Марина Серова

Живее всех живых

© Серова М.С., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Пролог

Примерно двадцать лет назад

Он снова пошел на этот далекий пруд за кувшинками. Естественно, пошел тайком от матери. А отцу, который жил от них отдельно, он вообще не рассказывал о своих вылазках в лес. Отец всегда ругался, запрещал забегать далеко в чащу, особенно к этому пруду, до которого добираться почти десять верст, и все лесом.

Он часто любил прибегать сюда один, без своих друзей. Ловил лягушек, кидал в воду камешки и даже отважился как-то зайти по пояс в пруд и нарвать кувшинок. Эти кувшинки были доказательством того, что он один через лес бегал к этому пруду и даже осмелился в него зайти. Друзья тогда восхитились его поступком, потому что они если и были у этого пруда, то только в сопровождении взрослых.

В этот раз он немного задержался, уже начало смеркаться, и он понял, что пора возвращаться домой, чтобы успеть до темноты. Как и в последний раз, он отважился и зашел в воду, нарвал кувшинок и, стуча зубами, вылез на берег. Вода в пруду была всегда очень холодная, к тому же лето на Ямале никогда не было жарким и длинным.

И в этот момент послышался какой-то шорох.

Он замер и внимательно всмотрелся в тень кустов. Вдруг из-за деревьев вышла большая серая собака. Она долго смотрела на него в упор, и глаза ее странно блестели. Он не ощущал особого страха, но что-то заставило его замереть на месте и не двигаться.

Потом он резко присел и стал звать его:

– Хороший пес, иди сюда…

Собака делает к нему шаг, делает другой, а он спокойно сидит и манит ее рукой. Но тут зверь разворачивается и убегает обратно в лес. И самое главное, он видит, что хвост у этой собаки висит поленом, как у волка. Вот тут его и объял настоящий страх – никакая это была не собака, а самый настоящий волк.

Позабыв про кувшинки, он сломя голову побежал домой.

Наутро ребята подтрунивали над ним:

– Ты все придумал! Не было там никакого волка!

Тогда он предложил им втроем сбегать к пруду. Ребята согласились.

Прибежали они на пруд и увидели валяющиеся на берегу кувшинки. А один из друзей вдруг сказал:

– Гляньте, пацаны, волчьи следы!

– Значит, ты не обманул, – ответил второй друг.

Трое друзей отважились залезть в пруд и нарвать кувшинок, а потом, довольные своей храбростью, побежали в поселок.

А через несколько дней волк задрал несколько овец из колхозного стада…

Г. Тарасов

Наши дни

…Я бежала вниз по лестнице, прикрывая полой плаща зажатое в руке оружие.

К тому моменту когда я выскочила на улицу, фигура на крыше соседнего дома исчезла. Неприятель просчитал возможность спланированной мной контратаки. Но я прекрасно знала местность, в которой проживала. Спуститься с крыши того дома можно было лишь одним-единственным путем. В третьем подъезде на девятом этаже люк, ведущий на крышу, был взломан, именно благодаря этому факту снайпер смог занять столь удобную для себя позицию.

Я бегом устремилась к тому самому подъезду. Нырнула внутрь и вскинула руку с пистолетом. Звук приближающихся шагов известил меня о том, что киллер быстро спускается вниз по лестнице. Кажется, он уже находился где-то в районе третьего этажа.

Я встала в дверном проеме и замерла в ожидании. Дверь распахнулась от удара ноги, и парень в черном одеянии с кейсом в одной руке шагнул в мое укрытие. Второй рукой, как я заметила, он сжимал пистолет.

Мы столкнулись с киллером взглядами.

Я быстро и резко замахнулась и ударила рукояткой пистолета сверху в плечо противника. Мышцы его правой руки, в которой до этого находился опасный для меня пистолет, как я и планировала, онемели, и оружие неприятеля с глухим стуком упало на бетонный пол.

Однако парень оказался крепким орешком.

Моя стремительная и результативная атака не выбила его из колеи. Ведь если уметь и не растеряться, то оказать сопротивление своему врагу можно и одной левой.

Стального цвета кейс лихо взметнулся в воздух, и если бы я не прикрылась рукой, то врезался бы мне точно в лицо.

Удар швырнул меня на стену подъезда. Парень не стал терять драгоценное время и, воспользовавшись моей секундной недееспособностью, правой, свободной рукой ткнул меня прямо в лицо. На этот раз я не успела защититься, но смогла чуть увернуться, отчего удар пришелся вскользь. Тут же мой противник нанес удар головой в верхнюю губу.

Кровь хлынула из обеих моих ноздрей. В голове загудел колокол.

Этот высококвалифицированный наемник знал, что делает. Он знал, куда и для чего бить. Участок между основанием носа и верхней губой считается одним из самых уязвимых человеческих мест. Достаточно сильный и грамотно нанесенный удар в эту область способен вызвать не только сотрясение мозга и потерю сознания противника, но и даже смерть. Но благодаря моей реакции удар получился смазанным, это спасло мне жизнь и мой хрупкий носик.

Наплевав на оброненный пистолет, наемный убийца выскочил из подъезда. Я, насколько смогла быстро, последовала за ним.

Я выскочила из подъезда и вскинула руку с револьвером. Широкая спина киллера уже скрывалась за поворотом. Выстрелить я не успела и, проклиная все на свете, устремилась за противником. Кровь из пострадавшего носа капала на мой бежевый плащ и голубого оттенка футболку под ним.

Поврежденное ударом кейса предплечье тоже давало о себе знать тупой болью. Теперь на этом месте будет очень большой синяк. Но в данный момент я старалась об этом не думать.

Через несколько секунд я свернула за угол, за которым совсем недавно скрылся лихой и весьма проворный неприятель, и снова вскинула руку с пистолетом. К черту гуманность! Выбора у меня не было, иначе я просто-напросто упущу наемного убийцу.

Я прицелилась и выстрелила своему противнику в бедро. Очень неприятное ранение, скажу я вам. Шок от удара пули столь велик и ощутим, что противник быстро теряет способность к сопротивлению.

Киллер вскрикнул и, корчась от боли, плашмя упал на землю, выронив свой кейс.

Я подошла к нему, продолжая держать его на мушке. Глаза моего противника смотрели с ненавистью и метали молнии. Однако он понял, что проиграл и дальнейшее сопротивление бесполезно.

– У полиции и у моего клиента есть к тебе очень много вопросов, – спокойно ответила я, переведя дыхание. После чего достала из кармана телефон, отыскала нужный мне номер и нажала соединение…

* * *

Меня зовут Евгения Охотникова, и я – телохранитель.

В свое время я окончила специфическое военное заведение под названием «Ворошиловка», где учились дочери генералов и высокопоставленных чинов. Вуз, где из молодых людей чеканили высокопрофессиональных бойцов элитных спецподразделений для заброски в тыл врага. Затем – стажировка в отряде «Сигма» и последовавшие за ней спецзадания.

Обучение в «Сигме» было настоящим испытанием – именно там я научилась обезвреживать (и устанавливать) взрывные устройства, водить любой транспорт и обезоруживать противника раза в четыре тяжелее себя. Когда я стала бойцом «Сигмы», то следующие несколько лет провела, освобождая заложников, проводя спецоперации в горячих точках. Пули снайперов, засады на нескончаемых горных тропах, холодные перевалы, обвалы, предательские обломки скалы, выскальзывающие из-под ноги, ищущей опоры, и улетающие с грохотом в бездонные пропасти…

Тогда я полагала, что делаю важное дело, служу своей стране и помогаю людям. Но постепенно стало приходить понимание, что нашу группу используют в своих целях нечистоплотные сильные мира сего. Нашими руками решали проблемы, которые должны решаться цивилизованными методами. А самоубийство нашего наставника полковника Анисимова стало последней каплей.

Со временем я оставила службу, разорвала все связи со своей прошлой жизнью и уехала из Владивостока к своей родной тетушке в провинциальный городок на берегу Волги.

Связи моего отца помогли мне выскользнуть из цепких лап спецслужб. Однако с отцом я в ближайшее время тоже прервала все отношения. После смерти матери мой дорогой родитель предал ее память, женившись на соседке, которую я терпеть не могла. Мои возражения ничего не значили для моего отца – генерал до мозга костей, он всегда сам принимал решения. И мне не оставалось ничего другого, как тоже принять важное решение в своей жизни…

Покончив со старой жизнью, я переехала в Тарасов, к тете Миле. Тетя жила одна и была несказанно рада моему приезду. Она относилась ко мне как к дочери, позволив без стеснения обитать в ее квартире.

Со временем я планировала обзавестись своим жильем и не напрягать своим дальнейшим присутствием мою дорогую родственницу. Однако мы с тетей Милой так сдружились, что уже не представляли себе жизни порознь.

В общем, прижилась я в квартире у тетушки и вот уже несколько лет продолжаю жить в Тарасове и работать частным телохранителем.

Вначале я пыталась устроиться по специальности, записанной в выданном в «Ворошиловке» дипломе, – преподаватель иностранных языков. Но зарплаты преподавателей и профессиональные обязанности переводчика повергли меня в уныние. Со временем, подняв кое-каких людей, я обзавелась хорошими рекомендациями и переквалифицировалась в телохранители, благо соответствующий опыт имелся. Деньги за свой опасный труд я получаю хорошие, и главное – работаешь на себя и без указки из центра.

…Прошла пара часов, как я привела себя в порядок. Остановила кровь и приложила смоченное в холодной воде полотенце себе на лицо. Через некоторое время заставила себя пойти в душ.

Стоя под струями горячей воды, я смывала с себя всю усталость последних напряженных и опасных дней. Выполняя свою работу телохранителя, я буквально выложилась до последнего, истратив свои моральные и физические ресурсы. Клиент попался очень капризный и проблемный, к тому же его постоянно преследовал киллер, которого мне удалось вычислить и нейтрализовать только на шестой день. И почти все эти дни я находилась без сна, без нормального и регулярного приема пищи и в состоянии постоянной боевой готовности и психического напряжения. Однако все самое страшное позади – наемный убийца пойман и передан в руки правоохранительных органов, а клиент цел и невредим. А счет Евгении Охотниковой пополнился на внушительную сумму. Как говорится, все целы и довольны.

Выйдя из душа, я растерлась докрасна махровым полотенцем, намазала свои ссадины и ушибы одной хитрой мазью, после чего завалилась в кровать и провалилась в беспробудный сон…

Проснулась я от пряного и вкусного запаха чего-то жареного, который проник в мое сознание и вернул из глубокого забытья.

Я не сразу поняла, где я и кто я вообще такая. Стряхнув с себя остатки сна, я окончательно разлепила глаза и вернула себя в реальность. Посмотрев на часы, я ужаснулась – было около двух часов дня. Обычно я себе никогда не позволяю спать до такого времени, однако, учитывая события последних дней, это было простительно. Когда я не занята работой, то обычное мое пробуждение происходит не позднее шести часов утра. Обязательная пробежка не менее десяти километров, затем комплекс силовых упражнений, растяжка и отработка элементов из арсенала восточных единоборств. И все это ежедневно, несмотря на погоду. Три раза в неделю я посещаю тир и пропадаю там не менее часа. И обязательно раз в неделю – посещение бассейна.

Но сегодняшний день был исключением. Мне нужно было время на восстановление. Единственное, что я могла себе сегодня позволить, – это поход в бассейн с последующим посещением сауны. Также не мешало бы записаться на массаж. А к концу дня закрыться в своей комнате и предаться моему любимому занятию – просмотру интересного фильма. Я как раз отложила себе неделю назад парочку новинок, которые ждали того заветного часа, когда я могу спокойно расположиться на своем любимом диване и предаться своей маленькой слабости…

Запах пирогов с грибами приятно щекотал ноздри.

Быстро умывшись, я рысью проскользнула на кухню.

Моя тетушка больше всего на свете любит две вещи: детективы и кулинарию. Читала она запоем – если брала в руки книгу, то, не отрываясь, дочитывала ее до конца. Прервать это занятие могли только две вещи – запах пригорающего пирога или шипение на плите убегающего молока. Готовит же тетушка так, что даже самые помешанные на диетах ее приятельницы забывают о толщине своей талии при виде кулинарных шедевров тети Милы.

– Женечка, как ты вовремя. Наконец-то ты проснулась, – прощебетала тетя Мила, завидев меня на пороге нашей уютной кухни. – Я слышала, как ты пришла посередине ночи, но не стала выходить и тревожить тебя. Ох уж эта твоя работа. Нет чтобы найти себе достойного мужчину, нарожать детей и перестать уже играть в войнушку. Да и мне хочется еще внуков понянчить…

– Тетушка, пожалуйста, давай не будем сейчас об этом, – жалостливо попросила я. – Я очень устала за последние дни и безумно хочу есть. Что ты тут вкусного приготовила?

– Я пирог только из духовки достала. И пожарила отбивные. Только давай ты сначала пирог покушаешь, у холодного вкус уже не тот, да и аромата такого не будет. Я специально торопилась, старалась к твоему пробуждению приготовить. А ты все спишь и спишь…

– Да, что-то я устала за эти дни. Ну ничего, уже завтра я войду в свой ритм, буду вставать рано, как обычно, и отправляться на пробежку.

– Ох, Женечка, угробишь ты себя этими тренировками. Ты скоро будешь похожа на Терминатора.

– На Терминатора? – Я усмехнулась. – Ну, если ты меня сравниваешь с Кристанной Локен, которая играла женщину-терминатора в третьей части, то я весьма польщена. Выглядела она в фильме очень эффектно, и мы с ней чем-то похожи, только она блондинка, а я шатенка.

– Не знаю, про какую ты там Кристину говоришь. Не очень-то я люблю все эти твои современные страшные фильмы. И, Женечка, ты же не героиня какого-то там фильма. Поэтому я за тебя переживаю. – Тетушка налила мне какао и отрезала большой кусок ароматного пирога.

– В жизни также мы играем те или иные роли, – философски заметила я. – И как говорится, кто на что учился. Я же не виновата, что мой отец – твой брат – решил сделать из меня универсального солдата. Теперь воин, воспитанный во мне годами, не может успокоиться и всегда рвется наружу. – Я откусила внушительный кусок от пирога и глотнула какао. – М-м-м, какая вкуснятина!

– Ешь, мой воин. Солдаты должны хорошо питаться. Так что восстанавливайся, горе ты мое. Ты неисправима, Женечка. Ладно, – тетушка махнула рукой и поставила на стол большую чашку с чаем и кусок пирога, села напротив меня. – Тоже поем вместе с тобой.

* * *

…Мое тело как снаряд прорезало воду. Поверхность ушла далеко вверх.

Я донырнула до самого дна бассейна и поплыла, сопротивляясь выталкивающей силе, прочь от трамплина, считая секунды. Прошлый рекорд был триста секунд, но это было дней десять назад, и тогда я поставила цель побить его.

Я работала не покладая рук, рассекая водную гладь, однако понимала, что сегодня мне рекорд не побить. Ограничусь двумя минутами подводного плавания и затем спокойно поплаваю кролем и на спине. А после водной тренировки можно будет погреться в сауне и посетить массажиста, к которому я предварительно записалась.

Считая секунды, я посмотрела на циферблат водонепроницаемых часов на руке – опять тороплюсь. В уме я досчитала до ста восьмидесяти, а таймер показывал, что прошло всего полторы минуты.

Сердцебиение отдавалось в ушах так, что, казалось, еще немного – и лопнут барабанные перепонки. Не считаясь ни с чем, организм требовал воздуха.

Нет, сегодня я точно не в форме. Вынырнув из-под воды, я поплыла к лесенке. Взявшись за поручни, я вытащила себя из воды и с разочарованием посмотрела на таймер. Чувствую, нескоро мне придется побить свой рекорд. И нет чтобы сегодня просто спокойно поплавать, я решила погрузиться на дно бассейна и потренироваться в подводном плавании.

Дурная голова ногам покоя не дает.

Тяжело дыша, я выбралась на бортик бассейна. Ощущалось легкое головокружение, предметы в глазах двоились. Вид двенадцатиметрового трамплина вызвал у меня отвращение.

«Все, довольно! На сегодня точно хватит. Надо дать организму время на восстановление. А рекорд побью в следующий раз», – сказала я себе, и, взяв свое полотенце, висевшее на крючке, отправилась в сауну.

…На следующий день я все же дала себе еще небольшую поблажку. Я пропустила утреннюю пробежку и проспала до восьми утра. Я дала своему организму еще один день на восстановление, к тому же вчерашний заплыв, а потом релаксирующий массаж разморили меня окончательно, и, вернувшись домой, я насытилась вкусным ужином, заботливо приготовленным тетушкой Милой, после чего рухнула на свой любимый диван и погрузилась в глубокий сон.

«Сегодня последний день», – пообещала я сама себе и вылезла из-под одеяла. Если и пропустила пробежку, это не значит, что надо валяться в постели и ничем не заниматься.

Я выпила стакан воды и затем выполнила комплекс упражнений на растяжку, затем движения из тай-чи и закончила все свои физические процедуры контрастным душем.

Тетя Мила же за это время успела проснуться и приготовить умопомрачительные кексы, сварила мне ароматный кофе. Поблагодарив свою заботливую родственницу, я водрузила кексы и кофе на поднос и с виноватым видом скрылась в своей комнате. Тетя никак на это не отреагировала, лишь молча пожала плечами. Я же хотела побыть наедине с собой и своим любим занятием – просмотром нового шедевра кинематографа.

Поставив поднос на стол, я бухнулась в кресло, включила компьютер и, пока он «разогревался», занялась кексами. Кофе, приготовленный тетей, имел слабый привкус спиртного, отчего, на мой взгляд, сильно проигрывал перед другими замысловатыми рецептами этого напитка. Тетя вечно экспериментировала, выискивая что-то новое и необычное…

Однако кофе я выпила, отчего окончательно взбодрилась. Кексы я тоже уплела, после чего, отставив бокал в сторону, погрузилась в мир кино. И именно в этот момент зазвонил мой мобильный. И почему я его не выключила или не додумалась убавить звук? Может, не брать трубку и продолжать заниматься просмотром остросюжетного фильма? Однако звонок был очень настойчив, видимо, я кому-то очень сильно понадобилась.

Взяв телефон, я с раздражением посмотрела на дисплей. Номер мне был неизвестен.

Я глубоко вздохнула, нажала «паузу» на пульте от моей плазмы и сухо ответила:

– Слушаю.

Приятный мужской голос из трубки осведомился:

– Добрый день. Имею ли я честь разговаривать с Евгенией Охотниковой?

– Да, это я. – Мне хотелось, чтобы в голосе не чувствовалось расстройство от того, что собеседник оторвал меня от любимого занятия. Поэтому я не сдержалась и добавила: – А вот насчет того, имеете ли вы честь, не скажу, так как лично с вами не знакома.

Собеседник замолчал, видимо, раздумывая над моим ответом.

Я первой нарушила молчание:

– У вас ко мне какое-то дело?

– Да, конечно… Меня зовут Алексей. Фамилия Громов. Дело в том, что мне грозит опасность. В общем… мне посоветовали вас как крутого телохранителя…

– Кто?

– Что кто? – не понял мой собеседник.

– Кто вам меня порекомендовал?

– А-а… Олег Соколов. Он рассказывал, что вы буквально чудеса творите: спасли его от смерти и помогли найти семейные драгоценности.

– Было дело, – уклончиво ответила я, потому что ту историю, случившуюся три месяца назад, мне не хотелось вспоминать.

Точнее, вспомнить было что. Обаятельный клиент, деревушка в Мордовии, поиски клада, разборки с местными бандитами… А вознаграждением за это опасное дело мне стали три сверкающих алмаза.

– А у вас, Алексей Громов, что за проблема? – деловито спросила я.

– Понимаете… Меня хотят убить, кажется, я уже сказал об этом. И вообще… знаете, происходят странные вещи. Я боюсь за свою жизнь, поэтому решил обратиться к вам.

– С вами уже что-то случилось? Или только подозрения?

– На меня напал человек в подъезде. Ранил ножом в предплечье. Слава богу, рана пустячная. Я сейчас нахожусь в больнице. Уже сегодня или завтра утром меня готовы выписать, и я… Я боюсь выходить из больницы. Да и тут мне как-то не по себе. Нет ощущения безопасности. К тому же мне поступают какие-то странные письма с угрозами.

– Да, вижу, дела у вас нешуточные, – с иронией в голосе ответила я. Уж больно не хотелось мне сейчас браться за новую работу. – До завтрашнего утра подождать сможете?

– Нет. Поймите, до утра я могу и не дожить. Мне нужна ваша помощь сейчас, а не завтра!

– Даже так, – пробормотала я с недоверием. – Вы в полицию заявляли, что на вас покушались?

– Конечно! – воскликнул собеседник. – Только пока они раскачаются, будет уже поздно. Да и дело у меня… довольно щекотливое. В общем, Евгения Максимовна, давайте встретимся и обо всем поговорим при встрече. И деньги, чтобы оплатить ваши услуги, у меня имеются.

– Вы знаете, сколько я беру за свою работу?

– Примерно знаю, но вы можете назвать другую сумму.

– Плюс к этому дополнительные непредвиденные затраты: на различную спецаппаратуру, наем дополнительных людей, скажем, для слежки или иных поручений. А также оплату услуг осведомителей и возмещение ущерба в результате пожаров, взрывов, затоплений, автомобильных аварий и техногенных катастроф.

Я сама не знаю, к чему я несла эту пургу. Наверное, где-то в глубине души я надеялась таким способом отпугнуть своего потенциального клиента и не браться за его дело.

– Чего-чего?.. Простите, вы сейчас пошутили? – спросил пораженный собеседник.

– Про техногенные катастрофы я пошутила, а остальное происходит с завидной регулярностью, – ответила я, – в особенности аварии. Защищая клиентов, я трижды лишалась своей машины, и они приобретали мне взамен новую. Вы как, потянете?

– Думаю, финансовую сторону вопроса я решу без проблем, – деловым тоном ответил господин Громов.

– Хорошо, – сдалась я. – Как, простите, вас по отчеству?

– Сергеевич. Алексей Сергеевич… Но можно просто Алексей.

– Алексей Сергеевич, я скоро приеду и выслушаю вашу историю. После этого решу, браться за это дело или нет, – приняла я решение, а после уточнила, в какой больнице лежит мой потенциальный клиент, и отключилась, ответив коротко: – До встречи.

Мои глаза обратились к часам. Я дала себе еще минут десять на подготовку, заскочила на кухню, съела еще один тетушкин кекс, запила его соком и пошла одеваться.

На шорох из своей комнаты выглянула тетя Мила.

– Женя, ты что, уходишь? – В голосе ее звучало беспокойство. А, заметив в моей руке небольшую походную сумку, она занервничала еще больше: – Опять работа, да? Господи, когда же это кончится? Женечка, ты же только закончила последнее дело, я же видела, какая ты была уставшая. Ты же совсем не успела отдохнуть.

– Тетя Мила, не переживай за меня. Я пока что просто иду на встречу с одним человеком. Возможно, никакой работы и не будет. И я скоро вернусь домой, – заверила я тетушку и поцеловала ее в щеку.

– Ты там осторожнее.

* * *

Мой «Фольксваген», блестевший от мороси в свете отблесков солнца, слабо пробивающегося через высокую облачность, сиротливо стоял среди других машин на стоянке за моим домом.

Я побыстрее забралась в уютный салон, завела двигатель и вырулила со стоянки. Путь до нужной мне больницы занял минут десять, не более. Свернув в какой-то глухой переулок, я достала с заднего сиденья свою сумку, раскрыла ее и достала свои маскарадные принадлежности.

Через пару минут я уже перевоплотилась в работницу здравоохранения. Белый халат, шапочка, стетоскоп…

Немного подумав, я надела на голову светлый парик, нанесла небольшой макияж и напялила на нос очки в роговой оправе. Пистолет нырнул в потайное отделение автомобильной аптечки, сделанной в виде небольшого чемоданчика с ручкой, с красным крестом на черном корпусе. Покончив с маскарадом, я смело подъехала к главному корпусу медсанчасти.

Будем подходить к делу творчески. Во-первых, я решила таким образом потренировать свои навыки перевоплощения и побывать в роли медсестры. Во-вторых, мне хотелось немного подшутить над своим потенциальным клиентом и заодно проверить его реакцию, как он будет реагировать не на телохранителя Евгению Охотникову, а на бестактную бестолковую медсестричку.

Здание больничного корпуса окружали большие тополя. Я поставила машину в тень под развесистым деревом, чтобы не бросалась в глаза охране.

У больницы не было видно никого подозрительного. Я осмотрелась и уверенно двинулась к служебному входу. Один раз мне уже приходилось проникать в эту больницу подобным образом, поэтому я четко знала, куда идти. Через этот вход в здание заносили все необходимое для нужд учреждения: оборудование, белье, медикаменты. И я уже знала, что за дверью находился грузовой лифт, а также выход на лестницу. Именно здесь я могу, как и в прошлый раз, пройти незамеченной, да и с охраной не придется объясняться.

Я подошла к нужной двери, оглянулась и достала отмычки. Врезной замок поддался без всяких проблем, вот только дверь на этот раз не поддалась. Она оказалась закрыта изнутри на засов – самое простое и эффективное средство против взлома. В этот раз мои попытки проникнуть в больницу этим путем оказались провальными.

Какая досада.

Однако для меня нет закрытых дверей и нет в принципе ничего невозможного.

Я осмотрелась вокруг. Старый водосток привлек мое внимание. Однако ветхое и ненадежное сооружение не ремонтировалось, наверное, лет двадцать и держалось, как говорится, на честном слове. Малейшее напряжение – и ржавый водосток обрушится со страшным грохотом. А я вместе с ним.

Я представила себе эту картину и отказалась от этой сомнительной затеи.

В конце концов я плюнула на все и решительно пошла к главному входу.

Я сделала непроницаемое лицо и вошла в вестибюль больницы, словно к себе домой. Охранник только вопросительно посмотрел на меня и нажал кнопку открывания вертушки. Все оказалось проще простого, а я-то, неугомонная, собиралась лезть по водосточной трубе.

Быстро шагнув по направлению к лестнице, я пристроилась к трем солидным мужчинам в светло-зеленой форме врачей, с важным видом поднимающимся по ступеням.

Я тихой тенью шла за ними, и до самого третьего этажа на меня никто не соизволил обратить внимание. Только тот, что был в очках, наверняка главный, обернулся и хмуро глянул на меня.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я и быстро прошмыгнула в длинный коридор нужного мне отделения.

Я обернулась и обратила внимание, что «очкарик» скрылся за одной из дверей.

Я быстро подошла к ней и прочитала табличку: «Соколов Олег Валерьевич. Главный врач».

Ну надо же, какое совпадение. Я и не думала, что мой недавний клиент, который, кстати, меня и посоветовал Алексею Громову, работает в этой больнице. Насколько я помню, он трудился в частной клинике. А может, это однофамилец? И тот импозантный врач в очках и есть Соколов Олег?

Самым верным решением было просто зайти в кабинет и проверить.

Я постучалась и, не дождавшись ответа, открыла дверь и вошла внутрь.

Да, один из мужчин, а их было двое, был именно тот самый Олег Соколов, которого я недавно охраняла на его родине в Мордовии, где мы искали пресловутый клад, будь он неладен.

Тот же томный взгляд, тот же ежик коротких волос, только очки сменили свою форму на более стильную, и лицом он как-то слегка осунулся. А ведь этот человек предлагал мне выйти за него замуж.

Как хорошо, что я не согласилась.

Но время, проведенное с ним тогда в деревне, я не забуду никогда…

Мужчины вопросительно подняли на меня свои взгляды, блестя стеклами своих очков.

– Простите, а вы кто? Я вас не знаю. Вы из другого отделения? Что вы хотели? – забросал меня вопросами Соколов.

– Вас я хотела, Олег Валерьевич, – без стеснения произнесла я и томно посмотрела через стекла своих бутафорских очков.

– Что? – Главврач смутился буквально на секунду. – Так кто вы? Говорите по существу.

– Олег Валерьевич, вы что, меня не узнаете? Какая досада! – Я стянула с себя очки и выразительно посмотрела на него. Свой белокурый парик я снимать не стала, это было бы чересчур.

В его взгляде что-то переменилось, потом блеснуло, глаза раскрылись, и он понял, кто перед ним стоит.

– Всеволод Александрович, простите меня, давайте позже обсудим этот вопрос. Оставьте меня, пожалуйста, наедине с этой замечательной леди.

– Хм… Понял, – только и сказал его коллега, подозрительно глянул на меня и вышел из кабинета.

– Евгения!.. И к чему этот маскарад? – Олег встал из-за стола и подошел ко мне. Но обнимать не спешил.

– Решила сделать сюрприз своему бывшему… клиенту. Неужели не соскучился?

– Но… Почему в таком виде и именно здесь, на работе? Женя, я… я правда часто думал о тебе, разве можно тебя забыть. Но… Ты сама оборвала все контакты, пропала. Деньги я тебе перевел за работу в двойном размере. А найденные сокровища… ты сама не захотела ничего брать.

– Да не нужны мне твои сокровища. Я про них уже давно забыла. А как там поживают алмазы старика? Ты их не нашел? – спросила я с издевкой в голосе.

– Нет. Я даже не представляю, где они… Женя, давай не здесь об этом говорить.

Я не стала признаваться, что эти алмазы, по воле случая, оказались у меня. Но пусть это будет моей маленькой тайной.

– Ладно, Олег Валерьевич, я тут на самом деле по делу, простите за тавтологию. И не без вашей подачи.

– В смысле?

– Некий Громов Алексей тебе знаком?

– А… Алексей. Ну конечно, – я заметила, как лицо Олега буквально расслабилось. – Не думал, что он так быстро свяжется с тобой.

– Что с ним случилось?

– Да особо ничего страшного. Ножевое ранение в руку. Шов я наложил ему. Он сразу ко мне обратился, просил без полиции, но переживает за… За себя, в общем, переживает. Что-то у него там случилось, ну, и я подумал, что ты сможешь ему помочь… Но, Женя, к чему этот маскарад? Ты в своем репертуаре. Вот уж кому нескучно жить.

– Это в целях конспирации, – уклончиво ответила я. – Проводишь меня до палаты триста пятнадцать?

– О да, конечно! Ох, Женя, – Олег вышел из-за стола и приобнял меня за талию. – Как я часто тебя вспоминаю…

Я лишь улыбнулась уголками губ. Да, у меня были чувства к этому мужчине, но это все в прошлом. У каждого из нас своя жизнь, наши дорожки разошлись, и каждый из нас пошел по своему пути.

Я усмехнулась.

– Если честно, не думала, что увижу тебя в этом городе. С твоими сокровищами ты можешь позволить себе жить в лучшем месте.

– Женя… Это мой родной город. Я его люблю. И да… я думаю уехать жить в другое место, но пока не решил куда.

– Ладно… Веди меня к Алексею Громову.

Олег молча провел меня мимо поста, где дежурила медсестра, которая мило беседовала с тем представительным врачом, который недавно был в кабинете.

Мы подошли к нужной нам палате, Олег уже хотел было постучать, но я его остановила.

– Палата, скорее всего, закрыта. Это место для VIP-персон, – пояснил мне Олег.

– Ничего страшного. Спасибо, Олег Валерьевич, дальше я справлюсь сама, – и я выразительным взглядом дала понять, что главврачу тут делать больше нечего.

Олег пожал плечами, улыбнулся мне, затем подмигнул и быстро ретировался.

Стучаться я не стала. Снова достала свои отмычки. Пара несложных пассов – и я уже внутри, в одноместной палате для VIP-персон.

Человек на постели, укутавшийся в плед, смотрел телевизор. Кажется, там шел сериал «Сверхъестественное».

Мое неожиданное появление заставило больного подпрыгнуть на кровати, при этом он умудрился задеть стакан с водой, который упал на пол, но, слава богу, не разбился. А другая рука мужчины смешно запуталась в плюшевом пледе.

Надо же, какой неуклюжий.

Или это я его так напугала?

Алексей Громов словно застыл, сидя на кровати с открытым ртом.

Я щелкнула выключателем на стене. Вспыхнул свет.

Алексей Громов – симпатичный молодой мужчина чуть за тридцать, с каштановыми волнистыми волосами, правильными чертами лица, смуглой кожей, чуть выше среднего роста, стройный и подтянутый. Нос с небольшой горбинкой нисколько его не портил, а скорее наоборот. А вот его оттопыренные в сторону уши вызвали у меня легкую ухмылку. И, судя по прыгучести, этот мужчина был живее всех живых. И на меня смотрели пронзительные умные глаза.

Хотя по телефону у него был такой голос, словно он при смерти и его преследует целая свора бандитов. Вот только симулянта мне не хватало. Тоже мне, жертва нападения.

– Кто вы такая? – сдавленно проговорил Громов каким-то скрипучим голосом, прожигая меня взглядом серых глаз.

– Если угадаете с первого раза, то получите в награду травяную клизму. А если нет, то тоже клизму, но только из битого стекла, – сообщила я абсолютно серьезным тоном, словно телеведущая. – Даю подсказку: белый халат, стетоскоп… И на кого я похожа?

– Очень смешно, – проворчал Громов недовольно. – Я вас раньше не видел. Где Маша, которая приходила раньше?

– Я новенькая. А Маша ушла в декрет, – бросила я, решительно направляясь к кровати. – Встаньте, мне нужно перестелить постель.

Громов с нежеланием поднялся и отошел в сторону.

– Как ушла в декрет? – с пришибленным видом спросил он.

– А что вы так испугались? Или вы имеете к этому какое-то отношение? – строго осведомилась я.

– Нет… Мы с ней были едва знакомы, – затряс головой мужчина.

Тут я поняла, что сменной постели у меня нет. Это мой маленький косяк. Поэтому я тут же переиграла эту ситуацию:

– Так, дайте я посмотрю ваше ранение, – деловым тоном предложила я и шагнула в сторону моего потенциального клиента.

– Вы же собирались перестелить постель? – запротестовал он.

– Я забыла сменный комплект, – беспечно произнесла я и глупо захлопала своими ресницами через стекла очков.

– В смысле?.. Послушайте, у вас вообще есть соответствующая квалификация, чтобы осматривать мою рану?

– Насчет квалификации не переживайте, – ответила я, бесцеремонно задирая пижаму на предплечье Громова. – Дайте-ка взглянуть, что у вас здесь? Или вы считаете, Алексей Сергеевич, что перестилание постели важнее вашего здоровья?

– Нет, конечно, но мне бы хотелось, чтобы мой хирург меня… Ой, что вы делаете? – вскрикнул мужчина, когда я сорвала жиденькую повязку с его предплечья.

Я не ответила, рассматривая небольшой ножевой порез на мягких тканях предплечья с аккуратным швом, который старательно наложил Олег Соколов.

Я сделала скучное лицо, потом прыснула со смеху и прилепила повязку на место.

– Что вы кричите как резаный, – цыкнула я на мужчину, смотревшего на меня круглыми глазами. – Я-то думала, у вас тут рана… А тут так – царапина. До свадьбы заживет. Вы, кстати, женаты?

– Нет. Что?.. Подождите, в смысле царапина? Да у меня ножевое ранение. И знаете, юная леди, лучше позовите мне моего лечащего врача, – злобно заметил этот молодой симпатичный мужчина, поправляя рубашку. – Имейте в виду, про ваши выкрутасы будет доложено заведующему.

– Так вы еще и ябеда? – Я скривила губы.

– Ну знаете!..

– Я к вам со всей душой, хочу вам помочь, – перебила я. – А вы? И знаете, что я вам еще скажу?

– Ну говорите уже!

– Я думаю, что вы симулянт, – ответила я и потянулась к своей аптечке. – Сейчас я вам сделаю перевязку, намажу йодом ваше ножевое… ха-ха!.. ранение и всажу в ваш зад хитрый укольчик.

Господин Громов чуть не задохнулся от возмущения, сверля меня своими умными глазами.

«Интересно, кем он работает? – промелькнула мысль. – Наверняка какой-нибудь скучный банкир».

– Я просто не знаю, что сейчас с вами сделаю! – выдохнул красный как рак мужчина.

– Вопрос в том, что сделаю с вами я, – произнесла я, решив прекратить этот спектакль. – Примерно час назад вы позвонили мне, умоляли помочь, говорили, что вы чуть ли не при смерти и вам нужна моя помощь. Я прихожу и что я вижу? Вы беззаботно валяетесь перед телевизором с царапиной на руке, кругом тишь, гладь и сплошная благодать…

Громов изумленно посмотрел на меня, потом в его голове словно что-то перещелкнуло, и он воскликнул:

– Так это вы! Вот уж никогда бы не подумал. – Он окинул меня взглядом и добавил: – Не обижайтесь, но вы похожи на неряшливую практикантку из медучилища, а не на телохранительницу.

– А вы что, ожидали увидеть секс-бомбу в обтягивающем кожаном костюме и с автоматом в руках? – ядовито спросила я, присев на край кровати.

– Нет, что вы… – пошел на попятную Громов. – Это рассказ Соколова о вас ввел меня в заблуждение. Я представлял вас совсем иначе.

– Ой, мне даже страшно подумать, что там наговорил про меня Соколов. Так что давайте без подробностей.

– Пожалуйста, – он пожал плечами и подошел к холодильнику. – Хотите чего-нибудь выпить? Есть три вида соков. Может быть, фрукты…

– Спасибо, я не голодна и не мучаюсь жаждой. Не для этого я тащилась к вам… Садитесь и рассказывайте, что у вас стряслось, а я решу, стоит ли браться за ваше дело.

* * *

– Я думала, что все намного серьезней, – со скучающим видом ответила я и даже наигранно зевнула.

– Ну как?.. – Громов озадаченно посмотрел на меня своими выразительными, умными глазами. – Вы считаете, что нападение в подъезде и записки с угрозами – это полная ерунда?

– Вы даже себе не представляете какая. И поверьте, вы еще не знаете, что такое настоящая опасность. Да и слава богу.

– Значит, вы не возьметесь меня охранять? – Лицо моего потенциального клиента стало как у обиженного ребенка. – Но, Евгения, я так полагался на вас. Мне страшно выйти из больницы. Вдруг этот псих с ножом снова нападет на меня?

– Ладно, успокойтесь. Я понимаю, что для вас это почти шок. Но… как вы себе представляете мою работу? Что я буду постоянно находиться рядом с вами, сопровождать вас на работу, а затем с работы? Я вам уже обрисовала принципы моей работы. Для меня главное ликвидировать источник опасности для моего клиента. А не сидеть рядом с ним, ожидая очередного нападения, – я выразительно посмотрела на мужчину.

В глазах Громова промелькнул отблеск надежды.

– Вот этого я от вас и хочу, уважаемая Евгения. Вы будете меня охранять и параллельно попытаетесь выяснить, кто все это затеял. И повторюсь еще раз: я готов щедро оплатить ваши услуги. Лишь бы спать спокойно.

– Ну хорошо, – сдалась я. – Ваше дело мне не видится особо интересным, но вы вызываете у меня симпатию. К тому же я сейчас совершенно свободна в плане работы. Хотя в планах у меня было совсем другое. Ну ладно… Тогда давайте начнем еще раз и более подробно. Кто, по вашему мнению, мог присылать вам записки с угрозами?

– Понятия не имею. Один раз был конверт с общей корреспонденцией, второй раз записка лежала прямо на моем рабочем столе.

– Вы помните дословно, что было в этих посланиях?

– Прям дословно нет. Но в первой записке было написано что-то типа: «За все надо платить. Возмездие скоро свершится». А вторая, хм?.. Там было написано совсем что-то странное. «Осталось немного. Проклятие скоро свершится…» – и далее что-то про готовое оружие, что ли… Типа орудие мести уже наготове. Бред какой-то.

– У вас сохранились эти послания?

– Да, они дома.

Я одобрительно кивнула, после чего спросила:

– Вы так и не сказали, где и кем вы работаете?

– Ах да… Руководитель отдела ипотечного кредитования. Банк ОТП.

Я про себя усмехнулась. Так и знала, что мой потенциальный клиент скучный банкир. Интуиция меня не подвела.

– И как я поняла, у вас имеется личный кабинет и, скорее всего, секретарша? – решила уточнить я.

– Совершенно верно, – кивнул банкир. – Секретарь у меня с опытом, солидная женщина средних лет.

– Солидная женщина средних лет!.. – Я чуть не рассмеялась. – Ну хорошо. Тогда кто, по вашему мнению, мог подкинуть вам записку прямо на стол? Уж не эта ли солидная женщина это сделала?

– Кто? Мария Степановна? – Банкир удивился, а потом ухмыльнулся. – Ну нет, Евгения, своему секретарю я очень сильно доверяю, да и вообще… Зачем ей это?

– Не знаю, но кому-то это нужно. А вам не приходило в голову, что это просто чья-то злая шутка?

– Может, это шутка, только зачем так шутить? К тому же на меня напал неизвестный в подъезде и чуть не пырнул ножом. Хорошо, я вовремя подставил руку…

– Хорошо, давайте о нападавшем. Вы смогли его разглядеть?

– Если вы про лицо, то нет. В той части нашего дома всегда тусклый свет. Это, как принято называть, мертвая зона. Переход из подземный парковки к лифту. Камер наблюдения там нет. Я вышел из машины и как ни в чем не бывало пошел к лифту. И вдруг словно тень на меня накинулась. Весь в черном и на голове капюшон. На лице черная маска. Ну… щас маски почти никто не носит, и слава богу. Но опять же есть редкие мнительные личности, которые продолжают носить «намордник». Поэтому маска на лице сейчас никого не удивит. В общем… Я вскрикнул, отскочил в сторону. В руке нападавшего блеснуло лезвие. Он сделал выпад в мою сторону, я успел отпрянуть назад. Затем закрылся руками и тут почувствовал, как руку словно обожгло. Я закричал, и преступник удалился. Все произошло за считаные секунды. Вот…

Я призадумалась.

– Получается, нападавший, скорее всего, не хотел вас убивать. Возможно, его целью было просто напугать или нанести вам физические увечья. Например, ножевое ранение.

– Что, в принципе, и случилось, – банкир кивнул на свою перевязанную руку.

– Ну, вы еще легко отделались. Поверьте, ранение в живот или под ребро было бы куда страшнее.

– Ну спасибо.

– Ладно, оставим пока нападавшего. Давайте вернемся к запискам с угрозами. Я смею предположить, что это сделал кто-то из ваших коллег или подчиненных, ведь только у них есть доступ к вашему кабинету.

Громов призадумался на минуту, потом ответил:

– Вы знаете, Евгения, кажется, я понял, кто все это затеял. И как я сразу об этом не догадался.

– Та-ак… Интересно послушать.

– Все это, скорее всего, затеяла моя бывшая… Иринка. Неужели она до сих пор не может успокоиться и решила перейти к активным действиям? Вот дура!

– А что, у этой Иринки был повод так вас невзлюбить? Чем вы ее так обидели? – спросила я и слегка ухмыльнулась.

– Ничем я ее не обидел. Наоборот, все для нее делал. А потом… ну, разонравилась она мне, да и чувств к ней особых не было. Вот и решил расстаться. Этим, наверное, и обидел, – Громов усмехнулся. – В общем, ситуация была такая. Несколько месяцев назад я начал встречаться с новой девушкой, Мариной. Мне показалось, что я в нее влюбился с первого взгляда. Но на деле это оказалась просто банальная страсть. Однако тогда мои намерения были вполне серьезны, я даже подумал сделать ей предложение. И разумеется, я сразу сказал об этом Ирине. Та взбесилась и решила мне насолить очень некрасивым способом. Заодно и подзаработать. В общем, она стала меня банально шантажировать, сказав, что она беременна. И что, если я ей не заплачу определенную сумму денег, то она все расскажет Марине. Ну не дура!

Я лишь глубоко вздохнула.

– И где вы только находите таких девушек, уважаемые мужчины? Ну, это ладно… И что вы предприняли, Алексей Сергеевич?

– Евгения, называйте меня просто Алексеем. И можно вообще перейти на «ты».

– На «ты» мы перейдем, если я точно возьмусь за вашу работу.

– А вы еще не взялись? – Глаза банкира снова округлились.

– Я еще в раздумьях.

– Но как?.. Для чего я тогда все это вам рассказываю?

– Для того, чтобы я поняла, как мне действовать дальше. Возможно, дело и выеденного яйца не стоит и все разрешится за один день. Ладно, мы отвлеклись. Так, и чем закончилась та эпопея с вашей бывшей Ириной?

– Если честно, сначала я заволновался, что Ирина действительно расскажет Марине о своей беременности. К тому же я больше был уверен, что она блефует либо реально беременна, но не от меня. В общем, мне не хотелось лишних разногласий, к тому же я знал, что она не отвяжется. Поэтому мне проще было ей заплатить ту сумму, которую она просила. Однако эта нахалка на этом не остановилась и примерно через месяц объявилась снова.

– И вы снова дали ей денег?

– Нет. Я послал ее к черту и сказал, что с Мариной я тоже расстаюсь, поэтому мне все равно, что она ей там скажет.

– Вы действительно расстались с Мариной?

– Ну… как сказать. Ничего серьезного между нами нет, но мы периодически встречаемся, – слегка смущенно ответил Алексей.

– Загадочный вы, однако, мужчина, Алексей. Хорошо, на этом ваша бывшая пассия угомонилась?

– Мне показалось, что да. Но, видимо, я ошибся. Она тогда послала в мой адрес проклятия, сказала, что не даст мне житья… Я ж говорю, дура.

– Да уж, странная девица, – согласилась я. – И вы полагаете, что спустя полтора месяца она объявилась и решила отыграться за то, что вы ее бросили? Слабоватый, однако, мотив, но, с другой стороны, обиженные женщины способны на многое. Скажите, Алексей, она знала, где вы работаете?

– Конечно, она не один раз бывала у меня на работе.

– Значит, вполне могла проникнуть в ваш кабинет и оставить письмо с угрозами? Камеры у вас в кабине нет?

– Нет. Камера только в общем коридоре. Вы намекаете на то, что надо посмотреть записи?

– Если будет в этом необходимость, то да. А как тогда быть с нападавшим на вас? Неужели это ваша бывшая Ирина кого-то попросила или наняла? Хм… странно немного.

Алексей усмехнулся.

– И я даже знаю, кто это был! – выкрикнул он.

– Вот как? – удивилась я.

– У этой Ирины есть старший братец, тот еще отморозок, кажется, бывший уголовник. Он тогда пару месяцев назад встретил меня около работы и хотел поговорить по-пацански. Но я его даже слушать не стал. Ну точно! Все сходится. Это наверняка был ее братец.

– Ну вот видите, Алексей, вы сами обо всем догадались. Без моей помощи.

– Ну что вы, Евгения, именно благодаря вам я об этом и догадался. Просто после ранения голова совсем не соображала, я был словно в панике.

– А на самом деле все оказалось до банальности просто. Итак, – я вздохнула, – теперь мы должны с вами решить, уважаемый банкир Алексей, что будем делать дальше?

– Как что? – удивился банкир. – Я больше чем уверен, что этот псих снова может напасть на меня, и мне нужна защита. К тому же вы сами говорили, Евгения, что ваша задача – ликвидировать источник опасности. Вот и давайте его ликвидируем, и тогда я буду спать спокойно.

– Но для начала нужно быть полностью уверенным, что нападавший на вас именно брат вашей бывшей Ирины. А для этого нужны доказательства.

– Но вы же сможете их добыть? – с надеждой в глазах посмотрел на меня мой новый клиент.

Я на некоторое время призадумалась, решаясь с ответом. В принципе, я была готова взяться за предложенное мне дело, пусть даже оно мне и казалось каким-то несерьезным. Алексей Громов был мне приятен, и в общении мне было с ним вполне комфортно. Да, клиенты у меня бывают разные, но когда у тебя с твоим подопечным есть коннект, то это только является приятным бонусом в моей работе. Поэтому я приняла решение, что помогу банкиру Громову разобраться в его ситуации.

– Хорошо, я помогу вам, – твердо ответила я.

* * *

Мы подъехали к перекрестку улиц Селекционной и Некрасова – именно там располагался красивый двенадцатиэтажный дом, в котором проживал Громов.

Я остановила свой «Фольксваген» на противоположной стороне и осмотрелась.

– Мы можем заехать во внутреннюю парковку, – предложил Алексей.

– Нет, – отказалась я. – Машину мы поставим напротив дома. А в сам дом войдем через парковку. Мне нужно там осмотреться и определить все входы-выходы.

– Как скажешь. Тебе виднее, – отозвался Громов.

Мы все же перешли на «ты». Немного посовещавшись, мы решили, что Алексею нет смысла оставаться в больнице, поэтому, переговорив с доктором Соколовым и пообещав ему, что заедем на днях на перевязку, мы покинули стены медучреждения. По пути обсудили некоторые детали моей предстоящей работы. Немного смущаясь, Громов предложил мне играть роль его новой пассии.

– Евгения, я вижу, что с актерским талантом у тебя все в порядке. Роль недалекой и взбалмошной медсестры удалась на «отлично».

– Я знаю. Только можно я не буду перевоплощаться в такую же недалекую девочку-веточку, а останусь сама собой.

– Конечно, я не возражаю. Хотя мне было бы интересно увидеть тебя без этого дурацкого костюмчика и без грима, – мой клиент с любопытством посмотрел на меня.

– Такая возможность скоро представится.

Далее я проинструктировала своего нового клиента, как себя нужно вести в тех или иных ситуациях, что все надо выполнять так, как я скажу, и желательно никакой самодеятельности.

Громов заверил, что будет неукоснительно меня слушаться во всем, при этом как-то странно хихикнул.

Прежде чем выйти из машины, я накинула на себя плащ, который скрыл мой костюмчик медсестры. Незачем вызывать в головах окружающих ненужные вопросы. Свою дорожную сумку со всем необходимым для экстренных случаев я пока решила не брать. Сначала провожу своего клиента до квартиры, а потом, если будет нужно, вернусь за ней.

– Пойдем, – велела я.

Мы прошли мимо ворот, где в будке сидел охранник в камуфлированной форме. Пройдя по двору, мы свернули в ту сторону дома, где был вход в подземную парковку. Прошли шлагбаум и продолжили идти между рядами припаркованных автомобилей.

– Какая твоя машина? – спросила я.

– Она чуть дальше. Идем… Вот это мой красавец, – не без гордости заявил Алексей, показывая на большой серебристый «Лексус».

– Хорошая бричка, – похвалила я.

– Бричка? Да это настоящий мерин. Не машина, а зверь.

– Ну, есть машины и позверее. А так ничего. Ладно… – я обернулась к клиенту. – Теперь пойдем в то место, где на тебя напали.

Мы прошли немного назад и свернули за угол. Место было действительно очень удобным для нападения. Небольшое пространство между парковкой и лифтом, которое не захватывает ни одна видеокамера.

– Вот, – Алексей указал вниз, где на бетонном полу было несколько бурых пятен.

– Понятно, – буднично ответила я и надавила на кнопку вызова лифта. – Хорошо, поехали в квартиру.

Когда мы вошли в квартиру Громова, я поразилась простором прихожей, там даже в футбол играть можно было, если бы не зеркала на стенах. Квартира оказалась двухкомнатной, с большими и просторными комнатами и широким балконом с панорамными окнами. Гостиная была обставлена под старину – мебель с гнутыми ножками, гобелены и картины в красивых и некоторые даже в золоченых рамах. Почти что дворцовая палата какая-то!

Я уселась на стул с высокой спинкой, очень напоминающий трон.

Увидев мой немного удивленный взгляд, Алексей пояснил:

– Мой отец был антикваром. Раньше он увлекался этим, а сейчас у него появились другие ценности. Дом, сад-огород, лес и грибы-ягоды, иногда охота… А это добро мне сбагрил. Не могу сказать, что мне это нравится, я предпочитаю немного другой стиль. Но пока вот именно так. Со временем, я думаю, избавлюсь от этого дорогого хлама. Пока мне не до этого.

– А где сейчас проживает твой отец? – поинтересовалась я.

– О!.. Он далеко. На Ямале.

– Ты родом с Ямала?

– Да, родился там в одном захолустном городке, можно сказать, даже в деревне. Но школу окончил в Ноябрьске. А институт в Питере.

– А как получилось, что ты оказался в Тарасове?

– Совсем неожиданно получилось. Я вообще-то всегда думал, что буду жить в Москве. И кстати, в ближайшее время я и собираюсь туда переехать… Мама у меня родом из Тарасова. После института я сразу переехал сюда, к тому же питерский климат мне совсем не нравился. Начал жить и работать тут и немалого, скажу, добился в свои тридцать два года. Но надо идти дальше и выше. Поэтому Москва в планах на ближайшее будущее.

– Значит, твоя мама живет здесь, в Тарасове, а отец – на Ямале? – решила уточнить я.

– Не совсем. Мама уже лет семь живет в одной из станиц в Краснодарском крае. Они давно развелись с отцом. Она переехала сюда в свою однокомнатную квартирку, но встретила другого мужчину, который и забрал ее на юга. Хороший он мужик, маму очень любит. А мне главное, чтоб она счастлива была.

– Понятно, – кивнула я. – Ладно, Алексей, мне нужно привести себя в свой естественный вид, поэтому я сейчас спущусь за своей сумкой, а потом воспользуюсь твоей ванной комнатой.

– Да без проблем, Евгения, вся квартира в твоем распоряжении. Я пока закажу еду на дом.

– Через сколько будет доставка? – решила уточнить я.

– Думаю, минут через тридцать.

– Хорошо. Я успею сделать свои дела. И запомни – дверь без меня никому не открывать.

– Я помню.

Я быстро сбегала к своей машине, схватила сумку и вернулась обратно. Только в дом теперь зашла через парадную.

– А вы к кому, девушка? – спросила меня строгого вида женщина преклонных лет, сидевшая за стеклянным ограждением, вокруг которого стояли кадушки с разнообразными цветами.

– В шестьдесят четвертую, к Громову, – пояснила я и улыбнулась.

– Ох, батюшки, это не к тому ли молодому человеку, на которого бандит давеча напал? – озабоченно спросила консьержка.

– Он самый.

– Ох, боже мой! И как такое могло случиться? – запричитала женщина. – Такой дом шикарный, кругом камеры натыканы, охранник на въезде. Да и я тоже бдю тут, как могу, никого лишнего стараюсь не пропустить.

– Значит, нападение было в вашу смену? – уточнила я.

– Конечно, в мою. Мы сутками работаем, вот в одиннадцать вечера меня придут сменять.

– И как так получилось, что злоумышленник беспрепятственно прошел на территорию дома и напал на одного из жильцов? Может, вы видели мужчину в черном спортивном костюме, с капюшоном на голове?

– Вот такого точно не видела, – уверенно заверила консьержка. – Я бы точно заметила.

– Может, вы отвлеклись, например, в туалет, – предположила я.

– И что? Без ключа он бы все равно не вошел в подъезд. Ждал бы, пока я открою. Я вот что думаю… – заговорщицки произнесла женщина. – Этот бандит даже не заходил в подъезд, он мог запросто пройти через двор и спуститься в парковку.

Если честно, я сама об этом варианте подумала. Нападавший на Громова мог попасть на подземную парковку тем же путем, что и мы недавно с моим клиентом.

– Так что вам лучше с охранником на въезде поговорить, – предложила консьержка.

– Я обязательно с ним поговорю. Спасибо.

– Милая, а вы кто будете этому молодому человеку? – поинтересовалась любопытная женщина.

– Я его родственница, и я следователь. Поэтому мне важно разобраться в случившемся, – ответила я и направилась в сторону лифта, оставив любопытную консьержку открывшей рот от удивления.

Оказавшись в квартире своего клиента, я скинула с себя плащ и сразу направилась в ванную комнату. Сняла наконец костюм медсестры, смыла макияж, стянула светлый парик, расчесалась и даже немного подкрасилась. Облачилась в джинсы и светлую обтягивающую футболку.

Увидев меня, мой клиент слегка удивился.

– Евгения. О!.. Вот теперь я вижу перед собой деловую серьезную женщину, а не легкомысленную практикантку из медучилища. Кстати, у тебя шикарная фигура, – заметил Алексей, оценивающе оглядывая меня. – Ты каким спортом занималась?

– Никаким, – коротко ответила я.

– Но как?.. Откуда такая фигура и пластика в движениях? Наверняка тут не обошлось без единоборств.

– То, чем я занималась, не имеет никакого отношения к спорту. И давай оставим эти расспросы, – сухо ответила я, потом попросила: – Налей мне стакан воды, я очень хочу пить.

– Да… Сейчас, – Алексей подошел к кулеру, и в этот момент в дверь позвонили.

– Я открою, – ответила я и направилась ко входной двери.

Посмотрела в глазок. Молодой парень восточной наружности.

Я приоткрыла дверь и, оставаясь сбоку, осторожно выглянула.

– Доставка, – произнес парень и протянул мне пакет.

– Спасибо, – я взяла пакет и тут же закрыла дверь.

Поставила пакет на пол и сразу проверила его содержимое. Продукты питания и ничего лишнего. Два куриных бульона с лапшой, два салата, мясная нарезка, сырная нарезка, фруктовые десерты и бутылка морса. Все в целости и сохранности, без видимых повреждений и вскрытий.

– Евгения, все в порядке? – спросил Алексей, выйдя из кухни. – У тебя такой сосредоточенный вид. Сроки годности проверяешь?

– И не только сроки.

– Думаешь, меня могут отравить? – усмехнулся мой подопечный.

– Зря ухмыляешься. Еще как могут, – я протянула ему пакет. – Выкладывай, и пойдем есть. А то я уже проголодалась.

* * *

После ужина мы расположились в антикварной гостиной моего клиента. Я попросила его дать мне почитать записки с угрозами, которые он получил.

Два стандартных длинных конверта без каких-либо подписей, внутри обычный сложенный втрое лист формата А4. Незамысловатый текст был набран на компьютере крупным шрифтом.

Первое письмо гласило:

«За все рано или поздно придется платить. Возмездие скоро свершится».

Во втором послании текст был такой:

«Настал час расплаты. Орудие мести уже готово. Родовое проклятие вступает в силу».

Я призадумалась. Ничего особенного в этих записках не было. Возможно, кто-то просто пошутил, либо действительно есть некий недоброжелатель, желающий зла моему клиенту.

Положив письма на антикварный журнальный столик на причудливо изогнутых ножках, я спросила:

– Послушай, мой дорогой банкир, тут говорится о мести. Может, ты все же пораскинешь мозгами и вспомнишь, кому ты насолил в жизни или перешел кому-то дорогу? Тут еще про какое-то родовое проклятие говорится.

Банкир призадумался.

– Да бред какой-то! Мне даже ничего не приходит в голову, – он пожал плечами. – Да никому я вроде сильно и не насолил. Ну да, есть у нас на работе так называемая здоровая конкуренция, но это нормально. Нет, Евгения, это все полный бред! Я уверен, что это проделки моей бывшей. А напал на меня ее чокнутый братец. И пусть ты говоришь, что мотив слабоват, я уверен, что это Ирина. Она дурная, мне кажется, это у них семейное. В общем, надо прижать ее к ногтю, и дело с концом.

– Хорошо, я поняла. Тогда завтра этим и займусь. Поступим так: я завтра приезжаю с тобой на место твоей работы. Ты можешь меня представить как нового сотрудника, который пришел на стажировку.

– Но мы же решили, что ты будешь играть роль моей… кхм… девушки.

– И ты решил свою девушку вот так сразу привести к себе на работу? Или в твоем случае это нормально?

Алексей слегка засмущался.

– Ну, допустим, на работу я тебя смогу привести, почему бы и нет. Только зачем тебе там торчать весь день. Думаю, идея с новым сотрудником не очень прокатит. Или ты решила влиться в коллектив и потом постараться выявить злоумышленника? Евгения, вряд ли это кто-то из моих коллег.

– Хорошо. Тогда поступим так. Я провожаю тебя до работы, оставляю тебя там и затем поеду по своим делам. Точнее сказать, по твоим делам. Думаю, на рабочем месте ничего страшного с тобой не случится. К тому же завтра на месте я снова проведу с тобой инструктаж. Ладно, тогда, как говорится, война план покажет.

– Хорошо, Евгения, тогда с твоего позволения я пойду спать. Очень суматошный был день, у меня глаза слипаются. А ты располагайся вот на этом диване. Он, кстати, разбирается. Сейчас я тебе его застелю…

– Не суетись, – одернула я своего клиента. – Просто дай мне спальный комплект, я сама все сделаю. И еще мне нужен второй комплект ключей от твоей квартиры.

– Да, хорошо. Сейчас все дам.

Алексей принес спальный комплект и связку ключей, после чего удалился в свою спальню.

Я же подумала о том, что, наверное, зря осталась в квартире моего клиента. Особая опасность ему не угрожала. Прочная входная дверь с надежными замками, которые снаружи открыть практически невозможно. Поэтому можно было бы поехать домой, а завтра с утра заехать за моим клиентом. Но раз уж осталась тут, то буду здесь до утра. Я привыкла находиться со своими клиентами целыми сутками. Так надежней.

Спать я пока не собиралась, поэтому решила не тратить зря время, а кое-что проверить.

Я накинула на себя утепленную спортивную кофту, которую извлекла из своей сумки, и тихо вышла из квартиры.

Сначала я решила проверить «Лексус» моего подопечного. Если я берусь за охрану человека, то проверяю все досконально, причем по несколько раз. Утром машину можно будет снова осмотреть, хотя я планировала поехать на работу Алексея на моем «фольке».

Я спустилась на лифте в подземный гараж и подошла к машине моего клиента. Быстро осмотрелась вокруг – никого. Правда, от камеры видеонаблюдения я не скроюсь. Но будем надеяться, что меня не успеют заметить. А если засекут, то я смогу объясниться.

Я достала свой фонарик-карандаш, опустилась на колени и стала подсвечивать днище. Потом мне даже пришлось практически залезть под машину, насколько это было возможно. Хорошо, что данный «Лексус» был с высокой посадкой.

Стараясь не думать о своей испачканной кофте, я сосредоточенно светила в нужное место.

Мои старания не прошли даром, потому что я кое-что заметила, и мне это не понравилось. Наружная резиновая оплетка правого шланга была полностью надрезана.

Что ж, отсюда делаем вывод, что злоумышленник не ограничился нападением на моего клиента. Завтра с утра для Алексея будет неприятный сюрприз.

Вдруг я уловила рядом с собой какое-то движение, а потом услышала резкий мужской голос:

– Ну и что ты там делаешь?

Только этого мне не хватало.

Я тут же вылезла из-под машины и, отряхиваясь, посмотрела на молодого мужчину, стоявшего рядом со мной. Его поза не выражала никакой агрессии, скорее наоборот. Руки он упер в бока, а его глаза словно смеялись надо мной.

– Машину чиню, – буркнула я.

– Да ладно, – наигранно удивился парень, – девушка-автослесарь. Ну-ну. Может, тогда и мою машину осмотрите, а то я в этом не очень разбираюсь.

– За определенную плату осмотрю, – ответила я и уже собралась было уйти.

– Это же не ваша машина, – не унимался парень.

– Послушайте, – я сменила тон на более строгий, – это вас не касается. Вас абсолютно не должно волновать, чья это машина и что я там делаю.

– Ух ты, какая строгая, – парень усмехнулся. – Я, как ответственный гражданин, пытаюсь пресечь намечающееся преступление.

– Вы смеетесь, что ли! Какое еще преступление?

– Есть у меня такие подозрения.

Я все же решила сдержаться, поэтому слегка улыбнулась и более спокойным тоном ответила:

– Почему вы смотрите на меня как на преступницу? Живете тут как в крепости – во дворе охранник ходит, в подъездах консьержки сидят, но все равно чего-то боитесь…

– Ну я-то, допустим, ничего не боюсь, просто хочу понять, что за интерес такой возник в течение одного дня к этому «Лексусу».

Услышанное меня заинтересовало. Передо мной стоял свидетель, который, скорее всего, видел человека, повредившего тормоза у «Лексуса» моего клиента.

На несколько секунд я призадумалась, как мне поступить дальше. Раскрывать мне сразу свое инкогнито не хотелось. Тут же пришла слегка запоздалая мысль, что этот молодой человек вовсе не жилец этого дома. А что, кстати, он сам тут делает в такой поздний час?

Однако я осторожно спросила:

– Что вы имеете ввиду?

– А то, что в полдень какой-то парень точно так же копошился под этой же машиной.

– Как интересно! А вы что, живете на парковке?

– Нет, но я часто сижу в салоне своего авто, мне нравится быть наедине с собой. Ладно, девушка, мне надоело с вами препираться, я вызову службу безопасности, – посерьезнев, ответил молодой человек.

– Ой, ой, как страшно! Зовите, пусть заодно и вас проверят, действительно ли вы тут живете. А где, кстати, ваш автомобиль?

– Это не ваше дело! – огрызнулся парень.

– Может, и не мое, только вы сами себя как-то подозрительно ведете – сидите тихонько в машине и что-то вынюхиваете. А может, вы сами ждете благоприятного момента, чтобы совершить какое-нибудь нехорошее дело.

Молодой человек удивленно вытаращил на меня глаза, затем ухмыльнулся уголками губ и произнес:

– Да ну вас! Чокнутая какая-то. – Развернулся и пошел в сторону своего авто.

Бедняга. Наверное, мои беспочвенные подозрения обидели его.

Парень подошел к своему белому «Форду» и взялся за ручку дверцы. В этот момент я его окликнула:

– Подождите!

Он обернулся и вопросительно посмотрел на меня.

Я подошла к нему, парень с интересом таращился на меня.

– Я частный детектив и работаю на человека, который является владельцем этого «Лексуса». Поэтому хочу задать вам несколько вопросов, – сказала я практически правду, чтобы посмотреть на реакцию парня.

Он мало удивился моему признанию, скорее всего, не поверил, поэтому ухмыльнулся и сказал:

– А я – композитор и сочиняю музыку.

– Ха-ха! Очень остроумно. Но я говорю вполне серьезно.

– Я тоже говорю вполне серьезно. Мне нужны тишина и покой. Поэтому я порой спускаюсь сюда, надеваю наушники и начинаю… В общем, это ответ на ваш вопрос, что я тут делаю. Музыку сочиняю! Надо теперь еще и глаза закрывать, а то ходят здесь всякие… следопыты. Ладно, – парень сменил тон, – раз уж нарушили мое одиночество, давайте поговорим. Что там вы хотели узнать?

Я с радостью приняла предложение пообщаться и решила представиться:

– Меня Женя зовут.

– Саша, – буркнул в ответ композитор.

– Саша, вы сказали, что видели, как кто-то крутился около «Лексуса», под которым… вы меня застукали. Не могли бы рассказать об этом поподробнее?

– Это было сегодня, точнее, уже вчера, около полудня. Я работал дома, но потом проснулись мои близнецы и подняли такой ор, что пришлось спуститься сюда. Открыл ноутбук, настроился на творчество, как вдруг увидел парня в спортивной кофте с капюшоном, надетым на голову. Он вышел из второго лифта и быстро прошмыгнул под «Лексус». Я толком еще не понял, что происходит, видимо, был еще весь в своих мыслях, как парнишка, скорее всего, сделал свое дело и побежал обратно к лифту.

– Вы говорите «парнишка». Он был молод? Лицо вы его не видели?

– «Парнишка» – это скорее общее описание. Спортивный костюм, капюшон, довольно стройная фигура… А так это мог быть и вполне взрослый поджарый мужчина. Лица я не разглядел.

– Хорошо. Что было дальше? Он уехал на лифте и все?

– Ну да. А я стал записывать на компьютере мелодию.

– Значит, несмотря на этот инцидент, вдохновение вас не покинуло? – с легким укором спросила я.

– Я бы не сказал, что произошел прям какой-то инцидент. Честно говоря, я об этом почти сразу же забыл, пока вот сейчас вас не увидел. Вы вели себя примерно так же.

– Это как?

– Ну… Боялись быть замеченной, вели себя осторожно и при этом очень шустро и ловко.

– Значит, вы спокойно сочиняли музыку и не подумали о том, что тот товарищ в капюшоне мог подложить, скажем, бомбу под машину, которая могла тут разнести все в пух и прах?

– Нет, об этом я как раз и не подумал. А что, надо было? – удивился Саша, а потом произнес в свое оправдание: – Но ведь взрыва никакого не было. И вообще… манией преследования я не страдаю. Какая бомба, какой взрыв? Вы о чем вообще?..

– Ладно, это я пошутила.

Но по лицу моего собеседника было видно, что парень слегка озадачился, возможно, даже стал испытывать угрызения совести, поэтому я больше не стала его упрекать. Творческий человек, что с него взять! Мир будет рушиться на его глазах, а он будет спокойно сидеть в наушниках и сочинять реквием. И кто сказал, что красота спасет мир! Его спасут частные детективы и телохранители. Хорошие телохранители…

– А вы, значит, частными расследованиями занимаетесь? – переспросил музыкант, внимательно меня рассматривая.

– Да.

– А зачем тоже под эту машину полезли? – спросил он, видимо, просто для поддержания разговора.

– Проверяла, нет ли там бомбы.

– И что, нету?

– Нету, можете спать спокойно. И так же спокойно сочинять свою музыку.

– А знаете, я вспомнил… Думаю, откуда мне ваше лицо знакомо. Я вас видел сегодня из окна с моим соседом. Не помню, как его зовут, но он живет на четвертом, а я на шестом. И этот «Лексус», получается, принадлежит ему. Кажется, вы приехали на «Фольксвагене», затем перешли дорогу и пошли к дому. На вас еще был надет длинный плащ. Только мне показалось, что вы были блондинкой?

– Успела перекраситься.

А парень, оказывается, весьма наблюдательный, немного я недооценила его. Поэтому спросила у него ручку и листок бумаги.

– Оставлю вам свой телефон. Я смотрю, вы парень наблюдательный, вдруг что подозрительное увидите, сразу мне звоните. А визитки у меня с собой нет.

– Диктуйте, я запишу вас в свой телефон. Иметь контакты частного детектива никогда не будет лишним.

Я не стала говорить парню, что по большей части я телохранитель и частными расследованиями занимаюсь параллельно, если того требует ситуация.

Итак, что же у нас получается? Злоумышленник напал на моего клиента где-то около полудня, когда Алексей приехал домой на обед и решил потом весь день поработать удаленно. Однако одним нападением наш злодей не ограничился, после того как Алексей уехал в больницу, парень с капюшоном на голове снова оказался на подземной парковке и надрезал тормозные шланги у «Лексуса». То есть все это время парень не покидал территорию дома. Возможно, отсиделся где-нибудь на этажах.

Пока размышляла, дошла до будки охранника. Однако тот ничего вразумительного мне не сказал и ситуацию никак не прояснил.

– …А что, я каждого встречного буду останавливать? – вопрошал дородный дядечка лет пятидесяти. – Моя задача только машины пропускать. А кто к кому идет и зачем, за это консьержки отвечают, и они за этим следят. И, если честно, я не помню никакого парня в капюшоне. А вы, значит, ищете этого паршивца?

– Именно. Я только не пойму, зачем этому дому охрана на въезде и консьержки во всех трех подъездах, когда любой желающий может спокойно пройти через шлагбаум в подземную парковку и оттуда подняться на лифте на любой этаж.

Охранник только развел руками.

– Везде есть свои недочеты. Вы же прекрасно понимаете, что все эти консьержки и мы, охрана, больше как пугачи. И скорее просто для галочки. То есть если элитный дом, то обязательно охрана, консьерж и камеры. Кстати, если камеры желаете посмотреть, делайте официальный запрос…

* * *

Утром мы с Алексеем поехали к нему на работу на моем «Фольксвагене».

– Может, ты уже не будешь меня томить и расскажешь, почему ты так категорически отказалась ехать на моей машине? – вопрошал мой клиент, сидя на пассажирском сиденье.

– Потому что на твоей машине ехать нельзя, – заявила я. – Ее надо срочно отдать в ремонт. Тормозные шланги подрезаны.

– Что? – Алексей во все глаза уставился на меня. – Ты пошутила? Но как?.. Как ты это определила? Неужели лазила под машину?

– Да. И поверь, в этих делах я хорошо разбираюсь.

– Вот черт! – в сердцах воскликнул Громов. – Вот видишь, Евгения, я же говорил, что мне угрожает опасность! Если бы не ты, я бы сейчас сел в свой «Лексус» и попал в аварию.

– Да, теперь я вижу, что за тебя кто-то серьезно взялся. Но… пока это больше смахивает на… хулиганство. Непохоже, что тебя прям хотят убить. Скорее попугать и нанести физические увечья. Впрочем, об этом я уже говорила.

– Ничего себе хулиганство! Испортить тормоза…

– Ну, на самом деле попасть в серьезную аварию из-за поврежденных тормозов можно только в том случае, если сразу сильно разогнаться. В твоем случае ты бы заметил неполадку сразу, пока выезжал с парковки. Но согласна, приятного в этом мало. Могла бы пострадать машина и кто-нибудь из окружающих.

– Вот именно! Женя, в этом надо непременно разобраться! Это точно сделал братец Ирины. Это прям его стиль. Напасть с ножом, подрезать шланги.

– Я уже сегодня этим и займусь, – пообещала я. – Сейчас ознакомлюсь с местом твоей работы, познакомлюсь с секретаршей, дам тебе ЦУ по безопасности и займусь проверкой твоей бывшей Ирины. У тебя сохранился ее телефон?

– Да, вроде был. Надо посмотреть…

До главного офиса банка мы добрались минут за двадцать. Поднявшись на второй этаж, мы зашли в небольшой кабинет со стеклянной дверью, где можно было сразу, не заходя, разглядеть дородную представительную женщину лет сорока пяти со строгой прической, гордо восседающую за столом и что-то внимательно рассматривающую в компьютере.

– О!.. Алексей Сергеевич, доброе утро! Вы сегодня припозднились.

– Доброе утро, Мария Степановна. Сделайте, пожалуйста, кофе. Два кофе, – поправился Алексей и посмотрел на меня. – Это Евгения, моя…

– Здравствуйте, Евгения! – елейным голосом поздоровалась со мной Мария Степановна.

– В общем… Евгения немного побудет в моем кабинете, мы выпьем кофе и… – Алексей говорил смущенно, словно нашкодивший школьник. – А потом я займусь делами.

Мы прошли в кабинет. Алексей расположился за своим большим столом, а я села на удобный кожаный диван.

– Колоритная дама, – не удержалась я от комментария.

– Зато я могу полностью на нее положиться. И… знаешь, с такой секретаршей я не отвлекаюсь на посторонние вещи на рабочем месте. Это я про то, что если бы у меня была молодая длинноногая секретарша… – в оправдание себя и своей секретарши немного смущенно ответил Алексей.

– Да мне, по сути, все равно, какая у тебя секретарша. Только, я смотрю, она не больно удивилась моему присутствию. Наверно, подобное не первый раз происходит? – Я хитро посмотрела на своего клиента.

– Ну как… Да, бывала у меня пару раз Иринка, будь она неладна. Да и Марина… забегала меня проведать.

– И, возможно, еще и забегает? – тут же спросила я, продолжая в упор смотреть на Алексея.

– Евгения, что за допрос?

– Поверь, я интересуюсь только ради дела, а не из праздного любопытства. Ладно, оставим пока эту тему.

Через пару минут услужливая Мария Степановна принесла нам кофе и вазочку с сахарным печеньем. Поставив содержимое подноса на журнальный стеклянный столик, она кинула на меня недвусмысленный и любопытный взгляд, после чего гордо удалилась из кабинета.

– Видимо, я не вписываюсь в канву твоих бывших подружек, – пробормотала я.

– В смысле? – не понял меня Алексей или попросту не расслышал.

– Да так, мысли в слух, – отмахнулась я. – Ладно, пьем кофе, потом мне надо хорошенько осмотреться, прочитать тебе инструктаж по безопасности, и затем займусь этой твой странной Ириной и ее братцем.

Через некоторое время, после того как я осмотрела все здание, отметила для себя все входы-выходы и дала строгие рекомендации по безопасности своему клиенту, я вышла из здания банка, достала телефон и набрала нужный номер.

– Слушаю, – отозвался тонкий девичий голосок в трубке.

– Ирина? Добрый день. Меня зовут Евгения, и я хотела бы с вами встретиться.

– А вы кто? И почему я должна с вами встретиться?

– Потому что я хотела бы поговорить с вами об Алексее Громове.

– Об Алексее? – было отчетливо слышно, как девица удивилась. – А зачем о нем разговаривать?

– Забыла уточнить один момент. Я следователь. И мне нужно задать вам несколько вопросов.

– Следователь? – теперь я услышала в голосе нотки страха. – Но я-то тут при чем?

– А вас никто ни в чем еще не обвиняет. Дело касается гражданина Громова. А вы, я так понимаю, неплохо его знали. Так когда мы можем с вами побеседовать?

– Ну… – девица явно замялась, видимо прикидывая, как поступить дальше. – Давайте в районе двенадцати часов в ресторане «Золотой ключ».

– Договорились. Только постарайтесь обязательно быть, чтобы я вас больше не разыскивала.

– Да, только… Я приду на встречу со своим братом.

«Замечательно! На ловца, как говорится, и зверь бежит», – подумала я про себя.

– Хорошо, приходите со своим братом, – ответила я и отключилась.

* * *

Я вошла в обеденный зал ресторана «Золотой ключ» и сразу заметила знакомое лицо.

– Евгения, какими судьбами?

Дежурный метрдотель по имени Артем с улыбкой на лице сразу подошел ко мне.

– Почему-то так и думала, что тебя тут застану, – я улыбнулась в ответ. – Хотя, мне казалось, ты уже давно сменил ресторан.

– Думал, да все никак.

С Артемом мы познакомились примерно полгода назад, когда я охраняла одного бизнесмена, любившего посещать всевозможные рестораны. Данное заведение было одним из его любимых, поэтому именно тут и было совершено нападение, которое я успешно предотвратила, но при этом пришлось достаточно изрядно пошуметь и напугать не только посетителей, но и работников данного ресторана.

– Давно тебя не было видно, Евгения.

Я улыбнулась.

– Неужели ты соскучился? Не поверю.

– Ты знаешь, твое предпоследнее посещение нашего ресторана я запомню надолго. Но видеть я тебя всегда рад. Ты решила перекусить?

– Совместить приятное с полезным, – ответила я и посмотрела ему за спину, окидывая взглядом большой зал. – У меня тут встреча с одной особой. И возможно, она будет не одна, а со своим спутником.

В зале ресторана в это время было немного посетителей, поэтому мне сразу бросилась в глаза парочка, сидящая у окна.

Артем проследил за моим взглядом и повернул голову в том же направлении, где за столом сидела длинноволосая брюнетка с огромным бюстом, а перед ней маячила мужская спина, которую венчала голова, похожая на капустный кочан.

Артем снова повернулся ко мне и с опаской в глазах посмотрел на меня.

– Та-ак… Евгения, только не говори, что ты пришла на встречу к этой парочке?

– Да, а что такого? Просто из всех посетителей в данный момент это единственная пара, которая меня заинтересовала. Вон тот мужичок, жующий котлету, два парня в рубашках и те две тетки бальзаковского возраста явно не те, кто мне нужен. А почему ты так напрягся?

– Евгения, я так и знал, – нахмурился Артем. – Можно было и не сомневаться, что из всех посетителей тебе нужна именно эта парочка.

– Так, а в чем дело? Может, ты мне объяснишь?

– Я знаю этого парня, – пояснил метрдотель. – Его Сергей зовут. Мутный парень, бывший уголовник. Он тут недавно тоже чуть шухер не навел, но вовремя остановился. Его даже предупредили, что если еще одна подобная выходка, то вход в наш ресторан для него будет закрыт.

– Понятно. А девицу рядом с ним знаешь?

– Как зовут, не знаю. Но несколько раз видел ее с ним. Сначала думал, это его краля, но, скорее всего, нет. Общаются они как брат и сестра.

– И что, этот самый Сергей часто посещает ваше заведение? – тут же спросила я.

– Не то чтобы часто, но в последнее время зачастил. Вчера был тут. Долго торчал, три коктейля выпил, все названивал кому-то. Тоже мне делец…

– Скажи, Артем, а в какое время он вчера здесь был?

– Ну… раньше, чем сегодня. В это время он уже ушел отсюда. Где-то сразу после одиннадцати пришел и только во втором часу дня покинул наше заведение, – ответил Артем и вопросительно уставился на меня.

Я ничего не ответила и призадумалась. Получается, что вот так сразу я проверила алиби этого парня. Значит, в подъезде на моего клиента совершил нападение не он. Ну что ж, значит, брат этой Ирины для меня уже не представляет особого интереса, хотя, учитывая, как его охарактеризовали Артем и мой подопечный Алексей, у этого парня вполне могут быть соответствующие товарищи, к которым можно обратиться. Да и сама Ирина могла подключить к своим темным делам необязательно именно своего брата. В общем, с этой Ириной надо обязательно пообщаться.

– Спасибо, Артем. Ты на самом деле мне неплохо помог. Но мне все же надо пообщаться с этой парочкой.

– Евгения, – Артем наклонился почти к моему уху, – прошу тебя, только без эксцессов, без драк и без крушения мебели. А то я знаю тебя.

Я в очередной раз улыбнулась и ответила:

– Не переживай. Я буду сама кротость.

– Ну-ну… – Артем кивнул и с опаской посмотрел на меня. Я же подмигнула ему и направилась к нужному мне столику.

Подойдя, резко выдвинула стул.

– Позволите?

– Евгения? – осведомилась темноволосая девушка.

– Она самая, – ответила я и села на стул. – Вы – Ирина?

Девушка кивнула, с любопытством рассматривая меня.

Я же взглянула на ее спутника и спросила:

– Ты кто?

– По жизни? – На меня уставились наглые глаза.

– Вижу – пацан, – ответила я и так же, в упор, посмотрела на него.

Видимо, парень не ожидал столкнуться с таким напором, поэтому уточнил:

– Ейный брат.

– Не ейный, а ее, – поправила я.

Парень явно напрягся:

– Ментовка?

– Тебе какая разница? – огрызнулась я.

Его сестрица быстро сориентировалась и прикрикнула на братца:

– Молчи!

– Сама меня позвала и просила встрять за тебя!

– Да мы еще не пообщались с ней и не выяснили, что ей нужно, а ты уже дерзишь.

– Это она дерзит…

– Молчи, я сказала!

Я взглянула сначала на Ирину, потом на ее брата. Прикинув, решила, что с этим парнем нам разговаривать будет не о чем, его присутствие будет только мешать моему общению с его сестрицей. Поэтому, задержав на нем взгляд, тихо сказала:

– Иди, браток, погуляй. Нам с твоей сестрой поговорить нужно.

Но парень оказался непонятливым и несговорчивым.

– Кажется, ты что-то попутала.

Помолчав несколько секунд, я глубоко вздохнула и повторила:

– Тебе, браток, лучше уйти.

– Что-о-о?! – Парень аж побагровел от возмущения, после чего резко встал, рассчитывая, видимо, произвести впечатление своей мешковатой двухметровой фигурой.

Я же про себя тут же отметила, что парень внешне не совсем подходит под описание нападавшего на Алексея. И с такими габаритами он вряд ли смог бы залезть под машину.

– Сережа, сиди, не трогай ее! – испуганно вскрикнула Ирина.

Но братец не послушал свою сестренку. А зря.

Он подался ко мне, видимо, с намерением схватить за шиворот.

Я тут же встала с места, перехватила его руку своей левой, а правой ткнула ему в солнечное сплетение. Парень резко скрючился и подался назад.

– Не бейте его! – Ирина подхватила брата и, поддерживая, повела его к выходу.

Оттуда по направлению к столику уже бежал человек в форме охранника.

– Что здесь происходит?! – спросил он.

Я вытащила свое липовое удостоверение сотрудника прокуратуры и предъявила охраннику. Данный документ мне состряпали хорошие знакомые из столицы.

– Из Москвы? – вежливо поинтересовался охранник.

– Верно, – ответила я и показала глазами на выход. – Скажите, пожалуйста, девушке, чтобы вернулась сюда. Я ее жду. И проследите, чтобы этот парень не входил в ресторан и не мешал нашему разговору.

Охранник пустился бегом к двери, где я заметила администратора Артема, который с вытаращенными глазами смотрел в мою сторону. Я ободряюще подмигнула ему, давая понять, что все в порядке – мебель цела, посуда не разбита, никто из постояльцев не пострадал.

Через минуту охранник привел к моему столику Ирину.

– Вот она!

– Руки! – Девушка нервно отшатнулась.

– Садитесь, нам нужно поговорить, – сказала я ей и обратилась к охраннику: – Вы можете идти, спасибо.

– Не имеете права! Что вы себе тут позволяете! – возмутилась Ирина, но тем не менее послушно села на стул.

– Кофе будете? – спокойно спросила я и подозвала официанта: – Два кофе, пожалуйста.

– Американо, эспрессо, капучино… – стал перечислять официант.

– Американо, – ответила я и вопросительно посмотрела на свою собеседницу.

– Мне все равно… Ладно, давайте капучино, только без корицы.

Официант удалился. Я молчала, с любопытством разглядывая девицу, сидевшую передо мной. Странный, конечно, вкус у моего клиента. Неужели ему нравятся такие колоритные крашеные девицы с искусственной грудью. Ладно, в конце концов, это не мое дело, а уж о вкусах, как говорится, не спорят. Тем более о мужских вкусах…

– Что вам нужно? – первой нарушила молчание Ирина.

– Задать вам пару вопросов.

– А если я не захочу на них отвечать?

Я вздохнула и спокойно ответила:

– Так или иначе это сделать придется.

– Вот еще! И почему же?

– Вы шантажировали банкира Алексея Громова, вымогая у него деньги обманным путем. Статья сто шестьдесят три, в зависимости от состава преступления от двух до четырех лет тюрьмы. Также посылание угроз и соучастие в нападении на Алексея Громова. Повреждение тормозов у его машины. А тут уже попахивает покушением на убийство – статья УК РФ тридцать или сто пять…

– Это не я!

– Что не я?

– Я к этому не имею никакого отношения.

– То есть вы все отрицаете? – Я подалась вперед и пристально посмотрела в лицо собеседницы. – Вам лучше ничего не скрывать и рассказать мне правду. Мне и так многое известно, просто хотелось бы услышать правду от вас.

– Я не понимаю, о чем вы говорите. – Ирина нервно поправила бретельку бюстгальтера, торчащего из свитера свободного покроя, оголяющего часть плеча. – Записки, вымогательство, тормоза…

– То есть вы отрицаете, что шантажировали Алексея Громова своей липовой беременностью, вымогая у него деньги за молчание.

– Ну хорошо… Да, я звонила, звонила и предупреждала. Но никаких писем я не посылала и никакие тормоза ему не портила. И никого не просила об этом. Мне даже в голову такое не могло прийти. А звонить… ну да, звонила, не отрицаю. А что в этом такого? И он как хотел? Любишь кататься, люби и саночки возить!

Последнее высказывание заставило меня поморщиться.

– Насколько я знаю, катались вы вместе. В последний раз, кажется, в Египет.

– Не ваше дело! – огрызнулась девица.

– И после этой поездки вы стали утверждать, что забеременели. Я к этому клоню. Но Алексей вдруг резко оборвал с вами отношения, и вы решили ему насолить, причем явно не являясь беременной. И почему некоторые девушки такие дуры? – не удержалась я.

Ирина смотрела на меня и ничего не отвечала.

– Я не слепая. Визуальных признаков беременности я не наблюдаю. Это факт. Да и несложно посчитать: с Алексеем в Египте вы были в начале мая, расстались в середине июня. Сейчас – начало октября. То есть вы должны быть беременны примерно месяцев пять. Но что-то не заметно.

Ирину можно было заподозрить в чем угодно, но только не в беременности. Огромный бюст давал намеки на возможное материнство, но, увы, являл собой лишь результат пластической хирургии.

– Таким образом, – продолжила я, – вы и ваш брат – подозреваемые. Напрасно вы втянули его в эту историю. Ему вряд ли захочется возвращаться в тюрьму.

Несколько мгновений Ирина смотрела на меня, потом навалилась на стол и, уткнувшись в него лицом, зарыдала.

Только этого мне не хватало.

В этот момент нам принесли кофе. Я отпила два глотка и, подождав, пока она успокоится, спросила:

– Скажите честно, зачем вы это делали?

– Что именно?.. Я только звонила, чтобы сказать… Брат тут ни при чем вообще… – ее голос задрожал, и она снова захлебнулась в рыданиях.

– Что сказать? – Я склонилась, чтобы видеть ее лицо. Потом неожиданно спросила: – Вы любите Алексея?

Ирина покачала головой.

– Нет, но мне нужны деньги.

– Кому нужны деньги, идут работать, – наставительно ответила я.

Ирина словно спохватилась и тут же ответила:

– Но я не делала никому ничего плохого!

– Но вы обещали «все рассказать» невесте Алексея, а это – шантаж.

– Мне очень нужны деньги, – повторила Ирина.

– Какую сумму вы хотели получить от Алексея?

– Да хоть какую-нибудь. Но не менее ста тысяч. А вообще один миллион рублей был бы в самый раз.

Я присвистнула. Ничего себе у этой девицы запросы.

– Для чего вам деньги?

– Странный вопрос. – Ирина вдруг улыбнулась. – Кому не нужны деньги?

– Деньги нужны всем. Я просто пытаюсь разобраться в причине. Кому-то нужны деньги для удовольствий или на пластическую операцию, чтобы увеличить грудь, например. А кому-то нужны деньги, потому что у него дома лежит больная мать, а лекарства сейчас очень дорогие… Скажите, Ирина, у вас дома лежит больная мама?

– Нет, – тихо ответила девушка. – Мы с братом сироты с детства.

– Простите, не хотела вас обидеть, но вернемся к нашему разговору… То есть ради денег вы придумали, что беременны от Алексея?

– Да.

– Это очень глупо.

– На войне как на войне.

– Да вы просто кладезь народной мудрости, – не без сарказма заметила я. – Сначала про санки, теперь про войну… А на войне, между прочим, стреляют…

– Я ни к чему больше не причастна. Я честно вам говорю. – Ирина снова заплакала. – И мой брат ни при чем!

Я взяла со стола бумажную салфетку и протянула ей.

– Вытрите слезы. И хватит уже реветь.

Ирина взяла салфетку и осторожно промокнула глаза. Потом взглянула на меня и вдруг сказала:

– Мой вам совет, поговорите с его новой пассией Мариной. Подозрительная она особа.

– В вас сейчас продолжает говорить ревность или у вас есть основания ее в чем-то подозревать?

– Я просила брата проследить за ней. У него есть машина, а то бы я сама это сделала. И заметьте – это единственное, о чем я попросила своего брата. Ничего криминального он не совершал… Так вот, он видел несколько раз, как она выходила из дома Леши и садилась в тачку, где за рулем сидел какой-то мужик. И это было не такси, и происходило это не один раз. А потом он видел, как недалеко от банка, где работает Леша, к этой девице подошел какой-то тип и передал ей что-то похожее на конверт. Ну вот и все…

Я призадумалась на минуту. Потом допила свой кофе и, внимательно посмотрев на Ирину, ответила:

– Хорошо. Сейчас мы выйдем, вы напомните своему брату о той слежке, и пусть он мне опишет того парня, который передавал конверт Марине.

– Хорошо.

Брат Ирины сидел в машине, припаркованной на специально выделенной парковке для посетителей ресторана.

Ирина попросила его выйти из машины и быстро обрисовала ему суть дела. Сергей все время косился на меня, потом нехотя подошел и, смотря на меня исподлобья, произнес:

– Обычный был парень. Одет в ветровку, на голове кепка, на лице тряпка. Лицо не разглядел.

– Когда это примерно было?

– Ну, может, около месяца назад. Или даже меньше…

– Поняла. Можешь идти.

Парень зыркнул на меня недовольным взглядом, после чего развернулся и вразвалочку, словно телок, направился к своей машине.

* * *

Вернувшись обратно в банк, я поняла, что даже не удосужилась нормально пообедать, не считая чашки кофе.

Стараясь не обращать внимания на чувство голода, я показала на входе охраннику свой временный пропуск, о котором предварительно позаботился Громов, и поднялась в кабинет моего клиента.

Алексей, надо отдать ему должное, все это время находился у себя в кабинете, поэтому, завидев меня, несказанно обрадовался.

Взяв за локоток, он быстро провел меня в свой кабинет.

– Евгения, какое счастье, наконец ты вернулась. Не привык я так работать. С другой стороны… в этом что-то есть. Сидишь у себя в кабинете, как сыч, и даешь распоряжения. А если кому-то что-то надо, то сами к тебе приходят. Но… Через десять минут у меня совещание, мне надо будет спуститься в наш конференц-зал. Потом у меня сразу двадцатиминутные переговоры с важными партнерами, мы будем общаться по Zoom, – с важным видом пояснил Алексей и поправил ворот своей рубашки.

– Да, пожалуйста, – я пожала плечами. – Делай свою работу, я не запрещала тебе перемещаться по зданию. Только просила это делать при острой необходимости. И важно было не покидать территорию банка. Ты молодец, справился. Кстати, никто тебя не беспокоил? Ну, ты понял, о чем я… Никто тебе ничего не приносил и ничем не угощал?

– Не!.. – отмахнулся мой подопечный. – Только кофе и печенье из рук Марии Степановны. Как ты и велела.

– Ну вот и отлично.

– Кстати, одними печеньями сыт не будешь. Очень хочу есть, но пока не могу оторваться от работы. Давай, как освобожусь, сходим в столовую тут неподалеку, там очень вкусно готовят. Заодно и поговорим спокойно. У тебя есть новости?

– Новости есть. Потом расскажу. Иди работай.

– Ты это… пойдешь со мной или посидишь тут?

– Я найду, чем мне заняться, не беспокойся. Только сейчас быстро спущусь с тобой, осмотрю конференц-зал и вернусь обратно. Ты, кстати, предупредил обо мне свою прекрасную секретаршу и службу охраны?

– Марию Степановну предупредил. А вот охрану – нет. Сейчас спущусь и предупрежу их оказывать тебе всяческое содействие.

– И предупреди их, чтобы не болтали языком. Не надо, чтобы служащие знали, кто я такая и что здесь делаю.

– Обязательно.

Алексей схватил свой ноутбук, и мы вышли из кабинета, провожаемые внимательным и любопытным взглядом его секретаря.

Я быстро, но тщательно осмотрела небольшое помещение конференц-зала и, не найдя там ничего похожего на то, что могло бы угрожать жизни моего клиента, быстрее ретировалась, пока сотрудники банка не успели набежать. Мало ли, у кого могут возникнуть вопросы, почему это тут рыскает какая-то молодая тетка.

Несмотря на чувство голода, я все же сдержалась и не позволила себе покинуть территорию банка и сходить в ближайшее кафе. Хотя соблазн был велик, но работа есть работа. Мой клиент трудится в поте лица, вот и мне не нужно расслабляться. К тому же мне не привыкать. Обычно я, выполняя свою работу, нахожусь неотлучно со своим клиентом. Но это когда того требует ситуация. В данном же случае картина вырисовывалась немного другая, и я могла себе позволить не находиться при клиенте постоянно. Но это не значит, что я должна покинуть территорию, где находится вверенный мне объект охраны, и спокойно пойти в кафе утолять голод.

Подойдя к кулеру, стоявшему в углу коридора, я налила себе полный стакан воды, осушила его и направилась в сторону охраны. План дальнейших действий я для себя уже наметила.

– Не помешаю? – Я приоткрыла стеклянную дверь и заглянула в приемную Громова.

Мария Степановна отложила бумаги и поверх очков вопросительно посмотрела на меня. При этом от моего взгляда не ускользнуло, как она воровато посмотрела на дверь, ведущую в кабинет ее босса. Интересно, почему она так занервничала?

– Э-э… Евгения, добрый день еще раз. Алексей Сергеевич уже вернулся с совещания, и он… у него сейчас важные переговоры, и он просил, чтобы никто, – она сделала акцент на последнем слове, – его не беспокоил.

– Хм… что ж, пускай работает, я не буду ему мешать. Побеседую пока с вами.

– Со мной?

– Вы удивлены? Думаю, Алексей Сергеевич вас предупредил обо мне.

– Предупредил. Да, конечно…

Мне показалось или эта женщина волнуется? Интересно, почему? В предыдущие разы я не заметила в ней никакого волнения, наоборот, секретарь Громова держалась весьма уверенно и почтенно.

– Просто я сейчас немного занята, – пояснила женщина. – Работы много, сами понимаете. Да и Алексей Сергеевич просил вам передать, что вы можете спокойно пойти перекусить. Он сам вам позвонит, как освободится.

– Вот как? Ну что ж… Но все же я хотела бы с вами поговорить сейчас. Поверьте, надолго я вас не оторву от дел.

– Ну хорошо. Алексей Сергеевич сказал мне, что вы его родственница и что вы следователь, и просил об этом никому не говорить. Знаете… – женщина с хитрым прищуром посмотрела на меня, – я сразу поняла, что вы не пассия моего шефа.

– Интересно… И почему же?

– Не похожи вы на его прежних девиц. Думаю, либо у моего молодого босса резко изменился вкус и он пересмотрел свои предпочтения в выборе спутницы, или… или просто поумнел. Ну вы поняли, о чем я… Либо, думаю, тут кроется что-то другое. И как видите, оказалась права.

– Мария Степановна, вы очень наблюдательны. Именно о пассиях вашего молодого босса я бы и хотела поговорить. Вы же, понимаю, в курсе, что случилось в последнее время с Алексеем Сергеевичем?

– Я – секретарь Алексея Сергеевича, или, как это принято сейчас говорить, личный помощник. Подумайте, могу ли я чего-то не знать? – Видно было, что женщина взяла себя в руки и приняла деловой тон.

– Странная у вас манера: отвечать вопросом на вопрос. Обычно так поступают, когда хотят что-то скрыть или увести разговор в другую сторону.

– Меня трудно в этом заподозрить. – Мария Степановна опустила глаза.

– Почему?

– Я не имею ни одной причины что-то скрывать или вводить вас в заблуждение, – строго ответила секретарь. – Спрашивайте, что вы хотели?

– Меня интересует одна особа по имени Марина.

– Марина… ну да, конечно. Вы позволите, если я потихоньку включу музыку на компьютере. Алексей мне разрешает. Она не будет нам мешать, просто будет играть для фона.

– Если вам так хочется, включайте, только не громко.

Мария Степановна щелкнула мышью, и из маленьких настольных динамиков полилась какая-то релаксирующая музыка вперемешку со звуками природы.

– Когда Алексей Сергеевич занят работой у себя в кабинете, я частенько включаю подобную музыку. Это, знаете ли, расслабляет и помогает сосредоточиться на работе, – пояснила «личный помощник» и снова, как мне показалось, кинула беглый, словно вороватый, взгляд на дверь.

Может, она не хочет, чтобы ее шеф услышал наш разговор? Хотя Громову, судя по всему, не до этого. Не на диване же он там лежит, в конце концов. Человек работает, у него какие-то важные переговоры.

– Вернемся к разговору о Марине, – напомнила я.

– Ах да… Что именно вас интересует?

– Мне интересно, как часто эта особа посещает Алексея? Я имею в виду, здесь, в стенах этого кабинета.

Видно было, что женщина снова замялась. Да что это с ней сегодня такое происходит, в конце концов?

– Ну, не так часто. Но бывает, посещает. Понимаете, это личная жизнь моего босса, я в нее не лезу…

– Когда она здесь была последний раз? – спросила я, хотя уже прекрасно знала, когда эта девица была тут.

– Возможно, около недели назад.

– Эта Марина – девушка лет двадцати семи, у нее средней длины стрижка и рыжеватые волосы. Носит тонкие стильные очки. Верно?

– Верно. Но… Вы ее знаете? – спросила секретарь и как-то нервно заелозила на стуле.

– Нет, я ее не знаю, но хотела бы познакомиться.

Да, я времени зря не теряла. Пока мой клиент был на совещании, я обратилась к охране, и мы в течение полутора часов смотрели нужные записи с камер видеонаблюдения. Я сразу сказала, что именно меня интересует и за какие дни следует пробежаться по записям. Интерес для меня представляла только камера, расположенная на этаже, где находится кабинет моего подопечного.

Старший службы безопасности банка оказался понятливым и сразу вспомнил примерные дни посещения любовницы Алексея Громова. Как ее зовут, он не знал, но внешность этой девицы, благодаря записям, мне была известна. Осталось только убедиться, что именно эта особа и является Мариной. И Мария Степановна сейчас мне это подтвердила.

В этот момент секретарь снова посмотрела на дверь, ведущую в кабинет, быстрый такой, едва заметный мимолетный взгляд, буквально на секунду. Но именно этого мне было достаточно, чтобы оценить происходящее вокруг. Я словно очнулась от морока.

Встав со своего стула, я подошла к двери, ведущей в кабинет моего клиента.

– Выключите музыку, – тихо велела я.

– Что? – Мария Степановна явно услышала, что я сказала, но сделала вид, будто не расслышала.

– Выключите музыку, – более громко произнесла я.

Секретарь выключила музыку и вопросительно уставилась на меня. Я же прильнула ухом к двери. До меня донеслись подозрительные звуки, и это явно не было похоже на важные переговоры по Zoom.

Я аккуратно подергала ручку двери, но она оказалась закрыта.

– У вас наверняка есть ключ. Откройте дверь! – тихим, но уверенным голосом потребовала я.

– Но… Евгения, прошу вас. Алексей Сергеевич велел мне…

– Она там? – перебила я.

– Кто? Подождите… – женщина встала из-за стола и с испугом в глазах уставилась на меня.

– Ясно все с вами. Сидите на месте и не вмешивайтесь!

С этими словами я извлекла из своей сумочки отмычки, которые всегда неотлучно ношу с собой вместе с косметичкой. Надо отметить, что помимо набора отмычек в моей сумочке еще полно всяких хитрых шпионских штучек, но в данный момент они мне были не нужны. И надеюсь, что в ближайшие минуты не понадобятся.

Под пристальным и испуганным взглядом секретарши я открыла нехитрый замок уже секунд через двадцать. Секретарь было дернулась в мою сторону, но я зашипела на нее:

– Оставайтесь на месте!

Я тихо открыла дверь и прошмыгнула внутрь.

Картина, представшая передо мной, вызвала у меня ехидную улыбку. Нечто подобное я себе и представляла.

Мой подопечный, раскинув руки в стороны и откинув голову назад, вальяжно восседал на кожаном диване и предавался наслаждению, не замечая ничего вокруг. У него в ногах, стоя на коленях, елозила рыжая девица, при этом как-то явно наигранно извиваясь и изображая неистовую страсть. Парочка настолько была занята своим делом, что не заметила моего тихого и скромного вторжения.

Так вот, значит, какие важные переговоры у моего клиента. Ну-ну…

Можно было, конечно, выйти обратно и дать любовникам закончить начатое. Но я решила повредничать. Это будет уроком для моего клиента, не люблю, когда меня обманывают. Да и рыжую девицу надо вывести на чистую воду.

Я осторожно прикрыла за собой дверь, тихо приблизилась к дивану и кашлянула.

Девица резко прекратила свои причмокивающие движения и замерла на пару секунд, прислушиваясь к окружающей обстановке. Затем, видимо уловив боковым зрением какое-то движение, она резко отстранилась от партнера, заметила меня и уставилась так, словно увидела привидение.

Я же невинно улыбнулась и томным голосом произнесла:

– Можно присоединиться? Я тоже хочу попробовать…

– Вот черт! Ты кто такая? – воскликнула девица и резко поднялась на ноги, поправляя задравшуюся юбку.

Алексей, завидев меня, выругался, вскочил с дивана и стал лихорадочно застегивать штаны.

– Евгения, что… что ты тут делаешь? – раздраженно спросил он.

– Я думала, тебе грозит опасность, – спокойно ответила я. – Дверь закрыта, из кабинета доносится какой-то подозрительный шорох, секретарша явно темнит и чего-то недоговаривает…

– Да!.. – перебил меня мой клиент. – Но ты убедилась, что никакой опасности нет, можно было так же тихо закрыть дверь и не прерывать… Это очень нетактично с твоей стороны.

– Давай не будем затрагивать моральный аспект этой ситуации. Достаточно было предупредить меня, чем ты тут собираешься заниматься, я не люблю, когда меня обманывают.

– А я тебя и не обманывал…

– А просто умолчал, я поняла…

– Леша, что это за чувырла? Кто она такая? – решила вмешаться в наш разговор рыжая девица.

Она подскочила к столу, нашла свои стильные очки в тонкой оправе, натянула их на нос и более внимательно уставилась на меня.

– Это… это… – промычал Громов.

– Ты, должно быть, Марина? – спросила я, не дав Алексею договорить.

– Хм?.. Какая тебе разница, кто я? – зло ответила девица. – Пошла вон отсюда! Леш, скажи, чтобы она вышла. Что она себе позволяет? Ведет себя так, словно она твоя жена.

– Марин, успокойся. Уйти сейчас лучше тебе, – Алексей указал взглядом на дверь.

Однако в мои планы это не входило. Поэтому я первой подошла к двери и снова закрыла ее на замок.

– Никуда она не пойдет. Сначала надо прояснить один момент. – Сказав это, я встала спиной к двери и скрестила руки перед собой, давая понять, что никого отсюда выпускать не намерена. – Значит, Марина. Я не ошиблась. Ну что ж, Марина, нам есть о чем поговорить.

– Что? – взвизгнула девица. – Да кто ты такая? Леш, скажи ей, иначе я за себя не ручаюсь. Мало того, ворвалась в кабинет… а это… это прямое вторжение в личную жизнь, так еще и преграждает мне путь. И это, между прочим… препятствование… в общем…

– Ты хотела сказать: незаконное удержание человека, не связанное с его похищением. Статья сто двадцать семь УК РФ. Если у тебя какие-то претензии ко мне, то можешь подать на меня в суд. Но в данный момент ты не выйдешь из этого кабинета, пока я не разрешу. Можешь считать это насильственным удержанием.

– Что?! – Марина чуть не задохнулась от возмущения. Она подошла ко мне почти вплотную и зашипела в лицо: – Дай мне пройти, стерва!

– Не шипи на меня, – спокойно ответила я. – Тебе это не поможет.

– Марина, отойди… – Алексей встал между нами и оттеснил свою пассию в сторону. – Лучше не связывайся. Отойди, прошу тебя! Евгения, – он повернулся в мою сторону, – что все это значит? Может, объяснишь?

– Конечно, объясню. Я всего лишь выполняю свою работу. Тебе же интересно, кто подбрасывал те самые записки с угрозами? Вот, пожалуйста! – Я кивнула в сторону Марины.

– Что? – не понял Алексей. – В смысле? Марина?..

– Да, она самая. Марина, может, расскажешь нам, зачем ты писала записки с угрозами и оставляла их в кабинете Алексея? Чем, интересно, он тебя так обидел?

– Какие записки? – видно было, что девица занервничала. – Я не знаю, о чем она говорит.

– Все ты прекрасно знаешь. Не надо отнекиваться. На камерах прекрасно видно, как ты приходила в банк и поднималась в офис на второй этаж. Секретарша подтвердила, что ты несколько раз находилась одна в кабинете, дожидаясь Алексея. Плюс на камеру зафиксирована встреча, где ты контактировала с мужчиной, одетым в кепку и спортивный костюм, который передавал тебе конверт. Это он просил тебя оставить конверт?

Если честно, я немного блефовала, и у меня не было полных доказательств вины этой девицы. Но я была уверенна на сто процентов, что записки – это ее рук дело. Надо было только надавить на нее.

– Марина, это правда? – Алексей в упор посмотрел на свою любовницу.

Девушка явно стушевалась, ее глазки забегали в стороны. Она схватила свою сумочку, лежавшую на столе, и стала нервно теребить ремешок.

– Не стоит отнекиваться. Мы и так прекрасно знаем, что это сделала ты. Нам остается только выяснить, зачем ты это сделала. И поверь, лучше ты расскажешь это нам, чем будешь делать это в кабинете у следователя. Никто тебя пытать не собирается. Мы тебя выслушаем и отпустим, – произнесла я более спокойным тоном и выжидающе посмотрела на нее.

Марина вдруг не сдержалась и разревелась. Сквозь слезы она пыталась что-то произнести:

– Я не… не знаю. Я тут ни при чем!.. Я просто хотела… Ну, я не знала, что там… не думала, что это так страшно… В общем… Но я ничего не писала!

– Марина, пожалуйста, успокойся, – Алексей подошел к ней и также облокотился пятой точкой о край стола. – Расскажи все как есть. Поверь, так будет лучше.

Марина вытерла слезы, глубоко вздохнула, словно собираясь с духом, и, смотря куда-то в пол, начала свой нехитрый рассказ:

– Он подошел ко мне на улице, слово за слово, разговорились… Я думала, подкатить ко мне решил. Хотя не мой типаж, хлыщ какой-то, ну, в общем… Предложил он мне подзаработать. А кому сейчас деньги не нужны, всем они нужны… Так вот, сказал, что надо моему парню, Громову, подкинуть конверт на рабочем месте, и все. И именно на работе, не дома, ну, чтобы ему было сложно догадаться, кто это сделал. Вот…

– Когда он подошел к тебе первый раз? – уточнила я.

– Ну-у… где-то месяц назад.

– Потом был еще второй раз?

– Ну да, примерно неделю назад.

– Ты не читала, что было в конверте?

– Нет… А зачем мне? Велено отдать и не вскрывать. Ну, мало ли… – Марина снова всхлипнула и соизволила поднять на нас свои влажные глаза. И куда делись та самоуверенность и дерзость.

– Да уж… – только и произнес Алексей, после чего подошел к бару, достал бутылку виски и прямо из горла сделал жадный глоток.

– То есть ты с этим парнем виделась только два раза? – продолжила я допрос.

– Ну да.

– Можешь его описать?

– Ну как… Какой-то он безликий был. Первый раз вообще в очках, с капюшоном на голове и в маске. Второй… в кепке, опущенной почти до самых глаз. Да и смотрел он всегда куда-то в пол, говорил тихо, без эмоций…

– Сколько бы ты ему дала лет?

– Ну… Не знаю. Я ж говорю, безликий он был. Ну может, чуть более тридцати. Но не больше сорока. Он точно был не старый.

– И много он тебе заплатил? – это спросил Алексей.

Марина резко посмотрела в его сторону, потом на меня, снова опустила глаза в пол и ничего не ответила.

– Видимо, я тебе мало давал денег, да? И шопинг мы устраивали не так часто, как ты хотела? Господи… – Алексей взялся за голову. – И почему мне так везет на таких меркантильных дур!

– Леша, прости… Я не думала, что это так серьезно. Подумаешь, какой-то конверт… Я решила, может, это шутка, ну кто-то решил пошутить…

– Шутка? – Алексей крякнул, отпил еще один глоток и поставил бутылку на место. В этот момент завибрировал его телефон. – Да! – рявкнул он в трубку. – Да… Да! Да-а! Что вы от меня хотите?.. Я не решаю эти вопросы, обращайтесь к брокерам. Я сейчас занят!.. Да! – Он отключился и уже обратился ко мне: – Евгения, у тебя есть к ней еще вопросы?

Я пожала плечами.

– Нет. Думаю, тут и так все понятно. Единственно, сделаем так… Марина, если этот мужчина еще раз выйдет с тобой на связь, не выдавай себя, не говори, что тебя раскусили. Постарайся хорошенько рассмотреть его, проследи взглядом, куда он пошел, может, он сядет в машину, запомни номер. Только не вздумай сама следить за ним. И сразу же звони Алексею. Поняла?

– Да, – неуверенно ответила она.

– А теперь пошла вон из моего кабинета! Видеть тебя не могу! – крикнул на нее Алексей и махнул рукой в сторону двери.

Марина вытерла глаза, поправила юбку и, изображая уверенный и независимый вид, прошла мимо меня к двери. Нервно подергала ручку двери, потом, видимо, вспомнила, что я закрывала ее на замок, чертыхнулась, повозилась несколько секунд, распахнула дверь и исчезла из виду.

– Ну что, теперь можно пойти спокойно поесть. Я голодная как волк, – произнесла я как ни в чем не бывало.

* * *

– Нет, ну как меня угораздило связаться с такими дурами?! А ведь поначалу такие милые, скромные девушки, такие добрые, улыбчивые и… И что та, что другая оказались какими-то глупыми, бездарными, пустыми, продажными созданиями!

– Сам выбираешь таких. Видимо, тебе нравится подобный типаж, поэтому ты и притягиваешь к себе подобных, – с видом знатока человеческой души ответила я, жуя куриную котлету.

– Надо пересмотреть свои вкусы, – задумчиво ответил Алексей, расправляясь с креветкой.

– Возможно. Для тебя, как я поняла, что главное: внешность и некая наивность. Именно такие тебе нравятся, поэтому ты таких и выбираешь. Также тебе нравится роль покровителя, ты готов тратиться на свою пассию, водить ее в шикарные рестораны, свозить на хороший курорт; тебе льстит, что рядом с тобой ходит симпатичная картинка с силиконовой грудью, накачанными губами и крашеными волосами. Но, по сути, это просто оболочка, пустышка… Они молоды, бывают даже слишком молоды, красивы, пусты. Это такой классический тип женщин, который в последнее время стал редким в результате эмансипации и прочих социальных причин. Тем не менее такие представительницы прекрасного пола всегда будут оставаться идолами, предметом поклонения мужчин.

– Да уж… – Алексей расправился с большой креветкой и принялся за новую. – Евгения, ты мне фактически открыла глаза. И за один день ты смогла вывести на чистую воду сразу двух моих… ну, в общем, ладно. Ты, конечно, молодец. Не зря я настоял, чтобы ты взялась охранять меня.

Я скромно улыбнулась, сделала глоток апельсинового фреша и обратилась к проходившему рядом официанту:

– Принесите мне, пожалуйста, кофе американо.

Через минуту Алексей продолжил:

– Получается, что это один и тот же человек. Он вычислил, что Марина моя… кхм… и что у нее есть доступ в мой кабинет. Затем он нападает на меня в подъезде и подрезает тормозные шланги у машины. Но кто он такой? И что ему нужно? Чего он добивается? Чем я ему насолил? И ведь верно, он реально какой-то безликий. Либо одежда его таким сделала.

– Скорее всего, возможно, просто правильно подобранная маскировка. Но в том, что это тоже один и тот же человек, я не сомневаюсь. Этому парню явно что-то от тебя нужно, поэтому я больше чем уверена, что от него следует ждать новых сюрпризов.

– Значит, его надо поймать! Женя, ты же поймаешь его?

– Я сделаю все возможное для этого.

– Вот поэтому, Женя, ты продолжаешь дальше работать на меня. Пока этот гад не будет пойман, я не смогу спать спокойно. И вот что… – Алексей сделал паузу и многозначительно посмотрел на меня.

– Слушаю тебя.

– Я тебе не говорил, но дело в том, что у меня через два дня день рождения. И дата такая интересная, тридцать три года. И я бы хотел этот знаменательный день отметить.

– Получается, седьмого октября.

– Верно.

– И как ты собираешься отметить сие событие?

– На самом деле, ничего особенного. Я хочу арендовать небольшой коттедж с бассейном и сауной или баней. Пригласить своих лучших друзей. Точнее, они уже приглашены. Дело в том, что мои лучшие друганы, с которыми мы дружим с детства, живут в других городах. Игорь в Казани, а Денис в Ноябрьске. Игорек женат и приедет со своей супругой Татьяной. Денчик не женат, но давно уже встречается с девушкой. Ее Вика зовут. Я с ней знаком, мы вместе в Египет ездили – я с… Мариной, а Денчик с Викой. Вот я их уже пригласил. Денис с Викой прилетают послезавтра вечером. А Игорек с Танюхой через два дня утром, как раз на мой день рождения.

Алексей сделал паузу, видимо, ожидая от меня каких-то комментариев.

– Поняла. Кроме этих друзей еще будут приглашенные?

– Уже не знаю. Если честно, больше никого не хочется видеть. Думал, еще парочку ребят пригласить с работы, но, скорее всего, не буду… Вообще в планах было, что ребята со своими женами и я с Мариной. Но… я не думал, что все так обернется. В моей жизни стали происходить какие-то странные события. Марина оказалась… Ну, в общем, ладно. Также в моей жизни появилась совсем неожиданно ты, Евгения. – Алексей пристально посмотрел на меня своими пронзительными, умными глазами.

– Кстати, ты мне говорил, что с Мариной ты вдруг резко расстался. Оказалось, что нет? – решила я прояснить этот момент.

– Да… То есть нет. В принципе, я сказал правду. С Мариной мы вроде как расстались, не виделись почти месяц, но потом неожиданно написал ей, встретились и… В общем, решили остаться любовниками, без всяких обязательств, так сказать, гостевой вариант. Но после сегодняшнего между нами точно все кончено.

– Я поняла. Ладно, оставим эту тему.

– Да, – Алексей кивнул и добавил себе в чашку чаю. – В общем, Женя, я прошу тебя в этот день, седьмого октября, быть со мной практически неотлучно, быть бдительной и внимательной. И… В общем, я решил своим друзьям не говорить, кто ты на самом деле. Поэтому тут я предлагаю тебе играть роль… моей девушки. Хотя эту тему мы с тобой обсуждали еще с самого начала.

Он посмотрел на меня открытым пронзительным взглядом но видно было, что мой собеседник слегка смущен.

Я же улыбнулась в ответ.

– Хозяин – барин. Мне, по сути, все равно, какую роль играть при своем клиенте, главное, чтобы это не мешало моей работе. Только можно я не буду вживаться в роль бестолковой девицы, а буду сама собой.

Алексей хихикнул и хитро посмотрел на меня.

– А знаешь, ты неплохо с этой ролью справляешься. Тебе напомнить медсестричку в больнице?

– Это был всего лишь временный образ. И странно, что тебе он сразу не понравился. – Я тоже с хитрым прищуром посмотрела на него.

– Ну, я бы не сказал, что тот образ прям уж так мне не понравился. Во-первых, я был не в том настроении, чтобы кого-то кадрить и обращать внимание на внешность… Во-вторых, ты с таким нахрапом налетела на меня и так неожиданно ворвалась в палату, что я немного растерялся. А я не люблю наглых девиц.

– То есть твои девицы не наглые? – не удержалась я.

– Они не наглые. А скорее меркантильные дуры. Ну… по крайней мере, первое впечатление о них возникает немного другое.

– Я поняла, то есть они поначалу этакие скромницы, а потом раскрывается вся суть…

– Женя, давай уже оставим моих девиц в покое. К тому же они остались в прошлом, – Алексей глубоко вздохнул. – Мне вот только непонятно, к чему ты тогда устроила этот маскарад с переодеванием при нашей первой встрече?

– Это один из методов моей работы, – коротко пояснила я.

– И в чем же суть этого метода?

– Не хотелось бы разъяснять все методы и уловки моей работы. Но вкратце поясню. Когда человек не знает, кто перед ним находится в данный момент, он не играет и не притворяется, он такой, какой он есть. И когда ты создаешь немного нестандартную ситуацию для человека, он тоже начинает себя вести особым образом, поневоле принимая правила навязанной игры и подстраиваясь под нее, в зависимости от его характера, воспитания, убеждений и принципов… То есть в такие моменты легче просчитать и понять суть личности, с которой имеешь дело. Ну и еще… для меня это просто тренировка по перевоплощению, есть такой метод под названием «метод хамелеона». Кто знает, с чем бы мне пришлось столкнуться, оказавшись в больнице. Это никогда учесть невозможно. Плюс мне это помогло быстро и вполне беспрепятственно проникнуть в больницу, в том числе и к тебе в палату. Надеюсь, я ответила на твой вопрос?

– Хм… Вполне. Интересная ты женщина, Евгения. Сроду не думал, что придется столкнуться с девушкой-телохранителем, да еще такой умной и неординарной.

Я скромно улыбнулась, польщенная комплиментом.

Отхлебнула кофе и, не удержавшись, ответила:

– Ну что ж, все в жизни происходит не просто так. Видимо, Всевышний решил тебе показать, что в мире есть и другие девушки, а не только те, у которых силиконовая грудь, накачанные губы и которые зарабатывают тем, что шантажируют мнимой беременностью…

– Женя, я же просил больше не возвращаться к этой теме…

– Хорошо-хорошо… Извини, не удержалась, – я выставила руки перед собой, давая понять, что тема закрыта. И тут же сменила тон на более деловой: – Ты уже выбрал дом, в котором будешь отмечать свой праздник?

– Присмотрел три дома.

– Значит, надо съездить и выбрать. Мне тоже нужно внимательно осмотреть эти дома. И уж извини, но последнее слово в этом выборе будет за мной. Если мне что-то не понравится с точки зрения безопасности, то мы данный дом арендовать не будем.

– Ну что ж… – Алексей глубоко вздохнул и развел руками, – как скажешь, но надеюсь, наши предпочтения совпадут…

* * *

Весь этот и следующий день прошли спокойно и без всяких эксцессов. Все было тихо, спокойно и размеренно, на жизнь моего клиента никто не покушался, и никаких писем с угрозами больше не поступало.

Однако я была начеку, ибо знала, что враг притаился и рано или поздно даст о себе знать.

Я практически неотлучно находилась при Алексее, охраняя его покой, пребывая с ним рядом в банке – днем, в ресторане – вечером, а ночью – в его квартире. А утром, как обычно, я исполняла роль личного водителя, отвозила Громова на работу на своем авто и почти целый день откровенно скучала.

Правда, сегодня ночью я решила переночевать дома, не видела необходимости находиться в квартире моего подопечного. Дав ему, как обычно, инструкции по безопасности и велев никому не открывать дверь и даже вообще не подходить к ней, я съездила домой, с радостью навестила тетю Милу, поела ее изысканное кулинарное творение, выслушала очередные охи и вздохи по поводу моей непутевой работы и «холостяцкой» жизни.

К тому же я дала тете Миле ответственное задание – испечь один из ее фирменных тортов, чтобы поздравить намечающегося именинника.

– Женечка, я испеку торт «Шварц» по своему рецепту, уверена, что имениннику понравится.

– Я хочу торт привезти к нему на работу, чтобы он угостил сотрудников.

– Поверь, дорогая, это будет самый вкусный торт в их жизни, – без ложной скромности ответила тетушка и тут же лукаво посмотрела на меня. Я уже хорошо изучила этот ее взгляд, поэтому знала, что за этим последует: – Женечка, а этот твой клиент… сколько ему будет лет? Он молодой?

– Почти мой ровесник. Ему будет тридцать три.

– Какой прекрасный возраст! Такой молодой и уже такой успешный! Женечка, таких мужчин сейчас мало, я бы на твоем месте присмотрелась…

– Тетя, опять ты за старое, – вздохнула я.

– А ты как думала, – Мила сделала наигранно строгое лицо. – Пора уже привыкнуть, что я от тебя не отстану. Женечка, у тебя столько талантов, ты могла бы быть репетитором по иностранным языкам или референтом-переводчиком, ты могла бы, в конце концов, открыть секцию по единоборствам или курсы самообороны для женщин… А ты выбрала такую неспокойную и опасную работу. – Тетя глубоко вздохнула и удрученно покачала головой.

Я тоже обреченно вздохнула и решила перевести разговор на другую тему.

– Тетя, что ты добавила такого необычного в этот куриный рулет, он у тебя сегодня вкусный как никогда.

– Женечка, рецепт тот же самый, ты мне зубы не заговаривай. Ты вот лучше бы пригласила этого Алексея к нам домой, я бы такой изысканный ужин приготовила. Больше чем уверена, что ни в одном из ресторанов он такой вкуснятины не ел. И разумеется, я бы тоже присмотрелась к этому молодому человеку и вынесла бы свой вердикт, подходит он тебе или нет. – Мила замолчала и многозначительно посмотрела на меня.

Я не стала с ней спорить и переубеждать ее – это бесполезно, проще согласиться.

– Тетя Мила, ты такая у меня заботливая. Я обязательно подумаю над твоим предложением.

…После утренней пробежки я приняла душ, переоделась и покидала в свою сумку необходимые вещи: купальник, черное вечернее платье, средства личной гигиены и флакончик любимых духов Jo Malone Sea Sаlt, которые недавно приобрела себе в Дубае.

…– Мой «Лексус» уже в полной исправности, – с радостью сообщил мне Алексей, когда я утром заехала за ним. – Сегодня мой приятель из автосервиса звонил, сказал, что можно забирать. Я отправлю за машиной одного из наших охранников, его зовут Миша, он даже одно время был моим водителем, у него доверенность на мою тачку. Он как раз сегодня выходной, так что съездит в автосервис и пригонит моего железного друга.

– В принципе, это могла сделать я. Это было бы надежней, – предложила я.

– Я об этом не подумал. Ну ладно… пусть уже Мишка съездит, а у нас с тобой, Женя, потом будут дела. Я освобожусь пораньше, мы съездим посмотрим два дома, которые мне приглянулись. Надо будет выбрать какой-то из них, а потом поедем в аэропорт встречать Игорька с Танюхой.

Смотреть дом и встречать друзей Алексея мы поехали на моем «фольксе» – свою машину мне водить привычней и сподручней. Несмотря на возмущение Алексея, который соскучился по своему железному другу и жаждал сесть за руль, я все же убедила оставить его любимое авто на стоянке, принадлежавшей банку, где вся парковка хорошо просматривалась через камеры.

– Женя, я хвалился Игорьку, что купил «Лексус», а мы приедем их встречать на твоем… «жуке». Да еще и ты за рулем, как-то несерьезно, – хныкал мой клиент, как маленький мальчик, у которого отобрали любимую игрушку.

– Не хнычь! Скажи, что твоя машина в ремонте.

– Ага, не успел купить, и уже в ремонте.

– Слушай, почему тебя заботит такая ерунда! – не выдержала я и повысила голос. – Ты как маленький. Сейчас есть вещи поважнее, на которые стоит обратить внимание.

Алексей какое-то время посопел, раздувая ноздри, но очень быстро успокоился.

Чуть более двух часов нам понадобилось, чтобы выбрать дом. Мы остановились на втором варианте, который находился на берегу Волги по дороге в Адымчар. Это был уютный двухэтажный особнячок с тремя спальнями, большой просторной гостиной, камином и сауной с небольшим бассейном.

Затем мы съездили в супермаркет и закупились необходимыми продуктами, которыми заполнили весь холодильник.

И уже к одиннадцати вечера отправились в аэропорт встречать друзей Алексея.

Его друг Игорь оказался высоким, крупным молодым мужчиной, примерно такого же возраста, с практически лысой головой, но невероятной харизмой. Всю дорогу до арендованного нами дома он хохмил, шутил, смеялся, отчего произвел на меня весьма положительное впечатление. Его жена Татьяна была спокойной девушкой и производила впечатление милой и доброй домохозяйки.

– Ого! Шикарный домик! – присвистнул Игорь, когда мы оказались на месте. – Признавайся, Леха, много народу будет? И что там насчет женского стриптиза?

Его супруга не растерялась и тут же ответила:

– Если будет и мужской стриптиз, то я не против.

– Мужской стриптиз тебе и я устрою, – засмеялся Игорь.

– Какой кошмар, лучше не делай этого!

– Я тоже против! – ответил Алексей, и все дружно рассмеялись.

– А Денчик с Викой, значит, завтра утром прилетают?

– Да, – кивнул Алексей. – И я решил, что никого, кроме вас, приглашать не буду. Только лучшие друзья и их… спутницы, – при этих словах Алексей как-то смущенно посмотрел на меня. – Только я, после того как встречу Дена с Викой, съезжу на работу, надо будет проставиться, получить подарки…

– Значит, мы в это время побудем здесь, – отозвалась Татьяна. – Может, нужно что-то помочь. Женя, если что, будет с нами и подскажет, что делать.

– Э-э… Не надо ничего делать, не беспокойтесь. Еду я заказал в ресторане. А Женя… она поедет со мной в банк, она мне там будет нужна, – нашелся Алексей, дав понять, что я поеду с ним.

Ночью я практически не спала. Мы с Алексеем расположились в большой спальне, соседствовавшей с комнатой его друзей. Мой клиент, словно ребенок, спал беспробудным сном и иногда сильно похрапывал. Он, как барин, раскинулся на большой двухметровой кровати, а я скромно приютилась на разобранном кресле, охраняя его покой. Именно по этим соображениям я и выбрала эту спальню, потому что в ней наличествовало кресло.

Находясь в легкой полудреме, я отдыхала. Мой организм привык к такому режиму, особенно когда я на работе. Находясь рядом с охраняемым объектом, я никогда не впадаю в глубокий сон.

Примерно в три часа ночи я резко открыла глаза, ощутив легкую тревогу. Не шевелясь, я прислушалась к ночной тишине. Кроме похрапывания моего подопечного, никаких посторонних звуков не было слышно. Но ведь что-то заставило меня насторожиться и выйти из состояния дремы. Или у меня уже паранойя и мания преследования.

Я поняла, что хочу пить, аккуратно встала и тихо прошла к двери. Я была одета в легкий спортивный костюм и домашние кеды, которые не снимала, чтобы, при необходимости, если таковая возникнет, не тратить на обувание драгоценные секунды.

Открыв дверь, я четко услышала чьи-то шаги в узком коридоре. Незаметно выглянув, я заметила крупный силуэт в трусах, который открыл соседнюю дверь и скрылся из вида.

Я облегченно вздохнула. Это был Игорь, решивший, видимо, отлучиться из-за физиологических потребностей.

Бесшумно спустившись вниз, я подошла к кулеру и налила стакан воды. Надо будет потом взять воду с собой, чтобы она была под рукой.

Поднеся стакан к губам, я боковым зрением заметила еле уловимую тень справа от меня, где располагалось большое панорамное окно. Показалось? Или нет? На улице было тихо, поэтому это вряд ли была тень от ветки дерева, потревоженной ветром.

Через секунду я уже оказалась у окна, встав сбоку, и быстро окинула взглядом всю видимую мне территорию. Всматриваясь в темноту несколько секунд, я никого не увидела. Видимо, действительно показалось. Однако не мешало бы выйти на улицу и все четко проверить, заодно подышу свежим воздухом.

Я уже собралась было открыть дверь, как снова и уже более четко различила чью-то тень, которая темным пятном проплыла возле ограды и исчезла за поворотом дома.

А вот это уже интересно. Получается, на территории дома кто-то посторонний. Вот только непонятно, он один или их несколько. С этим надо как можно скорее разобраться.

Решив не выходить через парадную дверь, я быстро проскользнула через гостиную и оказалась на кухне. Там имелся второй выход в сад.

Стараясь не шуметь, я открыла замок, приоткрыла дверь и такой же незаметной тенью прошмыгнула на улицу. Прислушалась и даже принюхалась, пытаясь, словно гончая, определить наличие чужака на своей территории. Никого не заметив, я быстро прошла вдоль дома глубже в сад. И тут явно различила, как темный силуэт довольно ловко перемахнул через двухметровую ограду и уже через пару секунд исчез за территорией дома.

– Черт! – тихо выругалась я, поняв, что ночной посетитель скрылся из виду и уже нет смысла его преследовать.

Однако то, что посторонний был на территории дома, – это факт. И явно не просто так он совершил свой ночной визит. Поэтому мне надо как можно быстрее все тут осмотреть.

Я быстро обежала вокруг дома, убедившись, что посторонних ночных визитеров тут больше нет. Затем поднялась в спальню и достала из своей сумки один из своих хитрых шпионских приборов и фонарик.

Оказавшись на улице, я первым делом «просветила» свой «фольк» на наличие электронных и металлических изделий. Мой автомобиль оказался чист. За тормозные шланги я была спокойна, под днище моего авто не сможет пролезть даже ребенок. Также я проверила въездные ворота и центральную дверь на наличие проводков или взрывных устройств. Исключив их наличие, я вздохнула с облегчением, но при этом призадумалась.

Ведь не просто так ночной гость соизволил нас посетить. Кто он такой? Что ему здесь нужно было? Однозначно, этот ночной визит как-то был связан с моим клиентом. Неужели это тот самый таинственный безликий мужчина, что напал на Алексея в подъезде и передавал Марине странные записки? И отсюда следует сделать вывод, что за нами следили. Но почему я тогда не заметила слежку?

Тут я отметила, что какая-то мимолетная мысль, словно искра, проскочила в моем сознании. О чем я сейчас думала? Безликий мужчина… Марина… Записки…

Записки!

Светя фонариком перед собой, я подошла к въездным воротам и проверила почтовый ящик. Он был пуст. Тогда я внимательно еще раз обошла весь дом по периметру, тщательно осматривая каждый угол. Луч фонарика высветил что-то белое, лежавшее на скамейке в маленькой беседке в саду. Я подошла ближе и увидела небольшой прямоугольный конверт, который предусмотрительно был прикреплен скотчем к деревянной поверхности.

Аккуратно отодрав конверт, я подняла его к свету, просветила, потрясла и даже понюхала. Внутри явно прослеживался лист бумаги. Недолго думая, я вскрыла конверт и достала очередное послание, предназначавшееся для моего клиента.

Посветив фонарем на листок формата А4, я прочитала следующее, напечатанное большими буквами:

«С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, ОБРЕЧЕННЫЙ!»

* * *

Я везла Алексея от арендованного нами дома до его работы. Он угрюмо молчал половину дороги, уставившись в одну точку перед собой. Весть о ночном визитере и об оставленной им записке выбила его из колеи, хотя он старался держаться.

Сегодня утром я встала немного раньше, чем обычно. Нет, я не собиралась делать утреннюю пробежку и устраивать тренировки на свежем воздухе на берегу Волги, хотя соблазн был. Мне нужно было успеть съездить домой, чтобы забрать приготовленный тетей Милой торт для нашего именинника.

Аккуратно открыв входную дверь, чтобы не разбудить свою родственницу, я практически на цыпочках прошла на кухню и увидела на столе приличных размеров коробку, перевязанную голубой ленточкой. Взяв торт, я так же тихо и аккуратно покинула квартиру и поехала обратно.

Когда я вернулась, Алексей уже проснулся и попивал на кухне зеленый чай, закусывая крекерами.

– Евгения… я думал, ты пошла бегать? – сонно спросил он, переводя удивленный взгляд на коробку в моей руке.

– С днем рождения! Держи! Это тебе от меня и от моей любимой тетушки, с которой я живу. Между прочим, это ее рук дело. – Я протянула коробку имениннику.

– Ух ты! Евгения, зачем ты беспокоилась? – Алексей принял у меня коробку и поставил ее на стол.

– Я совсем не беспокоилась. Ты же все-таки именинник, а именинникам принято дарить подарки.

– Спасибо! Там внутри что-то вкусное?

– Угадал. Ручная работа моей тети Милы. Она испекла этот торт для тебя, чтобы ты его взял на работу и угостил своих сотрудников.

– Отличная идея! Женя, спасибо большое, это очень приятно. А твоей тете отдельный низкий поклон.

И только когда мы отъехали от дома и выехали на основную дорогу, ведущую в сторону аэропорта, я достала белый конверт.

– Извини, но придется немного омрачить твое праздничное настроение, – сухо произнесла я.

– Что это? – Он удивленно посмотрел на конверт.

– Очередное послание.

Алексей достал листок, прочитал послание, после чего фыркнул и выругался.

– Да пошли они на хрен! Достали! Бред какой-то!

– Может, ты все-таки хорошенько подумаешь и постараешься вспомнить, кому это ты насолил или перешел дорогу. Знаю по опыту, что ничего просто так не делается.

Алексей взялся за голову, некоторое время помолчал, потом посмотрел перед собой на дорогу и ответил:

– Женя, я правда не знаю, кто это может быть. Даже ума не приложу, кому это все нужно. Этот человек в маске, напавший на меня… Кто он? Послушай, нам нужно его изловить, только так мы поймем, кто он и что ему нужно. И зачем он устроил весь этот цирк!

Я ничего не ответила, продолжая рулить и следить за дорогой.

– Женя, ты должна его поймать!

– Сделаю для этого все возможное.

В аэропорту мы были около девяти утра. Друзья Алексея прибыли без опозданий, поэтому долго ждать не пришлось.

– Ну здорово, чувак! – Симпатичный стройный парень среднего роста, примерно ровесник Алексея, обнял своего друга и похлопал по плечу.

– Лешечка, привет, дорогой! – Вслед за ним к Алексею подалась стройная шатенка с большими выразительными глазами.

– Привет-привет! Я тоже рад вас видеть! Знакомьтесь, это Женя! Женя, а это Денис и Вика.

– Рада знакомству, – ответила я и широко улыбнулась.

Пройдя церемонию приветствия и знакомства, мы дружной компанией направились к моему «фольку».

– Так!.. А где твой хваленый «Лексус»? – как и предполагалось, спросил удивленный Денис.

– Я ж тебе писал, что там случилась небольшая неполадка, – пояснил Алексей, садясь на переднее пассажирское сиденье. – Потом объясню.

– Женя, это твоя тачка? – спросил Денис.

– Моя, – с улыбкой ответила я, заводя мотор.

– Класс! У меня Вика тоже водитель, я ей даю порулить очень часто.

– Прям уж и порулить? – отозвалась Вика. – Между прочим, я уже полноценно вожу машину. Забыл, как я тебя недавно из бара забирала, когда вы с коллегами решили отметить завершение рабочей недели.

– Да ты у меня просто водитель от бога! – Денис поцеловал свою пассию в щечку.

– Какие планы? Что делать будем? – поинтересовалась Вика.

– Ну, самое интересное будет вечером, – отозвался Алексей. – А сейчас мы привезем вас в дом, располагайтесь, купайтесь, можете поспать. А мы с Женей съездим ко мне в офис. Надо же проставиться перед коллегами, они ждут. И подарки надо забрать.

При слове «подарки» я слегка напряглась. Надо будет обязательно учесть этот момент.

– А зачем ты Женю берешь с собой на работу? – удивилась Вика. – Пусть с нами побудет, посидим, пообщаемся.

– Женя мне нужна там будет… И потом… потом надо с ней съездить в одно место еще. Так что Женю я вам не оставлю, она поедет со мной.

На работу к моему клиенту мы приехали примерно к полудню. Оказавшись в холле, я напомнила своему клиенту:

– Ты меня понял, что охране сейчас надо дать четкие указания по поводу подарков…

– Да, Женя, я все понял. Сейчас распоряжусь.

– За всем остальным буду следить я. Если кто-то что-то дарит тебе прямо в руки, берешь и тут же ставишь подарок в сторону, дальше им займусь я.

– Ну, у нас лично мало кто дарит подарки, но бывает. Обычно складываются и дарят что-то одно, так сказать, от всего коллектива. А по поводу подарков извне… Да, из других офисов, наши партнеры, порой и клиенты всегда присылают какие-то презенты. И ко дню рождения, и к Новому году. Так что да… ну, я понял. Охранник на входе этим займется.

Остальные полтора часа мы провели в банке. В небольшом конференц-зале Алексей устроил небольшой фуршет. Шампанское, практичные бутерброды, шпажки с нанизанным сыром и оливками, чай, кофе; и в центре этого скромного пиршества красовался торт, испеченной тетей Милой. Часть коллег, кто смог оторваться от работы на полчаса, собрались кучкой и поздравили именинника. Остальные же мимоходом, по возможности, забегали, поздравляли, пригубляли шампанское, съедали кусок торта и убегали.

Одна из коллег, невысокого роста девушка с пухлыми ногами, что делало ее похожей на маленького слоненка, подошла к имениннику и вручила ему подарок в виде небольшой блестящей коробочки.

Алексей поблагодарил ее и тут же, как я и велела, поставил коробочку на маленький столик, где уже стоял основной подарок от сотрудников банка. Одиночных желающих поздравить моего клиента оказалось еще двое – женщина лет под сорок с копной рыжих крашеных волос и молодой человек в стильном костюме мышиного цвета.

Когда весь этот нехитрый сабантуй закончился, мы с Алексеем поднялись в его кабинет. Именинник нес свой основной подарок, я же помогла ему нести три маленькие коробочки.

– Мария Степановна, вы почему так быстро покинули наш праздник? – спросил Алексей у своей секретарши, будучи сам уже слегка навеселе.

– Алексей Сергеевич, вы же знаете, я не очень жалую все эти мероприятия. Главное, я спустилась, со всеми вас поздравила, пригубила шампанское, взяла кусок торта и сразу сюда… Да и работы полно, сами понимаете. Кстати, торт просто изумительный! Где вы его взяли?

– Ох!.. Это подарок от Евгении, – гордо ответил Алексей и приобнял меня за плечи. – А торт сама лично испекла ее тетя.

– Евгения, от души! Можете передать вашей тете, что она кондитер от бога. Уж я в этом разбираюсь, поверьте мне.

– Спасибо, я передам, – скромно ответила я.

– Между прочим, Мария Степановна у нас тоже любит печь и стряпать, это, так скажем, ее хобби. Мария Степановна, дорогая, дайте я вас обниму, вы такая у меня молодец, я вас обожаю. Вы самая удивительная женщина на свете! – Алексей поставил коробку в кресло и подался к своей любимой секретарше.

Мария Степановна с улыбкой на лице вышла из-за стола и обняла своего молодого босса.

– Алексей Сергеевич, дорогой вы мой именинник, у меня для вас личный подарок, там на столе… – и она кивнула в сторону двери, ведущей в кабинет ее шефа.

– Ух ты! Интересно.

Войдя в кабинет, мы увидели на столе большой букет полевых цветов, стоящих в вазе. Рядом был пакет китайского зеленого чая и пакет с какими-то печеньями, завязанный желтой лентой и с прикрепленным сверху голубым бантом.

– Мария Степановна, не зря я сказал, что вы удивительная женщина. Мои любимые полевые цветы, зеленый чай и ваше фирменное песочное печенье, которое я так обожаю. Спасибо вам!

– С днем рождения! – ответила Мария Степановна, улыбнулась и закрыла дверь.

– Классно! Обожаю этот день. И никто и ничто не сможет омрачить мое праздничное и веселое настроение. – Алексей плюхнулся на диван. – Женя, может, еще по шампанскому?

– Думаю, не стоит. К тому же ты знаешь, что на работе я не пью. А ты еще успеешь сегодня выпить.

– Да, Женя, ты права. Пора уже валить из банка. Сотрудники сегодня и без меня справятся, если что, то для них я всегда на связи. Так, а с этим что делать? – спросил он, переводя веселый взгляд с меня на три коробочки, стоящие на столе.

– Если не возражаешь, я их проверю.

– Женя, ты перегибаешь, – усмехнулся Алексей. – Что ты там пытаешься обнаружить? Бомбу?

– Вряд ли, – я в ответ тоже усмехнулась. – Но лучше перебдеть. Знаешь, у меня был случай, когда одному моему клиенту подарили отравленную сигару. А одной женщине, которую я охраняла, прислали книгу, листы которой были пропитаны специальным ядом, при вдыхании которого ты получаешь сильное отравление. А также был случай, когда в красивой подарочной упаковке прислали бомбу. Кстати, такой же подарок присылали и мне лично, но это уже отдельная история…

– Ничего себе! – с вытаращенными глазами произнес Алексей.

– Да, так что извини, но подарки вместо тебя в этом году будет открывать твой телохранитель.

Я надела резиновые перчатки и аккуратно вскрыла все три подарка.

В коробочках, как я и предполагала, не оказалось ничего опасного. Запонки, кожаная визитница и аляпистый полосатый галстук.

– Хм?.. Неужели это Ольга отчудила? – спросил Алексей, рассматривая галстук. – Тут уже, по ходу, все знают, что я не люблю носить галстуки. Ну ладно… мелочь, а как говорится, все равно приятно.

– Дареному коню…

– Верно! А знаешь, Денис любит носить галстуки, ему отдам.

– А вдруг этой самой Ольге было бы приятно увидеть тебя в этом галстуке? – я улыбнулась.

– Хм… тоже верно. Видимо, придется мне пару раз этот галстук одеть.

– Не одеть, а надеть, – поправила я.

– Ой, Женя, ты ко всему прочему еще и умная. И откуда ты взялась такая?

Я лишь скромно улыбнулась и перевела взгляд на подарок любимого секретаря.

– Как думаешь, печенье твоей любимой Марии Степановны не отравлено?..

* * *

Подарки, которые были доставлены курьерами, внушительной кучей лежали на небольшом столе в темной комнате, предназначенной для охраны.

Я прикинула на взгляд: примерно десять или чуть более разнообразных блестящих коробочек, перевязанных ленточками и бантиками.

Как мило.

Вот только кто знает, какие сюрпризы таят в себе эти подарочки. Когда речь идет о сохранении жизни, то тут уже не до сантиментов и не до презентов, поэтому я бы на месте клиента все эти подарки утилизировала и нисколько бы об этом не жалела. Все равно, как показывает практика, среди подобных подарков мало нужных и полезных вещей.

Однако мой клиент думал иначе. Его разбирало любопытство, что ему там подарили.

– Женя, ну а вдруг там окажется интересная и полезная вещь? – словно ребенок, вопрошал Алексей.

– Какая? – строго спросила я. – Очередной нелепый галстук, ручка, блокнот или какой-то бестолковый и ненужный сувенир…

– Ну…

– Никаких ну! – Я была непреклонна. – Не думаю, что там есть вещь, которую ты не смог бы себе купить.

– Женя, да дело не в этом! Господи… Сроду не думал, что доживу до такого момента в своей жизни. Не могу раскрыть подарки и посмотреть, что там.

– Будем надеяться, что такой момент в твоей жизни будет лишь однажды. Но, поверь, лучше поступить так…

– Женя, неужели ты думаешь, что там кто-то мне прислал… отравленную сигару или коньяк? – не унимался именинник. – Или, еще чего хуже, бомбу. Убивать меня, я так понимаю, никто не собирается. Хотят просто навредить мне, напугать… Мне кажется, ты, Женя, переигрываешь.

– Мое переигрывание не раз спасало людям жизнь и сохраняло их здоровье. Так!.. – Мне надоело церемониться, поэтому я сменила тон на еще более строгий. – Я твой телохранитель, отвечаю за твою жизнь и твою безопасность. Я считаю, что надо сделать так, как я решила в данный момент. Если ты со мной не согласен, то мы прямо сейчас разрываем с тобой контракт, ты пишешь расписку, что никаких претензий ко мне не имеешь и с такого-то времени сегодняшнего числа сам отвечаешь за свои поступки. И я не имею к этому никакого отношения. И тогда вскрывай все свои подарки и делай что хочешь…

Я выразительно посмотрела на Алексея. Он молчал и о чем-то раздумывал.

– Женя, ну зачем ты так? – Он горестно вздохнул. – Может, мы сможем как-то аккуратно вскрыть эти подарки, ну, как ты сделала с теми тремя…

– Те подарки не вызывали таких подозрений, и я видела, кто их подарил. Тут же ситуация другая. И вообще… как ты себе это представляешь? Я в каске, облаченная в противочумный костюм и с электронным датчиком, должна аккуратно вскрывать каждый коробок?!

– Ну а почему бы и нет, – рассмеялся Алексей. – К тому же мы можем после этого убедиться, несли в себе угрозу эти подарки или нет.

В конце концов после некоторых препирательств я все же согласилась на уговоры моего горе-клиента. Сама не знаю, почему дала такую слабину, то ли его добрые и жалостливые глаза так на меня повлияли, то ли его детские непосредственные уговоры или тот аргумент, что он именинник, а я лишала его такой радости, как распаковка подарков.

– Подарки все равно буду вскрывать я, – жестко ответила я, после чего «просканировала» каждый коробок.

Только два из них запищали, оповещая о том, что внутри что-то металлическое или электронное. Эти коробки я положила отдельно.

Через полчаса мы были на пустынном берегу за городом с прекрасным видом на Волгу. Всю дорогу Алексей болтал по телефону. Ему постоянно кто-то звонил с поздравлениями. Потом поступил звонок от друга Дениса, который интересовался, где мы и когда будем.

– Ты просто бредишь этим «Лексусом» – говорил ему Алексей. – Да… Он на рабочей стоянке. Как я тебе его пригоню? Я уже выпил… Женя?.. Ну нет, она на своей бричке будет… Ох, блин… Хорошо. Мишка пригонит.

Алексей отключился и обратился ко мне:

– Позвоню Мише. Он, правда, дома сегодня. Но мне не откажет. Попрошу его мою тачку пригнать к коттеджу.

– Зачем? – спросила я, выставив все коробочки на крутом бережку.

– Да Денчик никак не успокоится. Хочет порулить на моей машине, пока еще трезвый, – Алексей засмеялся.

– Я бы проверила твою машину еще раз… – задумчиво произнесла я.

– Ой, Женя… Ты же сама видела, что стоянка у нас надежная, закрытая, плюс всегда бдит охрана, видеокамера… Я сейчас позвоню Мише и попрошу его пригнать моего красавца.

Я не стала возражать. Пока Алексей разговаривал с неким Михаилом, я достала из бардачка все необходимое.

Надела на себя большие стеклянные строительные очки и респиратор. На руки нацепила резиновые перчатки и поставила около себя ведро с водой, которую набрала в Волге, умудрившись при этом намочить себе ноги, а рядом разместила огнетушитель.

Со стороны все это выглядело очень весело и весьма подозрительно. Хорошо, что поблизости никого не было.

– Женя! – воскликнул Алексей и рассмеялся. – Ну ты даешь!

– Ради тебя стараюсь! – громко ответила я, оторвав респиратор от лица. – Отойди подальше, за машину.

Чувствуя себя полной идиоткой, я стала аккуратно исследовать каждый коробок и аккуратно его вскрывать. Первым делом я открыла те две коробочки, которые среагировали на «сканер». В одной был маленький переносной динамик JBL и аккумулятор к нему. Вторым подарком оказались POLLAR – электронные часы с измерителем пульса и артериального давления. Потом мое внимание привлекли три толстые книги по «краткосрочному трейдингу». Видимо, мой клиент играет на бирже или собирается этим заняться, раз ему подарили такую специализированную литературу. Меня сразу успокоило то, что каждая книга была запечатана в плотный целлофан, где я не увидела никаких повреждений.

А дальше было совсем неинтересно.

Резная рамка для фотографии… ежедневник в замшевом переплете… пивная кружка… кожаный ремень… арома-свеча и кокосовое масло. Хм!.. Это что еще за романтический комплект. Я усмехнулась.

В следующем подарке мое внимание привлекла обычная деревянная шкатулка. Явно не из дорогих, обычное дерево, никаких узоров и росписей.

Моя интуиция сразу дала о себе знать. Зачем дарить обычную дешевую деревянную шкатулку? Видимо, для того, чтобы в нее что-то положить. На вес шкатулка была легкой, но внутри явно что-то лежало, я поняла это, когда наклонила шкатулку в сторону. И еще мне пришла в голову довольно неприятная ассоциация. Деревянная прямоугольная шкатулка напоминала мне маленький игрушечный гробик.

Я положила шкатулку на землю, присела рядом, аккуратно повернула замочек и открыла крышку, при этом резко одернув руку и отскочив в сторону, словно боясь, что меня укусит выскочившая оттуда маленькая ядовитая змея. Однако ничего не произошло, никакой вспышки, никаких ядовитых испарений.

Я усмехнулась. Да уж, с этой работой я точно рано или поздно стану параноиком. Но…

Внутри коробочки лежал небольшой сувенир. Это была маленькая фигурка деревянного человечка, разрисованного в черный костюм и… Одна особенность фигурки меня заставила насторожиться. Нога человечка в области стопы была явно отломана, и это место было окрашено красной краской. Также вместо глаз у фигурки были сделаны две маленькие дырочки, на которых тоже был красный цвет, изображающий кровяные подтеки.

Неприятный подарок, ничего не скажешь.

Под фигуркой я увидела кусочек бумаги. Вытащив страшного человечка, я увидела лежащую на дне шкатулки свернутую пополам открытку. Достала ее и внимательно рассмотрела.

На открытке был изображен волк. Точнее сказать, только волчья голова с широко открытой пастью, демонстрирующей хищный оскал и острые зубы. А на обратной стороне ровными печатными буквами было написано:

«ОРУЖИЕ МЕСТИ ГОТОВО. ТЫ ОБРЕЧЕН».

* * *

Я сняла с себя всю экипировку и сложила все подарки в один пакет, а пустые коробки засунула в другой.

– Женя, нашла что-нибудь интересное? – спросил Алексей, уже подойдя ближе ко мне.

– Держи, тебе очередной интересный подарок, – я протянула ему деревянную шкатулку.

– Что это? – Алексей с интересом покрутил шкатулку в руках, а потом открыл. – Вот черт!.. Что за хрень!

Он изучил содержимое, брезгливо потрогал уродливую статуэтку и прочитал послание на открытке.

– Да пошли они к черту! – резко выкрикнул он и отбросил неприятный подарок в сторону. – Достали! Шутники хреновы! Да кто все это, интересно, затеял?

Я только пожала плечами. Потом кивнула на пакет с подарками:

– Забирай все это бестолковое барахло, и поехали.

– Да не нужно мне ничего! – закричал Алексей и пнул пакет ногой. – Пошли все к черту! Только все настроение мне испортили!

– Я же предупреждала. Но ты не послушал. Ты же так хотел посмотреть, что тебе подарили. Вот и смотри.

– Ха!.. Ты еще и издеваешься!

– А где твоя благодарность? – Я с укором посмотрела на него.

– Да, Женя… Прости. Спасибо тебе… Но хорошо, хоть не было бомбы. – Он схватил пакеты и кинул их на заднее сиденье машины. – Женя, поделись бензинчиком.

– Что ты задумал?

– Хочу сжечь эту хрень!

– Вообще-то это улика…

– К черту эту улику! – выкрикнул он, после чего добавил парочку непечатных выражений.

Через пару минут страшный подарок полыхал огнем, оставляя после себя горстку пепла.

– Кремировали, – усмехнулся Алексей и направился к машине.

Друзья Алексея встретили нас шумно и радостно. Во дворе я заметила припаркованный «Лексус», значит, Михаил уже пригнал машину Громова.

– Ты что-то какой-то невеселый, именинник, – Денис похлопал друга по плечу. – И долго вы что-то. На работе коллеги не хотели отпускать?

В саду, в беседке, кроме друзей именинника я заметила еще одного парня. Средний рост, русые волосы, крепкая фигура. Это, видимо, водитель Михаил. Ребята сидели за столом и потягивали пиво.

– Молодцы, что не скучаете, – похвалил Алексей. – Миша, спасибо, что тачку пригнал. Потом сочтемся.

– Да брось ты, Алексей. Будем считать это моим подарком, – Миша громко рассмеялся. – Ладно, не буду вас больше стеснять. Ребята вот мне предложили посидеть с ними до твоего прихода, пива предложили попить. Я ж обратно на такси поеду, так что я не отказался.

– Правильно сделал, – кивнул Алексей, а затем обратился к Денису: – А ты тоже пиво пил? Как же ты за руль сядешь? Кто-то хотел на «Лексусе» прокатиться, съездить на живописный берег Волги.

– А с чего ты взял, что я пил? Пить я буду вечером, когда приедем.

– Не пил он. Я проследила! – отозвалась Вика. – И вообще, ты много пить не будешь, я тебе запрещаю. Ты, когда сильно пьяный, становишься невыносимым и похожим на дурачка.

– Ой, да ладно тебе! – отозвался Игорь. – День рождения лучшего друга, и не пить. Пусть расслабится…

– Не надо мне его спаивать! Я прослежу, чтобы этого не было! – властно ответила Вика, но прозвучало это не очень убедительно.

– Хватит уже мужика своего контролировать, – не удержался Игорь. – Не каждый день же он у тебя бухает.

Водитель Михаил допил пиво, кинул пустую бутылку в рядом стоящий пакет, куда складывались отходы, пожал Денису и Игорю руку и направился к выходу, уводя за собой именинника.

– Чуть не забыл, – сказал он ему, ведя в сторону «Лексуса». – Тут для тебя есть кое-что.

– Что? – удивился Алексей.

Михаил по-хозяйски подошел к «Лексусу», достал ключи из кармана и отключил сигнализацию. Открыл заднюю дверцу, достал блестящую небольшую коробочку, перетянутую красной ленточкой, и протянул Алексею.

– Вот реально, чуть не забыл отдать. Держи.

– Что это? Подарок? – Алексей осторожно взял блестящий коробок в свои руки.

– Да, но… Нет-нет, это не от меня. Это тебе просили передать, когда я уезжал…

– Ох уж эти подарки… – как-то раздраженно произнес именинник и стал суетно развязывать ленточку на коробке, чтобы, видимо, быстрее посмотреть, что там внутри.

Я не знаю, что у меня в этот момент сработало в голове, я даже не успела понять суть происходящего. Мое тело стало действовать само по себе, независимо от моих мыслей. Я даже не успела дать себе команду, что предпринять далее, как уже в следующую секунду я подскочила к Алексею, резко выдернула у него коробку из рук и сразу же отшвырнула ее в сторону.

По злому стечению обстоятельств, коробка отлетела прямо к «Лексусу», да и не было у меня времени на раздумья, куда кинуть этот подозрительный подарок, лишь бы поскорее от него избавиться. Да и все происходящее произошло за две секунды, никто ничего не успел понять. Однако…

В следующую секунду произошел сильный хлопок, похожий на небольшой взрыв от мощной петарды или фейерверка. Стекло машины разлетелось вдребезги, а горящий сине-красным пламенем коробок упал рядом.

Я тут же схватила Алексея и повалила его на землю, прикрывая его тело собой. В принципе, в этом не было необходимости, скорее сработали мои инстинкты телохранителя, наработанные годами.

И уже после этого все наконец поняли, что произошло.

– А-а!.. Что это было?! – закричала Вика.

– …себе! – смачно отозвался Денис, стоя с открытым ртом.

– Это что такое было? – спросил ошарашенный Михаил.

Я вскочила с земли, Алексей тоже поднялся, взирая на свой любимый «Лексус» с широко распахнутыми глазами.

– Никто не пострадал? – осведомилась я.

Все отрицательно закивали головами. Игорь среагировал оперативно, через минуту он выбежал из дома с ведром воды. Однако тушить ничего не надо было, машина не горела, а коробок уже догорел. Сильно пахло едким дымом и порохом.

– Вот тебе и бомба, – тихо сказала я, но Алексей меня услышал.

– Дьявол! – выругался он. – Да что же это такое!

– Ничего себе подарочек! – отозвался Денис. – Леха, мне кажется, надо вызывать полицию.

– Я вызову кого надо. У меня есть знакомые, – ответила я и обратилась к Михаилу: – Где ты взял этот подарок?

– Ну-у… Я его нигде не брал, – взволнованно ответил тот. – Когда уже выезжал с парковки, ну, точнее, завел двигатель и собирался трогаться. Вот… подбегает ко мне какой-то парень и стучит в окно, показывая коробок… Ну я открыл, а он мне: «Это же машина Громова?» Я кивнул. Он мне: «Передайте для него подарок». Ну я еще спросил, мол, от кого? А парень отмахнулся, сказал, что ничего не знает, что он всего лишь курьер… Ну и все. А что я? Подарок есть подарок, это всегда приятно, кинул на заднее сиденье, и вот… отдал в руки имениннику. Блин… да разве я мог подумать, что там… что там такой сюрприз. А если бы он в машине шарахнул, когда я ехал…

– Вряд ли, – ответила я. – Шарахнуть должно было после вскрытия. Как говорится, потяни за ниточку… Ладно, описать того парня сможешь?

Михаил задумался и почесал затылок.

– Ну как… Да в маске он был в медицинской и в кепке. Лица вообще не было видно.

– Во что он еще был одет?

– Да не видел я из машины. Вроде как куртка или толстовка серого или синего цвета. Не помню…

– Чего и следовало ожидать, – пробормотала я. – Надо будет посмотреть камеры, которые снимают парковку, – сказала я, скорее самой себе. – Ладно, ребята, все обошлось, все целы и невредимы…

– Не считая моей машины, – сокрушенно произнес Алексей тем же детским тоном обиженного ребенка, у которого повредили игрушку.

– Да уж, вот и покатались на «Лексусе», – в тон ему ответил Денис.

Я же не стала ничего комментировать, ибо не видела в этом никакого смысла. Поэтому через минуту продолжила по существу:

– Сейчас я вызову знакомых ребят из следственно-оперативной группы. Михаил, ты пока остаешься с нами, к тебе наверняка возникнут вопросы. – Он кивнул, а я осмотрела всю компанию с удивленно-испуганными лицами. Обстановку надо было срочно разряжать. – Ребята, чего стоим? Предлагаю выпить по бутылочке пива…

* * *

Мой хороший знакомый и просто замечательный человек Генка Петров, сотрудник ФСБ, капитан второго ранга, сам лично прибыл на место происшествия вместе со своими оперативниками и криминалистом.

Осмотр и общение с ребятами заняли от силы часа два. Перед уходом Петров подошел к мне и отвел к беседке.

– Женя, я давно заметил, там, где ты, обязательно какие-то происшествия, – Генка улыбнулся краешками губ.

– Работа такая. И это еще не самое страшное, что случается в моей работе.

Генка сделал глоток свежесваренного кофе, который ему любезно приготовила Вика.

– С ребятами мы пообщались скорее для проформы. Камеры банка мы проверим, так что не суетись. Твой подопечный как в прострации, ничего не знает, ничего не понимает… Так что работу с ним оставляю на тебя. Может, всплывут какие-то новые сведения.

– Я должна найти этого «шутника», – твердо сказала я. – Иначе это так и будет продолжаться.

– На мою помощь всегда можешь рассчитывать, – ободряюще произнес Генка.

– Я знаю… Что там насчет взрывного устройства? Тип определен?

– Совершенно ясно, что это – самопал. Взрывотехники поработают с найденными фрагментами. Упаковочная бумага, естественно, сгорела. По остаткам и сохранившимся кускам упаковки определить что-то почти невозможно. Короче, полного заключения пока нет.

– Я примерно что-то подобное и предполагала.

– Кто-то явно точит зуб на твоего клиента.

– Я это и сама знаю. Постараюсь как можно быстрее с этим разобраться.

Когда Петров со своей бригадой уехали, я вернулась в дом. Алексей сидел на большом диване в гостиной и разговаривал по телефону. Через минуту я поняла, что он общается с отцом.

– …Да мама мне еще с утра звонила. Да… Понятно, пап, спасибо тебе большое. Да все у меня хорошо, не переживай, – Алексей явно старался говорить бодрым голосом и даже улыбался. – Пап, не надо никаких подарков, не беспокойся. Хорошо… Да, зимой у меня в планах приехать к тебе. Обязательно… Да, на оленях покатаемся. Что?.. А, за грибами собрался? Я думал, у вас там уже снег выпал, а ты все за грибами ходишь. Конечно… Да… Да, я знаю твою любовь к прогулкам на природе. Согласен, охота интересней грибов… Ну, хорошо, обнимаю тебя, береги себя!

Алексей попрощался с отцом и посмотрел на меня грустным взглядом.

– Отец звонил. В лес собирается, то ли за грибами, то ли на охоту… Хотя какие там грибы в это время… В гости зовет. Слушай, а почему бы и нет, – Алексей словно оживился. – Может, правда, плюнуть на все и уехать на родину, отвлечься?

– Неплохая идея, – поддержала я.

– Женя, ты поедешь со мной?

– Если ты считаешь это необходимым, то поеду. Ты думаешь, тебе там нужен телохранитель?

– Не знаю… Но с тобой как-то спокойней. Знаешь… – Алексей призадумался, – это, наверно, будет выглядеть, словно я бегу от проблем. Ведь я рано или поздно снова вернусь сюда, и все начнется заново. С другой стороны, мне в этом городе оставаться не хочется.

– Решай сам. В принципе, ты можешь улететь и один, думаю, в родных местах тебе ничего угрожать не будет. А я попробую тут поработать и найти источник опасности.

– Хм… Женя, давай подумаем об этом завтра. И вообще… У меня день рождения! И ничто больше не должно омрачить этот день!

– Вот именно! – В дверях уже появились ребята с тарелками и разными блюдами.

– Как бы там ни было, а праздник нам ничто не испортит, – проговорила Вика, ставя на стол большую тарелку с салатом.

– Надо отвлечься! – бодро проговорил Денис, неся бутылку виски.

– А я буду текилу, – отозвался Игорь. – Так мы стриптиз будем заказывать?

– Мужской? – спросила Татьяна и рассмеялась.

– Ой, я не против! – поддержала Вика и тоже рассмеялась.

– Ребята, никогда не думал, что на свой день рождения я буду лицезреть мужской стриптиз, – в тон друзьям ответил именинник. – Хотя, девчонки, для вас ничего не жалко. У меня, кстати, есть хороший претендент, это мой тренер Григорий. Отличный парень, шикарная фигура, могу его пригласить, он вам устроит приватный танец.

– Э-э… А тренерши знакомой у тебя нет? – весело спросил Денис.

– Я тебе дам, тренерша! – строгим тоном произнесла Вика и ущипнула его за бок.

– Короче, решим, еще не вечер! – ответил Алексей и хлопнул в ладоши. – Все! Расслабляемся! Едим, пьем, идем в сауну, ныряем в бассейн… Так, надо музычку включить.

– Жаль, на «Лексусе» не прокатились, – горестно вздохнул Денис.

– Денчик, да хватит тебе уже. Не напоминай мне об этом.

– Много не пей! – Вика потрепала своего парня за ухом.

Обстановка в нашей компании разрядилась не сразу. Чувствовалось напряжение, однако никто виду старался не подавать.

Через некоторое время, после выпитого шампанского, виски, текилы и коктейлей – каждый пил, что ему хотелось, – напряжение спало, все расслабились, стали веселиться, шутить и смеяться, словно несколько часов назад ничего и не произошло. Я же старалась не употреблять спиртного – все же, в отличие от остальных, находилась на работе, – поэтому только пригубила шампанское для приличия в самом начале поздравлений в честь именинника, а потом цедила колу из высокого стакана, подражая девчонкам. Только у них в стаканах, помимо колы, был еще «Джэк Дениелс».

Через некоторое время мы с девчонками решили выйти на улицу подышать свежим воздухом и поговорить, так сказать, о нашем, о девичьем. Вика взяла с собой новую порцию коктейля, я же налила себе колы, а Татьяна затянулась электронной сигаретой с запахом манго.

– Женя, ты работаешь в силовых структурах? – вдруг спросила Вика.

– Нет, – я улыбнулась.

– А чем ты занимаешься, если не секрет? А то мы вообще ничего о тебе не знаем. Леша нам ничего не рассказывал про тебя. Ты так… неожиданно появилась в его жизни.

– Я юрист. Частная практика, – коротко ответила я, не вдаваясь в подробности.

– Теперь понятно, откуда у тебя знакомые из ФСБ, – ответила Татьяна, выпустив очередную порцию ароматного дыма.

– Однако как ты среагировала, – восхищенно произнесла Вика, – я даже толком ничего не поняла, что случилось. Но ведь ты вырвала этот страшный подарок из рук Леши и выбросила его в сторону. Как ты вообще догадалась? У меня это в голове не укладывается.

– Это кошмар, на самом деле! – вставила Татьяна. – Я так сильно перепугалась.

Я лишь пожала плечами и снова скромно улыбнулась.

– Сама не знаю, как это получилось. Наверное, интуиция, да и реакция у меня хорошая.

– Да уж, Женя, ты настоящая защитница, с тобой не пропадешь, – с нотками восхищения ответила Вика и громко отпила коктейль. – Ты вообще какая-то особенная. И совсем не похожа на эту глупую Ирину… Ой!.. Наверно, я ляпнула лишнее.

Я лишь рассмеялась, чтобы разрядить обстановку.

– Все нормально. Я не видела эту Ирину, не представилась возможность ее лицезреть, – слегка приврала я и тут же с придыханием добавила: – И слава богу. Зато посчастливилось познакомиться с его последней… Мариной. Ну и пигалица! Представляете, девчонки, заявилась к нему в офис непонятно зачем, прям на его рабочее место, – с воодушевлением стала рассказывать я, входя в образ свойской подружки. – И это несмотря на то, что у Леши уже появилась новая девушка. Вот нахалка!

– Я эту Марину даже в глаза не видела. Хотя что-то про нее слышала вскользь от Леши, – задумчиво произнесла Вика.

– А я вообще ни ту, ни другую не видела, – рассмеялась Татьяна.

– Женя, а как вы познакомились? – неожиданно спросила Вика.

– Нас познакомила моя тетушка, – сказала я первое, что пришло мне в голову.

– Тетушка?

– Да, моя родная тетя, мы живем вместе. У нее много знакомых по всему городу. Пришла к ней как-то раз одна подруга, а у той сестра, сын которой работает в банке… – сочиняла я на ходу, понимая, что несу пургу, но надо было что-то придумывать дальше. – В общем, у них босс типа завидный холостяк, и ему ищут достойную девушку. Короче, не вдаваясь в подробности, нас познакомили.

– Как все закручено, – усмехнулась Вика.

– Я ничего не поняла, ну ладно… – задумчиво промямлила Татьяна и затянулась «электронкой».

– Девчонки, что мы все про меня. Лучше расскажите о себе. Давно вы вообще знаете Алексея? – решила я перевести тему разговора немного в другое русло.

Первой ответила Вика:

– Я с Лешей познакомилась, как только познакомилась с Денисом. Он сразу мне стал рассказывать, что у него есть два лучших друга, мол, они с детства дружат. Потом Леша прилетал на прошлый Новый год в Ноябрьск, там мы и познакомились. А потом уже в Египет вместе летали… А с Игорем и Татьяной я вот только сейчас познакомилась.

– Я Лешу давно знаю, уже более трех лет, – отозвалась Татьяна. – Он к нам в Казань прилетал два раза. Теперь вот у ребят затея собраться всем вместе на Ямале. Но, скорее всего, летом. Зимой там делать нечего, мороз жуткий…

– Отличная идея! – подхватила Вика. – Женя, ты когда-нибудь была на Ямале?

– Мне много где довелось побывать, но на Ямале я не была.

– У тебя есть отличный повод посетить наши места. Поверь, там очень красиво. И даже зимой. Не слушай Татьяну, приезжайте в любое время.

– Я слышала, парни обсуждали, чтобы всем вместе послезавтра махнуть на Ямал, на родину, так сказать. Не в Ноябрьск, а в этот городок, или поселок, откуда они родом, забыла, как называется…

– Халантай, – напомнила Вика.

– Да, точно, странное такое название. Ну… я не знаю. Мы с Игорем вряд ли сможем полететь в этот раз. Работа плюс домашние питомцы, за которыми сейчас следит моя мама, а она это делать очень не любит.

– А у нас две таксы, – перебила Вика. – Такие хорошенькие! За ними тоже моя мама сейчас приглядывает. Ну что ж… тогда реально приезжайте летом.

– Да-а… – задумчиво протянула Татьяна. – А вот Леша, я так поняла, подумывает слетать на Ямал. Женя, он тебе ничего не говорил?

– Вскользь говорил, но ничего еще точно не решил.

– Женя, ты же поедешь с ним! – скорее утвердительно, нежели вопросительно воскликнула Вика.

Я пожала плечами.

– Это зависит от решения Леши. Если захочет лететь один, без меня, то пускай летит.

– Женя, как так? – Вика вытаращила и без того большие глаза. – Не надо мужика отпускать одного. За ними глаз да глаз нужен. Кстати… я уже допила коктейль, пойдемте, а то наши мужики там небось заскучали. А мой, наверно, воспользовавшись моим отсутствием, уже успел выпить лишнего. Да и что-то стало зябко. Нет, это, конечно, не Ямал, там у нас скоро снег выпадет, но я хочу посидеть у камина и пожевать чего-нибудь вкусного.

– Что-то у них там слишком весело, – сказала Татьяна. – Пойдемте-ка действительно внутрь…

Зайдя в дом, мы увидели слегка пикантную и забавную картину. Денис и Игорь, раздетые по пояс, стоя на диване, кривлялись и изображали что-то наподобие эротического танца. У Дениса в руках был ремень, которым он пластичными движениями водил вокруг пояса, а Игорь, не особо заботясь об изящности движений, энергично размахивал своей рубашкой над головой. Алексей сидел в кресле напротив и, держась за живот, укатывался со смеху.

– Девчонки, стриптиз! – крикнул Денис и стал еще энергичнее двигаться под музыку.

– Е-хо-хо! – заголосила Татьяна.

– Все-таки выпил лишнего, не уследила, – произнесла Вика, а потом еще громче крикнула: – Эй ты, обезьяна Чи-Чи-Чи, продавала кирпичи!.. Не умеешь ты двигаться, надо тебя научить!

– Ага, обезьяна Чи-Чи-Чи, на нее ты не кричи, за веревку дернула и немного пернула!.. – подхватил Денис, продолжая кривляться.

– Это ты можешь хорошо! Так что не переборщи с едой и спиртным, а то мы тебя потеряем в комнате задумчивости! Дурачина! – рассмеялась Вика.

– У Жени целая аптечка хитрых таблеток, – подхватил Алексей. – Так что спасем.

– Ой, Женя, не надо никаких таблеток, особенно хитрых, – Вика снова вытаращила свои огромные глазищи. – А то мы его точно в туалете потеряем до утра.

– М-м-м… хитрые таблетки, – задумчиво произнес Денис, и в глазах его появился озорной блеск. – Женя, а баклосан у тебя есть?

– Ты еще спроси, есть ли у нее «лирика»! – одернула своего парня Вика. – Никаких хитрых таблеток! На крайний случай аспирин или янтарная кислота.

«Ну надо же, какая заботливая у Дениса девушка, с такой точно не пропадешь», – подумала я про себя и усмехнулась.

Игорь в это время, отдуваясь и вздыхая, сполз с дивана, вытирая своей рубашкой шею, произнес:

– Ребята, давайте еще накатим, и пора в сауну. И поныряем в бассейне!

– Отличная идея! – подхватил Денис.

– Тебе никакой сауны! В таком состоянии это опасно для сосудов! – с серьезным видом произнесла Вика, строго смотря на Дениса…

* * *

Все наше веселье закончилось примерно в четвертом часу утра. Наевшиеся, напившиеся (кроме меня), натанцевавшиеся и навеселившиеся, напарившиеся и разомлевшие, все разбрелись парами по своим комнатам.

Алексей, одетый только в шорты, шатающейся походкой, икая и периодически неся какую-то ерунду, подошел к столику и намешал себе очередной коктейль.

Я же после сауны и бассейна облачилась в легкие спортивные легинсы и обычную белую футболку.

– Может, хватит уже, – я осуждающе посмотрела на стакан в его руке.

– Ой, Жень… – отмахнулся Алексей. – Ты прям как Вика… Я тебя умоляю.

– При чем тут Вика, – спокойно ответила я. – За все время тебе не было ни одного замечания от меня. Но сейчас уже действительно лишнее.

Алексей сделал глоток, икнул, затем чему-то тихо рассмеялся, после чего поднял на меня свои грустные и пьяные глаза.

– Женя… ты знаешь, сейчас, когда все веселье закончилось, я понял… что мне грустно. Прикинь!.. Вот как так? Не зря говорят… как там… это… водкой горю не поможешь. Вот!

– Поэтому отставляй стакан и укладывайся.

– Женя!.. Это последний! Я допью, и все! Это… Обещаю. – Он сделал глоток и снова, смотря куда-то в пол, тихо рассмеялся. – Женя, ну как так? Почему?.. Моя тачка! Мой любимый «лекс»!

– Не так уж и сильно пострадал твой «лекс». Поверь, пусть лучше так, могло быть намного хуже…

– Ха!.. Я только не пойму, зачем ты бросила этот коробок… этот… этот гребаный подарок в мою тачку?! Вот зачем?

– У меня не было времени на раздумья, – спокойно ответила я. – Я просто его кинула подальше от тебя, вот и все.

– Не… ты, конечно, молодец! Но зачем же в машину? Мой красавец… Вот блин…

– Послушай… – я слегка повысила голос, – не о том ты думаешь! Или лучше было бы, чтобы этот гребаный, как ты говоришь, подарок взорвался в твоих руках? Тебе сказать, чем бы все это закончилось? Ну, возможно, ты бы не погиб, но тебе бы могло оторвать руки и сильно обжечь лицо, до неузнаваемости.

– Господи, – он словно протрезвел на какое-то время. – Кто эта сволочь?! Кто?.. Кто же меня так ненавидит?! Женя!.. – И тут же, понизив голос, добавил: – Я дурак…

Алексей снова отпил из стакана, затем поднялся, пошатнулся, поставил недопитый коктейль на столик и подошел ко мне почти вплотную.

– Женя… Я дурак! Прости меня… Ты… ты молодец! Спасла меня… Ты… это… – он обнял меня и полез целоваться. – Женя… ты такая!.. Ты… – я чувствовала его горячее перегарное дыхание у своего лица.

– Иди ложись, – я слегка отстранилась от него.

– А ты с мной…

– Нет.

– Но… Женя… я… я… – Его руки уже обхватили меня за талию, а носом он тыкался в мою шею и ухо. – Я хочу тебя!.. Ты просто… Очень сексуальна. Да… я хочу секса… давай…

Я резко отстранила его от себя и четко проговорила прямо в лицо:

– Послушай, я не твоя девушка, не забывай об этом. Я сейчас нахожусь на работе. Иди ложись спать!

– Но одно другому не мешает. Женя… – Он снова потянулся ко мне.

– Нет! – Я была непреклонна. Еще мне не хватало заниматься сексом с пьяным клиентом.

Не спорю, Алексей был приятным и привлекательным молодым мужчиной, возможно, при других бы обстоятельствах… Но не сейчас.

После моего однозначного «нет» Алексей как-то резко поник, отстранился от меня и, словно побитый щенок, вернулся обратно к кровати.

– Женя… может, сделаешь мне хотя бы массаж… – не унимался он.

– Я не массажистка. И в твоем состоянии массаж противопоказан.

– Какая ты… это… скучная. – Он растянулся на кровати, а через минуту повернул голову в мою сторону. – Женя, может, ты хотя бы посидишь рядом со мной… Пожалуйста… Просто посидеть. Я не буду приставать, обещаю…

Он это сказал таким тоном, что я не могла ему отказать в этой скромной просьбе. Глубоко вздохнув, я села на кровать полубоком, слегка прислонившись к высокой спинке… Он тут же примостил свою голову на мои колени, обняв одной рукой за бедро, словно подушку.

– Погладь мне голову, – тихо попросил он.

Я запустила свои пальцы в его густые и слегка волнистые непослушные волосы. Его тело сразу словно обмякло и успокоилось, а через минуту он засопел, периодически переходя на легкий храп.

Я же сидела и почему-то боялась пошевелиться. Возможно, во мне на время проснулся материнский инстинкт, и я просто охраняла покой этого мужчины, словно заботливая мать, утешающая свое дитя, которое незаслуженно обидели в школе.

Я могу долго находиться неподвижно в одной позиции, поэтому, словно снайпер, продолжала сидеть, боясь пошевелиться. Я даже задремала и пребывала в таком положении пару часов. Потом аккуратно высвободилась из-под его руки, заботливо положив подушку ему под голову, и переместилась на свое разобранное кресло.

В этот предрассветный момент мне не хотелось ни о чем думать. Я даже отбросила мысль об утренней пробежке. Желание было одно – закрыть глаза и провалиться в полудрему…

Однако я даже и представить себе не могла, что в самое ближайшее время ситуация так резко изменится, что все, что происходило до этого, окажется лишь банальной увертюрой в череде дальнейших и весьма неприятных событий. Даже в самой своей бурной фантазии я и представить не могла, с каким противником мне придется столкнуться и какое загадочное и таинственное преступление нам придется раскрыть…

* * *

Пробуждение мое было резким и неожиданным. Обычно, находясь на работе, я сплю очень чутко, но в данный момент, видимо, находилась в такой фазе сна, что не сразу поняла, где нахожусь и что вообще происходит.

Сначала, сквозь сон, мне показалось, что звонит телефон, но это был звонок не моего мобильного. И почему-то никто не хотел брать трубку. Потом я расслышала голос Алексея, после чего заставила себя окончательно проснуться.

Открыв глаза, я увидела своего клиента, сидящего напротив меня на кровати. Вся его сгорбившаяся фигура и бледное лицо говорили о том, что с ним не все в порядке и, возможно, что-то произошло. Его правая рука безвольной плетью опустилась вдоль кровати, пальцы разжались и выпустили на пол айфон.

– Алексей! – Я тут же подскочила к нему и села рядом. – Что с тобой? Все хорошо?

Он только замотал головой из стороны в сторону, потом что-то промычал, после чего поднял на меня грустные и красные глаза, в которых уже накопились едва сдерживаемые слезы.

– Женя… – еле шевеля губами, произнес он. – У меня умер отец.

И только сейчас я смогла заметить, как разрушительно на него подействовало случившееся печальное событие. Обычно моложавый, слегка взбалмошный, сейчас он и отдаленно не напоминал того задорного и энергичного Алексея Громова, которого я знала все эти дни. Лоб прорезали предательские складки, глаза выглядели слишком утомленными и печальными, а в голосе не было и намека на прежнюю решительность и твердость.

Я обняла его за плечи и минуту ничего не говорила. Любая смерть – это всегда прискорбно, и никакие слова тут не помогут, поэтому я предпочитаю молчать.

– Как так, Женя? Ведь еще вчера он звонил мне, был бодр и весел, собирался идти в лес… Лучше бы он не ходил в этот чертов лес.

– Что случилось? Отчего он умер?

– Это… Женя, это вообще какая-то нелепая и одновременно страшная смерть. – Он закрыл лицо руками, потом, взяв себя в руки, продолжил: – Его загрыз волк. Представляешь! Он гулял по лесу, по своему любимому родному лесу, где он знает каждое дерево и каждую тропинку, и ни с того ни с сего на него напал волк и загрыз его… Нет, я просто не могу в это поверить!

Я снова ничего не ответила, стараясь переварить услышанное. Действительно, очень редкий, так скажем, вид смерти. Нечасто на людей нападают волки и загрызают насмерть.

– Женя… ведь отец был еще совсем не старый, он был бодрый и здоровый мужик, он… Вот черт! И почему именно сейчас? Именно в мой день рождения! Что за рок меня преследует?

– Это случилось вчера?

– Да, – кивнул Алексей и тыльной стороной ладони вытер наворачивающиеся слезы. – Как раз, получается, после того, как он позвонил мне… Отец пошел гулять в лес, в сторону болот, он всегда любил там бродить. Раньше на охоту ходил, стрелял уток и рябчиков, также собирал грибы и ягоды, особенно он клюкву и бруснику любил… В общем, он ушел вчера и не вернулся. Схватились его только под утро. Мой брат Виталий еще вчера поздно вечером пришел к нему домой, а отца нет дома. Позвал соседа, взяли фонарики и пошли искать. Звали, кричали, но так и не нашли… Решили подождать до утра, да и опасно у нас там ночью ходить, можно в болоте увязнуть. Короче, утром взяли еще одного мужика, у которого собака охотничья, и пошли на поиски. Ну и… нашли. – Алексей глубоко вздохнул, снова смахнул слезы, которые уже, не стесняясь, текли по щекам. – Думали, может, у него сердечный приступ, ну мало ли… А когда подошли к телу, то увидели, что вся одежда на нем изодрана и горло… горло ему перегрызли.

Алексей не справился со своими эмоциями и заплакал, дав волю своим накопившимся слезам, которые уже давно рвались наружу. Он плакал так, как плачут все люди, когда сталкиваются с чем-то ужасным, что не в силах изменить. Это глупость, что настоящие мужчины не плачут. Слезы никогда не выступают на глазах только у очень жестоких людей, но и они способны заплакать, когда события идут не так, как им того хотелось бы.

Через пару минут, когда Алексей справился со своими эмоциями и взял себя в руки, я спросила:

– Часто у вас бывали такие случаи, чтобы на человека нападал волк?

Он замотал головой и хриплым голосом ответил:

– Да я что-то и не припомню такого. Были случаи, что да, волки пытались напасть, но все обходилось, к тому же они обычно набрасываются стаей. А тут… Один какой-то бешеный волк! И Виталик еще так выразился… Типа, не волк это был, а какой-то неведомый зверь, словно оборотень.

– Виталик – это, как ты уже сказал, твой брат. Верно?

Алексей кивнул.

– Только мы не родные. У нас один отец, но разные матери. Его мама, к сожалению, умерла… Поэтому он там… на Ямале всегда с отцом был.

Алексей словно встрепенулся от морока, вскочил с кровати и стал лихорадочно кружить по комнате.

– Чего это я раскис, как тряпка! Мужик я или кто?! Так, Женя, надо срочно собираться, покупать билеты и вылетать на Ямал. Пойду будить ребят и сообщать им страшную новость. Вот кто бы мог подумать… Еще вчера говорили о том, чтобы съездить в родные края, и вот тебе пожалуйста. Только я подумать не мог, что поеду туда на похороны своего отца.

– Мне ехать с тобой? – решила я уточнить, хотя ответ был очевиден.

– Да.

* * *

В Ямало-Ненецкий округ мы вылетели уже сегодня вечером. Друзья Алексея, узнав печальную новость, тут же решили изменить свои планы, несмотря на то что друг пытался их переубедить. После недолгих препирательств остановились на том, что с нами летят все, кроме Татьяны. Ей срочно нужно было на работу, и дома у них две собаки и кошка, за которыми без всякого удовольствия следила ее мама. На все уговоры Алексея, чтобы Игорь тоже летел в Казань со своей супругой, тот ответил категорическим отказом и решил лететь с нами, чтобы поддержать друга.

– Я хорошо знал твоего отца, поэтому считаю своим долгом тоже проводить его в последний путь.

Но перед этим мы заехали к Алексею на квартиру, чтобы собрать ему необходимые вещи в предстоящую поездку. Пока мой подопечный возился в шкафу и собирал свою дорожную сумку, я решила воспользоваться моментом и съездить домой, чтобы тоже собраться в дорогу должным образом.

Как обычно, велев своему клиенту никому не открывать дверь, я покинула его квартиру и, выйдя на лестничную площадку, вызвала лифт. Створки кабины открылись, и я сразу увидела знакомое лицо.

– О!.. Госпожа детектив! Приветствую! – Сосед сверху Александр поприветствовал меня и широко улыбнулся.

– Здравствуйте, господин композитор электронной музыки, – в тон ему ответила я и тоже улыбнулась.

– Как ваши успехи? – поинтересовался он и нажал кнопку первого этажа. – Нашли злодея, любителя лазать под чужими машинами?

– Ищу, – коротко ответила я.

– Ну что ж… Успехов вам в вашей непростой работе. К сожалению, а может, и к счастью, мне больше не довелось заприметить этого злоумышленника.

– Наверное, к счастью. А вы все так же на парковке внизу сочиняете музыку?

– Иногда приходится. Мои близнецы порой очень шумные…

Двери лифта открылись на первом этаже, мы с Александром перекинулись еще парой фраз, пожелали друг другу удачи и разошлись каждый по своим делам.

Дома, как и следовало ожидать, я подверглась расспросам и допросам моей беспокойной и любопытной тети Милы.

– Женечка, снова ты куда-то собираешься? Вся такая деловая, даже не можешь посидеть со мной и спокойно поговорить. Ты ж, наверное, голодна! Я просто уверена, что за это время ты ничего путного не поела. А я жаркое в духовке сделала и пирог с капустой испекла. – Тетя Мила отиралась перед входом в мою комнату и с подозрением наблюдала, как я пакую свою дорожную сумку.

– Хм… Я смотрю, ты пакуешь теплую кофту, а из шкафа ты достала свои утепленные страшные ботинки – никогда они мне не нравились! А это значит, что ты собралась куда-то туда, где холода.

– Тетя, ты невероятно наблюдательна. Только у меня к тебе маленькая просьба: пожалуйста, не отвлекай меня! Иначе я могу что-нибудь забыть. Мне сейчас надо быть максимально сосредоточенной. Позже я тебе уделю минут десять, и мы спокойно поговорим.

– Хм?.. Десять минут? И как можно спокойно поговорить за десять минут? Ну ладно, – пробурчала моя родственница и удалилась в глубь квартиры.

Примерно через полчаса я была полностью готова и, только ради того, чтобы не обидеть тетю Милу, решила практически на ходу съесть кусок пирога с капустой, запивая ягодным компотом.

– На Ямал, говоришь… А куда именно?

– В Ноябрьск, – коротко ответила я, жуя пирог.

– Ой, Женечка, выражайся точнее. Я думала, ты летишь прям на сам полуостров Ямал, а Ноябрьск – это Ямало-Ненецкий автономный округ, – с умным видом произнесла тетушка.

– А я думала, это одно и то же. Ну ладно… – проговорила я с набитым ртом.

– Ты туда летишь с тем самым молодым человеком, которому я на день рождения испекла торт?

– Угу.

– Женя, ты меня с ним так и не познакомила, а ведь ты обещала, – с укором произнесла тетя.

– Извини, не до этого было, – отмахнулась я.

– Когда вернетесь, обязательно пригласи его в гости.

– Угу.

– Женя, говорят, в тех краях хорошее варенье делают. Ты привези парочку баночек, особенно черничного или брусничного. Из них получится вкусный черничный чизкейк или пудинг, которые ты так любишь.

– Хорошо… Ладно, тетя Мила, спасибо за пирог, как всегда, очень вкусный, но мне пора, у нас скоро самолет.

– Может, я положу тебе с собой остатки пирога? В дороге съедите, – в привычной манере засуетилась тетя Мила.

– Теть Мил, не надо. Если бы мы ехали на поезде, то я бы не отказалась. А в самолете нас будут кормить, – ответила я и поняла, что сболтнула лишнего.

– Кормить в самолете! – Тетя в ужасе вытаращила глаза. – Женя, чем там могут кормить, я тебя умоляю! Даже не смей там ничего есть! Ох, точно ты у меня желудок посадишь с этой своей работой и этими постоянными поездками. Обязательно возьми активированный уголь! Давай я тебе хотя бы шиповник в термосе заварю и кину в сумку носки из собачьей шерсти, сейчас осень, очень легко простыть, а уж в тех краях, куда ты летишь…

– Тетя! – Я подошла к ней и нежно обняла ее. – Спасибо тебе, ты у меня самая лучшая и самая заботливая на свете! Но мне уже пора бежать. Не скучай, я буду тебе звонить. – И я чмокнула свою любимую родственницу в щеку.

– Добрый путь вам! С богом! Береги себя!..

Ребята проводили Татьяну на ближайший поезд до Казани, а вечером, в половине седьмого, мы – Алексей, Вика, Денис, Игорь и я – сидели в самолете и держали путь до Ноябрьска. А если быть точнее, то сначала нам надо было долететь до Домодедова и уже потом, спустя три часа, пересесть на прямой рейс до Ноябрьска.

Маршрут до места назначения предложил Денис.

– Ребята, я предлагаю долететь до Ноябрьска. Там у меня машина, сразу пересаживаемся и едем до Халантая. Я как раз в том году ездил туда и открыл для себя новую дорогу. Если ехать через Новый Уренгой, то мы сэкономим пару часов. Как раз завтра к вечеру будем на месте.

Полет от Домодедова до Ноябрьска занимал чуть более трех часов, и я решила воспользоваться этим временем с пользой для себя. Закрыла глаза, настроила медитативное дыхание, убрала все ненужные мысли, расслабила тело и стала погружаться в состояние полного покоя.

Сквозь пелену своего проваливающегося в дремоту сознания я, словно откуда-то издалека, услышала настойчивый голос Вики:

– Закрывай глаза и спи, тебе еще целый день за рулем ехать!..

* * *

Ямало-Ненецкий автономный округ

Где-то под Новым Уренгоем

Мы впятером сидели в одной машине, и, если честно, я уже начинала раздражаться от тесноты и постоянных бестолковых разговоров. Как Алексей и Денис ни уговаривали Вику остаться в Ноябрьске, она категорически отказалась и была решительно настроена поехать с нами. По сути, мне было все равно, с кем ехать в одной машине, единственный минус – тесновато сидеть втроем на заднем сиденье. Но я дама неприхотливая, поэтому особо не обращала на это внимания. В основном всю дорогу я взирала за окно, любуясь красотой природы данного края.

Вместо безликих степей, окружающих Тарасов, здесь простирались бескрайние леса: на горизонте синел сосновый бор, состоящий сплошь из вековых, величественных деревьев, а чуть ближе радовали глаз молодые практически уже голые березки с редкой желтой листвой. Это вам не городские посадки, закованные в душную броню асфальта. Здесь чувствуется могучее дыхание необоримой матушки-природы, на фоне которой вся наша жизнь кажется муравьиной возней.

Новый Уренгой остался позади, и мы въехали на территорию какого-то лесхоза. Слышался визжащий звук пил, и даже через закрытое окно ощущался запах опилок – они лежали повсюду огромными кучами. Мощные бульдозеры то и дело подвозили огромные бревна. Все великолепие в виде стройных желтых стволов гигантских корабельных сосен сменилось удручающей зоной вырубки. Замелькали бесконечные пеньки – контраст был ужасен. Я лишь глубоко вздохнула, что не скрылось от внимания моих компаньонов с заднего сиденья.

– Да, контраст разительный! – в унисон с моими мыслями произнес Игорь. – Но это территория нашего лесхоза, по-другому тут быть не может.

– Сейчас этот сектор закончится, – пояснил Денис. – Чуть дальше тут распахивают земли и сажают молодые деревья. Если бы этого не делали, то тут бы уже давно был мертвый пустырь.

– Вот только совпадают ли темпы вырубки с ростом молодых деревьев, – скорее самой себе сказала я.

– Женя права, – поддержала меня Вика. – Ведь для того, чтобы выросла такая сосна, требуется, наверно, не один десяток лет.

– Ну пусть хоть так, чем вообще ничего, – заключил Денис и добавил: – Знали бы вы, как осваивают сибирскую тайгу! То, что вы видите, – это нормально. А вот когда доходит до того, что конкуренты выжигают лес друг у друга, – это печально!

Через некоторое время пеньки закончились, и потянулись посадки. Крошечные молодые сосенки едва проглядывали в сырой пожухлой траве.

Сам поселок Халантай располагался за лесхозом, где очень живописно встраивался в окружающие его лесистые холмы. Сначала мы проехали по центральной улице, где преобладали двухэтажные блочные дома-коробки, а позже выехали на другую улицу, где то тут, то там были разбросаны аккуратные домики, сложенные в основном из смолистых бревен.

«Очень гармоничное и уютное место», – отметила я про себя.

– Леха, я забыл, где дом твоего отца? – спросил Денис, медленно ведя машину по тихой улочке.

– Ты правильно едешь. Немного вперед и направо. Там увидишь настоящий терем.

– Да, я помню, твой отец неплохой домик себе воздвиг. Да и ты молодец, помог своему отцу.

– Да он и сам себе неплохо помог, распродав часть своего дурацкого антиквариата…

– Ребята, а вон там мы жили! – громко сказал Игорь, указывая на трехэтажное строение.

– Да уж… – вздохнул Алексей, сидевший между нами. – Уже лет десять прошло, как эти дома снесли… И теперь там красуется новая школа.

– Э-эх! – глубоко вздохнул Игорь.

Дом, у которого мы остановились, действительно поражал своей красотой, повсюду были деревянные своды, как в сказочном тереме. Внешний вид этой добротной избы рождал ощущение необыкновенного уюта и покоя.

– Эх, отец… – удрученно проговорил Алексей, когда мы выгрузились из машины. – Такой терем тебе отгрохали, а ты в нем даже толком не пожил.

Игорь подошел к другу и ободряюще похлопал его по плечу.

В этот момент из ворот дома вышла миловидная высокая женщина среднего возраста, облаченная в овечий короткий тулупчик.

– О, батюшки! Лешечка! Дорогой мой, – запричитала женщина и обняла Алексея.

– Здравствуй, теть Клав.

– Вот уж горе такое! Как так случилось! Ну надо же!.. – заголосила женщина и пустилась в рыдания.

Алексей не поддался на эмоции, вместо этого он успокоил женщину, а после мы все вместе пошли в дом.

Клавдия Ивановна оказалась родной теткой Алексея, то есть сестрой погибшего Сергея Ивановича. Через полчаса в доме появился молодой человек лет тридцати. Это был симпатичный худощавый парень с копной густых и непослушных волос. Я тут же отметила про себя, что парень слегка хромал на одну ногу. Может, мне показалось, но его широкие и пронзительные глаза выдали в нем сходство с моим клиентом. Я сразу пришла к выводу, что это его сводный брат Виталий. И не ошиблась.

Виталия знали все, кроме меня и Вики. Алексей представил нас своему брату, тот молча кивнул и, ни слова не говоря, с хмурым лицом сел за стол. Причина, по которой все собрались в этом месте за одним большим деревянным столом, не располагала к задушевным беседам и праздничному настроению, поэтому в основном все сидели молча, иногда перекидываясь дежурными фразами.

Надо отметить, что Клавдия Ивановна оказалась замечательной хозяйкой и превосходным кулинаром. Женщина быстро взяла себя в руки и начала суетиться, собирая на стол. Что может быть лучше деревенских щей, сдобренных густой домашней сметаной? А на сладкое был пирог с черничным вареньем и ароматный травяной чай. Правда, я вместо чая выбрала кружку сливок – это было лучше и вкуснее всякого мороженого.

Когда все насытились (а лучше сказать – объелись!), Клавдия Ивановна предложила всем идти отдыхать. Никто не возражал, ибо после долгой дороги каждый из нас нуждался в качественном отдыхе, а на следующий день предстояла неизбежная и грустная процедура. Похороны Громова Сергея Ивановича.

* * *

– Ой, да что же это делается, господи, да зачем же ты нас оставил!.. – голосила Клавдия Ивановна, склоняясь над закрытым гробом и тем самым нагнетая и без того скорбную обстановку.

До этого Алексей крепился, как настоящий мужчина, видимо смирившись с утратой родного человека, а тут не выдержал, и слезы сами собой потекли по его щекам. Потом к Клавдии Ивановне присоединилась ее соседка и какая-то подруга, и все три женщины заголосили как белуги. Не очень я люблю профессиональных плакальщиц, готовых рыдать как заведенные, доводя себя до молитвенного экстаза.

Людей на похоронах было не очень много – от силы человек тридцать. Когда наконец печальный ритуал закончился, односельчане собрались помянуть усопшего.

В доме поставили длинный стол, на котором стояли щи, кутья, селедка и водка. Эти поминки разительно отличались от городских. В городе на поминки, организующиеся в основном в столовых или кафе, приходят порой какие-то посторонние люди, дальние родственники, сослуживцы, которые не слишком тесно общались с покойным. Здесь же все были как одна большая семья, горе было искренним. В деревне люди казались чище, проще и добрей. Даже когда все порядком выпили, не было слышно посторонних разговоров.

Когда все наелись и слегка захмелели, то сразу захотелось выйти на свежий воздух. В доме было как-то жарко и удрученно, мысли от этого в голове путались, а лица практически у всех стали красными.

Я предложила Алексею прогуляться. Вся остальная, так скажем, молодая компания поддержала эту идею. Даже несговорчивый Виталий, немного подумав, встал из-за стола и следом за нами вышел на улицу. В доме же осталось только старшее поколение. Хлопотунья Клавдия Ивановна со своим супругом, сосед Степан Петрович – юркий круглый мужичок с хитрыми глазками – и две те самые женщины-плакуньи, которые, как потом выяснилось, были на самом деле певуньи-монашки из церкви.

На улице, после жаркой избы, было свежо, прохладно и невероятно тихо. Осень в этих краях не такая, как в нашей средней полосе. Деревья уже практически голые, только кое-где остались пожухлые желтые листочки, срываемые потоками сибирского ветра. Темнеет в этих краях тоже быстрее, поэтому уже ощущалось приближение сумерек. Небо было низкое и серое, и было ощущение, что в пространстве пахнет снегом. Такое бывает, когда ты понимаешь, что небо вот-вот готово разразиться снежными хлопьями и засыпать серую сырую землю белым пушистым одеялом.

– Такое ощущение, что пойдет снег, – озвучила Вика мои мысли.

– Офигеть! – ответил Игорь. – Я уже и забыл, что такое снег в октябре.

– И что, в октябре реально может выпасть снег? – спросила я только для того, чтобы поддержать разговор.

– Запросто, – бодро ответил Денис, пряча свою голову в капюшон куртки.

– Я же тебе говорила, возьми шапку! – тут же накинулась на него заботливая Вика. – Не хватало еще, чтобы ты тут простудился.

– Ребята, я хочу в теплые края! – неожиданно произнес Алексей.

– Мы тоже хотим! – поддержала Вика. – Мы же вроде планировали весной куда-нибудь полететь. Например, на Бали.

– Да-а… Можно также на Шри-Ланку или Гоа. Да хотя бы в тот же самый Таиланд. Пофиг… лишь бы валяться на белом песке перед океаном, потягивать экзотический коктейль из трубочки и вообще ни о чем не думать.

– Согласна! – с придыханием ответила Вика.

– Что вы так зациклены на этих мажорных заграничных курортах, – возразил Денис. – Я бы съездил на Байкал или в Карелию. А Алтайский край какой красивый! Да в нашей могучей стране столько красивых интересных мест…

– Дорогой, красивые места и здесь у нас, – Вика махнула рукой в сторону леса, уходящего за горизонт. – Хочется же экзотики, океана, чего-то совсем другого, чего нет тут.

– Хорошо вы живете! – вдруг неожиданно высказался Виталий, доселе шедший чуть в стороне, слегка прихрамывая. – Нам, простым сельским жителям, так не жить.

– Кто на что учился! – резко ответил ему Денис.

Алексей подошел к брату, приобнял его за плечо и ободряюще произнес:

– Кто что выбрал, братец! Ты ж даже в вуз не захотел пойти учиться. Что ты там всегда говорил: городская жизнь не для меня, мне это высшее образование на хрен не нужно, я парень деревенский, люблю жить в селе, на свежем воздухе, трудиться в лесничестве, ходить в лес собирать ягоды и грибы. А?..

– Леха, да я понимаю. Я ж без зависти и злобы, – наконец этот парень улыбнулся. – Хотя нет, немного завидно. Наши места, конечно, красивые! Что может быть лучше этого леса, этих озер и болот! Но на океан я бы посмотрел и на белом песочке повалялся бы.

Все присутствующие позволили себе улыбнуться, а Алексей даже слегка рассмеялся. Обстановка постепенно разрядилась, ощущение напряжения и скорби постепенно улетучивалось.

– Виталик, в чем же дело! – воскликнул Алексей. – Ты себе хотя бы загранник сделай, и на следующий твой день рождения я подарю тебе путевку в теплые края.

– Ой, да ладно тебе! – отмахнулся братец.

– Виталя, какой у тебя классный и щедрый брат, – засмеялась Вика. – Я бы на твоем месте этим воспользовалась.

Еще какое-то время мы бродили по окраине села. Возле небольшого озера, за которым красовался хвойный лес, находилась старая, но очень уютная и большая беседка, где мы с удовольствием расположились. От озера веяло свежестью и прохладой. Я тоже накинула на голову капюшон своей теплой куртки.

– Я здесь была два раза. Денис меня привозил, – говорила Вика, прижавшись к своему парню. – Но это озерцо я тут не видела. Почему ты меня не водил в это красивое место?

– Я тебя еще много куда не водил.

– И куда же?

– Ну, если говорить про эту местность, то, например, на болото.

Вика усмехнулась.

– На болото? Как романтично!

– А что ты усмехаешься? Между прочим, там очень красиво. Главное, знать, где ходить, а то можно и завязнуть.

– И что, здесь много таких мест… опасных? – спросила я.

– Не то чтобы много, но есть, – ответил Денис. – Вон в той стороне, – он кивнул в сторону, противоположную озеру, – сильная заболоченность. Самому туда лучше не ходить, если не знаешь местность. Там даже табличка висит, мол, осторожно, вязкие болота, ну или что-то в этом роде.

– Говорят, там даже люди пропадали, – задумчиво произнес Алексей, который на правах якобы моего парня постоянно жался ко мне и даже пытался приобнять.

– Да ты что, реально? – Вика округлила свои и без того большие глазищи.

– Ну, ходили слухи…

– Ребята, я помню, еще в детстве нам рассказывали, что в наших болотах какой-то мужик пропал. Ушел в ту сторону и не вернулся. Искали-искали его, но так и не нашли. Приезжий он был какой-то, командировочный.

– Юрий Маркушин, – как-то резко и громко ответил Виталий.

Все тут же вопросительно уставились на него.

– Кто? – переспросил Алексей.

– Тот мужик, про которого вы говорите, – его звали Юрий, фамилия Маркушин. Я его так хорошо помню, потому что он… дружил с моей мамой. Ну, вы поняли… шуры-муры у них были. Он приезжал к нам из Сургута. Тогда наша лесопилка более развита была, нужны были дополнительные люди для работы. Вот он к нам часто и заезжал сюда, так сказать, вахтовым методом. Но, как я понял, он больше к моей мамке заезжал, нравилась она ему… – парень резко замолчал и понуро опустил голову.

Все молчали, через минуту он продолжил:

– А потом этот мужик, Юрий, резко исчез. Пропал без вести. Так его и не нашли. Но ходят слухи, что он пошел в те самые болота и там утонул. Жалко мужика. Моя мама тогда сильно переживала, видимо, запал ей мужик в душу. Зачахла она без него, даже болеть стала сильнее, а через несколько лет и сама умерла… Э-эх…

Алексей отсел от меня, подсел к брату и снова ободряюще обнял его за плечи. Тот достал из внутреннего кармана куртки пачку сигарет.

– Никто не против, если я покурю?

– Кури, – кивнул Алексей.

– С этими болотами даже есть какая-то старая история, то ли байка, то ли правда, – задумчиво произнес Игорь. – Ваш отец, царство ему небесное, вроде нам ее в детстве рассказывал.

– Я не припомню, – отозвался Алексей, вытянув нижнюю губу.

Виталий, выпустив в сторону дым от сигареты, тихо произнес:

– Я помню. Это скорее наша местная сказка. А там кто знает, может, и на самом деле так было.

– Интересно послушать. Расскажешь? – попросила Вика, продолжая жаться к Денису.

Виталий кивнул. А мы принялись слушать.

– В общем, давным-давно, когда в этих местах не было еще никакого лесхоза, стоял здесь бор дремучий, большой, красивый, не то что нынешний. Ну и, типа водились в этом бору всякие звери, народ жил охотой и собирательством ягод. В общем, жили тихо и сытно – всего хватало, дичи было в избытке, земля каждый год хороший урожай давала. Вот… И поселился тогда в нашем Халантае один барин, уж больно ему наши места понравились. И не один он поселился тут – со слугой. Ушел на покой, так сказать… Выстроил себе тут славный терем, да и стал жить в свое удовольствие – ходил на охоту, ловил рыбу. И везде его слуга сопровождал, тенью ходил за своим барином.

Виталя сделал паузу, снова затянулся сигаретой, выпустил струю сизого дыма, отшвырнул окурок в сторону и продолжил:

– И вот однажды случилось несчастье. Барин пошел на охоту, да разошелся со своим верным слугой и попал в трясину. Бедный барин погружался в болото все глубже и глубже, и никто не мог его спасти. Он кричал, звал на помощь, но никто не приходил. Когда он погрузился по плечи, прибежал его слуга. «Федор, – взмолился барин, – вытащи меня отсюда!» А слуга даже не пошевелился. «Разве тебе не хорошо со мной было? – вопрошал барин. – Я жил в свое удовольствие и тебе давал жить!» А слуга только усмехнулся и спокойно ответил: «В том-то и дело, барин, что ты жил в свое удовольствие, а не в мое!» Сказав это, слуга развернулся и оставил барина на верную погибель.

– Какая-то невеселая сказка! – произнесла Вика и надула губки.

– Не все сказки бывают веселыми, – ответил Виталя. – Зато каждая сказка поучительная.

– Ой, да ну тебя, Виталик, – отмахнулся Денис. – Тоску только на всех снова нагнал своей сказкой.

– Сами просили рассказать, – обиженно сказал тот и отвернулся в сторону.

– Да я припоминаю, отец как-то рассказывал эту байку, – совсем без эмоций произнес Алексей и тоже отвернулся в сторону.

– Ты в порядке, бро? – Денис подался к своему другу и дотронулся до его плеча.

– Да, – хрипло ответил тот. – И пойдемте, наверно, в дом, что-то холодно стало.

– А что это у тебя такой скрипучий голос, как у старухи Изергиль, – бодро поддел друга Игорь, видимо, чтобы разрядить обстановку.

– Как у кого? – спросил Алексей, откашлявшись.

– Что еще за старуха? – в тон ему отозвался Денис.

– Классику надо читать! – с важным видом ответила Вика. – Это Максим Горький, «Старуха Изергиль».

– А что, у нее был скрипучий голос? – с улыбкой спросил Денис.

– «Было такое ощущение, что она говорила костями, а не голосовыми связками…» Ну как-то так, точно не помню, – попытался Игорь процитировать русского писателя.

– Какой ужас! – наигранно воскликнул Денис.

– Игорек, ты читал Горького? Я в шоке! – подтрунил над другом Алексей.

– А вы думаете, обычный повар не может читать классику? – громко проголосил Игорь. – Правда, это единственное, что я прочитал.

– Потому что короткое произведение? – хихикнув, спросила Вика.

– Ага.

– А с чего это ты обычный повар? – обернулся к другу Алексей, идя впереди всех, но рядом со мной. – Ты же шеф-повар и вообще самый крутой.

– Ой, дружище, ну спасибо!

– Игорь, с тебя вкусный и необычный завтрак! – смеясь, предложила Вика.

– Ну начинается… Боюсь, Лехина тетя меня близко на кухню не подпустит…

Обстановка снова разрядилась. Всю обратную дорогу до дома вся наша компания непринужденно разговаривала и порой даже шутила. Только один Виталий снова как-то замкнулся в себе и шел молча чуть в стороне. А когда мы уже подходили к дому, он подался к Алексею, видимо, с намерением что-то тихо сказать только ему одному. Однако я всегда находилась рядом, и мой чуткий слух уловил сказанное:

– Мне тебе дома надо будет кое-что показать…

* * *

На втором этаже большой избы были три небольшие комнаты, в каждой из которой нас и расселили – Вика с Денисом, я с Алексеем и Игорь, к сожалению, как он выразился, без Татьяны. Родная тетя Алексея, Клавдия Ивановна, жила со своим супругом в отдельном доме, находящемся неподалеку, но в связи с последними печальными событиями она уже вторую ночь оставалась тут, в доме своего покойного брата. Женщина вставала ни свет ни заря, начинала хлопотать, кормить кроликов и кур, а затем готовить завтрак. Муж же ее, Николай Петрович, находился у себя дома, следя за хозяйством, только вечером приходил на общий ужин. Брат Алексея по отцовской линии Виталий тоже имел свой дом, в котором он жил со своей мамой, но вот уже третий день он тоже оставался в доме своего покойного отца, занимая место в какой-то комнатенке рядом с кухней.

Все это я отметила для себя чисто машинально, наблюдая за обстановкой в доме. Профессиональная привычка давала о себе знать, для меня важно было все держать под своим тихим контролем – сколько человек в доме и кто чем занимается.

Клавдия Ивановна уже вовсю хлопотала на кухне, готовя стол к ужину. Вика соизволила ей помочь, и женщина не отказалась. Мы же с Алексеем вошли в нашу комнату, где, как нам показалось, было очень душно, поэтому Алексей распахнул окно, впуская в комнату свежий осенний воздух.

– Я бы с радостью принял душ, – сказал мой клиент, снимая с себя водолазку и плюхаясь на край кровати.

– Я бы тоже с удовольствием ополоснулась, – поддержала я.

– К сожалению, душевая кабина в доме одна и, боюсь, туда будет очередь. Но ничего…

– Главное, что эта душевая кабина вообще имеется в доме, – ободряюще ответила я.

– Согласен. Завтра Николай Петрович обещал истопить баню. Так что напаримся-намоемся. Баня у моего отца хорошая, добротная… Э-эх…

– Как ты себя чувствуешь? – осторожно спросила я.

– Женя, как я могу себя чувствовать? – Алексей поднялся с кровати и принял сидячее положение. – Скверно я себя чувствую. Просто стараюсь держаться. Вы все молодцы, поддерживаете меня, пытаетесь разрядить обстановку. Но… Не нравится мне все это! Происходит какая-то хрень! Я словно встал на ту линию жизни, где происходят одни неприятности. И самое главное, что меня пугает и настораживает, так это то, что все это происходит не просто так. Кто-то прикладывает к этому руку. Кто-то стоит за всем этим. И мне непонятен мотив этого злого человека. Зачем? Для чего?..

– Ты сейчас про смерть своего отца? – решилась спросить я. – Ты считаешь…

Мне не дали договорить и продолжить свою мысль – в нашу дверь настойчиво постучали.

Я подошла и отворила ее – за дверью стоял Виталий. Без всяких предисловий он сразу обратил свой взор на брата и, обращаясь именно к нему, произнес:

– Пойдем со мной. Ты должен это видеть.

Озадаченный Алексей встал с кровати и подошел к двери, вопросительно смотря на меня. Я же ничего не ответила, но взглядом дала понять, что вмешиваться не собираюсь. Возможно, брат что-то желает показать брату, находясь наедине, без посторонних глаз. Однако Алексей рассудил по-своему, поэтому, кивнув мне, произнес:

– Пойдем, Женя.

– Леха, подожди… – попытался возразить Виталий, но Алексей его перебил:

– У меня нет от нее секретов. Если я посчитаю, что нам надо будет поговорить с тобой наедине, то Женя уйдет. А пока она пойдет с нами.

– Ну что ж, смотри сам… Надеюсь, она у тебя не впечатлительная дама.

Мы спустились на первый этаж и вошли в большую комнату, которая, как я поняла, принадлежала хозяину дома – их отцу.

– Вот, смотрите, – сказал Виталий, доставая какую-то грязную тряпку из-под кровати, – это было на нашем отце, когда он погиб.

Я далеко не впечатлительная особа, мне в моей непростой жизни довелось многое повидать, поэтому меня уже вряд ли чем-то можно удивить. А вот Алексею сделалось дурно. Когда он понял, что это не просто грязная тряпка, а изорванная одежда, заляпанная бурыми пятнами, его лицо побелело, он взялся за горло и отошел в сторону. Однако комнату он не покинул, взяв себя в руки через пару минут.

– Зачем ты это мне показываешь? И зачем ты хранишь это в доме?

Виталий криво усмехнулся.

– Работа в твоем вонючем банке тебя явно не закалила, как ты был слабонервным, так им и остался, – зачем-то поддел он брата. – Я это оставил как доказательство. Вот видите, – он показал на дыры в теплой фланелевой рубашке, – Леха, соберись! Будь уже мужиком! Твоя девка и то держится намного лучше тебя. Смотрите, это следы волчих зубов. Нашего отца загрыз волк.

– Я это знаю, – тихо ответил Алексей. – Я знаю, что нашего отца загрыз волк, только не пойму, зачем ты мне это показываешь? Да, пусть я слабонервный, и ты прекрасно знаешь, что я всегда не переносил вида крови, поэтому я не работаю врачом или криминалистом, а работаю, как ты выразился, в вонючем банке. И неплохо, надо сказать, работаю, и хорошо зарабатываю!.. Мне надо попить воды. Я сейчас вернусь, – Алексей быстро выскочил из комнаты, сдерживая приступ тошноты.

– Ты не побежишь за ним следом? – спросил Виталий меня, слегка усмехнувшись уголками губ.

– Нет. Я в порядке. Скажи… как такое могло случиться? У вас часто волки нападают на людей?

– Хм… а ты молодец, девка! Держишься молодцом, сразу взяла ситуацию под контроль и вопросы правильные задаешь. – Виталий с хитрым прищуром посмотрел на меня. – Ты, случайно, не следователь?

– Нет. Но у меня юридическое образование, и я занимаюсь частной практикой, консультирую людей, – сочинила я на ходу, не говоря, какой именно «практикой» я занимаюсь. – Так и?.. – Я вопросительно посмотрела на собеседника.

Виталий отвел взгляд и вздохнул.

– В том-то все и дело. Не нападают волки у нас ни на кого. Не припомню вообще такого случая. И я тебе скажу: неспроста это все…

Я подошла ближе и внимательно осмотрела одежду – в нескольких местах были вырваны клочья. Видимо, свирепый хищник несколько раз вцеплялся в тело несчастного, а затем загрыз его. Кроме пятен крови были еще и масляные. Также я уловила какой-то едва слышный машинный запах. Возможно, так будет пахнуть от человека, который, к примеру, любит возиться с трактором.

– Алексей говорил, что труп обнаружил ты с вашим соседом? – спросила я.

– Да, со Степаном Петровичем. Только ближе к ночи кинулись, что отца нет дома. А тетка видела, как он пошел на охоту, ружье взял с собой. Отец вообще довольно жесткий человек был, мало с кем общался и не со всеми контактировал, поэтому то, что он на обратном пути к кому-то зашел и там задержался, сразу исключалось. Тетя Клава подняла панику, мол, плохо ему с сердцем стало, и он там в лесу упал, потом стала голосить, что в болоте он увяз. Хотя последний вариант сразу исключался, отец жил тут всю жизнь и знал все тропы и каждое болото, как никто другой. В общем, основательно его искать пошли на рассвете. Господи… – лицо Виталия сделалось напряженным, – мы не сразу его узнали. Только по его куртке и ботинкам опознали его. И ружье его я признал, оно лежало неподалеку.

– А почему он не стрелял?

– Ружье было разряжено. Неподалеку нашли утку. Он ее застрелил, а перезарядить не успел.

Я призадумалась. Интересное дело получается: Алексей Громов у себя в Тарасове получает странные письма с угрозами в свой адрес, также подвергается нападению неизвестного, ему подрезают тормоза у машины, а на день рождения присылают самодельную бомбу в подарочной упаковке. И именно в день рождения у моего подопечного погибает отец от зубов волка. Может ли это быть совпадением или просто роковая случайность?

Вряд ли. Многолетний опыт моей работы и мое боевое прошлое давно доказали, что подобных случайностей не бывает. Это чистая закономерность, созданная чьим-то злым умыслом.

В следующее мгновение в моей голове что-то перещелкнуло, и я тут же убедилась в правильности своих нехитрых умозаключений.

Перед моим внутренним взором, возникнув из глубин фотографической памяти, предстала открытка с изображением волка – зубастая пасть снова смотрела на меня. Деревянная шкатулка с человечком внутри, с поломанной ногой и красными разводами около выколотых глаз…

«Орудие мести готово…»

Получается, что за что-то мстили Алексею и его отцу. А если учесть, что Виталий его брат, то…

– Виталий, ты в последнее время не получал никаких странных писем? – спросила я.

– Письма? – удивленно спросил он. – Нет, я уже сто лет не получал никаких писем. А что за письма, почему ты спрашиваешь?..

Я не спешила с ответом, раздумывая, как правильно ответить. Однако в этот момент дверь комнаты открылась, вернулся Алексей.

– Избавься от этого! – кивнул он на изодранную рубашку. – А лучше сожги.

– Мы тут с Женей очень хорошо пообщались… – начал было Виталий, но Алексей его перебил:

– Молодцы. Теперь мы с Женей пообщаемся, только у себя в комнате. Мне до сих пор непонятно, зачем ты решил мне это показать, – он брезгливо кивнул на рубашку, лежащую на кровати.

– Да я просто хотел…

В этот момент в комнату бесцеремонно влетела Вика.

– Вот вы где! По голосам вас нашла. Пойдемте уже ужинать. Стол накрыт…

* * *

– Вот к чему все это?

Алексей широкими шагами расхаживал по большой комнате. Выражение его лица выдавало явное негодование, он постоянно ломал пальцы на руках, подходил к окну, открывал форточку, а через пару минут закрывал.

– То жарко, то холодно… – ворчал он, словно старый дед.

– Угомонись, – спокойно велела я. – Иди прими душ и ложись спать. А потом я схожу.

– Женя, он не просто так показал мне эту рубашку в крови. И… знаешь, такое ощущение, словно он ее еще специально красной краской намазал, чтобы выглядела отвратительней и зловещей.

– Но зачем он это сделал?

– Как зачем? Чтобы лишний раз поддеть меня. Он всегда такой был. С самого детства. Помню, отец петуха зарубил. Так этот мелкий гаденыш несет этого обезглавленного петуха в тазике, где полно крови, и орет: «Леха, смотри, петуху голову отрубили, сейчас разделывать будем, присоединяйся!» Хотя прекрасно знал, что я не люблю подобные вещи.

– Возможно, он таким способом самоутверждался. Скорее всего, ты во многом был лучше его, и в глубине души он это понимал, поэтому давил на твое слабое место.

– Женя, не нравится мне все это!

– Что именно?

– Все! Да я уже тебе говорил об этом. Чертовщина какая-то!

– Когда ты уходил, мы немного пообщались с Виталием. Он утверждает, что в ваших краях волки никогда не нападали на людей, тем более поодиночке.

– Если честно, то да. Я вообще не припомню, чтобы подобное тут у нас случалось. И вот тебе на! – Алексей снова подошел к окну, потянулся к форточке, затем передумал и снова сел на край кровати. – Именно на моего отца, именно в мой день рождения напал какой-то сумасшедший волк и загрыз его насмерть. Да так хорошо его загрыз, что даже гроб не открывали… Жесть! Может, сейчас реально что-то происходит в мире, все посходили с ума, и даже волки какие-то дурные стали, нападают на человека поодиночке и загрызают насмерть. Скоро, наверно, появятся какие-нибудь гигантские комары, которые одним укусом будут лишать человека половины его крови, или… или мутированные жабы на болотах, утаскивающие людей в трясину.

– Не думала, что у тебя такая бурная фантазия. Но!.. – Я выдержала значимую паузу. – Давай отсечем эмоции и попробуем мыслить рационально. Как ты думаешь, твой отец погиб случайно?

Алексей словно остепенился и на минуту задумался.

– Не знаю, – протянул он, – я же говорю, все это очень странно. Но, Женя, как ты подгадаешь нападение дикого зверя?

– А с чего ты взял, что это вообще дикий зверь? И почему все зациклились на волке? Это может быть обычная большая собака, например, любая из серии бойцовских. Поверь, таким псам это по зубам.

– Тоже мне собака Баскервилей, – с кривой усмешкой ответил Алексей.

– Знаешь, кроме Конан Дойла, я еще читала и мемуары Людмилы Гурченко, в которых она описывала, как ее с матерью во время войны немцы держали в плену и загоняли в «душегубку» овчарок, которые загрызали сопротивляющихся.

– Какой ужас! Не знал, что Гурченко пришлось пережить такое… Ну, это ты, Женя, загнула. Хотя я помню, отец мне книги в юности давал читать, очень много было рассказов про охоту. Так вот, там охотника то волк загрызет, то медведь.

– Странные у тебя были книжки в детстве, ну ладно…

– Это было интересней читать, чем про Мальчиша-Кибальчиша, да и других не было. А ты что в детстве читала? Про Буратино?

– Нет, мне очень нравились сказки про Снегурочку и Снежную королеву. А потом ко мне в двенадцать лет случайно попала книга «А зори здесь тихие…», и тогда я поняла, что жизнь – это совсем не сказка, и потом я лично убедилась в этом на своей собственной шкуре… Ладно, мы немного отвлеклись. В общем, я, как твой телохранитель, считаю, что смерть твоего отца не случайна. И похоже, так же думает твой братец Виталя. И поэтому мы поступили очень мудро, совместно решив, чтобы я сопровождала тебя сюда. Потому что опасность тебя, возможно, подстерегает и здесь.

От услышанного Алексей вытаращил на меня глаза и слегка приоткрыл рот, отчего его губы стали казаться еще более пухлыми. Почему-то именно в этот момент мне хотелось подойти к нему и жадно его поцеловать, но я, конечно же, сдержалась.

– Женя, но как так? Тарасов и Халантай находятся друг от друга в тысяче километров. Не мог же наш враг раздвоиться…

– Возможно, у нашего врага есть сообщник и он действует не один, – высказала я предположение. – Либо у него есть исполнитель, которого он просто нанял.

– Господи… Так это значит, что корень зла именно здесь. В этом богом забытом северном поселке, где я родился… Женя?

– Иди в душ! – резко сменила я тему, потому что понимала, что хочу отдохнуть, и моему подопечному тоже нужно выспаться.

– Но надо что-то делать? – озадаченно спросил он.

– Утро вечера мудренее.

Если бы я знала, как окажусь права. Уже то самое ближайшее утро преподнесет нам сюрприз, который полностью убедит меня в моих подозрениях.

* * *

Моя привычка вставать рано дала о себе знать и в этот раз.

Как обычно, часов в шесть утра я разлепила глаза и уставилась в темный потолок. Конечно, я могла бы собраться и устроить себе утреннюю пробежку, которую у себя дома совершала практически ежедневно, если не была загружена работой. Мой тренированный организм постоянно требовал нагрузки, как физической, так и умственной, и сегодняшнее утро в этом плане не было исключением.

Я встала с кровати, облачилась в свой утепленный спортивный костюм и тихо вышла из комнаты.

На первом этаже дома стояла полная тишина, даже Клавдии Ивановны не было ни слышно, ни видно.

Пройдя в прихожую, я обулась в свои удобные кожаные полуботинки и выскользнула из дома в предрассветную тишину улицы.

Все-таки я не удержалась, решила немного пробежаться и нисколько не пожалела об этом. Одно дело совершать пробежки по асфальтовым тротуарам нашего Тарасова, и совсем другое дело бежать по проселочной дороге сибирской тайги.

Вдыхая наисвежайший воздух и наслаждаясь видами хвойного леса на предрассветной линии горизонта, я настроилась на свой привычный темп и дала себе установку пробежать километров пять, не менее.

«А ведь на днях в этих краях волк загрыз человека», – промелькнуло в голове.

Нет, я не из пугливых людей, даже не знаю, что меня может так сильно напугать в этой жизни. Однако здравый смысл говорил мне, что далеко от поселка убегать не следует.

Пробежав нужное расстояние, я остановилась на небольшой опушке с пожухлой сырой травой, восстановила дыхание и сделала несложный комплекс на растяжку из арсенала ушу.

В этот момент мне показалось, что на меня кто-то пристально смотрит.

Я резко повернула голову, при этом не останавливая своих движений, словно поворот головы входил в естественное движение моего комплекса. Однако мой внимательный взор никого поблизости не обнаружил. Может, показалось? Хотя обычно меня такие ощущения не подводят, если я чувствую, что на меня кто-то смотрит, то, значит, действительно так и есть. Возможно, кто-то из местных жителей тоже решил проделать утренний моцион и заметил меня – странную особу, выделывающую не менее странные движения.

Я сделала глубокий вдох, затем выдох. Закончила свою тренировку и бодрым шагом направилась в сторону дома.

Оказавшись в прихожей, я услышала приглушенные голоса. Мой приход явно никто не заметил, поэтому я быстро разулась и выглянула в гостиную.

Возле длинного деревянного стола, где мы обычно все вместе трапезничали, стояли Клавдия Ивановна и Виталий. Женщина держала в руках какой-то белый конверт и потрясала им перед лицом своего племянника.

– Вообще я дня три не заглядывала в почтовый ящик. А что туда заглядывать? Щас мало кто кому вот так письма шлет, – говорила она тихим голосом, видимо, чтобы не разбудить спящих. – А тут смотрю, что-то беленькое торчит. Вах, конверт! Какое-то письмо для Леши.

– Значит, нужно ему этот конверт отдать, – безапелляционно заявил Виталя.

– Ох, что это вообще за шутки. Не успел Леша приехать, ему уже какие-то письма адресуют. Может, глянуть, что там внутри? – заговорщицки произнесла женщина и оглянулась по сторонам.

Тут-то она и заметила меня.

– Женя! Ты уже проснулась? – не скрывая удивления, спросила она. – А-а… А куда это ты выходила в такую рань? Неужели забыла, что туалет у нас и в доме есть?

– Нет, не забыла. Я просто привыкла рано вставать, поэтому решила немного побегать.

– Побегать? – Клавдия Ивановна произнесла это таким тоном, словно я сказала что-то непристойное. – Вот вы странные, городские, энергию вам девать некуда. Если тебе не спится, так лучше помоги мне с завтраком или кроликов покорми…

– Ну тетя… – с укором посмотрел на нее Виталий.

– Я с удовольствием помогу, – улыбнулась я. – Только быстро приму душ. Кстати, – я подошла почти к ним вплотную. – Мне показалось или вы говорили про Алексея, что ему какое-то письмо?

– Ах, это… – Женщина кивнула на конверт в своей руке. – Ну да, Леше твоему какой-то конверт. В почтовом ящике недавно обнаружила.

Виталий резко выдернул конверт из рук тетки и протянул его мне.

– На, отдай Алексею.

Я взяла конверт, на котором большими буквами было напечатано: «ГРОМОВУ АЛЕКСЕЮ. НЕ ВСКРЫВАТЬ!»

Я поднялась в свою комнату. Алексей дрых, как говорится, без задних ног, открыв рот и слегка похрапывая, распластавшись на всю кровать и поджав под себя мое одеяло.

Недолго раздумывая, я вскрыла только что переданный мне конверт. На правах человека, отвечающего за безопасность, я имела на это полное право.

«Если хочешь узнать тайну смерти своего отца, то приходи сегодня после обеда на то место, где три сосны вздымаются в небо, а водная гладь сверкает, как зеркало».

Если честно, я даже не сдержала улыбку.

«Три сосны вздымаются в небо…» А у нашего писаки, оказывается, есть литературные задатки. Или же он хочет показаться таковым. Мне кажется, правильней было бы написать: «Три сосны вздымаются к небу…» Хотя, может, я просто придираюсь, все-таки я не филолог. Ладно, подобное особо к делу не относится. Важно сейчас то, что мой клиент снова получил письмо, причем находясь далеко от Тарасова. Значит, действительно получается, что источник зла именно здесь, в этом тихом и живописном месте. И наш противник полностью в курсе наших передвижений. Более того, он явно неспроста выманил сюда моего подопечного, а это значит, что моя работа продолжается и мне нужно быть начеку.

И смерть Сергея Ивановича тоже не случайна.

И вся эта история с волком-убийцей тоже какая-то подозрительная.

Для меня остается загадкой личность того безликого парня в серой кофте и бейсболке, с защитной маской на лице. Кто он? Всего лишь исполнитель и обычный киллер, к которому обратился заказчик, или же он и есть организатор всех бед, обрушившихся на голову моего клиента? Если следовать последнему предположению, то этот парень поехал вслед за нами и находится сейчас тоже в поселке Халантай.

Мне кажется, что истоки этой неприятной истории надо искать в таинственной смерти отца Алексея. Именно в этом направлении и надо копать. Об этом мне твердили не только разум, но и интуиция.

А раз так, то придется последовать совету от посланника. Остается только узнать, где именно находится это место с тремя соснами и зеркальной водной гладью. Думаю, Алексей точно знает ответ на этот вопрос.

* * *

– Женя, я так и знал, что это не конец истории. Продолжение, как говорится, следует, – возбужденно говорил Алексей, после того как прочитал послание, которое я ему передала после завтрака. – Но скажи мне, как? Как этот гад узнал, что я здесь? Он что, следит со мной? И смерть моего отца – это не случайность! Бред какой-то! Женя, я точно сойду с ума…

– Я понимаю, тебе сейчас непросто, но постарайся успокоиться, – ответила я и отпила из большой чашки свежесваренный кофе, который принесла с собой в комнату.

– Женя, что ты предлагаешь делать?

– Сядь для начала, хватит маячить перед глазами. Давай определим, что это за место, которое указано в письме. Ты знаешь, где это находится?

– В том-то и дело, что знаю. И именно это меня пугает.

– Почему?

– Потому что тот, кто писал эту записку, хорошо меня знает. Ему известно, что в этом самом месте, где стоят три высоких сосны, я всегда любил бывать. И не только один, но и с друзьями. Мы там часто пикник устраивали, картошку запекали, сосиски на палочке жарили. Отец нас ругал за это, все боялся, что мы пожар устроим. Но мы-то костер разводили ближе к озеру, где нет деревьев, и пламя у нас всегда было окружено камнями… Женя, это место на другой стороне озера.

– Значит, это место хорошо знакомо тебе и твоим друзьям?

– Да все в нашем городке знают это место. Получается, что наш враг просто хорошо знает меня.

Я призадумалась, потом посмотрела на часы.

– Тогда скоро нам надо выдвигаться.

– Женя, ты считаешь, нам все же надо туда идти? – Лицо моего клиента стало очень сосредоточенным. – А вдруг… ну, я не знаю, может, это западня какая-нибудь. Вдруг на нас тоже нападет… этот страшный зверь!

– Не забывай, что с тобой твой телохранитель, – отчетливо произнесла я и снова сделала глоток ароматного кофе.

– Это да, но… Женя, а ты взяла с собой оружие?

– Ты имеешь в виду огнестрельное?

– Да.

– К сожалению, не взяла. У меня и в мыслях не было, что тебе тут может угрожать опасность. Думала, слетаем, проводим в последний путь твоего отца и сразу вернемся обратно. А тут такое… Но не переживай, помимо пистолета я кое-что с собой взяла.

– Хорош телохранитель без пистолета, – с укором произнес Алексей и, по сути, был прав.

Я не взяла с собой «огнестрел» еще и по той причине, что в аэропортах могла возникнуть лишняя возня – осмотр, досмотр, проверка документов и тому подобное. Тратить на это время и уж тем более привлекать внимание друзей Алексея мне вовсе не хотелось. Единственное, что я все же решила взять с собой, так это свой охотничий штык-нож и набор сюрикенов, которые упаковала в своем багаже должным образом, и, разумеется, захватила с собой соответствующие бумажки на данное холодное оружие.

– Может, возьмем с собой ружье моего отца? – предложил Алексей.

– Скажем, что пойдем на охоту? Я думаю, не стоит привлекать к себе лишнее внимание. По сути, ты можешь вообще туда не идти, я могу сходить одна.

– И что ты там будешь делать?

– Не знаю, – я пожала плечами, – искать ответы на вопросы. Хотя эти ответы должен в первую очередь найти именно ты.

– Вот именно! Поэтому, Женя, я иду с тобой! Это даже не обсуждается. Кстати… Время получается очень удобное. Ребята как раз поедут в Уренгой провожать Игоря.

– Он сегодня уезжает?

– Да. Он и так много времени провел со мной, ему уже на работу надо. Поэтому Денис и Вика отвезут его на машине. Там часа в три какой-то автобус до Сургута, а оттуда он на поезде до Казани поедет. К тому же Вика соизволила прогуляться по Уренгою, хотя что там смотреть, я не понимаю, но ладно, это их дело. В общем, вернутся они примерно к вечеру.

Место, куда мы прибыли, было действительно очень живописным. С вершины небольшого холма просматривалась зеркальная гладь озера, отражая иногда лучи проскальзывающего сквозь серые и тяжелые облака солнца. На возвышении красовались три красивых и видно, что очень древних сосны-исполина. Эти три величественных дерева словно держались особняком, гордо красуясь чуть в стороне от основного леса.

– Вон там мы тогда сидели. Видишь беседку? – Алексей указал рукой по правую сторону озера.

– Вижу.

– Э-эх, люблю это место. Сразу детство вспомнилось. – Алексей подошел к одному из деревьев и прикоснулся рукой к шершавой жесткой коре.

Он прикрыл глаза и, прислонившись к мощному стволу дерева, оставался в этом положении несколько минут.

Я же внимательно осмотрелась вокруг, напрягая все свои органы чувств – зрение, слух и обоняние. Мне показалось, или я снова уловила слегка ощутимый запах солярки или бензина. Надо отметить, что, когда мы выходили из дома, я тоже явно учуяла подобный запах. Но в этом не было ничего удивительного – для сельской местности это вполне нормальные и естественные, так скажем, ароматы. Но почему я уловила именно этот запах тут? Может, Алексей или я просто наступили на разлитую солярку или машинное масло? Ладно, не буду забивать себе этим голову.

Я еще раз внимательно осмотрелась и прислушалась. Никакой опасности я для нас не обнаружила, хотя чувство легкой тревоги все же сохранялось. Снова было такое чувство, что за нами кто-то наблюдает. Или это уже признаки паранойи? Любой телохранитель всегда думает, что за ним и его подопечным постоянно наблюдают. Но я отогнала эти мысли прочь, стараясь довериться своей интуиции.

Чуть в стороне шумел лес, иногда кричала какая-то птица, кажется иволга. Иногда небольшие порывы ветра тихо завывали среди деревьев.

Я прикрыла глаза буквально на несколько секунд, словно пытаясь уловить вибрации данной местности. Когда мне в свое время приходилось выполнять спецоперации в отряде «Сигма», этот метод не раз позволял определить присутствие противника поблизости и выявить наличие засады. Я не знаю даже, как это объяснить, просто воздух вдруг на секунду становится каким-то другим, словно по нему прошел небольшой, слегка уловимый разряд другой энергии…

Так случилось и в этот раз.

Я открыла глаза и четко поняла, что мы тут находимся не одни. За нами точно кто-то следил.

– Женя, – одернул меня Алексей. – Ты как там? Что делать будем?

– Искать ответы или хотя бы какие-то подсказки. В письме нам об этом явно намекнули.

– Но я понятия не имею, что тут можно искать. – Алексей озадаченно оглянулся вокруг.

– Послушай, – я добавила жесткие нотки в голос, – а я тем более не знаю, что мы тут делаем и что нам надо искать. Послание в первую очередь адресовано тебе, и не просто так там указано именно это место. Вот и подумай над этим! Может, тебе нужно что-то тут увидеть или вспомнить, что натолкнет тебя на какие-то размышления. Давай еще пройдемся вокруг. Можно спуститься к озеру. Где там, ты говорил, вы устраивали посиделки у костра?

Алексей только скривил лицо и потом махнул рукой.

– Давай прогуляемся. Пойдем спустимся к озеру, потом можно около леса походить.

Мы спустились к озеру. Алексей долго ходил по берегу, что-то внимательно разглядывая.

– Господи, как тут все изменилось. Я уже и не помню, где мы с ребятами сидели. Кажется, здесь… – Алексей потоптался по пожухлой траве, потом поднял какой-то камень, подержал его в руке, а затем зашвырнул его в воду. – Знаешь, Женя, мне сейчас пришла такая мысля, что наш любитель писем оставил где-то тут очередное послание. Но это смешно!

– Почему бы и нет. Давай еще пройдемся и внимательно все осмотрим. Обойдем три сосны, ведь не зря они указывались в письме, вдруг это что-то да значит.

– Но это смешно! – снова выкрикнул Алексей. – Что это за игра за такая? Найти то – не знаю что, пойди туда – не знаю куда! Этот псих, что ли, книжек начитался, или, может, в каком фильме такое было.

– В жизни иногда бывает интересней, чем в фильмах или книжках, – со знанием дела заметила я, ибо знала, о чем говорю.

– Ну-ну. Ладно, пойдем обратно к лесу. Ерунда все это! Походим немного около леса, хоть свежим воздухом подышим. И пойдем домой, а то что-то я уже проголодался.

Мы снова вернулись на прежнее место. Обошли вокруг каждую сосну, потрогали и осмотрели стволы, также осмотрели почву под деревьями, но ничего не нашли, и никакие догадки в наших головах не возникли.

– Чувствую себя идиотом! – проворчал Алексей.

– Придем домой, поедим и все хорошенько обдумаем, – ободряюще произнесла я.

– Пойдем вниз по краю леса.

Озеро осталось за грядой, мы шли слегка с горки между редкими могучими деревьями. Солнце, которое иногда выглядывало и радовало нас своими теплыми лучами, резко исчезло, все небо заволокло темными низкими тучами. Вокруг образовался таинственный и слегка пугающий полумрак.

– Вот только дождя нам еще не хватало! – как обычно, пробурчал Алексей.

Однако я его слова практически не расслышала. Мой слух уловил нечто другое…

– Замри! – велела я Алексею, который шел чуть впереди меня.

– Что такое?..

И тут произошло невероятное…

В следующее мгновение послышался угрожающий рык и подозрительное шевеление в кустах. В один большой прыжок я оказалась перед Алексеем, попутно отшвырнув его к дереву.

– Спрячься за дерево! – крикнула я и сделала это очень вовремя.

Передо мной чуть справа метнулась серая тень. Из кустов показался настоящий волк средних размеров, по телосложению похожий на овчарку, только более худой и поджарый. Он грозно осклабился на меня, но потом почему-то резко бросился в сторону дерева, где притаился Алексей.

Моя реакция тоже было мгновенной. Мы практически одновременно взвились с волком в воздух, я уже успела вытащить из кармана сюрикен и метнула его в сторону зверя. Однако этого хищника спасло толстое дерево. Сюрикен царапнул по коре, но цели не достиг.

– За меня! Быстро уходи за меня! – орала я Алексею, который не заставил себя ждать и юркнул мне за спину.

Волк, видимо почувствовав во мне достойного противника, слегка стушевался, отбежав чуть в сторону, однако не изменив своих намерений. Не ожидая следующего нападения зверя, я достала второй сюрикен, присела на одно колено и…

Волк, словно почуяв атаку с моей стороны, прыгнул чуть в сторону, однако мой сюрикен все же достиг цели, но не полностью. Острый край «звездочки» полоснул зверя по задней лапе. Волк издал легкий скулеж и слегка подкосился. Мне же осталось только добить этого агрессивного зверя, пока он не совершил в порыве ярости очередное нападение. Добить его я решила наверняка, поэтому потянулась к щиколотке, за секунду выдернула свой штык-нож и уже собиралась было метнуть острое лезвие в волка, как тот, словно оборотень, исчез в кустах и растворился во мраке.

– Женя! Женя! – выкрикивал Алексей позади меня, прижавшись к толстому стволу дерева. – Что это было?

– Это был волк, если ты еще не понял.

Я быстро осмотрелась вокруг, нашла свои сюрикены, подобрала их и метнулась к Алексею.

– Но как все быстро произошло, я даже ничего не понял!

– Пойдем быстрее отсюда! – я взяла своего подопечного за руку, и мы бегом ломанулись в сторону проселочной дороги, которая вела в поселок.

* * *

– Тоже мне волк-киллер! Только этого нам и не хватало!

Мы миновали практически половину нашего пути, перейдя с бега на быстрый шаг.

– Ненавижу бегать! – продолжал возмущаться Алексей, стараясь выровнять дыхание.

– А я обожаю! – в тон ему ответила я.

– Женя, у тебя даже одышки нет, – я поймала на себе восхищенный взгляд. – И вообще… все так быстро и стремительно произошло, что я толком не понял, что происходит. Как ты успела среагировать? Мне даже страшно подумать о том, если бы я был один. Этот зверь меня бы загрыз в считаные секунды. Кошмар!

– На то я и телохранитель, – скромно ответила я.

– Да уж… Это что же получается, меня специально хотели выманить, чтобы этот бешеный волк на меня напал?

– Получается, что именно так.

– Жесть! И значит, именно этот волк и напал на моего отца?

– Скорее всего.

– Женя, ты так спокойно отвечаешь. Да ты хоть понимаешь!.. Это же… это писец!

– Понимаю, – так же спокойно ответила я.

– И что нам теперь делать?

– В первую очередь обезопасить тебя. И на всякий случай я бы твоих друзей отправила домой. Вика с Денисом не собираются уезжать?

Алексей дернул плечами.

– Я с ними не говорил на эту тему. Мне кажется, они тут будут до тех пор, пока я тут. По крайней мере, Денис точно.

– Ладно, это не критично. Важно сейчас другое, – я сделала многозначительную паузу. – Понять, что тут вообще происходит. Откуда взялся этот волк-одиночка, который нападает на людей? Кто пишет тебе эти дурацкие послания? Все это однозначно как-то связано между собой. И смерть твоего отца тоже неслучайна. И за всем этим стоит какой-то очень нехороший человек. И мне теперь самой интересно разобраться с этим делом и узнать, кто все это организовал и для чего.

– Знаешь, Женя… – Алексей криво усмехнулся, – находясь в Тарасове, я думал, что опасность и неприятности меня преследуют только там, и поэтому даже были мысли уехать сюда – в тихое живописное местечко, где я родился и провел свое детство. Почему-то казалось, что именно тут я смогу спокойно отсидеться и пережить все неприятности и что тут буду в полной безопасности. Но оказалось, что неприятности никуда не делись. Даже наоборот, тут как будто опасней находиться. У меня даже возникла сейчас мысль: а не махнуть ли на все это и не уехать ли обратно в Тарасов? Женя, ты понимаешь, я бегу от проблем, но сами проблемы от этого не решаются. Там на меня нападают в подъезде с ножом, подрезают тормозные шланги, присылают подарок в виде бомбы. Тут меня чуть не загрыз волк… Смерть отца…

– Ты знаешь, я заметила, что волк хотел напасть именно на тебя, – задумчиво произнесла я.

– Ты уверена?

– Да, он словно проигнорировал меня, хотя я стояла перед ним, загораживая тебя. Но он был нацелен прямо на тебя.

– Чертовщина какая-то!

– Согласна.

– Но как так? Как можно дикого зверя заставить напасть именно на определенного человека? То есть этот волк был специально нацелен на то, чтобы загрызть моего отца, а затем меня. Но… Женя, я не понимаю! Как это возможно?

– Не знаю. Но я обязательно это выясню.

На самом деле у меня возникли кое-какие догадки, но я не стала их озвучивать. Для начала надо как следует во всем убедиться и разобраться.

Мы уже почти подходили к поселку, когда Алексей вдруг приостановился и посмотрел чуть в сторону – вправо, где были редкие деревья и рыхлая почва, похожая на согру.

– Там находятся наши знаменитые болота. Если никогда там не был, то лучше не ходить туда.

– Получается, в тех местах пропал тогда тот мужчина, про которого рассказывал Виталий.

– Скорее всего. Площадь болот там очень обширная. Болотистая местность распространяется почти на десятки квадратных километров. Мой отец очень хорошо знал ту местность, поэтому часто охотился на болотах. Мы же с ребятами там очень редко бывали. Нас постоянно пугали, что там водится болотный злой дух и он утаскивает в трясину маленьких детей. Видимо, специально так говорили, чтобы мы туда не бегали.

– Да, взрослые часто придумывают всякие страшные байки для того, чтобы запугать детей, но только ради их же безопасности.

– Женя, а тебя чем-нибудь подобным в детстве пугали? Ты вообще где родилась?

– Я родилась во Владивостоке. Знаешь, я не помню, чтобы меня пытались запугать подобными байками. Мой отец был военный, поэтому воспитывал меня немного по-другому, не как всех остальных девочек. Да и я была ребенком не от мира сего, мне сложно было что-то запретить, я всегда пыталась бороться со своими страхами…

– Это и видно. Мне кажется, тебя вообще чем-то сложно запугать.

Я не успела что-либо ответить на этот комментарий, так как справа, именно с той стороны, где простирались обширные болота, появился человек. Темная мешковатая куртка, высокие резиновые сапоги, на левом плече болталось охотничье ружье – этот человек, словно тень, появился на горизонте и замахал нам руками.

Присмотревшись, я не сразу угадала нашего соседа Степана Петровича, который на каждый ужин приходил в дом отца Алексея и трапезничал вместе с нами.

– Это же Степан Петрович, – подтвердил мои догадки Алексей.

– Ничего ему не говори! – тихо сказала я и заговорщицки подмигнула.

– Понял.

Мы притормозили, улыбающийся сосед подошел ближе и поприветствовал нас.

– Привет, молодежь! Гуляете?

– Здрасте, Степан Петрович. Да, гуляем. Вот решили воздухом подышать.

– Это вы правильно сделали. Вот только, – мужчина сделал паузу и оглянулся по сторонам, – вы будьте осторожны! Не хочу вас пугать, но в свете последнего трагического события я бы вам не советовал вот так одним ходить в лес.

Мы с Алексеем переглянулись, но ничего не ответили. А сосед тем временем продолжил:

– Я-то вот с ружьем хожу, и то постоянно начеку.

– Но моему отцу даже ружье не помогло, – перебил Алексей.

– Потому что в нем уже не было патронов. А я теперь парочку всегда оставляю в своем ружье.

– Вы на охоту ходили? – поинтересовалась я.

– Да, решил канареек пострелять или уток, да вот никого не подстрелил.

– А вы стреляли? – как бы между прочим спросила я.

– Да, пару раз выстрелил, но не попал. А вообще охота – это как предлог, мне больше хотелось просто прогуляться, подышать свежим воздухом.

Я же про себя отметила, что никаких выстрелов слышно не было. Или с той стороны, где были мы, звук выстрела не доходит. Или Степан Петрович прибыл на охоту значительно раньше нас и использовал две свои пули. Либо он просто нас обманул.

– Вы хорошо знаете ту местность? – спросила я, кивнув вправо.

– Если уж говорить честно, то эти болота никто слишком хорошо не знает. Я тут прожил почти всю жизнь и то не рискую далеко заходить. Береженого, как говорится, бог бережет. Но та местность, которую я хорошо знаю, меня не пугает, там я смело могу ходить. Вот твой отец… – мужчина на секунду запнулся, – покойный, царство ему небесное, очень любил эту болотистую местность. Вот он действительно, наверно, знал там все хитрые тропы. Даже некоторые местные обращались к нему, чтобы он был сопровождающим, вроде как провести экскурсию по тем местам. Но твой отец, Леша, скажу я тебе, был очень несговорчивым человеком, характер у него был не сахар, да и сам наверняка это знаешь, поэтому он почти всем отказывал. Помню только, по весне он согласился поводить по болотам приезжую молодую пару, и то только потому, что я его попросил – это были мои знакомые, точнее сказать, сын моих хороших друзей, а девушка была его жена. Уж больно им хотелось сделать фотосессию на этих болотах, а идти туда одни боялись. Правда, долго они там не пробыли, их чуть комары не сожрали. А Сергей Иванович еще подтрунивал над ними, типа, вы что, уже обратно собрались, вы же так хотели погулять по болотам, так гуляйте, наслаждайтесь, фотографируйтесь.

Алексей даже позволил себе слегка улыбнуться, а затем, резко сделав лицо серьезным, спросил:

– Степан Петрович, а где именно волк напал на моего отца?

Я мысленно похвалила Алексея за заданный вопрос, ибо сама хотела спросить об этом.

– Да вон там и напал, – махнул сосед назад, в ту сторону, откуда мы пришли. – Поэтому я заволновался, так как понял, что вы гуляли в тех краях.

– Получается, это случилось, где стоят наши три знаменитых сосны?

– Не совсем. За ними, чуть в лес и немного ближе к болотам.

– Покажете мне потом то место?

– Э-эх, – сосед горестно вздохнул, – покажу, если просишь. Вот только зачем тебе это? Душевные раны бередить только. Тебя и Виталий туда может сводить, он же со мной был, когда мы нашли… Только сейчас люди боятся в те края ходить. Если пойдете, то обязательно берите ружье.

– Степан Петрович, вы хорошо знали моего отца. Несмотря на его жесткий характер, вам удавалось с ним ладить. Я знаю, вы часто бывали у него в гостях, на охоту иногда вместе ходили. Может, вы что-то заметили или отец вам говорил… Я имею в виду, не было ли у него с кем-нибудь каких-то стычек, возможно, он с кем-то сильно поругался. Были ли у него тут какие-то враги?

Степан Петрович на какое-то время замолчал, сделав лицо весьма сосредоточенным. Видно было, что он хочет что-то сказать, но не решается. Через некоторое время он даже приостановился и потом ответил:

– Леша, я понял, к чему ты клонишь. Я сам все хотел с тобой на эту тему поговорить. Посетила меня тут одна мысль, – мужчина сделал паузу, оглянулся по сторонам, словно боялся, что нас сможет кто-то услышать. – А посетила меня эта мысль вчера. Ходил я давеча тоже на охотку, точнее, цель-то у меня была погулять по осеннему лесу да подышать свежим воздухом. В общем, не вдаваясь в подробности, встретил я некоего Семена Васильевича Копытина, на лесопилке он главный лесничий у нас. Он тоже любит порой на охоту сходить. Так вот… этот Копытин последнее время очень не ладил с твоим отцом. Я так и не понял толком, что послужило причиной их разногласий, но враждовали последнее время они сильно. Помню, Сергей, когда я был у него в бане, прям слюной исходил, мол, ненавижу этого барыгу Копытина, весь лес вокруг изрубил, одни пеньки остались, а молодые сосенки перестали сажать. И жалобу в администрацию он на него накатал. Я уж и успокоить его пытался, так сказать, открыть глаза, ведь за собой мало кто что замечает. Я ж говорю, Сергей, ты вон себе какой терем из дерева отстроил, тоже из того же леса, который вырубают, и не одному тебе хочется жить в таком-то доме. А лес всегда был востребован. Так он и слушать не хотел, мы с ним тогда чуть не поругались. С пеной у рта он стал мне доказывать, что этот проходимец Копытин заключил контракт с китайцами, и по его умыслу теперь весь наш лес переправляют этим узкоглазым. Одно дело, когда наши земляки строят себе дома, а другое дело… В общем, – Степан Петрович махнул рукой, – самое подозрительное то, что буквально недавно от этого Копытина была прямая угроза.

– Какая? – тут же спросил Алексей.

– Это опять же со слов твоего отца. Он мне тогда так и сказал: «Представляешь, эта мразь продажная мне еще и угрожает! Орал, что я доиграюсь, будет мне карма, вдруг в болоте ненароком увязну или какой дикий зверь в лесу нападет». Но!.. – Мужчина снова приостановился и поднял вверх указательный палец.

– Что? – Мы тоже остановились.

– Самое поразительное то… Это и заставило меня задуматься.

– Так что же? – нетерпеливо спросил Алексей.

– У этого Копытина есть настоящий волк! – громким шепотом ответил Степан Петрович и осторожно огляделся по сторонам.

– В смысле?

– В прямом. Стойте, давайте тут договорим, – остановил нас сосед. – Я об этом только вчера подумал. А получилось так, что примерно пару недель назад я также пошел поохотиться и встретил Семена. Разговорились, а потом смотрю, волк между деревьев. Я встрепенулся, а Семен ухмыльнулся и говорит: «Не дрейфь, это мой волк». И стал хвалиться, что волка приручил, мол, лучше всякой охотничьей собаки, и что бояться его не надо, он добрый и ласковый, если его не злить. А потом этот зверь подбежал к нам, Семен потрепал его по загривку, и они ушли.

– Что, прям настоящий волк? – спросил Алексей, вытаращив глаза.

– Ну да, такой хороший, добротный, упитанный волк. Немного на овчарку похож, но если присмотреться… Наверно, из-за того, что зверь очень ухожен и откормлен, не сразу поймешь, что это именно волк.

– Может, этот мужик пошутил и это совсем не волк, а просто какая-то особая порода собаки, – предположил Алексей.

– Да нет, – отмахнулся сосед, – я что, волка от собаки не отличу?

– Понятно, – задумчиво протянул Алексей.

– Это вам информация к размышлению. Только я вам ничего не говорил. Все, молодежь, пойдемте в поселок, аппетит у меня разыгрался не на шутку. Сегодня на ужин снова приду к вам, Клавдия постоянно меня приглашает. А мне-то что, я мужик одинокий, всегда рад хорошей компании и задушевному общению.

«И вкусной халявной еде», – подумала я про себя и усмехнулась.

Минут через пять мы оказались на нашей улице, и каждый направился в сторону своего дома. Степан Петрович прошмыгнул в неказистую калитку и скрылся в недрах своего скромного одноэтажного домика, а мы зашли в расписные, с вырезанными узорами ворота, которые вели в шикарный двухэтажный деревянный терем.

* * *

– Надо срочно проверить этого Семена Копытина!

– Согласна. Ты уже рассказал, смотрю, об этом Виталию?

– Да, намекнул. Он обещал скоро зайти к нам. Он знает этого мужика и скажет, где его найти.

– Думаю, найти в вашем городке кого-либо – это не проблема.

– Ну знаешь, – Алексей скептически хмыкнул, – наш поселок не такой уж и маленький. Это в нашей стороне кажется, что он небольшой, а если ты пройдешь через центр дальше, то за пару дней все не обойдешь.

– Хватит уже маячить, как овод! Сядь и успокойся!

Алексей, как и прежде, ходил взад-вперед по комнате, подходил к окну, отодвигал и затем снова задвигал занавески. А в руках его дымилась большая кружка с травяным чаем, который вот-вот намеревался расплескаться.

Через некоторое время к нам в комнату заглянул Виталий.

– Тетя Клава спрашивает, когда лучше истопить баню, сегодня или завтра?

– Мне все равно, – ответил Алексей. – Я к бане как-то равнодушен. Это Денчик баню обожает.

– Женя, а ты любишь париться? – обратился ко мне Виталий.

– Да, я люблю баню.

– Тогда с Викой вам скучно не будет. Она тоже заявила, что обожает париться. А вообще, у меня ж тоже банька есть в моем домике. Пусть небольшая, но какая уютная. Не баня, а зверь! И в предбаннике есть второй выход, прямо на озеро. Вы когда уезжать собираетесь?

Мы с Алексеем переглянулись.

– Не решили, – коротко бросил мой «бойфренд».

– Ну, если еще дня на три задержитесь, то можно и у меня баньку организовать.

– Посмотрим, – неуверенно кивнул Алексей и отпил глоток своего ароматного чая.

– Ладно, – лицо Виталия резко обрело жесткие черты, отчего стало совсем непривлекательным, – насчет этого господина Копытина… Он живет в другом частном массиве, практически на окраине, это если идти в сторону лесничества… Дом у него тоже настоящий терем, еще покруче, чем у нашего бати, царство небесное.

– Я понял, где это, – перебил Алексей. – Найдем.

– И также я навел справки кое у кого… Да, у него действительно живет настоящий волк. Но он строго держит его в вольере и выходит с ним на поводке, только уже в лесу выпускает того на волю. Знаете, – интригующая пауза, – у меня вот какая картина нарисовалась в голове. Наверняка наш отец и этот король лесопилки случайно встретились на охоте, опять чего-то не поделили, стали спорить, возможно, даже и физически сцепились. Вот волк и решил заступиться за своего хозяина, налетел на обидчика и загрыз его. И не надо было зверя ни на кого специально натравлять, все случилось как бы само собой.

Мы с Алексеем снова переглянулись, но ничего на это не ответили. Подобная версия имела место быть, но как объяснить сегодняшнее нападение на нас? Если рядом с нами и был хозяин волка (не зря мне казалось, что за нами кто-то наблюдает), то как он смог натравить зверя именно на нас, а точнее, на Алексея? Ведь хищник был явно нацелен на моего клиента.

– Мы с этим обязательно разберемся, – уверенно ответила я.

Виталий метнул на меня удивленный взгляд своих темных, словно угольки, глаз.

– Решительная у тебя баба, Леха, – усмехнулся Виталий.

– Не баба, а девушка, – поправил Алексей.

– Ой, я тебя умоляю… Уж прости нас, мы люди простые, деревенские, у нас тут все бабы. Женя, ты не обиделась?

– Нисколько.

– Ладно… Вы это… если что, можете меня тоже взять с собой к этому Копытину.

– Посмотрим, – кивнул Алексей.

– Так когда баню топить? – спросил Виталий, уже выходя из комнаты.

– Лучше завтра. Сегодня нет настроя.

Утро следующего дня началось для меня как обычно. В семь утра я открыла глаза и поняла, что спать дальше не намерена. К тому же мой «бойфренд» постоянно пытался прижаться ко мне, вылезая из своего одеяла и нагло придвигаясь на мою сторону кровати. Хорошо хоть соблюдал, так сказать, политес и дистанцию, без всяких намеков на интим и без плоских и пошлых шуточек по поводу того, что мы спим на одной кровати. В какой-то момент это даже слегка задело мое самолюбие. Какая бы я сильная и эмоционально устойчивая ни была, но в глубине души я все же оставалась женщиной. Видимо, просто я была не во вкусе этого мужчины, либо он просто умел держать себя в руках и четко разделял деловые и личные отношения.

А возможно, он просто боялся меня. Ведь я совсем не была похожа на тех глупеньких пустых девчуль, с которыми он привык общаться…

Дождавшись, когда забрезжит рассвет, я собралась и отправилась на пробежку. Сегодня я решила не забегать далеко за поселок, устроив себе маршрут именно по улочкам частного сектора. Пробежалась по так называемому центру, где, к своему удивлению, обнаружила большой двухэтажный торговый центр, крытую территорию местного рынка, красивую белую церковь и сквер с каким-то памятником.

Когда я возвратилась обратно, то около дома мне встретился Николай Петрович – муж Клавдии Ивановны. Надо отметить, этого тихого и незаметного мужичка практически никогда не было ни слышно, ни видно. Да, он всегда на ужине сидел с нами за общим столом, но в основном молчал и при этом очень много ел.

– Доброе утро, – поприветствовала я мужчину.

Тот, заприметив меня, добродушно улыбнулся.

– О, Евгения, доброго утречка! Точнее, бодрого!

– Вы к нам? – уточнила я, подходя к воротам.

– Да, Клава немного притомилась, решила поспать, а меня отправила кроликов покормить и кур, яйца посмотреть, авось снеслись. Но после десяти она придет, завтрак готовить.

Оказавшись рядом с Николаем Петровичем, я уловила слабый запах солярки, примерно такой же, какой вчера почуяла, когда мы отправились на нашу опасную прогулку.

«Наверно, это он распространяет этот специфический запах от своей замасленной телогрейки, – отметила я про себя. – Интересно, у него дома трактор?..»

– Клавдия Ивановна такая хлопотунья, – сделала я комплимент его супруге. – Спала бы она себе дальше, мы что, сами себе завтрак не сделаем?

– Да не будет она тебе так долго спать. Мы ж тут вообще не привыкли поздно вставать. Ты вот тоже, смотрю, ранняя пташка, – мужичок посмотрел на меня с уважением. – Клава мне уже рассказала про тебя, мол, у Леши невеста бегунья, встает ни свет ни заря и бегает. А эти-то все дрыхнут, ну и бог с ними, городские, они не привыкли рано вставать.

– Не скажите, – решила я возразить, ибо мне всегда было непонятно, почему сельские жители считают, что городские поздно просыпаются, ну, если только на выходных, – Алексей каждый день встает в шесть утра и мчится на работу. Иногда и по субботам ему приходится работать. Даже здесь часов в девять-десять он уже на ногах и сидит за ноутбуком, работает удаленно.

– Э-эх! – махнул рукой мужик. – Кто уж как привык жить, у каждого, как говорится, свой распорядок.

– Это верно. Может, вам помочь по хозяйству? – предложила я.

– Да ну, брось! Тут делов-то на полчаса. Иди завтракай.

Зайдя в нашу комнату, я застала Алексея не спящим, а сидящим за ноутбуком и с наушниками на голове. С деловым видом он вел какие-то важные переговоры.

Заметив меня, он слегка кивнул и снова погрузился в свое важное занятие. Я, чтобы не отвлекать его, спустилась вниз, ополоснулась под душем, облачилась в домашний спортивный костюм и пошла варить себе кофе.

В дверях кухни появилась Вика.

– О, Женя, доброе утро! Сваришь для меня тоже кофе?

– Доброе утро! Конечно.

Вика зевнула, потом выпила стакан воды и села за стол, облокотившись на него.

– Женя, ты такая молодец, бегаешь по утрам. А я вот никак не могу себя заставить. Даже хотя бы просто пойти в спортзал.

– Тут главное начать и выработать у себя привычку. Потом без этого уже не сможешь.

– Да знаю я об этом. Я в том году часто ходила в тренажерный, даже результаты были видны, а сейчас снова разленилась. Женя, но ты меня вдохновляешь! Глядя на тебя, я понимаю, что, когда мы вернемся, я снова начну ходить на тренировки. У тебя вон какое тело подтянутое, ни грамма лишнего жира, а ягодицы просто супер!

– Спасибо, – я улыбнулась, продолжая помешивать кофе в большой металлической турке. – У тебя тоже неплохая фигура, ты очень стройная.

– Стройная – это да. Я от природы всегда такая была. Но тонуса в мышцах нет.

Кофе был готов, я разлила его по чашкам, а Вика в это время сделала нехитрые бутерброды с сыром.

– По ходу, Клавдия Ивановна переутомилась тут с нами и решила сегодня на все забить, – усмехнулась Вика.

– Пусть отдыхает.

– Конечно. К тому же еды полный холодильник. – Вика отпила ароматный кофе и зажмурилась от удовольствия. – Кайф! Женя, ты отлично готовишь кофе.

– Спасибо, это единственное, что я хорошо готовлю, – ляпнула я и тут же об этом пожалела.

– Как? – Вика вытаращила на меня свои глазищи. – Женя, женщина должна хорошо готовить! Как же ты будешь в семье? Детей кормить, мужа? Кстати, Леша тебе еще предложение не сделал? У вас вообще как, серьезно?

Этот разговор мне стал напоминать общение с моей тетушкой Милой. Поэтому я ответила коротко и тут же перешла на другую тему:

– Пока ничего серьезного. Жизнь, как говорится, покажет. Вика, ты же любишь баню?

– О да, Женя, я просто обожаю париться. Кстати, баню нам обещали сегодня. Мы все с Денисом обсуждали, как париться будем. Ну, точнее, кто с кем. Парами или мальчики отдельно, девочки отдельно. Но решили, что если парами, то Виталику вроде как и париться будет не с кем, у него, как мы поняли, нет девушки. Не оставлять же его в бане со старперами, поэтому пусть ребята отдельно парятся, а мы с тобой будем.

– Я не против.

– Женя, когда вы уезжать собираетесь? – с серьезным видом спросила Вика.

– Пока не решили. Как Алексей скажет, тогда и поедем.

– Просто меня уже на работе ждут, но я пока умудряюсь отмазаться. Да и мама моя с нашими двумя таксами устала сидеть и выгуливать их. Одна я уезжать не хочу, а Денис на удаленку перешел.

– Если вам нужно уехать, то уезжайте. Что вас тут держит?

– Меня Денис держит. Да и чего греха таить, нравится мне здесь, хоть мы тут и оказались при таких невеселых обстоятельствах. Денис говорит, что Лешу тут держит что-то, а вот что, непонятно. Женя, может, ты в курсе?

Я отпила кофе и пожала плечами.

– Я с ним не говорила подробно на эту тему, но, как я поняла, он просто хочет побыть здесь, отдохнуть, так сказать, от города, – обтекаемо ответила я.

– Понятно. Ладно… Женя, какие у вас планы на сегодня, кроме вечерней бани?

Я, конечно, не стала говорить Вике, что у нас сегодня намечается важное дело. По сути, мы с Алексеем вели расследование, и нам надо во что бы то ни стало докопаться до правды. Вот только всем остальным об этом знать не обязательно, особенно Вике с Денисом. Незачем ребят впутывать в это дело.

– Пока еще не решили. Но… Леша говорит, что гулять по лесу сейчас опасно. Ну, ты поняла, о чем я…

– Да, мне Денис то же самое говорит. Женя, меня удивляет пассивность местных жителей. В лесу появился волк, который нападает на людей. И все сидят и только рассуждают об этом, ох, какая трагедия, мужика волк загрыз. Тут же полно охотников, давно бы уже собрались и устроили охоту на этого волка.

– Да, но это не так просто, как кажется. Где гарантия, что ты пристрелишь именно этого волка?

– Да перестрелять к черту всех этих волков и запугать их, чтоб держались подальше от поселка, от людей, – в сердцах воскликнула Вика, даже чуть не пролила свой кофе.

– Ты чего бушуешь? – В дверях появился заспанный Денис.

– Ничего, – буркнула Вика. – Тебя, типа, покормить надо?

– Ну конечно! Сидишь тут такая деловая, кофе пьешь… – шутливо произнес Денис, затем подошел к Вике и поцеловал ее в щеку.

– Ладно, ребят, завтракайте, я пошла, – поднявшись, я взяла свою чашку, но Вика тут же меня одернула:

– Женя, оставь, я помою.

– Спасибо.

– Это тебе спасибо за вкусный кофе.

– А где Леха? Все еще дрыхнет? – поинтересовался Денис.

Я улыбнулась и, уже стоя в дверях, ответила:

– Нет, он работает. Сидит с важным видом за лэптопом и ведет деловые переговоры.

– Деловая колбаса! Давай тормоши его, и пусть спускается, банкир хренов.

– Хорошо, – кивнула я и покинула кухню.

Войдя в нашу комнату, я обратила внимание, что Алексей также сидел в наушниках и разговаривал, только уже по телефону. Через минуту я поняла, что общался он с мамой.

– …Да, мама, не переживай… Конечно, я понял. Да, я уже в порядке… Да, как вернусь в Тарасов, я тебе сообщу. Хорошо… Обнимаю, целую!

Алексей отключился, снял наушники и как-то грустно посмотрел на меня.

– Мама звонила. Изъявила желание сюда приехать. Представляешь? Но я ее отговорил. Зачем ей тащиться в такую даль? Да и с отцом они уже лет пятнадцать не жили вместе и не общались совсем. Хотя она, конечно, очень переживает… за меня в первую очередь. В общем… я обещал свозить ее сюда летом. А сейчас ей тут точно делать нечего.

– Согласна, – кивнула я и затем спросила: – Скажи, а у Клавдии Ивановны и Николая Петровича есть дети?

– Нет. А почему ты спросила?

– Просто любопытно. Подумала, что племянники наверняка бы приехали на похороны дяди, хотя… мало ли, какие могут быть причины, почему их тут нет. Но вопрос отпал сам с собой.

– Да, так получилось, что бог не дал им детей. Поэтому тетя Клава всегда возилась с нами, помогала отцу по хозяйству, в общем, растрачивала нереализованную энергию.

– Поняла, – кивнула я. – Иди завтракать, ребята тебя ждут. А я позвоню тете Миле, а то она небось волнуется за любимую племянницу…

* * *

Дом Семена Копытина находился в другой стороне поселка и возвышался, словно небольшой деревянный замок, над остальными домишками на хуторе. Высоченный забор из красного кирпича исключал вероятность какого-либо наблюдения. Наверное, у главного лесничего и должен быть именно такой дом.

– И что ты делать собираешься? – уныло спросил Алексей, когда мы оказались недалеко от нужного дома. – Я за волком бегать не намерен.

– А с чего ты взял, что за ним надо бегать? И я вообще не понимаю, зачем ты со мной пошел? Я бы и сама справилась.

– Ну да, сидел бы я дома с ребятами, а моя «якобы девушка» ушла гулять одна по поселку. Не смеши!

– Да придумать можно все что угодно. Например, мы поругались, и я решила побыть одна.

– Я и так сейчас еле от ребят отмазался, что мы хотим побыть пару часиков одни и нам надо кое-куда сходить. Я от Вики с трудом отделался, она все упрашивала взять их с собой. Представляю, как бы они отреагировали, если бы узнали, куда мы пошли и зачем. Ладно… Так все же, Женя, каков наш план? Ты же у нас за старшего.

– Есть два варианта. Первый – это просто последить, понаблюдать. Но этим я привыкла заниматься в одиночку, поэтому и хотела пойти одна. Второй вариант – сразу заявиться к хозяину дома и задать ему парочку серьезных вопросов.

– Второй вариант мне нравится больше. Вот только вдруг он с нами и разговаривать не будет?

– Не исключено, – кивнула я и, немного поразмыслив, ответила: – Для начала я бы, конечно, понаблюдала, произвела бы, так сказать, рекогносцировку местности. По крайней мере, я так привыкла работать. Сначала присмотреться, понаблюдать. Хотя порой и приходится идти на рожон. Мне хотелось бы для начала посмотреть на этого волка. Просто того волка в лесу я хорошо запомнила – он был не упитан и очень жилист, и есть один важный момент – тому волку я нанесла ранение в ногу, пусть небольшое, но все же… Поэтому мне было бы достаточно просто посмотреть на этого волка, чтобы сделать соответствующие выводы.

– Хорошо, и как ты собираешься проникнуть внутрь? – скептически произнес Алексей и выразительно посмотрел на кирпичный забор. – Дырку будешь ковырять в кирпичах, как граф Монте-Кристо?

– Ты читал Дюма? Уважаю.

– Нет, фильм смотрел.

Я пошла вдоль забора, не обращая внимания на своего подопечного, который иногда своим брюзжанием начинал меня раздражать.

Я остановилась около разлапистой ивы, которая росла прямо около ограды.

– Только не говори, что полезешь на дерево, – усмехнулся Алексей.

– А почему нет? Только меня смущает, что сейчас нет листвы, ветки голые и я буду вся на виду.

– Вот-вот!

– Ты знаешь, а ограда не такая уж и большая, – заметила я. – Если ты меня подсадишь, то я вполне смогу оказаться наверху.

– Женя, какая ты авантюристка! Может, просто постучим в дверь и зайдем внутрь, как нормальные люди?

– Это слишком скучно. Давай иди сюда!

Я огляделась по сторонам и, не отходя от дерева, подошла впритык к ограде.

– Вот блин, куртку мне испачкаешь, – продолжал брюзжать мой «бойфренд», но все же присел и подставил мне свои плечи.

Через минуту я уже ухватилась за край ограды и подтянулась, навалившись животом на каменную поверхность. Как я правильно и рассчитала, это была задняя часть дома. Виднелись какие-то пристройки и постройки, преимущественно из дерева. Чуть правее красовалась большущая баня, рядом с ней беседка. А чуть в стороне было что-то похожее на вольер.

Присмотревшись, я не увидела там никакого волка. А вдруг хозяин дома снова ушел на охоту, прихватив с собой своего питомца? Скорее всего, так оно и есть, подумала я и заметила, как из-за дома выскочил белобрысый парнишка лет тринадцати на вид. Сначала он немного постоял, о чем-то раздумывая, глядя на крышу, потом пару минут послонялся по двору и снова убежал.

Я уже хотела было спрыгнуть с ограды, как увидела, что парнишка снова оказался во дворе. Я притаилась и пригнулась как могла, чтобы постараться быть незамеченной.

У паренька в руках оказалась рогатка, и с помощью этого нехитрого оружия он нашел себе занятие. Мальчишку заинтересовали голуби, сидевшие на крыше дома. Разумеется, ни в одного из них он не попал, а только распугал всех пернатых. Юркие птицы взмывали в воздух еще до того, как он натягивал резинку на рогатке.

«Тоже мне юный охотник, – злорадно подумала я. – Вместо того чтобы покормить бедных птиц, он решил в них пострелять. Весь в папу!»

Я аккуратно «стекла» по ограде и повисла на руках, после чего разжала пальцы и приземлилась рядом с Алексеем.

– Ну и что там? – тут же спросил он. – Разглядела волка?

– Нет там никакого волка. Скорее всего, они со своим хозяином ушли на охоту.

– Ну и что мы будем дальше делать? Ждать их возвращения? – раздраженно спросил Алексей.

Я не сдержалась и практически зашипела на него:

– Послушайте, молодой человек, не вы ли просили меня как можно быстрее разобраться в ваших проблемах? И этим я сейчас и занимаюсь. Еще раз повторяю, ты мне здесь не нужен, я вполне справлюсь сама. Так что можешь возвращаться домой к ребятам и сказать, что мы «поругались», а потом я приду, мы «помиримся» и пойдем париться в баню.

– Женя, а ты со мной пойдешь париться в баню? – как-то глупо спросил он и выпятил нижнюю губу.

– А ты что, боишься?

– Нет, но…

– Нет, я пойду с Викой!

– А-а…

– Так и?

– Что и?.. А, Женя, не ругайся, конечно, я останусь с тобой. Не обращай на меня внимания.

– Тогда не гунди у меня над ухом, – строго велела я и направилась к воротам. – Там во дворе мальчишка. Пойдем спросим, где сейчас его папа, или кто он там ему…

Мы подошли к большим деревянным воротам, в которые была вмонтирована металлическая дверь. Взявшись за ручку, я поняла, что она открыта. Толкнув ее, я зашла внутрь, и Алексей шмыгнул следом.

Я уже было хотела окликнуть паренька, как тот неожиданно появился перед нами и, целясь из своей рогатки, отпустил натянутую резинку.

– Черт! – выругался Алексей, взявшись за шею. – Я тебе что, птица? Ты зачем стреляешь?

– Ой, я не хотел, – виновато произнес паренек и опустил рогатку.

– Не хотел он! А если бы в глаз попал, гаденыш!

– Не ругайся, – одернула я «жертву обстрела» и обратилась к мальчишке: – Скажи, а дядя Семен дома?

– Нет, он ушел на охоту.

– Со своим зверем?

– Вы имеете в виду Серого?

– Какого еще Серого? – не сразу поняла я, но тут же спохватилась: – Ах, ну да, конечно, Серого. Скажи, а где они обычно охотятся?

– Да когда как, – откликнулся парнишка, потом подошел к воротам, выскользнул за дверь и указал чуть вправо. – Сегодня они туда пошли.

– Ясно, – протянула я.

– Так в той стороне болота? – предположил Алексей.

– Ну да, – кивнул паренек. – Но мой папа хорошо знает эти места, ему бояться нечего. Да и основные болота чуть дальше. А тут нормально, даже я туда бегаю.

– Ладно, иди в дом и закрой дверь, – велела я.

– Я никого не боюсь! – заявил парнишка.

– И с рогаткой поосторожней. В людей не стреляй! – сказал ему напоследок Алексей, и мы направились в ту сторону, куда нам указал паренек.

* * *

– И что нам теперь, по лесу бегать за этим мужиком и его волком! – Алексей шел чуть позади меня, возмущался, как обычно, и постоянно спотыкался о кочки. – Что-то не очень хочется идти в чащу, где бродит подозрительный мужик с чудовищем на поводке. И хорошо, если на поводке.

Я лишь вздохнула, ничего не отвечая, стараясь смотреть вперед и прислушиваться.

– Да мало ли кто там еще водится, а у нас даже ружья нет. Женя, ты взяла с собой хотя бы нож?

– Да угомонись ты уже! – не сдержалась я. – Я же говорила, не хочешь идти, возвращайся домой!

– Ну уж нет, пойду с тобой! Вот ты авантюристка, Женя.

– Тогда иди молча и не гунди.

Мы уже давно прошли пролесок, находящийся за жилым массивом, миновали небольшое поле и подошли к темной и угрожающей стене леса. Было очень тихо, мы не слышали ни единого звука, кроме шуршания листвы у нас под ногами. Вокруг царил полумрак, и где-то сверху иногда небольшие порывы ветра шумели кронами деревьев.

Алексей поравнялся со мной и вдруг неожиданно вцепился в мою руку. Кажется, его что-то напугало.

– Женя, смотри, там два больших светящихся глаза!

Я всмотрелась вперед, но ничего не увидела.

– Послушай, сейчас не до шуток.

В этот момент ветки с треском расступились, и из них вылетела большая птица, хлопая крыльями.

– Фу-ух, да это же сова! – с облегчением выдохнул Алексей. – Женя, а если мы медведя встретим?

– Слушай, даже не верится, что ты жил в этих местах. Такое ощущение, что ты тут впервые.

– Ну знаешь, – хмыкнул Алексей, – одно дело в детстве тут бегать, не зная реальной опасности, и другое дело сейчас… к тому же мы сюда не на пикник пришли. Да и вообще, в детстве мы так сильно в лес не забегали, только со взрослыми, – приврал Алексей.

Я лишь пожала плечами, продолжая идти вперед и прислушиваться. Алексей покорно шел за мной. Через пару минут он слегка обогнал меня.

– Не заходи сильно вперед меня, – велела я. – Держись рядом или чуть позади.

Алексей раздвинул густые ветки и снова выругался, размахивая руками.

– Черт, кажется, я залез в паутину! – отмахиваясь, он шагнул вперед, вдруг резко поскользнулся и упал. – А-а… Женя, держи меня!

Но я не успела его схватить. Мой подопечный скатился куда-то вниз по небольшому склону и исчез из виду.

Мне не оставалось ничего другого, как ломануться следом за ним. Я шагнула вперед, присела и быстро съехала вниз по мокрой траве и опавшим сырым листьям. Алексей проехал чуть вперед меня. Я же притормозила и почувствовала под руками жидкую грязь.

– Извалялся как свинья! – зло прошептал Алексей.

Я ничего не ответила, заподозрив неладное. И через секунду с ужасом поняла, что грязь под моими руками зыбко трясется.

– Быстро назад! – велела я своему горе-клиенту.

– Что такое? – не понял он.

– Мы в трясине, идиот! – чуть не заорала я.

– Ох, блин! – дошло до Алексея, и он стал суетиться.

– Не пытайся встать! Осторожно, но быстро пробуй ползти ко мне, – велела я, а сама уже отступила на полметра назад на твердую почву.

Алексей осторожно пополз назад, но было уже поздно. Его колени и руки с чавканьем входили в гадкую жижу. Вонь от болота была отвратительной, из-под грязи сочилась гнилая вода, и было ощущение, что моего подопечного заглатывает огромный слизняк. И я никак не могла этого допустить.

– Алексей, не останавливайся! Шевелись, пробирайся вперед!

Коварное болото разверзлось с тихим всхлипом еще больше, и Алексей провалился почти по пояс.

– Женя! Сделай что-нибудь! – с отчаянием прокричал он.

Я осмотрелась, затем с хрустом отломила большую ветку и протянула ее Алексею. Он вцепился в нее со всей силой. Я не удержалась и поскользнулась, чуть снова не съехав в болото. Палка выскочила из рук. Я тут же села на колени и снова схватила конец палки, которую протягивал мне Алексей. Я, пытаясь не поскользнуться и не оказаться снова в трясине, держала палку и старалась тянуть на себя.

Наконец Алексей выбрался из болота и плюхнулся на твердую почву. Вид у него был ужасен – одежда, покрытая толстым слоем жидкой вонючей грязи, прилипала к его телу и явно мешала двигаться.

– Так и знал, что добром это не закончится, – зло проговорил он и сплюнул на землю.

Если честно, мне почему-то стало смешно, однако я старалась не выдать своего веселья.

– А кто виноват, что ты такой неуклюжий? Сказала же, иди рядом.

Алексей что-то пробурчал себе под нос и попытался подняться. Его трясло, казалось, я даже слышала, как стучат его зубы.

– Не стой на месте, шевелись! Тебе надо двигаться, все же не лето на улице.

Алексей попытался сделать какие-то движения. Тут я не сдержалась и все-таки рассмеялась.

– Я Водяной, я Водяной, никто не водится со мной! – попыталась я взбодрить своего чумазого клиента.

– Ага, очень смешно, – скривился тот. – Женя, теперь точно идем домой!

– А что тебя смущает? В таком виде тебе сам черт не страшен, – продолжала веселиться я.

– Женя, прекрати! Мне реально не до смеха.

Я промолчала и где-то в глубине души почувствовала свою неправоту. Тоже мне телохранитель, потащила своего клиента в какие-то дебри на поиски потенциально опасного человека, да еще и с волком. А ведь я в первую очередь отвечаю за безопасность этого человека. Клиент чуть не утонул в болоте, а я еще позволила себе дерзость веселиться.

– Ладно, ты прав, – твердо сказала я. – Пойдем домой, тут нам делать нечего. Здесь небезопасно. А с этим Семеном и его Серым я сама разберусь.

Мы побрели обратно, только путь пришлось выбрать немного другой, ибо подняться наверх по мокрому склону не представлялось возможным, а скатиться снова вниз в болото совсем не вдохновляло.

Мы взяли немного правее и, пройдя через небольшой сосновый участок, оказались в смешанном лесу. Впереди виднелся просвет.

– Я думаю, если пройти сквозь, то мы выйдем на опушку, – предположил Алексей. – А там уже должна быть проселочная дорога. Женя, скоро начнет смеркаться, надо поторопиться.

Алексей снова впереди меня смело ломанулся в плотные кусты, видимо, решив, что тут уже никакой опасности не будет. Но вдруг он резко притормозил, словно наткнулся на серьезную преграду.

– О господи! – вскрикнул он не своим голосом. – Женя, тут что-то мохнатое и теплое!

Я стушевалась буквально на секунду, то тут же спохватилась.

– Кабан! – заорала я, хватая Алексея за руку. – Бежим!

Ну вот что за клиент мне достался. Прям человек-беда какой-то. То паутина, то болото, то спугнул сову, теперь еще и дикий кабан.

Мы ринулись обратно, а за нами следом, ломая ветки и свирепо хрюкая, бежал дикий потревоженный вепрь. Долго с ним на скорость мы соревноваться не сможем. Поэтому, наткнувшись на ствол дерева, я предложила путь спасения.

– Наверх! – крикнула я Алексею и тут же подтолкнула его к толстой склонившейся ветке. Он зацепился за нее и стал карабкаться вверх, что-то бубня себе под нос.

Я же обхватила дерево двумя руками и, как червяк, немного проползла вверх по стволу. Затем ухватилась за прочную толстую ветку и перекинулась на нее, повиснув на руках. Затем подтянулась и оказалась на ветке, метрах в двух над землей.

– Шустрей! – велела я.

В этот момент кабан подбежал к нам. Он стал неуклюже подпрыгивать, стараясь достать карабкающегося Алексея. Я уже держала в правой руке зажатый между пальцами сюрикен, готовая в любую секунду метнуть его в дикого зверя. Однако Алексей, пыхтя и непечатно выражаясь, подтянулся на руках и уселся на ветке.

Снизу доносилось сопение и хрюканье, и мне это не нравилось. Дикий кабанчик был явно раздосадован нашим удачным бегством. Во мраке поблескивали его недобрые хищные глаза.

– Просто прекрасно! – нервным голосом отозвался Алексей, елозя на своей ветке, пытаясь удобно пристроить спину. – Я давно так хотел погулять вечерами на своей родине, искупаться в лечебной грязи, снять верхний слой загрубелой кожи о ветки, побегать наперегонки с добродушным кабанчиком… Что может быть полезней для здоровья!

Мы услышали какое-то шуршание, затем хруст.

– Кажется, эта тварь что-то задумала! – выкрикнул Алексей и ухватился руками за ветку.

Приглядевшись, я поняла, что кабан роется в земле возле дерева. Интересно, зачем?

Наше убежище задрожало, мы вцепились в ветки. Возня внизу продолжалась, грузное тело тяжко ворочалось в полумраке.

– Эта сволочь подрывает корни! – Алексей уже не кричал, он констатировал факт.

Неужели этот кабан способен повалить такое большое дерево? Хрусть! Вепрь стал тереться боком о кору. От интенсивной тряски мы чуть не свалились на землю.

– Женя, зачем он это делает? – нервно спрашивал Алексей. – Ведь кабаны не едят людей.

– Возможно, ему в лесу не хватает витаминов, – зло процедила я и поняла, что пора действовать. Сколько еще можно сидеть на этом дереве и ждать, когда оно упадет благодаря стараниям обезумевшего зверя. А то, что у кабана именно такая цель, я не сомневалась.

– Оставайся на дереве! – велела я Алексею, а сама улучила момент и спрыгнула на землю. Пора было уже разделаться с этим бешеным кабаном.

Приземлившись примерно в полутора метрах от вепря, я, не медля ни секунды, метнула в него сюрикен. Мое маленькое оружие острыми краями вонзилось в его плотное тело сбоку. Зверь издал звук, словно свинья на убое, заметался, а потом с утроенной злобой ринулся на меня. Однако я ждала этого, поэтому уже вытащила свой штык-нож и готова была вступить в схватку с хищным противником, как вдруг…

Что-то серое, быстрое, словно молния, вывернулось из кустов и кинулось на кабана. Раздался жалобный визг, смешанный со свирепым рычанием хищника.

Это был волк!

Сейчас он разделается с кабаном, а потом примется за нас. Я достала из кармана второй сюрикен, а в правой руке продолжала держать штык-нож. Волк вцепился в бок кабану, а тот вертелся, стараясь его сбросить. Наконец ему это удалось. Вепрь стремглав кинулся через кусты прочь, и волк даже не пытался его преследовать. Однако в следующую секунду раздался оглушительный выстрел. Движения кабана в кустах резко прекратились. А волк спокойно сел под деревом, словно чего-то выжидая.

– Женя, что там происходит? Кто стрелял? – послышался тихий голос Алексея сверху.

– Пока сама не поняла. Но лучше оставайся на дереве, – так же тихо велела я и прислушалась.

В наступившей тишине я услышала шаги. Это явно человек.

Заросли раздвинулись, и на поляну вышел рослый мужчина с ружьем наперевес.

– Молодец, Серый, – обратился он к волку, – хорошо поохотились. А ты кто такая? – обратился он ко мне. – Чего одна по лесу шаришься?

– Гуляю, – спокойно ответила я, при этом продолжая следить за сидевшим волком.

Сверху послышалось шевеление веток и какое-то кряхтение.

– А там еще кто? А ну слазь! – рыкнул мужчина.

– Не слезу! – послышался сдавленный голос Алексея.

Охотник удивленно посмотрел на меня, потом снова перевел взгляд на дерево.

– Вообще-то на нас напал кабан, – пояснила я. – Поэтому мы испугались. Спасибо… вашему волку, – я кивнула в сторону зверя, – он нас спас.

– Да, Серый у меня молодец. Но вы не уходите от разговора. Кто вы и что тут в лесу делаете? Вы явно не местные, я вас раньше не видел. Решили погулять? – мужчина усмехнулся. – Не лучшее место вы для прогулок нашли.

Я поняла, что перед нами был не кто иной, как сам Семен Копытин собственной персоной. Вместе со своим волком. На ловца, как говорится, и зверь бежит. Вот только зверей нам на сегодня, пожалуй, хватит.

А раз уж судьба свела нас с этим человеком, то не вижу смысла отпираться, поговорим с этим мужчиной начистоту.

– Алексей, слезай! – крикнула я Алексею, и тот, услышав мой бодрый голос, матерясь, спрыгнул с дерева.

Увидев его, охотник слегка отшатнулся – Алексей появился перед ним как черт из табакерки.

– Ты откуда такой красивый?

– Откуда надо, – огрызнулся Алексей.

– Ну а теперь давайте начистоту! Мы как раз жаждали с вами встретиться, господин Копытин, – уверенно произнесла я и подалась вперед.

– Ого! – удивился тот. – А вы меня знаете?

– Заочно. Хотели познакомиться поближе.

– И кто вы такие будете? – спросил Копытин, внимательно всматриваясь в наши лица.

– Перед вами Алексей Сергеевич Громов, – я указала на своего клиента. – Сын недавно погибшего на охоте Сергея Громова.

– Ах вот как, – кивнул мужчина и как будто расслабился. – А вы, барышня, кто будете? И уберите, кстати, свой нож, он вам уже не понадобится.

Я убрала нож обратно в ножны, прикрепленные к голени, а сюрикен в другой руке замаскировала между пальцами. На всякий случай.

– Хороший клинок, – охотник с уважением посмотрел на меня. – Так и?..

– Меня зовут Евгения, я доверенное лицо этого человека и… и просто хороший друг.

– Я соболезную, – кивнул он Алексею. – Хоть я и не очень жаловал вашего отца, но все же жалко человека. Так зачем вы хотели встретиться со мной?

– Это ваших рук дело? – прямо спросила я и посмотрела на мужчину в упор.

– Что именно? – не понял тот.

– Смерть Сергея Громова. Зачем вы его убили?

Немая сцена: Алексей тупо таращился на меня, как на камикадзе-смертника, а Семен Копытин тоже словно проглотил язык.

– Чего вы добились этим убийством? – продолжала наседать я. – Убрали надоевшего вам человека, с которым постоянно были стычки. Причем сделали это не своими руками. В вашем распоряжении отличный наемный убийца, – я кивнула в сторону сидящего волка. – Вам даже руки марать не пришлось, натравили своего Серого, и все!

Мужчина словно встрепенулся, переварил услышанное и даже позволил себе слегка улыбнуться.

– Уважаемая, Евгения, – Копытин говорил медленно, но очень четко, – за такие вещи не убивают – это раз. А во‑вторых: мой Серый, если хотите знать, человека в жизни не тронет.

– Почему я должна вам верить?

– Серый, иди ко мне, – позвал он волка.

Тот послушно подошел, слегка виляя хвостом.

Я напряглась.

Мужчина взял мою руку и поднес ее к голове волка. Она была теплой, покрытой густой жесткой шерстью.

– Это вы его так выдрессировали, – спокойно ответила я, гладя волка по голове.

Мужчина отступил в сторону.

– Я отойду, а вы продолжайте гладить его.

Я была напряжена, как пружина. Вдруг это хитрый шаг со стороны нашего противника. Однако в глубине души, чисто интуитивно, я не ощущала опасности от этого зверя. Моя рука расслабилась, и волк, видимо, почуял это, потому что сразу подался носом в мою ладонь и даже лизнул ее. Вот уж не ожидала таких нежностей от хищника.

Нет, это, несомненно, был не тот волк, который на нас напал. Тот был более хищный, поджарый, более худой и какой-то неухоженный. Этот же волк лоснился густой шерстью, был упитан и добр, словно выдрессированный домашний пес. К тому же того волка я ранила сюрикеном в заднюю лапу. А у этого зверя я никаких ран не заметила.

– Видите, – с гордостью ответил хозяин. – Разве может такой добряк кого-то загрызть?

– Где вы его нашли? – спросил Алексей.

– Он найденыш. Случайно подобрал его в лесу в том году. Ему чуть больше года. Видимо, с матерью-волчицей что-то случилось, а волчата остались. Были ли еще волчата – точно не знаю. Но если и были, то точно не выжили.

Охотник подошел к своему «найденышу», потрепал его по холке и, глянув на нас, произнес:

– Предлагаю двинуться в сторону дома. А то скоро стемнеет.

* * *

Семен Копытин оказался вовсе не таким страшным человеком, каким казался. Почему-то он вызвал у меня доверие. И волк у него хороший – от кабана нас спас – и ласковый – потому что человеческой крови не испробовал, иначе бы не позволил себя гладить.

Семен уверенно шел впереди нас изведанными им тропами, мы же плелись следом. В дерюжном мешке он нес того самого убитого на охоте кабана. Правда, прежде чем он запихал свою добычу в мешок, я его кое о чем попросила.

– Хорошая вещь, жалко оставлять, – сказала я и вытащила свой сюрикен из плотной кожи, предварительно распоров ее своим охотничьим ножом.

Охотник Семен с удивлением смотрел на мои действия.

– Я, видимо, отстал от жизни, – произнес он, – это какой-то особый вид оружия? Вы охотница?

– У каждого охотника свои секреты, – загадочно ответила я и спрятала сюрикен.

После этого мужчина явно проникся ко мне уважением, и поэтому весь путь до поселка мы спокойно и продуктивно общались.

– Значит, вы считаете, что смерть Сергея не случайна? – спросил он и тут же сам себе ответил: – Вы знаете, у меня тоже были мысли, что все это неспроста.

– Что вас натолкнуло на такие мысли?

– Евгения, я всю жизнь прожил в этих местах! Да меня тут каждое дерево помнит, каждая тропинка на болоте знает. Разве что твой отец лучше меня здесь ориентировался, – он посмотрел в сторону Алексея. – И ни разу за все время ни один волк не нападал на человека.

– Значит, это не случайно? – встревоженно спросил Алексей. – Кто-то натравил волка на моего отца? Но как это возможно сделать?

Семен какое-то время молчал, продолжая идти по узкой тропинке. Мы уже почти подходили к поселку. Чуть в стороне виднелась лесопилка. Смеркалось.

– Я вам вот что скажу, – мужчина приостановился. – Такого зверя можно воспитать по-разному, – он кивнул в сторону Серого, который ютился рядом, далеко не убегая. – Я вот из своего сделал послушного верного пса и хорошего охотника. Также он отличный сторож, дом сторожит. Но ведь из этого хищника можно сделать и убийцу…

– Но… Как? – ошарашенно спросил Алексей.

– Мне сложно сказать. Могу лишь предположить, как охотник и как человек, который хорошо знает дикую природу. Я думаю, что есть еще один волк, и, возможно, он брат моего Серого. Но это всего лишь предположение. И воспитывали этого волка именно как убийцу.

– Господи, – проговорил Алексей, – вы сейчас страшные вещи рассказываете. Это получается, что тот волк попробовал человеческой крови?

– Не обязательно, – мужчина призадумался. – Хотя тот волк уже крови попробовал. Извини… Так вот, возможно, имеет место быть некий раздражитель, который и вызывает у зверя инстинкт охоты.

Меня на миг посетила одна мысль, словно вспышка, но я не стала ее озвучивать. Надо для начала во всем убедиться.

– И вот еще что, – словно спохватился Семен и снова приостановился. – Я кое-что вспомнил. Все в голове вертелось, думаю, надо рассказать. И вот только сейчас вспомнил. Не знаю, имеет ли это отношение к делу, но все же… Ты, парень, ничего не слышал о вашем родовом проклятии?

Алексей, явно не ожидавший такого вопроса, стушевался и вытаращил глаза.

– Не-ет, – протянул он. – Что еще за проклятие?

– Это скорее наша местная легенда, правда, мало кто об этом знает и мало кто помнит. У нас тут про многих всякие сказки любят придумывать. Но я вот вспомнил. Мне об этом несколько лет назад бабка Зоя рассказывала. Она все про всех знает и всякие байки любит травить.

– Я уже готов поверить во что угодно! Рассказывайте!

Мы отошли чуть в сторонку, Семен скинул с себя ношу, сел на пенек и поведал нам интересную историю.

– Твой прадед, получается, еще в конце аж девятнадцатого века поссорился с одной женщиной, жившей на окраине леса. Ведьмой она слыла, поэтому односельчане уговаривали твоего прадеда с ней не связываться. Но он был мужик смелый, любил лезть на рожон, прям как твой отец, поэтому повздорил он с той ведьмой. Из-за собаки они поругались. Мол, пес задрал ее цыплят. Мужчина наотрез отказался возмещать ущерб, так как считал себя невиновным. Тогда ведьма якобы прокляла его семью и навела порчу.

– Подождите, – перебил его Алексей, – мне что-то подобное рассказывала моя бабушка, папина мама, еще в детстве. Я правда, уже ничего не помню, но вспомнил, что прадеда звали Макар и что у него заболели жена и дочь, и потом они умерли от непонятной хвори.

– Верно, – кивнул рассказчик. – И, разумеется, твой прадед Макар взбесился и решил разделаться с коварной ведьмой, которая из-за каких-то цыплят якобы лишила жизни его близких людей. Не выдержал мужик напасти, взял ружье и пошел к той женщине. По слухам, долго они выясняли отношения, после чего ведьма была им застрелена. Говорят, судили его, но, по счастью для него, судья попался суеверный, верящий в ведьм. Поэтому Макар получил смехотворный срок, вроде как один год исправительных работ. Но это опять же по слухам, кто знает, как там на самом деле было. Ну и поговаривали, что перед смертью ведьма прокляла его, и что всем мужчинам в его роду будет появляться в образе волчицы, и что мужчины будут погибать от клыков волка.

Семен закончил свой рассказ и выжидающе посмотрел на нас. Я же ничего не говорила, переваривая услышанное. Вот только семейного проклятия нам еще и не хватало!

– Значит, эта история действительно имеет место быть, – задумчиво произнес Алексей. – И получается, что у этой ведьмы тоже сейчас есть родственники в наше время, которые решили отомстить? Но… Подождите, это же полный бред! С чего бы кто-то стал мстить за свою прабабку?

– Кто знает, что у этих ведьм на уме, – тихо проговорил Семен. – Я просто рассказал эту историю, потому что в ней фигурировал образ волка. А уж как там было на самом деле, одному богу известно. Возможно, это просто совпадение. Кстати, у той ведьмы, насколько я знаю, в нашем богом забытом городке живет ее правнучка, и вроде она тоже чем-то колдовским промышляет. Но точно сказать не могу.

– А кто может?

– Это вам надо к бабе Зое наведаться. Она все про всех знает…

* * *

Клавдия Ивановна ахнула и прижала руки к груди, когда увидела, в каком виде мы с ее племянником прибыли домой. Всклоченные, грязные, в болотной жиже, к тому же Алексей еще и прихрамывал на правую ногу.

– Какие же вы неосторожные! Как это вы умудрились в силосную яму упасть, – воскликнула женщина, и мы не стали с ней спорить, пусть будет силосная яма. – Давайте поскорее в баню, отогреетесь и отмоетесь. А одежду снимайте, я постираю.

Так как Алексей был в более плачевном состоянии, то его первым отправили в баню. Через несколько минут к нему присоединились Денис и Виталий. Я же скинула с себя грязную одежду, ополоснулась под душем и, накинув на себя махровый халат, любезно предоставленный Клавдией Ивановной, сидела на кухне и пила травяной чай. Вскоре ко мне спустилась Вика, мы слегка перекусили, поболтали на отвлеченные темы, и только когда наши мужчины напарились – а случилось это часа через два с половиной, – мы тоже отправились в баню.

После всех процедур мы с моим горе-клиентом – сытые, мытые и отогревшиеся – пребывали в нашей комнате. Алексей, укутавшись в плед, сидел на краю кровати и уже выпивал третью по счету чашку с травяным чаем.

– Если бы не баня и не чай, то точно бы заболел, – хриплым голосом произнес он.

– Ты забыл упомянуть про самогон, – усмехнулась я.

– Ах, ну да, как же без этого. Знаешь, Женя, после последних приключений мне вообще хочется напиться и забыться.

– Только ты понимаешь, что все это временно. Потом похмелье и головная боль, а неприятности никуда не ушли…

Шумно отпив глоток чая, он ответил:

– Да… Женя, у меня голова кругом. Мне кажется, я сойду с ума. Но с этим надо разобраться. Ну надо же… – он криво улыбнулся, – родовое проклятие, какая-то ведьма начала двадцатого века. Только этого нам не хватало. Женя, думаешь, стоит копать в этом направлении? Мне кажется, это бред.

– Бред в том плане, что не имеет отношения к тем событиям, которые сейчас происходят? – уточнила я.

– Скорее всего, – кивнул он. – Ну посуди сама, даже если так и было на самом деле и эта ведьма прокляла наш род, будь она неладна, то от зубов волка погиб только мой отец. Почему с дедом этого не случилось? На Виталия тоже волк не нападал, и упаси бог! А вот на меня идет какая-то странная охота. И при чем тут отец? Кому он мог помешать? Да еще убили его таким необычным способом. Знаешь, Женя, попахивает какой-то театральщиной.

Я не спешила с ответом, но кое-какие мысли у меня были. Я уже давно поняла, что это чей-то дьявольский замысел. Что какой-то человек однозначно приложил к этому руку, все тщательно продумал и подготовился к своим нехорошим действиям. И в том, что театральщина в этом присутствует, мой клиент отчасти прав. Все обставлено с некими декорациями, которые должны были вызвать испуг, панику и, возможно, физическое устранение моего клиента. А тот, кто это делает, словно наслаждается, получает удовольствие от происходящего. Однако непонятен мотив, почему все это происходит, для чего нужно было устраивать такой непростой сценарий? В своей же богатой практике я давно пришла к выводу, что существуют два основных мотива: деньги и месть. И в данном случае я больше склоняюсь ко второму варианту.

Однако тот, кто все это затеял, никак не мог предположить, что в его декорациях появится такой человек, как Евгения Охотникова. И уж я-то внесу в эту кем-то затеянную опасную игру свои коррективы и выведу этого гада на чистую воду.

В голове у меня уже созрел один план, пора было переходить к более решительным действиям, пока не случилось новых неприятных событий. А в том, что подобные события на подходе, я не сомневалась. Поэтому надо действовать на опережение.

– …Женя, слышишь меня? В общем, надо, пожалуй, выяснить, что там с этим родовым проклятием и что из себя представляет та ведьма-внучка. Вдруг ветер дует оттуда. Да и вообще, мне просто интересно в этом разобраться. А то нам рассказывают какие-то слухи, а вот как было на самом деле…

– Хорошо, – перебила я. – Завтра этим займемся. А сейчас давай спать.

После одинокого раннего завтрака я решила выйти во двор и позвонить тете Миле, ибо знала, что она тоже позже девяти не встает. Этим утром я пропустила пробежку. Если сегодняшняя вылазка с моим клиентом не даст никаких результатов, то завтра я обязательно пойду бегать. И это будет не обычная пробежка…

Поговорив с тетей и заверив ее, что у меня все хорошо и спокойно – свежий воздух, парное молоко и баня, – я поднялась в свою комнату. Через соседнюю дверь слышались какие-то возбужденные голоса. Кажется, Вика и Денис о чем-то спорили. Видимо, ребята с утра пораньше решили поругаться.

– Неймется им в такую рань, – пробурчал Алексей, сидя на кровати, – всклоченный, небритый и опухший. – Поспать не дают.

– Тебе сегодня не нужно работать? – поинтересовалась я.

– Нужно, но попозже. Женя, буду свободен часа в два.

– Поняла. Иди завтракай и приведи себя немного в порядок.

– Да, надо, – он потрогал свою двухсантиметровую бороду, топорщащуюся в разные стороны. – Надеюсь, одежда к тому времени высохнет. Хотя я могу надеть спортивный костюм, но вот куртка… Может, у Денчика спросить или Виталика…

Примерно в час дня мы пообедали. За столом были все, кроме Дениса и Виталия. Даже сосед Степан Петрович присутствовал, который приходил обычно только на ужин.

– Что-то Виталик не пришел сегодня на обед, – сказала Клавдия Ивановна, наливая супругу вторую тарелку щей. – Наверно, дела у него какие-то.

– Может, калым какой подвернулся, – отозвался ее супруг. – Или в столярке мужикам помогает. Пусть работает, парень молодой, рукастый.

– Вика, да поешь ты уже нормально! – покачав головой, сказала хозяйка и с укором посмотрела на девушку.

– Нет аппетита. – Вика отодвинула от себя тарелку с недоеденными щами. – Пойду, наверно, к себе.

– Вика, так куда Денис ушел? – второй раз спросил Алексей.

– Да откуда я знаю! – раздраженно ответила девушка. – Пусть идет куда хочет. – С этими словами она встала из-за стола и пошла к себе наверх.

– Поругались, – развела руки в стороны Клавдия Ивановна и наконец села за стол, чтобы поесть самой.

– Э-эх, молодежь, – со вздохом ответил ее супруг…

* * *

Алексей смотрел на себя в зеркало, встроенное в шкаф, и кривил губы.

– Как пугало огородное!

Я же не сдержала улыбку, смотря на его прикид. Фуфайка супруга Клавдии Ивановны висела на нем, как на колу мочало. Если на плотном и коренастом Николае Петровиче она сидела вполне сносно, то на высоком и худом Алексее вещь выглядела совсем нелепо.

– Для сельской местности пойдет, – ободряюще ответила я.

– Ну-ну, смеешься надо мной! Между прочим, на улице ноль. Так что в этом тулупе точно холодно не будет. И как бы вообще снег не пошел. Ладно… – Он махнул рукой и снял фуфайку. – Женя, что будем с Викой делать? Она же не отстанет от нас. Денис куда-то убежал, и неизвестно, когда вернется. Ну, к вечеру, думаю, по-любому будет дома. Помирятся, никуда не денутся. А Вика предлагает нам погулять сходить. Не хочу брать ее с собой. Не хотелось бы ее посвящать во все это.

– Значит, нам тоже надо поругаться, – ответила я. – Как у тебя с актерскими способностями?

Алексей призадумался и, как он часто делает в таких ситуациях, оттянул нижнюю губу.

– Думаю, справлюсь. А что надо сделать?

– Со скандалом уйти из дома.

В этот момент в нашу дверь постучали и послышался жалобный голос Вики:

– Ребята, вы что там делаете? Мне скучно, давайте пойдем погуляем.

Я выжидающе посмотрела на Алексея, давая понять, что пора начинать.

– Ну, давай, – почти шепотом произнесла я.

– Надоело! – вдруг так неожиданно выкрикнул Алексей, что я аж сама вздрогнула. – Бесит меня все! Слышишь меня? Бе-е-сит! – С этими словами он стукнул рукой по дверце шкафа и чуть не рассмеялся.

– Ну раз бесит, тогда иди освежись! – раздраженно ответила я ему.

– Вот и пойду! – Он схватил фуфайку и направился к двери. – Все вы, бабы, одинаковы, одни проблемы от вас!

Он открыл дверь, наткнулся на удивленную Вику, зыркнул на нее и умчался вниз.

– Женя… Что случилось? Вы тоже поругались? – спросила та, стоя в дверях, слегка ошарашенная.

– Как видишь! – Я раздраженно махнула рукой.

– Это плохо, но зато я не одна, – с каким-то облегчением произнесла Вика. – Пусть гуляют! Может, к вечеру остынут… Женя, пойдем чего-нибудь поедим, заодно и поболтаем.

В мои планы это не входило, поэтому я тут же придумала, как буду действовать дальше.

– Вика, извини, давай чуть позже. Голова разболелась. Хочу полежать хотя бы с полчасика.

– Ну ладно, – Вика вздохнула. – Но долго не лежи, через полчаса я тебя жду на кухне. С меня кофе.

Выпить чашечку кофе было заманчиво, но у меня были другие дела. Надо было спешить к Алексею, поэтому я взяла смартфон и отправила ему сообщение в «ватсап». Надеюсь, он меня понял и все сделает, как надо. Через несколько минут Алексей отправил мне голосовое сообщение.

Примерно минут через двадцать я спустилась вниз. Вика уже стояла у плиты и варила кофе. Запах был соблазнительный, поэтому я решила все же выпить чашечку ароматного бодрящего напитка.

Сделав несколько глотков, я достала смартфон и открыла «ватсап».

– Леша сообщение прислал, – сказала я и нажала воспроизведение.

– «Женя, слушай… в общем, я погорячился. Да, я был не прав, прости меня. Короче, нечего там сидеть дома, приходи… сама знаешь куда, там, где мы были вчера. У меня для тебя сюрприз…»

– Как мило, – произнесла Вика.

– Ну что ж… раз такое дело, надо идти, – я допила кофе и поднялась с табуретки.

– А может, обломаешь его и не пойдешь? Мужиков иногда надо проучивать, – глаза Вики метали искры.

– Да нет, пойду. Я и сама не люблю долго злиться.

– Прикольно вам. Э-х!.. – Вика удручающе вздохнула. – А мой молчит до сих пор. Хоть бы тоже вот так написал или позвонил. Никакой романтики. Ладно, пойду читать книгу.

Дом, в котором проживала баба Зоя, находился на другом конце поселка. Поэтому на поиски нужной улицы у нас ушел почти час. Эта часть поселка привлекала своей непосредственностью и какой-то древностью. Повсюду шныряли козы, гуси и куры, а сама улочка словно утопала в овраге. Возле каждого дома, кривого и косого, с печной трубой, классическая завалинка – шедевр русского зодчества.

– Предлагаю не говорить этой бабке о том, что ты правнук того самого Макара Громова. Незачем привлекать к себе тем самым интерес со стороны местных жителей. К тому же у нас нет особо времени выслушивать эти россказни. Поэтому действуем быстро и оперативно, – и я предложила свою версию.

– Так совсем неинтересно! – капризно ответил Алексей.

– Если тебе все эти байки интересны, то потом придешь к этой бабе Зое и обстоятельно с ней пообщаешься. К тому же я не уверена, что все это достоверно, столько времени прошло, более ста лет. Если подобная история и имела место быть, то она наверняка сильно исказилась, пока дошла до нашего времени. – Я остановилась и осмотрелась. – Кажется, вот этот дом… В общем, наша цель сейчас – как можно быстрее выяснить, где живет эта молодая ведьма, правнучка той убитой ведьмы.

Алексею ничего не оставалось, как согласиться со мной, и мы направились к нужному нам дому.

Словоохотливая и любопытная старушка с хитрыми глазками приняла нас с удовольствием. Усадила за стол и налила по стакану козьего молока, гораздо более вкусного, надо отметить, чем коровье.

– Да, мы журналисты из Москвы, хотим сделать интересный репортаж, – плела я нашу легенду. – Нас очень заинтересовали ваши места. В первую очередь нам интересна тема необычных происшествий или явлений, также мы не против пообщаться с местными колдунами или ведьмами, если таковые имеются. Мы слышали, у вас тут живет молодая ведьма, – направила я сразу разговор в нужное русло.

– Не поверите, у нас такая действительно живет! Колдует с утра до ночи!

– А в чем ее колдовство заключается? – спросил Алексей.

– Ох! – Пожилая женщина вздохнула. – Да чем только не занимается, завораживает, привораживает, что-то там шепчет над своим чаном, дома постоянно что-то варит. Колдует, в общем. Вы, если к ней в избу попадете, сами все поймете, там повсюду шкуры висят, волчьи, медвежьи, мешки с какими-то травами. Но лично я ее дом стороной обхожу.

– Она потомственная ведьма? – решила уточнить я, чтобы понять, о той ли ведьме говорит баба Зоя, которая нам нужна. Вдруг в поселке она не одна.

– Конечно, – громким шепотом ответила баба Зоя. – Прабабка была у нее знатная ведьма. Так от нее это и передалось. Мать ее, правда, не занималась этим, да и бабка тоже вроде этой ерундой не страдала. А внучка вот переняла способности своей прабабки. К ней даже из города приезжают, всякие бизнесмены и депутаты. Вот тактушки…

– А вы слышали, у вас в поселке на охоте одного мужика волк загрыз? – не удержавшись, спросил Алексей.

– Слышала, конечно, – ахнула старушка и перекрестилась. – Вы хотите про это в газете написать? Или где вы там сейчас это делаете. Газет-то, поди, уже и нет сроду. Так вот что я вам скажу, – сменила та тон на более заговорщицкий, – неспроста на того мужика волк напал. Это проклятие сработало. Дед убитого волком мужика бабу одну убил в свое время, а та ведьмой в наших краях слыла. Так и прокляла она его род перед смертью. И самое интересное, что эта наша ведьма Раиса является правнучкой той убитой женщины. Вот! – Баба Зоя замолчала и выразительно посмотрела на нас, типа смотрите, я вам какой сенсационный материал подбросила.

– И где живет эта Раиса? – тут же спросила я, поняв, что это та, кто нам нужен.

– Вы к ней не ходите! – заволновалась бабка. – Если вдруг ей не понравитесь, со свету сживет!

– Это каким образом? – скептически спросил Алексей.

– Порчу наведет – болеть станете и помрете, не дай бог!

Алексей ухмыльнулся.

– Зря усмехаешься, сынок! У нас с ней вот мужик один поспорил, так на следующий день помер! – И бабка в очередной раз перекрестилась.

– От чего?

– Самогоном отравился и копыта вмиг откинул.

– А при чем тут порча? Может, в этом самогонщик виноват?

– Так ведь раньше не травился! – резонно заметила старушка. – А тут сразу! Видимо, она этот самогон и заговорила или там нашептала чего…

Это был аргумент, поэтому мы решили больше не спорить с бабой Зоей. Я подмигнула Алексею, давая понять, что нам пора ретироваться.

– И все же, как нам к ней попасть?

– Да через улицу она живет. Во втором овраге. Ну, вы поняли, наверно, что наши две крайние улицы как бы на овраге расположены. Так вот, ее дом за нашим оврагом будет. Пройдете прямо, в самом конце улицы два заброшенных дома, а рядом ее стоит – из бревен и ворота такие с облупившейся зеленой краской. В общем, не перепутаете. А если что, спросите, где Раиса живет, так вам сразу покажут.

Я поднялась, давая понять, что собираемся уходить. Алексей поднялся следом. Однако неугомонная баба Зоя продолжила болтать:

– Вы бы еще посидели со мной, со старухой-то, рассказали что-нибудь интересное. Вам журналистам небось есть что рассказать.

– Да некогда нам, – отмахнулся Алексей.

– Ох, щас позвоню соседке Шурочке, будет что ей рассказать. Ну надо же, журналисты из Москвы…

Я поняла, что надо бы эту старушку немного приструнить, ее рвение к собиранию и обмусоливанию сплетен нам сейчас было совсем ни к чему.

Поэтому на выходе я обернулась и сказала обыденным голосом:

– Вы знаете, вообще-то мы не журналисты. У нас всероссийский слет колдунов. Делимся опытом, как сглаз наводить, порчу, привороты, мор всякий. Вот хотим научиться, как саранчу на поля привлекать.

Баба Зоя вытаращила глаза и снова перекрестилась.

– Нечистые! – завопила она. – А я их молоком поила! Кыш из моего дома!

– Спокойно, бабушка, – прервала я ее. – Просто не рассказывайте никому о нашем визите. А то знаете, как бывает, шланг в гадюку превратится, а свинья в дикого кабана! Буридакль-фуридакль, бумбара-чуфара! – И я страшно завращала глазами.

Бабка едва концы не отдала, настолько она побледнела. Я уже пожалела, что выбрала такой способ нейтрализации. Разве можно так с пожилым человеком.

– Да не переживайте вы так, – дружелюбно ответила я, выходя из дома. – Все у вас будет хорошо, долгих лет вам жизни… Главное, много не болтайте!

* * *

– И зачем стоило так пугать бедную старуху? – с укором спросил у меня Алексей, когда мы оказались на улице.

– Для пользы дела, – коротко ответила я.

– Хотя эта баба Зоя мне не понравилась. Скользкая какая-то, да и видно, что сплетница. Я даже ее молоко пить не хотел. Да и вообще, козье молоко с детства не люблю. – Алексей скривился в лице.

– А мне молоко понравилось.

– Вот только, Женя, если я потом захочу наведаться к этой бабе Зое, чтобы лучше узнать про ту историю, так она меня на порог не пустит. Еще и метлой поганой погонит!

– Да забудь ты про эту бабу Зою! Нашел у кого собирать сведения. Если уж тебя так интересует история твоих предков, то это надо в других местах искать, а не в доме полубезумной старухи.

– И где же?

– Ну, начать можно с паспортного стола, хотя оттуда тебя, скорее всего, отправят в местный архив, если тут такой есть и там еще хоть что-то сохранилось. Тебе нужны данные про местных жителей начиная с конца девятнадцатого века. Я все это говорю, потому что у меня было как-то дело, где нужно было добыть данные сроком более сотни лет назад. Тогда я отыскала в одном селе архив, который организовал в свое время один барин-меценат. После отмены крепостного права он все это организовал по собственной инициативе и собрал сведения о бывших крепостных.

– Да в нашем поселке вряд ли что-то подобное будет, – махнул рукой Алексей. – Тут вообще полная разруха, ничего никому не надо, а ты говоришь, архив.

– Тогда есть еще госархив. Какой у вас тут ближайший город – Новый Уренгой? Возможно, там стоит поискать. А еще подобной информацией можно поживиться в церкви, – ответила я, вспомнив местную старую церковь.

– В церкви?

– Да, особенно если это старая церковь, как ваша, например, явно построенная еще в девятнадцатом веке. Обычно там хранятся списки тех, кто был крещен еще с тех времен. В общем, при желании можно в этом покопаться, но для этого нужны время и терпение.

– Да уж… – промычал Алексей и почесал затылок. – Это тебе не к бабке-сплетнице ходить.

Дом молодой ведьмы Раисы мы обнаружили минут через десять – долго плутать не пришлось. На улице уже почти стемнело, свет исходил только от единственного фонаря и из окон соседних домов.

– Какие наши действия? Снова будем, как любишь выражаться, наблюдать? – с нотками издевки в голосе спросил Алексей. – Опять полезешь через забор? Между прочим, он тут небольшой.

– Была бы я одна, наверное, так бы и сделала. Думаю, мы просто постучимся к ведьме и напросимся в гости.

– Что мы ей будем говорить? Что журналисты из Москвы? Или из всероссийского слета колдунов?

Я не успела ничего ответить, так как со стороны двора послышался какой-то шум и приглушенные голоса.

– Тш-ш! – Я прижала палец к губам и оттащила Алексея за угол ограды. – Похоже, у нашей ведьмы посетитель. Сейчас он уйдет, и мы нагрянем следом.

Дверь чахлой калитки открылась, и из нее вышел молодой человек среднего роста, который воровато оглянулся и что-то спрятал под своей дутой курткой. Походка и одежда этого парня сразу показались мне знакомыми. Похоже, и Алексей тоже распознал выходившего.

– Женя, подожди… А не Денис ли это? – И он внимательно всмотрелся в сумрак.

– Я тоже об этом подумала, но решила, что показалось. Оказывается, не показалось. Это действительно Денис, – констатировала я.

– Но что он тут делает?

– Откуда я знаю? Давай подойдем и прямо его об этом спросим? Но я бы советовала пока этого не делать.

– Час от часу не легче! – в сердцах прошептал Алексей. – Оказывается, мой лучший друг ходил к местной ведьме. Зачем?

– Ну, мало ли, какие у него могли быть причины это сделать? Может, решил погадать или получить какое-нибудь хитрое зелье, – предположила я.

– Ага, зелье от поноса. Ему это точно нужно, – усмехнулся лучший друг.

– Тебе лучше знать своего друга.

– Подозрительно как-то все это.

Денис тем временем шустро проскочил в другую сторону улицы и исчез из виду.

– Ну что, идем! – скомандовала я.

– И что, ты даже не полезешь через ограду? – поддел меня Алексей.

– Представь себе, нет, мы спокойно зайдем через калитку.

Мы зашли во двор и направились в сторону крыльца, дверь которого была приоткрыта, и оттуда сочился слабый свет. Однако дойти мы не успели, слева от нас я отчетливо услышала какой-то подозрительный звук. Остановилась и прислушалась, Алексей остановился рядом.

– Что такое? – немного испуганно спросил он.

– Тихо, там кто-то есть.

В этот момент рядом с нами раздался легкий вой, и из темноты на нас шагнул… оборотень.

Волчья голова, звериный оскал, глаза фосфоресцируют в вечернем полумраке, а тело покрыто жесткой серой шерстью. Само существо стояло на двух ногах, словно человек, только ростом было не более метра пятидесяти. Зрелище, конечно, впечатлило, однако я не стала поддаваться панике и отскакивать назад, как это сделал мой подопечный. Надо сказать, правильно сделал – спрятался за спину своего телохранителя.

Я же решительно шагнула навстречу этому оборотню, чтобы разобраться с этим маскарадом.

Существо в волчьей шкуре, видимо, увидев полное отсутствие страха с моей стороны, мою решительность и выставленные вперед руки, сразу как-то выпрямилось и заговорило обычным человеческим голосом.

Голос, надо сказать, был женский и весьма приятный.

– Тихо, тихо! – сказал мне «оборотень» и отступил назад. – Кто вы такие и что вам надо?

Волчья голова откинулась назад и повисла, как капюшон у куртки. На меня смотрела молодая женщина с темными волосами и пронзительным взглядом.

– Если вы Раиса, то мы приехали именно к вам.

– Да, я Раиса. А как вы про меня узнали?

– А к чему весь этот маскарад, Раиса? – в ответ задала я вопрос.

– Да не обращайте внимания, – махнула она «волчьей» рукой. – Я так уже не первый раз делаю. Местная детвора, хулиганье, бывает, залезают ко мне и все пытаются рассмотреть через окно, чем я там занимаюсь, вот я и пугаю иногда их так. Давно их не было видно, а тут я уловила какой-то шепот и шорох у ограды, когда выходила, вот и решила нарядиться волком.

– Зря вы так опрометчиво. Я же могла вас лишить сознания или даже покалечить.

– Между прочим, могли бы и извиниться! – вылез из-за моей спины Алексей. – Разве можно так людей пугать, которые к вам в гости пришли.

– Ну, извините, молодой человек, если я вас напугала.

– Напугали! Я чуть не обделался!

– А шкура у вас откуда? – поинтересовалась я, кивнув на волчий костюм.

– Дед охотник был, – ответила она спокойно, – этой шкуре уже лет тридцать. Ладно, заходите в дом, коли уж пришли. Хотя сегодня я больше визитеров не ждала…

Обстановка в доме была еще та, словно декорации для какого-то фильма. На стенах повсюду были развешаны пучки травы, сушеные змеи, чучела птиц, шкуры разных зверей. В углу избы располагалось настоящее ведьмино ложе – большой, укрытый белом мехом топчан. У одной стены была обычная длинная деревянная лавка, на которой вальяжно разлегся черный здоровый кот.

– Значит, ты Алексей Громов, внук того самого Макара, которого якобы прокляла моя прабабка. – Раиса отпила из жестяной кружки какой-то отвар. – Вся это история покрыта мраком, люди любят что-то выдумывать и фантазировать, им только повод дай. Да, все правда в той истории, кроме одного. Не наводила моя прабабка Софья никакой порчи и не посылала никакого проклятия. По простой причине – не умела. Она не ведьма была, просто знаток природы, как и я. Это по женской линии передается. Мы целебные отвары готовим, людей лечим. Запомните, что я вам скажу. – Целительница сделала паузу, тем самым указывая на важность сказанного. – Зверь, напавший на вашего отца, настоящий, никакой это не оборотень, как кто-то не очень далекий сможет предположить, например та же баба Зоя.

– Я тоже с полной уверенностью могу сказать, что это волк, – кивнула я.

– Здесь использовалось какое-то вещество-раздражитель, – сказала Раиса, и я поняла, что уже не первый раз об этом слышу.

– Но что может быть таким веществом? – спросил Алексей.

– Не знаю, все что угодно! – пожала плечами женщина.

Какое-то время мы молчали, каждый думал о своем. Лично для меня многое стало понятным, однако я пока не собиралась озвучивать свои мысли.

Внимательно осмотрев избу, я обратилась к хозяйке:

– А к чему вся эта… атрибутика? Травы, змеи, котлы на печи?

– Так это специально, – улыбнулась женщина, – так люди сильнее верят. А если верят, то быстрее вылечиваются. Многим же подавай ведьму – вот и получайте!

«Такой вот сельский бизнес!» – усмехнулась я про себя.

– А что у вас за травы? – Я кивнула на стену.

– Да самые обычные, но полезные. Зверобой, тысячелистник, шалфей, пустырник… Кстати, вы знаете, что кора ивы является практически природным аспирином, а астрагал и сушеный пастернак повышают мужскую силу? – Раиса метнула выразительный взгляд в сторону Алексея.

– У меня с этим все в порядке! Не надо мне никакого пастернака! – отозвался Алексей, ерзая на стуле.

– Скажу вам по секрету, мне тут порой такие спектакли приходится устраивать. Есть у меня один знакомый химик из Тюмени, так научил меня кое-чему. Например, если бросить один реактив в огонь, то вспышку провоцируешь, причем синего цвета, а потом пламя быстро гаснет из-за негорючих газов.

– У вас, я посмотрю, целая наука! – дивился Алексей.

– А вы как думали? Приходится, чтобы авторитет в городке держать, да и не только тут. Ко мне со всех уголков Ямала люди приезжают. За травами, за отварами. А кому-то ежовик или мухомор сушеный нужен – это тоже ко мне.

– Мухомор?

– Да, если разбираться в микродозинге, то это та еще штука! – Женщина аж на секунду закатила глаза, отчего я предположила, что ведьма сама не прочь побаловаться сушеным мухомором.

– А что еще тут делать? – продолжила она и красноречиво обвела рукой вокруг себя. – Здесь мой театр, моя магия. Мой заработок, в конце концов. К тому же городская жизнь совсем не для меня.

Я вспомнила замечательные завалинки, улочки-овраги с козами, гусями и утками и согласилась с женщиной. Любую другую игру здесь вряд ли кто-то оценит, а вот игру в настоящую колдунью – пожалуйста!

– Вы нам лучше вот еще что по секрету скажите, – Алексей выразительно посмотрел на колдунью. – Перед нами у вас был один парень, не могли бы вы сказать, что он тут делал?

– Я не могу выдавать секреты своих посетителей, – Раиса поджала губы. – Это просто будет неэтично. Это как пациент у доктора…

– Я понимаю, – перебил Алексей, – я знаю этого парня, его зовут Денис, и он мой лучший друг, мы вместе приехали. Обещаю, что я вас не сдам, ничего ему не скажу! – заверил Алексей и обворожительно улыбнулся.

– Ладно, только не выдавайте меня.

«Тоже мне ведьма, – подумала я, – не устояла перед мужскими чарами».

– Этот молодой человек попросил у меня каких-нибудь полезных хитрых трав. Ему стало казаться, что у него с девушкой стало как-то… прохладно. Нет того огонька, какого хотелось бы. Вот я ему и дала мешочек со смесью трав. Сказала, сам пей и девушку свою пои, и будет вам счастье.

– Ну Денчик дает! – только и воскликнул Алексей.

* * *

– А ведьма, кажется, запала на тебя, – усмехнувшись, сказала я, когда мы вышли на улицу.

– Вот только ведьмы мне не хватало! Будет поить всякими непонятными чаями и подкармливать сушеным мухомором. Вот уж спасибо! Да и никакая она не ведьма!

– Согласна, ведьмы если и существуют, то в другом месте, – устало сказала я.

– Ты ей веришь?

– Она тут ни при чем, – ответила я.

– Интересно, ты сделала такой вывод, исходя из одного ее честного заверения? – съязвил Алексей.

– Понимаешь, дело в другом. Она вела себя так, что я ей поверила, хотя она не оправдывалась. Представь себя на месте человека, который умышленно убил своего недруга и уверен, что его никто не заподозрит.

– Наверное, – задумался Алексей, – я сильно бы испугался, если бы ко мне пожаловали гости с неожиданными обвинениями и быстрыми вопросами.

– Верно мыслишь. Ты видел, чтобы она испугалась? Я – нет. Отвечала четко и спокойно, не ошибалась в ответах, по крайней мере, на лжи я ее не поймала.

– А может быть, она так уверена в своей безнаказанности. Или она очень хладнокровная женщина.

– Меня убедило другое. Знаешь, я привыкла доверять фактам, в моей работе это очень важно. Но есть еще и другой аспект – интуиция. За годы работы она у меня очень натренировалась, и я привыкла ей доверять. У этой женщины есть стройная жизненная философия, такую за пять минут не придумаешь. Она действительно, как актриса, играет с жизнью. Ее сцена – это ваш Халантай. А убивать старого врага семьи, имя которого хранится в преданиях, – это шизофрения. Я ожидала увидеть эдакую упивающуюся своим колдовством настоящую ведьму с горящими полубезумными глазами. А вместо нее кого мы видим? Знахарку, у которой спокойствия больше, чем у нас всех!

– Хорошо ты рассуждаешь, Женя. И я тебе скажу – звучит это убедительно!

Уже полностью стемнело, когда мы вернулись обратно домой. В большой гостиной мы застали Вику и Дениса, пьющих дымящийся чай из больших жестяных кружек.

– Ну слава богу, помирились! – с облегчением произнес Алексей. – Смотрю, вы какой-то ароматный чай пьете.

– Да, – с придыханием ответила Вика, – Денис где-то тут в закромах нашел мешочек с каким-то чаем. Такой вкусный! Хотите, вам тоже заварим?

– Нет, спасибо, – отмахнулся Алексей и направился к лестнице.

– Леха, я хотел спросить: мы еще долго тут будем? – окликнул его Денис.

Алексей притормозил у лестницы, призадумался, затем вопросительно глянул на меня и лишь пожал плечами.

– Если вам нужно уехать, то езжайте.

– Да нет… просто хотя бы приблизительно понимать, сколько мы еще тут будем. Или ты хочешь на девять дней тут тоже остаться?

– Я не знаю, – ответил Алексей, уже поднимаясь по лестнице. – Давайте завтра об этом поговорим.

– Скоро придет Клавдия Ивановна и будем ужинать, – оповестила Вика.

– Отлично, позовете нас.

В комнате Алексей свалился на кровать прямо в одежде, раскинув руки в стороны.

– Женя, что нам делать дальше? Мне бы тоже уже надо понимать, сколько нам тут еще быть.

– Тебе решать. Мы можем уехать хоть завтра, – ответила я, снимая с себя теплую кофту.

– Но мне бы хотелось разобраться во всей этой темной истории до конца.

– Тогда предлагаю остаться тут еще хотя бы на пару дней, – предложила я. – У меня уже есть кое-какие догадки.

– Да? И какие же? – Мой клиент аж приподнялся на локтях и с интересом посмотрел на меня.

– Давай поговорим об этом завтра, как ты сам сейчас выразился, – отмахнулась я, ибо не хотела пока посвящать подопечного в свои дальнейшие планы. – Голова идет кругом. И ты тоже, смотрю, устал. Спокойно поужинаем, потом все вместе посмотрим какой-нибудь фильм, а завтра уже обо всем поговорим.

– Согласен, – кивнул Алексей и стал стягивать с себя уличную одежду. – Женя, я прям чувствую, что ты что-то задумала.

Я лишь слегка улыбнулась, но ничего не ответила. Да, я задумала на завтра одно мероприятие. В конце концов, это расследование слегка затянулось, мы топчемся на месте вот уже несколько дней, строя всякие догадки и предположения, но все наши версии оказывались ложными. Поэтому пора бы уже расшевелить этот тихий омут, в котором притаилось зло. А чтобы это сделать, нужна провокация. И именно этим я и собиралась завтра заняться. С самого утра.

* * *

Дул холодный промозглый ветер, срывающий с корявых, похожих на черные скелеты деревьев последние жалкие листья. По правую сторону стоял, нахмурившись, темный еловый лес. Слева виднелась гладь озера, которое уже начало покрываться тонким слоем льда, особенно ближе к берегу. По другую сторону леса остались злачные болота. Небо было такое серое и хмурое, что, несмотря на начало нового дня, было ощущение надвигающихся сумерек. Это была глушь – настоящая, дикая северная глушь, от которой хотелось спрятаться в теплом доме у камина с чашкой горячего кофе или закутаться в одеяло и продолжить свой сладкий сон.

Я аккуратно и тихо бежала, наступая на заиндевелую землю с пожухлой травой. Моя плотная короткая куртка с накинутым на голову капюшоном спасала от ветра. А свободные штаны в стиле милитари и универсальные кожаные ботинки не стесняли моих движений. Через правое плечо было перекинуто охотничье гладкоствольное ружье, в правой руке зажат между пальцами сюрикен.

Я слегка притормозила, внимательно огляделась, принюхалась, словно ищейка, и продолжила легкий бег вдоль елового леса. Мой чуткий нос улавливал легкий запах солярки, который исходил от подошв моих ботинок.

«Ветер сегодня мне на руку, – подумала я. – Где же ты, страшный темный зверь? Я готова с тобой встретиться!»

На улице было совсем темно, когда я вышла из дома. Весь поселок еще спал, ни в одном доме не было видно света. И даже такая ранняя пташка, как Клавдия Ивановна, еще не пришла кормить кур и кроликов, видимо, продолжая нежиться в своей теплой кровати.

Пропитав подошвы своих кроссовок и низ штанов соляркой, я открыла ворота и оказалась на улице.

«Использовался какой-то раздражитель…» – вспомнила я слова ведьмы Раисы.

Да и Семен Копытин тоже намекал на что-то подобное. Я же вспомнила момент, когда Виталий показал нам рубашку их отца, изодранную волчьими зубами. Еще тогда я обратила внимание на жирные пятна и уловила легкий запах то ли керосина, то ли солярки. Но в тот момент я не придала этому значения. Потом подобный запах привлек мое внимание, когда мы с Алексеем пошли в лес, куда нас так настоятельно заманивали. Только потом я поняла, что ботинки моего клиента были пропитаны соляркой не случайно.

Кто-то намеренно это сделал.

Это и было тем самым раздражителем, на который реагировал наш зверь. Возможно, сам по себе этот волк не опасен, его нужно было именно спровоцировать. И именно этим я сейчас и занималась.

– Одолжите мне немного солярки, – тихо попросила я вчера вечером после ужина у Николая Петровича. На вопрос «зачем?» я просто ответила: «Надо!» Пришлось в компании с ним и его супругой после ужина прогуляться к ним домой. Клавдию Ивановну я тоже заодно вовлекла в это дело, поинтересовавшись, есть ли у нее варенье из местных ягод. Женщина охотно согласилась показать мне свои закрутки на зиму и предложила что-то выбрать для себя в качестве гостинца. Со мной чуть было не напросилась вездесущая Вика, но спасибо Денису, он ее отговорил и потащил в свою комнату. Девушка особо не сопротивлялась, видимо, волшебный чай от знахарки Раисы дал свои положительные результаты.

Следующим этапом в моем рискованном мероприятии было навестить с самого утра охотника и лесничего Семена Копытина. Я знала, что люди в здешних местах встают рано, поэтому не боялась сильно потревожить мужчину своим неожиданным ранним визитом.

Хозяин дома нисколько не удивился моему приходу, выслушав меня, он посмотрел на меня с уважением и одобрительно кивнул.

– Держи, – протянул он мне свое ружье. – Мое любимое, из серии «Зауэр Аполлон». Одно такое, из трофейных, с «орлом», есть у меня в коллекции. А этот… УСМ – односпусковой, регулируемый, с возможностью выбора порядка выстрелов, жесткая система запирания стволов. Справишься?

– Я и не таким оружием пользовалась, – ответила я, взяла протянутое мне ружье и взвесила его на руках. – Подлинно немецкое качество, чего только стоит фирменная система запирания с четырьмя точками. Тянет где-то на четыре килограмма, во многом за счет основательной коробки.

– Не каждый мужик в этом разбирается, – похвалил меня охотник. – Где ты служила?

– В спецназе, – ответила я не совсем правду.

– Тогда справишься, – кивнул Семен. – Составил бы тебя компанию, но надо идти на лесопилку. Дела у меня там.

– Я сама вполне справлюсь. Но если моя охота пройдет неудачно, то у меня есть план «Б». И там тоже будет нужно ваше содействие.

– Думаю, часа три тебе хватит. Как раз приду домой на обед. Буду ждать тебя, заодно и поешь со мной горячего. Удачной охоты! И в сторону болот не ходи!..

Я посмотрела на свои «умные» часы Garmin. Моя спортивная прогулка составляла уже примерно полтора часа. Я не спеша, легкой трусцой, пробежала вдоль озера, затем вернулась к трем высоким соснам на опушке, после пробежала по тому месту, где на нас впервые напал волк.

В том месте я задержалась, оставаясь начеку и сосредоточив все свое внимание. Я даже с бега перешла на обычный шаг, восстановила дыхание, прислушалась. В этот раз, кроме периодического завывания ветра, не было никаких посторонних звуков. Ни больших сов, ни диких кабанов, ни волков. Я даже немного заскучала.

Через некоторое время я рискнула спуститься в то место, где Алексей чуть не завяз в болоте. Аккуратно там походила, исследуя путь впереди себя длинной палкой. После я дошла до того места, где у нас состоялась встреча с диким кабаном, а через некоторое время и с Семеном Копытиным.

Я еще примерно час бродила по дикой местности, но старалась далеко не заходить, чтобы не заблудиться и, не дай бог, не набрести на их знаменитые опасные болота.

В какой-то момент я услышала посторонний звук слева от себя, исходящий из плотных кустов. Увидев серое шевеление, я вскинула ружье и прицелилась. Однако через пару секунд поняла, что это небольшой дикий кабанчик. Этот зверь был достаточно спокойным, зыркнув на меня, он что-то хрюкнул и проворно скрылся за небольшим холмиком. Если бы я хотела, то уже бы давно выстрелила в бедное животное и точно бы попала, но это не было моей целью.

Я перевела дыхание и опустила ружье. Главное, не встретить медведя, не хотелось бы мне убивать косолапого.

Немного подумав, я решила пройтись по той стороне леса, где, как я предполагала, еще не бродила. Взяв курс в нужную сторону, я призадумалась. Неужели сегодняшняя охота не пройдет успешно? Зря я надеялась, что вот так с первого раза смогу заманить волка-убийцу в ловушку и истребить его. В принципе, можно было бы и завтра повторить свою охоту, и даже послезавтра. Однако это уже не входило в мои планы. Я и сегодня не была уверена, что моя встреча с волком состоится и мне удастся его убить.

Но случилось так, как я примерно и ожидала. Волк, а это явно человеческий выкормыш, наверняка сидит взаперти, и выпускают его на волю только тогда, когда это требуется. И еще один момент – даже если бы я сегодня убила волка, то что бы мне это дало? Я бы просто убила животное – исполнителя преступлений. А вот что делать с самим организатором всего этого? Он бы точно затаился, и вычислить его стало бы намного сложнее. Но этим я старалась себе голову не забивать, ибо на этот счет у меня была одна задумка. К тому же я уже стала кое-кого подозревать, кто затеял всю эту игру с волком и убийством Громова-старшего. Да, было у меня несколько нерешенных вопросов и непоняток, но это, как говорится, выяснилось бы на месте – главное, изловить нашего злоумышленника.

Рассуждая таким образом, я сама не заметила, как уже держала путь в сторону поселка. Ну что ж, раз моя охота прошла без поимки зверя, то я смело перехожу к плану «Б». С другой стороны, меня это нисколько не расстроило, потому что план «Б» мне нравился даже больше. Он подразумевал поимку сразу двух «зайцев», а если точнее, то двух наших врагов – волка-исполнителя и человека-организатора.

Но где-то в подсознании я подозревала, что в этом деле участвует не один человек. У нашего недруга, скорее всего, есть сообщник. Но вот кто этот третий, я никак предположить не могла.

Я была уверена, что план «Б» под названием «провокация» должен дать определенные результаты. Преступник по-любому себя хоть как-то, но должен проявить. И даже если эта затея не даст нужных результатов, то на крайний случай у меня был и план «В», который, правда, отличался своей топорностью и грубостью, но главное – результат.

Я удобно перекинула ружье через плечо, перешла на легкий бег и направилась в сторону дома Семена Копытина. Надеюсь, лесничий уже дома и ждет меня с горячим обедом.

* * *

Еще не успев добежать до нашей улицы, я подняла шум, пытаясь привлечь внимание местных жителей. Я голосила, ревела, стонала, причитала и изображала явный испуг. В руке я держала толстую палку, которой размахивала по сторонам. Мои штаны были испачканы в грязи, волосы встрепаны, руки чумазые, а правый рукав моей любимой куртки был изодран волчьими зубами. Да, пришлось пойти на такие жертвы. Чего только не сделаешь ради пользы дела.

– Надеюсь, ваш Серый справится с этой нетрудной задачей? – получасом ранее спросила я у хозяина доброго волка.

– Справится, я знаю, как его можно позлить. Снимай куртку! – велел мужчина, и мы направились в сторону вольера. – Вот ты авантюристка, Евгения! С другой стороны, ты все правильно делаешь. Пора поднять переполох. А то на людей волки нападают, а все ни сном ни духом. Подумаешь, мужика загрызли, да и поделом ему. Нет, такие дела просто так оставлять нельзя. Я бы на месте родственников погибшего уже бы давно сходил в ассоциацию охотников и что-нибудь предпринял. А эти… э-эх! Тетка Клава только причитает и стонет, вот, мол, брата убили. Клуша! А этот Виталик вообще ни рыба ни мясо… Получается, что человек со стороны пытается в этом разобраться…

Завидев меня, орущую, рыдающую и испуганную, местные жители стали смотреть в окна и выходить на улицу.

Возле одного дома мой шум привлек внимание женщины средних лет. Она подошла к ограде и крикнула:

– Что случилось? Ты чего орешь?

– Волк! – истошно заорала я и показала в сторону конца улицы.

– Какой еще волк? – Глаза женщины округлились.

– Там волк! Напал на меня!

– Где именно?

– Да прям недалеко от поселка. Страшный такой, злой, еле отбилась от него, думала, загрызет. Вот, смотрите! – И я показала изодранный рукав своей куртки.

На наш громогласный диалог из дома выскочил коренастый мужичок в фуфайке.

– Вася, какой ужас! На девушку волк напал, прям возле поселка! – обратилась она к мужчине.

– Ну и дела! Совсем зверь обнаглел, уже в поселке на людей нападает!

– Девушка, вам, наверно, помощь нужна? Вы с какого дома? – спросила меня уже другая женщина, идущая по дороге с большим пакетом в руках.

И понеслось!

– Ты чья такая будешь? Откуда приехала?..

– Ой ты, боже мой! Волк? Вот так дела!..

– Так ведь мужика недавно волк загрыз. И вот опять!..

– Так Громова Сергея-то загрыз, ты забыла, что ли…

– Какой кошмар! Хоть из дома не выходи…

– Ты зачем в лес одна ходила? Городская, что ли?..

– Раньше волк на человека не нападал! Это что за напасть?..

– Волки уже к околице пробрались, скоро людей на улице жрать будут!..

– Это оборотень! – выкрикнул какой-то полусумасшедший дедок, выглядывая из-за калитки.

– Степаныч, доставай серебряные пули! – крикнул в ответ розовощекий мужик из дома напротив.

– Ага, а трупа не будет, растворится в воздухе! – весело подхватил диалог молодой парень, садясь в свои раздолбанные «Жигули».

Я осталась вполне довольна своим спектаклем. Народ расшевелился и забеспокоился. Осталось теперь дома доиграть эту роль до конца, а дальше все закрутится, завертится как по накатанной.

– Женя, что случилось? – кинулась ко мне Клавдия Ивановна уже у самых ворот.

– Волк! Волк! На меня напал волк! – Меня трясло якобы от испуга, на глаза наворачивались слезы. – Я просто бегала, а тут…

– Боже! А я и думаю, что это тебя уже более трех часов нет, обычно ты так долго не бегаешь… Иди быстрее в дом! Тебя осмотреть надо!

Во дворе на крыльцо вышла заспанная Вика, которая тут же встрепенулась и кинулась ко мне.

– Какой кошмар, Женя! Заходи быстрее! Тебе помощь нужна?

– На нее волк напал!

– Как?! Женя, как ты отбилась от него?

– Палкой! Прям по морде его, в шею… Еле спаслась! Хорошо, куртка у меня плотная, спасла от острых зубов…

И так далее, в том же духе. Меня осмотрели, успокоили, напоили травяным чаем, и только мой клиент Алексей смотрел на меня с подозрением.

Через некоторое время, когда рядом никого не было, он тихо спросил:

– Женя, что ты задумала? Что это за спектакль?

– А что, не похоже, что я стала жертвой нападения волка?

– Ну, как сказать… В целом похоже, но я-то знаю тебя и понимаю, что ты явно что-то затеяла.

– Затеяла. И поверь мне – сегодня-завтра мы точно поймаем этого волка и его хозяина.

* * *

К вечеру весь поселок гудел, прознав об утреннем событии, случившемся с какой-то приезжей бегуньей. Из меня даже сделали некую героиню дня, мол, я своими силами отбилась от волка и не дала себя загрызть.

Вскоре к нам пожаловала делегация рабочих во главе со старшим из ассоциации местных охотников. Также присутствовал и Семен Копытин. Взрослые мужики расселись во дворе и стали обсуждать план действий.

– Так дальше жить нельзя, – взял слово коренастый мужчина с волевым лицом, – волк обнаглел, скоро прям на улице будет на людей нападать. А у многих тут дети, скотина спокойно по улицам расхаживает. Нет, это не дело!

– Точно! – вторил ему главный охотник, жилистый, худой и щетинистый. – Надо идти травить зверя!

– Согласен! Нечего и думать, – отозвался другой мужчина в овечьем полушубке. – Ружья у всех есть, надо вставать в цепь и идти!

Из угла предбанника отделился Виталий и громко подал голос:

– Мужики, вы чего? Первый раз на охоте, что ли? Если цепью будем идти, он просто убежит куда подальше. Лес-то у нас без конца и края.

– Парень дело говорит, – поддержал жилистый. – Да и людей так много нам не найти. Поэтому предлагаю вариант с флажками.

– Какими еще флажками? – спросил самый молодой из мужчин, лет двадцати пяти на вид.

– Сразу видно, что ты только на зайцев охотился, – поддел его матерый охотник. – Обычные флажки – кумачовые. Волк никогда не полезет через веревку с красными флажками. Тогда мы его сможем загнать.

Услышав это, я усмехнулась. Если честно, я этого не знала и слышала о таком способе заманивания зверя впервые. Никогда бы не подумала, что волк такая неженка. Я думала, что такой зверь стены прогрызет, если будет надо. А тут какая-то веревочка с красными флажками. Но опытным охотникам виднее.

– Все верно, – поддержал «коллегу» Семен. – Я в сибирской тайге был на промысле. Там всегда так мужики делали. Особенно зимой, когда волк зверел от голода и нападал на скот.

– У нас тут тоже своя тайга. Ямал – это вам не Рязанская область, – «шутканул» один из мужиков.

– У меня есть целая катушка такой веревки с флажками, – сказал главный охотник. – Думаю, волк далеко не убежит, раз сегодня тут был.

– Возможно, он не один, – предположил Виталий.

– Значит, изловим всех волков, которые нам попадутся. Завтра с утра приступаем!

На следующее утро, едва только забрезжил рассвет, мужики отправились в лес. Вернулись они часа через три, грязные и уставшие. Оно и понятно, через кусты продираться примерно десять километров. Перед тем как идти на облаву, они решили немного передохнуть.

Жилистый мужчина, которого звали Федором, важно расхаживал взад-вперед и давал ценные указания:

– Итак, нам предстоит охота на волка, который испробовал человеческой крови. Так что призываю всех быть крайне осторожными и внимательными. Поэтому важно понимать, что мы идем не грибы собирать, все должны быть серьезными и собранными, никакого разгильдяйства. В сторону болот пойдет только тот, кто хорошо знает здешние места, остальным туда лучше не соваться. Держите ружья заряженными, особо далеко не расходиться. Периодически будем перекликаться.

Через полчаса мы отправились на охоту. Семен протянул мне свое ружье со словами:

– Держи, пригодится, раз ты идешь с нами. У меня еще одно есть. А вот ему, – кивнул он на Алексея, – лучше остаться дома.

Я была такого же мнения, но мой подзащитный ни в какую не хотел быть дома и явно был настроен идти с нами, а если точнее, рядом со мной. К тому же слова Виталия явно задели Алексея, и он готов был доказать своему брату, что не боится.

– Ты что, трусишь? Да ладно тебе, будем держаться рядом, со мной и с твой боевой бабой тебе нечего бояться.

Поэтому Алексей был непреклонен.

– Женя, я тоже иду, и это не обсуждается!

– Надеюсь, Вика с Денисом не идут? Может, еще Клавдию Ивановну с собой возьмем?

– Денчик хотел пойти, но его Вика отговорила, и правильно сделала. Хотя, если бы у Денчика было ружье, то можно было его взять. В юности он ходил с отцом на охоту и даже стрелял.

– А где, кстати, родители Дениса? – поинтересовалась я. – Тут они, как я понимаю, не живут. Или они… – я тактично замолчала.

– Живы-здоровы! – тут же ответил Алексей. – Они так же, как и моя мама, давно уехали в Краснодарский край. Ближе к морю и теплу.

– Понятно. Ладно, идем!

На опушке мужики разделились на группки по двое, стоявшие друг от друга примерно метрах в пятидесяти. Мы пока что держались вчетвером – Семен, Виталий, Алексей и я.

– Смотрите, городские, на рожон не лезьте! Это вам не по Театральной площади гулять! – напутствовал нас «жилистый» и отдалился от нас, скрывшись за серыми деревьями.

Вчетвером мы углубились в сумрачную чащу леса. Краем глаза я наблюдала за пространством вокруг, стараясь следить за каждым движением веток. Через некоторое время, когда мы прошли между деревьями, другие охотники стали почти не видны. Только изредка они мелькали среди стволов, и то их было заметно только благодаря тому, что деревья были практически без листьев.

– Так, молодежь, – сказал Семен, – предлагаю разделиться, а то мы ходим толпой. Я пойду один, мне не впервой, а ты, Виталик, оставайся с ними. Как-никак ты лучше этот лес знаешь. Только к болотам не суйся. Глядите! – Он резко остановился и пригнулся к сырой земле.

Мы наклонились и увидели смазанный отпечаток лапы какого-то зверя.

– Видимо, прошел тут недавно, грязь еще не высохла. Сейчас дойду с вами до того склона, и разойдемся.

Я почувствовала невероятную бодрость и ощущение адреналина. Кровь словно пропустили через сифон, так она забурлила от осознания близкой опасности. Мне начало казаться, что внимательные глаза зверя смотрят мне в спину. И несмотря на то что я была уверена в своих силах и окружена тремя мужчинами, двое из которых с ружьями, а один опытный охотник, я ощутила волну непонятного страха. Даже когда вчера я бегала с ружьем по этим местам, я совсем не боялась. Может, все зависит от обстановки, от декораций. Но я была уверена, что раз такое со мной случилось, то опасность действительно рядом и, следовательно, надо быть начеку.

– Так я и думал! – прервал ход моих размышлений Семен и тем самым словно вернул меня в существующую реальность. – Это человеческий выкормыш.

– Почему вы так решили? – удивилась я.

– Вон там! – Он указал прямо. – Флажки, и там следы зверя, и веревка испачкана… Еще мой дед говорил мне в юности, что если волк не обращает внимания на флажки, то, значит, он выкормлен человеком.

– И что теперь делать? – растерянно спросил Алексей. – Отбой кричать?

– Отбой кричать не будем, все предупреждены – дойти до веревки и потом обратно. Я пройду немного дальше, по следу.

– Один? – удивился Алексей.

– А ты как думал? – парировал охотник. – Толпой и с песнями? Я, бывало, зверя один по несколько дней преследовал. Бывало, белку промышляли неделями, а попутно то медведя пристрелишь, то рысь. Это вам не лужайка вокруг вашего Тарасова, – зачем-то добавил он.

Семен небрежно махнул рукой в сторону чащи.

– Перелезьте через флажки и идите чуть вниз. Там, кстати, пруд Злыгинский. Заброшен, правда, не то что раньше. Обойдете его, поднимитесь чуть вверх и прямо.

– Злыгинский пруд! – воскликнул Алексей. – А я и думаю, место знакомое. Я часто бегал к этому пруду в детстве.

– Ты сюда бегал? – слегка удивилась я. – Один?

– Раньше волки людей не грызли, – мрачно ответил за него охотник. – Дети сами в лес бегали, и ничего не случалось.

– Это точно, раньше волки на людей не нападали, – задумчиво ответил Алексей, и выражение лица его при этом изменилось, словно он что-то вспомнил.

* * *

До пруда мы добирались, как ни странно, довольно долго. То низины, то возвышенности, покрытые высоченными деревьями. И несмотря на засевший где-то в глубине души страх, я чувствовала энергетику леса, его положительные флюиды. Несмотря на то что я была постоянно начеку, я любовалась стройными стволами и ощущала вековое спокойствие, пронизывающее все кругом…

Когда мы оказались около пруда, Алексей чуть отстал, задержавшись у каких-то кустов, которые трогал руками. Вид его был задумчивый, а на губах блуждала легкая улыбка.

– Ты чего отстал? – спросил его брат Виталий.

– Предался воспоминаниям, – ответил Алексей. – Я же не раз бывал тут в детстве. Бегал сюда один и не боялся. Точнее, боялся, но справлялся со своими страхами и доказывал сам себе, что смогу пройти через лес и оказаться в этом замечательном месте. Мне тут очень нравилось. – Алексей сделал паузу и выразительно посмотрел на брата. – А помнишь, как я отсюда принес кувшинку, доказав тебе и другим ребятам, что я тут был?

– Нет, не помню.

– А я помню. Вы не верили, что я один бегаю на этот пруд, и просили принести доказательства. И тогда… Меня бабушка постоянно пугала, что не следует одному бегать на Злыгинский пруд, ибо тут полно кустов волчьей ягоды и якобы ее любят здешние волки, лечатся они ею. Поэтому есть опасность встретить тут волка.

– И что, встретил? – усмехнулся Виталий.

– Встретил, – последовал ответ. – Вот именно из-за этих кустов он и показался. Я испугался до смерти, стоял, смотрел прямо ему в глаза. Волк тоже смотрел на меня, не двигаясь. Я ждал, что будет дальше, был готов ко всему. А волк через пару минут развернулся и убежал.

– Наверное, сытый был. Это же летом было. А летом им тут еды хватает. В это время волк, наоборот, старается быть дальше от человека.

– Ты знаешь… я тогда почувствовал невероятный прилив сил, мне даже хотелось еще раз встретить этого волка и подружиться с ним. Потом, через несколько дней, я прибегал сюда и даже взял с собой куриные косточки и кусок сала, думал, волка покормлю, но он больше не появился.

– Ладно, пойдем. Предался тут воспоминаниям, понимаешь… – как-то зло ответил Виталий и направился в сторону.

Алексей отдалился от кустов, подошел к нам, и мы пошли вдоль пруда, аккуратно поднимаясь по скользкому склону.

– Я помню, рассказал об этом бабушке, не удержался. Она сначала поругала меня, а потом успокоила, прижала к себе и говорит, мол, теперь тебя ни один волк в жизни не тронет.

– Леха, а ты помнишь, недалеко от пруда был лесничий домик? Если ты сюда бегал, то должен его помнить, – сказал Виталий, идущий впереди нас.

– Да, слышал, что был такой домик. Но никогда там не был. А что, он еще сохранился?

– Не поверишь, да. Я же люблю тоже иногда по лесу побродить. Почти все тропки здесь знаю, кроме дальнего леса. И лесничий домик сохранился. Предлагаю сходить туда, погреться и отдохнуть. Он тут недалеко.

Алексей посмотрел на меня, словно спрашивая у меня разрешения. Я же пожала плечами и ответила:

– Почему бы и нет. Давайте сходим.

Когда мы поднялись на опушку, то услышали какой-то жужжащий звук. Алексей похлопал себя по карманам куртки и извлек свой айфон.

– Кто-то звонит. Неужели здесь есть связь? О!.. Это тетя Клава.

– Он и телефон с собой в лес взял, вот мажор! – отозвался Виталий. – Хорошо хоть фотки не делал или на видео не снимал.

– А что, у вас в лесу действительно есть связь? – спросила я и достала свой телефон из фуфайки, которую мне любезно предоставила Клавдия Ивановна. – Я тоже взяла с собой телефон, только он у меня выключен.

– Ну вы, городские, даете! Да, именно на этом возвышении иногда ловит телефон, не раз это замечал. Просто недалеко вышку поставили, вот, видимо, и ловит.

Я краем глаза наблюдала за Алексеем, он с озадаченным видом продолжал говорить по телефону, но больше слушал, чем отвечал.

– Да… Вот блин! Я понял… Хорошо… Да-да, я понял. А что я сделаю? Надеюсь, что встретим. Или, может, другие мужики их увидят. Хорошо, не волнуйся, теть Клав. Все, давай!

Алексей убрал айфон обратно в куртку и пояснил:

– Вика с Денисом тоже пошли в лес.

– Зачем? – спросила я.

– А спроси их! Денис, видимо, решил, что он великий охотник, нашел в комнате отца его ружье с патронами и отправился в лес. Типа, не может вот сидеть дома, хочет тоже принять участие в охоте.

– А свою девку бестолковую он зачем взял? – спросил Виталий и скривился.

– Ты просто Вику не знаешь, она его никуда одного не отпустит. Вот и потащилась с ним.

– Вот дурачок! Мальчик решил поиграть в охотника. Тоже мне…

– Так что ни в какой дом охотника мы не идем, – категорично ответил Алексей. – Надо идти в сторону поселка, вдруг ребят там встретим.

– Да что они, маленькие, что ли! – усмехнулся Виталий. – Да и другие охотники, думаю, найдут их быстрее нас. А-а! Вот черт!

Виталий неожиданно вскрикнул, повалился в сторону и чуть не съехал по скользкой сырой траве в небольшой овраг. Я тут же подалась к нему и протянула ему руку.

– Дьявол! Кажется, я ногу подвернул. М-м-м! – Виталий застонал, попытался подняться, потом снова сел и стал растирать правую лодыжку.

– Больно? Дай посмотрю.

– Да не нужно! – отмахнулся парень. – Попробую встать.

– Давай мы поможем, – к нам подошел Алексей.

С обеих сторон мы взяли Виталия под руки и поставили на ноги.

– Ну как, идти можешь?

– Более-менее… Тока до дома я сейчас вряд ли дойду. Придется нам все же дойти до дома лесника. Отсидимся там, либо вы пойдете, а я останусь. Сам потом дойду, как нога пройдет. А сами вы не заблудитесь. Леха знает эти тропы. Не заблудишься, Леха?

– Да вот не знаю. Сколько времени прошло. Ты точно не можешь идти?

– Сам видишь.

– Час от часу не легче! – в своей манере пробурчал Алексей, подхватил удобнее своего брата, и мы осторожно пошли к домику лесника.

* * *

В зарослях кустов появилась едва заметная тропка. На ней была примятая пожухлая серая трава, да и кусты не так подступали. Я знала, что звери могут вытаптывать такие где-нибудь возле водопоя. Тропинка спустилась в небольшую низину с влажной почвой. Я шла чуть впереди, а Алексей, держа под руку Виталия, плелся сзади.

Я отчетливо увидела след человеческой ноги в сапоге.

– Глядите. – Я указала на землю неподалеку от следа.

Мы присмотрелись – точно, перед нами был отпечатанный след зверя – когтистая широкая лапа хищника глубоко вдавалась здесь в грязь. Чуть дальше следы хищника вплотную подошли к человеческим. Эта картина так и говорила о том, что хищник и человек вполне мирно пошли рядом.

Ребята, кажется, не особо обратили внимание на эти следы. А я поняла, что мы совсем рядом с источником опасности, поэтому вся напряглась и обратилась в слух.

«Получается, наш волк-убийца и его хозяин где-то рядом, – подумала я про себя, – следы совсем свежие».

– Женя, чуть прямо… вбок, вниз, левее… – давал мне указания Виталий. У меня чуть голова не закружилась от этих финтов. Казалось, этот кустистый лабиринт никогда не кончится. Да уж, парень действительно знает тут почти все хитрые тропы.

Заросли расступились, и нашему взору предстала поляна небольших размеров. Должно быть, летом тут очень красиво. Сейчас же среди голых кустов и пожухлой травы под нависшим хмурым небом весь пейзаж выглядел серым и непривлекательным. Я бы даже сказала, пугающим.

На поляне, чуть ближе к хвойному лесу, стоял старый покосившийся замшелый домик. Бревна избушки уже почернели от старости, казалось, толкни ногой – строение развалится. Мутное маленькое окошко смотрело в нашу сторону.

Где-то нечто подобное я уже видела, отметила я про себя. В памяти тут же всплыло одно из моих последних дел, где я со своим подопечным отыскала похожий домик в лесу, в котором был запрятан клад. А потом у нас была стычка с бандитами… Что ж, посмотрим, какие сюрпризы нам принесет этот домик.

Мы подошли к деревянному строению. Виталий, надо отметить, уже не так сильно хромал и уже мог справляться своими силами.

Когда мы оказались у двери, Виталий нас одернул.

– Тс-с! – Он приложил палец к губам. – Мне показалось или в домике кто-то есть?

Мы замерли и прислушались. До этого момента я не слышала никаких подозрительных звуков. Однако сейчас, прислушавшись, я четко различила, что в этом лесном домике кто-то есть. Шум ветра, исходящий от крон деревьев, не давал явно различить, что за звук шел из недр этого древнего строения.

Я дала всем команду оставаться на местах и тихо подошла к единственному окошку. Мне даже показалось, что я расслышала тихое рычание. Потом все стихло. Я прильнула к окошку, пытаясь хоть что-то разглядеть.

Через несколько секунд мой зоркий взгляд выхватил внутреннее убранство домика. Прям как в краеведческом музее нашего Тарасова, модель крестьянской избы девятнадцатого века. Обстановка – лавка, стол, небольшая печка. А чуть в стороне находился загончик, огороженный от комнаты деревянной решеткой. Я не сразу заметила, что в углу загончика притаился зверь.

Это был настоящий волк.

Зверь, видимо почуяв, что возле дома посторонние, стал ходить из стороны в сторону, но при этом не издавая никаких звуков. Внешне волк выглядел вполне дружелюбно и не подавал никаких признаков агрессии.

– Там волк, – произнесла я и отошла от окна.

– Волк? – переспросил Алексей.

– Как волк? – в тон ему спросил Виталий.

– Когда ты здесь был последний раз? – спросила я у Виталия.

– Ну-у… наверное, в начале осени.

– Вот как, – задумчиво ответила я, и мне многое стало понятным.

– Женя, я туда не пойду! – испуганно ответил Алексей.

– Оставайся здесь, – велела я и обратилась к Виталию: – Ты с ружьем, поэтому идешь со мной. Идти ты уже, я смотрю, можешь. Я захожу первой, а ты на подстраховке.

Виталий кивнул и пошел следом за мной. Я аккуратно открыла дубовую скрипучую старую дверь и прислонилась к косяку на всякий случай. Вдруг человек притаился около двери и в окошко я не смогла его разглядеть.

Я проникла в дверной проем, держа ружье перед собой. Мои нервы были на пределе, но мне нужно было действие со стороны врага. И он не заставил себя долго ждать. В следующую секунду я уже разворачивалась, чтобы не получить выстрел в спину, но не успела.

Выстрела не последовало, однако я получила такой сильный удар в спину, что не удержалась на ногах и плашмя полетела вперед. Лицом я притормозила прямо напротив деревянного ограждения, сквозь которое на меня уставилась рычащая волчья морда.

Мой противник раскрыл себя. В принципе, этого я и добивалась, вот только немного оплошала.

Спина отдавалась сильной болью, но я старалась не обращать на это внимания, пытаясь перевернуться на бок и выставить перед собой ружье. Виталий очень проворно (и куда подевалась вывихнутая лодыжка) подбежал к вольеру и открыл деревянную дверцу.

– Акела, возьми ее! – крикнул он.

Волк с рыком кинулся на меня. Выстрелить я бы все равно не успела, но я уже была на спине и выставила перед собой ружье. Острые клыки вонзились в гладкое металлическое основание. Я тут же подалась вперед и одной ногой что было силы саданула зверя в бок. Потом тут же попыталась откинуть его от себя. Надо отметить, что волк не отличался особой агрессией и не особо сопротивлялся. Он тут же отскочил от меня и, словно преданный пес, подбежал к своему хозяину.

Мы с Виталием вскинули ружья одновременно. И выстрелили практически одновременно. Оглушительно бахнули два выстрела. Только я за долю секунды, благодаря своей боевой сноровке, успела податься в сторону, и выпущенный патрон пролетел в сантиметре от моего плеча. От этого мой прицел сбился, и я попала волку в заднюю лапу. В ушах зазвенело, едко запахло пороховым дымом. Волк, взвизгнув, отлетел чуть в сторону и, несмотря на ранение, выскочил в дверь, припадая на одну лапу.

– Акела, беги! – крикнул ему Виталий, готовясь тут же нажать на курок.

Но этой секунды мне хватило, чтобы вытащить из кармана сюрикен и метнуть его в Виталия. Сама я при этом отпрыгнула в сторону от предполагаемой линии огня. Острые края сюрикена вонзились противнику в кисть. Виталий вскрикнул и опустил ружье. Я тут же подскочила к нему, вырвала оружие из рук и прикладом приложилась по его голове. Он отлетел чуть в сторону и, не удержавшись на ногах, повалился на пол, попутно свалив с деревянной полочки какую-то баночку, жидкостью из которой облил себе штанину. Резко запахло соляркой.

В следующую секунду я выскочила из избушки, помня о том, что мой подзащитный остался на улице и туда только что выскочил волк.

– Женя!.. О боже, Женя!

Алексей, целый и невредимый, но очень испуганный, стоял в дверях и смотрел на меня своими широко раскрытыми глазами.

– Только что волк мимо пробежал, я чуть не обделался. Он… он хромал. А что тут у вас? Что за выстрелы?

– Заходи! – велела я. – Теперь нечего бояться, только дверь на всякий случай закрой. Сейчас нам предстоит очень серьезный и интересный разговор.

– Виталий? – тихо произнес Алексей, с удивлением смотря на корчившегося на полу брата.

– А вот и наш враг, – сказала я и наклонилась к поверженному врагу. – Ну что, повелитель волков, вот ты и попался. Я недавно поняла, что это ты, вот только надо было тебя спровоцировать. И ногу ты не подвернул, плохой из тебя актер. И в домик нас зачем-то стал заманивать, и я с радостью тебе подыграла. Вот только ты недооценил меня.

– Сука! – сквозь зубы проговорил Виталий, корчась от боли на полу. Его губы страшно скривились и брызгали слюной. – Ты ничего не докажешь! Ты дура! Аха-ха!.. Слышишь! У тебя нет никаких доказательств! Я все буду отрицать!

Алексей присел рядом, с удивлением рассматривая своего брата, словно впервые видел перед собой этого диковинного человека.

– Виталий, это ты? Но… Но зачем? Зачем ты все это затеял? Зачем убил отца? Я же твой брат… Что я тебе сделал?..

В следующее мгновение слова Виталия прозвучали для нас совсем неожиданно, особенно для Алексея. Как обухом по голове.

– Да никакой ты мне не брат! Слышишь?! Не брат ты мне! Мы с тобой абсолютно чужие люди! И наш отец… он мне не родной отец! Он преступник! Он гад и сволочь! Поэтому и сдох такой смертью! Так ему и надо!..

* * *

Двадцать лет назад

Он приподнялся с зеленой сочной травы и слегка оторопел. Голоса ему не померещились, они были настоящие, только звали они не его. И один из голосов показался ему знакомым.

Его осторожность, подкрепленная постоянными запугиваниями взрослых, да и легкая природная пугливость не позволяли ему подходить к тем местам, где было опасно. Недалеко от того места, где он притаился, жадно блестела вода, словно заманивая в свои коварные объятия. Мох под его ногами был сухой. Каждый раз, прежде чем расположиться на зеленом покрывале, он основательно стучал ладонью или палкой по мху, чтобы лишний раз убедиться, что почва под ним твердая. Так и на этот раз, он удрал из дома и с чувством легкого адреналина прибежал в это загадочное и такое опасное место. А почему бы и нет? Чем он хуже остальных? Особенно его старшего единокровного братца Леши. Тот не раз бахвалился, что бегал один к Злыгинскому пруду и даже видел там настоящего волка. Да врет он все! Может, к пруду он и бегал – не раз приносил с собой кувшинки, которые растут только там, а вот про волка точно приврал. Да и подумаешь, тоже мне смельчак – добежать через лес к пруду. А сам при этом боится вида крови и не может смотреть на сырое мясо. А вот он – может! И также он переборол свой страх и начал потихоньку осваивать место среди болот. Сначала отец его водил, несколько раз сам за отцом следил, пытаясь запомнить хитрые тропы, но вот на саму территорию болот пока зайти не решался. Но когда-нибудь он это сделает.

А пока он спокойно отсиживался в безопасных зарослях орешника и взирал на зеленую дрожащую гладь как на что-то нереальное, опасное, таинственное, но такое притягательное. Ядовито зеленела ряска, и лиловел болотный мытник, цветущий лишь в сырых местах.

И теперь вдруг эти голоса…

Он присел и аккуратно отодвинул рифленые листья орешника.

В самой середине зарослей мытника стоял его отец, широко расставив ноги и уверенно утвердившись на земле. А дальше – он не поверил своим глазам! – жался к стволу осины Юрий Маркушин. И был он очень бледен.

Дядя Юра, который уже не один год приезжает в Халантай и постоянно забегает к его маме. А в этот раз он не просто заходил как гость, а остановился у них дома. И ночует он у мамы в комнате. И видно, что та рада приезду дяди Юры – сразу как-то расцветает, и глаза начинают блестеть, как у молодой девочки. Да и ему дядя Юра нравился. Спокойный такой, веселый мужик, постоянно что-то рассказывает и мяч во дворе с ним гоняет. К тому же он уже давно привык к тому, что мама не живет с папой. Тот вообще какой-то нелюдимый и всегда хмурый. С первой женой развелся, от которой у него сын Лешка, с мамой тоже не ужился. Да и его не часто навещает. Видно, что своего старшего сына сильнее любит, внимания тому больше уделяет, а про него словно и забыл вовсе.

И вот сейчас дядя Юра стоял бледный, прижавшись к стволу осины, а его отец… Целился в него из охотничьего ружья.

– …что выдумал?!

– Не выдумал, – усмехнулся его отец. – Судить тебя буду, народным судом.

– Очумел, что ли? – Дядя Юра попытался сохранить спокойствие. – Какой ты мне судья? Если я что нарушил, так в милицию меня веди!

– У милиции для таких, как ты, законов не придумано.

– А у тебя, значит, придумано?

Сергей Громов кинул взгляд в небеса, усмехнулся и более медленно произнес:

– Божьи законы знаешь? Не возжелай жены ближнего своего! А кто возжелает, приведи его на болото и… а там уж как Бог распорядится.

– А как насчет «не убий»? Про этот закон ты забыл?

– А кто сказал, что я буду тебя убивать?

– Доиграешься ты, Сергей, – оскалил зубы Юрий, – Господь тебе по носу даст за такое!

Надо же, какой бесстрашный. Он – маленький мальчик – даже поразился его смелости и дерзости. Молодец дядя Юра. Однако сам дрожал как осиновый лист, боясь пошевелиться и быть замеченным. И страсть как хотелось узнать, что будет дальше. Что это вообще его отец задумал?

Однако в следующее мгновение вся лихость слетела с дяди Юры. Ружье отца и его суровое выражение лица не сулили ничего хорошего.

Юрий сглотнул и горячо заговорил:

– Слушай, Сергей, да что ты, в самом деле? Ты уже давно с Машей не живешь. Так чего ты бесишься? Она свободная женщина и никакая тебе уже не жена! Так чего ты дуришь?

– Восемь лет грешишь!

– Что?

– Восемь лет, говорю, ты грешишь. А тогда она еще моей женой была. И как ты думаешь, к чему я клоню…

Юрий выжидающе молчал, с испугом смотря на своего карателя.

– К тому, что Виталик не мой сын, видать…

– Да что ты такое несешь! – возмутился Юрий. – Да твой он сын, с чего ты взял!..

– Чутье мне подсказывает. Смотрю я на него и… не вижу в нем своей крови, как чужой мне. И спасибо, колдунья одна глаза мне открыла… Теперь-то мне все стало понятно. Ладно, она баба… что с нее взять, но ты!..

Он сидел, съежившись в зарослях орешника, и не верил своим ушам. С каждым услышанным словом его встряхивало, словно кто-то толкал его в спину.

«Как так?.. Не может быть! Отец – не его отец! И неужели он убьет дядю Юру?..»

Юрий вдруг выпрямился, стукнул себя в грудь и громко произнес:

– Вот что я тебе скажу… Уж не знаю, поймешь ты меня или нет… Люблю я ее! Больше жизни люблю! Клянусь тебе!

– Лю-у-убишь? – удивленно протянул охотник.

– Люблю! Жизни не было без нее!

– И не будет.

Юрий сжал кулаки.

– Мне на колени перед тобой встать? – выкрикнул он. – В грязи валяться? Чтоб ты смотрел и радовался? Да что ж ты за человек такой, Громов?

Ни один мускул не дрогнул на лице охотника. Он стоял и продолжал хладнокровно целиться в свою жертву.

Юрий снова вцепился в осину.

– Не имеешь права со мной так поступать! Тебя ж за убийство судить будут!

– А кто узнает?

– А-а… понятно! Вот поэтому ты и привел меня сюда, в лес, подальше от посторонних глаз. Смелости-то не хватит убить меня на глазах у всех, а? Скажи! Трус ты, Сергей! – Угол его рта нервно задергался. – А почему тогда Машу сюда не привел? Или я один грешил? И она, получается, виновата перед тобой! Суди нас вместе, раз такое дело!

– Еще раз назовешь ее по имени – выстрелю! Что же ты женщиной-то прикрываешься, сволочь приезжая! А говоришь, любишь! Слюнтяй ты, Юрий! И если кто из нас трус, так это ты! – В голосе Сергея Громова впервые что-то промелькнуло, похожее на ненависть.

– Ну давай, стреляй! Что же ты медлишь? – психованно закричал Юрий. – Раз я такой грешник, трус и вообще… Стреляй же, чего стоишь…

«Нет, он не выстрелит! Пожалуйста, только не стреляй! Не надо!» – парализованный от страха Виталик, еле живой, сидел в зарослях орешника, не веря, что все это происходит наяву.

– Да успокойся ты, не буду я стрелять, – спокойно произнес Сергей Громов и даже опустил ружье. Юрий Мирошников, не отрываясь, с безумной надеждой смотрел на него. – Пожалуй, ты прав. Не виноват ты. Она тебе голову вскружила. Знаю. Она может… Так что, может, ты и дело говоришь, ее наказать надо, а вовсе не тебя.

«Нет, только не мама!»– чуть было не выкрикнул он, но горло сковало спазмом, тело совсем не слушалось, а сердце, как говорят, ушло в пятки.

В повисшей тишине свистнула и затихла, будто устыдившись, лесная птица.

Юрий стоял на коленях, глядя перед собой. Руки повисли плетьми. Он оцепенел и, казалось, уже лишился жизни. Но вдруг он поднял голову, взгляд у него совершенно переменился.

– Нет, Сергей Иваныч, – почти спокойно сказал он, – не виновата она ни в чем. Я ее увидел и ума лишился. Прохода ей не давал, как магнитом меня к ней тянуло. Ведь ты ж… Ты ж чурбан бессердечный, костолом бесчувственный. От тебя тумака скорее дождешься, чем ласки… А она женщина! Понимаешь ты это? Нет, не понимаешь! Ей нежности нужны были, ласка и забота. Вот я и дал ей то, чего у нее не было. Ни при чем была она: как я ее обхаживал, ни одна бы не устояла.

Сергей Громов с опущенным ружьем постоял в задумчивости.

– Ладно, вот как поступим. Не буду я в тебя стрелять, да и не собирался. Это так, для устрашения. Да и правду хотелось от тебя услышать. – Он на некоторое время замолчал, словно о чем-то раздумывая. – Судьбу твою пусть Бог решает, а не я. Я вообще вмешиваться не буду ни при каких обстоятельствах. Чего ты на меня уставился? Ты лучше за спину себе глянь.

«Неужели обманет и выстрелит прямо в спину! Нет, не надо!..»

Мирошников осторожно обернулся. В глубь болота строем уходили тонкие кривые серые стволы.

– Между ними тропа, – пояснил Громов. – Но тропа хитрая: то есть, то нету. По ней можно болото насквозь пройти. Сюда я тебе не дам выбраться. Сунешься в мою сторону – стрелять буду. А так у тебя есть шанс. Если выведет тебя Бог, значит, такова его воля.

Юрий стоял в нерешительности, опасливо смотря на болотную тропу.

«Давай же, иди! Ты сможешь!» – От напряжения он даже сжал свои маленькие кулачки, отчего нестриженые ногти больно впились в кожу.

Сергей Громов качнул ружьем.

– Пойду. Не стреляй, – согласился Юрий.

Мужчина развернулся на тропе и осторожно попробовал кочку под ногой.

А маленький мальчик, прятавшийся в орешнике, затаил дыхание.

Шаг, другой, третий…

Юрий присел на корточки и дотянулся до прута, торчащего из воды. Потом встал, огляделся в поисках подходящих веток. До осины, к которой жались росшие из одного корня три молодых кривых деревца, оставалось от силы двадцать шагов. А болото при этом молчало и словно ждало Юрия. Болото подергивало, подрагивало зеленой ребристой шкуркой, словно тихое, притаившееся большое и коварное чудовище.

Юрий Мирошников перекрестился и шагнул на ближнюю кочку. Громкий выдох облегчения, казалось, раздался по всей округе. Юрий попробовал следующую, чуть не соскользнул, но удержался. Ноги его предательски дрожали, адреналин зашкаливал, ему хотелось со всей силы ринуться вперед, но он сдержал себя. Оставалась еще одна кочка, и не стоит торопиться. Потому что потом зеленую ряску неоспоримо разделяла широкая полоса травы. Сквозь нее, словно маленький островок, просвечивала спасательная земля, укрытая листвой.

Но до третьей кочки длины шага не хватило. Юрий напрягся, присел, оттолкнулся – и сиганул со всей силы. Он приземлился точно на бугорок, но потерял равновесие, вскрикнул и опрокинулся в воду. Зелень разошлась, и Юрия обступила вода. Он ухватился за жесткие стебли, подтянулся, но кочка, словно буй, ходила под ним ходуном. Юрий, рыча и дергаясь, все-таки исхитрился и взвалился на нее брюхом. Его ноги, штанины на которых облепила зеленая ряска, торчали над водой, как две коряги.

Он некоторое время полежал, приходя в себя. Потом встал на колени и очень осторожно, прислушиваясь к каждому своему движению, словно больной, который боится сделать первые шаги после долгого лежания и ожидает резкого укола боли, выпрямился в полный рост. Болото покачивалось, обеспокоенное недавним вторжением.

Сергей Громов все это время молча наблюдал.

И маленький мальчик со своего укрытия смотрел на происходящее во все глаза.

Обернувшись назад, Юрий изумленно ахнул. Неужели ему удалось совершить такой большой прыжок. Какой же он молодец! Теперь дело оставалось за малым – ступить на твердую землю и пойти спокойно своей дорогой домой. Вернуться к Маше, броситься к ней в объятия, а потом погонять мяч с Виталиком…

Он отер мокрой рукой полоску грязи с лица и уверенно шагнул на тропу.

А затем случилось странное.

Трава плавно разошлась в стороны, а вместе с ней и листья, словно они были наклеены на скользкую, как прозрачная клеенка, поверхность. И тропа обернулась тем, чем и была с самого начала: обманкой, прихотью большого зеленого монстра, покрытого чешуей из ряски.

Жадное чудовище обняло ноги Юрия до колен и неторопливо потянуло вниз. Тот забился, словно птица, попавшая в силки. Ни ухватиться, ни упереться было не за что. Чем больше он вырывался, тем больше поднималась грязь. Юрий осознал, что подобными резкими движениями только ухудшает свое положение, поэтому тут же замер. Испуганные вытаращенные глаза в панике шарили вокруг, ища спасения.

– Сергей, – прошептал он. Его тихий голос скользил и таял среди осин.

Сергей Громов не пошевелился.

– Сергей, спаси!.. Христом Богом прошу! Сергей!..

Юрий вдруг разом просел еще на ладонь. Трясина беспощадно постепенно засасывала его, словно питон, поймавший добычу. И через минуту над глянцевой чернотой оставалась только голова с дико вытаращенными глазами.

Сергей Громов только взглянул к небу, мол, такова божья воля. И словно в подтверждение его мыслей ветерок сорвал с дерева пожухлый зеленый листок и опустил его на волосы утопающего.

– Сергей! Спаси! – захрипел тот отчаянно. – Помоги! Умираю!..

Коварная трясина словно поднатужилась и всосала его в свое чрево почти целиком.

Оцепеневший от ужаса маленький мальчик видел, как исчез рот, нос, а потом глаза дяди Юры, полные безмолвного ужаса. Послышался негромкий всхлип, и Юрий Мирошников пропал совсем. А на поверхности остался зеленый осиновый лист.

Сергей Громов постоял, развернулся и пошел, грузно ступая, через лес в сторону поселка…

* * *

…– И после этого мне несколько лет постоянно снился один и тот же кошмар. Большое зеленое болото, которое, словно живое, затягивало в себя бедного Юрия Маркушина, его голова над поверхностью воды, испуганные до ужаса глаза… Эта картина до сих пор стоит перед моими глазами.

Виталий продолжал сидеть, прислонившись спиной к деревянной стене, и периодически потирал свою ушибленною голову, при этом сильно морщась. Сюрикен, попавший ему в кисть, я вытащила резким движением, а небольшую рану дала ему перетянуть своим носовым платком.

– Господи! – произнес Алексей, сидя рядом со мной на деревянной скамейке и глядя все это время округлившимися глазами на своего брата. – Неужели мой отец был способен на такое? Но ведь он не топил этого Юрия Маркушина, он в него не стрелял, он фактически его отпустил, тот сам погряз в этом болоте…

– Вот только не надо искать оправдание своему отцу! – перебил его Виталий с кривой усмешкой. – Типа он ни в чем не виноват. Виноват! Да еще как виноват! Он специально привел его туда, ибо знал, что человеку, не знающему эти места, практически не выбраться. Это же шанс один из ста! Он заранее знал, что так поступит, и был уверен, что дядя Юра погрязнет в трясине, а он… он хладнокровно будет стоять и смотреть, как человек заживо тонет в болоте! И… Это не просто дядя Юра! Это мой отец!

– Ты в этом уверен? – осторожно спросил Алексей. – Или это только твои предположения, основанные на предположении моего отца?

– Уверен! – четко ответил тот. – Моя мама лгать не будет. А уж женщина всегда знает, от кого у нее ребенок.

– Твоя мама тебе в этом призналась?

– Да, – кивнул Виталий и снова поморщился. – Она мне не сразу об этом рассказала. А только перед смертью. В общем… Вы наверняка подумаете, почему я молчал, никому не рассказал о том, что видел. А подумайте сами. Что мог предпринять и рассказать испуганный глупый семилетний ребенок. Да я весь тот день ходил сам не свой и трясся при каждом шорохе. Спать не мог три дня подряд, все мне виделись эти наполненные ужасом глаза, это лицо, эта голова с листиком на волосах… А отец… твой отец, он, видимо, что-то заподозрил. Чуйка у него, что ли, была, или я своим видом себя выдал, не знаю… Словил он меня как-то, зажал в угол и посмотрел на меня таким страшным взглядом, что я чуть сознание не потерял. И прошипел мне прямо в лицо: «Если ты что-то видел и знаешь, то молчи до конца жизни, хотя бы ради матери! Иначе она или ты случайно так в болоте погрязнете, и никто вас никогда не найдет. Да и не поверит тебе никто, сосунку малолетнему, глупому и трусливому… Так что молчи, живи и радуйся!..»

Повисла пауза, я сильнее закуталась в свободный овечий полушубок, снятый с чужого плеча, ибо в избушке было довольно холодно. На коленях у меня лежало ружье. Алексей сидел рядом, и весь его ошарашенный вид говорил о том, что он не совсем еще верит в то, что сейчас происходит и что ему приходится слышать.

Виталий поелозил, сморщился и продолжил:

– Так я никому и не рассказал о том, свидетелем чего был. Юрия Маркушина признали без вести пропавшим, искали его несколько дней, но, разумеется, не нашли. Так и решили, что он, скорее всего, утонул в болотах. Прошло пять лет, мама за это время очень постарела, зачахла, стала сильно болеть, а потом выяснилось, что у нее онкология. Она в свои сорок лет превратилась практически в старуху. – Виталий горько вздохнул, помолчал несколько секунд и продолжил: – А за несколько дней перед смертью она мне призналась, что дядя Юра – это мой родной отец. Я все эти годы хотел у нее спросить, даже заводил на эту тему разговоры, намекал, но мама молчала, как партизан. А вот перед смертью, видимо, решила исповедаться. Я у нее спрашивал, мол, мама, это точно? Она мне: «Да, сынок, точно, я это знаю, можешь не сомневаться». С отцом… точнее, с твоим отцом, она тогда не была близка, он уезжал на промысел куда-то под Салехард, почти на месяц. И в это время мама была с дядей Юрой, с моим будущим отцом. Потом он уехал, а твой отец вернулся, сразу к моей мамке в гости… Но она уже знала, что беременна. Но сказать правду не решилась. Посчитала, что так будет лучше. Она… она всегда любила дядю Юру, а он ее. Но он бывал в наших краях наездами, порой его по полгода не было. Но почему?.. Почему так случилось? Почему они не были вместе? Почему, вопреки всему и всем, не могли сойтись навсегда, заявить всем о своей любви! И плевать на всех!

Снова пауза. Ее нарушил Алексей, спросивший хриплым голосом:

– И все это время ты продолжал молчать, держа все это в себе?

– Да. А что я мог тогда сделать? Мне-то было тогда двенадцать лет. Точнее, почти тринадцать. Мама умерла за три дня до моего дня рождения. Держалась до последнего, но… Так и сказала тогда: «Лучше сейчас уйду, чем на день твоего рождения. Извини, сынок, нет сил больше держаться».

– Я помню, какой ты был, – так же хрипло произнес Алексей. – Мы, правда, с мамой не сразу приехали. Кажется, мы были на девять дней…

– Хах! – гаркнул Виталий. – Вот именно, что вы даже на похороны не приехали. Твоя мать уже давно не жила с твоим отцом-придурком и уехала жить и работать в Ноябрьск, ибо не видела никакого смысла тут оставаться. И тебя с собой потом увезла. Стал жить ты в Ноябрьске и школу там же окончил. Потом в Питере поступил учиться… Ну это ладно. Я к тому… к тому, что я остался один! Никому не нужный. Без мамы, без настоящего отца. Только жалкий домик, где мы жили с мамой, и мои кошмары, которые снились почти каждую ночь… Так вот, я немного отвлекся. После того как мама мне призналась, я не мог молчать и сказал, что у меня тоже есть тайна, которую я держу в себе уже несколько лет. И я рассказал маме все, что видел в тот день на болоте. Я знал, что это ее окончательно убьет, но терять уже было нечего. И знаешь… мама словно на некоторое время воспряла духом, у нее даже глаза заблестели. Она взяла меня за руку и с жаром произнесла:

– Сынок, хороший мой, какой кошмар тебе пришлось увидеть и пережить! И все это время ты носил в своей юной, почти детской душе этот тяжкий груз. И мне теперь в какой-то степени стало даже легче. Да, да, я теперь знаю, как исчез мой любимый мужчина, без которого я жизни не видела. И теперь я знаю, кто в этом виноват! Сынок, любимый мой, это нельзя оставлять просто так! Ты должен отомстить! Этот человек, который считает себя твоим отцом, должен понести наказание! Поклянись мне, что ты отомстишь! За меня, за себя и за своего настоящего отца. Пусть не сейчас, но придет время, ты сам поймешь, что вот он – час расплаты. Не торопись, сама жизнь тебе подскажет, а может, и я, если смогу до тебя достучаться с того света… К тому же ты будешь не один…

– Не один? – тут же спросил Алексей. – В смысле?

Виталий скривил губы и усмехнулся.

– Не торопи события, братец, – при последнем слове вместе с губами он перекосил все свое лицо.

Снова повисла пауза. Я решила нарушить ее, ожидая продолжения этой неприятной, страшной и одновременно такой грустной истории.

– Значит, ты решил сдержать клятву, которую дал своей матери. Как ты пришел к такому изощренному способу мести? Неужели реально мама подсказала с того света? – не удержалась я, хотя и понимала, что это было немного жестоко.

– Представь себе, да, – последовал ответ. – Я пообещал маме, что обязательно отомщу. Я долго придумывал план мести, но в голову ничего не приходило. Потом я даже и думать об этом перестал. Но вдруг… Вообще идея с волком-убийцей не нова. О чем-то подобном я как-то прочитал в книге. В каком-то фильме видел, как специально дрессировали бойцовых собак и натравливали их на определенных людей. И вообще тема животных мне очень нравилась, и в книгах, и в фильмах. Мои любимые – это Джек Лондон «Белый Клык» и «Зов предков». И видимо, неспроста… Да, однажды мне приснилась мама, хотя до этого я ее во сне уже не видел несколько лет. А тут… вижу ее, она такая красивая и молодая, черные распущенные волосы, идет ко мне навстречу и улыбается, а рядом с ней волк бегает… Не сразу я придал значение этому сну. А уже через несколько дней до меня дошло, словно обухом по голове шарахнули. И случилось это, когда я на охоту пошел, уток решил пострелять. И наткнулся случайно на волчонка маленького. Вот тут-то сразу и вспомнил свой сон, и книжки, и фильмы, словно за секунду все перед глазами замелькало. К слову сказать, второго такого волчонка нашел и забрал к себе Семен Копытин. Видимо, мать-волчица погибла, а волчата остались. Неизвестно, сколько их было, но вот двоих, по воле судьбы, подобрали. Только Семен воспитал из своего найденыша хорошего охотника и преданного доброго пса. А я из своего сделал озлобленного зверя, который жил и рос с надеждой отомстить моему обидчику.

– Как ты этого добился? – изумленно спросил Алексей.

– Это было не особо сложно. Но требовало времени и терпения. Вообще в моем волке жили, грубо говоря, две личности. Добрый, преданный, как пес, зверь и озлобленный, жаждущий мести волчара. Я назвал его Акела. И воспитывали его тоже две личности. – Виталий сделал интригующую паузу, потом продолжил: – Кормил его и ласкал я – я именно такой, какой я есть, в своем обличье. А иногда сюда приходил совсем другой человек. Точнее, это тоже был я, только одетый в темный плащ или фланелевую рубашку, которые так любил твой отец. На голове была черная вязаная маска с прорезями для глаз, и от этого страшного человека всегда пахло соляркой. Это был главный раздражитель. В таком обличье я периодически являлся к своему Акеле и издевался над ним. Я говорил совсем другим голосом, я унижал его, орал на него и бил через перегородку палкой. А потом уходил и через время приходил в своем нормальном облике, кормил его и гладил, даже просил у него прощения за то, что приходилось с ним так поступать. Но проходил день-два, и снова появлялся этот страшный человек в черном плаще, в резиновых сапогах и с маской на голове, от которого пахло соляркой. Акела его чувствовал уже издалека, я не успевал еще зайти в домик, как слышал его злобное рычание, а когда он видел меня, то начинал скулить и забиваться в угол.

– Какой ужас, – тихо прохрипел Алексей. – Бедное животное.

Виталий, как и прежде, криво усмехнулся.

– Бедное не бедное, но этот зверь, в котором кипела ненависть, просто жаждал когда-нибудь оказаться на свободе и загрызть своего обидчика. Во время такого сурового воспитания была небольшая осечка, Акела ухитрился схватить меня за ногу. От злости он даже прокусил резиновый сапог и повредил мне связку на голеностопе. Тогда-то я понял, что этот зверь готов разорвать своего обидчика.

«Вот почему ты прихрамывал на одну ногу», – тут же вспомнила я.

– Ты держал его все время здесь? – спросила я. – Не боялся, что кто-то его здесь обнаружит?

– Боялся. Но надеялся на то, что этого не случится. Зимой Акела жил у меня в сарае, никто его не видел. А по весне Акела подрос, и я привел его в этот домик, стал выпускать на волю. Боялся, что он убежит, но нет. Волк, который почти с рождения вскормлен человеком, – это почти как собака. Побегает и снова в дом прибежит. В общем… к осени он стал матерым молодым волком, осталось только дождаться подходящего момента. И этот момент настал…

В глазах Алексея вспыхнул недобрый огонек. Я сидела рядом и почувствовала, как напряглось его тело.

– Значит, это не случайно, – прохрипел он и откашлялся. – Это все ты подстроил! Ты натравил этого гребаного волка на моего отца! Рассказывай дальше!

– А что там рассказывать… Думаю, вы и сами уже все поняли. Я ловил подходящий момент, надо было, чтобы твой отец пошел на охоту. Как раз вечером до того решающего момента мы с ним сидели на кухне, он сообщил, что завтра после полудня думает пойти уток пострелять. А я про себя возликовал, надо же, думаю, как удачно складывается, как раз на твой день рождения. Вот подарочек будет моему братишке. В общем… Рубашка его и так была засалена, однако я все три его любимые рубашки слегка сдобрил соляркой. Прям чуток, сразу и не унюхаешь, но волку этого будет достаточно. И подошву его резиновых сапог. Я, если честно, сомневался в успешном исходе своей затеи. В этот день пришлось сбегать к Акеле в образе злого человека, пахнущего соляркой, и подразнить его как следует. Домой пришлось аж в потемках возвращаться. А на следующий день снова пришел и выпустил его на… охоту. «Давай, Акела, отомсти своему обидчику». Волк словно понял, посмотрел на меня так странно и убежал в лес… Да, он напал на след твоего отца. Он унюхал его, и в нем сработал инстинкт на раздражитель. Акела набросился на Сергея Громова и просто растерзал его. Возмездие свершилось!

– Ах ты гад! – Алексей так резко кинулся вперед, что я не успела его остановить. – Сволочь!

Через секунду Алексей налетел на Виталия и полностью повалил его на пол. Схватил того за горло и начал душить.

– Теперь я тебя убью! Сейчас я совершу возмездие!

Я подскочила к дерущимся и с силой оттащила Алексея. Тот продолжал махать руками и пинать ногами, брызжа слюной и крича проклятия. Пришлось слегка скрутить ему руку за спину и усадить обратно на скамейку.

– Угомонись! – велела я. – Не делай глупостей. Он еще получит по заслугам.

– И этот волк!.. Он убежал! Он опасен! – кричал Алексей.

Виталий тем временем поднялся с пола и прислонился к стене. При этом он улыбался, как умалишенный, и его пустые глаза не выражали ничего, кроме злобы и ненависти.

– Не ссы, Акела, скорее всего, обречен, – ответил тот. – Охотники его найдут, к тому же он ранен.

Запыхавшийся Алексей сделал несколько вдохов-выдохов и, так же зло смотря на Виталия, спросил:

– А теперь расскажи… Зачем? Зачем ты решил устранить меня? Что я тебе сделал? Ведь это ты мне прислал записку, чтобы выманить в лес и там натравить на меня своего гребаного волка. Вот почему мои ботинки пахли то ли соляркой, то ли керосином. Теперь все понятно… Отвечай!

– Да, это я все затеял! – почти выкрикнул Виталий. – Потому что я ненавидел тебя! Тебя все любили, холили, баловали… Даже отец… он мог бы мне быть по жизни отцом, пусть даже и не родным. А он… Он вообще не признавал меня, унижал, оскорблял, постоянно тебя в пример приводил… Поэтому я решил, что и тебе туда дорога, следом за отцом. Я не хотел видеть тебя живым! Слышишь!.. Ты тоже должен был сдохнуть!

– Но что-то пошло не так! Да? – зло усмехнулся Алексей и посмотрел на меня.

Виталий тоже перевел взгляд на меня, сплюнул кровь на пол и ответил:

– Да. Так и знал, что эта баба все испортит. Я уже знал, кто она такая. Знал, что не твоя она женщина, а просто наемный работник. Меня предупредили…

– Кто предупредил? – крикнул Алексей.

Я же подалась вперед и, смотря прямо в глаза Виталию, спросила:

– А теперь настал момент узнать, кто же этот второй, о котором ты в начале разговора обмолвился. Я так понимаю, все злодеяния, что происходили в Тарасове, тоже твоих рук дело. Точнее сказать, того второго, кто тебе помогал. Так кто же это, интересно послушать…

Виталий ощерился.

– Ничего я вам не расскажу! Пошли вы к черту! Вы и так ничего не докажете, я все буду отрицать! Вам никто не поверит!

– Рассказывай, гад! – прошипел Алексей и уже готов был снова ринуться на Виталия, но я остановила его.

– Не суетись.

Я глубоко вздохнула, вскинула ружье и направила гладкое дуло прямо на Виталия. И посмотрела на него таким взглядом, в котором можно было безошибочно прочитать мое намерение.

– Если не будешь говорить, то придется прострелить тебе ногу. Если это не поможет, то прострелю вторую, потом плечо… Поверь, я это сделаю, – хладнокровно произнесла я. – И ничего мне за это не будет. Скажу, что защищала себя и своего клиента, мол, другого выхода не было. Итак, считаю до трех и стреляю. Я не шучу! Один… два…

– Стой! Сумасшедшая!.. Расскажу, не стреляй! – Виталий, словно загнанный хищный зверь, забился в угол и замахал руками. –  Да, я был не один. Нас было двое. Я готовил орудие мести тут, а он промышлял в Тарасове. Мы всегда были на связи… Изначальным нашим планом было тебя, – он кивнул на Алексея, – извести до полусмерти, запугать, застращать, превратить твою жизнь в ад, сделать тебя калекой, вплоть до полного физического устранения. И все это для того, чтобы психологически деморализовать твоего отца. Чтоб он еще при жизни помучился, чтоб испытал на себе, что значит потерять близкого тебе человека, когда узнаешь, что твой любимчик сын попал в аварию, или что его пырнули ножом, или ему оторвало руки во время взрыва, а лицо спалило до неузнаваемости…

– А о моей матери ты не подумал! – выкрикнул Алексей.

– Да мне плевать на твою мать!

– Господи, – Алексей с крика перешел на полушепот, – откуда в тебе столько ненависти и злобы…

– Откуда? – прошипел Виталий. – Оттуда! – Он резко кивнул куда-то в сторону. – Оттуда, где простилаются наши проклятые болота и где навсегда исчез из жизни мой отец! Вот оттуда все и началось. И было бы все хорошо, но твой отец решил, видите ли, восстановить некую справедливость. Он-то и посеял это зло – в этом тихом и прекрасном месте!

Алексей откинулся назад и закрыл лицо руками, видимо, больше не в состоянии слышать то, что приходилось слышать.

– С этим все понятно, – сухо ответила я, – только ты так и не сказал, кто этот второй мститель. Он, я так понимаю, сейчас здесь. Это мы его следы от сапог видели тут недалеко от домика?

Виталий ничего не говорил, продолжая криво ухмыляться. Мы тоже молчали, терпеливо выжидая, когда он наконец заговорит.

Я снова вскинула ружье и направила на него. Виталий все это время смотрел в мутное окошко, которое было рядом с ним. О черт!.. И как же я сразу не догадалась.

Я вскочила со скамейки, но ничего предпринять не успела. Все произошло буквально за секунду. Услышала, как скрипнула входная дверь, но кто там появился, разглядеть не смогла, только боковым зрением засекла темный силуэт. Несмотря на все мою быструю реакцию, невидимый противник на мгновение опередил меня.

– Оставайся на месте и не дергайся! – услышала я требовательный голос и тут же отметила, что где-то его уже слышала. – Брось ружье на пол. Одно неверное движение, и я стреляю. Причем стрелять буду в твоего клиента…

* * *

Мне ничего не оставалось делать, как послушаться. Была бы я одна, скорее всего, оказала бы сопротивление, даже с риском получить ранение. Но жизнью своего клиента я рисковать не могла. Моя рука безвольно обвисла вдоль тела, я разжала пальцы, и ружье упало на деревянный пол.

Я стояла вполоборота ко входной двери и только боковым зрением видела темный силуэт. Позиция у противника была выгодная – он находился метрах в двух от меня и скрывался в полумраке, я же у него была как на ладони.

Ошарашенный Алексей продолжал сидеть на скамейке и молчать. А Виталий, видимо воодушевленный прибытием подмоги, отошел немного в сторону, чтобы оказаться у меня за спиной.

– Не подходи к ней близко, – услышала я голос от двери. – Эта штучка весьма ловка и опасна, – и затем уже обратился ко мне: – А ты стой и не шевелись. А то прострелю ногу. – Потом он обратился снова к Виталию: – Отшвырни ее ружье в сторону и потом возьми ее на прицел.

Виталий все быстро сделал, как ему велели. И уже через пару секунд в меня целились с двух сторон.

Мужчина, облаченный в длинную куртку защитного цвета, сделал полшага в сторону, уйдя из полумрака. Я же повернула голову чуть в сторону и теперь смогла разглядеть его во всей красе.

Я не сразу его узнала. Я видела этого человека всего дважды в жизни, и весь его теперешний образ – длинная куртка, вязаная шапка и ружье – не совсем сопоставлялся с его первоначальным обликом. Но у меня хорошая профессиональная память на лица и на голоса. Поэтому уже через пару секунд я знала, кто передо мной стоит.

Вот уж никак не ожидала. С другой стороны, теперь все встало на свои места. Осталось только выяснить, какая роль ему отведена в этой скверной истории.

– Ну здравствуй, Александр, – ровно произнесла я. – Молодой отец двух близнецов и любитель сочинять музыку в подземном гараже, сидя в машине.

– Надо же, быстро ты меня узнала, – так же ровно ответил он и усмехнулся. – И имя мое не забыла.

– Подожди… – хрипло выкрикнул Алексей, чуть подавшись вперед, – я тебя знаю. Вот черт, как же мне знакомо твое лицо… Неужели… Ты живешь в моем доме в Тарасове?!

– Надо же, и ты меня вспомнил, – дуло короткоствольного ружья переместилось на Алексея. – Только ты сиди и не дергайся. Прижмись спиной к стене! Вот так. Мне все равно, в кого стрелять, в тебя или в нее. Но при любом вашем неосторожном движении я стреляю. Держи руки на коленях! – приказал он Алексею и тут же кивнул мне: – А ты за головой!

Держа руки за головой, я стояла неподвижно и старалась оценить ситуацию, в которой мы оказались. А ситуация, скажу я вам, не из приятных. Да, я могла бы одним движением достать Виталия, но при этом тут же получила бы пулю с другой стороны. А еще хуже, если эта пуля попадет в моего клиента. А я этого допустить никак не могла. Надеюсь, Алексей будет себя вести благоразумно и не начнет геройствовать. Я же постараюсь что-нибудь придумать. Мне не впервой быть в подобных ситуациях. И как говорит весь мой предыдущий опыт, главному злодею почти всегда хочется побеседовать и тем самым насладиться чувством победы и превосходства над противником. Ну что, я и сама была не против пообщаться.

– Смею предположить, что никакой ты не отец двух близнецов. И уж тем более не творческая личность. И уж тогда на парковке в машине ты точно сочинял не музыку, – спокойно произнесла я и даже позволила себе улыбнуться.

– А вот и не угадала. Насчет близнецов ты права. Это была такая легенда, чтобы усыпить бдительность. А вот насчет музыки ты ошиблась. Я действительно сочиняю электронную музыку, причем разных направлений. Это, так скажем, мое хобби. Для души.

– А портить другому человеку жизнь – это тоже хобби? И это тоже от души?

Он усмехнулся, и его глаза расширились. И в них я различила то, что буквально недавно видела в глазах Виталия. Нет, это были абсолютно разные по форме и цвету глаза, но этот взгляд, наполненный местью, страхом и одержимостью…

«Да они же братья», – сделала я про себя открытие.

– Да, – спокойно ответил он, – это тоже для души. Когда твоя душа требует возмездия, когда она хочет восстановить справедливость, тогда это надо делать. От души! – И он коротко, но очень громко рассмеялся.

«Да они оба психи!» – тут же промелькнула мысль.

– Значит, все злодеяния в Тарасове совершил ты, – утвердительно произнесла я.

– Конечно, кто же еще, – с пафосом ответил он. – Пока Виталик тут готовил наше орудие мести, я промышлял в Тарасове. Очень удачно снял квартиру в доме этого… – он с пренебрежением кивнул на Алексея, – наблюдал, сопоставлял, продумывал.

– Так это ты был тот нападавший с ножом, – перебил его Алексей, – и это ты испортил мне тормоза у «Лексуса», ты посылал эти чертовы записки, используя одну из моих бывших… Ты… ты отправил мне подарок с бомбой.

– Какой ты догадливый, – усмехнулся Александр. – Жаль только, что пошли некоторые неполадки в наших планах. Кто бы мог подумать, что ты обратишься за помощью к телохранителю. Такого поворота событий, конечно, никто не ожидал. Ну, ничего страшного. Пришлось немного переиграть сценарий. Результат, как говорится, все равно будет один… Не двигайся!

Гладкое дуло ружья смотрело в упор на Алексея, который замер как вкопанный, боясь пошевелиться.

Шевеля только одними губами, он спросил:

– Так, а кто ты такой? Ты-то с какого перепугу замешан в этом деле?

Александр снова рассмеялся, при этом выражение его глаз совсем не менялось.

– Просто он помогал своему брату, – ответила я за него.

– Что?

– Братья они, – уверенно продолжила я, – скорее всего, по отцу. Ведь так? – спросила я и сама же ответила: – Уверена, что так. Маркушин Юрий ваш отец. Поэтому ты тоже принял активное участие в акте возмездия. Вы оба решили отомстить за смерть вашего отца.

Александр подергал губами из стороны в сторону и кивнул.

– Браво! Вижу, ты не только хорошо дерешься, но и головой умеешь работать.

– Так вы реально братья? – хрипло спросил Алексей.

– Да, я тоже сын Юрия Маркушина, которого твой отец утопил в болотах. Старший сын от его первого брака. Недолго, правда, он прожил с моей мамой, развелись они быстро. Отец часто ездил сюда, в этот Халантай, любил он другую женщину, так ведь сердцу не прикажешь. А я с мамой продолжал жить в Уренгое. Несмотря на то что отец с мамой был в разводе, он никогда не забывал про меня, всегда часто виделся со мной, ходил гулять, водил в кино, купил мне велосипед. Я очень любил своего отца. Но… в один страшный день он пропал без вести. Просто пропал, и все! Как думаешь, каково это – днями, месяцами, годами ждать своего отца в надежде, что он вот сейчас появится, позвонит в дверь или выйдет из-за угла дома…

«Грустная история, – подумала я про себя, – но это не повод портить жизнь другим. Месть – это вообще дело нехорошее».

– Как ты узнал, что у тебя есть брат? – спросила я.

– Это я узнал, что у меня есть брат! – ответил из-за моей спины Виталий. – Мне мама об этом тоже перед смертью рассказала. Она знала, что у отца есть еще сын… Поэтому в один прекрасный день я поехал в Уренгой, чтобы найти своего брата.

– Виталик мне рассказал гнусную историю про нашего отца. Гнусную и грустную. Как он погиб, и кто приложил к этому руку. Тогда-то мы и поклялись, что обязательно отомстим…

– Господи, ну я-то тут при чем? – растерянно проговорил Алексей. – Вы отомстили моему отцу. Причем отомстили весьма изощренно. Он мертв! Он тоже мертв! Вы довольны?!

– За грехи родителей, как известно, расплачиваются дети, – спокойно ответил ему Виталий и, тут же сменив тон, произнес: – Так, ладно, мы и так тут заболтались. Пора завершить начатое и поставить в этом деле точку.

– Подождите! – окликнула я. – Зачем вам это надо? Вас же все равно найдут, в лесу еще ходят охотники, и кое-кто знает о моих предположениях. Я догадывалась, что Виталий наш злодей, и поделилась этими мыслями кое с кем…

– И что ты предлагаешь? – с усмешкой спросил он. – Чтобы мы вас отпустили? Ну ты даешь!..

– Конечно, зачем вам брать очередной грех на душу. Вы можете нас связать и оставить здесь, а сами спокойно скрыться… – Я понимала, что несла ерунду, что просто хваталась за соломинку, но это было лучше, чем не делать вообще ничего.

– Что ты вообще несешь, дура? Нет, нам лишние свидетели не нужны. Вы и так много знаете. Поэтому… концы, как говорится, в воду. В нашем случае – в болото. Пополните список пропавших без вести. И при таком раскладе мы уже можем спокойно скрыться. А можем, кстати, изобразить из себя свидетелей, мол, видели, как вы погрязли в трясине, но ничем помочь вам не успели. Идеальный вариант! – сказал он и резко кивнул, словно подавая знак.

В следующую секунду я получила удар по голове. Резкая вспышка перед глазами, а потом сплошная темнота…

* * *

Мое плечо больно задело что-то твердое, потом нечто колючее и неприятное стало давить мне в лопатку. Голова гудела и сильно болела в области затылка. Все мое тело было словно сковано и не могло пошевелиться. И ко всему прочему мне было очень холодно.

– …Приходит в себя. Вот уж действительно крепкая баба.

– Согласен, я аж устал, если честно. Я думаю, более трехсот метров мы ее протащили, и не забывай, она, сука, мне кисть поранила, – ответил второй голос, сильно запыхавшийся.

– Не ной, там всего лишь царапина… Вот тут самое то… Я знаю это место. Давай!..

Я приподняла веки и сквозь пелену и боль в глазах различила перед собой серую высокую траву. Пахло сыростью, заболоченностью. Рядом топтались две пары высоких ботинок. Также я уловила запах ненавистной солярки.

Я лежала на сырой, холодной земле и понимала, что связана по рукам и ногам. Усилием воли приведя себя в сознание, я постаралась пошевелиться, но у меня ничего не получилось. Также я поняла, что меня собираются бросить в болото, и эта мысль, словно резкий укол, заставила мое сознание перейти в другой режим. Меня собираются убить, и я любой ценой должна это предотвратить, даже находясь в таком невыгодном и, казалось бы, безвыходном положении.

«А где Алексей, – тут же пронеслось в голове. – Неужели они его уже утопили? Нет, не может быть! Они все это время тащили меня одну. Значит, остается надежда, что Алексей еще жив. Или они сначала перетащили его, а теперь меня? Нет, вряд ли. Я для них представляю большую опасность, поэтому они решили в первую очередь избавиться от меня».

Я громко замычала и захлопала ресницами, давая понять, что пришла в себя. Дорога каждая минута, каждая секунда. Я не могла вот так спокойно дать себя скинуть, словно мешок с мусором, в какое-то болото. Я обязательно что-нибудь придумаю. Даже в таком обездвиженном состоянии я способна оказать сопротивление. И пусть меня в итоге сбросят в это чертово болото, но просто так я не дамся. Хоть какие-то увечья, но я нанесу своим противникам, чтоб они не смогли далеко убежать. Рот у меня не заклеен, а это уже хорошо. Значит, у меня есть зубы и голос. Руками, связанными за спиной, я никак не воспользуюсь, а вот связанными ногами вполне можно оказать достойное сопротивление.

– Очухалась, – склонился надо мной Александр. – Тем хуже для тебя. Так бы утонула и не знала бы об этом. А теперь придется осознанно испытать этот кошмар. Извини, мне жаль, конечно, тебя убивать, но ты оказалась на нашем пути. Как говорится, не в то время и не в том месте. И не с тем клиентом.

– Где он? – хрипло спросила я, еле шевеля губами.

– Удовлетворю твое любопытство, раз очнулась. Только боюсь, тебе это не понравится, – он противно ухмыльнулся. – Ты же должна находиться рядом со своим клиентом, уберегать его от опасности, а получается, что ты не справилась со своей работой. Грош тебе цена как телохранителю. Ты хоть и умная баба, прыткая, подготовленная, но, – он театрально развел руками, – с этим заданием ты не справилась. Это был твой последний клиент.

– Так где он? – повторила я вопрос.

– Его мы решили не топить в болоте. Это слишком скучно. Он ждет своей участи. Для него и для себя мы придумали кое-что поинтересней. Мы хотим поохотиться на него. Мне всегда нравились фильмы и книги, где совершалась охота на человека. Теперь и я в этом поучаствую. Пустим его, как затравленного зверя, в лес, дадим форы минут пять и начнем. А там уж кто первый, того и добыча. Кстати, можно его еще облить соляркой, пусть Акела тоже поохотится. В общем, будет весело. И… самое главное, ты ничем ему не сможешь помочь. Все, хватит трепаться! Берем ее!

В этот момент меня охватило отчаяние. Неужели прямо сейчас я закончу свое существование, погрязнув заживо в каком-то болоте на территории Ямала. И моя дорогая тетушка Мила больше никогда не дождется своей любимой племянницы. Она днями, месяцами будет готовить мои любимые блюда в надежде, что вот я сейчас появлюсь дома и отведаю вкусного жаркого и ягодного пирога с морсом. Но пройдут месяцы, годы… а любимая племянница так и не появится.

Нет, нет и еще раз нет! Господи, должен же быть выход. Я должна спастись любой ценой. Еще совсем не время мне умирать…

Виталий опустил ружье на землю, а Александр перекинул свое назад за спину.

– Переворачиваем ее на живот. Так будет удобнее взяться. Я за связанные руки, а ты за ноги.

Как только они сделали движение в мою сторону, я взвилась, словно уж на сковородке. Мое тело немыслимо изогнулось, так что я практически взмыла в воздух, издав при этом дикий крик. Ноги распрямились и ударили в область колена одного из нападавших. В следующую секунду я метнулась в другую сторону, пытаясь зубами достать второго противника.

– Сука! Моя нога, я пристрелю ее! – заорал Александр, и я поняла, что в следующую секунду произойдет выстрел, от которого мне уже никак не скрыться. Ну что ж, как говорится, сопротивлялась, как могла…

Но в следующий миг случилось что-то невероятное. Из-за толстого дерева метнулась женская фигура, словно фурия, подлетела к Александру и со всего размаху треснула его по голове большой корягой.

– А ну отпусти ее, гад! – услышала я знакомый женский голос.

Тут же с другой стороны появился кто-то еще, и теперь знакомый мужской голос крикнул:

– Стой! Стрелять буду!

Это был Денис, который вышел из-за деревьев, держа перед собой тяжелую двустволку. Правда, Виталий за эти секунды уже успел схватить свое ружье и выстрелил практически наугад. Слава богу, промахнулся. Он тут же нырнул за ствол ближайшего дерева. Денис целился, никак не решаясь выстрелить.

– Стреляй же! Давай! Он щас убьет тебя! – кричала девушка, и это, конечно же, была Вика.

Денис выстрелил в сторону Виталия, но промахнулся. Тот уже успел змейкой отбежать дальше, спрятался за очередное толстое дерево и выстрелил. Денис вовремя скрылся за стволом, а я крикнула Вике:

– Ложись!

Вика упала на землю рядом с оглушенным Александром. Послышался еще один выстрел. Потом быстрые шаги и голос Дениса:

– Ушел, гад!

Он тут же подбежал ко мне и перевернул меня на спину.

– Господи, Женя, что за дичь тут происходит?

Вика поднялась на ноги и тоже подошла ко мне.

– Толку-то от твоего ружья! – сказала она Денису. – Я вот одним поленом оглушила. Кстати, я его, случайно, не убила? – И она с испугом посмотрела на валявшегося без чувств Александра.

– Денис, возьми у него ружье, не дай бог, очухается, – велела я. – И развяжите меня быстрее. Надо спасти Лешу. Он в опасности. Виталий его может убить.

– Может, я ломанусь за Виталей?! – предложил Денис. – Попробую его остановить.

– Денис, это очень опасно! Не ходи! – испуганно крикнула Вика.

– Но Леху надо спасать!

– Ты знаешь, где находится домик лесника? – спросила я.

– Блин, не совсем, – неуверенно произнес он.

За это время Денис успел ослабить веревки на моих ногах.

– Теперь руки! Ребята, пожалуйста, быстрее, – велела я и перевернулась на бок.

– Господи, куда же нам идти? – растерянно спросила Вика, когда мои руки были развязаны.

Я схватила компактное ружье Александра, которое лежало в стороне, и скомандовала:

– Вы остаетесь здесь! Идти со мной – опасно! К тому же его, – я кивнула на бездыханного Александра, который, судя по всему, был живой, – одного оставлять нельзя. Свяжите его. Если вдруг кто-то появится из охотников, сразу направите их в лесной домик. А я попробую настигнуть Виталия. Думаю, далеко он не ушел.

– Женя, будь осторожна! – крикнула мне Вика.

Уже практически на бегу я обернулась и, подняв большой палец вверх, крикнула в ответ:

– Вика, ты молодец!

* * *

Я бежала среди деревьев, сканируя пространство вокруг себя. Каждый мой шаг отдавался тупой болью в затылке, в глазах иногда рябило, а к горлу периодически подступала тошнота. Но я старалась не обращать на это внимания.

Примятая трава, явный след от человеческой обуви. Я пошла по следу, стараясь при этом двигаться как можно тише.

Метров через сто я миновала небольшой овраг и снова вышла на опушку. Внимательно огляделась и прислушалась. Кажется, след я потеряла. Тогда нужно как можно быстрее найти этот чертов лесной домик. Меня оттащили метров на триста – это не очень далеко. Но вот в какой стороне от нужного мне места я нахожусь? Все вокруг казалось мне одинаковым и совсем незнакомым.

«Спокойно, Евгения, без паники, ты справишься! Вспомни свою службу в спецотряде, где приходилось бывать и в тайге, и в джунглях, и в горах, и в еще более непролазных болотах».

Я посмотрела на хмурое низкое небо, с которого начали срываться крупные снежинки. Вот и первый снег пошел. А примерно через полчаса начнет и темнеть…

Когда мы тогда шли к этому лесному домику, то проходили через овражек, почва там была более сырая, в некоторых местах были лужи и грязь. Значит, это немного ниже того уровня, где сейчас нахожусь я. И там, после оврага, были лиственные деревья. Следовательно, мне нужно пройти по оврагу чуть ниже.

Мозг еще не успел додумать, а тело уже неслось в нужном направлении. Метров через триста я поняла, что двигаюсь в нужном направлении, правда, я никак не могла понять, с какой стороны мне выйти из овражка, чтобы оказаться на нужной поляне. С какой стороны я нахожусь?

Я задержалась буквально на несколько секунд, и в этот момент раздался выстрел. Он прозвучал чуть правее от меня, в ответ на него взметнулась вверх стая ворон, а чуть в стороне громко ухнула сова.

Я тут же что есть силы метнулась вверх по скользкому склону оврага в ту сторону, откуда прозвучал выстрел. Грязная, мятая, страшная, я, наверно, сейчас выглядела как кикимора болотная.

Я выбралась на поверхность и… так и есть – я оказалась на нужной мне поляне, только немного с другой стороны. Значит, мои предположения были верны.

Держа оружие перед собой, я пригнулась и рысцой побежала в сторону старого лесного домика. Подбежав ближе, я увидела то, от чего мое сердце ушло в пятки.

– Господи, неужели я не успела, – пробормотала я, заметив в густой пожухлой траве неподвижно лежащее тело, на которое падали крупные хлопья первого снега…

* * *

Алексей сидел на холодном деревянном полу в очень неудобной позе. Его руки сзади были привязаны к деревянной балке. В рот была воткнута в качестве кляпа какая-то грязная вонючая тряпка. К горлу постоянно подступала тошнота, а носу было сложно дышать. У него уже начала кружиться голова – еще немного, и он просто потеряет сознание.

«Женя… бедная Женя», – крутилось постоянно у него в голове.

Он даже не был зол на нее за то, что она попалась в ловушку и не смогла защитить ни его, своего клиента, ни себя. Однако она молодец, до последнего сражалась и не отступала. С самого начала знакомства была с ним и не раз спасала от опасных ситуаций. И сейчас ему было жалко ее, даже некое чувство вины проснулось где-то там, глубоко в душе. Он втянул ее в эту историю, и теперь она поплатится за это жизнью. И он, скорее всего, тоже. Остается только последний, какой-то эфемерный шанс на некое чудо. Может, кто-то из охотников случайно встретит этих отморозков и спасет Женю…

В голове гудело, затылок распирало тупой болью. Да, он ничего не успел предпринять, да и что бы он смог сделать один против двух вооруженных психов? Ему и драться-то в жизни никогда толком не приходилось. Да, он было дернулся, даже вскочил со скамейки, после того как Женю подло сзади стукнули по голове прикладом. Но тут же наткнулся на дуло ружья, направленное ему прямо в лоб. А потом и он получил ощутимый удар по шее. Кажется, он даже отключился, буквально на несколько секунд, но быстро пришел в себя. Именно в этот момент ему связали руки и привязали к балке. А потом воткнули в рот вонючий кляп, чтоб не орал…

Еще немного, и он просто потеряет сознание. Видимо, от сидения на холодном полу нос стало закладывать и дышать становилось все сложнее и сложнее.

Неизвестно, сколько прошло времени – оно словно остановилось. Но сквозь пелену своего гаснущего сознания он услышал торопливые шаги возле домика. Потом дверь резко распахнулась, и в дверях появилась зловещая темная фигура.

Алексей не сразу понял, кто это, но как только фигура подскочила к нему, он разглядел Виталия. Вот только странно, что он был один. И вид у него был какой-то взъерошенный и суетной. Несмотря на заложенный нос, он тут же уловил запах ненавистной солярки.

Виталий дрожащими руками выдернул у него кляп изо рта, и Алексей с облегчением вдохнул ртом спасительный воздух. В голове тут же прояснилось.

Бормоча какие-то проклятия, Виталий развязал Алексея, потом отскочил назад и наставил на него ружье.

– Вставай! – приказал он. – Живее, давай!.. Выходи!

Алексей поднялся на ноги, в голове сразу зашумело, а в глазах заплясали мурашки. Он прислонился к деревянной планке, чтобы не свалиться.

– Выходи, – подтолкнул его Виталий.

Пришлось подчиниться. Выйдя на улицу, Алексей даже не сощурил глаза, настолько было пасмурно и серо, что казалось, будто наступили сумерки.

– Встань к стене! – велел Виталий. – Сейчас я тебя пристрелю, и это будет неприятный сюрприз для твоей телохранительницы и твоих друзей.

Алексей прижался к бревнам, и его тут же пронзила ободряющая мысль.

Женя жива!

Страх тут же пропал, он даже улыбнулся и посмотрел исподлобья на своего карателя.

– Значит, вам не удалось ее убить, – тихо проговорил он. – И я смотрю, ты один. Где же твой отважный братец?

Лицо Виталия скривилось до неузнаваемости. Если бы Алексей не знал, кто сейчас перед ним, то, наверное, не узнал бы его. Это был совсем другой человек – даже не человек, а какое-то жалкое, напуганное создание, которое поняло, что обречено.

– Скажи спасибо своим друзьям, – нервно проговорил тот, – Денис и его сумасшедшая баба…

Алексей улыбнулся еще шире – значит, есть в мире справедливость. И чудо как таковое свершилось. А что будет с ним в следующую секунду, его уже не волновало.

– Настоящие друзья, – проговорил он и даже улыбнулся.

– Хули ты улыбаешься! Своих друзей ты уже не увидишь… Вставай на колени! Быстро! Я прострелю тебе башку и скроюсь!

Алексей медленно встал на колени. И тут же понял, что произойдет дальше. В этот момент он смерти не боялся, потому что знал, что если смерть сейчас и придет, то точно не за ним…

За спиной Виталия, в нескольких метрах от него, промелькнула серая тень. Главное, чтобы он не успел выстрелить. Еще бы пару секунд протянуть.

– Ты забыл, что разлил на себя солярку, – проговорил Алексей.

– Что?.. – Это было последнее, что произнес Виталий в своей жизни.

Словно почуяв неладное, Виталий резко обернулся, но было поздно. Уже через секунду волк, поджимая заднюю лапу и скаля зубы, кинулся на обидчика. Прогремел оглушительный выстрел – Виталий успел нажать на курок, но в волка не попал. А навести ружье во второй раз уже не было возможности.

Зверь кинулся ему на грудь и повалил на землю. Мощные клыки с легкостью разорвали драп телогрейки в области шеи. Волк стоял над поверженным врагом, пытаясь добраться до его горла, а Виталий старался закрыться руками. Но это не помогло: хищная пасть вклинилась между ними и плотно сомкнулась на горле. Раздался полный предсмертного ужаса хрип, потом он перешел в сипение, а потом все смолкло… Виталий дернулся несколько раз и затих.

Все произошло так быстро и стремительно, что Алексей смог оставаться только наблюдателем. Его тело словно парализовало. Неужели зверь сейчас накинется и на него?

Волк оторвался от своего воспитателя-обидчика и повернул свою оскаленную морду с кровавыми клыками в сторону Алексея. Продолжая стоять на коленях, Алексей абсолютно неподвижно смотрел в глаза волку. Прям как тогда, чуть более двадцати лет назад, когда он повстречал волка возле Злыгинского пруда.

«Значит, волк в твой жизни тебя никогда не тронет», – сказала тогда бабушка.

Эти секунды показались Алексею мучительной вечностью. Однако волк перестал скалиться, издал какое-то утробное урчание, развернулся и серой тенью скрылся среди деревьев, припадая на заднюю лапу.

Алексей обессиленно прислонился к деревянному срубу. С неба срывались хлопья первого в этом году снега. Рядом лежало истерзанное тело Виталия, и на его мертвое и искаженное от страха лицо падали крупные белые снежинки…

* * *

Снег шел весь день. На улице давно стемнело, только свет от мощного фонаря и от окон дома освещал пространство вокруг.

Мы с Алексеем стояли за домом, рядом с пристройками, где рос огромный тополь. Именно здесь, на свежем воздухе, ему хотелось побыть со мной. И обязательно наедине. Все случившееся казалось страшным сном, особенно мне – я всего лишь выполняла свою работу.

– Тело Виталия в морге… А Александр под стражей. Теперь вся эта волокита с дачей показаний, суд… Как хорошо, что в наше время многое можно делать удаленно… – Алексей помолчал, потом добавил: – Мужики пристрелили волка, я видел его тушу, привязанную к шесту, который они приволокли.

– Надеюсь, это тот самый волк, – задумчиво произнесла я.

– Как интересно получилось, Женя. Тот, кто должен был меня убить, спас мне жизнь.

– Знаешь… я тогда подумала, что это ты лежишь на земле. Извини, я… – начала я, но Алексей меня перебил.

– Женя, не надо… не говори ничего. Ты уже об этом говорила, и я тебе все высказал по этому поводу. – Он смотрел на меня, и его глаза блестели, отражая свет уличного фонаря. – Ты молодец! Ты крутой телохранитель! И не надо себя ни в чем винить. В жизни всякие бывают ситуации, и все учесть невозможно. И я видел, как ты работаешь и… и если бы не ты, я был бы покалечен, взорван или загрызен волком.

– Ты был подвержен опасности, и меня в этот момент не было рядом. Это большой промах для телохранителя. Можешь этот момент учесть при выплате гонорара…

– Женя, – снова перебили меня, – угомонись! Ты заслуживаешь двойного гонорара. И кроме того, когда мы будем в Тарасове, я свожу тебя в самый лучший ресторан. А также в самый крутой магазин нашего города, чтобы ты купила себе новую куртку и… норковую шубу! Зима на носу.

Я лишь улыбнулась уголками губ.

– Норковые шубы я не ношу. Это мне не подходит по стилю. Хотя короткий полушубок у меня есть, для особых случаев. А приглашение в ресторан принимается.

В больших глазах моего клиента что-то блеснуло, он как-то по-особому посмотрел на меня, словно разглядел во мне что-то новое для себя.

Я молча стояла и рассматривала его заросшее щетиной лицо, его волнистые непослушные волосы, покрытые белой шапкой из снега.

– Надень капюшон, – сказала я и заботливо стряхнула снег с его головы.

– Женя… – как обычно, хрипло произнес Алексей и чуть подался в мою сторону. – Давно хотел это сделать…

«Сейчас он меня поцелует. Наконец-то. И, если честно, я была бы совсем не против».

Алексей резко подался ко мне, обнял и прижал к себе. Его лицо проскользнуло мимо моих приоткрытых губ, и я почувствовала его горячее дыхание у своего уха.

«Неужели не решился», – подумала я.

– Женя, давно хотел тебя обнять. Спасибо тебе. – Мы еще минуту постояли обнявшись. Затем он чуть отстранился, и его лицо оказалась рядом с моим.

Я смотрела на пухлые чувственные губы и ждала, что сейчас он наконец решится. Или, может, мне стоит проявить инициативу. Я уже было подалась в его сторону, но он как-то естественно отпрянул назад, похлопал меня по плечу и мило улыбнулся.

– Спасибо тебе, – повторил он. – Женя… Женя, ты классная, красивая, крутая… Кстати, ребята меня спросили, когда мы поженимся? Им я ничего конкретного не ответил, а тебе скажу прямо: жениться я на тебе не буду! – сказал он и рассмеялся.

– В мои ближайшие планы не входило выходить замуж, – в тон ему ответила я и тоже рассмеялась.

– Надеюсь, твоя тетушка это переживет.

– Моя тетушка просто жаждет с тобой познакомиться и накормить тебя своими кулинарными изысками.

– Так в чем же дело? Я с удовольствием познакомлюсь с твой милой тетей Милой.

– Думаю, что не стоит. Иначе нас с тобой точно поженят. Кстати… как я могла забыть! – Я сменила тон, вспомнив кое о чем.

– Что такое? – озадаченно спросил Алексей.

– Надо срочно зайти к Клавдии Ивановне. Она мне обещала дать две банки варенья – клюквенное и черничное. Должна же я привезти гостинчик для своей любимой тети Милы…

Эпилог

Я бежала по осеннему парку, любуясь желто-красными листьями и наслаждаясь свежим утренним воздухом. К концу моей пробежки уже рассвело, на улице стали появляться люди, быстрым шагом спешащие по своим делам – кто на работу, кто на учебу.

Зайдя домой, я сразу уловила невероятные вкусные запахи, идущие с кухни. Я, почти как собака Павлова, чуть не пустила слюну.

В желудке предательски заурчало, и я поняла, что закончить тренировку в своей комнате я попросту не смогу. И тетушка, видимо, соскучившись по своей дорогой племяннице, тоже встала ни свет ни заря. Я больше чем уверена, что как только дверь за мной закрылась, она тут же встала с постели и отправилась на кухню. И пока я пробегала свои заветные десять километров, тетя Мила успела потрудиться на кухне. И судя по запахам, весьма успешно.

– Женечка, я так и знала, – тетя Мила, опоясанная фартуком, появилась в дверях кухни, – вот, не жалеешь ты себя! Я уж думала, что хотя бы сегодня ты не будешь себя истязать тренировками и спокойно выспишься, отлежишься… Нет чтобы отдохнуть после поездки, восстановиться…

– Тетя, ты же меня знаешь, если бы мой организм нуждался в отдыхе, то я бы лежала и отдыхала, – оправдалась я, снимая с себя кроссовки.

– Знаю я тебя, – беззлобно проворчала Мила, – ладно, принимай душ, примерно через полчаса все будет готово.

– Спасибо, – я улыбнулась и поцеловала свою любимую родственницу в щечку.

После душа я облачилась в свой любимый махровый халат и появилась на кухне.

– Мой фирменный омлет с грибами, зеленый салат и куриный рулет, который я вчера приготовила. Пирог с черничным вареньем уже почти поспел. Пока ты поешь, он уже будет готов. Кушай, а я сварю тебе кофе.

– Тетя, что бы я без тебя делала, – искренне произнесла я и принялась за еду.

– Женечка, ты обещала пригласить в гости Алексея Громова. Я так и не познакомилась с этим молодым человеком, – все-таки не сдержалась тетя и с укором посмотрела на меня.

– Тетя, я же не против пригласить его в гости, – не совсем правду сказала я, – но ему сейчас не до гостей. У него много работы и, насколько я знаю, он завтра уезжает в Москву, и когда вернется – неизвестно.

– Тогда, когда он вернется и у него будет возможность, обязательно пригласи его в гости.

– Хорошо, – ответила я, решив не спорить.

– Знаешь, Женя, пока ты была на Ямале, я все это время читала в интернете про этот край. Много интересного узнала. И кстати, вот что я хотела тебе показать. Пока вода закипает, я тебе покажу… – Тетя села за стол, водрузила на нос очки и с деловым видом залезла в планшет, который я ей недавно подарила. – Видимо, оттого, что интересовалась этим краем, Яндекс стал выдавать мне соответствующие новости. Оказывается, в тех краях на людей нападают волки.

При этих словах я слегка напряглась, а тетя Мила, поводив пальцем по экрану, продолжила:

– Вот смотри… пока ты бегала, я успела прочитать. Сейчас я тебе зачитаю: «Под Новым Уренгоем на мужчину напал волк… – Тетя прочитала инициалы потерпевшего и продолжила: – Мужчина возвращался из соседнего поселка на своем тракторе. Видимо, в пути у него случилась поломка, потому что капот трактора был открыт и рядом лежали инструменты. Пока мужчина пытался исправить поломку, на него напал волк и перегрыз несчастному горло… – Тетя замолчала, потом с опаской посмотрела в мою сторону: – Господи, Женечка, как хорошо, что ты уже здесь, а не там. А то бы я за тебя сильно волновалась…

Content

Марина Серова
Живее всех живых

Пролог Примерно двадцать лет назад

Г. Тарасов Наши дни

Ямало-Ненецкий автономный округ Где-то под Новым Уренгоем

Двадцать лет назад

Эпилог