Ольга Олие

Сокровище Хайшары. Потерянная

© О. Олие, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Пролог

Ларгария. Особняк герцогини Лорта

– Что значит – она сбежала?

В холле большого и вычурного особняка стоял моложавый и довольно привлекательный мужчина, его сверкающие от бешенства глаза смотрели на красивую темноволосую женщину. На вид ей можно было дать лет двадцать пять. И никто не мог предположить, что это древняя черная ведьма.

– Только что прилетел вестник от лорда Прэйта. Он сообщил, наша подопечная увидела и услышала то, что для нее не предназначалось, – мелодично пропела она.

– Но почему она не явилась домой? – грозно рыкнул лорд.

– Наверное, больше не доверяет нам. – Вот теперь в голосе сквозила злоба. Ведьма в упор глянула на собеседника. – Тайрэт, ты обязан ее отыскать. Я не собираюсь стареть. Но только эта мерзавка неблагодарная может продлевать мою молодость и красоту.

– Милая Шарли, как я тебя понимаю. Учитывая, что даже маги живут до пятисот лет, а нам с тобой уже гораздо больше, естественно, в моих же интересах найти ее как можно скорее, – в голосе мужчины прозвучало скрытое предвкушение, которое женщина, поглощенная собственными проблемами, не заметила.

– Ну так идите, лорд. Идите и ищите! У вас всего неделя сроку, потом ее магия во мне ослабнет, а что за этим последует, вы не хуже меня знаете. – Женщина даже ногой топнула от нетерпения.

– Моя дорогая супруга, я же вам говорил, рано еще для помолвки. Может, наконец, расскажете о вашем уникальном замысле? – поинтересовался мужчина, которого злила недоверчивость супруги. Но настаивать он не спешил, так как слишком от нее зависел.

– Нет там ничего уникального. Этот мальчик должен был заключить с ней брак и лишить невинности до определенного срока. Часть силы перешла бы к нему, а от него ко мне. Наша подопечная лишилась бы сущности. Она для нас слишком опасна. Но теперь из-за его болтливости мы потеряли источник жизни. Так что найди мерзавку, она должна быть здесь не позднее чем через десять дней, – жестко приказала женщина. – Иначе, мой дорогой, лишишься всего, что имеешь. Уж об этом я позабочусь.

Мужчина едва заметно склонил голову, пряча искры бешенства в глазах, поцеловал женщине руку, незаметно обозначив на ней руну. Улыбнувшись, лорд поторопился скрыться с глаз той, кого приговорил. Да, Тайрэт вот уже порядка тридцати лет обманывал спутницу и, пользуясь ее деньгами и связями, подпитывался магией. Шарли лорд говорил, что являлся древним магом, когда на самом деле ему не было и сотни лет. Руна на запястье колдуньи должна была сделать лорда преемником силы после ее смерти. Безумно устав от этой женщины, он решил исчезнуть на неделю, и вернуться, когда она будет умирать. Если найдёт сбежавшую девчонку, спрячет ее, пока Шарли не закончит свой жизненный путь. Он уже придумал, как не позволить ей добраться до поверенного. А то ведь с этой ведьмы станется в последний момент изменить завещание. Такого лорд допустить не мог.

Вспомнив воспитанницу, плотоядно ухмыльнулся. Она выросла красивой молодой леди. И пусть сейчас девушке было всего семнадцать, как сказала ведьма, помолвку заключать уже можно. И мужчина постарается связать ее узами подчинения, чтобы мерзавка больше не сбегала. А что касалось жениха, которого выбрала Шарли, то он сам виноват. До помолвки мог бы вести себя тихо, но нет, нарвался, значит, не видать ему девчонки как своих ушей. Лорд Тайрэт на ней женится и получит личный источник вечной жизни. Или воспользуется ее силой, а потом… От девчонки можно будет избавиться за ненадобностью.

* * *

Земля, полгода назад

– Алёна, долго будешь с железками торчать? Смотри, Димкино терпение лопнет. Отдаешь предпочтение своим игрушкам, а не ему, такому красивому и богатому, – торопила Марина, заставляя скрежетать зубами.

Димка. Да, он почти год осаждал вниманием. От такого напора я сдалась, и вот уже две недели мы встречались. Правда, я сразу предупредила, что времени на свидания нет. На носу был грант, в том случае, если я все же запатентую новое изобретение.

Мне всегда нравилось возиться с поломанными машинками в детстве и чинить приборы. В детдоме все девочки мечтали о красивых куклах, а я просила разрешения покопаться в кладовке, чтобы из кучи хлама собрать несколько игрушек. Неудивительно, что потом поступила в радиотехнический университет и вот уже полгода работала над новым уникальным прибором. Мой наставник являлся генным инженером и подал идею. Поначалу я отнеслась к ней скептически, а потом захватило. Теперь уже не могла оторваться, ведь мы были близки к завершению и, как выразился наставник, совершали огромный прорыв в науке и медицине.

– Алёна, ты меня вообще слышишь? Кстати, долго еще до завершения работы над этой заумной штукой? – вопрос вроде был задан небрежно, но я заметила странную реакцию, ведь порой отлично чувствовала ложь. Как, сама не знала. Просто приходило понимание, что человек лжет. Вот и сейчас Марина смотрела невинным взглядом глупой куклы, а ответа ждала с нетерпением.

– А зачем тебе знать сроки окончания нашего проекта? – Я тоже умела говорить с невозмутимым видом, когда это было необходимо.

– Ну как же? Может, после его окончания ты перестанешь все время витать в облаках, – всплеснула руками подруга. И снова в голове будто красная лампочка замигала: ложь. Настаивать ни на чём не стала. Отложила записи, размяла шею и плечи, потягиваясь, а затем встала.

– Ладно, я готова. Куда ты меня тащить собралась? – глянула на собеседницу. Отвечать на вопрос не стала, более того, прекрасно уловила взгляд, брошенный на мои записи.

– Не помнишь? Нас же пригласили к Аннель, – с придыханием отозвалась Маринка.

Аннель, а проще говоря, Анна Лишакова – студентка третьего курса, красавица, умница, мечта всех парней. Попасть к ней на тусу означало войти в элитное общество университета. Вот и старались многие заискивать и угождать, чтобы получить вожделенное приглашение. Откуда оно взялось у нас, я понятия не имела и знакома с этой девушкой не была. Идти не хотелось, но Марина уговорила.

Пришлось брать такси, тусовка проходила в загородном примечательном двухэтажном особняке Лишаковых. Ворота были приглашающе распахнуты, но на входе обнаружились два амбала и потребовали приглашение, которое Маринка с радостью протянула, после чего, уже танцуя, вырвалась вперёд, искать свою судьбу. Кто не спрятался, она не виновата.

Ещё с улицы я слышала грохот музыки, гости пытались перекричать друг друга, по пути попадались уже упитые в хлам парни и девушки. Желание идти в дом пропало. Подруга же ворвалась внутрь, с ходу начиная знакомиться с перспективными юношами. Но мне было плевать. Я прекрасно знала, кто чего стоил. Мажорам не требовались серьезные отношения, а вот развлечься они явно были не против. Такие, как Марина, для них становились бабочками-однодневками, летящими на огонь, а потом сгорающими в пламени страсти.

Такого счастья не хотелось. Пусть и не могла похвастаться количеством денег, но с детства мечтала встретить того, кто разделит со мной тараканов в голове и подружится с моими демонами. Таких пока не попадалось. А это место явно не подходило, чтобы искать. Я свернула на ухоженную дорожку, расположившуюся вокруг дома, решив посидеть на улице, подышать свежим воздухом, а потом тихонько покинуть это место. Мне здесь не нравилось. И зачем вообще соблазнилась на уговоры подруги? Знала же, ничем хорошим это не обернется. Хотела составить компанию, а она оказалась совсем не нужна, девушка сама прекрасно справлялась.

Стоило свернуть за угол, как пришлось остановиться. Недалеко с упоением целовалась парочка. Девушку я не узнала, а вот юноша был прекрасно знаком. Дима Козлов. Тот самый влюбленный юноша, который добивался меня почти год. Именно он сейчас по-хозяйски обнимал другую. И это явно было не первое обольщение красавицы. Я уже хотела развернуться и покинуть данное место, но тут поцелуи прервались, а томный голосок девушки капризно уточнил:

– Долго ты ещё резину будешь тянуть с этой заучкой? Я ревную. Знаю, что у вас ничего нет и не будет, но все равно…

– Милая, ты же знаешь, я люблю только тебя. И, между прочим, именно сегодня мы с Павлом и Стасом приготовили ей незабываемый сюрприз. Хватит уже в девках ходить, пора познать страсть истинных мужчин. Мое терпение лопнуло. Маринка сказала, она почти закончила проект. Значит, записи в комнате. Вот пока парни с ней развлекаться будут, я успею смотаться и забрать тетради. И тогда мы сможем получить патент, а за ним и грант. Нам же он нужнее, – плотоядно ухмыльнулся Дима и снова полез целовать девушку.

А меня затопило мерзким чувством. Так вот что он приготовил. Изнасилование, потом кража моего проекта. Не дождешься, гаденыш. Осторожно двинувшись обратно, достала телефон и набрала номер научного руководителя.

– Алёна? Что случилось? – забеспокоился мужчина.

– Андрей Палыч, вы не могли бы прямо сейчас зайти ко мне в комнату и забрать записи наших разработок? Боюсь, их сегодня захотят выкрасть, а я домой могу не скоро попасть.

– Ты где? К чему такая спешка? – послышался строгий голос учителя.

– На вечеринку за город пригласили, здесь как раз и услышала то, что мне не предназначалось. Поэтому просто заберите записи. Хорошо? – с лёгким нажимом попросила и, услышав согласие, отключилась. Я знала, он все сделает правильно, и эти гады останутся с носом.

Денег на такси не было, а добираться до автобусной остановки оказалось далековато. Но придется. Оставаться здесь уже ни секунды не собиралась. И мне удалось благополучно покинуть место вечеринки, уточнив, в какой стороне находилась остановка. И теперь предстояло добраться до дома.

Я отошла довольно далеко, до шлагбаума оставалось совсем немного, а там и остановка виднелась. Но добраться до нее оказалось не суждено. К сожалению, кому-то из гостей захотелось погонять на автомобиле в пьяном виде. Из-за узкой дороги и заборов вдоль нее деваться было некуда, когда один из лихачей не справился с управлением. Я смотрела на несущуюся машину и не могла отвести взгляда от света фар. Удар. Боль. Темнота. А ведь я не хотела умирать. У меня оставалось ещё столько незавершённых дел. Хоть бы наставник успел забрать записи, чтобы они не достались этой сволочи.

* * *

Очнулась около какого-то странного заведения, построенного из бревен. Не было бы так плохо, посмеялась бы однозначно. Здесь что, кино снимали? Вон и люди в средневековых нарядах бродили вокруг. Одна такая подскочила ко мне, ощупала и тут же залепетала:

– Как ты? Где болит? Откуда вообще взялась?

– Чтобы понять, откуда я, сначала надо выяснить, где я, – изрекла, на мой взгляд, умную мысль. Голова раскалывалась, думать плохо получалось.

– Так енто, в Кадарьяне, а шо, портал сбился? – участливо спросил второй голос, мужской.

– Какой портал? И где этот Кадарьян находится? – уточнила и стиснула виски пальцами.

– Знамо дело, где, так в Хайшаре, – важно выпятил грудь зеленокожий гигант, заставив меня икнуть. Хотелось протянуть руку и потрогать, настоящая была зелень или боди-арт такой.

– Так откуда ты, незнакомка? – уже более настойчиво уточнили.

Можно было сказать, что с луны свалилась или из другого мира пришла. Но вдруг тут таких на опыты пускали или казнили без суда и следствия? Пока лучше было использовать бессмертную классику – потерю памяти.

– А? Э? Я не помню. Наверное, головой сильно ударилась, – вышло весьма жалостливо.

Покрутила вокруг головой. Недалеко находились хозяйственные постройки, загон для лошадей, оттуда как раз слышалось конское ржание. Дорога мощенная булыжниками. Точно как в Средние века. Вон и повозки по дорогам ездили. Кареты проносились мимо, кучера совершенно не обращали внимания на зазевавшихся пешеходов. Да, о правилах дорожного движения здесь явно не слышали. И домики в основном стояли деревянные, но добротные. Заметила даже несколько сооружений, напоминающих терема Древней Руси. Я находилась в недоумении, появилось чувство, что здесь царила полная мешанина архитектурных стилей. Видневшийся вдалеке храм явно из античности с такими же колоннадами и воротами для процессий. Нижнюю часть здания не видела, но была уверена, что она являлась трехступенчатой – вроде это называлось стереобаты. Несколько особняков дальше по улице оказались в готическом стиле. Остроконечные арки, нервюрные своды, витражи ни с чем не спутаешь. С другой стороны виднелись здания в стиле барокко с обилием деталей, позолоченной скульптурой, в ярких цветах и с фрагментированными или намеренно неполными элементами. На площади, как раз недалеко от места моего нахождения, стояло величественное строение в стиле классицизма, отличающегося симметрией и пропорциями. Колонны и окна расположились равномерно, главный вход имел форму портика, увенчанного фронтоном. Даже по виду можно было отметить прочные строительные материалы. Здание украшали высокие, от пола, окна с мелкой расстекловкой и пилястровый ордер. Стены оказались лишены декора. Про терема я уже говорила, они явно были из Древней Руси. Более простые дома отличались ухоженностью и чистотой.

Я рассматривала то, что попадало в поле зрения, и удивлялась. Этот город больше на крупный поселок смахивал.

– И что делать будешь? – на этот раз деловито уточнил зеленокожий, стоило мне закончить осмотр.

– Не знаю, наверное, искать работу, хотя я ведь понятия не имею, что могу делать, – вздохнула.

Надо же было так попасть. А с другой стороны, я же умерла, меня сбил тот пьяный тип. Самое обидное, ему за это ничего не будет, такие мажоры всегда уходили от ответственности.

– У меня в таверне есть место. Только тебя переодеть надо, чудная одежка. Откель же такая взялась? – почесал затылок мужчина.

– Если бы помнила, обязательно рассказала, а так… – пожала плечом и с трудом встала. – Это таверна? А что в ней надо делать?

– Работы завсегда хватает. Подавальщица, посудомойка, уборщица. Что тебе больше по душе? – прищурилась женщина, до этого молчавшая. – Есть еще разносчица со всеми вытекающими. Там неплохие чаевые можно получить, коль нраву свободного.

– Нет, последнее точно не подходит, – категорично мотнула головой.

– Тогда чой надумала? – пытливые глаза совершенно не вязались с образом кокетки.

Вздохнула. Не говорить же, что ничего из этого не по душе. А выкручиваться как-то придется, в конце концов, надо на что-то жить и питаться.

– А можно водички попить? В горле пересохло, – ушла от вопроса, оставив время ещё подумать.

Итак, я умерла, но не окончательно. Кажется, меня забросило неизвестно куда, в другой мир, как в книжках. Было бы здорово, если б я верила в подобную чушь. А с другой стороны, хочешь верь, хочешь не верь, а реальность готова была неверующую меня стукнуть по башке. И как быть? Учиться выживать. А заодно разбираться, где я находилась и для чего. Как там Маринка говорила: «У каждой попаданки своя миссия»? Хотелось бы узнать, какая у меня. А пока…

Меня провели через зал. На полу валялась солома, поверхности мебели блестели от жира и копоти, висели грязные занавески. Про запах вообще молчу: моча, сивуха, перегар, пот. Как тут не скривиться. Некоторые места были заняты компаниями громко переговаривающихся мужчин, которые спорили и стучали кулаками по столам.

«Ну и контингент! И мне тут предстоит работать?»

Все эти громилы пугали до икоты. Я, конечно, отпор дать смогу, но будет сложно.

В детском доме оставаться нежной фиалкой считалось непозволительной роскошью. Либо служишь грушей для битья, либо греешь постель парням. Меня ничего из этого не устраивало. Имея смазливую внешность, пришлось учиться защищаться. И я училась. Добросовестно. Ломая носы тем, кто пытался задеть. Сейчас, конечно, силы оказались неравными, но я должна была справиться.

Меня провели на кухню, которая порадовала чистотой. Даже дышать легче стало. Непроизвольно улыбнулась, глянув на приятную дородную женщину. Она явно была поваром, уж больно походила на тётку Марию, которая все норовила подкармливать сирот, пока директриса не заметила и не влепила выговор. Вот и эта так же улыбалась.

– Какая худенькая. Откель ты такая взялась? – всплеснула руками женщина. – Голодная небось? Садись, я тебя скоренько покормлю.

Она слова не давала вставить, все говорила и говорила, носилась по кухне, где-то нажимая, регулируя, обо что-то стуча. Я молча наблюдала: то камни какие-то загорались, то кругляшки начинали искрить. А в одном предмете заметила непорядок. Там только с одной стороны мелкие камешки сияли, со второй они будто потухли. И тётенька ругаться стала:

– Вот грахров Штир, снова подманул, неисправный артефакт подсунул, гаденыш. И шо ж теперича делать?

Пока она говорила, мои руки потянулись к предмету. Глаза уставились на эту штуку. Сама не поняла, когда взгляд расфокусировался, и передо мной предстали призрачные нити, местами разорванные. Понять бы, что делать? Уж больно они напоминали проводки, которые надо было спаять воедино. В тот момент несуразность происходящего отошла на второй план. Я видела цель и шла к ней, как и всю недолгую жизнь. Меня манили и привлекали железки, нравилось собирать их воедино и получать результат.

Девочка? Должна играть с куклами? Кому должна? Я собирала и ремонтировала машинки, создавала невообразимые игрушки из частей лома, пылящихся на чердаке. И сейчас тоже видела неисправность. Пришлось подключить интуицию, правда, не помешала бы инструкция.

– Эй, ты че это? – забеспокоилась женщина.

– Я вижу неисправность. Наверное, могу починить, но пока не знаю, как именно. Инструкции нет никакой? – спросила и получила в ответ полный недоумения, а потом и радости, взгляд. Женщина выскочила с кухни, а я продолжала смотреть на незнакомую штуку, соображая, что с ней делать. В этот момент вошел тот самый зеленокожий и протянул мне потертую книжонку.

– Пособие по артефакторике, – прочла вслух, открыла и потерялась в инструкциях. Зато спустя почти час уже предполагала, как действовать. Снова уставилась на неисправный предмет. Мысли вихрем закрутились в голове. Сверившись с инструкцией, снова проверила порванные «проводки». А если…

Стоило подумать, отключиться от реальности, а руки уже сами творили. Тут запаять, здесь связать, а это вообще не туда подключено. Да, я размышляла земным языком и действовала с призрачными нитками, как с обычными проводками из моего мира. Правда, один раз едва не выпустила из рук эту штуковину. Запаять я смогла сама. Как, не сразу поняла. Вышло непроизвольно. Подставила палец к разрыву, тот раскалился, появилась тонкая струйка огня. Пока задумываться об этом не стала, чтобы не сбилась концентрация, и продолжила «паять». Мудрено, но благодаря фантазии все получалось. Главное, не сбить настрой и не начать анализировать, как это вообще было возможно. Мысль медленно гнездилась в голове. Но пока не могла толком закрепиться. Здесь действительно присутствовала магия! Получается, я все же находилась в другом мире. И необходимо было принять эту истину. А еще медленно приходило осознание, что я тоже стала магом, и от подобного везения готова была танцевать.

– Ух ты, девонька, починила ентот артефакт? Да у тебя ж золотые руки! – улыбка появилась на лице добродушной женщины. Только я вдруг увидела перед собой хищницу. И, как показали дальнейшие события, нисколько не ошиблась.

Принесли ещё несколько артефактов посмотреть, и я пропала. Все повторилось как в моём мире. Не зная местных правил и законов, не умея применять магию, действовала так, как и с обычной техникой. И методика приносила свои плоды. Я могла чинить то, что собирались выбрасывать. Правда, когда перед глазами замелькали мушки, пришлось оторваться от вещиц. Попросив поесть, решила сразу обговорить оплату. Меня пытались надуть, сделать подневольным существом, работающим за хлеб и воду, но я умела настаивать и теперь получила крышу над головой, трёхразовое питание и две серебряных в неделю.

Много это или мало, ещё не знала, так как просвещать лекциями об укладе мира меня никто не торопился. Зато глазки бегали теперь у всех. И я их понимала. Одна из подавальщиц, девушка красивая, но обделенная интеллектом, обмолвилась, что артефакты считались штуками дюже дорогими, а такое умение, как у меня, было на вес золота. Теперь я отсюда вряд ли смогу вырваться. Хозяин решил на мне нажиться, принося на починку амулеты, взятые у других. Как позже выяснилось, цену он сделал на процент ниже, чем в мастерских. Правда, забыл уточнить, сколько именно брал за работу.

Но отчаяние не мой конек. Я пока и сама не рвалась уходить. Решила осмотреться, узнать, куда попала и какую роль здесь играли девушки. Уйти я всегда могла, знать бы куда. Жизненно необходимы стали карта этого мира, общие сведения и особенности каждой расы. За время, проведенное в этом месте, успела увидеть и эльфов с острыми длинными ушами, и красавцев-вампиров с клыками и ослепительной харизмой, даже познакомилась с оборотнем, от которого немного попахивало псиной. Как предупредила одна из подавальщиц, с другими расами надо быть внимательнее и следить за словами. Но она забыла объяснить, что можно говорить, а каких тем лучше избегать.

Я наблюдала и продолжала заниматься интересным делом, радуясь тому, что не пришлось гнуть спину с уборкой и мытьем посуды. Этого и в прошлой жизни не любила, хотя чистоту поддерживала. Спустя неделю нахождения в таверне я спросила у тьена Зыхрна:

– Тут можно где-то приобрести книги по магии, чтобы появилась возможность создавать свои артефакты, – я пошла на хитрость, решив сыграть на жадности. И оказалась права. Казалось, в глубине глаз хозяина таверны так и замелькали золотые монеты.

– Я поищу, но енти книжонки дюже дорогие, поэтому работать будешь две недели без оплаты, – поставили меня в известность. Подобное не устраивало. Но спорить было себе дороже. С самым непринуждённым видом я пожала плечом.

– Тогда не надо. Обойдусь без учебы. Мне и ремонта ваших артефактов хватает. А вы и дальше покупайте цацки в гильдии.

Я уже собиралась уходить, но дядька вздохнул так, словно его препарировать собрались, и хрипло выдал:

– Ладно, принесу я тебе книжку, но вместо двух серебряных две недели будешь получать по одному.

Сказал как припечатал. Спорить было бесполезно, он все равно уже решил. Кивнула, чувствуя, что зеленокожий обманул, но где и в чём, ещё предстояло узнать. Только бы понять, что этот мир собой представлял, какой магией я обладала и для чего вообще попала в это место.

Разберусь. Обязательно, или я не Алёна Мечникова. И дальше прозябать в этом месте в планы не входило. Мне хотелось учиться, познавать что-то новое и необычное. Осталось найти кого-нибудь, кто смог бы поведать об укладе мира и денежных единицах. А еще не терпелось узнать про здешние учебные заведения, с помощью которых точно появится шанс вырваться из этого места.

* * *

Земля, два года назад

– Сашка, нашли место маньяка-колдуна, – ко мне ворвался встревоженный капитан Ворошилов. Глаза горели шальным огнем, он уже готов был бежать на задержание. Я бы и сам бежал, узнав такую новость.

Я его прекрасно понимал. За этим чудовищем в людском обличье мы охотились уже почти год, но он умело ускользал. То ли был настолько ушлым, то ли в департаменте появилась крыса, сообщающая о наших планах. Мы склонялись ко второму варианту.

Сам маньяк совершал убийства с размахом, оставляя пентаграммы, кучу непонятных символов и множество свечей. Жертвами становились парни и девушки не старше двадцати пяти. Распятые внутри пентаграммы, они были обескровлены и расписаны неизвестными символами. Причем не просто расписаны, вся эта гадость вырезалась на коже, когда люди были еще живы. Даже представлять страшно, чего натерпелись бедолаги перед смертью. Врагу не пожелаешь.

Мы пытались понять, что за ритуал он устраивал. Ведь должна же и у маньяка быть логика. Просмотрели множество сайтов, посетили так называемых ведьм и знахарок, но никто и понятия не имел, что происходило. По большей части все эти маги являлись самыми настоящими шарлатанами, дурящими народ, но ведь и они должны были хотя бы просматривать нужную литературу, чтобы обдуриловка выходила правдоподобнее. Но как бы я ни относился ко всей этой потусторонней мути, вынужден был признать, несколько ведьм нам все же удалось встретить. А одна из старушек и вовсе вызвала оторопь, когда, вдруг глянув на меня, предупредила:

– Ты, милок, держись подальше от пентаграммы, она может стать твоей погибелью. Да спину никому не подставляй, слепая вера и убить способна.

Странная оказалась женщина. Как же я мог держаться подальше, если должен был поймать этого гада? А со спиной и вовсе непонятно, как и со слепой верой. Жизнь научила, что доверие являлось хрупкой материей, которой не каждый достоин. Но все же я поблагодарил женщину и рванул дальше искать следы. Сегодня, наконец, забрезжила надежда.

– Кто ещё об этом знает? – спросил, чтобы разом решить несколько проблем. Сейчас у нас был шанс отловить крысу и поймать маньяка.

– Только трое: я, лейтенант Старков, который принял звонок от гаишника, засекшего автомобиль колдуна, ну и, собственно, сам гаишник. А теперь и ты, – отчитался товарищ.

С Игорем Ворошиловым мы работали уже восемь лет. А до этого вместе учились и звания получали. Много раз прикрывали спины друг друга. Ему я доверял как себе. Игорь единственный выдержал испытание опасностью, поэтому и решили ловить крысу, никому ничего не говоря. Собрались стремительно. Я связался с группой захвата, попросил находиться в боевой готовности. Место называть не стал, перестраховался, именно это и стало самой большой ошибкой.

Лейтенанта оставили на телефоне, сами отправились в деревеньку, где должен был находиться колдун. До места не доехали, остановились в пролеске, стоило изучить обстановку, прежде чем кидаться в пасть тигра. Он столько раз уходил, что сейчас мы решили не рисковать.

Передвигались короткими перебежками. На несколько минут мы с Игорем разделились. Завопила интуиция. Заметив нужный автомобиль, быстро набрал командира группы захвата и назвал адрес, где скрывался колдун, и попросил поторопиться. Дом на отшибе оказался отличным местом для проведения ритуалов. Остальные здания расположились дальше. Уверен, в подозрительном месте ещё и звукоизоляция была на высоком уровне.

– У меня все спокойно, – отозвался Игорь, вынырнув из ближайших кустов.

– У меня тоже. Как думаешь, колдун внутри? – уточнил и собрался рассказать о вызове группы захвата, но язык не повернулся. Почему? Я и сам не смог бы ответить.

– Пошли, проверим, – отозвался друг. Что-то в его поведении изрядно смутило.

– Подожди, надо вызвать группу захвата, – сказал, чтобы посмотреть реакцию. Я понятия не имел, зачем пошел на хитрость, и в тот момент даже не понимал, откуда взялось чувство опасности.

– Не торопись, вдруг это очередная обманка. Успеем еще вызвать, – отмахнулся Игорь. – Пошли быстрее, нечего терять время.

Я последовал за другом. Внутри скребло. Я все пытался понять, отчего стало не по себе и что же все-таки смущало. С чего вдруг стал таким дерганым, что готов был подозревать даже лучшего друга? И только оказавшись внутри, сообразил, что именно тревожило все это время. Напарник вел себя слишком уверенно, не таился и даже не вытащил оружия, явно уверенный в том, что оно не понадобится. А когда перед нами возникла комната с пентаграммой на полу, и вовсе словно преобразился.

– Игорь? – только и успел сказать я, но тут же получил удар по голове. Несильный, но отправивший в беспамятство на несколько минут. Их хватило для того, чтобы раздеть и уложить меня в чёртову пентаграмму.

Открыв глаза, дернулся, застонав. Меня самым натуральным образом пригвоздили к полу. Любое движение причиняло неимоверную боль. Некстати возникла мысль, что так и довелось почувствовать себя Иисусом, пригвожденным к кресту. Меня таким же способом распяли на полу. А над головой склонился тот, кого долгие годы считал другом. В эту минуту я понял, насколько ошибался. На меня смотрел самый настоящий безумец. Глаза горели, губы шевелились, словно он разговаривал сам с собой.

– Ты что творишь? – захрипел, не узнавая собственного голоса.

– Творю? Нет, мой друг! Исполняю великую миссию. Ты же хотел знать, что это за ритуал? Я тебе расскажу. С его помощью я буду жить вечно, во всем будет сопутствовать удача, для этого всего-то и нужны были молодые люди, ровно сорок человек. Десять лет в определенное время я должен был приносить жертву. Да, долго. Но оно того стоит. А последним я обязан использовать того, кто стал ближе всех. И это ты. Возрадуйся, больше убийств не будет. Ты послужишь великой цели.

– Игорь, ты же сумасшедший, лечиться надо, – огрызнулся, пытаясь освободиться. – Как тебе вообще удавалось столько лет скрываться?

– Заткнись! Не смей так говорить. Я нормальней всех вас, вместе взятых, иначе давно бы уже меня поймали. С помощью хитрости и ловкости обвел всех вокруг пальца. Всего-то и надо было попросить местного дурачка покататься на моей машине. И мышка сунулась в мышеловку. – Игорь хихикнул, довольный сравнением. – А как умно я придумал с крысой в отделе? Ты поэтому не стал вызывать группу захвата заранее? Молодец! Иначе нам бы помешали. А это в мои планы не входит. Что касается сокрытия, тут всё просто. На меня никто и никогда бы не подумал. Следы я заметать умею. Только последний год выдался сложным, предстояло заявить о себе. Заодно и поторопиться, так как время поджимало. Я должен успеть до того, как мне исполнится тридцать три. Это дело войдет в историю криминалистики как самый громкий висяк тысячелетия. Преступник, избежавший возмездия. Я буду вечность любоваться попытками разгадать эту загадку. Но ни у кого не получится.

– Самовлюбленность и безнаказанность многих погубила, и ты не станешь исключением, – осадил того, кого считал другом.

– Да что ты понимаешь? Я столько лет был осторожен, даже думать боялся об этом, чтобы не сглазить. А сейчас пришел конец! Я гений, который имеет право получить заслуженную славу. Последний штрих, и я неуязвим! Признай мою гениальность напоследок. – Игорь оскалился, ожидая ответа. Но я молчал, не торопился озвучивать мнение. Ждал.

Пока он говорил, я судорожно подсчитывал минуты. Успеют ли бойцы прибыть, пока этот гад меня не укокошил? По всем прикидкам – нет. Значит, надо дальше тянуть время. Правда, произнес я не то, чего ждал Игорь.

– Откуда ты взял этот ритуал? С чего вообще в голову пришло подобное? – превозмогая боль, стал выводить его на разговор.

– Обследовал бабкин чердак, узнав о полученном наследстве. Ты же знаешь, родители бросили, когда мне десять стукнуло. Бабка растила, а в семнадцать я ее похоронил. Год скрывался, чтобы не попасть в детский дом, а потом вступил в права наследования. Обнаружил много интересного. Оказывается, эта женщина была настоящей ведьмой. Не веришь? Я тоже не верил до последнего, пока не нашел книгу из человеческой кожи тысяча триста пятьдесят восьмого года. А в ней чего только не было, но больше привлекал именно этот ритуал. Его тщательно кто-то прятал, заклеивая страницы и пытаясь вообще их вырвать, но не получилось. Видать, книжонка-то заговоренная. Завершив ритуал, стану неуловимым, неуязвимым, бессмертным, мне во всем будет сопутствовать удача, и больше ни одна пуля не возьмёт.

– И ты даже не задумался, почему раньше, зная о подобном, никто не попытался его провести? – спросил и увидел, как тот скривился. – Зачем склеивать страницы? Пытаться их вырвать?

– Мои предки слишком правильные. Я читал об этом. Ведьмы и ведьмаки описали свое отношение к ритуалу. Грех, искушение, возмездие, бла-бла-бла… Какие добропорядочные! Да и убийства оказались для них неприемлемыми. А мне плевать на других. Церемониться не собираюсь. Я решил совершить то, от чего отказывались предки. А сейчас помолчи, время пришло.

Когда попытался снова произнести хоть слово, меня самым натуральным образом заткнули кляпом. А дальше начался ад наяву. Пришлось на себе ощутить, что испытывали жертвы, когда на их телах вырезали символы. От боли хотелось выть. Кровь кипела, я горел и не сгорал. Сознание помутнело, несколько раз от болевого шока я впадал в забытье.

Вспомнились слова колдуньи, которая оказалась права, надо было держаться подальше от пентаграммы. И вера в дружбу оказалась липовой. Видимо, та женщина была настоящей ведьмой, раз так точно предсказала судьбу. Жаль, я ей не поверил. Но что получилось, то получилось. Сейчас меня уже никто не мог спасти. Умирать, не успев пожить, не хотелось. Но я понимал, если сейчас ребята и появятся, меня спасти уже не смогут. Слишком много крови потерял. И причина, по которой оставался жив до сих пор, стала загадкой не только для меня, но и для того, кого считал другом.

– Ну ты и живучий! – восхитился Игорь. – Другие на данном этапе давно подыхали. Наверное, в этом и суть ритуала. Но не переживай, я уже почти закончил.

Отвечать не было ни сил, ни желания, хотя кляп он убрал. Я смотрел на бывшего друга и желал, чтобы он горел в аду. Мне удалось увидеть, как врываются ребята из группы захвата, а Игорь кричит, осыпая проклятиями мою голову за то, что обманул. Наручники защелкнулись на его запястьях. Последним я увидел лицо Сергея, начальника СОБРовцев.

– Санёк, ты только держись. Слышишь? «Скорая» уже едет. Выживи, друг!

Губы растянулись в улыбке. Это все, на что хватило сил. Я радовался, что маньяка поймали. А потом пришла темнота. Какой-то вихрь подхватил и понес меня в неизвестность.

* * *

Очнулся от боли. Казалось, на теле живого места не осталось. Глаза открывались с трудом. Первой мыслью было: как вообще жив остался? Но вдруг ощутил необычное, что именно, пока не сообразил. Разлепил глаза и осмотрелся. Увиденное не порадовало. Я разве не в больнице? Ребята же успели в последний момент. Тогда почему я валялся на какой-то свалке? Ещё почувствовал запахи гнили, разложения, пота, мочи. Фу, какая гадость. Понять бы ещё, как тут оказался. И где, собственно, тут. Почему лежал под грудой вонючего тряпья?

Встать получилось с трудом. А потом… Случился шок. Я заметил ручонки, которыми цеплялся за стену, чтобы подняться. Детские, худые, синие от побоев. Страха пока не было, он затаился внутри. А вот паника медленно, но верно, подступала, грозя выползти наружу. И тут я увидел девочку лет двенадцати. Она, оглядываясь, прошмыгнула ко мне и прижала к себе.

– Мелкий, ты как? Я думала, они тебя убили, – послышался всхлип. Я же отстранился. От нее несло так, что тошнота подкатывала к горлу.

– Кто? Где я? – от собственного голоса едва не грохнулся на задницу. Писклявый, детский.

«Это что получается, я теперь ребенок? Но как это возможно? И что это за место?»

– Ты что, ничего не помнишь? – Глаза стали огромными. Девочка снова приблизилась, пришлось затаить дыхание. Оттолкнуть ту, кто могла помочь, – верх идиотизма. Значит, придется терпеть. Но кто бы знал, насколько это оказалось сложно.

– Наверное, все мозги отбили, – бросил равнодушно. Кажется, выбрал неправильную тактику. Теперь в глазах собеседницы промелькнуло подозрение.

– Мозги отбили? Откуда знаешь, если ничего не помнишь? – уточнила, прищурившись, незнакомка.

– Это элементарно. У меня болит все тело, даже дышать больно. Да и ты, когда нашла меня, сказала о попытке убийства. Вот и рассудил логически, что к чему. Не расскажешь, что вообще происходит? И где я нахожусь? – попросил, прислонившись к стене. Ноги отказывались меня держать.

– Кактось ты мудрено заговорил, – прошептала девушка. – Слова незнакомственные и енти, рассужания твои…

Судя по ее говору, я опростоволосился. Но как говорить по-другому ещё не знал. А ведь придется учиться, чтобы не попасть под подозрения. Сперва стоило понять, что происходит, а уже потом наводить порядки, если получится. С таким хлипким телом… Ой, голова моя!

Она просто взорвалась болью. Хлынули не то воспоминания, не то видения. Чуть позже сообразил, что находился в чужом теле, именно его прошлое и рухнуло на меня.

– Эй, малек, ты чо? Помирать никак собрался? – всполошилась девушка. Я махнул рукой.

– Не. Мешай. Вспоминаю, – каждое слово давалось с трудом. Может, и получилось грубо, но плевать, я должен понять, куда меня занесло.

Воспоминания не порадовали. Другой мир? Это все сказки. А я наверняка находился в реанимации и видел странные сны. Иначе никак не мог бы объяснить, почему оказался в теле десятилетнего трусливого мальчишки, ещё и подлого. Он украл какую-то вещицу, а вину спихнул на недруга, тот получил десять плетей, пока хозяин этого тела едва не танцевал, радуясь, что обидчика наказали. И это не первая подлость паренька. Хотелось плеваться. Он не только подставлял, но и, воруя, скрывал часть заработанных денег, чтобы незаметно сбежать, купить еды и в одно горло сожрать, ни с кем не поделившись. Я смотрел, стараясь сдержать тошноту и ярость. Хотелось оборвать видения, но разумом понимал, я должен знать, за что придется страдать. Потому и досмотрел воспоминания до конца.

Избили мальца за то, что привел в квартал ищеек. Тут имелись тайные тропы. Не зная их, лучше не соваться. А ищейки пришли и многих забрали в казематы, порядка десятка и вовсе убили. Такого пареньку простить не смогли. Его убили, а моя душа нашла пристанище в этом теле за неимением ничего другого.

Я готов был схватиться за голову. Возникла дилемма: показаться перед всеми живым и относительно здоровым, чтобы получить нож в бок, или все же сообщить, что являлся душой из другого мира. Пока размышлял, переулок заполнился агрессивно настроенными личностями.

– Живучий, значицца, ничо, мы завсегда рады помочь, – кривая ухмылка появилась на лице парня лет семнадцати. Он оказался самым старшим из всех.

– Помочь с чем? Во второй раз отправить меня на тот свет? Давай, не стесняйся, вдруг успею рассмотреть, что это за место, а то в первый раз не дали этого сделать, а я бы не отказался от экскурсии, – фальшиво вздохнул и сделал шаг вперёд. Юноша отступил. Сдвинутые к переносице брови указали на происходящий в голове мыслительный процесс.

– Шо ты там вещаешь? И откель слов таких мудреных набрался? – уточнил, не торопясь размахивать ножом.

– Откель? Откель? Явно не отсель, – рыкнул по привычке, но вышел слабый писк трусливого мальца. Вздохнул. – Ладно. Знакомиться будем? Меня Санёк зовут. Почему-то именно такая постановка имени мне показалась самой подходящей для этого тела.

Представляться Александром посчитал нецелесообразным, да и имя Алекс этому телу явно не подходило.

– Санья? – тут же проговорил на свой манер собеседник. – Так откель ты такой взялся?

– Издалека взялся, там меня уже нет. А теперь не расскажете, где я и что это за место, раз уж теперь предстоит тут жить?

Я ещё не закончил вопрос, как, расталкивая толпу беспризорников, ко мне рвануло нечто злое и чумазое. Инстинкты сработали быстрее, чем успел сообразить. Блок, захват, бросок, выверт руки. Все заняло буквально мгновение. С таким телом далеко не уедешь, слишком все слабое, а руки и вовсе тряслись. Как переборол боль, отдельный вопрос, которым пока не стал заморачиваться.

– Шо творишь? А ну, пусти! – зашипело подо мной тело.

– Ого! А как это ты так? Меня научишь?

– Ты смог уложить самого Забияку?

– Где ты такому научился?

Вопросы сыпались со всех сторон. Поверженный смотрел с недоумением и без прежней агрессии. Он же оказался умнее и догадливее всех. Дернулся, чтобы я его отпустил, удобно устроился прямо на земле, осмотрел с головы до ног и выдал свое экспертное мнение:

– Ты не замухрышка. Кто же ты?

– Меня зовут Санёк, я из другого мира. Достаточно? А теперь хотел бы узнать, что это за место?

– Санья, значицца. Лады. Посмотрим, что ты за птах. И про мир расскажем. А с тебя знания, – на меня смотрели лукавые глаза Забияки. Пришлось кивнуть.

Так началась новая жизнь не только в другом теле, но и в магическом мире. Наверняка о таком мечтали любители фэнтези, а меня больше интересовало, что станет с маньяком, которого много лет считал другом. Жаль, об этом я уже не узнаю. Охватило сожаление об отмене смертной казни. Для таких, как Игорь, это стало бы самым лучшим наказанием. Но зато я понял одну истину: ничего не даётся просто так. И раз мне выпал шанс начать все заново, использую его на полную катушку. Ведь для чего-то же боги помогли выжить, пусть и такой ценой.

* * *

Нармар – столица Хайшары, три месяца назад

Раннее утро. За окном сумрак. А я вскочил на кровати, потирая виски. Вторая неделя пошла, как снился один и тот же сон, в котором я был маленьким ребенком, заблудившимся в лесу. Передо мной появлялась красивая женщина, протягивала руку и вела за собой. Но приводила не домой, а к воротам Академии. Зачем она это делала, не знал. Вот и сегодня не выдержал.

– Да пойду я в Академию, только хватит уже этих снов. Могли бы и объяснить, зачем мне туда надо.

Показалось, рядом раздалось хихиканье, но я не придал этому значения. Надо было поговорить с родителями. В папиной поддержке я не сомневался. А вот мама… Всегда была против моей учебы. Хотя нет, напротив, всеми силами стремилась дать отличное образование, но дома. Приглашались лучшие наставники. Всем известно, насколько опасно было отправлять высших аристократов в учебные заведения. Там имелись все шансы нарваться на приворот, заклятие подчинения, а то и вовсе влюбиться в неподходящую кандидатуру. Именно поэтому отпрыски высшей аристократии, если и шли учиться, то под личинами и вымышленными именами, обвешанные большим количеством амулетов, чтобы никто не мог добраться. Видимо, и мне предстояла эта процедура. Хотя в моем случае тьма не позволит ни опоить, ни приворожить. Такова была особенность нашего рода.

Сны игнорировать нельзя. Они наверняка что-то да значили. К тому же слишком настойчиво снились каждую ночь. Совпадением не назовешь. Придется идти к матери, а ведь волновать ее нельзя. Случилось чудо. Она снова в положении. Из хроник рода я вычитал, что второго шанса нашим женщинам боги не давали. А тут… Мама второй раз забеременела. И предстояло ещё четыре месяца вынашивать ребенка. Лекари тряслись так, словно она стала фарфоровой и в любую минуту могла расколоться на части.

Дождавшись удобного времени, собрался и отправился на семейный завтрак, надеясь поговорить с родителями. Тьма, с предвкушением потягиваясь, готовилась расправить крылья. Пришлось сообщить, что для этого пока было рано, сперва предстояло узнать, что особенного в учебном заведении, в которое меня так настойчиво заманивали.

– У тебя глаза красные. Что произошло? – мгновенно напряглась мама, стоило занять свое место за столом. Она всегда замечала малейшие изменения.

– Сон. Больше не могу его видеть. Мне надо в Академию, – выпалил сразу и получил недовольный взгляд родителей.

– Ри, ты же понимаешь, правила для всех, – начал отец.

Мама махнула рукой и, пару секунд подумав, уточнила:

– Расскажи свой сон. Он всегда одинаковый? Или есть какие-то изменения?

– Одинаковый. Без малейших изменений.

Я в деталях поведал о нем. Даже женщину пришлось описать, не упуская ни одного момента. Оказалось, память способна фиксировать то, на что сразу и не обращаешь внимания.

Как и предполагал, разговор вышел тяжёлым. Родители волновались. А все из-за тьмы. Она всех пугала. От меня шарахались, хотя и старались в лицо улыбаться. Даже думать не хотелось, что будет в Академии, но я должен был туда попасть. Подобные сны просто так не снились.

– Хорошо, сын, пойдешь учиться, но под личиной. Тебе пока нельзя светить своим лицом, – после долгих уговоров согласилась мама. А мне что? Хоть под личиной, зато узнаю, каково находиться среди сверстников. Но один момент стоило уточнить:

– А по тьме меня не узнают? Она все же уникальна.

– Да, уникальна, но мы сможем ее немного преобразить, чтобы не так бросалась в глаза, – сообщил отец.

– Ладно, – согласился, предвкушая нечто необычное.

– За оставшееся время тебе необходимо подготовиться к поступлению, – подчеркнул он.

И мы стали заниматься. Все же экзамены никто не отменял. Теперь наставники делали упор на вопросы, которые обычно давались на экзамене. Ведь сдавать придется вместе со всеми, изображая из себя мелкого лордика.

Ночью накануне поступления снова приснился сон. На этот раз он отличался от тех, что были раньше. Опять незнакомая женщина довела меня до ворот, но на этом видение не закончилось, и я увидел Ее. Свою потерянную половинку. На этом моменте и вскочил с кровати. Спать больше не хотелось, возникло только одно желание: поскорее добраться до учебного заведения и проверить, насколько реален был сон. Мы настолько отчаялись в поисках, что верить в удачу было страшно. Я твердо решил, пока не узнаю наверняка, родным ничего говорить не стану. Лишний повод для волнения им точно был не нужен.

Глава 1

Еллина Лорта

Над головой шумели ветви деревьев, впереди журчал ручей. На ветках шумно грызли орехи белки, где-то по дереву стучал дятел. Лес жил своей жизнью. Я была благодарна, что он не только приютил, но и скрыл от лихих людей и нелюдей. Больше всего пугали оборотни. Из них, говорят, выходили самые лучшие ищейки. Стоило подумать, как перед шалашом показалась знакомая морда рыжей волчицы. Уже три недели таскала мне то зайцев, то тушки птиц. Я много раз пыталась поговорить, но она фыркала и просто уходила.

Вот и сегодня, не успело взойти солнце, как перед шалашом уже скалилась знакомая мордочка. Я выбралась из временного пристанища, по привычке погладила зверя. Волчица, фыркнув, уклонилась. Я сбегала к ручью и умылась. Поблагодарив животное, разожгла костер толикой магической искры, что во мне присутствовала, и повесила жариться кролика, предварительно разделав. Да, за эти дни я многому научилась. И ощипывать птиц, и снимать шкурки с мелких зверушек. Сушила, складывала. Это мне посоветовала хранительница леса, встретившаяся в первый же день, как я сюда попала. Она несколько дней и учила выживанию.

Честно говоря, я забрела сюда случайно, когда в очередной раз выбралась из комнаты и отправилась в парк. Мне нравилось там гулять, рассматривать прогуливающихся людей и нелюдей, изучать их привычки, выражения лиц и пытаться подражать, растягивая губы в попытках улыбнуться. Бродила по тропинкам неосознанно, пока не остановилась недалеко от скрытого деревьями фонтана, где стоял мой так называемый жених, обнимаясь с красивой девушкой. Слов я пока не слышала, а вот мысли уловила:

«Как же я устал довольствоваться такой шушерой, скорей бы уже свадьба. Сила принесет почет и уважение. И вряд ли меня упрекнут в том, что вместо части дара я заберу все. Он все равно этой кукле не нужен, да Елли и не поймет толком, чего лишилась. А я смогу устроить несчастный случай, чтобы потом жениться на высшей аристократке». – Парень с таким воодушевлением мечтал, что перехотелось с ним связываться. Я сразу поняла, что речь шла обо мне, но уходить не торопилась. Подобралась ближе.

– Милый, когда ты придешь просить моей руки? – капризно уточнила девушка. – Вдруг я уже жду от тебя ребенка?

– Тильса, ты прекрасно знаешь, что герцогиня обручила меня со своей воспитанницей. Даже если и поторопить ее со свадьбой, раньше чем через полгода я не смогу подстроить несчастный случай. Поэтому пока никаких детей, – заявил юноша и скривился.

Естественно, он забыл предупредить, что вообще не собирался на ней жениться ни сейчас, ни потом. У юноши имелись огромные планы на мою магию. А вот развлекаться с этой красивой и глупой куклой нравилось, к тому же она оказалась и весьма щедрой. Я удивилась. В книгах читала, что подарки должны дарить парни, а не девушки. Здесь же все было наоборот. Впрочем, это меня не касалось, я ждала, что он скажет еще что-нибудь о планах или всего лишь подумает, мне и этого было достаточно. Но больше ничего не услышала.

Постояла за деревом, размышляя, как быть. Из мыслей несостоявшегося жениха почерпнула много интересного. Сумела прочитать и беседы с герцогиней, и ее планы на мою силу, а ведь был еще и герцог, который тоже пытался использовать мой дар себе во благо. Как-то слишком много стало желающих. Значит, пусть и дальше мечтают, но без моего участия. Я безэмоциональная, но не дура.

Отдавать свое я не собиралась, как и возвращаться обратно. Но все же пришлось снова влезть в комнату, чтобы забрать безделушки, которые мне иногда дарили. Документы на всякий случай всегда носила с собой, проблем не возникло, когда-то я выкрала их из ящика стола герцогини. Собрав небольшой узелок, просто побежала куда глядят глаза и оказалась в лесу. Ноги гудели, на руках появились ссадины; забежав поглубже в чащу, просто упала на траву и уснула. Проснувшись, увидела полупрозрачную женщину, именно она предложила кров, пищу и укрытие. Я согласилась, прекрасно зная, что меня станут искать. Отпускать такой источник силы вряд ли кому-то хотелось.

Как только кролик приготовился, я выделила кусок волчице, второй положила на пенек как подношение хранителю леса, а третий съела сама. Ополоснув руки после еды, собралась прогуляться по лесу, но планы изменились. Даже на пару метров не отошла от временного пристанища, появился дух леса, в виде девушки, которая устроилась на пеньке, где уже ничего не осталось от подношения, и начала беседу:

– Дитя, время пришло. Собери вещи, я открою портал на другой конец мира, где можно будет спрятаться в Академии Хайшары. Это лучшая Академия магии, а главное, там ты будешь в безопасности. Не знаю, от кого бежишь или скрываешься, но, уверена, в Хайшаре тебя никто искать не станет.

– А вдруг я не поступлю? Вы же сами видели, моя стихия огня очень слабая, – вздохнула. Но на меня глянули с укором.

– Зато ментальная сила огромна. Только не торопись сообщать о ней. Пусть это станет козырем. Естественно, при поступлении ты должна будешь о ней упомянуть, но стоит приуменьшить ее значимость, – дали мне совет. Я кивнула. – Забери шкурки, в Хайшаре они весьма ценны. Будет капитал на первое время. Главное, найди там травницу Хилью, скажи, что пришла от меня. Да передай ей этот мешочек. Она поможет.

Я горячо поблагодарила хранительницу леса и спросила, чем бы могла отплатить за доброту. Та призналась, что мой скрытый дар жизни помог ей стать сильнее, потому и она желала меня отблагодарить. А ещё предупредила, что у травниц существовал закон: ничего нельзя было брать бесплатно. Я хотела возразить, закон показался слишком надуманным. Но махнула рукой, спорить с духом – себе дороже. Идея обучения уж больно захватила. Опекуны долго скрывали меня от людских глаз. Об учебе и речи быть не могло. Что же касалось платы, тут я и вовсе не обратила внимания на пока еще сложную науку, ведь ни разу не видела денег. Мне их никто не давал и не показывал, про номинал и вообще не стоило упоминать. Оставалось надеяться, что травница окажется честной и не обидит. Правда, что делать с деньгами, еще не знала. Решила разобраться на месте.

Взяв шкурки и мешочек с травами, смело шагнула в портал, жалея о том, что не попрощалась с рыжей волчицей. Она много хорошего для меня сделала, а я и отблагодарить толком не смогла. Вспомнила, с каким рычанием она отгоняла от убежища оборотней, посланных за мной. Волчице это вполне удалось.

Когда свечение погасло, оказалась на оживленной улице. В уши ворвался шум, гомон, перекрикивания торговок. Кажется, меня вынесло к местному рынку. Куда дальше идти, понятия не имела, ведь точных координат не дали.

Мимо промчалась ватага босоногих и чумазых малышей. Мысль возникла мгновенно: если они местные, должны знать травницу. С чего взяла, не сразу сообразила, действовала по наитию. Одного из них успела схватить за руку. Мальчишка на вид лет двенадцати, вихрастый, в порванной одежде, покорил белозубой улыбкой.

– Чего надо? – зло сверкнул синими глазами.

– Не скажешь, где я могу найти травницу Хилью? – миролюбиво спросила у паренька.

– С тебя полсеребрушки, – мгновенно приосанился тот.

Я сникла, выпустила его руку из захвата, отвернулась и прошептала:

– Нет у меня денег. Совсем.

Вздох вырвался непроизвольно. Но парень не торопился убегать и пристально рассматривал. Я вдруг услышала:

«Странная какая, но красивая. Явно не нашенская. Вдруг родня Хилье? А раз так, может, и мне чего перепадёт».

– Не перепадёт, я ей не родня, всего лишь по поручению от духа леса, – созналась, не став скрывать, зачем ее искала. Лицо паренька стало озадаченным.

– Э? Я ничего не говорил, – осторожно уточнил, и я махнула рукой.

– Ты слишком громко думал, – бросила, уставившись на толпу, через которую придется пройти. Уже сейчас от вороха мыслей всех людей и нелюдей начинала болеть голова. Интуитивно пыталась закрыться, отгородиться от них, но выходило слабо.

– Да ладно? Так ты из энтих… Металатов, что ли? – восхитился паренёк.

– Менталистов, – поправила машинально. – Да, из них.

– Так тебе в Академию надобно, – авторитетно заявил собеседник. – Там и научат правильно обращаться с даром.

– Туда и направляюсь, но сначала должна исполнить поручение хозяйки леса, давшей мне приют. Для этого и нужна травница, – пояснила и тут же заметила улыбку на лице мальца.

– Пошли, – важно выдали мне и свернули в левый проулок.

Паренька окликнули товарищи, но он важно отмахнулся, бросив, чтобы бежали без него, а сам кивнул мне:

– Следуй за мной, только не потеряйся.

Я же готова была расцеловать парня за то, что не придется идти сквозь толпу. Волнения из-за незнакомого места и страха не было. Обычно волновались за сохранность вещей, а у меня брать было нечего. Шкурки и травки ценностью я не считала. Да и волноваться не умела.

Из одного переулка свернули в другой, потом пробежали мимо свалки, снова миновали переулок. И вот уже стояли в центре рынка, появившись из дыры в заборе прямо перед лавкой травницы Хильи, как было указано на вывеске.

– Спасибо огромное, выручил. Зайдешь со мной? – спросила у паренька. Очень не хотелось его отпускать.

– Зайду. Чо ж не зайти? А возьмёшь меня с собой? – вдруг спросил малыш, заставив широко распахнуть глаза.

– Куда, с собой? – не сразу сообразила я.

– Ну тык, в ентую, в Академию? – бросил просящий взгляд.

Заметив мои сомнения, мальчишка тут же уточнил:

– Я знаю, там разрешено брать с собой одного слугу.

– Но мне и платить нечем, да и наверняка разрешение только родовитым выдают, а я… Непонятно кто, – тяжко вздохнула, отводя глаза. Признаваться, что в бегах, пока не стала.

– Пф, по тебе ж сразу видать – порода, а платить… Мне хватит знаний. Я вот тож хочу попытаться поступить апосля, но надобно развивать дар. Ты ж поможешь? Это и будет платой.

Я улыбнулась, надеясь, что вышло правдоподобно. Не зря же столько тренировалась. Кивнув, пообещала с радостью забрать с собой, если все окажется именно так, как он говорил. На этом и решили. Вошли в лавку, где нас встретила моложавая привлекательная женщина, глаза которой пытливо уставились на меня. На моего спутника даже не посмотрела.

– Лёгкой работы, госпожа травница, – поприветствовала, разглядывая флакончики, мешочки и много чего интересного в лавке.

– И тебе лёгкого пути, дитя. Что привело ко мне? – голос травницы лучился интересом.

– Скорее кто, – поправила женщину и сняла заплечный мешок. Из него достала шкурки, а остальное протянула Хилье. – Это просила передать вам хозяйка Ларгарийского леса. А ещё сказала, что к вам можно обратиться за помощью в продаже шкурок. Я прибыла поступать, но ни денег, ни вещей с собой нет.

– А документы? – прищурилась травница, и я криво усмехнулась.

– Всегда с собой вот уже почти год. Но они и еще кое-какие безделушки стали единственным, что удалось прихватить. Так вы поможете? – переспросила уже твёрже.

– Идём со мной. Ты ж наверняка голодная? – взгляд женщины стал теплее. Она слишком пристально вглядывалась в мое лицо.

– Я не одна, – уточнила, даже с места не сдвинувшись. Теперь хмыкнула травница и хитро подмигнула постреленку.

– Что, красавчик, нашел возможность попасть в Академию? – прозвучало беззлобно.

– Ага, мы уже договорились, – кивнул паренёк.

– Ладно, идёмте оба, покормлю. А пока вы будете есть, снесу шкурки Власию, потом и сама с тобой за столь редкие травы рассчитаюсь.

Возражения травница и слушать не стала. Сообщила, что так надо. Глянув на паренька, я уточнила, где можно его отмыть, да и самой не мешало бы. Ручей – это, конечно, хорошо, но очень хотелось горячей воды и мыла. А ещё спросила, где можно приобрести недорогую, но качественную одежду для паренька. Он попытался возразить, но тут уже я оказалась непреклонной:

– Хочешь, чтобы нас даже на порог Академии не пустили в таком виде?

– Не хочу, – буркнул и накинулся на еду.

Хилья подмигнула, указала на неприметную дверку, пояснив, что за ней находилась ванная, а сама ушла.

– И вообще, я чистый, просто одежда с пятнами, чтобы показать статус бездомного, – пояснил паренек.

– Теперь тебе это не понадобится, пойдешь и помоешься после еды, – непререкаемым тоном заявила парню.

Мы быстро смели со стола угощение. А потом я повторно отправила Санью, как представился малыш, отмываться. По глазам видела, он явно снова желал поспорить, но волшебное слово «Академия» сделало свое дело. Я же в его отсутствие прошлась по лавке, осмотрела травы и артефакты на основе зелий, прочла этикетки на флакончиках, но руками ничего не трогала. За этим меня и застала вернувшаяся хозяйка. Вручила мне мешочек с монетами, надо сказать, довольно увесистый, и протянула котомку, где помимо троих штанов и трёх рубашек для Саньи лежали несколько вполне приличных платьев для меня. Во втором мешке нашлась обувка.

От души поблагодарив женщину, отнесла мальчишке один комплект одежды. Лёгкие сандалии поставила на пороге. Теперь стоило уточнить ещё один момент.

– А где мне потом купить писчие принадлежности?

– Это все приобретается на территории Академии. Как заселишься в общежитие, выдадут список со всем необходимым. А ты чего сумму-то не глянула? – спросила и склонила голову набок. Я бы и хотела соврать, но не стала.

– Потому что все равно не разбираюсь в деньгах. За десять лет, что жила у опекунов, сама ничего не покупала, мне не доверяли карманных денег. Лишь изредка покупали драгоценности, вот как эти серьги или браслет, а цепочка с кулоном на мне с детства. Как-то леди Шарли пыталась снять, но не смогла. Я тоже не могу. Да и не хочу. Это хоть какая-то связь с прошлым. Я ведь до сих пор не знаю…

– А вот и я. Теперь ты иди, а то нам уже пора. Сегодня же последний день приема, – вспомнил малец. Естественно, о продолжении разговора не могло быть и речи. Всплеснув руками, помчалась мыться, прихватив одно из платьев.

Управилась довольно скоро. Заминка произошла в тот момент, когда глянула в зеркало. Присмотрелась. Странно. Для семнадцати лет стала немного старше выглядеть. Да и черты лица малость «оплыли». Раньше я наблюдала в зеркале нос картошкой, круглое лицо, тонкие нити губ и небольшие глаза. А сейчас обозначились скулы, нос стал прямее, губы слегка увеличились, да и глаза поменяли форму. Тряхнув головой, высушила белокурые волосы и заметила несколько темных прядей. Надев платье и туфельки, вышла к хозяйке и Санье. Малыш уже деловито складывал саквояж, явно выданный травницей. Сама женщина улыбнулась и пояснила:

– Надеюсь, ты не против, что финансами станет заведовать Санья? Он все же больше разбирается. А для тебя, как я поняла, это всего лишь металл?

– Вы совершенно правы, – подтвердила, пожав плечами. – И да, будет здорово, если Санья поможет разобраться в деньгах. Но сначала поступление.

И мы отправились к Академии, благо она располагалась в получасе ходьбы от рынка. А мой спутник и вовсе знал короткий путь. Все же повезло мне нарваться на этого пацаненка.

– Ты так и не сказала, как тебя звать, – напомнил Санья.

– Еллина, но лучше обращайся ко мне Елли.

– А ты учила свою магию? – помощник просто не мог молча двигаться.

– Учила. Это единственная радость, доступная мне, пусть и втайне от опекунов, – едва заметно усмехнулась.

– Как енто? Чё в тайне? – Глаза парнишки заблестели. А я вдруг решила ничего не скрывать.

– Мне не разрешали даже из дому выходить. Первые пять лет я ещё принимала это, много спала, училась вышивать, но эта наука так мне и не далась. Однажды за ужином ощутила кое-что необычное, прочитала мысли окружающих. Рта никто не открывал, но я слышала так, будто разговаривали вслух. Говорить никому сразу не стала, а начала учиться вскрывать магические замки и защиту. Сидеть в комнате постоянно без дела скучно, а мне даже по дому не разрешалось разгуливать. Про улицу и говорить нечего. Вот тогда я и приноровилась выбираться тайком по ночам. Успела посмотреть город. В момент, когда проснулась первая искра огня, я начала штурмовать библиотеку. Сколько там книжек колдовских было, не счесть. Даже древние, которым больше пятисот лет. Представляешь, какая находка? Да, часть книг была непонятна, сложна для восприятия. Но чем труднее задача, тем интереснее получать конечный результат.

– Но самой же учиться сложно. Или нет? – Санья слушал с широко распахнутыми глазами.

– Первый год да, очень сложно. Я многого не понимала, сути заклинаний и векторов не представляла. Но постепенно с помощью пояснений в книгах и детального разбора смогла разобраться, что надо делать. Стало значительно легче. И за три года я многое освоила: и медитации, и увеличение резерва, и заклинания как простые, так и сложные. А потом замахнулась на высшую магию, щиты двойного и тройного уровня.

– Ух ты! Как здорово! – восхищение парня казалось искренним. Понизив голос, он поинтересовался: – А какая у тебя магия? Ну, кроме ентой, мыслечитательной?

– Слабая искра огня, ее хватает только костер разжечь. А ещё, как узнала всего год назад, лекарская. Но насколько она сильна, понятия не имею, – пожала плечами.

– А как ты о ней узнала? – заинтересовался малыш.

– Случайно. Все в той же библиотеке. Полезла за книгой, немного не рассчитала, упала и напоролась на гвоздь. Колено разодрала до крови. А чтобы ни одна капля не пролилась, зажала рану рукой. Вот тогда во мне всколыхнулось что-то непонятное и рвануло наружу, ладонь засветилась. Боль прошла, от раны ни следа не осталось. И я стала изучать книги по лекарскому делу. Такому, правда, мало книг было посвящено, но мне хватило.

– Ты говорила, что вскрывала магические замки. А зачем? И как тебя за пять лет не раскрыли? – в глазах мелькнуло сомнение.

– Понимаешь, мои опекуны весьма состоятельные аристократы. У них что ни день, то бал или этот, как его, раут. Они уезжали часов в девять вечера и прибывали под утро. Днем чаще всего отсыпались. Этим я и пользовалась. Мне-то для полноценного сна хватает четырех часов. Вот и занималась всю ночь или прогулки по ночам устраивала, а перед их приходом неизменно возвращалась. Так никто ничего и не заподозрил. – Я могла гордиться собой.

– Прогулки по ночному городу? И что, ни разу не нарвалась на приключения? Ну, я имею в виду, неужто никто не пытался напасть? – Глаза парнишки стали огромными. Я задумалась, вспоминая.

– Нет. Когда слышала голоса или споры, пыталась спрятаться и не попадаться никому на глаза. Поэтому приключения обошли меня стороной, – поведала, только сейчас сообразив, о чем говорил паренек.

«Интересно, а что бы произошло, нарвись я на кого-нибудь ночью?»

Ответа не только не знала, но и предположить исхода не могла.

Разговор пришлось прекратить, мы оказались перед воротами, куда стекалось множество желающих поступить в Академию. Небольшая задержка возникала в момент представления документов. Я тоже свои вытащила. Благообразная старушка в мантии глянула на меня ясными и на удивление молодыми глазами, в документы и не посмотрела, только ткнула пальцем в Санью.

– Кто таков?

– Помощник. Мне сказали, можно взять с собой, – говорила уверенно, вспомнив интонацию опекунши.

– Помощник, говоришь? Ладно, проходи. Прямо по дороге, на развилке направо. В учебном корпусе второй этаж, кабинет двести семь, – направили меня.

– Спасибо вам большое, – поблагодарила и, цапнув зависшего парня, потащила за собой.

Идя по дорожке, крутила головой в разные стороны. Взгляд зацепился за очень красивый особняк, который казался здесь чужеродным, но выглядел величественно. Идущие позади девушки вздохнули. Одна из них мечтательно протянула:

– Элитное общежитие для универсалов. Как бы я хотела туда попасть.

– Есть все шансы, в твоем же арсенале две стихии, – угодливо прощебетала вторая девчонка.

– Ты права, но, наверное, этого мало. Мы же сядем рядом? Ты поможешь с экзаменами? – пропела аристократка, поглядывая на спутницу.

«С ее мозгами я точно попаду на нужный факультет. Если она сама успеет все написать, будет мне лишняя служанка. Не успеет – ее проблемы», – услышала в мыслях красавицы. Говорить ничего не стала, но задумалась. Кажется, тут не чурались подставлять и выезжать на чужих заслугах.

Больше не услышала ничего, так как наши пути разошлись. Девушки двинулись налево, а мы направо. Перед глазами предстало монументальное строение в три этажа. Войдя внутрь, поднялась на второй этаж и открыла аудиторию. Там уже сидело много народа. Перед кафедрой стояло трое студентов, выбирая билеты. Санья устроился с другими помощниками в коридоре, не забыв пожелать удачи, а я смело приблизилась, взяла первый попавшийся билет и нашла свободное место. Открыв, прочла вопросы. Ничего сложного. Быстро настрочила ответы. И принялась рассматривать присутствующих. Я ещё ни разу не видела такого скопления магов в одном месте, потому осторожно прощупывала каждого. Хотелось знать заранее, кто на что способен.

* * *

Санья

Два года прошли тяжело. Я каждый день занимался, тренировал хлипкое тело, попутно помогая остальным освоить простейшие приемы самообороны. Ребята сначала относились ко мне настороженно, присматривались, но потом привыкли. Некоторые не верили в переселение душ и старались подловить на любой мелочи. Таким сразу сказал, что память бывшего владельца тела осталась, но я ее затолкал подальше, чтобы не напрягала возникающим порой желанием совершить подлость. Это было не в моих правилах.

А ещё сразу честно признался, что ненавидел грязь, от нее возникали все болезни. На меня смотрели, как на идиота. Как обычно, Забияка тут же высказался в своей манере:

– Ты, часом, не реханулся? Чистоплюй?

– Да. Ты и сам должен понимать, вонь забивает нос, мешает подкрадываться незаметно, а про милостыню я и вовсе молчу, вы не жалость вызываете, а отвращение, – смело поведал, вызвав у парня всплеск ярости, но накидываться он не торопился, размышлял, цепким взглядом поглядывая на меня.

– Лады, твоя правда, – наконец, после долгих размышлений согласился Забияка.

Потому в одном из дворов приюта для бездомных, развалившегося старого заброшенного здания, откуда давно вывезли воспитанников, к коим относился и бывший хозяин этого тела, я соорудил с помощниками огромную лохань, отгородив тряпьем, предварительно выстиранным девчонками. Они поначалу злились, не хотели подчиняться, но на них надавили, и девчонки выстирали не только тряпье, но и собственную одежду вместе с вещами ребят. Теперь каждое утро начиналось с умывания, зарядки и разминки.

Не всем понравились нововведения, но я сразу сказал, что выбор каждого, каким стать. Отсутствие дома, семьи и порой еды не повод позволять вшам и прочей гадости съедать себя. Некоторые прониклись, и уже через год порядка двух десятков детей и подростков занимались со мной, мылись и пытались учиться. Заметив наши старания, многие торгаши нанимали ребят на посильную работу, выдавали продукты, даже жаловали вещи собственных детей или внуков.

– И как ты собираешься такой чистенький просить милостыню? – однажды поддел меня Забияка, который считался одним из главарей.

– Пф, проблему нашел, – фыркнул я, взяв в руки немного золы от кострища и нанося на лицо и руки. – Вот и все. А потом это можно смыть. Главное, чтобы тело оставалось чистым. От таких не сразу шарахаться начнут. К тому же уж ты-то должен оценить выгоду нововведения, сколько раз тебе и твоим дружкам предлагали подработать? Еще и платили прилично, – хмыкнул, хитро поглядывая на юношу.

И оказался прав. Тот, кто соблюдал чистоту, стал приносить больше денег. Зажиточные горожане лучше покупались на слезливые истории о бедных детях из хороших семей, с погибшими родителями, оставившими неприспособленных сирот добывать пищу самостоятельно, чем на слова грязных и вонючих оборванцев, так и норовящих стащить то, что плохо лежало. Их вонь даже дышать нормально мешала. Хотелось сбежать или прогнать, а не милостыню давать. Все, что я говорил беспризорникам, оказалось правдой.

Теперь к нам присоединились и те, кто до последнего момента не верил в эту затею, издеваясь над чистоплюйством. С выбранного пути уже никто не свернул, ощутив улучшения. Чистое тело поднимало настроение, усиливало концентрацию. Еще бы, попробуй сосредоточься, когда все чешется и по телу ползают вши. Фу!

К концу второго года моего пребывания в этом мире уже около четырех десятков подростков приняли правила. А когда, взяв в руки местную газету, я понял, что мог читать и даже писать, сразу принялся обучать безграмотных детей грамоте и письму.

Я все же нашел здесь себя. Несмотря на положение беспризорника и сироты, мне нравилась такая жизнь. Правда, не отказался бы и от учебы, особенно когда случайно узнал, что у меня была магия. В квартале случилась облава. Мы с малышами учились в своем закутке, оборудованном под школу старшими ребятами. И тут недалеко раздались крики и вопли. Я не знал, как спасти малышей, которых сразу при обнаружении забрали бы власти для опытов магам. Об этом рассказали младшие, чьи товарищи уже попали под раздачу. Все органы чувств обострились, хотелось закрыться, спрятаться самому и сберечь малышню. Словно подчиняясь мысленному желанию, одна из стен ветхого сарайчика отлетела и закрыла вход в переулок, где располагался наш закуток. Но стена для стражников не преграда, потому поднявшийся ветер не подпускал никого.

Когда все закончилось, я просто свалился без чувств и три дня провалялся пластом. Хорошо, нашелся желающий за мной ухаживать. Один из взрослых парней, чей брат как раз находился со мной, объяснил, что в минуту опасности открылся дар. Теперь я стал магом воздуха, пусть ещё и слабым. Он же притащил несколько потрепанных книг, и я изучил общее положение магов и несколько заклинаний. Правда, сам в них не разобрался, но зато теперь появился стимул учиться, чтобы защищать других, не падая потом без сил.

Несколько раз мы бегали к воротам Академии, я даже решился поговорить с привратником. Он сначала накричал и попытался прогнать, но я оказался упертым. И тогда тот сжалился и поведал, что поступить могли или дети аристократов, или слуги по требованию хозяев. Для безродных нужны рекомендации.

– Получается, хоть я и маг, без поручителей сюда пути нет? – уточнив, получил подтверждение и неприятную правду.

– Коли нарвешься на другого мага, он может заблокировать твою силу. Необученных ждёт наказание, – предупредил напоследок.

Странные законы. Учиться нельзя, но и оставлять силу тоже. Бред полный. Жаль, не в моих силах изменить местные правила. А учиться в этой Академии я бы не отказался. Только не знал, где найти поручителя.

Вскоре эту мысль из головы выбросил. Стало не до того. Облавы участились, предстояло придумать, где устроить безопасное место для малышей, они же постоять за себя не могли. И таковое нашлось. Предложила травница, у которой помимо лавки, где она жила, имелся ещё и дом на окраине города. Он достался ей от сестры, покинувшей Хайшар, но находился слишком далеко от рынка, потому и стоял заброшенным. Идеальное место. Я лично сбегал и посмотрел, увиденное восхитило.

Это же целые хоромы, тут всем места должно было хватить. Сияющими глазами смотрел на Хилью. Она улыбалась и, погрозив пальцем, предупредила о требовании соблюдать чистоту и порядок. Все разом согласились, а старшие ещё и пообещали расширить домишко, чтобы места хватило всем. Бревна нашлись на заднем дворе, из них сложили пристройку. Я восхитился: вроде еще дети, а столько оказалось умений. Потом мне объяснили, четверо подростков владели магией и несколько лет самостоятельно развивали дар, который сейчас пригодился. Так у беспризорников появился дом.

Совместными усилиями маленькое двухэтажное строение превратилось в самый настоящий трехэтажный особняк с пристройками. Старшие оказались рукастыми. Помогали им те самые маги. Даже я поучаствовал, помогая воздухом поднимать бревна и укладывать. Внутри уже справлялись девушки, у которых ловко получалось создавать уют, они же собирали в лесу мягкие листья, чтобы сделать тюфяки и подушки.

Строительство и обустройство шло полным ходом. Даже баню построили по моему совету. Теперь этот дом стал приютом для бездомных. Продукты покупались на деньги, вырученные от подработок или прошения милостыни. Все несли заработанное в общую кубышку. Девушки убирали, стирали, готовили, а парни строили, добывали пищу и заботились о младших.

Жить стало намного легче. А на меня порой накатывала тоска. Я скучал по родному миру. Иногда угнетала бесперспективность. Здесь ни один простолюдин не имел шанса выбиться в люди. А прозябать всю жизнь в этом месте я оказался не готов.

Когда накатило отчаяние, я и встретил ее. Мы бежали на площадь, куда приехали бродячие артисты. Народу должна была собраться прорва, подарив возможность заработать. Странная девушка с лицом, словно спрятанным под бездушной маской, перехватила меня по пути. Пыталась улыбаться, но я заметил, что она всего лишь растягивала губы, потому что так надо. Когда узнал, что девушка прибыла поступать, осознал, что появился шанс, за который тут же ухватился. Знал, травница предупредит друзей, чтобы те не волновались. Сам уже просто не успевал никому сообщить.

Чуть позже выяснилось, что незнакомка оказалась совершенно не приспособлена к жизни. От ее истории мурашки по коже пробежали. Что за опекуны такие, держащие девчонку взаперти целых десять лет. Она им явно для чего-то нужна была. Удивительно, но стоило коснуться девушки, как все раны на теле мгновенно исчезли. Я о таком и не слышал даже. Наверняка причиной стала лекарская магия, о которой она рассказала. Может, потому и держали под замком? Но это я решил выяснить позже. А сейчас был слишком доволен, что оказался в той самой Академии, куда так стремился попасть. Сидел в коридоре с другими слугами и, прислушиваясь к их беседам, узнал много интересного.

В коридоре сидело порядка десяти слуг: трое парней и семь девушек. Одна выделялась особо. Неприятно так выделялась гонором и завышенным самомнением. Светловолосая девушка с двумя красными прядями в волосах обладала отталкивающей внешностью и походила на крыску. Остальные почему-то смотрели ей в рот и ловили каждое слово. Прислушался:

– Моя хозяйка, баронесса Истрик, здесь на особых условиях. Если хотите найти свое место в жизни, просто обязаны пойти ей навстречу.

Я заметил, что многие задумались. Это стало выше моего понимания. Когда-то изучал историю, потому был прекрасно осведомлен, чем чревата смена хозяев. Да и не брали в штат тех, кто способен предать. Неужели здесь все по-другому? Пока никто ничего не сказал, у меня вырвалось:

– А как станет относиться твоя хозяйка к остальным слугам? Платить больше будет? Устроит на хорошую работу, когда этих бедолаг вышвырнут хозяева за так называемую помощь? Чем баронесса в состоянии помочь? У нее хоть свои деньги есть? Или только родительские? – не удержался я, решив прекратить бессмысленную агитацию.

Умом понимал, для чего баронессе требовалось столько помощников. Те доносили на своих хозяев, приносили домашнее задание или передавали чужие разговоры. Судя по служанке, сама леди не брезговала шантажом. А я таких ненавидел всей душой.

– Ты кто такой? Какое право имеешь влезать в чужие разговоры? – тут же взъелась неприятная служанка.

– Помощник леди, сдающей экзамен. А право… Ты забыла предупредить, для чего баронессе посторонняя помощь. Чтобы потом шантажировать хозяев этих слуг. Думаешь, надолго они задержатся на работе? Да их вышвырнут сразу же, лорды и леди не дураки: сопоставить, кто сливает инфу, не проблема. Что потом будешь делать? Вербовать новых доносчиков? – я говорил спокойно, что ещё сильнее бесило девчонку. Основывался только на своей логике, исходя из бывшей работы, все же профессия оперативника где-то да пригодилась. Я оказался прав. Служанка вскочила и бросилась ко мне, но ее за волосы ухватила одна из тех, кто сидел рядом.

– Так вот, подруженька, какую участь ты нам приготовила? Доносы на тех, кто взял нас сюда в знак своего расположения? Тварь! Но я с тобой потом разберусь, – зашипела темноволосая леди лет восемнадцати.

Крыска замахала руками:

– Холра, да что ты его слушаешь? Что этот малец может знать о жизни? Небось и горя не видывал, вон какой ухоженный.

На меня уставились все. Рассматривали внимательно, один из парней нерешительно уточнил:

– Задохлик? Из квартала промышленников? У вас ещё на свалке главным, этот, как его…

Ага, о такой уловке мне прекрасно было известно. Сделал вид, будто забыл, а сам в этот момент проверял, верно ли узнал. Пришлось «помочь».

– Збирень. И не на свалке. У нас теперь есть дом, куда приходят те, кому негде жить. Халявы нет и не будет, но все зарабатывают честно, – спокойно поведал, наблюдая за слугами.

– А тут ты как оказался? – нерешительно спросила девчушка лет шестнадцати и, смущаясь, помяла передник.

– Благородная леди взяла к себе помощником. Не слугой, а именно помощником, это дорогого стоит. И лично я не собираюсь подрывать доверие, которое мне оказали, – последнее припечатал, глядя на крыску.

– Вот и правильно! Я тоже не предам хозяина. А твоя баронесса та ещё сволочь, раз идёт на такие ухищрения, – заметил ещё один парень, который оказался самым старшим, ему наверняка уже было лет двадцать.

Выяснив отношения, плавно перешли к обсуждению магии хозяев, попутно играя в «угадайку», кто на какой факультет поступит. Крыска попросту исчезла. Скорее всего, отправилась в другое место вербовать слуг. Здесь из-за количества прибывшего народа в пяти аудиториях проводились экзамены. Через несколько минут я о ней вовсе забыл. Мелькнула надежда, что кто-нибудь за такую агитацию все же вырвет служанке последние волосенки. Сама виновата вместе со своей баронессой. Так и пролетело время ожидания.

* * *

Алёна Мечникова

Вот уже несколько месяцев я жила в таверне. Контингент попадался разный, но хозяин в обиду не давал. Более того, даже не позволял мне высовываться из каморки, во избежание неприятных встреч. Его посетители считались народом порой буйным и любвеобильным. По вечерам, когда посетителей становилось больше, зеленокожий приглашал подавальщиц легкого поведения, чтобы не отказываться от дополнительного заработка.

Днем, стоило показаться в зале, он пристально следил, чтобы никто не приставал и не обижал. И пусть народ в основном оказался на удивление миролюбивым, пару раз я нарывалась на индивидов, которым хотелось не вон ту, готовую на все красавицу, а именно меня. Таким хозяин подробно объяснял, почему не следует путать добропорядочную девушку с особой легкого поведения. Слова не всегда действовали, и в ход вступал довольно увесистый кулак детины, но меня грела мысль о заступничестве, несмотря на понимание, что хозяину просто не хотелось терять источник заработка.

Зарплата повысилась после того, как через месяц пребывания в этом мире я сходила на рынок, прошлась по городу и познакомилась с несколькими служанками, помогая выбрать овощи и фрукты. Они и рассказали о денежной системе Хайшары. Оказалось, сто мидянок – это серебряный, а сто серебряных – золотой. Самая достойная оплата – двадцать серебряных в месяц, самая низкая – десять. Я же получала восемь. И мне это не понравилось. Учитывая здешние цены, я бы и дня не прожила.

Тем же вечером сообщила хозяину, что буду чинить один артефакт в месяц и за свои два серебряных за большее не возьмусь. Пойди он в мастерскую, только за работу бы взяли три с половиной серебряных. Об этом тоже рассказала.

– Понимаешь, ты здесь никто? Я могу попросту вышвырнуть тебя на улицу, – пригрозил зеленокожий. Я, кивнув, расплылась в улыбке.

– Так я пошла? Вещей особо нет, только те, что на мне, и то взятые напрокат. Со своей силой не пропаду, вот как раз видела объявление, что нужны помощники в мастерскую.

Блеф – наше все. Заметив, как перекосило орка, про себя победно улыбнулась. Хотел запугать? Так пуганая уже. После смерти уже ничего не страшно.

– Ладно. Чего хочешь? – мрачно буркнул, сверля маленькими темными глазами.

– Двадцать серебряных, если учесть, сколько прибыли я уже принесла, это самая малая плата за работу. Я же знаю, что как минимум четыре артефакта ты продал почти по золотому за каждый. И если и дальше желаешь сохранить бизнес, надо мотивировать того, кто помогает, – я говорила уверенно, не отводя взгляда. Наверное, это и сыграло свою роль. Начни я мямлить или проявлять робость, ничего бы не получилось. Вон как смотрел. Надеялся, что передумаю? Ну уж нет. Или пан или пропал. Растянула губы в ухмылке.

– Это ж почти золотой в месяц, – рявкнул орк.

Я едва воздухом не подавилась, не сразу осознав, о чем он. И тут дошло, что хозяин посчитал, будто я просила такую оплату за неделю. Да, могла бы уточнить, что имела в виду месячный заработок, но не стала, ощутив, как он готов согласиться. Уж больно жажда наживы перевешивала.

– Хм, продавать четыре артефакта почти за четыре золотых нормально, заметь, в неделю, а достойную плату за них считаешь, грабежом? Ну и ладно. Нет так нет, – бросила равнодушно и в очередной раз собралась уходить.

– Давай хотя бы пятьдесят серебряных в месяц? – попытался торговаться. Я лукаво уставилась на хозяина и припечатала:

– Семьдесят пять!

Мы торговались около часа, но сошлись на шестидесяти семи. Для меня и это оказалось успехом. Теперь можно было откладывать и потом приобрести хотя бы собственную одежду, пока же приходилось ходить в том, что жертвовала Санра, девочка-подавальщица, с которой мы неплохо поладили.

Так и проходило время. Несколько месяцев не знала забот. Меня кормили, поили, создали условия для работы и жизни. Но у судьбы на мою скромную персону оказались свои планы.

Вечер ничем не отличался от предыдущих. Я сидела в каморке и чинила принесённый артефакт. Сегодня сила сбивалась и никак не желала устранять поломку. Я не понимала, что не так. Пробовала разные варианты, но все рвалось. Ещё и пальцы покраснели, словно на них попал реактив. Отложила. Задумалась. Как в книге писалось? Надо глянуть магическим взглядом. Для меня это казалось темным лесом, но суть сводилась к тому, что следовало просто расфокусировать взгляд. Так раньше я смотрела на особые картинки, где можно было увидеть то, что оставалось незаметным при обычном разглядывании.

Вот и сейчас попыталась так же глянуть на вещицу. Получилось раза с пятого. И от увиденного меня перекосило. Несколько черных нитей извивались, как пиявки. Именно они жалили, не давая коснуться, рвали мою силу, будто не желали восстанавливать изделие. Вздохнула, гадая, откуда хозяин таверны взял эту гадость. Не успела подумать, как в коридоре послышался шум, крики, а к моей комнате некто направился тяжёлым шагом. Испугаться не успела. Дверь просто слетела с петель. И я уставилась на мужчину, закутанного в плащ.

Заметив на столе артефакт, тот взревел и выпустил в меня что-то черное. Вот теперь я не просто испугалась, а испытала смертельный ужас. Что произошло дальше, и в страшном сне не смогла бы предположить. Непроизвольно выставив руки, чтобы закрыться от гадости, закричала, и с ладоней сорвался столп огня. Мужик, надо отдать ему должное, успел закрыться щитом, потом снова бросился на меня, но ничего сделать не успел. В тесной каморке открылись сразу три портала, из которых вышли стражи с нашивками магов на форме. Быстро оценив ситуацию, мужика спеленали и двое забрали его с собой. Третий остался, осмотрелся и заметил вещицу на столе.

– Откуда это у вас? – спросил, но касаться предмета не торопился.

– Орк принес на починку. Я уже несколько месяцев ремонтирую ему артефакты, – скрывать ничего не стала.

– Покажите руки, – потребовал незнакомец; заметив опухшие пальцы и покраснения, покачал головой. – Вас не учили, что касаться сомнительных артефактов без защиты, смерти подобно?

– Меня вообще ничему не учили. Да и до сего момента проблем не было ни разу, а именно эта штука не желает чиниться, – пожаловалась, ощутив озноб. Ага, запоздалая реакция на стресс.

– Не учили? – Я смогла его удивить. – Но как же тогда вам удается чинить сложнейшие артефакты? – А он явно подготовился к разговору, только непонятно, когда именно.

– Интуитивно. Если честно, я сама не поняла, как это происходит, – и снова ничего утаивать не стала.

Мужчина задумался. Осмотрел меня с ног до головы, а потом непререкаемым тоном заявил:

– Собирайтесь! Вы отправляетесь в Академию, там вас всему и научат. К тому же такой дар огня требует укрощения.

– Я готова, – предстала перед ним через минуту, всего-то и надо было забрать отложенные деньги. Вещей так и не появилось, собирать было нечего.

– Э? А где…

– Нет у меня ничего, – пожала плечами, потом призналась, кто я и откуда. Мужчина кивнул, протянул руку, за которую я ухватилась. И перед нами открылся портал.

В таверне меня ничего не держало. Оплату за труд получила утром. Прощаться было не с кем. А значит, на новую ступень переходила с лёгким сердцем. Тревожили только экзамены. О них и поторопилась уточнить у сопровождающего. Хитро подмигнув, он открыл дверь и, как я поняла, пропустил в кабинет ректора. Тот сидел за столом и просматривал бумаги. При нашем появлении ни один мускул не дрогнул на лице.

– Тэв, кого ты ко мне привел? – в голосе ни единой эмоции.

– Помнишь, мы недавно говорили о неучтенном артефакторе с необычным слепком ауры? – вопросом на вопрос ответил сопровождающий. Вот теперь я удостоилась более пристального внимания. – Да-да, это она. Альёна Мечникова. Действовала интуитивно, представляешь? И ещё, является иномирянкой с силой огня, наверное, восьмерка, но, может, и девятка. Сам видел, как она едва не подожгла нашего собирателя душ.

– Ты его поймал? – ректор даже с места привстал.

– А то ж! Явился к артефактору за своей вещицей, которую эта безголовая девчонка пыталась починить, не озаботившись защитой. Удивлен, что она не только жива, но и при своей душе, – последнее вышло зло, а на стол ректора полетел тот самый артефакт, который я столько времени пыталась починить.

– Альёна, вы знаете, что это такое? – вкрадчивый голос главы Академии заставил подобраться. Отрицательно мотнула головой.

– Нет. А что это? – голос вышел хриплым. Судя по разговорам, я сунулась туда, где вполне могла расстаться с жизнью во второй раз.

– Это вещица, с помощью которой маньяк забирал души, возомнив себя судьей и вершителем судеб. На его счету больше сотни жертв, – любезно просветили меня, заставив передернуться.

– Поэтому те пиявки так больно жалились? – спросила, а заметив недоумение, пояснила, что перестроилась на магическое зрение и поняла, отчего болели пальцы и что рвало мою силу.

Мужчины стали расспрашивать, как я, не имея образования, вообще взялась за такую работу. Пришлось рассказать о жизни на Земле и увлечении радиоэлектроникой, что в принципе имело похожий спектр действий.

– Возьмёшь девушку учиться? Такой талант нельзя зарывать в землю, – широко улыбнулся Тэв.

– Куда ж я денусь. Факультет универсалов, чувствую, девчонка ещё добавит сюрпризов, – вздохнул глава Академии.

Как выяснилось, дяденька, что меня привел, являлся кем-то вроде старшего следователя, если перевести на земной язык. Тут это называлось старший пэйр. Были еще дознаватели, похожие на оперов, и ищейки, но в их случае все говорило само за себя. Эта сфера не являлась моей стихией, поэтому интерес к незнакомцу потеряла быстро.

Они ещё что-то обсуждали, а я рассматривала кабинет, пока выпала возможность. Взгляд упал на картину над камином. На ней изображалась красивая женщина с крыльями за спиной. На миг показалось, что женщина подмигнула. Я дернулась, едва не свалившись с кресла.

– Альёна, что с вами? – в один голос уточнили мужчины.

Я глянула на них, на портрет, снова на них. Наверное, надо было промолчать, но меня бы замучило любопытство. Потому ткнула в картину пальцем:

– Она живая?

– Кто? – искренне удивился ректор.

– Девушка на картине. Она мне подмигнула, – бросила нетерпеливо.

Тэв медленно приблизился, приложил ладонь к моему лбу, а потом излишне ласково спросил:

– Альёна, какая девушка? На картине горный пейзаж, больше ничего нет.

– Да какой пейзаж? – Я стала злиться. Крылатая на портрете вовсю потешалась. Вскочив, подошла к картине и ткнула пальцем в крылья. – Сама скажешь? Или прямо за крылья вытащу. Ты же настоящая! – прозвучало как обвинение.

А в следующее мгновение по кабинету разнёсся задорный смех. Женщина ловко перепрыгнула через раму, заставив мужчин резко выдохнуть.

– Алфирия! Но как…

– Леди Алфирия? А говорили, что вас похитили прямо из этого кабинета, но найти виновных так и не смогли, – пораженно выдохнул Тэв.

– Не похитили, прокляли, – изящно махнула рукой женщина и, обернувшись к ректору, уточнила: – Хэрми, ты же помнишь лорда Баскора?

– Который так упорно стремился стать твоим мужем? Помню, он после твоего исчезновения прожил лет пятьдесят, кажется, а потом его буквально за неделю свела в могилу неизвестная болячка. Лекари так и не нашли причину, – кивнул глава Академии.

– Это последствия его проклятия. Постой! Ты сказал, лет пятьдесят назад? Сколько прошло с момента моего исчезновения? – крылатая напряглась.

– Сто двадцать два года, – выдохнул мужчина.

Даже на меня подействовало удручающе. Будь это не магический мир, где срок жизни магов от трехсот и выше лет, страшно представить, куда бы вернулась женщина.

Леди упала на стул, прикрыв лицо руками. Ее никто не трогал, дав время переварить услышанное. Подняв голову спустя несколько минут, женщина уточнила:

– Что с моим герцогством?

– У тебя прекрасный сын, Алфирия, он отлично справляется и, думаю, будет рад снова увидеть мать, – улыбнулся лорд Хэрми.

– Да, наверное, – протянула не слишком уверенно, потом глянула на меня и улыбнулась. – Давненько у нас видящих не было, – заметила крылатая дамочка. – Но я рада, что удалось освободиться. Не будь этой девочки, неизвестно, сколько бы я ещё проторчала в картине.

– А сами не могли из нее выйти, вот как сейчас? – спросила, пока не понимая сути проблемы.

– Увы! Пока кто-то не пожелает меня освободить, в твоём случае вытащить за крылья, – не могла выбраться. Меня не видели и не слышали. На картине для всех и правда был виден горный пейзаж. Такова суть проклятия взбешенного отказом лорда. Убить он не смог, силенок не хватило, а вот проклясть и заточить в картину помогла злость. Только ты увидела истину. Я благодарна за помощь, поэтому помогу устроиться в Академии.

– Не надо, сама справлюсь, – открестилась, посчитав, что неправильно брать оплату за спасение. От меня отмахнулись.

– Гордость – это хорошо, но в меру. Ты не из этого мира, как я слышала, и без денег. За что купишь письменные принадлежности, инструменты для работы с артефактами? – Ну самая настоящая люциферка, соблазняющая похлеще дьявола.

– У меня есть немного, – прозвучало уже не так уверенно. – Я эти месяцы не сидела без дела, работала.

– Так, решено. Не вздумай отказываться. Я просто соберу тебя на учебу и все. Гордость останется при тебе.

Пришлось согласиться. Следующие несколько дней прошли в сборах. Тогда-то и поняла, что моих жалких серебряных не хватило бы. По подсчетам собралось порядка восьми золотых, я втихаря брала работу у других, которые оказались намного щедрее, чем орк. Так и насобирала, думала, целое состояние. А оказалось… Один набор артефакторов стоил около десяти золотых, но что это был за набор! Из рук выпускать не хотелось. А пришлось.

Зато к назначенному времени была полностью готова. Уже завтра начиналась учеба, которую я ждала с огромным нетерпением.

* * *

Еллина Лорта

Рядом оказался юноша с черными волосами, которые он постоянно ерошил. Тьма за его спиной колыхалась, присматривалась, пугала присутствующих. Глянув на нее, я нахмурилась.

«Не мешай. Видишь, он сосредоточиться не может», – произнесла мысленно, уверенная, что меня услышат. Зачем вообще полезла, не знала, но это показалось правильным. Именно он больше всего привлекал внимание. Потянуло к парню на уровне интуиции. Показалось, мы сможем подружиться. И хоть я не знала, как это делалось, сама мысль согревала.

Еще раз глянула на тьму. В своих суждениях не ошиблась. Кивнув, она вошла в тело парня и больше не появлялась. А я подсмотрела вопросы соседа. Первый он написал сам, второй дописывал, но немного ошибся.

«Векторы располагаются не параллельно, а перпендикулярно. Исправь, это слишком грубая ошибка», – тоже мысленно. Юноша глянул без тени удивления в глазах и, кивнув, исправил.

«По ступеням магии есть варианты? Не понимаю вопроса», – дошла до меня мысль парня. Он даже не удивился вмешательству в сознание.

Кивнула и так же мысленно помогла с третьим вопросом. Правда, нас перебили. Сидящий за столом магистр с темными, как ночь, глазами, выдал мысленный пинок, и в голове раздалось:

«Студентка, вам не говорили, что подсказывать нельзя? Свободны! Теорию вы сдали! Высший балл!»

И слова сказать не успела. Листы испарились, а меня просто вынесло в коридор, заставив Санью шарахнуться в сторону. Он настороженно посмотрел, поэтому пришлось успокоить.

– Все хорошо, теорию сдала. Вроде сказали, на высший балл. Но забыли предупредить, что делать дальше.

– Давай подождем? Скоро остальные подтянутся, – предложил помощник, я согласилась.

Ждать долго не пришлось. К нам вынесло самого чернявого, моего соседа по столу. Он подошёл с легкой опаской. Реакция Саньи порадовала, он завороженно, но без страха, смотрел на выглянувшую тьму незнакомца. Я пригрозила пальцем, она скрылась. Глаза парня стали огромными.

– Значит, не показалось? Ты и правда общалась с моей тьмой? – в голосе звучало искреннее недоумение.

– Да. А это запрещено? – пришла моя очередь удивляться, так как о подобном я не читала.

– Нет. Но все боятся, а в тебе я совсем не ощущаю страха, – поведал юноша.

А я задумалась, что такое страх? Сколько себя помнила, а это всего десять лет жизни, никогда не испытывала никаких эмоций. Считала, так и должно быть. Оказалось, это я неправильная. Ждал ответа не только новый знакомый, но и мой помощник. Пришлось поведать о своей аномалии, которая не напугала вопреки опасениям. Юноша тут же расплылся в широкой улыбке.

– Рич меня зовут, – представился парень.

– Елли, – отозвалась в ответ.

И тут в коридоре стали появляться остальные. Одни оставались и вытирали пот со лба, переволновавшись, вторые, повесив голову, побрели в сторону выхода. Не сдали теорию. К нам вышел преподаватель.

– Поздравляю с прохождением первого этапа экзаменов. А сейчас практическое задание. Предупреждаю сразу, магия сама выбирает, как и с кем вы пройдете это испытание. В одиночку, с напарником или вообще тройками. Отправляемся на третий этаж. Помощники остаются ждать здесь.

Мы двинулись вслед за магистром. Рич находился рядом, не отходя ни на шаг. Остальные косились на него, некоторые откровенно шарахались. И я осознала, о чем парень недавно говорил. Чужой страх липкой пленкой оседал на теле, заставляя кривиться. До меня вдруг дошло, я с одного раза все ощутила, а он с этим жил годами. Это ж как надо закрываться, чтобы каждый раз не ощущать подобное гадство. С сочувствием посмотрела на нового знакомого.

– Так всегда? – уточнила.

Как ни странно, но меня сразу поняли. Рич кивнул и развел руки в стороны, показывая, что уже привык. А вот мне хотелось поскорее помыться, снова стать чистой и свежей, а не облепленной липкой паутиной чужого страха.

Тряхнула головой, стараясь прогнать лишние мысли. Мы пришли. В коридоре стояло примерно несколько десятков поступающих. В воздухе появилась дверь, из которой сочился свет. Удивило другое. Лучи будто скользили по каждому из нас, задерживаясь только для того, чтобы утащить за собой. Тот, на ком останавливался свет, тут же исчезал. Я видела, как многие студенты дёргались, шарахались в стороны, прятались за спины других. Хмыкнула, но вслух говорить ничего не стала. Какая разница, когда проходить испытания? Чего они боялись? А еще будущие маги.

Выбор вдруг пал на меня. Вспышка, и оказалась в полной темноте. Ненадолго. Через секунду ощутила рядом появление ещё одного лица.

– Кто здесь? – спросила решительно, страха по-прежнему не было. Ещё и светлячка создала, моей магии огня для этого вполне хватило.

– Елли? – облегчённо выдохнул Рич. Кивнув, машинально взяла его за руку.

Пока ничего не происходило. Если это испытание, что предстояло делать? Я не понимала, вынужденный напарник тоже. Никто не нападал, мы обошли место, в котором оказались, но вокруг нашли одни стены, двери не нащупали.

Я увеличила светлячка, добавился огонек Рича, и теперь мы могли видеть пустую комнату, в которой мелькали пляшущие тени.

– Стоп! Тени! – вырвалось вслух, и я повернулась к парню. – Ты носитель тьмы, значит, это испытание для тебя. Правда, я пока не понимаю, каким боком к нему отношусь, но…

«Впитать тьму, тогда проход откроется», – прозвучало приглушённо в голове.

– Впитать тьму? Считаете, Рич справится? – с сомнением протянула, заметив количество теней.

«Справится, если будешь держать его за руку», – снова тот же шепот.

– Ладно, можно попробовать, – согласилась, собираясь сообщить напарнику задание.

Он с лёгким подозрением уточнил:

– А с кем ты разговаривала?

– Понятия не имею, но мне сообщили, что ты должен впитать тьму, а я буду держать за руку и поддерживать морально, – произнесла, ещё раз осмотрев количество теней. – Справишься?

– Не знаю, попробую, в конце концов, у меня ещё и накопитель есть, – спокойно выдал Рич.

Следующие несколько минут я наблюдала, как юноша словно втягивал в себя тени со всех углов. Когда казалось, что перебор, наши ладони начинали светиться, и напарник задорно улыбался, возобновляя попытки. Когда вокруг не осталось ни одной тени, а маленькую комнату залил непонятно откуда взявшийся солнечный свет, открылась дверь, в которую мы вышли, все ещё держась за руки. Это казалось таким естественным, что ни он, ни я не размыкали ладоней.

На пороге нас обсыпали пыльцой, которая сначала закружилась, потом, осев на тыльной стороне ладоней, преобразовалась в татуировки в виде овала. В нем находился треугольник, внутри которого у Рича виднелась молния, темный шарик и кинжал, а у меня светлый шар, огненная искра и фиолетовые капли. Что это значило, скорее всего, поведают позже. Над головой раздалось монотонное:

– Академия поздравляет прошедших испытание. Факультет универсалов.

Я увидела, что напарник был впечатлён и рад, и вспомнила обсуждения девушек перед экзаменами. Выходит, мы оба попали на тот самый элитный факультет. Как жаль, что я не могла даже порадоваться. Не сказать, что мне было все равно, внутри стало светлее, но восторга не было.

– У тебя есть помощник или помощница? – спросила, направляясь за Саньем.

– Нет. Говорил же, меня все боятся. А вот твой пострел храбрый, от него только интерес исходил. Я бы себе такого тоже хотел, – вышло немного удручённо, а у меня вдруг появилась мысль.

Пока сдавали практику, мой помощник успел со многими пообщаться, выяснить кучу информации, узнать, где располагалась библиотека, кастелянша, уточнить по поводу покупки писчих принадлежностей. В общем, развил бурную деятельность. К тому моменту, как оказалась рядом, меня ждала не только информация, но и купленная учебная сумка с тетрадями, блокнотами, карандашами и ручками. В который раз сама себе позавидовала, что успела подружиться с Саньем.

– Куда нам сейчас? – вопрос риторический.

Однако мой постреленок деловито уточнил:

– Факультет уже сказали? Идём заселяться в общежитие. Здесь у каждого факультета свое.

– Универсалов, – вместо меня ответил Рич, заставив Санью самым некультурный образом открыть рот. Мгновение, и мы увидели весьма замысловатый танец мальца. Наверное, он демонстрировал великую радость.

– Вау! Крутяшно! Елли, ты потрясная! О таком я и мечтать не мог. Потопали скорее, тут такой отпадный особняк для твоего факультета, закачаешься.

– Постой, зачем мне качаться? – уточнила, не поняв и половины слов помощника. – И не беги, я хотела обсудить с тобой еще один вопрос.

Услышав мои слова, Санья вдруг сник. Глянул исподлобья, потом прошептал, казалось, с трудом сдерживая слезы. Чем обидеть его успела, снова стало неясно.

– Решила, что я тебе тут не потребен? Сама справишься, да? Ну, наверное, правильно, я же…

– Постой! Остановись. Ты о чем вообще? Впрочем, ладно, потом расскажешь. Я о другом хотела спросить. Ты Рича боишься?

Теперь на меня уставились оба парня. Один с укоризной, второй с недоумением. Но Санья ответил честно:

– А че я должон его бояться? Че я, тьмы не видывал? А к чему вопрос? Он твой друг? Так я только рад, зла от него не чувствуется.

– Понимаешь, у Рича нет помощников, его все боятся. Я потому и спросила. Честно, понятия не имею, для чего они вообще нужны, но ты не мог бы иногда и ему помогать?

– Естественно, не бесплатно, – влез и Рич. До него дошло, что я пыталась вызнать.

– Крутяк! Так у меня че, вместо одной хозяйки теперь двое? – выдохнул парнишка, и мы снова лицезрели весьма забавный танец. Он смешно перебирал ногами, при этом, как ни странно, не сдвигаясь с места. Ещё и притопывал.

– Я согласен, – произнес помощник после нашего кивка.

Рич резко выдохнул. Оказалось, он затаил дыхание и ждал ответа. И теперь на лицах обоих сияла улыбка. Я заметила, что за последние несколько минут из моего нового знакомого ушло напряжение, он расслабился. Снова внутри что-то светлое раскрылось, даря тепло. Видимо, это и была радость.

Санья подхватил мой саквояж и глянул на Рича. Темный мотнул головой, осознав, что теперь уже наш общий помощник искал его вещи, указал на браслет и пояснил:

– У меня все в пространственном кармане. Так намного удобнее путешествовать. И не тяжело, и обворовать никто не сможет.

– Умно, – подмигнул Санья. – А главное, правда, удобно.

Мы двинулись к особняку, на который я засмотрелась изначально. На входе стоял огромный абсолютно лысый и лопоухий мужчина с зеленоватой кожей, одетый в короткие, чуть ниже колена, штаны и жилетку жёлтого цвета, которая на нем не сходилась. Массивное тело без капли жира казалось таким мощным, что одной рукой могло запросто превратить любого студента в лепешку. Как только мы приблизились, мужчина уточнил:

– Кто такие? И что за заморыш с вами?

– Рич Фитер, Санья не заморыш, а наш общий помощник.

– Еллина Лорта, – представилась я.

– Ага, служка, значицца, – покивал головой зеленокожий. – Тады ладненько. Будет вам, значицца, комнаты семь и восемь, промеж ними как раз комнатуха для вашенского служки. Расписаньице уже на столах, как и учебники. Топайте, заселяйтесь, значицца.

Обошли огромного мужчину и вошли в здание. Оказались в небольшом холле. Через пару метров от входа с двух сторон расположились резные лестницы. Второй этаж был отделен перилами. Светлый коридор вел в большую комнату, двустворчатые двери которой в данный момент были распахнуты. Я рассмотрела в ней стол, диваны, кресла и полки с книгами.

– Потом полюбуетесь, тем более через час как раз в гостиной и будет обед. А сейчас вам надлежит занять комнаты, чтобы дух отметил вас, – поведала вынырнувшая из-под правой лестницы женщина в темном платье и белом переднике.

Спорить не стали. Только уточнили, по какой лестнице подниматься, нам указали на левую. Ещё больше удивились, узнав, что вторым этажом особняк не заканчивался, лестница извернулась и устремилась дальше, на третий этаж. Но ведь с улицы видно всего два этажа.

– Тоже удивляетесь? – раздался рядом голос парня. Дождавшись, пока на него обратят внимание, поведал: – В первый раз все так поражаются. Пространственная магия. На самом деле здесь пять этажей. На втором живут первогодки, на третьем второкурсники, на четвертом обитают третий и часть четвертого курса, а на пятом разместились вторая часть четвертого курса и, соответственно, выпускники.

– Спасибо за информацию, – поблагодарила и первой двинулась к нашим комнатам. Сначала зашла в седьмую, впустила парней и осмотрела небольшое помещение, в котором уместились кровать, тумбочка, шкаф, где уже висело три комплекта формы, и стол у окна. На полу было мягкое покрытие. Сбоку находилась дверь. Открыв ее, обнаружила душевую и туалет. За ещё одной дверью скрывалась такая же маленькая комнатка, наверняка для Саньи. И снова сбоку виднелась дверь, кажется, уже для Рича.

– Ванная и туалет на три комнаты, – пояснил появившийся в воздухе зеленоватый призрак. – Трапезничать только в гостиной, там же можно делать домашнее задание. Отбой в десять вечера. Шуметь и творить беспорядки запрещено. Переодеться надо сразу в форму, потому что через час обед, а после него построение и речь ректора. Опаздывать запрещено.

Выдав все, тут же исчез. Кивали мы уже в пустоту. Переглянувшись с парнями, оставила их разбираться и договариваться, а сама ушла переодеваться. Заодно разложила и развесила свои немногочисленные вещи. Переплела волосы, заколов так, чтобы не мешались, и глянула в зеркало, которое заметила только сейчас. Оно притаилось за шкафом. Было непривычно, ведь до сих пор меня наряжали в длинные и неудобные платья. А тут красная юбка до колен в мелкую складку, фиолетовая рубашка, пиджак синего цвета по пояс с нашивкой в виде круга с треугольником внутри. Больше на ней ничего не было. От цветовой гаммы немного зарябило в глазах. Быстро проморгавшись, отправилась к Ричу, выйдя через дверь в коридор. Смежными пока решила не пользоваться.

Парни перебирали содержимое пространственного мешка, принадлежащего темному. Санья завороженно провожал глазами каждую вытащенную вещицу. Я засмотрелась. Знакомое тепло разлилось внутри: все же хорошо, что мальца забрала с собой. Сейчас, отмытый и причесанный, он выглядел симпатично. Волосы паренька, изначально казавшиеся темными, на самом деле всего лишь были грязными. Вспомнилось, как у Хильи он сказал про намеренное загрязнение. Осталось узнать, зачем оно понадобилось. После мытья помощник радовал глаз копной белокурых кудряшек чуть ниже плеч.

Рич успел переодеться, пока малыш разбирал и складывал вещи. Я наблюдала за ними, подпирая косяк и скрестив руки на груди. Наконец, меня заметили. Санья первым подскочил и с сияющими глазами выдал:

– Елли, а Рич мне обещал выделить со-дер-жа-ние, – незнакомое слово он произнес по слогам. Хотя мне показалось, прикидывался. Откуда взялась эта мысль, ещё не поняла, но и разбираться не стала. К тому же в мыслях паренька сейчас творилось невесть что, он скакал с одного на другое, перепрыгивал на третье, а про запас держал четвертое. Даже малость перед глазами помутилось от такой мешанины. – А ещё у него много интересного, и он так крутяшно объясняет темы по магии! Я так рад, что попал сюда с тобой!

Я улыбнулась. Так правильно, наверное. Губы сами расползались, стоило увидеть эту непосредственность. Подойдя ближе, потрепала парнишку по волосам и напомнила о времени, заодно предупредила:

– Мы после обеда отправимся на построение, а ты можешь глянуть учебники. Если что непонятно, выпиши на листок, мы попытаемся пояснить. Хорошо?

– А то, я завсегда рад учиться, – задрал нос кверху парнишка. – Только сначала осмотрюсь, разведаю обстановку, когда уйдете. А потом можно и книжонки глянуть.

Мы вместе спустились вниз, как раз подошло время обеда. Мне показалось, гостиная увеличилась в размерах, ведь при входе видела один стол, а сейчас стояло три. Два расположились параллельно друг другу, третий находился сбоку и был поменьше и, как пояснила надменная и расфуфыренная леди, предназначался для слуг. Не знаю, кого она хотела задеть или уколоть, но Санья беспечно улыбнулся и отправился знакомиться. Слуг оказалось порядка пятнадцати душ. Судя по рожкам и хвостам у некоторых, не все являлись людьми.

Мы с Ричем устроились за первым столом. Я рассматривала студентов. Посмотреть было на что. Людей здесь оказалось мало. В основном прибыли представители других рас. Эльфов узнала по длинным ушам, демонов по рогам на голове и хвосту, дриад по зелёным волосам и иногда покрывающейся корой шее, дроу по темной коже и платиновым локонам, естественно заострённые уши никуда не делись. Удивило присутствие драконов. Я заметила двоих, у которых также на шее порой мелькали чешуйки. Разномастная компания нам досталась.

Рич, естественно, не остался без внимания. Косились с лёгким страхом, но отодвигаться не стали. Каждый из присутствующих оценивал будущих одногруппников, не торопясь начинать знакомство. Так длилось до шумного вторжения старших курсов, что смущением не страдали. Особенно выделялся высокий темноволосый студент с наглой ухмылкой на губах. К какой расе он относился, я пока не поняла, но красоту отметила машинально. Парень и войти не успел, сразу присвистнул и протянул:

– Надо же, сам повелитель тьмы на нашем факультете. И как тебя из дома выпустили?

– Элементарно, выдали кристалл телепорта и отправили учиться, – спокойно ответил друг. А я некстати решила прочесть мысли присутствующих. Лучше бы этого не делала.

Похоть. Деньги. Желание соблазнить, приручить. И на задворках сознания притаился страх перед тьмой. Когда уставилась на наглого парня с темными волосами, до меня донеслось:

«А куколка ничего такая, для пары ночей сгодится. Интересно, серебряного колечка ей хватит?»

Из сказанного мало поняла, но осознала, что в нормальном состоянии мне бы это не понравилось. Оставлять без внимания реплику, пусть и мысленную, не пожелала, равнодушно ответив:

– Ты всех пытаешься купить? И нет, серебряное колечко можешь оставить себе, меня не интересуют украшения.

В гостиной стало тихо. Темноволосый студент смотрел, склонив голову набок. Так опекунша рассматривала ужей и лягушек перед тем, как бросить в зелье. Глаза парня потемнели. Рука потянулась к амулету на груди. Брови сдвинулись к переносице.

– А что тебя интересует? – вслух и вкрадчиво.

А мысленно:

«Что-то в ней неправильное. Под чарами, что ли?»

– Учеба, больше ничего. И нет, чары, говорят, на меня не действуют, – ответила сразу и на явный вопрос, и на мысленный.

Что касается чар, так и было. Леди Шарли много раз пыталась зачаровать, сделать кроткой и послушной, но ничего не задерживалось, а некоторое колдовство и вовсе впитывалось в неснимаемый кулон.

– Я что-то не поняла, она мысли читает? – неприятно взвизгнула расфуфыренная девица, ткнув в меня пальцем.

– Да, читаю, – не стала скрывать очевидное, умолчав, насколько легко я могла это делать. А потом не удержала любопытства: – А зачем ты так громко кричишь?

– Что? Да как ты смеешь мне указывать? – ещё громче заорала девчонка.

Наверное, я чего-то не понимала. Пришлось уточнить:

– А что я указываю? Задать вопрос считается предосудительным? – вышло почти равнодушно, что еще больше задело уже сильно покрасневшую студентку. Возникла мысль, что она сейчас лопнет от натуги.

– Рисса, хватит! Не видишь, с нашей менталисткой явно что-то не так. Может, это вообще кукла? Я не чувствую ни одной эмоции, – осадил девчонку юноша.

Ухмылка исчезла с его лица, он слишком пристально всматривался в меня и к чему-то прислушивался. А я поглощала пищу и ни на кого не обращала внимания, пока Рич тихонько не толкнул под локоть.

– Что? – подняла голову, заметив, что стала объектом внимания учащихся уже с двух столов. – Что? – повторила, на этот раз обращаясь сразу ко всем.

От второго стола отделился рыжеволосый парень, казалось, имеющий со мной что-то общее. Равнодушие на лице. На нашивке висел значок старосты факультета универсалов. Пристроившись на краю стола, протянул руку ладонью вверх. Одна моя бровь непроизвольно приподнялась, как бы спрашивая, для чего он ее тянул.

– Положи ладонь сверху. Надо убедиться, что ты не кукла. От тебя, странным образом, не исходят эманации, – пояснил глубоким и завораживающим голосом.

Равнодушно пожала одним плечом и вложила ладонь в его руку. Парень прикрыл глаза. Как шепотом объяснил Рич, Айвек считывал мои воспоминания. Правда, я не поняла, зачем это понадобилось. Сколько продолжалась процедура, не подсчитывала, так как и сама погрузилась в мысли. Магия старосты помогла всколыхнуть то, о чем много раз пыталась думать.

– Странно. Всего лишь последние десять лет жизни. А до этого? – распахнул светящиеся мягким золотистым светом глаза парень.

– Не знаю. У меня нет воспоминаний о детстве. Только жизнь с опекунами, и все, – в очередной раз скрывать очевидное не стала. Но тут глаза Айвека широко распахнулись.

– Постой, твоей опекуншей была леди Шарли? – вопрос произнес едва ли не с придыханием.

– Да. Она и ее муж, – кивнула, не понимая реакции юноши.

Не я одна оказалась такой непонятливой. Многие тоже смотрели с недоумением. Кроме Рича. Тот все больше хмурился и первым произнес:

– С этой колдуньей связана темная история, насколько я помню. Она украла сокровище Хайшары. Их с супругом долго разыскивали все службы Его величества. Оказывается, они спрятались на другом конце мира, добрались аж до Ларгарии. Умно! Там бы их точно никто искать не стал.

– А что за сокровище они украли? – один и тот же вопрос раздался с разных сторон. Но староста и мой друг пожали плечами.

– Об этом никто не знает, информация засекречена, – отозвался Айвек, вызвав разочарованные вздохи студентов. А вот Рич ничего отвечать не стал, в этот момент я даже мысли его прочесть не смогла, но показалось, он знал больше, чем другие.

Стало интересно, правильная ли догадка, что именно моя подвеска могла являться тем самым сокровищем. У кого бы узнать? Всем присутствующим пока не готова была открыть правду. Глянув на Рича, подумала о том, чтобы поделиться с ним. Уж он-то должен был знать, что за украшение на мне.

Толком поразмышлять не удалось. Вошёл тот самый зеленокожий гигант и громко объявил:

– Все поели? А теперь, марш на построение, значицца. Неча опаздывать на ответственное мероприятие.

Спорить, как оказалось, с комендантом, никто не рискнул. Даже те, кто не доел, молча поднялись из-за стола и двинулись на выход. Мы с темным не стали исключением.

Идти далеко не пришлось. Перед учебным корпусом собралась огромная толпа студентов. От пестроты нарядов с непривычки заслезились глаза. Наверное, я просто не ожидала, что форма могла быть такой яркой. Оказалось, наша форма олицетворяла само спокойствие. В стороне стояла группа студентов в оранжевых рубашках, а пиджаки, брюки и юбки у девушек были салатового цвета. Ещё одна группа носила голубые рубашки и жёлтые пиджаки с брюками и юбками того же цвета. Были и те, у кого форма оказалась выкрашена в бело-серебристые и темные тона, а также в более-менее спокойные зелено-синие.

Старшекурсники двинулись ближе к трибуне, где пустовало очерченное место. Вперёд поставили первокурсников, дальше становились второй, третий и остальные курсы. Когда вся площадка забилась студентами, над трибуной возникло круглое окно. (По-другому увиденное я не смогла охарактеризовать). Из него стали появляться преподаватели во главе с ректором. Мужчина, на вид лет сорока с небольшим, был одет в черную мантию и сразу бросался в глаза. Он производил впечатление умудренного веками старика, от которого исходила огромная сила и властность.

Ректору только и понадобилось обвести студентов пристальным взглядом, тут же установилась тишина. На удивление, речь оказалась короткой:

– Приветствуем студентов в нашей Академии. Не обольщайтесь, поступить вы смогли, осталось выучиться, а это не каждому по силам. Все зависит только от вас. Сейчас подойдут кураторы, проводят в аудитории и проведут краткий инструктаж. Сразу скажу: кто пришел искать мужа или жену, отправляйтесь на выход. Это не дом свиданий, а учебное заведение.

Никто не сдвинулся с места. Мужчина усмехнулся, глянул в толпу пестрых студентов, слегка прищурился, но тут же махнул рукой.

– Все свободны! Время покажет, кто из вас чего стоит.

Ректор тут же испарился, превратившись в дым. Преподаватели остались, спустились с трибуны и направились в толпу студентов по двое, а то и по трое. К нам тоже подошли мужчина и женщина. Магистр выглядел слишком молодо для преподавателя; на мой взгляд, ему было около двадцати пяти лет. Преподавательница, судя по мыслям учеников, вызывала ассоциацию с сушёной воблой. Женщина оказалась длинной, худой, лицо, как у скелета, обтянутого кожей. Вздрогнула не я одна. К сожалению, именно она и оказалась нашим куратором, а магистр являлся всего лишь практиком в магических дисциплинах и, можно сказать, был на подхвате, чтобы у студентов магия не вышла из-под контроля.

Присмотревшись к женщине, отметила, что с ней явно не все гладко. Будто она неуютно себя чувствовала или надела неудобную одежду. Но костюм, как и мантия, сидел хорошо. Получалось, дело в другом. А еще она несколько раз повела плечами, словно испытывала за спиной какой-то дискомфорт. Я предположила, что у куратора могли быть крылья, но не понимала, зачем стоило их прятать. Эта женщина была не так проста, как пыталась казаться.

– Что ж, в этом году весьма неплохой набор, я думала, будет хуже, – произнесла она на удивление приятным голосом. – Идёмте, пора знакомиться и проверять уровень вашей силы.

И мы пошли за ней. Вернее, только первый курс; старшие, ехидно улыбаясь, отправились в общежитие. Им вводная лекция была не нужна.

– Слушай, тебе реально не страшно рядом с темным? – раздалось рядом. Толпа немного оттеснила меня от Рича, который теперь находился впереди.

– Нет. А должно? Разве темная магия не такая, как любая другая?

– Темная магия – да. Но твой дружок – сама тьма. Это существенная разница, – продолжала девушка с синими волосами и почти бесцветными глазами.

– И что? – пока до меня не доходило, почему надо бояться и чего именно.

– Как что? Если его тьма выйдет из-под контроля, она же просто выпьет твою силу. И хорошо, если в живых оставит. Разве не знаешь, прикосновение к тьме губительно? – пораженно открыла рот собеседница.

Я попыталась вспомнить, что об этом читала. Ничего. В книгах опекунши подобного не было. Поэтому, пожав плечами, равнодушно бросила:

– Тьма Рича никому вредить не собирается. Она просто есть и наблюдает.

– Откуда тебе об этом знать? Ты пророчица? – ехидно фыркнула девчонка.

– Нет, всего лишь менталист. И я с ней разговаривала.

Скрывать не стала. К тому же никакой опасности от Рича не ощущала. Скорее всего, именно поэтому было неприятно, что от моего товарища шарахались.

– Разговаривала? С тьмой? – на каждый вопрос я кивала. – С чужой магией можно говорить?

– Не знаю насчет чужой магии, но с тьмой Рича говорила, – отозвалась, ускоряя шаг. Разговор начал утомлять. Собеседница поняла, потому отстала. Ну, или решила подумать о моих словах.

Мы вошли в учебное здание и поднялись на второй этаж, где и находился кабинет со столами в три ряда. Рич уже выбрал место возле окна за третьим столом. Я тут же присоединилась к нему и на миг задумалась.

Доверие – хрупкая субстанция. Его необходимо заслужить. Но тогда я не понимала, как объяснить наше с Ричем сближение. Появилось ощущение, словно я его давно знала, поэтому верила, и чтение мыслей тут было совершенно ни при чем. Аура притягивала и манила. И я с удивлением осознала, что у меня все же появился друг. Пусть в данный момент это понятие казалось абстрактным, но в глубине души я осознавала: всего за пару часов общения именно этот темный стал родственной душой. Как подобное вообще возможно, не бралась судить, потому что совершенно не знала жизни.

Кто знает, в какую сторону повернет наш путь, но было ощущение, что мы нашли друг друга.

Глава 2

Стоило всем занять места и замолчать, как куратор достала списки. Быстро пробежав глазами по строчкам, осмотрела нас, и уголок губ слегка дернулся. Я тоже обвела группу взглядом. У одной из девушек на лице читалось недоумение пополам с радостью и смущением. Стало понятно, что они знакомы. Оставалось выяснить, что ее так удивило. Загадки я всегда любила как единственное, что могло заинтересовать. Вот и сейчас захотелось узнать, что же было не так с этой женщиной. Но не на занятии, позже. Нам ведь часто придется пересекаться, появится еще возможность понаблюдать. Стоящий рядом с преподавательницей красавчик-магистр уже вовсю дарил улыбки студенткам. Стали интересны его мысли.

«Каждый год одно и то же. Ещё и от этих отбиваться придется. Надоело. Нацеплю на себя личину урода, тогда и вздохну спокойно. Надеюсь, сегодня в своей кровати я никого не найду».

Я ему даже посочувствовала. Но не понимала, зачем он сам нарывался на чужое внимание, если оно так угнетало. Не давал бы авансов улыбками, проще было бы жить.

«И вы абсолютно правы, студентка, – раздалось в голове голосом куратора. Я глянула на нее. – Да, я тоже прекрасно читаю чужие мысли».

Оказалось, пока народ выбирал места, она изучала мысли студентов, чтобы знать настрой каждого. И в мои запросто влезла. Судя по голосу, ее не только удивило подслушанное, но и порадовало. И уже вслух, обращаясь ко всем присутствующим, куратор произнесла:

– Поверхностный осмотр меня, надо сказать, не особо порадовал. Давайте знакомиться. Ко мне обращаться – магистр Алфирия, это магистр Рэйс Харми, он будет заниматься с вами практической магией. А сейчас я буду называть ваши имена. Коротко представьтесь и назовите силу, которой владеете. Потом подойдите к шару, опустите на него руку и дождитесь вердикта. Все понятно? – ответом был всеобщий кивок. – Тогда начинаем.

Она вызывала студентов по списку, потом что-то помечала у себя. Я же наблюдала за поведением и запоминала, у кого какая имелась магия. Это был чисто исследовательский интерес. Так, например, я узнала о двоих с ментальным даром на уровне эмпатов, мысли они читали только те, что находились на поверхности, при отсутствии защитных амулетов. Ещё двое владели пророческим даром, одна девчонка, видящая, могла заметить то, что было скрыто от чужих глаз. Вот и на меня как-то странно поглядывала, но тогда я не обратила на это внимания. И, кстати, именно она косилась с недоумением на кураторшу. Скорее всего, увидев то, что от нас хотели спрятать.

Когда подошла очередь Рича, он встал, представился, назвал тип магии и подошёл к шару. Все вскочили с мест, потому что артефакт затрещал, внутри забурлило, закипело. Казалось, ещё немного, и взрыв неминуем. Магистр Алфирия провела над артефактом руками, и все успокоилось. Она с уважением глянула на Рича, ведь магия тьмы у него превышала допустимый предел. А ещё имелись боевая магия и природная в сфере молний. Ни дождь, ни град Рич не смог бы вызвать, только молнии. Кто-то на задних рядах присвистнул.

Потом ещё пара студентов, как ни странно, продемонстрировала слабые показатели, несмотря на тройной дар. На них магистры глянули с сочувствием. Наконец, дошла очередь до меня. Встав, представилась, назвала виды магии, подошла к шару и…

Ситуация, возникшая с Ричем, повторилась. Шарик даже заскакал на месте, угомонить его не получалось. Внутри виднелась мешанина из белого, фиолетового с искрами алого.

– Еллина Лорта, отойдите от артефакта, – приказала магистр с недовольством в голосе.

Я отошла и застыла в ожидании. Возвращаться на место пока не разрешали. Артефакт успокоился, и все разом выдохнули. В тишине раздался полный изумления возглас магистра Харми:

– Истинные Свет и Тьма. Набор в этом году потрясающий. Я поражен.

«Хм, и оба под личинами», – донеслась мысль видящей. Я глянула на блондинку с короткой стрижкой, ее зелёные глаза смотрели с прищуром, сама она переводила взгляд с меня на Рича и обратно. Судя по выражению лица, девушку что-то безумно веселило. Я вспомнила, что она представилась Альёной Мечниковой. Странное имя и род необычный. Я решила позже пообщаться с ней. Девчонка отличалась от всех, с ней точно могло быть интересно.

– Вы правы, магистр Харми, набор действительно необычный. Только удивляет, что оба студента решили поступать одновременно, при этом ещё и оторваться друг от друга не могут. Совпадение?

– Магистр Алфирия, считаете, над ними поработали? Зачем?

Преподаватели разговаривали так, словно нас тут не было. Некультурно. Но я слушала, пока не понимая, что тут необычного. Правда, не удержавшись, пояснила:

– На меня чары не действуют. А наше поступление могло быть действительно совпадением.

Преподаватели переглянулись. Потом вытаращились так, будто я сказала, что сейчас мир взорвется.

– Ты нас слышала? – вкрадчиво уточнил Харми. Кивнула.

– А вы разве не вслух разговаривали? – спросила, так как в этот раз действительно не ощутила давления на мозг, которое возникало, когда читала чужие мысли.

Теперь и студенты уставились так, будто увидели по меньшей мере нежить. Я ощутила на коже уже знакомые ощущения: страх, переходящий в ужас, смятение, потрясение. Теперь не только Рич являлся ужасом Академии, но и я. По привычке повела плечами, стараясь сбросить неприятные ощущения.

– Нет, Еллина, мы общались мысленно, по специальному ментальному каналу, при этом накинув щит от прослушивания. Но на тебя он, судя по всему, не подействовал, – мягко отозвалась женщина.

– Что вызывает все больше вопросов. Потрясающая сила, – восхищённо прищелкнул языком мужчина. Его взгляд мне не понравился. Так смотрел лорд Тайрэт, когда требовалось мое вмешательство в чужие дела.

– Кто же ты, девочка? – вопрос был риторическим, отвечать не стала. Во-первых, спрашивали не у меня. Во-вторых, я не знала ответа, ведь опекуны никогда не говорили, как получили надо мной покровительство. А в‐третьих, этот преподаватель элементарно не нравился. В особенности взгляд, который в точности походил на лорда Тайрэта.

Порой герцог брал меня на собрания, скрывая ото всех. О чем там говорили, не прислушивалась, мне было не интересно, а вот мысли некоторых поражали. Особенно когда кто-то планировал чужими руками устранить собственные проблемы и получить то, что предназначалось другим.

После таких собраний я честно рассказывала лорду Тайрэту о планах и решениях этих людей. Тот, потирая руки, дарил мне очередное платье или мелкое украшение, не уточняя, что с ними делать. В комнате прихорашиваться не хотелось, потому все просто складывалось в сундук. Вот и сейчас я слишком пристально глянула на преподавателя. Тот стушевался, отвернулся, а магистр Алфирия едва заметно усмехнулась.

– Итак, на сегодня, думаю, достаточно. Уровень вашей магии мы узнали, о стремлениях я тоже получила полное представление. Сейчас можете отправляться на ужин, а завтра не опаздывайте, преподаватели слишком строго к этому относятся. Все свободны.

Мы быстро покинули кабинет. Одногруппники старались держаться подальше. Все, кроме видящей. Альёна подошла, хитро улыбаясь. Дождавшись, пока остальные скроются с глаз, спросила:

– А зачем вам личины?

– Ты их видишь? – Я ощутила, как напрягся друг.

Но девушка слишком беспечно ответила:

– Вижу саму личину, ваши образы словно расслаиваются, не могу уловить настоящий облик, он будто скрыт туманом. Видимо, вам один человек личины делал?

– Мы вообще из разных королевств, – бросила непринужденно.

Слова девчонки заставили задуматься. В разных королевствах не могло быть одинакового уровня наложения личины. Каждый маг имел собственную структуру плетения, это походило на слепок ауры или отпечаток силы. Совершенно похожих не бывало в принципе. Тогда почему девчонка сказала про одинаковые «лица»? Могла ли я раньше быть в Хайшаре? Ведь помнила себя только с этим обликом. Значит, с личиной жила десять лет точно.

– Странно все это, – нахмурилась Альёна и глянула на темного, ожидая ответа.

– В нашем роду так заведено, у меня вообще должно было быть домашнее обучение, но возникли непредвиденные обстоятельства, пришлось поступать в Академию, – бросил Рич, не собираясь ничего пояснять.

– Если бы ты не сказала, я бы и не знала. До сего мгновения понятия о ней не имела. Всегда считала, что это моя внешность, которая только в последнюю неделю немного сползла. Правда, я не понимала, почему немного изменилась. А ее можно совсем снять? – спросила у друга. Показалось, он в этом больше разбирался.

– Зачем? Вдруг родные специально спрятали твой облик, – глаза Альёны загорелись.

– У меня нет родных, только опекуны, от которых я сбежала, – произнесла равнодушно.

– Ого! А почему? Они тебя обидели? – снова видящая и рта не дала Ричу открыть.

– Я услышала мысли человека, за которого они хотели выдать меня замуж. Не понравились перспективы. Из меня собирались выкачать магию, оставить за городом и создавать детей с сильным даром. А потом избавиться. Такое в мои планы не входило. А обижать… Нет, не считая полного контроля и участи затворницы.

– Как это? – вопрос теперь задали оба собеседника.

– Меня держали взаперти, не разрешали учиться, выходить из особняка, общаться с другими детьми. Опекуны меня прятали от всех. Лорд Тайрэт, даже беря на собрания, накидывал полный отвод глаз. Естественно, я приловчилась сбегать, чтобы посмотреть город, попасть в библиотеку, выучиться магии. А когда поняла, что меня выдают замуж только ради инициации, чтобы потом выкачать силу в какой-то артефакт, не стала ждать, забрала документы, драгоценности и отправилась в лес, где мне повезло с духом, скрывшим от преследователей. Она же перебросила меня на другой конец мира. Теперь я здесь.

Рассказала все, наблюдая за реакцией, которая порадовала. Смотрели с сочувствием, хотя я и не просила. Стоило закончить, Альёна обошла меня по кругу, зачем-то потыкала в плечо пальцем, полюбовалась реакцией, после чего уточнила:

– Слушай, Ёлка, а ты чего такая отмороженная?

– Меня зовут Еллина, можно Елли. И почему отмороженная? Магия ко мне не применялась, да и водников у нас нет, – просветила девушку, вызвав безудержный смех.

– Черт! Все время забываю, что в этом мире мои слова толкуют или неправильно, или вовсе не понимают, – сквозь смех отозвалась девчонка.

– В этом мире? – ухватился за три слова Рич. Я тоже именно их вычленила из речи.

– Да, я не отсюда. Увы, на Земле умерла, да ещё так глупо. Сходила на вечеринку, узнала о предательстве почти жениха, профукала патент на изобретение, попала под машину пьяного отморозка. Лучше бы дома сидела и доводила до ума расчеты. Хорошо, некто свыше дал второй шанс. Так я оказалась здесь. Сначала у какого-то дядьки в корчме, а когда с испугу едва не сожгла там все к чертовой бабушке, меня спешно отправили сюда. Заметили уровень, и вуаля, я студентка, – говорила Альёна настолько радостно, словно ее нисколько не задела собственная смерть.

– А на какой земле ты умирала, под какую машину попала? Что это вообще такое? – противоречие скреблось в районе солнечного сплетения, вызывая лёгкую тошноту.

– Мой мир называется Земля. Там нет магии, только технологии. А о магии только в фэнтези-книгах пишут. Я обожала в свободное время читать и представлять себя на месте попаданки. Прикиньте, в каждой книге им куча плюшек полагается, обязательно самая крутая магия, навыки, помощники, а в конце принц в качестве мужа. О как! На мне, вероятно, шаблоны порвались, – вздохнула девчонка.

– Что такое шаблоны? – спросила я. – И зачем им рваться?

– И зачем тебе принц? К тому же всем известно, монаршие особы себе не принадлежат, женятся только по расчету, заключают династические браки, – пояснил Рич. – К тому же на всех попаданок принцев не хватит. Как тогда быть?

– Шаблоны – это такие образцы поведения, плюшек и прочей радости. То есть если говорить о книгах, то шаблон такой: попаданка – магия – плюшки – корона. Вот как-то так, – начала пояснять Альёна. – А принц мне не нужен, тут и без него много интересного. Одна магия чего стоит. Надо только разобраться. Я здесь уже почти четыре месяца, но пока ни черта не понимаю, даже мироустройства толком не знаю, а ведь интересно же. – Она вздохнула. Мы с Ричем переглянулись.

– Ты можешь приходить к нам. Все равно обещали Санье заниматься с ним, объяснять непонятные моменты и учить магии. Он тоже мечтает попасть на учебу в Академию. Будем вместе заниматься. У меня магия огня слабая, но, думаю, ее достаточно, чтобы показать на примерах основные моменты, – предложила я, вызвав искреннюю радость у новой знакомой.

Признаться, к такому предложению подтолкнули ее мысли, в которых не было ничего негативного. Я заинтересовала девушку «отмороженностью», но так и не поняла, что это значило, решив потом повторить вопрос. А Рич показался ей интересным парнем, тьма которого не пугала, напротив, вызывала восторг.

– Что касается мироустройства, здесь все просто: существует четыре материка, на каждом в среднем по четыре-шесть королевств. На нашем расположилось два, потому что Хайшар по праву считается самым большим и богатым, и только у нас правит королева. Наследование власти проходит тоже по женской линии. Король, ее супруг, скорее стратег и воин. Регалии его принимают как вторую половину королевы, но права подписи указов король не имеет, – пояснил Рич.

– Как интересно. А если в семье монархов не родится дочь, а только сын? – заинтересовалась Альёна.

– Исключено, в семье монархов всегда первыми рождаются близнецы, как особое благословение богини Разманы, покровительницы семейного очага, – уверенно заявил парень. – Именно в близнецах всегда сокрыта сила рода, они являются отражением друг друга и защитой королевства.

– И что в них такого особенного? – тут мы с Альёной спросили одновременно, но Рич развел руки в стороны.

– Увы, это родовая тайна, о которой никому не говорят, – пояснил юноша.

– Кстати, я хотела уточнить, что не так с магистром Алфирией? – спросила и глянула на девушку; заметив недоуменный взгляд, пояснила: – Я заметила, с каким удивлением ты на нее смотрела. Вы будто знакомы.

– Мы действительно знакомы, и меня удивила реакция других студентов. Как можно назвать сушеной воблой красивейшую женщину, – в голосе звучало негодование.

– Красивейшую? – удивился Рич. – Но она действительно выглядела непрезентабельно. О красоте и речи не было.

– Да? Странно. Получается, она нацепила на себя личину, – протянула задумчиво новая знакомая, потом пояснила. – Эта герцогиня провела в картине ректора больше ста лет из-за проклятия незадачливого ухажёра. Я ее увидела и вытащила, взамен получив помощь со сборами на учебу. Сама бы не справилась. Думала, леди отправится домой, ведь столько времени потратилось впустую, но она предпочла остаться здесь, еще и в роли преподавателя. Потому и удивилась, что именно она наш куратор.

– Провела в картине? Постой, Алфирия. Точно! Я помню, лет десять назад мне представляли юного герцога Ашторне, он и рассказывал, что его бабушка пропала лет сто назад. Испарилась прямо из кабинета, когда являлась ректором Академии, – выдал Рич. – А оно вон как получилось.

– Да, не повезло нарваться на безумца, который не пожелал мириться с отказом, – покачала головой Альёна. – Только я одного не понимаю, если она не была замужем, откуда сын?

– Почему не была? Была. Леди стала вдовой. Выдержав срок траура, приняла пост ректора, погрузившись в работу и воспитание сына. На момент ее пропажи наследнику было, кажется, лет пятнадцать. Сейчас герцогу около ста сорока, а его сын – мой ровесник, – пояснил темный.

На этом разговор пришлось прервать. Хотела уточнить непонятные моменты, но мы подошли к общежитию, а там стало не до вопросов. Прямо в холле стояли староста с темноволосым нахальным типом. Рядом крутились три девчонки, каждую из которых парень облизывал взглядом. Судя по виду, он наверняка замыслил гадость. Альёна напряглась, и мне показалось, что эти двое успели столкнуться.

* * *

Санья

Рич с Елли ушли, и я тут же засел за книги. Это богатство не чета тому, куда несколько раз удавалось сунуть нос. Старшие, самостоятельно осваивающие дар, искали книги по библиотекам, благо чистые и вымытые, мальчишки уже не вызывали вопросов. Но в тех книгах все оказалось слишком заумно, а тут настолько просто, что я почти все понимал. Все формулы и заклинания были разложены по полочкам с полным описанием действий, последовательностью и фигурами загибания пальцев. Не удержавшись, глянул в расписание обоих. Показалось странным, что у них на одном факультете стояли разные занятия. Вчитавшись, обнаружил, что не все. Ричу и Елли предстоит изучать теорию стихийной магии, артефакторику, положительные и отрицательные стороны областей света и тьмы, теорию боевой магии. А еще нежитеведение, отношения с магическими животными и история возникновения магии.

Теоретические занятия у хозяев совместные, а практические разные. Интересный способ обучения. Студентов на практические занятия разделили по направлениям. Что казалось правильным. Зачем, например, той же Елли сидеть на артефакторике, если она в ней не разбиралась и не имела предрасположенности? Лучше потратить время с пользой в лекарской. Стало интересно, к чему у меня была предрасположенность. Стихия, как успел прочесть, являлась сопутствующей силой, обязательно должен возникнуть еще и дар. Редко у кого его не бывало. Решил со временем разобраться, что мне больше по душе и чем еще мог бы заниматься.

Задумывался о направлении учебы недолго, больше манили знания. Стоило начать читать, как я просто выпал из жизни на пару часов. В реальность вернули голоса.

– Смотри, Айвек, доиграешься, – предупреждал старосту девичий голосок.

– Да ладно тебе, в этом наборе столько первокурсниц, которых я бы с радостью…

– Избавь меня от своих пошлых мыслей, – неприязненно бросила девчонка. – И, кстати, будь осторожен с этой куклой. Чувствую, она ещё доставит проблем. Есть в ней нечто знакомое, не внешность, а манера поведения, повадки, аура, наконец. Но я не могу вспомнить, где подобное видела или чувствовала. А ещё у тех, на кого ты положил глаз в качестве будущих жертв низменных наклонностей, уверена, есть родные, которые любого живьём в землю закопают, случись что с учениками. Это не прошлые наборы, где твои жертвы происходили или из сирот или из простолюдинов по попечительству. Никто до сих пор особо не напрягался в их поисках. Но сейчас все по-другому.

– Не пугай, Асси, пуганый. Ты слишком правильная, только и делаешь, что учишься. Надеешься попасть во дворец? Я бы на твоём месте не обольщался, особенно после нынешнего набора. Менталистка, истинный темный, видящая… У них шанс намного выше, чем у тебя с посредственными способностями.

– Умеешь ты утешить, – в голосе девушки возникло недовольство пополам со злостью. – Смотри, я предупредила. Снимут с поста старосты, лишишься дополнительной стипендии. А помочь некому, как я поняла.

Теперь она решила ужалить парня. Молодец, девочка, отомстила. Но я не понимал таких отношений. На миг показалось, они друзья, но разве близкие люди и нелюди так себя вели? Больше похоже на разговор любимых врагов. Надо было больше узнать об этом типе, который мне ещё в первую минуту знакомства не понравился. Слишком лицемерный, как червяк, норовящий забраться поглубже. Вроде и улыбался, пытался проявить участие, а сам в этот момент наверняка замышлял гадость. В людях и нелюдях я теперь умел разбираться. Мог с ходу сказать, кто чего стоил. Тут уж наложились навыки прошлой жизни на кое-какие умения, приобретенные в этой.

С сожалением глянув на учебник, отложил его в сторону, нынче информация была важнее. Тем более не понаслышке знал: слуг мало кто замечал, поэтому имелась возможность изучить студентов, а в частности и старосту. Решил посмотреть, что он за жук такой, да и на остальных не мешало бы глянуть. Раз взяли помощником, должен знать, от кого в первую очередь оградить подопечных. Спустился вниз весьма вовремя. В гостиной обнаружились третьекурсники и несколько пятикурсников. Один из парней читал книгу, но оторвался, чтобы задать вопрос Айвеку:

– Чего такой довольный? Приз выиграл? Тебя берут во дворец на практику?

– Увы, нет, но моя идея не менее впечатляющая, – с предвкушением отозвался староста, которого просто распирало от желания поделиться и, заметив интерес, тут же спросил: – Видели, какие лакомые девчонки в этом наборе? А ведь скоро посвящение в студенты, надо придумать им задания.

– Айвек, ты когда-нибудь доиграешься, – покачала головой ещё одна студентка. – Вспомни, уже в том году были проблемы, когда из двадцати студентов семь девушек не справились. Где они сейчас? У кого-то в гареме? Или в борделе?

– Да ладно тебе, Виша, девочкам же самим понравилось. Они получили компенсацию, удовольствие и внимание знаменитых парней Академии. А то, что учебу забросили, так в этом никто не виноват, – бросил равнодушно Айвек.

– Не виноват? А не ты ли срывал их с учебы под видом выполнения желания? Не ты ли продавал студенток всем желающим? Проигранное желание священно! А о девочках ты подумал? – вскипела Виша, надеясь усовестить того, кто наверняка совесть давно заложил за долги.

– Зачем ему о них думать? Айвеку такое понятие вообще незнакомо, главное нажива. Да, староста? Будь ты аристократом, до подобного бы не опустился. Но, надеюсь, на этот раз ты получишь по носу, – заметил все тот же парень с книгой и, высказавшись, потерял интерес к рыжему. Остальные тоже отвернулись. Но этот тип явно не привык сдаваться.

– Мне плевать, что вы все думаете. Я все равно придумаю такие задания, чтобы девки не отвертелись. Цыпочки в этом наборе того стоят, – мечтательно закатил глаза юноша.

Мне стало мерзко, я отошёл в угол, где в этот момент другие слуги обсуждали выходку Айвека. Один гневно сверкал глазами и грозил устроить гаду темную, если тот посмеет причинить вред хозяйке. Я тоже оставаться в стороне не собирался, правда интуиция подсказывала, что Елли и сама прекрасно справится с задачей и поставит на место нахала. Осталось только дождаться первого курса с ознакомительного занятия. Признаться, я уже потирал руки в предвкушении.

В отличие от всех этих студентов, у моей подопечной имелось преимущество. Елли не нуждалась в словах, она все видела в мыслях. И кто бы что ни говорил, умела отличить правду от лжи и распознать лицемерие. И пусть в силу своей наивности и неопытности мало что поймет, но, уверен, не станет молчать или разбираться самостоятельно, скорее всего, поделится с Ричем и со мной.

* * *

Рич

До сегодняшнего дня никому не удавалось пробиться сквозь мой ментальный щит. Тем удивительнее стало беспардонное вмешательство незнакомки сначала в мою силу, когда она спокойно общалась с моей тьмой, а потом и в вопросы экзамена. Мне бы осадить, но не получилось. Слишком непосредственная леди не просто привлекла внимание, более того, вызывала необъяснимое притяжение. Впервые за много лет мне было комфортно с кем-то, кроме родителей. Девушка не скрывала страх. Его совершенно не было, как и других чувств. Но ведь так не бывает.

Поразила ее неопытность и наивность. Леди многого не знала и не понимала. Стало интересно, откуда девушка появилась и как можно в ее годы быть такой неискушенной. Разве в наше время так бывает? Оказалось, бывает, пример возник передо мной. Ее хотелось защищать и оберегать ото всех. Сначала решил, что влюбился с первого взгляда. Но при глубоком размышлении осознал, что это была не влюбленность, нечто другое. Что именно, еще не разобрался, но обязательно пойму.

На миг в голове будто вспышка пронеслась. А не ради ли этой девочки меня так настойчиво приглашали на учебу? Мы сразу познакомились и уже не разлучались, нашли общий язык, хотя с моим характером и недоверием это не каждому под силу. Девушка легко вошла в мое сознание, словно не заметила щита. Наверняка вмешалась судьба. Только время покажет, что с нами будет дальше, к чему приведет эта дружба.

Чем дольше с ней общался, тем сильнее привязывался. Скажи мне ещё неделю назад, что подобное вообще возможно, никогда бы не поверил. А тут испытал такое чувство. Пытаясь просканировать ауру, мысли и ощущения Елли, постоянно натыкался на стену. В ней определенно что-то неправильно, но не получалось понять, что именно.

Помощник тоже вызвал симпатию. Сама непосредственность, правда, покоробило и в нем несоответствие. Ребенку было лет двенадцать, не больше, а глаза казались такими умными, и смотрел он, как взрослый. Что ему пришлось пережить, чтобы так рано повзрослеть? Я и хотел знать, но в то же время не решался давить на психику мальца, кто знал, как Санья отреагирует на воспоминания. Всему свое время. Пожелает, сам расскажет, настаивать в такие моменты нельзя, закроется, потом сложно будет снова наладить отношения.

Факультет универсалов. Нечто подобное и предполагал, учитывая мою магию. Наличие помощника оказалось приятным сюрпризом. Никогда не слышал, чтобы кто-то добровольно отпускал от себя слуг для помощи другим. Хотя Санья и не являлся слугой в прямом смысле этого слова, но уверен, он многое знал и умел.

Встреча с видящей в первое мгновение насторожила. Узнав об иномирном происхождении, расслабился, правда, ненадолго. Известие о личине у Елли заставило по-другому посмотреть на необычную знакомую. Стали появляться мысли, которые гнал прочь, чтобы не обольщаться раньше времени, ведь реальность могла оказаться намного тяжелее. Все чаще приходила уверенность, что сон все же мог вести меня именно к Елли. И если раньше были только догадки, сейчас они переросли в уверенность. Сходство наших личин – не простое совпадение. Сама девчонка об этом не задумывалась, а вот мне подоспела хорошая пища для размышлений. Слишком все оказалось кстати. Даже подозрительно как-то. Хотелось выяснить, являлось ли произошедшее происками врагов или даром богов. Так как я не озаботился заранее нужным артефактом, придется ждать как минимум месяца три-четыре, пока не получу разрешение на выход в город.

А пока решил присмотреться к обеим девушкам. Чувствовала моя тьма, не зря наши дороги пересеклись с попаданкой и Елли. Боги ничего не делали просто так. Наверняка они затеяли очередные игры, где нам предстояло играть роли… Какие? Хотелось бы узнать и понять, чтобы не угодить в капкан чужих амбиций. И я обязательно разберусь, главное не влюбиться, уж больно Альёна показалась неординарной личностью. А вот Елли…

Я так задумался, что упустил нить разговора, очнулся, стоило оказаться в общежитии, где нас встретил излишне довольный староста. Его физиономия так и просилась на чужой кулак. Удивительно, что никто ни разу не проучил наглеца. Даже с моим терпением, чувствовал, что мог сорваться, если он причинит вред Альёне или Елли. Вот и сейчас кулаки непроизвольно сжались, но на лице красовалась все та же маска безучастности. Посмотрим, что веселого собирался сообщить староста, что едва не подпрыгивал от нетерпения.

Интуиция вопила, что ничего хорошего мы не услышим. И я склонен был согласиться, так как этот на первый взгляд добродушный и отзывчивый тип явно был не тем, кем пытался казаться. Он скорее походил на ларец с неприятным секретом, вскрыв который вряд ли кто-то останется доволен.

* * *

Еллина Лорта

– А вот и последние опаздывающие, – заметив нас, произнес Айвек. – Итак, небольшое объявление. Через неделю состоится посвящение в студенты. Эта обязательная программа носит развлекательный характер и показывает, кто чего стоит. Каждому выдадут особое задание. Кто не справится, должен будет исполнить три желания тех, кто займет призовые места. Плюс два желания старшекурсников. Поэтому в ваших интересах справиться.

– А зачем нам посвящение в студенты, если уже ими являемся? – спросила я, не совсем понимая сказанное.

– И ещё вопрос, какие желания будут загадывать? Вдруг это что-то антиморальное? Я ж могу и сжечь, чтобы неповадно было, – огрызнулась рядом и Альёна.

– А я и вовсе не желаю участвовать, – вторил нам Рич, за спиной которого тут же возникла тьма, разглядывая студентов. Несколько существ шарахнулись в стороны, сбивая с ног стоявших позади.

– Тишина! – мгновенно успокоил начинающийся бедлам староста. – Отвечаю по порядку. Посвящение – это традиция, возникшая много лет назад. Своеобразная игра, которая всем нравится. Да, задания порой бывают сложными, иногда даже глупыми, но тем интереснее их выполнять. Что касается желаний, всякое бывает. И правила едины для всех. Не хочешь исполнять чужие желания, выполняй задание.

«А не выполнишь, месяц будешь греть мою постель, уж я об этом позабочусь. Дальше видно будет, может, ещё и магией поделишься», – про себя решил староста, не сводя с землянки алчного взгляда, при этом наверняка забыв о моих способностях.

– Нет! Неинтересно, – отрезала я, осознав, что за беспредел тут творился и, решив больше не участвовать в этом фарсе, отправилась наверх.

– Я тебя не отпускал, – жёстко выдал юноша. Самоуправство ему не понравилось.

– А мне не нужно разрешение. И, кстати, Альёна же предупредила. Вряд ли ей понравится греть твою постель, она не служанка, да и с магией пока не разобралась толком – может не согреть, а сжечь. И уж вряд ли пожелает делиться магией, – я высказала его мысли вслух. Если изначально староста не вызывал никаких негативных эмоций, то сейчас при взгляде на него внутри шевелилось что-то темное, ледяное, требующее уничтожить.

– Что-о-о-о?! Ах ты, сучий потрох! Да я тебя… – вызверилась землянка, замахиваясь на парня.

С ее ладони тут же сорвался огненный луч, ударивший в живот старосту. Одежда мгновенно вспыхнула, девицы завизжали, парни принялись тушить огонь, кто-то вызвал лекаря. Я могла бы вылечить, но не захотела. И пусть сила рвалась наружу, отреагировав на чужие повреждения, пришлось стойко терпеть и загонять ее обратно.

– Я же предупреждал, что когда-нибудь ты доиграешься, – слишком равнодушно поведал юноша в кресле с книгой в руке. Он и не подумал вставать и спешить на помощь.

– В прорицатели подался? – захрипел Айвек, держась за живот. Отвечать парень и не подумал, только презрительно фыркнул.

На крики примчались преподаватели во главе с пухленьким мужчиной в парике, сбившемся набок. Он обвел всех цепким взглядом и остановился на мне, продолжающей стоять на лестнице и наблюдать. На две ступеньки ниже находился Рич. С вызовом смотрела Альёна, которую наш темный друг прижимал к себе, чтобы не замарала руки убийством такого ничтожества. Кажется, девушка была готова уничтожить, вон как зелёные глаза сверкали. Светлые волосы растрепались, и Альена несколько раз сдувала прядку, попавшую на лицо.

– Вы двое, к ректору! Сейчас же, – толстячок указал на меня и на землянку. Спорить не стала, но вины за собой не чувствовала. Ну да, я вообще ничего не чувствовала, однако считала себя правой. Студента наказали за дело. Я подтолкнула к этому и в другой раз сделала бы так же.

Пока шли, моя спутница то и дело возмущалась, на все лады костерила гада, обещая множество кар на голову. Рич, не пожелавший оставлять нас, тоже следовал рядом, наблюдал за Альёной и хмурился все больше. Правда толстячок, так и не представившийся, попытался запретить парню идти с нами. Но друг глянул так, что тот быстренько стер со лба испарину несвежим платком, махнул рукой и выдал:

– Делайте что хотите!

Вот тогда я и поняла: мой друг не так прост, как изначально думала. Но тут же выбросила эту мысль из головы. Раз внесла Рича в круг тех, кому могла доверять, значит, неважно, кем он являлся на самом деле. Правда, сейчас я все чаще задумывалась, куда подевались эмоции. Была ли я такой всегда или стала десять лет назад? Сколько себя помнила, ни разу не злилась, не смеялась. Даже когда ругали опекуны, стоило сделать что-то не так, смотрела равнодушно. Леди Шарли вначале орала, пыталась донести свою точку зрения, потом махала рукой и каждый раз произносила:

– Сама виновата, перестаралась с потоками. Ладно…

И принималась уже спокойно объяснять. Я слушала, кивала, но в итоге все равно делала по-своему. До сегодняшнего дня не задумывалась о своих эмоциях, наверное, потому что было не до них. Да и не общалась ни с кем. Слуги в особняке герцогини всегда казались тенями, они тоже никогда не улыбались и не злились, и я считала, что со мной все нормально. Зато здесь поняла, насколько отличалась от других. Они могли сопереживать, волноваться, искренне смеяться, а мой предел раздвинуть губы в заученном жесте, напоминающем улыбку. Я даже перед зеркалом репетировала, когда лорд Тайрэт упрекнул в нелюдимости. Кто в этом виноват, естественно, говорить вслух не стала. Не видела смысла.

Пока шли, ловила мысли сопровождающего, но мало что понимала. Мужчина волновался за собственное благополучие, так как его закрепили именно за этим факультетом. До сих пор инцидентов у самых образцовых и показательных ребят не было. Но тут еще учеба не началась, а уже драка и причинение вреда лучшему студенту, которому этот тип благоволил. Потом он смотрел на нас и думал, как самому поставить всех на место, но мешал Рич. Мужчина, как и многие, боялся исходящей от темного давящей ауры, которую я лично ни разу не замечала.

Кабинет ректора, где мы очутились, был вполне уютным. Ничего лишнего, на полу лежала мозаика, стены обиты тёплыми зелёными тканями. Массивный стол в данный момент оказался завален бумагами и свитками, сбоку расположился камин, на всю противоположную стену растянулся книжный шкаф. Перед столом стояли два кресла. Глянув на Альёну, поняла: она здесь уже бывала. Да и на ректора смотрела с вызовом. Тот тоже не сдержал усмешки.

– Хм. И почему я не удивлен? Альёна Мечникова. Очередной сюрприз? Ещё учеба не началась, а студенты уже отличились? – спокойно уточнил глава Академии. – Харст, что произошло?

– Студентка Мечникова напала на старосту универсалов, причинила ему физический вред, он сейчас у лекарей, – возмущённо начал сопровождающий. – А студентка Лорта, как я понял, была подстрекателем. Обе заслуживают самого строгого наказания, – последнее прозвучало слишком пафосно.

– То есть предыстория тут никого не интересует? – равнодушно уточнила у присутствующих, из-за чего удостоилась цепкого взгляда ректора. – Из нас решили сделать виноватых, потому что так проще? Оригинально, однако. Если господин Харст благоволит Айвеку, то это не значит, что мы должны следовать глупым правилам.

– Да уж, о презумпции невиновности тут не слышали, – буркнула себе под нос взбешенная иномирянка, от нее аж искры сыпались. Наверное, попадись сейчас девушке Айвек, она бы из него жаркое сделала под собственным соусом.

– Естественно, интересует. Расскажите вашу версию, – благосклонно позволили нам.

Пока Альёна пыхтела, решила взять объяснение в свои руки:

– На собрании факультета староста сообщил о посвящении в студенты, о заданиях и наказаниях в случае их невыполнения в виде исполнения желаний других студентов. И когда Альёна внесла поправку о моральном аспекте затеи, староста подумал о том, чтобы на месяц оставить ее греть свою постель, словно сам не в состоянии. Потом ещё и магией студентки хотел поживиться. Эти помыслы я и озвучила. Никакой вины за собой не чувствую и в посвящении участвовать не желаю, об этом тоже сообщила всем присутствующим. На традиции плевать. Если я не желаю участвовать в глупых состязаниях, то не стану этого делать. Заставлять никто не вправе.

– Студентка… – ректор сдвинул брови.

Толстячок тут же подсказал:

– Лорта, лорд Хэрми Найвер.

– Студентка Лорта, а вы хорошо держитесь, – заметил мужчина. Его глаза засветились. – Напомните, откуда вы прибыли?

– Из Лайгарии.

– А опекуншей у вас значилась леди Шарли Лорта? Герцогиня? – снова вопрос, но показалось, в нем был подвох.

– Да, именно так, – подтвердила сказанное.

– А как она вас отпустила в Хайшар? Неужели даже не воспротивилась? – теперь вопрос звучал вкрадчиво и слегка настороженно.

– Она и не отпускала, я сбежала, – снова пришлось рассказать свою историю. Бедный толстячок облокотился о стену, не отнимая грязный платок ото лба. Тряпку уже можно было выкручивать.

– За время нашей беседы я не почувствовал от вас ничего, ни возмущения, ни недовольства; вы больше на куклу похожи, – протянул ректор.

– Мне об этом уже говорили. Но, лорд Найвер, давайте мои эмоции оставим. Давно привыкла обходиться без них. Сейчас мы здесь по другому поводу. Айвек злоупотребил своими обязанностями, это заслуживает наказания. Я все равно не стану исполнять глупые задания, как потом и принимать не менее идиотские наказания. Я просто выжгу мозги тому, у кого возникнет хотя бы мысль, что я должна поделиться силой или греть чужую постель. Я привыкла спать одна, к тому же стихия огня во мне не так уж и сильна. Потому не желаю, чтобы кто-то составлял компанию, – сообщила будничным тоном, просто ставя ректора перед фактом.

– За это предусмотрено наказание, – просветили меня. Я пожала плечами.

– Мне все равно. Зато наглец будет наказан. И ни у кого больше не возникнет подобных мыслей.

– Даже если за подобное положена смертная казнь? – спросил ректор вкрадчиво и пытливо.

– За защиту? Получается, тем, кто творит всякую гадость, это сходит с рук. А стоит защититься – смертная казнь? Как несовершенны законы. Тогда придется жечь мозг и сразу лечить, останется второй след, – размышляла вслух.

Рич с Альёной уже хихикали, зажимая рот. Правда, я не поняла, что смешного сказала. Сам лорд Найвер тоже не злился, уголки его губ подергивались.

– Какие интересные познания. Уже приходилось применять на практике? – уточнил ректор.

– Нет. До практики не дошло. Но книги из библиотеки леди Шарли я пересмотрела все. Там как раз и описаны способы сокрытия одного заклятия другим. До сего момента не задумывалась, зачем подобное надо, зато теперь прекрасно понимаю.

– Я все же надеюсь, что вам не доведётся применять знания на практике. Студентка Мечникова, а вы что скажете? – ректор повернулся к иномирянке.

Та вскинула голову и зашипела рассерженной кошкой:

– Можете назначать любое наказание, но я этого гада поджарю так, что он под себя ходить будет, может, это добавит мозгов в пустую черепную коробку. После смерти сложно напугать ежа голым задом. – Девушку несло, Рич опять прижал ее к себе, заставляя успокоиться. Его тьма, выбравшись наружу, быстро оценила обстановку, укутала Альёну собой, словно крыльями. И она начала успокаиваться, но решительность из взгляда не исчезла.

– Я понял вашу позицию. И на этот раз признаю вашу правоту, но наказание все равно получите, если я не передумаю. И не только вы, но и Айвек, за превышение полномочий. На него уже который год жалуются. Пока до меня доходили всего лишь слухи, которые подшить к делу невозможно, но теперь… – Лицо ректора стало хищным. И до меня дошло: поблажек старосте не будет. Хорошо, если на посту останется, а могут и сместить. Кому нужен такой ненадежный староста, для которого на первом месте стояли собственные удовольствия?

– И в чем будет заключаться наказание? – уточнила Альёна. Ректор махнул рукой.

– Я подумаю над этим. А сейчас можете идти. От посвящения я вас освобождаю, а с Айвеком лично побеседую, – пообещал мужчина.

Я встала с кресла. Рич так и стоял позади, держа землянку в объятиях одной рукой, а вторую положил на мое плечо. И это воспринималось, будто так и должно быть.

– Лорд Найвер, так какое наказание для этих? Я мог бы сам придумать. Зачем вам напрягаться? – проблеял Харст, за что получил пытливый взгляд хозяина кабинета.

– Наказание? Нет, я лично этим займусь. К тому же… – секунда размышления. – Я проанализировал ситуацию. Студентка Мечникова все же была в своем праве. Да, эмоциональна, нестабильна, сорвалась, но провокация налицо. Так что ни правых, ни виновных нынче нет. А студенты должны сами понимать, что магия не игрушка, может привести к печальным последствиям. На первый раз я закрою глаза на инцидент, так и быть, не стану ничего придумывать, но если подобное повторится, наказание получат все участники, независимо от того, правы они или виноваты. Ясно?

Мы синхронно кивнули и покинули кабинет главы Академии. В общежитие идти не хотелось, но голод перевесил нежелание встречаться с другими. Да и надо было прояснить некоторые вопросы, чтобы больше к этой теме не возвращаться.

Уже на улице, оставшись только втроём, Альёна на миг остановилась. Нам пришлось сделать то же самое. Землянка осмотрела меня с головы до ног, немного подумала, а потом задала вопрос:

– Ёлка, а ты со всеми так разговариваешь?

– Как? – я не понимала. На новое имя предпочла не обращать внимания.

– Не считаясь с субординацией, – пояснила девушка, но все равно ясности не внесла. На помощь пришел Рич.

– Альёна, Елли негде было ознакомиться с правилами. Как я понял, она общалась только с опекунами, потому и не знает элементарного. Думаю, со временем мы объясним нюансы и ознакомим с правилами поведения.

– Я что-то не так сделала? – дошло до меня.

– Ну, ты с самим ректором разговаривала, как с равным, а у меня от этого дядьки мороз по коже, он же своей силой так давит, что дышать нечем, – пояснила студентка.

– И тем не менее ты все же без страха высказала свою позицию, – усмехнулся темный, с уважением поглядывая на иномирянку.

– Хм, его силу я почувствовала. Это должно что-то значить? На меня она не давила. И что значит, как с равным? А как надо было? – у меня все больше возникало вопросов.

– Елли, понимаешь, каждого учат с детства некоторым правилам. К старшим по положению есть правила обращения. Альёна права, так вести беседу неправильно, если только не являешься королевой. Монаршие особы могут себе позволить вести беседу в таком ключе, а аристократы должны подчиняться особым правилам, – пояснил друг.

– У меня такое чувство, окажись на месте этого Найвера сам король, наша Ёлка и с ним бы так разговаривала, – хихикнула землянка.

– И спасти ее могло бы только чудо, – вздохнул темный. – Ни один монарх не потерпит подобного обращения. Это наш король лоялен, ведь власть принадлежит королеве, они могут ещё и в шутку все обратить, а в той же Дарварии сразу на кол посадят или отрубят голову. Елли, тебя совсем ничему не учили? – уточнил друг.

– Нет, не считая того, как вести себя за столом. Я знаю, какими приборами едят, как правильно держат иголку в руках, но шить и вышивать меня так и не научили. Рисовать люблю, этим в основном и занималась. Книги давали только глупые, где сначала девушка бегала от парня, потом за ним, а он вначале за ней, затем от нее. А ещё в них постоянно кого-то глупо убивали. Это ведь не учение? – ответила, вспоминая, чем занималась все десять лет, пока жила у опекунов.

А ведь так и выходило, меня держали взаперти, как зверушку в клетке. Если бы не книги и отлучки, я бы вообще ничего не знала, оставаясь совсем ни к чему не приспособленной и не понимающей элементарных вещей.

– Как все запущено, – покачала головой Альёна. – Ты прямо Рапунцель из сказки моего мира.

– Кто такая Рапунцель? – заинтересовался Рич.

– Похищенная принцесса. Ее украла злая колдунья из-за волшебных волос, которые помогали ведьме сохранять молодость и красоту. Она заперла Рапунцель в высокой башне и запрещала выходить. Не хотела терять источник жизненной силы, – пояснила землянка.

– Жизненной силы… – повторила я, глянув на собеседников. – А ведь это может быть правдой. Леди Шарли раз в три-четыре дня приходила, брала меня за руку и просто молчала, а ее лицо преображалось. Будто становилась моложе. Значит, у меня с твоей Рапунцель может быть что-то общее.

– Как интересно. Может, ты ещё и похищенная принцесса? – хлопнула в ладоши Альёна.

На ее реплику я пожала плечами, а вот Рич повел себя странно. Глаза полыхнули тьмой, он слишком пристально уставился на меня, будто пытаясь рассмотреть внутренности.

– Какая из меня принцесса? Да и об этом бы уже говорили, окажись в каком королевстве подобная оказия. Но дочери монархов нигде не пропадали, – поведала и вновь уставилась на темного.

Успела заметить, как он дернулся, и поняла, что наш друг стал излишне впечатлительным. Что на него повлияло? Или кто?

– Поэтому и надо дать тебе нужные знания, чтобы ты хотя бы понимала, как себя вести, – кивнул Рич.

– Значит, у нас один выход: обучить Ёлку правилам этикета. У меня и книжка имеется. Это первое, что мне вручили после попадания в другой мир, чтобы по незнанию не нарвалась на взбучку. Как успела понять, аристократы тут попадаются нервные и стрессово неустойчивые, – покачала головой девушка и хихикнула, потом пояснила: – Я тоже так себя вела, в моём мире аристократов нет. Фактически все равны, только кто-то был равнее других. Но общение, к которому привыкла, тут считается недопустимым. Вот и пришлось учиться.

Кивнула, признав, что, наверное, ребята правы. Дошли до особняка, где на нас смотрели исподлобья. Не все, но большая часть. Альена слегка стушевалась, а мы с Ричем не стали обращать внимания, вошли в гостиную, где столы все ещё стояли накрытые. Оказывается, ждали нашего прибытия, никто не садился за стол. А когда все расселись, следуя нашему примеру, дружок Айвека уточнил:

– И какое наказание назначил вам ректор? Уборка территории? Помощь в лабораториях…

– …В качестве подопытных, – подхватила одна из девчонок позади юноши и захихикала над собственной шуткой.

– Никакое. Нас освободили от посвящения и разрешили не выполнять ваши глупые задания, – равнодушно ответила, пробуя весьма аппетитную запеканку.

– Что значит, освободили? Это традиция! – рыкнула студентка, кажется, второго курса. Оборотень, от нее несло псиной.

– Может, это и было когда-то традицией, пока ее не извратили, – заметил Рич.

Несколько студентов в один голос уточнили:

– Что ты имеешь в виду?

– А вы ещё не поняли? – теперь усмехнулась Альёна и продолжила: – Когда кто-то из старшекурсников решает действовать нечестно, или, как Айвек, хочет затащить девчонку в постель с помощью желания, он даёт ей такое задание, которое в принципе выполнить невозможно. Результат предсказуем. А ведь это только верхушка. Найдутся жаждущие отщипнуть кусок силы или потребовать того, от чего потом никогда не отмоешься. Вот поэтому нынешнюю традицию извратили донельзя. О честности речи не идёт. И мы в этом участвовать отказались.

– С этой стороны я никогда не смотрела на посвящение. Было всегда весело и интересно, – задумчиво протянула красивая эльфийка явно с третьего или четвертого курса.

– Что вы выдумываете? Никто бы не пошел на подобное, – зарычал темноволосый парень. Альёна скептически на него посмотрела.

– Это в твоих мыслях был азарт и желание поразвлекаться, наблюдая за попытками студентов выполнять задания, а вот Айвек уже наметил жертву и способы ее использования. Он в этом не оригинален. Ещё несколько студентов, почему-то уверенных в победе заранее, тоже размышляли, как чужими руками незаконно получат желаемое. Поэтому не говори за всех, – осадила юношу.

Мои слова заставили парня задуматься, и он обвел взглядом собравшихся. Многие знали об этом, но молчали, основная масса находилась в неведении. Потому сейчас испуг появился на лицах первокурсниц. Некоторые даже скривились от омерзения, но промолчали, хотя мстительный огонек в глазах спрятать не получилось.

– Значит, многие в курсе? – в голосе юноши звучала угроза, несколько учеников попятились и спрятались за спинами товарищей. – Дайте угадаю, те самые пропавшие – результат посвящения? И как странно, все девушки были привлекательными, не имеющими за спиной сильного рода.

Чем больше он говорил, тем гуще становилась атмосфера в гостиной. Некоторые не выдержали, быстро покинули комнату, еще несколько учеников упали на стулья, прикрыв глаза и зажимая виски руками.

– Хватит! – тихий голос безучастного пятикурсника заставил юношу несколько раз моргнуть, тряхнуть головой, после чего все пришло в норму.

– Надо будет пообщаться с Айвеком, когда он выйдет из лазарета, – процедил парень. Ни у кого не возникло сомнений: в лазарете староста явно пропишется.

Ужин прошел в тишине, я заметила, что многие находились в прострации, ушли в себя. Значит, все же поверили. Старосты за столом не было, но я чувствовала, после возвращения его ожидал теплый прием. Кто бы знал, насколько я окажусь права.

* * *

Лайгария. Особняк герцога Лорта

В кабинете сидел мужчина и читал донесения ищеек. На лице застыло выражение скорби. Он сожалел, что в самый ответственный момент рядом не было этой девчонки. Столько лет потрачено впустую. А ведь у него были такие грандиозные планы. Ещё полгода назад потирал руки в предвкушении и видел себя на троне. Сейчас все пошло прахом. И все из-за нее. Сбежала! Гадина! Им с ведьмой такого труда стоило выкрасть ее из семьи, запечатать воспоминания, а она взяла и сбежала. Где теперь искать?

А ведь дело почти завершено, заговор должен был вот-вот осуществиться. Теперь придется все силы приложить не на свержение монарха-тирана, а на поиски этой девчонки, которая видела всех насквозь. Только с ней возможен полный успех. Без Еллины его могли и подставить, если что-то пойдет не так.

Одно радовало лорда Тайрэта – леди Шарли без подпитки магии жизни и истинного света быстро увяла, а потом рассыпалась прахом. Шутка ли, лишних десять лет прожила как у богов под крылом. Молодая, красивая, полная сил, и все благодаря Еллине. Девчонка хорошо подпитывала женщину силой. И ведь сама наверняка и не подозревала.

Но так даже лучше, ведь леди Шарли точно не позволила бы втянуть источник силы в ту аферу, которую замыслил самонадеянный лорд. Зато сейчас он сам себе хозяин. Всем знакомым сообщил, что дорогая супруга отправилась поправить здоровье, а сам в это время искал ее тайники по всему дому. Пока результаты не радовали. Ведьма всегда была умной и осторожной, никому не доверяла. Выдавала определенное количество золотых на расходы, а лорд Тайрэт любил ни в чем себе не отказывать.

Ещё он знал, сколько редких артефактов скопилось у ведьмы за столько веков. И перстень, дарящий невидимость, и браслет, с помощью которого можно было надеть любое лицо так, что даже видящая не заметит, да много чего в арсенале имелось. И ему просто необходимо это отыскать, а потом покинуть Лайгарию и начать жизнь на новом месте, пока не отыщется беглянка.

Мужчина собирался наведаться к знакомому, проводящему эксперименты с чужой силой. Не мешало бы пополнить резерв дополнительной магией, она никогда лишней не будет. Так Тайрэт делал уже не один раз. Еще до встречи с ведьмой часто работал в лаборатории, изучал древние дневники, сопоставляя несопоставимое. Ему это нравилось. Но амбиции превысили интерес, лорд встретил супругу. Пришло время вспомнить старое.

Выросший в бедной семье, имеющий только привлекательную внешность и слабый магический дар, он пользовался природным обаянием, мечтая возвыситься и стать богатым. Силу увеличить получилось в той самой лаборатории, куда доставляли магов, из которых выкачивали дар и жизненную энергию. Одна мечта сбылась, но много денег не приносила.

Позже все изменилось. Мужчине повезло повстречать Шарли после многих неудачных попыток. Аристократки иногда проводили с ним время, некоторые даже одаривали безделушками, но все было не то. Стоило Тайрэту только заикнуться о женитьбе, его тут же высмеивали и бросали, советуя забыть о подобном мезальянсе, никто на него не пойдет. Когда честолюбивый парнишка уже отчаялся, ему попалась ведьма, которая облагородила любовника, вывела в свет, придумав для лорда легенду. Много лет он был рядом с ней, иногда злился за скромное содержание, много раз хотел сбежать, но идти оказалось некуда. Тайрэт заводил интрижки на стороне, все ещё лелея надежду на брак с аристократкой, но никто не торопился исполнять его мечту.

Годы не шли, а бежали. Из привлекательного юноши Тайрэт превратился в красивого мужчину. Шарли все же решилась на брак, но с условием. Она узнала, что в одном из королевств родилась девочка с магией жизни, необходимой ведьме для возвращения молодости и красоты. Ведьма поставила условие: если кража ребенка удастся, сделает Тайрэта герцогом. Мужчина готов был в лепешку разбиться, но выкрасть малышку. Им повезло, задуманное удалось. Девочка оказалась доброй и доверчивой, много улыбалась, освещая все вокруг и заставляя душу петь.

Оказавшись в Лайгарии, не видя близких, ребенок сник, стал плакать, проситься обратно к родителям. Шарли не выдержала, провела ритуал запечатывания памяти. Но перемудрила и вместе с памятью запечатала эмоции девочки. Больше никто не слышал ее задорного смеха, не видел улыбки на лице. Из живой и дарящей радость малышки она превратилась в куклу.

Зато Шарли оказалась довольна. Сила девочки бурлила в крови, всего за месяц превратив герцогиню в юную девушку, полную сил и здоровья. Да и Тайрэту малышка здорово помогла. И так продолжалось бы, пока корона не осела на голове герцога, но этот щенок не вовремя поделился мыслями с подружкой, а строптивая девчонка услышала.

Тайрэт побарабанил пальцами по столу. Ещё раз пересмотрел донесения. Вот уже несколько месяцев, как ищейки сбились с ног, обойдя три королевства, – следов девицы не обнаружили. Размышления прервала входящая в кабинет миленькая светловолосая леди с большими голубыми глазами, наивно смотрящими на мир. Так мог подумать тот, кто ее не знал. На самом деле расчётливая хищница выискивала добычу покрупнее и давно крутила роман с Тайрэтом, надеясь на дорогие подарки. Но мужчина, будучи стесненным в средствах, не торопился. Да и за несколько лет эта леди поднадоела, лорд решил поискать другое увлечение. Девушка слишком напоминала его самого в молодости. Такая же охотница за деньгами. А ему нужна была совсем другая супруга.

– Ты зачем явилась? – яростно зашипел Тайрэт на незваную гостью.

– Тай, я соскучилась, ты уже месяц как не появляешься, а ведь у нас такие возможности, пока жена уехала лечиться. Я даже на это время могу остаться здесь с тобой, – плаксиво выдала девушка, из-под опущенных ресниц наблюдая за реакцией мужчины.

Лорд сначала опешил, а потом ещё сильнее разозлился и встряхнул ее за плечи.

– Ана, ты сумасшедшая? Хочешь, чтобы моя жена узнала и выгнала меня? Спешу разочаровать, куколка, в этом случае мы оба останемся ни с чем, потому что глава рода она, а не я.

Голос мужчины окреп, перешёл в язвительный тон. А вот красотка, до этого дня не знавшая нюансов, зашипела и рвано выдохнула. С нее мгновенно слетел весь налет наивности. И на Тайрэта уже смотрела самая настоящая стерва.

– Так какого трывра ты мне столько лет морочил голову? Не мог сразу сказать? Я бы за это время нашла себе другого, – ещё и ногой топнула.

– Можешь сейчас поискать, потому что терять нажитое с таким трудом теплое место я не собираюсь, – на этот раз в голосе мужчины звучало равнодушие. Он, увидев истинную сущность девушки, окончательно потерял к ней интерес.

– А знаешь, я отомщу, все расскажу твоей супруге, пусть даст тебе пинка под зад, – мстительно зашипела Ана.

– Удачи, милая, говори, что хочешь, – ехидно оскалился Тайрэт.

Порадовался, что ещё не успел сообщить о смерти супруги, и в голове возникла идея. Он глянул на гостью, перевел взгляд на установленные записывающие кристаллы, после чего решил подставить бывшую любовницу, посмевшую угрожать. План созрел быстро.

– Прямо сейчас напишу ей письмо и попрошу о встрече, – задрала нос кверху девушка и стремительно покинула кабинет. Тайрэт не успел сотворить задуманное, как к нему ввалился один из ищеек.

Мужчина явно бежал, потому что не мог толком отдышаться, ещё и псиной от него разило так, что Тайрэт непроизвольно скривился. Лорду протянули очередное донесение, прочитав которое он не сразу поверил, но уже спустя несколько минут готов был пуститься в пляс. Найдена. Беглянка отыскалась. И теперь он мог забрать ее домой.

Однако, глянув на место нахождения строптивицы, тут же схватился за голову. Прикрыв глаза, вдохнул и выдохнул. Снова открыл письмо: ничего не изменилось. От злости герцог саданул кулаком стену, зашипев не то от боли, не то от злости.

– Хайшар! Академия! Вот дрянь, я все равно до тебя доберусь. И заставлю пожалеть о побеге. На цепь посажу и к стене прикую, – сыпал он угрозами, попутно пытаясь сообразить, как же выкрасть беглянку из самого защищённого места королевства. Туда просто так не попадешь и студентку не заберёшь.

Чтобы немного отвлечься, решил заняться местью Ане. Для этого всего лишь переслал кристалл другу Шайли, сыскарю из департамента, попросив присмотреть за девицей, так как волновался за жизнь дорогой супруги. При этом хитрый Тайрэт мягко и ненавязчиво подвёл к мысли, что изгнанная любовница могла отыграться на любимой жене. Отправив послания, герцог ухмыльнулся. Решительно встал, чтобы в очередной раз поискать тайники жены, ведь предстояла поездка в Хайшар, где нашла убежище его сбежавшая кукла.

Перед мысленным взором уже маячил образ дворца и его самого с короной, восседающего на троне. Охватившая герцога радость помогла с ходу обнаружить один из тайников, где, помимо артефактов, лежали два мешочка с золотыми монетами и несколько личных порталов, являющихся удобными средствами для экстренных перемещений. Посчитав это хорошим знаком, Тайрэт с ещё большим усердием принялся за поиски, дал себе три дня на подготовку, потом же намеревался посетить Хайшар. Герцог не предполагал, что его планы осуществятся только через три месяца.

* * *

Альёна Мечникова

На следующий день начались занятия. Аудитории напоминали земные. Разница в том, что кабинеты оказались относительно небольшими, а столы длинными и сплошными, установленными полукругом; лестниц было две, с каждого края по одной. Ярусов насчитала восемь. Чтобы попасть на теорию, не надо было куда-либо переходить: этот кабинет закреплялся за нами. В нем и защита стояла для демонстрации магических опытов.

На первом занятии находилась только наша группа, на втором присоединилось ещё несколько групп. Преподавателем была весьма милая женщина, увлекательно рассказывающая о редких хищниках, типа пираний. В том смысле, что они являлись маленькими да удаленькими. Я старалась ничего не упустить, все записывала. Рич внимательно слушал, иногда смотрел то на магистра, то в книгу. А затем шепнул:

– Зачем ты пишешь? Это все есть в учебнике?

– Привычка, – вздохнула и отложила ручку.

Благодаря таким, как я, писчие принадлежности напоминали земные, поэтому проблем с писанием не возникало.

Ёлка тоже слушала учителя с неизменным безразличным выражением на лице. Ее пустой взгляд порой пугал. Магистр тоже поглядывала на девушку неодобрительно. А в конце занятия все же не выдержала и обратилась к Еллине.

– Студентка, вам совершенно неинтересно, о чем я тут распиналась полтора часа?

– Я вас внимательно слушала и все запомнила, – бросила наша куколка непринужденно.

Магистр начала злиться, и пока дело не дошло до споров и наказания, – любой преподаватель вправе был его назначить по своему усмотрению за малейшую провинность, – вмешался Рич:

– Магистр Тьешира, Еллина Лорта не испытывает эмоций, совсем, отсюда и ее обманчивое равнодушие. Она при всем желании не смогла бы изобразить заинтересованность, так как не знает, что это такое в принципе.

Женщина мгновенно сдулась. Ее глаза засветились, перейдя на магический взгляд. Ахнув, магистр кивнула.

– Хорошо, я вас поняла. Предупрежу остальных преподавателей.

Второе занятие по истории древней магии я едва высидела. Это ж надо было провести интересный урок настолько скучно и посредственно? Магистр, на первый взгляд лет семидесяти, так заунывно бормотал себе под нос, что хотелось уснуть. Но я стойко выдержала.

– Что у нас сейчас? – уточнила, стоило учителю уйти из кабинета.

– У меня практическое по темной магии, – глянул в расписание Рич.

– А у меня занятие в лаборатории зельеваров, – отозвалась Ёлка.

Мне пришлось залезть в сумку за собственным расписанием. Артефакторика.

– Тогда встретимся после занятий, – махнула рукой и помчалась на урок.

Меня охватило воодушевление.

«Артефакты, мои хорошие, я иду к вам!»

Небольшой кабинет располагался на первом этаже в конце коридора. Здесь для каждого ученика выделялся небольшой стол. Всего набралось восемнадцать существ со всех факультетов. Пять девушек, три из которых сидели, опустив головы, и старались ни на кого не смотреть. Что это значило, я уже успела понять. Они не аристократки, а значит, не имели права смотреть в глаза лордам и леди. Хотя парни из простолюдинов вели себя увереннее. Тоже не смотрели в глаза, но головы держали прямо и бросали взгляды перед собой.

Я заняла третий стол во втором ряду. Он ещё был свободен. Не успела устроиться и достать набор, который теперь везде решила носить с собой, как ко мне подошли трое: два парня и девушка. Красивые, надменные.

– Ты кто? Из какого рода? – спросила девушка.

– Альёна. Иномирянка, – ответила спокойно, не собираясь отводить взгляда.

– Ты не аристократка, а ведёшь себя… Не имеешь права смотреть нам в глаза, – заметила красавица, но без агрессии.

– В моём мире нет аристократии, как и монархии. Поэтому я буду смотреть так, как захочу. Если что-то не устраивает, это твои проблемы, – сейчас главное было не показать ни страха, ни волнения. Чем больше уверенности, тем быстрее отстанут. Так и получилось.

– Какой факультет? – с ленцой поинтересовался блондин рядом с ней. Всегда терпеть не могла блондинов.

– Универсалов.

Больше поговорить не удалось. В класс вихрем ворвался мужчина. Хотя язык едва поворачивался так назвать парня лет восемнадцати на вид, оказавшегося преподавателем. Позади раздались скептические смешки, но тут же исчезли, стоило магистру заговорить.

– Приветствую, студенты! Вы здесь, потому что имеете предрасположенность к артефакторике. И сегодня мы изучим два вида артефактов: общего направления и опасные. Кто знает, в чем проблема опасных артефактов?

– Они могут стать носителями проклятия.

– Способны убить того, кто к ним прикоснется.

Выдвигалось много вариантов. Учитель слушал, иногда кивал, порой улыбался. Когда поток предположений иссяк, повисла тишина.

– Все? Или есть ещё варианты?

– Их невозможно починить, они кусаются, – вырвалось непроизвольно, когдая вспомнила последнюю вещицу, пальцы от которой до сих пор были красными и слегка припухшими. Как раз на них и посмотрела.

– О! А вы, как я понимаю, тот самый самородок? Альёна Мечникова? – развеселился магистр, тоже посмотрев на мои руки. – Артефактор-самоучка, решивший починить собиратель душ?

Студенты ахнули. Я поджала губы и исподлобья глянула на весельчака. Но так как вопрос был задан, на него пришлось отвечать.

– Откуда я знала, что это за гадость? До этого проблем не было, получалось не только чинить, но и добавлять дополнительные функции. А этот с ходу кусаться начал. Там вместо плетения оказались самые настоящие пиявки.

– И это ещё повезло, что у вас весьма силен дар огня, который на подходе сжигал все проклятия с артефакта. Будь вы послабее, давно бы погибли, – на этот раз прозвучало жёстко. – А сейчас разберем, почему опасно касаться неизвестных вещиц голыми руками.

Лекция оказалась интересной. Под конец перед нами положили несколько изделий, предложив самим определить, какое из них являлось опасным, а какое бытовым. На этот раз расфокусировать взгляд оказалось проще, я уже знала, с какой стороны к этому подойти. И сразу заметила на обеих вещицах черные нити. Но в одном артефакте они походили на тех самых пиявок, а во втором просто оплетали изделие. Об этом и поведала, решив, что мне достались два опасных предмета. И не ошиблась. Первое было проклятийным, где проклятие стало самой его сутью. Во втором случае оно служило защитой от краж или чужих касаний.

Из восемнадцати учеников правильно ответили только девять. Магическое зрение ещё не всем оказалось доступно. Тут имелась своя система расфокусировки взгляда. Преподаватель начал объяснять, но на третьем предложении я уже запуталась, поэтому пропустила его слова мимо ушей. Решила делать так, как мне удобнее. А там видно будет.

После занятия отправилась в общежитие. Но так просто уйти мне не дали. Уже знакомая троица преградила путь и молча принялась рассматривать. Я в ответ смотрела на них.

– Решили в молчанку поиграть? Подберите для этого другое время, сейчас я голодна, слона готова съесть. И если ко мне нет дельных предложений, расходитесь, или от голода покусаю.

– Значит, ты та, кто хорошо разбирается в артефактах? – скорее не вопрос, констатация факта. – Сделаешь мне…

– Нет! – категорично отказалась, даже не став слушать, что девушка собиралась приказать. Знала я такое. Один раз уступишь, не заметишь, как превратишься в рабыню. Нельзя давать слабину. – Никому и ничего я делать не стану просто так. Но ты можешь заказать, а я назначу цену. Не нравится – твои проблемы.

Я обошла всех троих и лёгкой походкой отправилась на обед. На душе было легко и радостно. Я нашла свое место в этом мире. Учиться понравилось. Возникла уверенность, эта фифа надменная передумает, а я пока решила заняться вещицами, о которых давно думала. Сейчас представилась возможность их сотворить. А там, глядишь, и заработок найдется. Хорошие артефакты на дороге не валялись, стоило назначить лояльную цену, чтобы заработать себе на жизнь.

* * *

Рич

В первый день учебы занятия проходили весьма интересно, за исключением истории. И кому в голову пришло давать вести подобный предмет старому маразматику? С трудом высидел занятие, настолько скучно и пресно он рассказывал о значимых событиях.

А вот дальше ожидала практика, у каждого своя. Признаться, отпускать Еллину не хотелось: вдруг показалось, что стоит девушке остаться одной, и она обязательно куда-нибудь вляпается. Да и мне сейчас предстояло снова ощутить чужой страх, даже от тех, кто сам был наделён темным даром. Но делать нечего, пришлось пожелать девчонкам хорошего дня и отправиться на практическое занятие по темной магии. И что нового я мог услышать о контроле тьмы? Зачем этот предмет нужен?

Мой контроль находился на самом высоком уровне, потому что с пяти лет справиться с силой помогал наставник. В отличие от других, моя тьма была живой и, как правильно отметила Еллина, самостоятельной. Нас недаром так боялись. Те, кто не мог совладать с даром, были способны причинить вред не только другим, но и себе. А оказаться выпитым мало кому хотелось.

Кабинет, где должна была состояться лекция, оказался небольшим. Ни одного стола, только соломенные коврики, на которых уже сидели студенты с разных факультетов. Всего темных я насчитал тридцать четыре особи, а вот с истинной тьмой, похожей на мою, пришли четверо и сидели особняком. На них косились, стараясь держаться подальше. Покачал головой и занял место рядом с себе подобными.

Я ожидал вопросов, знакомства, наконец, но все предпочли хранить молчание. Ну и ладно, к тому же появился преподаватель. Заметив входящего, я едва совладал с собой. Совпадение? Или родители все же решили подстраховаться? Скорее первое, вон сколько удивления появилось на лице моего наставника. Он явно оказался не в курсе, что я буду здесь. И прекрасно узнал по силе, для которой никакие личины не нужны были.

– И что ты здесь делаешь? – магистр стремительно приблизился ко мне. Я широко улыбнулся.

– Я тоже рад вас видеть, мастер Даяно, – искренне отозвался, выпустив небольшую часть тьмы, которая трансформировалась в руку и похлопала магистра по плечу, тоже приветствуя старого знакомого. Ещё бы, за почти четырнадцать лет мы с тьмой чуть ли не сроднились с наставником.

– Тебя отпустили в Академию? Зачем? – голос строгий, но я прекрасно чувствовал радость мастера.

– Так надо было. А вот зачем, я пока и сам не понял. Думаю, скоро многое прояснится, – ответил туманно. Но по-другому нельзя, здесь слишком много народу, который не должен был догадаться, кто я такой на самом деле.

– А я-то думаю, с чего твой дядя пожаловал. Ты в курсе, он будет преподавать боевое направление?

– Впервые слышу, – для меня это действительно стало новостью.

«Ну, дядя, ну, жук!»

Вот тебе и самостоятельность. Лучше бы он женился и за своими детьми так смотрел, как за мной.

– Ладно, потом поговорим, сейчас занятие. И да, можешь отсесть подальше и заняться медитацией, тебе давно все известно.

Кивнув, сделал так, как он посоветовал, получив несколько неприязненных взглядов. А один студент вообще не удержался и язвительно поинтересовался:

– Не успела начаться учеба, а у магистра уже любимчик появился?

– Если вы покажете хотя бы минимальный уровень того, что умеет мой подопечный, я и вам позволю на занятиях заниматься медитацией, – равнодушно бросил мастер Даяно.

– И что надо сделать? – небрежно заданный вопрос не смог скрыть напряжения.

– Ничего особенного, всего лишь создать любой предмет с помощью темного дара и удержать десять секунд. Начинай!

Парень, прикрыв глаза, создал небольшой шарик. Материализовав его перед собой, даже двух секунд не смог удержать, тот развеялся дымкой. Студент попытался ещё раз, но снова не получилось.

– Хватит! Ничего не получится, потому что ты плохо контролируешь дар! А сейчас простые правила…

Наставник начал объяснять первую стадию контроля. Я молча наблюдал за всем, погружаясь в медитативное состояние. Время перестало иметь значение, но в какой-то момент очнулся от окрика. Мгновенно оценив обстановку, оказался рядом с преподавателем. У одного из истинно темных тьма вышла из-под контроля. И остановить ее мог только тот, кто владел таким же даром.

– Ри, сеть, лови ее, – послышалась отрывистая команда мастера Даяно. Я в точности выполнил указание. – Преобразуй ее в воронку и медленно ввинчивай в тело Бертара.

Это оказалось сложно, но по силам, пригодилась моя медитация. Ни волнения, ни беспокойства, только холодный расчет. Сам бедолага от испуга готов был провалиться сквозь пол. Но надо отдать должное: не дёргался, не мешал, местами даже помогал, раскрываясь навстречу собственной тьме.

Через несколько минут все пришло в норму. Наставник кивнул и, обведя взглядом притихших напуганных студентов, невозмутимо осведомился:

– Теперь понимаете, насколько важен мой предмет?

Все разом кивнули. А на меня уже смотрели без страха и неприязни. Правда, тот самый недовольный на сей раз с лёгким восторгом уточнил:

– Мастер Даяно, а мы тоже так сможем?

– Не знаю, но сделаю все возможное. С Ри мы этому учились почти четырнадцать лет. У вас всего пять. И достижения будут зависеть только от вас самих.

– Ого! Это во сколько же у него дар проявился? – поинтересовалась одна из девушек, темный дар которой оказался не слишком сильным.

– Почти в пять лет, – ответил я.

Больше пояснять ничего не стал, и так сказал больше, чем положено. Потому что рано магия проявлялась только у высших аристократов.

Я видел, как многие тут же вознамерились завалить вопросами, но это же понял и мастер Даяно, поэтому, пока никто не начал проявлять любопытства, жестко отчеканил:

– А сейчас все свободны.

Народ начал расходиться, а ко мне приблизился Бертар. Он не мялся, не суетился, просто от всей души поблагодарил:

– Спасибо! Я уже думал, все, опять будут жертвы. Но, благодаря тебе, обошлось.

– Не за что! Я знаю, что такое выходящая из-под контроля тьма. У тебя все получится, главное, старайся меньше нервничать. Подумаешь, с первого раза не получилось, значит, выйдет с пятого или с десятого. Эмоции влияют на тьму, помни об этом, если желаешь избежать ненужных жертв.

Парень кивнул. И мы отправились на выход. Ко мне больше никто не рискнул приблизиться, несмотря на кучу возникших вопросов. Наглядный пример выхода тьмы из-под контроля заставил студентов еще сильнее бояться темных с истинной тьмой. На сегодня у нас занятия окончены. Стало интересно, как прошел первый учебный день у девушек. Я надеялся, скоро узнаю.

* * *

Еллина Лорта

Первый учебный день. Я не думала, что все окажется так сложно. Подумаешь, нет эмоций. И чего злиться, как преподаватель по мифическим животным? Между прочим, могла бы и свое что-то в лекцию добавить, а не по книге рассказывать. Это мы и сами в учебнике прочесть в состоянии. Ни спорить, ни что-то доказывать не стала, за меня это сделал Рич. Вот она – сила дружбы в действии. Я была благодарна парню, но между тем понимала, стоило самой научиться отвечать, не всегда же он будет меня опекать.

Как вскоре выяснилось, уже после третьей пары у каждого из нас планировалось свое профильное практическое занятие. Ребята убежали, я тоже отправилась в лекарскую. Народу набралось много. Со всех факультетов собрались не только лекари, но и травники, зельевары, все, у кого имелась светлая сила. Мне досталось место в первом ряду за первым столом. Рядом сидела невзрачная и смущенная девушка, не поднимающая глаз от стола. Я глянула на нее раз, второй, потом уточнила:

– А учителя тоже будешь слушать, смотря в стол?

– Но нам нельзя смотреть на лордов и леди, – пролепетала та.

– Какое глупое правило, – бросила равнодушно.

Ответа не услышала, в аудиторию вплыла эффектная женщина, со светлыми локонами, в зелёном халате и осмотрела всех нас. Изредка хмурилась, порой довольно ухмылялась, кивала сама себе, а на мне ее взгляд просто застыл.

Ухмылка исчезла. Глаза резко увеличились в размерах. Рот слегка приоткрылся. Я ждала, что и эта сейчас выйдет из себя от моего равнодушия, но ошиблась.

– Истинный свет. Магия жизни, – прошептала с придыханием. – Девочка, ты как в Академии оказалась?

– Пришла поступать, сдала экзамены, – поведала прописную истину.

– Я не о том. Как тебя вообще отпустили? – магистр оказалась рядом со мной.

– Никак, я сбежала от опекунов, – сказала как отрезала. Объяснять все каждому не собиралась.

– Удивительно. Восхитительно, – никак не могла уняться женщина. Попыталась взять меня за руку, но я вовремя отдернула и спрятала ладони под стол. Та тяжко вздохнула и отошла.

Началось занятие, во время которого женщина то и дело поглядывала на меня. Не знаю, что она надеялась увидеть, но все сильнее хмурилась. Под конец уточнила:

– Вам не интересно то, о чем я говорю?

– Интересно, но я все это уже знаю, сама изучала.

– И что, можете продемонстрировать? – не ожидая ответа, она приблизилась к моему столу, просто отрастила коготь на руке и чиркнула себя по запястью. Кровь хлынула в разные стороны.

Я простерла ладонь над раной, касаться не собиралась, хотя именно этого она наверняка и добивалась. Сосредоточилась и вызвала свет, который в одно мгновение залечил рану. Магистр довольно кивнула и громко поведала для всех:

– Это и есть бесконтактное лечение. Невербальное. Такое мы будем проходить на третьем курсе. Объясню, что это такое. Студентка не произнесла ни одной формулы, ни единого заклинания. Она всего лишь использовала сырую силу, причем на минимальном уровне. С помощью заклинания резерв уменьшился бы сильнее. В этом, к сожалению, и разница между лекарем и магом жизни. Задания я вам пока не даю, анализируйте материал и втягивайтесь в учебу, нам предстоит многое изучить. В том числе и узнать о лечении зельями, выяснить, насколько и в каких случаях это бывает опасно. А сейчас все свободны.

Быстро схватив сумку, я поторопилась на выход и заметила слишком пытливый взгляд магистра, сейчас больше напоминающий хищный. Не зря дамочка пыталась прикоснуться. Может, Альёна права, и у меня с этой самой Рапацелью больше общего, чем мы думали? Тогда существовала опасность стать объектом касания тех, кто пожелает воспользоваться силой. А данный момент меня совершенно не устраивал.

Отошла недалеко. Привлек разговор студенток, стоящих ко мне спиной. Одна с азартом втолковывала второй, что дар жизни имели только высшие аристократы или даже сами монархи.

– Ина, ты идиотка? Кто ж отпустит высшую аристократку или саму принцессу в Академию? У них домашнее обучение. Наверняка чья-то байстрючка, от которой поторопились избавиться, – выплюнула вторая девчонка.

– Тэна, это ты идиотка, не знаешь элементарных правил. Не бывает у высших байстрюков, если только от любимой женщины. Но они признают детей и дают им достойное образование.

Больше слушать не стала. Эти двое сплетничали обо мне. Но ни они, ни я сама не знали правду. А значит, и глупые домыслы ни к чему. Ещё и желудок заурчал, требуя его покормить. А значит, стоило поторопиться в общежитие, наверняка Альёна и Рич уже были там. Они, скорее всего, захотят поделиться впечатлениями о первом учебном дне.

В этот момент снова пожалела, что у меня не было эмоций. Поняла, что даже не смогу порадоваться за друзей, если они будут в восторге, или посочувствовать, если день прошел не так, как ребята ожидали. Перед самым входом в голове появилась мысль – предложить Альёне осмотреть мой амулет. Она же артефактор, вдруг сможет понять принцип его работы.

Но мысль как пришла, так и исчезла, стоило войти в здание. Передо мной стоял темноволосый парень, друг Айвека, и слишком пристально разглядывал. Не успела задать ни единого вопроса, как он просто развернулся и ушел. И что это было?

Глава 3

Рич

Кто бы знал, насколько некоторые бывают настырными. К несчастью, на первом же занятии боевой магией меня поджидало две новости. И обе не сказать, что приятные. Началось с того, что на полигоне, ещё до прихода преподавателя, подошла одна из студенток, кажется, с факультета стихийников. Девушка с темными волосами была вполне симпатичной, но у меня отклика не вызывала. До девятнадцати лет я не был монахом, перебирал фавориток слишком тщательно, но дольше двух недель ни одна не задерживалась. Не будь иномирянки, я все равно в сторону слишком прилипчивой девчонки не посмотрел бы. Не любил настырных, а эта явно вознамерилась обратить мое внимание на себя. С трудом не скривился.

Тут даже интуицию не пришлось подключать, ей определенно от меня что-то понадобилось. Не тот ли это случай, о котором говорил ректор на собрании? Многие студентки поступили в Академию, чтобы найти мужей. Одна проблема: им приходилось туго, так как найти под личинами высшего аристократа было весьма сложно. Вероятно, у этой нюх на мне подобных.

– Привет! Ты универсал?

– Да, – бросил коротко и отвернулся, в планы не входило ни с кем знакомиться, к тому же, как ни маскируй страх, он все равно проявлялся. Вот и девушка боялась, но всячески демонстрировала дружелюбие. И с такими, готовыми на многое, даже забраться в мою постель, лишь бы получить привилегии, я много раз сталкивался. Брюнетка не отличалась сообразительностью.

Интересно, неужели у девчонки совсем не было мозгов, раз она посчитала, что я не смогу уловить неприятные эмоции? Отвернулся и с радостью бы вообще ушел, но моя воспитанность в очередной раз подвела.

– Ты всегда такой немногословный? – не желала сдаваться девчонка.

Я мог бы прямо сейчас выбить собеседницу из равновесия, задав в лоб вопрос: что ей на самом деле было надо? Но решил повременить, негоже в первые дни учебы ссориться. Поэтому снова выдал односложный ответ:

– Да.

Девушка на мгновение стушевалась, не зная, о чем разговаривать, но, видимо, ей действительно что-то требовалось, потому что, вздохнув, едва ли не прижалась ко мне и прошептала:

– Я совершенно не разбираюсь в заклинаниях. Поможешь мне?

– Нет, – снова коротко, но ёмко. Я отстранился, не желая находиться к этой настырной так близко. Беседа начала утомлять.

– Почему? – на этот раз удивление оказалось искренним, даже страх перебило.

– Не хочу. Мне есть кому помогать. Поищи другого. Все. Разговор окончен.

Я сам отошёл, пока она ещё о чем-нибудь не попросила. Слишком неприятные эманации исходили. Я заметил, как девушка недовольно поджала губы, но больше навязываться не стала. Правда, смотрела так, будто замыслила гадость. Надо будет к ней присмотреться.

Может, леди и не искала мужа, а преследовала совсем другие цели. Но в любом случае мне затея совершенно не нравилась. Что бы она ни задумала, ничем хорошим это не обернется. На миг мелькнула мысль попросить Еллину покопаться в мозгах этой девицы, чтобы в будущем знать, чего ожидать.

Появился преподаватель. Как мы успели узнать, вести занятие будет сам декан боевого факультета. Что он был за маг, никто толком сказать не мог, так как в этом году назначили нового. Ребята вовсю гадали, кого же мы увидим. Стоило магистру появиться, я едва не выругался вслух. Признаюсь, разозлился знатно, но уже не удивился, благо наставник успел предупредить. Но гнев все равно прошел волнами по телу, на миг всколыхнув тьму. И было от чего.

Передо мной во всей красе предстал родной дядюшка. Наверняка родители подсуетились, чтобы не оставлять сына в Академии одного. А ведь я мечтал о самостоятельности. Откуда же ей взяться, если тут же прибегала нянька, чтобы подтереть сопли. И если с наставником действительно вышло спонтанно, то родственник никак не походил на случайность.

Порадовал факт, что родственник ни единым жестом не показал нашего знакомства. Гонял меня, как и всех остальных, не выделял, но и спуску не давал. Когда никто не мог видеть, я поймал его шальную ухмылку. Дядя и сам был доволен, что вырвался в Академию. Но я чувствовал, скоро он об этом пожалеет: вон сколько студенток собралось поглазеть на наше занятие, а если быть точным, скорее на преподавателя. Хорошо, что он только у нас вел боевую магию, девчонкам достанется другой учитель. Но красавчик-преподаватель не мог остаться без внимания. Еще бы, на вид дядя был чуть старше нас, красив и обаятелен. Я много раз спрашивал, почему он до сих пор не женился, на что неизменно получал ответ, что не нашлось еще той, которая заставила бы побегать за ней. Если и попадалась более-менее достойная, то ее хватало максимум на месяц. Потом дяде становилось скучно. И его сердце вновь оказывалось свободным. Так и жил. Этого мужчину все вполне устраивало.

Студенток дядя определенно не воспринимал всерьез. Обведя девушек взглядом, на миг досадливо скривился, явно не обнаружив достойных, значит, сейчас покажет, каким зверем может быть. Сразу большая часть поклонниц отвалится.

Я и сам не знал, почему обрадовался. Наверное, не хотелось, чтобы потом кто-то высказывался о мужестве, красоте и харизме родича. Возможно, это была ревность, но я ничего не мог поделать.

– Так, студенты! Разбиваемся на пары, я хочу увидеть, кто на что способен. Ты, – тычок в меня, – ко мне в пару.

«Кто бы сомневался?» Пришлось отрабатывать заклинания вместе с ним. Это было привычно, мы много раз тренировались, поэтому я знал многие приемы дяди, впрочем, и он мог предугадать мои. Но все равно занятие получилось интересным, попутно я успел оценить, кто из ребят чего стоил.

Вначале многие осторожничали или, наоборот, бросались в бой слишком рьяно, стараясь показать себя с хорошей стороны, но быстро выдыхались и пропускали удары. Дядя замечал все, одновременно сражаясь со мной. Изредка втихаря ругался, если кто-то из ребят слишком активно использовал силу не по назначению.

– Стоп! – произнес, добавив в голос силу, чтобы все услышали. Студенты застыли. Несмотря на одышку, пот и сбившееся дыхание, устремили взгляды на преподавателя. – Итак, ваши слабые стороны… – начал магистр, осмотрев студентов.

Несколько минут каждый выслушивал критику в свой адрес. Меня тоже не минула сия участь.

– Всем все понятно? На следующем занятии начнем именно с этого. А сейчас все свободны!

Когда занятие закончилось, я заметил, как ко мне снова собралась подойти та самая девица. Пришлось спешно ретироваться, чтобы не разговаривать с прилипчивой особой.

Я элементарно сбежал на занятие по взаимодействию с тьмой. Повезло, оно прошло в очередной медитации. Сегодня уже никто на меня не косился и против не высказывался. Только перед уроком приблизился Дукран, еще один парень с истинной тьмой.

– Хотел спросить, сможешь научить меня такой же сети и преображению?

– Мастер Даяно с этим справится намного лучше. Но несколько подсказок дать смогу, – улыбнулся добродушно и показал, как лучше трансформировать, при этом ещё и удерживая, тьму.

Всего-то и надо было создать мыслеобраз, напитать силой, визуализируя и не теряя концентрацию. К нашим словам прислушивались и остальные. Неудивительно, что тем, кто последовал моему совету, на уроке повезло раза с третьего. Я видел, многие оказались довольны, и порадовался вместе с ними. После занятия меня попросил задержаться наставник.

– Ри, я рад, что твои наработки помогли студентам, но все же им стоит вырабатывать собственную тактику, чтобы потом легче давалось заклинание. Попробуй им объяснить, чувствую, меня они вряд ли послушают. Их вполне устроил результат, потому никто не станет стремиться его улучшить.

– Я вас понял, мастер Даяно, завтра же поговорю с ребятами. Вы правы, немного сглупил, всего лишь хотел помочь, – признался и задумался. Это был тот самый случай, когда хорошее могло обернуться совсем не во благо.

– Иди, а то опоздаешь на занятие. И да, я немного подправил твои потоки, чтобы скрыть истинную силу. Они слишком быстро стремятся наружу, поэтому раз в неделю буду укреплять.

Поблагодарив наставника, покинул аудиторию. Сказанное мастером заставило задуматься. Перед отправкой в Академию наш маг отлично замаскировал мои потоки. Тогда почему истинная сила стремилась вырваться? Что могло этому поспособствовать? Сам я вряд ли мог разобраться. Оставалось ждать.

Последней была теория артефакторики, там же встретился и с девчонками. Обе смурные, и если Альёна действительно злилась, то Еллина всего лишь подражала. Выходило бы забавно, если бы не было так удручающе. Поговорить толком не сумели, пришла преподавательница, с ходу начала лекцию про связки и узлы в артефакторике, и камни, лучше всего подходящие к изделиям. Нам объяснили, какие материалы лучше взаимодействовали друг с другом, а чье соседство, напротив, снижало потенциал вещицы.

Было интересно. Пусть я вряд ли смог бы хоть что-то изготовить, но разбираться в этом должны все. Как правильно привела пример магистр:

– Представьте, что вам срочно понадобился артефакт с несколькими функциями. Обращаетесь к мастеру, а получаете красивую и безумно дорогую вещь с бриллиантом, гранатом и изумрудом. Богато? Да! Но малоэффективно, потому что именно эти самые дорогие камни не удержат плетения и, соответственно, не выполнят заложенную в них функцию. И хорошо, если такое изделие хоть один раз послужит, а не разрядится уже через полчаса после покупки.

– Но мы же маги, сможем сами зарядить, – подала голос одна из девушек.

– Можете, конечно. Но надолго ли вас хватит? Да и не всегда ваша сила может послужить правильно. Разве не слышали о противоположностях? Сила может оказаться противоположна той, какой мастер зарядил артефакт, и тогда, сами понимаете, что случится, – пояснила учитель.

Теперь понятно, для чего тем, кто не имел отношения к артефакторике, понадобилась теория. Лично я о подобном знать не знал. Сложись такая ситуация, попал бы впросак. И ведь предъявить артефактору было бы нечего. Если при покупке заказ работал, какие проблемы? Вот поэтому знания необходимы даже тем, у кого не имелось склонности к артефакторике.

– Сейчас вы достанете из коробки несколько вещиц и попытаетесь сами понять, что подходит для амулета, а какие детали лишние, – предложила преподаватель.

У меня оказались три камня, пара деревянных дощечек, одна пластинка, детская игрушка волчок, кусок ткани и обломок какой-то детали. Перебирая каждую, я никак не мог понять, что у них общего. На первый взгляд лишним являлся обломок, но интуиция подсказывала, что он как раз был нужен. После нескольких попыток применить силу, как посоветовала магистр, выяснилось, что ненужной оказалась пластина. Все остальное немыслимым образом соединилось, образовав подобие артефакта для бытового использования. Сам я не мог его сотворить, учитель подсказала. Так родился мой первый и, чувствую, единственный артефакт.

Занятие вышло интересным и познавательным. Мы с иномирянкой шумно обсуждали происходящее, а вот Еллина походила на ледяную статую. У нее ничего не получилось, девушка даже притворяться не стала, что ей интересно. В Елли совершенно не оказалось способностей к данному предмету. А по пути в особняк Альёна поведала:

– Вы в курсе, что традицию принятия в студенты так и не отменили?

– Просто в ней будут принимать участие те, кто согласен на идиотские задания, – вставила свое мнение Еллина.

– Ну и фиг с ними, – отмахнулась Альёна. – Пусть проводят. А мы учиться будем.

Больше мы к этой теме не возвращались. Да и некогда стало. В комнате нас ждал Санья, который желал скорее приступить к занятиям. Знакомство с иномирянкой прошло быстро, паренек изнывал от нетерпения, потому особо не зацикливался. Объясняя ему материал, мы и сами подробнее в нем разбирались, больше запоминая. Так что в некоторой степени такое наставничество оказалось весьма полезным.

* * *

Еллина Лорта

– Как странно, уже три месяца учимся, а ничего пока не происходит, – вздохнула Альёна во время небольшого перерыва.

Вечером мы как раз разбирали магические плетения и узлы, попутно Альёна пыхтела над артефактом. Санья опередил нас с вопросом:

– А что должно происходить? Тебе разве учебы мало? Вон только переночевать и приползаете. Энто ж надо так студентов гонять, – паренёк покачал головой, снова утыкаясь в книгу.

За это время он успел освоить несколько заклинаний. И не забывал прокачивать свой резерв, чтобы увеличить. По мере возможности мы с Ричем занимались с бесценным мальчишкой. А он помогал по мере сил и возможностей нам. Вот, например, на прошлой неделе сбегал в город и приобрел для меня теплые вещи. Сама я тоже постепенно осваивала науку жизни, начиная понимать, что за все надо платить. Одежда, еда и канцелярия не брались из воздуха по одному желанию. Попутно мне помогали осваивать этикет, а Альёна вместе с Саньей изучали магию.

Помощник иногда расстраивался, потому что помимо стихии воздуха у него пока никаких талантов не обнаружилось. Рич подбадривал, уверяя, что еще не время, ведь мы охватили не все области, а только самые основные, да и занимались, можно сказать, поверхностно. Малыш кивнул, но складка все чаще прорезала его лоб. Я же смотрела на парня магическим взглядом и прекрасно видела большой потенциал, правда, в какой области, никак не получалось определить. Говорить пока ничего не стала, чтобы не давать ложную надежду. Вот когда поймем, к чему у него имелась склонность, тогда можно будет и поговорить.

Каждый учился чему-то новому. Поэтому слова землянки весьма удивили парней. Я же вопросительно посмотрела на нее, предлагая пояснить. Она снова вздохнула, мечтательно закатив глаза:

– Понимаете, в наших книгах обязательно был какой-нибудь крутышка, который сразу бы обратил на меня внимание, спорил бы и ругался. Вредные девицы, осаждающие его, устраивали бы каверзы, потом нам бы пришлось вместе распутывать клубок интриг, а то и вовсе преступление. А в конце любовь… – и такой стон издала, что я непроизвольно запустила сканирующее заклинание, вдруг ей плохо стало. Но нет, все было нормально.

– Н-да, странные у вас книжки. Кто ж студентов допустит до расследования. Как ты там сказала, крутышка? Он тоже имеется, да не один, а целых два – Айвек и Санир, дружок его закадычный. После памятного разговора староста все же получил нагоняй от друга, но сути это не меняет. И вы вроде спорили несколько раз, особенно когда ты старосту маленько подожгла. Девиц тоже полно. Только не понимаю, зачем тебе каверзы? Хочешь на кого-то произвести впечатление? Порази интеллектом. Поверь, это намного лучше глупых ссор. Что касается преступления, то в Академии это невозможно, здесь повсюду стоят артефакты, реагирующие на негативные помыслы, – содержательно поведал Рич. Его слова вызвали ещё один стон у неугомонной землянки.

За прошедшее время Альёна сильно увлеклась артефакторикой. От ее замыслов порой кружилась голова. Девушка обсуждала идеи с нами, но понимал ее, казалось, только Санья, что вызывало удивление у Рича, а если бы было возможно, то и у меня. Мне было неинтересно, а Рич помогал и поддерживал нашу подругу. Насколько я знала, ради нее даже стал ходить на артефакторику. И самое забавное, теперь они втроём частенько собирали какие-то мудреные вещицы. Иногда Санья смотрел на них широко распахнутыми глазами, придавая себе более невинный вид, чем было на самом деле.

Я часто смотрела на помощника, не до конца понимая, что в нем необычного. А оно точно было. Но как бы ни прислушивалась к мыслям, ничего уловить не получалось: он словно намеренно отгораживался, зная, что я могла забраться глубоко. Но не делала этого, так как всецело доверяла пацаненку. Санья успел показать себя только с положительной стороны. Да и подозревать его было не в чем. Тайны имелись у каждого. Рич скрывал настоящее происхождение, я сама не знала, кем являлась. Альёна обладала светлой душой, раскрытой нараспашку, но тоже пыталась скрыть интерес, который вызывал у девушки наш темный. Так что секреты Саньи – это его дело. Влезать и искать правду я не стала.

– Слушай, Санья, а ты не думал, что имеешь дар артефакторики? – воскликнула иномирянка, когда малец первее сообразил, как лучше сделать и соединить сразу несколько составляющих.

– Думаешь? Та не, тут же особого ума не надо, ты наверняка и сама знала, как это сделать, а мне дала шанс показать себя, – отмахнулся малыш.

– Нет, как раз таки не знала, а твоя идея все расставила по местам, – уверенно заявила девушка. – Еллина, глянь?

– Ребят, вы же знаете, мне неинтересно, да и не разбираюсь я в этом, – на миг отвлеклась от книги по мифическим существам, которую в данный момент изучала.

Несколько раз друзья пытались вовлечь и меня. Но я максимум могла влить каплю силы. Настойчивость друзей все же принесла свои плоды. Тут переставить, там соединить, здесь сложить. Это походило на головоломку. Такими темпами я не поняла как, но постепенно начала увлекаться. Раньше не замечала за собой способностей к этому роду деятельности, а тут смотри-ка…

Альёна едва не пищала от радости, демонстрируя артефакты, которые, оказалось, могли излечить любую рану, даже смертельную. Но пока это были только догадки. А проверить их иномирянка собиралась совсем скоро. Через месяц четвертый и пятый курсы отправлялись на практику, им и должны были выдать изготовленные девушкой амулеты. Если артефакты действительно окажутся мощными, сам ректор согласится ходатайствовать о патенте для землянки, при условии, что и дальше их стану заряжать я. Тогда-то Санья не растерялся. Он так торговался за процент и мне, и Альёне, что мы даже заслушались. Сам глава Академии был в шоке, но обещал поспособствовать интересам студенток.

А вот мне больше нравилось лекарское дело. Ну как нравилось, я просто проидентифицировала то, что творилось внутри, как проявление интереса или неприятия. Лечение других стало единственным, что у меня прекрасно получалось, от чего внутри было тепло и, наверное, радостно. Я много раз рассматривала амулет на шее, пытаясь понять, для чего он служил. Но пока результата не было. От украшения даже магических потоков не исходило. А ещё я сканировала саму себя. Хотелось вернуть эмоции, чтобы понять, каково это – чувствовать. Но каждый раз словно натыкалась на глухую стену. Нет, состояние органов прекрасно видела, а стоило пустить силу глубже, натыкалась на тупик. Словно стена из тумана не пропускала в глубокие воспоминания. А когда пыталась развеять эту стену, начинала сильно болеть голова.

На лекциях мы много писали, изучали. Сложнее было с дозированием силы. Не всем это давалось. Многие, как я, сразу бухали большую часть, а к концу занятия просто падали от перерасхода энергии. Я не падала, но голова порой кружилась. Ещё меня интересовало, почему все заклинания лекарей были настолько простыми.

– Для сложных нужна сила архимага, а здесь в основном студенты, имеющие среднюю шестерку, максимум восьмерку. Для таких лекарей сложно удерживать сразу два заклинания, про три и говорить нечего.

– Но ведь можно же создать нечто универсальное, включающее в себя несколько функций, – не желала сдаваться я.

– Попытайтесь. Каждый год студенты что-то изобретают. Иногда это нечто востребованное, но чаще на уровне баловства, потому что не всем подходит, – снисходительный ответ преподавателя заставил нескольких существ захихикать. Но чужая реакция меня мало волновала, а вот идея не желала покидать голову.

У нас подобралась интересная команда. Каждый хотел сотворить нечто совершенно новое. И если у землянки, которая успела сделать несколько принципиально новых и нужных артефактов, получалось, то у меня пока ничего путного не выходило. Рич больше помогал Альёне, потому что с лечением совсем оказался не в ладах. Санья тоже загорелся идеей создавать артефакты. Как мы совсем недавно определили, у него к этому и была предрасположенность. А еще однажды темный уловил в помощнике зачатки боевой магии. Малец едва не прыгал от счастья.

– Все равно мое попаданство какое-то неправильное, – буркнула Альёна, глянув на нас. – Неужели в вашем мире нет никаких тайн, интриг, пакостей? Для чего-то же меня сюда перекинуло?

– Ага, мир спасать, который в этом не нуждается, – ворчливо отозвался Санья, утыкаясь носом в книгу. Как я поняла, вышло это непроизвольно, потому что вон как сразу вскинулся, чего-то испугавшись.

– Та-а-ак, а я ведь не говорила о спасении мира. Откуда ты взял эту фразу? – зацепилась за сказанное землянка, напомнив мне гончую, взявшую след.

– Хм, просто вырвалось? – скорее вопрос, чем утверждение. Но Альёна прищурилась.

– Ну уж нет, не просто вырвалось. Ты правильно заметил, почти в каждой книге фэнтези герои спасали мир. И будь ты отсюда, не знал бы таких нюансов. А значит… – девушка сохранила паузу, напоминая хищницу, готовую наброситься на жертву.

Парень повернулся и сейчас совершенно не походил на подростка десяти-двенадцати лет. На нас смотрели умные и взрослые глаза. Помощник встал, шутовски поклонился и представился:

– Александр Герасимович Найденов, капитан следственного отдела московского РОВД.

Альёна икнула. Мне и Ричу его слова ни о чем не сказали. Хотя нет, наш темный друг что-то понял и уточнил:

– Ты из дознавателей или сыскарей?

– Два в одном, у нас был особый отдел, мы расследовали запутанные преступления, основанные на мистике. Хотя, признаться, в первый год я скептически относился к подобному, так как никогда не верил во всю эту ерунду, пока сам не столкнулся, а потом и вовсе не стал жертвой ритуала безумного маньяка. Когда он вогнал мне нож в сердце, последней мыслью было: «Как-то не хочется умирать в тридцать два года». Потом темнота. Очнулся уже в этом мире. Пацаненком, забитым до смерти. Хорошо хоть память его осталась. За два с лишним года, проведенных здесь, о многом узнал, пообщался и даже подружился с теми, кто убил паренька, научился выживать. Прошлый хозяин тела был той еще сволочью. Туговато пришлось заново располагать к себе народ. Мне помогли навыки, полученные сперва в Полицейской Академии, а потом на практике со всякими отморозками. А потом, увидев тебя, решил ещё и магии поучиться. Один из скупщиков краденого сказал, что из меня получится знатный маг, сила растет, но надобно учиться.

Санья замолчал, а мы переваривали услышанное. Рич уточнил:

– А почему Санья? Ты же Алесадр?

– Саша, Санька, Санёк, Алекс, Александр, от моего имени много производных. Но, как я понял, в вашем алфавите многие буквы отличаются, как и произношение. Вот имя, Лена, Алёна, Леночка, Ленусик произнести правильно местным тоже сложно, потому тебя и окрестили Альёной. Так? – уточнил паренёк, землянка кивнула.

– Да. Нормально мое имя никто почему-то не смог выговорить. А я махнула рукой. Раз им так удобнее…

– Вот и меня вместо Саши или Саньки прозвали Саньей. Александр и вовсе не смогли выговорить, назвали Алесадр, как и Рич, – помощник усмехнулся.

Я решила подтвердить собственную догадку:

– А про спасение мира ты сказал, потому что в ваших книгах подобные всегда спасают чужой мир? А своих воителей в этих мирах нет? Обязательно перетягивать чужих? И как может помочь тот, кто плохо знает местные устои?

– Хорошие вопросы, я тоже над этим часто смеялся, когда сестра запоем читала фэнтези, а потом с безумным взглядом делилась со мной впечатлениями, – хихикнул Санья. Альёна же только плечами пожала. Но промолчать не смогла.

– Но ведь зачем-то же мы попали именно в этот мир? Если его не надо спасать, то все равно должна быть какая-то миссия.

– Зачем? Тебе не приходило в голову, что вам всего лишь дали второй шанс прожить жизнь? Безо всяких условий, без спасения мира. Ты ведь наверняка мечтала о магии. Вот мечты и исполнились. Пользуйся возможностями и не забивай голову всякой ерундой, – вышло немного жёстко, но я ещё не научилась контролировать интонацию.

– Но ведь душа требует приключений, а их нет. Да, учеба мне нравится. Но как же азарт? Адреналин в крови? Хочется же чего-то этакого, – землянка покрутила рукой в воздухе.

Санья хохотнул:

– Ёлка права, учись, пока есть возможность. Мне тоже хочется чего-то этакого, особенно когда сознание пацана порой выползает наружу. Сложно было взрослому мужчине в теле ребенка. Особенно трусоватого и бестолкового, но позже я смог объединить наши сознания. Теперь это разум того, кем я был в подростковом возрасте, поэтому, как и у тебя, душа требует подвигов, но я понимаю, насколько это глупо. А приключения… Знаешь, я тут поспрашивал. Мне рассказали, что у первого курса в конце года должна быть практика на Зарвартских болотах. Чувствую, приключений там будет хоть отбавляй. Нечисть, нежить, умертвия – любой каприз для твоей души. Вот и будешь спасать мир от порождений зла. А там, может, какой лич попадется или темный властелин.

– В нашем мире нет темных властелинов, – отрезал Рич, хмуро поглядывая на попаданку.

– Ну да, зато есть истинно темный с первородной тьмой, – не думая скрывать смешинки в глазах, отозвался паренёк.

Сказать никто ничего не успел. Ко мне прилетел вестник от ректора, требующий немедленно явиться к нему в кабинет.

– И что ты успела натворить? Опять чьи-то мысли прочла и озвучила? – спросила Альёна. Я и сама пыталась вспомнить, когда успела провиниться.

– Нет, то, что слышала, держала при себе. Да и натворить ещё ничего не успела, – заявила уверенно, глядя на друзей.

– Тогда мы идём с тобой. Узнаем, что нужно ректору, заодно поддержим в случае необоснованного обвинения, – решительно выдал Рич, вставая. Альёна подскочила следом.

– И я с вами, вдруг придется отбиваться, а я все же боевая единица, – после ее слов Санья фыркнул, оценив тоненькую фигурку подруги. Но лично я возражать не стала. Меня больше занимал вопрос, что понадобилось главе Академии. Почему-то ничего хорошего я не ждала.

Несколько раз на пути попадались знакомые Альёны. Одна из девушек, кажется, стихийница, уточнила, когда будет готов артефакт-меситель. Что это такое, решила уточнить у подруги позже. Я и не сомневалась, что она станет прекрасным артефактором. Ее идеи уже не просто заразили многих, а вызывали восхищение. И зачем какие-то каверзы? Альёну и без них заметили и начали уважать. А ведь это всего лишь первый курс.

В приемной ректора никого не было. Дверь кабинета при нашем приближении сама распахнулась, приглашая внутрь. Стоило войти, как знакомый мужчина быстро повернулся ко мне и вскочил с кресла. На лице красовалась фальшивая улыбка.

– Еллина, наконец-то я тебя нашел. Мы сейчас же отправляемся домой, – непререкаемым тоном поведал герцог Лорта.

– Нет. Я останусь в Академии. Лорд Тайрэт, в правилах сказано, что без моего согласия вы не можете меня забрать, а его, как вы понимаете, я не дам, – заметила, скрестив на груди руки.

Опекун уже набрал в грудь побольше воздуха, но тут вперёд вышел Рич. Его тьма клубилась, готовая вот-вот напасть.

Я глянула на ректора: тот, вначале расслабленно сидевший в кресле, тут же подобрался. Глаза прищурились, тело было напряжено.

– Тайрэт, значит, а когда-то ты представился Тишианом. И надо же, какое совпадение, именно десять лет назад у вас появилась опекаемая?

– Ты кто такой? Я тебя знать не знаю, щенок! Что-то собрался мне предъявить? – рассвирепел герцог, хотя я видела, насколько он боялся.

– Зато я тебя запомню на всю свою жизнь. Ваше с ведьмой последнее посещение нанесло огромный урон королевству. Пока Шарли отвлекала охрану, ты в этот момент похищал… – Рич, казалось, даже стал выше, а тьма возросла до потолка, готовая поглотить герцога.

К сожалению, возможности узнать, кого Тайрэт похитил, не дали. Лорд крутанул на пальце перстень и мгновенно исчез. А темный выругался. Правда, тут же повернулся ко мне. Альёна дернулась и громко ахнула, а я подошла ближе и положила ладони на лицо парня. Сейчас в нем не осталось ничего человеческого: скулы заострились, в глазах поселилась сплошная чернота, изо рта торчали клыки. Наверное, поэтому герцог испугался. Да и не только он. Ректор попытался преградить дорогу, чтобы я не приближалась к парню. Но я на уровне интуиции знала: никакого вреда он мне не причинит. И оказалась права.

Глянула на то место, где еще недавно стоял опекун, и покачала головой. Нашел-таки. Осталось понять, чем это чревато. А еще возникло чувство, что, несмотря на его страх, мы ещё увидимся. Правда, не предполагала, как именно. Студентам-первогодкам все равно запрещено покидать территорию Академии, выходить могли только слуги или помощники. Так что подкараулить меня лорд не сможет.

Возможность выкрасть существовала, а значит, придется попросить подругу сделать отслеживающий артефакт, чтобы в случае чего меня могли найти. Хотя теперь я была уверена, что в состоянии за себя постоять. На практических занятиях нам рассказывали не только о спасении существ, но и о том, как можно вскипятить им кровь, остановить сердце, заставить неправильно работать лёгкие. Поэтому никчёмной я уже себя не считала. И бояться нужно Тайрэту, а не мне.

Друг пришел в себя и повернулся к главе Академии, задумчиво смотревшему на нас двоих.

– Лорд Найвер, почему вы не арестовали похитителя? Его ищет весь Хайшар, мой дядя побывал на трёх материках, а он, оказывается… – начал закипать Рич.

Его осадили:

– Не кипятитесь, студент. Да и незачем уже гоняться за герцогом, он – ничтожество. Всем заправляла колдунья Шарли, но ее, как показали артефакты, уже нет в живых.

– И куда она делась? Когда я сбегала, Шарли была здорова и вся цвела, – подняла голову и посмотрела на мужчину.

– Отцвела, ее время пришло. А герцогу вы нужны как ментальный маг, его планы меня повеселили. И да, никто отпускать вас не собирался, такие кадры нам самим нужны. А сейчас можете быть свободны, идите, учитесь, а мыслями о Тайрэте не забивайте голову.

Спорить с ректором, когда он говорил таким тоном, никто не стал. Выйдя на улицу, мы не сразу пошли в общежитие. Для начала хотелось узнать, что же такого украли опекуны. Но на все вопросы Рич только мычал, а потом и вовсе признался, что давал клятву о неразглашении. Но позже обязательно придумает, как обойти ее. На этом и решили.

– Скоро праздничный бал, – вздохнула Альёна.

– И? Тебе же нравятся праздники. Почему вздыхаешь? – спросила я.

– Танцевать ваши танцы не умею, а учить никто не желает, хотя я мало у кого спрашивала, но все только посмеялись и отказались.

– Я тебя научу, – бросил непринужденно Рич.

Альёна взвизгнула и от радости прыгнула на парня, повиснув на нем. Ещё и в щеку поцеловала. Какая же она была бесхитростная.

– Могла бы сразу ко мне обратиться, мы же друзья, – продолжил парень.

В голосе темного мелькнула обида. Сама девушка вдруг покраснела и смущенно отвела взгляд. Я присмотрелась: в ее мыслях витала такая мешанина. Совсем не поняла, при чем тут объятия, его руки на талии, жар в теле. Нет, определенно надо было как-то обходить стороной мысли подруги, иначе рисковала получить заворот мозга, как однажды выразился Санья. Что это такое, не знала, но звучало угрожающе.

Смотря на эту сцену, я ощутила в груди, будто распускающийся цветок лепестками нежно касался души, заставляя ее трепетать. Понемногу начала определять подобные явления, сейчас это означало радость.

А вот Рич будто застыл. Глаза широко распахнулись, когда он смотрел на довольную землянку. Казалось, парень был в шоке. Наверное, такое поведение, как у Альёны, не приветствовалось или являлось чем-то из ряда вон выходящим. Я пока не все изучила.

Мы отошли подальше, прямо вглубь парка, где в это время народу обычно находилось мало. И Рич предложил начать прямо сейчас. Я устроилась на скамье, решив понаблюдать за ребятами. Сама тоже не умела танцевать, но меня эта проблема мало заботила. Одна из студенток говорила, что танец – это порыв души, выражение эмоций в движениях. А как я могла их выразить, если ничего не чувствовала?

Наблюдая за друзьями, размышляла. Могли ли опекуны меня похитить? Рич сказал, десять лет назад кого-то или что-то украли. В это же время у них появилась я. Но зачем было блокировать память? Скорее всего, чтобы не вспомнила о родных. Может, меня не зря занесло в Хайшар?

Я так задумалась, что вздрогнула от неожиданности, когда рядом упала довольная и запыханная Альёна. Девушка вся светилась от радости.

– Рич, спасибо огромное! Ты прирожденный преподаватель. Теперь я точно не ударю в грязь лицом, – изрекла, откидывая голову назад и смотря на небо, полное звёзд. – Какая красота. В моём мире я тоже любила смотреть на звёзды, они так умиротворяют. Посмотрите!

Мы с другом тут же подняли головы и честно полюбовались на россыпь светящихся точек на небе. Рич ещё продолжал смотреть, а мне надоело. Опустила голову и тут же удостоилась заливистого смеха девушки.

– Ну да, кому я это предлагаю? Интересно, твою отмороженность как-то можно растопить?

– Не знаю. Мне бы тоже хотелось знать ответ, – призналась честно. – Когда я смотрю, как искренне радуются или огорчаются другие, хочется и самой чувствовать. Я ведь целитель, на занятиях часто проводила сканирование других. Попробовала проверять и себя, но выяснялось, что здорова, никаких проклятий на мне нет. Куда подевались эмоции, непонятно. Может, их никогда и не было?

– Так не бывает, – уверенно заявила Альёна. – У всех есть эмоции, просто кто-то может их контролировать, а кому-то эта наука не даётся. Но без них личность неполноценна, не в обиду тебе было сказано.

Обидеться, даже если хотела бы, не смогла. Потому всего лишь кивнула. Тут и Рич, налюбовавшись звёздами, устроился рядом. Мы немного помолчали, после чего тишину снова нарушила неугомонная землянка.

– Я вот одного не понимаю. Войн здесь нет, прорывов тоже. Зачем тогда столько магов? – спросила девушка.

– Войн нет, ты права. А вот прорывы… Смотря что ты имеешь в виду. Маги как раз и нужны, чтобы сдерживать натиск тварей из Зарвартских болот. Их слишком много, всех перебить невозможно, размножаются стремительно. Задача магов – не допустить прорыва нежити в селения и города. Два раза в год они как раз сбиваются в стаи и пытаются найти лазейки, чтобы пробраться наружу. Но им не позволяют. Говорят, последнюю пару лет там странная обстановка. То защита сама по себе спадает, то некоторым магам кажется, будто чудовища с ними разговаривают. Несколько раз посылали комиссию, но отклонений или посторонних примесей никто не нашел.

– И нам придется проходить там практику? – повела плечами Альёна. – А поспокойнее мест нет?

– Есть, в любой деревне имеются погосты, где порой восстают умертвия. Туда посылают боевиков, стихийников, некромантов и целителей. Но, поверь, умертвия могут быть пострашнее тварей Зарвартских болот, – пояснил Рич. – Да и практика там действительно помогает осознать, насколько хорошим или посредственным магом являешься.

– Но все равно выпускников много, а на эти болота требуется, ну, пусть четверть выпуска. А остальные куда? – не унималась девушка.

– Альёна, в королевстве множество мест, где нужны стихийники, особенно погодники. Боевики становятся или наемниками, или идут в храны – это гильдия телохранителей, которых нанимают для охраны особо ценных грузов. На дорогах не всегда спокойно. Они сопровождают посольства и других важных персон. Лекари, особенно хорошие, нужны везде, так как в королевстве их острая нехватка, в особенности там, где идет добыча горных пород и минералов. Ран получается много, и не все они безопасные. Универсалы – элита магов. Нас сразу разбирают в самые опасные места. И Зарвартские болота не единственная территория, где полно тварей. В соседней Жаоре таковой является степь с зыбучими песками, откуда ползет всякая гадость, на которую они почему-то не действуют. Так что без работы никто не остаётся, – подвёл итог Рич.

– Прохладно становится, идёмте в общежитие. – Я встала первая и поежилась.

Все же зима на улице. И пусть температура пока не ушла в сильный минус, но меня уже и теплая шубка не грела.

Шли в тишине. Наверное, поэтому ещё издалека услышали спор двух студентов: парня и девушки. Подслушивать никто из нас не собирался, мало ли о чем могла спорить пара на свидании. Но тут одна фраза зацепила, пришлось остановиться.

– Ты уверен? А если это не принц?

– Ага, сама веришь в такую чушь? Можно скрыть лицо и сущность, но силу подделать невозможно. Много у нас истинных темных?

– Как минимум четверо. Но все равно, корона же достанется не ему. Так какая от него польза?

– Ну ты и дура, – в сердцах юноша ударил кулаком по дереву. – Если попасть во дворец и устранить его сестричку, корона достанется ему в обход всяких правил. И тогда…

– Все-все, я поняла, – замахала руками девушка. – Но как мне, прежде чем соблазнять, понять, кто он. Вон рядом крутятся эти две девки, одна из них меня вообще пугает, мысли читает. Я даже подойти не смогу к темному. Хотя несколько раз пыталась, он от меня шарахается, как от прокаженной. А остальные тоже всегда с кем-то. Ты бы сначала выяснил, кто из них настоящий. Я еще в самом начале пыталась поближе познакомиться с каждым, но меня отшили, даже духи с приворотным эффектом не сработали. Заметь, ни на одного не подействовало. И как тогда их соблазнять?

– Ты должна найти способ. А я пока попытаюсь узнать, кто из них кто. Одно могу сказать, из всех только трое подходят на эту роль. Так что действуй! Можешь двоих соблазнить, а с третьим дружбу завести. Поняла? – в голосе парня отчётливо прозвучала угроза.

Рич ломанулся было, чтобы обозначить свое присутствие и сразу обломать планы парочки, но я его удержала.

– Не торопись; как говорит Альёна, хоть какое-то развлечение. К тому же они явно не вдвоем это задумали, наверняка помогает знающий и весьма умный наставник, вынашивающий собственные планы. Именно его мы и должны в первую очередь вычислить.

– А почему ты сам не хочешь обаять принцессу, у нас и проблем бы не было? Твой род знатный, не зазорно жениться на королевской дочери. – Девчонка все ещё искала другой способ, только чтобы ничего не делать самой.

– Идиотка! – рыкнул ее собеседник. – Потому что ее давно никто не видел. Поговаривают, именно из-за таких вот женихов принцессу спрятали подальше. Вроде как намечается династический брак, поэтому нам надо успеть раньше. В запасе всего год, может, чуть больше. Когда ей исполнится двадцать один, ее отправят на инициацию, а там уже у нас ничего не получится.

– Почему? – не поняла девчонка.

– Как ты думаешь, почему наследование идёт именно по женской линии? – в свою очередь спросил студент.

– Не знаю, об этом нигде не говорится, – пожала плечами та.

– Потому что после инициации именно принцессы видят любого насквозь, читают мысли и души, от них ничего невозможно скрыть. И как бы ни притворялся влюбленным, задурить голову уже не получится. А ещё, говорят, после инициации королева может становиться двуликой, как оборотень. Но только в том случае, если не теряет невинность до двадцати одного года. Тому, кто сможет ее соблазнить раньше, достанется основная часть силы принцессы. А это, как ты понимаешь, лакомый кусок. И самое главное, после инициации сила девчонки станет неограниченной, возрастет в несколько раз, хотя и сейчас уже далеко не слабая. И нам необходимо этому помешать.

– И ты бы от этого не отказался, но не знаешь, где держат принцессу, – хихикнула красавица.

– Это не твое дело. Поняла задачу? Будем пока действовать в сторону принца, может, повезет, и он выведет нас на сестричку. Если нет, в запасе еще несколько планов. Иди, нас не должны видеть вместе, – парень подтолкнул девушку к одной из тропинок. А сам молча смотрел вслед, пока та не скрылась из виду, и вздохнул. – И как с такими дурами работать? Где отец их только берет?

Посокрушавшись, и сам двинулся из парка в другую сторону. А мы остались переваривать услышанное. Первой не удержалась Альёна.

– Надо обязательно отыскать этого принца и предупредить. Это же самый настоящий заговор. Вот оно, я знала. Недаром же оказалась в нужное время в правильном месте. – Землянка подпрыгивала от нетерпения.

– Уймись, не надо никого предупреждать. К тому же, как ты планируешь искать принца? Подходить к каждому и спрашивать? Правда думаешь, тебе так с ходу ответят? – в голосе парня прорезалась язвительность, остудившая пыл подруги. Та даже сникла немного. Но тут же хитро уставилась на Рича.

– А разве это не ты?

Друг аж подавился от такого предположения. Признаться, я и сама пыталась понять ее логику, но не вышло. А парень быстро взял себя в руки и уточнил:

– С чего ты взяла?

– Ну как же? Истинная тьма, – изрекла довольная собой девушка.

– Ты же слышала, не я один, помимо меня есть еще студенты.

– А вдруг они ошиблись и плохо рассмотрели, а мы все прекрасно поняли, – иномирянка явно была довольна своей логикой. Темный вздохнул.

– Ты ни разу не была на факультете темных? Таких четверо. У нас же уже была некромантия. Не заметила?

– Мне не до того было. Честно? Думала, трупами меня не испугаешь. И ведь страха правда не возникло. Но запах… так и не смогла перебороть. Так что не до разглядывания студентов было, – сникла Альёна. – Там правда несколько темных было?

– Темных в Академии много, но ведь ты спрашивала о носителях истинной тьмы. Это разные вещи, – наставительно заметил юноша.

– А в чем разница? – вопрос с языка сорвала. Мне тоже было интересно узнать.

– Истинная тьма похожа на вторую сущность оборотней. Мы можем принимать любую форму, тумана или птицы, тени которых нам подчиняются. Существует и боевая форма, ты ее уже видела в кабинете ректора. Мы можем создавать себе помощников из тени. А также истинная тьма даёт крылья и возможность при необходимости летать. Обычным темным такое неподвластно. В этом и разница, – уже спокойно пояснил Рич.

Альёна окончательно сникла и, все больше хмурясь, что-то тихо бормотала себе под нос. Мне удалось расслышать только сожаление по поводу сокрытия лиц тех двоих. Рассмотреть их не удалось, но голос, наверное, мы смогли бы узнать. Это затрудняло процесс узнавания, особенно если кто-то из двоих изменил голос.

– Но как же быть? Мы обязательно должны что-то сделать, – прозвучало немного жалко от иномирянки.

– Сделаем, не переживай. А сейчас надо согреться, Ёлку уже трясет от холода, – криво ухмыльнулся друг, похожий сейчас на мстительного мага, которому лучше не переходить дорогу. При этом мы обе отметили его задумчивость.

– Тебя что-то беспокоит? – первой озвучила вопрос Альёна.

– Не то чтобы беспокоит, просто… – Молчание длилось всего мгновение, потом друг продолжил: – С самого начала учебы на боевке Софи все время пытается навязаться с разговорами. То ей помощь нужна, то совета спрашивает или вовсе просит помочь с учебниками в библиотеке. Признаться, навязчивость меня достала. Сейчас я как раз вспомнил о ней. Может, это все неспроста?

– Конечно! Она наверняка решила соблазнить тебя, чтобы поближе узнать. Или ты ей просто понравился, – последнее Альёна прошипела рассерженной кошкой. Такой поворот ей явно не нравился.

– В любом случае это ее проблемы, меня эти игры не интересуют. Поддаваться на уловки не собираюсь, – заявил Рич, успокаивая подругу. Та сразу заулыбалась, довольная решением парня.

Пришлось ускорить шаг, так как я действительно чувствовала себя отвратно. Меня знобило, хотя по всем показателям не должно было. Мага грела его сила, моя в данный момент не желала работать, как говорила подруга, обогревателем.

В особняке народ гудел. Подскочила Сильвара, изобразила щенячий взгляд и обратилась ко мне:

– Елли, ты можешь помочь с зельем? Оно все время не того цвета получается.

– Ты же знаешь, в зельях я не сильна, меня к готовке не подпускают, только к вливанию силы, – напомнила ведьмочке, которая и пострадала на первом занятии зельеварения, когда ее поставили к нам в пару.

Тогда было многим весело, кроме нее. Я и сама не могла предположить, насколько у меня кривые руки. Вроде все растолкла как положено, в котелок закладывала травы по порядку, даже цвет у зелья получился нежно-фиолетовый. Но что-то пошло не так. Всего мгновение – и взрыв. Злополучное варево оказалось на Сильваре. Повезло, что готовили мы взвар для улучшения кожи лица. Как сказала преподаватель, он являлся самым лёгким, в нем невозможно было ошибиться. Наверное, невозможно для всех, кроме меня.

Силь не обиделась только потому, что почти месяц ходила с сияющей кожей. На нее тогда многие обратили внимание. А вот магистр так и не нашла причину, по которой взорвалось зелье. Но обнаружила нечто другое. В тот момент, когда женщина меня коснулась, ее глаза вспыхнули. Преподаватель тут же расставила передо мной флаконы и попросила наполнить их силой. Ну, было не сложно. Тогда-то я поняла, что женщина о чем-то догадалась, но подробностей не сообщила. Только с того времени к варке меня больше не подпускали, а вот для наполнения зелий силой стали вызывать все чаще. И не только магистр, но и остальные студенты что-то поняли, потому и начали обращаться с такими же просьбами. Первые раз пять я спокойно вливала силу в чужие зелья, а дальше за дело взялся Санья, категорически запретив делать это бесплатно. Смышлёный паренёк «просек фишку». Что это значило, объяснил в общих чертах. Оказалось, с моей магией возникла интересная ситуация: она не просто улучшала зелья, а делала настолько мощными, что они были способны оживить мертвого.

За три месяца помощник собрал довольно приличную сумму с желающих получить каплю силы для своих зелий. А я и не думала спорить. Ни к чему это той, кто только начал познавать мир и его составляющие. То, что без денег мы никто, мне уже объяснили.

– Ты расценки помнишь? – тут же свесился со второго этажа Санья, строго глядя на Сильвару.

Та скривилась. Даже Альёна хихикнула и шепотом мне поведала:

– Ага, на халяву решила нарваться, но наш Санёк бдит. Молодец, парень, далеко пойдет. Стоит только услышать о твоей силе, он тут как тут.

– Помню. Принесу я тебе монеты, просто зелье мне нужно срочно, – и снова умоляющий взгляд.

Я даже машинально обернулась. Кого она разжалобить пыталась? Ту, кто не могла чувствовать? Глупо и недальновидно.

– Нет, утром деньги, вечером стулья, – заявил помощник.

При чем тут были стулья, если мы о зелье говорили, я не поняла, в отличие от остальных. Девушка, недовольно кивнув, полезла в карман, достала несколько белых монеток и протянула парню.

Санья подпрыгнул, сделал сальто и кувыркнулся со второго на первый этаж. Такие трюки он стал проделывать часто, объясняя тем, что надо было держать себя в форме. Вот и сейчас под завистливые и восхищённые ахи и вздохи служанок и слуг ловко исполнил трюк и требовательно протянул руку, в которую Силь вложила монетки. Паренёк благосклонно кивнул, вызвав улыбку Альёны. Я же капнула силу в протянутый флакон.

Пока поднимались наверх, то и дело слышали разговоры о бале. Мне было все равно, а вот Альёна тяжко вздохнула.

– А у меня даже платья приличного нет. То, что успела заработать на артефактах, все равно не позволит купить достойный наряд.

– Спроси у Саньи, может, он добавит, вроде ж собирал со студентов монетки, – предложила я.

– А сама ты в чем пойдешь? – скептически поинтересовалась девушка.

– Не знаю. Я вообще не пойду, мне это неинтересно. Хочу довести до ума заклинание, мне пришло в голову совместить сразу несколько потоков, чтобы срастить кости, заживить рану и… Что ещё, пока не придумала, – поделилась планами.

– А зачем изобретать что-то, если такое уже есть? – удивилась землянка.

– Есть. Но, понимаешь, порой счёт идёт на секунды, если рана смертельная, а пациент одной ногой за гранью. Приходится выбирать, оставить неправильно срастаться кости, но залечить смертельную рану, или…

– Поняла. Выживет, но станет калекой. А ты хочешь, чтобы в одном заклинании было сразу все? Но так не бывает, – в голосе звучала уверенность. Я покачала головой.

– Ты, когда придумываешь нечто принципиально новое, вот хотя бы как те руны на браслете, указывающие время, тоже думаешь, что так не бывает? Тем не менее получилось. Как ты их назвала? Ча-сы? Так и у меня. Жаль, с зельями почему-то не получается ничего. Но зато с заклинаниями все нормально.

– Кстати, по поводу твоих ча-сов, я отправил формулы в гильдию артефакторов, они заинтересовались. Песчинки не передают точность времени, потому изобретение заинтересовало умных лордов, помешанных на новинках. На твое имя сделают патент. Тридцать процентов от продаж устроит? – уточнил Рич.

Секунду Альёна переваривала новость, а потом с визгом повисла на шее парня.

– Ты самый лучший! Ещё спрашиваешь. Я и помыслить о подобном не могла. Но как? И когда ты успел? – тут же засыпала парня вопросами счастливая девчонка.

Рич отмахнулся. Ничего объяснять не стал, небрежно заметив:

– Что касается платьев, я взял на себя смелость заказать их вам обеим. Правда, на свой вкус, но надеюсь, вам понравится.

Что нужно девушке для радости? Знать, что о тебе позаботились и решили проблемы, подарив кусочек сказки. Альёна смотрела на темного так, что искры из глаз едва не сыпались.

– Спасибо! – все, на что ее хватило.

Я тоже поблагодарила, хотя не понимала ажиотажа вокруг этого бала.

– Ёлка, а ты танцевать умеешь? – вспомнила о насущном землянка.

– Нет, но я видела, как тебя учил Рич, движения запомнила. Этого достаточно.

Больше мы к этой теме не возвращались. До бала оставалась целая неделя. Завтра выходные. Чем станем заниматься, пока не решили. Рич предупредил, что ему надо будет отлучиться домой, срочно вызвали. Я тоже сообщила, что в выходные буду корпеть над заклинанием; надеюсь, мне повезет, оно кому-нибудь спасет жизнь. А Альёна решила рассчитать формулу «мо-биль-ни-ка». Что это такое, пока отказалась говорить, пообещав сюрприз. Санья тут же вызвался помогать мне, а потом иномирянке, так как знал суть новинки. Ему тоже понравилось если не придумывать заклинания, то предлагать идеи, что и с чем можно совместить. И уже вместе мы скрещивали потоки и вязали узлы-закрепители. У паренька помимо воздушной магии как раз открылась светлая сила, с помощью которой он и помогал, когда была нужда.

На следующий день темный с самого утра отбыл по своим делам. Мы с помощником спустились в гостиную, где уже сидела Альёна. К нам подтянулись ещё несколько студентов, среди которых оказался и староста с другом. И тут же оба сунули нос сперва в Альёнины расчеты, потом в мои.

– А что это вы делаете? – уточнил Санир, Айвек усиленно пытался запомнить чертеж землянки. Она, заметив пристальное внимание, закрыла блокнот.

– Делом занимаемся, чего и вам советуем, – неприязненно выдала подруга.

Айвеку ее слова не понравились. А вот Санир ткнул пальцем в мою схему, которую я не стала скрывать, и предложил:

– Не знаю, что ты собралась сделать, но при таком скрещивании может пойти обратная реакция, вместо лечебной функции все шансы получить убойную. Надо заменить руну прэзо на гурдо, тогда сможешь добавить дополнительный поток.

Я глянула на расчеты, секунду подумала и признала его правоту, заменив руну, как он и предложил. Стало легче, теперь формула получалась сложной, но многофункциональной.

– Ёлка, ты бы лучше не показывала наработки, стащат и выдадут за свои, – решила уколоть парней Альёна, до сих пор злясь на старосту, припоминая его пакостные мысли. Укол удался, Айвек запыхтел, надулся, ещё немного, и набросится.

– Даже если стащат, применить не смогут, я же разрабатываю заклинание под свою силу, другим такое не подойдёт, – успокоила подругу.

Но снова вмешался Санир:

– А это ты зря. Если что-то делать, то лучше многофункциональное, тогда и патент сможешь получить. А так будет сложно, не у всех есть магия жизни. Это редкий дар. Потому лучше попробуй придумать заклинание с расчетом на целительную магию, а не только на свою.

Я видела, землянка собралась возмутиться, но едва заметно мотнула головой. Не любила споры, особенно когда собеседник прав. Сама я об этом совершенно не задумывалась.

– Чтобы рассчитать формулу на целительский дар, мне необходима капля его силы, желательно самой минимальной, чтобы воспользоваться мог и слабосилок, – мыслила вслух, конкретно ни к кому не обращаясь.

– У лекарей такие есть, могу проводить и показать, если хочешь, – предложил Санир.

– А что это ты вдруг таким добреньким стал? – с подозрением спросила Альёна.

Но темноволосый парень не смутился.

– Если не заметила, я люблю умных студентов, независимо от пола. А тут увидел нечто сложное и необычное. Загадки всегда были мне интересны. Присваивать чужое не стану, своих наработок много, на несколько из них уже успел получить патент, – спокойно отозвался юноша.

Я промолчала, но на Альёну, собравшуюся снова обвинять, глянула весьма красноречиво. Она всегда забывала: для меня не было ничего тайного, чужие помыслы находились как на ладони. Землянка сдулась и замолчала. Мы перестали обращать на других внимание, к тому же парней отвлекли другие студентки. Они ворковали и пытались навязаться на приглашение на бал. Судя по разговорам, считалось почётным и престижным прийти с лучшими студентами. Но если Айвек заливался соловьём, то Санир сразу сообщил, что пока ничего не решил. Обернувшись, уточнил:

– Так как насчёт завтра? Примешь помощь?

– Да, – ответила раньше, чем снова вмешалась Альёна.

Я понимала, так она обо мне заботилась, но чуть позже пришлось снова напомнить ей о моем ментальном даре:

– Пойми, если бы я уловила в его мыслях хоть что-то нехорошее или нечестное, ни за что не согласилась бы. Но я увидела неподдельный интерес именно к заклинанию. Тут, скорее всего, сработал факт, что приближается практика, а там всякое может случиться. Нам рассказывали, что порой некоторые студенты страдают из-за своей безалаберности. Кого-то вытаскивают целители, но есть такие, кто остаётся калекой. Вот этого я и хочу избежать.

– А не мог он обмануть, прекрасно зная о твоей способности читать мысли? – не сдавалась девушка.

– Исключено. Меня нельзя обмануть. Я смотрела не на поверхностные мысли; заглянула глубоко, где присутствовал сугубо научный интерес, – пояснила, как смогла, рассчитывая, что меня поймут.

Так и оказалось, подруга сразу поверила.

– Да? Ну ладно. Надеюсь, этот Санир не такой, как его дружок, – сделала вывод девушка.

* * *

Рич

Договариваться о телепортации домой пришлось с ректором. Упертый дядька, ни в какую не желал отпускать, пока я не открыл ему свое настоящее имя. Признаться, думал уже лекаря вызывать, так подурнело мужчине от подобной информации. Но, молодец, быстро взял себя в руки. Отпустил, пообещав больше ни с кем не говорить обо мне. Правда, уточнил один момент:

– Я так понимаю, лорды Даяно и Грезгор вам хорошо знакомы? И именно из-за вас один из них настаивал на должности декана боевого факультета?

– Мастер Даяно учил меня больше тринадцати лет, а Грезгор – мой дядя, родной брат матери. Думаю, об этом вы и так прекрасно осведомлены. Но я и сам не ожидал, что он решит присмотреть за мной.

Больше вопросов не было. Я поторопился покинуть Академию, чтобы поговорить с родными. Предстояло еще составить план разговора, чтобы заранее не дать родным надежду. Вдруг я ошибся? Это будет удар. Но, признаться, не терпелось увидеть ещё и близняшек, брата и сестру. Наверняка за три месяца они успели подрасти. А там, может, и родовая магия скоро проклюнется.

Не успел переместиться к себе в покои, как вошёл слуга с донесением о приглашении родных. Быстро они меня вычислили. Даже переодеться не успел. Но делать нечего, надо идти.

– Спасибо, Крок, сейчас буду, – кивнул слуге и, бросив взгляд в зеркало, отправился к матушке.

Она находилась в золотой гостиной вместе с отцом. На руках у обоих расположились крохи-близнецы. Не удержавшись, после приветствия подошёл и осмотрел обоих. Правда, подросли. Глаза у девочки были сине-фиолетовыми, а у мальчика темно-карими, почти как у меня. Долго любоваться малышами не дали. Терпением матушка никогда не отличалась.

– Ричармир, что привело тебя домой? Насколько я знаю, первому курсу запрещено покидать территорию Академии? – спросила мама. Папа смотрел настороженно.

– Матушка, мне необходим родовой перстень. Сразу скажу, пока ни о чем не спрашивайте, не хочу обнадеживать раньше времени. Если моя догадка подтвердится, обещаю, тут же пришлю вестника. А пока нет. На то есть несколько причин, о которых тоже не расскажу. Но у меня к вам будет один вопрос. Этот амулет вам знаком?

Я протянул лист с рисунком вещицы, которую никак не могла снять с себя Еллина. Папа первым бросил взгляд на рисунок, и тут же стало понятно, он не просто знал, что это, но и боялся. Когда мама коснулась листка, ей даже рассматривать не пришлось – обмякла на диванчике, и я едва успел подхватить малыша с ее рук. Вызвали лекаря, тот принес несколько капель своего чудесного средства.

Через минут двадцать матери стало лучше. Она забрала у меня малыша и уточнила:

– Где ты это видел?

– Сначала я хочу узнать, что это такое. Почему хозяйка кулона не может его снять? – уверенно спросил и заметил осуждение в глазах папы.

Ну да, у нас матриархат, мужчины не имели права так разговаривать с женщинами. Но вопросы слишком были важны.

– Это для нее ты хочешь взять перстень? Но я и без родовой реликвии скажу, что она является именно той, кого мы и не надеялись уже отыскать. Потому что внешность можно подделать, магию забрать, а вот хранителя обмануть невозможно, – поведала матушка.

– Хранителя? Это что такое?

– Это своеобразный оберег нашей семьи, передающийся по женской линии. Надежная вещь, но вместе с тем весьма опасная. С девочкой сейчас все хорошо? Побочных эффектов нет? – в голосе возникло беспокойство.

– Это я и хотел скрыть от вас. Но, видимо, придется рассказать. Она как кукла. Пустая. Нет, дар жизни и ментальная магия настолько сильны, что пугают многих, но в ней нет жизни, нет эмоций. Совсем. Не знает элементарных вещей, не разбирается в деньгах, только недавно освоила этикет. Но чувствовать все равно не может и ко всему относится равнодушно, – объяснил родным.

– Видимо, в ее жизни что-то произошло, раз хранитель запечатал эмоции. Но сама она, скорее всего, этого не помнит, – поведал отец.

– Девушка помнит только последние десять лет своей жизни, ее фактически держали взаперти. О детстве ни единого проблеска. Но по документам ей всего семнадцать.

– Так вот почему мы не смогли её найти. Эта грахрова колдунья подделала возраст, занизив на два года. А ищейки проверяли лишь ее одногодок. Когда мы с ней познакомимся? – переход оказался слишком резким.

Я вздрогнул.

– Только в конце года, я привезу ее. Здесь же и сообщу, кто она. Но вначале должен окончательно убедиться в своей правоте. Вы дадите перстень? – спросил, пытливо глянув на отца, он кивнул.

– Само собой. Завтра вместе наведаемся в сокровищницу. А пока… Ты задержишься на выходные? – мама лукаво на меня поглядывала. Я ещё и рта не успел раскрыть, как она предположила: – И мадам Дайозе как раз за два дня сошьет платье. У вас же скоро бал?

– Два платья, – поправил я, рассказав об одаренной иномирянке, которая меня не боялась, а считала другом.

– Будет тебе два платья, – согласилась мама. – Надеюсь, с иномирянкой ты нас тоже познакомишь.

– Само собой, я как раз хотел просить разрешения на проживание девушки летом здесь, во время каникул ей некуда будет податься.

– Мы не против, особенно если она такая одаренная. Нам в семье нужны артефакторы, – теперь хитринки плясали в глазах отца.

Я и готов был возмутиться, но не стал. Вот уже несколько лет любая девушка, попадающая в поле зрения родных, становилась объектом тщательного изучения, как кандидатка в невесты. Я же к браку совершенно был не готов, каждый раз ссылался на дядю, который в сорок лет все ещё не женился. Это девушки обязаны выйти замуж в двадцать один, а парням можно не напрягаться.

– Не вздумай ссылаться на моего брата, – предупредила мама. – Как он там? Помнится, его много раз пытались заманить в Академию хотя бы на лекции, но он упорно отказывался, а тут сам решил податься в преподаватели.

– Нормально, пока успешно отбивается от активных студенток, которые торопятся замуж, – хихикнул я, вспомнив первое занятие по боевой магии.

Когда вместо магистра вышел мой родственник, лица девушек надо было видеть. Все мгновенно подобрались, сделав стойку на учителя. Ещё бы, дядя был красавцем, темноволосым, с карими глазами, сухощавым, но мускулистым. На вид ему больше двадцати – двадцати пяти лет никто не давал. Это и понятно: сорок лет для мага, можно сказать, подростковый возраст. С его резервом продолжительность жизни не менее пятисот лет, потому и стареть мужчина начнет только после трехсот.

Грезгор никак не показал, что мы знакомы, но гонял так, будто грядет война с нежитью. Под конец занятия поклонниц стало меньше, многие возненавидели преподавателя за такую муштру. А он довольно ухмылялся. Наверняка на то и был расчет.

Помимо занятий мы с ним не пересекались, чтобы не давать даже малейших подозрений. Зато летунами обменивались: их невозможно было перехватить или отследить. Летуны являлись разработкой дяди, магическими вестниками с каплей магии, и не перемещались в пространстве, а летели по нити силы, что и делало их незаметными и неотслеживаемыми.

– Надеюсь, он там себе кого-то присмотрит, – покачала головой матушка, не особо рассчитывая на успех. – Иди, отдохни, скоро обед. А потом поговорим о твоей учебе и друзьях.

Прежде чем отправляться отдыхать, я не сдержал любопытства и поинтересовался успехами близнецов. Мама вздохнула, покачала головой и сообщила:

– По всем показателям, это будут просто магически одаренные дети, родовой силы у них не предвидится. Счастье, что мне удалось не только выносить, но и родить здоровых близнецов. Ты ведь и сам знаешь, какое это чудо.

И я знал. За всю историю правления рода Ахварнар еще ни у кого не получалось родить две пары близнецов. Пытались многие, но, увы, то теряли на малом сроке, то дети рождались мертвыми. А одна из представительниц рода смогла повторить мамин подвиг, и выносила, и родила, но через месяц малыши просто уснули и больше не проснулись. Нигде в хрониках не описывалось, почему так бывает. Женщины здоровы, никакого проклятия не было, но тем не менее в семьях рождалась только одна пара близнецов, и не больше.

Неудивительно, что все вокруг волновались. За малышами следили, как за великим сокровищем. Подмечали малейший чих или плач. Пока все шло хорошо. Карапузам исполнилось уже три месяца, они наверняка собирались жить долго и счастливо.

Два дня дома пролетели стремительно. Я возился с малышами, ждал, пока портниха матушки дошьёт платья, рассматривал перстень, за которым мы сходили в сокровищницу, и надеялся на чудо. Слишком долго все сходили с ума от неизвестности. А сейчас забрезжила надежда.

Вот и закончилось отведенное мне время для отлучки. Платья были готовы, с родными попрощался и собрался возвращаться, гадая, как девушки отнесутся к нарядам. Еллина, понятное дело, толком не сможет оценить, а вот Альёна… При воспоминании об иномирянке невольно улыбнулся. Интересная личность, неординарная, непосредственная, с которой было легко общаться. И себе я все же мог признаться, девушка мне нравилась. О большем не задумывался, сначала решив с проблемой разобраться, а потом о личной жизни размышлять.

* * *

Еллина Лорта

Выходные пролетели незаметно. Мы с Альёной настолько погрузились в свои формулы, что Санье приходилось едва ли не силой отрывать нас от учебы, чтобы поесть.

Как и задумали, на следующий день с Саниром отправились на факультет лекарей. Мой провожатый отловил старосту и спросил совета. Выслушав нашу идею, тот задумался, а потом позвал Наира, парнишку, слабо одаренного магией, но зато ловко орудующего скальпелем, рунами и собственными руками. Как мне объяснили, юноша был уникален тем, что при слабой силе творил чудеса. Будучи второкурсником, не раз в лечебницах спасал чужие жизни, проводил сложнейшие операции. Ему пророчили наивысшую степень лекарского мастерства, причем не по уровню силы, а именно по количеству знаний. Именно он, выслушав нашу просьбу, согласился помочь, сообщив, что это было и в его интересах тоже.

Мы весь день просидели в лаборатории, соединяя цепочку рун с нитями формул. Но они то рвались, то действовали не так, как нужно. После обеда к нам даже преподаватель присоединился, посмотрев, указал на пару ошибок, усмехнулся весьма добродушно и покинул помещение.

После этого дело пошло на лад. До конечного результата ещё далеко, но сам принцип я понять успела. Во многом помог Санир, а затем попросил:

– Когда закончишь, позволишь на практике опробовать?

– Конечно, – легко согласилась я. – А когда практика? И где? Вам уже сказали?

– Да, в этот раз нас отправляют на Зарвартские болота.

– Нас вроде туда же, насколько я знаю, – заметила непринужденно, вызвав удивление сразу у обоих парней.

– Первый курс и сразу в эту гадость? Чем вы так провинились? Ты с какого факультета? – заинтересовался Наир.

– Универсалов, – поведала, получив понятливый кивок парня.

Он несколько минут мялся, поглядывая на меня. Взгляд оказался знакомым, да и мысли не стали секретом. Поэтому я ответила на невысказанный вопрос:

– Это не маска, у меня на самом деле нет эмоций. Я только недавно научилась распознавать отголоски чувств. Не скажу, что они яркие, но и этого хватает, чтобы определить интерес или неприятие.

– А как ты… – Глаза целителя округлились.

– Я ещё и менталист. И нет, не стоит проверять артефакт, он у тебя достаточно мощный, но не для меня. И нет, возможностей своей силы я не знаю.

– Потрясающе! – выдохнул собеседник.

Признаться, сначала думала, он испугается и начнет от меня шарахаться, но нет, у парня даже толики страха не появилось. А вот азарт и предвкушение – да. Мелькнула мыслишка меня исследовать, но тут же пропала, стоило на него излишне пристально глянуть.

Расстались мы вполне дружелюбно. Договорились, что я буду забегать к Наиру или вызывать его ментально, когда будет время. Ауру успела изучить, по ней и решила настраиваться на юношу. Санир тоже пожелал присутствовать. Против я не была, ум у него работал хорошо, советы отлично пригодились.

Так и пролетели выходные. Санья пожаловался Ричу на нашу загруженность, когда тот вернулся. Но друг только улыбнулся, покачал головой и сообщил что-то о нашей неисправимости. Потом вытащил из воздуха две большие коробки и протянул нам.

Альёна свою раскрыла сразу и застыла истуканом, руки задрожали, а на глазах выступили слезы. Осторожно потянувшись к содержимому, девушка извлекла на свет платье. Из-за него она реветь собиралась? Оно было красивым, нежно-голубым, но к чему слезы, я не поняла.

Свое тоже достала, изумрудное, из тончайшей ткани, по лифу тянулась золотая вышивка. Нам предложили примерить. Я бы, наверное, отказалась, но Альёна потащила переодеваться. Пришлось уступить, иначе меня бы смело от эмоций иномирного тайфуна.

Наряд, оказывается, мог менять человека. Я смотрела в зеркало и видела не подростка, а юную леди. Да и Альёна преобразилась: исчезла сутулость, взгляд стал уверенным, голова была высоко поднята. Самая настоящая принцесса.

Санья и Рич даже рты открыли, когда им позволили войти и оценить. А темный вдруг подошёл ко мне и протянул перстень.

– Примерь, пожалуйста, он очень подойдёт к наряду.

Перстень оказался красивым, с изумрудом, который словно держала в когтях лапа зверя. Хотела отказаться, понимая, что украшение очень дорогое, но руки сами потянулись. Неснимаемый амулет на моей груди слегка нагрелся, не обжигая, а даря тепло. Странно, он никогда так не реагировал, а тут…

Я не заметила, как уже надевала кольцо на палец. Внезапно изумруд изменил цвет. Полыхнув алым, из него вырвались лучи и сначала спеленали меня, а потом втянулись в амулет, заставив его затрещать.

– Это что такое было? – шепотом уточнил Санья. Его магии хватило, чтобы рассмотреть происходящее.

– Это значит… – начал потрясённо Рич, но его перебила Альёна, подскочив ко мне и вытащив наружу подвеску, полыхающую так же, как недавно горел перстень.

– Слушай, что на тебе за гадость? От нее воняет, – скривилась девушка.

Я принюхалась и мотнула головой.

– Ничего не чувствую, – ответила и посмотрела на парней.

Те тоже мотнули головой. Оказалось, запах чувствовала одна иномирянка. Может, потому что являлась артефактором?

– Снимешь? Я хочу посмотреть, – категорично заявила девушка.

Пришлось охладить ее пыл:

– Он не снимается, я много раз пробовала, да и леди Шарли тоже. Несколько раз даже магию применяла для снятия, не получилось.

– Ясно, значит, будем работать так. Переодевайся и ложись, – скомандовала подруга.

Сама тоже убежала, чтобы появиться в форме. Я последовала совету, сняла платье, а вот перстень уже не желал покидать палец. Глянула на Рича.

– Ещё один артефакт, который не снимается, – вздохнула я. – Что это? Почему он будто врос в меня?

– Потому что это твой перстень, и он признал хозяйку, – поведал темный.

В комнате повисла тишина. Альёна и Санья открыли рты, переводя взгляд с меня на парня.

– Как это? – выдохнули оба землянина в унисон.

Ответить помешал стук в дверь. Санья мгновенно открыл, шарахнувшись в сторону. К нам ввалились порядка десяти студенток, возбуждённо загомонивших разом. Все что-то просили, обсуждали, но я ничего не поняла. Рич крикнул:

– А ну, тихо! По одной. Что случилось?

– У нас новый преподаватель по боевой магии. Такой красавчик. Вот мы и пришли за капелькой силы для наших зелий. Поделишься? – вперёд выступила первая красавица Линша.

– А старый куда делся? Вроде магистр Займар хорошо преподавал, – заметила Альёна, поглядывая на девушек.

Могла бы в этот момент позлорадствовать. Потому что только этот преподаватель все время ко мне цеплялся из-за минусового уровня физической подготовки. Где мне было заниматься? Я даже один круг пробежать не могла, сразу падала. Зато полосу препятствий прошла одной из лучших. Магистр тогда изрядно удивился.

– Как такое возможно?

Объяснять не стала, пожала плечами. А уже друзьям подобный феномен объяснила:

– Наловчилась ходить по карнизу и уклоняться от веток, а потом спускаться приходилось по плющу, по нему же и подниматься после возвращения. Отсюда и ловкость.

Но это не отменяло отношение магистра. Он продолжал не просто цепляться, а издевался, давая мне больше нагрузки, чем другим. Мужчина все ждал мою реакцию, а ее не было, это злило магистра неимоверно. Он не желал верить тому, что у меня не было эмоций, считал это уловкой. Правда, до сих пор не понимала, зачем бы мне это понадобилось. А объяснить, понятное дело, никто не мог. Постичь логику преподавателя простому студенту не дано.

Вынырнув из мыслей, глянула на ввалившихся в комнату девушек. Осталось узнать, что им понадобилось.

– С предыдущим несчастье случилось, в городе в драку ввязался, теперь как минимум год понадобится на восстановление. Вот к нам и прибыл новый преподаватель, – с придыханием, сложив руки на груди, выдала огневичка Татья.

– А зелье вам зачем? Неужто естественная красота уже не в моде? – ехидно фыркнула Альёна.

– Не работает. Магистр ни на кого не обращает внимания, даже знакомиться отказался, – недовольство было всеобщим.

– А знакомиться, как я понимаю, вы целой толпой отправились? – ехидно поинтересовался Санья. Девчонки кивнули, не понимая юмора. Помощник расхохотался. – Напугали вы бедолагу таким количеством. Он решил, что со всеми сразу точно не справится.

На лицах девушек постепенно проступало понимание. Я же из сказанного ничего не вынесла, но пока они снова не начали галдеть, решила проявить участие к так называемой беде.

– Ещё даже занятия с ним не начались, а вы уже в осаду пошли на нового преподавателя. Дайте человеку хотя бы время освоиться, а потом уже начинайте штурмовать, – посоветовала я.

Но девчонки ждать не желали, им прямо сейчас все подавай. Одного я не поняла:

– Вас много, а он один. Как делить будете? Или гарем соберете и по дням недели график составите? – сказала, а потом до меня дошло, что это было как раз то, о чем недавно и говорил Санья.

Студентки замолчали и переглянулись. Кажется, весь азарт разом пропал. Об этом они или не думали, или уже давно каждая для себя что-то решила. Но мне стало все равно. Хотят зелья, мне не жалко. Еще прежде чем я начала делиться магией, вперёд выскочил Санья. Куда же без него? Пока парень не собрал причитающуюся плату, несмотря на ворчание и недовольство, я стояла не шелохнувшись.

Первое время многие кривились, ругались, что безродный слуга взялся командовать. Пришлось сообщить всем, что моими делами заведует он. Постепенно к пареньку привыкли, некоторые даже пытались переманить ловкого дельца. Но тут уже он, гордо задрав нос, важно сообщал:

– У меня двое подопечных, и менять я никого не собираюсь, они же без меня не справятся, особенно Ёлочка. Так что вынужден отказаться.

Больше его звать не пытались, но охотно имели с ним дело, платили деньги, договаривались об улучшении зелий или наполнении кристаллов. Этим я тоже занималась.

После ухода любвеобильных студенток все ещё несколько минут находились в лёгком ступоре. Все, кроме меня. Я же просто размышляла о том, что сподвигло красавиц идти на хитрость. В Академии было полно студентов, которые заинтересованно поглядывали на девушек. Но нет, студенткам зачем-то подавай преподавателя со сказочной внешностью. Странные они. Взять тех же Айвека и его дружка, тоже не обделенных внешней привлекательностью. Но для многих они недостаточно богаты. Разве счастье в деньгах?

– Так, ладно, эти сороки ушли. Ёлка, давай ложись, будем смотреть, что за амулет, – непререкаемым тоном скомандовала Альёна.

– Это хранитель рода, – подал голос Рич. – Защита и усиление магии. Как я предполагаю, именно он впитал в себя чувства Еллины. Десять лет назад наверняка что-то произошло, потому и память тоже заблокировалась.

– Откуда ты все это знаешь? – подозрительно поинтересовался Санья. Рич вздохнул.

– Пока не могу рассказать, но в конце года вы обо всем узнаете, – это все, что он поведал в данный момент.

– А ты, случайно, не знаешь, как разблокировать эту штуку и вернуть Ёлке память и чувства? – спросила иномирянка.

– До лета мы ничего не сможем сделать, а потом найдем способ. Надеюсь, вы обе не откажетесь погостить у меня? Родители только за, они мечтают познакомиться со столь неординарными личностями.

Глядя на парня, чувствовала, что он явно недоговаривал. При этом ещё и собственные мысли умело прятал. Во всяком случае, я ничего из головы Рича не смогла выудить. Ладно, десять лет жила так, ещё полгода роли не сыграют.

На следующий день за завтраком Санир подсел ко мне поближе и поинтересовался:

– Ну что, нашла решение с формулой взаимодействия?

– Нет, немного не до него было. Мы же вроде оставили как есть, надо будет только руны добавить. Сегодня после занятий продолжу, – ответила и нагло влезла в его голову, уловив цифры, руны и цепочки взаимодействия, а затем пристально глянула на парня. – У тебя есть идеи на этот счёт?

– Да, появились сегодня ночью. Если интересно, могу поделиться, – охотно согласился юноша.

– Что, Санир, чужая слава покоя не даёт? – издевательски протянул Айвек, который злился на друга за то, что тот отказался издеваться над студентами.

– Айвек, ты явно перепутал меня с собой, – холодно бросил темноволосый парень. – В отличие от тебя, мне не нужны деньги.

Староста заткнулся, но покраснел от ярости. Даже завтракать не стал, вышел из гостиной под смешки собственных товарищей. Кажется, его авторитет медленно, но верно стремился вниз. А мы вернулись к прерванному разговору.

– Я ночью размышлял над твоими записями и вспомнил, что сама сцепка неправильная. При взаимодействии нескольких заклятий необходимы узлы с поддерживающими рунами, а у тебя они просто скрепляющие. И сама сцепка асимметричная. Вот поэтому сила Наира не распределялась сразу по всему заклинанию, а тормозила на одном.

– Хм, в твоих словах есть смысл. После обеда попробуем сделать, как ты говоришь, – согласилась, заканчивая есть.

– Лучше завтра, сегодня нашего целителя забрали в город, там какая-то сложная ситуация, а он у нас уникум. Будет ассистировать архимагу.

– Хорошо, значит, завтра, – больше ничего сказать не успела.

– Ёлка, поторопись, у нас сейчас боевая магия. Будем знакомиться с новым преподавателем, – позвала Альёна, и я, кивнув, встала.

На занятие мы шли вдвоем. У Рича эту дисциплину вел сам декан, из-за боевого направления магии. У нас же боёвка являлась обычной физической подготовкой с минимальным уровнем боевых заклинаний. С нами на занятие бежали девчонки, получившие свои зелья. Расфуфыренные, накрашенные леди даже о причёсках позаботились. Если бы могла, засмеялась бы, как Альёна, не отказавшая себе в удовольствии расхохотаться.

Мы по привычке выстроились в шеренгу. Новый преподаватель не заставил ждать. Его красота просто разила наповал. В нем все оказалось идеальным. Но так ведь не бывает. Альёна тоже слишком пристально всматривалась в лицо мужчины.

– Что-то не так? – спросила, заметив, как подруга хмурилась.

– Не могу понять. С ним определенно что-то не то, но личину не ощущаю зрительно. Внутри просто криком все кричит, что внешность не настоящая.

– Это можно и так понять: идеальные пропорции, как у куклы или статуи, – озвучила свое мнение. – Да и мысли у него странные. Он думает только о программе физических нагрузок для нашей слабоватой группы. Разве мужчина в ворохе такого цветника станет думать о нагрузках?

– Мне кажется, он знает, что ты менталист, и каким-то образом обманывает. Да и меня тоже пытается надурить со своей личиной. Но как? – Альёна все сильнее хмурилась.

– Давай обсудим после занятия? Пока наблюдаем и смотрим, как будет действовать дальше. Для чего-то же он сюда явился. Я не верю в совпадения. И в пьяную драку не верю – иногда хорошо иметь трезвый рассудок и холодный разум. Так намного проще анализировать происходящее.

– Ладно. Вдруг проколется, а мы его тепленьким и возьмём, – потерла руки в предвкушении иномирянка.

Но удача от нас отвернулась. Все занятие только и делали, что бегали, прыгали и стреляли заклинаниями по мишеням. Личина преподавателя Трауша ни разу не дрогнула, как и его мысли ни на секунду не свернули с заданной программы. Правда, мужчина позволил себе мысленно покритиковать студенток, которым не давалось то или иное задание.

Несколько раз ловила на себе его взгляды. В другое время не обратила бы внимания, на меня часто смотрели магистры, их до сих пор коробили отстранённость и равнодушие. Но Трауш смотрел пытливо, явно о чем-то размышляя. Это же заметила и Альёна.

– Не нравятся мне его взгляды, будто что-то нехорошее задумал, – озвучила девушка и мои собственные мысли. – Надо с ним поосторожнее.

– Надо, мне тоже не нравятся поведение и попытки обмануть менталиста и видящую. Понять бы ещё, как он это делает, – протянула и глянула на преподавателя, перед которым стояла одна из студенток, кокетливо теребя локон и при этом строя глазки красавчику-магистру.

– Поймём. Обязательно. Если это не магическая иллюзия, значит, на нем должен быть артефакт. И я его определю, есть идеи, – воодушевилась девчонка.

Занятие закончилось. Преподавателя тут же обступили студентки, хотя я видела, что он собирался подойти к нам. Отвлекли мужчину вовремя, мы поторопились сбежать. Предположение о мотивах Трауша переросло в уверенность.

– Его мог нанять мой опекун, вряд ли он оставил идею добраться до меня, – подобная мысль пришла в голову внезапно, но я поняла, что она была единственно верной.

– Нанять, говоришь… – Альёна даже остановилась. – Слушай, а если он никого не нанимал? Я читала, что древние артефакты способны дарить второй облик так, что к нему не подкопаешься. Скорее всего, у этого красавчика именно такой. Это может быть сам Тайрэт. Тогда понятно, почему он на тебя поглядывал, оценивал реакцию.

– Может, ты и права. Пока мы никому ничего не можем сказать: нет доказательств, придется самим выводить его на чистую воду, – решительно заявила и с сожалением рассталась с подругой.

Мы разбрелись на разные занятия. У Альёны была артефакторика, а у меня менталистика.

Чем больше думала над ее предположением, тем сильнее крепла уверенность в нем. Лорд Тайрэт был слишком самонадеянным, если что-то задумал, не остановится. И раз мужчина не прекратил попытки до меня добраться, его действия вызывали опасения.

Но ничего, думаю, мы сможем справиться. Пусть я сама ни к чему не была приспособлена, но у меня теперь появились друзья, которые помогут и, если надо, придут на выручку. Чутье подсказывало: ребята меня в обиду не дадут. Оставалось придумать план действий по выведению на чистую воду нового преподавателя. Правда, для начала стоило выяснить, насколько догадка была верна. Вдруг мы ошиблись – получится некрасивая ситуация. Мне-то ничего, а вот наша иномирянка точно ощутит дискомфорт и вину. А этого бы не хотелось.

Глава 4

Алёна Мечникова

Смотря на Ёлку, я порой завидовала. Так хотелось самой иногда отключить эмоции. Но не получалось. И пусть мой характер всегда был уравновешенным, но здесь я словно изменилась, стала другой, казалось, более живой. Появились ранее неприсущие мне азарт и жажда приключений. А ещё я постигала самую настоящую магию. Мечта любой девушки нашего мира.

Здесь нашла призвание, иногда задумываясь, почему в Академии, где проживало столько вполне приятных ребят, сдружилась я именно с теми, кто разительно отличался от всех. Рича боялись, шарахались как от чумного, потому что тьма вызывала ужас у многих, но не у меня; наверное, потому что до конца я так и не прониклась опасностью, зная, что вреда парень не причинит. Еллина оказалась девушкой-загадкой, похожей на бесчувственную куклу. За глаза ее именно так и называли. Наша Ёлочка пугала студентов до дрожи не только своим видом, но и умением читать мысли. Ни спрятаться, ни скрыться никто не мог. Санья пусть и был только помощником, но все же являлся душой из моего мира. Я будто родственника встретила. Именно с ними мне стало комфортнее всего.

По пути в общежитие я едва не пританцовывала, не терпелось поделиться нашими наблюдениями с Ричем. Общаться с ним было приятно еще и потому, что парень никогда не высмеивал идеи, какими бы глупыми они ни казались. Если совсем уж получалось фантастично, Рич терпеливо объяснял, почему затея являлась бесперспективной. Но ни разу не смеялся. Уже за одно это в него можно было влюбиться без памяти. Подарок, а не парень. Возникла уверенность: юноша сможет помочь вывести нового магистра на чистую воду. Я уже придумала, чем заинтересовать и Санью. При воспоминании об этом парнишке на губах сама собой появлялась улыбка. Надо же, как совпало. Мы прибыли с Земли, но попали в разные ситуации. Я осталась собой, а его занесло в другое тело. Не повезло. Даже посочувствовала, слабо представляя, каково было взрослому мужчине находиться в теле ребенка. Но Санья прекрасно себя чувствовал. Ни разу не пожаловался. Более того, казалось, парень не только приспособился, но и начал получать удовольствие от новой жизни. Вряд ли я смогла бы так же.

– Твои мысли скачут с одного на второе, а потом резко на третье, – раздался холодный и безжизненный голос Еллины, заставивший вздрогнуть.

Я слишком глубоко ушла в себя. А когда задумывалась, не следила за потоком мыслей.

– Слушай, а ты можешь не копаться у меня в мозгах? – даже остановиться пришлось.

– Пытаюсь. Нас этому как раз обучают на менталистике. Но выходит не всегда. Я ставлю самый мощный щит, но сквозь него все равно долетают чужие мысли. Наверное, это со мной не все в порядке, – бросила девушка.

– Тебе можно только посочувствовать, я бы, наверное, сошла с ума, слушая сразу всех. Голова от такого многоголосья не болит? – пришлось проявить участие, затолкав поглубже раздражение.

– Я привыкла, сделала чужие мысли фоновыми. То есть я их слышу, но они звучат, будто многоголосая толпа в общей столовой. Сосредотачиваюсь только на тех моментах, которые кажутся любопытными, или необычными.

Покачала головой. Для меня все равно это сложно и непривычно. Умом понимала: Еллина не выбирала дар, потому и обижаться было бесполезно. Да и не поймет она обид. А ведь когда-то еще в своем мире я иногда мечтала иметь подобную силу, чтобы знать, у кого что на уме. И с Димочкой козлом так бы не прокололась и, может быть, была бы жива. Хотя, что меня ждало там? Патент? Грант? А дальше? Здесь же существовала самая настоящая магия и занятие по душе, которое обязательно в будущем принесет пользу, уж я об этом позабочусь.

На глаза попался Санир, наблюдающий за куколкой, пользуясь тем, что Елли его пока не видела. Я же удивилась. Этот неприступный и вечно саркастичный третьекурсник, за которым бегала половина девиц Академии, сейчас с тоской смотрел на подругу. Захотелось захихикать. Похоже, юноша серьезно запал, а она не могла оценить всю прелесть этого события.

Каюсь, об этом парне постаралась собрать информацию сразу, как только он обратил внимание на нашу куколку. Раз девушка сама не могла волноваться, это сделают за нее друзья. Я была поражена. Оказалось, парень являлся загадкой: с повадками высшего аристократа, но свой настоящий род ни разу не назвал. Девчонок менял практически раз в три дня на первом и втором курсе. Потом, вероятно, пресытился. Сейчас на многих смотрел презрительно. Санир был уверен, что каждый имел цену, все зависело лишь от ее размера. Ему даже завоевывать девушек не понадобилось: они ловили его взгляды, а потом с писком прыгали в кровать. Но, кажется, парня настигло возмездие за всех красавиц, чьи сердца он украл.

Видимо, местные боги разозлились, раз наградили чувствами к той, которая в принципе не могла на них ответить. Я сомневалась, что Еллина вообще заметит интерес парня. Правильно Санья говорил: она казалась самой беспомощной девушкой, даже дети знали больше.

– У вас такие лица, словно собрались пакостить, – встретил нас Рич, естественно, имея в виду одну меня. Лицо куколки по определению ничего не могло выражать.

– Типа того, – опередила с ответом Ёлку. Потом поторопилась рассказать о новом преподавателе, вызывавшем у нас подозрения.

– В ваших догадках есть смысл, – задумчиво протянул темный. А я вдруг поймала себя на том, что любовалась этим парнем.

Пусть на нем была личина не самого привлекательного юноши, а настоящее лицо я никак не могла рассмотреть, это не мешало интересу. Рич казался умным, начитанным, многое знал и умел объяснить. А как ловко у парня стало получаться помогать мне с артефактами. И пусть он не являлся принцем, главное, чтобы человеком был хорошим. Ну или не человеком, не столь важно. Остальное дело техники. Отвадить бы Айвека, не дающего мне прохода, жизнь вообще стала бы сказкой.

В последние пару недель старалась не ходить одна. Староста оказывался везде, где появлялась я, и это вызывало опасения. Казалось бы, что он мог сделать? Подумаешь, начнет приставать, еще раз с радостью поджарю. Но все равно опасения росли с каждым днем. Такое чувство, будто Айвек был уверен, что я не смогу его одолеть. Скорее всего, подготовился. Это-то и напрягало.

– Ты чего такая взвинченная? Из-за нового магистра? – удивился темный, пока Еллина была занята погружением в свои мысли. Наверное, копалась в формулах.

– Не только, – вздохнула и поделилась опасениями. – Только что увидела Айвека, он скрылся в парке. Уже несколько недель следит за мной, боюсь, как бы чего не вытворил. У него выражение лица, как у маньяка на охоте.

– Снова этот щенок за старое, – процедил сквозь зубы парень. – Не переживай, больше ты его не увидишь. А вздумает приблизиться, узнает, что такое объятия тьмы.

– Он просто уверен, раз ты из другого мира, никто не встанет на защиту, – внезапно подала голос Еллина, выходя из транса. Оказалось, она прислушивалась к нашему разговору. – Но он не учел меня и Рича. Этот студент до сих пор верит в свою неуязвимость, обладая сильным покровителем, который помогает скрывать все гадости.

– Теперь понятно, почему пустили на самотек исчезновение студенток в прошлые годы, даже не удосужившись проверить, на самом ли деле они уехали по собственному желанию и живы ли вообще, – вздохнул друг. – Но тебе нечего опасаться, мы всегда рядом.

Глядя на уверенного в себе юношу, почувствовала, как сердце защемило. Повезет же кому-то. Надежный, сильный, за ним как за каменной стеной. Раньше я не понимала подобного выражения в полном смысле, зато сейчас прониклась, уверенная: Рич правда защитит и любого разорвет в клочья.

В душе начинали распускаться цветы, благо живности никакой не возникало; я в полной мере поняла смысл выражения, что влюбляются не в оболочку, а во внутренний мир. Так и произошло. Себе я могла признаться, насколько более сильными с каждым днем становились чувства к парню. Жаль, сам он хоть и проявлял интерес, но, казалось, только дружеский. А мне не хотелось терять достигнутого за эти месяцы, потому и держала чувства в тайне.

В этом мире сбылись самые смелые фантазии. У меня была магия, позволяющая заниматься любимым делом. И в кои-то веки появились друзья. Не такие, как в прошлой жизни: им всем всегда требовалась моя помощь, а самые настоящие, которые помогали, ничего не прося взамен. А теперь Рич стал ещё и тем, из-за кого сердце учащенно билось.

– Что будем делать с новым преподавателем? – перевела тему с Айвека на магистра, вызывавшего подозрение.

– Есть предложения? – на этот раз с вопросом меня опередила Ёлка.

И пусть тон оставался равнодушным, в глазах читались холод и пустота, но я чувствовала, девушке было не все равно, пусть и в ее особом стиле.

– Да, имеются. Насколько я знаю, со следующего урока у вас начнутся тренировки с холодным оружием. Я попробую сделать так, чтобы наши занятия объединили, а там уже подключу собственного декана. Он мастер разбираться в подобных личинах, – поведал юноша тоном заговорщика.

– Ты что? Нельзя! А вдруг мы ошибаемся? Представляешь, как будем выглядеть? – заволновалась я и получила ободряющую улыбку.

– Спокойно! Декан боевиков – мой родной дядя, только это секрет. Ладно? Никто не должен узнать об этом. И да, он авантюрист похлеще тебя. И если ваш новый преподаватель послан герцогом или сам им является, дядя первый ему глотку перегрызет, – заверил темный.

Я вдруг прищурилась. Что-то в его словах покоробило.

– С чего вдруг? Почему твой родственник так волнуется о нашей Ёлке? – ну вот, не смогла скрыть ревность.

Рич улыбнулся и слегка щёлкнул меня по носу.

– В свое время узнаешь обязательно. Обещаю, вы станете первыми, кому я открою правду.

И так тепло прозвучали его слова, что я устыдилась собственных подозрений. Потому, опустив глаза в пол, просто кивнула. Женское любопытство – страшная сила, но как бы ни хотелось узнать все сразу, придется терпеть. На этом нам снова пришлось разойтись, потому что Рич не стал откладывать дело в долгий ящик, а ушел искать родственника для обсуждения вопроса.

Я по привычке осмотрелась вокруг, досадливо скривилась, успев в очередной раз заметить наблюдавшего за нами старосту. Он ухмыльнулся, проделал неприличный жест бедрами, тем самым показывая, какую участь мне приготовил. Не сдержавшись, выставила средний палец и отвернулась, стараясь не обращать внимания. Поймет этот жест – хорошо, не поймет, позже продемонстрирую подробнее, как стоит обращаться с девушками.

Мы с Еллиной поднялись в комнату, где расположился Санья, к нашему удивлению, не один. Вместе с пареньком над учебниками склонились ещё трое. Две девушки на вид пятнадцати и двадцати лет и парень, возраст которого определить не получалось. Он был чуть выше нашего Саньи ростом, а вот лицо подростковое. Ребята спорили о заклинании, которое просто необходимо было проверить на полигоне. Заметив нас, маленький друг и помощник широко улыбнулся. А вот остальные мгновенно вскочили и склонились в поклоне.

– О, девчонки, как хорошо, что вы пришли! – радостно воскликнул малыш. Я заметила, какими большими стали глаза остальных. Они явно не привыкли к таким обращениям. – Нужна ваша помощь. Мы тут заклинание вычитали, но ничего не получается. Какая-то фигура на пальцах должна быть, но никто из нас не понял, какая именно.

– Вы чего вскочили? Вернитесь на места, – предложила ребятам миролюбиво. Те, хоть и заняли стулья, сидели так, чтобы в любой момент можно было вскочить.

Сама толком не поняла, что нарисовано на странице книги. Мы этого еще не проходили. Не успела признаться, как Еллина меня опередила. Глянув в учебник, кивнула и ловко сложила пальцы, перекрестив указательный и средний. Сотворила земное «ок» тремя пальцами, а потом один раз чиркнула подушечками большого и указательного, словно показывая жест «мани-мани», только движение оказалось не мягким, а резким. Елли показывала без вливания силы, потому комната осталась на своем месте, как и предметы в ней.

Каждый стал по очереди складывать пальцы. Со стороны смотрелось легко. Я непроизвольно и сама попробовала, но с первого раза вышло топорно. Это ж какие ловкие пальцы должны быть!

– Девчонки, я вам ещё нужен? – Санье просто не терпелось опробовать только что полученные знания.

Еллина покачала головой, выдавила заученную и отрепетированную улыбку. Все четверо сорвались и скрылись за дверью, и я покачала головой. Вот же неугомонные!

– Слушай, если у нас завтра тренировка с оружием, может, сходим и выберем себе что-нибудь? Лучше это делать вдумчиво, не торопясь, чем суетиться со всеми, хватая, что под руку попадется, – внесла предложение и получила согласный кивок.

Успели спуститься на первый этаж, когда дорогу нам преградил Айвек. Я едва не застонала. И пока раздумывала, что сказать, Ёлка произнесла:

– Нет. Даже не думай. Предупреждала ведь: очередная подлость, и я поджарю твои мозги.

От ее ледяного тона даже меня пробрало, староста повел плечами и спешно ретировался, бросив на бегу очередное оскорбление. Трус. В глаза перед кучей народа сказать побоялся. А так все равно хоть как-то выделился для поддержания авторитета, рассыпающегося на глазах. Хотелось смеяться. Это самое быстрое отваживание наглого типа, которое я знала. Правда, на этом сюрпризы не закончились. На выходе мы столкнулись с Саниром.

– А вы куда? – вырвалось у него явно непроизвольно.

С некоторых пор он все чаще интересовался делами Ёлки. Я собиралась и его оттолкнуть, сказав грубость, но пришлось промолчать, стоило глянуть на подругу.

– Хотим подобрать оружие, если получится. У нас завтра тренировка, – поведала наша куколка, и не думая ничего скрывать.

– Я могу показать оружейную, а заодно помочь забрать приглянувшееся оружие, – тут же предложил помощь парень.

Менталистка повернулась ко мне, спрашивая совета. Пришлось вмешаться:

– Мы согласны, если это не противоречит правилам, – последнее добавила машинально, зная, насколько огромным было желание старосты сделать подлость, ради этого он мог и друга своего подговорить. Правда, не уверена, что этот красавчик согласился бы навредить Елли. Видно невооруженным взглядом: наша ледышка ему действительно понравилась.

– Не противоречит. Особенно если повезет, и вы отыщете свое оружие, – широко улыбнулся парень, засветив ямочками на щеках.

Я даже засмотрелась. Красив, шельмец.

– Что значит, свое оружие? – уточнила Еллина, а я об этом даже не задумалась.

Хотя кое-какие догадки возникли. Порой и наши книги фэнтези хоть на что-то годились, позволяя кое-что почерпнуть. И, надо сказать, предположения оказались верны.

– Каждому студенту предлагают настроиться на приготовленный арсенал. Прислушаться. Не часто, но случается так, что нужная вещь сама зовёт хозяина. И нет, тут даже чувства не нужны, напротив, магистры предлагают отрешиться от реальности, отключить эмоции и слушать. У тебя должно получиться лучше всего, – подбодрил юноша Еллину, хотя, как по мне, это было лишним. Подруга в ободрении не нуждалась. Она его даже не заметила.

– Я поняла. Идёмте выбирать оружие, – решительно отозвалась и двинулась вперёд.

– Эй! Нас возьмёте с собой? – Оказалось, наш разговор услышали ещё несколько ребят из группы. Отказывать не стали. А по пути я судорожно вспоминала, как их звали.

Светленький, похожий на ангелочка, Силар. А темноволосая девушка с высокомерным взглядом – Радания. Сейчас юная леди вела себя на удивление нормально, хотя изредка высказывалась в излюбленной манере. Я успела заметить несколько ее мечтательных взглядов, брошенных на Санира. Тихая и скромная заучка с тоненькой косичкой мышиного цвета – Ларша. Рядом с ней шел невысокий, непрезентабельный, но вполне миленький Тоб. Мы особо не общались, но порой перебрасывались несколькими фразами.

Санир привел нас к огромному ангару и постучал. Дверь распахнулась, навстречу вышел самый настоящий гном. Надо же, за три месяца я ещё ни разу не видела представителей этой расы.

– Чё притащились? – не слишком любезно поинтересовался коротышка.

– Гхрат, хватит ворчать, это студенты, у которых завтра первое занятие с оружием. Сам понимаешь, перед уроком дают всего десять минут. Да и притащат для них то, что успеют первым схватить. Что они там себе отыщут? – спокойно произнес старшекурсник, пристально глядя на гнома. Тот собрался ворчать, лицо недовольное сделал, но потом передумал, махнув рукой.

– Лады, проходьте, чё уж там. Стремление к учебе надобно поощрять.

Он посторонился и шире открыл дверь. Мы гуськом протиснулись внутрь и застыли на пороге. Все, кроме Еллины, которая, не останавливаясь, сразу двинулась в одной ей известном направлении. А у остальных глаза разбежались. И я их понимала. Вокруг висело, лежало на столах, тумбах, и прямо на полу оружие. И чего только я не увидела. Мечи большие и маленькие, изогнутые и с зазубринами; кинжалы такой же причудливой формы; диски с острыми краями, с шипами, с иглами; нашлись и булавы разных размеров.

Рассмотреть все оказалось невозможно. Да и время не резиновое. Остальные умчались выбирать, и я тоже решила сосредоточиться. С первого раза не вышло. Со второго тоже. Хотела плюнуть, решив, что здесь не было моего оружия, и выбрать, что понравится. Но тут на задворках сознания послышалась лёгкая мелодия, словно кто-то натянул струну, а потом стал на ней играть. Я считала это невозможным, пока не услышала звук. Двинулась в сторону, откуда доносилась музыка.

В куче хлама под какими-то железками лежал стилет с резной ручкой, тонким лезвием из остро отточенной стали. Протянула руку и сама не заметила, как уже сжимала его в ладони. Мой. Перед глазами мелькнула вспышка.

– Молодца, девка, нашла своего помощника, – довольно прошамкал сторож.

Я тоже улыбнулась, осмотревшись. Многие, как и я, прижимали выбранное к себе. Тоб гладил булаву, Радания пробовала балансировку меча, надо сказать весьма массивного на вид, Силару достались диски, которые парень сжимал в обеих руках, пытаясь сообразить, что с ними делать. А вот Ларша выбрать так и не смогла. Ее ничего не звало, а брать наугад девушка не захотела.

Зато когда появилась Еллина, среди ребят раздались смешки. Признаться, я сама едва не расхохоталась от комичности ситуации. В ее руках была игрушка, самая настоящая, похожая на калейдоскоп из моего мира. Меня так и подмывало уточнить, как она вообще оказалась на складе с оружием. А вот Санир вдруг подобрался и как-то рвано выдохнул. Сторож тоже разом утратил благодушие и весь напрягся. Сама Еллина подошла ко мне, протянула руку и изрекла:

– Оно позвало, но не предоставило инструкции к применению. На оружие мало похоже, но мне все равно нравится, прочное, можно будет дать по голове тому, кто нападет.

– Боюсь, тогда от головы напавшего ничего не останется, – глухо отозвался старшекурсник.

– Да ладно? Разве этой штукой можно убить? – влезла Радания.

– Можно. Правда, я думал, камшаси давно утеряно, а оказывается, лежало здесь, хотя никто его ни разу не видел, – с сомнением поведал наш провожатый.

– Камшаси? Что это? – первой с вопросом успела Ларша. Но интересно было нам всем, в том числе и сама Ёлка теперь в упор смотрела на парня.

– Древнее оружие. По воле партнёра оно способно трансформироваться во что угодно: меч, посох, магический жезл, кинжал, булаву, чакру, да даже в обычный маленький ножик, от одной царапины которого сразу наступает смерть.

– Мне нравится камшаси, теперь он всегда будет рядом. – Еллина провела по предмету рукой, а в следующее мгновение в ее ладонях уже расположился самый обычный браслет, который девушка и надела на запястье.

– Оно и так может? – прошептал Силар.

– Да, камшаси может принимать любую форму, даже стать шпилькой для волос – опасной и смертоносной. А сейчас нам пора обратно.

Поблагодарив Гхрата, покинули оружейную. Студенты разбрелись, наверняка решив потренироваться с обретенным оружием. Еллина с Саниром сразу же отделились, заговорив о формулах, а меня понесло на полигон. Иногда неплохо свой огонь развивать, а то я слишком много времени уделяла артефактам. Это приносило удовольствие, пользу и деньги, но огонь являлся своевольной стихией, которая часто помогала в работе.

До полигона не дошла, встретив Рича. Темный сначала шел медленно, явно о чем-то размышляя, но потом в глазах мелькнула решительность. Парень ускорился, но тут заметил меня.

– Альёна? Ты куда направляешься?

– Как прошел разговор?

Мы произнесли это одновременно, засмеялись, и я первая ответила на вопрос:

– Иду на полигон, надо потренироваться с огнем, да и оружие опробовать, мы ходили выбирать к завтрашней тренировке. Кстати, тебе не надо?

– Нет, у меня есть свое, – мотнул головой юноша. – И да, дядя присмотрит за вашим новым преподавателем, а если получится, то и найдет магическую составляющую маскировки. А на полигон я бы тоже сходил. Как тебе моя компания? – Он широко улыбнулся.

– Отличная, мне определенно нравится.

И мы двинулись заниматься. Просто не терпелось опробовать нечто новое и незнакомое. Оно манило и будоражило, а главное, двигало все ближе к цели – стать самым крутым магом. Я надеялась, что достигну желаемого.

С темным тренировка оказалась весьма плодотворной. Он контролировал потоки, усиливал или ослаблял заклинания, заставлял концентрироваться на определенных формах. Последнее было сложнее всего. Ведь одно дело – выпустить поток сырой силы и выжечь все вокруг, а совсем другое – создать небольшой шарик или другую выдуманную фигуру, а потом не только удерживать, но и постепенно добавлять в нее по капле силы. Вышло у меня с седьмого раза. Но ведь вышло же. И заслуга это не только моя, но и темного, радующегося вместе со мной.

От переизбытка эмоций по привычке взвизгнула, обняла парня и поцеловала в щеку. Но отстраниться он не дал. Прижал к себе и, глядя в глаза, медленно склонился к губам. Противиться даже и не думала. Поцелуй обжег губы, затуманил разум, заставил парить высоко в небе. Раньше я целовалась не один раз, но никогда не придавала этому никакого значения. А сейчас поняла, вот о чем писали в книгах: внутри душа переворачивалась, то сжималась, то разжималась. Голова кружилась, так было приятно и хорошо. Сердце ускорило бег.

Сколько бы мы еще целовались, неизвестно, но послышались голоса. Сюда еще кто-то шел тренироваться. Какие сознательные пошли студенты.

– Это только начало, надеюсь, в следующий раз мы продолжим с того места, где остановились, – прошептал Рич.

Кивнула, спрятав лицо у него на груди. Так мы и стояли несколько минут, обнявшись, а потом двинулись в общежитие.

* * *

Санья

Сколько находился в Академии, столько и не уставал радоваться встрече с той необычной девчонкой. Сбеги я тогда, не смог бы попасть сюда и учиться. А это оказалось интересно и познавательно. Здесь я увидел, насколько порой были не приспособлены аристократы к самостоятельной жизни. Без слуг совершенно не могли обходиться. Вот взять хотя бы хозяйку восемнадцатилетней Линлы – самой старшей из всех служанок. Ее хозяйка, леди из весьма богатого рода, понятия не имела, что форму не меняли на новую каждый день. Необходимо было ее чистить и стирать. Девушка даже самостоятельно воды в графин набрать не могла, так как не знала, как это вообще делалось. Я был в шоке, узнав об этом. Сначала вообще решил, что это шутка. Оказалось, неприглядная реальность.

Так и с остальными. За несколько месяцев успел сблизиться не только с Линлой, но и с Рилой, четырнадцатилетней служанкой, взятой в Академию спонтанно. Раньше в доме Присторов она выполняла черновую работу, а как пришла пора юной леди поступать, так и пал выбор на Рилу. Слугу брать разрешалось только несовершеннолетнего. А совершеннолетие здесь наступало в двадцать один, а не как у нас, в восемнадцать. Никто не знал причин, но таковы были правила. Так девушка и оказалась здесь.

Был ещё и Тони, парень-загадка. Лордик нашел его на постоялом дворе, где останавливался перед прибытием на учебу. Это все, что рассказал парень. Настаивать на ответах никто не собирался, как и лезть в душу. Хотя всем было интересно, кто же он. По повадкам сразу становилось ясно: Тони не простолюдин, его одежда, хоть и поношенная, но весьма добротная, в ней я уже успел разобраться. Речью паренек пытался подражать нам, но видно было, что практики маловато. Определенно, лорд. Но как тогда оказался в слугах?

Я надеялся, когда-нибудь мы сможем узнать историю парня. А пока все сосредоточились на учебе. Раз такой шанс выпал, надо было пользоваться. Мы часто, пока подопечные были на занятиях, собирались у меня и читали учебники Рича и Еллины. Так и выяснилось, что у всех моих новых знакомых имелась магия. Первое время ребята волновались.

– Санья, а тебя не отругают за то, что берешь хозяйские учебники? – беспокоилась Рила. – Могут же и наказать.

– А то и прогнать. У благородных с этим строго, – подхватила Линла. Пришлось всех спешно успокаивать.

– Нет, Рич и Еллина сами посоветовали изучать, а непонятное они оба, а теперь еще вместе с Альёной, рассказывают и показывают едва ли не на пальцах, – отмахнулся, хотя чужая тревога согрела душу.

Больше мы к этому вопросу не возвращались. А стоило подопечным вернуться, похвалить за усердие, еще и лично продемонстрировать несколько неясных формул, как друзья успокоились, перестав дергаться, когда кто-то заходил в комнату. Но на куколку теперь смотрели едва ли не с благоговением. А Рила и вовсе высказалась:

– Таких благородных не бывает, чтоб слугам дозволяли учиться, еще и сами брались объяснять чтось.

– Бывает. Пример перед тобой. И, повторюсь, я не слуга, а помощник, – терпеливо пояснил, хотя порой такие сравнения начинали раздражать.

Был ещё один приятный момент. Помимо занятий со мной, Рич исправно платил местный аналог зарплаты. Пытался отказаться, все же они с Ёлкой давали мне несравнимо больше, но темный только улыбался и тоном заговорщика сообщал:

– Я не обеднею, а тебе нужнее. Не всегда же ты будешь с нами, хотя я бы не отказался.

Больше к этой теме не возвращались. Каждый занимался своим делом. А через три месяца с радостью осознал, насколько увеличился мой резерв. Да и не только мой. Тони тоже уже мог самостоятельно вырастить любое семечко за несколько минут. У него оказался дар земли.

Новые друзья порой удивлялись, насколько легко и просто я общался с «хозяевами». И хоть не единожды пытался объяснить, что являлся не слугой, а помощником, мне не верили. Зато стоило им поприсутствовать на паре уроков, где не только Рич и Еллина объясняли непонятные моменты, но и Альёна с жаром рассказывала о любимой артефакторике, как Тони слегка сник, Рила перестала дёргаться и каждую минуту ожидать удара, а Линла с восторгом смотрела на моих подопечных.

Последние две недели выдались насыщенными. Соотечественница втянула и меня, и Рича в свои эксперименты. И, надо сказать, я пропал. Ведь в то самое мгновение отчётливо понял, насколько мне нравилась артефакторика, особенно когда самолично смог изготовить простенький амулет защиты от чужого влияния. Тогда-то темный и сообщил, что это и было моим даром, но, кажется, не единственным. Его слова обнадежили, а то я уже начал беспокоиться, что обладаю всего лишь стихией воздуха, а с такими способностями в Академию не брали. Одной стихии для поступления было мало. Да, я лелеял надежду поступить сюда, когда появится возможность.

Теперь мы с Альёной часто вместе придумывали то, что можно было перенести из нашего мира в этот. А ещё землянка загорелась идеей сотворить нечто многофункциональное, где бы сплелись сразу Свет, Тьма, Огонь и Воздух. Весьма необычно, но все были уверены, у нее получится. К тому же мы с Ричем готовы помочь в любой момент. Удивило, что темный тоже увлекся артефактами, хотя изначально говорил, что не имел к этому предрасположенности. А теперь у парня получалось весьма неплохо.

Первое время я мало понимал темного, который носился с Еллиной, как с писаной торбой, но и на Альёну поглядывал. Неужели никак определиться не мог, кто больше нравился? Позже научился распознавать внимание парня. К землянке Рич относился тепло и с интересом; видно было, девушка ему по-настоящему нравилась, а вот с Ёлкой обращался так, словно пытался уберечь, защитить. И тут явно присутствовало нечто другое, уж в симпатии я разбирался. Это была не она. Во всяком случае, не как у парня к девушке, так смотрели на родных и близких. И от этого становилось еще более непонятно. Наша куколка прибыла с другого конца мира, вряд ли они могли быть знакомы. Тогда с чего такое отношение? Задавать вопросы не стал, решил немного понаблюдать. Уверен, вскоре всему найдется объяснение.

Сегодня мы вчетвером намеревались испытать свои силы. После того как куколка объяснила и показала жест на пальцах, который у нас не получался, всем не терпелось его опробовать. Улучив время, когда никто в нас не нуждался, выбрали дальний полигон. Записки с заклинаниями я прихватил с собой. Тони тут же отыскал корни под землёй и поднял их на поверхность, создав забор, который скрыл нас от окружающих. Линла решила испытать первой.

Владея силой воды, она только и могла, что чистить одежду хозяйки. Сейчас, увеличив резерв, стремилась к большему, в планах девушки было научиться не только бытовым заклинаниям, но и боевым. В данный момент Линла испытывала собственную концентрацию. А для этого надо было с помощью нового заклинания по щелчку пальцев создать небольшую каплю и удерживать ее несколько минут. После чего тонкой струйкой вливать силу, увеличивая каплю и разделяя ее на две, потом на три и четыре. Но это позже. Самое сложное с одной.

Рядом с Линлой встали Тони и Рила. Парень решил потренироваться на семечке, которое должен был медленно прорастить. А Рила, обладательница силы воздуха, создала маленький тайфун и пыталась заставить его кружиться на месте. Я выбрал для себя задание посложнее. Поднял в воздух те же листы с записями, пытаясь удержать. Легко? Как бы не так. Одной концентрации мало, необходимы были усидчивость и умение удерживать воздушный поток, на котором и застыли записи.

Не все получилось с первого раза. Было несколько безуспешных попыток. Но мы старались. Аж взмокли от усердия. И, надо сказать, результат не заставил себя ждать. Такими довольными мы давно не были. Уже собираясь возвращаться в общежитие, заметили около полигона мужчину в мантии, который пристально наблюдал за нашими тренировками, а с другой стороны приближались Альёна с Ричем. Они о чем-то оживлённо переговаривались, пока ещё не заметив нас. Мы тоже не торопились уходить. Ждали непонятно чего. Но возникло чувство, что для всех сейчас произойдет поворотный момент. И я не ошибся.

– Ой, Санья, вы здесь занимаетесь? Тогда мы с Ричем найдем другое место, – нас, наконец, заметили. – Видимо, сейчас все полигоны будут заняты. Там, где мы только что были, тоже мест нет. Все решили резко удариться в учебу.

– Да не, мы уже закончили. Сил на тренировку больше не осталось, – махнул рукой, собираяась покинуть это место.

Тут-то к нам и подошёл мужик в мантии.

– Лорд Найвер? – удивилась Альёна. – Тоже потренироваться решили?

– Нет, меня заинтересовала тренировка ребят. Вы знакомы? – уточнил, как я уже понял, сам ректор.

– Да, это наш Санья, помощник и самый лучший деньгособиратель Еллины, – отчитался Рич. Я аж сам собой возгордился. – А это его друзья. К сожалению, имен не знаю, нас не представляли.

– С именами разберемся. Меня заинтересовали ваши действия. Из какой книги вы их взяли? Что-то я ничего подобного не припомню, – теперь лорд смотрел только на меня.

– Мы сами это придумали, – честно ответил, не став уточнять, что знания пришли из моего мира. Когда-то нечто подобное или видел в фильмах, или читал. Сейчас уже и не вспомнил бы, откуда именно такие мысли. Но что-то такое точно было, вот и решил проверить, насколько авторы знали, о чем писали, а режиссеры снимали.

– У вас отличная фантазия, – похвалил ректор. – Сколько вам лет?

На миг задумался, какой возраст называть: фактический из старого мира или нынешний? Но все же решил пока не светить иномирностью, всему свое время. О моей тайне знали только подопечные, но они, уверен, не станут распространяться. И пусть в этом ничего страшного не было, я все равно хотел сохранить в секрете, уверен, в будущем пригодится.

Мы назвали свой возраст. Всего мгновение мужчина раздумывал, а потом кривая усмешка мелькнула и пропала.

– Хотите учиться в Академии? – чувствовал, вопрос с подвохом. Ответить вызвался первым.

– Очень хочется учиться, но после того, как мои подопечные окончат учебу.

Со стороны я наверняка смотрелся комично. Двенадцатилетний пацан называл подопечными великовозрастных дитяток, но, по сути, нисколько не соврал. Взять ту же Еллину; по факту она была старше, но по уму являлась совсем ребенком, причем несмышленым в бытовом плане.

Остальные тоже изъявили желание учиться, но после выпуска хозяев. Только Линла немного расстроилась. Ей ведь уже исполнилось восемнадцать, через пять лет будет двадцать три, не до учебы. Лорд Найвер словно понял печаль девушки, подошёл и похлопал ее по плечу.

– Не надо расстраиваться. Жизнь магов длинная, и в двадцать три они ещё фактически подростки. Сами увидите через пару лет, насколько несущественна будет разница между вами, подросшими друзьями, – кивок на нас, – и учениками. Так что тренируйтесь. Чем больше резерв, тем выше шансы поступить туда, куда зовет душа.

– Но мы все без роду и племени, да и вряд ли кто-то поручится за нас, – высказал общую тревогу Тони и удостоился не только пристального взгляда, но и какой-то весьма хитрой усмешки, заставившей парня опустить голову и скрыть лицо за длинной челкой.

– Я видел вас в деле, мой кристалл памяти зафиксировал ауры. Теперь осталось только подрасти, а поручительство, считайте, у вас есть, – нам всем подарили улыбку и, пока никто не успел задать еще вопросы, ректор исчез. Вот просто взял и испарился.

– Ну вот, Санья, твоя мечта скоро исполнится, – довольно хлопнула в ладоши Альёна, приобняв меня за плечи и прижав к себе. Приятно, но я все же отстранился, приосанился и махнул друзьям.

– Это надо отметить, я видел на кухне пирог.

Предложение прошло на ура. К тому же товарищи все ещё пребывали в шоке. И я их понимал. Только что жизнь ребят круто перевернулась. Да и моя тоже. Главное, чтобы потом друзей отпустили хозяева. За себя-то я особо не переживал, знал, что подопечные только порадуются. А вот у остальных ситуация была другой.

Оставив Альёну с Ричем на полигоне, мы помчались в особняк. Радость переполняла всех. Даже хмурый Тони сейчас беспечно улыбался. Нам повезло. Хозяев моих друзей пока не было, и мы устроили веселье с выпрошенным пирогом и вкусным травяным чаем.

* * *

Еллина Лорта

Санир предложил испытать мое новое оружие на стрельбище. Там стояли мишени, чтобы студенты могли тренироваться в любое время. Отказываться не стала. И самой хотелось понять, что же меня призвало. Да, не я нашла оружие, а оно позвало, стоило переступить порог хранилища. Я услышала звон, который давил, тянул к себе. Возникло острое желание отключить. Ничего больше не слыша, шла к тому месту, где так громко звенело. Стоило взять в руки необычный предмет, сразу стало тихо. Штука в руках нагрелась, кольнула ладонь выступившей иглой. От неожиданности я вскрикнула, хотела залечить ранку, но она сама затянулась, а капля крови быстро впиталась в предмет.

Камшаси. Так назвал его Санир. И теперь предстояло опробовать то, что подарила судьба. Раз оно принимало разную форму, значит, я сама могла выбрать то, с чем удобнее будет сражаться. Так как за всю жизнь ни разу не держала в руках оружие, передо мной стояла весьма сложная задача. Нужно было испытать сразу несколько вариантов: меч, клинок, чакру или ещё что-то, подходящее конкретно для меня.

Дойти до стрельбища не успели. Я услышала стоны. Кому-то плохо? Дар жизни встрепенулся. Санир не успел остановить, я уже мчалась в сторону звука. До слуха донеслось:

– Еллина, стой, ты куда? Нам в другую сторону!

– Там кому-то плохо, я должна помочь, – бросила на ходу, ускоряя бег, тут же стон стал длительным и протяжным.

– Да стой же ты, там не плохо кому-то, а очень даже хорошо, – попытался задержать меня спутник. Я не поверила.

Как могло быть хорошо, если девушка так стонала. Выскочила к закрытой беседке, где в данный момент сидела парочка. Девушка застегивала блузку, а парень натягивал штаны. Стоило появиться, как тут же наткнулась на два недоуменных и слегка раздраженных взгляда. Следом примчался Санир.

– Вам плохо? – не могла не спросить я, хотя недавняя улыбка на лице девушки явно намекала на мою ошибку.

– С чего такие мысли? – раздражённо спросил парень, не дав подруге сказать ни слова.

– Я не к вам обращаюсь, – отмахнулась, снова глянув на девчонку, и пояснила: – Услышала стоны, решила, что нужна помощь лекаря.

Санир и юноша разом хмыкнули. Девчонка смотрела так, будто увидела перед собой нечто нереальное. Вмешательство ей не пришлось по вкусу. Судя по мыслям, леди планировала второй акт. Какой, я не поняла. Наездница? Но здесь не было лошадей, на ком она ездить собралась?

– Ты откуда такая взялась? Разве не знаешь, что стонать можно не только от боли? – мурлыкнула и выгнулась, как кошка, незнакомка. Я задумалась.

– Нет. Если нет боли, зачем стонать? – уточнила, пытаясь сопоставить сказанное. У меня не получалось.

– Детка, ты вообще в курсе, откуда берутся дети? – на этот раз в разговор вмешался ее спутник.

– Нет, мне об этом не говорили. А зачем?

– Санир, что это за чудо такое? – расхохоталась студентка, усевшись на колени к своему другу.

Странно. Вроде места в беседке хватало, зачем ей чужие колени?

– Еллина Лорта. Студентка первого курса, – бросил Санир. Пока он меня представлял, пыталась разобраться в мыслях парня:

«Какая необычная кошечка. Интересно, она бы подо мной стонала или принимала ласки с таким же ледяным выражением на лице?»

Из подуманного ничего не поняла. Ещё и мысли студентки добавили загадок. Она думала о том, что неплохо было бы устроить оргию втроём с красавчиком, стоящим рядом со мной. А ещё покоробила ее мысль:

«Мррр, так бы и съела».

Каюсь, тут я не удержалась и уточнила:

– Вы питаетесь себе подобными? Разве это не запрещено?

– О чем ты? – вопрос в три голоса.

– Девушка хочет съесть Санира. Вот я и спрашиваю насчёт питания, – спокойно уточнила, вызвав сначала недоумение у парней и яркую краску на лице у красавицы, а потом дружный хохот.

– Что за ерунду ты несёшь? – зло процедила студентка.

– Почему ерунду? Ты же только что подумала: «Так бы и съела». И в чём я ошиблась?

– Еллина, идём, пусть сами разбираются, – давясь от смеха, предложил мой спутник.

И пока те двое спорили и выясняли отношения, мы отошли на приличное расстояние. Осмотревшись и не заметив никого поблизости, Санир произнес:

– Скажи, тебя не учили такту?

– Нет. Что это такое?

– Понимаешь, не все, что ты слышишь в чужих головах, можно говорить вслух. Скажу больше, мысли неприкосновенны. И раз у тебя такой мощный дар, обходящий любую защиту, задавать вопросы, подобные тем, что ты недавно озвучила, надо наедине. Если только ты не хотела намеренно поставить студентку в неловкое положение.

– Не хотела, меня всего лишь озадачила ее мысль. Но я тебя поняла. Если что-то будет непонятно, потом уточню наедине. Или у тебя спрошу. Ты ведь ответишь? – Я посмотрела на парня, уверенная в его ответе. И не ошиблась.

– Конечно. Если буду знать, отвечу.

– Тогда объясни мне, что она имела в виду? И почему стонала, если не больно?

Всего пара секунд понадобилась Саниру на обдумывание вопросов. Я заметила на себе его пытливый взгляд. Что-то решив, он выдал:

– В двух словах не расскажешь. Идём. В библиотеке я подберу книги, сама прочтешь. И в случае непонятного, спросишь у Альёны, она лучше объяснит.

– Почему она, а не ты? – Показалось, или юноша слегка покраснел?

Что это за тема такая, от которой у всех лица красными становились? Но спорить не стала. Кивнула и отправилась в библиотеку.

Нас встретила миловидная дриада. Кокетливо поправив прядь волос, она обратилась не ко мне, а к Саниру:

– Что желает такой красавчик? Можем вместе поискать, я знаю один чудесный уголок…

– Любовные романы с откровенными сценами, – заявил спутник, перебив девушку. – И желательно побыстрее, у нас ещё много дел.

Тон парня похолодел, что не понравилось дриаде. Бросив на меня недовольный взгляд, она ускорилась, а через несколько минут на столе перед нами лежала гора книг, совсем не похожих на учебники. На обложках были нарисованы пары, в основном полуголые.

– Что это? И зачем мне это читать? Это же не пособие по магическим дисциплинам, – ткнула пальцем в верхнюю книгу. На ней совершенно голый наг прижимал к себе светловолосую девушку с расшнурованным платьем, которая, закатив глаза, открыла рот. И что это значит?

– Нет. Не по магическим дисциплинам, это другое пособие. Изучай. Может, тогда поймёшь, почему стонут не только от боли, – прошептал на ухо Санир.

Дриада смотрела на нас широко распахнутыми глазами. От ее мыслей у меня едва заворот мозга не случился. Хранительница библиотеки зачем-то собиралась его облизать, потом съесть, поскакать на жезле, испытать нектар губ…

В общем, я даже переваривать этот сумбур не стала. Как и уточнять вслух, что она имела в виду. Слишком все непонятно. Пока разбиралась с мыслями дриады, Санир отобрал четыре книги, вручил мне и развернул к двери, чтобы вместе покинуть библиотеку.

– Страшно спрашивать, что в ее мыслях настолько тебя ошеломило, – отойдя подальше, хмыкнул юноша.

– Я совершенно запуталась, едва не получила заворот мозга, но все равно ничего не поняла, – мотнула головой, а потом передала фантазию дриады. Старшекурсник рассмеялся.

– Еллина, тебе стоит побыстрее привыкнуть к такого рода фантазиям, потому что придется часто слышать подобное. И это окажется самым безобидным, – выдавил из себя Санир. – Сегодня мы отложим занятие, ты наверняка не в форме. Попробуешь завтра на боевке, а после обеда, если вдруг ничего не получится, потренируемся. Как раз наш гений появится.

Кивнула, соглашаясь. Он был прав, сегодня точно не до оружия. Да и книги, взятые для меня парнем, притягивали взгляд. Хотелось поскорее понять, на что намекали и дриада, и та парочка в беседке, и Санир.

Парень проводил до общежития, я поднялась в комнату, взяла первую книгу и погрузилась в чтение. Это оказалась история о бедной девушке, возжелавшей самого принца. Но у людей, драконов, вампиров и эльфов все принцы оказались заняты, свободным остался только наг. Вот к нему бедолага и отправилась на какой-то отбор.

До середины книги было все понятно. У нее имелась подходящая магия, светлая душа, невинность, сильное желание иметь семью и детей. Рядом находились плохие конкурентки, претендующие на сердце и хвост принца. Все были красивыми, а героиня являлась простушкой, но именно на нее обратил внимание принц. Чем девушка его привлекла, не написано. Ладно, я готова была это пропустить. Но вот дальше…

«Он языком раздвинул ее плотно сжатые губы, провел по небу, коснулся языка, вовлекая в танец. Тело девушки, вопреки желанию, откликнулось, и вот уже скромница сама прижималась к мускулистой груди, из ее горла вырывались стоны. Принцу только это и надо было, он едва заметно усмехнулся и, расшнуровав платье, коснулся обнаженной груди, заставив партнёршу трепетать от возбуждения».

– И зачем он ей язык в рот засовывал? – уточнила вслух, продолжая чтение.

Дальше шло облизывание тела, невесть откуда взявшийся жезл, выбравшийся из чешуек, влажная пещерка.

Эти моменты несколько раз перечитала и попыталась представить в саду, где они находились, пещеру. Не сходилось. Не могли существа находиться одновременно в двух местах. А тут было написано, что над головой шумели ветви деревьев, вторя стонам красавицы в тот момент, когда его жезл врывался в сладкую влажную пещерку.

– Бред какой-то, – отложив книгу, глянула в окно.

Это ж сколько я просидела за чтением, что начали сгущаться сумерки? Дверь открылась, вошли Альёна, Рич и Санья. Заметив передо мной книги, друзья озадаченно на меня уставились.

– Ёлочка, а чем это ты занимаешься? – послышался вкрадчивый голос Альёны.

– Санир взял в библиотеке для моего просвещения, но я ничего не понимаю, – развела руки в стороны.

– А с чего это вдруг он озаботился именно таким просвещением? – строго спросил Рич.

Пришлось рассказать обо всем, что сегодня произошло. Сначала все трое пытались сохранять спокойное выражение лица, но я заметила, как по мере рассказа задёргались у них лицевые суставы. Правда под конец ребята уже лежали, а Санья ещё и ногами дёргал, будто умирать собрался. Смех раздался настолько громко, что я дернулась от неожиданности.

– Ёлочка, ты просто чудо, – выдавила Альёна, утирая слезы. – Как тебе книги?

– До половины было нормально, а дальше пошло непонятно что. Сначала язык во рту, танец какой-то. Хотя я так и не поняла, кто именно собрался танцевать. И где: у него или у нее? Но это ладно, а вот нахождение сразу в двух местах…

Я озвучила мысли, вызвав очередной взрыв хохота вместе со странными всхлипами. И что смешного они нашли в этой ситуации? Не поняла.

– Саниру надо было тебе не любовные романы брать, а анатомический атлас, по нему легче было бы ориентироваться, – прошептала иномирянка и, повернувшись к Ричу, уточнила: – Здесь имеется нечто подобное? Может, пособие по анатомии человека?

– Нет, ничего подобного не припомню, – мотнул головой темный.

Думала землянка всего пару минут. Потом достала лист бумаги, грифель. Выгнала парней из комнаты и принялась рисовать.

– Художник из меня никакой. Да и точное расположение органов я не знаю. Просто объясню суть. Надеюсь, этого будет достаточно.

– Суть чего? – Я подсела ближе.

– Что такое секс, откуда берутся дети и что за стоны ты слышала.

Около часа иномирянка показывала органы внутри человека, объясняла, что куда вставлялось, как зарождалось маленькое существо. Поведала о ласках и эрогенных зонах. Я слушала внимательно, кивала. Становились понятны мысленные высказывания девушек.

– Вы на ужин идете? – в дверях появилась растрепанная макушка Саньи, глаза пацаненка горели от азарта и веселья.

– Да, мы почти закончили, – кивнула подруга и напоследок объяснила непонятное в книге.

Теперь я знала, что такое жезлы и пещеры. Одного не понимала, зачем такие ухищрения? Но тут девушка пожала плечами. Ответа не было. Зато и вопросы закончились. Можно было смело идти ужинать. Но все же один вопрос у меня остался.

– Почему поцелуям придают такое значение? Про секс я поняла. Но разве нельзя сделать детей и разойтись?

– Еллиночка, многие занимаются сексом не ради детей, а потому что это приятно, как и целоваться. Я очень надеюсь, когда-нибудь к тебе вернутся чувства, и сможешь сама понять, каково быть вместе с тем, от кого замирает сердце.

– А твое замирает? – глянула в упор на подругу. Ответ и так знала.

– Да. Мне Рич давно нравится, – не стала скрывать девушка.

Мои предположения подтвердились. Больше мы не стали разговаривать, не хотели томить ребят ожиданием.

Санира в столовой я не увидела. Не было и Айвека. Несколько старшекурсниц напряжённо поглядывали на дверь, будто кого-то ждали. Но мысль мелькнула и пропала. Даже в голове у леди возникла такая каша, что совсем не хотелось разбираться.

А после ужина отправились на улицу. Альёна предложила мне все же потренироваться с оружием. Санья тоже отправился с нами. Его друзья пойти не смогли, их загрузили работой. Ажиотаж с балом набирал обороты. Каждая девушка хотела быть неотразимой, чтобы привлечь как можно больше внимания.

– Альёна, ты когда-нибудь вообще держала в руках оружие? – уточнил Рич, стоило нам оказаться на месте. – Елли, у тебя не спрашиваю, так как ответ очевиден.

– Нет, ни разу. У нас за ношение оружия – статья, – отчеканила девушка.

– Тогда для начала вам обеим стоит выбрать размер оружия по руке, чтобы легко было с ним обращаться, – начал темный.

Мы тут же сосредоточились. Я смотрела на калейдоскоп и понятия не имела, что будет удобнее.

Пока размышляла, необычное оружие само выбрало короткий меч, который словно стал продолжением моей руки. Альёна оставила изящный стилет, несколько раз взмахнув им, улыбнулась.

– Что дальше? – деловито поинтересовалась она.

– Стойка. Ноги в полуприседе, одна впереди, другая чуть назад. – Рич не только командовал, но и показывал. Мы повторили за ним. Неудобно. – Нужны тренировки и сноровка. Знаю, сразу сложно, потом станет легче, – пояснил темный, заметив, как я покачнулась.

А дальше началось нечто невообразимое. Выпад, удар, отклонение назад, вбок, нас даже пытались научить становиться на мостик. Понятное дело, первый раз он вышел косолапым, как сказала иномирянка. Но суть мы поняли. Даже Санья тренировался, отыскав где-то прямую палку, напоминающую посох, которым, оказалось, неплохо владел. Они вдвоем с Ричем показали на своем примере, как надо сражаться. Вышло красиво: высокий, статный темный и маленький, юркий, ловкий подросток. Хотя, скорее двенадцатилетний ребенок.

Все засмотрелись. У ребят отлично получалось, и, сразу видно, оба испытали огромное удовольствие. А потом еще и нас пытались научить. Вышло так себе, но общие понятия и самые азы стали ясны. Уже не так неловко будет на занятии, так как узнали хотя бы, с какого боку подступиться к собственному оружию.

До комнаты едва доползли. Болела каждая мышца. Даже на физической подготовке такого не было, а ведь нас сильно гоняли. Но результат всех удовлетворил.

– Завтра вы обе уже не будете выглядеть неумехами, – подбодрил помощник. – А если повезёт, то и зададите там жару.

Уснула я сразу, едва забравшись в кровать. Книги дочитывать желания не возникло. Метафоры автора вызывали неприязнь. И я решила после занятий вернуть чтиво в библиотеку, может, кому-то такое и понравится. Самое главное иномирянка объяснила, а больше знать не хотелось. История принца и его неказистой избранницы не заинтересовала – слишком много логических нестыковок.

Утром за час до начала занятий разбудила Альёна. У нее за ночь появилась идея, как вычислить артефакт изменения личины. Спросонья я мало что поняла, но суть уловила. Завтрак и крепкий чай взбодрили. Шла на лекции с ясной головой.

Первой была история магии. Магистр оживился, когда начал вещать о правителях Хайшары и уникальной магии близнецов, являющейся оплотом и опорой королевства. Правда, в чем суть этой магии – не знал никто. Были неудачники, пожелавшие проверить защиту на прочность, но получившие мощнейший ментальный удар. Больше желающих не возникло. Все перевороты были погашены ещё на стадии мелких заговоров. Нам поведали, что именно на королеве завязана защита вокруг королевства. И, казалось, о ней многие слышали впервые. Зато теперь, как уловила из мыслей студентов, многим стало понятно, почему ни одно королевство не решилось идти на нас войной. Все шпионы еще на подходе ощущали сильную ментальную магию рода Ахварнар, она отпугивала и заставляла возвращаться обратно, правда потом они не могли объяснить, почему не отправились дальше.

Мы слушали внимательно, кое-что записывали. Несколько раз амулет на шее нагревался, а камень в перстне, подаренном Ричем, менял цвет. Я не особо обратила на это внимание, но зарубку проверить, как в дальнейшем поведут себя артефакты, сделала.

На следующем занятии нам рассказывали о фамильярах: какими они бывали, откуда появлялись, что собой представляли. Магистр Домира со своим вороном наглядно демонстрировала, как питомец забирал излишки магии.

– А у нас тоже будут фамильяры? – нетерпеливо уточнила наша тихоня, русалка, если не путаю.

– Не знаю. Это не от меня зависит, а от вас, – улыбнулась преподаватель. – Но в начале второго курса будет призывная неделя. Каждому студенту предоставят шанс вызвать себе помощника.

– А откуда вызвать? Вдруг вместо фамильяра призовем нечисть? – спросила Альёна.

И откуда только такие мысли? Но на удивление леди Домира так сильно закивала, что ее голова, думала, оторвётся.

– Замечательный вопрос, студентка Мечникова. Прекрасный вопрос! А главное, весьма актуальный. Были и такие случаи, когда настройки сбивались, и вместо Аргора, родины фамильяров, открывался портал в неопознанный мир, где обитают чудовища, нежить и монстры. Но студенты и магистры отлично справлялись, не позволяя никому прорваться в наш мир со злым умыслом. Теперь что касается зоны обитания питомцев. Их несколько. Уже названный мной мир Аргора – небольшой, всего на пару материков, один из которых полностью принадлежит фамильярам – существам, чья магия полноценно раскрывается только в связке с хозяином. Есть мир Хграта; питомцы, прибывшие оттуда, – редкость, так как магия является самой их сутью. Они способны увеличить силу мага с совсем низким потенциалом.

– А по какому принципу открывается портал? Нам откроют в Хграту? – задал вопрос эльфенок, нагло посматривая на остальных.

– Портал открывается сам. Мы его не настраиваем. Когда студент входит в круг призыва, задаются необходимые параметры, считывается аура призывающего, его намерения, уровень магии, количество стихий. Импульс уходит в миры, где обитают фамильяры. Портал открывается в том случае, если на призыв откликнулись.

– А оборотням тоже позволено будет выбрать фамильяров? – последовал еще один вопрос с задних рядов.

– Конечно. А почему нет? – казалось, не только магистр не поняла вопроса.

Та же девушка объяснила:

– Но ведь у нас есть внутренний зверь. Сущность может войти в резонанс с питомцем. Получится… В общем, плохо может получиться.

– На этот счет не стоит беспокоиться. Как я уже сказала, во время призыва учитываются абсолютно все параметры, в том числе и внутренний зверь оборотня, – пояснила преподаватель. Многих ее слова порадовали, больше уточнять никто ничего не стал.

Занятие прошло интересно и плодотворно. Каждый из студентов загорелся идеей получить сильного и красивого помощника. Многие уже заранее начали мечтать. Но магистр Домира осадила мечтателей:

– У вас две сессии впереди. Сначала надо закончить первый курс, пройти практику, а потом уже думать о фамильярах. Отчисленным за неуспеваемость они не полагаются.

– Хороший стимул для учебы, – хихикнула Альёна. Остальные с ней согласились.

Звон колокола означал окончание занятия. Студенты, все ещё находясь под впечатлением, бурно обсуждали возможных питомцев. Кто-то мечтал о большом, красивом, грациозном и магически одаренном звере, кто-то мысленно представлял нечто пушистое, говорливое, умное и образованное, но обязательно наделяющее огромным потенциалом. Более скромные хотели просто друга, самые наглые уже видели себя архимагами с огромным резервом, в перспективе нескончаемым. Поражало другое: некоторые вслух делились представлениями об одних фамильярах, мысленно представляя совсем других. Зачем эта ложь? Я не понимала. Но и спрашивать не торопилась. Как говорил Санир? Такт. Не все можно выносить на всеобщее обозрение. Лучше потом у друзей спрошу, они умные, объяснят.

Перемена пролетела быстро. Никто не услышал звона, созывающего на следующее занятие, так были поглощены обсуждением питомцев. Ни один студент не заметил вошедшую девушку на вид лет семнадцати. Смуглая кожа, острые уши и белоснежные волосы. Дроу. Их внешность обманчива. Преподавателю было явно больше пятидесяти, так как я заметила несколько серёжек в виде паучков. Такие надевали по одному на десятилетие, начиная с двадцати лет. Позже во время урока я в деталях рассмотрела количество сережек. Немного ошиблась, ей под сотню.

– Молчать! – было сказано негромко, но в аудитории воцарилась тишина. На темную эльфийку смотрели кто настороженно, кто удивлённо. Несколько ребят уже открыли рты, но остроухая предупредила. – Не стоит сейчас говорить то, о чем пожалеете в будущем. И хватит разговоров, время не бесконечно. Начнем занятие. Меня зовут магистр Шайалориаль. Как вы уже догадались, я буду преподавать теорию боевой магии. Не всем она будет даваться, но общие понятия и некоторые заклятия вы знать обязаны, особенно основанные на стихийной магии.

Говорила магистр много, объясняла весьма понятно. Больше всего понравилось, что дроу рассказывала то, чего не было в учебниках, делилась заклинаниями, о которых мало знали, но успешно применяли даже те, в ком не было ни крупицы боевой магии.

Несколько практических заданий мы выполнили прямо на уроке. Получилось почти у всех – вот что значит хороший преподаватель. Не было ни заумных речей, ни громоздких пояснений. Все предельно просто и понятно. Нам разжевывали как детям. Но это принесло свои плоды.

Когда перешли к более сложным заклинаниям, магистр Шайалориаль сразу предупредила, что эти практические задания будем отрабатывать только на полигоне, потому что результат при взаимодействии с силой каждого студента мог оказаться не только разным, но и непредсказуемым. А кабинет громить нельзя.

К концу урока преподаватель написала в воздухе формулу, дав домашнее задание, в ходе которого студенты должны были обязательно испытать на полигоне ее взаимодействие с нашей силой и записать результат. Я чувствовала, сегодня все рванут проверять, и тоже захотела увидеть результат.

Лекция подошла к концу. Появился целый час на обед и переодевание. А потом практика по физической подготовке с оружием у нового преподавателя. Альёна потирала руки в предвкушении. Рич с опаской поглядывал то на меня, то на нее, но ничего не говорил. Сокурсники обсуждали дроу, которая некоторым парням весьма понравилась. Теперь они гадали, сколько преподавателю лет на самом деле. И был ли шанс обратить ее внимание на кого-то из студентов.

За обедом тема остроухой продолжилась. Услышали старшие ученики. Конечно, не обошлось без вездесущего Айвека, который, глянув на наших ребят свысока, пренебрежительно бросил:

– Советую выбросить эти мысли из головы. Наша Шайалориаль разменяла вторую сотню лет, на таких, как мы, даже не посмотрит. И до вас желающие были. Такую красотку не пропустишь, но жаль, слишком старая.

– Зачем ты врешь? – равнодушно спросила, обратив взгляды в свою сторону. На лицах некоторых появилось предвкушение. Я пояснила. – Ей не может быть двести лет. Судя по паучкам на ушах, магистр ещё молода по меркам эльфов. Ей нет девяти десятков. У нее и на одном ухе три паучка, и на втором тоже. Это шестьдесят лет. К ним прибавить двадцать, ведь с этого возраста надевается первая серёжка, – получаем восемьдесят.

– Откуда ты знаешь? Я про паучков впервые слышу, – отозвался пятикурсник, у которого снова в руках была книга, – хотя тщательно изучал традиции эльфов, как светлых, так и темных, и вампиров.

– Я намеренно не изучала, но в библиотеке опекунши были энциклопедии о существах мира. Там собраны все особенности каждой расы. В частности определение возраста.

– И что, у вампира или дракона тоже можно установить возраст? – азартно поинтересовалась наша кокетка Силь.

– Да. У вампиров после пятидесяти появляется своеобразная прическа с вкраплением камней. Этому мало придают значения, но на самом деле камень с любым оттенком, кроме алого, – это десятилетие. А вот алый – столетие. С драконами сложнее. Нужно отменное зрение. Так как у них отметины на ногтях. И это могут быть мелкие, почти незаметные глазу, чешуйки, или те же камешки. К сожалению, цветов камней по десятилетиям или столетиям я не знаю, об этом в книге не было сказано. Или я до этого не дошла.

– Ого! Как интересно. А у дриад? Или водяниц? – посыпались вопросы, но тут встал Рич.

– Вы не забыли? У нас сейчас занятие с оружием. Хотите опоздать?

Никто не хотел. Потому быстро закончили обед и начали расходиться, чтобы переодеться. Меня задержал пятикурсник.

– Еллина, а ты не помнишь, как называлась энциклопедия? – спросил и нахмурился. В его мыслях я прочла недоумение, так как даже в самой большой библиотеке Номарана – соседнего королевства с Лайгарией – такого тома не наблюдалось.

– Помню. Энциклопедия Хитвергнара. Но сразу оговорюсь, книге больше трехсот лет. У леди Шарли много древних книг, которые я успела изучить за пять лет.

– Спасибо, – кивнул юноша, который мыслями уже находился не здесь, а далеко за пределами Академии, даже Хайшара.

Сейчас парень думал, как раздобыть эту книгу, и я не стала мешать. Перед нами стояла своя задача, к которой стоило подготовиться.

Переоделась быстро. Преобразовала камшаси из браслета в тот самый «калейдоскоп», как его назвала Альёна, и засунула за пояс в специальное крепление. Правда, оно было рассчитано на жезл, но мне идеально подошло. Не оставила оружие браслетом, чтобы на всякий случай иметь преимущество. Хоть врагов рядом с собой и не видела, но разумная предосторожность никогда не помешает.

Теперь можно было и на занятие. Туда мы отправились втроём. Рич предупредил согруппников, что сегодня боевикам предстоит заниматься не одним. Это было нам на руку. Если родственник темного поможет вычислить нового преподавателя, будет здорово. Втайне лелеяла мысль, что мы все же ошиблись. Тайрэт, конечно, наглый тип, но я не думала, что дойдет до подобного.

Магистр Трауш появился на полигоне одновременно с деканом Грезгором. Судя по виду, они успели пообщаться, но к взаимопониманию явно не пришли. Наш преподаватель был зол, а вот декан явно чему-то радовался и все чаще поглядывал на левую руку учителя.

«Дядя понял, где артефакт. Это перстень», – донеслись до меня мысли Рича.

Пока нас ещё не начали тренировать, я шепнула информацию Альёне. Она кивнула, закусив губу. Появилось предчувствие, что к концу занятия мы точно узнаем, кто перед нами. Если, конечно, затея выгорит.

– Итак, сегодня, как и обещал, начнем тренировки с оружием. У вас есть ровно десять минут, чтобы подобрать его по вкусу, – произнес Трауш. – Кто опоздает, получит минусовой балл. Как вы понимаете, это первая ступень в копилку для отчисления.

Студенты сорвались с места и устремились к столам, на которых вперемешку валялись мечи, кинжалы, посохи и даже жезлы. Мы с Альёной остались стоять.

– А вам особое приглашение нужно? – вкрадчиво уточнил преподаватель.

В этот момент на меня смотрел не только он, но и дядя Рича. Взгляд Трауша будто пытался проникнуть в душу, затянуть в водоворот. Я моргнула, и наваждение исчезло. А вот мысли декана уловила обрывочно.

«Она. Точно она, больше сомнений нет. Какая сила! А вот темные пятна на некоторых потоках мне не нравятся».

Хотелось уточнить, о каких пятнах он говорил, но снова вспомнились слова Санира. Такт. Пусть это и касалось меня, но лучше промолчать. В конце концов, наверняка Рич сообщил о моей менталистике, и декан знал, что я слышала его мысли. И если ничего не пояснял, значит, сильно задумался. Придется молчать, потому что я ещё толком не разобралась, о чем можно было спрашивать, а о чем нет.

– Мы подобрали себе оружие еще вчера, – пояснил Альёна.

Ее ответ не пришелся по вкусу преподавателю. Но даже в такой момент он думал о чем угодно, но не о нас. Это лишний раз доказывало верность теории.

Наконец, все собрались. Опоздавших не оказалось. Нас поделили с расчетом, чтобы один студент был из боевой группы, другой из нашей. Альёна сразу встала в пару с Ричем. Никто не возражал. А вот мне достался сам Трауш. Мужчина просто лучился самодовольством. И надо отдать ему должное, от души повалял меня в песке, отбрасывая все дальше от остальных учеников. Я даже подобраться к преподавателю не смогла. Как и дотянуться до перстня. Под конец занятия мы оказались на дальнем краю полигона. Я ощутила колебания магии. Мозг отстраненно дал подсказку: портал. Кажется, догадка подтвердилась, и меня сейчас пытались украсть.

Затея успехом не увенчалась. Талию обхватили жгуты тьмы Рича и дёрнули в сторону парня. Трауш плюнул на конспирацию и попытался применить магию, исказив лицо от ненависти, которая настолько ослепила мужчину, что он совершил ошибку, забыв о Грезгоре. А вот тот забывать ничего не планировал.

Применив заклинание обездвиживания, сверху накинул сеть, блокирующую магию, ещё и добавил оплетающие путы, дезактивирующие артефакты. Личина сползла. Как и предполагалось, перед нами рычал и скалился лорд Тайрэт. Двигаться мужчина не мог, зато прекрасно сыпал угрозами.

– Не отвлекайтесь, занимайтесь! Вернусь, проверю! – дал задание декан, открывая портал и забирая с собой пленника.

– Все. Теперь тебе точно ничего не угрожает. Можно не волноваться и учиться спокойно, – облегчённо выдохнула Альёна. – Надеюсь, он больше никогда не побеспокоит. Неприятный тип. – Она повела плечами, задумавшись всего на мгновение. И тут же встряхнулась, отгоняя негативные мысли.

– Да я и не волновалась, – пожала плечами. Девчонка махнула рукой.

– А я и не о тебе говорила, а о нас с Ричем, – широко улыбнулась подруга. – Кто-то же должен это делать за тебя.

Подмигнув, она подхватила темного и потащила заниматься. Ко мне в пару встал стихийник. Раз оба преподавателя ушли, двое студентов остались без пары. Рич тренировал Альёну и никого не подпускал к нашей иномирянке. Но и за мной приглядывал.

Стоило магистрам исчезнуть, некоторые пары поменялись. Подошедший юноша широко улыбался, вставая напротив. Парень сообщил, что ему понравились мои полеты. Правда теперь летать пришлось не мне одной, но и ему тоже. Зато занятие получилось плодотворным. Мне указали на ошибки, помогли выбрать удобную позицию для отработки ударов. И теперь я даже могла один раз из десяти достать противника. Для той, кто ни разу не занимался ничем подобным, это стало достижением. О чем меня и уведомили.

– Знаешь, в чем твое преимущество? – задал вопрос в конце занятия мой партнёр по отработке ударов.

– Нет. В чем?

– В холодном разуме. Первое правило боевика: нельзя поддаваться эмоциям. Это прямой путь за Грань. У тебя все движения четкие, выверенные, тебя нельзя вывести из себя, чтобы пробить на ошибку. А ещё, глядя на невозмутимость соперника, враг точно спокойным не останется. С тобой интересно спарринговаться.

– С тобой тоже, – ответила, нисколько не покривив душой. Парень правда многое показал и рассказал, исправил неточности, настроил более удобную для меня позицию. С таким партнёром точно был шанс научиться владеть оружием. Пусть не сразу, но обязательно все получится.

Вернулся Грезгор. Я заметила, как он кивнул Ричу, выставил студентам баллы и отпустил отдыхать. Откуда узнал, чем студенты занимались в момент его отсутствия, так и осталось для многих загадкой. Альёна унеслась с темным к своим артефактам, а я заметила невдалеке Санира с Наиром. Оба явно ждали меня. Махнув рукой друзьям, направилась к парням.

– У тебя неплохо получается, – отозвался наш гений. – А вот мне оружие не даётся.

– Зато у тебя золотые руки, ты можешь то, что другим не под силу, – констатировала факт. – В лабораторию, или пока на свежем воздухе расчетами займёмся? – уточнила, применив заклинание очищения.

На душ времени не было. Заставлять ребят ждать не хотелось, они и так потратили время, пока я была на занятии.

– Можем устроиться около дальнего фонтана, там никто не побеспокоит, – предложил Наир. Возражений не последовало.

Мы нашли отличное место и погрузились в работу. Правда, лекарь, смущаясь, попросил наполнить два артефакта силой, рассказав, что случай в лечебнице был тяжёлым, оба пришлось полностью разрядить, а плановая зарядка ожидалась только через две недели. Но мне было не сложно, я с готовностью влила нужное количество, заставив камни на амулете ярко сиять. Больше не отвлекались. Сначала сцепка рвалась, но Санир сотворил узел и добавил в него немного огня. Дело пошло на лад. Мы даже вывели формулу, опробовать которую Наир загорелся через несколько дней на практике.

– У нас там есть несколько пациентов, доставленных с зачистки кладбища. Некромант новоявленный появился, проснулась сила, он и поднял два кладбища. Наемники едва зачистили. Некоторые пострадали.

– А сам некромант не мог подчистить за собой? – задала вполне закономерный вопрос.

– Он так испугался, что до сих пор не может в себя прийти. Для многих в его роду стала шоком подобная магия. Это потомственные светлые, а тут темный дар. Потому толку от него никакого, – пояснил Наир.

Да уж, такому новоявленному магу можно было только посочувствовать.

– Но с умертвиями справились? – спросил Санир.

– Да, только пострадавших, как и говорил, многовато. Для них требуется куча лечебной магии, – кивнул наш гений. – Артефакты и наше новое заклинание будут кстати.

– Ты, главное, после применения запомни показатели, а ещё лучше запиши соотношения функций исцеления. Надо, что все работали одинаково, – попросила, но Наир и сам собрался обратить на это внимание.

– Если получится, это будет прорыв, – с восторгом заявил юноша.

При этом у него на уме были не деньги и слава, а возможность помочь большему количеству пострадавших.

На сегодня мы закончили. Снова время пролетело слишком быстро, оглянуться не успела. А ведь ещё домашнее задание делать. Нам стали задавать все больше. Пока спасала прекрасная память, многое из задаваемого я успела изучить у герцогини Лорта. А вот дальше, чувствовала, будет сложнее.

Наир попрощался и, прижимая к себе записи как великую драгоценность, умчался в общежитие, мы не спеша побрели к себе. На землю медленно опускались сумерки, в воздухе уже ощущался запах скорой зимы. Фактически она уже наступила, но погода пока радовала относительно теплыми днями.

– Еллина, ты уже решила, с кем пойдешь на бал? – оторвал меня от созерцания природы Санир.

– А надо туда с кем-то идти? Мы вроде втроём собирались. Но можешь присоединиться, если есть желание, – ответила и посмотрела на своего спутника. Он улыбался, разглядывая меня.

– Думаю, Альёне и Ричу будет комфортнее пойти вдвоем, как пара. Тебе пока это сложно понять, но… – он начал говорить осторожно, словно подбирая слова.

Я прервала:

– Не сложно. Альёна объяснила про секс и влечение парней к девушкам. Она много чего говорила, я не все запомнила, но суть уловила.

Парень поперхнулся и слегка закашлялся. Покачал головой. На мой вопросительный взгляд пояснил:

– Знаешь, думал, уже привык к тому, как ты смотришь, как выражаешься, к этой неосведомлённости. Но с каждым разом ты умудряешься меня удивить.

– И что я сейчас не так сказала? – поинтересовалась, чтобы впредь избегать подобных ошибок. Все же многому надо научиться.

– Леди вот так запросто не говорят о сексе. Они намекают, краснеют, подают знаки взглядами, жестами.

– Ты прекрасно знаешь, что краснеть я не умею, с намеками тоже туговато, про знаки вообще молчу. Как и про жесты. Эту науку я вряд ли освою. Ну, или лет через сто, если к тому моменту не верну эмоции и чувства. Без них сложно. Я и так мало в чем разбираюсь, а тут ещё и многого не понимаю и не чувствую. Это усложняет жизнь. Хорошо ещё ты мне сказал про такт. Теперь чужие мысли в разы непонятнее, но я не задаю вопросов, чтобы другие не чувствовали себя неловко.

– Ты учишься и взрослеешь. Постепенно разберёшься. Будет что-то непонятное, можешь задать вопросы мне. По возможности постараюсь на них ответить, – улыбнулся юноша. Я кивнула.

Мы уже подходили к нашему особняку, когда на тропинке показались три девушки. Явно не из наших. Судя по форме, стихийница, некромантка и боевичка. Так как студентки преградили дорогу, нам пришлось остановиться.

– Санир, ты уже нашел пару на бал? А то вроде мне намеки делал, – с вызовом произнесла стихийница, поглядывая на спутниц, а затем на меня с долей злорадства и высокомерия.

– Итра, тебе приснилось? – Санир преобразился. Сейчас рядом со мной стоял надменный и холодный аристократ. – Я не делаю намеков, а всегда говорю то, что хочу сказать. И да, я иду на бал с Еллиной. А сейчас уйдите с дороги.

– Потянуло на глыбу льда? Думаешь, получится разморозить? – хохотнула некромантка. Остальные подхватили реплику смешками.

– Что-то я не припомню, когда наступил момент, обязующий отчитываться перед вами. Ответ на вопрос получили? Свободны! – Юноша не собирался миндальничать, все трое это поняли. Пусть и остались недовольны, но пришлось принять высказанный факт о выборе пары для торжества.

Девчонки поджали губы, сверкнули недовольно глазами, но говорить больше ничего не стали. Молча посторонились, пропуская нас. Правда тишина продлилась недолго.

– Ради любопытства. Как ты вообще можешь общаться с этой замороженной куклой? – Кто задал вопрос, не заметила, да меня это и не волновало.

– Отлично и интересно, в отличие от вас. С Еллиной я действительно общаюсь. А о чем с вами говорить?

Отвечать ни одна не пожелала. И теперь мы больше не останавливались. Вошли в особняк и сразу же отправились в гостиную, где собрался народ. Каждый бурно обсуждал интересную тему. Меня привлекла компания, в которой спорили по поводу матриархата у разных рас. К ним и направились. Это оказалось темой, до которой руки так и не дошли.

Устроившись в кресле, с интересом слушала лекцию старшекурсника об укладе и правлении в некоторых королевствах. Помимо дроу и Хайшара матриархат царил ещё и на востоке. В Белларадии правительницей была весьма жёсткая, эксцентричная дама. Там же разрешались гаремы. Чем больше, тем выше статус леди. У дроу дозволялось иметь помимо одного мужа ещё и официального фаворита. Но только одного. И если у ушастых мужчины вообще не имели права голоса, при этом являясь непревзойдёнными воинами, то в Белларадии, напротив, изнеженные по большей части аристократы даже заседали в совете, но понятия не имели, с какой стороны подступиться к тому же мечу.

И вот вроде я много читала, изучала историю мира, тщательно просматривала карту, но таких нюансов не знала. Видимо, до правления не дошла. Еще волновал вопрос: кто же в Белларадии выступал в качестве воинов-защитников? Видимо, я задала его вслух, потому что ответили сразу несколько студентов.

– Конечно, женщины. О, там такая мощь, грация и красота, что дух захватывает, – ответивший паренек даже языком прищелкнул.

В его мыслях я как раз и увидела образ воительницы: статная, красивая, в короткой расклешенной юбке, жилетке на шнуровке, с ножнами на поясе и мечом за спиной. Выглядела женщина действительно необычно.

– В Хайшаре тоже матриархат, но условия не настолько жёсткие, мужчин никто не притесняет, они имеют равные права с женщинами. Учатся, работают, охраняют границы, вон, заведуют учебным заведением. А наша королева умная и справедливая. С ее уникальной магией к нам никто не станет соваться с войной.

– Понять бы ещё, в чем суть этой магии, – вздохнула Силь и мечтательно закатила глаза.

– Зачем? У тебя все равно такой не будет, – хихикнул наш умница и заучка Симор.

– Помечтать-то можно? – ворчливо огрызнулась девчонка. – Говорят, принц – красавчик, каких поискать. Вот бы с ним познакомиться.

– Тебя бросает из крайности в крайность, – засмеялись другие, наблюдая за кокеткой. – Решила еще и Его высочество очаровать? Так он слишком переборчивый, не так просто будет подступиться.

– Вам откуда знать? – недовольно спросила леди.

– Я знакома с ним, признаться, даже пыталась одно время стать фавориткой, не получилось, – не стала скрывать некромантка.

– Почему? Лицо вроде у тебя приятное. Что же принцу надо? – теперь многих интересовал этот вопрос.

– Не знаю, но предполагаю, мой страх. Видимо, это его уже достало, потому и не пожелал связываться, – вздохнула студентка. – Это сейчас, пообщавшись с носителями истинной тьмы, страх исчез. А тогда… Ай, да что там говорить? Я свой шанс упустила, – досадливо махнула рукой темная.

Эти разговоры меня уже не занимали. Больше ничего интересного не предвиделось, так как девушки перешли на обсуждение принца и упущенных возможностей, я встала и отправилась спать. В последнее время заметила, что уставать начала сильнее. С чем это связано, определить не получалось. А говорить о своем состоянии другим не стала. Они и так волновались по любому поводу, незачем лишний раз тратить нервы. А со своим состоянием я как-нибудь разберусь.

Глава 5

Альёна Мечникова

Как же интересно учиться. Настал момент, когда я радовалась тому, что оказалась в этом мире. Но больше всего душа пела, находясь рядом с Ричем. Иногда накатывала ревность. Я не понимала отношения темного к нашей куколке. Он ее опекал, заботился, смотрел с нежностью. Но при этом я не заметила ни толики недовольства, наблюдая за их встречами с Саниром. Странно. Зато к себе все чаще замечала заинтересованность. Но даже осознание интереса со стороны парня не помогало.

Мы с темным перешли на новый уровень отношений. Теперь поцелуи становились все чаще, чувства росли и крепли. Да и юноша больше не скрывал, насколько я ему нравилась. Но отношение к нашей ледышке не изменилось. Я несколько раз задавала вопросы по поводу куколки, но ответ был неизменным:

– Терпение, милая, придется еще немного подождать. Чтобы раскрыть все тайны, я должен окончательно убедиться в своей правоте.

– И даже не намекнешь? – не желала я сдаваться, в ответ получая отрицательное мотание головой.

– Прости, но нет. Не люблю бросаться догадками, только проверенными фактами, – вышло непреклонно.

Пришлось сменить тему. Я уже успела изучить своего парня: если один раз отказался, никакая сила не убедит изменить мнение.

Мы заговорили о торжестве. Я посмеялась над всеобщим ажиотажем. Неудивительно, но как-то само собой получилось, что на бал мы решили идти вместе. Да и время праздника подкралось незаметно. Хорошо ещё о наряде темный позаботился. Я изредка открывала шкаф и мечтательно поглядывала на платье. Какое же оно красивое и воздушное. У меня ничего подобного никогда не было. В нем я точно буду самой настоящей принцессой.

Сегодня утром проснулась в холодном поту и возбуждённая. А все из-за того, что всю ночь снился Рич. Причем мы не разговоры разговаривали, а занимались более приятными вещами: целовались, обнимались и даже почти дошли до основного блюда, но я проснулась. И сейчас сидела на кровати, тяжко вздыхала, сожалея, что это было не по-настоящему.

Интересно, как бы отреагировал темный, попытайся я его соблазнить? Держался бы? Или поддался? Вначале возникло желание проверить, но позже решила не рисковать, пусть все идет так, как идет; время покажет, насколько далеко зайдут наши отношения. Я так замечталась, что забыла о времени. Подскочила на кровати и тут же рухнула обратно, застонав.

Резко вспомнила, что уже вечером состоится бал, занятий сегодня не было. А нам ещё предстоит собраться, одеться и сделать прически. На часах время завтрака. Подорвалась с места, оделась, умылась и помчалась к Еллине, благо наши комнаты находились почти рядом.

Войдя без стука – это уже вошло в привычку – заметила нашу куколку на полу. Ее обычно бледная кожа стала почти прозрачной. Я испугалась. Подскочила к девчонке, помогая ей встать.

– Ёлочка, что с тобой? Тебе плохо?

– Я не знаю, не понимаю. Уже три недели на меня накатывает слабость, но с каждым разом она становится все сильнее. А сегодня я проснулась с трудом, хотела одеться, а меня будто выключили. Очнулась, рядом ты. А я почему-то на полу, – шелестящий голос Елли стал ещё более безжизненным.

– А сканирование самой себя проводила? Может, лекарю показаться? – Я не на шутку разволновалась.

– Со мной всё отлично, судя по показателям; откуда слабость, я так и не смогла понять, – поведала девушка. – Магия тоже работает исправно.

Помогая подруге встать, довела ее до кровати, а сама позвала Санью и Рича. Была надежда на темного, вдруг он сможет разобраться с происходящим. Но и тот, проведя сканирование, ничего не обнаружил. К кому идти, мы не знали. Тут и Еллина окончательно пришла в себя, сообщив, что все в порядке и больше не стоило волноваться.

– Слушай, Ёлка, а не может твоя слабость быть из-за расхода силы? Ты же и амулеты заряжаешь, и зелья подпитываешь, ещё вроде какое-то заклинание разработали с этим чернявым. А резерв же не бездонный. Да и огонь свой ты использовала? Надоть и его тоже иногда выпускать.

– А ведь Санья прав, – тут же согласился Рич. – После бала займёмся твоей магией огня. Ей обязательно надо дать свободу, прочистить магические каналы. И куда этот твой Санир смотрел?

– А зачем ему куда-то смотреть? Он друг, мы занимались делом. Санир не обязан следить за моей слабостью.

Нашел, кому претензии предъявлять. Наша ледышка не понимала, что такое забота и беспокойство о других. Нет, ей обязательно надо вернуть чувства, может, так девушка постигнет науку жизни. Иначе все останется на уровне непонятных ей слов.

– Друзья всегда замечают малейшие изменения, – поведал Рич и тут же вздохнул, осознав, что тоже ничего не заметил. Вон сколько вины в глазах. – Ладно, вы тут собирайтесь, мы в коридоре подождем.

Ребята вышли, дав нам время собраться. Только Санья перед уходом задорно улыбнулся, подмигнул и выскочил за дверь. А я перевела взгляд на подругу.

Иногда, смотря на нашу Ёлочку, поражалась, как можно быть такой бесчувственно наивной. Чего стоила лекция о сексе. В жизни бы не поверила, что взрослая девушка понятия не имела о взаимоотношениях между полами. Но ведь и правда не имела. Сначала ее рассказ о стонах и попытке помочь обескуражил, потом вызвал приступ хохота, а дальше пришлось провести разъяснительную беседу. Не знаю, что в итоге она поняла, но вроде теперь все было не так плохо. Правда работы предстояло много. Я успела осознать: пусть Еллине было столько же лет, сколько и нам, но по знанию мира и жизни в целом она оказалась хуже пятилетнего ребенка. Нет, устройство мира она знала, но в эмоциях, чувствах, отношениях между парнями и девушками – не просто ноль, а даже минус ноль. Пусть так и не бывает, но, похоже, у меня перед глазами был яркий пример.

Признаться, в первое мгновение тогда решила, что она прикалывалась. Но обескураженность на лице и возмущение от подсунутой книги расставили все на свои места. Интересно, у опекунов она ни разу не видела, как они целовались? Или там тоже все оказалось настолько запущенно, что наблюдать было не за чем. Естественно, уточнять подобные вопросы не стала, мне не было дела до чужих людей. А вот подругой надо было заняться вплотную.

– Ладно, идём завтракать, а потом будем готовиться к балу, – вынесла вердикт я, подхватывая куколку. – Кстати, ты с нами на бал идешь?

– Не с вами. С Саниром, он сказал, что вам с Ричем вдвоем будет комфортнее, да и принято ходить по двое. Да? – большие наивные, но вместе с тем пустые глаза смотрели в упор.

– Не всегда, но в общем, да, – согласилась с ней.

Врать и недоговаривать подруге посчитала неправильным, да и мои мысли для нее секретом не являлись. Уже знала, Елли и хотела бы закрыться, но не могла. Хотя уже давно мне хотелось понять, что она значила для Рича. Это не просто дружба, тут прослеживалась маниакальная забота.

В гостиной царил ажиотаж. Кто бы сомневался? У девушек только и разговоров было, что о бале. Парни закатывали глаза, но молчали. Очень правильно. Посмейся они сейчас над щебетанием девушек, их бы порвали на мелкие лоскутки.

Я окинула взглядом собравшихся. За почти четыре месяца нахождения в Академии ни разу не видела, чтобы кого-то гнобили, унижали или устраивали бойкоты. То ли в наших книгах авторы специально нагнетали атмосферу, то ли мне повезло попасть в комфортную среду обитания. Не спорю, аристократы вели себя порой заносчиво, кривили красивые носики в сторону простолюдинов, но на этом все. Намеренно никто никого не унижал.

– Еллина, а что произошло с нашим новым преподавателем? – обратилась наша любвеобильная Силь к куколке.

– Ничего. Он не тот, за кого себя выдавал. А вы купились на личину. На самом деле мой опекун не такой красавец, – поведала подруга. Сразу стало тихо.

– А при чем тут твой опекун? – пренебрежительно поинтересовался Айвек. Вот кто раздражал со страшной силой.

– Это был он. Хотел похитить меня прямо с урока, – простодушие Ёлочки поражало. Я и восхищалась ею, и жалела.

– А разве защита Академии пропустила незапланированную личину? Об этом же заранее предупреждать надо, – донеслось с другого конца гостиной.

Я бросила взгляд на подругу. Интересно, о чем шла речь? Вот, и Рич, и Елли находились под личиной, но защита не торопилась вмешиваться. А ведь предупредить подруга никого не могла, потому что и сама не знала, что ее внешность не настоящая.

– Видимо, не распознала угрозы – только в этом случае она снимает морок. Не забывай, здесь учится масса студентов под личиной, – с ленцой бросил еще один студент, вроде с четвертого курса.

– Наверное, он смог хорошо солгать, – протянула я.

– Вот гад! – в сердцах обронила Силь. – А он что, не знал, что ты мысли читаешь и можешь запросто вычислить?

– Знал, потому и думал о чем угодно, только не о том, что замыслил, – кивнула подруга. Разговор ничуть не мешал ей есть. – В его голове были учебные планы, какие-то кобылки разряженные, а обо мне ничего.

Секундная заминка. Я и сама едва сдерживалась, чтобы не захохотать. Наверное, только такая наивная душа не смогла соотнести разряженных кобылок с нашими студентками. Вон несколько парней уже ржали и не скрывались.

– Я что-то смешное сказала? – уточнила Елли, пытаясь понять, что так развеселило ребят.

– Елли, не обращай внимания, просто мысли твоего опекуна были как раз о наших красавицах, – шепотом поведала ей.

– Да не было там о них ничего, – возразила подруга. Я вздохнула.

– Разряженные кобылки – это как раз о них высказывание. Иносказательное. Понимаешь?

– Нет. Как можно сравнить девушку с кобылой? – ледышка дернула одним плечом, наверное, у нее это означало досаду.

Подруга осмотрела всех, девчонки хмурились, парни веселились. Но староста не стал дожидаться окончания веселья, задав свой вопрос:

– А что ж сама опекунша не явилась? У колдуньи больше шансов вернуть тебя обратно, – Айвек явно нарывался, но я пока не могла понять, чего он добивался. – Заодно и узнала бы, что же такое она стащила десять лет назад во дворце нашей королевы.

Ага, вот и ответ на вопрос. Этого типа до сих пор беспокоила кража. Что же в ней такого особенного? Почему ей придавали такое значение?

– А тебе покоя не дает этот инцидент? – не сдержала ехидства я. – Надеешься сам найти пропажу и вернуть, чтобы проникнуть во дворец? Таких, как ты, там явно не ждут.

Мои слова разозлили парня, вон как вспыхнул. Я же только ехидно ухмылялась на все его попытки вернуть самообладание. Из присутствующих ни один студент не встал на защиту старосты. Да, авторитет он потерял окончательно.

– Лорд Найвер сказал, она мертва, – раздался в тишине голос Еллины.

Студентам разом перехотелось задавать вопросы. Более того, еда у всех пошла быстрее. Некоторые закончили завтрак и сбежали, а вот к нам с Еллиной подсел любознательный пятикурсник.

– А где сейчас твой опекун? – поинтересовался, явно что-то замыслив. – Говорят, его забрал наш новый декан боевиков?

– Не знаю, вроде его действительно арестовали. А что? – менталистка уставилась в глаза юноши. Я заметила, как он вздрогнул. – Вряд ли твое желание осуществимо. До Лайгарии далеко, к тому же я сомневаюсь, что имею право распоряжаться чужими вещами.

– Но это всего лишь книга, – нахмурился парень. До меня дошло: подруга второй фразой ответила на мысленный вопрос собеседника. – И почему чужими? Если он опекун, то ты имеешь право на имущество.

Наверное, таким и был змей, соблазняющий Еву в Раю. Разница в том, что первая женщина имела чувства, а наша Елли – нет. Потому я не удивилась, что девчонку не проняло.

– Знаешь, я, может, наивная, неприспособленная к жизни, мало что понимающая. Но даже мне ясно: если книга единственная в своем роде, значит, уникальная. Такими не разбрасываются. К тому же не хочу, чтобы меня посчитали воровкой. Это собственность лорда Тайрэта. Да и не уполномочена я дарить чужие вещи. Опекунство не подразумевает наследственность. Значит, если возьму хоть что-то из особняка герцогини Лорта, это будет считаться кражей.

– Почему дарить? Всего лишь дать на время прочитать, – буркнул парень, прекрасно понимая, что проиграл.

– Нет. Это мой последний ответ. Все вопросы к лорду Тайрэту, как только он окажется дома, – от ледяного голоса подруги даже мне стало неуютно.

Пятикурснику явно не понравились слова девушки. Но возражать он не стал. Как и настаивать. Быстро встав, не прощаясь, парень покинул гостиную. Мы тоже задерживаться не планировали.

– Как бы мне хотелось тоже чувствовать и испытывать эмоции, как все вы, – произнесла Ёлочка уже почти у самой двери.

– Мы придумаем, как их вернуть, – добавила я в голос больше уверенности. Та кивнула.

Следующие несколько часов прошли в суматохе, причёсках, макияже. Будь мы только вдвоем, времени бы это заняло меньше, но к нам то и дело забегали студентки, каждой то зелье для цвета лица было необходимо, то устранить выскочивший прыщ, то покраснение с шеи убрать, возникшее наверняка из-за аллергии на какой-то ингредиент.

Как же я смеялась. Студентки явно рассчитывали застать нашу куколку одну, нарваться на халяву, но стоило услышать заветное: «Ёлочка, нужна твоя помощь», как Санья возникал словно черт из табакерки. Руки в бока, взгляд строгий.

– Правила знаете?

Выходило настолько комично, что не я одна ухохатывалась. Зато сборы проходили весело. Мы друг дружке сделали прически, точнее, заготовки для причесок. В этом мире не было бигуди, но нашлись палочки, похожие на спиральки, на которые и накрутили локоны. Затем нанесли лёгкий макияж. А вот платья решили надеть уже после обеда. Там тоже не обошлось без курьёзов. Всех парней заставили быстро пообедать и покинуть гостиную, чтобы раньше времени не узрели красоту. Ага, окосели бы, наверное. Но те даже спорить не стали. Какие, однако, у нас были покладистые мальчики. Даже Айвек впервые промолчал.

Лично я не понимала, зачем понадобилось выгонять ребят. И не я одна. Еллина даже таиться не стала, тут же спросила:

– А чем вам парни помешали? Зачем такая таинственность?

– Елли, понимаешь, мы в полуобразе. Это травма для психики парней. Прически не до конца оформлены, у некоторых волосы торчат в разные стороны, так как держатся на магии, спиральки в волосах не для слабонервных, красота до конца не наведена. А маски для лица? Это же кошмар. Парни привыкли видеть девушек всегда свежими и красивыми. А как достигается такая красота – им невдомек. Пусть и дальше заблуждаются. Нельзя нас таких видеть, – пояснила некромантка Тимьяна.

Я видела, что Еллина мало поняла, но решила потом уточнить отдельно. А пока обед и завершающие штрихи. Платья сели так, словно с нас снимали мерки. Честно говоря, я на несколько минут зависла перед зеркалом. Там отображалась настоящая принцесса. В первое мгновение даже не могла поверить, что это я. Про Еллину и говорить нечего. Она и в обычной форме напоминала красивую бездушную куколку, сейчас же от подруги невозможно было оторвать взгляда. Бедный Санир, я ему даже посочувствовала. К такой красоте и прикоснуться страшно, вдруг разобьётся.

Мысли прервал стук в дверь. Первым, не дожидаясь приглашения, заглянул Санья. Проверил, в каком мы виде, выпучил глаза от восторга, едва не упав, только после этого резко выдохнул:

– Ух ты! Девчонки, а вас не украдут таких прекрасных?

– Надеюсь, нет, ведь рядом будут хорошие защитники, – засмеялась, радуясь реакции не только маленького помощника, но и вошедшего Рича. Его глаза засветились от восторга. Парень протянул мне руку.

– Готова? Можем идти?

– А Еллина? – Я не могла оставить подругу одну.

– За ней сейчас Санир придет, – поведал темный.

Кивнув, оглянулась на куколку.

– Идите, я подожду своего спутника, – бросила Ёлочка.

С Саниром встретились на лестнице, он как раз поднимался за Елли. Теперь я могла с чистой совестью отправляться на бал. К тому же чувствовала себя просто королевой, мне нравились взгляды, которые бросали парни. Я и сама с удовольствием рассматривала студентов, разом преобразившихся в утонченных аристократов. Даже простолюдинов оказалось сложно вычислить, настолько они вошли в образы, чтобы меньше отличаться от лордов и леди.

Бал проходил в огромном зале, где мы тренировались в дождливую погоду. Сейчас его было не узнать. Разукрашен, расписан красивыми узорами в виде птиц, рун, снежных завитушек, огненных всполохов. Посмотреть определенно было на что. К нам не торопились подходить: всё-таки многие Рича до сих пор опасались. Правда, не все.

Одна парочка все же приблизилась. Девчонка откровенно пыталась флиртовать с темным. Ее не смущал даже спутник рядом, который сохранял бесстрастное выражение на лице.

– Рич, надеюсь, мы потанцуем? В этой малости ты мне не откажешь?

– Софи, я намеревался этот вечер посвятить своей девушке, другие в мои планы не входят. Да и ты со спутником. Тебя это не смущает?

– Нисколько. Он не против хорошо повеселиться на празднике, – пропела девушка, томно облизнув губы. Я начала злиться.

– Меня на разнообразие не тянет. Я пришел со своей девушкой, на этом все, – категорично заявил темный.

Дожидаться ответного высказывания не стали, поторопились ретироваться. Я заметила: пока эта Софи усиленно строила глазки моему парню, ее собственный едва не раздевал меня глазами. Его интерес осел на коже липкой и противной пленкой. На миг даже мелькнуло подозрение, что именно эту парочку мы слышали тогда в саду. Жаль, проверить не представилось возможным.

Мы приблизились к столу с напитками. Алкоголь для магов был запрещен, так как магия могла выйти из-под контроля. Об этом все знали и не роптали, прекрасно обходясь лимонадом. Держа в руках бокал с прохладным напитком, хотела сделать глоток, но в нос ударил горьковатый запах полыни. Нахмурилась и отставила стакан, даже не попробовав.

– Что такое? Не понравился вкус? – насторожился Рич.

– Откуда в лимонаде полынь? Ее здесь явно не должно быть, – отчеканила и сама забрала у юноши его бокал. – Нечего пить всякую гадость. Надо найти кого-то из магистров, пусть проверят, что внутри. Не нравится мне такая шутка.

Я осталась возле стола, чтобы предупредить студентов, страдающих жаждой, а темный скрылся в толпе в поисках магистра. Наивная, я надеялась, что обойдется без конфликтов. Но куда там? Подошла компания, кажется, третьекурсников, которая во чтобы то ни стало вознамерилась попить. И сколько ни объясняла, что это могло быть опасно, меня не послушали. Бережно отодвинули в сторону, подарили белоснежные улыбки и потянулись к лимонаду.

Из пяти существ двое оказались самыми разумными. Они все же отказались пить то, в чем ощущалась горечь. Остальные проявили упорство и едва ли не залпом осушили бокалы. Выждав некоторое время, самый говорливый подмигнул мне и заметил:

– Ну вот, красавица, а ты волновалась. Ничего же не случилось. Идём лучше танцевать? Нечего киснуть в одиночестве.

– Нет, я подожду своего спутника, – ответила миролюбиво, но категорично.

Меня не услышали.

– Никуда спутник не денется, да и я тебя всего лишь на танец зову, а не в койку, – сказал и сам посмеялся.

Постепенно смешливость с юноши сходила, на ее место медленно заступала агрессия. Я настороженно поглядывала на бочонок, откуда сейчас ещё несколько студентов набрали лимонад. Где же Рич? Если эта гадость меняла восприятие, то скоро в зале окажется куча агрессивно настроенных нелюдей.

– Ну? Мне долго ждать? – В глазах парня заискрили алые всполохи.

– Хрод, ты чего разошелся? Отпусти Альёну, – голос Санира, спокойный и в то же время властный, раздался позади.

Украдкой вздохнула от облегчения.

– Нир, топай дальше. А я хочу танцевать с этой девкой. И буду с ней танцевать! – заартачился юноша, сильнее сжимая мою руку. Казалось, без синяка не обойдется.

– Нет, не будешь, – никакой взволнованности, щелчок пальцев, и Хрода, приподняв, отнесло в другой конец зала, заключив в воздушный кокон. – Это чтобы он ни себе, ни другим не причинил вреда, – пояснил Санир, заметив мой взгляд. – Что произошло? Впервые вижу агрессивного бытовика. Он же вечно улыбается и сыплет шутками. А тут вдруг…

– Я предупреждала, что лимонад пить нельзя, в нем что-то горькое подмешано. Рич ушел искать магистров. Я отговаривала ребят пить эту гадость, но никто не послушал, – покачала головой, заметив, наконец, своего темного в компании с Грезгором. Облегчённо выдохнула.

Нас отправили развлекаться, а декан тут же опустил в бочонок артефакт. Что собирался делать дальше, так и не узнала, меня пригласили на танец. Разве я упущу возможность лишний раз пообниматься с интересным парнем? Нет, конечно. А с проблемой пусть разбираются компетентные нелюди. В круг встали и другие пары. Я даже с удивлением отметила нашу Ёлочку, которую пригласил Санир. Надо сказать, куколка двигалась грациозно, ни разу не сбившись, будто каждый день танцевала. Я восхитилась и немного позавидовала такой грации. А потом перевела взгляд на Рича – и пропала.

Казалось, не существовало больше никого, только он и я. Чарующая музыка добавляла таинственности и антуража. Пропали все звуки, осталось только наше дыхание, одно на двоих. Я смотрела в глаза юноши и видела там отражение собственных чувств, обещание и что-то еще, понять пока не удалось.

* * *

Санья

Я знал, что наши девчонки красавицы, но увидеть обеих в таких потрясающих платьях не ожидал. Обе мгновенно изменились. И если Альёна походила на принцессу, то Еллина казалась истинной королевой. Грация, повадки, манера держать голову. До недавнего времени я посмеивался над такими эпитетами и сравнениями, а увидев собственными глазами, разом сообразил, что это значило. Представив реакцию парней, хихикнул. Если Рич уже вроде как официально являлся парнем землянки (я видел, как они целовались, хоть и не собирался подглядывать), то Санир играл в дружбу с нашей куколкой. Ничего другого все равно предложить не смог бы. Но от меня его интерес не скрылся.

Прокравшись к двери, встал так, чтобы увидеть реакцию старшекурсника. Потрясение и замешательство темненького подопечного уже видел, осталось посмотреть на эту картинку. И не прогадал. Вошедший Санир застыл на пороге истуканом, во все глаза рассматривая Ёлочку. Та спокойно стояла и ждала, пока ее позовут.

– Я потрясен, – выдохнул парень.

– Я так и поняла, потому что потерялась в ворохе твоих мыслей. Идём? Альёна с Ричем уже ушли.

Хлопнул по лбу. Ну кто ж говорит в такой момент о мыслях? Эх! Учить ещё нашу куколку и учить. Главное, ей про такт рассказали уже, теперь девчонка не выдает чужие мысли на всеобщее обозрение. Надеюсь, со временем разберётся, что вообще можно говорить, а чего нельзя.

Проводив парочку на бал, заскочил к друзьям. Мы решили тоже устроить себе праздник. Пока хозяева развлекались, комендант ушел смотреть за студентами, мы созвали остальных слуг и воспользовались накрытыми в гостиной столами. Тони где-то раздобыл кристалл с музыкой, ребята магически сотворили приглушенную атмосферу, разлили в бокалы морс. И началось наше собственное торжество с танцами и разговорами за жизнь.

Кто-то из друзей проговорился о нашей встрече с ректором, что стало поводом для зависти. Марса, для служанки слишком высокомерная девица, раньше никогда ни с кем не общалась. Не только я оказался удивлен ее приходу. Но именно сейчас девушка первая завела разговор о магии, о наших занятиях и практических уроках на полигоне. Пыталась упрекнуть, но пока никто не понял, в чём именно. Наконец, ткнув в меня пальцем, заявила:

– Ты вносишь разлад в наши ряды. Зачем даришь надежду там, где это бессмысленно?

– Я тебя не понимаю, – признался, глянув на друзей. Они выглядели не менее ошеломленными.

– Не понимаешь? Да куда ж тебе? Ты за свою короткую жизнь служил кому-нибудь? Нет. Потому и не знаешь, насколько сложно, потеряв доверие хозяина, найти другую работу. А теперь представь, что сделают с ними их лорды и леди, когда узнают о желании поступать? – напирала Марса. Я улыбнулся.

– Порадуются за одаренного слугу. Любой хозяин отдаст предпочтение помощнику-магу, чем необразованному, нерасторопному и неотесанному слуге. И если ты сейчас начнёшь возражать, все равно никто не поверит. И, знаешь, Марса, скажи-ка лучше сразу, чего пытаешься добиться?

Девчонка запыхтела, с надеждой и ожиданием глянула на других, но все ждали ее ответа. Потому что пока все находящиеся здесь до сих пор не понимали претензий.

– Я пытаюсь предостеречь таких, как я, от ошибки. Ты ведёшь себя вольно, хозяева тебе многое позволяют, другие смотрят на это и завидуют. Может, не знаешь, но именно с таких незначительных фактов начинается бунт.

Опешил не я один. Вон как у остальных ребят челюсть упала. А Тони аж головой мотнул и высказался за всех разом, ему определенно не понравилась тема, поднятая девушкой:

– Марса, я не знаю, откуда такие мысли, но ты несёшь полный бред. Хозяева, как и слуги, разные. Отношения между ними тоже. Я вольнонаемный слуга, но это не мешает моему лорду относиться ко мне в достаточной мере справедливо. Да, мне нравятся подопечные Саньи, в их компании, скорее, он главнее, чем его лорд и леди. Но я лично такому не завидую, потому что осознаю: моего ума не хватит придумывать то, что творит Санья ради подопечной. Поэтому тут каждому свое.

Другие высказались в таком же ключе. Марса выслушала всех, обвинила непонятно в чем, кинула угрозу-предупреждение и ушла к себе, не пожелав остаться с нами. А до меня дошло: это была элементарная зависть. Ну и ладно. Наш праздник продолжился.

Правда, через пару часов пришлось отвлечься, с улицы стали доноситься крики, споры, даже послышался лязг оружия. И не я один их уловил. Накинув верхнюю одежду, выскочили из особняка.

– Что тут происходит? Они напились? – потрясенно уставилась на студентов Ри.

– Вряд ли, скорее, какого-то зелья обожрались, они же неадекватны, – прошептала, кажется, Ирта.

– Мать честная, что это с ними? – ахнула Линла, глядя, как раздувало одного из студентов, он махал мечом, будто отбиваясь от невидимого чудовища.

Следом за первым выскочил второй. Через секунду показалась и девчонка, которая хохотала, тыча пальцем перед собой, из ее горла раздавались нечленораздельные непонятные звуки. Из нас всех Тони сориентировался первым. Мгновенно вызвал корни и оплел ими троих невсебешных студентов. Дальше в дело вступили девчонки: создали три пузыря, внутрь которых поместили бедолаг. Это замедлило раздутие тела. Я наполнил пузыри воздухом, чтобы они там не задохнулись. Что делать дальше, понятия не имел.

– Санья, беги в зал, найди кого-нибудь и сообщи о проблеме. Долго мы их не удержим, силы не те. У нас и это получилось, наверное, от страха, – попросил Тони.

И я помчался в здание. Повезло: даже не добежав до зала, врезался в дяденьку в мантии, наверняка являющегося преподом.

– Пожар? Убийство? Наводнение? Ты кто такой? – спокойно спросил мужчина, приподняв меня за ворот рубашки.

– Санья я. Поставьте на пол, дело срочное, – потребовал, разом забыв, с кем разговаривал, где и в каком статусе находился. Передо мной стояла цель – спасти тех студентов.

– И что за дело? – меня отпустили.

Теперь преподаватель присел на корточки передо мной.

– На улице трое студентов, они наверняка не в себе. Двое сражаются с невидимками, их раздувает, третья хохочет, не умолкая, видя перед собой явно галлюцинации. Мы поместили их в водные сферы, добавив воздуха и спеленав корнями, но надолго этого не хватит. У нас не так много сил.

Отрапортовал быстро и бодро, полностью перейдя на нормальный язык. Все же простонародный до сих пор давался тяжеловато. Всего один пристальный взгляд, и дядька кивнул.

– Веди! – слова приняли всерьез, никакого сомнения.

Я собрался бежать обратно, но услышал:

– Санья? Тоже хочешь на бал? Идём, проведу, – в коридоре появилась Альёна. Пришлось мотнуть головой.

– Не, не до праздника нынче, там студентам шибко плохо.

– Тогда я с вами, – вмиг стала серьезной Альёна и, прикрыв глаза, скорее всего, позвала Еллину.

Интересно, дойдет до куколки такой зов? Она, конечно, сильная менталистка, но расстояние тоже должно играть роль. Сам не заметил, как затаил дыхание, и резко выдохнул, стоило в дверях показаться нашей Елли. Дошел. Надо же. Все сразу выскочили. Видимо, сила девушки росла. Глядишь, к концу года сможет улавливать мысли издалека. И тут уже я не знал, то ли сочувствовать, то ли восхищаться.

– А вам тут что надо? – строго вопросил магистр. Рич прищелкнул языком. – Вернитесь в зал и не путайтесь под ногами.

– Грезгор, не ворчи, лучше расскажи, что происходит? Санья, а ты чего здесь? Что-то случилось?

– Да. Студентам плохо, надо торопиться, – вместо меня ответила куколка. – Работы сегодня предстоит много.

– Это наверняка из-за того лимонада, – буркнула мрачно Альёна. – Говорила же не пить, так нет, все умные.

Больше время терять не стали. Появились вовремя. Пузырь лопнул, мои друзья осели на землю, наверняка ощутив перерасход сил, а студентов начало трясти. Тут-то мы и увидели дар Ёлочки во всей красе. Ей хватало прикосновения, чтобы эти нарики засветились, а потом мгновенно окосели и погрузились в сон. Вышедшие из портала лекари левитацией отправили бедолаг в лазарет. Вторая команда ушла в зал. А третья двинулась по тропинке вокруг учебного здания. Там тоже ощущались болезные, если судить по направлению взгляда Еллины. Она принюхивалась, вертела головой, наверняка размышляя, в какую сторону отправиться.

– Это из-за той дряни в бочонке? Теперь остальные тоже поведут себя неадекватно? – схватилась за голову вышедшая на улицу студентка, которую немного трясло и покачивало из стороны в сторону.

– Ты тоже пила? – строго спросила иномирянка, в этот момент Рич прижал ее к себе.

– Да… Нет… Не помню… Кружится все и… Ой, меня сейчас…

Бедолага только и успела отбежать на несколько шагов, где ее рвало со страшной силой. К ней присоединилось еще несколько любителей лимонада. Как успел понять, кто-то добавил в напиток некую гадость, дающую именно такой эффект.

– Придется вам подежурить и понаблюдать, раз уж вызвались помогать, – высказался преподаватель. – Нельзя, чтобы ситуация вышла из-под контроля. А шутника, добавившего в лимонад «болтливую веселушку», я найду и объясню, почему нельзя смешивать этот порошок с газированным напитком.

– А почему нельзя? – вопрос вырвался, прежде чем я сообразил, где и с кем находился.

– Потому что газы меняют текстуру порошка. Вместо обычного веселья и излишней болтливости на выходе получаем раздутие, а за ним смерть. Именно это едва не произошло со студентами. Вы вовремя успели. Кстати, а вы как здесь оказались? – в темноте глаза магистра засветились. Жуткое зрелище.

– Грезгор, это наш с Еллиной и Альёной помощник. Оставь подозрения при себе, – тихо, но требовательно выдал темный.

– Так бы сразу и сказал, – показалось или этот дядька выдохнул от облегчения? – А то я уже целую цепочку заговора выстроил.

– Какого заговора? – не сдержала любопытства Еллина. И тут же, не дожидаясь ответа, задала ещё один вопрос. – При чем здесь разная речь? Какое имеет значение, кто как говорит. Разве на этом основании могут строиться подозрения?

Пока магистр закатывал глаза от допроса нашей куколки, я поторопился сам объяснить:

– Ёлочка, ты же слышала, как я разговариваю? У слуги-простолюдина просто не может быть правильной речи. Я два года учил простонародный язык. Но когда искал хоть кого-то, чтобы доложить о студентах, стало не до маскировки. Пришлось быстро и четко изложить проблему. Понимаешь? А потом с Альёной уже применил другие словечки. Это и вызвало подозрения.

– Какая кому разница, кто как разговаривает? От произношения существо станет лучше или хуже? – вопросы куколки не раз многих ставили в тупик.

Вот и сейчас все зависли. Но первым сориентировался Санир:

– Оно останется самим собой. Смотрят на душу, а не на умение говорить. Но бывают ситуации, вот как сейчас, когда малейшее несоответствие вызывает подозрение. Но раз все разъяснилось, надо проверить правый коридор, вроде туда направились несколько студентов, выпивших злосчастный лимонад.

– Кстати, вы хорошо проверили напиток? Такое чувство, что там было еще что-то, – произнесла Елли.

– С чего такие мысли? Ты же даже не подходила к бочке, – удивился дядька в мантии.

– Я слышала мысли тех, кто пил газировку. Помимо горечи был еще какой-то компонент, который обозвали эклиртом, он дает не только свежесть, но и легкий дурман, – пояснила ледышка.

Выдав ругательство, магистр мгновенно сорвался с места и, раздав ребятам указания, тут же исчез. А мы остались. Хотелось бы узнать, что за гадость так напугала преподавателя. Но вряд ли он сам об этом расскажет, придется потом у подопечных поинтересоваться.

Студенты, вываливающиеся на улицу и орошающие землю содержимым желудка, тут же были экстренно вылечены Еллиной. Моих товарищей она тоже восстановила; теперь ребята участвовали в чистке пострадавших, пока снова не вымотались. Нас поблагодарили, помогли добраться до особняка, который благо находился недалеко. Пришедший лекарь-магистр влил в рот каждому зелье восстановления и, оставив нас отдыхать, подопечные ушли творить добро.

– Вот вам и практика, не все же студентам практиковаться, – вырвалось у меня, заставив ребят улыбнуться. Еще бы, когда б нам еще представился шанс проявить себя.

Мы еще немного посидели в гостиной, ожидая, пока зелье подействует, попутно рассказывая остальным о наших подвигах, а потом отправились спать. Что-то подсказывало, до утра мы своих лордов и леди не увидим. Было бы во мне больше силы, я бы самый первый помчался помогать, а так приходилось ждать. И я не ошибся.

* * *

Еллина Лорта

Ночь выдалась сложная. Моя сила либо выросла, либо работала на полную мощность в экстренной ситуации. Иначе не могла объяснить факт, что прекрасно слышала мысли людей, находящихся далеко. Зачастую это происходило, когда кто-то звал на помощь, но сути это не меняло. Мы неслись туда, откуда шел зов. Санир и еще несколько студентов сопровождали меня, помогая нуждающимся. Надо сказать, бестолковых, решивших попробовать эту гадость, оказалось не слишком много. Все же большая часть учеников быстро соображала и понимала правила. Будь все иначе, страшно предположить, к каким последствиям привела бы глупая шутка.

Пока не понимала, что в моих словах могло так напугать декана боевиков. И почему-то в его мыслях не смогла найти ответа. А сам мужчина ничего не пожелал объяснять, просто сбежал.

После отправки в лазарет первых пострадавших за мной прибежал Наир. Парень был обеспокоен не на шутку. Сообщил, что несколько студентов находились при смерти, так как пошла неправильная реакция. Их магические каналы разрушались, магия всплесками уходила в пространство. Пришлось идти с ним, чтобы проверить, в чем дело. Нет, наши лекари были профессионалами, но не смогли понять причину, ведь всю гадость из организмов вывели, а разрушения не останавливались. Признаться, я сама не понимала, чего они хотели от первокурсницы, которая мало что знала. Или все дело было в магии жизни?

Санир отправился со мной. Альёна с Ричем и еще несколько учеников с разных курсов, вместе с магистром Грезгором, продолжили устранять последствия опасной шутки. Может, это была совсем не шутка? Иномирянка назвала такое действо намеренной провокацией. Но на что надеялись зачинщики и чего добивались, было непонятно.

– Всего за пятнадцать минут, пока я тебя искал, стало намного хуже, – схватился за голову наш гений. Он был вне себя от ощущения беспомощности. Сложно, когда понимаешь, что не можешь помочь. – Им ничего не помогает. Восстанавливающее зелье не впитывается, ранозаживляющее не дает эффекта, потому что ран мало. Видимо, они появились от падений. Мы даже давали экспериментальный образец, антидот от любой гадости, но и он не действует. Я уже просто не понимаю, что делать. И вообще, что с ними?

Я медленно обошла четыре палаты, в которых на кроватях лежали бессознательные студенты, проверила каждого, но ничего не обнаружила. Все оказалось именно так, как и говорил Наир. Но почему тогда они не приходили в себя? Остановилась и задумалась, вспоминая все, о чем читала в книгах по колдовству леди Шарли. На периферии зрения уловила какое-то движение на одной из пострадавших. Показалось? Подошла ближе, прислушалась и присмотрелась. Вряд ли мне могло померещиться. Тут явно нечто… Вот снова. Будто кожа в нескольких местах вздулась и снова пришла в норму.

Встала над девушкой, чья кожа в данный момент посерела, глаза закатились, скулы заострились, как у покойника. Провела рукой над ее телом, вызвав свет. Нахмурилась, ничего не понимая. Все жизненные показатели были в норме. Ни отравы, ни посторонних примесей в организме тоже не наблюдалось. Но тогда что с ней? Магический взгляд тоже ничего не дал. Я коснулась ее головы и едва не застонала от острой боли, пронзившей руку.

– Еллина, что происходит? – забеспокоился Санир, уловив, как я дернулась.

– Я пока не знаю, но касаться больно, словно что-то жалит изнутри.

– Жалит? Похоже на проклятие. Но почему мы его не видим? – забегал вокруг меня взволнованный Наир.

– Помолчи, пожалуйста, мне нужна абсолютная тишина, – попросила и сосредоточилась.

В наступившей тишине ощутила лёгкий, едва слышный звук. Он доносился не то из головы девчонки, не то где-то рядом, но я поняла, что это такое. Шорох. Словно сороконожка ползла, перебирая лапами. Так передвигались насекомые. Простому человеку их не услышать, но я применила магию, потому… Моя рука переместилась. Свет из нее стал ярче. Теперь до слуха донёсся неприятный писк. Подставив ладонь, сотворила, как говорила иномирянка, магнит. А через пару секунд из уха пострадавшей выползла гусеница, которую будто неведомая сила тащила к моей руке.

Получается, мне не показалось: то вздутие кожи являлось следствием передвижения насекомого под кожей пострадавшей. Скорее всего, в этом и заключалась причина бессознательности пациентов. Так ли это, пусть наш гений разбирается, он знал то, о чем не успела еще узнать я.

Наир мгновенно сориентировался. Подставил ёмкость, пинцетом стряхнул в нее насекомое и плотно закрыл крышку. Девушка рвано выдохнула и попыталась открыть глаза. Кожа принимала нормальный цвет лица.

– Что это за гадость? – скривился от отвращения Санир.

– Я могу только предполагать, хотя всего один раз читал о подобном, но ни разу не сталкивался, – произнес Наир, рассматривая ёмкость и ее содержимое на свету. – Это граувита. Искусно выведенный накопитель магии. Можно сказать, своеобразное проклятие. Его цель – собрать больше силы, а потом отдать хозяину.

– Каким образом? – вмиг подобрался мой друг.

– Не знаю, установки для всех разные. Но, думаю, не ошибусь, если предположу, что порталом. После полного насыщения чужой магией эту гадость должно было перенести в нужное место. Притянуть к хозяину.

– С остальными, как я понимаю, та же ситуация? – задала вопрос, хотя ответ уже и сама предположила.

– Думаю, да. Надо поторопиться и собрать всех граувит, пока не нанесли непоправимый урон студентам. Если эта гадость выпьет магию полностью, восстановиться уже никто не сможет.

– А вернуть отнятое разве нельзя? – удивился Санир. Лекарь развел руки в стороны.

– Ничего не могу сказать, потому что, как и говорил, ни разу не сталкивался с подобным, даже не слышал. А когда читал, не обратил внимания. Это запрещенный ритуал, который лучше обходить стороной, здоровее будешь. Да и в Академии подобное не преподают. Считалось, подобная гадость давно утеряна. А она вон, пожалуйста, сидит себе и пьет магию студентов, – слова прозвучали зло, ведь парень наверняка успел записать себя в неудачники, так как не смог определить причину смертельного состояния пациентов.

– А вот если бы изучил эту тему, мы сейчас бы знали, чего ожидать и в какую сторону двигаться, – покачал головой брюнет. На это Наир ничего не ответил.

До утра мы занимались вытаскиванием насекомых из пострадавших. Я не понимала, откуда у «шутника» столько граувит и как он смог запустить их в учеников. На эти вопросы ответил Грезгор, появившийся вместе с магистром Дорином.

– Это собрали у пострадавших, – отчитался Наир, вручая несколько ёмкостей мужчине. Я сидела, привалившись к стене, не чувствуя собственного тела от усталости.

– Шутника не нашли? – уточнил Санир у преподавателей.

– Нет, но с этой гадостью мы теперь сможем вычислить его довольно быстро, – губы лорда Дорина сложились скорее в оскал, чем в усмешку.

– А как они вообще попали в тело ребят? – это я хотела узнать, чтобы прояснить несколько моментов.

– Через напиток. Порошок «болтливая веселушка» имел сюрприз. Помнишь, ты сказала еще об одном компоненте? Это был проводник для проклятия. Я решил выяснить, для какого именно. Но даже в страшном сне не мог предположить, что это окажутся грыхтовы граувиты. Порошок вместе с добавкой намеренно всыпали в газированный напиток, так как именно с помощью газа искринка граувиты попадает в организм мага незамеченной. Ей надо около часа, чтобы начать расти и собирать силу. Это запрещённое колдовство, и я думал, сведения о нем давно сожгли. Оказывается, кто-то все же нашел упоминание и решил применить эту гадость, – несмотря на ровный тон, я ощутила исходящую от лорда Грезгора ярость.

– А для чего оно вообще? Все равно столько силы один маг впитать не сможет, – задумчиво произнес Санир.

– К сожалению, сможет, если и дальше будет действовать согласно ритуалу. Конечной целью является высшая степень архимагов. Причем даже слабосилок после него сможет смело идти покорять мир, сил хватит, ещё и останется, – магистр Дорин сжимал кулаки. – Когда-то один безумный маг похищал одаренных и проводил над ними эксперименты. Так и вывел этот сорт искусственных накопителей, которые потом выпивал, попутно прокачивая собственный резерв. Маг настолько уверовал в свои силы, что расслабился, обнаглел и полностью утратил помимо человеческого облика еще и осторожность. Благодаря этому его смогли нейтрализовать, а результаты безумия сожгли и стерли с лица земли.

– И как тогда кому-то удалось отыскать сведения о накопителе силы? – спросила я, с трудом удерживая глаза открытыми.

– Это нам и предстоит выяснить, – отозвался декан боевиков.

– Это может быть потомок того безумца, упоминание наверняка осталось в одном из его дневников, которые в тот момент находились в другом месте, – предположил Санир.

– Хорошая версия, ее определенно стоит проверить, – теперь оба преподавателя переглянулись.

– Получается, целью шутника была чужая сила. Он пожелал стать всесильным, – сделала вывод я, в ответ получив два кивка от учителей. – И его совершенно не волновала чужая жизнь, – тоже не вопрос, а констатация факта.

– Что-то мне подсказывает, на этом он не остановится, – покачал головой Наир. – Неудача его разозлит, но и раззадорит.

– Я надеюсь, мы найдем его раньше, – жёстко отозвался декан боевиков. А в следующее мгновение перед ним завис вестник. – Вот шрархи драные! – в сердцах выругался мужчина и тут же виновато глянул на меня. Я махнула рукой. И не такое слышала. – Лорд Тайрэт сбежал, – просветили меня.

– Каким образом? Разве вы его не лишили магии? – уточнила, просчитывая, чем побег опекуна мог грозить лично мне.

– Лишили, но не учли перстень, меняющий облик, благодаря которому герцог превратился в птицу и вылетел через решетку окна. Я-то решил, что артефакт меняет обличья, а оказалось, и сущность тоже. И где его теперь искать?

– Сам найдется. Он же, скорее всего, предпримет ещё одну попытку добраться до меня. – Я верила в то, что говорила. Опекун был слишком упорным: если ставил перед собой цель, шел к ней напролом, несмотря на преграды в виде чужих жизней.

– Или одумается и вернётся к себе, здоровее будет, – в голосе Грезгора звучали сталь и предвкушение. Но я не стала заострять на этом внимания. Хотелось спать, глаза просто закрывались, возникла мысль прикорнуть здесь на кушетке в лазарете.

– Все, студенты, отдыхайте, вы слишком измотаны, а нам пора ловить шутника, – поставил точку в разговоре лорд Дорин.

Я уже открыла рот, чтобы попросить место для сна, как Санир подхватил меня на руки. Ни возразить, ни что-либо уточнить не успела, сам пояснил:

– Слишком много сил потратила, на ногах не держишься, поэтому я донесу тебя до комнаты.

Кивнула и положила голову на плечо парня. Мы ещё даже лазарет не покинули, а я уже уплывала в сон. Звуки теперь шли фоном, а потом и вовсе исчезли.

* * *

Рич

Кажется, я влюбился. Поцелуи с Альёной перевернули многое в душе. И вроде бесчисленное количество раз целовался, но никогда не придавал этому действу особого значения. А тут, словно мозги разом в кашу превратились. И на очередной боевке Грезгор сразу это заметил. Сначала посмеивался, а потом уточнил:

– И кто она? Хотя, нет, не отвечай, сам угадаю. Иномирянка.

– Да ты просто гений дедукции, – фальшиво изумился. – Тут и прорицателем не надо быть, мы всегда вместе.

– Родители знают?

– Да, я говорил о своем интересе. Летом представлю ее родным, надеюсь, ты сбегать не собираешься? – зная дядю, смело предположил, что он найдет кучу дел, лишь бы не исполнять свои обязанности.

– Шутишь? Как я могу пропустить встречу своей сестры и ее мужа с нашей куколкой, – хохотнул родственник.

– А еще с тебя хоть одна идея, как вернуть ее чувства, – высказался, подняв указательный палец вверх. Дядя кивнул.

– Идея есть: самый простой способ – отвести ее к алтарю рода. Что-то мне подсказывает, это даст неплохой результат.

– Надеюсь, ты прав, – вздохнул, очень хотелось, чтобы девушка, наконец, ожила и испытала то, чего была лишена десять долгих лет. Пусть сейчас Елли не понимала, что значит чувствовать, но когда вернет эмоции, ощутит весь спектр того, о чем не имела понятия. – Еще бы с чувствами и память вернулась, она же вообще ничего не помнит.

– Если алтарь справится, то все встанет на свои места, – заверил родственник. – А как сама Еллина? Ваша связь не восстановилась? – на этот раз перешли к более серьезным темам.

– Мне словно что-то мешает ее чувствовать, – признался, ожидая предположение дяди.

Но он молчал, думал. Его лоб прорезала морщинка.

– Кажется, как раз блок и мешает. Понять бы, наложила его сама Еллина с помощью хранителя, или все же старая ведьма постаралась. Если второе, придется туговато. Эта древняя слишком сильна была, а после ее смерти все заклятия и проклятия усилились в несколько раз.

– Ничего, мы тоже упертые и справимся даже с самым сильным проклятием, – заявил, твердо решив идти до конца, но вернуть куколке то, чего ее лишили.

– Придется ждать каникул, чтобы разбираться на месте, – Грезгор побарабанил пальцами по дереву.

Все уже ушли с полигона, остались только мы, отойдя подальше и скрывшись от чужих глаз.

В принципе не было ничего предосудительного в разговоре преподавателя и студента, но мы общались после каждого занятия, а это могло вызвать подозрения. К тому же элементарно не хотелось прослыть любимчиком магистра, дав еще один повод для зависти.

До бала я несколько раз спрашивал у родственника, что сказал Тайрэт, но дядя все больше хмурился и качал головой.

– Ничего, все валит на ведьму, уверяя в своей невиновности. А девочку и вовсе похищать не намеревался, всего лишь хотел попросить об услуге. Какой, не говорит.

– Чувствую, ничего вы ему предъявить не сможете, – вздохнул с сожалением.

– Найдем что предъявить. А ты не загружай голову, развлекайся, праздник всё-таки. Должно быть весело.

Накаркал. Весело, правда, было, но не нам. А тем, кто пострадал от порошка. Веселье едва не привело их за Грань. Узнал бы, кто так пошутил, сам лично бы руки вырвал. Нам с Альёной пришлось хорошо побегать, чтобы отыскать пострадавших. Ёлочку забрали в лазарет для помощи. Я не понимал, с чего появилась такая реакция, ведь «болтливая веселушка» безвредна, после нее наутро только голова сильно болела. Других побочных эффектов не наблюдалось.

Уже под утро увидел злого, как тысяча шрархов, Грезгора. Перед ним в коконе плыли несколько ёмкостей, заполненных жирными и копошащимися тварюшками. Альёну рядом со мной перекосило.

– Что это за гадость? – она опередила меня с вопросом.

– Граувиты, именно они стали причиной ужасного состояния студентов, – пояснил родственник.

– Каким образом эта гадость могла навредить? И откуда ее столько? – наша любопытная землянка решила выяснить все до конца.

– Извлекли из тел пострадавших. На магическом поле они никак не ощущаются в организме. Еллина приманила граувитов на свой Свет. И попадали в организм маленькие искринки вместе с напитком.

– Искринки или икринки? – деловито уточнила девушка.

– Искринки. Много маленьких искорок находилось в порошке и в особой добавке, усиливающей проклятие. Газ от лимонада и сила внутри мага ускорили рост граувит. Они выпивали силы студентов, чтобы, насытившись и послужив накопителем, вернуться к хозяину.

– Фу, какая гадость. А кто у нас хозяин? – снова Альёна меня опередила.

– Его нам и предстоит отыскать с помощью остаточной ауры на этих существах. А вам пора отдыхать, умертвия и то краше, – заметил Грезгор.

Спорить и зацикливаться на его сравнении не стали. Я помог Альёне встать, обнял за талию, и мы отправились в особняк универсалов. Хорошо, идти было недалеко, ноги заплетались. Не у меня, у девушки. Подхватил ее на руки, укутал во тьму, как в крылья, и донес до гостиной. Вместо страха от нее чувствовалось умиротворение. Я вообще заметил, что Альёне стала нравиться тьма, сама девушка тоже вызывала умиление у моей магии. В комнате собрались не только слуги, но и оставшиеся студенты, не пострадавшие от порошка.

Разговоры велись только о шутнике, испортившем праздник. Жаль, ни у кого даже догадок не было о его личности. Некоторые предположили, что это мог быть и магистр. Идею никто не поддержал. А через некоторое время появился Санир с Ёлочкой на руках. Мы не стали засиживаться в гостиной, подхватили девушек и ушли спать. Так как комната Альёны была закрыта, я оставил ее у себя. Надеясь, что, проснувшить, ругаться она не станет. Платье с девушки тоже пришлось снимать мне. Сам не заметил, как погрузился в сон, прижимая к себе иномирянку.

Проснулся от поцелуя. Надо же, такое пробуждение оказалось приятным. Не открывая глаз, притянул ее ближе, углубляя поцелуй. Жаль, насладиться нам не дали. Услышал голос проснувшегося Саньи. Это значило, парнишка скоро явится ко мне, чтобы узнать о событиях вечера, точнее ночи. Пришлось нехотя отстраняться и показывать на дверь помощника. Альёна все поняла с одного взгляда. Скорчила недовольную рожицу, но тут же, чмокнув в нос, первая вскочила с кровати. Я даже штаны натянуть успел, когда к нам помимо Саньи вошли и Еллина с Саниром. Оказалось, в комнату девушки парень попасть не смог, тоже оставил ночевать у себя, а сейчас возвращал.

О нашей совместной ночевке никто ни слова не сказал. Даже улыбок никаких не возникло, хотя я заметил, как сияли глаза третьекурсника. Вот кто рад был лишние часы побыть с куколкой.

– Вы останетесь в Академии или на каникулы по домам? – уточнил третьекурсник.

– Остаёмся, – за всех ответил я, потому что Альёне и Санье некуда было идти, Ёлочка явно бы не пожелала навестить особняк Лорта, а ко мне отправляться ещё было рано. Ритуал для менталистки готовили только к лету. Тогда-то и произойдет знакомство.

– А в город нас выпустят? Вернее, вас? Хочу проведать детвору, – протянул Санья.

– Я поговорю с ректором, думаю, у нас будет возможность прогуляться, – ответил пареньку и глянул на Санира. – А ты домой или остаёшься?

– Остаюсь и тоже не прочь прогуляться с вами. Возьмёте? – хитрющими глазами смотрел он только на Еллину.

Возражать никто не стал. А после завтрака я заскочил к ректору, чтобы взять разрешение. Все же первому курсу пока запрещались походы в город. Но, думаю, на каникулах можно. В кабинете обнаружились леди Алфирия, Грезгор и лорд Найвер. При моем появлении все разом хмыкнули.

– В город собрались? Еллину тоже с собой брать надумал? – с ходу догадался дядя, а после подтверждающего кивка предупредил: – Тайрэт может повторить попытку похищения.

– Мы с Еллины глаз не спустим. С нами Санир идёт, он привязался к менталистке, – поведал, получив лукавый взгляд Алфирии. О ней как раз недавно Альёна рассказывала. Это ж надо сотню лет просидеть в картине! И как не свихнулась?

– Все равно будьте внимательны, – дал наставление ректор.

Он выписал разрешение, не забыв еще раз предупредить об осторожности. И меня отпустили.

Наверное, больше всех радовалась Альёна, которая то и дело крутила головой в разные стороны и что-то шептала себе под нос. Первой не выдержала Еллина.

– О чем ты? Что значит, готика и барокко? При чем тут шпили и колоннады?

– А я еще сразу, как попала в этот мир, удивилась, сколько намешано стилей в одном городе. Сначала решила, что это только в одном месте, а сейчас вижу, в столице творится то же самое. Но надо отдать должное, здесь все поделено на отдельные кварталы. Вот недавно мы проходили мимо домов в стиле готики, где остроконечные крыши зданий будто тянулись ввысь.

– Земля здесь дорогая, потому народ и строит дома в несколько этажей, чтобы места было больше, – пояснил я.

– Да, у меня тоже такие мысли возникли. Но с той стороны уже совсем другая тематика зданий, они больше напоминают барокко. А впереди классицизм, – продолжила свою тему Альёна.

Я раздумывал недолго. Усмехнулся и в свою очередь объяснил:

– Как ты правильно заметила, столица в некотором роде поделена на особые сектора. В названных тобой домах в стиле барокко обитают высшие аристократы, им нет необходимости экономить. Здания с остроконечными крышами принадлежат аристократам с неплохим достатком, но не высшим, просто зажиточным. Чуть дальше, классицизм, где уже живут горожане, имеющие хороший достаток, но без титула.

– А-а-а-а, теперь понятно, – кивнула иномирянка, продолжая осматриваться. Я видел в ее глазах неподдельный интерес.

По дороге зашли в несколько лавок, купили крупы, сладкое, несколько простых, но удобных штанов и рубашек. Так же приобрели платья разных размеров. Брали всего и побольше. Не забыли и про чай. Наверняка дети знать не знали, что это такое. Со свертками, летящими позади, дошли до рынка.

Санья несколько раз свистнул как-то по-особому. И подождал. Первым к нам с опаской приблизился парень лет пятнадцати на вид. Несмотря на обмазанные сажей лицо и руки, я заметил, что сам он был вполне чистым.

– Привет, Забияка. Гостей принимаете?

– Шо ж не принять-то, коли гости с добрыми намерениями, – вальяжно отозвался тот. Цепкий взгляд мальчишки прошелся по нам, немного задержавшись на мне. Страха не ощутил, даже когда моя тьма выползла полюбоваться на смельчака. – Ну, пошли, что ли.

Нас провели замысловатыми тропами. По пути к процессии присоединилось ещё несколько малявок с восторгом в глазах и искренней радостью от встречи с Саньей. Он же, не переставая, расспрашивал о жизни и о соблюдении правил. Дети охотно отвечали, делились возникшими проблемами.

Дошли до трёхэтажного дома, рядом с которым росли плодовые деревья, стояло несколько накрытых конструкций, смахивающих на шалаши, и остановились.

– Это теплицы? – с ходу догадалась Альёна и направилась в ту сторону. – Чем температуру поддерживаете? Сюда надо артефакт. А ещё лучше накрыть не дерюгой, а пленкой.

– Чем? Это что такое? – уточнил ещё один парень, присоединившийся к нам.

– Альёна, здесь нет пленок, я уже пытался отыскать нечто подобное, – просветил Санья.

Девочка задумалась, улыбнулась.

– Я знаю, что сделать. Надо создать большой воздушный кокон, но закрепить его на артефакт, чтобы не тратить силу мага, да и температуру внутри поддерживать.

Идея понравилась. Санья важно кивнул и сообщил, что они этим займутся, как только раздадут подарки ребятам. Стоило войти в дом, и у меня разбежались глаза от количества детей разных возрастов. Многие радостно приветствовали Санью, глядя на нас настороженно. Но были и предпочитающие держаться в стороне. На них помощник сразу обратил внимание.

– Забияка, смотрю, у вас много новеньких? Недавно пришли? Зашуганные какие-то, – весело констатировал малыш.

– Да, всего неделю туточки, ещё осваиваются. Нашли на кобзарке, прикинь, пытались щипануть одного из нашенских, – хохотнул мальчишка.

– Надеюсь, вы им не накостыляли? – тут же забеспокоился Санья.

– Та не, предложили им нормальную жизню, – отмахнулся Забияка. – Я ж помню, шо ты гутарил о понятиях.

– А вы, господа маги, какими судьбами к нам? Поглазеть аль помощь предложить? – спросила девчушка с хитрыми глазами, встав рядом с нами.

– Одно другому не мешает, – важно заявила Альёна.

А вот Еллина вдруг дернулась, ее руки засветились, вызвав восторг детей.

Подошла к одной девочке, та шарахнулась в сторону, спрятавшись за соседку. Но менталистка произнесла:

– Не надо меня бояться. Ты больна. Болезнь убивает тебя. Я вылечу. А потом хочу осмотреть всех детей.

Сначала был ступор. Но тот, кого назвали Забиякой, подошёл к малявке, взял за руку и нежно зашептал что-то ей на ухо. Та кивнула и робко протянула руку Ёлочке. Нам довелось наблюдать поистине интересное зрелище. Свет куколки окутал девчушку, вытягивая нечто черное и неприятное из ее худого тельца. Раздался хлопок – и чернота исчезла, сгорая в потоках света. Дети ахнули и теперь уже смелее по одному подходили к менталистке. А мы занялись распаковкой продуктов и одежды. Попутно Санья деловито расспрашивал о делах и о способах заработка. Альёна в этот момент нашла несколько поломанных вещиц, сотворила из них четыре артефакта и ускакала на улицу, прихватив с собой Санира.

К Санье подошла девочка лет восьми. Подергала за рукав рубашки; она явно пыталась говорить тихо, но не учла, что здесь все были магами.

– Сань, а эта хорошенькая куколка живая? Так-то она нас лечила, но кажись, шо-то не таксь с евоными глазами.

– Ликса, просто у нашей Ёлочки заблокированы чувства. Поверь, она очень хорошая, но безэмоциональная, – успокоил малышку наш помощник. Та, важно кивнув, с опаской приблизилась к менталистке.

– А можно я тя мацну? – спросила, и сама испугалась вопроса.

– Можно, – кивнула куколка.

Елли наверняка успела покопаться в мыслях малышки, потому что сразу догадалась, что той было нужно. А вот я не сразу понял, тем интереснее было наблюдать.

Мои глаза постепенно увеличивались от удивления, когда многие подходили и касались нашей куколки. Да, детям подобное непривычно. И пусть Ёлочка уже сносно выдавала улыбку, все равно малышей не обманешь.

Мы задержались в доме на три дня. Зато увидели, как выживали дети. Многие за это благодарили Санью, так как детский дом с новыми порядками был именно его идеей. Признаться, я даже возгордился нашим помощником.

Несколько раз мы ходили в лавки, закупали одежду и еду, нашли семена, которые в тот же вечер и высадили. Помимо нескольких теплиц создали ещё и холодильный шкаф для хранения скоропортящихся продуктов. Маленькие обитатели дома просто пищали от восторга.

Еллина вначале вызывала ужас похлеще меня, но потом дети привыкли. Выяснилось, что около десятка малышей были больны, но после лечения куколки едва не прыгали от радости. Я же, наблюдая за их жизнью, твердо вознамерился поговорить с родителями. Сколько таких вот беспризорников в Хайшаре. И не всем повезло встретить на своем пути Санью.

Уходя, мы с Саниром оставили детям два мешочка серебрушек. Сперва хотели золотые положить, но Забияка, мотнув головой, категорически отказался, объяснив:

– Серебрушка – монетка, какую мы в силах сами заработать, а за золотой нас могут и в каталажку упечь, скажуть, своровали. Так что не надоть нам золота.

Ответ приняли, но пообещали периодически помогать серебрушками. Нам не сложно, а детям приятно.

В Академию возвращались довольные и, как ни странно, отдохнувшие и умиротворённые. Скоро экзамены за первый семестр, а потом совсем немного, и практика, которая лично меня не пугала, а вот за девчонок заставляла переживать. Все же Зарвартские болота – не место для леди. Хорошо, практика всего на три недели. Оставалось надеяться, что за это время ничего не случится.

Знал бы я, как ошибался.

Глава 6

Еллина Лорта

Каникулы прошли плодотворно. Я и раньше знала, насколько уникален наш помощник, но после увиденного лишний раз убедилась в потрясающем уме Саньи. Ему удалось сплотить беспризорников, улучшив их жизнь. Читая мысли детей, я видела, насколько они были довольны, благодарны и восхищены нашим другом. А ведь изначально не доверяли, сторонились, считали затеи парня ужасными и провальными. Многих устраивала жизнь на улице, воровство, некоторые из старших даже до убийств доходили, пусть и в целях самообороны. Но сейчас все изменилось. Старшие дети постепенно осознавали, что такое ответственность за младших.

Пока находились в гостях, смогли заинтересовать некоторых детей артефакторикой. Они наблюдали, что творила Альёна, и сами пробовали. Пусть с первого раза не получалось, но было видно, что старались; ребят это действительно заинтересовало. А еще пятерых старших ребят поразили молнии Рича. Но только у двоих оказался похожий дар. Они же могли помимо молний призывать дождь.

Я если и сумела удивить, то все равно мой дар никто повторить не мог, хотя у двух девочек лет десяти определенно имелась склонность к целительству. Санир тоже не остался без внимания. Он стал единственным среди нас, кто за несколько дней умудрился научить двух парней и девушку азам магии, чтобы в случае чего могли постоять за себя. Выяснилось, что уже пару раз были попытки поколотить беспризорников в городе. Причина оказалась крайне неприятной: ребята были слишком чистыми и ухоженными. Мне этого так и не удалось понять. А спрашивать не стала, вряд ли кто смог бы объяснить такой феномен.

Вернувшись в Академию, мы дружно засели за учебники. Сразу после коротких каникул пройдут экзамены. Но на этот счёт никто не волновался. Вон Альёна и Рич переглядывались, втайне мечтая поскорее остаться наедине. В мыслях иномирянки я уловила восхищение темным и его поцелуями. Наверное, это было именно то, о чем она рассказывала. Могла бы, порадовалась бы за эту пару, они определенно подходили друг другу. Их чувства являлись искренними, ауры так и переливались, рядом им будто теплее становилось.

Так задумалась, что не заметила, как друзья сбежали. Ко мне подсел Санир.

– Витаешь в облаках? – усмехнулся юноша. Мотнула головой.

– Нет, думала, насколько красивая пара Рич с Альёной, – сказала правду.

– Да, красивая. Их чувства искренни. Надеюсь, это надолго, – вздохнул парень.

В его мыслях уловила сожаление. Санир тоже хотел таких же искрометных чувств, но не с Альёной, а с другой девушкой, которую даже в мыслях не назвал. Я надеялась, ему повезет. А пока приближались экзамены. И пусть материал я знала, но все равно, как прилежная ученица, сидела и читала учебник.

Подготовка, как и последующая сдача, прошли отлично. Мы получили высшие баллы. Ни одного хвоста. Теперь предстояло выдержать второй семестр и каникулы. Хотя нет, ещё практика. И в этом семестре у нас как раз добавятся новые предметы. Нечистология была, а вот практика по истреблению опасной нежити и нечисти добавится.

– Ты уже освоилась с оружием? – спросил Санир.

– Немного. Я испытала его в разных вариантах: меч, кинжал, посох. Но проще все же с мечом, – поделилась мнением.

Оставшиеся дни каникул с нами занимался Рич, иногда присоединялся и Санир. Народу в общежитии осталось мало, никто не мешал тренироваться. И у меня даже начало что-то получаться. Магистра для физической подготовки так и не нашли, поэтому решили объединить боевиков с нами, а значит, занятия будут теперь проходить у Грезгора. Несмотря на грозный вид, этот мужчина вызывал уважение. А еще я порой никак не могла понять, почему ощущала с ним некую связь, если можно было так выразиться.

– Где ты лето проведешь? – снова оторвал от размышлений вопросом Санир.

– Рич пригласил нас всех к себе, – поведала, заметив, как юноша расстроился, но говорить ничего не стал.

А потом всем стало не до разговоров. Начиналась учеба. Второй семестр был намного сложнее, чем первый. Теперь мы занимались на четырех занятиях до обеда, и на трех после. Обязательной стала практика каждый день, будь то лекарское дело, отработки боевых заклинаний или лабораторные по некромантии. Последняя мне совершенно не давалась. Более того, применяя заклинание поднятия, испытывала сильную головную боль, а внутри возникало уже знакомое чувство, будто скребся кто-то невидимый. Наверняка сила просилась на волю. Но я знала: выпускать ее нельзя.

К умертвиям сгоняли даже тех, в ком тьмы совершенно не обнаружилось. Правда, после первого же урока меня попросили не приходить. А ведь так все хорошо начиналось.

В подземной лаборатории собралось порядка пяти десятков студентов с нашего факультета и с темных искусств. Магистр Фэриет указал на пять столов, накрытых белыми полотнами.

– Ваша задача воздействовать на мертвых. Сможете поднять – отлично, заставите шевелиться – хорошо, дернется хоть раз – удовлетворительно. Ну а если вообще никак себя не проявит, будет плохо, вам. Потому что в конце семестра не получите зачет.

– Минус поставите? – уточнила девчонка в темной мантии.

– А как же? Только это и станет стимулом приложить свои силы, – довольно изрёк преподаватель.

Дальше мы наблюдали за потугами студентов. У кого-то получалось весьма неплохо. Некоторые так и не смогли заставить мертвецов шевелиться. Наша компания пока заняла наблюдательную позицию. Решили идти последними. Как чувствовали, что будут проблемы.

Альёна, зажимая нос рукой, с третьей попытки все же заставила одного мертвеца шевелиться. Рич с ходу поднял покойника, заставил его сделать круг почета вокруг стола и уложил обратно. А я… Непроизвольно выпустила свет. От мертвого даже кучки пепла не осталось, он просто растворился. Магистр злился, топал ногами и угрожал.

Выслушав его ор, я спокойно заметила:

– Магистр Фэриет, на что вы рассчитывали, приглашая светлую на занятие темной магией?

– Вы здесь не одна светлая, но обычно до порчи имущества не доходило, – попытался отстоять свою точку зрения преподаватель.

– Значит, со мной что-то не так, – не стала нарываться на конфликт. Пусть лучше считает меня виноватой.

– Не так, – буркнул недовольно. – Все с вами так, это я болван, нашел, кого приглашать на урок. Мага жизни.

И мужчина сдулся. Ничего объяснять больше не стал. Покачал головой и проникновенно попросил больше не приходить на его уроки. Ему мертвые были дороги как память и учебные пособия, доставшиеся с огромным трудом. Так я избежала общения с мертвыми. Правда, не преминула уточнить:

– А что с зачетом в конце семестра? Получается, я его не сдам?

– У вас будет отметка о невозможности подобной сдачи. На результат не повлияет. Идите уже.

Через неделю у нас состоялась первая практика по истреблению нежити и нечисти. Отличилось сразу несколько студентов. Нас запускали по трое или четверо в центр круга, опускался купол, а потом появлялись тварюшки. Многие ожидали нечто небольшое и безобидное. Но ведь недаром чудовищ называли опасными. Вот и нам пришлось увидеть шнырхов – огромных шипастых и клыкастых существ, отдаленно напоминающих свиней. На морде они имели шесть пар глаз, на теле кучу ртов, из которых капали слюни. Альёна от отвращения едва сдержала рвоту, Рич кривился, а я смотрела и не могла представить, как все эти рты жрали, если находились на теле.

Было ещё одно опасное существо – кадах. Раскачивающееся в воздухе тело с несколькими щупальцами, способными увеличиваться в размерах. Такого убить оказалось сложно, так как магию он поглощал, становясь от нее сильнее. Пришлось сражаться только мечом. Что и делали студенты, при этом, не жалея горла, визжали, стоило щупальцу кого-то задеть.

А вот грытх оказался маленьким и юрким, вроде и не вызывал опасения, но оказался с подвохом. Нежить коварства и обмана, как ее называли, была способна заговорить зубы, уверить в собственной непобедимости, а потом нанести удар. Потому именно названием, обозначающим эту гадость, многие чаще всего ругались, поминая грытха недобрым словом.

Остальная нечисть и нежить оказалась не так ужасна, хотя и не менее опасна. И пока в сражениях побеждали именно твари, студенты не смогли противостоять.

– Как хорошо, что это всего лишь фантомы, – капризно заявила Силь, пытаясь магией очистить с формы зелёную слизь.

– Фантомы не фантомы, а боль вполне настоящая, – проворчала некромантка, потирая ушибленный щупальцем бок.

– Такое чувство, что нас готовят к войне с этими монстрами, – заявила третья девчонка. – Всем известно, что на Зарвартских болотах уже почти два года относительно спокойно. Бравые защитники сами прекрасно справятся с нежитью, если ей вздумается прорваться.

– Ой ли? А откуда тогда столько раненых или сошедших с ума? – ехидно поинтересовался второкурсник. – Просто об этом никому не говорят, держат в тайне, пытаясь самостоятельно разобраться. Но что-то у них не выходит.

– А тебе это откуда известно? – сразу несколько девчонок подозрительно глянули на юношу.

– Брат у меня там, старший, тоже попал под раздачу, едва спасли. Сейчас в лазарете проходит восстановление, – буркнул парень. – Вот побываете на практике, сами все увидите.

– Да-да, мы, наверное, только и сможем всего лишь понаблюдать со стороны, – подхватила Силь. – Зачем нам такие жёсткие тренировки? Там же столько обученных воинов из магов.

– Что-то мне подсказывает, с нашим везением на практике обязательно что-то да произойдет, – заметила Альёна.

Теперь все недовольно уставились на девушку.

– Не накаркай, – обронил кто-то из толпы.

– У вас неправильные сведения, – отозвался еще один студент, хмуря брови. Дождавшись внимания, пояснил: – Два последних года там неспокойно, появился новый и неизученный вид тварей, которых весьма сложно победить. Ими будто кто управляет. Но по этому поводу пока идут споры, ведь всем известно, чудовищ нельзя приручить.

– Хм, и откуда такая осведомленность? – скептически уточнила некромантка.

– Знакомый у меня там, едва жив остался, – буркнул юноша и отвернулся.

И хоть тогда сказанные подругой слова никто в расчет не взял, постепенно многие стали осознавать, насколько они могли оказаться правдивыми. Практические занятия стали жёстче, теорию давали настолько разжеванной, что поняли бы даже дети. И теперь уже мало кто сомневался в спокойном прохождении практики. Ещё и Айвек подлил масла в огонь, заявив:

– Да, в Зарвартских болотах появились новые виды нечисти. Уже порядка десятка защитников в лазарете. Некоторые умудрились взять пробы слюны и клок шерсти твари, магистры проводят анализы и до сих пор не могут понять, кто это и в чем опасность.

– А ты откуда знаешь? – поинтересовался Санир, поглядывая на дружка.

– У меня там знакомые остались, мы же два года подряд практику у них проходили, – гордо заметил староста. – Вот ребята и поделились проблемой мутирующей нечисти.

– Думаю, к моменту нашей практики преподаватели разберутся, что это за гадость, – предположил Старн, наш водник, магия которого временами была нестабильна.

– Ага, так же, как они нашли шутника с тем порошком, – не стал сдерживать сарказма Айвек.

А ведь действительно его так и не обнаружили. Когда Рич ходил к Грезгору уточнить этот момент, весьма удивился. Оказалось, шутник успел подкинуть амулет, призывающий тех тварей, при этом хорошенько почистив на остаточную эманацию. След оборвался. Умный, гад! Хорошо подстраховался. Но декан умнее, и не терял надежды отыскать того, кто едва не отправил кучу студентов за Грань.

– Смотрю, прям гордишься этим фактом. Может, ты и есть тот шутник? – с лёгкой издёвкой произнесла Силь.

– А ты решила сделать вместо магистров их работу? – в таком же тоне ответил Айвек.

И если до этого никто и подумать не мог на старосту, то сейчас смотрели с подозрением. А ведь если разобраться, парень являлся самым подходящим кандидатом. Около столов крутился, запросы у него были завышенные, а собственная сила не так уж и велика. Сокурсник казался излишне амбициозным, стремительно рвался наверх, будучи выходцем не то из мелкопоместного дворянства, не то вообще из простолюдинов.

– Почему бы и нет? – флегматично выдала красавица. – Ты, между прочим, не гнушаешься подлыми методами, об этом все знают. Желаешь разбогатеть, а при такой конкуренции это сложно. Только в Академии более одаренных пруд пруди, ты среди них теряешься. Вот и решился на гадкую шутку.

Я заметила, как желваки парня дернулись, при этом ещё и на меня все чаще поглядывал. Вдруг дошло, что юноша боялся собственных мыслей. Значит, не таким уж невиновным был наш староста. Даже если и не являлся шутником, то определенно знал больше, чем говорил, или скрывал виновника переполоха. На лбу от напряжения даже испарина выступила, которую парень смахнул небрежным жестом.

– Твой поганый язык кто-нибудь укоротит, – зарычал Айвек. – Говори, да не заговаривайся.

– А что это ты так разволновался? Правда глаза заколола? – Силь откровенно издевалась.

– Помелуха, – презрительно выплюнул студент и гордо вскинул голову. Оставаться в гостиной не пожелал.

– Ха, сбежал. Так и надо, не все ж ему над другими издеваться. – Девушка явно гордилась собой и, казалось, до конца не поняла, насколько испугала старосту.

А вот я уловила в его мыслях нечто непонятное. Сама разобраться не смогла, но возникло ощущение, что Айвек опасался не подозрений, а того, что окажется раскрытым. Мысли он спрятал, бросив взгляд на меня, но полностью скрыть не смог. В чем же таком он был замешан? Вдруг Силь права, и это староста устроил заварушку с накопителями магии в виде насекомых? Но без доказательств, как сказал Санир, обвинение будет голословным.

Следующие несколько часов мы вместе делали домашнее задание, изредка поднимая тему практики. Нашлись такие, кого пугала перспектива попасть в Зарвартские болота. Мои же друзья едва не подпрыгивали от радости, особенно Альёна, которая верила, что миссия попаданки – помочь разобраться с нечистью. Санир даже не удержался и поддел девчонку:

– А как ты станешь разбираться: снаружи или изнутри?

– В каком смысле? – не она одна не поняла высказывание юноши. Тот любезно пояснил:

– Снаружи, просто наблюдая за ней, или будучи съеденной, изнутри? Второй вариант, как понимаешь, более эффективный, но, увы, о результатах ты уже не сможешь рассказать, – ещё и языком прищелкнул в фальшивом сожалении.

– Да ну тебя! Я же серьезно, – надулась подруга.

– А если серьезно, лучше старайся держаться подальше от обитателей болот, высшие маги бьются над загадкой мутирования нечисти и не могут найти ответ. Считаешь, студентка первого курса сразу разберётся? Нет, Альёна, так не бывает, что бы ни писали в ваших книгах, – на этот раз Санир говорил спокойно и добродушно.

– Вот умеешь ты всю малину обломать, – вздохнула землянка.

Сейчас даже переспрашивать не стали, зачем ломать малину, так как суть поняли. Я вообще заметила, что постепенно фразы из мира подруги начинали приживаться и у нас. Они весьма эффективно отражали суть происходящего.

* * *

Из нас определенно хотели сделать боевиков. И ладно бы это касалось студентов, имеющих предрасположенность к данной магии, но у меня и у Альёны ничего подобного не было. Я много раз пыталась из своего огня сотворить боевое заклинание, но выходил один пшик. Зато нашлись и положительные моменты, например мое самочувствие, которое пришло в норму. Голова уже не кружилась, слабость не накатывала. Да и резерв неплохо прокачался. Бывали порой странные ощущения, шевеления внутри или сны, где на меня смотрела уже знакомая волчица, но к чему они снились, не понимала. Да и разбираться не хотела.

Из-за морозов мы вынуждены были заниматься в зале. Минус в том, что порой у ребят выходил рикошет, заклинание отскакивало от защиты, не впитываясь, а возвращаясь обратно. Судя по ехидному оскалу магистра Грезгора, так и было задумано, чтобы никто не расслаблялся.

По вечерам друзья строили ледяные дворцы, а потом устраивали бои снежками. С каждым разом к игре присоединялось все больше народу. Придумала забаву, ну или правильнее сказать, принесла из своего мира, Альёна. Первое время студенты кривились, считая себя взрослыми, а потом втянулись. Броски снежков повышали меткость, координацию и развивали глазомер. Да и просто отвлечься от учебы многим хотелось.

Изредка за нами наблюдали магистры. Довольно кивали, что-то для себя помечая. А потом даже на уроках выводили на улицу и устраивали состязание между факультетами. Условие было одно: никакой магии. Но так делали, пока забава не переросла в уроки с применением магии.

Нечистология все больше поражала воображение. Многие виды существ дописывались на ходу. Как раз тех, кто недавно мутировал. Нам обстоятельно разъясняли, чем их можно было уничтожить, при этом прося не лезть к незнакомым видам и по возможности пытаться избежать столкновения.

– Они бы это сказали нечисти, которая порой прорывается через защитный барьер, – буркнул Сантар. Многие покивали, но комментировать не стали, так как были полностью согласны.

В конце каждой недели мы сдавали зачёты или своеобразные экзамены на выживание. Ради этого магистр Шайалориаль создала карман, где изобразила природу и существ, приближенных к обитателям Зарвартских болот. Именно там мы и проходили полосу препятствий, показывая свои навыки. Справлялись не все. Но упорства студентам не занимать.

А однажды утром, спускаясь на завтрак, увидели собранных и слегка обеспокоенных учеников четвертого и пятого курсов.

– Куда это вы? – спросил Рич, озвучивая общее любопытство.

– На практику. Нас отправляют на две недели раньше срока, там что-то произошло. Маги пострадали, народа не хватает, – ответила Карша, некромантка с боевой магией.

– Надеюсь, отпустят тоже на две недели раньше? – у Силь тряслись руки, она в этот момент смотрела на юношу-артефактника. Вроде последние пару недель они встречались.

– Никто ничего не говорит, – прошептал Сарс, тот, за кого волновалась наша красавица.

– Будьте осторожны, – прозвучало уже всеобщее пожелание.

Четвертый и пятый курсы ушли, оставив после себя гнетущее впечатление. Так как чувствовать я ничего не могла, просто смотрела вслед ребятам – и вдруг показалось: что-то случится. Предчувствие это, интуиция или что-то ещё, но моя уверенность окрепла, стоило об этом подумать. Вслух говорить ничего не стала, чтобы не нагнетать обстановку. Всем и так было тяжело. Да и помочь мы ничем не сможем, оставалось только желать удачи и скорого возвращения.

А уже на третий день после ухода старших курсов на практику у нас ввели ещё один предмет. Только в расписание пока забыли добавить. Так мы и появились в кабинете теоретической магии. На урок пришла совсем другая преподавательница. Осмотрела нас, поджала губы, снова осмотрела. Потом изрекла с таким видом, словно делала одолжение:

– Работать есть с чем, но посмотрим, насколько вы прозорливы и обучаемы.

Никто ничего не понял, но все молчали, ожидая продолжения. Судя по мыслям студентов, некоторые догадались о подставе, но пока не могли представить ее размеры. Магистр выдержала паузу и продолжила:

– С этого дня у вас начинается весьма важный предмет: бытовая магия! – произнесла с таким пафосом, словно сообщила о мировом господстве.

Ожидаемо, что многие не сдержали разочарования и застонали.

– Зачем нам бытовая магия? Мы универсалы, элита магии. Не хватало ещё уборщиками подряжаться, – выплюнула Силь. Так-то она была умная, но в некоторых вещах казалась совершеннейшей дурой. И почему бы не промолчать? Вон как глаза сузились у магистра. Что-то подсказывало, сейчас всем будет плохо. И я не ошиблась.

– Элита, говоришь? То-то ваша элита на практике в хлеву живёт, потому что самостоятельно не умеет даже пыль убирать из собственных комнат, а ручками, понятное дело, работать зазорно, – прозвучало язвительным голосом. – Поэтому до начала вашей практики меня назначили, чтобы сделать из вас самостоятельных личностей, которые в состоянии хотя бы спальное место себе обеспечить.

Снова пауза. На этот раз никто не пожелал вставлять свою серебрушку. Такое поведение удовлетворило магистра, она кивнула сама себе.

– Начнем с элементарного. Примитивное заклинание «Чорсо». С ним справится даже ребенок, если правильно произнесет формулу и поймает на кончики пальцев нить силы.

На словах было просто, на деле – все замучились. То фигура из пальцев не такая, то сила не желала ловиться и тем более удерживаться между подушечками, которыми и надо было щёлкнуть.

Я перестроилась на магическое зрение, чтобы понаблюдать, как это делала сама преподаватель. А ещё поймала ее злорадную мысль: «Помучайтесь, детки, посчитайте себя идиотами. А потом, так и быть, я раскрою секрет». Стоило женщине об этом подумать, а потом демонстративно щёлкнуть пальцами, как я увидела то, о чем нам забыли сказать.

Повторив все действия за ней, я получила результат с первого раза. Данный факт не понравился магистру. Но больше всего ее разозлила моя отстранённость. Пока бытовичка не успела ничего сказать, я спокойно поведала одногруппникам:

– Вы же все помните, что для взаимодействия формулы и силы нужен узел сцепки? О нем забыли сказать. Создайте заклинание по привычной для нас схеме, увидите результат.

– Самая умная? Представьтесь! – потребовала женщина, у которой едва пар из ушей не шел, настолько она была разгневана.

– Еллина Лорта. А вашего имени мы до сих пор не знаем. И ещё. У меня вопрос: за что вы мстите студентам? Намеренно ведь не сообщили об узле, хотели помучить. Разве наши результаты не станут вашим достижением?

Магистр, собираясь разразиться гневной тирадой, аж покраснела от натуги. Но быстро сдулась. Полоснула по мне взглядом и уже спокойнее продолжила:

– Хорошо. С примитивным заклинанием пылесборника вы справились. Теперь идём дальше. Очистка территории, куда включается и «мойка». Принцип такой же, но формула состоит из двух частей: «Чорсо маут» – сверкающая чистота.

В этот раз проблем ни у кого не возникло. Кабинет заискрил, став чистым. Пока было непонятно, у всех ли получилось, но, как нам сообщили, в выходные предстоит сдавать изученный материал.

Оставшееся время нам рассказывали, насколько важна и незаменима бытовая магия. С ее помощью можно было не только убирать, переставлять мебель, но и готовить еду, шить одежду, да и вообще делать множество вещей, незаменимых в жизни и в быту. Слушая женщину, не могла понять, почему этот вид магии настолько принижали. Естественно, вслух задавать вопросы не стала, зато после урока спросила у Рича.

– Дело в том, что с помощью бытовой магии не повоюешь, умертвие не упокоишь, нежить или нечисть не истребишь. Бытовиков слишком много, это простейшая магия. С ней справляются даже дети. На нее и сил много не надо. Другое дело, если бытовик ещё и пространственник. Такая профессия востребована. Вот, кстати, у нас в группе есть такой; будет возможность, попрошу его наведаться в детский дом, чтобы раза в три расширил пространство ребятам, создал игровые комнаты, тренировочный зал и… Впрочем, сейчас речь не о них. Бытовик – это тот же уборщик, только магический.

– Знаешь, я сейчас подумала. А ведь заклинание «Чорсо» вполне может помочь в бою.

– Каким образом? – вопрос был задан синхронно друзьями и парочкой студентов, проходящих мимо.

– Бывают моменты, когда не хватает какой-то пары секунд для плетения сложного заклинания. Что делать? Всего лишь выпустить во врага «Чорсо». Пыль попадет ему в глаза, нос, уши, а пока он будет от неё избавляться, можно использовать полученную фору, – озвучила пришедшую на ум идею.

Высмеивать мои слова никто не стал, многие даже задумались. А потом дружно засели учить и другие бытовые заклинания, чтобы найти не только пользу для улучшения собственного спального места, но и возможность применения во время боя, если придется в него ввязаться.

В тот момент я и предположить не могла, что идея пригодится не только мне, но и другим ребятам, а кому-то вообще спасет жизнь.

* * *

Ещё через неделю вернулись несколько старшекурсников в бессознательном состоянии. Никто толком не смог сказать, что произошло. Вышли в рейд и не вернулись в назначенное время, их нашли около защитного купола. Ни единого повреждения, только скачки магии. Местные лекари не справлялись, ребят вернули в Академию. Но и здесь пока результатов никаких. Я тоже ходила смотреть на пострадавших и ничего не нашла.

– Такое чувство, что на них наведен сон, – предположил Наир. – У меня есть специальное зелье для вывода из такого сна, надо проверить, хуже точно не сделаю.

– И используй свой чудо-артефакт с моей силой. Я потом снова его заряжу, главное, привести в чувство студентов, – попросила я и отправилась на занятия.

Сегодня на бытовой магии нас ожидало новое заклинание. Магистр Фуори явно хотела поиздеваться, дав формулу пространственной магии, способностей к которой у нас не было, но каждый пытался расширить пространство.

Я действовала на автомате. От нитей силы и узелков уже рябило в глазах. Но, не останавливаясь, решила достичь хоть какого-то результата и не заметила, как подошёл Рич.

– У тебя в одном месте ошибка, – мягко уточнил и показал, какой узел я не туда вплела.

При показе непроизвольно выпустил свою силу, которая смешалась с моей и… Чудо свершилось! Пространство поплыло, а потом все увидели дверь в ещё одно помещение. Мы переглянулись.

– Получилось? – осторожно уточнила, заметив замешательство на лице магистра.

– Да! Попробуй ещё раз, – темный искренне радовался успеху. Но недолго. Я сделала, как он показывал, но результат оказался нулевым.

– Не получается, – ответила после третьей попытки. К нам приблизилась Альёна.

– А смешайте снова вашу силу и сотворите заклятие, – посоветовала она.

Решили, что хуже не будет, поэтому так и сделали.

Появилась знакомая картинка. Пространство поплыло, формируя новое помещение. Но я не обратила внимания, потому что в данный момент занимало нечто другое. За всю жизнь я привыкла к ровному биению собственного сердца: оно никогда не ускоряло бег, не заходилось, как бешеное, просто билось. А во время соприкосновения с силой Рича всего за пару мгновений что-то изменилось. Удары сердца, казалось, усилились, а по телу будто сотни пёрышек порхали. Что это значит, пока не поняла.

– Ух ты! – захлопала в ладоши Альёна. – Получается, поодиночке вы ничего сотворить не можете, а вместе – сила. Какой полезный навык.

– И нам не придется никого просить, чтобы помочь друзьям Саньи, – заметил темный с улыбкой.

– Я одного не понимаю, откуда взялось такое взаимодействие сил? – рядом появилась магистр Фуори. – К тому же ваши дары кардинально противоположны, они не могут взаимодействовать.

– Мы – исключение из правил, – широко улыбнулся Рич.

А вечером в общежитии мы застали слишком задумчивого Санью, который протянул нам кристалл и предложил:

– Может, я и мнительный параноик, но все это подозрительно. И вам определенно стоит увидеть своими глазами.

* * *

Санья

Странное что-то творилось. Студентов старших курсов раньше времени забрали на практику. Атмосфера в общежитии неуловимо изменилась. Ребята стали какими-то агрессивными, подозрительными, а некоторые и вовсе шарахались от любого звука. Хозяйка Линлы пару раз закатывала истерику на пустом месте, а хозяин Тони разговаривал сам с собой, размышляя, стоило ему верить или нет. Кто этот загадочный Он – оставалось загадкой.

– Прям шекспировские страсти «Быть или не быть – вот в чем вопрос», – буркнул вслух, слушая рассуждения друзей о помешательстве студентов.

– Тут будто не обошлось без чужого вмешательства, уж больно все разом изменились. Так ведь не бывает, – протянула Линла.

Ее слова заставили задуматься. А ведь похоже на то. Даже улыбчивая кокетка Силь все чаще срывалась на истерики. За полгода подобного от нее не слышал, хотя общался много раз, так как леди являлась постоянной клиенткой нашей куколки.

– Мне кажется, здесь спрятаны артефакты, влияющие на чужое сознание, – предположила Рила. – Надо поискать. С недавнего времени я почувствовала, как изменилась атмосфера, даже воздух словно другой стал. Видимо, это и есть то самое влияние.

– Начнем поиски, когда вернусь. Мне нужно в город, – выдал, обдумывая идею, пришедшую только что.

В отличие от студентов, мне пропуск не требовался, я мог входить и выходить в любое время. Достав припасенные детям подарки от Альёны и Рича, повесил на себя артефакты для защиты и на всякий случай добавил записывающий. Наша артефактор тренировалась делать следилки на простых кристаллах, их и прихватил целую жменю. Если кто спросил бы, зачем они мне понадобились, ничего вразумительного ответить бы не смог. Все происходило машинально, на уровне интуиции. Не забыл и мешочек с серебрушками. Недалеко от Академии уже ждали Забияка и Гром. Я недавно отправил им вестника, как учила Еллина. Полезное заклинание оказалось. Осталось товарищей обучить, чтобы в случае чего смогли призвать меня или сообщить важную информацию.

Глянул на новенького. Спокойный как удав. Мой взгляд перехватил старый знакомый, хлопнув по плечу, заверил, что все в порядке. Гром был надёжным. Кличку парнишке дали из-за голоса. Сам вроде казался щуплым и мелким, а стоило открыть рот, так и хотелось присесть. Поэтому он по большей части молчал.

– Так зачем звал? – перешёл на деловой тон Забияка.

– Дело есть. В Академии непонятно что творится. Надо, чтобы вы проследили за входящими и выходящими. За последними особенно. Вот записывающие кристаллы, снимай все, мы потом отфильтруем. Это оплата за работу, – я бросил парню кошель. Заметив, как тот готов был возразить, жёстко пресёк возмущение: – Любая работа должна оплачиваться. Не кривись. Поблагодарить за доброту моих подопечных можно будет другим способом. А сейчас в приоритете понять, что же всё-таки происходит. И ещё, это тоже вам, Альёна передала бытовые артефакты, а Еллина лечебные. От Рича и Санира мешок с одеждой, списанным оружием и кое-какие бытовые мелочи. Вам пригодится: на каникулах парни решили заняться обучением старших. Все, мне пора. Устрой дежурство человек по пять-шесть, мне надо знать, куда ходят студенты в выходные и с кем встречаются.

– Сделаю, – по-деловому кивнул Забияка. И тут же исчез в толпе. На парня я мог положиться, он много раз показал себя умным и умеющим становиться незаметным при особой необходимости.

А я повернул назад и тут же шмыгнул в ближайшую подворотню, заметив Айвека. Не обратил бы внимания, если бы он не оглянулся несколько раз, словно опасаясь встретить знакомых или обнаружить за собой слежку.

Непроизвольно хмыкнул. Чаще всего преступники выдавали себя сами. Иди староста спокойно, вряд ли я бы вообще обратил внимание, а шуганые движения вызвали массу вопросов.

Подозрительное поведение старосты насторожило. Я медленно двинулся за ним. Шли недолго, парень остановился около одного из домов, где недалеко от входа стоял магистр Займар. Тот самый, который в начале года преподавал у девчонок и попал в драку явно по вине опекуна куколки. Его ноги были закованы в металлические латы. Видимо, повреждения у преподавателя физической подготовки оказались серьезными. Быстро включив запись на кристалле, по воздуху отправил артефакт ближе к беседующим. Я был уверен, что на него не обратят внимания, так как подобных здесь еще не видели. Удивительно, как тогда справлялись? Сам я слышать разговор не мог, но планировал сделать это позже.

Беседа проходила на повышенных тонах. Айвек пытался спорить, но потом сник, изредка кивая. А Займар распалялся все сильнее. Наконец, староста, в последний раз кивнув, повернул обратно. А преподаватель на негнущихся ногах направился в дом. Притянув обратно кристалл, я положил его в карман и тоже бросился к Академии. А там с нетерпением ждал прихода подопечных.

Рила и Линла рыскали по общежитию в поисках артефакта, влияющего на сознание. Тони наблюдал за студентами. А я составлял план действий.

Когда появились мои студенты, я выложил перед ними кристалл. Не став ждать Санира, который находился на усиленной тренировке, решили сначала посмотреть сами. Узнали много интересного о том, что вот уже несколько лет магистр Займар вербовал студентов с непомерными амбициями из бедных слоев населения. Раньше они действовали осторожно, подсовывали граувит для небольшого выкачивания силы, поэтому никто ничего не замечал. Как Силь и предположила, шутником действительно оказался Айвек. Он переборщил. Из-за этого и ругался магистр. Парень привлек внимание, поставив под угрозу отлаженный механизм получения чужой силы. А ещё в их разговоре прозвучала весьма странная фраза:

– Надеюсь, на Зарвартских болотах дело выгорит.

Что они там придумали, даже страшно было представить. И не касалось ли это мутаций нежити, о которых рассказывала Альёна?

– Нам надо показать это ректору, – подняла голову Еллина.

– Сначала Грезгору, он все же глава безопасности Хайшара, – приоткрыл тайну родственника Рич.

Больше ничего говорить не стал. Ох, как непрост наш темненький. Судя по зажегшемуся любопытству в глазах моей соотечественницы, девушка тоже была не прочь узнать о юноше побольше. Но он одним взглядом пресек любые расспросы.

Недолго думая, Рич послал вестника родственнику. А через минут десять в комнате появился декан боевиков, пересмотрел запись, нахмурился, постучал пальцами по столу.

– Значит, мы с твоим отцом были правы, Академия является причиной многих проблем Хайшары. Но изначально я подозревал ректора, а все оказалось намного проще. Кому-то всего лишь захотелось дармовой силы студентов. И из-за этого куча пострадавших. А вот о Зарвартских болотах стоит разузнать. Так, больше никаких расследований, учитесь и не высовывайтесь, – приказал декан и ушел, забрав запись.

– Вот тебе и спокойная размеренная жизнь, в которой ничего не происходит, – выдохнула Альёна, осмотрев всех нас. – Санья, значит, не зря мы с тобой сюда попали. И если я ещё не смогла проявить себя, то ты молодец!

И ведь восхищение казалось неподдельным. Я даже слова сказать не успел – дверь открылась, заглянула Рила с бешено сверкающими глазами.

– Мы нашли. Я не знаю, что это, но от него мороз по коже.

Девушка на вытянутых руках внесла в комнату нечто, замотанное в две тряпки. Перед нами на стол легла полукруглая штуковина, похожая на серп, в котором тускло светились три камня. Рич мгновенно накрыл находку тьмой и рвано выдохнул, глянув на смутившуюся девчушку.

– Вы молодцы, надо ещё два таких найти. Эта гадость работает в сцепке треугольника. Обезвредить их можно только вместе, – пояснил темный.

– Ты знаешь, что это? – уточнила Еллина.

– Сталкивался один раз десять лет назад во время визита ведьмы Шарли с ее спутником. Благодаря этому артефакту им и удалось задуманное. Иначе живыми бы не ушли, – процедил Рич.

– Предлагаю поискать вместе, больше шансов поскорее разобраться с этой гадостью, – вскочила Альёна. Спорить не стали и вышли на поиски опасной вещицы.

* * *

Альёна Мечникова

Насколько первое полугодие прошло тихо и спокойно, настолько второе началось тревожно и напряжённо. Чего стоил один только бал. Потом практика у старших курсов не вовремя, студенты стали мнительными и излишне дергаными. Атмосфера в общежитии накалялась. И ведь особых предпосылок не было. Я и сама иногда раздражалась по пустякам. Расслабиться могла только на любимой артефакторике.

Вот уже месяц, как пыталась создать местный аналог мобильного телефона. Как успела узнать, здесь общение проходило вестниками. Но те же дети не умели посылать их, да и защита на Академии могла не пропустить. А связь нужна была всегда: вдруг у малышей что случится, заболеют или понадобится передать важную информацию. Для этого просто необходима связь.

Я перепробовала разные варианты, потратила кучу камней – проводников силы. Ничего не получалось. Зато сегодня ночью приснилось нечто нереальное. Ракушка. Обычная витая ракушка, через которую можно было общаться. Но где ее взять? Море находилось за много километров от столицы, где располагалась Академия. Решила позже посоветоваться с Ричем. Он лучше знал места. Заодно попробую узнать, почему сила парня так хорошо взаимодействовала с магией Еллины. Не в этом ли крылась загадка его к ней отношения?

То происшествие на бытовой магии вот уже неделю не давало покоя. А вдруг они, как в книгах, являлись истинной парой. Тогда мне ловить нечего. А ведь уже успела влюбиться окончательно и бесповоротно. Сложно будет расставаться с темным.

– Студентка Мечникова, не хотите рассказать, что пытаетесь сотворить? – ко мне приблизился магистр, рассматривая детали, коими был завален стол, и никак не понимал, что я мастерила. Признаться, я и сама в этот момент не сразу сообразила, что собрала в итоге, пока сидела задумавшись.

Пару минут пялилась на нечто несуразное, напоминающее «палка, палка, огуречик». Коснулась подвесок на дощечке и едва не подпрыгнула. Глянула на преподавателя, а затем снова на изделие.

– Альёна, вы так смотрите, словно ждете от меня ответа. Но собирали вы, а мне сложно понять, что у студентов в головах творится. Так как? Не желаете поделиться вашей задумкой?

– Это оповещатель, – гордо изрекла, осознав, что натворила, вернее сотворила.

А все из-за того, что мы никак не могли отыскать в общежитии ту неприятную штуку, действующую на психику. Вот и создала оповещатель, тонко реагирующий на артефакты с негативной энергией. С ним мы определенно отыщем психотропный амулет.

– С темной энергией? – переспросил магистр, я мотнула головой.

– Нет, именно с негативной. Вам ли не знать, что есть амулеты, несущие вред, в которых изначально закладывается или проклятие, или отсроченная порча. Негативной энергией я называю то, что способно разрушать или причинять вред, – объяснила как можно доступнее; меня поняли, глянув на созданный предмет.

Коротко изложила учителю суть проблемы, которая сводилась к тому, что оповещатель реагировал на все виды артефактов, несущих негативную энергетику. Он должен был еще на подходе помочь купировать проклятийные изделия или заряженные на причинение вреда. Проверить поделку решила уже сегодня вечером.

Мне разрешили забрать артефакт. Это было последнее занятие на сегодня. Я вышла в коридор, где дожидался Рич. Подхватив под руку, увела его в сторону. Найдя свободную нишу, начала с главного: показала то, что сотворила на занятии, поведав суть. А дальше приступила к расспросам.

– Рич, не знаешь, где я могу найти ракушки. Витые такие, можно рогообразные, они нужны для артефакта.

– Их полно в гидропозитарии, там содержатся редкие виды морских существ. Детеныши. Как только они достигают определенного возраста и становятся способны защищаться, их выпускают в море. А такими ракушками уложены полки и дно аквариумов. Если надо, попрошу Грезгора принести.

– Надо. А мы в этот гидропозитарий сходим? Интересно, что за существа там содержатся, – улыбнулась, получив поцелуй в нос.

– Обязательно сходим. На каникулах я много интересного покажу. Но это ведь не все, о чем ты хотела поговорить? Слишком обеспокоена. Делись, что смущает и угнетает? Если тот амулет в общежитии, то мы его обязательно найдем.

– Нет, он тут ни при чем, – вздохнула я и, глянув на парня, выпалила: – А какие отношения тебя с Еллиной связывают? Почему ваша сила настолько взаимодействует? Она твоя пара?

Я пристально наблюдала за парнем. Он нахмурился, наверняка переваривая мои слова, а потом искренне расхохотался. Обняв меня и прижав к себе, поцеловал в макушку.

– Альёна, ты иногда такой ребенок. И нет, она не моя пара, во всяком случае, в том смысле, о котором ты подумала. Но пока я ничего не смогу рассказать, потому что удержать эту информацию в себе и ни разу не воспроизвести мысленно ты не сможешь, а нам пока рано говорить об этом. Вот разберемся, что тут происходит, побываем на практике, тогда вы обо всем узнаете.

Вроде и спокойнее стало, но червячок сомнения все же подтачивал изнутри. Особенно напрягло упоминание практики. Вспомнились прибывшие без сознания ребята. А вдруг и нас ожидало нечто подобное?

– Ты не волнуешься? А вдруг и мы пострадаем? – спросила и получила полный уверенности ответ.

– До того момента, пока нам туда предстоит отправляться, обязательно разберутся, что происходит.

– Но ведь даже Еллина не смогла понять, что со студентами. Как тогда другие будут разбираться? – не сдавалась я.

Ответа не дождалась. Нас нашел растрепанный Санир со сверкающими глазами, наверняка что-то произошло. Так и оказалось:

– Идемте в лазарет. Там такое… Еллина обнаружила в пострадавших некую сущность. Сейчас магистры пытаются понять, что это такое.

– Ну вот, я же говорила, наша куколка на многое способна, – в этот момент я ощущала гордость за подругу.

Понятное дело, задерживаться не стали, рванули вслед за Саниром. Надо же, сущность. И как она оказалась внутри ребят?

* * *

Рич

В последнее время не только Грезгор разошелся. Многие преподаватели пытались вложить в наши головы как можно больше полезной информации. Дроу и вовсе будто озверела, в прямом смысле слова вдалбливала в нас боевые заклинания, требуя их отработки. Потом сама занималась почти с каждым, стараясь научить владению холодным оружием. Некоторые пытались узнать, с чего такая подготовка, но правды никто не услышал.

Почти месяц нас гоняли со страшной силой. Тренировки усилились после возвращения пострадавших старшекурсников. Связаться с заставой на болотах не было возможности. Вестники возвращались обратно. Магистры и студенты забеспокоились.

После очередного занятия по боевой магии меня остановил дядя. На лице читалась обеспокоенность, сам он, казалось, несколько суток не спал. Поставив купол тишины, тихо произнес:

– Древнее капище окончательно вскрыто, печати сорваны. Вот уже около пятнадцати лет его пытались разбудить, но сейчас все получилось.

– Откуда знаешь? – забеспокоился я.

– Твоя мать прислала вестника. Око истины сообщило. Туда пытались направить моих бойцов, но все вернулись ни с чем. Стоит защита. Не наша. Чужая. Она никого не пропускает, – поделился информацией Грезгор.

– Получается, это и есть причина того, что происходит на болотах? – догадался я, последовал кивок от дяди. – Это же может быть причиной состояния ребят? – еще один кивок.

– Но пока мы не можем понять, как одно с другим связано. В общем, будь осторожен. Мне кажется, ваш староста и магистр Займар причастны к этому. Я уже отдал приказ следить за преподавателем, а сам пока понаблюдаю за Айвеком. Он слишком активизировался. Надо узнать, чего добивается.

От родственника ушел в задумчивом состоянии. Настроение упало. А тут еще и Альёна добавила беспокойства. Я и предположить не мог, что наша объединенная сила вызывала подозрения. Да, чтобы успокоить девушку, я мог бы открыть правду. Но делать это, учитывая то, что сейчас происходило, было рискованно. Поэтому придется подождать. Если она ко мне хоть что-то чувствовала, то поймет и сможет довериться.

В друзьях я был уверен, но менталист, если я откроюсь Альёне, сможет прочесть в голове иномирянки правду о нас с куколкой. И тогда вся конспирация пойдет насмарку. Мне-то ничего не грозило, я смогу дать отпор, а вот Ёлочка еще не стала обученным боевым магом – она могла не справиться и первой попасть под удар.

В лазарет прибыло столько народу, что не протолкнуться. Еллина стояла над одним из парней и держала его за руку. Глаза были закрыты, на лбу появилась испарина, кожа посинела от напряжения. Первым желанием было броситься к ней, подхватить, отстранить. Но пришлось брать себя в руки и слушать Наира.

– Мы в очередной раз пытались понять, что же мешает пробуждению ребят, а потом Елли услышала посторонние мысли. Она сама не поняла, что это такое, где находится существо, пока не взяла за руку Инрека. А внутри него дух. Древний дух. И он все время ругается, что какие-то людишки его подчинили. И это не наши студенты.

– А почему Ёлочка держит парня за руку и не отпускает? – уточнила Альёна. Парнишка сник.

– Потому что дух ее не отпускает. Ему надо выговориться, а она единственная, кто слышит.

– А что магистры-менталисты уже не котируются? – разозлилась землянка.

– В том-то и дело, они тоже его не слышат. Никто не понимает, почему одна Елли может общаться с этим древнейшим.

– А откуда он вообще взялся? Как попал в Инрека? – проявил любопытство Санир.

– Как мы поняли, из запечатанного капища. Похоже, печати сорваны, кто-то подчинил духов. Но ведь это невозможно? – в голосе послышалась надежда.

– К сожалению, возможно. И как я сразу не сопоставил граувит и древнее капище? Подсказка была перед носом. Старый я дурак, – схватился за голову ректор, которого попытались успокоить несколько преподавателей.

– А при чем тут капище, те противные гусеницы и дух? Что вообще за место такое, которое надо было запечатывать? – проявила любопытство Альёна.

– Помнишь, я говорил о безумном экспериментаторе? – Кивнула не только Альёна, но и другие. Грезгор продолжил: – Так вот, дух этого «гения» вместе с теми, кого он уничтожил и превратил своими экспериментами в чудовищ, был заточен на веки вечные, потому что убить такого невозможно, отправить за Грань тоже. Пришлось разбираться по-другому. Много веков все было нормально, если не считать возникновения Зарвартских болот. Они появились из-за эманации от капища. И теперь кто-то не просто снял печати, а решил использовать злых и мстительных духов, подселив их в студентов.

– Получается, потому возникли и изменения той же нежити, причину которых никто не может понять? – догадался Санир.

– Скелет или умертвие… – едва слышно прошептала Елли. Держалась она определенно только на честном слове.

Как ни странно, но я первый понял, что ей было нужно. Обернулся к ректору и сообщил, чтобы притащили сюда пособие некромантов, скелета или свежее умертвие. Лучше, конечно, второе. Размениваться на ходьбу никто не стал. Темный магистр мгновенно открыл портал, втащил в палату мертвеца, а Елли в мгновение ока резко дернула рукой, будто вырывая что-то из тела студента и впечатывая в грудь мертвеца, который тут же задергался, зарычал, а потом открыл глаза.

Менталистка стала оседать на пол. Упасть не дал подскочивший к ней Санир. Парень подхватил на руки Елли и бережно усадил на край кровати, где лежал Инрек. Последний, кстати, тут же громко выдохнул, пошевелил рукой, сдвинул брови и попытался открыть глаза. Вышло попытки с пятой. А вот подняться самостоятельно уже не смог, сил не хватило.

Одно порадовало: дух не выпил магию. Может, и собирался, но не успел – Елли вытащила его раньше. И теперь существо осваивалось в теле мертвеца с кучей печатей некромантов.

– Где я? Что ты со мной сделала? – начал возмущаться древний. – Почему я не чувствую ни магии, ни жизни?

– Хватит возмущаться. Ты согласился на любое бесхозное тело. Его предоставили. Чем недоволен? – равнодушно бросила куколка.

– Бесхозное? Оно мертвое. Как я жить буду? – распалялся все сильнее дух.

– Я не понимаю претензии. Ты теперь свободен, разговариваешь, тебя все слышат. Так что не нравится? – еще раз уточнила менталистка. – Сердце не бьется? Разве это проблема? Оно у тебя уже сколько веков не бьется? И раньше это не смущало.

– Ну, знаешь ли! Я был заточен в темном и гадком месте. А сейчас стал свободен и тоже хочу жить. Когда наш любимый преподаватель Бретжин предложил поучаствовать в ритуале увеличения силы, вся группа согласилась. Никто не мог знать, чем это чревато. Уже позже до всех дошло, что у нас забирали силу. Но мы оказались слишком молоды и неопытны. Верили учителю и мастеру своего дела. А он обманул. А теперь и ты меня обманула! – ткнул скрюченным пальцем в девушку мертвец.

Наверное, не мне одному стало жаль духа. И пусть нам твердили, что все заточенные в капище были злыми и агрессивными, я сейчас видел насильно лишенного жизни подростка, не успевшего ею насладиться.

– Иди сюда, – позвала Елли. Мертвец настороженно на нее посмотрел. – Да иди, говорю, не бойся. Сама я встать пока не могу. Ты же хотел жить? Но поклянись, что никому не причинишь вреда.

– Клянусь! Я и не собирался вредить, сам пытался освободиться из этого тела, – дух ткнул пальцем в наблюдавшего за ними студента. – Но не получалось сделать это самостоятельно. Так чего надо?

Он, с трудом передвигая ноги, подошел к девушке и встал напротив. В палате повисла тишина. Никто не понимал, что куколка станет делать. Но вмешиваться не торопились. Еллина протянула руку, схватила мертвеца. Ее ладонь засветилась. Сияние поползло сначала по запястью экспоната, охватило всю руку, а потом и тело, образовав кокон. По оболочке прошли искры. Печати лопались с громким треском. А когда свет растаял, ахнул не только я, но и преподаватели. Вот она, сила жизни, – в действии.

Умертвие теперь походило на живого человека. Цвет кожи приобрел розоватый оттенок, трупные пятна полностью исчезли, руки перестали быть крюками. Мне показалось или даже сердце стало биться? То, что тело было обнажено, казалось, не смущало никого.

Хотя нет, кто-то из ребят заставил парня накинуть простыню, в которую тот мгновенно обернулся. Рассмотрел собственные руки, потрогал лицо, шею, живот, особое внимание уделил местам, где еще недавно стояли печати подчинения некромантов, а потом… Непроизвольно вздрогнули все.

– А? Оу? Йа-а-ахайо! – Юноша начал прыгать и танцевать, в порыве чувств резко обнял Еллину и чмокнул в щеку. При этом едва не получил оплеуху от Санира, не стерпевшего такого отношения к девушке. – Ты! Ты просто нечто! Спасибо!

– Да не за что, – отмахнулась куколка. – Я же пообещала. А сейчас расскажи, что вообще происходит на болотах? И как оказался внутри Инрека? Сколько вас таких? Я так поняла, во всех, кто находится без сознания, проникли такие же сущности?

– На всех мы учебного пособия не напасемся, – буркнул декан некромантов, но ректор глянул так, что магистр подавился своими словами. – Тебя как зовут, жертва чужих экспериментов?

– Варзек. Мы находились в артефакте, ожидая тело. Те, кто появился в зоне поражения, стали нашими носителями. И я не понимаю, почему ты их не слышишь.

– А зачем вас вообще подселили в чужие тела? – задал вопрос Грезгор.

– Этого не знаю. Но стояла задача вытеснить чужую душу, а потом явиться в Фандар и ждать указаний.

– Фандар? Но это на другом конце Хайшары, – удивился я. – И там вроде ничего подходящего под капище или хранилище артефактов нет. Почему именно туда?

– Когда меня освобождали из капища и внедряли в артефакт, я слышал разговор одного из капюшонщиков. Он сам предложил именно этот город, там находится заброшенный храм, где сохранилась сила, но разрушены стены. Место подходит для ритуала. А вот что за ритуал, не знаю.

– Разберемся. Уже и это много, – кивнул Грезгор. – У самого какие планы? Ты же так и не закончил учебу?

– Я был бы рад. Но сейчас наверняка другая программа, так что даже не знаю, как быть.

– Сейчас идешь со мной, проверим уровень силы, а потом будем думать, на какой курс и факультет тебя определить. Еллина Лорта восстановит силу и продолжит с другими студентами. Декан Родерик, с вас умертвия. Поищите посвежее. У вас же со студентами практика на кладбище? Вот и займитесь.

Ректор пришел в себя, начав раздавать указания направо и налево. Глянул на наблюдавшего за ним Инрека.

– Как самочувствие?

– Восстанавливаюсь, – прозвучало хрипло, но радовало, что парень пришел в себя и теперь вполне адекватно мыслил.

– Восстанавливайся, а остальные расходитесь. Пусть Инрек отдыхает, у нас к нему будет много вопросов.

Магистры и несколько студентов покинули палату. Еллина сидела на кровати с прикрытыми глазами. Альёна попросила Наира принести что-нибудь сладкое, объяснив, что оно быстрее помогало прийти в себя куколке. И хоть сегодня менталистка уже не могла помочь с пострадавшими, завтра точно будет рваться вперед. Первая победа окрыляла и давала надежду на успех в дальнейшем освобожденим ребят. Главное, причину их бессознательного состояния нашли. А дальше, как говорила Альёна, дело техники.

Уже ночью, пока все спали, я наведался к дяде. Предстояло обсудить один вопрос. Так как нам пока было запрещено выходить в город, а мне не хотелось пользоваться преимуществом, то за помощью решено было обратиться к тому, кто не сможет отказать.

– И чего тебе не спится? – беззлобно обронил Грезгор, сидя за столом перед разложенной картой.

– Дело есть. Только ты сможешь помочь, обращаться к другим не хочу, это все же не мой секрет, – пояснил приход, устраиваясь напротив.

– И что же за дело не могло дотерпеть до утра?

– Ты сможешь принести несколько ракушек?

Всегда мечтал вывести дядю на эмоции. Как правило, его ничем нельзя было удивить. А сейчас мужчина сидел, даже рот приоткрыв. Жаль, здесь не было Еллины, способной узнать, о чем подумал родственник.

– Это шутка такая? Ради них ты ко мне заявился ночью? – выдохнул родственник.

– Ага, только ради них, – весело подтвердил я, добавив, – нет, это не шутка, я серьезен как никогда.

– Ракушки? Зачем они тебе? – уточнил осторожно, наверняка решив, что племянник немного тронулся умом.

– Альёна хочет создать переговорник, но пока ничего не выходит. А недавно она увидела сон с ракушками; возможно, из них получатся хорошие устройства. Сделаешь?

– Хм, заманчивая идея. Переговорник. Хорошо, будут вам завтра ракушки. Десятка на первый раз хватит?

– Думаю, да, если что, снова приду, – усмехнулся и, поблагодарив, оставил дядю в дальнейших размышлениях. А утром увидел на тумбочке горку ракушек, которые сразу же отнес Альёне. Сколько радости было!

– Рич, спасибо огромное. Я тогда побегу, хочу прямо сегодня попробовать сделать пробную партию, уже и камешки для них готовы. Надо только сообразить, как пропустить силу для связи на дальние расстояния, – меня чмокнули в щеку и ускакали. Даже про завтрак забыла. Вот что значит увлекающаяся натура.

Мне тоже пришлось собираться и бежать на боевку. Даже ни с кем не удалось толком поговорить. По пути меня перехватила настырная Софи. По инерции попытался обойти девчонку, но она загородила дорогу. Стояла, смотрела.

– Что надо? Говори и дай пройти, на занятие опаздываю, – спросил жестко и властно, миндальничать с нахалкой не собирался.

– Почему ты меня избегаешь? Что, не ровня? Принцам не по статусу простой люд? – прозвучал дрожащий голос, будто Софи собралась реветь. Но я прекрасно раскусил уловку.

– Понятия не имею, что по статусу полагается принцам, а у меня уже есть девушка, которая мне нравится. Поэтому, мой тебе совет, поищи другого, и явно не здесь, – отчеканил, понизив градус холода.

– Я не желаю другого, хочу с тобой поближе познакомиться. Мы могли бы просто подружиться, – Софи стала подходить ближе. Я заметил в ее руке блеснувшую вещицу. Раскинув тьму, как крылья, заставил девчонку шарахнуться в сторону от страха. После чего, аккуратно подобрав то, что выпало из ее ладони, усмехнулся.

– С таким ужасом на лице дружбу не предлагают. Да и подчиняющие артефакты для будущих друзей не готовят. Поэтому, говорю в последний раз, забудь. Никакой дружбы не может быть. Хорошего дня, – нашел в себе силы пожелать напоследок и на этот раз без препятствий обошел красавицу.

Быстро добежал до полигона, где уже собрались студенты. Про артефакт сказал наобум, так как понятия не имел, что Софи собиралась применить. Понадеялся разобраться с этим позже, как и с самой девицей, вызывающей все больше опасений и недоверия.

Незаметно отдал Грезгору ликвидированную у Софи вещицу, попросив проверить, что это на самом деле было. А сам приступил к тренировке. К концу дня из нас выжали все соки, я и думать забыл о Софи с ее непонятной безделушкой. Зато на следующий день меня ожидал сюрприз.

– Подавитель воли. Надо сказать, весьма мощная штука, – поведал дядя, все сильнее хмурясь. – Кто, говоришь, держал эту гадость?

Угадал, надо же. А ведь всего лишь предположил. Я не стал скрывать, рассказав о студентке, с начала учебы пытающейся сблизиться. Но проблема была в том, что до этого леди вела себя как настырная поклонница, не переходящая грани. Да и сейчас девушку не за что было привлечь. Подумаешь, держала в руках опасный артефакт. При желании можно придумать кучу отговорок, например нашла и как раз несла сдавать находку. Грезгор и сам это понимал, потому решил всего лишь понаблюдать за излишне ретивой поклонницей. Больше всего интересовало, с кем она общалась. В том, что действовала Софи по чужой наводке, никто не сомневался.

Полностью доверившись родственнику, я с чистой совестью отправился учиться и наблюдать за своими девчонками. Заодно не терпелось узнать, что намудрила иномирянка. В том, что ее задумка осуществится, не сомневался. Слишком талантливая девушка оказалась сначала другом, а потом проникла в самое сердце.

* * *

Еллина Лорта

Да уж, ситуация та ещё. Это ж кому в голову пришло запихнуть духа в тело студента? Зачем? Как ни прокручивала данную ситуацию, никак не могла вспомнить похожий ритуал. А ведь у герцогини хранилось много пособий по запрещённой магии. Но и там я ничего подобного не видела. Подчинение духов было, а внедрение в живые тела – нет.

Пока я восстанавливалась с помощью сладкого чая и нескольких печенюшек, Альёна с Ричем убежали в общежитие. Как сказала девушка, ей не терпелось опробовать новый артефакт.

– Значит, это ты услышала подселенца? – обратился ко мне Инрек. Говорил он ещё с трудом. Но парню определенно полегчало.

– Да, случайно. Не сразу сообразила, откуда разносилось бормотание. Только других я не слышу. Расскажешь, как вы вообще получили такие подарки?

– Нас отправили в вечерний рейд. Каждый день с семи до девяти вечера группе из пяти студентов вместе с четырьмя магами гарнизона вменяется обход территории и проверка защиты. Держится она на артефактах, сохранность которых мы и должны были проверить. Вначале все было нормально. За неделю ни одного прорыва нежити или нечисти, ни единого нарушения границы защиты. Мы расслабились, решив, что практика в этот раз выйдет лёгкая. Ошиблись. Во время очередного обхода я заметил пульсацию одного из артефактов и указал на нее магам. Но мы не успели подойти – раздался сигнал, включающий боевую тревогу. Появились полчища нежити, о которой ни я, ни мои товарищи слыхом не слыхивали. Они едва не снесли купол. Маги выскочили вперёд, все же это их прямая обязанность; нам приказали оставаться на подхвате и проверить оставшиеся артефакты. Тогда все и случилось. Кто-то из нас наступил в активированную ловушку. Последнее, что помню, нападающая нечисть разом исчезла. Мы перенеслись в какую-то лабораторию, сильно болела голова, горло горело огнем, и темнота. Очнулся уже здесь. Много пострадавших?

– Семнадцать. Сначала доставили вас пятерых, через неделю ещё столько же, а позавчера поступило сразу семеро. Причем страдают только студенты, маги-защитники в полном здравии, не считая ран от нежити, – пояснил Наир.

– Знаете, у меня создалось ощущение, что кто-то из магов в гарнизоне командует нечистью. Знаю, это в принципе невозможно, но уж больно ситуация подталкивает к подобным размышлениям, – поведал юноша. Его глаза стали закрываться. Больше парень ничего не сказал, уснул.

Слабость отступила. Я поднялась на ноги, прислушалась к себе. Резерв уже на треть восстановился. Можно было вернуться в общежитие и что-нибудь поесть. Вроде ела в последний раз только утром. Наверное, отсюда и слабость. Санир всматривался в мое лицо, во взгляде читалось беспокойство.

– Я уже в норме, – поторопилась сообщить, уловив в его мыслях кучу вопросов. И уже покинув лазарет, спросила: – Как думаешь, какова вероятность того, что ребята правильно интерпретировали увиденное? Мог ли один из магов поспособствовать внедрению духов?

– Не знаю, – честно ответил юноша. – Но раньше я бы вообще возмутился из-за подобных подозрений. А сейчас, посмотрев кристалл и узнав, что Айвек является тем самым шутником, едва не отправившим кучу студентов за Грань, уже сам не понимаю, кому верить. Мы ведь с ним почти три года были друзьями. Да, были у Айвека некоторые заскоки, но у кого их нет, он прекрасно справлялся. А тут, словно дурь в голову ударила, стал совершенно другим – я перестал узнавать друга. Удивляет, что никто из нас раньше ничего не заметил. А ведь многие мечтают попасть в тайную службу Ее величества. Чувствую, с такой безалаберностью дорога туда нам будет закрыта.

– Не торопись хоронить мечту, – осадила парня. – К тому же вы с Айвеком дружили. Лучше попытайся вспомнить, не было какого-нибудь эпизода, смутившего тебя. Незначительная деталь, выбивающаяся из общей картины.

Санир размышлял и вспоминал почти до самого общежития. Но на ум так ничего и не пришло. А потом переключились на другое. Как оказалось, артефакт Альёны подействовал, сумев обнаружить все три детали неприятной штуки. Теперь ее предстояло уничтожить. Так как до ужина был ещё целый час, решили потратить его с пользой. Сами уничтожать игрушку не стали. Рич послал вестника дяде, укутав амулеты своей тьмой. Если повезёт, можно будет найти следы ауры того, кто установил эту гадость. А там уже и расспросить, зачем понадобилось нагнетать обстановку.

Хотя виновник, как мне кажется, уже вполне был известен. Непонятно, почему его до сих пор не забрали, чтобы расспросить? Скорее всего, я чего-то не понимала.

На следующий день, не успев позавтракать, я примчалась в лазарет. Наир любезно приготовил булочки с чаем, поэтому перекусывала на ходу. После приступила к осмотру пострадавших. Внимательно прислушивалась, звала духов, но они не желали откликаться. Некроманты притащили троих свежевыкопанных и отмытых мертвецов, которые так и лежали на полу. Надо отдать ребятам должное, тела выбирали совсем юные.

Наир тихонько сидел около стены, наблюдая. От занятий сегодня меня освободили. Магистры знали цену времени. Если дух займет тело студента, вытеснив душу, ничего хорошего не будет.

Совершая ещё одну попытку, я пошла на хитрость. Мысленно не только звала, но и обещала нормальную жизнь в другом теле, если существа отзовутся, или окончательную смерть, если решат и дальше оставаться в студентах.

«Ты правда гарантируешь мне жизнь?» – донеслось до меня.

«Да. Ректор пообещал восстановить вас на учебе. Все прекрасно понимают: вы пострадали зря. К тому же один из ваших уже проходит испытания на силу и знания», – я старалась быть убедительной.

Дальше все пошло легче. Клятва, смена тела, новая жизнь и знакомство. Так у нас появилось ещё трое новых студентов и столько же пришедших в себя старшекурсников. На большее меня не хватило, слишком много сил отнимало оживление. До общежития довел Наир, сама я передвигала ноги с трудом, а там энергии едва хватило на обед. Уснула прямо в гостиной. Кто относил в комнату, скорее догадалась. Санир. Больше некому. Он в последнее время слишком опекал меня. Это слово отыскала в мыслях иномирянки.

За неделю произошло много событий. Удалось освободить духов, Санья собрал кристаллы, которые раздал малышам для слежки. Один паренёк оказался смышленым, заметив студента, направляющегося к дому магистра Займара, шустро подскочил к нему и протянул руку:

– Дяденька, дашь монетку? – изобразил щенячий взгляд малыш. От него отмахнулись, как от комара. Но зато сам постреленок не растерялся и прицепил следилку на пиджак студента. Тот вошёл в дом, следом явились ещё трое, среди которых оказалась девица, не дававшая прохода Ричу. Кажется, он называл ее Софи. Это ж какую сеть развил преподаватель?

Забрал камень малыш таким же образом. Покрутился рядом и снял. А мы потом в компании Грезгора смотрели запись. От чужих разговоров впору было за голову хвататься. Но зато появился весомый повод для арестов, пока заговорщики не исполнили задуманное. Во время нашей практики они планировали провести ритуал, который несколько веков назад и превратил в духов студентов.

Грезгор забрал все собранные следилки, отметил студентов и ушел. Глядя ему вслед, Альёна поежилась, Санья вздернул нос, довольный проделанной работой, а Рич глубоко ушел в себя.

За всей этой суетой мы даже не заметили, как пришла весна. На деревьях распустились почки, снег окончательно растаял. Благодаря переполненной магами Академии, слякоти и каши избежали. Дорожки подсушили водники, с температурой поработали огневики.

Восстановленные старшекурсники вернулись в общежитие. Из всех новых студентов, коими стали духи, к нам на факультет попали четверо. Среди них оказался и Варзек, который, не успев попасть в особняк, с ходу принялся очаровывать девчонок. И у него отлично получалось. Паренёк был весёлым, рассказывал забавные истории, умело преподносил комплименты. Не удивительно, что вскоре юноша обзавелся личными поклонниками. Остальные трое присматривались, пока еще не совсем привыкнув к новым телам и окружению, да и собственная сила усваивалась с трудом. Хотя я не понимала, откуда она взялась, учитывая то, что ребят лишили магии вместе с жизнью. На этот вопрос ответил однажды вечером Грезгор:

– Да, магии их тогда лишили. Но после запечатывания капища силе некуда было деваться, она равномерно распределялась именно в духах, плотно привязываясь к бестелесным созданиям. Отсюда и дар. Интересно, что некоторые получили способности, которых раньше не имели. Вон водник и боевик сейчас вынужден постигать азы лекарского мастерства, а бывший артефактник, не мыслящий жизни без своих поделок, теперь осваивает боевую магию.

Больше вопросов не возникло. Нам только оставалось сочувствовать ребятам, ведь они, будучи в свое время на третьих, четвертых, а то и пятых курсах, сейчас должны заново постигать магическую науку, отличную от той, которой обучались ранее.

Как-то Рич обмолвился, что сыскари наведались-таки в Фандар. И весьма успешно. Ещё немного, и вся сеть любителей запрещенных ритуалов будет накрыта. А мы узнали, что артефакт, влияющий на сознание, установил Айвек, чтобы легче было манипулировать студентами. Он пожелал на примере магистра организовать собственный круг будущих жертв и вознамерился повторить путь безумного мага, став всесильным. Моральный аспект парня нисколько не смущал.

Альёна создала то, о чем грезила больше всего. В один из дней примчалась радостная, прижимая к себе самые обычные ракушки. Одну вручила мне, вторую Ричу, третью Санье, четвертую оставила себе. Пока мы рассматривали предмет, расписанный рунами и имеющий вкрапленные камни, иномирянка быстро показала, куда надо было нажать, как только пойдет вибрация.

– А теперь разойдитесь в разные стороны, надо проверить дальность. Рич, ты иди в сторону некромантов, Санья – к стихийникам, Еллина, думаю, общежитие лекарей подойдет. А я вас наберу и подожду ответа.

Спорить никто и не подумал, любопытство зашкаливало. Я взяла свою ракушку и двинулась туда, куда отправили. По пути встретился ректор.

– Студентка Лорта? Куда направляетесь? И зачем вам ракушка? – поинтересовался мужчина.

– В сторону общежития лекарей. Альёна что-то придумала, у нас сейчас испытания, – не стала скрывать я.

Мужчина собирался еще что-то спросить, но тут штука в моих руках затряслась. Судя по всему, это и была вибрация. Нажала на камень, как и говорили.

– Ёлочка, ты меня слышишь? – донеслось изнутри ракушки голосом иномирянки. Даже ректор застыл, в упор глядя на изобретение.

– Да, прекрасно слышно, и не только мне. Так и должно быть? – уточнила, так как всегда думала, что разговоры – это нечто личное.

– Нет, не должно, но над этим еще поработать надо. Главное, у меня получилось! – раздался радостный голос девушки.

– Это что? – Ректор оказался впечатлен.

– Новое изобретение Альёны, – ответила и повернула обратно.

Тот покивал и, больше ни слова не сказав, отправился в другую сторону. А я вернулась к ребятам, уже вовсю прыгающим от радости.

Как жаль, что я не могла разделить их чувства. Оставалось надеяться, что Рич, как и обещал, сможет помочь мне вернуть утраченное или заблокированное. А пока мы должны учиться дальше, чтобы спокойно сдать экзамены, пройти практику и посмотреть, как жил наш друг.

– Надо будет придумать еще один маленький кристалл-проводник, который будет вставляться в ухо, чтобы никто другой не мог подслушать разговор, – протянула иномирянка с горящими от азарта глазами. Друзьям только и оставалось кивать с умным видом.

Однажды ректор пригласил нас в кабинет, попросив взять с собой и Санью. Помимо него и Грезгора там находилось ещё два существа, держащихся в тени. Рассевшись по предложенным креслам, мы внимательно посмотрели на лорда Найвера.

– Гадаете, зачем вас пригласили? – усмехнулся глава Академии. Мы кивнули. – Лорд Грезгор решил просветить, вы так неосторожно влезли в одно дело и, к нашему удивлению, помогли. Интересно?

– Очень, – за всех ответила Альёна, у которой аж глаза загорелись.

– Все началось очень давно, порядка семи веков назад, когда один безумный маг, имея огромные желания, но слабый резерв, разработал систему отъёма силы у других. Он не наглел, брал помалу, постепенно впитывая в себя и усиленно прокачивая магические способности. Первый опыт принес успех. Усваиваемость чужой силы прошла отлично, никто ничего не заметил и не почувствовал. Бретжин осмелел. К собственному выпуску получил степень архимага. А потом остался преподавателем. Его амбиции росли, породив цель – получить не только все четыре стихии, но и собрать в себе самые редкие виды силы: менталистику, всеведение, прорицание и дар слышать животных. Он выбирал тех, в ком имелась необходимая сила, предлагал индивидуальные тренировки. Студенты любили Бретжина и доверяли ему. Что из этого получилось, вы видели, – провел экскурс в историю Грезгор.

– Это мы вроде и так знаем, – отозвался Рич. Декан усмехнулся.

– Тогда никто не знал, чем ещё занимался Бретжин, – как ни в чем не бывало продолжил мужчина и, поймав всеобщее внимание, хмыкнул. – Он соблазнял выпускниц. Казалось бы, ничего такого. Если не учитывать, что магистр не просто соблазнял их, а доводил до беременности. Дальше девушек уже никто не видел. Мы с трудом обнаружили дневник безумного мага, оказавшийся у магистра Займара. Именно оттуда удалось вытащить картинку целиком.

– Займар – потомок Бретжина? – догадались ребята.

– И не он один. В замке безумного мага был целый питомник беременных девушек. Он держал их на цепи, ожидая потомства. За несколько лет соблазненные студентки родили двадцать четыре ребенка. Сначала мы не могли понять, зачем это ему понадобилось. Оказалось, проводился очередной эксперимент. Бретжин хотел вывести особую породу магов. Но так и не получилось.

– А что стало с девушками и с детьми после смерти мага? – уточнила Альёна.

– Некоторые остались в замке, другие вернулись домой. Дед Займара вместе со своей матерью как раз были из тех, кто остался. Именно эта женщина и собрала все записи и дневники безумного мага. Они же потом достались нашему магистру.

– А он пошел по стопам предка? Вот гад! – эмоционально воскликнул Санья.

– Да. Мы замечали странную слабость студентов после некоторых занятий, но не придавали значения, – слово взял ректор. – Надо сказать, магистр не наглел, брал помалу, агитировал студентов, создавая ту же сеть, что была у Бретжина.

– И, наверное, последствия тоже оказались бы такими плачевными, если бы не вмешался посторонний фактор. У нас появилась Еллина, сбежавшая от опекунов. Лорд Тайрэт, желая вернуть средство манипулирования, пошел на крайние меры, лишив одного из преподавателей способности продолжать работу. И к несчастью для Займара, это оказался именно он. Вот тут-то все и пошло наперекосяк. Айвек напутал с пропорциями искринок, засветился в городе перед глазастым Саньей, духи пошли нам навстречу и выбрали новую жизнь, не желая становиться вечными рабами магов. И вся сеть накрылась до того, как могли пострадать студенты. Теперь у вас будет задание: найти в Зарвартских болотах артефакты, несущие негативную энергетику.

– Хорошо, я уже доработала один артефакт, усилив заклинанием «магнит». Так что теперь они сами притянутся к нам, – подскочила Альёна. – А ещё я заканчиваю работу над переговорником. Повезет – к практике как раз успею доделать.

– Это тот, через который вы общались с Еллиной? – уточнил декан боевиков, которому глава Академии, видимо, уже успел рассказать о новинке.

– Да, он. Там осталась самая малость, – закивала иномирянка, – нужно сделать разговоры личными, а не общественными.

– Я одного не понимаю, при чем тут капище? – уточнила я во время паузы.

– Займару была нужна лаборатория. Но, как выяснилось, ее нашли около пятидесяти лет назад. Печати оставались на месте, этот феномен нам еще предстоит выяснить. Главное узнать, кто владелец и где находится это место.

– Подождите, вы знаете, что она функционирует уже полвека, но так и не смогли ее найти? Как это возможно? – удивился Рич.

– Нам рассказали об этом студенты из бывших духов. Они часто видели нового хозяина лаборатории, но каждый раз он появлялся в плаще и в маске. Понять, что это за личность, не получилось. Изредка туда наведывались лорды, желающие купить шар с силой, изъятой у других. Наш главный вражина наладил поток продаж, не забывая и о себе. Как я понял, отдавал то, что у него уже имелось или не подошло, – пояснил ректор.

Мы задумались над словами главы Академии. Только Альёна все время крутила в руках переговорник и явно пребывала где-то далеко, раздумывая над очередной задачкой. Это заметила не я одна, декан боевиков на нее поглядывал, усмехаясь.

– Практика уже через месяц, а вам необходимо подготовиться к экзаменам, – строго заметил Грезгор, как я поняла, как раз для землянки.

– А ещё нам нужно разрешение на выход в город. Думаю, стоит отблагодарить малышей, помогавших в слежке, – заметил Рич, глядя на дядю.

– Разрешение уже выписано. Вы станете сопровождать женщин и преподавателей, нанятых для работы в детском доме. Ну и название вы придумали, – качнул головой Грезгор.

– Какие женщины? Зачем? – вскочил Санья.

– Тихо, не нервничай. Детям необходимо учиться. Ты и сам должен это понимать. Повар, учителя правописания, боевых искусств и естественных наук. Сами посмотрите, поговорите с ними. Я сразу предупредил: на детей не давить, не кричать и не злиться, – пояснил декан. Санья тут же выдохнул, кивнул и сел обратно.

– Наша Академия решила взять, как говорила студентка Мечникова, шефство над малышами. К ним теперь будут наведываться для оказания помощи все желающие. Беспризорников со всей Хайшары мы начнем отправлять туда. Надеюсь, никто не против? – произнес ректор таким тоном, что, попробуй мы возразить, узнали бы силу его гнева. – В этом есть и плюс, магически одаренных безо всяких рекомендаций сразу будем забирать на обучение.

Видимо, это и стало решающим фактором, возражать никто не стал. Но, судя по лицам Саньи и Рича, у парней было свое мнение на этот счёт. При этом наш помощник едва не подпрыгивал от нетерпения, желая поскорее увидеть товарищей. Решено было отправиться в выходные. Заодно и с учителями познакомимся.

Глава 7

Санья

Выход в город на этот раз был волнительным. И пусть я уже несколько раз беспрепятственно посещал друзей, сейчас все было по-другому. Беспокоило, как отнесутся беспризорники к нашему вмешательству с воспитателями и учителями. Не слишком ли мы торопились? Все же стоило сначала посоветоваться с самими детьми, долгое время обходившимися собственными силами. Слишком часто от взрослых они получали тычки и проблемы. Не обозлятся ли на такое самоуправство?

Но сомнения не мешали предвкушать. Я радовался, что ребятам вообще предоставили такую помощь. Мог ли мечтать два года назад, что до беспризорников вообще кому-то будет дело? Нет, потому что в этот район даже стражи с обходами редко заходили, что говорить о законах и преступности. Не спорю, здесь ее было намного меньше, чем на Земле. Гильдии, поддерживающие порядок, бездомные, сплотившиеся в группы, тщательно следили за собственным укладом, редко доверяя посторонним. Но малыши и так настрадались от взрослых, кто знал, как эти нанятые учителя будут обращаться с детьми. Рич, заметив беспокойство, прекрасно понял, о чем я думал, и тут же поторопился уверить:

– Не переживай, думаю, мы сами сможем договориться с нанятыми преподавателями. Расскажем, как надо обращаться с беспризорниками. Уверен, они поймут и пойдут навстречу. А нет, быстро от них избавимся.

И я поверил. Рич еще ни разу не обманул, не пытался юлить, да и дети ему понравились, видел, как парень на них реагировал. А сейчас их еще и сюрприз ожидал. Я и сам предвкушал зрелище, которое наблюдал один раз. Пространственная магия. Вот оно, волшебство. Интересно, почему она работала только при объединенной силе Рича и Еллины? На этот вопрос ни у кого не было ответа. Хотя, нет. Что-то подсказывало: сам темный догадывался о причинах подобного, но нам говорить не торопился. Это явно касалось той самой секретной информации, о которой Рич обещал всем поведать позже.

– Ну что, готовы? – Альёна не меньше меня ждала встречи с детьми и учителями.

Еще в прошлый раз заметил, как соотечественница загорелась помощью беспризорникам. Казалось бы, ей до этого вряд ли было дело, но потом я вспомнил, что девушка росла в детском доме. Наверняка несладко пришлось, вот и желала теперь осуществить мечту и сделать подобное заведение домашним, где всем будут рады, где будут царить забота и доброжелательность.

– Да, можем идти, – за всех ответил Рич.

Сразу за воротами Академии нас уже ждали. Я заметил ректора, о чем-то строго беседующего с четырьмя существами. Ни одно из них не являлось человеком. За эти годы я научился определять, кто к какой расе относился. Вот и теперь увидел весьма колоритную компанию: вампир, гном, дроу и полукровка дракона, из них только одно создание относилось к женскому полу, вампиресса. Мы двинулись в сторону компании, но пришлось остановиться.

В небе вспыхнули разноцветные огни. Снующий по улицам народ оживился, остановился и, подняв головы, с улыбкой наблюдал за красивым и ярким представлением. Действительно разворачивалось нечто прекрасное. Огни превращались в бабочек и мелких зверушек, устраивали хороводы, прыгали и дарили друг другу цветы. Необычно.

– Как красиво! – выдохнула рядом Альёна. Я же завороженно наблюдал за происходящим.

– Ага, – все, что удалось выдавить из себя.

– В городе какой-то праздник? – холодный тон Еллины заставил очнуться.

– День рождения наследников, им сегодня двадцать лет стукнуло, – пояснил для всех Рич. – Каждый год по этому случаю в городе устраивается праздник.

– Наследники? А почему сразу двое? – спросил я, так как до истории еще не добрался.

Я помнил, что темный говорил о близнецах, но вроде наследование шло только по женской линии.

– Их по привычке так называют. На самом деле это праздник близнецов, они как единое целое, – пояснил подопечный, а у меня вдруг мелькнула шальная мысль, от которой я поторопился отмахнуться, так как мысли занесло в такие дебри, что самому неловко стало. Нафантазировал себе невесть что.

– И что, праздник будет? – уточнила Альёна, хотя я так и не понял, зачем ей это надо.

– Обязательно, вечером бал, – равнодушно пожал плечами Рич.

С нашего места виднелись позолоченные шпили дворца, над которым и разворачивалось представление. А до меня вдруг дошло, что за почти три года нахождения в этом мире я так ни разу толком и не видел дворец и богатый район – туда хода не было. Стражи стояло столько, что мимо и муха не пролетела бы. Понятное дело, туда беспризорников не пропускали. И вот сейчас нестерпимо захотелось посмотреть хоть одним глазком. Пришлось одернуть себя и напомнить, куда мы направлялись. Получилось, мозг тут же начал работать нормально. Я перевел взгляд на ожидающих.

Стоило подойти, как глава Академии тут же представил нашу компанию будущим учителям малышей. Я толком не подумал, и вопрос вырвался сам по себе:

– Они точно преподаватели для детей? Там же совсем еще малыши. И обижать не будут?

Особенно впечатлил гном, коренастый, с длинной бородой, заплетенной в несколько косичек, на поясе болтался самый настоящий боевой топор. Я немного испугался, вдруг, если кто-то не станет слушаться, это оружие пойдет в работу. Дети точно испугаются.

– Или заинтересуются, – машинально отозвалась Еллина, поглядывая на массивное оружие мужчины. Хм, может, она и права.

Ректор хитро глянул сначала на нашу куколку, потом на остальных ребят, после чего подошел ко мне и поведал:

– Нет, пусть эта работа – вынужденная мера, но, можешь не сомневаться, выполнят они ее достойно, – и уже тише, чтобы услышал только я, добавил: – Топор – неотъемлемая часть гномов. Они его применяют только для защиты.

Пришлось поверить на слово, но опасения все же остались. Дальше мы отправились сами. Ректор вернулся обратно. Первые несколько минут шли в молчании, присматривались, пытаясь понять, кто чего стоил. Позже дроу первым завел разговор, обращаясь преимущественно к Ричу после того, как Еллина уточнила, кто и что собой представлял и зачем решил возиться с беспризорниками:

– У каждого из нас своя ситуация, вынуждающая бежать из дома. Ваши беспризорники – это самый лучший выход, чтобы затеряться. Там нас искать не станут. Поэтому о малышах можете не волноваться. Дети – неприкосновенность и драгоценность для любой расы.

Он не пытался понравиться или в чем-то убедить, всего лишь констатировал факт. И этого оказалось достаточно. Больше никто не кидал подозрительных взглядов, более того, как-то незаметно разговорились. Только один раз женщина, представившаяся Наршей, уточнила:

– А мы извозчика брать не станем?

– Нет, пойдем скрытым путем, – ответил я.

На миг возникли сомнения, стоило ли показывать незнакомцам тайные проходы, но решил довериться. К тому же остро чувствовал поддержку тех, кто когда-то мне поверил. Они незримой тенью следовали за нами, рассматривая новых преподавателей. Если бы существа не понравились, я бы сразу узнал об этом. Пока же от наших невидимых соглядатаев исходил интерес.

Разговор продолжился, взрослым задавали вопросы, чтобы лучше узнать, изучить, прочитать, наконец. И сами не заметили, как дошли до нужного дома. По пути я все сильнее чувствовал любопытство сопровождающих нас ребят. Опасений не было. Вот оно – доверие во всей красе. Подал условный знак, чтобы пока не высовывались, а просто наблюдали.

А вот когда мы появились у порога, все высыпали на улицу, где и состоялось знакомство. В глазах детей читались сомнения и подозрения. И я их понимал. То никому не нужны были, то разом столько всего свалилось. Но больше всего, вопреки опасениям, вниманием малышни завладел тот самый гном с топором. Старшие деловито уточняли, как с таким обращаться, не тяжело ли таскать с собой, много ли врагов оружие разило одним ударом. И тот спокойно отвечал на все вопросы.

Надо отдать должное, всего за какой-то час прибывшие преподаватели полностью завладели вниманием детей. За старшего остался Забияка, способный присмотреть и помочь, если что. А я устремился вслед за Ричем, Еллиной и Альёной. Не терпелось увидеть самое настоящее волшебство.

С нами напросились ещё несколько малышей, узнав, что сейчас дом будут увеличивать изнутри. Девчушки лет четырех, явно из новеньких, робко попросили отдельную спальню, а то вместе с семью соседками было слишком шумно. До меня вдруг дошло: за несколько месяцев, что я отсутствовал (не считая периодических набегов), детский дом, когда-то приютивший тридцать два ребенка, перерос в масштабное заведение. В данный момент беспризорников было около двух сотен. И откуда они взялись? Даже когда мы приходили сюда на каникулах, едва набиралось порядка семидесяти душ, а теперь почти две сотни. Естественно, им стало тесно. Даже с учетом работы старших, пристроивших еще одно крыло, все равно места не хватало. Но никто не жаловался. Главное, имелись крыша над головой и еда.

Пусть дом и перестраивали, и расширяли, на большее детей не хватило. Потому и ютились в одной комнате по семь-девять человек. А ведь это не предел. Что-то мне подсказывало, слухами земля полнится, вскоре сюда начнут стекаться и другие потерявшие семьи дети и подростки. Да и декан говорил, что они тоже поспособствуют.

Начали с первого этажа. Раньше там находились кухня, две кладовые для продуктов и инвентаря, три спальни, потом пристроили ещё четыре, так как народу прибавилось. Но пристройка оказалась слишком хлипкой, продуваемой ветром. И теперь мои подопечные исправляли все упущения. Пространство выросло, появилась приличных размеров столовая, увеличилась кухня. В дополнение к семи комнатам создали ещё восемь. Выделили места для самых старших, ведь именно на них лежала ответственность за малышей. Жаль, мебель так же воссоздать не получится. Но с этим нам обещали помочь.

Перешли на второй этаж, где изначально располагалось четыре комнаты, потом пристроили ещё четыре. Рич с Еллиной переглянулись, руки засветились. Коридор стал шире, окна больше, отчего мгновенно все вокруг преобразилось, в помещении стало светлее и уютнее. Добавилось ещё восемь дверей и, входя в каждую, ребята творили. Из крошечной точки появлялся пузырь, разрастаясь, перетекал из одного состояния в другое, пока не приобретал уже вполне узнаваемые очертания стен, пола и потолка. Ребята делали комнаты большими и просторными, растягивая окна на половину стены, чтобы проникало больше света.

Закончив со вторым этажом, темный и светлая спустились вниз, чтобы передохнуть, все же потратили слишком много энергии. В этот момент Альёна расставляла по дому артефакты: обогревающие, музыкальные и наблюдательные, на манер наших камер наблюдения. Заскочив на кухню, девушка подключила несколько изделий к плитам. Одну из кладовых оснастили охлаждающим кристаллом.

– Ух ты! Как потрясно! – Забияка и не думал скрывать эмоций, разглядывая новые комнаты. – Теперь можно будет расселить малявок?

– Надо только с мебелью вопрос решить, – произнесла Еллина и посмотрела на прибывшего с нами полудракона. – Мастер Дхнар? Вы созидатель? Прочна ли будет эта мебель?

Сначала никто ничего не понял. Сам преподаватель лишь вскинул бровь, потом усмехнулся и подошёл ближе.

– Менталистка с огромным резервом и мощным потенциалом, я такого ещё не видел. Что касается вашего вопроса, то моя магия созидания такая же мощная, как и ваша ментальная. Хотите понаблюдать? Мне необходимо несколько дощечек, лоскуты ткани, любые, не принципиально, перья, куски ковра или коврового покрытия. Достанете?

Он повернулся к Забияке, безошибочно угадав в нем лидера. Паренёк кивнул. Быстро раздав указания малышам, помчался в сторону пролеска, откуда и притащил часть требуемого.

И снова детям радость. Не только малыши с восторгом смотрели на происходящее, я и сам замер, на миг забыв, как дышать. Дощечки превращались в кровати, лоскутки – в постельное белье, перья – в подушки и одеяла, а обрывки ковров стали чудесными напольными покрытиями. Комнаты на глазах преображались. Но учли не всё, матрацы создать не получилось. Пришлось Альёне проявить фантазию, они такое уже делали когда-то. Всего-то и надо было смотаться в лес, набрать мягкой травы, смешать с тряпьем, соломой, хорошенько потоптаться по ней ногами и запихнуть в ткань. Еще внутрь были закинуты мелкие прочные дощечки, чтобы не терялась форма.

Весь первый этаж полностью был готов к заселению. Тут же началась суматоха с переездом старших в новые комнаты. Самодельные набитые соломой тюфяки из тряпья, на которых раньше спали беспризорники, без сожаления потрошились и служили для изготовления новых матрацев.

Ближе к обеду дом заполнился потрясающими запахами. На кухне теперь властвовала Нарша, которая отобрала себе трёх помощниц из девушек постарше, решив обучать их поварскому ремеслу. Надо сказать, готовила женщина просто чудесно. Вон дети то и дело сглатывали голодную слюну, ведь ни разу так не питались. Пытались сварганить что-нибудь попроще, лишь бы не умереть с голоду. А нормального обеда взять неоткуда было. Зато сейчас все изменилось.

Мастер Дхнар в столовой как раз поставил параллельно три длинных стола. Первый для самых старших, второй для ребят от десяти до тринадцати лет, а третий для малышни. И когда, созванные на обед все расселись по местам, я впервые осознал, сколько же здесь собралось народу. А сколько ещё появится! Это понял не я один.

– Думаю, надо будет сделать отдельную пристройку комнат на тридцать, – предложила Еллина. – Правда, есть еще третий этаж. Сейчас сил подкопим и займемся.

– А ещё потребуются дополнительные рабочие руки. Дети, конечно, самостоятельные, но и у них должно быть детство, – излишне горячо отозвалась Альёна.

– Если не будете против, я бы пригласил сюда двоих друзей, которые недавно потеряли все, включая смысл жизни. Думаю, работа с детьми поможет вернуть утраченное, – попросил дроу, пока так и не назвавший своего имени.

Возражать никто не стал. Девушки лет семнадцати с интересом поглядывали на мужчину. Темный эльф являлся весьма интересной личностью, красивым, как и все ушастые, и надменным. А может, так лишь казалось. Он вполне миролюбиво разговаривал с детьми, ни разу не показав отторжения или негодования.

После вкусного обеда все расслабились, но восторга в глазах меньше не стало, когда наблюдение за работой Рича с Еллиной, а потом и мастера Дхнара, продолжилось.

Иномирянка тоже без дела не сидела, собирая девушек постарше, в ком ощущалось хоть немного магии.

– Как вы понимаете, дом становится большим, народу прибавляется, чистоту своими руками поддерживать сложно. Поэтому сейчас мы будем учиться бытовой магии, которая пригодится в жизни, – начала девушка. У слушательниц глаза засияли ярче драгоценных камней. Ещё бы, они могли только мечтать о подобном.

– Но это ведь сложно. Говоришь, у нас есть магия, но лично я ее не чувствую, – огорчённо произнесла девочка лет четырнадцати, явно из новеньких, раньше я ее здесь не видел.

– Я тоже раньше ничего не чувствовала. Естественно, с первого раза всему научиться невозможно, но у вас будет стимул, – землянка подмигнула. – Это ведь все ради вашего удобства. Наверняка уборка вручную отнимает много времени и сил.

Девчонки закивали. Действительно было тяжело, но никто не жаловался, понимая необходимость поддерживать чистоту ради самих себя. Потому землянку слушали очень внимательно. Из нее получился бы прекрасный преподаватель. Да, ни с первого, ни со второго раза у подростков ничего не вышло, но упорство и желание показать себя не давали опустить руки. Когда одна из одиннадцати учениц смогла выжечь искру в воздухе, радости не было предела. У второй обнаружился воздух, другая вызвала из-под земли тоненький родничок, значит, управляла водой. Остальные обещали тренироваться, чтобы достичь такого же эффекта.

Альёна написала несколько бытовых заклинаний, рассказала, что с ними надо делать. Да, эффект появится не сегодня и даже не завтра, но через месяц, уверен, нас будет ждать положительный результат. А преподаватель поможет развивать дар. Жаль, что почти из двухсот детей всего у тридцати обнаружились крохи магии. Хотя существовала вероятность, что у малышей она проснется позже, все же я насчитал почти два десятка малюток четырех-пяти лет. Их привели более старшие дети из других городов, пятеро прибыли вообще из другого королевства, где отношение к беспризорникам было весьма жестким, даже порой жестоким. С бродяжками не церемонились, вешали, отрубали руки, порой лишали ног, а чаще всего – головы. И никому до них не было никакого дела. Там даже приютов не строили, чтобы не тратить ресурсы и чужое время.

Пока студенты были заняты делом, я успел переговорить с Забиякой. Парень отвел меня в сторону, чтобы никому не мешать. Мы устроились позади дома на брёвнах, которые позже станут качелями, я как раз принес рисунки детской площадки для маленьких и схемы простеньких тренажеров для более взрослых ребят. Площадку увеличить обещали Рич и Еллина, так как места оставалось совсем мало, да и то было отдано под теплицы и будущий огород, а ведь детям играть надо.

– Знаешь, мелкий, когда я тебя тогда зазырил, сразу допер, ты конкретный типчик, и оказался правым. В ощим… Эта… Спасиб те… Никто из нас не рассчитывал узнать, шо такое крыша над головой и нормальная забота…

– Зато теперь все зависит от вас. И избавься, наконец, от кличек. Если не помнишь своего имени, придумай. Все же, сам понимаешь, вы теперь не бездомные. Больше не придется воровать. Знаю, с работой сложно, но ректор Академии – дельный мужик, он точно подсобит.

– Слышь, а правду гутарили, шо нам теперича и в Академию дорога открыта без ентих всяких… – он махнул рукой, наверняка забыв нужное слово. Но я его прекрасно понял.

– Правда. Главное, заниматься и не лениться. Для этого вам прислали преподавателей, чтобы помочь к следующему году подтянуть тех, у кого нормальный уровень дара. Младшим надо будет учиться, чтобы потом поступить, – пояснил я, вызвав радостную улыбку паренька.

Мы ещё немного обсудили умения вновь прибывших. Пришлось предупредить, что скоро исчезну, так как моим подопечным предстояла опасная практика, а потом мы планировали отправиться в гости к Ричу. Куда и когда, понятия не имел, но вестника пообещал прислать, а заодно оставить одну из ракушек, которую Альёна все же доделала. На этом распрощались.

В Академию попали только глубокой ночью. И первым встретили Санира, который сожалел, что не имел возможности отправиться с нами, а следующий раз представится еще не скоро. До начала экзаменов студентов точно никуда не выпустят, а после будет практика.

Оставив ребят общаться, я побрел к себе. Слишком много всего произошло за день, организм нуждался в отдыхе, хотя сам я часто забывал о том, что пока еще являлся ребенком. В коридоре, встретив друзей, пообещал обо всем рассказать завтра, сегодня даже язык шевелиться отказывался. Меня поняли и пожелали хорошего отдыха. Как был, так и упал на кровать, успев только разуться. Блаженная темнота погрузила в мир снов.

* * *

Рич

Как быстро иногда бежало время. Ещё совсем недавно убеждал родных в необходимости поступления, а уже заканчивался первый год обучения. Зато теперь я знал, к чему снился сон. Именно в этом учебном заведении я нашел то, что столько лет искал. И даже более того. Стоило подумать об Альёне, улыбка непроизвольно появилась на губах. Девочка – очарование, рядом с которой ощущал прилив сил. Мне не приходилось отгораживаться от ее эмоций, потому что Альёна ни разу не испытала страха, находясь рядом. Более того, иномирянку очаровала моя тьма, с которой они вообще как-то быстро нашли общий язык.

Но и по родителям я успел соскучиться. Ещё немного, и снова окажусь в кругу родных. Больше всего мечтал увидеть радость матери, когда она увидит моих девчонок.

– И о чем ты так мечтаешь, что ничего не слышишь? – в мою комнату явился Грезгор. Интересно, как долго он наблюдал?

– По родным соскучился. Предвкушаю встречу. – Я знал, что дядя поймет. И он, оправдав ожидание, кивнул.

– Жаль, к тому времени не получится вернуть Еллине эмоции, – вздохнул родственник. – Она порой вызывает страх, даже у меня, – последнее добавил тише.

– Знаешь, я уже привык и почти не замечаю всегда равнодушного и холодного выражения лица. Наверное, потому что такова маска всех аристократов, которую Еллине даже надевать не надо, это ее обычное состояние, – вроде и смешно, но в то же время горько. За девушку. В который раз задался вопросом, что же с ней произошло, если пришлось заблокировать собственные эмоции? Жаль, Елли сама этого не помнила.

– Что с балом будешь делать? Ты же понимаешь, что должен там появиться, – осторожно уточнил Грезгор. Не сдержавшись, я скривился.

Совершенно не хотелось туда идти, видеть лживые и лицемерные улыбки, слышать, как прыткие мамаши наставляют дочерей, подталкивая на знакомство со мной. И хорошо, если просто знакомство, некоторые не гнушались и в постель отправлять, лишь бы потом с этого получить выгоду. Как же тошно.

Я заметил, что в Академии успел расслабиться. Попробовал бы раньше проявить хоть одну эмоцию, получил бы часовую нудную лекцию о недопустимости подобного поведения, причем как от мамы, так и от отца. А на протяжении этого года мог быть собой, потому что на учебе являлся обычным студентом, все титулы остались за воротами. И это несказанно радовало, но проблема в том, что слишком сложно было возвращаться к обычной жизни.

– Понимаю, но ты ведь знаешь, днём мы будем заняты.

– Знаю. И рад, что ты решил принять участие в жизни простого народа. Эти беспризорники до недавнего времени были как кость в горле. Зато сейчас все наладилось. Как появитесь, открою портал. Пару часов побудешь на балу, потом вернёшься. Нельзя, чтобы день рождения прошел без виновника торжества. Мы и так эти десять лет выкручивались как могли, – вздохнул Грезгор.

– Да уж, я слышал байки, – усмехнулся, хотя на душе было горько.

Я понимал, хотя изначально сильно психовал и сопротивлялся, когда пустили слух, что вторую виновницу торжества до двадцати одного года никто не должен был видеть, чтобы не случилось непоправимого. Нашлись и те, кто просто мечтал найти мою сестру. Ведь это открывало такие возможности. Но ни у кого не получилось.

Спал я урывками. Одолевали сомнения, вернулись страхи вновь потерять то, что совсем недавно снова стало частью меня. Пусть и не в полной мере, но…

Неудивительно, что утром проснулся разбитый. А когда в небе началось традиционное представление, смотрел на девушек. Глаза Альёны горели огнем, ей определенно понравилось, а Еллина осталась равнодушной.

День выдался насыщенным, интересным и изматывающим. Никогда не тратил столько сил. Но с другой стороны, результат превзошел все ожидания. Надо же, никогда бы не подумал, что научусь пространственной магии. В нашем роду имелся секрет: близнецы при совместном взаимодействии всегда обретали особый навык, неподвластный им по отдельности. У мамы и Грезгора имелась магия трансформации. Они могли преобразовать любой предмет, да даже здание в то, что было необходимо. Очень полезный навык при переговорах с другими расами. Потому что каждая имела свои привычки, правила поведения и этикет. Но в общем доступе некоторые знания оказались недоступны, ведь те же дриады и морские эльфы свято берегли традиции. Но к нам периодически являлись. И тут в дело вступала мама, выуживая нужную информацию из мыслей делегации, а потом вместе с братом быстро преобразовывая интерьер и все вокруг в лучших традициях данного народа. У гостей оставалось приятное удивление и поднималось настроение.

Я всегда гадал, чем нас наградит богиня. Дождался. Выжал себя едва ли не досуха. Все, чего хотел, поскорее добраться до кровати. И застонал, когда появился Грезгор.

– Вы припозднились, – не упрек, констатация факта.

– Да, так получилось, работы оказалось больше, чем мы думали, – отозвался и с благодарностью опрокинул в себя протянутый пузырек с зельем, восстанавливающим силы.

– Готов? – После моего кивка открылся портал. И я шагнул в свою комнату, где ожидал традиционный наряд.

Не успел облачиться, как вошла мама. Обняла меня, улыбнувшись, хотя в глубине глаз читалась грусть, и, подхватив под локоть, повела к гостям, не забыв снять личину. Как же я отвык от подобных мероприятий. Пришлось спешно натягивать давно утраченную маску надменного и холодного лорда.

– Я очень надеюсь, что в следующем году ваше совершеннолетие мы будем отмечать уже всей семей, – прошептала мама, выпуская мою руку. Осталось лишь кивнуть на предложение. Я и сам этого хотел больше всего.

Меня поздравляли, исподволь интересуясь нахождением сестры, пытались расположить к себе. Присутствовали и главы древних родов с дочерями. Одни завуалированно предлагали более тесное знакомство, другие не утруждали себя недомолвками. Самым наглым оказался лорд Бристор, являющийся главой не самого древнего рода, но не гнушающийся шантажом, когда это было выгодно. Дядя давно зуб точил на этого хитрого и изворотливого тролля. Вот и сейчас, отведя меня в сторону, лорд заявил:

– Ваше высочество, я тут недавно узнал интересную информацию о местонахождении вашей сестры. Ее ведь похитили десять лет назад. Поэтому за небольшую услугу с радостью открою вам тайну.

Вот гаденыш. И не боялся же в открытую шантажировать. На что надеялся? Свое любопытство я привык удовлетворять.

– Лорд Бристор, и вы так открыто это говорите? Как думаете, что помешает мне натравить на вас главу безопасности Хайшары? Ему и безо всяких услуг все выложите.

– Нет, на сознание я поставил мощнейший блок. Да, ваш родственник может запытать до смерти, но так ничего и не узнает. Свою тайну я унесу в могилу. Но у вас есть все шансы договориться со мной, – сказал с ухмылкой, как у гиены или скорее шакала.

В любое другое время я бы ухватился за эту информацию, а сейчас, спокойно глядя в наглые глаза, уточнил:

– И чего же вы хотите?

– Самую малость. Вы женитесь на моей дочери, а ваша сестра выйдет замуж за моего сына и сделает его не номинальным, а полноправным королем, – озвучил условия лорд.

Наглость Бристора меня настолько поразила, что я расхохотался. На нас стали обращать внимание. А вот собеседник ощутимо занервничал. И правильно. Насмеявшись, я окатил холодом наглого и беспринципного аристократа.

– Не знаю, откуда у вас подобные сведения, да и знать не желаю. Она не верна. С сестрой я виделся только сегодня. Ее никто не похищал, девушка в надёжном месте, поэтому в данной информации я совершенно не нуждаюсь, как и в вашей дочери. И да, у меня есть невеста, которую представлю ко двору уже летом. А вот вами все же займутся. Я не потерплю, чтобы кто-то разносил ложные сведения в среде аристократии.

Вот теперь ещё недавно пышущий уверенностью лорд заметно напрягся, а потом и вовсе испугался. Оставив мужчину с подошедшей к нему дочерью, такой же неприятной особой, двинулся по залу. Но все же до слуха донеслось:

– Папочка, почему он на меня даже не посмотрел? Ты же обещал, что я стану принцессой.

– Прости, милая, кажется, что-то пошло не по плану.

Больше слушать не стал. Лицемерные улыбки раздражали, попытки подсунуть очередную девицу, глядящую на меня, как на монстра, вызывали неприязнь. Хотелось поскорее покинуть сборище. Я представил здесь Альёну и покачал головой. Сложно ей придется, но, чувствую, эта сильная девушка обязательно справится.

– У тебя такое лицо, словно на войну собрался, – хохотнул Грезгор, стоило мне приблизиться к родителям.

– Ты почти угадал, – не стал скрывать я, а потом рассказал о занимательном разговоре. Вот тут и дядя стал серьезным, отдав приказ задержать лорда Бристора, а сам едва руки не потирал от предвкушения. Наконец-то этот хитрый делец попался.

– Сын, ты бы потанцевал хоть один раз, – предложила мама. Пришлось согласиться, так как прозвучало все же почти в приказном тоне.

Из толпы выбрал самую недовольную девчонку, которая явно не горела желанием здесь находиться, о чем и поторопилась меня уведомить, стоило оказаться в кругу танцующих:

– Ваше высочество, давайте сразу обозначим приоритеты. Я не собираюсь становиться ни вашей фавориткой, ни женой, у меня другие планы. В этом году буду поступать в Академию, поэтому…

– Леди Тильра, уймитесь, вы мне не интересны ни в каком амплуа. У меня есть невеста, которая сегодня просто не смогла появиться здесь. А танец – всего лишь дань традиции. Я вас и выбрал, потому что заметил нежелание подчиняться чужой воле. Слишком утомили ужимки и фальшивое кокетство.

– Ой, простите, Ваше высочество, – колючий ёжик мгновенно превратился в смущенную трепетную фиалку.

Танец закончился, я поторопился попрощаться. Но взгляд леди еще несколько минут сверлил спину. Интересно, а так ли уж она была против? Или это очередной способ обратить на себя внимание? Как там говорили наши иномиряне? «Я не такая, жду травая». Вроде правильно, да и неважно, главное, сама суть.

Не успел отойти от девчонки, как попал в круг дам света. Каждая в это мгновение расписывала дочерей, племянниц, внучек. Пришлось стойко все выслушать, а потом заявить:

– Леди, я польщён таким выбором, но у меня уже есть невеста, потому вынужден вас покинуть. Уверен, на балу достаточно представителей древней аристократии, которым вы можете сделать чудесное предложение.

И пока дамы переваривали мои слова, я, уворачиваясь от чужих загребущих ручонок, отыскал Грезгора и скомандовал:

– Все, возвращай меня обратно, сил больше нет. Положенное время я отбыл, пора и честь знать.

Зал покинули втроём: маме пришлось выйти вместе с нами, чтобы вернуть на место личину. И пусть в ее глазах появилось лёгкое осуждение, я пообещал:

– В следующем году мы обязательно останемся до конца. К тому времени, надеюсь, у меня будет защита от чужих девиц и их родных.

– Надеюсь на это, – кивнула мама. – Будь осторожен. Я волнуюсь по поводу вашей практики. Что-то творится на этих болотах. Еще и капище распечатано. Не к добру это.

– Я тоже беспокоюсь, но, надеюсь, все будет хорошо.

Снова переодевание. Портал. И любимая кровать, ставшая почти родной. Жаль, спать осталось всего-то пару часов.

А уже со следующего утра начался последний месяц учебы, и магистры решили окончательно уморить студентов, вбивая в их головы больше материала, чем те могли усвоить.

* * *

Еллина Лорта

Всего месяц остался до окончания учебного года и начала экзаменов, но преподаватели, вместо того чтобы относиться снисходительнее к изрядно подуставшим студентам, решили напрячь ещё больше. Даже разобравшись с целой организацией вредителей, никто не стал спокойнее, ведь на Зарвартских болотах так и не нашли спрятанных артефактов. Маги страдали, попадали в лазарет, нежить и нечисть совсем распоясались, начав нападать обдуманно, не всем скопом, как раньше, а по четко выверенной схеме. У некоторых даже возникло предположение, что существа стали разумными. Хотя это только предположение, проверить которое пока не было возможности.

Сегодня на менталистике преподаватель заявил, что пора не только мысли читать, мозги поджигать, заклинания плести или кристаллы наполнять, но и научиться вычленять ментальную картинку из чужих образов и восприятий. Эти образы, оказалось, можно было вытаскивать как проекцию, переносить на кристалл-носитель или самим создавать подобие кокона с просмотренной картинкой, а потом показывать в развернутой проекции. Этим и занялись.

– Для начала необходимо настроиться на существо. Более сильные могут сразу на расстоянии попасть в чужое сознание, кто послабее – с помощью касания или взгляда. Мало просто прочесть мысли и увидеть общую картинку, нужно промотать след энергии в чужой голове. Пока это для вас непостижимое задание, но со временем всему научитесь. Практику мы вам устроим.

– Так работают криминальные менталисты? – уточнила Ревека, стихийница со слабыми ментальными способностями.

– Да, именно так. Они не просто считывают воспоминания, а выводят проекцию, по которой отматывают все события назад, присматриваются к свидетелям, попавшим в зону видимости пострадавшего, сличают энергетические слепки, раскручивают потоки силы, попавшиеся в зону видимости. Вам необходимо научиться тому же.

– А как выводить проекцию и тем более раскручивать воспоминания? – спросил любознательный Сауш.

– Терпение, юное дарование, все делается постепенно. Начнем с простого. Сейчас каждый раскинет щупальца ментального поиска, пытаясь дотянуться как можно дальше за пределы кабинета. Пока в чужой разум лезть не стоит, сначала определим степень ваших возможностей. Заодно проверим, насколько удаленно сможете взаимодействовать с объектом. Не всем такое под силу.

– А как их раскидывать? Мы же с таким никогда не сталкивались, – посыпалось со всех сторон.

– Взгляните внутрь себя, отыщите ментальный канал, мысленно отделите от него ниточку-щуп. Представьте, что пользуетесь поисковиком, только на этот раз ментально.

Не знаю, как другие, а я долго вычленяла этот щуп. Ещё дольше отправляла его в путешествие и все никак не могла выбрать направление. Зато когда определилась, дело пошло быстро и плодотворно, но утомительно. На пути щупа попадались студенты и преподаватели, их мысли и желания врывались в мою голову, смешиваясь и создавая кашу.

Магистр тщательно наблюдал за всеми и следил за реакцией. Вот первый студент резко выдохнул и расслабился, нашел свой предел. Вторая тоже остановилась. Я же двигалась все дальше. Интересно, где он, этот предел? Пока мой ментальный поисковик продвигался без проблем и уже достаточно далеко. Правда, чем дальше двигалась, тем глуше становились чужие мысли, звучали, будто проходя сквозь преграду.

– Стоп! Еллина, придется остановиться, ваши возможности мы позже изучим более тщательно. А пока каждый попытается найти мертвого с меткой руны Ранхаз. Это недавно погибшие, некроманты специально для нас сохранили их мозги с помощью руны, расставив по всей территории, на всех хватит.

Пришлось возвращать свой щуп и искать мертвеца, который обнаружился недалеко от того места, где я остановилась. Его спрятали под кустом в парке, где было меньше всего студентов. Потянулась к нему, руна вспыхнула ярким светом, послужив магнитом, меня резко втянуло в сознание погибшего.

Неприятная местность, вокруг туман, под ногами чавкала вода, редкие деревья напоминали в тумане чудовищ, чьи лапы-ветви так и норовили дотянуться до горла. Мысли разбегались, но одна настойчиво билась в голове: «Как я здесь оказался? Мы же ложились спать после рейда. А вдруг это сон?» К сожалению, это был не сон. Парень, и я вместе с ним, оказался в самом центре болота. Вокруг раздавались шорохи. Мы стояли на единственном безопасном островке, а вокруг чавкала топь. Но ведь как-то же он сюда дошел, не по воздуху ведь.

Я попыталась проверить юношу на применение постороннего вмешательства. Зелья он точно никакие не принимал, а вот внушение… Толчок. Парня кто-то похлопал по плечу, прозвучали ни к чему не обязывающие слова, как связующая основа ментального приказа. Вот оно. Но кто это мог быть? Почему не видно лица и не слышно голоса? Сканировать сразу две локации сложновато. К такому я пока не была готова. Находясь в чужом разуме, притом мертвом, в весьма опасной ситуации, тяжело сосредоточиться на полной картине произошедшего. Уже то, что воздействие я все же обнаружила, говорило о многом. А ведь мозг пострадавшего, даже с учетом руны, отмирал, а вместе с ним и воспоминания.

В тумане появились светящиеся точки. Глаза. Умные, проницательные и не предвещающие ничего хорошего. Туман поредел, и мы увидели, как три особи чудовищного вида шли прямо по поверхности булькающей топи. Магия? На чем же они держались? Их лапы не касались жижи. Левитация? У нежити? Вопросов появилось много, а ответов пока не было видно. В данный момент не сразу поняла, где мои мысли, а где мага, в разум которого я попала. Казалось, теперь я его слышала.

«Бежать? Куда? Это верное самоубийство. Принять бой? Но как драться с тем, о чем не имеешь представления. Ничего подобного в бестиарии не было».

Попытался призвать силу, тщетно, не откликалась.

«Это конец. Оружия тоже нет. Кто-то специально отправил меня на верную смерть».

Что произошло дальше, я не успела увидеть, меня выбросило из сознания. Судя по тому, как глубоко дышали и надрывно кашляли остальные, внедрение практически у всех прошло относительно успешно. Но сложно.

– Итак, вы побывали в чужом сознании. Как прошло внедрение? – уточнил магистр.

Все тут же стали делиться ощущениями. Кто-то быстро проник в разум, некоторых, как и меня, затянуло внутрь, но нашлись и те, для кого подобное стало весьма сложной процедурой. Соответственно, в деталях эти студенты не смогли все рассмотреть, запомнив только общие картинки. Но общую схему все равно прекрасно дополнили.

– Сейчас будем учиться вызывать проекцию увиденного, – произнес преподаватель.

И ребята начали пытаться. Я ждала, вспомнив, что нечто подобное уже делала, только непроизвольно, когда очень хотела показать мысли Айвека. Поэтому сейчас сосредоточилась и продемонстрировала то, что видела в голове у мертвеца. После этого начала рассматривать другие проекции. Было о чем задуматься.

К нам доставили мертвых магов как раз из Зарвартских болот. Снова они. Что же это за бич мира такой? Но больше всего поразили абсолютно новые виды нежити и нечисти. Магистр, сделав слепки, нахмурился озабоченно, покачал головой и тут же закончил занятие, сообщив:

– На сегодня свободны, а завтра будем учиться искать чужие энергетические следы.

– Зачем? – удивились студенты.

– Чтобы понять, какая сила перенесла магов в центр болота; как вы поняли, сами они прийти не могли. А значит, тут несколько вариантов. Первый – портальное перемещение, но для этого рядом должен был находиться портальщик. Второе – ментальное внушение, причем весьма мощное, позволившее пройти по топкому болоту, как это делает нежить. И третье – мощнейшие артефакты, притягивающие магов с определенным уровнем дара. Кстати, студенты, вы почувствовали, что всем погибшим отказала магия? Ее попросту выпили.

Сообщив это, магистр стремительно удалился, оставив пищу для размышлений. Как только остались одни, тут же заговорили все разом. И волновал только один вопрос:

– И нас хотят отправить туда, где настолько опасно?

– Но ведь это наша работа, – пожала плечами я, вспомнив слова ректора.

– Вот только сложно бороться с тем, о чем понятия не имеешь. Самый опасный враг тот, которого не знаешь, – глубокомысленно заявил Соуш.

Я ощутила страх ребят, который липкой пленкой оседал на теле. Никто не желал вернуться в Академию в виде мертвого пособия.

– Чтобы подобного не произошло, надо учиться защищать свой разум. Судя по тому, что я вижу, тут явно чьё-то ментальное воздействие, – озвучила пришедшее на ум предположение.

– Это ж какой силы должен быть менталист? – всхлипнула миниатюрная блондинка с кукольным личиком.

– Не сила важна, а умения и стремление, – произнесла недавно вычитанные из книги строки. – Когда цель важнее средств достижения, можно через голову прыгнуть, и не только свою, но и чужую. Мы не знаем стремлений, но именно наша задача отыскать неизвестного во время практики. К тому же сил он задействует мало, я успела заметить глубокое вмешательство. Для активации необходимо прикосновение и слово-ключ. Последним, что мой погибший почувствовал, стало прикосновение к плечу и какие-то слова. Причем этого типа он знал, но в разуме я не нашла ни одного образа.

– Значит, менталист может быть даже из магов, охраняющих купол? – удивленно уточнил Краст.

– Не может быть, а, скорее, именно так и есть, иначе как бы он тогда проворачивал свои делишки? – опередил меня с ответом Соуш.

– А наш курс не попадает на Зарвартские болота, туда отправляются только универсалы и боевики, – с долей самодовольства поведала Ревека.

– Не хочу тебя разочаровывать, но менталисты тоже отправятся с нами, – ехидно отметил паренёк из боевиков, которого звали Коар.

– Неправда, мне уже отец нашел место для практики. Не собираюсь проводить месяц в жуткой вони среди кучи мужланов, – вздернула нос Ревека.

– Вряд ли кому-то интересно твое мнение. Практика обязательна для всех. Только менталист способен отыскать причину смертей на болотах. А значит, мы всем составом отправимся на практику, – Соуш подключился к беседе. Я молчала.

Пока остальные спорили, размышляла о нежити. Их умные глаза наводили на размышления. Они будто пытались что-то сказать. Да, голод хорошо чувствовался, но агрессии не исходило. Как именно погибли маги, никто из нас не увидел, всех выбросило из чужих разумов.

Слушать перепалку дальше не стала. Нам ещё предстояла тренировка на полигоне. Надо успеть переодеться. Я шла к общежитию и смотрела, как многие высыпали на улицу, радуясь тёплому весеннему дню. Солнце уже ощутимо грело, заставляя сбрасывать верхнюю одежду. Природа тоже просыпалась после зимы. На деревьях набухали почки, из земли пробивались первые ростки травинок. А на полигоне, чувствую, сегодня будет грязно. Декан Грезгор явно постарается.

У себя в комнате переоделась. А на выходе встретила Альёну. Саньи не нашла, скорее всего, он с друзьями где-то отрабатывал уроки магии.

– На тренировку? – вздохнула иномирянка, которая тоже была в спортивной форме. – Ты чего такая задумчивая?

На лице девушки появилось удивление. Как она пояснила позже, все привыкли видеть мое лицо равнодушным, словно маска у статуи, а сейчас я и правда много размышляла.

– Думаю о том, что увидела на менталистике. – Мы давно ничего друг от друга не скрывали, и сейчас не видела оснований.

– И что же ты увидела? – вопрос прозвучал от Санира, обнаружившегося внизу.

– Идёмте, по пути расскажу. У тебя сейчас занятие? – вопрос адресовался третьекурснику.

– Да, с вами вместе, совместный спарринг, – кивнул и вопросительно глянул, ожидая моего рассказа.

Пока шли к полигону, я коротко изложила, чем мы сегодня занимались, что увидели, какие мысли возникли после посещения чужого разума.

– Хм, получается, нежить явно хочет что-то сказать, но не может, а магов истребляет менталист, причем явно неучтенный, – быстро поймала мысль Альёна, ее мозги заработали в нужную сторону. – Ёлочка, надо всем студентам, которые отправятся на практику, сотворить артефакты, защищающие от чужого влияния на мозги. Но для мощного эффекта мне понадобится твоя сила. Поможешь?

– Конечно. Успеешь за месяц? Не забывай, нам ещё к экзаменам готовиться, – предупредила, прекрасно зная ее азарт. Дай волю, так Альёна из лаборатории и выползать не будет. Хорошо, за этим пристально следил Рич, забирая девушку и на обед, и на ужин, хоть порой и удавалось это с трудом.

– А как Академии вообще позволили забрать мертвых магов? Их должны были похоронить со всеми почестями, – озвучил сомнения Санир. Теперь остановились все трое.

– Это могло быть только в одном случае: менталисту захотелось поиграть и показать свое могущество, – предположила я.

– Ага, типа, я такой крутой, а вы все лохи, фиг меня поймаете, – подхватила иномирянка. Часть слов не поняла, но общий посыл был ясен.

– Тогда он чересчур самонадеян, а такое бывает только в нескольких случаях: если это наследник древнейшего рода, для членов которого законы не писаны, считающий себя выше правил; если это вконец обнаглевший маг, загубивший не одну жизнь и выпивший чужую магию, что позволило считать себя всемогущим; или безумный экспериментатор, всеми силами желающий, чтобы его остановили, так как сам он это сделать уже не в состоянии, – предположил Санир.

– К нашему случаю подходят все три, а вот какой из них верный, думаю, придется разбираться на месте, – произнесла, тем самым заканчивая разговор, мы как раз приблизились к полигону.

Там уже собрались первые и третьи курсы универсалов и боевиков. Грезгора ещё не было. Что-то подсказывало, он вместе с другими преподавателями сейчас рассматривал слепки менталиста с необычной нежитью.

– Вы снова что-то задумали? – к нам приблизился Рич, по лицу Альёны и прочитавший беспокойство.

Пришлось во второй раз поведать о недавнем занятии, выводах и предположениях. Что по этому поводу хотел сказать темный, мы так и не узнали, появился декан и бросил взгляд на меня.

«Уже рассказала друзьям?» – прилетела мысль мужчины.

«Конечно. У нас даже появились некоторые мысли», – поведала, пока студенты выстраивались в шеренги.

«Задержитесь после занятия, поделитесь соображениями», – прозвучала не просьба, приказ. Я едва заметно кивнула, преобразовала браслет в оружие и, как остальные, приготовилась к буйству декана.

Сначала была общая разминка, потом полоса препятствий, которую установил магистр Займар, а декан менять не стал. Только самую малость усложнил. К ней многие привыкли и сейчас преодолевали без проблем. Правда, сегодня в конце что-то изменилось. Возник туман, похожий на тот, что я видела в голове мертвеца. Пришлось проявить осторожность. И не зря. Воспользовавшись ментальным щупом, чтобы проверить дорогу, обнаружила болото. Пусть и иллюзорное, но грязь оказалась вполне настоящей. И что делать?

Щуп наткнулся на кочки. Значит, придется прыгать. Первая, вторая. С третьей едва не соскользнула. Тело напряжено, дыхание начало сбиваться. А конца болоту не видно. Ещё две кочки. И тут из молочного марева выступили две фигуры нежити. Магией бить нельзя – неизвестно было, как отреагирует, пришлось доставать меч. Ещё одна кочка. Взмах оружием, и тварь отскочила, а вторая напала.

Я никогда не считала себя сильным бойцом, и сейчас получилось преодолеть препятствие только чудом. Мой меч вошёл в тело существа, оно с хлопком исчезло. Вторая тварь подкралась незаметно, прыгнула как раз на то место, где только что стояла я, благо успела переместиться на следующую кочку. Здесь опора попрочнее. Нежить рыкнула и бросилась навстречу, я подставила острие, на которое она напоролась. Снова послышался хлопок. Постояла, прислушиваясь, рядом никого не обнаружила. Нашла ещё две кочки. На какую из них прыгать?

Снова в дело пошел ментальный щуп. Одна кочка оказалась обманкой. Ступив на нее, сразу бы ушла в болото. Переступив на вторую, выдохнула и… Оказалась на финише. Я прошла полосу.

Не всем так повезло. Многие, расслабившись выученной программой, потеряли осторожность, туман не смутил. Как итог: падение в болото и прохождение заново. Рич, как и я, прошел с первого раза, а вот Альёна только со второго. Позже, вспомнив мой рассказ о мертвеце, девушка сопоставила данные, и во второй раз проявила внимательность.

– Что ж, теперь вы понимаете, к чему может привести беспечность, – подвёл итог Грезгор. – Разница в том, что здесь ловушки фантомные, есть возможность начать заново. А в реальности подобная неосторожность могла стоить вам жизни. Нельзя расслабляться, находясь в необычной ситуации. Надеюсь, уяснили. То, что сегодня далось вам легко, а именно бой с нежитью, может оказаться самым сложным. Так как даже мы не знаем всех способностей новой нежити. Понятно?

Слаженный кивок послужил ответом. И в следующий час нас разделили на пары: старшекурсник – первокурсник. Со мной встал Санир. Мы давно уже занимались вместе. И разбивать наш дуэт никто не стал. Ричу достался излишне самоуверенный боевик-оборотень, возомнивший себя великим воином. А вот Альёна оказалась напротив щуплой драконицы. Девушки пока присматривались друг к другу, не торопясь нападать.

Больше я на ребят не смотрела, уделив все внимание партнеру. Взмах. Разворот, перекат. Выпад. Мы танцевали с парнем, и он явно получал удовольствие. Ему легко удавалось достать меня, но при этом Санир сразу обозначал мои промахи и ошибки.

– В любом бою важна хитрость и изворотливость. Каким бы искусным ни был враг, необходимо его перехитрить, заставить поверить в твою неопытность, а потом серией ложных выпадов полностью обезвредить. Поняла?

– Да. Но одного понимания мало. Осталось применить советы на практике, – отозвалась, снова вступая в бой.

Только к концу занятия удалось выработать тактику и даже один раз достать парня. Это стало маленькой победой, и я смогла отвлечься на друзей. Оборотень рядом с Ричем неимоверно злился, совершая ошибку за ошибкой. Кажется, ему так и не удалось достать темного, зато сам уже весь покрылся царапинами от клинка Рича.

Альёна с драконицей красиво танцевали, с переменным успехом. Иномирянка выигрывала за счёт ловкости и смекалки, а драконице оставалось применять силу, выносливость и ускорение.

Грезгор пристально наблюдал, делая пометки в блокноте. Где-то кивал с довольной ухмылкой, местами хмурился, если не нравилось происходящее. Но в спарринги не вмешивался. Только в самом конце устроил разбор полетов, обозначив, какими неповоротливыми ослами, прущими напролом и не желающими включать мозги, считал некоторых.

Разбредались, едва волоча ноги от усталости. Альёна повисла на Риче, меня поддерживал Санир. А ведь отдохнуть не получится, именно с сегодняшнего дня мы решили помогать иномирянке с артефактами. Я надеялась, что после обеда силы хоть немного восстановятся.

– А вы куда собрались? – догнал голос Грезгора.

А ведь я о нем совсем забыла. Пришлось останавливаться. Нам вручили по пузырьку восстанавливающего зелья. Пришлось выпить, стало значительно легче.

– Что хотел? – Рич явно потерял настроение в спарринге с оборотнем.

– Обсудить произошедшее, – не поддался на агрессию племянника мужчина. – Какие соображения?

– Декан Грезгор, почему тела погибших магов не похоронили с почестями, а отдали Академии для экспериментов? Это ведь неправильно, так не должно быть, – озвучил общий вопрос Санир. Магистр довольно кивнул.

– Молодец! Зришь в корень. На заставу уже отправлен запрос, как такое могло случиться. Ответ ожидаем. Чувствую, скажут, что никто ничего не посылал. А это значит? – от нас явно ожидали продолжения.

– Что разошедшийся менталист пытается добиться цели, правда пока непонятно, какой именно, – бросила Альёна, вспомнив о нашем недавнем разговоре и предположениях.

– Ментальная магия – опасная вещь, которая сводит с ума, вызывает привыкание, агрессию. Если наш менталист, ощутив вседозволенность, пытается привлечь внимание, чтобы его остановили, значит, сам он давно перешёл черту, утратив собственную суть и отдавшись во власть магии. Это тот самый случай, когда не маг управляет силой, а она им, – поведал Грезгор.

– А как вычислить такого безумца? – вырвалось у меня.

– Очень сложно. Если сила берет верх, то идёт на любые хитрости, чтобы как можно дольше творить деяния, не попадаясь под подозрение. Если человеческий фактор ещё может выдать личность безумца, то магический засечь практически невозможно. И тут вся надежда только на таких же менталистов. Еллина, тебе больше всех придется постараться, при этом как можно тщательнее скрывая свой дар. Вернее, его настоящую мощь. Понятно?

– Да, вполне, мне уже не в первый раз советуют скрывать настоящую силу, – отозвалась, пытаясь понять, чем она отличалась от других. Об этом на занятиях ничего не говорили.

– А теперь я хочу услышать, что ещё вы придумали, – уточнил декан.

– Хотим создать артефакты, раздать студентам, чтобы не попали под влияние и не погибли, как до этого маги. А если получится, то и воинам в гарнизоне оставить, им нужнее, – поделилась задумкой иномирянка.

– Хорошая идея. А справитесь? Месяц остался, – в голосе мелькнуло сомнение.

– Очень постараемся, подключим и других артефакторов, они не откажутся помочь, – уверенно заявила подруга.

– Ладно, а мы все же попытаемся узнать о специфике неопознанной нежити, – буркнул себе под нос Грезгор, судя по виду, уже находящийся не с нами.

– Я одного не понимаю, если вы раздадите артефакты всем, то, значит, и самому менталисту достанется? – задал вопрос Рич.

Судя по всему, эта мысль пришла ему в голову прямо сейчас. Об этом, кажется, никто и не подумал. Поэтому теперь все недоуменно переглядывались друг с другом.

– Какой хороший вопрос, – кивнул Грезгор. – Его надо хорошенько обдумать. Ограничимся защитой одних студентов. Магам, естественно, артефакты сделаем, но пока отдавать не станем. Только тем, кому безоговорочно можно доверять.

– А как мы будем знать, кому безоговорочно доверять? – проявила подруга любопытство. – Как известно, настоящий злодей умеет очаровывать и втираться в доверие. Такого весьма сложно вычислить.

– Мы постараемся, – пообещал декан, в тоне которого отчетливо сквозила угроза. Что ж, больше нам здесь делать было нечего.

Оставив мужчину наедине с мыслями, отправились на обед, а потом Альёна предложила вместе идти в лабораторию, где сейчас наверняка можно было отыскать артефакторов со всех курсов. Спорить не стали.

Внизу нас ожидал Санья. Услышав, куда мы собрались после обеда, попросился с нами. Все же его увлечение артефакторикой перешло на новый уровень. Парень прекрасно справлялся со связкой камня и основы, задавал параметры и успешно проходил их активацию. Лишние руки точно не помешают, учитывая, что от меня толку никакого не было. Сколько ни пыталась, так ни разу и не смогла соединить цепочки взаимодействия – они рвались. Многое я не видела и не чувствовала, зов камней вовсе казался темным лесом. Это Альёна и Санья их прекрасно слышали, потому и безошибочно угадывали, как применить. А для меня кристаллы все являлись одинаковыми.

В лаборатории, как и ожидалось, уже корпели над заготовками другие студенты, по рядам прохаживался магистр, наблюдая за работой. Заметив нас, широко улыбнулся Альёне.

– Студентка Мечникова, тоже решили поработать?

– Да, магистр, но мы еще и с просьбой, – начала землянка. После чего поведала о задумке.

– Да, я слышал о вашей практике, – кивнул преподаватель. – И, думаю, наши студенты пойдут навстречу.

Отказываться и правда никто не стал, понимая необходимость артефактов для тех, кому предстояло прохождение практики. Амулетов понадобилось много, как-никак студенты трех курсов универсалов, плюс три курса боевиков и несколько менталистов с других факультетов отправлялись в опасное место. И пусть нам самим они, возможно, не пригодятся, лишними не станут. Маги, служащие около болот, тоже нуждались в помощи.

До самого ужина все занимались только защитными артефактами, отложив собственные до лучшего времени. Я подпитывала их силой, устанавливая мощный блок от ментального воздействия. Для тех, кто сейчас присутствовал здесь, сделала на основе их собственной силы, так амулеты работали намного эффективнее. Что касается остальных, конечную привязку на силе сделать проще, а вот артефакт создать оказалось сложнее.

Парочку решили проверить прямо сейчас. Несколько учеников надели украшения и обернулись ко мне. Магистр, мотнув головой, задумчиво протянул:

– Что-то мне подсказывает, воздействие Еллины не самый удачный способ проверки.

– Почему? – удивились многие.

Могла бы, последовала бы их примеру, а так только вскинула вопросительно бровь.

– Потому что для этой девушки преграды вообще никакой быть не может, – озвучил со вздохом.

На миг показалось, что мужчина знал нечто такое, о чем пока никто из нас не догадывался. Вон как посмотрел на Рича. Почему на него?

Наш друг задумчиво прикусил нижнюю губу, насквозь прожигая взглядом преподавателя. Но все же темный кивнул и уже сам уточнил:

– Тогда как мы проведем проверку?

– Соберем менталистов и направим их общую силу на одного из студентов с нашим изделием. Это и будет самой лучшей проверкой, – пояснили нам. Возражать никто не стал.

Уже вечером в общежитии началась раздача артефактов с последующей привязкой индивидуальной магии.

– А зачем нам это? – поинтересовалась Силь, рассматривая амулет с интересом. – В честь чего такая благотворительность? – теперь в вопросе проскользнула настороженность.

– В гарнизоне на Зарвартских болотах менталист убивает магов. Амулет защитит от чужого воздействия, – пояснила Альёна. – И это не благотворительность, а разумная предосторожность. Могла бы и «спасибо» сказать. Ребята выкладывались для вас.

– Спасибо. И прости, – тут же пошла на попятный девчонка.

– А вы всем их делать будете? – уточнил второкурсник, поглядывая на наших согруппников.

– Да, нам и другие артефакторы пошли навстречу, как раз за месяц планируем управиться и создать всем защиту, – охотно пояснила иномирянка. – Пока только десять сделали на пробу. Осталось проверить, а потом и для остальных творить. Ну, или вытворять, тут уж как получится.

Да, это займет время, но хотя бы подарит для студентов иллюзию защиты. И пусть моя роль в этом деле маленькая, я все равно старалась.

А ночью моя сила повела себя весьма странным образом, словно бунтовать вздумала. Снилась уже знакомая рыжая волчица, смотрела умными глазами, будто хотела что-то сказать. Не дождавшись, прыгнула навстречу и… Впиталась в мое тело. От толчка я проснулась и села на кровати, глядя в распахнутое настежь окно, откуда светила полная Лавра, небесное светило фиолетового цвета.

– И что это было? – вопрос риторический, ответ я вряд ли узнаю. Но не покидало ощущение: сон что-то значил, жаль, не понимала, что именно. И с кем посоветоваться, пока не предполагала. Друзей пугать не хотелось, во всяком случае, в преддверии практики и так все были на нервах.

* * *

Альёна Мечникова

Слишком жесткий режим задали магистры. Добавили занятий, тренировок, а ведь еще надо было успеть доделать артефакты. О сне вообще забыли. Наша компания спала по четыре часа, держась на местных энергетиках. Отдушиной служили редкие разговоры с беспризорниками, которым через Санью передали готовый переговорник. Так мы знали обо всем, что творилось в доме у детей.

Вопреки опасениям, преподаватели исправно занимались с ребятами, помогали в благоустройстве дома. К тем четверым добавилось еще пятеро, которые были вызваны взрослыми. Теперь беспризорники находились при деле, благо еда всегда имелась в наличии. Гном построил на участке небольшую мастерскую, где обучал старших парней работе с камнями и деревом. Они создавали мелкие вещицы, которые потом относили в одну из лавок на продажу. Потом у мастера появилась задумка изготавливать мебель, благо лес находился рядом, а декан боевиков обещал походатайствовать о делянке под вырубку деревьев. Что ж, у ребят налаживалась жизнь, можно было пока не беспокоиться. Уверена, девчонки тоже найдут чем себя занять, чтобы приносило пользу.

Тактика магистров принесла плоды. На тренировках многие уже показывали отличные результаты. А еще перед сном Ёлочка на нас тренировалась раскладывать информацию на составляющие. Мы с удивлением наблюдали, как девушка вытаскивала наши воспоминания, проверяя энергетические следы. Плавающая в воздухе проекция заставляла смотреть на нее широко распахнутыми глазами. Я такое только в кино видела. И пусть привыкла к магии, но, как оказалось, существовали моменты, способные удивлять. И дар подруги стал одним из них.

– А как ты разматываешь эту нить? – завороженно спросил Санья. Потом поправился: – Откуда вообще ее берешь? Здесь же ничего подобного нет.

– Есть, смотри, – куколка указала на пустое место в проекции, где уже через секунду появилась подцепленная нить. – Она указывает, с кем и когда ты взаимодействовал.

В данный момент в воздухе витали воспоминания нашего парнишки. После слов девушки стали проступать образы друзей помощника, потом незнакомых студентов, которые всего лишь проходили рядом. Сам парень на них не обращал внимания, но мозг все зафиксировал.

– Потрясно! – выдохнул Санья. – И так можно с каждым?

– Да, абсолютно с каждым. Даже с мертвым. Но с ними сложность в том, что мозг быстро отмирает, энергетическую нить до полной раскрутки не доведешь, просмотреть можно только последние воспоминания, при условии, что прошло не больше суток после смерти. Потом мозг окончательно отмирает и уже ничего не показывает, – пояснила Еллина.

Рич тоже освоил новые заклинания с применением тьмы. Магистр Даяно даже научил ребят сложным формулам третьего курса, так как это могло пригодиться на практике.

– Такое чувство, что нас отправляют на войну, а не на практику, – вырвалось у меня.

– В принципе, ты близка к истине, – кивнул Рич. – И пусть это не война в масштабном плане, но не менее опасное место. Никто не знает, чего добивается менталист, кто он вообще такой и откуда взялся. А нам придется его отыскать. Точнее, не именно нам, а всем вместе.

– Знаете, я только сейчас осознала всю степень опасности, мне страшно, – созналась, нисколько не стесняясь своего страха.

– Это вполне понятная реакция, – выдала Еллина. – Многим страшно, глупо скрывать очевидное и строить из себя героя.

А вот Санья, хитро подмигнув, поведал:

– Ты же хотела подвигов и спасения мира. Дерзай! Вот твой шанс.

– А твой? Ты же с нами отправляешься, – я хотела его поддеть, но не получилось. Мальчишка широко улыбнулся:

– А я в сторонке постою, на вас посмотрю. Конечно, по мере возможности помогу, но на амбразуру точно не полезу, прошло то время. Был бы в своем теле, без проблем. А будучи ребенком, предпочитаю соотносить собственные силы и возможности.

Я восхитилась парнем. Все-таки мозги не пропьешь, и возраст для них не помеха. Пусть Александр по какой-то прихоти и оказался на месте забитого мальчишки, но рациональность сохранил, как у взрослого мужчины.

Но в следующее мгновение вдруг дошло еще кое-что. Глянув на друзей, задумчиво протянула:

– Я одного не понимаю, на практику отправляется чуть больше ста студентов. Казалось бы, должны быть спокойны. Но магистры боятся. Чего именно? Неужели такое количество народа не справится с одним менталистом?

– Для начала его необходимо найти. Мы не знаем, что за новая нежить нам противостоит. Откуда вообще взялась и на что способна? – произнес Рич. – Зарвартские болота тянутся слишком далеко. Не факт, что все окажутся в одном гарнизоне. Старшие курсы разделили на три точки. Скорее всего, с нами поступят так же, – пояснил темный.

– И распределять будут таким образом, чтобы в одну группу попали все три курса по несколько студентов от каждого, – встрял с пояснениями Санир, присоединившийся к нам.

– Подожди, получается, болота защищает не один объект, а целых три? И никто до сих пор не отыскал вредителя? – потрясенно выдохнула я.

– Мы не знаем, в каком именно гарнизоне орудует менталист. Маги ищут, но пока безрезультатно, – покачал головой третьекурсник.

– Если такое происходит, почему же королева до сих пор не отправила в это место профессионалов? – Санья проявил любопытство.

– Отправляла. Но за целый месяц поиска ничего не происходило. Совсем ничего, даже нежить не нападала. Тишь да гладь, словно находились в самом спокойном месте. Это лишний пунктик в пользу того, что новые образцы умнее или ими управляют. Потому теперь на нас вся надежда, – пояснил старшекурсник.

– А еще с нами отправляется Грезгор, – бросил Рич.

Мне показалось или это что-то должно значить? Я, конечно, предполагала, что родственник темного не так прост, как казалось, но все же последнее пояснение вызвало недоумение. Что может сделать один декан, каким бы сильным ни был? Знала бы я тогда правду, определенно бы прониклась. Но никто, кроме Рича, естественно, не был осведомлен, потому и не впечатлился особо.

Долгое время не давал покоя один момент. Я сомневалась, стоило ли спрашивать, но все же набралась смелости или, скорее, наглости и, застав темного одного, завела разговор:

– Помнишь момент, когда учитель сказал о силе Еллины?

– Запомнила все же? – по-доброму усмехнулся юноша. – Да, помню. Что именно тебя заинтересовало? О силе нашей куколки ты и так знала.

– Знала. Но мне показалось, в том разговоре магистр имел в виду нечто определенное, будто ты должен знать об этом. – Я зашла со стороны, хотя так и подмывало задать вопрос в лоб. Едва сдержалась.

Собеседник криво ухмыльнулся, глянув нереально темными глазами, склонился надо мной:

– Альёна, тебе ведь не терпится узнать, кто я. Не так ли? А я пообещал обязательно рассказать, но после практики. Тогда ты сама поймешь, что происходит и почему сила Еллины настолько велика. Потерпи совсем немного.

И как бы сейчас ни хотелось закатить истерику с топаньем ног и криками, я просто кивнула, резко выдыхая. Дала себе установку не нервничать, осознав, насколько были важны уроки медитации.

* * *

За отведенный месяц получилось все, что запланировали. Артефакты студентам раздали, Еллина провела сцепку с силой каждого, кому предназначался артефакт. Навыки нам все же отточили до автоматизма. Вот когда начинаешь верить в профессионализм преподавателей.

Время прошло в авральном режиме. Незаметно подкрались экзамены. В отличие от многих сокурсников, я совсем не волновалась. Пока наши красавицы бегали на свидания и искали любовь, мы тратили время на учебу. Потому и не пришлось в последнюю ночь спешно восполнять пробелы в образовании. Никто из нас не сомневался: все получится. И не ошиблись. Единственная проблема возникла на теоретической магии. Так как в последнее время внимание уделяли практике, о теории напрочь забыли. Меня лично спас легкий попавшийся билет.

Как итог, наша компания, как и в прошлом семестре, получила высшие баллы. Теперь можно было собирать вещи на практику. У одних она вызывала страх, у других азарт, третьи злились и ругались, не желая ехать к черту на рога. Но чужие желания ректор не учитывал. Раз универсалы, боевики и менталисты отправлялись на Зарвартские болота, значит, все остальные договоренности отменялись.

Утром перед отправкой провели жеребьевку. На такое никто не рассчитывал, компании уже сложились, создав желание оказаться вместе. Но вышло все совершенно по-другому.

Я заметила, как Грезгор подал знак Ричу, который, едва заметно кивнув, шепнул нам, попросив не торопиться. Собравшиеся студенты подходили к ящику и тянули жребий в виде обычных номерков, на которых высвечивались только цифры один, два или три. Кто-то радовался, кто-то разочарованно стонал, а мы ждали. Наконец, очередь подошла к концу. Первой отправилась к ящику Еллина. Решительно запустила руку внутрь и вытащила шар с номером два. За ней последовал Санир. Я видела, парень ощутимо волновался, руки немного тряслись. Но когда в руках высветилась цифра два, из него с шумом вырвался облегченный вздох.

Ричу тоже попалась цифра два. Настала моя очередь. В это мгновение я готова была молиться всем богам, чтобы не отстать от друзей. Меня трясло от страха. И когда в руку сам скользнул шар, даже раздумывать не стала, вытащила. И едва не запрыгала от радости. Двойка. Значит, наша компания не разделится.

Хотя в какой-то момент до меня дошло – это магия. Нам определенно кто-то помог. Хотя почему кто-то? Грезгор. Недаром он вместе с нашим куратором поменялся группами. Магистр Алфирия взяла первую, а декан боевиков – вторую. С третьей отправлялся магистр Даяно. Еще с нами уходил декан некромантов, чтобы попытаться разобраться в сущности нежити.

Уже завтра мы отправимся на болота. Признаться, я и предположить не могла, что там могло ожидать. Одно дело гадать, а совсем другое – увидеть своими глазами, оценив опасность на месте. Что-то мне подсказывало, реальность будет разительно отличаться от ожиданий. И не все нам понравится. А пока стоило отдохнуть перед отправкой, разбудить нас грозились на заре, чтобы успеть к всеобщему построению защитников гарнизона, где состоится знакомство.

Чувствую, это дело для Еллины. Среди всех только она сможет уловить мысли магов, вдруг повезет отыскать вредителя. Хотя, как сказала сама куколка, лучше на это не надеяться, потому что он очень умен, еще и напился чужой силы. В таком случае обнаружить неродную магию под силу только тому, кто учился определять подобные моменты. И вряд ли это студенты. Нам ведь пока даже не рассказывали, как это вообще делается.

Когда все разошлись, ко мне вошёл Рич. В который раз залюбовалась парнем. Красивый, обстоятельный, надёжный. И пусть ни разу не произнес избитые фразы, поступками явно показал свое отношение ко мне. Вот и сейчас, обняв, нежно поцеловал. И мне вдруг захотелось большего. Но сама ни о чем просить не стану. Успела убедиться, насколько тут порой помешаны на законах.

Нет, девушки, конечно, не блюли свою честь. Взять ту же Силь, которая с лёгкостью порхала из койки в койку, оценивая потенциал парней. Как она однажды выразилась:

– Брать дракона в мешке – не вариант. Вдруг потом выяснится, что в штанах стручок вместо меча, не способный доставить удовольствие?

Так и проверяла многих. Рич же вел себя со мной как с драгоценностью. Максимум, на что его хватало, – поцелуи. Да и то в первое время юноша чутко ловил каждую мою эмоцию. Бедолага, это ж как его любовницы успели зомбировать, что в каждой теперь выискивал следы страха и отторжения. Сейчас Рич освоился и больше не проверял мою реакцию.

– Готова? Сильно боишься? – оторвавшись от моих губ, спросил юноша.

– Боюсь. Но страх перед жеребьёвкой был сильнее, мне на миг показалось, что нас разделят.

– Обошлось. Мы все вместе, но и ответственность ложится огромная, – вздохнул парень.

– Это ведь декан мухлянул? – уточнила шепотом.

– Что сделал? – сначала спросил, а потом смысл вопроса до него дошел. – Да, Грезгор применил магию, чтобы мы оказались в его группе, так дяде проще будет наблюдать за нами и оберегать.

– Ты все же не простой студент, да? И дядя твой явно какая-то шишка. Это стало понятно, когда ты проговорился о его значимости, – хотелось хоть немного приоткрыть завесу тайны. Но Рич меня раскусил и поцеловал в кончик носа.

– Альёна, осталось пережить практику, и ты обо всем узнаешь. Хорошо? А теперь отдыхай!

Он нехотя отстранился. С языка так и рвалась просьба остаться, но я сдержалась и отпустила парня к себе. Сама же, быстро приняв душ и смыв с себя все страхи, забралась в кровать. Сон сморил мгновенно, все же за эти дни мы сильно вымотались.

Глава 8

Еллина Лорта

Разбудили нас рано утром. Но я и сама, уже давно проснувшись, успела собраться. Привычка спать по четыре часа сделала свое дело. Даже зелье не требовалось для восстановления сил. Попутно анализировала свое состояние, с которым последнюю неделю творилось нечто непонятное. Будто магия внутри ворочалась и стремилась наружу. Заметила и обострение зрения, слуха, обоняния и осязания. Пока никому не говорила, сначала решив самостоятельно разобраться в происходящем. Незачем было беспокоить других.

Но не только это вызывало вопросы. Теперь едва ли не каждый день стала сниться рыжая волчица, умные глаза которой смотрели с укором. А потом она вдруг начинала менять цвет с рыжего на белоснежный и обратно. И если сам факт присутствия помощницы и защитницы не вызывал вопросов (я все же по-своему скучала по ней), то смена окраса рождала любопытство. Это наверняка что-то значило. Хотелось бы понять, что именно.

Выходила на улицу вполне бодрая, в отличие от остальных ворчащих, зевающих и засыпающих на ходу учеников. На меня многие смотрели со злостью. А одна из девчонок не удержалась и яростно рыкнула:

– Нельзя быть такой бодрой! Как вообще можно выспаться за пару часов?

– За четыре можно, – поправила ее и, обогнув по дуге, двинулась к друзьям.

Те тоже стояли сонные, кроме Рича. Темный, как и я, бесил всех бодрым видом.

– Поделились бы секретом, как вам это удается? – широко зевнула Альёна. – Мне, например, целой ночи мало для сна. А вам несколько часов хватает.

– Привычка и родовая способность, – подмигнул темный.

– Одна на двоих? – не смог удержаться и Санир.

На это Рич отвечать не стал, попросту не успел. Или не захотел. С некоторых пор я могла точно знать, что именно парень сделает в следующую секунду. И чтение мыслей тут ни при чем. Я будто стала его чувствовать.

– Разделились на три команды! – раздался окрик лорда Найвера. Все на миг встрепенулись, но тут же поплелись к своим кураторам.

Дело немного застопорилось. Студенты толкались, никак не могли сообразить, куда идти, некоторые ещё находились во власти сна. Неудивительно, что построение затянулось. Надо отдать должное магистрам, которые терпеливо ждали. И как только каждый занял свое место, ректор продолжил:

– Сейчас откроются три портала. До места практики будет два подобных перехода. Конечный пункт в небольшом городке Стокмиз в трёх льетарах[1] от Зарвартских болот. Вам придется пройти пешком. Так что собрались, студенты!

Раздались стоны. Не о такой зарядке мечтали, просыпаясь на рассвете. Уверена, у студентов еще была надежда хотя бы час поспать по прибытии на место. А тут успеть бы к построению. Но спорить с ректором никто не осмелился. Открылись порталы. Мы шагнули за Грезгором. Рич, Альёна, Санир и Санья держались рядом. Всего в нашей группе оказалось около сорока существ, как и в других. Даже присутствовали пятеро новоявленных студентов из бывших духов. Их тела пока только подстраивались под новую сущность, но ребята уже неплохо себя чувствовали, да и освоиться успели.

– Это ж какая силища должна быть, чтобы так долго держать портал открытым, – восхитилась Альёна.

Никто не ответил, но некоторые кивнули. Когда оказались на холме, вокруг которого раскинулось лавандовое поле, девчонки заохали от красоты, а парни стали фыркать.

– Идём до дальнего холма, оттуда откроем следующий портал, – озвучил намерения декан боевиков.

– А почему сразу отсюда нельзя? – как всегда, проявил любопытство Соуш.

– Потому что в этом пространстве небольшая аномальная зона: нас выкинуло на пару сотен метров ближе необходимого места. Именно перед тем холмом заканчивается искажение. Пошли, не стоит терять время, – отчеканил Грезгор. Но на лбу появилась складка, словно мужчина и сам не ожидал подобного.

«Что-то не так?» – рискнула влезть в мысли. Но магистр думал о том, что аномальная зона слишком стремительно разрасталась, не к добру.

«Да, здесь должна была стоять защита, а ее нет, аномалия ползет к городу», – отозвался декан.

«Чем это грозит?» – спросила, хотя и сама уже предположила.

«Проблемами для местных жителей».

Больше не разговаривали. Дошли быстро, даже не успев запыхаться. Сосчитав студентов – вдруг кто решил отдохнуть посреди такой красоты, – куратор бросил на землю портальный кристалл, предупредив, что время перехода ограничено, потому никаких задержек допускать нельзя. Прониклись все. В открывшуюся арку заскакивали по двое, а то и по трое. Но успели.

Перед нами появились слегка покосившиеся ворота города. Высокая каменная стена местами облупилась и потрескалась. Стояли стражники в грязном обмундировании, запашок от них шел соответствующий.

Студенты скривились, Грезгор нахмурился. Чувствую, будь его воля, мы бы обошли город, так как заходить в него никакого желания не возникло бы. Но обход занимал слишком много времени, а путь к гарнизону лежал с обратной стороны Стокмиза. Пришлось идти. По пути к декану подошел Рич. Благодаря обострившемуся слуху, я прекрасно слышала разговор.

– Насколько помню, финансирование здесь всегда было достаточно хорошим. А такое чувство, что попали в свинарник. Надо с этим разобраться, – шепнул темный.

– Я сам как раз об этом думал. Градоправитель шлет отчеты о новшествах, производимых в городе; признаться, ожидал увидеть высокоразвитое поселение, а оказывается… – Мужчина поджал губы. – Разберемся, сегодня же пошлю вестника, чтобы прислали комиссию.

Им пришлось замолчать, ведьмы как раз приблизились к воротам. В этот момент из-за обострившегося нюха почувствовала тошноту и желание чихать. Пришлось искать платок и зажимать нос. Подошел Рич и создал вокруг моей головы воздушный купол, чтобы легче дышалось. Кивком поблагодарила и двинулась следом.

– Что это с тобой? – заметил мое состояние Санир, не отходящий от меня ни на шаг.

– Я не знаю, просто с недавних пор стала лучше видеть и чувствовать запахи, – рассказала ему секрет.

– И что это значит? – нахмурился юноша.

Я пожала плечами:

– Понятия не имею. Знала бы, сказала.

Настаивать Санир не стал, понимая, что врать мне не было смысла. Но судя по мыслям, решил ко мне присмотреться, чтобы понять, из-за чего происходили подобные изменения.

– Кто такие? Ик… Куда? С каждого серебрушка, ик… – заплетающимся языком потребовал один из стражников. Нас окатило таким амбре, что многие зажали рты и носы.

– А не многовато вам будет по целой серебрушке? – ехидно уточнил декан. Стражник тут же попытался состроить грозное выражение лица.

– В самый… Ик… Раз. Не нра… тся… Проальвай… – запинаясь, выдал этот тип.

Грезгор схватил обоих блюстителей порядка за грязные вороты, встряхнул, отвёл, а точнее, оттащил в сторону и произнес несколько слов, после которых оба мгновенно протрезвели, попытались вытянуться в струну, но ноги заплетались.

– Завтра же приду и проверю, – донеслось до нас. – Что стоим? Мы и так опаздываем, – это уже было адресовано нам. Многие поежились, слишком грозно выглядел мужчина.

Спорить с таким деканом не хотелось, ребята даже окончательно проснулись и бодрой рысцой последовали за куратором. Правда, иногда оглядывались, пытаясь понять, что здесь вообще происходило и как можно было настолько обнаглеть, чтобы напиться на посту, при этом выглядеть настоящей свиньей и требовать деньги за вход, который должен оставаться бесплатным.

Народу на улицах почти не было. А если и пробегали малыши, то стремительно пытались скрыться с глаз долой. При этом страх казался слишком осязаемым. Такое чувство, что население вообще боялось показываться на улице. В чем же причина? Увиденное не понравилось не только студентам, но и декану. Он выглядел так, будто прямо сейчас отправится убивать. Город преодолели быстро. Оставаться даже на лишнюю минуту не хотелось. Никто из учеников ни слова не сказал об ускорении шага, но подсознательно старались побыстрее оставить стены ужасного места позади. Солнце только начало подниматься, освещая грязь и мусор на улицах. Это ж как надо было запустить город? Родственник Рича все больше мрачнел.

На вторых воротах вообще никого не оказалось. Пришлось самим открывать и покидать негостеприимное место. Зато дальше утоптанный тракт позволил двигаться в быстром темпе. Хоть дорога оказалась ровная, без колдобин, к месту назначения явились за десять минут до общего построения.

От заставы было одно название. Я представляла крепость с каменной стеной, а увидела всего-то пять домов в три этажа, стоящих приблизительно метрах в пятидесяти друг от друга. В качестве стены выступал купол, отделяющий и сами болота. Их я вообще не увидела. За домами находился пролесок, справа цветущий луг, слева холмистая местность. Да, территория заставы оказалась огромной. Наверняка за день не обойдешь, а если постараешься, свалишься от усталости.

– А где болота? – не я одна находилась в недоумении. Ничего похожего вообще не наблюдалось.

– За пролеском. Он служит защитой от нежити, там же находятся специальные сигнальные артефакты, – пояснил маг, встретивший нас. – Кстати, среди вас есть артефакторы? У нас тут ерунда творится, многие цацки выходят из строя. Причина неизвестна.

– Посмотрим. Все посмотрим и проверим, – пообещал Грезгор. – Какой дом для студентов?

– Второй отсюда, его более-менее привели в порядок, но, сами понимаете, справляться придется своими силами, – в голосе прозвучала толика извинений.

Это и понятно, женщин здесь не было, убираться точно некому.

– Справимся, – снова кивнул куратор, повернувшись к нам. – У вас семь минут, чтобы выбрать комнаты, кинуть вещи и выйти на плац. Все должны быть здесь во время общего сбора. Ясно? Вперёд!

И мы помчались к указанному дому, каменному, обшарпанному, но внутри достаточно большому. Все оказалось запущено, стоял затхлый запах, хотя было видно, здесь пытались проветривать. Вот только пыль и мусор никто убирать не стал, это предстояло сделать нам. Но уже не сейчас. Слишком ограничено время.

Наши спутники бегали, заглядывали в комнаты, что-то искали. Мне не хотелось, поэтому прямо на первом этаже нашла две комнаты, соединяющиеся общей дверью. Здесь было чище всего. Позвала ребят. Каждая комната была рассчитана на двух студентов. Парням придется поставить третью кровать для нашего помощника. Зато окна выходили в лес, в случае чего можно легко выпрыгнуть, если заметим нечто неожиданное.

С задачей мы справились первые. Потому не стали тратить время на уборку. Меня влекло на улицу, о чем и сказала друзьям. Одну не отпустили, вышли следом. Только Санья остался, чтобы осмотреться и найти для себя кровать. Заодно взялся понаблюдать со стороны.

Стоя недалеко от плаца, я всматривалась в каждого мага, торопящегося на построение. Мысли у многих оказались схожи:

«Будут ли нападения в ближайшие дни?»

«Как поскорее восполнить утраченный резерв?»

«Раны ноют».

Воины думали о чем угодно, но не о том, чего я ожидала. А еще некоторых заинтересовало прибытие учеников. Кое-кто даже успел рассмотреть наших девушек. И вознамерился идти на штурм.

– Как успехи? – рядом появился Грезгор. Я мотнула головой. – Совсем ничего? А ментальный след на ребятах не нашла?

– На четверых, уже сбросила, правда, размотать привязку не получилось, умный гад, подстраховался. Он на время поставил блок с условием активации кодового слова. Это не тактильная активация, поэтому снижается успех обнаружения, – поведала я. – А еще их воспоминания не дают никакого результата, совершенно нет ничего, указывающего на менталиста.

– Надо побыстрее раздать ребятам артефакты, – задумчиво протянула Альёна. И тут же запнулась: – Подождите, получается, мы так и не исключили шанс, что и нашему менталисту вручим защиту против него же?

– Вот поэтому и необходимо обозначить хотя бы подозреваемых, – кивнул Грезгор. От прозвучавшего гудка вздрогнули. Нас подтолкнули к плацу, куда уже бежали другие студенты. – Идите, сейчас начнется знакомство. И да, ментальный след – не повод избавляться от подозрений.

И мы пошли. Я рассматривала суровых воинов, широко улыбающихся нашим красавицам. Признаться, думала, мужчины окажутся постарше. Здесь же самому старшему было от силы лет сорок. Основная масса магов оказалась лет двадцати пяти – тридцати.

На нас смотрели, изучали, сканировали, некоторые недовольно хмурились, глядя на хрупких девчонок, которых явно не воспринимали всерьез и не понимали, что они здесь делали.

– Сколько красавиц к нам прибыло, – довольно ухмыльнулся молодой маг. – Меня Ширт зовут. Могу провести экскурсию и показать, что здесь имеется.

– А я Зуат, тоже с радостью составлю компанию, – выкрикнул второй мужчина. По рядам магов прошло волнение. Сами студентки уже вовсю строили глазки молодым мужчинам, не скрывая интереса.

Я наблюдала, изучая чужие мысли, старалась поймать хоть одно знакомое плетение, увиденное в Академии в голове мертвых воинов. Но ничего подобного не нашлось. Или его намеренно скрыли, или мы в чем-то ошиблись. Но я склонялась к первому варианту.

– Тишина! – раздался окрик старшины гарнизона, серьезного мужчины со шрамом на лице. Глаза его острым клинком полоснули по весельчакам, те мгновенно стали серьезными. – Практиканты, делимся на группы по способностям. Артефакторы, боевые маги, лекари, менталисты, если имеются – некроманты.

Я задумалась, в какую группу направиться. Открывать настоящие способности не торопилась, вдруг это даст фору в поиске вредителя. А значит, раз уж настоящую силу менталиста решила пока скрыть, выбрала лекарское направление под одобрительным взглядом Грезгора. Альёна встала рядом с артефакторами, а Санир и Рич направились к боевым магам. Как только распределение закончилось, поймала удивленный взгляд Соуша и Ревеки. Они недоумевали, почему я не присоединилась к ним. Пришлось едва заметно мотнуть головой, показывая, что так надо. Ребята кивнули, даже строптивица Ревека, обозленная на весь мир из-за сорвавшейся удобной практики, и та не стала возмущаться. В их сообразительности нисколько не сомневалась, ребята наверняка догадались, почему я это сделала.

– Студенты, у вас два часа на обустройство жилья, завтрак и сбор. Артефакторы отправятся со мной. Группу боевых магов возьмёт на себя Уфинар, необходимо проверить периметр около купола. Лекари отправляются в лазарет для пополнения кристаллов-накопителей, которые странным образом разрядились. Менталисты идут с Тиатом на левый фланг, именно там чаще всего в последнее время прорывается нечисть. Да и купол в этом месте по непонятным причинам становится все тоньше.

– Если нам придется считывать ментальный фон, то необходимо взять с собой одного лекаря, так как перерасход сил может привести к ослаблению функций организма, – деловито заметил Соуш, чем удивил многих.

Лично я о подобном слышала впервые, но вмешиваться не стала, догадавшись, для чего это было сказано.

– А без лекаря никак? – в голосе прозвучало ехидство.

– Никак, лично у меня часто идёт кровь носом, если перенапрягаюсь, тут без лекаря не обойтись, – кокетливо отозвалась Ревека. Мужчина махнул рукой.

– Делайте что хотите. Кого из лекарей возьмёте?

Ответить никто не успел, однокурсники недоуменно переглядывались, не понимая, что делать в случае ментального истощения. Пока никто ничего не сказал, я подошла к ребятам и, встав рядом, представилась:

– Еллина Лорта, я пойду.

Меня удостоили колким взглядом. Не став противиться, мужчина кивнул.

– Ладно. Будьте готовы через два часа. Хотя ума не приложу, чем вы сможете помочь.

И ушел, не дожидаясь ответа. Ага, вопрос был риторическим. Задерживаться студенты тоже не пожелали, разбрелись наводить порядок. Многим стало понятно, для чего в Академии ввели бытовую магию. Руками убирать собственное жилище вряд ли кто-то нормально смог бы. Жить в пыли и с паутиной не хотелось. Поэтому первым, что было сделано, стала уборка. Дом засиял чистотой уже через полчаса. Себя тоже привели в порядок, сходили на завтрак, а в назначенное время снова выстроились на плацу.

В нашей группе оказалось всего пятеро вместе со мной. Шестым стал Тиат, молодой воин лет двадцати семи, вряд ли ему было больше. Привлекательная внешность мужчины располагала к себе. На хорошо тренированное тело заглядывались две наши красавицы. Ревека первой и завела разговор:

– А долго нам идти?

– Около получаса. Что, волнуетесь, что ноги устанут? – вроде и сказал миролюбиво, но ехидство скрывать явно не собирался. А в мыслях я увидела, насколько Тиат был недоволен нашей командой:

«Что могут сделать эти красотки? Им бы дома сидеть, а не в магию лезть».

Покачала головой, но промолчала.

– Ну что вы, мы привыкли, – бросила девушка. – А почему ваши менталисты не разобрались с проблемой? Вы же не один в гарнизоне обладаете такой магией?

– Нас трое. Я, Игар и Тофаз. И даже совместных сил не хватило, чтобы понять проблему, – отозвался уже более миролюбиво мужчина. В этот момент я внимательнее к нему присмотрелась. А потом до меня дошло, он без зазрения совести читал всех ребят, вернее, пытался читать и все время хмурился, потому что ничего не получалось.

– Часто вы вместе решаете вопросы? – уточнил Сирен, второкурсник из стихийников.

– Нет, мы вообще редко вместе работаем, у каждого свой участок. К чему эти вопросы? – наш провожатый всполошился.

– Любопытство. Хотим больше узнать о магах и их работе, – мило улыбнулась вампиресса Кната, третьекурсница из универсалов. – Как-никак у нас же практика, есть чему поучиться у более опытных товарищей.

Я шла позади, и пока ребята заговаривали зубы, очень осторожно просматривала воспоминания воина. В них не нашлось ничего, за что можно было бы зацепиться. Хотя… Это что такое? Чем глубже забиралась, тем отчетливее становилась зеленоватая нить. Надо сказать, очень знакомая ниточка ментального воздействия, которую кто-то сильно желал спрятать. И будь на моем месте другой маг с таким же даром, это вполне получилось бы. Я же начала аккуратно разматывать клубок. Наверное, дернула слишком сильно, потому что Тиат вдруг вздрогнул и остановился. Тут же отвернулась, стараясь не потерять концентрацию.

После обнаруженной находки поняла, насколько погорячилась, проведя на плацу поверхностное сканирование. Выявленные четверо воинов с ментальным воздействием, оказалось, были для отвода глаз. А на самом деле здесь все намного сложнее и страшнее. Придется пообщаться с каждым защитником; понять бы еще, как это сделать, не привлекая внимания. Надо будет у Грезгора узнать, наверняка посоветует что-то дельное.

– Что? Вы что-то услышали? – тут же постарался отвлечь мага Соуш.

– Нет, показалось… – наш провожатый сдвинул брови, осмотрел каждого из учеников. Посчитав самой безобидной студентку лекарского факультета, внимания мне уделять не стал.

– Вы побледнели. Вам плохо? Вот, а говорили, лекарь лишний. Еллина, не поможешь нашему бравому воину? – кокетливо пропела Ревека. Я подошла ближе. Заметила на лбу испарину.

Получается, задев зеленую нить ментального воздействия, я ухудшила самочувствие мужчины. Но в данный момент это был мой шанс. Встав напротив, тихо попросила:

– Закройте глаза и не открывайте, если не хотите ослепнуть. Ясно?

– Ослепнуть? От чего? – Тиат даже отодвинулся, глядя настороженно. Я выпустила свет наружу, пустив по ладони. Маг икнул, потом, кивнув, зажмурился. Я подала знак ребятам.

Работа закипела. Вытащив из головы воина то, что было глубоко запрятано, мы все вместе начали разматывать смазанные и скрытые воспоминания. Попутно я сканировала организм спутника и качала головой. Из него только недавно начали выкачивать силу на расстоянии. О таком на занятиях не говорили. Раньше мы вообще думали, что это невозможно. И тут я поняла, как это делалось. Пуговица на кителе служила проводником. Ткнула пальцем в зачарованный предмет. Соуш тут же наложил на него блокирующее заклинание, Ревека попыталась снять слепок силы.

– Долго еще? – уточнил Тиат, не открывая глаз. Испарина на лбу не проходила, еще и дыхание стало сбиваться.

– Нет, еще немного. Как самочувствие? Лучше становится? – спросила, заговаривая мужчине зубы, пока остальные мучились с проекцией воспоминаний.

– Как ни странно, но да. Только слабость сильная, словно после трехчасовой тренировки. Вы хороший лекарь, хотя и пугаете своим видом, – признался мужчина.

Когда, казалось, победа уже была близка и мы вот-вот узнаем имя вредителя, нить резко оборвалась. Просто истончилась. Ребятам хотелось ругаться, но пришлось сворачивать деятельность. Да и Тиат уже вернул себе привычный цвет лица.

– Уже можно открывать глаза? – уточнил воин.

– Да, лечение прошло успешно, – бросила равнодушно, пряча сделанный слепок его ментальной проекции в карман пиджака.

Остаток пути маг то и дело задавал вопросы о лечении. Чувствовалось, он явно в чем-то нас подозревал, но толком не мог понять, что произошло. Пришлось остановиться.

– Тиат, с кем вы чаще всего общаетесь? – задала вопрос в лоб. Он прервался на полуслове, глядя с недоумением.

– А какое это имеет значение? – Я уловила в вопросе враждебность.

– Вот эта пуговица. Откуда она? – ткнула пальцем в обозначенный предмет.

– Глупый вопрос. Это моя пуговица. Она тут всегда была.

– Нет. Стежки совсем свежие, ее пришивали около месяца назад, нитки еще не успели поистрепаться, – возразила я, и тут собеседник задумался.

– Что происходит? Вы вообще кто? Студенты или дознаватели? – тело напряглось; казалось, Тиат в любую минуту готов броситься на нас.

– Одно другому не мешает. Вы сейчас дадите клятву о неразглашении, а я расскажу, что с вами происходило, – предложила сделку.

Он несколько минут думал, глядя на каждого из нас по очереди. В глазах поселилось столько подозрения. Ребята стояли с бесстрастными лицами. Мы ждали.

– Это как-то связано со сбоями магии и моим плохим самочувствием в последнее время? – наконец, решился на вопрос.

– Да. Напрямую. Но всего я вам не скажу, пока не буду уверена в том, что о нашем разговоре больше никто не узнает, – поведала спокойно.

– Слушай, ты всегда такая ледяная? Или настолько хорошо умеешь держать лицо? – Тиата передернуло.

– Это к теме не относится, но если тебе будет легче – всегда, – я тоже перешла на «ты», не став заострять на данном факте внимания.

– Бррр… Ладно, давайте вашу клятву, – со вздохом согласился мужчина.

После того как Соуш продиктовал нужные слова, а маг их повторил, я рассказала о ментальном воздействии и пуговице-артефакте, через которую и уходила его магия к тому, кто подсунул вещицу. После рассказа мы стали вспоминать происходившее месяц назад. Но результата никакого не добились. Преступник повесил ментальное воздействие, подстраховался и затер о себе все следы. Умный, зараза.

– Ничего, отсутствие результата – тоже результат, – философски заметила Ревека. – Пошли, глянем, что там с нежитью. Кажется, мы и так задержались дольше положенного.

И мы пошли. Правда, поблуждав около двух часов около купола, так ничего и не обнаружили, пришлось возвращаться без результата. Но ничего, у нас еще вся практика впереди. Глупо было надеяться вызнать все тайны в первый же день.

* * *

Альёна Мечникова

Наша группа быстрым шагом отправилась на осмотр. Я сразу вытащила свое изобретение, чтобы по пути не поймать сюрпризов. Сопровождающий, представившийся Доуром, скосил глаза и тут же уточнил:

– Это что такое? Проверку прошло? Незнакомым артефактам здесь не место.

– Это мой прибор, притягивающий все негативно настроенные артефакты в радиусе десяти сентов[2]. Проверку успешно прошел, – отчиталась, ощутив, что пластина в руках начала нагреваться. – И, кажется, сейчас мы наткнемся на нечто противозаконное.

Маг и слова не успел сказать: сбоку прямо из-под земли появилась круглая бляха, задергалась, а потом полетела в мою сторону. Кто-то из ребят подставил ёмкость, поймав вещицу, закупорил ее и отправил в пространственный карман. Явно третьекурсник, только они подобные изобретения проходили. Нам пока о них даже не рассказывали, слишком сложная система не всем давалась.

– Ловко. И как много она может поймать? – заинтересовался Доур.

– Все, что найдет. А разбираться с вещицами будем позже, – поведала, прислушиваясь.

Мне показалось или где-то будто натянутые струны загудели? Глянула на ребят, которые тоже замедлили ход и прислушались. Значит, не мне одной почудилось. Осталось узнать, насколько это для нас было опасно.

– Вы слышите? Что это? – уточнила Марла, драконица со второго курса.

– Сигнальная нить, которая оповещает о приближении нечисти. Но та пока далеко. Подойдёт ближе, звук станет громче, – пояснили нам, тут же добавив: – если снова никаких сбоев не случится.

– А они, как я поняла, стали случаться слишком часто, – не вопрос, утверждение, но на мою реплику сопровождающий кивнул и нахмурился.

В этот момент ещё одна зигзагообразная штука прилетела к артефакту, за ней ещё и ещё. Ребята едва успевали собирать. Пока совершили десяток шагов, набралось шесть негативно настроенных амулетов. А мы приблизились к точке установки защитного артефакта, поддерживающего купол.

– Здесь первая остановка. Итак, если вы не в курсе, объясню: каждая защитная кристаллическая решетка состоит из семи артефактов, связанных единой цепью. На первый взгляд ничего не повреждено, цепь цела, нигде никаких разрывов, а прорехи в куполе образуются всё чаще и больше. Мы, как ни пытались, ничего не нашли. Попробуйте вы. Все же свежий взгляд. Заодно посмотрим, чему вас в Академии учат.

Мужчина показал на место в земле, где, собственно, и расположилась первая решетка. Мы сунули туда носы, проверили каждую силовую нить, прощупали цепь на крепление. Как и говорил Доур, на первый взгляд все было в порядке. Но что-то не давало покоя. Я и на магическое зрение переходила, и своим всевидящим оком смотрела. Все отлично. Но в душе ворочался червячок сомнения. Когда встала на колени и начала принюхиваться, на меня уже смотрели как на сумасшедшую.

– Альёна? Что с тобой? – несколько ребят устроились рядом. Я пожала плечами.

– Не знаю. Не могу понять. Перед глазами все прекрасно, никаких проблем, но чуйка ором кричит, здесь подвох. А как его найти… – Я развела руки в стороны, до рези в глазах вглядываясь в уже досконально изученную цепь.

Ни на что не рассчитывая, поднесла свой артефакт к решетке. Ничего. Или… Стоп! Что это? Земля на миг дрогнула. Прямо из середины находящихся перед нами кристаллов с чавкающим звуком появилось нечто извивающееся с кучей присосок и панцирем, напоминающее червяка, только зелёного цвета. Именно его и притянуло к определителю. По странному совпадению цвет силы на панцире сильно напоминал ментальную нить, которую показывала наша Ёлочка.

Ребята попятились. Я вытащила пинцет и подхватила инородное тело, засунув его в подставленную ёмкость. С ним тоже будем разбираться позже. А ещё заметила, как вся кристаллическая решетка вдруг ярко засияла. С нее будто налет стёрли.

– Работают. Теперь у них мощность, как сразу после установки, – выдохнул маг. На суровом лице появилась улыбка, даже шрам посветлел. – Получается, из-за этой гадости и были сбои? А вы ничего, работать одно удовольствие, – расщедрился на похвалу мужчина.

– Именно так. Но эта, как вы выразились, гадость имеет вредительский характер и рукотворное влияние, – пояснила воину.

– Как это? – если он и понял с первого раза, все равно решил уточнить.

– Ее подсунули в защиту, чтобы ослабить, а то и вовсе заблокировать. Это умышленная порча, – объяснила подробнее. – Камни потускнели как раз из-за того, что их мощность стала не просто ниже, а вообще уходила на сторону. Сейчас, когда мы убрали живой накопитель-помеху, сила вернулась обратно.

– Но кому это надо? У нас тут незнакомых не бывает, а свои все давно проверенные ребята, – простодушно удивился маг. Несколько студентов издали смешок, что могло означать: «Такой большой, а такой наивный». Доур слишком доверял товарищам и наверняка даже мысли не допускал о предательстве. Поэтому пока не стоило ему знать лишнего.

– Это и предстоит выяснить, – обтекаемо заметил все тот же третьекурсник, который ловко подставлял ёмкости. – Здесь разобрались. Идём дальше?

И мы пошли. Походить вообще пришлось много. Итогом проверки стали четыре «червяка», семнадцать раскиданных под куполом негативно заряженных артефактов, три «сонные» бомбочки. Назывались они тут по-другому, но я перевела именно так, ведь суть заключалась в том, чтобы после активации взорваться, распылив сонный газ. А не с их ли помощью магов и заманивали на болото? Вслух пока говорить ничего не стала. Так как доверять здесь никому не могли, то и делиться информацией не торопились. Пока мы лишь наблюдали.

Солнце уже давно перевалило на небосводе к закату, а мы все блуждали в поисках непонятного. Хотелось есть и пить, заставляя жалеть, что ничего с собой не взяли. Вокруг было тихо и спокойно. Природе глаз радовался, ни намека на болото или мошкару. Даже характерной сырости не чувствовалось. Да и запах витал приятный. А еще я заметила несколько редких трав, которые успела увидеть в книге нашей куколки. Пусть зельеварение ей не давалось, но рецепты зелий Елли тщательно изучала, чтобы знать, для чего они служили.

На лугу росли цветы, над которыми с едва слышным жужжанием летали пчелы и порхали бабочки. Слишком мирная картинка. Не практика с отловом нежити, а просто отдых какой-то. Если, конечно, не считать наших находок.

Только подумала об этом, одновременно произошло две вещи: пластина в руке нагрелась так, что обожгла ладони, заставив меня вскрикнуть, а прямо в купол упёрлись три морды с клыками и красными глазами. Это ж как мы так все разом отвлеклись, что ничего не ощутили? И где, собственно, сигналка, которая должна была предупредить.

И тут к моей пластине прилипло нечто овальное и пищащее, как оповещатель газа. Я вздрогнула, заметила плетение и кивнула.

– Наше внимание рассеивала вот эта гадость, пока нежить подбиралась ближе. В альтернативе мы должны были оказаться по ту сторону купола, – пояснила для пришедших в себя ребят. – Но ведь как бы наше внимание ни пытались рассеять, мы должны были услышать оповещение, а его не было. Получается, с сигналками тоже проблемы? Часто у вас такие сбои? – обернулась к нашему сопровождающему, зачарованно смотрящему на нежить.

– Не слышал о таком. А этих здесь раньше не было, они вообще на волколаков похожи, но слишком умные у них глаза, – выдохнул воин. И действительно, то, что упиралось в купол, совершенно не походило на опасную нежить. Они будто чего-то ждали.

Доур в этот момент послал сигнального вестника. И из порталов вышли семеро воинов. Нас отодвинули в сторону, чтобы не попали под заклятия. Нежить собиралась сбежать, но кто ж ей позволит, особенно такому редкому виду.

Мы наблюдали за работой настоящих профессионалов. Они действовали четко, быстро, без лишних движений. У нежити не было шанса сбежать. Поимка опасных животных заняла минут десять. Как только чудовищ забрали, при этом не став убивать, наш путь продолжился.

Путешествие не мешало попутно размышлять. Получается, действовал тот, кто пользовался безграничным доверием, явно не рядовой воин. Быстро «червяков» не забросишь, проделывалась весьма кропотливая работа. И негативные артефакты тоже надо было расположить в определенной последовательности, значит, требовалось время и допуск к месту. Так кто же мог настолько беспрепятственно пакостить?

– Доур, скажите, а кто еще имеет допуск в это место? Не каждый же маг тут все время шастает? – уточнила, приблизившись к сопровождающему.

– А вам зачем? – в глазах мелькнула подозрительность, скрывать которую воин и не подумал. – Вы на практику сюда явились или вынюхивать?

– Не злитесь. И не вынюхивать, а искать виновника происходящего, – деловито поправил третьекурсник, имени которого я не знала, ведь мы слишком редко соприкасались.

– Для этого есть компетентные личности, – не желал сдаваться мужчина. Сразу видна военная закалка.

– Есть, вы правы. Но сторонний взгляд способен засечь то, на что мало кто обратил внимание. Да и нас это касается напрямую, в Академии уже пострадали студенты, – миролюбиво пояснила, наблюдая за мимикой воина.

Пришлось изложить ему свои мысли. Тот думал недолго. Почесал шрам на щеке, нахмурил кустистые брови, осмотрел нашу компанию. Только после этого поведал:

– На самом деле допуск сюда имеют всего семеро. Наши артефакторы и изобретатели, которые каждый день проводят проверки. Нет, не все вместе, но и не в одиночку. По одному ходить запрещено, – отозвался собеседник.

– А из этих семерых менталисты имеются? – заинтересовался Нетер, третьекурсник с весьма выдающимся даром.

– Не, мозгоковырятелей у нас всего трое, у этих ребят другие задания, они к артефактам не приближаются, – отмахнулся Доур. – Неча им тут делать. Каждый должен заниматься своим делом. У них и склонности-то нет, так чо зря воздух сотрясать? И так работы хватает.

– Нам бы все равно познакомиться с ними, – кокетливо усмехнулась, наматывая прядь белокурых волос на палец, Ильяна, второкурсница, чей взгляд многих заставлял каменеть, в переносном смысле, конечно.

– Вечером и состоится знакомство, – обронил мужчина. И тут же строго припечатал: – Все, хватит лясы точить, за работу. А ваши расследования оставьте-таки компетентным магам. Малы еще, чтобы лезть в опасные игры.

Доказывать обратное было бесполезно, все равно бы не послушал, потому мы молча последовали дальше. Правда, на этот раз ничего не нашли. Проверили еще одну цепочку защиты, там все оказалось в порядке, и камни ярко сияли, и «червяков» не нашлось. Возвращались уставшие, но довольные. Работу проделали отменную. Осталось узнать, как дела у остальных, нашлось ли что-то новенькое.

А во дворе уже царила суматоха. Оказалось, одна из команд попала в засаду нежити, так как сигнальное оповещение не сработало. Точнее, указало, что нежить еще далеко, тогда как на самом деле она уже находилась возле купола. И ребята попались в ловушку рассеивающего внимание амулета, в который едва не угодили мы сами.

– Из наших там кто был? – подошла к компании менталистов.

– Боевики. Рич, Санир и другие ребята, – пояснили мне. Перед глазами поплыло, я ухватилась за первого попавшегося парня, он любезно поддержал и сообщил:

– К ним ваша ледышка отправилась. Ее пытались задержать. Но куда там? Как глянула своим убийственным взглядом, так и охота отпала ее задерживать. Не переживай, все с ними будет хорошо. Туда десяток магов на помощь умчались. Декан тоже с ними. Появятся ваши ребята.

Я кивнула, но все равно места не находила от беспокойства. Как же так? Там ведь все сильные, особенно мой темный. Как он мог повестись на амулет? На нем же защита стоит. От беспокойства забыла, что еще недавно безумно хотела есть. Сейчас от кружащихся в голове мыслей ходила туда-сюда, чувствуя, как внутри сжималось ужасное предчувствие. Вот тебе и первый день практики. А что дальше будет?

Машинально рассматривала собравшихся. Ребята тоже беспокоились за друзей. Воины казались более собранными, привыкли, но многие все равно волновались. А еще заметила, как несколько ребят то и дело потирали виски, словно страдали от головной боли. Магическое зрение показало потускневшую ауру. А у одного воина и вовсе заметила черные пятна в районе солнечного сплетения. Подошла ближе. По наитию выставила пластину с притягивателем, которая мгновенно нагрелась. Ее потянуло к пуговице.

– Что ты делаешь? – удивился маг лет двадцати пяти.

– На тебе негативно настроенный артефакт. Обычная пуговица. Или вырви, или заблокируй, она из тебя магию тянет, – посоветовала и отошла, так как даже рядом находиться было больно, тоже начала болеть голова.

– А ты с чего это взяла? – донеслось вслед недоуменное. Обернулась. На меня смотрели как на больную, ага, на голову.

– Не я, мой артефакт, – показала штуковину, с которой теперь не расставалась. И отошла, пока лишних вопросов не последовало.

Маг кивнул, подумал несколько секунд и последовал совету. Отрывать пуговицу не стал, а вот блок на нее поставил весьма мощный. Эффект появился почти сразу, исчезла бледность с лица, юноша улыбнулся.

– Спасибо! Ты меня спасла, – от души поблагодарил, догоняя. Пришлось остановиться и улыбнуться.

В тот момент совершенно не думала о том, что нас мог услышать тот, кто все это и затеял. Я всего лишь хотела помочь. Только позже сообразила, но пришла к выводу, что все равно поступила бы так же. К тому же теперь еще несколько воинов присматривались к кителям. Чувствую, скоро придется проверять каждого, учитывая, что мужчина, который вел группу менталистов, уже о чем-то с жаром рассказывал товарищам, а их около него собралось около десятка.

– Не за что. Лучше вспомни, кто мог тебе подсуропить такую гадость, – посоветовала и оставила парня размышлять. Разговаривать ни с кем не хотелось.

Медленно двинулась к нашим студентам, по пути прислушиваясь к чужим разговорам и нервно сжимая в руках артефакт. Он ещё несколько раз нагревался, а я запоминала тех, рядом с кем это происходило.

– Что это у вас? – передо мной внезапно появился Ширт. Только сейчас он не улыбался, а пытливо вглядывался в пластину, которая в данный момент нагрелась и едва заметно светилась алым.

– Артефакт. Он меня успокаивает, – беспечно бросила, чувствуя, как начинала болеть голова.

– Это ведь с помощью этой безделушки вы нашли много интересного? – вопрос вроде и был задан почти равнодушно, но блеск в глазах собеседника заставил хмыкнуть. А он оказался не таким уж и равнодушным, каким желал выглядеть.

– Да, а вы вообще кто? Тоже артефактор? – уточнила, пытаясь понять реакцию.

– Я защитник. В мои обязанности входит защита границ. И вот что странно, я много раз там все проверял, но ничего подозрительного не обнаружил. И как тогда первокурсники в самый первый день пребывания на практике смогли обнаружить то, что мы искали много месяцев?

До меня медленно, но верно стало доходить, куда он клонит. Малость разозлившись, все же с достоинством поведала:

– Значит, вы плохо искали, или ваши мозги хорошо промыли, чтобы не смогли найти скрытое. Или у вас есть другое объяснение? – из горла вырвался рык. Я ненавидела подозрения на пустом месте. А этот и скрывать не стал. Судя по вопросам, наверняка собрался обвинить нас в подтасовке фактов.

– Ты на что намекаешь? – мгновенно разозлился юноша. – Мы тут все как одна семья. А вы чужаки, которым в первый же день странным образом повезло найти неполадки.

Я бы многое могла сказать, но интуиция просто завопила о молчании. Поэтому, с трудом сдержавшись, повела плечом и безмятежно отозвалась:

– Да ни на что я не намекаю, всего лишь мысли вслух, не обращай внимания. Нам действительно просто повезло, мы хорошо подготовились к практике после того, как недавно пострадали наши старшекурсники. А новые артефакты сделали все за нас. Вернуться в Академию в бессознательном состоянии никто не желает.

И поторопилась поскорее отделаться от мага. К тому же голова стала раскалываться сильнее. Наверняка от стресса, перенервничала сильно, беспокоясь о наших ребятах и, в частности, о Риче.

– Альёна? Что с твоим амулетом? – ко мне подошёл Санья. На его лице появилось беспокойство.

– С каким… – мне даже договаривать не пришлось, стоило опустить голову на подвеску от ментального воздействия. Она почернела и едва ли не покрылась копотью. Машинально оглянулась. Ширт? Неужели он и был скрытым ментальным магом?

– На тебя только что пытались воздействовать, – заявил малыш, взяв меня за руку. – Идём, надо поговорить.

Мы отошли подальше, издалека наблюдая за другими. И не только за нашими студентами, но и за магами. Санья указал рукой на молодого мужчину, шедшего как раз к куполу. Именно оттуда совсем недавно мы и пришли. На него никто не обращал внимания, а вот сам незнакомец то и дело вскидывал руку, которая начинала едва заметно мерцать.

– Что это он делает? – вопрос вырвался вслух. Но Санья меня удивил.

– Кто? Куда ты смотришь?

– Как куда? Вон, маг машет руками, заставляя их светиться, – кивком головы указала направление.

– Альёна, там нет никого, – мотнул в ответ помощник и тут же спохватился: – Постой, получается, он под отводом глаз. А ты видишь, потому что для тебя не существует ничего скрытого. Идём за ним?

– Идём, интересно, от кого он скрывается и куда так уверенно направляется. Тем более я очень хочу узнать, кто это такой.

– А ты не можешь его опознать? – поразился паренек, и я мотнула головой.

– Не могу, он укутан в плащ, еще и капюшон нацепил. Скорее всего, это именно тот, кого мы ищем.

И мы двинулись за юношей, которого я до этого мгновения не видела. Или не обратила внимания на мага с обычной внешностью. Таким только в шпионы идти. Артефактов на незнакомце тоже не почувствовала. Кто же он такой? Рядом от нетерпения подпрыгивал Санья, а затем рассказал, что удалось узнать, шныряя среди других магов.

– Я тут подслушал несколько разговоров. Представляешь, маги в недоумении. У них постоянно происходит какая-то чертовщина с количеством людей. На перекличке присутствуют все, а по факту одного не хватает. Когда начинают вызывать поименно, все на месте. А при подсчёте поголовно одного недостаёт. Или вообще лишний появляется.

– Хм, так, может, кто-то личину меняет и имеет сразу два образа? – предположила я. Санья хихикнул.

– Это если лишний. А как быть с недостающим? Впрочем… Они и это проверяли, но не обнаружили двуличника, а сейчас собираются сообщить об этом Грезгору, когда появится после рейда. Оказывается, ваш декан какая-то шибко крутая шишка. Ты знала? – Санья аж запрыгал от нетерпения.

– Предполагала, но кто такой, до сих пор не знаю, – пожала плечами, едва не пропустив исчезновение нашего скрытника.

Он обошел с обратной стороны последний дом, прямо на стене пальцем обвел овал, который тут же засветился на манер двери. И ведь даже оглядываться не стал, абсолютно уверенный в заклинании. Потрясающе! И что нам делать? Прыгать в неизвестность за незнакомцем? Или просто рассказать о нем? Пока я размышляла, Санья сунул мне в руку кристалл-следилку. Сам он парня не видел, но подсказал, что делать дальше. Не задумываясь, я швырнула артефакт в подозрительного типа. Игрушка сама прицепились к одежде, а потом преследуемый скрылся в «дверях». Стена дома снова стала гладкой, без единого намека на недавно открытый портал.

– Возвращаемся, вдруг ребята уже на базе, – предложила и повернула обратно. Тут голова взорвалась болью, а артефакт против ментального воздействия рассыпался в пыль. Последнее, что услышала, крик Саньи, который успел меня придержать, чтобы не расшибла голову. А дальше темнота.

* * *

Рич

Уфинар, с которым нам предстояло отправиться в рейд, оказался суровым и немногословным мужчиной. Маленькие глаза из-под насупленных бровей смотрели подозрительно. На вопросы он отвечать отказывался. Шел, чутко прислушиваясь к окружающему. От меня и вовсе держался подальше, очень пугала тьма, которая, кстати, вела себя необычно: отказывалась прятаться, шипела, волновалась. Ей не нравилось место, к которому подошли. А ведь пока опасности никакой не чувствовалось, тогда почему она тревожилась?

Мы будто ходили кругами, проверяли прочность купола, исследовали сигнальные установки. Везде порядок, никаких отклонений. Признаться, такой обход утомил. Мы прошли через огромную территорию, где было слишком спокойно. Это настораживало, никто не знал, с какой стороны ожидать беды. Надеялись, что все обойдется и мы закончим рейд без происшествий.

На дальней точке сопровождающий облегченно выдохнул: никакой опасности не обнаружили и повернули обратно. Правда, что-то было не так. Я даже не сразу понял, что случилось, но, казалось, сам воздух зазвенел от напряжения.

– Что-то происходит, а я никак не могу понять, что именно, – приблизился Санир.

Я кивнул, вертя головой в разные стороны.

– Смотри, наши спутники словно зачарованные, они же идут прямиком за купол, – всполошился я, а тьма и вовсе начала бунтовать, заставляя остановиться. – Стойте! Вы куда? – попытался остановить спутников, но от меня отмахнулись.

– Рич, надо что-то делать, они же сейчас за купол выйдут. А там… Смотри, сколько нечисти. Откуда она здесь? И почему никто ничего не услышал? – забеспокоился Санир.

Я понимал, что остановить всех не получится. Пустил вестника дяде, а сам вместе с другом кинулся в гущу к ребятам, доставая оружие. Удивил факт, что нежить терпеливо ждала. Чего? Несмотря на горящие глаза, кровожадности я не заметил. Тогда чего же они хотели?

– Еллина! Только она может разобраться, что здесь происходит, – выдохнул третьекурсник.

Не хотелось привлекать нашу куколку, но пришлось это сделать, потому что в голове нежити покопаться только ей было под силу. Пришлось и девушке слать весточку. Тут наши товарищи пришли в себя и шарахнулись в сторону.

– Что? Где мы? А? – пришедшие в себя студенты ругались и хватались за оружие, нежити становилось все больше, нас окружали. Обратно при всем желании не могли вернуться. Пока стояли спокойно, чудовища тоже терпеливо ждали, а стоило кому-то двинуться к защите, начинали рычать и скалить клыки.

Уфинар оценил ситуацию, витиевато выругался, но вступать в бой не торопился. Остальные не понимали, чего мы ждем, недоумевая, как нас вообще занесло за купол. Этот вопрос и меня волновал. В сопровождающем ментальной магии не чувствовалось, но кто зачаровал студентов?

Нежить зарычала. Несколько особей подошли ближе без агрессии и страха, а вот студенты попятились. Никто не знал, что делать. И тут я решил действовать. За спиной раскрылись крылья тьмы, заставившие ребят шарахнуться в сторону, а Уфинара выругаться. Нежить заскулила. Моя магия могла нагонять страх не только на человекообразных существ. Появились Грезгор и Еллина, которая в одно мгновение оказалась рядом, отодвинув меня в сторону.

– Елли, ты куда? – окликнул девушку, неимоверно перепугавшись за нее. Но от меня отмахнулись.

– Не мешай. Лучше расскажи декану, что тут произошло. Как вы вообще вышли за пределы купола.

– Да, этот момент меня весьма интересует, – кивнул дядя.

– Еллина, да подожди ты, сумасшедшая. Они могут быть опасны, – закричал Санир, вместе с другим магом бросившийся к куколке, чтобы остановить. Она обернулась, глянула на всех своим вымораживающим взглядом. Даже закаленный в битвах Уфинар крякнул и отодвинулся подальше.

– Все хорошо. Оставайтесь на месте, – произнесла и снова обернулась к тварям. Те на удивление даже рычать перестали, обступив девушку. Душа ушла в пятки. И не я один затаил дыхание, наблюдая, как она смело осматривала каждую особь.

Взмахнув рукой, стала показывать на каждого по отдельности, пока вперед не вышел, видимо, вожак. Он был крупнее всех, бурая шерсть временами искрила серебром. Удивили умные глаза, которыми он смотрел только на Елли, когда она всем корпусом обернулась к существу.

– Все с ней будет нормально, – отозвался рядом со мной дядя, заставив, наконец, сделать глоток воздуха. – Рассказывай, что произошло. Как вы оказались в столь опасной ситуации?

Пришлось поведать, как вмиг стали зачарованными все, кроме нас с Саниром. Ладно, на меня ничего не действовало, но как наш друг смог обойти чужое воздействие? И откуда оно вообще взялось? Если это была помощь артефакта, почему остальные попали под чары, всем же раздали наработки Альёны с защитой Ёлочки. Этого пока понять не могли, но родственник, заинтересовавшись, собрался тщательно во всем разобраться.

– Команда артефакторов тоже едва не попала в такую ловушку. Ее создал артефакт, рассеивающий внимание. Только благодаря новшеству Альёны предотвратили катастрофу, – пояснил Грезгор для тех, кто еще не был в курсе. А я забеспокоился. В груди неприятно кольнуло. Как там моя иномирянка? Почему так заныло в груди? – А вот вам не повезло. Или…

В этот момент мы дружно посмотрели на куколку, которая присела на корточки перед страшными чудовищами. И пусть сама девушка страха не испытывала, другие с ужасом глядели на эту картину. А когда Елли начала разворачивать проекцию из голов тварей, многие и вовсе отшатнулись. Посмотреть было на что.

Некая фигура в плаще подчинила большую часть нежити. Мы видели, как на них накидывали петлю с зеленоватым оттенком силы. Но почему твари не сопротивлялись? Зачаровали сразу всех? Невозможно. Как это получилось? Об этом существа не знали, на них накинули поводок, за который дергали на расстоянии. Вот и сейчас дали приказ появиться перед куполом в обозначенном месте. Что делать дальше, пока установок не было. Именно поэтому никто не нападал. Отпечатка ауры в мыслях не оказалось. Но одна из тварей показала зеленый лист картаварка, растения, из которого готовили лекарство против простуды для магов. Необходимо необычное лекарство. То, что для простого человека пройдет незаметно, магу принесет массу проблем вплоть до полного выгорания.

– Наш менталист болен? – прошептал кто-то из толпы студентов.

– Он еще и зельевар? – прозвучала другая версия.

– Нет, картаварка входит еще и в состав энергетического зелья, с помощью которого пополняется резерв, – протянул Грезгор. – И тут можно смело сказать, он сильно потратился и вынужден пользоваться энергетиком. Их употребление оставляет заметный след. Значит, по возвращении ищем того, кто слишком часто налегает на зелье.

– А что делать с нежитью? – деловито уточнил у декана Санир.

– Я сниму ментальную удавку; они хотят покинуть эти места и уйти на север, откуда их, собственно, и приманили. Отсюда и новые виды, а также увеличение поголовья тварей. Кто-то готовил армию, – голос Елли заледенел. Она и так теплотой не отличалась, а сейчас и вовсе многие поежились.

– Это кто вообще? – шепотом уточнил Уфинар, встав рядом со мной. – И как она смогла это все создать? Наши такого не могут.

Мужчина помахал рукой над головой, имея в виду проекцию, все еще висящую в воздухе. Я усмехнулся. Пояснил, что сейчас этому учили в Академии, не став вдаваться в подробности, что только Еллине было подвластно считывать информацию сразу с нескольких существ. Остальные пока этого не могли, сканировали максимум двух существ.

Уфинар закивал, с долей уважения поглядывая на девушку, которая аккуратно сворачивала проекцию и передавала декану, а затем с трудом поднялась с корточек. Удивительно, но помог ей тот самый вожак стаи, подставив свой бок, на который девчонка и облокотилась. Я судорожно сглотнул, а Елли еще и погладила шерсть чудовища. Сделав несколько пассов руками, что-то невидимое сжала в руке и сожгла.

– Вы свободны, больше никто не сможет зачаровать, – отчеканила и еще раз погладила существо между ушей. Тот припал на передние лапы, наверное, выражая свое почтение. Вся стая развернулась и вслед за вожаком просто исчезла, растворившись в воздухе. Потрясающе, они еще и портальщики; теперь понятно, почему ни одна сигналка не сработала.

Елли подошла ко мне и облокотилась на плечо. Ее мгновенно подхватил Санир. Парень знатно переволновался за куколку. Я же радовался, что не пришлось вступать в бой, сами против оравы нежити мы бы точно не выстояли. И даже пришедшие на помощь маги вряд ли справились бы с тварями, которые, как выяснилось, питались магией. Оружием их не взять, если не знать особых слабых точек, о которых никто из нас не был в курсе. Бой просто был обречен на полное поражение. Меня практически невозможно убить, а вот остальные лишены родовой защиты.

– Возвращаемся, – дал команду Грезгор, бросив недовольный взгляд на нашего сопровождающего.

Купол сначала не хотел пропускать. Но и здесь отличилась Еллина, когда указала на одно из мест, объяснив, что там виднелось зеленое пятно, похоже, образованное с помощью ментальной магии вредителя. Получается, выпустили нас беспрекословно, а вот обратно не ждали, потому и вернуться оказалось сложно. Стоило убрать амулет, смогли войти на свою территорию, откуда перенеслись порталом. Ко мне тут же подскочил Санья, на лице которого виднелась тревога.

– Быстрее, Альёне плохо. Ее амулет сгорел. Ну, тот, который против мозгоковыряния. Мы следили за одним типом, который открыл портальную дверь прямо в стене дома. Хотели бежать за ним, но не рискнули. А потом Альёне стало плохо, она потеряла сознание, сейчас в лазарете. Пошли быстрее. Не вызывает у меня добрых чувств местный лекарь, скорее на мясника смахивает.

Оставив всех разбираться с происходящим, мы с Еллиной и Саниром, возглавляемые Саньей, мчались туда, куда вело меня сердце, сжимающееся от тревоги. Стало понятно, почему все время так ныло в груди. Оказалось, моя иномирянка попала в переделку. Осталось понять, как именно и что с ней происходит.

Лазарет представлял собой огороженное помещение в третьем доме. Всего пять коек, на одной из которых лежала Альёна, бледная едва ли не до синевы. Грудная клетка еле-еле вздымалась. Лекарь – неприятный тип, смахивающий на орка, заметив нашу делегацию, сначала не хотел нас впускать. Но к нему подошла Еллина, взяла мужчину в плен глаз и монотонно проговорила:

– На этот раз ничего не получится. Это наша подруга, никто не позволит проводить над ней эксперименты.

– Что? Ты кто такая? – мгновенно вызверился полуорк, двинувшись на девушку явно не с мирными намерениями.

– Я студентка, прибывшая на практику и освободившая духов из погибших студентов, – не стала скрывать куколка.

Мы заметили, как полыхнули глаза лекаря, в них появился не то азарт, не то предвкушение. Но Еллина снова заговорила:

– Нет. Со мной этот номер не пройдет. Вы, конечно, можете попытаться, кто ж вам запретит, но потом не упрекайте в последствиях. Я не ваши подопытные, сожгу мозги и скажу, что так и было.

– Силенок не хватит, – высокомерно заявил лекарь. Куколка криво усмехнулась, заставив собеседника вздрогнуть.

– Хотите попробовать? – предложила беспечно.

Полуорк тут же задумался. Но ответить не успел. Вошел Грезгор и сразу посмотрел на Еллину.

– Что у вас тут?

Вместо ответа наша куколка стала разворачивать проекцию из мыслей лекаря. Кажется, ей понравилось это делать. Передернуло всех, не только меня. Заметив, что творила студентка, мужчина пытался броситься на нее, но его мгновенно спеленал декан.

– Как? Как ты забралась в мои мозги? На мне такая защита, что даже королевские ищейки не смогли ее вскрыть? – заорал гаденыш, отвечать которому никто и не подумал. Все наблюдали за тем, что творил этот крысеныш. А посмотреть было на что.

Уже знакомая фигура в плаще указывала пальцем на магов или студентов, которые через некоторое время оказывались в лазарете, где уже полуорк проводил безумные эксперименты. Ему не нужны были ни сила, ни чужой дар. Лекарь являлся фанатом науки. Интересовался, как поведут себя особи, если скрестить, скажем, вампира и дракона, добавлял гены одного и несколько капель крови другого. Опыты проводились около пяти лет, но пока результатов не наблюдалось. Подопытные или никак не реагировали, или погибали. И совсем недавно, как раз когда тут валялись наши старшекурсники, появилась надежда на благополучный исход. Но как появилась, так и пропала, потому что всех бессознательных забрали. А ведь эксперимент вот-вот должен был благополучно завершиться.

На Альёну ему снова указал тот тип в плаще. Лицо свое при общении скрывал. Как оказалось, наш неуловимый менталист знал, что студентка являлась иномирянкой с сильным даром, который он и планировал забрать. Но сразу не получилось: мешал амулет против ментального воздействия. Пришлось выложиться на полную, чтобы уничтожить преграду. Сильная атака стала причиной того, что артефакт сгорел.

Вытащив воспоминания из лекаря, Елли уже привычно сложила проекцию и передала Грезгору. Пока тот допрашивал полуорка, мы слушали визги по поводу вмешательства в его вклад в науку. Потрясло, что он посчитал нас виноватыми в провале ужасного эксперимента. Особенно когда выдал, что с иномирянкой были все шансы на благополучный исход. Я едва не сорвался и не размазал наглеца по стенам лазарета. Санир и дядя удержали.

– Еллина? – позвал, заметив, что куколка уже что-то делала у постели Альёны. Оказалось, я отвлекся и пропустил момент, когда моя девочка очнулась. Открыв глаза, пока еще мутные после беспамятства, обвела нас всех взглядом, и ее веки снова опустились.

– Где я? Что произошло? – едва слышно прошептала и тут же попыталась вскочить. – Рич? С тобой все в порядке? Нежить… Прорыв… Купол…

– Лежи. Все хорошо, никто не пострадал, – ответила за всех Еллина. – Тебе пока нельзя делать резких движений. С нежитью разобрались, она ушла туда, откуда приманили. Нападать существа не собирались, ментальную привязку я сняла. Осталось вычислить того, кто все это затеял. Он хорошо скрывается.

– Ничего, от меня еще никто не уходил и не прятался, – самодовольно заявил Грезгор. Лекаря он просто зашвырнул в открывшийся портал и скомандовал кому-то на другом конце: – Этого в темницу, следить, чтобы не сбежал и не навредил себе. Головой ответите.

– Я так и не поняла, что произошло, – голос иномирянки немного окреп.

– Кто-то успел рассмотреть твою силу и пожелал отобрать. Сильный ментальный выброс спровоцировал слабость и головную боль, – пояснила Еллина. – Тебе пару часов надо полежать, чтобы прийти в норму.

– Некогда лежать, надо показать вам, на ком нашла пуговицы, – в очередной раз решила вскочить с места девушка.

– Я сама все покажу. Мы сейчас отведем тебя в нашу комнату, Санья присмотрит, пока будешь отдыхать. А мы в это время проверим всех. Плевать на конспирацию, когда тут такое творится, – заявила куколка и глянула на Грезгора, который и хотел бы возразить, но не стал, просто кивнул.

Я подхватил иномирянку на руки и понес в выделенный нам дом. На улице творилось нечто невообразимое. Воины, как и студенты, с жаром обсуждали произошедшее. Всем хотелось знать подробности. Но больше всего любопытство проявляли Ширт и Зуат, которые вовсю красовались перед нашими девчонками. А те и рады были стараться, охотно строили глазки симпатичным парням.

На нас почти не обратили внимания, благодаря Грезгору, поставившему над нами отвод глаз. Зачем, не сказал, отмахнулся. Сейчас было не до вопросов, главное уложить отдыхать пострадавшую.

– Еллина, можешь рассмотреть, кто совершил ментальное нападение? – уточнил декан, стоило нам войти в комнату.

– Уже посмотрела, – кивнула девушка. – На расстоянии Альёна видела его, но в воспоминаниях на моменте нападения светлое пятно. Кто-то очень постарался замести следы. Тут два варианта: либо это подстраховка, либо обо мне уже знают, – отозвалась куколка.

– Будем считать, это всего лишь перестраховка, – протянул дядя. – А приблизительное время воздействия?

– Около часа назад, – тут же поведала Ёлочка. Альёна мгновенно встрепенулась.

– В это время я общалась только с парнем, которому указала на зачарованную пуговицу, и с Ширтом. Он спрашивал о моем артефакте. Сказал, является защитником, потому проверяет все необычное, – пояснила пострадавшая.

– А еще? Должен быть еще кто-то, – покачала головой куколка. Потом пояснила: – Ширта я проверяла: нет никакого воздействия и зеленых оттенков в ауре. Хотя, уверена, нам наверняка пытаются подсунуть именно его.

– С чего ты взяла? – на этот раз любопытство проявил молчавший до этого Санир.

– Слишком много совпадений. Он подходит к Альёне, разговаривает, после чего на нее обрушивается ментальный удар. Он является защитником, бывающим в местах закладки артефактов, поддерживающих купол. В данный момент парень достает расспросами участников рейда. Нам его просто преподносят на блюде, – разложила по полочкам куколка.

– Хм, похоже на правду. Сделаем вид, что клюнули, – на лице дяди заиграла плутоватая ухмылка.

Я прекрасно знал, что это значит. На него напал азарт. И Грезгор уже ухватил удачу за хвост, осталось притянуть ее поближе.

– Ты намерен при всех сейчас арестовать мага? – с нотками осуждения уточнил у родственника. – Он же потом не отмоется от подозрений, даже если выяснится факт его невиновности.

– За кого ты меня принимаешь? – покачал головой Грезгор. – Я сделаю все по уму, не беспокойся. Альёна, выздоравливай. Нам нужна будет твоя помощь.

И ушел. А мы остались, устроившись вокруг девушки. Ее лицо уже вернуло краски, на губах сияла улыбка. Глаза горели. Она смотрела только на меня, больше никого не видя вокруг. Приятно, однако. Мне не терпелось сжать Альёну в объятиях, показав всю силу своего беспокойства. Но при всех ничего делать не собирался. Зато знал наверняка, еще будет время на нежности. А пока ей стоит набраться сил. Сегодня всего лишь первый день практики. Впереди еще три недели нервотрепки. В том, что она будет, не сомневался. Нам попался хитрый и изворотливый противник. Но он один, а нас много. И мы обязательно его найдем. Главное, чтобы враг не успел добраться до нас первым, как это произошло с Альёной.

Глава 9

Санья

Не нравилось мне это место. Ещё в своем мире пришлось помотаться по казармам, пожить в захолустье. Но тут, несмотря на вполне себе приятную природу, сносное жилье и дружелюбный коллектив, оказалось слишком нервно и напряжённо. Будто сам воздух уплотнился, мешая нормально дышать, в нем витало напряжение. Улыбки магов больше напоминали оскалы.

К нам отнеслись настороженно. Не все, конечно, но большая часть. Нашлись и враждебно отнесшиеся к практикантам. Пока шли, я уловил несколько недовольных высказываний; маги недоумевали, что можно было взять с зеленых юнцов, если в прошлый раз даже старшие курсы пострадали. Первокурсники же еще совсем ничего не знали. Если еще им достанется, всем придется туго. Кто-то поддерживал сказанное, некоторые отмахнулись, надеясь на удачу, что в этот раз все обойдется. Вот только я в этом уверен не был.

Жилье не порадовало, работы непочатый край. Хорошо, все успели освоить бытовую магию. Мне подопечные тоже показывали, но еще не успел разобраться, выходило через раз. Стоило ребятам покинуть дом, я отыскал друзей, которые оказались заняты: хозяева нагрузили работой. В отличие от меня, ребята все же были слугами, а не помощниками. Даже порой косо смотрели, когда Еллина и Рич позволяли мне многое из того, что обычным слугам не полагалось.

Решил пока сам осмотреться, используя преимущество внешнего вида. Вряд ли ребенка восприняли бы всерьез. Опасений я вызвать не должен, значит, остерегаться не станут. Имелись все шансы узнать то, что некоторые попытались скрыть. Так и оказалось. Студенты разошлись по рейдам, остались только местные маги. Никто без дела не слонялся. Кто-то проверял опоры под навесом, некоторые сидели там же за столами и что-то мастерили. Нашлись те, кто выпускал в воздух магию с небольшими предметами. Судя по репликам, это был местный заменитель дрона, с помощью которого осматривались окрестности. Двое парней прямо на улице кашеварили; здесь стояла печь, на которой в котлах кипело и шкворчало. От запаха слюнки потекли. Интересно, когда нас кормить будут?

– Малец, ты откуда тут взялся? – от неожиданности вздрогнул, настолько резко прозвучал голос. Теперь и остальные отвлеклись от дел, уставившись на меня.

– Со студентами прибыл. Я помощник двух универсалов, – ещё и голову задрал повыше, показав значимость, тем самым вызвав смешки у некоторых магов.

– И чем же такая мелочь может помогать взрослым студентам? – оскалился стоящий рядом блондин. А у самого глаза, как клинки, полоснули, наверное, решил в самое нутро заглянуть.

– Работы хватает. У хозяйки я заместо бухгалтера, управляющего и добытчика. У хозяина слежу за вещами, вовремя напоминаю, когда чо заканчивается, отношу в чистку форму. Ниче сложного, но интересно, – поведал с нотками хвастовства, стараясь соответствовать возрасту. Не нравился мне этот блондинистый тип. Чернявый рядом с ним, несмотря на угрюмость, улыбался открыто.

– А ничего, что ты ещё ребенок? – к нам подошёл воин с несколькими шрамами на руках и на шее. На викинга походил, такой же могучий и бородатый.

– Нет, я уже далеко не ребенок, – мотнул головой и пояснил: – Сироты и бездомные растут быстро. Улица – лучший учитель, заставляющий взрослеть.

– Надо же, не ребенок, а по тебе и не скажешь, – хохотнул еще один маг, помешивающий варево в котелке.

– А что, сильные у тебя хозяева? – как бы между прочим уточнил блондин. – Какой магией обладают? Я заметил одного с тьмой. Не пугает тебя?

– Да чо ж пугаться, это как раз один из моих хозяев, – непринужденно пожал плечами.

Ох, как сразу подобрался этот неприятный тип. А я насторожился, но вида не показал. Хотели вызнать о силе студентов? Шиш с маслом.

– И что, его магия ни разу не вышла из-под контроля? – продолжил расспрашивать белобрысый. А сам так и сверлил меня серыми глазищами.

– Нет, она у него смирная, если никому не грозит опасность. Так что пугаться точно нечего, – еще и рукой махнул для достоверности. – А еще с ней можно говорить, все понимает, но не отвечает.

– Кто? Тьма? Хорош заливать, – подал голос чернявый.

– Больно надо. Говорю то, что сам видел, – равнодушно дернул плечом.

– А девчонка с замораживающим взглядом? Она кто? – к беседе присоединился еще один воин.

– Что, Храш, понравилась? Ты ж любишь сложные задачки, – хохотнул незаметно подошедший молодой маг. Навскидку я бы ему лет двадцать дал.

– Люблю. А девчонка симпатичная и, сразу видно, очень умная, как раз в моем вкусе. Так кто она? И с чего такая выдержка?

– Это Еллина, моя вторая хозяйка. И ваш интерес даже не заметит, можете не стараться. У нашей куколки заблокированы чувства. Отсюда и подобное состояние, – я сначала рассказал, а потом будто очнулся.

Что за ерунда? Не собирался же говорить о ребятах, а тут выложил все как на духу. На меня воздействовали? Но как же амулет Альёны?

Окинул взглядом собравшихся. Получается, среди этих магов находился наш менталист. Кто? Вряд ли кашевары, которые в нашу сторону практически не смотрели. Работающие под навесом прислушивались, но особого внимания не обращали. Оставались только четверо, что находились рядом: смешливый брюнет, пугающий любопытный блондин, бородатый викинг и любитель сложных задачек. Кто же?

Моего смятения, казалось, не заметили, продолжали засыпать вопросами о магии подопечных, пытаясь узнать, из какого они рода и что собой представляли другие студенты. Я старался держать себя в руках и не болтать лишнего. Прошелся по верхам, сообщил, что род был неизвестен, все скрывали подобную информацию, о магии тоже не шибко распространялся. Кое о чем вовсе умолчал. Далось это трудно, по спине пробежала струйка пота от напряжения, а виски нещадно ломило. Благо выдержка не позволила этого показать. Хотя ноги уже подкашивались от слабости. Я вздохнул с облегчением, когда блондин, вдруг вздрогнув, слишком быстро нас покинул. А потом и первая группа вернулась. Артефакторы. Альёна вся светилась, явно прогулка удалась.

Я с облегчением покинул магов, бросившись к иномирянке. О многом хотелось рассказать, но не успел, вернулись и менталисты. Внезапно начался великий шухер: боевики попали в засаду к нежити. Еллина и Грезгор вместе с другими магами бросились на помощь. А мы с нашей видящей остались.

Оглянулся. Те, кто еще недавно вызывал подозрения, вдруг разом испарились. И куда все делись? Не успел об этом подумать, как Альёна вдруг напряглась. А я ведь только собрался поделиться новостями. Рванули, и я понял, насколько плохо быть слепым. Землянка с помощью дара видела то, что было скрыто от чужих глаз, а я слепо следовал за ней, доверяя. Правда потом, когда девушка взяла за руку, что-то произошло, и фигуру я заметил вместе с ней. Жаль, рассмотреть подробнее не получилось. Одно можно было сказать наверняка: из моих четырех подозреваемых осталось трое, викинг автоматически убрался из списка, фактура не та. Этот маг оказался щуплым, не сильно высоким, оставшиеся трое как раз подходили. Как же хотелось увидеть цвет волос, чтобы исключить еще хотя бы одного. Не вышло. Этот тип хорошо прятался, сразу видно – привык.

Ха, так я же мог и сам исключить, если сейчас поторопился бы и глянул на оставшихся во дворе. Любитель загадок, блондин и брюнет – кого не окажется на месте, того можно смело считать подозреваемым. Правда, намерения дальше мыслей не прошли, Альёне стало плохо. В тот момент я настолько испугался, что не заметил, как поднял ее тело в воздух и быстро побежал искать помощь. Мне повезло, нас заметили.

– Что случилось? – первым рядом оказался викинг. – Что с девушкой?

– Плохо стало, потеряла сознание, – отчитался, не став пока упоминать о рассыпавшемся в прах амулете. – Ее бы в лазарет.

Мужчина подхватил землянку и широким шагом понес в один из домов. Я помчался следом, оставлять ее одну не собирался. Как чувствовал. Местный лекарь, завидев бессознательную студентку, едва руки потирать не начал от предвкушения, что мне совершенно не понравилось.

В первое мгновение вообще не поверил, что этот тип умел лечить. Огромный, ещё больше, чем викинг, кожа слегка зеленоватая, лысая голова и огромные уши. Чем-то Шрека напомнил, только выражение лица кровожадное. Сейчас лекарь походил на одного маньяка, которого мы три месяца ловили. Примерный семьянин, душа компании, передовик производства; стоило ему увидеть девушку с длинными белыми распущенными волосами, тормоза напрочь отказывали, благодушие мгновенно слетало, превращая мужчину в кровожадную тварь в обличье человека. Самый настоящий мясник.

Вот и этот изначально никаких чувств не вызывал, пока не увидел бессознательную Альёну. Руки затряслись, глаза горели, только скальпеля не хватало. Не будь меня, точно бы схватил и начал препарировать. Поэтому и не пожелал оставлять землянку с существом наедине.

– Все, малец, топай отсюда, – махнул рукой скорее мясник, чем лекарь.

– Чой-то я должон топать? Рядом буду, – заявил уверенно, присев рядом с девушкой.

– Не положено, здесь только больные, – рыкнул мужик. – Мне ее осмотреть надо.

– Осматривайте, кто мешает? Я в сторонке посижу, понаблюдаю, а уходить и не подумаю. Начнёте выгонять силой, подниму крик, мало не покажется, – пригрозил, стараясь выглядеть уверенно.

Прекрасно понимал: если мужчина меня скрутит, вряд ли вообще живым останусь. Но и оставлять Альёну с этим маньячиной не собирался. Не нравился мне этот тип, ну никак не походил на лекаря. Уж их-то в Академии я много повидал.

– Ты со мной спорить вздумал? – дядьке не понравилось упорство. Он стал надвигаться на меня огромной скалой. Я пытался сообразить, как в случае чего остановить мясника, и из окна послышались крики о приходе боевиков.

Первым порывом было мгновенно бежать к ребятам, но брошенный на бессознательную подругу взгляд тут же остудил пыл. Мой собеседник выругался сквозь стиснутые зубы, прислушался к чему-то и отвернулся. Вот тут я и решился. За несколько минут лекарь точно не успеет ничего сделать, а я в этот момент как раз приведу ребят. Сорвавшись с места, помчался за подмогой.

Интуиция не подвела и на этот раз. Лекарь оказался с душком. Наша Альёна пришла в себя с помощью куколки, мы смогли покинуть негостеприимное место, а вот дальше начались самые обычные будни.

За неделю я перезнакомился со многими воинами. Еллина с семерых сняла глубокое ментальное воздействие, Грезгор забрал одного из трёх подозреваемых – брюнета. Любитель загадок на глаза перестал попадаться, а вот блондин то и дело мелькал неподалеку, но близко к нашей компании не приближался, окучивал девчонок, которые оказались совсем не прочь развлечься.

– Санья, ты чего такой смурной? – поинтересовалась Альёна перед очередным рейдом.

– Сам не знаю, наверное, плохо спал ночью. Ты себе амулет сделала? – в свою очередь уточнил, ведь отпускать без страховки землянку не хотелось, кто знал, на каком расстоянии этот поганый менталист сможет взорвать мозги. Один раз уже сотворил подобное.

– Да, он теперь всегда со мной, и Ёлочка поставила на мои мозги какой-то мудреный блок. Так что все будет хорошо, не переживай, – подмигнув, убежала.

А я не мог усидеть на месте, вышел на улицу и наблюдал, как уходили группы в разные стороны.

Плохое предчувствие не давало покоя. И как с ним сладить, ещё не знал. Отправился к магам, вдруг сегодня повезет услышать что-нибудь полезное.

* * *

Еллина Лорта

Практика проходила весьма посредственно. Тех опасностей, к которым мы готовились, не обнаружилось. После ухода нежити, с которой я сняла ментальную привязку, стало почти спокойно. Казалось, даже болота отодвинулись дальше, освободив большую часть суши.

Пару раз были попытки прорыва давно тут обитающих монстров. В тот день как раз боевики патрулировали местность. Пусть и не заходили за купол, нежить все же прорвалась, едва не добравшись до ребят. Они приняли бой, ничего другого не оставалось. Пытались вызвать подмогу, но магия вдруг разом начала сбоить, вестники не отсылались. Пришлось полагаться на оружие. Все вымотались и проредили изрядное количество чудовищ, но и с нашей стороны были потери. Перевес шел в сторону нападавших. Не знаю, кто первым вспомнил о бытовой магии, на которую много сил не требовалось, и использовал на тварях заклинание чистоты, пыль, песок и клочья земли полетели в нежить. Существа завизжали, ослепленные, зарычали, что дало возможность их добить. Возвращались все с трудом.

На место прорыва тут же выдвинулась команда артефакторов, а лекари, и я в том числе, занялись пострадавшими. Как выяснилось чуть позже, кто-то заблокировал цепочку артефактов охраны и защиты. Ребята отлично справились, устранив неполадки. Больше подобных инцидентов не происходило. Такое чувство, что и нежить, и наш менталист затаились. Однажды Альёна даже назвала это затишьем перед бурей. Я склонна была с ней согласиться.

За это время мы познакомились со многими магами. Чаще всего по вечерам общались с Зуатом, Райданом, Мартаром и Ширтом. Ещё рядом крутился Уфинар, которому приглянулась наша красавица Линша. К Радании пытался подобраться весьма наглый и привлекательный Стерн, боевик, на счету которого было около сотни убитых монстров.

Ребята рассказывали о своих подвигах так, словно это шутка. Но все прекрасно понимали, в тот момент им было не до смеха. Слушали внимательно, иногда смеялись, порой девчонки с восторгом взирали на героев. А маги и рады были, вон как хвосты распушили перед студентками.

– А что случилось с нашими старшекурсниками на практике? – кокетливо хихикая, Силь задала вопрос, который многих волновал.

– Никто толком ничего не понял, они отправились в самый обычный рейд, а потом пришел вызов от их куратора. Кто тогда ребят сопровождал? – Райдан обвел своих товарищей взглядом. Поднялся Ширт.

– Я был с ними и ничего толком не успел сообразить. Вспышка, нежить быстро разбежалась, не успев никого ранить, а ребята на земле без сознания. Я тогда здорово испугался, в первое мгновение не знал, куда бежать. Но хуже всего то, что до сих пор не знаю, где потерялось полтора часа времени, – пояснил блондин.

– Как это? – спросила Линша, все нахмурились.

– Вот так. Для меня прошла всего секунда от вспышки до потери сознания студентов, на самом деле вспышка случилась, когда солнце только-только вошло в зенит, а сознание ребята потеряли уже много позже. Но я это заметил, только когда проходил допрос о случившемся. – Было видно, что Ширт искренне переживал. – Кстати, а что с теми ребятами?

– Все нормально с ними, привели в сознание, – отмахнулась Силь, бросив на меня вопросительный взгляд.

«Не говорите никому о духах», – послала сразу всем мысленную просьбу. Меня услышали и промолчали. Я же в этот момент ловила эмоции магов, пытаясь понять, кого больше всего заинтересовала данная информация.

– Значит, они живы и здоровы? – в голосе Зуата облегчение. – Мы уж думали, все, новая напасть свалилась на нашу заставу.

– Да, все в порядке, сейчас у них тоже практика, только на все лето, – беспечно махнула рукой Силь.

Наша компания сидела немного в стороне. В разговорах практически не участвовали, рассказы слушали, и даже с интересом, но на ухаживания и заинтересованные взгляды не отвечали. Я – в силу физической невозможности, Альёна – потому что рядом все время находился Рич, от которого подруга и не думала отрываться. Несколько шибко наглых пытались применить силу к нашей иномирянке, но, столкнувшись с разгневанной тьмой, защищавшей свое, тут же отступили.

Пока все расслаблялись, я ковырялась в мозгах воинов. Вытащила на свет ещё три глубоко спрятанные ментальные привязки и сожгла. Но больше ничего не увидела. А ведь должно же что-то быть. Я чувствовала, враг рядом. Среди этой широко улыбающейся толпы, умело скрывающей истинные лица. Как же его вычислить? Ответа не было.

Удивило поведение бывших духов, которые, как и мы, сидели в стороне и наблюдали. Вот кто умел отлично держать лицо, не показывая истинных эмоций. А ведь я хорошо ощущала их злость: ребята чувствовали здесь присутствие виновного в происходящем. Между ними будто имелась незримая связь. Но односторонняя – определить, к кому она тянулась, ребята так и не смогли. Ловили на себе чужие взгляды, мило улыбались, но в беседы не вступали. Элементарно боялись выдать себя раньше времени.

– Что-то мне подсказывает, скоро наступит час икс, – заметила Альёна в один из вечеров.

– Что такое «час икс»? – Чем больше незнакомых слов она говорила, тем забавнее это выглядело.

– Это момент, когда злыдень сорвётся. Если он находится среди магов, мило с нами общается, присматривается к силе, то надолго выдержки не хватит. Наш менталист, как наркоман, требующий дозы. Ему потребуется очередная, и он выйдет на охоту. Надо к тому времени быть готовыми противостоять, – пояснила наша видящая, потом ткнула в меня пальцем. – Твоя личина ещё больше оплыла, волосы уже не белоснежные, а почти каштановые. И глаза все ярче сияют фиолетовым с зеленью. Да и лицо преображается.

Я бросилась к зеркалу. Действительно, созданный ранее образ оплыл, сейчас я походила на умертвие с отваливающейся кожей, только такими ошметками отковыривалась личина. Неприятное зрелище, а как подправить, понятия не имела. Махнула рукой, само отвалится, когда придет время.

– Так, студенты, сегодня наша задача подвинуть купол на очищенный участок земли. Мы постепенно отвоевываем все большую территорию у болот. Попутно вам необходимо прислушиваться к малейшим всплескам магии, – озвучил Тиат задачу на сегодня.

Со всех сторон посыпались вопросы, поставленная задача оказалась не совсем ясна. Пришлось сопровождающему поведать дополнительную информацию, хотя все видели, как тщательно он хотел ее скрыть.

Но мы упорные. Несколько дней мурыжили вопросами. И спустя почти неделю после заданного плана нам, наконец, сообщили, что предстояло найти то самое капище, где находилась опасная штука, способная истребить весь мир. Ни что за штука, ни в какой стороне капище, никто не знал. Но на болота теперь ходили каждый день. Иногда объединялись с боевиками, порой с артефакторами. Продвинуться вглубь и обойти топь ещё ни разу не получилось. Зато могли увидеть результаты нашего двухнедельного пребывания здесь. Кто бы что ни говорил или ни думал, а практика вышла весьма продуктивной. И с артефактами разобрались, и нежить освободили от подчинения, и вредоносные составляющие отыскали. Польза от нас все же была, что не могли не признать маги.

До окончания практики осталась всего неделя. Появилась последняя задача: попытаться разобраться с топью и найти капище. Как только это сделаем, можно и домой вернуться с засчитанной практикой. К заданию подключились все группы, без дела никто не сидел. Третьекурсники, желая отличиться, пробовали левитировать, но их постигла неудача, потому что вляпались в невидимую паутину. Путем проб и ошибок выяснилось: кто-то намеренно не давал болотам пересыхать, все попытки высушить его магией пресекались той самой паутиной, впитывавшей магические всплески. А смельчаков, намеревающихся перейти болото, она пеленала и выплевывала подальше. Многие пытались нащупать нить заклинания, найти слабое место или узел связки, который можно было разрубить. Но ничего подобного не обнаружилось. Ставил эту гадость настоящий профессионал и экспериментатор, похожий на нас.

Сегодня был странный день. Все нервничали, местами злились, дёргались из-за каждой мелочи. Санья тоже с утра не с той ноги встал, хмурился, о нехорошем предчувствии говорил. Тьма Рича вела себя беспокойно, Санир едва ли не насильно поставил на нас с Альёной защиту. Я даже на всякий случай проверила, не покопался ли кто у ребят в мозгах. Нет, все чисто. Но ведь не бывает массовой паранойи? Или бывает?

Возникло опасение, что враг постарался создать в самой атмосфере негативный фон, который действовал даже на тех, кто находился под защитой от любого воздействия. И мне это не нравилось. В груди ворочалось что-то темное и неприятное. Наверное, это и было то самое предчувствие, о котором говорил Санья.

Сегодня шли сразу тремя группами: менталисты, боевики и артефакторы. Некроманты и стихийники отправились в другую сторону. Наблюдали уже знакомый пейзаж, только деревья теперь радовали распустившимися почками, зелени вокруг стало больше, птичьи трели раздавались вокруг. Вполне мирная картинка, и не скажешь, что место таило в себе опасность. Но где-то в самом центре великолепия мелькнуло нечто черное с зелёной искрой.

– Стойте! – опередила меня Альёна. Ее артефакт полыхал алым. Пришлось даже положить на землю. Студенты на всякий случай отошли подальше.

– Когда вредный амулет притянется к пластине, накройте его самым мощным щитом, – попросила у Санира и Рича. Те даже вопросов задавать не стали, сделали, как я сказала. Не зря подстраховалась.

Как только прозрачная, как слеза, вещица прилетела к «магниту», произошел взрыв такой силы, что вздрогнула земля. Несколько существ не удержались на ногах, упав на траву.

– Что это было? – выдохнул Соуш, схватившись за голову.

– Бомба, только какая-то неправильная, – едва слышно отозвалась Альёна. – Взрыв же должен быть огненным? А тут даже не магический, а вообще непонятно какой. И отчего земля задрожала, я не увидела.

– Это ментальная ловушка, – пояснила для всех уже я. – Кто-то знал, что бомба притянется к твоему «маг-ниту». На это и был расчет. По задумке мы все сейчас должны были стать марионетками менталиста.

– Надо отследить остаточный след ауры на этой гадости, – всполошилась Ревека. И бросилась к капле, которая нисколько не пострадала от взрыва.

– Не трогай! – крик Альёны смешался сразу с несколькими хлопками. Четверо студентов попросту исчезли. Я хотела узнать, как получилось, что мы проворонили ещё одну ловушку. Но тут тело всего на мгновение сковало чужой силой, появилась лёгкая дымка в глазах, раздался хлопок, и я уже стояла в довольно просторной пещере с кучей банок и склянок. Вокруг расположились большие, переливающиеся силой, шары и несколько бурлящих аппаратов. И ни единого существа рядом, если не считать попавших вместе со мной в ловушку Силь, Соуша, Ревеки и Варзека – одного из тех, кто некогда был духом. Именно он и поведал, где мы оказались.

– Вот здесь я провел несколько столетий. За этой стеной находится лаборатория, где до сих пор обитают некоторые мои товарищи. Искали капище? Вы его нашли, – в последней фразе прозвучало столько горечи, что Силь погладила парня по плечу, всем своим видом выражая сочувствие.

– Подожди, но тогда ты должен был знать того гада, который творит все эти пакости, – обличающе ткнула пальцем в парня Ревека.

– Нет. Я его ни разу не видел, он всегда в плаще и в маске. Никому не показывается на глаза, – спокойно опроверг обвинение юноша. – Каждый вечер во время посиделок мы с ребятами старались вычислить гаденыша, но результата не достигли. Чувствовали, он рядом, а вот кто… Слишком закрываться хорошо умеет.

– А хоть какие-то догадки имеются? Этот тип наверняка должен быть среди тех магов. Никто ни разу не вызвал чувство узнавания? – напирала Ревека.

– Не дави на меня. Одно дело – подозрения, а другое – уверенность. Я мог бы указать на того, кто всего лишь напоминает злодея, но вдруг бы очернил невиновного? Представляешь, как ему потом после таких подозрений отмываться? – воскликнул бывший дух.

Ребята продолжали спорить, я наблюдала за ними, прислушивалась, а потом уловила нечто непонятное. Мысли? Нет, скорее чьи-то эмоции, настолько слабые, что уже едва тлели.

– Тихо, – попросила ребят, они, как ни странно, услышали и сразу замолчали. Дважды повторять не пришлось. – Вы ничего не слышите? – уточнила на всякий случай, ведь могло и показаться.

– За стеной кто-то есть, – выдохнул едва слышно Варзек. – Такая знакомая аура.

Он еще не закончил фразу, а уже ломанулся туда, откуда слышался не то стон, не то вздох. Мы рванули следом, задерживать парня никто и не собирался, у всех была одна цель, узнать, кто страдал. Но в стене ни единой двери не обнаружилось. Хотя я чувствовала где-то ее наличие.

Первым предложил выход Варзек: создал на ладони небольшой огонек и с пламенем прошелся вдоль стены. В одном месте оно заколебалось и едва не затухло. Мы застыли напротив. Соуш, отодвинув нас в сторону, приложил руки к указанному участку стены и что-то прошептал, браслет на его запястье засветился. А в следующую секунду мы увидели, как медленно проявилась дверь. Дернув ее на себя, вошли. Ревека вскрикнула, парни просто оцепенели.

Стояло несколько столов с бурыми потеками, возле каждого имелись небольшие тазы с носиками, уходящими в стеклянные трубки. Те, в свою очередь, вели к резервуару, наполненному клубящейся силой. Из семи три были заняты. И если на одном лежал уже разлагающийся труп, то на втором девушка явно погибла совсем недавно. Магия мгновенно забурлила, я кинулась к пострадавшей, положила руки на ее тело: одну у основания шеи, вторую на солнечное сплетение. Дар начал действовать. На уроках говорили, как делать правильно. Но сейчас я применила новое заклинание, многофункциональное. Наш гений так и не успел толком рассказать о результатах, зато теперь я могла сама наблюдать, как это действовало.

Лечение заняло прилично времени, но оно того стоило. Девушка пришла в себя, распахнула глаза и едва не шарахнулась от нас, рискуя свалиться со стола. Ее подхватил Соуш. Пока ребята расспрашивали незнакомку о происходящем, я двинулась к тому, кто определенно был жив, но находился на последнем издыхании. Это оказался паренек лет тринадцати. Из одежды только тряпка, скрывающая половую принадлежность. Тощее тело, по которому, как говорила наша Альёна, можно было анатомию преподавать. Я теперь тоже знала, что это такое.

Мальчишка, ощутив мою силу, широко распахнул глаза. Страха в них не уловила, в зеленых омутах заплескалась надежда. Когда мне удалось и его подпитать, парень глубоко вздохнул и попытался встать. Осмотрелся, скривившись.

– Вы кто? Спасатели? А почему мы все еще здесь? – засыпал вопросами малец.

– Потому что мы, как и вы, пленники. Нас похитили, – невозмутимо поведала ребенку. Тот аж воздухом поперхнулся.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – пораженно округлил глаза пострадавший.

– По-другому не умею, – пожала плечами. – А ты как здесь оказался? Я думала, похищают только студентов или сильных магов. А ты еще совсем ребенок.

– Хм, нашла ребенка, – усмехнулся пацаненок. – Я уже взрослый. И у меня открылся дар. Жаль, в тот момент и нарвался на этого психа в маске. Спеленал меня быстренько, я и пикнуть не успел. А потом сюда притащил. Даже не знаю, сколько времени тут провел.

– А как он тебя притащил? Порталом? – в голосе Варзека появилась задумчивость. Судя по тому, что он перешел на магический взгляд, бывший дух что-то искал.

Перебирал банки, склянки, принюхивался к пробиркам. И тут едва не подпрыгнул от радости, стоило в одном из мест ощутить всплеск силы. Вдвоем с Соушем они вскрыли еще одну тайную дверь, правда, небольшого размера. Это оказался тайник, где в ряд стояли шестнадцать кристаллов, наполненных живой магией. Или не магией? Я присмотрелась и поняла, что это были духи, заточенные в тюрьму.

– А вот и мои товарищи по несчастью. И их явно уже подготовили для подселения в чужие тела, – заметил Варзек.

– Наверняка в наши, тебе такое счастье уже не грозит, – поведала Силь, подмигнув парню. Я заметила, что наша взбалмошная красавица неровно дышала в сторону недавнего духа. Да и он тепло к ней относился.

– Если получится, постараюсь защитить тебя, – юноша приблизился к девушке и обнял ее. Но ребятам пришлось отстраниться друг от друга, оба понимали, времени в обрез, необходимо было отыскать хоть что-то для защиты и возвращения.

Я стояла в стороне, а одногруппники шустро проверяли находку. В это мгновение снова ощутила внутри себя нечто непонятное, будто сила ворочалась, пытаясь выбраться на волю. А еще уловила далекий зов и прислушалась. Появилось ощущение, будто меня кто-то звал. Вот и перстень, подаренный Ричем, который не снимала ни разу, засветился и слегка нагрелся. Ему вторил мой амулет.

«Елли, ты меня слышишь?» – кажется, послышался голос Рича. Но как он смог до меня дозваться? Мы где-то рядом?

«Да. Слышу. Вы где?» – уточнила, сама при этом пытаясь сообразить, как отсюда выбраться.

– Еллина, что с тобой? – ко мне подскочил Соуш, но его быстренько оттащила Ревека.

– Не мешай, кажется, она сейчас с кем-то общается, – шепотом просветила всех девчонка. Я не отвлекалась, пытаясь удержать нить ментального канала, по которому ко мне пробился темный.

«Мы пока на заставе. Я рискнул с тобой связаться, потому что между нами связь».

«Связь? О чем ты?» – до сего мгновения я ничего подобного не ощущала. Но слова парня заставили задуматься. Он какую-то привязку провел? Тогда почему я об этом не знала, ведь все должно делаться добровольно.

«Елли, я потом все объясню, а пока сосредоточься, найди нить, которая нас связывает. По ней мы сможем к тебе пробиться», – в голосе было столько ужаса, что я невольно повела плечами.

«Сейчас попробую», – пообещала и сосредоточилась на внутренних ощущениях.

Пока ничего подобного не наблюдалось. Но чем сильнее всматривалась вглубь себя, тем яснее видела. Уже знакомая белесая дымка неохотно рассеивалась, что позволило найти то, чего раньше не замечала. Точно, нить. Она полыхала белым и черным, переплеталась, словно косичка у ребенка, а вкрапления фиолетового добавляли красоты.

Так, Еллина, надо собраться. Потом буду рассматривать, сейчас стоило подергать за эту нить, надеюсь, ту самую, о которой говорил Рич. Сосредоточилась, потянула на себя.

«Да, Ёлочка, отлично, мы с Грезгором скоро откроем к вам портал. Только продержитесь, ладно?»

«Да нам пока ничего не угрожает, осмотр проводим», – поторопилась успокоить парня.

Ребята шустро рассовали камни по карманам. Вовремя. Видимо, я сглазила. Всплеск силы – и перед нами появилась фигура в плаще и в маске. Девчонка, которую я вытащила из-за Грани, громко вскрикнув, шарахнулась-таки со стола. А вот паренек порадовал, смело смотрел на злодея. Я же поторопилась на всех накинуть ментальный щит. Кажется, вовремя. Поток принуждения прекрасно рассмотрела. Этот тип оказался силен, раз пытался воздействовать сразу на всех.

«Еллина, что происходит?» – раздалось обеспокоенное от Рича.

«Явился менталист и попытался всех разом подчинить. Он силен, но мой ментальный щит скрыл всех ребят», – отчиталась, рассматривая хозяина лаборатории. Ничего знакомого в нём не видела.

– Так-так-так, кто тут у нас? – голос из-под маски звучал глухо. Мужчина заметил вполне бодрых пленников, одна из которых недавно была мертва, и его глаза в прорезях скрывающего лицо аксессуара загорелись. – Маг жизни, – выдохнул благоговейно. – Как удачно я в этот раз ловушку поставил.

– Что же ты лицо прячешь, как крыса? – зло процедила Ревека. – Нам такую же уготовил участь? – Она ткнула пальцем в ожившую незнакомку.

– Не смей голос повышать! Вы все должны мне повиноваться! – истерично завизжал мужчина.

– Прогрессирующая мания величия, – изрекла я. – Кажется, мы имеем дело с сумасшедшим.

– Заткнись! Слышишь? Я приказываю тебе подчиниться!

Он подскочил ближе и уставился в мои глаза. Я поняла, это шанс. Тип настолько уверовал в собственную непогрешимость, что начал считать себя богом. Его мысли я прекрасно слышала. Враг даже не озаботился их спрятать, решив, что не существовало никого сильнее его. Чужая магия вскружила голову, а ее в этом гаде было на самом деле много.

– Ты сейчас произнесешь добровольное согласие на передачу силы мне. Я приказываю. – Ментальный посыл, надо сказать, весьма ощутимый, ударился о мой щит.

Глядя в глаза мужчины, пыталась понять, неужели он и правда был настолько глуп, или дело в том, что бедняга просто не верил в обнаружение более сильного противника. Но так подставиться… Я не собиралась упускать шанс. Раз враг пытался отдать себя в мои руки, так тому и быть. Перехватила его взгляд, утянула в собственную глубину, устанавливая полный контроль. Сначала тот не понял, что произошло.

– Сними маску! – на этот раз потребовала я. Пока сжигать мозги не стала, маг ещё мог пригодиться, так как в его памяти обнаружилась встреча с моим опекуном. Что могло быть общего у этого гаденыша с лордом Тайрэтом? А ведь они были давно знакомы.

– Что? Как ты… – менталист застонал.

Надо отдать ему должное, пытался сдержаться, воздвигал между нами стены, которые я безжалостно разрушала. Поздно, если бы не попался в мою ловушку, может, трюк бы и сработал. А сейчас ситуацию я вывернула в свою пользу. И ослаблять давление не стала. За спиной находились студенты, которых необходимо было спасти от этого чудовища.

«Елли, мы уже рядом, держись!» – едва слышно прошептал Рич, стараясь не отвлекать меня.

– Ты не можешь… Я специально достиг такого могущества, чтобы никто не смог подчинить… Кто ты? – голос дрожал, тело мага извивалось, он не оставлял попыток освободиться. Позади замерли мои спутники.

– В отличие от тебя, моя сила врождённая. Снимай маску, я хочу видеть, что за крыса завелась в гарнизоне, – потребовала, усилив напор воздействия. Мужчина застонал, схватился за голову, пытаясь оторвать от меня взгляд. Не получилось.

Его рука взметнулась вверх и сорвала маску. За спиной выругались студенты. И я их понимала. Больше недели мы хорошо общались с этим гадом, он мило улыбался, помогал, вынашивая мерзкие планы.

– Зуат. И почему я не удивлена? – хмыкнула я.

Ревека хохотнула:

– Может, потому что ты этого не умеешь делать? – Она встала рядом, презрительно осматривая весьма привлекательного мужчину. – На свидания, значит, приглашал? Целоваться лез? А сам в этот момент мою силу прощупывал? Ну ты и сволочь!

Я видела, девушка едва не рванула вперёд, чтобы расцарапать физиономию гаденыша, но сдержалась, понимая, что я держала врага на ментальном поводке. Стоило потерять концентрацию, он сорвётся, и тогда нам придет конец, потому что заимствованной магии в нем чересчур много. Мужчина одним щелчком пальца способен всех тут уничтожить. Этого допустить нельзя.

– Где мы находимся? – задала вопрос, ещё немного усилив давление.

– В самом центре Зарвартских болот, – голос стал равнодушным, взгляд стеклянным. Лаборатория. Капище.

– Так это оно и есть? – обведя вокруг рукой, уточнил Соуш.

– Да, – ответ односложный, но другого и не требовалось.

– Сюда только порталом можно добраться? – включилась в допрос Ревека.

– Да. Вокруг одна топь. Пройти по ней невозможно, если не обладать магией воздуха. Но даже с ней не так просто. Мои ловушки никого не пропустят. Я целых десять лет создавал паутину.

– Откуда ты знаешь лорда Тайрэта? – я просто не могла не задать этого вопроса.

– Мы знакомы почти семьдесят лет, он когда-то был одним из нас. Потом женился на ведьме и покинул братство. А десять лет назад Тайрэту понадобилась помощь в похищении. Подробностей не знаю, те трое, кто ему помогали, не вернулись. Лорд поддерживал с нами связь, указывал на перспективных магов, благодаря его древним книгам удалось найти множество забытых техник. Полгода назад Тайрэт указал на вашу группу, сообщив имена самых одаренных студентов.

– Ты все время говоришь «мы». Кто ещё входит в ваше братство? – осведомилась, не желая оставлять за спиной врагов.

– По идейным соображениям больше никого не осталось. Кто-то погиб, кого-то схватили, некоторые подались в другое королевство. Со мной остались только те, кто помогает по моей воле, – отчеканил не без гордости.

– Пуговицы. Через них ты и влиял на так называемых помощников? И тем самым подставлял их, – догадалась, тут же получив подтверждение. – И через них же имел возможность воздействовать на расстоянии, – еще один кивок.

Теперь стало понятно, что случилось с иномирянкой. Она в тот момент общалась с Ширтом, через него Зуат и послал ментальный посыл.

– Где мы находимся сейчас? Как выбраться обратно? – робко поинтересовался недавно спасённый паренёк, переводя заинтересованный взгляд с меня на Зуата и обратно.

– Древнее капище, я же уже сказал, тут когда-то построил лабораторию безумный маг, – начал говорить менталист. – Теперь это все мое.

Больше он сказать ничего не успел, а мы не смогли задать остальные вопросы. Послышался грохот, а следом возник искристый дождь. Вспыхнул очередной портал. Осталось понять, это дело рук друзей или тех самых невольных подчинённых помощников, вызванных на подмогу гаденышу. Хотя вызвать помощь Зуат не мог бы, так как все время находился в ментальном плену. Но его возможностей мы не знали, потому ощутимо напряглись. Думаю, сейчас все узнаем.

* * *

Рич

С утра впервые хотелось накричать на нашего помощника и его предчувствие. Едва сдержался, но хуже всего поддавалась контролю тьма, которая так и норовила поскорее выпрыгнуть и кого-нибудь уничтожить. Пришлось срочно применять медитативную методику для успокоения. В том, что атмосфера стала совершенно ненормальной, я догадался. Сам сходил с ума от беспокойства. Хуже всего не знать, с какой стороны ожидать удара.

Сегодня нам повезло: в рейд вместе с нами отправилась группа Альёны и Еллины. Мы снова были вместе и могли подстраховать друг друга в случае опасности, но в то же время нельзя было терять концентрацию, волнуясь о друзьях. Никто даже предположить не мог, на что пойдет гаденыш. Ловушки-порталы. Но как мы могли их просмотреть? Все же проверили! Даже артефакт землянки не сработал. Вероятно, негативной энергетики в портальных ловушках не оказалось, потому они и остались всеми незамеченными.

Когда исчезла Еллина, я чуть с ума не сошел. Альёна от ужаса закричала, рвалась спасать подругу. У нашей иномирянки случилась истерика. На Санира страшно стало смотреть, он аж посинел от страха за девушку.

– Вызывайте магов! – скомандовал Уфинар.

Я же не стал терять время и отправил вестника Грезгору.

Подкрепление появилось одновременно. Дядя мгновенно оценил ситуацию, первым делом заметив пропажу Еллины. От его рыка многие присели, а заодно увидели, насколько был страшен в гневе носитель истинной тьмы.

– Где она? – вокруг все разом потемнело, бывалые воины застыли с широко распахнутыми глазами, после чего упали на одно колено.

Вот грытр! Дядя только что раскрыл свое инкогнито. Теперь и на меня поглядывали подозрительно.

– Успокойся, иначе вдвоем мы тут все разнесем, – попытался урезонить родственника, хотя понимал его и сам с трудом держался. Только обрёл свою вторую половинку, как вдруг снова лишился, не уберёг и не удержал.

– Зато сделаем сразу всю работу, от болот останутся одни воспоминания, – рыкнул родственник.

Признаться, у меня тоже возникли похожие идеи, правда, я знал и о последствиях. В этом случае могли пострадать и маги. Тьма, выходящая из-под контроля и получившая приказ уничтожения, не щадила никого и ничто.

Подхватив меня за шкирку, а Альёну и Санира за что пришлось, Грезгор забросил нас в портал. Мы оказались в его департаменте, где в данный момент проходил проверку Ширт. То, что парень был невиновен, подтвердил дядя, но необходимы были скрытые воспоминания, которые кто-то успел зачистить. Для этого вызвали самого сильного менталиста нашего мира – Ее величество.

Присутствующие тут же склонились перед королевой. Дядя, не дав ей возможности поприветствовать собравшихся, совсем не аристократично схватил женщину за руку и под изумленный «ах» присутствующих потащил ее к допрашиваемому.

– Это кто? – шепотом уточнила Альёна.

Ответил ей Санир:

– Ее величество. Как я понимаю, ее пригласили из-за Ширта? Он может знать, где Еллина?

– Мы надеемся на это. Те полтора часа, которые выпали из его памяти, парень мог находиться там, куда забирали таким же образом наших студентов. Не на открытой же местности им подселяли духов. Для этого нужна лаборатория, – пояснил я.

Ждать пришлось порядка получаса. Мы извелись, пока дверь не открылась. Грезгор, разом осунувшийся, поманил нас к себе. Ширт лежал на кушетке с закрытыми глазами. Его ввели в транс.

– Он действительно был в лаборатории, но координат не знает, как и места, где она может находиться, – вздохнула мама и в упор глянула на меня. – Ты пытался с ней связаться?

Признаться, от беспокойства не сразу сообразил, о чем она говорила. Нахмурившись, мотнул головой. Санир с Альёной старались слиться со стеной, и я их понимал. Сейчас от мамы и от дяди исходили такие волны силы, которые не каждый мог выдержать. Вон у друзей уже испарина на лбу выступила.

– Присядь. И попытайся дозваться. Вы – две половины одного целого, должна быть связь, – поведала родительница. – Ищи и зови Еллину.

Глаза иномирянки в этот момент надо было видеть. Казалось, ещё немного, и она расплачется. Я сначала никак не мог понять, с чего вдруг. Но стоило глянуть на Санира, смотрящего на меня, как на злейшего врага, дошло. Они оба посчитали менталистку моей истинной парой. Закатил глаза.

– Чего ты ждёшь? – поторопили меня.

– Мама, не дави. Лучше познакомься с моей девушкой. Альёна иномирянка и талантливый артефактор. А ещё видящая. А Санир – друг Еллины. Очень жаль, что первая встреча произошла в такой неподходящей обстановке, – произнес я и тут же самоустранился, заметив взгляды друзей.

Чувствую, при других обстоятельствах меня бы сейчас порвали. Но мама права, не время отвлекаться. Правда, перед тем как погрузиться в транс, я услышал слова королевы:

– Мой сын прав, очень жаль, что знакомство произошло при таких условиях. Мне кажется, Ри хотел представить вас, как полагается, во дворце. Но изменить уже ничего не получится.

А потом я отключился от реальности, стараясь дозваться до Елли. Несколько безуспешных попыток расстроили, но я не отчаивался, продолжал звать, найдя нашу нить связи. Сколько радости было, когда девушка отозвалась. Я даже на месте подпрыгнул.

– Грезгор, считывай координаты, – приказал, находясь сразу в двух реальностях и стараясь не потерять концентрацию.

Сначала все было спокойно, дядя тут же соединился с мамой по их связи, а та начала настраиваться на Ёлочку. И тут я в очередной раз выругался. Не успели – гад к ним пожаловал. Что сейчас будет, только богам известно. Главное, успеть.

Время растянулось. Все изнывали от беспокойства, дядя отдавал распоряжения, попутно записывая координаты портала. Получилось. Осталось пробить защиту, чем и занялись подчинённые главы безопасности Хайшары.

– Вы остаетесь здесь и ждёте нас, – жёстко отчеканил Грезгор.

– Да сейчас! Мы идём с тобой, – мгновенно ощетинился я.

Санир встал рядом, всем своим видом выказывая решительность. Он тоже не собирался сидеть и ждать. Как и Альёна. Друзья оказались рядом, твердо глядя на дядю. Тот отмахнулся.

– Грыхтр с вами! Некогда спорить. Там счёт идёт на секунды, неизвестно что менталист творит с нашими студентами.

Потом был портал, защиту все же пробили умельцы родственника. В образовавшуюся арку шагнули первыми вместе с дядей. Мама вернулась во дворец, потребовав полного отчёта после спасения студентов.

Картина, представшая перед глазами, заставила остановиться. Еллина, сидя напротив Зуата, удерживала его ментально, не позволяя творить бесчинства. Пока маги выводили в портал ребят, менталистка продолжала держать обезумевшего экспериментатора. А потом, отпустив, пошатнулась. Сколько же сил потратила! Резерв почти опустел.

– Ёлочка, мы чуть с ума не сошли от беспокойства. Что тут происходило? Где твои силы? – затараторила Альёна, обнимая девушку.

– Сначала возвращала из-за грани пострадавшую, которая несколько дней была мертва, потом ещё и паренёк едва живой обнаружился, пришлось лечить обоих. А когда появился Зуат, выложилась полностью, силен, гад, – пояснила девушка.

– Что это за место? – подчинённые дяди ходили и рассматривали колбы, шары с силой, перегонные аппараты.

– Лаборатория безумного мага, – пояснила Еллина. – Она находится на месте древнего капища. Или это и есть то самое капище, я плохо разобралась. Там есть записи Зуата, как убрать паутину, которую он воротил около десяти лет. Там же указан и способ уничтожения болот. Его маг приберег напоследок, чтобы, получив неограниченный резерв и став всемогущим, создать место для жилья. Площадь болот очень большая, здесь Зуат планировал положить начало собственной Империи.

– Это ты увидела в его мыслях? – повернулся к нам Грезгор.

– Да. Там такая каша была. Амбиции зашкаливали. А от планов и вовсе кружилась голова. Он вознамерился захватить весь мир, поднять и подчинить мертвецов моей силой. Вышла бы огромная армия, с помощью которой Зуат и собирался начать захват, – озвучила планы свихнувшегося типа девушка.

– Возвращайтесь обратно, вам надо отдохнуть, а мы тут осмотримся, – дал отмашку дядя. Санир подхватил на руки Еллину, которую просто шатало, и шагнул в портал.

Открылся тот сразу на заставе, где в этот момент работали сотрудники департамента вместе с магами. Не став задерживаться, отправились в комнату. Правда, по пути к нам обратились Соуш и один из дядиных подчинённых.

– Еллина, мы забрали духов из лаборатории, потом поможешь им с телами и новой жизнью? – робко поинтересовался юноша, поглядывая на стоящего в стороне Варзека.

– Обязательно, только отдохну. Слишком много сил ушло, – прошептала менталистка.

Больше нас задерживать не стали. Без проблем добрались до комнаты девчонок, где сходил с ума Санья, который, заметив нас, бросился уточнять, что произошло, откуда ажиотаж, почему многие говорили о смерти. Никто не ожидал увидеть пропавших живыми. Но ребята вернулись и сейчас делились впечатлениями от лаборатории и личности безумного мага.

Сначала никто не мог поверить, что убийцей оказался Зуат. Многие вместе с ним сражались с нечистью, строили планы на жизнь, водили дружбу. Никто и предположить не мог, что добрый, отзывчивый и готовый всегда прийти на помощь воин имел двойное дно. Такое сложно принять.

В комнате Еллина специально для Саньи поведала о небольшом путешествии в лабораторию. Рассказала о находках, потом попросту отрубилась. Будить не стали, все начали расходиться, только Санья и Санир остались рядом с девушкой. Альёна вытащила меня на улицу и, отведя в укромное место, тут же потребовала:

– Рассказывай! Какое ты имеешь отношение к Еллине? Откуда связь?

– Обо всем расскажу во дворце. История будет долгой, сейчас не время, – подмигнул иномирянке и поцеловал, давно хотелось это сделать.

Отталкивать не стала, напротив, рьяно включилась в игру. Повезло, на время землянка забыла о вопросах, а мне именно это и нужно было. Я пока не был готов озвучивать правду, особенно когда вокруг находилась куча лишних ушей. К тому же вообще удивился, что никто не догадался, ведь все было на поверхности.

Но на следующий день попал на допрос уже от Еллины. Поймав с самого утра, девушка потащила меня в какой-то сарайчик, о котором я ни разу не слышал. И как только она его нашла?

– Рассказывай! Что за связь между нами? Когда ты успел меня привязать к себе? Разве для этого не нужно добровольное согласие?

– Еллина, послушай, – попытался вклиниться в поток ее вопросов, но не преуспел.

– Почему я даже в твоих воспоминаниях не вижу ритуала? А Альёну тоже связал? Почему тогда у меня с ней нет такой связи?

– Елли! – пришлось рявкнуть, чтобы остановить тарахтение. Девушка резко замолчала и глянула своими бездонными глазами, все больше становящимися похожими на мои собственные. – Ты слушаешь? – Кивок. – Я тебя не связывал. Никого не связывал. Давай ты подождёшь, пока мы прибудем домой, потом все поймёшь. Может, вернутся воспоминания, тогда и вовсе ничего не придется говорить. Сейчас об этом лучше молчать, неизвестно, остались ли пособники у Зуата. Терять тебя в третий раз я не хочу.

– Третий? – девушка свела брови к переносице и задумалась. – Но ведь меня похищали только один раз. Тогда почему…

Я приложил палец к ее губам и отрицательно мотнул головой. Елли продолжать не стала, но в глазах мелькали вопросы, на которые ей очень хотелось узнать ответы. Я же пока не готов был их дать. Не потому что не хотел, все намного проще. Могли подслушать. Тогда ничего хорошего нас бы не ждало, началась бы охота. А я устал воевать и хотел скорее попасть домой, отдохнуть и от учебы, и от практики. Заодно не терпелось отвести Еллину к нашему оку и ритуальному алтарю. Если кто и мог вернуть воспоминания и эмоции, то только он.

– Все потом. Ладно? – попросил шепотом и получил в ответ согласие.

Правда, напоследок Ёлочка все же не удержалась и протянула:

– Я не знаю, как ты это сделал, но после нахождения нити я стала острее чувствовать тебя. Именно чувствовать и постепенно узнавать, что это такое. Пусть это не мои эмоции, но я будто маленький ребенок, познающий мир, впитываю твои ощущения, попутно пытаясь понять, каково это.

– Ничего, скоро это будут уже твои чувства, а не мои, – подмигнул и покинул это место. Еллина вышла вместе со мной.

* * *

За оставшуюся неделю практики мы многое успели сделать. Прибыли маги земли, присланные мамой. Дядины подчинённые три дня снимали «паутину», чтобы вслед за ними водники испаряли трясину, воины уничтожали прятавшуюся в болоте нечисть, а маги земли ровняли то, что оставалось после иссушенных топей.

Продвигались медленно. Пока дошли до древнего капища, где располагалась лаборатория, из нее все успели вынести. Нашли кучу тайников, в которых хранились дневники безумного мага. С ними ещё предстояло разбираться, а вот остальное подлежало уничтожению.

Капище, разбуженное безумцами, снова усыпили, ещё и перенесли в другое место. Как это удалось, Грезгор не сказал, да и мы не сильно вдавались в подробности. Главное, в королевстве появилась огромная площадь плодородной земли. Причем это было идеальное место для размещения приграничного города, ведь находилось оно аккурат около границы. Здесь выйдет отличный торговый путь, сокращающий переход сразу в три королевства.

Строительство наметили на лето. Грезгор успел пообщаться с магами, столько лет прослужившими на Зарвартских болотах. Общим решением стало назначение градоправителем Ширта, как наиболее пострадавшего от действий собственного друга. А ещё, по просьбе Еллины и Альёны, строители пообещали создать приют для таких, как Санья. Такой же, какой получился у тех, кого наш помощник направил на путь исправления. Детей-сирот в королевстве было много, в один все не поместятся, а значит, для них необходимо пристанище в разных городах. Там, где уже имелись подобные заведения, будет проведена проверка. Не просто же так оттуда все стремились сбежать. Значит, детям было плохо. От хорошей жизни не бегут. Вон взять хотя бы детский дом Саньи. Ребята стремились туда попасть, а о побеге и не думали. Значит, стоило узнать, что не так с приютами в королевстве. Но это все позже.

А пока мы вместе со всеми работали над уничтожением болот. Еллина с некромантами нашла подходящие тела. Бывшие духи получили право на дальнейшую жизнь. Пришлось потрудиться и выложиться по полной. Сразу всех вернуть к жизни девушка не могла, на это как раз и ушли первые три дня. А уже потом в дело вступил Варзек. Как-никак это были его товарищи.

Жаль, конечно, многие забыли свои имена, род и даже основы магии. Что же с ними творили? К сожалению, об этом мы уже никак не могли узнать. Выяснилось, что в то время лаборатория была больше, ребят держали в нескольких отсеках, проводили разные опыты. Совсем беспамятным как раз и назначили наставником Варзека. Он окончательно освоился в новом теле, к тому же являлся единственным, кто знал всех студентов, некогда убитых собственным куратором. С остальными занимались Соуш и девчонки.

Постепенно практика подходила к концу. Чем меньше дней оставалось, тем сильнее возрастало мое нетерпение. И за день до окончания явился Грезгор, я как раз собирался спать. Дядя устроился на стуле и задумчиво уставился в одну точку.

– Ты пришел со мной помолчать? – уточнил, не понимая напряжения родственника.

– Думаю. Я вчера был во дворце, сестра готовит ритуальную залу, но вместе с тем опасается, не повредит ли Еллине такое вмешательство. Ведь на ней хранитель, а он всегда был своенравным. Как себя поведет? – выдал собственные опасения дядя.

– Раз хранитель, значит, должен понять, насколько это необходимо самой Еллине. К тому же ты забыл? В случае малейшей опасности для нее алтарь просто отзовет магию, чтобы не причинить вреда, – произнес, хотя сам после слов Грезгора начал сомневаться.

– Перстень рода на ней? – забеспокоился гость.

– Да, Елли с ним не расстается, говорит, он теплеет при малейшей опасности или предупреждает, куда не надо идти, – вспомнил ее слова.

– В таком случае мы можем не опасаться, он обязательно предупредит, если ей будет грозить опасность.

Мой гость быстро вскочил и покинул комнату, а я задумался. И зачем приходил? Что-то слабо верилось, чтобы самого сильного темного мага Хайшары беспокоили такие мелочи. Уверен, он давно уже сам все приготовил и сто раз проверил. И тут моя тьма заволновалась и подкинула картинки. Сначала не понял, а потом расхохотался. Ну, Грезгор!

Он явился проверять меня на приворот в любом исполнении. Неужели мог подумать, что Альёна способна на такую подлость? Хотя, зная нашего перестраховщика, это скорее осторожность. Надеюсь, ему хватит такта держать подозрения при себе, тем более я прекрасно знал, что обратил внимание на иномирянку ещё в первые дни учебы. И ни о каких приворотах не могло быть и речи.

* * *

Долгожданный день наступил. Сегодня нам выдали свитки об окончании практики с полным перечислением заслуг. Их мы могли предоставить ректору уже осенью, а сейчас, наконец, пора домой. Собирая вещи, Альёна волновалась. Ее руки дрожали. Свои чемоданы я собрал ещё вечером и уже отправил порталом к себе в комнату, а сейчас наблюдал за девчонками, которым помогал Санья.

– Откуда столько волнения? Ты же уже познакомилась с моей мамой, – подошёл к ней, обнял со спины и поцеловал в макушку.

– Тогда были непредвиденные обстоятельства, опасные, я за нашу Ёлочку беспокоилась, а сейчас… Почему ни разу не сказал, кто ты? – Она развернулась в объятиях и обвинительно ткнула пальцем мне в грудь.

– А зачем? Это что-то изменило бы? – непроизвольно усмехнулся.

– Нет, но я бы подготовилась, а сейчас коленки трясутся от страха. Вдруг сделаю что-то не так; ты же знаешь, я не обучена реверансам всяким и подобострастию, как у вас принято, чуть что, сразу бухаться на колени, – прошептала, спрятав лицо на моей груди. Я прижал девушку к себе крепче.

– Именно поэтому тебе будет комфортно, родители не любят подобострастия. Будь собой, такой ты мне нравишься больше. А сейчас, Санья, пригласи Санира, есть разговор.

Девчонки как раз закончили со сборами вещей, когда вошёл третьекурсник, устроился рядом с Еллиной и глянул на меня вопросительно.

– Как вы уже поняли, я принц. И в Академии оказался по той простой причине, что мне приснился сон, – начал я.

– Это шутка? – выдохнул друг.

– Нет, не шутка. Ты ведь знаешь, у меня есть сестра-близнец, которую якобы прячут до ее совершеннолетия? – спросил только у Санира, остальные пока были не в теме.

– Да, слышал. Но, если честно, не знаю, чему верить. Наследницу не видели очень давно, многие вообще думают, с ней не все так гладко, – поведал парень, на что я кивнул.

– Да, не все гладко. Ее похитили десять лет назад. Ведьма со своим мужем, лордом Тайрэтом. Ищейки дяди перерыли вверх дном все королевства, но не нашли даже намека на наследницу. Выяснилось, что девочке сбавили два года, потому никто и не обратил внимания. Когда мне приснился сон, даже раздумывать не стал. И уже в первый день столкнулся с той, ради которой и явился в Академию.

Все дружно перевели взгляд на Еллину. Она смотрела на меня в упор, попутно дёргая нашу нить связи. Я же не сдержал смешка.

– Да, Ёлочка, я поступил сюда ради тебя. Ты спрашивала, как привязал тебя к себе, вот ответ. Ты – моя сестра-близнец, которую я наконец-то нашел. И сейчас мы отправляемся домой, где, надеюсь, сможем вернуть тебе воспоминания и чувства. Санир, тебя приглашаю в гости, скажем, через месяц, – я обернулся к парню.

Тот пока находился в прострации, впрочем, как и остальные. У Альёны и Саньи открылись рты; глаза, как медные монеты, стали большими и круглыми. Санир пытался сохранить лицо, но потрясение оказалось сильнее. Рваный вздох сорвался с его губ.

Неизвестно, что случилось бы дальше, но в этот момент появился Грезгор. Окинул нашу компанию цепким взглядом, усмехнулся и уточнил:

– Сообщил, кто ты и кто Еллина?

– Да, – коротко бросил, подхватывая вещи девушек. Мы ещё и шагу не успели ступить, как первым отмер Санья.

– Потрясно! Вот недаром я чувствовал! Это ж надо! Стать помощником у брата и сестры. Супер! А меня из дворца не выгонят? У вас же там наверняка своих слуг вагон и маленькая тележка.

– А ты и не слуга, – отозвалась Елли. – Ты – наш незаменимый и предприимчивый помощник. Не выгонят.

Она подошла к парню, взяла за руку и решительно сделала шаг к порталу, не забыв попрощаться с Саниром, сообщив, что будет ждать его в гости.

Что ж, вот мы и дома. Как говорят люди: родные стены лечат. Посмотрим, насколько правдива их поговорка.

Вышли в тронном зале, где нас встречали родители, которые смотрели на Ёлочку и не могли сдержать эмоций.

– Мама? Папа? Я дома, – к ним первой шагнула наша куколка. Все отмерли и началось форменное безобразие, как говорил Санья.

Конец первой книги

Примечания

1

Один льетар равен одному километру (здесь и далее прим. автора).

2

Один сент равен одному метру.

Content

Ольга Олие
Сокровище Хайшары. Потерянная

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Примечания