Василий Седой

Украденная жизнь

От автора

Всем добра!

Уважаемые читатели, займу буквально пару секунд вашего времени. Хочу обратить внимание на то, что каждый том этой серии можно читать, как отдельное произведение. Все они написаны по-разному и не похожи друг на друга. Незначительные ссылки на прошлые жизни не имеют особого значения, поэтому в каждом томе можно обнаружить историю, совершенно не похожую на предыдущую. Вот, собственно, и все, что хотел сказать.

С уважением, Василий Седой.

Пролог

Я осознал себя в непонятном мареве, в котором чувствовал себя, как дома. Очень неоднозначно себя ощущал. С одной стороны, вроде все хорошо, ничего не болит и даже, в какой-то мере, приятно находиться в такой себе, невесомости. С другой стороны, складывалось впечатление, что меня внимательно изучают и даже, каким-то образом, воздействуют. Это пугало и заставляло собраться и каким-либо образом, как можно быстрее, разобраться в происходящем. Постарался сосредоточиться и понять, что происходит и как с этим быть. Долго ничего не получалось, а потом начал различать непонятное бормотание, чем-то напоминающее бурчание, старого, уставшего от разнообразных проблем, деда. Сконцентрировавшись на этом бубнёже, я вдруг понял: этот голос мне знаком и принадлежит сущности, которая обещала наказать, если буду буянить. На краю сознания мелькнула мысль — по ходу, отбегался. Страшно стало, жуть. Но при этом, наверное, благодаря этому страху, я начал лучше слышать эту сущность и стал четко различать сказанные ей слова и предложения. Помимо этого, каким-то непонятным образом стал видеть мелькающие мимо, непонятные туманные образования, напоминающие то, в котором нахожусь я. Пока сущность перечисляла все сделанное со мной злыми инопланетянами, я внимательно слушал и старался как можно лучше понять, о чем он ведёт речь. Исходя из сказанного, начал понимать, что если бы не эта сущность, то отправившие меня в путешествие инопланетяне в итоге добились бы своего и смогли бы вернуть меня обратно. Думаю, что после возвращения ничего хорошего ждать не пришлось бы. Поэтому, я начал испытывать к этой сущности чувство благодарности за то, что она тратит свое время и участвует в моей судьбе. И длилось это до тех пор, пока она не решила лишить меня памяти о прожитых жизнях. Меня это до такой степени разозлило и даже взбесило, что я, не отдавая себе отчёта в том, что делаю, начал изо всех своих сил цепляться за свою память и вырываться из окружающего меня марева. В какой-то момент я заметил проплывающее рядом туманное образование и всей своей сутью захотел уплыть вместе с ним. Не могу сказать, что на самом деле произошло в следующий момент, но окружающее меня пространство резко изменилось, и я оказался в совершенно другом месте. Оно чем-то напоминало только что покинутое, но, при этом, сильно отличалось. И отличалось по большей степени тем, что состояло это пространство из множества туманный мини образований, от которых исходило множество разнообразных эмоций. Как это ни странно звучит, но я их прекрасно различал. Их разнообразие очаровывало и заставляло сопереживать. Наверное, именно это сопереживание заставило меня обратить внимание на одно из таких образований, от которого исходила жуткая волна безнадеги, тоски и сожаления. Эта волна была такой силы, что мне захотелось к этому образованию прикоснуться и каким-то образом успокоить. А может, и отвлечь от накативших на него эмоций. В следующий миг меня как будто втянуло в это образование, и я ощутил сильнейшую, ни с чем не сравнимую боль, от которой я потерял сознание.

Глава 1

Очнулся от дикого холода. Тело буквально обожгло ледяной водой. Открыл глаза и сразу понял — тону. Как удержался от паники, сам не понимаю. Более того, несмотря на то, что находился под водой, не стал закрывать глаз и даже осмотрелся. Погрузился довольно-таки глубоко, при этом, не набрав в лёгкие воздуха. Вдохнуть хотелось не просто сильно, а запредельно сильно. Терпеть не было никаких сил. Удержался, чтобы не сделать глупость, только благодаря пониманию, что это будет последний вдох. Понятно, что сразу же заработал ногами и руками, стараясь, как можно быстрее добраться до поверхности воды. Это всплытие показалось бесконечным. Но на этом борьба за жизнь не закончилась. До берега было относительно недалеко, но выхода на него не просматривалось по той простой причине, что вокруг возвышались крутые склоны гор. Складывалось ощущение, что они вырастали из воды. Тем не менее, все равно постарался, как можно быстрее, добраться хотя бы до этих гор. Вода была настолько обжигающе холодной, что надолго меня может не хватить. Не дай бог судорога, и все, не поможет ничего. А возле берега есть шанс за что-нибудь зацепиться. Да и выхода другого просто нет. Поэтому, энергично плыл несколько минут и приблизился вплотную к скале. А когда здесь осмотрелся, то увидел расщелину с небольшим клочком суши, на которую есть возможность выбраться. Со стороны воды она абсолютно не просматривалась. Её можно было увидеть, если подплыть вплотную, как это сделал я.

Выбрался на этот пятачок с огромным трудом. Ледяная вода прямо на глазах вытягивала остатки сил. Если бы я не обнаружил это укрытие, боюсь, что долго на этом свете не задержался. От воды успел отползти метра на два, вглубь расщелины, где и потерял сознание.

Не могу сказать, сколько пробыл в забытьи. Очнулся, практически, в полной темноте. Вернее сказать, в глубоких сумерках. Притом было непонятно: дело идёт к закату или рассвету. Знаете, такое переходное время, когда ещё не совсем темно, но уже и не светло. Ну, или наоборот. Замёрз, как будто улегся спать в морозильник. Притом, на улице была пусть и невысокая, но плюсовая температура. Тело одеревенело, а зубы, казалось, жили своей жизнью, выбивая бодрую чечетку. Чтобы хоть как-то согреться, пришлось делать интенсивную зарядку. Одновременно с этим обдумывал сведения, полученные из головы пацана, в которого попал. Да, попал в пацана четырнадцати лет, и вся его память о прожитой жизни досталась мне в полном объёме. Хотел сказать, как и в прошлые разы. Но — нет. В этот раз все было по-другому. Всё-таки сущность что-то успела со мной сотворить. Сейчас я полностью был этим пацаном, и никак иначе. А память о прошлых жизнях воспринималась, как подарок богов в награду за все пережитые мучения. А пережить, несмотря на малый срок жизни, пришлось действительно не мало. Год назад меня захватили в плен самые настоящие викинги и сделали рабом. Или, как здесь говорят, треллем. Поселение, в котором проживал мой род, разорили подчистую. Перебили большую часть проживающих там жителей. Повезло только тем, кто в это время отсутствовал в поселении. По большей части детям и нескольким охотникам. Охотники понятно, были на охоте. А большая часть детей собирала в лесу ягоды, под присмотром нескольких женщин. Все эти люди избежали гибели или плена. Мне не повезло дважды. Первый раз оттого, что был во время нападения в посёлке и получив удар топором плашмя по голове, но выжил. А второй раз потому, что после раздела добычи стал рабом именно в этом поселении. Здесь, по моему мнению, жили одни генетические уроды, не имеющие за душой ничего святого.

Я и погиб потому, что не смирился со своей частью и всячески подчёркивал свою независимость и непокорность. Не понимаю, почему меня не грохнули раньше. Ведь с такими не покорными и здесь разговор короткий. Топором по голове и в воду. Именно в воду. Никто себя утруждать какими-либо похоронами или сожжением не станет, как, собственно, и произошло со мной. Убил меня урод по имени Олаф, который только недавно вернулся из вика, в который ходил с воинами из другого селения. Убил за косой взгляд в его сторону. Точнее, не за косой, а очень даже прямой, глаза в глаза. Вот он и рубанул меня топором по грудине и сбросил со скалы в море. Даже энергия переноса до конца не смогла справиться с нанесённой раной. Внутренние повреждения, как и кости, восстановились полностью. А вот страшный шрам, начинающийся от левой ключицы и заканчивающийся на правом боку, чуть ниже рёбер, остался и даже немного кровил.

Зовут меня Богдан, потому что я поздний и, уже можно сказать, нежданный ребёнок. Поэтому, так и назвали. Родителей у меня теперь нет. Собственно, как и братьев с сёстрами. Сестёр никогда и не было. А все три брата, как и родители, погибли у меня на глазах. Поэтому, как не крути, а я теперь сирота. Принадлежу я к одному из словенских племен. Можно, даже сказать, от небольшого огрызка словенских племён. В незапамятные времена пять родов, по какой-то причине, покинули племя и ушли жить далеко на север. Поселились они на берегу безымянной реки, впадающей в Белое море. Про реку не шутка. Её местные жители так и называют — безымянная. Жили, главным образом, охотой и рыбалкой. Выращивали рожь и репу. Так и выживали. Нет, совсем не голодали и не превозмогали. Очень даже не плохо жили. Главным образом, благодаря дарам леса. Кто понимает, о чем я, тот подтвердит: чтобы в лесу голодать — надо быть совсем неумехой.

Зачем в эту реку попёрлись викинги, да ещё и на трех драккарах, сказать не могу. Но, в нашем племени на один род стало меньше. Конечно, может быть, я ошибаюсь, И, оставшиеся в живых, не разошлись по другим родам, а остались жить там и дальше. Но, если честно, сомневаюсь. Вряд ли выжившие охотники рискнут взять ответственность за жизнь большого количества детей. Если только другие рода откажутся принимать детей, но это тоже вряд ли возможно. Из добычи напавшие уроды, кроме нескольких рабов и запасов еды, ничего не взяли. Просто, не было в селении ничего ценного. Да, что там. В посёлке даже с железом была огромная напряжёнка. Два топора да три ножа. Непонятно, на что эти грабители рассчитывали. Но, то, что они получили в моем лице непримиримого врага, это точно. Я даже знаю, как буду уничтожать под корень поселение, в котором прожил больше года. Не пожалею никого — ни взрослых, ни детей. Не вижу между ними разницы. От детей и женщин мне оставалось за этот год как бы не больше, чем от мужиков. Поэтому, они все умрут при любом раскладе. Конечно, при условии, что сам смогу выжить. Это сделать будет очень непросто. Сейчас конец осени, начало зимы, погодные условия не самые лучшие для плавания. А по-другому, кроме, как плыть, отсюда не выбраться. Притом, плыть надо будет уже сейчас, не дожидаясь, пока обессилею до конца от холода и голода. Кстати сказать, на улице начало светать, всё-таки утро. Скорее всего, я провалялся без сознания почти сутки. Почему-то мне кажется, что попал я сюда утром. Не знаю почему, но у меня вылетело из головы, в какое время суток меня убили. Может, это какая-нибудь защитная реакция организма или ещё что-нибудь похожее. Но это, по сути, и не важно. Важно сейчас выжить и отомстить. А потом и обо всем остальном подумать можно будет.

Немного позанимавшись, устроив своеобразную разминку и, таким образом, согревшись, я скользнул в воду. Стараясь двигаться плавно, но быстро, поплыл к месту, где можно будет выбраться на сушу и добежать до леса, покрывающего склон горы. При этом, постарался никому не попасться на глаза. Друзей у меня здесь нет. Помимо меня, есть ещё десяток рабов. Но это сломленные люди, которые срывали на мне зло за то, что я, в отличие от них, не смирился. Правда, у них возможностей нагадить мне было поменьше, чем у местных.

Пока я плыл, меня одолевали разнообразные мысли, благодаря которым получилось сделать определенные выводы и принять неоднозначное, но окончательное решение. Получив память о прошлых жизнях, у меня появился огромный потенциал на будущее развитие личности и идеи с местью. Если выживу и сумею вернуться на родину, то найду возможность создать отряд, который попьет крови с викингов. Раз они позволяют себе жить грабежом, значит, должны быть готовы к тому, что прилетит ответка. А она прилетит. Уж я постараюсь ради такого дела.

За этими размышлениями я даже не заметил, как доплыл до нужного мне места. На самом деле было несколько вариантов, куда плыть. Но я выбрал это место только из-за того, что здесь меньше шансов быть обнаруженным. А для меня сейчас самое важное — остаться незамеченным. Иначе, задуманное может и не получиться.

Короткими перебежками я сумел добраться до леса и залезть под огромную, разлапистую елку. При этом, сделал это максимально аккуратно, стараясь оставить как можно меньше следов. Под ёлкой сгреб, сколько смог, хвои, в которую постарался закрыться, как можно глубже. Старался хоть каким-то образом согреться. Время тянулось очень медленно, и я даже не заметил, как в очередной раз уснул.

Проснулся и не сразу понял, где нахожусь. Понадобилось какое-то время, чтобы прийти в себя. Тело затекло и слегка ломило. Время от времени какими-то наплывами пробивался озноб. Похоже, все идёт к тому, что заболею. Да оно и не мудрено. Купание, по сути, зимой и отсутствие тёплой одежды не способствуют хорошему самочувствию. Надо заниматься местью сегодня же. Иначе, можно и не дожить до этого светлого мига.

Надо сказать, что ждать осталось относительно недолго. Вот-вот должны наступить сумерки, и придёт моё время. В поселении, где проживают местные, всего два дома, похожих на сараи. Они сложены из камня и имеют по два выхода. На самом деле, это довольно большие и просторные помещения, в которых помещается все население поселка. Зачастую, по вечерам, это население собирается в одном доме. В том, который попросторнее. Здесь ужинают, обсуждают прошедший день или какие-либо новости, ну, и пьянствуют время от времени. Сегодня как раз-таки очень подходящий для мести день, потому что планируется серьёзное отмечание какого-то местного праздника. А, значит, и пьянка. План для мести у меня простой, как двери. Просто накидать под оба выхода побольше хвороста, накрыть сверху сырыми еловыми ветками, подперев перед этим двери, и все это поджечь. Есть надежда, что пока будут ломать двери, задохнутся нафиг в дыму. Если нет — значит, умру уже этой ночью. Главное, в плен не попасть. Потому что мучить эти твари умеют профессионально и умирать, при таком раскладе, буду долго.

К ночи похолодало, и даже начался небольшой снежок. Околел напрочь. Эти сволочи затеяли жарить оленя на вертеле. И, самое плохое, что делали это на улице, хотя могли бы спокойно обойтись очагом внутри дома. Предполагаю, что там тоже что-то готовят, раз приняли такое решение. И вот представьте моё состояние, с каким я наблюдал этот праздник жизни, стоя босиком на снегу и трясясь от холода. А ждать пришлось долго, замёрз насмерть. Когда закончили с готовкой, все дружно устремились внутрь дома, но возле костра остался один из стариков. Он сидел на деревянной колоде и, не торопясь, подбрасывал в костер тонкие веточки, о чем-то задумавшись. Терпеть у меня не осталось никаких сил, поэтому, подхватил увесистый дрын, обошел костёр по дуге и двинулся к старику со стороны дома. Было видно, что он услышал мои шаги, но поворачиваться не стал, поленился, наверное. Я же подошел и изо всех сил долбанул его дрыном, как булавой, по голове. Он даже не пикнул. Просто завалился на сторону, и так и застыл. В первую очередь, снял со старика пояс, на котором висел довольно внушительный тесак. Им и опоясался. Больше ничего брать не стал, хоть и очень хотелось стянуть хотя бы сапоги. Как только мог, быстро начал таскать заготовленный на зиму хворост и, предварительно подперев кольями двери, складывать его пирамидой возле обоих входов. Никто мне не мешал и не выходил из дома. Даже некоторое время после того, как я, при помощи углей из костра, поджег обе кучи и начал кидать сверху сырые ветки, густо покрытые хвоей. Благо, что за этими ветками бегать далеко не пришлось. Разлапистая ель росла в двадцати шагах от дома. Вроде и немного поработал, но выдохся, как будто марафон пробежал. Поэтому, подошел к костру, стянул с окоченевшего деда вожделенные сапоги и овчину. После этого устроился поудобнее на чурбаке поближе к огню и стал ждать дальнейшего развития событий. А они развивались стремительно и самым неблагоприятным для обитателей дома образом. Разгоревшиеся костры выдавали огромное количество дыма, изрядная часть которого попадала внутрь здания. Благодаря своеобразной тяге, образовавшейся из-за дыры в кровле, дым повалил огромными клубами. Когда обратил внимание на этот дым, сразу же сорвался с места, как спринтер. Просто подумал, что при таком раскладе, лежа на полу, можно и выжить. Поэтому, следовало срочно накрыть эту дыру, чтобы дым полностью заполнил внутреннее пространство. Под оглушительный кашель и гулкие удары топоров по двери, я и полез на кровлю. Так как ничего подходящего, кроме овчины у меня не было, пришлось расставаться с этой тёплой вещью и закрывать ей дыру. Надо сказать, что прошёл по краю. Викинги почти смогли прорубить дверь. Вернее, они прорубили, но недостаточно, для того, чтобы суметь пролезть. А разгоревшийся огонь не позволил нащупать кол, подпирающий дверь. Когда слез с кровли, у меня ещё хватило сил накидать в еле тлеющий очаг во втором доме хвороста и собрать себе несколько шкур, чтобы постелить на полати, похожие на нары и хорошо укрыться. После этого просто вырубился.

На следующий день встал, разбитый напрочь. Тело знобило, суставы жутко выкручивало. Купание в ледяной воде и прогулки по снегу не прошли даром, и я заболел. В этом времени любая болезнь — это, своего рода, катастрофа. Лекарств, как таковых, в наличии нет. Поэтому, любая хворь может закончиться плачевно.

Правда, в доме, где я сейчас нахожусь, есть достаточно большое количество разнообразных засушенных трав. При помощи них можно лечиться не хуже, чем химией в мире из воспоминаний. Поэтому, пусть и через силу, пришлось вставать, раздувать практически потухший огонь, и разыскивать все необходимое для приготовления отвара и даже не одного. Решил сразу приготовить, как для лечения простуды, так и своеобразное жаропонижающее. Плохо, что здесь нет бани. Сейчас бы очень не помешало хорошо попариться, но не судьба. Тем не менее, смог согреть довольно большой котел воды и хоть как-то помыться. Да и одежду подобрал более подходящую для зимы. Правда, для этого пришлось изрядно поработать, перебирая всевозможный хлам и разыскивая нужное по всем уголкам дома. Справился. Помылся, переоделся и приготовил отвары. Один из них сразу же и начал пить, заедая найденным в доме мёдом. С мертвецами решил разбираться позже, после того, как немного оживу. Ничего с ними не случится, на улице минусовая температура и непрекращающийся снегопад. Небольшой мороз не даст протухнуть мертвецам, а снег перекроет единственную тропу, по которой сюда можно попасть по суше. А так как зимой здесь практически не плавают, то есть шанс, что меня до весны здесь никто не потревожит. Неделю я боролся с болезнью, и в итоге, начал выздоравливать. Как не крути, а нормальное питание после годовой диеты и грамотно приготовленные отвары творят чудеса. Когда почувствовал улучшения, торопиться и кидаться работать не стал. Решил, что лучше немного окрепнуть, чем ещё раз свалиться. Поэтому, просто отдыхал, иногда занимаясь сортировкой найденных в доме вещей. А сортировать было что. Думаю, жители этого селения были очень удачливыми грабителями, потому что обнаружил здесь много неплохого, по меркам этого мира, оружия и разнообразных драгоценных вещей. Здесь почему-то находил очень много серебряных изделий и монет. Золото тоже было, но гораздо в меньших количествах. Попадалось много разнообразных тканей. Даже отрез доброго шёлка нашёл, что меня реально удивило. Нет, удивило не само наличие шелка, а его количество и качество. Честно сказать, не ожидал здесь встретить подобную ткань.

Но больше всего порадовала другая находка. Небольшой, но очень мощный арбалет со стальными плечами, сделанный настоящим мастером своего дела. Правда, с прикладом беда. Вместо него какое-то недоразумение. Но, все остальное, включая спусковой механизм, реально на высшем уровне. Плохо, что ботов к нему нашёл только пять штук, зато, сделанных идеально. Однозначно займусь прикладом и когда доведу его до ума, это оружие станет одним из основных на ближайшие годы.

Когда почувствовал в себе силы, начать работать. В первую очередь занялся трупами. Хоронить их или сжигать — даже не подумал. Море похоронит. Решил поступать с ними точно так же, как поступили со мной. Поэтому, освобождая их от всего ценного (а ценное, по моему мнению, все, включая одежду), на лодке вывозил подальше от берега, где и выкидывал, предварительно привязав к ногам камень. Мне не нужно, чтобы волной прибило трупы к берегу или, тем более, унесло в море и притащило к какому-нибудь местному поселку. Поэтому, и поступал таким образом.

Все во втором доме провоняло дымом. Но я старался на это меньше всего обращать внимание, и в перерывах между доставкой Нептуну подарков, тщательно обыскивал и осматривал все, до чего мог без проблем добраться. Надо сказать, что здесь добыча оказалась даже побогаче, чем в прошлом доме. Да оно и не мудрено. Ведь здесь, помимо предводителя этих уродов, жили и его ближники. Поэтому, тут и есть чем поживиться.

Неделю я занимался похоронами и работой. Сильно не спешил, но и не затягивал. Интересных находок с каждым днем появлялось все больше и больше. О некоторых из них стоит рассказать подробнее. Нашёлся брат-близнец первого арбалета с таким же количеством болтов и два парных клинка из индийского булата. Когда развернул холст, в который они были упакованы, не поверил своим глазам. В простых, потертых ножнах, прятались настоящие сокровища. Два, чуть изогнутых клинка, отдающие синевой, как приросли к рукам. Думаю, всё-таки викинги грабанули какого-то восточного купца, очень небедного. На это указывает как это оружие, так и большое количество дорогих тканей, которые делаются далеко на востоке. Опять же, подтверждают версию десяток толстых ворсистых ковров, найденных в одном из закутков и несколько мешков специй, чая и даже кофе, чему я обрадовался больше всего. Люблю, как оказалось, этот напиток, хоть и не пробовал до сегодняшнего дня ни разу. Звучит, как бред. Но, тем не менее, это так. Вернусь к клинкам. Когда взял их в руки, тело начало жить своей жизнью. Казалось, что оно забило на разум хозяина и решило устроить своеобразные танцы, совмещая их с подобием боя с тенью. Даже не предполагал, что могу двигаться настолько плавно и, при этом, стремительно. Появилось ощущение какого-то транса и самое странное, что мне это ощущение понравилось. Чувствовал себя всесильным и непобедимым. Только когда сумел оторваться от этих клинков и немного успокоился, проанализировал свое поведение. Понял, что такое состояние — это отголоски прошлых жизней. Довольно опасные, надо сказать, отголоски. Потому что чувство непобедимости может притупить другие, а конкретно, чувство самосохранения. Поэтому, нужно учиться пользоваться этим трансом, чтобы не натворить глупостей. Только берсерком мне не хватало стать.

О припасах думать не приходилось. На зиму запас огромное количество всего необходимого, поэтому, у меня появилось уйма свободного времени, которое я старался провести с пользой. Тут, наверное, надо пояснить. Как я говорил ранее, в этих краях зимой, практически, никто не плавает. Слишком это опасно. Вот и мне сейчас пускаться в путь — чревато. Да и проблема добытых трофеев выходит на первое место. Меня просто задушит моя же жаба, если я все найденное здесь брошу. А увезти это на простой долбленке, как вы понимаете, просто невозможно.

В поселении есть два драккара, которые зимуют в подобии корабельных сараев. Один из этих корабликов принадлежал местным жителям, он чуть побольше второго. А вот второй был летом захвачен у норвегов. Несмотря на то, что он был немного поменьше, нравился мне намного больше. Его делал настоящий мастер из правильных материалов, позволяющих эксплуатировать судно десятилетиями, без особых негативных последствий. Вот это судно я и присмотрел для себя. Рассудил, что, если переделать парус на косой, и соорудить штурвал, я смогу без проблем с ним справиться. Правда вставал вопрос, как его в одиночку спустить на воду. Но, немного подумав, решил, что смогу, конечно, при помощи определенных приспособлений. Их ещё надо будет изготовить. Но, если поднапрягусь, то все реально. Сначала решил всё-таки заняться изготовлением прикладов и доведением арбалетов до ума. Сами приклад решил делать из ореха, несколько правильно высушенных кусков которого нашёл подвешенным под кровлей в одном из домов. На улице немного потеплело, да и снег закончился. Поэтому, разметку на деревяшках решил сделать на улице. Всё-таки при свете дня это намного удобнее. Только все подготовил и собрался начать работать, как краем глаза заметил какое-то движение. Когда повернул в ту сторону голову, то похолодел. Со стороны гор, на лыжах к дому идут два здоровенных, укутанных в меховые шкуры, мужика.

Глава 2

Как оказался в доме, сам не понял. Арбалеты заряжал с такой скоростью, что чуть спину не порвал. Когда оба подготовил к бою, то один из них сразу же положил на землю возле входа, а из второго прицелился в идущего первым мужика. Надо сказать, что пока подготавливал арбалеты, этим лыжникам осталось пройти до входа в дом метров двадцать. Поэтому, не растягивая удовольствие, прицелился во впереди идущего и выстрелил. Успел заметить, что попал удачно, туда, куда и целился, приблизительно в область сердца. Мне в очередной раз повезло и спасся я только чудом. Когда нагнулся положить использованный арбалет и взять заряженный, над самой макушкой пролетела сулица, которую мужик использовал вместо лыжной палки. Если честно, я не ожидал такой неприятно быстрой реакции и слегка даже замешкался. А оставшийся в живых мужик, бросив лыжи, с огромным топором в руке, уже мчался ко мне на страшной скорости. Я выстрелил прямо из полусогнутого положения и захлопнул дверь, в которую мужик по инерции и врезался. В этот раз не успел заметить, куда попал, и попал ли вообще. Поэтому, сразу же занялся зарядкой арбалета, а потом побежал к запасному выходу. Когда выбрался из дома, не стал сразу же его обходить. Сначала отошёл от него метров на тридцать. Слишком уж резвым оказался этот мужик, поэтому, надо держаться от него подальше. Потихоньку огибая дом, старался держать в поле зрения все окружающее пространство, и это принесло свой результат. В мужика я попал, но вот убить с первого выстрела не смог. Он, как-то скособочившись и опираясь на стенку, застыл возле угла дома, чутко прислушиваясь, и подготовил топор к удару. Надо сказать, что он правильно просчитал, что я выберусь через запасной выход. Но не ожидал, что я сразу же удалюсь на какое-то расстояние от дома. Поэтому, и прозевал второй выстрел, которым я не промазал и поставил точку в этом противостоянии. После победы я как-то незаметно для себя сполз на землю, как будто из меня стержень какой-то вытащили. Но просидел не долго. Просто в голову пришла мысль: где есть два человека, там может быть и больше. Поэтому, подорвался и понесся обратно в дом заряжать арбалет и готовиться к обороне.

В этот раз повезло. Прождав нежданных гостей больше часа и никого не дождавшись, на лыжах пробежался по проложенной лыжне до самого их лагеря. Судя по следам, они пришли на охоту ещё до начала снегопада. А к поселку выдвинулись по причине нехватки взятых с собой припасов. Похоже, не рассчитали на длительное пребывание в горах. В этот посёлок, скорее всего, пошли только потому, что он оказался ближе всех. Да и дорога к нему от стоянки довольно удобная. Выяснив все это, я немного успокоился и занялся сбором трофеев. Не сказать, что они оказались такими уж и богатыми, но с паршивой овцы хоть шерсти клок. Поэтому, собрал всё, начиная от войлочной палатки и заканчивая котелком с несколькими свежими шкурками песца. Домой вернулся уже почти в темноте и хоть устал, как собака, но не поленился и раздел пришельцев, таким образом, собрав трофеи до конца. Тела пока затащил в неотапливаемый дом, чтобы не привлекать к жилью хищников. Хоронить, вернее топить, буду уже завтра. Сегодня сил не осталось. Да и нет острой необходимости по темноте в воду лезть.

С утра, после того, как отвез в море трупы, плотно взялся за изготовление прикладов. Как показали последние события, оружие надо подготовить в первую очередь и привыкать носить его даже в туалет. Хрен его знает, где в следующий раз пригодится. Поэтому, надо быть готовым к столкновению, даже во сне. Пока занимался прикладами, а это оказалось довольно непросто, задумался о дальнейших шагах. После окончания работ по изготовлению прикладов, в первую очередь, надо будет придумать и воплотить в жизнь какую-нибудь приспособу для спуска корабля на воду. Чем больше я думал, тем яснее понимал, что при помощи одних блоков и блочков мне этого не сделать. Слишком уж большой вес для одного человека. Потому придётся городить что-то посложнее, а вот что — хрен его знает. Были бы станки, даже из имеющихся в наличии запасов металла что-нибудь соорудил бы мухой, а так — думать надо. Опять же. Допустим, каким-то образом смог вытащить кораблик на воду. Дальше то что? Как плыть и как управлять? Нужно переделывать оснастку, изготавливать косое парусное вооружение. Потом, без нормального штурвала замучаюсь управлять им в одиночку. Поэтому, здесь придётся плотно думать. Работы предстоит переделать столько, что даже плохеет, когда о ней начинаешь думать. Благо, хоть времени до весны достаточно много. Может, успею.

С прикладами провозился неожиданно долго — больше недели. Подгонял до идеала при помощи шлифовки песком и какой-то матери. Но смог сделать, так, что самому понравилось. Один из них даже влагостойким лаком покрыл один раз. Дождусь, когда высохнет, и повторю. Лак нашёл у местного оружейника. Нет, он не изготавливал луки или что-то подобное, но ремонтом занимался. Поэтому, и есть у него, пусть и небольшие запасы довольно неплохого лака. Да у него много чего полезного нашел и помимо лака. Взять тот же клей. Простая на самом деле штука. Но, это если не заниматься изготовлением самому. Пока его приготовишь, провоняешь насмерть. Или, например, те же инструменты. Понятно, что при помощи кувалды и какой-то матери можно сделать все, что угодно. Но зачем себя мучать, если можно наделать удобных приспособ и инструментов? У здешнего мастера с инструментом полный порядок. Я бы даже сказал, с избытком.

Когда начал думать, как сделать хоть самый примитивный токарный станок, в голову пришла интересная мысль. Вчера, продолжая перебирать оставшиеся от бывших хозяев вещи, нашёл несколько бухт крепкого каната. Так вот, сейчас, определяя, где ветер дует постоянно и с более-менее одинаковой скоростью, кинул взгляд на противоположный берег небольшого залива, и в голову пришла неожиданная мысль. Может, попробовать обойтись без сложных конструкций, необходимых для спуска судна на воду? Просто, на другом берегу залива росла довольно приличная рощица деревьев. Идея заключается в том, чтобы эти деревья поставить на службу человеку. Если согнуть несколько таких деревьев и как-то закрепить, потом привязать к ним найденный канат, другой конец этого каната закрепить за нос судна и отпустить деревья, то они по-любому потянут корабль к воде. Повторить это действие несколько раз и дело в шляпе. Эта мысль настолько зацепила, что я не вытерпел и переплыл на другую сторону, чтобы определить реальность задуманного.

Конечно, чтобы все получилось, надо как-то согнуть несколько деревьев. Но эта задача почему-то казалась мне проще, чем придумать механизмы для перемещения судна по твердому основанию. Посмотрел, прикинул и решил пойти именно по этому пути. Деревья согну при помощи блоков, которые ещё надо изготовить. А так все реально. Не поленился даже залезть на одно из них и, зацепившись за макушку, немного покачаться. Северное узловатое дерево без проблем выдержало испытание. Когда вернулся, продолжил думать над приводом к станку. Кстати, по поводу того, что он есть в наличии. Назвать это станком — конечно сильно. Но, тем не менее. Металлическая ручка по типу кривого стартера (если ещё кто-нибудь помнит о такой приспособе), забита в круглую колоду, которая, в свою очередь, закреплена двумя металлическим дугами в полукруглом углублении обычного бревна, лежащего на козлах. При работе эта колода обильно смазывается маслом, и к ней намертво крепится заготовка, которую надо обработать. Притом, вариантов крепления предусмотрено несколько. Для обработки стрел — свое, а для изготовления шкивов — свое. Я, когда увидел эту приспособу, даже охренел на время. Поистине, человеческая смекалка не знает границ. Викинги при помощи этого агрегата даже отверстия в деревяшках приспособились сверлить, в тех же шкивах, например. Конечно, будь в наличии, еще один человек, проблема приводов не стояла бы в принципе, а так пришлось заниматься изготовлением мини-ветряка. На эту работу потратил почти две недели времени и вагон нервов. На самом деле ничего сложного, но из-за отсутствия дополнительных рук помахаться пришлось по-взрослому. Для облегчения конструкции пришлось лопасти делать из ткани. Вернее, сам каркас из деревянных палок, а на эти палки уже натягивать ткань. Чтобы ускорить изготовление этого привода, я даже поработал в кузнице и наковал обычных гвоздей и скоб. В итоге, через две недели уже вовсю точил заготовки для изготовления блоков, способных сильно облегчить жизнь как при работе с парусом, так и при спуске корабля на воду. Конечно же, пользуясь случаем, наделал и древки стрел для арбалета так же, как и наконечники в кузнице. Чтобы не приедалась однообразная работа, попутно занимался изготовлением паруса. Вернее — парусов. Потому что их будет два, ну и такелажа с примитивной механизацией. Надо сказать, что работал с удовольствием и даже посматривал на выбранный кораблик с определённым интересом. Просто пришла мысль, что можно его модернизировать более основательно. Заняться не только устройством нового парусного вооружения, а ещё и соорудить пару закрытых помещений для лучшей сохранности некоторых вещей. И эта идея меня захватила полностью настолько, что даже во сне я не переставал думать. Как и на всяком подобном кораблике, здесь есть, если его можно так назвать, мини-трюм. Но мне хотелось получить кое-что другое. Два закрытых помещения на носу и корме. Просто рассудил, что пока я один, без команды, то это очень даже реально и актуально. Но, буду ещё думать. Если бы местные увидели, из какого материала у меня паруса, то убили бы только за это. У меня будет самый дорогой в истории драккар. С шелковыми парусами. Просто, как я не прикидывал, а с той парусиной, которую используют местные, мне будет запредельно сложно работать. А здесь все легко и просто. Опять же, очень красиво. Честно сказать, долго не решался заняться подобным варварством, но потом плюнул и задавил свою жабу. Может случиться так, что от этой ткани будет зависеть моя жизнь, поэтому на фиг экономию и жадность. Старался все делать на совесть и максимально качественно. Поэтому, быстро не получалось. Из-за этого складывалось ощущение, что конца и края работам видно не будет. В середине зимы пришлось заняться литьем бронзовых изделий. Просто, что для парусов требовались железки, что для такелажа. Вообще, раз решил делать хорошо, то и буду оснащать судно максимально эффективно. Тем более, что бронзовые блочки прослужит на порядки дольше, чем деревянные. Почему-то сразу над этим не подумал. Т тут прикидывал, что и как буду забирать с собой и, глядя на приличное количество меди с оловом, мне и пришла мысль о бронзовых изделиях. Вот и воплощаю свою задумку в жизнь. Арбалет довёл до ума полностью. Когда покрыл деревянные детали лаком и отшлифовал, они стали производить впечатление очень дорогого оружия. Нет, они на самом деле не дешёвые. Но, по сравнению с тем, что было раньше, сейчас вообще шедевр. Мелькнула мысль: если бы ещё оптический прицел, было бы настоящее оружие из будущего. Но ничего, и так неплохо. Очень прикладистое получилось оружие, и удобное.

Когда началась оттепель и потекли весенние ручейки, у меня все было готово для начала путешествия. За прошедшую зиму я не хило так отъелся, что называется вошел в тело. Нет, не разжирел, как вы могли подумать. Просто на костях наросло мясо, и я стал похож на человека.

Корабль, который готовил к путешествию, сейчас не узнать. Успел сделать все, что планировал. Не только поменял парусное вооружение и построил помещения, о которых думал, но ещё и просмолил корпус. Кто бы знал, чего мне стоило установить в одно лицо мачту, о которой я не думал до начала оснастки. Благо, что занялся этим загодя. Иначе, мог бы получиться эпический косяк. Описание, как я это делал, могло бы занять немало времени. Скажу просто — задолбался, но сделал.

Спуск корабля на воду по сравнению с прочей подготовкой стал просто рутиной. Всё получилось, как и планировал. Сгибал, насколько мог, три дерева сразу, потом по очереди заставлял их тянуть корабль. Канат, как оказалось, несмотря на свою дубовость, все равно тянулся. Поэтому, все происходило медленно и печально. Тем не менее, справился. И когда корабль закачался на волне, только тогда я поверил, что у меня реально может все получиться. Правда, несмотря на всю подготовку, справиться одному на корабле будет далеко не просто. Несмотря на то, что он был не самым большим представителем этой линейки кораблей, длина в двадцать семь метров, это, по-моему, не мало. Попробуй управлять такой махиной в одиночку. А мне предстоит это делать и довольно продолжительный срок.

После того, как вытянул судно на воду, у меня ещё целая неделя ушла на его загрузку. Забрать старался все, что только возможно. И я говорю не только про ценные вещи и припасы. Например, все металлическое выгреб под чистую. Да я даже токарный станок с гончарным кругом загрузил, не говоря уже о запасе шкур с веревками. Когда загрузил и уложил все, что хотел, кораблик реально так просел, что я даже запереживал, не переборщил ли с весом груза. Но, попробовав его на ходу, понял, что все нормально, получилось в самый раз.

Уходил из поселка с каким-то даже сожалением. Привык к этому месту незаметно для себя. Путешествие решит начать не с утра, как принято, а чуть ближе к обеду. Просто по пути к открытой воде, на берегу ведущей туда протоки, есть ещё одно поселение. Вышел с таким расчётом, чтобы проходить мимо него глубокой ночью. Риск идти по темноте, конечно есть. Но он не сравним с тем, если меня обнаружат и отправятся в погоню. В открытом море шанс убежать есть и немалый. А в этой протоке я, можно сказать, беспомощен. Поэтому, и принял такое решение, несмотря на все его недостатки. Перед тем, как отправиться в путешествие, привязал небольшую лодку, которую буду буксировать за собой. Её тоже основательно подготовил. Помимо того, что надёжно укрыл её специально сшитым для этого пологом, так ещё и сложил туда своеобразный спаснабор, на случай, если придется спасаться на этой скорлупке. Привязал тоже хитро. Помимо основной веревки, для перестраховки закрепил ещё и дополнительной. Не раз и не два буксируемые плав средства терялись из-за перетертой веревки, для этого и страховался.

Плавание проходило спокойно. Я потихоньку привыкал к кораблю и, надо сказать, он мне все больше и больше нравился. Очень резвый кораблик и лёгкий на ходу. Нет, я его, конечно, опробовал перед отправлением, но это немного не то. Одно дело крутиться в узком заливчике. И совершенно другое — идти по ветру, пусть и в потоке, но быстро. Я даже начал переживать, что опережаю график. Но ближе к вечеру ветер начал стихать, как это бывает перед закатом. Поэтому, получилось все, как нельзя лучше. Я благополучно миновал спящее поселение.

Когда вышел на открытую воду, то одновременно погладил себя по голове за проведенную работу по модернизации судна, и отругал за то, что не подумал хотя бы о самой примитивной помпе. На море хоть и не было шторма, но волна была довольно высокой. Поэтому, в корабль постоянно залетало большое количество брызг. Хвалил себя за сделанные, закрытые и защищенные от воды помещения. Они хорошо защищали мои вещи и припасы от попадания на них воды. А про помпу вы уже и так все поняли. Для моего кораблика волна была, я бы сказал, неудобной. Поэтому, я чуть изменил направление движения, чтобы компенсировать негативное воздействие этой волны. Решил, что позже вернусь на тот курс, который нужен. Сейчас — главное убраться от враждебных берегов подальше. Несмотря на то, что навигация ещё не началась, встретить какого-нибудь непоседу можно запросто. А мне сейчас подобные встречи совсем не нужны. Конечно, плыть так, как это делаю, авантюра чистой воды. Так здесь не ходят. Весь трафик здесь проходит вдоль берегов и то, что я ушел в море с целью его по сути пересечь, пусть и наискосок, это — то ещё приключение. Ведь у меня в принципе нет никаких приборов, способных помочь в определении местонахождения корабля. Да что там! Даже простейшего компаса, и того нет. Уповаю только на большой опыт из прошлых жизней и удачу. Есть и ещё один момент, который может стать большой проблемой. В краях, куда я сейчас иду, весна наступает позже. А мне ведь надо каким-то образом подниматься по реке к своему разрушенному поселению. Как вы понимаете, сделать это по льду не получится. Вот и придется мне искать на берегу моря укромное место и ждать, пока на реке не сойдет лед.

Вот этот момент и напрягает. Ведь, по сути, я на берегу моря окажусь беззащитным перед морскими разбойники, если случится кому-нибудь из них проплывать мимо. В таких вот раздумьях я и находился, продолжая удаляться от негостеприимных берегов. Наверное, придётся мне возле устья нашей реки делать заначку на случай, если потеряю корабль. Тогда сохраню хотя бы добро, которое в дальнейшей жизни пригодится. Если на длительной стоянке меня всё-таки обнаружат, думаю, что смогу уйти. Пусть и лишусь корабля, к которому, уже можно сказать, прирос. Будет, хоть и жалко, но, на самом деле, не критично. А вот если потеряю все свое имущество вместе с кораблем, будет совсем плохо. Целый день пришлось плыть в выбранном из-за волны направлении, когда начало темнеть. Решил забить на все и укладываться спать. Чтобы сделать это более-менее безопасно, кинул за борт своеобразный плавучий якорь, который изготовил как раз для такого случая. Плохо, конечно, что нет возможности приготовить что-нибудь горячее. Пришлось ужинать всухомятку. Но, в связи с отсутствием свободного места на перегруженном корабле, решил не заморачиваться с устройством чего-нибудь, что можно использовать для приготовления горячей пищи. Переживу как-нибудь, хоть и успел за зиму привыкнуть хорошо питаться. Утром продолжил свой путь. Дни тянулись за днями. Море слегка поутихло, и это позволило встать на нужный курс. К берегу вышел не совсем там, где планировал, но сориентироваться смог. Благо, что в этих краях нет никаких поселений, расположенных у моря. Поэтому, путешествие вдоль береговой полосы проходило относительно спокойно. До нужного мне места оставалось от силы день хода, когда погода начала стремительно портиться. Успел укрыться в небольшой, защищенной возвышенностями бухте, до того, как начался сильный, можно сказать, шквальный ветер. Начался шторм. Это буйство природы продолжалось почти неделю. И, если поначалу я просто отдыхал, то уже на второй день занялся делом. Просто, пробежавшись по берегу в поисках валежника, необходимого для разведения костра, обнаружил прекрасное место для устройства тайника. Вот и занялся перевозкой и складированием вещей в небольшую, укрытую от глаз, пещерку. Я обнаружил её случайно. Просто заметил, что довольно приличная по размеру птица, подлетев к выглядывающей сплошной скале, исчезла. Полез посмотреть, как это возможно. А когда добрался, то и обнаружил хитро расположенную пещеру, которая идеально подходила для хранения вещей. За время шторма я смог спрятать в этой пещерке практически все металлические изделия и большую часть утвари с одеждой, взятых с собой из разграбленного поселения викингов. Когда закончил выгружать и прятать основной объем затрофеенных вещей, немного подумал и сделал ещё один тайник. Просто решил, что возить с собой большое количество ценностей не к чему. Оставил горсть разных золотых и серебряных монет. Все остальное надёжно упаковал в кожаный свёрток, который засунул в герметичную бочку и прикопал в укромном месте. Решил не складывать все в одну кубышку. По сути, на корабле остались большие запасы провизии, немного одежды, тканей и кожи с веревками. Из посуды — только медный котелок и пара тарелок с ложками. Ну, и ещё кое-какой инструмент на случай ремонта. Конечно же, не оставлял в тайнике и личное оружие, к которому привык. Чувствовал себя без него голым. Это два клинка, изготовленных из индийского булата, оба арбалета и добротный неплохой нож. Вот, собственно, и все, что осталось на корабле. Даже мизерное количество добра на корабле в этих краях имеет значительную цену. А, если считать со всем спрятанным, то я, можно сказать, стал местным богатеем. Как бы не загордиться.

Когда шторм утих, и море немного успокоилась, я продолжил свой путь. Но не прошло и пару часов, как я заметил вдали, по ходу движения выглядывающую из-за расположенной недалеко от берега скалы, пустую мачту корабля.

Глава 3

Беда в том, что поворачивать или вообще менять направление движения, смысла никакого не было. Сейчас я шёл по ветру и набрал приличную скорость движения. Если начну какие-либо изменения курса, сделаю только себе хуже. Не хватало ещё практически остановиться в самой удобной для противника точке. А то, что там противник — однозначно. Любой встреченный здесь корабль я рассматриваю как врага, нет у меня здесь друзей. Исходя из вышеизложенных соображений, решил просто продолжать движение дальше. Рассудил, даже если противник меня уже обнаружил, перехватить не успеет. Ему ещё надо набрать скорость, а я уже несусь довольно быстро и по ветру. Догнать меня при таком раскладе будет не просто, а, учитывая то, что ветер приличный, то скорее всего и невозможно. Когда миновал выступающую из воды скалу, за которой скрывался корпус корабля, то поначалу даже растерялся от открывшегося зрелища. Дело в том, что этот корабль не сидел в засаде и не прятался с целью переждать погоду. Он попал в незавидную ситуацию. Другими словами, я сейчас увидел последствия самого настоящего кораблекрушения. Прошедший накануне шторм просто одел этот корабль на торчащий из воды клык небольшой, острой скалы, чем-то похожей на поставленный вертикально карандаш. Эта скала пробила один из бортов судна и, таким образом, надёжно зафиксировала его, немного приподняв над уровнем моря. На борту корабля людей не наблюдалось так же, как и на находящемся в сотне метров от произошедшей трагедии, берегу. Осознав все увиденное, сразу начал действовать. Решил, что дополнительные трофеи не помешают. Конечно, потерпевший крушение корабль, трофеем грех называть. Это ведь не я его угробил, но мне по фиг. Раз я для себя решил, что все викинги и их родственники, кем бы они ни были, для меня враги, значит и стесняться нечего. Попытаюсь снять с этого судна все, что только можно.

Для того, чтобы подойти и пришвартоваться к поврежденному кораблю, пришлось потратить уйму времени. Сначала долго разворачивался и возвращался, что, как вы понимаете, было не просто. Пришлось довольно долго лавировать против ветра, чтобы подойти к запланированной для остановки точке. Потом на лодке промерять глубину и высматривать препятствия на пути к этому судну. И только потом аккуратно подводить свой драккар и швартовать его к неповрежденному борту. Вымотался напрочь. Тем не менее, переходил на чужую палубу, как по минному полю, сторожась и отслеживая окружающее пространство, не выпуская из рук подготовленный к выстрелу арбалет. Корабль оказался покинутым, ну, или может быть, народ улетел в бушующее море после столкновения, не важно. Важно, что судно — не пустое, и весь перевозимый им товар теперь принадлежит мне.

Этот корабль был довольно большого размера и, несмотря на столкновение со скалой, практически уцелел. Я имею в виду, что он сохранил свою форму и не развалился от удара. Добротная постройка. Когда убедился, что люди у него на борту отсутствуют, занялся ревизий содержимого трюма. А посмотреть там было на что. Не знаю, откуда шёл этот корабль, но разнообразие перевозимого груза поражало. Складывалось ощущение, что хозяин корабля не знал, что будет пользоваться спросом и вёз всего понемногу. Меня такой ассортимент только порадовал, а особенно бочки с оливковым маслом и мешки с солью. Это продукты, в которых я, можно сказать, испытывал дефицит. Нет, у меня есть и масло, и соль. Просто, в таких небольших количествах, что и говорить стыдно. А теперь в этом плане я буду чувствовать себя спокойно.

Прежде, чем загружать все найденное себе на корабль, пришлось делать основательно ревизию и перемещать грузы с места на место. Дело в том, что забрать все я не смогу при всем желании. У меня просто не хватит места на корабле. Да и много товара оказалось подпорчено морской водой и, соответственно, забирать его нет никакого смысла. Проведение ревизии оказалось правильным решением. На самом дне трюма обнаружил некоторое разнообразие металлов. Нашёл железные, качественно прокованные крицы, и небольшие слитки меди, свинца и олова. Все это изобилие переносил на свой корабль и сложил в самом низу трюма. Металл — это тот товар, который заберу весь, даже в ущерб чему-нибудь другому. Просто в месте, куда я стремлюсь попасть, нереальный дефицит металла. Поэтому, ему и отдан приоритет при перегрузке. Порадовало меня (можно сказать, до безумия), приличное количество жидкого мыла, перевозимого в глиняных горшках. Я поначалу даже сам себе не поверил, когда его обнаружил и понял, что это. Понятно, что оно, как и метал отправилось ко мне на корабль. Очень вовремя я сделал схрон и освободил трюмы. В противном случае, даже не знаю, что пришлось бы со всем этим делать. Слишком уж много здесь оказалось необходимых мне вещей и, если бы не получилось их забрать, я, наверное, сам себя загрыз бы от жадности. Почему-то не сильно повезло с запасами оружия. Это даже заставило запереживать, а не бродят ли где-нибудь поблизости толпы злых вооруженных мужиков. Ведь по логике вещей, в штормовом море, находясь на палубе корабля, оружие ни один здравомыслящий человек на себя не нацепит. Так куда оно тогда могло деться? Что-то я сомневаюсь, что на этом судне передвигалась пацифисты. Время сейчас не то. Вот и запереживал от непонимания происходящего. Вообще, по моему мнению, очень странный корабль. По сути, навигация ещё не началась, и мало кто рискует в это время выходить в море. Да и обширный ассортимент товаров не характерен для здешних торговцев. Что-то по любому с ним не так. А вот что, даже предположить не могу. Загрузился по максимуму. Мой кораблик от принятого груза основательно просел и потяжелел. Это сразу же сказалось как на скорости передвижения, так и на сложности управления. В какой-то момент я даже пожалел, что так его перегрузил. Но, хоть и ныл от свалившейся на меня дополнительной нагрузки, все равно, не торопясь, двигался к своей цели. Через два дня удалось добраться до укрытой от ветров и нескромных взглядов небольшой бухты. Выбрал её по той причине, что, не зная о её расположении, обнаружить её довольно трудно. Для этого надо подойти довольно близко к берегу, что сделать довольно непросто из-за обилия мелей и торчащих из воды скал. Мне пришлось изрядно постараться, чтобы завести сюда корабль. В какой-то момент пришлось даже буксировать драккар при помощи лодки. Справился с трудом. Здесь и буду ждать, пока река не освободится ото льда. После авральных работ по перегрузке найденных товаров и тяжёлого перехода два дня просто наслаждался отдыхом на берегу и кайфовал от горячей пищи. Кто неделями не питался всухомятку, тот меня не поймёт. Но, как бы не хотелось расслабиться и отдохнуть подольше, дела сами себя не сделают. Пришлось собираться в кулачок и идти работать. Я просто не справлюсь с плаванием по реке на перегруженном корабле. А бросать его не хочу при любом раскладе. Мне на нем ещё хочется побегать по морю, поиграть в догонялки с викингами. Надеюсь, что убегать буду не я. Поэтому, занялся поиском подходящего места для устройства ещё одного тайника, куда планирую спрятать часть груза. Такими темпами скоро берега не хватит на все мои заначки. Шутка, конечно. Надеюсь, надолго оставлять без присмотра свое имущество не придётся, и я скоро за ним вернусь. Место для тайника нашёл с трудом и довольно далеко от берега. В этот раз мне понадобилось сухое, укрытое от влаги пространство, потому что буду здесь прятать товар, которому противопоказано взаимодействие с сыростью. В прошлый раз повезло сразу, а в этот раз пришлось изрядно потрудиться, прежде, чем нашёл устроившее меня место. Найденная пещера в скальной породе тянула не просто на склад, а на добротное убежище, в котором не составит проблем устроиться с комфортом. Природа изрядно потрудились и подготовила для меня, можно сказать, дом с несколькими комнатами и обширным залом. Самое главное, что обнаружить вход в пещеру и так не просто. А, если немного поработать над маскировкой, то станет и вообще нереально. Мне очень нравилось, что в этой пещере присутствовала естественная вентиляция, и когда я развёл в зале дымный костёр, чтобы вычислить дополнительные входы, то обнаружил сразу несколько положительных моментов. Первый — то, что дым, не задерживаясь внутри, сразу же устремился к потолку и там терялся в небольшой трещине. А второй заключался в том, что, выходящий из пещеры дым, я не смог сразу обнаружить. Он почему-то выходил почти в двух сотнях метров от входа в пещеру, притом, с другой стороны горы, на приличной высоте, в густом кустарнике, который помогал его рассеиванию. Складывалось впечатление, что так специально задумано для того, чтобы скрыть присутствие человека. А мне в голову пришла мысль, что я нашёл хорошую базу для дислокации своего будущего отряда, где можно будет отдохнуть и спрятать добычу.

Добро таскал больше двух недель. Устал, как собака. Всё-таки далековато от побережья расположено убежище. Когда закончил, просто отдыхал, разбив лагерь недалеко от стоянки корабля. Пил затрофеенное вино в умеренных количествах. Ловил рыбу на эрзац-удочку. Немного тренировался в работе с кликами. Больше отдыхал и отъедался, не забывая наблюдать за морем. Даже видел один раз парус какого-то судна, идущего далеко от берега. У меня получилось выбрать очень удачное место для стоянки. Из-за множества отмелей и изобилия торчащих из воды камней, корабли старались обходить это место далеко мористее. Соответственно, я, как и мой корабль, находился в относительной безопасности, что лишний раз подтверждает правильность идеи об организации здесь своеобразной базы. Но это дела далёкого будущего, а сейчас ждать осталось недолго, потому что на реке начался ледоход. Отдых скоро закончится. Особо собираться мне не нужно, как говорится, все свое — ношу с собой. Поэтому и отнесся к этой информации спокойно. Единственное, пробежался по кораблю, посмотрел, что надо поправить, и внимательно проревизировал такелаж. Убедившись, что все в порядке, и не требует немедленного ремонта, продолжил ждать, попутно отдыхая. Когда река освободилась ото льда, выждал для верности ещё пару дней и выдвинулся в путь. Предстояло сделать последний рывок для возвращения домой. Интересно, что там происходит? Остался ли кто-нибудь в нашем селении или разбрелись по родственникам? В реку получилось войти только через двое суток. Вышел я из бухты, в которой скрывался все это время, в запланированный для этого день. Но, когда подошёл к устью, появилась непредвиденная засада. Ветер, с утра дувший со стороны моря и, соответственно, был попутным, за короткое время поменял свое направление, почти на противоположное. Вот и пришлось двое суток простоять в устье реки. Изрядно при этом понервничал. Благо, за этот период времени не появилось каких-нибудь залетных путешественников, и я, хоть и нервничая, но дождался попутного ветра и сейчас вхожу в реку. В месте впадения в море эта река достаточно широко разливается и, соответственно, мелеет. Сейчас, во время весеннего половодья, это не проблема. А вот летом не каждый год можно преодолеть это препятствие. Если год выдастся достаточно засушливым, без волока не обойтись. Мое путешествие проходило, прямо скажу, очень нервно и напряженно. Приходилось внимательно осматривать реку по ходу движения, чтобы не налететь на какой-нибудь топляк, которых здесь почему-то встречалось довольно много. Вроде, и прошло довольно прилично времени после схода льда, и река очистилась, но получилось, что не полностью. Двигался аккуратно и не спеша. Ночевал на якоре, поближе к берегу. На землю сходил только на часик-другой, только для приготовления пищи. Из-за наблюдения в поисках препятствий чуть не прозевал нужный мне приток, который вел непосредственно к моему поселку. Почти вовремя спохватился и успел повернуть. Здесь начались песни с плясками. Несмотря на почти попутный ветер, мне приходилось очень несладко. Из-за узости речушки лавировать получалось с огромным трудом, из-за чего передвижение настолько замедлилось, что складывалось впечатление, будто я стою на месте. С момента, как вошел в реку, прошло две с половиной недели. Они потребовались, чтобы добраться до места расположения поселка. В последний день очень повезло с ветром, который позволил загнать моё судно в неприметную протоку, сильно заросшую камышом. Влетел в неё с разгона, инерции движения хватило для прохождения небольшого поворота. Благодаря этому, получилось спрятать корабль за деревьями, густо растущими вдоль берегов проток. Надо сказать, что за время путешествия по этой реке я так и не встретил ни одного плавательного средства. Думаю, просто повезло из-за удачно выбранного времени. Людям сейчас просто нечего здесь делать. Для путины ещё рано. Торговля в это время — никакая. Поэтому, и обошлось без встреч, чему я несомненно рад. Понятно, что меня никто не встречал. Даже, если заметили проплывающий мимо корабль, то скорее всего попрятались. Да, эта протока расположена где-то на километр выше поселка и идеально подходит для стоянки, ну, и чтобы спрятаться от нескромных глаз. Когда надежно пришвартовал судно к обрывистому берегу, а глубина протоки позволила сделать это без проблем, вооружился и потихоньку потопал по направлению к поселку. Не прошел и сотни метров, когда услышал недоверчивый девичий голос:

— Богдан, это ты?

Не дожидаясь ответа, на меня налетел настоящий вихрь. Это оказалась соседская девчонка, с которой мы вместе росли и соответственно, дружили, с забавным именем, Забава. Она, во время нападения викингов, находилась в лесу. Вместе с детьми собирала ягоды, поэтому и избежала проблем. Забава была очень смешливой и весёлой девчонкой. Несмотря на то, что была на пару лет младше меня, почему-то, в свое время, ненавязчиво затесалась именно в нашу компанию. И время проводила, по большей части, с нами. Да, как и в любом другом обществе, у нас были свои компании, которые кучковались не только по интересам, но и по возрасту. Вот эта егоза и затесалась в нашу компанию, и сейчас я был безумно рад встретить первой именно её. За время моего отсутствия она прилично вытянулась. Уже сейчас видно, что через несколько лет она станет настоящей мужской погибелью. На меня обрушился настоящий вал из вопросов от этой тараторки. А я стоял, любовался этой сплошной непосредственностью и кайфовал от того, что смог добраться домой. Когда накал страстей немного спал и появилась хоть какая-то возможность вставить в её монолог хотя бы слово, задал самый важный для меня вопрос:

— Кто выжил после нападения, и остались ли кроме неё ещё люди в посёлке? Рассказывала она уже по дороге, потому что, когда она снова затараторила, я понял, что сегодня в поселение могу и не попасть. Поэтому, не перебивая её стрекотание и вылавливая из потока красноречия важные крупицы информации, я, не торопясь, зашагал в сторону поселка. Нападение викингов хоть и наделало немало плохих дел, но всё не так страшно, как казалось мне в то время. Помимо того, что многих людей не оказалось во время нападения в посёлке, части населения удалось сбежать, а некоторым — спрятаться уже во время начавшегося грабежа. Несколько человек смогли выжить после полученных ранений. Если говорить кратко, то люди решили не идти к соплеменникам с протянутой рукой, а выживать самостоятельно. Конечно, жили не очень хорошо, впроголодь, но дружно. За прошедшее время никто больше не погиб. Наоборот, родилось несколько младенцев. Из моей близкой родни выжил только дядька Захар, родной брат отца, вместе со всей семьёй. Так что у меня оказалось не так плохо с роднёй, как я раньше думал. Одних только двоюродных братьев трое, а ещё ведь есть и две сестры. Дядька Захар как раз сейчас и командовал в посёлке. Слушая все это, у меня мордаха сама собой расплылась в улыбке. Думаю, я смогу подобрать здесь некоторое количество парней в свой будущий отряд. Когда мы вошли в посёлок, и люди узнали, что я вернулся из плена, началось что-то невообразимое. Часть людей не смогли сдержать слез, оплакивая погибших или угнанных в рабство родных. Другие, как дядька Захар, со всей своей семьей радовались и смеялись. Короче, дикая смесь эмоций и страстей. Односельчане, несмотря на нужду, попытались организовать праздничный стол. Глядя на то, чем они питаются, на глаза поневоле наворачивались слезы. Весна всегда голодное время, а если не хватает рабочих рук и множество нахлебников в виде лишившихся родителей детей, то вообще, тушите свет. Попросил дядьку Захара организовать людей для выгрузки и переноски имеющихся у меня запасов провизии. Того, что есть сейчас на корабле, поселку хватит на месяц нормальной жизни. А если перевезти сюда спрятанное в пещере, то и два месяца поживём, ни в чем себе не отказывая. Думаю, что с моим появлением, такое явление, как голод, уйдет в прошлое. У меня большие планы на этих людей, и в обиду я их не дам. Когда толпой подошли к моему кораблю, у дядьки, да и у всех людей, пришедших сюда, лица сделались очень уж офигевшими. Да настолько, что я не выдержал и рассмеялся. На вопрос дядьки, откуда, ответил, что поговорим после застолья, а сейчас нужно разгрузить припасы. Люди охренели ещё больше, когда увидели, сколько и чего находится в трюме судна. Радости, не было предела. Некоторые свои вещи и всю утварь попросил переносить на пустующее подворье моего родительского дома. Хоть дядька и настаивал, чтобы я остановился у него, но я не согласился. Я — самостоятельный человек, и надо это показать сразу. Тем более, что вряд ли я останусь здесь навсегда. На какое-то время, пока не подготовлю отряд, да, поживу здесь. Потом, не знаю. По-любому, большая часть жизни будет проходить в походах. Посмотрим, как оно пойдёт. Праздник удался. Очень в тему пришёлся бочонок вина, которое пусть и понемногу, но попробовали все. Меня, буквально, поразило, как женщины за короткое время из нехитрых продуктов смогли приготовить множество вкуснятины. Я и сам умею неплохо готовить, но здесь оказались настоящие мастерицы этого дела. Очень часто ловил на себе оценивающие взгляды местных. Не только девчонок, но и женщин. Забаву, сидящую рядом, эти взгляды почему-то бесили. А меня озадачили. Как-то я не задумывался о женщинах своего селения, хоть организм и готов к полноценной жизни. Когда стемнело и народ начал расходиться, Забаву увела домой мама. А меня взяла в оборот одна из молоденьких симпатичных вдов, которых после побывавших здесь викингов, появилось в изрядном количестве. Понятно, что я не сопротивлялся, и из-за этого ночь практически не спал. Очень уж горячей штучкой оказалась эта, по сути, ещё девчонка.

На следующий день, ближе к обеду, состоялся серьезный разговор с дядькой. Он поделился информацией, как селение выживало после нападения. Пожаловался на поведение соплеменников, живущих в других селениях, которые и не подумали оказать какую-либо помощь. Из-за этого пережить первую зиму оказалось очень непросто. Я, в свою очередь, поведал, как смог освободиться и отомстить. К сожалению, в поселении викингов я был только один из нашего поселка, поэтому освободить земляков не смог. Во всех подробностях рассказывал о подготовке к переходу домой, и как все это делал. Потом пришлось делиться планами на дальнейшую жизнь. Дядька во время моего рассказа сидел очень задумчивый. А когда я закончил, он неожиданно пообещал помочь во всех моих начинаниях всем, чем сможет. Удивил, честно сказать. Я думал, он возмутится, что я захочу увести с собой часть молодых парней. А он, наоборот, рвется помочь. Ну, раз все складывается таким образом, то сразу же и воспользовался предложением о помощи. Попросил его организовать охрану корабля, на время, пока не сформирую хоть какое-то подразделение. В принципе, чужие здесь не ходят. Но береженого, как говорится, бог бережёт. Поэтому, присмотреть за судном надо обязательно. Да, дядька и сам это понимает не хуже меня. Долго обсуждали, чем я смогу уже сейчас помочь поселку. А помочь реально есть чем. Конечно, придётся в срочном порядке заниматься изготовлением кирпича и постройкой кузницы, которой в селении не было, так же, как и кузнеца. Но она нужна обязательно. Я вывез из селения викингов неплохой запас как стрел, так и наконечников к ним. Да и несколько неплохих луков, но, этого совершенно недостаточно. Имея запасы металла, не наладить выделку необходимых металлических изделий, по моему мнению, преступление. Обо всем этом и рассказал дядьке. Дополнительно, есть у меня мысль изготовить нормальные сети для ловли рыбы. А то стыдно сказать, жить у реки и видеть рыбу от случая к случаю — не дело. В селении, кроме как на так называемые морды (плетёные из веток ивы изделия, похожие по своей форме на небольшие бочонки, зауженные по краям), больше ничем рыбу не ловили. А ловилась она на эти морды от случая к случаю. Вот и решил устранить этот пробел. Тем более, что затрофеенной шёлковой нити у меня есть приличное количество. А умение плести сети осталось от прошлых жизней. Наш разговор неожиданно прервал прибежавший пацан с известием, что там пришли соплеменники из других поселков забирать мой корабль.

Глава 4

Сказать, что я охренел от такой новости, это — ничего не сказать. Я реально озверел, но голову при этом не потерял. В первую очередь, кинулся в дом и одел кольчугу, которую подобрал из более-менее подходящих по размеру. Клинки и так всегда со мной, просто перепоясался. Не забыл одеть и неплохой шлем с бармицей. Поручи и поножи надевать не стал, просто времени на это не было. А вот арбалеты зарядил, так же взял с собой небольшой запас болтов. На улице сунул дядьке в руки один из арбалетов и быстрым шагом направился к кораблю, по дороге объясняя идущему следом родственнику, как им пользоваться. Дошли быстро и застали на месте стоянки судна забавную картину. Несколько наших женщин и детей перегородили проход к кораблю и, отчаянно ругаясь, не пускали к нему два десятка здоровенных бородатых мужиков, одетых в лохматую одежду из шкур, мехом наружу. Мне они напомнили пугала на огородах, из прошлой жизни, отчего я непроизвольно начал ржать. Вокруг почему-то наступила тишина, а я, немного просмеявшись, на каком-то непонятно откуда взявшемся кураже произнес:

— Вы что же, дураки, правда пришли отобрать у меня корабль?

И, увидев вытянутые от удивления лица горе-агрессоров, снова заржал. Один из этих мужиков, которого почитали, как вождя нашего племени, нахмурил брови и сказал:

— Ты чего обзываешься? Мал ещё перечить. Корабль нужен племени, вот мы и пришли его забрать.

Ответил сразу и не задумываясь:

— А стрелу в брюхе случайно забрать с собой не хочешь?

На что мужик как-то оглянулся вокруг и спросил:

— Ты, что же щенок, на соплеменника руку поднять задумал?

Такая постановка вопроса заставила улыбнуться, поэтому я ответил, продолжая улыбаться:

— На таких соплеменников не только руку поднять не зазорно, а можно ещё и ногу поднять, чтобы обоссать.

Пока охреневший мужик переваривал сказанное, а стоящие возле корабля женщины давились, пытаясь сдержать смех, я продолжил говорить, но уже без улыбки на лице:

— Где же ты, сука, был вместе с соплеменниками, когда наше селение разоряли викинги? Или потом, когда люди здесь подыхали от голода, оставшись без запасов на зиму? Сейчас, узнав, что в селении появился корабль, который стоит немалых денег, ты поживиться на халяву прибежал? Пошли отсюда, пока живы. На хрен мне такие соплеменники не нужны.

Пока я говорил, лицо мужика наливалось кровью. Как и у стоящего рядом с ним гиганта, который возвышался над толпой чуть ли не на голову. Эти двое смотрели мне прямо в глаза. Остальные мужики, наоборот, опустили глаза в землю.

Дальнейшее произошло, можно сказать, мгновенно для других и как-то замедленно для меня. Человек-гора отвел назад руку с копьем и неожиданно метнул его в меня. Это он думал, что неожиданно. А я читал их, как открытую книгу. Пропустив летящее копье мимо себя и сделав короткий шаг в сторону, не задумываясь, вогнал болт в живот этого здоровяка. После чего аккуратно положил арбалет на землю, достал клинки и пошёл на эту толпу, прокручивая их в руках, разминая, таким образом, кисти. Вокруг наступила могильная тишина. Вождь выставил перед собой копье с железным наконечником. Остальные мужики начали как-то потихоньку пятиться, сбившись в плотную группу.

В этой тишине прозвучал голос дядьки:

— Может не надо, племяш?

Почему-то меня этот вопрос рассмешил, или, может быть, рассмешил прямо просящийся на язык ответ, который я и произнес:

— Надо, дядя, надо.

Вождя убил буквально одним движением. Когда подошёл к нему на расстояние, позволяющее нанести удар копьем, тот попытался сделать это, как на охоте. Вместо уместного в данной ситуации резкого короткого тычка, он попытался провести размашистый укол, способный при удаче пробить человека насквозь. Даже не использовал клинки для отведения этого удара. Просто обманул, слегка качнувшись в одну сторону, уклонившись в другую. При этом уклонился с подшагом вперёд, а потянувшийся вслед за копьем мужик буквально сам наткнулся горлом на выставленный клинок. Не останавливая движения, сделал ещё один шаг вперёд, и вторым клинком буквально снёс голову стоящему на коленях с болтом в брюхе мужику. Почему-то мне стало его жалко, поэтому и решил прекратить его мучения. С такими ранами здесь не живут, да и обещал вогнать стрелу в живот не ему. Прыгающая по земле голова произвела на остальных неизгладимое впечатление. После очередного шага в направлении сбившихся в плотную толпу мужиков, они просто кинулись наутек. Не воины, охотники, не привыкшие стоять против людей лицом к лицу. Когда осмотрелся, удивился и немного пересмотрел поведение сбежавших мужиков. Со стороны поселения подходила толпа, состоящая практически из всех жителей, притом, пусть и разнообразно, но поголовно вооруженных. Налети эта толпа на пришельцев, думаю, мало им не показалось бы. Дядька стоял с каким-то потерянным видом, а бабы с детишками, не пустившие пришлых к кораблю, смотрели на меня с восхищением и опаской. Возникшая пауза надолго не затянулась. Плюнул на все рефлексии, подошёл к трупу вождя, вытер о его рубаху клинки. После этого спрятал их в ножны, подобрал арбалет и потопал обратно в посёлок. Решил, что односельчанам надо обсудить произошедшее, а мне неплохо было бы глотнуть глоток-другой вина. Не каждый день режешь людей, как баранов. Честно сказать, с трудом получилось сохранить невозмутимый вид.

Дядька подошел только часа через два. За пару глотков осушил кружку предложенного мною вина и задал вопрос:

— Зачем ты их спровоцировал? Можно ведь было и миром решить?

Ну что ему ответить? Сказал, как есть:

— Не получилось бы разойтись по-доброму. Жадность их обуяла. Да и с какого перепугу я должен пытаться миром разойтись с чужими людьми, которые реально берега потеряли? Мало того, что не оказали помощь, когда она была необходима, так ещё и грабить пришли.

Я почувствовал, что начинаю заводиться. Поэтому, постарался свернуть разговор.

— Даже думать не хочу об этих уродах. Лучше скажи, договоренность об охране корабля в силе? А то видишь, как получается? Не успел пришвартоваться, как новые хозяева появились.

Дядька как-то странно на меня посмотрел, что-то для себя решил и ответил:

— В силе.

А после небольшой паузы добавил:

— Прекращай злиться. Больше не сунутся.

После этого встал и ушёл. Ну, а я продолжил дегустировать вино и думать над произошедшим. Самое главное, о последствиях. Теперь в селениях соплеменников мне отряд не набрать. Вряд ли после произошедшего меня там будут рады видеть. Настроение, и так не особо радостное, вообще ушло в ноль. Немного посокрушавшись, плюнул на все, и решил пока забить на это. Жизнь продолжается. Не наберу людей здесь, найду их в другом месте. А поступил я, думаю, правильно. Надо нарабатывать правильную репутацию.

На следующий день ко мне в дружину пришли проситься молодые пацаны. Они, с их слов, решили научиться сражаться и стать воинами. Я смотрю на них и реально не знаю, что мне делать. Два десятка пацанов лет по четырнадцать-пятнадцать. И что мне с ними делать? Детский сад какой-то. Какие тут сражения с викингами? С таким контингентом только в зарницы играть. Потом, ещё подумал и спросил себя:

— А кто, собственно, меня торопит? Если подойти к делу основательно, с чувством, толком, расстановкой, то из этих пацанов можно выучить таких волкодавов, что мало никому не покажется. И то, что они ни хрена не умеют, в данном случае, только в плюс. Можно будет сразу учить, как надо, а не как хочется. Исходя из этих соображений, сказал:

— В дружину возьму, но, при одном условии: моё слово — закон. Кто не понял, что я сказал, свободен. И ещё: услышу жалобы, что тяжело и трудно, выгоню сразу, без разговоров.

С этой толпой пришёл и десятилетий двоюродный брат, к которому я повернулся и сказал:

— Тебе, тёзка, ещё рано в походы ходить, подрасти и потом приходи.

Тот насупился и ответил:

— Я смогу делать все то же, что и другие. Поэтому — не рано. Посмотришь, я не подведу.

Поглядел на него, махнул рукой. Пусть будет. Через пару дней, когда начну давить нагрузкой по полной программе, сам сбежит. На сегодня распустил их по домам с наказом — завтра, с рассветом быть здесь. Сделал так, потому что надо было плотно подумать, как быть и что делать с этим детским садом. Подумал, огляделся вокруг и решил. Раз придётся здесь задержаться надолго (а по моим подсчетам не меньше, чем лет на пять), то надо устраиваться с комфортом. А то как-то неправильно, да и непривычно, когда дом топится по-черному, собственно, как и баня, а спишь на голых деревяшках. Будем начинать приобщать к цивилизации небольшой уголок этого мира. Да и жить новобранцам у себя дома не дело. Поэтому, придётся строить подобие казармы. Благо, мой дом стоит на окраине и проблем с новыми постройками быть не должно. Как подумаешь, сколько всего сделать надо, так руки опускаются. Но, как говорится, глаза боятся — а руки делают. А начинать стройку, как не крути, придётся с кузницы. Но, кажется, я это уже говорил. Или даже не с кузницы, а с похода за спрятанными товарами. С хорошим инструментом и работа будет спориться. А в заначке неплохое количество этого самого инструмента присутствует. Поэтому, поход за ним откладывать нельзя. А то, стыдно сказать, кроме привезенных мной железок, в деревне другого металла нет. То, что было раньше, викинги выгребли подчистую. Хоть и опасно в какой-то мере светиться на реке с кораблем, но, если хочу, чтобы все прошло быстро, придется рисковать. В море, где можно нарваться на чужой корабль, выходить не буду. А на реке чужим судам, по сути, делать нечего.

Пока сидел в раздумьях, нарисовалась ещё одна проблема. К дому подошла злая Забава и начала мне предъявлять, что я, дескать, козёл блудливый. Она так надеялась, что я, вернувшись, буду с ней. А я пошёл по рукам. Она из-за этого страдает, а я ничего не замечаю. В итоге, расплакалась и убежала. Я, даже потерялся от такого накала страстей. Да что там, реально охренел. Не видел я в этой голенастой егозе женщины. Чего уж тут? Сбитый с толку, я потопал к дядьке. Надо всё-таки предъявить за подставу с пацанами. Потому что по здравому размышлению я понял, что это дядькина работа. Я ведь говорил, что хочу набрать людей в отряд. Вот он и подсуетился с пацанами. Взрослые же, глядя на этот детсад, вряд ли захотят присоединиться. Получается, что дядька решил, таким образом, сразу несколько проблем. Во-первых, оставил в селении взрослых мужиков. Во-вторых, скинул с себя обузу в виде пацанов, которые жрут, как взрослые, а отдачи от них считай никакой. Есть ещё в-третьих и даже, в-четвёртых. Но перечислять все смысла нет, и сказанного достаточно.

Дядька на предъяву только хитро улыбнулся и пояснил, что со взрослых толку не будет. А молодёжь ещё не поздно обучить и направить на правильный путь. Поэтому — не благодари. Вот же психолог местного разлива выискался, но, в чем-то он прав. Ладно, что случилось — то случилось. Поставил его в известность, что завтра с пацанами ухожу в поход и понаблюдал за изменением в его поведении. Он как-то засуетился и начал говорить, что, дескать, пацаны же ничего ещё не умеют. Маленькие они ещё, куда им в поход, ну и так далее, в том же духе. В конце концов, я не выдержал и заржал. Он в недоумении на меня посмотрел, как-то тяжело вздохнул и сказал:

— Говори уже, что задумал?

Ответил, что просто сходим на драккаре за спрятанными вещами и заодно посмотрю на пацанов в деле. Мало ли, вдруг кто из них воды боится. Было видно, как он успокаивается прямо на глазах. На самом деле, меня радует, что за своих переживает. От таких людей подлости можно не ждать.

Вернулся к себе, подобрал подходящую деревяшку и занялся изготовлением челнока для вязки сети. Хочу научить своих вдовушек вязать сети. Как раз, пока будем отсутствовать, думаю, они успеют все сделать. А то скоро путина, и прозевать её совсем не хочется. У меня большие планы на этот продукт. Правда, надо ещё решить проблему с бочками. Но, думаю, она решаемая. В селении есть дедок, знакомый с этим делом. Правда, заготовленного материала, подходящего для этого дела, нет. Но и здесь можно что-нибудь придумать. Челноков, как и плашек, сделал сразу два комплекта, по количеству посещающих меня вдовушек. Они, похоже, установили очерёдность эксплуатации моего организма, потому что на следующую после стычки с соплеменниками ночь, меня навестила другая женщина, которая была чуть постарше первой, но такая же жадная до подобных утех. Затягивать с обучением не стал, попросил пацана, пробегающего мимо, позвать вышеупомянутых тёток и вытащил из дома два довольно больших мотка тонких шёлковых ниток. По моим прикидкам, их хватит на две сети метра два высотой и метров тридцать, а может и сорок, длинной. Обвязывать и собирать буду по возвращении и, скорее всего, сделаю, так называемые, квадраты. Они чем-то напоминают двухстенку. Но ячея одной из стенок намного больше, чем это принято у трехстенок или двухстенок. Подумаю ещё.

Вдовушки, на удивление быстро, поняли принцип плетения и согласились поработать. На нитки глядели с каким-то благоговением, и все допытывались, а есть ли у меня ещё такие. Отвечать не стал, просто пообещал, что по возвращении подарю им по отрезу ткани, если, конечно, они к этому времени сплетут сети. Судя по их глазам, сети у меня появятся вовремя, переживать по этому поводу не стоит.

Ночью пришла третья вдовушка, и после всего завела речь о нитках и сетях. Аж плюнул с досады. Выдал ей такой же клубок, как и остальным, велел договориться об обучении с подругами, а челнок с планкой попросить сделать дядьку. Самому некогда, с рассветом ухожу в поход. Проводив даму, попытался уснуть, но сон пропал напрочь. В голову лезла всякая хрень ненужная. Поэтому, поднялся и решил пробежаться к кораблю. Посмотреть, как он охраняется. По привычке застегнул пояс с клинками, взял арбалет с несколькими стрелами и, не торопясь, потопал в нужном направлении. На улице был абсолютный штиль. Тишина такая, что казалось нахожусь не в лесу, а где-нибудь в пустыне, где нет ничего живого. Надо сказать, небывалое явление для леса. Здесь всегда что-нибудь происходит, он всегда наполнен разнообразными звуками. Сейчас же слышал только свое дыхание, да звуки, которые сам же и издавал при ходьбе. Километр, отделяющий меня от судна, прошагал быстро и не обнаружил ни одного охранника. А ведь дядька клятвенно обещал отправить сюда кого-нибудь. Ничего плохого придумывать себе не стал. Но, на всякий случай, сделал пару шагов в сторону, чтобы зайти за разлапистую ель и зарядил арбалет. После этого застыл, как изваяние, стараясь раствориться в лесу и слиться с тенью ели, за которой укрылся. Долго ничего не нарушало покой предрассветного леса, а потом раздался тихий шорох на корабле и прозвучал шепот:

— Я же тебе говорил, что никто не идёт, тебе показалось.

Другой голос, который прозвучал, чуть громче и, при этом, глуше, перебивая первый, сказал:

— Хорош разговаривать, давайте заканчивать и убираться отсюда.

Через небольшую паузу и чуть тише добавил:

— Пока правда никто не пришёл.

Ни фига себе тут дела творятся, пока все спят. Думаю, что пришли какие-нибудь мстители, которые хотят повредить мой корабль, другого ничего в голову не приходило. Так и хотелось достать клинки и запрыгнуть туда, поближе к злодеям. Но не стал делать глупостей, а аккуратно, максимально тихо двинулся по дуге, часто останавливаясь и внимательно прислушиваясь. Если эти злодеи — не дураки, то обязательно должны оставить в лесу кого-нибудь на стреме. Поэтому, решил перестраховаться. Мне совсем не хочется получить что-нибудь в спину, когда всё-таки полезу на корабль. Вариант не лезть я просто не рассматривал. Человека, оставленного на стреме, я действительно нашёл, по сопению. Он перехитрил сам себя. Залез под разлапистую ель и уснул. Вот по его сопению и смог обнаружить этого горе-часового. Аккуратно долбанули его рукояткой ножа по голове и крепко связали верёвкой, которой он был подпоясан. Шапку воткнули в рот вместо кляпа. Закончил обследовать окрестности и тихонько залез на корабль. А там в трюме, при свете лучины, кипела работа. Один, самый здоровый из этой троицы, держал горящую лучину, а два его подельника старательно перепиливали каменными ножами крепления обшивки. Тяжелое, надо сказать, занятие. Попробуйте на досуге перепилить кромкой камня еловый корешок. Моё появление они прозевали. Ну, как прозевали? Не услышали, как я залез на корабль и слегка приоткрыл люк трюма. Когда полностью откинул крышку, тогда спохватились. Но было поздно. Я не стал сразу же стрелять. Негромким голосом предложил им выбор: либо погибнуть, даже, если надо будет, то вместе с кораблем, либо сдаться и, возможно даже, остаться в живых. Пообещал, что подумаю, как с ними поступить. Они выбрали сдаться, и по одному, по моей команде, поднимались на палубу, где я их и вязал. В трюме обнаружил и нашего горе-охранника, который оказался жив, просто связан. Правда, по голове он получил не хило, потому что, когда привёл его в чувство, он тут же начал блевать. Хорошо, что за борт, а то загадил бы весь корабль. Когда хоть немного отошёл, отправил его за дядькой. Нет, я помню, что при таком раскладе лучше бы ему полежать. Просто подумал, что пленных до тех пор, пока кто-то появится, я превращу в калек. Очень уж разозлился.

Итак, пока прибежал дядька, эти четыре упыря кричать уже не могли, а только сипели, или, правильнее будет сказать, хрипели сорванными голосами. Я их не калечил, но расспрашивал. Реально жестко, я умею. Поэтому и говорю, что к приходу дядьки, я уже все знал, а все четыре вредителя превратились в дрожащих, исходящих потом и старающихся хоть немного от меня отползти, сломанных людей. Всё они обгадились и готовы были сделать все, что угодно. Лишь бы я их не трогал.

Обидно, что взять с них нечего. А мой корабль попортить решили самостоятельно, без чьего-либо приказа. Один из них оказался двоюродным братом убитого вождя. Вот и решил таким образом отомстить и подбил на это своих дружков. Что с ними делать, даже не знаю. По моему мнению, раздробить руки и ноги, и отпустить. Дядька от моей доброты даже слегка от меня шарахнулся. Потом сказал, что сам решит, как взять виру за сделанное, обойдемся без членовредительства. Ну, хозяин — барин. Этим дятлам напоследок сказал, чтобы передали всем знакомым, что они — последние, кого я пожалел. Если не угомонятся, могу ведь и вырезать на фиг их селения, доведут до греха. Почему-то в эти слова поверили не только пленники, но и мои односельчане. Да, мне в принципе всё равно, верят мне или нет. Я, глядя на то, что наделали эти уроды, реально готов так поступить. Ни о каком походе в ближайшее время и речи быть не может. Кораблю требуется ремонт и сделать его можно только на суше. Поэтому, придётся вытаскивать судно на берег.

Плюнул на все и, донельзя расстроенный, ушёл в селение. Просто понял, что, если останусь, вредители реально могут умереть. Добравшись домой, завалился спать и, на удивление, сразу же вырубился.

На другой день в посёлок пришла целая делегация. Оказывается, ночью, дядька, не откладывая, на лодке-долбленке отправил по поселкам одного из пленников с наказом привести к нему людей, способных решить судьбу пойманных вредителей. Десяток седобородых стариков, во главе с волхвом, начали с места в карьер качать права и наезжать на стушевавшегося дядьку. Видя такой расклад, решил вмешаться. А то получится так, что это нам придётся платить виру, а не виновникам торжества. Спокойно вошел в образовавшийся из людей селения круг, и задал вопрос, звонким громким голосом:

— Так вы будете толком говорить, зачем пришли, или поорать больше негде?

От неожиданности эти деды даже замолчали на секунду. Первым пришёл в себя волхв и ответил:

— Отрок, не хорошо встревать, когда говорят взрослые.

На меня в очередной раз накатила какая-то бесшабашная удаль, мордаха опять расплылась в улыбке, от которой присутствующие здесь пленники почему-то стали пятиться назад, стараясь оказаться подальше от меня. Волхв заметил такое их поведение и похоже сделал какие-то выводы. Поэтому, когда задал ему вопрос, с ответом он не спешил:

— А ты кто таков будешь, взрослый человек?

Надо сказать, что я прекрасно знал, кто он и до попадания в плен к викингам. Даже побаивался этого старика. Но то время прошло, и сейчас я не боялся глядеть ему в глаза и даже чувствовал, что в случае надобности, смогу передавать его взгляд.

Когда он удосужился ответить, что он служитель бога, я сразу же дал ему совет, от которого онемели все вокруг:

— Так иди и служи, здесь тебе делать нечего.

Так здесь со служителями богов не разговаривают, поэтому, народ буквально онемел. Потерялся и волхв, не нашёлся, что ответить. Потом как-то побагровел и все же выдавил из себя фразу:

— Ты, отрок, как со служителем бога разговариваешь? Я ведь и проклясть могу.

На что я ещё веселее улыбнулся и сказал:

— Ты бы меньше бога упоминал, а то вдруг услышит и отзовется. Тебе ведь и щелбана от него хватит.

Тут мне вспомнилась говорящая голова из прошлой жизни, отчего меня даже передернуло, и я добавил:

— Представь, какой у него палец, если голова по размеру больше дома.

У волхва, внимательно смотревшего на меня, начали расширяться глаза, и он не утерпел и задал вопрос:

— Кого из богов ты видел?

Что ему ответить? Подумал и сказал правду:

— Да хрен его знает. Я его всего и не видел, только его огромную бородатую голову. Он мне сказал пару слов и исчез. Но больше встречаться с ним у меня желания нет. Поэтому и говорю, не вспоминай. А то вдруг явится?

Волхв постоял несколько минут, глядя мне в глаза, потом кивнул, развернулся и величественно удалился. Остальные старики, растерявшие свою спесь, стояли, переминаясь с ноги на ногу, и молчали. Повернулся к ним и задал вопрос:

— Так чего хотели-то?

Вперёд выдвинулся самый старый из них, зачем-то поклонился и сказал:

— Людей своих забрать хотим.

Я пожал плечами и ответил:

— Платите виру и забирайте. Орать-то зачем?

Повернулся к молчащему все это время дядьке и сказал:

— Мне для ремонта корабля нужны корни ели.

Кивнул на стариков и продолжил:

— Не забудь потребовать, чтобы накопали и принесли, с запасом. Образец дай им с корабля. Они должны быть определённого размера и длины. Остальное, сам решай, что нужно.

После этого спича развернулся и ушёл. Пусть сами договариваются. Дядька уже пришёл в себя и с азартом смотрел на стариков. Думаю, легко им не будет.

Глава 5

Чтобы вытащить корабль на песчаную отмель, пришлось сначала буксировать его при помощи лодки достаточно далеко от места стоянки. Даже мачту сняли, чтобы провести и не задеть ветви деревьев, растущие по берегам протоки. Вытаскивали всем составом проживающих в селении людей. Хорошо помогли блочки, изготовленные в селении викингов и захваченные с собой. Когда провел ревизию повреждений, то оказалось, что не все так страшно. Эти вредители резали крепления, как бог на душу положит, то есть бессистемно, благодаря чему, обшивка спокойно перенесла небольшое путешествие до отмели. Проштрафившиеся жители других селений натаскали с запасом еловых корней. Тем более, как оказалось, у них были в наличии уже подготовленные и пригодные для подобных работ. Поэтому, ремонт много времени не занял. Заодно проверил состояние всей обшивки и по новой просмолил борта. Работали толпой, очень дружно, поэтому, дело и спорилось. Уже через неделю мы отправились в свой первый мини-поход. Своих пацанов сразу же взял в оборот, обучая работе с парусами, и вообще, поведению на корабле. Когда ветер не позволял нормально двигаться под парусами, осваивали весла. Надо сказать, очень хорошая силовая тренировка. Кроме морской науки, ничему больше не учил. Просто не было на это времени и места. Плотно займусь этим после возвращения. Сейчас важно, как можно быстрее провести подготовительные работы и наладить нормальную жизнь. Путешествие проходило спокойно. Сильно я не гнал, поэтому ночью останавливались и отдыхали. Хотя, по-хорошему, можно было двигаться круглосуточно. Ночи стояли светлые и, по сути, ничего не мешало продолжению плавания. Но я не забывал ни на секунду, что команда у меня пока слишком слабая, в том числе из-за возраста. В этот раз на реке встречалось довольно много лодок, которые, завидев наш корабль, ломились к берегу, как перепуганные сайгаки. Может, оно и к лучшему. Я, честно сказать, тоже пока не стремлюсь сейчас заводить какие-либо знакомства с проживающими на реке людьми. До точки, от которой не особо далеко находится схрон, дошли за неделю. Получилось так быстро по двум причинам. Это попутное течение, пусть и не сильное, и наличие команды, которая сильно облегчила мне жизнь. Пацаны, несмотря на свою неопытность, очень старались делать все правильно и быстро. Если так будет и дальше, то научатся всему достаточно скоро.

Переноска и погрузка имущества заняла ещё трое суток практически беспрерывной работы. Не хотелось мне стоять здесь долго. И так засветились по полной, потому что ближе к устью движение лодок увеличилось кратно. Народ вовсю промышлял в море рыбу, готовящуюся к путине. Вроде и нет здесь много поселений, а лодок насчитал за это время семь штук. Может, просто семьями живут в какой-нибудь глуши, прячась от всех и вся.

Сразу, как закончили погрузку, не задерживаясь, отправились обратно. Корабль изрядно просел от груза и стал гораздо тяжелее в управлении. Я боялся, что при таком раскладе, можем где-нибудь сесть на мель. Поэтому, следил, чтобы во время лавирования, не приближались близко к тем местам, где берег был пологий.

Пацаны рвались взяться за весла, чтобы быстрее достичь селения. Они пока не попробовали, так и не поняли, что плыть против течения, да ещё и груженым, на порядок тяжелее, чем по течению и пустым. Один раз попробовали погрести пару часов, после этого не просились. Обратное плавание заняло две недели, это очень быстро. Просто повезло с ветром. Правда, в этот раз намучились, пока смогли попасть в нашу протоку. Пришлось даже задействовать людей из селения и тянуть судно при помощи канатов, но справились и пришвартовались на старом месте.

В селении за время нашего отсутствия все осталось без изменений. Народ занимался своими делами и даже наше появление, если бы не помощь при входе в протоку, осталось бы незамеченным. Наступила горячая пора, когда говорят, что день год кормит. Все вышли в поле и усиленно рыхлили землю. Как вспомню, так вздрогну. А вы попробуйте без лошадей и металлических инструментов, только при помощи сучковатого бревна, вспахать землю. Вот и я не хочу. На все племя есть только четыре лошади и ни одной в нашем селении. Мне самому себе захотелось настучать по башке. Ведь есть же за что купить. Почему не подумал об этой проблеме перед отплытием, даже сказать не могу. Поэтому, в первую очередь, после того, как вник в ситуацию, поговорил на эту тему с дядькой. Вообще, речь завёл не только о лошадях, а в целом о живности. Почему не купить тех же коров, коз и кур? Это то, что сразу пришло на ум. Конечно, я понимаю, что есть сейчас проблемы с кормами для них. Но, при наличии тех же кос, плугов и, вообще, нормальных железных изделий, эта проблема решаемая. Не дело надеяться только на охоту. Нужно, чтобы живность всегда была в наличии, мало ли как может сложиться.

Короче, после долгого разговора, дядька в сопровождении пяти мужиков отправился в командировку за покупками. Как оказалось, он прекрасно знает, где это все можно купить. С собой он унёс небольшое количество серебра. По его словам, этого хватит с запасом. Ну, ему лучше знать. Пусть сам решает, что нужно, и сколько это будет стоить. А меня накрыла лавина срочных дел, которой конца и края видно не было.

Сначала пришлось разбираться со связанными сетями и подарками за работу. Лучше бы я ничего никому не дарил. На меня буквально окрысились все женщины селения за то, что не предложил им поработать за такое вознаграждение. Пришлось идти к дядькиной жене на поклон и просить помощи в решении этой проблемы. В итоге, я лишился большей части запасов ткани. Зато, помимо того, что всем моим бойцам сошьют одинаковую одежду, женщины селения мне должны, и будут отрабатывать долг, по мере необходимости. А вдовушки, по мнению тетки, за такую плату должны сплести ещё как минимум по три такие сети, каждая. Сама же с ними об этом и поговорила. Собственно, они были не против. Правда, запас ниток после того, как выдал каждой ещё на три сети, на этом закончился. Но вещи нужные. Поэтому, пусть делают. Пришлось в срочном порядке выплавлять из свинца грузы и резать из коры поплавки. Да и второе полотно для сбора сети квадратом пришлось вязать самому. Но это хлопоты в удовольствие. По весне нам нужно не так и много рыбы. Больше из-за икры заморачивался, а вот по осени — совсем другое дело. Надеюсь, к тому времени мы будем готовы к созданию серьезных запасов. Главная засада пока с бочками. С солью проблем не будет ещё долго, мы её привезли достаточно много.

Когда поставили первую же сеть, я понял, что её одной более, чем достаточно. Не успел до конца выкинуть её из лодки, как в начале сети уже билась рыба. Пришлось минут через двадцать выдергивать её из воды. Такого улова я ещё не видел ни в одной из жизней. Помимо разнообразия речной рыбы, щуки, судака, да даже карася, в сеть влетели три огромные сёмги. Вроде и рановато ещё до начала путины (по моим прогнозам, ещё как минимум пару недель ждать), а нет — попались, чему я безмерно рад. Народ от количества рыбы просто охренел. За каких-то полчаса взяли столько, что хватит накормить все селение. С трех рыб у меня получилось заполнить один из бочонков, освобожденных от вина. Когда солил, народ интересовался, на фиг оно мне надо. Ведь обычно они икру выбрасывали. Когда сказал, что буду это есть, ещё и кривиться начали. Ну что же, мне ещё и лучше, я икру люблю. Если ещё появятся коровы, а соответственно, и масло, то вообще буду счастлив, кушая бутербродики с икрой. Саму семгу тоже засолил, хотя народ и хотел её пустить на уху. Нечего переводить, можно сказать деликатес, на суп. Путина начнется, тогда пусть и варят, сколько им захочется. А мне пришлось в срочном порядке менять техзадание на изготовление сетей вдовушкам. Просто решил, что трех сеток с небольшой ячеей хватит за глаза. Поэтому, сделаю им другие плашки и пусть вяжут с крупной ячеей.

После этой рыбалки мобилизовал всех своих пацанов на работы по добыче и переработке глины. Мне край, как нужна хоть самая примитивная кузница. Вернее, даже не так. Половина моих будущих бойцов добывали и месили глину, вторая половина превратилась в углежегов. Для этого дела приспособили небольшой овраг. Понимаю, что такой подход, по сути, варварство, но и варианта другого пока нет. Необходимо максимально быстро изготовить кирпичи и заняться постройкой горна. Тётку озадачил изготовлением мехов, вернее, пошивом из шкур этих мехов. Деревянную их часть сделаю сам.

Когда в процессе работ участвует большое количество людей, она делается очень быстро. Если честно, я был удивлён, когда на помощь моим пацанам пришли практически все жители селения и это притом, что их никто не просил. Сами, по своей инициативе, впряглись в работу, и уже через две недели я получил первый кирпич и занялся постройкой горна. Ещё через неделю я первый раз протопил его и даже выковал первое изделие. Надо было видеть глаза сельчан, когда я, по их мнению, начал портить добротный меч, который по нынешним временам, стоит приличных денег. Пошел на этот шаг из-за недостатка времени. Мне срочно нужны бочки, а, чтобы их изготовить быстро, нужны качественные инструменты. В первую очередь, пила для распила брёвен на доски и рубанок для их обработки. Поэтому, и перековал один из мечей лучшего качества. Напомню, что во втором моем схроне есть ещё достаточно много хорошего оружия, вот и не стал жадничать. С этой пилой пришлось изрядно помучиться. Если само полотно выковал быстро, собственно, как и нарубил зубья, то вот с правкой, заточкой и правильной закалкой пришлось немало помучиться и где-то даже проявить смекалку. Тем не менее, с задачей справился и дедок, который умеет делать бочки, теперь ходит в обнимку с этой пилой и рубанком. А, если выдаёт пилу мужикам для работы, то не отходит от них ни на шаг, внимательно наблюдая за ними и страшно ругаясь, в случае, если кто-то хоть малость накосячит.

Дядька вернулся на неделю позже, чем планировал и пригнал в селение целое, пусть небольшое, стадо живности. Главное, что сумел купить сразу трех лошадей и целых пять коров. Всякую мелочь, типа коз курей, и даже несколько овец, я не считаю. Для всей этой живности нужно строить теплые сараи и заготавливать на зиму корма. В этом году отсеялись без использования лошадей, поздно спохватились. Но, к следующему году, нужно подготовиться основательно и изготовить как минимум плуги и телеги.

Пришлось мне плотно заниматься кузнечными делами, да так, что не было никакого продыху. Сначала изготовил ещё одну пилу, по просьбе дядьки, который воспрял и рвался побыстрее начать строить. Пусть и из сырого дерева, но лишь бы успеть к зиме. Потом пришлось ковать несколько кос и учить народ ими пользоваться. Короче, загрузился работой, как будто, так и надо. Меня в сложившейся ситуации сильно напрягали две вещи. Первая — это то, что ставшее зажиточным поселение, по сути, беззащитно перед любой маломальской угрозой. А это, как известно, добром не заканчивается. Халявщики, желающие прибрать к рукам лакомый кусок, всегда найдутся. Поэтому, над решением этой проблемы придётся думать в первую очередь. Во-вторых, по сути не занимаюсь подготовкой набранных пацанов, они так и продолжают делать кирпич и выжигать уголь. Не для этого я их набирал, поэтому, тоже что-то надо решать. Находясь в таких размышлениях, обратил внимание на покалеченного мужика, который передвигался с трудом из-за неправильно сросшихся поломанных ног, но с целыми руками. Он очень внимательно наблюдал за моей работой в кузнице. Замечал его и раньше, но только сейчас он подошёл совсем близко, поэтому и обратил внимание. Мужика зовут Завид. Его на охоте поломал кабан, вот и стал калекой. Во время нападения викингов его в селении не было, поэтому и остался жив. Глядя на него, пришла мысль, если ему интересно, может приобщиться к этому делу. Вдруг получится заполучить своего кузнеца. Поэтому, заговорил с ним, и в процессе разговора понял, что он именно тот, кто мне нужен. Мужик с таким пылом высказался, как ему нравится наблюдать за работой с металлом и завалил таким количеством вопросов, что не пригласить его поработать в кузнице я просто не мог. Забегая вперёд, скажу, что поступил очень правильно, потому что эта работа пришлась ему по душе. Более того, у них в семье все мужики оказались склонны к этой деятельности. Поэтому, через месяц, вместе с ним в кузнице работали и три его сына. Вот так у меня появился подмастерье.

Я, после выше описанных размышлений, кардинально поменял свой график жизни. Начал с того, что теперь мы с моими пацанами начинали свой день с пробежки километра в три и довольно интенсивной зарядки. Каждому из ребят бабы пошили подобие разгрузок, в которые вместо кармашков наглухо пришили своеобразные плоские мешочки с песком. Вес этих разгрузок получился небольшой. В общей сложности, килограмм по десять. Но, на первое время, и этого достаточно. Не забыл я и про мешочки с песком на запястья, которые по традиции, запретил снимать даже ночью. Конечно, производительность работ при таком раскладе упала в разы. Но это, по моему мнению, не столь важно, как растущая физическая форма моих ребят. Каждому из них подготовил по две тяжелые палки, имитирующие мечи и по вечерам начал потихоньку учить их с ними работать.

В кузнице тоже все поменялось, не в смысле оборудования, а в смысле изделий, которые начал делать. Просто, размышляя о беззащитности селения, решил, что, если вооружить поголовно всех жителей арбалетами и научить их стрелять, то будущим претендентам на наше добро легко не будет. Вот и занялся, по большей части, выделкой необходимых деталей для изготовления таких полезных в хозяйстве вещей, как арбалеты. Мужик, которого взял в помощники, схватывал все на лету. Поэтому, старался как можно быстрее провести его через все этапы работ, связанных с кузнечным делом. Начал его обучение с изготовления обычных гвоздей и скоб. Конечно. тратить на это драгоценное железо — настоящее варварство. Но я рассудил, что железо ещё добуду, а умелый кузнец уже сейчас нужен, как воздух. Поэтому, и пошёл на эти траты. Да и не такие они глупые, как кажется на первый взгляд. Эти гвозди и скобы сильно ускорят строительство необходимых помещений, в частности, их кровель, с которыми всегда до фига сложностей. Если их делать, конечно, с крутыми скатами. Рыбу ловили, солили и вялили без моего участия. Притом, занимались этим, по большей части, молодые пацаны под руководством одного деда, который в силу своего возраста, кроме, как командовать, больше делать ничего не мог.

Правда, когда началась путина сёмги, несколько дней переработкой улова занималось практически все население. Тогда же занялись и копчением сильно солёной рыбы. Делали так специально для большей сохранности и забили этой рыбой практически все ледники.

Вообще, как сказал дядька, с моим появлением селение ожило. Везде что-то строилось, происходила непонятная движуха. Нельзя было заметить праздно шатающегося человека. Все что-то делали, куда-то спешили. Ближе к осени, дядьке с теми же мужиками пришлось опять отправляться за покупками. В этот раз нас интересуют съестные припасы. Не вижу смысла экономить серебро и жить впроголодь. По известной причине, посеяли в этом году недостаточно, поэтому, придётся докупать недостающее. В этот раз мужики пойдут на лодках. В селении было две долбленки и моя, затрофеенная у викингов, лодка. Дядька договорился с соплеменниками об аренде ещё двух долбленок, и таким составом выдвинулся в путь.

Когда собрал первые пять арбалетов, начались тренировки населения в стрельбе. Сразу же встал вопрос производства стрел. Пока обходились моими, но надолго их, при таком использовании, не хватит. Пришлось городить станок для производства, примитивно конечно, но делать нечего. Пока и так сойдет. Плотно выделкой уже толковых, клееных стрел, займёмся зимой. Сейчас пока обойдемся простейшим вариантом этих изделий. Станок сделал по принципу обнаруженного у викингов. Просто, хитрое бревно с ручкой, как на колодце в более поздние времена. Надо сказать, что принцип стрельбы народ уловил мгновенно и уже через недельку показывал неплохие результаты в этом деле. Охотников перевооружать не буду. Они после того, как получили нормальные луки, и так могут натворить немало дел. Кстати сказать, на изготовление стрел тоже нашелся свой мастер, который сначала, как завороженный смотрел на работу станка. А когда попробовал точить сам, его уже не смогли от него отогнать. Поэтому, стрелы теперь точат два энтузиаста этого дела — десятилетний пацан и его мама. Звучит, конечно, странно, но это так. Все запланированные постройки успели возвести вовремя. Правда, печи в казарму моим бойцам и себе в дом класть начал уже осенью, когда на улице сильно похолодало. Раньше просто не было времени. В селении начали создаваться стихийные кружки по интересам. Не считая кузнечных энтузиастов и производителей стрел, появились любители выделывать приклад и полки к арбалетам. Отдельно образовалась целая группа, которая занималась изготовлением бочек и телеги. Кстати, для телеги, пришлось отливать из бронзы втулки в колеса и шкворень для поворотного механизма. Со шкворнем пришлось изрядно помучиться. Ведь нарезать резьбу просто нечем, поэтому пришлось изощряться с хитрым литьем. Пусть и с определённым трудом, но справился. Когда в селении появилась первая телега, она стала востребована буквально во всех сферах деятельности. Народ просто не понимал, как обходились раньше без такой полезной штуки.

Когда начало холодать, и температура по ночам стала опускаться ниже ноля, занялись интенсивными выловом рыбы. Задействовали все приготовленные сети. Ставили их на ямах, куда рыба уходит зимовать и ловили в реально больших количествах. Настолько больших, что даже делились с соплеменниками из других селений, но не бесплатно. Договорились, что, когда ударят морозы и ляжет снег, они выделят людей на заготовку леса. Будем готовить его для следующего года. Не нравятся мне местные дома, вот и хочу их перестроить. И ещё мне не нравится, что вокруг селения нет стены, за которой можно отсидеться в случае нападения. Поэтому, и договариваемся заранее о привлечении дополнительных сил. Нет, дополнительные люди не будут работать всю зиму за отданную им рыбу, буду платить серебром. Отработка за рыбу будет для того, чтобы к халяве не привыкли. Еще пришлось срочно вытаскивать на ту же песчаную отмель корабль и городить сарай, чтобы укрыть от непогоды. Эти работы заняли хоть и немало времени, а все равно мы успели сделать их вовремя, до того, как выпал снег.

Дядька вернулся с лодками, загруженными под завязку. Я, если честно, не рискнул бы плыть в настолько перегруженных лодках. По его словам, это ещё не все, и завтра или послезавтра придут ещё четыре лодки. Ему пришлось нанимать их, так как все закупленное просто не поместилось. Присматривать за оставшимся добром оставили одного из мужиков, который, по сути, прокатился в одну сторону пассажиром. Думаю, дядька заранее планировал что-то подобное, не зря же взял с собой лишнего человека. Теперь о нормальном питании, в принципе, можно не переживать. Есть все и в достатке. Конечно, таких продуктов, как допустим, мед или то же вино, хотелось бы побольше иметь в наличии. Но и так неплохо. В следующем году планирую решить проблему с тем же мёдом кардинально. Уже запланировал на зиму изготовление ульев. Да, вообще, на эту зиму просто уйма планов. Хочу построить свою мельницу и даже присмотрел для этого подходящее место. Здесь можно будет сделать нормальную запруду. Вот и стоит задача: помимо арбалетов, которые уже делают без моего непосредственного участия, подготовить все необходимые детали для мельницы. Сложность вижу только с изготовлением жерновов, и то только в трудоёмкости процесса. Слишком много предстоит шлифовки и притирки камней, но, думаю, что за зиму справимся. Тем более, что подходящие камни нашли и притащили в посёлок. В том месте, где брали эти камни, оказывается, давно уже налажен своеобразный бизнес. Территорию, буквально, оккупировало одно из селений. Просто продают эти камни. Вернее, не оккупировали, а поселились в этом месте. Да неважно. Главное, что они у нас есть, остальное детали.

Жизнь в селении вошла в какое-то упорядоченное русло только тогда, когда выпал снег. Все занимались своими делами, и жизнь кипела. Почему-то в ходе подготовки к зиме я не подумал об изготовлении лыж. А ведь это очень нужная вещь, как для тренировок моих пацанов, так и для охоты. Нет, у наших охотников есть лыжи, вернее, их подобие. Но качество этих лыж меня ни в коей мере не устраивает. Поэтому, пришлось заниматься ещё и этим вопросом. Благо, хоть есть, из чего их делать. Всё шло хорошо, пока где-то через неделю после того, как выпал снег, на нас не напали.

Глава 6

Это произошло в середине дня. Я в это время находился возле кузницы, когда услышал какой-то надрывный истошный крик, раздававшийся с окраины поселения. Плохо то, что мои арбалеты находились дома, ну не таскать же их за собой по поселению. Клинки, правда, всегда со мной, поэтому, сразу после этого крика, устремился к околице. Надо сказать, что наш народ среагировал мгновенно. Туда же неслись чуть ли не все, у кого уже есть на руках свежие изготовленные арбалеты. Люди останавливались, буквально, на мгновение, чтобы натянуть тетиву и зарядить стрелу. После этого продолжали бежать.

На околице открылась непонятная картина. Со стороны леса к селению бежала простоволосая женщина, которую догоняла толпа мужиков, чем-то напоминающих бомжей. Это могло бы выглядеть смешно, если бы не копья и луки в руках этих, похожих на стадо обезьян, людей. Как не странно, на околице я оказался не первым, и даже не вторым из тех, кто побежал на этот крик. Первым, кто попался на глаза, был тёзка — десятилетний пацан, который сейчас как раз целился из арбалета по набегающей толпе. Хотел было подойти, отобрать у него оружие и прогнать внутрь поселения под предлогом, что нужно принести моё оружие. Но не стал этого делать. Скажу вам, что даже залюбовался на миг его работой. Он как-то неторопливо прицелился и поразил самого дальнего из бегущих мужиков. Притом, стрела попала прямо в глаз. Тут же, плавно и с виду не спеша, перезарядился и убил второго нападающего. По тому же принципу — самого дальнего и в глаз. Как он действовал дальше, я не увидел, потому что у меня из-за спины густо полетели стрелы, и первые нападающие оказались уже достаточно близко. Пришлось обнажать оружие и готовиться к бою. Драться в ближнем бою не пришлось, не дали наши стрелки. Они просто не позволили приблизиться противнику, выбивая его на подходе. Нападавших было двадцать человек. Ровно столько же, сколько и сделанных к этому моменту арбалетов. Повезло, что это нападение произошло днем, и вдвойне повезло, что мои пацаны в это время как раз собрались на обед, и оружие везде таскали за собой. Выстрелить каждый успел как минимум по разу, а один — так и три раза. Удивило, что самый младший член нашего отряда сумел все три стрелы уложить каждому из своих противников точно в глаз. Как он объяснил потом, чтобы одежду не портить, снайпер хренов. Он так ответил, когда я начал ругать за риск. Объяснял, что надо бить в грудь. Так больше шансов вывести противника из строя и не промахнуться. Правда, говорил это всем, а в конце добавил, что Богдану теперь можно бить, куда угодно. Будет у нас штатным снайпером. Пацанам объяснил значение этого слова.

Все жители поселка занимались мародеркой, снимая с трупов абсолютно все. Несколько человек ушли в лес по следам пришельцев в поисках их лагеря. Не могли они прийти налегке, по любому, где-то в лесу есть стоянка с вещами. Я на пару с дядькой занялся допросом единственного, выжившего из нападавших. Оказалось, к нам на огонёк пожаловали карелы. Они увидели, как дядька со своими помощниками закупался на торгу. Вот и решили немного прибарахлиться за чужой счёт. Дядька после допроса хотел добить раненого разбойника, но я не дал. Просто рассудил, что оставшимся без кормильцев семьям и так придётся нелегко, поэтому, подлечим и отпустим. Пусть идёт и передаст другим: им сюда ходу нет, если только не для торговли. Не поймут, значит придём уже мы, но тогда жалости не будет. Я видел по глазам этого белобрысого мужика, что он меня прекрасно понял и осознал, что шутки в том, что я сказал, нет. Так и сделаю. А ещё видел в глазах благодарность за подаренную жизнь и понимание, что эта жизнь подарена не ему, а его детям, у которых только что появился шанс выжить. После такой передряги ещё больше задумался об отсутствии защиты у поселения. Это — не дело, когда от большой беды спасает только случайность. Не знаю, что делала в лесу женщина, которая, кстати, погибла. Ей один из карелов всё-таки засадил стрелу в спину, но, если бы не она, большой беды было бы не избежать. Вот так немного подумал и пошёл к дядьке. Нужно нам нанимать больше людей и рубить лес. А когда будет тепло, надо начинать строить капитальную стену. Когда высказал все, что думал, дядька только головой покачал. За те деньги, которые я вкладываю в селение, я мог бы, по его словам, собрать добрую дружину и спокойно жить, зарабатывая с меча. В принципе, он прав. Но не во всем. Мне не нужна дружина, которая будет со мной только за деньги. Мне нужны люди, которые будут верными до мозга костей. А ещё мне нужно место, куда я могу вернуться и, при необходимости, отсидеться или отдохнуть. А может быть и просто жить, если когда-нибудь захочу тихой спокойной жизни. Вот и буду готовить для себя такое место. Всё это рассказал дядьке, который пожал плечами и обещал разослать людей по близлежащим селениям за дополнительными рабочими. Правда, он предупредил, что при таком раскладе придётся докупать продукты, ведь рабочих придётся кормить. Куда деваться? Надо, значит надо. Плохо, что зимой строить — не вариант, хотя, можно ведь и схитрить. Не делать частокол, а огородить поселение своеобразными срубами. Просто рубить квадратные коробки, соединять их между собой намертво, а уже по теплу засыпать их камнями вперемешку с глиной. Вот и получится мощная и надежная стена. А ведь за зиму реально сделать эти работы. Жизнь опять потекла, можно сказать, в неторопливом русле. Вернее, очень даже бодром, но упорядоченном. Всё везде крутилось. Казалось, само по себе.

Я тоже не сидел без дела и, помимо занятий со своими пацанами, работал то в кузнице, то занимался изготовлением лыж. А иногда все бросал и занимался баней. Нет, в поселении были бани и даже довольно неплохие, целых две штуки. Они размещались на берегу протоки и после их посещения приходилось добираться домой практически километр. Мне не нравились в них две вещи. Топились они по-черному, ну, и конечно, их расположение. Просто, когда распарен и расслаблен, как-то совсем не хотелось куда-то топать. Тем более, по морозу. Вот и решил построить себе баню рядом с домом. И не так, как здесь принято, а с нормальной каменкой и замурованным в топку котлом. Сам сруб с кровлей сложили ещё по осени, а вот все остальное пришлось делать уже зимой. Закончил и опробовал её в середине зимы. Просто не спешил, других дел хватало. Вот и получилось, что занимался ей от случая к случаю. Но, когда отлил бронзовый котёл специально для бани, не утерпел и, практически неделю, потратил на окончание всех работ. После того, как попарился в ней со своими пацанами, а потом пустил туда своих вдовушек с подругами, я, можно сказать, лишился удовольствия пользоваться этим помещением, когда заблагорассудится. Её оккупировали женщины чисто из-за объемного котла, в котором можно нагреть больше воды и, соответственно, безболезненно постираться или искупаться. Да, вообще, это место стало излюбленным для женских дел и посиделок. Поэтому, и говорю, что почти лишился собственности. Пришлось, пока есть большое количество рабочих, рубить ещё один сруб под общественную баню, только размером гораздо больше. Потом отогревать помещение внутри и делать целых две печки, обе с котлами. Одна — понятно каменка, для парилки, а вторая — для обогрева большой комнаты, в которой будут устраивать свои посиделки бабы и тоже с котлом для нагрева воды. У меня сердце кровью обливается от количества бронзы, ушедшей на изготовление этих котлов. Но пришлось смириться. Не мне одному хочется жить комфортно. Немного подлечили и отпустили карела, который смотрел за нашей движухой квадратными глазами. В этих краях подобное количество людей в одном месте не всегда увидишь и во время торга, а тут такое столпотворение. Пусть идёт к себе в селение и там вылечивается. Нечего его кормить за просто так.

К весне селение полностью огородили деревянными срубами, на которые дядька начал посматривать с целью приспособить их для хозяйства. Пришлось обламывать и предлагать варианты. Если эти помещения так уж нужны, то делать пристройки нужно с внутренней стороны стены. Просто, хочется сделать все сразу, как положено, чтобы не было в этом укреплении слабых мест. Понятно, что ворота — это слабые места. Тем более, что их двое. Но, со временем решим и эту проблему при помощи металлической решётки, однако это будет ещё не скоро. Они и сейчас, в принципе, достаточно укреплены. Помимо того, что сделаны сами по себе массивными, так ещё и защищены двумя подобиями полубашен.

Конечно, высота пока не та, которую хотелось бы иметь. Но, пока и трех метров достаточно. Засыплем этот объем камнями с глиной, тогда и будем наращивать высоту. Здесь работы ещё не на один год.

Селение за зиму преобразилось. Везде, где можно и нельзя, лежал складированный, заготовленный зимой, лес. Летом большая стройка продолжится, будем строить новые дома с нормальным печным отоплением. Народ оценил и сравнил разницу между тем, как живут они, и тем, как устроился я с пацанами. Разница ведь колоссальная.

Зимой к дядьке зачастили ходить старики из других селений нашего племени. Вели непонятные разговоры, что-то расспрашивали. Дядька рассказывал, что начали зондировать вопрос на счёт помощи их селениям в постройке таких же стен. Ага, сейчас все брошу и кинусь помогать! Нашим людям они сильно помогли после нападения? Вот и мы также поможем. Дядька вёл себя так, как будто его зомбировали. Начал втирать, что это неправильно, родственникам надо помогать, ну и все в таком духе. В итоге, это нытье надоело, и я предложил ему идти и помогать. Только не трогать ничего из того, что заготовлено и закуплено за мои деньги, и платить за эту помощь я никому не собираюсь. Вперёд и с песней. После этого он и сдулся. Оказывается, нечем ему помочь соплеменникам. Быстро забыл, как они поступили с ним. Я не забыл и не забуду. Как ко мне, так и я. Весной выяснилось, что мои вдовушки залетели. Притом, дружно все. Что с этим делать, я, если честно, не понимаю. Благо, просветила дядькина жена. Оказывается, ничего делать не надо, просто помогать по мере возможности, и все. Когда дети подрастут, решить — признавать их за своих или нет. Вот, собственно, и весь расклад. В связи с такими делами оживилась Забава и несколько раз пыталась проникнуть в баню в то время, когда я там мылся. Благо, её мама надавала ей по жопе и объяснила, что ей ещё рано об этом думать.

Чем сильнее теплело на улице, тем больше я задумывался о своих планах на будущее. Если раньше я хотел просидеть в поселке несколько лет и спокойно тренировать, обучать своих пацанов, то теперь задумался: не сходить ли мне с пацанами в небольшой поход в сторону Балтики, на какой-нибудь торг. Просто, запасы железа и меди подошли к концу. Вот и надо бы их где-то пополнить. Здесь местными ресурсами не обойтись, придётся приобретать вдали от дома. Нет, я не сомневаюсь, что здесь можно при желании найти руду и выплавить металл. Но на это нет ни времени, ни знающих людей. Да ничего для этого нет.

Конечно, с пацанами идти в такой поход — риск запредельный. Но, с другой стороны, если их не приучать к морским походам сейчас, то хрен его знает, как это аукнется впоследствии. Есть у меня мысль, как обезопасить себя в море. Но, пока не добуду нефть, об этой идее можно забыть. Да, вы правильно подумали, в изготовлении греческого огня или того же подобия напалма, на самом деле нет больших сложностей. При наличии ресурсов сделать что-нибудь хорошо горящее и, при этом, липнущее к поверхности, можно быстро и буквально на коленке. Можно, конечно, обойтись и без нефти, но это уже достаточно сложно, да и не нужно. Думаю, если поискать, то нефть здесь на каком-нибудь торге можно найти. При наличии на корабле большого, мощного самострела, типа римского скорпиона, и небольших глиняных емкостей, заполненных горючей смесью, соперников на море просто не останется. Главное, дойти без приключений к какому-нибудь большому торгу, и найти там все необходимое.

Пока не решил: пойду в поход или нет, но готовиться к нему начал. Решил делать два мощных самострела, чтобы можно было стрелять как по ходу судна, так и в тыл. Необходимо будет организовать и места крепления, где без металла не обойтись. Поэтому, опять начал пропадать в кузнице.

Уже, можно сказать, по слякоти, в селение пришёл отпущенный нами карел с толпой баб и детей. Были среди них и несколько взрослых мужиков, десятка полтора почти взрослых пацанов, но, в основном, бабы и дети. Как он рассказал, к ним в селения под конец зимы нагрянули саамы, которые живут очень далеко от этих мест. Они каким-то образом узнали, что после неудачного похода на нас, с защитой у карелов стало совсем плохо. Воспользовались моментом и, по сути, ограбили их подчистую. После этого, отпущенный нами карел, предложил идти и проситься к нам в род. Другого варианта выжить у них нет. У меня сразу же возник вопрос: на фига мне в селении потенциальные мстители. Опять же, два разных народа, наверняка, начнут склоки и выяснения отношений. Оно нам надо? Не проще ли просто помочь продуктами? И пусть идут себе с богом. Все эти сомнения, как и предложение об оказании помощи, высказал дядьке с карелом. Оказывается, я не прав. Не будет ни склоки, ни мести. Если мы примем в род этих людей, они принесут какие-то там клятвы богам и роду.

Больше всего напрягло то, что почему-то эти двое ждали решения от меня. Я как-то не очень готов к подобным решениям. Ведь, если приму его я, то и ответственность нести мне, с чем я в корне не согласен. Поэтому, предложил вынести этот вопрос на обсуждение всех жителей селения. Как они решат, так и будет. Чтобы потом не возникало вопросов ко мне, если что-то пойдёт не так. Эти двое, хоть и покривились (удивляюсь такому подходу к делу), но согласились. Дядька потом наедине объяснил, что обычно такие решения принимают главные в селении, и мнением остальных жителей не интересуются. Ну, это обычно. А в данном случае пусть все думают и решают. Мне нести ответственность вообще не хочется.

На удивление, народ отнесся к этому положительно. Как высказалась одна из тёток, сами только недавно были в таком же положении, поэтому, берём. Хуже, по её словам, не будет. Тут, конечно, можно поспорить. Всё хорошо у нас до тех пор, пока есть в наличии деньги, добытые мной у викингов. А вот когда они закончатся, тогда будет ох как не просто прокормить такую ораву нахлебников. Но, это дела, надеюсь, далёкого будущего. Я ведь пока тратил только серебро, а есть ещё и золото. Думаю, если не случится чего-нибудь экстраординарного, этого золота хватит ещё надолго. Поживём — посмотрим.

С приходом большого количества карелов появились проблемы с жильём. Нет, мы смогли разместить всех пришедших в тёплых помещениях, но, при этом, пришлось сильно потесниться всем, в том числе и мне. Теперь живём в жуткой скученности. С едой пока проблем больших нет, но к началу лета появятся. Придётся какое-то время сделать упор на рыбу. В это время купить что-то съестное если и можно, то за неприличные деньги. Поэтому, как-то надо продержаться до осени. Тогда, надеюсь, от этой проблемы избавимся. Дядьке пришлось срочно заняться поиском места, где можно прикупить ещё хотя бы пару лошадей. Благо, сена наготовили с большим запасом, кормить их — будет чем. Решили расширить наши поля и сажать в этом году намного больше. Пришлось мне включаться в работу в кузнице. Нужно срочно изготовить ещё два плуга. Те плуги, которые мы подготовили для обработки земли в этом году, мало чем напоминают привычные всем агрегаты. Им больше подошло бы название культиватор. По крайней мере, ножи, которые мы используем в этих изделиях, напоминают те, которые используются в культиваторах в двадцать первом веке. Просто, сама специфика здешнего земледелия диктует именно такое решение. Здесь не нужно производить глубокую вспашку. Достаточно заглубления сантиметров на двенадцать, максимум на пятнадцать. Тем более, на участках, где будем сажать после подготовки этих полей при помощи выжигания леса.

После принесения карелами всех необходимых клятв и праздника, устроенного по этому случаю, ко мне подошли десять карельских пацанов — ровесников моих будущих бойцов, и попросились в дружину. Пришлось брать. Хоть они и отстают в развитии от моих пацанов, которые за прошедшее время отъелись, вытянулись и подкачались, но, думаю, лишними не будут. Тем более, что они — потомственные охотники, а значит, потенциально, сильные стрелки. А мне, хочу я этого или нет, все равно основную ставку надо будет делать именно на стрельбу. Залп большого количества арбалетов — это страшно. Конечно же, и клинками учить работать буду, да и правильному строю тоже. Но основное — это стрельба. Пришлось заказывать нашим женщинам амуницию для пацанов, начиная от одежды и заканчивая подобием разгрузок и утяжелителями для рук. Все по отработанной схеме. К сожалению, получить в ближайшее время арбалеты им не светит, просто не из чего их делать. Металла с трудом хватило для изготовления плугов. Поэтому, пока побудут безоружными. Тренировать в стрельбе, конечно, будем. Но своим оружием обзаведутся после похода. Да, я решил, что без него не обойтись. Нет, можно конечно, но это замедлит нас в развитии, и сильно. Поэтому, походу быть. Пойдём в него, как только река очистится ото льда. По пути планирую посетить второй свой схрон и вооружить дружину уже нормально, как и одеть в подходящие доспехи. Понятно, что без подгонки и при отсутствии опыта их носить — решение так себе. Но начинать с чего-то надо.

Как только на реке начался ледоход, к нам в селение пришли сразу пять волхвов. Вернее, пришли ко мне с предложением рассказать о встрече с богом и взять на учёбу, как они выразились, ратному делу десяток из молодых парней. Не задумываясь, отказал сразу в обоих вопросах. По поводу бога сказал, что мои с ним дела — это только мои дела и лезть в них кому бы то ни было, не нужно. А что касаемо их парней, то здесь откровенно объяснил: в моей дружине будут только мои люди, а заниматься тренировками и учёбой посторонних у меня просто нет времени. Да и опять же, с чего они взяли, что я разбираюсь в воинском деле? Я ведь до попадания в рабство и не подозревал, что есть какие-то люди, живущие с меча. Понятно, что объяснять они ничего не стали и удалились очень недовольными. Но, хорошо хоть угрожать не стали или ещё как-то пытаться на меня воздействовать. Так-то, конечно, люди мне нужны. Но брать их у волхвов — увольте. Предполагаю, что перевоспитать предоставленных ими людей и, тем более, сделать из них верных последователей, вряд ли получится. Поэтому, и пытаться не буду. Потихоньку наберу себе людей, но тех, которые будут именно мои и ничьи больше.

Когда выдалось свободное время из-за ожидания, пока очистится река и прогреется земля, мобилизовал все население на заполнение коробок срубов, которые образуют стену вокруг поселения. Народ собирал и таскал камни со всей округи, а телеги везли добытую моими пацанами глину. Всё это укладывалось слоями в коробки срубов и тщательно утрамбовывалось. Эти работы будут идти и после нашего отбытия, до самой посевной. После неё — продолжатся. Новые дома будут строить сразу пять нанятых бригад, придерживаясь определенного плана, который придумали вместе с дядькой и несколькими наиболее авторитетными представителями селения. Ещё одна бригада, под непосредственным руководством дядьки, займётся выделкой кирпича, необходимого для постройки в домах нормальных печей. Делать эти печи придётся уже мне, когда вернусь. Пока в посёлке нет нормального печника. Как-то никто не проявил желания этим заниматься. Когда делал печки для себя и для бань, народ активно помогал. Но пробовать их класть самостоятельно никто даже пытаться не стал. Ну, ничего, может, найду подходящего человека. Тем более, что карелов ещё в оборот не брали. Соответственно, и склонностей их не знаем. Хотя, один из их мужиков и начал пропадать в кузнице. Скорее всего, тоже может стать кузнецом. Может быть, и остальные проявят свои умения и желания.

Корабль зиму пережил благополучно. Хоть, по моему мнению, это не особо и требовалось, но мы его все равно тщательно просмолили. На воду спустили и полностью подготовили к походу, когда в протоке не осталось даже намека на лед. Смонтировали самострелы, реально получившиеся мощными, которые без ворота просто не подготовить к бою. Как не оттягивал момент начала похода, а идти все равно надо. Поэтому, распрощались с остающимися здесь людьми, погрузилась и отчалили.

Глава 7

По полноводной реке идти было одно удовольствие. Единственное, что создавало трудности, это изобилие топляков, которые приходилось внимательно отслеживать и вовремя обходить. А так дул почти попутный ветер, помогало течение, получился отдых, а не плавание.

Море оказалось достаточно негостеприимным. Дул холодный, довольно сильный ветер, который гнал приличную волну. Шторма не было, но такому кораблику, как у нас не очень уютно находиться вдали от берегов в такую погоду. Я в какой-то момент даже засомневался: стоит ли выходить на открытую воду или может переждать несколько дней. Но потом подумал, что сейчас как раз самый хороший момент для проверки новоиспеченной команды на крепость желудков и стойкость к морской болезни. Поэтому, перескочили из реки в море и взяли курс в сторону моей заначки. Благо, что идти придётся вдоль берега, пусть и не сильно близко к нему. Плюс в том, что в случае, если погода начнет портиться, есть вероятность быстро укрыться в каком-нибудь подходящем для этого месте.

В целом, пацаны показали себя молодцами, но пару карелов, похоже, надо будет оставлять на берегу, слишком уж их колбасило. В этом нет ничего страшного, мне все равно придётся создавать отряд для защиты поселения. Им найдётся дело на берегу. Просто, если бы знал, то не взял бы их в этот поход. Не вижу смысла бестолку мучить людей. Но теперь уже деваться некуда, придётся им терпеть. Ночевали на воде, не было смысла тратить время на поиски удобных для стоянок мест. Да и команде надо в полной мере дать прочувствовать романтику морской жизни. На другой день ветер начал меняться, и у нас появилась возможность потренироваться. Ходить против ветра — тоже нужное дело. Правда, время на путь до схрона увеличилось, но это не страшно. Хорошо, что в такую погоду викинги стараются в море не выходить. Нам сейчас встреча с ними совсем не нужна.

Когда наконец-то добрались до промежуточной точки маршрута счастью народа не было предела. Они даже не подозревают, что этот отрезок — самая незначительная часть пути. Здесь задержались на двое суток. Вскрыли схрон, и теперь мои люди стали похожи на местных бойцов. Правда, старше они от этого не стали, но всему свое время. Пока отдыхали, почистили и подогнали хоть как-то доспехи, проверили сохранность всех вещей и отъелись горячей пищей. Немного потренировался стрельбе из стационарных самострелов на волне. Здесь класс показал мелкий Богдан. Вот уж кому бог отсыпал таланта в этом деле. Он, в принципе, не промахивался. Правда, возможности пострелять дальше, чем на сто пятьдесят метров, у него не было. Но и эта дистанция, как по мне, запредельная для такого оружия. Уходили из этого места с сожалением. Особенно это касалось двух страдающих морской болезнью карелов. Когда вышли на чистую воду, я как-то задумался и даже засомневался. Просто, чтобы достичь достаточно развитых регионов, где процветает торговля и находится, так называемый, путь из варягов в греки, придется двигаться по рекам и переволокам, где мы будем сильно уязвимы. Не готовы мы пока к такому пути, и почему-то я только сейчас об этом подумал. Грабить поселения викингов тоже пока не способны, подрасти надо. Опять же, в открытом море шанс убежать у нас есть благодаря продвинутому парусному вооружению. В реках такого преимущества не будет. Вот и получается, что моя затея — это авантюра чистой воды. Как не крути, а самый реальный вариант — идти в Европу вокруг Скандинавского полуострова. Правда, там кораблям, подобным нашему, не рады. Но это, в принципе, поправимо, если высадиться на побережье, вдали от какого-нибудь города и посетить его со стороны суши. Там уже действовать по ситуации. Вплоть до того, что купить лошадей с телегами и доставить покупки на побережье, где и погрузить на корабль. Хрен его знает, что делать. Какой вариант не рассматривай, а все равно получается плохо. Пока я пребывал в раздумьях, мы потихоньку двигались вдоль побережья на запад. От этих тяжёлых думок отвлек крик Богдана — маленького, который указывал рукой правее в море и кричал, что видит паруса. Нам сейчас любые встречи противопоказаны, мы оказывались в хреновом положении. Шли практически против ветра и при лавировании приблизились непозволительно близко к берегу. Другими словами, чтобы развернуться и встать под ветер, придётся изрядно сблизиться с обнаруженными кораблями. Да, именно кораблями. Там просматривались три судна, и похоже, что два догоняли третье. Конечно, сильно близко мы не приблизимся друг к другу, но то, что нас заметят — сто процентов. Очень уж мне не хотелось бы устраивать гонки с преследованием. Но и опускать парус, чтобы развернуться на месте при помощи весел и потом набирать скорость, я не готов. Вдруг нас уже заметили и если увидят, что мы сворачиваем паруса, повернут к нам? Нет, мы спокойно успеем и повернуть, и парус поставить, но при этом, дадим противнику возможность приблизиться непозволительно близко. На короткой дистанции викинги при помощи весел могут и догнать, чего хотелось бы избежать. Плюнул на все переживания и решил разворачиваться при помощи парусов, при этом сблизившись с противником. Пусть догоняют. Посмотрим, что у них получится.

Когда совершили поворот и встали под ветер, на наших глазах начала разыгрываться настоящая трагедия. Два драккара догнали третий корабль, чем-то тоже напоминающий драккар, но, при этом, и неуловимо отличающийся. Надо сказать, что убегающим просто не повезло. Обстреливающие их из луков викинги, подстрелили кормчего. Заминка получилась незначительная. Судно только немного вильнуло. Но и этого оказалось достаточно, чтобы преследователи смогли сблизиться достаточно для броска сулиц. Убегающим ничего не оставалось, кроме, как принять бой. Наблюдая за всем этим, я обратил внимание на тот факт, что нас до сих пор не заметили. Викинги настолько увлеклись погоней, что просто не смотрели по сторонам. Оба преследователя закинули абордажные крючья на убегающий корабль, и началась битва не на жизнь, а на смерть. Такой момент я упустить просто не мог. Уйти и не нагадить врагам — это не по мне. Поэтому, сам встал за штурвал, приказал готовиться к бою и заряжать арбалеты. Богдану дал команду: по готовности уничтожить здоровенного бородатого мужика, который не полез в схватку, а остался на одном из кораблей и что-то азартно выкрикивая, размахивал руками, как мельница. Богдан правильно понял команду и начал готовить стационарный самострел к бою. Второй самострел готовил один из карелов, у которого получалось неплохо из него стрелять, и главное, попадать. Ему дал команду бить по готовности, при этом постараться подгадать момент, когда на линии выстрела будет находиться несколько противников. Вдруг получится убить не одного, а хотя бы пару викингов. Все остальные будут стрелять либо сразу после карела, либо по моей команде. Мне удалось незаметно подвести свой кораблик метров на пятнадцать к сцепившимся в абордаж судам. Богдан — умница. Он ждал до самого последнего момента и выстрелил только тогда, когда нас заметили. Кстати, мужик, которого он убил, нас заметил. Но тревогу поднять так и не успел, его буквально снесло попавшей стрелой с небольшого возвышения, на котором он приплясывал.

Залп моих бойцов получился страшным по своему опустошающему действию. Двадцать арбалетов плюс десяток луков, практически, в упор, по заранее разобранным целям — это финиш. Никак по-другому, это не назвать. Второй залп уполовинил количество выживших противников с этой стороны. А третий поставил жирную точку на экипаже одного из драккаров. У убегавших появился шанс в этом противостоянии, и было видно, что они воспряли духом. Воины, которые противостояли до этого уничтоженным нами викингам, подключились к битве с другой стороны корабля и, таким образом, практически уравняли противостоящие силы. Я решил продолжить помогать в этом противостоянии врагам викингов. Для совершил маневр (при котором почти потерял ветер), пропускающий вперёд идущие по ветру сцепленные корабли. Когда это получилось, просто подрезал этой сцепке корму. Прошли позади сцепки, и мои пацаны сделали ещё один залп. А после того, как встали на параллельный курс, выстрелили ещё по разу. На этом битва, можно сказать, и закончилась. Ещё добивались отдельные очаги сопротивления, но помочь мы уже не могли. Был шанс зацепить временных союзников, чего хотелось бы избежать. Не нужно нам дополнительных врагов, достаточно викингов.

Пока я раздумывал, как быть дальше, со спасенного нами корабля что-то начал орать здоровенный мужик. Беда в том, что я его не понимал, собственно, как и мои люди. Не удержался и крикнул, не подумав:

— По-человечески можешь сказать, что тебе надо?

Мужик, что-то энергично говоря, даже поперхнулся. А все находящиеся рядом с ним воины дружно заржали. Он сначала попытался было обидеться за то, что его родной язык не приняли за человеческий, но потом и сам начал ржать. Когда немного успокоились, смогли предметно поговорить. Эти воины (а на корабле была воинская дружина) называли себя варанги. Как оказалось, у них назначена встреча недалеко от этого места со своими товарищами. Они прибыли самыми первыми и случайно нарвались на два корабля викингов. Викинги шли грабить поселения, расположенные на пути, который ведёт в Онежское озеро. Так как шансов в противостоянии не было, им пришлось убегать. На этом рассказ закончился и последовал вопрос:

— Как будем делить неожиданную добычу? Пришлось хорошо подумать под недоуменными взглядами варангов. Дело в том, что их осталось достаточно много, несмотря на жаркую схватку. По их повадкам было видно, что воины они матерые. Мои пацаны против них, как овцы перед волками, если, конечно, не считать арбалеты. Вот я и задумался, как быть в сложившейся ситуации. И отказываться от честно заработанных трофеев не хочется, и приближаться к этим монстрам неохота. Мужик, похоже, прочитал меня. Он поклялся сам, что не причинит нам вреда, и заставил то же самое сделать своих бойцов. К подобным клятва здесь относятся более, чем серьезно. Поэтому я решил рискнуть и подвел свой корабль к сцепке.

Когда пришвартовался, то рассмотрел, в каком состоянии находятся эти люди. От увиденного я натурально охренел. Практически все они оказались ранеными, с кое-как наложенными повязками. Просто железные люди. В такой ситуации вести себя так — дорого стоит.

Я отмахнулся от мужика, который начал благодарить за помощь и задавать вопросы, как будем делить добычу. Пошёл доставать сумку с перевязочным материалом и всевозможными мазями, собранную ещё в селении с помощью бабки, понимающей в лечении ран. Там же была подготовлена кривая игла с запасом шёлковых ниток для латания ран.

Когда все достал, разместился на свободном от трупов пятачке чужой палубы. Начал по одному подзывать раненых бойцов и обрабатывать им раны. Где шил, где просто перевязывал. Нескольким воинам пришлось складывать переломанные кости. А одному, если можно так сказать, делать полноценную операцию, пытаясь спасти раздробленную ниже колена ногу. Работал до самой темноты. Не врач я ни фига, так, понемножку нахватался, вот и делаю, что могу. Воинов удивило, что, когда я складывал кости их товарищу, он, практически, никак на это не реагировал. Получилось, что, когда поил его бабкиной настойкой для снятия боли, которую она рекомендовала принимать только в крайнем случае, никого рядом не было, и это осталось незамеченным. Начали шептаться, странно на меня посматривая. Когда до меня дошло, что происходит, пришлось все объяснять, и даже дать этой настойки одному из раненых, чтобы поверили. Мне ещё для полного счастья не хватало каким-нибудь колдуном прослыть.

Уже в темноте пристали к берегу. Вернее, не к самому берегу, а встали на якорь буквально в нескольких метрах от него. Оказывается, варанги очень хорошо знают эти места и привели нас к довольно удобному и защищенному от ветров заливу.

Отдыхать расположились на берегу, где развели костры. Мои пацаны занялись приготовлением пищи. Воины с удивлением смотрели на их суету. Пока все были в доспехах, возраст пацанов не сильно кидался в глаза. Но, когда все сняли железо, то тут уже не ошибешься. Видно, что, по сути, у меня в команде один молодняк. Главный среди варангов не выдержал и прокомментировал происходящее:

— Никто не поверит, что нас спасли отроки. Да ещё и убили при этом большинство викингов.

Я тут же ему ответил:

— Так и не надо никому рассказывать. Нам оно точно ни к чему.

Он как-то странно посмотрел на меня и сказал:

— А как же слава? Ведь этот бой достоин того, чтобы о нем песни складывали?

На что я отмахнулся и ответил:

— Так мы лицом к лицу с врагами не сходились. О чем петь то в этих песнях? Что постреляли немного? Думаю, это лишнее. Ничего мы героического не совершили.

Тут, только завязывающийся разговор, пришлось прервать. Ребята притащили из нашего корабля бочонок вина и всем резко стало не до разговоров. Надо сказать, это был предпоследний бочонок. Последний остался в селении дожидаться нашего возвращения. А этот я держал при себе на крайний случай. Вот и решил, что он сейчас будет в самый раз. После боя никому не помешает немного снять стресс, особенно, пацанам. Они хоть до этого и не пили ничего крепче простой воды, но, думаю, сейчас им добрый глоток вина не повредит.

Только, когда выпили по кружке вина, дошло дело до знакомства. До этого как-то было не до разговоров и знакомств. Главного у варангов звали Яромир или Синеус. Точнее, Яромир — это имя, а прозвище — Синеус. У него действительно усы были подкрашены в бледно-синий цвет. Когда познакомились и разговорились, то оказалось, что они как раз и пришли сюда из Ладожского озера по рекам и переволокам. Пришли с целью найти своих врагов и отомстить за что-то там. Здесь им просто не повезло в том, что к месту встречи со своими товарищами пришли раньше срока. Через несколько дней сюда придёт ещё пара кораблей с воинами. Объединившись, они пойдут к селению, где живут враги.

По словам Синеуса, вражда тянется со времен службы в Царьграде. Там поквитаться не получилось из-за нахождения на службе. Поэтому, и пришлось им идти на край света. Это что же надо сделать, чтобы заставить этих воинов прийти сюда в поисках мести? На этот вопрос Синеус, как-то нахмурившись и скрежетнув зубами, коротко ответил:

— Семьи вырезать.

Оказывается, здесь собрались воины, у каждого из которых есть причина отомстить викингам. У кого-то убили родных, у кого-то забрали с собой в рабство. У всех разные резоны для мести. Объединяет их одно — лютая ненависть к этим разбойникам.

В ходе разговора пришлось и мне рассказывать свою историю жизни. Когда Синеус услышал, как я ушёл из плена, он даже не поверил. Но драккар и пацаны в виде команды, как и их доспехи с оружием, подтверждали мои слова. Очень он заинтересовался парусами на моем судне. Нет не шелком, что запредельно дорого, а их формой. Когда я объяснил, что это нужно для того, чтобы идти практически в любом направлении, невзирая на то, в какую сторону дует ветер, он задумался, а потом сказал:

— Баловство это все. Воину за счастье помахать веслами.

Я покивал ему головой и, не удержавшись, добавил, как бы в продолжение его слов:

— Ага, а ещё воину нужны стальные яйца и железная жопа.

На некоторое время воцарилось молчание, а потом лагерь взорвался от хохота. Я бы даже сказал, что это был не хохот, а необузданный ржач, который продолжался довольно-таки долго. Посмеявшись, Синеус сказал:

— Уел, давно уже надо мной так не шутили.

Опять не удержался и спросил:

— Умерли?

Тот с недоумением посмотрел на меня и спросил:

— Кто?

Ответил также коротко:

— Шутники?

Опять лагерь накрыл ржач. Да что они, как дети малые? Палец покажи — смеяться будут. Да и меня несёт, непонятно куда. Рядом сидят реальные волки, а меня тянет их подкалывать. Что-то куда-то я не в ту степь попёр, надо бы успокоиться.

Разговаривали ещё долго, только потом я рассказал, зачем с такой командой попёр в море. Синеус предложил:

— А пошли с нами в поход. Заберешь из поселения все железо, нам оно все равно не нужно. Да и другой добычей не обидим.

В принципе, предложение интересно ещё и тем, что денег на покупки тратить не надо. Да и пацанов обкатать. Немного подумав, согласился, только задал при этом вопрос:

— У вас почти все ранены. Не разумнее ли будет отложить свою месть до следующего года?

На что получил исчерпывающий ответ:

— Нет, через пару недель придем в норму и пойдём. Откладывать ничего не будем. Слишком долго мы ждали возможности отомстить. Уничтожим врагов, потом можно будет подумать, где устраиваться жить. Может наймемся к какому-нибудь князю. Или просто поселился в каком-нибудь месте, посмотрим.

Я поинтересовался:

— А почему не обратно, в Царьград?

Синеус как-то грустно улыбнулся и сказал:

— Да надоела чужбина. Кто хотел — тот остался. Сюда пришли только те, кто захотел вернуться на родину.

Меня как будто кто-то за язык дёрнул, и я сказал:

— Так селись у нас. После нападения викингов баб свободных хватает. Да и карелок много пришло. Есть и с детьми, сильно стараться не надо.

Эти суровые мужики, прислушиваясь к нашему разговору, опять начали ржать. Один из них сказал:

— Синеус, соглашайся. Глянь, и баба будет, и стараться не надо, дети уже есть.

И опять заливисто засмеялся. А Синеус неожиданно серьёзно сказал:

— Я подумаю.

На этом месте нам пришлось прожить месяц. Через четыре дня пришли друзья варангов, точно такие же, как и они. В кораблях отличий тоже не было. Похожи, как близнецы. Задержались по причине выздоровления раненых бойцов. Как по мне, то им ещё полечиться бы месяц. Но нет, рвутся в бой, как будто эта месть от них убежит. После нашего ухода здесь останется десяток бойцов, Синеус и два моих карела, которые страдают от морской болезни. Оставляем их для охраны захваченных драккаров. На самом деле это — предлог. Не отправились до конца эти люди от ран, вот Синеус и принял такое решение. Я карелов оставил, чтобы помогали воинам по хозяйству, ну, и по возможности, добывали дичь и рыбу. Кстати сказать, Синеус замучил меня просьбами продать сеть. Мы, когда уходили в поход, взяли одну с собой, на случай, если захочется покушать свежей рыбы. Когда здесь загорали, пацаны занялись рыбалкой. Синеус настолько впечатлился результатом, что теперь, буквально доставал: продай, да продай. Пришлось пообещать, что по возвращении из набега, просто подарю ему это счастье рыбака. В поход шли на четырёх кораблях, в общей сложности нас было сто шестьдесят человек. Это, если считать вместе с нами. У варангов были команды по полсотни бойцов, но отряд Синеуса понёс не слабые потери, поэтому, и получилось такое количество людей. Во время стоянки смог выяснить, куда мы идём. Оказывается, враги у варангов — норвежцы, которые живут практически на другой стороне Кольского полуострова, если смотреть на место нашего нынешнего месторасположения. Плыть нам туда не мало и быстро вернуться не получится. Тем более, что придётся делать изрядной круг, чтобы не обнаружить себя раньше времени, ну, или, чтобы не нарваться на какой-нибудь мини-флот местных ярлов. Синеус захотел посмотреть, как работает парус на моем корабле. Поэтому напросился побыть у меня в гостях денёк-другой. Когда в течении дня пути мы ни разу не взяли весла в руки и при этом не отстали от остальных судов, несмотря на не самый удачный ветер, он сам признался, что был неправ. Сказал, что после похода обязательно переделает парусное вооружение на такое же. А сейчас старательно все осматривал, стараясь не упустить даже малейших деталей происходящего. Через некоторое время попросил немножко порулить. Очень уж ему понравился штурвал, в который он вцепился, как дите в конфету. Несмотря на то, что двигались довольно быстро, дорога заняла почти полторы недели. Пришлось несколько дней переждать шторм на вражеском берегу. Благо, нас не заметили, и эта стоянка прошла спокойно. По окончании пути мы постарались подгадать время таким образом, чтобы подойти к необходимому селению в предрассветных сумерках. Поэтому последнюю ночь спать не пришлось. Ночью шли очень медленно, буквально, подкрадываясь, как хищник к пугливой дичи. Понятно, что перед самым прибытием остановились ненадолго и одели доспехи, подготовившись таким образом к бою. По словам Синеуса, в этом поселении живут люди только одного, так называемого хирда, насчитывающего приблизительно шестьдесят бойцов. Ещё сколько-то может быть землепашцев, способных, в случае нужды, взять оружие в руки. Но, при таком раскладе, у нас с избытком хватает сил, чтобы победить в будущем противостоянии. Когда обогнули небольшой горный отрог, скрывающий все происходящее возле этого селения, и вышли на прямую видимость нашей цели, то даже слегка растерялись от неожиданности. Напротив селения, огороженного частоколом, лежали четыре вытащенных на берег драккара. А это значит, что викингов здесь до хрена и больше. Что делать и как быть, решать было некогда. Действовать нужно быстро и сразу. Либо атаковать, либо бежать отсюда на хрен, со скоростью света.

Глава 8

Варанги, не задумываясь, устремились к берегу, где лежали вытащенные драккары. Пришлось и мне двигать туда же. Хотя, если честно, я бы с большим удовольствием сейчас умотал отсюда, куда подальше. Шёл к берегу и думал: это последний раз, когда я иду в поход не главным. Вот на фиг так рисковать? Если на каждом драккаре будет человек по пятьдесят, то можем ведь и проиграть. Да и местных землепашцев нельзя сбрасывать со счетов, по-любому проиграем. Вот так, размышляя, я продолжал идти к берегу. Богдану- маленькому приказал обойти всех пацанов и предупредить: кто без моего разрешения сделает хоть шаг в сторону, прибью собственноручно. Когда пристали и начали высаживаться, подошёл к Синеусу и предложил забрать обнаруженные здесь драккары. Сколько успеем. И уматывать, пока целы. А встречать догоняющих нас викингов — уже на воде. По тому же принципу, что и в прошлый раз. Тот только головой покачал и кивнул в сторону поселения, из которого уже выбегали викинги. Сказал только одно слово:

— Не успеем.

Потом, через паузу добавил:

— Нарвались.

Да я и сам вижу, что нарвались. Как-то слишком много их повалило из-за стены. Надо сказать, стена находилась метрах в семидесяти. Поэтому, понимая, что время сейчас работает против нас, начал командовать своими людьми. В принципе, дистанция убойная. Даже строить своих пацанов не начал, чтобы не терять времени, приказал бить по готовности. Богдану младшему дал задание: выносить всех, кто появится над гребнем стены. Сам тоже начал стрелять. Народ, высадившийся с кораблей, даже остановился и притих на время. Наша стрельба получилась не просто эффективной, а я бы сказал, опустошающей. Не успевшие построиться и спрятаться за щитами викинги, гибли пачками. И если от стрел лучников иногда и спасали доспехи, то арбалеты гарантированно выводили из строя, независимо от того, в какую часть тела попадала выпущенная из них стрела. Прежде, чем викинги сумели встать в подобие строя, мы успели сделать по три выстрела, и убили или тяжело ранили человек, наверное, сорок. Всё-таки двадцать арбалетов и десяток луков на такой дистанции — это весомый аргумент. Когда викинги организовали строй, и спрятавшись за щиты, начали делать первые шаги в нашем направлении, я приказал своим пацанам разбиться на тройки и работать по строю, как учил. Принцип такой работы заключается в том, что один арбалетчик стреляет человеку со щитом по ногам, а когда тот, получив ранение, волей или неволей опускает щит, то два других бойца из тройки бьют в появившуюся брешь. Притом, стараются попасть не в раненого бойца, а в стоящего рядом. Таким образом, мы смогли выбить ещё человек двадцать до того момента, пока не пришлось удирать. Просто, в строю нам делать нечего. Поэтому и убрались как бы за спины варангов. На самом деле, спрятавшись за спины, сразу же отбежали метров на тридцать от строя. Когда две толпы с криками и жутким грохотом столкнулись друг с другом, мы оббежали стороной побоище и дали два залпа, стреляя по очереди, десятками. Результат превзошел все ожидания. Конечно, мы не переломили ход сражения одномоментно. Просто залп в незащищенный щитами фланг на мгновение вызвал замешательство среди викингов. Благодаря этой секундной заминке, спал напор их давления, и строй варангов смог устоять и выдержать первый, самый страшный удар. Викинги оказались опытным воинами и перестроились очень быстро, но, несмотря на это, мы успели сделать ещё два полузалпа и изрядно проредить противостоящий нам фланг. Когда вражеские воины все-таки сумели закрыть фланг щитами, от их строя отделились десятка два бойцов и кинулись к нам. Я успел крикнуть своим пацанам, чтобы продолжали стрелять, несмотря ни на что, и работали тройками. Разговаривать стало некогда. Пришлось, выстрелив из арбалета, отбрасывать его в сторону, и прыгать навстречу добравшимся до нас викингам, попутно доставая свои клинки. Можно было бы подумать, что я совершаю безрассудный поступок. Ну, наверное, так и есть. В этой схватке у меня, в отличие от моих пацанов, шанс выжить есть. Мне и нужно-то задержать добравшихся до нас бойцов на какие-то мгновения, пока пацаны не перезарядят арбалеты. Дальше — дело техники, перестреляют, как куропаток. На самом деле, добежать до нас успели всего пять человек. Остальные погибли в самоубийственной попытке сблизиться. Получилось так, что три человека из противостоящей мне пятёрки бежали чуть впереди отставшей двойки. Вот с ними я и столкнулся. Первого получилось убить мгновенно. Уходя чуть в сторону от его траектории движения, одним из клинков отвел его удар топором, и на встречном движении вогнал кончик второго клинка под срез шлема. От косого удара второго викинга пришлось уклоняться, чуть не вставая на мостик, и при этом одновременно подрубая ему ногу под высоковато поднятым щитом. Из-за этого маневра пришлось из неудобного положения уходить в перекат, лишая третьего противника возможности нанести уже подготовленный удар. Спас меня Богдан — младший. Когда после переката я оказался на ногах, передо мной появились два отставших воина, чуть подправивших траекторию своего движения и, таким образом, загнавшие меня в незавидную позицию. Чуть сзади и сбоку от моего нынешнего положения находился третий противник, которому сейчас никто не мешал нанести мне удар в спину, пока я уворачиваюсь от атаки двух бойцов, стоящих передо мной. Вот этого, стоящего со спины воина, и застрелил Богдан-младший, продолжающий выполнять мой приказ, и выбивать появляющихся над срезом стены лучников противника. С двумя оставшимися воинами долго подраться не получилось. Пацаны воспользовались временем, которое я им дал, задержав своим рывком добравшихся до нас воинов. Они успели перезарядиться. Дальше, с перепугу превратили этих двоих в ежиков. Пришлось приводить их в чувства криком, объясняя матом, что хватило бы и две стрелы. Этот момент и стал переломным в битве. Пацаны, пришедшие в себя от моего рыка, начали работать тройками, как я их учил. Получалось у них это очень хорошо, и строй викингов начал медленно, но уверенно таять. Отправить к нам ещё партию своих бойцов не давали наседающие варанги, поэтому, вариантов победить у них не осталось. Они ещё попытались организованно отступить к воротам, чтобы там встать намертво и, при этом, избежать нашей стрельбы во фланг. Но такой возможности лишились после того, как пацаны применили новую фишку, которую не раз отрабатывали на тренировках. Как только из строя выбивался щитоносец, в открывшуюся брешь стреляли все, но с задержкой во времени буквально в долю секунды. После такого растянутого залпа в эту брешь смогли заскочить несколько отчаянных варангов. После этого, по сути, началась бойня, потому что распавшийся строй уже не мог эффективно защищаться от обстрела моих пацанов. А мелкий Богдан ещё и не дал закрыть ворота. После наших первых залпов в створе ворот валялось приличное количество трупов. Богдан и отстреливали всех, кто пытался их убрать. Когда внутрь ворвались варанги, я не дал пацанам с ними смешаться, а повёл их на стены. Распределившись по периметру, мы продолжали отстрел противников, не давая им сбиться в строй и организовать какое-либо внятное сопротивление. Закончилось все только ближе к обеду нашей победой. Но она далась очень дорогой ценой. Сорок два погибших воина. Среди них — один мой пацан. Он погиб в тот момент, когда меня, по сути, спас Богдан и на время отвлекся от зачистки стены. Вот с этой стены и прилетела злосчастная стрела, уложившая пацана наглухо. Десяток бойцов очень тяжело ранены и, скорее всего, не выживут. Кроме моих пацанов, практически все получили те или иные повреждения. По окончании боя я снова занялся перевязками и, даже можно сказать, операциями. По крайней мере, пришлось складывать кости двух рук и одной ноги. К вечеру я просто валился с ног, не было сил даже праздновать вместе с воинами, которые дорвались до халявной выпивки и гуляли вовсю. Заныкался в уголок в одном из домов-сараев и вырубился. Правда, перед этим приказал пацанам не пить и распределить дежурство между собой. Думаю, у них хватит ума правильно организовать охрану. В этом селении простояли три дня. Теперь уже восемь драккаров загрузили чуть ли не с верхом. Я, глядел на трофейный беспредел, а варанги тащили к кораблям все без разбора. Синеус предложил разделить добычу здесь. Просто все, что здесь захватили, нам не увезти при всем желании. Придётся выбирать, что брать, а что оставить. Опять же, свои два драккара я хочу загрузить правильно, чтобы в море избежать проблем из-за неправильно расположенного или плохо закрепленного груза. Находящийся на волне эйфории от такой победы Синеус согласился без проблем и тут же организовал раздел захваченного имущества и рабов. Да, так и есть. Захваченных здесь женщин и детей везут в рабство. Как говорится, какой привет — такой и ответ. Освобожденных здесь из рабства тоже забираем с собой. Конечно, придётся потесниться, но здесь никто не останется. Здесь нам, конечно, повезло с захваченными кораблями. Как нам удалось выяснить, в этом селении собрались для набега три ярла. У одного из них в подчинении было сразу два судна. Мы появились очень вовремя, ну, или наоборот, не вовремя. Завтра эти разбойники должны были уйти в поход. Теперь не уйдут, и я этому рад. Синеус, помня зачем я вообще вышел в море, практически все, что удалось найти металлического, за исключением доспехов и оружия, просто отдал мне. Притом, ему было пофиг, железо это, бронза или медь с оловом. Я даже боялся, что все забрать не получится. Но нет, получилось забрать все до железки. Нам по-честному отдали четвертую часть доспехов с оружием и все, что нашли из ценных вещей или денег. Про ткани, шкуры, пряжу и множество другого, нужного в хозяйстве, я уже и не говорю. Как будто в насмешку, нам досталось и приличное количество баб с детьми. Поначалу я думал вообще отказаться от такого счастья, но потом посмотрел на пацанов, облизывающихся при виде этих блондинистых тёток и девчонок, и решил брать. Прокормим как-нибудь. Конечно, рабами они у нас не будут. Я этого, в принципе, не позволю. Может, и впишутся в наше общество. Опять же, я помню слова Синеуса про то, что он подумает о переселении в наш поселок. А если решит положительно, то может и других воинов приведёт. Вот и пригодятся бабы. Они уже решили, что свой полон продадут. Поэтому, все может получиться. Это сейчас они пресыщены. Пройдёт месяц-другой, и все изменится. С моей частью живой добычи мне откровенно повезло. Мне достались или совсем молоденькие девчонки, ещё не годные для того, о чем вы подумали, и тётки, имеющие по три и больше ребенка. Почему повезло? Да потому, что дети вырастут, и у пацанов появится богатый выбор. Детей-сирот, которые оказались никому не нужны (а таких было больше десятка), забрал всех, даже не задумываясь. Оставшись здесь одни, они скорее всего погибнут, а так вырастим и сделаем нормальными людьми. Когда отплывали, я с содроганием думал о пути домой. Мои корабли были перегружены не просто сильно, а я бы сказал, запредельно сильно. При таком раскладе нам любое волнение на море противопоказано. Благо, сейчас лето, и погода стоит неплохая, но поберечься стоит. Всех пацанов, за исключением четверых человек, отправил на трофейный драккар. На тот случай, если придётся сесть на весла. К себе забрал большую часть пленников и всех тяжело раненых. Я всё-таки надеюсь вытащить их из-за кромки. Может, при надлежащем уходе и выживут. Просто, при том, как варанги относятся к своим ранам, шансов у этих бойцов, кроме, как у меня на корабле, не будет нигде. Несмотря на свой немалый опыт (а повоевать варангам пришлось за свою жизнь немало), и обилие полученных ранее ранений, они совершенно не хотели понимать, зачем каждый день менять повязки на чистые и беречь раны от попадания грязи и воды. Хрен его знает, как они лечили свои раны раньше. Сейчас, надо отдать им должное, они стали прислушиваться в этом плане к моим словам. Но, если не проконтролируешь, то и не станут делать перевязку. Как дети малые. К месту, где оставили трофейный драккар, добирались две недели. Это мы ещё быстро дошли. Благо, что кораблей в море не встретили. А то изрядно бы насмешили народ своими переполненными корабликами, которые чем-то напоминали цыганский табор, собранный в тесной комнате. Я, с одной стороны, вздохнул с облегчением, а с другой, ещё больше напрягся. Легче стало оттого, что когда распределили грузы по трём кораблям, то они оказались загруженные, как говорится, в самый раз. А вот тяжелее оттого, что у меня просто не хватает людей, чтобы справиться с таким количеством кораблей. А тут еще Синеус подошёл с предложением продать мне свой первый трофейный драккар. Ему тоже некого было определить в команду этого корабля. Получилось, что и бросить жалко, и не забрать его никак. У них и так проблема не хуже, чем у нас. Очень уж их мало для такой флотилии. Деньги Синеус запросил реально смешные. При этом обозначил, что отдал бы и так. Но его не поймут бойцы. Для них будет дико, если он не выручит за этот чемодан без ручки хоть что-то. Немного подумав, я взял и купил этот, ненужный мне, корабль. Просто стало жалко жечь хорошее судно. Пригодится куда-нибудь. А, если даже нет, то пусть стоит и ждёт своего часа. А транспортировать его буду на буксире, как и второй, на который нет команды. Точнее, попробую. Надеюсь, что получится. Никогда не слышал, чтобы на буксире вели сразу два корабля, да ещё и на паруснике.

Задерживаться надолго здесь не стал. Отдохнули денек, распределили груз и засобирались в дорогу. Все тяжело раненые так и пойдут со мной в наше селение. Договорились с Синеусом встретиться здесь в следующем году. Если раненые выживут, то смогут вернуться к нему. Если нет, то — не судьба. В любом случае, варанги придут. А там уже, как бог даст.

Попросил его, по возможности, если найдёт в продаже, прикупить мне, так называемое, земляное масло. При том, сколько найдёт, столько и купить.

На удивление, тащить два корабля зараз, получалось без проблем. Правда, скорость изрядно упала, но нам сильно спешить некуда, поэтому, и так пойдёт. Не знаю, будут ли у нас проблемы при прохождении русла, как и самой реки, но то, что доведу без проблем корабли до этого самого русла, я теперь уверен на сто процентов.

Немного не дошли до устья, как погода начала портиться. Как назло, долго не находилось места, где можно укрыться. И нас уже начало изрядно мотать, когда появилось устье нашей реки. Если честно, то думал, что придётся пережить этот шторм в море, но повезло, и мы дошли. Более того, ещё больше повезло, что вода в реке из-за встречных высоких волн изрядно поднялась, и мы без проблем проскочили мелководье, расположенное в этом устье. По инерции ушли довольно далеко вверх по реке. Как только появилась возможность без проблем переждать непогоду, так сразу и остановились. Притом, остановились на воде, бросив якоря, и сцепив судна между собой. Я рассудил, что, если вода спадет, замаюсь снимать судна с мели, лучше уж так перетерпеть. Конечно, хотелось бы устроиться на берегу, с относительным комфортом, но, в данном случае, лучше перетерпеть.

Ждать нормальной погоды долго не пришлось. Уже на следующий день, рано утром мы смогли продолжить свое плавание, поймав момент, когда ветер стал попутным. Идти получилось только до обеда. Потом ветер начал меняться и пришлось опять останавливаться. На веслах, против течения мы такой караван просто не вытянем, поэтому, так и будем двигаться урывками. Деваться-то некуда, придётся мучиться.

До протоки добрались, можно сказать, вовремя. Погода начала портиться, дело шло к осени и, задержись мы ещё немного, пришлось бы туго. В протоку корабли затаскивали, по традиции, всем селением. Умаялись напрочь. Тут и с одним кораблем было трудно разместиться. А с целой флотилией получилось не просто.

За время нашего отсутствия посёлок реально преобразился. Ровные ряды новых срубов радовали глаз. Возле некоторых домов, помимо обязательных сараев, были построены ещё и бани. Похоже, народ распробовал, что такое комфортная жизнь и начал стремиться всеми силами её улучшить. Как ни странно, успели построить все запланированное, и даже полностью забили камнями вперемешку с глиной весь периметр стены. Теперь можно будет продолжить наращивать её в высоту. Более того, дядька откуда-то откопал самого настоящего грека, который понимал в каменной кладке. Этот грек, не мудрствуя, разобрал печку в моем старом доме, выяснил, как она устроена, и сейчас полным ходом занимался строительством подобных печей для жителей селения. Правда, платил ему за работу дядька. У сельчан просто не было ни денег, ни имущества, которое можно было бы продать и оплатить труд печника. Но это не страшно, я бы даже сказал, что хорошо. Мне меньше корячиться. А деньги заработаем ну, или награбим, не последний раз в поход ходили.

По рассказам дядьки, лето прожили не то, чтобы впроголодь, но и без особых излишков. Урожай собрали прямо перед нашим возвращением и его хватило бы на жителей селения, если бы я не притащил дополнительных ртов. Сказано это было без злобы. Дядька просто обозначил проблему и тонко намекнул, что надо бы докупить зерна. Мельницу без меня собирать не стали. Я хоть и объяснил принцип работы, но не рискнули, чтобы ничего не испортить. Правда, сруб под неё подготовили в указанном мною месте. Там, из-за рельефа местности получалось так, что ветер все время дул в одну сторону, при том, большую часть года. Поэтому, будет у нас мельница именно в этом месте. Далековато конечно от селения, но с этим ничего не поделаешь. Ближе подходящего места не нашлось.

С ульями тоже не задалось. Как-то я упустил момент, что в селении не осталось бортника, и этим просто некому заниматься. Поэтому, ульев наделали, притом с запасом, а пчел в них не посадили. Обидно, конечно, но сам виноват. Мог бы и предусмотреть такой вариант развития событий. Зато, рыбы в этом году заготовили просто огромное количество. Не забыл дядька и мою просьбу про икру. Да и не мог забыть, он и сам подсел на этот продукт. Поэтому, икры у нас тоже много. Да всего в достатке. Необходимо только докупить зерна и о припасах можно не думать. Всем привезенным пленникам я объяснил, что они свободны. Пока их подселят к нашим людям, а в следующем году мы построим для них дома. Пока опять придётся потесниться. Таким темпом скоро наше селение вырастет в город. Шутка, конечно. Но мало ли, как сложится. Может, и действительно когда-нибудь станет.

Рассказ о нашем походе дядька слушал, раскрыв рот, как маленький ребёнок сказку. Когда начали разбирать и складировать, в отведенные для этого помещения, привезенное добро, он только головой качал. Здесь, действительно, при грамотном расходовании, хватит на всю жизнь. По крайней мере, мне и даже моим детям. При тех ценах на металл, которые существуют здесь, можно реально озолотиться.

Всем своим пацанам выдал их долю добычи. Притом, эта доля для всех была одинакова, за исключением Богдана-младшего. Он заслужил полуторную, и никто даже слова не сказал против. Так же, как никто не заикнулся о двух карелах, которые не участвовали в битве, а долю получили.

Так вот, когда пацаны притащили домой причитающееся им имущество, ко мне началось реальное паломничество с просьбой вступить в дружину. И сейчас шли все: и серьёзные мужики, раньше крутившие носами, и малолетки, типа Богдана. Поначалу даже растерялся от такого расклада. Потом подумал и решил создать несколько отрядов. Из мужиков — подобие отряда самообороны. Будут регулярно тренироваться, охранять, а в случае нападения, защищать поселение. Из малолеток создал вспомогательный отряд. За счёт него, по мере того, как они будут подрастать, станем пополнять как дружину, так и отряд самообороны. Сейчас у них задача тренироваться и вести подобие разведки вокруг селения. Понятно, что помощь родным по хозяйству никто не отменял. Вот так и разрулил сложившуюся ситуацию. Самое главное, что кузницы загрузил работой по полной программе. Если все будет нормально, то к весне закроем все потребности, как в арбалетах, так и вообще в металлических изделиях. По крайней мере, уйдём от жуткого дефицита в подобных изделиях.

Надо сказать, что наше, назовём его так, триумфальное возвращение из похода, и, самое главное, добыча, привезенная из этого похода, наделала в наших краях изрядного шума. Это не могло не сказаться на взаимоотношениях с поселениями, принадлежащими нашему племени. И если в прошлом году к нам приходили только старики и волхвы, то сейчас началось целое паломничество обычных жителей. Притом, началось настоящее нашествие семейств с достигшими половозрелого возраста дочерями. А что вы хотели? Считай, три десятка богатых, завидных женихов, это — не шутка. За то, чтобы прибрать к рукам моих пацанов, разыгрывались целые сражения между потенциальными невестами. Думаю, что к весне все они станут женатыми. Других вариантов для них не предусмотрено. Много народа приходило проситься в дружину. У меня появился реальный выбор, что позволит сколотить достаточно сильный для этих мест отряд.

Глава 9

Раненых воинов, которых привез с собой, передал на попечение бабушке, понимающей в лечении ран. Она сказала, что раз до сих пор не померли, значит выживут. Пришлось в срочном порядке мобилизовать людей на постройку сараев для кораблей. С трудом, но смогли разместить их на песчаном берегу протоки. Зимой предстоит много поработать над их совершенствованием. Будем модернизировать по тому же принципу, что и первый мой драккар. Он очень хорошо себя зарекомендовал в этом походе. Правда, прошить паруса из шелка не получится, просто нет столько материала. Будем ходить на этих кораблях не в одиночку, как это пришлось делать мне. Поэтому страшного ничего не случится, если просто перешьем старые полотна парусов на новые.

Дела после возвращения из похода закрутились с такой силой, что я даже не заметил, как наступила зима. Можно сказать, я выпал из жизни, решая миллион проблем и отвечая на тьму вопросов. А жизнь между тем не стоит на месте. Вокруг моей персоны тоже начали разгораться бабские страсти. Между тремя красавицами и четвёртой — ещё ребёнком, но уже с отросшими зубами. Одна — привезенная из разоренного поселения викингов. Вторая — карелка. Третья — нашего племени, но из другого поселка. Про четвертую вы уже знаете. Это Забава, которая уже не пигалица, но ещё и недостаточно взрослая. Вот среди этих четырёх дам и разгорелись страсти, которые пришлось гасить самым радикальным способом. Кому-то устанавливать очерёдность для согревания постели, а кому-то и ремнем по жопе стучать. Беда в том, что в племени испокон веков было заведено, что бабы себе выбирают спутников жизни. Никого не смущало, что у мужика несколько жён. Главное, чтобы он мог их прокормить. Вот я и попал, как курица в ощип. Нет, отказаться конечно можно. Только кто же на моем месте отказался бы? Пришлось разруливать ситуацию хоть как-то.

С началом зимы к нам в поселок опять пожаловала представительная делегация, состоящая из волхвов и старейшин близлежащих поселков. В этот раз не только принадлежащих нашему племени, но и нескольких карельских. Вернее, пришли они не к нам, а конкретно ко мне. Они, видите ли, решили, что им нужен князь, и они хотят, чтобы эту роль исполнял я. Именно так, не быть князем, а исполнять отведенную роль. Командовать есть кому и без князя. Долго не мог понять, чего они от меня хотят. Понятно, что мне нужно было числиться при должности. Но для чего это им и, самое главное, мне? Когда разобрался, то даже охренел от их наглости. Если говорить простыми словами, то я должен взять на себя обязательства по охране края от внешних нападений. А они продолжат жить так, как и жили до этого. В качестве благодарности они дадут по доброте душевной несколько шкурок, которых после их продажи не хватит не то, что на полный доспех, а даже на один самый завалящий шлем от него. Понятно, что я их послал куда подальше. Не нужно мне такой головной боли. Есть мой посёлок, его и буду защищать. Другие мне при таком раскладе просто не интересны. Только после пары дней пребывания этих хитрованов в нашем селении удалось выяснить причину, по которой они пошли на такой шаг. Представители племени саамов, которые разорили селение карелов, примкнувших в итоге к нам, почувствовали за собой силу и готовились повторить набег, только в гораздо более крупных размерах. Вот из-за этой угрозы и разгорелся весь сыр-бор. Сами между собой договориться об отражении угрозы не смогли. Вот и пришли искать дурака, который за них сделает всю работу.

На самом деле я на какой-то миг задумался, почему бы и не стать здесь князем. По большому счету, опыта у меня хватит за глаза, собственно, как и знаний. Но когда эти представители начали выдвигать условия и перечислять ограничения, просто послал. Жил как-то без этого, и дальше проживу.

Когда очнулся немного от обилия разнообразных дел, понял, что живу неправильно. Как говорится, кто везёт — на том и едут. Слишком много я на себя взвалил. Поэтому пришёл к выводу, что хочешь или нет, а надо как-то распределить свои обязанности на желающих их исполнять. Начал прикидывать, кто и за что будет отвечать. А чтобы совсем уж стало хорошо, над этими командирами направлений поставим главным дядьку и пусть махаются, как хотят. Сам займусь подготовкой дружины и модернизацией драккаров. Да что там? И так занимаюсь, просто смогу этим делам уделить намного больше времени и внимания. Дядька для вида сопротивлялся, но в итоге, согласился. А так как ему, главным образом, работать с людьми, значит, и подбирать кандидатов тоже ему. Вот так вот одним махом разделся со всеми делами. Прикинул, сколько денег понадобится на наем лесорубов и строителей для продолжения возведения стен, и выдал их дядьке. После этого с головой окунулся в подготовку дружины. Помимо моих пацанов, за это время успел набрать ещё полсотни бойцов. В этот раз контингент совершенно другой. Здоровые, сильные мужики от двадцати до тридцати лет. Можно было бы набрать и больше. Но пока не стал этого делать, как и совсем отказывать желающим. Пообещал, что в следующем году повторю набор и выбрал из желающих самых- самых. В основном это были охотники. Но есть и несколько человек, промышлявших рыбалкой, и даже ходивших во время путины в море. Решил свой пацанский экипаж оставить, как есть. Второй экипаж будет сформирован из бойцов помоложе. Остальные новые бойцы останутся в посёлке, как и два пацана карела, которые так и не смогли справиться с морской болезнью. В посёлке они будут находиться для его охраны и обороны. Тренировал всех по изначально заведенному порядку: с бегом в своеобразных разгрузках, набитых песком, утяжеленными наручами и фехтованием тяжелыми палками. Понятно, что про стрельбу я тоже не забыл. В этот раз тренировки делал более интенсивными. Пацаны, уже немного привыкшие к доспехам и обтесавшиеся в походе, спокойно переносили возросшие нагрузки. А вот свежеиспеченным дружинникам приходилось туго. Они хоть и страшно уставали, но, глядя на пацанов, терпели и старались как можно быстрее встать с ними на один уровень. Как всегда, всем бойцам пошили однообразную одежду, и теперь дружина действительно походила на воинский отряд. Особенно, после того, как начали учиться правильному строю. По снегу устроили длительные пробежки на лыжах. Помня о возможном нападении на наш посёлок, начали отправлять небольшие группы бойцов на своеобразное патрулирование. Просто круг вокруг поселка, но на расстоянии от него около двадцати километров. Такое расстояние за световой день не пройти, поэтому, пришлось разбивать всю дистанцию на отдельные отрезки, за которые отвечали те или иные отряды. У этих отрядов одна задача — вовремя обнаружить следы и как можно быстрее добраться до поселка. Когда вошли в нормальный ритм тренировок и наладили охрану поселка, появилось время поплотнее заняться кораблями. Мы их все модернизируем, а вот в поход пойдут следующим летом только два. Мой первый драккар и один из трёх оставшихся, самый маленький. Хотя, большой разницы между ними не было. Они все равно были значительно больше, чем мой первый. Когда занялись изготовлением для нового драккара мощных самострелов, в голову пришла мысль, что неплохо было бы такие же самострелы сделать для стен. Конечно, с одной стороны, они будут не настолько нужны, как на кораблях. Их быстро не переместить с одной стены на другую. Но, с другой стороны, иметь оружие, стреляющее на недосягаемую для противника дальность, дорогого стоит. Поэтому, кузнецам поставил задачу: помимо обычных, сделать десяток больших, мощных арбалетов, которые с моей лёгкой руки получили название крепостных. Конечно, до весны кузнецы не успеют их изготовить в полном объёме. Слишком сложные они по сравнению с обычными. Но, что-то сделать успеют. А после нашего ухода доделают начатое. Сейчас важно вооружить всех обычными нашими арбалетами и обеспечить ими корабли.

Практически вся зима прошла спокойно и размеренно, если это можно так назвать при той движухе, которая присутствовала в селении. Ближе к весне прибежал пацан проживающий в одном из поселков нашего племени, с известием, что саамы идут в набег. Эти хитрованы, которые хотели напрячь меня поработать на них бесплатно, хоть и не договорились между собой, но чувство страха не потеряли. Поэтому, организовали какое-никакое патрулирование направлений, откуда можно было ждать нападения. Это принесло свои плоды, и один из таких патрулей смог обнаружить крупный отряд саамов, идущих в набег. Самое главное, что шёл этот отряд в нашу сторону. Я даже удивился, что нас предупредили, а не стали смотреть со стороны, чем все закончится. Потом я понял, что если снесут нас, то потом поодиночке передавят и другие селения. Резон в этом предупреждении есть.

Я немного подумал и решил встретить агрессоров в лесу. Всех своих людей забирать не буду. Вдруг, эти разбойники идут не одним отрядом. Со мной пойдут полсотни бойцов, остальные закроются в посёлке вместе с жителями и наемными рабочими. Думаю, в случае, если будет ещё один отряд, отбиться смогут. Да и мы уйдём ненадолго. По крайней мере, я на это надеюсь.

По лесу шли, соблюдая все правила военной науки, с разведкой и боевым охранением. Приблизительный район встречи известен, поэтому сильно не напрягались. Все шли на лыжах несмотря на то, что одеты были в доспехи. Передвигались достаточно быстро. На ночлег расположились, когда уже начинало темнеть, и видимость упала. Ночевали на охапках лапника возле разведенных хитрым образом костров. На другой день, ближе к обеду, встретились с противником, и случилась битва. Вернее, это можно назвать бойней. Три залпа и противники закончились. Их было всего восемьдесят человек, и вооружены они абы чем. Короче, нам они — не противники, вынесли и не заметили. Бойцы не побрезговали обшмонать их и избавить от одежды и припасов. А вот хоронить их не получится. И времени займёт много, и желания заниматься этим нет никакого. Поэтому, стаскивали их в неглубокий овраг, где они и нашли последнее пристанище. Получилось так, что нам даже пленных, которых можно было бы допросить, не досталось. Как-то я упустил из виду этот момент. Забыл предупредить бойцов, чтобы оставили кого-нибудь в живых. А когда спохватились — было уже поздно. Несмотря на то, что по нам успели выстрелить несколько раз, даже раненых не было. Доспехи уберегли, костяные и кремневые наконечники просто не пробили металл. Поэтому, возвращались в хорошем настроении, но бдительность не теряли.

В селении все было спокойно. Никто во время нашего отсутствия на него не напал. Поэтому, вернулись к тому же ритму жизни, что у нас и был. В этом году успели перелопатить работы даже больше, чем в прошлом. Это было видно, как по количеству заготовленного леса, так и по высоте стен, выросших ещё на пять метров. Когда они заполняются камнем вперемешку с глиной, взять их будет очень непросто. Всё-таки прочность имеет значение.

За валом разнообразных дел даже о рождении вдовушками детей узнал с большим опозданием. Я теперь, можно сказать, многодетный отец: родились два сына и дочь. Правда, детей мне пока так и не показали. Не знаю, с чем это связано. Сказали: подрастут, окрепнут, тогда и увидишь.

На улице потеплело и началась подготовка к походу. Только сейчас вспомнил, что я заказал Синеусу приобрести нефть, а переработать её в нужные фракции нечем. Мне нужен самогонный аппарат — неотъемлемый атрибут всех попаданцев, о котором я нагло забыл. Пришлось в авральном режиме заняться его созданием. Кроме, как из бронзы, делать его больше было не из чего. Можно, конечно, было бы заморочиться, и сделать змеевик из бронзы, а все емкости из керамики. Но я отказался от такого подхода. Этот аппарат поедет со мной в поход и не хотелось бы, чтобы разбилась какая-нибудь его часть, и из-за этого пропала возможность перегонки нефти в нужные фракции. Немного керамики с собой возьмём для хранения переработанный продукции, но и только. Мы даже не удосужились подготовить подобие керамических наконечников к самострелам, при помощи которых можно было бы поджечь вражеский корабль. Как-то не до этого было. Но ничего, главное, чтобы Синеус нашёл нефть. А там что-нибудь придумаем.

Перед самым выходом, когда лёд сошёл, и река очистилась, дядька привёл ко мне человека, занимающегося добычей меда диких пчел. Несколько дней я объяснял ему, как обращаться с ульями, ловить рои, и что с ними делать дальше. Вроде толковый мужик, может, что-нибудь и получится. Попросил дядьку выделить ему людей. Они понадобятся для того, чтобы разнести роеловки по территории леса. Напрягли баб, чтобы занялись изготовлением защиты для лица. Шёлковые нити я для этого им выделил. Даже не представляю, как изготавливается настолько мелкая сетка. Пусть проявляют смекалку.

В этот раз плавание по реке прошло как-то незаметно. Во всяком случае, быстрее, чем в прошлые разы. С чем это связано — сказать не могу. Но это — факт. Команды кораблей пришлось делать смешанными. Половина — пацанов, вторая половина — из отобранных мной в морскую дружину бойцов. Именно так теперь зовутся те, кто ходит со мной в море. С командиром на второй драккар мне откровенно повезло. Три человека из выздоравливающих у нас людей Синеуса решили остаться в нашем посёлке и пойти ко мне на службу. Более того, они успели найти себе зазноб и жениться. Остальные раненые тоже выжили. Некоторые из них уже чувствовали себя нормально и практически восстановились. Других ещё ветром шатало. Один из пожелавших перейти ко мне воинов был у Синеуса за кормчего. Он и стал командиром на втором драккаре. Два его товарища, перешедшие ко мне на службу, тоже идут в этот поход, но уже на моем корабле. Надо сказать, что эти три человека отличались какой-то рассудительностью. Во всяком случае, они очень выделялись среди других людей своим поведением. Воины до мозга костей, по-другому и не скажешь. Если кормчий — готовый командир драккара, а, соответственно, и отряда в тридцать человек, то двум другим придётся многому учиться. Чтобы получить достойных капитанов, мне придётся постараться. Конечно, кормчему наше парусное вооружение не знакомо. Но он быстро ухватил суть, благодаря моим объяснениям, и думаю, быстро вникнет, что — к чему. Тем более, что помочь освоиться, есть кому. Я постарался отдать ему самых смышленых пацанов, многому успевших научиться. Поэтому, если что-то будет непонятного, подскажут и объяснят. В море вышли ближе к вечеру. Поэтому, решили заночевать в бухте, где когда-то дожидались пока река вскроется ото льда. Здесь мы задержимся как минимум на сутки. Хочу проверить состояние оставшихся в заначке вещей, ну, и отдохнуть перед дальней дорогой.

В пещере складывалось ощущение, что время в этом месте замерло. Всё было на своих местах, в целости и сохранности. Благодаря хорошей вентиляции, здесь было сухо. Все сохранилось в идеальном состоянии. Конечно, здесь не было того изобилия, которое было изначально. Но кое-что ещё осталось. Забирать ничего не стали. Пусть лежит в качестве своеобразного НЗ. Есть ещё остатки заначки в другом месте, дальше по побережью. Но их мы проверять не будем, нет в этом смысла. Когда понадобится, тогда и заглянем.

Через сутки продолжили плавание и остановок больше не делали. К месту встречи подошли раньше Синеуса. Поэтому, пришлось располагаться на берегу и ждать. Скучать, правда, не пришлось. Я продолжил тренировки, и уже через пару дней мои люди с надеждой смотрели в сторону моря. Конечно, с одной стороны мне жалко людей, которые к вечеру просто валились с ног. Но и слабину в этом деле давать нельзя. Не зря же говорят, что тяжело в учении — легко в бою. Чем большему успею научить, тем больше шансов у них будет выжить во время боя. Честно сказать, я думал, что Синеус уже не придёт. Месяц мы провели в этом месте, дожидаясь его появления. За это время видели два проходящих мимо корабля. Они шли очень далеко от берега и обнаружить нашу стоянку не могли. Мы тоже не стремились с ними встречаться. Поэтому, все остались при своих. Помимо тренировок, мы занимались охотой и рыбалкой. Изобилие и разнообразие вылавливаемой рыбы поражало и поневоле делало из нас рыбоедов.

Синеус в этот раз пришёл на пяти кораблях. Включил в свою флотилию два захваченных драккара. По его словам, после возвращения, на осеннем торге к нему началось целое паломничество из желающих вступить в дружину. К нему, в отличие от меня, шли уже опытные бойцы. Поэтому, он даже думать не стал. Просто оставил себе два драккара и сформировал две дополнительные команды. Сейчас у него под рукой было двести сорок бойцов. Сила для этих мест серьезная, способная попить крови у любого противника. Он сразу рассказал о своих планах и позвал присоединиться к долгому походу. Для начала ему хочется взять на меч какой-нибудь местный посёлок викингов, потом обогнуть Скандинавский полуостров и пробежаться к берегам северной Англии. Там планирует ограбить прибрежные поселения и пойти вокруг Европы в Царьград, где и продаст добычу. После этого возвращаться через Чёрное море по рекам и переволокам. Дорога, по его словам, знакомая. И через два года закончить поход здесь же. В смысле, для меня — здесь. Где закончится у него, он ещё не решил. После прошлой победы у него появились какие-то шапкозакидательские настроения, о чем я ему и сказал. Нельзя недооценивать опасности. Такое состояние, как я наблюдаю у него, до добра не доведёт. Он объяснил, что после того, как отомстил, у него будто груз с плеч свалился. И теперь хочется чего-нибудь такого. Сам, короче, не знает, чего хочет. Нефть он мне не привез. Не нашёл её в наличии. Один купец знал, о чем Синеус говорил. Но привезти быстро не взялся. Сказал, что раньше, чем через пару лет в края, где сталкивался с этим маслом, не попадёт. Поэтому, с этим получился полный облом. На предложение о таком длительном походе я сначала хотел ответить отказом. Синеус это почувствовал. Поэтому, чтобы заинтересовать, привёл, как ему казалось, исключительный аргумент. Типа, в Царьграде по-любому купишь необходимое масло. Там, по его словам, есть все. А я правда плотно задумался. По большому счету, мне этот поход вообще не уперся ни в какое место. Но, если рассуждать здраво и всё-таки делать то, что когда-то задумал, находясь в ледяной воде, сразу после чудесного спасения и, по сути, перерождения, то может быть этот поход и необходим. Без нефти обойтись можно, но это будет очень непросто. И подготовка займёт уйму времени. Здесь тоже не быстро, но в этом походе есть и положительный момент. Если мы его действительно осуществим, то мои бойцы из волчат вырастут в настоящих волков. А это уже аргумент. Конечно, оставлять без присмотра селение на такой срок не хочется. Но там сделано все для того, чтобы жить нормально, ничего не опасаясь.

Так ничего до конца и не решил. В поход с Синеусом в любом случае пойду. А вот до ближайшего поселения викингов или до Царьграда — ещё подумаю. Тут ещё одна проблема появилась: раненые, которые до конца не восстановились, такой длительный поход, скорее всего, не переживут. Синеус очень удивился, когда увидел их всех живыми. И сейчас просто не знал, что делать. А бойцы, видя такое дело, похоже обиделись, потому что дружно подошли и попросились ко мне на службу. Естественно, я согласился их принять. Это сейчас они беспомощные, но пройдёт время, и они восстановятся. При таком раскладе длительный поход отпадает сам по себе. Не рискну я этими людьми, не стоит оно того. Но, как я уже говорил, до поселения викингов, которое решили разграбить варанги, я схожу. Трофеи не помешают, какими бы они не были.

Получилось так, что ветер был не совсем попутным и, если другим кораблям приходилось идти на веслах, то мы спокойно убегали вперед под парусами. Поэтому, и получилось, что исполняли роль своеобразного передового дозора. Двигаясь далеко впереди нашего каравана судов, заметили вдалеке парус. Думаю, нас тоже заметили. Потому что корабль резко изменил направление движения в попытке уклониться от встречи. Тут других вариантов, кроме, как начать преследование, не просматривалось. Нам совершенно ни к чему, чтобы противник раньше времени узнал о нашем приближении. Несмотря на то, что убегающее судно драпало достаточно шустро, мы все равно догоняли. Чем ближе подходили, тем больше меня начал мучить вопрос: а не гонимся ли мы за добычей, которая, в итоге, может оказаться не по зубам. Просто убегающий корабль оказался по размеру намного больше наших.

Глава 10

Корабль, который мы догоняли, оказался, так называемым, кнорром. Это был торговец, притом, недавно побывавший в бою. Когда мы приблизились к нему на дальность уверенного выстрела из стационарного самострела, Богдану-младшему я дал команду попробовать достать кормчего, что тот и сделал с первого же выстрела. Я не собирался посылать своих людей на абордаж. По крайней мере, не сразу. Сначала попытаемся проредить противника при помощи арбалетов. Поэтому, хоть и подходили достаточно близко, чтобы можно было уверенно выбивать команду чужого корабля, но старались при этом не дать шансов на сближение кнорру. Благодаря тому, что атаковали мы сразу с двух сторон, и наши бойцы стреляли с крыши передней надстройки, то есть с возвышенности, шансов спрятаться у противников не было. Это рассказывать о бое получается быстро. На самом деле, пришлось несколько часов заниматься истреблением вражеской команды. Когда на чужом корабле прекратилось какое-либо шевеление, и мы наконец-то сошлись с ним борт о борт, то живых людей там не обнаружили. Здесь и получилось выяснить, что это судно недавно вело бой. Из пятнадцати членов команды пятеро было ранено ещё до встречи с нами при помощи холодного оружия, скорее всего, мечей. Подумали мы так потому, что раны у них были резаными. Корабль оказался под завязку груженый зерном и большим количеством мехов. Скорее всего, меха были трофеями после недавнего боя. Во всяком случае, все на это указывает. Пришлось мне формировать из своих людей команду на захваченный корабль. Пяти человек будет достаточно. Заодно, на это судно перебазировали и наших раненых, здесь им будет гораздо комфортные. Всё-таки, после модернизации на наших драккарах места не так много. А скученность — это не то, что нужно для раненых. Когда пошли на сближение с остальными кораблями, мелькнула мысль:

— Может быть отправить кнорр домой? Но, как мелькнула, так и была отброшена в сторону. Слишком этот корабль будет беззащитным, поэтому, рисковать не буду. Правда, задерживает он нас не слабо. При встрече с Синеусом надо будет просить у него гребцов, иначе, поход может затянуться.

Встретиться получилось уже перед самой темнотой. Варанги поглядывали на захваченный нами корабль с завистью. По договоренностям, если мы сами берём приз, то и принадлежит он нам. Кстати, такое условие выдвинул сам Синеус перед походом. Он надеялся встретить вражеские корабли и, скорее всего, не хотел делиться добычей. Вот сам и пострадал. Гребцов он выделил, но сделал это с явной неохотой. А я сделал для себя определённые выводы. Думаю, это будет последний наш совместный поход. Не люблю быть нахлебником, которым, похоже, меня начали считать. По большому счету, готов прямо сейчас закончить с этим делом, о чем Синеусу и сказал прямо, не скрывая сделанных выводов. Тот как-то даже смутился слегка и начал оправдываться. Сказал, что он так не считает. Помнит прошлую битву и благодаря кому победил, но людям ведь рты не закроешь. В любом случае обещает, что с разделом добычи проблем не будет и просит не горячиться. Ну, ладно. Посмотрим, как оно будет дальше. Пока переночевали в месте, где встретились и утром продолжили путь. Только теперь вперед убежали два драккара Синеуса. Зависть глаза застит. Пусть будет так, может, и им повезёт.

Следующие два дня двигались без проблем и приключений, а на третий день мы нарвались. Точнее, нарвались два убегающих вперёд драккара. Они встретились и сошлись в бою с двумя драккарами викингов. Нет, чтобы оттянуться назад и попытаться притащить их к нашей флотилии. Вместо этого варанги, не задумываясь, атаковали. В итоге, к нашему подходу бой практически закончился. И если в одном из противостояний победил наш корабль, то во втором таком же бою победили викинги. Правда, воспользоваться плодами победы им было не суждено. Убежать они не могли по причине недостатка гребцов. Очень недёшево досталась им победа. Поэтому, когда мы подошли к месту боя, они просто сдались. Для меня, если честно, это стало неожиданностью. Как-то я не слышал до этого, чтобы викинги сдавались. Потери после прошедшего боя оказались запредельными, и Синеус рвал и метал. На нашем победившем корабле погибла половина команды. Из второй половины не ранеными остались только пять человек. Все остальные получили ранения той или иной тяжести. Что касается второго корабля, то там не выжил никто из наших людей. Правда, и викингов осталось в живых не больше десятка человек, из которых половина была тоже ранена. Ещё одна подобная победа и продолжать поход будет некому. Из нашего кнорра пришлось делать своеобразное госпитальное судно. Два десятка раненых варангов стали на нем дополнительными пассажирами. Все идёт к тому, что для них этот поход закончился. А мне придется опять изображать врача. Да что там изображать? Реально превращаться, в такого себе, специалиста на все руки. Чуть не до утра занимался ранеными. Кому эти самые раны зашивал, кому кости складывал, а одному так и руку ампутировал, которая держалась на тонкой полоске кожи. Тут, при всем желании было её не сохранить. На другой день решали, что делать дальше. Идти в набег при сложившемся раскладе с кораблем, полным раненых бойцов, очень опасно. Ведь если нарвемся на превосходящие силы, убежать — не сможем, кнорр не позволит. А бросить раненых и спасаться самим — это даже не обсуждается. Вот и думаем, как правильно поступить в этой ситуации. И чем больше думаем, тем больше я прихожу к выводу, что пора мне заканчивать с этим безобразием. Как-то в этот раз не складывается у нас поход. Тут ещё и Синеус уперся рогом. Ему, видите ли, не хочется бросать, с таким трудом добытые драккары. И в связи с этим придётся кнорр оставить без гребцов. Думаю, это и стало последней каплей, повлиявшей на моё решение заканчивать с этим делом и возвращаться домой. Прежде, чем уйти, переговорил с ранеными, объяснил, что скорее всего у меня не получится доставить их после выздоровления до знакомых им мест. Поэтому, им стоит хорошо подумать: уходить вместе со мной или может быть перебраться на драккары Синеуса. Как ни странно, никто из них не захотел переходить на драккары, а решили идти со мной. Вообще, эти люди, по-моему мнению, абсолютно безбашенные. Им по фиг, где жить и за кого воевать. Была бы оплата достойная, ну и все остальное, что обычно этому сопутствует: бабы, выпивка и т. д. У себя на драккарах оставил по пятнадцать человек. Всех остальных перевёл на кнорр. Домой решил идти напрямик, не делая круг, чтобы повторить путь сюда. В связи с этим, пришлось идти практически против ветра. Если переоборудованные драккары могли справиться с этой задачей практически без проблем, то кнорр на это не способен. Поэтому и пришлось сажать людей на весла. С Синеусом и его бойцами простились и расстались без проблем и взаимных обид. Да и откуда бы им взяться? По сути, я их крепко выручил тем, что забрал такую обузу, как раненые.

По пути домой два раза видели на горизонте паруса, и оба раза они убирались с нашего пути, даже не пытаясь сблизиться. Не знаю, за кого они нас принимали, но то, что уклонялись от встреч, нам было только на руку. Не готовы мы сейчас к серьёзным столкновениям. Эта, по сути беспомощность, изрядно бесит. У меня просто нет ничего, чем можно удивить серьёзного противника. Пока нам везло. Но надолго ли это везение продлится — не знаю, да и знать не хочу. Надо просто что-то кардинально решать. Таким решением вижу изготовление, так называемого, греческого огня. Или, если хотите, напалма. Но, без нефти изготовить что-то приемлемое достаточно сложно. Исходя из таких мыслей, в голове возникло неожиданное решение проблемы. Собственно, кто мне мешает самостоятельно сбегать в Царьград? Ведь, если на хвосте не будут висеть корабли Синеуса и нигде надолго не задерживаться, то можно сделать это относительно быстро. Ну, как быстро? Год, по любому, придётся потратить. С другой стороны, почему бы и нет? Зато появится, практически, ультимативный аргумент в любом споре на море. Опять же, можно вернуться обратно тем же путем и не лезть в реки с переволоками. Не факт, что будет быстрей, но зато намного проще. Правда, лезть в Атлантический океан на утлом суденышке — то ещё удовольствие. Но, если плыть аккуратно и вдоль берега, чтобы была возможность укрыться от штормов, то все становится не так страшно, как выглядит на первый взгляд.

В таких вот размышлениях и прошёл весь путь домой. Пришлось сильно помучиться на входе в устье реки. Если драккары проходили по мелководью без проблем, то кнорр из-за более низкой осадки до тех пор, пока не разгрузили его полностью, не хотел этого делать категорически. Пришлось заниматься погрузочно-разгрузочными работами, и одним из драккаров перевозить зерно подальше от мелководья. Хоть и намучились изрядно с этими перегрузками, но справились. Правда, по реке поднимались довольно долго, здесь с ветром не повезло. В протоку кнорр заводить даже не стали пытаться, разгрузили на реке. По сути, мне такой корабль не нужен, и что с ним делать дальше, даже не знаю. Чемодан без ручки какой-то. И выбросить жалко, и деть некуда. Выручил в этом вопросе дядька. Оказывается, к нему уже давно обращались некоторые старейшины селений с просьбой дать в аренду один из наших драккаров. Дядька всем отказывал, аргументируя тем, что корабли принадлежат мне. А я нахожусь в походе. Сейчас, когда я так вовремя объявился, да ещё и с большим кораблем, можно и отдать ненужное в аренду. Хоть какая-то польза будет от этого приобретения. Правда, ума не приложу, зачем старейшинам корабль и куда они собрались на нем плыть. Но, это их дела. Мне как бы и не интересно. Главное, чтобы оплатили аренду. Ну, а если потеряют судно, то его полную стоимость. Так вот дядьке и сказал. Ещё поставил его в известность, что через пару дней ухожу надолго. Да, я решил не ждать следующей навигации, а уйти в Царьград в этом году. Риск нарваться на зимние шторма, конечно, есть. Но, это в том случае, если задержусь в дороге. А я постараюсь идти максимально быстро. Пойду на двух своих подготовленных кораблях. Всё-таки надо страховаться. Мало ли что может случиться в пути? Лучше, когда будет возможность пересесть на второй корабль, если накроется первый. Дома провел только одну ночь. Правда, вечером немного поигрался с детишками. Меня, наконец-то, соизволили к ним пустить. Ну, как поигрался? Поагукал, да полюбовался. Да, в этом мире теперь есть, что терять. Сам себя перерву, но постараюсь сделать жизнь своих детей максимально безопасной. Не хочу, чтобы какие-нибудь уроды все порушили и забрали их в рабство, как меня когда-то. Буду уничтожать сволочей, где только встречу и увижу.

Со мной в поход пойдут те же люди. Добавятся только четыре человека из бывших бойцов Синеуса, у которых раны оказались не такими опасными, как я думал. Но, все равно, взять их я согласился только после того, как добро дала бабка-лекарка, которая смогла заработать в вопросе излечения ран непререкаемый авторитет. Эти воины уже были в Царьграде, несли там службу довольно продолжительное время. Соответственно, неплохо знают город и даже имеют там знакомых, которые помогут достать все, что угодно, были бы деньги. Уходили в спешке, но, при этом, не забыли пополнить припасы и обговорить с дядькой его действия на время моего отсутствия. Золота, как и серебра, много с собой не брал. Есть мысль по дороге немного похулиганить. На всякий случай, показал дядьке тайник с оставшимися ценностями, расположенный в моем доме. Если со мной что-то случится, поселению хватит этих ценностей надолго.

Реку пролетели также быстро, как и в прошлый раз. Помимо течения, хорошо помогал и попутный ветер. Поэтому, прошли этот отрезок пути очень даже бодро. Погода стояла хорошая, и мы, не задерживаясь, ушли в море, сразу взяв курс на восточную оконечность Кольского полуострова. Решил пробежаться вдоль побережья. Вдруг повезёт взять какую-нибудь добычу. Специально искать не буду. Но, если встретится, то почему бы и не попробовать ее взять? Если, конечно, она окажется по зубам. Плавание проходило спокойно и в этот раз круглосуточно. Ночи были светлые, поэтому, рассудил, что останавливаться на ночевки будет лишним. До полуострова добрались вообще без проблем, и даже в одном укромном месте пополнили запасы питьевой воды. Это место указал один из раненых бойцов, который неплохо знал здешние края. Вдоль берега двигались, можно сказать, стремительно, и долгое время не встречали на воде вообще никого. А потом нарвались. Вернее, будет сказать, встретили добычу, на которую сил может и не хватит. Огибая небольшой выступающий в море мыс, мы, можно сказать, столкнулись с тремя драккарами, как раз из-за этого мыса выходящих. Конечно, слово столкнулись здесь не применимо. Потому что, на самом деле, обнаружили мы друг друга на приличном расстоянии. Но, тем не менее, эта встреча ничего, кроме проблем, не сулила. Поэтому, сразу же дал команду менять курс и становиться под ветер. Похоже, предстояла долгая гонка с преследованием, где в роли догоняющих будем не мы. Главное, чтобы ветер не утих. А так, думаю, сможем сбежать. Какими бы сильными не были на преследующих драккарах, гребцы. Надо сказать, преследователи удивили. Если два корабля двигались с ожидаемой от них скоростью, то третий, самый большой из тройки, оказался запредельно быстрым. Он довольно бодро начал нас нагонять. У меня даже мелькнула мысль — посадить на весла бойцов, чтобы постараться сохранить разрыв. Но, немного подумав, плюнул на эту идею. Хочется этому драккару, вернее, людям, находящимся на его борту, нажить проблем, так зачем им мешать, пусть догоняют. Пришлось в процессе бегства немного сблизиться со вторым кораблем и прокричать несколько приказов. Когда убедился, что меня услышали и поняли, разошлись на первоначальное расстояние и продолжили бегство. Также, как один из кораблей потихоньку нас нагонял, два других, через какое-то время, начали отставать. Никакого хитрого плана действий у меня нет. Просто, когда преследователи приблизятся на дальность полёта стрелы из стационарного самострела, начнём потихоньку выбивать гребцов, чем постараемся поубавить прыти. Если не получится (а такой вариант нельзя исключать из сложившейся раскладки), значит, постараемся справиться с преследователями раньше, чем нас смогут догнать оставшиеся два корабля. Посмотрим, как оно сложится.

Как не крути, а люди — не железные. Хоть догоняющий нас корабль и продолжал преследование, и даже потихоньку приближался, но той трезвости, которая была вначале, уже не показывал. Глядя на это, я решил лишить его паруса. Для этого по моей команде мы в очередной раз начали менять курс. Через какое-то время преследователям пришлось опускать парус и идти только при помощи весел. Правда, и у нас скорость изрядно снизилась. Но мы не уставали от сумасшедшей, изматывающей гребли. Такое положение длилось довольно долго, пока не сработал самострел, расположенный на корме нашего корабля. Богдан-младший посчитал, что сейчас расстояние — самое подходящее для точного выстрела. У него был приказ — стрелять, когда будет уверен в результате своей стрельбы. Он, в очередной раз, продемонстрировал свое запредельное мастерство. Этим выстрелом он сумел поразить кормчего, расположенного на корме вражеского корабля. Поверьте, сделать это было очень непросто, учитывая традиционно высокий нос драккара. Богдан сумел подгадать выстрел в один из редких моментов, когда корма противника на какие-то мгновения открывалась для нашего взора. Кормчего вражеского судна буквально вынесло за борт корабля. Это на какое-то мгновение вызвало замешательство среди преследователей. Рык вражеского командира услышали даже мы, несмотря на шум ветра и приличное расстояние. Немного вильнувший и начавший терять скорость корабль, вновь начал её набирать, с целью продолжить преследование. Тут выстрелили со второго нашего корабля, и тоже попали. Преследователи попались упорные. Немного отвернув в сторону, чтобы прикрыться бортом и вывешенными щитами, продолжили играть в догонялки. Не мудрствуя лукаво, я тоже приказал отвернуть чуть круче к ветру. Преследователям, чтобы парировать наш поворот, пришлось тоже доворачивать. Во время этого доворота и отработали наши стрелки по открывшимся целям. Отработали хорошо, потому что смогли на мгновение сбить размеренный ритм гребли, что, соответственно, привело к потере скорости. Только сейчас я обратил внимание, что остальные преследователи пропали из поля зрения. При таком раскладе можно и поиграть. На всякий случай, чтобы максимально удалиться от отставших драккаров, я приказал вставать на курс по ветру и постараться максимально долго держаться этого направления. Мне кажется, что догоняющие нас викинги даже обрадовались такому повороту событий. Ведь этот курс позволил им поставить парус и немного сбавить темп на веслах. Во время постановки ими паруса опять получилось попасть нашим стрелкам. Пусть и вывели из строя только двух человек, но, как говорится, курочка по зернышку клюет. Так мы подгадываем моменты и потихоньку выбиваем у преследователей людей. Пока сблизились на расстояние, с которого могли начать стрелять все наши люди. Мы смогли попасть из стационарных арбалетов ещё трижды. Стрелок со второго нашего драккара, как будто устроил соревнование с нашим Богданом, и не промахивался. У нас на подобный случай (если придётся драться против одного корабля), разработана своеобразная тактика. Правда, на случай, если этот корабль будет убегать. А вот когда он догоняет… Мы как-то даже не думали над подобным казусом. Пришлось придумывать на ходу и, перекрикиваясь, договариваться о взаимодействии. Чтобы начать доставать из арбалетов противника, второй наш драккар начал уходить в сторону. У него стояла задача пропустить преследователей мимо себя и устроить своеобразные клещи. При таком раскладе, в любом случае получилось бы отстреливать противников на выбор. Викинги, наверное, что-то почувствовали, потому что резко ускорились и почти догнали наш корабль. Но почти, как известно, не считается. Получилось так, что благодаря этому рывку, они слегка приоткрылись для стрелков нашего второго корабля, народ воспользовался этим по полной программе. Тридцать арбалетов отработали, как один. Так как с распределением целей уже давно не было никаких проблем, то команду преследователей получилось одномоментно изрядно проредить. Кстати сказать, стала понятна трезвость этой команды на старте, этой гонки преследования. На вражеском драккаре оказалось какое-то запредельное для такого корабля, количество воинов. У них получилось, как бы не две смены гребцов, что и позволило так долго держать высокий темп гребли. После этого залпа викинги как-то передумали нас преследовать и начали отворачивать. Но с таким раскладом уже я был не согласен. Что мы, зря что ли, стрелы тратили в таких количествах? Поэтому, когда викинги отвернули, мы тоже пошли на разворот. Теперь ситуация переворачивалась с ног на голову, и мы оказались в положении, которое не раз и не два обыгрывали на такой случай. Дальше все пошло по накатанной колее. Мы потихоньку, никуда не торопясь, занялись отстрелом противника. Несколько раз удирающие викинги пытались резко сблизится для абордажа, но это у них не получалось. Мы каждый раз успевали вовремя среагировать и, таким образом, избегали стычки. Всё шло к логическому завершению противостояния, когда на горизонте появились паруса отставших преследователей. Не знаю, как они смогли угадать с направлением преследования, но своим появлением, они реально спасли от смерти некоторое количество своих товарищей. Можно было бы с ними поиграться в догонялки и даже попробовать победить в этом противостоянии, но я решил не рисковать. На море можно ждать чего угодно и, если во время противостояния начнёт утихать ветер, то мы можем из хищников быстро превратиться в жертву. Поэтому, как не жалко было оставлять, по сути, побежденное судно, но я отдал приказ на смену курса. Будут у нас ещё трофеи, а жадность до добра ещё никого не доводила. Следующие несколько дней мы спокойно продолжали свой путь, пока не начала портиться погода. В поисках укрытия от надвигающегося шторма мы сунулись в одну из немногих здесь небольших бухт. И вот когда уже зашли в эту вытянутую, как кишка, бухту, в дальнем её конце обнаружили расположенное там небольшое селение. А, самое главное, что на воде, напротив селения, стоял на якоре корабль-близнец, захваченного нами ранее торговца. Не задумываясь, я принял решение атаковать. Грех отказываться от самостоятельно идущих в руки трофеев.

Глава 11

На торговце были только два человека, которые не успели даже поднять тревогу. Они были убиты выстрелами из арбалетов. Народ в селении оказался каким-то сильно беспечным и не замечал нашего появления до самого последнего момента. Только, когда мы подошли к самому берегу, раздались встревоженные крики, и из домов стали выбегать обитатели селения. От берега до домов, похожих на сараи, расстояние было небольшим. Но из-за гористой местности довольно трудно преодолимым. С побережья в селение вела даже не дорога, а подобие тропы, на которой, при другом раскладе, небольшим количеством защитников можно было задержать целую армию. Сейчас же, пока десяток наших бойцов стреляли по выбегающим из домов людям, мы бодро поднимались по этой тропе, стараясь максимально быстро миновать крутой склон, и добраться до относительно ровного участка, на котором и размещалось селение. Благодаря тому, что застали противника врасплох, у нас все получилось. Добравшись до площадки, просто выстроились в две шеренги и начали отстрел викингов, пытающихся сбиться в подобие строя. Противостояние надолго не затянулось. Селение оказалось маленьким, соответственно, и проживало в нем небольшое количество людей. Мы потом насчитали всего двадцать семь взрослых мужиков. Зато рабов здесь оказалось на удивление много, притом, из разных концов света.

После подавления какого бы то ни было сопротивления, занялись любимым делом всех разбойников — безудержным грабежом. Селение, несмотря на свой небольшой размер, оказалось богатым. По словам освобожденных рабов, здесь проживал довольно успешный купец, чей корабль нам повезло захватить. Ценной добычи взяли столько, что тут не хватило бы и пяти кораблей для её вывоза. Пришлось сортировать и выбирать только самое ценное. Всё серебряное или золотое, как и большое количество разнообразных мехов, отправлялись на драккары. Остальное, из наиболее ценного — доспехи, оружие, ткани, большое количество олова или те же несколько бочек мёда, грузили на кнорр. При этом, старались не перегружать корабли, потому что нам ещё увозить отсюда рабов, которых, как я говорил, обнаружили в этом месте приличное количество.

Шторм затянулся на пять дней, и мы провели это время, можно сказать, в борьбе с разыгравшейся жадностью, стараясь впихнуть невпихуемое, и разместить на кораблях ещё хоть что — нибудь. Слишком много здесь оказалось соблазнительной добычи.

Так или иначе, дождались нормальной погоды и продолжили свой путь уже на трех кораблях. С освобожденными рабами договорились, что подбросим их до берегов Англии, а дальше они будут добираться в свои края сами. Собственно, другого варианта и не было. Не развозить же их по домам. К счастью, до самых берегов Англии мы больше так и не встретили никаких кораблей. В первом, подходящем для этого месте, высадили пассажиров и продолжили свое движение дальше. Всё шло на удивление хорошо, и мы без проблем достигли континента, вдоль которого и направились в сторону Гибралтарского пролива, повторяя все изгибы Бискайского залива. Здесь начало встречаться довольно приличное количество судов, с которыми расходились вполне мирно. Вернее, как только на чужих судах могли рассмотреть силуэты наших кораблей, так сразу меняли курс и старались оказаться от нас, как можно дальше. Даже здесь у викингов оказалась дурная слава. Разбойники! Что тут ещё скажешь? Плавание проходило спокойно, и это, в какой-то степени, даже напрягло. Непривычно, когда совсем спокойно. С погодой откровенно везло, штормов не было. Конечно, волна в океане — это не то же самое, что волна в море. Но наши кораблики и здесь чувствовали себя относительно нормально. Когда вошли в Гибралтарский пролив со стороны африканского побережья, появилась пара кораблей, идущих на веслах, и мне показалось, что поначалу они хотели идти к нам, но почему-то передумали и поменяли курс. Все обошлось. Миновав пролив, сам не знаю почему, решил дальше двигаться вдоль африканского побережья. Здесь корабли встречались редко. За неделю плавания мы видели только пару судов, и то издали. За время плавания я уже тысячу раз пожалел, что поддался на соблазн и взял с собой этот кнорр. Он настолько тормозил наше движение, что я даже богатым трофеям не был рад. Очень уж он зависим от направления ветра. Конечно, на нем можно идти и на веслах, но это совершенно не то, что нужно. И избавиться от него до прибытия на место не получится. Вернее, получится, но жалко. Сколько отмучиться и перед финишной прямой сдаться — это не по мне. Всё шло хорошо, пока не случилось событие, от которого я реально охренел. Мы только пополнили запасы воды и покинули уютную бухту, которая приютила нас на ночь, и даже успели отойти от неё на пару километров, как обнаружили не горизонте несколько парусов. А, если точнее, то в нашу сторону двигались три корабля. Я не стал менять курс и продолжил движение в том же направлении. Просто, судя по разному парусному вооружению, два однотипных корабля преследовали третий. И этот третий, очень походил на до боли знакомый драккар Синеуса. Нет, я не отличаюсь каким-то запредельно острым зрением, просто, у него одного на парусе очень своеобразная светлая полоса. Когда рассмотрел эту полосу, то сразу решил проверить: вдруг это правда он, и ему необходима помощь. Приказал нашему торговому кораблю возвращаться в покинутую бухту, а сам двинулся навстречу далеким парусам. Я не ошибся, это был действительно корабль Синеуса и драпал он от двух странных галер, на которых было какое-то запредельное количество людей. Судя по тому, что я видел, долго бегать у Синеуса не получится. Галеры, пусть и не быстро, но как-то уверенно сокращали дистанцию. Ещё несколько часов и гонка закончится. А против того количества бойцов, которое присутствует на преследователях, выстоять не получится, даже если объединить наши усилия. Беда в том, что и сбежать у меня, несмотря на превосходство в парусном вооружении, может не получиться. Слишком уж быстрые эти галеры. Но и не вмешиваться не могу. Да и поздно оставаться в стороне, наши корабли давно заметили. Собственно, я не видел благоприятных для нас вариантов развития событий. Предполагаю, что эти галеры как раз и созданы для противостояния таким противникам, как мы с Синеусом. Есть надежда на арбалеты, но слишком уж большие экипажи на этих кораблях. Боюсь, нам может не хватить времени для того, чтобы проредить их до приемлемых значений к тому моменту, когда нас догонят. Рефлексировать можно до бесконечности, а делать все равно что-то надо. Поэтому, плюнул на все свои тяжёлые мысли и отдал команду идти навстречу идущим в нашу сторону кораблям. В определённой точке придется делать довольно резкий поворот и становиться под ветер. Делать это нужно для того, чтобы проскочить мимо преследователей на максимальной скорости, и при этом, постараться выбить у них как можно большее количество людей. Если они продолжат преследование Синеуса, то можно будет повторить. А если погонятся за мной, то хотя бы скорость изначально будет максимально возможная для наших кораблей. Всё получилось, как задумывал. Разошлись с галерами под углом, можно сказать, на встречных курсах. Выбрали удобный момент и дали залп из арбалетов. Получилось так, что каждый наш драккар бил по своему противнику. Перед самым залпом я успел крикнуть своим бойцам, чтобы постарались выбить как можно больше гребцов, расположенных по левому борту корабля противника. Благодаря этому, обстрелянная нами галера, мало того, что резко потеряла ход, так её ещё и чуть не перевернуло от резкого поворота на большой скорости. Со второй так удачно не получилось, но немного убавить ей прыти мы все же смогли. То, что мы сотворили со своим противником, уберегло нас от больших неприятностей. Как оказалось, на этих кораблях присутствуют свои арбалетчики, и, если бы не резкий маневр, от которого половина людей, находящихся на палубе, попадала с ног, ещё неизвестно, чем наша атака могла закончиться. Арбалетчики противника просто промахнулись или не смогли выстрелить в сложившейся ситуации. Второму нашему кораблю так не повезло, как нам, и у них появились раненые. Они, в отличие от нас, стреляли, главным образом, по людям, находящимся на палубе. Вот и смогли выбить большую часть стрелков противника. Правда, не избежали при этом ответки, но не такой сильной, как она могла бы быть. В сражениях с викингами, которые стрелков не очень жаловали, и предпочитали все решать в ближнем бою, мы излишне расслабились и чуть за это не поплатились. Поэтому, сразу же погнал своих бойцов за щитами и велел беречься от ответных выстрелов. Противник неприятно быстро отреагировал на произошедшее изменение обстановки. Один из их кораблей продолжил преследовать драккар Синеуса, а второй развернулся и пошёл нас догонять. Мы опять оказались в ситуации, когда два наших корабля преследует один, и в это раз, по моему мнению, противник попался гораздо серьёзнее предыдущего. Не знаю, как будет выкручиваться Синеус. А у нас один вариант — убегать и активно отстреливаться. Этим мы и занимались несколько часов подряд. По моему мнению, спасло нас только наличие стационарных арбалетов. Их стрелы, при удачном выстреле, вышибали по несколько гребцов. Этим нарушали слаженную работу экипажа, из-за чего корабль рыскал по курсу и терял скорость. Только через несколько часов погони противник, не добившись положительного результата, решил прекратить погоню и возвращаться обратно. Мне пришлось делать то же самое, хоть и жутко не хотелось. Во-первых, у меня в бухте остался кнорр, а во-вторых, думаю, у Синеуса хватит ума бросить корабль и укрыться на берегу, в случае, если убежать не получится. Поэтому, если он поступит именно так, как я предполагаю, то мне надо будет его разыскать и забрать с собой. А так как двигались мы с догонявшей нас галерой в одном направлении, не упускали случая, при удачном раскладе, обстреливать противника как из стационарных арбалетов, так и из простых. Несколько раз люди, находящиеся на этой галере, пытались рывком сблизиться с нами. Но мы вовремя реагировали на эти попытки и успевали их купировать. Постепенно в этом противостоянии нарабатывался опыт, и мы действовали все наглее и наглее. Всё шло к тому, что при таком раскладе мы можем и победить. Пока это происходило, меня не покидала мысль, что всё обязательно должно закончиться по тому же сценарию, как и прошлый раз. Постоянно посматривал на горизонт. Ждал, когда появится второй, такой же корабль, и отберет у нас добычу. Время шло, галера начала замедляться. На ней уже не хватало гребцов для полноценного хода. Потом, в какой-то момент, она просто остановилась, и люди, оставшиеся в живых, попрятались за бортами. И как при таком раскладе их побеждать? Немного подумав, разошлись по сторонам, чтобы держать под обстрелом оба борта противника и, приспустив паруса, медленно прошли мимо галеры, стреляя во все, что шевелится. Четыре раза понадобилось совершить подобный маневр, пока на галере не решили сдаться и вывесили белую тряпку. Подходили к вражескому борту со всей возможной осторожностью на одном корабле. Второе наше судно следовало недалеко, и бойцы, находящиеся там, внимательно отслеживали все происходящее на чужом борту. Надо сказать, предосторожности оказались не лишними. Как только борта соприкоснулись, все, оставшиеся в живых на этой галере, пошли на нас в атаку. Точнее, попытались пойти, потому что мы чего-то подобного ожидали и, соответственно, подготовились. Атакующих встретили залпом из арбалетов, который тут же поддержали со второго нашего драккара. После этого отложили арбалеты в сторону, сразу же метнули сулицы, которых у нас в трофеях скопилось довольно приличное количество. Я и держал их в заначке, как раз на подобный случай. Собственно, на этом сопротивление и закончилось, как и противники. На редкость упорные попались люди. Пока все это происходило, на улице начало темнеть, и нам пришлось действовать максимально быстро. Не разбираясь, что нам досталось в качестве добычи, старались побыстрее вытряхнуть убитых из доспехов и одежды, и выкинуть трупы за борт. Разбираться будем потом. Сейчас взяли эту галеру, которая по размеру превосходила наш драккар раза в два, на буксир, и потихоньку приволокли в сторону бухты, где укрылся кнорр. Добрались только после полуночи, очень устали, хотя, казалось бы, и не от чего. Благо, кнорр так никто и не обнаружил за время нашего отсутствия. Поэтому, перекусили на скорую руку и попадали спать прямо на кораблях. Охранять нас вызвались ребята, которые просидели весь день в бухте. Утром начали разбираться с добычей и думать, что делать дальше. Я склонился к мысли оставить все корабли здесь. А самому, на одном из драккаров, пробежаться вдоль берега в поисках Синеуса. Было у меня предчувствие, что не ушёл он от второй галеры и, скорее всего, сидит где-то на берегу в ожидании чуда. Когда мне доложили, что перевозили галеры в своем трюме, то я понял, что мы влипли по полной программе. Надо убираться отсюда как можно скорей и подальше. В трюме приза находились двадцать сундуков с монетами разных государств. Притом, двенадцать сундуков были наполнены золотыми монетами и только восемь серебряными. Похоже, мы захватили чью-то казну. И если не всю, то изрядную её часть точно. Да, нас из-за этих денег будут искать с собаками и не успокоятся, пока не найдут. Слишком уж богатый куш в этот раз достался. У меня даже на секунду мелькнула мысль — забить на все и, забрав эти сундуки, рвануть отсюда куда подальше. Но потом взял себя в руки и начал думать более рационально. Я сомневаюсь, что галера, которая погналась за Синеусом, возвращалась ночью и проскочила мимо нас незамеченной. Значит, находится она где-то там, куда успела добежать за вчерашний день. Если смогла догнать удирающий драккар (в чем я почему-то не сомневаюсь), то по любому остановилась где-то на побережье, чтобы дать отдохнуть своим людям. Что будет делать командир этой галеры, когда не дождётся возвращения своего товарища? Думаю, пробежится вдоль берега для его поиска. При этом, досмотрит все встреченные суда. Поэтому, обнаружение нас в этой бухте — вопрос недолгого промежутка времени. Исходя из этих соображений, у меня остаётся всего два варианта действий. Первый — забрать деньги на драккары и уматывать отсюда как можно быстрей, перед этим спалив ненужные корабли. И второй — сделать тоже самое, но, при этом, рискнуть и отправить кнорр в самостоятельное плавание до Царьграда. Пятьдесят на пятьдесят. Доберется ли он туда самостоятельно, без охраны? Сопровождать его дальше на драккарах просто нельзя по той причине, что я все равно пойду искать Синеуса и, практически, на сто процентов столкнусь со второй галерой. Придется повторить вчерашний подвиг и побеждать неудобного противника ещё раз. Оставить в очередной раз кнорр здесь тоже не получится. Вдруг в голове капитана галеры мысли работают не так, как я думаю? И мы каким-нибудь образом разминемся. Если он застанет наш корабль рядом с разграбленным кораблем, то мало команде кнорра не покажется. Всё это время меня терзал ещё один вопрос, на который я не находил ответа. Что же такого сотворил Синеус, что за ним кинулись в погоню два корабля, набитых деньгами? Это должно быть что-то такое, что стоит гораздо дороже денег? Даже представить не могу, что это может быть. Ладно, если доведется встретиться, узнаю. Собрал всех своих людей и высказал все, что раньше обдумывал. Считаю, будет правильно, если в такой ситуации примем решение все вместе. То, что я решил при любом раскладе идти на выручку попавшему в беду товарищу, людям понравилось. Хотя, бывшие подчинённые Синеуса слегка и покрутили носом. А вот то, что хочу бросить кнорр, полный добра, да ещё и сжечь его вместе с этим добром, вызвало бурю негодования. Народ дружно решил, что надо рисковать и отправлять это судно в самостоятельное плавание. Нашлось даже десять добровольцев, которые готовы пойти в это плавание. Старшим на кнорр пойдёт один из бывших подчинённых Синеуса. Собственно, он на нем и командовал во время перехода сюда. Договорились, где в Царьграде будем друг друга разыскивать. Подожгли разграбленную галеру и разошлись в разные стороны.

Как ни странно, долго искать Синеуса мне не пришлось, собственно, как и галеру. Когда, выйдя из-за очередного мыса, увидел открывшуюся картину, даже рассмеялся. Синеус, убегая от галеры, пошёл на сумасшедший риск. Он, понимая, что шансов убежать не остаётся, повёл свой корабль прямо на рифы, которые располагались довольно далеко от берега и как бы отсекали определённое пространство чистой воды от остального моря. Не знаю, в какой рубашке родился этот везунчик, но он, благодаря маленькой осадке, сумел проскочить через подобие прохода и попасть в своеобразную лагуну, где сейчас и находился. Галера, которая его преследовала, не задерживаясь, сдуру сунулась за ним и, имея более низкую осадку, закономерно напоролась на рифы. Теперь возникла забавная для меня, но патовая для других участников представления, ситуация. Это, как в анекдоте, когда мужик медведя поймал, который его не отпускает. Так и здесь. Люди с галеры не могли попасть на берег, им этого не позволял сделать Синеус на своем драккаре. А сам Синеус не мог покинуть лагуну, потому что единственный выход перекрыт застрявшей галерой. Если честно, даже не знаю, как в этой ситуации быть. Сможем ли мы дёрнуть с этого места галеру, в случае, если избавимся от экипажа? А избавляться, думаю, придётся по-любому. Мне совсем не хочется, чтобы меня разыскивали везде и всюду за участие в этом противостоянии. Поэтому я решил, что свидетелей быть не должно.

С Синеусом получилось встретиться уже через пару часов. Я аккуратно подвел свой драккар к рифам, насколько это было возможно. А Синеус, со своей стороны, сделал то же самое. Потом он вплавь добрался до моего корабля. Здесь я и узнал все о происходящем. Этот варвар оказывается увёл у одного из знатных венецианских вельмож любимую дочь. Зачем его понесло в Венецию, история умалчивает. Там он, каким-то образом, встретил девчонку, от которой не смог оторвать глаз. Он не вдавался в подробности, как смог встретиться со своей зазнобой. Да ещё и о чем-то с ней договориться, не зная языка. Просто обозначил, что она согласилась с ним бежать. По-моему, она такая же оторва, как и Синеус. Понятно, что разъярённый папаша послал на поиски пропажи всех, кого только смог. Вот две такие галеры и смогли найти на морских просторах беглецов. Дальше, в принципе, все понятно, за исключением двух моментов. Первый — куда девались остальные корабли Синеуса? Второй вопрос — почему галеры с таким количеством денег в трюмах? На первый вопрос ответил Синеус. Оказывается, за несколько дней до организации побега он отправил два других драккара в Царьград. Решил, что на одном корабле удирать будет проще. А вот на второй вопрос ответа пока нет. Что будем делать с командой застрявшего корабля? По словам Синеуса, переживать о том, что команда сможет рассказать, кто помогал беглецам, не стоит. Мы для венецианцев все на одно лицо, так же, как и наши корабли. Поэтому, чтобы они там не рассказали, в случае, если сможем добраться в Царьград, проблем не будет. Там, таких как мы, много. Ну, что же? Раз все обстоит так, как говорит Синеус, то и смысла лить лишнюю кровь нет. Попытаемся с ними договориться о том, чтобы они добровольно покинули свой корабль, переправившись на берег. После этого попробуем его облегчить и сдёрнуть с прохода, освободив, таким образом, выход из лагуны.

На удивление, договориться удалось без проблем. Я потихоньку подвел свой корабль к галере, до которой оставалось метров тридцать, и один из наших варангов начал вести переговоры. В итоге, на галере нашёлся человек, который смог понять нашего бойца. Он не один год прослужил в гвардии базилевса и выучил язык. После недолгих переговоров, венецианцы начали покидать корабль. Мы внимательно за этим наблюдали и считали количество уходящих противников. Мне совершенно не нужно, чтобы случилась неожиданность после того, как приблизился к застрявшему кораблю. В этот раз обошлось без обмана, и все, находящиеся там люди, благополучно перебрались на берег. Мои бойцы, посетившие галеру, доложили, что она оказалась пустой, в смысле, не везла никакого груза. Поэтому, недолго думая, зацепили её несколькими веревками и попытались стащить с рифов. Удалось, практически без проблем. Таким образом, расчистили путь для корабля Синеуса, чем он незамедлительно и воспользовался.

На первой же стоянке, которую организовали на берегу, Синеус познакомил со своей дамой, которая бойко лопотала на своём языке, не особо обращая внимание на то, что её никто не понимает. Это была довольно миловидная, молодая девочка, немного широковата, если на мой вкус. Глядя на умиленное лицо Синеуса, в голову пришла интересная мысль: а почему бы не сделать его князем в славянских землях. Про Рюрика ещё слыхом никто не слыхивал. Так, может быть, на фиг скандинавов? Пусть берет и объединяет все земли в державу. А если со временем задружиться с венецианцами, то может получиться очень интересный расклад.

Глава 12

Не стал пока высказывать эти мысли Синеусу. Надо побывать в Царьграде, посмотреть на обстановку, прикинуть, что здесь и как, а потом хорошо подумать. Пока народ на землях будущей Руси живёт разрозненными племенами, и неизвестно, нужно ли им вообще какое-либо объединение. Ведь по сути, эти племена, живущие в южной части будущей страны, начали объединяться только тогда, когда давление со стороны степи стало слишком сильным. Как с этим делом все обстоит сейчас — непонятно. Вот и буду выяснять. И только тогда, когда все разузнаю, то подумаю, стоит ли заморачиваться со становлением Синеуса князем. После ночевки и отдыха продолжили путь в Царьград, теперь уже вместе с Синеусом. Продвигались довольно бодро, стараясь избегать встреч с какими-либо кораблями. На одном из попавшихся по пути островов переждали довольно сильный шторм. Чем ближе подходили к точке назначения, тем больше встречали разнообразных судов. Венецианцев среди встреченных кораблей пока не было, поэтому чувствовали себя спокойно. Синеус, как оказалось, довольно неплохо здесь ориентировался, он и вёл наш караван по довольно извилистому пути. У входа в пролив мы увидели венецианскую галеру, рядом с которой находились пять драккаров. Похоже венецианцев вылавливают все подобные корабли в этой местности. Пользуясь тем, что возле галеры получилось столпотворение, мы, не обращая внимания на крик находящихся на палубе венецианцев, спокойно вошли в пролив. Ветер дул попутный, поэтому и скорость получилось развить приличную. Галера начать преследование сразу не сможет, ей мешают находящиеся рядом корабли. Значит, есть шанс сбежать и затеряться. Что, собственно, у нас и получилось. Синеус привёл нас не туда, где находилась основная масса судов, не в порт, а к частному причалу, который принадлежит какому-то его знакомому. В принципе, укромное, тихое место и, главное, что оно укрыто со стороны акватории. Найти нас здесь, если специально не заходить в узкий заливчик, не просто. Знакомый Синеуса оказался греком с непроизносимым именем и довольно небедным. Ему принадлежало два огромных грузовых корабля. Конечно, огромных по сравнению с нашими драккарами. Нам повезло, что застали его на месте и смогли договориться о стоянке кораблей возле принадлежащего ему причала. Вернее, возле причала будет стоять только один наш корабль, остальные будут швартоваться к первому. Но нас это полностью устроило. Не переломимся, если будем покидать судно, проходя через палубу другого. Первые дни просто гуляли по городу, знакомясь с местными достопримечательностями и обстановкой. На рынок пошли только на четвертый день. В этом городе действительно можно приобрести все, что угодно. Но поразило меня не это. Знакомясь с ассортиментом товаров в различных лавках и рынках города, мы случайно попали на рынок, который торгует рабами. Вот здесь меня возмутило количество продающихся людей — выходцев из славянских племён. И, если Синеусу на это было наплевать, то я для себя решил, что буду делать из варанга князя. Пусть строит державу. Не дело это, когда безнаказанно торгуют нашими людьми. Поэтому, когда вернулись в арендованный для жизни дом, я позвал Синеуса на серьёзный разговор.

Не торопясь, объяснил ему, что раз уж он отхватил себе такое счастье в виде знатной венецианской дамы, то его положение должно соответствовать положению жены. А чтобы этого добиться, нужно ему становиться князем и строить свою державу. Только тогда родственники жены смогут принять его, как равного. А то так и останется в их глазах простым воякой, который увел у них женщину. Короче грузил его, как только мог, стараясь вложить в его голову мысль, что он должен уже становиться значимой величиной. Надо сказать, что я его больше испугал, чем смог убедить. Нет, не в том смысле, что он что-то боится, ему, по-моему, вообще на опасность наплевать, а в том смысле, что ему какая-либо ответственность на фиг не нужна. Он в этом плане человек простой. Есть команда, с помощью которой он добывает себе и им все необходимое, а на остальное — плевать. Только вопрос о будущих детях заставил его задуматься. Решили пока отложить разговор, слишком уж неожиданную тему я поднял.

Дальше меня закрутил лавина дел. На рынках удалось приобрести все необходимое для изготовления подобия напалма. Когда перегнал первую партию нефти и изготовил нужную жидкость, предложил Синеусу испытать её на воде, где-нибудь подальше от лишних глаз. Тот, хоть и относился к моей затее скептически, согласился, но плыть на драккаре куда-то отказался. Пришлось арендовать пролетки и добираться до пустынного берега по суше. Место подобрали шикарное. В небольшой, я бы назвал её полузаводи, к берегу прибило полусгнивший остов какого-то корабля. Можно сказать, кусок какого-то корабля. Вот в этот кусок и полетела керамическая ёмкость с напалмом, к которой я предварительно прикрутил кусок, смоченной в этой смеси тряпки, выполняющей роль своеобразного запала. Когда керамика разбилась, я хоть и был готов к чему-то подобному, но даже охренел от результата. В месте падения ёмкости возник клуб огня, который начал быстро растекаться в разные стороны. Та часть, которая попала в воду, казалось, начала гореть еще яростнее. Надо ли говорить, какими глазами на все это смотрел Синеус. Предложил ему попробовать потушить пламя. Только предупредил, чтобы не лез к жидкости голыми руками. Он почему-то отказался экспериментировать. Пришлось самому набирать ведро воды и лить его в пламя. Оно от этого реально начало гореть лучше. Похоже, все у меня получилось именно так, как я хотел. Возвращались домой в тишине. Уже дома, когда выпили по кружке вина, Синеуса прорвало. Он начал расспрашивать, сколько я могу сделать подобной жидкости и по чем буду её продавать. Пришлось обламывать и объяснять, что подобное буду делать только для себя, ну, может быть, с ним немного поделюсь. И то, что я умею делать такую жидкость, надо держать в секрете. Иначе, долго мы не проживем. Когда на пальцах объяснил, почему я так думаю, то до него, наконец-то, дошло. И он пообещал молчать.

На следующий день я пошёл по местным гончарам искать специалиста, который возьмется за изготовление необычного заказа. А задумал я изготовить керамические пустотелые подобия наконечников для стационарных арбалетов. Есть желание жечь вражеские корабли, не приближаясь к ним слишком близко. Выстрелил разок-другой и иди себе спокойно дальше. Вот и хочу, пользуясь случаем, заказать таких емкостей с большим запасом, также, как и ящиков, для безопасной транспортировки этих емкостей. Ящики вообще надо будет делать хитрыми, с ячейками под каждую ёмкость. При этом, ёмкости должны сидеть в этих ячейках плотно и не болтаться. Поэтому, эти ячейки должны быть сделаны в виде своеобразного конуса, в который плотно сядет керамический наконечник. Работа интересная, но довольно сложная. Поиски необходимых мастеров, готовых её выполнить, немного затянулись. Тем не менее, я их нашёл и смог договориться, хоть и обошлось мне это не дёшево. Да и срок изготовления получился не маленьким. Но меня все устроило. Времени до момента отправления в обратный путь ещё более, чем достаточно, поэтому, подожду.

Пока я ждал выполнения заказов в перерывах между перегонкой нефти, много гулял по городу. Почему-то меня все больше тянуло на арабский рынок. Да, я жалел людей, которых там продавали, сам недавно был в шкуре раба. Но, в тоже время, понимал, что помочь я им в данный момент ничем особо не могу. Допустим, выкуплю я какую-то часть. А дальше что? Доставить их домой не смогу, как и обеспечить им нормальную жизнь здесь. Выкупить и отпустить — это будет ненадолго. Думаю, очень быстро они окажутся в тех же загонах. Осознание этого и бесило больше всего. Несмотря на то, что с каждым посещением настроение уходило в ноль, все равно продолжал приходить. Как будто магнитом тянуло в это место. Во время одного из таких посещений ко мне и обратился один из невольников на языке, очень похожем на мой родной. Имеется ввиду, в этом мире. Он попросил выкупить его вместе с подчиненными из рабства и пообещал за это принести клятву верности и отслужить десять лет. Как выяснилось из разговора, он был воеводой в древлянском племени. В плен попал после поражения в битве с хазарами. Вместе с ним здесь продавались и сорок пять его воинов. Когда начал интересоваться у торговца стоимостью этих воинов, тот предложил выкупить оптом всех подобных пленников, которых набралось больше двух сотен человек. Здесь были воины из разных народов, но объединяло их одно: все они были из земель, которые позже станут Русью. Подумал немного и заключил сделку с торговцев на покупку всех воинов скопом. Решил хоть как-то вооружить их, купить корабли и отправить домой. Хрен с ней, со службой, почему-то захотелось мне сделать широкий жест, вот и не стал отказывать себе в удовольствии. Но сначала, сразу после покупки повёл всех этих людей в местные бани. Нескольких своих бойцов отправил на рынок покупать новую одежду, потому что те лохмотья, в которые одеты пленники, одеждой назвать сложно. Других двух бойцов отправил домой с приказом подготовиться к встрече большого количества людей. Пусть в арендованных домах подготовят комнаты для проживания и закупятся готовой едой. Сегодня освобождённые переночуют у нас, а завтра займёмся их снаряжением для дороги домой. Синеус, честно сказать, не понял моего порыва. По его словам, я маюсь дурью и, если мне некуда девать деньги, то будет лучше, если я отдам их ему. Когда после ужина объяснил бывшим пленникам, как решил поступить с ними, они реально опешили и почему-то не спешили радоваться. А утром ко мне подошёл десяток человек во главе с воеводой, который ко мне обратился на рынке. Они просто поставили меня перед фактом, что хотят пойти ко мне на службу. Нет, не эти десять человек, а практически все освобожденные, за исключением пяти человек, у которых, как оказалось, есть с кем добраться домой. Вот так нежданно- негаданно, я обзавёлся здесь серьёзной дружиной. Да, я не стал отказывать этим людям, а заключил с ними, как здесь говорят, ряд. Другими словами, заключил контракт, в котором оговорили все условия сотрудничества. На самом деле воины сами захотели принести клятву верности и теперь, как говорится, они мои с потрохами. Некоторые из них оказались семейными и попросили, в случае такой возможности, забрать в моё селение их родных. Естественно, пообещал, что постараюсь сделать это как можно быстрее, а вернее, сразу, как вернемся на территорию проживания их племён. И да, обратно пойдём по рекам и переволокам. С таким отрядом это можно делать, не боясь нападения всяких кочевников. Нет, напасть кочевники могут, но это маловероятно. Не рентабельно такое нападение, а дурных и неспособных думать в степи не так уж и много. После всей суеты с принятием присяги, с самыми авторитетными воинами начали обсуждать будущее вооружение отряда. То, что всем придётся заказывать изготовление арбалетов, не обсуждается. Это и так понятно. Очень уж они себя хорошо зарекомендовали. А по другому оружию и, особенно броне, спорили до хрипоты. В итоге, несмотря на то, что основные боевые действия будут происходить на море, решили, что всем будем делать тяжёлые доспехи по подобию нарисованного мной доспеха испанских пехотинцев пятнадцатого века. Конечно, если упасть в такой броне в воду, выплыть будет нереально. Но, с другой стороны, защита получится на порядок лучше, чем принято делать сейчас. А это имеет значение, и немалое. Как-то же испанцы воевали на море в таких доспехах? Значит, и мы сможем. Обязательным будет и копье. Это оружие также, как и щит с арбалетом, будет у всех. Что касается мечей, топоров, булав или чеканов, то будем заказывать то, что кому больше нравится. Когда договорились обо всех мелочах, включая даже покрой одежды и вид рюкзака, занялись поисками мастеров, способных изготовить все необходимое. Если бы это был любой другой город, могли бы возникнуть проблемы с изготовлением такого количества оружия и брони. Для Царьграда такое производство проблемой не стало. Главное, чтобы было, чем платить. Пользуясь случаем, заказывал все то же самое и бойцам, с которыми сюда пришёл. Более того, прикинул четыре типоразмера, заказал ещё сотню комплектов в запас. Про себя подумал, что оставшиеся на хозяйстве бойцы обидятся, если их не одеть также, как и остальных. Когда выделял на все это деньги, то понял, что не так и много мне досталось ценностей с венецианской галеры. Очень недёшево обойдётся мне снаряжение отряда. Но, с другой стороны, другого такого отряда здесь не найдёшь. Я имею ввиду снаряжение.

Когда пришёл наш кнорр, отправленный ранее в самостоятельное плавание, пришлось заниматься ещё и реализацией награбленного. Здесь помог знакомый Синеуса, у которого мы припарковали свои суда. Он очень быстро смог раскидать по знакомым купцам груз, притом, по очень выгодным ценам. И даже за неплохие деньги продал сам корабль, который этот груз привез. После решения этих проблем я продолжил заниматься комплектованием снаряжения своего разросшегося отряда.

Синеус долгое время наблюдал со стороны за этой суетой и, наконец, не выдержал. На одной из прогулок по городу он задал вопрос:

— Ты сам решил стать князем?

Посмотрел на него, усмехнулся и ответил:

— Нет конечно, мне, в отличие от тебя, это не нужно.

Тут же, какбы в продолжение ответа, спросил:

— А ты всё-таки решился?

Он как-то немного помялся и сказал:

— Да, смотрю, ты скоро все деньги растратишь и не на что будет строить государство.

Потом после паузы продолжил:

— На самом деле это шутка, как ты понимаешь. Я много думал об этом, советовался с женой и пришёл к выводу, что ты, как всегда прав. Придётся мне впрягаться и начинать работать в этом направлении. Если ты, конечно, не передумал вкладываться в это дело деньгами.

Ответил сразу:

— Нет, не передумал и денег, по моему мнению, ещё более, чем достаточно. Но и мысли кое-какие дополнительные появились. Интересно послушать?

Когда Синеус согласился с тем, что ему будет интересно, я прочитал целую лекцию на тему того, что можно сотворить здесь перед возвращением на родину, имея деньги. Ничего сверхъестественного ему не предлагал. Просто показал на рынке рабов, сколько и каких специалистов продаётся, и задал вопрос:

— Сколько времени, при наличии людей и инструментов, на новом месте займёт подготовка к производству той же брони или холодного оружия? Потом на пальцах объяснил, кто и в каком количестве для этого нужен. Притом, перечислил всех, начиная от мастеров, умеющих делать путевый кирпич, заканчивая рудознатцами, кузнецами и литейщиками. Синеус на это только головой качал и задавался вопросом: откуда я все это могу знать. Насчет знаний тоже подсказал. Кто мешает купить здесь грамотных, толковых помощников? А может быть, и каких-нибудь учителей, с прицелом на будущее. Грамотные и верные советники и помощники все равно понадобятся. Короче, в процессе этого затянувшегося разговора загрузил бедного Синеуса по полной программе. Правда, он не растерялся и тут же отыгрался. Он просто попросил меня помочь найти пару толковых советников, а дальше он уже сам справится. Пришлось обещать помочь. А куда деваться? Ведь мне эта затея тоже выгодна. Поэтому, стараться буду и для себя тоже.

Дальше все закрутилось в каком-то сумасшедшем темпе. Помощников для Синеуса пришлось поискать, непростым оказалось это дело. На рынке рабов подходящих людей обнаружить не получилось. Те, кто были, не устраивали по тем или иным причинам. Найти получилось при помощи хозяина арендованного особняка. Он посоветовал дать взятку одному из чиновников, занимающихся продажей конфискованного за какие-нибудь грехи имущества. Благодаря этому совету, получилось выкупить сразу трех толковых управляющих, готовых служить не за страх, а за совесть.

Синеус решил набрать себе дружину из варангов, у которых заканчивается срок их службы. По предварительным прикидкам, он сможет нанять приблизительно около пятисот человек. Количество немалое, но, по моему мнению, недостаточное. Синеус успокоил, сказал, что, как минимум, ещё столько же наберет на родине. Потом будет пополняться в покоренных племенах. Главное, чтобы было, чем вооружать новобранцев. А с самими бойцами проблем не будет. Ну, хозяин — барин, ему виднее. По большому счету, я практически готов к походу домой. Да и время подходящее. Надеюсь, что реки уже освободились ото льда. Правда, купленные драккары, которые приобрели у викингов, пришедших устраиваться здесь на службу, не переоборудовали на наше парусное вооружение. И не купил подарки родным и близким людям. А так дружина полностью готова. Народ оценил удобство и качество амуниции и снаряжения. Наш отряд сильно выделялся среди других с лучшей стороны. Решил всем бойцам выдать по небольшой сумме денег, в виде аванса. Пусть пока здесь закупятся чем-нибудь для себя. Бойцам, которые пришли сюда со мной, выдал довольно большие по нынешним временам деньги. Я бы сказал, что все они в одночасье стали довольно обеспеченными людьми. Выданных им денег хватит не только на подарки родным. При желании, они могли бы прикупить здесь по неплохому домику. Меня порадовало, что в глазах новых бойцов я не увидел зависти. Наоборот, заметил даже радость за своих товарищей и сослуживцев. За время, проведённое вместе, люди успели подружиться. Особенно этому способствовали совместные, выматывающие тренировки. А я, чуть не с первого дня, начал гонять новых бойцов вместе со старыми по привычному для нас раскладу. Поэтому, времени для того, чтобы притереться друг к другу и подружиться, у моих людей было достаточно. Выход назначил через две недели. К этому времени будут готовы стационарные арбалеты на новые корабли и косые паруса на них. Сразу, по установке парусного вооружения, мы и отправимся домой. После покупок подарков и кое-какого, необходимого мне груза, практически все оставшиеся деньги передал Синеусу. Он, конечно, знал, что я взял большую добычу. Но даже не предполагал, насколько она большая. Поэтому, и стоял с квадратными глазами, глядя на сундуки с золотом. Серебро к этому времени я израсходовал полностью. Себе оставил двадцатую часть от суммы, что передал Синеусу. По большому счету, сейчас мне деньги не нужны, но на чёрный день запас должен быть. Всё-таки, наверное, надо два слова сказать о грузе, который повезу домой. Про такие мелочи, как чай с кофе или большое количество разнообразных специй, молчу. Это и так понятно. Как и про множество других, небольших и занимающих мало места, товарах. Основным грузом моих кораблей будут разнообразные ткани, как дорогие, так и не очень. Хочу, чтобы жители моего селения выглядели нарядно и не нуждались в подобном товаре продолжительное время. Дополнительно накупил какое-то запредельное количество разнообразных ниток. Помню, какими глазами женщины смотрели на нитки, из которых вязались сети. Пусть порадуются. На самом деле, если бы Синеус знал, сколько я потратил денег на разные, по его мнению, безделушки, он бы точно получил инфаркт. Но, я считаю, что денег ещё добуду, а такие товары в наших краях редкость. Поэтому, и не пожалел денег. До выхода оставалось меньше недели, когда мне представилась возможность проверить всех своих людей в деле. Надо сказать, что по своему обыкновению, сразу после того, как поселились в арендованном особняке, первое, что я сделал — наладил качественную караульную службу. Поэтому, когда на нас напали венецианцы, вычислившие местопребывание разыскиваемой дочери вельможи, мы отреагировали мгновенно. Караульные смогли сдержать первый порыв нападающих при помощи арбалетных выстрелов и подать сигнал тревоги. Измученные постоянными тренировками бойцы, отреагировали мгновенно, когда во двор особняка начали забегать венецианцы. Их встретили мощным арбалетным залпом. Пока противник перестраивался и решал, как быть в этой ситуации, бойцы экипировались и вышли на улицу строиться, полностью готовые к предстоящему бою. Как потом выяснилось, нападавших было две с половиной сотни. Мои ребята справились с ними минут за пять. Просто, после того, как все оказались на улице и построились, не дожидаясь действий противника, сами пошли в наступление, закрывшись щитами и ощетинившись копьями. Притом, это наступление сопровождалось арбалетными залпами бойцов, забравшихся на крышу дома и наверх других построек. Сверху поддерживали атаку товарищей. Когда сошлись в ближнем бою, противник ничего не смог противопоставить закованным в броню воинам. Поэтому, этот бой надолго не затянулся. Венецианцев, как катком переехали. Надо отдать им должное, дрались они отчаянно, и до самого конца схватки так и не побежали. Подводя итоги этого противостояния, можно сделать однозначный вывод: в таком снаряжении равных моим бойцам в этом мире нет. У нас погиб один из караульных, ещё два человека получили резаные раны в заднюю часть бедра. Был у венецианцев очень шустрый боец, который и смог каким-то образом нанести эти раны. Но вы просто вдумайтесь в соотношение потерь: один погибший и двое раненых против двух с половиной сотен. Разница несравнимая. Синеусу, в связи с этим нападением и нашим отъездом, пришлось заняться организацией охраны особняка. Мои люди, почувствовав свою силу, даже вести себя начали по-другому. В их поведении появилась уверенность, которая прослеживается в опытных воинах. Когда полностью закончили подготовку к походу, попрощались с Синеусом, предварительно договорившись о следующей встрече. Потом спокойно и тихо погрузились на готовые к плаванию корабли и отправились домой.

Глава 13

Синеус отправится в свой поход не раньше, чем через месяц. Не все у него ещё готово. Мне его ждать не с руки, надо успеть вернуться до холодов, а дорога впереди длинная и непростая. В принципе, я за него спокоен, на суше у него достаточно бойцов, чтобы отбиться от любого противника. Тем более, венецианцы вряд ли рискнуть снова предпринять попытку нападения. Помимо того, что им изрядно перепало от нас, так ещё и местные власти предъявили претензии. Я предполагаю, что венецианцам пришлось не хило потратиться, чтобы замять это дело. На море Синеус сможет удивить своих противников, благодаря десятку стационарных самострелов и приличному запасу керамических наконечников с подобием напалма. Поэтому, думаю, что все у него будет нормально. Нас ни в проливе, ни на выходе в Черное море никто не встречал. Уйти получилось спокойно, без проблем. Скорее всего, наблюдение велось за особняком, точнее, за людьми, которые его покидают. Раз дамы с нами не было, то и не нужны мы никому.

К Днепру решил идти напрямик. Во-первых — так быстрее, а во-вторых — дорога знакома. Думаю, не заблужусь, лишь бы шторма не было. Плавание проходило спокойно, и, я бы сказал, быстро. Ветер был почти попутным. Народ ещё не успел до конца отойти от интенсивных тренировок, поэтому, наслаждался отдыхом. Кроме наших судов, больше кораблей не было, да и не могло быть. Местные передвигались в основной своей массе вдоль берега. Поэтому, встретить кого-либо посреди моря, практически не реально. К устью Днепра вышли почти точно, промахнулся, буквально, на несколько километров. Конечно, местные эту реку называют по-другому. Славянские племена зовут её Славутич, а иностранцы — Данапром. Но мне привычнее Днепр, поэтому, так дальше и буду называть. До порогов поднялись вообще без проблем, а вот дальше начались песни с плясками. Нет, ничего суперсложного с переволоками не было, просто муторно все это и долго. Даже несмотря на то, что здесь было кому с этим помочь. Здесь не самые спокойные места, но, тем не менее, нашлись отчаянные люди, которые здесь поселились и занимались, за отдельную плату, помощью в преодолении препятствий. Не стал и я отказываться от этой помощи, хоть и готов был справиться своими силами. Просто, чем быстрее мы преодолеем эти препятствия, тем лучше. Когда разглядывал просторы пустующих земель, меня преследовала навязчивая мысль: должны пройти целые столетия прежде, чем эти земли начнут заселяться и обрабатываться. А ведь здесь для земледелия, можно сказать, идеальные условия. Почему так должно быть? По сути, кочевые народы всегда проигрывают оседлым. А в этих краях борьба затянулась на многие столетия. Может, потому что других земель хватает или из-за раздробленности и отсутствия одного центра власти? Ну, вот придёт Синеус, займётся объединением племён и посмотрим, что из этого получится.

Дорога по реке получилась скучной, другого слова и не подберешь. Очень уж все происходило медленно и рутинно, не нравится мне так. За последнее время я успел привыкнуть к другому ритму жизни. Медленное, размеренное её течение на реке изрядно выводило из себя. Зато, было достаточно времени все обдумать и наметить свои дальнейшие действия. С такой дружиной, как у меня сейчас, в это время можно наворотить немало дел. Если бы я был обычным викингом, то мог бы быстро стать успешным разбойником, но мне ведь этого не надо. В душе так и тлеет огонёк ненависти к этой братии. Поэтому, разбойником стану, но грабить грабителей буду. Постараюсь сделать так, чтобы они моря начали бояться больше, чем своих богов. Сейчас у меня для этого есть всё.

На одной из ночевок на берегу Днепра на нас попытались напасть. Правда, сделали это бестолково, как мне кажется. У нападавших весь расчёт строился на внезапности и скорости нападения. Просто, со стороны степи, к разбитому на берегу реки лагерю понеслась конная лава. Возможно, на ком-нибудь другом это могло и сработать. С нами кочевникам (а это были они) не повезло по-крупному. Во-первых, подход конной массы услышали загодя, успели собраться и подготовиться. Во-вторых, ветер дул со стороны реки, навстречу нападавшим. И в-третьих, степь после зимы ещё не успела покрыться высокой зелёной травой. Конечно, трава росла, но была она ещё невысокой и, можно сказать, только пробилась сквозь ковёр лежалой сухой растительности. Поэтому, когда началась атака, мы организованно погрузились на корабли, отошли от берега и начали стрелять из стационарных арбалетов болтами с керамическими наконечниками, наполненными напалмом. Притом, сразу разделились на две группы кораблей. Одна из них пошла вниз по течению, вторая, соответственно, вверх. При этом, обе группы кораблей продолжали стрелять. В итоге, кочевники оказались перед стеной огня, которая, благодаря ветру, понеслась им навстречу. Не могу сказать, чем закончилась для кочевников борьба с пожаром. Думаю, ничем хорошим. В любом случае мало им не показалось. Конечно, поступать подобным образом — варварство. Но, с другой стороны, сами виноваты, нечего борзеть. Живите мирно, и все будет нормально. Решили по лёгкому разжиться чужим добром — будьте готовы к ответке. На следующий день мы продолжили подниматься вверх по течению реки. Ещё несколько дней прошло прежде, чем вышли из зоны пепелища, где не осталось ничего живого. Знатный получился пожар.

Когда пошли первые поселения, в каждом из которых был своеобразный торг, стало понятно, почему здесь застыли в развитии на одном уровне на долгие столетия. Всё просто. Здесь живут самодостаточно, если так можно выразиться. Люди сами делают все, что нужно для нормальной жизни. Если разобраться, то кроме предметов роскоши или каких-нибудь диковинок, здешних обитателям ничего не нужно. Есть все свое. Вот и живут веками так, как привыкли. Всколыхнуть это болото Синеусу будет не просто.

Незадолго до Киева нам навстречу выдвинулась ладья, полная одоспешенных воинов. Когда они подошли к нам достаточно близко, чтобы можно было говорить, не напрягая голосовые связки, стоящий на ладье, богато одетый воин, начал вещать о том, что в город нас не пустят. Они просят проходить мимо, не приставать к берегу. Им, дескать, не нужны проблемы со степью, жителей которой мы обидели. Мне такая постановка вопроса не понравилась, но и нагнетать не стал. Немного подумал и ответил, что пусть будет так. Не буду заходить в их город, раз они так дорожат дружбой со степью. Пройду мимо. Сарказма в моем голосе не заметить мог только глухой. Дело в том, что чуть не каждый год происходили набеги степняков, и такое поведение горожан, по крайней мере, было странным. Ну, не мне их судить, пусть живут, как хотят. Нет у меня интересов в этих краях. Так я успел подумать до следующего вопроса этого воина. Дело в том, что на реках и переволоках никогда не брали плату за проход с воинских отрядов. Плата за проход взималась с купцов, и то — чисто символически. Гораздо больше брали, если купец хотел торговать на местном торгу. Тогда — да, это стоило денег, и немалых. Так вот, этот наглец спросил, чем мы собираемся платить за проход. Это была даже не наглость, нас тупо провоцировали на агрессию. Что же, у них получилось. Не знаю, какой реакции от меня ждал этот воин. У меня непроизвольно на лицо наползла улыбка и я ответил:

— Платить будем огнём. Никогда не видел, как горят города, интересно будет посмотреть. После этого ответа, громко, чтобы услышали на всех наших кораблях, приказал готовиться к бою. Народ начал активно облачаться в доспехи и готовить арбалеты. Хоть и не хотелось мне встревать в какие-либо разборки, но и спускать подобное было нельзя. После моей команды о подготовке к бою воин, спросивший о плате, что-то пытался сказать. Вернее, начал угрожать. Ответил коротко. Если через сотню ударов моего сердца он не успеет убраться, то умрёт. Несмотря на его крики, воины, находящиеся с ним в ладье, все поняли правильно. Они налегли на весла, пытаясь побыстрее убраться, как можно дальше. После того, как подготовились к бою, продолжили, не торопясь, подниматься вверх по реке. Через час стало понятно, почему местные себя так повели. Из-за изгиба реки стало выплывать множество разнообразных плавательных средств. Здесь были и ладьи, и простые лодки. Я заметил даже несколько драккаров. Было этих плавательных средств реально много. Все они были переполнены местными ратниками и степняками. При любом другом раскладе, шансов спастись флотилии, подобной нашей, не было бы никаких. У нас тоже их немного, но они есть. Благо, что до противника было ещё довольно далеко. Времени на реакцию и принятие решения было достаточно. Поэтому, секунду подумал и отдал приказ разворачиваться и, не дожидаясь команды, начать стрелять из стационарных арбалетов болтами с напалмом. Разворачиваться и уходить пришлось по той простой причине, что слишком плотно шли сверху все эти лодки и корабли. Когда все это загорится, совсем не хочется потерять от огня свои корабли. Первые же выстрелы привели к странному результату. Несмотря на разгоревшееся всепожирающее пламя, лодки почему-то не стали расходиться в стороны, как можно было ожидать, а так и продолжили идти вниз сплошной массой. Из этого скопления раздавались истошные крики, но при этом, вся эта масса продолжала двигаться вниз. Мы продолжали стрелять. Скопление лодок, превратившееся в один огромный костёр, продолжало плыть вниз по реке, громко крича и стеная. Так продолжалось до очередного изгиба, где всю эту горящую массу начало прибывать к берегу. У нас появилась возможность спокойно миновать этот огромный костёр и продолжить путь. Препятствие, мешающее это сделать, устранили. Мне очень хочется посмотреть, как будет гореть охреневший город, и что мне теперь скажут его жители. Впереди нас неслись несколько кораблей, сумевших спастись от воздействия огня, и сейчас удиравших к городу. Несколько из них удалось поджечь на пределе дальности выстрелов из арбалета. Остальные смогли удрать. Посмотрим, насколько далеко. Шли мы, не торопясь, внимательно отслеживая обстановку вокруг. Честно сказать, я не ожидал, что местные жители могут объединиться со степняками и напасть. Но раз это случилось, можно ждать от них любой подлости. Поэтому, и двигались неторопливо, чтобы в случае чего, успеть среагировать на опасность. Со стороны правого берега появилась небольшая роща. Никакой опасности оттуда не исходило, но я решил немного похулиганить и попугать местных жителей. Поэтому, проплывая мимо, мы подожгли эту рощицу при помощи напалма. Этим своим поступком я как бы дал понять местным, что лес им не поможет и не спасёт. Отвечать за проявленную дурость придётся по полной программе.

Думаю, мой огненный посыл горожане поняли правильно. Потому что, когда я подошёл к пустым причалам, со стороны городских ворот к нам направилась целая процессия, возглавляемая волхвами. Не стал их дожидаться возле кораблей, а во главе пары десятков воинов, закованных в железо, двинулся навстречу. Далеко идти не пришлось, уже через пару десятков метров наши пути пересеклись.

Начало разговора мне не понравилось. Старичок-волхв, возглавлявший процессию, начал с наезда. Типа, кто мне дал право играться с огнём и жечь на своём пути, что ни попадя. Мне такая постановка вопроса не понравилась, поэтому, даже отвечать не стал, а сразу повернулся и пошёл обратно. Когда подошёл к кораблям, отдал команду начать обстрел города. А бойцам, не задействованным в стрельбе, покинуть корабли и строиться, чуть в стороне. Я не просто разозлился, меня буквально трясло от ярости. Мало того, что подло напали, так ещё и предъявлять что-то будут. Я вас научу вежливости. После первых же выстрелов в городе начались пожары, а волхвы, пришедшие с горожанами на переговоры, попытались встать на пути стрел арбалетов. Так-то, и хрен бы с ними. Но ведь можно же при таком раскладе и самим загореться. Если после попадания стрел в этих смертников, горящие брызги долетят до кораблей. Поэтому, просто дал команду бойцам пристрелить героев от греха подальше. У бойцов рука не дрогнула. Десяток волхвов, пытающихся помешать жечь город, упали замертво, а замершие истуканами, при начале обстрела, зашевелились. До них наконец-то дошло, что шутить с ними никто не будет, и они начали кричать о переговорах и выкупе. Приказал прекратить стрельбу и позвал одного из этих переговорщиков. Когда тот подошёл, просто показал на ближайший драккар и сказал:

— К вечеру этот драккар должен быть полон серебра. Как только последний лучик солнца зайдёт за горизонт, в случае, если серебра не будет, я сожгу здесь все. А потом пойду по округе и буду жечь все леса и поля. Посмотрим, как вы будете жить на пепелище.

Мужик ошарашенными глазами смотрел на драккар. По моему мнению, в этом городе, по определению, не может быть столько серебра. Несмотря на довольно немаленький размер, город не производил впечатление богатого. Я сознательно назначил цену, которую они не смогут заплатить. Просто решил немного помочь Синеусу. Ведь не собрав денег и зная, что убегать смысла нет, они вынуждены будут пойти на переговоры и искать компромисс. Вот и будет уход под руку Синеуса таким компромиссом.

Пока в городе решали, что делать с моим ультиматумом, мои бойцы разговорились с пришедшими к нам переговорщиками. Оказывается, пожар в степи наделал немало бед. Помимо напавшего на нас отряда степняков, погибло несколько становищ кочевников. Вот родственники погибших и пришли под стены города на сутки раньше нас с ультиматумом. Либо город даёт плавсредства и помогает нас ликвидировать, либо будет война на уничтожение. Учитывая количество пришедших кочевников, городские власти решили, что проще будет справиться с нами, чем ввязываться в войну на уничтожение. Выяснилась и причина: почему корабли не разбегались от начавшихся пожаров. Они оказались связаны между собой, чтобы наши суда не смогли прорваться сквозь строй при любом раскладе. Получается, перехитрили сами себя. В итоге, погибла не только пришедшая сюда орда, а ещё и множество присоединившихся к ней местных воинов и гостей города, решивших под шумок подзаработать. Да уж, наделали мы тут шороху. В степи стойбища остались без защитников. Город стоит, по сути, без воинов. При желании, можно было бы забирать все это себе без больших проблем. Только оно мне нафиг не нужно. Скоро придёт Синеус, он пускай и разбирается со всем этим. Он, правда, хотел начать объединение с севера. Но, думаю, и отсюда начать можно.

Незадолго до наступления темноты пришла очередная делегация из города. Эти представители реально удивили. Они не стали просить снизить количество выкупа или каким-нибудь другим образом пытаться договориться. Они просто попросили отсрочку с выплатой до завтрашнего обеда. Охренеть, у этих крохоборов, оказывается, есть запрошенное количество серебра. Вот и что теперь делать? Мне оно, в принципе, не нужно в таком количестве. Если разойдется информация, что у меня есть такое количество денег, я замучаюсь отбиваться от желающих их заполучить. А я не сомневаюсь, что информация разойдется, и количество этого серебра, благодаря слухам, вырастет в разы. Правда, и то, как я расправляюсь с врагами, обрастает не меньшими слухами. Короче, надо над этим хорошо подумать.

На следующий день к нам из города потянулись телеги с серебром. Чего в этих телегах только не было. Ассортимент изделий поражал и заставлял завидовать самому себе. Действительно, было на что посмотреть. Конечно, с горой драккар не засыпали, но по борта заполнить сумели. Я не стал придираться, и так куш неожиданно выхватил такой, что как бы не подавиться.

Пришлось оперативно перераспределять груз, раскладывать равномерно по кораблям. В принципе, пока перегруза нет, но, если путешествие продолжится в том же стиле, придётся захватывать дополнительные корабли. Понятно, что я так шучу, это истерическое. Просто не ожидал ничего подобного. Отчалили в тот же день. Решил, что нам теперь надо спешить. Попробуем убраться подальше, пока информация о перевозимом нами грузе не успела разойтись далеко.

Скорость движения выросла в разы. Теперь, даже если был попутный ветер, мы не убирали весла, а продолжали двигаться максимально быстро. Даже ночевки сократились до минимума, старались идти все светлое время суток. Люди не роптали и работали изо всех сил. Они не хуже меня понимали, что везём. Соответственно, понимали и последствия расходящейся информации. Нам бы побыстрее добраться до моря. Там вода следы скроет. Ну, а если вдруг нас всё-таки найдут, то им же хуже. На море просто не подпустим к себе и спалим. А на суше отсидимся в крепости. Выковырять нас оттуда будет ох, как непросто. Единственное, по возвращении, надо будет заняться заготовкой запасов продуктов, чтобы чувствовать себя в безопасности и переживать возможную осаду, ни в чем не нуждаясь. Во встреченных впоследствии городах и городках никаких проблем не возникало, никто с нас за проход плату не требовал. Правда, относились к нам почему-то настороженно, это чувствовалось. Но, при этом, как-либо провоцировать не пытались, и нас эта настороженность сильно не напрягала.

По дороге напряженно думал, как лучше поступить. Добираться до родного моря по рекам и озерам с переволоками. Или рисковать и идти в Балтийское море, двигать вокруг Скандинавского полуострова. Если бы не добытое серебро, то я по-любому шёл бы через Балтику и по дороге жег все встреченные корабли. Сейчас ситуация немного поменялась. Это серебро надо в любом случае привезти домой в целости и сохранности. От него, в большой степени, будет зависеть безопасность родных и близких. Поэтому, все-таки принял решение идти по рекам.

То, что мы сильно ускорились и передвигались максимально быстро, нам сильно помогло в конце пути. Мы уже почти добрались до моря, когда резко и сильно похолодало. Как-то я не припомню такой погоды в этих краях в это время. Потом всплыло воспоминание из прошлых жизней. Получается, что в будущем, в наших краях станет намного холоднее, и даже море будет замерзать. Что делать с этой информацией — не знаю. Но то, что так резко похолодало, это неприятно, как бы река не замёрзла. Несмотря на риск попасть в шторм, не задерживались нигде ни под каким предлогом. Шли максимально быстро, как только могли. В реку вошли без проблем, собственно, как и начали по ней подниматься. С каждым днем, я буквально кожей чувствовал, что река вот-вот встанет. Когда подошли к протоке, ведущей к поселению, по реке уже шла густая шуга. Вода стала, как кисель. Можно сказать, успели в последний момент.

Дома нас не ждали. Нет, ждали конечно. В этом году уже не ждали. Народ прибежал к протоке, предварительно выяснив, что это — не противник, а я вернулся. Обратил внимание на поведение и внешний вид людей. Сравнить есть с чем. Прошли, можно сказать, половину мира. Так вот, наши люди отличались улыбчивостью и какой-то жизнерадостностью. Все были весёлыми, хорошо одетыми и энергичными. Складывалось ощущение, что здесь живут беззаботные и счастливые люди. Мои бойцы с каким-то недоумением и даже настороженностью смотрели на их непосредственное поведение. Дядька, примчавшись одним из первых, после обнимашек и спада накала от встречи, начал было рассказывать, как они прожили самостоятельно больше года. Еле смог его притормозить и уговорить перенести на завтра все разговоры о делах. Попросил организовать охрану кораблей и разместить людей на отдых. Мы реально вымотались напрочь, особенно за последний отрезок пути. Людям нужен добротный отдых, все остальное — потом. Когда увидел изрядно подросшую стену поселения, то понял, что здесь не бездельничали во время моего отсутствия. Стена возвышалась метров на пятнадцать и даже давила своей монументальностью, несмотря на то, что снаружи была деревянной. Её бы одеть в камень снаружи, получилась бы реально сильная крепость. Может, когда-нибудь этим и займемся. Сейчас достаточно того, что есть. Когда зашёл внутрь поселения, даже потерялся слегка. Помимо того, что количество домов изрядно увеличилось, все они были какими-то нарядными. Только, когда присмотрелся более внимательно, понял, что они покрылись всякими красивостями, типа наличников с резьбой. Вдоль домов появились широкие тротуары, выполненные из дерева. А часть улиц покрыл камень. Удивили, нечего сказать. Когда добрался домой, понял, что попал. Очень уж выразительно глядели на меня мои женщины.

Глава 14

Несколько дней мы бездельничали и даже корабли не разгружали. На улице немного потеплело, поэтому и не спешили. Я дал людям отдохнуть. Правда, это касалось только команд кораблей. Все остальные жители поселения, наоборот, трудились, как пчёлки. Расчищался участок леса для освобождения места под дополнительные сараи, в которых будут зимовать корабли. Строилось несколько помещений для хранения привезенного добра. Часть добычи разойдется по жителям селения. Но некоторая часть, как и серебро с золотом, надо где-то хранить. По крайней мере, до тех пор, пока не сделаем путевый тайник. А у меня есть мысль, как минимум половину драгоценных металлов спрятать вне селения. Пусть будет заначка. Мало ли, как жизнь повернется. С женщинами случился перебор. Нет, я не жалуюсь и с горем пополам справляюсь. Но, то что перебор — это точно, и с этим надо что-то делать. Пока три из них были беременными и потом занимались младенцами, ещё куда не шло. Но когда все они… Короче, думаю вы меня поняли. И, да, Забава, наконец-то, добилась своего. Подловила в бане после того, как посидели с дядькой и слегка обмыли моё прибытие. Ситуация сложилась таким образом, что и мертвый не устоял бы. Как она прорвалась сквозь толпу желающих, история умалчивает. Но то, что она настырная до безобразия, думаю, мне ещё аукнется, и не раз. Моих новоприобретенных бойцов местные дамы сразу взяли в оборот. Думаю, недолго им придётся холостыми бегать. Следующим летом я планирую снарядить пару кораблей в поход за семьями некоторых из них. Справятся с этой задачей самостоятельно. Вообще, после возвращения и небольшого отдыха, меня попытались припахать по полной программе. Но, так как я уже опытный, то смог отбиться от этих поползновений. Решил, что и так все хорошо работает. Поэтому, вмешиваться в управление селением не собираюсь. С подарками угадал. Бабы во все времена одинаковы. Когда отдал дядькиной жене гору тканей, попросив распределить её среди женщин селения, началось что-то невообразимое. До драк не доходило, но было к этому близко. Надо было не на разнообразие делать ставку, а на количество. Зато, через неделю, люди в поселении дружно переоделись в нарядную одежду. Своих дам тоже не обидел. Просто вывалил им гору тканей и попросил делить между собой самостоятельно. Как ни странно, они справились с этой задачей без проблем и ругани. Часть серебра выдал бойцам в качестве премии. Теперь они стали завидными женихами. На них и так был повышенный спросом, а после того, как появилось серебро в руках, так и вообще стали на разрыв.

С первым снегом в селение в очередной раз пришли представители племени с предложением, чтобы я стал у них князем. Как рассказывал дядька, в других селениях племени дело идёт к бунту. Всё хотят жить так, как мы. Поэтому, народ и гонит старейшин на переговоры. Эти представители опять начали ставить какие-то условия, пытаясь что-то выдать. Не стал даже вникать. Сказал им, что мне не интересны все эти их хитро сделанные подходы, я даже вникать в подобные предложения не буду. Высказав все, что думаю по этому поводу, занялся осуществлением своих задумок. Я сейчас говорю о создании запасов продовольствия на случай осады. Сейчас самое время закупить все необходимое. Поэтому, дядьке предстоит дальняя дорога. Решили, что он посетит не только ближайший торг, но и прокатится довольно далеко от нашего края. Чтобы по дороге никто не мог его обидеть, вместе с ним поедут полсотни бойцов для охраны от лихих людей. Эта зима проходила на каком-то расслабоне. Много охотился, особенно, по первому снегу. Потом в кузнице соорудили подобие ледобура, и я научил народ ставить сети под лёд. Как не крути, а свежепойманная рыба намного вкуснее, чем после заморозки. Ближе к средине зимы в селение пришёл очередной волхв. Этот отличался от других ростом и шириной плеч. Могучий дядька и повёл себя резко, с наездом. Предъявил мне, что я не таскаю идолам подарки в виде серебра и золота. А на вопрос, зачем богам эти металлы, внятно ответить не мог. Только твердил, что боги все видят, и накажут. В процессе разговоров я выяснил, что он сюда прибыл аж с острова Рюген, где находится основная тусовка местных волхвов. Тамошних главарей напрягло, что я стал добывать много ценностей, и при этом, с ними не делюсь. Вот и отправили этого кадра выбить неустойку и научить правильной жизни. Пришлось объяснять, что они не правы, богам не интересны материальные ценности, а кормить бездельников я не собираюсь. Я не против платить за лечение народа или за его обучение чему-нибудь полезному. Но за просто так никому ничего платить не буду. Через несколько дней бестолковых разговоров этот кадр не нашёл ничего лучше, чем проклясть меня, и пообещав, что в следующем году у нас начнется падеж скота, удалился с гордо задранным подбородком. Дурак, это не лечится. Придётся организовать охрану пастбищ и полей. Думаю, какие-нибудь доброхоты, чтобы доказать всю пагубность нашего поведения, попытаются отравить нашу живность. Посмотрим, что у них получится. Если будет все, как я думаю, может придётся наведаться на этот чудо-остров и позадавать вопросы на тему: что такое хорошо, а что такое плохо. Вот почему людям не живётся спокойно? Если чуть выползешь и выделишься из серой массы обывателей, обязательно найдётся сила, которая предложит делиться. Случилось этой зимой и нашествие желающих попасть в дружину. Если поначалу я занимался с претендентами сам, то потом взвалил все это на плечи нескольких опытных воинов. Просто объяснил этим воинам, что они будут подбирать бойцов в свои команды, с которыми и будут ходить в походы. Вот и стараются отобрать лучших из лучших. В охрану поселка тоже решил добавить людей. Прикинул, что здесь должно быть минимум пару сотен бойцов. Благо платить есть чем, а моё спокойствие важнее денег. Всё-таки, когда твои родные находятся в безопасности, и сам в походе чувствуешь себя увереннее. В селение, уже по привычке, на зиму пришло наниматься на работу множество людей. Дядька поначалу хотел отказать им. Всё-таки с постройкой стены закончили и такого количества леса больше заготавливать не нужно. Но после разговора со мной — передумал. Стены строить правда больше не надо, но запасы сухого леса не помешают. Собственно, как и большее количество обрабатываемых полей. Количество людей увеличивается, значит, и земли расчистить надо больше. Основная масса рабочих в этом году ушла на заготовку камня. Не просто насобирать камней, а подготовить их к использованию. Значит — обтесать. Работа, надо сказать, адская, но высокооплачиваемая. Решили готовить камень и покрыть им все улицы селения, а со временем, и наружные стены. Если есть такая возможность, значит надо ей пользоваться. Вообще, эта зима прошла, можно сказать, не напряжно. У меня получилось полноценно отдохнуть. Когда на улице начало теплеть, я даже расстроился. Ведь это значит, что придётся идти в очередной поход. Конечно, если брать благополучие и достаток селения, то такой необходимости как бы и нет. Но ведь для меня главное в походе не добыча материальных ценностей, а возможность обкатать тактику борьбы с викингами. Как решил когда-то уничтожить их как класс, так и готовился все это время проредить этих разбойников как можно больше. А лучше вообще заставить бояться выходить в море. Поэтому, пойду в поход и буду жечь все встреченные суда. Пока только суда. А там посмотрим. Может быть, и некоторые селения навещу, где особенно любят измываться над рабами. Корабли начали готовить задолго до выхода. Все их в обязательном порядке проверили на гниль и по-новой просмолили. В этот раз в поход пойдут все имеющиеся у нас драккары. Притом, с большим количеством бойцов на некоторых из них, чем обычно. Только два корабля повезут по полсотни бойцов. Эти корабли пойдут за родными некоторых из наших воинов. Остальные шесть судов повезут по шестьдесят человек каждое. Конечно, такое количество бойцов создаст приличные неудобства из-за скученности. Но, я надеюсь, ненадолго. Хочу захватить у викингов ещё пару корабликов. Как говорится, для круглого счета. На самом деле, столько людей беру с собой только с одной целью — обкатать их в море. Если получится захватить какие-нибудь корабли, хорошо. Если нет — тоже не расстроюсь. Зато увижу, кто из новобранцев подходит для морских походов, а кому лучше нести службу на берегу. Да, за зиму приходило множество претендентов на вступление в дружину. Притом, настолько много, что, даже выбирая самых лучших, получилось набрать с перебором. Не гнать же. Поэтому, и забрал всех набранных бойцов с собой. Посмотрю на них в походе, а дальше — больше.

До места, где всегда встречался с Синеусом, мы пойдём все вместе. А уже оттуда разобьемся на пары и пойдём по разным маршрутам. Одна пара кораблей, как я уже говорил, пойдёт за семьями наших бойцов. Все остальные разойдутся в разные стороны и будут жечь или захватывать все встреченные корабли. Пора показать викингам, что они здесь — не хозяева.

К месту встречи должен прийти корабль от Синеуса. Принести весточку от него и, возможно, даже сходить с нами в набег. Посмотрим, как оно сложится. В любом случае, придется ждать. Я не собираюсь терять с ним связь. Раз уж подбил его на такое дело, как объединение племён, значит, буду помогать, чем смогу. А смогу пока только деньгами. Поэтому, приблизительно треть от полученного в качестве выкупа серебра, везу на эту встречу. Плавание прошло спокойно и, как всегда, когда прибыли на место, корабля Синеуса ещё не было. Здесь один день отдохнули и разошлись, как и планировали, в разные стороны. Мне пришлось остаться и ждать. Чтобы не бездельничать, я решил, по традиции, занять людей тренировками. Думаю, им будет полезно. Да и себя приведу в форму, а то слишком расслабился за прошедшую зиму.

В этот раз ждать долго не пришлось. Уже через полторы недели пришло два судна с бойцами Синеуса. Если честно, я думал он не усидит и приедет сам, но не срослось. По словам его людей, ему сейчас не до походов в дальние края. У него в самом разгаре идёт объединение и всё, с этим связанное. Ближайшие несколько лет ему хватит походов по месту. Не все племена восприняли идею объединения положительно. Поэтому, повоевать придется. Рассказали они и о том, как уходили из Царьграда. Венецианцы, на свою голову, подловили флотилию Синеуса в море. После того, как загорелись первые две галеры, у остальных хватило ума не лезть на рожон и пропустить от греха флотилию варангов. До венецианцев быстро дошло, что они не соперники варангам на море. Поэтому, пропустили и даже не стали преследовать. Похоже, смирились с потерей дочери вельможи. Думаю, после такой плюхи начнут искать варианты, как наладить общение. Ведь греческий огонь, как здесь называют напалм, по-любому захотят получить. На вопрос, пойдут ли бойцы Синеуса с нами в поход, ответили, что до встречи собирались сходить, но теперь не могут этого себе позволить. Переданное им серебро нужно как можно быстрее доставить Синеусу. У него, оказывается, есть определённые проблемы с деньгами. Он перед уходом из Царьграда сильно потратился на выкуп множества разнообразных мастеров, которых забрал с собой. Поэтому, в этом году ещё есть, чем рассчитываться с нанятыми воинами. А вот на следующий год возникнет проблема. Начинать свое правление с грабежа подданных — не самый хороший вариант решения проблемы. Переданное мной серебро очень пригодится и поможет не натворить глупостей. Из-за этого и придётся им торопиться доставить добрую весть.

На следующий день распрощались и разошлись в разные стороны. Мы пошли к берегам, где с большой вероятностью можно встретить корабли викингов. А люди Синеуса направились в обратный путь, домой.

В этот раз плавание не задалась. Уже на следующий день мы попали в сильный шторм. И самое хреновое, что укрыться от него не успели. Пришлось переждать в открытом море, выбросив за борт плавучие якоря.

Два дня нас носило по волнам и разбросало в разные стороны. Когда погода начала налаживаться, второго нашего корабля мы не обнаружили рядом. На такой случай договорились, что встретимся в той бухте, где ждали людей Синеуса. Как ни странно, благодаря шторму, мы оказались почти там, куда и хотели попасть. Поэтому, когда увидели вражеский берег, решили пробежаться в поисках кораблей викингов. Есть шанс, что после шторма они выйдут в море.

Больше недели мы провели возле чужих берегов и никого не встретили. У меня уже появились мысли поискать какое-нибудь поселение. Скучно стало без толку ходить вдоль берегов. И вот когда появились такие мысли, как будто в насмешку, нам встретился целый флот, состоящий из четырёх кораблей. Два судна оказались драккарами, которые охраняли торговые кнорры. Эти драккары сразу устремились к нам навстречу. Не дошёл ни один, сгорели ещё на подходе. Но, при этом, были очень близки к тому, чтобы перед гибелью нагадить. Викинги, находящиеся на этих судах, после того, как мы обстреляли их стрелами с напалмом, вместо того, чтобы покинуть корабль и спасаться вплавь, начали с какой-то сумасшедшей скоростью грести к нам. Не хватило им совершенно немного. А я подумал, что такое поведение может стать проблемой. Рано или поздно, у них может и получиться приблизиться. Аж плечами передернул, когда подумал, что мой корабль загорится и придётся лезть в ледяную воду. Кнорры сдаваться и не подумали, а начали убегать, притом в разные стороны. Как вы понимаете, за двумя сразу на одном корабле мне не угнаться. Поэтому пришлось выбирать, какой из них жечь, а какой брать на абордаж. Один из них мне показался поновее. Его и решил захватывать, а второй, соответственно, жечь. Если честно, мне было жалко жечь беззащитный корабль, который, наверняка, везёт что-то полезное. Но и рисковать я тоже не хотел. Не надо пока викингам знать, что их корабли просто сжигают, не оставляя шансов на сопротивление. Поэтому, сначала пробежался в сторону выбранного для поджигания корабля. Выстрелил по нему один раз. Этого вполне достаточно, чтобы сжечь это судно. Ведь погасить огонь викинги не смогут. И после этого устремился догонять второй, удирающий корабль. Когда догнал, на его борту выстроились и приготовились драться двенадцать человек. Понятно, что драться с ними никто не собирался. Хватило одного залпа, чтобы закончить это противостояние, а я мысленно настучал себе по голове. Кто мне мешал подойти к сожженному кнорру поближе? Если бы и там также выстроились для обороны, то потратил бы на его захват буквально несколько минут. И не пришлось бы его жечь. Теперь уже поздно сожалеть, в следующий раз буду умнее. Корабль вёз железные крицы. Очень востребованный товар в наших краях. Захваченного количества кузнецам хватит надолго. Про себя только выматерился. Кто мешал подойти ближе? Два корабля с таким грузом гораздо лучше, чем один. Расстроился напрочь. На захваченный корабль перевели два десятка человек и на драккаре сразу стало просторнее. Всё-таки, большая скученность изрядно напрягает.

Ещё две недели курсировали вдоль побережья без толку, и я решил возвращаться. Всё-таки душа болела за второй корабль, с которым потерялись во время шторма. Решил заканчивать с поисками приключений и идти в оговоренную для встречи бухту. Там буду дожидаться возвращения других кораблей и двигать домой. Мы, в принципе, не строили грандиозных планов на этот год. Главной задачей было обкатать людей, показать им, что такое море. Ну и наработать тактику в борьбе с викингами. Хотя, казалось бы, что там нарабатывать? Жги их, да и все. Но, как показывает практика, не все так просто. Надо будет хорошо подумать, как действовать, чтобы в один прекрасный момент не сгореть за компанию с каким-нибудь суперупоротым врагом. До места встречи добрались без проблем и, к сожалению, никого здесь не застали. Значит, будем ждать. Ушедшие в поход бойцы знают, что в этом году долго резвиться не нужно. Поэтому, надеюсь, что они скоро вернутся. Напрягло, что на место встречи не пришёл потерянный во время шторма корабль. Очень надеюсь, что с ним все в порядке, и он смог пережить этот шторм.

Только через две недели появилась первая пара наших кораблей. Они, как и мы, привели в качестве трофея один кнорр. Правда, им повезло больше, чем нам. Они встретили и сожгли ещё четыре вражеских корабля — три драккара и один кнорр. Это торговое судно пришлось сжечь потому, что оно перевозило приблизительно полсотни воинов. А рисковать своими людьми, главный в этой паре, не захотел, и правильно сделал. Захваченное судно было заполнено очень дорогим, но, практически бесполезным для нас, грузом. Судно везло какое-то нереальное количество мехов. Притом, мехов дорогих, большую часть которых составляли шкуры соболей и песцов. Конечно, я бы больше обрадовался металлу. Но не выбрасывать же. Будем одеваться в дорогие одежды, раз получилась такая оказия. Почему-то у меня даже мысли не возникло о том, чтобы продать этот товар. Наверное, потому, что и так денег есть больше, чем достаточно.

Оставшуюся пару наших кораблей ждали ещё полторы недели, и честно сказать, я за это время изрядно понервничал. Они привели с собой целых три трофея. Один из них был драккаром. Этой паре повезло порезвиться больше всех. Сначала они, один за другим, сожгли четыре драккара. От одного, пошедшего в последнюю атаку, не глядя на огонь, только чудом увернулись. Наверное, по этой причине, следующий встреченный корабль решили захватывать. Правда, там и ситуация сложилась таким образом, что поступить по-другому было бы глупо. Наши корабли для того, чтобы спрятаться от потрепавшего нас шторма, зашли в один из многочисленных заливов, где застали стоящий на якоре драккар. Большая часть его команды находилась на берегу. Понятно, что они не могли не воспользоваться таким подарком, и, перебивая из арбалетов остатки команды, захватили это судно. Оставшиеся на берегу викинги ничего с этим не смогли сделать. Развлекались отстрелом настырных викингов, которые ночью попытались вплавь добраться до своего корабля. Переждав шторм, продолжили плавание. Почти сразу встретили один из двух кнорров, приведённых ими. Его взяли вообще без проблем. Как говорится, аппетит приходит во время еды. Так и здесь. Вместо того, чтобы заканчивать и возвращаться, эти варвары решили продолжить охоту, и не прогадали. Через несколько дней встретили кнорр, идущий под охраной драккара. Драккар сожгли, а кнорр захватили. В итоге, они получились самыми результативными охотниками. Один из торговцев вёз зерно, а у второго в качестве груза оказалась соль. Вот это очень удачный приз. Что не говори, а соль всегда приходилось экономить. Это продукт, который востребован везде и всюду. Ещё пять дней подождали возвращения последнего корабля и, не дождавшись, отправились домой. До входа в реку дошли без проблем, а вот со входом в реку намучились. В этом году река по какой-то причине обмелела больше обычного. Чтобы завести корабли в реку, пришлось разгружать их полностью и перетаскивать через отмель волоком. Справились, конечно. Но изрядно потрудились. В поселение вернулись вроде и победителями, но из-за пропавшего корабля с непонятным горьким привкусом этой победы. Наверное, поэтому и праздник, по традиции устроенный жителями селения, прошёл как-то не совсем радостно.

После небольшого отдыха, затянувшегося на несколько дней, жизнь вошла в привычное русло, наполненное трудами и заботами. У дядьки начала болеть голова, куда пристроить захваченные кнорры, которые, в отличии от драккара, нам совершенно не нужны. Мы занялись подготовкой к зиме кораблей и переделкой захваченного драккара. Мне, как всегда по возвращении, выносили мозг мои женщины. Половина из них были беременными, поэтому, особенно вредными. Короче, все шло хорошо, пока в селение не примчался на лодке один из рыбаков, живущий гораздо ниже по течению реки. Он известил нас о том, что по реке идёт наш драккар, которому требуется помощь. Все дела были отложены, и я на двух драккарах помчался искать наше судно. Уже через два дня мы долетели почти до устья реки. Никогда мы ещё не плавали с такой скоростью. Суда, казалось, летели над водой, а не плыли. Это оказался драккар, потерянный во время шторма. Половина людей, входящих в команду корабля, отсутствовала. А большая часть из второй половины оказалась раненой.

Глава 15

Расспросили команду и выяснили, что с ними произошло после шторма, и почему они так задержались. Об их приключениях можно было бы написать отдельную книгу. Во время шторма им жутко не повезло. Каким-то образом у них сорвало плавучий якорь и судно с сумасшедшей скоростью понесло непонятно куда. У команды только и хватило сил на то, чтобы держать корабль против волны и в авральном режиме готовить новый плавучий якорь. Вроде и времени прошло не особо много, пока смогли сбросить очередной якорь, но унести их успело очень далеко. Более того, когда тучи начали рассеиваться, впереди по курсу обнаружили землю. Этого не могло быть, потому что во время начала шторма находились достаточно далеко от какой бы то ни было земли. Чтобы выяснить куда занесло корабль, пришлось довольно долго идти вдоль берега в поисках знакомых очертаний. Когда разобрались — сами себе не поверили. Их унесло не просто далеко, а, практически, на другую сторону полуострова. Чтобы добраться до назначенного места встречи, надо пройти не маленький путь. Несколько дней двигались вполне благополучно, а потом нарвались. Пересеклись с отрядом из четырёх драккаров уже практически в темноте. Не буду описывать всё, рассказанное про этот бой. Скажу только, что три корабля смогли сжечь вместе с экипажами, а с четвертым сошлись в ближнем бою. За счёт того, что успели дать залп из арбалетов — победили. Но победа далась очень тяжело и дорого. Половина команды погибла, вторая получила ранения. Они даже не смогли забрать захваченный драккар, его просто некому было вести. Поэтому собрали все трофеи, которые только нашли на чужом корабле, сожгли захваченный драккар и отправились домой. На место встречи решили не идти. Расстояние практически одинаковое, вот и пошли сразу домой. Всё бы ничего, но через пару дней судно дало течь. Из-за чего это случилось, ещё предстоит разобраться. Вода сочилась из части, которая находилась под водой. Поэтому посмотреть и отремонтировать не было никакой возможности. Так и двигались, практически постоянно вычерпывая прибывающую воду. Отдохнуть смогли, только добравшись до своего побережья. И то просто поели горячей еды и отоспались на берегу. Вытащить корабль на берег не хватало сил, поэтому, несколько дней, которые отвели на отдых, он стоял полузатопленный на мелководье. Когда немного отдохнули, избавились от воды и продолжили свое грустное путешествие. Так, потихоньку, с отдыхами дошли до реки, где встретили местного рыбака, и попросили сообщить о прибытии мне. Мужикам досталось не по-детски. На самом деле совершить такое путешествие, будучи ранеными, в непрекращающейся борьбе с ледяной водой, дорогого стоит. Когда вытащили судно на песчаную косу, выяснили причину течи. Скорее всего во время абордажа, при столкновении кораблей, несколько креплений досок лопнуло, появилась небольшая щель, сквозь которую начала поступать вода. Повезло, что лопнули не все крепления, иначе, корабль не спасло бы ничего. Чудом обошлось. Отремонтировали поломку прямо на месте, распределили людей по кораблям и отправились домой. Теперь все в сборе, за исключением двух драккаров, ушедших за семьями бойцов. Их раньше осени следующего года ждать не стоит. Хоть и погибла половина команды потерянного корабля, но на душе все равно полегчало. Люди нашлись и сумели добраться домой. Неизвестность всегда заставляет думать о самом плохом. Лучше уж так, чем все время думать, что произошло и почему.

Дома устроили очередной праздник. Теперь уже более весёлый и радостный. Во время этого празднования я ощутил резь в животе. Сначала подумал: может аппендицит какой или ещё что-нибудь подобное. Но когда кинуло в пот и начала накатывать слабость, сразу пришло понимание, что меня отравили. Чтобы не портить людям праздник, с трудом дошёл домой. Своим дамам приказал позвать бабку-лекарку, принести много молока и привести ко мне одного из дружинников. Все почему-то называли его Ваха, хотя имя у него было Велимир. Ваха отличался от остальных бойцов рассудительностью и наблюдательностью. Мне казалось, что он досконально знает все обо всех, очень он дотошный. Он прибежал первым. Я в это время в немерянных количествах пил молоко и тут же, вставив два пальца в рот, выблевывал выпитое. Пытался таким образом очистить желудок и свести последствия отравления к минимуму. Оторвался от этого занятия на минуту только чтобы поставить Вахе задачу найти отправителя. Даже успел немного подсказать, как и кого опросить. Когда приковыляла бабушка, сознание уже плавало. Тем не менее, я продолжал пить молоко и тут же от него избавляться. Что было дальше вышибло из памяти. Очнулся, как мне сказали, через три дня. Сил не было. Не то, что встать — рукой шевельнуть не мог. Помимо дикой слабости, присутствовала ломота в суставах и чуть притихшая, но продолжающаяся резь в районе живота. В комнате находилась Забава, которая, увидев, что я пришёл в себя, тут же куда-то умчалась. Вернулась назад в сопровождении бабки, которая и ввела в курс дела. Меня действительно отравили. Ваха по горячим следам смог вычислить отравителя, вернее отравительницу. Ей оказалась одна из моих вдовушек. Она и не отпиралась. Рассказала, что этот порошок ей дал один из волхвов, который пообещал увеличение моей мужской силы в разы. Вот она и постаралась. Волхв сбежать не успел, его перехватили уже за воротами поселения. Расспросили, как умеют, при помощи каленого железа. Поначалу тот только грозился и пытался терпеть пытки. Но бойцы сумели его сломать и узнать, чем и за что травил. Информация о составе яда помогла бабушке вытащить меня из-за кромки. А отравить меня решили на каком-то совете волхвов. Типа, раз не захотел делиться добром, значит, надо избавиться от такого индивидуума. С дядьки попроще будет требовать долю, чтобы умаслить богов, и таким образом, отвести беды от селения. Надо сказать, я сам виноват в этом отравлении. Уходя в поход, своим остающимся бойцам дал задание присматривать за пастбищами и полями. В случае, если обнаружат там посторонних, хватать и тащить к дядьке. Тот должен был закрыть их в надежном помещении и ждать моего возвращения. Бойцы поймали в течение лета трех волхвов на пастбищах, притом, двоих из них ночью. А чудо-родственник мало того, что отпустил пойманных, так ещё и мне не сказал ни слова об этом. Итог закономерен. Не смогли отравить скот, чтобы преподнести это, как кару божью, решили поступить кардинально — отравить меня. У них почти получилось. Правда, в наших краях, теперь нет ни волхвов, ни капищ. Обозленные бойцы, когда узнали кто, как и за что меня отравил, просто вырезали всех волхвов в округе. А попробовавших сопротивляться и отсидеться в осаде на капищах, просто сожгли вместе с капищами. Даже стационарные арбалеты туда не тащили, просто закидали керамическими наконечниками и подожгли. Вот такие дела произошли за три дня моего беспамятства. С волхвами мои люди, конечно, погорячились. Надо было их вылавливать живьём. Очень много накопилось у меня к ним вопросов, которые теперь некому задать. Ну, да ладно, что сделано — то сделано. Вызвал к себе Ваху и долго с ним разговаривал. Приказал ему отобрать себе десятка два человек и организовывать подобие службы безопасности. Обозначил ему права и обязанности, рассказал, как себе представляю работу подобной службы и отправил заниматься делами. Думаю, у него все должно получиться. Тем более, что ничего подобного от нас ожидать никто не может. Вот и посмотрим, как оно все сложится. С провинившимся дядькой тоже провел беседу. Его поставил в известность: если ещё раз нарушит мой прямой приказ, не посмотрю, что родственник, выгоню на фиг из селения вместе с семьей. Дам с собой забрать только то имущество, с которым когда-то его здесь застал после набега викингов. Его проняло, выходил он от меня даже как-то сгорбившись. Вдовушку, подсыпавшую яд, просто приказал выселить из моего дома и выделить ей жилье из построенных домов. Пусть живёт, но без меня. Это же надо быть такой безмозглой? Ну дура же! Пусть ищет себе другого мужика, мне такая не нужна. Конечно, за ребёнком присмотрю, мой все же. А отношений больше никаких не будет. Хотел было и остальных разогнать, но передумал. Жить как-то надо, а эти теперь уже ученые, вряд ли поведутся на подобное. Выздоравливал долго и тяжело. Я бы сказал, что чудом выжил. Да что там говорить! Вставать самостоятельно начал только в начале лета, очень уж забористой штукой накормили. В этом году в поход на викингов ушли три пары драккаров самостоятельно, без меня. У них задача такая же, как и в прошлом году: разбиться на пары и кошмарить чужое побережье насколько хватит сил. Я, за время вынужденной болезни, занялся налаживанием хозяйства. Вернее, наладил командование и ответственность. Привлеченные когда-то дядькой на командирские должности люди не совсем справлялись со своими обязанностями, вот и уделил им побольше времени, чтобы подсказать, научить, как организовать то или иное дело. Дошли, наконец-то, руки и до пасеки. Нет, мужик, когда-то найденный дядькой, справляется, но делает все по-варварски. Он весной вылавливает рои. Они весь сезон таскают мед. А к зиме пчеловод просто разоряет ульи, забирая собранный мед. У него не хватило ума оставить немного пчел и спрятать ульи на зиму в теплое помещение. Варвар. Что с него взять? Пришлось ругаться с этим твердолобым, который заявил, что роев много и нечего заморачиваться с их сбережением.

Дядька не смог продать захваченные корабли, но сохранить сумел. Их перегнали к одному из селений нашего племени в удобном месте, вытащили из воды, укрыли от непогоды, построив сараи. Не знаю, пригодятся ли они когда-нибудь. Но раз дядькина жаба не дала погубить эти суда, то пусть стоят на хранении. Может, и правда найдётся для них какое-нибудь дело. Вообще, несмотря на болезнь, скучать было некогда. Постоянно находилась масса вопросов, которые нужно было решать. Этой зимой всю стену укрыли двухскатной кровлей и, наконец-то, закончили изготавливать для неё стационарные самострелы. Получилось разместить пятьдесят штук, мало не покажется любому противнику. Кузнецы на сто процентов обеспечили железным инструментом потребности селения. Они даже растерялись, когда к ним перестали поступать заказы. Пришлось на пальцах объяснять, как правильно тянуть проволоку и плести кольчуги. Думаю, эта работа их надолго займёт, ещё взвоют. В связи с наплывом бойцов, а этой зимой опять пришло много желающих попасть в дружину, захваченных у викингов доспехов перестало хватать. Пока это не критично, но звонок прозвенел и что-то решать придётся. Я не говорю за такую защиту, какой получилось обеспечить воинов в Царьграде. Такое нам пока не по силам, но местный вариант доспехов надо научиться делать. Вот пусть кузнецы и начнут с изготовления кольчуг. После того, как прошёл ледоход на реке, проводили в поход наших бойцов. Несмотря на то, что в поход уходит такое же количество кораблей, состав команд на них обновился почти наполовину. Решил обкатать новичков морем и дать отдохнуть тем, кто уже несколько лет не вылезал из походов. Пусть маленько нагуляют аппетит. Не одному же мне киснуть на берегу. Когда начал вставать, пристрастился к рыбалке на удочку. Каждое утро, на рассвете в сопровождении оравы пацанов я шёл к реке, где прикормили место и таскали килограммовых карасей. Эта забава очень быстро стала любимым занятием пацанвы и, благодаря этому, свежей рыбой поселение было обеспечено с избытком. Рыбы и раньше хватало, сети не стеснялась ставить, но ведь на удочку ловить гораздо интересней, как и есть несоленую или копченую рыбу, а свежепойманную. За последние годы отвоевали у леса большие территории под пашню, поэтому, когда началась посевная, работой на полях обеспечили все население, даже воины поучаствовали. Конечно, народ привык, что мы всегда держим большие запасы зерна и по мере необходимости докупаем, сколько надо. Но отказаться от посадок никто даже не подумал, свое есть свое. Это надёжнее, чем купленное, могут ведь и не продать. В принципе, никогда такого не было, чтобы негде было купить. Но все ведь может случиться. По теплу начали строительство последних домов для семей наших бойцов, за которыми ушли два драккара. Это будут дома, которые мы строим в поселении. На этом заканчивается место, где их можно разместить. Теперь, при нужде, придётся либо строить за стеной (чего делать не хочется), либо пристраивать вторые этажи, чего пока мы не делали. Есть вариант строить ещё одно кольцо стен. Но эта местность не совсем подходит для строительства большого городища, точнее, совсем не подходит. Лучше тогда уж организовать ещё оно поселение. Благо, свободной земли хватает, как и удобных для этого мест. Пока не горит. А когда понадобится — будем думать. Много времени проводил со своими детишками. Вернее, они проводили его со мной. Пока был лежачий, деться от них было некуда. Поневоле приходилось быть нянькой, пусть и лежачей. Когда играл с детьми, пришла мысль: почему бы не заняться образованием детей, хотя бы на самом примитивном уровне. Составить привычный алфавит и научить народ читать, писать и считать. Много времени не понадобится. Пока, вроде, это не актуально, но ведь развиваемся же, пусть и потихоньку. Если сейчас приучить людей к грамоте, то со временем это принесёт свои плоды. Опять же, некоторые бойцы, служившие в гвардии базилевса, изучили там грамоту и язык. Так почему бы и не привлечь их к преподаванию? Пусть учат малышню, со временем обязательно пригодится. В связи с этим пришлось напрягать уйму людей. Всё ведь не просто. Чтобы что-то начать необходимо провести определенную подготовку. Как минимум нарезать бересты и наделать подобий ручек. Даже не знаю, как их назвать. Стило — как-то режет слух. Наверное, палочки для письма. Не важно, как это все называть, важно — иметь в наличии. Сначала пришлось учить своих женщин с прицелом на будущее. Есть у меня мысль взвалить потом обучение на их плечи. Неожиданно этим делом увлеклась Забава. Она быстро все усваивала, и после того, как научилась читать и писать, начала доставать меня сказками. Да, пришлось рассказать несколько сказок и записать их на бересте. Теперь, каждую свободную минуту приходится вспоминать и рассказывать сказки или забавные истории, адаптированные для этого времени. Короче, скучать особо было некогда. В середине лета поймали двух волхвов. Не поймали, а задержали. Они остались живы только по той причине, что я сильно ругался в прошлый раз, когда убили всех поголовно, и допросить, соответственно, было некого. Как оказалось, они шли ко мне с целью выяснить, что здесь произошло, и куда делись их коллеги. Рассказал, что произошло и попросил их здесь больше не появляться, дабы избежать никому не нужных смертей. Ведь люди все помнят, да и я не отличаюсь короткой памятью и всепрощением. Если поначалу вели себя даже где-то заносчиво, то под конец разговора сбавили пыл и даже попытались мириться. Мне они больше не интересны, так и и сказал им. Лучше враждовать с ними, чем ждать подлого удара в спину. Надо сказать, удивило отношение людей к ситуации с волхвами. Казалось, что они просто не заметили их отсутствия. По крайней мере, не горевали, что у нас перестали появляться представители этой братии. Вот и на фиг они мне нужны при таком раскладе. Я мог бы ещё понять, если бы люди были набожные, и им край нужен был поводырь. А, если они прекрасно обходятся без представителей культа, то и делать здесь нечего этим представителям. Бойцы, которые провожали их на выход, потом рассказали, что эти уроды начали грозить всякими карами. Похоже, опять придётся отлавливать вредителей. Ближе к концу лета вернулись два корабля, ходившие за семьями бойцов, и привезли кучу новостей. Синеус развернулся по полной программе. Везде люди только и разговаривали о князе-объединителе, при котором жизнь стала лучше. Всё у него получается. Поначалу пришлось схлестнуться с некоторыми несогласными, но, выиграв пару небольших сражений, Синеус смог показать, кто в доме хозяин, и сейчас активно расширялся, включая в сферу своих интересов все больше людей и земель. Со степью сейчас проблем нет, благодаря тому, что я изрядно проредил мужское население кочевников. Поэтому, больших проблем со строительством державы тоже нет. Семьи бойцов удалось забрать без проблем, хоть и пришлось помотаться за ними по разным краям и племенам. Зимовали корабли на Ладоге, в одном из небольших поселков, где жила одна из семей бойцов. С переселением никто не мешал. По дороге удалось избежать каких-либо конфликтов. Везде, где проходили наши корабли, бойцы старались собрать максимум информации о том, что говорят люди. О нас пока молчат, по крайней мере, слухов о том, что кто-то уничтожает викингов, пока нет. И это хорошо. Чем позже о нас заговорят, тем лучше. Дома, к приезду переселенцев, уже построили. Поэтому, расселить людей получилось без проблем. У нас даже образовался небольшой запас свободных зданий, но, думаю, что ненадолго.

Уходившие в поход пары драккаров вернулись все вместе. Поход получился удачным. Все три пары отработали на пять с плюсом. Оказывается, прежде, чем разойтись по своим участкам охоты, народ договорился, по возможности, захватить по драккару. Они подсчитали, что если этого не сделать, то в следующем году наших кораблей на всех не хватит. У них все получилось, и сейчас народ хвалился тройкой захваченных драккаров и парой кнорров. Помимо этого, ещё семь кораблей они сожгли. Сами потерь не понесли, и это — самое главное. Рассказали, что со стороны нашего побережья теперь, практически, не встречается кораблей противника. Похоже, неплохо мы здесь проредили поголовье разбойников. В следующем году придётся уходить дальше, иначе, можно и без добычи остаться. В захваченных торговцах перевозили шерсть. Оба корабля взяли в одном месте и, скорее всего, они принадлежали одному хозяину, так как загружены были одинаково. Не самый востребованный груз, но я ему сильно обрадовался. Просто, здесь не знают и не умеют делать валенки. Теперь этот пробел можно устранить. Сложного ведь в их изготовлении нет ничего. Зато, теплая обувь всегда будет в наличии.

Драккары сразу же начали переделывать на другое парусное вооружение, готовили их к зимовке. Всё шло своим чередом, а меня начали одолевать непонятные мысли. Типа, на хрен мне эти викинги? Ведь все есть для нормальной счастливой жизни. Может быть, забить на эту месть и жить в своё удовольствие. Немного обдумав эту мысль со всех сторон, пришёл к выводу: просто расслабился за время пребывания на берегу. Если не приструнить этих уродов, то никто не даст гарантии, что когда-нибудь опять я не попаду в рабство. Нужно так напугать этих разбойников, чтобы они не то, что забыли сюда дорогу, а даже глазом не косили в эту сторону. Поэтому, продолжим жечь их корабли. Потом, может быть, и по их поселениям пробежимся. В таких мыслях проходило время. Меня почему-то все сильнее тянуло в море. Всё-таки, что-то в нём есть. Меня начало тянуть со страшной силой. Я даже дни начал считать, когда закончится зима, и получится уйти в море. Так и становятся адреналиновыми наркоманами, не способными подолгу оставаться на одном месте. Когда такая мысль промелькнула в голове, сразу получилось успокоиться и продолжить жить без какого-либо напряга. Ближе к зиме начал пробовать нагружать организм физическими упражнениями и бегом. Несмотря на слабость, потихоньку приводил организм в нормальное состояние. Зимой начал ходить на лыжах, притом, довольно далеко. Совмещал эти походы с охотой и делал их не в одиночестве. Ближе к весне созданная служба безопасности проявила себя во всей красе. Бойцы у своих осведомителей, живущих в других селениях, сумели выяснить, что волхвы сумели уговорить одно из саамских племён пойти на нас в набег летом, после того, как основная масса бойцов уйдёт в поход. Вот кому неймется. Надо, наверное, вообще вырезать их по всему северу, может хоть тогда гадить перестанут.

Глава 16

Пришлось принимать меры. Здесь просматривалось сразу несколько вариантов противодействия. Начиная от возможности закрыться в крепости и переждать нашествие, до превентивного удара по селениям, собравшимся выделить мужиков для набега. Мы выбрали третий вариант. Попытаемся обмануть всех. Как обычно, после того, как река очистилась, мы собрались в поход. В этот раз идут десять кораблей или пять пар, кому как легче считать. После того, как вышли в море, не пошли к вражеским берегам, а, оставив в знакомой укромной бухте корабли под охраной пятидесяти бойцов, потихоньку потопали в сторону, откуда ожидается нашествие саамов. Понятно, что двигались скрытно, с разведкой пути и сильным охранением. Я не сомневаюсь, что до выхода в море за нами наблюдали и отслеживали каждый шаг нашей эскадры. А после выхода нас по-любому потеряли, вот и будет нежданчик агрессорам. Надо постараться не только отбить нападение, а после него ещё и пробежаться по краям напавших, проредить всех этих волхвов с шаманами, чтобы у них появился рефлекс: на любую агрессию прилетит ответка. Может быть, хоть при таком раскладе задумаются, нужно ли им это противостояние. Конечно, искать в наших лесах противника равносильно, что иголку в стогу сена. Но, на самом деле, когда известно откуда ждать гостей, вычислить, где они пройдут, можно. Это только кажется, что в лесу тысяча дорог. На самом деле, это не совсем так. Знающие люди со мной согласятся. Слишком много факторов завязаны на выбор пути. Поэтому, прибыли мы на заранее выбранное место, от которого можно быстро переместиться к любому из предполагаемых маршрутов противника. Разослали в разные стороны разведчиков и устроились отдыхать. Ждать пришлось долго. Без малого месяц мы провели на этом месте. Не раз и не два меня посещали мысли, что никто не придёт, и мы только зря теряем время. Подъели все взятые с собой припасы и, можно сказать, спасались рыбой. В небольшом озере с вытекающим из него ручьём оказалось на удивление много хищника. Притом, щуки и окуни попадались, реально, больших размеров. Никогда бы не подумал, что в этой луже может водиться такая рыба. Вот уж действительно не знаешь, где найдёшь, где потеряешь. Противника удалось обнаружить задолго до его прихода. Осатаневшие разведчики, которым, как вы понимаете, покоя не было ни днем ни ночью, уходили далеко вглубь чужой территории, и это принесло свои результаты. Да, и честно сказать, такую толпу трудно не заметить. В поход на нас собралось больше тысячи человек. Количество просто запредельное для нашей местности. По-моему, здесь собрались охотники сразу из нескольких племён, иначе такое их количество объяснить трудно.

Подловили мы их на стоянке. Наши разведчики вывели нас к их стоянке перед самым рассветом. Часовые этих агрессоров сидели возле костров и проглядели наше появление. Поэтому, у нас была уйма времени, чтобы построиться и атаковать с трех сторон одновременно. Резали перепуганных, ошалевших от неожиданности людей, как баранов. В принципе, какого-то внятного сопротивления не было. У противника главной мыслью было, куда бежать и как спасаться. Убежало достаточно много народа, где-то половина. Но это были уже не бойцы. Когда мы подошли к первому селению саамов, сопротивления не было. Люди даже убегать не стали. Они приняли свою судьбу с какой-то обреченностью. Таких даже резать не интересно, поэтому, и не стали. Собрали всех в одном месте. Объяснили, за что они страдают. Изъяли у них меха, какие получше, и десяток девок покрасивее. Потом двинулись дальше. За месяц обошли двенадцать селений, везде было одно и тоже. Как-то так получилось, что все эти селения я как бы прибрал себе. Они будут платить дань или оброк, как кому больше нравится. А я их за это не буду трогать. Размер, конечно, так себе, но они сами виноваты. Может быть, со временем что-то и изменится, не знаю. Пока, так. Измениться может, если в моей дружине появятся воины из этих селений, никак иначе. Вот это все им и объяснили. Надо сказать, что народ в этих селениях жил намного беднее, чем даже люди нашего племени, не говоря уже о наших сельчанах. Собственно, с них и взять-то, кроме мехов, было нечего. Понятно, что мы обошли не все посёлки, из которых уходили люди в набег на нас. На это не было ни времени, ни желания. Поступил проще. Видя, с какой покорностью и фатализмом саамы встречают свою судьбу, переговорил с их старейшинами. По сути, поставил их перед фактом: они посылают гонцов по всем селениям, люди которых участвовали в набеге, и передают мои слова. Либо зимой они приходят с подарками и идут под мою руку, так же, как и те, которых я навестил, либо на следующий год я приду к ним сам. Но тогда мало им не покажется. Не забыл я и про волхвов с шаманами. Понятно, что никто из тех, кого обнаружили в селениях не выжил. Помимо этого, удалось вычислить и три капища, которые, по сложившейся традиции, сожгли вместе с обитателями. При этом людям объяснили, почему это сделали, и как будем поступать с этой братией впредь, если, конечно, они не угомонятся.

Особо мы здесь не разбогатели, но, поставленные перед этим походом задачи, решили в полном объёме. Понятно, что ни о каком морском походе и речи быть не может. На это просто не осталось времени. Корабли, большую часть лета простоявшие в укрытой бухте, просто перегнали домой и законсервировали до следующего лета. Девок, которых непонятно зачем набрали в саамских поселениях, раздал воинам по возвращении домой, в качестве дополнительных жён. Не одному же мне мучиться со своим гаремом. Пусть повышают демографическую ситуацию в регионе. Так вот, распределили девок по молодым воинам, в добровольно-принудительном порядке. Похоже, это стало последней каплей, потому что в других селениях случился девчачий бунт. Дамы решили, что при таких раскладах они останутся без женихов и настроили своих родных на противостояние с старейшинами. Итогом всего этого стала очередная делегация, которая уже не просила, а требовала брать все селения племени под свою руку. Я, не подумав, выдвинул, как мне показалось, неприемлемые условия. Безоговорочное подчинение и десятина от всего выращенного и добытого другим путем. Будь то охота, рыбалка или даже сбор ягод. Что добыли — от того десятину и отдай. Они взяли и согласились. Благодаря этому, мне прибавилось забот на порядок. Меня опять начала закручивать бытовая рутина, поэтому, пришлось принимать кардинальные меры. Поступил просто. Уже немного набравшихся опыта руководителей направлений заставил заниматься тем же по всем присоединившимся к нам селениям. Пусть наберут себе помощников и решают все вопросы самостоятельно. А, чтобы им не было скучно, поставил задачу: за пять лет обеспечить уровень жизни во всех селениях не хуже, чем в нашем. Пусть занимаются и думают, как это все сделать. А мне некогда. Надо планировать поход на следующий год. Вот так, нежданно-негаданно я и стал князем, у которого во владении находятся огромные и слабозаселенные территории.

В начале зимы случилось нашествие саамов. Они не пошли на нас войной, скорее, наоборот. Пришли представители провинившихся селений. Я даже за голову схватился от того, что натворил. От каждого селения, помимо кучи мехов, эти дикие люди приволокли по десятку девчонок. Прикиньте, насколько я был охреневшим, когда в селение приволокли без малого три сотни молодых невест. А ещё больше охренел, когда осознал, за какую территорию я теперь несу ответственность. Но ведь на этом все не закончилось. Земля, как известно, слухами полнится. И здесь, слухи о том, что такое количество поселений ушло под мою руку, дошли до карелов, с которыми у нас никаких разборок не было. Общались мы с ними от случая к случаю. К чему я это все? Карелы, глядя на происходящее, решили поступить по примеру саамов и проволоки к нам в селение меха с девками. Притом, этих девок притащили чуть не в два раза больше, чем саамы. Тут уже не только я потерялся, а и мои бойцы, когда осознали, как им повезло с большим количеством потенциальных жён. Особенно обрадовались наши женщины. Ведь здоровая конкуренция в радость? Честно сказать, я не мог придумать, куда бежать от этой всеобщей радости. Пришлось срочно, во главе сотни бойцов, объезжать свои владения с целью изучить то, что мне досталось. И, конечно же, это пришлось начинать с самых дальних поселений нашего края. Так до весны и проходил, перебираясь из поселка в поселок. Понятно, что все не обошёл. Да что там! Я и половины не обошёл. Но, скажу вам, этот поход оказался очень познавательным и нужным. Узнал множество нового о крае, в котором живу, и, главное, о людях, его населяющих. Оказывается, здесь есть все. Только производится в мизерных количествах. В одном из посёлков добывают руду и выплавляют железо, в другом — работают с самородной медью, третий — втихаря промышляет добычей золота. Это только те, которые, можно сказать, самые важные. А как вам посёлок, в котором делают стекло? Пусть мутное и толстое. Но ведь делают же! Или, например, посёлок, в котором изготавливают ткань из хвои. Если подойти ко всему обнаруженному грамотно, с выдумкой, то здесь можно жить вполне самодостаточно, без сообщения с внешним миром. Есть над чем подумать. Домой возвращался с множеством идей и предложений. Рассудил, что, если у меня спокойная жизнь закончилась, значит, и всем остальным нечего расслабляться. Дома страсти маленько поутихли, все как-то устаканилось, само собой. Конечно, людей в поселении прибавилось и его уже можно назвать небольшим городом. Но не так все оказалось страшно, как виделось на первый взгляд. Сразу по возвращении, после небольшого отдыха, я собрал большое совещание, на котором рассказал о своём походе. Высказал предложения и озадачил приказами. Сильно не нагнетал, но потребовал разослать во все стороны представителей, которые соберут информацию о наших подданных. Меня, в первую очередь, интересует, чем народ живёт и какие ремесла развиты в том или ином селении. По возвращении из морского похода вся информация должна быть в наличии. Исходя из полученных таким образом сведений, будем действовать дальше. После этого совещания пришлось сдаваться на милость своих женщин, которые почему-то были довольно покладистые. Может, тоже почувствовали конкуренцию и задумались о дальнейшей жизни? Надо сказать, что за время моего отсутствия дружина выросла ещё на две с половиной сотни. Полсотни пришло от саамов, все остальные были, по большей части, карелы. Немного людей взяли из нашего племени, из тех, кому отказали в прошлом году. Все новобранцы останутся в селении, в поход пойду с проверенными людьми. Решил в этом году повоевать на море основательно. Хочу обогнуть Скандинавский полуостров и погулять, с другой стороны. Там викинги ещё не пуганные, и я надеюсь, что улов в этот раз будет намного больше, чем обычно. Один корабль придется отправлять в бухту, где раньше встречались с Синеусом, а потом и с его людьми. Сам на встречу не пойду. Для этого просто нет времени. А на словах весточку отправлю. Да, и интересно узнать, что и как происходит с объединением, и вообще, свежие новости. Начала похода дождался с трудом. Когда в доме много молодых баб — нехорошо. Очень напряжно это. Поэтому, не стоит завидовать многоженству. Это нелегко, заявляю со всей ответственностью. С трудом дождался, пока спустили корабли на воду, и после их погрузки припасами отправились в путь. Не передать словами, какое это счастье, когда тебе не выносят мозг, не задают глупых вопросов по типу: а ты кого больше любишь меня или… Сейчас, стоя у штурвала корабля, я был счастлив. Все-таки, как не крути, а мужику надо больше путешествовать. По крайней мере, для нервной системы полезно. До выхода в море шли без приключений, а вот в излучине реки даже слегка потерялись от открывшейся картины. Каким-то образом, на отмели у самого выхода из реки образовался огромный затор, состоящий из множества переплетенных между собой стволов деревьев и веток. Выход оказался перекрыт наглухо. Почему так случилось и из-за чего это произошло? Теперь не очень важно. А вот что делать в этой ситуации — ума не приложу. Пришлось становиться на якоря и выгружаться на берег. Будем растаскивать этот завал, других вариантов пройти дальше не просматривается. Не волоком же тащить корабли. Нам ведь ещё возвращаться, неизвестно в каком состоянии.

Расчистка пути затянулась на неделю. Все эти деревья приходилось вытаскивать на берег и складировать подальше от воды. В процессе расчистки из этого завала вытащили несколько огромных дубов, из-за которых и случилась эта пробка. Я понимаю ели или берёзы. Но откуда здесь взялись дубы, вообще не понимаю. Никогда их в наших краях не видел. Надо будет пробежаться на досуге вверх по реке. Может, найду что-нибудь интересное. Вдруг, там есть какая-нибудь страна обетованная, а я не знаю. По окончании работ получились два огромных штабеля, сложенных аккуратно. При желании, годного для сооружения каких-нибудь построек. Возможно, и пригодится для чего-нибудь.

Как только выбрались на открытую воду, сразу разошлись по намеченным делам. Один наш драккар ушёл на встречу с представителями Синеуса. Не думаю, что он все бросит и сам придёт в гости. Десять кораблей увел в плавание вокруг полуострова. Разобьемся на пары и разбежимся по разным направлениям на другой стороне.

Как-то так получилось, что встречи с судами викингов в этот раз пошли прямо косяком. Пока обогнули полуостров, пришла пора расходиться в разные стороны. У нас в наличии уже было пять захваченных кораблей, и все они были драккарами. Захватили и четыре кнорра. Но их, после того, как освободили от интересующих нас грузов, сожгли. Решили, что будем захватывать подобные суда на обратном пути, чтобы не потерять в скорости передвижения. На охоту выделил всего две недели. Договорились, по прошествии этого срока, встретиться здесь же, где и разошлись в разные стороны. Выделить так мало времени получилось по причине задержки с разбором затора на реке. Конечно, я страховался, можно было бы погулять подольше. Но, помня, как рано наступили холода в один из прошедших сезонов, решил не рисковать. Лучше вернуться раньше, чем зимовать где-нибудь в необорудованном месте.

Свою тройку кораблей повёл в сторону, так называемого в будущем, Финского залива. Конечно, третий корабль не очень в тему. На него пришлось формировать команду, при этом, уменьшая количество людей на своих судах. Но не бросать же. Тем более, этот кораблик довольно-таки свежий, ещё немало побегает. Чтобы не напрягать людей, решил тащить его на буксире. В случае столкновения у него одна задача — держаться, как можно дальше от боя. Поэтому, при обнаружении чужих кораблей, он сбросит буксировочный канат и уйдёт далеко в сторону от предстоящего столкновения. Несколько дней нам вообще не встречались какие-либо суда, и мы спокойно почти пересекли Балтийское море. Только на пятый день встретили целый караван судов, который трогать не стали. Шли пять ладей со стороны будущей Руси. Как я понял, в земли вендов. Правда, пришлось немного погоняться, чтобы получилось поговорить. Люди, находящиеся на этих судах, увидев драккары, сначала попытались сбежать, а потом сбились в кучу и приготовились обороняться. Получилось поговорить и разойтись миром. Тем более, что эти корабли, можно сказать, принадлежали Синеусу. Вернее, принадлежали племени, которое ушло под руку Синеусу. Попросил их передать привет князю при случае. На этом разошлись в разные стороны.

Со своим противником мне удалось пересечься только через четыре дня. До этого как-то не везло. Зато пересекся с викингами, возвращающимися из Царьграда. Три драккара получилось сжечь, а четвёртый захватить, и то случайно. Когда увидели эти корабли, действовали, как договорились. Буксируемый драккар сбросил буксировочный канат и стал отходить в сторону от будущего столкновения. Получилось так, что мы, используя тактику драпа, смогли увести за собой только три вражеских судна. А четвертое понеслось к третьему нашему кораблю. Это четвертое и получилось захватить. Притом, во время абордажа, у нас погибло только три человека и ещё семь оказались ранены. Всё потому, что наш драккар до последнего момента старался избежать сближения кораблей, при этом, активно отстреливаясь из арбалетов. К моменту, когда у викингов получилось сблизиться для абордажа, наши люди смогли ополовинить команду врага. Поэтому, во время стычки на коротке, получили численное преимущество, что, в свою очередь, позволило часть людей оставить за спинами и продолжить обстрел из арбалетов. Это и стало залогом победы. Мне очень понравились действия старшего на нашем драккаре. Грамотные, надо сказать, действия. Решил присмотреться к этому человеку получше. Такие командиры на вес золота.

Теперь нам пришлось брать на буксир два корабля и отправляться в обратный путь. Захваченный драккар оказался очень богат на дорогие трофеи. Похоже, команда этого корабля была очень удачливый, потому что в качестве трофеев нам досталось, помимо большого количества серебра, ещё и приличное количество золота. Золото, по большей части, было в виде изделий. Но, я и этому рад.

К месту встречи подошли вовремя, при этом, сумев избежать проблем. Сейчас, имея на буксире два захваченных корабля, нам нежелательно встревать в какие-либо стычки. Я не говорю, что нельзя. Можно, но не желательно.

Почти неделю ждали возвращения наших охотников. Вернулись все с прибытком. Также, как и мы, каждый наш корабль тянул по призу. Всё четыре пары взяли на абордаж по кнорру. Притом, некоторым пришлось выбирать: какой груз забирать с собой, а какой — жечь. Не было возможности забрать все захваченные суда.

Одна наша пара выручила купцов, которые на двух ладьях возвращались от венедов с очень дорогим грузом. Они, практически полностью загружены янтарем, и скорее всего, их хотели ограбить по наводке. Очень уж вовремя выскочили наперерез драккары, стоявшие до этого в засаде, как раз на пути следования купцов.

Я сейчас смотрел на столпотворение кораблей и пытался принять правильное решение. Нам столько судов не нужно, да и деть их в наших краях некуда. Вот и пришла мысль пойти вместе с купцами на Ладогу и там перезимовать. Тем более, купцы обещают помочь, как с продажами кораблей и товаров, так и с размещением на зиму.

Немного подумал и решил: два наших драккара отправляю домой. Бойцы расскажут в селении, что мы не придем на зиму. Таким образом, отправим весточку, чтобы родные не переживали. А сами, всем этим кагалом пойдём на Ладогу. Заодно, глянем, как люди живут. Устроим распродажу кораблей и товаров.

Плавание проходило спокойно. От такого скопления кораблей, какое было у нас, встреченные суда старались убраться подальше как можно быстрее. Благодаря купцам, которые хорошо знали дорогу, добрались относительно быстро и без проблем. Пришли в городок Ладога, который в этих краях был, можно сказать, торговой столицей. По крайней мере, торг здесь был на зависть.

Наше появление изрядно напугало здешний народ. Но, опять же, благодаря идущим с нами купцам, получилось договориться без проблем. Вместе с окончанием пути навалилось множество дел и проблем, которые пришлось решать быстро. Справился, честно сказать, с трудом. Не раз за это время поблагодарил богов за то, что встретил ушлых купцов. Они, реально, сильно помогли. Месяц прошел, пока все устаканилось, и появилась возможность вздохнуть посвободнее. Благодаря богатому торгу и наличию денег, здесь удалось закупить множество необходимых нам вещей, притом, хорошего качества. Особенно радовало наличие добротных доспехов и оружия, которых удалось приобрести приличное количество. Время, по большей части, проходило в походах по гостям к значимым людям города и в приёме ответных визитов. Поймал себя на мысли, что так и спиться можно. Продолжалось это почти до середины зимы, пока не случилось сразу два значимых события. Сначала на огромном санном караване примчался Синеус с приличным отрядом бойцов. А через неделю приехала довольно большая толпа волхвов. Притом, это были явно высокопоставленные представители религии. Очень уж они были важными и, как оказалось, умными.

Глава 17

Синеус удивил. Мало того, что он принёсся сам, так он ещё и привез с собой целый караван доспехов и оружия. Я по-настоящему был рад его видеть. Он ещё в начале лета узнал о том, что я стал князем и объединил несколько племен в одно государство. Помня, как он сам начинал подобное дело, и с какими трудностями при этом столкнулся, решил мне немного помочь. Для этого напряг всех своих многочисленных мастеров заказом на изготовление доспехов и оружия. Доставить его мне он планировал в следующем году кораблями. А когда до него дошла информация, что я пришёл зимовать в Ладогу, он не утерпел и отправился в путь, как только это стало возможно. Понятно, что все изготовленное к этому времени, забрал с собой и привез в подарок. На вопрос о том, сколько все это стоит, он только отмахнулся и сказал, что он мне должен гораздо больше. Поэтому нечего и говорить об этом. Поначалу он собирался погостить недельку и отправиться обратно, но, когда немного отошли от празднования встречи и начали общаться по будущему устройству государства и других подобных вещах, он переменил свое мнение и решил остаться до весны. Тем более, что проданные мной корабли, как оказалось, купили, главным образом, его люди. А разговоры у нас складывались очень интересные. Я пытался ему вдолбить, чтобы он занялся написанием свода основополагающих законов, согласно которым будут жить все следующие поколения. В этих законах обязательно прописать несколько важных моментов, главными из которых будут два. Первое — при любом строе люди должны быть вольными. Никакого рабства или крепостного права. Даже, если на территорию державы попал раб из другой страны, он автоматически должен стать вольным. Второе — централизация власти. Князь в державе должен быть один. Никакого разделения на удельные княжества. Есть князь, есть его помощники на местах, типа губернаторов или воевод. Неважно, как их назвать. Важно, чтобы они назначались князем и несли ответственность за свои деяния. Родственники князя — братья, сыновья и прочие могут и должны быть помощниками, но, только в случае, если имеют тягу и талант к какому-либо делу. Опять же, никакого пожизненного содержания. Вырастили, дали образование и какой-нибудь небольшой стартовый капитал. Дальше — крутись и зарабатывай, как сможешь. Вот в таких разговорах и проходило время. Надо сказать, Синеус очень внимательно слушал мои рассуждения. В некоторых местах пытался спорить, как, например, по поводу удельных княжеств. Кто лучше будет их развивать, как не родственники? Когда доказывал, что это — путь к развалу страны, приводил конкретные аргументы, почему так случится, он соглашался и переходил к обсуждению следующей проблематики. Меня радовало, как он подходит к делу. Есть надежда, что после него останется, действительно, сильное государство. Так продолжалось до появления делегации волхвов.

Поначалу разговор с ними не заладился. Эти служители культа снова начали с наездов, что, дескать, я побил их людей и веду себя неадекватно. Эта предъява взбесила, в какой-то момент я не сдержался и высказал все, что я думаю по этому поводу в частности, и по ситуации в целом. Начал с моего отравления. Обозначил, что на любую агрессию отвечу пропорционально сильнее. Потом перешёл на конкретику по сложившейся ситуации. В данном случае получается не сотрудничество светской власти с религиозной, а какое-то вымогательство и рэкет. Предложил объяснить мне, почему и за что я должен платить. А главное, кому? Внятного ответа не дождался и поэтому начал говорить, как, по моему мнению, это должно быть. Начал с взаимоотношений власти и религии. Раз человек сумел стать князем и построить державу, значит, без помощи богов не обошлось. С такой постановкой вопроса волхвы, хоть и покрутили носами, но согласились. Исходя из этого, служители богов не могут вмешиваться в управление государством, так как власть дана богами. С этим они вынуждены были согласиться. Как и с тем, что должны всячески поддерживать князя, на земле которого они живут. И только после этого перешли к финансовой стороне дела. Привел им в пример набирающее силу христианство. Там средства, которые жертвуются служителям бога, идут, по большей части, на постройки храмов, образование самих служителей, написание культовой литературы и на помощь пастве в сложное для людей время. Для чего тратятся средства, которое получают волхвы? Для красивой жизни главарей культа и для накопления в капищах. Смысла в этом не вижу. Я не против, чтобы мои подданные что-то отдавали волхвам в качестве подарков. Сам тоже не против потратить какие-нибудь средства, но на зримые проекты. Такие, как постройка храма или школы для обучения детей. Не против, если будут построены больницы, в которых волхвы смогут лечить людей. Но я никогда не дам денег для передачи их непонятно кому и куда. Если подход к религии, который я высказал не приемлем, тогда мне проще позвать тех же христиан и работать с ними. Если волхвы и дальше будут сибаритствовать и тупо паразитировать на людях, по сути, ничего не давая им взамен, они очень быстро, по историческим меркам, проиграют борьбу за умы другим религиям и исчезнут, как класс. Надо сказать, что все, высказанное мной, произвело впечатление как на волхвов, так и на присутствующего на переговорах Синеуса. В связи с этим, волхвы попросили сделать паузу в переговорах. Им надо все обдумать и принять какие-то решения. Понятно, что я был не против, да и вымотался, пока все высказывал, поэтому, пауза и мне пойдёт на пользу.

Пока волхвы совещались и решали, как им жить дальше, мы с Синеусом продолжили общение об обустройстве государства. Я предложил объединить земли под его рукой, но при условии, что он либо сам приедет и посмотрит, как все устроено у меня и сделает определённые выводы, либо пришлёт доверенных людей, которые изучат то, что я им покажу, и привезут ему информацию об этом. Долго объяснял ему важность обучения населения и принятия на всей территории державы одного алфавита и, соответственно, языка. Спешить с этим сильно не надо, но и затягивать не стоит. А добиться можно просто. Нужно отправить к нам толковых людей, которых мы обучим уже созданному алфавиту и правилам языка. Они и разнесут эти знания по княжеству, обучая детей бесплатно. Понятно, что это будет стоить некоторых затрат, но и выхлоп со временем будет не маленьким. Язык, как и письменность, послужат определенным объединяющим фактором, который поможет из разных племён сделать один народ.

До самой весны продолжались эти разговоры, и вылились они в свод основополагающих законов, которые не могли кардинально измениться, кто бы ни был у власти. Они могут быть дополнены со временем, но, при этом, не меняя своей сути.

С волхвами получилась тоже интересная развязка. Как оказалось, в их делегации присутствовало несколько действительно значимых людей. И, самое главное, что их зацепили мои высказывания. Это привело к бурным обсуждениям и спорам. Мы ещё несколько раз встречались и выслушивали друг друга по тем или иным вопросам. В итоге, все закончилось тем, что волхвы решили возвращаться к себе на остров и уже там, в расширенном составе, обсуждать услышанное и принимать какие-то решения. Забегая вперёд, скажу, что в конце концов, у нас получилось договориться и, благодаря этим договорённостям, вера предков получила право на жизнь и возможность противостоять набирающим силу новым религиям.

С наступлением весны началась активная подготовка к походу. Прежде, чем возвращаться домой, хочу в очередной раз проредить поголовье разбойников. Поначалу, Синеус тоже хотел пробежаться со мной к чужим берегам, но не срослось. Перед наступлением тепла к нему один за другим примчалось несколько гонцов. Судя по их донесениям, Синеусу предстоит схлестнуться с Хазарским каганатом. Поэтому, ему стало не до морских походов. Противник серьёзный, требующий основательной подготовки к предстоящему противостоянию. Правда, по словам Синеуса, он уже давно готов к чему-то подобному. Просто, старался не показать эту свою готовность вражеским шпионам. Он планирует раз и навсегда отбить охоту нападать на созданную державу. Поэтому, хазар ждёт сюрприз в виде большого количества напалма.

В поход уходили хорошо отдохнувшими и подготовленными. Синеус поделился готовым к употреблению напалмом, изготовление которого, можно сказать, поставил на поток. Он наладил поставки нефти из местности, в которой в будущем будет стоять город Керчь. Это оказалось ближайшее место, откуда можно было привезти земляное масло. Вот и возили по его приказу в товарных количествах. Не сказать, что напалм у нас закончился, есть ещё чем воевать. Но лишние запасы не помешают, поэтому отказываться от такого подарка не стал. Балтика встретила нас неласково. На море было изрядно волнение, решили переждать непогоду на берегу. Больше недели пришлось отдыхать и ждать установления погоды. Рыбачили и изощрялись в приготовлении рыбы разными способами. С нами в поход пошли знакомые купцы. Они не собирались воевать с викингами. Их интересовали будущие трофеи, а в большей степени суда, о выкупе которых они договорились с нами заранее. Их ладьи были переполнены людьми, которые будут перегонять выкупленные корабли. Когда эти купцы увидели, каким способом мы ловим рыбу, они буквально замучили меня вопросами и просьбами научить плести подобные сети. Надо сказать, что здесь хоть и знали сети, но изготавливали их не так, как мы. Более того, про путанки, при помощи которых мы, главным образом, добываем рыбу, они до встречи с нами даже не слышали. Пришлось показывать, рассказывать и учить вязать сети. Так или иначе, за время вынужденного простоя, азы этого искусства дать смог. Дальше сами, при желании все у них получится.

Когда погода, наконец, установилась, волнение на море утихло, пошли напрямик, через Балтийское море в сторону вражеских берегов. Плавание проходило спокойно. На воде других кораблей, кроме наших, не наблюдалось. Поэтому, чувствовали мы себя в безопасности. Всё изменилось, когда достигли вражеских берегов. Прибыли мы очень вовремя. Викинги как раз собирались уходить в набег. Их торговцы тоже отправлялись в путь в это время. Поэтому, встречи пошли одна за другой. Мы даже разделиться не успели. Да и необходимость такая отпала, работы хватало всем.

За пять дней пребывания недалеко от острова Готланд мы смогли захватить семь кнорров и сжечь четыре драккара. Все захваченные корабли продали пришедшим с нами купцам. Собственно, как и большую часть товаров, которые нам были не очень интересны. Себе перегрузили весь найденный на захваченных судах металл и относительно немного соли. Всё остальное продали. На этом наше сотрудничество закончилось, как и деньги у купцов. Поэтому, распрощались. Они пошли к себе домой, а мы начали двигаться в сторону Европы с целью обогнуть полуостров и тоже идти домой. За пару следующих дней захватили ещё два кнорра, а потом нарвались на целый флот викингов, состоящий из десяти кораблей. Ну, как нарвались? Скорее, это викинги нарвались, потому что восемь их кораблей мы благополучно сожгли, а два захватили общими усилиями. Получилось, что мы по очереди проходили мимо этих судов и активно забрасывали их стрелами. Из-за обилия этих стрел у викингов никак не получалось оказать хоть какое-нибудь сопротивление и даже сдвинуться с места. В итоге, два корабля захвачены, восемь сожжены. Правда, как оказалось, судов было одиннадцать. Одно немного отстало от основной массы кораблей и, благодаря этому, смогло удрать. Плохо то, что люди, находящиеся на удравшем судне, видели состоявшийся бой от начала до конца. Понятно, что расскажут об этом везде и всюду. Поэтому, предполагаю, что так просто охотиться, как раньше, не получится. В любом случае, какое-нибудь противодействие викинги окажут. Мы, конечно, попытались догнать удирающих, но, к сожалению, у нас это не получилось.

Дальше была рутина. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что заскучал. Нет, мы продолжали свой рейд, время от времени ловили корабли противника, большую часть которых захватывали, часть сжигали. Всё происходило привычно и рутинно. Наверное, из-за отсутствия какой-либо опасности я и заскучал.

В этот раз упор в захвате судов сделали на торговые корабли. Просто так было выгоднее. Вот и получилось, что, когда обогнули полуостров, каждый наш корабль вёл на буксире по одному груженому кнорру.

Самое прикольное, что мои люди, зимовавшие дома, не стали дожидаться моего прихода. Когда стало тепло, тоже ушли в море. Получилось так, что мы встретились у чужих берегов. У них тоже охота получилась удачной, и они к моменту встречи смогли захватить четыре судна. Правда, они сделали упор на захват драккаров. По их словам, когда собирались в поход, чуть до драки не дошло, потому что идти хотели почти все наши воины. Народу понравилась халява и теперь из-за того, что кораблей на всех не хватает, начинаются ссоры и склоки. По приходу придётся что-то решать. В голове от таких новостей мелькнула мысль, что я, уничтожая одного монстра, сам не заметил, как вырастил другого. Дальше домой пошли вместе. В этом году охота закончена.

Как всегда, намучились при входе в реку. Пришлось разгружать все торговые корабли и, по сути, тащить их волоком. Да и некоторые драккары, которые оказались перегруженными, тоже пришлось разгружать, пусть и не полностью. Намучились и наработались по-взрослому, но справились. По реке поднимались тяжело. Идти из-за буксируемых кораблей оказалось проще на веслах, получилось не быстро. Поэтому, дорога домой по реке подзатянулась.

Дома появилось ощущение, что попал в преисподнюю. Меня просто рвали на части, притом, все поголовно. Днем — руководители направлений со своими отчётами и предложениями. Спасу от них не было. Не будешь же запрещать пускать ко мне родного дядьку. А тот как-то ненавязчиво заводил остальных. По вечерам все моё время принадлежало детям, которые со всей своей непосредственностью превращали меня в большую игрушку. Ну, а по ночам, и так понятно, наступало время моих дам. Вот и говорю, что попал в переплёт, от которого даже не знал, как убежать, и куда скрыться.

И ведь в поездку по поселениям под предлогом изучения не сбежишь. За время моего отсутствия о всех моих землях и селениях с людьми, владеющими ремеслами, все выяснили досконально. Информацию предоставили в полном объёме. Поэтому, ехать куда бы то ни было смысла нет. Пришлось выкручиваться. Руководителям направлений накидал идей, реализуя которые, им станет не до меня. Например, нашим кузнецам, а по большей части, одному из них, тому, что отвечает за металлургию в целом, рассказал о нескольких способах переделки свиного железа (чугуна) в сталь. И все, человек пропал. Не видно его и не слышно. Другому, отвечающему за сельское хозяйство, нарисовал простейшую косилку на конной тяге, а вдогонку, чтобы было не скучно, рассказал о способах прививки деревьев. И таким вот образом избавился от всех этих террористов. С бабами, как вы понимаете, такой номер не пройдёт. Тут нужен другой подход. Пришлось писать график их посещений с выходными днями и даже разгрузочными неделями. Это когда целую неделю вообще никак, чтобы набраться сил и накопить желания. Понимаю, что все это звучит дико, но и поделать ничего не могу. Живой же человек. Детям тоже попытался найти забаву. Пришлось заказывать и делать сначала коньки, потом санки. А со временем и деревянные ледянки. Понятно, что все это сопровождал устройством катка и горки. Но чего только не сделаешь, чтобы получить толику свободного времени? Кстати сказать, на хоккей, которому пытался научить детей, неожиданно подсели мои воины, которые целыми днями гоняли деревянную шайбу. Пришлось даже заливать ещё одно поле, специально для них. Стоит упомянуть ещё об одной головной боли. Как-то стихийно, рядом с поселением организовался торг, который за короткое время, благодаря трофеям, стал основным в наших краях. Так вот, чтобы хоть как-то разместить людей, приезжающих на этот торг, пришлось строить подобие караван-сарая, состоящего из нескольких жилых помещений и складов. Чтобы обезопасить это место от возможного нападения, огородили его стеной, по принципу, как вокруг селения. Получилась такая себе небольшая крепость, стоящая на расстоянии полукилометра от селения. Всё приходящие на торг люди, как водится, не могли обойтись без ссор и драк, которые приходилось разнимать, а потом и судить, практически, каждый день. Мне это быстро надоело, и я организовал подобие арены. Теперь, драться можно было только там, уплатив перед этим небольшой взнос, который использовался как раз для развития этого места. Всё происходило под присмотром моих воинов, которые старались не допустить всякой жести, при которой люди могли покалечить друг друга. В случае, если драка случалось за пределами арены, обоих дерущихся нещадно секли плетьми, не глядя на то, кто прав, а кто виноват. Поначалу количество драк почти сошло на нет. А потом люди научились делать ставки на дерущихся и боев стало даже больше. Правда, судить их уже было не нужно. Таким образом, в селении появилось, зрелище, на которое люди с удовольствием ходили посмотреть. В таких трудах и заботах прошла большая часть зимы. А ближе к весне ко мне прибыл посыльный от Синеуса, который во главе небольшого отряда смог добраться до нашего поселения на лыжах, сухопутных путем. Он принёс не очень хорошие вести. Люди Синеуса каким-то образом смогли узнать, что сразу несколько конунгов решили объединить свои силы и с наступлением тепла идти на меня в поход. По словам гонца, должна собраться приличная толпа, которая при удаче и затоптать может. Это я про количество кораблей сейчас говорю. Если встретиться с этим флотом не на открытой воде, а где-нибудь на реке, то ещё неизвестно, чем подобная встреча может закончится. Эта информация заставила задуматься над тем, каким образом встречать викингов и, самое главное, где. Просто, может получиться так, что на выходе из реки, после ледохода, нас уже могут ждать. Поэтому, уже сейчас, не дожидаясь тепла, надо организовать наблюдение за побережьем. Если предстоит столкновение с противником, то надо сделать так, чтобы оно прошло на наших условиях. Может, вообще есть смысл дождаться, пока викинги войдут в реку, и сжечь их здесь. Но, при таком раскладе, наверняка будет множество выживших, которых замучаемся потом вылавливать в наших лесах. Посмотрим, как оно будет. Я всё-таки надеюсь пересечься в море. Там у нас огромное преимущество. В этот раз корабли начали готовить к навигации задолго до ледохода. Была у меня мысль поставить пару драккаров на своеобразные лыжи и вытащить их к морю по льду. Отказался от этой идеи. Решил не заморачиваться, а ждать, как будут развиваться события. В любом случае, мы не проиграем в этом противостоянии, поэтому, и переживать нечего. Когда прошёл ледоход, и река очистилась, мы начали свой очередной поход. Правда, все корабли задействовать не стали. Я рассудил, что оставлять селение, по сути, беззащитным, не дело. Мало ли, вдруг викинги отправят несколько отрядов по суше? Лучше перестраховаться, чем потом пытаться укусить себя за локоть. Поэтому, в поход идут только десять драккаров с полусотней бойцов на каждом.

До излучины добрались нормально. Преодолев отмель, вышли в море. Самое опасное для нас — столкнуться с викингами на выходе из реки. К счастью, этого не случилось. Теперь предстояло решить, что делать дальше. Подождать разбойников здесь или пробежаться к вражескому берегу и поискать их там? В принципе, зная состав участников будущего нападения, есть шанс вычислить их маршрут и перехватить вдали от наших берегов. Но, при этом, и опасность разминуться присутствует. Поэтому, как говорится, палка о двух концах. И хочется, и колется, и мама не велит.

Недолго поразмышляя, принял решение затихариться в знакомой укромной бухте и ждать. Правда, два корабля отправил на патрулирование побережья. У них задача обнаружить флот противника и вовремя предупредить. На суше тоже про разведку не забыли. На пару дней пути все оказалось под нашим присмотром.

Долго ждать не пришлось. Уже через пару дней прибежал разведчики, которые работали на суше с неприятным известием. Вдоль берега к нам движется целая армия викингов. Да, вы не ослышались. Большая толпа викингов двигалась не к селению, а целенаправленно к нашей стоянке. Это говорит о том, что о нас все знают. Надо будет по возвращении накрутить хвост Вахе. Похоже, у нас завёлся вражеский шпион. По-другому объяснить происходящее трудно.

В принципе, мы подготовились к битве на суше и даже устроили несколько интересных сюрпризов противнику в виде волчьих ям на выбранном для сражения месте. Разместили их на направлении предполагаемого удара противника. Зная тактику врага, это не трудно. Когда подготовились к битве и ждали появления врага, который вот-вот должен был появиться, к нам примчался один из наших патрульных кораблей с информацией, что флот противника на подходе. Меня переиграли по полной программе.

Глава 18

Появление кораблей викингов, одновременно с подходом их армии по суше, только подтвердило мои мысли о том, что им кто-то сливает информацию. Что-то менять в этой ситуации — смерти подобно. Мелькнула было мысль сесть на корабли и попытаться сначала разобраться с противником в море. Но как мелькнула, так и пропала. Просто уже поздно было что-либо делать. Викинги поступили очень хитро. Они на своих кораблях пошли не вдоль побережья, как можно было ожидать, где их ждали наши патрульные суда, а со стороны моря. Иначе, как чудом то, что одно из наших судов смогло их обнаружить, назвать нельзя. Получилось, что они нас заперли в бухте, и обычная тактика, когда мы поджигали их корабли и убегали, в данном случае, не сработает. Поэтому, я не стал суетиться. Единственное, что сделали — успели развернуть корабли таким образом, чтобы можно было стрелять сразу со всех стационарных самострелов. Не забыл выделить на эти самострелы по два человека. Перед ними стоит только одна задача — не дать драккарам противника пристать к берегу и высадить десант, который ударит нам в спину.

Сражение на земле началось сразу, без раскачки. Как только викинги начали выходить из леса на поляну и увидели наш строй, ни на секунду не задержались, сразу атаковали. Здесь у нас все получилось прекрасно. Благодаря волчьи ямам, противник замешкался, и это позволило дать пару лишних залпов из арбалетов. Собственно, это и решило по большей части судьбу сражения. Если поначалу викингов было почти в два раза больше, чем нас, то добежало их до нашего строя не больше трети. И даже когда добежали, это им не особо помогло. Всё-таки путевые доспехи, монолитный строй и поддержка стрелков из-за спин товарищей, в данном случае, стали непреодолимым препятствием на пути врага. Надолго битва не затянулась, и уже минут через двадцать все закончилось. Мы хоть и понесли, по моим меркам, большие потери, но выиграли у агрессора с разгромным счётом. У нас погибло чуть меньше пятидесяти человек и ещё под сотню получили ранения. У викингов уйти с поля боя смогли единицы и то, думаю, ненадолго. Их уже преследуют наши бойцы, а ведь все они знакомы с лесом не понаслышке. Поэтому, думаю, что у сбежавших мало шансов остаться в живых.

Если на суше все закончилось относительно благополучно, то про море так не скажешь. Два наших патрульных корабля смогли попить немало крови у противника. Они не стали играть с викингами в кошки-мышки и догонялки. В данном случае, это было бесполезно. Наоборот, они повели себя, как какие-нибудь берсерки. С двух сторон ворвались в несущийся к берегу строй кораблей противника и начали его жечь. Бойцы пошли на верную смерть, но, при этом, забрали с собой столько противников, что я даже не поверил поначалу такому результату. Они жгли корабли всеми возможными способами. Ее только стреляя из самострелов, но и закидывая вражеские драккары. Просто бросали руками керамические наконечники с напалмом. Прежде, чем их смогли остановить и начать брать на абордаж, они подожгли пятнадцать кораблей противника. Кстати сказать, когда сил отбиваться от нападающих викингов не осталось, они подожгли весь оставшийся на судне напалм. Таким образом, ушли за кромку непобежденными и забрали с собой немало врагов. Оставшиеся целыми вражеские суда, которые вошли в нашу бухту, встретили наши стрелки. Поджечь успели все корабли, но остановить не смогли. Поэтому, почти пятьсот викингов успели причалить на своих горящих судах и высадиться на землю. Стрелки не стали ждать гибели на своих кораблях. Подожгли суда противников и, будучи не в силах помешать десанту высаживаться, подожгли их и отступили к основному отряду. Мы к этому времени разгромили сухопутную группировку противника. Сражение с десантом получилось похожим на предыдущее с той лишь разницей, что не было волчьих ям. Но на результате это не сказалось. После трёх арбалетных залпов в ближний бой со стороны врага добралось меньше трети бойцов. Через десяток минут все закончилось нашей победой. Правда, в этот раз победили ценой немалых потерь. Эти десантники, практически все, перед столкновением метнули сулицы и дрались с силой обречённых. На самом деле так и было. Ведь, потеряв свои корабли, у них не осталось другого выбора, кроме как побеждать. Вот и дрались до конца.

Мы, хоть и были готовы к такому развитию событий, но, к сожалению, в полной мере уберечься не смогли. Из-за этого значительная часть наших бойцов была убита или получила ранения. Правда, на общем результате битвы это не сказалось, но, все равно неприятно. А самое хреновое, что от одной из этих сулиц не сумел уберечься и я. Получил довольно сильное ранение в плечо. Поэтому, завершение битвы происходило без моего участия. Предполагаю, что сознание я потерял от болевого шока, потому что после попадания сулицы успел выдернуть её из плеча. Что было дальше — не помню. Очнулся ближе к вечеру. Тогда и узнал о победе. Правда, такую победу можно назвать пирровой. Но это нехилая заявка на право жить свободными и независимыми людьми. Т. е. те, кто с нашей стороны участвовал в этой битве и выжил, сумеют передать своим детям чувство победителей. Думаю, что после этой битвы наши люди уже никогда не будут относиться к викингам, как раньше, когда считали их практически непобедимыми в ближнем бою. Сегодня два раза подряд мы смогли их победить. Поэтому, хоть и понесли значительные потери и лишились всех своих кораблей, но, зато приобрели уверенность в своих силах. Размышляя таким образом, я и не заметил, как уснул. Правда, до того, как улететь в царство Морфея, я всё-таки попросил народ найти какого-нибудь рыбака и отправить его в селение с вестью о победе и приказом оставшимся там воинам двигаться на кораблях сюда. Подумал, раз лишились кораблей — надо их добыть. Хочу отправить бойцов, не пострадавших в битве, на охоту. Пусть развлекаются. Заодно, какие-никакие кораблики добудут. Да и раненых перевозить в селение лучше на тех же кноррах, а не на лодках.

Интерлюдия

Непонятно где немыслимо сильная сущность вздрогнула от мощной волны, прошедшей по подконтрольной ей ветке миров. Среагировала она мгновенно и буквально за миг разобралась в происходящем.

Один из миров Средневековья, где зачастую никогда и ничего значимого не происходит, попытался отделиться от ветки миров и отправиться по новому пути развития.

Оказывается, в одной битве, погибло сразу два значимых для истории этого мира человека. Один из них должен был стать объединителем определенного этноса в подобие державы, играющей большую роль в дальнейшем развитии мира. А второй, вообще должен был завоевать определенные территории. А его потомки после этого сами создавали историю этого мира.

Конечно, определенные колебания происходят время от времени во всех мирах. Недавно такое непонятное волнение эфира случилось и здесь. Но стечение обстоятельств, когда гибнут сразу два значимых человека, которым суждено оставить свой след в истории, бывает крайне редко. Можно сказать, что вообще не бывает.

Более внимательно рассмотрев произошедшие события, сущность негромко пробормотал сама себе:

— Опять ты буянишь, зародыш? Даже в мире, где это сделать сложно, у тебя получается набедокурить. Ох доиграешься! Накажут тебя так, что мало не покажется.

Глава 18

(продолжение)

Пока ждали помощи из селения и добирались домой, моя рана сильно воспалилась. Поднялась температура. Чувствовал я себя очень отвратительно. Как потом рассказала бабка-лекарка, которая чистила рану, мне там раздробило какую-то косточку. Оттуда и все беды.

На охоту отправились только три пары кораблей, и то часть из них на кноррах. Все остальные были задействованы на перевозке раненых. Такого лазарета наше селение ещё не видело. Не было дома, в котором не лежал бы раненый боец. Учитывая тот факт, что большинство здоровых воинов, не участвовавших в битве, ушли в поход, селение осталось, можно сказать, беззащитным. Нет, в случае чего, отбиться сможем. Все жители умеют пользоваться арбалетами. Но на будущее: надо как-то побеждать без таких превозмоганий.

Когда температура чуть спала, и я смог более-менее нормально мыслить, поговорил с дядькой и дал ему указание выдать семьям погибших и раненым приличное количество серебра. А если серебра не хватит, то и золота. Просто, для себя решил: не должны семьи погибших страдать от недостатка чего-либо. Наоборот, они должны жить лучше, чем другие. Бойцы должны быть уверены, что, в случае их гибели, семьи не будут нуждаться ни в чем. Их дети всегда будут одеты и накормлены. Этот поступок имел неоднозначные последствия. Новоиспеченные вдовы в одночасье стали очень востребованных невестами, которых буквально осаждали холостые, да и женатые мужики. Правда, главным образом, из других селений. Такая же охота началась за ранеными бойцами, особенно за увечными, потерявшими ногу или руку, или получившими другие серьезные ранения. Просто, чем сильнее ранение получил боец, тем большее вознаграждение ему перепало. Денег ушло много, но на такое дело не жалко. Забегая вперёд, скажу, что этот поступок, связанный с выплатой вознаграждений родственникам погибших и раненым, привёл к небывалому наплыву желающих попасть в дружину. Воины шли из таких далей, о которых я до их прихода и не слышал. Многие, так и вообще перебирались к нам целыми семьями.

Моя рана заживала очень плохо и, самое хреновое, что начала неметь рука. Не постоянно, какими-то наплывами. Это неприятная штука, в бою может подвести. Бабка-лекарка только руками разводила не в силах чем-либо помочь. А ещё начали мучить плохие предчувствия. Откуда-то пришло понимание, что мне немного осталось. Не знаю, что это. Но своему внутреннему голосу я привык доверять. Поэтому, решил плотно заняться записями. Я сейчас говорю про знания из прошлых миров. Хочется, чтобы в случае моей гибели, у моих людей было какое-никакое преимущество в дальнейшем развитии. Глядишь — может и получится из этого что-нибудь толковое. Правда, писать на бересте — то ещё занятие, но других вариантов пока не просматривалось. Наладить выделку бумаги пока возможности нет, поэтому и приходится выходить из положения таким образом. Сильно помогала Забава, превратившаяся в нереальную красавицу, и сумевшая каким-то образом стать главной в бабской иерархии. Она, как я уже говорил, очень быстро научилась читать и писать, собственно, как и считать. Поэтому, стала основной помощницей. Оно мотивирует, когда кому-то интересно, то, что делаешь.

В середине лета к нам в гости пришли две ладьи от Синеуса. Непонятно, как они нашли нашу реку среди множества других, но как-то добрались. На одном из этих кораблей прибыл советник Синеуса, которого я когда-то сам же и выкупил из рабства. Он привез сорок молодых пацанов для изучения грамоты. Это будущие учителя. Сам он должен изучить все, связанное с управлением княжеством, построением наших отношений и условий быта. Его появление заставило забыть о ране и включиться в работу по полной программе. Пришлось мне, помимо объяснений, что у нас уже сделано, переносить на бумагу все, что и как планируется делать дальше.

С интересом послушал его рассказы о войне с каганатом. Собственно, войны как таковой, не получилось. После первой же битвы, в которой бойцы Синеуса использовали небольшие керамические горшочки с напалмом, как гранаты, всё закончилось. Таким образом, живьём сожгли приличную часть противостоящей им армии. Итогом противостояния стало «добровольное» присоединение каганата к княжеству. И сейчас новая держава стала реально крупным игроком на нынешней арене. По словам советника, вокруг Синеуса сейчас крутится уйма представителей разных держав. Честно сказать, я ему не завидую. Он сейчас, как белка в колесе. Даже не знаю, сможет ли удержать настолько огромные территории. Если у него получится прибрать к рукам полабских славян, то, по сути, конкурентов ему не будет. Конечно, Византия сейчас сильна. Но вряд ли она потянет противостояние с практически всей Европой. Это, как не крути, дела Синеуса. Если решит дать ход тем законам, что мы с ним наваяли за зиму, то может и сможет сделать это объединение монолитным. У меня сейчас других забот выше крыши. Забава, с появлением большого количества новых учеников, полностью переключилась на преподавание. У меня опять воспалилась рана и мне стало не до высоких материй, выжить бы. Пришлось её в очередной раз чистить, потому что начала дёргать, появилось нагноение, притом, глубоко внутри. Бабке-лекарке пришлось опять резать и чистить. Что явилось причиной — выяснить так и не удалось. Но, после этой, можно сказать, операции, заживление пошло бодрее. Появился аппетит, а вместе с ним жажда деятельности. Так как ученическую деятельность взяла на себя Забава, а в вопросах управления мы с советником Синеуса разобрались, я занялся нашей службой безопасности. Они так и не смогли вычислить предателя, в наличии которого я не сомневаюсь. Притом, этот предатель, наверняка из приближенных. Простые люди не могли владеть такой полной информацией, какая нужна была для действий викингов во время нападения.

Я, конечно, не следователь какой-нибудь продвинутый, но, благодаря уйме прочитанных книг в других жизнях, смог подсказать Вахе, каким образом можно вычислить шпиона. Всё просто. Определили, кто мог владеть информацией в полном объёме. Таких людей оказалось немного. Решили проверить их на вшивость. Каждому из подозреваемых я по секрету шепнул, что собираюсь зимой, когда нападения не ждут, нанести удар возмездия. Вот только место, в которое буду бить, каждому из претендентов в предатели назвал свое. Дальше просто и сложно одновременно. Просто — потому что, благодаря месту, где нас приготовятся встречать, мы сможем вычислить предателя. Сложно — потому что агентуры у викингов у нас практически нет. Узнать, где будут готовить встречу для нас, сложно. Но, такая агентура, по словам советника, есть у Синеуса. Думаю, он не откажет мне в помощи. Поэтому, ближе к осени, перед самым отплытием кораблей Синеуса домой, мы и замутили эту аферу. А, чтобы придать достоверности всему затерянному, я дал задачу готовить большое количество лыж и санок. Чуть позже я начал тренировки воинов, вылечившихся после ранений. Притом, основной упор в этих тренировках делался на длительные переходы и устройство полевого, защищённого лагеря. На самом деле, я не собирался зимой вести своих бойцов куда-либо. Вся надежда была на информацию от Синеуса. Но вот показать серьёзность своих намерений постараюсь изо всех сил.

Перед расставанием с советником, которому пришла пора возвращаться, у нас с ним состоялся серьезный разговор. Я, чувствуя приближение неприятностей, на всякий случай обозначил, что может произойти какая-нибудь хрень. Поэтому, попросил, в случае, если со мной что-то случится, пусть Синеус, не раздумывая, берет под руку принадлежащие мне земли. Об этом же сказал в присутствии советника всем своим руководителям, чтобы потом не возникло каких-либо вопросов. Все отнеслись к этому, как будто, так и надо. Один только дядька высказался, что, дескать, и сами с усами. Типа, справились бы и без посторонних. Это высказывание мне не понравилось, в связи с чем и рявкнул на дядьку: моё княжество и будет так, как я сказал. Сам про себя подумал, что дядька у меня был вне подозрений и его в игре по вычислению предателя я не задействовал. Может зря? Но потом отмахнулся от этих мыслей. Если не верить родным, то кому тогда вообще верить? Учеников, которых привез советник, решили оставить до весны. За предстоящую зиму я сумею им дать чуть больше знаний, чем планировалось изначально. Просто, эти ребята оказались, действительно, очень любознательными и жаждущими знаний. Кто-то у Синеуса очень грамотно отобрал пацанов для учёбы. Это будущие фанаты своего дела. Из них получатся прекрасные учителя. Передал с советником и довольно большое письмо для Синеуса, в котором описал ещё раз, как я вижу построение державы. Что нужно делать, чтобы она стала несокрушимым монолитом, способным пережить века.

Через две недели после отбытия советника вернулись наши воины, ходившие в набег на кораблях к берегам викингов. В принципе, поход удался, хотя бойцы и начудили маленько. Они, двигаясь вдоль вражеского побережья, долгое время не встречали никаких кораблей. А так как в поход пошли заряженные общим победным настроением, вернуться ни с чем просто не могли. Поэтому, после нескольких недель безрезультатного поиска противника, решили наведаться в несколько поселений викингов и поискать удачи там. Поначалу им повезло. Они, не встречая значимого сопротивления, разграбили три селения и взяли неплохую добычу. Но так как занимались грабежом на относительно небольшом участке побережья, то викинги сумели с организоваться и в четвёртом, следующем по пути населённом пункте, организовали горячую встречу. Спасла наших бойцов от больших неприятностей случайность. На подходе к конечной точке маршрута, недалеко от выбранного для грабежа поселения, попался им в руки местный рыбак на небольшой лодке. Этого рыбака они и смогли разговорить и, таким образом, узнать о засаде. Дальше поступили просто. Не стали высаживаться на берег, а стреляли из стационарных самострелов болтами с напалмом по расположенным здесь строениям, до которых могли дотянуться. Сидящие в засаде викинги не хотели гореть заживо и покинули укрытия. Таким образом, себя обнаружили. Наши бойцы не стали устраивать с ними сражений. Так, постреляли немного из арбалетов и пошли дальше. Побережье — большое, ещё будет возможность взять добычу. Несколько дней они шли дальше вдоль береговой кромки, стараясь уйти подальше от мест, где о них знают. А потом встретили целый караван судов, состоящий из четырёх кнорров и двух драккаров. По количеству кораблей силы как бы равные. Но вот по количеству воинов на этих кораблях у нас получилось несопоставимое преимущество. Поэтому, бойцы решили захватывать конвой в полном составе. Сложность могла возникнуть только с драккарами. Но и здесь наши ребята пошли на хитрость, которая удалась в полной мере. Они сделали вид, что игнорируют драккары напрочь и устремились к кноррам. Получилось, как задумывали. Команды на кноррах выбили буквально мгновенно. А когда драккары кинулись на перехват, то их встретили, как минимум по два наших корабля. Всё получилось замечательно, наши бойцы вернулись домой, груженые под завязку трофеями, да ещё и притащили шесть захваченных кораблей. К их возвращению большая часть бойцов уже вылечилась. Поэтому, с разгрузкой и подготовкой судов к зиме проблем не возникло. Более того, народ без напоминаний начал активно заниматься их подготовкой к зиме. Глядя на ребят, вернувшихся из похода, с завистью глядящих на переживших ранения товарищей, до меня не сразу дошло, что завидуют они не ранениям, а выданным им деньгам. Решил тоже выдать им денег, не дожидаясь реализации награбленного. Пусть порадуются — заслужили. Осень прошла в обычных хлопотах по подготовке к зиме. Чисто по приколу, пока болел — заказал кузнецам изготовление самогонного аппарата. Имея в наличии такие ресурсы, грех этим не воспользоваться в полной мере. К делу подошёл ответственно, поэтому, напитки перегонял по два раза и очищал при помощи угольного фильтра. Гнал самогона много, разного. Притом, ставил на хранение в дубовых бочках, чтобы немного настоялся, в специально оборудованном для этого, подвале. Как раз по возвращении ребят из похода, устроил дегустацию. Народу понравилось. А я понял, что у нас есть нехилая возможность устроить из этого продукта неплохой бизнес, который поможет выжить в тяжелое время. Зима в этом году началась резко, с обильных снегопадов, затянувшихся на неделю. А потом и крепких морозов, от которых в лесу деревья трещать начали. У меня были планы погонять по первому снегу своих бойцов по лесу на лыжах. Но с такими морозами решил это дело на время отложить.

Не стоит угроблять людей. Спадут морозы — покатаемся. А вообще, хоть зимой в поход и не пойдём, но отработать передвижение большим количеством бойцов по зимнему времени, стоит. Поэтому, изображали подготовку мы не зря. Пригодятся нам этой зимой как лыжи, так и санки. Когда обо всем этом раздумывал, то даже не предполагал, насколько быстро все это пригодится. Буквально через несколько дней после этих размышлений в селение прибежал один из рыбаков, живущих недалеко от побережья, с известием, что на берег выбросился кит.

Глава 19

Когда я услышал о ките, в голове сразу появились мысли о двух вещах — мыле и свечах. В связи с этим пришлось в авральном режиме готовиться к походу. Здесь и пригодились все приготовления, проведенные летом и осенью. В поход пойдут без малого полтысячи человек. Конечно, это количество людей с избытком, но я решил, что хуже от этого не будет. Да и пришла пора прокладывать сухопутную дорогу к побережью. До этого все сообщение было при помощи реки. Нет, тропы по которым можно добежать к берегу моря, есть. Но это не то. Хочется нормальный, по возможности, прямой путь. Думаю, что прошло то время, когда надо было тихариться и бояться набегов викингов. Если кто-то из них и рискнет сейчас сделать такую глупость, как нападение на нас, встретим со всем возможным гостеприимством. В поход получилось отправиться только на другой день. Вроде и собирать особо нечего было, но подготовка все равно заняла определённое время. Двигались, можно сказать, стремительно. Решили, что дорогой займемся на обратном пути. Сначала главной задачей, стоящей перед нами, будет разделать выбросившегося кита. По такому морозу он, конечно, не пропадёт. Но падальщики могут попортить тушу. По словам рыбака, он оставил своих пацанов присматривать за нежданной добычей. Но, если подойдёт какой-нибудь зверь, типа медведя, сделать они ничего не смогут. Им просто нечего противопоставить таким противникам. Добрались за пять дней и это, можно сказать, мгновенно. Несмотря на сильно извилистый путь, двигались очень быстро, растянувшись в длинную цепочку, постоянно меняя впереди идущих. На ночлег останавливались буквально на несколько часов и продолжали движение. Поэтому, и получилось добраться быстро. Кит оказался на месте и даже не попорчен зверем. Правда, подмерз. Но это не та проблема, из-за которой стоит горевать. Всем пришедшим сюда бойцам возле туши делать было нечего. Поэтому разделились на группы, каждую из которых я озадачил своей работой. Кто-то занимался устройством лагеря и заготовкой дров. Кто-то приступил к разделу огромной туши. Кому-то пришлось заняться расчисткой дороги. Так или иначе, все были при деле. Из-за сильных морозов с разделкой провозились два дня. Вернее, двое суток. Пришлось сначала разводить костры возле этой мясной горы и ждать, пока замерзшая туша хоть немного оттает. Иначе работать с ней было невозможно. Груз распределили таким образом, чтобы сильно не выматывать людей. Тем более, что обратно шли, никуда не торопясь и прорубая в нужных местах просеки, по которым и будет проходить дорога. Есть у меня мысли сделать её из камня. Понятно, что это не быстро, но начинать все равно надо. Да и поселение желательно организовать на берегу моря. Такая необходимость давно назрела. Всё-таки движение по реке на кораблях — то ещё удовольствие. Но это не главная причина. Главное, что из-за замерзающей реки время навигации сильно сокращено. Когда в будущем начнёт замерзать море, селение здесь станет не актуальным. Пока же, почти два месяца дополнительного времени для морских походов очень важно. Вот и приходят мысли, каким образом все это устроить, и лучше придумок, чем строить здесь посёлок, нет.

Домой добирались почти месяц. Точнее, добиралась основная масса людей. Небольшие отряды шастали туда — обратно довольно часто. Всё-таки, такую толпу людей прокормить непросто. Вот и возили продовольствие по мере надобности. За это время мы прорубили широкую и удобную для устройства дороги просеку. Помимо этого, народ привык к жизни в зимних условиях. Мягко говоря, на природе. Так что поход во всех отношениях выдался поучительным и продуктивным.

По возвращении, начались трудовые будни по производству мыла. Со свечами решил пока повременить, с ними и так относительно нормально. После того, как начали использовать ульи, пропал дефицит в воске. Поэтому, пока обойдемся восковыми свечами. А вот мыло — это другое дело. Хотелось получить нормальное мыло. До зубовного скрежета соскучился по такой, казалось бы, простой вещи. Пришлось очень много экспериментировать, чтобы получить устроивший меня продукт. Принцип изготовления мыла мне знаком и сложности не представляет. Но очень хотелось сделать что-нибудь получше, с каким-нибудь приятным запахом. Поэтому, мучил людей разными экспериментами и сам мучился. Но чего хотел — добился. Мы смогли получить неплохое мыло с ароматом хвои и мяты. В связи с тем, что изрядно умаялся, пока добился приемлемых результатов, решил пока на этом и остановиться. Будет ещё возможность поэкспериментировать. Получив столько полезных ресурсов, возникло желание поставить это дело на поток. Никто ведь не мешает выделить один кораблик и пару-тройку лодок, да и организовать бригаду китобоев. В случае, если получится регулярно добывать китов, здесь появится источник дохода, который затмит все, что угодно. Ведь китовый жир — это ресурс, из которого можно изготовить массу полезного.

После получения положительного результата, связанного с производством мыла, немного подумал, плюнул и пошёл к кузнецам. На лодки, которые будут охотиться на китов, нужно делать другие самострелы — более мощные, чем наши стационарные. Дело здесь не в дальности стрельбы, а в стреле, которой будут стрелять. Точнее даже не в стреле, а в металлическом гарпуне с привязанной к нему верёвкой. Короче, пришлось нормально поломать голову, пока добились удобоваримого результата. Я, честно сказать, слабо себе представляю эту охоту. Только, если в общих чертах. Поэтому, старался предусмотреть все, исходя из этих представлений. Так-то принцип понятен: загнать в тушу несколько гарпунов с привязанными к ним веревками, на другом конце которых расположены надутые воздухом бурдюки. Утомить кита, потом подойти и добить при помощи копья. Вроде, ничего сложного. Но, как и в любой работе, наверняка, есть множество нюансов, о которых я даже не представляю. Поэтому, и стараюсь продумать все на берегу. Помимо кузнецов, загрузил работой и швей, которым поставил задачу изготовить подобие спасательных жилетов. Так как изготовить герметичные надувные жилеты не представляется возможным, решил пойти по более простому пути. Швеи изготавливали подобие жилетов с множеством карманов, в которые и планируем поместить нетонущий материал. Долго ломал голову, что использовать в качестве наполнителя. К сожалению, пробковое дерево, которое подошло бы как нельзя лучше, у нас не растет. Пришлось экспериментировать и придумывать, что можно использовать из доступных нам материалов. Скажу вам, задача из разряда трудно решаемых. Кора растущих у нас деревьев не подошла. Поначалу она даже держит человека на плаву, но недолго, до тех пор, пока нормально не намокнет. Пробовали даже солому использовать. Все не то. Решение нашлось случайно уже весной, когда пацаны начали пытаться ловить рыбу на удочки. Глядя на гусиное перо, используемое как поплавок, я понял, что, если связать такие перья в пучки и заполнить ими кармашки жилетка, то все может получиться. Собственно, так все и вышло. Жилет получился — загляденье. Правда, изготовить его получилось только в единственном экземпляре. Больше перьев не было, но по осени эту проблему мы решим. Времени у нас хватает, поэтому спешить не будем. Ничего страшного не случится, если начнём этот промысел на год позже. На этом вся подготовка закончилась до следующего года. Народ готов был идти в море и без всяких жилетов. Но тут уже я был против, безопасность — прежде всего.

Параллельно с этими китовыми делами активно занимался учёбой, давая ученикам максимум из того, что удалось вспомнить по школьной программе. Возобновили работу по записям. Я этим делом так увлекся, что даже решил не идти в этом году в морской поход. Подумал, что толку от меня будет больше в селении. Да и приучать надо наших воинов к самостоятельности. За эти годы непрекращающихся походов народ набрался опыта и вполне справится без меня. Запасы исписанной и разрисованной бересты росли не по дням, а по часам. Писал и чертил все, что только приходило в голову. В этом угаре мимо меня прошла подготовка к отплытию наших кораблей, так же, как и уход бригады строителей на побережье. Народ, в отличие от меня, не забыл о планах организовать там посёлок. Собралась бригада, которая начнет строительство домов и возведение стены по тому же принципу, что и вокруг нашего селения. Как бы там ни было, а про защиту забывать нельзя.

Я как раз делал чертежи паровой машины, когда к нам пришли корабли Синеуса с тем же советником во главе. Он привез письмо, по его словам, написанное лично князем, который всю зиму занимался изучением грамоты. Прежде, чем читать это письмо, я засыпал советника валом вопросов. Интересно же, что в мире творится. В принципе, ничего значимого не произошло. Разве, кроме того, что теперь Синеус дружит с венецианскими родственниками жены. У них нашлись общие, взаимовыгодное интересы. Советник привез в подарок от Синеуса довольно приличное количество бумаги и папирус. Если с бумагой ещё куда не шло, то откуда взялся папирус — непонятно. Советник тоже не смог ответить на этот вопрос. Ещё он привез тончайшую кожу, которую, при желании, тоже можно использовать для записей и чертежей. Придётся заниматься изготовлением каких-нибудь чернил. Ну и, конечно, организовать копирование моих записей с бересты на кожу. Всё-таки, при таком раскладе, есть надежда сохранить эти записи на более продолжительный срок. В письме Синеуса ничего значимого не было. Думаю, писал он его только с целью тренировки. Правда, в письме была толика важной информации. За прошедшую зиму так и не удалось заметить в селениях викингов какой-либо подготовки к отражению нашего нападения. Получается, мой план по выявлению вражеского шпиона не сработал. Здесь всего два варианта. Либо мою игру прочитали и затихарились, либо среди подозреваемых не оказалось предателя. Это заставило меня серьёзно задуматься, а потом и понервничать. Если меня прочитали, это, по моему мнению, хорошо. Потому что, если здесь всё-таки другой вариант, то мне даже думать не хочется, кто предатель. Получается, что кроме дядьки больше некому. Не стал горячиться и делать скоропалительных выводов. Решил дать команду нескольким опытным охотникам, в преданности которых нет никакого сомнения, ненавязчиво присмотреться к поведению родственника. А чтобы это было легче сделать, подкину-ка я ему информацию, от которой охренеет любой человек, который хоть как-то в теме. Вот и посмотрим на его реакцию, и что из этого получится. В тот же вечер я начал советоваться с дядькой на тему, стоит ли мне в следующую навигацию попробовать ограбить один из торгов викингов, где, по большей части, они сбывают свою добычу. Как не смотрел за его поведением, не увидел ничего, выбивающегося за рамки. Он обозначил, что ему и так забот хватает, чтобы ещё и над этим думать. Он как-то самоустранился от обсуждения. Типа, ты — князь, ты и решай, куда идти и на кого нападать. А мне и здесь дел хватает. Такое его поведение, с одной стороны, обрадовало, а с другой — озадачило. Если не он, то кто?

Как и говорил, больше в письме от князя ничего важного не было. Но меня все равно порадовало такое стремление к учёбе и, самое главное, понимание её важности. Поэтому, Синеусу, как говорят в другом времени, респект и уважуха.

Что касаемо прибывших кораблей, то эта поездка могла бы получиться так себе, если бы не несколько моментов. По большому счету, советник приехал только забрать учеников, других дел у него здесь не было. Но, когда в бане ему подсунули мыло, у него сразу возникла куча вопросов, главным из которых был вопрос о количестве мыла и может ли он его купить. Не зря я думал, что это золотое дно. При удаче, можно жить только за счёт производства этого товара. По словам советника, подобное мыло, только похуже качеством, в его краях продается на вес золота. Если честно, удивил. Как-то до этого мне не встречалось ничего подобного, и я думал, что его ещё не умеют делать. Оказалось, ошибался. Из учеников пять человек начали проситься остаться здесь и продолжить обучение. Мы, честно сказать, поначалу даже слегка растерялись от такой просьбы. Потом, немного подумав, решили с советником оставить их здесь. Почему бы и нет? Тем более, что при таком раскладе не надо ломать голову, кого привлечь к копированию моих записей. Двойная польза: и работу сделают, и есть шанс, что кто-нибудь из них выберет себе для изучения и развития какую-нибудь тему из записанных мной ранее. Советнику ничего не осталось, кроме, как согласиться с высказанными мной соображениями. Правда, он взял с меня обещание, что я возьму на учёбу очередную партию привезенных им пацанов. Вот ведь жук! Я обратил внимание на большое количество молодых людей среди команд пришедших кораблей, но не придал этому значения. А оказалось, что он привез новых учеников. Просто не знал, как это преподнести мне. Ведь уговор был только об одной партии. Я подумал, что ничего страшного. Просто увеличится нагрузка на остающихся, прошедших первичное обучение. Да и беременной Забаве, которую замучил токсикоз, будет, чем заняться. В итоге, все дела с советником разрулили к обоюдной выгоде. Загрузили его корабли подарками для Синеуса и отправили обратно. А мне пришла в голову мысль, что раз уж обучение молодёжи у нас начинает становиться на поток, то неплохо было бы упорядочить этот процесс. Да и знания им давать более обширные. Почему бы не делать из этих пацанов разносторонне развитых людей? Ведь, никто не мешает попутно с грамотой учить их какомунибудь делу, или даже нескольким. Например, сделать обязательной военную подготовку и изучение, хотя бы в общих чертах, какого-нибудь ремесла. Даже не важно какого. Главное, чтобы это дело нравилось ученику. При таком подходе, я не сомневаюсь, что со временем, эти пацаны начнут придумывать в выбранном ремесле какие-нибудь новшества. По крайней мере, надо постараться донести до них простую мысль: от них никто не ждёт работы кузнецом или плотником. Главное, что от них требуется, посмотреть на ремесло незамутненным взглядом и подумать, как можно облегчить труд людей в выбранном направлении деятельности. Или, на крайний случай, что-нибудь улучшить, чтобы сделать работу более эффективной. Исходя из этих мыслей, пришлось затеять дополнительное строительство своеобразного полигона, где можно как тренироваться в физическом развитии, так и изучать разные ремесла. Ну, и конечно же, пришлось полностью пересматривать и писать по-новому всю программу обучения. Чтобы приучать новых учителей к какой-то самостоятельности, заставил их работать над этой программой. Сам только комментировал получившиеся результаты, критиковал и подсказывал. Забегая вперёд, могу сказать, что такой подход к делу дал неожиданный результат. Наше начальное образование начало стремительно превращаться в что-то, напоминающее одновременно школу, скрещенную с ПТУ, и подобие исследовательского института. В любом случае, благодаря остающимися здесь энтузиастам, оно стало центром подготовки учителей. А со временем, и учёных, если их можно так назвать.

Все эти дела закрутили с такой силой, что я выпал из состояния рабочего угара только по возвращении из похода наших кораблей. А это возвращение выдалось не таким благостным, как раньше. Из похода не вернулись и уже никогда не вернутся сразу три корабля. Два из них выбросило на скалы во время шторма, от которого не успели укрыться. Выживших после этого крушения не было. А третий потеряли в бою. Этот наш кнорр, удирающий после обстрела вражеского корабля, не смог убежать. Горящий драккар викингов догнал наш корабль и, таким образом, смог отомстить за свою гибель. На нашем корабле выживших не осталось, потому что бой не прекращался даже на горящих кораблях. Это, в свою очередь, не позволило нашим людям сбросить доспехи и спастись вплавь. Грустное получилось возвращение. Не радовали даже пять захваченных драккаров и изобилие разнообразных трофеев.

Для себя я решил, что в следующем году обязательно пойду в поход. Не дело это, когда дружина дерётся, а командир занимается непонятно чем.

По традиции, сразу отсыпали семьям погибших серебра. Вернувшимся командам дал денег, не дожидаясь продажи трофеев. Праздник по случаю возвращения дружины получился не таким весёлым, как это было всегда. Народ больше налегал на спиртное, а не на песни с плясками. Решил дать прибывшим пару дней на отдых, а потом загрузить работой и тренировками по полной программе. Жизнь продолжается. Плохо, когда народ падает духом и грустит. Все когда-нибудь умрем, поэтому, и переживаниям должна быть мера. Думаю, что тренировки на износ сейчас будут в самый раз. Заодно, и себя в порядок приведу, а то после ранения расслабился и потерял былую форму. А это неправильно. Сейчас время такое, что все завязано на личном примере. Какой я пример подаю? Будем работать и приводить в порядок как физическое состояние организма, так и его эмоциональную составляющую.

Интерлюдия

Синеус сидел в своём кабинете и перечитывал письмо от человека, которого считал своим другом. Молодой, по сути пацан, но со светлой головой и неизвестно, откуда взявшимися у него знаниями. Только, благодаря этому человеку, Синеус добился того, что сейчас был правителем огромной державы. Понятно, что он был благодарен ему и переживал за него, как за родного сына. Вот и сейчас, по прочтении письма, задумался. Ему не давала покоя ситуация, сложившаяся у его друга, связанная с поиском предателя. По-хорошему, затеянная проверка обязана была принести результат. Но не срослось. В то, что предателем является дядька пацана, Синеус не верил. Хоть и не знаком он с этим человеком, но, зная его по рассказам пацана и своих людей, сильно сомневался, что такой человек мог стать шпионом и собирать сведения для своего врага. Раздумывая и пытаясь понять, как он может помочь в данной ситуации, его вдруг прострелила мысль: а ведь о всех раскладах, связанных с княжеством его друга, знают ещё и его советники. Синеус всегда старался делиться со своими людьми любой мало-мальски значимой информацией, чтобы можно было выработать как можно лучшее решение по той или иной проблеме. Сам себе он задал вопрос: была ли возможность у его людей передать какую-либо информацию викингам. Сам же себе ответил — да сколько угодно. Находясь на пути из варяг в греки, любую информацию можно передать, кому угодно. Исходя из таких мыслей, Синеус решил на всякий случай провести проверку и своих людей тоже. Вдруг, предателя ищут совершенно не в том месте. Надо сказать, что в княжестве уже давно работала созданная, как у пацана, служба безопасности. Вот Синеус и вызвал к себе командира этой службы. Договорились, не откладывая, донести информацию о будущем нападении друга на торг викингов и проследить за поведением всех советников. Благо, людей для этой операции хватает с избытком.

Каково же было удивление Синеуса, когда уже через два дня, его служба безопасности вычислила предателя. Самое обидное в этой ситуации то, что предателем оказался один из советников, которого когда-то пацан и посоветовал выкупить из рабства. К сожалению, викингов, которым тот передал информацию задержать не получилось. Очень уж они стремительно сорвались с места и ушли, чего от них никто не ожидал. Не та сейчас погода для таких путешествий. Разъяренный Синеус приказал готовить дружину для похода в море. На вопрос, сколько человек готовить, ответил — сколько кораблей получится собрать, столько и готовьте. В итоге, весной к походу было готово без малого пятнадцать тысяч человек. Немыслимая по этим временам армия. По большому счету, такой поход давно напрашивался. Слишком уж викинги мешали торговле, но все не доходили руки. А сейчас Синеус решил, что наступило самое удобное для этого время. Ведь защищать торг придёт немалое количество конунгов. Вот и прихлопнет он их всех одним махом. Единственное, о чем не подумал князь — отправить весточку своему другу. Решил, что и так сойдет. Ведь такую силу, как он собрал для похода, викингам не победить. Так чего зря волноваться? Расскажет обо всем при личной встрече.

Интерлюдия

В длинном, большом, обычном для викингов доме, возле очага сидел задумчивый седобородый воин. Если бы была такая возможность и можно было прочитать его невеселые мысли, то человек, услышавший их, сильно бы удивился. Прежде всего, удивился бы не характерным для викингов размышлениям. Обычно викинги не отличались особо изощренными рассуждениями. Эти дети моря зачастую отличались неуемным нравом и прямыми, как клинки, рассуждениями. В данном случае, конунг по имени Эрик, носящий прозвище хитрый змей, раздумывал о поступивших из Гардарики сведений. Вернее, думал не о самих сведениях, а о переговорах с другими вождями, связанными с полученной информацией. В свое время, возвращаясь со службы в Царьграде, у Эрика получилось завербовать одного из советников князя, прибравшего к рукам страну городов. С тех пор он и получал самые свежие новости о происходящем в этом регионе. Когда на море начали в больших количествах пропадать корабли, именно информация, полученная от советников, позволила выяснить причину. Оказывается, на викингов открыл охоту один из бывших рабов, сумевших освободиться, и стать не слабым князем с сильной дружиной. Подготовленная ловушка (благодаря полученным от советника сведениям) не оправдала ожиданий. Более того, во время боя с воинами князя Эрику только чудом удалось выжить и сбежать с частью своих людей.

Сейчас, когда пришла информация о будущем нападении на торг, викинг попытался организовать знакомых вождей для встречи неприятеля и добился результата, обратного тому, который он ожидал. Никто не хотел связываться с этим князем, воевавшим не по правилам, при помощи огня и самострелов. Слишком много воинов не вернулось из похода на его земли. Поэтому, вместо призывов встретить и наказать, большинство предлагало просто свернуть торг в этом году. Эрику было больно слышать такие речи, не достойные воинов одноглазого бога. Но и поделать он с этим ничего не мог. Вернее, не мог вернуть боевой настрой вождей викингов, но мог попробовать сорвать поход. К чему-то подобному он готовился больше года, когда удалось захватить одного из дружинников вышеупомянутого князя, который остался жив после кораблекрушения. Этого дружинника при помощи пыток удалось сломать и заставить сотрудничать. Эрик по образу и подобию захваченного у этого воина самострела заставил кузнецов нескольких селений изготовить сотню точно таких же. После этого организовал интенсивные тренировки своих воинов стрельбе из этого оружия. И сейчас напряжённо размышлял, каким образом можно сорвать будущий поход князя. Ничего другого, кроме как организовать засаду, и попытаться лишить жизни главного врага, в голову не приходило. В принципе, чем больше размышлял, тем больше приходил к выводу, что все получится, если подойти к этому делу с умом. Время, когда князь пойдет в поход известно. Поэтому, организовать засаду на пути следования труда не составит. Сломленный дружинник укажет на нужного человека, которого хорошо знает в лицо. Остаётся только придумать, как унести ноги после покушения, и можно начинать действовать. Приняв такое решение, седобородый воин улыбнулся и тихо прошептал:

— Посмотрим, долго ли проживёт княжество после твоей смерти.

Глава 20

Оторвавшись от своих записей и обучения пацанов, я полностью сосредоточился на подготовке своих бойцов и обеспечении будущего похода. Захваченные корабли переделывались по нашим стандартам. Бойцы во главе со мной активно наматывали круги по лесу, махали железками и занимались стрельбой. Эта зима для всех воинов стала адом. Не давал спуску ни себе, ни людям. Мне кажется, что, когда пришла пора грузиться на корабли, с облегчением вздохнули не только бойцы, но и все поселение. Слишком уж я закрутил гайки. Зато, народ теперь действительно похож на воинское подразделение. Все команды выполнялись мгновенно, и бойцы были, хоть и похудевшие, но в тонусе.

Вместе с судами, которые уходили в поход, шёл и не совсем обычный, переоборудованный специально для промысла китов, корабль. Собственно, переоборудование заключалось в нескольких мощных креплениях, сделанных на корме корабля. Они выполнены для того, чтобы можно было буксировать тушу добытого кита. На прицепе у этого судна шли три лодки с мощными самострелами на носу. Мы не смогли обеспечить всех наших китобоев спасательными жилетами, даже несмотря на то, что осенью устроили настоящий геноцид перелётным птицам, выбивая гусей сотнями. Но людей, которые будут непосредственно в лодках, одеть сумели. Это внушало надежду на благоприятный исход этого мероприятия. Поначалу плавание началось, как обычно. Но уже к исходу первого дня похода меня одолели плохие предчувствия. Не в силах понять, какая опасность ожидает впереди, я принял решение страховаться по полной программе. Поэтому, приказал всем надеть доспехи и вывесить на борта щиты. Пусть лучше потеряем какое-то количество пота, чем будем застигнуты врасплох. Два дня все шло нормально, а на третий, прямо с утра мы угодили в засаду. Всё произошло стремительно и очень неожиданно. Когда началось нападение, в голове мелькнула мысль, что засаду организовал настоящий мастер своего дела. Место, где произошло нападение, идеально для этого подходило. Река здесь делала небольшой поворот, и корабли поневоле подходили чуть ближе к одному из берегов. Вот с этого берега по нам и ударили из арбалетов. Притом, часть противников расположилась на деревьях и, таким образом, смогла видеть всех наших людей, находящихся на кораблях. Тренировки, которыми я замучил народ за зиму, не прошли даром. Среагировали мы мгновенно и слаженно. Несмотря на обилие раненых и убитых бойцов после первого залпа, уже через минуту у противника не осталось никаких шансов. В связи с моими плохими предчувствиями, я не только заставил воинов одеть доспехи, но дополнительно приказал часть арбалетов держать приготовленными к бою. Вот этот мой приказ и сыграл решающую роль в дальнейшем противостоянии. Все нападающие стреляли только по кораблю, на котором был я. Почти половина находящихся здесь бойцов была либо убита, либо ранена. Меня спасла случайность. Во время залпа я потянулся, чтобы дать подзатыльник Богдану-младшему, чем спас жизнь и ему, и себе. Богдан, уклоняясь, поневоле спрятался за находящимся рядом воином и, таким образом, избежал попадания. У меня стрелы, благодаря тому, что нагнулся, по большей части пролетели над головой. Складывалось ощущение, что большая часть стрелков била именно по мне, и только незначительная часть стреляла по другим людям, находящимся на моем корабле. Две стрелы все равно угодили в наплечник, одна рядом с другой, обе отрекошетили и улетели в неизвестном направлении. Здесь мне повезло в очередной раз. Эти стрелы, хоть и не пробили доспехи, но смогли сбить с ног. Это уберегло от ещё нескольких болтов, ударивших в то место, где я находился мгновением раньше. Я же говорю, что человек, устроивший здесь засаду, был настоящим мастером. Он даже продумал возможность разнесенного по времени залпа, на случай промаха. Это когда часть стрелков стреляет сразу, а другая — с небольшой задержкой по времени. Собственно, на этом все успехи противника закончились. Бойцы, находящиеся на других кораблях, ответили мгновенно. В первую очередь выбили стрелков, сидящих на деревьях. Они представляли наибольшую опасность, поэтому и умерли первыми. Всё наши корабли, находящиеся рядом, дружно повернули к берегу, с которого велся обстрел. Дальше все было просто. Часть бойцов взяла в руки щиты, прикрывая, таким образом, товарищей от обстрела. Другая часть принялась в максимальном темпе бить из арбалетов по противнику, засевшему на берегу. Когда суда ткнулись носами в берег, сопротивление уже было подавлено. Бойцам осталось только добить выживших и догнать убежавших. В лес сразу устремились бывшие охотники, которые не позволят убежать кому бы то ни было. Они здесь дома, шансов у убегающих нет. Часть народа кинулась оказывать помощь нашим бойцам, пострадавшим в этой стычке. Я покинул корабль и спрыгнул на берег. Очень хотелось побыстрее узнать, кто же это такой шустрый и наглый решил меня похоронить. Когда спрыгнул на берег и на секунду застыл, пытаясь сохранить равновесие, меня и достали. Выстрел был с противоположного берега, и стрела угодила чуть ниже лопатки, с правой стороны туловища. В данном случае, доспех оказался не способен справиться со своей задачей. Пришло чёткое понимание, что жизнь в этом мире подошла к своему концу. С этой мыслью я и потерял сознание.

Интерлюдия

Засаду получилось организовать вовремя. Стрелков разместили за пару дней до появления кораблей князя. Сказами им, кто, как и куда стреляет. Попрятали в зарослях, чтобы избежать обнаружения. Только пара наблюдателей спрятались на берегу реки в кустарнике. У них задача проще не бывает: предупредить отряд о появлении кораблей. Эрик так и не смог придумать, каким образом убраться после акции, без проблем. Именно поэтому, якобы, с целью перестраховаться, сам со своими двумя приближенными спрятался на другом берегу реки. Всем воинам объяснили, что это нужно для того, чтобы уничтожить князя наверняка. На случай, если не получится у основного отряда. На самом деле, Эрик надеялся, что, пока будет идти перестрелка, у него будет время без проблем уйти. Он ясно понимал, что его отряд обречен. Но, так как умирать отчаянно не хотелось, решил дать себе небольшой шанс. Засада получилась именно такой, как и было запланировано. Только досадная случайность сберегла князя от немедленной гибели. Но, при этом, казалось, что шансов выжить у него не будет. После первого залпа должен был последовать второй. И воины, разместившиеся на деревьях, без проблем уберут это недоразумение, попившее столько крови. К сожалению, дальше все пошло не так, как должно было быть. Неприятно быстро отреагировали бойцы князя, не дали людям Эрика закончить начатое. Сначала смели воинов, сидящих на деревьях, а потом, повернув корабли к берегу, не оставили никаких шансов на благополучный исход противостояния. По сути, засада провалилась и можно было уходить. Но, увидев, как князь спрыгнул не берег, и пытаясь удержать равновесие на мгновение застыл, Эрик как-то неосознанно, на автомате, взял и выстрелил из своего арбалета. Он успел увидеть, что попал, и стрела по самое оперение вошла в спину врага. С противоположного берега раздался многоголосый отчаянный крик, и через мгновение воздух вокруг буквально запел от пролетающих мимо стрел. Спутники Эрика погибли мгновенно, будучи, буквально нашпигованными, большим количеством стрел. Самому Эрику тоже досталось. Но, благодаря тому, что он прятался за деревом, получил только одно ранение. Хоть и не тяжелое, но в ногу.

Глава 20

(продолжение)

На удивление, стрела не убила меня сразу. Более того, благодаря очень быстрой реакции моих воинов, у меня появился шанс на жизнь. Несколько бойцов не стали стрелять по противоположному берегу, а сразу кинулись ко мне. Действовали они строго, так, как их учили. Они оперативно отрезали оперение стрелы и, благодаря тому, что она пробила меня насквозь, выдернули её из тела, при этом закрыв отверстия подготовленными тампонами, не давая, таким образом, схлопнуться легкому. Потом перевязали и, погрузив на корабль, с максимальной скоростью понеслись в селение к бабке-лекарке. На корабле я и очнулся. Говорить было трудно, но Богдан-младший, находящийся рядом, все понял сразу и начал рассказывать, не дожидаясь от меня вопросов. Пока меня спасали и перевязывали, к другому берегу успели пристать два корабля. Бойцы, высадившиеся на берег, сумели поймать одного из стрелков живьём. Тот не стал отпираться, и рассказал все об этой засаде. Когда мы уходили в селение, бойцы просили передать мне, что, ранивший меня викинг, умрёт не быстро. А они всем составом идут мстить. В этот раз будут разорять все селения, какие только смогут обнаружить. Хотел было сказать, чтобы не делали глупостей и действовали, как и раньше. Но, как-то неловко шевельнулся и снова потерял сознание.

Интерлюдия

Синеус выдвинулся в поход, как только река вскрылась ото льда. Почему-то, обычно спокойный и рассудительный князь в этот раз не находил себе места и гнал своих людей, как будто на пожар. Изначально в поход выдвинулась и так не малая рать, а по пути, благодаря постоянно присоединяющимся отрядам, она стала расти, как на дрожжах. Оказывается, народ, узнавший о большом походе, не сидел зиму без дела, а готовился. Мало кто из бойцов, проживающих на землях князя, не пошёл в этот поход. Сначала Синеус планировал идти на Балтику и оттуда начинать вторжение. Но почему-то передумал и изменил место начало атаки на побережье Белого моря. Благодаря огромному количеству людей и кораблей, быстро передвигаться не получалось. Но, тем не менее, к морю вышли приблизительно в то же время, когда князь Богдан начинает свои походы. То, что он не зря изменил маршрут движения, Синеус узнал уже через пару дней после того, как добрался до Белого моря. Его корабли, рыскающие по округе, встретились с кораблями Богдана. От бойцов, идущих мстить за своего князя, Синеус и узнал о засаде и ранении. Так как ему все равно пришлось бы ждать, пока соберутся все его силы недели две, он решил по быстрому смотаться к Богдану в гости и, хотя бы добрым словом, поддержать друга. Чтобы двигаться быстрее, на отобранные корабли погрузили по две смены гребцов. Небольшой отряд в составе пяти судов стремительно пошёл к известной цели. Передвигались круглосуточно и побили все рекорды по скорости, возможной на подобных судах. Уже через восемь дней Синеус заходил в дом к другу.

Глава 20

(окончание)

В следующий раз я пришёл в себя уже в селении, лежа в своей кровати, во время перевязки. Говорить хоть и с трудом, но получалось. Поэтому, задал прямой вопрос бабке-лекарке:

— Сколько мне осталось? Та, как-то замявшись, ответила, что не знает. Но думает — долго мучиться не придётся. Раны воспалились, и чем это воспаление закончится, она прогнозировать не может. Скорее — смертью, чем выздоровлением. Как не крути, а железная она всё-таки женщина. Другая на её месте вряд ли решилась бы вот так спокойно и честно ответить на такой вопрос. Ну, что же? Не в первый раз, поэтому не стал делать из этого трагедии, а решил потратить оставшееся время с пользой. Начал с дядьки, которого попросил позвать для разговора. Ему долго рассказывал, что нужно делать после моей смерти. В итоге, все сводилось к одному — связаться с Синеусом и объединить под его рукой наши княжества. Собственно, разговором с дядькой все и закончилось, так как я опять потерял сознание. Следующие дни проходили, как в тумане. В короткие моменты, когда приходил в себя, прощался со своими женщинами и детьми. Когда в дом зашёл Синеус, поначалу даже не поверил, что это — не глюк. С ним получилось поговорить несколько раз. В первый раз рассказал о своих заначках и приказал своим людям показать их князю. Потребовал, чтобы семьям погибших в последнем бою, выдали серебра при мне. Не хотелось уходить за кромку с долгами. Поэтому, спешил их раздать. Во второй раз потребовал от него поклясться, что он сохранит созданное здесь учебное заведение и проконтролирует сохранность моих записей. Пояснил, что они очень важны для будущих поколений. Несмотря на боль и слабость, я был доволен. В первый раз умираю, успевая закончить свои дела, и раздать указания. Через два дня Синеус собрался уезжать. Его ждала собранная для набега армия, которая требовала его присутствия. Пообещал после похода заглянуть. Вряд ли он меня застанет живым. С каждым днем мне становилось все хуже, и я прекрасно понимал, что осталось недолго. Мне все чаще начали сниться странные сны. А может быть, это был своеобразный приход, навеянный, благодаря настойкам бабки-лекарки. Перед глазами то пробегали сценки из прошлых, прожитых жизней, то посещали видения из этой. Один раз в этих сновидениях появилась уже однажды виденная, здоровенная харя непонятной сущности, которая с какой-то досадой сказала:

— Что ты так цепляешься за эту жизнь? Давай, умирай уже. Даже во сне захотелось послать её куда подальше. Сам не понимаю, как смог удержаться. Потом наступило какое-то просветление, и я очнулся. Стало реально легче и два дня я прожил, можно сказать, нормальной жизнью. Если не считать того, что вставать с кровати не мог, да, и честно сказать, не хотел. Я просто наслаждался почти полным отсутствием боли и с непонятной радостью наблюдал за возней детишек возле моей кровати. Только на второй день, заглянув в глаза бабки-лекарки, пришло понимание. Это она облегчила мою участь, напоив какой-то наркотой. Значит, время пришло. Кивнул бабке понимающие, и она уловила то, что я ей сказал без слов. Вечером того же дня я уснул, и все.

Интерлюдия

Синеус уходил от дома друга в смешанных чувствах. Ему было искренне жаль умирающего человека, и при этом, в душе разгоралось непонятное пламя ярости на уродов, посмевших поднять руку на его друга. А ещё он чувствовал непонятную гордость за этого парня, за его отношение к смерти, которой он совершенно не боялся. Даже, стоя одной ногой за кромкой, он думал не о том, что умрёт. А о том, как без него будут жить его люди. В какой-то момент, Синеус сам себе поклялся, что выполнит все наказы и пожелания этого человека. Чего бы ему это не стоило. Когда загрузился на корабль, отчалили от гостеприимного берега, в голову пришла конкретная мысль:

— Этот поход не закончится до тех пор, пока гнойник под названием викинги, не будет полностью вырезан из тела этой земли.

Исходя из этой мысли, Синеус стал планировать свои действия совершенно по- другому. Он решил, что собранные им силы, не надо держать в одном кулаке, а нужно разбить их на крупные отряды и атаковать одновременно все побережье врага. На крайний случай, большую его часть. А потом и остальным заняться.

Эпилог

Я в очередной раз парил в непонятном нечто. Только сейчас почему-то все осознавалось ярче и чётче. Почему-то я точно знал, что сейчас решается моя судьба и хорошего мне от этого решения ждать не приходится.

Получилось в этот раз и осмотреться вокруг более основательно. Наверное, поэтому обнаружил вокруг множество туманных ручьев и ручейков, текущих в разные стороны. Эти образования очень походили на густую запутанную паутину, теряющую свои очертания вдали. Но, больше всего моё внимание почему-то привлёк только один из потоков. Может потому, что он имел какой-то непонятный цвет, и этим сильно выделялся из массы бесцветных образований. Сколько длилось это моё подвешенное состояние, я сказать не могу. Не ощущалось здесь время так, как я к этому привык. Просто любуюсь окружающим видом, даже на мгновение забыв о том, что сейчас решается моя судьба. Я вдруг понял, что могу, при желании, попасть в заинтересовавший меня цветной поток. Как я это сделаю и почему — как-то не задумался. Просто сильно захотел, и все. Уже, находясь в этом потоке, мне показалось, что я услышал знакомый голос, который задумчиво сказал:

— Что же, так тому и быть. По крайней мере, ты — теперь не моя головная боль.

Интерлюдия

Непонятно, где, знакомая нам, запредельно сильная сущность, размышляла, что делать с этим неугомонным, от которого столько проблем. Нет, это надо же! Даже в Средневековом мире, где никогда ничего значимого не происходит, сумел поднять бурю, из-за которой мир чуть не сорвался в свободное плавание. Может, правда отправить эту душу на полноценное перерождение с очисткой всего? Да, наверное, так и надо сделать. Однако, сущность не успела ничего сделать. Как раз в этот момент на планете, о которой он только сейчас думал, произошло что-то настолько значимое, что она, как будто её кто-то пнул, оторвалась от ветки миров и ушла в свободное плавание. От неожиданности и стремительно развивающихся событий, сущность напрочь забыла о нашем герое и принялась максимально быстро выяснять, что же произошло на самом деле. Разобравшись, только пробормотала:

— Каков сам — таковы и друзья. История мира изменила свое течение настолько, что ни о какой идентичности с изначальным здесь теперь и не пахло. Друг нашего героя не просто уничтожил даже упоминание о викингах. Он, как метлой, прошёлся по Скандинавскому полуострову и территории, где в более позднее время расположилась Дания. Он постарался сделать эту территорию поистине своей, оставив в каждом из захваченных поселений небольшие отряды на постоянное место жительства. Более того, в момент самого разгара боев с викингами на полабских славян напали кельты. Озверевший от такой подлости Синеус, после уничтожения викингов, занялся уничтожением обнаглевших племён, поступив с ними точно также, как и с викингами. В итоге, в этом мире теперь не будет скандинавских стран, как, собственно, и германских. Поэтому, мир и пошёл по новому пути развития, кардинально отличающемуся от изначального. Только сейчас сущность обратила внимание, что, устроивший все это наглец, исчез из его поля зрения. Осмотревшись, он только хмыкнул. Пока он выяснял, что происходит с этим беспокойным миром, этот зародыш разумного успел в очередной раз ускользнуть. Но, в этот раз, в совершенно другой временно-пространственный поток. Сущность мгновение поглядела на все это безобразие и пробормотала:

— Что же? Так тому и быть. По крайней мере, ты — теперь не моя головная боль.

Конец книги

Content

Василий Седой
Украденная жизнь

От автора

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Интерлюдия

Глава 18 (продолжение)

Глава 19

Интерлюдия

Интерлюдия

Глава 20

Интерлюдия

Глава 20 (продолжение)

Интерлюдия

Глава 20 (окончание)

Интерлюдия

Эпилог

Интерлюдия