Доброе слово

СКАЗКА ОБ ИВАНЕ-ЦАРЕВИЧЕ, О ЗЕМЛЕ РОДИМОЙ И МАТУШКЕ ЛЮБИМОЙ

Пьеса в четырех действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Ц а р ь.

Ц а р и ц а.

А л е н у ш к а — их дочь.

Д м и т р и й — царевич }

В а с и л и й — царевич }

И в а н — царевич } — их сыновья.

Я к о в — солдат.

Д о м н а  П а н т е л е е в н а.

И р и н а  П р е к р а с н а я — диво дивное.

С в е т - Т а т ь я н а — девица.

К а щ е й  Б е с с м е р т н ы й.

Д о з о р н ы й.

Г о н е ц.

С т а р и к.

С о в а.

М е д в е д ь.

З м е я.

В о и н ы  К а щ е е в ы.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Сад. Зеленые деревья. Беседка. В беседке  Ц а р ь  с  Ц а р и ц е й  у огромного самовара чай пьют. Соловья слушают. А л е н у ш к а  цветы собирает.

Ц а р ь. Так вот, жена моя любезная! Нам нынче надобно неотложно ехать. Поехать да посмотреть на царство мое великое, как там дела идут, как в моем царстве люди живут!

Ц а р и ц а. Царь-батюшка, ты — всему царству голова! Поступай, как ведаешь! Только на кого ты стольный град покинешь, на кого и меня-то с доченькой оставишь?

Ц а р ь. А оставлю я мой город стольный и тебя, матушка, на трех сыновей наших, на Дмитрия-царевича, на Василия-царевича да Ивана-царевича.

Ц а р и ц а. Хороши сыновья у нас, царь-батюшка, да сладят ли с делом-то, таким великим да важным! А я давно тебе, царь-батюшка, пожаловаться хочу: старшой наш, Дмитрий-царевич, уж очень опочивать полюбил да все варенье сладкое кушать пристрастился. На прошедшей неделе день спал, ночь проспал да еще один денек проспал, открыл глаза, чаю выпил, а за чаем пуда три варенья извел, да и снова спать завалился. Средний-то наш, Василий-царевич, всем-то хорош, да уж больно жалостлив и любопытен не в меру. Все ему надобно знать, все поразведать. А меньшой наш, Иван-царевич, молчалив да и неласков: вот, царь-батюшка, на кого ты меня покидаешь!

Ц а р ь. Не кручинься, жена моя верная, а ведь ехать мне все же надобно, да и сыновей приучать надо. Время на покой. А сыновьям я строго-настрого прикажу, как себя вести, как стольный град хранить да тебя, матушку, беречь. Эй, позвать сыновей!

Ц а р и ц а. Не сердись ты на них, царь-батюшка. Малы еще детки у нас, несмышленыши.

Входит Д м и т р и й - ц а р е в и ч.

Д м и т р и й. Здравствуйте, батюшка, здравствуйте, матушка! Вы зачем разбудили меня? А сон мне снился такой… вкусный! Будто сижу я в самой реке, а в ней не вода течет, а чай сладкий-пресладкий! А берега-то у реченьки из варенья малинового. Я глоточек отопью, кусок от берега откушу… Вот один я берег съел, за другой только принялся, а вы и разбудили меня! Эх!

Ц а р и ц а. Ничего, милый, вот утешься наяву: съешь-ка ложечку варенья — это получше, чем во сне целый берег!

Д м и т р и й. Спасибо, матушка! (Кланяется в пояс.)

Входит  В а с и л и й - ц а р е в и ч.

В а с и л и й. Здравствуйте, милый батюшка, здравствуйте, дорогая матушка! Вы изволили меня звать?

Ц а р и ц а. Где ты был, Василий-свет?

В а с и л и й. На берегу сидел, на воду глядел — любопытно!

Ц а р и ц а. Милый ты мой, да как комары тебя всего искусали! Ай-ай!

В а с и л и й. Ох, милая матушка, невтерпеж. Все ко мне летят да летят!

Ц а р ь. Ты бы веточку сломал да веточкой и отгонял их!

В а с и л и й. Как же отгонять? Жалко ведь зверя, зверя живого! Ан, невзначай и убить можно, кровь пролить!

Ц а р и ц а. Ах ты родной мой, жалостливый какой! А где ж Иван-царевич?

Ц а р ь. Не торопится что-то сын наш меньшой на зов отца с матерью. Видно, дела-то у него поважнее есть!

А л е н у ш к а. Не серчай, царь-батюшка, вон идет братец Иванушка!

Входит  И в а н - ц а р е в и ч. В руках у него лук. Молча кланяется в пояс.

Ц а р ь. Здравствуй, сын наш Иван-царевич! Где был, что делал? Почто сразу на зов наш не явился?

И в а н. Тетиву на лук натягивал.

Ц а р ь. А зачем тебе лук?

И в а н. Авось и понадобится.

Ц а р ь. А в кого же ты из лука стрелять думаешь?

И в а н. А в кого понадобится, батюшка.

Ц а р и ц а. Ох, и неразговорчив сын-то у нас меньшой!

Ц а р ь. Слушайте, сыны наши любезные! Дела важные, государственные к отъезду пас вынуждают. На вас оставляю я город наш стольный, царицу, жену нашу и вашу матушку любезную, да дочку нашу, сестрицу вашу милую — Аленушку-царевну. Берегите их пуще глаз своих. Берегите и соловья-соловушку. Пока соловей поет — будем весело жить. Ну, с богом, подходите, — простимся!

Д м и т р и й. Прощай, царь-батюшка! Счастливого тебе пути! Я очей не сомкну — сторожить буду. А мне привези гостинец — пряничек, да побольше, варенья, да послаще, медку, да погуще. За город славный наш, за соловушку сладкоголосого, за матушку нашу любезную да за сестрицу милую — спокоен будь! (Кланяется низко.)

Ц а р ь. Ну, гляди, Дмитрий! Памятуй, что ты старшим остаешься! Прощай!

Целуются.

В а с и л и й. Милый мой батюшка! Ох, жалко мне — на кого ты нас покидаешь? Слезы горькие из очей сами льются. Кручиниться по тебе, батюшка, будем, но наказ твой в точности выполним. Сбережем стольный город наш, сбережем матушку любезную, сестрицу милую да соловья-соловушку. А ты мне привези чего-нибудь этакого, такого-разэтакого… (Плачет.) Любо-пыт-ного!..

Ц а р ь. Ну, не плачь, не плачь, жалостливый ты наш! Прощай!

Целуются.

И в а н. Прощай, царь-батюшка! (Не подходя, кланяется.)

Ц а р ь. Не больно разговорчив ты. А что делать без меня станешь? Чай, скучать, тосковать будешь?

И в а н. Нет, скучать не буду. Я из лука стрелять буду учиться!

Ц а р ь (Царице). Не ласков у нас меньшой-то!.. Ну, прощай, жена наша любезная! Прощай, доченька Аленушка! Что закручинились оченьки твои ясные?

А л е н у ш к а. Возьми, батюшка, цветики. Я на заре собрала их. Как поглядишь ты на них — вспомнишь, что ждем мы тебя не дождемся.

Ц а р ь. Полно, Аленушка, не кручинься! Я гостинец тебе привезу дорогой да диковинный.

А л е н у ш к а. Мне гостинцев не надобно! Милый батюшка, сам ты поскорей возвращайся!

Целуются.

Тоска у меня на сердце, матушка, будто беда неминучая крылом своим черным взмахнула.

Ц а р ь. А теперь слушайте, сыновья мои, наказ отцовский строгий-престрогий: всюду похаживайте да посматривайте, только к этой избе запечатанной не подходите! В окна не заглядывайте, а уж дверь открывать и не думайте. Помните наказ мой строгий. А ключ тебе отдам, Дмитрий, как старшому. Прощайте. Эй, трубачи, трубите поход!

Музыка. За оградой сада видны флаги проходящих войск, оружие. Царица, Дмитрий, Василий, Аленушка машут вслед, прощаются. Иван стоит поодаль, опершись на лук.

Ц а р и ц а. А ты, Иван, с батюшкой что ж не прощаешься?

И в а н. Ах, милая матушка, хотел я его было просить, чтобы взял он меня с собой, да не осмелился. А я бы хранил его в походе. Батюшка стар становится, пуще зеницы ока беречь его надобно.

Ц а р и ц а. Ну, будем бога молить, чтобы батюшка наш в добром здоровье вернулся. А вы не забывайте царев наказ. (Уходит с Аленушкой.)

Д м и т р и й. Ну, я, как старшой, дело всем назначу. Ты, Василий, в саду сторожить будешь, чтоб никто к двери не подошел да к соловушке не подобрался. Ты, Иван, ступай страже скажи, чтобы смотрела хорошенько, а я часочек сосну, как встану, медку поем, да и снова засну (увлекаясь), варенья поем да сосну маленько. Как встану — чаю сладкого напьюсь, засну… Да что это я… я глаз не сомкну, проверять вас стану. Ступайте!

Василий и Иван уходят.

(Ходит, поет.)

Спать не стану

Ни минуты,

Глаз совсем я не сомкну.

Не сомкну я вовсе глаз,

Выполню царев наказ.

Заходит солнце.

(Продолжая петь, садится. Голова падает на грудь, очи смыкаются. Поет сквозь сон, ложится, засыпает.)

Слышно пение соловья. Пауза. Из травы возле дерева появляется голова  З м е и. Она поворачивается на пение, и шея начинает вытягиваться. Соловей ноет все жалобнее и жалобнее. Голова поднимается все выше, глаза Змеи начинают блестеть. Появляется  В а с и л и й.

В а с и л и й. Ах ты змея подколодная! К соловью подбираешься! Вот я тебе голову мечом снесу! (Вытаскивает меч.)

З м е я (женским голосом). Ах, Василий-царевич прекрасный, сжалься надо мной, спрячь в ножны свой острый меч, посмотри, как у меня глаза блестят, шея изумрудом отливает. Неужто не жалко тебе, красавец мой писаный, головушку мою бедную снести? Пожалей меня, Василий-царевич!

Василий змеиные сладкие речи слушает, меч опустил, а Змея шею вытягивает, вот-вот соловья схватит. Да пропела стрела, в глаз Змеи впилась, закричала Змея голосом хриплым, противным и упала в траву. Весело запел соловей.

И в а н. Что ж ты, братец Василий, медлил? (Опуская лук.) Почему ты змее голову не снес?

В а с и л и й. Да так, жалко стало. Слезы из глаз моих побежали, и меч сам опустился.

И в а н. И жалеть, братец, с умом надо. Кого пожалеть надобно, а кого и наказать построже. Кого погладить по голове, а кому голову и снести. А где же Дмитрий? Разбудить его надо. (Будит Дмитрия.)

Д м и т р и й (сквозь сон поет).

Спать не стану ни минуты…

(Снова засыпает.)

И в а н. Его не добудишься. Оставайся, Василий, здесь, а я пойду стражу в тереме матушки проверю. (Уходит.)

В а с и л и й. Ну, теперь пусть только попробует змея голову поднять, я живо ее мечом снесу.

Я на страже стою

И змею я убью!

(Ходит по саду, подходит к избе запечатанной.) Любопытно, что в ней там схоронено. Любопытно! А батюшка наказывал не смотреть. Ишь ты, печати-то какие огромаднейшие! Нет, не стану смотреть. (Уходит.)

Я на страже стою И змею я убью!

(Делает круг, возвращается.) Ишь ты, а замки-то какие крепкие! А вот и окошечко приоткрылось. Посмотреть бы одним глазком. (Силится достать.)

Звучит тревожная песнь соловья.

Ничего не видать…

Соловей успокаивается.

Я на страже стою

И змею я убью!

(Останавливается около спящего Дмитрия.) Братец ключ выронил. Экой тоненький… Замки́ велики, а ключ тоненький. Видать, не от этого замка́. Попробовать, что ли? (Берет ключ, идет к замку́.)

Соловей снова тревожно поет.

Нет, подходит. Любопытно повернуть. (Поворачивает.)

Замки раскрываются, дверь распахивается, — к стене прикованный, висит  К а щ е й  Б е с с м е р т н ы й. Солнце совсем село, тревожно в саду. Василий в испуге отскочил, тишина, он потихоньку подходит, заглядывает в избу.

К а щ е й. Не бойся меня, Василий-царевич, подойди ко мне поближе.

Василий подходит.

Посмотри на меня, Василий-царевич, я худого тебе не сделаю.

Василий подошел, с любопытством разглядывает его.

Сжалься надо мной, Василий-царевич! Дай воды мне напиться. Много лет я здесь мучаюсь — совсем горло моё пересохло. Дай мне хоть немного воды.

В а с и л и й. А и вправду надо пожалеть его. (Приносит ведро воды.)

Кащей пьет.

К а щ е й. Не запить мне смертной жажды одним ведром. Сжалься, Василий-царевич, дай мне еще ведро испить.

В а с и л и й. Что ж мне делать? (Приносит еще ведро.)

Выпил Кащей, повернулся, загремели цепи.

К а щ е й. Эх, Василий-царевич, жалостливый! Покажи еще доброту свою ангельскую. Еще ведро принеси, я выпью и оживу.

В а с и л и й. Неужто и третье ведро дать? (Приносит еще ведро.)

Кащей выпивает.

К а щ е й. Вот и силушка ко мне вернулась, сила моя прежняя.

Повернулся Кащей, лопнули цепи, потемнело в саду, страшно завыл ветер. Выбежала  Ц а р и ц а.

Ц а р и ц а. Что это приключилось?

К а щ е й. Дурень ты, Василий-царевич, глуп ты и неразумен, не знаешь ты, кого жалеть можно. Не видать тебе больше ни матери родимой, ни соловья-соловушки.

Свистнул Кащей, появились  в о и н ы  К а щ е е в ы.

Эй, слуги мои верные! Ступайте по всей этой земле. Села богатые, поля зеленые, леса густые огнем жгите! Мужей сильных, жен их верных, детей их малых ко мне в полон ведите!

Подхватили воины Кащеевы Царицу и унесли ее.

В а с и л и й (кричит). Проснись, братец, Кащей матушку нашу унес!

Вбегают  И в а н  и  А л е н у ш к а.

И в а н. Что здесь стряслось?

А л е н у ш к а. Что здесь приключилось?

В а с и л и й. Братец, сестрица! Кащей матушку унес и соловья похитил! (Плачет.)

Д м и т р и й (чешет в затылке).

Выполню царев наказ,

Не сомкну ни разу глаз…

И в а н. Ну, нечего плакать да чесать в затылке. В погоню надобно отправляться. Ты, сестрица милая, дома оставайся да жди нашего возвращения, смотри, никуда не отлучайся. В погоню за Кащеем! (Уходит.)

З м е я. Погоди, Иван-царевич, не убил ты меня, только ранил. Мы еще с тобой поквитаемся. Ненавиж-жу, ненавиж-жу!

З а н а в е с.

Картина вторая

Опушка леса. Посредине белый камень. На камне надпись. Т р и  б р а т а  остановились.

И в а н. Ну вот, братцы! Три пути-дороги перед нами. Нужно нам разделиться — каждому по особой дороге пойти. Говорите, кто какой путь изберет. (Читает надпись.) «Влево пойти — поесть да попить. Прямо пойти — победу одержать или головушку сгубить. Вправо пойти — диво дивное найти».

Д м и т р и й. Я влево пойду. (В сторону.) Поесть да попить никогда не мешает.

В а с и л и й. А я вправо пойду — любопытно, что за диво дивное!

И в а н. А я прямо пойду — ради матери да родной земли и головушки не жаль. Давайте припасы делить, да и разойдемся!

Д м и т р и й. Мне, как старшому, половина всего полагается, а вам, как меньшим, — другая половина на обоих. (Делит.) Прощайте, братья! (Уходит.)

Иван делит остальное пополам. Василий берет, начинает плакать.

И в а н. Чего плачешь, братец?

В а с и л и й. Жалко.

И в а н. Не жалей меня, братец, я либо родную землю да милую матушку нашу спасу, а сам невредимым вернусь, либо голову свою загублю! Не жалей меня, братец!

В а с и л и й. Да я не тебя жалею, братец!

И в а н. А кого же?

В а с и л и й (рыдает). Се-бя! Жал-ко!

И в а н. Чего?

В а с и л и й. Смотри, еды-то у меня мало как! Исхудаю я, а то и вовсе с голоду пропаду-у-у-у…

И в а н. Не плачь, братец, на, возьми мою долю. Я уж как-нибудь перебьюсь.

В а с и л и й (весело). Ну, вот и спасибо, братец! Прощай! (Уходит.)

И в а н (читает). «Прямо пойти — головушку погубить». Ничего, руки у меня сильные, меч мой при мне… Кто-то идет.

Появляется  М е д в е д ь.

А пища сама ко мне идет. Ну, держись, медведь! Сейчас я убью тебя и сырым буду есть!

М е д в е д ь. Пожалей, Иван-царевич, детушки мои ждут меня. Пропадут они. Не убивай меня, царевич, авось я пригожусь.

И в а н. Ну ладно, ступай своей дорогой, Мишка!

М е д в е д ь. Спасибо тебе, Иван-царевич! А коли понадоблюсь я тебе, ты закричи: «Эй, медведь, будет тебе мед ковырять, ступай меня вызволять!» — я и приду. Прощай, Иван-царевич!

И в а н. Прощай, медведь!

Медведь уходит.

Ну ладно, видно, суждено мне голодным быть. Пора в путь отправляться.

Слышна песня:

Солнце красное встает,

Солдат весело идет,

Лихо песню он поет,

Его грусть не берет.

Эх раз, эх два, не страшна ему беда!

Эх раз, эх два, он не струсит никогда!

А это кто еще?

Входит  С о л д а т.

Здорово, добрый молодец!

Я к о в. Здорово!

И в а н. А как звать тебя по имени, величать по батюшке?

Я к о в. А звать меня так, как и величать!

И в а н. А звать-то как?

Я к о в. А звать меня — Яков-малый, солдат бывалый.

И в а н. А я — Иван-царевич! А ты что же, солдат бывалый, от дела летаешь али дело пытаешь?

Я к о в. Солдат от дела не летает, солдат дело пытает. Ищу дела лихого да товарища милого.

И в а н. А делать ты чего умеешь?

Я к о в. Солдат бывалый ко всему ловок: где берет храбростью, а где хитростью, где уменьем, а где и терпеньем!

И в а н. Вот мне такого товарища и надо. Да дело у меня трудное и опасное.

Я к о в. Ты, братец, солдата не пугай. Он все видал, блины с маслом едал. Ну, говори, какое дело?

И в а н. Ты прочитай, что на камне том написано. Да решай, какой дорогой пойдешь. Тогда я тебе скажу: можешь ли ты быть мне товарищем верным?

Я к о в (читает). «Влево пойти — поесть да попить. Прямо пойти — победу одержать или головушку сгубить. Вправо пойти — диво дивное найти!» Ну чего ж, и влево не плохо — поесть да попить кому неохота! И вправо пойти интересно, что там за диво дивное, да и прямо вперед, тоже дело солдатское. Да только вперед знать нужно, за что головушку свою загубить. Голова-то ведь одна!

И в а н. А мне надобно, солдат, прямо идти, чтобы землю родную спасти да матушку любезную из неволи вызволить. Вот тебя я спрашиваю, какой дорогой пойдешь?

Я к о в. Да бывало ли, чтобы солдат отказывался за правое дело прямо вперед идти? Наше дело такое: либо грудь в крестах, либо голова в кустах. Возьми меня в товарищи!

И в а н. Ну, спасибо тебе, Яков-малый, солдат бывалый! Пойдем прямо: или головы свои загубим, или землю родную спасем, да матушку любимую из неволи вызволим. Вперед! Вперед!

Я к о в. Слышишь, Иван-царевич, кого-то бог несет.

Расходятся. Всматриваются. Появляется  А л е к с е й.

И в а н. Стой! Отвечай! Кто ты есть?

А л е к с е й. А ты что за допытчик?

И в а н. Отвечай, а не то худо будет! (Кладет руку на меч.)

А л е к с е й. Ишь напугал как! (Кладет руку на меч.)

И в а н. В последний раз спрашиваю. (Обнажает меч до половины.)

А л е к с е й. А я тебе в последний раз скажу то же, что и в первый. (Также обнажает меч до половины.)

И в а н. Не хочешь по-хорошему? Ну, смотри, чур, пощады не просить! (Обнажает меч.)

А л е к с е й. А ты смотри, хотя и будешь пощады просить, да не помилую я тебя. (Тоже обнажает меч.)

Я к о в. Ишь сцепились два петуха — недалеко и до греха. Будет любоваться — пора и вмешаться. (Выходит на середину.) Ну-ка, добры молодцы, в ножны ваши мечи! Чего торопиться, успеете сразиться! Вы прежде решите, за что биться, чего между собой не поделили. Не малые вы дети, а взрослые мужики. Хоть пока усов и не видать, да недолго ведь их ждать.

А л е к с е й. Я ничего, это все он…

И в а н. А что я? Сам-то ты хорош…

А л е к с е й. Да уж какой есть; а не позволю… всякому…

И в а н. Это кто же такой всякий?

Я к о в. Ну, вот опять!.. А ну, мол-чать, по команде отве-чать, как тебя звать?

А л е к с е й. Звать Алексеем.

Я к о в. Куда путь держишь?

А л е к с е й. Иду своей дорогой, а куда — не скажу. Не троньте меня, и я вас не трону.

Я к о в. Да ты не сердись, Алексей! Ишь, горячий какой! Мы с Иваном-царевичем зла тебе не сделаем.

А л е к с е й. Так ты Иван-царевич?

И в а н. Так меня звать.

А л е к с е й. Тогда я все скажу: злодей Кащей убил отца моего и матушку. Братья мои храбрые отомстить за родителей решились. Много крови черной, вражеской пролили они за кровь отца и матушки, да погибли они в бою жестоком с силою несметною, Кащеевой… За братьев моих храбрых, за отца с матушкой тогда решился я отомстить… В царство Кащеево я направился, доро́гой прослышал, что Иван-царевич с Кащеем биться задумал. И вот захотелось мне Ивана-царевича повидать, попросить, чтобы с собою взял, вместе сражаться! Вот и все!

И в а н. Ты прости, Алексей, что не сразу признал я в тебе воина. А теперь слушайте, трое нас, а душа у нас одна и дума у нас одна! Так поклянемся же клятвою верною на мечах наших на булатных.

Обнажают мечи.

Не знать ни покоя, ни отдыха, пока с Кащеем проклятым за все не рассчитаемся. Клянусь!

Я к о в. Клянусь!

А л е к с е й. Клянусь!

И в а н. Вперед, вперед, друзья мои верные! За землю родную, за матушку любимую!

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина третья

Внутренность избы. Огромная печь. Кровать с пышной постелью. В большой квашне месит тесто  Д о м н а  П а н т е л е е в н а.

Д о м н а (поет).

Уж я тесто замешу

Круто, круто!

Пирожок я испеку

Во два пуда, во два пуда!

Напеку рассыпчатых ватрушек,

Напеку румяных я лепешек!

Людям добрым — объеденье,

Людям добрым — загляденье!

Веселей гори, огонь,

В печи да в печи!

Выну белы, выну сдобны

Калачи, калачи.

Стук в окно.

Кто стучит?

Д м и т р и й. Я стучу!

Д о м н а. Чего тебе надо? Ты зачем мне мешаешь да от дела отрываешь?

Д м и т р и й. Не серчай, красна девица, — напои добра молодца!

Д о м н а. Аль не видишь, добрый молодец, что я делом занята, делом неотложным?

Д м и т р и й. Вижу, красна девица, да уста мои пересохли, слова в горле застревают!

Д о м н а. А мне-то что за дело? Ступай, ступай своей дорогой!

Д м и т р и й. Много я уже прошел, и впереди лежит далекий путь. Напои водой!

Д о м н а. Да что ты привязался, окаянный? Вот я тебя скалкой огрею! (Берет скалку, идет к окну. Увидала царевича и смутилась.) Ишь ты какой!

Д м и т р и й. Ишь ты какая!

Д о м н а. Здравствуй!

Д м и т р и й. Здравствуй, здравствуй, красна девица! Не знаю, как тебя по имени звать, как по батюшке величать.

Д о м н а. Домна Пантелеевна. (Кланяется.) А тебя?

Д м и т р и й. Дмитрий-царевич!

Д о м н а. Здравствуй, Дмитрий-царевич! Что ж ты под окном-то стоишь, в избу не зайдешь?

Д м и т р и й. Спешу, Домна Пантелеевна. Дай ты мне испить водицы холодной, ключевой, и пойду я дальше!

Д о м н а (идет, возвращается). Не отведаешь ли медку сладкого да игристого?

Д м и т р и й. Медку? Что ж, давай, Домна Пантелеевна, медку. Только поскорее!

Д о м н а (идет, возвращается). А то, может, царевич, чайку сладкого с вареньем откушаешь?

Д м и т р и й. Чайку с вареньем!! А какое варенье, Домна Пантелеевна, у вас имеется?

Д о м н а (идет к полке, достает банки с вареньем). А вот вишневое сахарное, яблочное рассыпчатое, крыжовенное сладкое…

Дмитрий влезает в окно.

…клубничное нежное, земляничное прелестное, смородина черная, смородина красная, сливовое вкусное, абрикосовое желтое, брусничное кислое…

Д м и т р и й. А малиновое есть, Домна Пантелеевна?

Д о м н а. Есть, царевич, как малиновому не быть! Да ты в избу-то зайди, царевич!

Д м и т р и й. Я уже вошел, Домна Пантелеевна!

Д о м н а. Ну, к столу пожалуйте, гостем будете!

Д м и т р и й. Недосуг мне, Домна Пантелеевна, торопиться надобно. (Идет к столу.)

Д о м н а. А вы бы сели, Дмитрий-царевич, в ногах-то правды нет! (Ставит на стол банки с вареньем.) Чай, ноженьки притомились? Садитесь!

Д м и т р и й. Будь по-твоему, Домна Пантелеевна, присяду, одну чашечку выпью, да и дальше пойду.

Домна наливает чай, накладывает варенья. Пьют.

Д о м н а. А куда ты путь держишь, куда так торопишься?

Д м и т р и й. Путь держу в Кащеево царство. Должен я Кащея убить, да свою родную матушку из неволи вызволить. Мои братья вперед ушли, вот потому я так и тороплюсь… А хорошее малиновое у тебя…

Д о м н а. А еще чашечку?

Д м и т р и й. Да нет, довольно. Время мне в путь-дороженьку собираться.

Д о м н а. А с вишневым-то?

Д м и т р и й. Разве что с вишневым! Одну чашечку выпью, да и пойду!

Пьют.

Д о м н а. Смотри, царевич, ночь настает, а в лесу темно. Куда же ты пойдешь на ночь глядючи?

Д м и т р и й. А и впрямь темно. Да все равно идти надобно.

Д о м н а. А то бы остался, Дмитрий-царевич. Я вот тесто замесила на меду, на сметане, завтра печь истоплю, пирогов напеку, пирогов поешь, да и пойдешь в час добрый…

Д м и т р и й. Спасибо, Домна Пантелеевна, надо идти… А с чем пироги-то?

Д о м н а. С грибами!

Д м и т р и й. Ну, я ухожу. (Идет к двери.)

Д о м н а. С капустой!

Д м и т р и й. С чем?

Д о м н а. С капустой!

Д м и т р и й. Ну, я ухожу. (Идет к двери.)

Д о м н а. С творогом!

Д м и т р и й. С творогом… (Жалобно.) Ну, я ухожу.

Д о м н а. С яблоками…

Д м и т р и й. С яблоками? (Еще жалобнее.) Ухожу я!

Д о м н а. С мясом!..

Д м и т р и й. А с маком да с изюмом будут?

Д о м н а. Будут, будут, как не быть. Ну что ж, оставайся, Дмитрий-царевич, знаешь, какая я мастерица печь пироги!

Д м и т р и й. Да я бы уж… оно конечно…

Д о м н а. Я перину взобью — кровать мягко постелю… Выспишься ты сладко-сладко…

Д м и т р и й. Ну, будь по-твоему! Да и в самом деле успеется.

Д о м н а. Дай-ка я тебе еще одну чашечку налью, а сама тесто замешу.

Дмитрий пьет, Домна месит тесто.

Ты с абрикосовым-то попробуй!

За окнами раздается отдаленный пронзительный свист.

Что же это? Ох, страшно мне, царевич!

Д м и т р и й. Не бойся, Домнушка, это, наверное, ветер свистит.

Снова свист.

Д о м н а. Слышишь? Боязно мне, царевич!

Д м и т р и й. Не бойся, Домнушка. Видишь, я не боюсь. Давай двери подопрем, окна закроем да завесим. Это ветер свистит.

Д о м н а. Давай, давай окна и двери закрывать. Давай-ка, Дмитрий-царевич, спать! Никуда я тебя не отпущу. Будем жить-поживать да добра наживать… Без тебя братья обойдутся.

В третий раз за окном свист раздался, громкий, пронзительный. Сами собой раскрылись окна и двери. В дверях  в о и н ы  К а щ е е в ы. Молча стоят они, как деревянные.

Ох, боюсь я, Дмитрий-царевич! Возьми ты меч свой острый, снеси ты им головы. Это слуги Кащеевы.

Снова свист. Без звука входят в избу  К а щ е е в ы  с л у г и. Ближе подходят, руки поднимают.

Пропали наши головушки, заберут нас в полон, несчастных! Будем у Кащея в злом рабстве горькую долю свою коротать.

Снова свист, резкий, борьба. Одолели слуги Кащеевы Домну и Дмитрия.

(Причитает.)

Вы падите-ка, горючи мои слезушки,

Вы не на воду падите, на земелюшку!

Вы на этого падите, на злодея,

На Кащея злого, на Бессмертного!

Д м и т р и й. Эх, Домна Пантелеевна, сам я виноват. Видно, не спрячешься от битвы.

Уводят слуги Домну и Дмитрия.

З а н а в е с.

Картина четвертая

Внутренность светелки, очень празднично, красочно. Начало почти в полутьме. Раздается стук в окно. Никто не отвечает. Снова стук. Потихоньку окно открывается, появляется  В а с и л и й - ц а р е в и ч.

В а с и л и й (огляделся). Ишь ты! Любопытно! Кто тут есть? Никого! Любопытно!! Отзовись! Кто тут есть? Никого! Что ж бедному мне делать? Пропаду я без воды.

И р и н а. Кто меня кличет?

В а с и л и й. Это я тебя кличу!

И р и н а (вошла, она в блестящем платье, и сразу стало светло). Кто это «я»?

В а с и л и й (зажмурившись от света). Василий-царевич!

И р и н а. А я Ирина Прекрасная!

В а с и л и й. Здравствуй, Ирина Прекрасная!

И р и н а. Здравствуй, Василий-царевич! Ты что же под окном-то стоишь, а в дом не войдешь?

В а с и л и й. Я только водицы хочу испить, да и дальше путь держать.

И р и н а. Ты хоть на короткий час в светелку войди. С дороги у меня отдохнешь, да и дальше пойдешь.

В а с и л и й. Недосуг мне отдыхать, Ирина Прекрасная. Дай мне водицы испить, и простимся с тобою.

И р и н а. На, Василий-царевич, испей водицы. Куда же ты путь держишь? Когда обратно возвращаться будешь?

В а с и л и й. Эх, Ирина Прекрасная, иду я в царство Кащеево. С Кащеем Бессмертным да злым биться — мать родную освободить.

И р и н а. В царство Кащеево? Путь далек. Притомился ты, наверно. Войди отдохнуть.

В а с и л и й. Нет, Ирина Прекрасная, пойду я дальше в путь-дороженьку. Прощай, ненаглядная!

И р и н а. Прощай, Василий-царевич, а как будешь обратно идти — ко мне заходи, диво дивное погляди!

В а с и л и й. Ох, любопытно мне диво дивное поглядеть, да кто его знает, когда я ворочаться-то буду, а может, и не вернусь, диво дивное не увижу. Жалко.

И р и н а. А ты, царевич, коли боишься, что не вернешься, так сейчас войди, диво дивное погляди…

В а с и л и й. Тороплюсь я, а диво дивное, наверное, далеко, не увижу я его… Жалко!..

И р и н а. Не плачь, царевич! Диво дивное не далеко, не близко, а рядом с тобой стоит, на тебя глядит.

В а с и л и й. Любопытно! Где ж диво дивное?

И р и н а. А я сама и есть диво дивное. Погляди, царевич, вот я радугой обернусь. (Подняла руки, и заструились на ней радужные краски.)

В а с и л и й. Ох, как любопытно! Что ж я под окном-то стою? Подойду да поближе погляжу! (Влезает в окно.)

И р и н а. А ты, Василий-царевич, посиди да на меня погляди!

Танец Ирины Прекрасной.

В а с и л и й. Вот оно, диво дивное, красиво как!.. Любопытно!.. Век бы сидел тут да на тебя все глядел, глаз не спускал.

И р и н а. А куда же тебе торопиться, царевич? Разве у меня тебе худо? Оставайся со мной! Заживем по-милому, по-хорошему.

В а с и л и й. Нет, Ирина Прекрасная, диво дивное, братья там воюют, и надобно идти к ним. (Собирается идти.)

Слышен далекий пронзительный свист.

И р и н а. Что это, царевич? Боязно мне, оставайся!

В а с и л и й. Не бойся, это ветер гуляет, деревья долу клонит, а деревья шумят. Прощай, ненаглядная!

И р и н а. Не уходи, царевич. Страшно мне оставаться одной.

В а с и л и й. Я бы и сам остался да все на тебя бы глядел, ненаглядная. Жалко мне тебя покидать!

Снова слышен пронзительный свист.

И р и н а. Останься со мной, царевич любезный. Кащей сюда не придет, а если и придет, так ведь мы ему ничего дурного не сделали. Ты больно ведь жалостливый — вот он и тебя пожалеет.

В а с и л и й. Верно ты говоришь, Ирина Прекрасная. Я Кащея пожалел, он и меня тоже должен пожалеть. Остаюсь я здесь, жалко мне тебя!

Снова пронзительный свист. Раскрылись окна и двери сами собой. Стоят  с л у г и  К а щ е е в ы, смотрят пустыми глазами.

И р и н а. Ох, что же это такое, Василий-царевич?

Снова свист. Двинулись слуги Кащеевы.

Не трогайте нас. Мы ничего вам не сделали. Проси их, Василий-царевич!

В а с и л и й. Слуги верные Кащеевы, пожалейте вы нас. Мы ничего худого вам не сделали. Пожалейте вы нас, ой-ой-ой!

Снова свист раздался, подошли слуги Кащеевы, скрутили Василия-царевича и Ирину Прекрасную и повели.

И р и н а (плачет). Погубят нас слуги Кащеевы. До смерти замучают!

В а с и л и й. Горе нам, Ирина Прекрасная, диво дивное! Виноват я сам: говорил мне братец Иван — не всех жалеть надобно. Не послушал я брата. Поделом мне мука страшная, мука лютая!!

З а н а в е с.

Картина пятая

Лес. Вдали видно озеро. Появляются  И в а н - ц а р е в и ч, А л е к с е й  и  Я к о в.

Я к о в. Солнце спускается. Ночь надвигается — отдохнуть полагается. (Садится.) Ночку тут проведем, а утром дальше пойдем.

А л е к с е й. Место-то какое неприветливое. Деревья без листьев… и цветочков не видать, и трава не растет. Видно, это Кащеева земля начинается.

И в а н. Значит, мы верно путь держим.

Пауза.

Я к о в. Чего призадумались, братцы? Видно, животики подвело. Не знаю, как у вас, а мне поесть бы в самый раз! Надо поискать, чего нам пожевать. (Вынимает из мешка.) Медная пуговица, хлеб да луковица! Небогатая еда, да и то не беда! Чтобы было посытней, найдем сказку повкусней!.. (Дает по кусочку хлеба.) Чтобы было веселей — проглоти тарелку щей! Щи густые, жирные да наваристые, давай-налетай, сытных щей похлебай. Смотри не спеши — роток не обожги. Мы довольны малым — съедим каши с салом. (Дает по кусочку хлеба.) Эх, каша хороша, горяча, рассыпчата! Ну, подходи, братцы, угощайся, досыта наедайся! А теперь не лишний — пирожок с вишнями. (Дает по кусочку хлеба.) Видишь, какой румяный, с пылу, с жару! Эх, вкусно, сладко, — ешь без остатка! Ну как, молодцы?

И в а н. Спасибо, Яков-малый, солдат бывалый, — хороши твои щи да каша. Поели мы сытно да вкусно.

А л е к с е й. Хорошо накормил ты нас, дядя Яков, спасибо тебе!

Я к о в. Рано еще спасибо говорить — надо пищу-то запить. Пойду побыстрей — достану воды повкусней! (Берет баклагу, уходит.)

Алексей задумался, опустил голову.

И в а н. Что ты, Алексей, призадумался?

А л е к с е й. Одна у меня дума — отомстить Кащею проклятому. Ни о чем другом не стану думать, пока не увижу труп его поганый. Как закрою глаза свои, вижу дом свой родимый, братьев любимых, отца с матушкой. Будто здесь они, со мною рядышком, совсем, совсем близко. Матушка! Батюшка! Все они от меня отворачиваются… Пока не отомщу за гибель лютую Кащею проклятому, не посмотрят они на меня. Один я одинешенек на всем белом свете.

И в а н. У нас с тобою одна дума — отомстить Кащею проклятому. Не один ты одинешенек на белом свете, Алексей! Полюбил я тебя, как родного брата, а за что — и сам не знаю. Поклянемся друг другу, что вовек мы с тобой не расстанемся.

А л е к с е й. А ты раньше хорошенько подумай, Иван-царевич, над словами своими: жизнь-то долгая, смотри, как бы не раскаяться.

И в а н. Думать мне нечего. Полюбил я тебя, Алешенька, как брата родимого. Вот слово мое последнее. Что же ты молчишь, Алексей?

А л е к с е й. И я тебя, Иван-царевич, полюбил, как увидел, побольше, чем брата родимого. Ты, как солнышко, один на свете, любимый мой.

И в а н. Так давай побратаемся. Возьми ты мой меч, а я твой возьму.

Меняются мечами.

А л е к с е й. А вот возьми еще мое колечко заветное! Матушка подарила мне его. Я разломаю его на две половинки. Одну ты себе возьмешь — другая у меня останется. Если с нами беда случится, разойдемся, и ты узнать меня не сможешь — это колечко узнать нам друг друга поможет.

И в а н. Нет, Алешенька, я всегда узнаю тебя, друга моего милого. Ну, будь по-твоему! Давай мою половинку. Теперь, Алексей, обнимемся да поцелуемся.

А л е к с е й (испуганно). Нет, не надо, Иван-царевич!

И в а н. Так по обычаю полагается. (Обнимает Алексея.)

А л е к с е й. Иванушка!

И в а н. Что, Алешенька?..

Целуются. Пауза. Появляется  Я к о в.

Я к о в. Ну, молодцы, попали мы в царство змеиное. Отсюда до земли Кащеевой рукой подать… Да выхода нигде не найти. Надо тропинку искать. Ты, Алексей, здесь побудь, а мы с Иваном-царевичем пойдем путь отсюда искать. За тобою придем. Надо отсюда уходить — недоброе здесь чуется.

А л е к с е й. Хорошо.

Иван-царевич и Яков уходят.

(Смотрит им вслед. Поворачивается. С головы падает шелом, и распускается коса. Садится и смотрит на косу, поет.)

Уж ты, косынька ль моя,

Коса русая,

Ты любимая коса,

Коса девичья!

Не плести мне русой косы,

Не расчесывать,

Не заплетывать косы мне

Против зеркала!

Ты прости, прощай,

Свет-Иван, родной,

Братом буду я тебе,

Братом названым!

А я, девица, соколика

Всем сердечком полюбила,

Полюбила я Ивана-царевича!

(Срезает косу. Прячет ее.)

Слышен треск веток. Алексей прячется. Идут  в о и н ы  К а щ е е в ы. Из дупла вылезает  З м е я, воины Кащеевы подходят к ней.

З м е я. Здесь прошел Иван-царевич. Ненавиж-ж-жу его, ненавиж-ж-жу!.. Он не дал мне с-с-с-оловья с-с-с-ожрать! Он с-с-с-трелой меня ранил. Ненавиж-ж-жу, ненавижу! Они втроем по дороге шли заколдованной. Одному из них с-с-суждено голову загубить!.. Головы Ивана-царевича жажду я! Ненавиж-ж-ж-у, ненавиж-ж-ж-у! Я все выс-с-с-ледила, все вы-с-с-смотрела. Здесь он должен быть. А если нет, я дальше следить их стану, все равно не найдут они выхода из места заколдованного, пока головой Ивана-царевича не заплатят мне. Ненавиж-ж-жу, ненавиж-жу!!

А л е к с е й. О, горе, горе! Иванушке гибель грозит! Что делать мне, бедной? Его надо спасти! (Опускает забрало, кричит.) Эй ты, змея проклятая! Посмотри в глаза мои, отведай меча моего острого! Я — Иван-царевич!

З м е я. Нашли мы тебя, ну и замучаем! Живо убейте его, слуги верные!

Воины Кащеевы наступают. Одолевают Алексея. Привязывают его к дереву. Змея срывает с Алексея шелом.

Это не Иван-царевич! Ушел от меня Иван-царевич! (Обвивается вокруг дерева. Сжимает кольцом Алексея.) Скажи немедля, где Иван-царевич! Не то я замучаю тебя!

А л е к с е й. Иванушка! Терплю я муки смертные!

З м е я (сильнее сжимает). Скажи, скажи, скажи!

А л е к с е й. Ничего тебе не скажу, змея подколодная! Умру я, но скоро и вы все погибнете от руки Ивана-царевича! Он за муки мои рассчитается с вами. Больше ни одного слова от меня не услышите.

З м е я (сильнее сжимает). Скажи, скажи, скажи!

Алексей молчит. Голова бессильно падает.

Не скажешь?.. Надо скорее уходить, кончилось колдовство — дорога для них открылась. Убивать его не надо. Возьмем к Кащею Бессмертному, если и там молчать будет — Кащей придумает ему казнь лютее этой!

Уходят и уносят Алексея. Слышен голос Ивана.

И в а н. Алексей, Алешенька! (Выходит.) Иди скорей. Яков, милый, сердце мое беду чует. Ведь мы здесь оставили Алексея?

Я к о в. Здесь!

И в а н. Где же он? Алексей, Алешенька, отзовись, братец любимый! Что приключилось с ним?

Я к о в. Погляди, Иван-царевич, ветки мечом посечены. Видно, схватка была тут жаркая.

И в а н. Быть может, в погоню он кинулся? (Наклоняется, замечает половину колечка. Поднял его, долго смотрит.) Нет, погиб Алешенька, товарищ верный наш. Будь он жив, не бросил бы колечка заветного. Погиб Алеша, брат мой названый, любимый! (Поник Иван, закрыл лицо рукой. Долго стоит задумавшись.)

Я к о в. Иван-царевич, надобно идти. Видишь, дорога открылась! Не кручинься!

И в а н. Нет, Яков, нет на сердце у меня кручины. Только злобы во мне приумножилось. Жаль мне брата любимого, будто сердце у меня из груди вынули. Помнишь, Яков, как мы с ним встретились?.. Помнишь глаза его ясные, поступь легкую, голову гордую?..

Я к о в. Замолчи, Иван-царевич!..

И в а н. Что с тобою, Яков-малый, солдат бывалый?

Я к о в. Да ветер, видно, поднялся. Вишь, из глаз слезу вызвал.

И в а н. Не ветер тому виной. Не скрывай, Яков, слезы. Горе у нас великое и слезы наши горючие.

Я к о в. Верно, Иван-царевич, солдатская слеза тяжелая: она жалость выжигает — злобу умножает. Пусть слеза катится — враг наш втрое поплатится. За солдатскую слезинку-росинку — море крови черной вражеской — вот тогда мы будем квиты.

И в а н. Пойдем, Яков бывалый, товарищ мой верный! Что бы с нами ни случилось — у нас одна дорога: в царство Кащеево — гибели вражеской добиться, сполна за все расплатиться! Пойдем!

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Картина шестая

Царство Кащеево. Проходят в цепи закованные  п л е н н и к и. Н а д с м о т р щ и к и  К а щ е е в ы  их плетью подгоняют. Среди пленников — Д м и т р и й, Д о м н а, В а с и л и й  и  И р и н а. Поют:

На чужой сторонушке живем,

Днем и ночью слезы горькие мы льем…

Ой, горе наше, горе лютое!

В стороне появляются  И в а н - ц а р е в и ч  и  Я к о в. Они прячутся за дубок.

Я к о в. Тише, тише, Иван-царевич, мы с тобой прямо в пекло попали. Теперь нам не спать, не дремать, ухо востро держать.

И в а н. Смотри, Яков-малый, там и братья мои. Ох, как люди-то здесь мучаются! Окаянные плетьми-то их подгоняют! Вон, сердешная-то, остановилась, видно, невмоготу ей. Ах ты! Вот я его сейчас!.. (Прилаживает стрелу, натягивает тетиву, целится в надсмотрщиков.)

Я к о в (останавливает его). Постой, постой, Иван-царевич! Экой ты горячий! Тут нельзя спешить, надо раньше обсудить, что будет, если ты только его одного убьешь? Видишь, сколько их! Они на нас все навалятся, и пропали наши головушки. А я на это не согласен, нам головы-то еще пригодятся.

И в а н. Что ж, так сидеть и глядеть, как они людей мучают?

Я к о в. Обожди, царевич, забыл, как я тебя учил? Где уменьем, где терпеньем, а где храбростью, где и хитростью. Ты гляди, как их старшой здесь пройдет, так его за ноги хватай да рот затыкай, чтоб не крикнул да не пикнул. А я пойду погляжу-разведаю. (Уходит.)

Иван, притаившись, ждет. Н а д с м о т р щ и к  то подходит, то удаляется. Наконец подходит к нему близко. Иван хватает его за ноги и тащит за дерево. Все совершается беззвучно. Появляется  Я к о в.

Поймал зверя? Ну, держи, чтоб не ушел! Постой-ка, я допрос ему учиню. Сколько вас здесь ходит? Когда работу кончаете? Что ж он, не слышит? А ну, пусти! Э, да он уж не дышит! Крепко ты его взял!

И в а н. Да нет, я его только чуть прижал, да злоба у меня в руках, видать, великая.

Я к о в. Нужно нам все точно разведать да тогда и решать, как дальше поступать. Сними-ка с него одежонку. Гляди, ключи! Видать, от цепей, — пригодятся.

Иван снимает одежду. Яков надевает ее на себя.

Ну-ка, погляди, и спереди, и сзади, — хорош ли я в новом наряде?

И в а н. Хорош!!

Я к о в. Дай мне, Иван-царевич, знак какой-нибудь, чтобы братья твои узнали, что от тебя я к ним прислан.

Иван снимает цепь с шеи и дает Якову.

Ни дать ни взять — Кащеев слуга! (Подражает движениям.) Ну жди меня, Иван-царевич! (Выходит из-за дерева и идет к группе работающих.)

Иван прячется. Увидев Якова, к нему бросаются надсмотрщики, кланяются. Он жестом показывает, чтобы они привели группу работающих. Подводят пленников. Яков замахивается на них плетью и, якобы невзначай, бьет одного из надсмотрщиков. Подводят других — такая же игра. Когда собирается вся группа пленников, Яков отсылает надсмотрщиков. Понурившись, стоят  Д м и т р и й, В а с и л и й  и  п о л о н е н н ы е.

Чего головы повесили? Я слово вам важное скажу.

Все недоверчиво смотрят на него. Немного отходят.

Чего боитесь? Я не Кащеев слуга, а Яков-малый, солдат бывалый. Пришел к вам с приветом от Ивана-царевича, он недалеко здесь поджидает, спасти вас желает. Что? Не верите? Ну, вот поглядите! Эй, Дмитрий-царевич, Василий-царевич! Узнаете?! (Показывает цепь.)

Д м и т р и й. Узнаем, это цепь Ивана-царевича.

Я к о в. Так вот что, слушайте! Пришли мы с Иваном-царевичем вас освободить, а для этого требуется Кащея убить. Слушайте мой приказ. Как солнце высоко станет, мы начнем с Иваном жаркую битву. Значит, отсюда наступать. Как слуги Кащеевы сюда бросятся, вы тут же от цепей освобождайтесь да отсюда удирайте. Да покрепче и споро, тогда и домой прибудем скоро. Держите ключи!

Слышен заунывный звон. Подходят  н а д с м о т р щ и к и. Группа возвращается. Яков идет с ними. Постепенно отстает и возвращается к Ивану.

И в а н. Эх, и молодец же ты, Яков бывалый, а я к тебе хотел на выручку идти. Думал, не приключилось ли чего недоброго. Шутка ли, прямо в самую пасть к зверю влез. Храбрый ты у меня, товарищ верный, Яков бывалый!

Я к о в. Что же делать, раз надобно. Солдату думать долго не полагается. Как задумался, так голова с плеч и долой! А без головы думать не приходится. Я, Иван-царевич, предупредил их, что завтра, лишь только солнце взойдет, битву начнем. Ну, ляжем спать! Утро вечера мудренее!

И в а н. Не время нам теперь спать. Пойдем поближе к городу Кащееву. Разведаем, где у него ворота главные, чтобы в город-то войти. И уж тогда, если время останется, будем отдыхать. Идем!

Уходят. Пауза. Темнеет. Слышен писк птенца в траве. Издали девичий голос: «Ау! Ау! Ау!»

А л е н у ш к а (за кулисами поет, выходит).

Долго, долго я в пути,

Братца надо мне найти.

Ау! Ау! Ау!

Вы, листочки, не шумите,

Мила братца укажите,

Ау! Ау! Ау!

Быстрый ветерок лесной,

Брату зов ты мой пропой.

Ау! Ау! Ау!

Никто не откликается. Отдохну я здесь на полянке и снова пойду искать Ивана-царевича. Он возьмет меня с собой. (Садится на траву.)

Рядом раздается писк птенца.

Что это?.. Птенчик… (Берет его в руки.) Не бойся, маленький. Откуда ты взялся? А-а, вон из того гнезда. Выпал, маленький… Ну, не плачь… Я тебя положу снова в гнездышко. (Идет, кладет в гнездо птенца. Задремала.)

Загораются глаза, затем вырисовывается вся сидящая на ветке  С о в а. Она смотрит на Аленушку. Лицо Аленушки освещается. Она просыпается.

Неужто уже утро? Солнышко взошло? Нет, все еще ночь! Почему же так светло? (Увидела сову.) Ай, кто это?

С о в а.

Я птица вещая — сова.

Живу я много-много лет,

Запомни ты мои слова,

Они спасут тебя от бед.

Слыхала, брата ты звала!

Найти его я обещаю.

За то, что птенчика спасла, —

Тебе я брата возвращаю.

Лети, мой младший сын! Ивана-царевича найди, сюда его ты приведи!

Улетает маленькая сова.

А ты сядь, обожди! Не бойся меня!

А л е н у ш к а. Я не боюсь. Я никого не боюсь! Ты обещала, вещая сова, что-то мне рассказать?

С о в а. Слушай: я знаю — Кащей Бессмертный разорил вашу любимую землю и полонил родимую вашу матушку. Завтра к полудню, как только солнце высоко на небе станет, должен Иван-царевич битву жестокую начать. Ведомо мне и то, что битва эта будет не на жизнь, а на смерть. Сильно войско у Кащея Бессмертного. Знает он, что Иван-царевич да Яков-малый, солдат бывалый уже здесь и к битве готовятся. Напустит Кащей солдат своих бесчисленное множество. Один ряд их ляжет, на его место два других встанут. И этих Иван-царевич положит, но четыре новых встанут, и так будет длиться смертный бой три дня и три ночи. Весь день до вечера, всю ночь до утра, при солнце, и при луне, и звездах должен биться Иван-царевич, а с ним и Яков-малый, солдат бывалый. Коли не отступят они, коли победят они это войско несметное — честь им будет великая. Да не все на этом кончится. Самого Кащея убить надобно, а не то все сызнова начнется. Злой Кащей на скале живет, его охраняет змей трехглавый, огнедышащий. Нужно этому змею все его головы отрубить, только тогда до Кащеевой проклятой головы можно добраться. Если дело это великое, небывалое Иван-царевич да Яков — солдат бывалый совершат — будет им и честь и слава великая. Память о подвиге их будет жить, пока земля стоит. Будет у Ивана-царевича и еще одно испытание, да о нем нельзя теперь рассказывать.

А л е н у ш к а. Спасибо, сова добрая, вещая! Ох, страшно мне за брата своего любимого! Ты все знаешь. Поведай мне еще: победит ли Иван-царевич, брат мой меньшой, или же голову сложит? Скажи ты мне это, сова вещая! Сова мудрая! Не томи меня!

С о в а. Я того не ведаю. А ведаю я только, что битва будет жестокая, смертная. Коль забудет Иван-царевич про все на свете, а лишь про битву думать будет да крови своей жалеть не станет, то и на победу может надеяться! Больше я тебе ничего не скажу. А вот летит и сын мой младший. Наверно, Иван-царевич за ним идет.

Прилетела  С о в а, села на дерево. Входят  Я к о в  и  И в а н - ц а р е в и ч. Совы скрываются. Аленушка дремлет.

Я к о в. Да что мы все идем да идем за этой птицей! Ты как хочешь, Иван-царевич, а я дальше не пойду. Чего в лесу ночью-то искать: ягод не видать, цветов не найти… Подожди, Иван-царевич, я, кажись, какой-то цветочек нашел. Подойди сюда скорей, погляди, какой цветик здесь вырос, пока мы ходили.

Иван-царевич подходит, видит Аленушку.

И в а н. Сестрица! Аленушка!

А л е н у ш к а. Братец! Иванушка!

Бросаются друг к другу в объятия.

Я к о в. Э, цветок ведь не простой, он живой!

А л е н у ш к а. Милый мой братец, как я рада, что нашла тебя!

И в а н. Аленушка, зачем ты ослушалась меня, почему ты дома не осталась, как приказано тебе было?

А л е н у ш к а. Прости, братец, Иван-царевич. Не могла я дома усидеть, я ведь знаю, что вы здесь на смерть в бой идете. И я помочь хочу.

И в а н. Аленушка, милая сестрица, какая от тебя может быть помощь? Где ж это слыхано, чтобы цветочек воевал, а тростинка воином стала? Тебе, Аленушка, придется домой вернуться!

А л е н у ш к а. Авось, братец, и я пригожусь. Ты от битвы устанешь, а я песню спою колыбельную — сон навею крепкий. И снова вернется к тебе силушка богатырская. Коль кровь прольется злая — я заговор знаю нерушимый, старинный, кровь и остановится. Коль в битве жестокой и правой падет воин славный — причитать над ним буду. А если храбростью воин отличится — спою ему песню славную, победную, венком из цветов полевых, разноцветных, головушку его увенчаю. Так позволь же мне, братец Иванушка, остаться!

И в а н. Что скажет товарищ мой верный, Яков бывалый?

Я к о в. Долго не думая, скажу — пусть остается с нами цветочек наш аленький, Аленушка-сестрица!

И в а н. Ну ладно, будь по-твоему! Оставайся, сестричка любимая!

А л е н у ш к а. Спасибо, братец мой милый! (Кланяется.) И тебе, Яков, благодарность великая! (Кланяется Якову.) А теперь слушай, Иванушка, что поведала мне сова вещая, птица мудрая. Проведал Кащей про тебя, братец, да про Якова — товарища твоего верного. К битве жестокой он готовится.

Раздается пронзительный свист. Над городом Кащеевым зарево красное полыхает. Слышен вой хриплый. Часовые перекликаются.

Слышишь, царевич! Лишь только солнце на небе высоко станет, разгорится битва жестокая!

И в а н. Пусть скорее завтра наступит, чтобы за землю родную да матушку любимую мне скорее битву начинать.

Я к о в. Ночь на исходе. Скоро солнце встанет. Перед битвой надо отдохнуть, малость уснуть. Да по солдатскому уставу не всем можно спать, одному надобно в дозоре стоять. Эй, команда, слушай мой приказ: Ивану да Аленушке спать, Якову в дозоре стоять!

А л е н у ш к а. Нет, вы меня послушайте! Оба ложитесь, а я колыбельную вам песню спою, кругом буду зорко глядеть. А вам отдохнуть надобно. Завтра ведь дело великое предстоит.

И в а н. Аленушка верно говорит: ложись, Яков, товарищ мой верный!

Ложатся. Аленушка садится на камень. Сильнее зарево разгорается. Слышен вой и свист. Лязг мечей.

А л е н у ш к а (поет).

Блещут в небе звезды,

Спят в траве цветы,

Спят и пташечки во гнездах,

Спи, усни и ты!

Дремлет-спит в норе лисичка,

Спят кругом листы,

Спит в гнезде своем синичка.

Спи, усни и ты!

На музыке идет  з а н а в е с.

Картина седьмая

Утро. У города Кащеева. Видна крепостная стена с зубцами. Посредине сцены тяжелые ворота. Вдали скала. Появляются  Я к о в, И в а н - ц а р е в и ч  и  А л е н у ш к а.

И в а н. Вот и солнце взошло. Близится час грозной битвы.

А л е н у ш к а. Страшусь я за вас, милые мои! Жесток и силен Кащей Бессмертный.

Я к о в. Не бойся, Аленушка-цветочек! Жди хороших вестей — не собрать Кащею костей! Будем сражаться вместе, не уроним солдатской чести! Аленушка — алый цветочек, дай мне на счастье цветной твой платочек!

Аленушка дает платочек.

И в а н (стоит в стороне, задумался). Ишь, как солнце играет, облака бегут, лес зеленеет! Хорошо на белом свете! Уж так хорошо! Да как вспомнишь, что в лесу слуги Кащеевы хозяйничают, лес зеленый губят, так и свет не мил кажется. Эй, земля родная, матушка любимая, клятву даю я вам нерушимую, если меч мой затупится — руками врага разить стану, руки служить откажутся — зубами рвать врагов моих буду, пока глаза на белый свет глядят, пока дышит грудь богатырская — смерть, смерть врагу! Буду я крепче железа булатного, жарче огня алого, злее ветра буйного! Стану биться до последнего! Солнце к полудню приближается: эй, Яков-малый, солдат бывалый, товарищ мой верный! За землю родную, за матушку любимую, за всех, кто в неволе живет, своих избавителей ждет! На битву на праведную! (Обнажает меч, идет к стене.)

На скале поднимается  г о л о в а  К а щ е е в а, и смех его раздается. Смех переходит в свист пронзительный. Перед Иваном-царевичем встает ряд  в о и н о в  К а щ е е в ы х. Положил их Иван-царевич мечом своим, полег первый ряд — два других встали. Отстал от Ивана-царевича Яков, встал перед ним ряд воинов Кащеевых. Ночь. Битва продолжается. Снова всходит солнце. День. Битва продолжается. Все больше и больше солдат возникает. Реже опускается меч Якова. Видно, утомился он. Отстал Яков, он ранен. Иван-царевич оглядывается, хочет ему помочь.

Я к о в. Иван, ты сюда не гляди, а вперед иди! Эй, Аленушка — алый цветочек, покраснел от крови твой платочек, — значит, прощай! Спой песню про Якова-малого, солдата бывалого. Да только не жалобную, а посмешней, чтобы умирать было веселей! Не слышит Аленушка! Ну, сам себе спою:

Жил я весело и умру с песнею,

Эй, жги, говори.

Ты с солдатом не шути…

(Голос замирает. Он падает.)

Иван-царевич продолжает биться один. Аленушка подбежала к солдату.

А л е н у ш к а.

За морем-океаном, за островом Буяном

В земле зарыта, семью замками закрыта,

Будь слово мое крепко: кровь алая, уймись,

В тело живое возвратись! Семью замками,

Семью ключами закрываю тебя, запечатываю!

Будь слово мое крепко! Кровь алая, уймись!

В тело живое возвратись!

Я к о в (очнулся). Это ты, Аленушка — алый цветочек! А где мой меч? А я уж собрался помирать, да решил еще подождать. Мне-то не к спеху, хотя было не до смеху. Ну, спасибо тебе, Аленушка — алый цветочек! (Бросается в битву.)

Бой становится все ожесточеннее, видно, что и Иван-царевич начал утомляться. Вот-вот, кажется, его одолеют.

И в а н (кричит). Эй, медведь, довольно мед ковырять! Иди меня вызволять!

Появляется  М е д в е д ь. Он бросается в самую гущу боя. С новыми силами кидаются Иван-царевич и Яков в бой. Все меньше и меньше встает воинов Кащеевых. Восходит солнце. Медведь уходит. За сценой слышны радостные крики. Появляется  Д м и т р и й. В руках у него оглобля. Ею он бьет по головам, возникающим возле него. Ударит, голова опустится. Возникает другая. Оглобля ломается. Д о м н а  подает ему новую.

(Кричит.) Эй, братец Дмитрий, а спать не хочешь?

Д м и т р и й (продолжает орудовать оглоблей). Какой тут сон? Третью оглоблю ломаю, а у Домны Пантелеевны еще три в запасе!

И в а н. А сладкого откушать не хочешь?

Д м и т р и й. Такие орешки щелкать слаще всего!

Появляется  В а с и л и й, он палицей ударяет по головам.

А л е н у ш к а. Смотри, Иванушка, братец Василий!

И в а н. Что, братец, разве не жалко?

В а с и л и й. Жалко, уж так жалко! Мне, вишь, мало достается. У Дмитрия оглобли подлиннее, он лупит посильнее, вот мне и жалко, что он меня обгоняет! Ух, проклятущие!

На скале возникает  К а щ е й  Б е с с м е р т н ы й. Он поднимает руку.

К а щ е й. Ты, Иван-царевич, с помощником в битву пошел! А теперь один на один со мной сразись! Прощайся с жизнью, смерть ждет тебя здесь.

На сцене появляется  Ц а р и ц а - м а т ь.

И в а н. Матушка родимая!!

Ц а р и ц а. Сын мой любимый!!

И в а н. Благослови меня, матушка, на подвиг ратный! (Падает на колени.)

Ц а р и ц а. Благословляю тебя, Иван-царевич, на подвиг ратный, на бой великий. Видишь, не плачу я, а сердце мое материнское кровью обливается. Идешь ты в битву за дело правое, за землю родимую, за нас, пленников несчастных. Благословляю тебя, воин славный, сын мой любимый!

Иван-царевич поднимается, обнажает меч, идет.

Ц а р и ц а (со слезами). Ступай, ступай, сын мой родимый!

Иван-царевич подходит к скале. Из расщелин скалы высовываются головы змеиные, они шипят и пышут пламенем. Иван-царевич в клубке извивающихся змей. Виден его блестящий меч. Повисает бездыханно одна голова, но возникает другая. Снова поражает головы змей Иван-царевич, снова возникают другие. Наконец их становится все меньше и меньше. Издыхает последняя змея. Радостные крики за стеной. Иван-царевич карабкается на скалу, чтобы убить Кащея.

К а щ е й. Силен ты, Иван-царевич, да я хитрее. Если я умру, то не на радость тебе будет смерть моя, твоя победа. Да будет на вас мое вечное проклятье!

Вы восстаньте, поднимитесь,

Силы грозные, мне подвластные.

Из песка сыпучего

Да из камня горючего!

Одновременно из ворот радостные выбегают  Ц а р и ц а, Д м и т р и й, В а с и л и й, Д о м н а, И р и н а, н а р о д.

И в а н (он уже близко от Кащея). Замолчи, Кащей проклятый!

К а щ е й.

Силы темные, духи темные да болотные,

Вам приказываю:

Руки, ноги им сковать,

Силы их лишить,

В твердый камень обратить.

Замерли все бежавшие, закаменели. Иван-царевич поражает Кащея мечом.

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Картина восьмая

Обстановка шестой картины. Вечер. Стоят окаменевшие  п л е н н и к и. На камне сидит, понурив голову, И в а н - ц а р е в и ч. Поодаль собирает цветы  А л е н у ш к а.

Я к о в (подходит к ней). Вот Аленушка, цветики еще!

А л е н у ш к а. Сейчас венок сплету и матушке снесу! Гляди, они как живые стоят. Околдовал их проклятый Кащей. В камень твердый обратил. (Подходит к Дмитрию.) Братец, слышишь ли ты меня?

Молчание.

Не слышит! (Подходит к матушке.) Матушка, родная, скажи хоть словечко своей Аленушке… Неужто никогда я голоса твоего милого не услышу?.. Не улыбнешься мне, матушка? Очнись, родимая!.. Взгляни хоть разок на меня!.. Неужто слезы мои горючие тебя разбудить не могут?.. Матушка милая… (Плачет.)

Я к о в. Будет убиваться, Аленушка, слезами горю не поможешь. Надо Ивана-царевича утешить. Как увидал он, что сделал Кащей с пленниками, сел на камень, закручинился и словечка с того времени не проронил. Пойдем к нему, может, полегче ему станет.

Идут к Ивану-царевичу.

А л е н у ш к а. Он зарок дал: пока матушку да пленников к жизни не возвратит — воды не пить, хлеба не есть, спать не ложиться.

Я к о в. Все думу крепкую думает. (Подходит ближе.) Иван-царевич! (Пауза.) Иван-царевич!

Иван-царевич поворачивает голову.

Ты бы отдохнул малость, уснул!

И в а н. Сон улетает из глаз моих. Одна дума у меня, как спасти их. И победа моя не мила мне, если их не спасу!

Я к о в. Ложись, отдыхай! Утро вечера мудреней! А я вот сучьев нарублю — костер разведу. (Подходит к дереву, начинает рубить.)

Дерево застонало.

Что это?

Подходит Аленушка. Яков снова рубит, снова раздается стон жалобный.

А л е н у ш к а. Подожди, Яков-малый! Слышишь, стонет дерево! Неспроста это! Давай спросим сову, птицу мудрую, птицу вещую, как нам быть! Сова, птица мудрая, отзовись, откликнись!

Зажглись глаза  С о в ы.

Расскажи нам, сова — птица вещая, что это за дерево чудное?

С о в а. Слушайте, что я поведаю вам. Привели к Кащею одного пленника. Стал Кащей его спрашивать — молчит пленник, словечка не вымолвит. Стал Кащей муки ему придумывать — молчит пленник, слова не вымолвит. Пришел Кащей в ярость — в дерево молчаливое его обратил. Пауки страшные это дерево охраняют. Чтобы кончилось колдовство, надо разгадать три загадки, которые загадает дерево. Разгадаете их — исчезнут пауки страшные, и кончится темное колдовство. Но лишь одну разгадать не сможете, выпьют пауки всю кровь у дерева, и погибнет оно на веки вечные.

Показались  т р и  п а у к а, толстые, сидящие возле дерева.

А л е н у ш к а. Пусть дерево загадает нам загадку первую. Мы Ивана-царевича позовем, он поможет нам отгадки найти. Ну, дерево, загадывай!

Необычным, страшным голосом дерево заговорило.

Д е р е в о. Слушай загадку первую:

Что моря-океаны осушает,

Что горы с места сдвигает,

Что людей хлебом питает,

На чем земля держится?

А л е н у ш к а. Трудна загадка твоя первая. Иван-царевич, нашел ли ты ответ?

И в а н.

Моря-океаны осушает,

Горы с места сдвигает,

Людей хлебом питает —

Труд человеческий.

На чем вся земля держится —

На труде человеческом!

Один из пауков исчезает, а на дереве расцвели синие цветы.

А л е н у ш к а. Правильно отгадал, братец! Видишь, исчез противный паук! Загадывай вторую загадку, дерево!

Д е р е в о.

Что крепче булата,

Что дороже злата,

Что в битве нас выручает,

В беде охраняет?

И в а н.

Крепче булата,

Дороже злата —

Слово солдата,

Храбрость да ловкость

В битве нас выручают,

В беде сохраняют!

Паук не исчезает.

Я к о в. Верно, Иван-царевич, да не вся отгадка.

В битве жестокой бейся храбро и ловко,

О себе не помышляй — друга выручай,

Показывай сноровку свою,

Спасай товарища в бою.

Дружба солдатская — верная да нерушимая —

Первая заповедь наша любимая!

Исчезает второй паук. И расцвели на дереве зеленые цветы.

А л е н у ш к а. Верно отгадали, верно! Загадывай третью!

Д е р е в о.

Что дороже всего,

Что милее всего,

Кого любишь, как отца и мать,

За кого жизнь не жалеешь отдать?

И в а н.

Мне дороже всего,

Мне милее всего

И готов я жизнь свою отдать

За любимую Родину-мать!

Исчезает третий паук. Расцвело дерево алыми цветами.

А л е н у ш к а. И третью отгадали! Колдовство должно кончиться!

Раскрывается ствол дерева, и оттуда выходит с в е т - Т а т ь я н а - д е в и ц а. Низко кланяется.

Т а т ь я н а. Спасибо вам, люди добрые! А тебе, Иван-царевич, низкий поклон и благодарность моя вечная!

Я к о в. Ты скажи нам, как звать да величать тебя?

Т а т ь я н а. Свет-Татьяна-девица! (Обращается к Ивану.) Не кручинься, Иван-царевич, витязь храбрый! Знаю я беду твою великую, знаю, как помочь тебе. Смотри, вот живая вода, целительная. Надо пленников околдованных окропить ею, и тогда исчезнет колдовство темное, оживут все твои милые да любимые. А водою этой должен окропить пленников тот, кто за всю свою жизнь злого дела не совершил, ни зверю, ни птице, ни даже растению дикому обиды не причинил. Если же человек, что кропить водою будет, сделал зло, почернеют пленники несчастные и погибнут они на веки вечные. Несите же воду живую, целительную.

Все задумались.

Я к о в. Ну, Аленушка, алый цветочек, — бери воду живую, иди спасай заколдованных!

А л е н у ш к а. Боюсь я, мои милые!

Аленушка берет воду, идет к пленникам, кропит водою Царицу и соловья. Оживает Царица, запел соловей.

Ц а р и ц а. Где же дети мои любимые? Где Иванушка, сын мой храбрый? Где Аленушка, дочка моя милая?

И в а н. Мы здесь, матушка родимая, все мы целы и невредимы!

Аленушка подходит к Домне и Дмитрию.

Д м и т р и й (очнулся). Неужто я снова так крепко заснул? Спасибо, сестрица, что разбудила меня. Домна Пантелеевна, где ты?

Д о м н а. Здесь я, Дмитрий-царевич! Что с нами было? Ничего не помню. Дмитрий-царевич, а ты ведь проголодался, наверно? Съешь пирожок! Чай, умаялся-то оглоблей помахивать?

Аленушка подходит к Василию и Ирине.

В а с и л и й (очнулся). Кто палицу у меня взял? Где воины Кащеевы? Подайте мне палицу, никого не пожалею, всех их изобью.

И р и н а. Успокойся, милый мой. Очнись, Василий-царевич! Я с тобой — Ирина — диво дивное. Вот я руку подниму, ветерок прохладный навею. Взгляни же на меня, Василий, светик мой ясный!

В а с и л и й. Ах, что ты, моя ненаглядная?

И в а н. Милая моя матушка, это свет-Татьяна-девица всех вас от погибели злой спасла.

Ц а р и ц а. Спасибо тебе великое, свет-Татьяна! Расскажи-ка ты нам, красна девица, откуда ты пришла, милая, чьего ты роду-племени? Мы знать хотим и помнить вечно, за кого нам бога молить!

Т а т ь я н а. Злой Кащей Бессмертный убил отца моего, загубил и матушку. А меня в дерево превратил. Иван-царевич из беды меня вызволил. Одна я на свете одинешенька. Только меч мой верный, булатный — всегда при мне. С ним я никогда не расстанусь!

Ц а р и ц а. Дай обниму тебя, дитятко. Не одна ты теперь одинешенька, моя хорошая. Будь же дочкой моей названой! (Целует Татьяну.)

А л е н у ш к а. Сестричка моя милая!

Я к о в. Коль согласишься ты иметь братом простого солдата — будет солдат тот и счастлив и рад.

Д м и т р и й  и  В а с и л и й (вместе). Зови же и нас братьями!

Д о м н а. А я сестрой тебе буду. Попробуй крендельков моих сладеньких. Не обижай же меня.

И р и н а. И я хочу быть сестрицей твоей ласковой иль подружкой верною.

А л е н у ш к а. А ты что же молчишь, братец Иванушка?

И в а н. Никогда я не видал тебя, свет-Татьяна-девица, а голос твой будто знакомый мне.

Т а т ь я н а. Посмотри-ка ты на меня попристальней, Иван-царевич. Может, и узнаешь!

И в а н. Нет, никогда я не видал тебя, свет-Татьяна-девица!

Т а т ь я н а. А ведь говорил, что всегда меня узнаешь, Иванушка!

И в а н. Алешенька!!

Т а т ь я н а. Ну, вот и узнал меня, милый Иванушка!

И в а н. Нашел я кольца твоего половинку. А сердце мое ты целиком у себя оставила.

Т а т ь я н а. Прости меня, Иван-царевич, что обманула я тебя — платье мужское надела да Алексеем назвалась. В мужской одежде в битве легче сражаться. Ведь мы с тобой побратались! Буду я не братом, а сестрою твоею верною!

И в а н. Нет, не сестра ты мне, Татьянушка, а невеста моя любимая! Ты ответь мне, свет-Татьянушка, согласна ли женой моей быть?

Т а т ь я н а. Согласна… Иванушка!..

Иван-царевич подходит к Татьяне, берет ее за руку. Они смотрят друг на друга. Целуются. Дмитрий и Домна, Василий и Ирина смотрят на них и тоже целуются. Общая радость. Слышен топот скачущего коня. Входит  г о н е ц.

Г о н е ц.

В стольный град царь возвратился.

Посмотрел и удивился.

В горе громко возопил.

Без жены он загрустил.

И во все, во все концы

Поскакали тут гонцы.

Ждет вас царь!!

Так не медлите ж, скорее,

Собирайтесь в путь живее!

И в а н. В путь!! Ждет нас царь!!

В с е. В путь… дорогу! Ждет нас царь!

Все собираются. Музыка.

З а н а в е с.

Картина девятая

Обстановка первой картины. На ступеньках крыльца сидит  Ц а р ь. На возвышении стоит  Д о з о р н ы й. Он смотрит вдаль.

Ц а р ь. Ну, что же молчишь ты? Докладывай, не видать ли?

Д о з о р н ы й. Ничего не видать, царь-батюшка!

Ц а р ь. Экой ты незоркий! Не видать, не видать! А ты повыше залезай! Да получше смотри!

Дозорный лезет выше.

Ну, что же молчишь ты? Докладывай! Не видать ли? Не едут ли?

Д о з о р н ы й. Не видать, царь-батюшка, не едут!

Ц а р ь. Экой ты недогадливый! А ты повыше полезай да получше гляди!

Дозорный лезет выше.

Что же молчишь, неразумный? Докладывай! Не видать ли? Не едут ли?

Д о з о р н ы й. Ничего не видать, царь-батюшка! Не едут!

Ц а р ь. Экой ты… «не видать»… «не едут». Полезай еще выше!

Д о з о р н ы й. Некуда больше, царь-батюшка, я на самом верху!

Ц а р ь. Экой ты незоркий… Слезай вниз… да пошел отсюда!

Д о з о р н ы й (начинает слезать, останавливается). Вижу, царь-батюшка, едут!

Ц а р ь. Кто едет?

Д о з о р н ы й. Не видать, царь-батюшка!

Ц а р ь. Опять не видать… вот я тебя!

Д о з о р н ы й. Дмитрий-царевич, да Василий-царевич, да с ними две девицы!

Музыка. Входят  Д м и т р и й, В а с и л и й, И р и н а, Д о м н а. Кланяются Царю, становятся рядом.

Едет царица-матушка, а с нею царевна-дочь Аленушка.

Колокольный звон. Входят  Ц а р и ц а  и  А л е н у ш к а. Царь встречает их. Целуются. Царица садится с Царем рядом. Аленушка у их ног.

Царь-батюшка!.. Царь-батюшка!..

Ц а р ь. Ну, докладывай!.. Кто едет?..

Д о з о р н ы й. Царь-батюшка!.. Царь-батюшка!!

Ц а р ь. Знаю, знаю, что я царь-батюшка. Докладывай, кто едет?

Д о з о р н ы й. Иван-царевич!!

Ц а р ь. Трезвонь во все: в большие и малые звоны, да из пушек палить!

Звон колоколов, пальба из пушек… Входят  И в а н - ц а р е в и ч  и  Т а т ь я н а. Царь сходит с крыльца, идет навстречу Ивану. Сажает его по правую свою руку. Радостные возгласы. Царь поднимает руку — все замолкают.

Спасибо, сын мой любимый! Не посрамил ты чести воинской, отстоял ты землю родимую, вызволил народ из неволи, спас свою матушку, жену нашу любимую. Пока солнце светит да земля стоит, будем помнить подвиг твой ратный, великий. А тебя, Дмитрий, и тебя, Василий, следовало бы примерно наказать за ослушание, да прощаю вас за то, что вовремя опомнились, за ум взялись и смело с врагом дрались.

Дмитрий и Василий кланяются.

Д м и т р и й. Спасибо за милость, царь-батюшка, Я и внукам своим закажу, чтобы в беде да в опасности не просыпали. А теперь, царь-батюшка, в знак того, что простил ты нас, прими подарок, что мы с Домной Пантелеевной тебе приготовили.

Ц а р ь. Позволяю вам подарить мне!

Д м и т р и й. Неси, Домна Пантелеевна!

Входит  Д о м н а, за ней несут  ч е т ы р е  ч е л о в е к а  огромный пирог. Ставят возле Царя.

К р и к и  в  т о л п е. Вот так пирог! Всем пирогам пирог! Одно слово — царь-пирог!

В а с и л и й. Царь-батюшка, прими и от нас подарок. Бьем челом тебе Ирина Прекрасная да я, сын твой ослушный Василий!

Ц а р ь. Позволяю!

Входит  И р и н а  П р е к р а с н а я  и  д е в у ш к и. Танец, во время которого преподносят Царю на подносе золотом — фрукты.

И в а н. А теперь, царь-батюшка и царица-матушка, примите и от нас подарок наш солдатский. Эй, Яков-малый, солдат бывалый, товарищ мой верный!!

Раздается пронзительный свист. Входят закованные  К а щ е е в ы с л у г и, их ведет  Я к о в.

Я к о в. Вот подарок наш, царь-батюшка, это слуги Кащеевы. Они народ в неволе держали, Кащееву злую волю выполняли. Смотри, как они присмирели, а были они, как лютые звери, изверги-мучители.

Ц а р ь. В клетку их посадить, провезти по всей земле нашей, всем людям напоказ.

Я к о в. А вот, царь-батюшка, тебе и ключи от ворот Кащеевой столицы. Добыли мы их в битве жестокой. Пусть навеки они здесь висят да о солдатской отваге говорят.

Ц а р ь. А как звать тебя, добрый человек, избавитель наш любезный?

Я к о в. А я человек незаметный, ничем не приметный. А звать меня просто — Яков-малый, солдат бывалый.

Ц а р ь. Слушай же, Яков-малый, солдат бывалый, слово наше царское. Человек ты великий, и дела твои солдатские превеликие. Прими, избавитель наш Яков-солдат, благодарность нашу и поклон низкий. (Кланяется в пояс.)

Все кланяются Якову. Он смущается.

Ты, солдат, защитник и надежда жен и детей. Они солдата любят, всю жизнь его помнить да благодарить будут. Аленушка-царевна, поцелуй солдата от всех жен и детей нашего царства.

Аленушка целует солдата.

Всем защитникам земли родной — слава!

Н а р о д. Слава!!

Из толпы выходит глубокий седой  с т а р и к  с гуслями.

С т а р и к (поет и играет на гуслях). Царевичу Ивану — воину славному, витязю храброму — слава, слава! Товарищу его верному, солдату бывалому — слава, слава!

Н а р о д. Слава! Слава!

С т а р и к (запевает).

Победили супостата,

Будем жить теперь богато.

В о и н ы.

И за Родину-мать

Будем крепко стоять!

С т а р и к.

Долго-долго жить желаем!

Вечной славою венчаем!

Ж е н щ и н ы.

Тех, кто мог отстоять

Нашу Родину-мать!

В с е.

Чтоб мы жили не тужили,

Чтобы счастливы все были,

Надо дружно стоять

Всем за Родину-мать!!

З а н а в е с.

МЕЧ И ПРЯЛКА

Пьеса-сказка в двух действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

А н н у ш к а.

Ф е т и н ь я.

Т и м о ш к а - к а в а р д а к.

Б у л а т - б о г а т ы р ь.

Ц а р и ц а.

С о г л я д а т а й.

Ч у д и щ е  ж е л е з н о е.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Лучина освещает избу. А н н у ш к а  и  Ф е т и н ь я  прядут.

Ф е т и н ь я. Пробуй, Аннушка! Не торопись! Ровней тяни!

А н н у ш к а. Я стараюсь!

Ф е т и н ь я. Слабо тянешь!

А н н у ш к а. Ой! Оборвалась!

Ф е т и н ь я. Значит, сильно потянула!

А н н у ш к а. А как угадаешь?..

Ф е т и н ь я. Не гадать надо, а учиться! Натянешь чуток сильнее — оборвется нитка, а чуток слабее — толще пойдет!

А н н у ш к а. Видно, не сумею я…

Ф е т и н ь я. Сможешь! Сноровка у тебя есть, посидишь у прялки от зари до зари, и дело пойдет!

А н н у ш к а. Вишь, бабушка Фетинья, как у тебя ловко получается!

Ф е т и н ь я. Покрутишь веретено, столько годков, сколько я… Погляди, на какой прялке я начинала!..

А н н у ш к а (подходит к стоящим в углу прялкам. Разглядывает). Ишь какая маленькая!

Ф е т и н ь я. Я и сама мала была… Пятый годок пошел.

А н н у ш к а. А эта побольше.

Ф е т и н ь я. И я подросла.

А н н у ш к а. Вот совсем большая!

Ф е т и н ь я. А это когда я заневестилась… Женихов подарок!

А н н у ш к а. Красивая какая!..

Ф е т и н ь я. И сам молодец был… Загляденье! (Грустно.) А свадьбу не пришлось сыграть.

А н н у ш к а. Почему?

Ф е т и н ь я. Сгубила его царица-злодейка!

А н н у ш к а. Царица-матушка?!

Ф е т и н ь я. Матушка?! Мачеха жадная…

А н н у ш к а. Не пойму! Царица-мачеха?

Ф е т и н ь я (перебивает). Что ты, Аннушка?! Чего ты царицу вспомнила?..

А н н у ш к а. Так ты ж сказала. Сгубила злодейка…

Ф е т и н ь я (перебивает). Послышалось тебе! И думать не смей! И забудь! Гляди, что на прялке нарисовано!

А н н у ш к а. Молодец на коне скачет! Лихо! И меч у него в руках! А что там написано?

Ф е т и н ь я. Не обучена я грамоте.

А н н у ш к а. Жалость какая. Я-то думала, что ты меня читать научишь!

Ф е т и н ь я. Ишь ты! У нас и не все мужики грамотны… А тебе-то зачем грамоте знать?

А н н у ш к а. Прочла бы я надпись на картинке и узнала, как меч добыть!

Ф е т и н ь я. Меч?! Грамота не девичье дело, а уж о мече и думать нечего! Твое дело — прялка!

А н н у ш к а (упрямо). Одно другому не помеха!

Ф е т и н ь я. Что тебе на ум взбрело! Где это видано, где слыхано, чтобы девушка не у прялки сидела, а мечом владела?!

А н н у ш к а. А если мне надобно?!

Ф е т и н ь я. Выкинь из головы!.. Ох, батюшки! Заговорилась я с тобой и забыла!.. Пес до сих пор голодный…

А н н у ш к а. Я покормлю Лохматого…

Ф е т и н ь я. Нет, нет! Я сама!

А н н у ш к а (обиженно). Что, и собаку кормить не девичье дело?!

Ф е т и н ь я. Чего обиделась?

А н н у ш к а. Я помочь хотела…

Ф е т и н ь я. За помощь спасибо, а Лохматый ко мне привык… Из чужих рук не возьмет… А ты садись за прялку.

А н н у ш к а. Значит, дело девичье только прялка, пряжа?

Ф е т и н ь я. Да веретено! Надо ведь и напрясть и наткать на всю семью! И подать холстом уплатить…

А н н у ш к а. И нашей царице холст подавай белый как снег, мягкий как шелк…

Ф е т и н ь я. Да, ей, матушке, отдай что получше.

А н н у ш к а. Отчего это так? Живут богатые — и празднуют… Живут горемычные — и трудятся…

Ф е т и н ь я. Каждому своя доля!

А н н у ш к а. Значит, одним все, чего душа хочет, а другим одно горе… И так всегда будет?! А если…

Ф е т и н ь я (перебивает). Не наше это дело. Еда готова!.. Пойду Лохматого покличу!

Фетинья уходит. Аннушка садится за прялку.

А н н у ш к а (поет).

Кудель да прялка,

Веник да скалка —

Вот наша доля,

Девичья неволя…

В окно заглядывает  Т и м о ш к а.

Т и м о ш к а. Эй, люди добрые, примете гостя?!

А н н у ш к а. Кругом обойди… Дверь открыта…

Т и м о ш к а. Стану ноги бить — кругом ходить! Раз-два!.. (Вскакивает в окно.) И готово! Я уж тут, и мой коробок при мне!

Чай, любопытно,

Что в нем скрыто?!

Какого товару набито?!

Эй, во все глаза глядите!

Ничего не пропустите!

Не толпиться! Не толкаться!

По порядку разобраться!

Старым место уступите!

Малых на руки возьмите!

В круг становитесь!

За руки беритесь!

А н н у ш к а (смеется). Кого же мне за руку брать?

Т и м о ш к а. А того, кто рядом стоит! Кто справа — за леву рученьку. Кто слева — за праву рученьку…

А н н у ш к а. А слева — никого. А справа — ни души!..

Т и м о ш к а. Как так?

А н н у ш к а. Не видишь?.. Одна я!

Т и м о ш к а (медленно оглядывается). Впрямь одна! (Радостно.) Ну, все понятно!.. Ведь зовут меня как? Тимошка-кавардак!

А н н у ш к а. Ка-вар-дак?! Ну и что?

Т и м о ш к а. А у меня все не так! К примеру, люди в дверь…

А н н у ш к а. А ты в окно!

Т и м о ш к а. Люди раньше поглядят…

А н н у ш к а. А потом говорят!

Т и м о ш к а. А я сразу кричать.

А н н у ш к а. А тебе бы помолчать!

Т и м о ш к а. Не могу. Уродился так. Кавардак! И ничего не поделаешь!.. Лучше погляди! (Открывает короб.) Ленты. Алые, голубые, синие, зеленые, белые…

А н н у ш к а (равнодушно). Разноцветные…

Т и м о ш к а. Расписные! Бусы! Всем на удивленье! Вот и сережки — прямо загляденье!

А н н у ш к а. Красивые…

Т и м о ш к а. Может, кружева понравятся? Вышивка узорная… Радугой переливается! Девичьи утехи — румяна, притирания…

А н н у ш к а. А это что за картинки?..

Т и м о ш к а. Это буквица!

А н н у ш к а. Буквица?..

Т и м о ш к а. Попросту говоря — азбука. Аз, буки, веди, глагол, добро, есть…

А н н у ш к а. Не понимаю.

Т и м о ш к а. По-простому: а, б, в, г, д, е… А вот для девицы — зеркальце…

А н н у ш к а. Покажи.

Т и м о ш к а. Погляди, собой залюбуешься! (Протягивает зеркало.)

А н н у ш к а. Нет! Покажи буквицу… азбуку…

Т и м о ш к а. Тут у каждой буквы своя картинка… Да к чему тебе это?!

А н н у ш к а. Хочу буквы узнать!

Т и м о ш к а. Не девичьего ума дело!

А н н у ш к а. Что же, значит, мне и грамоте не научиться?!

Т и м о ш к а. Уж такая ваша доля девичья!

А н н у ш к а. Не хочу такой доли! И грамотной стану, и меч добуду!

Т и м о ш к а. Чего? Какой меч?..

А н н у ш к а (спохватилась). А ничего я не говорила! Где это бабушка? (Идет к столу.)

Т и м о ш к а. Чем так вкусно пахнет?! (Подходит к столу.) Ишь ты!.. Пирог!.. С мясом, с рыбой!.. Ватрушка… А ты мастерица стряпать.

А н н у ш к а. Не я… Бабушка Фетинья приготовила Лохматому…

Т и м о ш к а. Что же вы, хозяина так и зовете — Лохматый?

А н н у ш к а (смеется). Лохматый — собака наша!

Т и м о ш к а (удивленно). Если вы пса так кормите, что же сами едите?!

А н н у ш к а. Угощу! Небось проголодался…

Т и м о ш к а. Я?! Сыт по горло…

А н н у ш к а. Что-то не верится!

Т и м о ш к а. Знаешь, чего я утром съел? Перво-наперво — блинов гору и молока кувшин! А потом — поросенка целого! И сладким чаем запил с пирогами! Два самовара одолел! Наелся!.. (Садится.)

А н н у ш к а. Вижу — ноги не держат! А вот и наша еда! Хлеб, соль, квас. Ешь! И я с тобой!

Т и м о ш к а (ест и пьет). Вкусно!..

А н н у ш к а (улыбается). Не хуже, чем поросенок?

Т и м о ш к а. Эх! По правде говоря — второй день маковой росинки во рту не было! И в кармане не густо, и в животе пусто!

А н н у ш к а. Доедай, допивай до конца!

Т и м о ш к а. А тебе?..

А н н у ш к а. Я уже сыта!

Т и м о ш к а (недоуменно). Ай да бабушка!.. Собаке разносолы, а внучке родной хлеб да квас…

А н н у ш к а. А я ей не родная!..

Т и м о ш к а. Понятно, почему не балует!

А н н у ш к а. Ничего ты не понимаешь!.. Бабушка сама с хлеба на квас перебивается… А меня пожалела. Я в лесу жила… Отец лесником был… Когда сиротой осталась, бабушка меня приютила. Прясть учит, поит, кормит.

Т и м о ш к а. Сами хлеб едите, а собаке пироги печете… Чего это так?!

А н н у ш к а. Молчи! Не велела мне бабушка об этом спрашивать! Строго приказала никому не сказывать! Ах я глупая! Лучше бы я себе язык откусила! Лучше бы я…

Т и м о ш к а. Чего ты убиваешься, Аннушка?

А н н у ш к а. Проговорилась я. Рассказала тебе…

Т и м о ш к а (перебивает). О чем?! Я уж забыл, что спрашивал, не помню, что ответила! Утри слезы. (Открывает короб.) Выбирай что хочешь!

А н н у ш к а. Ничего…

Т и м о ш к а. Ленту?

А н н у ш к а. Нет!

Т и м о ш к а. Бусы?

А н н у ш к а. Нет!

Т и м о ш к а. Кружево?

А н н у ш к а. Нет!

Т и м о ш к а. Сережки? Румяна? Знаю! Зеркальце!

А н н у ш к а. Буквицу!

Т и м о ш к а. Что?

А н н у ш к а. Буквицу!

Т и м о ш к а. Что?

А н н у ш к а. Азбуку… С картинками!

Т и м о ш к а. Ну, бери, Аннушка! (Протягивает.)

А н н у ш к а. Нет… Не возьму!

Т и м о ш к а. Почему?

А н н у ш к а. А мне заплатить нечем!

Т и м о ш к а. Вон оно что! Ну, спасибо за обиду!

А н н у ш к а. Чем же я тебя обидела?

Т и м о ш к а. Значит, я тебе за хлеб-соль тоже заплатить должен?

А н н у ш к а. Что ты… я ведь от чистого сердца!..

Т и м о ш к а. И я!.. (Ласково.) Возьми, Аннушка!

А н н у ш к а (берет). Спасибо, Тимошка! (Разглядывает.) А это какая буква обозначена?

Т и м о ш к а. Прости, Аннушка… Сам я не больно грамотен. Только скажу, что азбука эта не простая… Чудесная!

А н н у ш к а. Чудесная?..

Т и м о ш к а. Ежели ты к ней с любовью и прилежанием, она тебе откроется!

А н н у ш к а. Спасибо! Век тебя не забуду, Тимошка!

Т и м о ш к а. И я тебя навсегда запомнил, Аннушка! (Пауза.) Уходить пора…

А н н у ш к а. Погоди! (Достает трубу.) От батюшки в наследство осталась.

Т и м о ш к а. А что это?

А н н у ш к а. Глянь в окно. Видишь лошадь?

Т и м о ш к а. Где? Далеко она — совсем маленькая!

А н н у ш к а. А теперь возьми остроглазку!

Т и м о ш к а (смотрит в трубу). Ох ты! Рядом лошадь! Хвостом махнула, чуть не задела! Вот остроглазка волшебная! (Отдает трубу.)

А н н у ш к а. Оставь себе!

Т и м о ш к а. Что ты? Такую редкость! Не могу!

А н н у ш к а. Я ведь от чистого сердца…

Пауза.

Т и м о ш к а. Ну, спасибо, Аннушка. (Берет трубу.) Прощай… (Идет.) А может, когда и свидимся…

А н н у ш к а. Прощай… Может, и свидимся.

Т и м о ш к а (останавливается в дверях). Что же ты, Аннушка, со мной сделала? Что теперь будет!..

А н н у ш к а. А что случилось?!

Т и м о ш к а (поет).

Наш Тимошка-кавардак

Делал все всегда не так.

Люди в дверь, а он в окно,

Будто это все равно!

Посмотрите-ка теперь,

Как и все, иду я в дверь!

А н н у ш к а. Ну, в добрый час! (Машет рукой.)

Тимошка уходит.

(Берет азбуку.) Не верю, что моя! Ох, любопытно!… Не терпится поглядеть!.. Нет! Надо за прялку садиться. А то бабушка забранит. (Садится, прядет. Тихо напевает.)

Наш Тимошка-кавардак

Делал все всегда не так…

Ф е т и н ь я (входит). Еле Лохматого отыскала. Убежал, негодный пес.

А н н у ш к а. Значит, не голодный…

Ф е т и н ь я. Прямо сердце изболелось.

А н н у ш к а. Ну что так тревожиться…

Ф е т и н ь я. А как же! Ведь, чай, замучился, ожидая…

А н н у ш к а. Так он же убежал!

Ф е т и н ь я. Ох! Куда? Кто тебе сказал?

А н н у ш к а. Сама ты, бабушка, сказала: «Убежал Лохматый…»

Ф е т и н ь я. Ах, ты про собаку.

А н н у ш к а. А ты про кого думала?

Ф е т и н ь я. Ничего я не думала. Заговорились мы с тобой. (Завязывает узелок.) Готово! Пойду! А ты отдохни, Аннушка, и снова за прялку.

Фетинья уходит. Аннушка разглядывает азбуку.

А н н у ш к а. Красиво! Занятно! А непонятно! Видно, и вправду не для девичьего разума! И не надо! (В сердцах отходит.) Ну, хоть картинки погляжу. (Смотрит.) Попробую. Может, и я не хуже других!.. Ну, Аннушка, что здесь нарисовано?!

Начинает звучать тихая музыка. В избе темнеет. На стене возникает картинка.

Ах, что это? Прялка. Прялка! Узнала! Рядом две палочки, а на них перекладина?.. Что это? Не понимаю! Что?! Буква! Какая? Прялка… Прялка! Значит, буква — П… П…

Рядом возникает другая картинка.

А это что? Меч? Меч? Меч? Буква — М! М и П — уже две буквы знаю! Прялка… меч! Меч и прялка!

Перед занавесом для спектакля

Т и м о ш к а (медленно идет. Останавливается). Не идут ноги… Словно я чего забыл там, у Аннушки!.. Разве вернуться?! А чего я скажу?.. Я и слов таких не найду. Эх, Тимошка-кавардак, все с тобой опять не так! Взглянуть на подарок Аннушки… (Достает трубу.) Вот и легче на сердце стало… (Смотрит в трубу.) Никак, идет кто-то! А простым глазом не увидишь! Спасибо тебе, Аннушка! Теперь я покупателя издали вижу!.. (Прячет трубу. Раскрывает короб.) Эй, налетайте! Раскупайте! Не толпитесь! В круг становитесь! Тьфу! Ведь он далеко!.. Забыл, что мне Аннушка говорила, и опять поспешил. Подожду!

Пауза. Выходит  С о г л я д а т а й, замечает Тимошку, бочком подходит.

С о г л я д а т а й. Здорово, добрый человек!

Т и м о ш к а. Здорово, злой человек!

С о г л я д а т а й. А ты откуда знаешь, что я злой?

Т и м о ш к а. А ты откуда знаешь, что я добрый?

С о г л я д а т а й. А я по обычаю здороваюсь!

Т и м о ш к а. А я Тимошка-кавардак, мой обычай — все не так! По-своему и ответил!

С о г л я д а т а й (в сторону). А я думал, что догадался! (Тимошке.) Что у тебя за товары?

Т и м о ш к а. Одни самовары.

С о г л я д а т а й. Где ж самовары? Вижу ленты, бусы…

Т и м о ш к а (перебивает). Раз видишь, зачем спрашивать?!

С о г л я д а т а й. Плохой ты продавец!

Т и м о ш к а. Таков, как ты купец!

С о г л я д а т а й. Я-то купец богатый! Денег полон карман.

Т и м о ш к а (кричит). Ленты алые… Бусы яркие, кружева…

С о г л я д а т а й. Помолчи! Мне другой товар нужен!..

Т и м о ш к а. Есть и другой! Алые ленты! Яркие бусы!..

С о г л я д а т а й. Не надрывайся! Сам скажу, какой товар надобен…

Т и м о ш к а. А у меня всякий…

С о г л я д а т а й (перебивает). Ты сам мне нужен!

Т и м о ш к а (оторопел). Я сам?! (Смеется.) Ты что же, любоваться мной будешь или щи из меня варить станешь?!

С о г л я д а т а й. Шутки-прибаутки брось! Ты где бываешь?

Т и м о ш к а. Везде.

С о г л я д а т а й. Много людей видишь?

Т и м о ш к а. Не сочтешь.

С о г л я д а т а й. О чем говорят, слышишь?

Т и м о ш к а. Не глухой!

С о г л я д а т а й. Запомнить можешь?!

Т и м о ш к а. Могу!..

С о г л я д а т а й. Ну вот. Услышишь, что про Булата-богатыря говорят, запомнишь — мне донесешь!

Т и м о ш к а. А куда нести? Кого нести?

С о г л я д а т а й. Да никого!.. Меня увидишь и донесешь…

Т и м о ш к а. А тебя зачем нести?

С о г л я д а т а й. Да не меня! Про Булата-богатыря донесешь…

Т и м о ш к а. Я? Богатыря?! Разве мне донести его?! Он — во! А я — во!..

С о г л я д а т а й. Во! Во! Не понял ничего! Ты про Булата должен все запомнить и мне рассказать!

Т и м о ш к а. А тебе зачем?

С о г л я д а т а й. А так… Люблю бывальщину послушать… Посмеяться, поплакать… За рассказы тебя награжу!

Т и м о ш к а. А чем?

С о г л я д а т а й. Спасибо скажу!

Т и м о ш к а. Это хорошо! Только его в карман не положишь… Вот если бы…

С о г л я д а т а й. Денежку?!

Т и м о ш к а. Угадал!

С о г л я д а т а й. Коли хочешь денежку получить… Вот тебе задача: узнай, где Булат скрывается, кто ему помогает! Потом мне передашь — и будет тебе денежка! Если отыщем Булата, то и не одна.

Т и м о ш к а. А зачем тебе этот, как его, Булат?

С о г л я д а т а й. Соскучился! Встречу, обниму… Задушу от радости!

Т и м о ш к а. Значит, друг он тебе?

С о г л я д а т а й. Булат? Самый первый! Так его разыскать хочется! Узнаешь, расскажешь — получишь денежку. Завтра об эту пору здесь же и встретимся! По рукам! До завтра! (Уходит.)

Т и м о ш к а. Ну-ка, остроглазка моя волшебная, скажи, куда он пошел. (Смотрит в трубу.) На коне скачет! К деревне прискакал! Спешился. Ползет!.. Изба. Вроде знакомая… Да в ней Аннушка живет! Озирается, поглядывает! Снова на коня сел… Куда поскачет? Ко дворцу царскому! Во дворец входит! Вот ты что за птица!

Картина вторая

Царские покои. Все укрыто серым холстом. Только по полу яркий ковер, рядом с которым проложены дощечки.

Ц а р и ц а (оглядывая комнату). Кажется, все укрыто! А на ковер холста не хватило! Как бы от солнца не выгорел… Вот жалость… Как его сберечь? Занавески закрою. (Идет к окну. Смотрит на руку.) Ишь, зелен камень сверкает. Колечко мое любимое! (Закрывает занавеску. Идет, садится на высокий трон.) Ах, как серо! Как сумрачно! Хорошо! И ковер не выгорит!

Входит  С о г л я д а т а й, останавливается у дверей.

С о г л я д а т а й. Царица-матушка, прими поклон низкий!

Ц а р и ц а (милостиво). Мы рады тебе, наш Соглядатай. Доноси, что узнал!

С о г л я д а т а й (идет по ковру, на ходу кланяется). Уж я так старался…

Ц а р и ц а (в бешенстве). Стой, негодный!.. Стой, проклятый!

С о г л я д а т а й (в испуге падает на ковер). За что гневаешься, матушка?.. Чем провинился?

Ц а р и ц а. Зачем сапожищами ковер топчешь?! Видишь, доски проложены?

С о г л я д а т а й. Невдомек мне, царица! Прости.

Ц а р и ц а. Что же ты боками ковер протираешь! Вставай скорей, дубина!

С о г л я д а т а й. Я мигом, царица! (Опираясь на руки, пытается встать.)

Ц а р и ц а. Не смей, варвар этакий! Я ковер берегу, а ты его когтями царапаешь.

С о г л я д а т а й (распластывается на ковре. Жалобно). А как же мне встать, матушка?!

Ц а р и ц а. Бочком скатывайся!..

Соглядатай катится по ковру.

Легче! Мягче!

С о г л я д а т а й (становится на доску). Вот и все, царица! Не гневись…

Ц а р и ц а (достает веник). Подмети ковер!

С о г л я д а т а й (берет веник). Сейчас, матушка!

Ц а р и ц а. Стой! Давай веник! Я сама! А то опять натопчешь!..

С о г л я д а т а й (отдает веник). А где же слуги царские?

Ц а р и ц а (подметает). Все при деле! Теперь я так завела: солнце встает — слуги в поле идут! Солнце на закат — слуги за пряжу! Ночь наступает — слуги нам еду готовят!

С о г л я д а т а й. А спят когда же они, матушка?

Ц а р и ц а. Тут я им не указчик!.. Их дело!

С о г л я д а т а й. Так они с ног свалятся!

Ц а р и ц а. Они и валятся. А что они обо мне говорят?

С о г л я д а т а й. Слуги?.. Они… Хорошо говорят…

Ц а р и ц а. А как меня называют?

С о г л я д а т а й. По-разному… Хорошо называют.

Ц а р и ц а (про себя). Знаю, как. (Соглядатаю.) А я желаю, чтобы не по-разному, а все одинаково называли. Царица наша… Бережливица!.. Вот так!..

С о г л я д а т а й. Прости, матушка, не понял…

Ц а р и ц а. Экой ты… Ну, я бережливая?

С о г л я д а т а й. Ох, бережливая!

Ц а р и ц а. Значит, бережливица!

Соглядатай трет лоб.

Непонятно? Ну, к примеру, — я счастливая…

С о г л я д а т а й. Уж такая счастливая…

Ц а р и ц а. Значит, счастливица! Вот и выходит (скороговоркой): счастливая — счастливица, бережливая — бережливица. Счастливица, бережливица… Так?

С о г л я д а т а й. С одной стороны, так, а с другой…

Ц а р и ц а. Со всех сторон — наша царская воля! Мы так желаем! Прикажи всем строго-настрого: впредь называть нас царица Бережливица!

С о г л я д а т а й. Слушаюсь, царица Бережливица!

Ц а р и ц а. А кто иначе назовет… тому голову с плеч! А теперь доноси! Как дела?

С о г л я д а т а й (бодро). Лучше не придумаешь!

Ц а р и ц а. Поймал Булата?

С о г л я д а т а й. Нет еще, но…

Ц а р и ц а. Нашел, где скрывается?

С о г л я д а т а й. Нет, но…

Ц а р и ц а. Узнал, кто помогает?!

С о г л я д а т а й. Нет! Но…

Ц а р и ц а (в гневе). Ну что нокаешь?! Даром хлеб ешь! Я тебя разжалую! Пойдешь в поле работать!

С о г л я д а т а й. Пойду… (Идет.) Только потом чтобы локти не пришлось кусать… Ведь я выследил…

Ц а р и ц а. Стой! Кого выследил?!

С о г л я д а т а й. Пса одного!

Ц а р и ц а. Кто же он?

С о г л я д а т а й. Собака! Черная… Лохматый звать…

Ц а р и ц а. Опять чепуху городишь… Иди…

С о г л я д а т а й. Иду. (Идет.) А пес бабки Фетиньи…

Ц а р и ц а. Стой!

С о г л я д а т а й. Стою!

Ц а р и ц а. Это какой же Фетиньи?..

С о г л я д а т а й. Той самой, у которой ты, царица, жениха погубила, все добро отобрала…

Ц а р и ц а. Не все!.. Меч-саморуб, что жених ее сковал, она не отдала! Как ни пытали — не выдала! А в нем сила волшебная! И должна я мечом завладеть!

С о г л я д а т а й. Для того я и пса выследил…

Ц а р и ц а. Я затем тебя держу, чтобы ты за псом гонялся?

С о г л я д а т а й. Да в этом псе собака и зарыта!

Ц а р и ц а (растерянно). Не пойму! В псе… собака?..

С о г л я д а т а й (значительно). Слушай, царица… (Другим тоном.) Награди меня, Бережливица. Давно ничего не жаловала!

Ц а р и ц а. Пожалую! (Встает.) Взгляну — рублем подарю! (Бросает взгляд.) Доволен?!

С о г л я д а т а й. Спасибо! Только бы еще денежку!

Царица бросает денежку.

Соглядатай ловит.

Маловато…

Ц а р и ц а. Смотри! И ее отберу! Говори!

С о г л я д а т а й (прячет денежку). Фетинья собаку с весточкой посылает.

Ц а р и ц а. Куда?

С о г л я д а т а й. Дай еще денежку…

Ц а р и ц а. Ах ты горло ненасытное!

С о г л я д а т а й. Да не мне, матушка! Нашел я парня ловкого!.. Научу его, пошлю к Фетинье, он выследит, мне донесет!.. Все узнаем.

Ц а р и ц а. Тогда получишь еще денежку!

С о г л я д а т а й (недовольно). Твоя воля, царица, — ты Бережливица!

Ц а р и ц а. А поймаешь Булата, добудешь меч-саморуб — хоромы каменные поставлю! Золотом, серебром осыплю! (Грозно.) Чего ухмыляешься?

С о г л я д а т а й (испуганно). Муха на щеку села…

Ц а р и ц а. Не ври! Знаю. Не веришь! Думаешь — поскуплюсь. Да, я Бережливица! А что поделаешь! А Булат народ мутит, чтобы на меня не работали. Знает он слово заветное! Прямо мне в сердце метит! Чтобы с Булатом покончить, я многим пожертвую, зато царство свое сберегу!

С о г л я д а т а й. Мудро рассудила, царица! Расшибусь, а сделаю, как приказано! Будет снова в темнице Булат! Будет меч-саморуб у тебя в руках!

Ц а р и ц а. Ждет тебя награда великая! Иди!

С о г л я д а т а й. Бегу. (Идет.)

Ц а р и ц а. Стой!..

С о г л я д а т а й. Я ж по дощечке!

Ц а р и ц а. Слушай! Прикажи, чтобы слуги холста из деревни принесли!

С о г л я д а т а й. Так они уж и так все отобрали… до ниточки!

Ц а р и ц а. Я хотела холстом все закрыть, а на ковер не хватило! Что же, пропадать моему ковру… (Плачет.) Ах я бедная, несчастная!

С о г л я д а т а й. Не разрывай мое сердце, матушка! День и ночь вся деревня у прялок просидит, а будет у тебя холста столько, сколько захочешь!

Ц а р и ц а. За усердие, слуга верный, можешь к руке подойти! (Протягивает для поцелуя руку.)

Соглядатай, склоняясь, целует. Царица вытягивает у него из кармана денежку.

С о г л я д а т а й. Спасибо, царица Бережливица! (Незаметно снимает у нее кольцо с пальца.) Бегу… (Уходит.)

Ц а р и ц а (вертит в руках денежку. Весело). А я его вокруг пальца обвела! Из кармана денежку забрала! Я тебя, милая, сберегла. (Кладет в кошелек.) Здесь тебе уютней, а мне приятней! (Смотрит на руку.) А где кольцо? Где любимое?! Потеряла драгоценное. Найду! Ведь я отсюда не отлучалась… (Ищет.) Не видать… (Бежит, открывает занавеску.) Где ж мой зелен камень? (Замечает, что солнце падает на ковер.) Ах, ковер выгорает! (Бежит, закрывает занавеску. Ищет.) А так не видно! (Бежит, открывает занавеску. Ищет.) А так ковер выгорает! (Закрывает занавеску.) А так не найти! (Открывает.) А так выгорает! (Закрывает.) Не найти. (Открывает.) Выгорает! (Закрывает.) Не найти! (В отчаянии мечется.)

Перед занавесом

Слышна песня  Т и м о ш к и. Он выходит, оглядывается.

Т и м о ш к а. Не пришел еще! (В сторону.) А может, прячется?.. (Ищет.) Нету… Посидим, на белый свет поглядим! (Достает трубку.) Вот чудо чудное… (Смотрит в трубу.) Эвон. По реке лодка бежит… По небу птица летит… По дороге человек скачет… Это ж мой «благодетель»! Спешился… Сюда бежит! Уйду я подальше, спрячусь, погляжу в остроглазку, что он делать станет! (Убегает.)

Пауза. Входит  С о г л я д а т а й. Оглядывается.

С о г л я д а т а й. Тимошка! Нету… Посидим! Эх, хороший денек! Ух, я молодец! (Достает кольцо.) Пока у царицы ручку целовал, с пальчика кольцо снял! (Любуется.) И зелен камень. Драгоценный! Вот ловко! Еще и денежку получил! (Лезет в карман.) Где же она?! Завалилась? (Выворачивает карман.) Потерял! Может, Тимошка по дороге нашел? Хорошо! А если не отдаст? Плохо! Спрячусь! Придет — погляжу, что делать станет! (Достает балахон, размалеванный под кору дерева, расшитый ветками.) Обернусь-ка я деревом! (Накидывает на себя балахон, становится на пенек.)

Пауза.

Т и м о ш к а (вбегает, оглядывается). Не пришел еще мой благодетель! Долго его нету! На сердце тревожно! Может, кто обидел его?! (Хватает палку.) Да я за это на обидчике живого места не оставлю! (Размахивает палкой и словно невзначай ударяет Соглядатая.)

Тот вздрагивает, но молчит.

Эх, легка палка! Потяжелее надо! (Ищет палку.)

Соглядатай в испуге перебегает на другой пенек.

Вот дубинка хороша! Пойду погляжу, а вдруг его в самом деле кто обижает. (Уходит.)

С о г л я д а т а й (сбрасывает балахон). Верный человек! (Трет ушибленное место.) Только рука тяжелая! Зато как любит меня! Ох, повернуться невмочь! (Смотрит.) Возвращается! Проверю его — скажет, что был здесь, или скроет?! (Садится.) Ой! Живого места не оставил!

Т и м о ш к а (вбегает). Нигде нет!

С о г л я д а т а й. Здравствуй, любезный!

Т и м о ш к а. Ты, благодетель?! Фу, отлегло от сердца…

С о г л я д а т а й. А что?

Т и м о ш к а. Я уж был здесь… Ждал! Нету!.. Я и встревожился, не обидел ли тебя кто…

С о г л я д а т а й (в сторону). Признался! Прямой человек. (Тимошке.) Никто меня не трогал…

Т и м о ш к а. А то скажи мне. (Размахивает дубинкой.) Я твоего обидчика как орех расколю!

С о г л я д а т а й (испуганно). Не маши ты дубиной! Говори, узнал?

Т и м о ш к а. Узнал!..

С о г л я д а т а й. Докладывай!

Т и м о ш к а. Да я… Ну, как сказать…

С о г л я д а т а й. Чего мнешься?

Т и м о ш к а. Не возьму в толк… Ты будто говорил, что Булат тебе друг?

С о г л я д а т а й. Говорил!

Т и м о ш к а. А он, говорят, царице враг…

С о г л я д а т а й. Заклятый…

Т и м о ш к а (ударяет его). Так вот тебе!

С о г л я д а т а й. Ты что, спятил?

Т и м о ш к а. Не дружи с врагами царскими! (Поднимает дубинку.)

С о г л я д а т а й. Погоди! Булат и мне враг! Это я тебя испытывал!

Т и м о ш к а. Это еще как?

С о г л я д а т а й. Хотел на крючок поймать. А теперь вижу, что ты человек преданный…

Т и м о ш к а. Дальше некуда…

С о г л я д а т а й. Верю тебе и все скажу!

Т и м о ш к а. Говори. (В сторону.) Клюнула рыбка!

С о г л я д а т а й. Слушай! Булат из темницы бежал! Надо поскорее его изловить!

Т и м о ш к а. Я-то что могу?..

С о г л я д а т а й. Твое дело узнать, где его прячут, кто его кормит, поит!

Т и м о ш к а. А как я?

С о г л я д а т а й. Научу! Пойдешь к людям, разговор заведешь… Вот, мол, Булат-богатырь…

Т и м о ш к а (подхватывает). Злодей лютый! Враг царицы нашей! Разбойник лихой!.. Понял! Так и буду говорить!

С о г л я д а т а й. Эх ты, простота! И все не так! Ты Булата расхваливай — мол, справедливый, храбрый.

Т и м о ш к а. А зачем?

С о г л я д а т а й. Кто станет поддакивать, того замечай…

Т и м о ш к а. Ну, заметил…

С о г л я д а т а й. А дальше говори: желаю Булату помочь, хочу его выручить… Тебе поверят, а мы тогда до Булата доберемся, схватим его, представим царице. Она его казнит!.. А меня наградит!

Т и м о ш к а. Нас наградит… нас!

С о г л я д а т а й. Ну конечно, нас! Вижу, ты ученик понятливый!

Т и м о ш к а. Ты учитель больно хорош!

С о г л я д а т а й. Не станем время терять! Я свою облаву начну, а ты ставь капкан на Булата! За дело! (Уходит.)

Т и м о ш к а (вслед). Поставлю капкан… Да только увидим, кто в том капкане окажется. (Смотрит в трубу.) Пошел… Остановился… Чем-то любуется? Кольцом… А на кольце — зелен камень… Откуда у него такое?…

Картина третья

Обстановка первой картины.

Ф е т и н ь я (хлопочет у стола). Ватрушки готовы. Каша поспела! Холстина чистая! Все! (Подходит к окну.) Лохматка! Ты где? Беги скорей, собачка!

С о г л я д а т а й (в дверях). Здравствуй, хозяюшка!

Ф е т и н ь я (испуганно). Кто там?

С о г л я д а т а й. Прохожий… Чего так испугалась?

Ф е т и н ь я. Не ожидала…

С о г л я д а т а й. Водицы не дашь испить?

Ф е т и н ь я (подает воду). Испей…

С о г л я д а т а й. Неласково ты гостя принимаешь, хозяюшка!

Ф е т и н ь я. Не до гостей, прохожий!

С о г л я д а т а й. Ждешь кого?

Ф е т и н ь я. Никого я не жду!

С о г л я д а т а й. А кого звала?

Ф е т и н ь я. Экой любопытный… Собаку… Кормить ее время!

С о г л я д а т а й. А холстина зачем?

Ф е т и н ь я. А тебе какое дело, поганый ты гриб!

С о г л я д а т а й. Я не поганый, а царский! И не гриб, а слуга! Холстину в казну забираю!

Ф е т и н ь я. Я уж подать всю выплатила! (Держит холстину.)

С о г л я д а т а й. Царица новую наложила! Отдай! (Вырывает холстину.)

Ф е т и н ь я. Вот горе горькое!..

С о г л я д а т а й. Жалко тебя!.. Оставлю холстину…

Ф е т и н ь я. Спасибо, батюшка…

С о г л я д а т а й. И совсем от подати избавлю… Если…

Ф е т и н ь я. Что — если?..

С о г л я д а т а й. Если… скажешь, кому еду готовишь?

Ф е т и н ь я. Сироте… Аннушке!

С о г л я д а т а й. Так… А зачем собаку звала?

Ф е т и н ь я. Да чего ты привязался, окаянный! Бери холстину! Все бери, что хочешь, и ступай отсюда!

С о г л я д а т а й. Ага! Испугалась! Говори, кого скрываешь?! Что в руках прячешь?!

Ф е т и н ь я. Ничего!

С о г л я д а т а й. Врешь! Покажи!

Ф е т и н ь я (протягивает руки). Смотри, проклятый!

С о г л я д а т а й (накидывает веревку ей на руки). Это мне и надобно было! Попалась, голубушка! Теперь все скажешь!

Ф е т и н ь я. Словечка от меня не услышишь!

С о г л я д а т а й. Иди! Иди! За решеткой посидишь — одумаешься!

Ф е т и н ь я. Пусти, проклятый! (Вырывается, роняет прялки.)

Соглядатай скручивает ей руки. Она стонет.

С о г л я д а т а й. Не хотела добром! Пеняй на себя… (Оглядывается, поднимает прялки.) Пусть стоят, как стояли! И холстину не возьму! Все оставлю, как было! И не догадается сирота… А я вернусь и послежу за этой Аннушкой. (Выталкивает Фетинью. Уходит.)

Пауза. В тишине со стуком падает прялка… одна… другая… третья… Голос  А н н у ш к и: «Бабушка Фетинья, погляди: ягоды какие…» Падают остальные прялки.

А н н у ш к а (входит). Бабушка… Нету! Где же она? (Замечает еду.) И Лохматку не накормила. Что это прялки на полу?.. (Поднимает прялки, садится.) Тревожно на душе… Беда, что ли, приключилась?

Словно отвечая ей, одна за другой снова падают прялки. Темнеет.

Так и есть! Беда! Скажите, что стряслось? Что?! Молчите?! Кто ж мне ответит? Кто расскажет?!

Звучит тревожная музыка. На белой стене появляются буквы.

Азбука! Ты скажешь мне?!

На стене: «ДА».

Буквы я знаю! А слово как сложить? Вот буква — Д. За нею — А… Вместе как? Кто скажет? «Да»?.. Поняла! «Да»! Теперь скажите, где бабушка?

На стене: «УВЕЛ».

А это какое слово? «Увел»?! Кто?

На стене: «ЗЛОДЕЙ».

Злодей!.. Что мне делать?!

На стене: «БЕГИ».

«Беги». Бежать?! Нет! Должна я бабушке помочь! И наказать злодея! Ну, берегись, проклятый! (Бросается к дверям. Останавливается.) Смеяться станут надо мной! Не девичье, мол, это дело! Ну как мне скрыть, что я…

Медленно, со скрипом поднимается крышка большого сундука.

Что это? Он всегда был на замке. (Подходит.) Ты тоже хочешь мне помочь?

Крышка утвердительно наклоняется. Аннушка заглядывает в сундук.

Кафтан? (Достает.) Надеть его?

Крышка снова наклоняется.

Поняла! И никто не догадается, что я…

Слышен собачий лай.

Чужой! А вдруг сюда?! (Хватает кафтан, убегает.)

Пауза.

Т и м о ш к а (в окно). Аннушка! Аннушка! (Оглядывает избу.) Видно, ушла! Сундук открыт. Значит, скоро вернется! Подожду… (Садится на окно.) Нет, войду… (Влезает в избу.) Вот он я… Ох, опять не так! Ну, Тимошка-кавардак, ступай обратно! (Подходит к окну.) Вылезай, не упрямься! Тебе как Аннушка приказала?! В дверь… А ты? Ты-то! (Вылезает в окно.)

Пауза. С шумом захлопывается крышка сундука.

(Входит.) Вот теперь вошел как человек! Правильно! (Замечает сундук.) Кто же это сундук закрыл?! Аннушка, ты вернулась?! Нету…

Со свистом взвивается холстина и падает на пол.

Не к добру все это… Неужто и Аннушка в беду попала?! Я виноват… Опоздал! Не выручил ее! (Садится.) Век не прощу себе!.. (Закрывает руками лицо.)

Пауза. В окне показывается  А н н у ш к а  в мужском наряде.

А н н у ш к а (замечает Тимошку, про себя). Вот сейчас испытаю!.. Узнает Тимошка или нет? (Прыгает в окно.) Эй, хозяин!

Тимошка поднимает голову.

Здорово, хозяин!

Т и м о ш к а. Здравствуй, добрый молодец! Только я не хозяин…

А н н у ш к а. А я не мол… А кто же ты?

Т и м о ш к а. А ты кто?

А н н у ш к а. Я… Я… А я первый спросил!

Т и м о ш к а. Ну, я гость! А ты?

А н н у ш к а. И я гость!

Т и м о ш к а. Тебя как звать?

А н н у ш к а. А тебя?

Т и м о ш к а. Я первый спросил!

А н н у ш к а. Ан… Ан… ушк…

Т и м о ш к а. Как?

А н н у ш к а. Андрюша.

Т и м о ш к а. Андрюшка…

А н н у ш к а (важно). Андрей!.. А ты?..

Т и м о ш к а. А я Тимошка… (Важно.) Тимофей!

А н н у ш к а. Зачем же ты пришел, Тимофей? Чур, я первый спросил.

Т и м о ш к а (уклончиво). Что тебе сказать?..

А н н у ш к а (твердо). Правду!..

Т и м о ш к а. Ишь, чего захотел… Может, я тебе не верю…

А н н у ш к а. А кому ты веришь?

Т и м о ш к а. Никому!..

А н н у ш к а. Так на свете жить нельзя! Неужто ты добрых людей не знал?

Т и м о ш к а. Знал одну!.. Вот ей бы все рассказал!.. Да где она?.. (Сокрушенно закрывает лицо руками.)

Аннушка снимает шапку. Садится за прялку.

Не знаю, где Аннушка!

А н н у ш к а (своим голосом). Вот она я!

Т и м о ш к а (открывает лицо). Аннушка!.. Ты?..

А н н у ш к а. Я…

Т и м о ш к а (оглядывается). А где же… Андрей?..

А н н у ш к а (надевает шапку). Вот он я!

Т и м о ш к а. А где же Аннушка?

А н н у ш к а (снимает шапку). Я здесь…

Т и м о ш к а. Куда же девался Андрей?

А н н у ш к а (надевает шапку). Вот он!

Т и м о ш к а. Переоделась! Вот это здорово! Ни в жизнь не узнал бы! Ай да Аннушка! (Смеется.) И с чего это тебе пришло в голову? Ай, затейница!

А н н у ш к а. Не пустое затеяла! Знак мне был дан азбукой, что недоброе с бабушкой, решила ее выручить… А так ведь способнее! И теперь я больше не Аннушка…

Т и м о ш к а. Понятно, Андрей! Слушай… В беде Фетинья…

А н н у ш к а. Что, что с бабушкой?

Т и м о ш к а. В темнице она, горемычная!

А н н у ш к а (плачет). Ах, несчастье черное! Печаль моя горькая…

Т и м о ш к а (строго). Не к лицу молодцу слезы лить! Чай, ты не красная девица! Перестань, Андрей!

А н н у ш к а. Не до шуток мне… Как выручить бабушку? Как помочь родимой?

Т и м о ш к а. А я затем и пришел! Слушай! Расскажу все с начала! Поступил я в доносчики к Соглядатаю царскому!

А н н у ш к а (в ужасе). Ты… Не хочу верить! Скажи, что ослышалась.

Т и м о ш к а. Не ослышалась. А не поняла! Ведь это я для хитрости! Чтобы узнать его умысел! И предупредить тебя и бабушку… Да не успел! Попалась Фетинья в лапы Соглядатаю… И тебе надо спрятаться!..

А н н у ш к а. Не стану прятаться! Я хочу со злодеем лицом к лицу встретиться! Глаза ему выцарапаю! Пойду туда, где бабушка! В темницу!..

Т и м о ш к а (перебивает). И бросишься на стены каменные? А тут стража на тебя и накинется! Нет, этим не спасешь бабушку!

А н н у ш к а. Лучше погибну, чем буду сидеть сложа руки…

Т и м о ш к а. Кроме рук — голова на плечи недаром посажена. Надо мозгами пошевелить хорошенько!

А н н у ш к а. Как подумаю, что она за решеткой, сердце кровью обливается…

Т и м о ш к а. Страдать не время, Аннушка! Перво-наперво надо тебе в капкан не попасться, тогда и бабушке сможешь помочь!

А н н у ш к а (уверенно). Не попадусь!

Т и м о ш к а. Не хвастайся!

А н н у ш к а. И не думаю! Если уж ты меня не узнал в этой одежде, значит…

Т и м о ш к а. …никто не узнает! Это верно, Аннушка.

А н н у ш к а. Выкинь из головы это имя. Забудь навсегда!

Т и м о ш к а. Забуду! (Про себя.) На время…

А н н у ш к а. Знаешь что: пойдем мы с тобой прямо во дворец царский!

Т и м о ш к а. Зачем же самим головы в пасть звериную класть?

А н н у ш к а. Там узнаем, как в темницу проникнуть, как бабушку выручить…

Т и м о ш к а. А это верно!.. А как же мы во дворец явимся?

А н н у ш к а (растерянно). Ну, просто придем…

Т и м о ш к а. Не годится просто — с хитростью надо! Ну я, скажем, офеня — коробейник, Соглядатаю доношу…

А н н у ш к а. А я с тобой…

Т и м о ш к а. Кто таков, спросят!

А н н у ш к а. Ну, Андрей…

Т и м о ш к а. Что делать умеешь?

А н н у ш к а. Прясть, ткать…

Т и м о ш к а. Как раз для молодца работа…

А н н у ш к а (растерянно). Это не годится… Забылась…

Т и м о ш к а. Не печалься! Ну, Тимошка, подумай немножко! (Стучит себя по лбу.) Эх, кабы играть умела!

А н н у ш к а. Батюшка учил меня на гуслях!

Т и м о ш к а (достает из короба гусли). Попробуй!.. Ничего! Будешь гусляром! И никто не догадается, что ты Аннушка-пряха…

А н н у ш к а. …А вдруг!.. Тогда нам обоим головы не сносить!.. Решай!.. Может, откажешься. Я не в обиде буду!

Т и м о ш к а. Зато я обиделся! И не совестно тебе так подумать! По рукам, Анну… Андрей!

А н н у ш к а. Спасибо, Тимофей!

Т и м о ш к а. Вот тебе бусы! Подаришь царице!..

А н н у ш к а. Вот еще, стану я дарить ей… как же…

Т и м о ш к а. Так надобно! Они для нас ловушки приготовили. А мы их в капкан толкнем и захлопнем крепко-накрепко! Пошли, Андрей!

Идут. Аннушка останавливается.

А н н у ш к а. Погоди… Возьму с собой… азбуку. (Берет. Идет. Снова останавливается.) Надо проститься…

Т и м о ш к а (удивленно). С кем?..

А н н у ш к а (подходит к прялкам, гладит их. Низко кланяется. Прялки кланяются в ответ). Простите, милые… Не знаю, свидимся ли… Прощай, девичья доля! Здравствуй, молодецкая воля!

Идут, взявшись за руки.

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина четвертая

Обстановка второй картины. Холстом укрыт ковер.

С о г л я д а т а й. Ах, как хорошо стало здесь, царица Бережливица!

Ц а р и ц а. Нравится?..

С о г л я д а т а й. Уж так серо, так сумрачно, так тоскливо, что сердце радуется!

Ц а р и ц а. И я говорю!..

С о г л я д а т а й. Может, тебе, царица, легче станет, коль со мной поделишься…

Ц а р и ц а (гневно). С тобой делиться?! Да как ты смеешь… Чем делиться? Почему делиться? Не стану делиться! Да я тебя самого велю пополам разделить…

С о г л я д а т а й. Горем, горем поделись, царица…

Ц а р и ц а. Ах, горем! Это я могу… Пропало у меня кольцо…

С о г л я д а т а й. Стоит ли горевать…

Ц а р и ц а. Зелен камень на нем!.. Драгоценное, любимое!

С о г л я д а т а й. Вернем кольцо, царица!

Ц а р и ц а. Найдешь?

С о г л я д а т а й. Найти не найду, а посоветую — наложи на крестьян подать новую, и купим другое кольцо.

Ц а р и ц а (улыбается). И будет у меня опять кольцо! Хорошо! (Плачет.) Ай! Ай! Ах! Ох!

С о г л я д а т а й. Что, матушка?

Ц а р и ц а. Кабы то кольцо не пропало, у меня бы два было. Ай! Ой! Ах! Ох!

С о г л я д а т а й (в сторону). Подсчитала, Бережливица! (Царице.) Не кручинься, матушка! Мы последнее у крестьян соберем и два кольца купим!

Ц а р и ц а. Два! Хорошо! Два еще лучше! Ай! Ой! Ах! Ох! Всего — два! Ой!

С о г л я д а т а й (в сторону). Сейчас третье потребует! (Царице.) Послушай, я тебе донесу весть приятную.

Ц а р и ц а (ворчливо). Ее на руку не наденешь…

С о г л я д а т а й. Фетинью за решетку посадил! Уж так ее допрашивал!

Ц а р и ц а. И она все открыла?

С о г л я д а т а й. Уж так ее допытывал!

Ц а р и ц а. И она во всем повинилась?

С о г л я д а т а й. Уж так у нее дознавался…

Ц а р и ц а. И она все рассказала?

С о г л я д а т а й. Да! Она… все молчала!

Ц а р и ц а. Эх ты…

С о г л я д а т а й. Уж такая упорная бабка! Не гневайся!.. Заговорит! Я ее селедкой накормлю, а воды не дам, вот она…

Ц а р и ц а (перебивает). Что ты! Жалко…

С о г л я д а т а й Чего жалеть бабку…

Ц а р и ц а (перебивает). Селедку жалко! Ты ей, Фетинье, воду давай, а не корми! Ей, бедной, все равно мучиться, а селедку сбережем!

С о г л я д а т а й. Мудро! Великая ты Бережливица!

Слышны гусли.

Ц а р и ц а. Это что?

С о г л я д а т а й (смотрит в окно). Мой доносчик… Наверно, чего разведал… Пойду к нему!

Ц а р и ц а (подозрительно). Нет! Зови сюда! Здесь расспроси!

С о г л я д а т а й. Хорошо, матушка! (Кричит в окно.) Впустите!

Ц а р и ц а. А я уйду… отдохну… (Уходит за занавеску.)

С о г л я д а т а й (подходит к дверям). Заходи, Тимошка!

Ц а р и ц а (выглядывает. Про себя). Пусть думает, что нет меня… А я подслушаю… (Прячется.)

Ступая на носки, входит  Т и м о ш к а, за ним  А н н у ш к а. Тимошка успевает заметить Царицу.

Т и м о ш к а (грозно). Ты что делаешь, Андрей!?

А н н у ш к а. Иду!

Т и м о ш к а. Как идешь?!

А н н у ш к а. Обыкновенно!

Т и м о ш к а. То-то и оно! А куда ты пришел?

А н н у ш к а. Во дворец!

Т и м о ш к а. К самой царице Бережливице! А ступаешь полной ногой!

А н н у ш к а. А как надо?

Т и м о ш к а. Смотри!

Аннушка играет, Тимошка показывает.

Так и царский ковер сбережешь, и почтение окажешь!

А н н у ш к а. Понял!

Оба под музыку ловко шагают на носках.

Ц а р и ц а (про себя). Бережливо! Красиво! Почтительно! Ах, если бы все так берегли мое добро!

С о г л я д а т а й. Ну, узнал что-нибудь?

Т и м о ш к а. Все разведал и узнал!

С о г л я д а т а й. Доноси!

Т и м о ш к а. Доношу!

Тимошка подходит к Соглядатаю, тот подставляет ухо. Тимошка протягивает руку.

С о г л я д а т а й. Я не слышу!

Т и м о ш к а. А я не вижу!

С о г л я д а т а й. Чего?

Т и м о ш к а. Денежку… Уговор помнишь?

С о г л я д а т а й (достает денежку, сердито). Ну, говори!

Т и м о ш к а. А ты опусти!

С о г л я д а т а й. Неужто не веришь! (Кладет ему в руку денежку.)

Т и м о ш к а. Пробрался я в избу к Фетинье! Узнал, куда она девалась!

С о г л я д а т а й. Куда?!

Т и м о ш к а. Разведал, где скрывается!

С о г л я д а т а й. Где?

Т и м о ш к а. А там… Язык не ворочается!

С о г л я д а т а й. Это еще почему?

Т и м о ш к а. Завод кончился! Еще опусти денежку!

С о г л я д а т а й. Будь ты неладен! (Опускает денежку.) Говори!

Т и м о ш к а. В темнице она! За решеткой! Под замком крепким!

С о г л я д а т а й. Кто?

Т и м о ш к а. Фетинья!

С о г л я д а т а й. Фетинья?! Так это я и без тебя знаю!

Т и м о ш к а (восхищенно). Вот голова, ничего от тебя не скроется.

С о г л я д а т а й. Да я сам ее запер. Вот и ключ от замка! (Показывает.) Я ж про сироту тебе приказал узнать.

Т и м о ш к а. Про Аннушку?

С о г л я д а т а й. Ну да!

Т и м о ш к а. А сирота Аннушка… (Умолкает.)

С о г л я д а т а й. Что? Опять завод кончился?!

Тимошка разводит руками.

Вот тебе еще денежка! (Опускает.)

Т и м о ш к а. А сирота Аннушка… Скрылась!

С о г л я д а т а й. Когда? Куда?

Т и м о ш к а. Вот когда… не знаю! А вот куда… не ведаю!

С о г л я д а т а й (в бешенстве). Отдавай назад денежки!

Т и м о ш к а. Так они мне надобны! Я подарок хотел купить…

С о г л я д а т а й. А мне дела нет!.. Подавай сюда!..

Т и м о ш к а. Отдам! Сделай милость. (Роется в кармане.) Только спросил бы ты, кому подарок…

С о г л я д а т а й. Да пропади ты пропадом…

Т и м о ш к а (с угрозой). Что?! Кто пропади…

С о г л я д а т а й (перебивает). Ты, подарок твой и тот, кому дарить собираешься…

Т и м о ш к а (зловеще). Так… Слыхал, Андрей?!

А н н у ш к а. Слыхал!

Т и м о ш к а. Запомни! Так и доложим: узнавши, что я, Тимошка, готовлю подарок царице Бережливице, Соглядатай, то есть он, значит, произнес слова дерзкие, для царицы обидные. А именно: пропади…

С о г л я д а т а й (через силу улыбается). Да что ты… Шуток не понимаешь…

Т и м о ш к а. За такие шутки неуместные знаешь что бывает! То-то! Возьми обратно денежки…

С о г л я д а т а й. Не возьму!.. Я тебе еще добавлю, а ты забудь… (Дает денежку.)

Т и м о ш к а (берет). Я уж забыл!

С о г л я д а т а й. Вот и ладно!

Т и м о ш к а. Андрей помнит…

С о г л я д а т а й. Я и ему дам!..

А н н у ш к а. Вот еще… Не возьму я!..

Т и м о ш к а. Давай сюда! Я его уговорю. (Берет денежку.)

С о г л я д а т а й. А теперь ступай!

Т и м о ш к а. Прощай! Идем, Андрей!

С о г л я д а т а й. Прощайте!

Т и м о ш к а (останавливается). Хотел я тебя спросить…

С о г л я д а т а й. Иди, иди, не задерживайся!

Т и м о ш к а. …что царица… (Идет.)

С о г л я д а т а й. Стой! Что царица?

Т и м о ш к а. Так ты же не велел задерживаться!

С о г л я д а т а й. Спрашивай!

Т и м о ш к а. Что нашей царице больше к лицу: ленты алые иль бусы яркие?

Царица выглядывает.

Кружева узорные иль ожерелье наборное…

Ц а р и ц а (не выдержав, выходит). Что там? Кто такие?

Т и м о ш к а (кланяется). Офеня — коробейник я, Тимофей! А он гусляр — Андрей! Прости, что потревожили.

Ступая на носки, уходят.

Ц а р и ц а (нетерпеливо). Ты куда? Ты что? А ленты? Бусы?

Т и м о ш к а. Изволь, царица! Вот ленты, вот бусы! Вот и кружева!

Ц а р и ц а. А где ожерелье?

Т и м о ш к а. А вот и… Нет, ожерелье не стану показывать!

С о г л я д а т а й. Да как ты смеешь?

Ц а р и ц а. Это еще почему?

Т и м о ш к а. Не вели казнить, а вели слово правдивое молвить: грусть у тебя в глазах.

Царица изображает грусть.

Потому тебе ожерелье тусклым покажется! Дозволь развеселить тебя прежде, царица Бережливица! Ну-ка, Андрей! Играй скорей!.. Эх, Тимофей, ходи веселей.

Аннушка играет. Тимошка пляшет. Царица довольно улыбается.

С о г л я д а т а й (Аннушке). Пляши и ты!..

А н н у ш к а. Не буду! Вот еще…

Аннушка обрывает музыку. Тимошка подбегает к ней.

Т и м о ш к а (тихо). Ты что?!

А н н у ш к а. Не стану больше. И ты не унижайся!..

Т и м о ш к а. Неспроста я! Потом поймешь! (Громко.) Твоя правда, Андрей! Эту грусть не развеять ни пляской, ни музыкой! Что ж приключилось с царицей? Отчего грустна Бережливица?..

Ц а р и ц а (удивленно). Нет, мне весело…

Т и м о ш к а. Не скрывай, царица! По глазам вижу! Пропало, не стало! Вот и грусть напала! А что за утрата? И это узнаю! Кругло, тонко, покатилось звонко! Зелен камень на нем…

Ц а р и ц а. …На кольце моем!

Т и м о ш к а. Оно и пропало! Его и жалко стало…

Ц а р и ц а (плаксиво). Уж так жалко…

Т и м о ш к а. Не кручинься, царица! (Достает трубу.) Ты, остроглазка, гляди острей! А ты, Андрей, играй веселей. А ты, Тимофей, будь похитрей, ищи поскорей! (Подходит к Аннушке. Тихо.) Чем я ближе к Соглядатаю, тем ты громче играй! А как отходить стану…

А н н у ш к а. Понятно! (Играет.)

Тимошка ходит, глядит в трубу, приближается к Соглядатаю.

Т и м о ш к а. В ушах зазвенело! В глазах заблестело!

С о г л я д а т а й (в сторону). Сгинь ты, проклятый!

Т и м о ш к а. Ишь, злой бес, бородой трясет, упирается! Не дает разглядеть, где колечко! Все равно я его побежу! Тьфу! Победю!.. Тьфу! Что с ним сделаю?

А н н у ш к а (сдерживая смех, тихо подсказывает). Одолею!

Т и м о ш к а. Одолею!!! Слышу! Вижу! В тишине звенит! В темноте блестит! Сейчас будет кавардак!

С о г л я д а т а й (в сторону). Ох, кольцо-то у меня в кармане! (Мечется.) Вдруг на меня набросится! Не сносить головы! (Замечает цветок на окне, опускает туда кольцо.)

Это видит Аннушка.

Вот и все! Заберу потом… (Уходит в сторону.)

Тимошка идет за ним. Аннушка играет все тише и тише… Тимошка в недоумении останавливается.

А н н у ш к а (поет).

Ах, Тимошка-кавардак,

Все ты делаешь не так!

Глянь скорее на окно —

Не блестит ли там оно!

Т и м о ш к а (догадывается).

Злого духа обойду

И пропажу я найду!

Отыщу в конце концов

Я царицыно кольцо!

Ц а р и ц а. Ах, и награжу я тебя!

С о г л я д а т а й (про себя). Отыщешь! Держи карман шире! Вот дурак, устроил…

Т и м о ш к а. Ка-вар-дак! (Достает из цветка кольцо.) Вот оно!

Ц а р и ц а. Ах!

С о г л я д а т а й. Ох!

Т и м о ш к а. Тебе, остроглазка, спасибо большое. (Прячет трубу.) Тебе, Андрей, благодарность великая! Тебе, царица, кольцо драгоценное, а мне, Тимофею, награда, какая положена.

Ц а р и ц а (жалобно). А нельзя подешевле?

Т и м о ш к а. Себе дороже… Не хочешь — исчезнет кольцо! Ка-вар…

Ц а р и ц а (испуганно). Говори, сколько?!

Т и м о ш к а. Ты, царица, на меня взглянешь…

Ц а р и ц а. Ну-у!

Т и м о ш к а. И словно рублем подаришь!..

Ц а р и ц а. И все?!

Т и м о ш к а. Все! Прости, что так дорого требую…

Ц а р и ц а (облегченно). Это я могу. Иди, взгляну. Даже два или три взгляда брошу… (Глядит на Тимошку.)

Т и м о ш к а. Ну, царица Бережливица, расщедрилась как! Вот спасибо!

Ц а р и ц а (Аннушке, милостиво). Иди, и тебя награжу…

А н н у ш к а. Обойдусь без взглядов…

Т и м о ш к а (перебивает). Он скромный. Робеет! Я с ним поделюсь… (Подражая Царице, бросает взгляд на Аннушку.)

А н н у ш к а (улыбается). Хватит! Себе ничего не оставишь!

Ц а р и ц а (любуется кольцом). Мое драгоценное! А ты, Соглядатай, говорил — не сыщется.

С о г л я д а т а й. По правде говоря — не надеялся. Вот как вышло…

Т и м о ш к а. А ты словно и не рад!..

С о г л я д а т а й. Что ты! Прямо разрываюсь от радости! (Притворно улыбается.) Молодец, Тимошка! Слушай-ка, и у меня пропала денежка. Может, сыщешь? (Идет к Тимошке.)

Ц а р и ц а (испуганно, Тимошке). Не ищи! Не надо!

Т и м о ш к а (на ухо Аннушке, но нарочито громко). Ты гляди! Свою денежку он жалеет… а царское добро не бережет! И не совестно! Как холсты топчет!

Ц а р и ц а. Ты что так ходишь?!

С о г л я д а т а й (растерянно). А как же мне…

Ц а р и ц а. Покажите ему!

А н н у ш к а. Ну-ка, Тимофей, давай!..

Аннушка и Тимошка под музыку легко ходят на носках.

Т и м о ш к а. Учись, милый!

С о г л я д а т а й (пытается подражать. Падает). Уволь, матушка! Не могу… Не молоденький…

Ц а р и ц а. Бедный… Нелегко тебе беречь добро наше?

С о г л я д а т а й. Ох, трудно!

Ц а р и ц а. Так ты ступай отдохни, мой верный слуга!

С о г л я д а т а й. Спасибо, царица, на ласковом слове. (Поднимается.)

Ц а р и ц а. А на твое место пусть Тимофей заступит…

С о г л я д а т а й (остолбенел). Что? Я не так устал, матушка…

Ц а р и ц а (ласково). А ты мне не перечь! Я тебе добра желаю.

С о г л я д а т а й. А я отдыхать не желаю!

Ц а р и ц а. А мне лучше знать, чего ты желаешь! Отдавай ключи Тимофею и ступай отдыхать как пожелаешь!

С о г л я д а т а й (отдает ключи. Растерянно). Это от темницы… От решеток…

Т и м о ш к а (берет ключи). Разберемся! Можешь идти!

С о г л я д а т а й. Слушаюсь! (Идет.)

Т и м о ш к а (грозно). Забылся! Стать на носки! Живо!

Соглядатай становится на носки.

Ступай, живо!

Соглядатай уходит.

Тут строгость нужна! Всех на носки поставлю! Пошли, Андрей! Жди от нас еще подарочка, царица Бережливица!

Уходят.

Ц а р и ц а (милостиво улыбается вслед). Молодцы! Бережливые! Почтительные!

Перед занавесом

Ночь. С закрытыми лицами  А н н у ш к а  и  Т и м о ф е й  ведут  Ф е т и н ь ю.

Ф е т и н ь я (упирается). Вы куда, злодеи проклятые, меня ведете? Все равно словечка от меня не услышите! Как молчу, так и молчать буду! Онемела я! Что, взяли?! Нету у вас ни стыда ни совести! Жаль, закрыли свои морды поганые! Так бы и плюнула в глаза бесстыжие!

Пауза.

Т и м о ш к а. И все?! Давай дальше ругайся, бабушка! Только погромче!

А н н у ш к а. Хватит! Уже далеко ушли!..

Т и м о ш к а. Верно!.. Ну, бабушка Фетинья, сейчас нас увидишь — на шею бросишься!

Фетинья зажмуривается. Аннушка и Тимошка открывают лица.

Ф е т и н ь я. Чтобы я на вас глядела! Да провалитесь вы, окаянные! Чтоб вам ни дна ни покрышки! Чтоб вас надвое разорвало!

А н н у ш к а (ласково). Бабушка Фетинья… Неужто голоса не узнаешь?! Ведь это я…

Ф е т и н ь я. Аннушка?!

Т и м о ш к а. Она самая!

Ф е т и н ь я (открывает глаза). Милая… (Останавливается.) Да что это?! Ты ли это?! Уж не оборотень ли?!

А н н у ш к а (обнимая ее). Я, твоя Аннушка… Пряха неумелая! Переоделась, чтобы не узнали меня!

Ф е т и н ь я. Отчего сразу не призналась?!

А н н у ш к а. Надо было от царской стражи подальше уйти.

Т и м о ш к а. А что ты нас ругала, нам на руку было! Провели мы стражников — они поверили, что мы тюремщики! Ох и мастерица ты ругаться, бабушка!

Ф е т и н ь я. За словом в карман не полезу… А ты кто?

Т и м о ш к а. Я — Тимошка-коробейник!

Ф е т и н ь я. Который кавардак, что ли?

А н н у ш к а. Был кавардак, а теперь уж не так! Он и ключи добыл! И как освободить тебя, придумал. Он и…

Т и м о ш к а (перебивает). Ладно! Дальше что делать будем?!

А н н у ш к а. Сначала бабушку спрячем, потом…

Ф е т и н ь я (перебивает). Перво-наперво Булата надо накормить! Какой уж день ему Лохматый не носит еду…

Т и м о ш к а. Значит, не для собаки пироги были?!

Ф е т и н ь я. Неужто я бы для пса так стряпала…

А н н у ш к а. Так ты самого Булата кормила?!

Т и м о ш к а. И давно его знаешь?

Ф е т и н ь я. Еще когда лесником был! Заступился он тогда за нас, горемычных! А мой жених, Иван-кузнец, ему помогал!

А н н у ш к а. И это он чудесный меч сковал! Меч-саморуб!

Ф е т и н ь я. Он… Ванюшка… Золотые руки! И задумал Булат бороться с царицей… Хотел, чтобы кончилось ее царство, перестала она кровь людскую пить, жадина!

Т и м о ш к а. Слышал я, многих они тогда спасли, целые деревни зажили счастливо!

А н н у ш к а. Почему же не покончили с царицей… злодейкой?

Ф е т и н ь я. А она, коварная, заключила в темницу стариков старых, женщин и детей малых и объявила, что казнит их всех до единого, если сам Булат к ней не явится!

Т и м о ш к а. Вот проклятая!

Ф е т и н ь я. И решил Булат-молодец собой пожертвовать! Никому не сказавшись, явился во дворец! А царица, злодейка этакая, приказала его в темницу бросить… А чтобы не убежал, темной водой ему глаза залила!!!

А н н у ш к а. Ослепила!

Ф е т и н ь я. Бросился мой Ванюша ему на выручку… Булата вызволил, а сам погиб. Спрятали мы Булата в лесу, в пещере тайной… Может, когда найдется храбрец, добудет воду светлую, вернет глаза Булату. Разыщет меч-саморуб… А где он, меч, один Булат знает!

Пауза.

Т и м о ш к а. Надо к Булату пробираться…

Ф е т и н ь я. Еду ему отнести…

Т и м о ш к а. Я пойду…

А н н у ш к а. Нет… Я лесные тропинки знаю. В лесу выросла. Мой отец тоже лесником был… Как Булат…

Ф е т и н ь я. Аннушка… Булат и есть твой батюшка!..

А н н у ш к а. Мой… батюшка…

Ф е т и н ь я. Ты еще мала была. Боялись, что проболтаешься, и решили скрыть от тебя правду…

А н н у ш к а. А батюшке про меня ведомо?

Ф е т и н ь я. Знает, что ты у меня живешь. Беспокоится о тебе…

А н н у ш к а. Я пойду к батюшке…

Ф е т и н ь я. Дорога опасная! Стерегут лес, окаянные! Многие пройти пытались, да погибли! Как же ты…

А н н у ш к а. Я решила… Не перечьте мне!

Т и м о ш к а. Вместе пойдем!

А н н у ш к а. Ты должен бабушку спрятать! Я еду раздобуду — и в путь! Прощайте! (Идет.)

Ф е т и н ь я. Да куда же ты, Аннушка?

Т и м о ш к а. Погоди, Аннушка, милая! Что же с тобой будет?

Ф е т и н ь я. Увижу ли я тебя, родненькая?

А н н у ш к а. Да что вы надо мной причитаете! Чай, я не красна девица!

Т и м о ш к а. Верно, Андрей! Смело шагай! Прощай!..

А н н у ш к а (лихо). Вот другое дело! Счастливо оставаться!

Картина пятая

Пещера в лесу. Сквозь густые ветки пробивается лунный свет. Б у л а т  стоит у стены.

Б у л а т. Утро иль вечер? Луна иль солнце светит? Булату все едино! И ночь для меня темна, и день не светел! Давно не прибегал уж пес Лохматый! Видно, беда там стряслась! Эх, мне бы рядом с друзьями быть… И меч в руках держать! А я… За что же мне судьба такая! Зачем терплю я муки… Тяжкие… (Опускает голову.) Оставь, Булат! Ты ведь не баба, а мужик! Не к лицу тебе плакаться. А что поделаешь… Праздны руки — черны мысли! (Прислушивается.) Сова с филином перекликается! Не к добру это!.. Знак подают, что кто-то в лес вошел!..

Раздается пронзительный свист.

Леший услышал.

Доносится волчий вой.

Волком обернулся…

Вой нарастает.

Идет по следу! Догоняет… Напал! Ну, чем помочь?!

Вой обрывается.

Что это?! Ишь, заскулил как жалобно! Отбился молодец?! Ушел!

Свист, крики совы, филина.

Так и есть! Вишь, ругаются, что упустили! Кто же это в лес решился войти?

Тихо входит  А н н у ш к а. Молча смотрит.

Видно, храбрый молодец! Оттого и злится вражья сила! Эх, кабы мне повстречать его! Я испытал бы смельчака! И если в самом деле отважен и силен тот добрый молодец, ему б я отдал меч мой саморуб.

А н н у ш к а (про себя). Если узнает, кто я… Не отдаст меча… (Громко.) Здравствуй, Булат-богатырь.

Б у л а т. Кто здесь?

А н н у ш к а. Тебе я… друг…

Б у л а т. Верно!.. Если б враг, они бы не гнались за тобой! (В сторону.) Ну, испытаю, каков же молодец! (Аннушке.) Как удалось тебе пройти?

А н н у ш к а (лихо). Он на меня напал! Ништо… Я увернулся! И как дал ему! Он покатился. Встал и снова. А я опять… Он заскулил! И бежать!.. А то бы я ему еще не так…

Б у л а т (про себя, с улыбкой). Молодо-зелено… А отважен… Правдив ли?.. (Аннушке.) Ишь ты… И совсем не страшно было?

А н н у ш к а. Мне?! Страшно?! Да ничуть… Чтобы я да испугался! Ни капельки! (Про себя.) Не могу врать! Пусть не пройду я испытания… А правду надо говорить. (Громко.) Боялся! Очень страшно было!

Б у л а т. Молодец — признался! Не стыдно, что боялся! Важно, что не струсил! Ну-ка, стань поближе!

Аннушка подходит. Булат проводит по ее лицу рукой.

Голос звонок, лицо молодое.

А н н у ш к а. Не стар я… (Спохватившись.) Да и не так уж молод…

Б у л а т (улыбаясь). Ясно!.. В летах… Как звать тебя?

А н н у ш к а. Андрей!..

Б у л а т. Ну, говори, Андрюша, зачем пришел?

А н н у ш к а. Перво-наперво, чтоб накормить тебя! Садись скорей, Булат-богатырь. Ешь на здоровье. (Кормит его.)

Б у л а т. По правде говоря, проголодался… (Ест.) А ты готовить мастер!

А н н у ш к а. Не я!.. Это все бабушка Фетинья.

Б у л а т. Ты Фетинью знаешь?

А н н у ш к а. Она рассказала, как тебя найти…

Б у л а т. Что с ней?!

А н н у ш к а. Была в темнице… Теперь на воле! Все хорошо!

Б у л а т. А не видел ты у Фетиньи девчонку?..

А н н у ш к а. Какую?..

Б у л а т. Аннушкой звать ее… Да она уж, поди, красна девица…

А н н у ш к а. Видел…

Б у л а т. Ну, что она?! Как живет?!

А н н у ш к а (пренебрежительно). Сидит у прялки! Дело нехитрое…

Б у л а т. Может, и нехитрое, а важнее всего на свете.

А н н у ш к а. Сидеть у прялки?! Важней всего?! Да ты смеешься надо мной! Эка важность — прялка!

Б у л а т. Ну, а что, по-твоему, важней?

А н н у ш к а. Меч-саморуб! Мне бы в руки меч!

Б у л а т. А тебе зачем он?

А н н у ш к а. Ждут его все, кого замучила царица своею жадностью. Последнее ведь отнимает…

Б у л а т. У кого? У тех, кто пашет, железо кует, пряжу прядет!.. Так ведь?

А н н у ш к а. Так!..

Б у л а т. А всех, кто трудится, меч защищает! И кто мечом владеет…

А н н у ш к а. Тот их защитник и слуга! Понял, Булат-богатырь!

Б у л а т. Молодец! И обещаешь верно им служить?

А н н у ш к а. Обещаю.

Б у л а т. Видишь бел горюч камень?

А н н у ш к а. Вижу, Булат-богатырь!

Б у л а т. Откинь его в сторону.

А н н у ш к а. Попробую… (Идет.)

Б у л а т (про себя). Последнее испытание… Хватит ли силенки у молодца?..

Аннушка силится откинуть камень.

А н н у ш к а. Тяжел… Не совладаю…

Б у л а т. Может, помочь тебе?..

А н н у ш к а. Нет. Я сам… Сам… Должен! (Упирается. Отбрасывает камень.)

В нише сверкает меч.

Меч-саморуб!

Б у л а т. Возьми его! И помни! Трудна, опасна дорога боевая! Не дрогнешь в бою жестоком?

А н н у ш к а. Клянусь, не дрогну!

Б у л а т. В путь!

А н н у ш к а. Прощай, Булат-богатырь… (Идет. Останавливается.) Дозволь руку тебе поцеловать… (Склоняется и целует руку Булату.)

Б у л а т (целует ее в лоб). Иди и возвращайся живым, здоровым и… и с победой! Прощай!

А н н у ш к а (идет. Останавливается. В сторону). Не сдержать сердца. Открыться, что я дочь? Сказать? Или смолчать?! Сказать! (Возвращается.) Батюшка… (В сторону.) Нет! Так ведь придется с мечом расстаться. Батюшка… Я… я… я… Я азбуку знаю!

Б у л а т (улыбается). Да что ты! Ну и молодец…

А н н у ш к а. Я и слова складывать умею!

Б у л а т. Неужто и слова?..

А н н у ш к а. Вот вернусь — почитаю…

Б у л а т. Я послушаю…

А н н у ш к а (едва сдерживая слезы). Прощай, батюшка!.. (Твердо.) Прощай, Булат-богатырь! (Быстро уходит.)

Б у л а т. Андрюша! Ушел… Словно сердце с собой унес! Эх, Андрей… Мне б легче было во сто раз самому на смертный бой пойти! Что делать?! (Проводит рукой по глазам.) Немощен я! А сына мне судьба не дала! Не пошлешь же дочь на битву! Не доверишь меч девице!

Пауза.

Эй, Андрей, коль тяжко станет — кликни меня! Я прилечу… на выручку… Слышишь, Андрей…

Далекий голос  А н н у ш к и: «Слышу, Булат-богатырь».

Вы-ру-чу тебя, Андрей!

Перед занавесом

С мечом в руках стоит  А н н у ш к а.

А н н у ш к а. Ах, отец родной, мой батюшка! Не простилась с тобой как положено! Не прильнула к груди твоей, не поплакала!.. Не могла я открыться тебе, признаться родной дочерью! Не отдал бы меч в руки девичьи! Пожалел бы родную дочь послать на битву смертную! Ах, горько, горько на сердце! Может, и не суждено нам свидеться! (Плачет.) Что это я! Батюшка на меня надеется!.. А я разревелась! Хорош слуга и защитник! Крепче сожму меч! И больше не пророню ни слезинки… Вот вернусь к батюшке с победой, вымолю прощение!.. И тогда уж… вволю наплачусь. А пока я не Аннушка, я Андрей, что всех сильней!!! (Идет.)

Картина шестая

За высокой каменной оградой царский двор. Всюду огромные замки, засовы…

На деревьях колпаки из железных прутьев. Скамьи укрыты серыми чехлами. Сверху нависает железная решетка. В глубине Железное Чудище. Ц а р и ц а  ходит по двору. За ней семенит  С о г л я д а т а й.

Ц а р и ц а. Окна?!

С о г л я д а т а й. Закрыты!

Ц а р и ц а. Двери?!

С о г л я д а т а й. Заперты!

Ц а р и ц а. Ворота?!

С о г л я д а т а й. На замке!

Ц а р и ц а. Замок?!

С о г л я д а т а й. На ключе!

Ц а р и ц а. Ключ?

С о г л я д а т а й. …У меня! А то, может, прикажешь отдать Тимошке?!

Ц а р и ц а. Кто старое помянет, тому глаз вон… Я ведь тебя опять главным Соглядатаем поставила!

С о г л я д а т а й. Я не вспоминаю… А только обидно! Поверить такому плуту!

Ц а р и ц а. А кто его привел ко мне?

С о г л я д а т а й. Ну, кто старое помянет…

Ц а р и ц а. То-то! Это что? Зарево!

С о г л я д а т а й. Темница горит!

Ц а р и ц а. Почему?

С о г л я д а т а й. Пленники подожгли!

Ц а р и ц а. Кто их выпустил?

С о г л я д а т а й. Андрей да Тимошка!

Ц а р и ц а. На мою власть покушаются! Мое царство сокрушить хотят! Меня погубить думают! Пропала я, бедная! А ты чего не убиваешься? Ведь со мной вместе погибнешь?

С о г л я д а т а й. Не тревожусь я, царица! И ты не печалься! Принял я меры строгие!

Ц а р и ц а. Какие? Докладывай!

С о г л я д а т а й. Послушай!

Доносятся звуки труб.

Ц а р и ц а. Чего трубят?..

С о г л я д а т а й. Подходят…

Ц а р и ц а. Кто?

С о г л я д а т а й. Войско отборное! Собрал со всех концов воинов!.. Будут вокруг дворца дозором ходить… Царство беречь…

Ц а р и ц а. Звонко трубы поют!

С о г л я д а т а й. А молодцы какие! И у каждого меч! (Смеется.) У тех-то один меч на всех! Что они сделают голыми руками! Воины их как начнут рубить…

Ц а р и ц а. А кто уцелеет…

С о г л я д а т а й. Тех в темницу!

Ц а р и ц а. Нет!

С о г л я д а т а й. Помилуешь?

Ц а р и ц а. Казню на площади! Ну, отлегло от сердца. Молодец, Соглядатай!

С о г л я д а т а й. Стараюсь, царица!

Звуки трубы удаляются.

Ц а р и ц а. Что это? Куда войско уходит? Зачем уходит?!

С о г л я д а т а й. Кругом обойдут, вернутся!

Ц а р и ц а. А вдруг сюда разбойники придут?

С о г л я д а т а й. А их Железное Чудище встретит! Эй, Чудище!

Хриплое рычание.

Что капканы?..

Рычание.

Поставлены! Ловушки?

Рычание.

Приготовлены! Если кто войдет, что ты с ним сделаешь?..

Чудище грозно рычит, полыхает пламенем.

В порошок сотрет! В пепел сожжет.

Ц а р и ц а. Ах, как страшно! Милое, хорошее Чудище! Молодец, Соглядатай!

С о г л я д а т а й. Стараюсь, царица…

Ц а р и ц а. Пойдем покои наши проверим.

Уходят. Пауза. По другую сторону стены появляются  А н н у ш к а  и Т и м о ш к а.

А н н у ш к а. Я стану здесь! Ты гляди, как воины покажутся, мне знак подашь!

Т и м о ш к а. Скажи наконец, что задумала? Вишь, ты одна, а их и не счесть!

А н н у ш к а. Здесь дорожка узкая! А поворот крутой. Они гуськом пойдут… И я всем по очереди снесу головы!

Т и м о ш к а. Они и охнуть не успеют! Хитро придумано!

А н н у ш к а. Когда полягут — народ во дворец кликнем!

Т и м о ш к а. И конец жадине царице и царству ее!

А н н у ш к а. Раньше времени не радуйся! Гляди!

Звуки труб ближе.

Т и м о ш к а. Приближаются…

А н н у ш к а (поднимает меч). Не дрогнет рука верная! Ну, меч-саморуб! Будет тебе где разгуляться! Полетят их головы!

Т и м о ш к а. Вот-вот повернут…

А н н у ш к а. Какие молодые… Заставили их взять мечи… пойти на братьев!

Т и м о ш к а. Сейчас конец им будет!..

А н н у ш к а. Да! Погибнут все!.. А ведь не своею волей они пошли… (Опускает меч.)

Т и м о ш к а. Ты что?! Иль пожалела?..

А н н у ш к а. Сострадаю… Подневольные они!.. У них ведь матери… отцы…

Т и м о ш к а. Что же делать? Кому-то надо плакать…

А н н у ш к а. Ах, если бы поменьше слез!

Т и м о ш к а. Аннушка, что ты?! Они уже близко! Опомнись, Андрей!

А н н у ш к а. Дай гусли!

Т и м о ш к а (поражен). Зачем?

А н н у ш к а (повелительно). Слушай, что говорю! Скорее гусли!

Тимошка дает гусли. Аннушка начинает играть. Звук труб все грознее… И вдруг сквозь их рокот пробивается нежная мелодия гуслей.

Т и м о ш к а. Они тут!

А н н у ш к а. Пусть вспомнят родную мать и песню, что она им пела… (Поет.)

Ой, люли, мое дитятко,

Все ласточки спят,

И касатки спят,

И лисицы спят.

Все по норушкам.

Колыбельная как бы борется с боевым звоном труб и постепенно заглушает его.

Т и м о ш к а. Остановились! Слушают! Улыбаются! Наземь опускаются! Закрывают глаза!

Трубы умолкают. Все тише звучит колыбельная.

Уснули!

А н н у ш к а. Теперь во дворец! За мной!

Лезут на стену. Чудище тихо рычит.

Т и м о ш к а. Погоди! Слышал я, что здесь Железное Чудище… Я раньше погляжу!..

А н н у ш к а. Чего там медлить… Иди за мной!.. (Прыгает. Попадает в капкан. Пытается вырваться.)

Чудище рычит.

Т и м о ш к а (прыгает за ней). Что случилось?

А н н у ш к а. Пропала я! Возьми меч! И уходи, оставь меня!

Рычание становится грознее. Полыхает огонь.

Т и м о ш к а (подходит близко к Чудищу). Бедный! Как скрипит! Давно тебя не жалели, не маслили! Сейчас! (Достает из короба.) Смотри! Масло! Светлое, прозрачное! (Льет масло.)

Чудище довольно рычит.

Давай мне руку, Аннушка.

Чудище грозно рычит.

Чего ты, милый! Ах, ты весь в ржавчине! Давай почищу! (Чистит.) Плохо смотрят за тобой!

Чудище довольно рычит.

Вишь, какой красавец стал. Посмотри, Аннушка! (Дает ей руку.) Эй, милый, открой капкан! Ну, не упрямься!

Аннушка выходит.

А н н у ш к а. За выручку спасибо!

Т и м о ш к а. В другой раз не торопись!

С о г л я д а т а й (вбегает). Что здесь?! Вы кто?!

Т и м о ш к а. Здорово, благодетель! Не узнал?!

С о г л я д а т а й. Ах, разбойники! А ты, лентяй железный! Куда смотрел, проклятый!

Ч у д и щ е (тоненьким голоском). Чего ругаешься?! Ты никогда мне масла не давал! Я ржой покрылся весь, А они… Пожалели меня! Смотри, какой я стал красавец!

С о г л я д а т а й. Эй, стража! Сюда! Скорей! (Смотрит.) Да они уснули! И бросили мечи! (Свирепо.) Тогда… Тогда… (Другим тоном.) Что же, ваша взяла!.. Тогда я буду вам служить.

А н н у ш к а. Ты нам не нужен!

С о г л я д а т а й. Как не нужен? Ведь я разведаю, выслежу, донесу, а вы казните…

А н н у ш к а. Мы казнить не собираемся…

Т и м о ш к а. И доносов слушать не хотим!

Появляется  Ц а р и ц а. Ее не замечают.

С о г л я д а т а й. Так не бывает! Я непременно пригожусь…

А н н у ш к а. Ступай к своей царице-жадине!

С о г л я д а т а й. Я ей больше не слуга! Стану за ней следить!

Ц а р и ц а. За мной следить нечего. Я тут! Рано ты меня предаешь, Соглядатай! Смотри, пожалеешь! И вы победу не спешите праздновать. Я еще…

С о г л я д а т а й (хихикает). Спета твоя песенка!

Ц а р и ц а. Молчи, пес презренный! Думаете, не знаю, что вы меня за глаза царицей-жадиной звали? (Преображается.) Так знайте! Я и есть царица зависти, жадности, скупости! Эй, слуги мои верные! Слушайте свою повелительницу! Властью чародейской вам приказываю! Ползите, змеи завистливые! Скачите, жабы жадные!

Свист, шипение.

Отравите их ядом жадности!

Шипение нарастает.

Обратите их в камни серые!..

Аннушка и Тимошка застывают.

Т и м о ш к а. Прощай, Аннушка!..

А н н у ш к а (через силу). Не хочу прощаться!.. Эй, Булат-богатырь! Пришла минута смертная… Иди на выручку.

Ц а р и ц а. Пей кровь у них, зависть жгучая! Суши их, жадность лютая!

А н н у ш к а. Вы-ру-чай…

Аннушка и Тимошка опускаются на землю.

Ц а р и ц а (смеется). Что, вы-ру-чил?..

Из стены появляется  Б у л а т. Царица его не замечает. Потом входит Ф е т и н ь я.

Далеко ваш Булат, не выручит!

Булат молча кладет ей руку на плечо.

Ах, тяжело! (Оглядывается.) Кто это? (В ужасе.) Булат-богатырь…

Б у л а т. Я!.. Вот и встретились… Один на один! И пришел тебе конец… Ты знаешь, что так предсказано!

Ц а р и ц а. Отпусти! Верни царство! Скажу тебе, где вода светлая. Глаза твои откроются!

Б у л а т. А другим белый свет навсегда закроется?! Нет! Не купишь меня. Не властны твои чары колдовские! Сгиньте, пропадите, жадность, скупость, зависть! Нет вам здесь места!

Шипение, свист. Тишина. Оживают Аннушка и Тимошка.

А н н у ш к а. Булат-батюшка, ты!..

Т и м о ш к а. Что с нами было…

Б у л а т. Тому не бывать больше! Кончились чары скупости! И сама она, жадина, кончается! Навсегда исчезает!

Ц а р и ц а. Нет! Не исчезну! Была я скупой, жадной, такой и останусь! Буду жечь, жалить!.. Стану крапивою жгучей! Не отдам сокровища! Укрою! Отомщу! Ужалю! (Скрывается за пригорок.) Сожгу! Ужалю! Сожгу!..

С о г л я д а т а й. Царица моя скупая! На кого же ты меня покидаешь, жадная!

Вырастают кусты крапивы.

В крапиву обратилась… Ну, туда ей и дорога! (Подбегает к Тимошке.) А мне что делать?!

Т и м о ш к а. А что хочешь?! Поле пахать, деревья рубить…

С о г л я д а т а й (в ужасе). Работать?! Нет! Иду к тебе, царица! Стану тоже крапивою… Нет! Репейником! Дело знакомое! Ко всем цепляться буду! Не избавитесь от меня! (Уходит за пригорок.)

Вырастают кусты репейника. Аннушка медленно идет к Булату.

Т и м о ш к а (в раздумье). Про какое сокровище царица говорила?! И почему этот пригорок выбрала? Чем напоследок ужалила?.. Что она там скрыла? (Идет к пригорку.)

А н н у ш к а. Прости, Булат-батюшка… должна я… должна…

Б у л а т. Что смущаешься, Андрей? Не жалею я, что поверил тебе и меч-саморуб отдал!.. Не обманулся я… Ты добрый молодец…

А н н у ш к а (чуть не плача). Да ведь я не… Возьми меч-саморуб…

Т и м о ш к а (кричит). Не задушишь, проклятая!.. (Борется с кустами крапивы.) Не боюсь твоего жала! (Падает.) Все равно не возьмешь!

А н н у ш к а (бросается к нему). Держись, Тимошка! Иду на выручку! (Рубит мечом крапиву.)

Т и м о ш к а (встает). Спасибо! А теперь и сокровище выручим!

Вместе бросаются на крапиву.

А ты чего цепляешься, репейник? Да это ж мой благодетель! Брысь! (Снимает колючки.)

Аннушка и Тимошка борются с кустами крапивы и репейника. Они исчезают. Искрясь, бьет фонтан.

А н н у ш к а. Вода! Светлая вода!

Т и м о ш к а. Вот что царица-жадина скрывала!

А н н у ш к а (ведет Булата). Дай умою глаза твои, батюшка! (Умывает.)

Падают решетки, замки, засовы. Открывается голубое небо. Восходит солнце, зеленеют деревья, распускаются цветы.

Б у л а т (медленно, как бы узнавая). Цветы лазоревые… Деревья зеленые… Небо голубое… Солнце… Вижу! Вижу! И тебя, Андрей, с мечом, вижу! (Целует.) И друга твоего…

Т и м о ш к а (смущенно). Тимошка я…

Б у л а т. Тимофей… А это кто? Фетинья?!

Ф е т и н ь я. Узнал…

Аннушка незаметно уходит.

Б у л а т. Спасибо, что обо мне заботилась! А главное — дочь не забыла! Аннушку!.. Где она? Ничего с ней не случилось?..

Ф е т и н ь я. Да она подле тебя…

Б у л а т (удивленно). Где?.. Не вижу…

Ф е т и н ь я. Только была… С мечом-саморубом!

Б у л а т. Что ты?.. С мечом был удалой молодец, Аннушка ведь с прялкой!

Ф е т и н ь я. С мечом Аннушка!

Тихо звучит музыка. Появляется  А н н у ш к а  с прялкой.

Т и м о ш к а. С мечом была она и с прялкой, наша Аннушка!

А н н у ш к а. Прости, батюшка, что не призналась… Мечтала я о мече-саморубе!.. А теперь мне и прялка люба! С ними никогда не расстанусь!! Меч и прялка!

З а н а в е с.

ДОБРОЕ СЛОВО

Пьеса-сказка в двух действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Н и к и т а.

Д е д.

С и н е г л а з к а — его внучка.

С о с е д к а.

С т р а х о л ю д.

М е л к и й  Б е с.

Б а б а - Я г а.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Мрачное подземелье. В углу как бы вырубленное из дерева огромное изваяние  С т р а х о л ю д а. Он медленно поднимает тяжелые веки.

С т р а х о л ю д. Ску-у-чно! Баба-Яга!

Б а б а - Я г а (входит. Про себя). Звал, что ли?

С т р а х о л ю д. Ну-у-дно.

Б а б а - Я г а (в сторону). Опять завыл.

С т р а х о л ю д. У-у-х, ску-у-чно.

Б а б а - Я г а. У-у-морит, проклятый!

С т р а х о л ю д. Кто ту-у-у-т?

Б а б а - Я г а. Я ту-ут… (В сторону.) И я с ним завыла. (Страхолюду.) Я слу-у-шаю.

С т р а х о л ю д. Я тебя слу-у-шаю.

Б а б а - Я г а. А что мне говорить?

С т р а х о л ю д. Хвали меня.

Б а б а - Я г а. Ах ты уродина отвратительная.

С т р а х о л ю д. Еще.

Б а б а - Я г а. Ах ты злодей свирепый. (В сторону.) Сразу выть перестал. Понравилось.

С т р а х о л ю д. Чего замолчала? Похваливай.

Б а б а - Я г а. От испуга язык отнялся.

С т р а х о л ю д. Чего же ты испугалась?

Б а б а - Я г а. Тебя.

С т р а х о л ю д. Молодец. А почему?

Б а б а - Я г а. Уж очень ты страшен.

С т р а х о л ю д (с удовольствием). И меня все…

Б а б а - Я г а (подхватывает). …боятся!

С т р а х о л ю д (поводит глазами). Только гляну…

Б а б а - Я г а. …дрожат.

С т р а х о л ю д (хмурится). Бровью поведу…

Б а б а - Я г а. …обмирают! Одно слово — Страхолюд.

С т р а х о л ю д (весело). Страхолюд. Я Страхолюд. Страхолюд.

Б а б а - Я г а. Развеселила его! Распотешила!

С т р а х о л ю д (неожиданно). Ску-у-чно! Ну-у-дно!

Б а б а - Я г а (в сторону). Опять за свое. Снова завыл! (Страхолюду.) Чего изволишь, Страхолюд?

С т р а х о л ю д. Хоч-у-у поглядеть, что там, наверху? Как там людишки живут?

Б а б а - Я г а (бежит). Прикажи только.

С т р а х о л ю д. Как они там бранятся, ругаются.

Баба-Яга в растерянности останавливается.

Ну, чего стала?

Б а б а - Я г а. Знаю, что вертеть надо, а чего вертеть — из головы вон.

С т р а х о л ю д. Кольцо поверни, карга старая!

Б а б а - Я г а (в сторону). Сразу бы так и сказал. А то — «карга старая». Такие слова женщине!

С т р а х о л ю д. Долго возиться будешь?

Б а б а - Я г а (поворачивает кольцо). Готово.

Раздвигается стена. Залитый солнцем берег реки. Д е д  удит рыбу. Распевая, идет  С и н е г л а з к а. Однако песни не слышно.

С т р а х о л ю д (гневно). Ты что, не видишь, что не слышно?

Б а б а - Я г а. А что поделаешь? Наверно, треснуло.

С т р а х о л ю д. Вот я тебя тресну! Кольцо верти.

Б а б а - Я г а. Так я уж повернула.

С т р а х о л ю д. Другое, медное, старая карга.

Б а б а - Я г а. Так бы и говорил. А то ругается.

Дед собирается дернуть удочку, в это время подходит Синеглазка. Дед дергает удочку.

С т р а х о л ю д. Сорвалась рыбка! Сейчас он ее обругает. Скорей верти!

Баба-Яга поворачивает кольцо.

Д е д. Только подсечь осталось.

С и н е г л а з к а. Я ведь нечаянно.

С т р а х о л ю д. Сейчас он ее стукнет.

Д е д. Ну и ничего страшного. Пусть погуляет рыбка.

С и н е г л а з к а. Много наловил? Поди, полное ведро?

Д е д. Нельзя сказать, чтобы полное.

С и н е г л а з к а. А нам и половины хватит.

Д е д. Оно бы хватило, да только…

С и н е г л а з к а (смотрит). Да тут ни одной рыбки!

Д е д (сокрушенно). А что поделаешь? Первую жаль стало… Отпустил. Соловья заслушался — и другую упустил. Потом разморило на солнышке, я и задремал. Вот оттого и улов таков.

С т р а х о л ю д. Сейчас она ему выскажет.

С и н е г л а з к а. Вот и хорошо, дедушка. Отдохнул в свое удовольствие.

Д е д. Значит, не сердишься? А нам хватит и каши.

С и н е г л а з к а. Какой?

Д е д. Ну, пшенной.

С и н е г л а з к а. А пшенной нету.

Д е д. Тогда гречневой.

С и н е г л а з к а. Нету и гречневой.

Д е д. Пойдет и овсяная.

С и н е г л а з к а. Пошла бы, да только…

Д е д. …И ее нету?

С и н е г л а з к а. Никакой нету, дедушка.

Д е д. Как же так получилось, внучка?

С и н е г л а з к а. На тебя понадеялась, дедушка.

С т р а х о л ю д. Вот сейчас друг на друга набросятся.

Д е д. В кого же ты такая беззаботная, милая внученька?

С и н е г л а з к а (улыбаясь). В тебя, родненький дедушка!

Д е д (любуется. Гордо). А ведь верно. Вся ты в меня! Молодец, внучка.

С и н е г л а з к а. Да уж где там молодец. Голодным тебя оставила… Я виновата.

Д е д. Никто не виноват. Погляди, солнышко сияет, река серебром отливает. Наступил день, — значит, будет и пища. Пойдем, внучка.

С т р а х о л ю д (беспокойно). Что же это они?

Б а б а - Я г а. Видишь, уходят.

С т р а х о л ю д. А когда же ругаться, драться станут?

Б а б а - Я г а. Да уж не будут. Ушли.

С т р а х о л ю д (в бешенстве). Сколько времени глядел и ни одного злого слова не услыхал. Ты что же, чертова перечница, мне показываешь?

Б а б а - Я г а. А я тут при чем? Мое дело кольцо вертеть, а что там видно, меня не касается.

С т р а х о л ю д. Ты как смеешь мне перечить? Забыла, Баба-Яга, что ты моя раба?

Б а б а - Я г а. Помню! (В сторону.) И не забыла, как была просто бабой, жила по-человечески. И то помню, что ты, проклятый, меня замучил, в злую Бабу-Ягу превратил.

С т р а х о л ю д. Ты что там бормочешь? Смотри. Опять посажу в темницу.

Б а б а - Я г а. Память отшибло, какое кольцо надо вертеть? Это, что ли? (Поворачивает кольцо.)

В темноте слышен голос  С о с е д к и: «Где она, негодная! Куда подевалась, дрянь такая!»

С т р а х о л ю д (радостно). Нашла! Замри! Не верти… Молодец.

Б а б а - Я г а. Похвалил, дождалась.

Голос  С о с е д к и: «Ах ты противная, глупая!»

Заслушаешься!

С т р а х о л ю д. Ты что же, глупая, нерадивая, противная баба!

Б а б а - Я г а. Вот и я говорю — мастерица. Как она ее бранит.

С т р а х о л ю д. Да я тебя ругаю!

Б а б а - Я г а. Опять? За что?

С т р а х о л ю д. Ты что, не слышишь, что я ничего не вижу?

Б а б а - Я г а. А я при чем?

С т р а х о л ю д. Верти кольцо. Скорей!

Б а б а - Я г а. То замри, то верти… Уж в голове у меня завертелось. (Поворачивает кольцо.)

Освещается улица, у калитки стоит  С о с е д к а.

С о с е д к а (смотрит). Ползет наконец! У, держись!

С т р а х о л ю д. Замри! Не верти.

Б а б а - Я г а. Чего было ругаться? Самое интересное начинается.

С и н е г л а з к а (выходит). Здравствуйте, соседка!

С о с е д к а (с угрозой). Здравствуй, моя милая, что так долго шла? Я давно тебя жду.

С и н е г л а з к а (растерянно). Я белье полоскала. Вода плещется…

С о с е д к а. Ты мне зубы не заговаривай, сейчас с тобой рассчитаюсь.

С и н е г л а з к а. За что сердишься, соседка?

С о с е д к а. Она еще спрашивает!

С и н е г л а з к а. Да я, право, не знаю, в чем провинилась.

С о с е д к а. Ах, притворщица! Будто и не догадывается.

Выходит  Н и к и т а. Останавливается поодаль. Прислушивается.

С и н е г л а з к а. Ума не приложу!

С о с е д к а. Ну, так я тебе помогу. (Засучивает рукава.) Живо поймешь. (Идет к Синеглазке.)

С т р а х о л ю д. Вот это то, что надо, показывает. Молодая ей сейчас сдачи даст.

Б а б а - Я г а. А старая одолеет.

С т р а х о л ю д. Поспорим! Вот начинается.

Соседка подходит к Синеглазке, но ей преграждает путь Никита.

С о с е д к а (останавливается). Это еще кто?

Н и к и т а. Я.

С о с е д к а. Откуда ты взялся?

Н и к и т а. Мимо шел.

С о с е д к а. Отчего же столбом стал?

Н и к и т а. Загляделся.

С о с е д к а (подозрительно). На кого?

Н и к и т а. На тебя.

С о с е д к а. Это с чего бы?

Н и к и т а. Высока, дородна, и румянец во всю щеку. Одним словом, всем хороша.

С о с е д к а (смущенно). Тоже скажешь.

Н и к и т а. А чего говорить? Слушать надо.

С о с е д к а. Кого?

Н и к и т а. Тебя. Голос ласковый, звонкий, приятный. Только… (Машет рукой.)

С о с е д к а. Чего умолк? Что «только»?

Н и к и т а. Только слова выговариваешь шершавые, колючие. Злые слова!

С о с е д к а. Расстроилась я очень. (Сквозь слезы.) Кадушка моя… кадушка.

Н и к и т а. Чем же провинилась кадушка?

С о с е д к а. Да не она, а эта девка противная.

Н и к и т а (закрывает уши). Ой, ушам больно! Опять слово колючее.

С о с е д к а. Да вот она помочь обещала, а сама кадушку мою любимую…

Н и к и т а. А что с кадушкой случилось?

С о с е д к а. Развалилась.

С и н е г л а з к а. А я-то при чем? Видно, она рассохлась.

С о с е д к а. Ох, горе горькое! Одни клепки лежат.

Н и к и т а. Где?

С о с е д к а. Вон, на дворе.

Н и к и т а. Посмотрим. (Уходит во двор.)

С и н е г л а з к а (смотрит). Собирает клепки.

С о с е д к а (сокрушенно). А что он с ними сделает? Какая была кадушка…

С и н е г л а з к а. Молоток достал.

С о с е д к а. А к чему молоток?

С и н е г л а з к а. Не знаю.

Обе смотрят. Слышен звонкий стук молотка. Они незаметно для себя начинают в такт прихлопывать в ладоши. Стук все живей и живей. Словно завороженные ритмом, они приплясывают. Внезапно стук обрывается. Они останавливаются. С большой кадушкой на голове выходит  Н и к и т а.

Н и к и т а. Принимай работу! (Ставит кадушку.)

С о с е д к а. Что это?

С и н е г л а з к а. Твоя кадушка! Цела-целехонька.

С о с е д к а. Глазам не верю.

Н и к и т а. Руками потрогай!

С о с е д к а. Что это? В кадушке?…

С и н е г л а з к а (достает маленькую кадушку, ставит). Кадушечка…

С о с е д к а (достает другую, ставит). И еще одна!

С и н е г л а з к а. Да не одна! (Достает третью. Ставит.)

С о с е д к а. И это не последняя. (Достает кадушку. Ставит. Оглядывает кадушки.) Все как на подбор.

С и н е г л а з к а. Красивые. (В танце обходит вокруг кадушек.)

С о с е д к а. Была одна, а стало вон сколько.

С и н е г л а з к а. Вот кого благодарить надо! (Показывает на Никиту.)

С о с е д к а. Как нам с тобой рассчитаться?

Н и к и т а. Я одного попрошу!

Б а б а - Я г а. Торговаться начнут.

С т р а х о л ю д. Тут и поругаются.

С о с е д к а. Заплачу, сколько скажешь.

Н и к и т а. А для меня слово доброе всего дороже. Спасибо скажешь, и будем квиты.

С о с е д к а. Спасибо тебе, милый человек, за кадушечки.

С и н е г л а з к а (тихо). Спас ты меня. Спасибо тебе.

Н и к и т а. Не за что! А теперь прощайте… (Идет.)

С о с е д к а. А как звать тебя, милый человек? Я и позабыла.

Н и к и т а (издали). Никита-плотник! (Уходит.)

С и н е г л а з к а. Золотой работник.

Стена закрывается. Пауза.

С т р а х о л ю д. Ску-у-чно! Ну-у-дно!

Б а б а - Я г а. Ох, опять свое завел.

С т р а х о л ю д. Кто бы меня распотешил, кто бы развеселил?

Б а б а - Я г а (в сторону). Уж наверно не я. (Идет.)

С т р а х о л ю д. Стой!

Б а б а - Я г а (останавливается). Стою.

С т р а х о л ю д. Пляши!

Б а б а - Я г а (растерянно). Не умею я.

С т р а х о л ю д. Опять перечить! Накажу.

Б а б а - Я г а. Ну что ж? Попробую. (Пробует плясать.) Так, что ли? Или этак?

С т р а х о л ю д. Быстрей! И приговаривай!

Б а б а - Я г а.

Эх, как топну я ногой

И взмахну рукой.

С т р а х о л ю д. Живей! Веселей!

Б а б а - Я г а. Эх, жги-говори! Эх, жги-говори. (Неумело пляшет.)

С т р а х о л ю д. Хватит! Смотреть противно на твою пляску.

Б а б а - Я г а. Я стараюсь…

С т р а х о л ю д. Ступай с глаз долой!

Б а б а - Я г а. Пронесло. (Идет.) Уйти подобру-поздорову. А ведь раньше когда-то душе было весело, как плясала…

С т р а х о л ю д. Скучно. Нудно. Кто потеху придумает, того награжу.

Б а б а - Я г а (в сторону). Поищи других дураков. (Идет.)

Внезапно раздается лай.

(Останавливается. Испуганно.) Ох, батюшки! Укусит! (Бежит в другую сторону. Злобный лай ее останавливает.) Разорвет! (Бросается обратно. Ее останавливает лай. Она мечется.)

С т р а х о л ю д (смеется). Здорово! Куси ее, ату Ягу! Ату Ягу!

Б а б а - Я г а. Да тут свора целая!

С т р а х о л ю д (в восторге). Ату Ягу! Вот весело!

Б а б а - Я г а. Да они бешеные! (В изнеможении падает.) На клочки разорвут…

С т р а х о л ю д. Распотешили! Молодцы!

Внезапно лай стихает. Появляется  М е л к и й  Б е с.

М е л к и й  Б е с (кланяется). Разрешите явиться!

С т р а х о л ю д. Кто там? Ах, это ты, Мелкий Бес?

М е л к и й  Б е с. Он самый.

С т р а х о л ю д. Ну, чего пришел?

М е л к и й  Б е с. За наградой.

С т р а х о л ю д. За какой?

М е л к и й  Б е с. За обещанной!

С т р а х о л ю д. А ты при чем?

М е л к и й  Б е с. Так ведь это я. (Лает на разные голоса.)

С т р а х о л ю д. Так это ты? Молодец!

Б а б а - Я г а. Так это ты? Подлец! Вот я тебя.

М е л к и й  Б е с. Руки коротки.

Как петухи, наскакивают друг на друга.

С т р а х о л ю д. Прекратить! А не то обоих накажу.

Баба-Яга и Мелкий Бес сердито поглядывают друг на друга, замирают.

М е л к и й  Б е с. А чего она?

Б а б а - Я г а (вместе). А чего он?

С т р а х о л ю д. Молчать! Слушать! Отправляйся ты, Мелкий Бес, наверх!

М е л к и й  Б е с. Слушаюсь! А зачем?

С т р а х о л ю д. Надо, чтобы люди там между собой поссорились. Пусть сначала начнут браниться, потом поругаются.

М е л к и й  Б е с (подхватывает). Возненавидят друг друга…

С т р а х о л ю д. Начнут враждовать. Тогда я их голыми руками возьму. Станут они моими рабами покорными. И тебе пожива будет.

М е л к и й  Б е с. Ради такого дела на все готов. Приказывай.

С т р а х о л ю д. Слушай!

Открывается дверь тайника.

Видишь?

М е л к и й  Б е с. Мешки стоят… А в них что?

С т р а х о л ю д. Злые слова!

М е л к и й  Б е с (читает). Брань, ругань, склоки, раздоры, ябеда.

С т р а х о л ю д. Вражда! Принеси сумку, возьмешь с собой злые слова — и в путь.

М е л к и й  Б е с. Я мигом. (Исчезает.)

С т р а х о л ю д. И ты, Баба-Яга, с ним отправляйся.

Б а б а - Я г а. Зачем?

С т р а х о л ю д. За ним следить будешь. А потом мне донесешь.

Б а б а - Я г а. Я ведь…

С т р а х о л ю д. Не перечить! Иди возьми волшебный платок.

Б а б а - Я г а (со вздохом). Слушаюсь. (Уходит.)

Возвращается Мелкий Бес.

М е л к и й  Б е с. Я побольше наберу. (Подходит к тайнику. Раскрывает мешок.)

Слышен вой, свист, рычание.

С т р а х о л ю д. Злые слова-то! Рвутся в дело.

М е л к и й  Б е с. Готово!

С т р а х о л ю д. Сейчас Баба-Яга вернется с волшебным платком. Вместе и пойдете.

М е л к и й  Б е с. А зачем она мне?

С т р а х о л ю д. Хочу ее проверить. Последишь за ней. И мне донесешь.

М е л к и й  Б е с. Это я с моим удовольствием.

С платком возвращается Баба-Яга.

Б а б а - Я г а. Вот и я…

С т р а х о л ю д. В путь! Быстрее! Вернетесь — награжу!

Баба-Яга и Мелкий Бес накрываются платком.

Б а б а - Я г а.

Ты, волшебный платок, подними нас наверх.

Раз, два, три!

Три, два, раз!

Слушай мой приказ!

Слышен пронзительный свист. На миг наступает темнота. Пауза. Баба-Яга и Мелкий Бес исчезают.

С т р а х о л ю д. Полетели, заклятые дружки! Это я ловко придумал — вдвоем их отправил. Будут друг за другом следить, один на другого доносить. А я с ними обоими потом и расправлюсь! (Злобно хохочет.) Уничтожу. Вот как я их награжу. (Смеется.) А на что они мне? Будут у меня другие покорные рабы. Ловко я все придумал.

Картина вторая

Ветхая изба Деда. Крыльцо с прогнившими ступеньками.

С и н е г л а з к а (выходит). Побегу, дедушка. Обещала я соседке огород вскопать.

Д е д (выходит). Прощай, внучка. По ступенькам не прыгай. Совсем прогнили…

С и н е г л а з к а. А я сторонкой. Ой, опаздываю, забранит соседка. (Убегает.)

Д е д (вздыхает). Обветшало все. И шагу не ступишь. (Делает шаг.) Ой! Проваливаюсь!

Свет гаснет. На просцениуме в луче прожектора накрытые платком  Б а б а - Я г а  и  М е л к и й  Б е с.

Б а б а - Я г а. Прибыли! (Сдергивает платок.)

М е л к и й  Б е с. Ну, за дело.

Б а б а - Я г а. Дай оглядеться.

М е л к и й  Б е с. Некогда.

Идут. Освещается крыльцо. Видна голова  Д е д а.

Д е д (слабым голосом). Эй, люди добрые!

Б а б а - Я г а. Зовут.

М е л к и й  Б е с. Не нас. Мы злые.

Д е д. Помогите! Помогите!

М е л к и й  Б е с. Стой. Слыхала, на помощь зовет.

Б а б а - Я г а. Ну и что? Не нас ведь.

М е л к и й  Б е с. Значит, в беду попал. А на чужой беде нажиться можно.

Б а б а - Я г а. Хитер ты, Бес.

М е л к и й  Б е с. На том стоим. (Подходит к крыльцу.)

Б а б а - Я г а. Одна голова торчит. Видно, провалился он. (Идет.)

Мелкий Бес хватает ее за руку.

М е л к и й  Б е с. Ты куда?

Б а б а - Я г а. Вытащить надо.

М е л к и й  Б е с. Прежде сторговаться следует. Смотри, как такие дела делаются. (Подходит к крыльцу.)

Д е д. Помоги, любезный!

М е л к и й  Б е с. Это можно.

Д е д. Вот спасибо…

М е л к и й  Б е с. Спасибо в карман не положишь! Чем заплатишь?

Д е д. А у меня ничего нет!

М е л к и й  Б е с. На нет и суда нет! Прощай! (Идет.)

Баба-Яга его останавливает.

Б а б а - Я г а. Чего с него возьмешь! Давай вытащим. А там видно будет.

М е л к и й  Б е с. Погоди! Смотри и учись. (Возвращается.) Что же ты обманываешь? Говоришь, платить нечем. А шапка?

Д е д. Берите шапку, только вытащите.

Б а б а - Я г а (бросается к нему). Сейчас…

М е л к и й  Б е с (хватает ее). Стой, дурья голова. (Деду.) А на ногах что?

Д е д. Сапоги. Их тоже возьмете?

М е л к и й  Б е с. А как же!

Д е д. Ну ладно. Босиком ходить стану.

Б а б а - Я г а. А здорово. Ну, теперь все!

М е л к и й  Б е с. Замри. (Деду.) Значит, отдашь шапку, сапоги и… рубаху.

Д е д. Что?! Последнюю рубаху хотите снять?! Не будет этого! Не отдам!

Б а б а - Я г а (тихо). Может, хватит сапог и шапки?

М е л к и й  Б е с (тихо). Солнце припечет, жажда замучит — все отдаст. Мы пошли, Дед, а ты подумай на досуге. Скоро вернемся. (Тянет за собой Бабу-Ягу.)

Они уходят. Пауза.

Д е д. Видно, пропадать мне… (Опускает голову.)

Медленно бредет  Н и к и т а.

(Замечает его.) Может, этот вытащит. А вдруг того же поля ягода? (Опускает голову.)

Никита проходит мимо, затем возвращается.

Н и к и т а. Вот так изба… Все ветхое. А залюбуешься. Видно, мастером сработано. (Замечает Деда.) Ты что это так сидишь, дедушка?

Д е д. А тебе какое дело?

Н и к и т а. Я думаю, может, случилось с тобой что-нибудь.

Д е д. А что тут думать? Провалился я — никак не вылезу.

Н и к и т а. Скорей давай…

Д е д (перебивает). Рубаху не отдам.

Н и к и т а. Руку давай! Не можешь? А я вот так подхвачу! (Берет Деда за плечи, вытаскивает. Ставит на ноги.)

Д е д. Вытащил! Ну что же…

Н и к и т а. Ты словно недоволен чем?

Д е д. Зато ты обрадуешься. Долг платежом красен. (Снимает шапку, сапоги.)

Н и к и т а (удивленно). Ты что это, дедушка?

Д е д. Сейчас и рубаху последнюю отдам. (Пытается снять рубаху.)

Н и к и т а (останавливает его). Да что я, разбойник? Надевай шапку, обувай сапоги.

Д е д. Больше мне платить нечем. Одно могу сказать — спасибо тебе сердечное.

Н и к и т а (смеется). А говорил, платить нечем. Слово доброе дороже золота. Ну, прощай, дедушка, пойду я.

Д е д. Прощай, милый.

Никита идет. Дед уныло смотрит на крыльцо, садится, грустно опускает голову. Темнеет.

Н и к и т а (оборачивается). Да ведь ему теперь и в избу не попасть… (Достает топор. Возвращается.)

Д е д (очнулся). С топором? Лихой человек.

Н и к и т а. Чего испугался, дедушка? Это я.

Д е д. Кто?

Н и к и т а. Не узнал?

Д е д. Задумался.

Н и к и т а. О чем?

Д е д. Не знаю, как в избу попасть.

Н и к и т а. И я о том же подумал. Давай попробую починить. Только…

Д е д (перебивает). Понятно. Работа большая, а взять у меня нечего.

Н и к и т а (с досадой). Опять ты о своем. А я о том думаю, какой мастер крыльцо ставил, окно резал?

Д е д. Дед мой. Великий искусник был.

Н и к и т а. Нельзя, чтобы такая красота пропадала. Дозволь, я попробую. (Достает инструмент.)

Свет гаснет. На просцениуме в луче прожектора  М е л к и й  Б е с.

М е л к и й  Б е с. Так. Есть уже о чем доносить. Баба-Яга мужика пожалела. Раз! Хотела ему помочь. Два. Как бы не забыть! А я узелок завяжу. (Достает веревку, завязывает узелок.) Один, второй. Не смогла обмануть старика. Три! Завяжу узелок — четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Были бы узелки, а что донести — выдумаю.

Луч гаснет. Пауза. В луче света — Б а б а - Я г а.

Б а б а - Я г а. Велел Страхолюд доносить ему. А у меня в голове ничего не держится. (Задумывается. Радостно.) Палец загну и запомню. Вот ловко придумала. Не сумел Мелкий Бес у деда шапку взять — раз. (Загибает палец.) Не сумел сапоги отнять — два! (Загибает палец.) Рубашку не отнял. (Загибает палец.) Три! Не сумел… (Загибает пальцы.) Четыре! Пять, шесть… (Смотрит на кулаки.) Все! Теперь Мелкий Бес у меня в руках! Как все, что на пальцах, донесу, так он у меня уж не залает, а завоет. Молодец Баба-Яга. (Радостно приплясывает. В упоении хлопает в ладоши. Останавливается, сокрушенно смотрит на открытые ладони.) Разогнула пальцы, и все из головы вон! Вот незадача.

Пауза. Луч света гаснет. Освещается изба. Блестит новое крыльцо с точеными столбами. Д е д  поодаль дремлет на пеньке. Н и к и т а  собирает инструменты.

Н и к и т а. Дедушка, принимай работу.

Д е д (очнулся). Глазам не верю! (Гладит столбы.) Гладкие. (Осторожно становится на ступеньку.) Крепкие.

Н и к и т а. Не бойся, дедушка! Смело ступай, выдержит.

Д е д (по ступенькам поднимается наверх, сбегает вниз, замечает окошко). И окошко — как при дедушке, когда я еще мальчишкой был! И крыльцо… И ступени. Все как было. (Весело прыгает по ступенькам.)

Н и к и т а (улыбается). Ну, дедушка, мне пора в путь-дорогу.

Д е д. Уходишь? Спасибо тебе за все. Напомнил ты мне и детство, и молодость… Жаль с тобой расставаться…

Н и к и т а. Не грусти. Может, еще увидимся.

Д е д. Как сказать… Дело мое стариковское.

Н и к и т а. Рано ты в старики записался.

Д е д. Что поделаешь? Вишь — борода седая и волосы.

Н и к и т а. Давай я тебя постригу. Совсем дело другое будет.

Дед А ты разве сумеешь?

Н и к и т а. Я в солдатах был. Всему научился. Пойдем в избу.

Д е д (покорно). Ну, ежели в солдатах…

Никита и Дед уходят. Прибегают  М е л к и й  Б е с  и  Б а б а - Я г а.

М е л к и й  Б е с. Сейчас старика голыми руками возьмем.

Б а б а - Я г а. Опоздали. Не видать его.

М е л к и й  Б е с (оглядывается). Куда же он подевался?

Б а б а - Я г а. Упустил добычу. Сбежал он.

М е л к и й  Б е с. Не мог он… (Идет к избе.) Может, совсем провалился. Да, крыльцо не то!

Б а б а - Я г а (смотрит на окно). Изба другая.

М е л к и й  Б е с. Куда ж мы пришли?

Б а б а - Я г а. А я почем знаю?

М е л к и й  Б е с. Бежим избу искать.

Б а б а - Я г а (ворчливо). Бегаем без толку. Ноги уж не держат.

М е л к и й  Б е с. Поговори, поговори, а я еще узелок завяжу.

Б а б а - Я г а. Какой узелок?

М е л к и й  Б е с (в сторону). Чуть не проболтался. (Бабе-Яге.) Это я так, в шутку.

Б а б а - Я г а (в сторону). Надо палец загнуть. Запомнить про узелок.

М е л к и й  Б е с. Ты что там шепчешь? Пошли скорей. (Убегают.)

На крыльцо выходит  Н и к и т а.

Н и к и т а. Шагом марш! Ать, два! Ать, два.

Браво печатая шаг, выходит  Д е д. Борода клинышком, волосы пострижены.

Д е д (поет).

Соловей, соловей, пташечка,

Канареечка жалобно поет.

Н и к и т а. Стой!

Д е д. Слушаюсь! Докладываю! Сапог блестит, борода торчит, чуб завитой, солдат лихой!

Н и к и т а. Молодец!

Д е д. Рад стараться. (Улыбается, подходит к Никите, обнимает его.) Это ты, милый, постарался, я себя и не узнаю теперь.

Н и к и т а. Пора мне.

Д е д. Постой. (Достает свирель.) Погляди.

Н и к и т а. Свирель?

Д е д. Ну-ка, сыграй. (Протягивает свирель.)

Н и к и т а. Я не умею.

Д е д. А ты попробуй.

Никита прикладывает к губам свирель. Звучит веселая мелодия.

Н и к и т а. Запела, заиграла. Вот чудо!

Д е д. Ее еще мой прадедушка смастерил. Волшебная она. Возьми от меня на память.

Н и к и т а. Что ты, дедушка? Такой дорогой подарок. Нет.

Д е д (перебивает). Не возьмешь — крепко меня обидишь! Прошу тебя.

Н и к и т а. Спасибо. Пойду. Будь здоров, дедушка.

Д е д. Доброго здоровья. Заходи в гости! Как же тебя звать, милый ты человек?

Н и к и т а (уходит). Никита-плотник.

Д е д. Золотой работник. (Любуется новым крыльцом.)

Прибегают  М е л к и й  Б е с  и  Б а б а - Я г а.

Б а б а - Я г а. Все-таки здесь. Я полянку запомнила.

М е л к и й  Б е с. А куда изба девалась?

Б а б а - Я г а. Изба не знаю, а старик вон.

М е л к и й  Б е с. Верно! Его шапка торчит. (Подбегает к деду, срывает шапку.) Ну, давай сапоги и рубашку…

Д е д (оборачивается. Грозно поднимает кулак). А по шее не хочешь?

М е л к и й  Б е с (растерянно). Не хочу…

Д е д. А чего шапку схватил?

М е л к и й  Б е с. Обознался. Дозволь надену.

Д е д (вырывает шапку). Убери лапы поганые.

М е л к и й  Б е с (отдает шапку). Изволь.

Д е д (надевает шапку. Отворачивается, напевает). Соловей, соловей, пташечка…

Мелкий Бес уходит. Баба-Яга останавливает его.

Б а б а - Я г а. Спроси его, где изба старика.

М е л к и й  Б е с. Ты что? Видала, какой он грозный.

Б а б а - Я г а. Я спрошу.

М е л к и й  Б е с. Не побоишься?

Б а б а - Я г а. А чего! Он, видать, человек военный, а разве солдат женщину обидит?

М е л к и й  Б е с. Так то женщину, а ты ведь…

Б а б а - Я г а (подходит к Деду). Любезный человек, позволь спросить.

Д е д. Слушаю, уважаемая!

Б а б а - Я г а (Мелкому Бесу). Видал? (Деду.) Не скажешь, где нам избушку найти?

Д е д. Какую?

Б а б а - Я г а. Такая ветхая, трухлявая.

Д е д. Что-то не припомню.

Б а б а - Я г а. И старичок при ней.

Д е д. Какой?

Б а б а - Я г а. А такой же. Трухлявый, ветхий, весь зарос, как гриб старый.

Д е д. Оба трухлявые? Вспомнил.

Б а б а - Я г а. Где же они?

Д е д. Далеко! Налетел ветер и унес и старичка и избенку.

М е л к и й  Б е с. Вон оно что! Так чего разговоры разговаривать. (Тянет Бабу-Ягу.) Пошли скорей!

Б а б а - Я г а (неохотно идет). И не попрощались.

М е л к и й  Б е с. Еще чего выдумала! (Уводит Бабу-Ягу.)

Прибегает  С и н е г л а з к а.

С и н е г л а з к а. Запоздала я… Дедушка голодный сидит. (Вбегает на ступеньку. Останавливается.) Что это? (Оглядывается.) Полянка наша, а изба другая? Что приключилось? Ой, страшно! Дедушка! Дедушка!

Д е д (выходит). Что, внученька?

С и н е г л а з к а (бросается к нему). Дедушка… (Останавливается.) А где же мой дедушка?

Д е д. А вот он я! Не узнаешь?

С и н е г л а з к а (разглядывает его). Да какой же ты молодец стал! Милый дедушка! Обрадовал!

Д е д. А изба наша какова?

С и н е г л а з к а. Как новая. Кого же благодарить надо?

Д е д. А был здесь один хороший парень. Золотой работник.

С и н е г л а з к а. Никита-плотник!

Д е д. Он самый. А ты его знаешь?

С и н е г л а з к а. Слыхала… А где же он?

Д е д. Ушел по своим делам. Я его звал чайку попить.

С и н е г л а з к а. А он?

Д е д. Обещал прийти. Может, завтра заглянет.

С и н е г л а з к а. Я пирог испеку.

Д е д. Может, послезавтра.

С и н е г л а з к а. Я и послезавтра испеку.

Д е д. Хорошее дело! И хозяйку твою позовем! Пусть избой полюбуется. Верно слово, как новая. Вот мы новоселье и отпразднуем!

С и н е г л а з к а (тихо). Если б только он вернулся… Никита, Никита.

Картина третья

Обстановка второй картины. Вечереет. На крыльцо выходит  С и н е г л а з к а.

С и н е г л а з к а (грустно). Третий день на исходе, а гостя нет. И пирог зачерствел.

Слышен щебет.

Что, проголодалась? (Бросает крошки.) Клюй быстрей. Куда же ты улетела? Видно, не понравился пирог. А я ведь так старалась. (Идет.)

Доносится щебет.

(Останавливается.)

Щебет все громче и громче.

Обратно летит. Да их целая стая. Ты подружек привела? Ну что же, угощу. (Крошит пирог.) Клюйте на здоровье.

Н и к и т а  входит. Останавливается. Синеглазка его не замечает.

Н и к и т а. Она! Синеглазка.

С и н е г л а з к а. Не толкайтесь! Еще осталось. (Крошит пирог.) Ну вот, всем и хватило!

Н и к и т а. Не всем.

С и н е г л а з к а. Ой! Кто это? Никита!

Н и к и т а. Он самый.

С и н е г л а з к а. Ты откуда взялся?

Н и к и т а (шутливо). Смотрю, птицы летят. Я за ними побежал пирог пробовать, а пирога-то и нет.

С и н е г л а з к а. Я еще испеку.

Н и к и т а. А ты что здесь делаешь?

С и н е г л а з к а. Живу здесь с дедушкой.

Н и к и т а. Внучка, значит. А как звать тебя?

С и н е г л а з к а. Меня зовут Синеглазка…

С о с е д к а (входит). Меня поджидаете? Задержалась я, уж простите! Здравствуйте! (Любуется крыльцом.) Ну, не узнать избы! Красота какая. Золотые руки у тебя! А если я тебя попрошу и мою избу украсить?

Н и к и т а. Ну что же, сделаю.

С о с е д к а. У меня только два окна и еще тут пристроечка. Пойдем. Я по дороге все расскажу.

С и н е г л а з к а (растерянно). А мы новоселье собирались отпраздновать.

С о с е д к а. Ну что же, давай быстрее.

С и н е г л а з к а. Еще пирог надо испечь.

С о с е д к а. Тогда так сделаем: ты пирог пеки, я на стол накрою.

Н и к и т а. А я?

С о с е д к а. А ты самовар поставишь. Пошли скорей.

Все уходят в избу. Пауза. Темнеет. Н и к и т а  возвращается с самоваром. Ставит его на крыльцо.

Н и к и т а. Ну, поставил. А дальше? (Растерянно чешет в затылке.) Что с ним делать? Спрошу. (Идет. Останавливается.) Скажут — недотепа. Самовара поставить не умеет… (Сокрушенно машет рукой.)

В окне показывается  С о с е д к а.

С о с е д к а. Поставил самовар?

Н и к и т а. Поставил.

С о с е д к а. Шумит?

Н и к и т а. Вроде.

С о с е д к а. Гудит?

Н и к и т а. Как будто.

С о с е д к а. Вскипел?

Н и к и т а. Закипает.

С о с е д к а. Ну, неси скорей. (Скрывается.)

Н и к и т а. Уйду от греха. (Идет.)

С и н е г л а з к а (в окне). Никита. Ты куда?

Н и к и т а (делает вид, что не слышит. Про себя). Со стыда сгорю. Прощай, Синеглазка. (Уходит.)

Синеглазка выбегает, догоняет его, останавливает.

С и н е г л а з к а. Что с тобой стряслось?

Н и к и т а. Да не со мной, а с ним. (Показывает на самовар.)

С и н е г л а з к а. А с ним что?

Н и к и т а. Не кипит, не шумит, не гудит…

С и н е г л а з к а (подводит его к самовару. Смотрит). Да он же не горит! Что же ты?

Н и к и т а (растерянно чешет затылок). Ну, ты сказала — скорей поставь самовар… Я его поставил. А что делать с ним дальше…

С и н е г л а з к а (догадывается). Не знаешь?

Н и к и т а. Нет!

С и н е г л а з к а. Да ты никогда самовара не ставил?

Н и к и т а. Нет.

С и н е г л а з к а. Чего же ты сразу не сказал?

Н и к и т а. Стыдно было.

С и н е г л а з к а. Чего испугался? Ну ладно. Сейчас я быстро разожгу.

Н и к и т а. Я тебе помогу и сам научусь.

С и н е г л а з к а. Не надо. Не мужское это дело. (Кладет в самовар шишки. Зажигает.) Как загудит, закипит, так на стол поставим, заварим, в чашки нальем…

Н и к и т а. И можно чай пить.

С и н е г л а з к а. Вот ты и научился.

Н и к и т а. Хитрая наука.

С и н е г л а з к а. Пойду пирог из печи вынимать.

Н и к и т а. И я с тобой.

С и н е г л а з к а (хитро). И этому хочешь научиться? Ну что же, пойдем.

Синеглазка и Никита уходят в избу. Наступает вечер. Весело светится окошко. С разных сторон появляются  Б а б а - Я г а  и  М е л к и й  Б е с.

М е л к и й  Б е с. Где была? Как дела?

Б а б а - Я г а. Лучше не бывает.

М е л к и й  Б е с. Расхвасталась.

Б а б а - Я г а. Небось завидно!

М е л к и й  Б е с. А чего особенного сделала?

Б а б а - Я г а. Жена мужу обед подавала. Улыбается. Я ее под руку — толк. Обед на пол — хлоп! Муж кулаком об стол — бац! Жена в слезы. А муж ругается. Вот как ловко у меня все получилось.

М е л к и й  Б е с. Подумаешь!

Б а б а - Я г а. И думать нечего. Страхолюду доложу, награду получу, вот небось позавидуешь.

М е л к и й  Б е с. Я?! Да Страхолюд меня вдесятеро наградит!

Б а б а - Я г а. За что?!

М е л к и й  Б е с. Ребята играют, по полю гоняют, смеются, веселятся! Я одного толкнул, другого щипнул, третьего за волосы дернул. Они друг на друга подумали, обозлились, разругались.

Б а б а - Я г а. Поссорил детей малых и радуется. Тьфу.

М е л к и й  Б е с. Ты погоди! Дальше больше! Друг на друга набросились.

Б а б а - Я г а. И ничего особенного!

М е л к и й  Б е с. Да ты слушай! Родители прибежали, каждый за своего вступается. Сначала бранились, а потом за колья взялись!

Б а б а - Я г а. Подумаешь…

М е л к и й  Б е с. Я тут из мешка злой вражды подбросил! Стенка на стенку пошли! Поди, до сих пор дерутся.

Б а б а - Я г а (беспокойно). Погоди! Что это?

М е л к и й  Б е с (прислушивается). Вроде гудит кто-то?

Б а б а - Я г а. Грозно так…

М е л к и й  Б е с. Зверь лесной.

Б а б а - Я г а. Да ты не трусь.

М е л к и й  Б е с (дрожит). Я не тру-тру-тру…

Б а б а - Я г а. Отчего же тебя мелкая дрожь бьет?

М е л к и й  Б е с. Холодно.

Б а б а - Я г а. Все громче.

М е л к и й  Б е с. Спрячемся.

Б а б а - Я г а. Поглядим, кто это?

М е л к и й  Б е с. Гляди, коли тебе не страшно.

Б а б а - Я г а. Вот я донесу Страхолюду, какой ты храбрец.

М е л к и й  Б е с. Мне храбрость ни к чему, я хитростью обойдусь.

Б а б а - Я г а. Ох, любопытно посмотреть, что это за зверь такой. Пойду… (Медленно идет.)

М е л к и й  Б е с. Сильней заревел, сейчас бросится.

Б а б а - Я г а (осторожно подходит к крыльцу). Ну чего ты разбушевался?

М е л к и й  Б е с. Уговаривает. Вот глупая баба. Поглядеть, как он ее в клочки разорвет? А успею ли убежать?

Б а б а - Я г а. Беги скорей.

М е л к и й  Б е с (бросается бежать). Лечу!

Б а б а - Я г а. Куда ты?! Самовара испугался?

М е л к и й  Б е с. Чего ты плетешь? Какой еще самовар?

Б а б а - Я г а. Медный. Видишь, закипел.

М е л к и й  Б е с (нерешительно подходит). И впрямь самовар. А зачем он?

Б а б а - Я г а. Наверно, люди собрались чай пить. (Заглядывает в окно.) Так и есть. Вокруг стола сидят, разговаривают, улыбаются. А на столе пирог…

М е л к и й  Б е с (злобно). Ну, я их напою чайком. Не обрадуются. (Достает что-то из мешка.)

Б а б а - Я г а. Чего ты придумал?

М е л к и й  Б е с. Всыплю ядовитую отраву. Хлебнут они чайку, разозлятся, разругаются и навек врагами останутся. (Сыплет.) Уж за это Страхолюд наградит меня.

Б а б а - Я г а. Слышишь, зарычал самовар.

М е л к и й  Б е с. Злоба в нем закипает. (Прислушивается.) Идут! Прячься!

Мелкий Бес и Баба-Яга прячутся. Выходит  Н и к и т а, поднимает самовар. Останавливается.

Н и к и т а. Чего это с ним?

С и н е г л а з к а (из окна). Никита, несешь самовар?

Н и к и т а. Несу, только…

С и н е г л а з к а (смеется). Не знаешь, что с ним делать?

Н и к и т а. Знаю, только…

С и н е г л а з к а. Так неси скорей! Все чаю ждут!

Н и к и т а. Иду. (Уносит самовар в избу.)

М е л к и й  Б е с (подбегает к окну). На стол поставили. В чашки наливают. Пирог режут! Сейчас пить начнут.

Б а б а - Я г а. Что с ними будет?..

М е л к и й  Б е с. Отхлебнули, пьют. Начинается!

Б а б а - Я г а. Ну, что они там?

М е л к и й  Б е с. Один по столу кулаком. Другая чашку об пол. Пошла ссора.

С о с е д к а (выбегает). Ах вы бесстыжие! Ненавижу вас! Жгутом скручу. В омут спущу!

Д е д (выходит). Всех в бараний рог согну. В мелкий порох истолку!

С и н е г л а з к а (выбегает). Волосы вырву! Расцарапаю.

М е л к и й  Б е с (хвастливо). Слыхала?

Б а б а - Я г а. Слыхала.

М е л к и й  Б е с. Еще не то будет. Вот самый могучий идет. Всех припечатает.

Б а б а - Я г а. Батюшки! Да он с самоваром.

М е л к и й  Б е с. Значит, кипятком их ошпарит.

Б а б а - Я г а. Как бы и нам не попало.

М е л к и й  Б е с. В самом деле, уж больно грозен. Убегу.

Б а б а - Я г а. Я тоже.

Бегут.

М е л к и й  Б е с. А как он со всеми расправится, тогда вернемся, полюбуемся.

Баба-Яга и Мелкий Бес убегают. С самоваром выходит  Н и к и т а.

Н и к и т а (как будто ничего не случилось). Прохлаждаетесь? И то дело. А я вот снова самовар поставлю, и опять чайку выпьем.

С о с е д к а. Жгутом сверну. (Отворачивается.)

С и н е г л а з к а. Расцарапаю. (Отворачивается.)

Д е д. В бараний рог согну. (Отворачивается.)

Н и к и т а (выливает из самовара воду). Вишь ты, трава сгорела, земля почернела. Неспроста это… На-лью-ка свежей воды. (Наливает из ведра в самовар воду. С ковшом воды подходит к Деду.)

Д е д. Не подходи! В бараний рог согну.

Н и к и т а (протягивает руку. Добродушно). Давай, действуй.

Д е д (пытается согнуть руку). Раз, два. Да что она у тебя, железная?

Н и к и т а. Выпей воды, силы прибавится.

Д е д. Ну, пощады не проси. (Пьет воду.) Что это? Вроде в глазах посветлело и в голове прояснилось.

Н и к и т а (протягивает руку). Теперь попробуй!

Д е д (пожимает руку). Спасибо за воду.

Н и к и т а. Ты же хотел в бараний рог…

Д е д (перебивает). Не знаю, что со мной было.

Никита направляется к Соседке.

С о с е д к а. Не подходи. Жгутом скручу, жгутом.

Н и к и т а (подходит. Заплетает руки и ноги). Готово.

С о с е д к а (удивленно). Ты что это?

Н и к и т а. Жгутом свернулся! Как ты хотела.

С о с е д к а. А развернуться можешь?

Н и к и т а. Как пожелаешь. (Разворачивается. Снова сворачивается.)

С о с е д к а (смеется). Ну и здорово!

Н и к и т а. Выпей водички.

С о с е д к а (пьет). На сердце легче стало. Спасибо тебе.

Н и к и т а. На здоровье.

С и н е г л а з к а (подходит к Никите). А мне дашь водички?

Н и к и т а. Пей, милая. (Поит ее.)

С и н е г л а з к а. Смотрю я — трава почернела. Неужто в чае отрава была?

Н и к и т а. Должно быть.

С и н е г л а з к а. Вот отчего мы все озлобились. Погоди, а ты ведь тоже с нами чай пил?

Н и к и т а. И во мне злоба поднялась. Только я средство знаю, как ее потушить.

С и н е г л а з к а. Как же?

Н и к и т а. Кулаки сожму, зубы стисну, про себя считаю. Пока злоба не стихнет, слова не вымолвлю.

С и н е г л а з к а. И долго считаешь?

Н и к и т а. Раз на раз не приходится. Иногда до тысячи.

С и н е г л а з к а. До тысячи!

Н и к и т а. Редко. А так до ста — и злобы как не бывало.

Д е д. А чего мы стоим, а не за столом сидим?

С о с е д к а. Не зовут хозяева!

С и н е г л а з к а. Прошу за стол.

Н и к и т а. И самовар поспел.

С и н е г л а з к а. И пирог ждет.

Все уходят. Пауза. Появляются  М е л к и й  Б е с  и  Б а б а - Я г а.

Б а б а - Я г а. Ну, где они?

М е л к и й  Б е с. Разметал он их, уничтожил всех до единого.

Б а б а - Я г а (заглядывает в окно. Насмешливо). И за стол усадил.

М е л к и й  Б е с. Кого?

Б а б а - Я г а. А тех, кого ты погубить хотел.

М е л к и й  Б е с. Не может того быть.

Б а б а - Я г а. А ты в окно погляди. Полюбуйся.

М е л к и й  Б е с (глядит в окно). Что такое? Улыбаются, разговаривают.

Б а б а - Я г а (насмешливо). Что будешь Страхолюду докладывать?

М е л к и й  Б е с. Ты не смейся. Я сейчас чего-нибудь придумаю.

Б а б а - Я г а. Хвастаешься, а толку чуть.

М е л к и й  Б е с (хлопает себя по лбу). Есть! Нашел! Вот штука хитрая!

Б а б а - Я г а (в сторону). Обрадовался. Как бы выведать, чего он придумал.

М е л к и й  Б е с (хвастливо). Небось любопытно узнать?

Б а б а - Я г а. А ничуточки.

М е л к и й  Б е с (удивленно). Это еще почему?

Б а б а - Я г а. А я тебе не верю нисколечко. (В сторону.) Вытяну из него.

М е л к и й  Б е с. Почему это не веришь?

Б а б а - Я г а. Не способный ты на хитрость.

М е л к и й  Б е с. Что? Ну, так слушай! Кто нам поперек дороги становится? Никита! Кто добрым словом ссоры тушит? Никита. А значит, кто наш главный враг? Никита!

Б а б а - Я г а. Выходит, так! Ну и что?

М е л к и й  Б е с. И решил я прикинуться Никитой.

Б а б а - Я г а. Зачем?

М е л к и й  Б е с. В этом вся хитрость. Как услышат они и от Никиты злые слова, тогда решат, что надеяться не на кого, и разгорится в них злоба да вражда! Ну как, хитро?

Б а б а - Я г а. Хитро-то хитро, только как ты Никитой прикинешься?

М е л к и й  Б е с. А вот так! (Подражает в движениях и говоре Никите.) Здравствуйте! Звать меня Никитой-плотником! Я золотой работник! На все руки мастер.

Б а б а - Я г а (гладит его по голове). Ах ты мой бедный. Ох и жалко тебя!

М е л к и й  Б е с. Почему это?

Б а б а - Я г а. Как же они над тобой смеяться станут…

М е л к и й  Б е с. А что, не похоже?

Б а б а - Я г а. Ни капельки!

М е л к и й  Б е с. Вот незадача! Все так хорошо придумал.

Б а б а - Я г а (как бы про себя). Помочь ему, что ли?

М е л к и й  Б е с. Помоги, Баба-Яга.

Б а б а - Я г а. Ладно, только ты мне за это отдай узелки.

М е л к и й  Б е с. Какие?

Б а б а - Я г а. А те, что на память завязал.

М е л к и й  Б е с. Да чего ты выдумала? Нету их у меня.

Б а б а - Я г а. А на нет и суда нет. (Уходит.)

М е л к и й  Б е с. Погоди! Ладно, будь по-твоему. (Достает веревку, хочет оторвать половину.)

Б а б а - Я г а. Всю, всю отдавай.

М е л к и й  Б е с (в сторону). Вот Яга проклятая! Ничего не поделаешь! (Отдает.)

Б а б а - Я г а (прячет веревку). Ну вот и все!

М е л к и й  Б е с. Как — все? Ты же обещала…

Б а б а - Я г а. Мое слово крепкое! (Разворачивает платок.) Подойди ближе.

Мелкий Бес подходит. Баба-Яга покрывает его платком.

М е л к и й  Б е с. Что со мной будет?

Б а б а - Я г а. Под волшебным платком стой тишком да молчком. Чары темные придут, тебя в Никиту обернут!

Стакан, лимон!

С виду станешь словно он!

Свист, вой. На миг наступает темнота. Баба-Яга сдергивает платок. Возникает Мелкий Бес в образе Никиты[1].

«Н и к и т а» (хлопает себя, удивленно). Обернулся.

Б а б а - Я г а. Ну, что стал как пень? Ходи.

«Никита» суетливо ходит.

Да не так! Вот как. (Показывает.) Говори.

«Н и к и т а». Здравствуй, старая карга.

Б а б а - Я г а (перебивает). Не так! Думай, что говоришь.

«Н и к и т а» (входит в свою роль). Здравствуй, милая Баба-Яга!

Б а б а - Я г а. Этак лучше.

«Н и к и т а». Ну, держитесь! Теперь моя взяла!

Б а б а - Я г а. Ты только не забудь, кто тебе помог!

«Н и к и т а». Не бойся, не забуду! (В сторону.) Я с тобой за узелки рассчитаюсь.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина четвертая

Лесная полянка.

«Н и к и т а». Здесь Никита обещал Синеглазку встретить.

Б а б а - Я г а. А ты откуда знаешь?

«Н и к и т а». Подслушал. (Смотрит.) Идет. Ты уведи отсюда его.

Б а б а - Я г а. Зачем?

«Н и к и т а». А я Синеглазку встречу. (Смеется.) Поговорю с ней.

Б а б а - Я г а. А как его увести?

«Н и к и т а». Голову ему заморочь.

Б а б а - Я г а. А как заморочить?

«Н и к и т а». Притворись, что ногу расшибла. Он добренький, пожалеет…

Б а б а - Я г а. Не сумею.

«Н и к и т а» (грозно). Видно, не хочешь. Смотри, донесу… Идет. Действуй! (Убегает.)

Б а б а - Я г а. Сживет он меня со свету, ничего не поделаешь, придется.

С букетом цветов выходит  Н и к и т а.

Н и к и т а. Успел! Отдам ей цветы и скажу…

Б а б а - Я г а. Ох, больно. Ох, не могу.

Н и к и т а (подходит). Что случилось, бабушка?

Б а б а - Я г а. Ногу подвернула. (Хромает.) Помоги на дорогу выйти, а там подвезут меня до дому.

Н и к и т а. Ну что же, пойдем.

Баба-Яга, опираясь на его руку, медленно ковыляет.

Б а б а - Я г а. Нельзя мне торопиться…

Н и к и т а. А мне медлить нельзя! Давай мы так сделаем. (Подхватывает Бабу-Ягу на руки.) Этак мы с тобой скорей доберемся.

Б а б а - Я г а (растерянно). А мне быстро не нужно.

Никита уносит Бабу-Ягу. Пауза. Выходит  С и н е г л а з к а.

С и н е г л а з к а (оглядывается). Не пришел еще. Соберу ему ягод. Угощу. (Собирает ягоды, скрывается в лесу.)

Входит «Н и к и т а».

«Н и к и т а» (хихикает). Пожалел Бабу-Ягу… Попался в ловушку. (Смотрит.) А сейчас и девица в капкан попадет. (Отворачивается.)

С и н е г л а з к а (вбегает). Здравствуй, Никита.

«Н и к и т а». Здорово, если не шутишь.

С и н е г л а з к а. Ты что такой сердитый?

«Н и к и т а». Ждать тебя надоело.

С и н е г л а з к а. Я только что здесь была, а тебя не видела.

«Н и к и т а». Лучше надо было смотреть.

С и н е г л а з к а. Для тебя ягоды собирала. Попробуй.

«Н и к и т а» (берет ягоду. Пробует, плюет). Кислая! Противная.

С и н е г л а з к а (растерянно). А красная. Вроде спелая. Попробуй эту.

«Н и к и т а» (пробует, плюет). А эта еще хуже. Горькая. Ты что, отравить меня хочешь?

С и н е г л а з к а. Что ты! Я пробовала — сладкие, вкусные.

«Н и к и т а». Вот оно что! Себе хорошие выбрала, а мне… Вот жадина.

С и н е г л а з к а (обиженно). Что ты говоришь?

«Н и к и т а». А ты что, оглохла? Не слышишь? (Кричит.) Жадина-говядина, жадюга!

С и н е г л а з к а (со слезами). Ну за что ты бранишься?

«Н и к и т а». Еще спрашивает! Чего нюни распустила? Думаешь, я тебя пожалею? Не нужна мне такая плакса.

С и н е г л а з к а. И ты мне такой грубый не нужен! (Бросает лукошко.) Оставайся. (Убегает.)

«Н и к и т а» (хохочет). Вот и кончилась их дружба! Ловко у меня получилось! Ай да я! Ай да Бес! (Смотрит.) Теперь эту доведем!

Выходит  С о с е д к а. Замечает «Никиту».

С о с е д к а. Здравствуй, милый человек.

«Н и к и т а». Здорово.

С о с е д к а. Хорошо, что я тебя встретила.

«Н и к и т а». А что хорошего?

С о с е д к а. Хотела тебя попросить, чтобы ты и мне избу починил.

«Н и к и т а». Не стану.

С о с е д к а. Почему?

«Н и к и т а». Дед не велел. Ты, говорит, Никита, простота. Она тебя обманет, вокруг пальца обведет.

С о с е д к а. Так и сказал? Да что я, обманщица какая?

«Н и к и т а». Он говорит — скряга.

С о с е д к а. Я скряга? Да я тебя так отблагодарю!

«Н и к и т а» (перебивает). Посулит, говорит Дед, тебе с три короба, а ни шиша не даст… Она, говорит, такая и сякая. Уж так тебя бранил.

С о с е д к а (растерянно). А я-то его на обед позвала.

«Н и к и т а». Он хитер. Я, говорит, приду, молча наемся, а потом уж ей все выскажу и посуду перебью!

С о с е д к а. Ах, негодный старик! Ну хорошо, что я все узнала. Не пущу его в избу к себе!

«Н и к и т а». А он внучку подговорит да тебе отомстит.

С о с е д к а. Я запрусь. Никого не пущу!

«Н и к и т а». Так чинить тебе избу?

С о с е д к а. Не шути! Никому не верю! Все злодеи проклятые! (Уходит.)

«Н и к и т а». И эта готова. (Смотрит.) Кто там еще жалует?

Д е д (выходит, напевая). Соловей, соловей, пташечка…

«Н и к и т а». Куда шагаешь, дед?

Д е д. Тороплюсь на обед.

«Н и к и т а». Не терпится по шее схлопотать?

Д е д (оторопело). Ты что несешь?

«Н и к и т а». Разозлилась на вас соседка. Дед, говорит, лентяй, и внучка в него пошла. Бездельница.

Д е д. Про мою внучку такое сказать?!

«Н и к и т а». Они, говорят, угощения ждут. Уж я их накормлю досыта, все выскажу. Я все их злые умыслы насквозь вижу.

Д е д (оскорбленно). Это какое же мы зло замышляем?

«Н и к и т а». Ну, вроде вы ее обобрать хотите, будто бы вы…

Д е д. Замолчи! Слушать не хочу! Вишь, чего злая баба выдумала. А ты что же не пристыдил ее?

«Н и к и т а». А кто вас разберет, какие вы в самом деле?!

Д е д. Что? И ты поверил такой! Видеть тебя больше не хочу! Я внучке запрещу…

«Н и к и т а». Ох, ох! Сейчас расплачусь!

Д е д. Еще насмехаешься? Вот ты какой. (Уходит.)

«Н и к и т а» (смеется). Заварил я кашу! Не расхлебают! (Смотрит.) Еще добыча бредет. (С сожалением.) Нет, своя жалует.

Б а б а - Я г а (выходит. Бормочет). Пожалел. На руках отнес. А я его обманула. На душе кошки скребут. (Замечает «Никиту».) А он уж здесь! Открою ему все… Повинюсь. (Идет к «Никите».)

«Н и к и т а». Ты что так долго ходишь, карга старая?

Б а б а - Я г а (в сторону). Ох, чуть не попалась. Ведь это Мелкий Бес… («Никите».) На дорогу меня вынес, в телегу посадил.

«Н и к и т а» (хохочет). Вот простота парень.

Б а б а - Я г а. Да уж не тебе чета.

«Н и к и т а». Ну, я свои дела сделал! Всех перессорил! Все замутил. Теперь надо мне стать самим собой.

Б а б а - Я г а. За чем же дело стало?

«Н и к и т а». За тобой. Оберни меня скорей.

Б а б а - Я г а. Это можно. (Достает платок.) А ты чем мне заплатишь?

«Н и к и т а». А у меня ничего нет.

Б а б а - Я г а. А колечко мое волшебное?

«Н и к и т а». Какое?

Б а б а - Я г а. Забыл. То, которое ты отнял у меня. Вон, на правой руке.

«Н и к и т а» (прячет руку). Да там ничего нет.

Б а б а - Я г а. А на нет и суда нет. (Сворачивает платок.) Оставайся.

«Н и к и т а». Ладно. Отдам кольцо.

Б а б а - Я г а (покрывает его платком). Под волшебным платком стой молчком да тишком. Чары темные летят…

Эна, дуна, рэс!

Выходи-ка, Мелкий Бес!

(Сдергивает платок.)

Появляется  М е л к и й  Б е с.

М е л к и й  Б е с. Снова стал самим собой! Хорошо! Ну, прощай.

Б а б а - Я г а. А кольцо?

М е л к и й  Б е с. Какое?

Б а б а - Я г а. С правой руки. Обещал ведь.

М е л к и й  Б е с. Не помню.

Б а б а - Я г а. Вот как! И я позабыла.

М е л к и й  Б е с (смеется). Стара стала. (В сторону.) Ловко ее обошел! Ай да я! (Хочет хлопнуть в ладоши и обнаруживает, что у него вместо правой руки пустой рукав.) Стой! А где же рука?

Б а б а - Я г а. Какая?

М е л к и й  Б е с. Правая.

Б а б а - Я г а. А вот она. (Поднимает правую руку.)

М е л к и й  Б е с. Да не твоя, а моя где?

Б а б а - Я г а. Не знаю где. У тебя память слабая, и у меня тоже.

М е л к и й  Б е с (достает из кармана кольцо). Возьми кольцо.

Б а б а - Я г а. Давай.

М е л к и й  Б е с. Сначала верни руку.

Б а б а - Я г а. Нет, прежде отдай кольцо!

М е л к и й  Б е с (кладет кольцо на землю, наступает ногой). Вернешь — возьмешь.

Б а б а - Я г а. Хитер. (Покрывает его руку платком.) Тили-тили-тесто! Стань, рука, на место! (Сдергивает платок.)

М е л к и й  Б е с (радостно хлопает в ладоши). Наконец-то стал самим собой.

Б а б а - Я г а. Ну-ка, пусти. (Подходит к нему.)

М е л к и й  Б е с (притворяясь, что не понимает). А зачем?

Б а б а - Я г а. Говорю — отойди.

М е л к и й  Б е с. А мне и здесь хорошо!

Баба-Яга с неожиданной силой толкает его. Мелкий Бес отлетает в сторону.

Б а б а - Я г а. Так-то лучше. (Поднимает кольцо.)

М е л к и й  Б е с (обиженно). Ты что толкаешься?

Б а б а - Я г а. Не зли меня, а то хуже будет.

М е л к и й  Б е с. Мне пора возвращаться.

Б а б а - Я г а. И мне тоже.

М е л к и й  Б е с. Нет, ты оставайся, у тебя важное дело здесь.

Б а б а - Я г а. Какое?

М е л к и й  Б е с. Всех этих людишек надо заманить и в подземелье отправить.

Б а б а - Я г а. А зачем?

М е л к и й  Б е с. Экая беспонятная. Девка убирать будет. Соседку кухаркой сделаем. Дед по двору работать будет.

Б а б а - Я г а. А как их заманить?

М е л к и й  Б е с. Они теперь злые, их легко вокруг пальца обвести. И самого тоже.

Б а б а - Я г а. Кого?

М е л к и й  Б е с. Никиту. Вот кому у нас работа найдется…

Б а б а - Я г а. Нет! Не выйдет у меня…

М е л к и й  Б е с. Я тебя насквозь вижу. Не хочешь? Я так и донесу Страхолюду. Он тебе придумает казнь. Смотри.

Б а б а - Я г а (в сторону). Ничего не поделаешь. (Мелкому Бесу.) Будь по-твоему.

М е л к и й  Б е с. Не тужи. Наградит тебя Страхолюд. Я постараюсь.

Б а б а - Я г а. Уж ты постарайся.

М е л к и й  Б е с. Отправляй меня в подземелье.

Б а б а - Я г а (накрывает его платком). Сколько будет сто да сто?

М е л к и й  Б е с. Двести!

Б а б а - Я г а. Провались на этом месте. (Сдергивает платок.)

Мелкий Бес исчез.

Провалился. Наплетет там на меня Страхолюду, а тот меня совсем замучает. А ежели я вернусь со слугами? Помилует меня Страхолюд. Надо себя спасать. За дело приниматься. Напою их кваском, накрою платком… (Уходит.)

Пауза. Уныло бредет  Н и к и т а.

Н и к и т а (смотрит на цветы). Убежала Синеглазка. (Бросает цветы.) Эх, не мил мне белый свет! (Достает свирель.) Сыграю на свирели, да повеселей. (Играет.)

Первые такты звучат весело, потом все грустней и, наконец, совсем жалобно.

Не утешила ты меня. (Достает табакерку.) Один дружок остался, табакерка моя. (Достает табак, нюхает.) Ишь, даже слеза прошибла. (Утирает глаза.) Эх, не ври ты сам себе, Никита. Не табак тому виной, а тоска сердечная. И никто доброго слова не скажет. Один я… (Нюхает табак. Чихает.) Апчхи! (Прислушивается.) Будто кто-то здоровья пожелал? Или послышалось? Апчхи! А? Спасибо на добром слове. Апчхи! Спасибо! Апчхи! И в голове ясней стало! Апчхи! Спасибо! И на душе легче. Спасибо вам за ваше слово доброе! Апчхи! Вот как помогли вы мне! И теперь не стану хныкать, а буду думать, как друзей спасти! А вы мне станете помогать? Апчхи! Значит, правда, станете! Апчхи! Ну, спасибо вам. (Поднимает цветы.)

Картина пятая

У развилки дорог толстый пень. Б а б а - Я г а  ставит на него жбан с квасом, кружку.

Б а б а - Я г а. Угощение готово. (Оглядывается.) Каков почин будет? А вон и добыча показалась. (Накрывает пень платком.)

Входит  С и н е г л а з к а.

С и н е г л а з к а (сдерживая слезы). И жалеть не стану, и плакать не буду.

Б а б а - Я г а (в сторону). Тут жалостью брать надо. (Синеглазке.) Постой, красавица, погоди, милая. Что затуманились оченьки ясные? Аль обидел кто? Неужто нашелся злодей такой?

С и н е г л а з к а. Он не злой.

Б а б а - Я г а. На глазах слезы, голосок дрожит. Как мне жаль тебя, милая ты моя, хорошая.

С и н е г л а з к а (про себя). Есть еще люди добрые.

Б а б а - Я г а. Горлышко пересохло. Глотни кваску моего. (Наливает в кружку.)

С и н е г л а з к а. Спасибо.

Б а б а - Я г а (протягивает кружку). Ободрит тебя квас.

С и н е г л а з к а (хочет взять кружку, останавливается). А чем я отблагодарю тебя?

Б а б а - Я г а. Ничего не нужно. Я так, по доброте своей.

С и н е г л а з к а (пьет квас). Будто ко сну клонит.

Б а б а - Я г а. Ну подремли.

С и н е г л а з к а. А ты говорила, бабушка, что ободрит квас?

Б а б а - Я г а. Мало выпила. Пей до дна!

С и н е г л а з к а (пьет). Все поплыло кругом…

Б а б а - Я г а. Садись на пенек. (Усаживает Синеглазку.) А я накину платок.

С и н е г л а з к а. Не хочу. Я пойду.

Б а б а - Я г а. Поздно. (Закрывает ее платком.)

Силы темные, к ней вы летите!

В подземелье ее отнесите!

Посадите ее под замок!

Темнота, свист. Сдергивает платок. Синеглазка исчезла.

Молодец, мой платок. Да и я не промах. Почин был хорош… (Смотрит.) А вон и второй шагает.

Твердо печатая шаг, выходит  Д е д.

Д е д. Со мной не шути! Раз-два! Не помилую! Раз-два! И с плеч голова.

Б а б а - Я г а (в сторону). А этому угодить надо. (Деду.) Приказывай! Все выполню. Только не гляди так грозно.

Д е д (в сторону). Заробела! (Бабе-Яге.) Ты кто есть?

Б а б а - Я г а (вытягивается в струнку). Слуга твоя верная! Хочешь, с неба звезду добуду? Раковину со дна морского достану?!

Д е д. А на что мне звезда? И зачем мне раковина?

Б а б а - Я г а. А может, квасу холодного?

Д е д. Ишь чего выдумала! Не может быть этого. Где ж в лесу — и вдруг да квас!

Б а б а - Я г а. Был бы только твой приказ! (Сдергивает платок. Подает кружку.) Сделай милость, отведай.

Д е д. Молодец!

Б а б а - Я г а. Рада стараться!

Д е д (пьет). Теперь со всеми расправлюсь.

Б а б а - Я г а. Пей до дна.

Д е д. Раз-два! Размахнусь… (Неожиданно зевает.) Спать хочется.

Б а б а - Я г а (ведет его). А ты садись на пенек и скорей под замок.

Д е д. Куда?

Б а б а - Я г а. А уже куда надо! (Закрывает его платком.)

Силы темные, к нему вы летите!

В подземелье его отнесите!

Посадите его под замок.

Темнота, свист. Баба-Яга сдергивает платок. Дед исчез.

Молодец, мой платок. И второй под замком! А где два, там и три! (Смотрит.) Так и есть. А эту лестью возьмем!

С о с е д к а (выходит). Я одного только желаю, чтобы все было по-моему!

Б а б а - Я г а (кланяется). Здравствуйте, сударыня! Здравствуйте, милостивая.

С о с е д к а (величаво). Здравствуй. А ты откуда знаешь меня?

Б а б а - Я г а. Ты ступаешь точно лебедь белая.

Соседка важно ходит.

Взглянешь — словно рублем подаришь. Речь льется как звон серебряный. Одно слово — барыня!

С о с е д к а. А мне как раз служанка нужна.

Б а б а - Я г а. Я с радостью.

С о с е д к а. Не знаю только, угодишь ли?

Б а б а - Я г а. Уж я постараюсь.

С о с е д к а. А ты что умеешь?

Б а б а - Я г а. Все, что прикажешь! Скажи, есть или пить захотела.

С о с е д к а (в сторону). Вот я ее и поймаю! (Бабе-Яге.) Жажда замучила, квасу бы.

Б а б а - Я г а (сдергивает платок). Прошу испить холодненького.

С о с е д к а (берет кружку, пьет). Вкусный. Пожалуй, я тебя возьму в услужение. (Садится на пень.)

Б а б а - Я г а (покрывает ее платком). Прежде ты мне послужишь, барыня.

Силы темные…

Да уж сами знаете, что вам делать! Ну, быстрей.

Темнота, свист. Баба-Яга сдергивает платок. Соседка исчезла.

Вот и всё! Ну, Мелкий Бес, утерла тебе нос. Посмотрим, кого Страхолюд наградит. Пора и мне восвояси. (Собирается, оглядывается.) Еще кого-то несет. Может, и этого прихватить? Ох, да ведь это он, мой спаситель. Как я ему в глаза посмотрю? Что, вроде совестно? Уйду. Не успею. Что делать? Знаю! Уж очень прост. Напою его квасом. Задремлет, а я сбегу.

Н и к и т а. Думал деда спросить… Дом пустой…

Б а б а - Я г а (быстро). Я тебя дождалась. Отблагодарить хочу. Ведь ты меня спас. Помог мне.

Н и к и т а. Да что там говорить. Безделица.

Б а б а - Я г а. Я тебе кваску приготовила, испей. (Дает кружку.)

Н и к и т а. Спасибо. Что-то не хочется.

Б а б а - Я г а. Не брезгуй. Присядь на пенек. Выпей. Отдохни. Я тебя платком прикрою. Не обижай меня.

Н и к и т а (покорно садится). Ну, сделай милость.

Б а б а - Я г а. Вот тебе кружка! Пей быстрей, ну, скорей.

Н и к и т а (в сторону). Что-то она больно торопится. (Берет кружку.) Заяц, что ли, там?

Б а б а - Я г а. Где? (На миг отворачивается.)

Никита выливает квас.

Убежал. Пей скорей.

Н и к и т а. А я уж выпил.

Б а б а - Я г а. Дремлется?

Н и к и т а (в сторону). Вот чего ей хочется. (Бабе-Яге.) Засыпаю. (Опускает голову.)

Б а б а - Я г а (накрывает его платком).

Под волшебным платком сиди ты молчком!

Силы темные, к нему летите!

В подземелье его отнесите!

Посадите его под замок!

(Сдергивает платок.)

Никита встает.

Н и к и т а. Ну, подавай платок. (Забирает у нее платок.)

Б а б а - Я г а (оторопела). Ты же заснул?

Н и к и т а. А я вспомнил, что и тебя надо угостить. Ты меня кваском, а я тебя (достает табакерку) табачком!

Б а б а - Я г а. Не хочу я! Не люблю.

Н и к и т а. Нет уж, понюхай! (Заставляет ее понюхать.)

Б а б а - Я г а. Апчхи! Ох и крепок! Апчхи!

Н и к и т а. Ну, еще разок!

Б а б а - Я г а. Хватит!

Н и к и т а. А ты расскажи, зачем хитрила.

Б а б а - Я г а. Да не хитрила я…

Н и к и т а. Ну-ка, еще понюхай!

Б а б а - Я г а. Апчхи! Ой! Все расскажу. Дай только платок. Глаза утру, слезы льются.

Н и к и т а (дает платок). Ну, быстрей рассказывай.

Б а б а - Я г а (покрывается платком). Силы темные, живей, уносите меня поскорей!

Темнота, свист. Никита сдергивает платок. Баба-Яга исчезла.

Н и к и т а. Обошла меня все-таки Баба хитрая! (Трясет платок.) И ты ей помог! А за это тебя на костер!

Платок трепещет.

Не нравится? А зачем помогаешь обманывать? Что? Дело твое подневольное? Ну ладно! Брошу тебя. (Бросает платок. Идет.)

Слышен шелест, словно чей-то шепот.

(Прислушивается.) Словно шепчет кто-то? Платок! Он! (Поднимает платок, прислушивается.) Синеглазую девушку, старика старого, соседку важную — всех в подземелье отправила? Надо их спасать! Эй, волшебный платок, не век же тебе злодеям служить, помоги и доброму делу! Отнеси меня в подземелье! Выручу их… А если нет?! Так и жизнь мне не нужна! (Покрывается платком.) Полетели, платок!

Темнота, свист. Никита исчез. На пне сидит заяц и удивленно смотрит.

Картина шестая

Обстановка первой картины.

С т р а х о л ю д. Хочу-у-у увидеть пленников.

Б а б а - Я г а  поворачивает кольцо. В луче света видны прикованные к цепи  Д е д, С и н е г л а з к а, С о с е д к а.

М е л к и й  Б е с. На цепи сидят прикованные.

С т р а х о л ю д. А как же они работают?

М е л к и й  Б е с. Цепь длинная. Это я придумал. И ее научил, как их сюда заманить. Не забудь, повелитель, и за это меня наградить.

Б а б а - Я г а. А повелитель сам знает, кому какая награда следует.

М е л к и й  Б е с. Уж не тебе ли? Шиш получишь.

Б а б а - Я г а. А тебе и шиша не будет.

С т р а х о л ю д. Ступайте! Всех по заслугам пожалую.

М е л к и й  Б е с (кланяясь, уходит). Спасибо за милость.

Б а б а - Я г а (уходит). И меня не забудь.

С т р а х о л ю д (смеется). Насквозь их вижу! Обоих награжу, не обрадуются.

М е л к и й  Б е с  ведет прикованных к цепи  Д е д а, С и н е г л а з к у  и  С о с е д к у.

М е л к и й  Б е с. Вот они, окаянные.

С т р а х о л ю д. Решил я вас помиловать!

М е л к и й  Б е с (в сторону). Что это он?

С т р а х о л ю д. Разомкните цепь.

Мелкий Бес и Баба-Яга размыкают цепь.

М е л к и й  Б е с (про себя, ворчливо). Вот дурная башка. Что он придумал?

С т р а х о л ю д. Отпущу вас домой…

М е л к и й  Б е с (про себя). Видно, в самом деле умом тронулся.

С т р а х о л ю д. А за милость вы мне услугу окажете.

Д е д. Какую?

С т р а х о л ю д. Так, безделицу. Возьмете с собой по мешку, что на полках стоят.

Д е д. Это можно! И всё?

С т р а х о л ю д. Самая малость осталась. Как в деревню придете, мешок оставьте. В город зайдете — мешок положите. Повсюду мешки эти разложите.

Д е д. Ну что же. Сделаем.

С т р а х о л ю д. Да только как уходить будете, не забудьте мешок развязать.

Д е д. Не велик труд!

С т р а х о л ю д. Вот и все, что от вас требуется.

Д е д. Берите мешки — и в дорогу.

Все подходят к тайнику.

С и н е г л а з к а (читает). Брань, вражда, раздоры, сплетни. Погоди, дедушка.

Д е д. Вот оно что! (Кладет мешок обратно.)

Соседка и Синеглазка следуют его примеру.

С т р а х о л ю д. Да я вас в тюрьме сгною!

Д е д. А стать злодеями не заставишь!

С т р а х о л ю д. Подумайте, пока время есть. Пусть каждый скажет в отдельности.

С и н е г л а з к а. Верно дедушка сказал.

С о с е д к а. Хорошо сказано.

Дед, Синеглазка и Соседка берутся за руки.

Д е д. Это наше слово последнее.

С т р а х о л ю д (в ярости). Заковать их, посадить в темницу. Чтобы не видели света белого! Не давать им ни пить, ни есть, пока не согласятся.

Д е д. Не дождешься, окаянный.

С т р а х о л ю д. Тогда так и погибнете. Ведите их.

С и н е г л а з к а. Прощай, дедушка!

Д е д. Прости, внученька, что не уберег тебя!

С о с е д к а. Прощайте, милые.

Мелкий Бес и Баба-Яга уводят пленников. Пауза. На миг наступает темнота. Слышен свист. Н и к и т а  в луче света сбрасывает платок.

Н и к и т а. Ты куда меня принес? В самое логово. (Оглядывается.) Вот царство Страхолюда. (Чешет в затылке.) Теперь надо подумать, что дальше делать. (Достает табакерку. Прислушивается.) Идет кто-то… (Накрывается платком.)

Входит  Б а б а - Я г а.

Б а б а - Я г а (замечает табакерку). Что это? (Чихает.) Ну, так и есть. Его табакерка. А где же он сам? Видно, попался к ним в руки, злодеям. А какой парень был.

Н и к и т а (появляется). Рано хоронишь меня, бабушка.

Б а б а - Я г а (про себя). Бабушкой назвал… (Никите.) Ну, долг платежом красен. Иди за мной, живее.

Н и к и т а. Погоди! Куда, зачем?

Б а б а - Я г а. Не медли! Ты меня пожалел, и я тебя спасу. Тайком выведу, платком накрою, и будешь свободен.

Н и к и т а. Постой! Не затем я сюда пришел. Должен я спасти пленников. Где они?

Б а б а - Я г а. В темнице.

Н и к и т а. Покажи дорогу.

Б а б а - Я г а. Не добраться тебе до них.

Н и к и т а. Почему?

Б а б а - Я г а. Вокруг темницы глубокий ров. А в нем воды полно.

Н и к и т а. А я вплавь.

Б а б а - Я г а. Только ногой ступишь, поднимутся волны огромные, с головой накроют. Захлебнешься и утонешь.

Н и к и т а. Авось вынырну и на ту сторону переплыву.

Б а б а - Я г а. А там еще страшнее. Встретит тебя вал огненный. Сгоришь в нем дотла.

Н и к и т а. Ежели в воде не утону, значит, и в огне не сгорю. Одно прошу — укажи дорогу.

Б а б а - Я г а. Ведь на гибель идешь. Подумай.

Н и к и т а. И думать нечего. Или друзей спасу, или сложу за них голову.

Б а б а - Я г а. Не удержать его… Вот волшебное кольцо. Оно тебя приведет к темнице. (Бросает кольцо.) Куда оно покатится, туда иди.

Н и к и т а. Спасибо тебе!

Б а б а - Я г а. Может, пока не поздно, остановишься?

Н и к и т а. А я уже пошел! Прощай! (Идет за кольцом.)

Б а б а - Я г а. Не хочу прощаться! Должны увидеться.

Н и к и т а (издали). До свиданья!.. (Уходит.)

Б а б а - Я г а. Вот ты богатырь какой! Может, и посчастливится ему! Только бы Страхолюд не узнал, что Никита задумал. (Уходит.)

Появляется  М е л к и й  Б е с.

М е л к и й  Б е с (злорадно). Узнает!.. Вот когда ты мне, Баба-Яга, попалась. За все с тобой рассчитаюсь. И колечко отберу. Побегу Страхолюду донесу.

Картина седьмая

Обстановка первой картины.

М е л к и й  Б е с. Удачи ему пожелала.

С т р а х о л ю д. Значит, предала нас Баба-Яга.

М е л к и й  Б е с. Предала, карга старая.

С т р а х о л ю д. Прикажу казнить ее.

М е л к и й  Б е с. А меня наградить.

С т р а х о л ю д. Всем по заслугам достанется.

М е л к и й  Б е с. Я уж постараюсь.

С т р а х о л ю д. Приведи Бабу-Ягу.

М е л к и й  Б е с. Рад стараться! (Идет, останавливается.) А когда за наградой.

С т р а х о л ю д. В свое время. Ступай.

М е л к и й  Б е с. Слушаюсь. (Убегает.)

С т р а х о л ю д. Ох и жаден. Найти бы слугу верного, сильного, а этого выгнать.

Мелкий Бес приводит связанную Бабу-Ягу.

М е л к и й  Б е с. Вот она!

С т р а х о л ю д. Кайся, слуга несчастная!

Б а б а - Я г а. Не слуга я больше тебе.

С т р а х о л ю д. Вот как заговорила! С чего бы это?

Б а б а - Я г а. Доброго человека встретила. Он со мной по-людски поступил. Ты погубил меня, злодей проклятый, а он спас меня.

М е л к и й  Б е с. Казнить ее?

С т р а х о л ю д. Успеется. Пусть прежде увидит, как ее спаситель лютой смертью погибнет. И мы полюбуемся. Верти кольцо.

М е л к и й  Б е с. Слушаюсь. (Поворачивает кольцо.)

В глубине сцены в белом луче прожектора  Н и к и т а.

Б а б а - Я г а. Вон какой богатырь!

С т р а х о л ю д. А волны сильнее его.

М е л к и й  Б е с. Вот он подходит. Вода поднимается.

Доносится грозный гул. Словно отблеск воды, возникает синий свет. Белый луч меркнет.

С т р а х о л ю д. Конец ему приходит.

Никита достает свирель. Гул нарастает. Синий свет становится все ярче.

М е л к и й  Б е с. Сейчас ею волны с ног собьют.

С т р а х о л ю д (насмешливо). А он на свирели собрался играть.

М е л к и й  Б е с. Не иначе как умом тронулся.

Звучит нежная певучая мелодия. Она как бы борется с грозным гулом волн. Постепенно синий свет меркнет, и снова возникает светлый луч.

С т р а х о л ю д. Что это?

М е л к и й  Б е с. Стихли волны! Он ров переходит.

Б а б а - Я г а. Давай, Никита! Давай, Никита!

М е л к и й  Б е с. На тот берег перешел.

Б а б а - Я г а. Молодец Никита. Молодец Никита!

С т р а х о л ю д. Рано радуешься!

Вой ветра. Поднимается красное зарево.

М е л к и й  Б е с. Огненный вал катится!

Багровый отсвет борется с белым.

С т р а х о л ю д. Не утонул, так сгорит!

Мечутся языки пламени. Белый луч гаснет.

М е л к и й  Б е с. Один пепел останется.

С т р а х о л ю д. Дотла сгорит. И пепла не останется.

Сквозь вой огненной бури доносится тревожная мелодия свирели.

С т р а х о л ю д. Опять на свирели играет?

М е л к и й  Б е с. Опять… Только теперь волны поднимаются.

Возникает синий отблеск волн, он борется с багровым пламенем.

Б а б а - Я г а. Давай, Никита! Никита! Давай…

С т р а х о л ю д. Заткни ей рот!

М е л к и й  Б е с. Это я мигом. (Завязывает рот Бабе-Яге.)

Свирель звучит все громче. Мечутся багровые языки пламени.

С т р а х о л ю д. Сожги его, огненный вал! Сожги!

М е л к и й  Б е с. Поднимаются волны. Огонь заливают.

С т р а х о л ю д. Замолчи, проклятый.

М е л к и й  Б е с. Я, что ли, виноват?

Гаснут огненные лучи.

С т р а х о л ю д. Цел! Невредим!

М е л к и й  Б е с. К темнице идет!

С т р а х о л ю д. Пришло время с ним расправиться. Иди убей его.

М е л к и й  Б е с. Я?! Где уж мне. Он вон какой!

С т р а х о л ю д. Придется мне самому его уничтожить.

М е л к и й  Б е с. Вот это верно. Тебе это раз плюнуть.

Раздается резкий свист. От изваяния отделяется огромная фигура Страхолюда в сером покрывале.

С т р а х о л ю д. Идем!

М е л к и й  Б е с. А я зачем? Да он только на тебя глянет — и тут же кончится.

С т р а х о л ю д. Ступай за мной.

М е л к и й  Б е с. Лучше я останусь. Ее постерегу!

С т р а х о л ю д. Никуда она не денется. Пошли! (Идет.)

Мелкий Бес неохотно семенит за ним. В лучах света по разным сторонам сцены  Н и к и т а  и  С т р а х о л ю д.

Стой!

Н и к и т а. Ну чего тебе?

С т р а х о л ю д. Знаешь, кто я?

Н и к и т а. Знать не знаю, а по виду можно сказать, что похож ты…

С т р а х о л ю д. На кого?

Н и к и т а. На пугало огородное!

М е л к и й  Б е с (неожиданно для себя хихикает). Вот сказал…

С т р а х о л ю д (Мелкому Бесу, грозно). А ты что?..

М е л к и й  Б е с (Никите). А ты что?! Да ты знаешь, что перед тобой самый могучий, самый страшный злодей? Сам Страхолюд.

Н и к и т а. Кто его боится, тому он и страшен. А мне нисколько.

С т р а х о л ю д. Значит, ты меня не испугался? Тогда давай с тобой договоримся.

Н и к и т а. У меня разговор короткий. Отпусти пленников.

С т р а х о л ю д. Нет! Вот что я тебе скажу, иди ко мне служить.

Н и к и т а. Тебе слугой быть?!

С т р а х о л ю д. Да не слугой, помощником.

Н и к и т а. Не жди!

С т р а х о л ю д. В бархате ходить будешь! Золотом осыплю.

Н и к и т а. Это мне без надобности!

С т р а х о л ю д. А чего же ты хочешь?

Н и к и т а. Перестань зло творить.

С т р а х о л ю д. Только всего?

Н и к и т а. И не меньше.

С т р а х о л ю д. Что же мне с тобой делать?

М е л к и й  Б е с. Убей его.

С т р а х о л ю д (Мелкому Бесу, тихо). Надо, чтобы он хоть на миг дрогнул. (Никите.) В последний раз тебе предлагаю… Согласен ты быть моим…

Н и к и т а (перебивает). Нет! И весь сказ!

С т р а х о л ю д. Ну, берегись! (Поднимает руку.)

Гремит гром. На Никиту летят огненные стрелы.

Н и к и т а (отмахивается). Откуда комары взялись?! Вот надоели.

Молнии гаснут.

М е л к и й  Б е с. Не испугался…

С т р а х о л ю д. Задушу его облаком ядовитым. (Размахивает рукой.)

Поднимаются клубы дыма. Окутывают Никиту.

Н и к и т а. Ох, дышать нечем. (Достает цветы. Машет.) Ну-ка, разойдись, облако! Развейся!

Дым рассеивается.

М е л к и й  Б е с. И отрава его не берет. Кончай с ним скорей!

С т р а х о л ю д. Пусть бы на миг дрогнул.

М е л к и й  Б е с. А если не дрогнет?

С т р а х о л ю д. Плохо нам будет. Должен испугаться.

Н и к и т а. А ты еще здесь? Надоел ты мне! (Достает топор.)

С т р а х о л ю д. Отними у него топор.

М е л к и й  Б е с. Слушаюсь. (Делает шаг.)

Н и к и т а. Ну, отведай первым! Расскажешь, как тебе мой топор понравился.

М е л к и й  Б е с. Ох, страшно! (Отступает.)

С т р а х о л ю д. Прощайся с жизнью. (Медленно шагает.)

Никита идет ему навстречу.

Н и к и т а. Начнем честный бой! (Поднимает топор.)

С т р а х о л ю д. Честный бой не для меня… (Отступает.)

М е л к и й  Б е с. Куда же ты?!

С т р а х о л ю д. Скорей в подземелье. Там он меня не одолеет. (Путаясь в покрывале, убегает.)

Мелкий Бес бежит за ним.

Н и к и т а. А теперь в темницу! Освобожу друзей, а потом и с ним расправлюсь.

Картина восьмая

Вбегает  С т р а х о л ю д. Скрывается в изваянии. М е л к и й  Б е с  бежит за ним.

С т р а х о л ю д. Ты куда, трус негодный?

М е л к и й  Б е с. А туда, куда и ты, мой храбрый повелитель.

С т р а х о л ю д. Не смей! Не пущу! (Толкает его.)

Голос Никиты: «Где они, окаянные?!»

Страхолюд и Мелкий Бес скрываются в изваянии.

Пауза. Входит  Н и к и т а.

Н и к и т а. Где главный злодей?

Баба-Яга указывает на изваяние.

А другой?

Баба-Яга показывает два пальца.

Оба?

Баба-Яга утвердительно машет головой. Никита подходит к изваянию.

А пусть они там и остаются. (Закрывает дверцу. Вешает замок.)

Баба-Яга жестами показывает, что они могут сбежать.

А мы замок заклепаем наглухо. (Ударяет топором по замку.) Теперь не вырвутся. А ты что слова не скажешь? Да тебя связали! (Развязывает ее.)

Б а б а - Я г а (кланяется). Спасибо тебе! Снова спас меня!

Н и к и т а. Входите, друзья, без опаски.

Входят  Д е д, С и н е г л а з к а, С о с е д к а.

Пора нам домой собираться. Становитесь рядышком.

Все становятся.

Б а б а - Я г а. А мне с ними оставаться?

Все молчат.

Так мне и надо… Я ведь Баба-Яга…

Д е д. А все-таки баба!

С о с е д к а. Женщина.

С и н е г л а з к а. Значит, заслуживает снисхождения.

Н и к и т а (улыбаясь). Ну, будь по-вашему. Становись рядом.

Б а б а - Я г а. Уж я вам отслужу.

Н и к и т а. А чтобы, значит, им не скучно было одним оставаться, мы их дружков выпустим. (Развязывает мешки.) Летите, брань, вражда, раздоры, клевета.

Из мешков с шипением поднимаются темные клубы.

Г о л о с  С т р а х о л ю д а. Караул!

Г о л о с  М е л к о г о  Б е с а. Пропадаем!

Н и к и т а. Ну, волшебный платок, послужи еще разок! Поплотнее нас укрой, унеси скорей домой.

Музыка. Темнота. Пауза. В луче света Никита, Дед, Синеглазка, Соседка, Баба-Яга.

Д е д. Вот и земля родимая.

С и н е г л а з к а (смотрит направо). Изба наша видна.

С о с е д к а (смотрит налево). И дом мой недалеко!

Н и к и т а. Значит, все по домам? Распрощаемся.

Все молча кланяются. Идут в разные стороны.

Б а б а - Я г а. Это что же получается? Я хоть Баба-Яга, а вам удивляюсь.

Все останавливаются.

Так и разойдетесь в разные стороны? А я-то думала, что друзья без доброго слова не расстанутся.

Д е д. А ведь хоть и баба, а права.

С и н е г л а з к а. Мы с дедушкой всех к себе приглашаем.

Д е д. Верно, внучка. Чайку попьем.

Н и к и т а. А я самовар поставлю.

С о с е д к а. Я на стол накрою.

С и н е г л а з к а. Пойдемте…

Все идут. Баба-Яга грустно смотрит вслед.

Н и к и т а. А ты чего ждешь?

Б а б а - Я г а (растроганная). А куда мне, Яге, костлявой ноге, старой карге…

С и н е г л а з к а (берет ее за руку). Пойдем, бабушка.

Б а б а - Я г а (растроганно). Бабушка?.. Не Ягой назвала, а бабушкой. Бабушкой.

Картина девятая

Крыльцо избы. Н и к и т а  подле самовара.

Н и к и т а. Загудел. Скоро закипит.

С и н е г л а з к а (распахивает окно. Никите). Ну, как самовар?

Н и к и т а (посмотрел на цветы). Не получается у меня…

С и н е г л а з к а (смеется). Я же тебя учила…

Н и к и т а. Забыл.

С и н е г л а з к а. Ну что ж, напомню… (Скрывается.)

Н и к и т а (смотрит на цветы). Не завяли… Может, к добру примета.

С и н е г л а з к а (выходит). Да он же гудит! Вот-вот закипит.

Н и к и т а. Не за этим я тебя звал… Вот! (Протягивает цветы.)

С и н е г л а з к а. Цветы! Синие…

Н и к и т а. Как глаза твои. Я ведь цветы тогда еще собрал.

Выходит  Б а б а - Я г а.

С и н е г л а з к а. С тех пор берег?

Н и к и т а. Да… И не увяли.

С и н е г л а з к а. А это примета добрая.

Б а б а - Я г а (наклоняется к самовару, снимает трубу). Не гуди, не мешай им.

Синеглазка берет цветы. Выходят  Д е д  и  С о с е д к а.

Д е д. Поспел самовар?

Б а б а - Я г а (не слушая). Надо скорей тесто ставить.

Д е д. Зачем?

Б а б а - Я г а (смотрит на Никиту и Синеглазку). Печь пирог свадебный.

Д е д (смотрит на Соседку). Это ты дело говоришь! (Подходит к Соседке, протягивает ей руку.) Я согласен.

Б а б а - Я г а. Так ведь пирог-то свадебный…

С о с е д к а (перебивает). И я не против. (Берет Деда за руку.)

Б а б а - Я г а (смотрит на них, потом на Синеглазку и Никиту). Два пирога придется печь…

Д е д. Эй, внучка, зови гостей на свадьбу.

С и н е г л а з к а. На свадьбу?! (Смущенно.) Что ты, дедушка?

Н и к и т а. Я согласен! А ты, Синеглазка?

С и н е г л а з к а (покорно). Ну что же… Я привыкла дедушку слушаться.

Взявшись за руки, подходят к Деду.

Д е д. И вы тоже? А мы ведь тоже!..

Б а б а - Я г а. Значит, не одну, а две свадьбы сыграем!

С и н е г л а з к а. И всех вас в гости приглашаем.

Н и к и т а. А пока всем вам доброго здоровья желаем!

Все низко кланяются.

З а н а в е с.

ЗОЛОТОЕ ПОЛЕ

Пьеса-сказка в двух действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Ф э т - Ф р у м о с — Золотые кудри.

И л я н а — Золотая коса.

П э к а л э.

С к о р п и я — ведьма.

С к о р п и о н и щ е — ее старший слуга.

С к о р п и о н — ее младший слуга.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Перекресток дорог. Неподалеку лес.

Г о л о с  П э к а л э.

Лес зеленый, лес густой!

Эй, скачи, мой конь лихой!

Верхом на палочке скачет  П э к а л э.

П э к а л э (хлещет прутом «коня»).

Я тебя не пощажу,

Тонкой плеткой угощу!

(Смотрит в зрительный зал.)

Ишь ты! Я как узнал,

коня оседлал, мигом прискакал, да

немного опоздал! Уже все собрались!

(Слезает с «коня».) Иди отдохни. (Бросает палочку на траву.) Здорово, девочки и мальчики! Здорово, прилежные! Здорово, ленивые… Чего не отвечаете? Ах, ленивых нет! Одни прилежные! Молодцы! А вы меня знаете? (Приплясывает, поет.)

Стебель тонкий, гибкий прут

Я — Пэкалэ, хитрый плут!

Я ловкач, хитрец… (Неожиданно грустно.) Да… Плут… А что поделаешь? Вам хорошо! А у нас без хитрости не проживешь. Бояре-богачи, ведьмины слуги — скорпионы у бедняка последнюю рубашку готовы снять! Вот и хитрю, ловчу, изворачиваюсь! Я любого проведу, вокруг пальца обведу! (Оглядывается.) Вот! На ловца и зверь бежит! Девушка-простушка! Эту обойти — раз плюнуть! Прикинусь-ка я добреньким… (Отходит к цветущему кусту шиповника.)

И л я н а (выходит, грустно напевая).

Лист зеленый, лист шалфея,

Кто бедняжку пожалеет?

П э к а л э. Ах ты, бедная пчелка! Запуталась в колючках! Сейчас освобожу тебя. Лети, милая!

И л я н а. Пчелку пожалел… Какой человек добрый… (Всхлипывает.)

П э к а л э (в сторону). Клюнула. Попалась на крючок… (Иляне, участливо.) Что с тобой, девушка?

И л я н а. Горе горькое. С малых лет я в неволе у Скорпии…

П э к а л э. У нашей ведьмы-царицы?

И л я н а. У нее, у злой ведьмы. Для нее день-деньской пряжу пряду…

П э к а л э. Простую рогожу?

И л я н а. Не простую… Матушка Солнышко научила меня на золотом поле пшеницу выращивать, а из соломы плести золотую пряжу…

П э к а л э (в сторону). Золотую! Есть чем поживиться! (Иляне.) Ну, дальше!

И л я н а. Не уродила этот год пшеница! Вот Скорпия и приказала, чтобы я косу свою отрезала…

П э к а л э. Зачем?..

И л я н а (снимает платок). А она у меня золотая… И велела Скорпия спрясть из нее золотую пряжу…

П э к а л э. Вот ведьма проклятая.

И л я н а. Сбежала я от нее! Ищут меня ее слуги, скорпионы страшные! Не скрыться мне… (Оглядывается.) Идут! Ох, матушка!.. (Плачет.) И деваться некуда.

П э к а л э. Нечего слезы лить! Сейчас придумаю, как их обмануть!

И л я н а. Ох! Скорпионов не проведешь!.. Их-то я знаю.

П э к а л э. Да Пэкалэ ты не знаешь! Держи! (Протягивает котомку.) Здесь мой праздничный кафтан. Переоденься! Они тебя и не узнают!

И л я н а. Не успею! Они уже близко!

П э к а л э. Ступай в лесок, а я им зубы заговорю!

И л я н а. Страшно. И меня не спасешь, и сам погибнешь.

П э к а л э. Я-то?! Не бойся! Меня не проглотят! Иди, скорей!

И л я н а (идет). Спасибо! Добрый ты человек, Пэкалэ… (Уходит.)

П э к а л э (возмущенно). Я добрый? Нет! Добрым быть выгоды нет! Хитрый — прибыльней! Вот и они! Ну, потягаемся!

Выбегают  С к о р п и о н и щ е  и  С к о р п и о н.

С к о р п и о н. Стой!

П э к а л э. Стою.

С к о р п и о н. Отвечай!

П э к а л э. Спрашивай!

С к о р п и о н. Видал?

П э к а л э. Видал.

С к о р п и о н. Кого?

П э к а л э. Ее.

С к о р п и о н. Какую?

П э к а л э. Рыжую!

С к о р п и о н. Золотую!!!

П э к а л э. Отливает золотом.

С к о р п и о н. Где она?

П э к а л э. Вон! (Показывает на дуб.)

С к о р п и о н и щ е (рявкает). Хватай!

С к о р п и о н (бросается, обхватывает дуб). Схватил!

С к о р п и о н и щ е. Веди ее!

С к о р п и о н. Не идет она!

П э к а л э. Так это не она.

С к о р п и о н и щ е. А кто?

П э к а л э. Он, дуб.

С к о р п и о н. А где ж она?

П э к а л э. В норе.

С к о р п и о н. Кто?!

П э к а л э. Лиса!

С к о р п и о н и щ е. Что за лиса?! Какая лиса?!

П э к а л э. Рыжая… (Скороговоркой.) Я сижу, она бежит, хвостом махнула, в нору нырнула. Я все гляжу. Опять бежит!

С к о р п и о н и щ е. Кто?

П э к а л э (показывает на Скорпиона). Он! Вот и все.

С к о р п и о н. И больше никого не видал?

П э к а л э. Видел и сейчас вижу.

С к о р п и о н и щ е. Где? Кого?

П э к а л э. Здесь, тебя.

С к о р п и о н и щ е. Еще кого?

П э к а л э. Ни души.

С к о р п и о н и щ е. Врешь! (Показывает на лесок.) А там кто?

П э к а л э. Там… Не скажу.

С к о р п и о н и щ е. А если я награжу?

П э к а л э. Чем?

С к о р п и о н и щ е. Монету дам…

П э к а л э. Ни за что! Две дашь?

С к о р п и о н и щ е. Три получишь!

П э к а л э. Сейчас приведу. (Идет.)

С к о р п и о н. Зачем ты три обещал?

С к о р п и о н и щ е. А я обману: ни одной не дам.

С к о р п и о н (радостно). Ведет!

П э к а л э  выводит переодетую  И л я н у.

И л я н а. Не пойду!

П э к а л э. Иди, не упрямься! (Скорпионам.) Никак не проснется. (Иляне, тихо.) Да зевай ты! Пошире рот открывай! (Громко.) Нам сейчас заплатят! Давай монеты!

С к о р п и о н и щ е. За что?

П э к а л э. Как обещал! Я ведь привел?

С к о р п и о н и щ е. Кого?

П э к а л э. Тындалэ! Я Пэкалэ, он Тындалэ! Я простак, а он сроду так. Два сапога пара! Давай три монеты! Вот мы оба два!

С к о р п и о н и щ е (свирепо). На кой черт вы мне оба сдались?!

П э к а л э. Я плясать ловок, а он еще хлеще! Эй, довольно зевать, давай плясать! (Запевает.)

Лист зеленый шелковицы.

Ну спляши-ка нам, девица!

(Пугается, закрывает рот.) Ой! Что это я!

И л я н а (выручает его. Мужским голосом поет).

Лист зеленый виноград!

Поплясать всегда я рад!

П э к а л э.

Ну, а я когда пляшу,

Я ногами дробь чешу!

Лихо пляшут.

С к о р п и о н и щ е. Ну и плясуны!

С к о р п и о н. Сами ноги ходят.

Начинают неуклюже приплясывать. Иляна и Пэкалэ хватают их, вертят в пляске. Скорпионы падают.

С к о р п и о н и щ е (поднимается). Ты что, спятил? Догонять надо, а он расплясался…

С к о р п и о н. А я на тебя глядючи!..

С к о р п и о н и щ е. Что?! Молчать! За мной! Искать!

Идут.

П э к а л э. Ай, а три монеты где? Обещал ведь.

С к о р п и о н и щ е. Обещанного три года ждут.

П э к а л э. Стой! Обманул меня, простака… Стойте!

Скорпионы убегают.

И л я н а. Спасибо тебе… (Кланяется.) За доброту…

П э к а л э. Нечего попусту болтать, время зря терять… Тебе уходить надо! Вдруг вернутся…

И л я н а (безнадежно). А куда я пойду?

П э к а л э. Видишь тропинку?

И л я н а. Вижу. Значит, по ней…

П э к а л э (перебивает). Значит, по ней не ходи! Догадаются! А сверни ты направо!

И л я н а. Направо…

П э к а л э. И сразу налево!

И л я н а. Налево.

П э к а л э. А потом…

И л я н а. Прямо?!

П э к а л э. Нет! Круг сделай и в чащу ступай… Дойдешь до избушки, в ней и спрячешься!

И л я н а. А если меня хозяин не пустит?

П э к а л э. Да он сам тебя зовет. (Кланяется.) Пожалуйте в гости!

И л я н а. Так это твоя избушка? Ну, спасибо. Побегу… (Идет.)

П э к а л э. Эй, погоди! Котомку отдай!

И л я н а. Ой! Забыла! Только свое платье достану!..

П э к а л э (забирает котомку). Некогда тебе переодеваться, беги скорей.

И л я н а. Прощай! (Убегает.)

П э к а л э (смотрит вслед). Ну, хоть платье осталось! Невелик прибыток! (Оглядывается.) Еще кого-то несет! Может, тут пожива будет? (Прячется за дерево.)

Медленно выходит  Ф э т - Ф р у м о с. С трудом делает несколько шагов, в изнеможении садится на пень.

Ф э т - Ф р у м о с. Голод замучил… За кусок хлеба ничего бы не пожалел!

П э к а л э (выглядывает из-за дерева. В сторону). А у меня целая коврига! Дорого ему продам.

Ф э т - Ф р у м о с. Голод стерплю! Пить хочется… Все бы отдал за глоток воды!

П э к а л э (так же). А у меня целая фляжка! Вот наживусь!

Ф э т - Ф р у м о с. Нет! Все вытерплю, а не сдамся.

П э к а л э (выходит из-за дерева). Ковригу хлеба, кому продам ковригу хлеба?

Фэт-Фрумос отворачивается.

(В сторону.) Ну, я тебя раздразню! (Громко.) А вот вода холодная — полная фляга!

Ф э т - Ф р у м о с. Напрасно стараешься!

П э к а л э. Отдам дешево! Себе в убыток! Хлеб пышный, свежий! (Показывает.) А вода ключевая.

Фэт-Фрумос пытается встать. В изнеможении падает.

Ф э т - Ф р у м о с (с отчаянием). Ничего у меня нет! А если хочешь на мне заработать, то верни меня обратно в тюрьму. Я из нее бежал… И получишь награду… Ну, веди.

П э к а л э. Так это я сейчас! (Ломает хлеб, дает Фэт-Фрумосу.)

Ф э т - Ф р у м о с. Сказал, что платить нечем!

П э к а л э. Мне платы не надо. Ешь! Упрямый какой! (Кормит его.) А теперь держи флягу…

Ф э т - Ф р у м о с. Не удержать мне ее! (Поднимает руки, они в кандалах.)

П э к а л э. Так ты в кандалы закован? (Хватает большой камень.)

Ф э т - Ф р у м о с (поражен). Накормил… А теперь… Ну что же, я готов. (Опускает голову.)

П э к а л э (подходит). Клади ты руки. Какой беспонятный… (Кладет ему руки на пень.)

Ф э т - Ф р у м о с. Ты что задумал?

П э к а л э. Да не говори под руку, а то зашибу! (Ударяет камнем.) Вот и сбили кандалы! Держи флягу!

Ф э т - Ф р у м о с. Спасибо…

П э к а л э. Пей, да и я глотну… Уморился! Пей еще!

Ф э т - Ф р у м о с. Ожил я. Ожил! Эх, добрый ты человек…

П э к а л э. Да не добрый я! Не добрый…

Ф э т - Ф р у м о с (не слушая). Сила возвращается! Достану меч! Освобожу Золотое поле! Уродится на нем пшеница золотая!

П э к а л э (прислушивается). Погоди! Никак, скорпионы возвращаются. Уходи!

Ф э т - Ф р у м о с. Нет! Я стану с ними биться!

П э к а л э. Куда тебе? Без оружия.

Ф э т - Ф р у м о с. В бою умереть не стыдно.

П э к а л э. А кому польза будет от твоей гибели? Они уже близко. Беги!

Ф э т - Ф р у м о с. Все равно мне не уйти!

П э к а л э (протягивает котомку). Возьми, ступай в лесок, переоденься, они тебя не узнают.

Ф э т - Ф р у м о с. Ладно. (Берет котомку, смотрит.) Чтоб я надел девичье платье? Да я лучше смерть приму.

П э к а л э. А Золотое поле? Не упрямься! В бою без хитрости нельзя! Да ты выверни его наизнанку!

Ф э т - Ф р у м о с. Хорошо. Согласен. Что? Наизнанку? Нет, не могу! (Останавливается.)

П э к а л э (в гневе). Ты что же, и меня с собою хочешь в петлю? Ведь нас вместе поймают. Отблагодарил за хлеб и воду!

Ф э т - Ф р у м о с. Иду. (Убегает в лес.)

П э к а л э (утирает лоб.) Вот упорный. Уморил. Так… Праздничный кафтан на платье обменял! А его отдал задаром! Вот и вся моя прибыль. Да хлеба нет и фляга пустая. (Шарит в кармане.) В одном кармане… пусто! Зато в другом… и вовсе ничего. Ну, в третьем… чуть поменьше, чем во втором! А вот нашел! (Достает клок шерсти.) Клок шерсти. Пригодится. (Подвязывает к лицу.) Черта с два, они меня узнают. (Берет палку, семенит старческой походкой.) Я их снова проведу!

Выбегают  с к о р п и о н ы.

С к о р п и о н и щ е. Кто там?

С к о р п и о н. Старик!

С к о р п и о н и щ е. Эй, дед, ты не видал?

П э к а л э. Пивал! Пивал! А как же…

С к о р п и о н. Не пробегала тут девка?

П э к а л э. Пиво крепкое, крепкое!

С к о р п и о н и щ е. Ты что, глухой?

П э к а л э. Дуб сухой, сухой! Дождя не было…

С к о р п и о н (хватает Пэкалэ, кричит ему на ухо). Слушай! Отвечай! А то башку сверну! Не видал ты девку?..

Вдали показывается в девичьем платье  Ф э т - Ф р у м о с.

С к о р п и о н и щ е. Брось его! Вон она…

П э к а л э (спокойно). Так вы мою внучку ищете? Так бы сразу и сказали… Эй, Марица!

Фэт-Фрумос срывает с дерева орехи и бросает.

С к о р п и о н. Ой, прямо в лоб!

П э к а л э. Она у меня ловкая.

С к о р п и о н и щ е. Ах! Прямо в глаз!

П э к а л э. Она у меня меткая! Ох! И мне досталось!

С к о р п и о н. Перестань!.. Ой, прямо в нос!

С к о р п и о н и щ е. Ой, больно! Не смей, негодная!

П э к а л э. Никого не послушает! Такая озорница!

С к о р п и о н. Вот я тебя сейчас!..

С к о р п и о н и щ е (перебивает). Нечего зря время терять! Надо искать Золотую косу. За мной! (Идет.)

С к о р п и о н. Жаль, что нам некогда.

П э к а л э. Ох, как жаль, что с внученькой не познакомились.

С к о р п и о н (трет синяки). Да провались ты с ней вместе.

Скорпионы убегают.

П э к а л э. Иди сюда, милая внученька. Ох и хороша!

Ф э т - Ф р у м о с. Сам велел: наизнанку.

Хохочут. Внезапно раздается вой, скрежет. Он звучит все громче.

П э к а л э (тревожно). Скорпия… Царица…

Ф э т - Ф р у м о с. Она… Злющая ведьма…

Г о л о с  С к о р п и и. Слуги мои, скорпионы ядовитые! Из темницы бежал мой заклятый враг. Беглеца немедля изловите. Ядом напоите до смерти!

П э к а л э. Скорпионам радость.

Г о л о с  С к о р п и и. Кто его скрывает, того погубить, кто выдаст, того щедро наградить!

П э к а л э. Сразу разбогатеть можно!

Г о л о с  С к о р п и и. Ищите Золотые кудри! Поймайте Фэт-Фрумоса!.. Убейте… (Воет.)

П э к а л э. Фэт-Фрумос!.. Слыхал я о нем!

Ф э т - Ф р у м о с. А теперь посмотри на него! (Снимает с головы платок.)

П э к а л э (поражен). Золотые кудри?!

Ф э т - Ф р у м о с. Я Фэт-Фрумос — Золотые кудри!

П э к а л э. Сын Золотого поля. Оно когда-то кормило народ золотым зерном!

Ф э т - Ф р у м о с. Давным-давно завладела Золотым полем ведьма Скорпия. Погубила его. Меня совсем малого заточила в тюрьму. Теперь вырвался, освобожу Золотое поле, засею его золотым зерном.

П э к а л э. Вот этого Скорпия и боится. Ишь, бесится! Обещает за тебя награду.

Ф э т - Ф р у м о с. Разбогатеть думаешь?! Предать меня хочешь?

П э к а л э. Нет! Хочу, чтобы Золотое поле опять народ кормило.

Ф э т - Ф р у м о с. Тогда помоги мне.

П э к а л э. Говори! Все сделаю!

Ф э т - Ф р у м о с. Надо мне дождаться ночи! В темноте я доберусь до камня, под которым хранится волшебный меч. Только с ним можно одолеть врагов!

П э к а л э. Да, надо тебе скрыться. Видишь тропинку? Не ходи по ней! Сверни направо и тут же налево, потом прямо. Кругом себя обернешься, зайдешь в чащу, найдешь избушку. Там пробудешь до вечера.

Ф э т - Ф р у м о с. Ну что же, спасибо, Пэкалэ!..

П э к а л э. В избушке встретишь Тындалэ, скажешь Ему, что прислал тебя Пэкалэ. (Прислушивается.) Идут. Беги!

Ф э т - Ф р у м о с. Прощай, Пэкалэ. (Идет.)

П э к а л э (вслед). Только знай, что Тындалэ совсем не… (Оглядывается.) Скорей!

Фэт-Фрумос скрывается. Выбегает  С к о р п и о н. Набрасывается на Пэкалэ. Тот падает. Скорпион обыскивает его. Хватает клок шерсти.

С к о р п и о н (радостно). Вот они, Золотые кудри! Поймал!

П э к а л э. Держи крепче! Тащи скорей!

С к о р п и о н (бежит). Получу награду. (Смотрит.) Это что?! (Останавливается.) Так это клок шерсти?

П э к а л э. А ты что, хотел всю овцу!

С к о р п и о н. Ух, опять ты! Снимай сапоги, кушак, шапку!.. Живей, а то укушу! Отравлю!

Пэкалэ покорно снимает с себя сапоги, кушак, шапку.

Вот так! С паршивой овцы хоть шерсти клок! Будь здоров. (Убегает.)

Пэкалэ оглядывает себя.

П э к а л э (грустно напевает).

Лист зеленый, абрикос!

А я снова гол и бос!

Нет, надо повеселей!..

Лес густой, зеленый дол,

А я снова бос и гол!

Весело не получается! А чего мне горевать?! Ну, потерял я все свое добро!.. Жалко, что говорить… Зато живую душу спас! Да не одну, а две. (Приплясывает.)

Цвет душистый, абрикос,

А я весел, хоть и бос!

Картина вторая

Избушка в лесу. За столом, задумавшись, сидит  И л я н а.

Г о л о с  Ф э т - Ф р у м о с а. Ау! Ау!

И л я н а (очнулась). Чей-то голос? Страшно!

Г о л о с  Ф э т - Ф р у м о с а (ближе). Эй, отзовись, Тындалэ!

И л я н а. Тындалэ! А кто это?

Ф э т - Ф р у м о с (за окном). Эй, Тындалэ, меня прислал Пэкалэ!

И л я н а. Пэкалэ я знаю! Ну а Тындалэ? Кто знает, кто он? Кто скажет, где он? Здесь?! Кто, я?! Ну да! Я и забыла! Конечно, я Тындалэ… Тындалэ я… Тындалэ… (Подходит к окну. Своим голосом.) Он здесь! Ой, что же я! (Низким голосом.) Я тут, входи в избу, гостем будешь!

Ф э т - Ф р у м о с (входит). Здравствуй, Тындалэ…

И л я н а. Здравствуй… Так ты гостья, а не гость. А по голосу…

Ф э т - Ф р у м о с (перебивает, высоким голосом). Это издали так кажется.

И л я н а (подозрительно). Значит, тебя прислал…

Ф э т - Ф р у м о с. Пэкалэ.

И л я н а. Садись к столу, гостем… гостьей будешь.

Ф э т - Ф р у м о с (кланяется). Спасибо, хозяин.

Садятся, с любопытством смотрят друг на друга.

И л я н а. Прости, угостить тебя не могу… Картошка сырая — не на чем сварить. Тесто замешено — негде спечь!

Ф э т - Ф р у м о с. А в печи?

И л я н а. Где дрова взять?

Ф э т - Ф р у м о с. Наколоть!

И л я н а. Колоды здоровые. Топор тяжелый.

Ф э т - Ф р у м о с. Сейчас нарублю! (Идет.)

И л я н а. Да разве это женское дело…

Ф э т - Ф р у м о с. А я ко всякой работе дома приучена. Попробую! (Уходит.)

И л я н а. Может, она справится… Надо быстрее картошки начистить. (Чистит картошку, смотрит в окно.) Ловко у нее получается.

С большой вязанкой дров входит  Ф э т - Ф р у м о с.

Ф э т - Ф р у м о с. Принимай, Тындалэ! (Сваливает дрова.)

И л я н а. Молодец! Ну, я печь растоплю, а ты займись тестом, лепешек напечем.

Фэт-Фрумос подходит к кадке с тестом. Чешет в затылке. Иляна пытается поднять дрова.

Ф э т - Ф р у м о с. Чего с ним делать?

И л я н а. Ну и поленья! Не поднять…

Ф э т - Ф р у м о с (радостно). Давай я печь растоплю!

И л я н а (так же). А я тесто раскатаю!

Фэт-Фрумос ловко складывает дрова в печь. Растапливает. Иляна быстро раскатывает лепешки. В печи разгорается огонь.

Ф э т - Ф р у м о с. Готово!

И л я н а. Ставь в печь.

Фэт-Фрумос неловко берет котел.

Экая ты неловкая!.. (Ставит котел в печь. Кладет лепешки.)

Ф э т - Ф р у м о с. Подождем.

Садятся. Слышен далекий вой.

(В сторону.) Опять, проклятая, завыла…

И л я н а (в сторону). Страшно как ведьма воет.

Вой все громче и громче.

Ф э т - Ф р у м о с. Ах, огонь в печи гаснет…

И л я н а. А ты не бойся…

Ф э т - Ф р у м о с. Я-то не боюсь… А вот ты побледнел!

И л я н а. А ты ногами стучишь. Дрожишь, что ли?

Ф э т - Ф р у м о с (в сторону). Ненависть меня бьет. Да ведь ему об этом не скажешь… (Иляне.) Это я от радости…

И л я н а. Чему же ты радуешься?

Ф э т - Ф р у м о с. Что здорова наша царица! (В сторону.) Чтобы она провалилась!

И л я н а (в сторону). Вот какова птица! С ней надо держать ухо востро… (Фэт-Фрумосу.) А голосок какой! Слушать сладко!

В и з г л и в ы й  г о л о с  С к о р п и и. Эй, скорпионы! Эй, лодыри! Время ждет, а вы не ведете Фэт-Фрумоса! Где Золотые кудри? Вот я вас! Где Иляна — Золотая коса? Почему ее не поймали! Эй, людишки! Кто увидит, как Золотые кудри блестят, или заметит, как Золотая коса сверкнет, пусть немедля нам шепнет! Наградим богато!

Ф э т - Ф р у м о с (в сторону). Это ему сладко слушать? Испытаю его. (Иляне.) Слыхал? Награду можно получить…

И л я н а. Слыхал… (В сторону.) Злодейка! Неужто ее Пэкалэ прислал? (Фэт-Фрумосу.) Да, и сразу разбогатеешь!

Ф э т - Ф р у м о с (в сторону). Вот жадный какой! Эх… так бы тебя… (Сдерживается. Иляне.) Картошка готова! (Идет к печке.)

И л я н а (неприязненно). Ешь…

Ф э т - Ф р у м о с. И лепешки испеклись… Ох, слюнки текут.

И л я н а (в сторону, с ненавистью). Там Золотые кудри гибнут, а ей… (Фэт-Фрумосу.) На! (Достает картошку, лепешку, ставит на стол.)

Ф э т - Ф р у м о с (с жадностью ест). Ох и вкусно! Разбогатею, три раза в день так есть буду…

И л я н а (в сторону). Разбогатею. Вот она о чем думает! Что же мне делать?

Ф э т - Ф р у м о с (зевает). Сытость что делает. В сон клонит. (Кладет голову на стол.) Немного посплю… А стемнеет — пойду искать… (Засыпает.)

И л я н а (в ужасе). «Пойду искать». А вдруг найдет? И погибнут Золотые кудри… Нет! Никуда ты не пойдешь! (Берет топор. Подходит к спящему Фэт-Фрумосу.) Страшно загубить живую душу! (Опускает топор.) А надо! Ведь она предаст! (Поднимает топор.) Награды захотела? Что ж, получай! (Замахивается.)

Фэт-Фрумос во сне поворачивается. С головы его падает платок.

(Застывает. В удивлении тихо произносит.) Золотые кудри… (Радостно.) Фэт-Фрумос — Золотые кудри!

Ф э т - Ф р у м о с (просыпается). Я Фэт-Фрумос. (Видит Иляну с поднятым топором.) Так вот ты какой, Тындалэ. (Вскакивает.) Ну, еще посмотрим, чья возьмет! (Хватает стул.) Сейчас я тебя…

И л я н а. Да посмотри ты на меня! (Снимает с головы шапку, падает золотая коса.)

Фэт-Фрумос в изумлении застывает.

Ф э т - Ф р у м о с. Золотая коса? (Опускает стул.) Иляна-краса — Золотая коса! Ты?

И л я н а. Я… Ой, сердце замерло… (Опускает руки.)

Фэт-Фрумос усаживает ее. Иляна опускает голову.

Ф э т - Ф р у м о с. Очнись! Выпей воды…

И л я н а (вскакивает). Ах! Ведь я тебя чуть… (Закрывает лицо.) Вспомнить страшно… Как я тебя не узнала? Ведь матушка Солнышко мне говорила о тебе.

Ф э т - Ф р у м о с. И мне Золотое поле о тебе рассказывало. Не узнать тебя в кафтане…

И л я н а. А тебя в платье.

Ф э т - Ф р у м о с. Давай скорей меняться! Держи! (Отдает платок.)

И л я н а. На! (Отдает шапку.)

Иляна берет платок, идет за печь. Фэт-Фрумос с шапкой уходит в сени. Через сцену летит одежда, которой они меняются.

Ф э т - Ф р у м о с. Только сейчас понял, о чем хотел меня Пэкалэ предупредить, когда сказал: «Только Тындалэ этот совсем…»

И л я н а (выходит). Не Тындалэ.

Ф э т - Ф р у м о с. А Иляна — Золотая коса! Здравствуй!

И л я н а. Здравствуй, Фэт-Фрумос — Золотые кудри.

Ф э т - Ф р у м о с. И прощай! Мне пора идти.

И л я н а. Далеко?

Ф э т - Ф р у м о с. Достану волшебный меч и вернусь к рассвету… А когда ночь опять наступит, буду сражаться, чтобы освободить Золотое поле!

И л я н а. Меч достанешь, а кольчугу тоже?

Ф э т - Ф р у м о с. Нет у меня моей золотой кольчуги, ведьма ее отняла.

И л я н а. Была б у меня золотая пряжа, закалила бы я ее на жарком огне и сплела бы тебе золотую кольчугу.

Ф э т - Ф р у м о с. Не грусти! На нет и суда нет… Ну, прощай, Иляна!

И л я н а.

Лист зеленый молочая,

Счастья я тебе желаю.

Ф э т - Ф р у м о с.

Лист узорный, цвет каштана,

Я вернусь с мечом, Иляна!

(Уходит.)

И л я н а (смотрит ему вслед).

Одуванчик на лугу,

И тебе я помогу.

(В задумчивости переплетает косу.)

Сад зеленый весь в цвету,

И кольчугу я сплету!

Картина третья

Серый занавес. На нем угадываются силуэты летучей мыши, жабы, огромной совы. Сумрачно. Осторожно входит  С к о р п и о н и щ е, останавливается. Оглядывается.

С к о р п и о н и щ е (тихо). Входи!

Опасливо входит  С к о р п и о н.

С к о р п и о н. Ох, жутко!

С к о р п и о н и щ е. Стой!

С к о р п и о н (останавливается). Замер!

С к о р п и о н и щ е. Покои нашей царицы.

С к о р п и о н. Ох, страшно.

С к о р п и о н и щ е. Так и должно быть. Я давно сюда допущен, и то хожу с опаской.

С к о р п и о н. А мне-то каково?.. В первый-то раз?

С к о р п и о н и щ е. Приготовься! Пароль помнишь?

С к о р п и о н. Помню.

С к о р п и о н и щ е. Говори!

С к о р п и о н. Забыл…

С к о р п и о н и щ е. Что?

С к о р п и о н (дрожит). Па-па… Па… па…

С к о р п и о н и щ е. Зачем тебе папа? Ты бы еще маму позвал!

С к о р п и о н. Па-па… За-за… За-за-был… Па-пароль.

С к о р п и о н и щ е. Болван!

Угрожающе квакает жаба.

Снимут нам головы! Повторяй за мной. Скорпия всех сильней.

С к о р п и о н. Скорпия всех сильней!

С к о р п и о н и щ е. Скорпия всех страшней!

С к о р п и о н (радостно). Вспомнил! Скорпия всех страшней!

С к о р п и о н и щ е. Ее власть…

С к о р п и о н (подхватывает). Ее власть на века! Ка-ка-ка!

С к о р п и о н и щ е. Бестолковый!.. Ква-ква-ква!

С к о р п и о н. Ква-ква-ква!

Отзывается жаба.

С к о р п и о н и щ е. Дозволено! Пошли!

Идут. Останавливаются посередине. Зажигаются глаза у совы. Скорпионище падает на колени.

С к о р п и о н (восхищенно). Вот здорово!

С к о р п и о н и щ е (шипит). А ты что столбом стоишь?

С к о р п и о н. А что?

С к о р п и о н и щ е (злобно). Опять забыл? (Дергает его.) На колени!

Скорпион падает на колени. Пищит летучая мышь, квакает жаба, ухает сова. Властный хриплый голос Скорпии: «С чем пришли, скорпионы! Поймали пленника? Ведите!..»

Ловим его, царица, ловим!

З л о р а д н ы й  г о л о с  С к о р п и и. Служанку привели, нашли Иляну?..

С к о р п и о н и щ е. Ищем ее, царица, ищем!

Г р о з н ы й  г о л о с  С к о р п и и. Вот вы как стараетесь?! Ах вы лодыри! Бездельники! Казню вас! Не помилую! Эй, железные жернова! Поворачивайтесь!

Слышен лязг и скрежет.

Раздробите ослушников! Смелите их в мелкую пыль.

Лязг и скрежет звучат громче.

Чего стоите? Ступайте! Моя мельница вас ждет. (Хрипло хохочет.)

С к о р п и о н и щ е. Мы готовы, царица! Пошли!

С к о р п и о н. Я не пойду! Я ведь первый раз…

С к о р п и о н и щ е (ласково). Не упрямься! Если угодно царице…

С к о р п и о н (жалобно). Не хочу в мелкую пыль!..

С к о р п и о н и щ е. А в крупную, думаешь, лучше?

С к о р п и о н. Все равно! Не хочу в жернова!

С к о р п и о н и щ е. А я с радостью! Шагай, шагай! (Тянет упирающегося Скорпиона.)

С к о р п и о н. Пожалей меня!..

С к о р п и о н и щ е. Жалею я… Жалко мне…

Г о л о с  С к о р п и и. Негодные! Меня огорчаете, а себя жалеете…

С к о р п и о н и щ е (будто не слыша). Жалею моих шпионов, лазутчиков! В деревнях и домах, на дорогах и в лесах притаились и следят, мои шпиончики-лазутчики! Если беглых выследят, кому доносы доносить будут! Ну что же… Царице, видно, лучше знать! Пошли в жернова! (Идет, толкая перед собой Скорпиона.)

Г о л о с  С к о р п и и. Погодите.

С к о р п и о н (с надеждой). Слышишь?

С к о р п и о н и щ е (будто не слыша). Идем, идем пылью становиться…

Г о л о с  С к о р п и и (в раздумье). Шпионов, лазутчиков сюда не пустишь… А без доносов не обойтись. Ничего не поделаешь! Стойте! (Милостиво.) Я вас прощаю!

Скорпионы низко кланяются.

С к о р п и о н и щ е. Благодарим, царица.

Г о л о с  С к о р п и и. Чем отплатите за мою милость?

С к о р п и о н и щ е. Делом! Вокруг Золотого поля разбросаем острые камни. Фэт-Фрумос туда придет, перелезть не сможет, ноги сломает.

Г о л о с  С к о р п и и. Хорошо придумал.

С к о р п и о н и щ е. Стараюсь.

Г о л о с  С к о р п и и (перебивает). Только этого мало, мало!

С к о р п и о н и щ е. За холмом хитрую пушку спрячем. Вылетит из нее чугунное ядро! Ударит прямо в грудь Фэт-Фрумосу!

С к о р п и о н (визжит от радости). И убьет его насмерть!

Г о л о с  С к о р п и и. Умно придумал! Но и этого мало. Пусть наш огненный дракон пошлет свое пламя прямо в голову Фэт-Фрумосу.

С к о р п и о н. И сожжет его золотые кудри.

Г о л о с  С к о р п и и. Всего превратит в пепел! Вот когда я успокоюсь! Слышали, что я приказываю?

С к о р п и о н и щ е. Мудро!

С к о р п и о н (тихо). Скорпия…

С к о р п и о н и щ е (подхватывает). Всех мудрей.

С к о р п и о н. Ее мудрость на века…

С к о р п и о н и щ е. Ка-ка-ка!

С к о р п и о н (толкает его). Ты что? Ква-ква-ква!

С к о р п и о н и щ е. Голову потеряешь — ква-ква-ква!

Вой, свист.

С к о р п и о н. Улетела! Ну и натерпелись страху!

С к о р п и о н и щ е. Всякое бывало. А чтобы так гневалась! Такого не было, это все Фэт-Фрумос.

С к о р п и о н. А голоса у нее разные! И один страшней другого! Слушать ее ужасно! А если увидеть! Подумать страшно!

С к о р п и о н и щ е. Прикуси язык!

С к о р п и о н. Неужто и лица меняет?

С к о р п и о н и щ е. А как же? Одно свирепее другого! Пойдем.

Идут.

С к о р п и о н. Умрешь от страху… А ростом! Вот!

С к о р п и о н и щ е. Великанша!..

С к о р п и о н. Великанша!

Уходят. Из-за серого занавеса появляется голова маленькой  с т а р у ш к и. Хихикая, она смотрит вслед уходящим скорпионам. Мелкими шажками выходит на середину.

С к о р п и я. Вот и не великанша я, а боятся меня! (Подходит к сундуку.) Хорошо, что есть у меня голоса дьявольские, надо их похвалить. (Поворачивает ключ.)

Раздается вой, скрежет, отрывки фраз.

Жестокие голоса! Страшные голоса! Пусть побольше вас слушают! (Поворачивает ключ.)

Зажигаются глаза совы.

Ай, что блеснуло?! Что сверкнуло! Ой! Вдруг Золотые кудри? Или Золотая коса! Страшно! Не троньте меня.

Кричит сова.

Ах, это ты, сова негодная, меня пугаешь?! Вот я тебя! (Вонзает нож в сову.)

Сова замолкает. Глаза ее тухнут.

Будешь знать! Руки, ноги дрожат. Ну ничего. Скоро сгинут Золотые кудри и Золотая коса. Стану я владеть Золотым полем. А уж тогда… Уж если я захочу — всех ногами затопчу. (Приплясывая, топчет ногами воображаемых врагов.)

Хоть худа и невысо́ка,

Зато нравом я жесто́ка!

Хоть мала я и тонка,

Зато власть велика!

Всех затопчу! И того и этого!

И вот тех! И вот этих!

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина четвертая

Обстановка третьей картины. И л я н а  у окна. Вешает за окно золотую кольчугу.

И л я н а. Матушка Солнышко, пришли мне братьев моих!

В окно ударяют солнечные лучи.

Солнечные лучи, закалите жаром золотую кольчугу! Пусть защитит она Фэт-Фрумоса. Пусть она блеском ослепит врагов Фэт-Фрумоса! (Оставляет кольчугу. Хлопочет у печи.)

Пауза. Входит  П э к а л э. Останавливается у порога. Иляна его не замечает.

П э к а л э (удивленно). Вот так так! Девичье платье надел, к печи потянуло! (Смеется.) Эй, брат, я вижу, ты и в самом деле бабой стал?

И л я н а. Кто там? (Оборачивается.)

П э к а л э. Я! Ох! А ты кто?

И л я н а. Не узнал?

П э к а л э. А где Тындалэ?

И л я н а. Был Тындалэ, да весь вышел!

П э к а л э. А Пэкалэ где?

И л я н а. На пороге стоит!

П э к а л э. Так это ж я на пороге.

И л я н а. А ты кто?

П э к а л э. С утра был Пэкалэ, а теперь уж не знаю… Ну, Тындалэ нет, а она где?

И л я н а. А вот она я!

П э к а л э. Нет, где та она, которая он?

И л я н а. Та она стал он.

П э к а л э. Он, она, оно, они. Совсем меня заморочила!

И л я н а. А ты бы кругом не ходил, а прямо спросил.

П э к а л э. А ты знаешь?

И л я н а. Что?

П э к а л э. То, что я спросить хочу.

И л я н а. А что ты спросить хочешь?

П э к а л э. Ну, это самое.

И л я н а. Да что мы друг от друга скрываемся… Ты мне веришь?

П э к а л э. Верю, а ты мне?

И л я н а. И я тебе. Так вот, приходил Фэт-Фрумос…

П э к а л э. …Золотые кудри! И вы одеждой поменялись!

И л я н а. Наконец-то догадался.

П э к а л э. Где же он?

И л я н а. Пошел за волшебным мечом. Хочет освободить Золотое поле.

П э к а л э. Надо ему сил набраться. Трудно ему придется…

И л я н а. Вот жду его. Накормлю, напою.

П э к а л э. И у меня найдется чем угостить! Остригли меня, как овцу, а я опять шерстью оброс! Вишь какой!

И л я н а. И сам хорош!

П э к а л э. А сапоги?

И л я н а. И сапоги хороши!

П э к а л э. Лучше некуда — железом подбиты.

И л я н а. Сносу не будет.

П э к а л э. Больно тяжелы, ногу не поднимешь. А угощение мое такое: мед душистый, золотистый, брынзы кусок, мамалыги горшок.

И л я н а. Где же ты все достал?

П э к а л э. На базаре.

И л я н а. Как же тебе удалось?

П э к а л э. А я ловкий да поворотливый. Мужику коней напоил, мешки на воз навалил — кувшин меда получил, деду козу помог продать — он сапоги мне подарил, бабке петуха продал — она мне мамалыги горшок дала. А вот как брынзы кусок получил — я и сам забыл.

И л я н а. Молодец!

П э к а л э (глядит в окно). Что это за окном сияет-сверкает? (Подходит, смотрит.) Кольчуга! Да золотая, да звенит, да закаленная! Откуда же она взялась?

И л я н а. Я сплела.

П э к а л э. Ты? Из чего? Как же ты сумела?

И л я н а. А у меня помощница была…

П э к а л э. Кто же она?

Издали голос  Ф э т - Ф р у м о с а: «Золотая коса! Иляна!»

И л я н а. Он, Фэт-Фрумос!

П э к а л э. Иди, Золотая коса, встречай Золотые кудри.

Иляна туго завязывает платок, идет к порогу. Входит  Ф э т - Ф р у м о с  с мечом.

Ф э т - Ф р у м о с.

Лист узорный, цвет каштана,

Видишь — меч со мной, Иляна!

И л я н а. С ним отвоюешь ты Золотое поле! (Кланяется.)

Ф э т - Ф р у м о с (замечает Пэкалэ). Брат Пэкалэ! Выручил ты нас. (Обнимает его.)

И л я н а. Пожалуйте к столу! Сейчас накормлю.

П э к а л э. А я напою.

Ф э т - Ф р у м о с. Спасибо. Не могу. Пора в путь-дорогу. Ждет меня Золотое поле!

П э к а л э. Далекий путь! А сапоги-то у тебя худые! Возьми эти. Но только тяжелые они.

Ф э т - Ф р у м о с (подбрасывает сапог). Тяжелые? Да они легче пуха.

П э к а л э. Надевай! А мне мои отдай.

Ф э т - Ф р у м о с. Вот это скороходы! Одел меня богато.

П э к а л э. Иляна припасла одежду побогаче.

Ф э т - Ф р у м о с (смеется). Хватит! Походил в девичьем платье, да еще наизнанку.

И л я н а (подает кольчугу). А ты надень, она не для девицы.

Ф э т - Ф р у м о с. Кольчуга? Золотая! Глазам не верю.

Иляна и Пэкалэ помогают ему надеть кольчугу.

Скажи, где ж ты ее достала?

И л я н а. С детства научилась прясть золотую пряжу, вот умение и пригодилось.

П э к а л э. Откуда же ты взяла золотую пряжу?

И л я н а (не отвечая). Храни, кольчуга, Фэт-Фрумоса в бою!

Ф э т - Ф р у м о с. Мне пора!

П э к а л э. Мы с тобой.

Ф э т - Ф р у м о с. Положено мне одному на бой идти, прощайте!

П э к а л э. Прощай! Счастливый путь!

И л я н а. Возвращайся! Мы будем ждать!

Ф э т - Ф р у м о с (идет. Останавливается на пороге). Иляна, дай мне на память прядь твоих волос. Они мне принесут удачу.

Иляна отворачивается.

Не хочешь! Ну что ж. Дай хоть взглянуть на прощанье на Золотую косу!

Иляна в смущении отходит к окну.

Прости, верно, я не заслужил.

П э к а л э (догадывается). Прядь волос!.. Золотая коса… Да она у тебя, Фэт-Фрумос!

Ф э т - Ф р у м о с (удивленно). У меня Золотая коса?

П э к а л э. На тебе! Она же сплела кольчугу из своих волос!

Ф э т - Ф р у м о с. Иляна! Это правда, сердце золотое?

Иляна смущенно опускает голову.

(Становится на колено, снимает платок. Целует стриженую голову Иляны.) Каждым золотым волоском клянусь, что буду биться до конца за Золотое поле!

Фэт-Фрумос идет. Иляна и Пэкалэ смотрят вслед.

Картина пятая

Пригорок. С к о р п и о н и щ е  осматривает будущее поле боя.

С к о р п и о н и щ е. Все сделали?

С к о р п и о н. Все, как приказано!

С к о р п и о н и щ е. Камни?

С к о р п и о н. Глыбы с острыми краями! Везде разбросали. Не пройдет, сломает ноги!

С к о р п и о н и щ е. Чугунное ядро?

С к о р п и о н. Вон, за холмом, ударит в грудь — и насмерть!

С к о р п и о н и щ е. Дракон?

С к о р п и о н. Разжигает пламя. Пошлет огненную стрелу — и в пепел.

С к о р п и о н и щ е. Хорошо. Еще что сделали?

С к о р п и о н. Шпионы шпионят, доносчики доносят. Как появится Фэт-Фрумос, сейчас же скажут.

С к о р п и о н и щ е (смеется). Подпалим Золотые кудри.

С к о р п и о н. Срежем вместе с головой.

С к о р п и о н и щ е. И Скорпия меня наградит!

С к о р п и о н. А я?

С к о р п и о н и щ е. И тебе перепадет.

С к о р п и о н. Что?

С к о р п и о н и щ е. Кое-что!

С к о р п и о н (ворчит). Стараешься, бьешься, а тебе «кое-что».

С к о р п и о н и щ е. Ты чего бурчишь, недоволен?

С к о р п и о н. А на что мне кое-что?

С к о р п и о н и щ е. А что бы ты хотел?

С к о р п и о н. Награды! Как и тебе!

С к о р п и о н и щ е. А ты кто такой?

С к о р п и о н. Скорпион!

С к о р п и о н и щ е. А я?

С к о р п и о н. Скорпионище!

С к о р п и о н и щ е. То-то! «Ище»! А ты еще без «ище»! Скорпион! Пока будешь Скорпион «ище», подождешь еще!

С к о р п и о н. И долго?

С к о р п и о н и щ е. Вот покончим с Фэт-Фрумосом, представлю тебя на повышение.

С к о р п и о н. Получу «ище». Стану Скорпионище!

С к о р п и о н и щ е. Еще до «ище» далеко! Жив еще Фэт-Фрумос…

С к о р п и о н. Как появится — тут ему и конец!

Сумрак прорезывается лучами зарницы.

С к о р п и о н и щ е. Что блеснуло?

С к о р п и о н. Что сверкнуло?

С к о р п и о н и щ е. Ничего не вижу…

С к о р п и о н. Показалось.

Зарница светит ярче.

С к о р п и о н и щ е. Ой! Глаза режет!

С к о р п и о н. Будто ножом.

Г о л о с  Ф э т - Ф р у м о с а.

Лист зеленый чабреца!

Буду биться до конца!

С к о р п и о н. Это сверкают золотые кудри.

С к о р п и о н и щ е. И блестит золотая кольчуга!

С к о р п и о н. У него в руках волшебный меч.

С к о р п и о н и щ е. Он подходит к камням.

С к о р п и о н (злорадно). Прыгает! Сейчас ноги разобьет.

С к о р п и о н и щ е. Разбил?

С к о р п и о н. Разбил.

С к о р п и о н и щ е. Ногу?

С к о р п и о н. Нет!

С к о р п и о н и щ е. Обе?

С к о р п и о н. Нет!.. Камень разбил. А сам Фэт-Фрумос дальше идет.

С к о р п и о н и щ е. Сейчас разобьется.

С к о р п и о н. Уже! Пополам.

С к о р п и о н и щ е (радостно). Готов Фэт-Фрумос, разбился…

С к о р п и о н. Камень последний разбился. А Фэт-Фрумос дальше шагает.

С к о р п и о н и щ е. Да что, у него ноги, что ли, железные?

С к о р п и о н. Не знаю!.. Ох, Фэт-Фрумос к нам подходит!

С к о р п и о н и щ е. Беги!

С к о р п и о н. Уже! (Прячется.)

С к о р п и о н и щ е. Ты что?

С к о р п и о н. Спрятался.

С к о р п и о н и щ е. Я тебя!.. Беги запускать ядро. Как он грудью повернется, я крикну.

С к о р п и о н. И прямо в грудь ему ядро. И конец. (Убегает.)

Скорпионище прячется. Выходит  Ф э т - Ф р у м о с.

Ф э т - Ф р у м о с. Пригодились железные сапоги! Опять Пэкалэ выручил. (Останавливается, оглядывается.) Вот оно, Золотое поле. Заросло сорняком, будто ржавчиной.

С к о р п и о н и щ е (выглядывает). Что это он грудью никак не поворачивается.

Ф э т - Ф р у м о с. Вырвем сорняки, вспашем поле, засеем золотым зерном.

С к о р п и о н и щ е (злорадно). Поворачивается! Грудью становится… Еще чуть, чуть-чуть повернись.

Ф э т - Ф р у м о с. Заколосится золотая пшеница, соберем урожай, накормим народ.

С к о р п и о н и щ е. Не бывать этому! (Кричит.) Повернулся! Пали! Пали!

Грохот взрыва. Прямо в Фэт-Фрумоса летит ядро. Фэт-Фрумос принимает его на грудь, ловит.

Ф э т - Ф р у м о с. Горячо меня кто-то встречает… А я в долгу не останусь. Прими свой подарок обратно. (Бросает ядро туда, откуда оно прилетело.)

Грохочет взрыв.

С к о р п и о н и щ е. Цел остался. Ну ничего. Сейчас огненный дракон его прикончит! Эй, дракон!

Возникает яркий багровый луч.

Расплавь кольчугу и сожги Фэт-Фрумоса.

Луч настигает Фэт-Фрумоса. Он пытается уйти. Луч упорно следует за ним. Фэт-Фрумос мечом рубит его. Луч разгорается все ярче, упирается в кольчугу, скользит по ней и… гаснет.

Ф э т - Ф р у м о с. Спасла меня Золотая коса! Спасибо, Иляна. А теперь, дракон, я с тобой посчитаюсь! (Подняв меч, идет.) Доберусь до тебя! (Уходит.)

Бежит испуганный  С к о р п и о н.

С к о р п и о н. Все пропало! Надо спасаться!

С к о р п и о н и щ е. Струсил, Скорпион! Не выйдет из тебя Скорпионище…

С к о р п и о н. Тут до «ище» пропадешь… Ты что, не видал?

С к о р п и о н и щ е (спокойно). Ну что удивительного! Если бы не кольчуга золотая.

С к о р п и о н. А сила-то у него — богатырская? Эх! Бежать надо.

С к о р п и о н и щ е. Молчать. У меня есть тайное средство. Знаю, как погубить Фэт-Фрумоса.

С к о р п и о н. Ой! Правда?

С к о р п и о н и щ е. Я спущусь в пещеру. Разбужу страшных ядовитых змей. Скажу им, что Скорпия приказала уничтожить Фэт-Фрумоса. Змеи его задавят и ядом отравят.

С к о р п и о н. А если он с ними справится?

С к о р п и о н и щ е. Такого не бывало. И быть не может. Иду.

С к о р п и о н. И я с тобой.

С к о р п и о н и щ е. Ты здесь оставайся.

С к о р п и о н. Так он же убьет меня!

С к о р п и о н и щ е. Я тебя научу. И сам спасешься и поможешь погубить Фэт-Фрумоса.

С к о р п и о н. Как?

С к о р п и о н и щ е. Замани его в пещеру.

С к о р п и о н. А как?

С к о р п и о н и щ е. Придумай.

С к о р п и о н. Знаю! Притворюсь, будто ребеночек заблудился.

С к о р п и о н и щ е. Умница! Фэт-Фрумос добрый и поможет! А как притворяться будешь?

С к о р п и о н (жалобно, хриплым голосом). Ой! Боюсь. Кто-то за мной гонится!

С к о р п и о н и щ е. Дурак! Надо тонким голосом!

С к о р п и о н (хрипло). Не могу!

С к о р п и о н и щ е. Попробуй! (Ударяет его.)

С к о р п и о н (тонким голосом). Не могу! Ой, сумел!

С к о р п и о н и щ е. Вот это другое дело.

Полыхает зарево.

С к о р п и о н. Сошлись с драконом!

Смотрят вдаль.

С к о р п и о н и щ е. Схватились врукопашную! Может, и одолеет дракон…

С к о р п и о н (радостно). Фэт-Фрумоса! Победил его дракон, верхом на него сел!

Вдали показывается  Ф э т - Ф р у м о с. На плечах несет голову дракона.

С к о р п и о н и щ е (иронически). Да только одна голова от дракона осталась. Значит, я в пещеру. А ты помни.

С к о р п и о н (испуганно). Помню.

Скорпионище уходит. Скорпион прячется. Фэт-Фрумос сбрасывает голову дракона, наступает ногой.

Ф э т - Ф р у м о с. Вот и пришел тебе конец. Не будешь больше мучить людей.

Доносится тонкий голос Скорпиона.

С к о р п и о н. Ой, боюсь. Ой, гонится!

Ф э т - Ф р у м о с. Что это? Будто детский голосок. (Прислушивается.)

С к о р п и о н (ближе). Ой, схватят меня, ой, растерзают!

Ф э т - Ф р у м о с. Так и есть. Дитя обидеть хотят. (Кричит.) Не бойся! Я тебя выручу. (Идет.) Где ты?

С к о р п и о н (удаляясь). Вот я! Ой! Схватили, топчут, терзают.

Ф э т - Ф р у м о с. Ах вы негодные! Вот я вас! (Бежит.)

С к о р п и о н (издали). В пещеру бросили!

Ф э т - Ф р у м о с. Держись! (Подбегает к пещере. Попадает в змеиное кольцо.)

Змеи шипят, обвивают его. Сжимают руки. Фэт-Фрумос силится освободиться.

С к о р п и о н (выглядывает). Все! Вот теперь я уж стану Скорпионище!

Фэт-Фрумосу удается выхватить меч. Жаркая схватка. Змеи пышут пламенем. Фэт-Фрумос отсекает им головы. Уцелевшие змеи бегут в пещеру.

Ф э т - Ф р у м о с. А может, там дитя малое?! За ним! (Продолжая сражаться, уходит в пещеру.)

С к о р п и о н (выползает). Одна теперь надежда на Скорпионище! Он ведь там, в пещере…

С к о р п и о н и щ е (приподнимается, слабым голосом). Здесь я… Плохо мне…

С к о р п и о н. И тебе досталось?!

С к о р п и о н и щ е. Еле жив остался… Дай водицы выпить.

С к о р п и о н. А где взять ее?

С к о р п и о н и щ е. Пойди поищи.

С к о р п и о н. Страшно!

С к о р п и о н и щ е. Плохо мне.

С к о р п и о н. И мне не лучше.

С к о р п и о н и щ е (пытается встать, яростно). Тащи меня! Спасай! Я тебе приказываю.

С к о р п и о н (ласково). А ты успокойся. (Толкает Скорпионища, тот падает.)

С к о р п и о н и щ е. Ах ты проклятый!.. Одно слово — Скорпион…

С к о р п и о н. Закрой глаза. Ну вот! И успокойся! (Закрывается его ветками.) Надо свою шкуру спасать. А сейчас к Скорпии… (Бежит.)

Г о л о с  П э к а л э. Сюда, Иляна!

Скорпион бросается в другую сторону.

Г о л о с  И л я н ы. Иду, Пэкалэ.

Скорпион останавливается.

Г о л о с  Ф э т - Ф р у м о с а. Где ж дитя?

Скорпион в растерянности мечется. Прячется. Появляются  П э к а л э, И л я н а. Из пещеры выходит  Ф э т - Ф р у м о с.

П э к а л э.

Земляники корешок,

Жив и весел наш дружок!

Ф э т - Ф р у м о с.

Листик узкий, куст пырея,

аказал мой меч злодеев!

И л я н а.

Цвет душистый медуницы,

Будем петь и веселиться!

Иляна и Пэкалэ подходят к Фэт-Фрумосу. Он кладет им руки на плечи. Светает.

Ф э т - Ф р у м о с. Нет, праздник наш впереди! Сначала надо вырвать сорняки.

П э к а л э. Распахать поле.

И л я н а. Засеять его золотым зерном.

Ф э т - Ф р у м о с. За работу!

Идут. Пауза. Возвращается  П э к а л э, поднимает забытую им котомку. Услышав шорох, Пэкалэ оглядывается. Замечает Скорпиона, прячется.

С к о р п и о н (выползает). Ушли… Отдышусь — и к Скорпии! Доложу!.. Власть ее на века! Ква! Против нее им не выстоять! А меня наградят. Теперь уж наверняка стану Скорпионищем! Надо пароль вспомнить. (Идет, бормочет.) Скорпия всех мудрей. Ее власть на века! А дальше забыл… (Радостно, громко.) Вспомнил! Ква! Ква! Ква!

П э к а л э (выглядывает). Жаба! До чего я их не люблю! (Поднимает палку.)

С к о р п и о н. Я не жаба!

П э к а л э. А чего же ты квакаешь? (Угрожающе машет палкой.)

С к о р п и о н. Это не ква-ква-ква! А (многозначительно) ква-ква-ква!

П э к а л э. А мне все равно.

С к о р п и о н. Да ты знаешь, кто я?

П э к а л э. Кто?

С к о р п и о н. Скорпион!

П э к а л э. А, старый знакомый! Это ты с меня сапоги снял! Ну, смотри! (Поднимает палку.)

С к о р п и о н. Полегче! Скоро я буду Скорпионище!

П э к а л э (недоверчиво). Небось хвастаешься!

С к о р п и о н. Вот увидишь! Сейчас во дворец, доложу великой Скорпии. Она и Золотое поле сожжет, и всех уничтожит. (Идет.) А меня повысит…

П э к а л э (падает наземь, притворяется, что провалился). Ай, я провалился! Ой, дай руку! Помоги вылезти.

С к о р п и о н. Очень нужно! Вижу, что там не пройдешь…

П э к а л э. Ох, надо было мне правей брать. Выручай! И зачем я сюда пошел? Правей надо было.

С к о р п и о н (довольно). А я и пойду направо! (Бежит, проваливается.) Ох, провалился!

П э к а л э (встает, смеется). А ты не рой другому яму… Вот и получил повышение. Я еще камнем привалю, чтобы не выскочил. (Заваливает яму камнем.) Теперь вдогонку! (Идет.) Надо предупредить Фэт-Фрумоса… (Останавливается.) А что я ему скажу? А если во дворец пробраться? Разведать, что там Скорпия задумала? Пойду. (Быстро идет. Останавливается.) Как же я пройду туда? Скорпион говорил: пароль; пароль… А что это? Не знаю. (Машет рукой. Лихо.) Эх, была не была! Пойду! Авось выкручусь! (Бежит. На ходу.)

Эх, лист зеленый, лист карагача,

Пожелайте мне удачи!

(Убегает.)

Картина шестая

Обстановка третьей картины.

Г о л о с  С к о р п и и. Где ж скорпионы? Почему не идут? Скорей бы узнать, что конец пришел Золотым кудрям! Поднимусь на башню! Оттуда скорей скорпионов увижу.

Удаляющийся свист, вой. Пауза. Появляется  П э к а л э. Оглядывается. Делает шаг. Раздается тревожный вой.

Г о л о с. Ни шагу! Замри на месте! Пароль где?

П э к а л э. Я его не брал! (Делает шаг.)

Г о л о с. Стой! Пароль, или…

П э к а л э. А ты скажи, какой он из себя, пароль? Большой или маленький? Какого цвета?

Г о л о с. Говори пароль или убирайся!

П э к а л э. Могу и уйти, мне-то что? Хотел я рассказать Скорпии, что на Золотом поле было. А то как же она узнает? Скорпионы-то не доложат!

Г о л о с. Почему скорпионы молчать будут?!

П э к а л э. А один под деревом лежит, а другой в яме сидит. Ну, прощай, я пошел.

Г о л о с  С к о р п и и. Стой! Пропустить его.

Г о л о с. Входи!

П э к а л э (ворчливо). То уходи, то стой, то входи! Лучше я пойду. (Поворачивается.)

Г о л о с  С к о р п и и. Не ворчи! Входи! Докладывай! Что там было?..

П э к а л э. А ничего, только камни разбились, ядро развалилось!

Г о л о с  С к о р п и и. А когда же…

П э к а л э (подхватывает). А тогда, когда дракон голову потерял.

Г о л о с  С к о р п и и. А когда…

П э к а л э. А тогда, когда все змеи на куски были изрублены.

Г о л о с  С к о р п и и. Кто же это совершил?

П э к а л э. Богатырь! На груди золотая кольчуга, на голове золотые кудри!

Г о л о с  С к о р п и и. Золотые кудри — Фэт-Фрумос?

П э к а л э. А мне откуда знать, как его звать!

Г о л о с  С к о р п и и. А ты чего радуешься?

П э к а л э. А я всегда радуюсь. Недаром зовусь: Пэкалэ-простак, Пэкалэ-весельчак! Ну, я все рассказал, а теперь побежал!

Г о л о с  С к о р п и и. Стой!

П э к а л э. Стою!

Г о л о с  С к о р п и и. Я сейчас появляюсь, на тебя посмотрю!

П э к а л э. Ох, уж если от одного голоса колени дрожат… А глядеть и вовсе страшно! (Закрывает глаза.)

С к о р п и я (выходит). Открой глаза!

П э к а л э (открывает глаза, падает). Ого! Батюшки, боюсь! Ого! Ого!

С к о р п и я. Да ты что? Разве я так высо́ка?

П э к а л э. Видно, что нравом жесто́ка!

С к о р п и я. Ну, разве я страшна?

П э к а л э. Вижу, власть велика!

С к о р п и я (в сторону). А он хоть и простак, а совсем не дурак! Пригодится… (Пэкалэ.) Хочешь ко мне в слуги?

П э к а л э. Отчего же? А что надо делать?

С к о р п и я. Все, что прикажу!

П э к а л э. Если сумею.

С к о р п и я.

Мэнэ-рэнэ-фас!

Слушай мой приказ!

Мэнэ-рэнэ-фук!

Появись, сундук!

Появляется сундук.

Садись!

П э к а л э. Куда?

С к о р п и я. Сюда! (Показывает на сундук.)

П э к а л э (лихо вскакивая). Я в седле! Куда скакать?

С к о р п и я. К Золотому полю! Погублю его! Сожгу Фэт-Фрумоса.

П э к а л э (бьет пятками сундук). Пошел! Вперед не идет? На месте стоит!

С к о р п и я. Не пойдет, а полетит!

Мэнэ-рэнэ-фас!

Слушай мои приказ!

Мэнэ-рэнэ-фой,

Крылья ты раскрой.

У сундука вырастают крылья.

П э к а л э. Эй, лети, мой конь крылатый! Не летит?

С к о р п и я. Посади меня!

Пэкалэ усаживает Скорпию.

Крепче держи!

Мэнэ-фэнэ-рэй!

Ну лети скорей!

Сундук взмахивает крыльями. Свист, вой. Блестят глаза совы.

П э к а л э. Эй, звездочки! А ну в сторону! А то зашибу!

Картина седьмая

Золотое поле. Предрассветная мгла. С лукошками в руках  И л я н а  и  Ф э т - Ф р у м о с.

Ф э т - Ф р у м о с. Поле вспахано. Земля ждет!

И л я н а. Начнем, Фэт-Фрумос! До рассвета засеем!

Ф э т - Ф р у м о с (разбрасывает зерно). Ложись в землю, золотое зерно!

И л я н а. Взойди золотым колосом!

Идут, разбрасывая зерно. Скрываются. Пауза. Свист, вой ветра. Хлопают крылья. Тишина. Осторожно входит  П э к а л э, оглядывается.

П э к а л э (тихо). Никого! Пожалуйте!

С к о р п и я (выходит, смотрит). Вспахали! Надо спешить! Слушай!

П э к а л э. Слушаю.

С к о р п и я. Тащи сюда сундук!

П э к а л э. Мигом. (Уходит.)

С к о р п и я. Сеют! (Злорадно смеется.) А урожай не соберут!

П э к а л э (выносит сундук, ставит). Тут как тут!

С к о р п и я. Теперь самое главное! (Идет к сундуку. В сторону.) Сейчас обдурю этого простака, и дело сделано! (Пэкалэ.) Иди сюда!

П э к а л э. Бегу! (Подбегает.)

С к о р п и я.

Мэнэ-фэнэ-мук!

Открывайся ты, сундук!

Крышка поднимается.

Залезешь в сундук…

П э к а л э. Лезу… (Лезет.)

С к о р п и я. Подожди. Слушай. Залезешь, закроешь крышку, а сам смотри в скважину!

П э к а л э. Здорово! Любопытно. Так смотреть?

С к о р п и я. Можно и так! Как покажется Фэт-Фрумос — Золотые кудри и Иляна — Золотая коса!

П э к а л э. Понял! Крышку открыть!..

С к о р п и я (перебивает). И думать не смей! Как они появятся, дерни за кольцо.

П э к а л э. Вот это?! (Хочет дернуть.)

С к о р п и я (в ужасе). Стой! Не смей! Потом!

П э к а л э. Понял! Ну и что же получится? Куда денутся Иляна и Фэт-Фрумос?

С к о р п и я (забывшись). В пепел обратятся. А поле от жары пойдет трещинами! Никогда на нем ни один колос не вырастет!

П э к а л э. А с чего это будет? Чего сказки рассказываешь?

С к о р п и я (злобно). Не веришь? Как вспыхнет сундук страшным пламенем, все сожжет кругом! Вот увидишь!

П э к а л э. Это как же я увижу, если я в сундуке буду? Да я первый же сгорю! Как лучина вспыхну. (Отходит.)

С к о р п и я (спохватывается). Не сгоришь! Я тебя заговорю! Заколдую! В огне не сгоришь, в воде не утонешь!

П э к а л э. Это дело другое! В огне не утону!.. Так я согласен! В воде не сгорю! Хорошо! Значит, за это кольцо дергать. Это я смогу!.. А потом?..

С к о р п и я. Потом награжу! Полезай!

П э к а л э (неловко лезет в сундук). Это я охотно.

С к о р п и я (в сторону). Обманула простака. (Пэкалэ.) Да не так!

П э к а л э. Можно иначе! Так, что ли? (Падает.)

С к о р п и я. Экий неловкий! Идут! Да не так, вот пень!

П э к а л э. А ты не ругайся!.. Не умею!..

С к о р п и я. Да что тут уметь? Раз и два!

П э к а л э. Раз… (Прыгает, срывается.) Два!..

С к о р п и я. Вот колода!

П э к а л э. Я стараюсь, а ты ругаешься! Лучше бы показала. Я бы тогда — раз и готово!

С к о р п и я. Ну, смотри! Вот! (Становится на край сундука.) Одна нога здесь!

П э к а л э. А рука?

С к о р п и я. А рука тоже! (Кладет руку.) А другая нога туда! А другая рука!..

П э к а л э (быстро). Тоже туда! (Толкает Скорпию в сундук.)

С к о р п и я (кричит). Ты что?!

П э к а л э.

Мэнэ-фэнэ-хоп!

Крышка, крышка, хлоп!

Крышка сундука не закрывается.

Скорпия пытается выскочить.

(Держит ее.)

Мэнэ-рэнэ-фой!

Я хозяин твой!

Мэнэ-рэнэ-фас,

Слушай мой приказ!

Мэнэ-рэнэ-хоп,

Крышка, крышка, хлоп!

Крышка сундука закрывается.

Рэнэ-мэнэ-фэй!

Провались сквозь землю с ней.

Сундук проваливается.

(Вытирает лоб.) Вот и все! А страху натерпелся… Даже есть захотелось… (Роется в котомке.) Брынза… (Ест.) В сон клонит. (Садится. Засыпает.)

Пауза. Медленно бредет  С к о р п и о н и щ е.

С к о р п и о н и щ е. Еле очнулся! Думал — конец. Поживу еще. А ноги подкашиваются. (Замечает Пэкалэ.) А вот и добыча! Эх, кабы я мог с ним справиться… Сил не хватит. (Подходит ближе.) Да он спит. Вот удача! (Крадется.) Тише, а то проснется. А сонного я укушу, ядом отравлю, а сам оживу! Говорю, тише! (Набрасывается на Пэкалэ.)

Тот во сне борется, но силы его оставляют.

Вдали показывается  Ф э т - Ф р у м о с. За ним  И л я н а.

И л я н а. Смотри, Фэт-Фрумос!

Ф э т - Ф р у м о с. Ах, проклятый! (Бросается на Скорпионище.)

Тот бежит. Скрывается. Фэт-Фрумос гонится за ним. Иляна склоняется над Пэкалэ.

И л я н а. Пэкалэ! Что с тобой? Открой глаза! Пэкалэ…

Ф э т - Ф р у м о с (возвращается). Догнал! Одним скорпионом меньше стало! Что с тобой, Иляна!

И л я н а (сквозь слезы). Бедный Пэкалэ…

Ф э т - Ф р у м о с (наклоняется к Пэкалэ). Брат! Пэкалэ… (Умолкает, опускает голову.)

И л я н а. Неужто не рассмеется больше наш Пэкалэ… (Плачет.)

Ф э т - Ф р у м о с. Не порадуется с нами Пэкалэ. (Сдерживая слезы.) Не лей слезы, Иляна!

И л я н а. Не могу… Жаль Пэкалэ… Да ты сам плачешь…

Ф э т - Ф р у м о с. И мне его жалко. (Поднимает руку.) Поле золотое, батюшка! Помоги спасти Пэкалэ…

В поле вырастает цветок.

И л я н а. Цветок?.. Матушка Солнышко! Научи, как спасти Пэкалэ!

Луч солнца падает на цветок. Звучит тихая музыка. Раздается нежный голос: «Надо отыскать живую воду, напоить Пэкалэ».

А как найти живую воду?

Г о л о с. Опусти цветок в ручей. Если расцветет, значит, живая в нем вода, увянет — мертвая…

И л я н а (срывает цветок, бежит к ручейку. Опускает). Увял! Горе какое!

Зажурчал другой ручеек. Иляна бежит к нему. Опускает цветок.

Ф э т - Ф р у м о с. Расцветает.

И л я н а. Живая вода! (Набирает воду, поит Пэкалэ.)

Тот поднимает голову. Оглядывается.

П э к а л э. Ох, страшно мне! Ничего в жизни не боялся. А тут… Что со мной было?

И л я н а (ласково). Страшный сон приснился! Забудь его.

Ф э т - Ф р у м о с. Гляди, солнце встает!..

Поднимается солнце.

П э к а л э. Солнышко!

И л я н а. Золотой колос наливается…

Ф э т - Ф р у м о с. Словно косы золотые!

П э к а л э (улыбается). Вот оно, Золотое поле!

И л я н а. Спасибо, матушка Солнышко!

Взявшись за руки, идут навстречу солнцу. Иляна снимает платок, у нее снова Золотая коса. Колосья поднимаются, и Золотое поле скрывает Иляну — Золотую косу, Фэт-Фрумоса — Золотые кудри и веселого Пэкалэ. Пауза. Голос Пэкалэ: «Эй-эй-эй!»

П э к а л э (выезжает верхом на палочке).

Я коня оседлал

И опять прискакал!

Ну кто меня узнал?

Я — Пэкалэ… Это я вам

Сказку рассказал!

Сад зеленый, маков цвет!

Вы довольны или нет?

Вы довольны — рады мы!

Все низко кланяются.

З а н а в е с.

МАЛ, ДА УДАЛ

Пьеса-сказка в трех действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

А л е ш к а.

Н а с т а с ь я - К р а с а — Золотая коса.

Б а б у ш к а.

Н е у л ы б а.

М а т р е ш к а.

С и л а - ц а р е в и ч.

Л у к а  Л у к а в ы й.

П р о н ы р у ш к а.

Ф и с к а л ь ч и к.

Н е н и л а.

С т а р - с т а р и ч о к.

М а к с и м — семь аршин.

С л у г и  ц а р с к и е.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Горница в избе. Дело к вечеру. Тускло горит лучина. У прялки  Б а б у ш к а  сидит, дремлет. На широкой скамье подле печи спит  А л е ш к а. Слышна музыка. Дверь сама собой отворяется. Появляется Н а с т а с ь я - К р а с а — Золотая коса.

Н а с т а с ь я. Ах ты доля моя несчастная, злая судьба моя. Истомила меня тоска-кручина… Где ты, сын мой любимый, надежда моя! Полетела б к тебе птицей быстрой, да крылья мне подрезали, посадили в клетку железную. (Подходит к Алешке.) Хоть во сне бы сынок мне привиделся, хоть во сне бы мне порадоваться! (Снимает платок, упала золотая коса, осветилась изба. Смотрит на Алешку.) Здравствуй, Алешенька! Не забыл свою матушку? Дни и ночи томлюсь я в темнице у Силы-царевича. Все надеюсь, что падут стены каменные и мы свидимся… Да стоят, ненавистные, крепки решетки железные! Кабы жив был отец твой, мой Иванушка, сын крестьянский, богатырь могучий! Да сложил он голову в бою честном за землю родную! Оставил сына-наследника! Верю в тебя, Алешенька! Станешь сильным, храбрым витязем! Помни: отец твой Иван — крестьянский сын. С честью носи это имя гордое! Буду ждать тебя, надеяться!

Далеко слышны звуки медных труб.

Расстаться пора! Возвращаться в темницу! Прощай. (Исчезает.)

А л е ш к а (вскакивает). Погоди, матушка! Не уходи, родимая!

Б а б у ш к а (просыпается). Что стряслось, внучек?

А л е ш к а. Матушка здесь была!.. Жаловалась! Где же она?

Б а б у ш к а. Привиделось тебе, Алешенька! Не могла она прийти: замки крепкие, стены высокие, тюремщики зоркие. Жесток Сила-царевич!

А л е ш к а. Значит, во сне я видел матушку… И зачем проснулся.

Б а б у ш к а. Не кручинься, внучек! Что ж поделаешь… Хочешь сказку послушать?

А л е ш к а. На что она мне… Я уже не маленький!

Б а б у ш к а. А сказка не для потехи молвится. В ней и старому и малому есть чему поучиться, набраться ума-разума. Только слушать надо умеючи… Расскажу тебе про скатерть-самобранку, что сотню голодных накормить может, про сапоги-скороходы, что по сто верст за шаг делают, про дубинку чудесную, что сто пудов весит и сотни врагов сокрушить может…

А л е ш к а. Кабы мне такие скороходы, я б слетал, разыскал матушку, кабы мне скатерть-самобранку, напоил бы тебя, накормил досыта, кабы мне дубинку в сто пудов, я бы… Эх, все кабы да кабы! Не по моим рукам дубинка, мне ее и с места не сдвинуть… И не я тебя кормлю, а ты меня…

Стук в дверь.

Б а б у ш к а. Входите, не заперто!

Входит  Н е н и л а.

Н е н и л а. Здравствуйте… Мне б водицы испить…

Б а б у ш к а. Испей, матушка! (Подает воду.)

Н е н и л а (пьет). Теперь и идти можно.

Б а б у ш к а. А ты посиди, отдохни.

Ненила садится. Молчат.

Н е н и л а. А вы чего ж не спросите: зачем пришла, кто такова?

Б а б у ш к а. Не к чему. Коль с добром — сама скажешь, коль со злом — зря выпытывать!

Н е н и л а. И то правда. Звать меня Ненила… А прозывают — тетка Ненила — всех накормила. И вам пирога принесла… На, сынок, отведай… (Дает Алешке пирог.)

А л е ш к а. Спасибо, тетя Ненила! (Ломает пирог пополам.) Возьми, бабушка. И я попробую…

Н е н и л а. Ишь какой заботливый. Тебя как звать?

А л е ш к а. Алешка-мальчонка — слабая ручонка.

Н е н и л а. Что ж это? Парнишка большой, из себя статный, а на печи сидит, лапти ковыряет? От роду он у вас такой, что ли?

Б а б у ш к а. Да что ты, милая! Уродился он у нас крепкий да сильный. Одно загляденье! А как угнали в полон его матушку, загубили, неведомо где, батюшку… Захирел и ослаб, бедненький… Еле я его выходила!

Н е н и л а. А кто ж его матушка?

Б а б у ш к а. Да уж такая была хорошая…

Н е н и л а. А кто ж его батюшка?

Б а б у ш к а. Отец его честный человек… И работник был такой, что не сыщешь другого. (Умолкает.)

Н е н и л а. Вижу, вы мне не верите! Так я вам сама скажу… Его матушка Настасья-Краса — Золотая коса… А батюшка — Иван, крестьянский сын. Ну как? Тетка Ненила прямо в точку угодила?

Б а б у ш к а (растерянно). Не знаю, милая! Ничего не знаю…

Н е н и л а. Опять не верите! Так до конца слушайте! Я повариха на кухне царской…

Б а б у ш к а. У Силы-царевича!

Н е н и л а. У него, треклятого!

Б а б у ш к а. Тише! Ох, тише, а то быть беде…

Н е н и л а. Не перебивай, а то недосуг! Послали меня раз кормить пленников. И попала я в самую темницу темную. Сидит там женщина… А зовут ее Настасья-Краса — Золотая коса!

А л е ш к а. То ж моя бедная матушка!

Б а б у ш к а. Молчи, Алешенька!

Н е н и л а. Стала она плакаться, на свою судьбу горькую жаловаться. Ты узнай, говорит, Ненилушка, жив ли сыночек мой Алешенька… Больше ничего мне не надобно. Растрогала она мое сердце. Обещала ей разыскать… Вот и нашла вас!

Б а б у ш к а. Ох, нашла, Ненилушка! Ты скажи ей, милая… (Умолкает.)

Н е н и л а. Видно, с вами каши не сваришь! Так я и думала! Попросила я у нее знак, чтобы вы мне поверили! И дала мне Настасья-Краса — Золотая коса прядку волос своих… Глядите! (Достала прядку волос.)

Заблестели они золотом, и в избе все осветилось.

А л е ш к а. Матушка! (Взял прядку волос.)

Н е н и л а. Ну, теперь поверили?

Б а б у ш к а. Ты прости нас, добрая душа. Мы ото всех хоронимся. Боимся Силы-царевича.

Н е н и л а. Ох, он здесь близенько! Ходит со своим советчиком главным — Лукой Лукавым.

Б а б у ш к а. Что ж нам делать?

Н е н и л а. Ты прячь подарок матери. Никому ни словечка, зачем приходила. А я утешу бедную. Скажу — жив, здоров сыночек. Коль смогу, снова наведаюсь. А когда — не знаю… Много у Луки Лукавого соглядатаев, так по пятам и ходят. А самые настырные — Пронырушка и братец ее — мальчик Фискальчик.

Голос за дверью: «Отворите, хозяева!»

Вот принесло! Легок на помине, — значит, злой человек!

Снова голос: «Отворите!»

Он самый! Мальчик Фискальчик. Отворите, ничего не поделаешь.

Б а б у ш к а (громко). Погоди! Сейчас обуюсь! (Идет открывать дверь.)

Н е н и л а. Значит, набери ты, Алешенька, ягод свежих да достань грибов сушеных и крупы гречневой! И неси во дворец Силы-царевича!

Вбегает  Ф и с к а л ь ч и к.

Ф и с к а л ь ч и к. Вы про что здесь говорили? Кто это? А, тетка Ненила — всех накормила? И себя не забыла! Вы глядите, какая она круглая да гладкая…

Н е н и л а. А тебе что за забота! Не твое ем!

Ф и с к а л ь ч и к. Не мое, так царское. Я Луке Лукавому расскажу, а он Силе-царевичу, вот тебе и достанется.

Н е н и л а. Рассказывай на здоровьице! От меня не убудет!

Ф и с к а л ь ч и к. Не боишься?

Н е н и л а. Нисколечко!

Ф и с к а л ь ч и к. Тогда и рассказывать нечего! А зачем ты здесь?

Н е н и л а. Водицы испить попросила…

Ф и с к а л ь ч и к. Водицы? А зачем про грибы говорила? Про крупу гречневую?

Н е н и л а. Для стола царского!

Ф и с к а л ь ч и к. Вот и попалась! Не ест Сила-царевич ни грибов, ни каши — одним мясом питается. Скажи, для чего приходила?

Н е н и л а (в сторону). Ах, провались ты, окаянный! (Фискальчику.) Ну, для себя старалась!

Ф и с к а л ь ч и к. А я расскажу, докажу!

Н е н и л а. И что тебе за корысть?

Ф и с к а л ь ч и к. А меня наградят — дадут денежку.

Н е н и л а. А если я дам тебе денежку?

Ф и с к а л ь ч и к. Давай!

Н е н и л а. На! (Дает денежку.) Будешь молчать?

Ф и с к а л ь ч и к. Постараюсь! Счастливо вам оставаться. Я пойду куплю себе сладенького. (Идет к выходу.)

Н е н и л а. Купи, купи, авось подавишься…

Ф и с к а л ь ч и к (быстро оборачивается). Ты что сказала?

Н е н и л а. Ешь на здоровье, говорю!

Ф и с к а л ь ч и к. И съем! Никому не дам ни крошечки! А молчать буду, как рыба сушеная. (Уходит.)

Н е н и л а. Все врет, ябеда! Сейчас пойдет к сестрице Пронырушке и наябедничает! Надо мне поживей убираться. Прощайте, милые!

Б а б у ш к а. Доброго здоровья тебе, Ненилушка!

А л е ш к а. Спасибо, тетя Ненила! Поклонись от меня матушке… Поцелуй родимую!

Н е н и л а. Все выполню. А ты береги подарок матери! Никому не показывай. Побегу я, а то боюсь, хватятся… Ну ничего! Я живо докачусь — недаром я круглая!

Б а б у ш к а. Счастливой тебе дороженьки! (Провожает Ненилу. Возвращается.)

А л е ш к а. Какая она хорошая!

Б а б у ш к а. Вишь, свет не без добрых людей!

А л е ш к а. А каких же больше на свете, бабушка, злых или добрых?

Б а б у ш к а. Добрых, внучек, намного более.

А л е ш к а. А может так быть, чтоб совсем злых не осталось?

Б а б у ш к а. К тому идет, внучек! Оттого злые и злятся, чуют свою погибель. Не захотят добрые люди на них работать, и исчезнет зло со всей земли!

Тихонько дверь приоткрылась. Пронырнула  П р о н ы р у ш к а, притаилась, только глазами по сторонам шныряет, носом поводит.

А л е ш к а. Ровно дверь скрипнула…

Б а б у ш к а. То тебе послышалось… Ешь пирог, внучек…

А л е ш к а (увидел Пронырушку). Ай, кто это!

П р о н ы р у ш к а. Чего испугался, миленький? Это я, Пронырушка, сестрица смиренная. Пришла проведать вас! А у вас дверь не заперта. Или ждете кого?

Б а б у ш к а. Нам запираться нечего! Кто на наше добро позарится…

П р о н ы р у ш к а. Ох, худых людей больно много! Сохрани и помилуй, не к ночи будет сказано. Что ж, примете гостью незваную?

Б а б у ш к а. Заходи, сделай милость!

П р о н ы р у ш к а (мелкими шажками скользит по горнице). Пряжа какая тонкая… Это кто ж прядет? Ты, наверно, бабушка! Ах, какая искусница! А кто лапти ковыряет — людей обувает?.. Ты, мальчишечка?

А л е ш к а. Я…

П р о н ы р у ш к а. Ах, угодное дело! (Обводит взглядом кругом.) Ах и хорошо у вас! Чистенько. Одно слово: красота. Ах, пирог какой! Белый, крупитчатый! Не крестьянский! Откуда он взялся?

Б а б у ш к а. А мы его…

П р о н ы р у ш к а (перебивает). А я не тебя спрашиваю! Ну, скажи, мальчишечка, пирог кто дал?

Б а б у ш к а. Я пирог этот…

П р о н ы р у ш к а (перебивает). Не трудись, старенькая, не тебя спрашиваю. Ну, говори!

А л е ш к а. Не скажу…

П р о н ы р у ш к а (Бабушке). Ну, тогда ты скажи! Не бери греха на душу! Не то худо будет!

А л е ш к а. Бабушка не знает!

П р о н ы р у ш к а. А ты знаешь?

А л е ш к а. Знаю…

П р о н ы р у ш к а. Ну, скажи!

Алешка молчит. Пронырушка больно щиплет его. Алешка застонал.

Что, больно тебе? Так скажи!

Алешка молчит. Пронырушка снова его щиплет. Алешка стонет.

Больно? А ты не греши! Не гневи меня, смиренную… А то хуже будет! (Снова щиплет его.) Я ведь добрая. А придет Лука Лукавый, злой, гневный, он не помилует.

Быстро входит  Л у к а  Л у к а в ы й. За ним семенит  Ф и с к а л ь ч и к.

Л у к а в ы й. Кто мое имя поминает? Кому я понадобился?

П р о н ы р у ш к а. Это я, грешница! Вот им рассказываю, какой ты у нас, Лука, благостный, справедливый… одно слово — Лукавый.

Л у к а в ы й. Будет врать! Докладывай, что узнала!

П р о н ы р у ш к а. Все, батюшка! Она лен прядет, а он лапти ковыряет…

Л у к а в ы й. Да ты что мне про лен, про лапти рассказываешь? Я тебя за этим послал?

Ф и с к а л ь ч и к. Лучше меня послушай! (Шепчет на ухо.) У них была Ненила! Про грибы говорила… Про крупу говорила.

Л у к а в ы й. Что? Не разберу я!

Ф и с к а л ь ч и к (шепчет в другое ухо). Говорила Ненила про грибы. Про крупу говорила Ненила! Дай денежку!

Л у к а в ы й. Я те дам! Брысь! Одна про лапти, другой про кру… ку… Тьфу, про крупу! Да на что мне твоя крупа!.. Тьфу, провалитесь вы совсем!

П р о н ы р у ш к а. Пожалей себя, милостивец! Не гневи свою душеньку. Хочешь водицы испить?..

Ф и с к а л ь ч и к. И Ненила воду просила! Я все докажу. Просила Ненила попить, а я думаю, ей надо крупу варить. Дай денежку!

Л у к а в ы й. Брысь под лавку! Вижу я вас насквозь. Разленились! Даром хлеб едите! Видно, придется мне…

П р о н ы р у ш к а. Погоди, милостивец! Догадалась я, зачем Ненила приходила! Догадалась я, что она приносила! Догадалась я, что она подарила!

Л у к а в ы й. Ну, говори скорей!

П р о н ы р у ш к а. Этому мальчонке она принесла подарок, не простой, а дорогой! Из дворца царского принесла она…

Л у к а в ы й. Да не тяни!

П р о н ы р у ш к а. А чем наградишь рабу свою верную?! Дашь денежку?

Л у к а в ы й. Дам! Говори живей! (Ищет денежку.)

А л е ш к а (тихо, Бабушке). Ох, бабушка, боюсь, узнали они про подарок матушкин! Все равно не отдам! Хоть убьют меня!

Б а б у ш к а. Молчи, внучек!

Л у к а в ы й. Держи. (Бросает денежку.)

П р о н ы р у ш к а. Принесла она со стола царского пирог белый крупитчатый! (Берет пирог.) Вот он! Ах, грех какой! Оторвала ото рта царского, для глотки холопской!

Л у к а в ы й (взял пирог, разглядывает). А верно ли? (Пробует.) Будто царский! (Ест.)

П р о н ы р у ш к а (отламывает кусочек). Да провалиться мне на этом месте. Царский!

Л у к а в ы й (смотрит). И на вид… (Ест.) И на вкус… (Ест.)

Ф и с к а л ь ч и к (потихоньку отщипывает). Я видел, как она тесто месила. Видел, как тесто всходило, видел, как в печь сажали, видел, как из печи вынимали! Я все видел. (Подбирает крошки.) Я все расскажу… Дай денежку.

Л у к а в ы й. Так и есть! Для Силы-царевича пирог, а его съесть хотели.

Доедают пирог.

Ну, надо вам наказанье придумать!

Загремели трубы медные.

Никак, Сила-царевич!

Трубные звуки ближе.

П р о н ы р у ш к а. Они и есть! Пронеси и помилуй!

В третий раз трубы медные прогремели. Распахнули дверь  с л у г и  ц а р с к и е. Стали по обе стороны.

С л у г и  ц а р с к и е (громко). Сам Сила, сам Сила, сам Сила-царевич жалует!

С л у г и  вносят трон, на котором сидит  С и л а - ц а р е в и ч. Весь он в броню закован. На голове шлем железный под потолок упирается.

На колени, холопы!

Все падают на колени.

С и л а - ц а р е в и ч (громким голосом). Лукавый!

Л у к а в ы й. Я здесь, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Встань!

Л у к а в ы й (поднимается). Встал, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Докладывай!

Л у к а в ы й. Раскрыл я злой умысел. Покушались на твое имущество. Украла Ненила пирог с твоего стола царского и подарила холопам низким. Да забыла она про око мое недремлющее, пресек я злодейство черное! Вот он, пирог драгоценный!

С и л а - ц а р е в и ч. Где?!

Лукавый ищет пирог. Вспоминает, что его съели. В ужасе застывает.

Ф и с к а л ь ч и к (тонким голосом). Я все расскажу… Я все докажу… Съели они его до крошечки!

С и л а - ц а р е в и ч. Кто?

Ф и с к а л ь ч и к. Сестрица моя милая, Пронырушка!

Л у к а в ы й. Брысь! Вина моя, ваше могущество. Не успел отнять у них. Как накинулись старуха с мальчишкой, проглотили без остатка. Известно, холопы жадные!

С и л а - ц а р е в и ч. Всё?!

Л у к а в ы й. Всё, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Награды ждешь?

Л у к а в ы й. Ничего мне не надобно! Только слово одно царское, милостивое.

С и л а - ц а р е в и ч. Заслужил ты его. Слушай!

Л у к а в ы й (захлебнулся от удовольствия). Слушаю, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Простофиля!..

Л у к а в ы й. Спасибо, ваше… (Оторопел.)

С и л а - ц а р е в и ч. По услуге и награда! Нашел злой умысел! Пирог он увидал! И все?

Л у к а в ы й. Все, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. И опять простофиля! Понял?

Л у к а в ы й. Понял, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Что ты понял?

Лукавый молчит.

Ф и с к а л ь ч и к. Я понял! Я скажу! И сперва простофиля и опять то же самое.

Л у к а в ы й (тихо, Фискальчику). Брысь, уж я с тобой разделаюсь!

С и л а - ц а р е в и ч. А на чем эта изба стоит, не видел?

Л у к а в ы й. Видел!

С и л а - ц а р е в и ч. На чем?

Л у к а в ы й. На земле!

С и л а - ц а р е в и ч. А земля какая?

Л у к а в ы й. Круглая!

С и л а - ц а р е в и ч. Дурак ты круглый! На горе стоит изба! Понял?

Л у к а в ы й. Не понял…

С и л а - ц а р е в и ч. А с горы виден дворец мой…

Л у к а в ы й. Так он же под землей!

С и л а - ц а р е в и ч. Все едино! Не хочу, чтобы холопские глаза на землю мою глядели! Понял? Все, что в избе, — слугам в подарок! Бабку старую в полон взять, пусть на меня работает! А ты что?

А л е ш к а. Алешка-мальчонка — слабая ручонка!..

С и л а - ц а р е в и ч. Такой мне не надобен! В три шеи его вытолкать! Всю избу разнести по бревнышку! Сровнять с чистой землей! Поставить здесь вышку дозорную, пусть часовые мой дворец охраняют!

С л у г и  ц а р с к и е (кричат, словно лают). Сам Сила, сам Сила, сам Сила-царевич приказал!

С и л а - ц а р е в и ч. Быть по сему! (Уходит.)

Крушат всё слуги царские. Вещи хватают, прячут. Увели Бабушку. Вытолкали Алешку.

Картина вторая

Перед занавесом.

Ночь. Стоит  А л е ш к а  один в темноте, причитает.

А л е ш к а. Что мне делать, горемычному! Не защитник я бабушке. Всем обуза! То не ветер гудит — волки воют… пусть съедят меня. Один конец! Прощай, бабушка! Прощай и ты, моя матушка! Не увидеть мне никогда глаз твоих ласковых… Тут и останусь. Погляжу в последний раз на твой подарочек! (Достает прядку волос.)

Она во тьме светится.

Матушка на сына надеется!

Звучит музыка.

А сын волков испугался, темноты убоялся… И останется одна, моя родимая! Пригорюнится матушка! Обманул ее сын-надежда! Погоди, родимая! А если волков не бояться! Темноты не пугаться?! Искать выхода! Так лучше будет!

Яркий луч от прядки волос осветил тропинку.

Так что мне делать? Покориться, здесь остаться? Или идти и не сдаваться! Пойду! (Зашагал с песней.)

Не страшны мне волки серые!

Не страшна ночка темная.

Занавес открывается.

В лесу густом поляна зеленая. Стоит пень старый, мшистый. Спит  А л е ш к а  на траве — умаялся. Солнышко восходит. Птицы щебечут. Алешку разбудили.

А л е ш к а (встал, потянулся). Ох, как есть хочется! Голодно! А в лесу ничего не найдешь — так без еды пропадешь. Эх, сейчас бы каши бабушкиной… Раньше все привередничал, а теперь, кажется, съел бы все вместе с ложкою. Ох и голодно! Что, Алешка, опять расхныкался! А кто обещал матушке?.. (Достает жалейку.) Ты играй, моя жалейка, выговаривай, развей мое горюшко! (Играет.)

Лес заслушался. И птицы щебетать перестали, и ветер в такт ветки колышет. Раскрылись кусты зеленые, а там ягодки красные. Ешь — не хочу! Поел Алешка ягод. Снова играет. Вдруг пень заскрипел, поворачивается, и выходит  С т а р - с т а р и ч о к, сам с ноготок, борода с локоток. Брови мохнатые, а глаза веселые.

С т а р - с т а р и ч о к. Это кто развеселил меня, старого? Кто так искусно играет, жалейку петь заставляет…

А л е ш к а (робко). Это я! Алешка-мальчонка — слабая ручонка!

С т а р - с т а р и ч о к. Ну, давай знакомиться! Кто я, по-твоему?

А л е ш к а. Стар-старичок, сам с ноготок, а борода с локоток. Мне бабушка сказывала.

С т а р - с т а р и ч о к. Молодец! А ты меня не боишься?

А л е ш к а. Не боюсь!

С т а р - с т а р и ч о к. А я брови сведу (нахмурил брови), погляжу на тебя грозно. (Смотрит.)

А л е ш к а. Все равно не боюсь.

С т а р - с т а р и ч о к. А я вот бороду разглажу, тебя ошарашу.

А л е ш к а. Все равно не страшно!

С т а р - с т а р и ч о к. Это почему такое?!

А л е ш к а. А вы добрый, хороший! Мне бабушка сказывала.

С т а р - с т а р и ч о к. А если бабушка тебя обманула?

А л е ш к а. Бабушка не может обманывать! Бабушки всегда правду говорят.

С т а р - с т а р и ч о к. Значит, не напугался ты?

А л е ш к а. А мне бояться теперь нельзя. Я одна надежда у матушки. Буду стараться смелости набираться.

С т а р - с т а р и ч о к (поднял брови, усмехается). Молодец!

А л е ш к а. Да вы и не страшный!

С т а р - с т а р и ч о к. Угадал, Алешка! Сам я деревянный; а душа у меня мягкая. Проси чего хочешь!

А л е ш к а (загорелся). Все просить можно?

С т а р - с т а р и ч о к. Все, чего желаешь! Хоть еды сладкой, хоть одежды богатой, ни в чем отказа не будет!

А л е ш к а. Не нужна мне одежда, не хочу я сладкого! Попросил бы я сапоги-скороходы, что по сто верст за раз делают, да дубинку во сто пуд и скатерть-самобранку, что по сто человек кормит… Вот и все!

С т а р - с т а р и ч о к (усмехается). Не много просишь. А зачем они тебе?

А л е ш к а. Я бы в сапогах мигом слетал, разыскал могилку батюшки, поклонился бы ему; самобранкой накормил бабушку и всех голодных.

С т а р - с т а р и ч о к. Ну, а дубинка?

А л е ш к а. Ею сокрушил бы тех, кто мою матушку в темницу заточил! Одолел бы самого Силу-царевича.

С т а р - с т а р и ч о к. Что ж, дело доброе! Все в руках твоих…

А л е ш к а (поникнул). Да руки у меня слабые!

С т а р - с т а р и ч о к. А хочешь, чтобы стали крепкие?

А л е ш к а. Уж так хочу, что не выскажешь!

С т а р - с т а р и ч о к. И все для того сделаешь?

А л е ш к а. Все, что надобно!

С т а р - с т а р и ч о к. Так слушай! И запомни слово крепкое, чудесное, слово то — семь!

А л е ш к а (словно эхо). Семь!

С т а р - с т а р и ч о к. И семью раз семь! Эвон, видишь, полянка, надо отмерить семь шагов вдоль, семь поперек, семь раз вспахать, семь раз посеять, семь раз полить, семь раз выполоть! И вырастет волшебное зернышко, всех накормит, лучше, чем самобранка. Вон речка течет. Семь раз утром, семь раз вечером переплывешь ее, да так семь недель, и поднимешь палицу во сто пуд. Видишь, гора высокая, семь раз вверх взбежишь, семь раз под гору, и так день в день семь недель, да не с пустыми руками, а с этой дубинкой, и сапоги-скороходы появятся! Так помни слова волшебные — семь и семижды семь!

Пень заскрипел, поворачивается.

А л е ш к а. А где же мне силы взять, чтобы все это выполнить? Ты сказал: «Все в руках твоих» — а руки у меня слабые!

Повернулся пень. И исчез Стар-старичок. Тихо кругом.

Не поможет мне слово волшебное.

С верхушки высокого дерева падают шишки еловые. Одна прямо в лоб Алешке угодила.

Это кто там балуется? (Поднял голову, увидел белочку.) Вы уронили, белочки? Останетесь теперь голодные! А что поделаешь! Помочь? Не докину! (Берет неохотно шишку, бросает чуть повыше куста.) Не получается! Погоди! А слово волшебное! (Бросает.) Раз! (Чуть выше.) Два! (Еще выше.) Три! (С каждым разом все выше.) Четыре! Пять! Шесть! Семь! Поймала! Помогло слово волшебное! Ишь, обрадовалась, поскакала! Эх, мне бы так по веткам прыгать! Да где там! (Задумался.) Разве попробовать! Раз! (Прыгает, не достает до ветки.) Два! (Выше прыгает.) Три! (Ухватился за ветку, да сорвался, ушибся больно, но виду не показывает, встал и дальше считает.) Четыре! (Прыгает.) Пять! Шесть! Семь! (Ухватился за ветку, подтягивается.) Вот здорово! Семь! Семь! Семь! (Соскочил на землю. Улыбается.) А теперь попробуем с дубинкой да на гору! (Подошел к дубинке, глядит с опаскою.) Раз! (Ухватился за дубинку.) Два! (Чуть приподнял.) Три! (В руки взял.) Четыре! (Уронил дубинку, упала она, по ногам ударила.) Ты что же дерешься?! Чай, мне больно, прямо по пальцам! Одолею упрямую! Пять! (Снова поднял.) Шесть! Семь! Есть! (Зашагал.) Раз! Два! Три! Четыре! Пять! Шесть! Семь! И не трудно совсем! (Выходит на авансцену.)

Занавес закрывается.

(Продолжает шагать.) Раз! Два! Три! Четыре! Пять! Шесть! Семь! И не трудно совсем! А если вы мне считать поможете, еще легче будет! (Бодрее шагает.) Ну, вместе! Раз! Два! Три! Четыре! Пять! Шесть! Семь! И не трудно совсем! (Считая, под музыку скрывается.)

Картина третья

Та же полянка. Вдали видна пшеница сжатая. Поворачивается пень. С т а р - с т а р и ч о к  появляется.

С т а р - с т а р и ч о к. Эй, Максим — семь аршин! Одна половина человечья, другая медвежья! Стань передо мной, как лист перед травой!

Поднимается  М а к с и м.

М а к с и м. Здесь я!

С т а р - с т а р и ч о к. Где Алешка?

М а к с и м. Как положено: к испытаниям готовится!

С т а р - с т а р и ч о к. Уж и расставаться надобно… Полюбил я его…

М а к с и м. А он ничего… Смышленый!

С т а р - с т а р и ч о к. Время быстро пролетело… Сколько он у нас пробыл?

М а к с и м. Семь недель, да на семь помножить!

С т а р - с т а р и ч о к. Какое первое испытание?

М а к с и м. Наперегонки плавать будут! Сейчас начинается.

С т а р - с т а р и ч о к. Ну, ты гляди вниз на реку. Мне рассказывай! Волнуюсь!

М а к с и м. А чего? Он парнишка ладный!

С т а р - с т а р и ч о к. А ты не спорь! Иди, рассказывай!

М а к с и м (подходит к обрыву, смотрит вниз, рассказывает). Равняются! Окунь, щука и сом усатый, а меж ними Алешка! Готовятся.

Слышен сигнал.

Пошли! Ух, быстро плывут!

С т а р - с т а р и ч о к. Да кто впереди? Говори, не тяни за душу!

М а к с и м. Сом усатый! А за ним щука! Окунь догоняет!

С т а р - с т а р и ч о к. Алешка где? Алешенька?

М а к с и м. А он позади.

С т а р - с т а р и ч о к. Вот незадача! Ну, авось догонит!

М а к с и м. Где уж там! Все-таки они — рыбы, а он парнишка!

С т а р - с т а р и ч о к. А ты не спорь! Не спорь, говорю! Не гневи меня!

М а к с и м. Окуня догоняет! С ним равняется!

С т а р - с т а р и ч о к. Так, так, Алешенька!

М а к с и м. Гляди, что делается! Обогнал окуня!..

С т а р - с т а р и ч о к (бородой трясет). Так, так, Алешенька!

М а к с и м. К щуке подходит! Вровень идут! Обгоняет щуку парнишечка! Она от злости зубами щелкает!

С т а р - с т а р и ч о к. Не выдай, Алешенька!

М а к с и м. К сому подходит! А тот старается, хвостом машет.

С т а р - с т а р и ч о к (ворчит). Ишь, усатый, не уступит мальчику.

М а к с и м. Рядышком идут! Совсем рядышком! Алешка вперед выдвигается. Эх, чуть до конца осталось!

С т а р - с т а р и ч о к (кричит). Давай! Давай! Нажми, Алешенька!

М а к с и м. Все! Кончили!

С т а р - с т а р и ч о к. Кто? Кто первый пришел?

М а к с и м. Вроде вровень!

С т а р - с т а р и ч о к. Неправильно! Неправильно!

М а к с и м. А вы ж не видели!

С т а р - с т а р и ч о к. Все равно Алешка первый! И не спорь, замолчи! Молчи, говорю!

М а к с и м. Я и так молчу. Вон он сам! С ветки на ветку прыгает!

Прибегает  А л е ш к а.

А л е ш к а. Вместе приплыли! Присудили первое место сому усатому и мне.

М а к с и м. И то хорошо. Чай, сом рыба, а…

С т а р - с т а р и ч о к. Ладно! Какое второе испытание?

М а к с и м. Глаз зоркий, руку верную проверять будем!

С т а р - с т а р и ч о к. Давай!

М а к с и м. Эй, гляди вон туда! На горе, за семь верст, что стоит?

А л е ш к а (смотрит). Дерево!

М а к с и м. Верно! А на дереве!

А л е ш к а. Гнездо птичье!

М а к с и м. А в гнезде?

А л е ш к а. Птенчики…

М а к с и м. А сколько?

С т а р - с т а р и ч о к (Максиму). Хватит! Ишь старается! Молодец, Алешенька!

А л е ш к а. Что это! Над гнездом коршун вьется. Птенчиков съесть хочет! Можно, я его из лука подстрелю? (Берет лук.)

С т а р - с т а р и ч о к. Хорошо, Алешенька! Это дело серьезное. Цель в правый глаз!

Алешка тетиву натягивает, стрелу пускает.

М а к с и м. Кажись, попал!

А л е ш к а. Дозволь сбегать? Посмотреть!

М а к с и м. Это и будет третье испытание! Беги! Пока до семи просчитаю, чтобы здесь был! Пошел!

Алешка с места срывается.

Раз! Два! Три!

С т а р - с т а р и ч о к. А ты куда торопишься! Считай как полагается!

М а к с и м. Я и так по совести.

С т а р - с т а р и ч о к. Не спорь…

М а к с и м. Четыре, пять, шесть!

Вбегает  А л е ш к а. В руках коршун мертвый.

А л е ш к а. Вот он я!

С т а р - с т а р и ч о к. Убил коршуна! Молодец!

А л е ш к а. Ошибся маленько! Ты велел в правый глаз, а я в левый угодил!

С т а р - с т а р и ч о к. Ничего, Алешенька! Прошел ты все испытания. Был ты Алешка-мальчонка — слабая ручонка, а стал Алешей — добрым молодцем. Теперь мой черед сдержать свое слово честное. Просил ты скатерть-самобранку. Дам я тебе зерно волшебное, что ты сам вырастил. Им всегда сыт будешь и людей прокормишь. Просил ты сапоги-самоходы, а у тебя теперь ноги-скороходы, так версты и отмахивают! И сила у тебя в руках такая богатырская, что любая дубинка волшебной станет и врагов крушить будет! Помни слово волшебное — семь! Сгоряча, с маху не действуй! Семь раз примерь, один раз отрежь. Помни: как нет ничего ярче солнышка, так и выше, дороже правды нет ничего на свете! Она тебе и щит и меч!

А л е ш к а. Спасибо за науку, за помощь… Никогда я вас не забуду. А теперь пора в путь-дороженьку.

М а к с и м. А куда ж ты пойдешь?

А л е ш к а. Прямо во дворец к Силе-царевичу.

С т а р - с т а р и ч о к. Счастливый путь! Простимся, Алешенька.

М а к с и м. Прощай, парнишечка!

А л е ш к а. Прощайте! (Кланяется.) Не поминайте лихом.

Сверху падают шишки еловые.

М а к с и м. Белки с тобой прощаются.

А л е ш к а (помахал рукой. Идет). Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, и не трудно совсем! Коль друзья с тобою рядом. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, и не трудно совсем! (Уходит.)

Картина четвертая

Стоит на пригорке мельница ветряная, небольшая. Подле нее сидит  М а т р е ш к а, слезы льет. Весело шагает  А л е ш к а. Увидел Матрешку, остановился.

А л е ш к а. Ты что плачешь?

М а т р е ш к а. Ох, горько мне, тошнехонько!

А л е ш к а. Обидел кто? Ну, что молчишь, не отвечаешь?

М а т р е ш к а. А что отвечать?! Все равно ты моему горю не поможешь!

А л е ш к а. А может, и помогу! Покажи мне обидчика, я его накажу.

М а т р е ш к а. Ох, нет управы на него. (Заливается слезами.) Пропадут ребятишки мои, пропадут малые… Который день голодные!

А л е ш к а. Перестань плакать! Братьев-сестер твоих накормим досыта! Много их?

М а т р е ш к а. Все наши, деревенские.

А л е ш к а. Все твои родичи?

М а т р е ш к а. Какие там родичи! Говорю, вся деревня наша!

А л е ш к а. Не пойму! Расскажи толком…

М а т р е ш к а. Да что рассказывать! Отцов-матерей Сила-царевич в полон угнал, остались одни ребятишки малые, и я с ними на́большая. Сидят голодные, холодные… Думала выпросить мучицы на мельнице. А вишь, никого здесь нет, и крылья стоят недвижные… Ветер не дует, тучи солнце закрыли. Все злодейство Силы-царевича. Хочет уморить всех голодом!

А л е ш к а. Руки коротки! Ну, довольно слезы лить, сырость разводить. Надо за дело приниматься! (Достает зернышко.) Тут тебе и сайки, и баранки, калачи и пряники!

М а т р е ш к а. Где? Что ты меня обманываешь?

А л е ш к а. А вот! Пшеничное зернышко!

М а т р е ш к а. И не совестно тебе насмехаться? На деревне стон и плач стоит… В каждой избе детишки голодные. А он им зернышко махонькое! Уходи, покуда цел! (Сжимает кулаки.)

А л е ш к а. Ты что вздумала?!

М а т р е ш к а. За насмешки твои рассчитаться!

Алешка отходит.

Ага, испугался! Выходи на правую руку, заяц трусливый!

А л е ш к а. И ничего я не струсил! А с девчонками парню драться не пристало. Вы ведь слабее нас, мужиков!

М а т р е ш к а. Ты не гляди, что я девчонка, оттаскаю не хуже парня! Выходи на левую руку!

А л е ш к а. Хватит ребячиться! Чай, не маленькие! Чего нам драться, чего не поделили? Погоди! Сейчас мы это зернышко на жернова положим! (Идет к мельнице, кладет зерно.) А теперь я подую маленько!

М а т р е ш к а (с любопытством следит за ним). А зачем дуть?

А л е ш к а. Авось крылья завертятся…

М а т р е ш к а. Да ты что, смеешься…

Подул Алешка, и укатилось у Матрешки лукошко.

Ай, мое лукошко! Что же ты делаешь?!

А л е ш к а. Отойду подальше! (Отошел в сторону и стал дуть.)

Зашевелились крылья мельницы полегоньку, завертелись, закрутились, заскрипели жернова, мелют зернышко.

М а т р е ш к а. Вот чудо чудное! Вертятся, крутятся. И без ветру обходимся! (Подбегает к мельнице, глядит.) Мелют жернова! Мелют! Не устал? Переведи дух-то!

А л е ш к а (перестает дуть).

Крылья останавливаются.

Видала! А ты не верила!

М а т р е ш к а. Молодец, парнишечка! Мал, да удал! А я-то глупая…

А л е ш к а (перебивает). Некогда разговоры разговаривать! (Надул щеки, дует изо всех сил.)

Быстро крылья вертятся.

М а т р е ш к а. Ох, батюшки! Не муку жернова мелют! Баранки сыплются! Калачи белые! Пряники расписные! Ох, матушки! Сами в мешок складываются! Спасибо тебе!

А л е ш к а. Хватит?

М а т р е ш к а. Досыта наедятся детишки! Вот обрадуются!

А л е ш к а. А где твое лукошко?

М а т р е ш к а. Не знаю. Ты как дунул, оно и укатилось!

А л е ш к а. Эх, куда его унесло! Погоди, принесу. (Уходит.)

М а т р е ш к а. А я-то, глупая, думала, он насмехается… Обидела его.

Возвращается  А л е ш к а.

А л е ш к а. Держи. (Подает лукошко.)

М а т р е ш к а. Ты прости меня… Не со зла я…

А л е ш к а. Чего вспоминать? Ишь какое лукошко — узорное… Откуда такое?

М а т р е ш к а. Сама сплела…

А л е ш к а. А ты искусница. А звать тебя?..

М а т р е ш к а. Матрешка… Матрена…

А л е ш к а. Матрена…

М а т р е ш к а. Матрена Михайловна. Я теперь за старшую! А тебя?

А л е ш к а. Алешкой… Алексеем…

М а т р е ш к а. А по батюшке?

А л е ш к а. Иваныч.

М а т р е ш к а. Спасибо вам, Алексей Иваныч, и поклон низкий. (Кланяется.) Прощайте покудова!

А л е ш к а. А что теперь делать думаете… Матрена Михайловна?

М а т р е ш к а. Ребят накормлю, напою, спать уложу. А там… утро вечера мудренее. Буду ребят приучать хлеб добывать, трудиться, не лениться! А вы, Алексей Иванович?

А л е ш к а. А я иду во дворец к Силе-царевичу.

М а т р е ш к а. К нему! Так ты ему служишь?

А л е ш к а. Нет! Одно у нас с тобой горе! И меня осиротил Сила-царевич! Решил я к нему во дворец пробраться. Там в темнице моя матушка. Забрали в полон и бабушку. Хочу выведать, в чем сила Силы-царевича, отчего он похваляется, что никто победить его не может… А как узнаю, тогда уж придумаю, как от него, проклятого, избавиться… как освободить пленников.

М а т р е ш к а. Чай, страшно идти прямо в берлогу звериную?

А л е ш к а. Что же, я трус, по-твоему? Хотя, если по совести, немного опасаюсь. Но совладаю! Нельзя мне бояться.

М а т р е ш к а. Конечно, совладаете… Мал, да удал!

А л е ш к а (перебивает). Что ж мы с вами стоим разговариваем, Матрена Михайловна? Детишки голодные…

М а т р е ш к а. Заждались, Алексей Иванович…

А л е ш к а (выносит мешки, связки баранок). Далеко идти до деревни-то?

М а т р е ш к а. Эвон, за речкою! Семь верст!

А л е ш к а. Семь верст не околица! Мигом дойдем!

М а т р е ш к а. Неужто все донесете?

А л е ш к а. И сами сверху сядете — все равно донесу… Пойдемте, Матрена Михайловна…

М а т р е н а. Пошли, Алексей Иванович!

Взялись за руки и зашагали.

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина пятая

Подземный дворец Силы-царевича. Стены железом обиты. На железных цепях светильники висят. В медных таганах огонь горит. Подле них  Н е у л ы б а  сидит. Входит  Л у к а  Л у к а в ы й.

Л у к а в ы й. Неулыба, у тебя все готово?

Неулыба молчит.

Неулыба! Тебя спрашиваю! (Подходит ближе.) Не слышишь, что ли?

Н е у л ы б а. Нет.

Л у к а в ы й. Я спрашиваю…

Неулыба руки поднимает. Вспыхнуло красное пламя.

Н е у л ы б а. Слушаю…

Л у к а в ы й (хрипло). Я спрашиваю… Что! Голос потерял!

Н е у л ы б а. Подойди! Верну!

Подходит с опаской Лукавый. Подняла руку Неулыба, вспыхнул зеленый огонь. Отскочил Лукавый.

Л у к а в ы й (тонким голосом). Я спрашиваю… Так это же не мой голос. Верни мой, собственный…

Н е у л ы б а. Подойди.

Опасается Лукавый, а ничего не поделаешь, подходит. Подняла Неулыба руку, вспыхнул синий огонь. Отскочил Лукавый и заговорил своим голосом.

Л у к а в ы й. Я спрашиваю… Теперь мой… (В сторону.) Вот вещунья проклятая.

Н е у л ы б а. Что?

Л у к а в ы й. Все ли готово к гаданью? Сейчас Сила-царевич пожалует.

Н е у л ы б а. Нет еще!

Л у к а в ы й. Их могущество гневается!

Н е у л ы б а. Невелика птица! Подождет!

Л у к а в ы й (в ужасе). Это о ком такие слова?

Н е у л ы б а. А ты о ком говорил?

Л у к а в ы й (торжественно). О самом Силе-царевиче!

Н е у л ы б а. И я о нем!

Л у к а в ы й. А вот я ему доложу…

Н е у л ы б а. Иди, говори…

Л у к а в ы й (идет). Ваше могущество, что я слышал…

Подняла руку Неулыба, вспыхнуло пламя синее. Онемел Лукавый, только рот раскрывает.

Н е у л ы б а. Как будешь докладывать?

Лукавый просит, чтоб расколдовала его Неулыба. Подняла руку Неулыба, взмахнула платком — заговорил Лукавый.

Л у к а в ы й. Вот напугала! Я ж так… сказал шуткою…

Н е у л ы б а. Со мной шутки коротки.

Л у к а в ы й. Вижу… Больше не буду. Что прикажешь сказать Силе-царевичу?

Н е у л ы б а Иди, зови его!

Л у к а в ы й. Слушаюсь… (Быстро уходит.)

Н е у л ы б а (задумалась. Огляделась, голову опустила). Стены железные, запоры крепкие! Ох и скучно мне, тошнехонько! Позабыла я, как светит солнышко, как сияют звезды ясные. Люди кругом жестокие… Ненавижу всех лютой ненавистью.

Слышны трубы медные. Неулыба подходит к огню. Л у к а в ы й  открывает дверь. Входит  С и л а - ц а р е в и ч.

О чем спрашиваешь, Сила-царевич?

С и л а - ц а р е в и ч. Людишки мне подвластные голову поднимают: были покорными — стали строптивыми. Раньше молчали, теперь разговаривают. О чем болтают, Лукавый?

Л у к а в ы й. У меня все записано. (Читает.) «Доколе терпеть будем Силу-царевича треклятого! Нет больше моченьки! Живут же люди счастливо, а мы пропадаем. Что ни сработаем, все дармоед пожирает, все в глотку ненасытную дармоеду проклятому…»

С и л а - ц а р е в и ч. Это кто ж дармоед?

Л у к а в ы й. Вы, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Я?!

Л у к а в ы й. Так точно, ваше могущество, вы и есть дармоед!

С и л а - ц а р е в и ч (грозно). Забылся, Лукавый!

Л у к а в ы й (испуганно). Это они так болтают! Не я! Они говорят, что ваше могущество дармоед…

С и л а - ц а р е в и ч (перебивает). А ты сдуру глупости повторяешь! Дальше…

Л у к а в ы й. «…дармо… Поднимайтесь, люди добрые! Расправляйтесь со слугами царскими! А там и Силу-царевича растопчем, заживем счастливо! Или жизни добьемся, или жизни решимся!»

С и л а - ц а р е в и ч (в ярости). Хватит! Довольно! Замолчи! Полетят их головы! Только б мне дознаться!..

Н е у л ы б а. Что узнать хочешь, Сила-царевич?

С и л а - ц а р е в и ч. Кто смущает их? Откуда речи крамольные? Где корень бунтарский?

Н е у л ы б а (подняла руку, закружилась в пляске).

Слетайтесь, духи вещие!

На огонь, на пламя жаркое!..

Разгорается огонь. Загудело, застонало все кругом.

Расскажите мне, что другим неведомо. (Наклонилась над огнем, будто слушает.) А ты что молчишь, светлый дух? Иль разгневался?.. Заклинаю тебя. Приказываю — ты раскрой мне завесу темную. (Снова слушает.)

Пышет огонь.

(Закрыла глаза.) Слышу песни звонкие… Вижу поля мирные… хлеба золотые колышутся. Слышу, молоты бьют тяжелые, куют плуги железные. Люди для себя трудятся — живут счастливо!

Л у к а в ы й. Что она сказки рассказывает? Мы про нашу землю спрашиваем, а она про счастливую…

Н е у л ы б а. Добрая слава по земле катится. Проведали подневольные про долю светлую! Захотели сбросить ярмо рабское, стать свободными да счастливыми.

С и л а - ц а р е в и ч. Вот откуда все начинается! На власть мою посягают! Не бывать этому!

Л у к а в ы й. А что духи предсказывают? Как дело обернется?

Н е у л ы б а. Отлетают, отлетают духи вещие… Все сказали, что дозволено.

Гаснет огонь.

С и л а - ц а р е в и ч. Можешь идти, Неулыба. Возьми за гаданье. (Дает ей жемчужное ожерелье.)

Взяла Неулыба и молча вышла.

Л у к а в ы й (в сторону). И спасибо не скажет!..

С и л а - ц а р е в и ч. Что шепчешь, Лукавый?

Л у к а в ы й. Думаю, что делать будем! Оно конечно, духи, они вещие… Гаданье хорошо, а хитрость полезнее. Как бы слукавить.

С и л а - ц а р е в и ч. Силой надо действовать! Кто слышал про эту страну — того заточить в темницу! Кто о жизни свободной подумает — уморить жаждой-голодом. Кто слово молвит: «дармоед» или «страна счастливая» — рубить тому голову!

Л у к а в ы й. Ах, хорошо, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Быть по сему!

Л у к а в ы й. Еще бы хитрости добавить…

С и л а - ц а р е в и ч. Говори!

Л у к а в ы й. Надо послать слугу верного в ту страну счастливую…

С и л а - ц а р е в и ч (перебивает). Ты какое слово сказал?! Забыл запрет?! Вот тебе первому и снесу голову!

Л у к а в ы й (в ужасе). Оговорился! Помилуйте! Повинную голову и меч не сечет!

С и л а - ц а р е в и ч. А я попробую! (Кладет руки на меч.)

Л у к а в ы й. Ва-ва-ше… пожалейте! Про… про… про… стите…

С и л а - ц а р е в и ч. Испугался! Люблю, когда меня боятся! Будет! Пошутил я! Дальше говори! Что это у тебя нога на месте не стоит?

Л у к а в ы й (дрожит). Сердце в пятку ушло! Там и колотится!

С и л а - ц а р е в и ч. Перестань дрожать, а то выскочит. Говори!

Л у к а в ы й. Слушаюсь! Придет наш слуга в ту страну, все узнает, выведает. А главное, пусть расскажет там, какой Сила-царевич добрый, хороший, милостивый, как у него жить хорошо! Они уши развесят, поверят и перестанут свою жизнь расхваливать!

С и л а - ц а р е в и ч. Хорошо придумано! Молодец, Лукавый! Возьми. (Бросает ему кольцо.)

Л у к а в ы й (поднимает, в сторону). Наградил… Ей ожерелье жемчужное, а мне кольцо медное… Подавись ты…

С и л а - ц а р е в и ч. Что бормочешь?..

Л у к а в ы й (кланяется). Много лет вам здравствовать. Благодарю за милость царскую!

С и л а - ц а р е в и ч. А кого пошлем, как думаешь?

Л у к а в ы й. В том и загвоздка!

С и л а - ц а р е в и ч. Сам пойдешь.

Л у к а в ы й. Что вы?! Они меня сразу прикончат.

С и л а - ц а р е в и ч. Это-то не беда, а вот не поверят.

Л у к а в ы й. Пронырушку?

С и л а - ц а р е в и ч. Рехнулся!

Л у к а в ы й. А Фискальчика подавно нельзя!

С и л а - ц а р е в и ч. Полон дворец бездельников, а послать некого.

Л у к а в ы й. Есть! Нашел! Мальчонку этого!

С и л а - ц а р е в и ч. Какого еще?

Л у к а в ы й. Алешку! Работать научился и вашему могуществу покорился.

С и л а - ц а р е в и ч. Молодец! Держи… (Бросает деньги.)

Л у к а в ы й (поднимает). Спасибо за милость царскую.

В дверь  П р о н ы р у ш к а  проскальзывает, остановилась у двери, слушает.

С и л а - ц а р е в и ч. Позвать мальчонку!

Л у к а в ы й. Эй, Пронырушка!

П р о н ы р у ш к а. Я здесь, милостивый!

Л у к а в ы й. А ты откуда взялась?

П р о н ы р у ш к а. Сердцем почуяла, что понадоблюсь. Уж такая усердная.

Л у к а в ы й. Ступай приведи Алешку-мальчонку.

П р о н ы р у ш к а. Мигом, милостивый! (Уходит.)

Л у к а в ы й. Сейчас мы его научим.

Вбегает  Ф и с к а л ь ч и к.

Ф и с к а л ь ч и к. А сестрица Пронырушка вас подслушивала. Сейчас отсюда выбежала. Улыбается, над вами насмехается. Дайте денежку.

Л у к а в ы й. По затылку тебе, а не денежку.

Ф и с к а л ь ч и к. А за что?

Л у к а в ы й. Чтобы вздор не нес!

Ф и с к а л ь ч и к. Значит, не годится эта ябеда?

Л у к а в ы й. Чепуха настоящая!

Ф и с к а л ь ч и к. Я другую принесу… Пойду на кухню, послушаю, что холопы говорят, узнаю, о чем думают, донесу, нафискалю, наябедничаю! Готовь денежку! (Убегает.)

Л у к а в ы й. Ну и жаден Фискальчик…

С и л а - ц а р е в и ч. Зато старательный!

П р о н ы р у ш к а  входит, ведет за собой  А л е ш к у.

П р о н ы р у ш к а. Вот он! Поклонись Силе-царевичу!

Алешка кланяется.

Да пониже, авось голова не отвалится.

Л у к а в ы й. Ну скажи, как живется у нас, нравится ли тебе во дворце царском?

А л е ш к а. Ничего…

П р о н ы р у ш к а. Да ты поблагодари за хлеб-соль, скажи: премного доволен, спасибо за милость царскую. Ну, что молчишь?

А л е ш к а. А ты уж сказала, что ж говорить — масло масляное.

С и л а - ц а р е в и ч. Приступай к делу, Лукавый!

Л у к а в ы й. Слушай волю царскую! Пойдешь в страну дальную. Будешь людям рассказывать, как хорошо живется у Силы-царевича, какой он добрый да милостивый. Если покорятся Силе-царевичу — не жизнь у них будет, а малина… Понял, что надобно?

А л е ш к а. А чего не понять? Дело ясное!

Л у к а в ы й. Ну, как говорить-то будешь?

А л е ш к а. Показать?

С и л а - ц а р е в и ч. Да!

А л е ш к а. Ну, вот прихожу в деревеньку, на завалинке бабы сидят. (Усаживает Пронырушку.) Здравствуй, бабушка!

П р о н ы р у ш к а. Да какая я тебе бабушка! Я еще молоденькая!

С и л а - ц а р е в и ч. Не перечь ему!

П р о н ы р у ш к а (недовольно). Здравствуй, соколик!

А л е ш к а. Велел вам кланяться Сила-царевич.

П р о н ы р у ш к а. Спасибо его царской милости!

А л е ш к а. Радуйтесь, люди бедные. На вас походом идет войско царское. Были вы беззащитные, а теперь за ним как за крепкой стеной!

П р о н ы р у ш к а. А мы ждем не дождемся!

А л е ш к а. Тут мужики подходят, слушают. (Усаживает Лукавого.) А вы что не радуетесь?

Л у к а в ы й. Мы радуемся! Пусть скорее жалует, встретим хлебом-солью да низким поклоном.

А л е ш к а. Так их нечего уговаривать! Пусть по правде говорят, а не так…

С и л а - ц а р е в и ч. Вы не так! Вы по правде!

Л у к а в ы й. А как, ваше могущество?

С и л а - ц а р е в и ч. Вы перечьте ему! (Кричит.) Приказываю!

П р о н ы р у ш к а (вздрогнула, затараторила). Не хотим Силу-царевича!

А л е ш к а. Отчего, глупые?!

П р о н ы р у ш к а. Он нас замучает! Не хотим на него спину гнуть!

А л е ш к а. Много ли работать придется?

П р о н ы р у ш к а. Знаем! От зари до зари.

А л е ш к а. Ну что ж, рано встанете, зато поздно ляжете.

Л у к а в ы й. Последнее заберет, ничего не оставит!

А л е ш к а. Ничего! Руки-ноги при вас останутся, а больше ничего вам не надобно.

Л у к а в ы й. Что есть станем? Чем детишек кормить будем?

А л е ш к а. Милостью царской! Она и накормит и напоит!

П р о н ы р у ш к а. Известно! Накормит кашей березовой.

Л у к а в ы й. И жить не захочется, как плетью попотчует.

А л е ш к а. Это вы привередничаете! Добра себе не желаете. А уж добр Сила-царевич! Словами не выскажешь. И слуги у него приветливые, заботливые, честные, чужого не тронут. Взять хотя бы…

П р о н ы р у ш к а (перебивает). Сестрицу Пронырушку. Ничего худого о ней не вымолвишь. И такая она хорошая…

А л е ш к а. Так опять не получится. Пусть они перечат мне!..

С и л а - ц а р е в и ч. Верно! Вы перечьте ему!

Л у к а в ы й. Слушаюсь! Хорошая, правда! Попади ей в руки, гол как сокол останешься. И все втихомолку да с улыбкой. А вот Лукавый Лука…

П р о н ы р у ш к а (перебивает). Лучше я о нем скажу — о Лукавом! Вот уж бестия хитрая. И не оглянешься, как по миру пустит. А попробуй пожаловаться. Всю душу вынет.

Л у к а в ы й. Нет, вы послушайте про Пронырушку. Эта лисичка-сестричка всюду пронырнет. Руки у нее загребущие, глаза завидущие… Все, что плохо лежит, заграбастает.

П р о н ы р у ш к а (взвизгивает). Это я-то заграбастаю! Да разве после тебя что останется? Ты как дань пойдешь собирать, про свои карманы думаешь, а не про выгоду царскую!

Л у к а в ы й. Ах ты баба скверная! По себе, видно, судишь! А кто из царских кладовых к себе в каморку все тянет!

П р о н ы р у ш к а. Это я тяну?! Ох, держите меня, я ему сейчас глаза выцарапаю!

Л у к а в ы й. Руки коротки! А вот я тебя за косы оттаскаю.

С и л а - ц а р е в и ч (смеется). Так! Так! Любо-дорого! Ату! Ату! Бери, бери, куси его!

П р о н ы р у ш к а. Ну, пеняй на себя, пес лукавый! Так изуродую, родная мать не узнает!

Л у к а в ы й. Загоню тебя в щель, уж оттуда не вынырнешь!

Бросаются друг на друга.

А л е ш к а. Смотрите, люди, какое у них житье тихое, дружное, какие они ласковые!

С и л а - ц а р е в и ч. Хватит! Довольно! Стойте, оглашенные!

Опомнились Лукавый и Пронырушка, остановились.

Молодец мальчонка! Распотешил. А твоя хитрость, Лукавый, глупая! Не поверят! Сам придумаю! На вас надежда плохая! Без вас решу! Сам найду! (Уходит.)

Л у к а в ы й. Ступай, Алешка. Я тебя позову, как понадобишься.

Алешка уходит.

Слушай, Пронырушка, что же это мы так попались!

П р о н ы р у ш к а. Да уж опростоволосились…

Л у к а в ы й. Это ты начала первая…

П р о н ы р у ш к а. Да и ты хорош, батюшка…

Л у к а в ы й. Как же оно так получилось! А все мальчонка этот. (Задумался.) Слушай, Пронырушка. Ступай позови Фискальчика.

П р о н ы р у ш к а. Мигом, батюшка. (Убегает.)

Л у к а в ы й. Сдается мне, что не так-то прост этот Алешка. Меня на кривой не объедешь. Я воробей стреляный.

Вбегает  Ф и с к а л ь ч и к.

Ф и с к а л ь ч и к. Звал меня?

Л у к а в ы й. Нет…

Ф и с к а л ь ч и к. А Пронырушка сказывала…

Л у к а в ы й. Перепутала. Мне Алешка нужен…

Ф и с к а л ь ч и к. Он на кухне. Ненилу упрашивает.

Л у к а в ы й. Наверно, пирога хочет.

Ф и с к а л ь ч и к. Хочет… Хочет снести его пленникам.

Л у к а в ы й. Хитрит, сам съесть думает.

Ф и с к а л ь ч и к. Нет! Все выспрашивает, где Настасья-Краса — Золотая коса.

Л у к а в ы й. Так… Ну, иди, позови Неулыбу. Скажи, дело важное!

Ф и с к а л ь ч и к. Алешку тоже позвать?

Л у к а в ы й. Не надобно…

Ф и с к а л ь ч и к (бежит, останавливается). Погоди! Я ж на Алешку наябедничал… Давай денежку!

Л у к а в ы й. А я тебя ни о чем не спрашивал.

Ф и с к а л ь ч и к. Значит, даром проговорился! Пропала ябеда. Вот незадача! Бегу! (Убегает.)

Л у к а в ы й. Кажется, догадываюсь! Я ему покажу… Попадешь в западню как миленький.

Входит  Н е у л ы б а.

Н е у л ы б а. Зачем звал меня?

Л у к а в ы й. Дело есть важное… Надо выведать… На свежую воду вывести. Разузнать, что думает.

Н е у л ы б а. Все лукавишь? Кого погубить задумал?

Л у к а в ы й. Зачем губить… Так, расспросить…

Н е у л ы б а. Уж я тебя знаю вдоль и поперек.

Л у к а в ы й. А хотя бы и погубить! Тебе жалко, что ли?

Н е у л ы б а. Что такое жалость, мне неведомо.

Л у к а в ы й. Ну и прекрасно… Вот что сделать надобно: есть здесь Алешка…

Н е у л ы б а. Мальчонка?

Л у к а в ы й. Он самый! Обернись ты Настасьей-Красой — Золотой косой.

Н е у л ы б а. Пленницей!

Л у к а в ы й. Сдается мне, что это его матушка…

Н е у л ы б а. Алешки этого?

Л у к а в ы й. Именно! Я его словно невзначай пришлю, увидит тебя, подумает, матушка, и растает мальчонка… А тебе надо у него…

Н е у л ы б а (перебивает). Все выпытать?!

Л у к а в ы й. Какая понятливая. А главное, зачем он сюда пришел и правду ли говорит, что покорился Силе-царевичу. Нет ли у него думы тайной.

Н е у л ы б а. А если есть…

Л у к а в ы й. Мне скажешь.

Н е у л ы б а. А ты его казнишь…

Л у к а в ы й. Не жалеешь ли?

Н е у л ы б а. Мне все равно. Зови… мальчонку. Пойду обернусь Настасьей-Красой — Золотой косой.

Л у к а в ы й. Вот спасибо! Коль все сделаешь, награжу я тебя золотом.

Н е у л ы б а. Не надо! Я не ты — не жадная! (Уходит.)

Л у к а в ы й. Вот заноза вредная! Погоди ж, и до тебя доберусь! Эй, Пронырушка!

Входит  П р о н ы р у ш к а.

П р о н ы р у ш к а. А я тут!

Л у к а в ы й. Слушай, дело тонкое!

П р о н ы р у ш к а (поводит носом). Я уж чую, чую, батюшка.

Л у к а в ы й. Ты пойдешь к Алешке, притворишься добренькой…

П р о н ы р у ш к а. Ох, люблю притворяться!

Л у к а в ы й. И скажешь ему… (Оглянулся.) Он сюда идет… Пойдем, расскажу.

Пронырушка и Лукавый уходят. Входит  А л е ш к а. Садится. Вбегает  Ф и с к а л ь ч и к.

Ф и с к а л ь ч и к. Ты, Алешка? Больше нет никого? Я тебе расскажу… Послали его на кухню, речи слушать, а он стал яблоки кушать. Квасу напился и спать завалился. Лентяй, проспал — ничего не узнал.

А л е ш к а. Ты про кого?

Ф и с к а л ь ч и к. Про Фискальчика! Это он лентяй. Я тебе еще расскажу. Дай денежку.

А л е ш к а. Кому?!

Ф и с к а л ь ч и к. Мне!

А л е ш к а. А ты кто?

Ф и с к а л ь ч и к. Я Фискальчик.

А л е ш к а. А доносишь на кого?

Ф и с к а л ь ч и к. На него, на Фискальчика.

А л е ш к а. Ты что же, сам на себя ябедничаешь?

Ф и с к а л ь ч и к. А что поделаешь? Дело уж к вечеру, за целый день никто не попался, так без ябеды и остался! А я без нее не могу, я без ябеды пропаду! Пойду еще на кухню послушаю, может, кто попадется, а то на себя доносить придется… (Убегает.)

А л е ш к а. Надо предупредить…

Входит  П р о н ы р у ш к а.

П р о н ы р у ш к а. Я его повсюду разыскиваю, а он здесь, миленький… Пожалела я тебя, сироту…

А л е ш к а. Меня жалеть нечего…

П р о н ы р у ш к а. Не знаешь ты моей душеньки… Ах, как воск она у меня! Хочешь повидаться?!

А л е ш к а. С кем?

П р о н ы р у ш к а. Чего от меня скрываешься? Здесь Настасья-Краса — Золотая коса. Ах, бедная! Взяла я грех на душу… Видишь, ключи… Тайком их достала… Это от темницы ее. Ты постой здесь минуточку, я пойду за ней. Вот и свидитесь! (Уходит.)

А л е ш к а. Не гадал, что увижу матушку! Неужто Проныра такая добрая!

Возвращается  П р о н ы р у ш к а, ведет за собой  Н е у л ы б у. Она в другой одежде, голова накрыта платком.

П р о н ы р у ш к а. Вот он! Гляди, Алешка!

Н е у л ы б а (Пронырушке). Уходи. Оставь нас.

Пронырушка уходит.

(Снимает платок. Падает золотая коса. Протягивает руку к Алешке.) Сыночек мой. (Обнимает его.) Не узнаешь?

А л е ш к а. Это ты, матушка?

Н е у л ы б а. Вот и счастлива я, Алешенька!

А л е ш к а. А уж как я рад, матушка!

Н е у л ы б а. Расскажи мне, сынок, как попал ты сюда, в звериное логово? Не боишься?

А л е ш к а. Не боюсь, матушка. Я теперь уж не Алешка-мальчонка — слабая ручонка! Я Алеша — добрый молодец.

Н е у л ы б а. Что же ты, добрый молодец, Силе-царевичу повинился, ему, злому, покорился?

А л е ш к а. Нет, не покорился я ему… А скажи, матушка, отчего ты такая грустная? Говоришь, что счастлива, а не улыбнешься мне?

Н е у л ы б а. Не умею! Отучили меня злые люди улыбаться.

А л е ш к а. Милая матушка, вспомни, что добрых людей намного больше, и снова научишься.

Н е у л ы б а. Где они, добрые люди? Все как волки: загрызть друг друга готовы.

А л е ш к а. А мне бабушка сказывала…

Н е у л ы б а (перебивает). Не слушай сказок бабушкиных. Говори скорее, а то разлучат нас…

А л е ш к а. А пришел я сюда неспроста… (Замолкает.) Отчего, матушка, твои волосы в темноте не светятся?..

Н е у л ы б а. А зачем им светиться? Золотые, драгоценные…

А л е ш к а. Дай мне прядку волос твоих, матушка…

Н е у л ы б а. Нет, ни один волосок мне отдать нельзя! Не проси! Так кто ж прислал тебя сюда?

А л е ш к а (в сторону). Рассказать?! Нет, не стану… (Громко.) А привели меня сюда горе да беда… остался один-одинешенек.

Н е у л ы б а. Ты все, сынок, открыл мне?

А л е ш к а. Все! Больше нечего.

Н е у л ы б а. Попрощаемся!

А л е ш к а. Прощай!

Н е у л ы б а. Еще свидимся…

Входит  П р о н ы р у ш к а.

П р о н ы р у ш к а. Пойдем, Алешенька! Сейчас погляжу. (Бежит к двери, смотрит.)

А л е ш к а (тихо). Это не матушка… Хорошо, что смолчал.

П р о н ы р у ш к а. Идем. (Неулыбе.) А ты погоди, я вернусь, провожу тебя в темницу. (Уводит Алешку.)

Н е у л ы б а. Что сказать Лукавому? Хоть и прост мальчонка, а есть у него на уме тайное. Так и скажу… А как он прильнул ко мне, обрадовался: «Матушка, милая». Что это будто у меня сердце дрогнуло! Не хочу! Пусть снова застынет.

Вбегает  Л у к а в ы й.

Л у к а в ы й. Ну, что вызнала?

Н е у л ы б а. Вызнала.

Л у к а в ы й. Зачем пришел сюда? Признался, что сын Настасьи он?

Н е у л ы б а. Нет.

Л у к а в ы й. А что у него на уме?

Н е у л ы б а. Что на уме… то и на языке! Простой мальчишка! Бесхитростный. И тревожиться нечего!

Л у к а в ы й. Ты все выспросила, как я наказывал?

Н е у л ы б а. Все! Сирота, пришел, покорился, повинился. Пойду я…

Л у к а в ы й. Иди…

Неулыба уходит.

Теперь я успокоился. (Уходит.)

Входит  с т а р у ш к а  с лукошком. В нем ягоды. Оглядывается. Следом за ней идет  П р о н ы р у ш к а.

П р о н ы р у ш к а. Это еще кто такая? Ты зачем здесь?

С т а р у ш к а (будто не поняв). Спасибо, милая, я постою. Не велика барыня!

П р о н ы р у ш к а. Да я не про то! Как звать тебя?

С т а р у ш к а. Ягода лесная. Верно, милая. Гляди, свежая… одна к одной… Крупная.

П р о н ы р у ш к а. Не слышит, старая! (Громче.) Ты как сюда попала-то?

С т а р у ш к а. Можно с молоком… Как пожелаешь, милая!

П р о н ы р у ш к а. Вот глухая тетеря!

С т а р у ш к а. Можно, можно и со сливками. Верно, милая…

П р о н ы р у ш к а. С ней пока сговоришься, горло надорвешь! Пусть Ненила мучается! (Кричит.) Ненила, старуха тут ягоды принесла.

С т а р у ш к а. Ты что шепчешь? Недослышу я.

П р о н ы р у ш к а. Стой здесь. Повариху позову. (Уходит.)

С т а р у ш к а. Года древние…

Входит  А л е ш к а.

А л е ш к а. Здравствуй, бабушка!

С т а р у ш к а. Здравствуй, внучек. Попробуй ягодку.

А л е ш к а. Спасибо, не хочется!

С т а р у ш к а. Ох! Ох! Ох! Старость не радость! Устали ноженьки! Совсем не держат…

А л е ш к а. А ты присядь, бабушка. Дай пособлю.

С т а р у ш к а. Погоди! Сама попробую! Подержи лукошко!

Алешка берет лукошко. Топнула ногой старушка, прыгнула в кресло высокое. Сидит улыбается, ногами болтает.

А л е ш к а. Молодец, бабушка!

С т а р у ш к а. А ты как думал? Возьми ягодку да подай лукошко мне!

А л е ш к а (берет ягоду, хочет отдать лукошко, останавливается). Постой, бабушка! Откуда у тебя это лукошко?

С т а р у ш к а. А тебе для чего знать?

А л е ш к а. Да вроде я его раньше видел!

С т а р у ш к а. А меня?!

А л е ш к а. А тебя впервой вижу!

С т а р у ш к а. Эх, Алешка! Узнал лукошко, а я ведь… (Распахнула платок.)

А л е ш к а. Матрешка!!!

М а т р е ш к а. Тише!

А л е ш к а (обрадовался). Я вспоминал тебя… Думал…

М а т р е ш к а. Думал… Лукошко узнал, а меня не признал! Слушай! Пошла я с ребятами ягоды собирать. В лесу полянка зеленая. Гляжу, пень поворачивается, а там Стар-старичок…

А л е ш к а. Сам с ноготок, борода с локоток.

М а т р е ш к а. Да! Узнал он пряники расписные, что из волшебного зернышка. Рассказала я ему, как ты нас накормил. Похвалил он тебя… И велел сходить к тебе, рассказать о доброй вести: собираются в лесу люди вольные, невмоготу им больше терпеть Силу-царевича. Вместе вам легче будет одолеть ненавистного.

А л е ш к а. За весть хорошую спасибо тебе, Матрешка! Поскорей бы мне выведать, в чем сила проклятого, и тогда…

Голос  П р о н ы р у ш к и: «Эй, старая!»

М а т р е ш к а. Пойдем отсюда… (Набрасывает платок, снова старушкой становится.)

Входит  П р о н ы р у ш к а.

П р о н ы р у ш к а. Иди! Ждет повариха!

М а т р е ш к а. Что ты шепчешь?

А л е ш к а (кричит). К поварихе иди!

Пронырушка незаметно берет ягоды.

М а т р е ш к а. Ась? Ох, уши не слышат… глаза не видят, ноги не ходят… Года мои древние…

А л е ш к а (Пронырушке). Давай вместе, Пронырушка…

А л е ш к а  и  П р о н ы р у ш к а (вместе). На кухню иди! Повариха ждет!

М а т р е ш к а. Совсем оглушили! Помоги сойти, внучек.

А л е ш к а (снимает ее с кресла). Пойдем, бабушка.

М а т р е ш к а. Пойдем, внучек… Ох, старость не радость.

Алешка и Матрешка уходят.

П р о н ы р у ш к а (ест ягоды). Хоть немного поживилась. (Передразнивает.) «Глаза не видят». А мне выгода! Эх, хороша ягода! Крупная, свежая… А эта? Мелкая! Ишь, обманщица старая! И не совестно.

Входит  Л у к а в ы й.

Л у к а в ы й. Ты что делаешь?

П р о н ы р у ш к а (давится, спешит проглотить ягоды). Тебя жду, милостивый!

Л у к а в ы й. Зачем?

П р о н ы р у ш к а. Авось наградишь меня!

Л у к а в ы й. За что?

П р о н ы р у ш к а. А за то, что Алешку обвела вокруг пальца! Хитро! Он и не догадался!

Л у к а в ы й. Подумаешь, невидаль! Такого не провести! Да он — сама простота!

Вбегает  Ф и с к а л ь ч и к.

Ф и с к а л ь ч и к (кричит). Все меня слушайте! Все давайте по денежке. Где сам Сила-царевич, пусть дает денежку!

Л у к а в ы й. Ты что, рехнулся?

Ф и с к а л ь ч и к. Когда узнаете, сами умом тронетесь! Готовьте денежки! Все узнал Фискальчик! От него ничего не укроется! Ай да мальчик! Ай да Фискальчик! (Пританцовывает.)

Л у к а в ы й. Говори скорей.

Ф и с к а л ь ч и к. Ан не скажу! Знаю я тебя, Лукавого! У меня выспросишь, а Силе-царевичу скажешь, что это твоя ябеда! Я за нее в котле сидел, спину потом еле разогнул! Сам скажу свою ябеду прямо в уши Силе-царевичу. Он меня наградит! Сам донесу! Сам наябедничаю. Не отдам, миленькую.

Входит  С и л а - ц а р е в и ч. С ним  с л у г и  ц а р с к и е.

С и л а - ц а р е в и ч. Что за шум? Кто смеет кричать?

Ф и с к а л ь ч и к. Я кричу! Я смею! Я все могу! Я в котле сидел, чуть не задохнулся. Дай денежку.

Л у к а в ы й. Говори скорей, а то выгоню.

Ф и с к а л ь ч и к. Выгонишь — пожалеешь. В ножки поклонишься. Ай да ябеда! Всем ябедам ябеда! Прямо царь-ябеда!

С и л а - ц а р е в и ч. Говори! Слушаю!

Ф и с к а л ь ч и к. Я на кухне в котле спрятался…

Л у к а в ы й. Опять котел… ты про дело давай…

Ф и с к а л ь ч и к. С него все начинается! Сижу в котле… Пришла Ненила… Я подглядываю! Алешка привел старушку! Я подсматриваю! Стали разговаривать! Я подслушиваю! Старушка рассказывает про страну счастливую. Хорошо, мол, живут там! Алешка поддакивает. Я на ус мотаю! Ненила расплакалась: «Вот людям счастье, а мы горе мыкаем!» Алешка утешает: «Не плачь! Скоро придет конец Силе-царевичу». Тут я так обрадовался!..

С и л а - ц а р е в и ч. Чему ж ты, балда, обрадовался?

Ф и с к а л ь ч и к. Больно ябеда хороша! Я донесу, их погублю, денежку получу. Из котла выскочил, сюда прибежал, все рассказал! Дай денежку!

С и л а - ц а р е в и ч. На! (Бросает деньги.) Подать сюда Ненилу! Каргу старую! Мальчишку негодного!

Бросились слуги царские выполнять приказание.

П р о н ы р у ш к а (обнимает Фискальчика). Ах ты мой братец, родненький! Дай прижму тебя к своему сердцу!

Ф и с к а л ь ч и к (обнимает ее). Прижми, сестрица моя милая!

П р о н ы р у ш к а. Какой ты старательный! Так люблю я тебя… (Лезет к нему в карман.)

Ф и с к а л ь ч и к. И я тоже… Эй, куда тянешь денежку?

П р о н ы р у ш к а. Для сестрицы любимой пожалел!

Ф и с к а л ь ч и к. Я люблю больше денежку.

С л у г и  приводят  Н е н и л у  и уходят.

Н е н и л а. Вы чего толкаетесь?

Л у к а в ы й. Ты, баба негодная! Правду показывай! Кто у тебя на кухне?

Н е н и л а. Бык печеный, к нему чеснок толченый! На ужин, значит.

Л у к а в ы й. Зубы не заговаривай! Где старуха? О чем с ней говорила?

Н е н и л а. А я старуху и в глаза не видела!

Ф и с к а л ь ч и к. Забыла? Так я напомню! (Показывает.) Ходит меленько… голос скрипучий, трясется от старости.

Н е н и л а. Ты, видать, тронулся?

Ф и с к а л ь ч и к. Я в котле сидел, с места не трогался.

Н е н и л а. Умом тронулся — старушка и померещилась!

Ф и с к а л ь ч и к. Померещилась?! А вот ведут ее!

Слуги вводят  М а т р е ш к у.

Вот она, старушка древняя!

М а т р е ш к а (вырывается, звонко). Вы чего меня держите?

Л у к а в ы й. Какая же это старуха? Это…

С и л а - ц а р е в и ч. Ты кто такая?

М а т р е ш к а. Девчонка! А ты?

С и л а - ц а р е в и ч. Я — Сила… А тебе какое дело, девчонка! (Слугам.) Где старуха?! Подать ее сюда, слышите?!

С л у г а. Нет старухи, царь-батюшка.

Л у к а в ы й. А может, ее и не было! (Хватает за ухо Фискальчика.) Соврал, Фискальчик!

Ф и с к а л ь ч и к. Ой! Ой, оторвут уши — нечем будет ябеды слушать! Я старался…

С л у г и  приводят  А л е ш к у.

Вот Алешка! Его спросите, меня отпустите!

Л у к а в ы й. Где старуха?

А л е ш к а. Какая такая старуха? Не видел, не знаю, не ведаю!

П р о н ы р у ш к а. Ах, глаза твои бесстыжие! Да мы ж вместе с ней разговаривали! Не ты ли ее в кухню повел за руку?

А л е ш к а. Знать ничего не знаю.

Н е н и л а. Ничего не слыхали!

М а т р е ш к а. Ничего не видали!

Л у к а в ы й. Упираются. Дозволь их, Сила-царевич, прижечь каленым железом. Живо языки развяжут!

С и л а - ц а р е в и ч. Дозволяю…

Л у к а в ы й. Эй, палача позовите!

А л е ш к а. Их не трогайте! Это я про страну рассказывал!

Л у к а в ы й. Кому?

А л е ш к а. Фискальчику!

Ф и с к а л ь ч и к. Мне?

С и л а - ц а р е в и ч (в ярости). Молчите, негодные! Нашли старуху? Нет? Кто осмелился вымолвить — «дармоеды»?

Л у к а в ы й (в страхе). Вы, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Что?

Л у к а в ы й. Испугался!.. Заплетык языкается… Ох, язык заплетается.

С и л а - ц а р е в и ч. Кто сказал?

Л у к а в ы й. Вы… я… он, она, мы… дармоеды… Ох…

С и л а - ц а р е в и ч. Пропади ты пропадом! Сам расправлюсь! Мальчишку цепями к стене приковать! Потом разберусь!

Слуги хватают Алешку.

Ну, Лукавый, старуху не найдешь, голову потеряешь. А теперь вон отсюда, бездельники! Все до единого! Вон!

Толкая друг друга, все разбегаются.

Вот оно, предсказание давнее! Коль не сотру с лица земли страну ненавистную, власть моя кончится! Не бывать этому! (Открывает дверь железную, а там огонь полыхает.) Вся надежда на тебя, слуга мой верный, смерч огненный! Слышишь меня?

Заплясали языки пламени.

Скоро тебя на волю выпущу! Обрадовался?! Будет тебе пища! Будешь жечь поля, хлеба — серым пеплом земля покроется!

Вздымается пламя выше.

Сгорят в огне дома каменные, сады цветущие. От жары адской реки высохнут; моря выкипят.

Разгорается пламя сильнее.

Закали латы мои железные — никому сильнее не быть Силы-царевича! Все сожги, укрепи на века мое могущество!

Бушует пламя, в красном зареве стоит Сила-царевич.

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Картина шестая

Перед занавесом.

Н е н и л а. Повезло нам, Матрешка, выбрались. Никто не приметил… Иди, счастливо!

М а т р е ш к а. Спасибо, тетя Ненила. Прощай!

Н е н и л а. Будь здорова, милая! Чего же ты стоишь? Беги быстрее!

М а т р е ш к а. Жалко…

Н е н и л а. Кого?

М а т р е ш к а. Его… Алешку!

Н е н и л а (вздыхает). Ничего не поделаешь!

М а т р е ш к а (горячо). Не могу я уйти! Не могу его так оставить!

Н е н и л а. А чем ты ему поможешь?

М а т р е ш к а. Хоть прощусь с ним! Погляжу в последний раз…

Н е н и л а. Ребятишки тебя там, поди, заждались.

М а т р е ш к а. Я бегом побегу! Наверстаю! Делай со мной что хочешь, тетя Ненила, а я с места не тронусь, пока не увижу Алешеньку!

Н е н и л а. Боязно! А если попадемся… пропадешь!

М а т р е ш к а. Вернемся, тетя Ненила! Прошу тебя!

Н е н и л а. Ну, будь по-твоему!

Уходят.

Занавес открывается.

Снова подземный дворец. В цепях тяжелых стоит прикованный к стене  А л е ш к а. Тускло горят светильники. В темноте в углу притаилась  Н е у л ы б а. Крадучись входят  М а т р е ш к а  и  Н е н и л а.

А л е ш к а (поднимает голову). Кто там?

Н е н и л а. Тише, тише!

А л е ш к а. Тетя Ненила?

М а т р е ш к а. И я…

А л е ш к а. Матрешка!

М а т р е ш к а. Она самая.

Н е н и л а. Проститься хочет.

А л е ш к а. Понапрасну, Матрешка, вернулась!

М а т р е ш к а. Значит, ты не рад, что свиделись?

А л е ш к а. Тоже скажешь: «Не рад»!.. За тебя страшно!

М а т р е ш к а. Ништо… Я проберусь!

Н е н и л а. Ах вы мои сердечные! Знаете, ребятушки, как мы сделаем! Я на себя вину возьму! У вас вся жизнь впереди, а я немало прожила.

А л е ш к а. И слушать не хочу! Один я ответ буду держать!

М а т р е ш к а. А может, мне снова старушкой обернуться, возьмут меня, а тебя выпустят!

А л е ш к а. Еще скажешь слово неразумное — рассержусь! А я во гневе знаешь какой? Страшный!

М а т р е ш к а. Не сердись…

А л е ш к а. В горле пересохло!..

М а т р е ш к а. Ах я глупая! Сейчас напою… (Наливает воду, подает Алешке.)

Н е у л ы б а (выходит вперед, говорит, словно вслух думает). Все их слушаю… Понять не могу… Друг о друге беспокоятся! Значит, не все люди только о себе думают.

М а т р е ш к а. Ой, кто это?

Н е у л ы б а. Я… вещунья царская.

М а т р е ш к а. И давно так маешься?

Н е у л ы б а. Я на житье свое не жалуюсь. Видишь, одежда на мне богатая.

М а т р е ш к а. А на сердце весело?

Н е у л ы б а. А мне его ненависть навсегда заморозила.

А л е ш к а. Кого ж ты так ненавидишь?

Н е у л ы б а. Всех! С малых лет не видала ничего хорошего.

Н е н и л а. Неужто добрые люди не встретились?

Н е у л ы б а. Все волки, так и норовят горло перегрызть друг другу!

М а т р е ш к а. И давно ты здесь?

Н е у л ы б а. Сызмальства. В полон взяли маленькой… С той поры всё при дворе царском.

Н е н и л а. То-то и оно! А мир-то поболе двора царского! Не видала ты светлого солнышка, не знала ласки материнской, не слыхала, как люди смеются…

Н е у л ы б а (задумчиво). Смеются… А меня зовут Неулыбою.

М а т р е ш к а. Слыхали? Неулыбою! Жалко бедную!

Н е у л ы б а. Вы меня жалеете? Вы? Отчего вы такие добрые? Или всех любите, что ли?

А л е ш к а. Не всех! Я иных так ненавижу!..

Н е у л ы б а. Кого же?

А л е ш к а. Тех, кто ест, а не работает, кто у людей силу отнимает, себе богатство прибавляет.

М а т р е ш к а. Всех дармоедов!

Н е н и л а. Это они украли у тебя солнышко! В темноте живешь-тоскуешь.

М а т р е ш к а. А выйдешь в чисто поле, глянешь на небо, там жаворонок заливается — и станет тебе весело.

Н е н и л а. Отогреет твое сердце ласка людская, доченька. (Гладит Неулыбу по голове.)

Н е у л ы б а. Ах! У меня, кажется, сердце забилось… Как тепло, хорошо становится… Алешка, ведь это я Настасьей-Красой обернулась, обманула тебя. Прости, коль можешь! Только я тебя не выдала.

А л е ш к а. И на том спасибо.

Н е у л ы б а. Чем помочь вам? Хочешь, ключи раздобуду? Отомкну замки, сбросишь цепи и уйдешь отсюда!

М а т р е ш к а. Неулыба, милая! Неси скорей ключи! Все вместе и уйдем с Алешей!

А л е ш к а. Погоди, Неулыба! Не спеши, Матрешенька! Не цепи здесь меня держат, а зарок крепкий!

Н е у л ы б а. Какой такой зарок?

А л е ш к а. Пока не узнаю, в чем сила Силы-царевича, не уйду из дворца!

Н е у л ы б а. А если узнаешь, что тогда?

А л е ш к а. Расправлюсь с ним, как заслуживает!

Н е у л ы б а. А не много берешь на себя? Разве справишься?

А л е ш к а. А что ж, терпеть, как он бабушку мучает?! Как терзает мою матушку?! Из простых людей кровь пьет! Только б узнать…

Н е у л ы б а. Я могу помочь тебе…

А л е ш к а. Помоги, Неулыбушка!

Н е у л ы б а. Жизнью можно за это поплатиться… (Умолкает.) А сердце все сильней бьется… Подсказывает: говори, доброе дело сделаешь… Ну, слушайте! Служит верно Силе-царевичу смерч огненный. Закалил его броню железную, и меч его не берет. Прикажет Сила-царевич, и все уничтожит смерч огненный своим пламенем!

А л е ш к а. Значит, прежде надо победить смерч огненный! Как же до него добраться?

Н е у л ы б а. Он здесь! Вот дверь железная!

А л е ш к а. Так чего ж время зря терять! (Рванулся.)

Загремели цепи.

Я и позабыл… Ну-ка! Раз-два, три! (Повел плечами.)

Отлетел замок, упали цепи.

Н е у л ы б а. Ты что делать думаешь?

А л е ш к а. Побеседую с огненным!

Н е у л ы б а. Неразумное ты дитя еще! Погибнешь запросто! Да и дверь эта во сто пуд, ее с места не сдвинешь…

А л е ш к а. Попробую… (Подходит к двери, нажимает.) Раз, два, три, четыре…

Поддалась дверь.

М а т р е ш к а. Ой, берегись Алешенька!

А л е ш к а. …пять, шесть, семь!

Открылась дверь. За ней горит пламя.

Н е у л ы б а. Вот он, смерч огненный! Отойдите! Закрой дверь скорее! Сожжет он тебя!

А л е ш к а. Здравствуй, смерч огненный!

Заполыхало пламя.

М а т р е ш к а (издали). Какой он красивый! Не пойму — огонь дело доброе, а злодею служит!

А л е ш к а. А ведь верно! Мне бабушка сказывала, что огонь от солнца родился… так ведь?..

Пляшут языки пламени.

Но солнце людям добро несет, а ты зло делаешь? Отчего? Разве плохо людей в мороз согревать? Дома освещать?

Н е н и л а. Щи варить!

А л е ш к а. Пользу приносить!

Заволновалось пламя.

М а т р е ш к а. Отчего же ты вместо этого людям вредишь?

А л е ш к а. Ответь нам, смерч огненный!

Загудело пламя.

Н е у л ы б а. Слышу, слышу, слышу… Заговорило пламя… Заговорило. (Низким голосом.) «Лежит на мне заклятие. До той поры должен служить Силе-царевичу, пока его все страшатся. А найдется смельчак, не побоится Силы-царевича, сразится с ним один на один, падет заклятие… Буду служить тому смельчаку. Ему отдам свои жар и пламень». Слышали, что смерч огненный поведал!

Угасает пламя.

М а т р е ш к а. Я говорила, он хороший!

А л е ш к а (задумчиво). Спасибо тебе, смерч огненный! (Прикрывает дверь.) Не боюсь я Силы-царевича! Выйду с ним один на один! Одолею в бою честном!

Н е у л ы б а. Надо уходить. В этот час Лукавый обход совершает.

А л е ш к а. Идите! (Становится к стене, надевает на себя цепи.)

М а т р е ш к а. Может, пойдешь с нами, Алеша… А?

А л е ш к а. Чай, я не девчонка! Сказано — отрезано! Ступайте!

М а т р е ш к а. Прощай, Алешенька! Только б свидеться!..

А л е ш к а. Прощай, Матрешенька!

Все, кроме Алешки, уходят. Пауза. Появляются  Л у к а в ы й, за ним  П р о н ы р у ш к а, позади  Ф и с к а л ь ч и к.

П р о н ы р у ш к а (смотрит на Алешку). Примолк мальчишечка!

Л у к а в ы й. Притих!

Ф и с к а л ь ч и к. А все я! А все я! А все ябеда!

Л у к а в ы й. Больно не хвастайся!

Ф и с к а л ь ч и к. А ты мне не указ! Я всех спас! Все я! Все я! Все ябеда! (Вприпрыжку убегает, но тут же незаметно возвращается.)

П р о н ы р у ш к а (Лукавому). Не пора ли укоротить Фискальчика, братца милого?

Л у к а в ы й. Самое время! Я ему скоро яму вырою. Попадет — не выберется.

П р о н ы р у ш к а. Ох и не надеюсь… Привалить его лучше сверху камнем, да потяжелее, а то, боюсь, выскочит.

Фискальчик к ним подкрадывается.

Л у к а в ы й. Так и сделаем!

Ф и с к а л ь ч и к. Вы что умышляете? Знаю! С Алешкой сговариваетесь! Против Силы-царевича? Ну, этой ябедой я вас сживу со свету. Сам стану Лукавым, сам Пронырливым… Фискал Лукавич Пронырливый! Вот как меня величать будут! И кланяться станут. Иду доносить!

П р о н ы р у ш к а. Опомнись, братец! Не губи сестрицу. Мы тебе поклонимся!

Л у к а в ы й. И дадим денежку, только не выдумывай! На, держи!

Ф и с к а л ь ч и к (Пронырушке). И ты давай.

П р о н ы р у ш к а. На! И еще поцелую…

Ф и с к а л ь ч и к. Знаю! Укусишь… (Убегает.)

П р о н ы р у ш к а. Пронесло!..

Л у к а в ы й. Это полдела! А вот лежит камень на сердце. Не нашли старушки-то?

П р о н ы р у ш к а. Ох, не нашли!

Л у к а в ы й. Не сносить нам головы!

П р о н ы р у ш к а. Ох, не сносить!

Л у к а в ы й. А ведь жалко голову!

П р о н ы р у ш к а. Как не жалеть! Одна ведь!

Л у к а в ы й. Что же делать нам?

П р о н ы р у ш к а. Пока голова на плечах, думать надобно!

Л у к а в ы й. Придумал! Так сделаем…

П р о н ы р у ш к а. Как, милостивый?..

Л у к а в ы й. Нет, не годится. А мы вот что совершим…

П р о н ы р у ш к а. Что, милостивый?..

Л у к а в ы й. Не выйдет… А вот в чем спасение…

П р о н ы р у ш к а (безнадежно). В чем, Лукавый?

Л у к а в ы й. Слушай хорошенько! Кажись, нашел! Одевайся старушкой! Притворись бабкой! Я доложу Силе-царевичу. Мол, поймал старую! А тебя покажу!

П р о н ы р у ш к а. Хорошо… А ну как он признает меня!

Л у к а в ы й. Не узнает! Мы издали! Лучше не придумаешь!

П р о н ы р у ш к а. И то верно! Ох и голова у тебя, одно слово — лукавая!

Л у к а в ы й. Иди! Одевайся!

П р о н ы р у ш к а. Мигом. (Идет, останавливается.) Погоди! А ежели он прикажет казнить старушку?

Л у к а в ы й. А как же? Обязательно прикажет.

П р о н ы р у ш к а. Так ведь я старушкой той буду!

Л у к а в ы й. Конечно, ты! Не я же… Да ты о чем беспокоишься? Не пойму!

П р о н ы р у ш к а. Видали! Меня казнить будут, а он не понимает! Что же прикажешь, радоваться?

Л у к а в ы й. Ох и проста ты, Пронырушка! Неужто я тебя выдам? Не знаешь ты моего сердца, головы не ценишь! Я все придумал! Ежели казнить прикажет, я тебя уведу, вернусь, доложу, что выполнил, а ты тем временем переоденешься! Вернешься здоровехонька! Никто и не догадается. Помяла?!

П р о н ы р у ш к а (радостно). Поняла! А я-то подумала! Обманем Силу-царевича!

Л у к а в ы й. Обведем вокруг пальца!

Смеются. Слышны трубы медные.

Никак, Сила-царевич! Ступай, скорей.

П р о н ы р у ш к а. Бегу, милостивый. Вот придумал. Ох, молодец Лукавый. (Убегает.)

Гремят трубы. С л у г и  вносят трон с  С и л о й - ц а р е в и ч е м.

С и л а - ц а р е в и ч. Поднимайте войско мое железное! К походу готовьтесь!

Трубы трубят. Клич несется, эхом отдается: «К походу, к походу!»

Иду на страну дальнюю! Паду на них коршуном! Сотру с лица земли людей счастливых!

А л е ш к а. Не хвались, больно не хвастайся!

С и л а - ц а р е в и ч. Это кто голос подает?

Л у к а в ы й. Мальчонка… прикованный…

С и л а - ц а р е в и ч. Еще жив?

Л у к а в ы й. Вели — сейчас прикончу его. (Идет к Алешке.)

С и л а - ц а р е в и ч. Погоди! Пусть помучается! Придет ему конец от голода!

Л у к а в ы й (смеется). И то верно, ваше могущество!

С и л а - ц а р е в и ч. Чего радуешься! Нашел старушку?

Л у к а в ы й. А как же! Раз приказано!

Ковыляя, входит  П р о н ы р у ш к а  в старушечьей одежде.

Вот она!

С и л а - ц а р е в и ч. Попалась, карга старая?!

П р о н ы р у ш к а. Попалась, ваше могущество…

Л у к а в ы й (тихо). Молчи! А то дознается.

С и л а - ц а р е в и ч. Признавайся, старая! Что молчишь?

Л у к а в ы й (тихо). Не отвечай. (Силе-царевичу.) Со страху онемела! Да что с ней возиться! Снести ей голову, вот и все дела!

С и л а - ц а р е в и ч. Верно! Руби ей голову!

Л у к а в ы й. С радостью! Пойдем, бабка!

С и л а - ц а р е в и ч. Куда? Хочу потешиться… Здесь руби…

Л у к а в ы й (оторопел). Там способнее…

С и л а - ц а р е в и ч. Что бормочешь? Не слышал волю царскую?

Л у к а в ы й. Слышал! Сейчас, ваше могущество!..

С и л а - ц а р е в и ч. Так чего там возишься! Кончай скорей!

Л у к а в ы й (тихо). Не повезло тебе, милая! Ты уж не упирайся — приказано!

П р о н ы р у ш к а. Ошалел, что ли! Не дамся я!

Л у к а в ы й. Что же мне, свою голову на плаху нести?

П р о н ы р у ш к а. Там ей и место — лукавой!

С и л а - ц а р е в и ч. Ты что медлишь, Лукавый?!

Л у к а в ы й. Да она чего-то упирается!

С и л а - ц а р е в и ч. Со старухой не может совладать! Недотепа! (Слугам.) Подсобите ему!

Слуги бросаются к Пронырушке.

П р о н ы р у ш к а (вопит). Не вели казнить, вели слово вымолвить! Не старушка я! Я Пронырушка. (Срывает платок.) Помилуй слугу свою верную!

С и л а - ц а р е в и ч. И впрямь она! Это что за наваждение?

Л у к а в ы й. Ишь, что придумала! Их могущество обмануть посмела?

П р о н ы р у ш к а. Это ты обманул! Он придумал, ваше могущество! И не стыдно тебе! Вас хотел обвести вокруг пальца, ваше могущество.

Л у к а в ы й. Дозвольте снести ей голову, чтобы впредь не обманывала, проныра этакая!

П р о н ы р у ш к а. Ты слукавил, Лука Лукавый!

С и л а - ц а р е в и ч. Оба хороши! Признавайтесь! Зачем обман придумали?

П р о н ы р у ш к а. Со страху!

Л у к а в ы й. Испугались!

С и л а - ц а р е в и ч. Боитесь меня!

Л у к а в ы й. До смерти!

П р о н ы р у ш к а. Больше грома небесного.

С и л а - ц а р е в и ч. Коли так — прощаю вас! Люблю трусливых да податливых. Меня все боятся! Все страшатся!

А л е ш к а. Не все, Сила-царевич!

С и л а - ц а р е в и ч. Что?! Что ты сказал?!

А л е ш к а. То, что слышал! Не все такие робкие!

С и л а - ц а р е в и ч. Значит, ты не боишься меня?

А л е ш к а. Нет! Нисколечко!

С и л а - ц а р е в и ч. Снимите цепи! Поставьте его передо мной!

А л е ш к а. А я и сам подойду! (Поворачивается, падают цепи, становится перед Силой-царевичем.)

Л у к а в ы й. Ишь какой строптивый! (Слугам.) Согните ему шею, покажите, как надо стоять перед его могуществом Силой-царевичем!

Бросаются слуги, хватают Алешку. Повел он плечами, попадали слуги во все стороны.

С и л а - ц а р е в и ч. А ты мне нравишься! Люблю дерзких. Стань поближе… Иль опасаешься?

А л е ш к а. Тебя слабые боятся, а у меня силы хватит!

С и л а - ц а р е в и ч. Ну и молодец! Не вам чета! Дай поглядеть на тебя. Подойди еще!

Вбегают  М а т р е ш к а  и  Н е н и л а.

М а т р е ш к а. Не ходи, Алешенька! Не ходи!

Н е н и л а (закрывает ей рот рукой). Замолчи! Нельзя!

Алешка подходит к Силе-царевичу.

С и л а - ц а р е в и ч. Ну, давай руку! Я не в обиде! Будем мириться.

А л е ш к а. Руки не подам! И мириться с тобой не стану!

С и л а - ц а р е в и ч. Не будешь? Ох, что ж мне делать, бедному?! Так ты мне понравился! Пропаду теперь… (Вдруг вытягивает далеко руки железные, хватает Алешку в объятия могучие, хохочет.) Вот и попался! Поверил, что понравился!

Л у к а в ы й (смеется). Сам в котел полез!

П р о н ы р у ш к а (хихикает). Попал как кур в ощип! Полетят перышки!

Ф и с к а л ь ч и к (приплясывает). А все моя ябеда! Моя хорошая!

С и л а - ц а р е в и ч (грозно). А вы чего рты разинули?!

Л у к а в ы й. Обрадовались!

С и л а - ц а р е в и ч. Замолчать!

Все испуганно умолкают.

Чему радуетесь?! Я и впрямь полюбил его! Вот прижму к своей груди! Награжу щедро! (Притягивает Алешку.) Раздавлю, как мышонка! Раздавлю, не помилую! И следа ие останется! Раздавлю!

Л у к а в ы й (хохочет). Провели, ваше могущество! Я чуть не поверил…

П р о н ы р у ш к а. А я поверила!

Ф и с к а л ь ч и к. Я! Я! Я первый поверил!

С и л а - ц а р е в и ч. Ну вздохни в последний раз! Да поскорее.

А л е ш к а. А мне спешить некуда! (Уперся руками в грудь Силы-царевича. Разорвал объятия железные.)

Все ахнули.

С и л а - ц а р е в и ч (в сторону). С ним, видно, шутки плохи! (Открывает дверь железную.) Смерч огненный! Подними языки пламенные! Преврати в пепел моего ворога!

Не горит огонь.

Слышишь, что приказываю! Дотла сожги его!

Не горит огонь.

М а т р е ш к а (звонко). Не слушается!

Н е н и л а (смеется). У меня в печи огонь покорнее!

С и л а - ц а р е в и ч (в ярости). Ослушник! Последний раз говорю! Сожги его! Не то залью водой! Водой залью холодною!

М а т р е ш к а. А ты сам воды попей, а то весь выкипишь!

Рассмеялись все. И слуги потихоньку трясутся от смеха.

А л е ш к а. Видишь, смеются над тобой, Сила-царевич, — значит, страх проходит! Слушай, огонь! Не за себя прошу, за всех обездоленных! Пусть кончится сила его злодейства, а с ней и война жестокая! И вздохнут люди мирно, радостно!

Вспыхнуло пламя, разгорается. Падают лучи жаркие на Силу-царевича.

С и л а - ц а р е в и ч. Что это? Эй, слуги, спрячьте меня! Сюда…

Слуги передвигают трон с Силой-царевичем.

Туда, окаянные! Лукавый, что стоишь!

Всюду настигают его лучи огненные.

Левее! Правее! Прямо давайте!

М а т р е ш к а. Ишь, петляет как заяц!

Огонь разгорается все ярче.

Л у к а в ы й. Да тут и сам сгоришь. Надо свою шкуру спасать. (Отбегает.)

Отходят в сторону Пронырушка и Фискальчик и слуги. Остался один Сила-царевич. Стали рассыпаться его латы железные, падают, словно скорлупа с ореха. Упали латы, и вышел из них старик сухонький, кости да кожа. Шипит, извивается.

А л е ш к а (показывает на латы). Вот и все его могущество, а вот и он сам!

Н е н и л а. И кого мы боялись!

А л е ш к а (слугам царским). Показывайте, где темница! (Уходит со слугами.)

М а т р е ш к а (кланяется огню). Спасибо тебе! Теперь ты не смерч огненный, а огонь солнечный. Будешь нам всегда помогать.

Весело пляшут языки пламени. Входит  Н е у л ы б а.

Н е у л ы б а. Светло становится! Идет, идет Настасья-Краса — Золотая коса!

Н е н и л а. Освободил, освободил сын матушку!

Ведет  А л е ш к а  Н а с т а с ь ю - К р а с у  — Золотую косу. Осветилось все кругом.

С и л а - ц а р е в и ч (Лукавому). Свет, свет загаси солнечный. Засохну, завяну, а без света оживу-воспряну, отомщу, расплачусь…

Вынул нож Лукавый, потихоньку подкрадывается к Настасье, вот-вот ножом ударит. Увидала Неулыба, бросилась к Лукавому.

Н е у л ы б а. Ах ты пес лукавый!

Ударил ножом Лукавый, да закрыла собой Настасью Неулыба и удар на себя приняла. Схватили Лукавого.

М а т р е ш к а. Поранил Неулыбу. Поранил, бедную!

Н е у л ы б а. Не жалейте меня! Алешенька, хорошо на душе у меня. Отогрелось сердце мое! Бьется оно вместе с вашими!

М а т р е ш к а. Улыбается Неулыба!

А л е ш к а. Спаси ее, матушка.

Н а с т а с ь я. Будет жива-здорова Неулыба. Будет вместе с людьми радоваться! Забудет, что была Неулыбой. А теперь собирайтесь!

А л е ш к а. Вызволим всех пленников — освободим из полона бабушку!

Н а с т а с ь я. Пойдем к людям добрым, расскажем: кончилось царство Силы-царевича, будет радость на всей земле, жизнь мирная!

Все идут.

Н е н и л а (Лукавому, Пронырушке, Фискальчику). А вы куда, поганцы?

П р о н ы р у ш к а. И мы с вами!

М а т р е ш к а. Без вас обойдемся!

Л у к а в ы й. А мы пригодимся!

Н а с т а с ь я (указывает на зрительный зал). А ну спросим людей добрых, нужны вы им?

Л у к а в ы й (обращается к зрительному залу). Примите Лукавого! Научу вас лукавить! Не хотите?! Эх, вы! (Отходит.)

П р о н ы р у ш к а (к зрителям). А со мной везде пронырнете, всюду вынырнете! Что? Не нужна я вам! (Отходит.)

Ф и с к а л ь ч и к (к зрителям). А вот ябеда! Кому ябеду?! Первый сорт ябеда! И ябеда не надобна? (Отходит.)

Н а с т а с ь я (Лукавому, Пронырушке, Фискальчику). Слыхали! Не нужны вы ребятам! (Матрешке и Алешке.) Так что же с ними делать?

М а т р е ш к а. Пусть здесь останутся!

А л е ш к а. Тут им и будет конец!

Лукавый, Пронырушка, Фискальчик остаются, остальные идут на просцениум.

М а т р е ш к а  и  А л е ш к а (улыбаясь смотрят в зрительный зал). А нас к себе примите!

Все в пояс кланяются.

З а н а в е с.

ИВАН-ДА-МАРЬЯ

Пьеса-сказка в четырех действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

И р и н а }

К а т е р и н а }

М а ш е н ь к а } — девицы, сестры.

И в а н — сокольничий князя.

Б о г д а н — скоморох князя.

С т а р у ш к а.

М а м у ш к а.

Д а р ь я — девка-чернавка.

С т а р ы й  к н я з ь.

К н я ж и ч — его сын.

В о е в о д а.

И д о л и щ е  З а м о р с к о е.

П е р в а я  н я н ю ш к а.

В т о р а я  н я н ю ш к а.

С л у г и.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Роща у ручья. Жаркий солнечный полдень. Яркое кружево зелени. Цветущие деревья.

И р и н а  и  К а т е р и н а  собирают цветы.

И р и н а. Посмотри, Катерина, сестрица моя милая, как цветы хороши!

К а т е р и н а. Правда, Ирина-сестрица! Очень хороши…

И р и н а. Они для того такие хорошие выросли, чтоб я ими свои волосы украсила.

К а т е р и н а. И я тоже!

Бегут на мостик, переброшенный через ручей, и, глядя на свое отражение в воде, украшают цветами волосы.

И р и н а (восхищенно). Как ты хороша, Ирина-девица!

К а т е р и н а. И я тоже! (Подражает.) Как ты хороша, Катерина-девица!

И р и н а (смотрит на цветы в руках). Ах, Ирина-свет! Твои глаза голубей, чем эти незабудки!

К а т е р и н а. И мои тоже… Ах, Катерина-свет! Твои глаза еще голубей, чем эти незабудки. (Смотрит на цветы, но у нее в руках желтые лютики.)

И р и н а (любуясь собой). Ах, как я стройна! Как тростинка!

К а т е р и н а. Ах, как я стройна!.. Как хворостинка!

И р и н а. Милая сестрица, а ведь это нехорошо.

К а т е р и н а. А что?

И р и н а. Каждая из нас саму себя хвалит!

К а т е р и н а. Нехорошо, милая сестрица!

И р и н а. Что же делать?

К а т е р и н а. А я придумала! Давай местами поменяемся. Я на тебя глядеть буду, тебя хвалить…

И р и н а. А я на тебя глядеть, тебя хвалить! Давай меняться!

Меняются местами и смотрят в воду.

К а т е р и н а. Как ты хороша, Катерина-свет!

И р и н а. Как ты хороша, Ирина-свет!

К а т е р и н а. Что же ты, сестрица, опять себя хвалишь?

И р и н а. А ты что себя хвалишь?

К а т е р и н а. Так я себя вижу!

И р и н а. И я себя вижу…

К а т е р и н а. Не пойму, отчего это?! И местами поменялись, а все каждая себя видит?!

И р и н а. Давай рядом станем!

Становятся рядом.

Вот уж теперь я о тебе буду говорить…

К а т е р и н а. А я о тебе! Это ты хорошо придумала!

И р и н а. Начинай, сестрица!

К а т е р и н а. Ты начинай, сестрица!

И р и н а. Почему я?!

К а т е р и н а. Боюсь, я тебя похвалю, а ты меня обругаешь!

И р и н а (в сторону). Глупая, а догадалась! Давай вместе!

Говорят одновременно.

Как ты хороша, сестрица!

К а т е р и н а. Как ты мила, сестрица!

И р и н а. Милая сестрица, погляди на эту веточку… ты такая же… такая же…

К а т е р и н а. Ну, что же ты? Говори: такая же стройная!

И р и н а. Такая же зеленая!

К а т е р и н а. Что? Ах так, милая сестрица! Погляди на эти лютики! Ты такая же…

И р и н а. Кудрявая!

К а т е р и н а. Желтая!

И р и н а. Что?! Это я желтая?!

К а т е р и н а. А я разве зеленая?

И р и н а (кричит). Зеленая, зеленая!

К а т е р и н а (кричит). Желтая, желтая!

Вбегает  М а ш е н ь к а, в руках у нее лукошко.

М а ш е н ь к а. Что приключилось, милые сестрицы?

И р и н а. Ах, Машенька, послушай, Катерина говорит, что я желтая!

К а т е р и н а. А она говорит, что я зеленая!

М а ш е н ь к а. Да это трава на дне ручья растет, вот ей и показалось, а здесь песочек золотистый просвечивает, оттого Катерина-сестрица про желтый цвет сказала. Обе вы, мои хорошие, красавицы, обе вы как цветики весенние…

И р и н а. Слышишь, что обо мне Машенька говорит?!

К а т е р и н а. Нет, это обо мне!

М а ш е н ь к а. Обе, говорю, вы хороши! Перестаньте спорить, милые. Лучше отведайте пирожков, что я для вас испекла. Садитесь, сестрички.

Все садятся. Машенька достает из лукошка пироги и угощает сестер.

К а т е р и н а. Вкусные какие! Дай еще, Машенька! Ты лучше всех пироги печешь!

И р и н а (презрительно). Лучше всех! Да если бы мне не жаль было свои белые рученьки портить, так я бы во сто раз лучше испекла. А ты вот нет!

К а т е р и н а. Я-то? Да я, если бы захотела, таких пирогов бы испекла, что никто в свете не едал, да только…

И р и н а. Что «только»?

К а т е р и н а. Только как подумаю, что надо воду носить, муку сеять, тесто месить, печь топить, в печь сажать, из печи вынимать — так и пирогов не хочется. Я люблю готовые есть!

М а ш е н ь к а. Ешьте, милые, на здоровье!

И р и н а. Мы уже сыты! Пойдем, Катерина, цветы собирать, а ты воды набери, нас подожди, мы пить захотим — вернемся.

Машенька идет к ручью. Старшие сестры бегут собирать цветы.

(Увидела спящую на полянке Старушку.) Погляди, сестрица, кто это?

К а т е р и н а. Старуха!

И р и н а. Какая она безобразная! Погляди щеки, ведь они такого же цвета, как земля!

К а т е р и н а. А нос крючком… как сучок!

И р и н а. А волосы точно ржаная солома!

М а ш е н ь к а (подходит). Что вы нашли, сестрицы?

И р и н а. Погляди, какая старуха!

М а ш е н ь к а. Ишь, бабушка! Уснула на самом припеке! Надо закрыть ее от солнца!

И р и н а. Вот еще выдумала! Очень мне нужно о какой-то старухе беспокоиться. (Отходит.)

К а т е р и н а. И мне тоже не очень нужно! (Отходит.)

М а ш е н ь к а (укрывает Старушку, приговаривает). Спи, бабушка, спи, милая, я тебя от солнышка укрою! Я тебе прохладу устрою!

Слышен конский топот.

Голос  И в а н а: «Стой, Гнедко! Ты куда меня принес? Ну, стой! Поглядим!»

Входит  И в а н. Видит Ирину и Катерину.

И в а н. Здравствуйте, красные девицы!

К а т е р и н а (удивленно, тихо). Гляди, сестрица, какой на нем кафтан богатый!

И р и н а. Вижу! Видать, знатного роду!

К а т е р и н а. Ой, наверно, воевода к нам пожаловал.

И р и н а. Да уж не сам ли князь молодой?

И в а н. Чего не здороваетесь, девицы?

К а т е р и н а. Оро… оро… бели!

И р и н а (тихо). Молчи, сестрица, а то он подумает, что мы с князьями непривычны разговаривать. Здравствуй, князь! Чего ты желаешь?

И в а н. Можно мне коня напоить из ручья вашего?

К а т е р и н а. Напои… Напои…

И р и н а. Да не так, сестрица! Вот как надо: сделай милость, князь молодой, пусть конь твой пьет…

К а т е р и н а. Сколько влезет в него!

И р и н а. Да не так, сестрица! Пусть твой добрый конь, князь, пьет вволюшку…

И в а н. Спасибо, милая! Только я не князь.

К а т е р и н а. Видишь, я говорила, что воевода.

И в а н. И не князь, и не воевода, и не княжеского рода!

И р и н а. И не княжеского рода? (Заносчиво.) Что же ты нам сразу так не сказал, мы б с тобой и не здоровались… (Идет.)

К а т е р и н а (гордо). На свою красоту и глядеть не дозволили б! (Идет.)

И в а н (продолжает). Хоть я молодому княжичу и молочный брат…

К а т е р и н а (останавливается). Слышишь! Он ведь брат княжичу.

И р и н а (быстро возвращается). Замолчи, сестрица. (Низко кланяется.) Здравствуй, добрый молодец! Ты прости сестрицу мою неразумную, что не признала она в тебе родного брата княжича…

К а т е р и н а. Замолчи, сестрица! Это она не признала, а я сразу увидела, что ты княжичу брат родной.

И в а н. Да не родной я брат княжичу, а молочный.

К а т е р и н а. Это что значит, молочный, побольше или поменьше, чем родной?

И в а н. А я вам расскажу: родились мы с княжичем в один день, в один час, в одну минуточку… на одной земле! Да только мой отец эту землю пахал, а его отец этой землей владел! Его мать — столбовая дворянка, а моя мать — простая крестьянка. Столбовая дворянка тут же померла, а моя мать, крестьянка, своим молоком нас двоих выкормила. (С усмешкой.) Так и выросли: он княжичем, а я у него сокольничим.

И р и н а. Холоп княжеский! Пойдем, сестрица!

Ирина и Катерина гордо уходят.

И в а н. Тот холоп, кто спину гнет, а я и головы не склоню! (Идет.) Видно, не пить тебе здесь, Гнедко!

М а ш е н ь к а. Эй, веди коня, напои у ручья!

И в а н (оглянулся). Спасибо, девица!

М а ш е н ь к а. Спасибо скажешь, когда коня напоишь и сам напьешься. Веди коня!

И в а н. Не поведу коня! Жаль цветы топтать — они на глаза твои похожи! Лазоревые! (Зачерпывает ведром воду, подходит к кустам, свистит.)

Среди веток показывается голова коня. Иван поит его.

М а ш е н ь к а. Отчего не напьешься сам? Может, пирожка попробуешь?

И в а н. Нет, ни пить, ни есть мне не хочется.

М а ш е н ь к а. Почему?

И в а н. Все равно пропала моя головушка!

М а ш е н ь к а (взволнованно). Отчего же так?

Появляются  И р и н а  и  К а т е р и н а.

И в а н. Расскажу тебе все, ласковая! Заболел княжич молодой странной болезнью. Вот уже много дней он не пьет, не ест, не улыбается, не заплачет, словно каменный. И сказали люди мудрые князю старому: надо найти такого человека, который бы княжича заставил усмехнуться, слезу уронить, поесть да попить. А не то помрет молодой княжич! Дал мне старый князь наказ строгий — найти такого человека! Если он княжича вылечит, наградит его князь большой наградою.

М а ш е н ь к а. Не печалься! Ты найдешь человека, чтобы княжича вылечил.

И в а н. Нет! Сколько уж пробовали — не смогли. И сказал мне князь сегодня поутру: «Если не приведешь того, кто бы княжича вылечил, снесу тебе голову!»

М а ш е н ь к а. Кто же поможет твоему горю? Ах, бедная твоя головушка!

И в а н. Не жалей ты моей головы, девица, и мне ее не жаль, а жаль думу свою заветную…

М а ш е н ь к а. Какая же у тебя дума, что дороже головы собственной?

И в а н. Все тебе расскажу! Ты слыхала про Идолище Заморское?

М а ш е н ь к а. Слыхом слыхала, а толком не знаю.

И в а н. Много лет назад прилетело Идолище Заморское и сказало князю старому слова грозные: «Все деревни и города в твоем княжестве я с лица земли сотру, всех людей погублю до единого. А хочешь спасти свое княжество, так плати мне дань!..»

М а ш е н ь к а. Какую дань?

И в а н. А вот говорит Идолище Заморское: «Каждый месяц в ночь глухую-темную в лес дремучий, к дубу столетнему, доставляйте мне человека живого. Я кровь у него выпью и косточки его размечу».

М а ш е н ь к а. А что же князь?

И в а н. Эх, надо бы князю старому поднять силу народную, расправиться с Идолищем поганым!

М а ш е н ь к а. А он?

И в а н. Заплакал князь горько — испугался сильно… А воевода, злодей подлый, что с Идолищем поганым давно сговорился, нашептывает князю, чтобы согласился: нету, мол, у нас силы против Идолища Заморского. Покорился князь…

М а ш е н ь к а. Покорился…

И в а н. С той поры ходит по разным землям Идолище Заморское с двумя ликами.

М а ш е н ь к а. С двумя ликами?

И в а н. С двумя! Один лик страшный — лоб медный, нос железный, а зубы волчьи, другой лик притворный, приветливый… Вот оно лики и меняет: соблазняет ликом приветливым, а кровь пьет ликом страшным. Воевода же, злодей, ему каждый месяц простых людей на лютую смерть посылает, а имущество их забирает себе. И была у меня дума заветная — меч булатный добыть, с Идолищем Заморским сразиться. Я бы его убил и народу послужил. А если бы и сложил голову, то недаром! А теперь пропадет голова ни за что!

И р и н а. А что, богатые подарки обещал старый князь тому, кто княжича вылечит?

И в а н. Богатые!

К а т е р и н а. Очень богатые?

И в а н. Очень богатые!

К а т е р и н а. Слыхала, сестрица?

Слышно конское ржание.

И в а н. Зовет меня мой Гнедко! Пора! Прощай, красная девица!

М а ш е н ь к а. Не прощайся, может, еще увидимся.

И в а н. Как звать тебя?

М а ш е н ь к а. Марья…

И в а н. Слушай, Марьюшка, за ласку твою прими от меня подарок.

И р и н а. Эй ты, почему нам подарка не даришь?

К а т е р и н а. Почему не даришь?

И в а н. А вам негоже от меня подарки принимать. Вы уж княжеского дожидайтесь. Марьюшка, возьми от меня подарок. (Протягивает цветы.) Больше мне нечего подарить. Полем ехал, собрал. Цветы эти Иван-да-Марья называются!

М а ш е н ь к а. Иван-да-Марья… Спасибо!

И в а н. Глянешь на цветы — меня вспомнишь. (Уходит.)

М а ш е н ь к а. А как звать тебя?!

И в а н (издали). Ивашка!

И р и н а. Ивашка — какое простое имя.

М а ш е н ь к а (про себя). Иванушка…

Сбоку, среди густых кустов показывается страшное лицо  И д о л и щ а.

И д о л и щ е. Опять он! Опять! Опять это имя! Ничего, скоро конец и тебе, и твоему имени! Скоро! (Прячется.)

К а т е р и н а. Смотри, сестрица, старуха просыпается.

С т а р у ш к а. Кто укрыл меня от солнца? Кто меня пожалел?

И р и н а. Пойдем, сестрица, не могу я смотреть на эту старуху!

К а т е р и н а. Что ты к нам пристала? Да мы говорить с тобой не хотим!

С т а р у ш к а. Кто меня пожалел? Кому мне подарки отдать?

И р и н а. Я!

К а т е р и н а. И я тоже!

С т а р у ш к а. Хорошо! Вот вам, возьмите! Носите на здоровье! (Подходит к Ирине, потом к Катерине и к Машеньке и дает им пояса.)

Идолище следит за ними.

И р и н а. Пояс!

К а т е р и н а. У меня тоже!

И р и н а. Белый…

К а т е р и н а. И у меня тоже!

М а ш е н ь к а. Спасибо, матушка!

С т а р у ш к а. Носите на здоровье! Да помните, коль бело и чисто на душе, так бело и чисто и вокруг. (Надевает Машеньке пояс.)

М а ш е н ь к а. А как звать тебя, милая?

С т а р у ш к а. А я слыхала, твои сестрицы говорили, что я на землю похожа, так и зовите меня Землица-матушка! (Уходит.)

И р и н а (разглядывает). Совсем не богатый пояс…

К а т е р и н а. Простой пояс…

И р и н а. Кабы у меня были наряды богатые, я бы ко двору пошла, княжича бы вылечила, подарки получила…

К а т е р и н а. Кабы у меня наряды были богатые, я бы княжича вылечила да за него замуж пошла!

И р и н а. Он бы тебя не взял!

К а т е р и н а. А вот взял бы!

Идолище меняет страшный лик на приветливый и выходит из-за кустов коробейником.

И д о л и щ е. Такая прекрасная девица и в таком простом наряде!

И р и н а. Слышишь, что обо мне говорят!

К а т е р и н а. Нет, обо мне!

И р и н а. О ком вы говорите?

И д о л и щ е. Конечно, о тебе! (Показывает одной рукой на Ирину, другой на Катерину.)

И р и н а. Ага!

К а т е р и н а. Вот тебе!

И д о л и щ е. Не могу я видеть, чтобы такая прекрасная девица носила такой простой пояс! Глянь сюда! (Открывает свой короб.)

И р и н а. Ах!

К а т е р и н а. И я тоже… Ах!

И д о л и щ е. Брось, красавица, этот пояс в воду и выбери себе пояс жемчужный или бриллиантовый!

Ирина и Катерина выбрасывают белые пояса и берут унизанные бриллиантами и жемчугами. Восхищенно разглядывают их.

А это тебе, красавица, подарки купить. (Дает им золото, идет к Машеньке.) А ты, девица, почему пояс не бросишь?

М а ш е н ь к а. Не хочу!

И д о л и щ е. Выбери себе пояс с драгоценными камнями.

М а ш е н ь к а. Не хочу!

И д о л и щ е. Отдай мне цветы, а за это можешь взять что угодно. И пояс. И золото.

М а ш е н ь к а. Нет! Не хочу! Это мне подарил Иванушка!

И д о л и щ е (шипит). Опять это имя! Опять! (Уходит.)

И р и н а (разглядывает золото). Пойду куплю себе шелк синий, бархат алый! А ты, Машенька, сшей мне наряды богатые, и пойду я к князю!

К а т е р и н а. И я тоже! Куплю себе шелк алый, бархат синий. А ты сшей мне наряды!

И р и н а. Слышишь, Машенька! День не ешь, ночь не спи, сшей мне наряд богатый. Завтра пойду во двор князя.

К а т е р и н а. И я тоже! Слышишь, день не спи, ночь не ешь, а сшей мне богатый наряд…

И р и н а. Помни, чтобы к утру был…

К а т е р и н а. И мне тоже!

М а ш е н ь к а. Хорошо, сестрицы!

Картина вторая

Княжеские хоромы. Развалившись, сидит  И д о л и щ е. Перед ним, угодливо склонясь, стоит  В о е в о д а.

И д о л и щ е. Знаешь ли ты, воевода, чего мне хочется?

В о е в о д а. Не знаю, ваше заморское величество!

И д о л и щ е. Мало мне князь платит. Хочу вдвое больше.

В о е в о д а. Не пойму я, ваше заморство!

И д о л и щ е. Экой ты непонятливый! Две души каждый месяц хочу я, а не одну. Понял?

В о е в о д а. Понял-то понял, да только… (Поглаживает бороду.)

И д о л и щ е. Да чего ты кочевряжишься, бороду гладишь?! И тебе с двоих больше прибыли.

В о е в о д а. Больше-то больше, да только…

И д о л и щ е. Что «только»? Говори скорей да оставь бороду.

В о е в о д а. Как бы князь не возмутился! Грозен он больно…

И д о л и щ е. Сверху грозен, да внутри слаб. Не до того князю старому. Разве он о народе думает, он о сыне своем заботится!

В о е в о д а (смеется). Это вы хорошо придумали, что болезнь на княжича наслали. Боюсь только…

И д о л и щ е. Что «только»? Не тронь бороду!..

В о е в о д а (со вздохом). Боюсь, скоро выздоровеет!

И д о л и щ е. Не бойся! Ты следи, чтобы мамушки и нянюшки ему больше кланялись, о красоте его неописанной, о здоровье драгоценном всякие лестные слова говорили! Пока он только о себе думает, до тех пор не выздоровеет.

В о е в о д а. А пока он болеет, нам легче старого князя в руках держать, наши желания исполнять!

И д о л и щ е. То-то и оно! Понял?!

В о е в о д а. Понял-то понял, да только… (Поглаживает бороду.)

И д о л и щ е. Не тронь бороду. Говори, что «только»…

Слышится голос: «Где он, старый дурень?»

В о е в о д а (испуганно). Меня старый князь кличет! Больно грозен. Здесь я, батюшка, с коробейником.

Идолище меняет лик, открывает свои товары.

Г о л о с (громче). Вот я ему бороду разглажу… Где он?!

В о е в о д а. Не гневись, батюшка, иду, иду. (Кланяясь, идет.)

Навстречу  В о е в о д е  выходит скоморох  Б о г д а н. Это он, чтобы потешиться, княжеским голосом звал Воеводу.

Б о г д а н. Ты что, зова княжеского не слышишь?! Уши заложило?

В о е в о д а. Иду, князь-батюшка!.. (Поднял голову, увидел Богдана.) Ах ты…

Б о г д а н. Что замолчал? Готовь бражку, встречай Богдашку!

В о е в о д а. Ах ты, скоморох проклятый!.. Вот я тебя!..

Б о г д а н. Ты — меня, я — тебя! Давай поцелуемся!

В о е в о д а (гоняется за ним). Я тебя сейчас… Дай срок!..

Б о г д а н. Вишь ты, как воевода меня любит! Поцеловать спешит! А я вот не хочу! (Убегает от него.)

В о е в о д а. Погоди, погоди! Вот проклятый! Я-то думал, князь…

Б о г д а н. А вышло — грязь…

В о е в о д а. Истинно, грязь!

Б о г д а н. Бывает — из грязи да в князи, а бывает — и князь да носом в грязь! (Подкатывается ему под ноги.)

Воевода падает.

В о е в о д а (пытается встать). Ах, скоморох проклятый! Ужо с тобой расправлюсь.

Б о г д а н. Для расправы надо тебе, воеводе, руки подлинней, а бороду покороче.

Входит  М а м у ш к а.

М а м у ш к а. Воевода!.. Батюшка!.. Да что с воеводой приключилось?

Б о г д а н. Чистоту блюдет — бородой пол метет!

В о е в о д а (наконец поднялся, кричит). Вон!!!

Б о г д а н. Где?

В о е в о д а. Вон! Уходи вон!

Б о г д а н. А я ухожу! Му-у! Слышишь, бык мычит, меня кличет. Му-у! Ну чего кричишь! Видишь, здесь воевода — та же порода. Его распотешил, теперь тебя развеселю. (Убегает.)

В о е в о д а (вслед). Провались ты! (Мамушке.) Чего тебе?

М а м у ш к а. Ничего!

В о е в о д а. А чего пришла?

М а м у ш к а. Забыла!

В о е в о д а. Уходи!

М а м у ш к а. Ухожу. (Идет.) Ай, батюшки!

В о е в о д а. Что? Вспомнила?!

М а м у ш к а. Вспомнила! Зачем ты, батюшка, пол бородой подметал?

В о е в о д а. Уходи вон!

М а м у ш к а. Ухожу! (Идет.) Ай, матушки мои!

В о е в о д а. Опять. Кому сказал, иди?!

М а м у ш к а. Вспомнила, батюшка, вспомнила! Велел князь-батюшка княжичу сюда прийти!

В о е в о д а. Так ты княжичу сказала?

М а м у ш к а. Не сказала, батюшка!

В о е в о д а. А почему не сказала?

М а м у ш к а. Забыла, батюшка!

В о е в о д а. Так иди скажи!

М а м у ш к а. Иду. (Идет.) Ах, матушки мои! Вспомнила!

В о е в о д а. Что вспомнила?

М а м у ш к а. Почему забыла, вспомнила! Шла я позвать княжича, гляжу, а ты, батюшка, бородой пол подметаешь, я и…

В о е в о д а. Уходи вон!

М а м у ш к а. Иду! (Идет.) Так не скажешь, батюшка, зачем бородой…

В о е в о д а (кричит). Вон!!!

М а м у ш к а (ласково). А ты не кричи, батюшка, а то, не ровен час, и лопнешь. Вишь, как тебя горой раздуло. (Уходит.)

В о е в о д а. Сейчас княжич придет сюда!

И д о л и щ е. Хорошо! Я ему товары покажу. Зеркальце подарю заколдованное. Пока в него глядеть будет, от болезни не избавится!

В о е в о д а (хихикает). Хорошо придумали, ваше заморство! Очень хорошо!

Г о л о с. Где он, старый дуралей?

В о е в о д а. Опять скоморох проклятый! (Берет палку.) Вот я его окрещу!

Г о л о с. Я ему бороду разглажу!

В о е в о д а. Я тебе спину поглажу! Будешь знать!.. (Замахивается палкой.)

Появляется  К н я з ь.

К н я з ь. Ты что, спятил?

В о е в о д а. Прости, князь-батюшка, лукавый попутал!

Богдан незаметно пробирается за спину Воеводы и кричит петухом. Князь смеется.

Ох, матушки мои! Что это? (Оглянулся и схватил Богдана за ворот.) Вот когда ты мне попался! (Хочет его ударить.)

Б о г д а н. Князю угодил, а воеводе досадил! Князь смеется, а воевода дерется? Что же ты, князь, молчишь? Вот диво!.. Значит, князь пляшет, как воевода скажет?

К н я з ь. Оставь его!

В о е в о д а. Дозволь наказать скомороха!

К н я з ь. Значит, князю смешно, а тебе нет?!

В о е в о д а. Смешно!

К н я з ь. А почему не смеешься?

В о е в о д а (насильно улыбается). Я смеюсь, князь-батюшка!

К н я з ь. А это кто?

И д о л и щ е. Коробейник я, князь!

В о е в о д а. Коробейник! Товаром заморским торгует!

Б о г д а н. Товаром торгует дешево, глядит, где плохо положено.

К н я з ь. Идем ко мне, покажешь товары! (Богдану.) А ты, как княжич придет, меня кликнешь!

Князь и Идолище уходят.

Б о г д а н. Я крикну петухом, а ты прибежишь наседкой!

Опустив голову, входит  И в а н.

Что, молодец, невесел, голову повесил? Давай горевать вместе!

И в а н. Да что тебе горевать! Тебе все смех да шутки, а мне… (Махнул рукой.)

Б о г д а н. А ты послушай прибаутку! Меня как звать?

И в а н. Богдашка…

Б о г д а н. Богдашка… А ведь меня отец с матерью Богданом назвали… А тебя?

И в а н. А меня Иваном!

Б о г д а н. А все зовут Ивашкой… Для отца с матерью Иван да Богдан, а для них Ивашка да Богдашка! Значит, и судьба у нас одинаковая. Кто же твое горе больше меня поймет!

И в а н. Ну, спасибо, Богдан! Коль невтерпеж станет, расскажу я тебе…

Б о г д а н. Расскажи, Иван, душу облегчи!

И в а н. Слушай, Богдан… Есть у меня дума заветная…

Слышны голоса.

Б о г д а н. Эх, княжич идет!.. Потом скажешь… Прячься Богдан, вылезай, Богдашка.

Входит молодой  К н я ж и ч  с  н я н ю ш к а м и  и  М а м у ш к о й. Богдан закрякал уткой, переваливаясь пошел навстречу Княжичу.

Кря-кря! Где утка, там шутка! Где шутка, там прибаутка! Кря-кря! Кря-кря! Отгадай загадку, княжич: рассыплется горох на семьдесят дорог — никто не соберет!

Княжич махнул вышитым платком.

М а м у ш к а. Зачем княжича загадками утомляешь? Замолчи!

Б о г д а н. Легка загадка моя! Хочешь, разгадаю? Рассыплется горох на семьдесят дорог — это звезды.

П е р в а я  н я н ю ш к а. Не нужны нам твои загадки, не нужны и разгадки. Наш княжич — сам звездочка! Поднимай ножки, княжич, а то, не ровен час, споткнешься!

В т о р а я  н я н ю ш к а. И не ври ты, нянюшка, не звездочка наш княжич, а светел месяц! Наклони головку, княжич, а то, не ровен час, зашибешься!

М а м у ш к а. И не врите, нянюшки, не звездочка наш княжич и не светел месяц, а красное солнышко! Не маши руками, княжич, а то, не ровен час, зацепишься! Чего смотрите, ленивцы! Княжич сесть хочет, а вы не видите. Несите скорее подушки! Садись, княжич! Коленки согни потихоньку!

П е р в а я  н я н ю ш к а. Смотри не зашибись, красавец наш писаный!

В т о р а я  н я н ю ш к а. Давай подушки подложу пол рученьки белые! Сиди тихонько! А мы любоваться тобой будем!

М а м у ш к а. А ну, подтягивайте! (Запевает.)

Кто хорош? Кто пригож?

В с е.

Молодой князек!

М а м у ш к а.

Кто как маков цветок?

В с е.

Молодой князек!

М а м у ш к а.

Кто как месяц высок?

В с е.

Молодой князек!

Княжич машет платком.

М а м у ш к а. Тише вы! Довольно!

Княжич замечает Ивана, машет платком.

Что тебе, княжич? Ивашку прогнать? Иди, Ивашка, отсюда!

Княжич раздраженно машет платком.

Что, княжич? Прогнать? Нет? А что? (В сторону.) Умаялась!

П е р в а я  н я н ю ш к а. Что тебе, лазоревый? Что тебе, драгоценный? Позвать его?

Княжич утвердительно машет платком.

М а м у ш к а. Что же стоишь, Ивашка? Иди сюда, княжич зовет.

Иван подходят.

Вот он, княжич!

Княжич машет платком.

Снова! Что, прогнать? Позвать? Так он здесь! Посадить? Ох, умаялась!

В т о р а я  н я н ю ш к а. Что, цветик? Нам уйти?

Княжич машет платком.

М а м у ш к а. Уходите, уходите!

Княжич машет платком. Нянюшки отходят.

Ушли, ушли они! Что? Обратно позвать? Обратно прогнать? Не пойму! Ум за разум зашел.

Б о г д а н. Иди сюда, мамушка! А то ум-то на место не вернется.

М а м у ш к а. Нельзя мне уходить! Разве отпустит меня мой алмазный!

Княжич топает ногой.

Ох! Иду, иду! (Отходит.)

Княжич наклоняет голову к Ивану.

И в а н. Что, княжич, неужто тебе не надоело их слушать? Видишь, сокол наш скучает. Хочет он крылья расправить, в небо взлететь, оттуда камнем на добычу пасть! Гляди, затосковал совсем! И мне невмоготу! Вели коня оседлать, и поедем в чисто поле! Хорошо там! Ярко солнышко светит! Ветер вольно гуляет! Поедем! Болезнь твою как рукой снимет!

Княжич встает, с криком бегут нянюшки.

Б о г д а н. Закудахтали наседки, налетели на куренка! Эх! Пойду князя звать. (Уходит.)

П е р в а я  н я н ю ш к а. Да разве такому красавцу можно на охоту? Солнце щеки опалит!

В т о р а я  н я н ю ш к а. Ветер кудри растреплет!

М а м у ш к а. Поводья руки оттянут! Сиди с нами, княжич!

Княжич садится.

Вот так-то лучше! Иди, Ивашка, не смущай княжича.

Иван грустно отходит.

П е р в а я  н я н ю ш к а. Князь идет!

В т о р а я  н я н ю ш к а. Князь идет!

М а м у ш к а. Ой, матушки! Князь-батюшка!

Входят  К н я з ь, В о е в о д а, И д о л и щ е, Б о г д а н. Все кланяются.

К н я з ь. Здравствуй, княжич!

Княжич глядит на него и машет платком.

Все такой же! Все такой же! Погляди, княжич, на товары заморские. Эй, коробейник, покажи товары свои красные! Может, понравятся княжичу, улыбнется сын мой! Одарю тебя богато!

И д о л и щ е (показывает товары). Посмотри, княжич, вот жемчуг отборный, на дне моря нашего добытый! Вот узор золотой, его две рабыни черные сорок лет вышивали! А вот зеркальце чудное, в оправе диковинной. Если раз глянешь, не оторвешься, будешь красотой своей любоваться. Возьми!

Княжич протягивает руку.

И в а н. Не бери зеркальце, княжич!

И д о л и щ е. Возьми зеркальце!

И в а н. Не бери зеркальце, княжич, ты не красная девица!

К н я з ь (грозно). Ты здесь, Ивашка? А кого ты привел, Ивашка, чтобы княжича вылечить?

И в а н. Никого, князь!

К н я з ь. Никого?! А ты помнишь, что я тебе сказывал?!

И в а н. Помню, князь!

К н я з ь. Эй, воевода!

В о е в о д а. Я здесь, князь-батюшка!

К н я з ь. Бери его, руби голову ему.

В о е в о д а. С охотою, князь-батюшка! (Стрельцам.) Взять его!

Стрельцы подходят, скручивают Ивану руки.

Б о г д а н. Эй, Ивашка, ты что же у меня хлеб отбиваешь? Князь-батюшка, повели ему перестать шутки шутить, это мое скоморошье дело!

В о е в о д а. Замолчи, скоморох!

Б о г д а н. А, это ты, князь-батюшка. (Кланяется.) А я думал, вот он, наш князь. (Указывает на Князя.) Прости, перепутал. Не разберу, куда плевать, куда кланяться. (Плюет и кланяется в разные стороны.)

К н я з ь. Какую шутку он шутит? Говори!

Б о г д а н. Привел он девиц, чтоб княжича вылечить. Стоят у крыльца — дожидаются.

К н я з ь (Ивану). Ты что же молчал?

Б о г д а н. А он прибаутки выдумывал. Да, видать, это дело нелегкое. Только скоморох с ним справится. Позвать девиц?

К н я з ь. Зови! Отпустите его!

Стрельцы отпускают Ивана. Появляются в богатых нарядах  И р и н а  и  К а т е р и н а, на них пояса бриллиантовый и жемчужный. За ними входит  М а ш е н ь к а  и скромно останавливается у дверей. Ирина и Катерина кланяются.

Здравствуйте, красны девицы! Коль вылечите княжича, подарю вам подарки богатые, коль не улыбнется княжич, слезы не проронит, не взыщите, прогоню со двора долой!

И р и н а. Дозволь мне спеть, князь-батюшка! (Затягивает.)

Ах, кому же, кому я венок подарю!

Не князю, не царю я венок подарю!

(Поет все выше и выше.)

Только княжичу подарить хочу!

Б о г д а н. Гляди, высоко забираешься, как бы тебе оттуда не упасть, не разбиться!

Княжич машет платком. У Ирины голос срывается.

К а т е р и н а. Я тоже! Я тоже! (Поет ту же песню все ниже и ниже.)

Б о г д а н. Эта низко забралась, в яму залезет — и не вытащишь.

Княжич машет платком. Катерина умолкает.

И р и н а. Дозволь сплясать, князь-батюшка!

К а т е р и н а. И я тоже! И я тоже!

Пляшут. Запутались в богатых нарядах. Топчутся на месте.

Б о г д а н. Эй, отдирай, примерзли!

Княжич машет платком.

К н я з ь. Эй, воевода!

В о е в о д а. Я здесь, князь-батюшка!

К н я з ь (показывая на Ивана). Руби его голову!

В о е в о д а (стрельцам). Взять его!

Стрельцы подошли к Ивану, скрутили ему руки, повели рубить голову. Иван проходит мимо Машеньки.

И в а н. Прощай, Марьюшка!

М а ш е н ь к а. Подождите, люди добрые! Погоди, князь-батюшка, рубить его голову. Позволь, я попробую?

И в а н. Не надо, Марьюшка!

К н я з ь. Погодите!

Стрельцы остановились, держат Ивана.

Попробуй, красна девица!

К а т е р и н а. И она туда же!

И р и н а. Мы не смогли, а она и подавно не сможет.

М а ш е н ь к а. Слушай, княжич, мою песню нехитрую. Мне ее темный лес нашептал, ветер вольный напел… (Поет.)

Хорошо на свете жить детинушке,

Ой, неплохо батюшкину сынушке!

У детины дом богатый есть,

В доме злата, серебра не счесть.

Только что-то золото не так блестит,

Только что детинушка всегда грустит,

Нету в доме песенки любимой,

Нету в доме матушки родимой!

Заплакал Княжич, платком слезы утирает.

К н я з ь (радостно). Заплакал сын мой! Заплакал! Спасибо, красна девица!

М а ш е н ь к а. Вели отпустить Иванушку, князь-батюшка!

К н я з ь. Вот тебе слово мое княжеское. Коли улыбнется княжич — не велю сегодня Ивашке голову рубить, коли нет — не сносить ему головы.

Б о г д а н (тихо). Пляши скорей!

М а ш е н ь к а. Боюсь я…

Б о г д а н. А ты не бойся! Я тебе на гусельках сыграю!

Поправила белый пояс Машенька и пошла плясать. К кому подойдет, у того ноги сами ходуном ходят. Встал Княжич. Бросил зеркальце в сторону. Машенька остановилась. Княжич улыбнулся.

И д о л и щ е (зло). Погоди, девица! (Поднимает зеркальце.)

К н я з ь. Смеется сын мой любимый! Смеется! Хохочет! Спасибо тебе, красна девица!

М а ш е н ь к а. Не вели рубить Иванушке голову, князь-батюшка!

К н я з ь. Слушайте мое слово княжеское! Дать девицам припасов, каких они потребуют, чтобы к завтрему они пирогов испекли, сварили меду да браги пенистой. Коль съест пирожка княжич, меду или браги отведает, награжу вас, девиц, а Ивашку прощу, коли нет — не прогневайтесь, вас с позором со двора прогоню, а Ивашке голову срублю!

М а ш е н ь к а. Князь-батюшка, ты же сказал, коли улыбнется княжич — не срубишь Ивашке голову, где же слово твое княжеское?

В о е в о д а. Князь сказал: сегодня не срублю, а что завтра будет, о том речи не было.

К н я з ь (довольно). Верно, воевода, не было.

В о е в о д а. Сведите их в светелку, чтобы к утру были пироги и мед!

И р и н а. Давайте мне припасов!

К а т е р и н а. И мне тоже!

М а ш е н ь к а. Не кручинься, Иванушка!

К н я з ь. Запомните: либо вас одарю богато, а Ивашку прощу, либо вас со двора прогоню, а Ивашке голову сниму! Вот мое слово княжеское!

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина третья

Княжеские хоромы. Быстро входит  М а м у ш к а.

М а м у ш к а. Эй, Дарья! Дарьюшка!

Прибегает  Д е в к а - ч е р н а в к а.

Беги скорей!..

Девка-чернавка бежит.

Стой! Ты что?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Бегу!

М а м у ш к а. Куда?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Не знаю…

М а м у ш к а. Экая ты проворная… Беги в кладовушку.

Девка-чернавка бежит.

Стой! Куда?

Д е в к а - ч е р н а в к а. В кладовушку!

М а м у ш к а. Зачем?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Не знаю!

М а м у ш к а. Эй, экая… Слушай!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Слушаю!

М а м у ш к а. Беги в кладовушку… Стой! В кладовушке возьми… Стой! Возьми ты… Ты возьми… (Растерянно.) Чего?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Не знаю!.. Может, того?

М а м у ш к а (вздохнула). Нет, не того!

Д е в к а - ч е р н а в к а. А может, этого… как его…

М а м у ш к а. А не того и не этого…

Д е в к а - ч е р н а в к а. А чего?

М а м у ш к а. Забыла… А как не забыть. Старшая пищит — в ушах звенит, средняя кричит — голова трещит!

Д е в к а - ч е р н а в к а. А младшая?

М а м у ш к а. Молчит… Тихая… А старшие ею помыкают. Ох, умаялась я с ними.

Д е в к а - ч е р н а в к а. Ну, что они? Напекли? Наварили?

М а м у ш к а. Где там… Раньше белы рученьки жалели, а теперь и рады бы, да ничего не умеют. И что это за девки — ни пирога испечь, ни браги сварить…

Д е в к а - ч е р н а в к а. Что же будет?

М а м у ш к а. Ох, не знаю! Сейчас снова требуют припасов всяких. Так ты ступай в кладовушку!.. Принеси!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Чего?

М а м у ш к а. Чего «чего»?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Чего принести?

М а м у ш к а (вздохнула). Эх, кабы я вспомнила чего! А ты ступай, ступай…

Г о л о с  И р и н ы. Где она запропастилась, девка-чернавка! Эй, старая! Почему не несут?!

М а м у ш к а. Ох, в ушах зазвенело…

Г о л о с  К а т е р и н ы. Куда девалась девка-чернавка? Сколько ждать надо?!

М а м у ш к а. Ох, в голове затрещало!

Входит  И р и н а.

И р и н а. Что же ты сидишь, старая? Я жду!

Входит  К а т е р и н а. Она обсыпана мукой, перемазана тестом и вареньем. Что-то жует.

К а т е р и н а. И я тоже! Чего расселась?! Я уже все съела… Да что я говорю… Все истратила.

М а м у ш к а. Ох, не могу! Ох, не кричите вы так! Беги скорей, Дарьюшка, в кладовушку. Принеси ты поскорей всего, чего им хочется. Совсем уморили!

И р и н а (хватает девку-чернавку за руку и тянет в сторону). Эй, девка-чернавка, принеси ты мне муки белой, рассыпчатой! Да принеси…

К а т е р и н а (хватает девку-чернавку, тянет ее в другую сторону). Эй, девка, принеси ты мне меду липового, меду гречишного, меду цветочного…

И р и н а (тянет ее к себе). Ты слушай меня! Принеси сметаны и сливок, творогу и масла…

К а т е р и н а (тянет ее к себе). Ты ее не слушай! Принеси ты мне шафрану, цукатов сладких, орехов грецких…

И р и н а. Поди сюда! (Тянет ее.)

К а т е р и н а. Не пущу. (Держит ее.)

Д е в к а - ч е р н а в к а. Ай, батюшки! Они меня пополам разорвут! (Вырывается.)

Сестры падают.

Всего вам принесу, что есть в кладовушке! (Убегает.)

И р и н а. Что, взяла! Все мне принесут!

К а т е р и н а. И мне тоже! И мне тоже!

И р и н а. Пора из печи вынимать! (Встает.)

К а т е р и н а. И мне тоже пора! (Встает.)

И р и н а (подходит к Мамушке, кричит ей в ухо). Ты гляди торопи девку-чернавку!

К а т е р и н а (кричит в другое ухо). Гляди, чтобы ничего не забыла!

М а м у ш к а. Забыла, забыла!

И р и н а. Что забыла?

М а м у ш к а (успокоительно). Как звать меня, забыла… Все забыла!

И р и н а. Ой, в печи горит. (Убегает.)

К а т е р и н а. И я тоже. (Убегает.)

М а м у ш к а (одна). Батюшки мои! Матушки мои! Ничего не слышу! Ничего не вижу… Уши заложило, голову разломило, глаза закрываются! (Сидит молча, закрыв глаза.)

Входит  М а ш е н ь к а.

М а ш е н ь к а. Что это с мамушкой? (Подходит к ней.) Мамушка! А мамушка!

М а м у ш к а (вздрагивает). Что тебе? Вспомнила! Вспомнила! Меду гречишного, меду липового, муки белой, сливок, сметаны, творогу!.. (С сердцем.) Что тебе еще надобно?!

М а ш е н ь к а. Ничего мне, мамушка, не надобно. Успокойтесь!..

М а м у ш к а. Ах, это ты, младшенькая! Ох, совсем я умаялась. Отведи ты меня куда-нибудь. (Пробует встать.) Ох, ноженьки не держат.

М а ш е н ь к а. А ты на меня обопрись! (Помогает ей встать.) Вот так… Идем…

М а м у ш к а. Не идут мои ноженьки… Не идут!

Г о л о с  И р и н ы. Где эта девка-чернавка? Эй, старая!

М а м у ш к а. Ох, батюшки! Бежим скорее! И откуда силы берутся!

Мамушка и Машенька быстро убегают. Появляется  Д е в к а - ч е р н а в к а.

Д е в к а - ч е р н а в к а. Несите скорее припасы!

С л у г и  несут муку, шафран, цукаты, сливки и творог. Вбегает  И р и н а.

И р и н а. Сюда несите! (Тянет к себе.)

Вбегает  К а т е р и н а.

К а т е р и н а. Куда? Куда? Сюда несите! (Тянет к себе.)

Д е в к а - ч е р н а в к а. Несите скорей! А то они нас на куски разорвут!

Сестры уходят. За сценой слышны их крики.

А вы поторапливайтесь, скоро княжич пожалует. (Убегает.)

Входит  В о е в о д а.

В о е в о д а. Пожалуйста, ваше заморство, здесь никого нет.

Входит  И д о л и щ е.

И д о л и щ е. Ну, слушай! Да не гладь бороду, дело острое!

В о е в о д а. Понимаю, ваше заморство.

И д о л и щ е. Ничего ты не понимаешь…

В о е в о д а. Не понимаю, ваше заморство.

И д о л и щ е. От Ивашки нам надо избавиться…

В о е в о д а. Понимаю, ваше заморство, я и сам его ненавижу — дерзок со мной очень.

И д о л и щ е. Что с тобой дерзок, то не беда…

В о е в о д а. Как не беда это…

И д о л и щ е. Молчи!

В о е в о д а. Молчу!

И д о л и щ е. Беда в том, что он народ смущает, к правде призывает, против меня людей поднимает. Через него конец моей власти настать может. А тогда и тебе несдобровать…

В о е в о д а. Ох, несдобровать!

И д о л и щ е. И князю не поздоровится!..

В о е в о д а. Ох, не поздоровится… Что же делать?

Входит  Б о г д а н. Они его не видят.

И д о л и щ е. Надо Ивашку со света сжить…

Услыхав последние слова, Богдан прячется и слушает.

В о е в о д а. Это хорошо бы! Уж так хорошо… А как это сделать?

И д о л и щ е. Завтра время наступает ко мне в лес человека посылать. Уговори князя, чтобы послал Ивашку…

В о е в о д а. Трудновато это будет…

И д о л и щ е. А надо…

В о е в о д а. Раз надо — сделаю.

И д о л и щ е. А я там, в лесу, с ним справлюсь. Он думает меня в честном бою одолеть, как бы не так! Он силой да правдой, а я кривдой да коварством. Посмотрим, чья возьмет! Против коварства ничего не устоит! Я ему в лесу соблазны всякие приготовлю, он на крючок и попадется, а там я его уже скручу…

В о е в о д а. Скрутите, ваше заморство, скрутите!

И д о л и щ е. Ну, пока радоваться рано. Еще меня тревожит…

В о е в о д а. Кто тревожит, ваше заморство?

И д о л и щ е. Сестрица младшая… Как бы она нам дело не испортила… Тоже правду любит да скромна очень… Ух, я бы этих правдолюбцев, скромников, смутьянов в один жгут скрутил… на дно морское опустил… Потом бы… Ух, я бы…

В о е в о д а. Что с вами, ваше заморство? Видно, вам кровь в голову ударила? Успокойтесь!

И д о л и щ е. Ну ничего, у меня для нее тоже крючок найдется. (Вертит в руках зеркальце.) Я на него, на зеркальце, крепко надеюсь. Мне лишь бы найти маленькую щелочку, а уж я пролезу…

В о е в о д а. Вы пролезете, ваше заморство!

И д о л и щ е. Пойдем, а то сюда могут войти.

В о е в о д а. Пойдемте, ваше заморство.

Медленно идут.

Еще бы одного, ваше заморство, надо было бы скрутить…

И д о л и щ е. Кого?

В о е в о д а. Дурака этого — Богдашку! Подумайте, ваше заморство, как бы это сделать! Очень он мне досадил!

И д о л и щ е. Придумаем!

В о е в о д а. Ненавижу его! Я б его, дурака, живьем съел!

Воевода и Идолище уходят.

Б о г д а н (вслед). Врешь, подавишься! «Досадил — дурак!» Дурак узел завяжет — его десять умных не развяжут. А я не узел, а петлю сумею завязать, да так затянуть, чтобы вы не вырвались. И друзей своих в обиду не дам! (Уходит.)

Вбегает  Д е в к а - ч е р н а в к а.

Д е в к а - ч е р н а в к а. Идут! Идут!

Вбегают  И р и н а  и  К а т е р и н а.

И р и н а. Кто идет?

К а т е р и н а. Кто?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Все идут! Князь и княжич! Поторапливайтесь!

И р и н а. Чего ты кричишь? У меня все готово!

К а т е р и н а. И у меня тоже!

И р и н а. Посмотрим, как у тебя готово!

К а т е р и н а. Увидим!

И р и н а. Пойду из печи вынимать, княжича угощать… Съест моего пирожка княжич, попробует медку и возьмет меня замуж. Стану я княгиней! И ходить буду княгиней, и сидеть княгиней. (Показывает.)

К а т е р и н а. Как бы не так! Как увидит мой пирог — к твоему не притронется. И возьмет меня замуж… И сидеть буду как княгиня, и ходить как княгиня… (Важно ходит.)

И р и н а. Как гусыня!..

К а т е р и н а. Это я — гусыня?

И р и н а. Ты! Гусыня, а не княгиня!

К а т е р и н а. Ты — гусыня, а я княгиня!

Наступают друг на друга. Входит  М а м у ш к а.

М а м у ш к а. Да чего вы, оглашенные! Замолчите! Княжич идет!

Ирина и Катерина, продолжая ссориться, убегают. Входят  К н я з ь, В о е в о д а, И д о л и щ е  З а м о р с к о е, К н я ж и ч  с  н я н ю ш к а м и, И в а н, Б о г д а н.

К н я з ь. Зовите девиц!

Б о г д а н. Эй, девицы-красавицы! Тащите пирог, несите медок! Угощайте княжича на здоровье!

Входят  И р и н а  и  К а т е р и н а. В руках у них подносы с пирогами, медом и брагою.

И р и н а. Свет-княжич, месяц ясный! Откуси пирожок, красавец писаный! (Кланяется.)

Княжич берет пирожок, глядит на него, потом кладет обратно на поднос и машет платком.

Отведай пирога, для тебя я пекла, для тебя готовила.

В о е в о д а. Бери, княжич, пирожок вкусный-вкусный! (Берет пирог, хочет откусить, но не может.)

Б о г д а н. Вкусный… Да только зубы надо иметь, как у коня доброго… Неси пироги на конюшню!..

И р и н а. Может, мед тебе, княжич, понравится? (С поклоном подает мед.)

Княжич машет платком.

Б о г д а н. Мед, да не тот!

Ирина растерянно продолжает кланяться. Княжич раздраженно машет платком.

М а м у ш к а. Иди, иди, милая, не тревожь княжича!

Ирина отходит.

К а т е р и н а (тихо, Ирине). Что, стала княгиней? (Подходит к Княжичу.) Уж ты, княжич-свет, ты пирог мой съешь и запей брагою! Ты красивей всех, ты лучше всех, и пирог под стать тебе! (Кланяется.)

Княжич берет пирог и роняет его. Пирог падает на ногу Богдану.

Б о г д а н. Ай, ай! Вот хорош пирог: как упал, отбил ногу правую! Хорошо, что не на голову, а то проломил бы удалую, и пропал бы Богдашка, помер бы, бедняжка! (Делает вид, что хочет бросить пирог в Мамушку.)

М а м у ш к а. Что ты, милый! Пожалей старую!

Б о г д а н. Хорошо! (Прячет пирог.) Авось пригодится.

К а т е р и н а. А браги не отведаешь?

В о е в о д а. Отведай, княжич! Хороша брага, игристая! (Пьет. После первого глотка застывает на месте с открытым ртом.)

Б о г д а н. Что рот раскрыл? Хороша бражка? Еще нальет Богдашка! (Хочет влить ему в рот.)

Воевода в испуге убегает. Княжич машет платком.

М а м у ш к а. Иди, иди, милая, не тревожь княжича!

Катерина отходит.

И р и н а (торжествующе). Что, стала княгиней? Эх ты, гусыня!

К н я з ь. Ивашка!

И в а н. Я здесь, князь!

К н я з ь. Видно, не сносить тебе головы! Так тому и быть!.. Эй, воевода!

М а м у ш к а. Подожди, воевода, я вспомнила!

В о е в о д а (грозно). Что ты, старая, вспомнила?

М а м у ш к а. Не бойся, не про бороду! Князь-батюшка, прикажи младшенькой угостить княжича.

В о е в о д а. Не нужно, князь-батюшка…

К н я з ь. А тебя не спрашивают! Эй, младшая, угости ты княжича!

М а ш е н ь к а (посмотрев на Ивана, подходит к Княжичу, раскладывает платок, в нем хлеб).

Ты отведай, князь, хлеба черного!

В том, что черный он, нет зазорного,

В нем и сок земли — дождик благостный,

В нем и солнца луч — светлый, радостный,

В нем земная соль — нет ее вкусней,

В нем крестьянский труд — нет его честней!

Княжич ест хлеб.

М а м у ш к а (умиленно). Съело хлеб дитятко, съело!

М а ш е н ь к а (подает ковшик).

А запей ты, князь, квасом-солодом!

Он в жару плеснет пеной-холодом,

Его пьют — не простудятся,

Кто в полях родных честно трудится,

А бери пример с жнецов-косарей

И тогда здоровым станешь скорей!

Княжич пьет.

М а м у ш к а (умиленно). Выпило до дна дитятко! Выпило!

К н я ж и ч. Спасибо тебе, девица красная!

М а м у ш к а. Промолвило слово дитятко! Выздоровел! Выздоровел!

Общая радость.

К н я з ь. Спасибо тебе, красна девица! И хлеб твой хорош, и квас вкусен, и слова твои разумны. Награжу я тебя по-княжески! Проси чего хочешь!

М а ш е н ь к а. Мне ничего не надобно! А не вели ты, князь-батюшка, рубить ему голову. (Показывает на Ивана.)

К н я з ь. Искупил ты вину свою, Ивашка, и награжу я тебя по-княжески! Проси чего хочешь!

И в а н. Спасибо! Ничего мне не надобно! А вели ты, князь, дать мне меч булатный!

К н я з ь. Меч булатный?.. Ну что же, повелю… А ты, девица, поживи у нас. Мы к тебе приглядимся. (Смотрит на Княжича.) Может, и найдем, чем наградить тебя!

К н я ж и ч. Ты меня угостила, и я тебя угостить хочу. Пойдемте в сад, я сорву там румяное яблочко, угощу мою спасительницу!

Все, кроме Ирины, Катерины и Идолища Заморского уходят.

И р и н а. Вот тебе и сестрица младшенькая.

К а т е р и н а. Младшенькая, простенькая.

И д о л и щ е (за спиной у них). А ведь быть ей княгиней!

И р и н а. Что?

К а т е р и н а. Что ты сказал?

И д о л и щ е. Сказал, ей княгиней быть, а вам ей прислуживать!

И р и н а. Не бывать этому!

И д о л и щ е. А вы вспомните, что сказал старый князь…

И р и н а. А ведь верно: «Мы найдем, чем наградить тебя»…

К а т е р и н а. Я так сразу и поняла… А все ты…

И р и н а. Ты сама хороша… Напекла пирожков каменных…

К а т е р и н а. А ты хороша…

И д о л и щ е. Полно вам ссориться! Вы подумайте лучше, чем взяла сестра ваша, как вам от беды избавиться и самим княгинями стать, а не ей прислуживать. Подумайте! (Уходит.)

И р и н а. А ведь верно, милая сестрица, довольно нам ссориться.

К а т е р и н а. И я тоже так думаю.

И р и н а. Всегда она проста была… С чего ей счастье такое привалило?

К а т е р и н а. Знаю… От белого пояса!

И р и н а. Ты чего говоришь?

К а т е р и н а. Верно говорю! Помнишь белый пояс, что старушка ей подарила?

И р и н а. Правда, сестрица, какая ты умница. Давай я тебя поцелую!

К а т е р и н а. Целуй!

Целуются. Обе скривились.

А что же нам делать?

И р и н а. Скажем младшей, что теперь не пристало ей при дворе княжеском в таком платье ходить. Уговорим надеть наряды богатые. Она поверит и отдаст нам пояс волшебный. И мы счастливы будем. Княгинями станем.

К а т е р и н а. Правда, сестрица, какая ты умница! Давай поцелуемся!

Целуются.

И р и н а (в сторону). У меня будет пояс. Я буду княгиней.

К а т е р и н а (в сторону). Пояс мой будет! Быть мне княгинею!

И р и н а. Пойдем, сестрица, наряды готовить!

К а т е р и н а. Пойдем, милая!

Ирина и Катерина уходят. Входят  И д о л и щ е  З а м о р с к о е  и  В о е в о д а.

И д о л и щ е. Ступай позови сюда младшую!

В о е в о д а. Слушаю, ваше заморство!

И д о л и щ е. Мне бы только найти щелочку, а я уж пролезу!

В о е в о д а. Вы пролезете, ваше заморство! (Уходит.)

И д о л и щ е (нетерпеливо). Только бы коготок увяз, тут и всей птичке пропасть. Только бы взяла зеркальце. А там наше дело выгорит.

Входит  В о е в о д а  с  М а ш е н ь к о й. В руках у нее яблоко.

В о е в о д а. Иди, милая… Тебя как звать?

М а ш е н ь к а. Марья!

В о е в о д а (сладко). Какое имечко хорошее!.. Иди, Машенька, иди, пташенька… тебя сестрицы ищут. Ты их тут подожди, а я за ними схожу. Стой здесь, Машенька… (Идет к выходу.) Ах, имечко хорошее, ласковое. Ах ты моя милая… Машенька-пташенька… (Уходит.)

И д о л и щ е (подходит). Какое у тебя яблочко румяное, девица! А твои щечки еще румяней…

Машенька отворачивается.

Что смущаешься, девица? Очень мне яблоко правится. Отдай мне его, а я за это зеркальце подарю.

М а ш е н ь к а. А мне подарков не нужно. Возьми так яблоко, коли око тебе нравится. (Протягивает яблоко.)

И д о л и щ е. Мне даром не надобно. А ты глянь, какое зеркальце. Оправа какая… диковинная…

М а ш е н ь к а (глянула). Хорошее зеркальце, и оправа хороша… Да только оно мне не надобно!

И д о л и щ е. Такой красавице зеркало не надобно?!

М а ш е н ь к а (смеется). Вот правда нашли красавицу… Это сестры у меня хороши… А я… (Хочет уйти.)

И д о л и щ е. Подожди! Возьми зеркальце, сестрам подаришь его…

М а ш е н ь к а (про себя). В самом деле, взять, что ли?

И д о л и щ е (в сторону). Мне бы только найти щелочку, уж я пролезу.

М а ш е н ь к а. А вы лучше сестрам отдайте!

И д о л и щ е. Мне идти надобно. Бери, бери зеркальце… А то уйду сейчас.

М а ш е н ь к а. Хорошее зеркальце… взять его, что ли? (Нерешительно протягивает руку.)

И д о л и щ е (в сторону). Только бы коготок увяз, а там уж птичке пропасть.

М а ш е н ь к а. Да нет, не возьму.

И д о л и щ е. Ну, как хочешь… Не берешь — и не надо… (Направляется к выходу.)

М а ш е н ь к а (решительно). Давай зеркальце!

И д о л и щ е (торжествующе усмехается. Дает зеркальце). Увяз коготок…

М а ш е н ь к а. Я его сестрам отдам…

И д о л и щ е. Хорошо, хорошо… А пока глянь в него… Расскажет тебе зеркальце, что глаза твои словно море синее, щечки твои словно маков цвет… Ты возьми его в праву рученьку… Что там у тебя?

М а ш е н ь к а (как завороженная). Цветы… Иван-да-Марья.

И д о л и щ е. Брось их… Простые они, полевые… Тебе разве такие цветы нужны! (Настойчиво.) Брось!..

Машенька разжимает руки. Цветы падают.

Вот хорошо… Глянь в зеркальце…

М а ш е н ь к а (слабо). Не стану…

И д о л и щ е. Увидишь, какая ты красавица!

М а ш е н ь к а. Разве поглядеть… Одним глазком… (Глядит в зеркальце.) Ах…

И д о л и щ е (шепотом). Что? Хороша?

М а ш е н ь к а (надменно поднимает голову). Хороша! Хороша краса девица! (Гордо прошлась.) Вот это зеркальце.

И д о л и щ е. А ты не хотела брать!.. (Отходит. Останавливается в стороне, хохочет.)

Показывается  В о е в о д а.

В о е в о д а. Нашли щелочку… ваше заморство?

И д о л и щ е. Нашел.

В о е в о д а. Увяз коготок… (Смеется.)

И д о л и щ е. Гляди… Пропала птичка! Хитрость да лесть — первые помощники. (Смеясь, уходит.)

М а ш е н ь к а (опускает зеркальце. Проводит рукой по лицу). Что это я? Что со мной было? Словно я во сне себя видела… (Трогает пояс.) А где цветы мои? Иван-да-Марья? Где они? Неужто потеряла? Надо найти!..

Вбегают  И р и н а  и  К а т е р и н а. Ирина несет кокошник, расшитый драгоценными каменьями, Катерина — бриллиантовый пояс.

И р и н а. Вот она!

К а т е р и н а. Вот она, милая сестрица! (Обнимает ее.)

И р и н а. Да какое у нее зеркальце хорошее!

К а т е р и н а. А ну, погляди, милая, какая ты красавица! (Заставляет ее посмотреть в зеркало.)

И р и н а. Да разве пристал тебе такой убор простой! Примерь этот! (Надевает ей кокошник.)

К а т е р и н а. Еще краше стала!

И р и н а. Сними этот пояс!

К а т е р и н а (показывает на бриллиантовый пояс). А вот получше будет!

М а ш е н ь к а (слабо). Не надо, сестрицы!

И р и н а. Не слушай ее, Катерина, давай снимем!

Снимают белый пояс, надевают бриллиантовый.

М а ш е н ь к а (посмотрела в зеркальце, надменно). Замолчите вы, глупые! Ступайте в светелку!

Сестры удивленно смотрят на нее.

Я хочу наряд себе выбрать богатый, пышный! Не пристало мне в таком ходить. (Смотрит в зеркальце.) Хороша ты… краса девица. (Гордо уходит.)

Сестры бегут за ней. Входит  К н я з ь.

К н я з ь. Эй, воевода!

В о е в о д а. Здесь я, князь-батюшка!

К н я з ь. Решил я наградить… Щедро одарить…

В о е в о д а. Спасибо, князь-батюшка, вспомнил меня… (Кланяется.)

К н я з ь. Ивашку!

В о е в о д а (застыл в изумлении). Кого?!

К н я з ь. Оглох, что ли? Ивашку!

В о е в о д а (в сторону). Лучше бы я в самом деле оглох. Слышу! Слышу! Ивашку… Что же, дело хорошее, да только… (Гладит бороду.) Не вели казнить, вели слово молвить.

К н я з ь. Говори!

В о е в о д а (настойчиво). Коль наградить его щедро и богато — возгордится Ивашка… Дерзок он больно…

К н я з ь (в раздумье). Есть в нем это…

В о е в о д а. Ах, князь-батюшка, и остер у тебя глаз. Ничего не скроется…

К н я з ь. От меня не утаишь!..

В о е в о д а. Где там! Ты всякую хитрость сразу понимаешь!

К н я з ь. Да, со мной не схитришь…

В о е в о д а. Где там! И подумать об этом нельзя… Ты все видишь сам!

К н я з ь. Вижу. Я давно говорил, что дерзок Ивашка.

В о е в о д а. Давно, батюшка, а нам, дуракам, и невдомек. Тебе, князь, сразу видно, что нельзя Ивашке богатую награду давать.

К н я з ь. Нельзя. Возгордится очень. Надо наградить его скромно, малым подарком.

В о е в о д а. Хорошо, батюшка, верно… (Хлопнул себя по лбу.) А я-то, старый дурень! Поверил! Прости, князь-батюшка, не понял я, что ты меня испытываешь, а сам знаешь, что нельзя Ивашку скромно награждать… Обидится Ивашка, затаит обиду и мстить будет за подарок малый. Как же, молочный брат княжичу…

К н я з ь. Молчи… Не вспоминай, что холоп этот молочный брат сыну моему.

В о е в о д а. Я-то забыл, Ивашка помнит… Значит, нельзя его и скромно награждать. Верно я тебя понял?

К н я з ь (с досадой). А должен я слово свое княжеское сдержать?

В о е в о д а. Непременно. Княжеское слово — золото!

К н я з ь. Что же делать?

В о е в о д а. А вот что… Да ты сам, князь-батюшка, знаешь!

К н я з ь. Знаю, знаю. А вот хочу, чтобы ты сказал. Может быть, опять угадаешь…

В о е в о д а (усмехаясь в бороду). Может, и угадаю… Завтра время посылать человека в лес на съедение Идолищу Заморскому. Он пока одного требует, а скоро двух посылать придется.

К н я з ь. Двух?! Не бывать этому!

В о е в о д а. Не бывать так не бывать, а только он выгоды много обещает за это, а не то грозится…

К н я з ь. Грозится… Мы подумаем…

В о е в о д а. Подумай… А завтра пошли Ивашку в лес.

К н я з ь. Ивашку в лес! Нет, не бывать этому!

В о е в о д а. Нет так нет! Значит, дать ему меч! Уж куда как спокойно будет! Сегодня Ивашке меч, а завтра Богдашка потребует. Раздать всем холопам мечи, да и ждать, чтоб того и гляди…

К н я з ь (тревожно). Замолчи! Не давать ему меч! Лучше его в лес… Да только… какая же это награда?

В о е в о д а. А мы ему скажем хитро…

К н я з ь. Верно, воевода! Быть по сему!

В о е в о д а. Быть по-твоему, князь-батюшка!

К н я з ь (глядит). Вот они все идут! Только ты это…

В о е в о д а. Что, князь-батюшка?!

К н я з ь. Ты, воевода, сам… это…

В о е в о д а (притворяется, что не понимает). Не пойму…

К н я з ь. Ты сам объяви нашу княжескую милость!

В о е в о д а. Объявлю! На то и есть у тебя воевода, чтобы твоя княжеская совесть спокойна была! (В сторону.) И здесь хитрость да лесть помогли.

Входят  К н я ж и ч  с  М а м у ш к о й  и  н я н ю ш к а м и, И в а н, Б о г д а н, И д о л и щ е  З а м о р с к о е.

К н я ж и ч. А где моя спасительница? Ушла… меня оставила!

М а м у ш к а. Сейчас, мой красавец, я за ней схожу. (Уходит.)

К н я з ь (тихо, Воеводе). Говори скорей!

В о е в о д а. Эй, слушайте, люди добрые! Объявляю милость княжескую, Ивашке-сокольничему награду великую!

Движение. Все слушают.

Слушай, Ивашка! Обещал тебе князь награду великую, княжеское слово, как алмаз, твердое. Повелел тебе князь-батюшка в награду за услугу, что помог княжича вылечить…

В с е. Слушайте! Слушайте!

В о е в о д а. Идти в лес завтра к вечеру и прийти к дубу старому в ночь глухую, темную. Будет ждать там Идолище Заморское. Должен князь-батюшка дань платить ему бесценную! Пусть твоя голова данью будет княжеской! Ей ведь цены нет! Вот тебе награда князя-батюшки.

Пауза.

Что молчишь, Ивашка? Аль ты недоволен милостью княжеской, аль для холопа не честь великая положить голову за хозяина?

И в а н. Слушай, князь, слушай и ты, воевода! Слушайте меня, люди добрые, на лугах, на полях, в деревнях, в городах! Те, кто пашут и жнут, те, кто железо куют! Не они (показывает на Князя и Воеводу), а вы мои хозяева! Я за вас в бой иду, за народ весь честной, чтобы с Идолищем Заморским расправиться! Клятву вам даю нерушимую: иль сложу свою голову, иль избавлю я вас от Идолища проклятого! А теперь простите меня! (Три раза низко кланяется. Уходит.)

В о е в о д а. Каков молодец!

К н я з ь. Дерзость какова!

В о е в о д а. Ну, не долго ему осталось…

К н я з ь. Нет, надо ему за такие слова… казнь придумать… лютую…

В о е в о д а. Не тревожь сердце, князь-батюшка, сегодня ночью конец ему будет.

К н я з ь. Быть по сему!

Входит  М а м у ш к а.

К н я ж и ч. Где же ты ходишь, мамушка, тут такое было… (Вытирает платком глаза.)

М а м у ш к а. Успокойся, княжич, не забыла я! Идет, идет она!

Входят  с т а р ш и е  с е с т р ы. Кланяются. Медленно в богатом наряде, надменно подняв голову, идет  М а ш е н ь к а. Все удивленно смотрят на нее, а ей кажется, что ею восхищаются.

М а ш е н ь к а. Что примолкли? Наряд мой вас ослепил?

М а м у ш к а. Батюшки-светы! Что же это за наваждение?

М а ш е н ь к а. Что? Спеть вам? (Милостиво улыбается.) Хорошо! Довольно кланяться! Я спою, коль вы так просите! Эй, скоморох, где твои гусли? Играй скорее! (Становится в позу. Начинает петь.)

Ах, хорошо я пою!

Сколько радости людям даю!

Все смеются, улыбаются,

Моим пеньем восхищаются!

Все удивленно смотрят.

П е р в а я  н я н ю ш к а. Вот это спела! Как только уши вытерпели!

М а м у ш к а. Матушки мои! В голове звенит.

М а ш е н ь к а. Зачем меня вы с соловьем сравнили? Ему ведь так не спеть…

М а м у ш к а. Так… не спеть!

М а ш е н ь к а. Потом ведь серый он, а у меня наряд блестит и золотом и серебром! Камней на нем так много, что плечи заболели. (Искренне.) Тяжелый он! Но я плясать вам буду, и вы увидите всю красоту наряда моего. Гусляр, играй! (Манерно танцует.)

Все смеются над ней.

К н я ж и ч. Ах, не хочу! Не хочу я! Пойдемте. (Мамушке.) Уведи меня!

М а м у ш к а. Пойдем, довольно нам песен соловьиных, а то забуду все и уж никогда не вспомню…

Все уходят.

М а ш е н ь к а. Куда же все уходят? Ах, понимаю!.. Их ослепил наряд блестящий мой! Завидуют они красе моей! И пусть! Сама я буду танцевать и в зеркальце глядеть. (Танцует, глядя в зеркало.) Хороша!

Вбегает  И в а н.

И в а н. Здесь она! Ищу тебя повсюду, Марьюшка!..

М а ш е н ь к а. Ты кто? Зачем ты смотришь на меня? (Продолжает танцевать.)

И в а н. Что ты, Марьюшка! Да что с тобой? Ведь это я, Иванушка!.. Пришел с тобой проститься…

М а ш е н ь к а. Тебя не знаю я… (Опускает зеркальце.) Постой. Ты… (Снова поглядела в зеркальце.) Нет! Почему молчишь? Отчего не скажешь, что как лебедь белая плыву я… Не хочешь признать красы моей? Не надо!.. Пойду я к ним! Они уж ждут меня! Ты слышишь? Зовут! Зовут! Иду! Иду! (Убегает вслед за ушедшими.)

И в а н. Что приключилось? Мне даже стало страшно… Однако пора идти! (Замечает цветы.) Что это? Цветы мои! Иван-да-Марья! Их бросила она… Меня забыла…

Пауза. Вбегает  Б о г д а н.

Б о г д а н. Ты здесь, Иван! Проститься прибежал! Да что с тобой… (Замечает цветы, хочет поднять.)

И в а н. Не тронь, Богдан! Пусть их… лежат…

Б о г д а н. Понимаю… Возьми булатный меч! (Дает ему меч.) Его умельцы кузнецы ковали для тебя. Гляди, как он блестит!

И в а н. Как солнце!

Б о г д а н. Пока за правду будешь ты стоять, пока душа твоя чиста, он будет светел, но чуть с дороги ты свернешь прямой — он потускнеет. Так сказали кузнецы! Они надежду крепкую имеют на тебя, Иван!

И в а н. Спасибо! Скажи им, что скорее жизни я решусь, чем их надежду обману. Прощай!

Обнимаются. Голос  Д е в к и - ч е р н а в к и: «Богдашка, скоморох, князь кличет!»

Б о г д а н. Всего сказать тебе нет времени! В лесу соблазны ждут тебя. Не поддавайся им.

И в а н. Эх, друг ты мой! Один я буду там!

Б о г д а н. Не будешь ты один! Сердцем будут все с тобой, кто меч тебе вручил, коль трудно станет — мы поможем! Прощай, Иван! Я буду думать о тебе.

И в а н. Прощай, Богдан, ты — брат мой настоящий! Иду! (Уходит.)

Богдан стоит, склонив голову. Вбегает  Д е в к а - ч е р н а в к а.

Д е в к а - ч е р н а в к а. Ты что, Богдан? Головы тебе не жаль?! Князь гневаться изволит. Потехи ждет!

Б о г д а н (глухо). Скажи, сейчас придет Богдашка. Потеху новую готовит, веселую придумал шутку…

Д е в к а - ч е р н а в к а. Не пойду я без тебя! Боюсь…

Б о г д а н. Боишься? Тебя не тронут…

Д е в к а - ч е р н а в к а. Глупый!.. Не за себя боюсь, а за тебя! Эх ты… не понимаешь. Идем!

Б о г д а н. Иду! (Подпрыгнул, закричал петухом, закрякал уткой.) Где утка, там и шутка!

Богдан и Девка-чернавка уходят. Пауза. Вбегает  М а ш е н ь к а.

М а ш е н ь к а. Что это? Что со мной? Они как будто бы смеются? Над кем? Оставьте! Не пойду к вам! Чтоб вы смеялись надо мной! А почему смеются… Ведь хороша я! И наряд какой на мне. (Пробует танцевать.) Ах, нет! Что со мной? (Замечает цветы.) Что это? Что? Цветы? Цветы?! Какие! Я видела их. Давно! Как их называют?.. Нет… Не помню… А вспомнить я должна! Кто может мне сказать, что это за цветы? Мне непременно надо это знать! Никто? Ну, стены, хоть вы скажите! Стены! Немые вы, а я вас говорить заставлю… Молчат!.. (Очень настойчиво.) Кто скажет мне, что это за цветы? Говорите! Ну? (Слушает. Тихо, словно переспрашивая и еще не понимая.) Иван-да-Марья? Прочь, зеркальце проклятое… (Бросает зеркало, берет цветы. Радостно, сильно.) Я вспомнила!! Иван-да-Марья!.. Иван!..

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Картина четвертая

Дремучий лес, толстые корни деревьев расползлись по земле. В средине, в глубине, вековой мрачный дуб. Ночь. Сквозь густые ветви деревьев едва-едва пробивается лунный свет. Завывает ветер.

Пробираясь сквозь чащу, выходит  И в а н.

И в а н. Кажется, здесь… Должно, здесь… (Оглядывается.) Тихо как… Что пригорюнился, лес дремучий? Словно хоронить меня собираешься? Что молчишь? (Кричит.) Отвечай, лес густой, что ждет меня? Беда?

И понеслось по верхушкам деревьев на разные голоса: «Да… да… да…» И вдали замерло: «Да… да…»

Не пугай меня, темный лес! Я увижу белый свет!

И отзывается темный лес: «Нет!.. Нет!.. Нет…»

(Тихо.) Только ждать мне тяжко… Кабы была со мной душа живая… Друг верный мой, брат мой… Богдан… Богдан!..

Пронесся ветер, и зашумели листья, словно отзываясь на зов.

(Прислушался.) Отзовись, Богдан!.. Жутко мне… Ты здесь, Богдан?

Зашумели листья и отозвались: «Да, да, да!»

Здесь, со мною он! Спасибо тебе, Богдан, что думаешь ты обо мне, и словно не один я здесь… И легче на душе у меня стало… А что она? Совсем забыла? Нет! Об этом думать себе я заказал — нечего и вспоминать… Уж ночь настала… Пора и дуб столетний мне разыскать! Пора!.. (Делает несколько шагов.)

Внезапно перед ним расцветает красивый цветок. Иван останавливается.

Что это?

Ц в е т о к (сладким голосом). Погляди ты на меня, добрый молодец!.. На лепестки мои нежные, на краски яркие. Склонись ко мне… Вдохни мой аромат… Тебя развеселю я…

И в а н (склоняется над ним). А верно, пахнет хорошо. Цветок красивый!

Ц в е т о к. Сорви меня!.. Возьми меня с собой… Со мною радостнее станет… В глухую ночь я тебе ясный день напомню… И солнца свет и неба синеву… Сорви же скорее… Не медли!.. А то… увяну…

И в а н (протягивает руку). Сорву!

Шумит ветер.

Что это? Тускнеет меч! Ах, вот что говорил мне Богдан! Соблазняет! (Опустил руку.) Не обманешь, проклятый! Красота твоя — ложь! А мне правда надобна! Сгинь! Пропади!

Зашипел цветок по-змеиному, и рассыпались лепестки нежные, а под ними показалось лицо Идолища Заморского и исчезло.

Спасибо тебе, Богдан! Вовремя обо мне вспомнил, чуть не попал я в беду! (Смотрит на меч.) Снова светел!

Из камня, покрытого мхом, начинает бить родник. И слышит Иван журчащий голос воды.

В о д а. Испей воды, добрый молодец! Горло освежи прохладной водицей!

И в а н (останавливается). А верно, пить мне хочется!

В о д а. Бедный… Жажда мучит тебя, наклонись ко мне… Утоли жажду…

И в а н. Эй, напиться, что ли, вволюшку?! (Наклоняется.)

Шумит ветер.

Тускнеет снова меч! Чуть не забыл! (Глядит в воду.) Не чистая вода эта, а мутная, ржавая. Не нужна она мне! Сгинь, пропади!

Зашипел камень, и вместо воды показалось лицо Идолища Заморского и исчезло.

Пойду дальше! Пора мне к дубу! (Уходит в глубину чащи.)

Пауза. Тихо выходит  И д о л и щ е.

И д о л и щ е. Ну что, не смогли соблазнить? Чему я вас только учил?.. Эх вы!.. (Вглядываясь.) Вот он к дубу подходит… Вишь, удалец какой… Все ему нипочем… Ничего… Скоро по-иному будет выглядеть… Зубы я наточу, навострю, к горлу я подберусь, кровью теплой, живой досыта напьюсь. Подошел к дубу! Стоит, ждет! Эх ты, простота! Думаешь меня в честном бою одолеть! Вишь, меч приготовил булатный! Как бы не так! Ты правдой, а я кривдой! Ты храбростью, а я коварством! Посмотрим, чья возьмет! Надо мне его усыпить, одурманить, а уж сонного я одолею!..

Вы, болотные травы-дурманы,

Поднимите седые туманы!

Вы, туманы, ползите, ползите, ползите…

Вы Ивашку скорей усыпите!

Вы закройте ему крепче очи,

Чтоб не знал он ни дня и ни ночи…

Поднимаются клубы тумана.

Стерегите, болотные жабы,

Чтоб добыча моя не ушла бы!

Туман ползет к дубу.

Сыч, сыч, сыч, лесную дрему кличь, кличь, кличь!

Одурманен, одурманен, одурманен!

Засыпает, засыпает, уснул, уснул!

Я сейчас улечу, зубы я наточу!

К горлу я подберусь,

Твоей крови напьюсь!

(Уходит.)

Постепенно туман рассеивается. У дуба спит  И в а н. Медленно выходит  М а ш е н ь к а. Она в том же костюме, что и в первом действии, только без пояса.

М а ш е н ь к а.

Уж ты, лунный свет,

Посвети вокруг,

Укажи мне путь,

Где прошел мой друг!

Отпустила его без прощанья

Да без доброго пожеланья,

Злое зеркальце разлучило нас.

Как бы друга мне разыскать сейчас!

Где ты скрылся здесь, меж лесных ветвей?

Отзовись, Иван! Отзовись скорей!

Нет, не слышит меня! (Смотрит на цветы, которые держит в руках.)

Вы цветы мои, цветики, им подаренные,

Подскажите мне, милые,

Где искать мне Иванушку!

(Слушает.) Молчат цветики. Видно, сильно провинилась я… Кто ж совет мне даст, кто поможет мне?.. Ах ты, мать сыра земля… Будь мне матушкой, расскажи, научи! (Падает на колени, склоняется к земле.)

Появляется  С т а р у ш к а. Она в светлом одеянии, волосы ее отливают золотом.

С т а р у ш к а. Ты звала меня, Марьюшка?

М а ш е н ь к а (встрепенулась). Кто это? (Смотрит.) Это ты, землица-матушка! Здравствуй, родная!

С т а р у ш к а. Здравствуй, Марьюшка!

М а ш е н ь к а. Прости меня, матушка! Я пояс твой белый потеряла… Сама не знаю, что со мной приключилось…

С т а р у ш к а. Я все знаю, доченька! Ты на лесть поддалась, ложь от правды отличить не сумела. Кабы вовремя не опомнилась, жестоко за это могла поплатиться. Ты поняла, в чем провинилась?

М а ш е н ь к а. Поняла, матушка! Как поглядела я в зеркальце заколдованное, так показалось мне, что красивей меня, умнее и лучше меня нет никого. И наряды мне надо богатые!.. Как пошла танцевать, кажется мне — все любуются, а запела я — все заслушались…

С т а р у ш к а. А на деле-то ты одна сама собой любуешься, сама собой не нахвалишься…

М а ш е н ь к а (заплакала). Вспомнить совестно, матушка!

С т а р у ш к а. Полно плакать. Раз повинилась ты — и зима уменьшилась, на душе полегче стало. Полно слезы лить!

М а ш е н ь к а. Жалко мне, матушка! Потеряла я пояс твой… Так с ним хорошо мне было… Белый, чистый… без пятнышка…

С т а р у ш к а. Ничего, дело не только в поясе! Ты сама должна быть без пятнышка! Если мысли в тебе чистые и сама ты правду будешь говорить да от других того требовать, так и пояс появится. Поняла, Машенька?

М а ш е н ь к а. Поняла, матушка!

С т а р у ш к а. Так полно плакать! Все прошло и не вернется.

М а ш е н ь к а. Горько мне, матушка, так горько…

С т а р у ш к а. Аль обидел тебя кто?

М а ш е н ь к а. Не меня, а я обидела!

С т а р у ш к а. Кого же это?

М а ш е н ь к а. Иванушку… Он со мной проститься пришел перед тем, как в лес идти, а я… (Плачет.) Может, нет уж в живых друга милого…

С т а р у ш к а. Жив-здоров твой Иванушка. Крепко он на земле стоит, — значит, и за землю постоять сможет.

М а ш е н ь к а. Жив Иванушка! Как найти мне его?

С т а р у ш к а. Искать, искать надобно! Искать!

М а ш е н ь к а. Где искать? Как искать? (Протянула руку.)

Старушка исчезла, словно в землю ушла.

(Решительно.) Найду Иванушку! Ах ты, лунный свет, можешь скрыть свой блеск, все равно не уйду из лесу! Все поляны обойду, пройду в чащу темную! А найду Иванушку!

Воет ветер.

Эй, буйный ветер, сильней свисти, ниже гни деревья могучие, а меня не согнешь, из лесу не выгонишь! Все равно найду Иванушку!

Стих ветер. Лунный свет осветил лежащего у дуба Ивана.

(Замечает его, медленно подходит к нему и тихо зовет.) Иванушка! (Громче.) Иванушка! Ты что же не откликаешься? Не узнаешь — это я, Марьюшка! Иванушка! Или сердишься? (Наклоняется над ним.) Спит! Разбудить его?! Нет, не стану… Пусть… перед боем отдохнет, выспится. (Садится.)

Пауза. Слышен легкий шелест травы, словно дышит земля.

(Прислушивается.) Что это, словно голос землицы-матушки? (Слушает.) Не разберу ничего… (Ложится, прикладывает ухо к земле.) Разбудить?.. Разбудить?.. Поняла! А то погибнет Иванушка. (Бросается к Ивану.) Вставай, вставай, Иванушка! (Тормошит его.) Ишь как крепко спит! Вставай скорей! Что это он — словно завороженный! Иванушка! (Плачет. Слезы падают на лицо Ивана.) Что же, и слезы мои горючие тебя разбудить не могут? Эй вы, травы зеленые, цветы лесные, сырой земли сыны и дочери, помогите разбудить Иванушку! Эй, птицы небесные, вольные, крылатые, помогите разбудить Иванушку!

Зашумели травы и цветы на земле, защебетали птицы на деревьях: «Вставай, вставай, Иванушка!» Иван приподнимается, оглядывается и снова ложится.

Ну, давайте все вместе! Вставай, вставай, Иванушка! Вставай, вставай, Иванушка!

Снова травы, цветы зашумели, птицы защебетали: «Вставай, вставай, Иванушка!»

И в а н (встает). Не вовремя я заснул! Кто же это разбудил меня? (Видит Машеньку.) Это ты, Марьюшка! Спасибо тебе! (Протягивает ей руку.) Спасибо!

М а ш е н ь к а. Не одна я будила тебя, а со всеми, кто добра нам желает.

И в а н. Спасибо вам всем!

М а ш е н ь к а. Ты прости меня, Иванушка, за слова мои недобрые. Не в себе я была!

И в а н. То не ты была, то другая!

М а ш е н ь к а (твердо). Нет, вина моя, мне и ответ держать!

И в а н. Что было — прошло и быльем поросло! Кто старое помянет, тому глаз вон!

Слышно далекое завывание.

Слышишь, Марьюшка, то Идолище Заморское летит, воет! Прячься скорей, Марьюшка, мне одному надо с ним биться! Так положено! Скорей прячься!

Машенька прячется. Завывание слышно ближе. Иван опять ложится.

М а ш е н ь к а (бросается к нему). Что ты, Иванушка? Снова заснул.

И в а н (поднимается). Тише, Марьюшка! Он хотел коварством меня победить, на сонного напасть. В бою и хитрость бывает нужна. Он меня спящим ожидает найти. Пусть найдет, а там посмотрим. А ты тише, молчи! (Ложится.)

Машенька прячется. Завывание все ближе, ближе. Появляется  И д о л и щ е  З а м о р с к о е.

И д о л и щ е. Наточил зубы, навострил белые! Спит мой враг беспробудным сном! (Смеется.) И не чует он, что последний сон! И не знает он, что заснул навек! (Ходит вокруг.) Я давно добираюсь до тебя! Я давно дожидаюсь тебя! Эх, хороша добыча! Ну, пора кончать! (Бросается на Ивана.)

Машенька вскрикнула. Встал Иван во весь рост, сбросил с плеч на землю Идолище Заморское.

И в а н. Эх! Вот так!

И д о л и щ е. Ты же спал! Как же так?

И в а н. Вот как видишь! (Вынимает меч.) А теперь поглядим, кто заснет навек! Выходи на бой, на открытый, честный бой!..

И д о л и щ е. Хорошо, и в бою одолею тебя! (Выхватывает меч.) Только, чур, уж биться по-честному!

Скрестили мечи. И начался бой не на жизнь, а на смерть. Одолевает Иван, отступает Идолище Заморское к дубу. Иван бьется все яростней. Скрывается Идолище Заморское в огромном дупле дуба.

И в а н (опустил меч). Понапрасну спрятался. Все равно тебе живым не уйти!

Пролезает Идолище Заморское сквозь дупло и незаметно заходит сзади Ивана, тот не видит его. Идолище Заморское заносит меч над Иваном.

М а ш е н ь к а (кричит). Иванушка, назад оглянись!

И в а н. Эге, вот какой по-заморскому честный бой бывает! А вот так по-нашему! (Размахнулся мечом и выбил меч у Идолища Заморского.)

Завыло Идолище Заморское.

Ну, теперь держись!

И д о л и щ е. Это нечестно! У тебя меч, а я с голыми руками, нечестно!

И в а н (усмехаясь). Ишь, проклятый, когда гибель близка, так и о честности вспомнил! Эх, так и быть! На, Марьюшка, меч! (Отдает его.) Видишь, и у меня в руках ничего нет! Принимай кулачный бой!

Идолище с воем бросается на него, хочет приподнять.

М а ш е н ь к а. Стой крепко, Иванушка, он тебя от земли оторвать хочет!

И в а н. Не бывать этому!

Вырвался Иван из рук Идолища Заморского, размахнулся и сбил его с ног. Идолище падает, поднимается. Снова сбил его Иван, и упало Идолище замертво.

А теперь давай меч, Марьюшка! Снесу ему голову! Так верней будет! (Сносит голову Идолищу.)

Полная луна освещает лес дремучий, и он становится тихим и приветливым.

М а ш е н ь к а. Иванушка! Уничтожил ты Идолище Заморское. Оно не будет больше людей мучить. Спасибо тебе, Иванушка! (Низко кланяется.)

И в а н. А теперь, слушай, Марьюшка, хорошенько. Весь народ наш будет радоваться, что убил я Идолище поганое! Хозяева же его заморские разгневаются, захотят они оживить Идолище. Должен я остаться в лесу на три дня и три ночи.

М а ш е н ь к а. Зачем, Иванушка?

И в а н. Буду сторожить его тело поганое! Если прилетят друзья его заморские с живой и мертвой водою, чтобы оживить Идолище, отведают они меча моего булатного. А пройдет еще три дня и три ночи, и никто уж не властен будет оживить Идолище… А ты ступай, Марьюшка.

М а ш е н ь к а. Нет! Я с тобой останусь!

И в а н. Нельзя, Марьюшка! Если ты останешься, догадаются князь и воевода, что жив я, и станут меня в лесу разыскивать, чтобы отомстить за гибель их друга милого.

М а ш е н ь к а. Что же делать, Иванушка?!

И в а н. А вот что! Я здесь останусь, а ты возвращайся в терем княжеский. Три дня и три ночи исполняй, что они прикажут, чтоб не догадались, что я жив. Иди, Марьюшка!

М а ш е н ь к а. Не могу я тебя одного оставить!

И в а н. Надобно. Так лучше будет.

М а ш е н ь к а. Сама знаю, что надобно, а не могу!

И в а н (настойчиво). Иди, Марьюшка, иди!

М а ш е н ь к а. Будь по-твоему! Пойду! Только знай, что, пока тебя не увижу, не будет покойна моя душенька.

И в а н. Через три дня и три ночи свидимся!

М а ш е н ь к а. Свидимся?

И в а н. Свидимся!

М а ш е н ь к а. Через три дня и три ночи… Как долго, Иванушка!

И в а н. Иди, Марьюшка!

Машенька уходит.

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Картина пятая

Княжеские хоромы. К н я з ь  сидит в раздумье. Входит  В о е в о д а.

В о е в о д а. Дозволь войти, князь-батюшка?

К н я з ь. Войди.

В о е в о д а. Хотел я тебя просить, князь-батюшка…

К н я з ь (перебивает). Ты что такой веселый, воевода?!

В о е в о д а. А как не веселиться?

К н я з ь (разглядывает его). И словно ты помолодел!

В о е в о д а (довольно). А что, заметно, князь-батюшка? И сам я чувствую, как будто лет двадцать пять, нет, все тридцать с плеч долой.

К н я з ь. С чего бы это?

В о е в о д а. Как с чего? С радости! Радость — она душу веселит, тело молодит.

К н я з ь. Хоть впору и жениться…

В о е в о д а. Так я затем…

К н я з ь (перебивает). А радость-то какая?

В о е в о д а. Радость? Сам знаешь, князь! Погиб Ивашка! Теперь уж все примолкнут, присмиреют. Уж неповадно будет мечи просить.

К н я з ь. А ты уверен, что погиб Ивашка?

В о е в о д а. Конечно. Разве может простой холоп устоять против Идолища Заморского.

К н я з ь. Тише ты! А какой сегодня день по счету с того, как в лес ушел Ивашка?

В о е в о д а. Пятый…

К н я з ь. А он не приходил за это время?

В о е в о д а. Кто? Ивашка? Так он ведь…

К н я з ь. Да нет! Оно…

В о е в о д а. Его заморство?

К н я з ь. Тише ты! Ну да!

В о е в о д а. Его заморство не приходило! А придет — придется соглашаться!

К н я з ь. На что?

В о е в о д а. Дань ему удвоить!

К н я з ь. Согласен я! Лишь бы мне узнать, что нет в живых Ивашки! Как вспомню дерзкие его слова… А вдруг он жив и повторяет их народу?

В о е в о д а. Напрасно ты себя тревожишь, князь. Коли б он был бы жив, то знала бы младшая сестра об этом. И не была бы такой покорной. А она грустит, плачет и все приказы исполняет. А если хочешь, мы еще проверим. Я придумаю…

К н я з ь. Придумай…

В о е в о д а. А ты мне позволь… (Гладит бороду.) Хочу я… Позволь… (Гладит бороду.)

К н я з ь. Да что позволить? Бороду оставь. Что позволить?

В о е в о д а. Жениться!

К н я з ь. Жениться? На ком?

В о е в о д а. Невесты-то найдутся!

К н я з ь. Ну что ж, женись! Да только мне придумай…

Входит  Б о г д а н, прячется.

В о е в о д а. А если нужно будет, мы лес обыщем весь…

К н я з ь. Ты думай, воевода! (Уходит.)

Б о г д а н (тихо). «Лес обыщем весь»… (Убегает.)

В о е в о д а. Эй, мамушка!

Входит  М а м у ш к а.

М а м у ш к а. Чего тебе?

В о е в о д а. Пойди скажи сестрице, чтобы шла сюда. Мне надобно с ней поговорить.

М а м у ш к а. Иду. (Идет. Возвращается.) Там их три! Какую тебе позвать из них?

В о е в о д а. Младшую не надо. Иди!

М а м у ш к а. Иду. (Идет. Возвращается.) Из двух какую?

В о е в о д а. Все равно! Ну, старшую… Нет, среднюю!

М а м у ш к а. Среднюю… Иду… (Идет.)

В о е в о д а (вслед). Не забудь же — среднюю!

М а м у ш к а. Да помню, помню… старшую. (Уходит.)

В о е в о д а. Пока она придет, пойду расчешу бороду. (Уходит.)

Появляется  М а м у ш к а.

М а м у ш к а. Какую, он сказал?.. Забыла!.. Батюшка, ты звал?.. Ушел. Старшую или среднюю. Не помню! (Решительно.) Позову обеих. (Уходит.)

Появляется  М а ш е н ь к а, навстречу ей выходит  Б о г д а н.

М а ш е н ь к а. Богдан?!

Б о г д а н (зовет ее). Скорее, Машенька, мне с тобой говорить не велено. Что с тобой?

М а ш е н ь к а. Сердце у меня болит. Пятый день пошел, а нет Иванушки.

Б о г д а н. Я сам тревожусь…

М а ш е н ь к а. Хотела в лес пойти — нельзя.

Б о г д а н. За мною тоже смотрят. Уйти никак нельзя. Я слышал, воевода хочет весь лес обыскать.

М а ш е н ь к а. Богдан!.. Что же нам делать?

Слышны голоса сестер.

Б о г д а н. Тише! Идут.

Богдан и Машенька разбегаются в разные стороны. Входят  М а м у ш к а, И р и н а  и  К а т е р и н а.

М а м у ш к а. Вот здесь и ждите. Сюда придет воевода. (Уходит.)

И р и н а (прихорашивается). Ну, сестрица, нельзя нам в грязь лицом ударить…

К а т е р и н а. Нельзя…

И р и н а. Видишь, понравилась им младшая за скромность. Невидаль какая! Я захочу — поскромнее буду.

К а т е р и н а. И я тоже… Вот пояс белый. Сейчас надену, попробую, как это скромно вести себя.

И р и н а. Дай я раньше. (Вырывает из рук Катерины пояс, надевает его. Старается ходить мелкими шагами, говорить тихим, сладким голосом.) Здравствуй, воевода! (Как бы слушает его, отвечает.) Спасибо, воевода, что хвалишь мою красоту, только при моей скромности это и слушать…

К а т е р и н а. И вовсе не так! Ходить надо вот так! Скромно-скромно! (Опускает глаза, идет семеня.) А губы надо непременно бантиком! Вот так! (Показывает.)

И р и н а. А вот и не бантиком, а сердечком! Вот так! (Показывает.)

К а т е р и н а. Нет, бантиком! Вот так!

И р и н а. Нет, сердечком! Вот так!

К а т е р и н а. Нет, бантиком! Вот так! Ай, батюшки, воевода идет, а я без пояса! Побегу надену! (Убегает.)

Входит  В о е в о д а.

В о е в о д а (гладит пышную бороду). Здравствуй, красная девица!

И р и н а (притворно пугается). Ах, кто это? (Складывает губы сердечком.)

В о е в о д а. Чего испугалась? Разве я страшный?

И р и н а. Не ждала я! Задумалась. Здравствуй, воевода! (Низко-низко кланяется.)

В о е в о д а. Что так низко, девица?

И р и н а. А это по скромности. Старым людям низкий поклон. (Складывает губы сердечком.)

В о е в о д а (с неудовольствием). А разве я старый?!

И р и н а (не понимая). Старый, старый, батюшка!

В о е в о д а (с неудовольствием). Да разве я тебе гожусь в батюшки!

И р и н а. Нет, не в батюшки… (Про себя.) Надо еще скромней. (Низко кланяется.) В дедушки… (Еще ниже кланяется.) В дедушки.

В о е в о д а. Да что ты! Я жениться собрался!

И р и н а (догадавшись). Жениться!..

В о е в о д а. И хочу тебя просить, девица, чтобы согласилась быть…

И р и н а (закрывает глаза). Ах! (Складывает губы сердечком.)

Входит  К а т е р и н а.

К а т е р и н а. Ах! Я не думала…

В о е в о д а (увидел Катерину, в сторону). А наряд на этой богаче. И пояс драгоценный… (Поворачивается к Катерине.) И прошу я тебя, девица, чтобы ты согласилась стать женою моей верной!

К а т е р и н а. Согласна я! (Берет за руку Воеводу.)

И р и н а. Согласна я! (Протягивает руку и видит, что Катерина стоит рядом с Воеводой.) Что это?

К а т е р и н а. А воевода на мне женится!

И р и н а (кричит). Ты что, с ума сошла? Да как ты смеешь…

К а т е р и н а (Воеводе). Ты что ж это? На твою невесту кричат, а ты молча смотришь!

В о е в о д а. А ну, замолчи, девица! А то велю тебя из дворца княжеского в три шеи прогнать!

И р и н а (испуганно). Молчу!

К а т е р и н а. Пойдем в сад, воевода! Я хочу сорвать яблочко…

В о е в о д а. Мне надобно…

К а т е р и н а. Я кому говорю…

В о е в о д а. Я иду…

К а т е р и н а. А ты, сестрица, возьми корзинку, будешь носить за мной яблоки! (Торжествующе.) Да сложи губы бантиком! Пойдем, воевода!

Воевода и Катерина уходят. Ирина снимает белый пояс, бросает его на пол и уходит за ними. Входят  Б о г д а н  и  Д е в к а - ч е р н а в к а.

Б о г д а н. Оставь меня ты, Дарья!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Да ты съешь пирожок, тогда отстану!

Б о г д а н. Не хочу я есть! Понимаешь?!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Не пойму. Второй день не ешь! Так пропасть можно!

Б о г д а н. Пропаду — не велика беда…

Д е в к а - ч е р н а в к а. Кому не велика, а кому…

Б о г д а н. Да кто обо мне вспомнит, кто пожалеет — разве медведь мой, Мишенька!

Д е в к а - ч е р н а в к а. И без медведя найдутся.

Б о г д а н. Не знаю…

Д е в к а - ч е р н а в к а. А я знаю!..

Б о г д а н. Знаешь — скажи!

Д е в к а - ч е р н а в к а. А ты съешь, тогда скажу.

Б о г д а н. Не могу я есть!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Почему?

Б о г д а н. Зарок дал!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Какой?

Б о г д а н. Не скажу!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Значит, ты мне не веришь? Ну и не надобно! Эх ты, не понимаешь!

Б о г д а н. Чего?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Не скажу!

Б о г д а н. Почему?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Зарок дала!

Б о г д а н. Какой?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Ты мне скажи, и я тебе скажу.

Б о г д а н. Ну ладно! Только смотри — никому! Ведь Иван-то жив!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Батюшки!

Б о г д а н. Да вот не приходит. Должен был на четвертый день вернуться. Пятый к концу приходит, а его нет! Тревожусь я! И дал зарок ни пить, ни есть, пока его не увижу. А теперь ты говори, Дарья!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Я вот цветы искала. В саду была и в поле.

Б о г д а н. Ну что, нашла?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Не то, что я искала. Вот… (Показывает.) Иван-да-Марья…

Б о г д а н. А каких же ты искала?

Д е в к а - ч е р н а в к а. Богдан-да-Дарья!.. (Убегает.)

Б о г д а н. Дарьюшка! Постой! (Убегает за ней.)

Входят  В о е в о д а  и  И р и н а, несут яблоки.

В о е в о д а. Как она велела?.. Отнести яблоки и вернуться?

И р и н а. Да!

В о е в о д а. Неужто опять на дерево заставит лезть?

Г о л о с  К н я з я. Где он?

В о е в о д а. Кого это князь кличет?

Г о л о с  К н я з я. Где он, дурак старый?

В о е в о д а (Ирине). Меня. Отнеси яблоки, а потом приходи в сад.

Ирина уходит. Входит  К н я з ь.

К н я з ь (сердито). Ты где был?

В о е в о д а (испуганно). На яблоне!

К н я з ь. Кто же тебя туда загнал!

В о е в о д а. Невеста!

К н я з ь. Зачем?

В о е в о д а. Яблоки рвать!

К н я з ь. Ну как, придумал?

В о е в о д а. Нет еще!

К н я з ь (сердито). На яблоне сидишь… смотри у меня, жених!

В о е в о д а. Я смотрю… смотрю за младшей!

К н я з ь. А что, она знает, да скрывает?

В о е в о д а. Мы проверим!

К н я з ь. А как?

В о е в о д а. Придумаю!

К н я з ь. Придумай!

Слышен голос Княжича: «Не хочу! Не буду!» Входит  К н я ж и ч, за ним  М а м у ш к а, н я н ю ш к и.

М а м у ш к а. Может, на пруд пойдем, на лодке покатаешься, дитятко!

К н я ж и ч. Не хочу!

П е р в а я  н я н ю ш к а. Пойдем в сад, на качели!

К н я ж и ч. Не хочу!

В т о р а я  н я н ю ш к а. Может, гусляров позвать, пусть споют!

К н я ж и ч. Не хочу!

К н я з ь. А чего ты хочешь, сын мой?

К н я ж и ч. Жениться хочу!

К н я з ь. Что?

М а м у ш к а (успокоительно). Жениться дитятко хочет!

К н я з ь. На ком?

К н я ж и ч. На младшей!

В о е в о д а (на ухо Князю). Вот и проверим! Согласится она иль откажется.

К н я з ь (Княжичу). Хорошо, мы подумаем!

К н я ж и ч. Думай скорей! (Идет.)

М а м у ш к а. Пойдем в сад!

К н я ж и ч. Не хочу!

П е р в а я  н я н ю ш к а. Пойдем на пруд!

К н я ж и ч. Не хочу. (Уходит.)

К н я з ь. Зови сюда младшую.

В о е в о д а. Слушаю. (Уходит.)

Князь сидит, задумавшись. Входит  И р и н а.

И р и н а (видит Князя. В сторону). Ну погоди, сестрица, посмотрим, чей верх будет. (Отвернулась, села и плачет.)

К н я з ь. Чего ты слезы льешь, девица?

И р и н а (не глядя на Князя). Жалко!

К н я з ь. Кого же тебе жалко?

И р и н а. Князя-батюшку!

К н я з ь (удивленно). Почему?

И р и н а. Сестра замуж выходит за воеводу и расхвасталась: «У воеводы больше всех власти». — «Почему?» — это я скромно спрашиваю. «А как же, говорит, княжич молод, а князь стар… Вся власть у воеводы…»

К н я з ь. Стар… князь…

И р и н а. Стар… Вот воевода женится, а князь не думает. Стар очень… Это они так говорят…

К н я з ь. Вот как? Стар?! (Решительно.) Согласна ли, девица, женою моей стать?

И р и н а (оборачивается, притворно вскрикивает). Ах, это ты, князь-батюшка! Я и не знала, прости меня!

К н я з ь. Отвечай!

И р и н а. Согласна! (Берет его за руку.)

Входит  К а т е р и н а.

К а т е р и н а. Ты что же это, сестрица, забыла? Я тебя жду, а ты не идешь! Смотри у меня!

И р и н а. Что же это? На твою невесту кричат, а ты молчишь, князь?

К н я з ь. Смотри, девица, я не посмотрю, что ты воеводы невеста, а выгоню со двора в три шеи!

К а т е р и н а. Это что?!

И р и н а (торжествующе). А князь на мне женится. Бери корзину. Идем за яблоками.

Катерина берет корзинку.

Да сложи губы сердечком.

Сестры уходят. Входит  В о е в о д а.

В о е в о д а. Вот она!

Входит  М а ш е н ь к а.

К н я з ь. Всем ты взяла, девица! Красотой, умом, скромностью. И решил я тебя замуж выдать!

М а ш е н ь к а (испуганно). Спасибо, князь-батюшка! Позволь мне слово молвить. Не хочу я идти замуж.

К н я з ь (Воеводе, тихо). Побледнела!

В о е в о д а. Вижу!

К н я з ь. Погоди отказываться, узнаешь, за кого, — обрадуешься.

М а ш е н ь к а. Мне все равно за кого. Не хочу идти. Не неволь меня, князь-батюшка!

К н я з ь. А если за сына моего, за княжича!

М а ш е н ь к а. Спасибо за честь! Не пойду и за княжича!

К н я з ь (грозно). А я прикажу! Я заставлю!

В о е в о д а. Позволь, князь, мне слово молвить. (Вкрадчиво.) Зачем неволить девицу! Может, она слово кому дала верное.

Машенька молчит.

Может, ждешь кого?

Машенька молчит.

Повели, князь-батюшка, разыскать кого ей надобно!

М а ш е н ь к а. Никого мне не надобно!

К н я з ь. А почему отказывалась?

М а ш е н ь к а. Недостойна милости великой.

В о е в о д а. А почему молчала?

М а ш е н ь к а. Оробела!

К н я з ь. Значит, согласна?

М а ш е н ь к а (тяжело вздохнув). Согласна!

К н я з ь. Быть по сему! Эй, люди!

В о е в о д а. Эй, все сюда!

Все собираются.

К н я з ь. Слушайте волю мою княжескую! Женю сына-княжича на младшей сестре!

Б о г д а н (в сторону). Не может быть того!

М а м у ш к а. Слышишь, дитятко, женят тебя! Перестань плакать!

К н я ж и ч. Слышу… Больше не буду!

К н я з ь. Воеводу женю на средней!

Б о г д а н. Так ему и надобно!

К н я з ь. Сам женюсь на старшей!

М а м у ш к а. Батюшки, в ушах зазвенело!

К н я з ь. Готовьте пир честной. Сегодня же все три свадьбы сыграем.

М а м у ш к а. Матушки, не перепутать бы, кто на ком женится! Ну, скорей за дело!

Все расходятся.

Б о г д а н (проходит мимо Машеньки). Правда это?

М а ш е н ь к а. Правда!

Б о г д а н. Силой заставили?

М а ш е н ь к а. Нет, своей волей!

Б о г д а н. Своей?

М а ш е н ь к а. Да ты послушай!

Б о г д а н. И слушать не хочу…

Богдан и Машенька уходят. Н я н ю ш к а, Д е в к а - ч е р н а в к а  убирают стол яствами. Музыка. Входит  Б о г д а н, вслед за ним вбегает  М а ш е н ь к а.

М а ш е н ь к а (Богдану). Коль не придет Иванушка, поведут меня к венцу… Видишь нож острый. Не жить мне больше!

Б о г д а н. Прости меня!

Входит  К н я ж и ч.

К н я ж и ч (Машеньке). Ты забыла, что ты моя невеста? Негоже теперь тебе с холопом вести беседу. Ступай! (Богдану.) А ты гляди! (Грубо толкает его. Уходит.)

Богдан падает, поднимается и убегает. Музыка. Входят  ж е н и х и  и  н е в е с т ы. За ними  г о с т и. Садятся за стол.

В о е в о д а. Эй, скоморох, начинай потеху, а потом к венцу, а потом и пир начнем!

Г о л о с  Б о г д а н а. Идем, Мишенька, начнем потешать гостей!

Входит  Б о г д а н  с  м е д в е д е м.

Б о г д а н. Ну-ка, Мишенька, поклонись!

Медведь кланяется.

Покажи, чему тебя я научил, каким разумом наградил! Как красные девицы белятся, румянятся, в зеркальце смотрятся, прихорашиваются?

Медведь трет себе лапой морду и глядит на другую лапу как в зеркало.

И р и н а. И совсем не похоже!

Б о г д а н. А теперь покажи, как воевода на пир идет!

Медведь на задних лапах быстро бежит.

А теперь покажи, Мишенька, как воевода с пира возвращается!

Медведь на четвереньках, переваливаясь, ползет. Все смеются.

К а т е р и н а. И совсем не похоже.

М а м у ш к а. Похоже, милая. Погоди, узнаешь!

Б о г д а н. А вот к воеводе простой народ пришел…

Медведь рычит и бьет лапами Богдана.

А вот к воеводе князь пожаловал…

Медведь падает на брюхо и лижет сапоги.

А вы, люди добрые, не гневитесь на моего Мишеньку. Это он своего воеводу, лесного, показывает.

В о е в о д а. А никто не гневается. Эй, девка-чернавка! Возьми вот вина чару, отнеси скомороху от меня в подарок. Пусть выпьет за мое здоровье! (Незаметно сыплет порошок в вино.)

Девка-чернавка с поклоном берет чару, несет ее Богдану. Он берет чару, подносит ко рту. Девка-чернавка, как будто нечаянно, взмахнула подносом и выбила чару из рук Богдана.

Д е в к а - ч е р н а в к а. Ох, прости меня! Я другую принесу!

Медведь почуял вино и стал пить.

Не надо, Мишенька! Не надо… Поздно.

Поднялся медведь на задние лапы и рухнул замертво.

Б о г д а н. Мишенька. (Прильнул к нему.) Выпил ты за мое здоровье! Спасибо тебе, воевода!

В о е в о д а (нагло). Придет время — и ты выпьешь!

М а м у ш к а. Чуть не забыла! К венцу пора!

Все встают. Машенька еле поднимается. У дверей появляется  к о р о б е й н и к.

К о р о б е й н и к. Дозволь, князь-батюшка, старому коробейнику слово молвить воеводе!

В о е в о д а. Коробейник! От него!

К н я з ь. Позволяю!

К о р о б е й н и к. Узнал твой друг, что свадьбу играешь, и велел тебе подарок передать! И все люди узнают, какой у тебя друг хороший!

В о е в о д а. Вот спасибо! Наверно, богатый подарок!

К о р о б е й н и к. И тебе, самая младшая, от меня, самого старого, подарок.

Несут два подноса, закрытые покрывалом. Один ставят перед Воеводой, а другой — перед Машенькой. Открыл Воевода покрывало, а там голова Идолища Заморского. Все ужаснулись.

Б о г д а н. Вот кто тебе друг! Ах ты проклятый!

К о р о б е й н и к. Открой и ты!

М а ш е н ь к а (открывает, а там ваза с цветами). Иван-да-Марья! (Встает.) Не тот мой жених, кто подле меня сидит, а тот мой жених, кто у дверей стоит! (Идет к коробейнику.)

К н я з ь. Кто же ты?

Сбросил коробейник бороду и кафтан старый и явился Иваном.

М а ш е н ь к а. Иванушка!

Б о г д а н. Брат Иван!

И в а н. Узнали! Убил я Идолище Заморское! Видите: кому радость это, а кому горе!

К а т е р и н а (посмотрев на свой пояс). Ах, что это?

И р и н а (глядя на свой пояс). Ах, что?..

М а м у ш к а. Глядите, у них не пояса, а змеи!

И в а н. Остались еще гаденыши заморские! (Мечом убивает змей.)

К н я з ь. Спасибо тебе, Иван! Все мы рады, что избавились от Идолища Заморского!

И в а н. Ой, не все! Погляди на воеводу!

К н я з ь. Воеводу я накажу.

И в а н. А ты, князь, погляди на себя! И ты не рад!

К н я з ь. Нет, я рад… Я воеводой тебя сделаю.

И в а н. Нет! Не хочу! Пойдем, Марьюшка! (Берет ее за руку.) Пойдем, Богдан! Мы без них проживем! Без князей, без воевод и без княжичей!

Б о г д а н (показывает на Князя и Княжича). А они так, что ли, останутся?

И в а н. Если все мы уйдем, ничего от них не останется! Они нашим трудом жили, а без нас пропадут! Не выживут! Верно?

Б о г д а н. Верно, да не совсем. Не за столом свадебным им сидеть, а за злодейства свои черные перед всем народом ответ держать.

Слуги убирают со стола яства. Князь и его приближенные встают и хотят убежать.

Здесь вам стоять! С места не сдвинуться! Ждать суда народного. (Ивану, Машеньке и Дарье.) А теперь пойдемте!

М а м у ш к а. Ах, вот теперь я все вспомнила! И мне с вами по пути! Пойдемте, нянюшки!

Взявшись за руки, идут Иван и Машенька, Богдан и Девка-чернавка, за ними уходят все, кроме Князя, Княжича, Воеводы, старших сестер и богатых гостей. Исчезают хоромы княжеские, и выходят  И в а н  и  М а ш е н ь к а  и все, кто с ними пошел, в поле чистое, а здесь пшеница золотая колосится, жаворонки заливаются, солнце яркое светит.

И в а н. Вот где нам вольно дышится!

М а ш е н ь к а. Как солнце светит ярко!

Д е в к а - ч е р н а в к а. Как жаворонки заливаются!

М а м у ш к а. Тут и сказка кончается!

Б о г д а н. А жизнь начинается!

И в а н. Жизнь светлая, радостная!

М а ш е н ь к а. Такая жизнь, что ни в сказке сказать, ни пером описать!

З а н а в е с.

КОМАНДА БЕЗНАДЕЖНЫХ

Комедия в трех действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

М и т я  А н т о н о в.

Д м и т р и й  Б е р е з о в.

С е н я  К а р ц е в.

М а т в е й  И с а е в и ч.

М а ш а.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а.

К а т я.

Л е н я  М и х а й л о в.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Парикмахерская, в которой всего два кресла. На одной из стен надпись: «Чаевые унижают достоинство человека».

К а т я (заглядывает в комнату для ожидания). Никого…

М а т в е й  И с а е в и ч. Очень хорошо… Есть возможность передохнуть.

Катя садится, берет журнал.

В данном случае я имел в виду лично себя. А вам, Катя, следует убрать рабочее место.

К а т я. Я убрала.

М а т в е й  И с а е в и ч. Да? Одеколон любит, чтобы его закрывали.

К а т я. Закрыла.

М а т в е й  И с а е в и ч. Проверьте инструмент.

К а т я. Уже проверила.

М а т в е й  И с а е в и ч. Вот вы, Катя, сердитесь… Думаете про себя: «Что он ко мне придирается?!»

К а т я. И совсем я не думаю.

М а т в е й  И с а е в и ч. Нет, думаете! А я ведь совсем к вам не придираюсь.

К а т я. Я знаю.

М а т в е й  И с а е в и ч. Нет, не знаете! Да! Придираюсь! И буду придираться. А почему?

К а т я. Я не знаю!

М а т в е й  И с а е в и ч. Знаете! Вы думаете: «Его так учили, а он теперь на мне отыгрывается».

К а т я (смущенно). Нет…

М а т в е й  И с а е в и ч. Да! Думаете! Но вы знаете, как меня учили… Вот я вас называю «вы», «Катя», иногда «Катенька», а при клиентах даже — «Екатерина Александровна». А в ваши годы я был Мотька! «Мотька, воды! Мотька, открой! Мотька, подмети!» А сколько мне доставалось тумаков и подзатыльников, так дай вам бог столько женихов… А вы говорите — придираюсь!

К а т я. Я никогда этого не говорю.

М а т в е й  И с а е в и ч. А я это делаю! Но во имя чего? Чего я добиваюсь? Я люблю и уважаю свою профессию. Может быть, это смешно… Теперь меньше, чем на космонавта, никто не согласен, но… Вы знаете, я с удовольствием беседую с клиентами. Попадаются умные люди. У меня брился один артист. Впоследствии даже заслуженный. Так он говорил: «Нет маленьких ролей, а есть маленькие актеры». Правда, впоследствии оказалось, что это сказал знаменитый Станиславский. Но тем более. И я думаю, что нет маленьких профессий, а есть маленькие люди. И не побоюсь сказать другими словами: «Лучше быть хорошим парикмахером, чем плохим космонавтом». Вы согласны?

К а т я. Да, я тоже так думаю.

М а т в е й  И с а е в и ч. Так скажите мне, зачем человек приходит в парикмахерскую?

К а т я. Побриться, постричься.

М а т в е й  И с а е в и ч. А еще?

К а т я. Вымыть голову.

М а т в е й  И с а е в и ч. А точнее?

К а т я. Ну, сделать массаж, причесаться…

М а т в е й  И с а е в и ч. Человек приходит к нам в парикмахерскую за хорошим настроением. Да, да! Я не говорю о женщинах, я их не знаю, я мужской мастер. Но когда мужчина выбрит, освежен и причесан, у него появляется уверенность в себе и хорошее настроение!

К а т я. Это верно… Сама наблюдала — придет понурый, а выйдет веселый.

М а т в е й  И с а е в и ч. Так, значит, Катенька, мы с вами, в первую очередь, мастера хорошего настроения! А что может быть лучше?! И даже тогда, когда чаевые еще не унижали достоинства человека, так мне было приятней увидеть улыбку клиента и услышать чистосердечное спасибо, чем получить на чай… (Смотрит на часы.) Кстати, мне пора выпить свой стакан чаю. Я пойду, Катенька.

К а т я. Хорошо, Матвей Исаевич.

М а т в е й  И с а е в и ч. А вот и клиент. Приглашайте, Катя.

Входит  М и т я.

К а т я. Прошу в кресло.

М и т я (садится). Постригите, пожалуйста.

К а т я (повязывает простыню). Под бокс?

М и т я. Нет…

К а т я. Полубокс?

М и т я. Нет.

К а т я. Наголо постричь?

М и т я. Нет, нет! Наголо не надо.

К а т я. Ну, не знаю, что тебе надо!

М а т в е й  И с а е в и ч (укоризненно). Екатерина Александровна…

К а т я (вежливо). Скажите, пожалуйста, какую бы вы хотели стрижку?

М и т я. Вот здесь немного подстричь, а здесь оставить…

К а т я. Ну, полубокс и есть. (Готовится стричь.)

М и т я (испуганно). Нет, нет! Совсем иначе.

К а т я (раздраженно). Да ты толком можешь сказать, что тебе надо?!

М а т в е й  И с а е в и ч (напевая, берет палку и шляпу). «И хорошее настроение не покинет больше вас…»

К а т я (подчеркнуто вежливо). Может быть, по альбому выберем? (Показывает.) Вот так? Или так?

М и т я (безнадежно). Нет, не так! Все равно! Стригите под бокс!..

К а т я. Сразу бы говорил.

М а т в е й  И с а е в и ч. Нет, Екатерина Александровна, клиент не за этим пришел. (Кладет палку, вешает шляпу.) Ну-с, молодой человек, как бы вы хотели?

М и т я. Сзади вот так… А спереди немного.

М а т в е й  И с а е в и ч. А виски?

М и т я. И виски.

М а т в е й  И с а е в и ч. Как виски?

М и т я. Тоже.

М а т в е й  И с а е в и ч. И челку?

М и т я. И челку…

М а т в е й  И с а е в и ч. Как челку?

М и т я. Тоже…

М а т в е й  И с а е в и ч. Я вижу, молодой человек, вы действительно сами не знаете, что именно вам нужно.

М и т я. Я знаю… Тут немного…

К а т я. Опять за свое!… Таких стрижек и не бывает на свете!

М и т я. Бывает! Вот так я хочу! (Вынимает фотографию.) Смотрите! А вы говорите: не бывает!

М а т в е й  И с а е в и ч. Позвольте! Это же моя работа. Чтоб я не узнал своей стрижки! Это же товарищ Березов… Заслуженный мастер спорта. Посмотрите, Катя, какой интересный молодой человек. Давно он не был!

М и т я. Дмитрий Березов уезжал на международные состязания.

М а т в е й  И с а е в и ч. Вспоминаю… Он стрижется только у меня. Говорит, что это приносит ему удачу. Конечно, чепуха, суеверие… Но с другой стороны… Человек чувствует себя уверенней, а это играет важную роль. Значит, молодой человек, вы хотите…

М и т я. Так постричься.

М а т в е й  И с а е в и ч. Это можно. Но я должен выпить свой стакан чаю… Катя, возьмите клиента, я вам объясню.

М и т я. Я лучше подожду вас!

К а т я. Вы уж сами, пожалуйста…

М а т в е й  И с а е в и ч. Раз вы так настаиваете, тогда ждите. (Берет палку, шляпу, смотрит на часы.) Ах, в эту минуту я уже должен класть сахар. (Уходит.)

Катя разглядывает фотографию.

К а т я. Интересная стрижка. Значит, он спортсмен?

М и т я. Да!

К а т я. А во что он играет?

М и т я. «Во что»? Не в подкидного дурака! Вы хотите спросить, каким видом спорта он занимается?

К а т я. Ну да!

М и т я. Он баскетболист! Знаете?

К а т я. Отчего же! Мячик в корзинку бросает.

М и т я. «В корзинку»… Вы бы еще сказали «в авоську!

К а т я. А ты чего обижаешься? Не ты ж играешь, а он.

М и т я. И я играю…

К а т я. Ну, ты — понятно. А он взрослый парень… И в мячик играет…

М и т я. Не в мячик, а в баскетбол! Не знаете, а говорите. Этот спорт всесторонне развивает человека.

К а т я. И что же, этот твой Березов такой развитый?

М и т я. Звезда первой величины!

К а т я. Так уж прямо — звезда!

М и т я. Лучший игрок нашей эпохи!

К а т я. Ишь ты, прямо позавидуешь!

Митя берет курточку.

А ты чего сердишься! Я серьезно говорю. Можешь так и передать! Завидует вам, мол, одна девушка.

М и т я. А я с ним незнаком.

К а т я. А хотел бы?

М и т я. Еще как!

К а т я. А зачем тебе?

М и т я. Вот у танкистов есть такая боевая команда: делай, как я! И все подражают командиру.

К а т я. Понятно! Тебя как зовут?

М и т я. Митя.

К а т я. А его Дмитрий? Значит, тезки?

М и т я (с удовольствием). Тезки…

К а т я. Везет тебе… Теперь бы только постричься так же, как твой командир, и познакомиться с ним.

М и т я. Вы думаете, что это так легко? Попробуйте.

К а т я. А что трудного? Придет сюда стричься, и все дела.

М и т я. Вот здорово!

К а т я. А потом и тебя познакомлю!

М и т я. Правда?! Не обманете?

К а т я. А для чего же я с ним знакомиться буду? Для себя, что ли? Очень нужно.

М и т я. Большое спасибо! А вдруг он не придет сюда?

К а т я. А мы на матч с тобой пойдем.

М и т я. В субботу как раз его команда играет.

К а т я. В котором часу?

М и т я. В семь вечера.

К а т я. Ну что же! Я как раз в первой смене. Договорились.

М и т я. Спасибо! Я зайду за вами!

К а т я. Хорошо!

М а т в е й  И с а е в и ч (входит). Ну-с, молодой человек, приступим.

З а н а в е с.

Картина вторая

Комната Антоновых. М и т я  лежит на тахте. Подле него сидит  С е н я. За стеной старательно играют гаммы.

М и т я. Мне просто не везет. Это началось еще в раннем детстве… И тут уже ничего не поделаешь. Я невезучий.

С е н я. Глупости. Надо воспитывать волю.

М и т я. Стоит мне чего-нибудь сильно захотеть или намечтать, чтобы вышло наоборот. И главное, сначала все получается хорошо, а когда задуманное уже должно исполниться — трах-бах — и я остаюсь на бобах!

С е н я. Здорово! Трах-бах — остаюсь на бобах! Звучит…

М и т я. Несерьезный ты человек, Сенька!

С е н я. Да! Я очень смешливый… Но я с этим борюсь. (Вынимает записную книжку. Записывает, произнося вслух: «Остаюсь на бобах… Узнать, почему мы так говорим. Задача будет выполнена. Так поступают волевые люди!»)

М и т я (иронически). Волевой… Тебе везет, вот и все! Я болею за команду «Вихрь». Сегодня решительный матч. Играет Дмитрий Березов! Я мечтал посмотреть. Я достал билет!.. Кажется, все! Тах-трах…

С е н я. Бах! Иду — я! Трах — Митя на бобах!

М и т я. Дразнишься! Вот разорву билет…

С е н я. Подумаешь! Я волевой человек — возьму себя в руки и буду смотреть по телевизору!

М и т я. Не передают. Вот программа…

С е н я. Перемена! Сегодня говорили: по просьбе любителей спорта.

М и т я. Не врешь? В котором часу?

С е н я. В семь часов! С начала и до конца!

М и т я. Ура! Что же ты сразу не сказал?

С е н я. Воспитывал в себе выдержку. Это первая ступень к воспитанию сильной воли! Долго еще будут жилы тянуть?

М и т я. Ты про что?

С е н я. До, ре, ми, фа… Обалдеть можно.

М и т я. Это у Александры Ивановны. Ученики на дом пришли.

С е н я. Скорей бы ушли.

М и т я. Я не замечаю. Мы ведь давно рядом живем. С детства привык.

С е н я. По-моему, к этому привыкнуть нельзя.

М и т я. Ты же волевой человек.

С е н я. Ты прав! «Стиснув зубы, он слушал и улыбался».

М и т я. Не опоздаешь? Не забудь цветы! Как ты думаешь, писать записку или отдать Березову и сказать: «Неизвестный желает удачи!»

С е н я. Это кто же неизвестный?

М и т я. Ну, я, конечно!

С е н я. А он подумает, что я!

М и т я. Верно! Тогда скажешь так: от неизвестного, Мити Антонова, уверенного в победе.

С е н я. В чьей победе?

М и т я. До чего ты туп! У кого лучший бросок? Кто разыгрывает мяч как бог? У кого лучший финт? Кто приносит очки команде? Всё Березов! Значит, где победа? Там, где Дмитрий Березов!

С е н я. На кого играет команда? На Березова! Все выкладываются, а кому слава? Березову!

М и т я. А ты не повторяй глупые сплетни! Это все завистники! Он, что ли, виноват, если тренер дает такой тактический план. Знал бы ты, какой он скромный, выдержанный. На производстве, в быту и в спорте Дмитрий Березов является образцом советского человека и подлинного спортсмена с большой буквы.

С е н я. Сам придумал или вычитал?

М и т я. Неважно!

С е н я. Здорово! «С большой буквы»! Митя, а отчего с большой — это лучше, чем с маленькой?

М и т я. Не знаешь, что такое литературный образ?

С е н я. Не хуже тебя! «Человек — это звучит гордо». «Человек создан для счастья, как птица для полета». «В Человеке все должно быть прекрасно…» И что ж, твой Березов такой?

М и т я. Такой!

С е н я. А ты откуда знаешь? Выдумываешь!

М и т я. Ну ладно, Сенька! Смотри! Вот! (Вынимает из-под подушки толстый альбом.) Гляди, вот Березов маленький, только начинает, щупленький! А вот видишь, каким стал. Статья во французском спортивном журнале…

С е н я. Какой толстенный альбом! И все про него?

М и т я. Полное жизнеописание Дмитрия Березова!

С е н я. Дай, я сам!

М и т я. Сейчас некогда.

С е н я. Да, мне пора.

М и т я. По какой программе передача?

С е н я. По второй в шесть тридцать! Так я пойду!

М и т я. На́ билет!

С е н я (берет). А по телевизору лучше видно! И всё рассказывают.

М и т я. Обойдусь без твоих утешений.

С е н я. А я и не утешаю. А то, что тебе повезло, — факт! Могли же не передавать.

Входит  А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Она оставляет дверь открытой. Слышен прелюд Шопена.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Как себя чувствуешь, Митя? Здравствуй, мальчик! Ты пришел проведать своего больного товарища? Это похвально. Но продолжительное время его утомлять нельзя. Я надеюсь, что ты догадался, что я имею в виду? (В дверь.) Маша, ты полагаешь, что если я ушла, то я не слышу? Я отлично все слышу! Имей это в виду! Мальчики, я вас слушаю!

М и т я. Александра Ивановна, я чувствую себя гораздо лучше!

С е н я. Да, пришел навестить больного товарища. Да, я понял и скоро уйду.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Хорошо! Сейчас я, Митя, напою тебя чаем, а потом мы будем смотреть телевизионную передачу. Ты, мальчик…

С е н я. Сеня.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Ты, Семен, можешь остаться и тоже послушать. Это интересно и полезно.

М и т я. Спасибо, я не хочу чаю.

С е н я. Спасибо, я не хочу смотреть по телевизору. У меня есть билет, и я пойду…

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Тебе можно позавидовать, но мы тоже все увидим и услышим. Маша! Маша, ритм! Ритм! (Хлопает в ладоши.) Раз, два! Раз, два! Раз, два! Митя, ты не будешь возражать, если моя ученица Маша, ты ее знаешь, будет слушать вместе с нами? Не все такие счастливые, как Семен. Билет достать очень трудно.

М и т я. Конечно, пусть приходит.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. А самое главное, что моя Маша играет на вечере именно этот концерт, и послушать его в исполнении такого пианиста…

М и т я. Какого пианиста?

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Ты что, не догадался?! Огромная удача! В семь часов трансляция концерта Святослава Рихтера! Маша! Маша! Ты опять задумалась?! Все сначала! Раз! Два! Итак, по первой программе…

С е н я. А по второй…

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Нет, нет! Именно по первой. Мне Нина Михайловна специально звонила. Ах, Митя, ты не успеешь напиться чаю. Я сию минуту. (Уходит.)

С е н я. Ты не огорчайся, Митя.

М и т я. Я так и знал! Когда не везет, так уж до конца.

С е н я. Если бы ты работал над своей волей!

М и т я. Ну при чем здесь воля?

С е н я. При том! Сказал бы решительно: «Я буду смотреть вторую программу!»

М и т я. Но Александре Ивановне так интересно послушать… И Маше…

С е н я. А тебе интересно? И потом, это не ее телевизор, а твой.

М и т я. Конечно, телевизор наш!..

С е н я. Ну вот! Какой разговор! Твое право! И кто такая Александра Ивановна?

М и т я. Пианистка. Учительница музыки.

С е н я. Тебе! Тебе кто такая она?

М и т я. Соседка!

С е н я. Подумаешь! Родители твои уехали, сам себе хозяин.

М и т я. Александра Ивановна сама предложила за мной смотреть, иначе бы мама не смогла уехать в экспедицию. А ей так хотелось. И сейчас, когда я заболел, Александра Ивановна со мной всю ночь просидела. Банки ставила…

С е н я. Ну и слушай ее концерт! Примерный мальчик из повести «Пионер — всем детям пример».

М и т я. Просто я невезучий! А с этим ничего не поделаешь. Иди, Сеня, опоздаешь!

С е н я. Я тебе расскажу! Все, все! Точно, точно.

М и т я. Ладно, Сеня…

С е н я. Я даже записывать буду…

Голос  А л е к с а н д р ы  И в а н о в н ы: «А вот и чай».

Я бегу! Будь здоров! (Убегает.)

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а (входит). Пей, Дмитрий! А я включу телевизор. (Включает.) Погоди, я тебя удобней устрою…

М и т я. Спасибо, Александра Ивановна.

Г о л о с  п о  т е л е в и з о р у. Через несколько минут мы начнем передачу баскетбольного состязания между командой «Вихрь» и командой «Мотор». Этот решительный матч вызывает огромный интерес у любителей этого увлекательного спорта. Наш корреспондент перед началом матча беседовал с капитаном команды «Вихрь» заслуженным мастером спорта Дмитрием Березовым. Послушайте эту беседу.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Боже мой! Какую беседу? Зачем этот Березов? Что случилось?

М и т я. Это вторая программа…

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. А как же сделать, чтобы была первая?! Я не умею… Что же будет?

М и т я. Я не знаю…

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Значит, ты тоже не умеешь? Ах, какая жалость! Как неудачно…

М и т я. Сейчас… Я попробую… Я сделаю. (Переключает.)

Г о л о с  п о  т е л е в и з о р у. Передаем концерт народного артиста Советского Союза Святослава Рихтера… Зал будет включен без предупреждения.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Спасибо, Дмитрий! Все уладилось! Маша! Маша! Иди сюда… Скорей! Сейчас, Дмитрий, ты услышишь изумительный концерт! И в таком исполнении!

М и т я. Я очень рад, спасибо.

З а н а в е с.

Картина третья

Несколько столиков летнего кафе. Рядом — вход в кинотеатр. Где-то неподалеку — парикмахерская.

Входят  К а т я  и  Д м и т р и й  Б е р е з о в.

Д м и т р и й. Вот и успели!

К а т я. Я так боялась опоздать…

Д м и т р и й. Со мной?! Исключено. У меня точный расчет. Шестое чувство времени.

К а т я. «Шестое». Хорошо, что ваш знакомый шофер предложил подвезти.

Д м и т р и й. Знакомый? Да я его первый раз вижу.

К а т я. Он так любезно пригласил. Я думала, что он вас знает.

Д м и т р и й. Мало ли кто меня знает! Не этот, так другой бы подвез. Всякому лестно Березова прокатить. Время еще у нас есть! Выпьем воды.

Садятся за столик. Дмитрий берет воду.

Правда, полагалось бы шампанское.

К а т я. Это в честь чего же?

Д м и т р и й. Юбилей! Забыли, что ровно месяц назад мы с вами познакомились. Надо было бы поднять бокал за Митино здоровье.

К а т я. Да, если бы не он, я бы и не узнала, что вы существуете.

Д м и т р и й. Ну, это положим! Рано или поздно вы бы обо мне услыхали.

К а т я. Конечно! Такая знаменитость.

Д м и т р и й (смеется). Во всяком случае, личность популярная.

К а т я. Меньше б вы об этом думали.

Д м и т р и й (улыбаясь). Быть скромным, не допускать и тени зазнайства — первое правило для спортсмена.

К а т я. И вы его выполняете?

Д м и т р и й. Стараюсь. Ну, шампанское перед игрой исключено, а отметить надо! Пойдемте в кино. У вас как раз смена кончится, я после игры освобожусь, успеем на последний сеанс.

К а т я. Не знаю.

Д м и т р и й. Решено! Я уж Мите велел билеты купить.

К а т я. А если я откажусь?

Д м и т р и й. Исключено! Нельзя же мальчика заставлять даром трудиться.

К а т я. Конечно! Придется согласиться ради Мити. Давно я его не видела. Как у него дела?

Д м и т р и й. Доволен, рад! На все матчи со мной ходит.

К а т я. Чемоданчик носит?

Д м и т р и й. А как же! Этой привилегии никому не уступает.

К а т я. Что, он в самом деле способный парнишка?

Д м и т р и й. Учится хорошо… Я как-то спрашивал.

К а т я. А играет как?

Д м и т р и й. В баскетбол? Не видел.

К а т я. Некогда было. Да и зачем? Чемоданчик он уже научился носить.

Д м и т р и й. А вы, Катя, прирожденный воспитатель. А у меня нет никаких педагогических способностей. Исключено.

К а т я. А совесть у вас есть? Парнишка обожает вас, во всем подражает вам. Вот Матвей Исаевич мечтает, чтобы я стала хорошим мастером. А вам разве не хочется, чтобы Митя стал хорошим спортсменом?

Д м и т р и й. Честно говоря, такого желания не появлялось… Наверно, потому, что начисто лишен педагогической жилки.

К а т я. Зато эгоизма хоть отбавляй!

Д м и т р и й. Я эгоист! Вот уж не ожидал!

К а т я. Конечно! Привыкли, что вами только восхищаются. Считаете, что так и нужно! О другом человеке и подумать некогда. Все о себе… Вот и выходит — законченный эгоист.

Д м и т р и й. Ну, это уж слишком! Неужели вы, Катя, в самом деле так думаете?

К а т я. Думаю! И огорчаюсь. Потому что… боюсь…

Д м и т р и й. Чего вы боитесь, Катюша?

К а т я. Если вы вообще такой… Ну ладно! Все!

Д м и т р и й. Ну, вот и надулась! Знаете что, мне это не нравится. Я так не люблю.

К а т я. Вот, вот! Мне… Я… Вот и доказываете, что вы эгоист.

Д м и т р и й. Ну, так я вам другое докажу! Хотите, я Митю устрою в детскую спортивную школу?

К а т я. А он согласится?

Д м и т р и й. Мечта каждого мальчишки. Значит, решено! Можете считать, что Митя уже в школе!

К а т я (смотрит). Да вот и он сам! Митя! Глядите!

Д м и т р и й. А что?

К а т я. Ой, не могу! Ведь маленький Березов идет! И рукой так же машет! Глядите, и голову повернул.

Д м и т р и й. Неужели я так голову задираю?! Странно. Пойдемте, Катя, я вас провожу.

К а т я. Да! Так и опоздать можно.

Уходят. Входят  М и т я  и  С е н я. Митя несет спортивную сумку.

С е н я. Ну, Митя, дай теперь я понесу.

М и т я. Нельзя!

С е н я. Вот жадина.

М и т я. Пойми, Сенька, ведь поручено мне. Значит, исключено. Выпьем водички.

С е н я. И мороженого.

М и т я. Перед игрой? У нас режим.

С е н я. Подумаешь, у нас! Не ты же играешь!

М и т я. Неважно. (Берет воду.) Пей боржом.

Пьют.

Ой, мне ведь билеты в кино надо взять, после игры пойдем.

С е н я. Не пустят вечером.

М и т я. С Березовым?! Он кого хочешь проведет. Его все знают. Мы и Катю с собой берем.

С е н я. «Мы»! «Мы»! Больно ты им нужен. Если Катя идет, так третий лишний.

М и т я. Эх, Сенька, мозги у тебя набекрень… «Третий лишний»! Знаешь, как она к нам относится… Жди! Я сейчас вернусь! (Идет, останавливается.) Ладно! Держи пока сумку.

С е н я (восторженно). Давай, Митя! Ну, спасибо тебе, Митя!

М и т я. Ничего, Семен, старайся. Со мной не пропадешь! (Уходит.)

Сеня гордо держит сумку. Входит  Д м и т р и й. Сеня обожающе смотрит на него.

С е н я. Здравствуйте.

Д м и т р и й. Здравствуй.

Садится за столик. Сеня несколько раз проходит мимо, стараясь попасть в его поле зрения. Дмитрий с некоторым недоумением смотрит на него.

С е н я. Не узнаете?

Д м и т р и й. Нет.

С е н я. А вы посмотрите получше.

Д м и т р и й (пристально вглядывается). Нет…

С е н я. Не может быть…

Д м и т р и й. Да я впервые вижу тебя.

С е н я. Да не меня! Не меня.

Д м и т р и й (оглядывается). А кого же?

С е н я. Сумку?! Сумку не узнаете?

Д м и т р и й. Вроде знакомая…

С е н я (в восторге). Ваша! Сумка ваша у меня!

Д м и т р и й. Ишь ты! Как же она попала к тебе?

С е н я. Митя поручил. Он в кино пошел. Билеты брать для вас с Катей…

Д м и т р и й (в сторону). Полная информация.

С е н я. Вон он, Митя, скорее!

М и т я (прибегает). Давай сумку.

Д м и т р и й. Ну, докладывай.

М и т я. Все в порядке. Вот билеты.

Д м и т р и й. Спасибо, молодец.

М и т я. Сдача…

Д м и т р и й. Оставь себе. Мороженого съешь.

М и т я. Нет, нет! Возьмите. (Отдает.)

Д м и т р и й. Выпьем водички и двинемся. Слушай, Митя, а ты не хотел бы заниматься в детской спортивной школе?

М и т я. Хотел бы.

Д м и т р и й. Значит, надо поступать.

С е н я. Туда только перспективных принимают.

М и т я. Это мой товарищ Сеня.

Д м и т р и й. Мы уж познакомились.

С е н я. Мы бесперспективные… Нас не возьмут.

Д м и т р и й. Ничего, Митя, тебя примут. Перспективный или нет, а будешь ты в спортивной школе… Гляди не опоздай на игру… Пойдем на такси.

Дмитрий и Митя идут. Сеня глядит им вслед. В глазах его восторг и зависть.

С е н я. Ну, Митя! Мастером спорта будет. Ну, Митя! Мастером будет!

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина четвертая

Уголок юных натуралистов в Доме пионеров. Клетки с птицами, с белкой.

М а ш а (вбегает). Проголодались, наверное! Сейчас покормлю. Погоди, Тимофей, и до тебя очередь дойдет! (Подходит к клетке с щеглом.) Здравствуй, Тимофей. А ты еще и щиплешься…

С е н я (в дверях). Сорок восемь — сорок три!

М а ш а. В чью пользу?

С е н я. Ясно, в нашу! Отлично играют! И Митя молодец!

М а ш а. А он сколько забросил?

С е н я. Неважно! Баскетбол — игра коллективная! Осталось три минуты чистого времени! Победа обеспечена! Ура! Бегу! (Убегает.)

М а ш а. Ну вот, из-за вас пропускаю самое интересное!

М а т в е й  И с а е в и ч (входит). Скажите, пожалуйста, девочка, где у вас спортивный зал?

М а ш а. Спортзал по коридору направо.

М а т в е й  И с а е в и ч. Большая благодарность! А что мы имеем здесь?

М а ш а. Это уголок юного натуралиста.

М а т в е й  И с а е в и ч. А что они здесь делают?

М а ш а. Мы ухаживаем за различными животными, изучаем их повадки… характер.

М а т в е й  И с а е в и ч. Это очень интересно. Ну-с, какой же характер, скажем, у этого зверя?

М а ш а. У белочки? Она очень деятельная… Видите?

М а т в е й  И с а е в и ч. Действительно! Как белка в колесе… Теперь я лично убедился, что это такое…

М а ш а. А это щегол… Тимофей…

М а т в е й  И с а е в и ч. Тимофей?!

М а ш а. Да… Тимоша!

М а т в е й  И с а е в и ч. Довольно редко у птиц встречается такое имя… Ну-с, и какой характер у вашего Тимоши? (Протягивает палец к клетке.)

Щегол клюет его.

Ах ты разбойник. Можете ничего не объяснять! Я уже его характер знаю. (Оглядывает комнату.) Ах, Тимофей, живешь в таком роскошном помещении и недоволен… Это надо ценить… Вы знаете, девочка, один мой клиент пригласил меня на матч… называется баскетбол. Откровенно говоря, я не совсем представляю, что это такое… Но тем более интересно! Пришел я заранее. И вот уже целый час никак не могу попасть в тот самый зал… Вы знаете, здесь на каждом шагу столько замечательного… Одним бассейном я любовался, наверное, пятнадцать минут… А когда я попал в зимний сад, мне вообще захотелось там остаться… И вы знаете, на вывеске так скучно называется: «Дом пионеров»… Его нужно было бы назвать как-то возвышенно! Такая роскошь… И что, все мальчики и девочки могут сюда приходить?

М а ш а. Ну, кто хочет заниматься в кружках и хорошо учатся…

М а т в е й  И с а е в и ч. Да, да… бывают, что и плохо учатся… Конечно, Тимофей, во-первых, птица, а во-вторых, сидит в клетке, что тоже немаловажно, так он это все не ценит… но почему мальчики и девочки этого не понимают? Ведь они должны быть умнее этого разбойника с невозможным характером… Так вы говорите, по коридору?

М а ш а. Да, да!

М а т в е й  И с а е в и ч (идет, останавливается). Да! Я смотрю, у вас есть всякие кружки: умелые руки, авиамоделисты, вышивание, а парикмахерского кружка нет?

М а ш а. Парикмахерского?! Учиться стричь?!

М а т в е й  И с а е в и ч. Я понимаю, вам смешно… Но если бы вы видели, какой обросший мой внук приехал из пионерского лагеря. Прямо снежный человек! Готовить на костре кашу их учили, а взять ножницы в руки никто не умел. Я немного подучил моего внука, так на следующий год его приглашали даже в другие лагеря на гастроли. Он пользовался большим успехом, и я уверен, что это ему пригодится в будущем, хотя он совсем не думает быть парикмахером, а совсем наоборот — геологом… Мне здесь так понравилось, что если составят такой кружок…

М а ш а. Юный парикмахер? Учись стричь!

М а т в е й  И с а е в и ч. Совсем неплохо, так же полезно, как уметь вышивать… Вообще хорошо уметь все делать своими руками. Ой, девочка, вы меня совсем заговорили. До свиданья… До свиданья, Тимофей, ты большой разбойник, но хороший парень. (Уходит.)

М а ш а. Ну вот, как будто все!

Медленно входит  С е н я.

Я сейчас иду.

С е н я. Куда?

М а ш а. В спортзал.

С е н я. Для чего?

М а ш а. Ну что ты, Сенька, притворяешься? Пошли!

С е н я. Зачем?

М а ш а. Да ну тебя! Болеть за наших!

С е н я. Ах, вот как!.. Может быть, для тебя сначала начнут.

М а ш а. Уже кончили?

С е н я. Нет, ваше величество, вас дожидаются.

М а ш а. Да что ты злишься?

С е н я. Что?! Проиграли, вот что!

М а ш а. Кто?!

С е н я. Ну, если я злюсь, то кто проиграл? Сообрази!

М а ш а. Ой! наши!

С е н я. До чего догадлива!

М а ш а. Ой, как жалко!

С е н я. Жалеешь, а сама виновата!

М а ш а. Что ты мелешь! При чем здесь я?!

С е н я. При том! Ихних болельщиков сколько пришло?! А наших? Три пискли да я. А когда болеют, знаешь как помогает! Вдохновляет игроков.

М а ш а. Так я дежурная!

С е н я. Одна дежурная, у другого кружок, у третьей головка болит, отговорки найдутся. А на самом деле нет у нас этого… здорового патриотизма!

М а ш а. Как же это получается? Ведь наши вели?

С е н я. Вели, вели и завелись! При ничейном счете Митя не забросил штрафной… Ну, можно было еще исправить, а Ленька разозлился и совсем играть перестал! А на нем вся игра держалась.

М а ш а. Где Митя?

С е н я. В душ пошел. Переживает! Говорил я, что не стоит спортом заниматься.

М а ш а. Ты говорил?! Да ты ж и сам хотел… Только тебя не приняли!

С е н я. Когда это было! А теперь я нашел свое настоящее призвание!

М а ш а. Опять что-нибудь новое выдумал?! Надолго ли тебя хватит?

С е н я. Навсегда! Я теперь коллекционер-филуменист!

М а ш а. Кто?

С е н я. Филуменист!

М а ш а. Эх ты! И говорить правильно не можешь… Филателист.

С е н я. Кого ты поправляешь?! Филателист — это тот, кто коллекционирует марки…

М а ш а. Ну, правильно! Ты что собираешь?

С е н я (гордо). Не собираю, а коллекционирую спичечные этикетки, вот что! Мы, филуменисты…

Входит  М и т я.

Митя, ты играл классно!! Конечно, если бы не судья…

М и т я. При чем здесь судья… Глупости…

С е н я. Конечно, ни при чем! Я говорю, привыкли на судью валить, а все дело в болельщиках!

М и т я. Не болельщики играют, а команда. Если бы кое-кто не задирал нос, мы бы выиграли…

С е н я. Конечно, баскетбол — игра коллективная… Я и говорю, что некоторые… не понимают…

М и т я. Не некоторые, а Ленька!.. Всех дергает, всем указывает…

С е н я. Конечно, а сам играть не умеет…

М и т я. Играть-то он, положим, умеет. И, наверное, лучше всех! Потому и воображает. Для него главное — самому забросить мяч! Чтобы ему аплодировали. Хлебом не корми, только покрасоваться дай!

Входит  Л е н я. Его не замечают.

С е н я. Типичный пример индивидуализма! Я и говорю, что ваш Ленька настоящий индивидуалист и задавака!..

Л е н я. Ты что сказал? И вообще, кто ты такой?

С е н я. Я… филуменист.

Л е н я. Такого спорта не знаю! А ну, повтори, что ты болтал! Кто индивидуалист? Кто задавака?!

С е н я. Это… Поп глухому две обедни не служит.

Л е н я. Смотри у меня, «филонист»!

С е н я. Филуменист! Не знаешь — не говори.

Л е н я. Я вижу, ты много знаешь, придется вытряхнуть из тебя лишнее.

С е н я. А у тебя маловато! Не хватает!

Л е н я (угрожающе). А вот сейчас увидишь сколько!

М а ш а. Мальчики, мальчики! Перестаньте! Видите, всех напугали. И Тимофей нахохлился, дрожит.

Л е н я. Да ты не бойся, Тимофей! Я тебя не трону. Я этого птенчика немного подучу, а то он больно смелый за глаза!

М и т я. А я тебе и в глаза скажу!

Л е н я. Привет! Давно не видались! Ты где пропадаешь?

С е н я. Да вы ж только что вместе играли!

Л е н я. С ним? Разве он играл?

М и т я. А что же я делал, по-твоему?

Л е н я. В том-то и дело, что ничего… Так, пустое место… Из-за таких и проигрываем!

М и т я. Врешь! Ты виноват, что игру отдали! Ты! Правильно Сенька сказал! Задавака! Как же! Перспективный игрок! А то, что на тебя вся команда играет, это не считается. Выдают мячи, только забрасывай.

Л е н я. Не я установку на игру даю, а тренер! Забыл, что он велел?!

М и т я. Помню: но он не говорил, чтобы ты на всех рычал, всем указывал! Тебе неудачно отпасуют, а ты своим видом показываешь: мол, видите, с кем играть приходится. Ну ладно! Я промазал! А ты что? Обиделся — и совсем играть перестал! Подумаешь, прима-балерина! Цыган-премьер из одноименной оперетты.

Л е н я. Ну, ты полегче! «Из оперетты». А то, знаешь… (Сжимает кулаки.)

М и т я. Что?!

М а ш а. Мальчики, испугаете животных!

С е н я. И птиц тоже…

Л е н я. Верно! Животных и птиц надо жалеть. А на то, что ты болтаешь, мне наплевать! Есть тренер, он мне скажет, если я не прав.

М и т я. Тебе на всех наплевать! Тебе все можно! И на тренировку не явиться. И двойку схватить. Как же, гордость спортивной школы! Звезда первой величины! Любимчик!

Л е н я. Ну хорошо! Я любимчик!.. А ты?

М и т я. Что — я? Не понимаю!

Л е н я. Ишь ты! А все очень хорошо понимают, за что тебя в спортшколу приняли, почему на каждую игру оставляют.

М и т я. Почему?..

Л е н я. Будто не знаешь, что за тебя просил Березов, заслуженный мастер спорта…

М и т я. Ну что здесь такого?..

Л е н я. А он с тобой занимался раньше?

М и т я. Нет!..

Л е н я. Наверно, видел, как ты играешь, и восхитился…

М и т я. Нет… этого не было… Он обещал, но так и не посмотрел… Все некогда!..

Л е н я. Витька Птицын не хуже играет… А Колька Егоров? Только они чемодан за Березовым не носят и в очереди в кино для него не стоят.

М и т я. Так ты считаешь, что меня из-за Березова?! Только из-за него?

Л е н я. Только или не только… Не знаю! А в любимчиках Березова ты ходишь и пользуешься этим.

М и т я. Неправда!

Л е н я. Правда! Сам слышал, как говорили: бесперспективный Митя Антонов, но Березов ему… как это? Покровительствует. Безнадежный Антонов Митя, но для Березова надо сделать.

М и т я. Врешь! Врешь! Дай честное слово!

Входит  М а т в е й  И с а е в и ч.

М а т в е й  И с а е в и ч. Вы, знаете, я так и не попал в спортивный зал. Вернее, я попал, но там уже все кончилось… А, Митя, здравствуй… Жаль, что я тебя не посмотрел… В самый последний момент я услыхал музыку композитора Чайковского и не мог не заглянуть… И когда я увидел танец маленьких лебедей, так обо всем забыл! А это, наверное, твои товарищи по команде? Я вас всех поздравляю!.. Примите мои душевные поздравления…

Л е н я. Мы проиграли!..

М а т в е й  И с а е в и ч. Что? А разве я вас поздравил с победой? Я сказал «поздравляю вас» (иронически) с тем, чтобы вы разозлились и в следующий раз непременно выиграли. Такая злость очень полезна! А пока (иронически) поздравляю вас! Поздравляю!..

Входит  Д м и т р и й.

Д м и т р и й. Матвей Исаевич! И вы здесь! Здравствуйте! Здорово, ребята! Вы что, уже кончили?

Л е н я. Да, Дмитрий Сергеевич!

Д м и т р и й. Значит, опоздал! Жаль…

М и т я (тихо). Видишь, Ленька, он пришел посмотреть!

Д м и т р и й. Митя, не видал Катю? Мы уговорились, что я за ней зайду к концу матча.

М и т я. Нет…

Д м и т р и й. Где она задержалась?

М а т в е й  И с а е в и ч. Я тоже в недоумении. Меня уговорила прийти, а сама… Может быть, она знала, что эти орлы как раз проиграют… И не хотела присутствовать при таком позоре… Как вы думаете, орлы?

М и т я. Не знаю…

М а т в е й  И с а е в и ч. Мне очень не нравится ваше настроение. Куда девались орлы? Это какие-то мокрые вороны. Посмотрите на них, товарищ Березов.

Д м и т р и й. А? Что у вас, ребята? Какие вопросы ко мне? Говорите…

Пауза.

М а т в е й  И с а е в и ч. Ну, что же вы, мальчики! Спрашивайте! Они стесняются…

Д м и т р и й. А что случилось? Ну, тезка, говори… А, по носу вижу!.. Небось проиграли?!

М и т я. Да…

Д м и т р и й. Почему? Ты подробней расскажи. Разберемся… (Глянул на часы.) Что с ней случилось? Домой звонил — нету… Что, ребята?

М и т я. Ничего…

Д м и т р и й. Ну и правильно! Ничего особенного. Не падайте духом… потренируйтесь, разберите ошибки… Внутренне соберитесь… и следующий раз выиграете! Обязательно. Вот так!..

М и т я. А меня больше не поставят…

Д м и т р и й. Почему?

М и т я. Говорят, плохо играл!..

Д м и т р и й. Поставят! Я переговорю с тренером… Не волнуйся, тезка! Все будет в порядке!

М и т я. Спасибо, Дмитрий Сергеевич! Может быть, мне сбегать позвонить Кате? Разыскать ее?! Вы не волнуйтесь, тезка! Я найду Катю! А вы пока поговорите с тренером! А?

Д м и т р и й. Успею… Я ведь обещал…

М и т я. Нет! Лучше сейчас! А то он забудет, что вы мне покровительствуете. А вы ему прямо скажите: «Антонов мой любимчик! Митя Антонов чемодан за мной носит! Митя Антонов куда хочешь сбегает. Насчет баскетбола не знаю, а это у него здорово получается! Так что вы его на игру обязательно поставьте!» И поставят! Только я играть больше не буду! Не буду! Не буду! (Раскрывает свой чемоданчик.)

Д м и т р и й. Погоди, Митя! Успокойся! Что с тобой?

К а т я (вбегает). Вы здесь?! Вот хорошо, что застала! Жаль, что на матч не успела! Надо было маму встретить, а поезд, как назло, опоздал!

М и т я. Сеня! Отдай мой костюм… И скажи, что больше не приду!! Твоя правда, Ленька! Твоя правда! (Убегает.)

К а т я. Что случилось?!

Д м и т р и й. Да ничего!.. Чепуха какая-то… пойдем, а то опоздаем… Я тебе по дороге расскажу. (Уводит Катю.)

С е н я (с костюмом в руках). Что же мне делать?!

М а ш а. То, что тебе Митя сказал…

С е н я. А он так хотел играть…

М а ш а. Все ты, Ленька! Все ты!..

Л е н я. А я при чем!

М а ш а. Ты начал! Нужно было тебе всякие сплетни передавать!

Л е н я. Это не сплетни…

М а ш а. Ты всегда прав!

Л е н я. А ты всегда за него заступаешься. Думаешь, никто не видит?!

М а ш а. А что ты видишь?!

С е н я. Ребята, перестаньте. Ребята, животных испугаете. Смотрите, Тимофей нахохлился…

М а ш а. Да отстань ты со своим Тимофеем! Ты, Ленька, обидел человека…

Л е н я. А что я, молчать буду!

М а т в е й  И с а е в и ч. Довольно шумно в Доме пионеров…

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Картина пятая

Парикмахерская. К а т я  стоит у окна. М а т в е й  И с а е в и ч  сидит за столом, перелистывает журнал и время от времени поверх очков поглядывает на Катю.

М а т в е й  И с а е в и ч. Неплохой рассказик… Советую вам, Катя, прочесть…

Катя не слышит.

Что, Катя, не видно?

К а т я. Нет!

М а т в е й  И с а е в и ч. Не идет?..

К а т я. Кто? Я никого не жду…

М а т в е й  И с а е в и ч. Я говорю: клиента не видно? Не идут клиенты.

К а т я. Да… Затишье…

М а т в е й  И с а е в и ч. Ничего, придет… Придут клиенты… (Смотрит на часы.) Может быть, сходить в контору? Хотя…

К а т я (перебивает). Конечно, Матвей Исаевич! Надо выписать салфетки, кисточки…

М а т в е й  И с а е в и ч. Так мы недавно выписывали…

К а т я. Одеколон кончается… И вообще счета надо проверить. (Подает ему палку и шляпу.)

М а т в е й  И с а е в и ч. Надо, надо! Просто необходимо… Я иду… уже ушел! (Уходит.)

Катя снова глядит в окно. Пауза. Входит  М и т я. Убедившись, что Матвея Исаевича нет, он собирается уйти. В этот момент его замечает Катя.

К а т я. Митя! Здравствуй, Митя!

М и т я. Здравствуйте, Катя!

К а т я. Ну, заходи, садись…

М и т я. Спасибо…

К а т я. Рассказывай… (Пауза.) Ну, как дела, Митя?

М и т я. Хорошо. Письменная — пять. По-устному — четыре, поведение — отличное.

К а т я. Молодец. А вообще как жизнь?

М и т я. По утрам делаю зарядку. Выполняю часть домашней работы. Принимаю участие в общественной жизни школы.

К а т я. Прекрасно! Молодец…

М и т я. Стараюсь делом ответить на заботу. Я пойду… сейчас у меня по расписанию чтение классиков.

К а т я. А зачем же ты приходил?

М и т я. Постричься хотел. Но Матвея Исаевича нет.

К а т я. А мне ты не доверяешь? Я тоже стараюсь повышать свою квалификацию.

М и т я. Могу и у вас…

К а т я. Спасибо. Ну садись.

Митя садится в кресло. Катя повязывает его простыней.

Не бойся, не испорчу! Только чуть подправлю.

М и т я. Нет! Остригите меня.

К а т я. Как?

М и т я. Совсем.

К а т я. Наголо?

М и т я. Как хотите.

К а т я. Некрасиво будет.

М и т я. Ничего.

К а т я. Не стану я тебя так стричь. Подправлю…

М и т я. Пойду в другую парикмахерскую.

К а т я. Сиди! Сделаю как хочешь. (Берет ножницы.) А тебе не стыдно?

М и т я. Подумаешь! В школе даже велят коротко стричься.

К а т я. Я не о том. Считаешь, что я не догадываюсь. Почему ты решил постричься?

М и т я. Просто захотелось… и все!

К а т я. Нет, не просто! Поссорился с Дмитрием, обиделся на него, вот и придумал…

М и т я. А хотя бы и так! Что здесь такого?!

К а т я. Такого ничего, а просто глупо и по-ребячески; отдавай мои игрушки, я с тобой больше не вожусь. По-моему, ты уже вышел из этого возраста.

М и т я. Да, в детский сад давно не хожу.

К а т я. А ведешь себя, как капризная девчонка. Обиду свою показываешь! Разве так мужчина должен вести себя?!

М и т я. А как мужчина поступает?

К а т я. Он выше этого! И вида не покажет, как будто не заметил. Тогда обидчик задумается… Мучает его совесть и самолюбие гложет. Что же это? Она даже и внимания не обратила.

М и т я. Кто — она?

К а т я. Я вообще говорю… И девушка тоже не должна вида показывать. Не обижаться, а разозлиться надо! Ах, вы так! Пожалуйста! И без вас отлично обойдемся! Посмотрим еще, кто надежный и кто безнадежный… Кто перспективный, а кто наоборот! Ну что, будем стричься?

М и т я. В самом деле, глупо…

К а т я. Да просто смешно. Но если ты настаиваешь…

М и т я. Может, и не стоит?!

К а т я. Как хочешь! Твое дело! (Раскрыла ножницы.) Как решишь?

М и т я. Как мужчина! (Встает, снимает простыню.)

К а т я. Молодец! Прямо завидно! Вот мы, девушки, не можем так…

М и т я. Почему? И у вас должна быть сила воли. Какая разница? Девушки даже на космонавта тренируются.

К а т я. Верно! Спасибо, Митя, за совет! Я теперь с тебя пример буду брать…

М и т я. А вы не смеетесь надо мной Катя?..

К а т я. Да ты что?! Я надеюсь на тебя! Как на каменную гору надеюсь!

М и т я. И правильно делаете, Катя, не ошибетесь! (Идет.)

К а т я. Заходи, Митя! Мы в кино с тобой пойдем.

М и т я. Приду. (Уходит.)

Катя опять глядит в окно. Пауза. Входит  М а т в е й  И с а е в и ч.

М а т в е й  И с а е в и ч. Я вижу, все в том же положении! Не приходил?

К а т я. Кто?

М а т в е й  И с а е в и ч. Какой-нибудь клиент…

К а т я. Приходил, только не клиент…

М а т в е й  И с а е в и ч. Значит, помирились?

К а т я. С кем?

М а т в е й  И с а е в и ч. Я знаю, с кем?! Например, с тем, кто приходил.

К а т я. А мы с ним и не ссорились…

М а т в е й  И с а е в и ч. Возможно, возможно.

К а т я. Митя был… маленький…

М а т в е й  И с а е в и ч. Интересно, какое у него настроение… как его спортивные дела?

К а т я. Ничего не говорил.

М а т в е й  И с а е в и ч. Будем надеяться, что большой Митя, я имею в виду Дмитрия, будет разговорчивей.

К а т я. Если придет…

М а т в е й  И с а е в и ч. Есть такая примета: если пришел один Митя, то обязательно должен явиться…

Входит  Д м и т р и й.

Вот именно это я и хотел сказать.

Д м и т р и й. Здравствуйте, Матвей Исаевич! Здравствуй, Катя!

К а т я. Здравствуй.

М а т в е й  И с а е в и ч. Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич! Очень рад, но я должен вас огорчить. Вы пришли неудачно, очень.

Д м и т р и й. А что случилось?

М а т в е й  И с а е в и ч. Я как раз должен уйти пить чай, и вам придется посидеть подождать.

К а т я. Вам же рано уходить, Матвей Исаевич.

М а т в е й  И с а е в и ч. Екатерина Александровна, кто лучше знает, когда лично я должен пить чай? Позвольте мне устанавливать свой режим питания. Очень извиняюсь. Я ухожу. (Берет палку, шляпу, идет.) Всего хорошего!

Д м и т р и й. До свиданья. Приятного аппетита!

М а т в е й  И с а е в и ч. Благодарю вас! (Уходит.)

Пауза.

Д м и т р и й. Как живешь, Катя?

К а т я. Лучше всех.

Пауза.

Д м и т р и й. Что, так и будем играть в молчанку?

К а т я. Говори, я слушаю.

Д м и т р и й. Ты что, сердишься? Обиделась?

К а т я. Вот еще… Очень нужно.

Д м и т р и й. Почти неделю не виделись, а встретились, и поговорить не о чем.

К а т я. Разве неделю. Я и не заметила.

Д м и т р и й. Вот как! Я могу и уйти!

К а т я. Дело хозяйское.

Д м и т р и й. Глупо ведешь себя, Катюша! Был бы я в чем-нибудь виноват — дело другое… А то ни сном ни духом…

К а т я. Ах, бедненький, напраслину на него возводят. Так и не знаешь!

Д м и т р и й. Знаю, за Митю переживаешь! Так ведь это дело выеденного яйца не стоит. Подумаешь!

К а т я. А тебе вообще непонятно, как можно за других волноваться. Мальчик сильно обиделся, а тебе наплевать.

Д м и т р и й. Откровенно говоря, я начинаю думать, что ты со мной только из-за него и встречаешься.

К а т я. Думай как хочешь. Мне все равно!

Д м и т р и й. Ну чего ты притворяешься! Ведь знаю, что не все равно! Катюша, милая, правда?

К а т я. Правда, правда! И дни считала… и скучала, и ждала, когда придешь… Все правда! Только все равно я возьму себя в руки! Мне еще только чуть-чуть разозлиться, и конец.

Д м и т р и й. А зачем злиться? На что?

К а т я. А что, смотреть, как ты людей обижаешь, улыбаться и похваливать?

Д м и т р и й. Ну ладно… Допустим, обидел я этого Митю…

К а т я. А мне больно… За него! И… за себя…

Д м и т р и й. А ты-то при чем?!

К а т я. А при том, что я вижу, как ты к людям относишься. Мальчик к тебе всей душой привязался, горел, а ты его холодной водой облил. Сегодня с ним так, а завтра и с… другими так же поступишь!

Д м и т р и й. Говорил я, что нет во мне этой жилки — не педагог я…

К а т я. Ты человек! Взрослый… И не хочешь мальчишке радость доставить.

Д м и т р и й. Ему радость, а мне одни неприятности.

К а т я. Какие у тебя неприятности?

Д м и т р и й. Ты вот сердишься! И еще всякие…

К а т я. Рассказывай!

Д м и т р и й. Да, собственно говоря, я и пришел с тобой посоветоваться, а ты меня так встретила, может, и слушать не захочешь…

К а т я. И тебе не стыдно! Ты что же, в мою дружбу не веришь?! Ну и пожалуйста!

Д м и т р и й. Понимаешь, Митины родители письмо прислали с Дальнего Севера.

К а т я. Тебе?

Д м и т р и й. Нашей команде. Ну, а там все обо мне… Мол, узнали мы из письма нашего сына Мити, что ваш спортсмен Дмитрий Березов подружился с ним… Помогает ему… Мы очень рады и верим, что эта дружба поможет Мите стать сильным, волевым человеком. Ну и всякие еще слова… От всего сердца… благодарим и так далее…

К а т я. Ну и что же?

Д м и т р и й. Знаешь, как у нас! Подхватили… Сразу же в стенгазету — «Достойный пример Дмитрия Березова». На собрании говорили. По радио хотели это письмо передать. Я, конечно, по радио запретил читать. А так продолжают звонить — хвалят…

К а т я. И ты ничего не сказал?!

Д м и т р и й. А что мне было говорить? Мол, мне Митя от ворот поворот дал… красиво очень…

К а т я. А это красиво? Люди тебя благодарят, а за что?

Д м и т р и й. Я и говорю, что неприятно… По телевидению предложили выступить на тему о воспитании юных спортсменов.

К а т я. По телевидению на эту тему?!

Д м и т р и й. Так я ж советуюсь!..

К а т я. Я тебе покажу телевидение!.. Ой, Матвей Исаевич идет! Садись в кресло… А то неудобно.

Дмитрий садится в кресло.

А Митя остричься хотел… (Берет прядь волос.) По телевидению?! Я тебе покажу! (Обрезает прядь волос.)

Д м и т р и й. Ты что делаешь, Катя?!

К а т я. Остригу тебя! И знай: пока с Митей не помиришься, пока не станешь таким человеком, как в письме написано, ходить тебе стриженым!!

З а н а в е с.

Картина шестая

Обстановка третьей картины.

Входят  С е н я  и  М а ш а.

С е н я. Ну вот, я и пришел.

М а ш а. Выходит, что я тебя приворожила…

С е н я. Ну и что же такого?

М а ш а. Не полагается.

С е н я. Старомодные понятия.

М а ш а. Так ты остаешься? Я пойду.

С е н я. Подожди. У меня есть еще пять… минут. Посидим?

Садятся на скамейку. Сеня смотрит на папку, которую держит в руках Маша.

Завидую я тебе, Маша…

М а ш а. Почему?

С е н я (читает). «Мюзик»! Кто? Что? Музыка. О ком, о чем? О музыке. Кем, чем? Музыкой. Во всех падежах у тебя музыка. И все ясно. Зададут сочинение на их излюбленную тему «Кем быть?», тебе и врать не надо: буду пианисткой, и все.

М а ш а. Иногда у меня такое настроение, что не могу сесть за рояль. Вот что хочешь делай, как заколдованная.

С е н я. Это не колдовство, а лень! И я могу дать средство, как с нею бороться. На себе испробовал.

М а ш а. Помогло?

С е н я. Сдвиги есть.

М а ш а. «Лень»… Ничего не понимаешь, Сенька. И Александра Ивановна, хоть она учительница, не понимает… Как только у меня такая полоса, она заставляет меня слушать знаменитых пианистов.

С е н я. И правильно! Бери пример, восхищайся.

М а ш а. Я слушаю, восхищаюсь и понимаю… Никогда, никогда мне так не играть. И все из рук валится. А ты говоришь — пример…

С е н я. Не я, а так нас учат… Чудаки эти взрослые… Если бы какой-нибудь писатель сказал: хочу быть таким, как Пушкин!

М а ш а. Смешно!

С е н я. И засмеют! Или киноартист по радио выступит: обещаю быть таким, как Чарли Чаплин.

М а ш а. Ну кто же такое скажет?! Это же самохвальство.

С е н я. Отчего же мы хвастаемся?! Буду таким, как Гагарин, как Циолковский. Это же великие люди! Что же я, в седьмом или даже в восьмом классе должен обещать, что буду великим человеком!

М а ш а. Ну, Сенька, и хватил! Никто этого не требует!

С е н я. А что же требуется?

М а ш а. Чтобы мы следовали хорошим примерам.

С е н я. Пробовал. Написал: буду смелым, как Гагарин, гениальным, как Циолковский, сильным, как Власов, таким шахматистом, как Ботвинник, прыгуном, как Брумель, бегуном, как…

М а ш а. Хватит, хватит…

С е н я. И мама смеется: многовато, говорит. Будь хорошим, честным мальчиком, и достаточно.

М а ш а. А так, наверно, мало. Все-таки надо, чтобы была какая-то мечта!..

С е н я. Ой, Маша, заговорились мы с тобой. Хочешь, я провожу тебя немножко?

М а ш а. Пойдем…

Идут.

С е н я. Скорее, а то я опоздаю.

М а ш а. А ты кого ищешь? Секрет?

С е н я. Тайна! Посмотрим, какая картина в кино. Может, пойдем?

М а ш а. Хорошо.

Уходят. Входит  М и т я. Заходит в кафе. Берет два стакана воды, ставит на стол. Садится. Ждет. Вбегает  С е н я.

С е н я. Ты давно пришел?

М и т я. Я пришел точно.

С е н я. Опоздал… Ничего не поделаешь, надо было Машу спровадить. А она, как назло, болтает, болтает… Девчонка…

М и т я. А она откуда здесь?

С е н я. Случайно встретил… Но я быстро от нее отделался.

М и т я. А зачем было отделываться?

С е н я. Ты сам ведь написал: «Жду в кафе… Надо поговорить». Вот записка…

М и т я. Ну и что ж из этого?

С е н я. Значит — тайна!

М и т я. Сколько еще в тебе, Сенька, этого…

С е н я. Чего?

М и т я. Как будто ты в четвертом классе! Страшная тайна, таинственная записка. Надо было тебе ее в бутылке отправить и прийти в черной маске.

С е н я. А что? Интересно!

М и т я. Ладно. Вышли из этого возраста. Пей воду.

С е н я. Ну, рассказывай, Митя! Я весь превратился в слух!

М и т я. Только серьезно. По-мужски.

С е н я. А как это?

М и т я. По-деловому. Без лишних слов. Коротко! Ясно!

С е н я. Слушаю.

М и т я. Я был круглым дураком.

С е н я. Да!

М и т я. Ты хоть бы спросил: почему, когда?

С е н я. А ты сам говорил — без лишних слов. Ну хорошо! Почему, когда?

М и т я. Тогда, когда швырнул. Раскричался, что не буду больше играть! Как девчонка…

С е н я. Да!

М и т я. Обиделся… Неправильно!

С е н я. Нет!

М и т я. Ведь все должны заниматься спортом?

С е н я. Все!

М и т я. Но не все станут мастерами спорта.

С е н я. Нет!

М и т я. Так что из этого следует?

С е н я. Не знаю.

М и т я. А я знаю. Буду играть в баскетбол!

С е н я. Правильно.

М и т я. А самое главное, соберу всех ребят, которых отчислили как бесперспективных. Из этих безнадежных составим команду и докажем.

С е н я. Докажем!

М и т я. И всё сами. Костюмы, мячи купим на свои деньги, сами заработаем.

С е н я. Заработаем!

М и т я. Будем упорно тренироваться.

С е н я. Тайно! Тайно!

М и т я. Дурак!

С е н я. Да!.. То есть почему?

М и т я. Это я тебе только что объяснил. Никаких тайн!

С е н я. Понятно.

М и т я. Наоборот! Ничего таинственного. И на стадион придем и прямо скажем: мы безнадежные! Позвольте нам заниматься! Не хотите — не надо!

С е н я. Не надо!

М и т я. Мы в другом месте или во дворе…

С е н я. Здорово.

М и т я. Так и назовем! Команда безнадежных!

С е н я. Звучит.

М и т я. Без всяких уверток! Чистая правда!

С е н я. Хорошо.

М и т я. В команде — строгая дисциплина и злость!

С е н я. Что? Зачем?

М и т я. Мы должны выработать в себе спортивную злость! Не верите, а мы докажем!

С е н я. Докажем!

М и т я. Все ясно?!

С е н я. Ясно!

М и т я. Ты вступаешь в команду?

С е н я. Я?! Ты ведь знаешь, как я играю.

М и т я. Очень плохо.

С е н я. Ну, не очень, но все-таки…

М и т я. Тем лучше! Никто тогда не будет бояться вступать. Раз уж Сенька решился…

С е н я. Значит, я для примера?

М и т я. Да!

С е н я. Был филателистом, стал филуменистом, буду баскетболистом. Ладно!!

М и т я. Молодец! Поздравляю тебя со вступлением в команду! (Записывает.) Сеня Карцев.

С е н я. Уже много записалось?

М и т я. Митя Антонов — раз, Семен Карцев — два, и пока все!

С е н я. Ну что же, двое — это уже коллектив! Команда существует.

М и т я (поднимает стакан). За команду безнадежных!

Чокаются, пьют.

Теперь все решает быстрота…

С е н я. И натиск! Ты, Митя, как Суворов!

М и т я. Опять! Начнем действовать…

С е н я. Завтра.

М и т я. Сегодня!

С е н я. Сегодня?!

М и т я. Сейчас!

С е н я. А мы в кино собрались с Машей.

М и т я. С Машей… Все равно придется отложить.

С е н я. Неловко…

М и т я. Объяснишь.

С е н я. Может, все-таки…

М и т я (перебивает). Безнадежный Карцев, где ваша дисциплина?

С е н я. Слушаюсь! Только ты сам Маше скажешь.

М и т я. А я при чем?

С е н я. А мы и тебе билет купили!

М и т я. Вечно ты, Сенька, придумываешь…

С е н я. А я-то при чем? Она сама первая предложила…

М и т я. Она сама…

Входит  Д м и т р и й. Замечает ребят. После секундного раздумья подходит к ним.

Д м и т р и й. Здорово, ребята.

С е н я. Здравствуйте.

М и т я. Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич.

Д м и т р и й. Водички хотите?

М и т я. Спасибо, мы только пили.

С е н я. Газировку с сиропом.

Д м и т р и й. Богато живете…

Пауза.

Как дела, ребята?

М и т я. Хорошо.

С е н я. Ничего.

Д м и т р и й. Как учеба идет?

М и т я. Учимся.

С е н я. Неплохо учимся.

Д м и т р и й. Молодцы! Еще чем занимаетесь?

С е н я. Телевизор смотрим…

М и т я. В кино сейчас пойдем.

С е н я. Куда? Ах, да! Пойдем в кино!

Д м и т р и й. Молодцы! А еще чем занимаетесь?

М и т я. Читаем.

С е н я. Книжки читаем…

Д м и т р и й. Молодцы! Ну, а спортом занимаетесь?

Молчание.

Знаешь, Митя, что я тебе хотел сказать…

М и т я. Не знаю, Дмитрий Сергеевич.

Д м и т р и й. Спорт — дело полезное и увлекательное, ты как думаешь?

М и т я. И я так думаю…

Д м и т р и й. Да что мы с тобой в прятки играем! Я хочу тебе прямо сказать, Митя! Может быть, я и виноват перед тобой… И ты прав, что на меня обиделся.

М и т я. Что вы, Дмитрий Сергеевич, я совсем на вас не обиделся.

Д м и т р и й. Я видел… Ну хорошо, допустим, на меня. А спорт при чем? Чем баскетбол виноват?

М и т я. Ничем.

Д м и т р и й. Так зачем играть бросил? Ушел из спортшколы…

М и т я. Это я погорячился… Ну и ошибся…

Д м и т р и й. Вот молодец! Понять свою ошибку — наполовину ее исправить.

М и т я. А я целиком исправлю. Буду играть в баскетбол.

Д м и т р и й. Вот молодец! Значит, вернешься в спортшколу. А тебя примут. Я уже спрашивал.

М и т я. Спасибо. Только я уже поступил в команду.

Д м и т р и й. Уже? В какую же?

С е н я. В нашу команду… Новую!

М и т я. Мы сами организовали команду, сами и будем заниматься.

С е н я. И я в этой команде… А называется она…

М и т я. Сенька!..

С е н я (не слушая). Команда безнадежных!

М и т я (тихо). Вот язык длинный.

С е н я (тихо). Сам сказал: никаких тайн, никаких секретов.

Д м и т р и й. Интересная команда. И как же вы думаете?

М и т я. А мы уже все придумали…

С е н я. И костюмы купим сами, и мячи. Заработаем деньги, очень просто…

М и т я. Сенька, опоздаем! Извините, Дмитрий Сергеевич, мы в кино!

С е н я. Да! Идем всей командой!

Д м и т р и й. Ну что ж! Желаю успехов!

М и т я. До свидания, Дмитрий Сергеевич.

С е н я. До свидания, Дмитрий Сергеевич.

Уходят.

Д м и т р и й (смотрит им вслед). Команда безнадежных… Что выдумали… Команда безнадежных…

К а т я (подходит). Ты что, Дмитрий?

Д м и т р и й. А, Катюша!.. Я здесь Митю встретил. Поговорили…

К а т я. Ну и что?

Д м и т р и й (провел рукой по волосам). Пока ничего… И ведь какая выдержка у парня. Как ни в чем не бывало, такой серьезный, вежливый… А знаешь, Катюша, меня даже заело. Самому интересно к нему ключи подобрать. «Команда безнадежных». Ты подумай! Не я буду, если не приду к этой безнадежной команде.

З а н а в е с.

Картина седьмая

Обстановка второй картины. М а т в е й  И с а е в и ч  с удовольствием слушает мазурку Шопена, которую в комнате Александры Ивановны играет Маша. Он тихонько подпевает и даже иногда делает движения, напоминающие танцевальные па.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а (входит). Не пришел Митя?

М а т в е й  И с а е в и ч. Нет, Александра Ивановна. Но вы не беспокойтесь: я с удовольствием слушаю музыку. Вообще музыка — моя слабость… Я слушал почти всех знаменитых певцов, а некоторых даже брил.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Он теперь так редко сидит дома.

М а т в е й  И с а е в и ч. И к нам давно не заходил, я и решил узнать, не случилось ли что-нибудь.

Маша играет какой-то бравурный танец.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Нет. Все благополучно, просто… Боже мой! Что такое? Маша!

Входит  М а ш а.

Маша, что ты играешь?

М а ш а. Чарльстон…

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Тебе он так нравится?

М а ш а. Мне нужна бодрая, ритмичная мелодия.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Зачем?

М а ш а. Митя просил, они будут тренироваться под музыку.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Напомни мне, и мы найдем что-нибудь более благозвучное.

М а ш а. Хорошо, Александра Ивановна, спасибо.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Можешь собираться, сейчас пойдем.

М а ш а. Хорошо, Александра Ивановна. (Уходит.)

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. То они тренируются, то собирают утиль. Митя так увлекся… Боюсь, чтобы это не отразилось на занятиях.

М а т в е й  И с а е в и ч. А мне очень понравилась их затея. Я даже взял обязательство стричь этих безнадежных вне очереди и совершенно бесплатно.

М а ш а (входит). Я готова, Александра Ивановна.

М а т в е й  И с а е в и ч. Мне тоже пора. Передайте, пожалуйста, Мите, чтобы срочно зашел. Я приготовил для него старые газеты. Обобрал всех соседей. Будет что сдать в утиль и немного приблизит покупку трусиков.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Обязательно передам. К сожалению, я сейчас ухожу… Маша, ты не можешь подождать Митю?

М а ш а. Если нужно, Александра Ивановна, я останусь.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Я тебя очень прошу. Напомни ему, чтобы поел. Здесь написано, где что стоит и в каком порядке надо есть, проследи, а то начнет с компота…

М а т в е й  И с а е в и ч. Я тоже просрочил время… Александра Ивановна, я приглашаю вас ехать на такси.

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Спасибо, спасибо… Но мне ведь недалеко…

М а т в е й  И с а е в и ч. Тем более! Прошу вас!

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. До свиданья, Маша.

М а т в е й  И с а е в и ч. Всего хорошего.

М а ш а. До свиданья!..

Александра Ивановна и Матвей Исаевич уходят.

Маша оглядывает комнату. На стене висит большой лист бумаги. Маша подходит. Читает.

«Клятва безнадежных». Зачеркнуто. «Заповеди команды безнадежных. Мы торжественно…» Зачеркнуто. «Устав нашей коман…» Зачеркнуто. «Правила…» Зачеркнуто. «Мы, безнадежные, твердо договорились, двоеточие, первое — каждый день утром…»

С е н я (врывается). Митя, я решил…

Маша оборачивается.

Маша?! Привет! А где Митя?

М а ш а. Я тоже его жду. Скоро должен прийти.

С е н я. «Скоро»! Мне он сию секунду нужен!

М а ш а. Ничего не случится, если ты пять минут подождешь.

С е н я. Случится!

М а ш а. Что?

С е н я. У меня запал пройдет! И я тогда всего не скажу. Я очень вспыльчивый, но отходчивый. И тогда меня легко уговорить. А я твердо решил! И все! И конец! И точка! (В волнении ходит по комнате.) Остываю, отхожу! Остываю… Слушай, Маша! Давай будто ты Митя?! Ладно?

М а ш а. Не понимаю!

С е н я. Пока запал не прошел, я тебе все выскажу.

М а ш а. Зачем?

С е н я. Я все слова запомню, и тогда останется только повторить. А это и без запала можно! Ну, давай. Слушай, Митя!

М а ш а. Да?

С е н я. Я твердо решил! Из команды безнадежных я ухожу! Вот!

М а ш а. Почему, Семен?

С е н я. Я думал, что все будет таинственно — пароль, отзыв, интересно! Ты сказал — нет. Хорошо, согласен. Ну, думаю, будем играть, побеждать… Где там! Тренировки, занятия… Утиль собираем, письма разносим, а сколько заработали? Пока только на мяч… Еще копить и копить… работать и работать.

М а ш а. А тебе уже надоело?

С е н я. Каждое утро зарядка. Три раза в неделю тренировка. А в выходной день — только бы поспать… Кросс по пересеченной местности! Подумаешь, по пересеченной! Что это, легкое дело?

М а ш а. Нет, Сеня, это не легко.

С е н я. А теперь еще закаливание придумал! Каждый день холодный душ. А ты знаешь, что это такое, когда на тебя льется холодная вода? Брр! А я не железный, понимаешь, Маша, не железный.

М а ш а. Митя…

С е н я. Что?

М а ш а. Ты ж говоришь с Митей.

С е н я. Ах, да! Я все сказал — ухожу!

М а ш а (протягивает руку). Привет!

С е н я. Не понимаю…

М а ш а. Скатертью дорога!

С е н я. При чем здесь скатерть?! Ты уговаривай, убеждай.

М а ш а. Это если бы я была Маша, а ты не Сеня, а Маня. Я бы просила, умоляла: Манечка, милая девочка, не уходи! Манечка, вытри слезы…

С е н я. Какая там Манечка! И никто не плачет…

М а ш а. Но хнычет! А нам такие не нужны.

С е н я. Какие?

М а ш а. Которые бросают товарищей.

С е н я. Я клятвы не давал, что буду…

М а ш а. Тебе только торжественные клятвы нужны. А простое слово держать не нужно? «Мы, безнадежные, твердо договорились…» Нет, Сеня, ты не железный человек! Шагай! Здесь местность не пересеченная, не устанешь! (Отвернулась.)

С е н я. Маша… А, Маша!

М а ш а. Митя…

С е н я. Ладно… Кончилась репетиция! Ты, Маша, посоветуй, что же мне делать?

М а ш а. То, что решил. Уходи из команды и поступай в кружок рукоделия. Вышивки, мережки, строчки — никаких кроссов и закаливаться не надо.

С е н я. Я серьезно спрашиваю, а ты смеешься.

М а ш а. И все смеяться будут. Сенька, честное слово, сделай так! Вот весело будет! И девочки обрадуются, а руководительница как довольна будет. На всю школу прославишься. Первым человеком станешь!

С е н я. Спасибо за такую славу!

Входит  М и т я.

М и т я. Здорово, ребята! (В сердцах бросает портфель.)

С е н я. Здорово! Ты что такой злой?

М и т я. Уши болят.

М а ш а. Простудился?

М и т я. На стадионе был. Договорился, все в порядке… Уже дают зал для занятий. Уже в расписание вставили. А потом… кто у вас тренер? А мы сами. Ну, и руководитель есть? Нет… сами. Ну, кто же все-таки отвечает? Все, говорю… А именно? Ну, я капитан. Посмотрели сверху вниз. Приходите через недельку, подумаем. Не пойду я.

М а ш а. Почему?

М и т я. Поссорился! Все равно откажут! Ох, и уши болят.

С е н я (осторожно). А что они тебя?.. За уши?

М и т я. Глупости говоришь, Сенька! Тянут нас за уши, мы и привыкли к этому. Двойку получил — тебя целая бригада тянет. Говоришь: мы решили самостоятельно! Нет, вы скажите: кто вас за уши тянет? Надоело! Ну ладно! Придешь, Маша, на занятия?

М а ш а. Да… Мне Александра Ивановна обещала музыку найти…

М и т я. Александра Ивановна… А сама подобрать не могла. Вот так и получается. Без нянек не обходимся.

М а ш а. А ты не заговаривайся, Митя! Александра Ивановна не нянька, а моя учительница! И я ее очень люблю и уважаю.

М и т я. Хорошо! Я ей обязательно это передам.

М а ш а. Как тебе не стыдно!.. Ты просто…

С е н я. Не надо, Маша! Он в запале… Митя, молчи, молчи.

М и т я. Я правду говорю! Привыкли, чтобы с ложечки кашкой кормили.

М а ш а. А ты думаешь, что ты уж все знаешь: умный, самостоятельный. Александра Ивановна лучше в музыке понимает…

С е н я (перебивает). Это неправильно!

М а ш а. Что?! Да как ты смеешь, Сенька, так говорить об Александре…

С е н я. …Ивановне я не говорю! Это ты неправильно сказала: «Лучше понимает в музыке». Надо сказать: больше понимает.

М а ш а. А ты бы меньше хвастался! Всех поправляешь… Знаешь и молчи!

С е н я. Почему же я должен молчать? Каждая девчонка…

М и т я. Стой, ребята! (Показывает на лист бумаги.) Забыли. (Читает.) «Если ты рассердился, просчитай до двадцати, а потом отвечай». Ну-ка! Считайте: раз…

М а ш а. И ты считай!

С е н я. И тебе не помешает.

М и т я. И я буду.

Все считают вслух. Первые слова звучат довольно возбужденно. Затем всё спокойней, а к концу их начинает разбирать смех. В это время входит  Д м и т р и й  Б е р е з о в. Он с недоумением смотрит на ребят.

Д м и т р и й. Веселитесь, ребята?

С е н я. Считаем…

Д м и т р и й. Что же вы это считаете, если не секрет?

М и т я. Уроки учим… Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич.

Д м и т р и й. Здравствуйте, ребята.

М а ш а. Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич.

С е н я. Здравствуйте, Дмитрий Сергеевич.

Д м и т р и й. Да вы садитесь, ребята. И я с вами посижу, если можно.

М и т я. Конечно, пожалуйста. (Дает стул.)

Д м и т р и й. Пришел я к вам с предложением. Хочу вам помочь. Так сказать, в общественном порядке. Что подсказывает совесть советского спортсмена? Надо оказывать помощь.

С е н я (очень вежливо). Большое спасибо, Дмитрий Сергеевич…

Митя на него бросает сердитый взгляд. Сеня умолкает.

Д м и т р и й (так же благодушно). Слышал я о вашей команде. Подумал, посоветовался и решил выкроить время, чтобы потренировать вас! Буду, так сказать, руководитель!

М и т я. Спасибо. Дмитрий Сергеевич, но вы знаете, у нас ведь команда…

Д м и т р и й. «Безнадежных». Знаю. Ну что ж… Попробуем, постараюсь подтянуть вас. Может быть, и вытяну… Ты что, Митя, уши трешь? Болят?

М и т я. Болят.

Д м и т р и й. Лечиться надо.

М и т я. Я и лечусь.

Д м и т р и й. Так вот, собственно говоря, и все дела! Не будем откладывать в долгий ящик, зря время терять. Когда начнем?

Ребята молчат.

Это как понимать? Не хотите, чтобы я вам помог?

С е н я. Мы боимся, что вам скучно будет… Знаете, как мы играем…

Д м и т р и й. Придется подтянуться.

М и т я. Не получится у нас, Дмитрий Сергеевич. А вы зря время потеряете.

Д м и т р и й. Да что ходить вокруг да около… Не хотите, что ли?

М и т я. Нам надо со всей командой посоветоваться. Как ребята скажут…

Д м и т р и й. Это пока в сторону. Ну, а вы-то сами как к моему предложению относитесь? Помочь вам? Да или…

Ребята молчат.

Ну что ж, понятно! На нет и суда нет.

М а ш а. Вы не сердитесь на них, Дмитрий Сергеевич.

Д м и т р и й. Зачем? Была бы честь предложена. (Встает.) Будьте здоровы, ребята. (Замечает лист бумаги на столе, читает. Идет, в дверях останавливается. Поворачивается к ребятам.) Вот что, ребята… Вы забудьте все, что я вам сейчас здесь говорил. Неправда все это. Хотел я тебе, Митя, наедине сказать… Но когда увидел вас всех вместе, разговор по-другому пошел.

М а ш а. Мы уйдем… Сеня!

Д м и т р и й. Нет! Теперь не стоит. Начал при вас и закончу так же… Соврал я, что я хочу помощь оказать. Вы мне должны помочь… На вашу помощь надеялся, не вышло… Так тому и быть!

С е н я. Дмитрий Сергеевич, мы ведь не знали.

М и т я. Вы должны нам сказать…

М а ш а. Садитесь, Дмитрий Сергеевич.

Д м и т р и й. Не знаю даже. Ну ладно! Знаете, в баскетбол всю жизнь играть не будешь. Когда-нибудь уходить из команды придется. А жаль… я баскетбол люблю…

С е н я. Мы понимаем… Я вот тоже…

М и т я. Сенька!..

Д м и т р и й. Надо о будущем подумать. И решил я идти в высшую школу тренеров. А меня не приняли.

М и т я. Как же так?! Лучшего игрока…

Д м и т р и й. Игрок, говорят, вы хороший. А какие у вас перспективы быть тренером, еще неизвестно. Что же я, безнадежный? Не знаем, отвечают. И я решил им доказать. Потренирую команду, покажу свою перспективу.

М и т я. Да вас любая команда с радостью.

Д м и т р и й. Надо в самую трудную. И тут я о вас подумал. Команда безнадежных — и я вроде… Вместе мы бы всем доказали, друг другу помогли бы! Ну, не с того я начал, и не тем у нас кончилось. Вот и все. Прощайте, ребята. (Уходит.)

Тяжелая пауза.

С е н я. Как нехорошо получилось…

М а ш а. Человек всей душой, а мы…

М и т я. А откуда мы знали?

С е н я. Но теперь мы знаем.

М а ш а. Надо догнать его, сказать…

М и т я. И что? Раньше надо решить… Согласны мы или…

М а ш а. Конечно, нужно согласиться!

С е н я. А может, не стоит! Митя и сам справится. А то ему обидно…

М и т я. Для команды полезно?

С е н я. Ребята как обрадуются.

М а ш а. И человеку помочь обязаны.

М и т я. Обидно не обидно, а быть по сему!

С е н я (в восторге). Суворов! (Пишет на листе бумаги.) Безнадежный номер двадцать семь — Дмитрий Березов.

З а н а в е с.

Картина восьмая

Обстановка четвертой картины.

М а ш а  перебирает цветы.

Л е н я (входит). Здравствуй, Маша!

Маша не слышит.

Маша, привет!

М а ш а (поднимает голову). Здравствуй, Леня!

Л е н я. Я уж думал, что болельщица команды безнадежных с капитаном противников и здороваться не хочет…

М а ш а. Я просто не видела.

Л е н я. Прощаю! Классный букет! Он будет вручен сегодня победителям матча?

М а ш а. Нет, Митиной команде.

Л е н я. А может быть, они как раз и будут победителями!

Маша молчит.

Да, ты права, чудес на свете не бывает.

М а ш а. Ну и радуйся!

Л е н я. Чему? Победе над командой безнадежных? И почему Березов настаивает на сегодняшнем матче, мы вообще не понимаем.

М а ш а. Кто это — мы?

Л е н я. Ну, тренер.

М а ш а. И ты?

Л е н я. А ты без шпилек не можешь. Да, я! Капитан команды.

М а ш а. Так чего же вы понять не можете?

Л е н я. Зачем ему идти на заведомый проигрыш? Да еще с крупным счетом! Убить у ребят веру в свои силы.

М а ш а. Это кто так думает? Ты или мы?

Л е н я. Вот ты, Маша, все меня подковырнуть хочешь. А я ведь по правде говорю… Сама подумай — игру мы поведем. Болельщики на нашей стороне — аплодируют, кричат. Безнадежные мажут — им свистят, стучат ногами, счет в нашу пользу растет. Знаешь, как играть в такой обстановке.

М а ш а. Леня, а они никак выиграть не могут?

Л е н я. Только чудом. Класс команд разный.

М а ш а. Если бы кто-нибудь мог сделать чудо!..

Л е н я. Только волшебник! Срочно требуется классный волшебник! Слушай, Маша, а тебе очень бы хотелось, чтобы они выиграли?

М а ш а. Очень, очень! Знаешь, как бы ребята обрадовались. Это было бы справедливо! Ведь они так тренировались. И всё, всё на свои деньги купили.

Л е н я. Ну, они ж потом и побеждали!

М а ш а. Кого! Разве можно сравнить. А вот если бы команду спортшколы… Но чудес без волшебства не бывает, а волшебники все перевелись…

Л е н я. Еще один остался!

М а ш а. Где? Кто?

Л е н я. Здесь! Я! И я сотворю чудо! Подговорю ребят, и мы проиграем с воспитательной целью.

М а ш а. Вот здорово! А если ребята не согласятся?

Л е н я. Согласятся. Ведь это хорошее дело! А в крайнем случае я сам разлажу игру! Надейся на меня, Маша! И твой букет достанется Мите — капитану победившей команды!

М а ш а. Да я тебе два таких подарю! Ты, Леня, лучше, чем я думала. Настоящий друг!

Л е н я. Что ж, согласен, Маша! Будем дружить! Мне пора! Скоро начало!

М а ш а. Счастливого поражения!

Л е н я (на ходу). Спасибо!

М а ш а (вслед). Тебе спасибо!

Леня убегает. Маша снова принимается за букет. Входят  М а т в е й  И с а е в и ч  со связкой воздушных шаров и  А л е к с а н д р а  И в а н о в н а  с большой коробкой.

М а т в е й  И с а е в и ч. Вот и мы! Не опоздали?

М а ш а. Нет! Что это, Матвей Исаевич?

М а т в е й  И с а е в и ч. Подарок ребятам от меня и Кати. Правда, неплохо? Тоже круглы, как мяч!

М а ш а. Очень хорошо!

М а т в е й  И с а е в и ч. Но Александра Ивановна нас перещеголяла!

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Поставь, пожалуйста, пока здесь, Маша. (Отдает коробку.)

М а т в е й  И с а е в и ч. Вы посмотрите, Маша, что там.

М а ш а. Можно, Александра Ивановна?

А л е к с а н д р а  И в а н о в н а. Конечно.

М а ш а (открывает коробку). Торт! С надписью! (Читает.) «Команде безнадежных с надеждой»…

М а т в е й  И с а е в и ч. Если наши ребята проиграют, на что, как я понимаю, у них довольно большие шансы, это их немного утешит. Пойдемте, Александра Ивановна. Я вам покажу, какая здесь роскошь. Я ведь здесь уже свой человек. Вот направо, в зимний сад…

Уходят.

М а ш а. Вот ребята будут довольны! (Подходит к клетке.) Как ты думаешь, Тимофей?

С е н я (вбегает). Салют, Маша!

М а ш а. Привет, Сеня.

С е н я (прыгает). Видела, какая прыгучесть? Кросс и холодный душ дают прекрасные результаты! Советую и тебе!

М а ш а. Опоздаешь!

С е н я. Я?! Исключено! Знаешь, за сколько я теперь стометровку пробегаю?!

М а ш а. Сто раз говорил. Меньше болтай. Беги скорей!

С е н я. Внимание! На старт! Пошли! (Убегает.)

Входит  М и т я, не замечает Машу.

М а ш а. Митя, Митя!

М и т я. А я тебя искал…

М а ш а. Мимо бежит и не видит!

М и т я. Понимаешь, такое дело…

М а ш а. Понимаю! Я перед концертом тоже сама не своя.

М и т я. Ну, сравнила! Концерт и такой матч. Ребята до того волнуются.

М а ш а. А ты их успокой! Вы победите! Наверняка победите.

М и т я. Ты так уверена?

М аш а. Я знаю!

М и т я. Это кто же тебе сказал?

М а ш а. Один волшебник.

М и т я. Подбадриваешь?! Сами знаем, что можем выиграть только по волшебству, а все-таки верим и хотим, так хотим…

М а ш а. Вам победа обеспечена! Вот честное пионерское!

М и т я. Хороший ты парень, Маша, но слово давать не стоит. Боюсь, подведем мы тебя.

М а ш а. Зато он не подведет.

М и т я. Кто?

М а ш а. Я же сказала: добрый волшебник. Так передай ребятам!

М и т я. Засмеют они меня.

М а ш а. И напрасно! Слушай, если бы команда была уверена, ну, совсем-совсем уверена, что победит, легче было бы играть?

М и т я. Ну, конечно!

М а ш а. Так вот… Я тебе правду скажу… Этот волшебник — Леня!

М и т я. Какой? Михайлов?

М а ш а. Да!..

М и т я. Капитан?!

М а ш а. Да, да. Он обещал, что уговорит своих ребят проиграть…

М и т я. Зачем?

М а ш а. Ну, с воспитательной целью, чтобы сделать хорошее дело. Помочь вам!

М и т я. Не может быть! Неужели правда?

М а ш а. Правда! Правда. Он слово дал.

М и т я. Вот здорово! Дмитрий Сергеевич как бы доволен был. А ребята… Ну просто счастливы.

М а ш а. Все так и будет! Смотри, это подарок команде от Матвея Исаевича и Кати! А это Александра Ивановна сама пекла.

М и т я (читает). «Безнадежным — с надеждой». И выиграем, и оправдаем надежду.

М а ш а. Вот они обрадуются. Я пойду отнесу подарки в комнату. (Уходит.)

Входит  Д м и т р и й.

Д м и т р и й. Митя, одеваться! Я сейчас приду. Да, в общем, разговоров больше не будет! Вам ведь все ясно?

М и т я. Нам все ясно! Нам ясно!

Д м и т р и й. Игра будет трудная. Шансов мало! Но об этом не думать! Установка — победить! И все! И точка! А если…

М и т я. Никаких «если»! Только победа! Вот и подарки победителям!

Д м и т р и й. Ну, а если игра сложится неудачно для нас… не теряться, нос не вешать!

М и т я. Игра сложится в нашу пользу! Выигрыш нам обеспечен. Вы не волнуйтесь, Дмитрий Сергеевич!

Д м и т р и й. Я не волнуюсь!

М и т я. Я вижу! Мы победим, и вас примут в школу тренеров!

Д м и т р и й. Да, вот это меня очень волнует.

М и т я. Так я вам скажу, Леня, их капитан договорился со своими ребятами, чтобы мы выиграли.

Д м и т р и й. То есть как это?

М и т я. С воспитательной целью! Ну, для них матч не имеет особого значения, они нам и поддаются.

Д м и т р и й. Вот оно что! Так вы, значит, договорились?

М и т я. Это Леня сам предложил.

Д м и т р и й. Ну и ты согласился? И уже ребятам сказал?

М и т я. Не успел. Мне только Маша сказала, что мы победим…

Д м и т р и й. Вернее, они проиграют…

М и т я. Разве не все равно?

Д м и т р и й. Не совсем!.. Как ты думаешь?

М и т я. Конечно… Но зато победа…

Д м и т р и й. Ну, какая же это победа…

М и т я. Но ведь будут знать только они и наша команда.

Д м и т р и й. Вот в том-то и дело, что мы-то будем знать настоящую цену этой «победы»…

М и т я. Значит, вы считаете, что…

Д м и т р и й. Я хочу, чтобы сам решил. Конечно, победить хочется! И мне тоже… Но ведь это… Решай сам…

М и т я. Я сам должен…

Д м и т р и й. Не думай, что я хочу остаться в стороне. Вот напишу свое мнение и оставлю хотя бы здесь! (Пишет, кладет бумагу на клетку.) А ты поглядишь после того, как примешь решение. Я пойду. Обещал встретить Катю. (Идет, останавливается.) Как решишь, так и будет! (Уходит.)

М и т я. Ну, Тимофей, как поступить? Прочту, что он написал. Уши болят…

М а ш а (входит). А тебя ребята ждут!

М и т я. Маша, ведь это обман.

М а ш а. Что?

М и т я. Волшебство — обман! Значит, мы обманем всех! И самих себя!

М а ш а. Зачем я тебе сказала?

М и т я. Мы все равно сами бы увидали. И это было бы унизительно. Всей командой нас бы за уши тянули.

М а ш а. Что же теперь делать!

М и т я (видит в коридоре Леню). Леня! Ленька!

Л е н я (входит). Привет противнику!

М и т я. Леня, мне Маша сказала… Я не знаю… как тебе сказать.

Л е н я. А ничего и не надо говорить. Сказано — сделано.

М и т я. Не надо! Пусть без всяких волшебств!

Л е н я. Я хотел как лучше…

М и т я. А получилось плохо!

Л е н я. Значит, ты не хочешь?

М и т я. Нельзя! Играйте с нами по-настоящему.

Л е н я. Так ведь ты знаешь, что получится.

М и т я. Знаю… Ну что же? А мы еще больше разозлимся! Мяч ведь круглый, и еще неизвестно. И пусть победит сильнейший!

Л е н я. Ну что же! Пусть!

М и т я. По рукам!

Л е н я. По рукам! Маша, я не виноват! Бегу. (Уходит.)

М и т я (подходит к клетке. Берет записку, хочет развернуть). А вдруг… Маша, прочти, что там написано?

М а ш а (читает). «Пусть победит сильнейший. Вперед, безнадежные!»

М и т я. Дай! (Что-то пишет.) Положим обратно! (Кладет.) А теперь пошли, Маша! Не унывай! Бери подарки.

М а ш а. Пошли.

Уходят. Входят  Д м и т р и й  и  К а т я.

Д м и т р и й. А когда он сказал: «И вас в школу тренеров примут» — мне как-то даже не по себе стало. Заботится обо мне…

К а т я. А ведь тебе давно надо было ребятам сказать правду.

Д м и т р и й. Какую правду?

К а т я. А то, что ты про школу тренеров выдумал, чтобы к ребятам в доверие войти. Надо покаяться… Никакой, мол, школы тренеров.

Д м и т р и й. И я сам уж думал. Да боюсь, что опять вранье получится, — то ли я во вкус вошел? Наверное, в самом деле учиться пойду.

К а т я. Значит, есть все-таки педагогическая жилка?

Д м и т р и й. Видимо, безнадежных людей не бывает… Прочитал он записку? И что решил? (Открывает, читает.) «Безнадежные пошли в бой! И пусть победит сильнейший. Митя». Молодец парень.

К а т я. А они могут выиграть?

Д м и т р и й. Они уже многое выиграли. А матч проиграют — злее будут!

Музыка, крики зрителей.

Пошли, Катя!

К а т я. И пусть побеждают сильные!

Уходят. Вбегает  М а ш а, берет цветы.

М а ш а. Пусть безнадежные победят. Пусть они! Пусть победит команда безнадежных!..

З а н а в е с.

В ЭТУ НОЧЬ НИКТО НЕ УСНУЛ

Пьеса в двух действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч  Г р о м о в.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а  З в а н ц е в а.

Е в г е н и й  Ю р ь е в и ч  С о к о л о в.

А р и а д н а  С е р г е е в н а  К о н ш и н а.

П е т р  А л е к с е е в и ч  Ж и л и н.

Л е о н и д  Б о р и с о в и ч  А р к а д и н.

С а ш а.

Р о м а.

Н е и з в е с т н ы й.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Картина первая

Гостиная в усадьбе девятнадцатого века. Справа видна прихожая. На окнах и дверях темно-красные гардины.

Весенний предвечерний час. За окнами сильный дождь. Изредка доносятся далекие раскаты грома. За карточным столиком, зябко кутаясь в пуховый платок, раскладывает пасьянс  А р и а д н а  С е р г е е в н а.

А р и а д н а  С е р г е е в н а (задумалась). Где же дама червей? (Кладет карту.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (входит). Гадаем, Ариадна Сергеевна?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Отдыхаю за пасьянсом.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Зажечь свет?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я люблю сумерки.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Выходит?

А р и а д н а  С е р г е е в н а (смешивает карты). Вышел бы, если бы вы не сказали под руку. Карты этого боятся.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (добродушно). Извините… Впредь буду знать.

Бьют часы.

Как видно, в нашу тихую обитель сегодня уже никто не приедет. Оно и к лучшему. Что-то не по себе…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Нездоровы?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Осколок дает себя знать… Особенно в дождь…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Напрасно вы не верите в гомеопатию.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не помогает. (Пауза.) Пора бы Саше вернуться.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Как он доберется в такой ливень?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Может быть, ювелир его задержал?.. Монограмма не готова, и он ждет.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. А вы действительно думаете, что профессор Эриксон приедет?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Говорят об этом давно. Должны подтвердить телеграммой.

Далекий раскат грома.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Посылать в такую погоду мальчика…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Мальчик школу кончает… Через месяц-другой — самостоятельный человек.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. И вы отпустите его в Сибирь?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Конечно. Пусть встретится с жизнью лицом к лицу.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Не рано ли?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Самое время! Закалять характер надо смолоду.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Но Александр одаренный юноша. Он мог бы учиться.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Успеет… трудовой хлеб — лучшая школа.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Возможно! А вы не замечаете, что последнее время он сам не свой?.. У него тревожно на душе.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не влюбился ли?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Вечно вы шутите.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. По правде говоря, не до шуток. Сам вижу. Чего греха таить: не хочется разлучаться. Поехал бы с ним: он бы домну строил, а я ребятишкам историю преподавал. Но осколок не пускает… Видно, придется доживать свой век в этой тихой обители. Ничего не поделаешь. Примирился…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Вы еще полюбите нашу работу. Вы же историк.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Гложет меня одна мысль… Боюсь, что Саша…

Звонок телефона.

(Берет трубку.) Музей-усадьба слушает. Директор… С почты? Телеграмма? А почему не можете доставить? Дорогу размыло?! Одну минуту! Ариадна Сергеевна, запишите, пожалуйста. (Диктует.)

Ариадна Сергеевна записывает.

«Лауреат премии мира профессор Бернард Эриксон прибудет пятнадцатого. Точка. Для торжественного вручения в дар профессору хранящейся у вас старинной рукописи выезжает представитель Министерства культуры. Точка. С профессором приедет его внучка мадам Берже. Точка». Все? Спасибо… И у нас льет. Вода поднимается? Так… До свидания. (Кладет трубку, перечитывает телеграмму.) Пятнадцатого… Значит, завтра?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Да… Да! Боже мой! У Бернарда Эриксона внучка замужем.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. А что же удивительного? Ведь он уже в летах.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я с ним была знакома. Неужели прошло… Да, да! Почти полвека. Господи, как я стара! Он меня не узнает.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да что вы, Ариадна Сергеевна! Как можно?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Посмотрите, Михаил Николаевич. (Снимает медальон.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (разглядывает). Тонкая работа…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Откройте…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Изумительная миниатюра! И какое прекрасное лицо! Кто это?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я!.. Теперь ваша очередь удивляться.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (смешался). Нет, нет… Я без очков…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ах, не очки этому виной. Мы с ним встретились здесь. Тогда я не предполагала, что стану старой хранительницей музея… (Подходит к роялю.) Мы играли в четыре руки… (Наигрывает.) Потом я пела… (Напевает.) «Вечерний звон, вечерний звон, как много дум наводит он…» Ах, как он танцует… Господи, что со мной!.. Смешно!.. Нахлынули воспоминания… (Глядит на медальон.) Я подарю его внучке Бернарда! Как вы думаете? Удобно?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Отчего же?..

Внезапно раздается стук в окно. Неясные голоса.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. В такую пору?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (подходит к дверям в прихожей). Кто там?

Р о м а (за дверью). Откройте, а то захлебнемся!

Михаил Николаевич открывает дверь. Входят  Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а, Е в г е н и й  Ю р ь е в и ч, С о к о л о в  и  Р о м а.

С о к о л о в. Мы экскурсанты!..

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Боже мой! В каком вы виде!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Самом бедственном…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Что случилось?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Автобус застрял в дороге. Пришлось добираться пешком. Ливень, грязь…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Подробности потом. Входите, пожалуйста.

Р о м а (Соколову). А вы предлагали ночевать в автобусе! Мы б там совсем замерзли!

С о к о л о в. Неизвестно, что хуже, — промокли насквозь!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Вам надо немедленно переодеться!

Р о м а. Во что?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Мы ведь налегке.

А р и а д н а  С е р г е е в н а (Михаилу Николаевичу). Нужно что-то придумать… Ведь они могут простудиться. Их надо быстрее напоить горячим чаем, а главное — переодеть.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Ума не приложу, что делать!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Не беспокойтесь, пожалуйста…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Да на вас лица нет! Пойдемте, товарищи, наверх. Найдем уж какой-нибудь выход!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Посмотрите, Ариадна Сергеевна, мою, Сашину одежду. Пожалуйста, возьмите все, что подойдет.

С о к о л о в. Видите, сколько хлопот мы доставили. Сидели бы в автобусе…

Р о м а. А может быть, так просохнем?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Не будем дискутировать!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Я растоплю камин.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Чай! Главное — горячий чай!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Поставлю самовар…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Прошу вас! Пойдемте.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Спасибо… Право, нам так неловко.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Вот по этой лестнице.

Уходят. Михаил Николаевич растапливает камин. Звонок. Он открывает дверь. С велосипедом входит  С а ш а.

С а ш а (снимает плащ). Я думал, вы спите. Добрый вечер, папа.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Здравствуй, Саша! А мы заждались. Почему так долго?

С а ш а. Дорога — ужас! Не я на велосипеде, а он на мне ехал. Вода прибывает — речку нашу не узнать: бурлит, несет! Как бы мост не повредила.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Привез монограмму?

С а ш а. Да! Пришлось подождать. При мне кончили. Сделали точно по рисунку.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Как раз вовремя. Телеграмму получили — профессор приезжает завтра.

Входит  А р и а д н а  С е р г е е в н а.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Александр! Наконец-то! Как добрался?

С а ш а. Здрав и невредим!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. А что там происходит, Ариадна Сергеевна?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ты прозяб, наверно, Александр? Ступай переоденься!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Как там приезжие, Ариадна Сергеевна?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Михаил Николаевич, дело в том, что из ваших костюмов ничего нельзя было подобрать, а Сашины подавно не подходят. И пришлось… Возможно, вы будете недовольны… Но я дала им одежду из нашего запасного гардероба.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Экскурсантов одели в старинные костюмы?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Кроме того, что они экскурсанты, они еще и люди, которым грозит простуда! А эти костюмы не имеют музейного значения! Все равно их нужно списать. Мы не можем рисковать здоровьем людей! Я, конечно, беру всю ответственность на себя!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Ну уж, если придется отвечать, так вместе. А как они отнеслись к этому?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Сначала растерялись… А потом развеселились. Стали выбирать. Я настаивала, чтобы надевали костюмы одной эпохи, иначе нарушится стиль, а они спорят, упрашивают дать то, что им к лицу. Но это не принципиально… Вообразите картину…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. К чему же пришли?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Настояла на своем.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Надо их чаем напоить.

С а ш а. Ничего не понимаю… У нас гости?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Пойдем, Саша, помоги мне — все объясню.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я пока здесь приготовлю…

Михаил Николаевич и Саша уходят. Ариадна Сергеевна накрывает стол. Звонок телефона.

Слушаю! Громче, пожалуйста! Кого? Музей-усадьба девятнадцатого века. Помощник заведующего Коншина… Ариадна Сергеевна! Откуда? Какой комитет? Не понимаю!.. Кого? Разборчивей, товарищ! Анисимова? Какая Анисимова? Его? Вы, наверно, не туда попали!.. У нас нет… Должен приехать?.. В каком костюме? Ничего не понимаю… Трещит в трубке. Подождите, гражданин, я позову директора… одну минуту. (Кладет трубку на стол, уходит.)

Приоткрывается наружная дверь, входит  ч е л о в е к, оглядывается. Останавливается в тени. А р и а д н а  С е р г е е в н а  возвращается с  М и х а и л о м  Н и к о л а е в и ч е м.

Я просила подождать…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (берет трубку). Я слушаю! Громов, Михаил Николаевич! Слушаю… Алло! Разряды мешают! В чем дело? Алло!

Сверкает молния. Удар грома. Гаснет свет.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Что такое?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Линию повредило. Зажгите, пожалуйста, свечи!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Сейчас… (Зажигает свечи.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Алло! Алло! Теперь безнадежно! Телефонная связь нарушена! (Кладет трубку.) Что же вы успели услышать?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Почти ничего.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. А откуда говорили?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Из комиссии, что ли. Анисимова вызывали.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Но ведь у нас нет такого.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я так и сказала. Потом начался треск… Батюшки! Они же там наверху, в темноте! Я сейчас вернусь. (Берет свечу, уходит.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (снова поднимает трубку). Не работает. (Кладет трубку.)

А р к а д и н (в прихожей). Простите…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Кто там?!

А р к а д и н. Извините… Дверь была открыта… Примите путника, терпящего бедствие… Неудачно закончил прогулку. «Москвич» мой в кювете, и я совсем пал духом… Еле добрался… Аркадин, Леонид Борисович. Путешествую, осматриваю памятники архитектуры.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Громов, Михаил Николаевич…

А р к а д и н. Очень приятно познакомиться… Продрог… Сухой нитки на мне нет…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. И вас надо переодеть?! Идите по этой лестнице. Получите костюм!

А р к а д и н. Благодарю вас! (Уходит.)

Михаил Николаевич запирает дверь.

С а ш а (входит). Самовар скоро поспеет. А погода разыгралась не на шутку…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да… Еще одного к нам загнала.

А р и а д н а  С е р г е е в н а (входит). У меня все улажено. Скоро будут готовы. И тот, кто пришел последним, тоже.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Расскажите подробно, Ариадна Сергеевна, телефонный разговор…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я все рассказала. Могу повторить. Звали к телефону Анисимова… Как будто он должен приехать.

Раздается стук в дверь.

Бог мой! Что это сегодня?

С а ш а (открывает дверь). Пожалуйста…

Входит  П е т р  А л е к с е е в и ч  Ж и л и н. Он в охотничьих сапогах. За плечами — двустволка.

Ж и л и н. Здравствуйте, товарищи!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Добрый вечер!

Ж и л и н. Незваный гость, говорят, хуже татарина… А ничего не поделаешь.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ваша фамилия не Анисимов?

Ж и л и н. Нет! Жилин… Петр Алексеевич… Сам я из Перми. А здесь отпуск провожу у друга, в деревне Андрееве. С утра на охоту. Не заметил, как ночь наступила. Темно. Ливень. Грязь… Пришел на огонек. Думаю, перебуду до утра — домой не добраться. Позволите?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Конечно!

Ж и л и н. Только я, извините, не Анисимов. Будем знакомы… Петр Алексеевич Жилин.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Очень приятно… Громов, Михаил Николаевич.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Это к телефону из какой-то комиссии звали Анисимова, и я решила…

Жилин снимает плащ.

Вам переодеться не нужно?

Ж и л и н. Зачем?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да тут к нам промокшие приехали. Мы их переодели.

Ж и л и н. Нет… я в своем… Умыться, если можно. Перемазался.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Пожалуйста. Идемте, я вас провожу.

Михаил Николаевич и Жилин уходят.

С а ш а. Ариадна Сергеевна, почту приносили?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Днем…

С а ш а. А мне письма не было?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Не знаю, Михаил Николаевич принимал.

С а ш а (обеспокоенно). Папа почту получал?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Самовар не убежит?

С а ш а. Посмотрю. (Уходит.)

Появляется  А р к а д и н. Он в расшитом золотом костюме, прикладывает к глазам воображаемый лорнет, становится в позицию и церемонно раскланивается с Ариадной Сергеевной.

А р к а д и н. Милостивая государыня, позвольте представиться.

Ариадна Сергеевна наклоняет голову.

Аркадин, Леонид Борисович!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Очень приятно.

Леонид Борисович ловко пересекает гостиную и застывает в низком поклоне.

А р к а д и н. Счастлив возможностью лично засвидетельствовать свое нижайшее почтение…

Ариадна Сергеевна протягивает руку. Леонид Борисович целует.

А р и а д н а  С е р г е е в н а (улыбаясь). Откуда вы, батюшка, этикет знаете?

А р к а д и н. Из книг, любезная Ариадна Сергеевна! Читал. (Оглядывается.) Какая прелесть! Аромат старины… Приятно жить в такой обстановке.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Здесь мы обычно принимаем экскурсантов. А по вечерам это наша гостиная. Музейные комнаты там. (Показывает на резную лестницу, ведущую из гостиной наверх.)

А р к а д и н (подходит к лестнице). Воображаю, кто поднимался по этим ступенькам. Кого видели эти стены?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Да, хотя это далеко от Москвы, здесь бывали великие русские люди! Поэты, композиторы, художники! Завтра вы сможете подробно ознакомиться с музеем.

А р к а д и н. Почту за честь!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. А сейчас будем пить чай! Будьте любезны, пригласите всех…

А р к а д и н. Сию минуту… (Уходит.)

С а ш а (вносит самовар). Поспел! Устали, наверно, с этой кутерьмой!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ничего! Среди этих экскурсантов есть обаятельные люди…

Входит  Л е о н и д  Б о р и с о в и ч.

Легок на помине.

А р к а д и н. Пожалуйста, товарищи!

Входят  Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а — она в старинном белом платье и с высокой прической, Р о м а  — в костюме гусара, С о к о л о в  — в темном сюртуке.

Ариадна Сергеевна, наша дорогая хозяйка! Позвольте представить вам…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (подходит). Званцева, Наталия Николаевна.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Очень приятно.

Появляются  П е т р  А л е к с е е в и ч  и  М и х а и л  Н и к о л а е в и ч.

С о к о л о в. Соколов, Евгений Юрьевич.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Рада… (Жилину.) С вами мы уже знакомы! Да! Товарищи, среди вас нет гражданина Анисимова?

Пауза.

Р о м а. Нет! Я Рома.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Прошу к столу!

Рассаживаются.

А р к а д и н (подходит к Наталии Николаевне, стоящей в стороне). Извините, не расслышал… Ваша фамилия?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Званцева.

А р к а д и н. Ах, Званцева…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Да…

А р к а д и н. Вы уронили… (Протягивает записку.)

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Разве?

А р к а д и н. Да, да! Пожалуйста. (Отдает записку.)

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Благодарю вас.

А р к а д и н. Сделайте одолжение, Наталия Николаевна. (Подходит к столу.) Ужин при свечах! Как романтично! За окнами ливень, темень, грязь! Прекрасно!

Ж и л и н. А что здесь хорошего?

А р к а д и н. Чем хуже там другим, тем приятней здесь, в уютной комнате, среди милых людей! Человек по своей природе эгоистичен.

Ж и л и н. А мне дождь чуть беды не наделал. (Рассматривает бумаги.) Хорошо, паспорт в обложке. А билеты лотерейные придется сушить. Иначе моя «Волга» может уплыть.

С о к о л о в. Надеетесь выиграть?

Ж и л и н. Обязательно. (Раскладывает билеты на камине.)

А р к а д и н. И непременно машину?

Ж и л и н. Швейную — на эти. А вот заветный — жена на счастье подарила — тут точно «Волга»!

А р к а д и н. «Блажен, кто верует, тепло ему на свете».

Ж и л и н. А я и к холоду привык. Пермяк…

А р к а д и н. Только без анкетных сведений! Пусть в этот необычный вечер мы останемся знакомыми незнакомцами! Свел нас случай…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Почему? Я, например, не случайно, а по делу, как переводчица и гид профессора Эриксона, который завтра приезжает сюда.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Удачно! Посоветуемся, посмотрите, как мы подарок оформили.

С о к о л о в. Простите, речь о рукописи, которую собираются преподнести?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да! А вы знаете?

С о к о л о в. Конечно! Еще до приезда профессора в Советский Союз и у нас и за границей подробно писали об этом. Вообще его поездке придается огромное значение. Крупнейший ученый с мировой известностью.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Большой и смелой души человек! Приятно, если рукопись будет ему полезна.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Он очень обрадуется такому подарку.

А р к а д и н. А нельзя ли взглянуть на рукопись?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Она в библиотеке. Завтра, перед вручением, — пожалуйста.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Профессор с внучкой приедет?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Да… Мадам Берже. Очень милая.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я хотела преподнести ей… небольшой сувенир… Не знаю, удобно ли?… Вот, поглядите. (Вынимает из футляра медальон.)

С о к о л о в. Какая прелесть! Работа конца восемнадцатого века?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Да… Он в нашей семье переходит по наследству.

Все рассматривают медальон.

А вы примерьте, Наталия Николаевна.

А р к а д и н. Да! Пусть он засверкает во всей красе!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Пожалуйста, Наталия Николаевна!

Наталия Николаевна надевает медальон.

А р к а д и н. Прелестно! Любая женщина будет без ума от такого подарка.

С о к о л о в. Жаль, если дождь помешает им приехать.

А р к а д и н. А какой прогноз погоды?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (глянул на часы). Эх, как раз время! А току нет!

А р к а д и н. У меня с собой дорожный приемник. Сейчас узнаем, что день грядущий нам готовит. (Уходит в прихожую.)

Р о м а. А скоро будет так! Электронная машина принимает заявки, учитывает все требования, передает заказ в космос на фабрику погоды, и порядок в небе обеспечен.

С о к о л о в. Будет, но еще не скоро!

Аркадин включает приемник.

Р а д и о. Продолжительный ливень, вызвавший подъем воды, создал угрозу плотине. Мост через реку Быстрянку разрушен. Слушайте наши дальнейшие сообщения.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Мост, который мы переезжали?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да.

А р к а д и н. Значит, отрезаны?!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. К утру восстановят.

А р к а д и н. А до рассвета не так уж много. Хозяева, наверно, устали, да и нам отдохнуть не мешает.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ну что ж, будем вас устраивать… Пойдемте…

Все поднимаются.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (растерянно). А где же медальон? Я его оставила на столе… (Ищет.) Нету…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Наверно, уронили.

Ищут на полу.

С а ш а. Не видно!

А р к а д и н. Если это шутка, то дурного тона.

Ж и л и н. Да кто станет шутить такими вещами!

Р о м а. Нигде нет!

А р к а д и н. Это бросает тень на всех!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Быть может, я его спрятала в футляр и по рассеянности забыла. (Смотрит.) К сожалению…

Р о м а. Товарищи! Я предлагаю… Мы были здесь, а медальон исчез? Сам-то он не ушел! Я считаю так, обыскать всех! Начинайте с меня.

А р к а д и н. Процедура несколько… Но я готов подвергнуться…

Ж и л и н. Никто возражать не будет!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Я возражаю! Никаких обысков! Чепуха! Медальон куда-нибудь завалился.! Сейчас темно… Завтра утром отыщется. Выдумают… обыск!

А р к а д и н. Но мы настаиваем!

Ж и л и н. И ничего зазорного не находим…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (перебивает). А мы находим. И больше по этому поводу, извините, разговора не будет!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Безусловно! Наталия Николаевна, прошу ко мне. Михаил Николаевич, Саша, устройте мужчин. (Уходит.)

А р к а д и н. Неудобно как получилось!

С о к о л о в. Обойдется. Закатился куда-нибудь.

Ж и л и н. Может, мебель поднять? Силенки хватит.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Я жду.

С о к о л о в. Простите…

Идут. Наталия Николаевна снова возвращается к столу. Ищет.

С а ш а (подходит). Не огорчайтесь, Наталия Николаевна… Завтра найдем.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Такая неприятность…

С а ш а. Ариадна Сергеевна ждет. Идите отдыхать. И спите спокойно. Я отыщу обязательно.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Какой вы добрый…

Саша уходит. Наталия Николаевна идет к лестнице. Ей преграждает путь Аркадин.

А р к а д и н. Вы прочли мою записку?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Опять следите за мной…

А р к а д и н. Я спрашиваю…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Не успела…

А р к а д и н. Напрасно. Все равно вам не удастся…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Что?

А р к а д и н. Я догадываюсь…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. О чем?.. Боже, как я устала!

А р к а д и н. Хорошо, поговорим потом.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Я совсем устала. Отпустите меня! Дайте мне забыть!

А р к а д и н. При одном условии! Скажите, зачем вы приехали?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Вы слышали!

А р к а д и н. А почему раньше на день?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Меня послали подготовить.

А р к а д и н. Неправда! С кем вы должны здесь встретиться?! Скажите.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Ни с кем.

А р к а д и н. Ложь! Вы условились. Я все равно узнаю…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Тише! Сюда идут…

По лестнице спускается  Ж и л и н.

А р к а д и н. Вот ваша сумочка, Наталия Николаевна. Доброй ночи!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Спокойной ночи! (Уходит.)

А р к а д и н. Не спите, пермяк?

Ж и л и н. Петр Алексеевич… Это мое имя-отчество… А вас?

А р к а д и н. Я уж говорил: Аркадин, Леонид Борисович…

Ж и л и н. Не сплю, товарищ Аркадин! (Подходит к камину, разглядывает билеты.)

А р к а д и н. О билетах волнуетесь?

Ж и л и н. Беспокоюсь…

А р к а д и н. Не стоит… Целы будут. (Идет.)

Ж и л и н (ему вслед). А все-таки беспокоюсь.

Аркадин уходит.

(Задумчиво.) Очень беспокоюсь. Зачем переоделись?

З а н а в е с.

Картина вторая

Та же обстановка.  Ж и л и н  кончает собирать билеты.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (входит). А вы спать не собираетесь?

Ж и л и н. Не тянет…

Отдаленный раскат грома.

Погода, что ли, действует?..

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не обращайте внимания. Ваши товарищи уже располагаются.

Ж и л и н. Все?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да! Устали…

Ж и л и н. И мне отдохнуть не мешает.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Пойдемте, провожу.

Уходят. Несколько мгновений сцена пуста. Бьют часы. Входит  Р о м а. Осматривает комнату. Подходит к этажерке с книгами.

А р и а д н а  С е р г е е в н а (входит). Кто это?

Р о м а (вздрогнув от неожиданности). Я… Рома!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Что вы ищете? Как вас по-настоящему величать? Роман.

Р о м а. Ромуальд… Степанович Булкин.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Итак, Ромуальд Степанович.

Р о м а (перебивает). А вы зовите меня просто Рома. Замучился я с этим Ромуальдом. Мать придумала, все покрасивей имя выбирала. А мне каково?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ну, это не так страшно, Ромуальд Степанович.

Р о м а. Конечно, но только зовите меня Рома.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Хорошо!

Р о м а. Хотел книжечку поискать.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Какую?

Р о м а. Старинную. Может, найдется такая? Чтобы кушанья были описаны.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Что должно быть описано?

Р о м а. Как еду готовили, как подавали…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Поваренную книгу?

Р о м а. Нет. Поваренные я знаю. Старинную ищу. Я, признаться, из-за этого и приехал.

А р и а д н а  С е р г е е в н а (удивленно). Сюда по кулинарным делам?

Р о м а. А я повар! Шеф-повар ресторана первого разряда. Ну, раньше у нас кулинария в загоне была, потому что план выполняли за счет спиртных напитков. Понятно?

А р и а д н а  С е р г е е в н а (неуверенно). Понимаю, конечно.

Р о м а. А теперь не то! И захватила меня мечта: соединить передовую кулинарию и давний опыт. Умели ж готовить у нас в старину!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. О! Были гурманы, которые проедали огромные состояния! Их дома шутя называли «поварскими собраниями». В таком доме повар был главной фигурой. Артист своего дела.

Р о м а. У моего учителя любимая поговорка была: «Я Шаляпина кормил», а мне пока похвастаться нечем.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ничего… когда-нибудь скажут: нас сам Ромуальд Булкин кормил!

Р о м а. Мечта! Далеко до этого!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Придется вам помочь! Посмотрим. У нас ведь богатая библиотека.

Р о м а. А где же она?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. На втором этаже. Вы мимо проходите…

Р о м а. Большие дубовые двери?..

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Резные. Изумительная работа крепостного мастера.

Р о м а. Сейчас поищем?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Нет, придется подождать до утра.

Р о м а. Спасибо! Потерпим!.. Извините. Спокойной ночи… А вы о медальоне не волнуйтесь! Из-под земли выкопаем!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я не беспокоюсь.

Рома уходит.

Повар-мечтатель! Не странно ли?

С а ш а (входит). Ариадна Сергеевна, не знаете, куда отец письма положил?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Не знаю! Александр, тебе надо выпить чаю с малиной.

С а ш а. Зачем?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Александр, ты захворал!

С а ш а. Почему вы решили, Ариадна Сергеевна?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. У тебя лихорадочно блестят глаза. И в то же время ты бледен.

С а ш а. Я совсем здоров.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Значит, чем-то встревожен!

С а ш а. Нет, нет! Может быть, в самом деле простудился… горло… Или, скорей, насморк…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я тебе дам гомеопатическое средство. Если принимать точно и регулярно, как рукой снимет.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (входит). Саша, я хочу посмотреть монограмму.

С а ш а (достает из кармана небольшую коробочку). Вот она.

Все разглядывают монограмму.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. С большим вкусом!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Красивая!

С а ш а. Интересно, как она будет выглядеть на папке…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Можно посмотреть…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Сходи, пожалуйста, в библиотеку, Александр, и принеси папку с рукописью. (Дает ему ключ.)

С а ш а. Хорошо. (Уходит.)

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я поняла, что происходит с Александром.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Что же?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. У него просто насморк. Он простужен…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Был бы очень рад, если бы это было причиной…

Пауза.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Мне так дорог был медальон!..

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Я уверен, что отыщется…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я тоже… Но пока пропал… Дурная примета…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не стоит придавать значения.

Входит  С а ш а и кладет на стол кожаную папку.

(Примеряет монограмму.) По-моему, неплохо.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Да, да… Вы простите, я пойду к себе… (Уходит.)

С а ш а. Волнуется… Но как владеет собой… Позавидуешь.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Воспитание…

С а ш а. Папа, мне письма не было?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Нет.

С а ш а. Ты хорошо помнишь?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Конечно. А ты от кого ждешь?!

Саша молчит.

Секрет?

С а ш а. Тайна.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Вот как!

С а ш а. Что же тут удивительного?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. А зачем таиться? Раньше этого не бывало.

С а ш а. А ты ничего не скрываешь от меня?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Я?!

С а ш а. Да, ты, папа!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. В общем, нет…

С а ш а. Так… Ну что же, а я хочу сохранить свой секрет.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (стараясь перевести в шутку). Твое дело. Ты уж большой!

С а ш а. Да, папа, я уже взрослый и знаю, что нет ничего тайного, что бы не стало явным!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Значит, и тебе придется когда-нибудь открыть секрет.

С а ш а. Это придется сделать всем… рано или поздно.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. А сейчас как раз поздно.

С а ш а. Ты Думаешь?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (уклончиво). Час поздний, пора ложиться.

С а ш а. Я посижу. Попробую прикрепить монограмму. А ты отдохни, папа…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да… Я пойду, Саша. (Сидит.)

Пауза.

С а ш а. Папа, какая красивая Наталия Николаевна!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да, очень…

С а ш а. Я не думал, что бывают такие красавицы… Красивая и… несчастная.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Из чего ты это заключаешь?

С а ш а. Чувствую. Вижу… особенно когда смеется — губы улыбаются, а глаза неподвижные.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Ты, Сашок, психолог… Я и не заметил.

С а ш а. Она нарочно старается спрятать, а взгляд выдает… (Смотрит на отца.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (притворно зевает). Пора на боковую… И тебе тоже.

С а ш а. Я скоро…

Михаил Николаевич уходит. Саша задумался. Подходит к небольшому письменному столу. Достает лист бумаги. Рисует. Неслышно входит  Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Ищет у стола. Саша замечает ее.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (испуганно). Кто здесь?

С а ш а. Не пугайтесь…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (облегченно). Саша…

С а ш а. Я знал, что вы придете.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Меня мучает пропавший медальон.

С а ш а. Потерпите до утра… Я ведь обещал!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. А если не отыщется? Я последняя держала его в руках. Могут подумать… Какой ужас!

С а ш а (горячо). Что вы! Кому придет в голову такая нелепость?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Меня здесь никто не знает…

С а ш а. Разве, чтобы поверить человеку, надо с ним пуд соли съесть?! Можно поговорить, посмотреть в глаза и понять самое главное!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. А что же вы считаете таким?

С а ш а. Честность!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Вы думаете, что надо судить по первому впечатлению? Ведь можно слукавить, притвориться!

С а ш а. Зачем у нас человеку лицемерить, обманывать? А если он так поступает, значит, это хитрый, негодный тип, которого надо уничтожить!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Как вы еще молоды! Но это хорошо. А вы рисуете? Можно посмотреть?

С а ш а (смущенно). Можно…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (смотрит). Что-то знакомое… Ведь это же я!

С а ш а. Да…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Подарите мне?

С а ш а. Я плохо рисую… И не кончил…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Мне нравится…

С а ш а. Возьмите… пожалуйста.

Наталия Николаевна кладет в сумку рисунок, в это время входит  А р к а д и н.

А р к а д и н. Простите, не помешал? У вас тоже бессонница? Будем коротать ночь вместе!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Нет, я бессонницей не страдаю. Спокойной ночи! (Уходит.)

А р к а д и н. А где, молодой человек, библиотека?

С а ш а. Наверху. Вот по этой лестнице. (Показывает на винтовую лестницу.)

А р к а д и н (направляется к ней). Почитать на сон грядущий…

С а ш а. Она заперта…

А р к а д и н. Ясно… и запечатана?

С а ш а. Просто на замке.

А р к а д и н. Прелестно. (Достает фляжку, складные стаканчики, наливает себе и Саше.)

Не рассуждай, не хлопочи!..

Безумство ищет, глупость судит;

Дневные раны сном лечи,

А завтра быть чему, то будет.

Вот за это и выпьем… прошу! (Пьет.)

Живя, умей все пережить:

Печаль, и радость, и тревогу!

Чего желать? О чем тужить?

День пережит — и слава богу!

Именно так… (Пьет. Замечает, что Сашин стакан не тронут.) А что же вы? Немного разрешается.

С а ш а. Я не хочу.

А р к а д и н. Должно быть, стихи не понравились? Полагаете, переводные, упадочные?..

С а ш а. Это стихи Тютчева… и мне они нравятся…

А р к а д и н. А что вам не нравится? Я?!

С а ш а. Да! Извините…

А р к а д и н. Жаль, очень жаль…

С а ш а. Я пойду. (Забирает папку, уходит.)

А р к а д и н. Жаль! (Выплескивает вино в камин. Грустно.) А впрочем, успею узнать… (Ходит по комнате. Включает приемник, слышна музыка. Крутит ручки настройки.)

Иностранная речь, снова музыка, сигналы азбуки Морзе. Монотонный голос громко передает: «Возможная ошибка в защите Каро — Канн».

Аркадин приглушает звук, садится у приемника, записывает.

Г о л о с. e2—e4; c7—c5; d2—d4; d7—d5; конь b1—c9 бьет e4; конь c3 бьет e4; конь e4 — мат; как опровергнуть коварную ловушку противника?

Несколько раньше появляется  Ж и л и н, наблюдает за ним, прислушивается и тоже записывает. Голос замолкает. Аркадин подходит к шахматному столику, поглядывая на запись, расставляет фигуры. Раздумывая, смотрит. Неожиданно замечает Жилина.

А р к а д и н. Еще один полуночник. Снова за билетами?

Ж и л и н (растерянно). Нет… Показалось, будто телефон звонит.

А р к а д и н. Телефон давно выключен!

Ж и л и н. В шахматы собрались играть? (Подходит.)

А р к а д и н (небрежно смешивает фигуры). Пытался решить любопытную задачу. Впрочем, партию могу сыграть…

Ж и л и н. Я не умею. Даже фигур не знаю…

А р к а д и н. Тогда играть не будем.

Ж и л и н. Так я пойду.

А р к а д и н. Не смею задерживать!

Ж и л и н (идет, останавливается). Значит, не звонил телефон?

А р к а д и н. Он не мог звонить. Ясно? Не работает! Понятно?

Ж и л и н. Да. (Уходит.)

А р к а д и н. Неужели у них в Перми все такие сообразительные?

Ночную тьму разрывает необычайно яркая молния. Сильный удар грома. Звенят стекла.

Где-то рядом ударило…

Снова сверкает молния. Оглушительно грохочет гром.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (вбегает). Здесь окна целы?!

А р к а д и н. Как будто!

Внезапно за окном вспыхивает зарево.

С а ш а (вбегает). Молния в дерево попала!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Горит в липовой аллее! Я пойду! (Уходит.)

Саша бежит за ним.

Ж и л и н (входит). Что случилось? Куда они?

А р к а д и н. Дерево загорелось!

Жилин бросается за ними. Яркие всполохи молнии. На стенах, отражаясь в зеркале, бегут красные блики огня. Входят  Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а  и  А р и а д н а  С е р г е е в н а.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. У нас разбило стекло. Пожар?!

А р к а д и н. Это в саду.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Что происходит в природе?!

А р к а д и н. Огонь, воздух, вода, земля — все четыре стихии возмущены.

Удар грома.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Никакие нервы не выдержат…

С топором в руках вбегает  Р о м а.

Мой бог! Что это?!

Р о м а. Рубить надо! (Бежит.)

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Что он задумал? Остановите его!

Рома убегает в сад.

А р к а д и н. Хочет срубить горящее дерево! В общем, все как один на борьбу с огнем!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Положим, не все!

Входит  С о к о л о в.

А р к а д и н. Но в моем возрасте подобные эскапады противопоказаны.

С о к о л о в. Только расположился, и вдруг шум! Что произошло?

А р к а д и н. А вы не заметили такого пустяка, как пожар. О мужи науки!

Зарево гаснет.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Потушили!..

Слышны голоса.

Возвращаются.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (в дверях). Осторожней! Голову поддерживайте!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. С кем-то несчастье! (Бросается к двери.)

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Александр!!!

П е т р  А л е к с е е в и ч, Р о м а  и  С а ш а  вносят на руках  ч е л о в е к а.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Положите на диван.

А р к а д и н. Кто это?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не знаем…

Р о м а. Петр Алексеевич увидел его на земле, у калитки в саду… (Укладывает неизвестного на диван.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Он без сознания!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Что же делать?

Р о м а. Я умею оказывать первую помощь.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (подходит к дивану, глядит на лежащего. В ужасе закрывает лицо руками). Ах!!

А р к а д и н. Что с вами?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Он весь в крови…

А р к а д и н. Не надо смотреть… Идемте, я вас провожу. (Уводит Наталию Николаевну.)

Р о м а. Его надо перевязать…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. У меня в аптечке есть все необходимое…

Р о м а. Я возьму… (Уходят.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Надо его перенести наверх, уложить… Саша, приготовь там, тебе Петр Алексеевич поможет…

С а ш а. Сейчас. (Уходит вместе с Петром Алексеевичем.)

Неизвестный застонал.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (Евгению Юрьевичу). Принесите воды! Там, направо…

С о к о л о в. Я разыщу… (Берет свечу, уходит.)

Неизвестный порывисто приподнялся.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Тише! Успокойтесь.

Н е и з в е с т н ы й (открыл глаза). Где я?..

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Лежите, лежите! Это музей-усадьба.

Н е и з в е с т н ы й. Что? Плохо понимаю… повторите.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Вы в музее-усадьбе… Сейчас.

Н е и з в е с т н ы й. Понял. Добрался… таки. (Застонал.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Молчите… Вам нельзя говорить…

Н е и з в е с т н ы й. Нужно сказать! Вы… кто? Лицо… Покажите лицо… Вы… кто?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Михаил Громов, директор.

Н е и з в е с т н ы й. Помню! Надо спешить… (Застонал.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Вам плохо? Где вас ранило?

Н е и з в е с т н ы й. Мост… камень… неважно… Преступление не… (Стонет.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Кто вас ранил?

Входит  С о к о л о в.

Н е и з в е с т н ы й. Надо идти… Не смогу… выполнить задание… Сообщите…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Что вы говорите?

Н е и з в е с т н ы й. Скорее… Не могу…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Кому грозит опасность?

Н е и з в е с т н ы й. Приезжает… (Снова теряет сознание.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Кто приезжает? Профессор?! Бредит!

С о к о л о в. Может быть… (Пауза.) А если не бредит?!

Входят  С а ш а, Р о м а  и  Ж и л и н.

С а ш а. Готово.

Ж и л и н. Не приходил в себя?

С о к о л о в (быстро). Нет! Все так же!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Перенесем! Только осторожней!

Михаил Николаевич, Рома уносят неизвестного. Соколов идет за ними.

Ж и л и н (тихо, Соколову). Минуточку! Позвольте вас потревожить…

С о к о л о в (останавливается). Сделайте одолжение!

Ж и л и н. Вы, если не ошибаюсь, в институте работаете?

С о к о л о в. Да.

Ж и л и н. Учите, значит, молодежь?

С о к о л о в. Вы для этого меня задержали?

Ж и л и н. Нет…

С о к о л о в. Так нельзя ли ясней?

Ж и л и н. Со временем прояснится. Преподаете? Скажите, если не секрет.

С о к о л о в. Отнюдь! В нашем институте студентов нет. Это научно-исследовательское учреждение.

Ж и л и н. А что исследуете?

С о к о л о в. Проблемы современной физики.

Ж и л и н. Насчет атома? Всякие расщепления, цепная реакция?

С о к о л о в. Возможно.

Ж и л и н. Я, конечно, не силен в этих вопросах.

С о к о л о в. Заметно.

Ж и л и н. Оно мне, признаться, ни к чему.

С о к о л о в. Тогда излагайте суть дела…

Ж и л и н. Слушайте! Заметили вы, что Аркадин…

С о к о л о в. Видный мужчина с радиоприемником?

Ж и л и н. Именно… И Наталия Николаевна…

С о к о л о в. Шатенка в белом платье?..

Ж и л и н. Да…

С о к о л о в. У меня очень хорошая зрительная память.

Ж и л и н. Такую увидишь — и с плохой не позабудешь… Ну, шутки в сторону! Дело серьезное. По всей видимости, они здесь впервые встретились!

С о к о л о в. Конечно.

Ж и л и н. А на самом деле они друг друга знают!

С о к о л о в. Из чего вы заключаете?

Ж и л и н. Из фактов! Записку он ей передал с хитрецой. Я случайно видел. Вы, говорит, обронили… А она ничего не теряла, а записку взяла. Ну, поскольку полагал, что это по амурной линии, думаю, дело не мое, однако, когда стал факты сопоставлять, спокойствие мое рукой сняло.

С о к о л о в. По какой причине?

Ж и л и н. Грозовая обстановка! Профессора ждут. Личность иностранная. Мадам переводчица, наверно, сама не раз бывала за границей. Этот хлюст!.. Всякие заграничные штуки у него… Непременно там был!

С о к о л о в. Ну и что же? И я, например, не раз ездил за границу.

Ж и л и н. Согласен! Это все неважно. А главная суть здесь! (Показывает лист бумаги.)

С о к о л о в. А что там? (Протягивает руку.)

Ж и л и н. Одну минуту. Не рассердитесь, если я попрошу.

С о к о л о в. Что?

Ж и л и н. Удостоверение не покажете? Вашей личности? Из института! Не обижайтесь…

С о к о л о в. Пожалуйста. (Дает удостоверение.)

Ж и л и н (смотрит). Все в порядке, я вам, конечно, доверяю, но маслом кашу не испортишь. (Возвращает удостоверение.) Теперь начистоту! Стал я следить за Аркадиным. И не обмануло меня подозрение. Крутил он приемник, пока не поймал передачу шахматной партии. Записал и расставил фигуры.

С о к о л о в. Наверно, шахматист-любитель.

Ж и л и н. Любитель в мутной воде рыбку ловит! Только над шахматами задумался, и я подошел. Он в лице изменился и быстро фигуры смешал. А когда узнал, что я в шахматы не играю, успокоился. Смекаете?

С о к о л о в. Пока нет.

Ж и л и н. Обхитрил я любителя. У меня второй разряд по шахматам. И передачу эту я не только слушал, а и записал. Вот это она! Глядите! (Показывает листок.)

С о к о л о в. Странная партия…

Ж и л и н. Хода какие?

С о к о л о в. Да! Бессмысленные!

Ж и л и н. А смысл здесь в другом!

С о к о л о в. В чем?

Ж и л и н. Шифр!

С о к о л о в. Выдумаете?

Ж и л и н. Ясно.

С о к о л о в. Что же делать?

Ж и л и н. В нем вся загвоздка! (Показывает на телефон.)

С о к о л о в. А при чем здесь телефон?

Ж и л и н. Господи! Работал бы, сейчас мы бы звякнули куда следует — и все! Без нас бы разобрались.

С о к о л о в. На телефон надежды пока нет.

Ж и л и н. И времени нельзя терять.

С о к о л о в. Значит, надо самим разобраться.

Ж и л и н. Для этого к вам и обратился.

С о к о л о в. А почему именно ко мне?

Ж и л и н. Неужто не ясно? Институт у вас серьезный, кого попало туда не берут, значит, человек вы проверенный. Согласны мне помочь?

С о к о л о в. С удовольствием. Но вряд ли я буду полезен: подозревать, следить — это не в моих данных.

Ж и л и н. От вас ничего особого не потребуется. Человек вы ученый, попробуйте разгадать шифр. (Отдает листок.)

С о к о л о в. Попытаюсь!

Ж и л и н. Ну, и за этой парочкой присматривайте… Если что подозрительное обнаружите, дайте мне знать.

С о к о л о в. Возможно, вы и правы… Медальон у нее из рук пропал.

Ж и л и н. Медальон для них мелочь… не позарятся. Строительство тут большое неподалеку. Вот и слетелись вороны. Кажется мне, что ждут они кого-то и тогда начнут действовать. Надо быть начеку!

С о к о л о в. Не преувеличиваете ли вы?

Ж и л и н. А вы заметили, как дамочка всполошилась, когда неизвестному человеку в лицо глянула?!

С о к о л о в. И Аркадин поспешил ее увести…

Ж и л и н. В том-то и дело… Вы идите над шифром подумайте, а я больного хочу поглядеть. Потом встретимся.

Уходят. По лестнице спускается  М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Его останавливает  А р и а д н а  С е р г е е в н а.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Как больной, Михаил Николаевич?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Рома перевязал по всем правилам. Стонать перестал. Как видно, стало легче.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Слава богу! Будем надеяться, что все обойдется благополучно… Михаил Николаевич, когда я перед сном по обыкновению стала заносить в свой дневник прошедший день, некоторые события предстали совершенно в другом свете: мы оба не правы — Александр, конечно, не влюблен, но он и не болен! Уж слишком старательно он пытался уверить меня в своей простуде! Боюсь, что недуг гораздо серьезней!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Я давно догадываюсь!.. Но что же?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Быть может, это неделикатно… Но судьба Александра мне очень дорога. Вы знаете, я одинока… И счастлива, что на склоне лет бог послал мне такую привязанность! Только поэтому я позволяю себе вмешиваться.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Поверьте, Ариадна Сергеевна, я очень ценю ваше участие.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Не догадался ли Александр? Он так тревожно ждал какого-то письма. Не мог ли он узнать?!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не думаю… Вернее, боюсь думать!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Вам надо рассказать ему то, что вы доверили мне.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не могу…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. А если это сделают чужие люди?! Неожиданно, грубо и больно!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Я сделаю все, чтобы этого не случилось!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Всего не предусмотришь! Его любовь и уважение к вам так крепки… ничто не сможет поколебать их!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Теряюсь… Сам понимаю, что происходит, а выхода не вижу.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Его душевная чистота, юношеская горячность помогут ему правильно оценить ваш поступок. И он вам будет благодарен.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Не знаю… Если бы Надя была жива! Она так умела говорить с мальчиком!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Мальчик уже стал взрослым. Подумайте над моими словами! Во всяком случае, они сказаны от чистого сердца.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Я не сомневаюсь!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Всегда самый лучший выход — правда!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Говорят, утро вечера мудреней.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Отдохните, подумайте.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Спасибо вам, Ариадна Сергеевна. (Целует руку. Быстро уходит.)

Ариадна Сергеевна глядит ему вслед. Поднимается по лестнице. Несколько мгновений сцена пуста. Затем появляется  А р к а д и н. Он ждет. Быстро входит  Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Они смотрят друг на друга.

А р к а д и н. Вы прочли мою записку?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Да! Но я пришла не потому, что испугалась ваших угроз.

А р к а д и н. Надеетесь, что за вас заступятся?! У вас есть защитник?

Наталия Николаевна молчит.

Зачем вы здесь?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Снова допрос! Я измучена.

А р к а д и н. Что вам передал мальчишка?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Господи! Он нарисовал меня! Вот, убедитесь. (Показывает.) Прошу… умоляю… Перестаньте следить за мной! Оставьте меня в покое!

А р к а д и н. Вы хорошо знаете, что это не в моих силах.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Чего вы хотите?

А р к а д и н. Прежде всего правды, и тогда я буду решать.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Свою судьбу?

А р к а д и н. И вашу тоже!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. У нас теперь разные дороги…

А р к а д и н. Дорога одна, и пройти ее суждено нам вместе! И если она приведет в пропасть, это будет ваша вина!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Снова угрозы! Поймите, что они только озлобляют!

А р к а д и н (грубо). А твое упрямство приводит меня в бешенство! Слушай, ты играешь с огнем. Или будет по-моему… или…

Ж и л и н (входит). Ну, теперь точно телефон звонил!

А р к а д и н (оторопело). Какой телефон!

Ж и л и н (спокойно). Вот этот!

А р к а д и н. Он испорчен! Понимаете?

Ж и л и н. Понимаю! А может, починили?

Полыхает молния. Раскат грома.

А р к а д и н. Вы не видите, что делается?

Ж и л и н. Теперь вижу!

А р к а д и н. Славу богу!

Ж и л и н. Сражаетесь?

А р к а д и н (растерянно). Почему? Беседуем.

Ж и л и н. А я полагал, партнера нашли.

А р к а д и н. Какого партнера?

Ж и л и н. Для шахмат…

А р к а д и н. Ах, вот вы о чем! Да, играем…

Ж и л и н. Какой результат?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Ничья.

А р к а д и н. Пока! Будет еще партия!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Надеюсь, не сейчас?

А р к а д и н. Найдем время.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. А пока доброй ночи! (Уходит.)

А р к а д и н (устало). И я пойду… прилягу… пора отдохнуть.

Ж и л и н. А я посижу…

А р к а д и н. Стерегите телефон. (Уходит.)

С лестницы спускается  С о к о л о в. Подходит к Жилину.

С о к о л о в. Ну и головоломку вы мне задали!

Ж и л и н. Не получается?

С о к о л о в. Версий много, но пока без результата.

Ж и л и н. Ну, этот орешек еще покрепче будет.

С о к о л о в. Какой?

Ж и л и н. Которого нашли.

С о к о л о в. Пришел в себя?

Ж и л и н. Нет. Его молнией оглушило. Видно, он вплавь сюда добирался: сильно побило о камни.

С о к о л о в. Удастся спасти?

Ж и л и н. Надо! Помрет — ничего не узнаем, а то бы своей рукой прикончил! Одной гадиной на свете меньше бы стало!

С о к о л о в. Что вы говорите? О неизвестном для вас человеке…

Ж и л и н. Неизвестном! Документов у него действительно нет… А что вы скажете, когда увидите, что я у него нашел?! (Вынимает из кармана револьвер.) В оружии разбираетесь?

С о к о л о в. Неважно…

Ж и л и н. Клеймо прочтите…

С о к о л о в. Позвольте поближе… Близорук… (Подносит револьвер к глазам.) Мэйд ин… иностранное?!

Ж и л и н. Его и ждали! Револьвер не наш и человек чужой!

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Картина третья

Та же обстановка. Е в г е н и й  Ю р ь е в и ч  в раздумье — у столика с шахматами. С лестницы спускается  Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Все еще без сознания!..

С о к о л о в (растерянно). Кто?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Человек, которого только что внесли. Неужели забыли?

С о к о л о в. Вспомнил…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Как можно!.. Такое несчастье!..

С о к о л о в. Думаю о другом.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. О чем?

С о к о л о в. О вас!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Вот не ожидала! Чему обязана?

С о к о л о в. Где-то я вас видел…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Ой! Как тривиально…

С о к о л о в. Что именно?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Ваш способ завязать разговор. Уж очень банальный прием… Извините.

С о к о л о в. Пожалуйста, сделайте одолжение. Но я вас действительно видел.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (небрежно). Возможно…

С о к о л о в. Безусловно! Меня не может обмануть моя блестящая зрительная память!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. О, вы не страдаете скромностью… Простите… (Идет.)

С о к о л о в (вспоминая). Веселый гомон детских голосов: ребята радостно встречают любимую учительницу… Какие счастливые глаза у молодой девушки!

Наталия Николаевна останавливается.

За столиком, в кафе, пожилой холеный мужчина настойчиво убеждает свою собеседницу. На ее лице ужас.

Наталия Николаевна подходит ближе.

Трудно узнать в ней ту самую, которая была так счастлива с детьми! Девушка в отчаянии. Но это она! (Пристально смотрит на Наталию Николаевну.) Я не ошибаюсь, Наталия Николаевна, это были вы?!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (порывисто). Я думала, что эта картина давно забыта. Неужели вы узнали меня?

С о к о л о в. Как видите? Вам это неприятно?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (перебивает). Я стараюсь забыть, а вы…

С о к о л о в. Не хотите вспоминать. Почему?

Появляется  А р к а д и н. Наталия Николаевна замечает его.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (перебивает). Я расскажу… А сейчас поговорим о другом… (Меняет тон.) Мне предстоит сопровождать профессора на атомный ледокол и еще куда-то, в том же роде, а я в этих вопросах ничего не смыслю.

С о к о л о в. Там специалисты объяснят.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Но мне, профану, трудно будет переводить… Не могли бы вы меня посвятить хотя бы в общих чертах…

С о к о л о в. С удовольствием! Я составлю список литературы, которая вам поможет…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Это, наверное, предельно скучно. Живой рассказ гораздо лучше.

С о к о л о в. Я не умею популярно излагать.

А р к а д и н. А такая небывалая для здешних мест гроза — не отзвук атомных и водородных взрывов?

С о к о л о в. Обывательское представление! Взрывы не меняют климата. Испытания ядерного оружия грозны другим. Взрывами атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки было убито сто тысяч и ранено двести тысяч человек. Бомба, сброшенная над Бикини, смертельно поразила зону в двадцать пять тысяч квадратных километров… Над Японией словно свирепствует чума! Пыль на дорогах, вода в домах, рыба в море, овощи на земле — все стало радиоактивным и медленно убивает людей. Виной этому опытные взрывы американских бомб.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Как академически спокойно говорите вы о таком ужасе!

С о к о л о в. Эти сухие цифры и факты сочатся кровью и не нуждаются в том, чтобы при их изложении рвали страсть в клочки.

А р к а д и н. А чем грозит человеку пребывание в радиоактивной зоне?

С о к о л о в. У пораженного лучевой болезнью наступает общее недомогание, изменяется состав крови, выпадают волосы, появляются язвы — наступает смерть.

А р к а д и н. А при посещении атомных учреждений нет угрозы подвергнуться излучению?

С о к о л о в. Это исключено: за безопасностью следит специальная аппаратура. Кроме того, у каждого есть индикатор, вот такой… (Показывает трубочку, похожую на авторучку.) Он указывает малейшее наличие радиоактивности.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Можно посмотреть?

С о к о л о в. Пожалуйста. (Дает.) Вот в это стеклышко.

Наталия Николаевна смотрит.

Видите нить? В нормальном положении она на нуле.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Вижу, но она отошла от нуля!

С о к о л о в. Простите! (Забирает индикатор, смотрит.) Вам показалось.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Ясно видела…

С о к о л о в. У страха глаза велики. (Прячет индикатор.)

Р о м а (входит). Перевязал по всем правилам. Если бы чуть позже нашли, кровью мог изойти. (Смотрит на диван.) Минуту здесь полежал, и то… (Показывает диванную подушку, на которой пятно крови.)

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Ему нужен врач. Кто возле него?

Р о м а. Петр Алексеевич. Товарищи! Смотрите!

Все подходят.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Медальон…

Р о м а. Он самый!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Как он сюда попал?

А р к а д и н. Какая разница! Важно, что он здесь!

Р о м а. Товарищи! Все сюда! Медальон отыскался!

Входят  М и х а и л  Н и к о л а е в и ч, С а ш а  и  П е т р  А л е к с е е в и ч.

Вот здесь, на диване. Видно, за обшивку зацепился.

Входит  А р и а д н а  С е р г е е в н а.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Ариадна Сергеевна, я так рада! Вот ваш медальон!

А р и а д н а  С е р г е е в н а (сдержанно). Спасибо!

Р о м а. Вы будто недовольны?!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Да! И очень! Товарищи, кто заходил в библиотеку?!

Пауза.

Я сейчас обнаружила, что дверь в библиотеку отперта. Кто это сделал?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Саша, может быть, ты забыл запереть, когда брал папку с рукописью?

С а ш а. Нет. Я запер. Хорошо помню.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. А где же папка?

С а ш а. У меня в комнате.

А р к а д и н. Опять что-нибудь пропало?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ничего, но порядок нарушен, и я бы хотела, чтобы виновник сознался. (Обводит всех испытующим взглядом.)

Р о м а. Честное слово, не я! Действительно, искал библиотеку, но не входил. Неловко как получилось.

А р к а д и н. Признавайтесь, кто нашалил, а то весь класс останется без обеда.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. К сожалению, это не шалость: в библиотеке хранятся уникальные вещи, и наше беспокойство вполне понятно.

С о к о л о в. Мы столько волнений причинили хозяевам! Во избежание всяких недоразумений я предлагаю разойтись по комнатам.

А р к а д и н. Разумное предложение.

Все, кроме Михаила Николаевича, Соколова и Ариадны Сергеевны, уходят. Ариадна Сергеевна тушит свет. Соколов подходит к ней.

С о к о л о в. Ариадна Сергеевна, у вас есть подвал?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Что?!

С о к о л о в. Погреб, подвал?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Есть…

С о к о л о в. Вы не проводите меня туда?!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. А зачем вам?..

С о к о л о в. Я увлекаюсь фотографией, и мне надо проявить пленку.

А р и а д н а  С е р г е е в н а (в сторону). Повар-мечтатель?! Ученый-фотограф?!

С о к о л о в. Что вы сказали?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Так… Мысли вслух!

С о к о л о в. У меня к вам просьба.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Слушаю.

С о к о л о в. Дайте до утра ваш медальон?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Собственно, зачем?

С о к о л о в. Допустим, я его хочу сфотографировать. А лучше поверьте без объяснений.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я вам верю. Пойдемте.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Ариадна Сергеевна, я провожу.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Пожалуйста, Михаил Николаевич. (Уходит.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (подходит к Соколову). Курите.

С о к о л о в. Спасибо…

Пауза. Смотрят на медальон, лежащий на столе.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Полагаю, что вы не собираетесь его фотографировать?

С о к о л о в. Нет… (Прикасается индикатором к медальону. Смотрит.) Так… Догадываетесь?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Честно говоря — нет!

С о к о л о в. Медальон радиоактивен. Необъяснимо!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Быть может, ваш аппарат ошибается?

С о к о л о в. Исключено. Индикатор точен.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Тогда что же… Непонятно…

Пауза.

С о к о л о в. Вы где воевали, Михаил Николаевич?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. На Белорусском, в танковых частях.

С о к о л о в. А я поначалу в разведке, а потом у партизан.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Вы думаете, что медальон пропал не случайно?

С о к о л о в. И нашелся тоже.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Значит, это дело рук человеческих…

С о к о л о в. Чьих?! Зачем?..

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. К сожалению, этого индикатор не укажет.

С о к о л о в. Придется самим. Проводите меня в подвал. Медальон нужно закопать. Обезвредить.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. А того, кто это сделал…

С о к о л о в. Будем искать…

Уходят. Комната погружена в темноту, лишь в камине пылает огонь; появляется  Ж и л и н. Он садится в кресло у камина. Через несколько мгновений со свечой входит  С а ш а, замечает сидящего и подходит к нему.

С а ш а. Вы звали меня?

Ж и л и н. Да.

С а ш а. Зачем?

Ж и л и н. Надо поговорить.

С а ш а. Слушаю.

Ж и л и н (тушит свечу). Хватит и этого… (Пошевелил поленья в камине, огонь разгорается еще ярче и освещает сидящих.)

С а ш а. Как таинственно.

Ж и л и н. А я и хочу рассказать тайну…

С а ш а. Она касается…

Ж и л и н. Вас!

С а ш а. Говорите скорей!

Ж и л и н. Придется начать издалека! Война… Советские войска вступили на немецкую землю. В разрушенном городе, среди бездомных людей, командир танкового взвода увидел совсем маленького, брошенного ребенка. Ему сказали, что его мать, русская, погибла во время бомбежки. Капитан пожалел мальчугана и отправил его на родину к жене. Они полюбили приемыша. И с тех пор мальчик рос, уверенный, что они ему родные мать и отец! Теперь можно назвать имена: капитана звали Михаил Громов, его жену — Надежда, а сына назвали…

С а ш а (перебывает). Александром!

Ж и л и н. Догадался?!

С а ш а. Нет, знал.

Ж и л и н. Откуда?

С а ш а. Недавно получил письмо без подписи. В нем было сказано, что я приемыш и напрасно считаю себя Громовым. И все. В конце приписка: жди подробного письма.

Ж и л и н. Отец знает об этом?

С а ш а. Нет! Сначала я не поверил! А потом начал думать: отец увез меня из города, где их хорошо знали. Значит, боялся, чтобы не проговорились… Раз случайно услышал разговор, тогда ничего не понял, но теперь, когда все вспоминаю, приходится верить. А отцу сказать не решаюсь! Все равно я люблю его, как родного! А что вы посоветуете? Дождаться второго письма?

Ж и л и н. Его не будет!

С а ш а. Почему? Откуда вы знаете?

Ж и л и н. Потому что первое прислал я! А сейчас решил прийти сам! Есть одно обстоятельство.

С а ш а. Какое?

Ж и л и н. Ваш отец жив!

С а ш а. Не понимаю!

Ж и л и н. Ваш кровный, родной, настоящий отец жив и ждет своего сына! Вот оно какой поворот.

С а ш а. Почему же он до сих пор молчал?

Ж и л и н. Сначала положение не позволяло, а когда начал разыскивать, уже было поздно, следы затерялись. И только недавно ему помогли…

С а ш а. Я так любил мать… Люблю отца!

Ж и л и н. Трудно! Понимаю… Хотя, в сущности, он вам чужой человек. А что будет, когда вас обнимет настоящий отец?! Заговорит, отзовется родная кровь!

С а ш а. Где же он? Кто? Вы знаете?

Ж и л и н… Сядем там!

Переходят.

От лишних ушей подальше. И свечу здесь можно зажечь. Да, знаю. А вы садитесь.

С а ш а (нетерпеливо). Ничего.

Ж и л и н. Нет, сядьте.

Саша садится.

Вот так! Ну, что же тянуть? Живет ваш отец в городе Франкфурте…

С а ш а. Где?

Ж и л и н. Франкфурт-на-Майне. Западная Германия.

С а ш а. Почему же он там? (Пауза.) Он работает в нашем посольстве? Или в командировке?

Ж и л и н. К сожалению, нет. Франкфурт — его родной город.

С а ш а. Родной?.. Значит, он… (Замолкает.)

Ж и л и н. Чистокровный немец. Как и его покойная жена, ваша мамаша!

С а ш а. Как все неожиданно! Я не могу поверить! Это неправда!

Ж и л и н. Хотя вашему отцу, Паулю Криденеру, пришлось спасаться бегством так быстро, что он бросил жену, сына и много лет ничего не знал о них, — есть доказательства! (Достает бумаги.) Письма, показания свидетелей, наконец, фотокарточки. Вот вы, а рядом папаша и мамаша. Узнаете?

С а ш а. Я видел себя таким на снимке, но я там был один!

Ж и л и н. Значения не имеет! Факты… Убедились?

С а ш а. Что же делать?

Ж и л и н. Скажем, съездите в туристскую поездку… Поглядите. Отец — богатый человек. Собственные дома, автомобили… Познакомитесь. И все может быть ваше!.. На месте и решите.

С а ш а. Незачем ездить! Я могу решить здесь!.. Сейчас!

Ж и л и н. Вот это по-мужски!

С а ш а. Чужая жизнь! Богатый человек! Я не хочу думать о нем! Пусть он живет там и не вмешивается в мою жизнь. Я отрекаюсь от него. Все останется, как было!

Ж и л и н. Детские рассуждения. Он будет добиваться. Приедет сюда.

С а ш а. Я не хочу его видеть. Я убегу!

Ж и л и н. Хотя приехать побоится. Могут повесить.

С а ш а. Повесить? За что?

Ж и л и н. Как военного преступника. Эсэсовца. Бывшего начальника лагеря смерти.

С а ш а. Гитлеровец?!

Ж и л и н. Не волнуйтесь! Об этом никто пока не знает. Как бы его заставить молчать?

С а ш а. Посоветуйте! Скажите…

Ж и л и н. У этих людей совести нет. Даром не согласятся. В общем, все зависит от вас.

С а ш а. А что же я могу?..

Ж и л и н. Надо подумать. Какую-нибудь мелочь: получите письмо, а потом его у вас возьмут. Пришлют посылочку, а вы ее передадите… И все. Конечно, ясно, никому ни слова. А он уж будет молчать.

С а ш а. Вы предлагаете такой ценой купить молчание?!

Ж и л и н (перебивает). Я ничего не предлагаю. Вы просили помочь — я ищу выход из тяжелого положения. А вы, видно, не понимаете, насколько оно серьезно. Узнают — придется поставить крест на будущем: учиться вам дальше не дадут, на работу не примут, приемный отец откажется. Что же остается? Без роду, без племени! А еще сошлют куда-нибудь… В Сибирь или подальше!

С а ш а. Вы же знаете, что у нас за это не ссылают! Почему вы так говорите?! Откуда у вас письма, документы?!

Ж и л и н. Хотел помочь, а он упирается! А мне зачем? Можем на этом и закончить. Разговор останется между нами, а потом посмотрим.

С а ш а. Я хочу сейчас узнать, кто вы?

Ж и л и н. Охотник! Вон и двустволка моя!

С а ш а. А за кем охотитесь?!

Ж и л и н. За чем придется. Ничем не брезгую. Белка? Годится. Утка? Неплохо. Зайчишка? Давай и его сюда.

С а ш а. Человек попался — еще лучше! Так?

Ж и л и н. Эх, куда махнул! Ты что петли кидаешь?

С а ш а. А вы почему виляете? Это нечестно! Вы плохой человек!

Ж и л и н. Легче на поворотах! Ты что обо мне подумал? Диверсант я, что ли, по-твоему?!

С а ш а. Еще не знаю!

Ж и л и н. Шпион, лазутчик, разведчик?! Эх, начитался страшных слов! Что же я предлагал? Убивать, взрывать, выведывать военные тайны?! От чистого сердца хотел выручить, а он… Отблагодарил, спасибо! Но я зла не держу! Обещаю молчать!

С а ш а. А я молчать не стану!

Ж и л и н. Себе повредите! Подумайте! А пока разойдемся! (Встает.)

С а ш а. Не уйдешь, негодяй! (Бросается на него.)

Жилин ловким движением останавливает Сашу, усаживает в кресло.

(Вырываясь.) Пусти…

Ж и л и н (держит его; закрывает рот рукой). Погоди секундочку! Ишь какой горячий! Вел себя отлично. Выдержал испытание. Слушай внимательно. Надо было найти мне помощника!

С а ш а. Я не буду вам помогать! Я убью вас!

Ж и л и н. Да постой! Ну и парень! Огонь! Пойми ты, я здесь неспроста! Обстановка подозрительная, и послали для безопасности. Догадался?

С а ш а. Вы что же, значит…

Ж и л и н (перебивает). Еще разжевать? Ясно? А когда человека нашли, вижу, дело нешуточное. Его здесь ждали.

С а ш а. Кто ждал?

Ж и л и н. Вот это надо узнать! Помощник мне понадобился. Первая мысль о тебе! Но работа серьезная. Решил проэкзаменовать! Выдержал на пять!

С а ш а. Значит, все, что вы мне говорили, ложь?

Ж и л и н. Тоже выяснить надо!

С а ш а. Вы опять меня путаете! А откуда у вас письма, фотографии?

Ж и л и н. А тут вся загадка и разгадка. Охотятся за тобой!

С а ш а. Кому я нужен?

Ж и л и н. Видно, нужен! Документы я эти нашел у человека.

С а ш а. Которого спасли?

Ж и л и н. Да! Сразу он мне подозрительным показался. В потайном кармане все обнаружил. Теперь задача — выяснить сообщников.

С а ш а. Постойте! А почему вы мне раньше написали?

Ж и л и н. Хотел предупредить, чтобы не застали врасплох! Ведь ты и в самом деле приемный сын!

Пауза.

Еще сомневаешься? Ну ладно! Смотри! (Вынимает книжечку.)

С а ш а (читает). «Комитет государственной безопасности… Анисимов».

Ж и л и н. Все! (Забирает книжечку.) Ясно? Только никому ни слова. Ну, теперь ты как?

С а ш а. Согласен!

Ж и л и н. Так я и думал! Держи руку, друг! (Протягивает руку Саше, тот пожимает.) План у меня такой… Постой… Пойдем! А где же подарок профессору?

С а ш а. У меня! В комнате!

Ж и л и н. Оставил! Пойдем к тебе! Теперь за всем следить надо! Окружение подозрительное!

З а н а в е с.

Картина четвертая

Та же обстановка.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а  у окна, подле нее  С о к о л о в.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Предрассветная мгла… скоро наступит день… И снова не принесет мне радости.

Пауза.

С о к о л о в. Но вы не завершили свой рассказ.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Вернее, исповедь.

С о к о л о в. Поверьте, это не простое любопытство.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Итак, я бросила сцену. Фильм, который вы запомнили, где я играю учительницу, был последним.

С о к о л о в. Жаль… Вы так проникновенно играли! До сих пор предо мной образ этой девушки, ее судьба. Я даже был влюблен в вас. Перед вами была блестящая будущность актрисы.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. А я сожгла корабли.

С о к о л о в. Как вы могли?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Сама не пойму, почему я с вами так откровенна.

С о к о л о в. А вы не замечали, что часто открываешь душу человеку, которого видишь в первый раз и наверняка знаешь, что больше не встретишь.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Случайному попутчику в поезде, соседу за обедом. Вы правы… Ну что ж, раз уж начала… Я рано вышла замуж, любила, была счастлива! Так прошло несколько лет. И вот однажды уехала сниматься… Как раз в картине, о которой мы говорили… Я встретила человека… Мы подружились… А потом… Знаете, как бывает — летишь с горы на лыжах и остановиться не можешь! Упоительно и… страшно! Вовремя опомнилась — поняла сначала умом, а потом и сердцем, что первая любовь и есть настоящая, единственная. Нашлись «доброжелатели» — рассказали мужу. Он воспринял очень болезненно. Я пыталась разуверить. Он как будто понял. И все осталось по-прежнему. Но потом… Всегда такой добрый, мягкий по натуре человек стал меняться… Начались упреки, недоверие.

С о к о л о в. Но это непоследовательно! Алогично!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Видно, поверил сплетне. Он стал требовать, чтобы я оставила театр, кино…

С о к о л о в. И вы согласились?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Я любила… Чувствовала себя немного виноватой, а он требовал, молил. Мне казалось, что мы будем счастливы.

С о к о л о в. И ваши надежды не оправдались?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Я очень скучала. Безделье не украшает жизнь. А он, умный, тонкий человек, не мог понять этого. Стал подозревать, проверять каждый шаг. Ревновать без всякого повода.

С о к о л о в. С трудом представляю себе такую психологию.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Это может показаться неправдоподобным, но он стал деспотичным, злым, способным в бешенстве на все. Ревность — «чудовище с зелеными глазами. Она питается сама собой на муку нам». Я поняла, что это «чудовище» разрушает нашу жизнь. Бездельничать больше я не могла, на сцену возвращаться было поздно, помогло знание языков — но работать запрещал. Это переполнило чашу. Я решила порвать. Больно, горько, но я ушла!

С о к о л о в. Значит, все позади!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Я сама так думала… И он примирился. Но вдруг снова решил, что во всем виноват мифический «соперник», и опять начались преследования, угрозы.

С о к о л о в. Тяжело! Что же дальше?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Не знаю… (Пауза.) А самое нелепое (сдерживая слезы), самое нелепое, несмотря ни на что, я его люблю. (Идет.) Забудьте наш разговор.

Входит  А р к а д и н.

С о к о л о в. Нет, я его запомню.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Как хотите… (Уходит в сад.)

Аркадин подчеркнуто вежливо уступает ей дорогу. Затем подходит к Соколову.

А р к а д и н. Я вижу, и людям науки ничто человеческое не чуждо!

С о к о л о в. Вы, собственно, о чем?

А р к а д и н. Пришел, увидел, победил!

С о к о л о в. Как вы проницательны!

А р к а д и н. Он знал науку страсти нежной!..

С о к о л о в. На докторскую степень не претендую, но кандидатский минимум думаю сдать… А вас затронуло!

А р к а д и н. Ничуть! «Что он Гекубе, что она ему?»

С о к о л о в. Отчего вы все цитатами объясняетесь? (Фальшиво напевает.)

Сердце красавицы склонно к измене…

И к перемене, как ветер мая!

Так сказать, чужими словами.

А р к а д и н. Чужими? Могу и своими! Хотя… взгляните на себя в зеркало. Оно лучше всяких слов убедит, что вам совсем не подходит роль соблазнителя чужих жен. Этакого ловеласа!

С о к о л о в. А мне по душе ваша горячность. Непонятно лишь, чем она вызвана. «Что вам Гекуба»?..

А р к а д и н (перебивает). Провалитесь вы с вашей Гекубой! Вы не знаете, кто я!

С о к о л о в. Знаю! Чудовище с зелеными глазами!

А р к а д и н. Что?! Я не чудовище! Я муж!

С о к о л о в. Наталии Николаевны?! Прекрасно Это очень важное звено. Но вы напрасно волнуетесь — нет никакого повода…

А р к а д и н. А если есть?! Все равно я узнаю, ради кого она приехала! Я убью себя, его, ее…

С о к о л о в. Только в другой последовательности…

А р к а д и н. Не понимаю.

С о к о л о в. Если начнете с себя, едва ли сможете продолжить.

А р к а д и н. Действительно, я становлюсь смешным. Должно быть, старинная обстановка, мрачные портреты, этот нелепый костюм привели меня к драматическим излияниям. (Иронически.) Я прекрасно знаю, что ревность унижает советского человека. Она нетипична. Ревность — пережиток.

С о к о л о в. Это болезнь людей, которые не уважают ни себя, ни любимого ими человека.

А р к а д и н. Нет, довольно. Я выздоровел. Хватит этого кошмара. Простить себе не могу, что приехал сюда. Хотел, видите ли, в последний раз объясниться. До чего глупо! (Смотрит в окно.) Кончено! Видеть больше не хочу. Уеду… Немедленно… Сейчас же уеду… Надоело!

С о к о л о в. Вы все повторяете: «я», «мой», «мне». Звучит довольно эгоистично.

А р к а д и н (иронически). Чудовище, эгоист… Вы многого не знаете!

С о к о л о в. Возможно, зато я знаю, что она любит вас.

А р к а д и н. Знаете? Откуда же сие вам известно?

С о к о л о в. Я физиономист-хиромант. Узнаю все по линиям. Правда, она и сама мне сказала об этом.

А р к а д и н. Что же именно?

С о к о л о в. А вы спросите Наталью Николаевну. Вон она в саду.

А р к а д и н. Вижу… А впрочем, все равно. Поздно! (Отходит от окна.)

С о к о л о в. Как хотите.

Пауза.

Вы, кажется, шахматист?

А р к а д и н. Играю.

С о к о л о в. Любопытная партия… Никак не найду продолжения. Посмотрите. (Дает ему листок.)

А р к а д и н (смотрит). Да, ее сегодня в шахматном выпуске передавали. Позвольте! У вас же путаница — ходы неправильно записаны… (Смотрит в окно.) Слон должен… лучше сверьтесь с моей записью… Я пойду. (Делает движение к лестнице и затем решительно уходит в сад.)

Соколов прячет листок, который ему дал Аркадин, смотрит в окно.

Ж и л и н (входит). Что нового?

С о к о л о в. Возможно, это действительно шифр!

Ж и л и н. Разгадали?

С о к о л о в. Я логически предположил, что за шахматными терминами должны скрываться буквы или слова, а возможно, целые фразы; все эти версии были чрезвычайно перспективны и все оказались ошибочными. Вы не перепутали запись ходов?

Ж и л и н. Все точно! Ну, что дальше?

С о к о л о в. Думаю!

Ж и л и н. А я действую!

С о к о л о в. Неуспехом?

Ж и л и н. Подбираю к людям ключики. У всех изъянчики обнаруживаются. Сейчас молодого человека прощупывал.

С о к о л о в. Александра?

Ж и л и н. Сашу… как будто правильный… Поговорите и вы с ним.

С о к о л о в. Если вы считаете полезным…

Ж и л и н. Ум хорошо, а два лучше. Я вам его пришлю. (Идет, останавливается.) Не торопитесь. Досконально прощупайте.

С о к о л о в. Постараюсь.

Жилин уходит. Соколов прошелся по комнате и скрылся в облюбованный им уголок. Его не видно. По лестнице спускается  С а ш а, навстречу ему выходит  М и х а и л  Н и к о л а е в и ч.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Саша, я к тебе! Потолкуем. Пойдем.

С а ш а. У меня в комнате Петр Алексеевич.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Садись… поговорим здесь.

Пауза.

С а ш а. Слушаю, папа!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Беспокойно у тебя на душе, Саша. Вижу… и лучше лекарства, чем правда, нет! Должен я…

С а ш а. Не надо, папа!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Знаешь?! Так и чувствовал. Ну что же… Рано или поздно… только помни: ты сын мне, любимый, родной человек. (Пауза.) Молчишь, Саша?

С а ш а. Но, может быть, ты не все знаешь? А если узнаешь, откажешься от меня.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Опомнись! Что ты мог совершить, чтобы я должен был…

С а ш а (перебивает). Вы с мамой думали, что взяли русского мальчугана. А если во мне немецкая кровь?! Если отец мой фашист?!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Какая нелепость! Откуда эта ложь?

С а ш а. А если правда?! Теперь ты замолчал? Пусть! Я все равно скажу! Дом, где я вырос! Голубое небо, белый снег! Русская азбука! Школа, где учился… где принимали в комсомол! Мечты о будущем! Товарищи, друзья! Не отдам, мое небо! Мой снег! Моя азбука! Все родное здесь! Пусть лучше я лишусь жизни, чем поступлюсь хоть частицей своего, кровного! И ты, ты мой отец!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Ты все сказал, Саша! Разве дело в том, чья кровь течет в жилах? Твое сердце, душа, мысли порукой, что я смогу гордиться своим сыном! (Обнял его.) Но я должен сказать, что в свое время мне удалось разыскать твоих родичей. Они киевляне, как и твои родители.

С а ш а. Мы ездили в Киев к ним?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Да! Они очень хотели тебя повидать!

С а ш а. А ты сказал, что это фронтовые друзья.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Пришлось! Иначе ты бы все узнал. Но кто и зачем решил обмануть тебя?! Кому нужна эта провокация?!

С а ш а. Провокация!! (Отходит, задумывается.)

С о к о л о в (выходит). Михаил Николаевич! Прошу простить… Я стал невольным свидетелем… Позвольте пожать вам руку! У вас хороший сын.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (жмет руку). Спасибо!

С о к о л о в. Но мне кажется, что вам нужно поговорить с Сашей до конца, сейчас же! Кто его провоцировал? Это на многое откроет глаза…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Кто тебе об этом сказал?

С а ш а. Я дал слово молчать!

С о к о л о в. Саша, доверьтесь нам!

С а ш а. Петр Алексеевич…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Жилин? Откуда он мог узнать?

С а ш а. Он не Жилин. Это Анисимов! Он послан для безопасности. У него удостоверение…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Тогда я поговорю с ним!

С о к о л о в. Не надо! У меня возникли некоторые соображения… (Как бы думая вслух.) Пропадает медальон… Случайность? Раненый, теряя сознание, пытается предупредить… О чем? Бредит? Медальон находится… Индикатор указывает радиоактивность. Чей-то интерес к рукописи… Золотой медальон… Старинная рукопись… Что общего? Оба предназначены профессору.

С а ш а. Наверное, поэтому Петр Алексеевич сказал, что рукопись нельзя оставлять без присмотра.

С о к о л о в. А где она сейчас?

С а ш а. У меня в комнате! Там Петр Алексеевич…

С о к о л о в. Итак, Михаил Николаевич, идите к себе, поговорите подробно с Сашей. А я должен проверить свои догадки. Потом посоветуемся.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Хорошо.

Саша и Михаил Николаевич уходят. Соколов что-то чертит на листке бумаги. Пауза. Входит  Ж и л и н.

С о к о л о в. Петр Алексеевич! Теперь ясно и понятно! Он мне все открыл!

Ж и л и н. Кто? Саша? А что он мог особенно…

С о к о л о в. При чем Саша?! Ключ!

Ж и л и н. Какой ключ?

С о к о л о в. К шифру!

Ж и л и н. А, вот что! Неужели разгадали? Поздравляю!

С о к о л о в. Да уж сто́ит! Блестящее решение! Гениальная находка!

Ж и л и н. Уж очень расхвастались!

С о к о л о в. А вы посмотрите и оцените! (Подводит его к шахматному столику.) Ход конем… Ладья… Слон… И ферзь что делает? А получается… Понятно?

Ж и л и н. Ничего не понятно!

С о к о л о в. А вот графический план ходов! (Показывает лист бумаги.) Что это, по-вашему?

Ж и л и н. Не знаю!

С о к о л о в. План! Схематический чертеж второго этажа музея-усадьбы.

Ж и л и н. Не может быть!

С о к о л о в. Ясно видно! И главное, все окна южного крыла показаны. А куда они выходят?

Ж и л и н. Не видал!

С о к о л о в. В сторону строительства!

Ж и л и н (восхищенно). Что значит наука! Точно, план! А зачем?

С о к о л о в. Абсолютно ясно! Сообщник не мог добраться и решил ввести в курс дела партнера!

Ж и л и н. Недаром хвастались! Прямо блестяще!

С о к о л о в. По-моему, неплохо! Теперь только сообщить куда следует!

Ж и л и н. Обязательно! Пусть пощупают голубчиков и размотают клубок.

С о к о л о в. Жаль, связь еще не восстановили.

Ж и л и н. А что, если мне на велосипеде быстро съездить?

С о к о л о в. А проедете?

Ж и л и н. Я-то? В молодости чемпионом был… Думаю, что надо ехать.

С о к о л о в. Целесообразно.

Ж и л и н. Я пойду, быстро соберусь.

С о к о л о в. Да, вам надо спешить. А погода не по-мешает?

Ж и л и н. Ничего не поделаешь! (Уходит.)

С о к о л о в (смотрит вслед уходящему Жилину). Так… Он убедился, что я поверил в его выдумку с шифром. Рукописи у него нет… (Уходит в Сашину комнату.)

Зажигается свет. Входит  А р и а д н а  С е р г е е в н а. Гасит свет, включает радио.

Р а д и о. Через три минуты слушайте наши сообщения.

Р о м а (входит). Доброе утро, Ариадна Сергеевна.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Доброе утро…

Р о м а. Может, вам помочь? Самовар поставить?..

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Спасибо…

Рома берет самовар. Они уходят. С папкой в руках выходит  С о к о л о в. Навстречу ему — М и х а и л  Н и к о л а е в и ч.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Евгений Юрьевич! Саша мне рассказал…

С о к о л о в. Погодите! Я догадываюсь. Дело вот в чем… Рукопись тоже радиоактивна… Это мог сделать только Жилин. Недаром он спешит уехать!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Так надо его задержать.

С о к о л о в. Как? Нельзя рисковать. Судя по всему, это коварный матерый враг.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. А на коварство надо ответить военной хитростью.

С о к о л о в. Я, кажется, знаю, что надо делать. Будем бить врага его же оружием, а сейчас главное — не спугнуть! Необходимо предупредить всех. Прежде всего — Сашу.

Уходят. Появляется  Ж и л и н. Собирает вещи.

С а ш а (выходит). Мне Евгений Юрьевич сказал, что вы уезжать собираетесь?

Ж и л и н. Да, брат, надо сообщить… Велосипед не пожалеешь?

С а ш а. Как не совестно! Камеру подкачаю, слабая.

Ж и л и н. Пойдем, помогу! (Уходят.)

Входят  Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а  и  А р к а д и н.

А р к а д и н. Вот и минула бурная ночь.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Небо чистое, ласковое, будто хочет загладить свой проступок.

А р к а д и н. А дерево обуглилось, черное…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Думаешь, погибло?

А р к а д и н. Гроза не проходит бесследно.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Жалко… Может быть, выживет?..

А р к а д и н. Если корни крепкие.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Я недавно видела твои дома. И залюбовалась ими: такие приветливые, отрадные. Ты можешь гордиться.

А р к а д и н. Они были задуманы еще при тебе… (Пауза. Смотрит на свой костюм.) Ну что же, можно уж и переодеться… Ты извини, Наташа, я был груб. Думаю, что это в последний раз. Увидимся мы, наверное, не скоро…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Уезжаешь?

А р к а д и н. Да! Далеко и надолго.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. На Урал?! Значит, твой проект утвердили?

А р к а д и н. Да! А ты откуда знаешь?

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Как я рада! Поздравляю… От души… (Протягивает руку.)

А р к а д и н. Спасибо! (Держит ее за руку.) Какой абсурд, какая нелепость, что мы врозь! Будто молния ударила! А без тебя нет жизни…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Если корни крепкие…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (входит). Евгений Юрьевич, они здесь…

Входит  С о к о л о в, затем А р и а д н а  С е р г е е в н а.

Говорите, я послежу… (Становится у дверей.)

С о к о л о в. Товарищи, слушайте меня внимательно! На рукопись, предназначенную в подарок профессору, нанесено радиоактивное вещество. Готовилось подлое преступление. Кому придет в голову, что профессор заразился лучевой болезнью от рукописи! Скорее это можно приписать его пребыванию в наших атомных учреждениях. И готова провокация: их газеты трубят о провале опытов советских ученых, о радиоактивной зараженности советских городов, об опасности поездок по Союзу… Игра стоит свеч. Вот зачем был послан сюда Жилин…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Жилин! Итак, он?!

С о к о л о в. Да! Нам необходимо его задержать! Наталия Николаевна, когда он войдет, начните разговор о лучевой болезни! Еще! Не удивляйтесь, товарищи, если я эти красные гардины буду называть синими, — это нужно, чтобы…

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (тихо). Идет…

Соколов умолкает.

Р а д и о. Начинаем наши передачи.

Входит  Ж и л и н.

Передаем сообщение районного исполнительного комитета. Благодаря самоотверженности трудящихся, удалось отстоять плотину. Частично разрушенный мост через несколько часов будет восстановлен. Небывалой силы гроза и ливень, прошедшие над нашим районом, прекратились. Ожидается облачная, с прояснениями, погода, без осадков.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Значит, будем встречать профессора.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Обязательно. К сожалению, пробудем у вас недолго. Прямо отсюда поедем на атомные электростанции. Профессор с нетерпением ждет этой поездки. Он так и сказал на пресс-конференции. Некоторые буржуазные газеты пытались его отговорить, пугая его тем, что наблюдались случаи тяжелых заболеваний, причина которых еще не раскрыта. Кстати, Евгений Юрьевич, насколько это верно?

С о к о л о в. Действительно, за последнее время открыто новое свойство смертоносных гамма-лучей. Иногда, несмотря на все меры предосторожности, соприкосновение с радиоактивным веществом может вызвать серьезное поражение организма со смертельным исходом. Правда, такие случаи очень редки.

А р к а д и н. Но человеку, в общем, безразлично, гибнет ли он в массовом масштабе или, так сказать, индивидуально.

С о к о л о в. Ну, это практически исключено. У нас найдено прекрасное лекарство против этого заболевания. Мы все снабжены им… (Показывает небольшую склянку.) При первом признаке нужно принять пятнадцать — двадцать капель, и человек спасен!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. А каковы же симптомы?

С о к о л о в. Внезапно человек перестает различать цвета.

А р к а д и н. Дальтонизм?

С о к о л о в. Не совсем. В его представлении некоторые краски принимают багровый оттенок. К примеру, синий цвет этих гардин (показывает на темно-красные гардины) при дневном, солнечном свете будет ему казаться темно-красным!

А р к а д и н. Отчего это происходит?

С о к о л о в. Прилив крови вызывает изменение в хрусталике глаза! Если не принять лекарства, то заболевание протекает чрезвычайно бурно, уже через несколько часов человек слепнет, затем мозговые явления и…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (в ужасе). Смерть!

С о к о л о в. Но никаких причин для вашего волнения нет! Опасность может возникнуть только при более или менее длительном соприкосновении с радиоактивным веществом. И, повторяю, лекарство исключает всякую опасность.

Р о м а (входит). Завтрак готов. Прикажете подавать?

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Спасибо, Рома! И долой мрачные мысли! Будем завтракать.

Р о м а. Прошу очистить помещение и дать возможность подготовиться.

А р к а д и н. Какие строгости!

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Пойдемте, товарищи! Кстати, можно будет переодеться.

Все уходят. Жилин задерживается.

С а ш а (из прихожей). Готово! На всякий случай проедусь, попробую.

Ж и л и н (думая о своем). Хорошо…

С а ш а. Я быстро. (Берет велосипед. Уходит.)

Ж и л и н (подходит к гардинам, разглядывает одну, вторую). Он ошибся! А все?! Почему не поправили…

А р и а д н а  С е р г е е в н а (входит). А где же они?

Ж и л и н. Переодеваются… Ариадна Сергеевна, хотел с вами посоветоваться… Вы — человек знающий…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Пожалуйста, если смогу…

Ж и л и н. Жена на окне хочет гардины повесить. Вот как здесь. Наказала материал купить… А я не знаю, какого цвета полагаются?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Это зависит от окраски стен, от обстановки. Например, эта комната когда-то называлась синяя гостиная, поэтому все решалось в одном цвете. Могут быть, правда, разные оттенки…

Ж и л и н. А какого же оттенка, скажем, гардины?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ультрамаринового!

Ж и л и н. Значит, синие?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Если точно — темнее морской воды. Что с вами?

Ж и л и н. Ничего…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. У вас какие-то странные глаза… Вам плохо?

Ж и л и н. Нет, нет… Может, устал! Ночь не спал… Свет глаза режет…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Хотите гомеопатическое средство? Я вам дам.

Ж и л и н. Думаю, пройдет.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я поищу. Как рукой снимет. (Уходит.)

Ж и л и н. Что происходит? Обманывают? Не похоже. Значит, правда?! И через несколько часов… не может быть… (Достает небольшую свинцовую ампулу.) Кажется, все делал по инструкции!.. А вдруг продали?! Выгодней было и меня!..

Внезапно появляется на лестнице  С о к о л о в.

С о к о л о в. Собираетесь, Петр Алексеевич?

Ж и л и н. Да!.. (Замечает взгляд Соколова.) Смотрите… (Показывает ампулу.)

С о к о л о в. Откуда у вас это?

Ж и л и н. Нашел!

С о к о л о в. Где?

Ж и л и н. В кармане у того человека. А что это?

С о к о л о в. Контейнер для радиоактивного вещества.

Ж и л и н. Зачем он ему понадобился?

С о к о л о в. Трудно сказать… Тем более что носить его с собой довольно вредно.

Ж и л и н. Опасно?

С о к о л о в. Конечно! (Разглядывает.) Совсем нехорошо!

Ж и л и н. А что?

С о к о л о в. Как будто свинцовая оболочка повреждена.

Ж и л и н. И зачем я ее взял?!

С о к о л о в. Ну, за несколько минут ничего страшного не случится. А вообще иметь у себя такую штуку очень неосмотрительно.

Ж и л и н. Можно заболеть?

С о к о л о в. И серьезно.

Ж и л и н. Что же теперь делать?!

С о к о л о в. Врачи его посмотрят и решат…

Ж и л и н. Да не с ним, а вот… (Показывает на контейнер.)

С о к о л о в. Пока надо спрятать в подвал. Пойдемте… (Идут.) Только никому ни слова… Зачем волновать?

Ж и л и н. Конечно! (Уходят.)

Появляются  Р о м а, Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а, А р и а д н а  С е р г е е в н а, А р к а д и н. Они быстро снимают тонкие чехлы с мягкой мебели, на которой обивка такого же цвета, как и гардины. Закончив, они уходят. В прихожую возвращаются  С о к о л о в  и  Ж и л и н.

С о к о л о в. Может быть, на всякий случай дать этому человеку лекарство?.. (Вынимает склянку.) Нет! (Кладет в карман сюртука.) Дело, как видно, серьезное, и я считаю лишним вмешиваться…

Ж и л и н. Вам виднее — вы человек ученый.

С о к о л о в (увидев себя в зеркало). Измазался как… (Снимает сюртук, чистит.) Да, в общем, можно уж переодеться… (Оставляет сюртук в прихожей, уходит наверх.)

Ж и л и н. Что делать? Уходить! Немедленно!

Входит  С а ш а.

А где велосипед?

С а ш а. Нужно новую камеру…

Ж и л и н. Быстрее!..

С а ш а. Сейчас принесу… Уж солнце встало! А здесь темно! (Раскрывает гардины. Солнечный свет заливает комнату, ярко освещая темно-красную мебель.)

Ж и л и н (входит в комнату. В изумлении застывает). Слушай, Саша, тут старушка мне говорила… Как эта комната раньше называлась? Забыл…

С а ш а. Синяя гостиная.

Ж и л и н. А почему ее так называли?

С а ш а. Здесь мебель и занавески синего цвета…

Ж и л и н. Значит, все синее?

С а ш а. А вы разве не видите?

Ж и л и н. Вижу, конечно! Давай скорее камеру!

С а ш а. Иду! (Уходит.)

Ж и л и н. Что делать?! Бежать? Куда? Кто может спасти?.. (Замечает сюртук, оставленный Соколовым.) А если?! (Лезет в карман.) Есть! Есть! Повезло! (Достает склянку.) Сколько, он говорил, капель? Пятнадцать — двадцать…

С а ш а (возвращается с камерой). Новая. Не подведет!

Ж и л и н (прячет склянку). Ставь быстрее. Как будет готово, скажи мне. (Поднимается по лестнице.)

Саша уходит в сад. Входят  Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а и  А р к а д и н.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а (садится). Чем все это кончится…

А р к а д и н. Не волнуйся, Наташа? Что с тобой?

С книжкой в руках входит  А р и а д н а  С е р г е е в н а.

Успокойся, дорогая! (Целует Наталию Николаевну.)

А р и а д н а  С е р г е е в н а (удивленно). Простите… (Хочет уйти.)

А р к а д и н. Ариадна Сергеевна! Моя жена!

А р и а д н а  С е р г е е в н а (поражена). Не понимаю… Ах, вы сделали предложение! (Неуверенно.) Поздравляю… Правда, я не думала, что возможно так быстро. Хотя теперь все несколько по-другому. (Твердо.) Поздравляю.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Нет, Ариадна Сергеевна. Мы давно женаты.

А р к а д и н. Потом потеряли друг друга.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. А теперь нашли.

Входит  Р о м а  с самоваром.

Р о м а. Готов!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Вы мне нужны, Ромуальд Степанович!

Р о м а (укоризненно). Ариадна Сергеевна…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Хорошо… Рома! Возьмите… Думаю, что вам пригодится! (Дает книжку.)

Р о м а. Спасибо! Я быстро прочту и верну… (Читает.) «Русская жизнь в начале девятнадцатого века. Уважаемому Ромуальду Степановичу Булкину…» Эх!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Ничего не поделаешь, так полагается!..

Р о м а. «…Булкину. На добрую память! А. Коншина». Это что же? Насовсем?

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Конечно. Буду рада, если пригодится.

Р о м а. Ну, спасибо, товарищ Коншина! Первое блюдо специально для вас приготовлю.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Благодарю вас!

В прихожую входит  С о к о л о в. Берет сюртук. Опускает руку в карман. Подходит к шахматному столику. Аркадин переходит к нему.

А р к а д и н (негромко). Как, Евгений Юрьевич, шахматная партия?

С о к о л о в. Развивается… Противник взял фигуру… Наступает эндшпиль…

Входит М и х а и л  Н и к о л а е в и ч.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч (подчеркнуто весело). Товарищи, самовар на столе! Что же, будем пить чай.

Все садятся за стол. Ариадна Сергеевна наливает чай. В напряженной тишине слышно только, как позвякивают ложечки в стаканах.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Возьмите сахар.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Благодарю вас.

Снова пауза.

С а ш а. Я пойду. Посмотрю.

С о к о л о в. Не надо.

Пауза. Все ждут, стараясь не глядеть туда, куда ушел Жилин. На лестнице появляется  Ж и л и н.

Ж и л и н. Помогите мне!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Что с вами?

Ж и л и н. Не знаю! Мне плохо! Слабость… Глаза… Мне трудно поднять глаза! Помогите…

С о к о л о в. Прежде всего надо узнать причину вашего состояния… С чего это началось?!

Ж и л и н (показывает склянку). Я принял лекарство! Оно не помогло!

С о к о л о в. Зачем?! Я же сказал, что вам не угрожает опасность! За эти несколько минут…

Ж и л и н. А если больше?! Неделя?! Месяц! Он сказал, что безопасно, а я погибаю… Продали? И надо молчать!

С о к о л о в. Значит, контейнер с радиоактивным веществом был с вами долго?..

Ж и л и н. Я ничего не сказал… Я не помню себя! Мне все хуже! Спасите! (Опускается на ступени.)

С о к о л о в (холодно). Успокойтесь! Вы здоровы!

Ж и л и н. Поймите! Я погибаю! Все, как вы сказали! Сначала стал путать цвета… Лекарство не действует. Может быть, не то? У вас есть другое?! Дайте!

С о к о л о в. Вам ничего не нужно! Вы видите нормально!

Ж и л и н. Почему же все красное?

С о к о л о в. Оно такое и есть! Поняли?!

Ж и л и н. Что?! (Смотрит на всех в ужасе.) Провели?! Для этого и переоделись? Ловушка?! (Голова его опускается, он закрывает глаза.)

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. Что с ним?

С о к о л о в. Действие моего лекарства.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Что он принял?

С о к о л о в. Сильную, но безопасную дозу снотворного.

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. И он просто…

С о к о л о в. Уснул! У нас не было другого выхода, я не мог рисковать! У него оружие! Он пошел бы на все! Вы очень хорошо приняли мою выдумку о новых свойствах гамма-лучей, заставляющих путать цвета. И так естественно отреагировали, что он поверил, выпил лекарство и выдал себя. Психологический эксперимент прошел удачно, а иначе нам было бы трудно обезвредить его. А теперь он проспит часа три-четыре, и за это время мы успеем сообщить. Телефон, наверно, скоро начнет работать.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Время дорого. Саша, поедешь в город. Я напишу письмо.

С а ш а. Велосипед налажу. Я-то ведь на всякий случай плохую камеру поставил.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Хорошо.

Саша в прихожей возится с велосипедом.

А р к а д и н. Нет, каков негодяй! Из невинной записи шахматной партии сделать шифр, чтобы навлечь на меня подозрение!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Ему надо было замести следы.

А р к а д и н. И для того, чтобы отвлечь внимание, он клеветал, грязнил, хотел столкнуть нас, совсем незнакомых людей. Хорошо, что мы в решительный момент доверились друг другу.

Р о м а. А притворялся бдительным!

С о к о л о в. Его усердие производило безотчетно неприятное впечатление. Он всех подозревал, а это к бдительности не имеет никакого отношения.

Р о м а. Поэтому вы его разоблачили?

С о к о л о в. Это сделали мы все… А помог нам раненый. Недаром работник госбезопасности рисковал жизнью, добираясь к нам. Анисимов успел предупредить нас, и мы поняли, что враг здесь…

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Анисимов! Это, значит, о нем звонили!..

С о к о л о в. До последнего момента он шел по следу человека, который охотился за профессором и Сашей.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Боже мой! Александр был в опасности, а мы ничего не знали.

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. К счастью, Саша разобрался в обстановке.

С а ш а. Не сразу! Меня сначала сбило с толку удостоверение, которое он показал.

С о к о л о в. Украденное им у Анисимова.

С а ш а. Да. А потом я понял, что наши разведчики не устраивают таких экзаменов! Я готов!

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Отдашь письмо. Адрес на конверте. Поезжай!

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Добрый путь, Александр. (Целует его.)

Все провожают Сашу.

С о к о л о в. Боюсь, Ариадна Сергеевна, что я не смогу сдержать слово и вернуть вам медальон.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Я предчувствовала. А вы, Михаил Николаевич, не верите в приметы.

С о к о л о в. Внучка могла не прикоснуться к рукописи, и ему пришла мысль зарядить и медальон…

Н а т а л и я  Н и к о л а е в н а. И за убийство двух человек получить вдвое больше. Подлец! И как он испугался за свою жизнь! Чуть с ума не сошел!

С о к о л о в. В течение нескольких минут он испытал малую долю того, что готовил двум невинным людям.

А р и а д н а  С е р г е е в н а. Хотя моя вера велит прощать, я считаю это совершенно справедливым!

Звонит телефон. Ариадна Сергеевна берет трубку.

Слушаю! Откуда? Михаил Николаевич, из Комитета государственной безопасности. (Передает трубку.)

М и х а и л  Н и к о л а е в и ч. Музей-усадьба! Да! Громов, заведующий. Слушаю, товарищ полковник. При переправе через реку товарищ Анисимов сильно расшибся. Несмотря на тяжелое состояние, он добрался к нам. Сейчас ему лучше… К нам выехали? Хорошо! А я послал вам подробное письмо. Слушаюсь. Разрешите по порядку: мы его задержали — в эту ночь у нас никто не уснул!..

З а н а в е с.

Примечания

1

Разумеется, эту роль исполняет актер, играющий Никиту. Однако в жестах, походке должны время от времени появляться характерные черты Мелкого Беса.

Content

Доброе слово

СКАЗКА ОБ ИВАНЕ-ЦАРЕВИЧЕ, О ЗЕМЛЕ РОДИМОЙ И МАТУШКЕ ЛЮБИМОЙ Пьеса в четырех действиях

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

МЕЧ И ПРЯЛКА Пьеса-сказка в двух действиях

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ДОБРОЕ СЛОВО Пьеса-сказка в двух действиях

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ЗОЛОТОЕ ПОЛЕ Пьеса-сказка в двух действиях

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

МАЛ, ДА УДАЛ Пьеса-сказка в трех действиях

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

ИВАН-ДА-МАРЬЯ Пьеса-сказка в четырех действиях

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

КОМАНДА БЕЗНАДЕЖНЫХ Комедия в трех действиях

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

В ЭТУ НОЧЬ НИКТО НЕ УСНУЛ Пьеса в двух действиях

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Примечания