этот тип явно знает, что делает.

– Но зачем ему Саша?! Она же обычная человеческая девушка!

– Значит, есть в ней что-то уникальное. Причем, я думаю, дело не в способностях. В происхождении, скорее всего.

– Она просто человек. Я готова поверить даже в одержимость ею. Такую, знаешь, маниакальную.

В этот момент где-то в отдалении что-то громыхнуло. Айлла подскочила, готовая сражаться. Шиасу только довольно улыбнулся. На его ладони расцвел огненный цветок.

– Сработали наши художества, – мужчина имел в виду, что рисунок на горе, где они были утром, разрушился-таки. Магия, не сдерживаемая больше, потекла в округу. Пока медленно, но с каждой минутой все сильнее. – Я уверен, что таких ограничителей стоит несколько. Минимум еще три-четыре. Чтобы с разных сторон одинаковый эффект. Но и это хлеб.

– Это же будет заметно, да?

– Несомненно, но мы неплохо подстраховались. К тому же ритуал скоро начнется. Иначе не было смысла потрошить этого типа.

– Может, мы зря ушли?

– Может, и зря…

– Ясно, что телепорт готовился давно, – за несколько часов до этого один из специалистов докладывал Итвальду промежуточные результаты. – Уровень сложности – запредельный. Я не видел мастеров такого уровня в своей жизни. Все использованные приемы, в том числе и чтобы сломать университетскую защиту, очень действенные и с особенностями. Первое – они очень энергоемкие. Второе – достаточно старинные. Поясню, есть более современные решения, чтобы упростить схему, даже чтобы облегчить, но не использованы. Вывод – или телепорт создали на заготовке какого-то древнего мага, в пользу этой версии говорит наличие потайной комнаты, или чародей действительно учился достаточно давно, и с мощностью у него нет сложностей. Но существ такого уровня я затрудняюсь назвать. Разве что кто-то из самых высших, наподобие эльфийских старейшин или верховных демонов.

– Как вариант, первые потомки богов, – пискнул из другого угла еще один из экспертов. – Первые Сирдхаимы, Поллоки…

– И Наенги, – чувствуя, что глаза наливаются кровью, подсказал Итвальд.

– И любые другие первые главы семей, – сглотнув, продолжил исследователь.

– Их все равно никого не осталось в живых, – с деланной легкомысленностью отмахнулся Ихаро, положив руку на плечо Ито. – Но уровень мы поняли. Может, жертвоприношение помогло? С той стороны?

– Следов его не было… – переглянулись специалисты.

– Ну хоть что-то хорошее, – с той же беззаботностью пожал плечами предсказатель.

– Куда? – Итвальд умудрился прорычать это слово, поэтому бумагу ему подсунули как дикому зверю, разве что не отпрыгнув сразу после.

– Есть три возможных направления.

– Вы издеваетесь? – Наенги смял лист в кулаке. – Вы там кости кидали на карту мира?

– Точнее пока не можем сказать, – отважный, будто солдат из первой шеренги, выпрямился первый исследователь.

– И не факт, что сможем, – безбашенно и безрассудно поддакнул второй.

Пока Ито метал громы и молнии, пару раз даже не в фигуральном смысле, Ихаро забрал у него смятый листок, разгладил и уставился на него. Возможные области действительно удручали. На их исследование потребуется не один год.

Мысль о том, кто мог обладать такой силой, не оставляла предсказателя. Неужели доктор Лийданиил на самом деле какой-нибудь опальный эльфийский патриарх? Его никто не видел с вечера, постель или заправили, или не мяли, все личные вещи на месте. Очень подозрительно. С другой стороны, вот он-то точно знал, кто такие сестры Новейн. Не сходится.

– Что ты на них рычишь? – спросил Ихаро, когда за экспертами закрылась дверь. Итвальду выделили одну из аудиторий под кабинет. – Они и так стараются, как могут. Мы с тобой смогли только похлопать глазами на этот бардак, что наделал телепорт с энергетическими слоями в той комнате.

– И что? Наши преимущества – больший уровень силы и семейные техники. Мы же не перед простыми сыщиками выделываемся, а с профессурой имеем дело. У этих и уровень, и знания более будут. А толку ноль. Ничего, никому еще пару пенделей не помешало для ускорения.

– Не могу не согласиться.

– Тогда согласись еще побыть свободными ушами. Мне кажется, мы что-то упускаем, а значит, мне нужно разобраться, разложить все по полочкам…

– И тебе проще это делать вслух, вроде как для кого-то. Ничто с детства не изменилось. Давай, мне даже интересно, – Ихаро тряхнул серебристой копной волос и приглашающе помахал рукой.

Наенги отвесил ему насмешливый церемонный поклон. Немного подумал, походил по комнате взад-вперед.

– Наш противник очень силен, практически не имеет ограничений для мощи заклинаний и любит использовать древние техники.

Ихаро глубокомысленно покивал.

– Ему не составило труда создать несколько сложнейших телепортов – во время драки с гилгалимами, при похищении Айллы, пробивший защиту университета при похищении Саши… и, возможно, тот, из которого вывалился проклятый Ракхар со товарищи.

– Тот вряд ли. Слишком близок к природному.

– Принимается. А вот маскирующее заклинание – вполне.

– Тут согласен. Хоть это и не доказано.

– В этом деле ничего не доказано. Допустим, наш противник и тот, кто похищал людей и представителей прочих рас, – одно лицо… Что это нам дает?

– Жестокость, – мигом выдал Ихаро. – Глубочайшую аморальность этого существа.

– Хм… – Итвальд сделал еще круг по кабинету. – Я не увидел в сухом остатке именно жестокости. Пленников не истязали больше необходимого, не использовали для развлечения. Это больше похоже… как используют животных на фермах. Не жестокость, а безразличие к страданиям разумных существ.

– Разве это не аморально?

– Безусловно. Все это невероятно, просто фантастически бесчеловечно. Но давай дальше к фактам.

– Он охотится на гилгалимов.

– Поправка. Он охотится на всех. Просто гилгалимов мало, они плохо взаимодействуют со стражей и обладают набором качеств, которые не способствуют долгой жизни и любви окружающих. И если эльфов, гномов, обычных оборотней и прочих можно найти в любой другой провинции, то гилгалимов больше всего у нас.

– И тем не менее в последнем похищении он действовал как новичок.

– Они усилили бдительность. Перестали появляться в местах, где их легко отловить.

– И тут соглашусь, – вновь покивал Ихаро. – Судя по карте, их в основном похищали где-то за пределами города, близ их селений и мест охоты. А сейчас те почти все обезлюдели – гилгалимы подались или в город, или вообще в другие места.

– Ему пришлось переползти в город. И тут он начал ошибаться. Если бы еще немного времени, мы бы на него вышли. Уверен в этом. Он явно не привык к Тоосулу.

– Что в принципе снимает подозрение с доктора Лийданиила. Он-то тут давно.

– Хм… я не стал бы говорить так категорично. Он может быть пособником, просто никогда раньше не сталкивающимся с этой стороной их сотрудничества. Наш противник – слишком хороший зельевар, чтобы сбросить со счетом доктора-эльфа.

– Если маг живет достаточно долго, – не согласился Ихаро, – он рано или поздно выучивает алхимию.

– Но здесь не просто высокий уровень, здесь талант. Вспомни зелье, блокирующее магию демонов. Демонов! Или то лекарство, что предложили Батьке Миряю. Оно же помогало. Действительно! Причем по ощущениям особо ничего для нашего противника не стоило. Не представляло какой-то ценности. Ты понимаешь, какой это уровень мастерства?

– Или он в одиночку использует какие-то утраченные данные. Если он действительно живет очень давно, такие вполне у него могут быть.

Итвальд хотел было ответить, но задумался.

– Какое-то непростое существо получается. По опыту такой набор качеств обычно сочетается не в одном человеке, а в группе.

– Не исключено. Но в Тоосуле был один. Максимум двое. Иначе личина бы не особо требовалась.

– Тоосул, слава небу, не место его постоянной дислокации. Подозреваю, что живет он на самом деле…

– У наших соседей, – вклинился в паузу Ихаро.

– В Дайсуле, – продолжил, кивнув, Итвальд. – Но не факт. Исчезновений там случалось немало, но не факт, что он гадит, где живет.

– Он мог и обнаглеть от безнаказанности.

– Тоже вариант. А в Тоосул его привела… хм… охота на гилгалимов. И…

– Саша. Он пытался поймать ее в Теффане, не вышло.

– Нехитрая обманка девушек на какое-то время его провела, однако он искал, – задумчиво протянул Ито. – Сначала не хотел излишне привлекать внимания, действовал осторожно. А потом…

– Уже почти в открытую. Интересно, почему?

– Надоело. Боялся раскрытия. Возможно, понимая, что наследил. Или время поджимало.

– Для чего?

– Очень похоже на какие-то привязанные к датам или положению звезд магические дела. Но вполне возможно, вообще что-то свое. Так, Ихаро, ты же предсказатель. Скажи мне, какие важные события в астрономии грядут?

– И что тебе это даст? Под любое астрономическое явление подвязаны сотни известных ритуалов и столько же неизвестных.

Мужчины замолчали.

– Всё снова упирается в Сашу, – Итвальд провел пятерней по волосам. Ихаро знал, что этот жест выдавал его усталость. – Ты не гадал на нее? Что с ней не так?

– Скажи, Ито, – после паузы хитро сощурился предсказатель, – а кого из девушек ты будешь спасать вперед?

– Кто ближе, – не задумавшись ни на минуту, ответил Наенги, как раз взявший в руки какие-то бумаги.

– А если будет и до той, и до другой одинаково, кого будешь спасать?

– Обеих. Что за вопросы, Ихаро? Я не собираюсь выбирать, чью жизнь принести в жертву. Я спасу обеих.

– Это не всегда возможно.

– Если это станет невозможно, вот тогда и будет думать. Так что с гаданием?

– Остро не хватает точных данных по месту рождения. Но я погадал и так, и этак, и точно могу сказать, что Саша родилась в Цинае, иначе никак не получается.

Итвальд кивнул, не спрашивая, как друг дошел до этого. В таких вопросах Ихаро не ошибался.

– Потом я подумал, что, если Саша действительно родилась здесь, значит, кто-то из богов ей покровительствует больше, чем другие.

– Твое любимое гадание на бога-покровителя? – усмехнулся Наенги. – Сколько денег ты за него уже собрал?

– И амулет! Попрошу не забывать. К нему всегда в подарок амулет соответствующего бога!

– Конечно-конечно.

– Не понимаю твой скепсис. Это тебе и другим высокосемейным хорошо, а простому люду надо знать, кому молиться.

– Да-да, так что с Сашей? Ли-Аран все-таки?

– Да, он.

– Все-таки очень странно.

– Согласен.

Оба задумались. Как часто бывает между друзьями, молчание их не отдаляло, а наоборот – сближало.

– Может, все-таки месть? – предположил Ихаро. – Если мать родилась и жила здесь, что-то этакое натворила, что пришлось бежать аж в другой мир… Ее нашли и там, но к тому моменту она уже умерла. И неизвестный решил мстить ее семье. Дочери в смысле.

– А почему не убил, а пытается похитить?

– Жестоко мстить…

– Это хорошо для какого-нибудь романа в жанре драмы или приключений. В реальности м-м-м… сомнительно.

– Если бы речь шла о романе, этот кто-то непременно бы влюбился в дочь своего врага! – вторую часть фразы Ихаро произнес с нарочитым пафосом.

– Напиши, я даже почитаю, – усмехнулся Итвальд. – Люблю комедии.

– Ты жесток и не ценишь полета моей фантазии. И вообще! Есть же кровная вражда. До сих пор. Тем более наш приятель, скорее всего, из древних времен.

Итвальд просто отмахнулся, задумавшись. Потом подошел к двери, открыл ее и потребовал карты Армитейского хребта со всеми имеющимися данными по магическому фону. Через какое-то время приятели искали на скручивающихся здоровенных листах места с упоминанием о пониженном уровне энергии. Нашли достаточно много.

– Не бьется, – разочарованно выдохнул Ихаро.

– Почему? Вот же нашли совпадение с теми областями, куда гипотетически мог вести телепорт.

– Да, но два десятка!

– Убираем те, что далеко от Дайсула. Остается… одиннадцать. Одиннадцать точных мест размером примерно с долину или пару долин – это уже больше, чем те области, что нарисовали нам эти умники.

– Но все равно очень и очень много. И туда долго добираться.

– Телепорт.

– Телепорт в такие дальние дали много людей не возьмет.

– Значит, будет немного, – Ито пожал плечами.

Ихаро осуждающе посмотрел на друга. Знал он, отлично знал, кто в результате будет спасать всех и вся.

– Зачем ты на самом деле решил устроить дуэль с Ракхаром? Ты же не стал бы его убивать.

– Месть демонического клана мне ни к чему. Но я мог вывести его из строя надолго.

– Но это было не единственной причиной, не так ли?

– Нет, разумеется. Был шанс, что он просто свалит.

– Ты в это верил?

– Вполне допускал. Он уже раз свалил. Более того, сюда он явился не за Айллой. То, что он ее узнал, досадная случайность. Шутка Ли-Анари. И… шутка… Ли… Анари… – лицо Итвальда вдруг застыло. Яркие, такие полные всегда жизни глаза уставились в одну точку.

Ли-Анари считали богиней любви, хоть это и было грубое сужение сферы ее интересов. Как правило, ее называли доброй и милосердной. Подтверждений этим качествам было не счесть, но, пожалуй, и мстила она наиболее изощренно. Впрочем, правильней будет сказать «наказывала». Хотя некоторые говорили, что она взбалмошная и даже злопамятная. Находились примеры и этого. Мнение Ли-Анари, судя по легендам, зачастую шло вразрез с мнением большинства ее божественных братьев и сестер. И если так случалось, она подчинялась их решению, но запросто могла полностью изменить значение оного одним своим действием. Как случилось тогда с Лесснихтом.

– Тебе что-то показали в ее праздник? – осторожно уточнил Ихаро, когда пауза начала затягиваться.

– Что? – Ито не сразу сообразил, о чем его спрашивают. А когда понял, совершенно неожиданно для друга смутился.

– Так-так-так, – подобрался предсказатель. – И ты молчал!

– Порой лучшие друзья совершенно невыносимы, – вздохнул пришедший уже в себя Итвальд. – Сначала дело, потом лирика.

– Как скажешь, – легко согласился Ихаро. – Ты что-то придумал?

– Скорее вспомнил, – потом немного помолчал, снова открыл дверь и приказал: – Срочно ко мне арима Салена Наенги.

– Домой, – подсказал материализовавшийся рядом Ихаро. Итвальд сурово на него посмотрел, но друг взгляда не отвел.

– Хорошо, ко мне домой.

В особняке Ито направился в кабинет, но по дороге остановился и повернулся к предсказателю.

– Ты знаешь, я не люблю прибегать к подобным услугам. Однако на завтра… мне нужно знать, что необходимо, чтобы… – Наенги перебрал в голове такие варианты, как «все остались живы», «победить», «никто не пострадал», и понял, что у каждого слишком много вариантов, когда желаемое сбудет, но так, что не обрадуешься, – не облажаться. Мне нужно хотя бы примерно понимать, с чем я столкнусь.

– Хорошо, – кивнул Ихаро. – Я погадаю.

И, предельно серьезный, свернул в пустую гостиную.

Итвальд же прошел в кабинет, а оттуда в комнату, наличие которой умело маскировалось стенной панелью. Здесь хранился архив семьи. Не весь, разумеется. Только то, что касалось местной ветви, города и земель вокруг. Причем документы сюда приносили только самые важные. И немалую их часть составляли записи по всевозможным магическим аномалиям, в том числе и древним. Наенги вели свой род от богов и никогда не забывали, как много зависит от их воли и зиждется на законах, которые не прописаны в государственных бумагах. Ито вытащил здоровенный том, который его предки заполняли собственноручно на протяжении веков.

Мужчина как раз закрыл потайную дверь, когда в кабинет постучали. Итвальд положил книгу на стол, прикрыл отчетом о свойствах телепорта, которым увели Сашу, и дал разрешение войти.

– Арим Сален Наенги по вашему приказанию…

Глава гарнизона поморщился и махнул рукой, прекращая стандартный доклад.

– Без официоза, Сэл.

– Как скажешь, Ито, – мужчина уселся в кресло и взял предложенный бокал с янтарной жидкостью.

В комнату тихо просочился Эно.

– Не буду ходить вокруг да около. Ты слышал о том, что произошло?

– Мне кажется, все уже слышали.

– А ведь это секретная информация, побери всех лишай.

– Не в этом городе, Ито.

– Верно… – вздохнул глава гарнизона.

– Я могу чем-то помочь? Сомневаюсь, что ты меня вызвал, чтобы выпить с родственником.

– Увы. Пить будем, когда разберемся с этой тварью. А вызвал я тебя, потому что отчет буду дольше искать. Помнишь… лет девять назад ты с отрядом патрулировал какую-то местность в предгорьях Армитея и наткнулся на знаки, запрещающие двигаться дальше? Деталей я не помню, поэтому и позвал тебя.

Итвальд замолчал, а Сален не спешил ответить. Но все присутствующие как-то интуитивно поняли, что нужно ждать.

– Одиннадцать, – вздохнул наконец арим. – Это произошло одиннадцать лет назад.

– О, ты помнишь! – обрадовался Ито.

Сален поморщился.

– Знаешь, сюда просится фраза «Такое не забудешь!» или «Я хотел бы забыть, да не могу», но на самом деле, – он пожал плечами, – ничего такого не было. Конечно, ряд аномалий и некоторых неприятных моментов имели место, однако это не тот ужас, от которого я просыпался бы ночами. Собственно, я в рапорте – официальном и для дяди Маркуса, – дядя кузенов Наенги занимал пост главы гарнизона перед Итвальдом, – все изложил. Ничего не утаил.

– Сэл, нет времени искать их.

– Я понимаю. Просто какие-то детали могу уже и не вспомнить.

– Постарайся, – терпеливо попросил Итвальд, зная натуру кузена. Этот перфекционист вечно переживал, если даже кроха информации не будет донесена до ответственных лиц. – Я уверен, важное ты помнишь, а мелочи не так уж и важны.

На это арим пожевал губами, явно борясь с собой и желанием вскочить и собственноручно найти тот давний отчет.

– Важное, конечно, помню. Но ты же знаешь, что порой мелочи…

– Сален!

Тот поднял руки, показывая, что уступает давлению.

– Я тогда еще не был аримом. Просто один из солдат. И в самом обычном отряде, не как сейчас. Мы тогда патрулировали Армитей, квадрат, если нужно, покажу…

День не отличался солнечностью или какой-то особой прелестью. Бледно-голубое, почти белое небо, ни ветерка. Тихо, но не беззвучно. Сален и еще девять человек не спеша ехали по неширокой дороге. Руководство и хотело бы сократить численность отрядов, да только с гор, если что лезло, то два-три человека мало, что могли сделать. Порой и предупредить не успевали. То есть ценность такого патрулирования сводилась к нулю. За это знание пришлось заплатить немалой кровью. Поэтому теперь только так.

В тот день ничто не предвещало каких-либо неприятностей. Мужчины перешучивались, втихаря жевали сушеное мясо и яблоки. Увы, во фляжках плескалась только вода. Служба, побери ее…

Когда где-то впереди полыхнуло красным, народ даже не поверил. Однако алое зарево и не собиралось пропадать. Оно подсвечивало небо над горами еще пару минут. Потом сменилось на фиолетовое. На зеленом арим Тикул приказал двигаться по направлению к источнику этого неестественного, явно магического света. Продержался он, кстати, минут двенадцать. Отряд свернул с дороги и углубился в долину, пересек её, добрался до перевала и прошел еще одну низину. И вот на подъеме на следующую гору они наткнулись на Знак Запрета.

В этом мире существовало несколько мест, куда простым смертным запрещалось ходить силой богов. В характерный символ вкладывалась энергия каждого из них. Спутать с чем-то – невозможно. Обычно так огораживали все еще опасные места катастроф, устроенных демиургами. С учетом того, насколько быстро восстанавливался этот мир, таких знаков осталось не так уж много.

– В смысле… подтвержденные божественной силой? – поразился Итвальд. – Почему я не знал?

– Тогда дядя запретил об этом распространяться. А для преемника, насколько я знаю, все знания были записаны.

Ито скривился. Можно подумать, возможно перечитать все то, что любезные предшественники сочли нужным записать! Самое важное обычно передавали на словах. Хотя… кто ж знал, что древняя катастрофа может оказаться значимой.

В отряде к знаку отнеслись настороженно. Все поняли, что это такое, однако это как натолкнуться на развалины древнего, не особо выдающегося храма – понимаешь, что с этим связана какая-то история, даже может быть небезопасно, но какого-то особого трепета не испытываешь. Вероятно, реакция была бы другой, изменись что-то, однако кроме пониженного магического фона, который обнаружился где-то за полхорны до знака, всё выглядело совершенно обычно. Даже непонятное зарево пропало, больше не появляясь. Арим подумал-подумал и приказал возвращаться. Как, собственно того, и требовал знак.

– А это точно был настоящий знак? – никак не мог успокоиться Ито.

– Без вариантов. Я фамильной силой проверял, и один из элементов отозвался.

Глава гарнизона и его адъютант кивнули.

– Неужели на этом история закончилась? – хитро прищурился Итвальд. Он отлично знал кузена. Конечно, тот отличался просто-таки феноменальной исполнительностью и практически никогда не нарушал приказов. Однако его авантюризм родился раньше него. Такой сплав качеств не дал ему стать искателем приключений, но выгонял на рейды в горы до сих пор, хотя возможностей перейти на кабинетную работу и пойти выше по карьерной лестнице Салену предоставлялось немало.

– Нет, конечно, – не подвел его арим. – Когда дали увольнительную, я с парочкой ребят, точнее, отрядом из пяти человек, включая меня, вернулись к знаку. Понимаешь, – словно извиняясь, ухмыльнулся Сален, – командир же не запретил туда ходить…

Все трое разулыбались. Как это в духе Наенги!

– В общем, мы пошли дальше.

– И?.. – не выдержал Итвальд.

Когда небольшой отряд прошел за знак, внешне ничего особо не изменилось. Кроме уровня энергии – чем дальше, тем сложнее отзывалась магия. Часть амулетов перестала работать. Остались только родовые или очень сильные артефакты. Но природа казалась вполне обычной, без каких-либо ужасающих следов. Один раз к людям вышел даже крупный секач. Им-то и пообедали. А вот мелких животных и птиц группе не попадалось. Даже пения не слышалось. Опытные солдаты заметили это и быстро поняли, что несмотря на внешнюю ординарность место не так просто.

Тем не менее отряд продвинулся довольно далеко, когда одному из них стало плохо. Ойлидинир, полуэльф, никогда слабостью не отличался, наоборот – отличный боец. Маг вполне неплохой, но тут его начало корежить в странном, совершенно необъяснимом припадке. Ойлидинир уже тогда был не чужд пророческому дару, который выражался у него в повышенной интуиции, за что его особенно ценили во всяческих вылазках. Однако видений за ним не наблюдалось. А вот в тот момент то, что с ним происходило, выглядело как вселение буйного призрака в медиума или особо жесткий транс, какие случаются у предсказателей.

Сообразив, что с товарищем, солдаты принялись внимательно слушать, что Ойлидинир говорит. Однако он, скорее, напугал, чем поразил информативностью. Что вообще водится за разного рода пророками.

– Смерть вокруг. Смерть. Мертвые. Везде мертвые. И в будущем, и в прошлом. Смерть… – повторял он по кругу. – Всех… всех их… больше нет. Смерть…

В общем, мужчины ничего особо не поняли. О своих видениях Ойлидинир даже потом им не рассказывал. Впрочем, скорее всего, доложил о них тогдашнему главе гарнизона, потому что тот приказал Салену и его приятелям туда больше не соваться. В тот же момент молодой Наенги отрядил одного из людей в сопровождение полуэльфу, велел оттащить его за пределы знака, к дороге и привести в себя. Оставшаяся же тройка пошла дальше.

Поначалу по-прежнему казалось, что ничего не происходит. Потом же люди ощутили, что идти становится тяжелее, причем даже не в физическом плане, а как-то иначе. Словно что-то внутри предупреждало – не лезь туда. Мужчины понимали, что так может действовать отвращающее заклинание, против которого обычно защищали амулеты, сдохшие еще на подходе. Поэтому шли вперед, преодолевая себя. Магия работала очень странно – внутренние ресурсы получалось использовать, а внешние – с огромным трудом. А сколько там этих внутренних!

– Признаться, мы так и не поняли, что это было. Возможно, сами себя убедили в какой-то особой опасности, возможно, действительно заклинание или какая-то местная аномалия. Но факт, что в какой-то момент мы тряслись как зеленые новички на первом задании. И я вам скажу, вполне обычный пейзаж никак не помогал. Наоборот, все казалось жутко зловещим и подозрительным, – по мере рассказа Сален все больше оживлялся. Почти уходила казенность речи, а глаза начинали сверкать. – Но мы все-таки нашли кое-что интересное.

– И что же? – выдохнули его собеседники, невольно завороженные повествованием.

– Город, – улыбнулся Сален. Полюбовался на ошарашенные лица слушателей и продолжил: – Оставленный много веков назад город. Полностью из белого мрамора. Архитектура похожа на лаэтский классический стиль. Все такое ровное, симметричное, гармоничное, с колоннами, портиками, статуями разными. Не представляю, что должно было произойти, чтобы люди оставили такую красоту.

– Вы не смогли понять?

Какое-то время Сален помолчал, потом посмотрел на кузена.

– Мы не стали заходить в город. Мне не очень приятно в этом признаваться. Но это не было задание, чисто наше личное любопытство. Интуиция вопила, что необходимо срочно убираться из этого места. Поэтому мы ограничились тем, что Тит, волк-оборотень из нашей тройки, он, кстати, лучше всего справлялся с этими воздействиями, пробежался вокруг, где смог, понюхал. По его словам, живых там не было очень давно. Крови или каких-то некромантических эманаций тоже не учуял. Когда пересказываешь, кажется не особо понятно, чего мы испугались, не буду даже оправдываться. Однако дядя Маркус сказал: счастье, что мы не полезли дальше.

– И, скорее всего, был прав, – поддержал Итвальд кузена. В их мире предчувствия ценились очень сильно, ибо зачастую основывались на магии и голосе предков в крови. – Тем более провидец дал такое плохое предсказание.

– Ойлидинир тогда в полной мере провидцем не мог считаться. Однако да, его реакция, хм, внесла свою лепту. В общем, мы вернулись, я все рассказал дяде Маркусу, написал отчет. Какое-то время за подходами к тому месту следили, но ничего необычного не происходило. Больше не знаю. Как ты вообще запомнил эту историю? Я только раз ее рассказывал и то… не всю.

– Из-за магического фона вспомнил. В смысле что он там был понижен. А так… не знаю. Из-за недосказанности, наверное. Чуял же – скрываешь что-то!

– Сам виноват, надо было раньше дела у дяди перенимать.

– Можно подумать, это так легко! Показывай, где это всё находится!

На карте Сален отметил месторасположение и Знака Запрета, и самого города. Ито принялся сравнивать эти данные с тем, что имел ранее.

– Правильно ли я понимаю, ты думаешь, что похищенные девушки там? – осторожно спросил Сален.

– Не знаю, Сэл, не знаю.

– Если там, я пойду с тобой. Тебе понадобится поддержка и кто-то, кто знает местность.

Итвальд подумал немного, потом нехотя кивнул.

– И охрану нужно взять. Я бы делал упор на оборотней и кого-то подобного. У меня есть подозрение, что это воздействие сильно зависит от расы. Ойлидинир очень далеко и очень сильно его словил. Я держался, подозреваю, из-за того, что Наенги. Тит легче всех перенес. Еще с нами был Корж, пусть примут его предки с почетом, он чистокровный человек. Вот ему пришлось нелегко. И отходил он долго.

– А пятый?

– Пятый увел Ойлидинира, к городу не пошел, а так ничего не почувствовал. Он человек.

– Интересно, как демоны эту дрянь переносят?

– Кто ж знает. Демоны не из нашего мира. Могут и не заметить, могут и с ума сойти.

Ответ Ито не понравился. Он уселся в кресло, сцепил руки перед собой и в раздумьях ткнулся в них губами.

– Собирай отряд. Выступаем на рассвете.

Осчастливив этим приказом, Итвальд достал из-под документов книгу с записями предшественников и принялся искать информацию о нужном квадрате. В архив пришлось ходить еще два раза. Как и ожидалось, история имела древние корни. Правда, не беспокоила людей никогда, таясь на теле земли, как скрытая до поры болезнь.

Через час, продумав самые различные варианты, Ито вышел из кабинета, чтобы отдать приказания подчиненным. За это время народу в доме прибавилось. Глава гарнизона с одобрением посмотрел на полностью экипированных ребят из своей охраны и отряда Салена – двух оборотней, парочку магов-боевиков, одного лекаря и… Рурка Дайрона, того самого гилгалима, который поделился с ними сведениями. Итвальд удивленно поднял брови, глядя на адъютанта. Явно его работа.

– Нет ничего лучше личной заинтересованности, – пояснил тот. Но Ито понял, что за этим решением стоит куда больше. От банального «они сильнее даже обычных оборотней» до вполне разумного «гилгалимов надо социализировать уже!», от жестокого «он пойдет в любое пекло, и его не особо жалко» до обеспокоенного «иначе сам убьется, сунувшись туда».

Подумав немного, Итвальд кивнул. На лицах Эно и Рурка отразилось слегла скрытое облегчение на пару с удовлетворенностью. Остальные же бойцы выглядели несколько озадаченно.

– Перед тем, как мы выдвинемся, я должен предупредить… – начал глава гарнизона, как вдруг в комнату ввалился Ихаро. Лихорадочный румянец и посеревшая кожа выдавали, что предсказатель колдовал все это время.

– Ито, нет, – неизвестно на какой вопрос ответил он.

– Что нет? – потребовал уточнения Итвальд.

Рядом материализовался дворецкий с чашкой ромашкового чая и медом, ловко – сказывался долгий опыт – подсунув их Ихаро как лучшее средство восстановления после ворожбы данного типа.

– Там смерть.

– Да что ж вас всех… – высказался Ито по поводу всех пророков, вместе взятых.

– В смысле, – предсказатель ускоренно засунул в рот ложку меда, сделал глоток чая и попытался взять себя в руки, – я погадал всеми известными мне способами, учтя все данные, которые на данный момент мы имеем.

Заинтересовались все. Предсказатели уровня Ихаро не ошибались.

– С… Шани выживет, если ее не будут спасать. Если будут, может погибнуть. Лия сможет выжить, только если ее будут спасать. Теперь о спасителях. И вам это не понравится.

– Не нагнетай.

– Тут и нагнетать не нужно. Итак… – Таррад прокашлялся и, четко выговаривая каждое слово, произнес: – Наш противник был рожден без благословения богов, он борется за то, что у него отняли боги, и любой рожденный под этим небом, кто выйдет против него, погибнет. – Ихаро оглядел застывшие лица. – И выстоять сможет лишь имеющий зверя и благословение богов.

– Зверя и благословение богов… – медленно повторил в наступившей тишине Итвальд. – Правильно ли я понимаю, что речь идет о тех представителях Высоких семей, кто получил зверя?

– Я не нашел иного трактования. Все остальные погибнут.

– Проклятье, – прошипели Сален с Эно, и Ито героическим усилием сумел удержать рвущееся с языка: «А я говорил, скорее проходите ритуал!»

Вместо этого он перебрал тех представителей Высоких семей, кто имел своего божественного зверя и сейчас находился в городе. Его приятель из Рикреков вот уже полгода покорял очередную красотку в столице и возвращаться в ближайшее время не собирался. Двое оставшихся… времени на переговоры уйдет – море. А в свете того, что Итвальд вычитал в архиве, счет пошел на часы.

– Надо вызывать семью, – вздохнул глава гарнизона. – Пока отдыхайте, возможно, помощь еще понадобится. Эно, срочно найди магистра Вермора. Возможно, придется связываться на дальние расстояния. Боевое облачение высшей защиты – в кабинет.

И скрылся за дверью.

Все завертелось с новой силой. Кто-то побежал за магом, другой – за доспехами. Воины взялись перепроверять оружие и снаряжение, никто из них не собирался расходиться. Предсказание, конечно, отвратительное, но, кто знает, может, удастся его обойти или изменить какие-то факторы, чтобы оно отменилось. С этим пристали к еле живому Ихаро. Рядом порхали горничные с едой и напитками, желая поддержать боевой настрой и силы защитников. Туда-сюда бегали прочие слуги, тоже получившие какие-то указания.

Магистра Вермора нашли спустя часа полтора, и они о чем-то долго говорили с главой гарнизона. Маг вышел такой же серый, как Ихаро, и только отмахнулся на расспросы. Через какое-то время народ забеспокоился: от Итвальда не поступало больше никаких указаний, члены семьи не пребывали.

Помаявшись немного, Эно рискнул постучаться и, не получив ответа, войти в кабинет. Там он не обнаружил никого. Лишь на столе лежала открытая на описании города, про который рассказывал Сален, книга и поверх нее лист с длинным перечнем указаний, начинавшийся со слов:

«В случае если я не вернусь в течение трех суток…»

Айлла проснулась в полной темноте и тишине, совершенно не поняв, что ее разбудило. Она лежала, притаившись как мышка, и старалась хоть что-то разобрать, но так ничего необычного не ощутила. Наоборот, чувствовала девушка себя великолепно. Даже странно. Конечно, годы жизни у родственников научили ее обходиться минимумом энергии, необходимой для суккуба, однако в последнее время она разбаловалась и, кстати, очень хорошо научилась ощущать уровень своей силы. И вот сейчас он зашкаливал. Отчего так? Не уменьшился, а даже подрос. Они же не занимались с Шиасу любовью… Хотя тот поцелуй… Нет, даже того огня мало для этакого скачка. Айлла немного поворочалась, блаженно жмурясь от того, что рука Ракхара еще крепче обняла ее, поддерживая спинку. Девушка невольно потерлась щекой о плечо мужчины. Какое же крепкое… демон, ее демон… Как же хорошо у него под боком. Даже когда он похрапывает. Смешной…

Сон забрал Айллу в свое царство довольно быстро. Однако в следующий раз пробуждение оказалось не таким радостным. Все внутри ее демонической натуры вопило об опасности. Она замерла, стараясь стать максимально незаметной и тихой. И ждала. Ждала, ждала, ждала. Прислушиваясь, напрягая все органы чувств. Но ничего не происходило. По закаменевшему телу Шиасу девушка поняла, что тот тоже не спит. И тоже напряжен до предела.

Время шло, ничего не менялось. Айлла повернула голову и уже хотела что-то сказать, как ладонь демона накрыла ее рот. Хватка Ракхара на ее плече стала крепче. Суккуб снова замерла, действительно испугавшись.

Отпустил ее Шиасу не сразу. Они оба сели. Айлла вопросительно посмотрела на мужчину.

– Не знаю… Я не понял, что это было. Но сейчас кто-то колдует, не близко к нам, где-то в городе. Я ощущаю какие-то мощные, не знакомые мне колебания.

– Некромантия?

– Есть нотка, но это не основное. Надо смотреть… – он помолчал, потом нехотя произнес: – Айлла…

– Нет, – прорычала демоница. – Я не останусь и не вернусь, пока не узнаю, в чем тут дело. Тебе ясно?

Куда уж яснее. Шиасу вздохнул и поднялся.

Итвальд вышел из настроенного максимально близко к мертвому городу телепорта и огляделся. Так рано, что едва-едва что-то видно. Поспавший всего чуть больше часа Ито чувствовал себя на удивление бодро, впрочем, на всякий случай захватил и пару средств, позволяющих ему еще пару дней действовать весьма активно. Конечно, столько он принимать не собирался, но мало ли что может случиться…

Мужчина еще раз сориентировался относительно примет, которые выдал ему Сален и какие были указаны в архивной книге. И пошел вперед. Когда придет время сворачивать с дороги, совсем рассветет. Итвальда мучили сомнения, правильно ли он поступает. Никто не доказал, что Айлла и Саша находятся в мертвом городе, что столько веков незаметно как клякса на темной поверхности стоял на защищаемых им землях. Нет фактов, подтверждающих, что там затаился их враг. Нет даже полной уверенности, что похититель девушек и тот, из-за кого регулярно пропадали гилгалимы и представители других видов, – это одно лицо.

В академии их много-много раз предупреждали, что жизнь не детективный роман, где читателю дают только те подсказки, которые приведут к преступнику, и где под конец есть полный расклад фактов, которые можно проанализировать и понять, кто злодей. Увы, в жизни у тебя тонны сведений, и какие из них важны, а какие нет, никто не скажет. Даже если ты их собрал и сделал выводы, те могут оказаться ошибочными, просто потому ты не все знал. Мозг человека устроен так, что связывает даже самые далекие друг от друга события. Вроде дурацких примет, например, если птица сверху насрала на тебя, то это к деньгам. Вот как это вообще можно было сплести в единое целое?! Так и с расследованиями. Есть набор улик, опираясь на них, делается вывод, кажется, даже, что очевидный. Но, может, тебе просто что-то неизвестно. Или ты все не так понял. Да, их предупреждали о подобных играх разума. И обычно Итвальд не выделял какую-либо из версий, пока большинство фактов не сходилось на одной из них. Однако в данном случае времени для столь тщательного анализа у него просто не оставалось. Ох, не зря их предупреждали еще и о том, что в дело не должны вмешиваться чувства. Уже две ошибки.

Ошибки? Итвальд усмехнулся, вспоминая обеих девушек. Его отец всегда говорил, что, если мужчина хочет стать счастливым, он должен сделать счастливым свою женщину. И тогда счастье придет в его дом. Родители никогда не торопили сына с выбором жены, считая, что воспитали его разумным и хорошим человеком, а значит, он выберет себе девушку под стать. «Конечно, – смеялась мать, – нам, скорее всего, выбор твой не понравится. По крайней мере сразу, ведь выбирать ты будешь исходя из того, какой ты в итоге получился. А ведь ты не тот идеал, который мы хотели слепить из тебя в детстве». – «Разве я не идеал?» – шутил в ответ Ито. И мама, разумеется, обнимала, целовала его и говорила, что идеал. Отец, наверное, осудил бы его горячность… Хотя нет… Старший Наенги тоже не раз действовал, опираясь на интуицию. В конце концов если Итвальд ошибся действием, то не так уж и страшно. А если он ошибется бездействием, то обе девушки погибнут, да и чем закончится выполнение планов преступника, тоже неясно.

Возможно, стоило взять охрану… Предсказатели из рода Таррад не ошибаются. Только у него есть шанс. Конечно, они солдаты и воины, их работа – рисковать. Но задача командира сделать все, чтобы не принять бой, в котором он положит всех своих людей. Да, порой иначе нельзя, однако это не тот случай. Считать ли это решение за ошибку?

Вздохнув, Итвальд снял рюкзак и принялся вытаскивать из него хорошо упакованные магическо-механические крылья. Хватит ныть, решение принято, значит, он обязан выполнить все наилучшим образом. Спасти девушек и выжить. Это первое и второе. Третье – уничтожить врага. А этот кто-то именно враг, который позволил себе просто наглейшим образом гадить на его, Итвальда, землях!

Зверь зло и довольно шевельнулся внутри. Он чуял настоящую драку.

Как же хотелось Итвальду полетать над беломраморным городом, осмотреть его, восхититься. Мужчина отлично знал историю, в том числе и культуры, и понимал, какую редкость, какую удивительную жемчужину видит перед собой. Здесь должны гулять туристы и толпы реставраторов трепетно поддерживать эту обманчиво хрупкую красоту. Увы, этого не случится никогда. Более того, Наенги был уверен, что после сегодняшних событий от великолепного города мало что останется. И то, что он станет тому виной, жгло невыразимым сожалением.

Летел Итвальд низко-низко, чтобы в хмурой предрассветной серости его было максимально трудно заметить. Когда белые стены стали видны достаточно четко, приземлился, снял крылья и спрятал их в укромном месте. Пусть дождутся.

Дальше путь оказался посложнее. И в плане выбора пути, и потому, что приходилось постоянно проверять его на наличие опасностей. Наступивший рассвет мало способствовал скрытности. Но в темноте идти в место, которое не знаешь и которое отлично знает твой враг, – верх идиотизма. Предки проклянут, чес-слово. Зачем им такой идиот в своих рядах?

Интуиция вообще орала о том, что он лезет в крайне опасное место. Но попроси его обосновать – не смог бы. Все на уровне ощущений. Тут нужно специалиста по психическим эманациям… и лекаря, если он все себе выдумал. Помним, помним, про первую возможную ошибку – что он притянул факты к понравившейся теории и теперь просто лезет на руины, где не ждет его никто из похищенных девушек.

Ошибся ли он и во втором – и тут нет никакого преступника?

Впрочем, очень скоро Итвальд нашел ответ на этот вопрос.

Мужчина поднялся в город, стараясь отвлечься от разглядывания его несравненной красоты, и двигался по неприметной узкой улочке, наполовину заваленной камнем от полуразрушенных зданий, с поднявшими брусчатку корнями деревьев. Тут явно никто не ходил давным-давно – слишком уж ровный слой пыли-грязи, которую сам Ито тоже старался не тревожить. Однако в конце улочки стало ясно, что кто-то здесь все же был. Пусть и подошел, скорее всего, с другой стороны. Проход перегораживал косой крест с привязанным к нему человеком. Кто-то вскрыл ему вены, кровь из которых лилась на землю, попадая в специальное углубление, после чего, скорее всего, заколдованная от свертывания, куда-то текла, при этом жертва была уже мертва.

Итвальд, выслушавший каждый рассказ беглецов из подземелья, где держали Шиасу, перечитавший отчеты несколько раз, немало видевший своими глазами, все равно оказался не готов к такому зрелищу. Нет, он не впал в прострацию или истерику, не потерял концентрацию и спокойствие, но эта картина все-таки его потрясла. Где-то глубоко в душе будто борозда осталась. Такое не забыть. Ито заставил себя сделать несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, затем осторожно обошел тело. Он продолжил свой путь, но оказавшись у края площади, замер, оглядывая открытое пространство и белоснежные скульптуры на них.

Потом развернулся и направился назад, чтобы свернуть на перпендикулярную к этой улицу. Нашел ту, что параллельна первой и пошел по ней к центру города. Она оказалась более широкой, и здесь явно ходили относительно недавно. По крайней мере можно было идти, не спотыкаясь об лежащие то тут, то там камни. Впрочем, это мало порадовало Итвальда. Ведь в конце улице его ждал такой же «сюрприз» – еще один труп на косом кресте. На этот раз, похоже, оборотень. Причем, судя по когтям, прорвавшим кожу пальцев, из кошачьих. Эти встречались куда реже, чем те же волки. А еще – лицо показалось Ито знакомым. Последнее время он пересмотрел множество дел о пропаже людей. Там сыщики, не экономя бюджетные средства, прикладывали портреты жертв и засветившихся в деле подозреваемых. И вот эту морду он точно среди них видел. Глава гарнизона попытался вспомнить прочитанное. В памяти неохотно всплыло имя Лод Мром по кличке Коготь. Появился в городе лет семь назад и что-то сразу не поделил с гилгалимами. За последние два года его или представителей его банды несколько раз видели рядом с этими оборотнями или местами их исчезновений. Не он ли выполнял заказы для их невидимого врага и похищал перевертышей? Тогда почему же тот избавился от исполнителя?

Сам Итвальд мог придумать несколько причин, от банального «решил свалить» до утопического «раскаялся». Скорее всего, подельники что-то не поделили, или кошак проболтался кому-то, или заказчик меняет таким вот образом своих исполнителей. Как-то же он умудрился не попасться за столько лет. Наенги передернул плечами и пошел искать проход на параллельную улицу. У него закралось нехорошее подозрение, которое требовалось немедленно проверить. Третья и четвертая улица, упиравшиеся в площадь, имели на концах своих такую же печальную картину. А вот на пятой…

– Доктор! – Ито еле смог удержаться, чтобы не закричать. Метнулся вперед и остановился совсем рядом с Лийданиилом. Прижал пальцы к шее эльфа и чуть не заорал повторно. Жив! Жив!

Наенги вытащил нож и принялся перерезать путы, поддерживая окровавленного лекаря, чтобы не упал. Уложил его тут же, вытащил из кармана один из запасных амулетов, поддерживающих силы, и надел ему на шею, а сам принялся шустро перевязывать раненого, стараясь не думать, что опоздал.

Магический фон здесь явно искусственно понизили. Но эльфы, особенно целители, умели черпать энергию и из себя, и из земли. Судя по состоянию ран, Лийданиил сумел прийти в себя раньше, чем потеря крови стала критической, и силой своего искусства стянул самые опасные раны. Пусть это удалось не полностью, и алая жизнь вытекала из многочисленных разрезов, на которые сил эльфа не хватило, но это помогло продержаться до прихода Итвальда.

Тот и не думал, что доктор придет в себя. Слишком уж много крови потерял. Однако есть в Светлых стойкость, которая дана немногим. Лийданиил открыл глаза и бессмысленно уставился вверх. Итвальд тихонько его окликнул.

– Все в порядке. Я попытаюсь вас спасти.

– Саша, Мици… – прошептал белыми губами эльф. – У него.

– Кто он… это мэтр Саругано? Сможете ответить?

Доктор согласно прикрыл глаза.

– Не человек… кто-то… сильный…

Итвальд поднял раненого и понес в конец улицы, ближе к окраине. Там уложил в арке, на какой-то плите за обломком стены, так, чтобы не заметно было со стороны.

– Доктор, послушайте, я сейчас пойду спасать девушек. Амулет подпитает вас силой. Как сможете, ползите из города, как угодно. Предсказатель из рода Таррад сказал, что здесь выживут, только представители Высоких семей. Вам нужно покинуть опасное место и сделать так, чтобы я не отвлекался на ваше спасение. Понятно?

Эльф снова согласно прикрыл глаза, но не дал подняться Итвальду, схватив за запястье.

– Ритуал… – прошептал Лийданиил, – он готовит… Много крови… разные расы… ради крови. Столько крови… это сила… эзарлалниа… – последнее слов лекарь произнес по-эльфийски. Ито покопался в памяти. Похоже, что-то специфическое. Разговорный-то он помнит неплохо. Эзарлалниа… Это с равной вероятностью может быть и магический термин, и имя, и ругательство.

Глава гарнизона еще раз перепроверил повязки. Проклятье, вот это он не продумал – что помощь может потребоваться не ему, а посторонним. Сейчас доктора бы на руки и оттащить в безопасную зону. Ладно, если Итвальд победит, он вернется за ним. Если проиграет, вряд ли выживет кто-то еще. Если эльф сможет доползти до окраины города, его найдут ребята, которые, конечно, уже мчатся сюда. Понадеемся на амулет и Ли-Сирдхаим, которая создала это прекрасное, стойкое… ушастое племя!

Но сперва…

– Доктор, доктор! – Итвальд потеребил раненого за плечо. Эльф открыл мутные глаза. – Где девушки? – Во взгляде понимания не появилось, и глава гарнизона повторил вопрос на родном языке Лийданиила.

– Ло… у… са… – дальше услышать не получилось, но Ито понял. «Лоусалиэлиэ» – храм на наречии детей леса. Причем не просто святилище, а что-то величественное, вроде собора. Амбриел посмотрел вдаль. Одно здание возвышалось над остальными и очень-очень напоминало древние культовые сооружения, пусть и порядком разрушенное. Итвальд вздохнул: «Ну а где же еще?..» Его расстраивало прежде всего то, что к такому месту незаметно не подберешься. «Надо было все-таки взять ребят…» «Выстоять сможет лишь имеющий зверя и благословение богов», – голос Ихаро прозвучал в голове так ясно, будто друг стоял рядом. Увы, на войне жертвы неизбежны. И идя в бой, каждый понимает, что может не выжить. Однако сейчас Итвальд не смог себя заставить приравнять эту ситуацию к войне. Кто знает, может, и зря… В зависимости от того, что за ритуал готовит его неведомый враг.

В любом случае Ито решил идти вперед, к указанному месту. Он уже понял, что тела жертв образуют кольцо вокруг храма, располагаясь на примерно равном расстоянии от какой-то точки. По крайней мере, такое казалось логичным. Значит, нужно двигаться туда.

Около края площади Итвальд снова застыл. Просто не мог заставить себя сделать шаг дальше. Эти статуи… Статуи, смешно…

Книга поведала главе гарнизона правду об этом месте. И, чес-слово, лучше бы он узнал раньше… или не знал вовсе…

Совет богов, на котором решалась судьба ахорцев, вышел на редкость траурным. Каждый из восьмерых демиургов прибыл туда, уже зная, какое решение примет. И ни один не высказался против. Нет, все они отдали свой голос за то, чтобы жители прекрасного беломраморного Ахора перестали существовать.

И Лесснихт получил свой приказ.

Медленно подходя к обреченному городу, бог-функция не подозревал, что этот день изменит все. Просто шел по дороге, любуясь инстинктивно замирающей в его присутствии природой. Сдержанные горные пейзажи с их величественной, спокойной красотой всегда ему нравились. Куда лучше суетливых городов или нищих деревень, которые порой приходилось посещать.

Ахорцы его узнали довольно быстро. Кто еще может одним движением брови обрушить городскую стену? Ворота оказались закрыты – не спорить же со стражниками? Тех просто не стало, как и крепостных укреплений. Почти всех.

Лесснихт разглядывал ощетинившихся оружием воинов перед собой и как-то отстраненно подумал, что Зеавайн превзошел сам себя. Созданные им существа походили на прекрасные статуи с их отстраненно-совершенными чертами и идеальными телами. Мастер цвета, Зеавайн подарил им белую кожу и невероятно яркие серые глаза. Они походили на своего создателя и склонностью к магическим наукам и алхимии, удивительным чувством гармонии во всем, что изготовляли своими руками, однако кардинально отличались отношением ко всему, что не казалось их лично. Проще говоря, ахорцы на физиологическом уровне не были способны сочувствовать, сопереживать, а мораль просто не укладывалась в их изящных головах. Жители этого города умели любить и ценить близких, но всех остальных считали просто ресурсом. Кем-то вроде скота на убой. Мелочь, недосмотр, совсем небольшая ошибка в расчетах или, кто знает, опасный эксперимент привели к тому, что погибло от действий ахорцев в несколько десятков раз больше людей, чем было тех самих.

Например, если нужно было проверить действенность отравляющего зелья, похожий на статую человек спускался в ближайшую деревню и травил всех, кто там находился. Всех – чтобы некому было мстить. Чисто прагматичная причина, никакой лирики. Если хотелось изучить течение болезни, то с них стало заразить какое-нибудь поселение, а потом скрупулезно записать свои наблюдения. Нужна кровь для ритуалов – пойди и возьми, неважно у кого: женщины, ребенка или старика, если, конечно, для науки не требуется кто-то определенный. Единственное ограничение – опять же чисто прагматическое: не приведи мстящих в свой город.

Жители беломраморного Ахора прекрасно умели зачищать за собой следы и никогда не мучились угрызениями совести – просто физиологически не могли. Никакое миссионерство, проповеди и даже магическое вмешательство не сумели их изменить. Ошибка была в самой их основе. Создатели попробовали все, что могли, признавая за собой вину, но исправить не смогли. Опасаясь распространения полукровок с подобными качествами, боги собрали тот роковой совет и вынесли приговор.

Глядя на искаженные яростью лица – одна из немногих эмоций, доступных ахорцам, Лесснихт подумал, что заберет их жизни так же красиво. Оставит только эти прекрасные оболочки. В конце концов, это будет не так уж сильно отличаться от того, как они жили. Самого его никогда не спрашивали о согласии с приказом совета богов, однако ни разу еще он не был против него. Каждое решение казалось ему правильным и обоснованным. Не сомневался он и сейчас. Поэтому шел через город, оставляя позади беломраморные прекрасные статуи, когда-то дышавшие и жившие.

Лесснихт не испытывал жалости ни к отважным воинам, ни к стойко встретившим свою судьбу ремесленникам, ни к прижимавшим к себе детей матерям, ни к очаровательным карапузам или девочкам с бантиками. Он знал, что каждый из них без колебания отправит на смерть всех, если посчитает это нужным. Неважно, в чем эта нужда заключается – в самообороне, научном интересе или, к примеру, в желании поиграться в разбойников.

Все изменилось в один миг.

Говорят, любовь с первого взгляда похожа на магическое заклинание и, по сути, не настоящая. Однако Ли-Анари никогда не занималась приворотами. В тот миг, когда Лесснихт заметил Лариэн, он заглянул в ее душу, увидел ее до самого дна и не смог устоять. Божество, как считалось, не имевшее сердца, полюбило. Целиком, полностью, без единого «но». Девушка с ярко-серыми глазами сразу стала для него жизнью и вселенной.

Она стояла у фонтана в ярком, цветном платье и спокойно ждала своей участи.

«Так вот ты какой… Что ж, по крайней мере, смерть будет красива».

Созданный, чтобы забирать, Лесснихт никогда не думал о своей внешности. Или о том, что может понравиться женщине, вообще, что может быть с кем-то близок. Он выполнял приказы… и просто был. Существовал. И ему хватало. А тут вдруг мир будто распахнулся перед ним. И показалось, что он годами жил в маленькой комнате и думал, что больше ничего нет, а потом дверь открылась, а за ней оказалось… всё – леса, луга, горы, деревни, города, небо, солнце, звезды…

Вот только эти звезды он сегодня должен был уничтожить.

Девушка улыбнулась.

Мир пошатнулся.

Когда Лесснихт подходил к Ахору, в нем жило пятьсот двадцать семь человек. Когда бог увидел Лариэн, в нем осталось двести восемнадцать жителей.

Ее жизнь он забрал последней. Через двести восемнадцать лет.

Решение богов не изменить. Все, что удалось Лесснихту, – это оттянуть казнь: каждый год в один и тот же день в Ахоре становилось на одну статую больше.

Невидимая стена, проходящая по Знакам Запрета, не выпускала жителей города из него, и они больше не могли иметь детей. Агония Ахора затянулась на двести восемнадцать лет.

Именно это куда более сухими словами излагала книга из архива тоосульской ветви семьи Наенги, но она умолчала о том, что эти двести восемнадцать лет жители обреченного города потратили не зря. Все эти годы они занимались исследованиями и обучением единственного ребенка, который родился после прихода Лесснихта – его сына.

Всю свою ненависть, злость, ярость они направили в изучение способов достижения одной лишь цели – мести восьми богам. И именно это единственное желание вложили в малыша. Он рос, впитывая его в себя, проникаясь им, каждый год видя, как уходят те, кто его воспитывал, помня их слова, взгляды, пропитываясь их отчаянием и горечью.

С каждым годом беломраморных статуй со знакомыми лицами вокруг подрастающего мужчины становилось все больше. Последними уходили самые опытные и образованные. Ахорцы с безжалостной жестокостью распределили по объему знаний, кому умирать раньше, кому позже. Лариэн, мать последнего в городе ребенка и возлюбленная бога, стала двести восемнадцатой.

Так, красивой статуей с руками, будто обнимающими своих близких, она и застыла в главном храме, глядя в небо любящими глазами.

Часть шестая

О таком Наенги не ведали, поэтому и не могли внести в книги. А вот Саша Вациск, увы, узнала.

Для нее утро похищения началось как обычно. Завтрак, отвести Мици в класс… Только рысенок цеплялась за девушку и заглядывала в глаза так, будто знала: что-то случилось. Саша решила не говорить ей про Айллу. Делу это не поможет, а малышка выплачет все глаза. Демоница часто проводила ночь вне их комнаты, поэтому ничего необычного в ее отсутствии не было. Но Мици почему-то выглядела потерянной и постоянно спрашивала, когда старшая из «сестер» вернется. Врать и улыбаться с каждым разом становилось все труднее.

Ночью девочка судорожно прижималась к Саше, отказываясь идти в свою кровать. Впрочем, девушка на самом деле и сама радовалась этому живому теплу рядом. Утром Мици вроде повеселела, но потребовала, чтобы ее навестили после первого урока. Пришлось пообещать и выполнить.

– Эй, Шани, тебя к себе требует мастер Каабу, – крикнул, пробегая мимо, Абонтен. – Аудитория 134-2.

– Ты издеваешься, что за номер такой? – нахмурилась девушка.

– Да откуда я знаю, – парень немного притормозил. – Наверное, рядом со 134-й. Давай быстрее, скоро уже занятие начнется!

– Предупреди там…

– Да-да, – Абонтен махнул рукой и исчез за поворотом.

– Малышка, давай я тебя отведу и пойду, видишь…

– Я сама, – перебила ее Мици. – Вон же дверь.

Вход в начальную школу и правда проглядывался с лавочки, на которой они сидели.

– Ну давай тогда, – девушка чмокнула рысенка в макушку и помчалась к аудитории со странным номером, не увидев, как оборотень перекидывается и на мягких лапках несется следом.

– Мастер Каабу, вызывали? Ой, здрасте, а мастера Каабу не видели? Мне сказали, он меня звал.

– Он сейчас подойдет. Присядь пока… Хотя, коль уж ты тут, помоги мне в одном эксперименте.

– А что надо делать?

– Вон видишь на стойке камень лежит. Можешь взять?

– Конечно, – Саша прошла в центр комнаты и подняла булыжник размером с мужской кулак. – И что?

– Можешь сказать, что там за металлы?

– Ну-у… – протянула она.

– Прислушайся к себе как на практике по артефакторике. Не сможешь, так не сможешь, ничего страшного.

– Да смогу, конечно! Тут… – девушка прикрыла глаза, стараясь ощутить материал и то, что он скрывал, – железо…

– Хорошо. Умница! Еще что-то можешь ощутить?

– М-м… медь… и гилгал. Да, он! И… – она хотела сказать «много», распахнула глаза и осеклась, глядя на то, каким торжеством засветились глаза ее собеседника.

– Отлично! Тогда в путь.

В следующее мгновение вокруг вспыхнула сложная пентаграмма в нескольких кругах и квадратах. Саша поняла, что происходит какая-то жуткая жуть, постаралась выскочить из рисунка, но магия ее не пустила. Пламя поднялось на высоту в половину человеческого роста.

– Что происходит?! Остановите это! – закричала девушка и с ужасом повернулась, услыхав отчаянное:

– Мяу!!!

– Нет! Нет! – завопила она, глядя, как рысенок мчится к ней, прыгая сквозь колдовской огонь! – Нет, Мици!

Очнулась Саша, лежа на гладком темном камне. Миг ничего не понимала. Что произошло, почему она уснула… нет, упала в обморок? Где она находится? Где Мици?! Эта мысль заставила ее распахнуть глаза и оглядеться. Что происходит?

Вокруг только темно-серый ровный камень – как пол в каком-нибудь храме. Колонны, высокие, стройные, красивые, но крыши нет, будто они подпирают небо. Шагах в десяти сбоку статуя очень красивой женщины с поднятыми руками и нежными, удивительно теплыми глазами.

«Как только мастеру такое удалось?»

За ней какой-то прямоугольник, более всего похожий на алтарь. Весь пол изрезан глубокими желобками, явно для каких-то ритуальных целей – слишком ровные линии. А самое главное – шагах в двенадцати, прямо перед Сашей лежит Мици, уткнув лицо в ладони. То ли спит, то ли тоже в обмороке. Но живая! Дыхание чуть приподнимает ее спинку.

«Боги, спасибо!»

Девушка рванулась к ней и только тут обнаружила, что ее удерживает магическая петля на ноге. Совсем короткая – и шагу не сделаешь. Саша про себя взвыла, пытаясь и так, и сяк освободиться от полупрозрачной цепи. Ужас состоял в том, что юная чародейка даже представить не могла, что это за магия такая, какое заклинание в принципе возможно так использовать. Не видела его структуру, а значит, не могла обезвредить. Магия стихий тоже оказалась заблокирована. За это отвечал тяжелый браслет, очень похожий на тот, что когда-то носила Айлла.

«Проклятье, да что же это такое?!!»

– Мяу? – Мици будто услышала ее и очнулась. – Саша!

Рысенка не волновала конспирация. Она увидела сестричку и рванулась к ней. И тут же похожая полупрозрачная петля остановила этот стремительный бросок, будто дернула ее за ногу, возвращая на место.

– Мяу? – малышке явно стало больно. Она извернулась, пытаясь понять, что происходит. Увидела держащее ее заклинание и вцепилась в него мигом трансформировавшимися когтями. То, разумеется, не поддалось. Девочка полными слез глазами посмотрела на подругу. Саша, чувствуя, что у нее разрывается сердце, показала ей на свою ногу.

– Я не могу тоже… видишь…

Секунду-другую Мици смотрела на нее так, будто мир рухнул, пока наконец не разрыдалась. Она плакала навзрыд, рвясь снова и снова к Саше, крича, царапая цепь и свою ногу, тянула руки к сестре, просто уже воя на одной ноте. Девушка, сама заливаясь слезами, умоляла ее угомониться, перестать себя калечить, говорила, что придумает, как им справиться, как избавиться от оков, просила перестать. Но ничто не помогало. Рысенок перешла в ту стадию, когда успокоиться самостоятельно она уже не могла.

В какой-то момент Мици снова рванулась к Саше, как вдруг ее словно выключили. Девочка упала на камень и скрутилась как от боли в животе, тихонько скуля и дрожа. На площадке же появился мужчина. Поглядел на рысенка, едва заметно скривившись.

– Больной ублюдок! – не выдержала Саша, уже сама забываясь и пытаясь добраться до малышки.

– Еще раз проявишь неуважение, и ей, – похититель кивнул на поскуливающую девочку, – станет еще больнее.

В глазах девушки поалело от нахлынувшей ярости. Ей хотелось орать, вопить, кричать, драться, бросаться на мерзавца. О, каких невероятных сил ей стоило сдержаться. Выпрямиться, расправить плечи и процедить:

– Что вам от нас надо… мэтр Саругано?

По губам мужчины скользнула насмешливая ухмылка, и Саша подумала, что имя у него наверняка совсем другое.

– Кстати, как вас зовут на самом деле?

Но похититель проигнорировал вопрос. Встал перед девушкой, окинул ее непонятным взглядом и произнес:

– Мне от тебя нужен гилгал.

Саша невероятно удивилась. Уставилась на мужчину круглыми глазами и спустя пару мгновений, поняв, что пояснений не дождется, проблеяла:

– П-простите?

– Гилгал.

– Но… у меня нет.

– Я знаю, но ты можешь добыть.

– Добыть?

– Именно. Как твоя мать.

– Мама? – Саша уже ничего не понимала. – А мама-то причем?

Какое-то время мэтр Саругано внимательно рассматривал ее лицо, словно решая, верить ее незнанию или нет.

– Знаешь ли ты, Саша Вациск, кем была твоя мать?

Девушка решила не запираться. Если уж он проведал ее настоящее имя, то скрывать все остальное не имело никакого смысла.

– Конечно. Линет Вациск, в девичестве Линет Ранэ. Мастер-артефактор. Одна из немногих женщин этой профессии в нашем мире!

– Линет Ранэ… Смешно, – покачал головой похититель. – На самом деле твою мать звали Элионетта Соуранская.

Саша смотрела на мужчину и только хлопала глазами.

– Неужели и вправду ничего не знаешь? – Ответ он прочитал на ее лице. – Удивительно. Никогда не подумал бы, что такое будут скрывать от прямого потомка… Но, может, не успела… Я не успел.

– Не успели?

– Да, я до-олго искал твою мать. Но когда нашел, ее уже похоронили. Ты, конечно, осталась. Однако… впрочем, об этом позже. А кто твои дед с бабкой по матери знаешь?

– Ну-у… они тоже артефакторы. Мама говорила, что это семейное дело.

– Именно! Артефакторы. Мастера-артефакторы! Одни из лучших. А знаешь, почему?

– П-почему? – Саше вдруг стало страшно от его серых глаз. Только что вполне обычные, они вдруг налились азартом, почти не отличимым от безумия. Стало жутко, что водоворот этих эмоций утащит ее на дно.

– Потому что когда-то их, вернее каких-то твоих далеких предков создал Ли-Аран.

– Ли-Аран… – прошептала девушка, вспоминая, что им рассказывали про бога, занимавшегося минералами и металлическими рудами, а потом переключившегося почему-то на дороги. – Но мама никогда… – Саша задумалась, потом решительно покачала головой, – никогда не говорила о таком!

– Возможно, потому что ты была слишком маленькая. Но разве у твоей матери не находилось всегда множество самых редких металлов?

– Ну да, но она же артефактор, разумеется, у нее были материалы.

– В самом деле? И поставщики их привозили?

Саша нахмурилась.

– Я тогда маленькая была и не помню. Да и какая разница? Даже если Ли-Аран, то что?

– А то, что ты, Саша Вациск, единственная во всех мирах, обладаешь даром притягивать металлические жилы. Когда-то Ли-Аран подарил своим созданиям – роду мастеров-артефакторов, Соуранским – этот великий дар. Чувствовать металлы. Везде. В камнях, в артефактах, даже у себя под ногами. Чувствовать и уметь ими управлять. В самом начале дар Соуранских был так силен, что они могли поднимать на поверхность целые жилы железных руд так, что за ними не нужно было лезть в шахты. Впрочем, шахтеров найти проще, чем оплатить работу подобных людей. А вот подсказать, где золото искать или что поценнее, – это да. А самое главное – притянуть то, что иначе не добыть.

Девушка схватилась за виски, замотала головой, отрицая услышанное. А ведь Айлла пересказывала ей слова Итвальда. Именно он ей поведал историю про эту семью. Но никто из них и подумать не мог…

– Но я… я никогда… вернее, лишь немного… Так многие умеют! Я про то, что чувствую металлы. Чуть-чуть. И уж точно не притягиваю!

– Потому что этому тоже надо учиться. Соуранские учили своих детей. Однако люди – идиоты. И окружающие, и твои предки. Вот и сгинули любимцы Ли-Арана. Даже я долго думал, что ни одного не осталось. Что Ли-Аран не уберег, не стал даже пытаться. Ан-нет. Спас-таки последнюю. Открыл телепорт в другой мир, да такой, что никто о нем не знал, пока я не нашел. Много лет потом пользовался, пока не раздолбали… Ну да не суть. Важно же то, что маменька твоя хоть и умудрилась помереть во цвете лет, но все-таки озаботилась обзавестись потомством. Пусть и не обученным. Так что ты, Саша Вациск, будешь срочно осваивать науку предков.

– Всесильные боги! И ради доступных металлов ты положил столько народу и гонялся за мной по двум мирам?!!

– Ты не понимаешь, да? – мужчина покачал головой. – Отвратительное образование. Даже Тоосульский университет уже не дает гарантии нужных знаний в головах своих студентов.

– Я только начала учиться!

– И что? Ты же артефактор! Ты должна знать всё про материалы! И уж тем более про металлы. Предки твои на том свете от стыда за такого наследника наверняка по второму разу померли. Гилгал, неуч ты такая, весь уже найден! Не осталось ни одной крупной жилы! И его невозможно создать. Это совершенно особый, уникальный металл. Все, что есть, это крупицы, крохотные частицы размером с горошину, которые лежат меж толщ других пород. Таких горошин на вот эту, к примеру, гору может быть штук десять всего! И никто, никто не будет потрошить все горы этого мира ради этих крох. Ты понимаешь? Гилгала, по сути, уже не найти без твоих способностей!

– Так ты и не гилгалим, – справившись с потрясением, заявила Саша. – На кой он тебе сдался?

Мужчина сделал шаг к девушке и уставился в ее злющие глаза.

– Ты действительно думаешь, я буду тебе что-то объяснять?

Саше вновь стало жутко. До холода где-то внутри и дрожащих коленей. Она хотела что-то сказать, но чужая рука сжала ее горло, сдавила, заставляя цепляться за нее в попытках оторвать от себя стальные пальцы и хрипеть, задыхаясь. Похититель приблизил свое лицо к ее и тихо, четко произнес:

– Если я к вечеру не увижу нового гилгала, я буду пороть твою кошку, пока с нее не слезет вся шкура, и не дам перекинуться. А если она дотянет до утра, то продолжу. Мне показать на примере, что я имею в виду? – и он улыбнулся, обнажая идеальные, ровные зубы, которых у обычных людей не бывает.

Девушка замотала головой, ибо говорить все еще не могла. Мужчина сжал ее горло еще сильнее, потом отпустил, почти откидывая от себя. Саша не удержала равновесия, покачнулась и упала на камень площадки. Мэтр Саругано же достал хлыст, до этого спрятанный в голенище сапога, и почти без замаха ударил им по плечу и спине девушки. Из ее глаз брызнули слезы, а сама она выгнулась от обжигающей острой боли, мгновенно перечеркнувшей все, что она думала и испытывала до этого. Никогда раньше… никогда ее так не били, и теперь она не представляла, как люди могут такое перенести и не свихнуться.

– Как думаешь, – мужчина присел рядом на корточки, – твоя кошка выживет после полусотни таких ударов? Или раньше загнется?

«Больной ублюдок!» – захотела заорать Саше, но она прикусила язык, помня его обещание.

Чародей насмешливо ухмыльнулся в ее полыхнувшие яростью глаза.

– Ты быстро учишься. Примени этот навык для добычи гилгала. Вот пример.

Он кинул перед ней крохотный кусочек металла и поднялся. А через пару мгновений исчез из поля зрения. Саша с трудом подняла голову и первое, что увидела – полные ужаса глаза Мици. Девушке показалось, что ее ударили второй раз, настолько больно это было.

– Н-не бойся, – проговорила она, выдавливая из себя слова, а не скулеж. – Я справлюсь. Он тебя не тронет. Айлла и Ито спасут нас.

Девочка посмотрела на нее жутким, чужим, взрослым взглядом.

Сцепив зубы, Саша села, скрестив ноги перед собой, и на миг уткнулась в ладони, будто вытирая лицо. Потерла его, стараясь вернуть ясность мышления. Все потом, она обо всем подумает потом. Сейчас надо решить, как выбраться и как призвать гилгал.

– Все хорошо, малышка, – слова сами летели с языка, лишь бы не эта тишина и ощущение подступающего бессилия. – Мы выберемся.

Она говорила что-то еще, молоть языком без участия головы Саша отлично умела. Ей же самой отчаянно требовалось осмыслить сказанное мэтром Саругано или как там его на самом деле зовут. Значит… значит, она на самом деле… нет, не так, она по матери Саша Соуранская. Боги всесильные, как же так… а мама не Линет Ранэ, а Элионетта Соуранская. Их род благословлен самим Ли-Араном. И они могут чувствовать металлы и даже притягивать их. Вернее, она может… Последняя из рода. Девушка вновь закрыла лицо руками. На примере Айллы она хорошо понимала, как опасно быть единственной в роду и иметь уникальные возможности. Кто бы знал, что они с подругой на самом деле так похожи. Настолько!!!

Получается, она из этого мира. По сути… по крайней мере по маме… А может, и родилась тут. Не смогла бы мама упустить такой дар, не смогла бы. А значит, подстраховалась, скорее всего, и родила ее там, где Ли-Аран сможет ее увидеть. О-о-о… Ли-Аран… у нее есть покровитель. Конечно, не факт, что активный, но… теперь она не просто дочь купца, а почти на одном уровне с Ито и может стать ему достойной невестой… Что?!! Что за мысли такие?! Нет, нет, нет, прочь из головы!!! Думать только о том, что ей надо спастись и спасти Мици. Малышку надо срочно отсюда вытаскивать. Прямо срочно. Ей и так досталось.

– Девочка моя, все будет хорошо. Вот увидишь.

Как?! Как сделать это хорошо? Проклятье! Да, она пообещала рысенку, что Айлла и Ито их спасут. Однако насколько это правда? Кто этот мэтр Саругано на самом деле? И что это за место? Девушка еще раз огляделась. Походило на руины какого-то храма. Алтарь, колонны, этот ровный камень под ногами. Крыши нет, правда, но… верования разные бывают, или просто время не пощадило. Интересно, а вычерченные бороздками знаки в полу – это изначальный замысел? Саша поковыряла одну из них. Не вчера выдолбили. Впрочем, к гармоничному храму они не подходят. Тот, кто строил это совершенство, будь нужны ему пентаграммы внизу, сделал бы все аккуратнее. Походило бы на узоры, а не на вандализм. «О чем я думаю?» Девушка попыталась сосредоточиться. Отсюда не удавалось разглядеть что-либо за площадкой, на которой она находилась, но чародейка понимала, что они высоко. Видела и горы вокруг. Вот и вся информация. Зато понятно, что вход в храм справа, там и перила лестницы. Понятно, куда бежать. Жалко, что она не летает, как Айлла. Ладно, сначала бы цепи-заклинания снять с обеих, а там они как припустят!

Повернувшись, Саша вновь уставилась на чужую магию, не дававшую ей и шага сделать. М-да… на первом курсе такого не проходят. Никаких знаков отмены или предохранителей тоже не видно. Тогда девушка подняла руку с блокирующим браслетом. Эх… Юрка с Касси сняли бы наверняка. Юрка, может, и жива… Да где она? А Касси отдала свою жизнь, защищая ее, Сашину. Значит, она обязана выжить и отстоять свою свободу. И спасти Мици! Она задолжала миру очень много жизней. Столько же обязана спасти!

Кстати, если это чудище в обличье мужчины не сняло браслет, значит, во-первых, колдовство могло бы ей помочь, если бы его вернули, а во-вторых, ее дар, который якобы достался от Ли-Арана, нечто иное, не магия. Ему эти ограничители не мешают. Саша протянула руку и взяла крохотный кусочек гилгала. Что же они носятся так с этим металлом? На вид от серебра не отличишь. Хотя нет, вот этот синий отблеск совершенно особенный. Редкость, говорите? Саша прикрыла глаза и попыталась почувствовать этот металл где-то еще, рядом. И как это сделать? Обычно, когда девушка хотела ощутить наличие металла, она просто брала вещь в руки и сосредотачивалась. Как правило, этого хватало. Но тут-то целая гора!

Немного подумав, Саша прижала ладони к камню и попыталась отрешиться от боли. «Небо, Айлла тащила тебя и Мици от бандитов на порванном крыле! И слова не сказала! Ни разу не пожаловалась и не заскулила! Соберись! Подумаешь, ударили! Даже крови нет! Сжала зубы и вытаскивай себя с сестрой из задницы! Сколько можно ждать помощи от других! Проклятье! Да давай уже!» О как же Саша на себя разозлилась. Перед глазами будто наяву встали все те охранники, что раз за разом заслоняли ее от похитителей: девочки Вайлены, которые полегли все, чтобы ее спасти, Айлла, на пределе сил тащившая ее к порталу, солдаты Наенги, поднимающие оружие против минимум вдвое превосходящих их по силе оборотней. Сколько, сколько еще раз она будет прятаться за чужими спинами? Нужно уже начать спасать себя самой! Тем более сейчас на кону не только ее жизнь.

И внезапно мир откликнулся. Перед мысленным взором девушки будто наяву встала гора, такая, какой была изнутри, со всеми жилами и полостями. У чародейки не возникло ни единого сомнения в том, что она представляет, что это не воображение. Знание пришло так, будто всегда в ней жило. Даже собственные воспоминания порой кажутся куда более иллюзорными, чем то, что сейчас ощущала Саша. В другом состоянии это ее поразило бы, но сейчас в какой-то особенной, кристальной ясности девушка анализировала то, что видела, прикидывала, как может использовать. У нее и мысли не возникло – склониться. Нет, все силы своей души она направила только на одно желание – сбежать. И новая сила, еще не осознанная, спонтанная, возникшая под влиянием эмоций, тоже работала на это – искала способы спасения. И если для этого нужно притвориться покорной, она это сделает. Пока не найдет способ…

Гора состояла из какого-то очень крепкого камня, тут Саша не разбиралась. Для нее он представлялся чем-то бурым и монолитным, хотя таким, разумеется, не был. В нем посверкивали жилы разных металлов, но не гилгала, поэтому они девушку не заинтересовали. Куда больше энтузиазма вызвало ощущение пустоты – будто гигантский червь прополз. «Пещера, наверное, или даже туннель». Он заканчивался где-то шагах в трех от Мици, а вел… «Почему такой изогнутый? Не понимаю» Вел он куда-то вниз, явно имея выход ближе к основанию горы. Саше почему-то представились ступеньки у входа в рукотворную – скорее всего! – пещеру, однако тут она поручиться не могла. Что это дает? Девушка не совсем понимала, ведь прямого выхода в тот туннель не видела, но знание почему-то казалось важным. Больше ничего полезного все равно не чувствовалось. «Теперь, гилгал». Саша вспомнила ощущение от серебристого холодного кусочка с синеватым отливом и принялась искать такой же. Но это же гора! Огромные объемы!

Мысленно выругавшись, девушка задумалась, как изменить подход. Отец всегда ее поучал – столкнулась со слишком сложным или трудным решением, зайди с другой стороны. Сколько раз это спасало его дело! Этот мерзкий Саругано сказал, что ее предки умели поднимать жилы на поверхность. Как? Почему-то Саше показалось, что для этого нужно позвать металл. Глупость, если кому озвучить, но в магии главное – не сомневаться. И она позвала. Так странно – это же не живое существо. Но для чародейки сейчас все металлы тихонько, едва слышно звенели. Каждый на своей тональности. Казалось, поймай ее, подцепи и потяни. Но как поймать песню?

Девушка снова и снова звала гилгал, но что-то не получалось. И тогда она снова изменила подход. Если звенят по-разному, нужно искать созвучие. Она прислушалась к тому, как «пел» кусочек металла в ее руке, и легла на камень, прижавшись к нему ухом. По лицу тек пот, но Саша его не замечала. Как и времени, которое неумолимо двигалось, совершенно не ощутимое ею сейчас. Она слушала, слушала. Все вокруг в какой-то момент стало походить на нагромождение звуков. Хаотично гудящий камень, звонкая мелодия железа, жужжащее что-то живое типа зверей или насекомых, игривое позвякивание меди, чистая песня никеля… но той нежной, тревожной нотки гилгала никак не могла найти. Никак…

Как вдруг… совсем крохотная, почти не слышная… какая-то прерывистая, но такая манящая. Влюбиться можно. «Где ты, моя хорошая?» В толще другой жилы Саша нашла крохотный кусочек гилгала и прослезилась от счастья. Но как его вытащить оттуда? Она позвала его вновь, как собаку или лошадь. Ничего не произошло. «Да как же тебя…» Чародейка сцепила зубы и уткнулась лбом в камень, пытаясь настроиться, сообразить и при этом не потерять тонкую связь между ними.

В какой-то момент, стараясь удержать иллюзорную ниточку между собой и горошинкой металла, Саша, сама того не замечая, начала напевать мелодию, которая ей чудилась в звучании гилгала. И когда он сдвинулся, будто стараясь прислушаться, так удивилась сама, что чуть не потеряла концентрацию. Однако в последний момент сумела ее восстановить и повторила опыт. Нет, ей не показалось, металл действительно дернулся. «Я не схожу с ума, я не схожу с ума, это мой дар, мой семейный дар…» Первое, чему учится юный волшебник, – не сомневаться в своих способностях, какими бы невероятными они ни казались. Тонкая грань – не стать безумцем, верящим в небылицы, но это единственный путь.

Сейчас Саша была убеждена, что гилгал действительно движется к ней. Как? Каким-то неведомым образом, который лучше не разбирать на составляющие, иначе запутаешься и ничего не получится. Она подумает об этом потом. Сейчас же надо просто притянуть его.

Пока Саша творила все это, она не задумывалась, где именно кусочек гилгала выйдет на поверхность. Однако в какой-то момент заметила, что он будто смещается к ее ноге, той самой, которую удерживала магия Саругано. Девушку это удивило. Его тянет чужое колдовство? Непонятно…

Вдруг гилгал пошел намного легче. Сначала Саша подумала, что это из-за близости к поверхности, а потом сообразила, что он будто попал в русло чародейства ее похитителя. И по этому каналу подниматься металлу стало проще. Почему? Девушка не знала ответ на этот вопрос. Для нее вообще все происходящее казалось чем-то из ряда вон. Однако она не растерялась. Когда почувствовала, что металл совсем близко, прижала руку к земле рядом с ногой. Украдкой огляделась. На площадке открытого храма они с Мици по-прежнему находились только вдвоем.

Прошло пару мгновений, и вдруг под рукой оказался холодненький металлический комок. Саша сжала его, не веря самой себе. Потом медленно распрямила пальцы и с восторгом уставилась на небольшой кусочек гилгала. Это действительно он! Вот его синеватый блеск.

Еще раз огляделась и, подмигнув, показала добычу Мици. Саругано не сказал, сколько ему нужно гилгала. Если он не садист, а действительно хочет только результат, то этого должно хватить. На первый-то раз. Теперь – вторая задача. Но как ее осуществить? Саша вновь повернулась к заклинанию, которое ее удерживало. Ей кажется, или оно стало… более видимым? Девушка закрыла-открыла глаза несколько раз, только сейчас сообразив, как устала. Пальцы тряслись, а суставы выкручило так, что невольно вспоминались жалобы стариков на погоду. Жуть-то какая… Саша потерла руками лицо и несколько раз глубоко вдохнула. «Ничего, справимся, где наша не пропадала…» Она вновь вгляделась в чужую магию. А ведь и правда как-то… более различима стала. Будто гилгал ее подкрасил… или разболтал. Да-а-а… прекрасное плетение. Высшее мастерство… Как же его раздолбать-то?!

Попробовать еще достать из горы гилгал? Сколько времени на это уйдет? Девушка глянула на солнце. Судя по всему, с этим кусочком она провозилась несколько часов. Да и хватит ли сил? Хотя… а зачем ей еще гилгал, если у нее уже есть два кусочка? Может, использовать их? Но как? Саша положила металл на ногу, где ее удерживали путы, потом на камень, там, где заклинание уходило в землю, помахала ими в воздухе рядом. Бред, ничего не получалось, но чародейка пробовала разные варианты. Да так увлеклась, что, не зарычи Мици, пропустила бы появление похитителя. Мерзавец.

– Какие результаты?

Пришлось скрепя сердце показывать второй кусочек гилгала и терпеть его высказывания вперемешку с угрозами.

– Нам нужно пить. И поесть. И в туалет.

Мужчина скривился.

– Хотите, чтобы мы прямо здесь нагадили?

По тому, как исказилось его лицо, Саша поняла, что только чудо уберегло ее от знатной оплеухи. Зато их повели куда-то. Теперь девушка поняла, почему их разместили именно здесь. Защитная стена вокруг вершины, на которой находился полуразрушенный храм, в несколько раз превосходила ту, что окружала университет. Прижимая к себе Мици, девушка внимательно смотрела по сторонам, запоминая дорогу. Поэтому успела быстро закрыть глаза малышке, когда появился первый распятый на косом кресте. Правда, судя по тому, как дернулся носик оборотня и как она сжалась, правды скрыть не удалось.

– З-зачем? – прошептала Саша, видя, что кресты установлены вокруг храма на равном расстоянии, где-то шагов на двадцать ниже него. Девушка не ожидала, что ей ответят, но Саругано неожиданно кивнул куда-то в сторону и произнес:

– Ради них.

Ничего не понимая, Саша вгляделась в красивые статуи каких-то явно ученых. Очень реалистичные.

– А кто они?

Отец не раз говорил дочери, что если ее похитили, нужно максимально сделать так, чтобы она перестала быть для злодеев безликой жертвой. Разговорить, рассказать о себе, что угодно.

– Моя семья, – просто ответил мужчина.

Чародейка растерялась.

– Их… правдоподобно изобразили… – наконец сказала она.

– Изобразили? – Саругано только хмыкнул. И скупо, очень сухо рассказал историю, которую Итвальд вычитал в книге из архива, только добавил про единственного оставшегося ребенка. А также про то, как хладнокровно ахорцы выбрали, когда и кому умирать, ориентируясь только на то, сколько знаний может дать каждый из конкретных людей оставшемуся в живых и сколь велика вероятность, что именно данный человек изобретет то, от чего ненавистные боги вздрогнут. Соответственно первыми ушли дети, слишком юные, чтобы знать что-то важное, потом те, кто выбрал своей стезей не науку. Затем уже те, кто меньше остальных мог положить на алтарь мести.

– И вы… нашли способ? – чувствуя, как дрожат колени, спросила Саша. – Все эти жертвы…

– Кровь, – пожал плечами мэтр, – в основе всего. Для моего дела просто нужна кровь разных типов. Людская, эльфийская, гномья и так далее. Хуже всего, что нужна она и от гилгалимов. А тех и так-то мало, а уж третьего уровня… Иначе они просто не отличимы от обычных перевертышей. Я пробовал воссоздать ритуал с другим металлом, пытался его заменить магией, – никак. А гилгал мне и самому нужен!

Кусая губы, Саша молчала. Ей было страшно. Так, что она едва заставляла себя двигаться – мышцы просто цепенели от ужаса.

– С остальными попроще. Во всех мирах полно любителей звонкой монеты. А ее не так сложно заработать, если обладаешь уникальными лекарствами, ядами и прочими полезными вещами. Конечно, порой приходится менять места, но в целом это мелочи. А вот гилгалимы – это естественный барьер. Поэтому тебе придется поработать, госпожа Соуранская. Сейчас у нас важный, очень важный этап. После него займемся размножением. Думаю, детей на пятнадцать тебя хватит. Жалко, конечно, что ты не мужского пола, было бы проще. Но женщины лучше сохраняют родовую магию, что бы там эти тупорылые мужланы не говорили. Первым попробуем кого-то нейтрального. Человека, даже, возможно, без магических способностей. Потом можно и мага. А там посмотрим, может, придется и полукровок плодить. Из-за твоего папаши из другого мира в тебе и так кровь немало разбавилась. Тебя бы с другим Соуранским скрестить, другой ветви, но вырезали всех. Сколько же идиотов вокруг…

Их с Мици привели в небольшой домик шагов на сотню вниз от храма. Идти до него пришлось куда дольше: дорога была пологой, с редкими невысокими лестницами. В помещении явно совсем недавно кого-то держали. Цепи, кровь, остатки еды и прочие следы жизнедеятельности об этом более чем ясно говорили. Сашу колотило, но не от брезгливости. От слов этого чудовища в человеческом обличье. Ей не сказали о причинах того, почему сюда отправили Лесснихта – «Боги посчитали ахорцев не такими, не правильными», но она и сама догадалась. Если могло ее что-то напугать сильнее того, что она уже видела, то это было оно.

Возможно, именно этот ужас подтолкнул ее способности, обострил восприятие. Но сейчас она куда явственнее ощущала металлы и пустоты. Последние, скорее, вычисляла логически – по отсутствию чего-то в этом месте. План, как сбежать, вырисовывался и хотя даже неопытной девушке казался сумасбродным, отступать она не собиралась. Самым ужасным для Саши стало то, что с ней Мици. Именно на ней отыграется этот мерзавец, если у них не получится. Никогда еще чародейка не отвечала за чужую жизнь настолько буквально.

Их не оставили в этом доме – потащили обратно. Но на ночь позволили сидеть рядом на тонком одеяле. Саша обнимала рысёнка, чувствуя, что сердце разрывается от ее перепуганных глаз и дрожи, которая то и дело сотрясала тело оборотня. А еще Саругано все время находился где-то рядом. Мици чувствовала его и предупреждала подругу. Та же пыталась раскачать заклинание, которым их удерживали. Она пробовала один вариант за другим со скрупулезностью настоящего артефактора, перебирала все способы, которые знала из лекций и того, что видела у мастеров отца и помнила из рассказов матери. В какой-то момент уже на пределе своих возможностей девушка вдруг ощутила, что кое-что у нее получается – нити заклинания будто раздвигаются. Они еще крепкие, но уже понятно, что можно распутать. Нужно только перебить одну из них. Самую тонкую, в самом слабом месте… Придумать бы как…

Измотанная беспрерывной ворожбой, холодом и страхом, Саша в какой-то момент вырубилась. Утром их с Мици, разумеется, разбудили, отвели в тот же домик для утренних процедур, кинули два тощих бутерброда и отвели обратно. Саругано не поленился повторить свои угрозы, приказав чародейке добыть еще гилгала.

– Сегодня ответственный день. Я не желаю отвлекаться на твои глупости. Ты знаешь, что будет, если я не получу металл.

– Ответственный? – зацепилась за слово Саша. – Чем? Вы собираетесь именно сегодня отомстить богам?

Мужчина неожиданно рассмеялся.

– Сегодня нужная дата. Только месть богам… смешно. Я вырезал их созданий сотнями, и никто из них не проявил ни малейшего интереса. Так что такого можно сделать, чтобы действительно их задеть?

– Тогда… что вы собираетесь делать?

Саругано перевел взгляд на статую прекрасной женщины, помолчал, потом поднялся и посмотрел на девушку своим мертвым вымораживающим взглядом.

– Еще одно слово не в ответ на мой вопрос, и я вырежу у тебя на щеках свое имя, – равнодушно произнес он. – Говорить сможешь, но, поверь мне, не захочешь.

И улыбнулся, явно довольный произведенным эффектом.

Слава небу, звездам и всем богам, Саругано вновь куда-то ушел. Саша решительно сжала в руке кусочек гилгала, который ей вновь оставили для образца. Второй этот мерзавец забрал. «Пусть подавится!» Девушка прижала ладонь к камню, в который уходило заклинание-цепь. Металл под пальцами начал медленно исчезать, рассыпаясь на крохотные частицы, которые проникали в чужую магию так же, как когда выбирались из-под земли. Контролировать этот процесс оказалось дико сложно, но чародейка, сцепив зубы, колдовала. Глаза заливало потом, внутри все дрожало от немыслимого напряжения, но гилгал кружил в сдерживающем заклинании, понемногу собираясь в одном месте и складываясь в знак Лесснихта. Саша боялась, что тот не возьмет магию его потомка, однако в какой-то момент нить энергии завибрировала и будто мигнула. Возликовав, девушка повторила то, что только что делала, и усилила напор. Раз – и в заклинании появилась брешь. Дальше дело техники. Чародейка быстро размотала чужое колдовство, с блаженством ощутив свободу. Пусть пока такую – практически иллюзорную.

После Саша сразу метнулась к Мици и принялась чаровать над заклинанием, удерживающим ее. В этот раз все получилось проще и быстрее. Гилгал послушно собрался в знак и потом, как все закончилось, прыгнул девушке в ладонь, тем же кругляшом, как и раньше.

Пленницы рванули к лестнице и уперлись в прозрачную стену. Та самая защита, которую видели вчера. Саша подозревала, что именно из-за нее им пришлось ночевать в продуваемом всеми ветрами храме. «Значит, этот мерзавец опасался, что мы можем сбежать… или нас придут освобождать!» Перед мысленным взором девушки встал образ Итвальда, но она решительно, с горящими от стыда щеками прогнала его прочь.

«Всё повторяется, – раздраженно подумала Саша, вспоминая, как Айлла рассказывала, что не могла спуститься на первый этаж в доме Шиасу. Ее, кстати, снес вниз Син. – А если повторяется, то и у нас получится сбежать. Только как?» Рядом никаких поклонников не наблюдалось. А родственники ее похитителя вряд ли помогут.

В этот момент начало происходить что-то страшное. Сначала повеяло какой-то жутковатой, пробирающей до тошноты силой. Саша передернулась, а Мици заскулила и зажала нос ладошками, с ужасом и вопросом глядя на подругу. Та огляделась и увидела, как желобки, которых в полу храма насчитывалось немалое количество, начинают заполняться. Она, скорее, почувствовала, чем догадалась, что это за жидкость. Неприятного темно-красного цвета, посверкивающая от влитой в нее магии, кровь стекалась со всего города и против всех законов поднималась вверх, с каждой пядью становясь все страшнее, злее и – другой. Теперь она уже не была чем-то, что течет в жилах живых людей, нет, что-то изменило ее, искорежило, превратило в нечто жуткое, опасное и колдовское.

Мици запаниковала, начала трансформироваться, однако почему-то ей это не удалось, причиняя боль. Саша, видя это, тоже затряслась от ужаса. Она не обладала чутьем оборотня, но внутренняя магия подсказывала – дело плохо. И тут девушка вспомнила про пустоту под храмовой площадкой. Да, она далеко. Между ней и пленницами пласты горных пород. Но… но если туда прорваться… Как? Как это сделать? Телепортация? Она не умеет! Она пока еще ничего толком не умеет! Не долбить же пол огненными шарами! Что же делать? Что делать?! Как сломать запершую их внутри магию? Или как пробиться вниз? Рысенок тихо заскулила, чувствуя приближение их похитителя. Саше захотелось схватиться за голову и взвыть от ужаса. Она совершенно не представляла, что делать. Вернуться на место и изобразить, что они по-прежнему связаны? Может, даже напасть получится… Нет, он много сильнее. Ждать, когда снова уйдет? А если не уйдет? Девушку до дрожи пугал ритуал, который требовал так много крови. А если… ее не хватит? У Мици и у нее самой кровь редкая. Кто знает, что в голове у этого сумасшедшего. Надо бежать… Как? Как?!

– Ито… – прошептала вдруг оборотень. Девочка снова попыталась трансформироваться, но никак не получалось. Саша и сама чувствовала, как магия внутри нее бушует. Похоже, все из-за этого ритуала.

– Что?

– Здесь. Рядом… Чую.

Сердце дернулось и забилось от радости. Он пришел! Пришел! Он спасет её… в смысле их! «Мой герой!»

В городе магии стало больше, но Итвальд чувствовал ее искажение. Не понимал, в чем его суть, но догадывался. Все эти распятые и по сути пущенные на кровь люди и нелюди – это часть какого-то страшного ритуала. В книге стояла дата, день, когда Лесснихт забирал жизни ахорцев. Сегодня как раз она. Да еще и дата с первого прихода бога-уничтожителя круглая. Если и устраивать что-то здесь, то именно сегодня. Кому, проклятье, понадобился этот несчастный город? Вернее, чего хочет добиться этот сумасшедший?

Миг, когда все изменилось, Ито почувствовал как острую боль в зубах. Магия исказилась еще больше. Но самое страшное – заколдованная кровь в выемках, будто тонкие каналы, пересекающих весь город, потекла к храму… вверх! Итвальд поднял – вот оно, то, что задумал Саругано, начинается. Амбриел помчался вперед. Он точно знал, в чем бы ни состоял план этого безумца, ничего хорошего ждать не стоит. А девушки там, прямо в эпицентре.

Мужчина бежал быстро, легко, практически бесшумно, благо, обувь позволяла. Он наткнулся на еще один круг распятых – на этот раз куда меньше, но и плотнее. Здесь снова умерли существа разных видов – люди, эльфы, гномы… демон… Проклятье! Да сколько их! Оборотни… Гилгалим!.. Один из похищенных, Ито помнил его дело. Смотреть на всех глава гарнизона не стал, отметил мысленно тех, мимо кого промчался.

Они встретились с ним на одной из улочек, что поднималась к храму. Итвальду подробно описали мэтра Саругано. Да и как спутать – если по сути это единственный встреченный живой человек в этом мертвом городе.

Мужчины остановились друг напротив друга. Ито накануне подробно расспросил о преподавателе. Характеристику дали ему самую подробную. Вот только, похоже, никто не ожидал, что та окажется полной фальшивкой. Потому что иначе бы ему в первую очередь поведали о странной, пугающей до дрожи ауре этого человека. Она неслась впереди него на несколько шагов, отдавая холодом и смертью. Как точно ее описал Рурк Дайрон – будто бездна смотрит на тебя. От гилгалима она хотела что-то получить, а вот глава гарнизона ей явно мешал.

– Итвальд Наенги, – протянуло это странное существо.

– Мэтр Саругано, – чуть наклонил голову Ито.

Отчего-то это повеселило чудище в человеческом обличье.

– А как на самом деле вас зовут? – говорить как можно больше казалось правильным. Хотя бы для того, чтобы понять, прощупать, разобраться.

– Ты мне надоел, Итвальд Наенги, – отмахнулся от его вопроса Саругано. – Давно следовало от тебя избавиться.

– Почему же не избавился?

– Высокую кровь жалко проливать просто так. Ну что ж, теперь ты в нужном месте. Но я надеялся, что придешь не один. А может, ты и не один, а? – он улыбнулся, и Итвальду стало нехорошо от этого оскала. – Давай проверим.

В следующее мгновение земля заполыхала. Ито не знал, что это. Но его зверь мгновенно проснулся и вздернул его вверх, поднимая в воздух. Оттуда он отлично видел, как этот странный, бело-серый огонь во всем городе взвился на высоту в половину человеческого роста. Спастись могли или только очень резвые, или очень удачливые, или маги, умеющие левитировать: пламя оказалось столь сильным, что оплавляло даже стены домов. Итвальд был уверен: защитную магию оно тоже пробило бы. «Спасибо, Ихаро!» – пришла мысль, и тут же настигло беспокойство – успел ли доктор Лийданиил выбраться? Волновала и судьба девушек, но амбриел не сомневался, что их смерть в планах Саругано пока не стояла.

– Неужели и впрямь один? – разочарованно протянул он. – Ты меня расстраиваешь.

– Тебе мало жертв? – то ли укорил, то ли догадался Итвальд.

– Достаточно. Но запас не помешает, – кивнул его противник.

– Зачем всё это? – задал Ито вопрос, который мучил давно. – Какая цель оправдала столько смертей?

– Тебе-то какая разница? Я же не утягиваю народ сотнями и тысячами. То, что я возьму, никак на твоих деньгах и положении не скажется. Если хочешь, могу даже заплатить. Причем не обязательно даже деньгами. Я столько уникальных лекарств создал за эти века! Думаешь, откуда у меня деньги? Очень мало людей скупится, если им предлагают излечение от смертельных болезней, возвращение красоты или работу, ха-ха, различных органов.

– Если бы твои зелья были такие действенные, про них уже стало бы известно. Если, конечно… – замер Итвальд, не желая озвучивать свою догадку.

– Именно. Да и зачем мне известность, если купить лекарство от морщин, созданное из парочки эльфийских младенцев, могут лишь несколько человек в каждом из миров.

Наенги приказал себе держать эмоции в руках. Неважно, действительно ли этому существу все равно, или он пытается вывести его из себя. И вообще нужно понять, зачем он соглашается на этот разговор. Пытается действительно договориться? Или тянет время? Или это какая-то психология… вроде как даже злодею нужно перед кем-то выговориться?

– Но не ради же крема от морщин ты это все затеял?

– Нет, конечно. Это так… попутно обнаружилось. Послушай, то, что я делаю, тебе никак не навредит. А отблагодарить за то, что ты просто уйдешь, я смогу. Это сейчас ты молодой и полный сил, но рано или поздно с тобой или твоими близкими случится что-то такое, что заставит тебя прийти ко мне. Так со всеми случается. Я уж повидал. Я много раз был тем самым – последним – шансом. И всем помог. Если был заинтересован, конечно. Так зачем нам воевать?

– Ты же понимаешь, что ты убийца.

– Ты тоже.

– Я убивал врагов. И никогда беззащитных людей. Тем более женщин и детей!

– И что? И людей, и прочих тварей живет в разных мирах огромное количество. И все рано или поздно умирают. Я подсчитал: даже если я возьму нужное с запасом количество для моих целей, останется еще туча народу. Теперь, когда у меня есть девчонка, даже гилгалимы не кончатся раньше, чем мне нужно. Я понимаю, что тебе нужно заботиться о налогах, торговле, но и я с пониманием – мастеров или купцов не трогаю, а всякая шушера – так тебе только убыток от нее. Опять же откуп могу дать…

Слушать это все было мерзко. Итвальд даже не сразу понял, что это чувство происходит не только от поднимающегося в душе возмущения, а и от магии крови, заливавшей все вокруг. Чужая смерть, боль лились по тонким желобкам в камне древнего города и пропитывали его своей изломанной силой, которая наливалась в воздухе, готовясь к чему-то ужасному. Сегодня тот самый день и дата круглая, а значит, что бы этот безумец ни затеял, ударит так, что мало не покажется. Ито чувствовал эту чуждую энергию и понимал – он не сможет ей воспользоваться. А еще Наенги смотрел на противника и пытался понять, что перед ним такое. Это не один из членов Высоких семей. Сила – другая. Больше всего похожа на некромантию или магию крови, но не они, страшнее. Но ведь ахорцы были обычными людьми по сути, какой-то особой магией не владели. От Саругано же фонило чем-то принципиально иным.

Преподаватель – назвать его самозванцем язык не поворачивался, он действительно учил студентов и имел научные степени, отличное прикрытие, если подумать! – продолжал говорить, а облик безобидного учителя сползал с него как потекший грим. Нельзя сказать, что черты лица менялись, скорее, мимика, взгляды, жесты становились иными. Теперь спутать его с обычным, в сущности безобидным человеком не удалось бы при всем желании. А еще Итвальд отчетливо понял – его не уговаривают, его задерживают. Зачем? Его магия может помешать? Его опасаются? Ждут подкрепления? Как выпускник военной академии, Наенги знал: в чем бы ни заключался план противника, самое важное – не дать ему осуществиться. Особенно если информации, чтобы ловко подкорректировать чужой замысел в свою пользу, не хватает. И тогда Ито, едва опустившись на землю, ударил.

В Саругано полетели сильнейшие заклинания. В этот раз, в отличие от поединка с Шиасу, Итвальд не сдерживался. Он сразу бил на поражение. А сила магии Высоких семей должна была проломить любую защиту. Наенги не стал мелочиться: ничего простого, только закрученные, сложные заклятья, которые не перебить и нейтрализовать можно только, точно зная их структуру, особенности. А это не каждый в роду умеет.

Саругано же даже не поставил защиту. Даже самые сильное или, наоборот, слабое оборонное колдовство видно – по дрожанию воздуха, по легкому мареву или по блеску как от стекла на солнце. К тому же большинство людей сопровождают чародейство какими-то жестами. Мэтр же не сделал ни одного. Ничто не мешало совершенным заклинания рода Наенги сковать его, опутать невидимыми цепями и заблокировать его магию. Ничто.

Однако в следующее мгновение Итвальд с ужасом наблюдал, как его идеальная волшба рассыпается на подлете к этому странному человеку. Рассыпается как простейший огненный шар, в который достаточно запустить элементарный разрушающий знак. Непобедимые заклятья Наенги, которые практически невозможно было разрушить извне, исчезали как капли на горячей сковороде и даже быстрее. А Саругано улыбался и продолжал смотреть на противника, сложив руки на груди.

Итвальд никогда не чувствовал себя настолько растерянным. Так не бывает. Это просто невозможно в принципе. Он послал еще одно заклинание и быстро прошептал формулу, позволяющую видеть малейшие нюансы энергетических линий. И в следующий миг с ужасом понял, что его магия разбивается о мощнейший, каких не бывает, знак Лесснихта.

Нужно понимать, что просто этот знак способен уничтожить только самые легкие заклинания. Для сложных он должен быть встроен внутрь и доступен лишь создателю этого колдовства. Это предохранитель, а не средство обороны. Им невозможно воспользоваться извне. Противник не может это сделать. И вот теперь Ито видел, как чародейство Саругано, сплетенное в знаке отрицания, нарушает этот непреложный закон мироздания.

– Но как?.. – беззвучно прошептал Итвальд.

– Потому что я сын своего отца, – усмехнулся его удивлению противник. – Его сила всегда со мной.

Разумеется, не вся, а лишь малая ее часть, но кто же откровенничает перед врагами? Вместо этого Саругано швырнул в Наенги заклинание сети. Ухмыльнулся выставленному «щиту» и пошел вперед, погнав перед собой всепобеждающий знак Лесснихта. Итвальду приходилось отступать, чтобы тот не уничтожал его защиту, которая отбивала мощные заклинания самого мэтра. Одновременно Наенги пробовал различные заклинания, надеясь, что хоть какое-то проскочит. И не стеснялся использовать все, что видел вокруг, справедливо решив, что никакой знак отрицания не поможет против валуна, падающего на голову. Уничтожить таким образом материальное мог только бог. А богу вряд ли понадобились бы ритуалы, для чего бы они не предназначались.

Саругано приходилось ставить защитные барьеры, чтобы отбить летящие камни, осколки от стен, пораженных боевыми заклинаниями, даже падающие деревья. Оборонная магия, как, впрочем, любая другая, конфликтует со знаком отрицания. Как противник удерживает одновременно и первое, и второе, Итвальд не понимал. Сам он выкладывался на полную. Но хуже всего, что приходилось отступать, отдаляясь от цели. Наенги не терял надежды, по опыту зная, что победа зачастую зависит от чужой ошибки, случайности или вовремя пришедшей идеи. Поэтому Ито, мысленно кривясь от ситуации, ждал, колдовал, искал любые возможности для реванша и думал, думал, думал. Он видел, насколько сильны заклинания противника, и видел их сложность, запутанность. Силой их не перебить, а стандартные приемы их не брали. Нужно понять, разобраться, найти выход…

А энергия вокруг все бурлила и бурлила. Сейчас в пылу борьбы отслеживать ее изменения стало сложно, но Итвальд ощущал – что-то происходит. Что-то очень плохое. И это надо остановить. И тогда он стал бить так, чтобы магия или ее последствия попадали в желоба, по которым текла кровь. В этом тоже таилось какое-то страшное колдовство – даже с учетом всех тех жертв, что Наенги видел, ее было слишком много. Зато он понял, что именно это – слабое место его противника. Он просто взъярился, когда понял, что Ито творит.

В одно мгновение Саругано оказался близко-близко и ударил знаком почти вплотную. Зверь Наенги рванулся наружу, рыком встретив опасность. Пылающий искристо-белым светом символ завис перед скалящейся мордой, и оба чародея замерли за ними, выкладываясь полностью, чтобы помочь им. Божественную суть зверя сила Лесснихта не могла перечеркнуть, не была над ней властна. Но и защитник Наенги не мог преодолеть этот барьер.

И в этот момент земля у них под ногами начала ходить ходуном.

– Ой… этот… рядом! С Ито! Саша! Саша! – рысенок вцепилась в руку подруги, раздирая ее кожу не вовремя прорезавшимися когтями.

Страх сдавил только что ликовавшее сердце так, что боли физической девушка даже не заметила. Что-то оборвалось внутри при мысли, что сейчас Итвальд столкнется с этим чудовищем. Напитавшимся силой жертв, с сыном бога!

Камень вокруг начал трескаться от разлитых в воздухе сил. Саша посмотрела на свои руки, окутанные дрожащим маревом магии, и опустилась перед Мици на корточки, взяла ее за лапки и тихо произнесла:

– Малышка, сейчас мы… в трудном положении. Если получится бежать, беги со всех лап. Твоя задача – выбраться из города. А там я, Айлла или Ито найдем тебя. Увидишь Итвальда или его людей, иди к ним и все расскажи. Но если сражаются, не лезь! Подожди!

– А ты?

– Если получится, я догоню. Если нет… найду попозже. Просто… не упускай шанс, ладно? Так обеим будет проще спастись. И не бойся. Если что, я обязательно вернусь за тобой. Понятно?

Маленькая оборотница кивнула. Саша крепко прижала ее к себе, потом встала и повернулась лицом к статуе. Сейчас та стояла в эпицентре страшной магии, которая все усиливалась из-за крови, текущей по желобам. Девушка находилась очень близко к ней, и ее всю трясло от происходящего. И вместе с эмоциями дрожала и энергия внутри нее. Как никогда остро Саша чувствовала под каменным полом храма богатые железные руды. Как же много металла в них! И девушке казалось, что он поет для нее. Нужно только подхватить, позвать. Выманить его, и пусть горы содрогнутся! Саша подняла руки, перебирая пальцами будто по струнам, дергая невидимые нити силы. И металлы откликнулись как живые. Они поползли вверх, однако в отличие от гилгала их было слишком много, чтобы подняться, по сути ничего не задев. От их движения задрожал пол, посыпались камни, зашатались колонны. Мици запищала, вцепилась в ногу подруги и крепко ее сжала.

Пот тек по лбу Саши, руки дрожали от немыслимого напряжения, но перед глазами стоял Ито, противостоящий сыну Лесснихта, и это придавало сил. Да таких, что пол под ее ногами ходил ходуном, а драгоценная статуя покачивалась из стороны в сторону.

«Предки, помогите!» – взмолилась девушка, чувствуя, что ее уже шатает от проходящей сквозь нее энергии. Саше показалось, что она стоит перед бездонной пропастью и видит всех, кто когда-либо оставил след в ее душе. Вот мама, как всегда занятая своими артефактами, но отрывающаяся от них, стоит только позвать. Вот отец, смотрит на любимую дочь теплыми, карими глазами и дает наставления. Братья, не близкие, но все равно родные. Вот нянюшка, добрая, хорошая, пару лет как ушедшая вслед за мамой. Вот учителя, любимые и не очень. Вот подруги и злостные соперницы из пансиона. Вот Вайлена, суровая и заботливая, Касси, крутая и красивая, Юрка, смешливая и жуликоватая, Роула, элегантная и опасная, Морва, таинственная и угрюмая. Вот Айлла, не раз и не два спасающая ее жизнь, такая красивая и такая настоящая. Вот Мици, самая родная, ребенок, которого надо защитить любой ценой. И вот Ито, ее мечта, тщательно скрываемая даже от себя, мужчина, ради которого хочется стать лучше, которым невозможно не восхищаться и которому она, похоже, уже отдала свое сердце…

Девушке казалось, что они все стоят рядом и придают сил. Будто прошлое и будущее вдруг сошлось в одной точке, и стало совершенно все равно, когда и где все это произошло, лишь бы сейчас не опустить руки, не прекратить колдовать.

При этом в какой-то момент она перестала управлять процессом. Саша училась по классической школе, где важнее всего – следование точным формулам и правильная связка элементов, а вот та магия, что, как оказалось, жила в ее крови, совершенно точно не вписывалась в какие-либо рамки, да и заклинаний для нее не придумали. Девушке пришлось действовать на интуиции, да и то… если бы не ужас, который она испытывала перед похитителем, могло так быстро и не получиться. Однако Саша не знала правило, которое известно всем ведьмам с самых малых лет. Самое важное в колдовстве – знать, что ты хочешь. В неклассической магии именно символы и формулы – вторичны, на первом месте – твое стремление.

Свое желание Саша как следует не оформила. Она хотела абстрактного «спасти всех», а как именно не понимала. Самое четкое, что нашла магия в ее голове, – это мысль о пустотах, к которым надо добраться. Именно в них девушка видела выход – вряд ли же защитная стена закрывает всю гору. Колдовство, устав от собственного буйства, устремилось по этому направлению. Сначала почти все металлы, которые были поближе, собрались под Сашей и вцепившейся в ее ногу Мици, а потом начали пробивать дорогу вниз, спуская пленниц будто на платформе.

Рысенок почти взвыла от ужаса, когда их начало затягивать в камень. Огромными перепуганными глазами она смотрела на то, как мимо них проплывают корни деревьев, пласты пород, еще что-то неопознаваемое. В какой-то момент малышка не выдержала и зажмурилась, что было сил, и еще крепче обхватила ногу подруги. Саша же и так не видела ничего. Перед ее взглядом плясала магия, сбивая с толку и кружа голову, выматывая и лишая сил. Как совершенно неопытное создание, она упустила контроль из своих рук и могла только следовать за силой, влекомая ею.

Такое редко заканчивается хорошо, однако в этот раз повезло – магия спустила девушек до искомых пустот и ушла. На деле оказалось, что пленницы стоят в пещере или, скорее, рукотворном туннеле. Откуда-то сверху шел свет. Походило на какие-то магические светильники, какие часто использовали в Тоосуле и других крупных городах Циная. Покачнувшись, Саша шагнула с металлической платформы, на которой стояла. Мици, с трудом таки выпустившая ее ногу, прыгнула за ней.

Девушку шатало от перерасхода энергии, от усилий и необычной магии. Но Саша, шатаясь, побрела вперед. Тут ее догнала рысенок и дернула за руку.

– Туда! – указала она в противоположную сторону. Ее подруга провела ладонь по лицу, пытаясь прийти в себя, и кивнула.

Вдруг оттуда, куда изначально направлялась Саша, послышались какие-то шорохи и стоны или, скорее, даже хрипы. Девушки вздрогнули и переглянулись. Старшая из них вспомнила кровь, текущую по желобам, и с ужасом подумала, что кто-то из жертв может быть еще жив.

«Где-то там сейчас сражается Ито», – думать оказалось тяжело. Будто камни ворочала. Однако воображения это не касалось. То с готовностью выдало картинки разложенных на алтаре, полу людей, связанных, с перерезанными венами, отчаявшихся дождаться помощи… Девушка застонала, даже всхлипнула, принимая решение, и побрела туда, откуда услышала звук.

Отчаянно потирая лицо и пощипывая щеки, чтобы прийти в себя, Саша медленно шла по коридору, почти не замечая зловещих символов и тяжелых теней, кривящихся за ее спиной. Мици, тихонько дрожа и дергая носиком, шла следом.

Наверное, сработала интуиция, или просто они что-то услышали, почувствовали, но в какой-то момент обе замерли, вглядываясь в сумрак впереди. Сначала было тихо-тихо. Так тихо, будто даже снаружи все замерло. Саше вдруг стало страшно. Слишком шумно шла, слишком громко дышала, а ведь… неизвестно, кто там… что там… Тишина угнетала. Будто там, впереди, кто-то затаился и смотрит на нее, ждет. Ждала и девушка. Не знала чего… но уж точно не этого тихого скрипа, будто камнем провели по камню. От него обе пленницы едва не подпрыгнули на месте, распахнутыми глазами вглядываясь в тени впереди. И снова – такой же звук. И еще один, почти одновременно. И еще. И чуть ближе.

Кто-то приближается, поняла Саша, испугавшись до печенок. Медленно, но неотвратимо кто-то шел к ним.

Девушка подумала, что рехнется от ужаса, когда он наконец показался. И тогда пришла мысль, что боялась она не зря – на нее надвигалась статуя. По крайней мере так казалось. Белая кожа, застывшие черты, звук, с которым шел мужчина. Но статуи не могут ходить! Саша опустила взгляд ниже и увидела, что одежда так же будто высечена из камня, а так не бывает, чтобы материя сливалась воедино с телом! Кто он?.. Что он?!

Из темноты продолжали раздаваться звуки, и сумрак за плечами странного существа задрожал. Девушки с ужасом наблюдали, как за плечами первого появляются и другие. Догадка прошибла как молния: Саругано каким-то образом оживил ахорцев! Не до конца, не полностью, но они двигались. Саша почувствовала, как внутри сворачивается ком ужаса. Что бы собой ни представляли, бывшие жители города, сочувствия от них ждать не приходилось. Чародейка сделала осторожный шаг назад, не сводя с полуживых существ настороженного взгляда. Еще один. Мици повторяла ее движения.

Что-то дрогнуло в глазах первого ахорца, и в следующий момент в Сашу полетело сорвавшееся с артефакта-жезла заклятье. Сеть или что-то похожее. Однако девушка с рысенком успели увернуться. И со всех ног помчались в противоположную сторону, мечась по коридору, чтобы сбить прицел. Заклинания летели как стрелы. Но, слава всем восьми богам, не прицельно. Один раз Сашу только задело. Плечо обожгло болью, девушка вскрикнула, но только ускорилась, отчаянно радуясь, что рысенок – это не обычный ребенок, ее не надо тащить на руках. Еще пару лет, и ее среднестатическому человеку не догнать. Пока же счастье, что улепетывать она может с завидной скоростью на своих двоих. Жаль, что не получается перекинуться, куда проще бы стало.

Беглянки домчались до металлической платформы, вскочили на нее и понеслись дальше. Саша подумала, что хорошо бы, чтобы та поднялась и встала между ними и ожившими статуями, однако сил колдовать не осталось. Ахорцы остались позади, двигаясь медленно, но неотвратимо. А впереди засиял дневным светом выход из пещеры. На миг мелькнуло опасение, что здесь тоже стоит стена из магии, однако повезло. Саругано не запирал своих полуживых родственников.

Девушки судорожно огляделись. Перед ними была вымощенная дорога. Судя по всему, одна из главных. Вела она, разумеется вверх, к храму. Поэтому беглянки бросились в противоположную сторону. Однако стоило им добежать до поворота, как обе встали как вкопанные.

Когда под ногами задрожало, Итвальд сперва подумал про землетрясение. Потом испугался, что имеет дело с каким-то новым заклинанием от противника, однако тот тоже выглядел удивленным. Камни мостовой шевелились как живые. Дома с обеих сторон дороги начали как-то подозрительно поскрипывать, угрожая обвалиться прямо на противников. Однако ни Саругано, ни Наенги отступать не собирались. Они пытались продавить друг друга, надеясь, что неожиданно сошедшая с ума земля отвлечет врага.

Впрочем, никто из них не ожидал того, что произошло: снизу, пробираясь между камней, начали прорываться какие-то буро-серые сгустки. Они выползали из-под земли и устремлялись вверх, к храму. Под действием неведомой силы эти поблескивающие металлическими искорками голыши взлетали, снося все на своем пути.

Саругано сообразил первым и отпрыгнул в сторону – на каменную плиту, которая стояла у края дороги и когда-то представляла собой опору для чего-то. Она была такой цельной и тяжелой, что куски металлической руды, которыми и являлись эти странные снаряды, предпочитали огибать ее в своем стремлении к цели. Итвальд оказался на этой плите через секунду. И мужчины тут же развернулись друг к другу. Только в этот раз схватились за мечи, понимая, что магия не даст преимущества. Оба оказались отличными фехтовальщиками. Уворачиваясь от летящих камней, балансируя на неширокой плите, они наносили удары один за другим, ставили защиты, делали ложные финты, давили силой и ловко уходили от атак.

– В твоей демонице осталось крови минут на пятнадцать, – вдруг буднично, совершенно не запыхавшись, произнес Саругано.

Перед глазами будто наяву возникла распятая на косом кресте Айлла с перерезанными венами, истекающая кровью, так и не дождавшаяся своего спасителя. Образ получился таким ярким и настолько совпал с потайными страхами Итвальда, что он буквально на миг отвлекся на него. И именно в этот момент его противник сделал выпад, да такой, что Наенги никак не ожидал. Он выставил защиту, но не успел. Буквально чуть-чуть. Единственное, что ему удалось, – немного сместиться, чтобы удар пришелся не в живот, а в бок. Ито качнуло в сторону, и в тот же миг с победным воплем на него прыгнул Саругано. Однако тут же отлетел на землю, откинутый беснующимся зверем. Итвальд тоже упал, потеряв равновесие от рывка своего защитника.

Мэтр поднялся, вытер кровь с лица, оглядел стоящего над Наенги зверя, усмехнулся и просто прошел мимо. Обходя по широкой дуге, но зная, что ни у кого не хватит сил его атаковать. Несмотря на рык и мысленные проклятия. Он остановился только на миг, щелкнул по клинку, отчего с него полетели вниз алые капли.

– Кровь члена Высокой семьи! – крикнул Саругано, направляясь к храму скорым шагом и все ускоряясь. – Благодарствую!

Ито, с трудом повернув голову, посмотрел ему вслед и с ужасом увидел, как кровь, которая просачивалась сквозь его зажимающие рану пальцы, тонкой струйкой устремляется к ближайшему желобу. При этом не смешивается ни с грязью, ни с чем-либо еще, что встречалось на ее пути. И стоило почти невидимому ручейку достигнуть углубления с уже текущей по нему алой жидкостью, как он стал больше. Наенги показалось, что кто-то вытягивает из него кровь, и ему не мешают ни его прижатая к ране рука, ни одежда, ни что-либо еще. Накатила странная слабость, апатия, совершенно не свойственная для Ито, возникло иррациональное желание не делать ничего, не сопротивляться, покориться. Однако он вспомнил доктора Лийданиила, который несколько часов, распятый, с перерезанными венами, умудрялся колдовать. А ведь пленникам наверняка блокировали магию. Но эльфы слишком близки с природой, чтобы даже в каменном городе удалось полностью лишить их ее поддержки. Через эту связь, скорее всего, и удалось ухватить энергию для исцеления. Частичного. В любом случае это подвиг и удивительная жизнестойкость. А еще это означает, что можно бороться, – и удачно. Наенги не может оказаться слабее обычного эльфа. Тем более Ито не связали, да и…

Тут у Итвальда перехватило дыхание от боли. Первый шок прошел, и она вгрызлась в тело, туманя сознание и мешая думать. Мужчина попытался дышать ровно, чтобы как-то… привыкнуть, что ли. Наенги не раз получал ранения, его учили справляться, но первые несколько минут – это жутко. Сцепив зубы и преодолевая себя, Ито принялся мысленно читать обезболивающее заклинание. Даже в таком состоянии он смог ухватить энергетические потоки и связать их нужным знаком, однако в тот же миг, когда магию отпустили, она начала утекать. Так же и туда же, куда кровь. Это ужаснуло Итвальда. Его волшебную силу просто откачивали, вытягивали из него. Для мага подобное так же смертельно, как кровопотеря. Он попытался как-то остановить это наглое воровство, но не получалось. Мужчина даже не мог разобраться в механизме происходящего. Ругнувшись, Наенги принялся читать кровоостанавливающее заклинание. Может, если удастся оно, то и магия перестанет убегать, как вода сквозь дырявый кувшин. Он пробовал снова и снова, однако колдовство не задерживалось в нем, не ложилось на рану, а растворялось, уносясь к желобу. Зато и летящие из-под земли сгустки железной руды исчезли.

Ито выругался. Предки проклянут за такую нелепую смерть. Он попытался встать, хрипя от боли и напряжения. Слабость в теле не пускала, но он ухватился за полупрозрачного зверя, что тоже удивило, и прошел несколько шагов, стараясь уйти подальше от заколдованного желоба с кровью. И тут же выругался снова – все зря. Ноги подкосились, и мужчина тяжело опустился на землю.

Над ним склонился зверь и ткнулся мордой. «Почему я его ощущаю, практически как обычное животное? Он же всегда нематериален, хоть и могуч… Неужели… потому что смерть рядом? Говорили же жрецы, смерть – это всего лишь соединение с богом…» Итвальд рыкнул от ярости не хуже зверя. Ему еще рано к богу, Ли-Наенги должен понять. Есть долг, и его надо выполнить. Перед глазами как живые встали обе девушки: Айлла, его прекрасная синеволосая демоница, и Саша с ее улыбкой, отдающейся прямо в сердце. Они обе словно тянули к нему руки, помогая встать. Он должен их спасти. Их и малышку. А там… Ли-Наенги пусть решает. Ихаро, добрый друг, сказал, что, дабы выжить, нужно благословение бога и зверь. Теперь понятно…

В этот момент его защитник как раз зарычал, и Ито снова выругался: неужели проклятый Саругано возвращается? Если он, то зверь не продержится долго без помощи человека. Все же это аватар, образ, а не реальное божественное существо. Наенги повернул голову, даже это удавалось с трудом: силы уходили.

В первый момент показалось, что он уже умер. Перед ним снова стояла Саша, такая, какой он запомнил ее на мостике в парке. Нежная, женственная, такая светлая, невероятно прекрасная с самой чудесной на свете улыбкой. Его счастье, его радость, его покой, та, которую он хочет каждый день видеть дома, возвращаясь, та, к которой будет стремиться душой и телом… «Девочка моя… уходи отсюда… спасайся!»

– Пусти меня… – дрожит ее голос. Кого-то уговаривает. – Прошу… – Кого? Ее схватили? Почему он не видит? Неужели начало отказывать зрение? – Пожалуйста! Надо спасти его! Пожалуйста.

Ито попытался сфокусироваться. Когда это удалось, мгновенно похолодел: Саша уговаривала зверя. Его божественного зверя. Это же самоубийство! Стоя над умирающим хозяином, тот будет рвать врага насмерть. А его девочка не Саругано, она не сможет защититься! Наенги прохрипел что-то, чтобы она уходила. Оба – и зверь, и Саша – на него посмотрели, и первый, хоть и поколебавшись, отступил. Отступил! Так не бывает!

Девушка же упала перед ним. Ухватилась за его пальцы, отвела руку и, закусив губу, начала разглядывать рану.

– Уходи, – прошептал-таки Итвальд. – Мало времени… У тебя…

В карих глазах появились слезы, но Саша решительно рванула его рубаху.

– Мне заблокировали магию. Я перевяжу тебя. Я умею.

– Мици, беги, – стараясь выглядеть максимально спокойной, произнесла девушка. Рысенок посмотрела на нее с ужасом.

– Н-но…

– Вспомни, мы договорились!

Девочка отчаянно замотала головой. Саша же деловито рвала рубаху на полоски, стараясь не думать об антисанитарии. Она в отличие от Айллы не была совсем уж лишена целительского дара. Знала и обеззараживающие заклинания, и кровоостанавливающие, и обезболивающие. Но магии-то не было!

– Мици! Там может быть подмога.

Это заставило маленького оборотня дрогнуть. Она заколебалась, но в этот момент стал слышен топот, и обе вспомнили, от какой опасности убегали. Реальность вышла еще хуже.

Перед полуожившими статуями стоял Саругано. Да и сами ахорцы выглядели иначе – более живыми, возможно, из-за крови, которой явно успели напиться, судя по окровавленным губам на беломраморных лицах.

Оглядев композицию, мэтр усмехнулся. Зверь оскалился и выступил вперед, прикрывая собой и хозяина, и девушек. Но им всем было ясно – долго он не протянет.

Когда Айлла с Шиасу выбрались на улицу города, картина привела их в ужас. Уж на что демоны считались жестокой расой, однако, чтобы так цинично использовать живых существ… в голове не укладывалось. Казалось, их противник просто подбирает ингредиенты в пирог – столько этого, столько вот того, все разложить по кругу… То же самое, только идут в ход не яблоки и мука, а люди, эльфы, оборотни, гномы… и это только те, которых они увидели. Нашли даже одного демона. Слабенького, молодого, он с обидой смотрел на них невидящими больше глазами. Шиасу захотелось убивать.

А еще эта магия… Ракхар видел странную энергетическую вязь на желобках, по которым текла кровь. Откуда ее столько? Не может быть ее столько… Непонятно. Но это явно ритуал. Очень сложный. Подобными любили баловаться всякие умники, которых пригрел у себя дядя, однако никогда от них не веяло такой жутью. Да и резать невинных людей почем зря Меррей при всех его недостатках вряд ли бы стал. Вот если враги… или провинился кто… Или для какой-то невероятной цели. Какая же здесь цель? Шиасу очень беспокоило, что он ее не понимает.

– Некромантической магии очень мало.

– Что? – не поняла Айлла его бормотания.

– Для такого количества крови слишком мало силы смерти.

– Да? – демоница вообще не понимала, о чем идет речь.

– Силу крови в колдовстве можно повернуть на смерть и на жизнь. Здесь не на смерть.

– На жизнь? – очень удивилась девушка.

– Не знаю… Для жизни слишком много жертв. Не добровольных. Для жизни это… редкость. Разве что… какое-то мне неизвестное извращенное… хм… нечто…

Айлла похлопала глазами, чувствуя себя гоблином на научном собрании. «Какой он, оказывается, умный», – восхитилась тем не менее она.

– Мне не нравятся пути отхода, – пробормотал Шиасу, вновь невероятно удивив девушку. В ответ на ее вопросительный взгляд он пояснил: – По опыту в большинстве подобных, хм, мероприятий приходится уходить быстро, и тут уже неважно насколько скрытно и тихо. Хорошо, конечно, если удастся выйти победителями по главной дороге. Но всегда нужно иметь хороший путь отхода. В идеале два-три, ибо противник зачастую лучше тебя знает, как из своего логова смотаться.

– И что тебе здесь не нравится? Множество улиц, а мы еще и летаем. Все небо наше.

– В небе мы – отличная мишень. К тому же есть вариант, что придется кого-то спасать.

– Кого?

– Тех, кто еще будет жив и не будет нашим врагом. Может, ха… Наенги твоего. А может, Сашу. Или каких-нибудь пленников. Не оставишь же ты их на растерзание этому мяснику?

– Не оставлю, – девушка передернула плечами.

– Хотя если он начал убивать даже своих союзников, скорее всего, живых пленников, увы, не осталось.

Демоница не нашлась, что сказать в ответ на это, и спросила:

– Можно убежать по любой из улиц.

– Не по любой. В конце концов они все сходятся в паре точек, через которые можно проникнуть в город. Наверняка с другой стороны та же картина. Чтобы выйти как-то иначе, потребуются усилия. Если будем вдвоем, может, и ничего страшного, но такое планирование – верх непрофессионализма.

– Можно затаиться. Тут полно мест для этого.

– Даже я знаю с полсотни заклинаний, чтобы найти живого.

– Эм… что же делать?

– Я думаю…

По одной из неглавных улиц демоны шли к храму. Он находился в центре, к тому же кровь явно текла туда. Шиасу постоянно вертел головой, высматривая что-то.

– Давай-ка вот туда, – кивнул он на узкую щель между домами.

– Зачем?

– Есть подозрение.

Больше Айлла не стала допытываться. Она и сама терпеть не могла, когда ее вынуждают раскрыть то, в чем она не уверена. Они вышли на параллельную улицу. Прошлись по ней, снова свернули.

– Ага! – внезапно обрадовался Шиасу.

– Что? – завертела головой девушка.

Мужчина потянул ее за руку в еще один переулок. На этот раз они вышли к небольшому открытому пространству. В его центре разноцветными камнями мостовой вокруг очень ровной площадки были выложены символы, заключенные в шестиугольник с равными сторонами. Айлла, нахмурившись, вспоминала знаки.

– Телепортация! – вдруг поняла она. – Как ты догадался?

– Я предположил, – довольно улыбнулся Шиасу, – что в подобном городе для такого рода перемещений непременно построили специальное место. И это точно не храм. Скорее всего, какая-то из площадей, куда удобно подойти с вещами или даже скотиной. Дальше дело техники – отследить энергию, наиболее подходящую для такого места.

– О-о-о… – восхищенно выдохнула Айлла, чем немало потешила самолюбие демона. Насладившись этим зрелищем, он подошел к площадке выхода из телепорта и принялся ее изучать. К его глубочайшему сожалению, рабочего телепорта тут не нашлось. Ни подготовленного к активации, ни природного, ни еще какого.

– Это место, судя по всему, самое удобное для телепортации, – пояснил мужчина, примериваясь. – Я надеялся, тут есть заготовка под телепорт. Но нет… – он печально вздохнул, создал из магии что-то вроде мелка и принялся рисовать какой-то знак. Айлла благоговейно молчала. – Я телепорты плохо умею делать. Все же это особый талант. Стараюсь всегда пользоваться готовыми. Вот их могу подремонтировать и дополнить, сбить, – спустя какое-то время решил пояснить Шиасу. – Поэтому смотри, план такой… – и замолчал. Продолжил только, когда закончил рисунок, на что ушло немало минут. – Делаем заготовку. Будет работать как усиление.

Он сделал какой-то замысловатый жест, и рисунок поднялся в воздух примерно на ладонь. Демон еще раз его критически оглядел, поправил в паре мест. Линии выровнялись, углы стали идеальными. Айлла смотрела на это с открытым ртом. Их такому еще не учили. Затем нарисованные линии медленно опустились на подготовленную площадку и… исчезли.

– Демонская разработка, – похвастался Шиасу. – Вот отучишься здесь, можно будет и в нашем мире поучиться. У нас много весьма удобных заклинаний. Рисунок есть, просто не виден для каждого встречного-поперечного. И внешнее воздействие вроде дождя или ведра воды его не сотрет, – Ракхар еще раз осмотрелся, потом стянул один из перстней и прошептал что-то. Артефакт качнулся в ладони и разделился на два одинаковых колечка. Мужчина одно из них положил в центр рисунка. Второе протянул Айлле. – Держи.

– Для чего это? – девушка взяла артефакт и принялась его разглядывать. Как же он разделился?

– Выходи на меня замуж, – буднично произнес Шиасу.

– Что?! – Айлла в шоке смотрела на его абсолютно серьезное лицо.

Ракхар выдержал эту мину еще пару секунд, потом широко ухмыльнулся.

– Шучу-шучу. Нет, я готов на тебе жениться хоть сейчас, но кольцо – это наш способ экстренного отступления, чтобы не называть его паническим бегством, – он снова усмехнулся. – Поскольку в нашей паре ты – главная ценность, – девушка смущенно и довольно улыбнулась, – то оно будет у тебя. Если понимаешь, что надо бежать, снимаешь с пальца, крепко сжимаешь и снова надеваешь. Из кольца будет бить что-то вроде луча, указывая путь сюда. Как добежишь, встаешь, куда укажет луч, и соединяешь оба кольца. Если кто-то будет с тобой, держи их крепко. Для магии этого достаточно, чтобы перенеслись все, кого касаетесь.

– Перенеслись?

– Да, это экстренный телепорт на две мили в ближайшее место, где будет тихо и достаточно магии. Куда – не знаю. Критерии для точки выхода – спокойный магический уровень и минимальное количество живых существ крупнее козы. В подземельях и в энергетической стерильности не работает, увы.

– Какая удобная штука, – Айлла поклялась себе научиться такие делать.

– Да. Тоже наша разработка. Обычно берут в бой какие-нибудь военачальники или особо важные персоны, если ожидается нападение на кортеж. Я раньше такие штучки, скажем так… презирал. А теперь понимаю, что да, имеет смысл.

– Растешь! – девушка поколебалась и все-таки поцеловала его в щеку. – Спасибо!

Демон улыбнулся, явно что-то замышляя.

– Давай помогу. Тут есть одна хитрость… – он взял ее за руку и осторожно надел на ее пальчик кольцо.

Оба замерли, завороженные многозначностью этого действия.

– Вот так… – хрипло прошептал Шиасу, потемневшими глазами глядя на демоницу. В следующее мгновение она оказалась в его объятиях. Мужчина запустил руки в ее синие волосы и от наслаждения застонал. И тут же прижался губами к ее губам. У Айллы не осталось сил на сопротивление. Да и выдержки тоже. Она обняла Шиасу изо всех сил, прижалась к нему, приоткрывая губы и отвечая на поцелуй так страстно, что это поразило их обоих. Не осталось больше ничего, только это мгновение, где ласка, нежность сплелись с жадным жаром и отчаянным желанием получить друг друга. Они целовались, целовались и целовались. И не было сил остановиться, замедлиться, хоть как-то прерваться…

И тут землю будто тряхнули.

Демоны ошарашено огляделись. Не сразу, но им удалось понять, что это так сильно дернулся энергетический фон, сотрясенный какой-то мощной и необычной магией. Причем происходило это все на той горе, где стоял храм. Шиасу и Айлла переглянулись.

– Надо спешить, – прохрипел Ракхар, проводя большим пальцам по самым красивым на свете губам.

Глядя на мужчину огромными, темными от расширившихся зрачков глазами, девушка легонько поцеловала его и кивнула, с огромным сожалением отстраняясь. Голову кружило от нереализованного желания и суккубьей силы, бродящей в крови. Но увы, увы…

Магия дернулась еще раз, и отчетливо потянуло боевыми заклинаниями. Демоны переглянулись еще более встревожено. Кто там воюет?

Вариантов нашлось не так уж много. А значит, одной из сторон нужно срочно прийти на помощь. И демоны помчались к храму.

Сейчас найти место, где шел бой, не представляло труда. И по звукам, и по колебанию магии. Шиасу и Айлле пришлось немного облететь гору, чтобы оказаться с нужной стороны. Первое, что увидела девушка – это божественного зверя, практически полностью проявившегося в реальности. Впечатляло. Но потом она углядела, кто за его спиной, и больше мыслей не осталось. Саша, Мици, Ито! Хаос… Всё, о чем могла думать сейчас демоница, – как вытащить их отсюда! Живыми и здоровыми. Хотя бы живыми!

Шиасу мысленно выругался. Он тоже заметил близких Айллы и понял, что их придется спасать. Даже проклятого соперника. Еще и раненого к тому же. Нашел время!

Все внимание демона сосредоточилось на их противнике. Он не знал мэтра Саругано, да и не осталось ничего в этом существе от вполне обычного преподавателя артефакторики. Ракхар не смог разобраться, кто именно перед ним, но по ощущениям никак не ниже высшего демона уровня главы клана. А может, и круче… Проклятье! А это что еще за клоуны за ним?

Существа за спиной главного противника по движениям напоминали неудачно поднятую нежить, но явно ею не были. Чисто внешне представляли собой что-то вроде големов. Однако не являлись ни тем, ни другим. Шиасу подумал, что они не выглядят неуязвимыми, но артефакты в их руках весьма настораживают. Интуиция его не подвела. Эти, прости хаос, волшебные палочки, читай, жезлы били по защитному полю, которое держалось явно за счет какого артефакта на раненом Наенги, пока его зверь, рыча и скалясь, отмахивался от главаря. Очередной удар – и «щит» пошел волнами, пытаясь затянуть пробоину, но не успевая. Айлла вскрикнула и бросилась вперед, пытаясь успеть прикрыть друзей своей магией. Ракхар выругался и тоже ускорился, паля с двух рук по каменным уродцам.

И пусть чисто внешне некрасивыми эти существа не могли считаться, но окровавленные рты на неподвижных лицах и изломанные движения создавали именно такое впечатление. Демон боялся, что божественный зверь примет девушку за новую угрозу, попытался остановить любимую, но она ловко увернулась и камнем упала перед друзьями, тем самым попав под защиту. Шиасу выдохнул, но сам так рисковать не стал. Да и в воздухе он легко маневрировал. Сбоку к тому же удобней атаковать и отгонять врагов от тех, кого уже прикрывала Айлла, поставив вполне неплохой «щит». Нанося удары по спутникам злодея, Ракхар с легкой ностальгией вспомнил защиту, которую держала девушка, когда он первый раз ее увидел. Да-а, вот эта была мощь, Звездные гроты, даже издалека, давали Сацине силы для обороны целой крепости. Понятно, почему Феестины так держались за последнюю из рода, кто могла управлять этим грандиозным артефактом. Ладно, чего нет, того нет, пусть защищает своих пока так. А там он подумает, что с теми гротами делать…

Все эти мысли не мешали Шиасу осыпать градом атакующей магии каменных существ. На эффекте неожиданности удалось выбить из строя только одного. Потом кто-то из этих болванчиков прикрыл остальных полупрозрачной сферой. Ракхар долбил по ней, не понимая, почему она не поддается. Все же он не студент давно. Демон к тому же. Что же это за артефакт такой, что удерживает его натиск? Да и главный противник не выглядит встревоженным. Тогда Шиасу, не уменьшая напора, перешел на магическое зрение и, морщась от боли из-за особенно ярких при таком взгляде боевых заклинаний, пригляделся к структуре «щита» и ухмыльнулся. Не зря ему Айлла лекцию читала. Это только с виду сфера, а на деле поверх нее накинута сеть из множества мелких знаков этого… божка их, который все отрицает. Хитро придумано. Ракхар ухмыльнулся и под прикрытием огненной магии послал рой мелких, вертких, нахальных искорок, несколько из которых сумели-таки упасть ровно между сцеплениями и прожечь их. После этого защита распалась от первого же удара.

Следующий – и каменные люди посыпались как куклы. Причем трое явно пострадали серьезно. Демон не понял, насколько критически, но привлечь внимание главаря Шиасу удалось.

С перекошенным от ярости лицом он повернулся к Ракхару, явно мечтая испепелить его, но оказался вынужден потратить время на установку нового «щита» перед своим воинством, а не на атаку. Демон успел поймать взгляд Айллы и махнуть ей, чтобы уводила своих. Больше смотреть на нее Шиасу уже не смог: его противник переключился на него.

Как же Айлла перепугалась, когда увидела в центре магической битвы Сашу с Мици и раненого Ито. Рванулась к ним, хорошо хоть, зверь Наенги ее принял за свою. Удивительное существо. Девчонки тут же вцепились в нее, подвывая от ужаса. Еле сумела поставить свою лучшую защиту. Проклятье, вот когда пожалеешь о силе Звездных гротов! Она запустила во врага, в котором с ужасом узнала мэтра Саругано, пару заклинаний, но те даже не долетели. Почему?!

– Ито ранен! Айлла, он умирает! – в голосе Саши прорезались истерические нотки. Айлла же похолодела от услышанного и резко посмотрела на Шиасу. Тот пока справлялся. Основной удар держал зверь. Но демон явно решил переключить внимание мэтра на себя. От этого стало еще страшнее.

Айлла сжала челюсти и склонилась над перевязанным Итвальдом. Явно ранен, но что-то тут не так. Мужчина выглядел куда хуже, чем должен был при таком ранении. Зверь тянет из него силы?

– Тут кровь… – зачастила Саша, прижимая Мици к себе. – Что-то с ней. Она утекает! В эти желоба! Меня магии лишили! – и ткнула демонице под нос браслет.

«Опять они!» – ругнулась про себя демоница и, схватив его обеими руками, приложив магию, рванула в разные стороны. Артефакт звякнул и перекосился. Айлла напряглась еще раз, целя энергией в образовавшийся изгиб. Браслет сопротивлялся еще какое-то время, потом сдался. Высшая демоница, ха!

– Останови кровь! – рыкнула она, склоняясь над Итвальдом. У Саши лучше получались заклинания для здоровья. Уж кровь-то она точно могла останавливать. Больше пока не требуется. Что же с Ито такое?! Суккуб оглянулась назад. Зверь слабел, значит, и Наенги тоже. В этот момент Шиасу что-то сделал, и люди, так похожие на скульптуры, посыпались как куклы. От того, как изменилось лицо Саругано, Айлле стало жутко.

Он перевел огонь на Ракхара, и стало еще страшнее.

Однако демоница успела заметить знак Шиасу и поняла, что нужно уходить. Сердце нехорошо дрогнуло, но девушка знала – сейчас она только помешает. Вспомнила, чему их учил доктор Лийданиил, и выдохнула заклинание носилок. Одно из первых, которые выучивали на его занятиях, особенно такие бездари, как она.

В воздухе на уровне колена зависло что-то вроде магической доски.

– Закончила?

– К-кажется, – трясущимися губами пролепетала Саша.

– Держи за ноги! Ниже колен! На раз – поднимаем. Мици! На два – двигаешь носилки под Ито, на три – опускаем. Начали! Р-раз! – приказала Айлла, особо не рассчитывая на помощь, но желая занять подруг делом, отвлечь от ужаса происходящего. Сама же демоница, как самая сильная из них, подхватила Итвальда под мышки и подтянула вверх. Саше оставалось только придержать раненого за ноги. – Мици, два!

Рысенок, дрожащая и ужасно сосредоточенная, толкнула магические носилки, цепко держа их за край, и удивительно четко остановила их под телом Итвальда.

– Три! – девушки опустили Наенги и выдохнули. Айлла магией подняла носилки повыше. Теперь нести их не составит труда. Заклинание на себя приняло вес пострадавшего, а при движении не будет трясти, какая бы ни была дорога.

Демоница все время краем глаза наблюдала за битвой. Как же прекрасно, что Шиасу такой хороший воин! Как великолепно, что божественный зверь защищает их! Ее «щит» явно не справится. Айлла стянула с пальца кольцо, сжала в кулаке и снова надела. Из центра перстенька появился луч, уперся в землю в паре шагов от нее, четко указывая направление. Девушка кивнула.

– Побежали.

Слова легко слетели с губ, но себя пришлось буквально заставлять. Все ее существо стремилось, требовало остаться и помочь Шиасу. Включиться в бой и драться до последнего. Так правильно! Не должна она бежать, оставляя его без поддержки! Нельзя так! И одновременно Айлла понимала, что сейчас она с ее табором только мешает. Но как же болело сердце. Она оставляла его здесь…

И все же демоница толкнула носилки, кусая губы, чтобы не выть от ужаса происходящего.

– Вперед, – подбодрила она, скорее, себя, чем подруг.

Девушки сделали несколько шагов, как зверь взрычал, напрягая все силы, чтобы отразить удар, который неожиданно полетел в их сторону. Саша с Мици взвизгнули, Айлла еле успела поставить еще один «щит». Еще удар, еще! А потом страшное – магия прилетела в какое-то здание перед ними, то задрожало и с грохотом рухнуло на дорогу, преграждая путь. «Проклятье!» – взвыла демоница, ругаясь на чем свет стоит. Нет, проползти можно, но сколько же это займет времени! С носилками-то…

В них полетело еще одно заклинание. Зверь, почти полностью исчезнувший, зарычал, принимая его на себя.

«Эта тварь, – подумала Айлла, имея в виду Саругано, – не даст нам уйти. Что же делать?» Но эта мысль скользнула, скорее, по краю сознания. Сейчас ее куда больше занимало то, что вокруг рвалась боевая магия, не задевая их только усилиями исчезающего зверя. Что будет, если он совсем пропадет? Ее «щит» не продержится под таким напором и минуты. Надо бежать! Нужно срочно уводить отсюда малышку и Сашу. Ито она тоже не бросит! Проклятье…

Демоница подняла руки и ударила магией в завал перед собой. Еще раз, еще! Какие-то из камней откатывались, какие-то разваливались. Еще удар! Ей бы только тропку. Маленькую… чтобы только протащить носилки. Не перелезать с ними, скача горной козой. Саша рядом тоже долбила по завалу. Мици рычала и снова пыталась перевоплотиться. В какой-то момент ей это удалось, и она радостно взвыла. На этом хорошее закончилось – Итвальд глухо застонал, дернулся, покрылся испариной и начал стремительно белеть. Никто из них такого никогда не видел. Сраженная догадкой, Айлла повернулась назад…

Зверь исчезал… Истончился до еле видного сияния в воздухе и наконец пропал. В следующее мгновение в девушек полетела парализующая сеть. Словно раскаленный металл сквозь шелк, она с легкостью прошла «щит» Айллы. Демоница судорожно пыталась наколдовать еще, но не успевала! Саша с Мици сжались как от боли, уже предчувствуя, как их спеленывает этим страшным заклинанием, как вонзаются в тело десятки тончайших магических жгутов, прорывая одежду и кожу.

Как Шиасу успел – никто не понял. Наверное, даже он сам. Но в последний миг демон оказался между девушками и сетью, принимая ее на поднятую руку с подобием самого обычного щита. Демон явно не успел создать что-то более значительное. И маленькая его поверхность не смогла прикрыть его полностью. Сеть упала сверху, зависла, но концами дотянулась до еще не успевших свернуться крыльев демона, прожигая их. Айлла закричала. Шиасу дернулся, но сумел-таки сквозь боль прочитать контрзаклинание. Демоница увидела, что сеть пропала, но смотреть на крылья Ракхара было просто страшно. Она дернулась к нему, но тут Шиасу прорычал:

– Айлла, «щит» ступеньками!

Сам же он уже колдовал дальше, чередуя атаку с защитой.

Несколько мгновений демоница не могла понять, о чем речь. Потом сообразила – «щиты» можно положить горизонтально и взобраться по ним как по лестнице в том месте, которое благодаря ее усилиям уже стало ниже. Гениально! «Любимый мой…» Айлла повернулась к завалу и принялась за работу, потому и не увидела, как к Ракхару подскочила Саша и коротко прошептала:

– Он – сын Лесснихта! Лесснихт превратил в камень жителей этого города, потому что так решили боги. А он влюбился в одну из них. Саругано – их сын! Он их оживляет! Он сын бога! – и побежала обратно, чтобы схватиться за носилки и толкать их в сторону завала. Каждая секунда – бесценна!

Шиасу выругался. Теперь и он видел, что перед ним не человек – сын бога. Не полубог, но сын. А Лесснихт – это даже для бога необычное существо. Отмена, отрицание, уничтожение. Как этому противостоять? Этот Саругано девок жалел, вернее, минимум одну из них не хотел убивать. А вот его… Ракхар уже видел, как в руках противника появляется тот самый знак, который в этом мире имел так много силы.

Огромный. Просто огромный.

Проклятье! Демон понимал, что это означает. Сын бога… поэтому знак этого мерзавца работал даже в других мирах. Поэтому его магия так сильна. Поэтому он использовал заклинания с прорвой энергии. И поэтому он может использовать этот знак просто сам по себе, не как предохранитель.

Как этому противостоять?!

– Бегите! – заорал Шиасу. – Сейчас! Живо!

Ракхар призвал свой самый сильный «щит» – многослойный, основанный на демонической магии – и принялся из-за него бить все, что находилось рядом с противником, и по нему самому. Увы, заклинания рассыпались рядом с Саругано, а вот трюк с разрушением давал результаты. По крайней мере тому приходилось отвлекаться на то, чтобы уничтожать заклятия Шиасу. Но «щит»! Знак Лесснихта уверенно продавливал его, буквально выжигал. Демон постоянно обновлял его, чувствуя, что долго так не может продолжаться. Слишком сильная магия, жрущая бездну энергии, изматывающая и не дающая преимущества. Это способ защиты, не нападения.

– Шиасу!

Родной голос прошелся будто нож по нервам.

– Вали! – зарычал он, холодея от ужаса. Пусть уходит! Главное, чтобы она ушла! – Айлла, немедленно!

Наверное, демоница послушалась, потому что противник взвыл от злости и запустил в обход Ракхара какое-то заклинание. Тот поймал его, разрушил, но едва сам не открылся.

– Да откуда ты, сволочь, взялся?! – со злостью выплюнул Саругано. Шиасу хотел ответить, но знак Лесснихта стал вдруг крупнее – больше локтя в высоту и засиял бело-желтым светом, от которого резало глаза. И одновременно усилился раза в два, прожигая защиту столь же быстро. Ракхар принялся усиливать ее и с ужасом увидел, как его противник с улыбкой поднимает руки, больше не удерживая ими этот страшный символ, а тот продолжает висеть перед ним, давя на «щит» демона. Саругано же принялся сплетать новое заклинание. Оно вновь целилось куда-то назад. Да когда же они уйдут?! Шиасу вновь удалось отбить атаку, но он пропустил еще один удар – вниз его «щита», от чего тот дернулся и сам насадился на знак Лесснихта. Демон обнаружил смертоносный символ в одном локте от себя. Пришлось отпрыгивать назад, буквально в воздухе творя новую защиту. И тут же из-за нее посылая новые и новые удары – огненные шары, быстрые «стрелы», верткие искорки, сложные сети, сокрушающие «молоты», крученые вихри и множество других. Буйство пламени выгадало для Шиасу пару мгновений, чтобы он смог обернуться и убедиться, что девушки успели сбежать и утянули раненого за собой. Ракхар с легкостью представил, как они сейчас бегут, ведомые лучом из колечка, к телепорту.

Но им нужно время!

Шиасу усилил напор. Казалось, огонь залил все пространство. Пусть попробует с таким справиться! Но демон понимал, что долго так не выдержит. «Думай! Думай!» В мире – любом! – не бывает энергии отрицания. Даже самая разрушительная магия – это воздействие чего-то на что-то. Даже некромантия – это некая сила, которая дает мертвой плоти подобие жизни. Не бывает так, чтобы не было ничего. Даже тот хаос, к которому взывают и которым ругаются демоны, – это беспорядочное сплетение сил и энергий. И никто не умеет к нему взывать. Отрицание, великое ничто – только Лесснихт. Что от него сидит в его сыне?

Ракхар почувствовал, что колдовать стало тяжелее. В тот же миг символ стал больше и налился красным. Все заклинания Шиасу, что находились в это мгновение рядом, распались, будто их не было. Более того, демон видел, как сеть из таких знаков окутывает противника словно вторая оболочка. Ракхар попробовал провернуть трюк с пережиганием связей между ними, но искорки сгорали еще на подлете. Эта защита была неуязвима. И рядом не осталось ничего, что можно было бы разрушить, уничтожив тем самым Саругано. «Интересно, знак Лесснихта может уничтожать материальные предметы? Судя по предосторожностям, нет. Или по крайней мере не все».

В руках Шиасу возникла катана. Та самая, с алым клинком.

«– Я только слышала про алые клинки, но ни разу не видела. Ты полон сюрпризов, Шиасу Леар Ракхар.

– Как и ты, Айлла Нокрейн Сацина, как и ты».

«Словно тысячу лет назад… – Демону захотелось улыбнуться. – Надеюсь, ты ушла, девочка моя».

– Серьезно? – Саругано поднял брови и, не дав ответить, двинулся вперед.

Знак Лесснихта оказался пугающе близко, но Шиасу отскочил и ударил катаной. Глаза его противника расширились. Скорее всего, металл не должен был пройти сквозь эту защиту. Но алый клинок выдержал, и уже Саругано пришлось отпрыгивать.

В его руках появился меч, а в глазах – досада.

– Послушай… забирай свою девку и убирайся. Мне нужна только Саша, и чтобы не мешали. Забирай остальных и проваливай. Это более чем щедрое предложение.

Увы, тут он не врал. Шиасу понимал, что против такой силы он не устоит. Более того, сейчас он видел, что каменные фигуры за спиной Саругано вновь заняли свое место. Их лица и ладони покрывали красные разводы от размазанной крови. И она явно придала им сил: по движениям они уже не отличались от обычных людей. А каменное тело сейчас могло считаться даже преимуществом – огонь их не брал.

– Зачем она тебе? – попытался выиграть время Шиасу. Каждая секунда позволяла девушкам уйти еще дальше.

– Буду я еще каждому объяснять свои мотивы. Считаю до пяти. Не уйдешь – и сам сдохнешь, и девку твою не помилую. Порежу на кусочки, пока вся не вытечет. А потом заживлю. А потом снова порежу. И снова заживлю. Как думаешь, насколько ее хватит? Год или полгода? Итак, раз-два.

– Уже два?

– Уже три.

Первый раз в жизни Шиасу захотел отступить. Хаос с ней, с Сашей, зато он спасет Айллу. Заберет ее в свой особняк и никуда больше не отпустит. Ничего ей не скажет, просто – не смог. И через пару лет боль пройдет. Главное, она будет жива. Цела. Не попадет в лапы этому маньяку. Сейчас остро как никогда Ракхар понимал, что он не справится. Магией этого гада не взять. А катаной долго не удержишь. Подскочит кто-то из марионеток Саругано, свяжет его боем, а тот поспешит вперед, за девушками.

В этот момент знак Лесснихта стал алым и еще больше. От него веяло чем-то настолько жутким, что захотелось бежать. Шиасу с ужасом заметил, что камень рядом с символом и под ним начал плавиться, будто растворяясь.

– Время вышло. Четыре-пять, – усмехнулся Саругано. – Брось катану и беги.

Шиасу отбросил.

Нечего благородному оружию погибать в неравной схватке. Есть идея получше. Немного времени он своей девочке еще выиграет.

В руках Шиасу вспыхнул истинный огонь. Тот самый, который сжигает все. Включая того, кто его призвал.

Рыча от боли, демон бросился на противника, как мантру повторяя: «Дора, Велина, Гашек, Юрдан, Амелка, Саран, Санда, Арзоч, Милет, Нани, Венечка… Гришик». Имена, которые навеки выжглись в его памяти.

Айлла бежала вперед, по указанию луча, придерживая носилки с одной стороны. Вес их успешно взяла на себя магия, но направлять и удерживать от заносов требовалось твердой рукой. Рядом с ней неслась Мици в обличье рыси. Сзади и с другой стороны носилки придерживала Саша. Итвальд выглядел ужасно. Белый настолько, будто никогда и не выходил на солнце, он казался умирающим, хотя кровь они остановили. Девушки с тревогой поглядывали на него, пытаясь понять, что с ним. И одновременно часто-часто оглядывались, боясь и желая увидеть, что происходит там, где гремела магическая битва.

Как им удалось сделать лестницу из неприспособленных для этого «щитов» и затянуть туда носилки, отдельная песня. Но полыхающая вокруг земля и беломраморные люди, пьющие кровь и тут же становящиеся сильнее, весьма способствовали оттачиванию навыков. Девушки перетащили-таки Ито через развалины обрушившегося здания и теперь уже находились недалеко от телепорта. И чем ближе к нему приближались, тем больше трясло Айллу. Она и оттуда ушла только из-за девчонок и раненого. Девушка понимала, что в той битве она лишь помешает Шиасу, но мысль о том, что он сейчас там один против всего того ужаса, сковывала изнутри, и приходилось буквально заставлять себя двигаться.

Он же справится? Это же Шиасу Леар Ракхар, второй демон в клане после Меррея. Он практически высший… А это… ну… преподаватель. Да, сильный маг. Да, с големами за спиной, но… это же Шиасу! Шиасу Ракхар! Самый отважный, самый сильный, самый крутой, просто непобедимый… В памяти всплыл рассказ Ито, как Шиасу с Сином попали в плен и еле выбрались оттуда. Но там было какое-то зелье…

«Господин Ракхар, несмотря на лечение и прошедшее время, еще не оправился от травм, которые получил в плену, – будто наяву услышала она голос Эно Наенги. – Разумеется, демон этого не афишировал, но та тварь, с которой он сражался у портала, не так проста. Именно из ее… хм… выделений делают самый лучший блокиратор магических сил. Господина Ракхара, конечно, пользовали лучшие лекари, однако попасть под самую струю… да еще такая площадь поражения. Нет, это может вылечить только время. Полгода, как я думаю».

«О хаос… еще и крылья… – Айлла помнила, как чудовищное заклинание Саругано обрушилось на Шиасу, а он сумел прикрыть только часть тела, крылья же… – Хаос, там… там вообще что-то от них осталось?» Шок немного прошел, и эти думы подтолкнули девушку к дальнейшим размышлениям.

– Кто он? – через минуту она повернулась к Саше, почти такой же белой, как Итвальд, и почти не отрывающей от него взгляда. Она подняла на демоницу полный ужаса, мало вменяемый взор и непонимающе уставилась. – Саругано – кто он?

Губы Саши тут же скривились от еще большего страха, а в глазах появилась паника.

– Он… – попыталась ответить она. Дыхание было прерывистым, сбитым. Говорила девушка с трудом. – Сын… Лесснихта.

Слова упали будто камни. Айлла почувствовала, как ее накрывает тем же ужасом, что светился во взгляде подруги.

«Шиасу… Шиасу против сына бога… сына Лесснихта…»

– Боги решили уничтожить жителей этого города, – затараторила вдруг Саша. – Отправили Лесснихта. А он влюбился в одну из них. И вот. Саругано – их сын. И он оживляет своих сородичей. И вся это кровь – это его жертвы. Все эти пропавшие люди и нелюди! Ему нужны существа разных рас, чтобы оживлять своих и дальше, а гилгалимов не хватает! И я ему нужна, потому что могу призывать металлы. Гилгал! Айлла…

«О хаос…» – мысли демоницы метались в панике, пытаясь осознать открывшееся. Снова и снова сталкивались, мешая сосредоточиться и постоянно возвращаясь к тому, что Шиасу сейчас один против сына бога. Айлла вспомнила тот жуткий знак Лесснихта в руках Саругано. Теперь-то понятно… «О хаос… как же его победить… Шиасу… ты ведь сможешь?»

В этот момент Итвальд застонал. Это случилось так неожиданно, что девушки едва не вскрикнули. Айлла остановила носилки и со страхом склонилась над мужчиной. Вдруг его надо повернуть или еще что?

– Ито! – Саша схватила мужчину за руку.

Демоница сотворила немного воды и поднесла к его губам ладонь лодочкой. Итвальд смог немного отпить, поддерживаемый девушками. С трудом держа глаза открытыми, оглядел обеих.

– Не волнуйся, – затараторила Саша. – Мы бежим к телепорту! – Это Айлла ей пояснила в самом начале.

– Шиасу нас прикрывает, – добавила суккуб.

Наенги едва заметно качнул ресницами, показывая, что услышал.

– День… – прохрипел он. – Когда Лесснихт… забирал жизни… сегодня… пятьсот лет… Надо уйти до полудня…

Айллу прошиб холодный пот. Как артефактор она отлично знала, как важны круглые числа и грани вроде полуночи или полдня. Как-то отчетливо ярко она представила себе город с высоты. Схема, которую вырезали желоба с кровью, нарисовалась в голове сама собою. И как-то стало вдруг совершенно ясно, что через несколько минут Саругано, или как его там на самом деле, станет силен просто невероятно. Даже сейчас, с каждым мигом его сила нарастает… И Шиасу не выстоит.

Его противник победит и убьет его. Просто, чтобы не оставлять за спиной недобитого врага. И помчится сюда, за Сашей, ибо на ее поиск и поимку потратил очень много времени. Или пришлет своих оживающих родичей. Счастье, что Саругано не знает о телепорте…

Сознание Айллы полностью заполнила картинка лежащего на земле и истекающего кровью Шиасу. Это не дуэль с Итвальдом, тут не помилуют.

– Что делать? Что делать, Ито? – прошептала девушка.

– Уйти до полудня, – припечатала Саша и толкнула носилки. – Айлла! Пожалуйста!

– Мяу! – пискнула снизу Мици.

Стало жутко и мерзко. С трудом демоница сделала первый шаг, еще и еще… Девочек надо спасти… Спасти…

Они дотащили носилки до площади с телепортом. Айлла запихнула всех в нарисованный Шиасу круг.

– Держи Ито за руку. Мици, вцепись в Сашу! Все держатся? – она схватила руку девушки и вложила в нее кольцо. – Так, сейчас надо будет соединить это и то, что в круге. Понятно?

– Понятно! – энергично кивнула Саша, потом подняла на вышедшую из рисунка Айллу полные осознания глаза. – А ты?

– У меня есть план, не волнуйся. Уведи Мици и Ито. Не спорь.

– Айлла!

– Мяу!

– Саша, давай! Не спорь! Если ты сейчас не уйдешь, все напрасно! Пожалуйста! Шиасу погибает за вас!

В этот момент руку Айллы схватили.

Она с ужасом опустила взгляд, ожидая всего, что угодно. Но на нее смотрели все еще больные, но уже вменяемые глаза Итвальда.

– Он ввязался в драку со мной, когда подумал, что я буду тебя использовать.

Пока Айлла осознавала, что это значит, ей в руку в свою очередь что-то вложили.

– Саша, активируй телепорт, – приказал Ито, отпуская ладонь демоницы.

– Но…

– Сейчас, – прервал он таким голосом, что девушка дрогнула и подчинилась.

Айлла поняла, что никогда не забудет взгляды, с которыми они исчезли в телепорте.

С трудом разжала руку. В ней лежала какая-то побрякушка самого артефактного вида, но что это, девушка не понимала. Тем не менее надела на шею – Ито плохого не даст – и побежала обратно, на ходу распахивая крылья и поднимаясь в воздух.

Даже в такой ситуации мозги Айллы, заточенные под артефактное дело, пытались разобраться в огромной схеме, которой по сути стал город. Не раз и не два у девушки возникала идея разгромить что-нибудь, чтобы нарушить ее целостность. Однако она прекрасно понимала и видела, что линии на самом деле нарисованы не на земле, а в магическом слое, и закреплены так, что проще гору снести до основания, чем стереть их. Тут мощи одного суккуба не хватит.

Демоница перебирала в голове все способы, которые знала для изменения схемы, но вдруг поняла, что на самом деле ее не волнует, добьется ли Саругано своих целей или нет. Пусть отдаст ей Шиасу и катится к хаосу! Пусть другие воюют. Ей нужен только ее мужчина! Живой!

«Только попробуй умри! Я тебя с того света достану! Даже без некроматских способностей! Зараза! Свалился на мою голову, переживай теперь!» Каким-то краем сознания Айлла вдруг поняла, зачем предки создали Звездные гроты. Если хоть раз твои близкие находились в такой опасности, обещаешь себе и миру, что когда выживешь, то обязательно, просто вот обязательно создашь что-то такое, чтобы это больше не повторилось. Страх – лучший мотиватор. Айлла не стала в этом плане исключением, она летела и обещала хаосу… многое, лишь бы они оба выжили.

То, что они не выживут, девушка поняла почти сразу, когда увидела поле битвы.

Все полыхало, сияло алыми знаками запрета. Треск, стук, шипение магии, рычание, проклятья. Каменные люди с кровавыми потеками на лице то наседали на Шиасу, то били по нему из артефактов. Почему заклинания сгорали в огне, который исходил от демона, Айлла не понимала. Разве что… это же не истинный огонь? Нет же?

Прерогатива высших из «красных» кланов. Все сжигающий. Он убивал зачастую даже призвавшего, если тот не был достаточно силен. Оружие последнего шанса.

«Шиасу, нет…» – простонала Айлла. Она никак не могла понять, как может помочь. Теперь девушка понимала, что ее магии не прорвать эти огромные знаки Лесснихта. Разве что как-то повезет. Зачем-то же Шиасу призвал истинный огонь. Нет ничего ужаснее погубить своего мужчину, по своей дурости испортив ему игру. И все же… все же… Айлла смотрела и не понимала… Он же явно проигрывал. Дрался на пределе возможностей… А если его… прямо сейчас убивают?

Что же делать? Что делать? Как спасти?

Неизвестно, на что решилась бы Айлла, как вдруг заметила странные тени, мчащиеся внизу по городу. Еще враги? Приближались они просто с бешеной скоростью. Демоница заметалась, не зная, как поступить. Потом решительно бросилась вперед.

– Это я! – заорала она, буквально за секунду до того, как налететь на Ракхара, схватить его под мышки и, прикладывая магию, потянуть вверх. Демон в истинном обличье – это не Саша с Мици на руках, не самостоятельно держащие вес носилки. Но что делать? На том, что осталось от его крыльев, Шиасу сейчас не взлетит.

Ракхар ругнулся, но каким-то невероятным чудом на предельной скорости успел выставить перед собой «щит», не давая Саругано спалить еще и Айллу. Все равно все понимали, что далеко они не улетят. Демон так же мгновенно призвал свой меч и что-то колдонул, чтобы девушке стало полегче его держать. Никто из мужчин явно не понимал смысла этой глупой затеи. Ведь уже сейчас, даже с помощью двух заклинаний Айлла выбивалась из сил.

В следующее мгновение стало темно от заполонивших все тел. Гилгалимы проигнорировали дорогу, прыгая прямо по горе и крышам зданий. Серо-буро-черная волна полуобнаженных оборотней – сюда пришли только взрослые перевертыши третьего уровня – накрыла собой все. Они бросались на каменных людей, с остервенением опрокидывая их, разбивая на куски, уворачиваясь от заклинаний, летящих из артефактов, прорывая магические сети словно веревочные – когтями.

Саругано рыкнул и поднял руку. В ней начала накапливаться дикая по мощи энергия. Айлла закричала. Сын бога же резко бросил силы вниз.

И загорелась земля.

Это было не просто пламя. Нет, какое-то темное колдовство, принявшее вид честного огня. Саругано это уже проделывал, но тогда целей у него насчитывалось не так много. Айлла словно забыла, какой груз держит, прижимая к себе любимого что есть сил. Демоны с ужасом смотрели, как корчатся в этой жуткой магии гилгалимы… пока не поняли, что несмотря на боль, которую те испытывают, оборотни вовсе не сгорают живьем. Да, они быстро постарались забраться повыше, но это не мешало им продолжать уничтожать ахорцев. Что-то в организме гилгалимов сопротивлялось пламени, которое напугало даже демонов.

Саругано тоже это понял. Явно разозлился и, судя по всему, решил чего-то добавить. Но тут Айлла закричала:

– Саша ушла! Они ушли! Телепортом! Твой план разрушен! К хаосу!

Зачем девушка привлекла к себе, вернее, к ним, внимание, она не призналась бы и на допросе: ей просто в какой-то момент стало отчаянно жалко этих отважных существ, которые так вовремя подоспели на помощь. Правда, способ она выбрала не самый удачный, действительно разозлив противника, которому не могла противостоять. Демоница попыталась отлететь, отчаянно маша крыльями, но от этого стало только хуже. Силы неожиданно кончились, и их потянуло вниз. К счастью, темное пламя уже пропало. Оказавшись на земле, Шиасу прыгнул вперед и приказал Айлле:

– Уходи! – и выставил вперед клинок, на алом лезвии которого вдруг заплясало истинное пламя.

– Не могу… – девушка позвала свою катану и встала рядом, лишь чуть-чуть позади, – без тебя.

– Отлично, – перед Саругано вновь возник знак Лесснихта. – Придется вам компенсировать мое разочарование и бездарно потраченные ресурсы. Демоническая кровь – это как раз один к десяти.

Символ вспыхнул еще ярче, наливаясь оранжевым. Айлла подняла катану повыше, а Шиасу с нежной горечью подумал, что повторяет выбор и ошибку отца.

Ракхар не собирался сдаваться. Истинный огонь сегодня почему-то причинял не такую сильную боль и отзывался куда охотнее. Даже на клинок перешел, причем не плавя его. Непонятно, но спасибо тому, кто подарил это чудо. Шиасу собирался прожечь знак Лесснихта. Пока это удалось частично, слишком быстро он восстанавливался. Малейшая брешь, и, возможно, Айлле удастся ударить катаной. Она хороша с ней.

Символ вдруг стал ярче, а сеть из множества знаков вокруг Саругано плотнее. Почему? Кровь гилгалимов, а ранили почти всех, стекала к проклятым желобам и явно делала их противника сильнее. Зато оборотни полностью оттянули на себя каменных соратников мэтра. Возможно, кто-нибудь из перевертышей напал бы и на него, но, похоже, они тоже не представляли, как к нему подступиться.

Саругано как-то нехорошо улыбнулся и вдруг оказался слишком близко. Айлла вскрикнула. Шиасу ударил. Знак сцепился с катаной, объятой пламенем, и стало ясно, что огонь борется, но гаснет.

Он становился все слабее и слабее, а брешь в защите не появлялась. Айлла попробовала ударить так же, но вовремя остановилась, увидев, что катана не выдерживает действия знака. «Нужна брешь! Шиасу!» Демон давил и пытался колдовать. Символ становился все ближе. Ракхар отступал, Айлла пятилась вместе с ним. Выражение лица их противника становилось все довольней. И вдруг спину сзади обожгло каким-то мерзким и жутким ощущением. Шиасу обернуться не мог, но у суккуба получилось.

– Еще один знак, – простонала она, глядя на свободно висящий символ в паре шагов сзади. Справа – крутой склон. Слева – стена. Держа на весу Шиасу, демоница не улетит. Неужели конец?..

Мэтр еще раз улыбнулся. И знак сзади двинулся в их сторону.

«Что ж, я выбрала сама», – подумала Айлла.

И в этот момент в паре шагов от нее появился Наенги. Слишком живые, темные глаза оценили ситуацию, и появился божественный зверь. И только тогда девушка поняла, что перед ней не Итвальд. Кто-то старше раза в два. Но очень похожий.

Снова пространство дернулось, и из телепорта вышел еще один мужчина. Над ним тоже очень быстро засверкал зверь. Но какой-то другой – и с сиреневым мерцанием. Новоприбывший, кроме того, что-то еще наколдовал, и амулет на его груди засверкал, подмигивая.

Через мгновение появился еще один гость. Еще один, еще. Всего семеро разного возраста мужчин, в основном постарше, но весьма моложавых. Восьмой на загаженную, разбитую дорогу ступили серебряные туфельки на каблучке. Медововолосая женщина в бело-золотистом платье была настолько прекрасна, что даже Айлла засмотрелась.

Казалось, все вокруг замерло в ожидании. Про демонов и гилгалимов все забыли. Теперь противостояние шло между новоприбывшими и Саругано. Правда, как оказалось, появились не все. Последним на поле боя ввалился из буквально разорвавшегося пространства жутко довольный чем-то Меррей с четырьмя демонами самого опасного вида.

Главный в клане Ракхар окинул взглядом обстановку и направился к племяннику. Знаки Лесснихта при появлении, наверное, третьего из мужчин с божественными зверьми за спиной переместились поближе к Саругано. Меррей, словно не замечая напряжения, которое почти заменило здесь воздух, одобрительно хлопнул Шиасу по плечу и вдруг подхватил опешившую Айллу на руки.

– Унесите мою невестку, – почти пропел он, передавая девушку демону позади себя. Оглядел крылья племянника и кивнул: – Ничего, вылечим.

– Ты не мог прийти раньше? – скрывая облегчение, возмутился Шиасу.

– Не-а, – усмехнулся Меррей, – по той же причине, по какой едва не приобрел истощенный рудник.

Шиасу пораженно уставился на дядю. Тот покивал, подтверждая его догадки.

С задних рядов, куда оттащили Айллу, она не могла увидеть, кто из новоприбывших, поморщившись, уточнил:

– Зачем ты позвал сюда демонического патриарха, Ильфрэг?

Но девушка прекрасно услышала раздражение в голосе.

Наенги усмехнулся:

– Иначе половина из вас не соизволила бы явиться.

– Это ваши с Зеавайнами земли!

– О чем и речь, – вдруг посуровел Наенги. – Предлагаю перейти к сути вопроса.

Все взгляды скрестились на Саругано. Алые знаки вокруг него стали еще ярче. Но мэтр молчал. Не сдался, не смирился, явно искал выход.

– Виновен, – как гирю на весы обронил Ильфрэг Наенги.

– Виновен, – тут же произнес прибывший вторым.

Один за другим мужчины произнесли это страшное слово. Теперь все взгляды сошлись на медововолосой красавице. Какое-то время она молчала, будто обдумывала или слушала чью-то беззвучную для остальных волю. Наконец четко, но с едва слышной горечью произнесла:

– Виновен.

Вот тут Саругано аж перекорежило.

– Твоя богиня все это устроила! Если бы не она, я бы даже не появился!

– У тебя был выбор. Ты видел, к чему привело то, как жили твои сородичи. Ты мог выбрать другой путь, – не признала женщина вину за своей покровительницей. – Не мог сделать это, опираясь на мораль, – но мог, опираясь на разум.

– Ты забываешь, что пусть морали у меня и нет, зато родственных чувств достаточно!

– Поэтому и нужна мораль.

– У меня и не могло ее быть. Так зачем? – в голосе Саругано действительно послышалась боль. – Зачем она это сделала?

Этот вопрос интересовал всех.

– Потому что они бы, – женщина говорила тихо, но слышали все. И то, как она выделила местоимение, – не остановились. Продолжили бы экспериментировать, создавая монстров в человеческом обличье. А так они двести восемнадцать лет чувствовали ненависть и отчаяние твоих сородичей. Поверь мне, они прочувствовали всё. Твоя жизнь была шансом оставить после ахорцев хоть что-то, но ты пошел не в будущее, а в прошлое. Поэтому вердикт таков. Кто приведет его в исполнение?

Тишина повисла над каменным городом. Саругано не стал спорить и что-то доказывать. Он знал, что против восьми божественных зверей и послов каждой из Высоких семей ему не выстоять. Но без боя он не сдастся.

Не сдастся.

Именно это напряжение и застыло в позе, которую камень сохранит на века.

Никто не понял, как и почему это произошло, но Саругано вдруг начал обращаться в камень. Так же, как его сородичи много веков назад.

Даже представители Высоких семей смотрели на это потрясенными глазами. Губы же Саругано дрогнули, кривясь от… сожаления.

– Прости, мама. Я не успел, – прошептал он, прежде чем навеки превратиться в камень.

Статуя прекрасной женщины в полуразрушенном храме, алая от сбегавшейся к ней крови, открыла пленившие когда-то Лесснихта серые глаза и посмотрела в небо с невыразимой болью. В тот же миг заклинание, удерживающее кровь жертв и направлявшее ее движение, начало рушиться. Во взгляде красавицы вновь появилась нежность, чтобы второй раз застыть там навсегда.

Эпилог

– Что это вообще было?

Спустя пару дней участники событий собрались в гостиной у Итвальда, чтобы наконец-то обсудить все и разобраться.

Сашу с Мици и Ито нашел отряд арима Салена, вернее, те, кто собирался с ним в Ахор, когда разлюбезный глава гарнизона сбежал у них из-под носа. Они, разумеется, отправились следом, таща за собой картинно вздыхающего Ихаро. Мол, дело предсказателей давать мудрые советы из уютного кресла. На самом деле он чуть ли не первый собрался на поиски. Именно с его помощью отряд безошибочно вышел на место телепортации Итвальда и девушек. Картина напугала всех. Носилки во время переноса развалились. Мужчина упал и приложился спиной о камни. Саша смогла только немного его сдвинуть на более мягкую землю, проверить, не идет ли кровь. Она обновила заклинания, пометалась рядом и стала ждать. Так их и нашли: девушка держала Ито за руку, а Мици, свернувшись клубочком, грела другой бок.

А доктора Лийданиила ранее нашли гилгалимы и, перевязав, вынесли из города, устроив так, чтобы забрать на обратном пути. Это спасло ему жизнь.

После того, как Саругано окаменел и страшная колдовская схема, в которую он превратил город, разрушилась, Наенги очень быстро пошел на поправку. В больнице лежать отказался и вообще уже давно ворчал, что все с ним в порядке.

Гилгалимов тоже многих пришлось лечить. Рурк Дайрон после исчезновения Итвальда и предсказания Ихаро серьезно задумался. Отряд арима Салена отправлялся за главой гарнизона, но их мероприятие казалось Рурку несерьезным. Он подробно выведал местоположение и вернулся в клан. Там собрал гилгалимов третьего уровня и изложил свои выводы.

– Таррад сказал: «Любой рожденный под этим небом, кто выйдет против него, погибнет. И выстоять сможет лишь имеющий зверя и благословение богов». Мы рождены под этим небом – да, но мы имеем благословение богов и зверя. Зверь – наша ипостась. А благословение богов получают те, кто обрел третий уровень.

На этом основывались все их ритуалы. Не верить в это – не перейти заветную ступень. И хотя все, кто слышал Ихаро, подумали, что речь идет о Высоких семьях, Рурк решил, что вполне возможно боги именно ему подсказывают верный путь. Жизнь гилгалимов нужно было менять. Перестраивать уклад, социализироваться, договариваться с властями. Итвальд же Дайрону понравился. С таким вполне можно иметь дело. Он поспособствует. Поэтому критически необходимо сделать первый шаг. Значимый, нужный и в правильное время. Что может лучше, чем спасти самого амбриела или хотя бы существенно помочь с его – и их! – противником? Тем более речь шла и о защите племени. И о мести! Рурк никого не забыл.

Правда, существовал вариант, что он этим решением положит лучшую часть своего клана. О чем честно предупредил. Тем не менее практически все согласились. И сейчас, несмотря на раны – уже прошедшие, ибо оборотни! – не жалели ни о чем. Ведь они узнали главное! А точнее, нашли способ спасения. Никто так и не понял, как именно, но как-то гилгалимам стало известно о способностях Саши. Они нашли ее и поклялись служить ей верно и преданно в обмен на гилгал. И никаких похитить и эксплуатировать! Оборотни уже сообразили, что она под защитой Итвальда Наенги.

Девушка совершенно не представляла, что делать с этакой армией поклонников, поэтому отдала решение в руки Ито, который безропотно принял на свои плечи новые заботы и пообещал пристроить этих страждущих к делу.

Тяжелее всего приключение перенесла Мици. Все эти дни она практически не слезала с рук Айллы. Иногда ее удавалось передать Саше или кому-то из воспитателей. Правда, те клялись, что рысенок скоро отойдет. Девочка только уверилась, что в безопасности, – и тут такой удар. Но маленькие оборотни быстро забывают плохое. Мол, не успеете оглянуться, как она уже будет хохоча гоняться за Риуалем-пегасом и пытаться укусить за хвост Рики. Девушки искренне надеялись на это, Риуаль и Рики – под вопросом.

– «Это» – это что? – уточнил Ито, усаженный в кресло и окруженный заботой слуг, которые наконец-то смогли поймать обожаемого, но обычно неуловимого хозяина в свои руки. Обложенный подушками, укрытый пледом, он злился, глядя на лекарственные отвары, которые ему подавали вместо выпивки, и на ухмылку Шиасу, который пребывал в человеческой ипостаси и не показывал искалеченные крылья.

– Что это за люди были?

– Что с Саругано?

– Мяу!

– Вообще!

В комнате находилось немало людей, и вопросы полетели с разных сторон. Саша и Айлла бескомпромиссно заняли диван и никого туда не пускали, кроме Мици, которая и так не слезала с девушек. Эно держался в стороне. Ихаро сидел в своем любимом кресле. Шиасу расхаживал туда-сюда, периодически замирая или куда-то усаживаясь, но потом снова принимаясь ходить.

– Это были представители Высоких семей. У нас есть такое… не особо афишируемое правило… Если дело серьезное, то решение по нему может принять член Высоких семей, обретший зверя. Считается, что тот не даст совершить ошибку… Совсем уж крупную. Зачастую мы… чувствуем… настроение богов, что ли. Я сам не ощущал, но отец говорил, что, если Ли-Наенги что-то не нравится, это невозможно не понять. Есть те, кто очень чувствителен в этом вопросе. Вот госпожа Веймира Анари, которую вы видели, – одна из лучших. Я не думаю, что это пустое везение, что пришла именно она. Ли-Анари в этом деле приняла не последнее участие, вот и направила ту, которая лучше всего слышит ее волю. Да, вот так, – Итвальд, разумеется, не видел того, что там происходило, но получил максимальное количество сведений. И от отца, который представлял их семью, и всех остальных, допросить которых не поленился. – Если дело достаточно важное, то в идеале должны собраться представители от каждой семьи. В случае каких-то глобальных неприятностей собираются главы. Но вот такие, локальные вопросы… Беда в том, что собрать всех восьмерых, да еще оперативно – очень непросто.

Итвальд поставил в известность семьи перед тем, как отправиться спасать девушек. Пришлось пояснять, что и как. Но уговаривать никого не стал. Лишь пояснил, как ориентироваться на маячок, который потом отдал Айлле. Тем, кто согласился прибыть, пришлось добираться до места, прыгая по телепортам. В Ахоре артефакт работал с перебоями, но не иначе как боги помогли: отец Ито смог-таки поймать сигнал. К Наенги тут присоединился сосед и отправил более сильный призыв остальным.

– Тем более далеко не все любят брать на себя ответственность. Зато после того, как решение принято, кое-кто не преминет осудить его. В общем, политика. Но я посчитал, что нужны все восемь. Для этого и потребовался господин Меррей Ракхар. Я не особо надеялся, что тот откликнется, но он воспринял идею с энтузиазмом.

– Еще бы, – фыркнул Шиасу. – Это очень в духе дяди.

Демон помрачнел. Меррей прямым текстом сказал, что не одобрит ссору с Итвальдом Наенги. Шиасу и не собирался, в принципе: нельзя убивать того, в чьем спасении принял участие. Это злило обоих, но что поделаешь? Ситуация и так отличалась редкой неоднозначностью.

– А почему Саругано окаменел? – задала Айлла давно ее мучающий вопрос.

– Не знаю, – пожал плечами Ито. На самом деле у него была идея. Но она казалась слишком мелодраматичной даже ему самому.

– А он… не… раскаменеет обратно? – ради этого вопроса Мици даже перевоплотилась в человека.

– Нет, – покачал головой Итвальд. – Все статуи ахорцев, включая Саругано и его мать, разбиты в пыль и развеяны над горами. Город снесен до основания. Даже мостовых не осталось.

Такое кардинальное решение потребовалось, чтобы уничтожить схему, буквально впаянную в мертвый город. Наенги еще больше помрачнел, вспоминая доклады. Нашли множество тел разной давности. Если бы не вся эта история с Лесснихтом, город фонил бы смертью на несколько хорн вокруг. «Хорошо, что снесли… – Ито вспомнил безупречно красивые здания и вздохнул. – Хоть и жалко…»

– А разработки ахорцев и мэтра Мне-не-ведома-мораль уничтожили? – ехидно спросил Шиасу.

Ито вздохнул еще раз. Сколько же боев пришлось выдержать по этому поводу! Хорошо, что львиную их долю взял на себя отец.

– Разработки, разумеется, нет. Их скопировали и отдали в каждую из восьми семей с пометками от «можно использовать» до «применение карается смертной казнью».

– То есть таки эти поганые методики разлетелись по миру? – Ракхар уже видел цену всем этим запретам.

– У нас с этим не так просто. Завязано на родовой магии. Но если бы кому-то поручили разбирать, что можно отдать в семьи, что нет, кончилось бы межклановой войной. Информация – главная ценность. Такой метод со спорными знаниями используется уже давно.

– Когда снова начнут пропадать люди, ты знаешь, где искать.

– Уж найду, не сомневайся, – не выдержал-таки Ито, у которого как раз кончилось действие обезболивающего заклинания.

– Неужели все это было, чтобы оживить свои родственников?.. И маму… – говорила Саша тихо-тихо, что на нее совсем не походило. Айлла обняла подругу за плечи.

– Основная цель, скорее всего, была такая, – чуть помолчав, ответил Итвальд, пряча эмоции за казенностью речи. – Он проделывал все это снова и снова, а… хм… юбилей, скажем так, отвел для оживления матери. Скажу сразу, способ годится только для казни окаменением, который применил Лесснихт.

– Надеюсь, никто не додумается это проверять, – пробормотала Айлла.

– И что же теперь? – непонятно о чем спросила Саша.

– Учиться, – отрезала демоница, сурово глянув на мужчин. – Мы с тобой и Мици будем учиться.

– А ты еще и осваивать новые способности, – добавил Ихаро. – Ради своей личной гвардии.

Саша распахнутыми глазами посмотрела на Итвальда.

– Ты же… не оставишь меня с ними… наедине? В смысле разбираться с этими всеми делами?

– Можешь не сомневаться, – бесцеремонно хмыкнул предсказатель. – Ты теперь завидная невеста.

– Не оставлю, – спокойно и доверительно кивнул Ито, перед этим кинув на друга угрожающий взгляд.

Девушка улыбнулась ему своей улыбкой, что-то переворачивающей в его сердце. Проклятье… Итвальд вспомнил свой недавний разговор с Айллой.

Суккуб честно призналась ему, что любит Шиасу и хочет быть с ним.

– Пожалуйста, не сердись на меня, – шепнула она, глядя на Ито огромными синими глазами. Мужчина вздохнул, обнял ее и прижал к себе. Не как любовник, как друг.

– Никогда, – помолчав, произнес он. – Я не уверен, что Шиасу Ракхар достоин тебя, но, если ты не будешь с ним, это чувство тебя никогда не отпустит.

– Я люблю его. И он… достоин. Ито, он остался прикрывать наш отход, встав между нами и сыном бога! В тот момент он и стал высшим демоном, поэтому и смог призвать истинный огонь и даже управлять им, не погибнув в первые же мгновения.

– Я знаю, – Итвальд отпустил ее, выпрямившись. С печалью улыбнулся и погладил по подбородку. – Ты просто феерически хороша, и мне безумно жаль тебя отпускать.

Айлла довольно улыбнулась, потом хитро на него глянула.

– Ты все равно скоро бы заменил меня.

Наенги хмыкнул.

– Не скоро.

– Только не говори, что Саша не тронула твое сердце. Я видела, как ты на нее смотрел. Там!

Мужчина помолчал.

– Я видел ее на празднике Ли-Анари, – признал он. И пока Айлла ошарашено подбирала слова, добавил: – Но если бы не все это приключение в Ахоре, не то, как она себя там вела, я подумал бы, что как-то не так понял.

– Она защищала тебя, как только могла. И она… хорошая, добрая, отважная, очень разумная и веселая. Немного легкомысленная, но зато с ней легко. И думаю, давно по уши в тебя влюблена. Только скрывает это из-за наших отношений. Ито, – Айлла положила руку ему на грудь, и мужчина накрыл ее ладонью, – не упусти ее. Я понимаю, что она кажется тебе слишком… маленькой, ребенком еще. Но девочки быстро взрослеют. А сейчас она к тому же в немалой опасности, ведь рано или поздно внимание гилгалимов вызовет интерес, Высокие семьи начтут задавать вопросы, и ее происхождение выплывет.

– Я попытаюсь это предотвратить, уже придумал как. Но, Айлла, – он улыбнулся, – тебе не нужно меня уговаривать. У меня екает сердце при виде ее улыбки.

– Я немного ревную, – призналась демоница и рассмеялась. – Поспешай не спеша, Ито. Вы вместе будете безумно счастливы самым обычным и самым лучшим человеческим счастьем.

– Надеюсь, вы с Шиасу тоже.

– Я очень постараюсь.

– Я знаю. Пусть и он старается. А то знаешь… мне достался рецепт того дивного зелья против демонов.

– Кстати, – Шиасу вдруг улыбнулся, – у меня есть очень приятная новость. Приглашаю всех здесь присутствующих к нам, – он оглядел удивленные лица и с невероятным удовольствием добавил: – На свадьбу моего дядюшки. Господина Наенги и его спутников приглашает лично Меррей Ракхар, а вот вас – Айлла, Саша, – зовет его невеста.

– Невеста? – нахмурилась демоница. – Мы знакомы? Или это дань вежливости?

– Знакомы, – широко и предвкушающе улыбнулся Шиасу. – Более чем. И уверяю, вы будете удивлены, приятно удивлены, когда поймете, кто она.

– Заинтриговал, – сверкнула глазами суккуб.

Ракхар мысленно потер руки. У него на день свадьбы тоже были большие надежды: в этот день он собирался сделать предложение одной прекрасной и очень свободолюбивой демонице.

Он прекрасно знал, что одним из условий, которые она поставит, будет возможность доучиться здесь. Ерунда, право слово, пусть и придется мотаться между мирами. Главное, что выбор они оба сделали и нисколько в нем не сомневаются. Хм, по крайней мере, Шиасу сделал…

Дай волю Итвальду, он никого бы не пустил на эту свадьбу, но остаться никто не захотел. Прибыли всей делегацией. Меррей не поленился – встретил лично. Раскланялся с Наенги, поехидничал с Ихаро, дал Мици леденец на палочке, а Сашу и Айллу приобнял за талии и повел в другую комнату. Вернее, довел до дверей, где отпустил под ревнивыми взглядами мужчин.

– Учти, дорогая невестка, за этот подарок, – произнес невероятно довольный жених, – я хочу поцелуй и прощение всех грехов. Поцелуй в щечку, – подумав, добавил он, открывая наконец дверь. – Вот сюда, – и похлопал себе чуть ниже правой скулы.

Это отвлекло Айллу, и четыре демоницы успели подойти, смущенно и радостно улыбаясь.

«Красивые», – подумала «дорогая невестка», пытаясь вспомнить их.

– Не узнаешь? – улыбнулась стоящая чуть впереди беловолосая чаровница. Ответ увидела по лицам девушек. Переглянулась со своими подругами и веско добавила: – Эли… Саша?

– Вайлена? – недоверчиво спросила Айлла.

– А также Юрка, Касси и Морва! – зеленоволосая не стала ждать опознания и, подскочив, схватила суккуба и Сашу в объятия. – Догадайся, кто?!

– Юрка… – прошептала Айлла, не в силах заставить себя поверить. – Но… но…

– Задавай вопросы, дорогая, – хмыкнула беловолосая. – Проверить обязательно надо.

Суккуб благодарно выдохнула.

– Где ты со мной познакомилась?

– Ты собиралась купить дрянные арбалеты. На несколько зарядов, – без колебаний ответила женщина.

– А со мной? – присоединилась к забаве Саша.

С десяток вопросов – и они поверили. На глазах Айллы появились слезы.

– Но как?

– Поблагодаришь за это Меррея, – усмехнулась Вайлена, обнимая ее. – Он намекал на поцелуй.

Рассмеявшись, суккуб вытерла слезы с глаз и еще раз обняла женщину.

– Я так счастлива, что у меня слов нет. Меррей заслужил все поцелуи, которые захочет.

– Э! Не увлекайся! Это все-таки мой жених! – засмеялась Вайлена.

– Хаос, ты действительно выходишь за него замуж?

– О да! Как перед таким устоишь?

С этим Айлла не могла не согласиться – если Меррей Ракхар что-то захотел… Девушка оглянулась и робко спросила:

– Касси?

Красноволосая мягко улыбнулась.

– Да, я жива.

Тут уже и Саша не выдержала. Пока ее утешали, Айлла обняла и Морву. А сама чувствовала себя так, будто после хмурого конца осени перепрыгнула в середину весны. Стало легче, светлее, солнечнее, захотелось улыбаться и радоваться, всех обнимать, разве что не кричать от счастья. Неужели так бывает? На глазах снова появились слезы.

Она смотрела на девушек рядом и ощущала себя так, словно находится в семье. Настоящей. Любящей. Самой лучшей. «А ведь если Вайлена выйдет за Меррея, а я – за Шиасу, мы действительно станем родственницами. Хм…» Мысль показалась забавной и очень интересной.

Да, Меррей определенно заслужил свой поцелуй и прощение всех грехов. Айлла решила срочно еще раз переобнимать всех присутствующих. А что? Имеет право! Как родственница!

Свадьба удалась. И глядя на эту пару, Айлла подумала, что они будут счастливы. Было в них что-то такое… смотришь и веришь. От этого на душе теплело, и в глазах начинало щипать. «Вот уж не думала, что я такая сентиментальная… И что буду так радоваться счастью Меррея Ракхара. Жизнь и ее повороты, однако… Крутые повороты».

– Окажешь честь? – Шиасу, разумеется, пригласил ее сразу же, как только жених с невестой закончили свой первый танец.

Айлла с радостью согласилась. Спустя несколько мелодий демон утащил ее в чудесное место – наряженную верхнюю площадку башни. И сорвав несколько поцелуев с губ девушки, Шиасу прошептал, обнимая и прижимая ее к груди:

– Будь моей женой.

Веки в который раз за день повлажнели. Суккуб подняла на него сияющие глаза. Демон нежно-нежно провел большим пальцем по ее нижней, мягкой губе, чуть надавливая.

– Я не против твоей учебы и понимаю, что у тебя теперь есть сестры. Это замечательно. Я просто хочу сделать тебя счастливой и быть счастливым вместе с тобой. Ты согласна?

– Да, – прошептала Айлла. – Да. Я согласна, – сияя счастьем в синих глазах, добавила она, чтобы уж точно никаких сомнений.

Спустя несколько минут Шиасу и Айлла, невероятно взволнованные, сидели на парапете башни, обнимались и пытались прийти в себя. Заветные слова были сказаны. И ответ «да» получен. И теперь оба старались осознать это, принять то, что их жизнь теперь кардинально изменится.

– Знаешь, – пробормотал Шиасу, задумчиво глядя на буйство первородного хаоса за границей парка, который соорудил Меррей для своей невесты. По цветникам, к слову говоря, уже гоняли, хохоча от восторга, какие-то мелкие демонята и Мици в очаровательном белом платьице и с венком набекрень. За ними присматривал Таллеас, которого вновь пригласили на должность телохранителя Айллы, – это странно, но я даже рад, что все, что случилось с нами, произошло. И горести, и радости, и другие существа, и иные миры. Ты обрела друзей, сестер и дело своей жизни. Я многое осознал, приобрел долгожданную силу и статус высшего. И эти испытания нас не отдалили, а наоборот, сблизили.

Девушка чуть повернула, приподнимая, голову и подставила губы для поцелуя.

– После этих слов мне кажется, я еще больше тебя полюбила.

– Никогда не привыкну это слышать, – усмехнулся Шиасу, поцеловал и игриво прищурился: – Скажи еще раз!

– Не-е-ет! – засмеялась Айлла. – Не скажу!

– Ну скажи!

– Не скажу!

Демоница ловко выкрутилась из его объятий и взлетела.

– Догонишь – скажу!

– Вот ты… – тяжелые крылья пропороли воздух.

Доктора велели Шиасу побольше тренироваться…

Content

Елизавета Шумская
Конечно, любовь

Часть первая

Часть вторая

Часть третья

Часть четвертая

Часть пятая

Часть шестая

Эпилог