Тайниковский, Ю. Винокуров

Кровь Василиска

Книга III

Глава 1

— В столицу? — удивленно спросил Фредерик. Я кивнул.

— Держи, — я протянул ему письмо.

Приняв конверт из моих рук, дворецкий пару минут изучал его, а потом нахмурился.

— Что от вас потребовалось кардиналу? — спросил управляющий поместьем, оторвав взгляд от бумаги и посмотрев на меня.

— Понятия не имею, — честно ответил я, пожав плечами. — Наверное, хочет познакомиться.

— Его Высокопреосвященство господин Жумельяк? Просто познакомиться? — мой собеседник смерил меня скептическим взглядом. — Этот человек ничего не делает просто так, — добавил Фредерик и, тяжело вздохнув, покачал головой.

— Видимо, ему про меня что-то рассказал его сын. Но я не уверен в точности своего предположения, — я снова пожал плечами. — Я же тебе рассказывал, как мы познакомились с Жозе Жумельяком. Одно я знаю наверняка: кардинал весьма необычный человек, и знакомство с ним точно пойдет мне и вообще нам всем на пользу.

— Ох, не к добру это, господин, — обеспокоенным голосом произнес дворецкий.

— Все будет нормально, — ответил я и улыбнулся.

— Я поеду с вами, — не задумываясь, произнес мой собеседник.

Хм-м, идея так-то неплохая, но кто тогда приглядит за домом?

Я высказал свой вопрос вслух, внимательно наблюдая за его реакцией. Мне нужно удостовериться, что я всё сделаю правильно.

— Фрида, — спокойно ответил Фредерик. — Она всегда остается за старшую в мое отсутствие, — произнес управляющий поместьем Кастельморов.

Ответ дворецкого не удивил меня, ибо вариантов было не так много. Это могла быть либо Зигфрида, либо Арлетт.

— Хорошо, — после секундного раздумья кивнул я. Особого выбора не было, мне нужен был Фредерик в этой поездке. — Тогда едешь со мной, — добавил я. — Можешь начинать собирать вещи.

— Займусь прямо сейчас, — ответил Фредерик.

— Отлично, а я, как и планировал, дойду до строителей, — зачем-то сообщил я дворецкому, после чего пересек холл и вышел на задний двор.

Было уже темно, но это вовсе не было для меня помехой.

Глаза практически сразу адаптировались к отсутствию света, и я уверенно направился в сторону ограды, где поселились строители, которые, судя по звукам, что доносились с их стороны, явно не закончили еще работать.

— О! Барон! — как и раньше, Феликс просто сиял от доброжелательности. — Решили нас навестить на ночь глядя? — поинтересовался Бонн.

Теперь я был практически уверен, что глава гильдии строителей видел в темноте. Ведь того тусклого освещения, что обеспечивали магические кристаллы и пара костров, явно было мало для нормальной работы.

Хм-м. А что если…

Я проверил его с помощью магического зрения, и мои догадки подтвердились. Бородач действительно оказался одаренным.

Очень слабым, но все же одаренным, и, видимо, он мог использовать магическую энергию, благодаря которой и мог видеть в темноте.

«Интересно, он самоучка?» — подумал я, смотря на круглое лицо Феликса с широкой улыбкой на губах.

— Вечера доброго, — тем временем поздоровался я с главой гильдии строителей. — Да вот, решил немного прогуляться перед сном, — ответил я, рассматривая постройку, которая была уже практически закончена.

— Почти закончили! — довольным голосом произнес он, кивая на деревянную конструкцию около двух с половиной метров в высоту.

— Молодцы. Хорошая работа, — ответил я, ибо смотрелся вольер и правда достойно и, главное, чрезвычайно прочно.

Такой точно сдержит магических волчат, даже если те окажутся буйными. Ну а к тому моменту, когда они подрастут, я уже их выдрессирую.

Вот только эта поездка в столицу немного испортила мне планы.

Хотя, с другой стороны, волчата были еще очень маленькими, когда я их засек при помощи своего магического взора. Как бы там ни было, было еще слишком рано, чтобы отлучать волчат от матери. К тому же, я не планировал надолго задерживаться в столице.

— А то! Говорил же, что мы профессионалы! — довольным голосом произнес Феликс. — А за ужин, барон, отдельное вам спасибо! Давно мы так вкусно не ели! — добавил он. — Кухарка у вас, однако, что надо! Она, кстати…

— Занята, — закончил я за Бонна, пока его не услышал Фредерик.

— Ясное дело! — усмехнулся мой собеседник. — Но попытка, как говорится, не пытка! — произнес он, а затем повернулся к своим работникам. — Заканчиваем на сегодня! — крикнул он им, а затем вернулся к разговору со мной. — Завтра утром все доделаем.

— Хорошо, — кивнул я. — Сколько в итоге с меня? — спросил я.

— Все завтра, барон, — ответил Феликс. — Я посчитаю, что и как по материалам и остаткам, а затем скажу вам точную сумму. И да, как я уже говорил ранее, можете не беспокоиться. Все будет без обмана. Моя репутация дороже мне всякого золота, — добавил он, и я не ощутил в его словах и намека на ложь.

— Славно, — я посмотрел на рабочего, который сидел наверху и делал что-то с крышей.

В темноте было и правда травмоопасно работать и для обычного человека падение с такой высоты могло повлечь за собой очень серьезные последствия. Чтобы умереть, надо, конечно, постараться, но сломать себе что-нибудь точно можно.

— Тогда увидимся завтра, — тем временем добавил я.

— Ага. Хорошей ночи, барон, — кивнул мой собеседник.

— И вам, — вежливо ответил я, направившись в поместье.

Время было уже позднее, а завтра из-за внезапного приглашения в столицу нужно было многое сделать, поэтому нужно было лечь пораньше. А я-то еще хотел посидеть в библиотеке.

«Ну, может, в другой раз», — подумал я, вместо библиотеки отправившись в свою комнату.

* * *

На следующее утро я встал рано, как всегда свежим и полным сил.

Далее все шло по распорядку.

Утренний комплекс упражнений, который я начал немного усложнять, стараясь плавно переходить на вторую ступень. И это уже давало свои результаты. Благодаря прокачке магического ядра, которое разгоняло метаболизм и ускоряло формирование мышц, я даже внешне стал походить не на мальчика, а на воина. Худощавого и жилистого. Да, мои мышцы еще не стальные канаты Василиска, но я двигаюсь в правильном направлении.

После водных процедур настал черед очень питательного и вкусного завтрака от Богини кухни, а заодно и полей битв — Зигфриды. Да, разогнанный метаболизм не щадил меня, и теперь я чувствовал себя постоянно голодным. Вплоть до того, что пару раз за ночь бегал на кухню. Конечно, у меня бы хватило силы воли перетерпеть, но зачем, если это на пользу организму?

В том, что моя кухарка бывшая воительница, я нисколько не сомневался. А может, и не бывшая вовсе, ибо я краем глаза разок заметил, как широкоплечая блондинка махала деревянным поленом очень ранним утром и уж больно это было похоже на тренировку, нежели на что-то другое.

— Какие планы дальше, господин? — Фредерик встретил меня, когда я вышел из столовой.

— Пока не знаю, — честно ответил я. — Сначала я рассчитаюсь со строителями, а потом решу. Не думаю, что нам нужно выезжать прямо сегодня, — добавил я, и мой собеседник снова нахмурился. — Что не так? — спросил я дворецкого.

— Кардинала Жумельяка лучше не заставлять ждать, — ответил управляющий поместьем, смотря на меня обеспокоенным взглядом.

— В письме написано: в любое удобное для меня время, — спокойно ответил я.

— Ох, господин, господин, — покачал головой Фредерик. — Эти слова означают «немедленно» или «как можно скорее», и никак иначе, — произнес дворецкий и напрягся еще больше.

Никогда не видел его прежде таким. Да уж, с кем ни познакомься, со всеми лучше не иметь дел. Что Брис Аратье, что маркиза Де’Бордо. Да и Де’Мансауро тоже была не такой простушкой, какой хотела мне показаться.

А теперь еще и кардинал с его сыном…

Может, пора уже научиться знакомиться с людьми, похожими на Де’Жориньи? Было бы неплохо, да. Может, большим умом этот здоровяк и не блистал, но зато он был добродушным, веселым и преданным. Такие, как он, своих товарищей в беде явно не бросали и наверняка в случае неприятностей готовы были пойти за друга хоть в огонь, хоть в воду. Надо будет кстати написать ему.

— Фредерик, а как я могу отправить письмо? — поинтересовался я у дворецкого.

— Через королевскую почту самый верный способ, — ответил мой собеседник.

— В Сент-Эрене есть их филиал? — спросил я.

— Разумеется, — кивнул управляющий поместьем.

— Славно. Наш путь в столицу лежит через этот город, верно? — уточнил я, вспоминая карту Галларии, которую я видел раньше.

— Да, господин, — кивнул Фредерик. — Еще и через Ланон проедем, — добавил дворецкий.

А. город, в котором я лежал в больнице! Точно! Так он и назывался. Вообще, довольно значимое, должно быть, для меня место. Ведь именно там я впервые появился в этом мире, в теле молодого Люка Кастельмора, чья семья была отравлена, и выжил только он один. И, судя по всему, только благодаря мне.

— Хорошо, — кивнул я Фредерику. — Посмотрю, как там строители, а затем подумаем над дальнейшими планами. Просто все брать и бросать только из-за того, что мне написал кардинал, я не собираюсь, — произнес я и под неодобрительный взгляд управляющего поместьем пошел на задний двор, где, оказывается, уже все было готово.

— Принимайте работу, барон! — довольным голосом произнес Феликс, когда я подошел, и мы поприветствовали друг друга. — Все просто, но при этом прочно, усмехнулся он, делая приглашающий жест в сторону новенького вольера.

Первым делом я посмотрел на дверь.

— Три укрепленные петли. Ковал мой хороший знакомый. Если что, он делает двери и петли для самой Кастилии, и пока никому не удавалось их выломать. Слышал я, что даже взрывать пробовали. Хе-х, — крякнул мой собеседник.

— И как? — спросил я, когда продолжения не последовало.

— Дверям ничего, а стену разворотило. Хе-х, — усмехнулся Феликс.

Мы зашли внутрь.

— Тут же сено какое-то будет, так? — поинтересовался Бонн, кивая на пол.

— Думаю, да, — ответил я бородачу.

— Отлично. Вот, смотрите, — он указал на один из углов. Псины любят по углам раскопки всякие вести, поэтому мы их укрепили, — произнес он, и я действительно увидел четыре гранитных плиты по каждому из четырех углов. — Пусть хоть вечность копают! Ах-ха! — громко рассмеялся он. — Ну и эта часть, — он показал на торцевую стену, которая была сделана не из дерева. — Им же воздух нужен. Не будут же они в четырех углах преть, — произнес глава гильдии строителей. — Вот я решил сделать ее так, — добавил он, как и я, смотря на металлические прутья с палец толщиной, которые шли от пола до потолка с шагом примерно в пять — шесть сантиметров.

«Неплохое решение», — подумал я. Магические волчата были крупнее обычных щенков и точно не смогут протиснуться между прутьев. Ну а когда будут постарше и я их выдрессирую, они будут жить не в вольере, а охранять территорию.

— Мне все нравится, — честно сказал я, когда все внимательно осмотрел.

Работа действительно была выполнена очень быстро, а главное — качественно. Да, в последнем еще предстояло убедиться, но мне нравилось все то, что я видел сейчас.

— Вот и славно! — на лице Феликса появилась довольная улыбка. — Я посчитал. Барон, выходит на восемьдесят луидоров, — он достал из кармана потрепанный листок бумаги и, развернув его, протянул мне. Видимо, это была ранее обозначенная смета.

— Не нужно, — покачал я головой. — Я принесу положенную сумму, как только вы будете готовы. Кухарку тоже предупрежу, чтобы снабдила вас в дорогу едой, а то путь неблизкий, — добавил я, и лицо главы гильдии строителей аж просияло.

— Хороший вы мужик, барон. Ой! — он потупил взгляд. — Прошу прощения за мое панибратство, я не…

— Все нормально, — я хлопнул бородача по плечу. — Собирайтесь, никуда не спешите, а как будете готовы, рассчитаемся. У меня имеются планы по перестройке поместья в будущем, поэтому хорошие строители мне понадобятся, — произнес я и улыбнулся.

— Отлично! Приятно с вами иметь дело, барон! — он протянул мне руку, и мы обменялись крепким рукопожатием.

— Взаимно! — честно ответил я. — В общем, как будете готовы, заходи, — сказал я Бонну, после чего отправился в поместье.

Далее мой путь лежал в кабинет, в котором находился сейф. Достав нужную сумму и накинув немного сверху, я положил деньги в кошель, затем достал из того же сейфа пару пистолетов.

Помимо них, я собирался взять с собой еще и мушкет, причем именно тот, что я забрал у наемного убийцы. В Лютеции, столице Галларии, наверняка должны были найтись мастера, которые могли помочь мне разобраться с необычным устройством оружия и объяснить принцип его действия. Во всяком случае, шанс найти там таких людей был гораздо выше, чем где бы то ни было.

Сложив оружие в одну кучу, я закрыл сейф и покинул комнату. Разумеется, сразу же столкнулся с Фредериком. Может, это у него магия такая — быть всегда в нужном месте? Я даже на всякий случай проверил его с помощью магического зрения. Мои догадки не подтвердились.

— Господин, — управляющий поместьем Кастельморов склонил голову. — Все необходимые вещи, включая вашу одежду, я собрал, — доложил он.

— Хорошо, — кивнул я. — Как думаешь, какие бумаги мне могут пригодиться в столице? — поинтересовался я, ибо до конца не понимал всех законов и положений относительно благородных в этом мире.

Дворецкий задумался.

— Думаю, бумаг, которые вы получили от душеприказчика о передаче титула и имущества вам, а также фамильной печати будет достаточно, — ответил он. И тут я вспомнил одну важную вещь: я так и не сходил к душеприказчику.

— Я не был у него, — ответил я Фредерику.

— Ну, тогда заедем, когда будем в Сент-Эрене, — спокойно ответил он. — Все равно нам этого города не миновать.

— Хорошо. Тогда так и поступим, — ответил я.

— Господин, когда вы надумали отправляться? — спросил дворецкий, которого, видимо, до сих пор волновал тот факт, что я не бросил все свои дела, получив письмо, и не сорвался с места лишь бы угодить Его Высокопреосвященству кардиналу Жумельяку.

— Не беспокойся, — успокоил я своего излишне переживательного управляющего. — Думаю, мы выдвинемся вместе с Феликсом и его работниками. Поэтому можешь заранее подготовить экипаж, — сказал я дворецкому.

— Он уже готов, — не задумываясь, ответил мой собеседник.

Кто бы сомневался…

— Хорошо, — я усмехнулся. — Распорядись тогда, чтобы Зигфрида собрала в дорогу еды нам и бригаде Феликса. Как у нас, кстати, с запасами? — уточнил я.

— Все хорошо. Кладовая полностью забита, — отрапортовал Фредерик.

— Славно. Тогда распорядись насчет еды, а я пока займусь лекарствами. Раз уж мы окажемся в столице, то нужно будет распродать часть запасов, — ответил я своему собеседнику.

— Хорошо, господин, — управляющий поместьем склонил голову. — Все будет сделано.

— Отлично, — ответил я и пошел в сторону выхода из своего имения. Большинство лекарств хранилось в оранжерее, поэтому начать следовало с нее.

Да, еще неплохо было найти нужные каналы, при помощи которых я мог бы сбыть яды, созданные гением Люком Кастельмором, и которые в последующем я планирую немного усовершенствовать, усилив их своей ядовитой магической энергией.

Вот только дело это очень деликатное. Яды Люка очень сильны, и при продаже я точно должен был оставаться инкогнито, а иначе это могло повлечь нежелательные последствия. А еще лучше действовать через посредника. Только где б его найти в незнакомом городе?

— Ладно, разберусь, — тяжело вздохнув, буркнул я себе под нос, открывая дверь оранжереи.

Далее я начал упаковывать часть лекарств в сумку, а затем в нее же, но в отдельный скрытый внутренний карман, я упаковал часть ядов, которые уже можно было продать, ибо теперь я мог синтезировать их при помощи своего ядовитого ядра.

— Так. Вроде все, — произнес я, смотря на сумку и опустевший шкаф.

«Надо будет понемногу пополнять запасы, а то я только трачу и трачу», — отметил я для себя.

А еще лучше нанять кого-нибудь в помощь.

Желательно молодого, талантливого и амбициозного, чтобы с самого начала взращивать в нем или в ней не только талант, но и преданность мне и дому Кастельморов.

Вопрос: где найти такого человека? Вероятно, я смогу найти его в столице.

Хм-м. Возможно, эта поездка и вовсе будет очень полезной, а не пустой тратой времени, как я изначально предполагал.

Глава 2

«Мне точно нужен либо особый человек, который специализируется на разгадывании шифров, либо ключ», — понял я, когда последние несколько десятков минут провел в попытках прочесть бумагу, которую я нашел у наемной убийцы, но так и не смог понять, что же в ней написано.

Вопрос только — к кому обратиться за помощью.

Человеку, способному подобрать ключ к шифру, я должен был всецело доверять, ибо информация в этой записке могла быть очень ценной.

И наверняка опасной.

— Да уж, — негромко буркнул я себе под нос, убирая записку, взятую с тела Ворона, обратно во внутренний карман камзола.

Интересно, кто же все таки нанял этого убийцу: Рошфоры или Астрид Де’Бордо? Я конечно больше склонялся к версии с маркизой. Но убить гостя прямо у себя дома — это конечно очень нагло и глупо. А наглых людей я на дух не переносил. А глупых? А глупые, как правило, в итоге сами себя наказывали.

— Господин, — послышался голос Фредерика, который отвлек меня от раздумий. — Там впереди что-то происходит, — произнес он обеспокоенным голосом.

Любопытно. Перед нами невдалеке ехал кортеж строителей.

Я перекинулся через борт кареты и посмотрел вперед, усилив свои глаза магической энергией.

Хм-м, и правда. Телеги строителей остановились.

— Прибавь хода! — попросил я Фредрика и дворецкий, кивнув, заставил лошадей ускориться.

Вскоре мы нагнали кортеж Феликса и его работников.

Я вышел из кареты и пошел вперед, так как сзади ехали обозы, груженные материалами, и подошел к главе гильдии строителей, около телеги которого столпились все остальные работники.

— Барон, — кивнул мне Бонн, который выглядел весьма напряженным.

— Что-то случилось? — спросил я, потому что не увидел впереди ничего подозрительного.

Дорога как дорога.

Да, впереди, конечно, начинался небольшой участок леса, и в принципе, это было неплохое место для засады, но в прошлый раз мы с Фредериком пересекли его без особых проблем. Причем одинокий экипаж с одиноким благородным господином и кучером, я думаю, был более лакомым кусочком, нежели небольшой кортеж из обычных строителей — работяг.

— Не знаю, — покачал головой Феликс. — Что-то на душе у меня неспокойно, — добавил он, вглядываясь туда, где начинался лес.

— Может, объяснишь более конкретно? — усмехнулся я, смотря на лес магическим зрением.

Одаренных и магических зверей в радиусе ближайшей полумили точно не было.

— Не знаю, барон. Душа у меня неспокойна, — произнес он, продолжая смотреть вдаль.

— Интуиция, значит, — снова усмехнулся я.

— Да, — кивнул бородач и посмотрел на меня. — Барон, думаете ерунда? — тяжело вздохнув, спросил мой собеседник.

— Не знаю, — честно ответил я, смотря на обеспокоенное лицо своего собеседника.

Может, проверить? Вдруг интуиция и правда не обманывала Феликса? Если там засада, то бригаде Бонна точно придется несладко.

А если она еще и будет грамотно устроена…

— Оставайтесь здесь, я проверю, — произнес я и, больше не говоря ни слова, вернулся к своей карете.

— Что-то случилось, господин? — спросил Фредерик, который остался на козлах.

— Феликс беспокоится о возможной засаде, — ответил я дворецкому. — Поэтому я хочу разобраться, так ли это, — добавил я, беря в руки шпагу, которую я оставил в карете.

— Господин, вы уверены?! — нахмурился управляющий поместьем. — Вы не обязаны это делать и…

— Уверен. Если Бонн прав, и там действительно засада, то в первую очередь в опасности окажется сам Феликс, а потом и мы, — я кивнул на собеседника. — Я не хочу рисковать. Если это так, то инициатива первого удара должна быть у нас.

— Тогда я с вами! — не знаю откуда, но в руках Фредерика появился его пехотный тесак, который, видимо, всегда был при нем.

— Нет, — покачал я головой. — Оставайся с лошадьми. Не хочу, чтобы тебя подстрелили.

— А вы, господин? За себя вы не боитесь? — недовольно пробурчал мой собеседник, вызвав тем самым мою очередную улыбку.

— Со мной ничего не будет, — спокойным тоном заверил я дворецкого. — Ты же уже должен был понять, что меня не так-то просто убить, — добавил я.

Фредерик тяжело вздохнул.

— Хорошо, — сдался он. — Но все равно будьте очень осторожны! — проговорил он, продолжая смотреть на меня своими беспокойными глазами.

— Буду, — пообещал я собеседнику, после чего пошел в сторону первой повозки.

— Барон, вы пойдете туда один? — спросил Феликс, стоило мне с ним поравняться.

— Да, — кивнул я бородачу, начиная усиливать свое тело магией.

Из-за большого количества разнообразных ядов, которые поглотило мое ядовитое сердце, как оно, так и моя паутина энергетических каналов сильно окрепли с того времени, как я попал в этот мир.

«Получится или нет?» — подумал я, решив в этот раз укрепить своей магией тело, несколько иначе нежели я это делал в прошлый раз.

Сконцентрировавшись, я не стал насыщать свою кожу и мышцы магией, а начал опоясывать свое тело своими же энергетическими каналами, создавая вокруг себя настоящую магическую броню.

— Барон, с вами все в порядке? — спросил меня Феликс.

— А? Да, извини, — кивнул я и широко улыбнулся.

Я настолько увлекся созданием магической защиты, что все вокруг меня будто бы померкло, а звуки приглушились, но каков был эффект.

Магический доспех — так называлась «финальная защитная техника» магов моего мира и сейчас я смог ее выполнить. Да, мой доспех не был идеальным, но зато, в отличие от того, что я делал ранее, а именно когда насыщал свое тело маной, теперь меня было очень сложно ранить. А еще, что немаловажно, одежда останется целой. Но это не точно.

Во всяком случае, обычными физическими атаками меня теперь поранить будет чрезвычайно сложно. А учитывая то, что одаренных я в лесу не видел, никаких шансов у людей в засаде, если таковая имелась, не было.

— Все, теперь пойду проверю. Сидите здесь, — сказал я Феликсу и его команде и уверенными шагами пошел вперед.

До леса было с полмили, поэтому вскоре я уже вошел в приятный тенек и холодок. Остановившись, осмотрелся по сторонам.

«Хм-м, неужели Бонн оказался прав?» — подумал я, когда ощутил на себе чьи-то взгляды.

Ничего себе у него развитая интуиция. А я-то уж думал, что это она у меня сильно развита… И что делать дальше?

Скорее всего, те, кто решил заготовить в лесу западню, уже поняли, что приближающийся к ним караван Феликса, а заодно и моя карета, заподозрили неладное.

Не зря же кортеж остановился, не заезжая в лес.

А ещё, если решившие устроить засаду не полные идиоты, то среди них наверняка должны были быть наблюдатели, которые следили за всем, что происходит на тракте.

Но это если грабители, или кем там они были, являлись не обычными крестьянами, решившими встать на путь грабежа и не имея даже базовой военной подготовки и хоть какого-нибудь тактического мышления.

«Ладно», — я пожал плечами и пошел дальше.

Если незнакомцы не решаются сделать первый шаг, тогда его сделаю я.

Пройдя еще метров сто вперед, увидел на дороге поваленное дерево. Теперь догадки Феликса о том, что здесь засада, подтвердились на все сто процентов.

«Хм-м, а ведь все сделано не по-дилетантски», — подумал я, смотря на ствол большого дерева, которое, казалось, упало под тяжестью собственного веса и ветра.

То есть оно не было тупо срублено и повалено, чтобы загородить путь. Для людей, едущих по тракту, всё должно было выглядеть так, будто это было обычное совпадение.

Обычный крестьянский люд до такого точно бы не догадался, а значит, я имею дело не с полными профанами. Что ж, интересно. Я пошел дальше и остановился только возле дерева.

Постояв возле него пару минут, я понял что нападать на меня первыми не собираются.

«Что ж, ладно», — я пожал плечами и, закрыв глаза, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов.

Мои противники не обладали магической энергией, и я не мог видеть их ауры в лесу, но это вовсе не значило, что я не мог определить, где они находятся.

Максимально сконцентрировавшись, я направил магическую энергию к ушам и с помощью нее заглушил большинство звуков вокруг, стараясь вычленить из пространства только то, что мне было нужно, а именно — дыхание.

Подобное я еще ни разу не проделывал в этом мире, но это не значило, что я не мог. В моем мире я назвал эту технику «Режим хищника» и я был одним из немногих в гильдии, кто мог ее использовать. Правда, к нему прилагалось еще усиленное обоняние, но сейчас на оба чувства у меня точно не хватит сил.

Прошло несколько секунд и на моих губах появилась хищная улыбка, ведь мне удалось вычленить из окружающего пространства первый вдох, а это означало лишь одно: Василиск вышел на охоту.

Услышав первый вдох противника, я немедленно бросился в сторону его источника.

Как и прежде, я усилил свое тело магической энергией, поэтому двигался гораздо быстрее обычного человека и без труда преодолел несколько десятков метров за считанные секунды.

Первого врага я увидел на дереве. Он сидел на ветке в метрах десяти над землей, но быстро слетел с нее, когда в его тело воткнулась металлическая «рыбка».

Упав в траву, он охнул, ибо из легких при падении с такой высоты вышибло весь воздух, а я уже был рядом.

«Хм-м, интересно», — подумал я, когда увидел, что передо мной военный. — «Дезертир?» — сразу же промелькнула в моей голове мысль.

Возможно, но точно не с нашей стороны, — сразу же понял я, когда увидел герб и расцветку воина — оранжевый лев на желтом фоне.

«Иллериец!» — догадался я, и буквально в следующую секунду до моих ушей донесся знакомый звук, а за ним еще парочка таких же.

В меня стреляли из арбалетов, причем сразу из нескольких. Вот только попав в мой магический доспех, болты лишь звякнули и срикошетили в сторону.

«Надо будет оставить одного в живых», — подумал я, когда ринулся в сторону, откуда в меня стреляли, попутно выхватывая шпагу.

Четверо, причем в одном месте.

«Отлично. Не придется выискивать идиотов по всему лесу!» — подумал я, когда острие фамильного сокровища Кастельморов вошло в шею одного из воинов.

Привычный взгляд умирающего человека, который я часто раньше видел в своем мире. Резко выдернув шпагу из тела противника и пнув его, отскакиваю назад.

Даже несмотря на то, что двигался я очень быстро, иллерийцы успели среагировать и, достав оружие, один из них попытался проткнуть меня своим мечом, но меня уже не было там, куда пришелся удар.

Двое других, хоть и сделали это медленнее, тоже достали клинки. Причем у одного из них в руках оказался палаш, который очень был похож на тот, коим пользовался Фредерик.

Также на земле лежали копья и багры, а это означало, что противники хорошо подготовились к засаде и готовы были сражаться даже против конных рыцарей.

Трое против одного — по идее, не самый хороший расклад даже против опытного воина, но не против мага.

Тот же здоровяк Жуль без труда раскидал бы их и даже не вспотел бы благодаря своему заклинанию каменной кожи, которая выполняла такие же функции, как и мой магический доспех.

Плюс не стоило забывать, кем я был в своем родном мире. Поэтому следующий же мой выпад насквозь пронзил сердце еще одного солдата Иллерии.

Стоит отдать моим противникам должное, остальные два воина не растерялись и контратаковали, но это им не помогло. Я голой рукой поймал острие шпаги, направленное мне в глаз, а затем резко повернул сжатый кулак и каленый металл сломался. После чего пнул его в живот, на время выводя из строя…

Атаку второго иллерийца я просто не стал блокировать, решив проверить, на что способен мой магический доспех.

Да, меня не брали арбалетные болты, но на мечах я его свойства не проверял. Улыбнулся, когда увидел опешившие от удивления и ужаса глаза воина, понявшего, с каким чудовищем он связался.

Не задумываясь, я и его проткнул шпагой.

«Интересно, есть ли тут еще иллерийцы?» — подумал я, смотря на последнего противника, оставшегося на ногах. Того, чью шпагу я сломал.

Сейчас, в пылу сражения, я уже не мог поддерживать инстинкт хищника, поэтому не мог определить, есть ли другие враги поблизости.

«Ладно, оставлю в живых этого», — решил я. Резко уйдя вниз, провел мощнейшую подсечку, сбивая Иллерийца с ног.

Затем я насытил шпагу парализующим ядом и вонзил её в лежащего воина, который немного отличался по своему обмундированию от остальных.

Судя по всему, он был каким-то сержантом или даже офицером. Тело воина парализовало, а я в свою очередь осмотрелся по сторонам.

«Больше никого?» — подумал я, а буквально в следующую секунду прозвучал звук спущенной тетивы.

А, точно! Остался тот, которого я сбил с ветки.

Он и стрелял. Но, как и прежде, арбалетный болт, врезавшись в магический доспех, просто отлетел в сторону и упал в траву, а сам стрелок отправился вслед за своими друзьями на тот свет. В итоге сражение не длилось и пары минут.

И что дальше? Судя по тому, что на меня больше никто не нападает, живых в лесу не осталось. Если они и были, то предпочли ретироваться, что было очень здраво в их ситуации.

Остался только парализованный не то сержант, не то офицер и у меня с ним намечался небольшой разговор, но прежде…

Я отправился обратно на тракт. Повозки стояли на своих местах, но меня, по сути, было видно, поэтому я просто помахал строителям рукой, и вскоре кортеж Феликса сдвинулся с места.

— Что тут произошло, барон?! — удивленно произнес Бонн, когда его телега поравнялась со мной.

— Ты был прав. Засада, — честно ответил я. — Можешь приказать своим рабочим, чтобы они убрали дерево с дороги? — я кивнул на поваленный ствол, преграждающий нам дальнейший путь.

— Конечно! Эй, слышали барона? Быстро убрали дерево! — гаркнул он на своих рабочих. — Так что вы их это… Ну того, — он провел большим пальцем по своему горлу.

— Ага, — кивнул я.

— Бандиты, штоль?! — спросил бородач, и я покачал головой.

— Фредерик! — позвал я своего дворецкого, когда увидел, что моя карета остановилась за одним из возов, груженных древесиной. — Ты мне нужен! — позвал я управляющего моим поместьем.

— Так кто там был? — в голосе Бонна прозвучали нотки любопытства.

— Могу я вас кое о чем попросить, Феликс? — спросил я своего собеседника, смотря ему в глаза.

— Разумеется, — уверенно кивнул он.

— Можете попросить своих людей забыть о том, что тут произошло? — спросил я. — Дело довольно деликатное, и я бы не хотел…

— Будут молчать как рыбы! Клянусь своей бородой! — произнес мой собеседник. — Так кто там?

Я уже хотел было ему ответить, но не успел.

— Господин, с вами все в порядке?! — обеспокоенным голосом спросил дворецкий, стоило ему оказаться рядом со мной.

— Живее всех живых, — ответил я. — Пойдемте, мне вам нужно кое-что показать, — я кивнул в сторону леса, где я перебил иллерийцев и вместе с ними пошел вглубь.

Они оба были военными и служили в Галларийской армии, поэтому от них можно было получить хоть какую-то информацию по этому поводу.

— Ну, не тяните, барон! — пока мы шли, произнес бородач. — Кто решил устроить засаду? — спросил он, и я усмехнулся тому, насколько Бонн был нетерпеливым.

— Сейчас все увидите, Феликс, — ответил я, пока мы шли по смешанному лесу, который был довольно редкий.

— Умеете вы, однако, заинтересовать, барон. Хе-х, — крякнул мой собеседник, в то время как Фредерик просто шел молча и наблюдал за всем, что происходит в округе.

И именно он, судя по его лицу, первым заметил лежащие на земле трупы, а уже потом и глава гильдии строителей.

— Мать-перемать… Да это же Иллерийские псы!

Глава 3

Значит, я оказался прав и это действительно были воины враждующей с нами страны.

— Что они тут забыли?! — удивленно произнес Феликс, глядя на тела.

— Говорите потише, — сказал я главе гильдии строителей.

— Ой, хорошо, — он зажал рот рукой.

— Ничего удивительного, — холодно произнес Фредерик. — Эти земли приграничные, поэтому немудрено, что их солдаты могли тут оказаться, — добавил он, как и бородач, смотря на поверженных мною воинов.

— Логично, — закивал Феликс, соглашаясь с моим дворецким. — Так вы это, барон. Всех их того? — он снова провел большим пальцем по шее.

— Нет. Один жив, но парализован. Я хотел его допросить, — ответил я главе гильдии строителей.

— Парализован? Это как? — удивленно посмотрел на меня Бонн.

— Это когда не можешь двигаться, — усмехнулся я, смотря на бородача.

— Да это я знаю! — махнул он рукой. — Но как вы это сделали?!

— Знаю парочку… приемчиков, — уклончиво ответил я. — Кстати, мне кажется, что он не простой солдат. Можете посмотреть? — спросил я Феликса и Фредерика. — Он там! — указал я рукой в нужном направлении.

— Хорошо, — кивнул управляющий моим поместьем и пошел вперед. Бонн не стал отставать и последовал за ним.

Я же пока решил заняться другим и начал обыскивать тела на предмет чего-нибудь ценного и информации о том, что они могли вообще тут делать.

Да, дворецкий сказал, что эти земли были приграничными, но чтобы так нагло, и целый отряд Иллерии, хоть и небольшой?

«Может, и правда дезертиры?» — подумал я, ибо это, по крайней мере, было логично.

Хотя это могли быть и разведчики…

— Господин! — послышался голос Фредерика. — Можете подойти? — спросил он, и я кивнул.

Подойдя к бывшим солдатам, спросил:

— Что-то удалось узнать?

— Ага. Это сержант Иллерийских псов! — уверенным голосом произнес бородач и смачно сплюнул.

Отлично. Значит, я не ошибся.

— Что-то еще можете сказать? — спросил я.

— Да, — ответил Фредерик. — Вот, — он присел на одно колено и, взяв парализованное тело сержанта за плечо, повернул его набок.

На рукаве оказался шеврон с изображением то ли волка, то ли лисы, трудно понять с ходу.

— Это разведка, — пояснил мне дворецкий.

Значит, все же не дезертиры, а настоящие действующие разведчики. В форме. С шевронами! Хм… Удивительно. Они вообще бесстрашные, что ли?

— Значит, нужно его допросить, — ответил я, а затем склонился над телом и коснулся его лица.

Я начал впитывать всю отраву из его тела и уже через пару секунд сержант смог пошевелиться.

— О! Пришел в себя! — воскликнул Феликс и, замахнувшись, хотел было ударить, но я поймал его руку.

— Рано, — холодным тоном произнес я, смотря на главу гильдии строителей.

— Я… Я не… — бородач сглотнул. — Я…

— Фредерик, займешься? — спросил я.

— Да, — спокойно ответил управляющий моим поместьем. — Господин, думаю, вам лучше на это не смотреть, — добавил он, а я усмехнулся про себя.

Уж кем-кем, а неженкой я точно не был.

Да, возможно, я не умел так же эффективно допрашивать людей, как это делали дознаватели из моей гильдии, но не всегда мне удавалось доставить человека куда нужно, поэтому и я кое-что умел.

Вопрос: хочу ли я принимать в этом участие и смотреть?

— Я думаю, что все можно решить немного по-другому, — ответил я. — Подождите пару минут и постерегите его, — сказал я Феликсу и Фредерику, а сам направился к тракту.

Было у меня средство, которое позволит получить ответы на нужные вопросы, причем сделает это гораздо эффективнее, нежели пытки. И речь, разумеется, шла о сыворотке правды, которую я прихватил с собой в столицу.

Вернулся я быстро.

Сержант Иллерии уже был связан и сейчас, словно затравленный зверь, смотрел на нас.

— Пока не начались пытки, и ты не пострадал, может, сам расскажешь зачем вы здесь? — спросил я, глядя на пойманного солдата.

Он отвернул голову в сторону, явно давая мне понять, что на диалог он не согласен.

— Господин, я могу…

— Не надо. Нет смысла терять время, — спокойно произнес я. — Опять же, информация, которую он выдаст под пытками, может полностью не соответствовать действительности. А так как проверить мы ее сейчас в любом случае не сможем, то и пользы от нее нет. — Откройте ему рот! — сказал я бывшим воякам.

— Легко! — Феликс встал у сержанта за спиной и жестко взял его голову в захват.

Фредерик же сдавил пальцами щеки пленника.

Дело оставалось лишь за малым.

Откупорив пузырек, я капнул пару капель сыворотки правды в рот Иллерийцу, а затем дворецкий сразу же прижал его нижнюю челюсть к верхней, чтобы у него не было шансов выплюнуть сыворотку.

— Все, можете отпускать, — произнес я, отсчитав нужное время, которое составляло несколько минут.

Даже если он сейчас и выплюнет сыворотку правды, большая часть уже успела впитаться в его слизистую, так что у Иллерийца не было и шанса на то, чтобы не рассказать все, что он знает.

— Что твой отряд делал тут? — спросил я, смотря солдату в глаза, зрачки в которых сильно расширились.

— Я не… — он вдруг замолчал и покачал головой. — Я…

Он потерянными глазами уставился на меня.

— Что вы тут делали? — повторил я свой вопрос.

— Мы… изучали местность… — заплетающимся языком произнес он.

— С какой целью? — уточнил я.

— Я не… Напасть, — не смог совладать он с собой и ответил правду.

Мы с Феликсом и Фредериком переглянулись.

— Иллерия собирается напасть на эти земли?

— Нет… Да… Сент-Эрен, — растерянно ответил сержант.

Было видно, что он пытается бороться с сывороткой, но она явно побеждала. Молодцы, Кастельморы!

— Зачем вам это? — задал я свой следующий вопрос.

— Не… Не знаю, — он покачал головой.

Хм-м. Видимо, и правда не знает.

— Какие данные вам были нужны? — спросил я.

— Нет… Гарнизон… Сколько в нем людей, — ответил пленный.

Сыворотка, видимо, еще не полностью сломила его, но отвечать он все равно продолжал. Он некоторое время рассказывал свои задачи более подробно, пока я не получил всю нужную информацию.

— Когда планируется нападение? — задал я один из самых главных вопросов и Иллериец напрягся.

Видимо, эту информацию он не хотел выдавать больше всего, но против снадобий Кастельморов ему было не тягаться.

— Через… Месяц, — сдался он.

— Сколько еще послано отрядов?

— Я… Не знаю…

И снова он не врал. Но я бы на месте их командира тоже не стал делиться с исполнителями этой информацией. Удивительно, что сроки нападения он знал.

— А что им надо в таком захолустье, как Сент-Эрен? — удивленно спросил Феликс.

— Понятия не имею, — ответил я и покачал головой. — Но уверен, что это нападение спланировано не просто так.

— Феликс! — громкий голос послышался со стороны дороги. — Фе-ли-кс! — кричавший явно приближался к нам.

— Возвращайся к своим, — сказал я Бонну.

— Но… — глава гильдии строителей посмотрел на меня. — Эх-х, ладно, — нехотя согласился он. — Иду я! Чего разорался! — громко прокричал он своему работнику, и пошел в его сторону.

— Что будем делать с ним? — спросил Фредерик.

— Зачем вы хотели напасть на нас? — задал я последний вопрос.

— Телеги… Одежда… Легче пробраться к городу… — прошептал враг.

— Ничего не будем делать, — ответил я Фредерику и, быстро наклонившись, выверенным движением свернул шею иллерийцу. Хрустнули позвонки, и все закончилось. — Везти его в город слишком опасно, а главное, очень подозрительно, — произнес я, а затем задумался. — Нужно что-то сделать с телами. Нельзя их просто так тут оставлять, — произнес я, смотря на трупы Иллерийских солдат.

Легко ли было мне убить пленного? Ну, пленным я его не считал. Официальной войны не было. Он был простым убийцей, который хотел забрать мою жизнь. А я просто забрал его. Всё просто.

— Закопаем, — спокойно ответил дворецкий. — Необходимые инструменты есть. Если Феликс поможет, тогда быстро справимся, — добавил он, и я посчитал эту идею здравой.

— Хорошо, тогда иди, предупреди его, а я пока обыщу тело, — сказал я Фредерику и сразу же занялся делом.

Ничего. У сержанта, как, впрочем, и у остальных солдат, не было ничего, что могло бы навести меня хоть на какие-то мысли по поводу их операции.

Все, что я знал, это то, что они были небольшим развед отрядом, который был отправлен в Сент-Эрен, чтобы узнать о гарнизоне города, а заодно проникнуть внутрь и узнать о том, где сосредоточены основные обороняющиеся силы, офицерский состав, механизмы открытия дверей и прочую полезную информацию, необходимую для эффективного штурма.

Но что тогда они делали здесь? Зачем им нужно было устраивать засаду? Почему они изначально не отправились в гражданской одежде? Ведь это было бы логичней.

Столько вопросов и так мало ответов.

«А может, они вообще как-то связаны с нападением призраков на охоте Рошфоров?» — вдруг промелькнула мысль в моей голове.

Может, силы иллерийцев уже где-то недалеко?

Но тогда почему сержант сказал, что они собираются напасть через месяц? Неужели он смог солгать и обойти эффект действия сыворотки правды?

Тогда логичней было бы предположить, что они отправили небольшой разведотряд, который решил устроить засаду на проезжающие обозы, чтобы не только обзавестись лошадьми, но и получить гражданскую одежду и деньги, благодаря которым они бы и смогли пробраться в город.

Хм-м. Звучит вполне правдоподобно.

Во всяком случае, если бы я был в обмундировании солдата вражеской армии, то я бы так и поступил. И тут мне в голову пришла одна хорошая идея. Я посмотрел на сержанта и, поняв, что он примерно моей комплекции, начал стягивать с него форму.

— Господин, я могу помочь? — поинтересовался Фредерик, который в компании Феликса, подошёл ко мне, застав меня в тот момент, когда я снимал с покойника последний атрибут его принадлежности к Иллерии — ремень с бляхой, на которой красовался герб этой страны.

— У меня появились определенные мысли по поводу того, что я могу сделать, — ответил я бывшим солдатам.

Вообще, наверное, зря я его так быстро убил. Если бы я задал ему парочку правильных вопросов, то мне самому не пришлось бы гадать, что тут происходит и как.

Но времени тоже было в обрез. И чем больше мы тут возимся, тем больше вероятность того, что кто-то из строителей Бонна решит полюбопытствовать, чем же мы тут занимаемся.

— Поделитесь? — спросил Феликс, упираясь ногой в лопату. — Здесь будем копать?

— Да, вполне, — кивнул я, кинув ремень сержанта к остальной его амуниции.

«Может, зря я раздел именно его? Наверно, нужно было взять одежду какого-нибудь рядового», — подумал я, понимая, что сержантов и офицеров могли знать в лицо, особенно в случаях, когда военный отряд был небольшим.

Как, например, в нашем случае.

Мне, если честно, сложно было поверить, что к Сент-Эрену могло подойти целое войско Иллерийев в количестве пяти-десяти тысяч. Скорее всего, если мои догадки верны, то их не должно было быть больше пяти сотен. Возможно, тысяча. Но это край.

— Что касается моей задумки. Я снял форму, чтобы, если будет такая возможность, я мог проникнуть в стан врага, оставшись незамеченным, — честно ответил я, ибо доверял этим людям.

— Хм-м, дельная идея, — хмыкнул глава гильдии строителей. — Только если ж вас поймают одного, смерти вам точно не избежать! — произнес он и начал копать.

— Так я и не собираюсь делать это сейчас, — ответил я. — Для начала я хочу попасть в Сент-Эрен и отправить весточку кому нужно, — добавил я, имея в виду кого-то из своих знакомых вроде Де’Жориньи или Жумельяка, которые были военными и знали, что делать с этой информацией.

— Ясно, — кивнул бородач, продолжая копать. — Никогда бы не подумал, что буду копать могилу для Иллерийских псов! — он смачно сплюнул на землю.

— Как и я, — произнес Фредерик, который тоже копал. — Воронам их оставить и всё.

— Так нужно. Тела могут найти как сами иллерийцы, что не очень хорошо, ибо это может привести не к самым хорошим последствиям, одним из которых может стать более ранний штурм, так и кто-то из местных, что еще хуже. Поползут слухи, народ начнет беспокоиться, и может произойти все что угодно. В Сент-Эрене и так неспокойно после последних событий. Не стоит усугублять обстановку в городе, — ответил я Бонну и дворецкому.

— Верно говорите, барон, — кивнул глава гильдии строителей. — Но я все же со своей семьей уеду к родне. Так сказать, от греха подальше, — добавил он, и мне его намерения были понятны.

— Что с остальными? — прямо спросил я.

— Вы о ком? — спросил Феликс.

— О других родных, друзьях и товарищах, — ответил я, смотря собеседнику в глаза.

— Не знаю, барон, — неуверенно ответил Бонн.

— Нельзя разводить панику, — холодным тоном произнес я. — Если начнешь даже издали намекать на то, что может произойти тогда, в конечном итоге, это все равно приведет к слухам и волнениям, — добавил я.

— И что вы предлагаете мне делать? — прямо спросил бородач.

— Свою семью забирай и уезжай. Скажешь, что хочешь навестить родню. Остальным ни слова. Не забывай, что если бы не я с большой вероятностью, ты и все твои люди и так были бы мертвы. Другой дороги в Сент-Эрен нет, и в конечном счете, сколько бы вы ни стояли, вам бы пришлось ехать. А солдаты сделали бы то, что от них требовалось, — произнес я серьезным тоном.

Бородач сглотнул ком, застрявший у него в горле, и тяжело вздохнул.

— Хорошо, я никому не скажу, — нехотя ответил он.

— Полагаюсь на вашу честность, Феликс, — я снова перешел на «вы». — И прямо скажу. Вы мне нравитесь как человек. Советую не разубеждать меня в этом, — закончил я свою мысль. — Я сейчас вернусь, — сказав это, я пошел в сторону тракта, чтобы, во-первых, убедиться, что нас никто не подслушивал и не шпионил за нами, а во-вторых взять, сумку, куда я собирался сложить иллерийскую форму.

— Господин, все нормально? — спросил меня один из рабочих, когда я вышел из леса, вид которого был довольно обеспокоенным.

— Да, — кивнул я. — Нашли бешеного кабана. Сейчас закопаем его, чтобы не разносил заразу по лесу, — соврал я рабочим и пошел в сторону своей кареты.

Взяв все необходимое, я отправился обратно.

— Держите, — я дал им пару графинов с вином, чтобы рабочим было не скучно. — Еще немного и отправимся дальше, — пообещал я людям Бонна и вернулся к Феликсу и Фредерику.

Далее я поведал им свою историю о кабане. А затем, когда яма была готова, бывшие солдаты стащили туда трупы иллерийцев и закопали их, после чего мы все вернулись на тракт.

Разумеется, дерево к тому моменту уже давно было убрано, и нам ничего не преграждало дальнейший путь. Вскоре первая телега, на которой ехал глава гильдии строителей, уже тронулась.

Я сел вместе с Фредериком на козлы.

— Что думаешь насчет всего? — поинтересовался я у дворецкого, ибо знал, что в произошедшем он разбирается лучше, чем я.

— Сложно сказать, — задумчиво ответил он. — У нас с Иллерий и так отношения были не ахти. Приграничные войны ведутся постоянно, но до полномасштабных битв пока не доходило. Тем более до осады небольшого, но всё же города. Однако, если иллерийские псы штурмом возьмут Сент-Эрен, то кровопролитной войны не избежать, — Фредерик тяжело вздохнул.

— Ясно, — кивнул я.

— Что же касается сегодняшнего происшествия, то я считаю, что мы поступили правильно. Если вы, господин, перебили всех разведчиков, то это сильно скажется на планах этих собак, — произнес Фредерик, управляя повозкой.

— Надеюсь. Небольшая отсрочка до того, как умные мужи разберутся, что предпринять, чтобы избежать кровопролития, точно не помешает этому городу, — сказал я и посмотрел вперед.

Хочется верить, что Феликс не станет совершать ошибок и не сделает того, что я ему не велел. Дворецкий, как будто бы читая мои мысли, спросил:

— Не доверяете ему? — он кивнул вперед.

— Не знаю, — честно ответил я.

— Может, его, — он не стал делать жеста, который делал Бонн, но мне сразу же все было понятно.

— Не надо, — ответил я. — Он человек неглупый и, думаю, все понял. Ну а если нет, что ж… — я пожал плечами.

Людей, которые меня подводили, я не прощал.

Глава 4

Как и в прошлый раз, в город нас, а заодно и Феликса, пропустили без очереди.

— Будем прощаться, барон? — произнес Феликс, протягивая мне руку.

— Да. Я свяжусь с вами, когда мне потребуется расширить поместье, — ответил я главе гильдии строителей.

— Разумеется! — кивнул мой собеседник. — Еще, значит, увидимся, — добавил он и, взяв под уздцы лошадь, уже сделал несколько шагов, когда вдруг остановился. — Барон, прошу прощения, если беру на себя слишком много, но…

— Я все решу, — холодным тоном произнес я, перебивая бородача. — Во всяком случае, можете рассчитывать на то, что я сделаю все, что в моих силах. Такой ответ вас устраивает? — спросил я, и мой собеседник невольно попятился назад.

— Да, — сглотнув ком, застрявший у него в горле, ответил Бонн.

— Вот и славно, — я улыбнулся. — До свидания, Феликс.

— До свидания, барон Кастельмор, — ответил бородач, обратившись ко мне по титулу.

Видимо, вспомнил наш разговор.

Что ж, так даже лучше для него. Мы не друзья, и пусть лучше боится и опасается меня, нежели посчитает, что из-за нашего теплого общения можно не выполнять своих обещаний.

— Господин, куда дальше? — спросил меня Фредерик, когда Феликс пропал из виду.

— Королевская почта до скольких работает? — спросил я.

— Круглосуточно, господин, — ответил дворецкий.

— Отлично, тогда сразу туда, — ответил я, и мой собеседник кивнул. Мы отправились в нужном направлении, благо ехать пришлось недолго.

— Здесь, — Фредерик остановил карету спустя минут десять возле небольшого одноэтажного здания, на котором красовалась эмблема королевской почты в виде белого почтового голубя.

— Славно. Я быстро, — сказал я дворецкому и зашел внутрь.

«Простенько и со вкусом», — было мое первое впечатление, когда я оказался в небольшом холле, который был выдержан в минималистичных белых тонах.

Стойка с работником королевской почты стояла тут же.

— Приветствую вас, — вежливо произнесла миловидная девушка и улыбнулась. — Чем могу помочь? — поинтересовалась она, скользя по мне изучающим взглядом.

— Хочу отправить письмо, — ответил я и подошел к стойке.

— Тогда вы пришли по адресу, — ответила она. — Как я могу к вам обращаться? — вежливо поинтересовалась девушка.

— Барон Люк Кастельмор, — представился я.

— Добро пожаловать, барон, — незнакомка склонила голову. — Кому хотите отправить письмо?

— Жозе Жумельяку и Жулю Де’Жориньи, — ответил я, и моя собеседница кивнула.

— Одну секунду, — ответила она и вытащила из-под стойки довольно большую книжку.

Открыв ее, она быстро начала ее штудировать.

— Отлично! Оба адреса имеются в книге! — довольным голосом произнесла она. — Письма уже готовы или вы желаете их написать, барон? — поинтересовалась сотрудница Королевской почты.

— Написать, — ответил я.

— Тогда прошу за мной, — девушка вышла из-за стойки, а затем проводила меня в комнату, где стояло несколько столов с письменными принадлежностями. — Выбирайте любой, — вежливо предложила она, и я сел за тот, который стоял ближе всех ко мне. — Когда будете готовы, барон, подойдите к стойке, и я приму ваши письма, — добавила она и ушла, оставив меня наедине со своими мыслями.

А подумать было над чем.

В основном передо мной стоял один вопрос: написать все, как было на самом деле или все же упустить некоторые моменты? Например, связанные с сывороткой правды. Не думаю, что это была какая-то уж редкость, но мало ли…

Я до сих пор слишком мало знаю об этом мире и во многих вещах все еще был профаном. Разумеется, это меня напрягало, но в то же время я ничего не мог с этим поделать. Будь у меня много свободного времени, то я получил бы все необходимые знания из книг. Но у меня его попросту не было.

Стоило мне появиться в поместье, как меня сразу же направили в Сент-Эрен бороться с эпидемией, где у меня и минуты свободной не имелось.

Вернулся домой и меня сразу позвали на охоту к Рошфорам, чтобы убить. И мало того, что на меня натравили Гарганта, так еще это событие совпало с диверсией иллерийцев.

Как только я снова вернулся в усадьбу и отправился по делам в Сент-Эрен, как произошло очередное покушение, а на шахматной доске появилась новая фигура в лице Астрид Де’Бордо.

И в итоге я ещё и письмо получил с вызовом в столицу от самого высокопреосвященства кардинала Жумельяка. И когда, спрашивается, мне читать?!

Я тяжело вздохнул.

— Напишу все, как было на самом деле, — буркнул я и, взяв чистый листок бумаги, изложил в письме Жозе все, что со мной произошло в лесу. Затем точно такое же я написал еще и Де’Жориньи, чтобы в случае, если кому-то из них мое послание не будет доставлено, на подстраховке был еще один.

Когда оба письма были написаны, я вернулся к стойке.

— Готово, — произнес я, и девушка, кивнув, протянула мне два новых конверта, после чего в ее руках появился странный предмет, который я ранее не видел.

Это была небольшая металлическая капсула, на дне которой был закреплен кристалл, который источал ровный голубой свет. Я переключился на магическое зрение и совсем не удивился, когда моя догадка подтвердилась: предмет был заряжен магией.

Девушка, к слову, тоже была одаренной. Очень слабой, но все же одаренной.

— Отлично, — ответила работница королевской почты, пока я осматривал магическим взором ее и предмет у неё в руках, и, взяв у меня оба конверта, приложила к ним металлическую капсулу.

«А. Так это просто плавилка для сургуча», — усмехнулся я про себя, когда на бумаге остались две ярко-красные ляпушки.

— Запечатайте, пожалуйста, барон, — попросила девушка, и я запечатал фамильным перстнем Кастельморов сначала одно письмо, а за ним сразу же и второе. — Отлично, — улыбнулась моя собеседница. — У господина Жумельяка на все письма, адресованные ему, проплачена магическая защита. У господина Де’Жориньи — нет. Хотите защитить письмо магией? — поинтересовалась работница королевской почты.

Я понятия не имел, что это значит, но так как я не просто приглашал Жуля и Жозе на званый ужин, а рассказал в письме важную информацию, то решил, что лучше будет подстраховаться.

— Да, — кивнул я.

— Замечательно. Тогда с вас один луидор и два пистоля, барон — ответила она, убирая конверты под стойку.

Я достал кошель и протянул ей нужную сумму. Уверен, что по пистолю стоило отправить обычные письма, а луидор был за магическую защиту. Интересно, как это работает? Письмо уничтожается, если не доходит до адресата или как это вообще работает в этом мире?

Спрашивать у работницы королевской почты я не стал.

— Все. Сегодня же письма уйдут к своим адресатам. Чем-то я могу еще помочь вам, барон? — вежливо поинтересовалась девушка.

— Хорошо, — кивнул я. — Больше ничего не нужно.

— Тогда хорошего вам дня, барон, — моя собеседница одарила меня милой улыбкой.

— И вам, — ответил я, и покинул здание Королевской почты.

Интересно, а как быстро здесь доходят письма до адресата и кем они доставляются? Как в моем — мире посыльными или птицами?

Возможно. Но учитывая, что в этом мире присутствуют магические звери, которые сильно отличаются от своих обычных аналогов, то существовала возможность, что все здесь работало по-другому.

Да и не было в моем мире вообще централизованной почты, подобной той, где я только что был.

— Куда дальше, господин? — спросил меня Фередерик, когда я подошел к карете.

Я задумался. Время уже было довольно позднее, и, по идее, можно было ехать домой и пораньше лечь спать, чтобы завтра рано встать и двинуться дальше. Но мне кровь из носу нужно было получить бумагу у душеприказчика, которая подтверждала мой титул и права наследования моего поместья и прилегающей к нему территории вместе с Карнатским лесом.

— Ты знаешь, где живет душеприказчик семьи Кастельморов? — спросил я дворецкого.

— Конечно, господин, — кивнул он.

— Славно. Тогда вези к нему. Время, конечно, позднее, но я ему накину пару луидоров за неудобства, — ответил я управляющему поместьем.

— Не стоит. Думаю, Губер все сделает и без денег. Господин Этьен Кастельмор вылечил его внучку от очень сильной хвори из-за которой она могла умереть. Поэтому старик в долгу перед вашим семейством, господин, — ответил Фредерик, и карета тронулась.

Занятно. Скольким же людям помогли Кастельморы в этом городе и других прилегающих территориях, но все равно продолжали бедствовать.

Неужели, если ты благородный, но не обладаешь магическим даром, то это сразу крест на твоем будущем?

Не удивлюсь, если это окажется действительно так. В мире, где любой может родиться с магией и где все на ней устроено, начиная от кристаллов, дающих свет, и заканчивая зельями на магической основе, которые могли поднимать чуть ли не из мертвых, родиться, будучи благородным и не имея возможности ее использовать…

Тяжело.

Не повезло, конечно, Кастельморам. А ведь какой потенциал пропал… Хотя почему пропал?

Я, конечно, был не таким гениальным алхимиком, как Люк, но тоже в этой теме разбирался хорошо. Плюс у меня были все знания этой семьи, которые я мог получить из книжек. Поэтому этот славный род все еще может возродиться из пепла словно феникс. Мне осталось только понять как лучше поспособствовать возрождению.

Вернее, я уже даже знал, как это сделать. Просто нужно было найти время и ресурсы. Причем с первым пунктом было все гораздо сложнее, чем со вторым. Пока я обо всем этом думал, я и сам не заметил, как карета сбавила ход, а в итоге и вовсе остановилась.

— Господин, приехали, — произнес Фредерик. — Губер Лац живет в этом доме, — он кивнул на довольно милый двухэтажный домик с небольшим садиком, располагающийся в богатом квартале, который я уже видел ранее, когда гулял здесь.

Я кивнул дворецкому и, выйдя из кареты, подошел к калитке. Я уже собирался зайти в садик, как вдруг мое чувство опасности забило тревогу. И причиной этому была огромная собака, которая во весь опор неслась в мою сторону. Я переключился на магическое зрение, ибо уж больно большой она выглядела.

Ничего. В псине не было и намека на магию.

«Но откуда тогда такие размеры?» — подумал я, смотря на здоровое черное чудовище, которое было около полутора метров в холке.

Самое удивительное, что собака не лаяла. Подбежав к калитке, она просто встала напротив нее и уставилась на меня. Я повернул голову назад.

— Это Нокс, господин, — ответил Фредерик. — Он вас не тронет, — произнес дворецкий.

«Хм-м, ладно. Не тронет, так не тронет», — подумал я и, толкнув калитку вперед, зашел на ухоженную территорию садика.

Продолжая смотреть на меня, собака отошла в сторону, будто бы пропуская.

— Ладно, — я пожал плечами и пошел вперед, благо бояться мне было нечего.

Я, конечно, не стал ради обычной собаки призывать магический доспех, но тело свое на всякий случай усилил маной и сделал прочнее, а то мало ли.

Я прошел несколько метров по мощеной каменной дорожке садика, когда дверь открылась, и на пороге появился немолодой, щуплый мужчина, около восьмидесяти лет.

— Кто там? — спросил он, опираясь на клюку.

— Господин Губер, это я, Люк Кастельмор, — представился я, ибо, во-первых, уже смеркалось, а во-вторых, у старика просто могло сдать зрение.

— О! Барон Кастельмор! — на его сухих губах появилась улыбка. — А я давно вас ждал, — произнес он и медленно вышел на крыльцо.

— Прошу прощения, господин Губер. Были дела, — ответил я, смотря на собеседника, который хоть и был стар, но глаза его были полны огня и силы. — Да и эпидемия эта…

— И не говорите, — покачал головой старик. — Думал, ее уж точно не переживу, ан нет! И тут ваша семья спасла столько жизней. Снова, — он, наконец, дошел до меня и встал рядом с собакой.

Положив руку на голову черному монстру, Лац потрепал пса по макушке.

— Я так полагаю, вы за завещанием? — спросил он, посмотрев на меня своими голубыми глазами, которые раньше наверняка разбили кучу молодых девичьих сердец.

— Да. Прошу прощения, что так поздно, — кивнул я собеседнику.

— Ой, за это можете не переживать, — он махнул рукой. — Я, все равно мучаюсь бессонницей, — ответил мне старик. — Пойдемте, барон, — он поманил меня рукой в сторону дома. — Чего стоять на улице, — добавил он и первым пошел вперед, а я последовал за ним.

Я хотел было предложить ему опереться на мою руку, но Лац и сам неплохо справлялся, поэтому отказался от этой идеи. Оказавшись возле крыльца, Губер бодро забрался по ступенькам, а затем зашел в дом.

— Рита, мне теплого вина в кабинет, — громко произнес он. — Барон, чего-то изволите? — поинтересовался хозяин дома.

— Чай, если можно, — ответил я.

— И чай, — добавил он и пошел по коридору, а я вслед за ним.

Свернув направо, мы в итоге оказались перед массивной деревянной резной дверью, которая выглядела довольно примечательно, в то время как сам дом не блистал изысками, но при этом был очень чистым.

Так как она была довольно тяжелой, то кабинет был приоткрыт. Губер прошел вглубь комнаты и устроился за столом.

— Присаживайтесь, барон, — он указал на стул напротив его стола, который, как и дверь, тоже был резным и выполненным явно из дорогих пород дерева.

Вообще все в кабинете выглядело недешево, и в отличие от холла, кричало о богатстве хозяина. Странно, старик вовсе не создавал впечатления человека, которому бы пришлась по вкусу подобная вычурность.

— Ужасно смотрится, да? — будто бы прочитав мои мысли, спросил Губер.

— Нет, почему? — ответил я. В обстановке и правда не было ничего ужасного. Просто, как по мне — человека, привыкшего к минимализму, здесь все смотрелось слишком вычурно для меня.

— Это все внучка, — на его губах появилась сентиментальная улыбка. — Она у меня путешественница и вечно привозит из своих экспедиций что-то новое и обязательно дарит мне. А я так ее люблю, что просто не могу ей отказать. Поэтому все здесь, — добавил он, и я сам невольно улыбнулся.

Я понимал его чувства, хоть и испытывал такое только единожды за всю свою жизнь.

— Ваша внучка. Чем она занимается? — поинтересовался я, чтобы поддержать беседу.

— Изучает все, что связано с разломом, — ответил Губер и тяжело вздохнул. — Снова вот недавно уехала в очередную экспедицию, а я места себе не нахожу. Сына я там уже потерял, и внучка туда же! Опасно ведь там, барон! — он посмотрел мне в глаза. — А она все заладила: «Хочу жизнь для всех сделать лучше!», «Хочу и точка»! Упрямая, вся в отца! — он снова тяжело вздохнул, а затем взял себя в руки. — Простите, барон, — извинился душеприказчик. — Сейчас я быстро все сделаю, — он открыл один из ящиков в своем столе и выудил из него довольно толстую кожаную папку.

— Все нормально, — ответил я. — Переживать за близких — это нормально.

— Да будь она в городе или в столице, я бы за нее даже не волновался! Делайн родилась с сильным магическим даром, поэтому может за себя постоять. Но ведь разлом… — он сделал небольшую паузу. — Разлом — это совсем другое, барон! — произнес он, не отрываясь от папки и перебирая в ней документы. — А! Вот то, что нужно! — воскликнул он и выудил листок бумаги.

«Интересно», — подумал я, когда понял, что бумага не простая.

Переключившись на магическое зрение, я заметил несколько странных магических печатей, которые сливались в один сложный рисунок.

— Вот, — он положил листок на стол и пододвинул его в мою сторону. — От вас требуется поставить подпись здесь, — Губерт указал пальцем на строчку, рядом с которой стоял фамильный герб Кастельморов.

Хорошо, что я заранее посмотрел, какая подпись у Люка Кастельмора. Плюс, благодаря специфике моей прошлой работы, я был хорош в подделывании документов, поэтому расписаться за Люка для меня не составляло проблемы.

Я взял в руки перо и чернила, благо письменные принадлежности уже были на столе, а затем поставил свою подпись в нужном месте.

— Славно, — довольно кивнул душеприказчик, а затем выудил из стола серебряный футляр, который он бережно открыл.

Внутри оказался нож, который очень напоминал скальпель и, как и бумага, он тоже был магическим.

— Последний штрих, — произнес старик, беря в руки нож. — Нужно подтвердить вашу личность. Барон, дайте мне вашу руку, — попросил Губер, протягивая свою.

А, так вот откуда эти странные печати! Интересная, однако, система от подделки документов. Не думаю, что так было со всеми документами, но, видимо, что касалось передачи наследства среди благородных все было очень серьезно.

— Да, разумеется, — ответил я и дал душеприказчику свою руку, ладонью вверх.

— Будет немного больно, — виновато произнес мой собеседник, и я про себя усмехнулся.

Знал бы только он, с какой болью я сталкивался в прошлой жизни… А тем временем Губер поднес острие ножа к моему указательному пальцу и слегка надавил лезвием на кожу — ничего.

«Вот ведь! Я забыл, что усилил себя магией!» — вспомнил я, когда старик удивленно уставился на мой палец.

— Барон, прошу прощения. Видимо, лезвие затупилось, — виновато произнес он, подняв глаза.

— Возможно. Попробуйте еще раз, — ответил я душеприказчику. Он кивнул и повторил то, что делал минуту назад.

В этот раз все сработало и на кончике указательного пальца появилась капелька моей крови.

— Коснитесь вашего фамильного герба, — попросил Лац, и я приложил палец к гербу Кастельморов, заодно переключаясь на магическое зрение, ибо мне было интересно посмотреть, что произойдет.

«Ого!» — удивился я. Стоило моей капле крови коснуться листа, как магические печати пришли в движение.

— Все, можете убирать руку, — от созерцания творящейся передо мной магии меня отвлек душеприказчик. — Документ подтвердил вашу личность, — добавил мой собеседник, и я убрал руку.

Стоило мне это сделать, как печати «затихли».

— Ну вот, теперь вы являетесь официальным наследником своего титула, поместья и ваших земель! Поздравляю, барон Люк Кастельмор! — душеприказчик встал и протянул мне руку.

Я аккуратно пожал ее, а буквально в следующий миг в дверь постучали.

— А может, все же не чай, барон? — спросил меня Губер, когда в кабинет зашла его служанка — хмурая женщина лет под пятьдесят. — Вспомним ваших родителей. Пусть земля им будет пухом, — он с надеждой во взгляде посмотрел на меня.

А ведь Кастельморы спасли его внучку, которую он так любит. Ладно.

— Хорошо, — ответил я, и на губах моего собеседника появилась добрая улыбка.

— Рита, неси лучшее вино, что у нас есть! — произнес он, а потом, посмотрев на меня, добавил уже тише. — Спасибо вам, барон.

Глава 5

В итоге от душеприказчика мы ушли поздней ночью.

Фредерика, кстати, я тоже позвал в дом, чтобы он не ждал меня снаружи, и помимо шикарного вина, которым угостил нас Губерт, мы еще и знатно поужинали.

Зигфрида, конечно, была вне категорий, но и служанка душеприказчика Рита тоже готовила очень вкусно.

— Господин, теперь домой? — спросил Фредерик, и я кивнул.

Жаль, конечно, что не получилось лечь рано, но я чудно провел время, а Губерт оказался очень интересным собеседником. Оказывается, он, даже не обладая даром к магии, пару раз побывал по другую сторону разлома и рассказал очень много интересного.

Если он также живо описывал все и своей внучке, то я не удивлен, почему она выросла такой. Слишком уж интересно рассказывал старик. Когда он описывал то, что видел за разломом, казалось, будто картины оживали, и ты сам попадал туда, где бывал Губерт.

— Да, — тем временем ответил я Фредерику. — Завтра нужно постараться выехать как можно раньше. Сколько по времени займет путь до Ланона?

— Думаю, если отправимся ранним утром, к полудню будем уже там, — немного подумав, ответил управляющий поместьем.

— Хорошо, тогда так и поступим, — произнес я. Мой собеседник, кивнув, прибавил карете ходу, и вскоре мы уже были дома. Ведь Сент-Эрен был довольно маленьким городом.

На следующее утро, пока дворецкий готовил завтрак, после того, как сбегал в продуктовую лавку и занимался приготовлениями к поездке в следующий город, я по заведенной привычке начал свой день с комплекса физических упражнений.

— Фуу-х, — я тяжело выдохнул, когда осознал, что для второй ступени тело Люка Кастельмора все еще не годится.

Да, я мог усилить его магией и доделать комплекс до конца, но это было не то. Я должен был выполнить весь комплекс без малейшей частички магии, и, к сожалению, на данный момент это не представлялось возможным, учитывая, что разница между ступенями была колоссальной.

Закончив с упражнениями, я быстренько освежился холодной водой, которая заранее уже была заготовлена в саду, после чего вернулся в поместье, где меня ждал завтрак.

— Фредерик, ты сам ел? — спросил я дворецкого, усаживаясь за стол, который ломился от обилия еды.

— Да, я перекусил, господин, — кивнул мой собеседник.

— Люк, — напомнил я управляющему поместьем. — Когда мы одни, называй меня Люк, — добавил я, после чего кивнул на еду. — Садись и ешь со мной.

— Но…

— Можешь считать, что это приказ, — спокойно произнес я, взяв в руку хлеб, который был все еще теплым.

И ведь успел же он его где-то достать…

— Ты вообще спал? — спросил я Фредерика.

— Разумеется, Люк, — кивнул дворецкий. — Я встал немногим раньше вас, — ответил мой собеседник, в голосе которого я отчётливо услышал нотки лжи.

— В любом случае, садись и завтракай со мной. Путь будет неблизким, и нужно как следует подкрепиться, — сказал я слуге, и тот подчинился.

Какое-то время мы просто если и попутно решали насущные вопросы. Какая одежда нужна для званого ужина у Кардинала, что мне к нему взять, где остановимся и так далее.

Когда с завтраком было покончено, Фредерик остался убирать посуду, а я, чтобы не терять времени, вышел на задний двор. Вооружившись шпагой, во вторую руку взял кинжал, который забрал у убийцы. Встал в стойку и, закрыв глаза, визуализировал для себя противника.

Методика, по которой я сейчас решил тренироваться, в нашей гильдии называлась «Бой с тенью». Для нее нужно было представить самого сильного своего противника, а затем вступить с ним в бой.

И на примете был у меня один очень сильный противник, которого в нынешних реалиях я ни при каких условиях не смог бы победить. Разумеется, это был я сам. Вернее, тот, кем я был в своем родном мире — Василиском.

Я сосредоточился и сделал глубокий вдох, а затем глубокий выдох.

Далее я несколько раз повторил дыхательные техники, а затем сделал шаг в направлении «своего противника», после чего провел очень быстрый выпад шпагой, целясь противнику в лицо. Василиск отбил его без особых стараний.

Также моя тень без труда парировала удар и кинжала, который последовал вслед за первой атакой, а спустя мгновение лезвие уже его клинка оказалось в опасной близости от моей шеи. Быстро. Очень быстро.

Я отошел на пару шагов назад, а мой воображаемый противник остался стоять на месте. В этот раз я решил попробовать обманку и сделал вид, что собираюсь ударить шпагой, вместо этого нанес удар кинжалом.

Разумеется, мой маневр был просчитан, и кинжал воображаемого Василиска вонзился мне в шею. Все произошло так быстро, что я даже не успел среагировать.

Да, звучит это как паранойя. Вот только моё воображение было весьма живым, а техника — рабочей. В момент этого упражнения я входил в своеобразный транс, во время которого явственно слышал дыхание «противника», четко видел пыль, поднимающуюся из-под его ног. Более того, я даже чувствовал боль от клинка в шее!

Хорошо, продолжаем!

* * *

Я стоял, уперевшись руками в колени, и тяжело дышал, а по моему телу ручьями катился пот.

Как я и думал, против прошлого себя у меня не было ни единого шанса на победу. Поэтому все поединки, которые я провел с Василиском, я проиграл.

— Люк, — голос Фредерика послышался со стороны дома. — С вами все в порядке? — поинтересовался он, с интересом оглядывая на меня.

Думаю, он видел все мои потуги, и ему стало интересно, чем я занимаюсь. Хотя мой «бой с тенью» не сильно отличался от обычного комплекса фехтования тем или иным оружием.

С тем же своим тесаком дворецкий проделывал нечто подобное по утрам.

— Да. Фуу-х, — я тяжело вздохнул и выпрямился. — Все готово к нашему отъезду? — спросил я.

— Все готово, — кивнул мой собеседник.

— Отлично! Тогда я быстро приведу себя в порядок и можем отправляться, — ответил я управляющему поместьем и, взяв в руки кадушку с ледяной водой, вылил ее на себя, после чего отправился в дом.

Там я повторно умылся, но уже теплой водой, а затем, переодевшись в чистую одежду, вышел через главный вход из дома. Фредерик уже ждал меня возле кареты.

— Устраивайтесь, господин, — дворецкий вежливо склонил голову, а затем пошел закрывать подаренный мне дом.

Вскоре он вернулся.

— Можем отправляться? — спросил он.

— Да, поехали, — ответил я своему верному слуге, и карета медленно тронулась.

Путь до ворот выдался быстрым.

Было раннее утро, и на улице сновали лишь немногочисленные уличные торговцы, открывая свои лавки и выкладывая на них товар.

Остановившись возле одной, Фредерик купил у пухлого добродушного мужичка снеди в дорогу, и мы двинулись дальше.

— О! Барон! Какая встреча! — стоило нам подъехать к северным городским воротам, как мы нос к носу столкнулись с Феликсом и его семьей.

«Какие они все похожие», — я невольно улыбнулся, глядя на кряжистую и приземистую женщину, которая была очень похожа на своего мужа, и единственным разительным отличием было лишь отсутствие бороды на ее лице.

В остальном же почти один в один.

Точно такими же были и дети. Два пацана и одна девочка. Причем первые двое вообще были близнецами. В общем, забавное такое низкорослое семейство.

— И я рад вас видеть, Феликс, — ответил я и приветливо кивнул ему и его супруге. — Покидаете город? — спросил я будто бы невзначай.

— Ага. Родня позвала. У них там какое-то важное событие! Хе-х, — крякнул бородач и подмигнул мне.

Это, конечно, было лишнее, но да ладно. Глава гильдии строителей был довольно простым и прямолинейным человеком. Это мне в нем и нравилось.

— А вы куда, барон? — поинтересовался Феликс, и снова подмигнул мне.

Хорошо, что рядом никого не было, а иначе эти перемигивания сразу же заметили, и любой тут же заподозрил что-то неладное.

— В столицу, — ответил я Бонну под пристальными взглядами всех его домочадцев, обращенных на меня.

Феликс открыл рот, чтобы мне что-то сказать, но не успел.

— Следующий! — громко произнес стражник на воротах.

К моему великому счастью, «следующим» как раз и должен был быть бородач.

— О! Моя очередь! — произнес Бонн. — Ладно, еще увидимся, барон, — мужчина вежливо мне кивнул.

Его примеру последовала и вся его семья, вплоть до маленькой девчушки, которая исполнила забавный книксен, а затем вся семья удалилась.

Их пропустили быстро и настала наша очередь.

— Барон Кастельмор, — услышал я знакомый голос и немного удивился, когда увидел, что рядом с постом стражников стоит Гратин Буржэ, который в этом городе был не кем иным, как губернатором. — Не ожидал увидеть вас столь ранним утром в Сент-Эрене!

Странно. Что может делать человек такой высокой должности ранним утром у ворот? Неужели Феликс все же проболтался? Я выругался про себя, смотря на уезжающую повозку главы гильдии строителей.

— Приветствую, господин Буржэ, — вежливо ответил я. — Да вот, заехал проездом. Переночевал и сразу дальше, — добавил я, глядя на своего собеседника, который, несмотря на раннее утро, выглядел бодрым и выспавшимся.

— Слышал, вы были у душеприказчика? — произнес Гратин, с интересом смотря на меня.

Он что, следит за мной? Хотя он губернатор и должен знать все, что твориться в его городе.

— Верно, — кивнул я. — Нужно было официально вступить в наследство, — честно ответил я.

— Ясно. И как, все успешно? — спросил Буржэ.

— Более чем, — произнес я, не особо понимая, к чему вообще этот разговор.

Неужели хочет показать, что он знает все, что творится в этом городе, тем самым давая понять, что чем бы я тут ни занимался, он обо всем узнает? Возможно. Вопрос только, зачем ему это.

— Отлично, — он вежливо улыбнулся. — Жаль, что вы так ненадолго. Всегда рад видеть у себя спасителя города. А куда направляетесь, если не секрет — спросил Гратин, и я снова кивнул.

— Не секрет. Меня пригласили на обед в столице, — ответил я, сохраняя полнейшее спокойствие.

И чего он вдруг вообще решил устроить мне этот допрос?

Он понимает, что разговаривает с благородным?

«Может, указать ему, где его место?» — подумал я, посмотрев в глаза губернатору.

— Понятно, — ответил Буржэ. — Будете в Лютеции, обязательно посетите винотеку под названием «Игристый соболь». Лучшего игристого вина во всей Галларии не сыскать! — добавил он. — Удачного вам пути!

Странно. Раз уж он всё равно расспрашивал, то почему он не спросил к кому я был приглашен на званый ужин. Или, может он вообще знает, что меня пригласил не кто иной, как сам кардинал Жумельяк.

— Спасибо и вам хорошего дня, — я вежливо кивнул губернатору и Фредерик заставил лошадей тронуться.

— Странно все это, — произнес он, когда мы подальше отъехали от города.

— Тебе тоже так показалось? — спросил я, ибо полностью разделял мысли моего дворецкого.

— Не то слово. Мало того, что губернатор стоит у ворот, так еще и столько вопросов, — задумчиво ответил мой собеседник.

— Я тоже так подумал, но заметь, ни одного слова про войну. Значит, Феликс держал язык за зубами. А это уже хорошо, — произнес я и задумался.

А может, это какая-то проверка? Скажем, на лояльность. Может, Бонн проболтался и губернатор решил проверить, расскажу я ему о предстоящем нападении или нет.

Тогда я полностью ее провалил.

Хотя, с другой стороны, я вроде доходчиво объяснил главе гильдии строителей, чтобы он помалкивал. Не думаю, что он настолько глуп, чтобы не прислушаться к моим советам.

Да, он не видел меня в деле, но уже сам тот факт, что я в одиночку убил пятерых солдат вражеской армии, должен был ему хоть о чем-то сказать. Во всяком случае, что со мной лучше не связываться.

К тому же это могла быть обычная паранойя, которая досталась мне от прошлого себя.

— В общем, странно все это, — повторил Фредерик.

— Возможно, — я пожал плечами. — Но так как никакой информации у нас по этому поводу нет, то не вижу смысла гадать, — добавил я, после чего увидел повозку Феликса впереди.

Черт! — выругался я про себя.

— Вы ведь не хотите, чтобы мы ехали вместе? — спросил дворецкий, как будто бы прочитав мои мысли.

— Нет, — ответил я, и на его губах появилась улыбка.

— Хорошо! Давно хотел проверить, насколько быстры лошадки, которых нам продал Понс. Да и карету не мешало бы проверить. — произнес управляющий поместьем и хлестнул лошадей поводьями, заставив их ускориться. — Хеа! — прикрикнул он, и лошади пошли еще быстрее.

Они, конечно, были не теми монстрами, которые доставили меня из поместья в замок Рошфоров, но все равно были довольно резвыми, поэтому мимо семьи Боннов мы промчались так, словно те и вовсе стояли на месте.

Сбавил скорость Фредерик спустя миль десять или пятнадцать.

— Неплохо! — довольно резюмировал он.

— Согласен, — сказал я дворецкому, ибо лошади, проданные нам Понсом, и правда оказались хороши.

Надо будет поработать с ним еще. Во всяком случае, в будущем мне наверняка потребуется личная скаковая лошадь. Плюс для охоты, для светских выездов и так далее.

Жизнь аристократа полна подобных трат и если у тебя на все это не хватает денег, что ж… Это общество тебя никогда не примет.

И по сути, мне не было дела до всех этих благородных выскочек. Но для моей задумки мне нужны были связи, ибо без них никак. А чтобы получить их, мне все равно придется находиться в этом обществе. Прямо какой-то замкнутый круг, не иначе.

Я тяжело вздохнул и поудобнее откинулся на сиденье кареты.

Несмотря на то, что с самого начала Эмиль мне не понравился, свое дело он знал и карету сделал на славу. Несмотря на отсутствие каких-либо изысков, вроде того экипажа, в котором ехала Астрид Де’Бордо, она все равно выглядела довольно изысканно и со стилем.

К тому же она хорошо выдержала тест Фредерика на скорость.

Ну и немаловажным моментом было то, что в ней были удобные сидения, а также и то, что в карете можно было путешествовать как без крыши, например, в такую хорошую и солнечную погоду, как сегодня, так и с крышей, чтобы укрыться от ненастья.

В общем, и карета в будущем мне тоже понадобится другая. Но пока вполне хватит и такого экипажа.

— Фредерик, а что мы можем купить в столице, чего не можем в Сент-Эрене и в ближайших городах, которые попадутся нам на пути в Лютецию? — решил поинтересоваться я у дворецкого.

— Хм-м, сложный вопрос, — задумчиво ответил он. — Тут скорее нужно задать другой вопрос. Что мы там можем купить и что действительно нужно, — добавил он, и тут уже задумался я.

— А есть что-то, что отвечает сразу на два этих вопроса? — спросил я.

— Да. Вам нужна хорошая одежда, — ответил управляющий поместьем. — От какого-нибудь именитого портного. Да, Герард, у которого я заказывал для вас одежду, хороший портной, но выше головы не прыгнешь. Портным, которые шьют одежду в Лютеции, он и в подметки не годится, — добавил Фредерик и обернулся на меня. — Парочка хороших камзолов для выхода в свет вам точно не помешает. Да, по вашим меркам до приема у кардинала вам уже ничего не сошьют, но я думаю, что что-то достойное можно найти и так. Ну, подошьют там и тут, — произнес он, и я понял, о чем идет речь.

Как и в моем мире, встречают всегда по одежке.

Я тут думаю о лошадях и каретах, а оказывается, у меня нет самого главного — хорошей и качественной одежды.

Этот вопрос я, конечно, упустил.

— Знаешь каких-нибудь хороших портных в Лютеции? — поинтересовался я.

— Нет, но узнаю, — ответил дворецкий. — Это не сложно, если знать, у кого спрашивать, — добавил он и улыбнулся. — Все будет хорошо, Люк! Я со всем разберусь! Хе-х, — усмехнулся он и повернулся обратно к дороге.

Ну, хотя бы одной заботой меньше.

Хорошо, что мне попался такой человек как Фредерик. Надо будет подумать, как его хорошенько отблагодарить.

Глава 6

Как и говорил Фредерик, в Ланон мы подъехали чуть за полдень и сразу же попали в небольшую очередь на воротах. Город, в котором я оказался, попав в этот мир, был раза в три или четыре больше Сент-Эрена, но кроме размеров ничем особо от него не отличался.

Провинция и провинция.

— Мы ведь не будем здесь задерживаться? — спросил я Фредерика, который что-то бухтел себе под нос, недовольно зыркая на очередь перед нами.

— Нет, господин, — ответил он. — Нам просто нужно через него проехать. Дорога объездная есть, но после дождя мы там вряд ли проедем, так что через город всё равно будет быстрее.

— Отлично. Раз такое дело, можно немного осмотреться, — я встал и вышел из кареты. — Ты помнишь Густава Боансэ?

— Да. Лавочник, с которым вы лежали в одной палате, — кивнул дворецкий.

— Пойду проведаю его, пока стоит очередь. Найдешь меня у его мясной лавки, — сказал я управляющему моим поместьем.

— Хорошо, господин, — кивнул Фредерик и я, попрощавшись с верным слугой, пошел вдоль очереди.

Остановился я только возле ворот в город.

Вернее, меня остановили.

— Стоять! — громко крикнул мне стражник, когда я захотел пройти в город.

От такой наглости я даже опешил, но внимания этому особого не придал и продолжил идти дальше. Кроме открытых створок, в которые должны были пускать телеги, был и другой вход, возле которого вообще никто не стоял.

— Глухой⁉ — голос раздался рядом, а затем на мое плечо легла чья-то рука.

Среагировал я моментально.

Схватившись за запястье стражника, я резко вывернул его в сторону. Послышался хруст, а вслед за ним сразу же и громкие вопли. Я повернулся и посмотрел на корчащегося на земле городского стражника.

Также от моего взгляда не укрылся тот факт, что меня взяли на мушку сразу же трое солдат на стене. Причем у одного из них даже был мушкет.

Плюс ко мне уже приближался кто-то званием выше, чем тот борзый бедолага, что сейчас лежал на земле. Остановившись в паре метров от меня, стражник посмотрел сначала на своего лежащего подчиненного, а затем на меня.

Его внимание сразу же привлекла шпага у меня на поясе, а затем его взгляд остановился на фамильном гербе Кастельморов, вышитым у меня на камзоле.

— Илберт Галь, командир стражи южных ворот, — представился он.

Вот это другое дело. А то вздумали руки распускать…

— Барон Люк Кастельмор, — представился я.

— Прошу прощения за моего подчиненного. Он не знал, что вы из благородных, — произнес мой собеседник, в голосе которого чувствовалась злоба и неприязнь.

Видимо, либо точит зуб на всех аристократов, кто, по его мнению, родился с серебряной ложкой во рту, либо на меня за то, что покалечил его подчиненного.

Что ж, мне без разницы. Это его недоработка, что не объяснил своим солдатам необходимость прежде вступить в диалог, а затем уже грубить или распускать руки.

— Прощен, — спокойно ответил я и пошел дальше.

В этот раз никто меня останавливать не стал.

Пройдя через ворота под недружелюбные взгляды остальных стражников, я, не обращая ровным счетом на них никакого внимания, подошел к первому попавшемуся мне на пути жителю Ланона и спросил, знает ли он мясную лавку, принадлежащую Густаву Боансэ.

Доходяга потрепанного вида не знал. Я спросил у следующего и получил тот же ответ. Хм-м. Видимо, нужно пойти в более обеспеченный квартал города, ибо сам Густав создавал впечатление совсем небедного мужчины.

Может, не богача, но точно деньги у него водились. Опять же такая красавица, как его ныне покойная жена, за обычного торгаша мясом точно замуж бы не вышла. Пройдя по улице и минуя, видимо, бедный район Ланона, я вышел в квартал побогаче.

Тут было почище, дома побольше, а люди поопрятнее.

— Господин, не желаете развлечься? — проходя по улице, ко мне подошла женщина, от которой ужасно разило дешевым алкоголем и табаком.

— Нет, благодарю, — отказался я и пошел дальше.

Пока я шел, подобных предложений мне поступило еще несколько. Ещё мне было предложено сыграть в карты, купить сомнительного вида кольцо и еще что-то, что, скорее всего, являлось каким-то наркотическим средством и наверняка было запрещено. Хотя я понятия не имею, как подобные вещи регулировались в этом мире.

Мне стало интересно, а что будет, если я куплю «запрещенку»? Меня, по идее, и пальцем тронуть-то никто права не имел, не говоря уже о том, чтобы обыскать. И еще…

Я остановился и обернулся.

— Эй, ты! — окликнул я наркоторговца.

Зализанные блестящие волосы, потрепанный, некогда дорогой костюм, тонкие усики и бегающие глазки. Именно так выглядел барыга. Но он не зевал и тут же нарисовался рядом, воровато оглядываясь.

— Господин хочет что-то конкретное? — вежливо поинтересовался он.

— Господин желает посмотреть весь ассортимент, — без улыбки сказал я.

— Глотать, колоть, нюхать, курить? — деловито осведомился хлыщ, улыбаясь тонкими губами, и меня аж передернуло.

— Что непонятного в словах «весь ассортимент»? — слегка прищурился я. Не любил я эту братию.

Ни раньше, ни сейчас. Много горя они доставляли простым людям. Но ведь наркотики — это яд, и это то, что мне сейчас как раз нужно.

Еще раз оглянувшись, барыга свистнул, и тут же к нему подбежала девушка с чемоданчиком. Чрезвычайно худая, с блестящими глазами и потерянным взглядом. Я сжал зубы и тихо выдохнул. Человечеству не нужен внешний враг, оно вполне может уничтожить себя самостоятельно.

— Вот, посмотрите, это у меня… — чемоданчик был открыт, и барыга начал рекламировать свой товар.

— Заткнись, — бросил я, и от моего голоса наркодилер осекся и замолчал.

Я же один за другим начал брать в руки пакетики, пузырьки и мешочки, прислушиваясь к ощущениям и рассматривая всю эту отраву магическим зрением.

— Я возьму это, это и… это, — я отобрал нужное, безошибочно определив магическую составляющую этих… гхм… «продуктов». Навскидку, шансов у бедных наркоманов «спрыгнуть» с этих препаратов не было вообще.

Я живо интересовался местной алхимией и не собирался останавливаться на полпути. Два маленьких флакона жидкости, что я забрал у убийцы, собиравшегося меня убить в доме маркизы, сильно заинтересовали меня. Это были снадобья силы и скорости. Я понятия не имел из чего они сделаны, но стала понятна неестественная ловкость и быстрота неодаренного. Похоже, усиливающая алхимия была хорошо развита в этом мире. Вот только ничего подобного среди рецептов Кастельморов я не обнаружил. Подозреваю, что и изготовлены они были не из обычных растений. В любом случае, я захватил их с собой в столицу, чтобы навести справки. А возможно и наладить связи со столичными алхимиками.

— Прекрасный выбор, господин! — загорелись глаза у барыги. — Ведь это…

Дальше, видимо, он хотел провести еще одну рекламную акцию. Но я еще раз устало произнес:

— Заткнись. Сколько? — и внимательно посмотрел ему в глаза. Своим фирменным взглядом. Слегка улыбаясь краешком губ.

От этого взгляда хлыщ судорожно сглотнул.

— Три пистоля, господин. Отдаю по себестоимости!

Не врет. Была мысль забрать все просто так, еще и морду ему набить, но зачем? С этой эпидемией я не справлюсь. А вот проблем себе огребу. Поэтому я молча заплатил, закинул препараты в карман и просто пошел дальше, игнорируя благодарности барыги. В любом случае, отсюда нужно было побыстрее уходить, что я и сделал.

Передвигаясь легкой походкой по городу, я и сам не заметил, как оказался на центральной площади Ланона, которая по совместительству еще была и торговой.

«Вот тут Густава точно знают», — подумал я и подошел к лавочнику, торгующему сладостями.

— Господин, хотите купить или попробовать мой товар? — улыбнулся мужчина, обведя руками свой прилавок. — Лучших круассанов вам точно в Ланоне не найти!

Хм-м, а на вид выпечка и правда выглядела очень аппетитной.

— Куплю десяток, если подскажете, где мне найти лавку одного моего знакомого, — ответил я торговцу, и тот расплылся в широкой улыбке, чувствуя выгодную сделку.

— Разумеется, господин, — ответил он. — В Ланоне я знаю всех достойных торговцев, а именно с такими вы, господин, наверняка и имеете дело, — добавил он, заискивающе смотря на меня.

— Мне нужен Густав Боансэ, — ответил я, и мой собеседник сразу же изменился в лице.

Мужчина, торгующий выпечкой, нахмурился и отвел взгляд.

— Что-то не так? — спросил я.

— Да нет, все так, — тяжело вздохнул торговец. — Просто сейчас Густав переживает не лучшие времена, — ответил он. — Не знаю, в курсе ли вы, но оказалось, что его жена изменяла бедному господину Боансэ.

— В курсе, — кивнул я.

— Так вот, какое-то время назад она скончалась, но на этом беды не покинули Густава. Оказывается, она, чтобы сбежать с любовником, заняла очень много денег у скверных людей, а расплачиваться теперь приходится бедному Боансэ, — произнес торговец и покачал головой. — Не советую вам, господин, сейчас соваться в его лавку. Я видел, как с самого утра рядом с ней караулили подозрительные типы, — добавил он и тяжело вздохнул.

Вон даже как…

— Сколько за десять булочек? — спросил я. — Этого хватит? — я достал из кармана два ливра и протянул их мужчине.

— Да, господин! Конечно, хватит! Вам какие? — поинтересовался мой собеседник.

— Любые. Только быстро! — ответил я, и торговец начал суетливо собирать сдобу в бумажный кулек. — Вот, держите, господин! — он протянул покупку мне.

— Отлично. А теперь покажите мне, где находится лавка Боансэ, — ответил я и увидел сомнение на лице булочника.

— Господин, вы уверены? Это может…

— Уверен! — перебил я лавочника.

— Хорошо, — он тяжело вздохнул. — Идете в ту сторону, — он указал пальцем в направлении востока. — На перекрестке сворачиваете направо. Пройдете метров сто и упретесь в лавку мясника, — произнес он, смотря на меня обеспокоенным взглядом.

— Хорошо, спасибо, — поблагодарил я собеседника и уверенным шагом пошел в нужном направлении. Стоило мне подойти к лавке, как я стал свидетелем не самой приятной картины.

Четверо бугаев стояли перед Густавом, прижав его к двери его же лавки и приставив к его горлу нож.

— Я все отдам. Обещаю, — Боансэ трясся всем телом.

— Конечно, отдашь. — усмехнулся один из шайки. — И прямо сейчас!

— Но… Но у меня нет таких денег! — взмолился хозяин мясной лавки.

— Значит, сейчас мы переломаем тебе все ребра, а затем придем завтра и повторим. И так будет до тех пор, пока ты не отдашь Пересу все его деньги, которые взяла у него твоя шлюха жена! Ты это понял?! — рявкнул на него бугай, который в этом квартете был, видимо, за главного.

— Но я… я… — мясник собирался что-то сказать, но увидел меня.

Он замолчал. Поняв, что произошло что-то неладное, трое из мужчин обернулись и тоже увидели меня.

— Проходи мимо, — процедил один из них и, потеряв ко мне всякий интерес, повернулся обратно к бедняге Боансэ.

Его примеру последовали и двое других его подельников. Ошибка. Серьезная ошибка.

Я сконцентрировался и возвел вокруг себя магический доспех, на случай, если вдруг эти бугаи решат удивить меня. После чего, усилив свое тело магией, уверенно пошел в их сторону, даже не став доставать шпагу.

Уж больно не хотелось мне марать об этих мразей свою фамильную реликвию. Первым делом стоило вывести из строя того, кто был с оружием. Скорее всего, у всех было какое-то оружие, но на виду сейчас нож был только у одного. У бандита, удерживающего Густава.

С него-то я и начал.

— Эй! — я коснулся плеча верзилы и когда он повернулся, а главное — убрал от горла Боансэ оружие, со всей силы ударил ему кулаком в челюсть.

Удар оказался для противника неожиданным, а уж я постарался вложить всю свою силу и немного магии.

Незнакомец как стоял, так и упал на землю, выронив нож из рук.

Трое других на удивление среагировали быстро, что говорило о том, что в прошлом они или служили в армии, или с рождения участвовали в смертельных драках. Вот только они были явно лучшего о себе мнения.

Тот, что стоял ближе, попытался схватить меня за плечо, но я ускользнул от него и влепил ему основанием ладони, как и его дружку, по кадыку. Послышался громкий хруст.

Тело, которое было усилено магией, само по себе являлось оружием, поэтому атака, как и для его подельника, оказалась достаточной, чтобы вырубить здоровенного детину. Он присоединился к своему товарищу на земле.

Я остался против двоих. Бандиты переглянулись.

— Если я достану шпагу, — я потянулся к рукояти. — То, в отличие от них, — я кивнул на двух мужчин, лежащих на мостовой. — Вы так просто не отделаетесь, — добавил я, ибо драться с еще двумя верзилами мне было не с руки.

Причем, если бы они могли мне хоть что-то сделать, то у меня был бы хоть какой-то интерес. А так…

— Ты хоть знаешь, кто мы? — сквозь зубы процедил один из парочки, оставшихся на ногах.

— Понятия не имею, — спокойно ответил я, покачав головой. — Я знаю лишь то, что вы угрожаете моему знакомому, а этого мне достаточно для того, чтобы заколоть вас. И за это мне еще ничего и не будет, — добавил я, как бы невзначай коснувшись рукой фамильного герба Кастельморов на камзоле.

Верзилы снова переглянулись, и на губах одного из них появилась мерзкая улыбка.

— И что, что ты из благородных? — усмехнулся он, смотря мне в глаза. — Перес и не таких обламывал! Думаешь, если… — договорить он не успел.

Благодаря магии, циркулирующей в моем теле, двигался я гораздо быстрее, чем обычный человек, поэтому удар в диафрагму заставил оратора не только заткнуться, но и начать жадно глотать ртом воздух.

— Неверный ответ, — холодно произнес я и посмотрел на последнего, оставшегося стоять на ногах, ибо его дружок упал на колени.

Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, а затем он совершил ошибку — попытался ударить меня.

«Ничему их жизнь не учит», — подумал я, сделав шаг в направлении атакующего, а затем подбил его ногу своей, тем самым лишая опоры, из-за чего он начал падать, а спустя мгновение его лицо встретилось с моим коленом.

Противник обмяк и растянулся на мостовой, рядом с дружками.

— Вы в порядке, Густав? — спросил я мясника, который, стоя возле двери своей лавки, трясся всем телом и, видимо, никак не мог поверить в то, что только что произошло на его глазах.

— А… Да… — неуверенно ответил он.

— Отлично, — улыбнулся я, а затем заметил кровь на его шее.

Видимо, бандит с ножом все же успел поранить его лезвием.

— Пойдемте в лавку, у вас кровь, — сказал я Боансэ.

— Да? — удивился он и коснулся шеи рукой. — Точно, — потерянно произнес он, явно все еще находясь в шоке от увиденного или страха, который он испытал, а может от всего вместе.

Спокойно перешагнув через тело одного из верзил, я подошел к хозяину мясной лавки.

— Ключи, — уверенным голосом произнес я.

— А… Да, — он начал суетливо лазить по карманам. В итоге выудил искомое из наружного кармана фартука и протянул находку мне.

Я открыл дверь, и мы зашли в лавку.

— Господин Люк, я не…

— У вас есть чай? — спросил я.

— Э-э, да, — кивнул хозяин мясной лавки.

— Тогда грейте. А я вот вам булочек принес, — я протянул ему кулек, который купил ранее у торговца на площади.

— Хорошо, — ответил он и зашел в дверь, располагающуюся в стене за прилавком.

Я же решил подождать его у стойки, попутно наблюдая за тем, как бандиты медленно начинают шевелиться на улице. И с кряхтением и руганью покидают поле боя. Причем тот, с разбитым кадыком в себя так и не пришел, и его тянут за руки коллеги.

Боансэ появился спустя минут пять с подносом, на котором стоял чайник и пара чашек, а также блюдце, на котором покоилась принесенная мною выпечка.

Густав поставил поднос на стол, а затем разлил по чашкам чай.

Видимо, он уже немного пришел в себя, а значит, можно было расспросить его о произошедшем.

— А теперь, господин Густав, рассказывайте мне все, что знаете о «Пересе», — произнес я, беря в руку чашку. — Прямо все, что знаете! Подозреваю, он скоро нас навестит лично.

Глава 7

— Вот, собственно, и все, господин Люк, — закончил свой рассказ Густав, и я, тяжело вздохнув, сделал из своей кружки глоток чая. — А теперь и вас еще в неприятности втянул, — Боансэ покачал головой. — Простите меня, господин Люк, — хозяин мясной лавки поднял глаза и посмотрел на меня виноватым взглядом. Он сейчас был настолько похож на побитую собаку, что я еле сдержал улыбку.

— За меня не переживайте, — ответил я собеседнику, история которого оказалась точь-в-точь, какую поведал мне булочник.

Его жена действительно заняла денег у местного криминального авторитета и собиралась спешно покинуть город вместе со своим любовником. И план был ее хорош. Отравить мужа, получить наследство, затем продать все недвижимое имущество и вместе с деньгами, полученными от ростовщика, покинуть Сент-Эрен вместе со своим любовником и жить припеваючи.

Хороший план. Вот только ей не повезло, и она не учла фактор случайности.

Кто же знал, что в палату к ее мужу попаду я…

В любом случае сумма у ростовщика была занята довольно приличная, и по ней начали капать проценты. И все бы ничего, так как какие-то деньги у хозяина мясной лавки водились, и он смог бы покрыть долг. Вот только основная сумма, которую заняла его жена, также пропала.

Вероятнее всего, луидоры исчезли вместе с любовником. В итоге сумма, которую задолжал Боансэ ростовщику, оказалась для него неподъемной. Так он и оказался в такой ситуации.

— Нет, господин Люк, — тем временем покачал головой Густав. — Перес очень опасный человек. С ним даже благородные связываться не хотят, — он снова тяжело вздохнул и закрыл лицо руками.

И почему такие вещи, как правило, происходят с хорошими людьми.

— За меня не переживайте, Густав, — спокойно повторил я. — Лучше скажите, где я могу найти этого человека?

— Кого? — убрав руки от лица, хозяин мясной лавки испуганно посмотрел на меня. — Переса? — спросил он.

— Ну да, — кивнул я.

— Нет! Прошу вас, господин Люк! — Боансэ резко вскочил с места, чуть было не уронив со стойки поднос. — Не делайте этого. Лучше уезжайте из города как можно скорее! Прошу вас! — мой собеседник посмотрел на меня умоляющими глазами.

Да уж, сильно же его запугали…

— Как я уже говорил, Густав, все будет нормально, — я тоже встал и положил руку мужчине на плечо. — Скажите лучше, что у вас с той славной женщиной, которая навещала вас в больнице? — спросил я Боансэ, чтобы сменить тему разговора.

— Мадам Лешуа? — спросил он. — Я решил не втягивать ее в свои проблемы, поэтому перестал с ней общаться, — добавил он, в очередной раз убеждая меня в том, что он хороший человек.

А хорошим людям нужно было помогать. Я редко делал это в своем родном мире, но в этом у меня теперь есть такая возможность.

— Так где я могу найти Переса? — спросил я собеседника. — Вы же видели, на что я способен, — произнес я, напоминая Боансэ, что ранее я раскидал перед ним квартет здоровенных детин, даже не испачкав одежды при этом.

— Да, но…

— Просто скажите, где я могу найти этого человека, — уверенным голосом произнес я, и хозяин мясной лавки сдался.

— У Переса есть игорный дом недалеко отсюда. Большую часть времени он проводит там, — нехотя ответил он. — Но, господин Люк, я бы не советовал вам туда соваться. В услужении у этого человека отъявленные бандиты и убийцы. Даже при всех ваших навыках, которые я видел, встреча с Пересом может быть для вас очень опасной, если вообще не смертельной, — добавил мой собеседник, и я усмехнулся про себя.

— Поживем — увидим, — ответил я Густаву, а буквально через пару секунд с улицы до меня донеслись какие-то странные звуки. — Я сейчас, — я взял в руку метательный нож, а затем сконцентрировался и возвел вокруг себя магическую защиту.

Все, теперь даже если в меня выстрелят из мушкета или арбалета, это не сможет навредить мне. Затем я подошел к двери и, толкнув ее, вышел на улицу, где меня уже ждали.

— Барон Кастельмор? — произнес молодой человек, который был мне незнаком.

«Явно непростой городской житель», — сразу же понял я, оглядывая дорогой костюм незнакомца, который был моим ровесником или, может, чуть постарше.

— Верно, — кивнул я.

— Славно, — на его лице появилась довольная улыбка. — Я представляю интересы господина Переса, — произнес он. — Знаете такого? — спросил он, с интересом рассматривая меня.

— Нет, но очень хочу познакомиться, — ответил я, смотря своему собеседнику в глаза.

Этот человек был опасен. Это чувствовалось по его ауре. Я использовал магическое зрение. Хм-м. И при этом он не маг. Интересно.

— Отлично. Значит, наши цели сходятся, — ответил он, и улыбка на его лице стала еще шире.

— Я так понимаю, это все из-за инцидента, который произошел здесь ранее? — на всякий случай уточнил я, хотя это и так было понятно.

Трое молодчиков, которые принимали участие в «инциденте», стояли здесь — рядом с моим собеседником, и лица их не выражали доброжелательности. Четвертого я всё-таки жестоко отработал. Ну, сам виноват.

— Вроде того, — уклончиво ответил незнакомец. — Ой, прошу прощения за мои манеры, — произнес он. — Меня зовут Жоэл Голл, — он вежливо склонил голову.

— Хорошо, — ответил я, продолжая изучать своего собеседника. — Я так понимаю, мы идем в игорный дом? — уточнил я.

— Верно. В «Четырехлистный Клевер», — кивнул Жоэл. — Уже бывали там?

— Нет, — покачал я головой.

— О! Тогда смею вас заверить, барон, вы многое упустили! — ответил мне Голл.

— Возможно, — я пожал плечами. — Мы можем идти, но у меня есть один вопрос. Надеюсь, моему хорошему знакомому Густаву Боансэ ничего не угрожает конкретно сейчас? — прямо спросил я, смотря на покалеченных верзил, которые продолжали буравить меня своими взглядами, полными ненависти.

— Что вы, барон! — усмехнулся мой собеседник. — Конечно, ему ничего не угрожает! Обещаю вам! — добавил он.

— Хорошо. Тогда я предупрежу своего знакомого, и можем идти, — ответил я Жоэлу и вернулся в мясную лавку.

Боансэ стоял за стойкой.

— Я все улажу, Густав. Не переживайте, — пообещал я хозяину мясной лавки, на котором не было лица.

Хозяин мясной лавки покачал головой.

— Барон, не делайте этого, — произнес он таким голосом, будто бы отправлял меня на смерть.

Хотя он, видимо, так и думал. Что ж, придется его разочаровать, ибо умирать я точно не собирался.

— Все будет хорошо, Густав. Работайте спокойно, а вечером я к вам загляну с бутылочкой хорошего вина, — сказал я хозяину мясной лавки и вышел на улицу. — Можем идти, — произнес я.

— Отлично. Тогда следуйте за мной, барон, — ответил Голл. — Тут недалеко, поэтому я без экипажа.

— Хорошо, — я поравнялся с молодым человеком. — Ваша охрана? — я кивнул на трёх верзил, которым сейчас даже обычная ходьба доставляла явные неудобства.

— Нет, — он покачал головой. — Поверьте, барон, охрана мне не нужна, — ответил мой собеседник, подтвердив мои догадки о том, что он умеет за себя постоять.

Причем, видимо, еще как умеет…

— Барон, каким боевым искусством вы занимались? — поинтересовался Жоэл, пока мы шли к «Четырехлистному Клеверу».

— С чего вы решили, что я чем-то занимался? — спросил я.

— А по ним не видно? — усмехнулся мой собеседник, кивнув на квартет побитых верзил.

Не думаю, что боевое искусство, которому я обучался в гильдии, вообще существует в этом мире.

— Меня учил драться отец, — соврал я.

— Хм-м, интересно, — ответил Голл. — Я думал, ваш отец алхимик, а не боец, — добавил он, и я внутренне напрягся.

Уже успели навести справки обо мне? С момента драки прошло всего ничего. Видимо, этот Жоэл и правда влиятельный человек, раз смог так быстро заполучить информацию обо мне.

— Это не исключает того факта, что он может быть хорошим бойцом, — спокойно ответил я.

— Верно, — быстро согласился мой собеседник. — Так то, чему учил вас отец… у этого искусства есть название? — поинтересовался он.

Какой любопытный…

— Это стиль, который передавался в нашей семье из поколения в поколение, — соврал я Голлу.

— Да? Ого! Никогда не слышал об уникальном боевом искусстве Кастельморов, — удивленно ответил молодой человек.

— Век живи — век учись, — улыбнулся я, понимая, что, скорее всего, Жоэл мне не поверил.

Думаю, он как раз был бойцом, а не фехтовальщиком. Это я понял по развитию мышц в его теле. Для фехтования и рукопашных боевых искусств, несмотря на то, что предназначались они, в общем-то, для одних целей — вывести из строя своего противника, тренировались разные группы мышц.

Хотя стиль боя, которому я учился в гильдии, как раз был направлен на комбинирование этих двух стилей.

— А кем вам является Густав Боансэ? — тем временем поинтересовался мой собеседник.

— Хороший знакомый, — ответил я.

— Настолько, что вы решили перейти дорогу господину Пересу? — Голл хитро прищурил глаза.

— Думаете, это играет какую-то роль? — холодным тоном произнес я, смотря в глаза молодому человеку. — Густав попал в дрянную ситуацию, а ваш наниматель лишь еще больше хочет усугубить ее, хотя этого вовсе не требуется. Господин Боансэ хороший человек, к тому же деньги брал не он, хотя вы и так это знаете, — продолжил я. — Скажу даже больше. Я уверен, что сумма, которая была отдана в долг, уже вернулась к вашему господину, и он просто хочет больше, — закончил я свою мысль.

— Это лишь ваши догадки, барон, — ответил мой собеседник.

— Возможно, — я снова пожал плечами.

— Деньги были взяты членом семьи Боансэ, и он несет материальную ответственность, — произнес Жоэл и был прав. Да, сумма, которую взяла его жена, а вернее долг, ложился на плечи бедняги, но это вовсе не давало право этому Пересу так поступать с Густавом.

— Это я знаю. Но также я знаю, что господин Боансэ вернул бы эти деньги. Не обязательно было присылать к нему этих верзил, — я кивнул на побитых здоровяков.

— Долг с каждым днем растет, — пожал плечами Жоэл. — Рано или поздно ему придется где-то взять эти деньги. Вы не всегда будете рядом с ним, — на его тонких губах появилась мерзкая улыбка, и я с трудом сдержался, чтобы не врезать ему.

По сути, он практически прямым текстом сказал, что стоит мне уехать, беды Густава продолжатся, и никуда ему от них не скрыться.

— Хотите забрать его мясную лавку? — прямо спросил я.

— Не знаю, — мой собеседник покачал головой. — Я сведущ не во всех делах господина Переса, — добавил он. — Хотя, если подумать, то, продав ее, ему бы хватило денег выплатить долг.

Так я и думал. Значит, они действительно нацелились на его мясную лавку, которая, как я помнил из разговоров с Боансэ, несколько поколений передавалась в его семье по наследству.

— Ясно, — ответил я. А буквально через пару секунд, когда мы вышли из-за поворота, я увидел небольшое двухэтажное здание, над дверью которого красовалась большая табличка с надписью «Четырехлистный Клевер», на которой было изображено, как ни странно, четырехлистный листочек клевера.

— Пришли, — довольным голосом произнес Голл, когда мы подошли к двери, на охране которой стояли два амбала, каждый из которых был еще крупнее тех верзил, которых побил я.

«У них здесь мануфактура какая-то по производству таких, что ли?» — подумал я, ибо бритые бандитские рожи были у всех одинаковыми и сделанными как будто бы под копирку.

Жоэл кивнул охранникам, и те открыли для нас дверь.

В нос сразу же ударил тяжелый запах сигаретного дыма, алкоголя, а еще чего-то явно наркотического.

— Прошу, барон, — молодой человек сделал приглашающий жест, пропуская меня вперед.

— Благодарю, — вежливо произнес я, нехотя заходя в игорный дом.

Такие заведения меня никогда не прельщали. За мимолетным, казалось бы, весельем от алкоголя, продажных женщин и азартных игр всегда следовали неотвратимые последствия в виде похмелья, заболеваний и долгов.

От этого никуда было не деться. Каждый, кто приходил в такие дома в надежде легко обогатиться, всегда уходил ни с чем. Ведь если бы все выигрывали, то такие дома просто не существовали бы. Именно поэтому я не любил как подобные заведения, так и людей, которые их содержали. Не то чтобы я был моралистом, просто считал это все разрушительным и точно бесполезным лично для себя.

— Прошу за мной, — тем временем произнес Голл, и мы, минуя столики, за которыми уже сидели и играли люди, отправились прямиком к лестнице.

Поднявшись на второй этаж, мы остановились возле двери, выточенной из темной, почти черной древесины.

— Вам сюда, барон, — Жоэл постучал в дверь.

— Заходите, — послышался властный голос с той стороны, и мой провожатый толкнул дверь вперед.

Я зашел внутрь и оказался в большом кабинете, который был прямой противоположностью того, что я видел, когда зашел внутрь игорного заведения с улицы.

Вместо наглухо занавешенных окон, дабы люди внутри не знали, который сейчас час, в кабинете Переса, наоборот, было очень светло. Если внизу пахло табаком и алкоголем, то здесь витал легкий аромат каких-то пряностей и цитрусов.

Внизу громко играла музыка. А здесь, когда дверь закрылась, царил покой и умиротворение.

— Барон Кастельмор, я так полагаю? — поинтересовался мужчина, сидящий в роскошном кожаном кресле, который даже не потрудился встать, когда я зашел.

— Верно, — произнес я, смотря в нахальные глаза своего собеседника.

— Перес, — представился он. — Прошу, барон, не стойте в дверях. Заходите, присаживайтесь, — произнес он, указав на кресло, стоящее напротив его стола.

Я принял приглашение и сел напротив ростовщика.

— Не возражаете, если мы перейдем сразу к делу, барон? — владелец игорного дома, посмотрел мне в глаза.

— Разумеется, — кивнул я. — Мне бы хотелось как можно меньше находиться в этом заведении, — добавил я, и мой собеседник усмехнулся, оголив улыбку с металлическими зубами внутри.

— Славно, — он потер руки. — В общем, вы причинили моим людям серьезные увечья, а у них семьи, голодные дети и так далее. Какое-то время они не смогут работать. Родригес, так точно. Поэтому вы должны не только взять на себя расходы по их лечению, но и обеспечить их семьям должное содержание. Я посчитал, и вышла такая сумма, — он положил руку на листок бумаги и придвинул его ко мне по столу.

Я посмотрел вниз. Две сотни полновесных луидоров, значит. Неплохая такая сумма.

— Отдадите сейчас или вас сопроводить в королевский банк? — на лице Переса снова появилась его мерзкая улыбка.

Я усмехнулся, и это ростовщику не понравилось.

— Я сказал что-то смешное, барон? — процедил сквозь зубы мой собеседник.

— Да, — кивнул я. — Меня умиляет тот факт, что ты думаешь, будто я заплачу тебе хоть одно экю, — ответил я, смотря в его наглые глаза.

— Что-о-о-о? — с его лица вмиг слетела напускная небрежность и умиротворение. Он оскалился, как волк, с прищуром глядя мне в глаза. — Неужели ты думаешь, щенок, что твой титул тебя спасет? Этот город не такой… гхм… законопослушный, как Сент-Эрен и дела у нас делаются совсем иначе. Стража тебе не поможет, а твой долг только что вырос в два раза до четырехсот луидоров. Цени это, ведь я мог бы забрать твою жизнь, а так обойдемся просто деньгами. Будет тебе уроком, что бывает, если дерзить важным людям.

Я стоял и буквально чувствовал, как мои губы всё больше и больше расплываются в улыбке. Эта ситуация была чрезвычайно забавной. Перес, скорее всего, держал местный криминалитет в узде за счет ума, а не мышц. Он не был одаренным, это точно. Одаренным был громила, молча стоявший за его правым плечом. Скорее всего, с каким-то силовым даром, уж больно огромным он был.

А еще я наконец, понял, что меня смутило в моем провожатом. От Жоэла Голла «фонило» магией. Но это не была его собственная магия. Это было что-то похожее на действие тех зелий, которые я забрал у убийцы во дворе маркизы. И два амбала за дверью также были накачаны этой дрянью.

Итого, что я имею? Одаренный бугай впереди, накачанный препаратами и, скорее всего, хороший боец Жоэл Голл за моей спиной. А еще наглая харя ростовщика передо мной в кресле.

— Ничему вас, дегенератов, жизнь не учит, — покачал головой я, улыбаясь. — Ты можешь быть важной лягушкой в своем болоте, но что ты будешь делать, когда к тебе в гости заглянет цапля? Даю тебе последний шанс решить дело миром, и ты, возможно, поживешь еще немного своей никчемной жизнью.

Лицо Переса перекосило от ярости. Я специально его провоцировал. С первых фраз я понял, что нормального разговора не получится, поэтому зачем тянуть. Судя по всему, Перес и Жоэл понимали друг друга с полуслова. Я даже не понял, какой именно Перес подал сигнал, но магическим зрением я увидел, что стоящий за моей спиной молодой человек выхватил что-то вроде телескопической стальной дубинки, и прямо сейчас она летит мне в плечо со страшной силой.

Ошибка! Да, я понял, что убивать меня пока не хотели, но такой удар точно сломал бы руку обычному человеку, так что этого было достаточно. Достаточно для меня, чтобы действовать жестко…

Я, не оборачиваясь, сделал быстрый шаг вбок и назад, сокращая дистанцию. В результате дубинка со свистом опустилась рядом, а Жоэла повело вперед по инерции. Захват… Рывок… Громкий хруст и торчащая окровавленная кость, пропоровшая рукав дорого камзола, говорят о том, что правая рука Жоэла надолго вышла из строя.

— Как глупо, — прокомментировал я действия молодого человека.

А одаренный громила уже сделал первый шаг в мою сторону, не дожидаясь команды хозяина. И для таких размеров он двигался чертовски быстро…

Глава 8

«Неплохо», — подумал я, когда джеб одаренного пролетел буквально в сантиметре от моего лица, а вслед за ним последовала быстрая связка ударов.

«Это даже как-то нечестно», — в принципе, я даже мог не уклоняться от шквала ударов, которые обрушил на меня накаченный какой-то химией одаренный, ведь находясь под защитой магического доспеха, таких ударов мне можно было даже не бояться.

К слову об ударах.

Надо отдать должное Жоэлу. Получив серьезную травму, он не вышел из боя, и пока я отвлекся на здоровенного детину с магическими способностями, попытался схватить меня сзади.

И ему даже это удалось, ибо несмотря на то, что он был неодаренным, двигался он очень быстро.

Схватив меня, молодой человек попытался меня повалить, но не тут-то было. Я спокойно смог устоять на ногах, благо тренировка баланса тела была основой в боевом искусстве, которое преподавали нам в гильдии, после чего резко откинул голову назад.

Послышался хруст ломающихся костей. Снова…

Скорее всего, у Голла сейчас был сломан не только нос, но и лицевые кости черепа, ибо тело мое было покрыто не только магическим доспехом, но и усиленно магией.

Я услышал, как тело Жоэла упало за спиной, но убедиться в этом у меня не было возможности, так как на меня насел одаренный бугай. Прыжок назад — и кованый засов падает на толстые стальные скобы. Теперь снаружи вряд ли кто-то зайдет без полноценного штурмового тарана. Эту особенность двери я «срисовал» еще при входе и вот воспользовался возможностью. Зачем мне лишние зрители?

Громила махал огромными кулачищами, как чертова ветряная мельница, но снова ни один из его ударов не попал в цель, так как я был просто быстрее него. Я уже хотел было прекратить этот фарс, когда в кабинете Переса раздался громкий хлопок, и в помещении запахло порохом.

Повернув голову на источник звука, я увидел Переса с пистолетом, который стоял и удивленно смотрел то на меня, то на пулю, лежащую у моих ног.

Я посмотрел в глаза хозяину игорного дома и увидел в них страх.

Сделав шаг в его сторону, я не без удовольствия стал свидетелем того, как Перес начал быстро-быстро пятиться назад, даже не пытаясь перезарядить пистолет или взять другое оружие.

Я бы насладился этим зрелищем подольше, но меня отвлек громила.

«Все, надо с ним кончать», — подумал я и, поймав его руку в момент удара, резко вывернул ее в сторону.

Крик боли заглушил хруст ломающихся костей.

Я не собирался убивать охранника Переса, поэтому метким ударом в челюсть вырубил одаренного. Затем снова посмотрел на местного криминального авторитета, который уже не выглядел таким надменным, как несколько минут назад.

Быстро, однако, сбилась с него спесь.

— Сел, — я кивнул на кресло для посетителей, что стояло перед его столом, в то время как сам обошел стол и сел в хозяйское кресло.

Перес молча подчинился.

— А вот теперь поговорим, как цивилизованные люди, — холодным голосом процедил я, смотря своему собеседнику в глаза. — Что ты там говорил про сумму, которую я тебе задолжал? Думаю, ее нужно увеличить раз в десять, ты не находишь? — спросил я, но Перес почему-то не отвечал на поставленный мною вопрос. — В общем, эта сумма сегодня вечером должна быть у меня. Это ясно? — спросил я.

Мой собеседник, видимо, был настолько шокирован происходящим, что впал в ступор. Чтобы привести его в чувства, я ударил кулаком по столу.

Перес испуганно вздрогнул.

— Барон, но…

Одного моего взгляда ему хватило, чтобы закрыть свой рот и дать мне другой ответ.

— Сумма будет к вечеру, — смиренно произнес он.

— Хорошо, один вопрос мы решили, — кивнул я. — Теперь насчет Густава. Деньги, которые ты дал его жене. Ты вернул их? — прямо спросил я.

— Да, — кивнул Перес.

— Как это произошло? — спросил я.

— Убили этого скользкого типа, когда он попытался смыться с моими деньгами, — ответил ростовщик.

— Ясно. Значит, деньги ты свои вернул и получается, с Боансэ ты в расчете. Так? — спросил я.

— Нет. Процен…

Он замолчал на полуслове и сглотнул.

— В расчете, — нехотя ответил он.

— Славно, — произнес я и встал.

В принципе, больше мне от него было ничего не нужно.

Я получил, а будет вернее сказать, получу компенсацию за то, что здесь случилось, плюс от Густава теперь отвяжутся.

Да, можно было бы, конечно, подмять всех этих ребят под себя и встать во главе криминального мира Ланона, но, признаться честно, этого делать мне не хотелось. Скажу даже больше. Я наоборот хотел держаться от всего этого как можно дальше.

— Я пока не знаю, где остановлюсь, но деньги чтобы были не позже восьми вечера, — сказал я Пересу. — Если ты так быстро смог узнать, кто я, то и с тем, чтобы меня найти, тоже справишься. Это все же в твоих интересах, — произнес я, смотря в испуганные глаза моего собеседника.

Хотя помимо испуга были там и другие эмоции. Злость, ненависть, отчаяние и куча других не самых положительных эмоций, которые я частенько вызывал у других людей, будучи Василиском.

Хотя чему тут удивляться, это было вполне естественно, и я давно уже к этому привык.

— Ты меня услышал? — уточнил я, когда ответа вновь не последовало.

— Да, барон, — ответил Перес.

— Славно, — я направился к выходу из кабинета. — Да, кстати, — я повернулся к собеседнику. — Запомни навсегда, что тут только что произошло. Это на случай, если ты захочешь мне отомстить. Если наша встреча в следующий раз произойдет не по моей инициативе, то она для тебя будет последней, — добавил я и, откинув засов, толкнул дверь кабинета, выходя из него.

Стоило мне выйти, как я нос к носу столкнулся с кучей работников игорного дома. Разумеется, все они были вооружены.

«Неужели придется калечить и их?» — подумал я, но голос Переса, раздавшийся у меня за спиной, спас этих людей от увечий.

— Пропустите барона! — в голосе ростовщика снова прозвучали нотки страха и ненависти. — И лекаря ко мне, срочно! — рявкнул он, и где-то у лестницы я услышал быстрые шаги.

Вооруженные бойцы сразу же расступились передо мной, освобождая мне путь. Правильное решение. Я без труда вышел из игорного дома и, оказавшись на улице, осмотрелся по сторонам.

Боялся ли я мести? Нет. Этот человек был напуган. Чертовски напуган. Я знаю этот типаж. Он не будет мстить. Ну а если будет, что ж… Я честно не хотел доводить до этого, но в городе образуется вакансия ростовщика и криминального дельца.

Нужно ли было его убить? Хах. Ради чего? Ради проблем со стражей? Ради проблем для этого города, когда начнется борьба за власть? Сколько невинных людей погибнет. Нет. Как я и сказал, единственным нормальным вариантом было бы мое главенство в этой организации. Вот только это в мои планы точно не входит.

Сейчас около трех дня, а со мной уже столько всего произошло. Мало того, что подрался с бандитами, так еще и оказался в одном из самых опасных мест Ланона и разговаривал с человеком, который держал в страхе весь этот город, включая даже аристократов.

Дела…

Хотя все разрешилось неплохо. Как для меня, конечно же, а не для моих противников. Я не только заработал приличную сумму при минимальных затратах своих ресурсов, так еще и помог хорошему человеку.

Да, я, конечно, обрел нового врага, но их и так у меня было достаточно много, поэтому одним больше, одним меньше. Я уж собрался было отправиться обратно в мясную лавку, как вдруг впереди увидел мчащийся во весь опор экипаж, который приближался к игорному дому. И он был мне знаком.

— Господин, с вами все в порядке?! — обеспокоенным голосом спросил дворецкий, когда лошади остановились возле меня.

— Да, — кивнул я управляющему поместьем и улыбнулся. — Я так понимаю, ты от Густава? — спросил я, и мой собеседник кивнул.

— Господин Боансэ мне все рассказал, и я сразу же помчался сюда, — ответил Фредерик, продолжая смотреть на меня обеспокоенным взглядом. — С вами точно все в порядке?

— Как видишь, — усмехнулся я. — Значит, ты знал, кто такой Перес? — спросил я.

— Разумеется, — ответил он, и на его лице появилась гримаса отвращения. — Тот еще ублюдок, — добавил он и с ненавистью посмотрел на игорный дом.

Видимо, с этим человеком или местом у моего управляющего был связан отдельный пунктик.

— У нас с этим человеком прошла очень увлекательная беседа, в результате которой парочка его людей… Ну, скажем, немного пострадали, — произнес я. — В любом случае, для нас этот человек не опасен, — добавил я. — Ты нашел для нас гостиницу?

— Да, господин, — кивнул мой слуга.

— Отлично. Сейчас мы поедем к Густаву Боансэ, а затем сразу же в гостиницу. Хозяин этого заведения, — я кивнул назад, — должен к восьми доставить нам кругленькую сумму, — добавил я и, усмехнувшись, залез в карету.

Фредерик хлестнул поводьями лошадей и мы медленно тронулись.

— Вы оставили его в живых? — спросил Фредерик, когда мы отъехали от игорного дома.

— Да. А что, не нужно было? — спросил я.

— Не знаю, господин, — ответил управляющий моим поместьем. — Этот человек самый гнилой из всех, кого я знаю. Возможно, и не стоило, — произнес дворецкий и покачал головой. — Хотя это, очевидно, приведет к проблемам с городской стражей.

— Если будет такая необходимость — убью, — спокойно ответил я. — Пока же, думаю, этот человек усвоил мой урок и в ближайшее время не будет отсвечивать. Во всяком случае, в делах, касательно фамилии Кастельмор, — добавил я, и Фредерик покачал головой.

— Господин, удача не всегда будет сопутствовать вам, — повернувшись ко мне, произнес он тяжелым голосом.

— А при чем тут удача? — удивился я.

— Я про то, что череда побед может и оборваться, — произнес слуга. — Господин, я просто прошу вас быть хоть немного осторожнее в своих решениях, — добавил он и тяжело вздохнул.

А, так вот он про что.

— Возможно, — я пожал плечами. — Во всяком случае, я постараюсь, — ответил я Фредерику, в конце улыбнувшись. — Если тебе так будет спокойней.

— Спасибо, — без улыбки ответил мой собеседник. Затем тяжело вздохнул, повернулся к дороге, и оставшийся путь до мясной лавки мы проехали молча.

— Господин Люк! Как же я рад вас видеть! — воскликнул Густав, который понуро сидел возле своей лавки, но когда увидел наш экипаж, резко вскочил, и на его губах появилась счастливая улыбка.

— Я же говорил, что все будет хорошо, — ответил я Боансэ, который смотрел на меня так, будто бы увидел призрака.

Видимо, хозяин мясной лавки не рассчитывал меня снова увидеть живым.

— Я так счастлив, господин Люк! Честно! Даже не передать словами, насколько я рад, что ваша встреча с этим человеком закончилась так… Ну, что вы живы! — радостно произнес Густав, чьи эмоции были настолько искренними и чистыми, что на моих губах невольно появилась улыбка.

— Ну что вы, господин Боансэ, — я вышел из кареты. — Право слово, не стоило так переживать за меня, — я подошел к хозяину мясной лавки. — Пойдемте лучше отметим сегодняшнее событие бутылкой хорошего вина. Помните, я вам обещал, — и вытащил из наплечной сумки бутылку, которую купил по дороге.

— Конечно! — воскликнул Густав. — У меня к вину есть, — он вдруг затих. — Хамон, который мне доставили из самой Иллерии, — произнес он шепотом. — Тамошние мастера — настоящие профессионалы в том, что касается изготовления хамона. Наши им и в подметки не годятся, — добавил он, продолжая говорить очень тихо.

— Контрабанда? — улыбнулся я, смотря на Густава, который, видимо, чуть ли не в первый раз в жизни пересёк черту закона.

— Да, — закивал он. — Только тс-с-с, — он приложил указательный палец к губам и осмотрелся по сторонам.

— Хорошо, это останется нашим секретом, — пообещал я, и мясник открыл дверь, ведущую в его лавку. — Фредерик, поставь где-нибудь экипаж и давай к нам, — сказал я дворецкому, и он кивнул.

Мы зашли внутрь.

— Я сейчас! — стоило нам оказаться внутри, как мой знакомый сразу же забежал за стойку, а затем скрылся за дверью, которая, вероятно, вела в подсобное помещение и погреба, где Густав хранил свое мясо.

Вскоре он вернулся с довольно большим свертком.

— Настоящий Иллерийский хамон! — с гордостью произнес Боансэ и развернул бумагу.

Под ней оказалась большая свиная нога.

— Я сейчас все сделаю! — он положил «свое сокровище» на прилавок, а затем снова исчез в подсобных помещениях.

Вернулся он через несколько минут с деревянной доской и еще каким-то приспособлением, которое, судя по всему, как раз и предназначалось для главного блюда сегодняшнего вечера.

Положив доску на прилавок, он установил стойку с зажимом наверху, а затем взял свиной окорок и закрепил его, зажав ногу чуть выше копыта в специальное круглое крепление на стойке, а самая сочная часть легла на доску.

— Еще пара штрихов и все! — довольным голосом произнес Густав и снова исчез.

Вернулся он с подносом, на котором стояли тарелки, а также лежал нож, который, судя по всему, был кухонным, но явно не совсем обычным.

И мои догадки снова подтвердились.

— Специальный нож для хамона, — гордо произнес Боансэ. — Правда, уже производства наших кузнецов, — добавил он и, подойдя к ноге, начал ловко орудовать ножом, нарезая мясо очень тонкими полосками.

Вскоре тарелки были полны слайсами мяса, которое источало просто невероятно пряный запах.

— Угощайтесь, господин Люк, — хозяин мясной лавки пододвинул ко мне тарелку поближе.

— Благодарю, — я откупорил бутылку и разлил ее содержимое по стаканам. — Но с вашего позволения, я дождусь Фредерика, — вежливо произнес я.

— Разумеется! — ответил Густав. — Я пока еще еды принесу! — он резко вскочил и убежал в подсобку.

Вернулся он с ещё одним подносом, на котором было полно еды. Хлеб, оливки, виноград и несколько видов сыра. Учитывая, как его зажали бандиты, подозреваю, он сейчас притащил все свои старые запасы.

Не успел он поставить его на стойку, как дверь открылась, и в лавку зашел Фредерик.

— Отлично, все в сборе! — довольным голосом произнес я. — А теперь давайте выпьем за избавление господина Боансэ от долга! — я поднял бокал, и Густав уставился на меня удивленными глазами, а его рука с бокалом задрожала.

— Как «избавление»? Совсем? — ошарашенно спросил он.

— Полностью. Перес вернул свои деньги, так что вы ему ничего не должны, Густав, — ответил я, и по щекам хозяина мясной лавки потекли слезы.

— Я… Я не знаю, как вас отблагодарить, господин! — закрыв лицо рукавом, дрожащим голосом произнес мой собеседник. — Я…

— Выпейте, это поможет, — предложил мяснику Фредерик, и тот кивнул.

Он поднес стакан к губам и сделал из него несколько глотков. Видимо, алкоголь подействовал, и Боансэ вскоре успокоился. Мы с дворецким тоже выпили, и я попробовал хамон.

«Вкусно! Это невероятно вкусно!» — подумал я, когда попробовал нежнейшее пряное мясо, которое так и таяло во рту. Ничего вкуснее я в этом мире точно еще не ел!

— Это очень вкусно, Густав! — произнес я, беря в руки еще одну тоненькую полоску. — Невероятно вкусно!

— Знаю, — расчувствовавшийся хозяин мясной лавки сделал еще пару глотков, видимо, чтобы окончательно успокоиться, и улыбнулся. Затем мы несколько минут просто дегустировали мясо, уделяя время и другим закускам.

— Хочу выпить за вас, господин Люк! — Боансэ поднял бокал. — Если бы не вы, я даже не знаю, что со мной было бы! — произнес он, видимо, захмелев уже от одного бокала вина. — Спасибо вам большое! Мне не хватит всех слов мира, чтобы выразить вам мою искреннюю благодарность! — добавил он, и я хотел было поддержать его тост, но вдруг я почувствовал чужое присутствие за дверью дома.

Испугался ли я? Точно нет. Ведь там сейчас стояло трое обычных людей, причем моих старых знакомых. Человеку не обязательно быть одаренным, чтобы я узнал его, не видя визуально. Мое чутье Василиска, как и идеальная память на детали, составляли в моей голове определенный образ из звуков, запахов и образов. И да, я никогда не ошибался.

В дверь деликатно постучали. Немного подпитый Боансэ тревожно вскинулся, а я кивнул Фредерику.

— Открой, пожалуйста. Будь так любезен.

Управляющий многозначительно положил руку на рукоятку верного тесака, но я только отрицательно покачал головой, не сказав ни слова.

— Мы можем увидеть господина Кастельмора? — раздался грубый мужской, но чрезвычайно вежливый голос.

— Это снова они! Бегите, Люк. Я их задержу!

Я еле сдержал смех, но улыбке, появившейся на моем лице, я воспрепятствовать не смог. Вино, видимо, добавило Густаву Боансэ немного смелости, и он сейчас держал в одной руке нож, а в другой… частично съеденную свиную ногу. Мясник явно собрался сражаться до конца.

— Густав, друг мой! Положите ногу на место и уберите нож, иначе вы распугаете наших гостей, — покачал головой я.

— Наших гостей? Так они… не… — простак Густав явно выглядел растерянным.

— Они «не», — улыбнулся я. — Густав! Да сядьте же.

Мне пришлось силой усадить его на лавку, отобрав ногу. Нож я не стал у него забирать, уж слишком крепко он в него вцепился. Добряк явно стрессует, поэтому пусть сидит с ножом.

— Слушаю вас, — обернулся я к гостям.

Это была троица побитых мною ранее мордоворотов и сейчас они вели себя как достойные и законопослушные граждане.

— Господин Перес просил передать вам это, — стоящий впереди здоровяк протянул мне увесистый кошель.

— Фредерик, возьми, — кивнул я, и управляющий выполнил мою просьбу.

По весу и звуку он точно понял, что именно внутри.

— Мне пересчитать? — уточнил Фредерик деловито. Я прямо видел, как перекосило лица бугаев.

— Не стоит, — покачал головой я. — А вот к вам, ребята, у меня небольшая просьба. Видите этого достойного человека, — я кивнул на застывшего, как изваяние мясника. — Мне кажется, вам стоит извиниться. Прямо сейчас.

Вот сейчас был показательный момент. Эти люди не привыкли к такому, но учитывая трепку, которую я им задал ранее, и мой прищуренный взгляд, сейчас не суливший им ничего хорошего. Старший коротко кивнул.

— Приносим свои извинения, господин Боансэ. Это было небольшое недопонимание.

— Да-да! Конечно! Все в прошлом, — тут же ожил мясник. Судя по его виду, самым большим его желанием прямо сейчас было, чтобы молодчики убрались куда подальше.

Я повернулся к бандитам.

— Итак, господин Боансэ вас простил. Поэтому я вас больше не задерживаю.

Тройка исчезла удивительно быстро для таких здоровенных ребят, а я повернулся к лавочнику.

— С вашего позволения, и мы пойдем, Густав. Завтра у нас долгая дорога. Позвольте вам дать напоследок один совет.

— Конечно, Люк. Какой? — Боансэ был все еще ошарашен. Боюсь, что приходить в себя он будет еще долго.

— Сходите завтра к мадам Лешуа и извинитесь. Думаю, в качестве извинений вполне подойдет этот чудесный хамон. Начните все заново, дорогой Густав. И на этот раз сделайте все правильно.

Глава 9

Засиделись мы в итоге с Густавом допоздна.

— Пора, господин. Завтра предстоит долгий путь до Тузулы, — произнес Фредерик, и я ему кивнул.

— Уже уходите? — вяло произнес Боансэ, который уже последние полчаса клевал носом.

— Да, нам пора, — ответил я хозяину мясной лавки и поднялся со стула.

— Мы ведь еще увидимся? — с надеждой в голосе спросил хозяин мясной лавки, и я улыбнулся.

— Разумеется, — кивнул я. — Но не забудьте, что вы мне обещали! — напомнил я Густаву.

— Завтра же пойду к мадам Лешуа! — не задумываясь, ответил Боансэ.

— Верное решение! — я хлопнул собеседника по плечу. — Ладно, Густав, еще увидимся, — добавил я и, кивнув Фредерику, вместе с дворецким покинул мясную лавку.

— Лошади тут рядом. Оставил их в стойле в одной недорогой таверне неподалеку, — сказал управляющий поместьем. — Господин, вы тут подождете или…

— Прогуляюсь с тобой, — закончил я за него, и мы отправились за каретой по ночному Ланону.

Мы прошли метров триста, когда я увидел несколько силуэтов, которые вынырнули из подворотни и медленно направились нам навстречу.

— Господин…

— Вижу, — негромко произнес я, понимая беспокойство Фредерика, который уже потянулся к рукояти своего пехотного тесака, висящего в ножах у него на поясе. — Не рискуй понапрасну. Я разберусь, — добавил я, понимая, что мои слова, скорее всего, никак не повлияют на ситуацию. Бывший вояка готов был защищать меня, даже если мне это не требовалось.

Как я и предполагал, управляющий поместьем Кастельморов мне ничего не ответил. Тем временем силуэты впереди сначала замедлили ход, а затем и вовсе остановились.

Я использовал магическое зрение.

Среди троицы, стоящей впереди, не было магов, но у одного из них были слабые зачатки магии.

— Господин, сзади…

— Знаю, — едва слышно произнес, уже заметив, что нас окружили.

Больше всего в этой ситуации мне не нравилось, что мой дворецкий подвергался опасности. Да, может, в фехтовании он был и неплох, но от случайно пущенного арбалетного болта или выстрела из пистолета навыки ближнего боя его не защитят.

— На рожон не лезь, — еще раз напомнил я дворецкому, после чего вышел немного вперед, попутно возводя вокруг своего тела магическую защиту.

— Все золото сюда, живо! — произнес один из тех, что стоял впереди, и вынул нож.

Еще двое рядом с ним последовали его примеру. Один вооружился дубинкой, а у второго оказалось что-то, напоминающее нож для разделки мяса.

И все? Вышли на грабеж вот так? Даже без арбалетов? Я краем глаза посмотрел на тех, что стояли сзади. Вооружены они были не лучше своих подельников.

— Даю вам один-единственный шанс одуматься, — произнес я, смотря на грабителей, которые зашли как-то уж больно далеко от бедных кварталов.

Решили попытать удачу и встретить богача без охраны? Что ж, сегодня явно был не их день.

— Золото, я сказал! — нервно произнес грабитель, явно чего-то опасаясь.

Скорее всего, бедолага переживал из-за стражи, патрули которой в этом районе были не редкостью.

— Не убивай их, — сказал я Фредерику и он кивнул.

Я не стал доставать даже оружия, а просто пошел на них с голыми кулаками, попутно вливая в тело немного магической энергии.

В отличие от того же Жоэла, который был опытным воином с закаленным физическими упражнениями телом, это были обычные люди, поэтому в этот раз можно было немного и сдержаться против них. Благо настроение у меня хорошее.

— Ах ты… — договорить горе-грабитель не успел.

Поставленный удар в нижнюю челюсть заставил его упасть на мощенную камнем дорожку Ланона.

Минус один.

Мужчина, упав на землю, обмяк. Видимо, потерял сознание. Неужели перестарался с магической энергией?

Я уменьшил ее содержание в паутине магических каналов, а затем уклонившись от удара дубинкой, ударил напавшего в солнечное сплетение.

Вообще, я мог даже не уклоняться от ударов ночных грабителей. Они все равно ни при каких обстоятельствах не смогли бы пробить мой магический доспех. Но это была палка о двух концах.

И один раз в прошлой своей жизни я уже на этом обжегся. Поэтому четко поставил перед собой условие, что если я могу избежать атаки, я всеми силами буду стараться сделать это.

Жизнь слишком непредсказуема, и никогда не знаешь, какие козыри могут быть у твоих противников. Получив удар в солнечное сплетение, грабитель упал на колени, и его сразу же начало рвать.

Минус два.

Третий, который стоял с тесаком, столкнулся со мной взглядом, и уже этого ему хватило, чтобы взять ноги в руки и убежать. Да так, что только пятки и сверкали.

Я не стал его догонять.

«Пусть бежит», — подумал я и вдруг вспомнил, что я тут был не один. — «Фредерик!» — я обернулся и облегченно вздохнул, когда увидел своего дворецкого, который стоял на ногах, в то время как двое его противников уже валялись на земле.

Молодец он. Не подвел. Хотя я и так всегда знал, что на него можно положиться.

— Господин, с вами все в порядке? — обернувшись, спросил он меня.

— Да, — кивнул я. — Ты как?

— Дилетанты, — дворецкий смачно сплюнул на камни. — Ой, простите, — извинился он.

Я усмехнулся. Несмотря на то, что он старался быть достойным мне дворецким, его повадки бывалого солдафона иногда нет-нет, но выходили наружу.

— Что будем с ними делать? — задал он логичный вопрос.

— Не знаю, — я пожал плечами. — А что полагается делать в таких случаях?

— Сдать патрулям городской стражи, — ответил мой собеседник.

— Прошу, не надо, — голос подал один из тех, кого вырубил я. — У нас семьи, кх-а, — тот, который получил в солнечное сплетение, поднялся на ноги, продолжая прижимать руку к туловищу.

Неужели слишком сильно ударил? Я же почти не насыщал свое тело магической энергией. Странно. Я посмотрел на бедолагу, а затем перевел взгляд на Фредерика.

— Что думаешь? — спросил я.

— Мне без разницы, — он пожал плечами. — Могу сказать, что выглядят они не как заядлые бандиты и те, кто привык убивать. Таких сразу видно. А эти… — он пожал плечами.

— Понял. Ладно, — кивнул я дворецкому, после чего обратился к тому, что встал. — В общем, не знаю, что заставило вас встать на путь разбоя, но я дам вам шанс уйти с него. Думаю, вы знаете такого человека, как Перес, — спросил я, и мужчина вздрогнул.

Отлично. Значит, знают.

— Вы думаете, что это очень почетно и здорово разбойничать в городе? Так вот, буквально вчера пострадали несколько самых сильных его бойцов. Один из них вряд ли вернется к своему ремеслу. И это обученные люди. Стыдно такое говорить, но всё же они профессионалы в этом грязном деле. А что ждет вас? — я продемонстрировал им заряженный пистолет. — Ведь я мог просто выпустить вам пулю в голову. И что бы делали ваши семьи, оставшиеся без кормильцев? У каждого поступка есть последствия. Я доступно объясняю последствия вашего необдуманного поступка?

— Да, господин, — кивнул горе-грабитель. — Мы больше не будем. Обещаю.

— Ты не мне обещай! Ты себе и семьям пообещай! — произнес я, смотря в глаза горе-бандиту, и тот испуганно закивал. — Все, идем, — это я уже сказал Фредерику.

Когда мы отошли подальше, дворецкий спросил:

— Уверены, что стоило прощать их? — дворецкий обернулся и посмотрел, как неудавшиеся грабители медленно приходят в себя и, помогая друг другу, поднимаются на ноги.

— Не знаю, — честно ответил я. — Все заслуживают второго шанса. Если мозги там еще остались, они ко мне прислушаются.

— Возможно, — хмыкнул мой собеседник.

— Что-то хочешь еще сказать? — спросил я слугу.

— Да нет, господин. Просто я всегда задумывался над тем, как поступила бы проигравшая сторона на месте выигравшей, — ответил он.

— Ты про то, что было бы, если бы мы не смогли дать отпор? — уточнил я.

— Именно, — кивнул Фредерик.

— Кто знает, — ответил я.

— Вот и я не знаю, — задумчиво произнес дворецкий. — Может, этот случай изменит их к лучшему, а может наоборот, — добавил он. — Кстати, мы пришли, — мы остановились возле трактира под названием «Толстый пройдоха». — Подождите здесь, я быстро, — сказав это, управляющий поместьем пошел забирать нашу карету и вскоре вернулся с ней и лошадьми. — В гостиницу, господин? — поинтересовался мой верный слуга, и я кивнул.

Экипаж медленно тронулся и в этот раз дорога прошла без приключений.

* * *

Следующее утро мало чем отличалось от предыдущих. Несмотря на то, что мы заночевали в гостинице, я нашел время для того, чтобы выполнить комплекс физических упражнений. После чего мы с Фредериком плотно позавтракали и сразу же отправились в путь.

В этот раз наш путь лежал в Тузулу — крупный портовый город, из которого, судя по словам Фредерика, в основном и отправлялись все экспедиции за разлом.

— Что еще можешь мне рассказать об этом городе? — спросил я дворецкого, пока мы ехали вдоль большого и широкого тракта.

— Не знаю, господин. Я был там всего один раз, когда наш полк квартировали рядом со стенами Тузулы. Город как город, разве что большой. Вроде как даже второй по величине в Галларии после столицы. А! Вспомнил! В городе очень много всяких мастеров. Кузнецы там, алхимики и так далее. Причем многие из них одаренные, — ответил мой собеседник, слова которого сильно заинтересовали меня.

Особенно те, что он сказал в конце.

Поскорее бы там оказаться!

— А сколько потом добираться до столицы? — спросил я.

— Еще день примерно, — немного подумав, ответил Фредерик.

Хм-м. Значит, в субботу, если ничего не произойдет, мы уже будем в Лютеции. Это очень хорошо. Мы и так задержались в пути, поэтому чем быстрее мы окажемся в столице, тем будет лучше для нас.

Я не боялся кардинала, но если он действительно настолько страшный человек, как описывают его все вокруг, то было бы глупо с моей стороны не принимать во внимание его силу и власть.

Во всяком случае, пока я сам не обрел достаточное могущество, чтобы не считаться с ним. Пока же нужно было немного поиграть по его правилам, что я и собирался сделать, оказавшись в Лютеции.

Ну а пока… Я достал из наплечной сумки несколько ампул с ядом.

— Фредерик, останови. Я хочу поднять крышу, — произнес я, и экипаж начал плавно снижать ход.

Когда мы остановились, дворецкий спрыгнул с козел и самолично поднял крышу, даже не дав мне ему помочь.

Оказавшись скрытым от глаз управляющего, а заодно и остальных людей, я откупорил сначала один пузырек и капнул несколько капель жидкости себе на ладонь, а затем проделал то же самое и с другими склянками.

— Фуу-х, — я сделал глубокий вдох, а затем слизал отраву с ладони.

Перед тем, как я окажусь на приеме у высокопреосвященства кардинала Жумельяка, я должен был стать как можно сильнее, даже если придется немного потерпеть.

Поудобнее откинувшись на спинке сиденья, я закрыл глаза и приготовился.

Путь до Тузулы обещал быть очень «веселым».

* * *

— Приехали, господин, — из состояния медитации, благодаря которому я мог немного легче переносить действие ядов, которые я принял в дороге, меня отвлек голос Фредерика.

Сделав глубокий вдох, я медленно открыл глаза, а затем, стараясь не делать резких движений, выглянул из окна кареты.

«Ничего себе!» — удивился я, когда увидел высоченную стену одного из самых крупных городов Галларии, которая возвышалась на высоту более десяти метров.

Но не только высотой укреплений меня поразила Тузула, а больше своими видами.

Город, оказывается, располагался в очень хорошей стратегической точке и с одной стороны был защищен высоким горным хребтом, а с другой — необъятной синевой Великого Океана.

Да уж. Взять штурмом такой город будет непросто.

«Разве что с моря и большим флотом», — подумал я, смотря на многочисленные точки кораблей, которые, словно муравьи сновали по воде, то причаливая, то отчаливая из порта, который, к слову, имел довольно внушительную фортификацию.

Во всяком случае, мне так показалось издалека.

— Все в порядке, господин? — тем временем поинтересовался дворецкий.

Видимо, его удивил мой слегка потерянный вид. Причем вызвано это было не роскошными видами, а тем, что мое ядовитое ядро все еще впитывало приличную дозу отравы, которую я выпил в самом начале нашей поездки.

А ведь уже поздний вечер… Видимо, немного перестарался.

— Да, все хорошо, — приврал я, ибо чувствовал я себя скверно.

Смесь ядов, которую я принял, каким-то образом запустила цепочку реакций и они усилили друг друга. Поэтому, даже несмотря на то, что мое ядовитое ядро «работало» на полную, справиться с отравой, попавшей в мой организм, ему оказалось довольно трудно. Кажется, Василиск немного перемудрил. Но я держался и делал это очень хорошо.

— Здесь тоже будет очередь? — поинтересовался я, ибо мы так и не подъехали к воротам.

— Не думаю, — ответил слуга. — Тузула — большой торговый город, и наверняка здесь что-то придумали с очередями на воротах, — добавил он, и я счел этот ответ логичным.

Мы поехали дальше. Приближались к воротам, я смог насладиться прекрасными видами синевы, которой, казалось, не было ни конца, ни края.

А ведь где-то там, далеко за горизонтом, есть материк, где все пропитано магией, — подумал я. Эх-х, поскорее бы на него посмотреть…

Фредерик оказался прав. Оказавшись под стенами Тузулы, мы попали в очередь, которая хоть и выглядела большой, но очень быстро двигалась. Спустя около пятнадцати минут с момента нашего появления у городских ворот, мы уже могли попасть внутрь.

— Цель визита? — поинтересовался у Фредерика стражник на воротах.

— Мой господин едет в столицу, — ответил дворецкий.

— Мне нужно досмотреть карету, — кивнув, произнес он и подошел к окну. — Господин, могу я проверить ваш экипаж на наличие запрещенной продукции? — поинтересовался у меня военный в доспехах, на нагруднике которого был высечен герб Тузулы в виде якоря и перекрещенных за ним шпаг.

Хм-м, интересно, а что будет, если я отвечу нет?

— Да, конечно, — кивнул я, решив не спорить с воином. Благо ничего запрещенного я не перевозил, и вел он себя достойно и вежливо.

— Благодарю, — кивнул он и достал из-за пояса странный магический прибор, в навершии которого был кристалл.

Я переключился на магический взор и понял, что передо мной очень слабенький маг. Не уверен, что ему хватило бы магии хоть на какое-то простенькое заклинание, но чтобы активировать магический предмет в руках, ее вполне было достаточно.

Что он, собственно, и сделал. Кристалл в навершии магического агрегата засветился ровным голубым светом.

— Все нормально, — произнес он. — Спасибо за содействие, господин, — он вежливо склонил голову, после чего подошел к Фредерику. — Можете проезжать, — кивнул он, и наш экипаж не спеша поехал вперед.

Вскоре мы оказались в самой Тузуле.

— Я поспрашивал в Ланоне, где нам лучше всего остановиться, и пара человек сказали, что таверна «У толстого Джо» вполне хороша. К тому же в ней есть отдельный этаж для благородных, — произнес управляющий моим поместьем.

— Хорошо, тогда вези туда, — ответил я собеседнику, ибо выбора у меня особо не было. Я ничего не знал об этом городе, но собирался исправить эту ситуацию.

Если Фредерик прав, и здесь действительно много мастеров с магическим даром, то я наверняка найду человека, который поможет разобраться мне в устройстве мушкета, добытый у наемного убийцы. Также я смогу, наконец, посмотреть, насколько сильно развиты магические технологии в этом мире.

Инженерное дело, кузнечное и, конечно же, алхимия — все это очень интересовало меня. Но знания эти я не мог утолить, ибо земли семьи Кастельморов находились на самом отшибе Галларии, а близлежащие города были слишком провинциальны, чтобы я мог найти там ответы на интересующие меня вопросы.

Пока мы ехали, я не забывал время от времени переключаться на магический взор. И каким же было мое удивление, когда я понял, что магии в этом городе очень много.

Начиная от городских фонарей, кристаллы в которых источали холодный белый свет, освещая улицы Тузулы, и заканчивая людьми с магическим даром, которые здесь попадались гораздо чаще, нежели в других городах, в которых я побывал до этого.

«А здесь здорово!» — я улыбнулся, уже предвкушая момент, когда я устрою самый настоящий рейд по местным магазинам и лавочкам.

Глава 10

Жаль, что мы приехали в Тузулу так поздно. Когда мы с Фредериком устроились в гостинице «У толстого Джо», было уже около одиннадцати, и наверняка большинство интересующих меня лавок и мастерских в это время были закрыты.

Но это не мешало мне просто прогуляться по городу, чтобы отметить для себя интересующие места и уже завтра иметь определенный план действий и маршрут, дабы сэкономить время.

Планирование — вот что делает убийцу еще опаснее и смертоноснее.

— Я пойду прогуляюсь, — сказал я дворецкому, которого я заселил в свою же комнату. Он, конечно, долго сопротивлялся, но в конечном счёте, сдался, услышав от меня заветные слова: это приказ.

— Будьте осторожны, господин, — ответил мне заботливый слуга. — Тузула — большой торговый город, а значит, и уличного ворья тут хватает, — предупредил он меня, и я про себя усмехнулся.

Еще никому не удавалось обокрасть Василиска.

Так было в его родном мире. А значит, так будет и в этом.

— Хорошо, — поблагодарил я заботливого дворецкого, после чего вышел из комнаты и спустился по лестнице.

На первом этаже, где располагалась таверна, было очень оживленно. Люди, рассевшись за столами, пили, ели, громкого говорили и смеялись. В общем, отдыхали.

Я мельком окинул зал взглядом. Судя по тому, что я видел, в основном здесь были торговцы. Тут же сидели и воины, которые, скорее всего, должны были охранять этих самых торговцев.

Но парочка столов, а вернее контингент, который за ними сидел, отличались от остальных. Во-первых, обмундирование их было куда лучше, чем у обычных наемников. Переключившись на магический взор, я убедился в своей догадке.

Большинство их вещей были магическими. Причем, судя по тому, что я видел, еще и довольно мощными.

Во-вторых, магическое зрение показало мне, что процентов шестьдесят из этих воинов были магами. Остальная часть воинов обладала спящим даром или слабо развитым. В любом случае, магическим сердцем обладал каждый из них.

Ну и, в-третьих, эти ребята даже с виду были гораздо опытнее, чем обычные наемники, охранявшие торговцев.

И тут я задумался. Скорее всего, воины в полном магическом обмундировании и обладающие магическим сердцем были теми самыми авантюристами, которые ходят в опасные экспедиции за разлом. Это могли быть как наемники, специализирующиеся на походах в земли, насыщенные магией, так и воины, служащие на благо короны.

Любопытно. Уж не нужно ли обладать магическим даром, хотя бы минимальным, чтобы иметь возможность находиться по ту сторону разлома?

Ответа на этот вопрос у меня не было. А вот так просто подойти к столу воинов и спросить их об этом было, по крайней мере, некультурно.

Можно, конечно, было спросить об этом у Фредерика, но не думаю, что он вникал в подобные тонкости, когда служил в армии.

«Ладно, разберемся», — подумал я и пошел в сторону выхода из таверны.

Пройдя сквозь зал, я уже был возле двери, когда меня окликнули.

— Барон! Барон Кастельмор! — послышалось сзади, и я обернулся.

Из-за стола, за которым сидели заинтересовавшие меня воины, встал молодой человек, на вид немногим старше меня. Я переключился на магический взор.

«Хм-м, неплохо», — была первая моя мысль, когда я увидел его красное магическое ядро и систему энергетических каналов. Незнакомец явно был магом огня. Не очень сильным, но и не слабым.

Я бы даже сказал, что по магической силе он был посильнее здоровяка Де’Жориньи. Но при этом вещи, которые были на нем, начиная от легкой кожаной брони и заканчивая двумя клинками, которые стояли рядом с ним на полу и были прислонены к стенке, обладали невероятными магическими свойствами.

Причем, если бы я не видел его магическое ядро, то можно было подумать, что оружие можгло принадлежать любому воину за столом. Благо, помимо клинков незнакомца, тут его хватало в избытке. Если бы не одно «но».

От коротких мечей, которые покоились в ножнах, к парню тянулись магические нити. И подобное, признаться честно, я видел впервые.

— Да, — кивнул я. — С кем имею честь говорить? — поинтересовался я, глядя на молодого человека, который приветливо мне улыбался.

— Эрнест Дибуа. Приятно познакомиться, барон Кастельмор, — представился он. — Мы не знакомы, но я видел вас на охоте у Рошфоров, — ответил он. — Вы сражались… Невероятно! — оживленно произнес он. — Особенно с Жозе Жумельяком! Никогда не видел, чтобы кто-то так фехтовал. А ваша скорость… Я никогда не видел, чтобы кто-то так же быстро двигался, как вы, — добавил он, и я обратил внимание, что помимо него на меня уставились не только ребята, сидевшие за его столом, но и те, кто услышал Эрнеста.

— Взаимно, — я вежливо кивнул. — Вы тоже принимали участие в том турнире? — поинтересовался я, ибо совершенно не помнил этого молодого человека. А ведь должен был.

«Может, он сражался, пока я разговаривал с Жозе?» — подумал я.

— Нет, барон, — покачал головой мой собеседник. — Я увидел, что Жумельяк собирается принять участие в турнире, поэтому решил сохранить деньги, — на его губах почему-то появилась виноватая улыбка.

— Понятно, — кивнул я. — Простите меня великодушно, но вы что-то хотели? — вежливо спросил я, глядя на Дибуа.

— Нет. Просто увидел вас и решил выразить свое восхищение, барон Кастельмор! — все так же воодушевленно ответил воин.

— Понятно. Благодарю. Мне лестно было услышать вашу похвалу, — ответил я собеседнику. — Что-то отмечаете? — я кивнул на стол, за которым сидели его боевые товарищи.

Ну, или кем там приходились ему эти воины.

— А, да! — кивнул он. — Завтра мы отправляемся в экспедицию за разлом, — ответил он. — Вот и отмечаем, — добавил он и заметно помрачнел.

«Хм-м. Видимо, ему туда не так уж и хочется», — сразу же понял я. Это читалось по лицу моего собеседника.

— Понятно, — ответил я, когда пауза немного затянулась. — Тогда могу лишь пожелать вам удачного похода, — произнес я, смотря на молодого человека.

— Спасибо, — он грустно улыбнулся.

— Тогда не буду вас больше отвлекать. Думаю, ваши друзья уже вас заждались, — я посмотрел на людей, сидящих вместе с Эрнестом за столом, и мне их взгляды сразу не понравились.

Все они с какой-то отрешенностью и злобой смотрели то ли на меня, то ли на моего собеседника.

— Не назвал бы их своими друзьями, — молодой маг тяжело вздохнул. — В любом случае, рад был с вами познакомиться лично! — он натянуто улыбнулся. — Может, еще увидимся, барон, — добавил он и, кивнув, направился к своему столу.

Я проводил Дибуа взглядом. Странной какой-то вышла встреча. Ну да ладно.

Я вышел из таверны на улицу.

Несмотря на то, что было уже позднее время суток, в Тузуле было очень светло. Все благодаря многочисленным фонарям с осветительными кристаллами, которые здесь разместили каждые несколько метров.

«Вот что значит близость к разлому», — подумал я, осматриваясь по сторонам.

Да, все еще, конечно, зависело от района, в котором ты находился. Сейчас, например, я был в торговом районе города, где селились успешные торговцы и не очень богатые аристократы вроде меня.

Не будь у меня, скажем, той суммы, что я получил за ничью в турнире, награды от короля за устранение эпидемии, или тех денег, что достались мне от Переса, то, скорее всего, я поселился бы в менее богатом районе.

Что уж говорить о центральном районе, где проживание могли себе позволить лить богачи вроде тех же Рошфоров. Думаю, в районах победнее и фонарей магических было поменьше. Но опять же, даже в богатом районе Сент-Эрена такого освещения не было.

— Господин, не желаете посетить один из лучших борделей Тузулы? — я успел отойти от гостиницы всего метров на десять, как мне тут же всучили листовку.

— Нет, благодарю, — ответил я и посмотрел на паренька, которому от силы было лет четырнадцать, а возможно и еще меньше.

— Как знаете, господин, — он пожал плечами. — Но вы многое упускаете! Девочки у нас что надо! Груди больше, чем моя голова, талии тонкие, а задницы, мм-м… Таких вы больше в городе нигде не найдете! — выпалил он, с интересом наблюдая за моей реакцией, которой не последовало.

Меня не особо интересовали плотские утехи, и в Тузуле у меня были дела куда важнее.

Хотя…

— Скажи, а ты так хорошо только в борделях разбираешься? — спросил я шкета.

— Пфф! Нет, конечно, — усмехнулся мой собеседник. — Я все знаю об этом городе! — гордо произнес он, уже почувствовав запах наживы.

— Хорошо. Тогда где продаются лучшие зелья? — спросил я паренька.

— Ясно где! В «Лунном Нектаре», — не задумываясь, ответил он. — Но там все с магией. Если нужны подешевле, то…

— Нет, дешевле не нужно, — я покачал головой.

— Ну, тогда там, — ответил шкет.

— А оружие? — задал я свой следующий вопрос.

— О, ну тут надо думать, какое именно оружие вам нужно, господин. В «Кузни Вечности» лучшие клинки. В «Оружейной Бертрана» пистоли там всякие да мушкеты. И вообще, некогда мне с вами, господин, языком тут чесать. Работать мне надо! — недовольно буркнул он.

— Держи, — я протянул ему один ливр.

Недовольство сразу же сменилось радостью, и глаза моего маленького собеседника загорелись.

— Хочешь заработать еще? — прямо спросил я.

— Конечно! — обрадованно ответил он.

— Замечательно. В общем, завтра подходи к гостинице «У толстого Джо». К семи. Опоздаешь, найду другого гида, — добавил я, и мой маленький собеседник так быстро закивал головой, что мне на какой-то момент показалось, что она у него просто оторвется.

— Буду! Точно буду! — пообещал мне паренек, и вскоре его и след простыл.

«Так, этот вопрос решен. Но что тогда мне делать дальше?» — подумал я, понимая, что находка в виде шкета, который даже не представился, позволила мне сэкономить время. — «Что ж, надо тогда возвращаться», — решил я.

В номере меня ждала очередная порция ядов, которые мое ядовитое ядро должно было поглотить за ночь, сделав меня сильнее. Поэтому, не теряя времени, я поспешил обратно.

* * *

Как и все предыдущие дни до этого, свое утро я начал с комплекса физических упражнений, которые с каждым разом давались мне все легче и легче.

Если так пойдет и дальше, то через недельку — другую, глядишь, смогу перейти на вторую ступень. А это уже огромный прогресс.

Далее шли водные процедуры, затем завтрак и ровно в семь утра я покинул гостиницу и вышел на улицу, где меня уже ждали.

— Доброе утро, господин, — поздоровался со мной вчерашний шкет.

— Доброе, — ответил я и осмотрелся.

Несмотря на раннее утро, вокруг уже сновал народ, что было неудивительно, ведь Тузула был крупным торговым городом, а это означало, что если хочешь заработать на счастливую и безбедную жизнь, то спать до обеда — не лучшее решение.

Как говорили в моем мире: «Только ранним пташкам червячок достается».

— Куда сначала, господин? — тем временем деловито поинтересовался мой гид.

— А со скольких в городе магазины начинают работать? — спросил я.

— Дык уже все работают, — ответил шкет, пожав плечами.

— Хорошо. Тогда сначала веди туда, где продают зелья, — сказал я пареньку, и тот кивнул. — Звать-то тебя как?

— Воробьем кличут, — не оборачиваясь, ответил он.

— А нормальное имя есть? — спросил я.

— Ага. Даниэль. Но меня уже давно так никто не называл, — ответил он.

— Тебя что, и родители Воробьем зовут? — удивился я.

— Так нет их, — спокойно ответил пацан. — От зеленой хвори еще год тому назад померли, — добавил он.

— Ясно, — произнес я, ибо подобные вещи были далеко не редкость. В крупных городах всегда было много беспризорников, чьи родители умирали по тем или иным причинам. Отцов уносили войны, пьянство или случайный нож в какой-нибудь подворотне. Женщин — болезни, нищета и так далее.

Ну и без эпидемий тоже не обходилось, от которых гибли все поголовно.

— Значит, ты в приюте живешь? — спросил я Воробья.

— Не-а. Я там и недели не протянул, — махнул шкет рукой. — Не мое это.

— Так, а где тогда? — поинтересовался я.

— Да в борделе вот и живу, — ответил мой молодой собеседник. — Там сеструха моей мамки покойной работает. Ну и договорилась она с хозяйкой, что, мол, я буду листовки раздавать, работу всякую делать, а меня кормить будут, и крыша над головой тоже будет. В общем, не жалуюсь я, — усмехнулся он. — Да и честно, господин… знаете, я сколько за день голых грудей могу увидеть? — он обернулся ко мне, и на его лице появилась довольная улыбка.

— И сколько же? — усмехнулся я.

— Много, господин! Пальцев руки не хватит сосчитать! — гордо заявил он.

— Ну что ж, рад тогда за тебя, — ответил я, и мой собеседник хмыкнул.

— У меня вот к вам какой вопрос, господин, — тем временем произнес Воробей. — Я тут покумекал ночью и решил, что одного ливра мне будет недостаточно, — деловито поделился он своими мыслями.

— Да? И сколько же стоят твои услуги? — поинтересовался я у гида.

— Пистоль, не меньше, — ответил мой собеседник.

— Хорошо, — не стал я с ним спорить. Хотя цена явно была завышена.

Также от меня не укрылось и то, как шкет недовольно цокнул языком. Видимо, подумал, что продешевил и не ошибся. Назови он сумму в полновесный луидор, я все равно бы заплатил ему и такую цену. Почему-то он мне напоминал меня в его годы.

Ну, если не считать, конечно, что в этом возрасте мои руки уже были по локоть в крови, ведь в гильдии я начал очень рано выходить на задания. Я покачал головой, чтобы отогнать от себя дурные мысли.

Вспомнилось мне первое убийство. Это был молодой дворянин, к которому я проник поздней ночью. Но оказалось, что он еще не спал, ибо был не один.

Пришлось долго ждать, пока любовники уснут. Когда я выждал подходящий момент и собирался перерезать аристократу горло, проснулась его девушка и закричала.

Я испугался и… В общем, в ту ночь я убил сразу двоих. Много было ошибок, о которых я сожалею. Может, второй шанс мне дан именно для того, чтобы «отработать» грехи?

— Господин, пришли, — голос Воробья оборвал мрачное воспоминание.

Я остановился и посмотрел на двухэтажное строение с большим белоснежным крыльцом. Над входной дверью в это здание висела табличка, на которой был изображен флакончик с жидкостью на фоне полной луны и название «Лунный Нектар».

— Тут делают лучшие зелья с магией, — произнес шкет. — Но и цены соответствующие! Что-то купить здесь может себе позволить только мадам Бьянка — управляющая борделем, — пояснил пацан. — А ведь шлюхи в нашем заведении далеко не дешевые, — добавил он и протер рукавом нос.

— Хорошо, спасибо, — произнес я и пошел по ступенькам.

Когда я был уже около двери, остановился и посмотрел назад.

— Ты не идешь? — спросил я.

— Не-а. Чего мне там делать? — покачал головой Воробей. — Подумают, что я какой-то попрошайка! А я даже когда три дня голодал, милостыни не просил! — добавил он и засунул руки в карманы стареньких, но в то же время чистых брюк.

— Не выгонят. Идем, — я кивнул в сторону двери.

— Ну, смотрите сами, — он пожал плечами и вместе со мной зашел в лавку.

Стоило нам оказаться внутри, как я сразу же почувствовал приятный запах. Пахло как дома. Вернее, как в оранжерее, которая по совместительству была и лабораторией, и кабинетом.

На колокольчик, который прозвенел, стоило мне открыть дверь, сразу же откликнулся седой мужчина в годах. Он чем-то занимался за стойкой, но, услышав его, повернулся к нам и приветливо улыбнулся.

— Приветствую вас в лавке «Лунный Нектар». Чем могу помочь? — вежливо спросил он, и я ощутил на себе его пристальный взгляд.

Сначала я подумал, что он смотрит на Воробья, стоявшего у меня за спиной, но паренек вышел из-за нее и встал сбоку, а мужчина продолжил пялиться на меня.

— Не верю своим глазам! Люк, это же вы! — радостно воскликнул он и широко улыбнулся.

Глава 11

Хорошо, что я умел отлично контролировать свои эмоции, поэтому остался предельно спокоен, даже когда попал в такую неловкую ситуацию.

— Прежде чем мы продолжим диалог, я должен кое в чем признаться, — спокойно произнес я. — Я так понимаю, вы знакомы с моей семьей? — спросил я человека за стойкой.

— Разумеется, — удивленно ответил хозяин алхимической лавки. — Вы меня не помните, Люк? — спросил он, будучи явно обескураженным моим ответом.

— Дело не в этом, — ответил я. — Вы слышали, что произошло с моей семьей? — поинтересовался я.

— Нет, — покачал головой мой собеседник. — А что? Случилось что-то плохое? — спросил он, выходя из-за стойки и немного растерянно глядя на меня.

«Ну, видимо, я задержусь тут немного дольше, чем планировал», — подумал я и произнес.

— Все члены моей семьи мертвы, а я потерял память, — произнес я, и мужчина охнул.

— Минутку, — он вновь вернулся за стойку, а затем скрылся за дверью, которая располагалась в стене.

— Господин, вы правда ничего не помните? — удивленно спросил Воробей, которого это, видимо, больше удивило, чем смерть всех членов семьи Люка Кастельмора.

— Да, — соврал я, так как я не потерял память, а просто был совершенно другим человеком в теле Люка. То, что было со мной в прошлом, родном для меня мире, я помнил прекрасно.

— Прям совсем?! — тем временем продолжил наседать Воробей.

— Совсем, — кивнул я.

— Дела, — он удивленно покачал головой. — Первый раз о таком слышу. Чтобы раз и все. У нас в борделе люди, конечно, могут забыть, что с ними было день или два назад, но чтобы прям всю жизнь… Такого еще не бывало. Чего только в жизни не бывает. Хе-х, — деловито добавил он и усмехнулся.

Он хотел сказать что-то еще, но открылась дверь, и в лавку вернулся человек, который знал Люка, а возможно, и всех Кастельморов.

«Странно, почему мне о нем ничего не сказал Фредерик», — подумал я, глядя на мужчину, который, держа в руках чайник и несколько чашек, вышел из-за стойки и подошел к окну, рядом с которым стоял небольшой круглый столик, а также несколько табуреток.

— Выпьете со мной чаю, Люк? — поинтересовался хозяин алхимической лавки.

— Да, разумеется, — ответил я, для себя отметив, что он взял три кружки.

— Отлично. Присаживайтесь, а я сейчас вернусь, — мужчина прошел свой магазин насквозь и, подойдя к двери, закрыл ее, а затем занавесил ее шторой.

После этого он снова ушел в подсобку и вернулся с пиалой, в которой лежали какие-то сладости. Поставив ее на стол, он посмотрел на Воробья, который стоял рядом со мной.

— Угощайся, — он кивнул шкету на сладости.

Пацан удивленно посмотрел на меня, тем самым задавая немой вопрос, «мол, я действительно могу это сделать?».

— Ешь, — сказал я своему гиду, и тот взял в руки печенюшку. — Я так понимаю, вы хотите услышать, что произошло с моей семьей и со мной? — спросил я хозяина алхимической лавки.

— Да, Люк, — кивнул он и тяжело вздохнул. — Вы вообще ничего не помните? — уточнил он.

— Нет, — покачал я головой. — Даже вашего имени. Поэтому, если вам несложно, то…

— Да, да. Разумеется! Меня зовут Жак Требо, — представился мой собеседник. — Вы около года были моим подмастерьем после того, как окончили местный Магический колледж, — произнес он, разливая по чашкам чай. — Держи, — он протянул Воробью чашку. — И ешь, не стесняйся, — он подвинул сладости к пацану поближе.

Стоит отметить, что шкет держался очень прилично. Когда ему в первый раз предложили угощение, он не накинулся на них, начав уминать все, что попадало ему под руку, а культурно взял печенье и не спеша ел его.

Когда же ему был предложен чай, он поблагодарил хозяина лавки и, взяв чашку, начал аккуратно пить его, взяв из пиалы что-то вроде маленькой булочки с корицей.

Я тоже взял чай и заговорил:

— В общем, очнулся я уже в больнице и… — свой рассказ я начал с момента, как я попал в этот мир, упуская отдельные детали, вроде покушения, попытки отравить Густава и так далее.

Какое-то время спустя.

— Мои соболезнования, Люк, — с искренней грустью в голосе произнес Жак, выслушав мою историю.

— Спасибо, — поблагодарил я хозяина алхимического магазина.

— Получается, дело вашей семьи теперь будет… — он тяжело вздохнул.

— Нет, — ответил я, понимая, к чему он ведет. — Остались записи. Особенно много тех, которые делал я сам. По дневникам и журналам я понемногу возвращаю себе память. Плюс сохранилась мышечная память. Когда я занимаюсь алхимией, руки как будто сами знают, что делать, — сказал я своему собеседнику, и его лицо немного прояснилось.

— Это очень хорошая новость, Люк! — радостно произнес он. — Такого одаренного алхимика, как вы, я никогда в жизни не встречал! Если бы вы остались со мной, то уже через пару лет, я уверен, вы бы озолотились, — произнес Требо, с толикой грусти смотря на меня.

Интересно, зачем же тогда молодой Кастельмор вернулся?

Этот вопрос я задал Жаку.

— Вы знали, что нужны своей семье больше, чем те деньги, которые могли для нее заработать, — в голосе Требо прозвучали нотки грусти.

— Ясно, — задумчиво произнес я.

— А еще я помню, что вы, Люк, говорили, что у вашей сестры какая-то болезнь, лекарство для излечения которой вы и пытались создать, — произнес Жак. — Правда, что это была за хворь, вы не сказали, — добавил мой собеседник.

Сколько нового я узнаю о семье Кастельморов. Даже странно, что Фредерик ни о чем мне не рассказывал. Или, может, его не посвящали в такие детали?

— Спасибо, что пролили свет на мое прошлое, — поблагодарил я Жака.

— Да что вы, Люк! Это пустяки! — Требо махнул рукой. — Мне жаль, что я мало чем смог помочь, — на лице мужчины появилась грустная улыбка.

— Вы не правы, господин Требо. Вы очень мне помогли, — честно сказал я хозяину алхимического магазина.

Вся информация, которую я от него узнал, была для меня новой. И не факт, что я ее узнал бы.

Опять же странно, что Фредерик мне ни о чем таком не говорил.

— Тогда, я рад что смог вам помочь, — Жак искренне улыбнулся. — Кстати, раз вы лишились памяти, то почему решили посетить мою лавку? — поинтересовался он.

— А вот это ему нужно сказать спасибо, — я кивнул на Воробья, который скромно сидел рядом со мной на табуретке.

— Хм-м, интересно, — Требо смерил паренька изучающим взглядом.

— Я его нанял в качестве гида, — пояснил я. — И, судя по словам этого молодого человека, выходит, что ваша лавка самая лучшая в городе, — добавил я, и улыбка на губах моего собеседника стала еще шире.

— Как вас зовут, молодой человек? — спросил Жак моего гида.

— Воробей, — шкет немного сконфузился.

— Воробей? — удивился Требо и посмотрел на меня.

— Даниэль, — представил я моего нового знакомого.

— Очень приятно, молодой человек, — доброжелательно произнес Жак. — Могу я поинтересоваться, откуда вы знаете, что моя лавка является хорошей? — поинтересовался Требо.

— Дык в борделе так говорят, — без каких-либо зазрений совести ответил Воробей.

Хозяин алхимической лавки снова посмотрел на меня.

— Это долгая история, — я махнул рукой.

— Понял, — кивнул Жак. — Значит, бордель должен быть недешевым, — задумчиво произнес хозяин магазина.

— Конечно, господин, — гордо заявил Воробей. — Вы знаете мадам Дэжю? — спросил он, и я увидел на лице Требо удивление.

— Ах, вон в чем дело, — ответил Жак. — Тогда понятно, — кивнул он и посмотрел на меня. — Не буду врать, Люк, у меня действительно очень качественные зелья. И как я понимаю, вы пришли именно за ними? — спросил мой собеседник.

— Да. Я хотел посмотреть, насколько сильно они отличаются от тех, что есть в лаборатории моей семьи, — ответил я Жаку.

— Хм-м, — он задумался. — В первую очередь они отличаются тем, что все они магические, — ответил Требо.

— Это я знаю, — кивнул я. — Даниэль предупредил меня об этом, — добавил я и посмотрел на собеседника магическим взором.

Как я и думал, Жак был одаренным. Магом он вряд ли бы стал, ибо запас энергии, как, впрочем, и само магическое ядро, у него были очень слабыми. Но насыщать свои зелья он вполне мог. Чем, собственно, он и занимался.

— Насколько эффективность магических зелий превышает обычные? — задал я вопрос, который очень давно интересовал меня.

— Хм-м, — мой собеседник снова задумался. — Все зависит от самого качества зелья и вложенной маны в него. Если зелье будет слабым, то даже большая концентрация магии в нем не сильно поднимет его эффективность. Но если оно было сделано профессионально, например, вами, Люк, вашими родителями или мной, то магия, особенно если ее много, усилит эффект многократно, — ответил он.

А вот это очень интересная информация.

— О каких значениях идет речь? — спросил я.

— Зелье, содержащее магию, будет эффективнее минимум раза в три. У меня иногда получалось создавать снадобья, которые позволяли больному, например, прижить отрубленную конечность или даже заново вырастить ее. Не буду врать, такие зелья стоят целые состояния, но и результат того стоит, — он развел руками в стороны.

Признаться честно, услышанному я был очень удивлен.

Как и этот мир, мой тоже был магическим, но магии в нем было в разы меньше, чем в этом. Несмотря на то, что не все могли стать магами, люди с даром были тут не редкость. Просто у кого-то он был настолько ничтожным, что его владелец практически не отличался от не одаренного человека, и максимум на что был способен, это активировать предмет, в котором уже была магия.

И, конечно же, в моем мире не было зелий или магии, которые могли позволить отрастить утраченную конечность, будь то рука или нога.

Кстати, интересно.

— Жак, а не подскажите, можно ли с помощью ваших зелий, например, исцелить внутренний орган? — спросил я.

— Да, вполне, — кивнул мой собеседник. — Недавно одному из благородных, проживающих в Тузуле, с помощью моего зелья удалось полностью заменить печень, — гордо произнес Требо.

— Заменить? Это как? Вырастить новую? — удивился я.

— Нет, — покачал головой хозяин лавки. — Именно заменить. То есть убрать существующую. А под словом убрать я имею в виду вырезать, а затем пересадить другую, — добавил он.

— Получается, у него была готовая здоровая печень? — уточнил я.

— Все верно, — кивнул Жак.

— Ясно. Я так понимаю, этичность вопроса в этом деле упускается? — прямо спросил я, понимая, что здоровые органы, будь то печень, сердце или почки, просто так на дороге не валяются.

— Вы все правильно поняли, Люк, — кивнул Требо. — Когда орган был заменен, в ход уже пошли мои зелья, и буквально через час этот человек уже стоял на ногах и мог пить вино, которым он, собственно, и загубил свой орган, — добавил мужчина уже без улыбки.

— Понятно, — задумчиво ответил я, примерно представляя, как и откуда берутся новые органы под замену. — Значит, эффективность разнится. Спасибо за ответ, — поблагодарил я Жака.

— Да не за что! — ответил мой собеседник. — Кстати, хочу сказать вам вот что. Если вы вернете свои прежние навыки, то я с радостью могу взять вас на работу. Кроме как гением, вас, Люк, у меня язык не поворачивается назвать другим словом, — он с грустью посмотрел на меня.

Так обычно смотрели на членов моей гильдии, которые возвращались с задания с какой-нибудь серьезной травмой, с которой наша работа была просто несовместима.

— Не беспокойтесь, за этим дело не станет, — ответил я. — Вы знали, на чем я специализировался? — спросил я Требо.

— Да, Люк. Ваше пристрастие к ядам меня всегда немного пугало, — мой собеседник изменился в лице. — Я так понимаю, это пристрастие никуда не делось? — прямо спросил он.

— Не делось, — честно ответил я. — Посмотрите? — я достал из сумки пузырек с черной жидкостью.

Это был яд, который ослеплял и который для моих целей уже не годился. Мое ядовитое ядро уже полностью впитало и переработало эту отраву, и я уже никак не мог усилить себя с помощью нее.

— Разумеется, — кивнул Требо. — Это из тех, что вы делали до того, как потеряли память или уже после? — уточнил он.

— До, — ответил я. Хотя это было не совсем правдой.

Да, яд действительно сделал Люк Кастельмор. Но затем я усилил его, насытив своей магической энергией. Если верить словам Жака, то это должно было сделать его очень эффективным, так как магии своей я для него не пожалел.

— Хорошо, — кивнул мой собеседник. — Я тогда отлучусь на какое-то время, а вы подождите меня здесь, — произнес он и ушел.

Вероятно, в лавке у него и была лаборатория.

— Как сильно он вам доверяет, господин, — подал голос Воробей, который, несмотря на то, что был обычным уличным мальчишкой, вел себя не хуже, чем любой дворянский отрок, если вообще не лучше.

— Просто я не произвожу впечатление человека, который будет воровать, — спокойно ответил я.

— Но я, наверное, произвожу, — возразил мне шкет.

— Нет, — покачал я головой. — Ты тоже не производишь, — честно сказал я своему гиду.

— Спасибо, — паренек немного смутился. — Мне понравился этот господин, — произнес он. — Я думал, что на меня будут искоса смотреть или вообще выгонят на улицу, чтобы я ждал там. А меня тут даже угостили, — произнес он и хмыкнул.

— Все люди разные, — ответил я. А буквально через пару секунд дверь, ведущая в лавку из подсобного помещения, резко отворилась, и я увидел Жака, на лице которого застыла маска удивления.

— Люк, откуда это у вас? — чуть ли не выбежав из-за стойки, спросил он, оказавшись рядом.

— Сделал, — спокойно ответил я.

— То есть вы сказали правду? Этот яд вашего производства? — на одном дыхании выпалил он.

— Разумеется. Какой смысл мне вас обманывать? — спросил я, и мой собеседник сел на табурет напротив меня.

— Я не хотел вас обидеть, Люк, — виновато произнес Требо. — Просто то, что вы мне дали… — он замолчал, видимо, подбирая слова. — Я даже не могу описать, насколько это сильная работа! — наконец высказал он свое мнение.

— Он настолько силен? — я даже немного удивился.

— Еще как! Капли хватит, чтобы лишить человека зрения навсегда! — взбудоражено произнес мой собеседник. — Я только одного не могу понять, как вам удалось насытить этот яд магией. Вернее, кто это сделал. Если я правильно помню, в вашей семье одаренных не было, — задумчиво сказал он, обращаясь скорее к себе, нежели спрашивая меня.

— Не знаю, — соврал я. — Как-то удалось.

— Чудеса, — хозяин алхимической лавки покачал головой. — Люк, не хотите мне продать этот яд? — вдруг спросил он.

— Почему бы и нет? — ответил я.

Дело в том, что так я и собирался поступить. Во-первых, в лаборатории Кастельморов было еще несколько ампул этой отравы, а во-вторых, в дневнике Люка был рецепт его изготовления, который был несложным, и я мог с легкостью его повторить.

— Хорошо, я сейчас, — он поднялся с табуретки и подошел к стойке.

Вскоре он вернулся уже с кошельком.

— Тут три сотни полновесных луидоров. Этот яд стоит дороже, поэтому вот, — он выложил из кармана несколько склянок с ярко-красной жидкостью. — Это зелья выздоровления. Или как они правильно называются — регенерации. Руку или ногу они вам, конечно, не отрастят, но пережить ранение, даже если оно будет очень тяжелым, помогут, — добавил он.

— Хорошо, — кивнул я, с улыбкой наблюдая за лицом Воробья, у которого от удивления отвисла челюсть. — Во сколько вы примерно оцениваете стоимость этого яда? — прямо спросил я.

— Думаю, тысяча луидоров. Может, чуть больше, — немного подумав, ответил хозяин алхимической лавки.

— Хорошо, — кивнул я. — Подскажите, а где в Тузуле можно купить книги, которые мне могут пригодиться в алхимии и смежных с ней науках? — спросил я, ибо не был уверен, что мой гид мог знать ответ на этот вопрос.

— В «Магическом Арсенале». Даниэль, ты знаешь, где это? — спросил Требо у Воробья.

— Да, господин, — ответил шкет.

— Славно. Тогда этот человек вас проводит, — ответил Жак, и я поднялся с табуретки. — Прежде чем я уйду, позволите осмотреться? — спросил я, ибо сюда я пришел отнюдь не за разговорами о своем прошлом.

— Разумеется, Люк! Обо всем расскажу и всё покажу! — ответил хозяин алхимической лавки, и я огляделся.

Что ж, начнем!

Глава 12

— Никогда не думал, что книги могут так дорого стоить, — произнес Воробей, когда, попрощавшись с Жаком Требо, мы покинули его алхимическую лавку.

— Я тоже, — усмехнулся я. — Но это ценное вложение. Благодаря знаниям, которые я получу из этих книг, я смогу заработать больше, — добавил я. — Читать важно.

— Понятно, — осмысленно кивнул гид.

— Умеешь читать? — поинтересовался я.

— Да, — ответил паренек. — Закончил пару классов школы, пока предки были живы, — произнес он.

— А чем дальше планируешь заниматься? — спросил я собеседника.

Пареньком он был неглупым. Жаль будет, если пропадет, присоединившись к каким-нибудь отморозкам.

— Не знаю. Пока не думал об этом, — он пожал плечами.

Ну, не удивительно, учитывая, сколько ему лет.

У меня в его возрасте уже никакого выбора не было.

В четырнадцать — пятнадцать лет, на которые выглядел Воробей, я уже успел выполнить не один десяток заказов.

— Стоит задуматься, — ответил я Воробью.

— Может, — он снова пожал плечами. — Кстати, пришли, — он остановился возле двухэтажного строения, над дверью которого висела вывеска «Кузня Вечности», где были изображены два скрещенных меча, а над ними шляпа с белым пером. — Судя по тому, что я слышал от клиентов в нашем борделе, здесь продают лучшее оружие, — добавил Даниэль.

Учитывая, что местечко, в котором работал паренек, было не из дешевых, то и клиенты там должны были проводить время богатые. Ну а в оружии, как правило, такие разбирались.

— Хорошо, — я кивнул и, поднявшись на крыльцо, вошел внутрь.

«Ого!» — я был немного удивлен, когда увидел, насколько большой ассортимент был в этой оружейной лавке.

Как и в лавке Жака, здесь над дверью тоже висел колокольчик, который и уведомил хозяина этого магазина о нас. Потому что, когда мы с Воробьем вошли, внутри никого не было.

Мужчина средних лет, одетый в дорогой камзол, на груди которого была вышита эмблема, повторяющая ту же, что и на доске над дверью, вышел из двери, расположенной в левой стене лавки.

Он посмотрел сначала на меня, а затем на моего молодого спутника, и на его лице сразу же появилась гримаса отвращения.

— Этот мальчик с вами? — спросил он, с презрением глядя на Воробья.

— Да, — ответил я. — Есть какие-то проблемы? — спросил я.

— Нет, но пусть ничего не трогает, — ответил хозяин лавки. — Чем могу помочь, господин? Решили выбрать магическое оружие? — он натянул на лицо слащавую улыбку.

— Решил, — кивнул я, но сразу понял, что покупать что-либо у этого человека мне, откровенно говоря, не хочется.

Всегда удивлялся, насколько люди могут отличаться друг от друга.

Тот же Жак Прево не только не смотрел косо на моего гида, так еще и чаем его напоил и угостил вкусностями. Этот же…

— Тогда вы пришли по адресу, — довольным голосом произнес мой собеседник. — В моем магазине собрано оружие от лучших кузнецов не только Галларии, но и Островной Империи, а также Норскии, — гордо заявил мужчина.

Ага, как будто он мог сказать что-то другое.

Уверен, что любой продавец скажет, что в его лавке только лучшее оружие. И неважно, торговал ли он дорогим или дешевым оружием.

Может, конечно, товары здесь и правда были качественные, но к этому человеку я уже испытывал антипатию. Поэтому, чтобы он мне сейчас не говорил, все слова я бы в любом случае подвергал сомнению.

— Хорошо, — тем временем кивнул я. — Могу я осмотреться? — спросил я продавца.

— Разумеется, — он расплылся в довольной улыбке. — Может, я могу подсказать? Какое именно оружие вас интересует?

— Либо кинжалы, либо даги, — ответил я. — Шпага у меня есть, — я коснулся рукой рукояти фамильной реликвии Кастельморов.

— Вижу, — кивнул мой собеседник. — Могу я на нее посмотреть? — поинтересовался он.

Признаться честно, давать свое оружие ему в руки не хотелось. Все из-за испорченного первоначального впечатления. Но этот человек должен был разбираться в оружии. А я уже давно хотел показать свою шпагу такому человеку.

Я резким движением вынул оружие из ножен.

— Ой! — мужчина вздрогнул от неожиданности и даже отскочил назад.

Я усмехнулся про себя, а затем протянул ему свою шпагу.

— Благодарю, — ответил он. И стоило ему взять фамильную реликвию Кастельморов в руки, как его лицо тут же изменилось.

Буквально на миг. Но это все равно не укрылось от моих глаз.

— Неплохой экземпляр, — произнес торговец оружием, стараясь, чтобы его голос прозвучал максимально безынтересно.

Я использовал магический взор. Как и Жак Требо, этот мужчина тоже был одаренным. Не сильным, но магия, как и в алхимике, в этом человека была.

«Неплохой экземпляр» — повторил я про себя и усмехнулся, ибо видел, как загорелись его глаза.

Моя шпага не просто была «неплохим экземпляром», она явно представляла собой что-то гораздо большее. Просто в связи с тем, что у меня вечно не хватает времени на все, узнать о ее свойствах мне так и не удалось.

Один только магический фон, из-за которого я ее и нашел в тайнике, чего только стоил.

— Благодарю, — спокойно ответил я, пока торговец тщательно изучал каждый миллиметр моего оружия своим пристальным взглядом.

— Может, прежде чем я покажу вам ассортимент кинжалов, ножей, стилетов и даг, мы с вами посмотрим шпаги? — тем временем заискивающе спросил меня торговец.

Хм-м, интересно.

— Хорошо, показывайте, — я пожал плечами, уже понимая, что, скорее всего, произойдет в дальнейшем.

— Отлично, — мужчина потер руки. — Тогда прошу за мной, — произнес он, а затем повернул голову в сторону двери. — Кларисса! — прикрикнул он, и спустя пару секунд в лавке появилась женщина, которая была ровесницей торговцу оружием и, судя по одежде, точно не слугой.

— Да, дорогой, — произнесла она и посмотрела на меня и на Воробья.

Как и ее муж, стоило ей увидеть паренька, как на ее лице тут же появилась гримаса отвращения.

Два сапога — пара…

— Принеси нам лучшего вина, — попросил торговец оружием.

— Сию секунду! — услужливо ответила она и исчезла за дверью.

— Кстати, не представился. Прошу прощения, господин, — извинился мужчина. — Натаниэль Розенфорн, — представился он.

— Барон Люк Кастельмор, — представился я в ответ. — А это Даниэль. Он мой гид по Тузуле, — представил я Воробья.

— Очень приятно, — мой собеседник вежливо склонил голову. — Так, а теперь к делу! Прошу за мной, барон! — довольным голосом произнес торговец. — Шпаги, которые наличествуют в моей лавке, славятся не то что на всю Тузулу, а на всю Галларию! У некоторых кузнецов с моим магазином эксклюзивный договор, и они поставляют свои изделия только мне! — гордо заявил Натаниэль. — Вот. Только посмотрите на эту красоту! — он указал на стенд, где на специальных подставках были представлены шпаги.

Их тут было около двух десятков.

Я снова переключился на магическое зрение.

«Хм-м, а неплохо», — подумал я, когда увидел, что все представленное здесь оружие было магическим, причем очень разным по силе.

А самое главное, что и мана в этих шпагах тоже была разная. Как и у магов, у представленного Розенфорном оружия элемент магии отличался.

— Вот, посмотрите на это, — он вернул фамильное сокровище Кастельморов мне, а сам взял с подставки шпагу, в которой был элемент огня. — Кузнец назвал это оружие Огненная Игла, — довольным голосом произнес торговец, а затем взмахнул оружием, и лезвие ярко вспыхнуло огнем, а затем также быстро погасло, но осталось раскалено до бордового цвета. — Прожигает на ура любые доспехи! — гордо заявил Натаниэль. — Пройдемте за мной, — он кивнул в сторону доспеха, который стоял неподалеку.

Когда мы остановились возле него, то я сразу понял, для чего он служит.

— А теперь, — мужчина встал в стойку для фехтования, а затем сделал выпад.

Раскаленное острие оружия вошло в металл, и он сразу же зашипел. Резким движением торговец выдернул шпагу, и в месте укола осталось небольшое круглое отверстие.

— Хотите попробовать? — поинтересовался Розенфорн.

— Почему бы и нет, — без особо энтузиазма ответил я, ибо стоило мне подойти к доспеху, как я сразу же оценил его качество.

Он был очень низкого качества.

При должном желании метал этой брони я смог бы пробить броском метательного ножа. Поэтому все, что я сейчас видел, было сплошной показухой.

Хотя рана, оставленная таким оружием в теле человека, вряд ли была приятной. С другой стороны, то, что лезвие было раскалено и сразу же прижигало колотую рану, тоже не шло ему в плюс.

В общем, оружие, как по мне, было довольно сомнительным.

Встав в стойку, я сделал выпад. Раскаленное лезвие вошло в металл, но труднее, чем я ожидал.

«Это оружие точно никуда не годится», — сразу же понял я. Может, для каких-нибудь позеров и только, но не для реального боя.

И уж точно не для того, чтобы сражаться с рыцарями в латах, ибо добротные и качественные доспехи это оружие точно не смогло бы повредить.

— Как вам? — произнес Натаниэль.

— Не знаю, — я пожал плечами. — Сколько эта шпага стоит?

— Двадцать тысяч луидоров, — ответил Розенфорн, и Воробей аж присвистнул.

Смерив пацана уничижительным взглядом, торговец вновь посмотрел на меня.

— Эта шпага никуда не годится, — черство ответил я.

— Что?! Да как вы…

Одного взгляда на него хватило, чтобы мужчина закрыл рот.

— А теперь смотри, — холодным тоном процедил я, и в моих руках оказался метательный нож — рыбка.

Усилив свое тело магией, я подошел к доспеху и начал вдавливать лезвие ножа в металл брони.

Не прошло и пары секунд, как металл моего оружия, который был гораздо качественнее того, из которого был сделан демонстрационный доспех, вошло в него, сначала сделав вмятину, а затем и вовсе пробив его.

— Если попробуешь меня снова обмануть, — я посмотрел в глаза Натаниэлю и покачал головой.

— Вино, дорогой! — в лавку вошла жена Розенфорна, в руках которой был поднос, и удивленно посмотрела на нас.

— Спасибо, милая, — ответил ей хозяин оружейной лавки и натянуто улыбнулся.

Я отошел от доспеха и вернул шпагу владельцу.

— Я, пожалуй, сам осмотрюсь, — холодным тоном заявил я, и пошел к стенду, где у Розенфорна были представлены короткие клинки.

Выбор был довольно большой.

В основном магическая сила всех кинжалов была примерно одинаковой и не превышала силу шпаги, показанной мне ранее. Но вот один из экземпляров меня заинтересовал.

— Могу я посмотреть этот кинжал? — спросил я торговца, который молча стоял у меня за спиной с бокалом вина. Кажется, он хотел дать его мне, но внезапно передумал и сейчас цедил его сам. Видимо, чтобы успокоиться, ибо демонстрация того, на что я способен, слишком уж его впечатлила.

— Да, конечно, — кивнул Натаниэль. — Не самый удачный экземпляр, — добавил он, смотря на то, как я беру клинок в руки.

Я усмехнулся про себя. Мало, однако, этот человек разбирается в магическом оружии, — подумал я, смотря на то, какой сильный магический фон исходит от оружия у меня в руках. Хм-м. Элемент земли, значит. Интересно.

— Есть какие-то особенности? — спросил я.

— Да, — кивнул мой собеседник. — При активации создает вокруг руки подобие заклинания магов земли — каменная кожа, — ответил он. — Позволите? — спросил он, и я протянул ему кинжал. — Вот, — он воспользовался даром, и магические каналы вокруг его правой руки, в которой он держал клинок, поменяли цвет и стали бурыми.

При этом он потратил практически всю свою магическую энергию.

Розенфорн взял со стойки другой клинок и коснулся его лезвием кожи, а затем надавил и ничего не произошло.

Ого! И это он называет «неудачным экземпляром»?

— Фуу-х, — он тяжело выдохнул, и у него началась отдышка.

Мужчина поморщился и выпил еще вина.

— Очень много потребляет магической энергии, — он с отвращением посмотрел на изделие.

— Ясно, — кивнул я и про себя усмехнулся.

Да, с таким количеством маны, которая была у Натаниэля, кинжал был для него бесполезен. Как, впрочем, и для большинства благородных, которых я видел до этого. Но для меня его свойство могло быть очень полезным.

Мой магический доспех все еще был очень далек от идеала. Да, обычные атаки оружием или арбалетные болты вряд ли бы смогли мне навредить, но уже даже сейчас то, что я видел в этой лавке, могло представлять для меня опасность.

А ведь здесь собрано не самое сильное оружие.

У тех же Рошфоров, которые купались в золоте, наверняка были предметы куда сильнее, чем я видел здесь. Я вернул кинжал обратно на стойку и начал смотреть другие.

К сожалению, ни один из них меня не заинтересовал. И если говорить начистоту, то эта оружейная лавка не произвела на меня впечатления.

Да, предметы здесь были интересные и наверняка обладали свойствами, о которых я бы даже и подумать не мог, потому как я даже магов-то не так много встретил на своем пути. Но удивления особого они во мне не вызвали.

— Что-нибудь приглянулось? — поинтересовался мужчина, когда я отошел от стенда с кинжалами к полкам, на которых были выставлены клинки.

— Пока не впечатлен, — честно ответил я.

Клинок, позволяющий сделать руку прочнее, был мне интересен, но нельзя было этого показывать торговцу. Этот ушлый мужичок наверняка захочет содрать с меня втридорога, если поймет, что кинжал мне приглянулся.

— Лучше в Тузуле вы точно не найдете, — смерив меня не самым дружелюбным взглядом, ответил мой собеседник.

— Зато найду в столице, куда я и направляюсь по приглашению Его Высокопреосвященства Жумельяка, — ответил я, глядя Розенфорну в глаза.

Как я и подумал, услышав эту Фамилию, мой собеседник изменился в лице.

— Вы знаете кардинала? — удивленно спросил он.

— Пока нет, но хорошо знаю его сына — Жозе, — ответил я и не без удовольствия стал свидетелем того, как торговец оружием стал вести себя более дергано. — Но в столицу я направляюсь именно к кардиналу Жумельяку, который пригласил меня на званый ужин, — добавил я и повернулся к клинкам.

Теперь этот прохиндей не решится ободрать меня.

— Ладно, я посмотрел все, что хотел, — через какое-то время произнес я, когда я обошел всю лавку и больше ничем не впечатлился.

Несколько раз я спрашивал про свойства того или иного оружия, но ничто из того, что я услышал, мне не подходило. Да, интересные, конечно, встречались. Вроде метательных ножей, которые при желании хозяина могли вернуться к нему в руку. Или меча, который мог становиться полностью невидимым, в результате чего противнику было сложно понять, как именно его атакуют. Или шпаги, раны от которой кровоточили гораздо сильнее, нежели от простой.

К слову, последний эффект был схож с ядом, который уже поглотило и запомнило мое ядовитое магическое ядро. Поэтому этот эффект я вообще мог распространить не только на оружие, но и на любой другой предмет, вроде той же пули или, скажем, булавки.

— Ничего не выбрали? — заискивающе спросил Натаниэль.

— Хм-м, — я сделал вид, что задумался. — Думаю, я возьму тот кинжал, — произнес я. — Мне понравился его баланс, — добавил я. — Сколько?

— Две сотни луидоров, — ответил Розенфорн. — Но это только для вас, — он натянул на лицо слащавую улыбку.

«В принципе, для магического оружия нормальная цена», — подумал я, так как не хотел спорить и торговаться с этим человеком.

А ведь все могло быть совершенно по-другому, произведи он на меня хорошее впечатление. Возможно, я даже побыл бы здесь подольше и посмотрел что-то другое, благо время и деньги у меня были. Но что сделано, то сделано.

— Хорошо, — ответил я и выудил из сумки набитый золотом кошель.

Отсчитав нужную сумму, я взял свою покупку и вместе с Воробьем покинул лавку.

Можно, конечно, было зайти в другие и посмотреть ассортимент там, но я решил, что сделаю это, будучи уже в столице.

Сейчас же мне хотелось посмотреть на то, как делают в этом мире магические доспехи.

— Тогда нам к Мустафе, — немного подумав, произнес мой молодой гид.

«Хм-м, какое необычное имя», — подумал я и ответил:

— Веди! Но сначала пойдём перекусим, — предложил я и, получив утвердительный ответ от Даниэля, мы отправились дальше.

Глава 13

— Тут, — Воробей остановился напротив еще одной лавки. — Здесь вроде как большинство наемников себе амуницию, или как там это правильно называется, покупают, — добавил мой гид.

— Все правильно, — кивнул я, смотря на табличку с названием «Львиное сердце», на которой красовался шлем, стилизованный в виде головы льва.

— Хе-х. Значит, правильно тот жирдяй сказал, — усмехнулся Даниэль.

— Что сказал? — спросил я.

— Что амуниции лучше, чем в лавке «Львиное сердце», нигде не сыскать! — довольным голосом произнес Воробей и вытер рукавом нос.

— Отлично. Тогда пойдем посмотрим, — я ему кивнул в сторону двери.

— Не, я лучше тут постою, — ответил мне гид.

— Не все люди такие, как этот Розенфорн, — произнес я, понимая причину его отказа. — Жак же был с тобой вежлив. Все разные, — добавил я.

— Ладно, — нехотя ответил мой собеседник.

— Вот и славно, — я хлопнул паренька по плечу и вместе с ним зашел внутрь.

В этот раз мы уже были в лавке не одни, что было неудивительно, учитывая, который сейчас был час. Помимо нас внутри находились еще два человека. Оба мужчины и, судя по их одежде, очень состоятельные.

Это было видно не только по качеству пошива и дорогим тканям, а еще и по обилию украшений, которые были на них, начиная от перстней и заканчивая заколками.

Оба они, кстати, были с длинными волосами, убранными в тугой хвост, и, судя по всему, вообще являлись родственниками, ибо больно уж они были друг на друга похожи.

Стоило нам войти, как парочка сразу же уставились на меня.

Помимо парней, внутри лавки с амуницией была девушка, которая, видимо, здесь и работала, так как именно она говорила что-то одному из родственников, пока в магазин не зашел я.

— Добро пожаловать, — незнакомка приветливо улыбнулась. — Я пока занята, но я обязательно займусь вами, как только закончу с этими господами, — добавила она и взяла со стойки наруч с протектором. — Это последняя разработка в области зачарования, — начала говорить она что-то про предмет у нее в руках.

Я же, пока она была занята, решил осмотреться.

— Господин, — стоило мне отойти от них подальше, шепотом произнес Воробей. — Может, уйдем пока отсюда? — все так же тихо добавил он.

— Почему? — удивился я, говоря также тихо, как это делал мой собеседник.

Я, конечно, сразу понял причину, но нужно было хотя бы узнать, кем являются эти двое.

— Дело в этих двоих? — спросил я, и он незаметно кивнул. — Кто это? — спросил я и, подойдя к доспеху, коснулся его рукой.

«Ого! Вот это магический фон!» — был первой моей мыслью, когда я коснулся материала, из которого был сделан доспех.

А я ведь даже не смотрел на него магическим зрением. Я уже даже хотел было переключиться на него, но вдруг вспомнил о Воробье и его проблеме. Все же, когда дело касалось магии, меня сложно было остановить.

— Прости. Кто они? — шепотом вернулся я к разговору с Даниэлем.

— Это братья Де’Монсари. Они очень опасны, господин, — произнес мой гид, и вдруг его глаза округлились от страха.

Я обернулся и сразу понял, в чем дело. Стоя спиной к ним и смотря на доспех, я не мог видеть, что они пялятся на меня, но чувствовал это. Когда же я обернулся, то увидел, что один из них, тот, что был помладше, идет в нашу сторону.

Остановившись рядом, молодой человек, который на вид был старше Люка лет на пять, произнес:

— Никогда не видел вас раньше в Тузуле, — он смерил меня оценивающим взглядом, а затем посмотрел на Воробья, который сразу же предпочел спрятаться за мной.

— А вы знаете всех в этом городе? — поинтересовался я, глядя собеседнику в глаза.

На его тонких губах появилась улыбка, которая, как подсказывала мне практика, не предвещала ничего хорошего.

— Да вы шутник я смотрю? — холодным тоном произнес он. — Кто вы? Представьтесь, — он нагло вздернул подбородок.

— Только после того, как услышу ваше имя, — продолжая сохранять спокойствие, ответил я.

— Я смотрю, вы не местный, — снова усмехнулся мой собеседник.

— Кто знает? — Я пожал плечами, продолжая сохранять спокойствие.

Пока мы обменивались любезностями, я решил проверить своего собеседника на наличие магии. И был изрядно удивлен, когда понял, что, несмотря на то, что передо мной был не то что не маг, но и даже не обладатель магического дара, магический взор всё равно показал мне, что человек напротив просто «светится» от количества магической энергии в нем.

Вернее, на нем.

— Пацан, — он обратился к Воробью, и тот вздрогнул. — Ты ведь знаешь, кто я и мой брат? — спросил он Даниэля.

— Да, господин, — произнес за спиной мой гид дрожащим голосом.

— И что ты собирался сказать этому господину? — продолжил давить на пацана один из братьев, с которыми, судя по всему, в Тузуле лучше было не связываться.

Но и с Василиском тоже были шутки плохи.

— Что лучше держаться от вас подальше, — ответил Воробей, уже немного взяв себя в руки.

А парень неплохо держится.

Наш собеседник усмехнулся.

— Он чертовски прав, — довольным голосом произнес один из братьев. — Зря вы его не послушали, — в голосе моего собеседника прозвучали нотки угрозы.

— Да? Я почему-то так не думаю, — все в той же спокойной манере ответил я.

— Отис! — Грубый голос, раздавшийся с другой стороны помещения, заставил замолчать мужчину, который собирался мне что-то сказать.

— Что? — нехотя произнес один из братьев, повернувшись к другому.

— Как ты разговариваешь с незнакомым человеком? Где твои манеры? — в голосе старшего Де’Монсари прозвучали нотки недовольства.

Я посмотрел на мужчину, которому было чуть больше тридцати, магическим взором и удивился еще больше, ибо на нем магии было еще больше, чем на брате.

При этом, выглядели они вполне повседневно.

Неужели в этом мире существует зачарованная одежда? Судя по магии, которой были «обвешаны» мои собеседники, выходило, что да. Или под камзолами тонкая броня? Мысли сменяли одна другую.

— Позвольте представиться, — к нам подошёл и старший брат, поравнявшись с младшим. — Меня зовут Вейлр Де’Монсари, а это мой младший брат Отис Де’Монсари, — представил он самого себя и родственника.

— Люк Кастельмор, — представился я в ответ.

— Приятно познакомиться, — на губах мужчины появилась опасная улыбка.

— Взаимно, — спокойно ответил я. — Чем могу помочь вашему брату? — спросил я старшего и усмехнулся, глядя на Отиса, который решил потревожить нас с Воробьем просто так.

Может, ему стало скучно или не понравилось мое лицо. Но факт оставался фактом.

— Думаю, он сам ответит на этот вопрос. Да, Отис? — Вейлр повернулся к своему брату и смерил его уничтожающим взглядом.

Такой же, но уже от Отиса, достался и мне.

— Хотел поприветствовать нового человека в нашем славном городе, — он натянул на свои узкие губы приветливую улыбку. Выглядело не очень, если честно.

— А, вот в чем дело, — я улыбнулся в ответ. — Вы каждого нового человека в Тузуле одариваете своим личным приветствием или это только я такой особенный? — прямо спросил я.

— Господин Кастельмор, вам не кажется, что вы немного…

— Я? Ваш брат подошел ко мне, безосновательно назвав шутником, и уже только за это я могу убить его на дуэли. При этом он сказал, что я почему-то должен его остерегаться. Серьезно? — произнес я холодным тоном, не переставая улыбаться, показательно игнорируя младшего.

— Все, с меня хватит! — сквозь зубы процедил Отис и сорвал перчатку, явно намереваясь бросить её в меня, но его руку перехватил Вейлр.

— Не стоит, Отис, — произнес старший Де’Монсари и улыбнулся. — Я сам выбью из этого провинциального зазнайки всю спесь. Люк Кастельмор, я требую сатисфакции за пренебрежительное отношение к моему Роду! — громко произнес он.

В лавке «Львиное сердце» повисла гробовая тишина.

— Время, место, орудие? — я нарушил ее первым.

— Завтра в…

— Сегодня, — перебил я Вейлора.

— Ах-ха! Если хотите умереть быстрее, то сегодня в восемь вечера! Ристалище Паско Страдальца. Это в самом центре Тузулы. Оружие… Может, выберете сами? — спросил старший Де’Монсари.

— Любое, — ответил я.

— Славно! Оружие любое! Еще два незаинтересованных свидетеля. Сегодня в восемь вечера на ристалище Паско Страдальца! — громко произнес старший из братьев. — Идем, Отис, — он кивнул в сторону двери, ведущей на улицу, и вскоре в магазине остались я, Воробей и девушка, имени которой я так и не узнал.

В лавке амуниции снова повисла гробовая тишина.

— Господин, могу я получить свою плату вперед? — первым ее нарушил Даниэль.

Забавный пацан.

— Не веришь, что я переживу сегодняшний день? — усмехнулся я, поглядывая на своего гида.

— Вы связались с одним из самых опасных жителей этого города, поэтому да, верится в это слабо, — ответил мой собеседник, нимало не смущаясь.

Ну, за честность он точно заслужил награду.

— Держи, — я протянул ему два полновесных луидора.

Глаза Воробья расширились от удивления.

— Господин, вы уверены?! — мой гид явно не верил в происходящее.

— Да, забирай, — спокойно ответил я.

— Неужто и правда на тот свет собрались? — Даниэль поднял глаза и с грустью посмотрел на меня.

— Нет, — покачал я головой и улыбнулся. — Ты лучше вот что скажи. Покажешь мне, где находится это ристалище? — спросил я.

— Да, покажу, конечно, — ответил мой гид. — Только… — он тяжело вздохнул. — Может, вас к душеприказчику сначала какому отвести? — спросил он. — Вейлр Де’Монсари очень сильный… Не помню, как там это слово правильно звучит. Тот, кто убивает людей за деньги, а иногда — удовольствие, — мой собеседник задумался.

— Бретёр, — присоединилась к разговору девушка, которая все это время молчала.

Я посмотрел на незнакомку магическим взором.

«Ничего себе!» — удивился я, когда увидел, что она оказалась сильным одаренным. По силам она точно превосходила здоровяка Де’Жориньи. Но, как и в случае с Жаком или Натаниэлем, каким-либо элементом ее магическое сердце не обладало.

— Спасибо, — кивнул я. — Эти предметы, они…

— Сделаны мной, — довольно дерзко перебила меня незнакомка. — Я Аглая Журэ, — представилась она.

— Барон Люк Кастельмор, — представился я в ответ. — Те двое. Вернее, вещи на них сделаны вами? — спросил я.

— Часть да, — кивнула собеседница. — Но сразу скажу, — ее лицо стало очень серьезным. — Ничего на их счет я вам не скажу. Я не собираюсь лезть в это дело. Если бы послушали паренька и были более умерены в своих словах, то этого конфликта можно было бы избежать, — произнесла она, глядя мне в глаза. — А насчет душеприказчика он прав, — она кивнула на Воробья. — Если есть кому что оставить, то лучше сделайте это, барон, — она тяжело вздохнула и покачала головой. — И все ценные вещи тоже ему оставьте. На ристалище победитель забирает все.

— Учту, — улыбнулся я девушке. — А теперь, может, покажете мне, что вы здесь продаете? — поинтересовался я. — Мой гид сказал, что у вас лучшая амуниция, которую можно купить в Тузуле, — я кивнул на Воробья.

— Так и есть, — ответила Аглая. — Ищете что-то конкретное, барон? И на какую сумму рассчитываете потратиться? — деловито спросила она.

— Пока только осматриваюсь, — честно ответил я, ибо, судя по магическому фону вещей, которые были в этой лавке, большая часть из них была мне просто не по карману.

— Хорошо, — девушка кивнула. — Тогда начнем с доспеха, рядом с которым вы стоите, — она указала на броню, к которой я подошел, когда только зашел в лавку. — Сделан одним из лучших скорняков Тузулы — господином Селестином Журэ, моим отцом. Несмотря на то, что доспех кожаный и легкий, в прочности не уступит латному за счет того, что сделан из кожи деффора. Знаете, что это за тварь? — спросила она.

— Нет, — ответил я. — Но могу предположить, что это какая-то тварь с той стороны разлома. Так?

— Верно, — кивнула Аглая. — Это довольно крупные ящеры, размером с лошадь. Их шкура настолько прочная, что пробить ее можно только при помощи магии, и то не всей. Их шкура — очень ценный материал, который сложен в обработке. Но у моего отца есть технология, позволяющая это сделать, — гордо заявила собеседница. — Помимо этого, я лично зачаровала его на магию жизни, поэтому броня обладает регенеративными свойствами, — добавила она, чем удивила меня.

Я переключился на магический взор и действительно увидел сложное плетение золотых магических нитей, которые опоясывали весь доспех. Судя по тонкой работе, Аглая действительно была настоящим мастером.

— Руку он, конечно, отрастить не позволит, он от ран разной степени тяжести спасет, — продолжила вещать девушка. — Сзади, — она подошла к броне и развернула ее. — Находится удобный паз для запитывающих кристаллов, вроде таких, — она достала из кармана фартука плоский кристалл, который источал магию. — Ну, или одаренные сами могут питать его своей магией. Такое в доспехе тоже предусмотрено, — она с любовью в глазах провела по чешуйчатой поверхности предмета.

Видимо, очень гордилась своим изделием. Хотя по-другому в этом деле нельзя. Нужно любить то, чем ты занимаешься, а иначе профессионалом не стать.

И тут я задумался вот над чем. Неужели я любил убивать? Ведь в этом ремесле мне не было равных, а значит, я был настоящим профессионалом. Почему-то от этой мысли на душе стало немного не по себе.

Раньше я никогда не задумывался над этим. Я получал задание от гильдии и беспрекословно шел его выполнять. Мне всегда казалось, что так правильно и по-другому просто не может быть. А вот когда, наконец, задумался, то всё сразу пошло не так.

Но что-то я отвлекся.

— И сколько стоит это чудо? — поинтересовался я у Аглаи.

— Если честно, я пока не оценивала, — ответила моя собеседница. — Скорее всего, этот доспех пойдет на аукцион в Золотом доме. Думаю, что стартовая цена будет от пятидесяти тысяч луидоров, — добавила она, и я не смог сдержать улыбки, когда увидел лицо Воробья, услышавшего эту сумму.

— Достойная цена для достойной вещи, — кивнул я. — Не боитесь, что кто-то может украсть такое сокровище? — задал я вполне логичный вопрос.

— Нет, барон, — покачала головой девушка. — По ряду причин, которые я не буду называть, — произнесла она и развернула стойку с броней в первоначальное положение. — Идем дальше? — спросила она, и я кивнул.

Далее мы пошли по лавке Журэ, останавливаясь возле того или иного предмета, как собственного изготовления, так и приобретенного у других мастеров, с последующим зачарованием хозяйкой этого магазина. Пока не остановились возле небольшой кожаной сумки, которая казалась вполне обычной, если бы не сильный магический фон, исходящий от нее.

— Обычно я не берусь за пространственную магию, но тут решила попробовать, — довольным голосом произнесла Аглая, беря в руки изделие. — Последние несколько лет пространственная магия набирает популярность, и я думаю, что за ней будущее, — сказав это, она открыла сумку и запустила в неё руку, а затем вытащила из нее доску около метра длиной.

В этот раз опешил не только Воробей.

— Заклинание пространственного кармана уже не редкость, — спокойно произнесла Журэ, а затем вынула из сумки еще пару таких же досок, как первоначальная. — Это не самый удачный экземпляр, так как в него я могу поместить только то, что проходит в отверстие самой сумки, — пояснила она. — Но это все равно подходит для того, чтобы хранить в ней кучу оружия, — улыбнулась Аглая и извлекла из нее добротный полуторный клинок, а затем и топорик.

Хочу!

— Сколько? — спросил я.

— Это, так сказать, первый мой опыт в создании подобного предмета и у других торговцев в Тузуле есть более удобные вещи с пространственной магией. Но я немало сил потратила на создание этой сумки, поэтому меньше, чем за пятьсот луидоров не отдам, — прямо сказала она, и я понял, что торг тут будет неуместен. — Хотя, если честно, не вижу смысла вам ее брать. Разве что кому-то из ваших наследников. Но вы слишком молоды для того, чтобы их иметь, — эти слова могли прозвучать как шутка, но в голосе собеседницы не было и намека на сарказм.

Наоборот. В словах Аглаи звучали нотки грусти.

— Давайте пари, — улыбнулся я. — Я оставляю вам сейчас тысячу луидоров. Как вы правильно заметили, наследников у меня нет, — я внимательно смотрел ей в глаза. — Но если я завтра сюда вернусь живым, вы мне возвращаете семьсот пятьдесят. В итоге сумка мне обойдется в двести пятьдесят. Идет?

Девушка задумчиво на меня смотрела раздумывая. А затем широко улыбнулась.

— А, идет! — и протянула руку.

Я пожал её, довольный собой и выгодной сделкой. Уж что-что, а умирать я сегодня точно не собирался.

Глава 14

Времени до дуэли было еще слишком много, поэтому я решил вернуться в гостиницу, чтобы поговорить с Фредериком.

— Господин, вы что?! — мой дворецкий отреагировал слишком эмоционально. — Прошу прощения, — уже более спокойным голосом произнес он, вежливо склонив голову.

— Будет дуэль, — повторил я. — И для тебя у меня есть задание, — добавил я, выкладывая на стол несколько кошелей, набитых деньгами. — Мне нужно, чтобы ты нашел букмекера и поставил все на меня. Думаю, коэффициент на этого Вейлра Де’Монсари будет куда больше, чем на неизвестного провинциального выскочку вроде меня. Так что на этом деле можно будет неплохо подзаработать, — довольным голосом произнес я и радостно потер руки.

Когда в лавке я понял, что передо мной не обычные хамы, я сразу же решил извлечь выгоду из этой ситуации.

— Скольких они убили? — спросил я у Воробья, который присутствовал в комнате и ел какой-то пирог, которым его угостил дворецкий.

— Не знаю, — он пожал плечами. — Много, — добавил он, и управляющий поместьем тяжело вздохнул и покачал головой.

— Они из Тузулы? — спросил я.

— Да, господин, — кивнул пацан.

— А чем занимаются, знаешь? — я тоже взял кусок пирога, который оказался очень вкусным.

До тех божественных пирожков Зигфриды, конечно, им было далеко, но на безрыбье, как говорится…

— Сложно сказать, — задумчиво ответил Даниэль. — Что-то вроде крыши у богатых торговцев, — добавил он, за что удостоился недовольного взгляда от Фредерика.

— Молодой человек, говорить с набитым ртом некультурно, — сделал предупреждение управляющий моим поместьем.

— Хорошо, — уже дожевав, кивнул Воробей. — Я не знаю, как объяснить то, чем занимаются эти люди, — мой собеседник пожал плечами. — Ну и еще за деньги представляют других на дуэлях. Но это вы уже знаете.

— Ясно, — задумчиво ответил я.

Значит, какой-то криминал.

Хотя, может, Воробей просто ошибается и братья Де’Монсари, например, просто сдают помещения в аренду, а деньги, которые они получают с торговцев — месячная плата. В любом случае, что сделано, то сделано. И уже не важно, чем занимаются эти люди.

— Ты видел хоть одну дуэль с их участием? — спросил я Даниэля.

— Пф. Нет, конечно, — ответил пацан. — Во-первых, вход на ристалище платный, а во-вторых, туда пускают только взрослых, — добавил он.

Что ж, логично.

— Понял, — кивнул я, после чего взял в руки сумку, которую купил у Аглаи. — Фредерик, ты видел нечто подобное? — спросил я своего дворецкого и, взяв в руки трофейный мушкет, погрузил его внутрь сумки, в которой он и исчез.

Глаза у слуги чуть не вылезли из орбит. Сейчас он мне напоминал Воробья, который услышал про цену огненной шпаги или вообще доспеха за пятьдесят тысяч луидоров. Хотя такой цене и я был изрядно удивлен. Просто умел контролировать свои эмоции, в отличие от ребенка.

— Пространственная магия, — пояснил я. — Помимо того, что сюда можно много всего поместить, если это, конечно, пролезет в отверстие сумки, так ещё и предметы внутри практически ничего не весят. Поэтому в ней можно хранить целый арсенал, — добавил я, с улыбкой наблюдая за реакцией Фредерика.

— А она что, бездонная, что ли? — спросил дворецкий.

— Нет, конечно, — отрицательно покачал я головой. — Исходя из объяснений Аглии, создательницы сумки, пространство внутри объемом примерно в кубометр, — ответил я управляющему моим поместьем.

— Хм-м, много, — задумчиво произнес Фредерик. — А как вытащить конкретную вещь из всех тех, что хранятся там? — спросил он.

— Нужно запустить внутрь руку и представить желаемый предмет, — ответил.

— Но для этого нужно знать, что именно туда поместили. Так? — задал дворецкий разумный вопрос.

— Верно! В этом и заключается особенность. Даже если сумку украдут, достать из нее то, о чем ты не знаешь, будет проблематично. Хотя, как сказала Аглая, любую магию можно обойти, — ответил я Фредерику.

— Чтобы ею пользоваться, нужно обладать магическим даром? — спросил мой собеседник, который оказался сегодня на редкость любопытным.

— Нет. Она уже запитана магией, — ответил я. — Ее нужно будет время от времени напитывать магией, но все зависит от того, как часто ей будут пользоваться и сколько вещей внутри хранится, — ответил я.

К тому же я сам смогу насыщать кристалл, который питает магию сумки, своей магической энергией. Но об этом я говорить не стал.

— Интересная вещица, — сделал свое заключение Фредерик. — В хозяйстве бы очень пригодилась, — добавил он, кивая.

— Да, не только в хозяйстве, — согласился я. — В любом случае, я рад, что купил ее. Ещё и пополнил свои знания о магических вещах, — довольным голосом произнес я и встал. — Ладно, будем понемногу собираться, — сказал я, и Фредерик с Воробьем последовали моему примеру. — Даниэль, покажешь нам дорогу, а потом можешь быть свободен, — сказал я Воробью.

— Хорошо, господин, — ответил он и с грустью посмотрел на меня. — Жаль, что так все вышло. Если бы я не привел вас в ту лавку, глядишь, ничего этого бы и не случилось, — добавил паренек, тяжело вздохнув.

Видимо, ему действительно было жаль меня.

Это даже немного умиляло и забавляло одновременно.

— Все, можем идти, — сказал я и вместе со своей небольшой компанией вышел из гостиницы. А спустя минут двадцать мы уже были возле ристалища.

— Тут, господин, — произнес Воробей, когда мы оказались возле белоснежных кованых ворот, которые вели в нечто, очень напоминающее Колизей из моего мира.

Только в моем мире они были гораздо больше и могли вместить огромное количество людей, любящих посмотреть на кровавое зрелище.

— Хорошо, спасибо, Даниэль, — поблагодарил я гида. — Можешь идти, — добавил я. — Ну или подожди нас здесь. Когда я освобожусь, можем сходить вкусно поужинать, — произнес я и хлопнул паренька по плечу.

Он тяжело вздохнул и покачал головой.

Видимо, в мою победу он не особо верил.

— Тут мы разделимся. Не нужно, чтобы нас видели вместе, — сказал я дворецкому.

— Логично, — вздохнул он. — Вы это… Удачи, в общем, господин!

Я улыбнулся, ничего не ответив, кивнул Фредерику и, помахав пареньку на прощание рукой, пошел к воротам, рядом с которыми стоял молодой человек.

Ну а Фредерик со скучающим видом подошел к какой-то сувенирной лавке, давая мне время уйти.

— Чем обязан, господин? — спросил привратник, стоило мне с ним поравняться.

— У меня сегодня дуэль. В восемь вечера, — ответил я.

— Господин Люк Кастельмор, полагаю? — спросил он, вытянув из кармана листок бумаги.

— Барон Люк Кастельмор, — хмуро поправил его я.

— Прошу прощения, — извинился молодой человек. — У вас дуэль на восемь, верно?

— Да, — кивнул я.

— Славно, — он улыбнулся. — Можете заходить. Народ понемногу начал собираться, — добавил он. — Вам туда, — он указал на дверь в небольшое одноэтажное строение.

— Народ? — спросил я.

— Ну да, — кивнул молодой человек. — Дуэли господина Вейлра Де’Монсари всегда собирают много зрителей. Слухи вот уже несколько часов как ходят по Тузуле, поэтому жители понемногу начали подтягиваться к ристалищу, — пояснил он.

— Ясно, — ответил я. — Букмекеры, я так понимаю, тоже там присутствуют? — поинтересовался я.

— Разумеется, господин, — улыбнулся мой собеседник.

— И какие ставки против меня? — поинтересовался я.

— Пока один к десяти. На ваше поражение, барон, — ответил молодой человек.

— То есть они могут возрасти? — удивился я.

— Могут. Если я скажу откровенно, обещаете, что не обидитесь? — спросил он, смерив меня оценивающим взглядом.

— Говори, — ответил я, ибо мне даже стало интересно, что он скажет.

— Думаю, ставки возрастут, когда все увидят вас, — ответил мой собеседник, и я усмехнулся.

Вроде на хлюпика я похож не был.

— Могу я узнать, почему? — спросил я.

— Вы в таком виде будете сражаться? — спросил он.

— Да, — кивнул я и осмотрел себя.

Выглядел я очень даже прилично. Хотя я, скорее всего, понимал, о чем речь. На мне не было ни доспехов, ни какого-то вычурного оружия, которые так любили таскать на себе благородные или наемники.

— Как бы это сказать… — он задумался.

— Да уж, говори, как есть, — ответил я.

— Выглядите не впечатляюще, — наконец решился ответить мой собеседник.

— Ясно, — усмехнулся я и направился в сторону двери, которую мне указал молодой человек. Но, пройдя несколько шагов, меня окликнули.

— Барон, вы верите в свою победу? — спросил парень на воротах.

— Да, — уверенно ответил я.

— Ясно, — усмехнулся он. — Тогда удачи вам в поединке, барон — произнес он и вежливо склонил голову.

— Она мне не нужна, — ответил я и, оказавшись возле двери, толкнул ее.

Я зашел внутрь и оказался в небольшом помещении со стойкой, за которой стояла миловидная девушка, а возле нее аккуратно были разложены письменные принадлежности.

— Здравствуйте, господин, — поздоровалась она, и я сразу же ощутил на себе ее заинтересованный взгляд. — Чем могу помочь? — поинтересовалась она.

— У меня сегодня дуэль. Мне нужно заполнить бумаги, — ответил я, и ее взгляд заметно потух.

— С Вейлром Де’Монсари? — уточнила она.

— Верно, — кивнул я и подошел к стойке.

— Вот, — девушка подвинула мне лист бумаги. — Заполните, пожалуйста, — добавила она, с грустью взирая на меня.

И она тоже решила, что перед ней ходячий труп. Забавно.

Неужели этот Вейлр так хорош? Хотя тут скорее хороши магические предметы, которыми он обладает. Интересно, на что они способны? Сразиться с ним стоило хотя бы ради того, чтобы поглядеть, насколько хороша бывает зачарованная амуниция в этом мире.

Я быстренько ознакомился с тем, что было изложено в документе, который мне подсунули. В основном там говорилось о том, что власти Тузулы снимали с себя ответственность за смерть на ристалище. Упоминалось и то, что победитель забирает все вещи проигравшего.

Я, конечно, уже слышал об этом от Воробья, но тут все было официально. Прочитав всё, я не смог сдержать улыбки.

— Вот тут подпись, господин, — девушка ткнула аккуратным пальчиком в бумагу, и я поставил в нужном месте подпись. — Все, можете проходить, — произнесла она, провожая меня взглядом.

Выйдя из местной канцелярии, я оказался в длинном коридоре без развилок.

Осмотрелся и пошел направо, пока не увидел ворота и двух стражников, стоящих возле них.

— Приветствую, — вежливо поздоровался я с ними.

— И вам не хворать, господин, — ответил тот, что был постарше. — Дуэль сегодня? — спросил он.

— Так точно, — ответил я старому служивому, по которому было видно, что большую часть своей жизни он провел в армии.

Вылитый Фредерик, только постарше, шрамов больше и грубее.

— С кем хоть? — спросил он.

— Вейлром Де’Монсари, — ответил я, и мой собеседник присвистнул.

Оба стражника переглянулись.

— Жаль, умрете молодым, — тяжело вздохнув, произнес служивый.

И чего меня все хоронят-то сегодня?! Подобные слова даже меня начали немного утомлять.

— С чего вы так решили? — спросил я.

— Дак, только на моих сменах у господина Вейлра больше двух десятков побед, — ответил мой собеседник.

— И при мне он тоже много побеждал, — произнес тот, что был помоложе.

— Понятно, — я улыбнулся. — Но проигрывать сегодня я не собираюсь, — заявил я стражникам. — Откроете? — я кивнул на ворота. — Хочу немного размяться.

— Да откроем, конечно, чего не открыть, — ответил служивый и начал крутить колесо, запуская механизм подъема.

Створки ворот медленно поползли в разные стороны.

— Удачи, парень, — очередное пожелание «удачи» грустным голосом было уже привычным сегодня для меня.

Я вышел на арену и оценил масштабы.

Хоть ристалище и уступало Колизеям, которые были построены буквально в каждом крупном городе моего мира, народу на трибунах было уже довольно много. И это несмотря на то, что до начала поединка было еще более часа. Ну, тут-то понятно. Колизеи, а точнее большие арены для битв, были названы в честь первого римского Колизея. С тех пор это стало именем нарицательным. Вот только если раньше в «оригинальном» Колизее сражались в основном рабы, то сейчас там бились профессиональные бойцы. Да, были и осужденные на смертную казнь, у которых появлялся шанс погибнуть эффектно. Да и твари из Проклятых земель попадались. В общем, зрелища у жителей больших городов хватало. Тузула была достаточно большим городом, но своим Колизеем еще не обзавелась, поэтому это ристалище было очень популярно.

Видимо, паренек на воротах не обманул и слухи в Тузуле распространяются очень быстро. Несмотря на то, что лавки по большей степени все еще пустовали, люди довольно активно прибывали, и часть из них уже заметили меня и теперь любопытством глазели с высоты трибун.

Ну, так как мне было на них все равно, то я спокойно начал делать растяжку, благо перед боем она еще никому не вредила.

Пока я делал растяжку, попутно наблюдал за всем в округе. Народ все прибывал, и, судя по тому, что я видел, контингент тут был весьма разнообразный. Начиная от богатеев, которые вместе со своими слугами устроились в специальных ложах, и заканчивая обычными жителями города, для которых подобные представления были редкостью.

Я не спрашивал, сколько стоит вход на ристалище, но думаю, что ходить сюда могли позволить себе не все, ибо совсем уж бедняков видно не было.

Также все по-разному реагировали на меня.

Кто-то смотрел с интересом, ну а кто-то с видимым отвращением.

В основном это касалось людей в ложе, которые, скорее всего, видели меня уже в качестве жертвы для Вейлра Де’Монсари.

«Что ж, думаю, я их изрядно разочарую», — усмехнулся я про себя, уже представляя их недовольные и красные рожи, когда они проиграют свои деньги, поставленные на старшего брата этой хамской семейки.

Также на трибунах нашлись и те, кто решил заработать на зрелище. Помимо зрителей там оказалось довольно много людей, которые ходили по рядам и что-то продавали желающим.

Судя по тому, что я видел, в основном это была еда и какие-то напитки. Смею предположить, что, скорее всего, алкогольные.

Помимо них нашлась и парочка человек со знакомыми досками, висящими у них на шеях, которые, как и торговцы, ходили по рядам и принимали у желающих ставки.

Многие, прежде чем поставить, смотрели на меня, а затем расставались с кровными, явно поставив их не в мою пользу.

Что ж, так даже лучше. Не хотелось бы обдирать бедняков, но они сами виноваты, что делают неправильный выбор. Пока я наблюдал за всем этим, я отыскал глазами Фредерика, который сел поближе.

Поймав мой взгляд, дворецкий кивнул, явно давая мне понять, что ставка сделана.

Я кивнул ему в ответ и довольно улыбнулся. Странно, но даже несмотря на то, что противник, который должен был выступить сегодня против меня, зарекомендовал себя в этом городе как опытный бретер, страха у меня перед ним не было.

Даже при условии, что на нем должна была быть куча магических вещей. Я уже чувствовал, как магическая энергия переполняет мое тело, а ядовитое ядро «качает» ее по паутине энергетических каналов, предавая мне еще больше уверенности.

С того момента, как я попал в этот мир, не только физическое тело окрепло благодаря ежедневным тренировкам, которые я проводил регулярно, но и магическое сердце.

Оно успело впитать немало яда за, счет чего стало сильнее. Как, впрочем, и вся паутина энергетических каналов.

Я был доволен проделанной работой и собирался и дальше развиваться. А для этого мне нужны были сильные противники. Скрип ворот прервал мои рассуждения, и я повернул голову на источник шума.

Сквозь открытые створки ко мне приближался мой будущий противник, который уже не был одет в будничную одежду. Вместо привычного камзола и штанов на Вейлре была надета черная легкая броня с металлическими вставками в местах, где повреждения могли стать летальными, вроде печени, сердца и шеи.

Помимо этого, мой будущий противник сжимал в одной руке рапиру, а в другой кинжал. Которые, судя по магическому фону, который я рассмотрел при помощи магического зрения, тоже были далеко не простые.

Неплохо он, однако, подготовился.

Я закончил делать растяжку и, посмотрев противнику в глаза, начал разгонять по телу магическую энергию с удвоенной силой. Сегодня я собирался выжать из тела молодого Люка Кастельмора максимум. Ну и немного улучшить свое благосостояние…

Глава 15

Вейлр Де’Монсари неторопливо проследовал через всю арену, излучая уверенность и, как он, наверное, думал, опасность. На трибунах послышались ободряющие и восторженные выкрики. Публика предвкушала хорошее развлечение, и, похоже, Вейлр способен был хорошо развлечь публику. Бретер даже поднял руку, поприветствовав кого-то в ВИП-ложе позади меня. Позер.

Он остановился в метре от меня и смерил изучающим взглядом.

— Так и будете сражаться? — усмехнулся он и покачал головой. — Если вы просто хотели умереть, барон Кастельмор, то могли выбрать более быструю и легкую смерть.

«Смотрите-ка, какой самоуверенный», — подумал я, смотря на лицо старшего брата и, скорее всего, наследника семьи Де’Монсари. Видимо, если у них нет среднего брата, то наследство перейдет его брату — Отису.

— Для того чтобы проучить вас, кроме этого, — я достал из ножен шпагу, — и этого, — во вторую ладонь лег кинжал, купленный мною сегодня, — мне больше ничего не потребуется. Хотя, возможно, я добавлю в процессе пару тумаков, — с улыбкой произнёс я, наблюдая за тем, как исказилось лицо моего собеседника.

Если его так легко вывести из себя, то бой закончится быстрее, чем я думал.

— Знаете, барон, я думал сегодня дам вам умереть быстро. Настроение с утра у меня было хорошее, — произнес мой собеседник. — Но после этих слов легкой смерти вам точно не видать, — добавил он, становясь в стойку для фехтования.

Я последовал его примеру, попутно концентрируясь на создании магического доспеха. Пока я не собирался прибегать к ядам, так как в первую очередь хотел проверить, на что способно мое тело без помощи отравы.

— Дуэлянты, вы готовы? — громкий голос, в котором точно не обошлось без магии, разнесся по ристалищу.

Де’Монсари поднял руку с кинжалом вверх.

«Видимо, знак о готовности», — подумал я и последовал его примеру.

Я уж думал, сейчас объявят о начале боя, поэтому максимально напряг все мышцы, готовый выстрелить своим телом, будто сжатой пружиной. Но вместо этого голос произнес:

— В сегодняшнем поединке сойдутся два благородных мужа! Слева — барон Люк Кастельмор, который только вчера прибыл в Тузулу. Справа — баронет Вейлр Де’Монсари, который уже не раз доказывал на этом ристалище, что он один из самых сильных дуэлянтов Тузулы. Дамы и господа, кто не успел сделать ставки, поспешите. Вы же, благородные господа, можете начинать! — громко добавил голос, и первым атаковал мой противник.

«Черт!» — выругался я про себя, так как упустил момент атаки, слушая комментатора, и отдал инициативу своему противнику.

А все из-за дурацкого голоса!

В любом случае атака Де’Монсари не стала для меня неожиданностью, и выпад, направленный в живот, я отбил кинжалом и контратаковал.

«Хм-м, неплохо», — отметил я, когда и мой удар был отбит.

По скорости Вейлр Де’Монсари нисколько мне не проигрывал, а может, даже и превосходил. Тело обычного человека на такое точно было не способно. А это означало, что тут не обошлось без магии.

Представляю, на что был бы способен я, будь у меня амуниция, как у него. Насколько быстрым я мог бы стать в доспехах моего противника? Ну, или что там ему позволяло двигаться так быстро…

А тем временем Вейлр попробовал обманку с ложным выпадом, а сам попытался ударить мне кинжалом вбок. Он явно старался не попасть мне в лицо или горло, решив поиграть со мной, как это делают кошки с мышами.

«Что ж, это явная ошибка», — подумал я и, попытавшись проткнуть лицо противника шпагой, уклонился от контратаки кинжалом, а затем, используя то, что наши руки были заняты сдерживанием оружия друг друга, сделал шаг вперед и со всей силы ударил Де’Монсари головой прямо в его лицо. Затем подкинул нож в воздух и, схватив ошеломленного противника за рукав, со всей силы ударил его по ногам, сделав сокрушительную подножку.

Каким же было мое удивление, когда он не только остался стоять на ногах, но и попытался атаковать в ответ при помощи рапиры.

«Ясно. Что-то вроде каменной кожи», — сразу же понял я, отбив руку с рапирой своей.

Поймав кинжал, я отпрыгнул в сторону и снова встал в стойку.

Да уж, не будь на мне магического доспеха, мой маневр наверняка стоил бы мне жизни. Ведь как головой, так и ногой я ударил будто бы по каменной статуе. А «ошеломление», которое я разглядел на лице баронета, было всего лишь легким удивлением.

— Что-то не так, барон? — усмехнулся мой противник.

Я не стал ему ничего отвечать. Вместо этого я начал концентрировать свою магическую энергию на кончике шпаги. Если подобное сработало со здоровяком Жулем, причем на деревянном тренировочном клинке, сработает и с Вейлром, — подумал я и снова пошел навстречу своему противнику.

Однако стоило мне сделать шаг, как я ощутил легкое головокружение. Хм-м, странно.

Я переключился на магический взор и увидел странные черные нити, которые тянулись из правой перчатки Де’Монсари ко мне. Я остановился, а затем резко взмахнул шпагой, разрезая тем самым магические нити.

Сознание сразу же прояснилось. Но я не стал этого показывать. Даже наоборот. Я как будто бы невзначай качнулся в сторону, и в этот момент мой противник атаковал.

Подловил!

Как и в прошлый раз, Вейлр явно не собирался меня убивать и, скорее всего, просто хотел тяжело ранить, чтобы потом помучить. Но не я здесь был жертвой, а он. И, видимо, до него это еще не дошло.

Что ж, придется ему показать, как обстоят дела на самом деле.

Когда он оказался рядом и атаковал меня рапирой в левый бок, я пропустил лезвие оружия между туловищем и рукой, в которой я сжимал кинжал, а затем поднял вторую руку со шпагой вверх и нанес ему укол, целясь в лицо.

Атака получилась быстрой, но мой соперник, помимо того, что был усилен магическими вещами, был еще и опытным дуэлянтом. Поэтому в последний момент ему удалось немного сместить голову вбок, и шпага лишь царапнула его по щеке.

А затем он резко дернул оружие на себя, высвобождая тем самым свою рапиру, после чего отскочил и провел рукой по своему лицу. На перчатке осталась кровь, и сейчас бретер с удивлением взирал на багряную жидкость на своей руке.

Я усмехнулся про себя.

«Ну и кто с кого сбил спесь?» — подумал я, глядя на своего оппонента, который в свою очередь буравил меня своим взглядом, полным ненависти. Хотя… Там были еще чувства. Лёгкая растерянность и недоумение?

Я не стал ничего говорить, ведь это проявление слабости. Вместо этого я сделал шаг вперед к своему противнику и не без удивления обнаружил, что раны на его щеке больше нет.

«Ладно», — я мысленно «пожал» плечами. Если его магические вещи дают Де’Монсари такую сильную регенерацию, то мне нужно просто нанести ему больше ран. Все просто.

Я снова ринулся в атаку, но стоило мне оказаться рядом с Вейлром и занести руку для атаки, как меня резко отбросило назад и, упав на землю, я кубарем покатился по песку ристалища.

«Хм-м, интересные способности», — подумал я. А буквально в следующий миг мое чувство опасности забило тревогу.

Я сделал быстрый перекат в сторону, и, как оказалось, не зря, так как буквально в следующую секунду там, где я лежал, приземлился мой противник, стараясь ударить меня подбитыми металлом ботфортами и одновременно пригвоздить меня к земле шпагой.

«Видимо, решил сражаться всерьёз», — я поднялся, и стоило мне принять стойку для фехтования, как на меня сразу же обрушился шквал быстрых ударов.

Уворачиваясь от одних и блокируя другие, я перешел в глухую оборону, при которой у меня не было возможности контратаковать. Стал быстрее? Скорее всего, так как раньше я мог спокойно отвечать на удары своего оппонента своими атаками.

«Какой же магический потенциал у его зачарованных вещей?» — подумал я и вдруг ощутил странную слабость во всем теле.

Было сложно, но я переключился на магическое зрение и увидел, что уже от второй перчатки в мою сторону тянутся магические нити, которые, словно паутина опутали все мое тело.

Почему магия его предметов действуют даже сквозь магический доспех? Я, конечно, понимал, что он все еще далек от совершенства, но не настолько же!

Сражаясь с Вейлром, я попутно начал избавляться клинком от нитей, и вскоре подвижность вернулась к моему телу. Но этого времени Вейлру хватило, чтобы нанести удар.

И каким же было его удивление, когда его шпага, которая должна была поразить мое сердце, встретилась с невидимой преградой.

Может, магия его артефактов и могла оказывать на меня вредоносные воздействия, но такими атаками мой магический доспех было не пробить.

Шанс! Острие моей шпаги уже устремилось к врагу, когда мощной ударной волной меня вновь отбросило в сторону.

Правда, в этот раз я уже был готов к этому. Поэтому сгруппировавшись, я не упал на песок арены и покатился по нему, а приземлился на ноги и одну руку. После чего сразу бросился на врага.

Не знаю, как часто работала эта его способность, которая, видимо, срабатывала в момент, когда хозяину вещи угрожала опасность, но ведь всему должен был быть предел!

Мне потребовалось две секунды, чтобы вновь оказаться вплотную к врагу, и мы оба превратились в ураган ударов, контратак, ложных выпадов и уклонений. Вот только в этот раз все было немного по-другому.

Сейчас я мог позволить себе пропустить какую-нибудь атаку, которая не несла за собой угрозы, особенно если мог заблокировать ее купленным у Натаниэля клинком. И момент этот наступил очень скоро.

Когда я понял, что шпага не может пробить мой магический доспех, а еще подстраховав себя свойством купленного кинжала, я просто поймал наконечник оружия, который вот-вот должен был вонзиться мне в глотку, а затем резко дернул его вниз, так, что кончик шпаги улегся мне на плечо, и я попытался просто сломать ее. При этом я постарался вонзить свою шпагу в грудь оппонента.

И мой план сработал.

Правда наполовину.

Шпагу Вейлра мне сломать удалось, а вот ударной волной меня снова отбросило. Вот только в этот раз уже не так сильно. Видимо магия в предмете начала истощаться. На моих губах появился хищный оскал.

Мы встретились с Де’Монсари взглядами. Теперь в его глазах уже не было столько надменности, сколько было в самом начале нашей дуэли. Что ж, а дальше будет только веселее!

Не раздумывая ни секунды, я вновь рванул в атаку, и первый же мой удар кинжалом достиг цели, но не смог пробить защиту Вейлра. Я атаковал его шпагой, но он её отбил.

«Любопытно», — подумал я, и снова попытался зацепить его клинком в левой руке. И вновь Де’Монсари не стал блокировать удар.

И тут я понял две вещи.

Во-первых, мой оппонент думает, что его я могу ранить только шпагой. Во-вторых, ему уже не хватает сил отбивать и уклоняться от всех моих атак, и сейчас он концентрируется только на шпаге.

«Что ж, дружок, сейчас ты очень удивишься», — я перестал насыщать магией фамильное сокровище Кастельморов, а вместо этого сконцентрировался на кинжале.

На это ушло какое-то время, но оно полностью оправдало себя, когда короткий клинок вонзился в плоть старшего брата Отиса, а по мне вновь ударила защитная магия Де’Монсари.

Я приземлился на ноги и посмотрел на то, как Вейлр прижимает рукой рану, оставленную кинжалом у него в боку.

«Теперь осталось справиться с его восстановлением», — подумал я, когда уже через несколько секунд мой противник убрал руку и снова встал в стойку.

И для этого у меня был подходящий яд. Отрава, изготовленная гением Люком Кастельмором, которая не позволяла крови сворачиваться, как нельзя лучше подходила для этих целей. И именно ей я и стал напитывать мой кинжал.

В этот раз не стал слепо бросаться на врага, как я делал до этого. Чтобы насытить сталь отравой, причем такой сильной, требовалось время. Поэтому я не спеша пошел в сторону Де’Монсари, который, надо отдать ему должное, не потерял самообладания и, следя за каждым моим шагом, готовился к моей атаке.

«Этого должно хватить», — в какой-то момент понял я и атаковал.

Ложный выпад кинжалом, затем укол шпагой, уход в сторону, снова удар клинком в область груди, а затем заученное до автоматизма движение со сменой хвата рукояти, и мой клинок вонзается аккурат меж ребер противника.

Я резко выдернул клинок и хотел было вонзить его снова в тело противника, но уже в другое место, но баронет упал на одно колено, и из его рта хлынула кровь.

— Кха-кха, — закашлялся Де’Монсари, исторгая из себя столь ценную багряную жидкость.

«Переусердствовал с ядом?» — подумал я, глядя на то, как мой противник помимо крови выплёвывает еще и свои внутренности.

Возможно.

Зрелище, конечно, было то еще, но я не без интереса наблюдал за тем, как действует яд Люка. Все же он и правда был гением, раз ему удалось создать «такое».

Тем временем ситуация немного изменилась. Крови стало гораздо меньше, а сам Де’Монсари даже перестал кашлять. Он даже попытался подняться, но снова рухнул на колено, а затем, шатаясь, поднял глаза на меня.

— Я… сда… — прочитал я по губам, ибо говорить Вейлр уже не мог.

Я посмотрел в его глаза, наполненные страхом, а затем сделал шаг в его сторону и молниеносным движением проткнул его сердце.

«Он был, конечно, неприятной личностью, но хватит с него», — подумал я, обрывая страдания старшего брата Отиса. Теперь пусть знает, что его родственник погиб по его вине.

Выдернул из раны шпагу, и тело уже мертвого Де’Монсари обмякло и упало на песок ристалища.

«Так, а что дальше?» — я огляделся по сторонам и только сейчас понял, что на арене воцарилась гробовая тишина.

Люди на трибунах с ошеломленными глазами сидели и взирали на меня сверху вниз, не веря в то, что произошло у них на глазах. Молчал и голос, который время от времени отпускал различные комментарии во время боя. Но так как я был увлечен поединком и находился в чем-то вроде боевого транса, все вокруг, включая вопли зрителей, шумы и так далее, исчезли для меня.

В такое состояние я частенько впадал, когда сражался с сильным противником. А Вейлр с его магическими артефактами был именно таким противником.

— Победитель — барон Люк Кастельмор! — заговорил наконец-то голос, и толпа на трибунах ожила.

Кто-то мне даже стал аплодировать, но в основном все сидели молча, и взгляды их, обращенные на меня, были далеко недоброжелательными.

Странно.

Вроде этот Вейлр Де’Монсари был не самым хорошим человеком… Или все они такие из-за того, что проиграли деньги?

Возможно. И об этом я наверняка узнаю у Фредерика, который тоже был на трибунах. А пока…

— Что делать с телом? — буркнул я себе под нос.

Вернее, с вещами, которые должны были достаться мне по праву. Как поступают в подобном случае? Я огляделся по сторонам и увидел, как одни из ворот открываются.

«Наверное, работники ристалища», — подумал я и не ошибся. Несколько людей с носилками приближались в мою сторону, а впереди них шел не кто иной, как Отис Де’Монсари, взгляд которого не сулил мне ничего хорошего.

Рядом с ним шел еще один человек, которого я не видел ранее, но, судя по схожим чертам лица и преклонному возрасту, скорее всего, это был глава семейства Де’Монсари.

Несмотря на то, что я устал и магической энергии у меня осталось не так много, я все равно возвел вокруг себя магическую защиту и внутренне приготовился к бою.

Поравнявшись со мной, младший брат убитого посмотрел на брата, а затем перевел взгляд на меня.

— Ты тр…

— Замолчи, — оборвал старик своего сына на полуслове, после чего тоже посмотрел на меня. — Победа за вами, барон, — грустным голосом произнес он, глядя на то, как тело его сына грузят на носилки. — Я Кристофф Де’Монсари, отец Вейлра Де’Монсари.

— Люк Кастельмор, — представился я.

— Вы победили, и по праву все, что сейчас на моем сыне, принадлежит вам. Но я хочу попросить вас об одном одолжении, — произнес мужчина, глядя мне в глаза. — Большая часть вещей, что были на моем сыне — это фамильные реликвии нашей семьи, и мне хотелось бы, чтобы они остались у нас. Могу я вас просить, чтобы вы продали их мне? Клянусь честью семьи, что возмещу полную их стоимость, — попросил Кристофф, и, признаться честно, его вопрос поставил меня в тупик.

Этот человек в своем праве. Из того, что я понял за бой, было и то, что не все артефакты покойного Вейлра мне пригодятся. Часть из них я всё равно планировал продать. Вот только было два момента.

Во-первых, я хотел их изучить. Без суеты и спешки и посторонних глаз. И во-вторых, я понятия не имел, сколько они стоят. А доверять этому вежливому старику, вырастившему таких отвратительных сыновей, на слово я точно не был готов.

— Я думаю, здесь есть что-то вроде морга. Думаю, не у всех побежденных имеются родственники, которые немедленно забирают тела? — вежливо осведомился я.

— Да, безусловно, — кивнул старик, нахмурившись в попытке понять, к чему я веду.

— И он достойно охраняется? — предположил я.

— Конечно. Ристалище принадлежит городу, и охрану обеспечивает городская стража.

— Тогда поступим так. Тело Вейлра останется здесь до, скажем, десяти утра. В это время я буду готов дать вам окончательный ответ.

— Да что ты о себе возомнил! — взвился Отис.

Плохой признак. С таким характером старый Де’Монсари рискует рано или поздно остаться вообще без наследников.

— Молчи, сын! — рявкнул старик, побагровев. Судя по всему, мое предложение ему также не понравилось, но, видимо, ума у него было больше, чем у обоих сыновей вместе взятых. Он покорно склонил голову. — Как пожелаете, господин Кастельмор. Хоть мое сердце отца сейчас разрывается от боли, но я принимаю ваше предложение и надеюсь, что ваш ответ будет положительным. Завтра в десять часов я буду здесь с деньгами.

Он коротко кивнул мне, кинул взгляд на мертвого сына и, больше не оборачиваясь, проследовал на выход. За ним, одарив меня уничижительным взглядом, пошел его младший сын.

Теперь осталось уговорить Аглаю помочь мне с оценкой… Ну и пересчитать полновесные луидоры, которые Фредерик заработал на ставках. Кажется, жизнь налаживается.

Глава 16

Фредерика я нашел довольно быстро. Его светящееся от радости лицо было просто невозможно не увидеть среди угрюмых мин остальных жителей Тузулы, большинство из которых наверняка потеряли свои деньги на сегодняшнем бое.

Что ж, это их проблемы. Не бывает непобедимых. Мне ли не знать. Ну, или, как говорили в моем родном мире: «На каждого всегда найдется рыба крупнее». Так случилось и с Вейлром Де’Монсари, который слишком переоценил силу магических предметов, за что и поплатился.

— Господин, — дворецкий подошел ко мне, а затем огляделся по сторонам. — Нужно уходить отсюда, — шепотом произнес он.

— Сколько я выиграл? — понимая его опасения, спросил я.

— Почти двадцать тысяч луидоров, — продолжая говорить шепотом, ответил он.

Ого! Вот это я понимаю — деньги!

— Неплохо, — усмехнулся я и тоже посмотрел по сторонам. Окружающие нас с Фредериком люди взирали на нас со злобой и ненавистью в глазах. Однако в то же время во всех их взглядах я ощущал еще и страх. И это было неудивительно. Они видели на что я способен, и по-другому просто не могло быть.

— Ты забрал выигрыш? — спросил я управляющего моим поместьем.

— Вексель, господин, — кивнул мой дворецкий.

«Так даже удобнее», — подумал я, понимая, что было бы довольно проблемно нести при себе такую большую сумму денег.

Хотя с моей нынешней сумкой, с пространственной магией, это не было бы такой уж большой проблемой.

— Отлично, — кивнул я Фредерику. — На предъявителя?

— Именной. На ваше имя. Сумму можем забрать завтра в Королевском банке, — уточнил мой собеседник.

— Славно, идем, — я кивнул ему в сторону, где располагался выход с ристалища.

«Забавно», — усмехнулся я про себя, когда несмотря на толпу народа в коридоре, мы без труда добрались до двери, ибо передо мной жители Тузулы расступались, словно я был каким-то королем.

Страх — лучшее оружие, в очередной раз убедился я, наблюдая за реакцией людей и вспоминая, что именно на этом и держалось в прошлом мире высокое положение моей гильдии. Ни у кого не было гарантии, что за ним не придет один из ассасинов. И все знали, что если ты стал целью, ничто тебя не спасет.

Вскоре мы уже были на улице, где народу оказалось гораздо меньше.

— Куда дальше, господин? — поинтересовался Фредерик.

— В магазин снаряжения, — ответил я.

— Собираетесь что-то еще купить у этой женщины? — поинтересовался мой собеседник.

— Не совсем, — ответил я. — Есть у меня интересная идея насчет Аглаи, — добавил я, и мы отправились в сторону лавки, благо она находилась недалеко, и я решил, что нет смысла пользоваться экипажем.

Мы успели пройти всего метров двадцать, когда сзади послышался знакомый голос.

— Господин, вы живы! — я обернулся и увидел Воробья, который смотрел на меня со счастливой улыбкой на лице.

— Как видишь, — усмехнулся я.

— Значит, господин Де’Монсари…

— Ага, мертв, — закончил я за паренька.

— Дела, — он удивленно покачал головой. — А вообще, я рад, что вы живы, господин! — радостно произнес он.

Ну хоть кто-то в Тузуле рад, что не я лежу сейчас в морге ристалища.

— Можешь пойти с нами. Мы собираемся вернуться в лавку к Аглае. Потом я собираюсь отметить свою победу, так что могу угостить тебя сладостями, — добавил я, и улыбка на его губах стала еще шире.

— Я с вами, господин! — радостно воскликнул он.

— Хорошо, — кивнул я своему молодому собеседнику. И уже втроем мы отправились в лавку с амуницией под названием «Львиное сердце».

Когда наша троица зашла внутрь и зазвенел колокольчик, к нам вышла Аглая. И я не смог сдержать улыбки, когда увидел ее лицо.

— Барон? Вы живы? — удивленно произнесла она, явно не веря своим глазам.

— Могу точно вас заверить, что вы видите перед собой не призрака, — усмехнулся я, смотря на мастера зачарования.

— Получается, старший Де’Монсари мертв, — буркнула она себе под нос. Девушка тяжело вздохнула.

— Что-то не так? — уточнил я.

— А? Нет, — она покачала головой. — Не обращайте внимания, — добавила она, и я сразу понял, что ее что-то беспокоит. Но говорить этого Аглая не хочет. Что ж, кто я такой, чтобы лезть не в свое дело.

— Мне нужна ваша помощь, — решил я перейти сразу к делу.

— Помощь? — удивилась моя собеседница.

— Именно. По правилам дуэли я могу забрать себе все вещи убитого. Но когда я выиграл, случилось следующее, — произнес я и рассказал мастеру наш разговор с Кристофом Де’Монсари. — И я хочу, чтобы вы сходили со мной и оценили примерную стоимость вещей на Вейлре, — наконец рассказал я Аглае то, чего хочу от нее.

— Хм-м, ясно, — выслушав мой рассказ, ответила девушка. — Простите, барон, но я не буду связываться с семьей Де’Монсари и не пойду в морг, — ответила моя собеседница.

Что ж, это логично. Я уеду, а ей тут жить.

— Может, тогда просто проконсультируете меня в этом вопросе? Вы мастер и знаете примерную стоимость вещей на старшем Де’Монсари и на что они способны. Разумеется, я вам заплачу, — сказал я девушке, и она задумалась.

— Хорошо, — она тяжело вздохнула.

— Самой ценной на нем была шпага. Забыла, как там он ее называл, но она позволяла Вейлру становиться быстрее, — произнесла Аглая и посмотрела на ножны у меня на поясе. — Думаю, среди всех вещей она самая дорогая. Я бы оценила ее в тридцать тысяч луидоров. Может даже в тридцать пять, — добавила она и снова задумалась.

Ну надо же, неплохое свойство. Но я сам могу усилить свое тело при помощи магии. Плюс у меня была своя шпага, которая являлась фамильным сокровищем семьи Кастельморов, и взять другую мне не позволяла честь. Опять же, если это реликвия Де’Монсари, то отдать ее Кристофу было как минимум благородно с моей стороны.

Ну и, конечно, деньги. Тридцать тысяч полновесных луидоров — это огромная сумма, которая пригодится мне в будущем. Прибавить к ней те двадцать, что я заработал, поставив на себя, и я не только смогу сделать пристрой к особняку, но и возвести новый особняк.

К тому же деньги нужны были не только на улучшение поместья. У Кастельморов практически не было ничего, чем должны обладать «нормальные» благородные. И эту ситуацию я собирался исправить.

Аглая тем временем продолжила.

— Далее доспехи, — задумчиво произнесла она. — Думаю, на двадцать тысяч потянут. Наделяют владельца заклинанием каменной кожи стихии земли и утяжелением. Они могли бы стоить гораздо дороже, если бы не потребляли огромное количество магической энергии, так как сделаны каким-то неучем в зачаровании, — добавила она и хмыкнула.

«Броню тоже брать не буду», — решил я. Во-первых, я создаю магический доспех лучше и наверняка при меньших затратах магической энергии. Во-вторых, старший Де’Монсари был массивней меня, и броню все равно пришлось бы подгонять под себя.

А ещё на ней был герб семьи убитого мной и носить их с ним я бы точно не стал. А коверкать родовой герб? Ну, такое себе.

— Кольцо, — продолжила Аглая. — Зачаровано на довольно специфическое заклинание, которое позволяет быстрее реагировать на все, что происходит вокруг. Адептов магии разума очень мало, особенно в Галларии, поэтому такие заклинания очень ценятся. Оно, правда, слабенькое, но все равно, — девушка пожала плечами. — В десятку, думаю, обойдется.

«А вот это уже интереснее», — подумал я.

— А как оно выглядит? Знаете точное описание? — уточнил я.

— Печатка в виде головы ящерицы с двумя маленькими изумрудами, стилизованными под глаза, — немного подумав, ответила Аглая и продолжила перечислять то, что помнила из магических вещей, принадлежавших Вейлру Де’Монсари.

В итоге сумма, которую я должен был получить, превысила сотню тысяч полновесных луидоров. Чему я был несказанно рад.

— Спасибо, — поблагодарил я девушку. — Сколько я должен вам за консультацию?

— Ну-у-у… — протянула Аглая, задумавшись. Я не торопил, и через некоторое время она потянулась под прилавок и бросила на стойку, вытащенный кошель. — Здесь ваши семьсот пятьдесят луидоров.

— Ну надо же, — с улыбкой покачал я головой. — Всё-таки подготовили заранее? Значит, сомневались в победе баронета?

Девушка пожала плечами.

— Всякое бывает в жизни. Вот в очередной раз я в этом убедилась.

— Так что насчет консультации? — уточнил я.

Снова на секунду Аглая задумалась и, решительно кивнув, произнесла:

— Ничего. Не было никакой консультации.

Я убрал улыбку с лица.

— Понял. Не было никакой консультации.

На трусиху девушка точно не была похожа. Но, наверное, местные порядки таковы, что предполагают невмешательство в дела друг друга. Что ж. Это логично. Думаю, и эту консультацию я вполне мог и не получить.

— А теперь, если вам несложно, то я бы попросила купить вас что-нибудь в моей лавке, — произнесла она. — Я прошу не просто так, а…

— Я понимаю. Вы хотите отвести от себя подозрения, — закончил я за Аглаю.

— Верно, барон. Де’Монсари очень влиятельны, а сейчас еще и делами семьи будет заниматься Отис, а он… — девушка вздохнула и покачала головой.

Так вот что ее тревожило…

— Кстати, вас же заинтересовала пространственная магия, барон? — спросила мастер.

— Да, — кивнул я. — Есть еще какие-то предметы, которые я не видел? — спросил я.

— Ага, купила у одного торговца, когда вы уже ушли, — ответила собеседница. — Сейчас, — она встала и подошла к одному из стендов, после чего вернулась с небольшой фляжкой. — В общем, вот, — она протянула ее мне. — На вид небольшая фляжка, но внутри может храниться три или четыре куба жидкости. Это может быть что угодно, начиная от воды и заканчивая вином. Это уж как пожелаете, — произнесла она, вручив мне магический предмет.

Хм-м, звучит здорово.

— Сколько? — спросил я.

— Мастер поработал очень хорошо и филигранно. Поэтому при таком большом объеме пространства внутри магии на поддержание жидкости в этой фляжке тратится немного. Две тысячи и фляжка ваша, барон, — резюмировала Аглая.

— Хорошо, — ответил я, уже прикидывая для себя ценность этого предмета, в котором можно было хранить не только воду или вино. — Сейчас при себе у меня нет этих денег, но они будут завтра, — добавил я.

— Славно, — мастер улыбнулась. — И могу я попросить вас, барон, о небольшом одолжении? — спросила Аглая.

— Разумеется. Что от меня требуется? — спросил я.

— Можете выйти с этим предметом из лавки в руках? Соглядатаи Де’Монсари повсюду, и мне так было бы спокойнее, — ответила она.

— Конечно, — кивнул я, уже не столь уверенный, что девушка не чрезмерно осторожничает. А с другой стороны, мне нетрудно, а ей спокойней.

— Хорошо, тогда до завтра, — девушка протянула мне руку. — С вами приятно иметь дело, барон, — произнесла она и улыбнулась.

— Взаимно, — улыбнулся я в ответ. И, взяв ее руку своими, поднес ее к губам и поцеловал.

— Ой, — Аглая покраснела, видимо, подумав, что я собираюсь обменяться с ней рукопожатием.

— До завтра, — я вежливо склонил голову на прощание. И наша троица покинула лавку.

Оказавшись на улице, я огляделся по сторонам, и мой цепкий взгляд сразу же заприметил парочку подозрительных личностей неподалеку. Значит, за мной следили, как, впрочем, и за лавкой девушки. Что ж, не удивлен.

— Возвращаемся на ристалище, — сказал я Фредерику, после чего посмотрел на Воробья. — Ты знаешь, где живут Де’Монсари? — спросил я.

— Разумеется, господин. Каждый, кто живет в Тузуле, знает, — ответил Даниэль.

— Отлично. Тогда для тебя есть еще работа, — произнес я. — Передай от меня послание, что барон Кастельмор принял решение по вопросу тела Вейлра Де’Монсари, и что я буду ждать их в морге ристалища, — сказал я, и Воробей кивнул.

— Хорошо. Я мигом, господин, — ответил пацан и спустя несколько секунд его и след простыл.

— Идем, Фредерик, — сказал я дворецкому, и мы отправились в морг.

* * *

Ждать Кристофа и его младшего сына пришлось недолго. У меня было еще немного времени поразмыслить над предстоящим разговором. Жалко ли мне было главу семейства? Определенно, нет. Воспитывать сыновей нужно было по-другому. Забрал бы я вещь, наплевав на память, если бы она мне была действительно нужна? Определенно, да. Чем-чем, а рефлексией я никогда не страдал.

По большому счету, Кристофу повезло, что мне ничего не было нужно из этих вещей. И мне нужны были деньги.

— Спасибо, барон, что так быстро решили вопрос с телом моего сына, — произнес глава семейства Де’Монсари, поравнявшись со мной.

— Я понимаю тяжесть вашей утраты, — ответил я. — Я согласен вернуть все вещи, за исключением одного кольца, — я показал на перстень в виде ящерицы, и от меня не укрылся тот факт, что на лице отца Вейлра отразилось облегчение. — Теперь по поводу суммы выкупа. Я оцениваю вещи вашего сына в сто тысяч луидоров, — добавил я.

— Какого…

— Замолчи! — рявкнул на младшего сына Кристоф, после чего посмотрел мне в глаза. — Это слишком большая сумма, барон, — произнес он.

— Вы всегда можете отказаться, — ответил я. — Или же, забрать только те, что имеют для вас особую ценность. Вроде брони или шпаги, — кивнул я на тело мертвого Вейлра.

В морге повисла гробовая тишина. Мы с главой семейства Де’Монсари несколько секунд буравили друг друга взглядами, а затем Кристоф заговорил первым, нарушив неуютную тишину.

— Хорошо, — согласился он. — Вексель, — он повернулся к Отису.

— Отец, мы не долж…

— Вексель! — произнес он настолько холодным тоном, что в морге стало еще прохладнее.

Нехотя младший Де’Монсари выудил из камзола бумагу и протянул ее своему отцу.

Осмотревшись по сторонам, Кристоф увидел стол с листами бумаги и письменными принадлежностями на нем. Подойдя к нему, он взял перо и написал на векселе нужную сумму. А затем достал магический предмет, который я уже видел ранее, и, приложив его к ценной бумаге и оставив на ней горячий сургуч, поставил на нем свою печать.

— Держите, барон, — Кристоф протянул мне вексель.

— Благодарю, — кивнул я, убирая его в новую магическую сумку.

Затем глава семейства Де’Монсари подошел к телу мертвого сына и стянул с него кольцо, а затем вручил его мне.

— На этом прошу оставить меня с сыном, — слова давались ему уже тяжело.

— Хорошо, — ответил я и, не задерживаясь ни секунды, пошел к выходу.

Я, в принципе, понимал его чувства, так как сам испытывал боль от утраты дорогого мне человека. Кроме этого, я прямо сейчас развел его на крупную сумму. Так что да. Задерживаться здесь я не собирался.

Уже будучи возле двери, я бросил взгляд на мужчину, а затем увидел Отиса, который с ненавистью смотрел на меня. А затем он совершил ошибку. Указав на меня, он провел большим пальцем по горлу.

Я тяжело вздохнул. Видимо, скоро Кристоф Де’Монсари останется без наследников…

Когда мы с Фредериком покинули ристалище и вышли на улицу, то сразу же встретились с Воробьем, который нас ждал снаружи. Увидев Даниэля, мне в голову пришла одна идея.

— Не хочешь поехать со мной? — предложил я улыбающемуся пареньку. — Станешь моим оруженосцем. Парень ты умный, глядишь, из тебя и выйдет что-то толковое, — добавил я, глядя на своего молодого собеседника, улыбка которого быстро улетучилась с его лица.

— Я… Я не знаю, барон, — ответил Воробей. — Я никогда не покидал Тузулы. И я…

— Что ты? — улыбнулся я. — Я, конечно, понимаю, работа у тебя забавная. В окружении большегрудых красоток жить наверняка прекрасно. Но что ты планируешь делать дальше? Стать вышибалой-сутенером и в один плохой день быть зарезанным сильным, но пьяным клиентом?

— Я… Я… Не думал так далеко.

— А нужно подумать, Даниэль. Нужно очень серьезно подумать. До утра у тебя еще будет время. Мое предложение в силе до моего отъезда из Тузулы, — я по-доброму улыбнулся и хлопнул паренька по плечу. — Пойдем отмечать, как я и обещал! — произнес я и добавил. — Показывай лучший трактир! Сегодня будем веселиться!

Глава 17

Проснувшись ранним утром, чтобы успеть доехать до столицы, тем не менее, быстро сделал комплекс упражнений. После чего мы перекусили и поехали к Королевскому банку.

Пока мы ехали, я снова взял в руки мушкет. Жаль, что я так и не нашел время, чтобы показать его оружейному мастеру. Щелкнув кнопкой, я еще раз посмотрел внутрь отверстия в прикладе. Аглая показывала мне магонакопители, что она вставляла в изготовленное ею оружие и доспехи, и они были разной формы. Интересно, не дошли ли оружейники в этом мире до маразма, делая форму кристалла каждый под свое изделие, чтобы не оставить покупателю выбора, фактически обязав его обращаться к продавцу за расходниками всё время эксплуатации предмета? Потому что у Аглаи кристалл был явно другой формы.

А с другой стороны, в столице я точно смогу это выяснить. Разве что по пути туда с нами могут произойти неприятности. Но с другой стороны, мушкет стрелял и без кристалла. Я проверял. Думаю, магонакопитель просто добавлял ему, скорее всего, мощности. Ну, это я проверю позже.

Собственно, для того, чтобы уменьшить вероятность возникновения проблем в дороге, несмотря на то, что сейчас мы находились в самом сердце Королевства, я и наметил визит в банк.

Вексель, что передал мне старик Кристоф Де’Монсари, был «на предъявителя». Умышленно ли или по рассеянности, но барон не поставил в нем моего имени. Поэтому любой, кто предъявит этот чек в банке, сможет получить деньги. Большие деньги, между прочим.

Узнав, какой суммой я располагаю и что хочу с ней сделать, меня сразу же перенаправили к управляющему. Судя по его заспанному виду, вызвали его ко мне непосредственно из постели. Тем не менее, он представлял из себя одно сплошное дружелюбие.

Я попытался открыть счет на свое имя, и каково же было мое удивление, когда оказалось, что счет у Кастельморов в банке есть. Вот только он заморожен уже несколько лет. Заморожен автоматически, после того, как остатка средств на счету не хватило на оплату ежегодного банковского обслуживания. Там даже остался небольшой долг в два с половиной луидора.

Что ж. Я без разговоров погасил долг, и мой счет пополнился на сто пятнадцать тысяч луидоров, чему управляющий, кажется, был рад. Да и я тоже. Теперь мне не нужно таскаться с горой золота, рискуя жизнями тех идиотов, кто захочет меня от него избавить. Да, пространственная сумка — это неплохой сейф, но ее же тоже можно теоретически потерять или уничтожить. Теперь деньги в сохранности, а снять их я могу в любом отделении Королевского Банка. Достаточно лишь предъявить свое родовое кольцо.

Следующей остановкой была лавка Аглаи. Несмотря на раннее время, в отличие от управляющего банком, девушка была свежа и бодра.

Я с улыбкой передал ей две тысячи луидоров.

— Приятно, когда тебе верят на слово, — улыбнулся. — Не боялись, что я уеду из города, вместе с фляжкой и не вернув вам деньги?

Люблю я провоцировать людей, чего уж, старая привычка.

Аглая рассмеялась.

— Человек, который заработал сто тысяч на дуэли? Настолько амбициозный, что добился личной встречи с кардиналом? Народный герой Сент-Эрена? Нет, не боялась.

Теперь рассмеялся и я. Всегда знал, что сарафанная почта работает быстрее королевской. Это она еще про Переса не знает.

— Всего вам доброго, Аглая. Приятно было познакомиться, — сказал я, собираясь уходить.

— Господин Кастельмор, — голос девушки был задумчивым, как будто она не решила, стоит ли ей об этом говорить.

— Да? — обернулся я на пороге.

— Будьте осторожны. Отис Де’Монсари поклялся отомстить. А он, при всех своих недостатках, слов на ветер не бросает.

— Это же здорово! — улыбнулся я. — Сто тысяч со старшего. Подозреваю, что на младшем не меньше?

Аглая сначала оторопела от моих слов и реакции, но затем нерешительно улыбнулась.

— Больше. Примерно на сто тридцать пять.

— Вот и отлично, — я подмигнул хозяйке и, наконец, покинул ее лавку.

Мы уже подъезжали к городским воротам, когда меня окликнул Фредерик.

— Господин, смотрите, кто тут у нас.

Я выглянул из кареты и без удивления увидел Воробья, который стоял на обочине с небольшим узелком в руках.

Увидев меня, он шмыгнул носом и вытер его рукавом старой, но свежевыстиранной рубахи.

— Рад, что ты решился, — улыбнулся я. — Добро пожаловать на борт.

Воробей выпучил глаза. Он всегда так забавно удивлялся.

— Вы знали, что я приду?

— Конечно, знал, — хмыкнул я. Не буду же я ему говорить, что вижу сейчас перед собой свою маленькую копию. Со слабо тлеющим угольком дара внутри. Я пока не понял, какой именно у мальчонки дар, но я обязательно выясню.

— Эй! Куда собрался, оболтус? Не в карету же к господину! Давай, залезай ко мне на лавку! — Фредерик сразу взял мальца в оборот.

Я хотел было его одернуть, но потом передумал. Немного строгости в воспитании только на пользу пойдет. По себе знаю…

* * *

— Это столица?! — удивленно воскликнул Воробей, когда впереди замаячили высокие и величественные стены Лютеции.

— Верно, — ответил ему Фредерик, вместе с которым он сидел на козлах. — И учись уже вести себя более сдержанно, — недовольным голосом добавил он. — Теперь ты один из слуг барона Кастельмора, и ты не должен опозорить эту древнюю фамилию, — наставническим тоном сказал он, и пацан кивнул.

— Хорошо, господин Фредерик, — ответил Даниэль, продолжая удивленно осматривать стены столицы Галларии, которые были еще выше стен Тузулы. Как и Воробей, я тоже смотрел из кареты вдаль, и то, что я видел, действительно впечатляло. Огромный город, стены которого, казалось, уходили к самым небесам, поражал воображение даже такого матерого путешественника, как я.

А это много стоило, ибо я в своей жизни, в родном мире, где только не успел побывать. Гильдия принимала заказы по всему свету…

— Господин, вы уже распланировали ваше время? — спросил меня Фредерик, когда мы встали в небольшую очередь на входе.

Как и в Тузуле, ворота были достаточно большими, чтобы пропускать в них одновременно несколько повозок, поэтому люди проезжали в город сразу в несколько потоков.

— Сначала портной, потом тотчас к кардиналу, — ответил я сердобольному дворецкому.

— Отлично, — управляющий моим поместьем довольно кивнул. — Мы и так сильно задержались, а кардинал Жумальяк…

— Да-да. Этого не любит, — закончил я за слугу. — Мы не виноваты, что все так вышло, — спокойно произнес я.

— Не думаю, что кардинала это волнует, — мой собеседник тяжело вздохнул.

— Господин, а зачем вас позвал сам кардинал? — спросил Даниэль.

— Излишнее любопытство тоже не в почете, — недовольно шикнул на него Фредерик.

— Все нормально, — сказал я дворецкому. — Я был приглашен высокопреосвященством Жумельяком, потому что помог устранить угрозу в одном небольшом городе, — ответил я Даниэлю.

— Да? А какую? — оживился паренек.

— Эпидемию, — ответил я.

— Ого! Здорово! Получается, вы спасли много людей, господин? — спросил меня Воробей.

— Цыц! Я что тебе говорил?! — Фредерик смерил парнишку недовольным взглядом.

— Все нормально. Я сам скажу, если посчитаю, что Даниэль меня утомляет, — ответил я управляющему поместьем.

Странно. Что-то он сегодня особенно несдержан.

«Неужели ревнует?» — подумал я, посмотрев на бывшего солдафона.

— Прошу прощения, господин, — извинился Фредерик.

«Забавный он», — усмехнулся я про себя, когда увидел на лице слуги нотки обиды.

— Спас, — кивнул я Воробью.

— Здорово! Эх-х, жаль вас не было, когда мои родители заболели, — произнес он. При этом я не ощутил в его словах грусти.

Видимо, он уже смирился с утратой. Ну, или это была особенность характера мальчика. Не все люди эмпатичные. В нас, эту самую эмпатию, в гильдии искореняли подчистую за год или за два.

Хотя, как показала практика, не полностью. Ну или это я такой необычный. Не знаю.

А тем временем мы подъехали к воротам, где нашу карету остановили стражники. Самый хмурый из них вышел вперед и внимательно осмотрел карету.

— Сержант Гратин Шерар, — представился он, с интересом изучая меня.

«Хм-м, интересно», — подумал я, глядя на ярко-красную накидку воина, на которой красовался герб, уже виденный мной ранее. Белый крест и молния. Он принадлежал Жозе Жумельяку, а значит и самому кардиналу. Интересно, что его солдаты делают на воротах?

— Барон Люк Кастельмор, — представился я, и лицо моего собеседника сразу же изменилось.

— Гевар! — громко крикнул он, и из кучки охранников в таких же алых цветах, в коих был Гратин, отделился молодой солдат и подбежал к нам. — Бери коня и проводи барона Кастельмора прямиком в поместье кардинала, — приказал сержант.

— Слушаюсь! — отсалютовал воин и хотел было отправиться выполнять приказ, но я его окликнул.

— Прежде чем явиться к кардиналу Жумельяку, мне нужно сделать пару дел, — произнес я, глядя на подчиненных высокопреосвященства.

Воины переглянулись.

— Барон, но кардинал приказал…

— Я не пойду к высокопреосвященству Жумельяку в таком виде, — произнес я холодным тоном. — Поэтому сначала я приведу себя в порядок, а затем я навещу кардинала, — добавил я. — Это не обсуждается. Если хотите меня сопроводить — пожалуйста, — закончил я свою мысль.

Гратин тяжело вздохнул и покачал головой.

— Хорошо, — ответ дался ему явно нелегко. — Гевар, бери коня и сопровождай барона и его людей, — отдал он приказ своему подчиненному. — Проезжайте, — кивнул он Фредерику, и моя карета медленно тронулась.

— Ого! Как вы их! — усмехнулся Воробей, за что получил еще один недовольный взгляд от управляющего моим поместьем. — С гвардейцами кардинала, наверное, давно, кроме самого высокопреосвященства или его сына, так не разговаривали! — добавил Даниэль, проигнорировав недовольство своего соседа.

— Гвардейцы кардинала? — уточнил я.

— Ну да, — кивнул пацан. — Те, что с красными накидками, их так и называют, — ответил мой молодой собеседник.

Я посмотрел на Фредерика и он кивнул.

— А какую роль они исполняют? — поинтересовался я.

— Много чего мы делаем, — к разговору присоединился Гевар, который все это время шел рядом. — В основном следим за порядком и не даем наемникам, благородным и мушкетерам, — последнее слово он произнес с каким-то презрением, убивать друг друга на дуэлях, — ответил он.

Хм-м. По сути, основная функция городской стражи, кроме дуэлей, конечно. Плевать благородным на простых стражников и я не думаю, что кто-то вообще решился бы прервать ссору благородных.

— И да, мы подчиняемся напрямую высокопреосвященству Жумельяку, — добавил он. И мне все сразу стало понятно.

Получается, что именно эти ребята действительно имели определенную власть и могли воспрепятствовать дуэлям.

— А кто такие мушкетеры? — решил уточнить я, раз выдалась такая возможность.

Гевар смерил меня удивленным взглядом, в котором читалось, мол, «вы серьезно»?

— Личное подразделение короля Людовика Мудрого, — ответил воин. — Как многие ошибочно считают — элита войск Галларии. На самом же деле пьяницы и дебоширы. А еще Королевскими мушкетерами называются! — он сплюнул на мостовую и остановился. — Ой! Я забыл взять коня! Барон, могу я попросить вас притормозить немного? Мне сержант взбучку устроит, если я вас не сопровожу! — выпалил он на одном дыхании.

— Хорошо, — кивнул я. — Фредерик, останови, — обратился я к дворецкому, и карета остановилась.

— Спасибо, барон! Спасибо большое! Я быстро! — сказав это, гвардеец кардинала убежал, а я покачал головой. Похоже и гвардейцы кардинала те еще олухи. Но пока рановато делать выводы по одной только бестолочи.

Вернулся он через несколько минут уже верхом.

— Все! Можем ехать дальше! — облегченно и слегка виновато произнес он.

— Фредерик, ты сказал, что знаешь хорошего портного? — спросил я.

— Да, господин, — ответил слуга.

— Тогда вези к нему, — сказал я управляющему поместьем, и мы отправились в нужном направлении.

«Борже и сыновья», а именно так называлось ателье, про которое мне рассказывал Фредерик, находилось в торговом квартале Лютеции, который занимал третье место по богатству в городе.

На первом месте был Королевский район, в котором жил сам король в своем замке. Также там располагались некоторые крупные поместья, принадлежащие его приближенным.

Особняк кардинала, разумеется, находился именно там.

Вторым по роскоши был район Высокородных. В нем жили очень богатые аристократы, которые могли позволить купить себе поместье поближе к королю.

Ну и следующий район был Торговый. Здесь дома были подешевле, но все равно цены на жилье были просто непомерно высокими.

Даже с учетом выигранных луидоров и тех, что я выручил от продажи имущества Вейлра его отцу, здесь на эти деньги я мог позволить себе купить лишь небольшой домик, который был бы расположен на самой окраине района, примыкающей к Ремесленному.

На окраине в основном жили зажиточные мастеровые и купцы, лавки которых могли располагаться в любой точке города, кроме Королевского района.

Затем шел Ремесленный район. Как понятно из названия, изначально здесь обосновались ремесленники, кто так или иначе обслуживал высокородных и мог сколотить небольшой капитал, одновременно находясь поближе к своим работодателям. Ну а позже здесь стал селиться своеобразный «средний класс», уже не обязательно обслуживающий высокородных, но имеющий достаточно средств, чтобы выбраться из бедных трущоб.

Ну и самым большим в Лютеции был район бедняков, который примыкал к докам. От этого района Гевар советовал держаться как можно дальше.

Я, конечно, кивнул, что, мол, так и сделаю, но собирался поступить совершенно иначе.

— Вот одна из последних моделей, — от размышлений меня отвлек голос молодого человека, который принес в примерочную камзол черного цвета, вышитый золотыми нитями. — Данная модель очень популярна среди молодых аристократов, — произнес он, вешая его на вешалку. — Примерите или посмотрим что-нибудь другое? — поинтересовался он.

Я посмотрел на одежду, которую он принес, и мне она сразу не понравилась. Несмотря на то, что черный был моим любимым цветом, этот камзол смотрелся как-то слишком дешево. И дело было, скорее всего, в золотых нитях.

— Что-то другое, — ответил я. — Уточню. Мне сегодня идти на прием к кардиналу Жумельяку, — сказал я, и паренек ойкнул. — Мне не успеют сшить костюм по моим меркам, но при этом я должен выглядеть хорошо. Поэтому показывай лучшее, что у вас есть, а не это, — я кивнул на черный камзол. — Я надеюсь, я доходчиво выразился? — спросил я, и мой собеседник быстро закивал. — Славно, тогда неси!

Его как ветром сдуло, а спустя пару минут в примерочную комнату постучали.

— Заходите, — произнес я, и вместо молодого человека, обслуживающего меня ранее, в помещение вошёл мужчина преклонного возраста.

— Здравствуйте, — учтиво поздоровался со мной незнакомец.

— Приветствую, — вежливо ответил я, глядя на мужчину, одежда на котором сидела просто идеально.

— Меня зовут Руш Борже. Я владелец этого ателье, — представился он. — Сын сказал, что у вы собираетесь на прием к самому кардиналу? — спросил мужчина.

— Да. Именно поэтому я хочу выглядеть достойно, — ответил я.

— Не удивлен, — на его губах появилась отработанная за годы работы улыбка. — Тогда позвольте вам показать камзол, который я шил лично? Он сшит примерно по вашей фигуре и после моих некоторых изменений будет сидеть на вас идеально, барон Кастельмор, — произнес мой собеседник.

«Хм-м, как быстро тут распространяется информация», — подумал я, ибо сам я никому в ателье не представлялся.

— Хорошо, — кивнул я.

— Славно, — улыбка на губах Борже стала еще шире. — Фан, вноси! — громко произнес он, и в примерочную занесли манекен, на котором уже висел костюм.

«Сколько бы он ни стоил, беру!» — подумал я, стоило только увидеть камзол, который, как мне показалась, идеально подходил фигуре Люка.

Темно-зеленый камзол с черными вставками выглядел просто шикарно и, судя по всему, был удобен в носке. К нему шли штаны, сшитые в тех же тонах, и жилет цвета выжженного песка.

Добавить к этому белую рубашку, сапоги и вуаля — готовый образ.

— Как вам, барон? — спросил Руш, так как лицо мое осталось бесстрастным.

Я хорошо умел контролировать свои эмоции, а иначе, уверен, эта одежда обошлась бы мне гораздо дороже, чем она стоит на самом деле.

— Смотрится неплохо, — без особого энтузиазма ответил я.

— Славно. Может, тогда примерите? — спросил он.

— Хорошо, — я кивнул и, сняв камзол, подошел к манекену.

— Штаны тоже, барон, — произнес Борже, и в итоге я остался в одном лишь исподнем.

«Хм-м, а я неплохо укрепил тело Люка физическими нагрузками», — подумал я, когда увидел отражение в зеркале.

Да, оно все еще не было идеальным, но я уверенно двигался в нужном направлении.

— Сначала примерим штаны, барон, — вежливо произнес Руш, протягивая мне одежду.

Я их примерил.

— Вроде неплохо, — произнес я, но мужчина отрицательно покачал головой.

— Нет, никуда не годится! — ответил он. — Становитесь сюда, — он кивнул на деревянный постамент, и я послушно поднялся на него. — А теперь не двигайтесь, барон, — произнес он и начал прикалывать к одежде булавки, что-то отмечать мелом и так далее.

Затем наступила очередь жилета, а напоследок остался камзол, на подгонку которого мы убили больше всего времени.

— Отлично! — Борже стер со лба пот платком. — Я постараюсь все сделать быстро. А вы, барон, можете пока отобедать со своими людьми. Я уже обо всем распорядился, — произнес он и устало улыбнулся.

— Благодарю, — кивнул я и вышел из примерочной. После нас всех, Фредерика, Даниэля, Гевара и меня, провели в столовую.

— Ого! — воскликнул Воробей, когда перед нами оказался стол, который просто ломился от снеди. — Ой, простите, — виновато произнес он, поняв, что так делать нельзя.

Дворецкий покачал головой, но ничего говорить не стал.

Уверен, как только мы окажемся в поместье, он займется его воспитанием. Но для этого нам нужно вернуться домой. А когда именно это произойдет, было абсолютно неизвестно.

— Уверены, что мне тоже можно? — скромно поинтересовался гвардеец кардинала, не отрывая взгляда от многообразия яств.

— Разумеется, — кивнул я. — Это все для нас, — добавил я и первым сел за стол.

После того как я занял место, за стол подсели и другие, но к еде никто не притронулся.

— Ешьте, — улыбнулся я и взял в руки бокал с вином.

— За ваше здоровье, барон! — Гевар поднял бокал с рубиновой жидкостью и разом осушил его.

«Забавный», — усмехнулся я про себя, отмечая, что Фредерик проигнорировал алкоголь, а Даниэлю было пить пока рановато в силу возраста.

Так как мы уже изрядно проголодались, то стоило мне приступить к еде, как все остальные тоже накинулись на еду и столовая наполнилась звуками трапезы.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда я уже доедал десерт, в столовую вошёл слуга.

— Господин Борже просил вам передать, барон, что он закончил, — произнес паренек, на вид которому было столько же, сколько и Воробью.

— Отлично, — я встал из-за стола. — Не торопитесь, — сказал я остальным, когда они вскочили со своих мест вслед за мной. — Примерка займет некоторое время, поэтому можете не спешить, — сказал я Фредерику, Даниэлю и Гевару, а сам вышел следом за слугой и вернулся в примерочную, где меня уже ждали.

— Прошу, — Руш указал на манекен и довольно улыбнулся.

— Спасибо, — кивнул я портному.

Ну, посмотрим, насколько он хорош!

Глава 18

Подойдя к зеркалу, я всмотрелся в своё отражение, и увиденное мне очень понравилось.

Борже не обманул. Он явно был мастером своего дела, потому как и камзол, и штаны с жилетом сидели на мне идеально.

— Превосходно! — всплеснул руками Руш.

— Согласен, — кивнул я портному. — Вы славно постарались, да еще и выполнили работу так быстро! — произнес я, продолжая рассматривать свое отражение в зеркале.

— Рад, что вам понравилось, — улыбнулся мужчина.

«Еще как», — подумал я, но вслух этого произносить не стал.

— Сколько с меня? — поинтересовался я у портного.

Борже задумался.

— Барон, у меня к вам есть одно предложение, — произнес он заговорщическим тоном.

Хм-м, интересно.

— Я весь внимание, — ответил я.

— Вы же идете к высокопреосвященству на званый обед? — спросил он.

— Скорее уже ужин, но да, — ответил я Рушу.

— Славно, — портной потер руки. — Можете замолвить у кардинала Жумельяка за меня словечко? — поинтересовался он, немного удивив меня.

Видимо, мое замешательство отразилось на моем лице, так как мужчина продолжил.

— Дело в том, что раньше моя семья была придворными портными, но мой дед, Морис Борже, однажды впал в немилость у предыдущего кардинала, сделав подкладку его сутаны не из того материала, который хотел высокопреосвященство. В итоге мою семью изгнали из Королевского района, а кардинал наложил запрет на трудовую деятельность в Королевском районе для всех членов нашей семьи. Кардинал сменился, но даже если я подам прошение, не факт, что оно дойдет до господина Жумельяка. Он очень занятой человек, и не думаю, что у него найдется время для решения подобных вопросов, — мой собеседник тяжело вздохнул. — Барон, если вы замолвите за меня словечко лично, тогда, возможно, кардинал сжалится над нами и если не вернет возможность шить для королевского двора, как раньше, то хотя бы разрешит открыть лавку в Королевском квартале, — добавил он и с надеждой в глазах посмотрел на меня.

Вот, значит, в чем дело.

Что ж, не сказать, что мне сложно. Особенно если учитывать тот факт, что мужчина и правда выполнил работу качественно, а главное — в срок. — Хорошо, — кивнул я.

— Спасибо, барон! Спасибо вам огромное! — Борже начал благодарить меня, и мне пришлось его остановить.

— Постойте, — произнес я. — Я упомяну о вас, если представится возможность, но стопроцентной гарантии дать не могу. Поэтому решим так. Если получится, я скажу кардиналу о вашей семье. Если не получится, вернусь и заплачу вам. Идет? — спросил я Руша.

Любая качественная работа должна оплачиваться и портной не был исключением. Камзол сидел как влитой, добавляя мне не только аристократического лоска, но и стати.

Да, прошлый тоже был неплох, но в этом я выглядел гораздо «дороже». А что может быть важнее для благородных, как не это?

— Благодарю, барон, — Борже вежливо склонил голову.

— Славно, — ответил я. — А теперь прошу меня извинить, но мне пора, — добавил я и, попрощавшись с портным, покинул примерочную.

Забавно. Чем богаче ты становишься, тем больше вещей становятся для тебя бесплатными.

Интересный парадокс, который работал и в моем мире.

Выйдя из примерочной, я направился в холл портной лавки, где меня уже ожидали мои спутники: Фредерик, Воробей и Гевор.

— Ого! — воскликнул Даниэль, который был менее сдержан в своих эмоциях и словах, нежели мой дворецкий. — Прекрасно выглядите, господин! — произнес он, беззастенчиво рассматривая меня.

— Благодарю, — усмехнулся я, наблюдая за недовольной реакцией управляющего моим поместьем.

— Молодой человек прав, — тем не менее сказал Фредерик. — Костюм смотрится на вас потрясающе, — добавил он и положил руку пареньку на плечо.

Когда Воробей встретился с ним взглядом, то сразу же смекнул, что его ожидают неприятности.

«Ладно, сами разберутся», — подумал я, решив не вмешиваться в процесс воспитания своего будущего оруженосца, на которого у меня уже имелись планы.

Паренек был одаренным. А это значит, что я могу сделать его не только оруженосцем, благо все оружие я мог и сам прекрасно носить в своей пространственной сумке, а ещё и подмастерьем в лаборатории.

Также я мог отдать его на обучение, скажем, к Аглае и воспитать из него хорошего мастера зачарования. Даниэль был умным и перспективным молодым человеком, поэтому уверен, он еще докажет свою полезность.

«Говорю, как главы гильдии», — подумал я, и от этих мыслей на душе стало не по себе.

Нет. Я же не собираюсь использовать его в делах, которыми в прошлой жизни занимался я сам.

Я просто хочу, чтобы Даниэль был полезен…

Мне.

Я покачал головой, отгоняя от себя эти мысли.

— Барон, с вами все хорошо? — спросил меня Гевар. — Может, уже поедем к кардиналу? — спросил гвардеец, и я кивнул.

— Хорошо. Вот теперь уже можно, — добавил я с легким осадком на душе.

Меньшее, чего я желал — это вновь становиться Василиском. Или того хуже, становиться тем, кто управлял мной и всеми теми, кто работал на гильдию.

— Отлично! — радостно ответил Гевар, который все время, пока я приводил себя в порядок в ателье, сидел словно на иголках.

Мы покинули здание «Борже и сыновья», а затем я сел в карету, а Фредерик с Даниэлем — на козлы. Вскоре к нам присоединился и гвардеец кардинала верхом на коне, и наша небольшая компания отправилась прямиком в Королевский район.

* * *

Разумеется, на въезде в квартал, где проживали сам король Галларии и остальные «шишки» страны, в которой я теперь живу, нас остановили.

Это тоже были гвардейцы в алых накидках, которых в городе было довольно много. Не знаю, насколько больше или меньше их было в других районах города, но, например, в Торговом соотношение гвардейцев кардинала и обычной стражи Лютеции, которая тоже присутствовала, но носила другие знамена — герб короля Людовика Мудрого, было примерно шестьдесят к сорока в пользу высокопреосвященства.

— Стоять! — руку поднял воин при эспаньолке, вооруженный мушкетом, который висел у него за плечом.

— Я все решу, — произнес Гевар и направил свою лошадь вперед.

Подъехав к сослуживцу, он спешился, поприветствовал другого гвардейца воинским приветствием: ударил кулаком правой руки по груди в области сердца, а затем вежливо склонил голову.

Судя по золотым нашивкам на накидке, гвардеец с мушкетом явно был выше рангом, чем наш сопровождающий. Поэтому на приветствие он ответил Гевару рядовым кивком.

Оба воина о чем-то начали беседовать. Видимо, услышав обо мне, старший по званию устремил свой взгляд на карету, в которой я сидел.

Воин в красной накидке продолжал смотреть в нашу сторону изучающим взглядом, при этом слушая Гевара, который, судя по мимике на его лице, отчитывался перед вышестоящим по званию.

Скорее всего, это было связано с моим опозданием на рандеву с кардиналом Жумельяком.

Хотя, с другой стороны, точной даты и времени званого приема нигде указано не было, и моя совесть была чиста.

— Проезжайте! — приказал гвардеец с эспаньолкой, и Гевар вернулся к карете.

— Проблемы? — поинтересовался я у нашего сопровождающего, по лицу которого ручьями стекал пот.

Разговор с сослуживцем у него выдался явно не из простых.

— Нет, барон, — соврал мой собеседник. — Так, — он махнул рукой. — Пришлось решить пару вопросов оперативно, — добавил он и тяжело вздохнул.

Я усмехнулся про себя, но спорить с ним не стал.

При случае я сообщу кардиналу, что задержались мы по моей инициативе и вины сопровождающего в этом нет. Тем временем карета проехала через защищенный блокпост с массивными воротами, которые были хорошо укреплены.

Помимо воинов, причем как гвардейцев кардинала, так и обычной городской стражи, каждый из которых имел при себе мушкет, блокпост охранялся защитными башнями, по бокам, в бойницах которых тоже сидели вооруженные люди. К тому же, при помощи магического взора я отметил, что среди охраняющих ворота есть парочка средних магов и все огненные. Плюсом ко всему, сами стены и ворота тоже были защищены магией.

Причем тут ее было чуть ли не больше, чем на главных воротах, ведущих в Лютецию, которые светились под моим магическим взором так ярко, что будь эти бесконечные магические фигуры и соединяющие их линии, источающие свет, видимы для остальных, то в столице Галларии было бы светло, как днём, даже ночью. Особенно в квартале возле самих ворот.

Да, город был защищен не слабо. Даже представить страшно, сколько в этих стенах магических кристаллов, подпитывающих всю эту защитную магию.

А еще я не представлял, сколько нужно людей с магическим даром, чтобы «подпитывать» все это.

Да уж, магия в этом мире была удивительной. А ведь я даже Галларию не покидал ни разу.

Сколько же всего интересного таил остальной мир?

А ведь еще существовал разлом!

Я так увлекся своими думами о разнообразии магии в этом мире, что и сам не заметил, как мы подъехали к…

Больше всего подходило слово Замок, так как поместьем то, что я сейчас видел своими глазами, назвать было сложно.

Да тут самый настоящий ров с откидным мостом через него был!

Хотя ничего удивительного в этом нет, если вспомнить, что у тех же Рошфоров было все то же самое.

— Теперь я вынужден вас покинуть, барон, — произнес Гевар, когда мы подъехали к очередному пропускному пункту, который, естественно, охранялся воинами в алых накидках. — Рад был знакомству, — он снял шляпу и, прижав ее к груди, склонил голову.

— Взаимно, — ответил я и вежливо ему кивнул.

Попрощавшись, гвардеец удалился, а нашей троице назначили нового сопровождающего.

— Маркиз Теодор Рассель, — представился высокий и статный воин, облаченный в алые цвета Жумельяка, на накидке которого красовался не только герб высокопреосвященства в виде креста и молнии, но и, видимо, герб этого самого молодого человека, на котором была изображена морда лиса, держащего в пасти мертвую крысу.

К слову, золотых вышивок на накидке гвардейца было больше, чем у всех тех, кого я видел ранее. По крайней мере, на данный момент.

— Я капитан гвардейцев кардинала, — тем временем продолжил он.

Получается, в гвардии высокопреосвященства Жумельяка служат и другие благородные. Очень похоже на настоящую частную армию. Интересно, король не переживает на этот счёт? Не знаю, насколько сильно войско Людовика Мудрого, но лично меня немного бы напрягало чужое войско прямо под боком.

Или король всецело доверяет кардиналу?

Возможно. Но такие вопросы лучше никому вслух не задавать.

— Барон Люк Кастельмор, — тем временем представился я.

— Наслышан о ваших подвигах, барон, — кивнул молодой человек с пышными рыжими усами и такого же цвета волосами, убранными в косу, лежащую у него на плече. — Скажите, барон, дуэль в Тузуле была обязательна? — поинтересовался Теодор, продолжая изучать меня взглядом.

— А что бы вы сделали, если бы задели вашу честь? — спросил я.

— Все можно урегулировать словами, — не задумываясь, ответил мой собеседник.

— Уверены? — спросил я, глядя в его карие глаза, в которых плясали опасные огоньки.

Было видно, что я не нравился этому человеку, хотя он меня видел в первый раз. Видимо, Рассель уже сложил обо мне своё мнение и явно не собирался его менять, что бы я ему не сказал.

— Да, — кивнул гвардеец кардинала. — В стране остро не хватает образованных людей, и я думаю, нет смысла уменьшать их количество без нужды, — с вызовом добавил он.

— Вы были знакомы с Вейлром Де’Монсари? — спросил я.

— Пересекался пару раз, — ответил он.

— Значит, вы должны знать, что он из себя представлял, — спокойно ответил я, глядя своему собеседнику в глаза.

— Более-менее, — ответил Теодор. — Он был рассудительным мужчиной. И я вообще не понимаю, что могло послужить причиной конфликта между вами. Может, прольете свет на это дело, барон? — спросил капитан, буравя меня своим тяжелым взглядом.

Я использовал магическое зрение и был удивлен, когда понял, что передо мной довольно сильный маг воды, который, судя по его прочным энергетическим каналам, точно превосходил по силе Здоровяка Жуля Де’Жориньи.

Помимо этого, в отличие от моего знакомого любителя выпивки и крупных женщин, на Теодоре было как минимум несколько магических вещей, в том числе и оружие.

— А его брата Отиса вы знаете? — поинтересовался я.

— Да. А он здесь при чем? — спросил Рассель.

— А все из-за него, — честно ответил я. — Младший Де’Монсари меня оскорбил, но вместо него на дуэль меня вызвал его старший брат, — продолжил я говорить правду. — А теперь, может, поедем? Мне сказали, что кардинал Жумельяк не любит ждать. Да и свет на нашу дуэль с Вейлром я пролил, — добавил я и заметил, как мой собеседник сжал кулаки.

Как я и предполагал, даже услышав историю дуэли, своего мнения обо мне он менять не собирался.

Что ж, его право. Нельзя нравиться всем без исключения.

— Да, барон. Высокопреосвященство не любит ждать, — произнес он. — При этом вы не особо спешили к нему на встречу, — добавил он, смерив меня укоризненным взглядом.

— А вам не кажется, маркиз, что это не вашего ума дело? — прямо спросил я, глядя собеседнику в глаза.

Теодор напрягся еще сильнее. Он и до этого был взведен, как пружина, а услышав мои слова, и вовсе покраснел, как помидор.

«Что, объявит дуэль?» — усмехнулся я про себя, понимая, что все, что он говорил мне до этого — чистой воды ложь.

Во всяком случае, что касается дуэлей. Мол, нельзя убивать образованных, а сам того и гляди объявит сатисфакцию.

Рассель сделал глубокий вдох.

— Барон, вы отдаете отчет, с кем говорите? — холодным тоном процедил он.

— Вполне, — кивнул я. — С тем, кто мешает гостю кардинала Жумельяка увидеться с ним, — добавил я, натянув на лицо самую ядовитую улыбку из тех, что имелись в моем арсенале.

Помимо этого, я уже начал возводить вокруг себя магический доспех, ибо понятия не имел, на что способен этот человек.

Имея офицерское звание, да еще и в таком странном военном образовании, как гвардейцы кардинала, которые подчинялись напрямую высокопреосвященству Жумельяку, такие люди, как Теодор Рассель, явно не привыкли церемониться ни с кем, и уж тем более не с каким-то там бароном, приехавшим из захолустья.

Если даже рядовые гвардейцы могли останавливать и, как мне говорили, брать под арест благородных, то какой властью обладал капитан?

Видимо, удача сегодня была на моей стороне, и проверить это, как, впрочем, и магию Расселя, мне не удалось.

— Что тут творится? — мы с Теодором одновременно повернулись на источник голоса, который был мне знаком, и я улыбнулся.

— Жозе! — радостно произнес я. — Рад вас видеть! — я встал и, спрыгнув со ступенек кареты, пошел навстречу своему знакомому, который вышел из каменного строения, примыкающего к стене замка с другой стороны рва, который, к счастью, мы успели миновать, прежде чем начался этот неприятный разговор.

— Господин, — сняв шляпу, Теодор склонил голову.

Поравнявшись с нами, Жозе окинул нас с Расселем изучающим взглядом.

— Господин Кастельмор, маркиз Рассель, — обратился он к нам. — Возникли какие-то сложности? — поинтересовался мой знакомый.

— Думаю, нет, — ответил я. — Хотя, может, маркиз думает по-другому? — я посмотрел на капитана гвардейцев кардинала, который, видимо, хотел сейчас быть где угодно, но только не здесь.

— Нет, — смиренно ответил он. — Мы просто общались с бароном про наших общих знакомых, — добавил он, и я заметил его полный ненависти взгляд, обращенный на меня.

Жозе его не видел, ибо его скрывала шляпа воина.

— Славно, — явно не поверив, ответил Жумельяк младший и улыбнулся. — Услышал, что вы, наконец, прибыли, господин Кастельмор и…

— Можно просто Люк, — напомнил я своему знакомому со времен охоты у Рошфоров.

— Точно! — улыбка на лице Жозе стала еще шире. — Маркиз, вы можете быть свободны. Бароном займусь я, — обратился он к Теодору. — Идемте, Люк, вы мне должны о многом рассказать! Вашими людьми и экипажем займутся! — произнес он, когда я посмотрел на Фредерика и Воробья. — А теперь я хочу услышать все!

Глава 19

К тому моменту, когда мы подошли к воротам, ведущие в замок, я успел уже все рассказать Жозе. Благо территория внутреннего двора замка его отца была огромной.

Даже страшно подумать, какими площадями мог похвастаться замок короля.

— Да уж, интересной у вас выдалась дорога, Люк, — усмехнулся Жумельяк, который, как это обычно с ним и бывало на моей памяти, пребывал в веселом расположении духа.

— И не говорите, Жозе, — ответил я своему собеседнику. — Такого путешествия даже злейшему врагу не пожелаешь, — добавил я.

— Кстати, я когда услышал о том, что у вас произошел конфликт с семьей Де’Монсари, сразу подумал о младшем сыне — Отисе, но был изрядно удивлен, что в итоге на дуэли был убит старший сын — Вейлр. Мне даже немного жаль Кристофа. В отличие от своих сыновей, он является рассудительным и умным мужчиной.

— Я не был знаком с ним лично, — я пожал плечами. — Кстати, Отис пообещал, что отомстит мне за смерть брата, — произнес я, ибо в разговоре не упомянул об этом.

Возможно, я бы и вовсе скрыл эту информацию, если бы ее уже не знала вся Тузула.

— Знаю, — Жозе тяжело вздохнул, подтвердив мои догадки о молниеносном распространении слухов среди представителей благородных семей и не только. — С вашего разрешения я бы написал Кристофу Де’Монсари и попросил бы его отговорить своего младшего сына от этой идеи, — с искренним участием в голосе произнес сын кардинала.

— Разумеется, — не стал я ему возражать. — Не хотите, чтобы род Де’Монсари остался без наследников? — прямо спросил я.

— Именно, — кивнул мой собеседник.

— Надеюсь, Жозе, ваша задумка сработает, — честно сказал я, ибо не видел смысла в еще одном убийстве. По возможности я, конечно, хотел свести их количество к минимуму. Хватит! Их и так было слишком много в моем родном мире!

Вот только чужие смерти будто бы преследовали меня. Я не успел попасть в новый мир и покинуть больницу, а на моём счету уже было несколько трупов.

Да, в одном случае это была самооборона. Вторая смерть и вовсе была косвенной, а третья — умышленной. Но человек получил по заслугам. И всё же…

Я тяжело вздохнул.

Эти мысли не особо были мне приятны, поэтому я решил сменить тему.

— Жозе, а вы не знаете, зачем ваш отец пригласил меня? — поинтересовался я.

— Хм-м, знаю, — немного подумав, ответил он. — Но я уверен, что не все, — добавил мой собеседник. — Мой отец обладает очень острым умом, и никогда нельзя знать наверняка, что именно он задумал. Основная причина, по которой вы здесь, Люк, — это эпидемия в Сент-Эрене.

— Но я же написал подробный отчет, — ответил я.

— Да. Но, видимо, мой отец счел, что хочет услышать о произошедшем из первых уст, — он развел руками в стороны. — Далее инцидент на охоте Рошфоров. Уверен, что об этом он тоже хочет с вами поговорить.

— Но вы же тоже присутствовали там, Жозе, — ответил я, окинув Жумельяка удивленным взглядом.

— Был и рассказал все, что знал и видел. Но, как и в случае с эпидемией в Сент-Эрене, отец наверняка хочет выслушать все, что произошло на охоте, с разных точек зрения. Плюсом ко всему, вы первым натолкнулись на «призрака», — ответил сын кардинала.

— Ясно, — ответил я и тяжело вздохнул.

— Люк, вам не стоит беспокоиться. Вы не сделали ровным счетом ничего плохого, а даже наоборот. Мой отец не такой, каким его могли описать другие люди. Он суров и расчетлив, спорить не буду, но в то же время он благороден и всегда думает в первую очередь о благе короны и награждает тех, кто делает то же самое. Вы уже не раз показали свою полезность и доказали преданность Галларии, поэтому, скорее всего, кардинал хочет вас наградить за ваши заслуги. С этой целью и вызвал вас на аудиенцию, — ответил мой собеседник и улыбнулся.

Несмотря на то, что Жозе, казалось бы, говорил логичные вещи, верилось мне в это с большим трудом. Если бы высокопреосвященство просто хотел наградить меня, тогда сделал бы это при помощи обычного письма. Нет, уверен, что тут дело совершенно в другом. Это вскоре мне и предстояло выяснить.

— Спасибо, что развеяли мои сомнения, — ответил я Жумельяку, не став вдаваться в подробности того, что я действительно думаю по этому поводу.

— Не за что, — улыбнулся сын кардинала. — Мой отец, он… — Жозе задумался. — Сложный человек, — подобрал он подходящее слово. — Но, как я и говорил ранее, все, что он делает, направлено только на процветание Галларии, — добавил он, и мы поднялись на крыльцо. — Пойдемте, я покажу вам вашу комнату, Люк, — мой собеседник сделал приглашающий жест, и мы зашли в ворота замка, которые заранее для нас открыли слуги.

— Разумно ли заставлять его высокопреосвященство ждать еще больше? — уточнил я на всякий случай.

— У него еще не окончилась предыдущая важная встреча. Не думаю, что на вас найдется сегодня время, но отец непредсказуем. Однако времени в запасе имеется как минимум еще пара часов, — спокойно сказал Жозе. А я задумался, какую роль сын кардинала выполняет при своем влиятельном отце. Вряд ли он просто посыльный.

Оказавшись внутри, я был приятно удивлен минимализмом внутреннего убранства жилища высокопреосвященства. Признаться честно, я полагал, что здесь, наоборот, все будет кричать роскошью. Ведь кардинал был очень богатым человеком.

Одно только содержание его гвардии наверняка обходилось ему баснословных сумм.

— Спасибо, — тем временем поблагодарил я Жумельяка. Миновав огромный холл, мы подошли к лестнице.

Далее поднялись на третий этаж, а затем, пройдя по длинному коридору, остановились возле резной двери, обшитой металлическими пластинами, которая выглядела очень прочной.

«Интересно, мне специально выдали такую комнату?» — подумал я, ибо все двери, мимо которых мы проходили ранее, отличались от этой.

Они были обычными и не отличались подобной массивностью, в отличие от той, возле которой мы сейчас стояли.

— Вот ваши покои, Люк, — сказал мне Жозе и, толкнув дверь, первым зашел в комнату.

Я прошел за ним и спустя пару секунд оказался в просторном и светлом помещении, которое было раза в четыре, а то и все пять больше, чем моя собственная комната в поместье.

«Интересно, а те двери, которые были обычными, вели в такие же комнаты?» — подумал я, осматривая свое будущее жилище на неопределенный срок.

— Комната для специальных гостей, — произнес Жозе.

— С чего мне оказаны такие почести? — поинтересовался я. — Кардинал ко всем провинциальным баронам относится таким образом? — спросил я, а затем использовал магическое зрение.

Увиденному я совершенно не удивился. Помещение было напичкано магией под завязку. Да, здесь заклинаний было поменьше, чем на городских воротах и тех, что вели в Королевский квартал, но их количество все равно впечатляло.

Разумеется, часть из них наверняка была защитными, но я уверен, что и без следящих чар тут точно не обошлось.

— Что-то не так, Люк? — спросил Жозе.

— Нет, все нормально, — ответил я сыну кардинала. — Просто не ожидал, что комната будет такой большой, — добавил я, разглядывая, как светятся магией мои хоромы.

Эх-х, разобрать бы тут все и достать питающие кристаллы, как я это сделал у Рошфоров.

Наверняка их тут на целое состояние!

— Если не нравится, то…

— Да все нормально, Жозе, — улыбнулся я сыну кардинала. — Я же тут ненадолго, — добавил я, наблюдая за его реакцией.

И то, что я увидел, не особо мне понравилось.

— Врать не буду, Люк, — ответил Жумельяк. — Я понятия не имею, какие планы у моего отца относительно вас. Возможно, уже завтра вы поедете домой, а возможно… — он развел руки в стороны. — Вы заинтересовали моего отца, а значит, он уже начал строить на ваш счёт определенные планы. Он никогда не ошибается в людях. Поэтому раз уж вы попали в его поле зрения, Люк, это значит… — мой собеседник посмотрел мне в глаза. — Это может значит что угодно, если честно, — закончил он свою мысль.

— Понятно, что ничего не понятно, — усмехнулся я.

— В любом случае, здесь вам точно ничего не угрожает, — ответил Жумельяк. — Если бы мой отец хотел вам навредить, то не приглашал бы сюда, — добавил он.

— Это логично, — согласился я с собеседником.

— Рад, что вы все понимаете, — в его голосе прозвучали нотки вины. — Ладно, отдыхайте. Вы, наверное, устали с дороги, — добавил он.

— А что с моими людьми? — поинтересовался я.

— За это можете не переживать, Люк. С ними все будет в порядке. Уверен, что их уже расселили и накормили. Они точно ни в чем не нуждаются, — ответил Жумельяк. — Ладно, я вас оставлю. Отдыхайте, примите ванну с дороги, а поужинаем уже вместе. Скорее всего без отца. Но я думаю, нам будет что обсудить, — добавил он, и мы с ним попрощались.

Я остался в комнате один.

Первым делом я скинул с плеч сумку и обошел свои покои.

«Хм-м. Странно», — подумал я, так как что-то здесь мне казалось неправильным.

Будто бы внутри эта комната была больше, чем снаружи.

Хотя… Погодите-ка!

Я вышел в коридор, а затем подпитал свои глаза магией, чтобы лучше рассмотреть пространство вокруг.

«Так, высота около четырех метров», — подсчитал я высоту от пола до потолка в коридоре. Длина около трех метров. Это было расстояние от моей двери до другой.

Затем я вернулся в покои и проделал всё то же самое.

Каково же было мое удивление, когда оказалось, что моя интуиция меня не подвела и моя комната внутри действительно была больше, чем казалась снаружи.

«Пространственная магия», — сразу же понял я, ошарашенно усаживаясь на кровать.

Какого же уровня она достигла в этом мире, что местные чародеи могут осуществлять подобные манипуляции? И сколько нужно магии, чтобы подпитывать все это? В подобные масштабы верилось с большим трудом.

Одно дело сделать сумку вроде той, что была у меня, или ту же фляжку. И другое — устроить нечто подобное.

«Да уж», — произнес я про себя.

Я бы сказал это вслух, но уж больно не хотел, чтобы эти слова услышал кто-нибудь ещё. Ведь я до сих пор пребывал в полной уверенности, что за мной следят.

Да, возможно, магия, которую я видел вокруг, была лишь для поддержания пространственного изменения комнаты. Но верилось мне в это слабо.

Если верить тому, что я услышал от других людей, и в том числе от самого сына высокопреосвященства, Кардинал является умным и расчетливым человеком и просто не может себе позволить не следить за теми, кто гостит в его замке.

Это было логично.

Так поступил бы я, будь я на месте кардинала. И уже тем более так поступили бы те, кто управлял гильдией в моём прошлом мире.

Я еще раз обошел комнату.

«Так. Вроде Жумельяк что-то говорил про ванную», — вспомнил я и увидел дверь в левой стене комнаты.

' Скорее всего, мне туда', — я подошел к двери и открыл ее.

За ней обнаружилось еще одно помещение, все стены, пол и потолок которого были отделаны серым мрамором, а в середине, прямо в полу, было сделано углубление, которое было наполнено водой, исходящей паром.

Хм-м, интересно.

Я подошел поближе и коснулся воды — горячая.

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что вокруг никого нет, я снял с себя одежду и погрузился в горячую воду, которая пахла благовониями.

— Красота, — блаженно произнес я, опустившись в воду по самую шею и облокотившись спиной о стену.

Чан с горячей водой, особенно после долгой дороги, тоже был хорош, но он и рядом не стоял с тем, какое наслаждение я испытывал сейчас.

«Кстати, а как все это работает?» — подумал я, после чего использовал магический взор, который сразу же мне показал сложную систему магии.

Первая имела элемент воды и, видимо, позволяла создавать воду, а вторая — огня, которая эту воду разогревала до нужной температуры.

После пространственной магии, которая увеличивала внутренне пространство комнаты, это произведение инженерно-магического искусства уже не так сильно поражало мое воображение, но в то же время я даже прикинуть не мог, как нечто подобное вообще могло существовать в моем мире.

На самом деле — никак.

В том мире, где я был известен под именем Василиск, нечто вроде этой ванны невозможно было осуществить. Ведь в плане магии мир, в котором я родился, сильно отставал от этого.

Пока я рассуждал обо всем этом, я и сам не заметил, как прошло около часа. Теплое лоно горячей ванны покидать не хотелось, но я вынужден был сделать это.

Подходило время ужина, и я должен был присутствовать на нем во всей своей красе и при наряде.

Покинув ванну, я облачился в свежий халат, которых тут было около десятка, и, выйдя из этой комнаты, вернулся в свои покои.

Далее я причесался и уложил волосы, облачился в свой новенький наряд и уже собрался было побродить по замку кардинала, когда в дверь постучали.

— Входите, — произнес я, и на пороге появилась милая девушка, облаченная в красные цвета дома Жумельяка, а на левой стороне платья, прямо в районе сердца, был вышит герб дома высокопреосвященства.

Крест и молния.

— Барон Кастельмор, — она сделала изящный книксен. — Вас ждут к ужину, — вежливо произнесла она, склонив голову.

— Хорошо, — кивнул я.

Интересно, это совпадение, что за мной пришли, стоило мне только одеться. Или это работа заклинаний-шпионов?

В оба этих варианта я верил, но склонялся больше к первому.

Второй существовал только из-за моих параноидальных мыслей о том, что за мной постоянно следят.

— Тогда прошу за мной, — произнесла девушка. — Меня зовут Мила, — присела она в приветственном книксене. — Я приставлена к вам, барон Кастельмор, и вы можете обращаться ко мне по любому вопросу, — добавила она и приветливо улыбнулась.

— Понял, — кивнул я и последовал за девушкой в коридор.

— Дверь закрывается на магический замок, барон, — пояснила Мила, когда я отошел от покоев и обернулся.

Этому я и вовсе уже не удивился, поэтому молча кивнул и пошел вслед за моей провожатой.

С ней мы миновали коридор, затем спустились по лестнице на первый этаж и, пройдя через главный холл, оказались возле большой арки.

— Столовая, — девушка сделала приглашающий жест, и я вошел внутрь.

Там меня уже ждали.

За огромным столом, который тянулся на добрых метров двадцать в длину, сидело всего два человека, одного из которых я знал — это был Жозе Жумельяк.

Во главе же стола сидел седой мужчина, облаченный в ярко-красную сутану и такого же цвета галеро, который был не кем иным, как Арман де Лузиньян, герцог Жумельяк, занимающий в Галларии высший духовный сан высокопреосвященства.

Я уверенно прошел вперед, ибо не испытывал страха ни перед кардиналом, ни перед его сыном, даже несмотря на то, что оба они являлись сильными одаренными.

И если Жозе был по силе примерно равен мне или даже немного превосходил, то вот его отец, как и глава семейства Рошфоров, был настоящим чудовищем, чья сила магического сердца и паутины энергетических каналов была на уровне Василиска в расцвет его сил.

— Люк, — Жозе встал из-за стола и поприветствовал меня, из-за чего сразу же удостоился сурового взгляда своего отца.

— Барон Кастельмор, приятно познакомиться, — поприветствовал меня кардинал, не вставая. Сразу же я ощутил на себе цепкий и колючий взгляд его голубых глаз, который, казалось, прожигал тебя насквозь.

Я уже испытывал подобное ощущение. Это происходило тогда, когда обладатели магического дара использовали магическое зрение при взгляде на тебя, дабы определить уровень магических сил. Неужели высокопреосвященство способен на это?

Ведь раньше я ничего подобного не ощущал и уже начал думать, что маги этого мира на подобное неспособны.

Получается, я ошибся?

— Барон, что вы знаете о Проклятых Землях? — внезапно спросил меня кардинал, и я почувствовал, что его холодный взгляд проникает мне прямо в душу.

А его высокопреосвященство, однако, не любит долгих прелюдий…

Глава 20

Неожиданный вопрос. А самое интересное, что вопрос однозначно с подвохом. Что может знать Люк Кастельмор про Проклятые земли? Рой мыслей пронесся в моей голове. Вслух же я сказал следующее:

— Да ничего особенного, — я постарался ответить как можно более нейтрально. Я кожей чувствовал, что кардинал сейчас меня «сканирует», определяя мой магический потенциал. И это мне очень не нравилось. — Но я знаю, что там интересная фауна, и вот именно это меня всегда интересовало. Честно говоря, всегда хотел накопить сил, привести дела в порядок и побывать там, за Разломом.

— Да вы присаживайтесь. В ногах правды нет, — небрежно кивнул кардинал на стул сбоку от себя.

Кардинал сидел во главе стола, его сын сидел по правую руку. Мне же было предложено сесть слева, напротив Жозе.

— Благодарю, — кивнул я и сел на указанное место.

— И как думаете, уже накопили достаточно? — первый раз за встречу кардинал позволил себе легкую улыбку.

Я перевел взгляд на Жозе, по лицу которого понял, что, конечно же, он все обо мне рассказал.

— Если честно, то еще не оценивал готовность, ваше высокопреосвященство, — невозмутимо сказал я.

Вот тут уж кардинал от души рассмеялся. Жозе подхватил смех, и я немного расслабился, также позволив себе улыбку. Смеялся кардинал вполне искренне, а смех его был заразительным. Не ожидаешь такого от второго лица королевства. Ох, не ожидаешь!

— Арсен, поухаживай за гостем, — кивнул кардинал, вытирая слезы. Словно из пустоты возник пожилой слуга с двумя кувшинами.

— Белое? Красное? — деловито осведомился он. Я окинул стол. На восемьдесят процентов яства состояли из мяса, поэтому я кивнул.

— Красное, пожалуйста.

Кардинал подождал, пока мой массивный серебряный кубок наполнят вином. Когда слуга бесследно испарился из залы, он поднял свой кубок.

— Что ж. За знакомство с самым скромным молодым человеком за последние… — здесь он взял паузу, ненадолго задумавшись. — Ну не знаю… Точно несколько лет!

Мы выпили и кардинал кивнул.

— Вы кушайте, разговор предстоит долгий.

Я молча кивнул и стал выбирать закуски.

— И знаете цену словам, как я погляжу, — одобрительно кивнул Жумельяк-старший. — Это опять же плюс. Нынешняя молодежь уж больно разговорчивая.

При этих словах он взглянул на сына, который неуютно повел плечами под тяжелым взглядом отца.

— Итак, что мы можем учитывать при «подсчете»? За неполный месяц, чуть не отдав богу душу, пусть земля вашим родичам будет пухом, барон Люк Кастельмор совершил вот что… Спас от эпидемии Сент-Эрен, показав себя талантливым алхимиком. Не позволил убить себя «убийце магов» из Ордена, который славится тем, что не делает осечек. Убил несколько «призраков» единолично. Да-да! Не спорьте! Мои люди провели экспертизу. Выстоял против Жозе… Да, спасибо, что не опозорили его, позволив свести бой вничью…

— Отец! — подал возмущенный голос Жозе.

— Помолчи сын, — рявкнул кардинал, и Жозе виновато приложился к бокалу.

Странно было это видеть. Жозе был обоснованно одним из самых сильных людей, которых я встречал. К тому же его самоуверенности можно только позавидовать. И снова обоснованно. Так вот, сейчас он выглядел как нашкодивший подросток. И это был его родной отец. Представляю, как должны себя ощущать враги кардинала!

— Ну и последняя дуэль в Тузуле, — кардинал отпил вино из кубка. — И то, что я вижу в вас, молодой человек, сейчас.

Ну вот. Кажется, подошли к самому интересному. Я еле удержался от того, чтобы не начать разгонять силу в каналах. Я понятия не имел, чем все это закончится, но, кажется, кардинал читал меня как открытую книгу, и это мне откровенно не нравилось.

Но кардинал снова смог меня удивить. Он не стал заострять внимание на том, что же он всё-таки «увидел».

— Я к чему это, Люк. Вы готовы. Поверьте старому человеку, который насмотрелся за свою жизнь всякого. Вы определенно готовы! Вопрос заключается в другом. Хотите ли вы этого? Хотите ли вы посетить Проклятые Земли в составе экспедиции, которую поведет мой сын Жозе?

Я перевел взгляд на Жозе. Похоже, новость об экспедиции и его положении в ней явно были и для него сюрпризом. В отличие от отца, Жумельяк-младший не умел настолько хорошо контролировать свои эмоции.

Ну а дальше был действительно долгий разговор. Кардинал рассказал о цели экспедиции. Иллерийцы что-то искали в Проклятых Землях. Искали напряженно, не жалея как денежных, так и людских ресурсов. Самое странное, что они неуклонно приближались к зоне влияния Галларии, и это, похоже, их ничуть не волновало.

И это было странно. Нет, официальных «границ» в Проклятых Землях не существовало. Но каждая из стран придерживалась своей «зоны», не пытаясь забраться к соседям. И это было точно не из соображений порядочности. Дело в том, что на той территории каждый шаг, каждая секунда грозила опасностью для людей. Добавлять к этому еще противостояние с себе подобными? Дураков не было. Ну, до последнего момента.

В общем, у кардинала было подозрение на счёт того, что именно ищут иллерийцы. Но это знание члены экспедиции получат только после того, как переправятся через разлом. Слишком секретной была эта информация. Ну а цель похода заключалась в следующем: нейтрализовать поисковый отряд врага, по возможности захватить «языка» и не дать иллерийцами найти искомое. Чем бы оно ни являлось.

На мой прямой вопрос: «Зачем нужен я?», кардинал невозмутимо ответил, мол, потому что он так решил. Вот так просто. Он видит полную картину, которую пока не видим мы и в предстоящей экспедиции мне отведена довольно существенная роль. Странно это было слышать от человека, с которым я познакомился только сегодня. Но почему-то я ему верил.

Решающим фактором оказались два момента. Деньги — раз. Точнее, награда за мое участие. Она была очень хорошей. Гарантия безопасности моих земель и имущества — два. На время моего отсутствия в усадьбе будут расквартированы гвардейцы кардинала.

Нет, соврал… Было еще и «в-третьих». Кардинал недвусмысленно мне намекнул, что, согласившись, я окажу услугу лично ему, кардиналу Жумельяку. А что-то мне подсказывало, что сейчас для меня и для моих планов на этот мир, именно это и было самой ценной наградой.

В общем, я согласился. Мне дали две недели на сборы и на то, чтобы привести свои дела в порядок. Ровно через две недели с Тузулы выйдут три корабля, которые доставят экспедицию на берега Проклятых Земель. Время пошло…

* * *

В итоге в комнату я вернулся, пребывая в довольно смешанных чувствах.

С одной стороны, мне хотелось посмотреть, что из себя представляет территория по другую сторону разлома, но с другой — я не думал, что это произойдет так скоро.

Моя магическая сила все еще не восстановилась и на десятую долю от той, коей я обладал, будучи Василиском. С физическим телом и вовсе все было еще хуже. К тому же всего две недели на подготовку — это очень мало.

Я тяжело вздохнул.

«Да уж, кто бы знал, что разговор с кардиналом закончится именно так?» — подумал я, заходя в свои покои.

— Могу я чем-нибудь вам помочь, барон? — поинтересовалась Мила, когда мы оказались в комнате.

— Нет, можешь быть свободна, — ответил я девушке.

— Как пожелаете, — кивнула она и, сделав очередной изящный книксен, удалилась.

«А еще и эти диверсанты объявились так некстати!» — я сел на кровать и покачал головой.

И во всем этом разбираться мне.

Еще и Жозе Жумельяку, конечно, которому кардинал приказал оказать мне полное содействие. Но все равно это так некстати.

Не успел я подумать о кардинальском сыне, как в дверь постучали, и вскоре на пороге моих покоев появился вечно неунывающий весельчак Жозе. И как он может быть таким при таком-то отце?

— Люк! — он улыбнулся. — Поговорим? — спросил он.

— Разумеется, — я поднялся с кровати и пошел в сторону письменного стола. — Тут будет удобно? — спросил я у сына кардинала, и он кивнул.

— Да, — он тоже пошел в сторону стола, держа в руках бутылку вина и два бокала.

Поравнявшись со мной, он сел на один из стульев, а я занял другой. Откупорив зубами пробку, Жозе разлил рубиновую жидкость по фужерам, один из которых протянул мне.

— Спасибо, — поблагодарил я Жумельяка.

— Что думаете, Люк? — спросил он, посмотрев на меня.

— О чем? О разговоре с вашим отцом? — поинтересовался я.

— Да, — кивнул мой собеседник. — В основном меня интересуют ваши мысли по поводу похода за разлом. Вы же там не были, Люк? — спросил сын кардинала.

— Нет, — покачал я головой.

— А хотели бы побывать? — поинтересовался Жозе.

— В текущей ситуации, разве у меня есть выбор? — усмехнулся я, посмотрев в глаза собеседнику.

— Думаю, есть, — кивнул он. — Если я вмешаюсь, то вашу кандидатуру могут отклонить, — ответил Жумельяк.

— Но зачем это вам, Жозе? — спросил я.

— Ну, скажем так, вы мне нравитесь, Люк, — ответил сын кардинала. — И если вы пока не готовы отправиться на другую сторону разлома, то…

— Все нормально, Жозе, — произнес я. — Мне интересна эта экспедиция, — добавил я и сделал глоток вина.

Хм-м, сладкое, но при этом пряное и легкое. Мне понравилось. Даже несмотря на то, что я предпочитал сухие сорта.

— Уверены? — спросил мой собеседник.

— Полностью, — кивнул я.

— Пары недель мне хватит, чтобы я завершил срочные дела в своих землях. А дальше… — я развел руками. — Будь что будет, — усмехнулся я и разом осушил содержимое своего стакана.

— Я в вас не сомневался, Люк! — на лице Жумельяка появилась довольная улыбка. — А какие у вас мысли по поводу предстоящей операции? — поинтересовался он.

— Вы про диверсионный отряд иллерийцев? — уточнил я.

— Да. Кстати, их засекли только благодаря вам, — усмехнулся Жозе.

— Видимо, я притягиваю неприятности, — я пожал плечами.

— В этом мы схожи! — кардинальский сын снова разлил содержимое бутылки по бокалам. — У меня такая же беда. Где бы я ни был, со мной вечно что-то случается. Кстати! Нужно не забыть вот о чем! — произнес он и сделал глоток вина. — В стане врага есть один наш агент под прикрытием, — произнес он и снова отхлебнул из фужера.

И это он говорит только сейчас?!

— А почему тогда вы не знали о предстоящей диверсии? — задал я логичный вопрос.

— Знали. Но было неизвестно, на какой город будет совершено нападение, — ответил мой собеседник.

— Получается, что вашего агента…

— Нет, вряд ли, — ответил Жумельяк. — Скорее всего, он беспробудно пьет, — произнес он и усмехнулся. — Этот похотливый святоша тот еще алкаш, но дело свое знает! — добавил он и выпил остаток вина.

— Похотливый святоша? — моя правая бровь вздернулась вверх.

— Ага, — кивнул Жозе. — Анри Де’Аламик закончил семинарию, но его любовь к плотским утехам не позволила ему служить господу, — мой собеседник усмехнулся. — Зато он нашел себя в другом деле, — добавил Жозе.

— Армии? — спросил я.

— Именно, — кивнул Жумельяк. — Особенно он хорош в скрытном проникновении в стан врага. Не знаю, как ему это удается, видимо, все дело в его харизме и умении уболтать любого, но чертяка действительно один из лучших в этом деле, — усмехнулся кардинальский сын.

— А пьянство этому не помеха? — уточнил я.

— Нет, — ответил Жозе. — Анри очень сильный маг стихии света и способен… — Жумельяк задумался. — В общем, он частенько пользуется ею, чтобы излечить себя от похмелья, подлатать печень, ну или избавить организм от заболеваний. Даже не буду уточнять каких, — произнес мой собеседник, и я покачал головой, ибо сразу понял, о чем идет речь.

— То, как вы описали этого человека, представляет его не в лучшем свете, — честно выразил я свое мнение.

— Возможно, — мой собеседник пожал плечами. — Но Анри можно доверять. Он знает, что от него требуется, и делает это. Да, он не лишен пороков, но никто не совершенен. Разве это не так, Люк? — спросил он и с интересом посмотрел на меня.

Интересно, что значит этот вопрос? Сын кардинала что-то знает обо мне?

Возможно, учитывая, какие у него связи. Но раз я на свободе, да еще и приглашенный гость, получается, что то, что я сделал и о чем он знает, не так уж и важно в рамках его морали. Или, может, у меня снова обострилась паранойя?

— Кто знает? — неопределенно кивнул я, отвечая на вопрос Жозе.

— Ладно, — мой собеседник встал. — Это все, что я хотел с вами обсудить, — он разлил остатки вина по бокалам. — Завтра рано утром мы с вами покинем столицу и отправимся прямиком в Сент-Эрен. Ваши люди уже предупреждены, и экипаж будет ждать на рассвете возле ворот. Собственно, как и мой. До завтра, — он протянул мне руку, и мы обменялись крепкими рукопожатиями.

— До завтра, — я попрощался с сыном кардинала и сел на кровать.

Завтра нам предстояло отправиться в сторону моего дома, чтобы помешать замыслу иллерийцев, которые решили взять под контроль Сент-Эрен.

Вопрос: зачем им был нужен этот маленький городишко, который находился практически на самом отшибе Галларии? Он был настолько провинциальным, что спроси о нем хоть кого-нибудь из людей, проживающих в столице, то я был уверен, что большая часть их них ответила бы: «А что, такой город есть в нашей стране»?

Ответ на этот вопрос не знал и сам кардинал. Он мельком упомянул, что, мол, возможно, это имеет какое-то отношение к эпидемии, которую я устранил вместе с Огюстом Шаленом. Но это не точно.

Как сказал высокопреосвященство Жумельяк: «Я оперирую только достоверной информацией, а полагаются на догадки лишь идиоты».

В принципе, он был прав. Нельзя было полагаться на недостоверную информацию и делать исходя из нее какие-то выводы.

В любом случае, прежде чем я отправлюсь на другую сторону разлома, следовала уладить ситуацию с иллерийцами, а уже потом заниматься своими делами в поместье, коих было немало.

Радовало то, что дому Кастельморов ничего не будет угрожать, пока меня там не будет. Не думаю, что даже Рошфоры осмелятся учинить что-то плохое, если на территории поместья будут расквартированы гвардейцы кардинала.

«Ну, хоть одной головной болью меньше», — подумал я и, сняв с себя одежду и аккуратно сложив ее, лег на кровать.

Сегодня у меня выдался довольно сложный денек, а так как завтра нужно было вставать в самую рань, то нужно было как следует отдохнуть.

Я лег в кровать и, закрыв глаза, погрузил свое сознание в медитацию, которая плавно перешла в сон.

* * *

На следующее утро я встал бодрым и свежим. Умывшись, я быстренько выполнил комплекс физических упражнений прямо в своих покоях, благо их размеры позволяли это. А затем, полежав немного в холодной воде, дабы успокоить мышцы, я надел свой костюм, который приобрел статус «походного», и вышел в коридор, где меня уже ждала Мила.

— Барон, — она склонила голову, сделав легкий и изящный книксен.

Вот у кого девушкам в моем поместье надо поучиться делать его. Да, не спорю, они старались, и у них даже получалось делать его более-менее правильно. Но до уровня Милы им было очень далеко.

— А я как раз собиралась вас будить, — тем временем произнесла девушка. — Господин Жумельяк уже ждет вас в столовой, — произнесла она, и я кивнул. А затем вместе со служанкой мы начали спускаться по лестнице.

В этот раз Жозе сидел за столом в гордом одиночестве.

— Люк! Рад вас видеть, — сразу же оживился сын кардинала, стоило ему меня увидеть. — Садитесь, — он кивнул на место рядом с собой.

— Благодарю, — ответил я и сел на соседний с ним стул.

— Завтракаем и выдвигаемся, — произнес он, намазывая джем на поджаренный хлеб.

— Хорошо. Я вообще думал, что мы встретимся уже у ворот, как и договаривались, — ответил я.

— Я забыл про завтрак, — усмехнулся мой собеседник. — Ешьте, Люк. Путь предстоит неблизкий, и лучше нам не задерживаться. Скорее всего, поедем без остановок. Поэтому я взял с собой своих людей, чтобы они могли подменить ваших, — добавил Жозе.

Это он хорошо придумал.

— Хорошо, — кивнул я собеседнику и тоже приступил к завтраку, во время которого мы кое-что обсудили по поводу предстоящего действа.

— Предлагаю ехать в моей карете, — предложил Жумельяк. — Точно! Ваши люди вообще не пригодятся. Люк, отошлите их домой. Я распоряжусь, чтобы несколько гвардейцев сопроводили их на случай, если возникнут какие-то проблемы. Как вам эта идея? — спросил собеседник.

Хм-м, а Жозе дело говорит. Зачем подвергать жизни Фредерика и Даниэля опасности, хоть и теоретической, когда этого можно было избежать.

— Добро, — ответил я.

— Славно. Тогда завтракайте, а я обо всем позабочусь, — произнес сын кардинала и поднялся из-за стола. — Встретимся там, где договорились, — сказав это, он покинул столовую, а вскоре после небольшого перекуса и я поспешил к воротам.

— Господин! — в голосе дворецкого звучали нотки беспокойства.

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — произнес я. — Но можешь не переживать. Мы с Жозе Жумельяком быстро во всем разберемся, и в поместье я вернусь не намного позже вас, — утешил я Фредерика.

Управляющий поместьем Кастельморов тяжело вздохнул.

— Хорошо, — произнес он и посмотрел на двух гвардейцев на вороных конях, которые должны были охранять его и Воробья. А ведь он еще не знает об Экспедиции в разлом…

— Увидимся в поместье, — сказал я дворецкому и Воробью, после чего Жозе отдал приказ воинам в алых цветах, и мой экипаж уехал вперед.

У нас приготовления заняли немного больше времени. Но вскоре карета, запряженная четверкой непростых лошадей, тоже плавно тронулась в путь и начала набирать скорость.

Мы быстро миновали Королевский квартал, затем Торговый и Ремесленный и уже практически пересекли квартал бедняков, как вдруг послышался громкий голос возничего, и карета начала замедлять ход.

Мы с Жумельяком переглянулись и одновременно высунулись из окон. Я не поверил своим глазам!

Практически голый, на дороге, метрах в пяти от места, где остановились наши лошади, стоял знакомый мне здоровяк, на котором из одежды были только панталоны.

— Де’Жориньи?!

Глава 21

Судя по тому, что я увидел, высунувшись из окна кареты Жумельяка, у нашего общего знакомого были какие-то проблемы. Это было видно по тому, как несколько вооруженных личностей не самой приятной наружности брали здоровяка в кольцо.

«Странно, он же с легкостью мог раскидать их, если бы использовал магию», — подумал я и переключился на магическое зрение.

Понятно. Он каким-то образом потратил всю магическую энергию.

Да уж. И чем только Жуль тут занимался? Он, конечно, человек импульсивный и противоречивый, но нравится мне он, чего уж скрывать. В отношении меня он пока проявлял себя как верный товарищ и порядочный человек.

Недолго думая, я открыл дверь кареты.

Моему примеру последовал и Жумельяк, распахнув противоположную дверь. Вместе мы направились в сторону нашего знакомого.

Завидев нас, до этого напряженный Де’Жориньи, нос которого был разбит, а правый глаз полностью заплыл, заметно преобразился, и на его лице появилась улыбка.

Парочка зубов у здоровяка также отсутствовала, но это, видимо, ему никак не мешало. Поэтому он смотрел на нас и улыбался. Выглядело это забавно, и, несмотря на ситуацию, это заставило меня улыбнуться.

Неладное в поведении Жуля окружившие его люди заподозрили быстро и, принявшись озираться по сторонам, быстро обнаружили нас с Жумельяком, что приближались к месту действия.

Прыти у ребят заметно поубавились, и, пару раз переглянувшись между собой, вооруженные ножами и тесаками люди, лица которых были скрыты капюшонами, быстро ретировались, оставив побитого полуголого здоровяка в покое.

Скорее всего, на это еще повлияли люди Жозе, а именно — гвардейцы кардинала, которые сопровождали нашу карету. Дюжина готовых к бою суровых мужчин, ненавязчиво доставших пистоли и направивших стволы на неизвестных, явно охладили их пыл. Дураков связываться с людьми кардинала, очевидно, не было.

— Люк! Как я рад вас видеть! И вас, господин Жумельяк! — произнес Де’Жориньи, когда мы приблизились вплотную.

— Что с вами случилось, Жуль? — спросил я здоровяка, от которого ужасно разило перегаром.

— Так, ерунда, — он махнул рукой. — Немного проигрался в карты, — добавил он и стер с лица кровь тыльной стороной ладони.

Вернее, попытался это сделать, но лишь размазал кровь по лицу.

— Немного? — Жозе смерил нашего собеседника недоверчивым взглядом.

— Ну, может, и не совсем «немного», — Жуль почесал затылок.

— Видимо, проигрыш всё-таки был велик, — усмехнулся Жумельяк. — Раз они решили покуситься на жизнь благородного, — сын кардинала покачал головой. — Много?

Здоровяк кивнул.

— Ладно, сейчас нет времени решать эту проблему. Поедете с нами, — произнес он голосом, не терпящим отказа.

— Но…

— Нет, господин Де’Жориньи, никаких «но», — холодным тоном продолжил Жозе. — Идемте, — он кивнул в сторону кареты и, не дожидаясь ответа здоровяка, сам направился к ней.

Жуль посмотрел на меня, а я развел руками, тем самым отвечая на его немой вопрос, мол, сам виноват.

— Идем, — я хлопнул его по плечу, и мы вместе направились к карете.

— Сделаем небольшую остановку перед выездом из города, — все тем же металлическим тоном произнес Жозе. — Нельзя благородному выглядеть так… — произнес он, явно имея в виду внешний вид Де’Жориньи.

К слову, сам Жумельяк выглядел просто великолепно.

Сегодня, он не был в цветах своего дома, которые могли привлечь лишнее внимание. На нем был камзол темно-синего цвета, который сидел на нем как влитой. Такого же цвета на нем были и шаровары, которые отлично гармонировали со светлой рубашкой.

К слову, когда мы были еще в замке Жумельяков, я обратил внимание, что его одежда зачарована, а это означало, что магию в этом мире можно было «наложить» даже на ткань.

Или нитки. Я пока не знал, как именно это работает. В любом случае, костюм Жозе явно обладал магией, и я даже представить себе не мог, сколько он мог стоить.

— Останови возле таверны «Седой кот», — постучав в стенку кареты, произнес Жумельяк, а затем посмотрел на здоровяка.

Под его пристальным взглядом Жуль как будто бы уменьшился в размерах.

— Итак, — произнес сын кардинала. — Напомните, Де’Жориньи, к какому званию вас представил Его Величество? — поинтересовался Жозе.

— Его Величество хотел пожаловать мне звание лейтенанта, — виновато ответил Жуль.

— И почему вам его не дали? — сын кардинала покачал головой, и здоровяк еще больше осунулся.

Мне даже немного стало жаль этого человека, так сейчас нелепо он смотрелся.

— Пьянство и азартные игры… — так тихо проговорил Жуль, что я еле его расслышал. Ну надо же! А у здоровяка-то проблемы! И проблемы большие.

— И что, господин Де’Жориньи, вы намерены дальше делать? — спросил Жозе, продолжая бурить своего собеседника суровым взглядом.

Жуль отвел глаза и посмотрел на меня. В его глазах была мольба о помощи, но в этом противостоянии я ему был не союзник. Я развел руками в стороны и неодобрительно покачал головой. Жуль, никто тебя не заставлял играть в карты, и в этом деле я тебе не защитник.

В своем родном мире я не раз и не два получал заказы на проигравшихся в пух и прах людей. Азартные игры до добра никогда не доводили…

— Я не знаю, — пожал плечами собеседник Жозе. — Заработаю денег и отдам долг, — ответил он.

Услышав это, Жумельяк посуровел еще больше, на секунду задумался, а затем недобро так улыбнулся. Кажется, я знаю, что ему сейчас предложат.

— Скажите, Жуль, вы ведь ходили в экспедиции за разлом? — сын кардинала решил долго не тянуть и сразу взять быка за рога.

— Да, — ответил Де’Жориньи и сразу напрягся, неуютно поведя широченными плечами.

— Славно. Не хотите отправиться туда еще раз? — спросил Жозе.

— Нет, — не задумываясь, ответил здоровяк. И его ответу я нисколько не удивился, учитывая, что я знал, какая история с ним там приключилась.

— Даже если я скажу, что я закрою ваши долги? — спросил сын кардинала.

— Да, ни за какие деньги, — покачал головой Де’Жориньи. — Лучше пусть меня убьют коллекторы и скинут в канаву, чем я хоть раз еще там побываю, — добавил собеседник Жумельяка.

— Да? Жаль, — Жозе наигранно вздохнул. — А вот мы с бароном Кастельмором собираемся навестить другую сторону разлома в ближайшее время, — произнес Жозе и посмотрел на меня.

— Люк?! — здоровяк резко развернулся. — Вы собираетесь…

— Да, — кивнул я.

Де’Жориньи покачал головой.

— Вы уже все решили? — спросил он.

— Верно, — уверенно ответил я.

Хотя тут скорее было другое, но я не стал вдаваться в подробности. Жуль заметно погрустнел. Жумельяк же, будучи грамотным манипулятором, не стал продолжать давить на здоровяка, а просто ждал, чтобы тот «созрел». К тому же карета начала замедляться, а вскоре и вовсе остановилась.

— Приехали, — произнес сын кардинала, а затем высунулся из окна кареты. — Проводите господина Де’Жориньи и распорядитесь, чтобы его как следует накормили, привели в порядок и дали приличную одежду, — приказал он кому-то из своих людей.

— Будет исполнено, господин, — послышался незамедлительный ответ, и дверь кареты открылась.

— Жуль, прошу, — Жумельяк сделал приглашающий жест, указывая здоровяку наружу.

Де’Жориньи молча кивнул и покинул карету. Мы с Жумельяком остались наедине.

— Хотите, чтобы он отправился с нами? — спросил я у сына кардинала.

— Да, — ответил мой собеседник. — Де’Жориньи опытный фехтовальщик и сильный боец. Плюсом ко всему, он уже бывал в экспедициях в разлом, — добавил он. — Да, я знаю, что с ним приключилось в последнем таком путешествии, но в этот раз все будет по-другому.

— С чего такая уверенность, Жозе? — спросил я.

— Я собрал идеальный отряд для тех целей, что мы преследуем, — спокойно ответил Жумельяк. — Кстати, — он посмотрел мне в глаза. — Оказывается, вы тоже наделены магическими силами, Люк? — спросил он, и на его губах появилась веселая улыбка.

Значит, я оказался прав и высокопреосвященство, как и я, может видеть магию в других…

— Можете не отвечать. Это я понял еще в нашу первую встречу, — произнес Жумельяк. — Человек, не обладающий магическом даром, не может двигаться с той скоростью, с которой двигались мы, когда сражались. К тому же я видел, как вы победили Де’Жориньи. Без магии такое тоже не провернуть. Единственное, что странно. Я наводил о вас справки, Люк. И в бумагах везде говорится, что вы родились без дара, — добавил он. — Не прольете свет на эту историю?

— Я не знаю, как именно у меня пробудились способности, но все необычные вещи начали случаться со мной после того, как всю мою семью отравили, и я оказался в больнице, — соврал я.

— Хм-м, интересно, — задумчиво ответил Жозе. — Первый раз слышу, чтобы дар пробуждался после того, как человека отравили. Хотя, возможно, это случилось потому, что вы были в шаге от смерти, — произнес он и продолжил. — Причина появления магического дара у людей до сих пор так и не изучена. Даже среди древних родов, например, как это было в вашем случае, наследники могут не обладать и толикой магии, в то время как у неблагородных могут родиться поистине сильные маги. Такое ощущение, что сколько бы ученые мужи ни изучали магию, все знания о ней все еще находятся на начальном уровне, — мой собеседник тяжело вздохнул.

— Я вряд ли смогу вам что-то сказать по этому поводу, — я пожал плечами.

— Жаль, — на его губах появилась грустная улыбка. — В любом случае, я рад, что вы получили магический дар, — добавил он. — Кстати, хотел спросить, а вы кого-то конкретного подозреваете в покушении на вашу семью? — спросил он, и его взгляд изменился, снова став пронзительным и цепким.

Прямо как у его отца.

— Да, — не стал я обманывать своего собеседника, ибо правда и так была слишком прозрачной.

— Не поделитесь? — спросил Жумельяк.

— Думаю, вы и сами все прекрасно понимаете, Жозе, — ответил я сыну кардинала.

— Значит, я не ошибся, — усмехнулся он.

— В чем? — спросил я, пытаясь понять, о чем думает этот человек.

И впервые за долгое время у меня это не получалось.

— Не важно, — Жумельяк снова перешел в режим «простодушного добряка». — Кстати, а вот и наш герой, — добавил он, а через пару секунд дверь открылась, и в карету вошел Де’Жориньи, который выглядел совсем иначе, нежели минут десять назад.

Хотя вернее будет сказать, что на здоровяке просто не было крови. Плюс к панталонам добавились широкие шаровары и рубаха, которая, судя по тому, как плотно она обтягивала массивные телеса Жуля, была ему явно мала.

— Приветствую, господа, — поздоровался здоровяк с нами во второй раз.

Мы с Жумельяком переглянулись и кивнули.

— Забирайтесь, поедете с нами, Жуль, — произнес Жозе и Де’Жориньи кивнул.

Вскоре карета плавно тронулась, и мы поехали туда, куда изначально планировали.

— Кстати, а куда мы сейчас направляемся? — поинтересовался Жуль, когда мы выехали за городские ворота Лютеции.

— А это имеет для вас значение? — поинтересовался сын кардинала.

— Имеет, конечно. Как нет? — ответил здоровяк. — Мне бы к себе вернуться и…

— А вы не думали, мой дорогой Жуль, что вас там могут ждать те, кому вы должны? — спросил его Жумельяк. — Кстати, кому вы задолжали? — поинтересовался Жозе.

— Не важно, — недовольным голосом буркнул здоровяк, скрестив руки на груди.

— Хм-м, значит, кому-то серьезному, — задумчиво произнес он. — Причем тому, кто не побоялся напасть на благородного средь бела дня, — он провел рукой по своей аккуратной бородке. — Де’Жату или Морсеньяку? — назвал он два имени, которые мне вообще ни о чём не говорили.

Де’Жориньи вздрогнул и удивленно посмотрел на своего собеседника. И чему он удивляется? Забыл, кто перед ним сидит?

Да, Жозе не был кардиналом, но это не значит, что отец не посвящал своего сына в дела семьи. И уж конечно, помимо огромного количества благородных, которые представляли хоть какую-то ценность, Жумельяк имел представление и о воротилах криминального мира.

Во всяком случае, города, в котором он жил.

— Видимо, я попал в точку, — все тем же холодным тоном произнес сын кардинала. — Так и? — он посмотрел здоровяку в глаза.

— Морсеньяку, — неохотно ответил Де’Жориньи.

Жозе тяжело вздохнул.

— Тогда не завидую вам, — произнес он и покачал головой.

После этого он достал из сумки письменные принадлежности и листок бумаги, а затем что-то написал на нем, положив его на специальную опускающуюся полочку на стене кареты.

Далее он запечатал письмо специальным магическим прибором, который я уже видел ранее, и уже после этого высунулся из окна.

— Передай это Морсеньяку или кому-нибудь из его людей, — произнес Жумельяк, отдавая послание кому-то из своих гвардейцев.

Всадник молча взял письмо, кивнул, подтверждая получение приказа, и тут же ускакал.

— Все. Теперь вашу семью не потревожат, — произнес Жозе довольным голосом.

— Я вас об этом не просил, сударь, — в словах Жуля послышались нотки гнева и угрозы.

— Не просили, господин Де’Жориньи, — спокойно ответил Жумельяк. — Но я знаю Морсеньяка, и есть большая вероятность, что он не остановился бы на том, что произошло в Лютеции. Он очень мелочный, а главное, злобный ублюдок и существует… Существовала большая вероятность того, что он мог навредить вашей семье, пока вы отсутствуете, — сын кардинала посмотрел собеседнику в глаза. — Вам это нужно? — прямо спросил он.

— Нет, господин Жумельяк, — сконфуженно ответил Де’Жориньи.

— Можете обращаться ко мне по имени, — ответил ему сын кардинала. — Мое послание — лишь гарант, что вы вернете деньги позже, не более. Где вы их возьмете — уже сугубо ваша проблема. Надеюсь, это понятно?

— Конечно, понятно, — кивнул Жуль.

— Вот и славно, — ответил Жумельяк. — Одной проблемой меньше. Кстати, отвечая на ваш вопрос. Сейчас мы направляемся в Сент-Эрен. Городу угрожает опасность, и мы собираемся с бароном Кастельмором его защитить, — ответил Жозе на вопрос Де’Жориньи.

— Опасность? О чем идет речь? — спросил Жуль.

— Расскажете, Люк? — обратился ко мне сын кардинала.

— Да, конечно, — кивнул я и вкратце рассказал здоровяку то, что произошло со мной, пока мы возвращались с главой гильдии строителей и его людьми в Сент-Эрен.

— Иллерийские псы хотят захватить город?! — мгновенно закипел импульсивный Де’Жориньи. — Да я…

— Успокойтесь, Жуль, — холодным тоном произнес Жумельяк. — Мы не дадим врагу это сделать. Среди них есть наш человек, и я уверен, что ему удастся помешать иллерийцам что-либо сделать, пока мы не вмешаемся, — ответил ему Жумельяк.

— Наш человек? — удивился Жуль. — Анри, что ли?

— Вы знаете Анри Де’Аламика? — в этот раз удивился сам сын кардинала.

— Ага, — усмехнулся Де’Жориньи. — Вместе воевали под Трёмой, — добавил Жуль. — Хороший солдат.

— Да? Уверены? — в этот раз усмехнулся Жумельяк.

— Ну да, а что? Ну, пьет немного, ну так это все делают, — здоровяк пожал плечами.

— Немного? — правая бровь Жозе вздернулась вверх.

— Не знаю. По моим меркам, думаю немного, по другим… Не знаю, — здоровяк покачал головой.

— Ясно. В любом случае, Анри Де’Аламик сейчас в стане врага, и наша основная задача не только устранить иллерийских диверсантов, но и сделать так, чтобы лейтенант не пострадал, — ответил ему Жумельяк.

«Он что, собирается и Жуля привлечь к этому делу?» — удивился я.

Судя по тому, что он посвящает здоровяка в наши планы, видимо, да.

— Я с вами! — пробасил Де’Жориньи. — Ой, капитан Жумельяк, могу я принять участие в операции? — исправился здоровяк.

— Если найдем на вас форму подходящего размера, то возможно, — ответил ему Жозе. — Люк, вы ведь не против?

— Нет, разумеется, — ответил я.

— Вот и славно, — кивнул Жумельяк.

«А он хорош», — подумал я, наблюдая за тем, как ловко сын кардинала все устроил.

Я примерно предполагал, для чего все это делается.

Мы бы прекрасно справились и без Жуля, но Жозе специально стремился к тому, чтобы здоровяк чувствовал себя частью нашей команды, чтобы в конечном итоге он согласился пойти с нами на другую сторону разлома.

Хитер, ничего не скажешь. Да и манипулятор тот еще…

— А теперь у меня к вам главный вопрос, господа. Путь до Сент-Эрена неблизкий. Надеюсь, вы взяли в дорогу вино? — спросил Де’Жориньи и мы с сыном кардинала переглянулись.

Ничему его жизнь не учит. Кажется, его природную жизнерадостность ничем не прошибить. Дорога обещала быть веселой…

Глава 22

Сент-Эрен. Сколько лет, сколько зим.

С этим городом меня связывало больше всего историй и впечатлений, чем с каким-либо другим местом в этом мире. Пусть я не здесь очнулся в новом теле, но этот город был мне уже почти как родной, более того, я чувствовал за него какую-то ответственность, что ли… Странно и необычно, как для Василиска…

Здесь я познакомился с такими замечательными людьми, как Огюст Шален и Луи Бриан. Здесь я впервые встретился с магической эпидемией лицом к лицу, увидел магического зверя и впервые поучаствовал в дуэли.

— Люк, с вами все в порядке? — спросил меня Жозе, тем самым обрывая поток моих воспоминаний об этом городе.

— Да, — кивнул я. — Просто вспомнились некоторые моменты.

— Хорошо. Будите Де’Жориньи и будем готовиться, — сказал сын кардинала. Я посмотрел на спящего в карете здоровяка, который отключился около десяти часов назад, под воздействием выпитого.

Поняв, что дорогим и хорошим вином поить Жуля себе дороже, мы в итоге по дороге взяли бочонок вина подешевле, который и поглощал наш очень крепкий друг во время нашего путешествия. Мы ему не мешали, но и вместе с ним не пили, давая выговориться и выплеснуть вместе со словами стресс последних событий.

И за это время, пока он не вырубился, мы о Де’Жориньи узнали практически все. Какие женщины ему нравятся, какой любимый цвет и оружие, сколько он может выпить за раз, какое вино ему нравится, какое — нет и так далее.

Теперь мы многое знали об этом человеке.

Хотя и не спрашивали…

— Жуль, вставайте, — я толкнул здоровяка в плечо, но он даже и бровью не повел. — Жуль! — в этот раз я толкнул сильнее, но без толку.

Здоровяк спал как убитый из-за огромного количества алкоголя внутри его тела.

«Хм-м. А что такое алкоголь?» — подумал я.

По сути, яд. А это значит…

Я приложил руку к щеке спящего Де’Жориньи и с помощью своего магического ядра начал поглощать все токсины из его тела.

— Жуль! — я снова толкнул здоровяка в плечо. И в этот раз он открыл глаза.

— А⁉ Что?! — он начал удивленно осматриваться по сторонам. — Уже приехали? — он, наконец-то, сфокусировался на мне.

— Да, — кивнул я. — Как вы? — спросил я, и мой собеседник задумался.

— Странно, если честно, — ответил он. — Голова не болит, но какая-то мутная, — добавил он. — И пить очень хочется. Люк, у вас нет вина?

— Вина нет, но воду держите, — я протянул ему магическую флягу, которую до отказа наполнил водой на случай, если вдруг понадобится.

Де’Жориньи смерил ее недоверчивым взглядом, явно думая, что ему не хватит, но все равно взял ее в руки и начал пить. Каким же было его удивление, когда он все пил, пил, а вода не заканчивалась.

— Фуу-х, теперь лучше, — он открыл дверь кареты и вышел наружу.

Я последовал за ним и практически нос к носу мы столкнулись с молодым Жумельяком, в руках которого был большой мешок.

— Форма иллерийцев, — произнес он, кивая на торбу у себя в руках. — Не знаю, найдется ли что-нибудь для господина Де’Жориньи, но для нас с вами, Люк, подходящий размер найдется, — добавил он и закинул мешок в карету.

— А что дальше? — спросил здоровяк.

— Покинем город. Дождемся ночи, а затем пойдем в расположение врага, — ответил Жумельяк.

— А дальше? — спросил Жуль.

— Ночью проникнем в лагерь, найдем Анри, ну а затем будем действовать в зависимости от того, что он нам поведает. Прямого боя с иллерийцами хотелось бы избежать, — ответил сын кардинала.

— Кому хотелось бы? — усмехнулся Жуль и потер кулак, который был размером с мою голову.

Да уж, получить таким в лицо, считай, пиши пропало. А уж если представить, что они будут каменными, да еще и тяжелыми… Верная смерть.

— Нам не хотелось бы, — ответил ему Жумельяк. — Де’Жориньи, вы хоть представляете, сколько их там может быть? — сын кардинала смерил здоровяка недовольным взглядом.

— Так вы же очень сильный. Да и Люк тоже. И я, — ответил ему Де’Жориньи. — Если магов среди них нет, так вообще будет проще простого!

— А если будут? — спросил Жозе.

— Так там еще и Анри будет. Сами знаете, господин Жумельяк, что он один из лучших фехтовальщиков страны, да еще и силой магической одарен. Против нас у иллерийских псов не будет и шанса. Хе-х! — довольным голосом заявил он.

Сын кардинала посмотрел на меня и тяжело вздохнул.

— Возможно, он прав, — во мне Жозе, внезапно, нашел союзника. — Не думаю, что их отряд очень большой. Все же для того, чтобы взять Сент-Эрен, особенно если действовать скрытно, много людей не нужно. Жозе, каково в нашей армии примерное соотношение магов к обычным солдатам? — поинтересовался я.

Жумельяк задумался.

— Думаю, пятьдесят-сто простолюдинов к одному магу, — ответил сын кардинала. — Все зависит от специфики отряда. В каких-то магов больше, в каких-то меньше, — добавил он.

— Ясно. Получается, вряд ли их там больше двух — трех. Так? — спросил я.

— Думаю, да, — кивнул мой собеседник. — Это в лучшем случае.

— Тогда не вижу проблем, — спокойно ответил я.

— Ахха-х! Молодца! — громко усмехнулся Де’Жориньи, и хлопнул меня по плечу.

Хорошо, что я уже знал повадки здоровяка, поэтому каждый раз перед таким вот проявлением его чувств успевал немного усилить свое тело магической энергией, дабы не получить ушибов или травм похуже.

Все же этот человек обладал недюжинной силой, а тело Люка, наоборот, все еще пребывало не в самом лучшем физическом состоянии.

К тому же это хорошая тренировка магических способностей.

— Согласен с вами, Люк! — пробасил Жуль. — Порвем этих иллерийских собак! — добавил здоровяк и снова потер кулаки.

Сын кардинала тяжело вздохнул.

— Посмотрим по обстоятельствам, — ответил он. — В любом случае провести разведку не помешает. Вдобавок нам нужно еще определить, где находится их лагерь. Но это я возьму на себя, — добавил он и кивнул на карету. — Грузимся и выезжаем.

— А вино? Пока мы в городе, — возразил сыну кардинала Де’Жориньи.

— После того как мы все сделаем, — сказал, как отрезал Жумельяк.

— Но…

Одного взгляда Жозе хватило, чтобы здоровяк закрыл рот и не высказал то, что он намеревался сказать.

А затем мы отправились в путь.

Поздняя ночь.

— Жозе, вам точно не нужна помощь? — поинтересовался я, когда он изъявил желание отправиться в разведку один.

— Нет, Люк, — ответил Жумельяк. — У меня это получится сделать гораздо быстрее, — произнес он. — Я быстро, — сказав это, он резко взмыл в воздух, а спустя мгновение и вовсе исчез в ночном небе.

— Эхх-х, всегда завидовал магам воздуха, — произнес Жуль, провожая кардинальского сына взглядом. — Летать — это же так здорово… Вы только представьте, Люк! Вот сидите вы с боевыми товарищами и отдыхаете, а у вас раз — и вино закончилось! До ближайшей деревни миль сорок! И что делать? Это же пока ты туда, пока обратно, все протрезвеют и спать улягутся. А будь ты магом воздуха, взлетел бы и десять минут туда, десять — обратно и все! Вы продолжаете отдыхать! Эхх-х, красота! — он благоговейно вздохнул.

В чем-то я был даже согласен с Жулем. Да, я бы не стал использовать магию, чтобы просто слетать за выпивкой, но при этом сам полет был очень полезной магией, особенно в плане разведки.

Причем не только на поле боя, где ты мог сверху оценить диспозицию врага и действовать согласно расстановке вражеских сил, но и в работе, которой я, например, занимался раньше.

Пока я раздумывал над тем, где ещё была полезна магия, позволяющая человеку летать, вернулся Жумельяк. Он упал с ночного неба прямо рядом с нами, да так неожиданно, что Де’Жориньи вздрогнул, а потом смачно выругался.

— Они рядом, — произнес Жозе. — Человек пятьдесят, может, чуть больше, — добавил он и посмотрел на нас со здоровяком. — Судя по всему, готовятся к вылазке.

— То есть мы вовремя! — усмехнулся здоровяк.

— Именно. Скорее всего, сегодня они и собирались совершить задуманное, — ответил ему Жозе, и на его губах появилась хищная улыбка.

— А как вы все разглядели в темноте? — спросил своего собеседника Де’Жориньи.

— Так лагерь же освещен огнями, — ответил ему Жозе. — И да, вы что, ни разу не слышали о зелье ночного зрения? — поинтересовался он у здоровяка.

— Хм-м, вроде слышал, — он пожал плечами. — Просто сам не пробовал, — виновато добавил он.

— А вот если бы получили звание, то такое зелье полагается каждому офицеру армии, — произнес Жумельяк, который продолжал манипулировать Жулем и вертеть им, как ему вздумается.

К сожалению, такие добродушные и простые люди, как Де’Жориньи были для таких, как Жозе, самыми легкими целями.

— Что сделано, то сделано. Прошлого не вернуть, — здоровяк пожал плечами.

— Не соглашусь с вами, господин Де’Жориньи, — покачал головой кардинальский сын. — Да, может в прошлом вы и накуролесили, но исправить положение можно. Послужите на благо короны, и я уверен, что Король закроет глаза на прошлые ваши деяния, — добавил Жозе.

— Вы про разлом? — Жуль сразу же напрягся.

— Про него, — кивнул Жумельяк. — Повторюсь, нам с бароном Кастельмором пригодилась бы помощь человека, который уже бывал там. Плюс, как я уже говорил ранее, вы сильный боец и к тому же еще и маг земли.

Де’Жориньи тяжело вздохнул и посмотрел на меня.

Я развел руками в стороны.

— Вас туда как заманили, Люк? — спросил здоровяк.

— Никак. Я сам захотел посмотреть, что из себя представляют эти земли, — ответил я, хоть это и было полуправдой. Да, я бы все равно рано или поздно отправился на другую сторону разлома. Просто это должно было произойти не так быстро.

Ну, раз уж сам кардинал настоял на том, чтобы я принял участие в этой миссии, плюс пообещал хорошее денежное вознаграждение, то я не видел смысла отказываться.

Хотя высокопреосвященству вроде и не отказывают…

В любом случае, эта миссия была для меня крайне полезна. Помимо обещанного крупного вознаграждения, немаловажным фактором являлись еще и связи, которые я мог обрести благодаря кардиналу, к которому я попаду в милость, если задание будет успешно выполнено.

— Сами захотели? — удивился Жуль. — Люк, вы даже не представляете, насколько это скверное место, — произнес Де’Жориньи и покачал головой.

— Вот и проверю, — улыбнулся я собеседнику. — Можете не беспокоиться за меня, Жуль, я точно не пропаду, — уверенно добавил я. Но, судя по взгляду здоровяка, мне он не особо поверил.

— В любом случае, сейчас у нас другое дело, — присоединился к разговору Жумельяк. — Первоочередная задача — это разобраться с иллерийцами и найти Анри, — произнес он, и мы оба кивнули.

— А вы смогли его обнаружить? — спросил Жуль.

— Нет, — покачал головой сын кардинала. — Я побоялся, что меня смогут обнаружить, поэтому не стал спускаться очень низко.

— Понятно, — ответил Де’Жориньи. — Так что, тогда переодеваемся и идем? — спросил здоровяк.

— Да. Пока там суетно, я думаю, мы сможем проникнуть в лагерь под шумок. Людей там мало и, скорее всего, они друг друга знают в лицо. Но это не важно. Нам главное отыскать Анри, а потом мы просто перебьем их всех. Сразу скажу. Приоритетные цели — маги.

— Ну, это понятно! — усмехнулся Жуль и потер кулаки. — Давно я этим иллерийским псам взбучки не задавал! Аж руки чешутся! — добавил он, напяливая на себя черные просторные шаровары.

Мы с Жумельяком тоже начали облачаться в форму желто-черных цветов, и вскоре вся наша троица была переодета и готова выступать.

— Вы идите с Люком, — обратился Жозе к Де’Жориньи. — А я постараюсь как-то отвлечь солдат, чтобы вы спокойно могли слиться с толпой, — добавил сын кардинала. — Лучше заходите с той стороны, — он указал на северо-восток. — Там довольно густой подлесок. Пусть думают, что вы ходили по нужде. А на этом все. Встретимся уже в лагере, — добавил он и снова скрылся в ночном небе.

— И как он собирается их отвлечь? Не представляю, — проводив Жумельяка взглядом, произнес здоровяк и покачал головой.

— Думаю, он сможет найти способ, — усмехнулся я. — Не думаю, что для сильного мага воздуха это большая проблема.

— Тоже верно, — немного подумав, рассудил Жуль.

— Ладно, идемте, Люк, — здоровяк кивнул в сторону, куда нам указал Жумельяк, и первым пошел вперед, а я отправился за ним.

Спустя минут двадцать Жуль остановился.

«Неплохой слух», — подумал я, понимая, что, как и я, здоровяк услышал голоса впереди, ибо огни костров мы и вовсе увидели гораздо раньше и двигались именно к ним.

В любом случае, я давно контролировал ситуацию, и мои уши начали различать голоса примерно за минуту до того, как их услышал Де’Жориньи.

— Слышишь? — шепотом поинтересовался Жуль, и я кивнул. — Отлично. Тогда дальше идем более осторожно, — произнес он, и мы отправились дальше.

Пройдя еще метров сто, я услышал шелест кустов и рукой остановил своего спутника.

В отличие от Жуля, я видел все прекрасно, поэтому его удивленное лицо с прищуренными глазами немного позабавило меня.

Я ему указал в ту сторону, откуда я услышал шелест кустов и он, кивнув, пошел в нужном направлении.

— Дальше идите! — послышался чей-то натужный голос с каким-то странным акцентом.

«Хм-м, интересно», — задумался я, понимая, что, скорее всего, я слышу иллерийский язык, которого я, по сути, не должен был знать.

Я не был дураком, поэтому, как только услышал о другой стране, то навел справки. Несмотря на то что иллерийский и галларийский языки имели общие корни, они сильно отличались друг от друга, и сейчас общего между ними было мало.

Но, тем не менее, я понимал, что сказал мне иллериец, который явно отошел в лесок не просто так, а по нужде.

Жуль повернулся ко мне и приложил указательный палец к губам.

Я кивнул ему, и здоровяк пошел на источник голоса.

— Дальше, говорю! — недовольный голос прозвучал громче.

Затем послышалось какое-то ругательство и иллериец встал, а после этого между ним и Жулем произошел быстрая стычка, который длился от силы пару секунд.

Вскоре тело солдата упало на землю.

— Гадил, пес! — усмехнулся Де’Жориньи. — Ладно, идем дальше, — кивнул он, и мы приблизились практически к краю подлеска, в котором прятались.

«Лагерь как лагерь» — подумал я, когда увидел палатки, несколько очагов костров, горящие факелы, стоящие посередине и по периметру лагеря, и солдат в желто-черных цветах, большая часть из которых были облачены в металлические панцири.

Жумельяк не ошибся, и воины действительно готовились выдвигаться.

— Ждем, — произнес Жуль, который, видимо, будучи военным, считал себя сейчас за главного.

«Что ж, подыграю ему», — подумал я, наблюдая, как и он, за врагами, которые занимались своими делами, пока вдруг на другой стороне лагеря не прозвучал мощный взрыв.

А вот и сигнал.

Мы с Де’Жориньи переглянулись, когда в лагере началась небольшая суматоха. Все же это был военный лагерь, в котором находились солдаты, привыкшие к дисциплине.

— Идем, — кивнул здоровяк, и мы вместе с ним выбежали из подлеска и попытались смешаться с толпой. Вот только что-то пошло не так.

Первый же солдат, который нас увидел, указал на Жуля пальцем и хотел было что-то сказать, но я оказался быстрее и, выхватив шпагу, проткнул его горло.

Тело иллерийца упало на землю, а паника вокруг как-то быстро стихла и большинство солдат устремили свои взоры на нас.

Мы с Де’Жориньи переглянулись.

Видимо, план смешаться с силами врага провалился… Чёрт побери, как неудобно-то вышло! Чего они так на нас уставились?!

Глава 23

На нас с Де’Жориньи уставились сразу с десяток пар глаз.

— Чего это они на нас пялятся? — спросил Жуль, крутя головой по сторонам.

— Может, из-за этого? — я кивнул на труп у нас под ногами, истекающий кровью.

— Точно! — хлопнул себя по лбу здоровяк. — Просто все произошло так быстро. Плюс я немного накатил на старые дрожжи, — усмехнулся мой собеседник.

И когда только успел…

— Как выглядит Анри? — спросил я здоровяка, возводя вокруг себя магический доспех.

— Волосы по плечи. Обычно убирает их в хвост. Голубые глаза, аккуратная бородка. Невысокий, как вы примерно, — шепотом произнес Жуль, который крутил головой по сторонам.

Мда… Облегчил задачу, нечего сказать. Учитывая, что он сам возвышался над всеми, в том числе и надо мной, на полголовы, то в его понимании понятие «невысокий» было очень растяжимо. А еще почти все иллерийцы были длинноволосыми и с бородками. А голубые глаза в красных отблесках костров рассмотреть было, чёрт побери, как-то затруднительно!

Помимо этого, когда я использовал магический взор, чтобы понять, есть ли вокруг нас маги, я заметил, как энергия Жуля циркулирует по паутине магических каналов, а это означало, что здоровяк собирается использовать магию.

И не зря, ведь нас уже взяли на мушку.

— Его тут нет? — спросил я, убедившись, что рядом нет вражеских магов.

— Нет, — покачал головой Де’Жориньи.

— Отлично, — холодным тоном произнес я и сделал шаг вперед.

— Стоять на месте! — вскрикнул один из солдат Иллерии, державший меня на мушке. — Что тут произошло?! — он посмотрел на труп.

— Он предатель, — соврал я.

— Армандо? — удивленно спросил иллериец.

Ага, еще бы я знал, как его зовут…

— Да, — кивнул я. — Он…

— Поднял руки! — снова вскрикнул тот, что взял меня на мушку.

Я повернулся к Де’Жориньи.

— Жуль, вас могут ранить? — спросил я.

— Они говорят по галларийски! — крикнул кто-то из толпы солдат.

«Только догадались?» — усмехнулся я про себя.

Хотя до этого мы общались шепотом. Плюс паника…

— Вряд ли, — пожал плечами здоровяк, и на его лице появилась довольная улыбка.

Все, что касалось мордобоя, этот человек ловил на лету и понимал без намеков.

— Огонь! — прозвучала команда, и лагерь иллерийцев заполнился звуками выстрелов и клубами порохового дыма.

Не знаю, как там обстояли дела у Де’Жориньи, но от моего магического доспеха пули просто отскочили и упали на землю.

Я же в этот момент был уже рядом с одним из стрелков, и моя шпага оставила росчерк на его шее. Пока иллериец пытался закрыть рану руками, бросив свой мушкет, я уже был рядом с другим.

В этот раз острие вошло в сочленение половинок его панциря и, пройдя между ребрами, вонзилось в сердце.

Я резко выдернул шпагу из уже мертвого солдата, тело которого еще не успело упасть на землю, и парировал ею атаку воина, попытавшегося проткнуть уже меня своим клинком.

К слову, в отличие от галларийцев, илеррийцы предпочитали вместо шпаг более привычные мне прямые клинки, один из которых я как раз и парировал родовой реликвией Кастельморов.

Отбив клинок, я пнул воина, который попытался поразить меня оружием в грудь, и он упал на землю. Будучи усиленным магией, я обладал силой, которая была несравнима с силой обычного человека.

Упав, воин начал жадно глотать ртом воздух. Удар пришелся прямо в область диафрагмы и панцирь не смог защитить моего противника от силы удара.

Сразу после этого на меня налетели сразу несколько противников, и я закрутился волчком, отбивая, парируя и уклоняясь от многочисленных ударов, обрушившихся на меня.

Да, я мог этого не делать, и магический доспех защитил бы меня от всех атак. Но, как и ранее, я не полагался на одну лишь магию, и если я мог избежать попадания любым другим способом, то делал это.

Убив еще одного иллерийца, я решил посмотреть как там дела у Жуля.

«Ого!» — удивился я, когда увидел нескольких солдат Иллерии, лежащих у его ног и не подающих признаков жизни.

«Чем он там сражался против меня на турнире, устроенном младшим Рошфором?» — попытался вспомнить я.

Точно. Двуручным деревянным мечом, который хорошо подходил этому здоровяку, ибо шпага в его руках смотрелась бы как зубочистка.

Сейчас, например, он выбивал все дерьмо из врагов голыми руками. И делал он это, к слову, довольно эффективно.

А тем временем я убил ещё одного «иллерийского пса», как их называло большинство жителей Галларии.

Во всяком случае, те, кто служил в армии и начал сражаться еще с молодости. Мне эти иллерийцы были не соперниками, поэтому, уложив одного, я хотел было убить другого, но вдруг послышалось «пли» и мой противник рухнул на землю.

Буквально через пару секунд снова послышались мушкетные залпы, и в лагере иллерийцев опять запахло порохом.

«Видимо, они не уяснили с прошлого раза, что пули меня не берут», — подумал я, когда несколько пуль упали на землю рядом со мной.

Странно, выстрелов точно было больше, а это могло означать только одно.

«Де’Жориньи!» — я обернулся и увидел, как здоровяк, держась за грудь, упал на одно колено.

«Не успеваю!» — я уже видел занесенные над Жулем клинки и понимал, что не успеваю.

Яркая вспышка осветила лагерь иллерийцев, а затем время как будто бы замерло.

Мгновение, и я увидел, как у людей, окруживших Де’Жориньи, началась сначала какая-то паника, а затем лагерь наполнился криками и воплями боли и страдания. На землю упало несколько рук, которые продолжали сжимать мечи.

А затем я увидел его, и мне сразу стало понятно, что в дуэли против меня Жумельяк не использовал и трети своих настоящих сил.

Все решилось очень быстро. Тела иллерейцев одно за другим начали падать на землю, и вскоре рядом с Жулем не осталось никого живого.

Кроме Жозе, разумеется.

Да уж. Признаться честно, то, что я увидел, поразило меня. Я знал, что Жозе силен, но чтобы настолько… А ведь он не самый сильный маг. Тот же старший Рошфор был гораздо более одарен в магическом плане.

А ведь поговаривают, что его старший сын еще сильнее своего родителя!

Хотя высокопреосвященство Жумельяк тоже был тем еще монстром. И не удивительно, что его сын, который унаследовал элемент воздуха, уже стал таким сильным магом, а в перспективе может превзойти отца. Если выживет, конечно же. Ведь жизнь он себе выбрал явно неспокойную. А с другой стороны — мне ли его винить?

Во всяком случае, потенциал у него был. И был он довольно высок.

Между тем, лишившись около трети бойцов и увидев, как это произошло, иллерийцы не спешили атаковать нас напрямую и, побросав оружие ближнего боя, схватились за пистолеты и мушкеты.

Могло бы сработать, наверное. Только не против меня или Жозе.

— Ранен? — спросил я, оказавшись возле Де’Жориньи и на всякий случай закрывая его собой.

— Зацепило немного, — ответил здоровяк, держась рукой за рану в боку.

— Пей! — Жумельяк протянул Жулю склянку с какой-то жидкостью.

Странно, буквально пару секунд назад у него в руках было только оружие. Де’Жориньи без лишних слов откупорил крышку зубами и влил содержимое пузырька в рот.

— Осторожно! — успел крикнуть Жумельяк, а буквально в следующий миг послышались мушкетные залпы.

Мы с сыном кардинала закрыли здоровяка собой, благо стреляли с одной стороны. А еще я был чертовски зол. Я не знаю, как Де’Жориньи выживал до настоящего момента! Да, он был крепким и чрезвычайно сильным но его магический запас! Он был реально крохотным! Как так-то? К его возрасту, с его стилем жизни и профессией, он должен был озаботиться этим «неудобством», которое может привести к смерти. Хотя бы артефактов купил… хотя… о чем это я? На какие деньги? Он же гол, как сокол!

Мне пули снова не нанесли никаких повреждений, отскочив от магического доспеха на землю, а вот с кардинальским сыном произошло совсем другое.

Пули иллерийцев застыли буквально в сантиметрах пяти от его тела и зависли в воздухе.

Спустя несколько секунд, они заискрились, а затем и вовсе накалились докрасна, оплавились и начали стекать металлическими каплями на землю.

Вот это я понимаю защита!

— Вы нашли Анри?! — спросил Жозе Де’Жориньи.

— Да, валяется пьяный в палатке! — ответил Жумельяк здоровяку.

— Отлично! Тогда остальных можно…

— Да, — сразу же понял меня сын кардинала и я сразу же рванул в сторону врагов, которые были заняты перезарядкой своих ружей.

Вот в чем минус мушкетов, пистолетов или тех же арбалетов.

Все дальнобойное оружие требовало перезарядки, и сейчас стрелки платили жестокую дань, покрывая землю своей кровью и телами, встретившись с умелым мечником, то есть мной.

Я протыкал тела шпагой, резал ножом и раздавал пинки налево и направо, оставляя их идущим за мной товарищам.

Я убивал иллерийцев быстро, но даже я — один из сильнейших ассасинов в своей гильдии, не мог сравниться с Жумельяков, который клал врагов пачками.

Магия ветра, а вернее элемент молнии, коим обладал кардинальский сын поражала своей смертоносностью. Даже мне в моем прошлом теле пришлось бы напрячься, чтобы повергнуть Жозе в случае прямого противостояния. Хотя… Я бы явно не полез в открытый бой. Я прожил долгую жизнь благодаря холодному уму и умению принимать быстрые и правильные решения. А еще, эффективные. Поэтому, для моих врагов альтернатива умереть полностью отсутствовала.

Если верить словам, которые я слышал о Багряном Палаче, то не было ничего удивительного в том, что я сейчас видел. Моя ядовитая магия, например, подходила, больше, для убийства одиночных целей. Ну, или я мог отравить колодец или реку и только в этом случае, смерти от моего дара могли стать массовыми.

Сильный огневик мог бить по площадям, а тот же Жозе, с его Даром Молнии рано или поздно мог косить ряды врагов молниями. Страшные люди!

А потом в меня прилетел здоровенный камень. Если бы я вовремя не пригнулся, то доспеху моему бы точно не поздоровилось! Как и моему магическому запасу, который бы мгновенно просел. Булыжник смял две палатки, и покатился дальше, попутно придавив какого-то раненого иллерийцв, который истошно орал, пытаясь запихать в живот вывалившиеся кишки и смолкший после того, как каменюка размозжила ему голову.

— Жозе, осторожно! — крикнул я Жумельяку, увидев, как еще один иллериец на огромной, нечеловеческой, скорости приближается к сыну кардинала, занятому боем, сзади.

Но Жозе контролировал ситуацию. Он ушел из-под удара и они оба завертелись в вихре ударов/парирований/выпадов. Без сомнений, это был одаренный. Как и тот, первый, который швырнул в меня камнем.

Ну, мельком оценив сражающихся одаренных, я понял, что Жозе ничего не угрожает. Иллериец был явно слабее, но вот первый, земляной маг, продолжал развлекаться, подняв землю под ногами Жозе. И снова неудачно, Жумельяк просто воспарил в воздух.

Выругавшись, маг земли, повернулся ко мне, решив, что я более легкая цель. Взмах руки и ко мне, со скоростью шрапнели полетели мелкие камни, собранные со всей округи. Ну, я сделал самое простое, что можно было сделать в моей ситуации, укрылся за стоящей неподалёку телегой с припасами. Судя по тому, как полетели щепки, зазвенела битая посуда и мимо меня пролетел простреленный, как минимум двумя камнями окорок хамона, я оценил силу одаренного, выше среднего.

Вот только я уже понял, что слабым местом местных магов было именно хранилище маны, Чем я незамедлительно воспользовался. Я рывком бросился в атаку, два раза падая и уходя перекатом от летящей в меня смертоносной гадости, но тем не менее неуклонно приближаясь к врагу. На расстояние уверенного броска ножа.

Пущенные с двух рук ножи полетели точно в цель, но ожидаемо доспех не пробили. Однако, похоже, иллериец был ошеломлен. Не ожидал он от меня такой прыти. И, снова ожидаемо, следующие два ножа он отбил чем-то вроде пылевого торнадо, подняв закрученную в вихрь землю и сбив ножи с правильной траектории.

Вот только сразу за ними летел уже третий нож. Смазанный ядом Ласковой Смерти. И он уже пробил доспех. Несильно, оставив всего лишь царапину на плече, но этого хватило.

Мага «повело», он хаотично начал бросаться камнями куда попало, пару раз зацепив своих, но у него поочередно начали отказывать зрение, конечности и, в конце концов, дыхание. Когда я подбежал к нему, он валялся на земле, держался руками за горло и хрипел, пуская ртом пену. Мой укол в шпагой в сердц облегчил его страдания, отправив на тот свет, а я осмотрелся.

Жумельяк как раз закончил со вторым одаренным иллерийцам, а остальные, похоже поняли, что их дни сочтены. К их чести, они не побежали, сражаясь до последнего вздоха, осознавая, что шанса выбраться живыми у них сегодня точно нет…

Прошло немного времени, и крики и стоны в лагере иллерийцев стихли и наступила тишина. Это была не битва, это было избиение. Что ж… Это война и такое тоже случается.

— Нужно обойти лагерь, — произнес Жумельяк.

— Хорошо, — с Де’Жориньи мы ответили практически одновременно.

— Ты сиди на месте, — тоном не терпящим препирательств, произнес Жозе. — Из тебя еще пулю вынимать, — добавил он и здоровяк побледнел.

Хм-м, логично.

Жумельяк, наверняка, дал Жулю зелье увеличивающее его регенерацию, и кровь и пораженные ткани оно позволяло восстанавливать, но на инородное тело, оставшееся внутри него, не оказывало никакого действия.

Ну, и разумеется, оставлять пулю внутри было никак нельзя.

«Бедолага», — подумал я и пройдя несколько метров заглянул в первую попавшуюся на пути палатку.

Стоило мне одернуть шторку, я увидел внутри дрожащего иллерийца.

— Прошу, не уб…

Договорить он не успел. Укол шпагой мгновенно лишил его жизни, а я отправился дальше. Без колебаний, без сожалений, без лишней рефлексии. Я находился сейчас в боевом трансе и твердо планировал завершить начатое. Думать и размышлять нужно перед боем, вступив в бой, нужно действовать до конца.

Вскоре, кроме нас — меня, Жумельяка, Де’Жориньи и Анри, которого я так и не увидел, в лагере не осталось никого живого.

А ведь не прошло и пяти — семи минут с начала нашей миссии по устранению диверсионного отряда иллерийцев. Работай я один, то наверняка поступил бы по-другому, но на это ушло куда больше времени.

А вот Жумельяку, наверняка, понадобилось либо столько же времени, либо, вообще, меньше. Скорее всего, из-за того, что он боялся поразить нас своими заклинаниями, ему приходилось сдерживать свои силы.

Тогда, возникает вопрос, зачем мы вообще ему были нужны, если он мог легко и быстро «зачистить» лагерь сам.

Все просто. Ему было нужно создать между членами нашего небольшого отряда, что-то вроде боевого братства или товарищества.

Я уже убедился в том, что Жумельяк сильный манипулятор и ничего не делал просто так. Он явно собирался сплотить нас, чтобы в дальнейшем из нас получился отряд, где каждый мог бы положиться на другого и доверить ему защищать свою спину.

И вот Де’Жориньи я уже доверял. Хоть наше первое знакомство и не задалось, зато потом я проникся к этому человеку.

Мне нравились такие простые и открытые люди, вроде этого здоровяка.

Таких, к сожалению, в моей гильдии не было.

Насчет Жумельяка у меня были довольно противоречивые чувства. С одной стороны, этот человек мне тоже импонировал. Он был умен, амбициозен и главное силен.

С другой стороны доверять ему я пока не смог бы. Да, возможно, позже, если бы он доказал то, что сам может быть преданным, я бы ему и поверил, а пока…

Что же касается Анри…

— Господа! — громкий звонкий голос послышался откуда-то слева.

Мы одновременно повернулись на источник голоса и увидели мужчину в желто-черной форме иллерийских войск, который шатаясь шел в нашу сторону с бутылкой в руке.

Причем, не обращая внимания на трупы, валяющиеся повсюду, более того, наступая на них, и чертыхаясь при этом, он шел в нашу сторону, попутно угощаясь из горла бутылки, которую нес.

— А что, тут собственно произошло?! — спросил он и икнул.

Мы с Жумельяком и Де’Жориньи переглянулись, а затем в голос засмеялись.

А он забавный.

Глава 24

Мы все трое уставились на человека, облаченного в форму иллерийских войск, который, держа бутылку в руках, уже не раз успел приложиться к ней еще до того, как прозвучал хоть какой-то ответ.

— Вас я знаю, Жозе. И вас, Жуль. А кто этот молодой человек? — Анри Де’Аламик уставился на меня, икнул, а затем снова сделал несколько глотков.

— Это барон Люк Кастельмор, — представил меня Жумельяк.

— Не слышал, — наш собеседник покачал головой, а затем его взгляд сфокусировался на здоровяке. — Жуль, вы ранены?! — он отбросил бутылку в сторону и подошел к Де’Жориньи.

— Немного, — ответил ему здоровяк, и почему-то отступил на шаг назад.

— Я посмотрю! — Анри снова икнул.

— Нет, не надо, — покачал головой Жуль с нотками страха в словах.

Странно. Чего это он?

— Да бросьте, Жуль! Сейчас я трезвый и прошлый раз не повторится, — махнул рукой Де’Аламик и, пошатнувшись, вновь приблизился к раненому здоровяку.

— Я потерплю до больницы, — ответил Де’Жориньи. — Плюс я выпил зелье, — добавил он.

— А ранение какое было? — спросил Анри.

Жуль с надеждой во взгляде посмотрел на Жумельяка, а затем на меня, но не нашел среди нас помощи. Врать за него мы точно не собирались.

Здоровяк тяжело вздохнул.

— Пулевое, — нехотя ответил он.

— И пуля внутри? — спросил Де’Аламик.

— Да, — кивнул Жуль, в голосе которого уже слышалось отчаяние.

— Снимайте одежду, — спокойно произнес его собеседник.

— Анри, поверьте, рана не страшная и я поте…

— Снимайте, Жуль, — холодный тон Анри заставил Жуля вздрогнуть.

Здоровяк нехотя стянул с себя черно-желтый колет, который к тому же был ему еще и мал, а затем и рубаху.

«Хм-м, а рана серьезнее, чем я подумал», — сразу же понял я, смотря на окровавленный бок Де’Жориньи. Кровь на его теле уже успела свернуться, а сама рана уже не кровоточила благодаря зелью, которое дал ему Жумельяк. Но ранение было довольно серьезным, и можно было только поразиться стойкости Жуля, который продолжал двигаться, разговаривать с нами, да и вообще вести себя как ни в чем не бывало.

Де’Аламик недовольно цокнул языком, а затем ловко достал из ножен на поясе нож.

— Анри, может…

— Надо, Жуль, — кивнул Де’Аламик. — Надо, — он коснулся указательным и средним пальцами лезвия ножа, и его рука засветилась ярким золотым светом.

Прошло несколько секунд, и свечение перешло на лезвие ножа.

— Все будет хорошо, — голос Анри стал более мягким. Он осмотрелся по сторонам, а затем подошел к одному из трупов и, стянув с него колет, кинул его на землю. — Ложитесь, Жуль.

Здоровяк посмотрел на Жумельяка.

— Делайте, что он говорит, — ответил ему Жозе. — Если Анри говорит, что пулю нужно достать именно сейчас, то значит, так и есть, — добавил он. — Можете считать это приказом.

Было видно, что Жуль не хочет ложиться под нож Анри, но выбора у него не было.

— Все будет хорошо? — шепотом спросил я сына кардинала, когда Де’Жориньи, морщась от боли, лег на землю.

— Да, — уверенно кивнул Жозе. — Анри очень опытный лекарь, да еще и сильный одаренный. Он делал операции и похуже, чем сейчас, причем и в более… гхм… неадекватном состоянии. Поэтому Де’Жориньи ничего не угрожает, — добавил он пока мы наблюдали за тем, как Де’Аламик, походив еще немного по полю боя, обзавелся фляжкой, а также тряпками, которыми послужили рубашки убитых иллерийцев, которые тут валялись повсюду.

К мертвым у Де’Аламика было какое-то особое наплевательское отношение.

— Господа, может, найдется у кого-то что-нибудь высокоградусное? — спросил Анри.

Я покачал головой, а вот Жумельяк выручил.

— Бренди, — в руках сына кардинала появилась бутылка.

— Ого! Да это же Мартельское! — довольным голосом произнес Де’Аламик, подойдя к Жумельяку и взяв бутылку.

Откупорив пробку, он приложился к горлышку и сделал несколько больших глотков.

— Ум-м, даже жалко тратить столь ценный напиток на подобные цели, — закрыв глаза от удовольствия, произнес Анри, а затем вернулся к лежащему на земле Де’Жориньи. — Ладно, — он сделал еще глоток, а затем сжал губы и выдохнул бренди на тело Жуля.

Здоровяк, стиснув зубы, едва слышно застонал.

«Молодец, хорошо держится», — подумал я, наблюдая за тем, как Де’Аламик очищает рану от крови.

Когда на теле Жуля не осталось запекшейся крови, Анри поднес бутылку к ране и вылил небольшое количество содержимого на саму рану, после чего взял нож.

— Вы знаете, что делать, Жуль, — произнес Анри и протянул ему бренди.

Здоровяк привстал на локтях и, взяв бутылку, знатно к ней приложился, после чего стянул перчатку и зажал ее в зубах.

— Сделаю все быстро, — произнес лекарь, а затем сразу же погрузил лезвие в кожу, сделав небольшой надрез.

Положив бутылку на землю, он поднял руку, и, как это было и в прошлый раз, она начала светиться ровным золотым светом. Что-то буркнув себе под нос, Де’Аламик поднес ее к ране, а затем погрузил пальцы в рану.

Спустя несколько секунд он извлек из Де’Жориньи кусочек свинца, который отбросил в сторону и взял в руки бутылку.

Сделав несколько глотков, он повторил то, что делал в самом начале операции, а затем убрал нож в ножны и приложил обе руки к ране. Я использовал магический взор и каким же было мое удивление, когда я увидел, как магическая энергия Анри перетекает в тело Жуля, концентрируясь в области раны.

— Фуу-х, — тяжело вздохнул Де’Аламик через пару минут, вытирая выступивший пот со лба. — Вот теперь все будет хорошо, — довольным голосом произнес он. — Вы как, Де’Жориньи? — спросил он, вновь прикладываясь к бутылке.

— Лучше, чем в прошлый раз, — усмехнулся здоровяк и сразу же поморщился от боли.

— Ой, да ладно вам! — махнул рукой Анри и протянул бутылку раненому. — Как говорит господь, — он перекрестился. — Кто старое помянет, тому глаз вон, — произнес он и встал.

Лекарь осмотрелся по сторонам.

— Я правильно понимаю, господа, что на этом наша миссия здесь закончена? — уточнил он, оглядывая трупы иллерийев, которые тут валялись повсюду.

— Да, — кивнул ему Жумельяк. — Но мне нужен подробный отчет о том, что тут вообще произошло и зачем сюда прибыли иллерийские диверсанты, — добавил он.

— Будет, — кивнул ему Анри и, припав губами к горлышку, опрокинул бутылку. — Ци, — он недовольно цыкнул языком и отбросил бутыль в сторону. — А с ними что? — он обвел рукой поле боя.

— Займутся мои люди, — ответил ему Жозе.

— Славно, — кивнул Анри. — Я сейчас, — лекарь икнул и пошел в ведомом лишь одному ему направлении.

— Вы как, Де’Жориньи? — спросил сын кардинала здоровяка, который все еще лежал на земле и приходил в себя.

— Лучше, — ответил он. — Анри — пропойца, но в исцеляющих силах его магии я не сомневаюсь. Уверен, что завтра я буду уже как огурчик. Плюс ваше зелье, господин Жумельяк…

— Жозе, — произнес сын кардинала. — Можете обращаться ко мне по имени, — добавил он.

Видимо, Де’Жориньи получил некий кредит доверия, поучаствовав в операции по устранению диверсионной группы иллерийцев.

Хм-м. Интересно.

— Тогда и вы называйте меня по имени, — ответил Жуль и попытался встать.

Не вышло. Закряхтев, он поморщился от боли и рухнул на землю.

— Жуль! — я протянул здоровяку руку, а заодно усилил свое тело магией.

Без нее поднять Де’Жориньи у меня вряд ли бы получилось.

— Спасибо, — поблагодарил меня раненый и, взяв меня за руку, поднялся на ноги.

— Господа! — из-за палаток вынырнул лекарь с ящиком вина в руках. — Куда мы дальше? — задал он вопрос, на который я тоже бы хотел услышать ответ.

— Мне нужно вернуться в Сент-Эрен, — ответил ему Жумельяк.

— Хм-м, тогда я с вами Жозе! — произнес лекарь. — Я как раз хотел навестить там своего старого знакомого!

— Не о Луи Бриане, случаем, идет речь? — поинтересовался кардинальский сын.

— О! Значит, вы тоже знакомы с… Луи, — вовремя спохватился Де’Аламик.

— Да, господин Бриан был дружен с моим отцом, — ответил Жумельяк. Кстати, Люк, вы же тоже знаете настоятеля церкви Святого Густава? — спросил меня сын кардинала.

— Да, — кивнул я. — Мы провели с Луи пару интересных бесед, — честно ответил я.

— Господин Бриан о вас очень лестно отзывался, — довольным голосом произнес Жозе.

— Да? — удивился Анри. — Могу я у вас поинтересоваться, барон, чем вы так приглянулись ему? Старик за все время нашего знакомства не сказал обо мне ни разу ничего хорошего! — лекарь усмехнулся и, поставив ящик с вином на землю, выудил из него одну бутылку и сразу откупорил ее. — Угощайтесь, господа! Пойло так себе, конечно, но пить можно, — добавил он и приложился губами к горлышку.

— Давай! — поморщившись, Жуль протянул руку.

— Держите, — выудив из ящика еще одну бутыль, лекарь протянул ее здоровяку. — Ой! — он откупорил пробку и только потом отдал ее Де’Жориньи.

«Какой заботливый», — усмехнулся я про себя, и ответил лекарю:

— Думаю, все дело в эпидемии, которую я устранил в Сент-Эрене.

— А, так это были вы, барон! Наслышан! — ответил Анри. — Тогда не удивлен, что старик проникся к вам симпатией. Старина Луи в последнее время стал довольно сентиментальным, и ему нравится тихая и мирная жизнь в Сент-Эрене, — добавил лекарь.

— Хорошо знакомы с монсеньором Брианом? — спросил я Де’Аламика.

— Да. Долгое время он был моим духовным наставником, — ответил Анри.

— Только не говорите мне, что вы все еще не лишились духовного сана? — усмехнулся здоровяк и сделал несколько глотков из бутылки.

— Нет, с чего бы? — ответил Анри. — Я верный слуга господа, — произнес он, прикладываясь к бутылке.

Жумельяк смерил его скептическим взглядом, но комментировать слова лекаря по этому поводу не стал.

— Ах-ха! — громко рассмеялся Де’Жориньи, а затем сразу закряхтел и поморщился от боли.

— Все в порядке, Жуль? — спросил я здоровяка.

— Да. Я получал раны и похуже, — ответил он. — Может, уже отправимся в город? Я не жалуюсь, но я бы предпочёл горячую еду и мягкую кровать, нежели находиться среди трупов иллерийских псов где-то в лесу, — добавил он и в принципе, был прав.

— Верно, Жуль, — ответил Жумельяк. — Я так понимаю, в Сент-Эрен с нами не едете только вы, Люк? — просил сын кардинала.

— Верно. Чем быстрее я вернусь в поместье, тем лучше, — кивнул я. — Требуется много всего сделать, прежде чем я смогу отправиться с вами в экспедицию.

— Экспедицию? — поинтересовался Анри.

— Расскажу вам по дороге, — ответил лекарю сын кардинала. — А вы, Жуль, — Жозе посмотрел на здоровяка, — решили что-нибудь?

— Мне нужно подумать, — нехотя ответил Де’Жориньи. — Кстати, Люк, помнится, вы приглашали меня в гости? — Он повернулся ко мне.

— Да, все верно, — кивнул я.

Видимо, здоровяка не особо прельщала идея совместного путешествия в компании с кардинальским сыном, чему я был не удивлен.

— Хотите отправиться в поместье вместе со мной? — добавил я.

— Если моё присутствие вас не стеснит, — ответил Де’Жориньи.

— Нисколько, — честно ответил я.

— Тогда с радостью побываю у вас в гостях, — ответил здоровяк и улыбнулся.

— Славно, — кивнул Жумельяк. — Тогда вы, Люк, возьмёте с собой Жуля и отправитесь домой в моей карете. Господин Де’Жориньи ранен, и ему комфортнее будет перемещаться в карете, нежели верхом. К тому же до Сент-Эрена недалеко, и добраться до города проблем не возникнет. На тракте нас ждут гвардейцы, мы возьмем у них пару лошадей, — произнес сын кардинала.

— Спасибо, — ответил я Жозе. — Верну карету, как только…

— Ой, даже не переживайте насчёт этого. — Жумельяк махнул рукой. — Ладно, давайте уже возвращаться, господа, — произнес он и первым пошел в сторону тракта. — Люк, на пару слов, — произнес он, кивнув мне.

Кажется, я знаю, о чем пойдет разговор, — подумал я, когда поравнялся с Жозе.

— Люк, могу я попросить вас о небольшой услуге? — спросил меня кардинальский сын.

— Разумеется, — ответил я, посмотрев на собеседника. — Я так понимаю, разговор пойдёт о Де’Жориньи? — прямо спросил я.

— А вы как всегда проницательны, Люк, — улыбнулся Жумельяк. — Жуль вам очень симпатизирует, поэтому если вы попросите его отправиться вместе с нами в разлом, то, думаю, вам он не откажет, — подтвердил мои догадки сын кардинала.

Странно. А почему просто не приказать ему? Он служит в армии Галларии, а значит, если здоровяк получит приказ свыше, то у него просто не будет выбора.

Я высказал свои мысли вслух.

— На самом деле все не совсем так, — ответил Жозе. — Я не буду вдаваться в подробности, но при сильном желании отказаться Де’Жориньи может. Поэтому я и прошу вас убедить его в том, чтобы он отправился с нами, — произнес мой собеседник.

— Причина только в том, что он там уже бывал, является магом и опытным бойцом или существуют и другие причины? — прямо спросил я.

— Есть, но пока я не могу вам их назвать, — ответил Жумельяк.

Интересно, что же это может быть…

Мне даже стало немного интересно.

— Хорошо, — ответил я. — Но скажу вам правду, Жозе. Давить я на него не буду, — честно сказал я собеседнику.

— И не нужно, — ответил Жозе. — Не захочет — не пойдет, — спокойно добавил сын кардинала. — Я навел справки и знаю, что приключилось с Жулем в его последней экспедиции. И я понимаю, какие чувства он испытывает. Люк, когда я был за разломом во второй своей экспедиции, попал в пещеру, в которой обитал шадоухант. Вы знаете, что это за существо? — спросил Жумельяк, и я отрицательно покачал головой. — Это очень быстрый и опасный ночной хищник, который к тому же обладает еще и магическими способностями. Он может сливаться с тенями, становясь практически невидимым. И да, я неправильно выразился. В пещеру я попал не один, а с отрядом, которым я командовал, — мой собеседник сделал выразительную паузу. — В ту ночь я потерял не только весь свой отряд, но и руку, — Жозе засучил рукав, и я увидел шрам, опоясывающий всю руку чуть выше локтя.

Ничего себе. Целительная магия в этом мире позволяет отрастить руку?

Или он забрал отрубленную или откушенную руку с собой?

— Ясно, — кивнул я. — Я поговорю с Жулем, — сказал я своему собеседнику. — Но ничего не обещаю.

— Такой ответ меня более чем устраивает, — ответил Жозе.

— Хорошо, — ответил я. Весь оставшийся путь до тракта мы преодолели молча.

Карета и гвардейцы ждали нас там, где мы их и оставили.

— Я сейчас быстро разберусь со всем, и можете отправляться в ваши земли, Люк, — сказал мне Жумельяк и пошел к своим людям.

Мы с Анри и Де’Жориньи остались стоять в стороне.

— Что дальше, господа? — спросил лекарь, который выглядел довольно запыхавшимся, так как тащил ящик вина из-за нежелания бросать его в лагере. — Жуль, вы к барону? Уверены, что не хотите отпраздновать славную победу в какой-нибудь таверне Сент-Эрена?

— Нет, — покачал головой Жуль. — Я хочу немного покоя и отлежаться, — ответил лекарю Де’Жориньи.

— Жаль, — ответил Де’Аламик. А затем его взгляд стал очень серьезным.

Во всяком случае, для человека, который смог впитать в себя столько алкоголя.

— Вы пойдете за разлом, Жуль? — спросил лекарь.

— Пока не знаю. А что? — спросил он Де’Аламика. — Жозе и вас хочет завербовать в этот поход? — спросил здоровяк.

— Нет, — ответил он. — Но я сам хочу отправиться туда. Есть у меня там одно дело, которое я обязательно должен завершить, — загадочно произнес он.

— Ничего вам не обещаю, Анри, — Де’Жориньи покачал головой.

— Хорошо, — на губах святоши появилась грустная улыбка. Он собирался сказать что-то еще, но послышался голос Жумельяка.

— Карета и лошади готовы, господа! — Сын кардинала с нами поравнялся. — Выдвигаемся?

— Я готов, — ответил Де’Жориньи, и посмотрел на меня.

— Славно. Тогда едем, — кивнул я здоровяку, после чего обратился к Жумельяку. — Сбор через две недели?

— Именно, — ответил Жозе.

— Тогда до скорого. Увидимся, господа, — я вежливо склонил голову и, попрощавшись с кардинальским сыном и пропойным святошей, отправился к карете.

Хотелось побыстрее оказаться уже дома. И скоро мое желание должно было осуществиться.

Глава 25

Дом, милый дом.

— Приехали, — я толкнул Де’Жориньи в бок.

Взяв с собой несколько бутылок вина из ящика Анри, который он приволок с собой из лагеря иллерийцев, здоровяк быстро их уничтожил, а затем вырубился. Видимо, сказалось ранение, ибо доза выпитого для Жуля была слишком маленькой.

Думаю, столько он выпивал за завтраком. Точнее, перед завтраком.

— Да? — он вскочил и сонно осмотрелся по сторонам, после чего толкнул дверь кареты и вышел наружу.

Я вышел следом и, как это было и раньше, меня встречали все слуги поместья.

Включая нового жителя особняка Кастеморов — Даниэля или, как он себя называл, Воробей.

— Господин, — вперед вышел Фредерик и склонил голову. — С возвращением, — добавил он, и девушки опустились в книксене, а дети поклонились.

«А у него неплохо получается», — подумал я, смотря на паренька, которого уже успели облачить в цвета моего дома.

— Спасибо, Фредерик, — ответил я дворецкому и повернулся к Де’Жориньи, который смотрел в одну точку.

Я проследил за его взглядом.

Ясно.

— Жуль, — произнес я. — Идемте, — сказал я здоровяку.

— А? — растерянно ответил он, продолжая глазеть на одну из моих служанок.

Разумеется, это была Зигфрида.

— Идемте в дом, говорю, — произнес я, чувствуя небольшое напряжение, которое начало исходить от управляющего поместьем Кастельморов.

— А, да, — кивнул Де’Жориньи, и мы поднялись на крыльцо.

— Господин, распорядиться об ужине? — спросил Фредерик.

— Да, и подготовьте комнату для моего гостя, — ответил я дворецкому.

— Будет сделано, — кивнул управляющий и ушел в дом.

Слуги последовали за ним.

— Люк, могу я вас кое о чем спросить? — спросил Де’Жориньи.

«Скорее кое о ком», — усмехнулся я про себя.

— Да, конечно, — ответил я здоровяку.

— Одна из ваших служанок, она норскийка? — спросил Жуль.

— Да, — кивнул я. — Зигфрида моя кухарка, и хочу сразу вас предупредить, Жуль, мой дворецкий неровно к ней дышит, поэтому я прошу вас не предпринимать никаких двусмысленных действий в ее отношении. Хорошо? — произнес я серьезным тоном, смотря ему в глаза.

— А, вон оно как, — мой собеседник явно расстроился. — Разумеется, Люк. Хорошо, что вы предупредили, — пробасил он.

— Славно, — ответил я и улыбнулся. — Тогда прошу, — я открыл дверь и сделал приглашающий жест, пропуская гостя вперед.

— Благодарю, — здоровяк зашел внутрь и, остановившись в холле, осмотрелся по сторонам. — А у вас уютный дом, — произнес он.

— Спасибо, — ответил я Жулю и тоже покрутил головой по сторонам.

Поместье Кастельморов и правда было уютным местом, где излишествам просто не нашлось места. Во внутреннем убранстве все стояло на своих местах. Здесь не было каких-то дорогих гобеленов или стендов с оружием и доспехами, картин или ваз, а также скульптур. Как и Люк, Кастельморы предпочитали минимализм в интерьере, который нравился и мне. Поэтому я не собирался здесь ничего менять, даже когда у меня появятся деньги.

Они, конечно, уже появились, но я не собирался на этом останавливаться. Поход к разлому должен был принести мне еще денег. При этом и вознаграждение, обещанное высокопреосвященством, должно было быть весьма приличным.

— Господин, — мое внимание привлек Фредерик. — Комната для вашего гостя готова, — произнес дворецкий.

— Хорошо, — кивнул я. — Проводи гостя в комнату, — сказал я управляющему поместьем, и они с Де’Жориньи ушли.

Я же отправился к себе.

— Красота, — довольным голосом произнес я, оказавшись в собственной комнате.

Скинув сумку на стул, я подошел к кровати и сел на нее.

Все вокруг было знакомо, и от этого на душе сразу же стало спокойно.

Несколько минут я просто сидел в тишине, наслаждаясь моментом. Пока в дверь не постучали.

— Открыто, — произнес я, и на пороге появился Фредерик.

— Господин, — дворецкий склонил голову. — Гость размещен.

— Спасибо, — ответил я. — Во время моего отсутствия что-нибудь произошло? — поинтересовался я у управляющего поместьем.

— Нет, господин, — ответил мой собеседник. — Дорога также прошла без происшествий.

— Отлично. Как прижился Даниэль? — спросил я.

— Нормально. Пока будет исполнять работу конюха, а дальше посмотрим, — ответил мне Фредерик.

— Хорошо. Но сразу скажу, у меня на мальчишку иные планы.

— Планы? — правая бровь дворецкого вздернулась вверх.

— Да. У пацана есть магический дар. Он пока находится в зачаточном состоянии, но если его развивать, думаю, из него может получиться толк, — поделился я с собеседником своими соображениями насчет Воробья.

— Хотите обучать его? — в голосе Фредерика прозвучали нотки удивления.

— Возможно, я пока не думал над этим, — честно ответил я. — Хватает других забот. Кстати, через две недели я покину поместье. Не знаю, надолго или нет, но ставлю тебя перед этим фактом сейчас.

— Могу я поинтересоваться, господин, куда вы отправляетесь? — спросил дворецкий.

— Да. Кардинал Жумельяк настаивает на моем участии в экспедиции в Проклятые Земли, — ответил я, и управляющий моим поместьем побелел.

— За разлом? Но как? Почему? — его руки задрожали.

— Есть одно задание, которое нам с Жозе Жумельяком предстоит выполнить там, — ответил я Фредерику, на котором лица не было.

С минуту слуга молчал.

— Вы можете отказаться от этого задания, господин? — спросил дворецкий.

— Нет, — покачал я головой. — Кстати, на время моего отсутствия на территории поместья будут прикомандированы люди высокопреосвященства, так что беспокоиться, что что-то может случиться с вами и с поместьем не стоит, — добавил я.

— Я больше беспокоюсь о вас, господин, — произнес мой переживательный собеседник.

— Не стоит, — улыбнулся я. — Со мной все будет хорошо, — заверил я слугу.

— По ту сторону разлома никогда нельзя быть ни в чем уверенным. Господин, это очень опасное место, — Фредерик тяжело вздохнул.

— Знаю, — кивнул я. — Но я готов к этому.

— Уверены, что вам нельзя отказаться? — с надеждой в голосе спросил дворецкий.

— Нет, Фредерик, — ответил я. — Все уже решено.

— Ясно, — понуро произнес слуга. — А я могу вас сопровождать? — спросил он.

— Нет. Это военная миссия, — покачал я головой.

— Понятно, — грустно ответил слуга. — Вы ведь будете осторожны, господин? — с надеждой в голосе спросил управляющий моим поместьем.

— Разумеется, — кивнул я. Встав с кровати, подошел к Фредерику и хлопнул его по плечу. — Как я уже говорил, со мной все будет хорошо, — добавил я и усмехнулся про себя, вспоминая, в скольких опасных ситуациях я уже побывал в этом мире, о которых не знает дворецкий.

Один только Гаргант чего стоит. Или тот странный червь в доме маркиза.

— Хорошо. Пойду поинтересуюсь насчет обеда, — Фредерик склонил голову и удалился из моей комнаты.

«Что-то он сегодня особенно переживательный», — подумал я, проводив дворецкого взглядом.

Вернулся он спустя минут пять.

— Фрида приготовила легкие закуски. Они ждут вас и вашего гостя в столовой. Ужин будет позже. Прошу прощения, мы не знали, что вы возвращаетесь сегодня, господин, — виновато произнес Фредерик.

— Все нормально, — я махнул рукой. — Позови Де’Жориньи в столовую, — сказал я слуге, а сам вышел из комнаты и спустился в холл.

Мой путь лежал в столовую. Туда-то я, собственно, и направился. За время дороги я успел проголодаться, поэтому немного подкрепиться было хорошей идеей.

— Это она называет легкие закуски? — буркнул я и усмехнулся, когда увидел стол, на котором было слишком много еды для скромного перекуса.

— Ого! Выглядит аппетитно! — послышался голос за моей спиной. Обернувшись, я увидел входящего в столовую Де’Жориньи, вид у которого был довольный, аки у кота, получившего полную плошку сливок.

— Угощайтесь, — я кивнул здоровяку на стол. — Вина? — я взял графин и наполнил рубиновой жидкостью два кубка.

— Не откажусь! — радостно ответил здоровяк, принимая из моих рук вино.

— Как вы, Жуль? — справился я о здоровье гостя.

— Побаливает немного, но это ерунда. Бывало и хуже, — он взял в руки тарелку с тарталетками и начал уплетать их одну за другой, запивая все это вином.

Кубок опустел за считаные секунды.

— Магия Анри очень сильна, плюс зелье Жумельяка. Завтра или послезавтра, думаю, я вообще не вспомню о ранении, — продолжил говорить он.

Я наполнил его стакан вновь.

— Спасибо! Вкусное вино! — довольным голосом произнес Де’Жориньи. — Гурбунское?

— Понятия не имею, — я покачал головой. — За вино, как, впрочем, и за многое в поместье, отвечает Фредерик.

— Это тот, который…

— Именно, — перебил я Жуля, который всегда очень громко говорил. А я не хотел, чтобы о нежных чувствах моего дворецкого узнало все поместье.

Хотя, думаю, девушки и так уже догадывались. Подобные сильные чувства, как любовь, очень сложно утаить. Особенно таким простым и прямолинейным людям, коим был бравый вояка Фредерик.

— Ой! — тем временем Жуль закрыл рот рукой и заулыбался, словно ребенок. — Я могила!

— Хорошо, — я покачал головой и налил ему еще вина.

— Благодарю! — произнес Де’Жориньи и разом осушил свой кубок до дна.

Поняв, что доливать ему каждый раз — дело неблагодарное, я просто протянул ему весь кувшин.

— Ах-ха! — здоровяк громко усмехнулся. — Спасибо! — произнес он и, взявшись за кувшин, приложился к горлышку губами. — Вино я люблю, да!

Ага, удивил.

Дальше мы уселись за стол и перекусили, после чего взяли с собой графин, наполненный уже в третий раз, и вышли на задний двор поместья.

— Люк, ваш дом ведь находится на краю Карнатского леса? — спросил меня Жуль, чем немного удивил меня.

— Верно, — кивнул я. — Знаете что-то про этот лес?

— Немного, — ответил мой собеседник. — Помнится, что-то слышал о нем на охоте Рошфоров, — почесав затылок, добавил он.

Хм-м, а вот это уже интересно.

— А что именно слышали, помните? — поинтересовался я, ибо на охоте Де’Жориньи я никогда не видел без вина. А оно не лучшее средство для улучшения памяти.

— Хм-м, — мой собеседник задумался. — Вроде кому-то из гостей Рошфоров было что-то нужно там, — ответил Жуль. — Но вот что именно, хоть убейте, Люк. Не помню! — добавил он и сделал несколько глотков из кувшина. — Вкуснотища! — уже немного захмелевшим голосом произнес здоровяк.

— Жаль, — ответил я собеседнику.

— Не думаю, что это что-то важное, а то я бы точно запомнил, — ответил Де’Жориньи. — Прогуляемся? — спросил он, кивая вперед.

— Разумеется, — ответил я, и мы пошли в сторону изгороди.

— Это вольер? — удивился Жуль, когда мы практически подошли к забору, за которым буквально через пару десятков метров уже начинался Карнатский лес.

— Да, — я посмотрел на деревянное строение, которым был очень доволен. Глава гильдии строителей и его люди потрудились на славу.

— Собираетесь заняться разведением собак? — поинтересовался Де’Жориньи.

— Не совсем, — я покачал головой.

— Хм-м, а чем же? — удивился мой собеседник. — Он новый. Не просто же так вы его построили? — спросил мой собеседник, проведя рукой по древесине.

Рассказывать ему или не рассказывать о своей задумке? Хотя я все равно собирался идти за щенками завтра…

— В общем, в лесу я обнаружил существо, которое очень напоминает волка. Только это необычный волк, — произнес я.

— Необычный? Магический, что ли? — спросил Жуль.

— Да. Это волчица, и я видел в ее логове двух волчат. Я хочу приручить их. Для этого мне и нужен вольер, — поделился я с Де’Жориньи своими планами.

— Хм-м, — он почесал затылок. — Дрессировать магических зверей крайне сложно, — задумчиво произнес он.

— Да? Не знал, — честно ответил я.

— Да. Сейчас количество магических зверей в Галларии, как, впрочем, и в других странах, заметно увеличилось. Еще двадцать — тридцать лет назад увидеть магическую тварь с той стороны разлома было очень трудно. Практически нереально. Но время идет и все меняется. Люди начали все чаще и чаще ловить тварей с той стороны и изучать их. Познав их природу, люди в нашей стране, да и в других, начали разводить магических тварей для разных целей. Так появились сайберы — те твари, которые были рядом с Габриэлем Рошфором, — произнес Жуль, который сейчас был немного не похож на обычного себя.

Он даже каким-то серьезным стал.

Видимо, эта тема нравилась Де’Жориньи и он был в ней подкован.

— А, забыл! Я вообще к чему разговор-то начал. Раньше встретить вот так запросто магическое существо, например, где-то в лесу, было сложно. Но из-за интереса людей к магическим тварям их начали ввозить в страну. Ну и, разумеется, каким-то монстрам удавалось сбегать. Ну или сбегали те, кто был выращен уже людьми. Ну а дальше, — он усмехнулся. — Оказывается, магические звери сильно отличаются от обычных и могут размножаться не только со своим видом. Как я слышал от кого-то в замке Рошфоров, ими движет очень сильный инстинкт размножения, и ничто их не останавливает. А их семя чрезвычайно мощное и странное, как, впрочем, и гены женских особей. Из-за магии они могут иметь потомство… да от кого угодно, практически! Поэтому и появляются в лесах различные твари. Вероятно, одну из них вы и обнаружили, Люк, — произнес здоровяк.

— Ясно, — ответил я, а слова моего собеседника не стали для меня открытием.

Я примерно представлял, каким образом магические звери появляются в данном случае в Галларии.

А вот информация про инстинкт размножения и то, что магические звери могут спариваться не только со своими видами, стала для меня интересной и занятной.

Получается, что я могу скрестить магических щенков не только, скажем, с собаками или волками, но и с кошками, например? А если это будут какие-то лошади? Сколько же разных вариаций можно придумать!

И ведь наверняка кто-то уже вовсю занимается этим! Как минимум, разновидность транспортных животных впечатляла. С боевыми сложнее, понятное дело. Но уверен, где-то в питомниках есть и боевые твари.

Эх-х, хотел бы я посмотреть на плоды такой культивации. Ну, или хотя бы почитать материалы.

— Вам интересна эта тема, Жуль? — спросил я Де’Жориньи.

— Немного, — он пожал плечами. — Моя младшая сестра вышла замуж за барона Касселя. Их семья как раз занимается выведением разных магических зверей. Я раньше часто навещал сестренку, поэтому что-то знаю обо всем этом, — ответил мой собеседник.

«Кассель. Надо запомнить!» — сделал я для себя зарубку в памяти.

— Понятно. Тогда мне будет интересно узнать ваше мнение, когда я принесу щенков завтра, — ответил я Де’Жориньи.

— Могу сходить в лес с вами, Люк, — предложил Жуль.

Хм-м. А что? Неплохая идея.

— Если вам самому это интересно, то я только за, — ответил я собеседнику.

— Интересно, — улыбнулся здоровяк. — Могу и с дрессировкой помочь, если что. Знаю я, конечно, немного, но чем смогу, помогу, — добавил он. И, признаться честно, такая помощь была мне как нельзя кстати.

— Буду только рад! — довольным голосом произнес я. А буквально в следующее мгновение услышал сзади шаги.

Я обернулся и увидел Фредерика, который шел в нашу сторону.

— Ужин готов, господа, — произнес дворецкий.

— Ужин — это хорошо! — радостным голосом произнес Де’Жориньи, а затем сделал из кувшина несколько глотков.

«И куда в него столько лезет?» — подумал я, смотря на здоровяка, который изрядно подчистил стол, пока мы беседовали.

— Хорошо, — кивнул я дворецкому. — Мы скоро будем, — добавил я, и Фредерик ушел. — Ну что, пойдемте, подкрепимся перед завтрашним делом, Жуль? — предложил я своему товарищу.

— А то! — усмехнувшись, пробасил он и мы отправились домой.

У меня в голове уже прокручивался план завтрашней охоты. Учитывая теперь помощь Жуля, процесс сильно облегчался. Мне так и так нужен был помощник, теперь он у меня есть. Что немаловажно — помощник, которого не так просто убить. Напоить — да, просто, убить — точно нет…

Глава 26

На следующее утро я встал очень рано, но при этом полностью отдохнувшим благодаря медитации, которую я начал практиковать последние несколько дней.

И в первую очередь она была направлена на эффективный сон.

Работая в гильдии, я очень редко мог позволить себе такую роскошь, как восьмичасовой здоровый сон.

Да чего уж там говорить. Если удавалось поспать четыре — пять часов, то это уже была крупная удача. И такая ситуация была не у меня одного. Поэтому, чтобы члены гильдии продолжали выполнять свою работу эффективно, в гильдии была разработана специальная методика дыхательных техник и медитаций, которые помогали ассасинам погружать себя в особое состояние, в котором они могли за несколько часов восстановиться и быть бодрыми для исполнения своих обязанностей.

Правда, тело молодого Кастельмора было пока не готово к использованию всех этих техник по максимуму, ибо оно все еще было слабо в физическом плане. Но если ко всему подходить с умом, как это делал я, то, к примеру, вчера я лег довольно поздно, но при этом, благодаря медитации, я смог выспаться за пять с половиной часов.

А все из-за Де’Жориньи, который никак не хотел идти ложиться, и пришлось допоздна составлять ему компанию.

Кстати о нем.

«Пора бы и ему уже просыпаться», — подумал я, когда доделал обязательный комплекс физических упражнений.

— Господин, — Фредерик каким-то магическим образом появился рядом, стоило только о нем подумать.

Он протянул мне свежее полотенце, а затем окинул изучающим взглядом.

— Вы набрали отличную форму, господин, — произнес он, явно оставшись довольным моим физическим состоянием.

— Спасибо, — кивнул я дворецкому. — Разбуди моего гостя, — сказал я управляющему поместьем, а затем начал умываться.

— Хорошо, — кивнул он и удалился, а я продолжил осуществлять водные процедуры.

Освежившись, я вернулся в поместье и возле входа нос к носу столкнулся с Де’Жориньи, который выглядел весьма помятым.

— Люк, — сонно пробасил он и потер глаза. — Как вы… — он покачал головой. — Как вам удается быть таким бодрым? — спросил он и зевнул.

— Мало пью, — усмехнулся я.

— А… Ясно, — он снова зевнул и покрутил головой по сторонам. — Дайте мне пару минут. Я приду в себя, и можно будет отправляться, — добавил он.

— Хорошо, но в лес мы отправимся после завтрака, — ответил я здоровяку, и на его лице сразу же появилась довольная улыбка.

— А вот это хорошая идея! — сразу же оживился он. — Если еще мне удастся и опохмелиться, то это вообще будет просто замечательно! — добавил он и с надеждой во взгляде посмотрел на меня.

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— Хорошо, — ответил я собеседнику. — Только не переусердствуйте.

— Не-не! — он поднял руки и замахал ими. — Только чтобы слегка голову прочистить, не более, — заверил он меня.

Интересно, а графина для того, чтобы «голову проистить», ему хватит?

Учитывая скорость потребления Де’Жориньи вина и его здоровье, возможно, одного кувшина для этого будет мало.

«Фредерик уже наверняка переживает за запасы в моем винном погребе», — подумал я и улыбнулся.

— Хорошо, тогда так и поступим, — ответил я Жулю. — Можете умыться там, — я указал пальцем в сторону, где тренировался. Там еще осталось много воды, и даже такому здоровяку, как Де’Жориньи, ее должно было хватить. — Я буду ждать вас в столовой, — произнес я и направился в дом, а мой собеседник умываться.

Спустя минут десять мы встретились с Жулем уже в столовой. И первым делом мой крепкий товарищ, разумеется, налег на вино.

— Вот так гораздо лучше! — довольным голосом произнес он, когда опрокинул в себя кубок рубиновой жидкости.

— Рад за вас, — улыбнулся я, взяв в руки горячую булочку и намазал её маслом, а затем и джемом.

— А вы не будете, Люк? — удивился Де’Жориньи, когда я налил себе морса.

— Нет, — покачал я головой.

— А я без вина утро никогда не начинаю, — ответил мой собеседник, совершенно не удивив меня.

«Интересно, целительная магия в этом мире позволяла залечивать внутренние органы, такие как печень, например?» — задался я этим вопросом.

Мне стало настолько любопытно, что я даже решил озвучить его.

— Разумеется! — усмехнулся Де’Жориньи. — Странно, что вы этого не знали, Люк! — добавил он, наполняя свой кубок. — Причем новый орган можно как пересадить от другого человека, так и вылечить свой, — ответил он и разом опустошил бокал.

— А что проще и менее затратное по ресурсам? — решил уточнить я.

— Хм-м, — здоровяк задумался. — Никогда не задумывался над этим, — ответил он.

«А стоило бы», — подумал я, но вслух этого произносить не стал.

— Скорее всего, пересадить новой, — произнес Жуль спустя немного времени. — Во всяком случае, на это магических сил уйдет гораздо меньше.

— А орган? — удивился я.

— А что с ним? В стычках между нами и иллерийским псами погибает много молодых солдат. Так что найти нужный орган не проблема, — ответил мой собеседник.

Хм-м. Об этом я даже не подумал.

А ведь вооруженные столкновения между двумя странами случались постоянно, и гибель людей была неизбежна. И если тела наших солдат, особенно если они были благородными, нужно было наверняка доставить родным, то с убитыми иллерийцами можно было поступать как угодно. И не удивительно, что они могли стать донорами.

— Понял, — кивнул я.

— А что? Вас что-то беспокоит? — поинтересовался Де’Жориньи, допивая еще один бокал.

— Да нет, — покачал я головой. — За вас беспокоюсь, — честно признался я.

— За меня? — удивился здоровяк. — Почему? Из-за вина, что ли? — спросил Жуль, и я кивнул. — Аха-ха! — он громко рассмеялся. — За меня в этом плане можете не переживать, Люк, — ответил мой собеседник. — У людей вроде меня, я имею в виду обладателей магического дара — элемента Земли, повышенная сопротивляемость организма всяким ядам и отравам. Как вы думаете, почему мне сложно напиться? А все из-за этого, — он показал пальцем на грудную клетку.

Хм-м, интересно. Получается, что люди, в частности маги, знают, где располагается магическое ядро. Для меня, признаться честно, это было большим открытием.

Хотя тот же кардинал Жумельяк, судя по всему, обладал способностью видеть вещи магическим взором. Поэтому удивляться этому не стоило.

— Не знал этого, — честно ответил я.

— Ага, — кивнул Жуль и наполнил себе еще один бокал, тем самым «добив» графин. — Мой отец — Шарль Де’Жориньи был очень сильным магом земли, царство ему небесное, — здоровяк поднял глаза вверх и перекрестился. — И чтобы напиться, ему требовалось минимум бочонка два-три крепленого вина. И то — это так… для веселья. Хе-х, — крякнул мой собеседник. — С одной стороны, это вроде бы хорошо, а с другой… представляете, сколько нужно тратить денег на выпивку? — произнес Жуль и отставил от себя пустой графин.

Больше вина на столе не было. И добавка пока не планировалась.

Видимо, здоровяк это понимал, поэтому перешел на морс.

Далее мы продолжили завтрак, и как только мой гость наелся, мы покинули столовую и отправились по своим комнатам, чтобы подготовиться к предстоящей охоте.

Вернее, это нужно было сделать мне, так как у Де’Жориньи никаких вещей с собой, кроме тех, что были на нем, не было.

Встретились мы с Жулем минут через десять на заднем дворе. Его я застал наблюдающим за Зигфридой, которая рубила на улице мясо.

— Готовы? — спросил я здоровяка, и он вздрогнул.

— Как вы так бесшумного передвигаетесь, Люк? — спросил меня здоровяк, поднимаясь со скамейки.

«Профессиональное», — усмехнулся я про себя. Но ответил другое:

— Просто вы были сильно увлечены, — ответил я, посмотрев на свою кухарку.

— А, ну это да, — он кивнул. — Хороша! Мне бы такую в жены! — добавил он и провел рукой по густым усам.

— Боюсь, ваш брак длился бы недолго, — произнес я и усмехнулся. — Зигфрида — женщина с норовом и вряд ли бы потерпела пьянствующего мужа. А рука у нее, к слову, тяжелая, — будто бы в подтверждение моих слов норскийка рубанула тесаком, перерубив говяжью ногу пополам.

Причем толстая кость не стала для неё помехой.

— А мне такие как раз и нравятся! — произнес Де’Жориньи.

— Вы ведь помните, о чем я вам говорил, Жуль? — на всякий случай уточнил я.

— Разумеется, — кивнул здоровяк, перестав пожирать мою кухарку взглядом и посмотрев на меня. — Вы готовы, Люк?

— Да, идемте, — я кивнул в сторону вольера и первым пошел вперед, а мой гость проследовал за мной.

— Вы знаете, где логово монстра? — спросил здоровяк, когда я открыл калитку и вышел за забор.

— Да, я выследил магическую волчицу, но вторгаться в ее владения не стал, — соврал я, ибо видел ее и щенков только издалека при помощи магического взора.

— Верное решение, — кивнул мой собеседник. — Если загнать зверя в угол, особенно когда рядом потомство, произойти может что угодно, — добавил он как раз в тот момент, когда мы подошли к опушке Карнатского леса. — Ваш знаменитый лес? — спросил гость, смотря вглубь.

— Верно, — кивнул я и переключился на магический взор.

Рядом ничего, что имело бы хоть малейшую капельку магической энергии, не было.

— Можем идти, — я первым зашел в лес, а Жуль отправился вслед за мной. — Держите, — я протянул своему спутнику пистолет.

— Не, не надо, — покачал головой Де’Жориньи. — Это, — он кивнул на свои кулаки размером с мою голову. — Лучшее оружие! — гордо произнес он и усмехнулся.

«Вполне логично», — подумал я, убирая оружие обратно в магическую сумку.

— Далеко находится логово? — спросил Жуль.

— Не особо. Пару миль примерно, — ответил я.

— Хм-м, как близко к вашему поместью, — задумчиво ответил здоровяк. — Странно, что магический зверь ни на кого не напал из ваших. Обычно монстры, в чьих жилах течет кровь существ с другой стороны разлома, гораздо агрессивнее обычных зверей, — добавил мой собеседник.

— Зверь задрал мужа Арлетт, — ответил я. — Он был охотником.

— Тогда еще страннее, — произнес Жуль.

— Почему? — уточнил я.

— Зверь, почувствовавший вкус человеческой крови, обычно становится еще более опасным и нападет на всех людей без разбора. Это я имею в виду касаемо тех тварей, в которых есть магия, — пояснил здоровяк.

— Так слуги больше и не ходят за огороженную территорию поместья, — ответил я. — Во всяком случае, с этой стороны.

— Верное решение, — кивнул Де’Жориньи. — Но все равно странно, что зверь не попробовал проникнуть на территорию вашего особняка, — добавил Жуль. — Не думаю, что для магического зверя это такая уж и большая проблема.

Хм-м. А ведь он прав.

— Или забор защищен магией? — спросил здоровяк.

— Не защищен, — ответил я.

— Тогда есть только одна причина, — произнес Жуль и посмотрел на меня. — Это вы.

— О чем идет речь? — не понял я.

— О вас, Люк. А вернее о вашем магическом даре, — пояснил он. — Магические твари чувствуют магию других и чаще всего не нападают на тех, чья магия сильнее. Ну, если, конечно, не загнаны в угол, — произнес Де’Жориньи и с интересом посмотрел на меня.

Получается, и он догадался, что я маг.

— Возможно, — я пожал плечами.

— Так и есть. Иначе зверь бы точно напал, — серьезным тоном произнес здоровяк.

А знания, полученные от Де’Жориньи, довольно полезны.

Не зря я пригласил здоровяка погостить в моем поместье.

Хотя я сделал бы это и не преследуя какие-либо корыстные цели, благо их вообще не было изначально. Мне просто нравился этот человек, и этого уже было достаточно.

— Люк, а вы, кстати, взяли поводки? — спросил меня Жуль, пока мы шли к логову.

— Вроде того, — кивнул я и достал из магической сумки несколько кожаных поводков, которые вчера изготовил для меня Фредерик из обрывков кожи, найденных им в поместье.

— Думаете, выдержат? — скептически поинтересовался здоровяк.

— Надеюсь, — ответил я и остановился. — Мне нужно пару минут, — сказал я Де’Жориньи и, закрыв глаза, начал концентрировать магическую энергию в своих глазах.

Когда я уходил, щенята были совсем маленькие, и поводков, сделанных моим дворецким, должно было хватить для того, чтобы удержать магических волчат.

Во всяком случае, я так думал. Пока с помощью магического взора не увидел три магических источника.

Два из них принадлежали щенкам, а один — их мамаше.

И с того момента, когда я смотрел на них последний раз, кое-что изменилось. Вся троица магических зверей почему-то стала больше. Не сказать, что намного, но различия были. Причем довольно существенные.

— Все в порядке, Люк? — спросил меня здоровяк.

— Да, — немного растерянно ответил я, выходя из состояния легкого транса.

— Уверены? — Де’Жориньи смерил меня обеспокоенным взглядом.

— Да, идемте. Логово уже близко, — ответил я собеседнику, и мы отправились дальше.

Пройдя половину пути, я начал немного снижать скорость и концентрироваться на создании магического доспеха.

— Не воспользуетесь своим заклинанием? — спросил я Жуля, когда до логова магической волчицы осталось совсем немного.

— Нет. А зачем? — спросил меня спутник. — Нам же пока ничего…

Договорить он не успел, ибо со стороны, где магический зверь устроил себе логово, послышались странные звуки, которые с каждой секундой становились громче.

— Приближается! — я резким движением вытащил из ножен шпагу, после чего использовал магический взор, и мои догадки подтвердились. Монстр быстро приближался к нам, и буквально через пару секунд волчицу можно было уже рассмотреть и без магического зрения.

— Крупная! — произнес Жуль, и я ощутил отголоски его магии.

Видимо, он решил не рисковать и использовал защитное заклинание. Ибо монстр, который перед нами предстал, выглядел действительно угрожающе.

Как я и думал, больше всего тварь напоминала волка, только раза в три — три с половиной крупнее своих обычных представителей.

Выпрыгнув из густых зарослей кустарника, зверь, ощетинившись черной шерстью, на мгновение остановился, а затем резко рванул в сторону Де’Жориньи.

«Быстрая!» — подумал я, глядя на монстра и выбегая ему наперерез.

— Назад, Люк! — здоровяк сорвался с места и, толкнув меня в бок, встретил волчицу лоб в лоб.

Столкновение вышло жестким. Магический зверь прыгнул на меня, но встретился с преградой в лице Жуля, который оттолкнул меня.

«Вот, идиот!» — я покачал головой, у меня был наготове кинжал с парализующим ядом и я прямо сейчас волчица бы чувствовала себя гораздо хуже, но Жуль почему-то решил, что меня надо защищать. Ладно, сам виноват, надо было оговорить процесс охоты, но кто знал, что Жуль такой отчаянный?

Врезавшись, оба участника столкновения упали на землю, недалеко друг от дурга. Но волчица первой поднялась на ноги и зарычала. Из ее пасти прямо на траву капала желтая слюна, которая даже для магического зверя выглядела странной.

«Бешеная, что ли?» — подумал я, смотря на зрачки волчицы, которые заплыли кровью. А буквально в следующий момент она бросилась на здоровяка.

— Жуль! — я рванул к Де’Жориньи и прежде чем зубы монстра сомкнулись на лице моего товарища, я вонзил шпагу прямо в бок волчицы. Туда, где у нее должно было быть сердце. К чёрту осторожность, надо бить наверняка. Но, не помогло…

Я думал, я убью ее, ан нет. Острие фамильного сокровища Кастельморов встретило невидимую преграду, не нанеся монстру каких-либо повреждений.

— АР-Р! — зарычав, волчица попыталась сделать то, что планировала изначально. Но и Жуль был тоже не так прост. Здоровяк успел выставить руки и теперь держал обе челюсти своими пальцами в паре сантиметров от своего лица.

«Нужно срочно ему помочь!» — я воткнул кинжал с ядом ей в бок. Волчица взрыкнула, но Жуля не отпустила, похоже доза для нее была явно маловата.

Я начал напитывать свою шпагу парализующим ядом, заодно концентрируя ману на кончике, чтобы пробить броню волчицы и достать до важных внутренних органов.

Занятие это было довольно сложное, так как приходилось разделять магические потоки. Поэтому это должно было занять какое-то время, которого у Де’Жориньи не было.

Было видно, что монстр его пересиливает, и клыки все ближе и ближе оказываются возле его лица.

— Черт! — выругался я и, сорвавшись с места, врезался в бок волчицы.

Будучи усиленным магией, я был сильнее обычного человека, поэтому, несмотря на массу — магический зверь весил больше меня, мне удалось толкнуть монстра, тем самым выиграв время для Жуля.

Отпрыгнув, волчица снова зарычала и в этот раз прыгнула не на моего товарища, а на меня.

И это было ее ошибкой. Я успел выставить лезвие шпаги перед собой, и оно аккурат угодило в открытую пасть монстра, пробивая его магический доспех.

Не понадобился даже парализующий яд. Лезвие шпаги вошло в пасть и вышло из шеи. Я ушел в сторону, не давая сбить себя с ног и сейчас смотрел на подыхаю щую тварь.

Бешеная волчица все еще была жива, поэтому попыталась ударить меня лапой, несмотря на то, что задние лапы ее уже не слушались. Но жизнь уже покидала её, а движения становились медленнее из-за яда. Поэтому, я без проблем уклонился от атаки, а затем ударом ноги вогнал фамильное сокровище Кастельморов еще глубже в глотку магического монстра.

Волчица заскулила и, завалилась набок, всё еще живая. Потрясающая живучесть!

Я подошел к умирающему монстру и, вытащив из ножен второй кинжал, лишил магического зверя страданий, вогнав клинок через глаз прямо в мозг. После чего посмотрел на Де’Жориньи.

— В порядке? — спросил я здоровяка, который уже поднялся на ноги, но выглядел немного потерянным.

— Да… — как-то неуверенно ответил он. — Ну вы, Люк, и даете!

— Отлично, тогда идем за щенками! — довольным голосом произнес я и первым пошел вперед.

А через несколько секунд за моей спиной послышались и шаги Жуля.

Время получить заслуженную награду.

Интерлюдия

Проклятые Земли, Восточный берег, полуостров Отчаянья

Идальго Хосе Сервантес напряженно вглядывался в хаотическое переплетение деревьев, кустов и… чего-то странного и тревожного. Даже флора в Проклятых Землях была враждебной.

В результате Войны за Наследие пострадала в большей степени именно территория Галларии, хотя и Иллерия потеряла часть территории. Так случилось, что Иллерия побеждала. Было ли дело в более многочисленной армии, опытных военачальниках, либо же в более сильных Одаренных? Скорее всего, совокупность факторов дала Иллерии преимущество.

И когда войска Иллерии окончательно смяли оборону галларийцев и уже двигались в сторону Лютеции, король Галларии отдал судьбоносный приказ. Остатки войск Галларии оттянулись назад и стали живым щитом для последней битвы. Вот только силы были неравны.

Никто толком не знает, что именно тогда случилось и как конкретно действовали галларийские одаренные. Есть мнение, что иллерийцы тоже приложили к этому руку.

Как бы то ни было, но плотность одаренных на единицу площади в той роковой битве зашкаливала. Кажется, тогда в битве сошлось больше одаренных, нежели их существовало сейчас, по прошествии почти трех веков. Ведь были еще наемники с сопредельных стран.

Итогом магического воздействия явилось практически полное уничтожение обеих противоборствующих армий. Прямо на месте битвы и образовался разлом, что быстро заполнил Великий Океан.

Год ощущались последствия магической катастрофы. Год формировались Проклятые Земли. Частично они были бывшей частью двух государств, частично — бывшим океанским дном, поднявшимся над водой.

Война закончилась без победителей и проигравших. Внезапно оказалось, что воевать просто некому. Жалкие остатки иллерийский войск ушли обратно к себе на землю, а остатки галларийцев с ужасом осознали новую реальность. Гражданские войны, голод и разруха, вдобавок к стихийным бедствиям откинули государства далеко назад. Что самое печальное — уничтожена была практически вся боеспособная часть одаренных.

Но люди всегда остаются людьми. Их любопытство неискоренимо. Поэтому уже через два года после войны первый корабль Галларии достиг Проклятых Земель. Практически одновременно с Иллерией.

То, что экспедиции увидели там, было… Невероятно! Новая флора и фауна, новые магические ингредиенты, сама суть магии полностью поменялась! Это несло невообразимые перспективы и одновременно с этим — ужасную опасность.

Первыми прочувствовали на себе «проклятие» Разлома жители Альбии, чей главный остров в результате Катаклизма соединился с Проклятыми Землями сухопутным коридором. Альбийцы выступили в Войне на стороне Галларии и также понесли невосполнимые потери среди одаренных. Поэтому сражаться с тварями пришлось обычным людям. И это было по-настоящему страшно!

Альбия выстояла, не превратившись в продолжение Проклятых Земель, но заплатив за огромную цену, потеряв большое количество человеческих жизней. Вот только если простой человек может хоть и с трудом, но сражаться с живыми тварями, то против магического фона и проклятой фауны сражаться ему сложнее. Альбийцы жгли и уничтожали ростки извращенной жизни, что перла с Проклятых Земель, но это была безнадежная борьба. И в итоге они смирились и попытались сосуществовать с новой реальностью. По возможности в мире.

Получилось по-разному. Проклятые Земли влияли не только на человеческое тело и разум, но и на саму душу. Часть Альбии отделилась, отринув короля, создав Страну Цветов. Другая часть попыталась наказать мятежников. Церковь оказала содействие. Случилась еще одна война. Кровавая и беспощадная…

«Проклятые», как назвала их Церковь, использовали магических тварей в качестве бойцов своей армии. Да они и сами стали тварями. Некоторые бывшие люди из их армии и на людей-то были не очень похожи. Эта война получила название Война за Чистоту. За чистоту Рода Человеческого, как объявила Церковь. «Проклятых» вместе с их отродьями выдавили в Проклятые Земли, а всю территорию их пребывания залили огнём. Перешеек в Альбию превратился в выжженную пустыню. Корона Альбии вернула свои владения, потеряв множество подданных. Человечество снова очистилось…

Хосе Сервантес был знаком с Проклятыми Землями уже больше десятка лет. Да, он не всё это время находился тут, но неизменно возглавлял самые важные экспедиции от имени своего монарха.

Сейчас он стоял на стенах форта «Блистательный». Уже четвертые стены четвертого форта за десять лет. Только имя форта оставалось неизменным. Сам форт трижды уничтожали «проклятые».

Хосе невесело улыбнулся. Хорошо этим сволочам из Галларии. Устроились, твари, на Длани Господней, заходя в Проклятые Земли по раздвижному мосту и чувствуя себя в полной безопасности. Изнеженные ублюдки! Ничего! И на них найдется управа!

Но сейчас не о них. Самое интересное, что большинство людей, как в Иллерии, так и в Галларии, а уж тем более в странах, далеких от разлома, даже не подозревали, что здесь тоже живут люди, а не только злобные богопротивные твари. Ну, как люди…

От кромки леса отделилось пятно. Издалека это был просто невероятно высокий, более двух метров ростом, и мощный мужчина. Вот только если присмотреться, то человеком его точно нельзя было назвать. Зеленовато-коричневая кожа, покрытая странными разводами, глаза с узкими вертикальными зрачками на уродливом псевдочеловеческом лице настороженно смотрят на настоящих людей. Рука сжимает огромное копье, а у ног «проклятого», готовая к прыжку, присела какая-то дикая помесь волка с медведем.

Проводник воли Великой Матери был готов отвести людей на переговоры.

— Жуткая тварь, — маркиз Антонио Альварес, комендант форта, что стоял рядом с Хосе, зябко повел плечами, хотя вокруг стояла влажная удушливая жара. — Осторожней, старый друг.

— Нет никого сильнее человека, верующего в Бога нашего и короля истинного. Да славятся имена их, — покачал головой Сервантес. — Если Его Величество решил вступить в переговоры с этими… тварями… то кто я такой, чтобы ему возражать? Велика мудрость Его, уверен, он знает, что творит. А что касается «проклятых»? Мы всегда можем их убить…

Хосе обернулся. Четыре дюжины бойцов Иллерии были готовы к походу. Лучшие из лучших, одаренные, прошедшие как битвы с галларийскими ублюдками, так и сражения с тварями и «проклятыми», они были готовы ко всему. Даже умереть за короля и Иллерию. Вот только умирать будут галларийские ублюдки. Слишком долго они жили в спокойствии…

Content

Тайниковский, Ю. Винокуров
Кровь Василиска
Книга III

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Интерлюдия