Дарья Ратникова

Отданная Хранителю Гор

Пролог

Она шла босиком по камням, в одной рубашке на голое тело и в плаще. Было холодно, а ещё страшно, до безумия. Иногда она останавливалась, сглатывала слёзы, стояла несколько минут, а потом, спотыкаясь, бежала вперёд. Казалось, что горы сжимаются над ней и ей не выбраться из этой ловушки. Камень холодил босые ноги, руки и ноги покрылись мурашками. А впереди ждал ужасный Хранитель Гор. Говорят, у него не было даже имени, а лет ему столько, сколько и этим неприступным горам. Она должна стать его женой, она должна постараться, чтобы горы приняли её, потому что выхода у неё нет.

Они пришли ночью в красных, как кровь, плащах и сказали, что Хранителю Гор нужна невеста и их выбор пал на неё. И отказаться невозможно, потому что иначе они принесут в жертву горам её маму и сестрёнку. И Ина кивнула, соглашаясь. А что ей ещё оставалось делать?

Она шла босыми ногами в самое сердце гор, одна. Такова была традиция и молилась чтобы горы приняли её, и чтобы суровый Хранитель, которого никто не видел, стал её мужем. Иначе они принесут в жертву её семью, точнее все что от неё осталось.

Несколько лет назад твари из Потусторонья напали на её отца, охотившегося в лесу. Мать разом поседела и постарела в тот день и держалась только ради них с Альбой.

Ина шла и считала ворота. Нужно пройти двенадцать ворот, по числу двенадцати горных пиков, защищавших их от врагов. Она шла одна в полной тишине. Только неясный свет факелов указывал дорогу, а звук шагов немного разгонял тишину. Пять ворот, шесть… На седьмом вдруг под ногу попал камешек и острая боль пронзила стопу. Она остановилась, чтобы стереть кровь и пошла дальше.

Больная нога нещадно саднила. Она с трудом дошла до двенадцатых ворот, и они так же тихо, без единого звука распахнулись перед ней. Ина шагнула вперёд и зажмурилась от яркого света. Перед ней была пещера, тоже освещённая факелами.

А ещё её ждали. Те люди в красных плащах, она узнала их, они стояли впереди. А чуть позади, опираясь на камень, возвышаясь над ними как великан, стоял ОН. Она сразу поняла, что это Хранитель Горы и сердце затрепетало от страха. Он был высок и массивен, словно скалы, которые он не то охранял, не то хранил. Огромный выше них всех ростом. С тёмными волосами и длинной бородой, спускавшейся на грудь.

– Подойди сюда девочка!

Глава 1

Ина послушно шагнула вперёд, вся дрожа от страха и холода. Хотела поднять голову и бесстрашно посмотреть ему в глаза, но так и не смогла. Ноги тряслись, словно перед ней был не Хранитель Гор, а тварь с Потусторонья.

– Вы заставили её пройти весь путь босиком и в одной рубашке? – Загрохотал его голос. И в нём ей послышался гнев.

Она вздрогнула и невольно посмотрела на людей в красных плащах. Они казались смущёнными, но не испуганными.

– Мы… мы думали, что так положено.

– Это ваши суеверия, ни мне ни горам они не нужны. – Хранитель сделал шаг и казалось земля вздрогнула под ногами. Они невольно попятились, но потом один самый смелый выступил вперёд:

– Мы здесь, чтобы засвидетельствовать обряд обручения.

– Ну что-ж, – он медленно обернулся к ней и под его взглядом Ина почувствовала себя маленькой птичкой в лапах огромного дикого зверя. – Ты пришла по своей воле ко мне?

Она сглотнула. На мгновенье почувствовав соблазн зажмуриться и сказать нет, заплакать, затрясти головой и убежать. Но она видела их хищные взгляды. Такие не отпустят. Если она откажется, ей некуда будет бежать. И она твёрдо ответила:

– Да. – Пусть мама и Альба живут спокойно. Они это заслужили.

– Хорошо. Тогда проведём обряд. Если горы примут её, через месяц она станет моей женой. – И он шагнул к ней. Ина невольно отшатнулась.

– Дай сюда руку, девочка. – Его голос снова загремел, как громовые раскаты или лавина в горах.

Она протянула ему руку, дрожа от страха, когда её маленькая ручка утонула в его большой руке.

– Как зовут тебя, девочка? – Ина подняла на него глаза. Его лицо было так близко. Наверное, он наклонился, чтобы услышать её. Так некстати подумалось что у него красивые глаза, серо-стального цвета. Как горы на солнце или как грозовые тучи. А потом всё пропало, её затопило страхом, сердце гулко забилось в груди. А он сжимал её ладонь в своей.

– Ина. – едва вытолкнула она из себя. Имя прозвенело, как будто хрусталь, разбившийся о камни. Как вся её жизнь сейчас разбилась на тысячи осколков.

– Беру горы в свидетели, что нарицаю Ину своей невестой. – И всё, и гром не прогремел. Только лёгкое покалывание в пальцах и больше ничего.

Хранитель отпустил её.

– Пойдём. Лара поможет тебе переодеться.

Ина оглянулась, но те страшные люди уже исчезли, оставив её наедине с этим Хранителем. И почему она не почувствовала облегчения?

Ина послушно шагнула за ним и ногу снова пронзило болью. Может быть там сидит осколок камня? Может быть она не разглядела этого в темноте коридора? Она непроизвольно ойкнула и нагнулась, чтобы рассмотреть, что стряслось.

– Позволь мне, – голос Хранителя заставил вздрогнуть.

Он будет рассматривать её голую ногу? А ведь под рубашкой у неё ничего нет. Паника накрыла с головой. А ещё холод начал пробирать до костей. Она помотала головой. Нет. Нет!

Но он не спрашивая больше разрешения, присел перед ней на колени и дотронулся пальцами до её ноги. И словно мурашки пробежали по коже. Стало жарко, потом холодно, потом вдруг снова жарко. А Хранитель отстранился.

– Попробуй теперь, девочка. Не болит?

Она осторожно наступила на ногу и поняла, что не болит.

– Спасибо, – едва слышно прошептала Ина.

Но он словно и не услышал, пошёл вперёд. Она сама едва успевала за его огромными шагами. Они прошли пещеру и свернули в какой-то тёмный коридор. Несколько минут в тишине и темноте и вдруг впереди она увидела свет.

Хранитель шагнул туда, в этот проём и пропал. Она вздохнула и тоже отправилась вслед за ним и невольно ахнула. Она стояла в долине, и яркий солнечный свет освещал огромный замок, со всех сторон окружённый отвесными скалами.

– Проходи. Лара займётся тобой, – прогрохотал он, когда они шагнули внутрь. И ушёл.

Ина осмотрелась, пытаясь понять, где эта Лара и куда ей идти и едва не подпрыгнула, услышав:

– Доброго дня, невеста Хранителя, – резкий и какой-то колючий неприятный голос эхом прогремел в пустом зале. Ина пыталась рассмотреть, куда же она попала, но после солнечной долины глаза словно ослепли.

А говорившая тем временем подошла. Это была высокая, прямая и худая, как жердь, женщина. В её тонких ястребиных чертах читалось только презрение. Некрасивая, в строгом сером платье, она почти идеально подходила этому мрачному месту.

– Пойдём. Я покажу тебе твою комнату и помогу переодеться.

– Во что? Мне нечего одеть! – Все её вещи остались там, дома, словно в другой жизни. Да и вряд ли бы они подошли для такого замка.

– Я попрошу хозяина найти тебе одежду. Ты должна быть благодарна ему за то, что он тебя выбрал. – И это «благодарен» а ещё «тебя» звучало как проклятье. Ина вжала голову в плечи и пошла тихо и медленно, на цыпочках, стараясь не шуметь. – А ещё покорна. – Продолжила свою проповедь женщина. – И тогда, возможно, он оставит тебя своей невестой и женой.

Ина сглотнула. Ей вовсе этого не хотелось. Точнее нет. Ей хотелось, но не этого. Хотелось свободно бегать по лесам, как она бегала ещё недавно. Собирать полезные травы и цветы, помогать матери, которая продавала лечебные травы в лавку и этим они жили. А ещё на государственное пособие, которое выплачивали вдовам погибших от лап тварей. Ей хотелось сидеть на камнях у водопада с сестрёнкой и часами болтать не о чём, любуясь на закатное солнце, блестевшее в каплях воды.

Но она здесь теперь, в этом мрачном замке, в самом сердце гор. И она никогда больше не вернётся назад, потому что у неё нет выбора.

Они поднялись по лестнице, свернули раз, другой, да так, что без провожатой, Ина давно бы потерялась в этой круговерти, а потом Лара (кем она была? Служанка? Экономка?) распахнула перед ней дверь.

– Это теперь твои покои. Входи. Я позабочусь о том, чтобы тебе принесли одежду и горячую воду. Тебе надо вымыться. И не забудь благодарить за всё своего хозяина и повелителя.

«Он мне не хозяин!» – хотела крикнуть Ина и с трудом сдержала себя. Ей надо понравиться горам. И этому страшному Хранителю. От этого зависит жизнь её близких.

Лара ушла. А Ина подошла к окну и ахнула. Горы. Везде были горы.Они стояли сплошной стеной. А где же выход в долину? Что это, если не колдовство?

– Вот твоя одежда, – Лара вошла без стука и скривившись, словно ей было ненавистно само присутствие Ины в доме, кинула на кровать платье. Красивое и дорогое оно выглядело, правда, немного старомодным. Такие носили много лет назад. И Ина задумалась: «Интересно, что из тех легенд, которые ходят о Хранителе Гор – правда?»

– Хозяин соизволит тебя почтить своим присутствием завтра во время завтрака. Это великая честь и ты должна оправдать её.

Слишком много «должна» и это «должна» давило, словно каменная плита, пригибая к земле. Ина любила смеяться, петь и бегать по горам. Но представить себя поющей здесь?! У неё даже в мыслях такого не было.

Она покорно позволила Ларе себя раздеть. А та цокала языком и неодобрительно сжимала и без того тонкие губы. Потом две служанки принесли несколько вёдер воды, и Лара провела её в смежную комнату, в которой вдруг обнаружилась огромная каменная ванна. Ина залезла туда, надеясь, что хоть сейчас Лара оставит её и даст ей помыться в одиночестве. Ванна для их нищей долины была роскошью, которую могли себе позволить разве что богачи. Но служанка молча стола рядом, словно ожидала чего-то.

– Благодарю вас, но я сама помоюсь. – Ина сказала эти слова как можно вежливее. Хотелось просто остаться одной и поплакать.

– Значит, выгоняешь меня, – Как-то недобро усмехнулась женщина. –Только ты пока здесь не хозяйка, а возможно и не станешь ей. Благословение гор тяжело заслужить. Им нужно почитание и уважение. А в тебе его слишком мало, – Она презрительно скривила губы и вышла из комнаты, оставив наконец Ину в одиночестве.

Она надеялась, что будет время подумать и отдохнуть. Но, видимо, никто в этом замке не собирался оставлять её одну. Через несколько минут дверь снова открылась и без стука зашла другая служанка, одна из тех, что носили вёдра с водой. Ина уже снова хотела сказать, что желала бы остаться одна, когда служанка вдруг заговорила:

– Госпожа приказала помочь вам.

И сказано это было таким тоном, что Ина поняла – возражения не принимаются. А ещё она поняла – что госпожа здесь не она. И, как там сказала эта Лара, возможно никогда и не станет ею. Если бы это зависело от неё, ноги бы её не было в этом замке. Но…

Ина закусила губу и с тоской посмотрела на окружавшее её грубое великолепие. Стены и пол ванной комнаты были из камня. Комната выглядела так, словно искусный ювелир вырубил её в скале. А может и вырубил. Или даже замок сам вырос в этих горах.

Каких только историй не ходило про Хранителя Гор и его жилище. Кто-то говорил, что ему лет столько же, сколько и этим горам, он ужасен видом и грозен, как буря в горах. А замок его вырос из камня и рос вместе с ним. И когда на долину нападают твари из Потусторонья, он берёт огромный топор и рубит скалы, они стонут, дрожат и закрывают тварям вход в долину. Ина любила в детстве слушать эти истории, даже и не подозревая, что когда-нибудь станет её участницей.

Она всегда знала, что это всего лишь сказки. Их учили в школе, что Хранитель Гор хранит их долину от тварей, не пуская их из Потусторонья сюда. Она знала, что он вполне реален и что ему служат живые люди. Но вот, оказавшись сама в его замке и разглядывая странный светлый камень с синеватым отливом, она готова была поверить во что угодно. Даже в то, что замок вырос из земли. Слишком уж живым казался камень вокруг неё. И эта ванна всё из того же цельного камня.

Она растянулась в ванне, украдкой посматривая на служанку. Но та молча стояла у двери, словно воин или часовой на посту. Ина вздохнула. Надо быть терпеливой. Как там сказала Лара – горы любят покорных. Отчаянно хотелось заплакать. Она знала, что стоит ей остаться одной, как она разрыдается. Дома осталась мама и Альба. Сестрёнка, наверное, сейчас кушает свои любимые пирожки с ревенем и слушает сказку. Жизнь продолжается и только для неё одной она словно остановилась здесь, в самом сердце гор.

Ина быстро помылась и служанка, всё так же молча помогла ей выбраться из ванны. А в комнате помогла одеться и заплела волосы.

– А теперь я вас оставлю. Скоро придёт госпожа.

И служанка ушла. А Ина вздохнула. Надо привыкать к тому что в этом замке есть госпожа, которой все подчиняются. А ещё Хозяин. Воспоминание о Хранителе гор отозвалось покалыванием в пальцах, а ещё страхом. Она не хотела нравиться ему, быть его женой, жить в его покоях. Иногда ей казалось, что даже ради матери с сестрой она не сможет переступить через себя. Но она тут же вспомнила улыбку Альбы и россыпь веснушек на её лице и сжала губы. Отец перед тем походом, как знал, просил позаботиться о них с мамой, если что-то случится.

Противно скрипнула дверь. Ина обернулась. Вошла Лара. На ней было уже другое платье, более богатое. Принадлежавшее действительно госпоже и хозяйке этого каменного великолепия, но никак не служанке.

– Время обедать. Я покажу тебе твоё место. – Звучало зловеще, но Ина промолчала, украдкой смахнув слезу.

– Ты очень сильная, моя девочка, – вспомнила она слова отца.

Направилась вслед за Ларой и лишь на секунду замешкалась возле зеркала. Оттуда на неё смотрела совсем чужая девушка. И она не знала её. Её непослушные русые волосы заплетены в косу, старомодное синее платье с золотым осенним узором по подолу делало её на несколько лет старше, лицо казалось бледным и осунувшимся, а губы поджаты.

Лара остановилась и оглянулась на неё.

– Любуешься собой? Много у Хозяина было невест и, уж поверь мне, одна краше другой, но такой бледной моли ещё не было.

– Но неужели Хранитель не выбрал ни одну из них? – Ина спросила тихо, но Лара услышала. По сердцу царапнуло «много невест» и «бледная моль». А может быть, и жён ему нужно много? Ина не считала себя красивой, она даже никогда не думала об этом. И сейчас даже радовалась этому. Она не сможет. Нет, не сможет. Представила себе Хранителя, его высокую фигуру, громкий голос и огромные руки и сжала губы. Она не расплачется!

– Кроме желания Хозяина есть ещё желание гор. – Медленно ответила Лара, – А им понравиться очень тяжело.

Горы, везде эти горы! Да что они такое? Там, в долине о них ровным счётом ничего не знают. Только одни суеверия ходили про живые скалы, которые двигаются и стоят заслоном на границе земель, не давая тварям пройтись разрушительным галопом по всем землям. Она никогда не думала об этом – и горы, которые было видно из каждого окна и твари – всё это было реальностью, в которой они жили. И она никогда до этого дня не задумывалась о том, что стоит за этой реальностью.

Они медленно шли по коридорам замка. Тёмные и мрачные, освещённые только свечами, они навевали тяжёлые мысли. Ина старательно смотрела по сторонам, пытаясь запомнить дорогу, но как и в первый раз это оказалось непосильной задачей.

Наконец, они остановились возле двери, на которой из камней была искусно выложена мозаика в виде всё тех же гор. Лара толкнула дверь и вошла внутрь. Перед ними оказалась столовая, на удивление уютная, в светлых тонах. Посредине стоял массивный каменный стол человек на десять. Ина повертела головой, но никого, кроме них с Ларой, больше не увидела.

– Садись. Твоё место вот здесь, – И Лара указала ей место слева почти на самом конце стола, а сама она села во главе.

Ина молча присела, куда ей приказали. Надо быть покорной, иного выхода у неё просто нет. Она дождалась пока служанка принесёт еду и молча принялась за трапезу, стараясь пропускать мимо ушей колкие замечания Лары.

Наконец, этот тягостный обед закончился.

– Я вижу ты совсем не умеешь пользоваться столовыми приборами, – Лара наконец встала, сжав губы. Ина умела, но, видимо, служанке её умения было недостаточно. – Хозяину придётся тебя терпеть ещё целый месяц. – Она показательно вздохнула. –Что ж, тем лучше. Он обязательно займётся тобой.

Ина вздрогнула. Так кровожадно прозвучала последняя фраза. Ей и так казалось, что она боялась Хранителя до одури и дальше уже некуда. Оказалось, что есть. Теперь одна мысль о нём вызывала дрожь. А Лара не унималась.

– Смотри, не зли Хозяина. В гневе он ужасен. И лучше бы тебе завтра за завтраком помалкивать и ни о чём не спрашивать. Ему некогда заниматься делами смертных.

– А чем же мне заняться? – Ина представила как она будет сидеть весь месяц в этом замке под неусыпным надзором Лары и ей стало плохо. – Может быть здесь есть какие-то книги? – Вопрос прозвучал совсем уж жалко.

– Какие книги? – Скептически подняла бровь Лара. – Хозяину некогда читать всякие глупости. Его книги – это горы, а ещё его замок и люди. А ещё твари из Потусторонья. У него нет времени, чтобы заниматься такими глупостями как чтение, – она презрительно фыркнула. – И если ты думаешь, что будешь часто видеть хозяина после свадьбы, если, конечно, горы примут тебя, то не надейся. Возможно, он выделит тебе пару часов в день. И всё. Удел хорошей жены – сидеть дома и ждать хозяина, когда он соизволит прийти и заинтересоваться ей.

Ина представила себя день за днём, год за годом проводящей возле окна в замке, ожидая пока муж хотя бы соизволит с ней поговорить и ей стало дурно. Она не сможет, зачахнет здесь!

– Или ты думаешь, что здесь тебя будут развлекать и трястись над тобой, как дома? Нет, дорогуша, не будут. Никаких развлечений, никакого общения и книг. Только вечные горы. Если ты не можешь всё это вынести, то лучше тебе помолиться, чтобы горы не приняли тебя.

И Ина первый раз согласилась с ней. Действительно. Был бы у неё выбор, она вернулась бы домой. А может попробовать и узнать у этих людей в плащах для чего именно она им нужна? Почему они не выбрали другую невесту? Что в ней такого?

– А ещё будь благодарна хозяину за то, что он остановил свой выбор на тебе. Ради тебя он нарушает свой обет, данный горам. И уж поверь мне, они не будут этому рады.

– Что за обет? – Не удержалась и спросила она.

– Чтобы сохранить свою силу, Хозяин не должен общаться и даже смотреть на девушек, кроме своей будущей жены. Горы ревнивы.

«А как же он тогда найдёт свою жену?» – Подумала Ина, но промолчала. Видимо, Лара не склонна была разговаривать больше. Она довела её до комнаты и наконец-то оставила одну.

Ина посмотрела в окно, потом села на кровать, уронила голову на руки и разрыдалась.

Глава 2

Но вечно плакать невозможно. Тем более что про неё словно забыли, будто её и нет вовсе. Наконец то оставили одну, только ей от этого стало ещё страшнее. Может надо было тогда сбежать? Солгать, попросить времени собраться, а самим сесть на телегу, что уезжает из долины в большой мир. Там бы они затерялись и никакие кровавые плащи не нашли бы их. И почему умные мысли всегда приходят слишком поздно?

А может не так уж и поздно? Ина вскочила с кровати, торопливо стёрла следы слёз и задумалась. Может быть, правда сбежать и из этого негостеприимного замка и от чудовища-хранителя и вернуться домой? Взять немного денег и с первой же подводой отправиться прочь из долины. Она никогда не была нигде кроме долины, родилась и выросла здесь. Но знала, что там, за долиной, иной мир. Там почти не знают о тварях, а люди живут в городах и не боятся ночью выходить из дома. Они поселятся с матушкой и Альбой в какой-нибудь деревушке недалеко от города, будут работать, заниматься своим хозяйством. Мама по-прежнему будет собирать травы, а они с сестрёнкой – работать на огороде. А со временем может быть даже смогут перевезти вещи из долины туда, в новый дом.

Ина так крепко задумалась об этом, что для неё это всё уже стало реальностью. Только руку протяни. Надо срочно действовать. А для этого… Как ей не хотелось сейчас же уйти отсюда в том, в чём пришла – в плаще да рубашке, придётся немного подождать, разведать что здесь к чему.

Она подошла к окну. Но пейзаж не изменился. Только заснеженные скалистые пики, вершинами упиравшиеся в облака. Никакого прохода в долину, словно и самой долины никогда не было. Что это за колдовство? Вряд ли если она спросит об этом Лару, та ответит. А может быть задать этот вопрос завтра Хранителю?

Ина вспомнила его грохочущий голос, его огромные руки, его грубое лицо, словно высеченное из камня и вздрогнула. Что угодно, лишь бы не спрашивать его ни о чём, лишь бы не видеть. Значит придётся искать ответы самой. Не даруют же им горы пищу или допустим одежду. Наверное, слуги как то выбираются из замка. А значит всего-то надо узнать, как. И стоит начать прямо сейчас.

Она поправила кровать и шагнула в коридор. Замок молчал. Словно она была здесь совсем одна. Хотя может быть до её комнаты просто не долетали звуки. Ина не была уверена, что найдёт дорогу назад, но заблудиться в доме, пусть огромном и каменном, это глупость. Побродит немного и найдёт дорогу назад, в конце то концов.

Правда, через несколько поворотов, она не была уж так в этом уверенна. Тёмные коридоры, до которых не доставал солнечный свет и несколько дверей. В темноте ей даже показалось, что дверей куда больше, чем было, наверное, на самом деле. Куда ведут они? Ина не стала останавливаться, подавив в себе любопытство. У неё будет ещё много времени, чтобы исследовать дом. Много скучных часов, пока она не выяснит то, что ей надо.

Она искала лестницу или хоть какой-то намёк, куда ей идти и наконец нашла. Лестница вела наверх. Вряд ли кухня со слугами располагалась наверху, но делать нечего – надо идти. Ина боялась себе признаться в том, что дорогу до своей комнаты она вряд ли найдёт. Хоть и старалась запоминать её, но все эти многочисленные повороты в темноте совсем её запутали. Хотя это всё равно было интереснее, чем сидеть и смотреть в окно и ждать Лару, которая придёт чтобы снова указать ей, где её место.

Но Лара это не Хранитель Гор, а она пока что ему не жена. Да она здесь никто, но в этом и её сила. Она не принадлежит этому месту. Ина сжала губы и решительно зашагала вверх по лестнице, ожидая, что в конце её встретит что-то такое… Но лестница привела её в точно такой же коридор. И там снова не было ничего, кроме дверей. Она вздохнула и терпеливо пошла вперёд. И вдруг остановилась. И даже не сразу смогла понять, что её насторожило. Пожалуй, запах – какой-то странный, тяжёлый и резкий и в то же время странно знакомый. Так иногда пахло от богатых женщин на рынке. Дорогие духи, вспомнила она. Маме тоже когда-то подарили такие. Они понюхали все втроём, дружно расчихались и мама куда-то их засунула, а может и продала потом. И вот тут, в самом сердце гор, пахло так же.

Ина осторожно сделала несколько шагов вперёд. Снова поворот. И запах идёт оттуда. Она шагнула и увидела приоткрытую дверь и полоску яркого света на полу. Осторожно, почти не дыша, она подобралась к двери. Любопытство снедало. Заглянула в комнату и отпрянула. Так быстро, как только смогла.

В комнате, спиной к ней, в кресле сидела Лара. Надо бежать отсюда. Иначе… Ина боялась даже представить, что с ней сделает эта женщина, если узнает, что она была здесь и «совала свой нос, куда не следует».

«Любопытство до добра не доводит», – шептала она себе и придвигалась всё ближе и ближе к двери. Приоткрытая створка отбрасывала огромную тень и вот в этой то тени она и спряталась. А потом снова осторожно заглянула внутрь. Лара в кресле не двигалась – то ли спала, то ли читала или, может, молилась. Ина собралась уже было уходить, подняла глаза и едва не вскрикнула в голос. Вся комната была увешана портретами Хранителя Гор.

Он смотрел на неё десятками глаз. Огромный, высокий, мрачный, он словно спрашивал её – а что дальше.

«Какое твоё дело?» – Захотелось крикнуть ей, но Ина сжала губы и медленно начала отступать всё дальше и дальше, стараясь ступать так тихо, как только могла. Благо, она заранее сняла туфли и оставила их в комнате. И вот теперь, босиком, почти не дыша, она шла назад. Казалось, она запомнила дорогу. Поворот налево, потом направо, потом будет лестница. Но лестницы там не оказалось. То ли она свернула не туда, а то ли замок был не так прост, как ей казалось. Но перед Иной снова открылся коридор и двери по обе стороны, словно приглашение. Хочешь – заходи в любую. Но ей нужно вниз, в спальню или в столовую. А ещё лучше на свежий воздух. Замок давил своим мрачным тяжёлым великолепием. Было трудно дышать.

Может быть, она ошиблась и надо просто поискать? И она снова пошла вперёд. И опять увидела приоткрытую дверь. Та же самая? Ина хотела развернуться и броситься бежать. Такой ужас навевало на неё воспоминание о комнате с портретами. Зачем она нужна и что там делает Лара? Молится на Хранителя Гор? Но разве это не кощунство? Он ведь человек, пусть и наделённый силой. Но всё-таки она шагнула вперёд. И снова осторожно заглянула внутрь.

И тут же отпрянула. Это было ещё хуже. Не комната Лары, а жилище самого Хранителя. За несколько секунд она выхватила взглядом иссиня-чёрную шкуру на полу с огромными словно стеклянными когтями, небольшой камин, кровать, шкаф, стол и отсутствие самого хозяина.

Первая мысль была о том, что за шкура на полу. Она никогда (слава Создателю!) не видела тварей вживую, но рассказов про них наслушалась. И знала, что иссиня чёрная шкура, крепкие прозрачные когти и горящие красным глаза – это точно про них. А значит Хранитель Гор видел их и даже сражался с ними и…

И вот тут пришла вторая мысль. Если хозяина нет в комнате, но комната открыта, значит скоро он здесь будет. Ина даже прикрыла рот рукой, так ей вдруг стало страшно. Встретиться с ним здесь, в тёмном коридоре, возле этой жуткой шкуры, что навевала ужас. Нет! Нет! Ни за что!

Она медленно отошла от комнаты, а потом бросилась назад, сначала шагом, потом всё быстрее и потом перешла на бег. В темноте было плохо видно и она даже не поняла, во что врезалась с разбега. Подняла голову и едва не упала в обморок. Перед ней стоял сам хозяин, Хранитель Гор собственной персоной. Он перехватил её за руку, словно придерживая.

Почему, ну почему спасительный обморок не приходит ей на помощь? Ина была напугана, сердце билось как у раненой птички, ноги подгибались, но сознание держалось крепко. Да она никогда раньше и не падала в обморок.

А Хранитель Гор держал крепко, так что не вырваться. Сейчас он начнёт её спрашивать, что она здесь забыла. А может быть разгневается. Скорее всего. Как там говорила Лара – он страшен в гневе. И страх придал силы.

– Отпустите меня! – Она упёрлась в него второй рукой. Хранитель молчал, но и руки не разжимал. – Да отпустите же меня!

Он медленно разжал руку, Ина пошатнулась и едва не упала.

– Ты кого-то искала, девочка? – Его голос в этом коридоре звучал на удивление тихо. Вовсе не громовым раскатом как в долине.

– Нет. Я просто…гуляла. – Ина замялась, но всё-таки не соврала. Почти. Она же действительно гуляла.

– И заблудилась, верно?

Она кивнула, признавая его правоту. Действительно заблудилась. Здесь в темноте коридора, когда она не видела его лица, ей казалось не так страшно.

– Пойдём, я провожу тебя в комнату. – Простые слова, но сказанные таким тоном, что никак не отказаться. Она побрела за ним. Интересно, он скажет Ларе или нет?

Ине казалось, что он и вовсе мало говорит. И не читает. Как там – книги не для него. Интересно, а что для него? Чем занимается Хранитель Гор в свободное время? Или у него его и вовсе нет? Наверное, она узнала бы, если бы стала его женой. Но она не станет. Теперь уже точно. Вернётся в долину и убежит с родными, уедет далеко-далеко. Так что почему бы и не подумать о Хранителе? Он ничего ей не сделает.

Они шли молча. Ина пыталась запомнить дорогу и поняла, что не может. И никогда, наверное, не сможет. Чтобы запомнить все эти закоулки и месяца не хватит. А значит ей надо попробовать попросить у Лары письмо и нарисовать карту коридоров. Имеет же она право отправить матери письмо?

Они спустились по лестнице, и она узнала знакомые стены и двери. На третьем этаже на дверях были разные рисунки. Они проступали едва видно в темноте и мерещилось не пойми что. Словно специально путали её. Здесь же на каждой двери были свои обозначения в виде каменной мозаики. На дверях по левую сторону изображены были цветы. Сказочный горный сад. А на дверях по правую сторону – ручей, текущий в горах. Хранитель подвёл её к двери в её комнату. И Ина только сейчас заметила, что на ней тоже изображён цветок. И ей даже показалось, будто он немного отличается от соседних. Она всмотрелась повнимательнее, но ничего нового не заметила.

А Хранитель вдруг повернулся к ней.

– Я буду завтра ждать тебя на завтраке, девочка. – Его серые глаза, словно блеснули в темноте коридора. Он постоял мгновенье, развернулся и ушёл.

Ина юркнула в свою комнату. Никуда она больше не пойдёт. Хватит с неё портретов, живых хранителей и странных узоров на дверях. Хватит!

До ужина она маялась от скуки, но выходить больше не решалась. Мало ли на кого ещё наткнётся в коридоре. А вечером к ней снова пришла Лара. Уже в другом платье. Строгое, с воротником и длинным шлейфом, оно было очень красивым, хотя Ину не оставляло ощущение, что Лара в нём выглядит как ворона с цветными перьями.

А ещё стоило закрыть глаза, как вспоминалась эта женщина в кресле перед портретами Хранителя. И становилось совсем уж дурно. Но надо было продержаться до того момента, чтобы можно было выяснить здесь всё. И тогда только уйти, сбежать, уехать. Что угодно, но подальше отсюда.

Поэтому Ина и сейчас покорно опустила голову и шла вслед за Ларой в столовую. Потом такой же скучный, полный придирок, ужин. О том, что и ложку она держит не так и сидит не так и голову наклоняет не так и салфетку не так берёт в руки. Она старалась не обращать внимания. «Как хорошо, что я не принадлежу этому месту!» – стискивая зубы мысленно шептала она. Если бы не эта надежда, она бы не вынесла и дня здесь. Ещё с утра она была дома, а сейчас здесь, в этом замке. И время тянется и тянется.

Она едва дождалась, пока ужин закончится. Вскочила, получив неодобрительный взгляд от Лары и поджатые губы.

– Запоминай дорогу до своей комнаты. Я не буду каждый день работать для тебя провожатой. У меня много других дел.

«Знаю я какие у тебя дела!» – Захотелось крикнуть Ине, но она сдержалась. Только покорно склонила голову.

– Если, конечно, горы примут тебя, – Лара скривила губы, показывая всем своим видом, что это очень маловероятно. – И не забудь. Завтра нас почтит своим присутствием Хозяин. Надеюсь, ты будешь вести себя хорошо.

Ина закусила губу изо всех сил. Как же хотелось высказать Ларе всё, что она думает!

Вечерело. Ночью в замке стало ещё страшнее. Ина выглянула в окно. В свете закатного солнца горные пики казались ей угрожающими, кроваво-красными. Она быстро отошла от окна и задёрнула шторы. Потом присела на кровать. Слава Создателю, что этот день наконец-то закончился!

Ина принялась расплетать косу, но руки дрожали. Она не может, не останется здесь. Тут слишком страшно и никого нет. Не с кем поговорить, некого попросить о помощи. Ледяной замок с каменными сердцами, вместо человеческих, вот что это такое!

Она быстро сняла платье, путаясь в завязках (и где служанки, когда они ей нужны?), погасила светильник и легла спать, надеясь, что завтрашний день окажется хоть немного лучше сегодняшнего.

Глава 3

Утром Ина проснулась всего на несколько минут раньше, чем Лара пришла будить её, бесцеремонно хлопнув дверью.

– Вставай. Пора. Хозяин ждёт тебя.

Ина откинула одеяло и вскочила с кровати, чем заслужила ещё один неодобрительный взгляд. Интересно, во сколько у них завтрак? Ей казалось, что ещё очень рано, но часов в замке она не видела. Никаких часов вообще. Но может они привыкли так завтракать, кто его знает.

Она собралась как обычно одеться, но Лара молча стояла рядом, разглядывая её и не уходила.

– Хм, твою внешность ещё можно поправить. Вряд ли ты, конечно, понравишься хозяину, но всё ещё можно изменить. – Она скривила губы. – Если конечно очень постараться.

Что она имеет в виду? Но Ине не пришлось долго гадать. Открылась дверь и вошли служанки. Одна несла платье, другая какие-то тюбики и ленты. Они положили платье на кровать и остались стоять, ожидая дальнейших указаний.

А Ина стояла, рассматривая платье. И с каждой минутой оно не нравилось ей всё больше и больше. Открытое (зачем такое открытое на завтрак?), больше подходящее для бала или танцевального вечера. А ещё отвратительного зелёного цвета, который никогда ей не подходил.

– А чем не устраивает моё старое платье? – Осторожно спросила Ина. Неужели Хозяин действительно настолько редкий гость в своём замке, что при нём принято наряжаться.

– Тем что ты идёшь на завтрак к самом Хранителю Гор. Это великая для тебя честь, запомни! Ради тебя он нарушает свой обет не общаться с женщинами. Он снисходит до тебя. Будь ему благодарна и выказывай крайнее почтение. – Глаза Лары горели каким-то нездоровым фанатичным огнём, а сама она выглядела как ведьма. В строгом чёрном платье, расшитом серебром. Её волосы были убраны в высокую причёску, а на руках и шее блестели драгоценности. Если бы не это странное выражение на лице и нездоровый блеск в глазах, Ина даже назвала бы её красивой. По крайней мере, эффектной точно, несмотря на возраст.

Она сжала губы и покорно дала себя одеть. Потом служанки заплели ей волосы. Лара командовала ими. «Так! Нет! Ниже опустите! Бестолочи, волосы здесь поднимите! А здесь заколите!» Ина молчала. Это всё казалось слишком глупым, чтобы быть правдой. Нежели ей придётся каждый день так наряжаться ради собственного мужа? И быть чужой даже для себя, в собственном доме?

Наконец, решающие штрихи. Служанки открыли баночки и подошли к ней.

– Немного на щёки, на брови и губы, – скомандовала Лара.

И Ина едва не отшатнулась, когда девушки бросились выполнять её приказания. Она знала, что это косметика. Но мама всегда говорила ей, что лучшее украшение молодой девушки – это её естественность. Она хотела отказаться, но Лара не дала ей и слова вставить.

Полчаса если не час, наверное, они одевали её, красили и делали причёску, превращая в безликую куклу. Наконец, Лару видимо удовлетворило то, что получилось. Она выдворила служанок из комнаты и направилась к двери.

– Пойдём. Хозяин ждёт тебя.

Ина снова украдкой посмотрела в зеркало и сжала губы. Оттуда на неё смотрела разукрашенная кукла с глупой причёской на голове. Такая же, как те, над которыми они смеялись с сестрой в детстве. От неё самой ровным счётом ничего не осталось. Даже лицо из-за зелени платья и то казалось излишне бледным, а румяна только подчёркивали эту бледность.

Увидев, что она медлит, Лара обернулась.

– Любуешься на себя? Полюбуйся, да. Хотя бы бледность твою мы смогли убрать. Хозяин не любит бледных девушек.

Ина отвернулась. Смотреть на себя было противно. Что это за фарс здесь творится?

До столовой они дошли молча. Лара двигалась величественно, выгодно выделяясь нарочитой простотой на фоне неё.

Она открыла дверь, пропуская Ину вперёд, а потом зашипела:

– Поклонись! Хозяин смотрит.

Ина успела только увидеть высокую фигуру Хранителя Гор и склонилась, как ей и сказала Лара.

– Садись сюда, девочка. – Ина не знала, кого боится больше – Лару или Хранителя. Но всё-таки подошла и присела рядом. Он молчал и рассматривал её, а ещё хмурился. И под её взглядом она чувствовала себя неуютно. Еда не лезла в горло. Завтрак казался безвкусным.

Она проглотила всё-таки пару ложек каши и потом просто молча сидела, дожидаясь окончания завтрака. Хранитель Гор тоже не проронил ни слова. Он не из тех, что будут много говорить.

Наконец, завтрак закончился.

– Тебе нравится здесь, Ина? – Она вздрогнула и едва не подскочила на стуле. Так неожиданно громко прозвучал её голос здесь, в зале. Рядом закашлялась Лара.

Ина подняла глаза и встретилась взглядом с Хранителем. Он запомнил её имя.

Хранитель смотрел на неё устало. Даже она заметила эту усталость.

– Не…Да, – ответила она, вспомнив слова Лары. Она должна быть покорной.

– Что-ж, это хорошо. Можешь бродить по замку, сколько пожелаешь, – Ей показалось, или он усмехнулся, – Можешь гулять возле замка. Здесь очень красиво. Только никогда не ступай на горные тропы. Это опасно для чужих, тех, кого не приняли горы.

– Хорошо, – выдавила она из себя.

– И ещё. Если что-то нужно, можешь спросить у меня.

Ина кивнула. Хранитель встал, со скрипом отодвигая стул. Завтрак окончен. Она тоже встала и повернулась к двери, мельком заметив на лице Лары хищную усмешку.

Гьорф

Это какой-то фарс. Снова девушка, изъявившая желание стать его невестой, оказалась глупой разряженной вороной. Даже Лара на её фоне выглядела вполне…женщиной.

Гьорф печально улыбнулся. А ведь ему показалось, что она другая, не такая как те, что были до неё. Робкая и пугливая, как маленькая птичка. Она казалась почти девочкой с огромными на пол-лица глазами. Что же случилось за завтраком? Чего ради она вырядилась как на бал?

Он не знал ответа, но чувствовал, что силы постепенно тают. Сила Хранителей в любви. Без любви горы мертвы и рано или поздно и его сила иссякнет тоже и твари вырвутся в мир. Видит Бог, он пытался полюбить каждую из тех, что приходили к нему как невесту, но не мог. И даже выдыхал, когда горы не принимали их. Он был свободен. И в то же время понимал, что так больше нельзя. Эта девочка заинтересовала его невольно. Он думал о ней вчера целый день. И в то же время она оттолкнула его сегодня. И разочарование было тем большим, чем больше она его боялась. Раз боялась – зачем пришла? Из страха не вырастает любовь.

После завтрака он вышел из дома. Быстрее, чтобы снова не столкнуться с ней. Хотелось дышать полной грудью. Вдохнуть кристально чистый воздух на горных вершинах, раствориться в слепящем сиянии снега, смотреть, как проплывают мимо облака. Но не сегодня. Не тогда, когда его сила слаба.

Что будет, когда он уже не сможет сдерживать тварей из Потусторонья? Гьорф не хотел думать об этом. Он был скалой, сроднился с горами за всё время, что жил здесь. А сколько прошло этого времени? Он не помнил. Да и не хотел. Однообразные дни, когда только горы давали ему радость и покой.

Он быстро шагал по тропинке, взбираясь наверх. Туда, на любимую поляну. Она раскинулась на горных склонах. Маленький вечно цветущий островок. Он присел на камень, осторожно, чтобы не помять цветы. Он не знал, есть ли у них названия и растут ли они в долине? В книгах он не нашёл ничего похожего. А вход в долину был ему закрыт. Ну почти. Да и что ему было там делать? Слышать шепотки за спиной?

Его боялись и не любили и в то же время уважали. Такая гремучая смесь. А ещё лгали в глаза. Он чувствовал ложь. Так же как горы и так же гневался как они. Иногда сам ощущая себя неловким, неповоротливым камнем, сметающим всё на своём пути. И всё же он был счастлив. По своему. И одинок.

Гьорф улыбнулся, прикрыл глаза и наклонился к цветку. Вдохнуть аромат. Такой нежный и в то же время бодрящий. Как жалко. Ему казалось, что эта девочка, Ина. Он даже запомнил её имя, была похожа на цветок. Яркая, открытая, ни тени лжи. И в то же время она притворялась. И это было…неправильно!

Он с досадой ударил кулаком по скале. Она обиженно вздрогнула. Взметнулся ветер и пошатнул тонкие стебельки цветков. Они зазвенели печально и пронзительно. И в то же время где-то завыла тварь. Ей вторила вторая.

Серые скалы! Вот же зараза! Он так увлёкся собой, что перестал слышать горы. Силы утекают как песок сквозь пальцы. И это плохо. Гьорф прислонил руку к скале и шагнул вперёд. Миг. И перед ним открылось ущелье, и две твари. Иссиня-чёрные шкуры, стеклянные когти, глаза налитые кровью.

Он сжал губы, прикрыл глаза и через мгновенье в ущелье со всех сторон полетели камни. Горы заскрипели, застонали. Твари обиженно завыли. Миг и ущелье завалило камнями. Ещё миг и это место затянулось, заросло камнями, так словно и ничего не было.

Гьорф устало прислонился к скале. Камень был живой и горячий. Он чувствовал его пульсацию. Камень жил и рос. А вместе с ним и сами горы. Он слышал их сейчас, чувствовал. Но всё же терял силу. Всё чаще и чаще. А это было совсем плохо.

Ина

После завтрака Лара довела её до своей комнаты и исчезла, наконец-то оставив одну. Что там сказал Хранитель? Разрешает ей гулять, где она хочет? Так это ведь замечательно. Только она боялась снова потеряться в этом замке. А значит ей нужна служанка. Такая, чтобы могла подсказать, куда идти и привести куда она желает.

И кажется она даже видела возле кровати колокольчик. Но сначала нужно снять с себя этот клоунский наряд. Она сжала губы и с остервенением принялась стаскивать с себя отвратительное платье зелёного цвета. В нём весь завтрак она чувствовала себя почти голой, а ещё ловила на себя странные взгляды Хранителя. Словно она не нравилась ему. А может и правда не нравилась.

Ина наконец-то переоделась, вытащила шпильки из причёски и волосы тяжёлой волной упали на плечи, потом посмотрела на себя в зеркало. Стереть бы эту косметику. Она огляделась. Как хорошо, что таз и кувшин для умывания ещё стояли на столике у кровати. Ина умылась раз, другой и наконец-то вернула себя настоящую.

Посмотрелась в зеркало, улыбнулась, пригладила непослушные волосы и позвонила в колокольчик. Вошла служанка.

– Чем могу помочь? – Голос звучал вежливо, но почтительности в нём не было ни на грош.

– Я хотела бы спуститься вниз и прогуляться. – Ина старалась говорить как хозяйка, но голос дрожал и выдавал её. Она не принадлежит этому месту и, дай Бог, никогда не будет!

– Сейчас, мне надо спросить у госпожи.

– Тогда веди меня к госпоже.

Служанка посмотрела на неё, хотела что-то возразить, но смолчала, только кивнула.

Опять несколько поворотов. Только на этот раз Ина старалась запомнить их все. И они застыли перед дверью, на которой был выложен такой же цветок, как и у неё. Только почему то чёрного цвета. Словно цветок обуглился. Стук в дверь, и служанка склонилась в почтительном поклоне.

– А это ты! – Голос сочился мёдом и презрением. – Что ты хотела?

– Прогуляться.

– Что-ж, – Лара внезапно улыбнулась, а складки на лбу разгладились. – Это можно. Даже лучше будет, если ты не будешь маячить у хозяина перед носом. Пойдём.

Лара вышла к ней, закрыв комнату на ключ, и они направились вниз. Ина прилежно запоминала все повороты и переходы. И даже вроде бы запомнила настолько, чтобы найти обратную дорогу.

Лестница привела и в огромный зал, в котором она уже была вчера. После помолвки Хранитель привёл её сюда. И только сейчас она рассмотрела этот зал. И если раньше у неё ещё были вопросы о том, кто построил этот замок, то сейчас они отпали сами собой. Замок вырос сам. А этот зал словно был его сердцем. Огромный, каменный, даже без отделки и в то же время яркий и светлый. Пол казался прозрачным, почти стеклянным, а свечение словно создавали сами стены. Резные каменные колонны терялись под потолком, по углам стояла мебель, а центр был необычно пуст. Ина хотела спросить, что это за зал, но посмотрела на Лару, которая постаралась пересечь его как можно быстрее, и смолчала.

В этом замке слишком много тайн для неё одной, и она не уверенна, что хочет их узнать.

Наконец, Лара открыла тяжёлую входную дверь, и они вышли на воздух. Яркое солнце ослепило Ину. Несколько секунд она ничего не видела, прикрыв слезящиеся глаза. Почему замок настолько мрачен? Неужели, Хранителю самому интересно в нём жить?

– Пойдём, я покажу тебе двор, – нетерпеливо позвала её Лара. Они прошли несколько шагов, когда Ина услышала заунывный вой, от которого сердце ушло в пятки.

Так могли выть только твари!

Она вздрогнула и остановилась.

– Ну, чего ты застыла, словно статуя? – Лара недовольно поджала губы.

– Т…твари, – побелевшими губами прошептала Ина.

– Не бойся. Пока Хранитель здесь, они никогда не проберутся сюда.

Она понимала всё, но всё равно было жутко страшно. Она вспомнила отца. Их с братом истёрзанные тела тогда привезли в подводе к дому и ей даже не разрешили взглянуть на них. Но она помнила, как дрожали губы у матери и как испуганно переглядывались взрослые мужчины.

– Или ты передумала гулять? Жена самого Хранителя Гор не должна быть трусливой. – Ина подняла голову. Лара не смотрела на неё. Её взгляд был прикован к горам, туда откуда слышался вой.

Раз жена Хранителя Гор не должна ничего бояться, значит ей никогда не стать этой самой женой. И тут же стало легче. Она устала соответствовать чьим-то ожиданиям. Нет, значит нет.

Она вспомнила для чего сюда пришла, переборола свой страх и ответила:

– Нет не передумала. Я бы хотела здесь всё осмотреть. – И тут же получила хлёсткий ответ, как пощёчину:

– Всё ты будешь осматривать, если станешь хозяйкой этого замка. А пока я покажу тебе только то, что считаю нужным.

Ина сникла и направилась вслед за Ларой. Она даже не невеста, а пленница в этом огромном замке. Даже если она сможет найти то, что хотела и узнать, как ей миновать все двенадцать ворот, теперь она очень сильно сомневалась в том, что слуги смогут ей помочь или хотя бы не выдать. Может быть, наоборот – с явным презрением отведут к Хранителю и к Ларе. А тогда и эти люди в красных плащах всё узнают.

Она пыталась молчать и смиряться, но только сейчас поняла, что своей ей в этом замке никогда не стать. И даже если горы примут её, участь её будет незавидна.

Ина сжала губы и отвернулась, делая вид, что слушает Лару, которая с независимым видом водила её по двору и показывала, где находится сад, где вход в замок, а где – конюшни.

– А откуда вы получаете продукты?

– Из долины, откуда же ещё? – Лара снова поджала губы, словно сетуя на её непонятливость.

– Но где же вход в долину? – Ина сделала самое невинное лицо, на которое только и была способна.

– Ты не сможешь его увидеть, пока горы либо не примут тебя, либо не отвергнут.

Слова Лары прозвучали похоронным звоном.

Глава 4

Ина вернулась в свою комнату растерянная, не зная, что делать. Может быть, рассказать всё Хранителю? Но где гарантия, что он хотя бы выслушает её? Нет. Скорее всего даже не дослушает до конца. Скажет – иди к Ларе и с ней разговаривай. Но ведь жить то ей с ним, а не с Ларой. И тут же стало страшно. Она представила, как живёт в этой клетке (замке) с Хранителем, которого видит раз в неделю в строго установленные для приёма часы и чьего имени даже не знает и с Ларой. Которая будет учить её и отравлять ей жизнь, пока той не надоест. Но неужели из этой клетки нет выхода?

А к вечеру долину заволокло тучами. С севера налетел ветер, который стучал ставнями и утробно завывал, совсем как твари. И пошёл дождь. Сплошной стеной. Странно. Ина думала, что раз здесь волшебная долина и волшебный замок, то и погода здесь тоже волшебная. Но увы, погода не собиралась оправдывать её ожиданий. Дождь лил всё сильнее и сильнее. А у неё не было других занятий, кроме как сидеть на кровати, да смотреть на непогоду за окном.

Может быть, попробовать поговорить с Хранителем? Она сомневалась, что найдёт его комнату снова. Но он ведь сказал, что если ей что-то нужно, она может спросить у него. Ей хотя бы какую-то книгу, или на худой конец – пяльца с вышивкой. Безделье выматывало просто до ужаса.

Решено. Она отправится на его поиски. Ина вышла из комнаты, постояла немного, примерно вспоминая, где находится лестница на третий этаж, и направилась туда. Свернула за угол и вздрогнула:

– Это куда ты собралась? – Она вжала голову в плечи и на один отчаянный миг захотелось стать незаметной, просто исчезнуть. Ну почему везде, куда она не пойдёт, обязательно натыкается на Лару?

– Хранитель сам сказал, что если у меня будут какие то вопросы, я могу к нему обратиться, – объяснила она предельно вежливо.

Лицо Лары на миг перекосило, словно от злобы. Интересно, чем это она её так разозлила?

– Ты думаешь, хозяину больше нечего делать, чем выслушивать твои вопросы? Я только что разговаривала с ним. Твари прорвались в долину. Он потратил слишком много сил.

– Но я всего лишь хотела спросить… – Она предприняла ещё одну попытку. Но тут же получила в ответ.

– Ему не до тебя. Спрашивать будешь позже, когда хозяин соизволит тебя принять.

– А когда он соизволит? – Она держалась из последних сил.

– А вот это, дорогуша, уже не твоё дело. Я сообщу ему, что ты хочешь с ним поговорить. А пока пойдём, я провожу тебя в твою комнату. – И Лара пошла слегка подтолкнула её в спину. Ине ничего не оставалось, кроме как действительно вернуться в свою комнату.

Как только она оказалась в комнате, дверь закрылась, и она услышала звук поворачивающегося в замке ключа. Её закрыли здесь, как пленницу! Чтобы не лезла, куда не надо! Да быть такого не может! Ина подошла к двери, подёргала её, даже пнула со злости. Дверь была заперта. Теперь она ещё и пленница здесь. Как же она ненавидит этот замок со всеми его слугами и самим хозяином!

Она подошла к окну, дождь по-прежнему лил стеной. Но даже если бы стояла прекрасная погода, она не смогла бы ничего предпринять. Окно было очень высоко от земли. Никаких простыней бы не хватило, чтобы выбраться отсюда. Только если упасть, переломав себе все кости. Но такой радости она Ларе и иже с ней не доставит!

Ничего. К ужину её всё равно выпустят. И тогда она расскажет… А кому? Она сама не знала, с кем ей поделиться. Слуги слушаются только Лару. Хозяин далеко и не факт, что он станет за неё заступаться. С досады она пнула ногой стену под подоконником и едва не упала. Маленький кусочек стены вдруг отъехал в сторону, обнаружив тайник.

Ина осторожно подошла к открывшемуся тайнику и заглянула внутрь. Там лежала какая-то книжечка. Она взяла её, открыла и охнула, поняв вдруг что перед ней. Это был дневник. Она осмотрелась по сторонам, потом прижала дневник к себе, облокотилась на стену, поджала колени и открыла первую страницу.

«Я, Элизабет Эффер, волею случая, невеста Хранителя Гор, и это мой дневник».

Ину царапнуло слово «невеста». Значит Лара была права и тут действительно побывало много невест до неё. У Хранителя, наверное, был богатый выбор. Она вдруг вспомнила его: «Дай руку, девочка» а ещё красивые серые глаза и даже помотала головой, чтобы отогнать непрошенные воспоминания.

Она перевернула страницу и погрузилась в жизнь некой Элизабет. А та, видимо, жила не так и давно. А ещё была достаточно скучной особой. Ина никогда не читала дневники, но в её жизни было много смеха и шалостей. Мама часто вздыхала, что она неправильная девушка, не такая как все, и что с таким поведением она не найдёт себе достойного жениха. А она только смеялась в ответ. Кто же знал, что оно так всё обернётся…

Элизабет страницу за страницей педантично описывала свою жизнь в замке начиная с момента обручения. Всё-всё, вплоть до мельчайших деталей – что подавали на завтрак и какое платье она надевала сегодня. И перед Иной вырисовывалась такая же нерадостная картина. Элизабет умирала со скуки, сидя в одиночестве в своей комнате. Лара, которая тогда была моложе так же изводила её. Правда в отместку Элизабет не называла её иначе как «эта женщина».

Ина не нашла в этом дневнике ничего нового, кроме того, что там было так же ничтожно мало упоминаний о Хранителе и его делах. Элизабет как будто этим и вовсе не интересовалась. Она грезила замком, мечтала, как перестроит его, когда станет здесь настоящей хозяйкой, как уволит всех слуг и первой выгонит Лару.

Это она нашла этот тайник и долгими дождливыми вечерами записывала свои мысли. И последней её записью было:

«Сегодня должно произойти ЭТО. Испытательный срок вышел и горы либо примут меня, либо нет»

И запись обрывалась. И судя потому что дневник остался здесь, а ни о какой Элизабет Эффер Ина не слышала, горы не приняли такую хозяйку.

Если бы ей только раздобыть перо и чернильницу, она продолжила бы записывать печальную летопись невест Хранителя. Подумав об этом, она нерадостно усмехнулась. И вдруг вздрогнула, потому что за дверью послышались шаги. Ина быстро убрала дневник в тайник и нажала на стену. Она встала на место. Так ведь даже и не скажешь, что здесь был тайник.

А шаги действительно приближались. Ключ повернулся в замке, дверь распахнулась и вошла Лара. И застала Ину печально смотрящей в окно. Если бы не этот дневник, она бы действительно так и делала – смотрела в окно.

– Пойдём на ужин, – вместо приветствия буркнула Лара и Ина была уверенна, что разглядела злорадную усмешку на губах.

Она покорно встала и пошла за Ларой. И с каждом шагом в душе крепла уверенность, что она больше не будет сидеть покорной овечкой. Всё. Хватит. Сегодня она ещё притворится, потому что всё ещё шёл дождь и хотелось спать. А завтра… Завтра утром она устроит что-нибудь такое… Ну, например, столкнёт на пол тарелку с кашей или случайно разобьёт графин с водой и убежит. И пусть потом Лара побегает за ней по всему замку. Точно. Так она и поступит.

Ужин действительно прошёл скучно и обыденно, а ещё скучнее оказалась ночь. Валяться без сна одной в мрачном замке, где даже не с кем поговорить – та ещё радость. Поэтому с утра Ина встала злая и не выспавшаяся. Самое замечательное настроение, чтобы творить всякие гадости или глупости, вроде того, что она задумала.

Но завтрак выглядел так аппетитно, а она так проголодалась, что сил опрокинуть тарелку с завтраком у неё просто не было. Вот сейчас она поест и тогда…

А после завтрака Лара неожиданно обратилась к ней:

– Сегодня хорошая погода для того, чтобы прогуляться по долине.

И Ина забыла обо всём. В конце концов на прогулке сбежать будет даже удобнее, больше возможностей. А осмотреться здесь совсем не помешает.

Сразу после завтрака Лара любезно одолжила ей шаль, сказав, что в долине сильный ветер. Шаль была старая и пахла пылью и сыростью, но Ина сделала вид, что очень благодарна ей. И действительно была благодарна. Может быть, всё совсем не так плохо, как она вообразила. И нет здесь никакого злого умысла. Просто Лара ну сама по себе такая. В это верилось с трудом, но Ина вспоминала слова отца: «Всегда думай о людях лучше, чем они того заслуживают». И она старалась так поступать.

Они прошли зал и вышли на свежий воздух. После дождя в воздухе приятно пахло свежестью, а лёгкий ветерок обдувал лицо. Ина на секунду закрыла глаза и подставила лицо солнышку. И тут же услышала:

– Смотри, куда идёшь.

Нет, всё-таки думать о Ларе лучше, чем есть у неё никак не получалось.

– Сегодня я покажу тебе долину. – Лара, поджав губы, направилась к воротам замка.

– А нападения тварей нам не стоит опасаться? – Всё-таки совсем немного, но Ина боялась. Лучше сидеть в одиночестве в своей комнате, но в безопасности, чем быть разорванной тварями.

– Никто не знает, когда они вздумают напасть. И чему вас только учат в долине? – Хмыкнула Лара в ответ. – Но обычно несколько дней подряд они не приходят. Поэтому, думаю, что опасаться не стоит.

Но Ина не обратила на её слова никакого внимания. Она просто наслаждалась прогулкой, с жадностью вдыхая воздух. Она бы никогда не подумала, что сможет так соскучиться по прогулкам. Привыкла дома почти целый день проводить на улице, помогая маме собирать травы.

– А вот и моё любимое место! – Ина даже вздрогнула, взглянув на Лару. У неё есть любимое место?

Но посмотреть действительно было на что. Они прошли по тропинке до самого края долины и почти упёрлись в отвесную скалу. Возле этой скалы отдельно стоял огромный валун, похожий на стол. Сюда бы какой-нибудь плед, чтобы постелить, несколько бутербродов и кувшин с лимонадом или родниковой водой. Они с Альбой часто так и делали – и завтракали и обедали, а иногда даже и ужинали возле ручья, что протекал сзади дома. А отец с матерью смеялись и говорили, что они сёстры-неразлучницы. Сколько времени прошло с тех пор…

Ина задумалась и не сразу услышала того, что говорила Лара:

– Вот мы и пришли. Можно отдохнуть здесь и вернуться домой. Или пойдём сейчас?

Домой? Уже? Ина не хотела возвращаться в замок, только не сейчас.

– Может быть ещё немного погуляем? – Получилось почти просительно. Но она действительно сделала бы всё, что угодно, лишь бы не возвращаться в тёмный и мрачный замок, в комнату, закрытую на ключ.

– Ну если ты хочешь, – Лара словно делала ей одолжение. Но Ина и этому была рада. – Не могла бы ты принести мне вот этот цветок. Я хочу поближе его рассмотреть?

Ина повернулась туда, куда указала Лара и застыла в восхищении. В нескольких шагах от неё, на склоне горы рос цветок. Удивительный, красивый, яркий. У неё не хватало слов, чтобы описать его. Маленький тонкий стебель с почти незаметными листиками венчал огромный цветок, похожий на колокольчик, но больше и ярче, винно-красного цвета. Он словно светился изнутри. Через тонкие лепестки просвечивала сердцевина.

Ина вдруг почувствовала непреодолимое желание посмотреть на цветок ближе и уже, было подошла к горной тропинке, которая уводила туда, вверх и в сердце гор, к цветку, всего-то несколько шагов, когда вспомнила предостережение Хранителя.

–А Хранитель не рассердится, он же попросил не ходить в горы? – Спросила она. Но Лара почему то не разозлилась, а наоборот растянула губы в улыбке.

– Ну что ты. Здесь ведь всего два шага. А хозяин запретил ходить вглубь гор.

И Ина сделала эти два шага, успев заметить злорадную усмешку на губах Лары. И даже мельком удивиться этому.

А потом она дотронулась до цветка и сорвала его. Повернулась, чтобы показать Ларе и ахнула. Перед ней не было ни Лары, ни долины. Только мрачные скалы везде, куда ни глянь. Валуны, камни, едва покрытые мхом, ледники и слепящее глаза солнце. Куда всё делось?

Ей стало страшно. Из сердца удушливыми волнами накатила паника. Это вот то, о чём предупреждал её Хранитель. А она не послушалась, поверила Ларе. А та уж наверняка подстроила всё.

А ещё вместе со страхом к Ине пришло осознание, что она умрёт здесь, если не найдёт выхода в долину, от голода или холода. Неужели Лара готова была на убийство? Внезапно стало зябко и страшно до ужаса. Ина представила, что не одну её эта женщина заманивала в горы. А горы… Они же молчаливые. Они ничего не скажут, даже своему Хранителю.

Допустим, девушка, невеста Хранителя, испугалась, расстроилась и решила уйти домой. Но заплутала и не дошла. Ах какая незадача! Ина вздрогнула, в красках представив, как Лара говорит это Хранителю и даже может быть сожаление изображает. Ну и он конечно для приличия покивает и вернётся в свой замок.

И никто её искать не будет. Кому она нужна? Картина вырисовывалась страшная. Но… Она почему-то устала бояться. Умереть среди такой красоты по-крайней мере лучше, чем просидеть всю жизнь запертой в тёмной и душной клетке. А так… Хотя бы мама и Альба в безопасности.

Ина осмотрелась по сторонам уже спокойно, без страха. Она стояла на тропинке и тропинка куда-то вела. Куда? Сложно сказать. Но ведь пока не пройдёшь по ней – не узнаешь. И Ина пошла вперёд. Один шаг, потом другой. Она шла, прижимая к себе цветок, который пульсировал красным между её пальцев.

Тропинка забирала вправо и вверх. И она шла, наверное, с полчаса, пока не увидела, куда её привели. Перед ней оказался ручей. Когда-то яркий и говорливый, сейчас он напоминал несчастное раненое животное. Камни запрудили русло, так что вода едва текла. А Ине вдруг, как назло, сильно захотелось пить.

Она положила цветок на камень, присела на колени у ручья и начала вытаскивать камни один за другим и очищать русло, не замечая, как намокло платье.

А ещё она вдруг снова начала говорить вслух. Была у неё такая привычка в детстве. Когда Ина сильно уставала, то начинала разговаривать сама с собой или с вещами, что её окружали. Так было легче. Вот и сейчас она словно забыла, что перед ней ручей.

– Подожди, мой хороший. Сейчас, я тебя почищу немного. И всё снова будет как раньше.

Она вытащила все камни, когда почувствовала, что устала, а ещё сильно хочет пить. Нагнулась над водой, чтобы зачерпнуть ладонями и внезапно застыла. Она не отражалась в кристально-чистой воде. Там было только звёздное небо. Ина посмотрела наверх. На небе светило солнце и никаких звёзд там не было и в помине.

Что ж. В волшебных местах и вода, наверное, волшебная. Она пожала плечами, зачерпнула воды и выпила. Вода обжигала. Ледяная и необычно сладкая. А ещё от нее стало спокойнее на душе. Ина набрала ещё воды и выпила, потом ещё. Наконец она напилась. Наверное, пора поискать дорогу домой.

Почему-то она была уверенна, что горы выпустят её. Она не знала, откуда шла эта уверенность, просто чувствовала сердцем.

Повернулась, чтобы забрать цветок и ахнула. Он накрепко врос в камень. Вот прямо пустил корни, которые проникли в скальную породу, да так там и остался. Она не стала снова его срывать. Почувствовала, что это неправильно. Повернулась, отыскала глазами тропинку, и пошла вниз, туда где должна была быть долина.

И долина нашлась. А ещё прямо по траве к ней спешил Хранитель Гор.

Глава 5

– Я же просил тебя не ходить в горы! Хорошо, что ты уцелела и горы выпустили тебя. – Он кажется был в гневе. Ина вжала голову в плечи, но промолчала и осталась на месте. Ему хочется – вот пусть он и идёт к ней. Она не чувствовала себя виноватой. Все эти правила, запреты, игры в хозяина и подчинённую. Хватит! Надоело! – Зачем ты ослушалась?

Этот вопрос, казалось, взорвался внутри неё. От злости потемнело в глазах. Да как он может?!

– Я устала сидеть запертой в своей комнате!

– Кто тебя запер? Разве я запрещал тебе ходить по замку?

– Вы, может быть и нет, а ваша приспешница запретила!

Они стояли друг напротив друга, так близко что можно было коснуться. Как тогда, когда он держал её за руку, лицом к лицу. Ина вдруг вспомнила его «девочка» и снова почувствовала себя неловко.

– Кто запретил? – Хранитель нахмурился, а глаза потемнели, совсем как небо перед бурей, подумалось ей.

– Лара, – ответила она, не подумав. – И она попросила меня шагнуть на тропинку и сорвать ей цветок, – Ина говорила и чувствовала, что ярость в ней постепенно угасает, превращаясь в угли.

– Так. – Сказал Хранитель и замолчал. – И куда тебя привела тропинка?

Совсем не этого вопроса она от него ожидала. Но она ответила, может быть, чуть резче, чем надо.

– К ручью. Он был такой…красивый, – она не смогла назвать его волшебным. Но, кажется, Хранитель понял и нахмурился ещё больше.

– Ты пила из ручья?

– Пила, конечно, – она вспомнила ледяную воду, которая дарила покой.

– Посмотри на меня.

Ина, как зачарованная, подняла глаза на Хранителя. В них снова отражались горные вершины. Она смотрела на него и терялась, а ещё краснела. Пыталась напомнить себе слова Лары, он ведь просто хозяин, повелитель. И не могла. Это было каким-то наваждением.

– Странно. Горы отпустили тебя. Значит приняли. Ты чем-то понравилась им.

– Я… – Ина наконец-то отвела взгляд. – Я расчистила ручей, убрала камни. А ещё цветок, который я сорвала, снова врос корнями в камень.

– Ты рвала винник?! Чудеса! – Хранитель улыбнулся и Ина почувствовала, как её отпускает, словно тугая пружина разжалась. – Расскажи мне всё, по порядку. Я сильно виноват, и не только перед тобой. – Он вздохнул. Потом словно встрепенулся. – Давай присядем. Я чувствую история будет долгой.

Он постелил ей плащ на тот самый камень, к которому её привела Лара. Ина осторожно присела, прикрыла глаза и начала рассказывать. И почему её тянуло довериться ему? Наверное, горы и этот сумасшедший день виноват.

Она говорила долго и чем больше рассказывала, тем легче становилось на душе. Словно она стояла под водой и смывала с себя грязь, и эта тяжесть уходила, как вода вместе со словами. Ина говорила о том, что её заставили стать его невестой и об угрозах людей в красных плащах и об одиночестве в замке. Она не стеснялась слов, не сдерживала себя, говорила захлёбываясь от боли и одиночества. Пусть Хранитель узнает всё.

Потом остановилась, опомнилась. Вроде бы и говорить больше было нечего. И подняла глаза на Хранителя. Он тоже присел на камень и не смотрел на неё. Лицо было задумчиво и даже печально. Вот сейчас он походил на обычного человека, а не на могучего и ужасного Хранителя. И Ина хотя раньше и задавалась вопросом – а человек ли он вообще, поняла, что человек. Только очень уставший.

На лбу залегли морщины, борода растрепалась, огромные руки лежали на коленях. Он смотрел куда-то вдаль, словно внутрь себя. Потом вздохнул и повернулся к ней.

– Прости меня.

– Я? – Ина даже удивилась. – За что?

– Я был слишком беспечен и доверчив. Мне не стоило быть таким. – Он замолчал и отвернулся. Потом всё-таки заговорил. – Так ты хочешь вернуться в долину?

– Да, – Ина кивнула, – Но мама и Альба…

– Мы что-нибудь придумаем, – он улыбнулся уголками губ. Такой обычный, словно простой человек, а вовсе и не суровый Хранитель. – Мне нельзя больше чем на сутки уходить из долины.

– Но я вовсе не хочу замуж… – Ина хотела добавить за тебя. Как-то быстро они перешли на ты. Но в последний момент промолчала.

– Я понял, – Хранитель почему-то вздохнул. – Тогда давай заключим соглашение. Этот месяц ты всё равно не сможешь вернуться в долину. Ты будешь делать вид, что по-прежнему желаешь стать моей женой и хозяйкой этого замка. А я постараюсь за это время больше узнать об этих людях и о твоих родных, что им угрожает.

– А что потом? – Ина не то чтобы не верила Хранителю. Нет, она просто боялась поверить.

– Потом, – Хранитель улыбнулся. – Я найду как обезопасить тебя и твою семью от этих людей. А ты будешь свободна и вернёшься к своим родным.

– Ты отпустишь меня?

– Я никого и никогда не удерживал здесь насильно. – Он выглядел печальным и каким-то потерянным. Так что Ине даже захотелось подойти и утешить его. Но взрослый мужчина уж точно не нуждался в её утешении. –Я просто слишком давно не уделял внимания людям и их проблемам.

– А ты не человек? – Вырвалось у неё само собой.

– И да, и нет, – Хранитель усмехнулся. – Когда человек становится Хранителем, а точнее когда горы выбирают его, он перестаёт быть обычным человеком получает взамен силу и долгую жизнь. Но в этой силе одновременно и слабость. – Он задумался и замолчал. Ина тоже молчала. Могла ли она ещё день назад подумать, что будет вот так сидеть рядом с Хранителем и не бояться его?

– Так ты согласна?

Хранитель повернулся к ней и посмотрел на неё, внимательно, словно пытаясь увидеть душу.

– Да, – кивнула Ина. – Только… – Она смутилась на мгновенье, потом всё-таки договорила. – Я не знаю, как тебя зовут. И это неправильно

– Гьорф, – и это имя идеально подходило ему. Ина услышала грохот лавины в горах. Имя было таким жёстким, стойким и в то же время одиноким, как и он сам.

– Ина, – представилась она. Пусть он знал, но сейчас она сказала ему своё имя по доброй воле.

– Договор, – он снова протянул ей руку, но в этот раз в глазах плясали смешинки.

– Договор, – серьёзно кивнула она и вложила её руку в его. И не выдержала, улыбнулась. Очень это всё напомнило ей, как они играли с Альбой, ругались и мирились. И сестра, важно восседая на мшистом камне, у ручья, первая кричала «Мир!»

– Тогда пойдём обедать, – предложил он.

Ина кивнула, соскочила с камня и поёжилась. Кажется, немного похолодало. А потом вдруг вспомнила про Лару и знакомый страх вернулся. Что помешает этой женщине расправиться с ней каким-нибудь другим способом?

Она вздохнула и опустила глаза. Месяца заточения она не выдержит.

– Что тебя беспокоит? – Ина подняла глаза и натолкнулась на взгляд Гьорфа и ей снова стало жарко, а щёки почему-то заалели. Он как-то неправильно действовал на неё. Ина боялась его и в то же время доверяла.

– Лара, – выдохнула она.

– Я разберусь с ней, обещаю. Она больше не потревожит тебя.

Ина кивнула. Стало легче, страх постепенно уходил.

По дороге в замок, она осматривалась вокруг. И странное дело, горы больше не казались ей такими уж страшными и мрачными, а сам замок больше не высился тёмной громадой, а наоборот словно сиял на солнце. Может быть, это потому что горы приняли её? Странно, чем она им так приглянулась, почему они вообще выпустили её?

Ну, наверное, ответа на этот вопрос она так и не найдёт.

Они вошли в замок.

– До обеда ещё час. Мне нужно уладить кое-какие дела, – Гьорф снова стал суровым. – Можешь пойти в свою комнату? – И это был не приказ, а именно вопрос. И это понравилось Ине. Но сидеть в комнате не было желания. А вдруг Лара опять запрёт её?

– Если хочешь – подожди меня в моей комнате.

Вроде бы простые слова, но Ина снова смутилась, а потом кивнула:

– Да, – пока он не передумал. Ей надо побыть одной и в безопасности. В комнату Хранителя Лара не сунется. Откуда в ней эта уверенность, Ина не знала, просто чувствовала.

Гьорф довёл её до своей комнаты и ушёл, пообещав вернуться через час. Как ни странно, им никто не встретился. Ина шагнула внутрь и поражённо застыла. Кажется, не всё сюрпризы на сегодня кончились.

Комната Хранителя выглядела и так и одновременно не так, как в прошлый раз. Сейчас шкура твари на полу не пугала, и не отталкивала, а комнату заливал ровный солнечный свет, льющийся через окошко.

Она обошла комнату, так и не понимая, что изменилось. Может быть, её настроение? Но разве замок может зависеть от её настроения? Она решила не забивать этим голову. Подошла, присела на корточки и погладила шкуру. Она была гладкая на ощупь, совсем не такая, как у домашних животных. А ещё она почему-то вовсе не чувствовала страха.

Ходила по комнате, рассматривала старинный камин, словно выросший вместе с замком, огромный массивный стол и резные стулья. А в голову словно сами собой лезли мысли, что стол надо бы подвинуть левее, а стулья расставить по бокам.

Стоп! Что за мысли? Она ведь не стала хозяйкой этого замка и не собирается. Или этот день так всё изменил, что она сама уже не знает?

Ина решила не думать об этом. Сейчас придёт Хранитель. Она попросит его достать для неё хотя бы пару книг, а ещё пяльца с вышивкой и может быть даже перо и бумагу – попробует написать маме письмо. На душе стало почему-то легко и спокойно. А ещё некстати в голову лезли всякие мысли. Ну например, что за воду она выпила из ручья и почему этим был так обеспокоен Гьорф.

Ина так задумалась, что не сразу услышала странный шорох, словно когтями по полу. Обернулась и закричала.

На неё смотрела тварь. Горящие огнём глаза, вздыбленная шерсть. А стеклянные когти чертили царапины по полу. Такая же как та шкура на полу, и в то же время другая, живая. Ина понимала, что у неё нет шансов. Откуда тварь здесь, в самом сердце гор? Ведь горы должны были защитить, и сам Хранитель тоже. Должны, но тварь была здесь, в замке.

Перед глазами сразу возникли картины. Тела отца и брата, закрытые пологом. Тот день, разделивший всё на до и после. Странно, но страх, сковавший её по рукам и ногам, уступил место пронзительной жалости. У неё нет ни единого шанса против твари. Если она умрёт сейчас, то некому будет позаботится о маме и Альбе. И она больше не увидит Хранителя.

Откуда в ней взялась эта мысль и почему ей от неё больно, Ина не раздумывала. Она медленно, стараясь не делать резких движений, отступила к столу. Нащупала двумя руками тяжёлый бронзовый подсвечник и занесла над головой.

Пусть на мгновенье, но она задержит тварь. Её крик уж наверняка слышали в замке. Кто-нибудь да придёт на помощь.

А тварь почему-то не спешила нападать. Подкрадывалась всё ближе, сверкая красными глазами. Пасть была приоткрыта и с острых клыков на пол капала слюна. Ближе ещё ближе. Ина не выдержала. Резко дёрнулась, выставляя перед собой подсвечник. И тварь прыгнула.

Сомкнулись зубы, кроша и сминая бронзу. А потом… В комнате стало темно и запахло грозой. Хлопнула дверь, едва не слетев с петель. И появился Гьорф. В его руках синим горело пламя, бросая отсветы на стены. Тварь зарычала и развернулась к нему. Он безбоязненно шагнул вперёд и выставил руки. С них полилось синее пламя.

Тварь завизжала, заскулила, пытаясь убежать и скрыться. А Гьорф вдруг достал кинжал, и одним резким движением всадил ей в грудь. Ина зажмурилась, пытаясь успокоиться.

Гьорф

Он чувствовала себя как человек, который долгое время спал и наконец то проснулся. Открыл глаза и понял, каким был дураком. Именно так. Других слов для самого себя он не находил. Но кто посмел устроить заговор, в самом центре гор, в его доме? И главное с какой целью?

Злость на Лару и слуг, а прежде всего на себя самого оглушала и ослепляла, так что он не сразу понял что что-то не так. В замке слишком тихо. А ещё он слышал горы. И они не едва слышно шумели, как обычно, а буквально рокотали и он слышал их рокот. Что-то случилось.

Он прислушался к себе, и бегом помчался к своей комнате. Только бы успеть. Потом будет разбираться, как такое случилось, что тварь из Потусторонья оказалась в его комнате, вместе с Иной.

При мысли о том, что он сейчас может быть найдёт девушку мёртвой, из груди вырвался нечеловеческий хрип. Она совсем не такая, как выяснилось. Не похожа на тех, других. Не понятно, зачем Ларе понадобился этот маскарад, но сегодня он видел эту девочку такой, какая она есть – настоящая, живая. И ему было страшно, до боли, что он может больше никогда не увидеть её.

Он буквально ворвался в комнату, чувствуя как разгорается пламя под руками. Горы были рядом, манили, давали силы. И в то же время они требовали от него привести хозяйку. Сила Хранителя в любви.

В доли секунды Гьорф выломал дверь и увидел Ину, прижатую к столу, ужас в её глазах. Протянул руки. Синее пламя само сорвалось с рук. Тварь забилась на полу, отчаянно скуля.

Давно они не стояли так, лицом к лицу. Он и забыл уже, каково это. Давно тварь не пробиралась к нему, в самое сердце гор.

Тварь отползала назад, скуля и царапая паркет. Её глаза горели ненавистью. Сейчас. Он выхватил кинжал из-за пояса, шагнул вперёд и всадил её твари в сердце. Она дёрнулась и затихла.

Потом. Он займётся всеми делами потом. А сейчас ему надо понять, всё ли в порядке с девушкой. Ина. Её имя отзывалось в сердце, рождая странные мысли.

Гьорф шагнул вперёд. Ина стояла выставив перед собой руки, словно защищаясь. Но крови не было. Не ранена, жива, слава Богу! И всё же он спросил?

– Ты не ранена?

– Нет, – Она покачала головой. А потом разрыдалась, всхлипывая, и отворачиваясь.

– Тихо, тихо, всё хорошо. – Гьорф сам не заметил, как подошёл ближе и осторожно и неуклюже погладил её по голове.

– Я так испугалась, – она всхлипывала, словно стыдясь своей слабости. А он поражался – как не заметил того, что его невеста так красива, а ещё похожа на маленького пугливого зверька, которые водятся тут в горах. Резкий жест, неверное слово и всё, его уже нет. Он исчез, спрятался и ты больше не приманишь его. И он боялся, что спугнёт своё сокровище. А Ина была сокровищем, которое хотелось узнать поближе.

– Тихо, тихо. Всё уже позади, – он не умел утешать и слова довались с трудом. Но Ина постепенно успокоилась и перестала плакать.

– Почему тварь оказалась здесь, в замке? – Она осторожно отошла от него и Гьорф вздохнул. Чувствовать себя нужным кому-то… Он никогда не думал о себе и о своей работе. Он просто инструмент, через который горы помогают защищать долину, просто человек. Но он уже много лет не спускался туда, к людям. Потому что чувствовал – его боятся. Уважают, но боятся и не понимают. И вот появилась маленькая девушка, птичка, которая не боялась. Сейчас он был абсолютно уверен в том, что она не боялась его. И он сделает всё, чтобы защитить её.

– Её кто-то впустил, даже, наверное, приманил. И мне предстоит выяснить, кто, – Он подумал о Ларе. Что забыла эта женщина здесь? Она неплохо ухаживала за замком, на неё никто никогда не жаловался, а он был слишком близорук. Его всё устраивало. Он ведь предлагал этой женщине покинуть замок. Она пришла давным-давно, хотела стать его невестой. Но горы не приняли её. И он предложил ей уйти. Она отказалась. Плакала, едва ли не на коленях стояла, лишь бы он не прогонял её. И он разрешил ей остаться. И теперь он, кажется, знает с кого надо спрашивать.

– Но как тварь пришла сюда, здесь же вы? – Ина смотрела на него с недоумением. Её какая-то детская вера в него обезоруживала.

– Я сейчас хуже чувствую горы. Сила уходит, – признался он нехотя в своей слабости.

– Почему?

Он не сможет сказать ей. Не хочет жалости в её глазах.

Гьорф отвернулся и покачал головой.

– Они больше не придут сюда? – В её голосе слышался страх.

– Даже если придут, я буду рядом, даю слово, – он ответил хрипло. В горле вдруг пересохло. Слово Хранителя Гор нерушимо, как горы. Но он будет рядом, потому что… потому что он просто не может её потерять.

Глава 6

Ина

Так странно, но Гьорф действительно успокоил её. Она то думала, что никогда не забудет горящие алым глаза твари. Как не забывали все те, кто выживал после их нападения. Даже когда переставали болеть шрамы, тварь ещё долго являлась в ночных кошмарах.

А здесь… Через полчаса она уже отмыла руки, переоделась в единственное оставшееся платье (интересно, если она скажет Хранителю, что ей нечего носить, как он отреагирует?) и отправилась вместе с Гьорфом на обед. Ни Лары, ни других служанок она пока не видела. Вдруг он действительно её выгнал? От этого становилось легче.

До столовой он вёл её за руку, словно боялся потерять. Это было приятно и так странно грело душу. Хотя… Ну они ведь договорились, что через месяц он её отпустит. Значит нечего бояться.

В столовой было необычно пусто и тихо, без Лары. И Ина вдруг почувствовала себя свободной. Никто не смотрел на неё, не указывал, как нужно держать ложку, что можно говорить, а что нельзя.

И она расслабилась. И даже пообедала с аппетитом. Пару раз только вздрагивала, когда ей слышался знакомый шорох платья. Поднимала глаза и ловила на себе внимательный взгляд Гьорфа. Он как только видел, что она на него смотрит, тут же улыбался ей. И Ина снова расслаблялась. Так странно, что она за эти дни начала шарахаться от тени. Ей, правда, надо немного отдохнуть.

Наконец, обед закончился. Гьорф встал. Ина испугалась, что он сейчас уйдёт, а она снова останется здесь одна, без общения, без возможности выйти и прогуляться. И, наверное, что-то отобразилось на её лице, потому что он вдруг шагнул к ней.

– Что-то случилось?

Столько всего вертелось на языке, но Ина почему-то смогла выговорить только одно:

– Я хотела бы прогуляться. – И подняла глаза на него. – Можно?

– Конечно, – Гьорф улыбнулся. –Только недолго. Мне нужно понять, как тварь очутилась в моём доме.

Ина хотела сказать, что ей это тоже интересно, но не стала навязываться.

Они вышли на свежий воздух, немного прогулялись, так чтобы замок остался позади и Гьорф приостановился.

– Ты ведь хотела о чём-то поговорить, верно? – И он так пристально на неё посмотрел, что ей снова стало жарко.

Она хотела рассказать о своём одиночестве, но получилось выговорить только:

– Я… боюсь.

Он даже не стал спрашивать, чего, просто тяжело вздохнул.

– Прости, девочка, – словно извинялся за свой страх.

Она молча отвернулась, не зная, как заговорить о том, что ей нужно. Смущение подступило совсем некстати. И всё-таки она выговорила:

– Мне нечего читать и нечем заняться. Не могли бы вы дать мне книгу или… – Она опять смешалась и перешла на «вы». Почему-то снова стало неловко.

– У меня есть целая библиотека в замке. Разве слуги тебе не показали? – он недоумённо посмотрел на неё. Ина промолчала, хотя хотелось истерически рассмеяться. Знал бы он, что Лара про него говорила. Но значит всё, что она рассказывала про Хранителя, вообще всё, было ложью. И про обет? Она сама не поняла, почему вдруг вспомнила об этом. Хотела спросить, но вместо этого кивнула:

– Не показали.

– Хорошо. Тогда я провожу тебя в библиотеку. И впредь ничего не бойся спрашивать, если тебе что-то нужно.

Ина подумала, что она тогда тоже хотела найти его и спросить, но потерялась в коридорах замка. А Гьорф словно читал её мысли.

– И лучше если твоя комната будет поближе к моей. Так будет безопасней. Я прикажу перенести твои вещи.

– У меня нет вещей, – Ина в ответ развела руками.

– Вот значит как. – Хранитель замолчал. Она подняла глаза и увидела на его лице улыбку. – Значит мы их купим. Ты ведь хотела в город.

– Да, – кивнула Ина. Неужели? От радости даже потемнело в глазах. – А можно? – Спросила она осторожно.

– Даже нужно. Я так давно не бывал в городе, что отвык общаться с людьми. Думаю, пора восполнить пробелы.

Ина улыбнулась в ответ. На душе стало так радостно. В город. Так хотелось увидеться с родными. Обнять маму, поцеловать сестрёнку. И Гьорф обещал. Он ведь отпустит её?

– А сейчас мне надо попытаться выяснить, кто впустил тварь в замок. Я не уверен, что найду этого человека, но хотя бы попробую. Пока следы ещё свежие.

Ина не поняла, о каких следах речь. Она то ничего не увидела. Но тем не менее, они развернулись и пошли обратно к замку. И во дворе наткнулись на Лару. Она всё ещё была здесь и, видимо, чувствовала себя королевой.

Ина рассмотрела её худую высокую фигуру и настроение резко упало. Словно, почувствовав это, Гьорф сжал её руку. Он смотрел на Лару, не мигая. Брови нахмурены, а в глазах бушует буря.

– Разве я не приказал Вам уехать?

Лара недоумённо посмотрела на него, потом увидела Ину и в её глазах она разглядела самый настоящий ужас.

– Я… я думала, – она запнулась. – Я думала вы пошутили, – И посмотрела на Гьорфа почти с мольбой.

– Разве мой приказ можно было трактовать как шутку?

– Нет, но…, – Вдруг Лара повернулась к Ине. – Я знаю, это она вам наговорила. Наплела невесть что, будто это я виновата. Но это не так, не так! – Последние слова Лара почти провизжала. – Неужели вы поверите этой девчонке? Я служила вам верой и правдой столько лет. Я ухаживала за замком и никогда никаких нареканий не было к моей службе. Но стоило появиться этой девчонке, как всё с ног на голову. Я же давно говорила вам, что надо оставить эту затею с невестами. Да ни одна из них ни на грамм не любит вас.

Ина с ужасом слушала Лару. Сейчас она говорила искренне, с пылом и страстью. Вот Хранитель возьмёт и поверит её и оставит её. И можно будет сразу уходить в горы, на весь месяц, потому что Лара не даст ей жизни. И снова стало страшно.

И наверное, Гьорф это почувствовал. Повернулся, посмотрел на неё и в глазах полыхнуло знакомое синее пламя. Он словно стал выше ростом.

– Женщина, как ты смеешь оскорблять мою невесту?! – Его голос снова загремел и в этот раз в нём слышался грохот грома. Но Ина не испугалась его, наоборот почувствовала себя под защитой, наконец-то. – Я сказал уехать отсюда, значит уехать!

– Но, хозяин! – Лара бросилась к нему и схватила его за руки. – Не прогоняйте меня! Я люблю вас, пожалуйста! – Она цеплялась за него, но выглядела жалкой. Солнце высветило все её морщины и седые волосы на висках.

Хранитель отцепил от себя её руки.

– Даю вам два часа на сборы, в противном случае горы не выпустят вас, а я не разрешу вернуться в свой замок. – И Гьорф отвернулся от неё.

Лара бросилась в замок, но проходя мимо Ины как бы случайно выронила платок. Нагнулась, чтобы поднять и прошипела:

– Ты ещё ответишь за это, мерзавка.

А Ина вспомнила странную комнату, увешанную портретами Хранителя, и вздрогнула.

– Не бойся. Она больше не причинит тебе вреда. Я пригрел в своём доме змею, был слишком доверчив. – Он печально усмехнулся. Ина только вздохнула. И почему ей кажется, что неприятности ещё впереди. Может быть, шипение Лары тому виной, а может и тварь, которую кто-то впустил в замок.

Ина подняла голову. Оказывается, они были не одни. Слуги, большинство то уж точно, слышали разговор Хранителя с Ларой. И на лицах многих она читала недоумение. Правда, они столько лет считали её хозяйкой замка. Кто знает, что она им наговорила. А теперь вдруг её власти пришёл конец.

– Если кто-то хочет уйти с Ларой – я никого не держу. И с этого дня требую, чтобы вы выказывали должное почтение моей невесте, истинной хозяйке этого замка. – Слуги медленно и неуверенно поклонились. Кажется, не всех радовало такое положение дел. А Ина вдруг почувствовала сильную усталость. Сейчас бы полежать, отдохнуть. Её даже не смутило то, что Гьорф назвал её хозяйкой. Она будет считать этой компенсацией за оскорбления Лары.

– Пойдём. – Хранитель снова взял её за руку, но Ина почему-то была только рада. Его присутствие рядом успокаивало, и она чувствовала себя под защитой. Наверное, опять какое-то горное колдовство. Но почему-то сейчас её это совсем не пугало.

А Гьорф привёл её к своей комнате, прислушался, словно пытаясь услышать что-то ведомое только ему одному, а потом сказал:

– Всё тихо. – И добавил. – Вот соседняя с моей комната. Она обычно пустует, предлагаю тебе занять её. Так я смогу защитить тебя.

– Хорошо, – Ина поспешно согласилась. Гьорф приподнял брови, видимо, удивлённый такой доверчивостью, но промолчал. А Ине хотелось только одного – отдохнуть. Слишком много всего сегодня на неё свалилось.

– Тогда я оставлю тебя? – Он вопросительно посмотрел на неё.

– Только покажи мне сначала библиотеку. – Она поспешила напомнить. Надо было отвлечься, почитать что-нибудь интересное. Дома книг было очень мало, а после смерти отца стало ещё меньше, потому что мама потихоньку продавала что-то из вещей, чтобы прокормить их с Альбой. И всё-таки все они были зачитанными до дыр и любимыми. Но Ине всё время их было мало. Книги – это так интересно, особенно те, которые рассказывали о жизни за границами долины. Там, где не слышали про тварей из Потусторонья и не знали про Хранителя Гор.

– Конечно, – он улыбнулся и зашагал вперёд. Ина едва поспевала за ним. – Вот, проходи. И не бойся. Я сделаю так, что сюда не пройдёт никто, кроме тебя.

– Спасибо, – Ина кивнула.

Гьорф развернулся, чтобы уйти и на пороге библиотеки вдруг снова повернулся к ней, а она подняла голову и сердце забилось часто-часто. Она снова утонула в его серых как горные вершины глазах. Он улыбнулся ей и вышел. А она осталась одна и никак не могла успокоить серде.

Ина шагнула к стеллажам с книгами и потерялась. Здесь было всё, что душа пожелает. Ни про какие ужасы она абсолютно точно читать сейчас не хотела. Шагнула к полкам с романами и вдруг под ноги ей свалилась какая-то книга. Ни ветерка, ни стука, ни грохота – ничего не было. Просто на пол прямо перед ногами спланировала книга. И открылась на первой странице. Она взяла её в руки, посмотрела на страницу и вздрогнула – там нарисованы были твари.

Хотела положить книгу обратно, но потом всё-таки решилась. Взяла с полки ешё пару романов наугад и эту книгу, донесла до небольшого столика, а потом подвинула кресло и уселась рядом.

И зачиталась романом. Это была настолько захватывающая книга, что опомнилась Ина, наверное, только через пару часов, когда солнце начало клониться к зениту. Странно, но за ней никто не пришёл и никто не искал её. Ну, наверное, Хранитель чувствует свой замок, а может быть и её присутствие.

Поэтому подавив в себе мгновенный приступ паники, Ина решила почитать ещё, пока за ней не пришли. И зачем-то подвинула себе книгу про тварей. Не то чтение, чтобы увлекательно почитать на ночь, но её почему-то как магнитом тянуло к этой книге. Казалось, что там что-то важное.

Она открыла эту книгу на первой странице. Хм, удивительно. Кто-то не поленился записать всех тварей, которых видел и скорее всего это делал один из Хранителей Гор. Ина не знала, сколько им лет, но явно, что Гьорф не живёт здесь, в горах с самого Создания мира. Ну так вот. Книга была своего рода классификатором по тварям. Какие их виды и подвиды, как они выглядят, чего боятся, как их изгнать или уничтожить, а так же (что уж совсем странно), чем они питаются. Словно автор книги поймал их и исследовал. Настолько точными были рисунки. А вот сведения она не проверяла. Да и по большому счёту и не могла проверить.

Ина перелистала несколько страниц и её взгляд привлекло выделенное крупным шрифтом одно слово «Потусторонье». Она вздрогнула и вчиталась повнимательнее. Это был рассказ (или предположение) о том, что такое это самое Потусторонье, откуда там твари и зачем они лезут в наш мир.

Ина пролистнула ещё несколько страниц. Рассказ её, конечно, интересовал, но она так и не могла понять, что такого было в этой книге. История историей, но какое отношение книга имела к их жизни сейчас? Горы стояли, Хранитель сдерживал нападение тварей. Если бы была возможность, закрыть эту щель между мирами (или что там оно такое), то, наверное, её бы закрыли. И явно это не её дело. Может быть, она ошиблась, и книга на пол свалилась сама собой, просто так?

Она пролистнула ещё несколько страниц и вдруг снова выхватила взглядом какое-то слово. На этот раз начала внимательно читать:

«Сила Хранителей в любви. Ещё в давние времена горы принимали только тех, у кого есть жена или невеста. Но потом пошёл обычай искать Хранителю Гор невесту. Это была почётная обязанность, ради которой даже устраивался отбор. Приезжали девушки не только из долины, но из других земель. Потому что все помнили, чем обязаны Хранителю. Ещё не забылся Первый Прорыв и твари, которые выбрались за пределы долины. Хранитель тогда расправился с ними ценой своей жизни.

Этого бы не случилось, если Хранитель был женат и любим. Любовь умножает силу. Но Хранитель ослаб. И твари вырвались наружу. Если такое произойдёт снова и горы перестанут защищать мир, то твари хлынут из Потусторонья, сметая всё на своём пути».

Вот значит как. Ина осталась сидеть, потрясённая до глубины души. Странно, оказывается они, жители долины, ничего не знали о Хранителе и о том, как серьёзна его служба. И кто-то специально не рассказывал об этом. Видимо, для того, чтобы всё осталось так, как есть. Чтобы ничего не менять.

Но если говорить о любви… Отбор невест это конечно лучшее, что может быть в таком случае. Когда можно выбрать. Но сейчас… Их ведь специально пугают, осенило её. Пугают Хранителем. Сколько времени прошло, что он из героя, превратился в чудовище? А главное, что случилось за это время? Специально это было подстроено или может быть люди сами всё забыли? Правда, почему то она была уверенна, что забыть «помогли» планомерно создавая ложные слухи, путая им знания, подменяя одни другими, как вот ей давали в школе.

И всё же она не могла дать ему любви. Нет. Ина покачала головой. Она равнодушна к Гьорфу. Конечно, он хороший человек. И ей даже в какой-то степени жалко его, но это ведь не любовь?

Она так задумалась, что не сразу услышала какой-то странный шорох. А услышав, тут же вскочила. В сердце сразу закрался липкий страх. Она вспомнила утреннее появление твари здесь, в замке. И всё-таки шорох раздавался, но не такой, как с утра. Что-то другое. Потом вроде как ставня хлопнула. Ина шагнула к окну, с замирание сердца. Осмотрелась. Странно. Вроде бы ничего здесь не шуршало. Может быть, за окном что-то?

Она открыла окно и высунулась наружу. Стало чуть полегче. Замок вовсе не был безлюдным. Во дворе сновали люди, внизу лаяла чья-то собака. А над горами разгорался закат. Она засмотрелась на него. Но, правда, так и не нашла, что шуршало.

С сожалением закрыла окно и вернулась на своё место. Книгу надо бы показать Хранителю. Но книги на столе не было. Она пропала.

Глава 7

Ина правда недолго ломала голову над тем, куда пропала книга. Ну пропала и пропала, ей то что. Она уже хотела выйти и поискать Хранителя, когда он явился сам.

– Прости, что так долго, – с порога повинился он. – Я пытался узнать, как тварь вошла в мой замок.

– Узнал? – Ина подняла глаза на Гьорфа.

– Хотел бы сказать, что да, но это будет ложью. – Он мрачно посмотрел на последние закатные солнечные лучи. – Скажем так, у меня есть догадки, но не больше.

Ина вздохнула. Ну догадки это тоже не плохо. Главное, чтобы она не вернулась. Хотела сказать Хранителю про книгу, но книга то ведь пропала, а ей пересказывать нечего. Она почти не читала её. Так только просмотрела.

– А Лара уехала? – Спросила она вдруг невпопад. Подняла глаза и снова натолкнулась на такой странный взгляд Хранителя. Даже жарко стало.

– Уехала, и вместе с ней ещё две служанки, – он ответил ей без улыбки. – Мне очень жаль, что она так с тобой поступала.

– Не только со мной, – наконец смогла выговорить Ина. Да, сколько эта зараза успела попортить крови другим девушкам прежде чем всё открылось.

– Если хочешь, я извинюсь и перед другими невестами. Только не знаю, нужны ли им мои извинения. – Он усмехнулся. Ина опешила. Что ж он у неё спрашивает про извинения перед другими.

– Ты извинился передо мной. Спасибо. – Наконец отмерла она.

Гьорф в ответ только улыбнулся.

– Пойдём ужинать.

Он снова предложил ей руку, и она не отказалась. В этом же нет ничего такого, верно?

В столовой было светло. Ярко горел камин, бросая красные отсветы на стены. Странно. Раньше она не помнила здесь камина. Или, может быть, его просто не зажигали. Еда оказалось вкусной. А Ина поняла вдруг, что сильно проголодалась, хотя вроде бы и ничего не делала. Наконец ужин закончился. Гьорф встал, и ей вдруг стало страшно, что он сейчас уйдёт, а она снова окажется в своей старой комнате с тайником под окном, а молчаливые служанки будут встречать её у запертой двери. Представила и вздрогнула.

– А мы теперь всегда будем ужинать вместе? – Она спросила непонятно для чего сама и покраснела даже. Так это вышло двусмысленно.

– Конечно, если ты хочешь, – Гьорф ответил спокойно, но ей всё же показалось, что он рад.

– А почему до этого я ужинала и обедала с Ларой? Она говорила мне, что ты занят. – Набралась всё-таки смелости спросить Ина.

– Она много чего говорила, – он вздохнул и заправил за ухо прядь волос. – Честно говоря, мне тоже лишний раз видеть её не очень хотелось.

«А ещё, наверное, меня», – подумала Ина, но вслух не сказала.

– Пойдём, я как и обещал, покажу тебе твою новую комнату.

Ина встала и направилась за Хранителем. Странное дело, но коридоры теперь казались ей светлыми и яркими, а вовсе не мрачными, и дорогу она запомнила быстро. Чудеса, да и только.

Это действительно была соседняя с его комната.

– Проходи, – Гьорф гостеприимно распахнул перед ней дверь. – Если какая-то тварь, или ещё что-то, кричи или стучи, я обязательно услышу. Ина только робко улыбнулась в ответ. Она ещё не привыкла к тому, что Хранитель оказался вовсе не таким страшным, как поначалу ей показался. Да, если быть честной, и совсем не страшным. И как ей только пришло в голову его испугаться.

Она села на кровать и вспомнила как он сказал, что нарицает её своей невестой. И как лечил ей ногу. И снова покраснела. Посмотрела на ногу. Но та действительно зажила так, что даже шрама не осталось.

Она собралась уже ложиться спать, когда взгляд её упал на трельяж. Красивый. С зеркалами, явно женский. Да и мебель в комнате и светло-зелёная обивка стен вовсе не похожи были на мужскую. Чья это комната? Может быть, посмотреть по шкафам?

Ящики трельяжа выдвинулись неожиданно легко. И в одном из них она нашла портрет. Девушка на портрете была очень красивой. Чуть ли не самой красивой из всех, которых она видела. Куда ей до неё. Ина посмотрела на себя в зеркало. Да. Хоть в этом Лара не соврала. Она действительно больше была похожа на серую мышь.

Она вздохнула. На душе как то стало неприятно и пусто. В сотый раз сказала себе мысленно, что это не её замок и не её жизнь, она скоро вернётся домой, и наконец то заснула.

А утром к завтраку за ней зашёл Гьорф, вместо служанки. И ей стало радостно. Точнее, нет, стало радостно бы, если бы не этот портрет. Но ведь в конце-концов ей до этого нет дела.

– Ина, – она подняла глаза и снова встретилась с его взглядом. Ей казалось, что Хранитель испытывает её. Она только что позавтракала и выпила вишнёвый сок, весь, до капли. И, наверное, выглядела не очень красиво. Правда, зачем она вообще об этом думает? Какое ей дело? – Ты кажется хотела спуститься в долину.

– Да, – прошептала она едва слышно, а сердце зашлось от радости. Увидеть маму и сестрёнку, побродить по знакомым улицам. Она даже не знала до сегодняшнего дня, как соскучилась по своей прошлой жизни. – Да, – добавила она уже громче.

И снова встретилась взглядом с Хранителем. Он смотрел на неё так странно, с какой-то тоской во взгляде. Но тут же улыбнулся, словно ничего и не было. Странно, но ей показалось, что улыбка у него получилась вымученной.

– Тогда давай поедем прямо после завтрака. Тебе ведь нечего собирать?

– Нет, – она покачала головой.

– Ну вот и хорошо. – Гьорф снова улыбнулся и на этот раз улыбка была настоящей. Ина даже подумала, что она нравится ей и удивительно похожа на то, как солнце освещает горные вершины. Вот точно так же и эта улыбка освещала и преображала его черты.

– А… – Она вдруг вспомнила, что хотела задать вопрос, но…

– Ты что-то хотела спросить? Спрашивай.

Ина вздохнула и выговорила:

– Ты говорил, что тебе нельзя надолго спускаться в долину, а что может случиться?

Гьорф молчал, долго. Несколько минут, а потом вздохнул и повернулся к ней.

– Я потеряю свою силу. Если пройдёт больше суток, то горы не примут меня как Хранителя больше. Но и приемника я не назначил. А значит сила иссякнет и твари вырвутся из Потусторонья в мир. Их никто больше не будет сдерживать. – Ина в ужасе подняла на него глаза. Но Гьорф снова улыбнулся.

– Не бойся, мы же не собираемся сутки гулять по долине. Несколько часов и домой.

– Но почему горы так жестоки? – Выдохнула она.

– За всё надо платить. А сила это не столько могущество, сколько большая ответственность, – Он помрачнел. А Ина только вздохнула. Она не знала такого Гьорфа и ей было больно. Она словно наяву чувствовала его одиночество.

– Но ты же говорил, что и так уже не чувствуешь горы. Ты что уже ходил в долину? – Спросила она и тут же прикусила язык. Потому что Хранитель посмотрел на неё таким странным взглядом. В нём тоска мешалась с болью и ещё чем-то, чему она не могла найти названия. Но почему-то краснела и терялась от его взгляда.

– Нет. Я не ходил в долину. Я просто теряю силу.

Ина хотела спросить почему, но вдруг вспомнила прочитанное. И эти слова заиграли новыми красками. Ему не хватает любви. Она даже вздрогнула. И перспективы перед ней открывались манящие. Остаться с ним, заставить себя полюбить ради того, чтобы твари не вырвались из Потусторонья. Спасти мир.

Они в детстве часто так игрались с сестрой, мечтая. Альба непременно хотела быть королевой, чтобы помочь всем, накормить голодающих, дать кров и одежду бедным. А она сама мечтала совершить что-нибудь такое, выдающееся, чтобы её навсегда запомнили. Честолюбивые мечты. Да и Гьорфа ей вроде бы жалко.

Мысль мелькнула и пропала, когда она услышала его хриплый голос:

– Мне не нужна твоя жалость. – И его странные льдисто-серые глаза так завораживающе близко.

Вот откуда он узнал, откуда догадался, что творится в душе? Или он не знал, может он умеет читать мысли? Ина вздрогнула и натолкнулась на усталый, серьёзный взгляд Гьорфа.

– Я справлюсь сам, – он усмехнулся.

А Ине вдруг стало нестерпимо стыдно. Он взрослый мужчина, зачем его жалеть? Что за глупые мысли?! И главное он гораздо старше неё. Но это почему то не пугало.

– Поедем? – Спросил Гьорф и предложил ей руку.

– Да, – она кивнула и вложила свою руку в его.

Оказывается, через ворота необязательно идти пешком и тем более босиком, как заставили её. Всё это выдумки тех странных людей. И Ина не могла понять, зачем им это было нужно.

Они выехали верхом. Ина ездила конечно верхом до сего дня, правда это было давно и она ужасно боялась. Но Гьорф ничего не имел против того, чтобы ехать медленно. В конце-концов у них ещё целый день впереди. И Ина вдруг вспомнила, какой сегодня день – Праздник Летнего Солнцестояния. Сегодня ночь уступает свои права дню и вовсе не опускается на долину. В долине сегодня празднуют. И праздник продлится до утра.

Раньше, когда отец ещё был жив, они всей семьёй ходили на праздник. Отец с матерью танцевали, а они с Альбой скакали рядом. А потом отец покупал им по огромному леденцу на палочке и уходил к костру вместе с мужчинами, а мама болтала с подружками. Этот день много лет оставался для неё лучшим праздником на свете.

Жаль только, что после смерти отца мама больше ни разу не выбиралась на праздник и их с сестрой не пускала. Поэтому она и забыла его, почти… И вот сейчас вдруг вспомнилось. Интересно, а Гьорф знает про праздник? Она хотела было спросить, но передумала. Спросит потом.

Лошади шли медленно, Гьорф молчал, рассматривая своё царство. Каменные ворота и узкие переходы между ними. Теперь Ина понимала для чего это. Если твари вырвутся в мир… Она вздрогнула.

Наконец, последние ворота открылись, снова выпуская их на свет. И Ина зажмурилась, моргая. За воротами шёл лес, а там дальше, в долине, лежало селение. Она с наслаждением вдохнула свежий воздух и улыбнулась. Как замечательно снова быть на свободе. Повернулась к Хранителю и наткнулась на его серьёзный взгляд. Почему-то ей почудилась тоска в его глазах. Впрочем, он сразу же улыбнулся.

– Ты хотела к родным?

– Да, если ты не против, – Так странно было вообще разговаривать с Хранителем, тем более на ты. Ина помнила, как боялась его до жути. И вот оказалось, что зря. Так странно, но у неё было такое ощущение, словно она знает его много лет.

– Конечно нет. Езжай. Встретимся на площади. – Гьорф снова улыбнулся ей. Ина развернула лошадь и направила её по знакомой тропке, через лес.

Здесь ей всё знакомо. Дальше будет ручей, где они играли с Альбой, потом поворот, и высокое старое дерево, склонившееся над водой. А там, снова поворот и вот уже и дом.

Ина улыбнулась, выехав на поляну. Впереди был огород, а за ним виднелась крыша их дома.

– Ина! Ина приехала! – Альба кинулась к сестре, совсем как в детстве. Ина спешилась и обняла её. Из дома навстречу ей спешила мама, но она, в отличии от сестры, выглядела скорее напуганной, чем счастливой. Правильно, они ведь расстались в такой спешке.

Ина не могла сказать матери, что жертвует собой ради них с сестрой. Это было скорее поспешное бегство, прочь от семьи. И вот сейчас она вернулась, чтобы снова уехать.

– Ина, девочка моя, всё хорошо? – Мама пытливо всматривалась в её лицо. Но Ина покачала головой. Она не может, просто не может рассказать правду. Не сейчас, не при сестре.

– Конечно, мама. Только я ненадолго. Я тороплюсь.

– Хранитель признал тебя? – Шепнула мама, как только Альба убежала мыть руки перед едой.

–Признал, – кивнула Ина.

Мама только тяжело вздохнула.

– Ты будешь нас навещать, хотя бы иногда?

Ине хотелось сказать, что она не просто будет навещать, но и скоро вернётся. Но она почему то промолчала. А мама словно что-то вдруг поняла. Нахмурилась и отвернулась. Они попили чай, в молчании. Только часы над камином тикали. И Ине показалось, что меду ними с мамой и Альбой возникла вдруг стена. А самое главное – она сама воздвигла эту стену. Раньше ведь у неё не было никого дороже родных. Но почему ей так неуютно в своём доме? Чай кажется горьким, а любимые булочки – пресными?

А ещё она смотрела на часы и думала – где сейчас Гьорф, что он делает здесь один? Почему то ей казалось, что он давно не спускался в долину, а значит у него нет здесь знакомых. Она словно наяву чувствовала его одиночество и растерянность. Да что ж это такое за колдовство?!

Было досадно, а ещё Ина вдруг поняла, что ей больше нечего делать здесь.

– Ну я пожалуй пойду. Гьорф ждёт меня. – Ина подняла голову и поймала странный взгляд матери, обращённый на неё.

– Я надеюсь ты будешь счастлива, – прошептала мама ей на ухо и обняла, Альба тоже повисла на ней. Так они и стояли несколько минут, не в силах расцепить объятья.

Наконец, Ина смогла ускользнуть от родных, села на лошадь и пустила её шагом. Хранитель сказал ждать его на площади. Значит, на площади. Но она невольно продолжала искать его глазами. Такую высокую фигуру в несовременной одежде тяжело не заметить. Так и оказалось. Она увидела Гьорфа возле шатров, которые спешно ставили для праздника. Он спешился и держал лошадь под уздцы, внимательно разглядывая площадь. На его губах блуждала улыбка, а старая широкополая шляпа делала похожим на волшебника из старинных легенд. И только из под шляпы сверкали неожиданно молодые глаза. Ина рассматривала его, пользуясь тем, что он не видит её. Смотрела и не могла оторваться. Было что-то завораживающее, а ещё до боли родное в его фигуре. Она бы стояла и смотрела, не в силах оторваться, если бы он не повернулся.

– Ну как, съездила к родным?

– Да, всё хорошо, – Ина улыбнулась ему. И почему ей кажется, что он не поверил? Но Хранитель ничего не ответил. Помог ей спешиться, взял за руку и на почувствовала, как снова забилось сердце.

– Ты знала, что сегодня праздник? – Гьорф смотрел на неё пытливо, но под полями шляпы она не видела его лицо, на глаза падала тень.

– Да, вспомнила, когда мы уже выехали.

– Останемся? – Он почти попросил и Ина не могла противиться, да и не хотела. А Гьорф добавил, словно обращаясь сам к себе. – В детстве я любил этот праздник. Но это было так давно, что я почти не помню.

И всё же Ина чувствовала, что он помнит и хочет прикоснуться к празднику вновь. Они понаблюдали, как устанавливают шатры. Главные праздненства начинались ближе к вечеру. Значит, сейчас им здесь делать нечего. Но у них было масса других дел.

Несмотря на её сопротивление, Гьорф всё-таки затащил её в лавку готового платья.

– Выбери то, что тебе нравится. – Ине было ужасно неловко. Вдруг у него нет денег? Но она не хотела оскорбить Хранителя отказом.

В этой лавке одевались только богачи, а они с мамой едва сводили концы с концами, поэтому шили себе одежду сами. И Ине было не по себе здесь. Но потом она увлеклась. Несколько платьев на каждый день, несколько потеплее – для прогулок, а ещё её внимание привлекло одно, голубое, цвета неба над замком Хранителя в ясный день. Яркое и в то же время скромное, украшенное жемчугом и серебряной вышивкой.

– Леди, оно вам так идёт! – Восхищённо выдохнула модистка. – Вашему мужу, наверное, понравится.

Ина отвернулась, надеясь, что никто не заметит её покрасневших щёк. Она никогда не думала о Хранителе, как о муже. Она вообще никогда не думала о том, чтобы выйти замуж. Ей была дорога её свобода. Но… Почему то сама мысль о том, чтобы больше никогда не видеть Гьорфа, пугала её до дрожи.

Она как раз решилась примерить это синее платье и рассматривала себя в зеркало, когда с вопросом можно, вошёл Хранитель. Ина обернулась и увидела, КАК он смотрел на неё. С тоской и жадностью, словно не мог насмотреться.

– Тебе очень идёт это платье, – наконец вымолвил он.

– Спасибо, – Ина не знала, куда деть глаза.

– Леди возьмёт платье?

– Да, – кивнула она. Пойти переодеться и снять платье? Но оно преображало её до неузнаваемости, да так, что Ина всё медлила.

– Останься в платье, – Гьорф попросил тихо, едва слышно, и словно желая удержать, коснулся её руки. Ей сразу стало жарко, даже в глазах потемнело. Вот и что это за магия?

– Хорошо, – кивнула она, но руки не отняла.

– Куда доставить покупки? – Спросила модистка.

– В замок Хранителя Гор, – Гьорф развернулся и направился к двери, не заметив, какое впечатление эти слова произвели на модистку. Но Ина то видела, как она побледнела и поменялась в лице и эти перемены ей совсем не понравились.

Но к вечеру она уже забыла обо всём. Гьорф провёл её по всем лавкам и купил даже то, на что она и не смела рассчитывать. Кучу женских мелочей. Зачем он так раскидывается деньгами ради неё, девушки, которая через месяц покинет его? Кажется последний вопрос она задала вслух, так что Хранитель остановился и она чуть не налетела на него.

– Позволь мне сделать тебе подарок, – и снова его серые глаза так близко. Ина каждый раз терялась, когда он так смотрел на неё.

Гьорф не дождался ответа, да и не нужен был ему ответ, наверное. Он увидел в её лице всё, что хотел. Ина, правда, не знала, что там можно найти, потому что рядом с ним мысли путались, и она совсем ничего не понимала.

А потом они вернулись на площадь, туда, откуда уже слышалась музыка. Ветер доносил до них запахи бесплатного угощения, что раздавали на площади всем желающим. Флажки и фонарики, развешанные для украшения, болтались на ветру.

Самые отчаянные уже выбрались на площадь танцевать.

– Пойдём? – Вдруг спросил Гьорф, указав глазами на танцующие пары.

Глава 8

Он… Он будет танцевать с ней? Она ведь не умеет танцевать. Ну почти. Танцы вдвоём с Альбой, когда они передразнивали высокородных леди, не в счёт.

– Но я не умею танцевать. – Ине было ужасно неловко, что пришлось сказать об этом вслух.

– Ничего, я тоже не умею, – Гьорф смотрел на неё с теплотой в серых глазах, и она поняла, что теряется в них.

Мда, странной парой они будут выглядеть, мелькнула в голове мысль и тут же пропала, когда Хранитель протянул ей руку. Ина без колебаний вложила свою. И Гьорф тут же закружил её в танце. Она улыбнулась ему. Музыканты играли весёлые мелодии, и они танцевали в такт им. Это было так волшебно, так сказочно, что она забыла всё, что её волновало все эти дни. Был только праздник, музыка, песни и улыбки, а ещё лицо Гьорфа.

Он где-то потерял свою шляпу, волосы растрепались, а борода развевалась по ветру. И он выглядел таким… обычным. Если бы Ина не знала, кто он такой, сейчас бы никогда не угадала. В нём не осталось ничего пугающего, ничего от того Хранителя Гор, которым она увидела его в день обручения. И таким он нравился ей больше.

Она подумала об этом и покраснела. Но Гьорф вроде бы не смотрел на неё. Они кружились в танце до полного изнеможения. Наконец, когда ноги уже перестали держать её, Хранитель спросил:

– Устала?

– Да, – кивнула Ина, с трудом переводя дыхание.

– Посидим?

Она только кивнула в ответ. И Хранитель увлёк её к скамейкам возле шатров.

– Хочешь принесу что-нибудь перекусить?

Ина снова кивнула. Сил говорить не было. Сейчас она отдышится. Интересно сколько времени? Она посмотрела на небо и вздрогнула. Небо было почти таким же ярким, как днём, хотя она была уверена, что уже глубокий вечер, если не ночь. Но они же не сутки здесь находятся? Вспомнив о времени, она вздрогнула. И праздничное настроение словно испарилось. А вдруг Гьорф не успеет вернуться и потеряет силу? Что тогда будет?

Надо найти его и напомнить… Она вскочила с лавочки, когда появился хранитель с кружками, полными чем-то почти до краёв и двумя большими булками.

– Что-то случилось? – Увидел он её.

– Сколько времени? Мы не опоздаем? – Вместо ответа Ина встревоженно посмотрела на него.

– Нет, – Гьорф улыбнулся. – Я чувствую время и горы. Не бойся и не думай об этом.

И Ина расслабилась. Праздник был в разгаре. Сегодня едва ли не целая долина высыпала на площадь. Люди радовались и веселись, давая себе отдых от тяжелых трудов один раз в год. Ина правда не знала, справляют ли Летнее Солнцестояние богатые люди. Всё-таки здесь на праздник собрались люди попроще и победнее. Но если справляют, то явно не так весело.

– Пойдём погуляем? – Спросил Хранитель, когда они наконец доели пироги и допили сок, оказавшийся в кружках.

– Пойдём.

Они встали и медленно направились прочь от площади. Музыка играла, люди танцевали. Сразу за площадью лениво несла свои воды небольшая речушка. Ина облокотилась на мостик, расслабленно вглядываясь в воду. Она очень любила реку и знала место, где она почти измельчав превращалась в маленький ручеек. И они играли там с Альбой. Казалось, это было так давно… Она так замечталась, что не сразу расслышала, о чём её спрашивает Гьорф.

– О чём задумалась? – Он повторил вопрос.

– Вспоминаю своё детство.

Ина подняла на него глаза. Странно, но он смотрел немного даже печально.

– А я почти ничего не помню. Время стирает память, немного, но за столько лет и этого достаточно, – он вздохнул.

– Выходит, ты не помнишь своего детства? – Она с изумлением посмотрела на него.

– Нет, – Гьорф покачал головой. – И родителей почти не помню. Только неясные силуэты.

И он снова замолчал. А Ина набралась наконец смелости. Если сейчас время откровений, то почему бы не спросить.

– Значит… – Она сглотнула, – значит ты забудешь и свою жену?

– Почему? – Хранитель явно оторопел от такого вопроса.

– Ну ты ведь всё забываешь, а живёшь очень долго, ну и… – Ина совсем растерялась.

– То есть ты не знаешь? – Скорее утвердительно ответил Хранитель, а потом тепло улыбнулся. – Я не знаю, как это происходит, но когда Хранитель женится, время для него и его жены начинает идти как для обычного человека.

– Почему?

– Ну так заведено. Наверное, для того, чтобы уже наследник стал Хранителем.

– А если наследник не захочет? – Ине было противна любая несвобода.

– Значит не захочет. Горы не призывают никого насильно. Хотя за столько времени и от того, что любишь можно немного устать, – Хранитель печально улыбнулся.

– А… – Ина хотела спросить про обет. Лара прожужжала о нём все уши. А ей до сих пор было интересно. Действительно ли он существует? Уже хотела задать вопрос, когда Гьорф вдруг вздрогнул и прислушался.

Ина внимательно посмотрела на его потемневшее лицо. Что-то случилось. Сердце сдавила тоска, словно предвещая беду. А потом воздух разорвали крики людей и вой. Она уже слышала этот вой раньше. Так могли выть только твари.

– Твари! – Вскрикнул Гьорф и кинулся на площадь. – Держись рядом со мной! Я бы отвёл тебя в безопасное место, но, боюсь, сейчас везде опасно. Если твари пробрались даже сюда, значит всё ещё хуже, чем я могу подумать.

Ина вздрогнула. Снова в сердце заворочалась жалость. Ему нужна любовь. Иначе твари вырвутся из долины… Но… Сможет ли она заставить себя любить? К тому же ведь Хранитель ничего не предлагал. Она подумает об этом потом, потому что сейчас…

Они с Гьорфом внеслись на площадь. И она сразу потеряла Хранителя в толпе. Благо он был слишком высок для обычного человека и Ина была уверена, что без труда найдёт его. Но куда же ей теперь деваться? Может быть, вернуться домой? Наверное, там безопасно. Но она не сможет бросить Гьорфа в беде.

Она слышала рычание, крики, люди метались, бежали с площади, роняя посуду, опрокидывая лавки и столы. Если она сейчас не найдёт, куда спрятаться, её же просто растопчут. Ина запаниковала. Вдруг крепкие руки подняли её в воздух. Она завизжала, отбиваясь.

– Тихо, – прошептал Хранитель. А это был именно он. Пронёс её на несколько шагов вперёд и поставил на какую-то поверхность. – Стой здесь!

И снова исчез. Ина огляделась. На площади стояли фонтаны. Один из них сломался и его решили разобрать, чтобы починить. И вот там, где должна быть статуя девушки, теперь стояла она. Хранитель поставил её на этот постамент и ушёл. И это было даже хорошо. Теперь её не затопчут, сверху прекрасно видно, что происходит на площади.

Ина обхватила себя руками и до рези в глазах всмотрелась вперёд. Пару раз ей даже показалось, что она видела Гьорфа. Площадь очень быстро опустела. Исчезли женщины и дети. Остались только мужчины, загнавшие в круг тварь. Из соседних домов к ним бежали ещё на подмогу, с сетями и копьями.

Мужчины окружили её, заставляя отступать к стене дома. Ина слышала, как рычит и беснуется тварь, но, хорошо, что не видела. Интересно, а пострадавшие есть? Вспомнив отца, она зажала себе рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Тот день словно наяву вспомнился ей. Она вздохнула, успокаивая нервы и вдруг увидела Гьорфа. Его фигура мелькнула в круге.

– Хранитель, здесь Хранитель, – услышала она крики. Только непонятно, люди радовались этому или наоборот осуждали.

Если Гьорф там, с тварью скоро будет покончено. Или, может здесь у него меньше силы? Ина сжала кулаки, так что ногти впились в ладони. Давай же, ну давай! Она вдруг поняла, что переживает за него. Боится увидеть кровь на мужественном лице. И вдруг тварь заревела, как смертельно раненое животное и затихла. Неужели всё? Гьорф справился?

Хотелось увидеть его, спросить, что случилось, но ей всё равно отсюда самой не спуститься, нечего и пытаться, поэтому Ина терпеливо стояла, ожидая, пока он вернётся. Время казалось вечностью.

– Да я вам говорю, что Хранитель появился тут же, как из под земли выскочил, – она услышала отрывок разговора и присела, надеясь, что её не заметят.

– Во-во, – ответил второй голос. Мимо фонтана проходило двое мужчин. – Как пить дать, это он тварь и выпустил.

– Да ну. Хранитель охраняет нас.

– Конечно, охраняет. Держи карман шире. – Хохотнул первый. – Только девушек ему своих отправляем. В прошлом году моя сестра поехала к нему и пропала.

– Ты хочешь сказать, что, – второй мужчина понизил голос до шёпота. Они уже удалялись и Ина не расслышала последние слова. Но и услышанного хватило, чтобы стало не по себе.

Выходит, Лара не только невест устраняла, но и Хранителю вредила, как могла, а может и сама распускала слухи. Вот же зараза! Ина сжала кулаки. Как они вообще могут?! Гьорф защищает их от тварей. А они… Надо было устроить им встречу с тварями. Вот тогда бы они вспомнили Хранителя. Она даже потрясла головой, отгоняя кровожадные мысли.

Так. Всё хорошо. Гьорф сам с ними разберётся. Ина постаралась усесться поудобнее, насколько это было возможно, на своём маленьком парапете и терпеливо решила дожидаться Хранителя. И наконец он появился. Она ещё издалека увидела его тёмные волосы, в беспорядке спадавшие на плечи.

– Всё хорошо? – Спросила она вместо приветствия, когда Гьорф шагнул к ней.

– Хорошо, – он как-то кривовато улыбнулся.

Ина осмотрела его. Вроде бы крови нигде не было, но всё-таки решила спросить:

– Ты не ранен?

– Нет, – он покачал головой.

– Пойдём отсюда.

– Да, пора, – Гьорф нахмурился. Он явно не всё рассказал ей, но Ина не настаивала. Она не имела права.

Они уже свернули в переулок, туда, где оставили лошадей, когда какой-то мужчина, проходя мимо, толкнул Гьорфа локтём.

– Простите, – прошипел. И Ина вздрогнула. В голосе не было почтения, только злость. Хранитель промолчал. Наверное, много сил потратил на борьбу с тварью. Мужчина, видимо, ждал другого, потому что обернулся и прошипел в спину:

– Ничего. Хранители тоже смертны. – И исчез из виду.

– Чего это он? – Ина обернулась вслед. Злость внутри мешалась со страхом. Неужели этот человек не понимает, что Гьорф спас их всех сегодня?!

– Считает, что Хранитель это зло, – Гьорф вздохнул, тяжело. – И он не один такой. Кто-то специально распускает эти слухи и надо узнать, кто именно.

И, наверное, эти ниточки приведут их к Ларе. Ине хотелось сказать это вслух, но она промолчала. Хранителю и так тяжело. Она не хотела напоминать ему о том, что может ранить. Почему-то ей было это важно. Она, правда, сама не понимала, почему и не хотела сейчас с этим разбираться. Хватит с неё второго нападения тварей за последние дни.

Несмотря на то, что случилось с отцом, даже дома она чувствовала себя в большей безопасности, чем сейчас рядом с человеком, который может защитить от тварей. Но, наверное, просто такие времена настали и никуда от этого не деться. Она чувствовала, что надвигается буря. Что-то такое, после чего они уже не смогут жить так как раньше. И это пугало.

Они дошли до места, где оставили лошадей. Пора возвращаться.

– Время ещё есть? – Спросила она у Гьорфа.

– Есть, – кивнул он. – Но силы слабеют. Надо побыстрее добраться до замка. Но ты не переживай, – Он усмехнулся. – Если бы я знал, что со мной опаснее, чем без меня, то точно не принял бы никакую невесту. Не время сейчас. – Он нахмурился. А Ине почему-то стало грустно. Вроде бы она сама об этом мечтала и даже думала, что вот если бы она не согласилась, а сбежала бы вместе с мамой и сестрой, не приехала бы сюда…. Но теперь почему то думать об этом было неприятно. Будто она предаёт кого-то.

Какое-то время они ехали молча. Молча пересекли ворота, и копыта лошадей зацокали по камням. Почему то стало жутко, и Ина спросила, чтобы развеять тишину.

– Что хоть там произошло?

– Кто-то приманил тварь на площадь. Я в этом теперь уверен. Чтобы подставить меня. Вот, вроде как Хранитель плохо выполняет свою работу. Но он не ожидал, что я окажусь на площади и всё пойдёт не по плану. Потому что мужчины не смогли бы изловить её без жертв. Тварь изворотливая. – Ина передёрнулась, вспомнив рисунки в той, пропавшей книге.

– А так жертв нет?

– Никто не погиб. Несколько человек ранены, но не сильно. – Гьорф вздохнул так, что даже Ина услышала его вздох. – Но они всё равно добились, чего хотели. Если тварь гуляет по долине, значит Хранитель плохо выполняет свои обязанности. Вот только они забыли, что Хранителя нельзя сместить и назначить нового. Я могу передать свою силу только наследнику и то если горы примут его.

– Но как же… – Ина замялась. – Неужели все Хранители родственники?

– Почему же. Есть ещё второй вариант – горы выбирают себе нового Хранителя, если старый умрёт. Вот только это тоже происходит не быстро. А твари не любят медлить.

Ина вздрогнула и поёжилась. От слова «умрёт» веяло могильным холодом, особенно в этих жутких коридорах. Но, вот, наконец, последние ворота остались позади, и Ина спокойно вздохнула. Вроде бы здесь она должна больше нервничать, но рядом с горами ей почему то было спокойнее.

– Прости, я напугал тебя. Не надо было говорить об этом. – Гьорф зашагал рядом с ней, ведя лошадей в поводу.

– Я всё равно бы узнала, – Ина пожала плечами. – Я нашла в библиотеке интересную книгу. Вроде дневника одного из первых Хранителей. Оставила её на столике, пока туда сюда, обернулась, а она пропала.

– Что за книга? – Вдруг нахмурился Гьорф. – В красной обложке с рисунком твари на первой странице?

– Да, вроде она, – кивнула Ина.

– Так. Расскажи мне всё с самого начала.

Ина рассказала, как книга упала ей под ноги ну и обо всём остальном.

– Занятно, – Гьорф смахнул волосы со лба. – Значит, всё ещё хуже, чем я мог подумать.

– А в чём дело?

– Да, боюсь, книга пропала не просто так. Искали именно её. Там почти всё о Хранителях, а ещё о тварях, как их поймать, чем они питаются, этакий справочник.

– Значит в доме шпион? – Ина мгновенно заледенела от страха.

– Похоже на то, – Гьорф сжал губы. – Или это последние происки Лары. Но в то, что её никто не нанимал, как и в искренность её слов, мне что-то не верится.

Ина хотела было спросить про Лару, узнать больше, но промолчала. Он сам расскажет, когда захочет и сможет.

– Ина, – вдруг встал он. Она обернулась к нему. – Прошу тебя, никуда без меня не ходи. Это может быть очень опасно. Я боюсь не успеть тебе на помощь. – И он снова посмотрел на неё, такой странный, пронизывающий взгляд. Она как завороженная смотрела на него в ответ. – Обещаешь?

– Да, – кивнула она.

– Это хорошо, – он ответил, но уходить не спешил. Так и стоял, рассматривая её. Потом словно опомнился. – Ну пойдём.

Как ни странно, но Ина не чувствовала усталости. Может быть, из-за того, что сейчас, ночью, было светло как днём. Она бы погуляла с Гьорфом ещё. Но, наверное, он тоже устал.

Он проводил её до новых покоев. И это было кстати. Она сама так и не научилась ещё запоминать дорогу в этом замке. Возле самой двери развернулся, чтобы уйти. Она уже открыла дверь, когда услышала в спину тихое:

– Спокойной тебе ночи.

Ина обернулась, чтобы пожелать спокойной ночи и ему, но Гьорфа уже не было.

Глава 9

Утром (правда Ина скорее сказала бы, что уже день) Гьорф сам зашёл за ней. Как раз вовремя. Она только успела одеться и хотела уже выйти в коридор, когда появился Хранитель. И это было так странно. Может быть, он её чувствует, как и горы? Ина спросила себя – хотелось бы ей этого и с удивлением поняла, что хотелось бы.

– Доброе утро, – Гьорф выглядел уставшим и осунувшимся. Интересно, он поспал хоть немного, или так и не ложился?

– Доброе утро. Что-то узнал?

– Ничего, – он нахмурился. – Хоть распускай всех слуг, да заново набирай. Только не уверен, что сейчас ко мне хоть кто-то пойдёт работать.

Мда. Вот незадача.

– А ты уверен, что это кто-то из слуг?

– Более чем, – Гьорф вздохнул.

– Может быть, ещё остался кто-то, связанный с Ларой? – Спросила Ина, а в голове упорно вертелась какая-то информация. И ускользала. Что-то очень важное, что она никак не могла вспомнить.

– Может быть, – ответил Хранитель как-то без энтузиазма. – За все эти годы, что Лара жила здесь, её привыкли слушаться как хозяйку и, боюсь, эту оплошность мне ещё не раз припомнят.

Они дошли до столовой. А в голове крутились интересные мысли, одна другой лучше. Насколько сильно слуги любили Лару? А вдруг возьмутся по её приказу отравить Хранителя, например? Или до этого всё-таки ещё не дошло? Хотя, нет, Лара ведь кричала, что любит Гьорфа якобы преданно и беззаветно, а значит его травить она точно не будет. Ина вздохнула и принялась за еду. Нечего гадать. Наверное, Гьорф предупредит её, если что.

После завтрака пришла служанка и сказала, что им доставили вещи. Правда, вид у неё был какой-то испуганный. Хранитель тоже почувствовал и нахмурился.

– Пойдём.

Ина дёрнулась за ним, а в груди зрело чёткое ощущение – что-то будет, словно предчувствие опасности.

Они вышли в зал. Именно туда занесли вещи с улицы, не решаясь внести в дом. И сразу стало ясно почему. Сундуки были раскрыты (а Хранитель купил пару штук, чтобы всё уместилось), а вещи изрезаны и политы грязью. Люди вымещали на вещах свою ненависть к Хранителю. Ненависть, которая возникла буквально вчера. Правда вот зрела, наверное, долгие годы.

Ина только охнула, прижав руку к губам. Почему-то стало до боли жалко не испорченные вещи, а Гьорфа, его деньги, его силы, его радость.

– Кто это сделал? – Его голос вновь загремел под сводами замка, так что даже Ина втянула голову в плечи.

– Не знаем, хозяин, – молодая служанка тряслась как осиновый лист. – Какие-то люди привезли нам эти сундуки и швырнули во двор. А сами ни слова не сказали, тут же ускакали.

Ина обернулась на Хранителя. Он стоял высокий и грозный, руки сжаты в кулаки, в глазах бушует холодное горное пламя. Да и сам он сейчас напоминал скалу, будто отлитый из гранита. Такие не гнутся, сразу ломаются, умирают, но не сдаются. Ему не нужна была её жалость, теперь она это видела. И в то же время вспомнила то, что так силилась вспомнить. Подошла к Хранителю и тихо позвала:

– Гьорф, – он опомнился, вздрогнул, пламя в глазах погасло. А она зачем-то шагнула ещё ближе и робко дотронулась до его руки. – А ты осматривал комнату Лары?

– Нет. Я хотел, но забыл, – он пожал плечами. А Ина почему-то была уверенна, что это просто необходимо.

– Мне кажется там можно найти что-то важное, – она подняла глаза на Хранителя.

– Пойдём посмотрим, – кивнул он.

По замку они шли молча. Гьорф смотрел прямо перед собой и хмурился. Дверь в комнату Лары распахнулась легко, никакого ключа Хранителю было не надо. Ина переступила порог с каким-то трепетом. Интересно, что они тут найдут? Она не могла понять, почему её так тянуло в эту комнату, будто это жизненно важно.

А сама комната выглядела так, будто Лара никуда и не уехала. Кровать застелена, на тумбочке по-прежнему стоят портреты Хранителя, на трельяже лежат шпильки и гребни, а на подоконнике – книга. Интересно, Гьорф заметил эту странность? Ина обернулась на него. Хранитель стоял возле кровати с изумлением осматривая обстановку и стены, увешанные его портретами. Одно точно – он никогда раньше здесь не был, иначе знал бы об этом.

У Ины, непонятно даже почему, словно камень с души свалился. Всё-таки где-то в глубине души пряталась позорная мыслишка, что Гьорф знал про Лару, или догадывался. Но теперь она отмела все подозрения. Точнее нет, отмела сразу, как узнала его поближе. Хранитель словно спал столько лет и вот что-то его разбудило или кто-то. Она тешила себя надеждой, что это её вина. Но на самом деле всё, наверное, куда проще.

– Ты поэтому хотела, чтобы я осмотрел комнату? – Голос звучал глухо.

– Я видела эту комнату, случайно, – кивнула она.

– Какой же я был глупец! – он уселся на стул возле кровати и уронил голову на руки. Стул тихо всхлипнул, не выдержав напора. Ина подошла к нему и положила руки на плечи. Так просто и легко. Но… Хранитель казался ей давним другом, так, словно она знала его всю жизнь. И сейчас хотела только помочь, утешить.

– Я сейчас же выясню у слуг, где она живёт, у кого поселилась в городе. Они должны знать. – Гьорф вскочил со стула. – И отправлюсь к ней. Лара должна рассказать, на кого она служит. – Потом обернулся к ней и на немой вопрос пояснил. – Я чувствую здесь следы твари.

– Лара приманила тварь? – От изумления даже в глазах потемнело. Ина думала на тех людей в плащах, на каких-то преступников или воров, на мужчин, да на кого угодно, только не на Лару. Ей казалось, что эта зараза была способна на какую угодно пакость, но тварь… Это ведь не ручная зверушка.

– Может быть, и не она, но здесь абсолютно точно её следы. И комната выглядит вполне себе жилой. – Гьорф покачал головой. – Я не успокоюсь, пока не доберусь до истины. Тебе лучше будет, наверное, поехать со мной. Потому что я не уверен, что здесь тебе будет безопасно.

А Ина прочитала между строк, что он ни на кого не может положиться, никому не может доверять. И от этого тоже стало больно. Хранитель уже собрался уходить, когда его внимание привлекла книга на подоконнике. Он шагнул к окну и взял её в руки.

– Это её ты видела в библиотеке?

– Её, – Ина с удивлением рассматривала знакомую книгу с навевающими жуть рисунками тварей. Но что это значит? Неужели Лара отвлекла её и украла книгу? Но ведь её к тому моменту уже не было в замке. Иначе горы бы её не выпустили. – А может быть Лара никуда не уехала?

– Я видел, как она уезжала, – мрачно ответил Гьорф, – и горы точно не впустили бы её обратно.

– Но может быть ты просто не знаешь… – Ина смешалась. Хотела сказать, что он слабеет и мог не почувствовать и не сказала.

– Знаю, – усмехнулся Гьорф. –Я ещё пока не совсем обессилел. И связь с горами чувствую. Понимаешь, моя сила она связана больше с горами и в основном с ними. Тварей я чувствую, как чужеродную силу, как прорыв из Потусторонья, но эту силу можно, при желании, скрыть. Я, конечно, слабею, но и мой противник, кем бы он не был, достаточно умён. Вопрос только в том – зачем ему всё это, чего он хочет?

Ина пожала плечами. У неё тоже не было на это всё ответа.

– Поедем сейчас? – Ей хотелось побыстрее закончить с этим делом. Хотя почему-то в голове упорно засела мысль, что всё только начинается.

– Если ты не устала?

– Нет. – Ина покачала головой. Хранитель двинулся к двери и вдруг шагнул к ней.

– Прости меня.

– За что? – Она с удивлением посмотрела на него.

– За то, что испортил тебе праздник и…жизнь и теперь подвергаю тебя опасности, – добавил он совсем тихо. А Ина вдруг сейчас поняла, что больше не чувствует обиды. Она была даже, пожалуй, рада, что познакомилась с Хранителем. Он казался таким сильным и таким надёжным и… хорошо бы остаться ему другом после того, ну, как всё закончится. Она сама даже ужаснулась своим мыслям. Но ведь в дружбе нет ничего плохого?

– Ты не испортил! – Так же тихо произнесла она. – Это был самый лучший праздник в моей жизни. – И Ина только сейчас поняла, что это действительно так. Детские воспоминания уступили место вчерашней незамутнённой радости, которой после смерти отца почти не было в её жизни. И пусть потом было не так уж и весело, но это ведь потом. – Ты привёл меня на праздник и вообще… Мне с детства не было так весело, – И Ина доверчиво дотронулась до его руки.

Гьорф смотрел на неё своим завораживающим взглядом потом с трудом отвернулся и хрипло произнёс:

– Пойдём!

В долину они въехали около полудня. Две служанки знали, где живёт (или по крайней мере жила Лара, до того, как поселилась в замке), более того, они знали, что она поддерживала связь с домом все эти годы. Каким уж образом – они не могли сказать. Гьорф хмурился всё сильнее. И Ина его понимала. За его спиной уже несколько лет зрел заговор и ещё немного и стало бы слишком поздно. А может и стало уже. Она вздохнула и украдкой посмотрела на Гьорфа. Не надо отчаиваться. В конце-концов ничего совсем плохого ещё не произошло.

В этот раз они оставили лошадей почти у самых ворот и дальше решили пройти пешком. Хранитель сказал, где живёт Лара. Ина знала эту улицу. Почти у самой реки, на окраине. Если напрямую, то они с Гьорфом совсем скоро окажутся там. Шли они молча. Хранитель думал о чём-то своём, а Ина просто наслаждалась прогулкой.

Наконец лес поредел, и тропинка вывела их на окраину поселения. Ина хорошо ориентировалась здесь. И всё-таки она с трепетом осматривалась по сторонам и боялась. Если ненависть к Хранителю так сильна, что они не оставили в покое даже вещи, то кто знает, на что такие люди вообще способны? Но Гьорф шёл совершенно спокойно, не таясь и не волнуясь. Она видела его спокойное лицо, мужественные и резкие, словно вырезанные из камня черты, и чувствовала, как на душе становится спокойнее. Она доверяла ему, пожалуй.

Возле добротного и крепкого коттеджа они остановились. Коттедж выглядел вполне себе жилым и ухоженным.

– А вот и её дом. – Хмыкнул Гьорф и в глазах зажёгся недобрый огонь. – Не прошу тебя остаться здесь, потому что боюсь, у Лары есть союзники. Даже скорее всего. Не могла она одна справиться с тварью. Держись рядом со мной и никуда не уходи.

Ина кивнула. Да уж, что тут непонятного. Шутки кончились.

Гьорф шагнул вперёд и позвонил в колокольчик у двери. Долгое время никто не открывал. Потом послышались шаги и дверь распахнулась. На пороге стояла Лара, собственной персоной. Сначала увидев их, она опешила. На её лице мелькнуло изумление, потом страх, но затем она широко улыбнулась.

– Проходи, Гьорф. Я рада тебя видеть.

А Ину вот это «Гьорф» почему то больно кольнуло, словно иголку в сердце воткнули. Она то думала, что Хранитель только ей открыл своё имя. И хотя она понимала, что жить двадцать лет в замке вместе с Хранителем и не знать, как его зовут, невозможно, всё-таки в груди царапалось какое-то неприятное чувство.

– Благодарю, – Хранитель спокойно шагнул вперёд, и она вместе с ним. – Я думаю, ты знаешь, зачем мы пришли.

Лара в ответ только поджала губы.

– Ты выгнал меня, – ответила она так просто, словно разговаривала не с Хранителем гор. Хотя, если она не боялась строить козни и приманивать тварей, то страха или трепета перед Гьорфом уж точно не должна была испытывать.

Ина и понимала и не понимала этого. Она не боялась Гьорфа, но трепетала перед его предназначением, потому что понимала, что случится, если его не станет. Интересно, понимала ли это Лара?

– А как я должен был с тобой поступить? По закону гор? Ты знаешь, как они наказывают предателей? – Глаза Гьорфа снова заволокло дымкой, а голос загрохотал. Лара отступила на пару шагов назад, но не показала и вида испуга.

– Я никого не предавала и не знаю, о чём ты говоришь. Наоборот я всегда следила за порядком в замке.

– И старалась, чтобы я никогда не нашёл невесту.

– Да! – Вдруг взвизгнула Лара. – Потому что тебе не надо было никого искать. Невеста всегда была рядом.

Ина вздрогнула. Происходящее нравилось ей всё меньше и меньше. Лара ведь была уверена, что и она рядом с Гьорфом не задержится, поэтому и говорила так прямо и искренне. Она точно что-то знала.

– Я уже говорил тебе двадцать лет назад и повторю сейчас – я не выбрал бы тебя Ларила, даже если бы других девушек на свете не осталось. Я оказал милость, оставил тебя в замке, а ты шпионила и изгоняла моих невест.

– Ты не выбрал бы, потому что горы не приняли меня. Если горы кого-то примут, то эту девушку примешь и ты. А у тебя сердца не существует вовсе. – Лара бросила обвинения Хранителю в лицо и отшатнулась, когда он шагнул вперёд и стал словно больше ростом.

– Не забывайся, женщина! – В комнате запахло грозой, а по стенам поползли серо-синие тени.

А Ина вдруг поймала себя на мысли, что вовсе не боится Гьорфа. Она почувствовала, что Гьорф никогда не причинит ей боль, просто не сможет. Она не знала, была ли у Лары надежда, давал ли Хранитель когда-то ей надежду, что она так неловко цепляется за собственные иллюзии, но сама видела перед собой совсем другое лицо, радостное и улыбающееся, на которое падает тень от большой широкополой шляпы.

– Ты не найдёшь их, не через меня. – Она всё-таки отступила назад и упёрлась рукой в стену.

– Кого их?

Лара поняла, что проговорилась и прикусила губу, но Гьорф нависал над ней, и она нехотя ответила:

– Тех кто разговаривал со мной. Я не видела их лиц и не знаю, где они живут. – А Ина сразу вспомнила тех людей, что ей угрожали в алых плащах. Но они то лиц не скрывали вовсе.

– Что им надо?

– Откуда мне знать, – Лара пожала плечами, но Ина чувствовала – та что-то скрывает, что-то очень важное.

Какой-то кусочек мозаики не складывался и она не знала какой. Гьорф долго и молча смотрел на Лару, потом встал.

– Пойдём, – и кивнул Ине.

Глава 10

Они вернулись в рощу, молча. Гьорф всё ещё кипел и никак не мог успокоиться. Возле речки он остановился и присел на камень, а потом поманил и Ину за собой.

– Садись сюда, – и похлопал по камню рядом с собой.

Ина подошла и опустилась рядом, потому что его «садись» не звучало приказом, а в голосе слышалась усталость.

– Что думаешь? – Он повернулся к ней.

– Не знаю, – Ина пожала плечами. – Но те люди, что приходили ко мне и потом ждали меня у тебя, они не скрывали лиц.

– Я их знаю, – кивнул Гьорф. – Это старейшины. По крайней мере двое из них, Фларт и Скарлин. Но не думаю, что это их рук дело. Хотя вообще странно, что вы не знаете в лицо своих старейшин.

– Я знаю, – возразила Ина, – и это никак не могут быть они. Господин Фларт полный низенький и лысый мужчина, ровесник моему отцу, а господин Скарлин вообще седой старичок, он и из дома то выходит только на собрания раз в месяц, наверное.

– То есть как это?! – Гьорф вскочил.

– Ну так, – Ина пожала плечами. – Я думала, ты их знаешь.

– Ну да. Последние несколько лет они под видом старейшин привозили мне невест. Правда вели себя донельзя вызывающе. Выходит, эти неизвестные люди столько лет меня дурачили. – Гьорф сжал кулаки. Чувствовать себя дураком, наверное, втройне неприятно. – И ведь ни одна служанка не сказала, что это не старейшины!

– Может быть, они просто не знали, – Ина тоже встала и осторожно подошла к Хранителю. Ей было почему то не страшно, а больно видеть его такого, его слабость. Сможет ли она уйти, когда месяц кончится? Она и сама этого не знала. – Не все знают старейшин в лицо. Собрания не так часто устраиваются, а и когда устраиваются, не всегда старейшины собираются все вместе. Мой отец просто дружил с Флартом, поэтому я знаю его в лицо.

И Ина робко дотронулась до руки Гьорфа. Ей безумно захотелось его поддержать. Гьорф вдруг опустил глаза на неё, резко выдохнул и…прижал её к себе, положив руку на голову. А потом так же резко отстранился.

– Прости… Я не должен был, – Он отвернулся и отошёл.

А Ина стояла, прижимая руки к раскрасневшимся щекам. Сердце отчаянно билось. Что… что это только что было? Почему Хранитель стал ей так дорог за эти дни? Может быть, это какое-то волшебство?

Несколько минут они молчали, только слышно было, как журчит речка, огибая травянистые берега. Наконец, Хранитель повернулся к ней:

– Пошли, – голос звучал хрипло и надтреснуто, как будто ему больно. Но Ина не стала его ни о чём спрашивать. Она и сама не знала, что с ней происходит. – Нам больше нечего здесь делать. Не знаю, кто они, но Лара, скорее всего и не догадывается, что лже-старейшины и те, кто приходил к ней, одни и те же люди. Я попробую зайти с другой стороны.

– С какой? – Интересно, что он задумал? Ина с радостью отвлеклась от странно волнующих мыслей. Ей не хотелось думать о том, кем для неё вдруг так неожиданно стал Гьорф и почему он ей так дорог.

– Мне для этого понадобишься ты. – Честно сказал Хранитель. Что он имеет в виду? Ина посмотрела на него, но Гьорф отвернулся. – Я расскажу тебе попозже, когда решу точно, но только если ты согласишься.

Ну попозже так попозже. Ей хоть и было интересно, но не настолько, чтобы начать расспрашивать Гьорфа и выпытывать у него, что он задумал. Она доверяла ему, а доверие предполагает веру.

Домой они вернулись быстро и молча. Ина переоделась в те из вещей, что удалось отстирать и осталась разбирать остальные. Ей было жалко до боли эти платья, а ещё жальче те моменты счастья, которые казалось безвозвратно ушли. Ей было так радостно на празднике и когда они ходили с Гьорфом по магазинам. И…

Она вдруг всхлипнула и расплакалась. Все эти дни она держалась, а сейчас вот почему то внезапно накатила слабость. И казалось бы ей что такого. Пройдёт месяц, и они уедут из долины и она никогда не вспомнит об этих днях, вычеркнет их из жизни. А если Гьорф обещал, то он обязательно поможет. И они с мамой и Альбой уедут далеко отсюда, далеко от…него. И в то же время она не хотела никуда уезжать, не хотела бросать его одного. Он стал ей хорошим другом. Да и другом ли?

А она? Кем она была для него? Ина вспомнила сегодняшнюю сцену на реке и снова невольно покраснела.

Такой её и застал Хранитель – заплаканную, сидящую в куче разорванных и испачканных вещей.

– Ина, что случилось? – Он шагнул к ней. И её имя в его устах прозвучало музыкой.

– Ничего, – обернулась она. – Я просто немного устала. И смутилась.

– Хочешь, я помогу разобрать? – Подошёл и присел рядом. И сразу стало легче. Это была поддержка, которой так не хватало.

Они откладывали вещи. Совсем испорченные – в одну кучу, чтобы выкинуть, а те, что можно отстирать или отмыть – в другую. Хранитель Гор рядом на коленях был таким обычным и таким близким, что Ине казалось она знает его уже много лет.

А ещё пара книг, которые она всё-таки купила, оказались окончательно испорчены и она снова едва не расплакалась, увидев изрезанные страницы и пятна грязи на обложках.

– Боюсь, их уже не спасти, – Она подняла глаза на Хранителя, но он был абсолютно серьёзен и даже не думал смеяться.

– Да. Жалко, – кивнула она.

– Но у меня есть почти такие же в библиотеке.

– Это замечательно, – она радостно вскочила. – А Лара говорила, что ты совсем не читаешь книг, что тебе некогда. – Сказал Ина и тут же зажала себе рот рукой. Ну вот, говорила же она, что больше не будет вспоминать о этой женщине и тут же невольно нарушила собственное слово.

– А какую гадость она тебе ещё говорила? – Гьорф посмотрел на неё, и снова его такой странный и завораживающий взгляд. – Я люблю читать, очень. Просто иногда в замке делать больше нечего, особенно когда идёт дождь. – Голос звучал мягко, но Ина всё равно чувствовала боль. – Если хочешь, я познакомлю тебя со всеми моими друзьями, – Она удивлённо приподняла бровь, но Гьорф продолжил. Теперь голос звучал глухо. – Все они – книги и всем им можно доверять.

Только им, наверное, хотел добавить он, но смолчал.

– Познакомь. А лучше почитай вслух, – Она же видела, что ему хочется поделиться, но он боялся, что его не поймут. А Ина поняла. Она сама любила читать, особенно после смерти отца. Читала, чтобы забыть и забыться, а ещё чтобы найти утешение и поддержку. И её так же никто не понимал. Как странно, она шла сюда, в горы, бежала от страха, а нашла то, на что вовсе не рассчитывала.

– Обязательно почитаю. Давай после ужина. Перед сном. А то мне иногда тоскливо читать в одиночестве.

Ина только кивнула. А потом вспомнила ещё то, что говорила Лара. Она давно хотела спросить.

– Гьорф, – он обернулся на своё имя. – Лара говорила ещё про какой-то обет.

Он промолчал. Она даже думала – не ответит. Но потом всё-таки заговорил.

– Ничего такого. Горы просто строго следят за тем, чтобы я общался только со своими невестами. Ну как следят, – он тепло улыбнулся. – на самом деле верность будущей жене – это один из обетов, которые дают Хранители.

Он хотел сказать что-то ещё, но промолчал. А Ина снова почувствовала, как сильно хотела бы ему помочь. Но ему не нужна её жалость. Она ясно это помнила.

Вещи они разобрали быстро, но тёплое чувство осталось. И согревало её весь оставшийся день. А вечером она зашла за Гьорфом. Он ведь обещал почитать. Хотя она уже тридцать раз устыдилась этого. Ну в самом деле, что за ребячество? Они ведь уже взрослые люди.

Но в комнате Хранителя не было. Может быть, он в библиотеке? Ина запомнила дорогу. Библиотека находилась не так уж и далеко – пара поворотов всего лишь. Открыла дверь и застыла.

Гьорф спал в кресле. Открытая книга лежала на столе. Она подошла к нему. Хранитель выглядел таким усталым. Волосы растрепались и спадали прядями на глаза. А морщины избороздили лицо, как трещины – скальную породу. Какой он красивый! И вовсе не страшный.

Ина подошла к нему и осторожно дотронулась до его лица, убрала пряди волос. Пусть спит. Он, наверное, сильно устал за последние дни. А она посидит рядом, почитает, посторожит его сон. Она устроилась в соседнем кресле, залезла с ногами, взяла книгу и погрузилась в чарующий сказочный мир.

Гьорф

Он проснулся и не сразу понял, где он и что делает. Кажется, он уснул в библиотеке, за книгой. Хотел зайти за Иной и не успел. Сон сморил его раньше. Прислушался к себе. Горы молчали. Он уже не слышит их. Если так пойдёт дальше, то он действительно, пожалуй, никудышный Хранитель. Но, увы, его служба закончится только с его смертью.

Он повернулся и увидел Ину. Она спала в кресле, свернувшись клубочком. Не дождалась его или решила не будить? Такая смешная и нежная. Тёплое чувство затопило его. Гьорф сам не понял, как оказался рядом, погладил по волосам. Он не должен был этого делать, как и утром у ручья. Ведь она никогда не хотела быть его невестой и не скрывала этого. И всё же он не мог удержаться.

Кто знал, что она станет ему дорога, настолько, что отпустить её станет почти невозможным. Он чувствовал это, знал ещё давно. Тогда, когда увидел в первый раз. Такую испуганную и неловкую. Как потом испугался, узнав, что она ушла в горы. Стал резким, резче чем обычно. А она не оттолкнула его, поняла. С ней он забыл, что такое одиночество, стал другим.

И вот… Сколько им ещё осталось? А самое главное, если он отпустит её, часть души всё равно останется с ней. Удастся ли ей с родными спрятаться, получится ли у них? Как она будет жить? Такие вопросы, ответы на которые он никогда не получит, если отпустит её. А если не отпустит – сам себя не простит.

Он встал, посмотрел на часы. Время было совсем позднее – уже далеко за полночь. Ей, наверное, неудобно так спать. Надо отнести её в спальню. И он отнесёт.

Гьорф осторожно взял её на руки, как самую величайшую драгоценность, как сокровище, его сокровище. Ина даже не проснулась, только вздохнула. Устала, наверное. Был бы он обычным человеком, не Хранителем, увёз бы её в спокойное место. Туда, где никакие сплетни, никакая ненависть не достанет их, туда, где безопасно и нет тварей. Но, увы, он не может.

Он положил её на кровать, в комнату и укрыл одеялом.

– Спи, родная.

Месяц скоро кончится, и он отпустит её, чего бы ему это не стоило. А потом доблестно встретит свою смерть, лицом к лицу. Потому что горы ему так просто этого не простят. Того, что он упустил единственный шанс. Лара ведь не зря говорила, что у него нет сердца. У него его и не было все эти годы. Ни одна девушка не тронула его. Он видел их. Да, сам виноват, не знал, что Лара издевается над невестами, не знал, что она не даёт им ни единого шанса. Но и он ведь не чувствовал совсем ничего.

Видел их как на ладони. Может быть, благодаря горам и видел. Кто-то хотел власти и могущества, кто-то – чтобы его боялись, кто-то мечтал о богатстве и роскоши, а кто-то – управлять слугами и чувствовать себя хозяйкой в замке. Ни одна не пришла к нему с чистым сердцем. Только Ина. Но вот ведь незадача – она и вовсе не хотела здесь жить.

И это было так странно и так тяжело. Гьорф потушил свечу на столике и тихо вышел из комнаты. Он не хочет, чтобы она его жалела. Жалость – это не любовь. Жалость делает слабее, она вынуждает и заставляет. Ему не нужна её жалость.

Он грустно усмехнулся и направился к себе. Несколько шагов по коридору. Когда вдруг почуял тварь, совсем близко. Мгновенье – и снова ничего нет. Как странно. Горы играют с ним? Или это не горы, кто-то другой прячет следы?

Ночь – время преступников и злодеев, тех, у кого не чисто на совести. И сейчас он с эти разберётся. Он сжал губы, прислушался и шагнул налево. Потом вниз. Ноги сами понесли его туда. А он отдался чутью. Оно было не ясное. Он не слышал и не видел злую, чужеродную силу, но знал, что она где-то рядом.

По лестнице он спускался тихо, так чтобы ни одна ступенька не скрипнула. Потом повернул направо, к комнатам прислуги. Так тихо. Весь замок спит. Только его шаги звучат в темноте, а ещё что-то неведомое, чуждое. И к нему Гьорф шёл.

Поворот, коридор и там в тупике, на той стороне он что-то почувствовал. Уже яснее. Шагнул вперёд и остановился перед дверью. Дотронулся рукой и вошёл. Перед ним была одна из старых комнат для прислуги. Здесь давно уже никто не жил. На подоконнике толстым слоем лежала пыль, мебель была укрыта чехлами, а на полу стояли клетки. Он насчитал четыре штуки. В клетках бесновались твари. Только две. Остальные две клетки были пустыми.

А рядом с тварями на корточках сидел мужчина. Гьорф подошёл ближе. Мужчина услышал его, испуганно вздрогнул и выпрямился. И Хранитель узнал своего конюха. Предательство болью резануло по сердцу. Он шагнул вперёд, сжав руки в кулаки. Яркое синее пламя разгоралось в руках. Запахло сыростью, как после дождя в горах.

Да это и были горы. Это их сила. Они всё ещё приходили на помощь.

– Кому ты служишь? Отвечай! – Он смотрел не отрываясь на конюха. Тот весь съёжился, но молчал.

Глава 11

Ина

Она проснулась ночью и сама не могла сказать, что её разбудило. Какое-то странное чувство, словно тревога где-то в глубине души. Резко села на кровати и осмотрелась. Она помнила, как пришла в библиотеку, увидела спящего Гьорфа. Села в кресло в надежде почитать и всё, воспоминания обрывались.

Наверное, она заснула, а Хранитель отнёс её в комнату. Больше ничем это нельзя объяснить. Подумав об этом, Ина почувствовала, как горят пожаром щёки. Хотела повернуться на другой бок и заснуть, но всё-таки что-то было не так. Какое-то странное ощущение. Пришла мысль, что может быть так Гьорф чувствовал горы.

Она накинула шаль на плечи, вставила ноги в туфельки и вышла в коридор. Странное чувство звало её куда-то вниз. Надо бы по идее зайти за Гьорфом, но она отмахнулась от этого чувства, почему то точно зная, что ей нужно вниз.

Она осторожно кралась сначала по коридору, потом вниз по лестнице, повинуясь странному, внезапно появившемуся чутью. Свернула в то крыло, где никогда ни была и вдруг услышала голоса. И один из них абсолютно точно принадлежал Гьорфу.

И чем ближе она подходила, тем яснее слышала:

– Я не знаю, честное слово… – голос говорившего был ей смутно знаком. И кажется слышала она его в замке. Слуга? – Они всегда в масках были. Запугали меня, застращали, жуть просто. А главное мою жену напугали. Сказали, что убьют и её и детей. Пощадите! Я больше ничего не знаю.

И столько в этом голосе было страха, что Ина испугалась. Может Гьорф совершить то, с чем потом ему невыносимо будет жить? Может быть, она здесь ради этого?

Ина вбежала в комнату и сразу увидела Хранителя. Он стоял над испуганным и сжавшимся в комок человеком, по рукам его ползло синее пламя, а в клетках бесновались твари.

Он же сейчас его убьёт.

– Гьорф, не надо! – Она кинулась к Хранителю и сделала то, что, наверное, давно хотела, но не решалась – обняла его.

– Ина! – Он выглядел изумлённым, но пламя погасло. –Почему ты пришла?

– Меня что-то разбудило, я бросилась сюда. – Зачастила она, – Потом увидела тебя и испугалась, что ты…

Она не договорила фразу, но Гьорф понял и нахмурился.

– Не бойся! Я думал ты знаешь, что я не такое чудовище, каким меня сейчас рисуют в долине. – Прозвучало тоскливо, как обвинение.

– Прости, мне показалось, – кротко ответила Ина.

– Пойдём отсюда.

Они вышли и Гьорф приложил ладонь к двери.

– Теперь он не выйдет оттуда, пока я не захочу.

– Что ты собираешься с ним делать?

– Уволю.

– И всё? – Ина удивлённо посмотрела на него.

Гьорф вздохнул:

– Он ничего не знает и его так же заставили шантажом и хитростью. – Они поднялись по лестнице. Ина зябко куталась в шаль. Волнение схлынуло и осталась только слабость. – Ина! – Она обернулась к нему. Гьорф стоял и пристально смотрел на неё. Она не видела его взгляда в полутьме коридора, но знала, чувствовала, что он проникает прямо в душу. – Не бойся. Без суда и следствия я не причиню вреда никому, кроме тварей. – Ина поверила ему тут же. – А теперь расскажи мне, как ты меня нашла.

Ина рассказала, как проснулась ночью и как её что-то вело. Гьорф хмурился, но молчал.

– Странно. Никогда о таком не слышал. Но, наверное, что-то в этом есть. Пойдём, провожу тебя в комнату.

– Пойдём, – Ина только кивнула. Спать захотелось жутко. – А это предположение, ну про мою силу, никак не проверить? – Спросила тихо, пока они шли.

– Боюсь, что нет. Но я думаю в этом нет ничего плохого.

– Ты что-то надумал?

– Пока нет, – Гьорф покачал головой. – Я просто уверен, что уволю Джарефа, а твари всё равно будут появляться в замке, потому что не мог он сам ни поймать их, ни приманить, ни заставить служить.

– Но кто это тогда может быть? Кто эти люди? Почему у них получилось попасть в горы незамеченными? – Это те вопросы, ответы на которые мучали её всё это время.

– Не знаю, но попытаюсь узнать. Должны же у них быть какие-то цели.

Ина только кивнула, а про себя подумала, что кто бы это не был, кажется его цели ей известны – ослабить Хранителя. Зачем – пока непонятно, но, кажется, за Гьорфа они взялись всерьёз.

Он отвел её до комнаты.

– Спокойной ночи, наконец то, – Хранитель смотрел на неё и Ина невольно вспомнила, как обняла его сегодня сама. Да что с ней такое творится? Он уже развернулся, чтобы уйти, когда вдруг что-то вспомнил. – Ина, прошу тебя, если ты вдруг снова что-то почувствуешь, зайди сначала ко мне в комнату. В замке, тем более ночью, может быть опасно.

И он так проникновенно посмотрел на неё, что она не нашлась с ответом, выдавив только:

– Да…

И когда он уже ушёл, прошептала в спину:

– Спокойных тебе снов, Гьорф.

Ей показалось, или он услышал и улыбнулся? Ну и ладно!

Следующие несколько дней были обманчиво тихими. Гьорф сам лично проводил конюха на выход и проследил за тем, чтобы горы больше не впустили его. Как он это делал, Ина не понимала, но чувствовала, что всё идёт так как нужно, пока.

Каждый день они с Хранителем гуляли по горам.

– Горы приняли меня? – Спросила она больше для утверждения.

– Приняли, ещё в тот раз.

– А что это значит?

– Я точно не могу сказать, в моей жизни такого ещё не было, – он улыбнулся растерянно. – Не все Хранители оставляли свои мемуары. Точнее таких было очень мало, а книг про взаимодействие чужих людей с горами ещё меньше.

Гьорф замолчал, а Ина бы даже под пытками не призналась, что слово «чужих» так царапнуло сердце. Хотя вроде бы они действительно чужие друг другу. Ну почти.

Но горы были действительно красивы, а ещё они перестали быть страшными скалистыми громадами. Наоборот казались тёплыми, мягкими и живыми. Ина чувствовала их как друга, а ещё возможно, начала больше понимать Гьорфа. А он иногда во время прогулки подолгу зависал над каким-нибудь цветком или камнем. Останавливался, задумчиво трогал ладонью, разглядывал что-то, ведомое только ему. Ина терпеливо ждала. Потому что она понимала – это всё для него важно.

А иногда и просила объяснить, что он там нашёл. Например, ручей. Этот вопрос мучил её уже очень давно.

– Гьорф, – он медленно повернулся и Ина снова замолчала на несколько мгновений, впитывая в себя его взгляд. – А тот ручей, возле которого я была – что это за место?

– Горы могут погубить чужака, – он нахмурился, – даже без моего ведома. В них таится сила большая, чем та, что доступна мне. Я не знаю, что они такое. Знаю, что существуют со стародавних времён, чтобы держать заслон между миром и Потустороньем. Но это ты, наверное, знаешь и без меня. И в горах есть места, куда особенно опасно забредать чужаку. Даже я не смогу спасти человека, которого горы приведут к ручью.

– Что там? – Ине стало совсем немного, но не по себе. Хорошо, что она всё-таки обо всём этом не знала. А то никогда бы точно не согласилась приехать сюда. И не узнала бы Гьорфа. А стоило ли оно того? Она не могла сейчас ответить на этот вопрос даже самой себе.

– Это – ручей забвения. Испивший из него – забывает свою прошлую жизнь, кто он и где он и, как правило, остаётся в горах навсегда, становится лёгкой добычей для тварей.

Ина вздрогнула. Она чудом избежала такой участи.

– А сколько… – она сглотнула, голос вдруг задрожал, – сколько людей вот так вот пропали?

– Я не знаю, – Хранитель пожал плечами. – Раньше, если какой-то смельчак рисковал отправиться в горы, ко мне приходили из долины с просьбой его найти. И я помогал. Но уже давно никто ни о чём не просил меня.

А Ина вдруг вспомнила услышанный разговор о пропавшей невесте и стало совсем не по себе. И даже прогуливаться в горах снова расхотелось.

А через пару дней пришлось прекратить прогулки – зарядил сильный дождь.

– Я хотел предложить тебе посидеть в библиотеке, – после завтрака вместо прогулки попросил Хранитель.

Ина согласно кивнула, чувствуя, что разговор пойдёт не только о книгах. И хотя преступники затаились, у неё была чёткая уверенность, что всё ещё впереди, это только затишье перед бурей.

В библиотеке Гьорф первым делом закрыл окна и двери, а потом только повернулся к ней.

– Ина, я хотел поговорить.

– Да, – кивнула она, – говори, – А в груди разгоралось нехорошее предчувствие.

– Помнишь, я упоминал о том, что у меня есть идея, как найти тех, кто нам нужен и узнать, что они хотят. – Ина опять кивнула, уже догадываясь о чём он говорит. – Есть один способ. Я… – тут он замялся, – не имею права просить тебя и ты можешь отказаться. Но можно попробовать выманить их, если я перестану охранять тебя.

– То есть использовать меня как наживку? – Давным давно они с отцом увлекались рыбалкой. Казалось, что ещё в прошлой жизни. И почему то вдруг перед глазами предстал их ручей перед домом и как отец насаживает жирного червяка на удочку. И такое противное ощущение…

Нет она ни в коем случае не была червяком и даже что-то такое предполагала, но всё равно ей было как-то не по себе.

А Хранитель словно почувствовал её настроение. Ина думала он будет уговаривать её, но он молчал, долго. Так что ей уже показалось, что так и не заговорит, когда он наконец ответил:

– Прости меня, я не должен был это предлагать, и я не имею права рисковать тобой. Меньше всего, точнее, я хочу этого, ведь я обещал тебе защиту, – Он потупился, а потом вдруг шагнул к ней. Ина подняла глаза на него и потерялась. Он смотрел виновато и с такой странной болью, что она видела, нет даже чувствовала, что он боится за неё. Она не могла выразить это словами, но поверила одному взгляду. Как всё сложно!

Дотронулась до его руки.

– Гьорф, не кори себя. Не надо. Если это может помочь, я согласна. – Она хотела отказаться, но не смогла. Понимая, что если с ней что-то случиться, Хранитель поднимет горы и найдёт её, достанет из-под земли. И не простит себя. И от этого было больно, потому что месяц уже на исходе, а она никак не могла понять, что ей делать.

– Благодарю тебя, – он шагнул к ней. Хотел обнять, но только робко дотронулся до её руки.

Решили привести план в исполнение, не откладывая. Потому что ниточки, что вели к лже-старейшинам, обрывались. И никак не складывалась цельная картина. Чего-то не хватало. Но, в любом случае, они уже знают, что Хранитель выгнал конюха и Лару. Скоро игра пойдёт в открытую. А они ещё понятия не имеют, что этим людям нужно.

Вечером в библиотеке, Гьорф как всегда закрыл двери и ставни, прислушался, а потом предложил.

– Давай попробуем. Я буду всегда рядом, что бы ни произошло. Я, правда, думаю, что ночью они больше нападать не будут и не в замке, по крайней мере не сейчас, когда лишились своего главного помощника и пойманных тварей.

– А где тогда? – Неужели Хранитель отправит её одну в горы? Нет, конечно, она могла бы попробовать, но Ине было всё равно страшно.

– На прогулке, думаю. – Подтвердил её опасения Гьорф, но тут же заметил её настроение, – Если ты не хочешь, я не буду тебя заставлять.

А Ина вдруг ясно вспомнила растёрзанное тело отца, усталую и печальную маму, маленькую Альбу и всю, такую спокойную жизнь в долине. Они должны и дальше жить спокойно. И даже то, что что люди ненавидят Хранителя, потому что их заставили это делать, не явится оправданием её бездействия.

– Я согласна, – ответила она ему и снова в его глазах мелькнуло что-то такое неуловимое, что ей стало жарко.

– Тогда я думаю можно попробовать через пару дней. Скорее всего, раньше они не соберутся. Я сделаю вид, что уехал в долину по делам, а ты отправишься на прогулку.

– Хорошо, – всё вроде бы выглядело идеально, но Ине было тревожно. Она не боялась, нет. Скорее какое-то предчувствие, будто они что-то не учли. В конце концов, надежда только на то, что лже-старейшины думают, будто Хранитель до сих пор ни о чём не подозревает.

– Ина, – она посмотрела на Гьорфа. – Не бойся. Я обещал, что буду защищать тебя и защищу, чего бы мне это не стоило.

Он смотрел серьёзно и взгляд проникал прямо в душу. Ина посмотрела в его глаза и потерялась. Хотелось сказать, что она уже не боится и верит ему. Но… Она сама не знала, чего хочет. И казалось, что если она сейчас шагнёт ему навстречу, то пути назад уже не будет. А она… Она хотела свободы. Ей нравился Хранитель, она радовалась его дружбе, но…

Она встала, хотела убежать и остановилась. Почему она от него бегает? Она не готова быть его женой, но ведь месяц ещё не прошёл, а Гьорф сказал, что отпустит её. Неужели же она не может быть ему пока просто другом.

– Хочешь, я почитаю тебе? – Предложила, чтобы занять неловкую паузу.

– Почитай, – Хранитель повернулся к ней. Он не обижался. Она шагнула к шкафу с книгами, а потом вдруг обернулась. Он смотрел на неё с такой тоской в глазах, что Ина словно наяву почувствовала его боль.

Сделала несколько неловких шагов, спряталась за книжным шкафом и уткнулась пылающим лицом в такие родные корешки. Она была уверена, что Гьорф поймёт. Почитать ему любимые легенды и увидеть, как меняется его настроение.

Она правела пальцем по корешкам, вытащила одну из книг и вернулась к Хранителю. Он ждал её и на лицо вернулась привычная улыбка.

– Легенды северного края, – кивнула она на книгу. – Ты не против?

– Читай, – вместо ответа кивнул он.

– Однажды в сумрачном краю зажглась звезда… – Начала Ина. И сама не заметила, как увлеклась, а Хранитель встал и оказался за её спиной. Заглядывал ей через плечо и Ина чувствовала, как голос прерывался. Она не знала, что будет дальше, но сидеть вот так вдвоём и читать эту легенду было бесценным даром, нужным им обоим.

Глава 12

Пару дней она жила, как на иголках, но старалась скрывать своё настроение от Гьорфа. Потому что глядя на её лицо, он невольно хмурился. А Ине почему-то было до безумия больно видеть тоску и усталость в его глазах. И она молчала. У них всё обязательно получится.

Они надеялись спровоцировать их таинственного злодея (или злодеев) выпустить тварей. А эти создания не могли сами поступать так, как нужно было их хозяину. Поэтому он определённо будет где-то поблизости, хотя бы для того, чтобы посмотреть, как удастся его замысел. А Хранитель сможет его почувствовать. Она была в нём уверенна.

Правда Ина даже представить себе не могла, как и зачем её убивать, и вообще напускать на неё тварей. Но может быть они хотят спровоцировать Гьорфа? Вопросов было явно больше, чем ответов.

И поэтому, когда пришло время, она с тоской и страхом наблюдала, как Гьорф якобы уезжает в долину. Пусть она знала, что он всегда рядом, от этого не становилось менее страшно. Но надо было делать вид, что всё так и должно быть. На счастье, в долине ярко светило солнце и прогулка хотя бы не вызывала отвращения.

Ина сжала губы, поправила шляпку и вышла за ворота. Пора. Она спокойно и неторопливо прогуливалась по тропинке, любуясь горами. Они условились с Гьорфом, что она не будет уходить очень далеко от замка, иначе он может не почувствовать её. По крайней мере он не хотел рисковать.

Интересно, а где он? Она сделала вид, что любуется окрестностями. А горы и правда вызывали восхищение. Может быть, Хранитель прячется вон затем обломком скалы? Она была просто уверена, что горы могут спрятать своего хозяина так, чтобы никто не нашёл.

Она прогуливалась уже с полчаса и даже немного заскучала. Может быть, они с Гьорфом ошиблись и никто не собирается нападать на неё? Ина уже повернула назад. На солнце было жарко, да и в конце концов никто не заставляет её гулять здесь целый день. Это будет выглядеть слишком подозрительно. А в замке, как она уже поняла, у лже-старейшин есть глаза и уши. И, пожалуй, ничего кроме как уволить всех слуг разом, они сделать не могут. Но не факт, что и это поможет.

Ина сделала уже несколько шагов по тропинке к замку, когда не услышала, а скорее почувствовала, как тогда, ночью, напряжение. Словно натянутая струна зазвенела в воздухе, на грани слуха. Она не успела ещё испугаться, когда на тропинку перед ней вышли твари. И не одна, а целых три. Огромные, больше, чем те, которых она видела. Иссине-чёрные, из открытых пастей с острых клыков капала на землю слюна.

От страха перехватило дыхание. А вдруг Гьорф не успеет? Ина попятилась назад. Кажется, где-то, чуть позади неё, должен быть большой камень. Может быть, если она на него залезет, это отсрочит на какое-то время нападение тварей. Она продолжала отступать, уже не думая о Гьорфе. Наверное, он просто не успел. Все мысли сосредоточились на том, как ей выжить. Твари наступали на неё. Нагнись она взять палку или камень и всё, жизнь её была бы кончена.

Ина не знала, сколько продолжалось её отступление. Наверное, несколько минут, хотя ей показалось, что целую жизнь. Когда она уловила краем глаза какое-то движение. Мгновенье и перед ней вырос Гьорф. Запыхавшийся, с растрёпанными волосами.

– Прости, – шепнул он, едва выровняв дыхание. А у неё словно гора с плеч упала. Он защитит её.

Твари зарычали, а в руках у Хранителя разгорелось синее пламя. Ина шагнула чуть назад, чтобы не мешать Гьорфу. А вот и камень кстати подвернулся. Она взобралась на него. Как ни хотелось ей помочь Хранителю, но она понимала, что сейчас только помешать может.

Когда твари кинулись на Гьорфа, она закусила губу до боли. И поняла прямо сейчас, в этот момент, что если с ним что-то случится, она не сможет жить. Это будет просто невозможно – жить дальше без него.

С двумя тварями Гьорф разделался легко, хотя Ине уже тогда показалось, что свет в руках стал каким-то более тусклым что ли. А вот третья прыгнула на него и сбила с ног. И Ина чётко увидела, что света в его руках больше не было. Он теряет силу? Из-за неё? Но сейчас это всё было абсолютно неважно. Ина с ужасом наблюдала, как тварь повалила Гьорфа и начала рвать его когтями, как на рубашке появились кровавые пятна.

Несколько долгих мгновений она смотрела на это, словно заколдованная, а потом спрыгнула на землю, схватила огромный камень (и откуда только силы взялись?), бросилась к катающимся по земле Хранителю и твари и обрушила изо всех своих сил камень на голову твари.

Конечно, она даже не оглушила её. Но тварь на мгновенье отвлеклась. И этого хватило, чтобы Гьорф вскочил на ноги, достал кинжал и одним махом всадил в неё.

Неужели всё? Ина с ужасом смотрела на тела тварей, без движения лежащие на земле и на Хранителя. По его рубашке расползалось красное пятно. Сначала маленькое, оно становилось всё больше и больше. И она, как зачарованная смотрела на это, не в силах осознать. Если он сейчас умрёт, это ведь из-за неё. Она не хотела верить в это. Но Гьорф пошатнулся и Ина бросилась к нему. Боже! Она вдруг в один миг осознала, что без него ей не нужна будет жизнь. Она просто будет бессмысленной.

Всё вроде бы останется таким же и в то же время – трава не будет такой зелёной, а цветы – такими яркими. А самое главное – оно всё не будет иметь смысла, потому что она любит Гьорфа. Это осознание пришло за мгновенье и выбило почву из-под ног.

– Гьорф! – Ина бросилась к нему.

– Всё хорошо, – улыбнулся он через силу. Но Ина видела, как ему больно. – Меня и раньше драли твари. Ничего страшного.

Он говорил и сам не верил. И она видела это. Конечно, они не нашли, кто стоял за тварями. Тут бы выжить.

– Чем я могу помочь? – Она говорила отрывисто, а у самой слёзы в глазах застыли. Хотелось разрыдаться. Боже!

– Помоги мне сесть, – Она подала ему руку, довела до камня, усадила. Гьорф с трудом стащил с себя рубашку и Ина чуть не упала в обморок, увидев длинные полосы от когтей, что исполосовали всю грудь, не оставив живого места. – Я не хочу пугать тебя, – он покачал головой. – Но действительно сейчас ничего страшного. Рано или поздно пройдёт.

– А ты не можешь исцелить сам себя? – Она вспомнила, как он вылечил её ногу. Казалось, это было так давно. Словно не месяц прошёл, а гораздо, гораздо больше.

– Нет, – он покачал головой. – Не сейчас. У меня нет силы.

Он поднял руки и Ина видела, как напряглись мышцы, но ничего не происходило. Если в руках должно было появиться пламя, то оно не появилось.

– Почему? – Она знала ответ, догадывалась и не хотела верить.

– Ты знаешь, – сказал он просто. И от этого стало больно.

– Но я… – Она хотела сказать что-то другое, рассказать, как поняла, что без него жизнь окажется бессмысленной, как…

Но Хранитель услышал то, что услышал. Отвернулся.

– Прости, что так вышло. Я думаю, тебе лучше уйти раньше. А лучше уехать из долины, чтобы тебя не смогли найти твари.

– А ты? – Она посмотрела на него. – Что будет с тобой?

– Ну, я думаю горы найдут себе нового Хранителя, – он говорил просто и спокойно, но Ине стало плохо от тоски, которая звучала в его голосе. И он ведь думает, что она не хочет разделить с ним эту ношу. Что она – трус.

– Я… – она собралась с духом. – Я вовсе не хочу никуда уезжать. И вообще не это хотела сказать.

– Ты понимаешь, что для тебя здесь может быть опасно? – Гьорф посмотрел на неё, в упор. Глаза в глаза. И снова она потерялась в них, потонула, как в горных озёрах.

– Понимаю, – ответила она твёрдо, – но не хочу никуда убегать.

– Ина, – его глухой голос заставил сердце забиться чаще. – Ты останешься со мной? Ты станешь моей женой? Я ведь люблю тебя, люблю с того момента, как увидел.

– Да, – кивнула она. Пусть сейчас не время было и не место для признания, но она не могла иначе. Гьорф стал смыслом её жизни. И жизнь без него не была бы жизнью. Она подошла к нему. Ближе, ещё ближе. – Я тоже люблю тебя.

И робко дотронулась до его плеча. Боже. Ему же больно. Надо чем-то смазать раны, надо…

– Тихо, мне не больно, – Она вдруг поняла, что сказал предыдущую фразу вслух. – Я – счастлив.

Ина боялась дотронуться до него, чтобы ему не стало больно. И всё же, так хотелось сказать, что она рядом, что она действительно его любит. Зашла за спину и обняла его сзади, за шею, уткнулась носом в его волосы, вдыхая запах горной свежести и почему-то костра. Они вместе. Здесь. И уже ничего не страшно. С ней он станет сильнее.

– Ина, посмотри на меня, – Гьорф вдруг расцепил её руки и прижал к губам. – Я уже говорил, что не хочу твоей жалости, – его голос дрожал. И столько в нём было нежности и страсти и боли, что Ина не выдержала, дотронулась губами до его лица и вздохнула.

– Это не жалость.

Гьорф резко выдохнул, прижал её к себе и так они сидели несколько минут, стараясь даже не дышать. Ина всё думала – вдруг ему больно, вдруг она сейчас ненароком дотронется до ран. Кстати, они ведь так и не зажили, а они сидят тут…

Она отскочила от него.

– Гьорф, твои раны… – Начала она.

– Смотри, – ответил он улыбаясь.

Ина посмотрела, куда он указал и ахнула – вместо ран остались одни шрамы. Кровь больше не сочилась.

– А потом и шрамы затянутся, – он тепло посмотрел на неё.

– Но почему? – Неужели из-за того, что она, что они…

Ина смутилась и покраснела.

– Ты знаешь ответ, – мягко подтвердил её подозрения Хранитель.

– К тебе возвращается сила? Но почему же ты мне сразу не сказал об этом?

– Зачем? Чтобы ты дала мне ответ из жалости.

А Ина содрогнулась. Она знала, что всё плохо, но не до такой степени. Хотя нет, наверное, надо было осознать, что она действительно может потерять Гьорфа. Не так, что он по-прежнему будет жить хорошо где-то у себя в замке, а она с мамой и Альбой – где-то в другом месте, а потерять насовсем, так чтобы больше никогда не увидеть в этом мире. И если бы она этого не осознала, она могла бы ответить ему только жалостью. А жалеть кого-то – это значит убивать.

– Получается, что мы так и не нашли лже-старейшин, – Ина первой нарушила молчание. Ей не хотелось думать о том, что она могла навсегда потерять Гьорфа. И виной бы этому была она сама, её собственная глупость. Поэтому проще было говорить о чём угодно.

– Получается, – кивнул Хранитель. Но его это почему-то совсем не беспокоило. Он выглядел таким безмятежным и смотрел на неё с такой теплотой, что у неё от радости зашлось сердце. И Ина робко улыбнулась ему в ответ.

– И что тогда нам делать? – Это «нам» прозвучало так двусмысленно…

– Ждать, – усмехнулся Гьорф. – А ещё молчать. До официального объявления того, что ты станешь моей женой, ещё неделя. Через неделю кончится месяц испытательного срока. И вот тогда они точно проявят себя во всей красе. И надо быть готовыми.

Ина кивнула в ответ, а потом её вдруг осенило:

– А я не могу тебе как-то помочь? – Поймала непонимающий взгляд Хранителя и добавила, – Ну, например, попробовать как-то научиться взаимодействовать с горами? Ведь жёны Хранителей чем-то занимаются тоже?

Она сказала и тут же смутилась. Жена. Слово звучало так непривычно.

– Я никогда не думал об этом, – через несколько секунд молчания наконец выдал Гьорф. Он выглядел ошеломлённым. – Я думаю, что жёнам Хранителей никогда бы не позволили заниматься чем-то таким опасным.

– Но я хочу уметь себя защищать! Горы ведь приняли меня. – Ина не была уверенна, что она действительно сама хочет сражаться с тварями, потому что при воспоминании о том что случилось сегодня, к горлу подкатывала тошнота, но мысль о том, что она не сможет помочь Гьорфу, когда будет нужно, сводила с ума. Упустить свой шанс и потом жалеть всю жизнь? Она не будет делать такую глупость.

– Да, это действительно нужно, – Гьорф поднялся с камня и Ина с радостью увидела, что усталость и боль исчезли с его лица. Он словно бы помолодел на несколько лет. – Вот только я никогда никого не учил и не знаю, смогу ли я.

– Я буду самой лучшей ученицей, – И Ина лукаво улыбнулась.

– Я даже не сомневаюсь. Но думаю, что оставаться рядом с ними, – Гьорф повёл рукой в сторону мёртвых тварей, – не лучший вариант. – Ина передёрнулась, стараясь не смотреть на лежащие тела. – Пойдём домой. Я думаю, что тебе нужно всё-таки отдохнуть немного, пообедать опять же.

Ина согласно кивнула, потому что только сейчас, когда страх прошёл, поняла, как сильно голодна на самом деле. А от усталости буквально подкашивались ноги.

В замок она чуть ли не вползла, удивляясь тому, что не она поддерживает раненого Гьорфа, а он её. К её радости, обед уже ждал их. Они обедали молча. Но, казалось, слова и не нужны. Им хватало взглядов. Точнее ей. Она видела, как на неё смотрел Гьорф и невольно терялась под его взглядом. Ей было неловко чувствовать, что она настолько любима. И в то же время страшно не оправдать ожиданий.

А после обеда, когда она отдохнула, совсем немного, правда, по своим меркам, Гьорф предложил ей прогуляться в горы. Она сама просила об этом и в то же время боялась, что у неё не получится. К тому же к вечеру, как назло, небо затянуло тучами. И вроде бы собирался дождь. Но… Она всё равно пошла. Потому что сидеть и ждать того, что тебя убьют и мучиться потом сожалениями о несделанном было ещё хуже.

Они специально направились по другой дороге. И как в первый раз Ина снова увидела винно-красный цветок. И ей показалось он призывно мерцает, манит её за собой.

– Сорви его! – Предложил Гьорф, улыбаясь и делая шаг вперёд.

– Зачем?

– Горы этого хотят.

– А как ты чувствуешь, чего они хотят.

– Не знаю, – Хранитель пожал плечами, – чувствую и всё. Видишь, плохой из меня учитель.

– Ничего, я скоро всё узнаю сама, – Ина улыбнулась и сорвала цветок.

Глава 13

И тут же перед глазами всё закружилось. Очень странное ощущение. В прошлый раз такого не было. Когда головокружение прошло, Ина закрутила головой, пытаясь понять, где она находится. И… Не увидела рядом с собой Гьорфа.

Сначала она даже не испугалась, не осознала. Просто задумчиво повертела в пальцах цветок и снова направилась по тропинке в горы. А потом уже пришло осознание. Что она вот сейчас одна. И Хранителя нет рядом. И где она и куда делся он – ничего не понятно. Если горы приняли её, то почему они позволяют себе так шутить над ней? Она спрашивала и не знала ответа.

Но ничего пугающего не происходило. Над головой ярко светило солнце, а по сторонам вздымались скалистые громады. Никакого движения, ничего. Ина не понимала, зачем она здесь оказалась. Может быть, горы разозлились на её просьбу обучить её, может быть предупредили, чтобы не совалась не в своё дело. Сложно сказать, гадать можно до бесконечности. Но явно пока она не поймёт, что должна сделать, назад она не вернётся.

И снова, как в первый раз, когда Лара уговорила её ступить на тропинку, она почувствовала необычное спокойствие. Улеглись все страхи. И Ина пошла вперёд. Она была уверена, что рано или поздно выйдет куда-то – снова к ручью, или, может быть, на поляну, но тропинка, казалось вела её вперёд бесконечно.

Она шла и шла. И лишь когда начала уставать, впереди показалось что-то, похожее просто на кусок скалы. Неужели тропинка привела её в тупик? Несколько минут, и вот Ина уже увидела мрачный провал пещеры. Ей туда? Может быть, это и есть тот самый провал в Потусторонье? Представила и испугалась, но потом осеклась. Всё-таки посреди бела дня да ещё и в виде пещеры… Что-то тут не сходилось. Где тогда твари, которые должны были вылезать из этой тьмы?

Страх поубавился и всё же… Ина чувствовала, что должна войти туда. Немного помедлила, но всё же шагнула. Она готовилась к полной тьме, но после пары робких шагов, в пещере стало светлеть.

Она увидела свет. Не такой как днём, иной. И он призывно мерцал впереди, словно звал её. Ина направилась туда. Вперёд. Как заколдованная. Иначе она ничем своё бесстрашие, граничащее с глупостью объяснить не могла.

Несколько шагов – и перед ней открылся большой зал. И он был освещён. Красивые камни, похожие на огромные застывшие сосульки источали неровный призрачно-бледный свет.

Ина шагнула вперёд. И ничего. Ничего не случилось. И Гьорфа рядом не оказалось и горы не спешили вернуть её на место. Ну вот она, пришла.

Она сделала ещё пару шагов, оказавшись в центре зала и осмотрелась. Ничего интересного. Просто пещера. И всё-таки что-то было не так. Она словно чувствовала напряжение, разлитое в воздухе. Горы хотели, чтобы она пришла сюда, и она пришла. Осталось только понять, зачем.

И вдруг она увидела камень. Такой простой. И в то же время что-то в нём было такое. Она сама не могла объяснить, что. Ина шагнула к нему и положила на него цветок, точно зная почему-то, что надо делать. А ещё невольно дотронулась до камня и услышала голос. Не наяву, нет. Она знала, что голос звучит у неё в голове.

– Какая хорошая девочка. И пришла сама. И не боится. Нашему Хранителю ты подойдёшь.

А Ина почему-то вспомнила слова Лары и разозлилась.

– Как вы можете решать за живых людей, кто и кому подойдёт, какие кому следует испытывать чувства? – Она тоже подумала это, то, о чём не решилась бы высказаться вслух.

– Мы не решаем, девочка, – Ей показалось или голос в её голове звучал чуть насмешливо? – Мы видим то, что происходит и можем лишь помочь или подтолкнуть. Ты молодец, ты успела в самый последний момент.

– Что это значит? – Ина кажется произнесла это вслух, леденея.

– Ты ведь догадалась уже. К чему вопросы? Если бы ты отказалась стать женой Хранителя, ещё до зимы мы бы подыскивали другого Хранителя.

– Но почему всё так? – Она попыталась передать то, что чувствовала, но не смогла, только беспомощно развела руками.

– Всё так, как должно быть. И это не нам решать, девочка. Солдаты когда поступают на службу, тоже отказываются от дома, а иногда и от семьи, посвящая себя служению.

Да. С этим она была согласна. Но Гьорф ведь не солдат не воин. У него не хватает силы.

– Хватит, – снова услышала она голос. – Но если ты будешь рядом. Вам нельзя разлучаться надолго, помни об этом.

– Хорошо, – Ина кивнула.

– Не забывай. И просто будь рядом с ним. А теперь иди.

Ина почувствовала, как её словно кто-то подталкивает в спину. Она развернулась и направилась обратно, прочь из пещеры. Несколько шагов, вот уже и выход и… она попала прямо в объятия Гьорфа.

– Я так испугался! – Он действительно выглядел беспомощным, всего на секунду, но Ина увидела его страх.

– Это горы.

– Я понял. Они любят пошутить. Что они от тебя хотели?

Ина кратко пересказала то, что слышала и видела, про пещеру и голоса. Но почему то о том, чтобы быть всегда рядом с ним она не сказала, просто не смогла. Было стыдно. Ина и сама не могла понять, что испытывает, но говорить об этом не могла.

– Хорошо, что всё закончилось, – он усмехнулся ещё кажется немного нервно. И, не отпуская её руку, побрёл прочь по тропинке, к замку.

– Да, – Ина улыбнулась. – Может быть, мы продолжим занятия?

– Если честно, то я бы предпочёл убраться отсюда куда-нибудь подальше, – он усмехнулся. Но Ина видела, что Гьорфа до сих пор трясёт. Он, наверное, так до конца и не понимал горы, а может быть не верил им, не доверял. Странно, но она, в отличии от него, чувствовала себя абсолютно спокойной.

– Как ты хочешь, конечно, но я бы позанималась ещё немного. – Она сама не знала, откуда в ней эта настойчивость. Наверное, потому что она сама знала то, что горы ей подтвердили сегодня – осталось совсем немного. А ещё она должна быть рядом, чтобы помочь. Ина не знала, когда её помощь пригодится, но чувствовала, что это очень важно, до безумия.

– Тогда давай начнём, – вздохнул Гьорф. – Но меня никто не учил. Сила пришла ко мне внезапно, когда погиб прежний Хранитель и горы выбрали меня. Так что учитель из меня так себе, если не сказать хуже. – Он помолчал немного, словно собирался с силами, потом сказал. – Подойди и дотронься до скалы. – Ина послушалась. – Что ты чувствуешь?

Она прислушалась к себе. Сначала ничего не было. А потом вдруг накатило ощущение, что где-то там словно в глубине что-то происходит. Неясное, неотчётливое. Она не могла оформить это в слова, но чувствовала. Так и попыталась рассказать об этом Гьорфу, сбивчиво, как могла.

– Хорошо. А теперь попробуй сосредоточиться и почувствовать, что там всё-таки происходит. Я не могу точнее сказать, потому что наверное, каждый Хранитель чувствует горы по разному. Может быть, сегодня не получится, но это не важно. Ты просто попробуй, – Гьорф выглядел немного смущённым.

И Ина попробовала снова. Вдохнула, выдохнула, закрыла глаза и прислонилась к тёплому, нагретому на солнце камню. Сначала она не услышала ничего нового, а потом… словно молоточки стучали. Если бы у гор было сердце, оно бы стучало именно так. А ещё снова тот самый насмешливый голос в голове:

– Что ты хочешь услышать?

– Я хочу помогать ему. – Возразила она.

– Для этого не обязательно слышать.

Голос исчез, а Ина шагнула вперёд.

– Что ты слышала? – Спросил Гьорф.

– Горы опять говорили со мной, – И она пересказала то, что услышала.

– Они чего-то от тебя хотят. Но я вряд ли смогу этому научить. Но мы в любом случае будем ходить сюда хоть каждый день и пытаться, если ты, конечно хочешь.

– Хочу, – кивнула Ина. А в ушах звучало: «Не оставляй его». Она не оставит, никогда.

– Ну вот и славно. А теперь пойдём домой.

Уже вечерело, они медленно брели по тропинке. Ина увлечённо рассказывала Гьорфу про своё детство. Сама не заметила, как начала разговор об этом. Но ей хотелось, да нет, даже надо было выговориться. У неё, конечно, были друзья и сестра и мама, но всегда казалось, будто это что-то не то. Нужен был именно друг, который поймёт и поддержит. И она говорила, радуясь тому, что он понимает её.

За ужином Хранитель был необычно молчалив, только смотрел на неё. А потом они направились в библиотеку.

– Я хочу тебе кое что показать. Я сам недавно нашёл это и честно говоря не знал, как правильно воспользоваться.

– О чём ты?

После всех сегодняшних приключений сильно хотелось спать и Ина уже с трудом соображала. А Гьорф, словно заметил её состояние:

– Потерпи немного. Я скоро. Боюсь просто, что завтра за всей этой суетой я забуду о том что хотел, или книга исчезнет в самый неподходящий момент, – он усмехнулся. Потом взял с полки книгу и положил перед ней на стол. – Вот собственно о чём речь. После нашего бракосочетания, моя сила, надо думать восполнится, – Ина думала, он скажет возрастёт. Но нет. Гьорф подобрал правильное слово, именно то, что должно было случиться. Ведь Хранители никогда не должны быть одни. – И я смогу поселить здесь твоих родственников, ведь они будут теперь считаться и моими родными. А значит горы примут их. А после этого вообще закрыть все входы и выходы. Мне должно будет хватить на это силы. И, я опасаюсь, что лже-старейшины знают об этом. И попытаются сорвать обряд или надавить на тебя как уже один раз сделали. – И он нахмурился. Между бровей залегла складка, а в глазах полыхнуло пламя.

– А можно ли как-то ускорить обряд? – Весь сон словно ветром сдуло. Неужели опять что-то помешает?

– Скорее всего нет, но можно спрятать твоих родных в надёжном месте, что тебя не смогли шантажировать их жизнями.

– Но где?

– Надо подумать. Неделю до обряда они должны провести в безопасном месте. Я буду думать над этим, а ты иди ка спать.

Ина хотела возмутиться, сказать, что они будут думать вместе, но только зевнула в ответ. Гьорф довёл её до спальни, пожелал ей спокойной ночи и ушёл. А она наконец-то провалилась в сон без сновидений.

А утром ещё даже не успела испугаться, как в дверь постучали. Ина как раз успела одеться.

– Доброе утро! – Конечно, это был Гьорф. – Я тут всё обдумал и решил, что можно сделать.

Ина вышла к нему. Хранитель казался уставшим. Наверное, он не спал всю ночь, думал, как обезопасить её родных. А она… Она не могла думать ни о чём, кроме него, по крайней мере сейчас. Он выглядел до ужаса бледным.

– У тебя зажили раны? Силы вернулись. – Нет всё-таки она не могла больше молчать.

– Ну да, – он даже удивился. – А что случилось?

– Ты выглядишь очень бледным, и я испугалась… – Она смешалась и не смогла договорить.

Хранитель молча прижал её к себе и поцеловал в голову. Она удивлённо подняла глаза.

– Ты волнуешься за меня, – тихо пояснил он. – За меня никто никогда не волновался. И это, оказывается, очень приятно.

Ина неловко улыбнулась ему.

– Ты всё же не пренебрегай своим здоровьем, потому что я боюсь за тебя, – почти прошептала она.

– Никогда. Ведь теперь у меня есть ты.

После завтрака они вернулись в библиотеку. И судя по беспорядку, Гьорф отсюда и не уходил.

Он уселся в кресло, Ина уютно устроилась у него на коленях и накрывшись пледом слушала то, что он узнал и нашёл. И собственно это можно было обозначить всего несколькими словами. До свадьбы горы вряд ли бы приняли её родных. В замке на постоянных правах кроме невест, а потом жены Хранителя, могли жить только слуги. Приходя устраиваться на работу, они заключали нечто вроде контракта, заверенного Хранителем, а значит и самими горами. Остальные же люди могли гостить в замке, но не больше суток, так как и сам Хранитель не мог гостить за пределами своих владений больше суток.

А ещё обряд бракосочетания действительно должен был состояться не раньше чем через месяц и это тоже было установлено издревле и имело свой какой-то скрытый смысл.

И выходит, что сейчас действительно в первую очередь надо было подумать о том, как обезопасить родных. Ина не знала, что за таинственные враги им противостоят и чего они добиваются, но, казалось, что у них везде глаза и уши.

– А что если они уже всё знают? А что если мы не успеем? – Ина испуганно смотрела на Гьорфа.

– Я не думаю, что вот прямо сейчас твоим родным что-то грозит, – наконец медленно произнёс Гьорф. – Потому что им всё-таки нужно время, чтобы подготовиться. Но, я думаю, что лучше отправиться к ним прямо сейчас и тогда мы сможем их опередить.

–Я еду с тобой! – Ина вскочила, боясь услышать слово «нет». А в ушах стояло «не оставляй его». Но Хранитель не стал сопротивляться. Только тяжело вздохнул.

– Ну что ж! Поехали!

До долины они доехали молча. Дальше Ина показала ту тропинку, по которой она всегда добиралась до дома. Почему-то хотелось увидеть родных. Быстрее. Встретиться с ними, узнать, что всё хорошо. Но чем ближе они подъезжали дому, тем тяжелее становилось на сердце. Липкий страх не давал дышать. Она твердила себе, что всё хорошо, но боялась, сама даже не знала чего. Словно впереди их ждало что-то страшное. Может быть, не сейчас, не сегодня, но всё-таки что-то было.

В дверь она стучала со страхом, боясь не услышать знакомые шаги. Гьорф хмурясь стоял за спиной. Он тоже что-то чувствовал. Какое-то чуждое, враждебное волшебство.

Прошло несколько минут и Ина всё-таки услышала то, чего так боялась больше никогда не услышать. Через несколько секунд дверь распахнулась.

– Ина? – Мама с удивлением посмотрела на неё, потом перевела взгляд на молчаливого Хранителя за спиной и нахмурилась.

– Может быть ты впустишь нас? – Очень не хотелось сейчас выяснять отношения с матерью. Они после смерти отца и так были слишком сложными.

– Заходите, – мама кивнула и отступила, пропуская их.

Ина закрыла за ними дверь на засов.

– Что случилось? – Мама смотрела на них так странно, словно с неприязнью. Точнее нет, не на неё, на Гьорфа.

– Где Альба? – Вздохнула она. Она объяснит маме всё, потом.

– Играет во дворе. Где же ещё? – Кажется ей удалось наконец удивить мать.

– Я позову её. Надо собраться и уходить. Срочно.

И Ина бросилась во двор, зовя сестру. В этот раз ни объятий, ни слёз не было. Наверное, ей уже тоже успели наплести чего-то такого про сестру, совсем не того в общем. И она даже не хотела думать, что именно. Наверное, просто боялась услышать.

Когда они с сестрой вернулись, матушка так и стояла на месте.

– Мама? – Ина вопросительно взглянула на неё. Но мать отвернулась. Они что, с Гьорфом не перемолвились даже парой фраз, пока её не было?

– Я никуда не пойду, пока ты не объяснишь мне, что здесь происходит.

Мама поджала губы и в упор на неё посмотрела. Ина помнила этот колючий взгляд. Она часто видела его после смерти отца. Но потом вроде бы мама оттаяла и даже иногда шутила и смеялась. И вот сейчас, снова…

– Мама, что случилось?

– Я никуда не пойду с тобой и этим человеком, виновным в нападении тварей на долину, – и мать посмотрела на Гьорфа.

Глава 14

Ина с ужасом посмотрела на мать. Неужели и до неё добралась эта клевета? И так быстро! Она никогда не помнила, чтобы мама говорила что-то плохое о Хранителе и его службе. Либо не упоминала вообще, либо отзывалась с уважением и дочерей всегда так воспитывала. И вот сейчас.

– Кажется ты раньше так не думала, – Она осторожно посмотрела на мать.

– Это было раньше, – мамины глаза лихорадочно горели. Уж не опоили ли её чем-то?

– И что поменялось за это время? – Ина решила идти до конца. Альба прижалась к матери, а за ней безмолвной стеной вставал Гьорф.

– Твари нападали на долину и не раз в год в горах, как раньше, а теперь чуть ли не каждую неделю. Как Хранитель это допустил? – Ина смешалась и помедлила с ответом. Она могла рассказать матери всё, действительно всё, но перед глазами вдруг встало растёрзанное тело отца. Она понимала маму. Хотела обнять её, попросить прощения, но ведь ни её ни Гьорфа вины в этом нет, да и отца этим не вернёшь. А вот маму с сестрой она может потерять. И всё-таки она решилась уже было заговорить, когда вперёд решительно выступил Гьорф.

– Я не отрицаю свою вину, но она меньше, чем вам кажется, – он нахмурился. А Ина увидела, с каким изумлением мама посмотрела на него. Она что думала, что Хранитель не умеет говорить? – Но об этом действительно в двух словах не расскажешь. Может быть вы предложите нам с Иной чай?

Матушка ничего не сказала. Несколько минут она сверлила Гьорфа взглядом, а потом так же молча направилась на кухню. А Ина потерянно думала, где она совершила ошибку? Куда делись её родные, те, которых она знала? Разве можно за месяц так измениться, до неузнаваемости?

Гьорф нагнал её и едва ощутимо пожал руку и она выдохнула. В конце-концов её жизнь – это её жизнь, а матушка… Ну не может же она вечно жить с ней.

На кухне, пока закипал чайник, они молчали. Хранитель собирался с силами, матушка задумчиво смотрела в окно, и только Альба бросала робкие взгляды на сестру. Да, лёгким этот разговор не будет.

Наконец, чайник закипел. Матушка так же молча и машинально заварила чай и поставила перед ними по чашке. И даже Альбе досталось. Хотя чай, настоящий, всегда стоил очень дорого. И хоть они всей семьёй его нежно любили, но предпочитали заваривать липу или малиновые листья. Так было экономнее. И вот чай, настоящий. Неужели мама взяла в долг? Или она, Ина, уйдя в тот день, бросила матушку без средств к существованию. Она же была её первой помощницей.

Нет, так не пойдёт. Ина чувствовала, как сожаление накрывает её. Что толку жалеть, если вернуть всё равно ничего нельзя.

– Я хочу рассказать вам госпожа… – Гьорф сделал паузу и вопросительно посмотрел на матушку. Она нахмурилась, поджала губы, но ответила:

– Мелинда Стаут.

– Я расскажу вам, госпожа Стаут то, что вам не рассказала дочь.

Ина вздохнула и сжала руки в кулаки. Теперь только если горы помогут Гьорфу убедить мать. Иначе она ничего не сможет сделать. А ещё – главное чтобы им хватило времени.

Она краем глаза слушала, что рассказывает Гьорф, рассеянно осматривая комнату. Это не её разговор. Она всё равно не смогла бы убедить мать. Правда, она хотела, чтобы встреча её жениха с родителями произошла в другой обстановке, чтобы было больше времени. Пригласить бы маму после обряда в замок, чтобы она увидела, как они с Гьорфом счастливы. И рано или поздно, мама бы не устояла. Она всегда умела видеть правду, чувствовать её и дочерей этому учила. А если бы отец был жив, он бы точно был на её стороне и маму уговорил.

Ина вздохнула, подмечая малейшие детали – как поджала губы мама, как с испугом смотрит на Гьорфа Альба, как за окном распевали птицы.

Наконец, Гьорф замолчал. В воздухе повисла тишина. Ина почти чувствовала её – липкую, давящую. Наконец, мама заговорила:

– Я хочу подумать, – тихо сказала она. – Сколько у нас есть времени?

– Его нет, – жёстко ответил Хранитель. – Мы и так потеряли слишком много. Они могут оказаться здесь с минуты на минуту, и я не уверен, что моих сил хватит.

А Ина вдруг только что с испугом осознала, что если есть сила добрая, сила созидающая, подвластная Хранителю, есть силы разрушающая, выпускающая в мир тварей, то вполне может быть и ещё какая-нибудь сила. И вряд ли она к ним дружелюбна.

– Но мне нужно подумать, собраться в конце-концов, – голос матери звучал почти умоляюще. Она была испуганна и не знала, верить им или нет. Боже, почему всё так сложно?

– Некогда. Берите самое необходимое и поехали.

Матушка, поджимая губы переводила взгляд с Ины на Гьорфа и обратно.

– Мама! – Ина сделала шаг вперёд и мама обняла её и расплакалась. – Ну что ты? Всё обязательно будет хорошо.

Было так неловко, что она успокаивает ту, что была ей всегда опорой и поддержкой. Но теперь видимо пришло её время.

– Помоги мне собраться, – Мама, наконец отпустила её и вытерла слёзы.

Ина торопливо кивнула и бросилась в комнату. Альба скользнула следом. Гьорф дал им четверть часа. До невозможности мало, но она понимала, что это правильно. Они и так слишком задержались здесь. И их могут найти, с минуты на минуту. И Ина даже не хотела думать о том, кто станет на их сторону и станет ли вообще хоть кто-то, если лже-старейшины решатся напасть.

Поэтому она просто бездумно кидала в старые, потрескавшиеся от старости, чемоданы, вещи. Вытаскивала из шкафов мамины вещи и вещи Альбы. Для неё почти всё купил Гьорф. Она, конечно, была ему благодарна. Но пока не узнает, откуда у него деньги, она больше ничего у него не попросит. Может так сложиться, что им действительно придётся держать осаду в замке. И надолго ли – непонятно.

И когда через пятнадцать минут, Хранитель зашёл за ними, уже почти всё было собрано. Матушка поджимала губы, рассматривая беспорядок, который они оставляли в комнате. Но Гьорф торопил их.

– Быстрей. Если всё будет хорошо, то вы вернётесь сюда, а если нет – что-ж, я куплю вам всё новое, – улыбнулся он.

Мама только вздохнула. Ина с беспокойством посмотрела на неё. Кажется, матушка за этот час осунулась и едва ли не почернела. Менять свою жизнь всегда тяжело. Для матушки это было почти то же самое, что смерть – своя или родных людей. Может быть, было кощунством так говорить, но Ина знала свою мать. Та всегда придерживалась традиций, когда завтрак и обед в одно и то же время, а походы в гости и прогулка по магазинам – это событие. И она так жила все эти годы, цепляясь за традиции после смерти отца ещё сильнее. И вот сейчас ей приходится уезжать из дома, быть может, навсегда.

Они уже подошли к двери. Гьорф поднял чемоданы, а матушка достала с полки большой навесной замок, когда Альба расплакалась и остановилась.

– Что случилось?

– Я потеряла свой дневник, – Сестра всегда болезненно относилась к дневникам, в которых хранила все свои девичьи секреты, складывая их подобно книжным томам. Это было её сокровище. Ина всегда понимала её и поддерживала, но сейчас, право слово, захотелось встряхнуть.

– Найдёшь или заведёшь новый, – резко ответила она.

Так под всхлипывания сестры, они выбрались из дома. Подождали, пока матушка закроет дверь и дворами, словно воры, покинули свой собственный дом.

Спасибо, что Гьорф взял с собой ещё две лошади. Потому что Ина об этом, честно не подумала. А так и места всем хватило и поклажу распределили поровну. И тронулись в путь. Ина не знала, куда их ведёт Хранитель. Какое-то потайное место, ведомое только ему. Потому что родственников ни в долине, ни за её пределами у них не было. Но Гьорф не говорил, куда именно они едут, а Ина не спрашивала, полностью доверяя ему.

И всё-таки ей было уныло смотреть, как они медленно едут, почти налегке. Она видела, как переезжали люди – несколько телег с вещами. Но они ведь вернутся, когда это всё закончится?

Сначала они ехали знакомыми тропами, объезжая деревню. Ина даже узнала несколько тропинок, которые ей показывал отец. Дальше, намного дальше, почти в горы, он ходил охотиться, что его и сгубило, в конце концов. Она поджала губы. Всё это время они ехали молча, и молчание начало угнетать. Гьорф, наверное, сказал бы что-то, но не при матушке и сестре.

Наконец, знакомые тропы закончились. Дальше только горы. Он везёт её родных в горы? Но ведь сам говорил, что это невозможно. Но Ина тут же отмела все сомнения. Хранитель точно знает, что делать. А он как раз обернулся к ним.

– Осталось совсем немного. Потерпите.

Действительно. Тропинка, вихлявшая между камней, вдруг выпрямилась и стрелой устремилась вниз.

Спустившись, они оказались в расщелине, что-то наподобие миниатюрной долины, в который стоял маленький домик. Старый и крепкий он, хранил на своих стенах следы ударов всех стихий. Ина поёжилась, представив каково здесь зимой.

А ещё она понимала, почему Гьорф привёз их именно сюда. Она чувствовала, не телом и не мыслями, а именно где-то глубоко внутри, что именно здесь проходит грань между долиной и горами. И этот домик словно стоял на границе двух владений. То ли охраняя горы от вторжения людей, то ли охраняя долину от вторжения тварей. Она обязательно спросит у Гьорфа, что это за дом, потом.

– Ну вот мы и приехали, – Хранитель соскочил с лошади, потом помог спешиться женщинам и открыл дверь ключом.

Холодный мрачный дом совсем не понравился Ине и она понимала, что сейчас чувствуют мама с Альбой. Но это ведь всего лишь на неделю или немногим больше. Потом они с Гьорфом заберут их в замок.

– Я оставлю здесь еду и воду, на неделю точно хватит. После обряда мы с Иной постараемся либо забрать вас к себе, либо навестить. А нам надо спешить. Гроза надвигается. – Ина посмотрела на абсолютно чистое небо и не могла понять, о чём Гьорф говорит, о какой грозе. Той что поджидала их уже давно или той, что скоро прольётся дождём? – И никому не открывайте дверь эту неделю и никуда не выходите. Дом защищён даже от тварей. Пока вы сами не откроете дверь, сюда никто не войдёт.

– Я поняла, – хмуро ответила матушка.

И Ина видела, что ей то положение, в котором они оказались, совсем не по душе. Но это ведь ненадолго. Всего лишь неделю маме с Альбой надо пережить в этом доме. Она твердила это, стараясь убедить себя, что всё будет действительно хорошо.

Матушка даже не попрощалась с ними. Просто сурово поджала губы и закрыла дверь. Ина только вздохнула. Сегодняшний разговор словно вытянул из неё все силы.

Они выбрались из ущелья, и Гьорф остановился.

– Не хочешь отдохнуть? Я вижу – ты устала.

– Лучше уж поскорее добраться до дома, тем более, что теперь я и сама вижу надвигающуюся грозу. – Она посмотрела вверх. Грозовые тучи как-то подозрительно быстро собрались над головой. Интересно, успеют ли они добраться до замка, или их настигнет дождь?

Гьорф посмотрел на неё, потом на небо и нахмурился.

– Я знаю короткую дорогу, хотя не уверен, можно ли там сейчас пройти. Я очень давно не ездил по ней. Но в любом случае мы ничего не теряем. Там очень красиво.

– Тогда поехали по ней, – кивнула Ина и улыбнулась впервые, наверное, за сегодняшний день. Она не хотела бы признаваться в этом даже самой себе, но разговор с матерью утомил её так сильно ещё и потому что они за этот месяц невообразимо отдалились друг от друга, стали чужими. Наверное, пришло время. И мама не могла не понимать, что когда-нибудь это случится. Но ей почему-то было больно от того что всё так, как есть…

Проехав по тропинке они свернули куда-то вглубь, словно снова в ущелье.

– Мы едем обратно? – Спросила она Гьорфа, потому что сама абсолютно не ориентировалась в горах.

– Нет. Нам надо спуститься, а потом снова подняться, чтобы выехать на ту дорогу, про которую я говорил, – тихо сказал он, прислушиваясь к чему-то.

Ина постаралась тоже услышать. Ведь Гьорф мог прислушиваться только к горам. Но она не услышала совсем ничего. Это значит всё было нормально?

– Что ты слышишь? – Решила спросить она.

– Ничего. Иногда кажется, будто что-то происходит, но я давно уже отвык доверять своим ощущениям.

– С того момента, как начала слабеть твоя сила?

Хранитель долго не отвечал. И в стремительно расползающейся темноте она могла видеть только его спину. Может быть, она обидела его? Ина хотела уже остановить лошадь и спросить, когда услышала:

– Да. Но всё же это началось чуть позже. Такое мерзкое ощущение, как будто что-то затевается, собирается гроза и не только в прямом смысле, а я не знаю что, – Он замолчал, а Ина будто кожей ощущала его чувства – злость на себя и беспомощность.

–А почему ты не можешь точно сказать, можно ли проехать по этой короткой дороге? Разве ты не можешь попросить горы, чтобы они открыли тебе проход? – Ина поспешила перевести разговор.

– Не всё так просто, – усмехнулся Гьорф. – Горы любят, чтобы играли по их правилам. Если есть тропинка, то по ней стоит идти до самого конца, прежде чем узнать – могут ли горы помочь.

Несколько минут они ехали молча, а Ина обдумывала его слова. По всему выходило, что Хранитель – это не столько радость от обретения силы и почётная обязанность, сколько служба, на которой надо действительно быть готовой стоять до конца. А ещё слишком мало зависело от самого Хранителя, ничтожно мало.

Они спустились в ущелье, потом запетляли по его дну, поднимаясь всё выше и левее, забирая к замку. Ина надеялась, что разглядит его отсюда, но замка не было видно. А над головой ударил первый раскат грома. Они не успеют до дождя!

Гьорф обернулся и посмотрел на неё:

– Сворачивай за мной, – и махнул рукой. Ина не дала себя упрашивать дважды. Свернула за ним, пока ещё было время. Если пойдёт дождь (а она видела ливни в горах), то на этой тропинке станет попросту опасно. Гьорф свернул куда-то вниз и вправо и исчез. Ина поторопила свою лошадь, успев заметить, как он пригнулся и исчез в какой-то пещере. Она юркнула туда в последний момент, когда яркая молния разрезала небосвод. С грохотом посыпались камни, а лошади испуганно заржали.

– Ты вовремя, – Гьорф помог ей спешиться. Они стреножили лошадей, забрались вглубь пещеры и смотрели как буря крушит и ломает скальную породу.

Иногда сильным ветром какой-нибудь осколок или лист или щепку заносило в пещеру.

Ина вздрагивала. Она боялась грозы, ещё с детства. Ей казалось, что все силы зла, сколько бы их там не было, в грозы выбираются наружу. Это было, конечно, суеверие, но она не могла заставить себя преодолеть его. Она прижалась к Гьорфу и закрыла глаза, слушая как мерно стучит его сердце. И это помогало ей успокоиться, давало силы.

– Тихо, Ина, всё хорошо, – Он не смеялся над ней. Напротив, его глаза смотрели спокойно и немного печально. Он гладил её по голове, прижимая к себе, словно баюкал, как маленькую девочку.

И ей стало спокойнее. Магию применил Гьорф или просто вложил свою любовь, но Ина чувствовала, как постепенно страх уходил. Ей даже показалось, будто она лежит в своей комнате в замке. Должно быть она задремала, потому что когда пришла в себя, увидела, что полулежит на коленях у Гьорфа, а сам он прислонился к стене пещеры и тоже прикрыл глаза. Но стоило ей пошевелиться, как он тут же посмотрел на неё.

– Ну что, выспалась? – И улыбнулся так тепло, как умел только он.

Глава 15

– Почти, – Ина улыбнулась ему и посмотрела на вход в пещеру. Но там, снаружи, почти ничего не поменялось. Ветер швырял потоки дождя во все стороны. Ина замёрзла и невольно придвинулась к Гьорфу ещё ближе. Он улыбнулся, обнял и прижал её к себе.

– Когда же это кончится? – Она вздохнула.

– А разве тебе плохо?

– Нет, – Ей было необычно хорошо. Она бы просидела так всю вечность, рядом с ним. Но надо ведь что-то делать, куда-то спешить.

– Не надо спешить! – Хранитель словно прочитал её мысли. – Неприятности сами найдут нас.

Да уж. Это точно. Ина помолчала немного, а потом попросила:

– Расскажи мне пожалуйста, что это за дом, где мы были.

– Это сторожка, охранная, на границе земель. Не знаю, кто и когда его построил, думаю, что предыдущий Хранитель, а может быть и до него. На нём защита от тварей. Насколько я знаю, прошлый Хранитель был не очень приятным человеком, нелюдимым и скрытным. А ещё он любил одиночество. Знаю, что он подолгу жил в этой сторожке, – Гьорф вздохнул. Видимо, он что-то не договорил. Ина хотела спросить, что случилось с предыдущим Хранителем, но промолчала. Мало ли, может быть это какая-нибудь тайна.

– Там безопасно? – Она всё-таки переживала за матушку.

– Абсолютно. Если она сама не откроет дверь, то никто не сможет к ним войти. Таковы чары этого места.

– А ты тоже можешь так сделать? – Ина с интересом посмотрела на Гьорфа.

– Не знаю, – он пожал плечами. – У меня никогда не было раньше нужды никого защищать. А за свою жизнь я не беспокоился.

Вот. В этом весь Гьорф. Она вздохнула, украдкой разглядывая его. Сегодня он выглядел устало. Под глазами залегли тени, волосы растрепались.

– Тебе надо больше отдыхать, – всего пара слов, но Ина всё равно смущалась их сказать.

Он встретился с ней глазами и улыбнулся, а потом неожиданно поймал её руку и поцеловал.

– Вот всё закончится, и я только и буду заниматься тем, что отдыхать. – Он помолчал немного. – Кажется, дождь закончился, – Гьорф выпустил её ногу и подошёл к выходу из пещеры. Дождя и правда больше не было. И даже солнышко уже выглянуло. – Нам пора.

Они выбрались из пещеры и направились дальше по тропинке, которую знал один Гьорф. Ине даже казалось, что только он её и видел. Потому что она среди одинаковых скал и камней не различала совсем ничего.

Пока они молча и медленно ехали, а она осматривалась с восторгом подмечая яркие детали в новом, словно умытом, мире, её не оставляла мысль что это, последний спокойный день. Она сама не знала, почему и что это за предчувствие такое, но ощущала буквально кожей надвигающуюся опасность. Прислушалась – но так ничего и не услышала. Она попросит Гьорфа дать ещё уроки, помочь услышать горы. Ей не нужна была сила, Ина не жаждала того, чтобы возле её рук закрутилось синее пламя. Она хотела только спасти своих родных и человека, который за такое короткое время стал ей невообразимо дорог.

Вдруг Хранитель остановился.

– Что-то случилось? – Она с тревогой посмотрела на него.

– Нет, – Гьорф покачала головой. – Просто тропинка куда-то исчезла. А ещё мне не нравится тишина. В горах всегда что-то происходило, я всегда слышал их. А сейчас тишина, как будто что-то намечается. Или кто-то намеренно закрыл для меня возможность слышать.

– И что делать?

Гьорф пожал плечами.

– Только ждать. Больше пока ничего.

Несколько минут они кружили в поисках тропинки, пока Хранитель не дотронулся рукой до камня. Несколько минут ничего не происходило, а потом перед ними аккуратно развернулась тропинка. Несколько спусков и поворотов – и вот они уже возле замка.

– Мы приехали. – Гьорф улыбнулся. И Ина облегчённо вздохнула. Теперь надо было пережить неделю до обряда. И тогда уже никто не разлучит их с Гьорфом.

И как раньше она сама боялась отсутствия свободы, так сейчас она желала этого отсутствия.

А потом то ли поздний обед, то ли ранний ужин. И горы и сам замок затаились. Ина бы даже сказала – приготовились к нападению. Но это ведь было невозможно. А после обедо-ужина желание учиться пропало. Хотелось немного отдохнуть. Ина выбрала интересную и простенькую книжку, специально, чтобы расслабиться и уселась в кресле в библиотеке.

Она ждала, что обязательно что-то случится. Но пока ровным счётом ничего не происходило. Вечер прошёл спокойно. А потом, следующие несколько дней, она занималась тем, что всё-таки училась чувствовать свою силу.

Не сказать, чтобы у неё сильно получалось, пламя на её руках никак не хотело появляться, но что-то всё-таки определённо выходило. Причём иначе, не так как у Гьорфа. Она чувствовала горы по другому, не так как он.

Иногда, они что-то шептали ей или посылали образы, советы. И Ина всё рассказывала Хранителю. У неё не было от него секретов, кроме того самого – «Не оставляй его». И она не собиралась.

А ещё она читала про обряд бракосочетания по традициям Хранителей – что это такое. Гьорф знал всё в только в общих чертах. Да и не мудрено. Каждый раз, как она поняла из книг, которые удалось найти, обряд совершался по-разному. Главное – взаимные чувства или по крайней мере искренность обоих сторон. Обряд проводится в горах и заключается в свадебных клятвах. Но текста их не было. Видимо, испытываемые чувства должны подсказать что говорить.

А ещё горы дадут какой-то знак – приняты их клятвы или нет. У гор не забалуешь. Ина вздохнула. С одной стороны она знала, что ей нечего бояться, с другой стороны всё-таки этот обряд страшил её, как ни крути. Ну и конечно, ей совсем немного, совсем чуть-чуть хотелось красивого платья и гостей. Хотя, приглашать, наверное, было и некого в общем.

– Мы можем сыграть свадьбу потом, в долине, когда всё кончится, – успокоил её Гьорф. А Ина добавила про себя «Если всё кончится».

Но платье всё равно хотелось красивое. Хотя ехать за платьем в долину было несомненной глупостью в этой ситуации. Поэтому она выбрала платье из того, что осталось. И символично то, что единственное нарядное платье оказалось бирюзового цвета. Как небо высоко в горах. Она сама не знала, откуда пришло это сравнение, но Ина знала, что оно точно.

До обряда осталось всего два дня. Так мало и так много. Она считала эти дни. Когда не нужно, они мчались так быстро, что невозможно было остановить, а когда ей хотелось, чтобы дни шли быстрее, они тянулись нескончаемо долго.

Наконец, наступило утро последнего дня. Она буквально чувствовала, что что-то должно произойти. Оно надвигалось, неотступно, как грозовая туча.

И когда Гьорф за завтраком вздрогнул, она поняла – началось.

– Твари, много, скорее всего прорыв. Хотя может быть и подстроено. Я пойду. – Он встал из-за стола, сразу став словно выше ростом.

– Постой! – Ина вскочила, опрокинув стул, в голове стучало молоточками: «Не оставляй его». – Я с тобой!

– Ина! – Он удивлённо посмотрел на неё. – Я всегда ходил один и ты не была против. Там может быть опасно для тебя.

– Но для тебя ещё опасней!

– Я не могу взять тебя с собой, – он покачал головой. – Даже не проси.

– А если ты не справишься? – Сердце стучало, как у пойманной птицы. Она не оставит. Она не должна.

– Ты знаешь, куда идти!

– Но Гьорф! – Она умоляюще подняла на него глаза. – Если с тобой что-то случится, я не переживу. – И это была правда, холодная и беспощадная, которую она только что осознала. Она просто должна до него донести то, что сказали горы.

– Всё будет хорошо, я обещаю! – Он подошёл и обнял её,

– Не будет, если ты пойдёшь без меня! – Ина умоляюще посмотрела на него. – Пожалуйста! Горы сказали мне никогда не оставлять тебя, иначе случится что-то плохое.

Пусть он послушает её. Ну пусть!

– Ты понимаешь, я просто не могу тебя взять. Ты не умеешь защищаться от тварей. И это не женское дело. Я не смогу драться, зная, что ты где-то там и я рискую не только своей но и твоей жизнью, – Гьорф нахмурился. Помолчал немного, а потом добавил. – И горы – это своенравное создание. Я не уверена, что они всегда говорят правду.

– Но мне показалось… – Тихо сказала Ина скорее себе, чем ему.

– Ничего. Я скоро вернусь. А ты не выходи никуда. Всё будет хорошо. Я обязательно вернусь, – Он улыбнулся ей и вышел из столовой.

А Ина обессиленно упала на стул. Она верила горам. Верила, но не смогла донести эту веру или предупреждение до Хранителя. Он не послушал её. Хотя то, что он говорил было вроде бы правильным, она знала, что обязательно придумала бы что-нибудь. А теперь что ей делать?

Она подошла к окну и прислонилась лицом к стеклу. Слёзы прочертили две одинокие дорожки на щеках. Она не будет плакать. Тем более, что нет повода.

Ина вздохнула и вернулась в свою комнату. Несколько минут она сидела, глядя перед собой, словно в пустоту. Интересно, Гьорф уже добрался до тварей? Вдруг хлопнула дверь и где-то послышались быстрые шаги. Очень знакомые шаги.

Она вскочила, сжала губы. Кто бы это не был, он не получит того, что хочет. Вдруг дверь распахнулась. На пороге стояла Лара.

– Ну здравствуй! – Хищно усмехнулась она.

– Ты! – Ахнула Ина. – Откуда?

А в голове бился один вопрос – как горы пропустили её? Ведь Гьорф уверял, что она не войдёт, просто не сможет.

– От твоих родных, – прошипела Лара. – И ты ещё можешь их спасти, если пойдёшь одна, прямо сейчас, со мной.

Ина пошатнулась.

– Ты лжешь! Они в надёжном месте!

– Ты уверена, что твоя матушка будет сидеть на одном месте сложа руки? Верх наивности! – Лара усмехнулась, а Ина вдруг с пугающей ясностью поняла, что это действительно может оказаться правдой. Тем более, если это всё специально подстроили.

И всё же она попыталась. Сжала за спиной руки в кулаки, напустила самый неприступный вид и ответила:

– Я никуда не пойду без своего супруга. – Пусть считает, что обряд уже состоялся. Пару дней ничего не изменят. Ина на краткую секунду забыла обо всём, увидев растерянность на лице Лары. Но растерянность вскоре сменилась злобой.

– Вряд ли ты теперь увидишь своего супруга, – хмыкнула она. И Ине стало страшно. Да эта женщина безумна. В её глазах полыхало опасное пламя. Зря она сказала про Гьорфа.

– Где он? Я пойду к нему! – Рванулась Ина. Прочь отсюда, в горы. Она почувствует, где идёт бой, обязательно. И горы помогут ей. И они с Хранителем справятся со всем, вместе.

Но Лара схватила её за руку, неожиданно цепко.

– Ты никуда не пойдёшь. – Ина молча вырывалась. У неё больше сил. Особенно если получится призвать горы. – Конечно, если ты такая дура, – Лара поджала губы. – То можешь идти. Но в замке нет ни одного человека, который мог бы помочь тебе. И вот ещё, – она остановилась и посмотрела на Лару. – Я не посмотрю на то, что любила Хранителя. Если ты пойдёшь к нему, погибнет и он и твои родные.

– А если я пойду с тобой? – Ина едва выговорила эти слова. Губы дрожали. Если это хоть на мгновенье может оказаться правдой, то она сделает всё, чтобы этого не случилось.

– А это уж будет зависеть от твоей сговорчивости.

Несколько мучительных секунд на раздумья. Только не думать о том, что Гьорф может умереть, а его сила ещё не в полной степени восстановилась. Как они могут влиять на него? Ясно ведь, что всё это подстроено. Может быть, они специально отловили несколько тварей. Скольких Гьорф сейчас может победить в одиночку, если недавно он с трудом справился с двумя и то с её помощью? Сколько он будет биться? Пока не иссякнут силы? Пока не устанет и не сделает случайно несколько ошибок, которые будут стоить ему жизни? Ина не знала. Она не должна была оставлять его. Не должна! Сказать заранее, объяснить всё, взять с него обещание не уходить без неё. И что ей теперь делать?

И если они хоть на долю правы, то от её решения, зависела не только жизнь Гьорфа, но и матушки и Альбы. Что им мешает убить их, если она останется? И что мешает насылать тварей на Хранителя до тех пор, пока он не устанет? А она… Раз она должна прийти, значит от неё чего-то хотят? Или, может быть, Лара лжёт?

Ина не знала. Она попыталась услышать горы и ничего не расслышала. Никакой помощи. Горы молчали. Они уже сказали ей всё. Их ли вина, что она не послушала?

Она обернулась, словно ища выход. Но выхода не было.

– Я иду с тобой, – обречённо ответила она. И успела заметить довольную усмешку на лице Лары. Значит всё идёт так, как ей надо.

Пока они шли вниз, замок как будто вымер. Им не встретилось ни одной живой души. Лара не лгала. Здесь ей действительно никто не поможет. Во дворе их ждала лошадь, чёрная. Ине стало не по себе, когда Лара потребовала, чтобы она села вместе с ней на одну лошадь. Как будто бы она может сбежать.

Ехали молча. Лара держалась в седле, как заправский воин, только быстрее погоняя лошадь. И пока они не выехали из долины, Ина пыталась услышать горы. Взывала к ним, просила о помощи. И так и не услышала ответа. Горы молчали.

Когда они оказались в долине, на душе вдруг стало темно, словно тяжёлый груз опустился на плечи, придавил к земле. Может быть, она теперь больше никогда не увидит Гьорфа. Она пыталась избавиться от этих навязчивых мыслей, но они звучали в голове, как набат. Никогда не увидит… Никогда…

Они ехали знакомыми тропинками. Ина знала здесь каждое дерево, каждый камень. Она надеялась узнать, где живут эти неуловимые старейшины, но когда Лара направила лошадь на едва видимую тропинку среди знакомых деревьев, Ина уже поняла, куда они едут.

Через несколько минут её глазам открылся её собственный родной дом.

Глава 16

Гьорф

Что-то было не так. Он чувствовал это в горах, ощущал в воздухе. И не мог понять что. Он помнил отчаянную просьбу Ины, видел, что ей страшно, как никогда и не мог поступить иначе. Просто не мог. Подвергать её жизнь опасности, что бы ни сказали горы, это слишком страшно. А в замке она будет в безопасности.

По крайней мере он так думал, пока не понял, что твари здесь были специально, чтобы выманить его. И хотя он стал сильнее, благодаря Ине, но обряд был не закончен и увидев сразу четырёх тварей, Гьорф отстранённо подумал, что вряд ли вернётся домой.

Он закрыл глаза и попытался услышать горы. Они шумели и злились. Что-то шло не так, как должно, совсем не так. Но он не мог понять, что именно.

Когда твари напали на него, он как всегда почувствовал, как разгорается пламя в руках и направил его на тварей. Понимая, как невозможно мало силы, как она утекает из его рук. А потом вдруг услышал горы. Они были в ярости и дали ему куда больше сил, чем он мог предположить. Ему даже не понадобилось ничего делать – только отскочить в сторону и смотреть, как тварей засыпает камнями и землёй. И это было необычно пожалуй. Сознавать, что не всё и не всегда зависит от его силы.

И всё же он чувствовал какую-то тревогу, на границе сознания. Он знал, что Ина в безопасности в замке и всё же боялся. И этот страх гнал его вперёд, домой, быстрее. Он бросился в замок кратчайшей дорогой, поскальзываясь на камнях. Последние несколько минут его накрыла паника и Горф почти бежал. Он никогда не поддавался страху. Вся его жизнь текла спокойно и размеренно. Но сейчас он чувствовал такую тревогу, которую не испытывал никогда раньше.

И он чётко знал, что этот его страх связан с Иной. А ещё чувствовал где-то там в глубине души, что ниточка, связавшая их, от сердца к сердцу и с каждым днём становившаяся всё сильнее и сильнее, трепетала, словно вот вот оборвётся.

Что с ней? С такими мыслями он вбежал в замок и тут же обратил внимание на невозможную, глухую тишину. Это было страшно и неправильно. Гьорф помедлил немного, прежде чем войти, потом всё-таки шагнул внутрь. Но никого живого так и не встретилось, пока он бегом преодолевал бесконечные пролёты, коридоры и лестницы. Только эхо собственных шагов.

Случилось что-то плохое, что-то очень плохое. И он даже боялся представить, что именно.

Вот и комнаты Ины. Открытая дверь и пустота. Нетронутые вещи на кровати, знакомый запах. Её не было здесь. Гьорф бросился в библиотеку. Несколько шагов и снова дверь нараспашку. Вдохнул. Спокойно. На столе лежала записка. Он схватил её. Почерк был незнаком.

«Твоя жена у нас. Хочешь увидеть её живой и здоровой – приходи сегодня до заката в долину, в её бывший дом.»

И всё. Ни подписи, ни адреса, ничего. И никакой магии от письма. И слово «жена», что так грело душу. Она ведь ещё не жена. Или Ина солгала им? Но как они похитили её? Куда делись слуги? Что здесь произошло?

Гьорф упал в кресло и сжал руками голову. Боже, у кого ему спросить совета? Ведь явно не просто так сначала Ину, а потом его выманивают отсюда. Но если он не пойдёт, они не оставят её в живых. Это он понимал с пугающей ясностью, а если пойдёт – то возможно они умрут оба. И даже силы не помогут ему. Потому что чем дальше он от гор и чем дольше – тем слабее.

Значит, ему надо напасть сразу же, как только он войдёт. Но получится ли? Гьорф не знал, но сжал губы не позволяя себе впасть в панику. Он найдёт её и защитит, чего бы ему это не стоило. Он обещал.

Он накинул плащ, поправил кинжал, висевший на поясе, потом вздохнул и медленно начал спускаться вниз. Сначала он должен узнать что со слугами. Эти люди служили ему, как могли, правда, но служили. Значит он в ответе за них. А потом он уже отправится в долину. Скорее всего, навсегда.

Двери кухни были не заперты. Но из слуг там обнаружилась только кухарка и две служанки. Они связанные сидели на полу. Гьорф распутал верёвки, вытащил кляп изо рта и выслушал заплаканных женщин. И то что он услышал, ему никак не понравилось.

Дом покинули все слуги, сбежали как крысы с тонущего корабля. Кухарку и двух служанок, отказавшихся бежать, связали и оставили на кухне ждать конца.

В ушах шумело, в горле стоял ком, а сила, едва сдерживаемая текла сквозь пальцы. Он не мог, не хотел использовать свою силу во зло. Знал что за это придёт ответ. Он хранитель, а не убийца. Но сдерживаться было очень тяжело. Он стёр бы всю эту сеть вместе с пауками, их сплётшими, в порошок, если бы мог.

Гьорф знал, что выглядит страшно. Он сам боялся себя и видел с каким ужасом смотрели на него служанки. Нечеловеческим усилием взял себя в руки. Он слишком долго спал и за это придётся поплатиться.

Наказав служанкам не оставлять обычную работу, но делать только то, на что хватит сил, он бросился на конюшню.

Он не отдаст им Ину, будет бороться до конца. Гьорф сжал зубы и пришпорил коня. Вперёд. Пусть он не вернётся домой, но она будет жить. Он готов расстаться ради неё и с силой и даже с самой жизнью. Потому что без неё жизнь не имеет смысла.

Ина

– Ну вот мы и приехали, – улыбнулась Лара. И улыбка у неё вышла жуткая и немного безумная. – Не ожидала?

Ина не ответила. Она ожидала любой подлости, а ещё понимала, что просто не могла по-другому.

Лара постучала в дверь. Несколько коротких стуков, потом передышка и опять короткие. Условный знак. И это было так странно – видеть её, эту чужую женщину возле знакомой с детства двери. Она знала здесь каждую царапинку, каждую щербинку. И могла даже сказать, какой урон они с Альбой нанесли этой многострадальной двери.

Но Лара чувствовала себя здесь вполне по-хозяйски и от этого становилось тяжело и пусто. Несколько минут они в молчании стояли возле двери. Ина могла бы убежать. Но куда? Ведь от неё снова зависела жизнь её родных, а ещё Гьорфа. Снова её заставили выбирать. Слишком тяжёлое бремя для её лет.

Наконец, дверь распахнулась. Их встречал мужчина, один из тех, что «заставил» её стать невестой Хранителя. Конечно, как же можно было иначе.

– Пришла таки, – он расплылся в довольной улыбке.

– Сама пришла, – кивнула Лара. О чём они? Да, она пришла сама, но в то же время не сама – её заставили.

– Где мои родные? – Спросила Ина, едва переступив порог и стараясь не думать о том, что эта дверь некогда родного дома отделила её от всей остальной жизни и от Гьорфа. И, возможно, навсегда. При мысли о нём сердце кольнул страх. Что с ним теперь? Получилось у него справиться с тварями? Что с ним будет, когда он увидит, что она пропала?

Ина словно наяву чувствовала его боль. Если бы только она могла утешить, вылечить. Но не как Гьорф – затянуть раны, а залечить душу, а это, ведь, куда глубже.

– Иди за мной, – вместо ответа приказал мужчина. Ина пожала плечами и пошла за ним. Страха не было. Она знала, что Гьорф найдёт её. И в то же время страшилась этого. Им ничего не стоит заманить его в ловушку и напасть на него. Если бы она могла предупредить его, хоть как-то… Но Ина не знала этого способа. Оставалось только думать о том, как глупо они угодили в расставленные сети.

Всё-таки сражаться вдвоём против всего мира было слишком самонадеянно.

Мужчина привёл её в комнату на чердаке, в которой они так любили прятаться с Альбой. А ещё рассматривать всякие древности, оставшиеся от отцовых родителей. Принадлежности для шитья, обрывки бумаги, заколки и гребни. Всё это было мелочёвкой, которая почти ничего не стоила, но которой они с сестрой дорожили. Это время давно прошло и всё-таки она скучала по своему безмятежному детству.

Он открыл дверь, втолкнул её туда и закрыл на ключ. Когда глаза привыкли к темноте, Ина увидела матушку и сестру. Мужчина действительно не солгал. Они были здесь. Что их подвигло уйти из дома, Ина не знала и не хотела себе даже представлять.

– Ина! – Альба кинулась к ней на шею. Матушка тоже встала, медленно подошла и молча обняла. Слова были не нужны.

Сколько они так стояли, Ина не могла сказать. Но успела передумать тысячу вариантов развития событий, а ещё разглядеть, что единственное окно на чердаке теперь забрано решёткой и забито досками и вылезти через него, как они когда-то делали с Альбой не получится. Да она и не может. Она сама сделала этот выбор.

А когда они расцепили объятия, Ина спросила только одно:

– Мама, зачем?

Она ведь знала, что от её выбора зависела жизнь дочери. Или не верила? Не хотела верить?

Но всё оказалось куда как проще.

– Они приехали сегодня на рассвете. Сказали, что ты в опасности и если я хочу быть с тобой, то должна поехать с ними. Что я должна была подумать? – Мать замолчала, потом подняла глаза на Ину. – Твой Хранитель мне никогда не нравился. – Потом поджала губы и всё-таки добавила. – Но, возможно, я была неправа.

Ина вздохнула. Их всех уловили одной сетью и имя ей – любовь и беспокойство за ближних. Она рассказала матери, как сама здесь очутилась. А что ещё хуже – скорее всего скоро здесь будет Гьорф. И так глупо они попадутся все. Правда, зачем они этим людям. Ина до сих пор не понимала.

Ведь убить Хранителя можно и так. Несчастный случай в горах, или нанять человека, в конце-концов. А Гьорф он давно ослаблен. Ей было плохо об этом думать и всё-таки она заставляла себя, пытаясь понять – для чего вся эта игра затеяна. Пыталась и не понимала. Что-то не сходилось.

Она села на кровать, поджав под себя ноги, как в детстве. Альба присоседилась рядом и начала рассказывать, что с ней происходило в последние дни, матушка разбирала «сокровища» из сундука. Вроде бы ничего такого, но Ина почему то чувствовала себя тревожно и эта тревога росла и становилась всё сильнее и сильнее.

И вдруг послышались шаги. По лестнице на чердак кто-то поднимался. Альба метнулась под кровать, матушка скрестила руки на груди и отошла к стене, а Ина вскочила, готовая дать отпор. Наконец, дверь отворилась. От яркого света Ина зажмурилась, а когда открыла глаза – перед ней стоял один из тех мужчин. Неприятный цепкий взгляд словно пронизывал её насквозь.

– Госпожа невеста Хранителя – прошу за мной, – голос звучал издевательски.

Ина вздохнула, бросила украдкой последний взгляд на матушку и Альбу и шагнула за мужчиной. Они спустились вниз по лестнице и повернули направо. Она знала свой дом наизусть и могла бы с закрытыми глазами сказать, куда их ведут. Поэтому даже не удивилась, когда они пришли в гостиную.

В комнате было жарко. Полыхало пламя в камине, бросая отсветы на стены. А ещё окна были закрыты ставнями. Во что эти люди превратили её дом и зачем им это надо? Злость накатывала и Ине хотелось кричать и ругаться. Может быть, они так воздействуют на неё? Она не знала, но сжала губы и молчала. Чего бы там не было, она не покажет им своей слабости, ни за что!

– Добро пожаловать, невеста Хранителя. – В кресле у огня сидел ещё один мужчина. Он встал и повернулся к ней. И Ина вздрогнула. Она его видела уже, месяц назад. Наверное, она видела их всех. Вот только легче от этого не становилось. – Ты всё сделала правильно, всё как мы хотели.

Он, видимо, ждал от неё каких-то слов, но она не хотела говорить. Только один вопрос вертелся на языке:

– Зачем это всё?

Мужчина усмехнулся и Ину едва не передёрнуло. Он пугал её, а его усмешка походила на оскал.

– Подожди, ещё не все в сборе, а я несколько раз повторять не хочу. – И он снова усмехнулся. Не все… Но что это значит? Ждут Гьорфа? Но что им от него надо? – Да ты пока посиди, отдохни. Сейчас придёт твой наречённый, тогда и поговорим.

– Что вам от него надо? – Она надеялась, что в голосе не слышно дрожи.

– Всё узнаешь в своё время. А пока отдохни немножко.

Ина осторожно присела на край кресла. Ноги не держали её. От слов этого человека у неё мурашки бежали по коже.

А ещё время, казалось, тянулось вечно. Мужчина забыл про неё, снова усевшись у камина. И это его молчание пугало больше, чем если бы он вдруг ударил её или связал. Вдруг хлопнула дверь. Она дёрнулась как от удара и обернулась.

Но это был всего лишь ещё один мужчина, тоже смутно знакомый. Он шагнул в комнату, и первый мужчина вскочил ему навстречу.

– А, это ты, Арис, – В голосе его явно слышалось разочарование. – Где там этого Хранителя твари носят? Вы отправили ему записку?

– Отправили, – тот, кого назвали Арисом, зевнул, обнажив жёлтые кривые зубы.

Что за записка? Чтобы заманить Гьорфа в ловушку? Ина быстро переводила взгляд с одного мужчины на другого.

– Что-то он не торопится.

– А ты уверен, что наш друг вообще выжил в схватке с тварями? Всё-таки, Ламит постарался на славу. – И Арис усмехнулся.

Ина сжала губы. Она не заплачет. Гьорф жив. Она не знала сама, чего сейчас больше всего желала – чтобы Хранитель был жив и невредим и пришёл за ней сюда, или чтобы он был жив, но ранен и остался в замке. Здесь его всё равно ждёт смерть. Их всех, наверное. И всё-таки она не могла поверить, что больше никогда не видит Гьорфа. Ине казалось, что она почувствовала бы, обязательно почувствовала, если бы с ним что-то случилось.

Она даже мысленно не могла произнести слово «мёртв». Он жив, с ним всё хорошо.

– Выжил, – первый мужчина шагнул обратно к огню и опёрся рукой о каминную полку. – Он живучий, как тварь, – он усмехнулся, словно сказал хорошую шутку.

Дверь опять распахнулась. На пороге стоял третий мужчина.

– А, невинная девушка, добровольно пришедшая, – процитировал он какую-то книгу и посмотрел на неё. Ина съёжилась под его взглядом. Только бы с Гьорфом всё было хорошо.

– Не болтай лишнего. Она ещё не знает, что её ждёт, – усмехнулся первый мужчина.

О чём они? Ина сидела тихо, стараясь стать как можно более незаметной, а на душе становилось всё тяжелее. Жалко что она так мало времени проводила в библиотеке. Может быть, сейчас бы знала, о чём они говорят.

Вдруг во входную дверь постучали. Ина вздрогнула всем телом. Она знала, кто это стучит. От радости, смешанной со страхом, потемнело в глазах.

– А вот и наш Хранитель, – ухмыльнулся Арис. – Галит, я пойду встречу его.

Мужчина возле камина кивнул. Но как только шаги Ариса стихли, он в два шага оказался возле Ины, выхватил кинжал и приставил ей к горлу.

В один миг вся прежняя жизнь промелькнула перед глазами. Острая сталь холодила кожу. В глазах потемнело от страха, сердце забилось быстрее. Что это значит? Почему они не убили её раньше если хотели? Разум мутился. Она чувствовала, как по шее течёт маленькая капля крови.

И когда послышались знакомые шаги, она побоялась даже дёрнуться, чтобы случайно не спровоцировать этого сумасшедшего.

– Где Ина? – В знакомом голосе слышалась сталь и громовые раскаты. Но Ина не могла поднять голову. Она смотрела прямо перед собой, не мигая.

– Вот твоя красавица, – Галит, тот что держал её дёрнулся намеренно или случайно. И ещё несколько капель крови прочертили путь вниз по коже.

– Отпустите её! – Ина почувствовала, как в комнате запахло грозой, ощутила клубящуюся силу.

– Используешь силу и я убью её, – спокойно ответил Галит. – Ты не успеешь, Хранитель, даже не думай.

– Чего вы хотите? – Его голос звучал устало. Может быть, он ранен после стычки с тварями. Ине хотелось подбежать, обнять его и расплакаться у него на груди, но она не могла. Сколько она ещё так продержится, без движения?

– А вот теперь мы поговорим.

Глава 17

Галит действительно отпустил её, но не раньше, чем убедился, что Хранитель безопасен. Ну как отпустил – перехватил руки верёвкой за спиной и усадил поближе к себе. Но теперь Ина хотя бы могла смотреть. И видела бледного до синевы Гьорфа.

– Ваше время, время Хранителей, вышло, – усмехнулся Галит, посмотрев на Хранителя. И Ина вздрогнула. Мысль, которая бродила где-то на задворках сознания, оформилась в догадку и она до ужаса боялась, что окажется права.

– Что тебе надо? – Гьорф с трудом сдерживал себя. Ина знала, что если бы он выпустил силу, возможно, не осталось бы никого живого. Но он боялся за неё.

– Невинная девушка, добровольно пришедшая, Хранящий горы в центре круга и тварь из Потустороннего мира, – словно процитировал книгу он. – Мы готовились к этому столько лет. Завтра, как только истекут сутки, твоя власть и сила гор закончатся. И если ты будешь вести себя хорошо, я даже сохраню вам жизнь. И, может быть, вы даже сможете выжить, – Галит уже явно издевался.

А Ина замерла, осознавая. Он хочет выпустить тварей из Потусторонья и открыть им свободный вход в наш мир? Но тогда ведь долину придётся покинуть, да и жизнь снаружи будет в постоянной опасности.

Гьорф видимо подумал то же самое.

– Зачем тебе это? – Выдохнул он. – Ты – безумец!

– Не мне, а нам. Просто пришло время положить конец вашей власти. А с тварями можно договориться. Их можно приручить. Ловкость рук и немного больше, – и он хмыкнул. А Ину пронзила ещё одна догадка. Власть. Вот то, что им было надо. И не просто власть в долине, а над всем внешним миром. Ведь если твари вырвутся в мир, их безумному дрессировщику стоит только пару раз натравить тварей на нужных людей и всё, мир будет в их руках. Но этого нельзя допустить!

– А ты уверен, что сможешь с ними совладать? – Гьорф смотрел на него не мигая и даже сейчас, уставший и осунувшийся, он выглядел лучше, чем Галит. Как горный лев, пусть и заточённый в клетку против шакала. – Твари – это средоточие зла, а с этим не шутят.

– Я смогу, уж будь уверен, – усмехнулся мужчина.

– Тогда зачем тебе Ина? Не проще ли убить меня?

– Нет. Тогда горы тут же выберут себе приемника. Придётся ещё искать его, потом долго и намеренно ослаблять его силу. А я не могу так долго ждать. Придётся вам поучаствовать в моём ритуале. А уж силой я вас заставлю или вы добровольно согласитесь – не суть важно. Главное уже произошло – она, – и Галит ткнул пальцем в неё, – пришла сюда по доброй воле. А всё остальное – неважно.

Вот теперь всё действительно плохо. Ина пыталась понять, как им выбраться отсюда, и ничего не могла придумать.

Галит действительно всё продумал. И даже если бы она осталась дома, ничего бы не изменилось – он нашёл бы другой способ надавить на неё и сделать так, чтобы она пришла к нему «добровольно», а с ней и Гьорф. Это только вопрос времени.

А самое главное, что они действительно угодили в ловушку, расплатой за которую были не только их жизни, но и жизни всех тех людей, что погибнут после того как твари ворвутся в долину. Если бы только можно было что-то сделать. Ина прислушалась, но горы молчали для неё.

И теперь, наверное, будут молчать всегда. Потому что как только Гьорф потеряет силу (последние сутки здесь, в этом доме), горы никогда больше им не ответят.

– Ну что, пойдёмте. Я запру вас в разных комнатах, во избежание побега, так сказать, – Галит рассмеялся, будто сказал удачную шутку. – Если я почувствую, что ты применил силу, – он снова предупредил Гьорфа, – свою маленькую невесту ты больше не увидишь.

И он дёрнул Ину за волосы так сильно, что искры полетели из глаз. Ина видела, как дёрнулся Хранитель, словно от удара, как посмотрел на неё виноватым взглядом, как сжал губы, но промолчал.

Галит позвал соратников. Один из них перехватил верёвку, которой она была связана и снова приставил ей кинжал к горлу, пока Галит и ещё один мужчина связывали Гьорфа.

Ина видела как ему затянули руки за спину и завязали так, чтобы он не мог сопротивляться. Они надеялись, что он не вызовет пламя. Да он и так это не сделает. Из-за неё. Ина знала, что Гьорф обещал защищать её и никому не отдаст. Но, Боже, как она хотела, чтобы он был свободен! Может быть, даже готова умереть, чтобы он жил и чтобы этой трагедии не произошло.

Но её не спросили. Как только они связали Хранителя, сразу убрали кинжал от её горла и толкнули вперёд. У Ины от долгого сидения затекли ноги и она пошатнулась и едва не упала. Но всё-таки устояла и направилась снова вверх. А Гьорфа увели куда-то вниз.

На этот раз её заперли отдельно от родных в одной из бывших спален, развязали руки и втолкнули в комнату. Куда отвели Хранителя, она не знала. Дверь захлопнулась, оставив её в одиночестве. Ина бросилась к окну, так же закрытому ставнями. Но там, если она правильно помнила, должна быть щёлка.

Маленькая щёлочка между ставнями действительно нашлась, вот только радости ей это не принесло. Над долиной собиралась гроза, да такая, судя по огромным чёрным тучам, с зеленоватым отливом, которой ещё не было. На улицах было пусто. Люди поспешили попрятаться. Они боялись надвигающейся бури и Ина их понимала. Это горы гневались. Вот только успокоить их гнев они с Гьорфом были не в силах.

Через несколько минут разразилась гроза. Ина отскочила от окна, чувствуя как сотрясается маленький дом. Она боялась грозы, но не знала, чего больше желала – того чтобы она закончилась, или того, чтобы она разнесла таки дом, в котором они сидели в заточении. Но чуда не случилась. Раскаты грома постепенно начали стихать и в конце-кнцов сошли на нет. Гроза закончилась, а дом остался в целости и сохранности.

Ина вздохнула. Она не знала, сколько сейчас времени. Судя по всему выходил вечер. От голода сводило живот. Интересно, им для ритуала нужна слабая от голода жкртва?

Из-за голода и усталости все мысли притупились. Она уже смирилась со скорым ожиданием смерти. Страшно было за Гьорфа и за судьбу всей долины, когда эти злоде выпустят тварей в мир. Но они безумны. А разве можно безумцев в чём-то убедить?

Ина вздохнула, потёрла озябшие руки. После грозы в комнате стало холодно. Она залезла на кровать и забралась под одеяло. Спать не хотелось, но и сидеть на полу, глядя в одну точку тоже не было сил.

Кажется, она даже немного задремала, когда услышала звук поворачивающегося ключа в замке. Дверь распахнулась. На пороге стоял один из прислужников Галита.

– Ужин подан, – он усмехнулся. – Поставил поднос с едой на стул и ушёл, заперев за собой дверь. Ина даже не успела расспросить его ни о чём.

Она с трудом выбралась из тёплой постели, забрала себе тарелку с чем-то вроде мясного рагу, быстро поела, запила водой и забралась обратно в постель. Чтоб впасть в некрепкий сон – нечто среднее между бодрствованием и дрёмой.

Так она несколько раз то просыпалась, то засыпала, а когда яркий солнечный луч ворвался в комнату, проснулась совсем. Видимо, было ранее утро. Но она не могла и не хотела спать.

Вылезла из кровати, с трудом, оставив тёплое одеяло и принялась искать, чем бы заняться. Лихорадочная нужда хоть чем-нибудь занять руки и мысли приводила в чувство и давала возможность отвлечься. Потому что мысль о том, что произойдёт сегодня, заставляла сердце стучать быстрее, а в глазах темнело от страха. Наверное, должен быть какой-то выход. Вот только как ей его найти, а самое главное – как спасти Гьорфа и родных.

Ведь здесь у них не было друзей. И это осознание давило сильнее мысли о том, что они сейчас в плену. Если даже она сбежит, то некого будет попросить о помощи. Выйти на улицу и сказать о том, что Хранитель Гор попал в беду? Ина представила, как люди будут говорить, что так ему и надо. И здесь тоже постарались Галит и его приспешники.

Но в спальне не было ничего, что могло бы ей помочь, совсем ничего. Они с Альбой выгребли всё отсюда, когда собирались. И всё-таки она распахнула дверцы шкафа. В нём висело несколько старых платьев, к которым уже начала подбираться моль. В трельяже кроме старой стопки писем (она переписывалась с подружками по пансиону) ничего не было. Можно, конечно, было попытаться приоткрыть ставню и из окна перелезть на старое дерево, которое росло почти под окнами. Но… Она просто не могла бросить в беде Гьорфа и понятия не имела, где его держали.

А ведь осталось, наверное, всего пару часов и он потеряет силу. Ему ведь нельзя отлучаться из замка. А Галит прямо сказал, что ничего нельзя сделать. Неужели и правда ничего.

Ина сжала губы. Она не расплачется и будет верить до последнего и думать, как им выбраться.

Но никаких мыслей ей в голову так и не пришло. Ина жалела о том, что она не боец. Её отец не растерялся бы, это уж точно, в отличие от неё. А ещё ей было до безумия жалко, что Гьоф не использует силу. Потому что она как обуза висит на нём. Вот если бы он был один… Но Ина сразу прервала себя. Если бы он был один, ничего бы этого не случилось с ней, но Хранитель, ослабленный одиночеством, так же оказался бы лёгкой добычей для злоумышленников.

Внезапный звук шагов, а потом скрип ключа в замке, выдернул её из бесплодных мыслей. Она будет действовать по возможности. А когда та появится, Ина не могла сказать, поэтому стоило хотя бы сделать вид, что она спокойна.

– Завтрак для госпожи невесты, – издевательски сообщил ей мужчина, поставил тарелку на стул и ушёл.

Ина с трудом заставила себя проглотить несколько ложек подгорелой овсянки – готовили эти люди, возомнившие себя великими, на редкость отвратительно.

Какое-то время она отвлекала себя тем, что смотрела через щёлку в ставнях на разрушения, причинённые вчерашней грозой. Досталось городу знатно. Люди убирали с улиц упавшие деревья и подметали осколки черепицы. Только возле одного их дома, словно заколдованного, ничего не упало и не обвалилось.

Но она не успела толком обдумать, виноваты ли в этом её похитители, как снова послышались шаги. Дверь распахнулась, впуская на этот раз господина Галита собственной персоной.

– Ну что, я вижу, вы позавтракали. Готовы присоединиться к нам в такой решающий момент?– Он насмехался. Ина отрицательно покачала головой, но разумеется её никто не услышал.

Галит снова связал её руки и повёл вниз, в подпол, туда где они с матушкой хранили овощи и травы зимой.

В подполе было холодно и сыро, а ещё там собрались, наверное, все приспешники Галита. Ина подняла голову и увидела Гьорфа. Он тоже был там. Сидел в центре круга, который прочертили каким-то острым предметом прямо по земле. В углу жались друг к другу Альба с мамой. От них то что надо этим злодеям?

– Ну что ж, все в сборе. Пора начинать, наверное.

И Галит шагнул в круг. Ина умоляюще посмотрела на Хранителя, но он молчал. Гьорф выглядел усталым и опустошённым. Скорее всего, сила уже оставила его. Он не смог остаться нормальным Хранителем. Видимо, горы решили так потому что они не могли никак противостоять этим лже-старейшинам. Но неужели они не понимают?! Впрочем, у гор наверное, и вовсе не было чувств. Кто сказал, что они обладают разумом?

Ина вздохнула. С четверть часа ничего не происходило. Только Галит передал её какому-то другому прислужнику, который держал её, как собачку за верёвку. Видимо, они всё ещё опасались Гьорфа.

А потом Галит встал у кромки круга и начал что-то бубнить. Несколько минут тишины, потом вдруг послышался вой. Ина узнала его. Её затрясло от страха. Сначала она подумала, что Галиту удалось и он выпустил тварей из Потусторонья. Но, это всего лишь пойманная тварь билась и скулила за дверью. Её буквально внесли и положили в круг. Смотанная какой-то тонкой, но прочной сетью. Ина бы даже подумала, что это какое-то злое колдовство. Хотя, кто его знает. Что иное, если не колдовство помогло поймать и заставить подчиняться этих безумных тварей, отродья Тьмы?

Гьорф посмотрел на тварь, упавшую рядом с ним пустыми глазами и даже не отодвинулся. Ина видела потухший взгляд и морщины, избороздившие лицо. Он, словно постарел на несколько лет за один день. И пугающая мысль буквально выбила воздух из лёгких. А что… А что если Гьорф умрёт, как только лишится силы? Ведь только то, что он был Хранителем, давало ему возможность жить так долго. И вот сейчас… Вдруг он сразу умрёт или постареет. Нет! Только не это!

Ина вздрогнула и уставилась на Хранителя. Но он не смотрел на неё. Поддержать его, помочь, сделать что-нибудь! Но Гьорф сгорбился и отвернулся. Может быть, попробовать как-то вывернуться и позвать его?

Но всё получилось намного проще. Она для чего-то была нужна Галиту в центре круга и он просто бесцеремонно толкнул её туда. Тварь зарычала и попыталась вырваться. Ина вздрогнула и едва не упала на Гьорфа. Он увидел её и в глазах зажёгся прежний огонь.

– С тобой всё хорошо? Они ничего тебе не сделали? – Он смотрел на неё с такой болью. Ина словно читала его мысли. Гьорф винил себя, что не смог, не защитил, не уберёг. Но разве это его вина?

– Всё хорошо, – тихо прошептала она и улыбнулась ему. Руки у обоих были связаны, поэтому ничего больше кроме как придвинуться к нему, она сделать не могла.

– Я больше не слышу горы, – тихо прошептал Гьорф. – И даже если я попробую сейчас призвать силу, она не откликнется. – Он вздохнул. Это было так страшно. Но с другой стороны то, чего они боялись, уже произошло, и теперь не имеет смысла бояться. И Ина улыбнулась. В этом сумасшествии не было ничего кроме них. Если бы она только могла… Ей захотелось дать Гьорфу почувствовать, как он ей дорог, обнять, дотронуться до его волос, но она не могла ничего сделать, только тихо прошептала:

– Я люблю тебя.

– Я тебя тоже, – прошептал Гьорф в ответ.

– Ты не знаешь, как долго они будут проводить свой ритуал?

– Нет. Но догадываюсь, что уже скоро. Я так жалею теперь, что мало изучал те труды в библиотеке, которые связаны с историей возникновения тварей. Я просто уверен, что там что-нибудь нашлось бы. Не из головы же они придумали этот ритуал, – Криво усмехнулся Гьорф.

– А что будет потом? – Задала Ина вопрос который так пугал её.

– Потом нам надо будет выбраться отсюда. Ты отправишься со своими родными прочь из долины, как можно дальше, а я останусь здесь.

– Зачем? – Ина похолодела. Она уже знала ответ и боялась его.

– Я отвечаю за этих людей, -просто ответил Гьорф, – и если я лишился силы, это не значит, что я перестал быть Хранителем. Этот пост покидают только со смертью.

Ина вздрогнула. Так обречённо это прозвучало. А потом решилась:

– Я останусь с тобой.

– Нет, Ина, ты не имеешь права! – Гьорф посмотрел на неё так, что сердце перевернулось. Столько боли. И всё-таки она должна.

– Я не брошу тебя, – сказала тихо, но твёрдо.

Гьорф хотел что-то сказать, но покачал головой и промолчал. Наверное, он надеялся, что переубедит её потом. Нет, не выйдет.

Вдруг Галит вскрикнул и замолчал. Ина вздрогнула. Она совсем забыла, где они находятся. Она подняла голову и тут же опустила. Мужчина смотрел на неё с торжеством в глазах.

А потом… Несколько щелчков пальцами и сеть, так плотно опутавшая тварь, слетает. Да так быстро, что Ина даже не поняла, что происходит, только дёрнулась и вскочила, понимая, что они не успевают.

Глава 18

Им не нужны свидетели. Эта мысль появилась мгновенно. А через несколько долгих секунд между рычаниями твари, Ина услышала, как щёлкнул, закрываясь замок на двери. А в следующие секунды, Гьорф закрыл её собой. И тварь прыгнула.

В этот раз он даже не пытался вызвать свою силу, просто сцепился с тварью и они покатились по полу. А Ина услышала треск и грохот, как будто наверху что-то упало. Странный удар, но она отмахнулась. Не до того было.

Обернулась, ища глазами маму и сестру. Они стояли в углу, вжавшись в стену с глазами полными ужаса. Но по крайней мере с ними всё в порядке. А вот Гьорф не справится с тварью без своей силы. Для этого нужно было несколько мужчин и не всегда они могли задержать тварь. Ина вспомнила отца. Она не допустит этого!

Пришедшая вдруг словно из ниоткуда мысль, придала сил. Она оглянулась в поисках хоть чего-нибудь тяжёлого. Увидела кованый подсвечник и бросилась к нему, схватила и снова вернулась в круг, где Гьорф катался по полу, защищая их от твари.

Боже, он замечательный Хранитель! Ну почему всё сложилось так? Ина внимательно, почти не дыша, высматривала нужный момент. И заледенела от страха, увидев, что тварь повалила Гьорфа на пол и рвёт его когтями, пытаясь добраться до горла. А он даже не может дотянуться до кинжала. В глазах потемнело от страха, и она кинулась к ним, сжимая в дрожащих руках подсвечник.

– Ина! – Кажется, это крикнула мама, но она не остановилась, опустив подсвечник на череп твари.

Но, это был не камень, а здесь – не родные горы. Тварь только вздрогнула, потрясла головой и обернулась к ней, оставив Гьорфа. Горящие красным глаза, оскаленная пасть, Ина сглотнула и попятилась к стене, крепко сжимая подсвечник. От страха костяшки пальцев побелели, а руки сжали несчастный подсвечник так сильно, что она, даже если бы хотела, не смогла бы его отпустить.

И всё-таки она пятилась, молясь, чтобы Гьорф нашёл в себе силы добраться до твари. Чтобы они все не умерли здесь, в подвале дома, который она считала родным.

А тварь наступала, волоча за собой одну лапу. Хранитель всё-таки сильно потрепал её, хоть и не обладал теперь силой. Ина прикусила губу, до крови, не позволяя себе упасть, потерять сознания. От страха перед глазами мутилось.

Ей казалось, что уже прошла вечность, когда на самом деле – только несколько минут. И вот она спиной упёрлась в стену. Всё, отступать больше некуда. Она сделала неловкий выпад, ткнув тварь подсвечником. Но та мотнула головой и подсвечник упал на пол. Глупый ход. Ина сжала губы. Она примет смерть достойно.

И вдруг сзади твари встала высокая фигура. Гьорф. Он подходил медленно, пошатываясь, из последних сил, но в руке у него был зажат кинжал. Он поднял его и… Ина зажмурилась. Она боялась увидеть, что снова что-нибудь пойдёт не так. Услышала глухой удар, всхлипнула и открыла глаза. Тварь рухнула на пол с кинжалом в боку и так же медленно оседал на пол Гьорф.

Ина вскрикнула и бросилась к нему.

– Гьорф!

Он слабо улыбнулся.

– Вот и всё, Ина! Я ухожу, – он закашлялся. – Прости, что не защитил тебя.

– Я люблю тебя! Не уходи! – Прошептала она. Он в ответ только слабо сжал её руку.

Надежда, проклятая надежда давала ей силы в этот последний сумасшедший день. Но сейчас она не выдержала, заплакала, беззвучно, чтобы не потревожить своего Хранителя, своего любимого, человека, который так и не стал её мужем.

Сквозь слёзы она стянула с него рубашку, точнее то, что от неё осталось. Может быть, она сумеет помочь, перевязать. Но… С такими ранами не живут. Вся грудь была изорвана когтями твари, словно она стремилась добраться до сердца.

Ну почему горы такие жестокие? Они подарили силу и не защищают своего Хранителя, хотя он точно не хотел сам оставить свой пост. Неужели они не слышат?! Кажется, она шептала, а может быть кричала это, сходя с ума. Ей было всё равно, что матушка слышит её, что могут услышать те, другие и прийти добить. Всё равно.

Ина потянулась к горам, попыталась их почувствовать. Но проклятые горы молчали. Кажется, она сидела несколько минут в безвременье, просто уронив голову на колени. Отчаянье овладело ей. Перед ней на холодном полу лежал любимый человек, который умирал на её глазах, а она ничего не могла сделать.

Ина бросилась к двери и начала колотить в неё. Дверь в подпол была сделана на славу, чтобы не выпускать холод и не давать портиться продуктам. Может быть, если бы она смогла открыть дверь, то смогла бы и найти лекаря, взявшегося лечить Хранителя. Но она буквально чувствовала, как утекало драгоценное время. И у неё уже не было этого времени.

А ещё Ина вздрогнула, вдруг осознав, что за странный удар она слышала. Она прижалась к замочной скважине и тут же отпрянула, увидев на секунду, словно наяву, как наверху полыхает пламя. Пожар. Огонь лизал занавески, пробираясь всё ниже и ниже, к подполу, где они были заперты. Ловушка. Им всё равно никогда не выйти отсюда. Галит с приспешниками постарался.

И никакой доктор уже никогда не проберётся сюда и их не найдут, не найдут. Ина вздрогнула и не сразу поняла, что изменилось. Она словно бы наконец-то услышала горы. Не так как обычно, это ощущение навалилось на неё огромной лавиной, грозя погрести под собой, словно насмешка – вот ты просила, получи. И она получит, да, пусть и умрёт потом.

Она положила руки Гьорфу на грудь и не удивилась, увидев знакомый голубой огонь. Это её Хранитель и он будет жить!

Сначала ничего не происходило, но потом вдруг пламя под руками начало разгораться всё сильнее и сильнее. Она уже не видела ничего вокруг кроме этого пламени и только молила, чтобы Гьорф выжил, чтобы залечить его раны как тогда он залечил её. Жизнь за жизнь. И хотя это звучало глупо, но Ина умоляла вылечить его. Не знала, как, но просила, сходя с ума. Потому что без него её жизнь будет бессмысленной.

Она не знала, сколько так сидела, но вдруг, внезапно, пламя под руками погасло. Она изумлённо посмотрела на руки и услышала такой знакомый и родной голос:

– Всё, девочка, больше не надо. Хватит.

– Гьорф! – Она не знала, что сказать. Слов не было. Только величайшая радость и облегчение. А ещё удивление, что горы услышали её. Может быть, решили дать им второй шанс? Или так не бывает?

Хранитель уже сидел. А вместо страшных ран, на груди появились свежие шрамы. Он нахмурился и прислушивался к чему-то.

– Что ты слышишь? – Ина попыталась тоже услышать, но горы словно посмеялись. Дали один раз ей почувствовать силу, ту самую, которой в полной мере обладали Хранители, и тут же забрали её. И она не сказать, чтобы была расстроена. Всё-таки это больше мужское дело.

– Я не слышу горы, как обычно, но всё-таки небольшой отголосок есть.

– Значит не всё потерянно? – Возможно, всё ещё получится исправить.

– Не знаю, – пожал плечами Гьорф. Видимо, он не хотел её обнадёживать. – Пока что просто надо отсюда выбраться. А ещё мне не нравится шум. – Он прикрыл глаза, словно прислушиваясь.

– В доме пожар. Я видела, – тихо сказала Ина.

– Ах вот оно что. Значит, тем более надо выбираться. Где-то здесь поблизости есть окно? Потому что до двери мы уже не доберёмся абсолютно точно.

– В старой каморке возле лестницы. Там большое окно и я только недавно попросила снять с него ставни, чтобы просушить комнату, – подала голос матушка.

– Вот и хорошо.

Гьорф встал и направился к двери.

– Ина, иди сюда. Не знаю, получится ли у меня что-то, но я надеюсь, ты мне поможешь.

Она кивнула в ответ и остановилась возле двери, как попросил Гьорф. Он закрыл глаза и положил руки на замочную скважину. И ничего не происходило. Никакого огня, никакой силы. Ина подошла и положила свои руки на его. Почему то она точно знала, что должна делать.

Несколько долгих мгновений, когда она почти поверила, что у них ничего не получится, почти поддалась панике и вдруг под руками вспыхнул голубой огонь и дверь с тихим хлопком отворилась.

– Идите за мной, – тихо сказал Гьорф. На лестнице пока было тихо и относительно мало дыма. Он начал подниматься первым, за ним Ина, потом Альба и замыкала шествие – матушка.

Чем выше они поднимались, тем больше было дыма, да так, что дышать становилось тяжело. Гьорф закашлялся.

– Куда теперь? – Голос прозвучал хрипло. Если они сейчас не выберутся, то долго всё равно не протянут – задохнутся. Только подвал ещё был относительно не тронут огнём и дымом.

– Налево, а потом сразу направо, в маленькую дверцу, – командовала матушка.

Гьорф бросился в пелену дыма и исчез, отсчитав несколько секунд, Ина схватила сестру за руку и бросилась за ним. Она могла найти эту каморку с закрытыми глазами.

Вот и дверца. Хорошо, что Гьорф догадался закрыть её. Она вздохнула и нырнула туда. Каморка ещё была не тронута огнём и в ней почти свободно дышалось. Как раз потому что там было окно. Благословенно окно стояло открытым. Гьорф ждал их возле окна.

– Быстрей!

– А матушка?

– Я подожду её. Уходите, быстрее и как можно дальше. Скоро обрушится крыша.

Ина схватила Альбу и кинулась в окно. Нескольких секунд ей хватило, чтобы понять – крыша действительно скоро рухнет. Она бросила один только взгляд на Хранителя и шагнула вперёд. А потом накрепко перехватила сестрёнку и побежала, прочь от горящего дома.

Если Галит и его приспешники сейчас и не наслаждаются плодами рук своих, то уж точно не стоят возле горящего дома и не караулят их. Хотя, наверное, они должны были оставить человека, что наблюдал бы за домом. Эти мысли промелькнули в голове за мгновенье.

А потом Ина обратила внимание, что никто не тушит их дом. И даже соседи не стояли и не смотрели на пожар. И это было совсем уж странно. Как будто никто и не видел, что у них горит дом. А может им просто не до того? Ина вспомнила, что грозился (и, надо быть, сделал) Галит и ей стало страшно.

Если Потусторонье открыло свой выход тварям, а горы больше не защищают долину, то она сейчас имела больше шансов наткнуться на тварей, чем на людей Галита. А ещё она догадывалась, чем сейчас заняты люди. И от этого было совсем не весело.

И всё-таки Ина отошла от дома, почти к ручью, туда, куда они бегали с Альбой. Ну где же Гьорф? Почему его так долго нет? Она уже корила себя за то, что решилась уйти, а не настояла на том, чтобы остаться с ним. Сделала пару шагов к дому. И тут вдруг крыша рухнула, взметнув к небу столб огня и искр. И Ина закричала.

Она не могла иначе, крик вырвался словно бы из души. Эти страшные секунды она сходила с ума. И даже представить боялась, что, возможно, никогда больше не увидит Гьорфа, что обрела его снова лишь для того, чтобы потерять.

А потом вдруг она увидела знакомую фигуру. Он появился словно из ниоткуда и нёс на руках женщину.

«Мама!» – в глазах потемнело. Казалось, за эти дни страх стал неотъемлемой частью её существа. Она бросилась к ним.

– Отойдите! – Махнул рукой Гьорф. Его лицо и руки были измазаны сажей. – Там ещё не всё упало.

Ина послушно отскочила назад. У ручья Хранитель положил свою ношу и тяжело облокотился на ствол.

– Что с мамой? – Ина подняла на него глаза. Альба стояла, закрыв рот рукой с ужасом глядя на матушку.

– Видимо, не успела добежать. Я бросился искать её. Она лежала на полу, без сознания, надышавшись дыма, скорее всего.

– Вы едва успели, – прошептала Ина. – Я перепугалась.

Она шагнула к маме, попыталась снова призвать силу, но та молчала. Подняла глаза на любимого, он кивнул, словно отвечая на незаданный вопрос. А потом шагнул к ней и положил свои руки на её. И снова как в первый раз, полилось волшебство.

Матушка глубоко вздохнула и задышала ровнее. Скоро она очнётся. Всё что могли они сделали. Ина вздохнула. Как бы хотелось, чтобы всё это кончилось и насовсем. Но… Скорее всего всё только начинается.

– Всё хорошо, – Гьорф обнял её. – Тихо. Тихо.

А Ина вдруг поняла, что плачет. Хранитель гладил её по спине, обнимал, что-то шептал. И ей это было просто до безумия нужно. Стоять вот так и никуда не спешить. Тем более, что вокруг было тихо, обманчиво тихо, и птицы пели так красиво, что можно было заслушаться.

Но откуда-то издалека уже слышались крики.

– Твари? – Спросила она, хотя и так знала ответ.

Гьорф только кивнул в ответ, прислушиваясь к чему-то.

– Я должен быть там, – наконец сказал он.

– Я пойду с тобой и это не обсуждается, – твёрдо ответила Ина. Пусть они погибнут, ибо сил у обоих почти нет, но хотя бы погибнут вместе. – Только надо сначала отправить в безопасное место маму с сестрой.

Она повернулась к ним. Матушка уже сидела, держась руками за голову. Видимо, всё-таки их с Гьорфом сил не хватило, чтобы исцелить её полностью.

Хранитель нахмурился, но потом морщины разгладились, словно он вдруг что-то вспомнил.

– Галит хотел, чтобы отсюда сбежали все люди и они, наверное, бегут. Я могу предложить твоим родным уехать из долины вместе со всеми. Это не их война.

И он выжидающе посмотрел на Ину. Она кивнула. Да. Так будет лучше. Матушка с сестрой будут в безопасном месте, за них не надо будет волноваться. А захотят вернуться – что-ж, они в своём замке всегда рады гостям. Но это если всё закончится хорошо и будет, куда возвращаться.

– Я не хотела бы ехать, но в том, что сейчас происходит, есть и наша вина, – матушка слышала их разговор и решила ответить. – Поэтому, мы уедем. Но, Ина, береги себя.

Ина повернулась. Мама едва сдерживала слёзы. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, а потом Ина обняла матушку.

– Прости меня за всё, – прошептала та ей на ухо.

– И ты меня.

Медлить было нельзя.

– Ты чувствуешь тварей, Гьорф? – Ина обернулась к нему. – Где они?

– Близко. Но мы сможем, надеюсь их обойти. Попытаем счастья на дороге из долины? – Ина согласно кивнула. – Только надо идти быстро. Сможете?

Он обернулся на матушку. Та посмотрела на измученную Альбу, которая так устала, что сил не было даже говорить, но всё-таки кивнула. И правильно. Они отдохнут в дороге. А вот ей с Хранителем теперь некогда думать об отдыхе.

Несколько минут они шли молча, потом сворачивали на неприметные тропки, потом снова молча шли. Гьорф чувствовал тварей и вовремя скрывался в тени домов или заходил в лес, когда они обходили дома. Хоть Ина и знала долину и выросла здесь, но без чутья Хранителя они не смогли бы так быстро найти дорогу.

Они специально избегали шумных улиц. Но гул голосов всё равно доносился до них, а ещё стук колёс, ржание лошадей, крики, вопли, ругань, а над всем этим клубы дыма. Видимо, горел не только их дом, но жителям было уже всё равно.

Когда они добрались до дороги, перед ними открылось буквально живое море. Люди, телеги, лошади. Все шли или брели или бежали – как позволяли силы. Но на лошади была хотя бы возможность спастись.

А ещё здесь, возле дороги, Ина вдруг впервые почувствовала тварей. Леденящее предчувствие снова сжало грудь. Да вот же твари! Одна сидела в засаде, готовясь прыгнуть на повозку, а другая рвала на части лошадь. И над всем эти нёсся заунывный вой.

«Они не спасутся!» – Вдруг промелькнуло в голове. Твари не дадут людям выбраться из долины – поняла она с пугающей ясностью и посмотрела на Гьорфа. Он тоже понял. Губы сжаты, брови нахмурены. Вот и пришло время принять решающий бой. Но сначала нужно отправить матушку.

Ина высматривала среди испуганных озирающихся людей знакомое лицо, кому могла бы поручить матушку с сестрой и не находила. Но мама сама уже нашла кого-то:

– Том! – Окликнула она.

Лысоватый полный мужчина из телеги, проезжавший как раз мимо них обернулся и увидев маму с Альбой помахал им рукой.

– Как я рад вас видеть! Слышал ваш дом сгорел и так перепугался.

– Сгорел, – кивнула матушка, – И нам некуда идти. Не мог бы ты взять нас с собой, куда бы ты ни ехал.

– Могу, конечно, могу. – Он улыбнулся ещё шире и похлопал рукой рядом с собой. – в моей повозке места хватит на всех.

– Ну вот и хорошо, – кивнула женщина. – Альба, залезай!

Ина только вздохнула, когда они залезли в телегу и лошадь снова тронулась. Старый Том – сапожник с соседней улицы, человек вроде бы неплохой, но всё-таки как хорошо, что он их не заметил.

Они с Гьорфом сразу как мама окликнула Тома, отошли в тень деревьев и укрылись там. Кто знает, на что способны люди в панике. А вот теперь, когда повозка дяди Тома скрылась из глаз, настало время принять бой.

Глава 19

– Может быть, отправишься в замок? – Спросил Хранитель, впрочем, только потому что должен был спросить.

Ина его понимала. Но её путь был так тесно связан с его, что она, наверное, даже, люби его чуть меньше, и то не смогла бы оставить. И он это знал. Ина покачала головой и почувствовала, как Гьорф сжал её руку, а потом увлёк за собой.

Людям было не до них. Они бежали от тварей, от долины, от горы. И, наверное, не остановились бы даже ради того, чтобы отомстить как они думали, виновнику всех бед. Но Ина всё равно боялась. Толпа была непредсказуема.

Но их никто не заметил, а если и заметил, то не обратил внимания. Гьорфа мало кто знал в лицо, и это было им на руку. Люди не пытались даже сражаться с тварями. Видимо, их было слишком много, только бежали, как можно быстрее.

Первую тварь они увидели и отловили, когда она пыталась напасть на мужчину, только выходившего из дома. Может, он спал, а может просто замешкался, но тем не менее.

Хранитель махнул рукой и бросился к дому, Ина старалась не отставать. Они успели. Мужчина в полуобморочном состоянии прижался к стене дома, а перед ним присела, рыча тварь.

Гьорф напал на неё сзади, выхватывая кинжал. Поворот. Размах. Тварь ещё не успела повернуться, как кинжал пронзил её грудь. Хранитель бил метко. Понимал, что силы на всех не хватит. И всё же они будут драться до конца. Если бы ещё была возможность как-то остановить то, что сделал Галит и его сотоварищи.

Но возможности не было…

Они оставили благодарящего их мужчину.

– Я всё для вас сделаю, только скажите.

Гьорф отвернулся от него и собрался было уже уходить, как вдруг будто что-то вспомнил:

– Лучше расскажите людям, если можете, что вас спас Хранитель Гор. Может быть, ещё не поздно найти тех, кто выпустил тварей.

– Но… но… господин…хранитель мы всегда думали, что это вы виноваты. Нам говорили, что вы хотите выпустить тварей.

– Хранитель Гор не может вредить людям, которых охраняет, – Голос Гьорфа загремел, заполняя собой всю улицу. – Неужели даже этого вы не знаете? Лучше найдите тех, кто говорил вам об этом.

– Хорошо, хорошо, конечно, – мужчина поспешно кланялся и испуганно косился на них, пятясь к двери.

Они не стали дожидаться, пока он захлопнет дверь, а направились к центру селения

– Он никого не найдёт, – покачал головой Гьорф и устало вздохнул. – Пойдём. Я чувствую место, где тварей больше всего.

– Может быть, попытаться попросить ещё кого-то? Есть дядя Сэм. Он часто помогал нам после смерти отца. – Начала она и тут же осеклась. Дядя Сэм, наверное, уже уехал из долины. У него большая семья и уже несколько внуков. – В конце-концов, за один раз ничего не изменится. Галит несколько лет подготавливал почву и рассказывал всем, что ты хочешь выпустить тварей. Они просто не могут так сразу тебе поверить.

– И не хотят, – невесело усмехнулся Гьорф.

В центр они добирались окружными путями. Пытались идти по дороге, но не смогли пробиться. Долина стремительно пустела, а твари злились. Ина сама уже чувствовала это. Добыча стремительно уходила, а твари почему-то медлили. Хранитель убил ещё нескольких, пытавшихся напасть на повозки. Её помощь даже не понадобилась. Твари были так увлечены добычей, что даже и подумать не могли, что её кто-то может вырвать из рук.

Но скольких ещё они смогут так уничтожить? Ина не знала ответа на этот вопрос.

В центре было пусто. Площадь встретила их какой-то неестественной тишиной. А ещё видно было, что люди собирались впопыхах. То тут, то там на камнях валялись вещи. Кто-то забыл сковороду, кто-то ложку, а кто-то уронил носовой платок. Ина смотрела на эти вещи и чувствовала себя до невозможности одиноко.

Кое-где ещё хлопали двери и слышались голоса. Не все ещё успели уехать. А ещё по площади ходили твари, спокойно, чувствуя себя хозяевами жизни. Гьорф заметил их и тут же утянул её за угол дома. Тварей было слишком много. И они всё прибывали и прибывали.

– Нам не справиться, – сказал он тихо и немного обречённо. – Хотя… – Гьорф немного помолчал. Ина пыталась разгадать, о чём он думает, но иногда это для неё было загадкой. – Здесь уже почти не осталось людей. А твари всё прибывают. И не идут дальше. А там… Либо Галит что-то перепутал, либо нам придётся просить в помощь армию. – Он невесело усмехнулся.

– А ты знаешь, где может быть этот разлом в Потусторонье?

– Догадываюсь, – тихо сказал Гьорф. – Но я не уверен, что, во-первых горы примут меня, а во-вторых, что твари и Галит, который всё это устроил, будут стоять и смотреть, как я туда иду. И всё же надо попробовать. Но сначала их нужно отвлечь.

И Гьорф выглянул из-за угла, а потом сделал несколько шагов вперёд и встал. Твари подняли голову, увидели его и завыли. Ну, что ж! Игра началась! Ина зажала себе рот рукой, чтобы не закричать от страха. При свете дня твари в таком количестве вызвали ужас. От них словно волнами исходила какая-то тёмная давящая сила, которая буквально прижимала к земле.

По одиночке они были не так страшны, а вот все вместе… А ещё Ина буквально чувствовала их злость.

Твари увидели человека, да непросто, а обладающего силой, и зарычали. Они несомненно узнали Гьорфа и разозлились. Да так, что даже Ина почувствовала их злость. И это было страшно. Хранитель стоял посреди площади, а к нему со всех сторон подбирались твари. Что он собирается делать? Умереть вот здесь, на этом месте?

Но Гьорф, видимо, точно знал, что ему делать. Он подождал, пока твари подберутся поближе, а потом присел и положил руки на землю. Несколько мгновений и вдруг на земле вспыхнуло синее пламя, кольцом огородив его от тварей. Они обиженно завыли, попытались подобраться к нему и не смогли. Одна затрясла обожжённой лапой, другая заскулила и потёрла морду.

Пока они разбирались, Хранитель ещё несколько раз приложил руки к земле и синее пламя разбежалось от его рук по земле в разные стороны. Твари завыли.

– Бежим, пока они не пришли в себя, – крикнул Гьорф.

Ина бросилась к нему и они побежали.

– Я не знала, что ты так умеешь, – выдохнула она восхищённо, пока они петляли переулками, запутывая следы.

– Я и не умел, – спокойно ответил он. – Просто вдруг в очередной момент понял, что могу, услышал.

– Значит ты по-прежнему Хранитель?

– Возможно, – Ина видела, что Гьорф не стал с ней спорить, чтобы не огорчить. Но… Как иначе можно объяснить вот это всё – возможность убить тварей, то что у них вдвоём получалось и получилось?

А теперь им как-то надо было попасть в самое сердце гор. И тут даже если Гьорф остался Хранителем – это никак их не спасёт. Эту дыру в чреве земли надо было закрыть.

Ина не знала, что такое выход в Потусторонье, откуда прибывают твари. Никто не знал, потому что никто не видел. Даже Хранители не решались приближаться к этому разлому (или чем оно там было). И вот теперь им предстоит не просто пробраться туда тайком и от тварей и от людей, что само по себе почти невозможно, но ещё и как-то закрыть его, попытаться остановить то, что начал Галит.

На самом деле это было нереально. Вдвоём, без помощи тащиться туда, куда никто и никогда не ходил по доброй воле. Только, может быть, твари утаскивали когда-то свою добычу туда. Но это их долг. Без всех этих высоких слов. Потому что если они проиграют и мир станет таким, каким его задумал Галит, то некому будет вспомнить о них – последнем Хранителе и его невесте. А если они победят и всё рано или поздно вернётся на круги своя, то никто даже и не узнает, кто помог этому всему вернуться.

До врат, через который Ина входила давно, казалось целую жизнь назад, они добирались быстро и молча. Где-то бегом, где-то шагом, иногда скрывались в заросли или петляли. Потому что Гьорф чувствовал тварей так, как Ина не могла. Он буквально видел, где скрывалась одна или сидела в засаде другая. Да, большая их часть осталась на площади, но с каждым часом, тварей становилось всё больше и больше.

И Ина поняла с пугающей ясностью – если их нашествие не остановить, скоро вся долина превратится в Потусторонье.

Возле ворот они задержались на мгновенье.

– Пригнись, – прошептал вдруг Гьорф и нырнул в кусты у ворот, Ина быстро юркнула рядом. И вовремя. Из ворот вышла тварь. Вальяжно, будто она здесь настоящая хозяйка.

– Пойдём, быстро! – Гьорф нахмурился. А Ина боялась представить, что замок, в котором они покинули оставшихся верными служанок, больше не принадлежит им. И кажется у Гьорфа были те же мысли.

Они бросились через врата бегом. Первые, вторые, третьи… Ина считала, чтобы не сбиться. Вот и те, возле которых камешек попал ей под ногу, а возле этих они с Гьорфом разговаривали, когда в первый раз не спеша ехали в город.

Ина поймала себя на мысли, что воспринимает горы и замок как дом. Она не расстроилась, когда горел дом её детства, дом с которым связано столько воспоминаний. Но боялась себе представить во что может превратиться замок, в котором хозяйничают твари.

Наконец, пещера, поворот, ещё поворот. Они почти бежали. Гьорф вырвался первым и застыл. Ина едва не врезалась в него. Замка больше не было. Оплот жизни Хранителей с незапамятных времён превратился в руины.

– Что…? – Ина не смогла договорить и зажала рот рукой.

– Галит постарался, – Гьорф говорил ровно, голос не дрожал, но Ина всё равно видела как ему тяжело.

– Но как?

– Может быть, он решил, что недостаточно лишить Хранителя силы, надо ещё лишить горы сердца, ведь замок – это сердце гор. – Он пожал плечами. – Что случилось, то случилось. Но нам пора спешить. Теперь – тем более.

Они несколько секунд постояли, глядя как вечернее солнце золотит руины замка и снова направились вперёд.

На этот раз Гьорф шёл медленно, выбирая дорогу, несколько раз поворачивался на горных тропинках, даже возвращался, но снова шёл вперёд. Вдруг он остановился:

– Так не пойдёт. Горы водят меня по кругу. Они не верят, что я не враг им. Больше не верят.

Ина хотела спросить, что им теперь делать, но смолчала. Гьорф вряд ли знает ответ.

– Попробуем поговорить с ними, – он словно читал мысли и ответил на её немой вопрос.

Можно попробовать. Хуже точно не будет. Они сделали ещё несколько шагов вперёд, и Хранитель устало опёрся о камень. Наверное, он пытается услышать горы. Ина не стала ему мешать. Просто тихо опустилась рядом и привалилась спиной к камню.

Она не знала, сколько так сидела и вдруг вздрогнула. Что-то неуловимо изменилось. Она почувствовала это в воздухе. Подняла глаза и увидела проход между скал. Ещё совсем недавно его там не было.

Она обернулась, ища глазами Гьорфа и услышала вдруг в голове:

– Не стоит. Ты должна идти одна, если, конечно, не боишься.

В голосе гор (а это был без сомнения он) слышался вызов и насмешка.

– Не боюсь, – ответила, или, точнее, подумала она. – Только как мне оставить Хранителя?

– Он не Хранитель больше.

– Но не по своей воле, – возразила Ина.

Голос больше ничего не ответил. И всё-таки в молчании слышалось ожидание. Она посмотрела на Гьорфа. Но то ли это было особое горное волшебство, то ли просто он слишком задумался или задремал, но он не заметил её ухода. Ну что ж, она ведь не надолго.

Она прошла между скалами и снова очутилась в знакомой тёмной пещере. Обернулась – но ни выхода, ни Гьорфа не увидела. Но, как и в первый раз, почему то страха не было.

– Ты пришла, – снова раздался голос. – Нам не нравится то, что происходит на нашей земле и мы хотим помочь тебе.

– Почему мне? – Тихо спросила Ина. Кажется, даже вслух. День был тяжёлый. Она еле стояла на ногах. Но почему то только сейчас это осознала.

– Потому что ты нравишься нам.

– У вас есть Хранитель, – ответила она.

– Он не справился. – В голосе не было даже сожаления. Словно они с Гьорфом игрушки.

– Я не знаю, кто назначил первого Хранителя, – тихо закипая начала Ина, – нам об этом не известно. Но это явно не вы, что мните себя великими, но сами без Хранителя не можете защитить ни себя, ни долину, ни людей, ни замок.

Да, это было опасно. Да, она могла и вовсе никогда не уйти отсюда, но это, в конце-концов, было правдой. А ей так надоело молчать!

– Это немного не так, человеческая девочка. – В голосе, как ни странно, не было раздражения, – Но во многом ты права – не мы установили эти правила. И не нам решать. Твой Хранитель нарушил эти правила, и он больше не Хранитель.

– Но у него до сих пор есть сила. И он не сбежал, чтобы жить в своё удовольствие, он пришёл сюда!

Ей показалось, или ей удалось смутить невидимого собеседника. Несколько секунд молчания, и, наконец, она услышала:

– Расскажи мне всё, девочка.

И Ина рассказала. Было так странно говорить с тем, кого не видишь и не ощущаешь, а только слышишь. И всё-таки она попыталась. И не знала, долго говорила или нет. Здесь, в этой пещере, время текло иначе. Но ей так хотелось выговориться.

Наконец, после того, как она замолчала, ей показалось, или она услышала вздох.

– Вот, значит, как. Мы не всё знали. Ты – очень храбрая девочка. И наш Хранитель тоже. Мы признаём, что были неправы. И готовы помочь Хранителю вернуться, если он поможет нам вернуть всё, как было.

– Он поможет. Даже без наград. Просто потому что таков его долг. Вы слишком плохо знаете людей и того, кого зовёте собственным Хранителем, – Ина чувствовала горечь.

– Пусть так. А теперь иди и скажи ему то, о чём мы говорили. И поторопитесь – вы должны успеть сегодня до заката.

Ина хотела спросить – что случится, если они не успеют, но горы замолчали, а она снова оказалась на знакомой поляне. Только на этот раз Гьорф не спал, а стоял со сжатыми кулаками, оглядываясь.

– Ина! – Выдохнул он, шагнул к ней и сжал в объятьях. – Боже, как я перепугался!

Несколько блаженных минут, а потом она отстранилась.

– Нам надо идти и успеть до заката.

– Они говорили с тобой, верно? И что сказали?

Ина рассказала всё, что услышала от гор.

– Вот значит как! – Гьорф криво усмехнулся. – Ну что-ж, раз так, идём! Только держись позади, пожалуйста.

Ина кивнула. Уже вечерело. Скоро ночная прохлада спуститься на землю. Надо спешить.

– Ты ведь знаешь путь?

– Теперь точно знаю. – Невесело усмехнулся Гьорф. – Только по-прежнему не понимаю, что я могу.

Он пошёл вперёд. Ина следовала за ним. На этот раз они не петляли. Дорога вела их прямо и вниз. Наверное, разлом находится где-то внизу. Они спускались и спускались. Так что сложно было даже сказать, сколько времени прошло, но солнце ещё стояло достаточно высоко. Они должны успеть.

Скалы, камни и чудные алые цветы сменились чёрными, словно обугленными валунами и засохшими искорёженными стволами. Птицы здесь не пели, а сам воздух стал тяжёлым и давящим и даже солнце, казалось, давало меньше света. Если что-то в виде разлома в Потусторонье должно существовать, то оно находится именно здесь.

Глава 20

– Нам сюда? – Ина содрогнулась, увидев впереди чёрную пещеру. Может быть, это сам разлом? Хотя, скорее всего нет. Она сама не могла понять, что чувствовала, но почему то была уверенна, что это не разлом.

– Сюда, – кивнул Гьорф. – Держи меня за руку. – И первым исчез в полумраке пещеры.

Ина вошла за ним. Здесь было темно, а ещё необычно пусто. Крошащийся чёрный камень, словно уголь покрывал землю под ногами. А сами стены пещеры терялись в такой же непроницаемой черноте.

Гьорф сделал первый шаг, потом остановился и Ина увидела, как под его руками разгорается синее пламя. Небольшое, вроде огонька. Но достаточно. Чтобы увидеть, куда ступать. Вряд ли разлом находился прямо здесь, но он где-то рядом, поэтому под ноги смотреть не помешает.

Они пошли вперёд. Пещера вела их прямо и куда-то неуклонно вниз. А ещё Ина не чувствовала здесь горы. Как будто они тут и вовсе молчали. А может и молчали или совсем не слышали и не знали того, что творилось у них здесь под боком.

Они шли и шли, так долго, что Ине казалось, будто они потеряли счёт времени. Наверное, в действительности прошло не больше часа, но ей показалось, что несоизмеримо больше.

И вдруг Гьорф остановился так резко. Словно натолкнулся на стену.

– Что случилось?

– Чувствуешь? – Спросил он вместо ответа. Ина прислушалась. Да, действительно она почувствовала. Только сейчас, когда Хранитель сказал ей об этом. Что-то было не так. Словно воздух стал тяжелее, а ещё появился шум. Неясный, он словно исходил откуда-то из глубины, из центра земли.

– Мы уже близко, – ответила она.

Гьорф только кивнул. Едва различимый в темноте, он выглядел ещё старше, чем был. А Ина вдруг впервые подумала, о том, сколько ему на самом деле лет. Ведь даже он сам не помнит. Дар это или проклятье – столько долгих одиноких лет без радости, только лишь для одной цели? Нет. Горы не правы. Они могли бы гордиться таким Хранителем.

Ина подошла к нему и обняла сзади, дотронулась почти невесомо. Кто знает, получится ли у них. Может быть, всё это лишь отсрочит смерть. Гьорф. Слишком усталый. Вот и седая прядь в волосах. Даже в полутьме Ина видела её. Это свидетельство боли её любимого человека. Эта прядь появилась вчера. Несколько дней назад её ещё там не было. Она развернулась, откинула прядь и дотронулась рукой до его лица.

– Я люблю тебя, – выдохнула тихо. – Что бы ни случилось.

– Я тебя тоже, девочка.

Гьорф сжал её ладонь в своих руках. Несколько таких долгих секунд они стояли вместе, молча, наслаждаясь мгновеньем, которого завтра уже может не быть. А потом он вздохнул и отстранился, разрушив волшебство.

– Нам пора идти. Держись позади. Если что… – Она, наверное, хотел добавить «убегай». Но ей некуда бежать. И он замолчал, так и не договорив фразу. Тяжело вздохнул и пошёл вперёд. Ина за ним.

Несколько шагов вперёд словно сквозь вату. Как будто темнота стала вдруг осязаемой. Она взяла Хранителя за руку и сразу стало легче.

Так они прошли ещё несколько шагов, а потом увидели свет. Гьорф тут же потушил свой огонёк и присмотрелся. Впереди, видимо, был вход в пещеру.

– Идём? – Без слов было ясно, что это то, что они искали. А ещё Ина вдруг почувствовала горы. Не как в тот раз, когда лечила своего Хранителя. Не в полную силу. Но она ощутила их недовольство. А ещё то, что впереди в пещере кто-то был.

– Там люди, – кивнула она.

– Я знаю. Видимо, Галит и его друзья. Что-ж, так даже интереснее. Держись позади меня.

И он первым вышел на свет.

– О, а вот и Хранитель с невестой пожаловал! Спаслись всё-таки! А вы живучие! – Ина узнала бы этот голос из тысячи. Он, наверное, будет ещё долго преследовать её в кошмарах. Это был Галит. И он явно был удивлён, хоть и пытался скрыть своё удивление.

Он и ещё пять человек стояло возле огромной дыры в земле, полукругом. Галит держал руку на огромном камне. У них не было оружия, по крайней мере Ина не видела, но она не расслаблялась. Держалась позади Гьорфа. А Он не спешил почему-то показывать, что сохранил силу. Прошёл вперёд и встал.

Могучий. Ноги на ширину плеч. Волосы растрепались и лежали по плечам. В странно-багровых отсветах, идущих от щели в полу, он выглядел таким красивым, что Ина залюбовалась.

Он стоял и молчал, осматривая Галита и его прислужников. Так, словно был хозяином положения. И Галиту это очень не понравилось.

– Ну что стоишь, словно можешь что-то изменить? Ты пришёл помешать мне? Это бесполезно. У тебя ничего не получится.

– Уйди отсюда и я, пожалуй, пощажу тебя, – голос Гьорфа изменился, стал сильным и звонким, словно говорил не он.

– Ты, пощадишь, не смеши меня! – Усмехнулся Галит. – Вот, смотри, как я могу.

И он что-то прошептал и из расщелины в земле появилась сначала голова твари, потом лапы, а потом и всё тело. Она вспрыгнула на землю и протяжно завыла. Потом повертела головой. Увидела Галита, но не обратила никакого внимания, ища другую мишень. И вдруг увидела их с Гьорфом. Оскалилась и подобрала лапы в прыжке.

А потом прыгнула. Ина вздрогнула. Хотела было закричать, но зажала рот рукой. Она не будет отвлекать Гьорфа. Только собралась внутренне. Если нужно будет, она поможет ему. Но Хранитель, играюче, откинул тварь. В руках сияло синее пламя, да такое яркое, что глаза, отвыкнув от света, не могли на него смотреть.

Гьорф выглядел так, будто только что занял пост Хранителя, и горы дали ему всю свою силу. Будто и не было этих двух бессонных дней, битвы с тварью с утра до полусмерти и пожара. Он снова стал собой – могучим и гордым Хранителем. Он чувствовал, что горы с ним и поддерживают его.

Тварь упала на спину и завыла, но так и не смогла встать. Сияющая сеть опутала её. Ина никогда не видела такого. Точнее нет, она видела похожее колдовство там в подвале и это сделал Галит. Но то было как будто ненастоящее, неживое, а здесь и сейчас оно словно исходило из самого сердца гор.

Тварь забилась, тщетно пытаясь вырваться из сетей, но потом, видимо, поняла всю тщетность попыток, и затихла.

– Как тебе это удалось?! – Зашипел Галит. В его голосе слышалось изумление.

– Горы не бросают своих Хранителей, – ответил Гьорф ему.

– Это ложь. Горы мертвы!

– Ты сам знаешь правильный ответ, – не стал спорить с ним Хранитель. Галит словно пытался убедить сам себя.

Несколько минут они молча смотрели друг на друга, а потом Галит атаковал первым. По стенам пещеры поползли тени, а в щели показались головы тварей. Его приспешники стояли молча. То ли живые люди, то ли нет. Ина поймала себя на мысли, что она не боится. Несмотря на тьму и близость к Потусторонью, она чувствовала себя так, будто находится на поверхности, в сердце гор, под ярким солнцем.

Наконец тени стали больше, словно отделились от стен и поползли к Гьорфу. Ина кинулась к нему. Хранитель поднял руки и их оградила стена синего света, об которую, бессильно воя, разбивались тени.

Ина посмотрела на Галита. Ему тяжело давалось это колдовство. Он ссутулился, рубашка на плечах взмокла. А Гьорф стоял спокойно, словно никаких усилий и вовсе не прикладывал. Потому что он был Хранителем и воевал не за своё могущество и власть, а за людей. Он не являлся владельцем этой силы, лишь её хранителем. И горы давали ему силы.

Наконец, Галит не выдержал. Упал на колени и тени исчезли, словно их и не было.

– Уходи отсюда! – Подошёл Гьорф к нему. – Убирайся! И может быть горы выпустят тебя!

– Не дождёшься! – Прошипел колдун и щёлкнул пальцами.

Откуда-то из глубины донёсся вой, от которого затряслись своды пещеры, посыпались камни. А из расщелины в земле одна за другой стали вылезать твари, заполняя пещеру.

– Не выходи из круга! – Крикнул Гьорф и ринулся вперёд.

Ина сжала руку в кулаки, глядя как мгновенно заполняется тварями пещера. Галит призвал их. И… Да сколько же их там? Хранитель поднял руки, свет засиял ярко, твари раздражённо завыли и отпрянули, но ненадолго.

Их надо остановить! Но как? Ина пыталась услышать горы, но тщетно. Дотронулась рукой до камня, как делал Гьорф:

«Что нам делать?» – Мысленно спросила она. – «Их слишком много».

И услышала слабое, на грани «Закройте щель»

«Как?»

«Опустись на колени перед щелью и положи руки»

Она поняла. Осталось только отвлечь тварей.

– Гьорф, задержи их! – Крикнула и бросилась к щели. Он понял. Сжал губы, но ничего не ответил, только ударил огнём в ближайшую тварь. Та взвыла и попятилась. Но ненадолго. Чтобы потом всем вместе, с утроенной силой броситься на него.

Быстрее! Пока они заняты Гьорфом. Ина кинулась к щели, упала на колени перед ней и тут же едва не рухнула вниз. Что-то тяжёлое, мрачное, какая-то иная сила, будто придавила её к земле, а из груди словно выбили воздух. Она упала навзничь, хватая воздух ртом. Всё хорошее, что было в памяти, всё, ради чего она сражалась, исчезло. Осталась только чёрная, беспросветная темнота. А перед глазами как воочию вставала смерть отца, слёзы матери и всё плохое, что она видела и пережила за свою короткую жизнь.

Для чего она здесь? Ина даже не могла вспомнить. Просто смотрел на эту щель, из которой веяло смертью и тьмой. В глазах темнело, в голове путалось. Моментами она и вовсе не могла вспомнить, кто она такая. Смотрела и не видела. А потом вдруг как солнца луч возникло воспоминание – Гьорф. И все страхи съёжились, словно высохли и исчезли. Остался только он один.

Она подняла голову и нашла глазами Хранителя. Он держался из последних сил. Твари зажали его в угол. Галит и его товарищи ожидали исхода этой страшной битвы. Ина заледенела – вовремя она очнулась. Ещё бы чуть-чуть.

Она привстала и опустила руки на край расщелины. Больше твари не побеспокоят никого. Главное, чтобы у неё хватило сил.

Сначала ничего не происходило, а потом с рук на края расщелины потекло синее пламя. Ина, как завороженная смотрела, как сдвигаются друг с другом края, дюйм за дюймом. Отчаянно завыли и заметались твари, что-то закричал Гьорф, но она не убирала руки. Знала, что нельзя. Неужели у не получится и твари больше никогда не побеспокоят их?

Ей, правда, показалось, что не хватит силы. Силы вдруг кончились, внезапно. А потом полились снова. И она поняла – это горы. Они отдавали всё до капли, чтобы закрыть эту червоточину. И у них получалось. Но перед тем, как края расщелины сомкнулись навсегда, она почувствовала острую боль, в глазах потемнело и она потеряла сознание.

Гьорф

Когда твари взвыли снова, а Ина бросилась к расщелине, ведущей в Потусторонье, ему показалось, что он сойдет с ума. Но сейчас он как никогда лучше чувствовал горы и понимал, что она должна это сделать. И всё же он боялся. Даже отсюда, благодаря горам, он чувствовал тяжёлое дыхание мрака из расщелины.

Он знал, чувствовал, благодаря этому разговору с горами, что он может не вернуться сегодня отсюда. Потому что закрыть расщелину, ведущую в Потусторонье до сих пор не было под силу никому. И всё-таки он попытается или умрёт. Но Ина… Он боялся отпускать её и ничего не мог сделать. Только сдерживал тварей, не давал им отвлечься, глядя как она подбежала к расщелине и… упала.

Он бы бросился сейчас за ней. Гьорф видел, как ей тяжело, как она легла, распластавшись у края. Потусторонье манило к себе. Он чувствовал эту связь так, словно они уже женаты. Он не отдаст её никому. Не отдаст!

Гьорф не понял, что он сделал, но просто опустил руки на пол, присел всего лишь на мгновенье, чтобы выпрямиться и ударить силой сразу во все стороны. Твари затрясли обожжёнными конечностями и завыли. Но не отступили. Какое-то шестое чувство видимо подсказывало им, что они борются за право существовать здесь.

Он с отчаяньем наблюдал как Ина попыталась, но так и не смогла встать. Сейчас её затянет в Потусторонье, а он ничего не может сделать! Хранитель закусил губу, достал кинжал и бросился на тварей. Он должен успеть, должен добраться до неё раньше, чем её утянет в Потусторонье!

Кажется, он даже что-то закричал, когда Ина вдруг всё-таки встала и посмотрела на него. Мгновенье. И она пришла в себя. Приподнялась и упёрлась ладонями в край Расщелины. И Гьорф тут же почувствовал, как силы оставляют его. Все они утекали туда, в эту расщелину. И показалось ли ему, он не знал, но края стали медленно сдвигаться.

Твари почувствовали неладное, сразу бросили свою добычу и испуганно завыли, заметались, бросились к щели, пытаясь вернуться обратно в свой дом. Гьорф не стал тратить силы, добивая их кинжалом и отвернулся, отвлёкся, на непростительную секунду.

И ровно этой секунды ему хватило, чтобы увидеть краем глаза движение. Он дёрнулся и понял – не успевает. Галит нависал над Иной. Миг и он воткнул кинжал ей в спину.

Гьорф закричал. Крик эхом отразился от каменных стен. Нет! В несколько секунд он кинулся к ней и успел поймать падающее тело. Галит опоздал – расщелина закрылась. Ярость и скорбь сводила с ума, в голове помутилось. Он в два счёта нагнал колдуна. Тот даже не сопротивлялся. Раскачивался из стороны в сторону и хохотал. Его подельники лежали на земле без движения, как мёртвые.

– Ты! – Встряхнул его Гьорф. Галит поднял на него безумные глаза, потом потряс головой и снова рассмеялся своим безумным смехом.

Ярость перегорела, превратилась в пепел. Он не будет марать руки об это ничтожество. Гьорф отпустил его и вернулся к Ине. Она была ещё жива. Он осторожно вытащил кинжал из раны и положил руки.

Ну же! Совсем немного силы. Неужели горы отдали всё? Но пламени не было. А горы молчали. Совсем. Он прижал Ину к себе, сидя на краю Расщелины и прикрыл глаза. Где-то здесь бродили твари, пытаясь попасть домой, безумно хохотал Галит, а над всем этим нарастал гул, который словно исходил из чрева земли, там где была расщелины. Вдруг земля под ним вздрогнула, с потолка пещеры посыпались камни. Надо уходить.

Но, зачем ему жизнь без Ины? Гьорф открыл глаза и оглядел всё безумным взглядом. Почему горы не отвечают? Ему хотя бы немного силы, хотя бы чуть-чуть…

Но горы отдали все свои силы до конца. Сколько дней пройдёт, прежде чем они станут обычными горами, а он просто Гьорфом?

Надо идти. Гьорф осторожно поднял Ину с земли. Она застонала. Платье пропиталась кровью.

– Прости, родная. Я так и не смог защитить тебя, – прошептал он. Прижал её к себе и медленно направился прочь из пещеры. Шёл в темноте, почти наощупь. Остаться бы здесь, но он не имел права. От него всё ещё зависели люди. Горы всё ещё ждали его.

Несколько шагов вверх, касаясь рукой стены, и вдруг Гьорф вздрогнул. Впереди появилась арка, едва мерцая в темноте, призрачная. Но горы любят такое. Любили…

Он, не раздумывая, шагнул туда. И зажмурился. Наверху, на земле, хоть и была ночь, но луна светила нестерпимо ярко.

Гьорф завертел головой, пытаясь понять, куда же пришёл. И увидев ручей, слабо улыбнулся. Последний привет от гор. Он знал, что надо делать. Подошёл к ручью, дотронулся до воды и услышал слабое, на границе сознания:

– Будь счастлив, последний Хранитель.

И решился. Осторожно положил Ину в ручей, придерживая голову. Сначала ничего не происходило. А потом вдруг вода вокруг забурлила. И Ина шумно вздохнула. Раз, другой. Потом судорожно села.

– Мокро. И холодно.

Гьорф шагнул в ручей и прижал её к себе.

– Всё хорошо. Всё закончилось.

Он прижимал её к себе, мокрую, растрёпанную, но такую любимую. Лунный свет золотил тропинку. От ручья туда, вниз, где были руины замка. Гьорф не думал о том, где они будут жить и как, если больше нечего хранить и некого охранять. Он просто обнимал её, ту, которую мог с полным правом назвать своей любимой, своей единственной раз и навсегда. И благодарил небеса за то, что они выбрались, они живы.

– А где Галит и твари? Что случилось?

– Их больше нет.

– У нас получилось? – Ина подняла на него глаза. И Гьорф не смог удержаться. Провел по мокрым волосам рукой, прижался губами к таким родным глазам.

– Всё получилось, – тихо выдохнул он. Говорить не хотелось. Только обнимать её и никуда не отпускать.

– Значит ты больше не Хранитель?

– Наверное, нет. Но разве это важно? – Или может это важно для неё, может она захочет уйти? Если так, то он не будет её держать.

Но Ина прижала палец к его губам.

– Это неважно. Главное что мы вместе.

– Люблю тебя, – выдохнул он.

– И я тебя.

В воздухе звенели птичьи трели. Звёзды светили им двоим, влюблённым. И не было, наверное, на свете людей более счастливых, чем они.

Эпилог

Ина поправила платье. Она волновалась, наверное, сильнее, чем обычно. И в сотый раз думала – ничего ли не забыла. Всё-таки выходить замуж, это вам не шутка.

Но жениха ещё не было и она прикрыла глаза, вспоминая. После того страшного дня твари исчезли, навсегда, как и сила хранителей. Горы стали обычными скалами. Ничего примечательного. И если не знать, ЧТО здесь было когда-то, ни за что не догадаешься. Может быть, это и к лучшему.

Она вздохнула. Всё никак не может привыкнуть, что они больше не живут в замке Хранителей. Потому что самого замка нет больше. Тот замок, что вырос из камней и скал и жил и рос вместе с Хранителями – его не существует больше. Гьорф предлагал построить новый на этом же месте, в самом сердце гор, но Ина отказалась.

Она не могла себе представить, что будет жить здесь и никогда больше не услышит горы. Они выполнили свою задачу. Расщелины, ведущей в Потусторонье больше нет. Никого и ничего не нужно ни охранять, ни защищать. А, значит, и нужда в них отпала.

До утра они просидели возле этого ручья, наблюдая, как уходят, а может засыпают горы или, точнее то, что было ими. Горы прощались. И они были бы слепыми, если бы не разглядели тогда знаков.

Она сохранила себе на память ярко-красный винник, а Гьорф взял камень из ручья. Это были самые главные их сокровища. Память.

А утром они спустились в опустевшую долину. Голодные, грязные, усталые и не выспавшиеся. И бесконечно счастливые тем, что всё завершилось. И больше уже некуда идти и нечего менять. И не надо сражаться с тварями. Всё прошло.

Ина помнила, как они помылись в реке, как нашли в оставленной кем-то телеге сыр, буханку хлеба и яблоки. И это был самый вкусный завтрак в её жизни.

А потом встал вопрос, как им выбраться из долины и найти родных. Пока дома ещё целы, твари исчезли, а продукты не испортились, а на полях зрел урожай, надо было сообщить жителям о том, что можно вернуться.

Поверят ли? Они с Гьорфом ни разу не произнесли этого вопроса вслух, но каждый задавал его сам себе и не знал ответа. В конце концов у них остался тот старый дом на границе гор, где прятались матушка с Альбой. Хотя, кто его знает, что сталось с ним, после того, как исчезло волшебство.

Ина не успела к нему привыкнуть. И сила и горы с их разговорами казались ей почти что сказкой теперь, когда всё закончилось. А вот как жить Гьорфу теперь, когда не надо никого защищать. Кем он будет?

Кажется, она сказала это вслух.

– Ты волнуешься за меня? Ты удивительная, – он рассмеялся легко и молодо. – Мы победили. Тварей больше нет и никогда не будет. А ты беспокоишься смогу ли я жить как прежде. Да даже если бы и не смог, разве это не маленькая плата за то, что нам удалось? – Он спросил серьёзно, без улыбки. И Ина кивнула, признавая его правоту. И всё-таки она волновалась за него. Подошла и обняла.

– Я боюсь, – прошептала тихо.

– Не бойся, – он снова улыбнулся. – Я не успел привыкнуть к силе. Она не была основой моей жизни. К тому же тепер у меня есть ты, а это куда важнее.

И всё же… Они тогда говорили. Долго. А что им ещё было делать, пока они бродили в поисках оставшихся лошадей? И решили, что Гьорф останется жить в долине. Он отвык от людей. Да и люди так вдруг не могут поменять свои взгляды. Тихая спокойная жизнь – это, пожалуй, то что было нужно им обоим. Он наверное смог бы написать книгу о своей жизни, систематизировать труды Хранителей, которые жили до него.

Гьорф всегда хотел этим заняться, только как-то недосуг было. Описать тварей и то, что с ними случилось. Чтобы больше никто не повторил судьбу Галита. А ещё у него была мечта – узнать (возможно, в королевской библиотеке есть какие-то книги) истоки расщелины. Откуда появился этот провал в Потусторонье. Что такого совершили люди (или не люди), чего нельзя было совершать?

В общем, Ина успокоилась. Она поняла, что зря волновалась. Гьорф сможет занять себя. Горы действительно не были смыслом его существования. Отсутствие силы не сломало его как Галита. Кстати, они так и не узнали, куда он делся. Скорее всего так и остался там, под землёй, так и не смог найти выход. Страшная смерть. Но, если вдуматься та смерть, на которую он обрекал всех людей без разбора, была ещё страшнее.

По улицам родного селения они шли не таясь, без страха. И Ина никогда так не радовалась свежему воздуху и яркому солнцу, как в тот день. Они не встретили ни одного человека на улице. Все исчезли, уехали прочь из долины.

Но это было и плохо. Некого было расспросить. И не у кого было попросить немного еды хотя бы. Воровать они не могли и не стали бы. Поэтому оба обрадовались, когда нашли лошадей. Три лошади убежали в лесок по соседству и там мирно жевали траву.

Выбраться из долины верхом было намного проще, чем идти пешком. Они тогда много шутили, разговаривали и ехали медленно, наслаждаясь солнечным днём. И это было немного странно после того, что они пережили. Неужели только месяц прошёл с того момента, как она увидела Гьорфа и узнала горы изнутри?!

А ещё она думала, куда делась Лара – сгорела ли вместе с домом, или всё-таки выбралась. В любом случае ни о ней, ни о других приспешниках Галита они до сего времени не слышали.

Из долины они выбрались быстро и Ина с интересом осматривалась по сторонам. Она никогда не была дальше серых скал, окружавших и защищавших долину. А ещё перед ними раскинулся странный и необозримый мир. И она потерялась бы в нём, если бы не Гьорф. Который твёрдо держал её за руку, никуда не отпуская.

В ближайшем селении, которое встало у них на пути, они пообедали и осторожно расспросили о беглецах из долины. Кто-то отправился к родственникам, кто-то в город – попытать счастья, кто-то осел в деревнях неподалёку.

Они с Гьорфом осторожно пустили слухи о том, что долина свободна. Горы покарали тварей, а провал в Потусторонье закрыт. Слухи сделают своё дело, а им надо найти родных. А ещё… Ина хотела, чтобы Гьорф немного поменял внешность. Всё-таки, слишком уж недружелюбно на него косились. Советовала и сама не хотела, потому что она привыкла к такому Гьорфу и не хотела видеть его другим.

Но он отказался. Он был Хранителем, честно и долго, столько, сколько ему отмерили горы. И никому не желал зла. Его ли это вина, что людям важны собственные домыслы. Но если она боится… Ина не боялась. Она любила его любым и это было самое главное.

Наконец после долгих расспросов, они узнали, где поселилась матушка с Альбой. Захудалая комнатка в деревенском доме с ещё двумя или тремя жительницами, такими же, потерявшими всё.

Встреча, объятия, радостные разговоры. Женщины, знавшие Ину раньше, поначалу боялись Гьорфа, но потом привыкли. И даже, кажется, поверили в их историю. Конечно, как героя его чествовать не стали, но, отношение к нему изменилось к лучшему.

Через несколько дней они забрали матушку с Альбой в долину, а там уже начали подтягиваться и другие жители. Они могли пожениться прямо сейчас и всё же ждали. Теперь, когда им не надо было это делать срочно, а горы молчали, Ина захотела себе красивое платье. А Гьорф – не стал отказывать ей в такой радости.

И вот теперь, когда прошёл ещё почти месяц, она сидела на скамье в своём новом доме, в одиночестве, как требовали того традиции, и ждала жениха. Они обосновались в том доме на краю гор. Волшебство ушло оттуда, но это, как ни странно, сделало дом только уютнее. Дело встало за малым – обновить мебель, кое-чего докупить, а ещё посмотреть в развалинах замка – может быть, чего-то сохранилось.

Их служанки успели убежать, на радость им двоим и с готовностью служить вернулись, как только узнали о том, что Хранитель выжил. И Гьорф с радостью принял их. Матушке с Альбой старейшины выделили пока несколько комнат в гостинице. А сами оплатили строительство нового дома на месте сгоревшего. И это тоже было правильно.

И всё-таки им пришлось довольно долго ждать, пока вновь заработают магазины и лавки, а портные вернутся и освоятся настолько, что будут в состоянии принять заказ.

Но они с Горфом никуда не торопились. Мирно обустраивали своё гнёздышко и радовались каждому новому дню, вспоминая, что ничего этого могло бы не быть.

– Ина! – В комнату, где она по традиции ждала жениха, влетела Альба. Красивая. В белом платье, расшитом золотой нитью. Сестрёнка обещала стать красавицей и Ина желала ей такой же счастливой судьбы, как у неё самой. – Жених пришёл!

Ина поднялась со стула. Щёки окрасились румянцем. Она не сказать, чтобы красива, но сердцу не нужны слова. Она знала, что Гьорф любит её любой. Любит именно её, с её внешностью. И всё же она хотела сейчас быть красивой ради него. И, она надеялась, что ей это удалось, хоть немного. Белое платье, расшитое жемчугами и кружевами. Она всю жизнь мечтала о таком. Волосы забраны в простую причёску. В волосах тоже жемчуг. И больше никаких украшений.

Посмотрев на себя в зеркало, Ина вышла из комнаты. За порогом её встречала матушка. В тёмно-синем платье она выглядела необычно радостной. И Ина догадывалась о причине. Джереми Ёнг, охотник из деревни за долиной, был к матушке неравнодушен. А она сама кажется устала тосковать по отцу. И это было замечательно.

Ина видела улыбку на лицах самых дорогих людей. Она спускалась вниз по лестнице туда, где должен был ждать её Гьорф. Ступенька – и матушка желает ей счастья в семейной жизни. Ещё ступенька – и о счастье говорит сестра. Она идёт медленно, чтобы выслушать все пожелания. И это тоже традиция.

Наконец, лестница заканчивается. Матушка открывает дверь и Ина прижимает руки к груди. Гьорф прекрасен. Он тоже надел белые одежды, которые необычайно красят его и делают похожим на какого-то волшебного принца. Волосы его забраны белой лентой, а борода увита нитями. И это, кажется, тоже какая-то традиция. Но какая, в сущности разница?

Ина шагает прямо в объятья любимого, который смотрит на неё с таким восхищением, что не нужны никакие признания. Под приветственные крики гостей, под пожелания долгой и счастливой жизни они выходят во двор. Там растёт одинокое дерево. Кто знает, как оно попало сюда, в горы. И всё-таки оно здесь.

Они с Гьорфом опускаются на колени и священник венчает их на долгую и счастливую жизнь прямо под этим деревом. Их осыпают цветами. Красные, белые, жёлтые – символы счастья, любви, радости будущего материнства. И под этим цветочным дождём они дают друг другу клятву быть вместе и навсегда.

Мир казался огромным, а счастье безоблачным, как яркий солнечный день. Могла ли она, Ина, безродная девушка из маленькой деревушки когда-нибудь представить себе, что будет так прекрасно и безусловно счастлива?

Content

Дарья Ратникова
Отданная Хранителю Гор

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог