Оксения Бурлака

Просто так вышло

Рисунок на обложке – Ольги Кривошеевой (Ori Akuma).

Бесконечное, прозрачное, сияющее в лучах солнца и луны море. Сколько тайн оно хранит в себе, сколько историй, мифов и небылиц. Сколько сокровищ и мусора. Море – это мой дом. Уже шестнадцать лет, как я живу здесь. Хожу по воде, общаюсь с чайками, рыбами, дельфинами и другими существами этого мира, которые меня замечают. Без них я бы, пожалуй, пропала, растворилась или погибла от одиночества.

У меня нет имени. Я – обыкновенная девочка с прозрачным телом. Таким же прозрачным, как морские воды.

Я – нерожденный ребенок своей матери. Нет, нет… Вы не подумайте, что моя мама убила меня. Они с папой очень ждали нашей встречи. Но… Произошла трагедия. Когда меня не стало, мама горько плакала и страдала. Я не хотела умирать.

Просто так вышло…

Часть I

– Димочка, у меня есть для тебя сюрприз, – игриво улыбнувшись, сказала молодая женщина.

– Угу…

Темноволосый мужчина, сидя за кухонным столом, ел юшку горячего красного борща. Железная ложка, ударяясь о тарелку, издавала легкое позвякивание. На квадратном дубовом столе стояли цветы белые ромашки. Зеленый цвет скатерти добавлял белоснежным головкам яркости и подчеркивал их утонченные линии. За окном стояла темень, но длинные лиловые занавески не давали ей проникнуть в уютный дом молодых супругов.

Когда борщ немного остыл, Дима начал есть быстрее, время от времени жадно откусывая мякоть от большой горбушки хлеба. Казалось, в тот момент он был сосредоточен только на еде.

Через несколько минут он, наконец, поднял глаза на жену, которая с загадочным выражением лица смотрела на него.

– Мариночка, у тебя золотые руки. Я так голоден, что готов съесть еще тарелочку этой вкуснятины. Представляешь, целый день во рту ни крошки не держал.

– Кушай на здоровье.

– Так о каком сюрпризе ты говорила? – поднимая брови, спросил муж, продолжая есть.

– Я думала, ты не услышал, – также загадочно ответила Марина, и нежно улыбнулась одними уголками губ.

– Конечно, услышал. Давай скорей рассказывай.

– У нас будет ребенок, – эти слова прозвучали очень четко и уверенно, без какой-либо ноты волнения в голосе.

Минута молчания зависла в воздухе. Дмитрий застыл на месте и, широко раскрыв глаза, смотрел на жену. Казалось, он даже не дышал. Через мгновение Дима медленно встал, подошел к Марине и нежно обнял ее, положив голову на плечо.

– Боже, я так счастлив. Поверить не могу, – мужские губы нежно ласкали тонкую шею. – Когда ты об этом узнала?

– Сегодня, – начала рассказывать Марина. Ее лицо, глаза, улыбка излучали несказанное счастье. – Я ходила к врачу. Думала, что у меня какие-то проблемы со здоровьем, расстроилась, а тут такой сюрприз.

– Господи, я не могу поверить. Это просто чудо, – Дима взволнованно дышал, целуя руки, плечи, губы своей любимой. В этот миг, стоя босыми ногами на синем кафеле, он не чувствовал холода. Он весь горел, пылал от любви и радости.

Дима и Марина поженились прошлым летом. Свадьбу праздновали громко и с размахом. Платье невесты поразило всех красотой и пышностью. Праздничный зал был насквозь пропитан смехом и весельем. Тысячи улыбок, поцелуев, радостных лиц, сотни подарков, воздушные шарики, цветы.

Тот день и вправду стал особенным. Родители преподнесли молодоженам необыкновенный подарок. Выйдя в центр зала, отец невесты попросил тишины и, выдержав короткую паузу, заговорил:

– Дорогие наши, любимые дети, – его голос немного дрожал от волнения. – В этот праздничный день мы хотим сделать вам особенный подарок. – Короткая пауза застыла в зале, пока другой пожилой человек доставал из кармана какую-то маленькую вещичку.

– Родные, – продолжил папа Дмитрия, звеня связкой ключей. – Мы дарим вам новую квартиру. – После этих слов зал взорвался аплодисментами и криками восторженных гостей.

Жених и невеста завороженно смотрели на родителей. Слезинка скатилась по щеке Марины. Мамы молодоженов радостно улыбались детям. «Горько-горько-горько», – все громче кричали гости. Глаза молодой блестели от восторга. О такой свадьбе она мечтала всю жизнь.

Со временем гости успокоились, молодожены подошли к родителям и нежно обнялись с каждым. В этом простом, человеческом жесте было столько искренности и любви.

Свадьба пролетела, словно красочный сон. Для Димы и Марины этот день стал источником вдохновения на всю жизнь.

Сразу после свадьбы молодая семья занялась обустройством своего нового «гнездышка». Квартира, подаренная родителями, была очень просторной и уютной, а новая мебель, вещи, посуда и разные бытовые мелочи с каждым днем делали стены еще уютней. Как говорится, аура была подходящей, или, может, люди создали эту ауру?

В отношениях Димы и Марины царила гармония, уважение, понимание, любовь. Они стали друг для друга самыми близкими людьми.

Дмитрий работал дипломатом и часто бывал за границей. Устроиться на престижную должность помог отец Марины. Дима очень старался не подвести тестя.

Каждые выходные молодые супруги ходили в театр. Это стало их маленькой семейной традицией.

– Милый, ну как тебе спектакль? – спросила Марина, рассматривая рубиново-красное вино в хрустальном бокале. Сделав маленький глоток, она подняла глаза и взглянула на мужа.

– Первая часть очень даже неплохая. Только иногда кажется, что главная героиня будто на смотринах. Уж слишком старается понравиться зрителю.

– Не будь придирчив. На мой взгляд, все актеры играют замечательно.

– Может быть, я покажусь занудой, но я бы на месте режиссера еще поработал над драматичностью этой пьесы. Яркие декорации притягивают взгляд. Но, к сожалению, сама история меня совершенно не трогает за душу.

– Как думаешь, чем же все закончится? – спросила Марина, поставив пустой бокал на барную стойку. Прозвенел первый звонок.

– Как всегда, в конце кто-нибудь умрет, – улыбнувшись, саркастично произнес Дмитрий. Сверкнув карими глазами, молодая жена грациозно взяла его под руку, и они медленно зашагали в сторону лестницы, ведущей в ложу на третьем этаже.

– Прогуляемся после спектакля?

– Да, если хочешь, можем пройтись по центру.

– Хорошо, – радостно прошептала Марина и поцеловала мужа в щеку.

– Твой новый парфюм сводит меня с ума, – игриво произнесла она, а после еле слышно добавила, – люблю тебя, милый.

– И я тебя, – еще тише прошептал Дима.

О ребенке супруги мечтали с первого же дня совместной жизни. Когда чудо свершилось и в материнском чреве зародилась новая жизнь, оба были на седьмом небе от счастья. Для них начался новый период, такой необычный, немножко странный и невероятно нежный и трепетный.

С ранних месяцев беременности Марина бережно относилась к своему здоровью. Старалась как следует высыпаться, много гуляла, консультировалась у лучших специалистов.

Каждый день начинался и заканчивался прослушиванием классической музыки. Ей нравились произведения Бетховена, Моцарта, Баха, Вивальди и, конечно же, Шопена. Переливы красок инструментальной мелодии, исполненной гениальными пианистами, успокаивали беременную женщину и дарили ощущение полной гармонии и душевного равновесия. Она перестала смотреть телевизор и слушать радио – их место заняли книги о беременности, о родах и о воспитании детей. Прошло несколько месяцев и Марина пошла на курсы вязания и шитья, где училась изготавливать детские вещи своими руками.

Во время беременности жены Дима начал особенно много работать. Он хотел, чтобы Марина и ребенок ни в чем себе не отказывали. Каждый раз, возвращаясь с работы, он заезжал в специализированный магазин за натуральным соком, а после любовался тем, как «будущая мама» жадно выпивает целый литр за раз.

Месяц за месяцем пролетали незаметно. Хлопот было предостаточно, маленький живот становился все больше и больше, а вместе с ним росла радость молодой семьи. За этот период Марина сильно изменилась – пополнела, стала очень ранимой. Формы тела приобрели особую женственность, а характер – сентиментальность.

За окном стояла глубокая ночь. На большой кровати лежала Марина, у ее колен, поджав ноги, примостился Дима. Его глаза улыбались. Нежно лаская округлый живот, он шептал ему: «Моя маленькая».

– Дорогой, мне так хорошо сейчас, – послышался тихий голос.

– А как мне хорошо рядом с вами.

УЗИ показало, что в первых числах осени должна родиться девочка. После этой новости появилось множество новых тем для разговоров. Марина и Дима по-доброму спорили о том, как назвать свою маленькую принцессу, как обустроить детскую комнату, как сделать жизнь ребенка счастливой.

Уставшие от бесконечных обсуждений, они незаметно засыпали в объятиях друг друга.

В конце весны, когда Марина была практически на шестом месяце беременности, Дима решил, что ей не стоит оставаться в душном городе, поэтому будущую маму на все лето отправили в санаторий для беременных.

Свежий морской воздух, природа, потрясающие виды, сочные фрукты, заботливый персонал. Дмитрий не жалел красок. В его изображении столица представала раскаленным адом: воздух переполнен вредными газами, выхлопами машин и суетой.

Марина не перечила мужу и с легкой грустью на душе согласилась на длинную декретную командировку в солнечный Крым.

Началось лето. Первого же числа Дима отвез жену в санаторий, расположенный на окраине города Гурзуф. Пробыв на море три дня, будущий отец был вынужден вернуться в столицу по делам. Марина осталась в дорогом, комфортабельном санатории совсем одна.

Здесь была маленькая страна беременных. Надутые, словно воздушные шарики, будущие мамы разгуливали по территории санатория. Марина часто наблюдала за этой картиной с ухмылкой и раздражением. Ей казалось, что вокруг – вовсе не женщины, а медлительные муравьи, которые все же торопятся куда-то. Общаясь друг с другом, женщины обсуждали различные деликатные подробности беременной жизни. Все это не очень нравилось Марине, и долгое время она тосковала по мужу, по родителям, по сестре и любимому дому, где ей было так уютно и гармонично. Заводить новых подруг категорически не хотелось. День за днем проходили в одиночестве. Хотя нет. Она была не одна. Ее будущая дочь всегда была утешением, когда хотелось с кем-то поговорить.

– Доченька, детка моя, как ты там? – медленно проводя рукой по огромному, животу, шептала Марина, опираясь спиной на дубовый поручень, она сидела на скамейке, возле мини-парка, раскинувшегося на территории санатория. В белоснежном длинном льняном платье Марина выглядела словно княгиня. Мимо нее каждую минуту проходили разные женщины с большими и маленькими животами, приятными, а иногда и отвратительными лицами. Каждый прохожий невольно бросал на одинокую маму заинтересованные взгляды, а она старалась не обращать ни на кого внимания.

– Милая моя доченька. Что-то давно ты меня не толкала. Конечно, мне не очень приятно, когда ты это делаешь, но все же хотелось бы снова ощутить твои крохотные ножки. Ты, видимо, тоже очень скучаешь по нашему папе, тоскуешь в моем животике? Верно? Признаюсь, я тоже скучаю. Иногда даже до слез. Но нам с тобой слезы ни к чему. Правда? Если я буду плакать, тогда и ты родишься плаксивой. Нет, нет, мы с тобой должны улыбаться и смеяться, ведь мир прекрасен. Если бы ты знала, какая красивая природа в Крыму. Когда ты немножко подрастёшь, мы обязательно поедем с тобой к морю. Оно понравится тебе, я точно знаю.

– Прошу прощения, могу ли я присесть? – неожиданно прозвучал незнакомый голос. Услышав эти слова, Марина подняла глаза и увидела беременную девушку, встревоженно державшуюся за живот.

– Конечно.

– Гуляла, гуляла и догулялась. Мой мальчик так больно бьется, что стоять не могу.

– Присаживайтесь скорей, о таком не спрашивают, – взволнованно ответила Марина и встала, чтобы помочь незнакомке. – Вы в порядке, может медсестру позвать?

– Нет, нет, не нужно. Уже почти все прошло. Я просто испугалась, что могу упасть. Спасибо. Сейчас я немножко посижу, и отпустит, – медленно опускаясь на скамейку, простонала девушка.

– Вы так не шутите. Нужно беречь себя, – нахмурив брови, произнесла Марина. Потом она молча еще раз взглянула на незнакомку, развернулась и медленно направилась к своему корпусу.

– Вы уже уходите? – устало спросила беременная. – Надеюсь это не из-за меня. Я не хотела прерывать ваш разговор с дочерью. Простите меня.

– Прекратите, – вежливо ответила Марина, не замедляя шаг. – Конечно, я иду не из-за вас. Просто мне нужно в номер. Муж вот-вот позвонит. Да и на обед пора собираться.

– Понятно… Меня, кстати, Аня зовут. А вас?

Извините, Аня, я спешу. До свидания, – резко произнесла Марина и ушла прочь, больше не оборачиваясь.

«Разволновала меня, а потом еще и в подруги набивается. Нет уж, спасибо. Нам и без знакомств очень хорошо живется. Правда ведь, маленькая моя?», – мысленно возмутилась Марина, приближаясь к кирпичному, пятиэтажному зданию.

– Чудная какая-то, – тихо прошептала Аня, держась за живот. Она проводила взглядом странную незнакомку, пока та, наконец, не скрылась за дверью третьего корпуса.

Шли дни. Марина продолжала жить, ни с кем не общаясь и отказываясь от каких либо знакомств. Это был ее личный каприз. Когда кто-то пытался завести разговор, молодая женщина всем своим видом показывала, что желает побыть одна.

Все больше времени она стала проводить в своей маленькой, но уютной комнатке, часами общаясь по телефону с сестрой, мужем, мамой, подругами. Родные – вот утешение. Их хочется слушать, с ними можно поделиться своими чувствами, рассказать о своем состоянии. А беременные женщины вокруг – пустышки, не способные стать частью ее жизни, на них не стоит тратить время, ведь совсем скоро родится ребенок и она уже никогда не увидит никого из этого «лагеря беременных бегемотиков». Телефон – вот настоящий верный друг, готовый в любой момент соединить ее с близкими и дорогими сердцу людьми, все остальное – неважно!

– Ну как ты там? – радостно спросила Дина. Сестра Марины всегда была очень добродушным человеком.

– Все в порядке.

– Конечно. Рассказывай, я ведь по голосу слышу, что не все так радужно! Ты никогда не умела притворяться.

– Нет, нет. Действительно все нормально. Просто очень тоскливо и одиноко на душе. Еще всякие женщины каждый день мучают меня своими попытками познакомиться. Нервничаю и злюсь из-за этого.

– Почему?

– Не знаю. Просто меня раздражают люди, которые пытаются себя навязать. Зачем мне – совершенно постороннему человеку – слушать подробности о том, сколько раз в день они ходят в туалет или как им трудно спать с животом. Мне не понять, зачем кому-то рассказывать, насколько ты потолстела за последние месяцы, и как потом планируешь сбрасывать вес.

– Ну…

– Понимаешь, здесь ни о чем другом и не разговаривают. Нет альтернативных тем, все как будто зацикленные клоны. Для меня беременность это не проблема, не тема для бесконечных жалоб. Я хочу поговорить о книгах или об искусстве, или о психологии воспитания, хочу обсудить знаки зодиака и вопросы крещения ребенка. Но это никому не интересно.

– Почему ты думаешь, что среди сотен беременных женщин нет ни одной, которая смогла бы стать для тебя интересной собеседницей?

– Поверь, знаю. У меня нет времени искать иголку в стоге сена. Я даже не хочу об этом думать. Лучше расскажи, как ты? Как твой малыш?

– Нормально… Уже держит головку. Улыбается так радужно, что-то гулит непонятное, но очень милое и доброе. Дети – это самое настоящее чудо. Я так счастлива, что уже совсем скоро ты сможешь ощутить счастье материнства.

– Я и сейчас это чувствую!

– Поверь, это только предвкушение… Все твои чувства раскроются, как бутон розы, когда ты увидишь своего крохотного ребеночка.

– Я этого так жду.

– Знаю…

– Я люблю тебя! Очень.

– И я тебя. Смотри мне, не грусти там. А иначе я буду вынуждена выслать тебе почтой клоуна, который защекочет тебя. Беременным противопоказано грустить, если, конечно, они не хотят, чтобы их дети были плаксивыми и капризными.

– Хорошо, хорошо, – искренне улыбаясь, ответила Марина. – Обещаю быть послушной девочкой.

– Вот и молодец. Я тебе верю. Наслаждайся природой, читай книги и жди встречи с доченькой.

– Хорошо, я так и делаю.

– Ну ладно, буду бежать – пора Игорька кормить. Совсем меня заговорила.

– Пока, пока. Я тебя еще вечером наберу.

– Пока дорогая. Жду звонка.

Первый месяц лета пролетел, как один миг. За это время Марина успела прочитать десяток книг и поправиться на несколько килограммов, а Дима так и не смог вырваться с работы. Однажды, устав от однообразия дней, она решила пойти в город, прогуляться базаром, купить сувениров. Ей до тошноты надоело сидеть в стенах пансиона и ежедневно наблюдать одну и ту же картину: врачи, столовая, комната, снова столовая, двор и бесконечные, бессмысленные разговоры и расспросы о том, когда ей рожать и кого. Иногда казалось, что они спрашивают лишь ради того, чтобы потом сразу рассказать о себе, пожаловаться на жизнь новому собеседнику. Марине захотелось сбежать куда-нибудь подальше от суеты и шума.

Воздух был пронизан утренней свежестью. Марина медленной походкой, в своем любимом белом льняном сарафане, шагала по узкой улочке маленького городка. Добравшись до базара, она остановилась передохнуть. На мгновение женщина пожалела, что отправилась в такое далекое путешествие совсем одна, но потом, собравшись с силами, улыбнулась и отправилась дальше.

«Все будет хорошо», – мысленно обратилась к себе Марина и направилась к продавцу сувениров, который уже с самого утра ожидал первых покупателей. Присмотрев несколько симпатичных ракушек, Марина расплатилась и отправилась дальше.

«Раз уж удалось преодолеть такой длинный путь от санатория до центра города, то нужно обязательно спуститься к морю», – прозвучало в мыслях.

– Простите, вы не подскажете, где находится ближайший пляж? – спросила она у пожилой интеллигентной дамы, проходившей мимо.

– К морю, говорите, – задумчиво протянула незнакомка, посмотрев Марине прямо в глаза, – Вам нужно идти прямо, пока не увидите перекресток. Там поверните налево. Пройдя несколько метров, окажетесь у железных ворот, за ними будет аллейка, ведущая к морю.

Через десять минут Марина уже была на перекрестке, о котором и говорила незнакомка. Почувствовав свежий ветер, насыщенный соленым ароматом, она обрадовалась и едва заметно улыбнулась, затем повернула налево и несколько минут спустя оказалась перед крутой лестницей. Эти бетонные квадраты вели просто к широкому, песчаному пляжу. Сначала Марина испугалась и уже думала развернуться и уйти, чтобы не рисковать, но потом все же решила, что если ступать аккуратно, она сможет благополучно спуститься к морю. Так и вышло.

Марина сидела на побережье и размышляла. Бросая овальные белоснежные камешки в прозрачные волны, она думала о своем будущем, о ребенке, о том, как ей стать хорошей матерью. Рисовала себе, как счастливая семья гуляет с малюткой по парку. Ей страшно не хватало Димы, душа тосковала и рвалась к нему. Все это время Марине было так тяжело без поддержки, заботы. Иногда чувство тоски и одиночества переполняло сердце и на глаза наворачивались слезы.

В раздумьях молодая женщина не заметила, что солнце давно поднялось в зенит и начало припекать Земле голову своими жаркими лучами. Прошло достаточно много времени с того момента, когда она покинула территорию санатория. Марина опомнилась, когда все вокруг начало безжалостно печь. Внутри всколыхнулась внезапная, легкая тошнота. Песок почему-то стал слишком горячим, а тело – слишком тяжелым. Медленно поднявшись, она почувствовала, что еще немного – и потеряет контроль над собой. От страха захотелось как можно быстрее скрыться в тени. Но предстояло еще преодолеть нелегкую преграду. Перед глазами стоял образ крутой лестницы, по которой нужно было подняться вверх, к аллее. Голова кружилась, тошнота становилась сильнее. Собрав все силы в кулак, женщина подошла к деревянному поручню и ступила на первую ступеньку. Шаг за шагом Марина поднималась все выше. С каждым сделанным усилием ей становилось все труднее держать равновесие.

«Еще немного, еще несколько ступенек и все», – шептала она. Солнце безжалостно пекло. Сердце выскакивало из груди, было тяжело дышать. Она судорожно оглянулась, пытаясь позвать кого-то на помощь. Незнакомые люди у моря беззаботно занимались своими делами, не обращая внимания на беременную, едва державшуюся на ступеньках. Внезапно в глазах потемнело, ноги стали ватными, а руки отпустили злосчастные перила. Лишь пронзительный крик привлек внимание окружающих. Но было уже поздно.

– Господи… Люди, скорей сюда, сюда. Женщина упала с лестницы, – кричали какие-то прохожие. Марина не слышала их. Она была как в тумане. Лежала на светло-коричневом песке и не понимала, что с ней происходит. Тело онемело. Через минуту она почувствовала острую боль. Алая кровь испачкала белоснежное платье. Слезы рекой лились из глаз.

– Мой ребенок. Моя доченька! – истошно кричала она, – Боже, что же это такое? Спасите мою доченьку, спасите.

Вокруг собралось множество людей. Кто-то сочувственно качал головой. Кто-то сетовал, что беременная сама во всем виновата.

– Чего на лестницу поперла, голова на плечах-то есть? – жестоко звучало в толпе. Мнений и лиц было очень много. Чужое несчастье сразу привлекло десятки людей. Все обсуждали и пересказывали друг другу события, произошедшие несколько мгновений назад.

Через десять минут приехала скорая помощь и забрала бедную женщину в больницу. Люди разошлись, будто ничего и не произошло. О трагедии напоминали лишь кровавые пятна, оставшиеся на песке. Да и они вскоре исчезли. Ветер стер последние следы чьей-то жизни.

В большом светлом кабинете, в черном кожаном кресле сидел Дмитрий, внимательно просматривая документы и раскладывая их по отдельным папкам. Время от времени он отрывал взгляд от черных-белых бумажек и поднимал глаза на свадебное фото, стоявшее на полке, в углу комнаты. Он тосковал по жене, но бросить работу и вырваться к ней так и не удавалось. Их дом опустел, больше не хотелось спешить туда. Все чаще он предпочитал засиживаться с друзьями допоздна, лишь бы не возвращаться в дом, где поселилось одиночество.

Будущее семьи было давно распланировано. Дима знал, что через три года его ожидает очередное повышение по должности, и задумал к этому времени завести второго ребенка и переехать в более просторную квартиру. Для осуществления мечты нужно было продолжать в том же духе – трудиться и не подводить начальство. Молодому мужчине часто рисовались картины семейного счастья, где мама готовит вкусные обеды, а папа, приходя с работы, сажает детей на колени и рассказывает интересные истории, проверяет уроки и играет в мяч.

Резкий звук заставил его вздрогнуть. Зазвонил телефон. Легкая тревога запершила в горле.

– Алло.

– Здравствуйте, это – Дмитрий Александрович? – взволнованно спросил незнакомый мужской голос.

– Да, я вас слушаю.

– Меня зовут Иосиф Павлович. Я – директор санатория, в котором наблюдалась ваша жена.

– Почему же наблюдалась? Я вас не понимаю. С ней что-то случилось?

– Мне очень жаль. Произошел несчастный случай. Ваша жена без разрешения врача отправилась на прогулку в город и упала с лестницы. Сейчас она находится в одной из лучших больниц нашего города. Ее состояние удовлетворительное. К сожалению, плод спасти не удалось. Примите мои соболезнования. Пожалуйста, как можно скорее приезжайте. На почве сложившейся ситуации у вашей жены случился серьезный нервный срыв. Когда появитесь в городе, сообщите мне. Нам с вами нужно решить некоторые юридические вопросы. Я полагаю, вы осознаете, что за этот несчастный случай руководство санатория не несет никакой ответственности.

Дима молчал. Просто не мог произнести ни звука. Каждое слово незнакомого голоса острой иглой впивалось в сердце. После минуты молчания удалось выдавить из себя: «Я скоро приеду» и медленно положить трубку. Его взгляд застыл на фотографии в углу комнаты. Он ничего не видел, только слезы неумолимо падали из-под черных ресниц. Отчаяние, боль, страх и безысходность… Хотелось закричать, хотелось крушить все на своем пути. Дима закрыл лицо руками и громко заплакал. Горькие слезы жгли ладони. Как же он ругал себя и ненавидел за то, что оставил любимую женщину совсем одну, не смог уберечь ее от несчастья.

«Господи, ну за что все это? Моя доченька. Ее нет… Мариночка… Прости меня… Моя милая. Это я виноват, я. Почему так вышло? Господи… Почему?»

Часть ll

Маму и папу я очень любила. Они постоянно со мной разговаривали – ласково и нежно. Я навсегда запомнила их голоса, такие особенные и родные. Своего отца я никогда не видела, лишь слышала его вдохновенный голос. А вот с мамой мне однажды посчастливилось повстречаться. Это случилось в тот день, когда я умерла.

Я ничего не понимала. Все пронзила невыносимая боль, и это было последнее, что я ощутила, будучи еще не родившимся человеком. Вдруг я оказалась в дивном, слишком ярком мире. Медленно поднявшись, оглянулась вокруг.

Мой взгляд остановился на небольшой кучке чем-то встревоженных людей. Все они толпились вокруг молодой женщины, которая лежала на песке и горько плакала. В ее словах было столько горя, столько боли. Я вдруг осознала, что это была она. Моя мама.

Она рыдала и держалась за живот. Звала меня, страдала. Мне было очень больно наблюдать за этой картиной. Странные чувства овладели мной. Я вспомнила те незабываемые мгновения, когда мы были с ней одним целым и неделимым, когда вместе мечтали о том, как я вырасту, какой буду хорошей девочкой. Теперь этого никогда не случится, потому я умерла.

Через некоторое время приехали странные люди и забрали мою мамочку. Мне так не хотелось, чтобы она уходила. Но все случилось иначе. Я осталась совсем одна на том песке, где только красная кровь напоминала о ней. С тех пор я больше не видела маму. Мне запомнились ее страдающие, полные слез глаза, которые с надеждой всматривались вдаль. Как же мне хотелось разыскать ее, услышать голос, почувствовать тепло… Но мне нельзя выходить за пределы пляжа. Я здесь живу. Теперь это мой дом. Почему? Потому, что так сказал Он… Голос с неба.

Вы не представляете, как сложно жить, когда тебя никто не видит. Когда не можешь ни к кому обратиться, что-то спросить и получить ответ. Тебя просто не замечают, не слышат и не чувствуют твоего присутствия. Проходят мимо – будто ты пустое место. Но я уже привыкла к этому.

Я не люблю зимние дни. В этот период на моем пляже воцаряются пустота и серость, нет людей, нет эмоций, историй. Каждый день одинаково безмолвный. Длинные одинокие ночи. Только худые собаки старательно ищут пищу, которой здесь все равно нет. Бездомные животные – самые несчастные создания этого мира, изгои. Они упрямо мучаются в агонии данной им жизни, оттягивая день смерти. Они старательно ищут еду, выживают, да вот только ради чего? Собаки, как и я, ждут следующее лето, видя в нем спасение, островок надежды на лучшее.

В зимние дни я часто вспоминаю наши беседы с мамой и отцом. Мне с ними было так хорошо, тепло и уютно. Теперь я не чувствую тепла. Я прозрачная и совсем одинокая.

Мне нравится смотреть на солнце, оно такое яркое, красивое и необъятное. Солнце слепит людей, но не меня. Это мой волшебный дар. Так странно. Я не такая, как люди. Другая.

За шестнадцать лет я многое увидела, узнала и услышала. Самое интересное случается в период с поздней весны до ранней осени. В это время к морю приезжает много гостей.

Люди… Такие непонятные. Иногда я удивляюсь их поступкам и решениям. Они умеют так искренне любить и так бездумно изменять. Умеют дарить тепло взглядом и убивать словами. Создавая новое, уничтожают то, что им не принадлежит. Так грустно наблюдать за тем, как среди когда-то прозрачных, чистых волн плавают сгустки мусора. Я, наверное, никогда не пойму, зачем они убивают море, так медленно и бездумно, ведь загрязняя прозрачные волны, они обволакивают грязью и себя. К сожалению, люди не умеют сочувствовать морю.

Иногда со мной разговаривает Голос с неба. Это случается в радужные, солнечные дни.

Однажды я спросила у Голоса, почему мне суждено жить у моря. Он ответил, что совсем скоро все станет на свои места и ответ придет сам собой.

Голос часто говорит загадками, но я понимаю смысл слов. Каждому существу в этом мире предоставлена возможность выбирать. Жизнь человека, зверя или одинокой души состоит из цепочки событий. Звено, еще одно звено, еще одно. Нет ничего случайного и ничего запланированного. Жизни пересекаются и обрываются, а механизм продолжает работать. Нам лишь остается идти вперед, делать выбор, жить или умирать, лететь вверх или падать вниз. Мир, как весы… С одной стороны добро, с другой – зло. Ах, как хочется, чтобы добра всегда было больше.

В теплые летние дни ко мне на пляж приходит множество гостей. Днем, чтобы позагорать и покупаться, а ночью – чтобы, спрятавшись под покрывалом темноты, уединиться под звуки волнующего моря. Люди, они такие непонятные. У всех такие разные судьбы, характеры, переживания, лица и одни и те же желания – быть счастливыми, быть любимыми, быть понятыми и услышанными. Их жизнь – это путь к мечте, путь к такому мимолетному и кратковременному, но все же удовлетворению.

Я люблю читать. Садишься напротив человека, заглядываешь в глаза, и листаешь его историю. Как и книги, люди бывают хорошие и плохие, интересные и совершенно глупые.

Вечерами они любят посмотреть на звезды, поразмышлять, заглянуть в свою душу. Бывает, прилягут на песок и смотрят в небо, а я стою над ними и заглядываю прямо в глаза. Читаю. Так странно – никто никогда не видит меня и не догадывается о том, что я делаю.

Очень часто на пляж приходят разные мужчины и женщины. Они сливаются телами. Некоторые страстно, а другие так некрасиво. Как животные… Да, да, как те несчастные животные, которые зимой бродили по этому песку, теряя рассудок от голода и холода. Худые и сумасшедшие, запыхавшиеся и страшные, в том сумасшедшем слиянии они находили единственную отраду в своей несчастной жизни. Печально, что такое бывает и у людей. Ведь они умеют любить, умеют так нежно и трепетно чувствовать друг друга, но редко кто это делает по-настоящему. Очень грустно от этой правды.

Вообще очень трудно понять мир и живущих в нем людей. Когда я только появилась на этом золотом песке, мне было тяжело воспринимать все то, что со мной происходит.

Хотелось исчезнуть, испариться, закрыть глаза. Но потом я привыкла, мне стало интересно познавать новое и наблюдать за чужими судьбами. Странно снова и снова видеть, как эти существа совершают одни и те же ошибки, не задумываясь над смыслом своего бытия. Иногда мне хочется выплеснуть им всю боль, накопившуюся за это время:

«Люди… Вас ведь создали чистыми, поднебесными созданиями. Что же вы делаете со своей жизнью? Вы совсем не следуете своему предназначению».

Никто не хочет даже задумываться, насколько трудно жить морю рядом с людьми.

Этим летом, когда прошло почти шестнадцать лет после моей смерти, я встретила его…

Солнце взошло и осветило нежными лучами камушки и песок. Я сидела у моря и ждала, пока кто-то придет на мой пляж. Лето подходило к концу, с каждым днем гостей становилось все меньше. Прочитав несколько историй, я отправилась бродить по воде.

Наступил вечер. Море было спокойным. Постепенно на небе зажглись звезды. Потеряв надежду на то, что этой ночью кто-то пожалует, я все так же сидела на берегу. Мою грусть развеял он.

Молодой парень медленной походкой приблизился к морю, сел на песок и посмотрел на луну. Этой ночью она была особенно красивой. Я осторожно подошла к юноше. На вид ему было лет пятнадцать, но даже в таком возрасте он выглядел очень мужественно. Четкие черты лица, пухлые губы, черные волосы, стройное тело и сильные руки. Он сидел на песке, а я восторженно любовалась им. Заглянув в бездонные глаза, задрожала. В них было столько тепла и гармонии, столько глубоких, непростых мыслеобразов. Мне захотелось утонуть в них. Я не успела ничего прочитать, как он медленно поднялся и ушел прочь. Хотелось последовать за ним. Жаль, что мне нельзя покидать пляж. Глядя вслед новому знакомому, я любовалась им.

Каким красивым он был, необычным, чистым. Таких, как он, я никогда не видела. Когда юноша исчез, я вернулась к морю и до следующего вечера думала о нем, мечтала, что он опять придет, сядет на песок и снова будет смотреть сквозь меня своими бездонными глазами. Больше всего на свете я хотела прочитать его историю, желала заглянуть в его мысли.

К счастью, следующей ночью он опять появился, словно чувствовал, что его здесь ждут. Я стояла и улыбалась, такая невидимая, но невероятно счастливая душа.

Парень присел на песок и снова о чем-то задумался. Легкий ветерок играл с его волосами. Замечал ли он эту нежность? Видимо, нет. Мой новый знакомый был полностью сосредоточен на своих мыслях. Через несколько минут он лег на приятный, еще чуть теплый песок и начал напевать незнакомую мне песенку. Я села возле него и снова заглянула в те красивые глаза… Читая его историю, я наслаждалась каждым мгновением, зная, что эта жизнь особенная.

Его звали Евгений, точнее – Женя. Как я и думала, ему было пятнадцать лет. Он учился в школе, занимался футболом и плаванием. В его мыслях я нашла множество образов. Женя любил кофе с мороженым и яблочный пирог с медом.

Этот парень никогда не сидел на месте, постоянно в чем-то участвовал. Из его воспоминаний я узнала много интересного. Прогулки по центральным улицам столицы, пейзажи, посещение различных заведений, выставок. Женя играл в бильярд, катался на роликах, читал интересные книги. Столько новых названий, новых эмоций, новых впечатлений я пропустила через себя в тот вечер. Еще никто не вдохновлял меня так, как он.

На море он приехал вместе со старшим двоюродным братом. У Жени были очень милые родители, его мать даже чем-то похожа на мою. Сразу видно, что они его очень любят. С мамой у него особенно теплые и откровенные отношения. Я не знала, что такое бывает. Очень редко люди, приходя на пляж, вспоминают своих родителей. Что-то тревожит его сердце. Эта женщина в его воспоминаниях так похожа на мою маму. Я так сильно скучаю по ней.

История оборвалась. Я прекратила читать, потому что он закрыл глаза. У Жени такие длинные ресницы. На миг мне показалось, что он задремал. Ночь была теплой. Шум волн переливался тихо и нежно. Мой мальчик спал, а я лежала возле него и смотрела на слегка приоткрытые губы. Такие чудесные пухлые линии. Нижняя губа полнее верхней. Это так красиво. В одно мгновение мне захотелось его поцеловать. Нежно-нежно, как целует влюбленный человек. Я наклонилась и коснулась его, почувствовав приятное тепло. Это было лучшее мгновение моей жизни! Такое сказочное и невероятно трепетное. Горячий аромат его тела волна за волной заставляет дрожать. В тот миг я ощутила самое, что ни есть, счастье.

– Женя… Вот ты. А я тебя уже где только не искала, – женский голос напугал меня. Парень открыл глаза и приподнялся. Незнакомка подошла к нему и улыбнулась.

– «Неужели он сейчас уйдет вместе с ней?» – невольно подумала я и запаниковала.

– Да вот, захотелось побыть наедине. Здесь так уютно. Мне нравится размышлять у моря.

– Мог бы и меня с собой позвать. Знаешь, мне ведь совсем не интересно сидеть вместе с той сладкой парочкой. Моя сестра и твой брат весь вечер целуются и воркуют, а я рядом с ними чувствую себя лишней и такой одинокой, – кокетливо произнесла девушка.

– «Кто она?» – подумала я и заглянула вглубь глаз незнакомки. Ее звали Даша. Она была старше Жени на три года. Довольно примитивные и пошлые мысли этой персоны оттолкнули меня, и я отвела взгляд.

– Если хочешь, можем завтра прийти сюда вместе.

– С удовольствием. А сегодня давай сходим на дискотеку. Там весело.

– Хорошо, я не против.

В его голосе я услышала нотки грусти. Он хотел остаться. Я чувствовала, что его душа стремиться быть у моря, рядом со мной. Ах, как же я хотела, чтобы он остался! Но, через несколько минут Даша взяла его за руку, и они медленно скрылись в темноте.

Не знаю, умеют ли такие, как я любить? Люди точно умеют… Но я ведь не человек. Что-то необычное происходит со мной, с тех самых пор, как я увидела эти глаза. Постоянно думаю о Жене, вспоминаю его губы, длинные ресницы, разные мелочи. Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз чувствовала тепло. Он подарил мне возможность пережить это вновь. Этот человек не такой как все, он – другой, сказочный, лучший. Как мне хочется увидеть его снова, заглянуть в зеленые глаза, утонуть в их бесконечной доброте и гармонии.

В размышлениях день пролетел незаметно. Солнце, сверкая в собственных лучах, плавно уходило под воду. Это была чарующей красоты картина. Ночь накрыла своим темным одеялом все вокруг. Я так надеялась, что он снова придет. Но…

Женя появился не один. Вдалеке я увидела два силуэта. Рядом с ним шла Даша. В его руках я заметила желтое покрывало и бутылку вина. Стало невыносимо больно, ведь столько раз мне приходилось видеть подобную картину, когда пара молодых людей приходит на пляж, чтобы выпить вина и слиться телами.

– Ты такой милый. Я очень рада, что мы познакомились, – приторно улыбаясь, сказала Даша и медленно, не отрывая взгляда от его глаз, присела на песок.

– Я тоже, – немного смущенно ответил Женя.

– Вчера мы хорошо погуляли, правда?

– Ну, да… Неплохо повеселились.

– Твой брат очень нравится моей сестре. Я думаю, у них все серьезно.

– Не знаю… Пусть сами разбираются. Если честно, я буду рад, если у них все сложится хорошо. А если нет, то это их личное дело. Давай не будем больше о них говорить. Лучше выпьем… Я налью вина, ты не против?

– Конечно. Давай.

Я смотрела на то, как разворачиваются события и с каждой минутой волна отчаяния накрывала меня все сильнее. Хотелось плакать, ну где же взять бестелесной душе слезы.

Женя и Даша выпили еще немного, перекинувшись парой слов, а после начали целоваться. Раненой птицей я встрепенулась от боли и хотела улететь прочь. Но одна маленькая надежда заставила меня остаться.

Девушка наклонилась к Жене, продолжая страстно целовать его. Своими устами она касалась тех святых губ, что подарили мне желанное тепло. Их поцелуй был пуст. В нем не было настоящих чувств, лишь простое притяжение разных полов. Через мгновение Даша плавно повалила парня на песок и начала снимать с себя одежду, обнажая загорелое тело. Девушка была красивой, живой, реальной, в ее венах текла кровь, в груди билось сердце, она дарила свое тепло и жар страсти человеку, который стал мне дорог. В этот миг мне хотелось стать ею. Стать человеком. Мне хотелось, чтобы Женя обнимал, целовал и прижимал к себе меня. Но это невозможно. Так не бывает. Прозрачность нельзя приласкать.

Каждое его прикосновение к Даше острым шипом вонзалось в мое сознание. Девушка медленно раздела его и, целуя губы, начала двигаться.

– Вы же не любите друг друга, зачем же все это, – в истерике кричала я, но никто не слышал.

Прозрачные, невидимые, но такие реальные и горькие слезы катились из моих глаз. Они оба лежали на песке и тяжело дышали, потом встали и побежали купаться в море. Теплые волны окутывали их обнаженные тела, а я с грустью смотрела на это. Боль поднималась во мне вихрем. Опустошенная и несчастная, я решила уйти прочь.

Следующие три дня я не видела Женю. Он больше не приходил к морю. Днем и ночью я искала его, бродя по пляжу. Каждую секунду думала о нем, ждала, вспоминала его лицо, улыбку. Словами не описать, как же красиво он улыбается, так искренне и добродушно.

Проходили дни, ночи и, в конце концов, он снова появился. На этот раз совсем один. В этот момент я была самой счастливой. Но радость продлилась не долго. Женя сидел и с грустью смотрел вдаль. Потом достал из кармана несколько монет и бросил их в море.

Странный человеческий поступок, который я видела сотни раз, дал мне понять, что все кончено.

– Я сегодня уезжаю. Спасибо за такие теплые ночи. Люблю тебя, море, – тихо произнес он и медленно ушел прочь. Мне так не хотелось отпускать его, прозрачными руками я пыталась остановить мгновение, но все было тщетно. Мне стало горько и больно, ведь я понимала, что возможно больше никогда его не увижу. Признаваться в этом было страшно. Я в последний раз заглянула в его глаза и вновь заплакала прозрачными слезами, которых и не было вовсе. Как, впрочем, и меня.

Когда он скрылся за горизонтом, я вдруг осознала – мое невидимое сердце влюбилось в этого юного парня. Я безумно люблю этого человека всем своим яством, каждой клеточкой своей прозрачности, люблю его каждой своей мыслью. Теперь мне известно, что такое любовь. Но как мне быть дальше, как жить с этим чувством, ведь без взаимности оно сжигает меня изнутри, мучает, терзает душу.

Любит ли он меня? Надеюсь, что да, ведь я и есть его драгоценное море.

День за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем. Время летело невероятно быстро. Прошло лето, наступила осень. Все меньше и меньше людей приходило ко мне на пляж. Вскоре все вокруг опустело. Я осталась совсем одна среди прозрачных волн и холодных, наполненных тоской дней.

С тех пор, как уехал мой мальчик, я не знала покоя. Не было ни минутки, чтобы я не думала о нем, не вспоминала его нежный образ, который постоянно стоял перед глазами. Я понимала, что, возможно, больше никогда не увижу его и моя любовь обречена на вечное страдание. Эти мысли губили меня. Но где-то внутри жила надежда, что однажды мы увидимся вновь и только это спасало от полного провала, исчезновения, слияния с морем.

Наконец закончилась серая, унылая, безлюдная зима. Наступили долгожданные весенние дни. Начало весны всегда наполнено солнцем и свежестью. Первые краски напоминают, что уже скоро наступит теплое лето. Прилетят и начнут петь песни маленькие птички. Все вокруг проснется, расцветет, улыбнется. Даже я.

Я смотрела в небо, радуясь белоснежным облакам и солнцу. Мне хотелось забыться, прекратить думать и стать простым лучиком, частью этого живого солнца. Через мгновение с неба пошел дождь. Вы не представляете, как я обрадовалась ему.

«Скоро появится радуга, – прозвучало в мыслях, – а это значит, что я услышу Его. Голос, который звучит с неба. Я обязательно спрошу у него обо всем, попрошу помощи и утешения».

– Давно я не видел твоей улыбки, – медленно и так благородно зашумело небо. Я задрожала и затаила дыхание. Обожаю этот голос, он словно нежный шелк ложится на слух.

– Мне не хотелось улыбаться, – тихо ответила я, но он услышал. Он всегда все слышит… Даже мысли.

– Ты влюбилась, дитя мое, – эти слова заставили меня встрепенуться. Я опустила взгляд и в мыслях громко произнесла: «Да».

– Вот и пришло время сделать свой выбор. Только хорошенько подумай, прежде чем дашь мне ответ. Сейчас я могу забрать тебя в мир, где царит радость, спокойствие, тепло и гармония, где нет страданий и тревоги, боли и страха. Я хочу подарить тебе Рай, только нужен ли он тебе без любимого человека?

– Нет, не нужен, – грустно ответила я.

– Я знаю, – произнес Он. – Потому и ждал так долго. Я не осмелился лишить тебя этого чувства. Подумай милая, я могу подарить тебе Рай, ведь ты безгрешна и чиста. Но также я могу дать тебе новую жизнь в этом несовершенном мире. Я знаю, что ты желаешь разыскать его. Но это будет трудно. Больно… Опасно… Быть может, даже горько.

Тишина наполнила меня изнутри. Эта немая минута, кажется, тянулась целую вечность. Я не знала, что делать, что говорить. Зачем он позволил нам встретиться? Теперь любовь не отпускает меня в мир Счастья и Радуги. Почему он сразу не забрал меня туда? Теперь я не могу уйти. Я не хочу… Без него не хочу.

– Ты сделала свой выбор, – эти слова прервали тишину. – В любом случае, каким бы не было решение, оно твое, оно искреннее, а значит – правильное. Я буду скучать по тебе, моя маленькая девочка. Надеюсь, что когда-нибудь мы снова повстречаемся с тобой, – это были его последние слова.

– Радуга исчезла. Тишина замерла вокруг. Я хотела вновь услышать этот голос, но Он молчал. Внезапно поднялся ветер, на небо набежали темные тучи, начался ливень. Безумный вихрь мгновенно подхватил меня и поднял до небес, закружил в прозрачном пространстве. Я не могла понять, что происходит. Меня разрывало на части. Невиданные силы кружили и бросали в разные стороны. Вдруг я начала падать вниз, перед глазами застыла темнота. Я – такая маленькая, но живая, в чреве женщины. Слышу ее голос, чувствую любовь и сонливость. Мне тепло, даже жарко, иногда тесно и неудобно. Прошел миг, и вновь появился свет. Я не понимала, что происходит, душа плакала, плакал ребенок, это плакала я. Через миг я поняла, что родилась. Белые стены вокруг, люди в масках. На этом вихрь не успокоился. Время полетело, будто в ускоренном режиме. Все было словно в бреду. Множество новых лиц, улыбок, игрушек, пеленок, обрывки картин, эмоций. Перед глазами пробегали непонятные фрагменты, похожие на очень длинное кино. Но это было совсем не кино… Это были эпизоды жизни. Моей новой жизни.

За одно мгновение перед глазами пронеслись годы – от зачатия и до одиннадцати лет. Я – простая душа, а мне подарили возможность стать человеком, с сердцем и кожей. Теперь я могла обниматься и дарить тепло. Я видела свою жизнь, женщину, которая родила меня и своего отца. Слышала все разговоры, чувствовала прикосновения, испытывала эмоции, плакала и смеялась. Это было очень странно и щекотно. Ветер продолжал бросать меня небом, я будто находилась в двух местах одновременно. В реальности и в бреду, на небе, среди разъяренных облаков, «фильм моей жизни не прекращал транслироваться».

Я встрепенулась и резко открыла глаза. Мне показалось, что все было сном. Сердце вырывалось из груди, я приподнялась с постели и осмотрелась. Тяжело дыша, я пыталась осознать случившееся. Вы даже не представляете, как это странно всего за минуту прокрутить в голове одиннадцать лет своей жизни. От этого можно сойти с ума. У людей ведь так и бывает, не успеваешь оглянуться, а множество лет и эмоций уже позади. Мне пришлось ощутить всю странность этого фокуса на себе.

За окнами ночь… Сердце успокоилось, я почувствовала усталость. Положив голову на мягкую подушку, провалилась в сон.

Я медленно приоткрыла тяжелые веки и испуганно оглянулась. Большая комната, много разбросанных игрушек на полу, розовые обои. Обстановка было мне знакомой, но лишь сейчас я могла разглядеть все внимательно, без спешки. Голова раскалывалась. Я лежала на мягкой кровати, накрытая белой простыней. За окнами тихо щебетали птички. Вся комната была озарена золотыми лучами солнца. Я медленно поднялась. Странные ощущения охватили меня изнутри. Раньше я была легкой, как перышко. А теперь у меня есть тело, хрупкое и теплое. Я медленно коснулась кожи и ощутила ее нежность. Изучая свои руки, вглядывалась в каждую линию, в каждый изгиб ладошки. Вдруг мне захотелось рассмотреть себя всю, каждый сантиметр. Быстро спрыгнув с кровати, я подбежала к огромному зеркалу, стоявшему в углу комнаты, и с интересом заглянула в него. На меня смотрела маленькая девочка в красивом платье фиолетового цвета. Темные шелковистые волосы, вьющиеся на концах, розовые губы, большие серые глаза, курносый нос и овальное, симпатичное лицо.

– Доброе утро, моя принцесса, – ласково улыбаясь, произнесла моя новая мама. Она вошла так незаметно.

– Доброе утро, – смущенно ответила я. Мой голос оказался очень звонким и тоненьким. Мама медленно подошла ко мне и обняла за плечи, вместе мы выглянули в окно. Погода была прекрасной. По небу медленно и грациозно плыли облака, пышные, как будто кто-то хорошенько взбил их миксером. Жаль, что я больше не могла смотреть на ослепительное солнце.

– Сегодня чудный день, – крепче обнимая меня, сказала мама.

– Ага, – протяжно и восхищенно ответила я и зевнула. В этот момент в моем сердце словно расцвело настоящее счастье. Долгие годы мне так не хватало тепла и любви. Как, оказывается, важно в этом мире быть кому-то нужным. Иногда мне кажется, что именно в этом заключается смысл жизни.

Потом мы присели на кровать. Я даже не заметила, как задремала, пригревшись в ее объятиях. Сквозь сон я почувствовала, что мама осторожно встала и, поцеловав меня, завернула в бархатное одеяло. Через миг дверь тихонько закрылась. Такая приятная усталость. Утренний сон. Лучи солнца касались моих ресничек.

– Ангелиночка. Ангелочек наш, просыпайся.

«Неужели это зовут меня?», – я распахнула глаза. Надо мной стоял красивый мужчина. Мой папа. Он держал маму за руку и смотрел на меня.

– Солнышко… Сегодня ты так долго спишь. Так и все выходные проспать можно. На улице чудная погода. Я предлагаю нам вместе прогуляться.

– Конечно, я с радостью согласилась. Быстро оделась, и мы вместе вышли на улицу, сели в огромную черную машину и отправились в путь.

За окном проносились незнакомые пейзажи. Все казалось странным, интересным. Я с восторгом наблюдала за разными домиками, магазинами, машинами, деревьями. Все здесь было иным. Совершенно новым. Раньше я видела лишь море, а остальной мир знала только благодаря воспоминаниям людей, которых мне удалось прочесть. А теперь у меня появился шанс увидеть все собственными глазами, я жадно всматривалась в каждую мелочь за окном. В такие моменты мама прижимала меня к себе и говорила: «Ты сегодня немного странная, доченька…» Но эти слова меня не останавливали, и я с жадностью впитывала новые переживания.

Весь день мы гуляли по парку, заходили в различные магазины, обедали в каком-то кафе. Вечером, немного уставшая, я запрыгнула к родителям в кровать, крепко поцеловала обоих и заснула между ними сладким сном. Я была так благодарна им за подаренное мне сегодня тепло и внимание. Той ночью мне приснилось множество снов. Они были светлыми, цветными и радостными. В одном из них увидела того единственного, ради кого я и появилась здесь. Он стоял босиком на золотом песке и улыбался. Такой красивый, светлый… Такой родной.

Очень часто я вспоминаю тот день, когда в одно мгновение мне пришлось пережить десять лет жизни. Так трудно осознать, как все это произошло. Для родителей, одноклассников, учителей годы шли как обычно – иногда медленно, иногда быстро. Ничего особенного… А я? В моем сознании включился режим ускоренной перемотки событий. Был ли это сон, или может мне просто привиделось? Ведь годы, проведенные у моря, тоже пролетели, как один миг. Мне трудно понять все эти фокусы времени.

Моя новая сознательная жизнь двигалась вперед. Неизведанные эмоции, впечатления, картины.

Когда я была бестелесной душой, то привыкла быть невидимкой, которую никто не замечает, с которой никто не разговаривает. Я принадлежала самой себе и смирилась с такой участью. Новая жизнь перевернула все с ног на голову. Если привыкаешь к чему-то одному, играть по новым правилам становится очень сложно. Дети пугали меня, я не знала как себя вести, о чем говорить и как отвечать на вопросы.

Со временем все стало на свои места, мне стало проще общаться с одноклассниками, я освоилась в реальном мире.

Вы даже не представляете, как иногда мне хотелось открыть свою тайну. Тогда бы все поняли странную девочку и больше не смеялись, не дразнили.

Каждое утро в своем шелковом спальном наряде я подходила к огромному зеркалу изучать свое тело, черты лица, любые изменения. Этот процесс был для меня очень важен. Иногда рядом оказывалась мама, и я сравнивала нас. Она такая утонченная. Всматриваясь в ее прекрасные линии тела, лица, улыбки, я восхищалась ее красотой. В маминых глазах ярким светом горело добро и любовь к миру, к своей семье, ко мне и отцу. Ее русые волосы так мило завивались, словно их кто-то аккуратно подкручивал каждое утро. Я все больше и больше любила ее, она очаровывала меня своей искренностью, заботой, мудростью, лаской. Папу я видела реже, но, несмотря на это, он любил меня своей особенной отцовской любовью.

Каждые выходные мы ходили в кино или в кукольный театр, или просто гуляли по парку. Мне нравилось проводить время с семьей, настоящей семьей, о которой я мечтала много лет назад в темноте тела моей первой мамы.

Я обожала наблюдать за родителями. Мне нравилось, как они искренне обмениваются взглядами, ласковыми словами и нежными поцелуями. Папа с мамой любили друг друга так сильно, что не заметить это чувство было просто невозможно. Оно светилось и согревало всех вокруг. Особенно меня… Их дочь.

Месяц пролетел как одно мгновение, за ним второй, третий. Началось лето… Хотя моя жизнь кардинально изменилась, вкусы остались прежними. Я обожала солнце и его пылкие объятия, любила лето и восхищалась его красками. В конце июля мы всей семьей уехали на месяц за границу, в Хорватию. Такой красивой природы я раньше никогда не видела. Мы словно оказались в сказке.

Самым удивительным событием для меня стал тот момент, когда я вошла в море. Странные ощущения охватывали меня, ведь до этих пор я только ходила по воде, а теперь могла играть с ней и наслаждаться прикосновениями теплых волн.

Из прошлой жизни у меня остался от Него ценный подарок. Заглядывая в глаза человеку, я все также могла читать людей. Этот дар помогает глубже понимать новую жизнь. Правда, я стараюсь делать это крайне редко. Бывают вещи, которые лучше не знать, ведь лишняя информация занимает слишком много места в нашей голове. Иногда поток чужих мыслей угнетает и расстраивает. Раньше я тоже это замечала, но теперь все стало слишком явным. Человечество переполняет жестокость, зло, зависть, эгоизм и подлость. Встречались мне и искренние, добрые мысли, но их, к сожалению, довольно мало.

Часть lll

– Мариночка, милая моя… Как ты себя чувствуешь? – осторожно коснувшись плеча жены, тихо спросил Дима. Марина лежала на больничной кровати, она смотрела в потолок, по впалым щекам медленно катились слезы.

Белоснежная комната, белоснежные обои и занавески. Казалось, в таком светлом месте не может поселиться горе, но во взгляде истощенной женщины собралось столько боли, страдания и отчаяния. Сердце Дмитрия сжималось при каждом медленном движении ее век. Марина молчала… За два дня не сказала ни слова. Иногда, пытаясь что-то объяснить, она издавала звук, который быстро обрывался, и слезы вновь лились из покрасневших глаз.

После разговора с директором санатория Дмитрий все бросил и в тот же день отправился в путь. С бешеной скоростью он несся по ночному шоссе, приближаясь к полуострову Крым.

На рассвете он наконец добрался до больницы.

– Где он? Где врач? Ну, подскажите же мне, кто-нибудь, – в панике шептал он, бегая пустыми коридорами сонного помещения. Увидев санитарку, сразу же бросился к ней. Не осознавая, что говорит, Дима, как малое дитя, искренне ожидал помощи. Пожилая женщина тихо назвала номер палаты. Едва улыбнувшись, он быстрым шагом направился в конец коридора. На дверях кремового цвета была прибита цифра «19».

Дмитрий тихо вошел и сразу увидел жену, лежавшую с закрытыми глазами на больничной кровати. Немая, бледная и уставшая женщина вовсе не напоминала ту Марину, которую он привез в «проклятый» санаторий. Исчезла вечная улыбка, румянец. Теперь она – воплощенное горе. Даже во сне… Слезы наворачивались ему на глаза.

– Здравствуйте… – послышался чей-то тихий голос за спиной. Дмитрий оглянулся. В дверях стоял седой мужчина в белом халате.

– Добрый день. Вы, наверное, Дмитрий Александрович?

– Да, это я.

– Ваша жена, наконец, уснула, поэтому, пока не стоит ее беспокоить. Серьезных физических отклонений или повреждений у нее нет, мы нормализовали функционирование всего организма. Да вот только ее моральное, психологическое состояние критично. Думаю, вы и сами видите.

– Да… Я все вижу. Объясните, как это могло случиться? Как она оказалась в городе, как упала? Почему никто не предотвратил беду?

– Я понимаю ваше отчаяние, но все же осмелюсь просить вас успокоиться. Марина самостоятельно приняла решение покинуть санаторий и пойти к морю. В сложившейся ситуации никто не виноват. Это просто трагическое стечение обстоятельств. Нужно жить дальше, ради будущих детей. Я понимаю ваше горе, понимаю, как вы ждали рождения первенца. Но ничего не поделаешь. Что случилось, то случилось. Состояние вашей жены свидетельствует о том, что она винит во всем себя. Необходимо как можно быстрее отвлечь ее от этих мыслей. Ей нужны силы. Нужно собраться и отпустить боль, начать новую жизнь. Тем более, она еще сможет иметь детей и это, поверьте, настоящее чудо, поскольку после подобных случаев женщины зачастую теряют возможность вновь забеременеть. С ее женским здоровьем все в порядке. Конечно, нужно некоторое время принимать специальные препараты, но уверяю вас, вскоре все наладится. У вас еще будут дети. Слышите, все будет хорошо. Главное, чтобы это понимала она, – добавил врач, заглядывая в глаза измученному мужчине.

– Я сделаю все, что смогу. Спасибо… А теперь извините, я хочу побыть наедине со своей женой, – садясь в кресло, тихо сказал Дмитрий.

– Да, конечно, – ответил врач и медленно вышел из комнаты.

Прошла неделя. Марина немного оправилась и снова начала разговаривать. После долгих споров с врачами Дмитрий все же добился того, чтобы забрать жену домой. Как он ни старался, что ни говорил, Марина продолжала грустить и винить себя в случившейся трагедии. Она замкнулась в себе, не желая отпускать боль из сердца. Всю дорогу домой молодая женщина ехала молча, глядя в окно. Когда Дима пытался завести разговор, она отвечала очень коротко и вновь отворачивалась. Надежды рушились, ему хотелось умереть, разорвать все нити, уйти, начать все заново. Молчание жены терзало душу. Дима старался скрыть свою боль, но иногда это было так сложно.

«Господи… Что же мне делать? Что говорить? Как помочь ее страданиям? Она совсем не слышит меня, – рассуждал Дмитрий, наблюдая за белой разметкой, исчезающей под колесами автомобиля. – Как же мне тяжело, воздуха не хватает. Надеюсь, время лечит».

Время, действительно, лечило. Вернувшись в Киев, супруги понемногу налаживали натянутые отношения. Несколько раз Дима срывался, хотел разводиться, но это были мимолетные порывы отчаяния. Постепенно Марина возвращалась к нормальной жизни, лишь иногда горько плакала по ночам, вспоминая страшный эпизод. В подобные моменты он просто был рядом, нежно обнимал ее и целовал в горячие от слез щеки.

– Милая моя… Не нужно плакать. Солнышко мое. Я так сильно люблю тебя… Не вини себя, не мучай. Пора отпустить боль.

– Я знаю, ты прав. Стараюсь не плакать. Пытаюсь забыть, но мне так больно. Я убила собственного ребенка, которого так любила, так ждала.

– Ну что ты такое говоришь? Ты не убивала. Это был несчастный случай. Слышишь? У нас с тобой будут дети. Мы будем их любить и станем самыми счастливыми родителями во всем мире. Потом они вырастут, родят нам внуков, а мы с тобой такие старенькие, все в морщинах, будем их баловать и любить.

– Ну, ты и придумал, – улыбнулась она сквозь слезы.

– Почему же придумал? Чистая правда.

– Я люблю тебя… Что бы я без тебя делала? Наверное, умерла бы от горя. Спасибо!

– За что?

– За то, что ты рядом, – тихо прошептала Марина, целуя губы любимого. Он ответил на поцелуй и прижал ее к себе, ласкал тело, покрывая нежностью каждую клеточку гладкой кожи. В ту ночь между ними вспыхнула давно забытая страсть. Они любили так нежно, так преданно, так красиво. Наслаждение, раскаленные сердца, тяжелое дыхание. В одно мгновение искренняя любовь, слияние двух тел породили новую жизнь. В приятной усталости, на огромной кровати, абсолютно обнаженные, они уснули, обнимая друг друга. Только уже втроем…

Ровно через сорок недель после той переломной, полной любви ночи у Дмитрия и Марины родился ребенок. Молодая мама с восхищением смотрела на лежащего на руках младенца. По ее щекам катились прозрачные ручейки. Это были слезы радости и счастья. Узнав о беременности, Марина словно родилась заново. Для супругов эта новость стала шансом все изменить, исправить.

Первые месяцы Марина была чрезмерно аккуратной, на четвертом легла в больницу на сохранение, где пробыла до самых родов. Дмитрий посвящал жене каждую свободную минуту. Ежедневно они прогуливались по маленькому парку, Дима смотрел на любимую, его глаза горели. Она – снова улыбается, вновь такая привлекательная, живая и счастливая. О трагическом случае они больше не вспоминали. Теперь все внимание, все мысли, вся любовь были направлены на будущее дитя, которое зажгло луч надежды в их утомленных горем сердцах.

– Боже, какой он крошечный, – улыбаясь, сказал молодой папа, осторожно принимая ребенка.

– Держи крепко…

– Я так счастлив. Это просто чудо.

– Да, это самое настоящее чудо. Он такой маленький, такой красивый. Носик у него твой. И глаза.

– Серьезно?

– Серьезнее не бывает, – нежно ответила Марина и ласково поцеловала младенца в лобик.

– Как мы его назовем?

– Женя.

– Женечка?

– Да… Тебе нравится?

– Конечно, нравится… Наш маленький мальчик Женя.

Когда в семье рождается ребенок, дом наполняется теплом и добром.

Когда в семье Марины и Дмитрия появился малыш, они закрыли дверь в прошлое и устремились вперед, в совершенно новую жизнь, полную счастья и приятных хлопот. Всю любовь, чувства, силы и вдохновение они вкладывали в крошечное создание. Своего сына они берегли, как зеницу ока, отдавая ему всю нереализованную любовь, затаившуюся в их сердцах после трагедии.

Маленький Женечка рос жизнерадостным. Очень редко плакал и часто улыбался. Марина оберегала своего мальчика, словно самый дорогой в мире бриллиант. Она подолгу стояла у его кроватки, любуясь своим сонным сынишкой. Когда малыш открывал глаза и улыбался, болтая маленькими ручками и ножками, молодую маму переполняло счастье. Она подхватывала ребенка на руки и ласкала, целовала любимые глазки, лобик, щечки.

Дни летели… Первые зубки, первые шаги, первые слова, первые впечатления, первые друзья, первые книги. Первый класс…

Возле кирпичного здания собрались немного напуганные дети, взволнованные родители и учителя. Марине и Дмитрию не верилось, что прошло уже шесть лет с того дня, как судьба подарила им Женю. Маленький застенчивый мальчик стоял в белой рубашке и черном мини-галстуке, крепко сжимая мамину руку. На деревянном подиуме с торжественной речью выступил директор школы.

– Солнышко… Смотри, это директор твоей школы, – наклоняясь к сыну, ласково произнесла Марина.

– Какой-то он страшный, – тихо сказал мальчик. Его голос был таким тонким и испуганным.

– Да нет… Совсем не страшный. На самом деле он очень хороший и добрый. Просто директорам по статусу положено быть грозными, чтобы все слушались и выполняли их приказы. Ты, главное, не бойся. Все будет хорошо.

– А ну-ка, мои милые. Давайте я вас сфотографирую, – сказал Дмитрий и внимательно посмотрел в объектив фотоаппарата. – Улыбнитесь. Молодцы. Только Женя плохо улыбнулся. Давайте попробуем еще раз. Женечка… Ты же мужчина. Сделай уверенное и счастливое лицо. Давай, хорошенько улыбнись для папы.

Концерт для первоклассников длился полчаса. По окончанию торжественной части родителей и детей пригласили в здание школы. Там, на большом стенде висело три списка, на которых было указано, куда распределили детей. Маленький Женя попал в первый «А».

В просторном классе всех детей встретила улыбающаяся пожилая женщина. Школьники быстро сели за парты, а родители разместились маленькой кучкой в конце комнаты, возле шкафа.

– Здравствуйте мои дорогие, – обращаясь к детям, мягко и очень четко произнесла учительница. – Меня зовут Зоя Анатольевна. Теперь я буду учить вас уму-разуму. Надеюсь, мы подружимся, и все будет хорошо.

Первоклассники сидели молча, некоторые улыбались, а остальные были напуганы и смущены.

– Доставайте свои тетрадки, – продолжила учительница. – Давайте попрощаемся с родителями и начнем первый урок.

Маленький Женечка помахал маме и стал осматриваться в новом месте. Зоя Анатольевна понравилась ему сразу. Страх потихоньку испарялся… Рядом с ним сидела русая девочка. Ее волосы были собраны в косички и завязаны огромными белыми бантами. Немного застеснявшись, мальчик отвернулся и стал внимательно слушать голос нового в своей жизни человека – первой учительницы.

– Дорогие ребята! Я вас поздравляю с началом новой жизни. Этот шаг чрезвычайно важен и интересен. Я помогу вам на этом пути, буду вкладывать в каждого из вас зернышко души, новые интересные познания. А теперь, давайте будем знакомиться, – искренне улыбнувшись, Зоя Анатольевна надела очки и заглянула в журнал. С уважением произнося каждую фамилию, она поднимала глаза на ребенка, который вставал, и здоровалась.

Так началась школьная жизнь маленького Жени. Конечно, сначала ему было очень сложно приспособиться к новому окружению, влиться в совершенно незнакомый коллектив. Ведь до шести лет, все свое время он проводил в компании родителей, иногда гулял с детьми маминых знакомых на детской площадке, но это ему не очень нравилось.

Больше всего на свете Женя любил играть сам с собой. Тихий, стеснительный мальчик боялся всего незнакомого. Конечно, мама замечала это и ругала себя за чрезмерную опеку над любимым чадом, но ничего поделать не могла. Страх перед любой опасностью тревожил ее душу. Боль потери первенца не отпускала. Марина очень берегла сына и ограждала его от всего на свете. Она отказалась от работы и друзей, целиком посвятив себя ребенку.

Часть IV

Марина сидела на скамейке возле школы напротив небольшой серой лестницы и ждала окончания уроков. На асфальте валялись сухие листья. Они издавали легкий шорох, когда их ласкал ветер. Через миг тишину потревожил пронзительный звонок, сообщающий об окончании занятий. И началось…

Детский смех, суета, крики. Марина улыбнулась. Подобные мгновения всегда поднимали ей настроение. Через три минуты толпа детей начала буквально «вытекать» водопадом из главных дверей старой школы. Когда поток немного уменьшился, выбежал и Женя.

– Привет, мое солнышко, – целуя сына, сказала она. – Как твои дела… Как день?

– Нормально. Мы сегодня играли в игру. Ой… В викторину. Я выиграл, – тараторил мальчик, крепко держа мамину руку.

– Ну, ты у меня молодец.

– Меня спрашивали, а я отвечал и… Как же сказать.

– Что, мой милый?

– Забыл, что меня спрашивали.

– Ничего страшного. Ты такой веселый. Тебе нравится ходить в школу? Да? Уже нашел себе лучшего друга?

– Да… Ты мой лучший друг.

– Котенок, я имею в виду среди твоих сверстников.

– Ну… Я не знаю. Саша хороший. Он меня защищает.

– А от кого защищает?

– От Натали. Она кричит и вечно спорит.

– А почему?

– Не знаю… Странная немного.

На протяжении всего первого класса Марина встречала сына после занятий у выхода и вместе они шли домой. Несмотря на то, что их семья жила рядом со школой, она все равно не желала оставлять ребенка без присмотра.

Во втором классе маленький Женя взбунтовался. Мальчик просил маму не ходить за ним в школу, потому что ему стыдно перед одноклассниками.

«Я уже взрослый, – уверенно утверждал он своим звонким голосом. – Все дети давно ходят домой без родителей». Марине тяжело было решится на подобный эксперемент, но другого выхода не было. Пришлось смириться. Оставалось только стоять у окна, высматривая сынишку, идущего со школы.

Женя понемногу рос, менялся. Раньше, когда он был совсем маленьким, то хотел, чтобы мать всегда находилась рядом, теперь же он все больше времени проводил с одноклассниками. Этот факт несколько смущал Марину. В каждом человеке живет нотка эгоизма, которую иногда так трудно заглушить в себе.

Время летело. Осень, зима, весна, лето. Опять осень. Начало нового учебного года. Снова зима, Новый год, весна и долгое лето. И так из года в год. Тихий и молчаливый подросток медленно превращался в красивого юношу, обаяние которого не могло оставить равнодушной ни одну девушку в школе. В девятом классе он почти полностью сформировался. Сияющая искренняя улыбка, большие зеленые глаза, спортивное телосложение. Еще с малых лет Женя начал заниматься футболом и все свободное время уделял именно этому занятию. Общительный, веселый, сообразительный, – он всегда собирал вокруг себя хороших людей. В нем не осталось больше детской неловкости, стеснительности и робости. Лишь иногда его душе хотелось уединиться, чтобы поразмышлять, побыть наедине с собой.

Маму он, конечно, очень любил, но иногда ему было сложно мириться с ее чрезмерной опекой.

Папа был другим. Он все понимал и старался повлиять на жену. Пытался развеять ее волнение, которое вспыхивало каждый раз, когда сын задерживался допоздна с друзьями или ехал на игру своей команды в другой город.

Самым близким другом Женя считал своего двоюродного брата. Игорь был на три года старше, ему было восемнадцать, он увлекался футболом, и учился на юридическом факультете в одном из столичных университетов.

Прошла холодная зима, наступила теплая и солнечная весна. Подходил к концу еще один учебный год. Девятый класс ничем особенным не отличался, кроме необходимости сдавать экзамены.

В среду, как обычно после школы, с большой спортивной сумкой на плече, Женя спешил на тренировку. Постояв несколько минут на остановке, он запрыгнул в автобус и отправился в путь. Усевшись у окна, сразу же достал мобильный телефон, чтобы набрать номер Игоря.

– Алло, привет, – улыбаясь, поздоровался Женя, прижимая телефон плечом к щеке.

– Привет, привет, – ответил Игорь.

– Ты уже на месте?

– Да, а ты где?

– Я немного опоздаю. Меня в школе задержали… Предупреди Йосиповича, я приеду, но чуть позже.

– Без проблем… Может, прогуляемся после тренировки? Чего-нибудь выпьем? Ты как?

– Конечно, я не против.

– Тогда до встречи.

Окей… Пока, – парень нажал красную кнопку и засунул телефон в узкий карман джинсов. Автобус ехал медленно. Женя задумчиво смотрел в окно. Все дома, остановки, магазины, рестораны были ему знакомы. Кажется, за столько лет он изучил каждую деталь наизусть. Минимальные изменения на пути к спортивной школе сразу притягивали его взгляд.

Через полчаса после разговора с Игорем, Женя наконец доехал до назначенного места.

«Чертовы пробки», – раздраженно подумал парень и быстрым шагом направился к огромному кирпичному зданию.

Тренировка длилась три часа. Уставшие спортсмены отправились в душ. Постояв под напором прохладной воды, друзья переоделись и вышли на улицу. День подходил к концу. Солнце почти зашло, но было еще тепло. Весна радовала взгляд, дул приятный ветерок. Братья, сидя на скамейке, азартно что-то обсуждали.

– Жень… Перестань. Я уверен, твоя мать будет не против, чтобы мы вместе поехали на море. Тем более, поездка назначена на конец лета. У тебя будет время найти нужный момент, чтобы сказать об этом, – всматриваясь в глаза брату, уговаривал Игорь.

– Игорь, я тебе столько раз объяснял. Ты просто не знаешь мою маму. Ее всю трясет, когда я опаздываю домой. Понимаешь у нее такой характер. По-другому жить она не умеет. Сколько мы с папой не пытались, исправить ее невозможно, – нахмурив брови, объяснял юноша.

– Ты же уже не ребенок, можешь сам о себе позаботиться. Что за детский сад она устроила? – приподнявшись со скамейки, громко произнес парень. – Надо попросить маму поговорить с твоей. Они, как-никак, сестры.

– Я уже тысячу раз объяснял ей, что так нельзя. Бесполезно! Ты бы видел эти взволнованные глаза, когда она меня встречает. Я чувствую себя самым настоящим негодяем, который где-то развлекался, пока она мучилась. А ты говоришь – к морю уехать.

– Я в шоке. Ну и «Санта Барбара». Может, Вам мелодраму снять. Ладно, ты все же постарайся отпроситься. Если твоей матери нужны гарантии. Так и быть, присмотрю за тобой, – хлопая по плечу брата, смеясь, произнес Игорь.

– Да не нужны ей гарантии, она просто хочет, чтобы я был рядом. Вот и все, – отталкивая брата, сказал парень. На этом разговор о море и летней поездке в Крым был окончен.

Поздно вечером Женя вернулся домой. Марина, как всегда, ждала его на кухне. Поцеловав ее, он пошел в свою комнату. Все его мысли были заняты поездкой в Крым. С одной стороны, хотелось отдохнуть, а с другой – мучило чувство вины. Не понимая, как выкрутиться из ситуации, он решил посоветоваться с отцом.

Как Женя и думал, папа был совершенно не против этой летней поездки, тем более с Игорем. Он пообещал уладить вопрос. Разговор был коротким, но все же у Жени появилась надежда.

– Сынок, кстати, забыл спросить, куда именно вы собираетесь поехать? А то вчера вечером я хотел поговорить с мамой, а потом вспомнил, что ничего не знаю об этой поездке.

– Мы думаем поехать на базу отдыха, которая находится недалеко от Гурзуфа. Там прекрасное место, рядом море. В прошлом году родители Игоря там отдыхали, и им очень понравилось. Нам предлагают хорошую скидку.

– Гурзуф… – грустно и протяжно повторил Дмитрий.

– Да, а что?

– Мне очень жаль, сынок, но, боюсь, ничего не выйдет.

– Почему? – растерянно спросил Женя.

– Понимаешь… То, что мама так заботится о тебе, переживает – это результат одной душевной травмы. В нашей с ней жизни однажды случилась очень неприятная история, которая не дает покоя нам обоим.

– Ну, так расскажи ее мне? – серьезно произнес юноша, всматриваясь в глаза отцу.

– Честно говоря, мне не очень хочется об этом вспоминать. Грустная история из жизни.

– Что же случилось?

– Ну, ты уже большой мальчик и, думаю, тебе пора узнать эту историю. Я надеюсь, услышав мой рассказ, ты поймешь, почему мама откажет тебе в этой просьбе, – медленно начал Дмитрий. Затем на минуту замолчал, будто возвращаясь в прошлое. – Шестнадцать лет назад, когда тебя у нас еще не было, мама ходила беременной первым ребенком. Мы с нетерпением ждали начала осени, когда наша дочь должна была появиться на свет. Летом я отвез Марину в санаторий для беременных, в Крым. Он находился неподалеку от Гурзуфа. Там и произошла трагедия. На шестом месяце беременности твоя мать упала с лестницы. Ребенка спасти не удалось, – опустив взгляд, тихо закончил Дмитрий.

– Какой ужас, – качая головой, тихо протянул парень.

– Да, это был настоящий кошмар. Она очень долго не могла прийти в себя. Не ела, не спала, только плакала, плакала. Как вспомню, сердце разрывается. Оправиться от трагедии помогла новая беременность. Вся нереализованная нежность, любовь, ласка досталась тебе. То, что мама так волнуется, свидетельствует лишь о том, что она не забыла о несчастном случае. Никто и не думал, что такое может случиться… Просто так вышло, некого винить, не на кого кричать. Ты даже не представляешь, как хотелось вернуть время, исправить все. Она винила себя за то, что решила пойти к морю, а я ненавидел себя, ведь отправил ее в этот злосчастный санаторий. На самом деле мы же все это делали с наилучшими помыслами, с чистой душой и любовью. Прошлое не стоит ворошить… С ним нужно смириться и жить дальше… Понимаешь?

– Боже, я даже и подумать о таком не мог. Почему ты мне раньше об этом не рассказывал? – с грустью в глазах спросил Женя.

– Зачем? Я не хотел вспоминать этот страшный период нашей жизни. Ты даже не представляешь, насколько черной была эта полоса. Так трудно быть сильным, трудно собрать всю волю в кулак, когда кажется, что все вокруг тебя разрушено. Очень трудно уте- шать самого любимого человека и говорить ему, что все будет хорошо, когда сам не веришь в это, когда душа волком воет от боли. Так хотелось умереть, разойтись, бросить все и не возвращаться никогда. Видимо, любовь спасла нас и наш брак. Именно благодаря ей и зародилась новая жизнь. Господь подарил нам второй шанс. Подарил возможность снова быть счастливыми.

– Вот это история. Не могу поверить, что такое могло произойти в вашей жизни. Просто в голове не укладывается.

Женя замолчал. Грусть охватила его изнутри. Теперь он нашел ответ, почему мама так волнуется за него, почему пытается уберечь от всех видимых и невидимых бед. Она ведь до сих пор не простила себе ту трагедию. Перед глазами стояло грустное лицо мамы. Кажется, была бы ее воля, она бы ни на миг с ним не расставалась. Тут ничего не поделаешь. Ничего не скажешь, не обвинишь. Она имеет на это право. Она – мать, познавшая горький привкус потери самого дорогого, что может быть в жизни женщины – ребенка.

Закончилась весна, наступило яркое, «созревшее» лето, а с ним и первые в Жениной жизни экзамены. О поездке к морю уже никто не вспоминал, только Игорь иногда поднимал эту тему. Чтобы не отвечать на вопросы, Женя всегда отшучивался. Мысли о том, какую невыносимую боль он может причинить маме своей поездкой, не давали ему покоя. Хотелось одного – чтобы это лето поскорей закончилось.

После очередного экзамена Женя вернулся домой. На пороге его встретила мать. В этот раз ее взгляд был не таким, как обычно.

– Привет.

– Привет, солнышко. Ну как твой экзамен?

– Супер. Сдал на отлично. В принципе, как и все остальные.

– Ты у меня молодец. Я так горжусь тобой.

– Спасибо.

– Сынок, ты ужинать будешь?

– Конечно… А что у нас сегодня в меню?

– Пюре с куриными отбивными.

– Оу. Звучит вкусно, я очень голоден. Кстати, а где папа?

– Он сегодня задержится. Празднует день рождения друга. Так что ужинаем вдвоем.

– Понятно. Ой, как вкусно. Мамуля, у тебя золотые руки, – протянул Женя, уплетая картофель.

– Я рада, – тихо сказала Марина. Потом взяла вилку и начала медленно есть диетический салат.

Несколько минут они сидели молча. Парень со вкусом ел, а мама время от времени поглядывала на него. В голове крутился давно запланированный разговор.

Женя никогда не расстраивал ее и не доставлял хлопот. У него, в отличие от других ребят, даже не было переходного возраста. Для нее он был идеальным ребенком. Марина осознавала, что слишком опекает его. Ведь сын не будет всю жизнь оставаться хрупким, маленьким мальчиком. Она находилась в сплошном потоке волнений, просто была не в силах с этим справиться.

О том, что Женя хочет поехать на море с братом, женщина узнала недавно.

Дима и Марина смотрели телевизор. Шла скучная документальная программа. Ни мужчина, ни женщина не обращали на экран особого внимания. Просто сидели на диване, держась за руки. На лице Дмитрия застыло легкое волнение.

– Милый… Уже третий день ты ходишь какой-то загадочный.

– Что-то случилось? Кажется, ты хочешь мне что-то рассказать? – спросила Марина, заглядывая в глаза мужу. В этот момент она казалась ему такой слабой, беззащитной. Но обещание, данное сыну, заставило его озвучить слова, давно вертевшиеся на языке.

– Ты права. У меня давно назрел важный разговор. Я хочу поговорить о Жене.

– С ним что-то случилось? – взволнованно спросила женщина.

– Нет… Нет… Не волнуйся. С ним все в порядке, – быстро проговорил Дмитрий, мысленно коря себя за то, что начал разговор именно так. Взяв жену за руки, он сделал глубокий вдох.

– Тогда что же случилось?

– Я хочу поговорить о твоем отношении к нему. У меня сердце кровью обливается, когда приходится видеть, как ты с тревогой ждешь его, – Марина открыла рот, пытаясь что-то сказать, но не смогла. Дмитрий продолжал. – Понимаешь, он уже достаточно взрослый парень. Ответственный, послушный. А ты продолжаешь видеть в нем лишь маленького ребенка, требующего постоянного присмотра. Мариночка. Я люблю Женю не меньше, чем ты. Дорогая, – взяв жену за подбородок, Дмитрий заглянул вглубь ее глаз. – Пойми и ты, он уже вырос.

– Я понимаю, но ничего не могу с собой поделать. Душа болит. Он – смысл моей жизни. Разве я виновата, что хочу, чтобы он был рядом, – уже со слезами в глазах произнесла Марина.

– Я как никто другой понимаю тебя. Но, это неправильно. Он живет в постоянном страхе причинить тебе боль.

В квартире застыла тишина. Через мгновение Дмитрий продолжил.

– Ты же знаешь, что за всю жизнь он никогда не ездил на море один. Ни в детский лагерь, ни на школьные экскурсии. Он всегда отдыхал с нами и ни разу не жаловался на свою судьбу. Но… Ты же не думаешь, что ему никогда не хотелось? Конечно, хотелось. Вспомни себя в его возрасте.

Марина вздохнула и отвела взгляд.

Недавно Женя подошел ко мне с просьбой поговорить с тобой. Игорь предложил ему вместе поехать отдыхать в Гурзуф, – кулаки женщины судорожно сжались. – Женя знает, что ты будешь опять нервничать и поэтому не решился даже завести этот разговор с тобой. Он очень хочет поехать и думаю, что нам стоит отпустить его. Дорогая, умоляю тебя, не плачь, – вытирая щеки жене, тихо проговорил Дима.

– Милый мой. Я все понимаю… Только почему же Гурзуф? Почему именно туда? НЕужели нет других мест.

– Солнышко… Это обычный город, где люди прекрасно проводят время, отдыхают и наслаждаются морем.

– Как мне быть, если с ним что-нибудь случиться? Я умру без него.

– Мариночка… Почему с ним должно что-то случиться? Он умный, ответственный мальчик. Тем более он должен привыкать к самостоятельности, должен совершать взрослые поступки и принимать собственные решения. Чем дольше мы будем привязывать его к себе, тем труднее ему будет во взрослой жизни. Понимаешь? – Марина молча кивнула. Дима обнял ее, словно маленькую девочку и нежно прижал к себе. Больше они не разговаривали. Обнявшись, просто сидели, и каждый думал о своем. Тягостные раздумья отражались на их, уже не таких молодых, как прежде, лицах.

После этого разговора Марина всю ночь не спала. Все думала над словами мужа. Сомнения мучали ее три дня. Наконец она признала, что Дима прав и пришло время изменить свою жизнь и преодолеть собственные страхи.

Прокрутив в голове разговор с мужем, Марина наконец вернулась в реальность. Женя почти доел свой ужин. В тарелке оставалось немного картофеля, когда он отодвинул ее и положил руку на живот.

– Фух… Вот это я наелся. Спасибо, мамочка. Ты у меня самый лучший на свете повар. – Поднявшись из-за стола, он приблизился к матери и поцеловал, обвивая руки вокруг ее шеи.

– Я тебя люблю, сынок, – едва сдерживая слезы, мама крепко прижала Женю к себе.

– Спасибо, было очень вкусно. Теперь пойду, посмотрю телик.

– Подожди, – внезапно, с ноткой волнения сказала Марина, поднимаясь из-за стола. – Я хочу с тобой поговорить.

– О чем?

– Присядь… Нам нужно обсудить твою поездку в Крым.

– Оу, – удивленно ответил юноша. – Не беспокойся, я не поеду. Не хочу, чтобы ты волновалась, – с улыбкой спокойно продолжил он.

– Нет, нет, нет… Ты неправильно меня понял. Я не против, чтобы ты уехал. Тем более, ты никогда не отдыхал так, как хочется тебе. Конечно езжай, развейся, отдохни. Это будет наш с папой подарок тебе за отличную сдачу экзаменов.

– Ты же будешь волноваться, ночами не спать. Я так не смогу.

– Не беспокойся сынок. Конечно, мне будет трудно без тебя, но пришло время осознать: ты ответственный мальчик, которому уже пора совершать взрослые поступки и принимать собственные решения. Ты мне пообещаешь, что все будет в порядке. А я тебе поверю и буду жить эту неделю с мыслями, что у тебя все хорошо.

– Мама, ты сейчас серьезно? – удивленно спросил Женя.

– Конечно, серьезно. С таким не шутят. Поверь, я долго думала об этом, прежде чем завести разговор. Я все решила, можешь смело начинать готовиться к поездке.

Юноша был в шоке. Через минуту он приблизился к матери.

– Мама… Я надеюсь, что ты действительно осознала что-то важное для себя и больше не будешь так сильно волноваться без причин. Если это правда, и ты готова отпустить меня с Игорем на море, я буду очень счастлив и благодарен. Но, если тебя просто уговорил папа, то я никуда не поеду.

– Мой сыночек, – обнимая парня, вздыхая добавила Марина, – какой ты у меня хороший, а я мучаю тебя. Обещаю, с сегодняшнего дня все будет по-другому.

Часть V

Кто придумал эту удивительную вещь – зеркало? Оно поражает меня и страшит. Собеседник, который без всякого лицемерия покажет и даже расскажет, насколько вы изменились, постарели, выросли. Да… Страницы человеческой жизни переворачиваются незаметно быстро. Иногда меня угнетает подобная правда. Страшно, очень страшно ежедневно подходить к зеркалу и видеть хоть и маленькие, но все же изменения. Время добавляет тонких линий, каждый раз наводя их все сильней и сильней, те превращаются в морщины, а морщины – в старость и бледность.

День за днем, ночь за ночью, неделя за неделей. Подходишь к зеркалу, а оно показывает каждый раз что-то новое. Никак не могу смириться с этим. Когда я была душой, то за шестнадцать лет никаких перемен в себе не замечала. В реальной жизни все иначе. Ты можешь не развиваться, сидеть на месте, не двигаться вперед, а тело все равно будет меняться в привычном ритме, по стандартному графику. У каждого человека есть свой лимит времени, и нужно уложиться в сроки, чтобы все успеть.

Прожить шестнадцать лет рядом с морем было так легко и непринужденно. Неизменная, прозрачная, чистая… А сейчас я каждый день другая. Время летит, я становлюсь старше, уже не ребенок. Почти взрослая девушка. Помню тот день, когда впервые увидела свое отражение. Такая крошечная девочка смотрела на меня. Волосы темные, немного вьются. Глаза – детские-детские. Сейчас от того образа практически ничего не осталось. Возможно, какие-то черты, линии, зарисовки. Стою и смотрю на себя. Высокая… Почти такого же роста, как и мама. Прямые каштановые волосы, округлые груди, тонкая талия, стройные ноги. Кудри исчезли, исчезло детство в глазах. Кажется, я становлюсь красивее, чем мама. Будто забираю ее силу и расцветаю сама. Это несправедливо… Если бы я могла остановить эту игру. Если бы могла оставить все как есть. Песочные часы – вот, что такое жизнь. Каждой душе отведены такие часы. Время – песчинки, которые безвозвратно падают вниз. Никто не остановит этот поток.

Три года… Три долгих года пролетели, как один миг. Я сижу на кровати и смотрю в никуда. Часто вспоминаю момент, когда небо бросало меня как перышко в разные стороны. Тогда мне казалось, что я между сном и явью, я не могла поймать реальность. Теперь, как я понимаю, это было вовсе не чудо. Обычные люди тоже могут испытывать подобные эмоции, вспоминая прошлое.

В голове крутятся эпизоды прожитых мной человеческих лет. Все так быстро пролетело. Иногда кажется, что все происходило вовсе не со мной, словно все было сном или видением. Даже сейчас, сидя на мягкой кровати, я осознаю, что пройдут годы, и я, возможно, не вспомню этот момент никогда. Не вспомню, какие тяжелые мысли мучили меня. Если нет ничего особенного в данном мгновении, наша память отпускает его далеко-далеко. А ведь мы и есть – наша память. Если не будет памяти, не будет и человека. Не зря многие стремятся оставить после себя что-нибудь, хотя бы маленькую зарисовку, с помощью которой они могли бы остаться в памяти других людей. Если один из миллиона вспомнит о вас, значит, все было не зря… А если о человеке никто не помнит – тогда зачем он жил? Ради чего? Жизнь, она, по сути, и является сплошным воспоминанием, отголоском знаковых событий, где нет места неинтересным, серым мгновениям. А если вся жизнь серая? Если один день похож на другой?

Люди… Жизнь каждого, как мгновение. Будто воспоминание. Сколько жизней забыто, отпущено в темноту забытья, сколько лиц, судеб. Зачем тогда они были? Зачем? Возможно, каждому был дан шанс остаться в памяти величественного Космоса? Просто они упустили его. Прошли мимо и не воспользовались мгновением. Шедевры остаются, а хлам исчезает. Много в жизни людей того, что можно назвать «хламом», да вот только, кто в этом виноват? Почему так вышло?

Наверное, все дело в желании… Кто-то всю жизнь к чему-то стремится, карабкается на крутую горку, а кто-то просто поддается слабости, пуская все на самотек. Плывешь себе спокойно и вроде бы все хорошо, а потом, раз – и разбиваешься о камни, падая с водопадом в пропасть.

Все наши действия, события, люди влияют друг на друга. В моей жизни все пошло не так. Я чувствую это. Уже не та прозрачная девочка. Кто же я теперь? Мне кажется, странное создание, знающее слишком много и слишком мало одновременно. Завтра мне исполняется четырнадцать лет. Никак не пойму, зачем вести эти странные подсчеты? Кажется, они созданы для измерения того, насколько старше стало твое измученное временем и жизнью тело. Душа, она ведь не знает старости, она знает мудрость. Я встречала людей, которые и в сорок лет живут примитивными мыслями. Пока тело стареет и увядает, как цветок, они не развиваются, не растут духовно. Их душа только опустошается.

Зачем же тогда эти глупые подсчеты?

Мамочка. Она у меня очень мудрая и добрая. Ее душа полна эмоций и доброты. Ей 34 года… Еще совсем молодая, только в ее русых волосах уже появляются седые пряди. Больно наблюдать за тем, как ее душа молодеет, наполняется знаниями и красками, а тело все же вянет. Иногда смотрю на ее родное лицо и вижу, как с каждым днем морщины вокруг уголков губ становятся глубже. Это так несправедливо и жестоко. Как же она любит улыбаться, но получается, что эта любовь искажает морщинками прежде идеально гладкое лицо.

– Доченька… Ангелина, – звонкий голос прервал мои размышления. Я встрепенулась словно птица. Стоявшая в дверях мама смотрела на меня взволнованно. – Ты чего сидишь такая мрачная? Что-то случилось?

– Нет… Конечно, нет. Просто задумалась.

– Я подошла к маме и обняла. Светлана… Какое же красивое имя. Она действительно излучает свет.

– Ну и любишь ты у меня летать в облаках, не то что другие дети, которые смотрят телевизор, играют во дворе, дурачатся. Ты – особенный ребенок. Представляешь, завтра тебе исполнится четырнадцать, а мне кажется, что моей дочери давно за двадцать, или даже больше.

«Моя мудрая мамочка. Она все знает… Как бы мне хотелось рассказать ей свою тайну», – подумала я и крепче прижалась к ней.

– Ты грустишь перед своим днем рождения? – она ласково провела рукой по моим волосам.

– Сама не знаю. Не люблю день своего рождения.

– Вот это да, как же можно его не любить? Посмотри в окно. Тебе солнышко улыбается, птички щебечут. Как сейчас помню ту ночь. Ты родилась с рассветом. Этот день стал для меня самым счастливым. Из года в год я жду его, ведь эта дата напоминает мне о нашей первой встрече. Именно тогда я поняла, в чем заключается смысл женской жизни. Мне выпала честь стать самой счастливой мамой на свете.

– Извини, что расстроила тебя. Ты права, я должна радостно встречать этот день. Не знаю, что со мной сегодня.

– Я люблю тебя, моя крошка.

– И я тебя.

– На завтра мы заказали зал в кафе. Позови друзей. Кстати, ты не против, если придет и моя подруга Катя? Она так тебя любит. Не позвать ее я просто не могла.

– Конечно… Я буду рада каждому гостю, – быстро ответила я и улыбнулась.

Ночь… Сегодня я так долго не могу уснуть. Опять тысячи мыслей волнуют мне душу. Стрелки часов давно перевалили за полночь. Теоретически мой праздник уже наступил. Почему-то не радостно от этих мыслей. Лежу, и вновь вспоминаю тебя, мой мальчик. Я появилась в этом мире ради нашей любви. Прошло уже целых пятнадцать лет с тех пор, как я видела тебя в последний раз. Ты, наверное, уже взрослый мужчина. Как горько… Как больно. Может, ты любишь какую-то девушку, и нет в твоем сердце места для меня. Какой ты сейчас? Я бы все отдала, чтобы хоть разочек увидеть тебя снова. В толпе я все время ищу твои глаза. Всматриваюсь в каждое лицо, но все попусту. Я снова засыпаю, и мне снишься ты. Мне так хорошо от того, что ты приходишь ко мне хотя бы во сне. Это словно обезболивающие таблетки, создающие иллюзию счастья. Вспоминаю твои губы и дух перехватывает. Я помню их тепло. Помню то странное чувство, когда я поцеловала тебя. Целый мир вращался в твоих мыслях. Я так хочу снова погрузиться туда, попробовать на вкус твое счастье и горе. Где ты сейчас? Мне так плохо без тебя. Ком подходит к горлу. В такие моменты я едва сдерживаю слезы. Мне хочется спрятаться в твоих объятиях. Но тебя нет рядом.

Я лежу, а часы смотрят на меня даже в темноте. Они крутят свою маленькую стрелку так громко. Этот шум смущает меня и тревожит. Я не могу уснуть, хотя знаю – сейчас мне это так необходимо. В последнее время я только страдаю. Не могу спать, не могу радоваться, искренне улыбаться. Мне так тяжело.

А еще я безумно соскучилась по морю. Часто вспоминаю песни чаек и маленьких воробьев, шум волн и гладких камней. Я была легкой и такой спокойной, любознательной и вдохновленной. Голос с неба… Как же мне не хватает его советов и подсказок, не хватает радуги и свежего дождя. Теперь у меня другая жизнь. Я околдована любовью, никак не найду покоя.

За большим столом, в просторном зале ресторана собрались все мои гости. Бабушка, дедушка, мамина подруга, мои одноклассницы, родители.

Играла легкая музыка. Я стояла, держа огромный букет роз, и ждала, пока официант принесет вазу. На фоне моего желтого сарафана ярко-красные бутоны выглядели просто восхитительно. Я не могла налюбоваться ими. Такие живые и неповторимые.

Внезапно меня отвлекла вспышка. Это мамина подруга Катя фотографировала розы.

– Прекрасное фото, просто сказочное, – через мгновение уже все по очереди заглядывали в маленькое чудо техники, восхищаясь кадром.

Папа и мама сидели напротив и искренне улыбались. Три мои подруги разместились рядом по правую руку от меня. Девочки с интересом наблюдали за происходящим.

Сегодня все смотрели только на меня. Я чувствовала тепло и добро. Это были очень приятные ощущения. Тихая легкая музыка продолжала играть. На соседнем столе стояли две вазы с цветами. Третью только принесли… Я подошла, еще раз посмотрела на прекрасные розы, а после поставила их в воду.

– Можно я произнесу первый тост? – Катя встала и посмотрела мне прямо в глаза. Катерина – очень привлекательная, романтичная женщина, еще не нашедшая свою любовь. Ей двадцать восемь лет. С мамой они дружат достаточно давно. Их дружбе можно только позавидовать.

– Дорогая, – медленно начала она. – Думаю, ты знаешь, что я тебя люблю, как собственную дочь. Твоя мама очень гордится тобой и восхищается. Ты – необычный ребенок, всегда только радуешь своих родных. Ты, Ангелиночка – самый настоящий ангел. Не ошибся твой отец, когда давал такое имя. Хочу выпить за тебя, чтобы все твои желания исполнились. Чтобы ты отыскала все то, чего тебе не хватает и была самым счастливым в мире человеком.

– Крошечная слезинка скатилась по моей щеке. Ее слова коснулись самого сердца и растрогали меня.

– Спасибо, – улыбаясь, поблагодарила я. Катя подошла, мы коснулись бокалами, она нежно поцеловала меня в щеку.

– Ты уже такая взрослая. Взгляд совсем не детский. Мудрый. Ты удивительна. Я бы хотела, чтобы моя будущая дочь была похожа на тебя.

Эти слова удивили почти всех присутствующих. Особенно мою маму. Всем было известно, что Катя не любит разговаривать на подобные темы. Для нее это больной вопрос. А в этот день она так легко и радостно говорит о будущих детях. Что-то изменилось в ее жизни. Она отвела взгляд. Все произошло так быстро, что я не успела ничего прочитать в ее глазах.

– Что ты хочешь этим сказать? – мама приподняла бровь от удивления. Несколько секунд подруги просто смотрели друг другу в глаза. Катя отвела взгляд первой.

– Милые мои… Я выхожу замуж. Мне посчастливилось повстречать мужчину, которого я ждала так долго, – мы с мамой удивленно улыбались. Да, она так давно этого хотела. Так давно мечтала о семье, о детях.

– Игорь сделал тебе предложение? – спросила мама.

– Да… Он подарил мне кольцо, – протягивая руку, сказала женщина. – Мы вместе всего два месяца, но я чувствую, он – моя половинка. Мы запланировали свадьбу на август. Так что готовьтесь!

«В августе? – подумала я. – Да, совсем скоро. Никогда в жизни мне не приходилось бывать на настоящей свадьбе. Вот так новость».

– Наконец то, – с удовлетворенной улыбкой сказал отец. Все взгляды сразу переключились на него. Да, в этот миг он был и вправду счастлив. Для него помолвка Кати – долгожданное событие, ведь его всегда смущал тот факт, что подруга любимой женщины – не замужем. Он много думал об этом. Папа был ревнив, иногда странные мысли посещали его голову. Бывает, ходит по квартире, такой серый, расстроенный и подавленный. Спрашивать не нужно, все и так понятно – мама пошла встречаться с Катей. Ничего страшного в этом не было, но папа себе места не находил. Он безумно ревновал маму и сам себе придумывал истории, выводившие его из себя. Эх, вот что любовь делает с людьми.

День рождения прошел, оставив лишь аромат роз да приятные воспоминания. Все снова стало на свои места. Так странно, как меняются взгляды людей, когда ты именинница. Один день в году человек может наслаждаться всеобщим вниманием к своей персоне, удовлетворяя самолюбие.

Три девочки, приглашенные на День рождения, за неделю до торжественной даты звонили каждый день. Мне не нужно было даже заглядывать им в глаза, чтобы понять: вся эта дружелюбность была только для того, чтобы их позвали на праздник. Но меня их поведение ничуть не смущало. Ну и что с того, что меня использовали? Ведь я их, можно сказать, тоже использовала в своих целях… Я хотела создать некую иллюзию для родителей. Реальных претендентов на мое приглашение просто не существовало, а маме хотелось устроить мне полноценный праздник. Она бы точно расстроилась, если бы я призналась, что у меня нет друзей. Не люблю огорчать маму.

Что поделаешь… Среди сверстников нет людей, с которыми можно поговорить откровенно, излить душу, попросить поддержки. Я могу открыться лишь одному человеку – маме.

Все люди привыкли жить стереотипами, и если чье-то поведение выходит за рамки положенного, все начинают переживать и хвататься за голову. Ах, все хотят жить свободно, но продолжают загонять себя в невидимые рамки.

Моя мама все чаще думает о том, что ее дочь – совсем «скрытный ребенок» и, конечно же, во всем винит себя. Возможно, она права, и я, действительно, немного замкнутая, но это не ее вина. Мне просто легче найти общий язык с маминой подругой Катей, чем с четырнадцатилетними девочками, которые умело врут ради собственной выгоды. Ненавижу ложь… Мне безумно жаль, что наш мир просто переполнен ею. Простые люди с легкостью одевают лицемерные маски и так умело играют в какую-то непонятную злостную игру. Кому это нужно? Я устала от этого… Если мир меня не удовлетворяет, я буду жить автономно от него. Я стараюсь закрывать глаза, чтобы не впускать в сердце лишнюю боль и разочарование.

Мои сверстники не способны понять меня и мои мысли. Они не интересны мне, как впрочем, и я им. Для нормального ребенка это стало бы травмой, а мне так даже проще. Книги – вот мой собеседник. Из них можно узнать куда больше. Я предпочитаю проводить время сама с собой, чем с одноклассницами на скамейке в парке. Не люблю заниматься тем, в чем не вижу смысла. На мой взгляд, лучше молчать, чем говорить о глупостях, лучше читать книги, чем слушать примитивные истории подростков.

«Отвали… Мне матери и дома хватает!», – прозвучало как-то в мой адрес от одной девочки, которая кашляла от сигарет, но все же продолжала затягивать серый горький дым себе в легкие. После этих грубых слов я решила больше не вмешиваться в чужую жизнь… В этом просто нет смысла. Пока человек сам не одумается, никто его не исправит.

Я – другая и ничего с этим не поделаешь. К сожалению, девушки изо всех сил спешат повзрослеть телом, прическами, одеждой. Надевают высокие каблуки, красят глаза черным, как уголь, карандашом, садятся на диету. Они тратят время на то, что и так непременно случится и теряют мгновения, когда просто нужно жить и наслаждаться детством, юностью. Так невыносимо наблюдать за этим бесконечным, просто абсурдным водоворотом: молоденькие девочки стремятся выглядеть старше, а когда появляются морщины, накладывают толстый слой пудры, пытаясь сохранить иллюзию молодости. Горько от того, что души остаются пустыми. А тело? Оно все равно умрет… Еще никто не смог перехитрить время.

У детей одна мечта – поскорей стать взрослыми, а у взрослых – разбогатеть. Грустно, что круг человеческих желаний стал настолько убог. Гюго, Толстой, Байрон, Шекспир, Ремарк или Хемингуэй. Они знают только фамилии. Читают произведения сокращенно и не хотят заглядывать вглубь.

– Ангелиночка, – позвала меня мама. Я обернулась. – Ты опять сидишь и о чем-то мечтаешь? Мечтательница моя драгоценная.

– Да… Вспоминаю свой День рождения, – немного приврала я. Хотя, почему же, все начиналось именно с этих мыслей. – Было здорово.

– Да… Мне тоже понравился праздник. Ты была такой красивой в этом желтом платье.

– Целую минуту мама молчала и просто смотрела на меня. Затем подошла, убрала с края дивана книгу и присела рядом.

– Доченька… А почему тебе не звонят одноклассницы? Они мне очень понравились. Скромные, воспитанные. Вы поссорились? – с любопытством спросила она. Господи, как тяжело. Не люблю подобные моменты, когда нужно что-то придумывать, чтобы успокоить маму. Как ей объяснить, что я – совсем нормальный ребенок, просто со своим мнением и жизненной позицией. Конечно, она вспоминает себя в моем возрасте. Я вижу эти картины в ее мыслях. Раньше все было несколько иначе. Она росла в более-менее приемлемом окружении.

– Нет, нет… Мы не поссорились. Просто уже конец учебного года. Все готовятся к контрольным, тестам.

– Понятно, – ответила мама. – Бедные дети. На улице такое солнце, такая прекрасная погода, а они дома сидят, занимаются.

– Ну, ничего… Возможно, мы завтра встретимся, – соврала я, чтобы увидеть мамину улыбку. Ненавижу врать… Зачем я это делаю?

– Хорошо, – обнимая меня, произнесла шепотом мама. Снова в ее мыслях гармония. Она прижала меня к себе и погладила по голове. Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом.

Сегодня очень теплый день. Возвращаясь со школы, я забежала в библиотеку за новой книгой. Булгаков, «Мастер и Маргарита». Давно хотела прочитать, но мама как-то странно относится к этому произведению. Говорит, что в нем много мистики. Думаю, это предрассудки.

Вчера вечером я долго не могла уснуть. Крутилась и смотрела на ненавистные часы. Именно тогда мне в голову пришел план. Помню, я пообещала маме пойти погулять с подругами. Я сдержу слово и проведу время с друзьями – книгами. От них куда больше пользы. В конце концов, это будет почти не ложь. Почитаю вдоволь, и мама не будет нервничать. Так будет лучше.

– Привет, дорогая, – сказала мама, когда я вошла в дом. Так странно. Она всегда чувствует мое настроение. – Как дела в школе?

– Все нормально. Сегодня писали контрольную по физике, веселым голосом ответила я, поставила обувь в тумбочку и чмокнула маму в щечку.

– И что? Опять будет отлично?

– Думаю, да.

– Молодец. В кого же ты такая умная?

– Не поняла? – шутя, ответила я. – Неужели вы с папой были двоечниками?

– Конечно, нет, – легкий румянец загорелся на маминых щеках, она мгновенно подняла глаза вверх, придумывая. – Просто мы не отличались особыми достижениями. Были обычными. Как сказать, – мама уже покраснела. – Получали иногда пятерки, бывало и тройки. Понимаешь, у нас не было такой стабильности, как вот у тебя.

«Господи, я ставлю свою маму в неловкое положение. Так не годится», – подумала я и перевела разговор на другую тему.

Пообедав, я пошла в свою комнату и начала собираться на «прогулку с подругой». Надела черные лосины, оранжевую футболку и спортивную куртку. Волосы подобрала и сделала высокий хвост. Быстро попрощалась с мамой и выбежала на улицу. Солнце освещало двор. Я улыбнулась. Нежный ветер ласкал лицо, пахло весной.

Часть VI

Лето приближалось к своей кульминации. Август расцвел во всем своем обаянии. Женя сидел в плацкартном вагоне на боковом сидении и смотрел в окно. Деревья, дома мелькали по ту сторону стекла. Женя думал о маме. Правильно ли он поступил? Этот вопрос не давал покоя. С одной стороны, парень так долго мечтал об этой поездке. Но почему же теперь ему хочется вернуться назад, лишь бы не думать о том, как мать жутко переживает.

Прошло три часа с тех пор, как поезд отправился в путь. Впереди лежала долгая дорога на юг.

Напротив Жени сидел его брат Игорь. Разговор никак не вязался. Не выдержав гнетущей тишины, Игорь взял сигарету и ушел курить в тамбур. По дороге он встретил симпатичную девушку и исчез в неизвестном направлении.

Легкое колебание вагона усыпляло. Женя все больше и больше склонялся на локоть. Странные чувства охватывали его.

«Как там мама? – думал он. – Может быть, зря я уехал? Конечно. Она пообещала не волноваться и даже пыталась искренне улыбаться, когда собирала меня в дорогу. Но я ведь не дурак. Знаю, что сейчас она сидит где-то на кухне и думает обо мне, как и я о ней. Бедная… Сколько горя ей пришлось пережить. Потерять ребенка при таких жутких обстоятельствах. Для матери нет страшнее горя. Я ведь не знал эту историю. Иногда обижался, осуждал, не понимая, что за каждым, на первый взгляд, непонятным поступком человека стоит какая-то ситуация в прошлом. Теперь понятно, почему папа так трепетно, с пониманием относится к ней. Любят ли они друг друга? Нет… Между ними нечто большее, чем любовь. Никогда я не видел ни поцелуев, ни заигрываний. Только спокойная жизнь, забота, тепло, – юноша громко вздохнул. – Все… Хватит об этом. Семь дней пролетят очень быстро, и все снова вернется на круги своя».

Солоноватый запах моря, теплый ветер и нежность солнечных лучей. Что может быть прекрасней? Бирюзовые волны танцуют свой бесконечный вальс. Раз, два, три, раз, два, три…

Женя и Игорь сидели в уютном кафе на набережной. Часы показывали три часа дня. Ребята успели немного поплавать, и сразу, даже не высохнув, отправились обедать.

– Я же говорил, что мы успеем сегодня искупаться, – радостно сказал Женя. Подняв руку, юноша позвал официанта. Молодая девушка в красном фартуке улыбнулась и направилась к ребятам.

– Знаешь, глядя на твою кислую мину, мне не хотелось не то, что купаться, а вообще куда-то ехать.

– Прости, не знаю, что на меня нашло.

– Ты, однако, странный человек. Ну о чем можно было париться по дороге на море?

– Я думал о маме. Знаешь, у нее ведь сердце слабое.

– Братишка, ну ты и слюнтяй, – добавил Игорь. – У вас это что, семейное страдать друг за другом?

– Ладно, забудь… Тебе не понять.

– Да куда уж мне. – Парень открыл меню и начал внимательно листать страницы. – Хм, выбрать особо нечего. Ты будешь борщ? – переходя на шепот, спросил Игорь.

– Конечно… И картошку буду. И мясо… Я очень голоден.

– Наверное, переволновался, раз так проголодался, – саркастично хмыкнул Игорь и взглянул на официантку, что стояла рядом, держа в руках блокнот. – Какая красотка будет нас обслуживать, – подмигнул парень и улыбнулся. Та сделала вид, что не услышала.

– Что будете заказывать?

– Принесите нам, пожалуйста, борщ, картошку фри, куриные отбивные, хлеб, пиво. Всего по две порции, – сказал Женя, пока его брат с девушкой обменивались взглядами.

– Пиво какое?

– Самое лучшее в вашем заведении, – добавил Игорь.

– Хорошо, – кивнув головой, ответила официантка. – Спасибо за заказ.

– А она ничего… Особенно сзади, – сказал Игорь, когда девушка скрылась из виду. – Правда?

– Ну как сказать. Хорошенькая конечно. И фигурка ничего.

– Надо у нее телефончик попросить.

– Думаешь, она тебе даст?

– Ха-ха-ха, – засмеялся парень, – поверь, и не только телефончик.

Через несколько минут официантка вновь подошла и поставила перед каждым по бокалу пива. Вскоре на столе появились блюда, которые заказывали братья.

– Как вас зовут, красавица? – неожиданно произнес Игорь, когда девушка снова оказалась рядом.

– Лина…

– Лина?

– Да, Лина, – кокетливо подтвердила она.

– Красивое имя.

– Спасибо… А вы, наверное, только сегодня приехали к нам?

– Да… А как ты догадалась?

– Просто вы еще совсем бледнокожие.

– Что, так сильно заметно? – осматривая свои руки, сказал Женя. Девушка оторвала взгляд от Игоря и посмотрела на юношу.

– Вам срочно нужно позагорать.

– Лина… А ты не хочешь составить нам компанию вечером? Может, погуляем вместе. Все нам покажешь, расскажешь, – включив все свое обаяние, предложил Игорь.

– Нет, ребята. К сожалению, сегодня никак, я допоздна работаю.

– Жаль, – разочарованно протянул Игорь, опустив недовольный взгляд.

– Завтра могу, – неожиданно добавила Лина, с сияющей улыбкой.

– Отлично.

– У меня как раз выходной. Можем вместе сходить на пляж, а вечером я отведу вас на классную дискотеку. Там прикольно. Вам понравится.

– Договорились.

– Ладно… Мне пора идти работать.

– Конечно-конечно.

– Еще увидимся.

– А телефончик свой оставишь?

– Оставлю… Почему бы и нет?

Когда девушка отошла, довольный собой Игорь улыбаясь, радостно потер ладони. Его глаза горели. Хитро поглядывая друг на друга, ребята медленно распивали пиво. Через полчаса, когда они попросили счет, Лина оставила свой номер телефона. Попрощавшись, они договорились встретиться завтра в девять утра у входа на главный пляж.

Утро… В просторном двухместном номере, завернувшись в ярко-оранжевые одеяла, спали Игорь и Женя. Большие часы на стене чуть слышно шумели стрелками, оставляя позади секунду за секундой. Когда одна из стрелок на циферблате дошла до отметки «восемь», будильник начал звенеть с нарастающей громкостью.

– Выключай, – раздраженно крикнул Женя и накрыл голову подушкой. Игорь очень медленно поднялся, громко зевнул, потянулся и только потом отключил будильник. Усевшись на край кровати, парень снова закрыл глаза и, кажется, на секунду вновь впал в дремоту. В первый день отдыха братья хорошенько погуляли и вернулись домой лишь на рассвете.

– Женя, – хрипло позвал Игорь. – Вставай. У нас назначена встреча с Линой. Она нас ждет.

– Нас? – еще более раздраженно отрезал его брат, высовывая голову из-под подушки. – Да мне твоя Лина даром не нужна. Сам иди к ней, а я спать хочу.

– Ты что, совсем уже? – Игорь стянул с него одеяло и пнул в ногу.

– Давай… Просыпайся.

– Не трогай меня. Ты вчера до четырех утра таскал меня по разным кабакам, клубам, а теперь хочешь, чтобы я бодрячком встал в восемь утра и пошел с тобой на пляж. Нет уж. Я хочу спать. Точка!

Игорь молча зашел в ванную, почистил зубы и вернулся в комнату со стаканом холодной воды, которую вылил на голову брату.

– Да пошел ты, – крикнул сонный Женя и бросил в него подушкой.

– Без пятнадцати девять ребята уже закрыли номер и отправились на пляж.

– Я тебе этого никогда не прощу, – говорил Женя, громко зевая.

– Перестань… Сейчас уляжешься на мягком песке, и никто тебя трогать не будет.

– Какой же ты умный.

Парни замолчали, увидев двух девушек, которые стояли у ворот, ведущих на пляж. Одна из них была Лина. Рядом с ней стояла красивая незнакомка, в красном купальнике, обтягивающем пышную грудь.

– Привет, привет, – улыбаясь, сказала Лина, когда молодые люди подошли к ним.

– Привет, – в один голос ответили братья.

– Вы опоздали на три минуты, – игриво начала девушка. – Кстати, познакомьтесь с моей младшей сестрой.

– Даша, – протягивая руку, сказала незнакомка в красном купальнике и обольстительно улыбнулась.

– Женя, – слегка смутившись, произнес юноша.

Игорь…

– Очень приятно, – сказала Даша и посмотрела на сестру.

– Ну что, ребята. Пойдемте к морю, пока лучшие места не заняли.

– Я в шоке, – шепнул Женя брату.

– Лина, – обращаясь к девушке, сказал Игорь.

– Что?

– Купальник идет тебе гораздо больше, чем форма официантки. Я очарован.

– Спасибо.

Все четверо громко рассмеялись.

Что такое любовь? У каждого человека есть особое толкование. Часто признания в любви произносятся без истинных чувств. Кто-то строит себе иллюзии, потому что так проще жить, ведь зачем искать настоящую любовь, если ты сам создал подделку и готов довольствоваться ею?

Настоящая любовь величественна, когда любишь – нет сомнений. Есть только невесомая частичка Рая внутри души, которая разливается приятным теплом по телу человека и вдохновляет на добро и нежность.

Женя был юн и наивен. Мама всегда внушала ему, что любовь – главное чувство человека. Свое отношение к Даше он решил назвать именно этим громким словом.

Женя и Игорь ждали сестричек в маленьком кафе недалеко от базы отдыха. Даша и Лина опаздывали.

– Ну как там у вас с Линой? – сделав глоток пива, спросил Женя.

– Все прекрасно, – хитро улыбаясь, ответил брат. – Секс, наркотики, рок-н-рол. Люблю девчонок, которые знают, чего хотят и долго не ломаются.

– Ну да…

– Мы отлично проводим время…

– Ну, а что дальше?

– Что дальше, что дальше. Уеду и все.

– Ты собираешься ее бросить?

– А мы и не встречались, это курортный роман. Я просто уеду домой. Жека, ты меня удивляешь, это же очевидно.

– Для меня нет!

– Еще скажи, что ты влюбился в Дашу и повезешь ее знакомиться с мамой?

– Хорош уже подкалывать меня. Я просто планирую продолжить с ней отношения.

– Подожди, подожди. Ты хочешь сказать, что будешь жить в столице, она останется здесь, вы будете видеться на майские праздники и Новый год?

– Ну и что такого?

– Ну что такого?! Прием, Земля вызывает космонавта Женю!

– Нам хорошо вдвоем! – возмутился парень.

– Ради хорошего секса курортные романы и завязываются.

– Да о чем ты, я просто влюбился. Что в этом плохого?

Откинувшись на спинку стула после небольшой паузы, Игорь сказал:

– Она у тебя первая.

– С чего ты взял? – Игорь с любопытством пялился на брата. – Да. Первая. Ну и что?

– Ничего… Ничего… Ты скоро сам все поймешь, – не сдерживая улыбку, ответил парень.

– Чего ты ржешь? – раздраженно спросил Женя, доставая сигарету.

– Ты еще и куришь?

– Заткнись! – яростно произнес юноша и посмотрел в глаза брату. – У меня что, не может быть своего мнения?

– Все, все… Успокойся… Прости. Даша – опытная девушка, знает, как доставить мужчине удовольствие. Так как она у тебя первая, тебе не с чем сравнить эти чувства.

– Давай закончим этот разговор. Он меня напрягает.

– Как хочешь, – ответил Игорь, и тоже закурил. Женя смял сигарету в пепельнице и вышел на улицу.

Вокзал… Это место чем-то напоминает муравейник. Люди, словно мурашки, спешат по своему маршруту. Воздух пронизан суетой и волнением.

Может быть, ты останешься. Хотя бы на пару дней, – грустно просила Даша. Женя нежно обнимал ее, гладя черные волосы. Игорь стоял рядом и держал две сумки.

– Солнце. Мы уже это обсуждали. Нам пора уезжать. Не плачь, умоляю.

– Легко сказать: «Не плачь», – прижимаясь крепче, продолжала девушка.

– Я бы тоже поплакал, но поезд нас ждать не будет. Давайте, закругляйтесь, нас Женина мама ждет.

– Ну, ты и дурак, – раздраженно, сказал Женя, потом последний раз провел рукой по Дашиным волосам, поцеловал ее в висок и, взяв сумку, направился к вагону. Толстая, неприветливая проводница подозрительно посмотрела на парней. Тщательно проверив билеты, она наконец позволила им пройти. Братья остановились у четвертого купе. Бросив сумки под сидения, оба подошли к окну. На перроне все еще стояла Даша. Заплаканная красавица махала ребятам рукой, грустно улыбаясь. Когда поезд вздрогнул, девушка заметно занервничала. Ее глаза заблестели от слез.

– Смотри, как переживает, – тихо сказал Игорь. – Ты покорил ее сердце.

– Прекрати. Она – хорошая. Немножко глупенькая, зато очень милая.

– Вот это да… Ты успел заметить еще что-то, кроме ее дынек? – прыснул со смеху Игорь.

– Заткнись.

– Бессердечный… Смотри до чего довел бедную девочку, – издевался Игорь, продолжая махать рукой.

– Когда же ты успокоишься… Она мне нравится, а ты ее оскорбляешь.

– Ты же только что сам назвал ее тупицей. Может, ты думаешь, что она последняя девушка, с которой ты переспал?

– Ты зациклен на сексе.

– Все зациклены на сексе.

– Секс – это не главное!

– Ну и что же тогда главное?

– Чего ты придираешься. Честно, меня уже тошнит от тебя.

– Ладно, не злись… Давай теперь серьезно поговорим.

– О чем с тобой разговаривать?

– Послушай, когда-нибудь ты поймешь, почему я не мог удержаться от смеха, когда ты рассказывал мне о безумной любви с первого взгляда к девушке с огромными буферами, которая к тому же была твоим первым сексуальным опытом. Ты, мой мальчик, еще даже не представляешь, что такое любовь. Поэтому расслабься и не обижайся. Женя, чувствовать симпатию, удовлетворение и даже душевный подъем – это нормально, эти же эмоции ты будешь испытывать к любой смазливой девчонке. Любовь коснется твоего сердца уже в зрелом возрасте, и тогда ты поймешь, как ничтожны были все прошлые отношения.

После этих слов в купе повисла тишина. Игорь прилег на полку и закрыл глаза. Солнечные лучи играли на его лице. Стук колес убаюкивал. Женя поставил бутылку с водой на столик и придвинулся к окну. Там медленно проплывали картины жизни. Как же быстро летят годы. Сидишь, вспоминаешь прошлое, и начинает казаться, что это происходило не с тобой. Как будто все было сном. Дом, школа, университет, работа, суета. Как тает снег, так иногда тает память. Проходят десятки лет, а некоторых дней, недель, годов словно и вовсе не было. Так стирается половина жизни. Просто мозг решил считать это все неважным. Хотя даже такие стертые воспоминания могли бы согреть душу в трудные минуты. Печально, что их уже нет. Они исчезли и неизвестно, было ли это на самом деле.

Часть VII

Свадьба… Это что-то невероятное, феерическое. Белоснежное пышное платье невесты, улыбки, слезы счастья. Кажется, благодаря этому ритуалу, люди создают иллюзию сказки. Мне посчастливилось однажды увидеть все это вживую.

Катя стояла, словно принцесса, в шикарном, вышитом самоцветами и бисером платье. Такая красивая, светлая, чистая и счастливая.

Сколько любви и вдохновения в глазах Игоря. С восхищением и трепетом он смотрел на свою невесту. Я наблюдала за этой прекрасной парой и не могла налюбоваться. Их чувство особенное. Еще совсем хрупкое, но сильное. Ах, как хочется, чтобы эти глаза сияли всю жизнь.

Как долго они искали друг друга. Стоило прожить тридцать лет, чтобы отыскать настоящую любовь. А если бы они не дождались этой встречи? Если бы не выдержали одиночества и согласились на иллюзию. Видимо, жили бы дальше и уговаривали себя, что все в порядке и они счастливы. Но это было бы ложью. Все приходит вовремя, главное уметь ждать.

Я стою в церкви. Проходит обряд венчания. Как же здесь хорошо. Спокойно… Поет хор, и эти голоса приятным холодком разливаются по телу. Закрываю глаза и вижу свет, чувствую гармонию. Два человека стоят перед алтарем.

Смотрю на маму с папой и сожалею, что не видела, как когда-то давно венчались они. Мне бы так хотелось быть рядом с ними в этот наполненный счастьем день! Господи, мне так хорошо здесь. Спасибо за все Твои подарки. За этот шанс жить и познавать столько нового. Благодаря Тебе, я смогу увидеть венчание моих родителей. Мамины воспоминания расскажут мне, как это было.

Звонкий голос отвечает: «Да» и этот ответ улетает эхом вверх, к золотому куполу и выше! За ним мужской голос подтверждает: «Да». Эти слова мелодией звучат в моем сознании. Молодожены целуются. Как мне хочется однажды предстать перед алтарем с тем, кого я действительно люблю. Это обязательно однажды произойдет! Совсем скоро я отыщу его.

Просторный зал, украшенный цветами и разноцветными воздушными шариками. Здесь так уютно. Так много людей, но я никого не знаю. Очень приятно находиться в таком окружении, где все настроены на одну счастливую волну.

«Дорогие Катя и Игорь. Желаю вам пронести сквозь всю свою жизнь тот огонек, который вы зажгли сегодня. Желаю навсегда запомнить этот день. Желаю, чтобы ваши, уже совместные мечты, обязательно осуществились», – произнесла моя мама, когда все сели за праздничный стол. Первый тост в их совместной жизни. Тонкая слезинка скатилась по маминой щеке…

Сижу за праздничным столом между папой и мамой. Напротив меня молодожены. Я смотрю на них, и что-то невероятное творится в моей душе, я наслаждаюсь каждым мгновением, красотой этого торжества.

– Ты у меня такая красавица, – тихо произнесла мама, наклоняясь ко мне. Я улыбнулась в ответ. Раньше никогда не уделяла слишком много внимания своей внешности, но сегодня я действительно мила. Желтое платье подчеркивает мою фигуру. Длинные темные волосы, распущенные и подкрученные на кончиках, аккуратно спадают с плеч. Лицо открыто, выделены глаза и губы. Желтые босоножки на тонком каблуке делают меня выше и тоньше. Когда я посмотрела на себя в зеркало, то не узнала. «Ах, если бы меня увидел Женя? Нет… Не надо сегодня думать о нем, не нужно грусти».

Гости постоянно кричали: «Горько». Я рассматривала людей… Разных женщин и мужчин. Сегодня мне представилась возможность увидеть множество новых лиц. Я старалась ничего не читать в глазах, чтобы ненароком не испортить момент.

Вдруг недалеко от нашего столика я увидела свободное место. Его оставили специально… Но для кого? Все гости давно пришли. Застолье продолжается уже почти два часа.

– Мама, – наклонившись немного вправо, начала я.

– Что, солнышко?

– Смотри, свободное место… Для кого оно?

– Еще должен приехать один гость, которого очень ждут молодожены. Точнее, жених.

– А кто это?

– Подробной информации я вам дать не могу, – шутливо ответила мама и рассмеялась. – Я знаю только, что он двоюродный брат Игоря. Солидный мужчина. Бизнесмен. Катя перед свадьбой немного о нем рассказывала. По ее словам, он очень хороший. Не женат. Много работает. Что же еще рассказать. Ну. Сегодня он опаздывает, поскольку только после обеда должен прилететь из командировки.

– Спасибо, – сказала я.

– Ангелина, вас больше ничего не интересует? – игриво продолжала мама свою роль.

– Нет… Вы удовлетворили мое любопытство.

– Какая же она смешная, когда немного выпьет. Забавная. Интересно посмотреть на этого человека. Люблю читать людей, о которых хорошо отзываются. Иногда они оказываются не теми, кем кажутся.

Праздник продолжается. Ведущий объявляет новые конкурсы, все улыбаются и я вместе с ними… Мне очень хорошо.

Я сижу за столом и продолжаю наблюдать за всем, что происходит вокруг. Играет веселая музыка. Гости радостно танцуют, а в центре круга выплясывает невеста. Она – королева этого бала. Поймав мой взгляд, Катя зовет меня. Улыбаясь, я качаю головой в знак отказа на ее предложение. Кажется, я покраснела. Если бы я могла танцевать, то с удовольствием бы присоединилась. Жаль, совершенно не умею этого делать.

Я не понимаю почему, но меня что-то тревожит, волнует изнутри. Крошечный комок нарастает в горле. Что-то должно произойти…

Я внимательно слушаю тост, смотрю на реакцию невесты. Игорь стоит с бокалом шампанского, слушая поздравления крестной мамы. Вдруг жених перевел взгляд. Оборачиваюсь и вижу мужские руки. В них огромная корзина цветов. Розы… Красные и белые. Такого большого букета я никогда не видела. Все гости обратили внимание на опоздавшего. Сердце бешено заколотилось, когда мне удалось разглядеть знакомые черты. В этот миг стало трудно дышать, ноги онемели. Я видела, как Женя обнимает жениха. Мой мальчик, мой свет, ради которого я пришла в этот мир. Когда-то нежные линии стали грубее, но все равно он все тот же. Просто не могу поверить своим глазам.

– Доченька… Милая… Тебе что, плохо? – слышу я сквозь шум в ушах.

– Да, мне плохо, – еле слышно ответила я, не отводя взгляд от своего любимого.

– Что у тебя болит? – допытывалась мама. Я посмотрела на нее.

Боже мой… Она побледнела и стала словно мраморной.

– Нет-Нет, мамочка, не волнуйся ты так. Все нормально, просто на мгновение закружилась голова. Сама не знаю почему.

– Что же это такое? На тебе нет лица… Может пойдем домой?

– Нет! – сорвалось с моих уст. Впервые я ответила маме грубо и категорично. Больше она ничего не спрашивала. Просто сидела и наблюдала за мной. А я наблюдала за Женей, не отводя ни на секунду глаз от любимого лица. Как же мне хотелось встать из-за стола и подбежать к нему, крепко обнять и рассказать все, заплакать на его плече и почувствовать тепло.

К Жене с Игорем подошла Катя. Молодоженов я видела, будто в тумане. Только Женя четким образом стоял в моем сознании. Как же он изменился! Такой взрослый, мужественный! Высокий… Как искренне он улыбается. Я помню эту улыбку. Как и тогда, он дарит ее не мне.

Я так долго ждала этой встречи, а сейчас сижу, словно подбитая птица и не знаю, как себя вести, что делать, как быть. Сердце рвется из груди, а душа желает лететь к нему. На этом стуле меня держит лишь страх. Как больно осознавать, что он меня совсем не знает и не помнит! Я для него просто незнакомая девочка, а он для меня – весь мир!

Как же часто я представляла себе нашу встречу, а все произошло в тот момент, когда я этого совсем не ожидала. Мне так хочется, чтобы он хоть разочек взглянул на меня. Но для него меня не существует, как и много лет назад! Оказывается, даже имея тело, можно оставаться незаметной.

Все внимание Жени было сосредоточено на Кате и Игоре. Он дарит им улыбки и даже не догадывается о том, что в этом зале есть сердце, ждавшее его столько лет! Господи, помоги мне. Что же делать? Я опустила взгляд, сдерживая слезы отчаяния.

– Ангелина, – послышался голос отца. – Это выглядит не очень красиво, когда ты так откровенно смотришь на взрослого мужчину. Тебя могут просто не понять.

– Что?

– Я говорю, нечего пялиться на брата жениха. Это некрасиво, – раздраженно повторил папа. Я встала из-за стола и ушла. Мама пыталась пойти за мной, но отец ее остановил.

– Не трогай ты ее. Похоже, пришел переходный возраст, – едва послышалось мне. Я спешила… Слезы вырвались из глаз, будто я не плакала сотню лет. Я разрыдалась перед зеркалом в туалете. На душе было так горько. Как же невыносимо видеть его и понимать, что он ничего не знает о тебе. Я билась в истерике. Ведь для всех я просто маленькая девочка, у которой переходный возраст.

– Послышался легкий стук в дверь. Я замерла…

– Доченька, ты здесь? Открой, пожалуйста, – ласковым голосом сказала мама. Я медленно прокрутила дверной замок. Она вошла и молча обняла меня. Уткнувшись в ее плечо, я заплакала еще сильнее. Мама ничего не спрашивала, просто нежно прижимала меня к себе, поглаживая рукой мои волосы. Долгих пять минут я выплакивала боль. Потом понемногу успокоилась. Стало легче. Мама посмотрела мне в глаза и улыбнулась:

– Все… Давай больше не будем плакать. Мы ведь на свадьбу пришли. Здесь нужно веселиться.

Я улыбнулась в ответ. Очень нежно мама умыла меня. Понемногу мне становилось лучше.

– Спасибо, мама…

– Милая моя… Давай, соберись, успокойся. Сейчас подведем твои глазки. Расчешем волосы и припудрим лицо. Ты ведь хочешь быть самой красивой? – Я посмотрела на нее. В этом тонком намеке было столько понимания и доброты. Я так люблю ее. Что бы я без нее делала?

За окнами уже вечер. Я вновь сижу за праздничным столом. Время от времени смотрю на соседний стол, за которым сидит Женя. Он стал другим, намного старше. Но, несмотря ни на что, все такой же родной. Его глаза. Как я хочу в них заглянуть. Хочу в них утонуть. Как тогда… На берегу моря. Как давно это было. Сколько ему сейчас лет? Я никогда не думала об этом, а сейчас понимаю, что такой нюанс, черт возьми, важен. В синем костюме он неотразим. Время от времени он улыбается, и я таю от этой улыбки. Хоть бы раз взглянул на меня. Хотя бы на миг. Его пухлые губы, белоснежные зубы, смуглое лицо. Он – самый красивый человек на земле. «Я люблю тебя…», – хотелось закричать на весь зал. Это безумие. Я схожу с ума.

Ведущий пригласил гостей в центр зала, веселая музыка заиграла громче. Невеста кокетливо вышла на танцпол. За ней последовал Игорь.

Женя сидит на своем месте и разговаривает с незнакомцем. Вдруг я чувствую на своем плече чью-то руку. Испуганно оборачиваюсь. Рядом со мной стоит невеста. Сама не знаю как, но через мгновение оказываюсь в середине танцевального круга. Катя держит меня за руки и я перебираю ногами, чтобы не упасть. Не хочу испортить настроение невесте, поэтому улыбаюсь и делаю вид, что мне нравится!

– Тебе весело? – спросила невеста.

– Да, – рассеянно ответила я и опустила взгляд. Мне не хотелось больше разговаривать. Даже с Катей. Став лицом к праздничным столам, я начала искать его глазами. Жени уже не было на месте. Я немного запаниковала, но, через миг вновь нашла его в толпе.

Мы встретились глазами. Дух перехватило. Этот момент я не забуду никогда. Выразительные зеленые глаза. Они смотрят мне прямо в душу. Я застряла в этом мгновении. Просто очарована им.

Наконец Женя опустил глаза. Мне пришлось сделать то же самое.

– Куда ты так страстно смотрела? – заинтересованно спросила Катя, кружа меня, как куклу в танце.

– Никуда, – тихо ответила я, а в голове все еще стояли те зеленые глаза.

– Ах, я поняла. Ты на красавчика Женю засмотрелась? Пойдем, я вас познакомлю.

– Нет… Нет… Нет… – волна страха накрыла меня с головой. Но Катя не отреагировала на мои протесты. Мы уже приближались к нему. Сердце выпрыгивало из груди.

– Женя… Познакомься. Это – дочь моей лучшей подруги. Очень хорошая девочка. Как и все, уже очарована твоей красотой и обаянием, – меня смутили слова Кати, я покраснела, а Женя искренне улыбнулся.

– Очень приятно, – произнес он, спустя несколько секунд.

– И мне… – прохрипела я. Горло будто сжало волнение. Женя протянул мне руку. Я испуганно посмотрела на нее, а когда он прикоснулся – чуть не потеряла сознание.

– Думаю, вы найдете общий язык, – Катя еще раз улыбнулась игриво, подмигнула мне и ушла.

Несколько минут мы молча смотрели друг на друга. Женя улыбался, будто перед ним стояла какая-то странная особа. Наверное, я действительно выглядела странно. Но, ничего не могла собой поделать.

Зазвучала медленная музыка. Я продолжала неотрывно смотреть ему в глаза. Меня совершенно не волновало, что происходит вокруг.

– Пойдем, потанцуем, – тихо произнес он. Я кивнула головой и смущенно улыбнулась. Женя снова коснулся меня одной рукой и это прикосновение взволновало меня еще сильней. Мы остановились в середине зала.

– Женя обнимал меня и я была самой счастливой. Он положил одну руку мне на талию, другой взял правую ладонь и медленно притянул к себе. Очень робко я прижалась к нему. Так начался наш первый танец. Мы просто молчали. Его щека была так близко. Своими устами я почти касалась его кожи, наслаждаясь приятным ароматом. Голова кружилась от восторга.

– Как тебя зовут? – спросил Женя. – Катя совсем забыла назвать имя, когда нас знакомила.

– Ангелина, – ответила я и заглянула ему в глаза.

– Ты такая интересная. Никогда не встречал столь необыкновенных девочек. – Я не знала, что ответить. Только чуть улыбнулась. Слово «девочек» почему-то больно кольнуло мое сердце.

– Я впервые танцую медленный танец. Первый раз танцую с мужчиной.

– Поздравляю с премьерой.

– Спасибо, – солнечно ответила я.

– Теперь ты меня никогда не забудешь. Свой первый танец с девушкой я помню до сих пор.

– Я и так тебя никогда не забуду! Танец здесь ни при чем, – вырвалось из моих уст. Он удивленно посмотрел на меня, а после сделал вид, что не услышал. Я отвела взгляд первой и снова погрузилась в аромат его кожи.

Танец закончился. Закончилась и свадьба. Сказка испарилась, исчезла. Я снова лежу в своей постели и не могу уснуть.

Три часа ночи. Мы вернулись в двенадцать. Я в панике и отчаянии. Невыносимо ноет все тело, не могу смириться с тем, что Женя опять далеко.

Не могу найти себе места. Я не знала его в этом мире. Не видела и просто ждала встречи. Конечно, мне было плохо и горько от этого. Но сейчас я готова умереть от мысли, что нашла его и опять потеряла. Он не помнит меня, не знает ничего об истории моей любви! Я думала, наше счастье так близко, а оказалось, оно далеко за горизонтом.

Что есть между нами? Невидимый поцелуй и танец. Для меня это самое ценное, что было за все эти годы, а для него – лишь миг, который остался позади.

Аромат его тела до сих пор заполняет мое сознание, нежная кожа и большие, горячие ладони. Почему закончилась эта песня? Почему его позвали за стол и забрали от меня? Почему он больше не подходил? Я так ждала. Так ждала, что он вновь взглянет мне в глаза. Мне хотелось узнать, как он жил все эти годы.

Почему? Почему он всегда отводил взгляд, когда я заглядывала ему в душу. Мне так и не удалось прочитать его судьбу. Я была очень растеряна, не видела никого, ни отца, ни матери. Помню, меня позвали домой. Только тогда я опомнилась и осознала, где я. Видимо, им было стыдно за меня. Но что я могла поделать с собой? Как могла скрыть взрыв, разорвавший мой мир на тысячу осколков?

Как мне теперь жить? Что делать? Чего ждать? Я нашла его и опять потеряла. Как нам снова увидеться? Боже, на что мне надеяться, если он считает меня «маленькой девочкой»? Нет, нет, нет. Я верю, он сможет полюбить меня также сильно, как я его. Верю, несмотря ни на что.

Тягостные мысли жгут меня изнутри, я истощена. Нужно заставить себя немного вздремнуть. Я хочу забыться, не думать, не плакать, не страдать. Я так устала. Нужно набраться сил. Но как заставить себя уснуть, когда в голове бурлит вулкан мыслей. Как же болит голова, болит сердце и душа. Я устала от этой сложной жизни. Мне так хочется покоя, гармонии, я соскучилась по морю и радуге.

– Доченька. Ангелиночка! – эхом слышалось мне с какой-то пропасти. Мамин голос. Такой нежный. Замедленное воспроизведение реальности. – Солнышко… Милая моя. Просыпайся, – уже более четко услышала я. Открыть глаза было очень сложно. Казалось, мои ресницы приклеились друг к другу.

– Доброе утро, мам, – сонным голосом ответила я, потом прокашлялась.

– Бедная моя. Ты такая бледная, глаза красные. Уже два часа дня, а ты все спишь, – взволнованно говорила она. – Хорошо, что за окнами лето, у тебя каникулы, не нужно идти в школу. Я бы, наверное, не осмелилась разбудить тебя в семь утра.

– А где папа? – очень тихо спросила я. Почему-то сейчас мне было чрезвычайно стыдно именно перед ним.

– Он уехал на свадьбу. Сегодня отмечают второй день. Утром позвонил Игорь и пригласил нас в ресторан. Но я отказалась. Кажется, там будут только мужчины.

– Только мужчины? И Женя будет? – не подумав, спросила я. Мамино лицо стало еще более взволнованным. Я заглянула ей в глаза. Ужас! Сколько мыслей в этой голове. Боже, я вижу себя в ее воспоминаниях. Такая сумасшедшая, будто не от мира сего. Как откровенно я смотрела сквозь толпу на взрослого мужчину. «Что случилось с нашей дочерью? Такой я никогда ее не видел», – звучал голос отца в маминых мыслях. Я не замечала, как на меня реагировали гости.

«Твоя малышка, кажется, влюбилась…», – послышалось мне. Это был голос Кати. Не ожидала от нее такой насмешки. Но что тут думать, как воспринимать маленькую девочку, глазеющую на взрослого мужчину? Мама… Моя бедная мама. Ей так неловко от взглядов, которые бросали на меня, на нее, на отца. Неужели людям не все равно?

Доченька, – осторожно начала мама. Я уже знала, о чем пойдет речь. Она, в отличие от папы, совсем не сердится на меня. Даже наоборот – искренне сопереживает.

– Да мам…

– Ты влюбилась моя милая?

– Влюбилась.

– Хм… Как же это сказать, – подбирая слова, взволнованно продолжала она. Ее глаза блестели слезинками. Нет, нет, нет… Она не должна плакать. Я ей не позволю:

– Мамочка… Я понимаю насколько глупым было мое поведение вчера. Прости меня, пожалуйста.

– Что ты… Не извиняйся. Ты не виновата. Такое бывает, – очень быстро проговаривала она. – Любовь – это прекрасно. Просто нужно научиться себя контролировать. Вчера ты выплеснула наружу все свои переживания. Как это не трудно, но женщина должна научиться держать их при себе. Так у нее будет больше шансов на победу. Понимаешь, мужчины любят загадки, интриги. А ты – словно раскрытая книга. Вчера почти все прочли тебя.

– Слушая, как мама осторожно говорит, я ждала, что она хоть что-то скажет о разнице в возрасте. Но ни слова об этом она не произнесла. Конечно, это беспокоило ее, но она не осмелилась заговорить на эту тему.

– Мама.

– Что моя любимая? – обнимая меня, спросила она.

– Почему ты не говоришь о разнице в возрасте? Мама помолчала, прежде чем ответить.

– Меня действительно очень тревожит, что моя дочь так увлеклась взрослым мужчиной. Но что с этим поделать? Вчера ты показала, что все слишком серьезно. Понимаешь, любовь не выбирает. Просто так вышло. Ты увидела его и не могла больше отвести свой взгляд. Теперь я могу лишь давать тебе советы, как лучше поступить в тех или иных ситуациях. Научить тебя контролировать свои поступки и эмоции мне под силу. Но выбросить из головы и сердца человека, который уже попал туда – невозможно. Прости за мою жестокость, но он может просто не ответить на твои чувства. А еще хуже, если ответит, а потом откажется от них. Я не могу тебе ничего гарантировать. Просто знай. Если у тебя есть силы бороться с собой – борись, поскольку ничего хорошего из этого, скорей всего, не выйдет. Я очень хочу, чтобы ты улыбалась, чтобы была счастливой. Безответная любовь счастья не приносит, – прижимая меня к себе, вздохнула мама.

«Мамочка… – думала я, – если бы ты только знала, что все уже давно решено. Я ничего не могу с собой поделать».

Весь этот день мы провели в постели. Дремали, разговаривали, думали, мечтали. Оказывается, мама тоже всю ночь не спала.

Вечером пришел отец. Он был в хорошем настроении.

– О-о-о-о… Мои дорогие устроили себе пижамный день, – целуя меня и маму, произнес папа. Я со страхом посмотрела ему в глаза. Но на удивление, обиды на меня там не было. Даже мысли о вчерашнем дне испарились.

– Привет, милый, – ответила мама с нежностью.

– Привет, пап, – добавила я.

У меня для вас сюрприз, – начал он. – Через неделю мы на пять дней улетаем в Грецию. Эту поездку организовал брат Игоря – Женя. Едут молодожены, брат жениха и наша семья. Этот Женя – крутой мужик. – Мое сердце встрепенулось, я боялась радоваться, пока не проверила, что его слова правдивы. В его воспоминаниях я увидела этот разговор. Неужели это правда и мы целых пять дней будем вместе?

Часть VIII

– Как я рад, что мы с вами познакомились, – улыбаясь, произнес седоватый мужчина, обращаясь к собеседнику.

– Я тоже очень рад нашему знакомству. Для меня большая честь присоединится к вашей команде, – сказал молодой человек в сером костюме и улыбнулся.

В маленьком уютном ресторанчике, за круглым столом сидело двое мужчин – Женя и известный бизнесмен Владимир Александрович Полевой. На позолоченном подносе стояла полупустая бутылка дорогого коньяка и блюдце с тонко нарезанным лимоном. Собеседники держали в руках округлые бокалы. Кивнув друг другу, они одним глотком выпили.

– Евгений, признаюсь, я еще не встречал таких способных и перспективных людей в твоем возрасте. Обычно ума да разума набираются к годам эдак сорока. Знаешь, я ведь долго к тебе присматривался. Мои люди собирали отзывы, наводили справки. Ты меня и вправду поразил. Богатый опыт работы, прекрасные отзывы, идеальная биография.

– Благодарю за приятные слова. Мне лестно слышать их от столь успешной и влиятельной персоны.

В сентябре начнется наш контракт. Два года пролетят как одно мгновение. Обещаю, мы сделаем большие деньги. Если все сложится хорошо, продолжим наше сотрудничество, только уже по другим схемам.

– Честно говоря, мне было нелегко принять это решение. Перспектива работы в Германии очень заманчива, но ведь все, что я делал, было ради моих родных и близких. Покинуть их на целых два года будет тяжелым испытанием, – с грустной улыбкой продолжал Евгений.

– Не волнуйся. Ты даже не почувствуешь, как быстро пролетит время. Обещаю, график будет очень плотным, – подмигнул Полевой.

– Вы правы…

– Я уже обо всем позаботился. На два года специально для тебя арендована отличная квартира в центре города, мы предоставляем тебе личную машину и оплачиваем все необходимые затраты. Если будут еще какие-то пожелания, обращайся! Все организуем.

– Владимир Александрович. Спасибо! Я очень благодарен за беспокойство. Надеюсь, у нас сложатся хорошие деловые и дружеские отношения.

– Ты – профессионал своего дела. Я заинтересован в том, чтобы ты хорошо работал. Поверь, так хлопотать в моих интересах. Я делаю это не из вежливости или симпатии, а потому что во многом от твоих мозгов будет зависеть, насколько быстро мы заработаем наши миллионы!

– Спасибо за откровенность… Я ее очень ценю!

– Раз мы обо всем договорились – завтра мой человек подвезет в отель все необходимые бумаги. Подпишешь контракт и приступим к работе.

– Хорошо. Только у меня к вам одна просьба. Завтра в двенадцать я улетаю в Киев. Мой брат женится, нужно во чтобы-то ни стало, успеть к нему на праздник.

– Конечно… Нет вопросов. Документы подвезут с самого утра. Ты не хочешь подводить брата, а я не намерен подводить тебя!

– Спасибо! Рад, что мы понимаем друг друга.

– И я. В команде всегда должны быть хорошие отношения между партнерами, в этом залог успеха! – Пожимая руку собеседнику, удовлетворенно произнес Полевой. – Надеюсь, сегодня ты никуда не торопишься?

– Сегодня я полностью свободен, – ответил Женя.

– Тогда предлагаю хорошенько отметить наш союз. С твоей головой и моими связями мы быстро покорим все вершины.

– За это и выпьем, – разливая остатки коньяка, сказал Евгений. Владимир Александрович подозвал официанта и заказал еще бутылку, потом взял бокал в руку и с удовольствием выпил до дна, словно это был не коньяк, а сладкая вода.

– Что мы с тобой все о делах да о делах. Лучше расскажи о себе.

– Я привык много работать. Всегда стремился быть лучшим, первым.

– Хм, и я таким был… Сколько энергии во мне кипело. Ах, как вспомню. Золотое время, золотые годы. Кстати, ты служил в армии?

– Нет, не доводилось.

– Зря, армия – лучшая школа. Я во многом благодарен тем временам. Именно армия воспитывает настоящих мужчин, настоящих воинов.

– Сейчас уже не та армия, что была раньше.

– Да нет, сейчас просто развелось много тюфяков и слабаков. В нашем мире выживают сильнейшие.

– Ну, я не считаю себя слабаком, но в армию никогда не хотел идти и приложил для этого все усилия. Оружие, драки – это все не для меня. Я предпочитаю самоутверждаться в другом.

– Ну, ты даешь, – рассмеялся Владимир Александрович.

Первый раз встречаю мужчину, который не любит оружие. Ничего, как-нибудь пойдем вместе на охоту. Вот увидишь. Это невероятный кайф завалить кабана или медведя. Потом снять шкуру и сделать трофей. У меня есть отличный финский нож, который идет как по маслу, отделяя шкуру от плоти.

– Никогда не был на охоте… Не уверен, что смогу убить животное.

– Сможешь… Это очень просто, в этом есть свое наслаждение.

– Не знаю, не знаю.

– Ладно, об охоте потом поговорим. Что на счет семьи? Так понимаю, жены, детей нет.

– А откуда им взяться. Для меня работа всегда была на первом месте.

– Ну, иногда нужно расслабляться. Женщины – хороший антидепрессант.

– Возможно…

– Ничего, между тяжелыми трудовыми буднями у нас будут и отличные выходные. Я покажу тебе, как надо отдыхать.

– Договорились, – ответил Женя и сделал еще один глоток. – Вы ведь тоже родом из Украины?

– Да… Родился в Виннице. Много лет прожил в Киеве. После армии пошел работать в службу безопасности. В тридцать пять переехал жить в Германию, открыл свой бизнес. Ах, связи и знакомства – вот золотая жила нашего времени. Мне повезло с друзьями.

Утро… Навязчивый звон будильника заставил Женю открыть глаза. Голова немного кружилась. Он потянулся «звездочкой», лежа на большой дубовой кровати, затем осторожно встал и подошел к окну. Увидев зеленый, освещенный утренними лучами солнца парк, он улыбнулся. Сделав легкую зарядку, Женя отправился в ванную. Принимая контрастный душ, напевал себе под нос веселую песню. Настроение было прекрасным. Вытершись полотенцем, он вернулся в спальню.

«Так-так… Который час? – прозвучало в его мыслях и он рефлекторно потянулся к золотым наручным часам, которые лежали на тумбочке возле кровати. – Половина восьмого. Пора собираться!».

Одевшись, Женя сложил вещи в мужской кожаный ридикюль. Через полчаса зазвонил телефон. Девушка с ресепшена сообщила о визите курьера от господина Полевого. Через мгновение послышался громкий стук. Евгений открыл дверь.

– Добрый день, – сказал высокий, статный мужчина в черном костюме.

– Проходите, – пригласил Евгений, указав рукой на маленький диванчик.

– Спасибо, – присев, посланник от господина Полевого открыл свой кейс и достал синюю папку с бумагами. Евгений молча взял ее в руки и начал очень внимательно просматривать каждую страницу контракта. Этот процесс занял несколько минут. Наконец, едва заметно улыбнувшись, Женя положил бумаги на стол, достал из кармана пиджака ручку и подписал документы.

– Ну… Кажется, все, – сказал он, протягивая папку гостю.

– Благодарю, – достаточно сухо ответил мужчина и достал из того же кейса цветной конверт. – Это вам… Подарок от Владимира Александровича.

– Что это?

– Тур на шестерых в лучший отель на острове Крит. Владимир Александрович просил передать, что вы должны хорошенько отдохнуть с друзьями и набраться сил и энергии на целых два года, которые вам предстоит проработать в нашей компании.

– Я поражен. Передайте господину Полевому, что я очень благодарен за этот подарок!

– Передам… До свидания, – произнес мужчина и скрылся за дверью. Евгений раскрыл конверт. Внутри действительно находился тур в Грецию.

«Ну Полевой дает. Вылет через восемь дней из Киева».

«Черт возьми, – раздраженно прошептал Женя себе под нос, когда услышал объявление о задержке рейса. – Что ж так не везет? Я ведь опоздаю на свадьбу».

Он сидел в зале бизнес-класса на одном из кресел и время от времени поглядывал на информационное табло. На лице застыло раздражение. Женя достал из кармана мобильник:

«Братишка! Прости, я не успею приехать вовремя! Задерживают рейс». Нажав на клавишу «отправить», он снова посмотрел на табло.

Через полтора часа объявили об открытии посадки на самолет. Взяв вещи, мужчина быстрым шагом направился к нужному выходу, где за считанные секунды образовалась небольшая очередь раздраженных пассажиров. Через тридцать минут самолет поднялся в небо.

В три часа дня Женя вышел из терминала и быстрым шагом направился к стойке такси. Потеряв еще несколько минут, он сел в машину.

– Тяжелый день? – спросил таксист, смотря на пассажира в зеркало.

– Не то слово, – громко вздыхая, ответил тот. – Не верю, что я, наконец, приземлился. Рейс задержали. Ненавижу ждать, особенно когда спешу.

– Ну ничего. Сейчас приедете домой… Примите душ и все как рукой снимет.

– Ох… Куда уж. Я катастрофически опаздываю на свадьбу своего брата. Сейчас нужно заехать домой на Оболонь, переодеться и мчаться в центр. Как говорится: покой нам только снится!

– Сейчас едем на Оболонь?

– Ага, – зевая, ответил Женя.

– Если хотите, я вас подожду у дома, а после отвезу на свадьбу.

– Сделаю маленькую скидку на тарифе. Как вам идея?

– Хорошая идея.

– Ну, тогда договорились… Вот, кстати, моя визитка, – протягивая прямоугольную пластиковую карточку, сказал таксист.

– Спасибо конечно! Но, думаю, ближайшие два года не смогу воспользоваться вашими услугами, так как переезжаю работать за границу. Но, визитку обязательно передам своим друзьям.

– Буду признателен, – ответил водитель, набирая скорость. Через сорок минут такси остановилось возле многоэтажной новостройки. Женя вышел из машины и очень быстро направился к подъезду.

– Открывайся же ты, – раздраженно дергая замок, приговаривал он. Наконец дверь поддалась. Женя сразу поспешил в ванную. Через десять минут он уже надевал легкий синий костюм и завязывал галстук.

– Не мешало бы побриться, – проводя рукой по подбородку, сказал он вслух, смотря на свое отражение в зеркале. – Ладно, и так сойдет. – С этими словами он выбежал из квартиры, закрыв за собой дверь.

Таксист встретил его с улыбкой. Колеса засвистели, и машина за считанные секунды скрылась со двора.

Увидев лавку с цветами, Евгений попросил водителя остановиться.

– Девушка… Пожалуйста, мне нужен красивый букет из красных и белых роз.

– Кому собираетесь дарить? Любимой?

– Нет… Мой брат сегодня женится. Хочу порадовать невесту.

– Хорошо, сейчас что-нибудь придумаем.

– Только побыстрее, я очень опаздываю.

– Хорошо… Нет вопросов.

– Отлично.

– Я украшу цветы красной ленточкой, вы не против?

– Конечно, украшайте!

– Так, так, – виртуозно заканчивая декорацию букета, произнесла продавщица. – Вам нравится?

– Да, спасибо… Возьмите, сдачи не нужно.

– Вы очень щедры, благодарю.

Взяв букет в руки, Женя поторопился к машине.

– Четыре минуты сорок пять секунд, – шутя, сказал водитель. Евгений улыбнулся и посмотрел в окно.

Он щедро расплатился с таксистом, который так ловко сумел поднять ему настроение и максимально быстро доставить в ресторан.

Открыв тяжелые деревянные двери, Женя прошел через коридорчик и оказался в огромном зале. В момент его появления кто-то говорил праздничный тост. Игорь извинился и радостно выбежал из-за стола к выходу.

– Какие люди, – обнимая брата, сказал жених. – Я уже думал, ты не доберешься.

– Прости, что так вышло. Все как-то навалилось, деловая встреча по новому проекту, самолет задержали. Просто представь, как обидно в один из самых ответственных дней жизни сидеть и ждать самолета в чужой стране. Я чуть с ума не сошел от злости. Брат женится, а я даже вовремя прийти не смог.

– Ну, ничего. Главное, ты все же здесь, – радостно сказал Игорь и на секунду приподнял брата в своих объятиях. – Ну ты и кабанчик.

– Я кабанчик? Да нет. У меня даже пресс есть. Показать? – шутливо сказал Женя, и оба брата громко рассмеялись.

– Мальчики, вы в своем репертуаре, – произнесла невеста, целуя деверя в щеку. – Какие же вы еще дети.

– Привет Катюша. Ты сегодня неотразима.

– О-о-о-о… Спасибо за комплименты.

– Это не комплименты, чистая правда. Кстати, это тебе, – сказал он, протягивая букет.

– Какая красота. Спасибо.

– Ну что, друг. Пойдем, покажу тебе твое почетное место. Оно ожидало тебя все это время.

– Веди…

– У тебя еще полно времени, чтобы наверстать упущенное, – смеясь, сказала невеста и, подмигнув гостю, пошла к своему столику.

– Сейчас выпью пару рюмок и готов буду сказать тост.

– Я так рад тебя видеть, – уже достаточно серьезно сказал Игорь. – Ты даже не представляешь.

– А как я рад. Свадьба брата, это вам не шуточки.

– Отдыхай, – легонько хлопая гостя по плечу, сказал жених.

– Спасибо, – протянул Женя. – У вас столько друзей, а я никого даже не знаю.

– Ничего, еще успеешь познакомиться. Присматривайся. Здесь много красивых девушек. Тебе уже тоже пора задуматься о семье, детях.

– Скажешь такое. Еще как минимум два года о свадьбе не может быть и речи.

– Почему?

– Так, хватит уже болтать. Иди к жене. Потом… Потом все тебе расскажу.

– Интриган, – с улыбкой сказал жених и ушел на свое место. Через секунду, по просьбе молодоженов весь зал приветствовал новоприбывшего. Женя немного покраснел от аплодисментов и взглядов, направленных в его сторону.

Как много незнакомых лиц. У Жени голова пошла кругом. Он почувствовал себя частью огромного улья с пчелами, где каждый о чем-то гудит, что-то делает.

Недалеко от Жениного стола незнакомая девушка выбежала прочь из зала. Женщина напротив разлила на светлое платье красное вино. В ушах постоянно звучало: «Горько». Женя, пытаясь собраться с мыслями, сидел на своем месте и медленно ел салат.

– Может быть вы желаете еще чего нибудь? Мясо или другой салат. Вон там нарезочка еще есть. Очень вкусная рыба, – указывая на различные блюда, говорила дама, сидевшая напротив.

– Нет, нет, нет. Очень вам благодарен, но я уже сыт.

– Ну, смотрите.

– Спасибо, – улыбнулся Женя. После нескольких тостов он все же попросил новую знакомую подать ему картофель с мясом. Барышня с удовольствием выполнила его просьбу.

– О Боже, – вдруг очень взволнованно прошептал Женя и начал искать что-то во внутреннем кармане своего пиджака.

– Что-то случилось? – спросил мужчина, сидевший рядом.

– Нет, нет… Ничего. Просто забыл перезвонить маме. Достав мобильный из чехла, Женя увидел, что он выключен.

«Вот черт, – подумал он. – Сейчас что-то будет!»

Нажимая кнопку включения, он встал и вышел из-за стола в коридор. С появлением отметки о связи, на телефон сразу поступило смс о пропущенных звонках. Качая головой, Женя сделал вызов.

– Алло, алло. С тобой все в порядке? Я места себе не нахожу.

– Мамулечка. Все нормально. Я просто замотался. Был очень занят и не заметил, что телефон сел.

– Ну, ты же знаешь, как я переживаю. Зачем же издеваешься, – обиженно, продолжала пожилая женщина.

– Мама… Я тебя прошу. Прости, что заставил понервничать.

– Ты бессердечный эгоист.

– Мама, ну я же уже извинился.

– Ладно, ладно. Ты мне лучше скажи. Ты на свадьбе?

– Да. Я уже здесь. Правда, пропустил половину праздника.

– И что, не мог позвонить, когда ехал в машине?

– Забыл.

– Забыл он. Я себе места не нахожу. Сколько сейчас авиакатастроф, сколько идиотов на дорогах.

– Как у вас дела? Как папа? В пансионе вкусно кормят?

– У нас все хорошо! Кормят отменно. Замечательное место, природа, птички поют. Дышим свежим воздухом, посещаем процедуры. Папа ходит на массаж, я пью успокоительные травы. Скучаем по тебе, сынок. Папа передает большой привет.

– Спасибо… Ему тоже огромный привет.

– Ты поздравь от нас Игоря и Катю. Извинись, что мы не смогли приехать.

– Спасибо. Обязательно передам.

– Хорошо сынок. Иди празднуй.

– Мам… В который раз прошу тебя, не нервничай так сильно.

– Я волнуюсь о твоем здоровье.

– Ну, ты же меня знаешь, – тихо сказала Марина. – Я по-другому жить не умею.

– Знаю. Ладно… Целую, обнимаю вас, мои дорогие.

– До свидания, сынок. Береги себя.

Застолье закончилось и заиграла веселая музыка, ведущий пригласил гостей на танцпол. Женя с улыбкой наблюдал за всеми. Водка немного вскружила голову, расслабила тело. Он налил еще по сто грамм себе и мужчине, сидевшему рядом, и они вместе выпили за молодоженов.

– Вижу, ты уже немного развеселился. А то сидел такой застенчивый, – произнес новый знакомый.

– Да… Алкоголь, как всегда, творит чудеса.

Евгений снова посмотрел на танцующих. В кругу выплясывала невеста, держа за руку молодую девушку в желтом платье. Это зрелище завораживало и он встал из-за стола.

«Да, жена у брата очень красивая, – подумал он, рассматривая невесту. Затем его взгляд плавно перешел на девушку, танцевавшую рядом. – Такая милая, но, кажется, еще очень юна… Лет восемнадцать, кажется».

Пытаясь рассмотреть ее лицо, мужчина вдруг замер. Большие красивые глаза незнакомки смотрели прямо на него. От этого взгляда сердце заколотилось, по коже пробежали мурашки. Осознавая, что слишком долго смотрит на девушку, Женя отвел взгляд. Когда он снова решился посмотреть в сторону танцующих, то увидел, как Катя уверенно приближается к нему, ведя за собой незнакомку в желтом платье.

– Женя, познакомься. Это – дочь моей лучшей подруги. Очень хорошая девочка. Как и все, уже очарована твоей красотой и обаянием, – сказала Катя. Женя мило улыбнулся.

– Очень приятно, – вежливо произнес он.

– И мне, – тихо ответила девушка, продолжая восхищенно смотреть ему в глаза. Женя протянул ей свою руку. Маленькая ладонь на секунду задрожала.

«Какая же она милая…» – промелькнула мысль.

– Думаю, вы найдете общий язык, – игриво подмигнув, невеста отправилась танцевать.

– Девушка продолжала зачарованно смотреть на Евгения. Этот взгляд заставил мужчину немного растеряться.

«Господи… Ни одна женщина никогда так не смотрела на меня. А эта девочка-подросток заставляет, взрослого мужчину, нервничать и краснеть. Да… Она несомненно красива и нежна. Почему нежна? Я же совсем не знаю, какая она. С чего я это взял? Да, да, в ее взгляде таится нежность, поэтому я так подумал. Наверное, губы очень нежные. Очень. Такие красивые черты лица. О чем я только думаю. Ненормальный».

– Пойдем, потанцуем, – нарушив тишину, предложил он. Девушка едва заметно кивнула и улыбнулась. Эта улыбка показалась ему очень приятной и родной. Они направились в центр зала. Женя взял незнакомку за талию, а другой рукой накрыл изящную ладонь. Девочка, словно испуганный котенок, прижалась к его груди. Этот робкий поступок заставил его сердце биться быстрее. Дыхание перехватило.

– Как тебя зовут? – спросил Евгений, снова заглядывая ей в глаза. – Катя совсем забыла назвать имя, когда нас познакомила.

– Ангелина, – тихо и ласково ответила она.

«Ангелина… Надо же какое редкое, красивое имя. А она ведь и вправду похожа на ангела».

– Ты такая милая. Никогда не встречал столь необыкновенных девочек, – ему показалось, что эти слова ее расстроили. Девушка моментально спрятала лицо за его щекой. Женя чувствовал теплое дыхание. Легкие мурашки пробежали по коже.

– Сейчас я впервые танцую медленный танец, – внезапно сказала Ангелина. – Первый раз танцую с мужчиной.

Эти слова показались очень забавными. Хотелось рассмеяться, но Женя сдержался, чтобы не обидеть новую знакомую.

– Поздравляю с премьерой.

– Спасибо.

– Теперь ты меня никогда не забудешь. Свой первый танец с девушкой я помню до сих пор.

– Я и так тебя никогда не забуду! Танец здесь ни при чем, – неожиданно произнесла она и посмотрела ему прямо в глаза. На мгновение сердце замерло. Улыбка исчезла. Такого ответа Женя никак не ожидал. Растерявшись, он не знал, как продолжить разговор, поэтому решил просто помолчать. Чувствуя ее теплое дыхание на своей шее, он просто наслаждался моментом. Музыка затихла. Танец закончился. Ему не хотелось отпускать загадочную девушку из своих объятий. Прежде незнакомые эмоции охватили его изнутри.

«Как же она прекрасна», – подумал он.

После этого танца, Женя время от времени поглядывал на Ангелину. Она, словно магнитом притягивала его к себе.

– О чем замечтался? – послышалось вдруг. Женя обернулся.

– Рядом стоял брат, уже достаточно веселый и хмельной.

– Да так, ни о чем. Присаживайся, – сказал он, указывая на свободное место рядом.

Вижу, ты прислушался к моему совету и начал активно искать спутницу жизни. Но, вынужден тебя огорчить, Ангелина еще ребенок.

– Что за глупости?

Вы, конечно, очень хорошо смотрелись. Все гости любовались вашим танцем.

– Игорь… Ты несешь какую-то чушь? По-моему, тебе пора остановится с выпивкой.

– Я не пьян, а ты слепец! Ты вообще замечаешь, как она на тебя смотрит? Девочка, по-моему, действительно влюбилась. С тех пор, как ты появился на свадьбе, она с тебя глаз не сводит.

– Глупости! Даже не хочу об этом говорить.

– Нет… Ты не понял меня, я не шучу, – подняв брови, сказал жених.

– Ну, не знаю. Очень милая девочка.

– Кстати, что ты имел в виду, когда говорил, что в следующие два года не планируешь заводить семью?

– Я уезжаю на два года в Германию. Мне предложили отличную работу. Сегодня утром подписал контракт. Проект невероятно перспективный и выгодный. Подробности расскажу позже.

– Хорошо. Как знаешь. Конечно, ты меня удивил. Два года в чужой стране. Ты это выдержишь?

– Да ладно. Буду много работать и время пролетит быстро. работать. Тем более, мой бос родом из Украины. Думаю, мы с ним найдем общий язык.

– Ну, тогда благословляю тебя, – с доброй усмешкой добавил Игорь и положил ладонь на голову Жени.

– Хватит издеваться, дурак, – отталкивая руку брата, сказал Женя.

– Ладно, ладно!

– Кстати… Хочу пригласить тебя, твою жену и еще троих ваших друзей на пять дней на остров Крит. Мне сделали вот такой подарок, когда я подписал контракт. Поэтому, если ты не против – готовь чемоданы.

– Конечно, я только за.

– Тогда через неделю мы улетаем в теплые края.

– Завтра поговорю с Катей. Уверен, она захочет позвать свою лучшую подругу – Свету. Кстати, это мама Ангелины. Если не возражаешь, девчонка будет шестой в нашей взрослой компании.

– Я не против.

– Все. Тогда договорились. Спасибо, друг.

– Игорь! – крикнула Катя и махнула рукой супругу.

– Иду-иду, – кивнул жених. – Все. Вынужден тебя покинуть. Без меня уже не могут.

– Ну давай… Беги…

Часть IX

Вы даже не представляете, как странно смотреть на природу и не любоваться ею, не восхищаться ее яркостью. Для меня реальность потеряла краски, с тех самых пор, как я его встретила вновь. Лишь этот образ в мыслях. Я готова смотреть на мир только в отражении его глаз. Тех больших зеленых глазах, которые никогда не сравнятся с ярко-голубым морем, солнцем и белым мелким песком. Как тяжело, как странно и абсурдно… Я сижу в самолете и стараюсь не смотреть на Женю. Он сидит так близко, что слышно, как он дышит. Вглядываясь вдаль, продолжаю думать лишь о нем.

– Мне кажется, мы попали в царство небесное. Тщательно взбитые миксером, под нами проплывают облака-безе.

– Смотри, какая красота, – тихо произнес Женя, наклонившись ко мне близко-близко. У меня перехватило дыхание. Боже, как хочется прикоснуться к нему, обнять его.

– Да… Действительно невероятно красиво. Небо плывет под нами.

– Обожаю летать на самолете. Иногда мне кажется, что я на экскурсии в Раю, – добавил Женя. Я, наконец, повернулась к нему и заглянула в глаза.

Как быстро пролетели эти пять дней. Словно их и вовсе не было. Этот отдых стал лучшим моментом моей жизни. И все благодаря ему. Если бы мы попали в худшее место на Земле, ничего бы не изменилось. Для меня все было бы так же прекрасно. Когда рядом любимый человек – все преображается.

Сколько новых впечатлений, тепла подарили мне эти пять дней, проведенные вместе. Его губы так красивы. Они гипнотизируют меня, я мечтаю почувствовать их тепло, нежность. Еще пару недель назад он будто стеснялся моих взглядов, отводил глаза. Сейчас же все наоборот. Женя продолжает смотреть на меня. Пройдет еще мгновение, и я отвернусь, ведь с каждой секундой мне все труднее сдерживаться, чтобы не поцеловать его.

Сколько мыслей в его голове. Он уже влюблен в меня, правда боится себе в этом признаться. Чувства волной накрывают его, когда мы смотрим друг на друга. Он почти готов им отдаться, но останавливают и мучают предрассудки о том, что я еще совсем ребенок. Как больно слышать эти мысли. Почему этот барьер, под названием «годы» играет такую важную роль в человеческих судьбах? Почему? Так горько от этого. Несправедливые правила жизни. Они убивают счастье.

– У тебя очень красивые губы, – сказала я, и отвела взгляд.

– Правда? – улыбаясь, спросил Женя. Я всегда чувствую, когда он улыбается. Сразу меняется интонация. – Мне об этом никто не говорил.

– Странно… Твои губы и вправду красивы. Зачем же об этом молчать. Искренние комплименты нужно говорить.

– Спасибо, маленькая, мне очень приятно. Никак не могу понять, что творится в твоей голове.

– Это ведь прекрасно. Так интересней жить.

– Да, пожалуй. На самом деле люди очень предсказуемы. Эмоциями можно манипулировать, поступки предвидеть и читать мысли. С тобой все иначе. Весь отдых мы проговорили, а я не разу не заскучал.

– Я знаю…

– Ты очаровательна, – смеясь, продолжил он. – А откуда ты знаешь?

– Просто у меня такие же ощущения, как и у тебя. Мы с тобой родственные души, которые могли бы разговаривать вечно.

– Я знаю…

– Что ты знаешь?

– Что тебе нравится со мной общаться… Потому что тебе нравлюсь я.

– Нет…

– Что «нет»?

– Ты мне не нравишься.

– Неужели?

– Да…

– А я почему-то уверен, что нравлюсь. Твои глаза говорят об этом.

– Ты ошибаешься.

– Почему ты отрицаешь правду?

– Если бы ты мне просто нравился, я бы вела себя совершенно иначе.

– А ну-ка, давай поподробней?

– То, что я чувствую, определенно больше, чем простая симпатия, – шутливо ответила я и вновь обернулась к нему. Глаза Жени были широко открыты. Он смотрел с изумлением.

– Насколько больше? – спросил он, улыбаясь одними уголками губ.

– Намного, – загадочно продолжила я.

– Мне бы хотелось знать подробности.

– Ты хочешь это услышать?

– Да…

– Я люблю тебя, – медленно и очень тихо произнесла я и выдохнула. На душе стало легко-легко. Его сердце бешено колотилось, эти удары были слышны сквозь мысли, которые быстрым ветром метались в голове. Он растерялся. Странно, ведь мое признание было очевидным. Женя хотел, чтобы я сказала вслух о своих чувствах, но потом сделал вид, будто и не догадывался. Логики в этом не было.

– Ты любишь меня?

– Ты ведь слышал. Зачем переспрашиваешь?

– Это не есть хорошо.

– И почему же? – немного раздраженно ответила я, и вновь отвернулась к иллюминатору, сосредоточив взгляд на облаках.

– Потому что я не могу ответить тебе взаимностью. Ты – юная девочка, очень хорошая, мне с тобой приятно общаться, но не более. Я взрослый мужчина, а ты школьница. Я боюсь разбить твое сердце.

– Слишком много лишних фраз и мыслей. Перестань думать о возрасте, обстоятельствах и о правилах. Просто следуй велению своего сердца. Нам хорошо вдвоем, зачем же все усложнять? – Я вновь обернулась и посмотрела ему в глаза. – Загляни в свои мысли, душу, сердце и дай ответ? Ты уверен, что никогда не сможешь сказать мне со всей искренностью: «Я люблю тебя»?

– Нет, не уверен, – прошептал он. – Глупый разговор. Пойми, ты еще слишком маленькая, чтобы говорить о любви. Ты не можешь знать, что это такое. У тебя переходный возраст.

– Вы что, сговорились. При чем тут переходный возраст? – его слова разозлили меня. – Ты хочешь сказать, что лучше меня знаешь, что такое любовь? – раздраженно спросила я, заглядывая ему в глаза. – Хочешь сказать, что за все годы своей жизни ты научился различать где любовь, а где подделка?

– Да, – ответил он с неуверенностью в глазах и твердостью в голосе. – Я однажды любил.

– И что же случилось с этой любовью?

– Ничего. Это было давно. Ее звали Даша.

– Что? – вырвалось из груди, сердце сжалось от возмущения и боли. – Ты хочешь сказать, что это была любовь?

– Да… Это была любовь.

– Во-первых, это неправда и ты сам это знаешь. А во-вторых, скажи, сколько тебе тогда было лет? Я отвечу. Столько же, сколько и мне сейчас. Ты противоречишь собственным аргументам.

– Хватит. Давай прекратим этот нелепый разговор. Все так прекрасно начиналось.

– Прости, что сказала правду. Это больше не повторится. Слова о любви делают тебя глупцом и трусом, – я отвернулась от Жени. Больше мы не разговаривали.

Самолет пошел на посадку. Я пристегнула свой ремень безопасности, прижалась спиной к сидению и закрыла глаза. Голова очень болела и хотелось плакать. Я жалела о своих словах, жалела о своем признании. Женя сидит рядом, и я слышу его дыхание. Я допустила ошибку. Он был не готов услышать это признание. Мной овладела непреодолимая тоска. Через мгновение мы опять расстанемся. Как дальше сложится жизнь? Когда я увижу его снова, ведь он улетает на два года. Почему все так несправедливо. Почему?

Я чувствую, как он смотрит на меня, слышу, как он вздыхает и не может начать разговор примирения. Да и у меня нет желания произносить ни звука. Мне кажется, с первым же словом из моих глаз польются реки слез. Белоснежные облака исчезли. Я вижу землю. Она все ближе. Эта земля разлучит нас.

Самолет приземлился. Мама и папа пошли к выходу. Я последовала за ними. Женя шел позади. Неужели все так и закончится? Господи, как же я глупа и импульсивна. Почему, почему все складывается именно так? Я не выдержала и обернулась. Мы встретились взглядами. На его лице застыла печаль. О Боже, как сильно я люблю его!

– Ангелина… Постой. Давай я помогу тебе, – выхватив у меня из рук единственную сумку, сказал папа, когда мы зашли в помещение аэропорта.

– У тебя самого тяжелый чемодан, – прозвучало сзади. Это был Женя. – Я помогу ей. Мне не сложно.

– Спасибо, – с горькой улыбкой произнесла я и отвела взгляд.

– Папа только улыбнулся и направился вперед за мамой.

– Мы шли молча. Полет утомил всех пассажиров, и, наверное, каждый мечтал оказаться дома. Только не я. Мне хотелось продлить время, пока он рядом. Иногда я смотрела на Женю и пыталась запомнить каждое мгновение.

Когда подъехали три такси, наша компания начала прощаться. Я была растеряна и грустна, не могла произнести ни слова. Катя благодарила всех за компанию и за прекрасный отдых. Мама с папой, обнявшись, поддерживали беседу. Женя что-то поддакивал.

– Ну что друзья, будем разъезжаться? – сказал мой отец, укладывая чемоданы в багажник.

– Да, уже пора домой. Завтра всем на работу. Отдых окончен, начинаются суровые будни.

– Папа взял сумку из моих рук и положил ее в салон. Сначала ко мне подошли Катя с Игорем, мы крепко обнялись.

– Что-то ты совсем устала, – сказала Катя.

– Да… Есть немного, – ответила я и посмотрела на Женю, ожидая, что он хотя бы обнимет меня на прощание. Он медленно приблизился.

– Мой милый ангельчонок, – с улыбкой сказал он и прижал меня к себе, словно крошечного котенка. Слеза скатилась из моих глаз, я пыталась сдержаться, но не могла.

– Ты что… Не нужно плакать, – с нежностью вытирая мои щеки, тихо говорил он. – Если я тебя обидел – ты прости меня. Я идиот. Хочешь, я открою тебе тайну? – спросил он нежно.

– Конечно, хочу.

– Я действительно никогда никого не любил.

– Я знаю, – серьезно ответила я.

– Все ты знаешь.

– Ну, не все, а только самое главное.

– Ты просто чудо, а не девушка.

Женя осторожно отпустил меня из объятий.

– Вот, возьми. Это – моя визитка, – он протянул мне прямоугольную пластиковую карточку. – Здесь все мои контакты. Телефон, электронный адрес. Сегодня же позвони мне, а потом, когда я буду в Берлине, будем вести переписку по электронной почте. Если ты не против.

– Отличная идея. Спасибо!

– Мне бы не хотелось терять такого друга, как ты.

– Хорошо, друг. Жди моего звонка, – сказала я, садясь в машину.

– Ну, вот и все. Прощай, ангельчонок, – сказал Женя.

– До свидания, – прошептала я.

Дом. Милый дом. Родное зеркало, кровать, книги, стены. Я совсем по вам не скучала. Простите меня.

Я лежу, завернувшись в одеяло, и смотрю на часы. Если бы люди, как и часы, просто шагали вперед – искренне и свободно.

Полночь. А я никак не могу уснуть. Три часа назад мы разговаривали с Женей по телефону. Улыбка ни на миг не сходила с моего лица. Он назвал меня другом и с этой мыслью ему стало проще жить. Это так странно. Ну что ж, наверное, так даже лучше. Камень с его души упал и закатился в мое сердце, но я ведь сильная, все выдержу. Пройдет два года. Женя вернется ко мне. Я стану старше, и он посмотрит на меня по-другому.

Хм, может быть, я просто себя утешаю. Может быть, все сложится совсем иначе. А вдруг он сказал о нашей переписке, просто чтобы меня успокоить. Как его понять, если каждый раз в его голове абсолютно противоположные мысли. Он то любит, то ненавидит, иногда считает себя ненормальным или невероятно счастливым.

Неожиданно я услышала, как завибрировал мой мобильный телефон. Свет рассеялся по всей комнате. Я встала и в темноте подошла к столу. Это был Женя.

– Алло.

– Привет. Прости, что разбудил.

– Я не спала.

– Ты тоже не можешь уснуть?

– Да… Не спится.

– Знаешь. Я сегодня много думал о нашем с тобой разговоре в самолете. Мне очень плохо, плохо без тебя, твоего взгляда, твоих чудесных глаз. Когда ты сегодня сказала, что любишь, мое сердце бешено забилось. От страха и радости. Ты какая-то такая особенная. Нет слов, чтобы описать, насколько ты прекрасна. Когда я слышу твой голос, смотрю на тебя, то готов бросить все ради таких светлых мгновений. Мне иногда кажется, что нет, кроме нас никого в этом мире. Нет ни людей, ни мыслей, ни правил, ни обязательств. Никому не нужно ничего объяснять, можно просто жить и радоваться, любить, творить. Меня тянет к тебе, я скучаю и думаю о нас. Но это так абсурдно. Понимаешь? Я действительно не знаю, что такое любовь. Я обманул тебя. Все женщины, которые встречались на моем пути, были «ничто». А ты другая. Такая загадочная, светлая и милая. Я бы мог тебя любить, но это так странно любить девочку. Я чувствую себя каким-то психом, сейчас говорю тебе такие вещи, а ты может быть, даже не понимаешь меня.

– Знаешь, годы нужны только для исчисления морщин на теле. Душа не стареет и не становится моложе. Наши души одинаково прозрачны и светлы!

– Да… Возможно, ты права. Но что же скажут люди?

– Ты меня не слышишь. Тело – это всего лишь оболочка.

– Маленькая моя. Эти пять дней были лучшими в моей жизни. Мне ни с кем не было так хорошо, как с тобой. Ты – маленькое чудо, приключившееся в моей жизни.

– А ты – чудо всей моей жизни.

– Ангелина… Скажи мне еще раз.

– Что сказать?

– То, что ты сказала в самолете. Так хочется услышать это еще раз. Прошу тебя.

– Я люблю тебя, – нежно прошептала я. Женя на миг замолчал.

И я люблю тебя! – неожиданно ответил он. Эти слова подарили мне невидимые крылья.

В трубке наступила тишина.

– Спасибо… Мне теперь гораздо лучше, – я слушала и молчала. Сердце просто вылетало из груди, я боялась потерять сознание от волнения. – Прости, что так поздно позвонил, наговорил столько всего непонятного.

– Не извиняйся. Это лучшее, что могло произойти этой ночью. Твой нежный голос, слова любви.

– Хочешь, я приеду?

– Ты серьёзно?

– Нет, нет… Ты же с родителями.

– Ну и что, я спущусь на улицу и мы поговорим.

– Нет, это плохая идея. У тебя могут быть проблемы из-за меня. Нужно заканчивать этот разговор.

– Почему?

– Потому, что я трус.

– Нет, ты не трус. Ты просто человек.

– Понимаешь, я знал, что твои родители, Игорь, Катя осуждают меня, но продолжал валяться с тобой на песке, бесконечно вглядываясь не в небо, а в твои глаза. Это было так странно, так непохоже на меня. Ты всегда была «девочкой без маски». На свадьбе никто не понимал, что ты была самой искренней и честной среди всех. Ты – ангел, безгрешный, красивый, чистый, правдивый. Почему же ты выбрала меня?

– Я могла бы рассказать тебе эту историю, но боюсь, ты не поймешь ее. Скажу лишь одно, когда я впервые увидела тебя, то поняла, что ты особенный. Все краски соединились в твоих глазах.

– Неужели ты говоришь обо мне.

– Да, это был ты, – каждое слово давалось мне нелегко. Приходилось контролировать себя, чтобы не сказать лишнего, сохранить тайну.

– Ты говоришь так, будто мы повстречались давным-давно.

– Ты почти угадал.

– Как это? Или для тебя две недели это вечность?

– Я же говорила, что ты не сможешь понять.

– Странная, сказочная девочка. Прости, что потревожил тебя. После этих слов я вздохнула. – Спокойной ночи, маленькая, – прошептал Женя. Кажется, он действительно засыпает.

– Спокойной ночи.

– Ангелина…

– Что?

– Спасибо, что ты есть.

Он уехал, улетел от меня на долгих два года. Но я не грущу, я счастлива. Прошлая ночь окрылила меня. Женя сказал: «Я люблю тебя» и с этими словами я засыпаю и просыпаюсь каждый день. Я не расстроилась, даже когда на утро он прислал мне сообщение с извинениями за свою пьяную исповедь. Я знаю, что он говорил абсолютно искренне.

Моим родителям, которые очень нервничали из-за странных отношений, сложившихся между нами, его отъезд принес долгожданное облегчение. В Греции мы с Женей отделились от всей компании. Катя, Игорь и мои папа с мамой проводили свои вечера в шумных заведениях, пили, гуляли, а мы наслаждались обществом друг друга на берегу моря или на терассе отеля. Он грел мои холодные руки и рассказывал истории о звездах. Я замечала обеспокоенные взгляды, но относилась к ним безразлично. Потом все немного привыкли к нашим отношениям. Мама часто подходила ко мне с разговором. Приходилось успокаивать ее, объясняя, что мы просто друзья. Но этого было недостаточно. Ее сердце обрело покой, только когда Женя уехал.

Август подходит к концу. Впереди меня ждет новый учебный год, а я давным-давно исчерпала интерес к занятиям и одноклассникам. Иногда мне так хочется бросить все и быть той, кем я есть на самом деле – простой прозрачной душой, окруженной всеми любимыми частички вселенной.

Люди заслуживают того, чтобы любить искренне, чтобы дышать свободно, чтобы мечтать безгранично, чтобы верить в чудеса. Да, да, чудеса ведь они и вправду существуют, просто очень часто их не хотят замечать, не хотят верить в них, не могут понять. Сознание и вера человека могут творить эти самые чудеса, мысли могут исцелять и убивать, мечты могут менять будущее.

Быть человеком намного сложнее, чем быть просто душой. Столько правил, обязанностей, хлопот.

Часть X

– Боже, какая красота, – восхищенно произнесла Катя, оказавшись в просторном зале огромного гостиничного номера, рассчитанного на шесть человек. – Это просто невероятно. Я и не знала, что такое бывает. Ребята, мы, кажется, попали в сказку.

– Ну, ничего себе. Я просто в восторге, – поддержал жену Игорь. Последним огромный зал увидел Женя. Он вошел и молча застыл с улыбкой на лице.

– Как же здесь уютно и красиво. Хочу скорей все рассмотреть, – Светлана скрылась за одной из дверей.

– Знаешь, мне однозначно нравится твой шеф, – сказал Игорь, похлопав брата по спине.

– И мне, – загадочно ответил Женя и улыбнулся еще шире.

Зал апартаментов был большим и светлым. Нежно-кремовые стены, высокий потолок, расписанный античным орнаментом, изысканная удобная мебель. Светло-пурпурные шторы свисали от потолка до пола, прикрывая огромные, во всю стену окна. За ними виднелись белый песок и бирюзовое море. Пейзаж завораживал взгляд. Посреди большого холла стоял массивный дубовый стол, а в правом углу – мини-бар и холодильник. Слева находились три спальни. Небольшие, но очень уютные. В каждой стояла двуспальная кровать, шкаф, тумбочки и зеркало. Недалеко от входа была дверь в просторную ванную комнату, где находились джакузи, душевая кабинка, туалетный уголок и шкафчик с полотенцами и халатами. Пол и потолок были зеркальными. При взгляде вверх создавалась иллюзия волшебной бесконечности.

– Друзья, давайте решим, кто где живет? – предложила Катя, а после добавила. – Никто не против, если мы с Игорем будем в правой комнате?

– Конечно, нет, – смеясь, ответила Светлана. – Молодоженам нельзя отказывать! Мы тогда будем рядом с вами.

– Договорились.

– Только у нас есть маленькая проблема, – начала мама Ангелины, оглядываясь на свою дочь.

– Никаких проблем, – улыбнулся Женя. – Мы разместимся в одной комнате. Я имею в виду, что я положу там свои вещи, а спать буду на этом диване, – указывая на кожаный белый раскладной диван, подмигнул он девочке. – Согласна?

– Конечно, согласна.

– Ну, вот и прекрасно. Милый, пойдем раскладывать вещи.

– Да… Да… Иду. Только гляну одним глазком, что там спрятано в нашем чудо-баре.

Белый песок, голубое небо, прозрачные волны, яркое солнце, улыбки – вот лучшие ингредиенты настоящего счастья.

Женя сидел на берегу и, улыбаясь, смотрел, как в воде дурачатся его друзья. Словно малые дети, Света и Катя толкали своих мужей, брызгаясь теплой, соленой водой. Катя громко смеялась, бегая от мужа.

– Вы ненормальные! – шутя, прокричал Женя и махнул рукой в сторону Игоря.

– Почему ты еще не в воде? – обращаясь к нему, сказала Светлана.

– Я пока загораю.

«Ангелина… Я совсем о ней забыл. Какие же у нее красивые глаза», – прозвучало в голове у Жени. Он медленно встал и подошел к полотенцу, на котором сидела девочка.

– Пойдем купаться?

– Да, пойдем, – улыбаясь ответила Ангелина. Женя подхватил девушку на руки и побежал в воду. Радостный визг отозвался эхом по всему пляжу.

Вынырнув из волн, Ангелина прикрыла лицо ладонями и отвернулась.

– Что случилось?

– Ничего страшного, просто вода в нос попала.

– Да, ощущение не из приятных.

– Это ты во всем виноват, – шутливо проговорила девочка и начала брызгаться водой. Женя улыбнулся. Словно малые дети, они дурачились, не замечая никого вокруг. Громкий смех и шум воды создавали некую мелодию счастья.

– Все, хватит, – прокричала Ангелина. – Я больше не могу. Давай сделаем паузу.

– Я победил…

– Да, ты победил… Я больше не могу с тобой сражаться. Сдаюсь и выхожу на берег.

– Ладно…

– Через полчаса реванш. Готовься, – подмигнув, добавила девушка, и медленно направилась к берегу. Женя смотрел ей вслед. «Как ей идет желтый купальник. Цвет разлуки… С чего я это взял?»

Ночь. Стрелки часов перевалили через отметку «12». Женя лежал на огромном диване, укрытый белоснежной тонкой простыней и смотрел в зеркальный потолок. Он думал о той, что подарила ему мгновения неземного счастья, вернула его душу в детство, заставила забыть о всех проблемах и делах. С улыбкой он вспоминал полное смеха и радости утро, ангельские черты лица. Приятная бессонница щекотала мысли, спать совсем не хотелось…

«Ангелина… Что за чудное имя. Редкое и такое красивое. А ведь она и вправду похожа на ангела. Иногда может посмотреть так, будто ее глаза заглянули прямо в душу. Она поражает меня своими мыслями, взглядами. Очень красивая и неповторимая. Как-то странно. Я так часто стал думать о ней. Уже давно пора спать. Давно. Наверное, стоит выпить таблетку от бессонницы. Так… Сейчас. Черт побери. Я ведь оставил сумку с лекарствами в комнате, где спит это маленькое чудо».

Женя медленно поднялся с дивана и направился к дверям, за которыми спала Ангелина. Осторожно нажав на ручку, он медленно вошел. В комнате горел ночник. Причудливые тени ложились на стены. Девушка, свернувшись в клубок, лежала на нерасстеленной постели. Белоснежная шелковая пижама совсем не согревала ее. Роскошные, каштановые волосы прикрывали миниатюрные плечи и спадали на кровать. Лицо было таким умиротворенным. Довольно долго Женя стоял и просто любовался этой картиной. Затем тихо приблизился к своей сумке, достал из кармана мини-аптечку. Найдя необходимую таблетку, поднял глаза и снова посмотрел на сладко спавшую Ангелину. Очень осторожно он взялся за кончик покрывала и медленно укрыл ее, растерянно улыбнулся и тихо вышел из комнаты, аккуратно закрыв дверь за собой.

– Эта девочка забрала мой покой, – подумалось Жене. Налив воду в прозрачный стеклянный стакан, он проглотил таблетку и жадно запил ее. Через мгновение он уже лежал в постели с закрытыми глазами и старался ни о чем не думать. Просто засыпал, вспоминая прекрасный образ девушки-ангела.

– Сегодня замечательный день. Смотрите, какие волны, – радостно сказала Катя и зевнула. Она сидела в белоснежном халате и пила воду с лимоном.

Номер, где поселились молодожены и их друзья, был и вправду шикарен. Из панорамных окон открывался волшебный вид на море. Бирюзово-зеленый горизонт завораживал взгляд. Казалось, что вдохновение разлито в самом воздухе.

– Какой вкусный кофе, – сказал Игорь и сделал еще один глоток из маленькой белоснежной чашечки, принесенной официантом несколько минут назад.

– Милый, я же говорила, мы попали в самый настоящий рай. Здесь все идеально. И кофе, и вода, и море. Каждый сантиметр, куда ни посмотри – прекрасен.

– Да, ты права. Но все же кофе. М-м-м-м. Он божественен!

– Кофеман.

– Не мешай мне ловить кайф.

– Что?

– Так. Я вообще-то еще сплю, если вы не заметили, – сонным голосом проворчал Женя и приподнялся над подушкой.

– Ты сюда что – дрыхнуть приехал? А ну-ка, вставай! Пора идти на пляж.

У нас не так много времени, чтобы тратить его на сон, – добавила Катя.

– Можно я буду отдыхать так, как мне хочется?

– Нет, – громко сказал Игорь и, как маленький мальчик, прыгнул на диван и начал грубо ерошить волосы брату.

– Доброе, блин, утро, – раздраженно прокричал Женя, сбрасывая с себя настырного родственника.

– Доброе утро, – послышалось из другого конца комнаты. Все посмотрели на Ангелину, которая вышла из комнаты и с умилением наблюдала за происходящим. – С утра ты такой смешной, – улыбнулась она Жене.

– Серьезно? Мне никто об этом не говорил.

– А кто же мог тебе это сказать, если ты живешь один? – встряла в диалог Катя.

– Действительно. Очень жаль, что никто не видит эти пухлые щечки и губы, – добавила Ангелина, улыбаясь еще солнечней.

– Очень странно начинается день.

– Давай и тебе закажем кофе – ты сразу почувствуешь себя другим человеком, – добавил Игорь, делая последний глоток из своей чашки.

– Игорь прав. Иди в душ, а когда вернешься – напоим тебя кофе и пойдем на пляж.

– Хорошо.

– Кстати. Ангелина, твои родители еще в семь утра ушли на море.

– А мы никак собраться не можем.

– Дорогая… Я не хочу ждать этого зануду, – театрально надув щеки, пробормотал Игорь и подмигнул жене.

– Да… Мы, наверное, уже пойдем, а ты подтягивайся. Ангелина, собирайся, – проговорила Катя, скрываясь за дверью своей комнаты.

– Я еще не совсем готова. Через полчаса я к вам подойду.

– Тогда подтягивайтесь вдвоем… Эх, две сонные мышки!

– Девушка только игриво подняла бровки в ответ, а после перевела взгляд на Женю. Тот загадочно улыбался.

– Спасибо, что подождала, – сказал Женя и посмотрел на Ангелину, такую стройную в своем желтом купальнике и джинсовых шортах.

– Не за что. Это ведь я виновата, что ты не высыпаешься. Наверное, очень неудобно спать на таком жестком диване.

– Ты что, даже не думай. Мне очень удобно. Просто я по своей натуре «сова». Могу полночи о чем-то думать, а потом утром ужасно не хочется вставать.

– В комнате спать гораздо удобней.

– Возможно… Я не думал об этом. Диван и вправду очень мягкий.

– Только вот вчера мне почему-то никак не спалось.

– Я знаю…

– Что знаешь?

– Знаю, что ты вчера засиделся допоздна! Я немного замерзла. А ты пришел и укрыл меня. Спасибо, – загадочно сказала Ангелина и улыбнулась.

– Так ты, оказывается, еще и хорошая актриса. Притворилась спящей, когда я вошел.

– Нет, не актриса. Я и вправду спала. Мне приснился сон, что ты пришел в мою комнату, долго смотрел с улыбкой, как я лежу, а потом осторожно накрыл меня пледом и исчез. Утром, я проснулась укрытая именно так, как мне привиделось.

– Это ж надо… Мистика какая-то.

– Да… Со мной такое иногда случается, – радостно произнесла девочка, подняв брови. Они вместе громко рассмеялись.

– Приблизившись к самому берегу, молодые люди расстелили полотенца и начали раздеваться.

– Доченька, солнышко. Ты так долго собиралась, – начала Свет- лана. – Ты себя хорошо чувствуешь?

– Да, мама… Все хорошо. Не беспокойся.

– Вода сегодня как парное молоко… Давай к нам, – позвала Катя.

– Ловите меня, – смеясь, ответила Ангелина и, разбежавшись, прыгнула в воду.

Вечер… На берегу безлюдно. Только две тени гармонично и страстно слились, как будто когда-то очень давно они были одним целым, неделимым.

– Так быстро пролетели эти дни.

– И не говори… Хорошие моменты всегда пролетают быстро, – грустно сказал Женя и улыбнулся одними лишь уголками губ.

– Смотри, какая красивая сегодня луна, – указывая рукой на небо, произнесла Ангелина и покачала головой, – кажется, что здесь она совсем другая. Не такая, как у нас в городе. Намного больше и ярче.

– Не знаю… Дома я редко смотрю на небо. Времени нет.

– Когда сидишь и просто смотришь на луну, в голову приходят мудрые мысли. Для человека очень важно понимать и слушать самого себя, в тишине. В суете легко упустить что-то важное.

– Ты права, но иногда простые вещи так тяжело даются. Чем старше становишься, тем глубже тебя затягивает болото суеты.

– Знаешь, человеку ведь дано двадцать четыре часа, чтобы успеть все, и не так уж сложно полчаса уделить себе, самопознанию и общению с природой. Ведь ничего не стоит просто выйти на балкон и посмотреть на лунный свет и другие чары небесные.

– Да, ты права, – грустно протянул Женя и опустил глаза.

– Ты знаешь, что луна способна соединять взгляды? Если я, к примеру, смотрю на нее, и ты в этот момент смотришь в другом конце Земли, наши взгляды соединяются. Это волшебное чувство близости на расстоянии? Чувствуешь?

– Нет… Не чувствую. Лучше просто смотри на меня. Мы же пока рядом. Нам не нужны посредники, чтобы обмениваться взглядами.

– Мне кажется, я и так слишком часто на тебя смотрю.

– Я привык.

– Привык?

– Извини. Неправильно выразился. Мне нравится, когда ты смотришь мне в глаза. Твой взгляд такой живой и загадочный. Он заряжает меня и заставляет улыбаться. Ты чудесная девочка. Когда вырастешь, станешь преочаровательной женщиной. Твоему избраннику безумно повезет.

– Ты уверен?

– В чем?

– Я спрашиваю, ты уверен, что каждый мужчина, как и ты, будет считать меня очаровательной, будет восхищаться моими глазами и укрывать меня, когда будет холодно?

– Я думаю, каждый человек был бы счастлив жить с ангелом!

– Некоторым людям нет дела до ангелов.

– Я просто предположил.

– Ты просто побоялся признаться себе, что для тебя я – ангел, а для других – простая ничем не примечательная девочка.

– Как странно.

– А ты знаешь, что значит для меня счастье?

– Нет… Не знаю.

– Когда-нибудь, я расскажу тебе.

Часть XI

Знаете, я ведь никогда не любила всякую технику. Эти телевизоры, магнитофоны, электропечи, компьютеры. Они подавляли меня своей неестественностью, забирали много живой энергии. Но сейчас, когда Женя появился в моей жизни, все изменилось. Я прекратила любоваться природой, упиваться ею. Только его глаза – вот лучшая картина для меня. Все равно, прекрасней его глаз ничего не бывает. Они такие необычные, такие выразительные, глубокие. Как жаль, что долгих два года мы не увидимся.

Вот уже три месяца как моим лучшим другом стал компьютер. Его мне купили родители в честь начала учебного года. Я была очень рада этому подарку. Мои мысли материализовались, мама с папой будто знали, что мне нужно.

– Компьютер – лучший посредник между мной и Женей. Помню, как осторожно я писала ему свое первое письмо. У меня дрожали руки и колотилось сердце, когда я перебирала квадратные, пластмассовые кнопочки. Семь предложений составляла целых два часа. Удаляла слова, буквы, пыталась изменить эмоции, хотела, чтобы каждое слово было идеальным.

Он ответил довольно быстро. Я плакала, когда читала. Нет, нет… В его словах не было ничего особенного, ничего сентиментального. Слезы лились от счастья, что он нашел время и написал. Это было так странно, невероятно и трепетно. Словно помешанная я ждала его ответа, как птичка ждет весну, как море ждет рассвета! Это так щекотливо и странно, вставать из-за стола, на миг отходить, а потом возвращаться и проверять почту, ждать, когда же на мониторе замигает желтый конверт.

Не знаю почему, но я очень волновалась. Боялась, что Женя оборвет связь, испугается и все перечеркнет. Так много раз я видела страх в его глазах. Он боялся своих чувств и желаний сердца. Иногда мне становится безумно страшно из-за того, что этот человек не может разобраться в себе. Такой странный… Такой земной и неземной. Со мной он все тот же мальчик – свободный и искренний. Когда мы вместе, я чувствую себя нужной ему, ощущаю, как тает пропасть лет между нами.

Сейчас я сижу перед компьютером и улыбаюсь. Еще одно сообщение. Четвертое за месяц. Да, он редко пишет. Время, время, время. У него его слишком мало. Дела, работа, встречи. Но я рада, что Женя не забывает обо мне и балует своими коротенькими, но очень теплыми письмами.

«Привет, моя маленькая! Нашел минутку и решил ответить на твое сообщение. У меня здесь полный бардак. Работа засасывает. Радует одно – теперь я очень богат. А в остальном – несчастен. Ты спросишь: почему? Хм… Я так далеко от любимых и дорогих сердцу людей. Мне ужасно грустно и одиноко. Одна работа, а теплоты, разрядки от суровых будней нет. Мама звонит ежедневно. Часто вспоминаю тебя и скучаю по нашим бесконечным разговорам на берегу моря. Знаешь, ты стала для меня настоящим другом. Маленькой надеждой на то, что мир действительно прекрасен. Пиши мне, как будет время. Рассказывай, что нового у вас там происходит. Передавай всем привет. Женя».

Он просто чудо. Такое короткое электронное письмо делает меня счастливой. Мне хорошо, я – улыбаюсь.

– Доченька, ты идешь?

– Да, мама, иду, – крикнула я, нажимая на компьютере кнопку «off». Возможно я ненормальная, но мне нравится перечитывать Женины письма, снова и снова. Как любимую книгу. Он стал моим любимым писателем, моим миром и воздухом, любовью и надеждой, мечтой и верой.

– Катя расстроится… Она не любит, когда гости опаздывают на праздник, особенно если это ее День рождения. Папа уже давно ждет внизу в машине, а мы с тобой никак выйти не можем.

– Все-все-все… Смотри, я уже готова.

– Ну, слава Богу. Пошли скорей.

– Сев в лифт, мы посмотрели друг на друга. Как я не пыталась скрыть свою дурацкую, влюбленную улыбку, мама ее все равно заметила. Но ничего не сказала. Мы быстрым шагом вышли во двор.

– Ну, неужели. Мои королевы, наконец, соизволили появиться.

– Папа, не ругайся… Это я виновата.

– Нет, я буду. Ужасно не люблю ждать. Катя расстроится из-за нашего опоздания.

– Ничего, она нас поймет, – подмигивая мне, сказала мама, – она ведь тоже женщина.

– Почти всю дорогу мы ехали молча. Каждый думал о своем. Тихонько играло радио, а за окнами пробегали силуэты деревьев, домов, людей. Потом мама начала:

– Доченька, ты так много времени проводишь за компьютером.

– Я занимаюсь, – серьезно ответила я, хотя это была наполовину правда. О другой половине пришлось промолчать.

– Знаешь, подруги очень важны в жизни каждой женщины. Дружба, которая завязывается в школе, иногда длится всю жизнь. А ты совсем ни с кем не общаешься, не гуляешь.

– Мам, мы уже обсуждали эту тему. Мне приятнее поговорить с тобой, Катей, папой, чем с моими сверстниками. У нас нет общих тем для разговора, общих интересов. Им нравятся только всякие глупости.

– А тебе нравится Женя. – вдруг добавил папа.

– В каком смысле? – осторожно и очень серьезно спросила я.

– В прямом! Ты же влюбилась по самые уши и ведешь себя, словно помешанная, – прозвучало из отцовских уст. Эти слова иголкой вонзились в мое сердце.

– Дорогой! – громко сказала мама. – Ты перегибаешь палку.

– Нет, мама, он не перегибает. Каждый имеет право на собственное мнение. Действительно я влюблена. И не вижу в своем поведении ничего постыдного или сверхъестественного. Человек, который любил, мог бы меня понять.

– Он взрослый мужчина, а ты ребенок. Неужели это непонятно? – продолжал папа. – Мы переживаем за тебя. Все зашло слишком далеко. Ты же будешь страдать, если он женится. А это может случится, поскольку Жене уже пора создавать семью. Или ты думаешь, этот человек будет ждать, пока ты вырастешь? Жизнь не сказка, не эйфория, которая длится бесконечно! Я боюсь, что из-за детской наивности моя дочь будет кусать локти. Когда страдает ребенок, страдают и родители. Мы просто обязаны предостеречь тебя от ошибок. Маленькая слезинка упала с моих глаз, я отвернулась к окну и сверлила грустным взглядом серую дорогу. Мама молчала. Папа тоже замолчал. Возможно, он был прав? Нет! Я не хочу в это верить. Все будет хорошо. Иначе и быть не может!

– Привет, Ангелиночка, – радостно сказала Катя, когда мы вошли в квартиру. Я улыбнулась, но не достаточно искренне. – Что такое? Почему вы все такие хмурые?

– Нет-нет-нет дорогая, – начала мама. – Все в порядке. Нам стыдно за опоздание.

От всей нашей семьи поздравляем тебя с Днем рождения.

– Это тебе, – сказал отец и протянул Кате пакет, а затем и цветы.

– Спасибо. Какая красота. Проходите. Мы все вас заждались.

За столом мне пришлось держать себя в руках. Настроения не было, слабость и апатия охватили меня. Повесив на лицо улыбку, я пыталась вести себя естественно. Но грусть застыла в моих глазах.

На столе красовались фрукты и экзотические закуски, икра и морепродукты. Шампанское, вино, натуральный сок и шоколадный фондю. Я сидела молча, опустив взгляд, ела салат. Мне безумно хотелось чем-то занять себя, чтобы не привлекать внимание любопытных взглядов.

– А мне сегодня Женя из Германии звонил. Вернее он набрал Игоря, поговорил с ним, а потом позвал меня к телефону, – вдруг услышала я, и сердце моментально забилось в груди. Я подняла глаза и посмотрела на Катю.

– И как он поживает? – улыбаясь, спросила мама.

– Я была очень рада его слышать. Рассказывал мне, что тяжело работает. Все у него вроде бы хорошо. Мы пообщались недолго. Вон спросите лучше у Игоря, как там Женя. Они частенько созваниваются.

– А ну-ка, Игорь, рассказывай, какие новости у нашего друга, – продолжила мама. Неужели ей действительно интересно? Или она расспрашивает ради меня?

– Ну, что вам рассказать. Он много работает. В последнее время чувствует себя очень востребованным и богатым, – рассмеявшись, продолжал рассказывать Игорь. – Говорит, что чем толще кошелек, тем больше девушек в твоем окружении. Молодые барышни, как голуби, слетевшиеся к кормушке. Ждут подачек и угощений, вешаются на шею. Ну, что еще интересного, – протянул Игорь. – Ах да, недавно в Германию приехала дочь его директора. Вроде даже подружились.

– Отличная новость. А как ее зовут, сколько лет? – стала допытываться Катя.

– Кажется, Ольга. На пару лет младше Жени. Ода отличный юрист.

– Ну, будем надеяться, что наш трудоголик, наконец, возьмется за ум и заведет семью.

– Простите, – вырвалось из моих уст. Я встала из-за стола и пошла в туалет. Я не могла больше слушать этот разговор. Мне было так больно. Эти их слова, их мысли. Я просто не могу со всем этим мириться. Голова взрывается от этого. Нельзя так… Нельзя. Господи, люди настолько жестоки! Эта женщина, Ольга… Почему он мне ничего о ней не писал?

Почему?

Дни тянутся, словно жвачка. Время очень коварно. Когда тебе хочется, чтобы оно немножко задержалось, не спешило, не рвалось вперед, оно прибавляет скорости. А когда с нетерпением ждешь окончания двух невыносимых лет разлуки с любимым, оно будто издевается, превращая минуты, часы, дни в вечность. Мне тяжело вынести это.

Прошло всего полгода. Его письма я перечитала уже сотню раз, а быть может и больше. Каждый мой день начинается и заканчивается мыслями о нем. Новые сообщения приходят не так часто, как мне бы хотелось. Лишь воспоминания о Жене позволяют хоть иногда улыбаться.

Я часто думаю о том, почему он ни разу не позвонил. В последний раз мы разговаривали, когда Женя признался мне в любви. Я помню этот разговор почти дословно, вспоминаю его интонацию, голос, свое счастье и волнение. Мне жаль, что он стесняется своих признаний, боится вновь поговорить со мной искренне, душой. Как хочется верить, что время сотрет все сомнения, грани, запреты и мы будем счастливы, будем вместе, навсегда. Мы ведь любим друг друга.

Иногда мне кажется у меня паранойя. Ежедневно: утром, днем и вечером я захожу на свою электронную почту и жду. Жду его письма, хоть и знаю – в ближайшее время оно не появится. Я так давно не читала книг. Потеряла интерес и аппетит ко всему в этой жизни, кроме него. Он стал моей зависимостью.

«Привет… Это снова я. Ты так и не ответил на мое сообщение? Почему? Я очень жду.», – эти слова я медленно набираю каждый день и не решаюсь отправить. Он ответит. Обязательно ответит, просто нужно набраться терпения.

Что будет, если он испугается всеобщего осуждения и навсегда откажется от меня? Кем тогда я стану? Что буду делать, как жить? Я не хочу об этом думать, но подобные мысли постоянно всплывают в голове. Как бы я хотела научиться выключать свой разум хотя бы на полчасика, чтобы просто посидеть и отдохнуть в полной тишине, в немой гармонии. К сожалению, это невозможно… Так не бывает.

Он позвонил мне. П-О-З-В-О-Н-И-Л! Как же долго я ждала этого звонка. Это случилось в день моего рождения. Весеннее, солнечное утро. Проснувшись, посмотрела в окно и услышала, как вибрирует телефон. Неизвестный, странный номер.

– Алло.

– Привет, моя маленькая, – прозвучал долгожданный голос. Мое сердце замерло на пару секунд, а потом забилось быстро-быстро.

– Господи, это ты? Я так счастлива, что слышу тебя.

– Да, да, это я… Решил поздравить тебя с Днем рождения.

– Я не верю.

– Поверь… Это я, моя милая. Пусть сбудутся все твои мечты, потому что ты этого заслуживаешь. Слышишь?

– Да, слышу. Спасибо. Твое поздравление – лучший подарок.

– Серьезно?

– Да… Конечно, серьезно. Как ты там? Ты давно не давал о себе знать, не писал.

– Извини… Просто работы очень много, никак не могу собраться с мыслями, чтобы написать тебе что-то путное. Постоянно рабочая каша в голове. Ужасно устал. Как выжатый лимон.

– Понятно… Знаешь, я была бы рада читать даже кашу. Ты, главное, пиши, не забывай обо мне. Для меня это так важно.

– Хорошо, хорошо, маленькая. Буду писать.

– Кстати, ты смотришь на луну?

– Конечно смотрю.

– И я смотрю, каждый день.

– Ангелиночка, мне пора бежать. Извини. Еще раз поздравляю тебя… Передавай всем привет.

– Как жаль, что тебе пора бежать. Я так скучала по твоему голосу.

– Ну все, рад был слышать тебя. Целую, – сказал Женя и положил трубку. Это слово «целую». Я даже почувствовала прикосновение его губ. Это была лишь иллюзия, но какая приятная! Я сидела и улыбалась, вспоминая каждое его слово.

В этот день я услышала множество поздравлений. Вечером мы всей семьей поехали в ресторан. Я была задумчива и невнимательна, будто между небом и землей. Он занял все мои мысли.

Сегодня мне опять приснился он. Женя улыбался. Это выражение лица я запомню на всю жизнь. Такая искренняя улыбка, сияющие глаза.

Осталось всего три месяца до его возвращения. В мыслях я отсчитываю часы до нашей встречи. Я нарисовала себе этот солнечный осенний день, когда природа в полном расцвете сил дарит свои краски и сладкие плоды. Лето пролетит быстро. Я знаю, верю, больше всего на свете желаю этого!

– Доченька, ты проснулась? – раздался мамин звонкий голос. Повернувшись к ней лицом, я улыбнулась. Она стояла у дверей и смотрела на меня.

– Да, проснулась.

– Ну что, как чувствует себя юная абитуриентка? Готова к студенческой жизни? – Знаешь, я почему-то уверена, что ты поступишь на бюджет, – обнимая меня, сказала она.

– Да, все получится… Не беспокойся.

– Тебе не грустно расставаться со школой?

– Конечно нет. Я как-то и не думала об этом.

– Странно, ты так много времени проводишь в размышлениях и ни разу не задумывалась о школе? Для многих людей – этот период самый яркий и лучший в жизни.

– Нет. Меня волнуют гораздо более важные темы.

– Неужели?

– Да, – протянула я и отвела взгляд. Почему-то сегодня не хотелось знать, что думает по этому поводу мама.

– Ты у меня такая странная, – сильнее обнимая меня, прошептала она. Я всегда удивлялась тому, насколько хорошо она меня чувствует. Не хочу дальше разговаривать, а она и не пристает. Иногда мне стыдно, ведь если бы не мой дар, я бы не смогла так тонко понимать людей, их настроение и душу.

Часть XII

– Чего загрустил? – неожиданно произнес Владимир Александрович за спиной у Жени.

– Да так, задумался.

– В последнее время ты какой-то унылый.

– Устаю, да и настроения почему-то нет.

– Скучаешь за родными? – подмигивая, спросил Полевой.

– Есть немного.

– Давай тогда на выходных заедем в украинский ресторанчик, водочки с салом бахнем, тебе легче станет. Поговорим по душам.

– Я не ем сала…

– Ладно, расслабься. Я тоже скучаю по дочери, но работа есть работа. Кстати, как поживает клиент, который должен нам денег?

– Пообещал на следующей неделе все отдать.

– Нет… Меня это не устраивает. Скажи, если до пятницы денег не будет, то мы поставим его на счётчик. Будь пожестче, дай ему понять, что с нами шутки плохи.

– Думаю, у меня получится все решить мирным путем.

– Послушай, если этот гад почувствует, что ты с ним сюсюкаешься, будет тянуть еще полгода. Мы с тобой одна команда, если кидают тебя, значит кидают и меня. А я этого не допускаю. Если ты не сможешь разобраться, в пятницу к нему подъедут.

– Дайте мне неделю. Если ничего не решится – отправите своих людей.

– Ах, какой же ты жалостливый. Не переживай, мои ребята делают все аккуратно, без крови.

– Я вас не понимаю.

– Ладно, будь по-твоему. Я вмешиваться не буду, хочу посмотреть, как ты справишься. Только смотри, чтобы неделя не затянулась на месяц.

– Недели мне будет вполне достаточно.

– Ну, дерзай.

– Хорошо.

– Так, ладно, пойду я. Вечером встретимся на корпоративе у нашего нового подрядчика. Он хочет нас надуть, так что будь повнимательнее.

– Я понял. Тогда до вечера.

– Договорились, – директор улыбнулся и вышел из кабинета.

– Женя положил голову на стол и громко выдохнул.

«Боже, как же я устал. Когда же это все закончится. Надо проверить почту, – мелькнуло в его мыслях. Женя открыл глаза и вошел на свою страницу. – О, Ангелина опять написала. Хоть что-то радует в этой жизни. Все отдал бы, чтобы снова оказаться с ней на побережье и просто поваляться на песке, поговорить о море и ракушках. Это были такие светлые мгновения. Кажется, я скучаю по этой девочке. Очень скучаю. Она стала важной частью моей жизни. Как жаль, что у нас нет будущего. Между нами пропасть лет. Чем же я думал, когда наговорил ей этих нелепых признаний. Я поселил в ее душе иллюзию, посеял надежду. А надежды ведь нет и никогда не было. Она мучает меня, я не знаю как быть. Для Ангелины я стал первой юношеской любовью. Скоро она повзрослеет и все пройдет. Она забудет меня… А я? Нет, я буду помнить этого ангела, как самое прекрасное чудо своей жизни. Так, посмотрим, что же она написала мне на этот раз».

Медленно и очень внимательно он начал читать письмо… Иногда улыбался, иногда опускал взгляд и о чем-то задумывался. Его лицо излучало счастье.

Дочитав до конца, Женя встал из-за стола и начал ходить по кабинету. Улыбка снова расцвела на устах.

«Боже, она такая странная. Написать мне о бабочках. Я ведь не понял сначала, а потом в конце догадался. Она поражает меня с каждым днем все больше. Ну почему Господь наделил чертами женщины, которую я бы хотел назвать женой и любить вечно, маленькую девочку? Да, я бы немедленно женился на Ангелине, будь она на пять лет постарше. Боже, Боже. Ей пятнадцать. Ей всего пятнадцать лет, а я хожу по кабинету и восхищаюсь ее письмом. Что со мной происходит, какое-то помутнение, бред.»

– Ну что, коллега, голова болит? – ехидно хихикая, спросил Владимир Александрович, сидевший напротив Жени. Оба мужчины, повязав длинные полотенца вокруг талии, сидели у бассейна на белоснежных раскладных пляжных стульях.

– Да… Мы с вами вчера задали жару, – протянул Евгений, допив минеральную воду из огромного стеклянного графина.

– Ну, надо же когда-нибудь расслабляться.

– У вас прекрасный дом. Мне здесь очень нравится.

– Вообще-то я здесь редко бываю. Иногда приезжаю на пару дней, чтобы отдохнуть, убежать от суеты, от города и людей. Сейчас вот думаю привести здесь все в порядок: на следующей неделе ко мне приезжает дочка, хочу чтобы она остановилась здесь.

– У вас есть дочь?

– Да, а что, я тебе никогда не рассказывал о ней?

– Кажется, нет. Я бы запомнил.

– Да, есть… Оля зовут. Очень хорошая девушка. У нее недавно фирма развалилась в Украине. Осталась без работы. Решил предложить ей поработать у меня.

– А жена?

– А что жена? Мы развелись. Я ей помогаю финансово, а она не достает. По-моему, хороший бартер, выгодный!

– Ясно…

– Кстати, Женя. Хотел попросить тебя. На следующей неделе, во вторник, ты бы мог встретить мою Олю и привезти ее сюда? Мне нужно на три дня улететь в США. Вернусь во вторник, но только вечером. Мне никак не успеть.

– Нет вопросов. Только предупредите ее, что приеду я, а не вы.

– А то еще не сядет с незнакомцем в машину.

– Хорошо. Прямо сейчас и позвоню, – поднимая мобильный телефон с пола, сказал мужчина. – Хороший ты мужик, Женя, хотя слишком застенчивый и добродушный. Зря ты вчера отказался от Марго. Эта девочка творит чудеса. Эх, молодежь, все за вас нужно делать, – рассмеялся босс. – Анна! – внезапно грозным тоном крикнул мужчина в спину пожилой экономке, которая убиралась неподалеку.

– Сейчас-сейчас, – испуганно ответила она и побежала в дом. Меньше чем через минуту поднос с бутылочками минеральной воды и дольками лимона стоял на столике у бассейна.

– Алло, доченька… Это ты? – раздался непривычно ласковый голосок Владимира Александровича. Он сидел, прижав телефон к уху и улыбался.

Аэропорт… Женя стоял у выхода, держа руки в карманах, и внимательно искал взглядом женщину в зеленом пальто, с коричневым чемоданом. Именно эти отличительные приметы назвал ему Владимир Александрович.

Наручные часы показывали одиннадцать. Самолет давно приземлился. Наконец женщина, соответствующая описанию, появилась на горизонте.

– Здравствуйте… Вы Евгений Дмитриевич?

– Да, это я. А вы, наверное, Ольга?

– Да!

– Рад знакомству, – взяв в руки чемодан, мужчина жестом указал на нужную машину. – Ну что, поедем?

– Да, конечно, – опустив глаза, ответила Ольга, садясь на переднее сидение. Женя сразу заметил заинтересованный взгляд с ее стороны. Дочь директора оказалась достаточно простой в общении, даже слишком. Всю дорогу что-то рассказывала, будто они были знакомы десятки лет.

«Хорошие ножки, – подумал Женя, когда новая знакомая вышла из машины и направилась к дому. – Вообще, она всем хороша, модельная внешность, общительная и милая».

– Мне отец о вас много рассказывал, – вдруг обернувшись, сказала Оля.

– Правда?

– Да… Он уверен, что вы – гений.

– Мне очень приятно это слышать.

– Главное, что это чистая правда.

– Не знаю, гений или нет, но я очень стараюсь, чтобы все получалось как надо.

– Может быть, перейдем на «ты»?

– Конечно, давайте! – улыбнувшись, сказал Женя, – то есть давай!

– Спасибо, что встретил и развлек приятной беседой. Надеюсь, мы вечером увидимся.

– Думаю, да. Твой отец устраивает праздник в честь приезда любимой дочери.

– Я знаю, он меня предупредил.

– Тогда отдыхай, располагайся. Дорога, наверное, была утомительной.

– Совсем нет! – звонко ответила Оля. – Но отдохнуть точно надо.

– До свидания Ольга, – сказал Женя, когда она уже открыла дверь, ведущую в дом.

– Пока Женечка, спасибо еще раз.

Алло, привет мамочка, – прощебетала Ольга. Она лежала на огромной кровати в белом халате и сушила только что накрашенные красным лаком ногти.

– Привет дорогая, как ты?

– Отлично…

– У тебя такой счастливый голос.

– Это потому, что у меня чудесное настроение.

– А ну-ка, рассказывай.

– Мам, мне кажется, я влюбилась.

– Неужели?..

– Да… Его зовут Женя. Таких мужчин я еще не встречала. Галантный, красивый, обаятельный и невероятно добрый.

– Где ты его нашла?

– Он работает у отца на фирме.

Да, твой папаша всегда умел выбирать хорошие кадры.

– Давай только не будем о папе.

– Ну, ну…

– В общем, эту ночь мы провели вместе, – игриво произнесла девушка и улыбнулась. – Он только недавно уехал от меня на работу. Договорились сегодня сходить в ресторан, покушать омаров.

– Вижу, за границей жизнь налаживается.

– Да, мне здесь очень нравится. Признаюсь, ты была права, когда говорила, что все к лучшему. Видишь, банкротство нашей фирмы обернулось таким замечательным знакомством.

– Я очень за тебя рада.

– Знаешь, мне ведь недавно гинеколог сказал, если я не забеременею до тридцати лет, то потом зачать ребенка будет довольно сложно. И тут появляется человек, с которым я могла бы построить семью. Когда я его увидела, то поняла – вот мой лучик счастья. Я вдруг осознала, как я хочу детей. Столько лет работала как проклятая и ради чего? Все в один миг рухнуло. Раньше я считала себя карьеристкой, а теперь понимаю: работа и деньги ночью не согреют, не приласкают и не скажут нежно: «мамочка».

– Сколько раз я тебе об этом говорила, а ты меня не слушала. Наконец ты поняла, что счастье женщины заключается в детях. Любовь к мужчине иногда проходит, а вот дитя будет вдохновлять и радовать всегда.

– Да, ты, наверное, права.

– Так что поторопись. Бери «быка за рога» и веди Женю под венец, если и вправду разглядела в нем отца своих детей.

– Думаю, торопиться не стоит, эти отношения должны дозреть, – загадочно произнесла Ольга. – Представляешь, я так скучаю, хотя не видела его всего несколько часов.

– Наслаждайся милая этим неповторимым чувством влюбленности… Только не забывай – женские часики тикают.

– Не волнуйся, в последнее время я и так слишком часто думаю о том, что старею. – Ладно мамочка, пойду-ка я в душ… Через час нужно бежать на встречу.

– Ладно, беги… Вечером созвонимся.

– Пока-пока.

– Ольга положила телефон на тумбочку возле кровати, сняла халат и обнаженная, любуясь собой в зеркале, направилась в ванную комнату. Зазвонил телефон.

– Привет папочка.

– Привет дорогая… Как дела?

– Отлично, – солнечно, словно маленькая девочка, ответила Оля.

– Слышу, у тебя хорошее настроение.

– Да, сегодня прекрасный день.

– Я очень рад. Какие планы на вечер? Не хочешь сходить в ресторан?

– Папочка, я бы с удовольствием, но меня уже пригласили на свидание.

– Ничего себе. И кто же этот счастливец?

– Женя…

– Евгений Дмитриевич?

– Ага, именно он.

– Понятно.

– Мне кажется, я влюбилась.

– Так быстро?

– С первого взгляда.

– Давно я не слышал тебя такой счастливой и вдохновленной.

– Да, это правда… Женя окрылил меня.

– Ладно, Олечка, развлекайся. Желаю хорошего дня. Будет время, звони, а лучше давай встретимся, пообедаем.

– Хорошо, я к трем к тебе подъеду.

– Договорились.

– Ладно, пап, я уже опаздываю на встречу.

– Хорошо, до связи.

– Папа…

– Что?

– Я очень рада, что приехала к тебе!

– И я рад!

Отношения Жени и Оли завязались неожиданно и начали развиваться с невероятной скоростью. В один прекрасный день Оля просто, без приглашения, переехала к нему. Так началась их совместная жизнь.

Поначалу новая любовница вызывала у Жени симпатию. Он дарил цветы, подарки, старался произвести впечатление. Затем интерес начал угасать, чувства испарились, но деваться было некуда.

– Кому это ты все время строчишь письма? – немного раздраженно спросила Оля. Она раскинулась обнаженная на ярко красном покрывале поперек огромной двуспальной кровати. Евгений сидел за компьютерным столом напротив и набирал текст на клавиатуре своего ноутбука.

– Пишу ответ своему другу.

– И как же зовут твоего друга?

– Оля, какая тебе разница. Ты, по-моему, спать хотела.

– Какая мне разница? Мы с тобой уже почти полгода живем вместе. Я твоя девушка и имею право знать, кому ты там строчишь поэмы. Может, у тебя любовница появилась.

– Прекрати говорить глупости. Не надо портить мне настроение, пожалуйста.

– Значит я права… Это женщина, угадала?

– Нет.

– Имя, скажи мне имя и я успокоюсь.

– Господи, какая же ты настырная. Ее зовут Ангелина. Довольна?

– Я же говорила баба.

– Ты достала уже. Она не баба, а пятнадцатилетняя девочка.

– Серьезно? – приподняв брови, удивленно спросила Ольга.

– Да… А что здесь такого?

– Да ничего. Просто попахивает извращением каким-то. Милый, ты решил податься в педофилы? Я думала, что удовлетворяю тебя сполна, – откровенно смеялась Оля. Женя молча встал из-за стола и влепил женщине пощечину. Звук от хлопка завис в тишине.

– Все, с меня хватит. Пошла вон, – сказал он и указал рукой на дверь.

– Ну, прости. Я больше не буду, – иронично, как будто назло, продолжала смеяться Оля, хохот становился истеричным.

– Меня тошнит от тебя.

– Не поверишь, меня тоже тошнит, может я беременна? – смех становился все громче.

– Тогда пойди, сделай аборт.

– После этих слов смех оборвался. Ольга с презрением посмотрела на Женю, молча встала, оделась и вышла из комнаты. Через минуту входная дверь громко хлопнула.

«Твою ж мать, – ударив рукой по столу, громко крикнул мужчина. Он был на взводе. – Эта женщина просто невыносима. До чего она меня довела. Я же никогда не был таким вспыльчивым, таким грубым, – на миг закрыв глаза, Женя сделал глубокий вдох. – Нет желания что-то писать дальше».

Стерев текст в электронном письме, он выключил компьютер и лег на кровать. Рядом лежал мобильный телефон. Взяв его в руку, он начал просматривать телефонную книгу. Увидев имя брата – нажал кнопку вызова.

– Алло, братишка, привет, – едва улыбнувшись, сказал Женя и приподнялся с кровати.

– Какие люди! – радостно прозвучало из телефонного динамика. – Рад слышать. Рассказывай, как ты там?

– Все более-менее.

– То есть?

– Ты даже не представляешь, как меня все достало. Особенно моя девушка.

– Неужели красивые девушки могут достать?

– Поверь, еще как могут. Лучше расскажи, что у вас там с Катей. Как семейная жизнь? Как родители?

– Ну. Думаю ответ: «Все просто супер» тебя не удовлетворит.

– Конечно, хочется каких-то подробностей!

– Тогда слушай, – радостно заговорил Игорь. Вдруг послышались еле слышные сигналы, перебивающие звук. Женя посмотрел на экран телефона.

– Игорек, прости. На второй линии босс. Я должен ему ответить.

Тогда вечером наберу. Договорились?

– Да. Конечно. Удачного дня.

«Как меня угораздило вляпаться в эту историю? Зачем я начал эти отношения? Все закрутилось после вечеринки, когда я остался ночевать у Оли. Она была такой соблазнительной. Я повелся как дурак. Бессонные ночи, страсть, ее громкие сладкие стоны. Но в какой-то момент все это стало неинтересно. Теперь мне хочется только одного – чтобы она исчезла из моей жизни. Хочется тишины, покоя. В наших отношениях нет ничего. Даже секс в последнее время не приносит особого удовольствия. Я совершенно истощен и выжат, пустота внутри, не могу разобраться в себе, не могу понять, что делать дальше. Она прощает мне все и продолжает виснуть на шее. Чувствую себя ужасным актером в бездарной пьесе. Назад дороги нет. Я не могу расстроить своего начальника, вот и терплю избалованную дочку босса. Сам заварил эту кашу, теперь будь добр – расхлебывай».

– Дорогой, о чем думаешь? – сонно спросила Оля.

– Ни о чем, – холодно ответил он и вышел из комнаты.

«Какое сегодня число? – Женя включил огромный плазменный экран, находившийся в другой комнате и присел на диван. – Вот это да. Сегодня ведь День рождения Ангелины. Черт, столько раз думал не забыть. Сейчас напишу ей смс-поздравление. Хотя… Чего я боюсь? Надо позвонить».

Нажав на кнопку вызова, он начал нервно ходить по комнате. Первые гудки заставили сердце забиться быстрее.

– Алло, – послышалось из телефона. Женя растерялся, у него перехватило дыхание.

– Привет, моя маленькая, – чуть неуверенным голосом начал он диалог.

Разговаривая, он параллельно думал и наслаждался голосом Ангелины.

«Боже, как я скучал. Кажется, она немного повзрослела».

Положив трубку, Женя, улыбаясь, опустил взгляд вниз. «Я сказал ей: «Целую». Как маленький мальчик. Что со мной? Дурак».

– Как там у вас дела с моей дочерью. Не ссоритесь?

– Стараемся жить мирно, но не всегда получается, – ответил Женя и улыбнулся.

– Смотри мне. Обидишь – убью, – в шутку сказал Владимир Александрович и похлопал молодого мужчину по плечу.

– Не переживайте, скорее она меня обидит.

– Когда свадьба?

– Какая свадьба?

– Как какая? Вы уже больше года встречаетесь. Вам обоим по тридцатке. Пора о семье задуматься, о детях.

– Я понимаю, но мне кажется я еще к этому не готов.

– Ты уже давно не маленький мальчик. Тянуть с женитьбой бессмысленно. Вы с Олей – отличная партия друг для друга. Помнишь мой дом за городом? Как только вы поженитесь, я вам его подарю. Будете там счастливо жить-поживать и добра наживать.

– Вообще-то я планировал создавать семью в другой стране.

– В Украине? – нахмурив брови, сказал Владимир Александрович. После короткой паузы, он продолжил. – А ты знаешь, что там никто не позволит тебе жить на такую широкую ногу, как здесь. Вы с моей дочерью – прекрасная пара. Я хочу, чтобы вы поженились. Конечно, не мне решать, ни в коем случае не давлю на тебя, но если станет понятно, что ты просто морочил голову моей девочке, то придется аннулировать наши договоренности. Знаешь, терять время – это самое печальное, что может случиться в жизни человека. Мне хочется, чтобы моя единственная дочь была счастлива. В данной ситуации складывается простая формула. Если вы не поженитесь, то для Оли это выльется в потерю ее драгоценных лет. А для тебя это станет потерей опыта и денег. Я оборву все связи и получится, что все это время ты провел здесь зря. Понимаешь о чем я говорю? Потеря времени.

– Я вас услышал, – Женя сжал кулаки.

– Ты просто подумай об этом. Полгода подумай, – улыбаясь, сказал Владимир Александрович.

– Спасибо, – Евгений снова отвел взгляд. – Я завтра улетаю домой.

– Так рано?

– Есть повод. День рождения моей мамы. Тем более, дела идут хорошо, и вы без меня справитесь. Не так ли?

– Да. Тогда будем на связи. Договорились?

– Конечно.

– Почему ты решил полететь именно сегодня? – взволнованно допытывалась Оля. Женя был на взводе. Молча закидывая вещи в чемодан, он спешил.

– У моей мамы День рождения на этой неделе.

– Я все понимаю, но она уже праздновала один раз без тебя. В этом нет ничего страшного. Зачем тебе возвращаться, если квартира оплачена еще на три месяца?

– Можешь здесь пожить, если хочешь.

– И ты даже не предложишь мне поехать с тобой? – едва сдерживая слезы, продолжала женщина.

– Я не могу.

– Почему?

– У тебя здесь много дел.

– И ты считаешь это весомым аргументом?

– Нет.

– Тогда в чем же дело?

– Мне нужно подумать о наших с тобой отношениях. Хочу побыть один, чтобы принять правильное решение.

– Какой же ты эгоист и трус. Если хочешь расстаться, так и скажи, а не убегай, поджав хвост, как паршивая собака.

– Ладно. Ты хочешь услышать правду? Пожалуйста. Я тебя никогда не любил и никогда не приглашал переехать ко мне. Ты все решала сама. Я был с тобой только из-за твоего отца. А сейчас даже он со своими дешевыми угрозами меня не останавливает.

– Сволочь. Ненавижу тебя.

– Знаешь, я иногда и сам себя ненавижу за свою привычку угождать всем, только не себе. Всегда поступаю так, как другим выгодно. Никто ведь не спрашивает, чего хочется мне. Ты хоть раз поинтересовалась, почему я бываю расстроен и зол? Нет… Ты зациклена только на себе. И семью хочешь завести только потому, что годы поджимают.

– Закрой свой рот. Все это время я пылинки с тебя сдувала, все прощала, а ты об меня ноги вытирал.

– Оля… Я на тебя не ору, и ты будь добра, возьми тон пониже. Меня раздражает твой крик.

– Говоришь, раздражает крик, – еще громче продолжала женщина. – Знаешь, мой дружочек, я могу сказать своему отцу, что ты меня достал, и тебя просто-напросто пришьют. Очень незаметно. И никто не догадается, как это произошло и где. Никто тебя не найдет.

– Ты чокнутая. Тебе пора к психиатру.

– А тебе к хирургу, чтобы мозги вправил. А то не понимаешь элементарных вещей.

– Тебе не стыдно мне угрожать, дурочка? Я тебя не люблю, я ухожу, точка. Тут ни угрозы, ни крики не помогут. Все кончено.

– Пошел вон! – внезапно, словно подбитая птица, закричала Ольга и начала колотить его по груди. В одно мгновение Женя оттолкнул ее на стеклянный журнальный столик, разбившийся от удара вдребезги. Оскорбленная женщина громко рыдала, ее руки были в крови.

– Прощай, – после этих слов входная дверь захлопнулась. Через минуту Оля медленно поднялась. Достав из ладони маленький осколок, она медленно зашла в комнату, дрожащими руками взяла телефон и нажала кнопку вызова.

– Алло, – раздался мужской голос.

– Папа, папочка, – плакала Оля, пытаясь что-то объяснить.

– Что случилось, милая?

– Он уехал! Понимаешь, уехал, – в истерике кричала Ольга. Голос отца оборвался. Посмотрев на разрядившийся телефон, женщина со всей силы швырнула его в стенку. Кровь никак не останавливалась.

Через двадцать минут в дверь позвонили. Надеясь, что это Женя, Ольга выбежала в коридор. На пороге стоял отец. Зрелище, представшее перед Владимиром Александровичем, привело его в ярость. Весь холл был усеян битым стеклом и каплями крови. Дочь стояла и плакала. Лицо было красным, руки дрожали. На одежде виднелись кровоподтеки.

– Где он?!

– Уехал в аэропорт, – всхлипывая, ответила Оля. – Он бросил меня, сказал, что никогда не любил.

– Сукин сын, – яростно прошептал Полевой и ушел, громко хлопнув дверью. Оля облокотилась о стенку, слезы катились по щекам.

Часть XIII

«Привет, Ангельконок, – начала читать я. Улыбка искрилась цветами радуги на моих устах. Он прислал мне электронное письмо. – Давно не писал тебе. Извини. Эти бесконечные дела просто засасывают, как болото. Совершенно не хватает времени уделить внимание тебе, моя маленькая. Знаешь, наша с тобой переписка скоро закончится. – После этих слов улыбка исчезла с моего лица, и сердце начало биться быстрее. – Дело в том, что я уже не могу здесь находиться. Мне плохо. Хочу домой. Хочу поговорить с нормальными людьми, на нормальные темы, – улыбка снова вернулась. – Все эти дела окончательно истощили меня, теперь мне нужна срочная реанимация. Так к чему это отступление. Через два дня я прилетаю в Киев. Это будет сюрпризом для всех. Только ты знаешь эту маленькую тайну, поэтому, если хочешь, можешь приехать встречать меня в аэропорту. Очень соскучился по тебе. Мой самолет прибывает в одиннадцать часов утра. Надеюсь, мы скоро встретимся. Кстати, поздравляю с окончанием школы! Женя».

«Господи, неужели такое бывает? – счастливо прозвучало в моей голове. Я встала из-за стола и закрыла лицо ладонями. – Неужели послезавтра мы увидимся? Боже мой, он сказал, что соскучился! Мне это не снится?»

Я легла на кровать и дала волю слезам, накопившимся во мне за все долгое время ожидания и сейчас рвущимися наружу. На душе потихоньку становилось легче.

Прошло десять минут и слезы, наконец, закончили свой бесконечный поток. Я встала и задумалась.

«Что же мне надеть? Для этой встречи нужно выбрать что-то особенное. Хочется, чтобы он увидел, как я выросла, влюбился в мой образ. Моя душа давно его очаровала. Детское тело отпугивало его. Нужно все изменить. Но как? Есть время. Я подумаю. Пожалуй, подойдут черные джинсы и вот эта ярко-желтая блузка».

Такси. Я сижу на заднем сиденье и перебираю пальцы. Впервые в жизни пришлось врать маме в каждом слове. Она бы не отпустила меня совсем одну в аэропорт.

Женя. Мой Женечка. Мы увидимся уже через час. Господи, я не верю. Как приятно осознавать, что скоро мы снова будем вместе.

Я медленно вышла из машины. Мне страшно? Нет. Это не паника, просто безумно трясет все тело от ожидания чуда.

Сейчас стою напротив выхода, из которого вот-вот должен появиться он. Самолет «Берлин – Киев» прилетел. Я жду.

Люди… Столько незнакомых лиц. Я всматриваюсь в каждое, надеясь разглядеть родные глаза. Улыбка сияет на моих устах, эмоции переполняют мое сердце, душа рвется ввысь. Через мгновение я увижу Женю. Сейчас-сейчас… Он появится, и я, наконец, смогу его обнять. Прижать к себе и на мгновение замереть в этих райских объятиях.

Людей становится все меньше. Очередь редеет. Теперь я могу рассмотреть каждого, кто проходит мимо. «Его нет, его нет!», – кричит мое сердце. Отчаяние и страх овладевают всем моим существом. Посадка закончилась, все пассажиры вышли, а его как будто и не было в том самолете. Господи, что случилось. Где же он? Где? Как сумасшедшая я начала бегать по аэропорту. Искала его, смотрела на разные лица, даже выкрикивала имя. Никто не отвечал. Телефон был недоступен. Женя ведь не мог обмануть меня. Не мог так поступить со мной. В слезах я упала на пол. Потом сознание заволокло темнотой. Пустота.

– Девушка, что с вами, – сквозь туман услышала я. – Позовите врача. Она не в себе.

– Ангелина, – послышался его голос. – Ангелина! – раздалось еще громче. Я открыла глаза. Испуганное лицо Жени повисло надо мной.

– Ты, – тяжело выдохнула я и чуть улыбнулась.

– Боже мой… Что с тобой, моя маленькая? – взволнованно сказал он. – Спасибо. Мы знакомы. Я отвезу девушку домой, – быстро проговорил Женя.

– Ты, – продолжала шептать я, словно сумасшедшая. Мне казалось, что я до сих пор нахожусь в этой темной пропасти.

– Это я… Моя маленькая, как же ты меня напугала, я уже подумал, что ты не приехала меня встречать.

– Женя, – набравшись сил, подняла руки и обняла его. Слёзы катились из глаз.

– Моя маленькая, – улыбаясь, говорил он, прижимая меня к себе.

– Мне вдруг показалось, что ты меня обманул. Думала, что с тобой что-то случилось.

– Господи… Никогда бы так не поступил.

Он осторожно взял меня на руки и понес. Я утонула в его объятиях и наслаждалась ароматом его тела. Положив меня на заднее сиденье такси, Женя пошел забирать свой чемодан. Я просто неподвижно лежала. Именно так, как он меня положил. Потом снова упала в ту пропасть. Темнота и покой.

Я открыла глаза и увидела белоснежные стены. Все было таким чужим, холодным как снег. Больница. Я лежала на кровати в одной из палат, рядом на стуле спала мама. В вену на руке был вставлен катетер, жидкость, струящаяся в тело, неприятно пощипывала, но сил вытащить иглу, не было.

– Доченька… Милая моя, ты проснулась, – открыв глаза, взволнованно сказала мама. В палату зашла медсестра. – Позовите, пожалуйста, врача, – обратилась она к молодой девушке и снова посмотрела на меня.

– Мама, – слабым тоненьким голосом проговорила я.

– Боже, ты нас всех так напугала. Целые сутки не приходила в себя. Ты упала в обморок в аэропорту. Я ничего не понимаю. Чуть не сошла с ума. Что случилось, милая?

– Я… Я… – сил продолжить предложение не было. То, что хотелось сказать, сидело глубоко внутри.

– Что же ты, моя маленькая, делала в аэропорту? – со слезами на глазах говорила мама.

«Неужели Женя ничего им не рассказал?», – взволнованно подумала я, но не смогла произнести эти мысли вслух.

– Папа всю ночь просидел у твоей кровати. Мы не знали, что делать, как тебе помочь.

– Мамочка, не плачь, – выдавила я и почувствовала, как по щеке скатилась слеза. – Вошел врач.

– Ну, что тут у нас? Как ты себя чувствуешь? – спросил пожилой мужчина в халате.

– Ей трудно разговаривать, – сказала мама, не отрывая от меня взгляд.

– Дорогая моя, у вас случился нервный срыв. Мне важно знать, как вы себя чувствуете, какие ощущения, есть ли шумы в голове, боль в теле. Кто же заставил такую красивую барышню так понервничать? – я чуть улыбнулась. – О, вы уже улыбаетесь. Это хорошо. Думаю, через несколько недель мы сможем вас выписать.

– Несколько недель? – взволнованно переспросила мама.

– Да, это как минимум… То, что произошло с вашей дочерью – очень сильный стресс для организма. Нужно провести ряд обследований, полежать под капельничками, привести весь организм и нервную систему в норму.

– Хорошо… Слава Богу, она уже пришла в себя.

– Да, это прекрасно.

– А где Женя? – тихо спросила я, собрав все силы.

– Какой Женя?

– Мой Женя… Он ведь прилетел сегодня.

– Доченька, насколько я знаю, он должен вернуться через три месяца.

– Да… Но он решил прилететь раньше. Я поехала его встречать.

– Ангелиночка. Милая моя, – продолжала Светлана. Врач с серьезным лицом наблюдал за нами. – Женя не прилетал. Игорь вчера весь день был с нами в больнице. Если бы Женя прилетел, Игорь бы знал. Это ведь он привез нас сюда. А тебя в больницу доставила скорая помощь. Ты потеряла сознание в зале аэропорта.

– В зале я проснулась. Женя отнес меня в машину. Я это точно помню.

– Господи, – расплакалась мама. – Доченька. Тебя нашли лежащей на полу, сразу достали кошелек, увидели папину визитку и позвонили нам. Врачи забрали тебя именно оттуда.

– Прошу вас, успокойтесь, – сказал врач. – Пусть девочка отдохнет, – тихо добавил он и вывел маму из палаты. Я лежала и ничего не могла понять. Господи, что за бред происходит. Что со мной?

Проснувшись на следующий день, я с нетерпением ждала, когда мама придет. Наконец она появилась. Улыбнувшись, я заглянула ей в глаза, и радость немедленно испарилась. Сколько всего наговорил ей доктор. Они считают меня почти ненормальной. Будто я перепутала сон и реальность. Но как это возможно? Я на самом деле видела Женю. Я четко помню. Он был там. Был.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила мама, садясь на стул возле моей кровати.

– Уже лучше.

Столько мыслей в ее голове. Боже мой. Я слышу эти диалоги. Она разговаривала с Игорем о Жене, просила его выяснить, когда тот приезжает. Какая-то тревога. Ничего не понимаю. Даже с его матерью беседовала. Господи… Я никогда так близко не видела Женину маму. Она так похожа на мою первую маму, с которой мы расстались на берегу моря. Те же слезы. Почему она так горько плачет?

Светлана отвела взгляд.

– Доченька, расскажи мне. Почему ты поехала в аэропорт?

– Меня Женя попросил. Он написал мне письмо.

– Какое письмо?

Электронное. Мы часто переписывались с ним. Он просил, чтобы я его встретила.

– А почему именно тебя? Почему не Игоря, не свою мать?

– Он хотел сделать сюрприз своим родным.

– Знаешь, доченька. Возможно, тебе будет больно, и ты расстроишься, но я узнала, что Женя не прилетал. Я всех расспросила. Даже с его мамой встречалась. Бедная женщина.

– Почему?

– Мы с ней очень долго общались. Она рассказала мне свою историю. Это ужасно. Еще до рождения Жени, ей пришлось пережить смерть ребенка. Она упала с лестницы и потеряла еще не родившуюся дочь.

Слезы снова хлынули из глаз. Это она… Эта женщина – моя мать из прошлой жизни. Я не ошиблась в своих догадках.

– Доченька. Почему ты плачешь?

– Не знаю, – тихо произнесла я, пряча лицо в ладонях.

– Не плачь. Не надо плакать, – обнимая меня, шептала мама. Мое поведение пугало ее, я вела себя как ненормальная. Слова, взгляды, слезы. Но мне было все равно. Я больше не могла сдерживать свои эмоции.

– Бедная моя малышка. Как же это могло произойти?

– Я плачу, потому что мне очень жаль эту женщину.

Я заглянула маме в глаза и прочитала их разговор. Слезы еще сильнее сдавили горло. Почему она молчит о том, что уже два дня Женя не выходит на связь?

Прошел месяц. Бледная, уставшая и истощенная я зашла в свою комнату. Сегодня меня выписали из больницы. Так странно. Эти стены стали совсем чужими. Мои чувства, как и вся эта комната, покрылись толстым слоем пыли. Серым-серым, угрюмым пледом. Я стою и смотрю на себя в зеркало. Как я изменилась. Постарела… Да, шестнадцатилетняя девочка постарела. Когда-то округлое лицо стало вытянутым и совсем неприятным. Мешки под глазами, острые скулы, впалые щеки, тонкая шея и руки. Не хочу больше на себя смотреть.

Целый месяц я провела в больнице. Мне кололи какие-то препараты, давали таблетки, от которых постоянно хотелось спать. Кажется, все это убивало меня, делало слабее, беспомощнее. Мне так плохо…

От Жени нет никаких вестей. Мама ничего не говорит, а я только читаю в ее глазах, как встревожены все его близкие. Целый месяц он не выходит на связь, телефон заблокирован, никто ничего не может узнать. С ним случилось что-то страшное, он не мог просто так исчезнуть.

Включаю компьютер. Захожу на страницу своей почты. В левом углу мигает сообщение. Надежда и страх заставляют мое сердце бешено биться. Я открываю. Страница слишком долго грузится. Слезы наворачиваются на глаза. Может быть, это он написал. Может быть, сейчас узнаю правду и пойму куда он делся. Господи! Это от службы интернет обслуживания. Мне сообщают, что до пятнадцатого числа нужно оплатить услуги. Больше писем нет, внизу целая куча сообщений, которые он присылал мне за эти два года.

Я открываю письмо за письмом. Мне хочется перечитать каждое слово.

Почему Женя никогда не писал об Ольге, хотя Игорь рассказывал, что у них завязался роман. Она ведь была с ним все это время. Наверное, Жене было плохо с ней. Он всегда делился со мной своей радостью.

Я медленно набираю сообщение. Очень осторожно нажимаю каждую клавишу на клавиатуре: «Что случилось? Пожалуйста, напиши мне.» Слеза упала на стол. Я нажала на кнопку «отправить». Когда- нибудь он ответит. Обязательно. Я буду ждать. Всегда.

– Доченька, – сказала мама, заглядывая в мою пыльную комнату.

– Да, что ты хотела?

– Ты будешь обедать?

– Нет аппетита. Давай через час.

– Хорошо.

Мама вышла, а я вновь вернулась к своим воспоминаниям. Не могу забыть, как нежно Женя обнял меня в аэропорту. Это было так реально. Я даже сейчас чувствую его прикосновения, по телу бегают мурашки. Неужели воображение поступило со мной так подло? Не хочу в это верить? Я не понимаю, что происходит. Я устала, безумно устала быть.

Прошел целый год. Длинный, серый, такой пустой и холодный год.

Сердце Жениной мамы не выдержало разлуки с сыном и остановилось от горя. Эта женщина плакала каждый день и кричала, что ее мальчик умер.

«Его забрали у меня, убили. Он бы никогда не молчал так долго. Он не поступил бы так со мной», – звучал хриплый крик в воспоминаниях моей матери. Да, именно она была с Мариной до последнего вздоха. Господи, молю тебя, забери ее к себе в самые прекрасные и радужные места своего царства. Пусть она отдохнет от этой сложной жизни. Пусть в раю к ней придет покой и гармония.

Женя, дорогой мой мальчик, мой любимый. Ты снишься мне каждую ночь. Где ты, милый? Где? Каждый день захожу к себе на почту и жду весточки от тебя. Ты молчишь, а я продолжаю верить, что твоя мама ошибалась. Я знаю, чувствую – ты есть. Ты жив. Мы однажды встретимся с тобой.

Этот сон. Он снится мне каждую ночь. Ты и я. В большой желтой комнате. Ты обнимаешь меня, гладишь мои волосы. Я чувствую твои горячие губы. Каждую ночь они целуют меня, а потом ты растворяешься. Я открываю глаза и понимаю, что целовала воздух.

Каждое утро, просыпаясь в слезах, мечтаю однажды разбудить саму себя, когда ты еще не исчез, но у меня никак не получается. Я так устала плакать.

Мамины волосы поседели. Так быстро и незаметно. Когда-то блестящие русые пряди покрылись пылью. Господи, ну почему все в жизни однажды покрывается пылью? Моя комната, моя душа, мамины волосы.

Жизнь стала невыносимой. Я уже не помню, когда в последний раз улыбалась. Учусь на заочном в одном из столичных университетов, почти ни с кем не разговариваю, стала черствой и неприветливой. На душе горько от того, что меня совершенно ничего не интересует. Я потеряла желание жить, потеряла вдохновение и стремление к чему-либо. Меня волнует лишь один вопрос- что же случилось с моим мальчиком? С каждым днем надежда меркнет, как и я. Живу и мучаю своих родителей. Только вера в то, что когда-нибудь я узнаю ответы на вопросы, заставляет меня продолжать дышать.

Я уже давно не чувствую голода или жажды. Мама пытается меня развеселить, разговаривает со мной, обнимает и не сдерживает слез. Папа стал часто задерживаться на работе. Он не спешит домой. В наших стенах поселилось отчаяние. В этом виновата я. Ничего не могу с собой поделать.

Сижу в самолете. Стюардесса предлагает мне кофе, но я отказываюсь и снова отворачиваюсь к иллюминатору. Там проплывают облака-безе. Когда-то давно я обсуждала их с любимым человеком. Помню его глаза, как он смотрел на меня и улыбался. Помню каждое мгновение, каждую секундочку, связанную с ним.

Его письма я изучила наизусть. Так странно, когда восемнадцатилетняя девушка цитирует слова никому неизвестного человека. Цитирует разговор о бабочках и о луне, соединяющей взгляды.

Женя так и не ответил на мое письмо. Прошло два года с тех пор, как он пропал. За это время я смогла собрать информацию о том, где он работал. Получила адрес этой компании и телефон.

Я устала просто ждать. Купила билет на самолет и отправилась искать ответы. Мне нужно узнать, что же произошло в тот день, когда он должен был прилететь.

«Моя маленькая», – он так нежно называл меня. Мне так не хватает его голоса, слов, взгляда, прикосновений. Не хватает уверенности, что он есть. Неважно – близко или далеко, но есть. Не хватает его зеленых глаз и небритой щеки. Все это сохранилось лишь в моих воспоминаниях.

Я очень хочу спать. Приходится сдерживать себя, чтобы не уснуть, ведь этот странный сон до сих пор мучает меня. Не хочу никому показывать свои слезы.

Берлин. Я впервые встречаюсь с этим городом, который разлучил меня с любимым. Четыре долгих года я не видела Женю. Два года не слышала голос, не получала писем и новостей.

Я сажусь в такси и называю нужный адрес. Таксист незаметно смеется над моим чудным акцентом, а я отворачиваюсь к окну. Мне все равно. Безразлично, что думает этот человек. Только один вопрос имеет для меня значение.

Передо мной высокое, стеклянное здание. Я захожу, показываю документ, сажусь в лифт и поднимаюсь на пятый этаж. За широкой стойкой администратора сидит девушка. Видимо, это офис-менеджер.

– Здравствуйте, – чуть улыбнувшись, обратилась я. – Скажите, могу ли я поговорить с госпожой Ольгой?

– У вас назначена встреча?

– Да, она меня ждет, – соврала я.

– Сейчас, подождите секундочку.

Молодая женщина проводит меня. Я захожу в просторное помещение: кожаный диван, дорогая мебель, безупречный ремонт, все искусственное и совсем неживое. Тошнит от еле слышного запаха ацетона.

Передо мной сидит женщина, примерно тридцати лет. У нее красивое лицо, но взгляд холодный и уставший.

– Здравствуйте, – начала я, заглядывая в глаза Ольге. От нее мне нужно было только одно – воспоминания. Где же те, которые мне так необходимы? Она прячет их… Пытается забыть.

– Здравствуйте. Прошу, присаживайтесь, – указывая на черное кресло, сказала она. – Как вас зовут?

– Ангелина, – сухо ответила я, и пауза повисла в воздухе. Где же они? Столько хлама в ее мыслях.

– Простите, у меня нигде не записано, что у нас с вами назначена встреча, – листая страницы коричневого блокнота, озабоченно говорила она. – Вы из какой компании?

– Я не из компании. Я пришла лично к вам.

– Как это понимать? Как вас тогда пропустили?

– Очень просто.

– Зачем же вы пришли ко мне?

– Чтобы узнать, куда исчез Женя, – после этих слов зрачки женщины расширились. В ту же секунду я нашла, то, что искала.

На полу грязной комнаты валялись осколки от стекла. Кто-то плакал. Это была Ольга. Она била посуду, неприятный звон разносился по квартире.

В углу комнаты на подзарядке лежал телефон. Оля то и дело, подходила к нему и набирала чей-то номер, но никто не отвечал. Снова и снова, она била посуду, рвала шторы и плакала – телефон молчал.

Эти воспоминания вдруг оборвались и начались другие. Я увидела седого мужчину, сидящего за большим столом. Это был Ольгин отец.

– Что же ты натворил? Что же ты наделал? – упав на колени, в слезах кричала женщина. – Зачем ты его убил? Зачем? – держась за живот, она корчилась от невыносимой боли.

– Прекрати орать… Я сделал то, что посчитал нужным.

– Господи, я же любила его, он был мне нужен! Зачем ты убил его? – Слезы наворачивались на мои глаза, но я держалась изо всех сил, чтобы не потерять сознание.

– Он тебя не любил и не собирался жениться. Я просто раздавил гадкого таракана, посмевшего тобой воспользоваться.

– Что ты натворил? Что ты натворил? – захлебываясь солеными слезами, все громче кричала Ольга. Ее тело трясло от судороги.

– Какая-то мразь позволила себе поднять руку на мою дочь. Он заслужил это наказание.

– Ты что, Бог?! – кричала она. – Ты не вправе решать, кому жить, а кому умирать!

– Закрой рот! Я вправе, – закричал седой мужчина, встав из-за стола. – И если ты не прекратишь эту истерику, я и тебя убью, неблагодарная сука! Я сделал это ради тебя. Ты даже представить не можешь, что я пережил, когда пришел к тебе домой и увидел кровь, слезы, разбитый стол и синяки на твоих ногах. Мы вывели его прямо из самолета. Ему не хватило десяти минут, чтобы улететь.

– Женя был хорошим человеком, пусть даже и не любил меня.

– Уберите ее отсюда, а то я не сдержусь, – жестко проговорил Владимир Александрович, обращаясь к охране. – Отвезите ее в клинику, пусть подлечится. Я устал от этих истерик.

– Я ненавижу тебя, слышишь… Ненавижу!!!

– Перестань! – крикнул он. Затем помолчал минуту и продолжил спокойно с улыбкой. – Я подарю тебе квартиру в том доме, где в фундамент закатано его тело. Подумай только, он будет рядом с тобой всегда. Ты же об этом мечтала?

Ольга онемела. Ее уже выносили из кабинета охранники. Дальше читать я не могла. В глазах потемнело, ноги стали ватными. Последнее, что я услышала, был глухой удар. Упало мое тело.

Я очнулась в больнице. В душе была глубокая, черная, бездонная пустота. Надо мной стояла женщина. Эта была Оля.

– Ангелина, – начала она. – Слава Богу, ты очнулась.

– Голова болит, – сухо ответила я, специально не смотря ей в глаза.

– Прости меня.

– За что?

– За все…

– Не выйдет, – холодно ответила я, медленно закрыв глаза. Через минуту услышала, как она вышла из палаты.

Он погиб. Его жестоко убили. Все это время я жила надеждой: он мог потерять память, мог скрываться от преследования, мог попасть в тюрьму. У меня было множество предположений. Я не хотела верить в его смерть. Как горько, что его мать оказалась права. Она умерла от горя. Мне тоже хочется умереть. Не хочу больше оставаться в этом жестоком мире, где люди берут на себя роль Господа и решают, кому жить, а кому умирать.

Целые сутки я пролежала в больнице. Там я в последний раз плакала, вспоминая каждое из тех мгновений, которые мы провели вместе. Помню тот летний день, когда я впервые увидела эти ангельские детские глаза. Помню бушующее море. Его уста, что подарили мне желаемое тепло и забрали мой покой навсегда. Как долго я его искала.

Наша новая встреча. Его взрослый мудрый взгляд, аромат кожи. Ладони… Нежные, горячие, такие большие и сильные. Они грели мои маленькие холодные пальчики, когда мы сидели рядом на белоснежном песке. Греция… Море омывает тебя, а его руки больше никогда не коснутся моей кожи. Никогда. Я больше не увижу эти глаза, губы, улыбку, волосы. Не почувствую его ласки, поцелуев. Все иллюзии исчезли, растворились. Мы больше никогда не будем вместе.

Его уста… Я так и не почувствовала их привкус на своих губах. Не почувствовала тепла, ласкового дыхания, нежности прикосновений. Мы так и не стали с ним одним целым, нас снова разъединили жизнь и смерть.

«Я люблю тебя, моя маленькая», – эти слова разрывают мне душу.

Почему люди так жестоки? Чем он заслужил эту нелепую смерть?

Я вспоминаю наш первый танец, наш разговор. Вспоминаю, как впервые поймала его взгляд. Я снова и снова воспроизвожу в памяти тот момент, когда он закладывал за мое ушко темные пряди, заглядывая в мои восхищенные глаза. Вспоминаю его озорную улыбку, когда мы, как дети, резвились в воде. Она осталась у него с юности.

Женя ушел из жизни, растворился, исчез из моей судьбы. Я заснула. Этой ночью мне впервые ничего не снилось.

На утро я проснулась без слез. Той ночью моя душа онемела, покрылась льдом и печалью.

Моя комната… Я сижу и смотрю на фотографию моря. Как я соскучилась по этим величественным волнам и чуть соленому аромату ветра! На коленях лежит целая горка таблеток, выписанных мне на полгода. Медленно освобождаю каждую из бумажного плена и складываю в кучку.

Время от времени перевожу взгляд с фотографии на разноцветные «пуговицы», лежащие у меня на коленях.

Эта фотография искусственная, неживая. Только отражение, лишь иллюзия моря. Моя жизнь – тоже иллюзия… Я не хочу так жить.

В комнату заглянула мама. Удивительно, что в два часа ночи она не спит. Я спокойно посмотрела ей в глаза, продолжая перебирать упаковки из-под таблеток. Она подошла ко мне и молча обняла. Я ощутила ее любовь. Почувствовала насколько нужна ей. Поцеловав меня, мама медленно встала и вышла из комнаты, будто и не заметила той разноцветной кучи на моих коленях.

Моя мама… Она так сильно любит меня, что готова принять мой выбор, готова отпустить в мир покоя и забытья.

Мне так хотелось умереть, хотелось оборвать эту никчемную нить существования. Жизнь измучила меня. Жизнь меня сломала.

Я не умерла… Просто так вышло.

Content

Оксения Бурлака
Просто так вышло

Часть I

Часть ll

Часть lll

Часть IV

Часть V

Часть VI

Часть VII

Часть VIII

Часть IX

Часть X

Часть XI

Часть XII

Часть XIII