Ратникова Дарья Владимировна

Я ненавижу тебя! (или замуж за чудовище)

Пролог

День был как день. Обычный, солнечный. Я всегда любила такие, до тех пор, пока один из них не разрушил мою жизнь.

— Мадам, — Я услышала голос Джона, обращавшегося к матери и вздрогнула, почувствовав, что ничего хорошего мне этот голос не предвещает, — беда. Ваш сын…

— Боже, что с моим Льюитом, что с моим мальчиком?! — Матушка была как всегда эмоциональна. Я даже поморщилась.

— Я скажу вам! — Дверь открылась, впустив ароматы цветов и звуки певчих птиц, на пороге стоял Армаль, насмешка над всеми мужчинами Кеварса. Сколько себя помнила, я его всегда ненавидела, ещё с детства, когда его противный голос врывался в наш дом, так же, без стука.

— Ну так говорите, мистер Стэкс. — Я гордо вздёрнула голову. Какое он право имеет водить нас за нос и так долго молчать?

— Клариссия, не дерзи мистеру Стэксу! — Прервала меня матушка. О да, конечно, он же важная шишка!

— О, ничего, мадам Барни, я привык к её дерзости, — Армаль усмехнулся. Я сжала зубы. Так хотелось вцепиться ему в лицо и сорвать эту противную ухмылку с него! — Так вот, ваш Льюит проигрался в пух и прах, и теперь весь ваш дом, всё имение и вы сами принадлежите мне.

— Что? Боже, мне плохо! Джон, Джон, пошли за доктором!

— Он посмел ставить на нас?! — Вскрикнула я в ярости. Ух попадись бы мне сейчас Льюит, убила бы своими руками! Позор семьи, ловелас, мот и гуляка! Из-за него отец умер весь в долгах.

— Он даже и не подумал о вас, когда играл. Вы же знаете Льюита. Милый мальчик и такой… увлекающийся, — Армаль усмехнулся, как кот, поймавший, наконец, свою добычу.

— Что мне теперь делать? — Причитала матушка, прижимая к лицу пузырёк с нюхательной солью. — Что мне делать? Клариссия, радость моя, мы останемся одни, без средств к существованию. Илария не успеет окончить пансион, Льюита заберут за долги, нас выселят на улицу, а ты навсегда останешься старой девой.

Велика беда — остаться старой девой. Я усмехнулась.

— Не бойтесь, мадам Барни, вы же знаете, я ваш старый друг и никогда этого не допущу, — Армаль нацепил на лицо самое благопристойное выражение из всех, которые у него имелись.

— Вы поможете нам, мистер Стэкс, умоляю! — Матушка схватила его за рукав, умоляюще глядя на него. Я открыто фыркнула. Ну и комедия!

— Конечно, мадам, конечно. — Армаль усмехался, глядя на меня. Ненавижу! Как же я его ненавижу! — Но правда теперь ваше благополучие в руках Клариссии. Вы же понимаете, как я могу помочь чужим для меня людям?

— Клариссии? — Матушка, кажется, ещё не понимала, чего хочет Армаль, а я понимала и ненавидела его за это. Он всё специально подстроил! Ещё с детства он приходил к нам в гости и, со своей гаденькой самоуверенной улыбкой, говорил, что я буду его женой. Ага. Не дождётся! Да я лучше переоденусь мужчиной и сбегу, чем выходить за него замуж!

— Ну разумеется, мадам Барни. Я предлагаю Клариссии стать моей женой. И тогда, как выкуп за неё, я верну вам имение. Кроме неё мне от вас больше ничего не надо.

Армаль стоял такой довольный и ухмыляющийся, что я не выдержала, громко фыркнула и отвернулась. Грош цена всем его уверениям в любви!

— Клариссия, ты же согласна? Почему ты молчишь? — матушка глядела на меня умоляюще, Армаль насмешливо, а мне просто хотелось убежать от них в свою комнатуи спрятаться. — Клариссия, ну девочка, ты же понимаешь, что мы погибнем на улице. А Илария? А мой маленький Льюит?

Я закрыла глаза. Опять слышать: «Клариссия, ну ты же должна» и так все двадцать три года своей жизни. Потом открыла. Армаль не оставил мне выхода и матушка тоже. Я должна попытаться.

— Мама, я хочу поговорить с мистером Стэксом наедине.

Глава 1

Матушка оставила нас одних, и я вздохнула свободнее. У нас с ней никогда не было близких отношений, только с отцом. Но он умер пять лет назад, и не последнюю роль в его смерти сыграли бесконечные долги Льюита. Я вздохнула, потом вспомнила, что на меня смотрит Армаль и вздёрнула голову. Чтобы он видел мою слабость, да никогда!

— Ты о чём-то хотела со мной поговорить? — Его насмешливый взгляд я чувствовала кожей. Он понимает, зараза, что деваться мне некуда, и что какой бы плохой дочерью я не была, я не брошу мать с сестрой, хотя бы ради памяти отца.

— Хотела, — отвечаю я медленно, презрительно глядя на него. — По закону древних родов Кеварса, я имею право потребовать год перед свадьбой на совершение помолвочного круга и даже ты не имеешь права мне отказать.

Он удивился. Я ясно видела, как в его глазах мелькнула растерянность. Что? Не ожидал? Ничего, сейчас я удивлю его ещё больше.

— А зачем тебе эта отсрочка на год, что она изменит, Клариссия? Мы ведь взрослые люди, — я уловила в его глазах и голосе усталость. Странно. Она никак не вяжется с его обычным обликом ловеласа.

— Ну, за год многое может случиться, — я пожала плечами, потом отвернулась, — например я могу выкупить имение у тебя и подписать дарственную на мать. А там, глядишь, и получится разорвать помолвку.

— Не забывай, Клэр, разорвать помолвку можно только доказав неверность будущего супруга.

— О, я думаю, с этим-то у меня проблем не будет, — сказала я насмешливо, а в груди почему-то всё сжалось. Никогда не забуду, как он обнимался с Бетси, соседской дочерью, в нашем саду. Ненавижу!

— Ты, правда, меня так ненавидишь? — Вместо ответа спросил он.

— А ты, правда, думаешь, что такую важную шишку все обязаны любить и преклоняться?

Я отвернулась от Армаля, показывая, что разговор окончен. Но он почему-то не уходил, стоял за моей спиной. Я кожей ощущала его взгляд.

— Хорошо, Клариссия, мы подпишем договор об участии обоих в помолвочном круге. Ровно год. Если через год ты добровольно не согласишься стать моей женой, я подарю имение вашему роду, прощу долг Льюиту и отпущу тебя на все четыре стороны, — я не удержалась и подняла на него глаза, так меня удивил этот разговор. Конечно, поймав мой взгляд, его губы растянулись в мерзкой противной ухмылке. Это сразу придало мне сил. На что он надеется?

— Никогда! Я никогда добровольно не соглашусь выйти за тебя замуж!

После того, как Армаль ушёл, я поднялась к себе в комнату. Не хотелось слушать расспросы и поучения матушки. Будущий жених (как противно звучит!) ничего не сказал насчёт сроков свадьбы, а точнее помолвки, которую я у него таки выпросила. Но в Кеварсе помолвка ничем не отличалась от свадьбы, а точнее даже превосходила её по пышности, если действительно предшествовала ей. Раньше это было традицией или обычаем — можно называть как угодно. Обязательно жених с невестой должны были год общаться, чтобы узнать друг друга лучше. Они жили в разных покоях, иногда даже в разных домах после помолвочной церемонии и занимались каждый своими делами. Невеста обычно посещала монастыри и богадельни, совершала так называемый помолвочный круг, а жених готовил дом к будущей семейной жизни. Возможно, когда-то этот обычай и имел смысл, но сейчас от него осталась одна красивая форма.

Но в любом случае я должна подготовиться. Что-то, сдаётся мне, что Армаль не будет тянуть, а ещё я сомневалась, что при сложившихся обстоятельствах (сплетницы любят чесать языки) он закатит пышное торжество. Разве только матушка настоит. Но после долгов Льюита, денег у нас не было даже на простое платье для помолвки. Ну с кем, с кем, а с Армалем пускать пыль в глаза я не намерена. Оденусь прилично, да и всё тут. Пусть все видят, что мы небогаты и не строят иллюзий насчёт наших с ним отношений.

В дверь всё-таки постучали.

— Войдите, — произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, без раздражения. Как бы я не была зла на судьбу за то, что случилось, показывать свою злость, матушке или слугам, мне не пристало. Всё-таки как-никак, до долгов Льюита мы считались одним из богатейших и знатнейших домов Кеварса.

— Милая моя Клариссия, надеюсь, ты согласилась на предложение мистера Стэкса? — Конечно, это была матушка.

— Да, мама, — ответила я, с трудом разжав губы. Я продалась. Осознавать это было горько и противно. Но ещё противней было слышать радостные возгласы матушки, рассыпавшейся в похвалах Армалю. В детстве даже она (я не говорю уже об отце) считали, что он мне не пара. Безродный, бастард то ли герцога, то ли графа, так никогда и не видевший своего отца и всю жизнь проживший с матушкой — милой женщиной, в соседнем с нами доме, он выбился в люди сам, и, конечно, сейчас, дослужившись до начальника королевских ищеек, мог задирать нос. Но я то помнила, кто он на самом деле. Помнил и отец, а вот матушка похоже забыла, рассыпаясь в комплиментах.

— Мама, я думаю, мы потом поговорим об этом, — прервала я её дальнейшие восторги. — Я сейчас устала и хотела бы отдохнуть.

Но отдохнуть мне так и не удалось. Послышался стук входной двери, потом грохот, как будто что-то упало. Мы с матушкой заспешили вниз. В прихожей лежал Льюит, мертвецки пьяный. То ли его притащили к нам домой его собутыльники и бросили, то ли он добрался каким-то образом до дома сам, но сейчас он спал и разбудить его или передвинуть не представлялось возможным.

— Джон, Джон! Отнесите месье Барни к нему в комнату, — закричала матушка. Я только поморщилась. Брат приходил домой в полубессознательном виде уже не в первый раз, и ничего не помогало — ни увещевания матушки, ни угрозы уволить со службы. Пока был жив отец, Льюит ещё стеснялся, а сейчас совсем распоясался.

Если сейчас войдёт Илария, будет истерика. Нежная психика моей сестры не выдерживала вида пьяного брата. Ещё бы — у неё в пансионе девочки могли похвастаться дорогими нарядами, побрякушками, поклонниками и балами, а она после смерти отца — только вусмерть пьяным братом, да сестрой, которая её не понимала. Ну, по крайней мере, Лари говорила мне об этом по десять раз на дню. Раньше она жила в пансионе, но сейчас средств у нас не было, и сестричке приходилось пешком проходить полгорода, чтобы вернуться домой. Я просто уверена, что она не теряла времени зря, строя глазки всем мужчинам моложе сорока лет, но ныла она каждый раз так, что вяли уши.

Но я зря волновалась. Льюита успели отнести в его комнату, где он благополучно погрузился в сон задолго до того, как вернулась Илария. Матушка сразу озвучила ей перемены в моей судьбе и, видимо, в довольно радостном ключе, потому что через полчаса после своего возвращения, Лари без стука внеслась в мою комнату.

— Ах, Клэр, неужто это правда и ты выходишь замуж? О, Клэр, дорогая, я так рада! — Она кинулась меня обнимать. Ну да, всё правильно. Мечтой Иларии, как и доброй половины девочек из пансиона было удачно выйти замуж. Причём значение имел сам факт замужества, свадебного платья, приданного и прочих радостей, а муж стоял где-то на предпоследнем месте.

— Лари, я думала, ты терпеть не можешь Армаля, — вкрадчиво начала я. Сестра кучу раз уверяла меня в том, как ненавидит моего жениха и как ни за что бы не согласилась, предложи он ей руку и сердце.

Илария покраснела и слегка смутилась от моих слов, но тут же нашлась с ответом:

— Ах, Клэр, ну прошло столько лет… Он ведь вырос и состоит в розыскной гвардии при самом короле! Половина пансиона по нём с ума сходят. А он сделал предложение тебе, заметь — тебе, а не кому-нибудь. Как это романтично! — Сестра вздохнула и мечтательно подняла глаза к небу. — Я бы тоже хотела, чтобы мне сделали предложение.

— Рано ещё, — я фыркнула. Единственным плюсом в этой скоропалительной женитьбе была возможность уехать от матушки и сестры. А ещё помолвочный круг, который я, можно сказать, выторговала у Армаля. Но это ещё не всё. В договоре о помолвке обязательно будет пункт об устройстве Льюита в лучшую лечебницу, больше, боюсь, ему ничего не поможет. А ещё об обеспечении матушки деньгами. Иначе договор о помолвке я не подпишу.

— И вовсе мне не рано. Это тебе уже поздно, — надула губки Лари, потом обиженно отвернулась и вышла из комнаты. Всё. Теперь сестра будет на меня дуться. Целых два часа.

Я усмехнулась и начала разбирать вещи. Надо будет решить, что взять с собой. Горничная у нас с Лари давно одна на двоих, а сестре в силу её несамостоятельности она нужнее, так что я не рискнула просить её о помощи. Как-нибудь управлюсь сама. С Армаля станется устроить свадьбу хоть завтра. Ведь он наконец получил то, что так долго и упорно добивался, ну или ту. Я вздохнула и подошла к окну, опершись руками о подоконник, и задумалась.

Армаль постоянно преследовал меня. С детства он почти требовал, сначала у меня, а потом у моих родителей моей руки. Его навязчивость была бы даже приятна, если бы я хоть чуть-чуть симпатизировала ему, а так он только раздражал меня. Ходил, выслеживал, вынюхивал, ябедничал. Королевская ищейка. Да уж. Лучше для него прозвища и не найти. Я до сих пор помнила, как он закричал, что я уединилась в саду с Тимом Бартоном. Хотя мы просто гуляли, и это был едва ли не первый и последний раз. Тим нравился мне ничуть не больше Армаля.

Я вздохнула и провела рукой по лицу, отгоняя воспоминания. Потом перевела взгляд на вид в окне и как раз вовремя, чтобы заметить всадника на чёрном мелихорне, стрелой влетевшего в наши ворота. Это мог быть только посыльный от Армаля. Мелихорны, вороные скакуны, изрыгающие огонь, стоят баснословных денег, и позволить их себе могут только королевская гвардия, да несколько аристократов. Я отошла от окна и приготовилась спуститься вниз по первому зову. Что-то мне подсказывало, что Армаль не будет долго тянуть, и новости этот всадник принёс невесёлые для меня.

Так и есть. Через несколько минут раздался голос горничной, звавшей меня. Я спустилась в гостиную.

— Клариссия, дорогая, я ничего не понимаю. Что хочет мистер Стэкс? — Набросилась сразу с жалобами на меня матушка. Я поморщилась, но ответила.

— Мама, дай мне время хотя бы разобраться, о чём идёт речь.

— Вы — мадемуазель Клариссия Барни? — Я повернулась на голос. В гостиной стоял всадник, тот самый, прискакавший на мелихорне. Голос, жесты и выправка выдали в нём военного.

— Да, я, — кивнула в ответ.

— Хорошо. Розыскной гвардии капитан Армаль Стэкс просил передать вам, чтобы сегодня к шести часам вечера по Кеварсу вы были готовы к помолвке.

— Сегодня? — Я ахнула, не сдержав удивления. Да уж, Армаль тянуть не любит. Правда, чтобы настолько.

— Мне приказано передать, — всадник щёлкнул шпорами.

— Хорошо, благодарю вас, я поняла. Буду готова, — кивнула я. Он поклонился и вышел. Через несколько минут я услышала стук копыт мелихорна. Мы с матушкой остались одни.

— Клариссия, — беспомощно обратилась она ко мне, — объясни мне, что всё это значит? Помолвка вместо свадьбы. А где же гости и торжество, где свадебное платье и белые ленты? Моя дочь будет выходить замуж, как простая крестьянка?

— Мама, но неужели у нас сейчас есть деньги на устройство свадебного торжества или хотя бы на свадебное платье? — Терпеливо начала я.

— Ах, милая, но ведь мистер Стэкс такой благородный и богатый человек. Наверное, он не поскупился бы тебе на платье. Скажи, вы ведь с ним не поругались?

Она попыталась заглянуть мне в лицо. Я отвернулась. Поругались? Да мы и не мирились.

— Мама, — опять терпеливо начала я, — но мистер Стэкс итак слишком благороден, — я едва не скривилась, произнеся это слово, но иначе матушке что-либо объяснить было невозможно, — он согласился подарить нам обратно имение, которое стоит, между прочим, совсем недёшево, так позорно проигранное Льюитом. Я думаю, если бы брат проигрался кому-то другому, вряд ли тот человек был бы так щедр.

— Ну и что. Я всё равно не понимаю — разве это повод лишать мою самую старшую и любимую дочь свадебного платья и торжественного ужина? — Я только вздохнула в ответ на эту тираду. — И почему помолвка? Разве мистер Стэкс так сильно уважает традиции?

— Нет. На помолвке настояла я.

— Но зачем, Клариссия? Что ты будешь делать целый год до свадьбы? — Удивлённо посмотрела на меня матушка.

— Постараюсь получить независимость, — честно ответила я, а потом, не слушая никаких возражений, сказала, что мне надо идти собирать вещи и поднялась к себе.

В шесть, так в шесть. Время ещё есть. До вечера я несомненно успею собрать весь свой небольшой багаж и найти приличное платье для помолвки. Вот только договор я подпишу только при некоторых условиях. И озвучить их Армалю я собиралась сразу, ещё до церемонии.

Глава 2

К шести часам вечера я была готова и ждала жениха. И Армаль прибыл ровно за полчаса до назначенного времени. Боится, наверное, что я исчезну, иначе как ещё объяснить это его странное желание пожениться на следующий же день после предложения. А я бы и исчезла, будь у меня побольше времени и средств. Но проклятые долги Льюита не оставили мне выбора.

Я спустилась к Армалю в гостиную, матушка и Лари крутились где-то поблизости, Льюит, немного протрезвев, вернулся в полк, к своим, должно быть, собутыльникам. Мой саквояж был собран, но не для долгой и дальней поездки — я не собиралась жить в доме Армаля, это было первое и самое основное условие.

— Добрый день, Клариссия, — поздоровался он. Хорошим манерам его научили, это у него не отнимешь.

— Добрый день, — холодно ответила я.

— Ты собрала вещи?

— К чему такая спешка? — вместо ответа спросила я.

— У меня срочные и неотложные дела на службе, поэтому мне нужно жениться на тебе как можно быстрей.

Я едва не задохнулась от возмущения. Спокойно. Главное, не давать ему поводов для насмешек, не показывать свою слабость.

— Не жениться, а заключить помолвку, — поправила я его.

— Хорошо, хотя я так надеялся, что ты передумаешь, — он усмехнулся, глядя на меня. Я гордо подняла голову. Не передумаю. Но ответила спокойно.

— Нет, и не передумаю. Более того — у меня есть условия.

— Странно, я думал, что условия в таком положении диктую я, — он не угрожал, нет, но голос звучал мягко, как у кота, забавляющегося с мышкой. Ну так я докажу ему, что у мышки тоже есть зубы и когти.

— А я могу не принять их, — парировала я.

— Тогда твои мать с сестрой окажутся на улице.

— Неужели ты так жесток? — Насмешливо спросила я.

— Нет, как раз поэтому и даю тебе шанс. Но, так и быть, я согласен выслушать твои условия.

И снова за ним оказалось последнее слово. Я бессильно сжала кулаки. Ну ничего, посмотрим ещё, кто кого. Я помолчала немного, потом собралась и ответила:

— Я хочу, чтобы Льюит был помещён в лучшую лечебницу столицы с сохранением за ним места, чтобы Иларии и матушке назначено было содержание в размере ну, скажем, — я замялась, прикидывая точную сумму. — ста далеров в месяц. Дом по дарственной должен отойти обратно нашей семье. И последнее — всё время помолвочного круга я хочу жить отдельно от тебя, в своём доме.

Армаль выслушал мои условия и как-то нехорошо ухмыльнулся, потом положил на стол бумаги, которые держал в руках.

— Это — уже готовый договор о помолвке. Тебе остаётся только подписать его. Все твои условия будут исполнены, но… лишь после свадьбы, — я едва не задохнулась от возмущения. А самое главное — волной накатила злость. Я ровным счётом ничего не могу ему противопоставить и полностью завишу от его капризов. Ох, почему отец умер так рано?! Он обещал научить меня навыкам, необходимым для поступления на службу. Тогда бы я смогла сейчас не зависеть ни от матушки с сестрой, ни от Армаля, чтоб ему пусто было! — По поводу имения — твоя родственники будут по-прежнему жить в нём и получать с него проценты, карточные долги Льюита я оплачу, но во избежание новых проблем, все права на имение останутся у меня. Что же касается твоего отдельного проживания — об этом не может быть и речи. С меня уже достаточно сплетен, а я всё-таки состою на службе, не забывай. Так что подписывай договор и поехали. Надеюсь, ты собрала вещи.

— А если я откажусь?

— Ты не в том положении, чтобы отказываться. Но если ты собираешься наделать глупостей — дарственная на ваше имение уже подписана и лежит у меня в кабинете. Кредиторы Льюита будут просто счастливы ей, — Армаль открыто усмехался, растягивая губы. Я не могла на него смотреть и отвернулась, чувствуя, как противно пощипывает глаза. В этот раз он выиграл, но посмотрим, что будет потом.

В присутствии матушки и Иларии я подписала договор о помолвке. Матушка охала и ахала, не в силах никак смириться с тем, что не будет торжества в честь моей свадьбы, и что я всего лишь подписываю договор о помолвке, а не венчаюсь в храме в присутствии сотен гостей в традиционном красном платье. Илария тоже смотрела на меня с обидой. Как же — я лишила её такой прекрасной возможности — покрасоваться на свадьбе сестры и найти себе новых кавалеров. По-моему ни сестра, ни матушка не понимали всю бедственность нашего положения. Для них самым главным была свадьба и возможность пустить пыль в глаза, даже заложив имение ради торжества. Хорошо, что у них не было такой возможности.

В договоре о помолвке не было никаких подводных камней. Я прочитала его весь. Спасибо отцу — он хотя бы научил меня разбираться в документах.

— Ну что, дорогая моя жена, ты готова? — Мерзко улыбнулся Армаль, подавая мне руку, после того, как я, скрепя сердце, поставила подпись под договором.

— Не жена, всего лишь невеста, ещё целый год, — прошипела я сквозь зубы.

— Нет, по договору ты жена, хотя по статусу — невеста, — ухмыльнулся он, — Миссис Армаль Стэкс.

Это звучало так непривычно, что я едва не растерялась, но потом посмотрела на радостно-испуганные лица матери и Лари и выдохнула. Спокойно. Мне ещё предстоит долгая дорога в имение Армаля, а потом целый год жизни с ним под одной крышей. Я чопорно положила свою руку на его, подняла голову и двинулась вслед за ним к экипажу, запряжённому, конечно, мелихорнами.

Прощание с матушкой и сестрой уже состоялось, мой саквояж с вещами (довольно небольшой для жены такого важного человека, однако) был уложен и кучер ждал только нас, чтобы увезти меня в новую жизнь и отделить от всего, что я знала и любила. Но я не очень и переживала по этому поводу. Моя прежняя жизнь закончилась со смертью отца и беспробудными пьянками брата. Пришло время начинать новую жизнь. И в ней точно не было места для Армаля!

Когда мы подошли к карете, я с опаской покосилась на мелихорнов. До этого я никогда не видела их вблизи и уж тем более не дотрагивалась до них. Чёрные, как уголь, дико раздувая ноздри, они стояли, нетерпеливо перебирая ногами. Когда они открывали пасти, из них шёл дым. Я вспомнила все страшилки, прочитанные об этих диких животных до того, как большими усилиями и трудами их удалось приручить, и мне стало совсем не по себе.

— Клэр, ты боишься мелихорнов? Не бойся, мои лошадки смирненькие, — усмехнулся Армаль. Я только гордо вздёрнула голову и отвернулась. Страх сразу же сменился злостью. Я ещё докажу ему, что не боюсь этих проклятых огнедышащих тварей!

Мы сели в карету и она тронулась. Я вцепилась в поручни, потому что мелихорны сразу пустились в галоп, и на кочках нас трясло так, что если бы не эти самые поручни, да мягкая обшивка, я давно бы уже набила себе шишек на всех возможных местах. Армаль сидел молча, сосредоточенно изучая какие-то бумаги. Наверное, он занят работой. Ну и пусть, по крайней мере отдохну от него. Слишком много моего жениха (или теперь уже мужа?) за последние дни.

Пока мелихорны везли нас к имению Армаля, а он сам был занят бумагами, я пыталась вспомнить, что знаю о своём новом доме. Выходило, что знаю я совсем мало. Я никогда, в общем то, не интересовалась жизнью своего дражайшего мужа. После того, как он поступил на королевскую службу и поднялся до капитана розыскной гвардии, мы надолго потеряли его из виду. И это было к лучшему. Я наконец-то смогла отдохнуть от него. Изредка до меня доходили слухи (и их источником чаще всего становилась Лари) о его работе и баснословном богатстве, которое он получил, расследуя какое-то чересчур запутанное дело. Меня это слабо волновало. Следующий слух уже касался покупки Армалем старинного имения где-то в сельской местности, до которого было ещё трястись и трястись по нашим дорогам. Поговаривали, что имение ему продали за бесценок, потому что с ним была связана какая-то нехорошая история, но какая именно — я не удосужилась узнать. И сейчас немного жалела об этом. С детства не любила ужастики.

Я зевнула. Уже стемнело, а путь нам, видимо, предстоял неблизкий. Дома я привыкла ложиться рано и так же рано вставать. Но вот получится ли внести эту привычку в свою новую жизнь? Я в этом очень сомневалась. От нечего делать я стала размышлять о помолвке и снова и снова прокручивать в голове подробности договора. Армаль сделал всё по традиции — тут его не в чем было упрекнуть. По договору жених с невестой считались мужем и женой уже после помолвки, но по статусу — они должны были оставаться женихом и невестой ещё целый год, пока длился помолвочный круг. Что таким образом проверяли — выдержку, или, может, силу их любви — сложно сказать. Но тем не менее… За помолвкой обязательно следовала свадьба. Исключение было только одно — доказанная неверность супругов. Когда первый пыл прошёл, я задумалась — как мне удастся избавиться от Армаля. Ведь год — это по сути очень мало. Даже если я смогу выкупить у него имение и подписать дарственную на матушку (а что-то мне подсказывало, что, судя по её поведению с Льюитом, имение лучше всё-таки переписать на себя), что мне делать дальше? Как заставить своего мужа отказаться от меня добровольно? Да и вообще я не могла понять, зачем я нужна Армалю. Только если из вредности и потому что он привык добиваться желаемого. Правда, мне было бы намного легче, если бы он оставил меня в покое, наконец-то.

Вдруг карета дёрнулась, заскрипела и резко остановилась. Армаль оторвался от своих бумаг и высунулся в оконце. То, что он там увидел, ему явно не понравилось, потому что он скривился.

— Всё, вылезай Клариссия, мы приехали.

— Что случилось?

— Судя по всему, колесо попало в яму, и треснула ось, больше пока ничего не могу сказать.

Он открыл дверцу кареты и первым спрыгнул в темноту, я немного поколебавшись, последовала за ним. Возле кареты стоял кучер с фонарём. Армаль подошёл к нему и о чём-то спросил. Я тем временем осмотрелась. Фонарь освещал пустынный полузаброшенный тракт, весь в выбоинах и трещинах, проходивший, судя по всему, в густом лесу. Было темно и холодно, я зябко поёжилась, а потом опять зевнула. Все мои тёплые вещи были надёжно уложены в саквояж, и искать их сейчас не представлялось возможным. В карете я укрывалась одеялом. Но не брать же его с собой. Пока я раздумывала, что делать, ко мне подошёл мой новоиспечённый муж с фонарём. Видимо, он успел зажечь ещё один. Он молча накину мне на плечи плащ. Лица его я не видела и поблагодарить не посчитала нужным. Пусть скажет спасибо, что я вообще приняла этот плащ от него! Правда, сразу стало теплее. А он заговорил, как ни в чём не бывало:

— Я не предлагаю тебе поездку на мельхорне, потому что ни один из них не повезёт незнакомого человека, к моему сожалению. Так что остаётся только прогулка пешком.

Я кивнула и опять зевнула. Хотелось спать, и было жутко неуютно стоять в этом мраке и холоде. Вернуться бы в карету и лечь спать. Я оглянулась, вожделенно смотря на дверцу, так меня манившую.

— Не советую здесь ночевать, — он, словно угадал мои мысли и усмехнулся. — В этом лесу водятся оборотни и прочие радостные звери.

Спасибо. Утешил. Про оборотней я только слышала, видеть ещё не доводилось. А вот что он имел в виду под прочими зверями, думать мне абсолютно не хотелось, так как воображение моё разыгралось не на шутку, поэтому я сглотнула, сон как рукой сняло. Побыстрей бы добраться до дома, каким бы он не был, до тёплой постели и горячей ванны.

Армаль сделал пару шагов, потом обернулся и посмотрел на меня. Если выбирать между ним и оборотнем, то я выберу хотя бы знакомое зло. Я вздохнула и шагнула за ним.

— Не отставай, Клэр, а лучше дай-ка руку. — Я хотела уже возмутиться, когда его пальцы сомкнулись на моей кисти. Не больно, но надёжно, так, что не вырвешься. Я вздохнула и хотела что-то сказать, но только закашлялась. Дыхание перехватило, когда я посмотрела на Армаля. Он держал в другой руке револьвер. Я не трусиха, но сейчас почему-то страх захлестнул меня. Да уж, вот и начало семейной жизни. Не приведи Небо встретиться с теми, от кого он собрался меня защищать.

Мой новоиспечённый муж шёл очень быстро, стараясь не сходить с тропинки, освещённой лунным светом. Я едва поспевала за ним. От быстрой ходьбы стало жарко, спать расхотелось. Меня не оставляло тревожное ощущение, что вот-вот должно что-то произойти. Я даже вздрогнула, когда Армаль с ноткой удивления в голосе сказал:

— Странно. Пахнет дымом. Откуда бы это?

Я принюхалась. И правда. В воздухе чувствовался запах дыма. Откуда он в лесу?

— Нам ещё долго? — Спросила я, чувствуя, как немеют ноги то ли от страха, то ли от напряжения.

— Нет, мы почти пришли. Вот только меня настораживает запах дыма. Как сказал бы твой драгоценный братец, Клэр — тут что-то нечисто, — он передразнил Льюита. Ночью, в лесу, полном страшных созданий, это звучало пугающе. — Может, ты боишься?

— Ну вот ещё! — Я вздёрнула голову. Показать ему свою слабость — да ни за что! Я теперь одна и сама отвечаю за себя.

— Ну-ну, ты можешь расслабиться, — ухмыльнулся он, не слушая моих возражений, — мы уже почти дома.

Я огляделась и увидела, насколько хватало света, впереди мрачную кованую решётку забора, почти сливающуюся с тьмой вокруг. Из моей груди едва не вырвался вздох облегчения. Приятно, наконец, было чувствовать себя в безопасности, как вдруг Армаль вполголоса выругался. Я посмотрела на него. Странно, я вдруг разглядела в темноте его лицо. А потом обратила внимание, что и деревья вокруг постепенно выступают из мрака, а впереди странно отсвечивает кроваво-красное зарево.

— Быстро. Пошли, — Армаль дёрнул меня за руку и потащил куда-то, я едва не спотыкалась в темноте.

— Ей, полегче, ты мне руку вывернешь! — Но он меня не услышал. Через несколько минут мы уже оказались у калитки. С противным скрипом, Армаль отворил её, потом закрыл за собой и бросился вперёд по широкой и ровной тропинке. Видимо, это была подъездная аллея, потому что зарево становилось всё ближе, и ближе. Наконец, мы повернули, и нам открылся вид дома в полной красе. Я изумлённо выдохнула. Огромное поместье было охвачено пламенем. Горело несколько комнат, как я поняла, на верхнем этаже.

— Это окна моей спальни и покои, отведённые тебе, — выдохнул Армаль и выругался сквозь зубы. Я вздрогнула. Да уж. Ну и ночка! Спасибо, что сломалась карета, иначе в мягкой кровати к утру нашли бы мой обгорелый труп. Кто-то, должно быть, ненавидит Армаля сильнее меня.

Глава 3

— Что тут произошло? — набросился Армаль на слуг, подойдя к дому. — И где Джонс?

— Господин, дворецкий с садовником и парой наёмных рабочих пытаются потушить ваши покои, — отрапортовал слуга. Он вытянулся перед Армалем по струночке. Похоже, мой муж всех слуг держал в ежовых рукавицах. — Мы как раз ждали вас с госпожой, — слуга неловко поклонился мне, — и все были внизу, когда почувствовали запах дыма и услышали треск. Потом экономка закричала, что горят ваши покои.

— Когда это произошло? — Нахмурился Армаль.

— Около часа назад.

— То есть, если бы мы прибыли вовремя, то сгорели бы сейчас заживо? — моему мужу в голову пришла та же мысль, что недавно и мне. А я всё-таки предпочла бы ещё побродить по ночному лесу, пусть и населённому оборотнями, чем гореть в своей постели. — Так-так… А за время моего отсутствия кто-нибудь приходил?

— Да, господин, ваш сослуживец. Он оставил конверт в кабинете и сказал, что дело не терпит отлагательств и чтобы вы прочли письмо сразу же, как вернётесь.

— Интересно, кто это может быть? — Задумался Армаль, размышляя вслух. — Наверное, Далер. Хорошо. Я сегодня спать не буду — приготовьте мне свечи и кофе в кабинет. А миссис Клариссию поместите в гостевой комнате.

Я облегчённо выдохнула. Хорошо, что Армаль не забыл про меня, потому что больше всего на свете мне сейчас хотелось забраться в уютную постель и уснуть. Когда он приказал проводить меня, у меня не осталось сил даже возмущаться. Дальняя дорога, происшествие в лесу, пожар в моём новом доме, вымотали меня. Я заснула, едва добравшись до постели, хотя твёрдо была уверена, что совсем не усну. Я намеревалась размышлять до утра о своей нелёгкой жизни и о том, что мне теперь делать и как выкрутиться из сложившейся ситуации, но пришлось отложить эти размышления до утра.

Утром я проснулась довольно поздно, судя по тому, что солнце уже висело высоко в небе. Сама умылась, найдя в комнате большой таз и кувшин с водой, сама оделась. Не сказать, что мне было это непривычно — услугами горничной пользовалась обычно Лари, по сто раз на дню заставляя переодевать себя и делать новую причёску, когда была дома, естественно. Но всё-таки мне было непривычно в новом доме, и мой новоиспечённый муж должен был подумать об этом. Хотя… Что я ожидаю от Армаля? Сколько себя помню — он никогда не был галантным кавалером, а уж тратить время на ухаживания. Нет. Это не о нём. Мысли о моём муже сразу взбодрили меня. Главное помнить из-за кого и ради чего я здесь и не отступать от своей цели.

Я открыла дверь и вышла в коридор. Ни души. Может это заколдованный дом и всё, что было вчера — мне приснилось? Но нет. Запах гари и сырости вполне уверил меня в том, что вчерашнее происшествие всё-таки имело место. Через несколько шагов я увидела открытую дверь и заглянула в неё. Слуги наводили порядок в комнате, по-видимому, после того как потушили пожар, в ней протёк потолок. Я просто плохо помнила, что было вчера, видимо из-за усталости и переживаний.

— Прошу прощения, но где столовая и в какое время я могу позавтракать? — спросила я у слуг. Одна из служанок, миловидная девушка, моложе меня, судя по всему, поклонилась мне, а потом ответила.

— Завтрак уже был, госпожа, в девять часов. Но господин приказал не будить вас. Если хотите, я провожу вас в столовую.

— Хочу, — кивнула я. Армаль приказал не будить меня. Это, конечно, замечательно, но теперь из-за этого похоже мне предстоит завтракать в гордом одиночестве.

В столовой действительно было пусто. Я села за огромный длинный стол и поневоле задумалась. Интересно, какое же положение занимал предыдущий хозяин этого дома, или вернее сказать замка, что мог позволить себе такие столы, а главное, сколько народу одновременно завтракало за ним? Надо бы спросить, где в этом доме библиотека и поискать там какие-нибудь книги об истории имения.

Позавтракав в гордом одиночестве, я встала, раздумывая, что теперь делать и куда идти, и не пора ли начать предварять свой план в действие, а то я тут скоро сойду с ума от одиночества и безделья. Дома у меня были свои определённые обязанности, которые я выполняла, если не с радостью, то с удовлетворением. Занималась несколько часов в день самообразованием после смерти отца. Такова была его воля. Брала на себя иногда добровольно обязанности экономки, следя за тем, чтобы Льюит пропивал не все деньги. Но, увы, он поступил ещё лучше. После смерти отца, конечно, поместье унаследовал старший сын. И хуже этого ничего придумать было нельзя, хотя матушка в нём души не чаяла. При мысли о матушке и Льюите, я вздохнула. Рано или поздно матушка приедет, чтобы засвидетельствовать своё почтение. Это обязательно. И будет смотреть на меня, как на непослушную и нерадивую дочь, сверху вниз. Не сказать, чтобы это было мне очень приятно.

Я вышла из столовой и окликнула пробегавшую мимо служанку:

— Да, госпожа, — она присела передо мной в реверансе.

— Где здесь библиотека?

— Я сейчас провожу вас.

Я молча кивнула ей и пошла следом, поражаясь тому, какое всё-таки огромное имение у Армаля. Наш дом был в несколько раз меньше, но производил куда более приятное впечатление своими широкими окнами, просторными светлыми комнатами и уютными коридорами, освещёнными газовыми рожками. Но чего это я? Вполне могу поверить, что такой дом по вкусу Армалю, особенно если кроме маленького бедного особняка, в котором он ютился всё детство, он больше нигде никогда не жил и ничего не видел.

У библиотеки служанка оставила меня, удалившись по делам. Я немного постояла, рассматривая богатую деревянную дверь с вычурным узором, а потом вошла внутрь, естественно без стука.

— А, Клариссия, это ты. Присаживайся. Как прошла ночь? Хорошо спалось, — насмешливый голос Армаля вывел меня из задумчивости. И чего он делает в библиотеке, когда у него есть свой кабинет?

Я хмыкнула и отвернулась от него, собираясь вернуться к себе в комнату. Сидеть вместе с ним в библиотеке я вовсе не собиралась.

— Постой Клэр, мы же как-никак всё-таки уже близкие родственники. Неужели ты не хочешь совсем ничего мне сказать?

— Я уже всё сказала, ещё до заключения договора. О чём мне с тобой разговаривать? — Я прошла к двери, показывая новоиспечённому мужу, что разговор закончен.

— Тогда тебе, наверное, будет совсем неинтересно узнать, что завтра нас желает видеть король, — на лице Армаля застыла такая противная ухмылка, что захотелось стереть её, но я не нашла достойного ответа.

Стоило огромного труда сдержать изумление и ничем не выказать, как я поражена этой новостью. Мой отец был дворянином и пару раз удостаивался аудиенции короля, но единственно за личные услуги. Но вот Армаль… Неужели наш король Антантус V забыл о его происхождении, или же ему нравились бастарды без роду и племени? Я поморщилась, но промолчала. Армаль тоже молчал и смотрел на меня. Я ожидала колкостей и усмешек, без пикировок с ним было даже как-то скучно.

— Клэр, у тебя есть подходящее к случаю платье, или послать за портнихой? — Я вспыхнула от этого вопроса и не нашлась с ответом. Армаль бил по больному месту. Платья у меня не было. Только повседневные, латанные-перелатанные. И покупала я их ещё при жизни отца. Потом транжирство Льюита перешло все границы и, увы, я уже не могла себе позволить новое платье. Правда, мне нечего было сокрушаться по этому поводу — я почти никуда не выходила, в свет не выезжала и вообще не особо жаловала общество, а вот Лари переживала так, как будто отсутствие платья было концом света. И платье Армаль конечно же закажет на свои деньги, а я не хочу быть ничем ему обязана. Ничего. Рано или поздно, я заработаю денег и разорву эту проклятую помолвку, или заставлю разорвать его. И тогда выплачу ему всё, что он на меня потратил, до последней кварты.

— У меня нет платья, — сказала я поджав губы, признавая своё поражение.

— Я так и думал, — он опять ухмыльнулся, — поэтому послал за портнихой. Она скоро будет здесь. Надеюсь, вы с ней сойдётесь во вкусах.

Я хмыкнула и, даже не попрощавшись, направилась вниз, в гостиную, ожидать портниху. Комнаты в которых был пожар всё ещё приводили в порядок. Проходя мимо одной из них, я приостановилась и услышала:

— А я думаю, что поджог был из ревности или из мести. Господин решил жениться и…

— И что? — прервал служанку более строгий голос.

— Ну как что — госпожу кто-то и захотел извести вместе с господином заодно.

— Ну а я считаю, что это из-за службы. Опасная у него работа, и преступников много всяких разных ловит, а они, всяко известно, народ злопамятный, — встряла в разговор третья служанка.

— И главное поджигателя всё ещё не нашли.

Я услышала звук отдвигаемой мебели, разговоры стихли. Я вздохнула и, наконец, отправилась дальше. Значит вот как — из ревности или из мести. Что-ж, если Армаля пытались сжечь в своей постели из ревности, то мне сильно повезло. Докажу его неверность и прощай помолвка. Я даже улыбнулась своим мыслям. Правда вот немного тревожило то, что преступника так и не поймали. А кто его знает, может быть, он продолжит свои попытки поджечь нас, и главное, кто ему помешает? От этих мыслей стало немного не по себе, но я заставила себя отвлечься. В конце концов, можно выбраться из любых передряг, по крайней мере я должна в это верить. Потому что ту авантюру, которую я задумала без такой веры не провернуть.

В гостиной меня уже ждала богато и со вкусом одетая женщина, выглядевшая явно презентабельней меня. Видимо, это была портниха, одна из самых лучших, если не лучшая в окрестностях. Интересно, а почему это она так быстро примчалась по просьбам Армаля? Меня это ни капельки не волнует, вот ни капельки! Но почему-то противно защипало глаза. А она презрительно осмотрела меня, сощурив глаза, потом сказала:

— Значит это вы — новоиспечённая жена капитана Стэкса? Я была уверена, что у него лучший вкус.

— Интересно, чем вам не понравился его вкус? — спросила я, оскорблённая её выходкой. Если она и дальше будет так себя вести, то я откажусь и от её услуг, и от приёма у короля и сбегу домой. И пусть мой муж ищет меня, сколько хочет.

— Вы похожи на серую мышь. И боюсь, что даже моё платье вам не поможет. Но, так и быть, ради Армаля я сделаю всё, что от меня зависит.

Я сжала губы. Только её жалости мне не хватало! Захотелось развернуться и уйти, но раз уж я в это во всё ввязалась…

Ради матушки и сестры, только ради них, напоминала я себе всё то время, пока стояла в спальне перед огромным зеркалом, а портниха крутилась вокруг меня, обмеряя, подкалывая куски ткани иголками и что-то недовольно бурча сквозь зубы. Наконец, она сказала:

— Я сделаю всё, что могу, так и передайте капитану Стэксу. Платье будет готово завтра, до обеда.

Я позвала служанку и та проводила портниху до порога. Я вздохнула с облегчением, когда она ушла, а потом вернулась к себе в комнату и привередливо осмотрела себя в зеркало. Ну да. Серая мышка. Она права. Ничего примечательного. Стоило действительно взглянуть правде в лицо — мне никогда не светило замужество. Я уродилась в отца. Он не был красавцем, хотя слыл одним из умнейших людей страны. А вот Илария пошла в мать. Уже сейчас в свои шестнадцать она вовсю покоряла мужские сердца. Мне от матери достался только небесно-синий цвет глаз. Но если у Лари эти глаза были кокетливо опушены огромными ресницами в пол лица, то у меня они являлись лишь приложением к моей непропорциональной фигуре, длинному и немного вытянутому лицу и серым, почти мышиным волосам. Обычно я не придавала никакого значения своей внешности, равнодушно относясь к этому, но сегодня критически осмотрела себя в зеркало и признала, что портниха права. Но тут я тем более не могла понять Армаля. Зачем я ему? Ну, надеюсь, за год, новое приобретение, то есть я, ему надоест, и мы без лишних разговоров разорвём помолвку. Засыпала я с этой мыслью, утешенная и спокойная.

Глава 4

Всю ночь мне однако снилось, что Армаль смотрит на меня и презрительно хмыкнув произносит: «Серая мышь». Отчего-то я проснулась в слезах. Странно, раньше никогда не приходилось плакать во сне. Одевшись, я спустилась в столовую, где опять завтракала в гордом одиночестве. Видимо, мой муж избегал моего общества. Что-ж, мне это было даже на руку. После приёма у короля, можно будет наконец начать претворять в жизнь тот план, который я задумала.

Перед обедом, действительно принесли платье. Я залюбовалась на него. Такой красоты видеть мне ещё не доводилось. Мягкий золотой шёлк вызвал у меня почему-то ассоциацию с осенним днём. Платье было простого кроя, на корсете, по подолу разлетались бабочки, искусно вышитые золотыми нитками. Однако, эта портниха, кем бы она ни была, просто гений, если за день сотворила такое чудо. Я едва удержалась от желания тут же его примерить. В конце концов, напомнила я себе, оно не принадлежит мне. Его купил Армаль на свои деньги. А я не хочу ничем быть ему обязанной.

В дверь постучали. Вошла служанка.

— Госпожа, господин сказал, что аудиенция у короля назначена на два часа пополудни и вам следует быть готовой к этому времени. И ещё — если нужна помощь — ну там, что-то застегнуть или волосы заплести, можете рассчитывать на меня, — и девушка покраснела.

— Хорошо, — я улыбнулась.

В час дня я была готова. Волосы мне уложили в косы, заплетённые по последней моде, бытовавшей при дворе. (Спасибо, Лари, от неё я всегда узнавала такие новости, правда никогда даже и не думала, что они пригодятся). В золотом платье, таких же новеньких золотых туфлях и с новой причёской я была вполне недурна собой. Всё-таки эта портниха сотворила чудеса, подобрав к моему серому образу подходящий наряд.

В гостиной меня ждал Армаль. Он улыбнулся и галантно произнёс:

— Клэр, ты прекрасна!

Я отвернулась. Прекрасна, как же. Знаю я, кого он считает действительно прекрасной. Нет. Он меня не обманет. Я для него просто игрушка, которую хочется заполучить, поиграться и сломать.

К моей шее прикоснулось что-то холодное. Я вздрогнула от неожиданности. Неужели я так сильно задумалась, что даже не заметила, что вокруг происходит? Я обернулась и увидела, как с довольным видом хитрого кота, в сторону отходит Армаль. Я осторожно ощупала свою шею. На ней что-то было надето. Я подошла к зеркалу и едва не ахнула восхищённо. На моей шее сиял и переливался золотой камень, интараз, очень редкий и баснословно-дорогой. Без оправы, на одной тоненькой цепочке, он тем не менее смотрелся так богато, что никакие дополнительные огранки и украшения ему были не нужны.

— Пойдём, Клариссия. Я понимаю, ты восхищена своим видом, но не забудь — тебе предстоит ещё покорить сердце короля и его придворных, — насмешливо сказал Армаль и подал мне руку. Я скрепя сердце положила на неё свою и отправилась вслед за ним.

Мы сели в карету, запряжённую всё теми же мелихорнами, которых, надо думать, успели уже вычистить и покормить после ночного происшествия, и отправились в летнюю резиденцию короля. Звучало это так помпезно, даже в мыслях, что мне было совсем не по себе. Я украдкой скосила глаза на Армаля. Он не смотрел на меня. Руки его теребили письмо, видимо, то самое, которое ему принесли, когда меня не было, а мыслями он витал где-то в иных далях. Ну да, он же капитан королевских ищеек. Какое-то новое дело, в котором ему предстоит разобраться. Но мне это только на руку. Всё-таки если бы он не работал, видеть бы его приходилось намного чаще.

Карета ехала медленно. Я выглянула в окно. Засеянные поля стали понемногу сменяться более оживлёнными пейзажами. Вскоре мы въехали в город и копыта застучали по мостовой, отпугивая редких прохожих. Видя нас, они с ужасом отскакивали в сторону. Мелихорны пугали их так же, как меня. Если не больше. Но пока что лошади не проявляли своего нрава ничем. Либо ими управлял очень умелый кучер, либо слухи о них были достаточно преувеличены.

Вдруг раздался громкий хлопок. Мелихорны заржали как обычные лошади и понеслись галопом. Я услышала крики, дикий вопль кучера и ещё хлопки. Откуда-то запахло палёным и я увидела дым. Интересно, что это такое? Наши лошадки нас подожгли?

— Дай мне руку! — крикнул Армаль, вставая. Он выглядел взволнованным, а я с трудом понимала, что происходит. Видя, что я ничего не соображаю, он схватил меня за руку и с силой притянул к себе.

— Отпусти меня! — Сделала я слабую попытку вырваться. Дыма, между тем, в карете становилось всё больше. Армаль в ответ только сильней прижал меня. — Что происходит? Мы горим? — Вяло спросила я, сердце между тем заходилось от страха. От дыма я плохо понимала, что происходит

— Когда я скажу — прыгай! — Донёсся до меня как сквозь вату голос моего мужа.

Куда прыгать? Зачем? Но когда Армаль крикнул и дёрнул меня за руку, я последовала за ним. Глаза щипало, голова кружилась. И вдруг тело обожгло словно огнём. Я закричала и полетела куда-то в бездну.

В себя я приходила постепенно. Мне казалось, что надо мной с волнением склоняется Армаль и говорит то, что он не мог сказать даже в лихорадочном бреду. Я потрясла головой, открыла глаза, потом закрыла и ещё раз открыла. Ну да, конечно, это всё привиделось мне. И от того, что я посмела подумать, будто Армаль, человек которого я ненавижу мог сказать такое, мне стало так стыдно, что я готова была провалиться сквозь землю.

— Ты очнулась, Клариссия? Как себя чувствуешь? — В голосе Армаля мне почудилось волнение. Наверное, только почудилось.

— Не…не знаю, кажется голова болит, — честно ответила я. Переда глазами всё плыло и кружилось, так что я толком не могла разглядеть, где нахожусь. Было только ощущение, что я лежу на чём-то мягком и мне тепло и уютно, а ещё очень светло.

— Тогда полежи ещё немного, и поедем.

— Куда?

— Как куда — к королю. Или ты забыла и мне надо об этом напоминать? — Он был насмешлив, а у меня не было никаких сил, чтобы отвечать на его колкости.

— А что вообще произошло? — Вяло спросила я, постепенно приходя в себя.

— Покушение на наши важные персоны и почти успешное, надо сказать.

Когда я немного пришла в себя, Армаль помог мне подняться и дойти до ближайшего мелихорна. Выяснилось, что всё это время я лежала на мягком мху, похожим на пушистую шерсть. Каким-то чудесным образом, лошадки наши то ли не разбежались, то ли уже вернулись обратно — трудно было понять. Судя по всему, после покушения (похоже это был взрыв) лошади понесли нас и даже искусство кучера управлять этими тварями не спасло нас. А потом то ли от взрыва произошёл пожар, то ли мелихорны применили своё искусство владения огнём, но в результате получилось всё так как есть. Спасибо хоть живы остались.

Интересно как я выгляжу и возможно ли в таком виде показаться королю? Первым делом я почему-то машинально потрогала, на месте ли цепочка с интаразом, а потом уже успокоившись, оглядела себя и платье. Да, вид у меня, должно быть, ещё тот. Платье было местами порвано, а подол покрыт грязью и мхом. Недолго я радовалась такой красоте с бабочками. Ну ничего, значит портниха шила мне его явно не с добрыми намерениями. Так что не буду печалиться. Правда вряд ли король будет рад жене своего капитана розыскной гвардии, представшей перед ним в таком виде. Армаль кажется угадал мои мысли, потому что произнёс:

— Да, в таком виде предстать перед королем мы явно не можем. Нет, бывало, что я, конечно, являлся перед ним и в худшей одежде, но то я. — Я поняла намёк. Но не ответила на насмешку, сдержалась. У меня будет ещё много времени, чтобы порядком надоесть своему мужу. Надо будет потратить его с пользой. — Но время ещё терпит. Мы сможем по пути заехать к одним моим знакомым и я думаю, что они смогут привести тебя в порядок.

Я фыркнула, но промолчала, проявляя чудеса выдержки. Раньше бывало я не могла так долго выдерживать колкости моего новоиспечённого мужа. Но вся моя смелость улетучилась, как только он подвёл меня к мелихорнам, которые пряли ушами и пускали дым из ноздрей, выдавая признаки волнения.

— Мы поедем на них? — В моём голосе наверное было больше страха, чем удивления.

— Поедем. Да не бойся, — усмехнулся Армаль. — Недаром же я сразу после твоего прибытия в мой дом в качестве законной супруги, положил в стойло Снежку твою вещь. Ты уж извини, но по-другому было никак нельзя. Зато теперь он привык к твоему запаху и не будет против, если мы верхом доберёмся до дома моих знакомых.

И он подошёл к одному из мелихорнов и погладил его. Снежок? Он шутит?! Назвать чёрную как смоль лошадь Снежком? Я не знала, чего мне больше хочется — истерично расхохотаться или заплакать и убежать. Но я сама на это пошла. Пусть я не знала, на что иду, ради своих родных, но, по крайней мере, я предполагала. Так что винить, кроме себя мне некого.

И когда Армаль вскочил на мелихорна и посадил меня впереди себя, а потом пришпорил коня, я сжала зубы, надеясь что хотя бы крика он от меня не услышит. При желании мелихорн мог развивать скорость, намного больше, чем обычная лошадь. Что, видимо, сейчас и хотел от него добиться мой муж. В любом случае скакали мы не то что галопом, а будто вообще не касаясь земли.

Не знаю, сколько времени прошло. Мне показалось, что целый час, но, наверное, не больше четверти часа на самом деле, когда на взмыленном мелихорне мы пересекли проезжий тракт, свернули на какую-то тропинку и остановились у шикарного особняка. У меня даже захватило дыхание — даже мрачный, но богатый замок Армаля казался просто дешёвкой на фоне этой помпезной роскоши. Мда. Весёлые у него друзья однако.

Ворота нам открыл привратник, который пообещал доложить о нас его светлостям. Армаль не стал ждать и вошёл, не церемонясь, ведя в поводу мелихорна. Видимо, он прекрасно знал это имение, потому что уверенно двигался в сторону, как я поняла конюшен. Я растерянно следовала за ним, не особо понимая, что мне следует делать.

Мой муж спокойно завёл мелихорна в стойло, закрыл его и, только тут, обернувшись, увидел меня.

— Клэр, мы разве не для этого сюда заехали, чтобы ты привела себя в порядок? — Армаль в притворном изумлении поднял бровь. А то он не знал, что я следую за ним, потому что просто не знаю, куда мне идти? Поэтому я только плотнее сжала губы, но промолчала. — Хорошо, тогда пойдём, я познакомлю тебя со своими друзьями, заодно и переоденешься. Они тоже приглашены к королю, так что, думаю, мы поедем в их карете.

Он вышел из конюшни и быстро зашагал по направлению к шикарному особняку. Я молча следовала за ним, стараясь не очень запыхаться. Всё-таки я не привыкла так быстро ходить. Когда мой муж поравнялся с парадным входом, дворецкий, видимо, разглядев его в окно, бесшумно распахнул перед нами дверь. Я вошла вслед за Армалем. Изнутри особняк оказался ещё красивее, чем снаружи. Резные деревянные панели на стенах, баснословно дорогие вазы и статуэтки, мрамор, роскошные ковры… Пока я оглядывалась по сторонам, молча восхищаясь богатством и вкусом друзей моего мужа, вошли они сами.

— Граф и графиня Дель Монро, — представил своих друзей Армаль. Я слегка склонила голову. Граф был уже далеко не юношей, примерно лет сорока, сорока пяти, а его жена казалась очень молоденькой, но она, впрочем, не выглядела недовольной.

Когда мой новоиспечённый муж представил меня своим друзьям, она защебетала восторженно и потащила меня за собой, видимо, приводить в порядок. Из её болтовни я выхватило только то, что её зовут Жельмира. А ещё она бесконечно признавалась, что без ума от своего мужа. Я скептически слушала её, но молчала. Допускаю, что любовь возможна в принципе, но я, видимо, никогда не встречу мужчину, который не казался бы мне глупым, напыщенным и самоуверенным франтом. Я вздохнула. И тут мы пришли.

Комната Жельмиры была великолепна, хотя на мой взгляд всё-таки слишком много золота и броских цветов. У меня бы голова разболелась уже через пару часов в такой яркой обстановке.

— Клэр, милая, у меня куча платьев. Какое тебе бы понравилось? Выбирай любое. Мой Джордж покупает мне всё, стоит только заикнуться, что это мне нравится. Мне как-то даже неудобно. Но это, право, так мило, что он без ума от меня, — она смущённо хихикнула, а потом открыла передо мной шкаф с платьями. Я восхищённо ахнула. В этих нарядах не стыдно было бы появиться даже королеве. Я стояла бы и рассматривала их часами, когда Жельмира начала вытаскивать их и бросать небрежно на кровать, прикидывая пойдёт ли мне этот цвет или нет. Её болтовня скоро перестала меня раздражать. К тому же она чем-то напомнила мне Иларию. Наверное, я всё-таки скучаю по сестре, иначе чем объяснить, что уже через четверть часа мы общались с графиней как давнишние подруги.

Ещё через полчаса я была одета и причёсана по последней моде. И надо отдать должное Жельмире — вкус у неё был прекрасный.

— Ну вот, теперь тебе не стыдно и королю показаться. Пойдём, а то наши мужчины уже заждались нас. Кстати, как тебе нравится Армаль? Джордж сказал, что вы знакомы с детства. Армаль ему все уши прожужжал про тебя.

Я ответила что-то невразумительное. Интересно, что Армаль им наговорил про меня? Сомневаюсь, чтобы что-то хорошее. Наконец, мы вышли к гостям. Я успела поймать на себе заинтересованный взгляд графа Дель Монро, который что-то сказал моему мужу. Армаль ответил излишне резко, потом извинился и, подойдя ко мне, взял под руку. Графиня так же подошла к своему мужу, и мужчины повели нас в карету. Интересно, доберусь ли я сегодня до королевской резиденции, или вечер ещё сулит нам сюрпризы?

В карете я развлекалась тем, что рассматривала графа Дель Монро. В отличие от Армаля была в нём какая-то сановитость. Он выглядел действительно благородно. Орлиный профиль, осанка, взгляд — всё выдавало в нём истинного аристократа, чего нельзя сказать об Армале с его этой гаденькой усмешкой. Вот за такого мужчину, как граф, я, пожалуй бы, согласилась выйти замуж. Армаль, видимо, проследил направление моего взгляда, потому что вдруг нахмурился, посмотрел на меня, но ничего не сказал и отвернулся. Правильно, торжествовала я, нечего мне указывать, с кем общаться, а с кем нет. Вот познакомлюсь на вечере у короля с каким-нибудь графом и тогда… Но почему-то, что будет тогда я себе не могла и представить. Мысли мои упорно крутились вокруг Армаля и того, как он разозлится, если узнает, о чём я думаю.

Глава 5

Остаток путешествия, как на удивление, прошёл без происшествий. Я бездумно смотрела в окно, пропуская болтовню Жельмиры мимо ушей. Граф пытался завести разговор с Армалем, но мой муж был необычно молчалив, без этих его колкостей и насмешек. И таким он мне нравился гораздо больше. Я иногда ловила на себе его мрачный взгляд. Интересно, что ему не так? Армаль же знает, на каких условиях я вышла за него замуж. Он сам заставил меня, против моей воли. А я в таком случае вольна делать что хочу.

Прошло около часа, прежде чем мы, наконец-то прибыли. Летняя резиденция короля восхитила меня настолько, что я самым глупым образом стояла бы, открыв рот, если бы мимо меня не прошёл граф, ведя под руку Жельмиру. Она что-то ему нежно щебетала, он ласково улыбался. Идиллия семейной жизни. Я вздохнула, наверное, даже с завистью. Мне не суждено было такой идиллии. Даже если я навсегда попрощаюсь с Армалем, вряд ли мне встретиться такой мужчина, которого смогу полюбить я и который полюбит меня. Я вздохнула, отвернулась и тут же наткнулась на Армаля. Он с галантной улыбкой подал мне руку. Я положила на неё свою, и мы отправились вслед за графом с графиней, по мраморной лестнице, во дворец.

Я шла, стараясь выглядеть достойной этого дворца. В конце-концов мне стесняться и бояться было нечего. Если кто и имел право здесь находиться, так это я, а вовсе не мой муж. Но когда лестничный пролёт кончился и мы оказались в парадной зале, блистающей великолепием убранства, я растерялась. Шум голосов, дамы и кавалеры, блеск и роскошь — всё это ослепило меня так, что я встала, растерянно оглядываясь по сторонам. Внезапно стало одиноко. Это не та жизнь, к которой я привыкла. У меня не было среди этих людей знакомых и уж тем более друзей. Благодаря мужу, я оказалась вырвана из своего привычного круга общения и теперь мне придётся заводить новые знакомства, а для меня это всегда было слишком мучительно.

— Пойдём, Клэр, я представлю тебя королю. После этого можешь уединиться где-нибудь в укромном месте, если тебе здесь тяжело, — в голосе Армаля не было обычной для него насмешки. Это меня смутило и я не нашлась с ответом.

Пока я мучительно думала, что муж действительно хотел сказать, он уже вёл меня через всю залу к королю. Увидев его величество, я присела в реверансе, как и положено даме, Армаль же сухо поклонился, как давнему знакомому. Наверное, он имеет право так общаться с его величеством.

— Какая у вас красивая жена, капитан Стэкс, — король улыбнулся мне. Я растерялась. Красивая? Такого комплимента я ещё не получала. Я лихорадочно перелистывала в уме этикет, размышляя, как мне следует ответить, когда мой муж ответил за меня.

— Благодарю вас, Ваше Величество. Клариссия действительно сегодня превзошла саму себя.

Несколько минут они поговорили о погоде, потом Армаль шепнул мне:

— Ты можешь идти, Клэр, мне надо поговорить с королём.

Как будто мне требовалось его разрешение! Но шум и великолепие королевского дворца действительно так оглушили меня, что я плохо соображала, как мне следует поступить. Ну и, наверное, сказалась дорога, полная «приключений». Я отошла от мужа, увидев, что он уже о чём-то увлечённо рассказывает его Величеству Антантусу V, и спряталась за колонной, уверенная, что никого тут особо не заинтересую. Я ошибалась.

— Миссис Стэкс, можно пригласить вас на танец? — Передо мной стоял граф Дель Монро собственной персоной.

Я растерялась. Честно говоря, граф нравился мне. Но я не забывала, что он женат и вовсе не собиралась вставать между ним и его женой. Я ещё не совсем выжила из ума и уподобляться знатным распутницам не собиралась. Но деваться было некуда, поэтому я вздохнула и позволила увлечь себя танцевать. Танцевал он прекрасно. Я пожалела, что не встретила его несколькими годами ранее, когда он ещё не был женат на Жельмире. Но тут же укорила себя за подобные мысли. Всё равно я ничего уже изменить не могу. Что толку жаловаться и расстраиваться.

А граф за то время, пока мы кружились с ним в замысловатых танцевальных фигурах, приложил, видимо, всё своё влияние, чтобы очаровать меня. Если бы не мысль, что он женат (и это настораживало меня), я влюбилась бы по уши. А так я не могла раскусить его и понять, что ему надо. Сказывался слишком малый опыт пребывания в обществе. Я в отличие от моей сестры терпеть не могла балов, вечеров и примитивных разговоров о погоде. А от таких франтов, как мой брат, меня всегда воротило. Я так и ожидала, что вот сейчас они напьются и начнут доказывать всему миру, насколько они значимые персоны.

Но вот граф… Он не был похож ни на обыкновенного ловеласа, ни на повесу, вроде Льюита. Что же им двигало?

— Клариссия, а вы давно знаете Армаля? — Граф мягко перешёл со мной на ты, но я явно этого ему не позволяла. Он хочет скомпрометировать меня? В таком случае мне это только на руку — мой муж быстрее разорвёт помолвку. Правда сейчас, до того, как я накопила денег на выкуп имения, это было излишне для меня. Пойдут всякие толки и слухи. Никто не захочет помочь мне с устройством на службу…

Поэтому я как можно холоднее ответила графу:

— Я знаю господина Стэкса с детства, граф Дель Монро.

Если я рассчитывала упоминанием его титула, поставить графа на место, то ошиблась. Он словно обрадовался.

— И как вам, Армаль? Нравится ли он вам, как… как человек, — запнулся граф. — Просто мы с женой слышали ужасную историю о том, что он вас вынудил, буквально женил на себе. А вы сами понимаете, что это не тот случай, когда такие поступки прощаются.

И граф многозначительно посмотрел на меня. Как бы я не ненавидела Армаля, я не настолько глупа, чтобы рассказывать первому встречному о своей личной жизни. Да и не верилось мне, что граф действительно хочет помочь мне, девушке, которую знает от силы пару часов Скорее тут другие, более личные причины. А я не хочу быть пешкой в чужой игре.

— О, ничего подобного, граф, — я попыталась мило улыбнуться, чтобы выглядеть той, кем я на самом деле не была. — Армаль буквально спас нас от разорения, так что я очень сильно ему благодарна, — солгала я, едва не заскрежетав зубами. Ничего, ради благой цели можно и потерпеть.

Но граф не унимался.

— Но именно как человек… Не замечали ли вы за ним чего-нибудь странного? Даже вот покупка этого дома…

— Дом? Это в котором мы сейчас живём? А что с ним не так? — Снова прикинулась я простушкой.

— Ох, вас видимо решили не посвящать в ужасную историю, связанную с ним. На самом деле она действительно не для женских ушей, — заинтриговал меня граф. Я ждала продолжение его речей, но танец некстати кончился. А я поняла, что на меня надвигается гроза, увидев, как к нам с улыбающимся графом подходит мой муж.

— Клэр, можно пригласить тебя на танец? — Армаль нацепил на своё лицо одну из самых милых улыбок, имевшихся у него в арсенале, но глаза его метали молнии.

— Конечно, — ответила я, тоже улыбнувшись. Если он ждёт от меня истерики или чего-то подобного на виду у всей этой толпы, то он не дождётся.

Муж подал мне руку и мы закружились в танце. Граф куда-то исчез, оставив меня на растерзание человеку, о котором так дотошно выспрашивал.

— Дорогая Клэр, как свою жену…

— Невесту! — Вставила я, прервав его. И почему меня все считают женой этого человека ещё до завершения помолвочного круга? Может, потому что практика разрыва помолвок очень редка? Ну ничего, я её пополню, возможно, ещё одним уникальным случаем. Ведь если об этом не мечтать… Я содрогнулась. И поймала на себе цепкий и недовольный взгляд Армаля.

— Хорошо, — он усмехнулся. — Если тебе нравится считать себя невестой — пожалуйста. Но в глазах света помолвочный круг не больше чем дань традициям. Поэтому будь добра веди себя как моя жена. Я не терплю слухов, касающихся моей персоны.

— А что тебя не устраивает? — Не выдержала я. — Ты вынудил меня выйти за тебя замуж, а теперь требуешь ещё и образцового поведения, которого я тебе дать не могу?

— Я не знаю, Клэр, за что ты меня так ненавидишь, — устало ответил Армаль. — Но, поверь, образцовое поведение скорее в твоих интересах. Граф Дель Монро не из тех людей, с которыми можно безнаказанно крутить интрижку. Если он проявляет к тебе интерес, значит ему от тебя что-то надо. Поверь, я знаю его достаточно давно.

Я едва не задохнулась от возмущения. Всё то, что он сказал, я поняла и сама, но возмутила именно бесцеремонность мужа. Мало того, что я по праву теперь принадлежу ему и пока что не могу никуда от этого деться, так ещё он хочет влезть и в мои мысли.

— Поверь, — холодно ответила я, передразнив его, — я могу сама решить как и с кем себя вести. Я давно уже не маленькая девочка.

— Ну, что-ж, тебе виднее, наверное, — как-то нехорошо усмехнулся он и отошёл. Танец закончился. Армаль отправился, кажется, в угол, где играли в карты, а я внезапно почувствовала себя одинокой. Правда, долго унывать мне не дали. Какой-то слащавый франт пригласил меня на следующий танец и я, не раздумывая, согласилась. Пусть Армаль увидит, что я, в конце концов, сама могу решить, что и когда мне делать. Он же не закатит скандал прямо на балу. А дома — пусть только попробует. И я гордо подняв голову и в первый раз ощутив себя на своём месте, отправилась танцевать.

Но почему-то желаемой радости этот танец мне не принёс. Мой партнёр совсем не умел вести, коряво наступал мне на ноги, а комплименты говорил такие, что вяли уши. Но я гордо проплывала с ним мимо карточных столов, за одним из которых сидел Армаль. Пусть увидит, что я вполне освоилась на балу и… Бог знает ещё какие мысли вертелись у меня в голове, когда я увидела, как мой муж, который обвинял меня недавно в вольностях по отношению к графу, премило беседует с девушкой. Я едва не споткнулась, разглядев, что это за девушка. Бетси, та самая, которую как-то вечером я застала в саду с Армалем. Он говорил ей о любви так красноречиво, а над ними пел соловей. Настоящая идиллия. Я не дослушала его лживых признаний тогда и, не выдержав, убежала.

И вот она Бетси, собственной персоной. Я не помнила ни её полного имени, ни фамилии, потому что её отец внезапно разбогател, они продали дом по соседству с нами и переехали в дом побогаче, на другом конце города, положив таким образом конец этой мерзкой интрижке. И вот теперь Армаль беседует с этой Бетси как ни в чём не бывало, словно знает её уже много лет. Я рассмотрела и драгоценности на белоснежной шее и коралловые губы и покатые плечи и чёрные волосы, заплетённые в сложную причёску и даже платье, вряд ли богаче того, конечно, которое мне дала Жельмира, но смотревшегося на ней явно лучше.

— Простите, — спросила я у своего партнёра, — а кто эта женщина рядом с моим мужем?

— О, рядом с капитаном Стэксом баронесса Элизабет Фон Закесс.

— Баронесса? Она замужем? — Не удержалась я от возгласа удивления.

— О да, разумеется. Вон её муж, — и мой партнёр указал рукой на старика, стоявшего возле карточного стола с таким кислым видом, что рядом с ним могло испортиться даже вино.

— Благодарю вас.

Танец закончился и я с облегчением вернулась к своему месту возле колонны. Мне вдруг почему-то стало дурно. Везде одна ложь и обман, ни намёка на искренность.

Наверное, мой муж общался с баронессой Фон Закесс не только по долгу службы, судя по тому, как они мило сейчас беседуют. Я отвернулась. Глаза почему-то противно защипало. Наверное, просто какая-то пылинка попала. Я огляделась, в поисках лакея, чтобы попросить у него салфетку, но невольно всё равно взглянула в ту сторону, где Армаль беседовал с баронессой. Вот к ним подошёл старый барон, её муж. В руках у него был фужер с вином и выглядел он, кажется, уже не вполне трезвым. Он начал что-то говорить своей жене. Та слушала, со скучающим видом поигрывая веером. С другой стороны стоял Армаль, терпеливо ожидая, видимо, когда они смогут вернуться к прерванной беседе. Вдруг гости расступились. К барону с баронессой и моему мужу подошёл сам король. Он поприветствовал супругов как давних знакомых и возобновил разговор. Я видела улыбку на лице Армаля (и почему я как зачарованная смотрю на него?) и как блестели его глаза. Вот он наклонился и подал баронессе упавший веер. Их руки соприкоснулись.

И он смеет ещё что-то говорить про моё поведение! Ведь сам же на моих глазах флиртует с женой чужого человека! Я отвернулась, почему-то испытывая досаду. Армаль невыносим! Как тяжело было бы любить такого человека! Ну зато у меня на виду причина разорвать помолвку. Ещё бы уличить его напрямую в этой грязной интрижке и всё, я буду свободна. Гости собрались возле моего мужа, барона с баронессой и короля. Видимо, разговор шёл о чём-то интересном. Я не решилась присоединиться к ним. Вдруг в зале стало невыносимо душно. Я вышла в коридор, ведущий на балкон. Освежиться, подышать прохладным воздухом, заодно прийти в себя. Как надоели эти лицемерные маски!

Неожиданно послышались приближающиеся шаги, и до меня донеслись обрывки какого-то разговора. Я не желаю, чтобы меня видели и не нуждаюсь в жалости. Поэтому я спешно юркнула за одну из массивных колон, открывающих вход на балкон.

— …она тупа, как пробка от бутыли. Я был о Стэксе лучшего мнения.

— Расслабься. Нам же лучше. Разве не понятно, что он женился на ней из каких-то своих целей, а она терпеть его не может. Легче союзника нам не найти. А главное, какой удачный случай.

— Ты думаешь — не догадается? — Голоса вдруг почему-то начали удаляться. Я то краснела, то бледнела, понимая о ком они сейчас ведут разговор.

— Да ну. С чего? Она ещё глупее твоей жены.

Следующую фразу я уже не разобрала, но услышала достаточно. Ну что Армаль женился на мне не из побуждений прожить со мной долго и счастливо я уже поняла, но что есть негодяи хуже моего мужа — услышала впервые. Самое печальное, что голоса были мне незнакомы. Если бы я могла увидеть говоривших, тогда покушения на моего дражайшего супруга (ну и меня заодно) без сомнения бы закончились. Потому что в способностях моего ненавистного мужа к розыску преступников я не сомневалась. В конце концов, если наш король закрыл глаза на то, что тот — бастард без должного дворянского происхождения и позволил Армалю подняться так высоко по карьерной лестнице, значит, в этом был какой-то смысл. Но вряд ли мой супруг будет сейчас расследовать покушение на свою персону. У него, наверное, и без этого слишком много дел. Он то может себя защитить, а я должна страдать.

Вспомнив сегодняшнее приключение, я поёжилась. К тому же на балконе было холодно. Я направилась обратно в зал, когда встретила Армаля. Он шёл мне навстречу. Неужели мой супруг наконец-то соизволил заинтересоваться тем, куда пропала его жена?

— Клэр, вот ты где. Я ищу тебя. По делу, которое я сейчас расследую, появились новые зацепки. После вечера я отправлюсь сразу на службу, даже не буду заезжать домой. Но мне будет спокойней знать, что ты в порядке. Поэтому, если позволишь, я провожу тебя сейчас до кареты. Надеюсь, до дома ты доедешь в целости и сохранности. Но в любом случае я попросил нескольких гвардейцев сопроводить тебя. Пойдём. Я уже извинился перед королём за тебя.

Я задохнулась от возмущения. Он всё решил за меня. Да так, что я даже не могу ничего изменить! Знаю я на какую работу он отправится ночью. Я сжала зубы. Он не дождётся от меня истерики. Ни за что! Я молча подала мужу руку и нацепила на лицо самую весёлую улыбку из всех, которые имелись в моём арсенале.

— Фи, Клэр, тебе не идёт эта словно приклеенная улыбка. Лучше уж оставь свою кислую мину. А то ещё подумают, что у меня жена сошла с ума.

Он проводил меня до кареты, как настоящий джентльмен, сказал что-то своим гвардейцам, погладил мелихорнов, и упругой походкой направился во дворец. А я осталась одна в темноте.

Глава 6

Всю дорогу до имения моего новоиспечённого супруга, глаза у меня щипало. То ли от обиды, то ли… сама не могу понять, от чего. Ничего. После аудиенции у короля я ровным счётом больше ничего не должна Армалю, а значит имею право наконец начать устраивать свою жизнь. С завтрашнего дня я отправлюсь подыскивать себе подходящее место службы, пользуясь своими знаниями и авторитетом покойного отца. И мой муж не сможет мне этого запретить!

Ночью я почему-то не могла сомкнуть глаз. Едва я закрывала их — передо мной, как вживую вставал Армаль с Бетси. Женился бы лучше на ней, чем проворачивать свою грязную интрижку за моей спиной и за спиной её мужа!

Утром я встала разбитая. Всё тело болело. Здешний распорядок дня я ещё не выучила, со слугами не познакомилась, поэтому наспех умывшись и одевшись, я отправилась на поиски столовой, смутно припоминая, где она должна быть.

— Миссис Стэкс, вы что-то ищете? — Молоденькая девушка с миловидным личиком, одетая в платье служанки окликнула меня, выходя из комнаты.

— Да, я хотела бы узнать, во сколько завтракают, обедают и ужинают в этом доме? — Я намеренно пропустила слова «в моём доме», потому что не могла никак считать этот дом своим, как и брак с Армалем чем-то большим чем просто фикция.

— О. Вообще хозяин всегда обедает и завтракает как ему удобно, а чаще просит приносить ему еду в рабочий кабинет, но вы, миссис, можете установить часы для обеда и завтрака как вам удобно.

— Спасибо тебе, — искренне ответила я. — А как тебя зовут?

— Алис, госпожа.

— Алис, а не могла бы ты в свободное время показать мне дом и рассказать, что за легенда или мрачная история с ним связана?

— Хорошо. Конечно. Если вам удобно, сейчас я подам завтрак, а после него — тогда проведу вас по дому.

— Договорились, — улыбнулась я. От служанок узнать можно куда больше полезного, чем от собственного мужа. Да я, если честно, и не горела желанием его расспрашивать.

После завтрака, который показался мне безумно вкусным (после смерти отца мы экономили даже на еде), я дождалась Алис и попросила её показать мне расположение комнат в доме, в котором мне предстояло находиться ещё неизвестное количество времени.

Служанка, которая сначала чувствовала себя со мной неловко, через полчаса однако разговорилась.

— … А здесь, миссис, по поверью были тюрьмы. Этим комнатам уже нынешний хозяин придал соответствующий вид. Говорят, до него здесь такое творилось…

— Подожди-подожди, то есть до моего мужа этот особняк принадлежал какому-то маньяку? — Я содрогнулась, представив какие ужасы хранили эти стены. Жить в этом доме как-то совсем расхотелось.

— Ну… — Замялась Алис, видимо лгать девушка была ещё не приучена. — Не то чтобы маньяку. Просто здесь жил один старый лорд. Говорят, в молодости он был страстно влюблён в свою жену. Но она не отвечала ему взаимностью. И тогда от горя он помутился рассудком. Вскоре после этого его жена пропала, а потом исчез и он сам. Говорят, над этим домом тяготеет проклятье. В нём никто и никогда не может быть счастлив.

«Замечательно!» — Подумала я. Вот надо ж было Армалю из всех возможных свободных домов, выбрать именно тот, с которым связана зловещая история. Наверное, он совсем помешался на своей работе, если не может без интриг и тайн прожить ни дня.

— Хорошо, спасибо Алис. А не покажешь ли мне, где здесь находится библиотека?

— Конечно, миссис, пойдёмте за мной.

Служанка довела меня до библиотеки. Я поблагодарила её и отпустила. Мне захотелось остаться одной, чтобы обдумать всё, что я только что услышала. Я устало опустилась на стул. Проигрыш Льюита, спешное замужество с Армалем, покушения на нашу жизнь, аудиенция у короля, интрижка моего мужа со старой знакомой и дом, полный кошмарного прошлого. Было от чего устать.

Я немного посидела, потом встала и пошла между книжных рядов, надеясь найти подтверждение или опровержение истории, которую мне рассказала служанка. Но книг по истории имения не было в ближайших шкафах. Я шла всё дальше, только поражаясь тому, какая огромная библиотека в этом доме. Кем бы не был прежний хозяин, он явно любил читать. Наконец, возле самой стены, я заметила шкаф со старыми пожелтелыми фолиантами. Может быть, это то, что я искала? Я дотронулась до одного фолианта и вдруг стена перед моими глазами отъехала в сторону, открывая передо мной тёмный проход в неизвестность.

Мне было скучно, ничем другим то, что я полезла в этот тёмный проход, я объяснить не могу. Разумеется я захватила с собой подсвечник со свечкой, которую зажгла от камина. Да. Даже летом, в такое тёплое время года в этом доме, как я успела заметить, топили камины. И в библиотеке в том числе. Армаль безумно расточителен, если позволяет себе такие траты. Тут же во мне поднялась волна злости на него. Если он так богат, то вполне мог бы просто по-джентльменски подписать дарственную нам на наше имение и удалиться восвояси. А потом я бы вернула ему эти деньги, до последней мелочи, обязательно вернула бы. Но мой дражайший супруг не являлся джентльменом, в чём я уже не раз успела убедиться. Ему зачем-то понадобилась эта игра с условиями и условностями. Вряд ли он хотел только меня. Скорее просто мужская гордость. Но вот он получил, что желал. Что теперь?

Ответа на этот вопрос я не знала. Делать мне было нечего. А слоняться по чужому дому и бездельничать было не в моих правилах, поэтому я смело шагнула в темнеющую неизвестность. Первым что насторожило меня — это отсутствие паутины, плесени и затхлости. Было такое ощущение, что этим потайным ходом недавно пользовались. Ну в таком случае он куда-нибудь да ведёт и причём вряд ли это куда-нибудь — приятное место. Я прошла несколько шагов и пыл исследований во мне поугас. Может лучше вернуться? Я остановилась, задумчиво рассматривая стены, когда услышала мужские голоса. И они приближались. Вот и надо было мне лезть сюда? Я торопливо бросилась к выходу, светлевшему впереди, надеясь, что меня не увидят. Кто эти люди и что им здесь надо — об этом я подумаю потом. Внезапно я споткнулась и упала, неловко задев локтем стену. В глазах потемнело от боли, потому что я не сразу заметила, что выход из этого проклятого хода постепенно уменьшается. Видимо, я, падая, задела какой-то механизм, приводящий дверь в движение. Я бросилась вперёд, надеясь успеть. Но нет. Я добежала до двери как раз, когда она захлопнулась перед моим носом, отрезав мне все пути к выходу. Оставался ещё выход на той стороне потайного хода, но оттуда слышались мужские голоса, но до него незамеченной я не доберусь точно.

Я заметалась в панике, думая куда бы скрыться. Но потайной ход шёл прямо, без ответвлений и поворотов. Может, если я погашу свечу, меня не заметят? Но я понимала, что хватаюсь за соломинку, потому что эти мужчины, кем бы они ни были, вряд ли путешествуют по тёмным коридором без света. И всё-таки я погасила свечу, прижалась к стене, с той стороны, с которой открывается дверь, и попыталась стать как можно незаметнее.

Но мои надежды конечно не оправдались. Скоро тёмный коридор осветил свет, причём куда лучший чем был у меня. А вскоре появились и те, кто его нёс. Двое мужчин. Я видела их впервые. В свете фонарей их лица казались тёмными и каким-то зловещими. Оба были среднего возраста с усами и бородками.

— Его точно нет дома? Ты уверен?

— Да, говорю же тебе, я проверял. Там только его новоиспечённая супруга, но с ней мы быстро справимся, — голос был глухим. Я его точно никогда не слышала. А вот второй голос показался мне знакомым.

Услышанное чуть не заставило меня упасть в обморок. Я прижалась к стене, молясь, чтобы меня не заметили.

— А слуги?

— Зачем нам они? Нужны только бумаги и эта миссис Стэкс. Никто ничего не заметит, уверяю тебя. Они даже не успеют поднять тревогу. На, подержи!

Мужчины остановились. Один передал другому факел и начал натягивать на лицо чёрную маску. Потом то же самое проделал второй. Переодевшись, они подошли к самой двери, всё ещё не замечая меня. Я сжала зубы, мечтая лишь об одном — врасти в стену. Пот тёк с меня градом, пока они шарили по соседней стене, видимо, в поисках рычага или механизма, который открывает дверь. Наконец, они что-то нащупали.

— Всё, готово! — Воскликнул один из них, и дверь начала отъезжать в сторону. Только в последний момент я сообразила, что если я сейчас не отойду в сторону, то меня прихлопнет этой дверью, как муху. Я отскочила и оказалась в круге света, отбрасываемого факелами.

— Эй, посмотри-ка, какая птичка попалась нам в сети! — Сказал один из мужчин и направился ко мне.

Не раздумывая ни секунды, я кинулась вглубь по коридору. Путь в библиотеку мне загораживали эти двое мужчин и явно не с добрыми намерениями, тогда как в другую сторону можно было попробовать убежать. Они, видимо, не ожидали этого, потому что бросились за мной не сразу. А я бежала изо всех сил, молясь, чтобы меня не догнали. Как замечательно, что я надела сегодня с утра мягкие комнатные туфли без каблуков. В коридоре было темно. Видимо, преступники либо оставили меня в покое, либо у них погас фонарь. Я бежала в полной темноте, рискуя ежесекундно сломать себе шею. Только не падать духом!

Коридор свернул куда-то, потом ещё раз. Я едва не воткнулась лбом в стену, продолжая уже скорее не бежать, а идти по инерции, надеясь в скором времени увидеть свет. Вдруг сзади опять замаячило бледное пятно света и раздались торопливые шаги. Я ринулась вперёд с удвоенной силой. Впереди, наконец, тоже забрезжил свет. Я кинулась туда и увидела маленькое окошечко в потолке (если своды подземного хода можно назвать потолком), а под ним дверь. Я привалилась к двери, толкая её изо всех сил. Но, видимо, только моих сил было недостаточно. Шаги настигали меня. Я стучала в дверь и толкала её изо всех сил, царапала панике ногтями. Наконец, мне показалось, что она чуть-чуть приоткрылась. Я бросилась расширять образовавшуюся щель и едва не задохнулась от ужаса, почувствовав на своей спине чьи-то руки. Я почти вырвалась! Я закричала и рванулась вперёд, услышав треск платья.

— Помогите! Помогите кто-нибудь!

Вдруг дверь распахнулась. Навстречу мне хлынул поток воздуха, едва не сбив с ног, а ещё свет, много света. Я не сразу смогла разглядеть того, кто стоял на пороге, а когда увидела, мной завладели смешанные чувства. Это был Армаль, мой муж, собственной персоной. Не успела я опомниться, как он резко дёрнул меня на себя, а потом раздался звук выстрела. Я обернулась и меня едва не вырвало. По стенке коридора оседал один из преступников, прижимая руку к груди, под которой бурым пятном растекалась кровь. В руке он держал пистолет. Хорошо, что Армаль успел выстрелить первым. Я почему-то содрогнулась, представив на месте этого мужчины — своего мужа. Как бы я его не ненавидела, но смерти ему всё же не желала. Второй преступник, судя по звукам, убегал вглубь коридора.

— А теперь, Клэр, расскажи мне, что случилось. Как ты оказалась здесь в таком виде и кто эти люди?

И только сейчас я огляделась по сторонам. Я стояла на опушке леса в домашнем платье и комнатных туфлях, а дверца открытого потайного хода зияла прямо в небольшом холмике, умело замаскированном листвой и побегами плюща. Окажись, я здесь, прошла бы мимо и никогда бы не подумала, что в этом холме может скрывать вход в какие-то коридоры, да ещё и ведущие в имение моего мужа. Но, похоже, с ним связаны одни загадки и тайны. Придётся привыкать.

— А… — Я хотела уже рассказать, как от уныния и одиночества полезла в потайной ход, когда мне некстати вспомнился сбежавший преступник. — А как же второй преступник? Они хотели украсть твои бумаги.

— Не бойся, мы будем в кабинете, быстрее него. Но если ты волнуешься, я могу сделать вот так, — и Армаль щёлкнул пальцами и тихонько посвистел. Где-то недалеко послышалось ржание, и на поляну выскочил мелихорн. Муж подсадил меня, потом сел сам и пустил коня вскачь. Я инстинктивно прижалась к нему. Ненавижу мелихорнов! — Так что там случилось? — Спросил он, перекрикивая свист ветра.

Я начала рассказывать, стараясь не упустить ни одной детали. Почему-то, как я ни старалась, в голосе моём не было прежней уверенности и издёвки. Наверное, меня слишком измотали все эти странные приключения. Сидела бы сейчас себе дома, если бы не Льюитт. Я вздохнула.

— Клэр, ну не обязательно так вздыхать. Открой глаза. Мы уже приехали, — к своему стыду я обнаружила, что зажмурилась. Открыла глаза. Мелихорн стоял перед парадной дверью, нетерпеливо фыркая, а Армаль уже соскочил на землю и подал мне руку, насмешливо глядя на меня. Я нахмурилась, но приняла руку и спрыгнула на землю.

Он кинул поводья мелихорна подошедшему конюху и потащил меня за собой. Я едва успевала. Только и поняла, что к кабинету он добирался кратчайшим путём, тем, которого я не знала. Какой-то потайной лестницей. Интересно, сколько ещё секретов хранит этот дом?

Когда мы были в кабинете, Армаль прислушался, потом, стараясь не шуметь (и у него это отлично, надо сказать, получалось) пробрался к большому секретеру, стоявшему у окна, и спрятался за ним. Пока я раздумывала, что мне делать и зачем я вообще полезла с ним сюда, он сделал мне знак рукой, показывая, чтобы я спряталась под стол. Выбора не было, и я залезла под стол. Прошло несколько долгих и томительных минут. Наконец, за дверью, которую мой муж предусмотрительно захлопнул изнутри, вытащив ключ, послышались шаги, потом раздался шорох и звон, как будто кто-то ковырялся в замке. Я затаила дыхание.

Наконец, шорох в замочной скважине прекратился, и дверь беззвучно отворилась. В кабинет медленно забрался второй преступник, придерживая дверь рукой. Видно было, что на него произвела впечатление смерть его собрата, но уйти без того, за чем пришёл, он не мог. Наверное, наказание его нанимателя (а я, несмотря на то, что не работала в розыскной гвардии, была уверена, что его наняли для такой работы) было куда страшнее, чем то, что только вероятно могло с ним произойти здесь и сейчас.

Преступник медленно подошёл к столу. Я вжалась в пол и постаралась не дышать. Почему-то мне казалось, что это всё происходит не по-настоящему, не со мной. Была уверенность, что мне не угрожает никакая опасность. Может быть, потому что рядом находился Армаль с пистолетом. Конечно, полагаться на человека, которого ненавижу, это глупо, но тем не менее я чувствовала себя спокойной и уверенной. Поэтому когда преступник начал медленно обходить стол, проводя по нему руками (видимо, в поисках какого-то потайного ящика), я ни капли не испугалась. Хотя с него станется заглянуть и под стол. Но почему-то абсолютно иррациональное чувство уверенности, что ничего плохого со мной не случится, не покидало меня.

Через несколько минут преступник, видимо, нашёл то, что искал, потому что встал и зазвенел отмычками. Я ясно видела его ноги в пыльных ботинках. После него останутся следы. Или это было так задумано или это очень неумелый преступник. Пока он копался с отмычками, я увидела, как бесшумно из-за секретера вылез Армаль. Всё произошло буквально за несколько минут.

— Вылезай, Клэр. Он больше не причинит тебе вреда.

Мне послышалось, или в его голосе не было обычной насмешки?

Я вылезла из-под стола и увидела такую картину. Армаль заломил преступнику руки за спину и сорвал с него маску. Правда, видимо, муж тоже не был знаком с ним.

— Что ты хотел здесь? — Преступник промолчал, на лице у него выступили бисеринки пота. Муж ещё сильнее заломил ему руку. Я поморщилась. Если он собирается здесь допрашивать этого человека, то я лучше пойду. Преступник ойкнул, потом заговорил.

— Мне нужны были бумаги. А ещё нам приказали привести вашу жену. Я ничего не знаю. Это всё Шефер с ним разговаривал. Клянусь, мы бы не причинили ей вреда. Пожалуйста, не убивайте меня, — заскулил мужчина. Теперь при хорошем освещении я разглядела, что он был совсем молод, примерно моего возраста. Интересно, что занесло его на такой опасный путь.

— Кто приказал? — Спросил Армаль. В его голосе зазвучала сталь. Я поёжилась и, наверное, первый раз за всё время, что знаю своего мужа, задумалась о том, что заговори он со мной таким голосом, моя ненависть бы уступила место страху.

— Я не могу сказать, не заставляйте меня, — затрясся преступник. Я увидела ужас в его глазах. Интересно, этот таинственный наниматель более страшен в гневе, чем мой муж?

— Почему не можешь? Проклятье! — Крикнул вдруг Армаль, и отпустив преступника, повернул его лицом к себе, подхватив. Я не поняла, что происходит и мне стало дурно, потому что мужчина вдруг забился в конвульсиях, из его рта пошла пена и он начал медленно оседать на руки моему мужу.

— Что это? Что происходит? — Спросила я у мужа, инстинктивно отскочив от преступника.

— По-видимому, какой-то яд. Как только он начал рассказывать про своего нанимателя, сработала какая-то штучка, и яд попал в тело. Я должен был об этом догадаться! — Армаль стукнул кулаком по столу. Я едва не отскочила от него — так меня напугал этот его порыв. Нервы после всех этих приключений были на пределе. — А, Клэр, прости, я напугал тебя, — он повернулся ко мне. — Иди лучше отдыхай. Я разберусь с этим сам.

Я поспешила воспользоваться его приглашением и выскользнула из комнаты. Хватит на сегодня с меня происшествий. Целый день буду есть, спать и отдыхать!

Глава 7

Уединившись в своей комнате, я надеялась, что на сегодня приключения действительно закончились. Армаль заперся в своём кабинете, а я в своей комнате села писать письмо матушке и сестре. Естественно я не написала им ни слова из того, что действительно произошло со мной. Зачем их лишний раз пугать? Чтобы потом выслушивать нотации и охи-вздохи? Как только письмо было написано, я позвала служанку и попросила отправить его. Она пообещала, что выполнит всё в точности.

А я задумалась — чем бы себя ещё занять. В библиотеку при всём моём желании в ближайшие дни соваться мне было просто страшно. К тому же мой драгоценнейший муж не объяснил, как и для каких целей он пользуется этим потайным ходом, да и вообще как он оказался в лесу и услышал мои крики о помощи. Мне было бы очень интересно об этом узнать, но спрашивать Армаля я разумеется не стала. Не в таких мы отношениях, чтобы что-то друг другу рассказывать. Хотя я поймала себя на удивительной мысли о том, что я даже благодарна ему. Скажи мне кто-то пару месяцами ранее, что я буду испытывать чувство благодарности к Армалю, я рассмеялась бы ему прямо в лицо, а теперь…

Сидеть в комнате мне через какое-то время стало скучно, поэтому я решила прогуляться. В конце концов я же не в тюрьме здесь нахожусь, а значит вполне имею право гулять где и как хочу, не спрашивая ни у кого разрешения. Я переоделась и спустилась вниз по лестнице, примерно представляя, где находится выход. Но моих представлений всё-таки не хватило для того, чтобы выбраться из дома. Я поняла, что заблудилась в этом проклятом доме, когда через десять минут оказалась не там, где я представляла и куда хотела попасть, а в каком-то заброшенном крыле.

Здесь пахло пылью, а под потолком совсем неромантично растянулась паутина. Интересно, почему это крыло выглядит старым и нежилым, по сравнению с остальным домом? Неужели у Армаля не хватило денег привести его в порядок, или здесь кроется что-то другое? Я медленно шла по коридору мимо стройного ряда дверей. Ровно горели газовые светильники, освещая мне путь, так что темноты можно было не бояться, но вот что странно — горели только светильники. Ни одного окна в этом крыле не было, так что невозможно было понять, где я сейчас нахожусь. Я уже решила повернуть обратно, чтобы найти выход, а то мои шаги звучали как-то жутковато в абсолютной тишине, царившей здесь, когда увидела впереди приоткрытую дверь. Любопытство — мой порок и когда-нибудь, наверное, оно меня погубит (особенно если вспомнить сегодняшнее приключение в библиотеке), но я таки не удержалась и заглянула в открытую дверь.

В комнате было полутемно и пыльно. И, судя по всему, эта комната когда-то являлась женской спальней. Может быть, вот оно — тайное прошлое этого странного дома, что несколько дней уже не даёт покоя моему неуёмному любопытству? Я вошла в комнату и прежде всего поспешила к окну, которое здесь всё-таки имелось. Мне было интересно, далеко ли я в поисках выхода забрела. Но вид из окна меня разочаровал. Было такое ощущение, что я каким-то чудом перенеслась в другое имение. Ни леса, в котором ночью у нас случилось такое «весёлое» приключение, ни забора, ни подъездной аллеи, которую я кое-как, но запомнила, видно не было. Только куда не кинь взгляд виднелся заросший участок сада. Лужайка с полевыми цветами, буйно разросшийся кустарник, да пышные кроны деревьев. Какое странное и неухоженное место, под стать этому крылу. Интересно, почему мой муж оставил здесь всё в таком запустении?

Я отвернулась от окна и начала рассматривать комнату. Мебель и убранство выглядели богато, но достаточно старомодно. Наверное, здесь когда-то случилась трагедия и после неё оставили всё так, как было на тот момент. Но вот что странно — с виду здесь даже не стирали пыль и словно бы вообще не прикасались ни к чему, но запах сырости и вообще какие бы то не было запахи, отсутствовали. Осматриваясь, я случайно наткнулась на старинный трельяж. На нём стояла небольшой портрет. Я всмотрелась в него. Молодая женщина, красивая, тонкая, изящная, но с каким-то странным болезненным выражением на лице. Интересно, кто она такая и почему кажется мне настолько знакомой? Я так задумалась, что едва не подпрыгнула, услышав за спиной:

— Что ты здесь делаешь?

— Боже, Армаль, как ты меня напугал! — Обернулась я, узнав голос мужа. Но я действительно испытала нечто отдалённо похожее на страх, увидев выражение лица мужа. Он смотрел на меня, как никогда до этого, словно на надоедливую и наконец-то разозлившую его муху.

— Так ты не ответила, — голос звучал холодно и отстранённо, в глазах застыл лёд. Не стоило мне сюда приходить, это я поняла точно. Но что я могла поделать, если абсолютно случайно заблудилась в этом доме, доме, который я, между прочим, по помолвочному договору могла считать наполовину своим?

Выше нос! Почему это я должна бояться? Я ничего плохого не сделала. Я поджала губы и ответила, постаравшись, чтобы мой голос звучал как можно ядовитей:

— Разве я обязана перед тобою отчитываться? Я решила выйти погулять и случайно заблудилась в твоём огромном и мрачном доме.

Взгляд Армаля потеплел, но голос звучал сухо:

— Я надеюсь, Клэр, ты больше не позволишь себе случайно заблудиться в моём доме, а потом случайно попасть в передряги вроде той из которой я тебя сегодня вытащил. Всё-таки, как ты не устаёшь мне подчёркивать в каждой беседе, мы ещё не муж и жена, а соответственно, я имею право на своё личное пространство. И им в моём доме является прежде всего это место, а так же мой кабинет.

Вот мой драгоценный муж и показал своё истинное лицо. Мне это было только на руку. Я расплылась в улыбке.

— Хорошо, благодарю, что указал мне моё место. Разумеется, я недолго буду доставлять тебе такие неудобства.

— Что ты имеешь в виду, Клэр? — Кажется, он растерялся.

— Ну как, разве я не говорила тебе, как я отношусь к этой помолвке и что я сделаю всё, что угодно, лишь бы выкупить имение и побыстрее её разорвать? Или я не упоминала о том, что для этого хочу поступить на службу и…

Но Армаль прервал меня:

— Поступить на службу, жене капитана королевской розыскной гвардии? Это исключено! И слишком опасно.

— Опасно? Исключено? — Я разозлилась. — А разве в договоре где-то был пункт о том, что ты разрешаешь мне делать, а что нет? Ну-ка, напомни мне.

— Клэр, я… — он смутился, а я развернулась, чтобы не видеть его лица. Так и чесались руки дать пощёчину. Мало того, что он поставил меня в это двусмысленное положение и вынудил выйти за него замуж, так ещё теперь и ограничивает меня в действиях и передвижениях.

— Прости, Армаль, я не намерена тебе подчиняться. Разумеется, в это крыло твоего дома, — я подчеркнула слово «твоего», — я больше не зайду, но для этого не мешало бы запирать всё-таки двери на ключ. А на службу я поступлю, потому что не испытываю никакого желания сидеть здесь взаперти и в одиночестве. Да ещё и подвергаться постоянной опасности. Если хотят покушаться на тебя — скатертью дорога, но мне не хочется проснуться, задыхаясь от дыма в собственной комнате.

Я вздёрнула голову и направилась к выходу из комнаты. Ничего поблуждаю немного и сама найду выход в сад. Зато выучу наконец-то расположение комнат в этом дурацком доме. У двери я не выдержала и обернулась. Сама не знаю, почему. Армаль не смотрел на меня. Его взгляд был обращён на девушку на потрете. И что-то такое было в выражении его лица, что я тихо выскользнула из комнаты и почти бесшумно поспешила к лестнице.

Ту четверть часа, что я искала выход в сад, мои мысли почему-то кружились вокруг этой странной девушки на потрете. Кто она? Прежняя хозяйка имения, с которой связана та зловещая история? Но в таком случае кем она приходится Армалю? Или же она его родственница, а может любимая, с которой случилось что-то трагичное? Девушка на портрете выглядела печальной и скромной, словно сошедшая с какой-то старинной открытки. Она была просто создана для того, чтобы её любили. Я подумала об этом, и мне почему-то внезапно стало горячо в груди. Я даже остановилась в одном из коридоров, к моей радости, пустынном, и прижалась лицом к оконному стеклу, чтобы унять сердцебиение. Да что со мной творится?

Странные мысли о том, что я со своим характером и внешностью не создана для того, чтобы меня любили, внезапно посетили меня. Какое мне до этого дело? Раньше меня абсолютно не волновало, кто и что обо мне подумает и как ко мне отнесётся, но сейчас почему-то в душе всколыхнулась буря. Я была рада, когда наконец-то выбежала в сад. Одиночество — вот то, что просто жизненно необходимо было мне сейчас, чтобы развеяться и прийти в себя.

В саду я прогуляла или точнее проблуждала пару часов точно. Потому что сначала я уныло брела, не разбирая дороги, а потом, когда чувство голода ненавязчиво дало мне понять, что пора всё-таки вернуться в дом, я поняла, что заблудилась. Сад был просто огромен. Деревья и цветы всех видов и сортов иногда даже сплетались над головой, создавая непроходимую чащу. Я брела по тропинкам наугад, надеясь, что здесь не водится никакая экзотическая живность вроде мелихорнов. Иначе мне бы не поздоровилось. И так лес, кишащий оборотнями рядом с домом — это уж слишком.

Наконец, деревья поредели и тропинка вынесла меня к одинокому унылому каменному строению посреди полянки. Ещё до того, как мои ноги ступили на тропинку, ведущую к нему, я догадалась, на что наткнулась. И эта догадка ну никак не добавила мне оптимизма. Передо мной стоял старый склеп. Хотя, судя по тому, что тропинка к нему не заросла, а цветы вокруг были аккуратно подстрижены, его посещали и достаточно часто. Вот и ниточка, благодаря которой можно заглянуть в прошлое этого дома, ну или хотя бы попытаться заглянуть. Я сама не знала, почему меня так заинтересовал этот таинственный особняк и девушка, чей портрет я сегодня видела, но интерес во мне разгорелся нешуточный.

Я подошла к двери и смахнула паутину и вместе с ней небольшого паука, что посмел заплести вход в склеп, а потом толкнула дверь. Она поддалась легко и беззвучно. Наверное, её постоянно смазывали. Повеяло холодом и сыростью. Я вошла внутрь, не без трепета, памятуя чем закончилось моё недавнее приключение. Но в склепе было тихо и ни капли не страшно. Из небольшого оконца в своде склепа пробивался слабый свет. Я с трудом, но разглядела надгробия. Граф Жюль Риен на одном, графиня Сализ Риен — на другом и так далее. Имена мне абсолютно ничего не напоминали. Вот эпитафии читать было намного интереснее. Я обошла старые плиты, вчитываясь в полуистёртые строки. Интересно, были ли те, что лежат под этими плитами действительно «любящими мужьями, преданными жёнами и верными детьми»? Боюсь, на этот вопрос теперь никто не ответит.

Одно надгробие выделялось своим видом. Оно было самое скромное и самое новое. Время ещё не тронуло его. Такое ощущение, что оно стоит здесь совсем недавно. «Графиня Мария Риен — твоё настоящее имя. Покойся с миром». Интересно, что значит настоящее имя и кто такая эта графиня Мария? Пожалуй, за всю свою жизнь я знала только двух человек с именем Мария. Настолько оно было редким. И если одной обладательницей этого имени была моя знакомая, то вторую я никак не могла вспомнить. Что-то вертелось в голове, какое-то воспоминание, но я никак не могла его уловить. Да и впрочем какое мне дело, до этой Марии, будь она хоть трижды графиней. Я не нашла здесь ничего интересного для себя, ничего, что помогло бы мне разгадать тайну этого дома, ну или хотя бы понять, почему Армаль купил именно его.

Так ничего и не найдя интересного, я вышла из склепа и направилась дальше по тропинке, надеясь, что когда-нибудь она выведет меня к дому. Завтра же попрошу служанку показать мне все комнаты в доме и тропинки в саду. А то на последнем приёме Армаль представлял меня как свою жену, а эта сама жена теряется в собственном доме. Я не хотела пускать пыль в глаза, но и допустить того, чтобы надо мной смеялись за глаза и сплетничали, тоже была не намерена. Если он хочет — пожалуйста, я буду делать вид, что я примерная жена. Что правда не помешает мне поступить на службу. А Армаль пусть говорит что хочет. Мне до этого нет никакого дела.

Так размышляя, я наконец-то вышла к дому, правда не со стороны парадного входа, но это уже пустяки. Пока я обходила его кругом, не уставал поражаться тому, какой он большой. Просто огромный! Зачем одинокому холостяку вроде Армаля, был вообще нужен этот дом? Неужели, с ним связаны какие-то воспоминания? Маловероятно. Скорее желание покрасоваться и пустить пыль в глаза. Но тогда ведь можно было бы купить имение поближе к центру. Но да ладно, мне его характер не разгадать, да и зачем оно мне надо.

В парадную дверь я вошла как раз за четверть часа до ужина. Оставалось только переменить платье и направиться в столовую, что я с удовольствием и сделала, отметив, что Армаль опять предпочёл принимать пищу в гордом одиночестве. Что-ж, как говорится, это его выбор. Я его не держу.

Глава 8

Следующие несколько дней прошли на удивление без происшествий. Муж не вспоминал обо мне, лишь изредка, встречая меня в коридоре, произносил слова приветствия. Да мне, собственно говоря, что-то иное от него было и не нужно. Главное, приёма у короля больше вроде бы не намечалось, злоумышленники, активно пытавшиеся нас поджечь, взорвать и обворовать больше не появлялись. Пару дней я погуляла по имению, обнаружив, что ворота его всегда заперты, кроме того времени, когда кому-то надо выйти или чаще выехать. Ну, по крайней мере эту предосторожность я одобряла. Всё-таки соседство леса с оборотнями меня никак не вдохновляло. А по вечерам, когда ветер доносил в открытое окно до меня звуки волчьего воя, я вздрагивала и спешила закрыть окно. И почему согласно помолвочному договору, я не могу жить в своём доме? Почему я обязана жить в этом жутковатом имении, принадлежащем Армалю?

После нескольких дней ничегонеделания, когда даже в библиотеку я не могла пройти — там восседал мой муж, обложившись кипой книг, я решила приступать к осуществлению своего плана, а именно поступить на службу. Меня должны взять, хотя бы в память об отце!

Утром следующего дня я отправилась приводить свой план в действие. Никому не сказав, куда собираюсь (что я маленькая девочка, что ли?) я надела скромное платье, приличное, как мне кажется, для поступления на службу и отправилась пешком. Тот самый лес при свете дня не казался таким уж страшным, а до ближайшего селения, где можно было нанять экипаж всего минут двадцать ходьбы. Ноги с непривычки болели, ну ничего, пройдут. Я не горела желанием никому рассказывать путаную историю своей свадьбы, тем более что сама не особо понимала, в каком статусе нахожусь сейчас — невесты или жены. Но фамилия, пока действовал помолвочный договор, у меня оставалась прежней, по крайней мере на бумаге, что как нельзя кстати меня устраивало.

Прогулка вышла неожиданно приятной (если не считать ломоты в ногах), поэтому в экипаж я садилась необычно радостная и посвежевшая. Жизнь виделась в радужных красках. Я назвала рабочий район Элерса. Как доехали — отпустила кучера и отправилась искать работу. Если честно — конторы меня не впечатлили. Здания, в которых они располагались походили на огромный муравейник с кучей ходов. Они нависали над тротуаром так, что едва не закрывали небо. Я шла, рассматривая вывески и понятия не имея, куда мне двигаться дальше. Растерянность овладела мною. Я, конечно, могла бы сейчас войти в первую попавшуюся контору и попросить о работе, но… Как это вообще делается?

— Клариссия, что вы делаете здесь одна? — Я вздрогнула, услышав вопрос заданный таким знакомым тоном. Обернулась. Передо мной стоял граф Дель Монро собственной персоной. Он что, следит за мной?

— Я… я решила прогуляться, — ответила как можно небрежнее, хоть и ненавидела ложь. Но не буду же я объяснять графу, который так неприлично навязчив, как раз то, что он хотел узнать.

— Не лучший район для прогулок. Позвольте, я провожу вас.

— Разумеется, — ответила я, досадуя на то, что не могу никак от него избавиться. Ничего, прогуляюсь с ним и ещё вернусь сюда. Или приеду в другой день.

— А куда вас проводить? Где вы оставили экипаж?

— Я пришла пешком, решила прогуляться, — с лёгкой заминкой ответила я. В конце концов, почему я должна объяснять что приехала на наёмном экипаже и что Армаль ничего не знает о моём отъезде.

— Как оригинально! — Воскликнул граф и пытливо посмотрел на меня. Мне не понравился его взгляд. Было в нём что-то такое… неласковое. Если бы я была чуть-чуть помоложе и подоверчивее, я обязательно испугалась бы его. Даже сейчас какое-то неприятное чувство мешалось в груди. Но я успокаивала себя, что всё в порядке. Всё же он женат и жена его премилая девочка. А интерес ко мне он проявляет из… А собственно почему? Хочет что-то узнать от меня об Армале? Но вроде бы они друзья и явно он должен знать больше, чем я, которая увидела своего мужа после долгих лет игнорирования, так скажем, только в день помолвки. — Вы позволите предложить вам свой экипаж до имения вашего супруга?

Как бы от него отделаться? Ехать с ним в экипаже наедине почему-то не было совсем никакого желания. Поэтому я собралась с мыслями и ответила:

— К сожалению, у меня в городе есть кое-какие дела, поэтому вряд ли я воспользуюсь вашим экипажем. Но спасибо большое за предложение.

— Может быть, я смогу всё же чем-то помочь? — Граф кажется был обескуражен отказом.

— Если мне понадобится помощь, я обязательно обращусь к вам за ней. Благодарю вас, — я повернулась, намереваясь отправиться в другую сторону, когда граф внезапно сказал.

— Клариссия, я слышал про нападение на имение Армаля и лично на вас. Примите мои соболезнования. Наверное, только крепкая любовь и поддержка мужа позволяет вам терпеть такие неприятности.

Я ответила что-то невразумительное и покраснела, скорее всего, от возмущения. Крепкая любовь! Скажет тоже! Наконец, граф ушёл, и я вздохнула с облегчением. Теперь можно повернуть обратно, в рабочий район и завершить начатое, ну или хотя бы попытаться.

Рабочий район Элерса мне категорически не нравился. Почему? Сама не могла понять. Наверное, потому что я всё же привыкла к тишине, уединению и чистоте. Здесь же было всё наоборот — пыльно и суетливо, постоянно кто-то кричал и куда-то бежал.

Я глубоко вздохнула, постояла несколько минут на пороге, а потом смело открыла дверь и шагнула внутрь. Моим глазам предстал длинный и не очень чистый коридор со множеством дверей, в которые постоянно кто-то входил и выходил. Я даже на мгновение растерялась, но потом взяла себя в руки и пошла мимо дверей, читая таблички. На одной из них разглядела заветное слово «управляющий». Я постучала.

— Войдите, — раздался недовольный голос из-за двери.

Я воспользовалась приглашением и вошла. В кабинете было так накурено, что я не сдержалась и раскашлялась, не рассмотрев даже сначала ни обстановку, ни самого управляющего. Потом я всё-таки нашла его. Он сидел за огромным столом, заваленным бумагами, положив на него ноги и курил. Его лицо почти полностью скрывалось за дымом, так, что я рассмотрела только усы и щегольскую бородку.

— Что вам надо, мадам? Подать объявление в газету — на втором этаже.

— Я не по поводу объявлений, — его наглость придала мне уверенности. — Я хотела бы поступить на работу, — потом помолчав немного, уточнила, — согласна для начала на самую простую работу, которую у вас выполняют клерки.

В кабинете повисло молчание. Управляющий даже вытащил сигару изо рта, рассматривая меня, а потом вдруг расхохотался.

— С чего вы взяли, что мне требуются рабочие? Ну вы даёте! Экстраваганства вам не занимать, дамочка! — Он замолчал и, словно забыв обо мне, принялся за изучение каких-то бумаг. Потом поднял голову, увидел меня и помрачнел. — Вы всё ещё здесь? Пошутили и довольно. У меня много работы!

— Но я не пошутила, — я упрямо наклонила голову, поправив прядь волос, выбившихся из-под шляпы. — Я действительно ищу работу.

— Да кто вы такая?! — Наконец, удивился управляющий. Я приосанилась. Наконец-то удалось произвести на него то впечатление, на которое я рассчитывала.

— Я Мадмуазель Клариссия Барни, — если я думала, что моё имя произведёт на него впечатление, то я ошибалась. Он наморщил лоб, пытаясь, видимо, вспомнить, где он слышал фамилию Барни.

— Хорошо, и что вы от меня хотите, мадмуазель Барни, чтобы я дал вам работу? А какое у вас образование, что вы умеете?

— Я… — я запнулась и замолчала. Пансион для девушек вряд ли стоило называть в качестве места, где я получила образование. А то немногое, чему научил меня отец… Вряд ли обычные рядовые клерки здесь знали меньше. — Я быстро учусь, и отец немного вводил меня в курс конторского дела, — наконец выговорила я.

— Быстро учусь, — передразнил меня управляющий. С вашей смазливой высокомерной физиономией вам уже давно пора быть замужем и чтобы ваш муж выбил спесь из вашей головки. Идите. Я не беру женщин в клерки. А даже если бы и брал, то никогда — таких, как вы.

Я — высокомерная?! Я задохнулась от возмущения и не стала даже спорить с этим прокуренным хлыщом, выбежав из кабинета, хлопнула дверью так, что задрожали стёкла. Ничего. Я попытаю удачи в другой день и в другом месте, там, где знают о моём отце. Совсем грубиян! Как он мог позволить себе такие высказывания о женщине? Сразу видно — закоренелый холостяк и жёноненавистник. Ну ничего, я обязательно устроюсь на работу. Не сюда, так в другую контору!

Я вышла из конторы, кипя от злости, и медленно побрела по улице. Мне не повезло с работой в этой конторе, но надо будет попытать счастья в следующей. В конце концов хоть куда-то меня должны будут взять! Я ведь не то, что моя сестра. Это в её пустой головке не могло уместиться ничего кроме бесконечных нарядов и флирта, но меня то это совсем не волнует. Я люблю и умею учиться. Они же должны это понимать!

Но проболтавшись по Элерсу ещё несколько часов, я поняла, что удача явно не на моей стороне. Придётся отправиться в свой новый дом ни с чем, и слушать, как слуги шепчутся обо мне. А слуги ведь всегда всё знают! И о моих неудачах им будет известно рано или поздно обязательно, а потом узнает и Армаль. Мне почему-то стало не по себе при мысли о том, что муж может узнать об этом. Неужели мои планы заработать самой на то, чтобы выкупить имение за год помолвки, пойдут прахом? Но, видимо, так уж суждено.

Я решила вернуться домой сейчас и ближайшие дни попытать счастья ещё раз. А за это время попробовать упорядочить свои знания. Так меня учил отец — записывать каждую мысль, каждую идею, перед тем, как приступить к делам. Всё-таки я знаю не так уж и мало. Я наблюдала за его работой. Мне надо просто вернуться, взять в библиотеке у Армаля пару книг о конторском деле (если они имеются) и проштудировать их, а потом попытаться устроиться на службу ещё раз.

Я шла, глубоко задумавшись, не обращая внимания ни на что вокруг. Так всегда происходило, если мне нужно было решить какой-то важный вопрос, и не заметила, как попала в какой-то бедный квартал. Когда я осмотрелась по сторонам, мощёные белым камнем улицы уже сменились грязными тропинками, а большие высокие здания — маленькими лачугами. Интересно и каким образом меня угораздило забрести именно сюда? Надо побыстрее выбраться на центральные улицы и уже нанять экипаж. Я направилась обратно, брезгливо переступая через грязные и вонючие лужи, попадавшиеся на дороге. Внезапно меня отвлёк хриплый женский голос:

— Госпожа, подайте мне хоть монетку, Небом прошу! Со вчера крошки хлеба во рту не было.

Я обернулась, чтобы найти обладательницу этого голоса и увидела возле одной лачуги, в пыли, почти у самой дороги, старуху. Вместо платья на ней были какие-то лохмотья, а свалявшиеся волосы походили на моток ниток. Я брезгливо посмотрела на неё. Отец никогда не подавал нищим. Его любимой поговоркой было то, что каждый нищий может заработать себе на жизнь, если очень захочет. Я, конечно, не всегда разделяла его мнение, но подавать им деньги не любила. Хотя… Вот сейчас ведь с меня не убудет. Я достала мелкую монету и кинула в руки старухе, стараясь побыстрее пройти мимо. Я ожидала благодарности или хотя бы молчания, но в ответ услышала:

— А госпожа-то важная, смотрит на меня, будто я жаба мерзкая, али ещё тварь какая-то. Спесь твоя, характер твой дурной до добра тебя не доведут. Думаешь, за красивые глазки тебя любить будут? Не будут! Ой, смотри, наплачешься, счастье своё упустишь! Не любит счастье таких!

Мне стало жутко от этих слов старухи, сказанных ломким скрипучим голосом, я ускорила шаг, а в ушах всё ещё звучал её голос «Счастье своё упустишь». Чушь! Какое ещё счастье? Мне вот порвать эту дурацкую помолвку, выкупить имение, да жить до конца жизни с матушкой, Иларией и Льюитом. Разве это счастье? Что я могу упустить? Но бродить по городу почему-то резко расхотелось. Я наняла первый попавшийся экипаж, села в него и задумалась. Неужели у меня и правда такой скверный характер? И разве я спесива и высокомерна? Какая чушь! А в голову навязчиво лезли образы один за другим… Сколько я не смотрелась в зеркало, своё изображение в нём меня всегда раздражало. Может быть, как раз потому что слишком высокомерное получалось отражение? Я помотала головой. Нет! Этого не может быть! Она всё солгала!

В свой новый дом я вернулась в ужасном настроении. Если бы мне на пути попался Армаль, я нагрубила бы ему просто потому, что испытывала дикое желание с кем-то поссориться. Но муж уехал на службу, как оповестили меня служанки, поэтому после ужина я отправилась в свою комнату со странным чувством словно мне чего-то не хватает.

Последующие несколько дней я изнывала от скуки. Армаль, родственники, и даже граф с женой казалось совсем про меня забыли. Хозяйничать в имении новоиспечённого мужа я не испытывала никакого желания, да и слуги вели себя хоть и почтительно, но я чувствовала, что они не считают меня здесь хозяйкой. Да я и не стремилась это показывать. Но скука и неведомое раньше чувство тоски начали овладевать мною. Словно прошлое этого дома имело какое-то влияние на его настоящее. Это вот на такую жизнь обрёк меня Армаль, требуя чтобы я вышла за него замуж? Да тут бы даже любимая женщина не выдержала и сбежала или постаралась бы побыстрее обзавестись наследником… Хотя что я хочу, удел мужчин — уходить, чтобы возвращаться. Я вспомнила, как проводил на работе дни и ночи мой отец, и на сердце стало ещё тоскливее. Что-то потянуло меня на философские рассуждения. Надо срочно найти, чем себя занять.

Но, будто назло мне, испортилась погода, небо затянуло серыми тучами, и пошёл мелкий моросящий дождь. Я знала такую погоду. Серое небо в этих краях означало дождь как минимум на неделю. Была бы на моём месте Илария, она бы разрыдалась, а я сжала зубы и попыталась представить, чем можно заняться в такую погоду в этом противном мрачном доме. Получалось плохо. В результате между осмотром дома и библиотекой, я выбрала последнее, хоть и не без трепета, памятуя о последнем приключении.

Но часы в библиотеке прошли спокойно, как ни странно. Мне никто не мешал, а заботливая служанка даже принесла горячего чая с булочками. Видимо, для них было обычным делом приносить обед, ужин или на худой конец чай в библиотеку. Судя по всему это было одной из привычек моего мужа. Я хмыкнула, представив Армаля, корпевшего над книгами в библиотеке каждый день. Почему-то мне стало смешно. Интересная у него привычка. Хотя, тут же оборвала я себя, какое мне дело до его привычек?

Ничего интересного об истории этого дома я не нашла. Либо все книги на эту тему были специально изъяты и спрятаны, либо дурная слава, которую предписывают дому — всего лишь легенда, умело раздуваемая и поддерживаемая прежним и нынешним хозяевами. Но, по крайней мере, одно я выяснила точно. Имение, которое когда-то называлось высокопарно и необычно для наших мест — ОгнецветХолл испокон века принадлежало графам Риенам. Последний хозяин имения погиб вполне прозаичной смертью — просто напросто спился. Но я немного запуталась с именами, либо в книгах при составлении генеалогического древа была допущена ошибка. В одном месте последним хозяином ОгнецветХолла значился граф Эрман Риен, а в другом — граф Джозеф Риен. И кроме сведений о том, что он (который из них?) спился и умер, больше не было ничего. Ни на ком был женат, ни то, имел ли он наследников, словом ничего, никакой информации. Были бы у нас с Армалем дружеские или хотя бы товарищески отношения, я осмелилась бы у него спросить подробности жизни последнего хозяин имения. Так меня заинтересовали эти загадки и недомолвки. Но наши отношения с новоиспечённым супругом оставляли желать лучшего, и я вовсе не горела желанием их изменить.

Куда больше меня интересовало надгробие и надпись на нём. Почему то после посещения склепа имя некой Марии Риен не выходило у меня из головы. Кто она такая и кем приходится Армалю? Почему-то в том, что эта Мария имеет отношение к моему супругу, я была уверена. Но вот откуда взялась эта уверенность — толком не могла сказать. Предчувствие если хотите. На какое-то время эта загадка занимала мою голову и не давала скучать. А ещё возвращаться мыслями к той странной встрече с нищенкой на дороге. Она сказала, что я спесивая и высокомерная. И чем больше я вспоминала эту встречу, тем тяжелее почему то становилось у меня на душе, хотя я категорически была не согласна с тем что я высокомерна и спесива. Мало ли что взбредёт в голову старой женщине, к которой жизнь отнеслась так немилосердно. И всё же какой-то осадок остался… Будущее перестало казаться таким уж безоблачным. А вдруг Армаль не исполнит обещанное и мать с сестрой и братом останутся на улице, а я окажусь вечной его пленницей, не в силах устроиться на работу и выкупить себя и имение? От таких перспектив я поёжилась. Ну уж нет. С завтрашнего дня засяду за изучение конторского дела и будь я не я, если меня всё-таки не возьмут на работу!

Глава 9

Конторское дело неожиданно для меня самой, заинтересовало меня. Недаром отец говорил, что во мне есть деловая жилка, надо только развивать её. Я всегда отшучивалась, а сейчас вот, кажется, поверила его словам. Два дня я сидела в библиотеке с перерывом только на завтрак, обед, ужин и сон, и была очень недовольна, когда моё уединение прервали.

— Доброе утро, Клариссия, ты разве не хочешь со мной поздороваться? — Голос мужа звучал насмешливо и это меня разозлило.

— С чего бы мне с тобой здороваться? Вроде бы недавно виделись, — ответила я, упорно игнорируя тот факт, что муж уже неделю как не был дома.

— Гм, я думал, что правила хорошего тона ещё никто не отменял.

— Разумеется. Именно поэтому я провожу дни в одиночестве, запертая в твоём мрачном имении, — не сдержалась я. Конечно, выглядело это глупо, если вдуматься — обвинять мужа в том, что он даёт мне свободу, заниматься, чем я хочу и не требует к себе внимания, но когда мы бываем логичны в своих словах? Меня почему то дико раздражало невнимание Армаля, хотя и его повышенные внимание мне тоже было в тягость.

— Ну если тебе не хватает общения, я могу предложить тебе прогуляться со мной сегодня вечером по набережной Раллизэ.

— Э… — Я промедлила с ответом. С одной стороны видеть Армаля и разговаривать с ним длительное время я не горела желанием, с другой стороны мне было безумно скучно сидеть здесь одной, а ещё интересно, что он забыл вечером, на набережной. Почему-то вспомнилась Бэтси, нынешняя баронесса фон Закесс и их разговоры на вечере у короля. Я сжала губы. Вряд ли Армаль настолько глуп, что будет назначать ей свидания при мне, зная, что я не премину рассказать об этом её мужу. Поэтому, подумав пару минут, я согласилась.

Муж довольно ухмыльнулся. Что он о себе возомнил, в конце концов? Но возмутиться я не успела.

— Ты изучаешь конторское дело? — Изумление в его голосе звучало неподдельное, так что я даже простила ему противную ухмылку.

— Ну я же предупредила, что собираюсь устроиться на работу. Тебя что-то не устраивает? — Спросила я с невозмутимым видом.

— Да нет, скорее я наоборот рад этому. У меня слишком большой беспорядок в бумагах. Я даже хотел нанять секретаря, но если ты сможешь систематизировать мои записи, то я готов платить тебе.

— Платить мне? — От возмущения я даже не сразу нашлась с ответом. Это было уже слишком!

— Ну да. Ты же хотела устроиться на работу? Я предлагаю тебе деловые отношения за заработную плату чуть выше средней заработной платы обычного конторского служащего. Если хочешь — заключим договор. Ты же, кажется, хотела выкупить родительское имение?

Армаль посмотрел на меня, хитро прищурившись. Я хотела возразить ему, но поняла, что не могу найти доводов. Если он будет платить мне, я и правда могу выкупить отцовское имение и разорвать помолвку. Разве не об этом я так страстно мечтаю? Просто меня злит сама мысль о том, чтобы работать на него и каждый день видеть его насмешливую физиономию. Но с другой стороны, почему то вспомнился усатый управляющий. Его физиономию я определённо хотела видеть ещё меньше.

— Я… я подумаю, — ответила я медленно, стараясь, чтобы мой ответ не был расценен мужем как восторженное согласие. Мне и правда нужно было время, чтобы подумать.

— Хорошо. Думай. Тогда вечером, скажем часа в четыре, я жду тебя. Поедем прогуляемся по набережной.

Я кивнула, теряясь в догадках, для чего мужу нужно моё присутствие.

Почему-то ближе к вечеру меня обуяло нетерпение. Я буквально не могла найти себе места. Странно. Неужели я так соскучилась хотя бы по каким то событиям, что даже прогулка с Армалем кажется мне развлечением? Если бы я могла разозлиться на саму себя, то сделала бы это. Но, увы, такая самокритичность была мне чужда.

Армаль ничего не сказал по поводу того, как мне надо выглядеть, поэтому я оделась просто, как на обычную прогулку по городу. Может быть, он будет недоволен моим вкусом, но я всё-таки не на аудиенцию к королю собираюсь.

Муж встретил меня в холле и учтиво подал руку, критически осмотрев меня и мой наряд, но ничего не сказал. Я была как-то даже немного уязвлена, придумав заранее ответ на его колкости. Но он промолчал. Так же молча мы уселись в карету, запряжённую проклятыми мелихорнами, и отправились в город. Мне было неожиданно любопытно, куда и зачем мы едем, но я молчала не задавая вопросов. Всё-таки мы с Армалем не питаем друг к другу тёплых чувств, поэтому дружеские, а следовательно и откровенные отношения между нами невозможны. А вопросов было много… Например, почему если граф с женой такие уж закадычные и близкие друзья Армалю, я больше ни разу их не видела? Почему в имении никогда не бывают гости? И прекратятся ли покушения на наши персоны? Но ответы на эти вопросы в ближайшее время мне видимо не суждено было найти.

Карета остановилась.

— Приехали, — насмешливый голос Армаля вывел меня из задумчивости. Неужели я так задумалась, что не заметила получасовой дороги?

Я вылезла из кареты и удивлённо ойкнула. Это была вовсе не набережная Раллизэ. Карета стояла в лесу. Вечерело. Полузаросший тракт терялся в сумерках впереди. В кустах впереди что-то пищало и вздыхало. Я поёжилась. И подумала, что почему-то несмотря на то, что я сейчас стою здесь, в лесу наедине с человеком, которому не доверяю и более того — ненавижу, я не испытываю никакого страха. Это было глупо, но… Я не могла с собой ничего поделать. Наедине с графом Дель Монро посреди многолюдного Элерса я чувствовала себя беспокойно и неуютно, а с Армалем в тёмном лесу, полном оборотней и Небо знает ещё каких тварей, была абсолютно спокойна. Меня удивило это, но я не успела задуматься о причинах таких странностей, когда Армаль первым нарушил молчание:

— Ну что, Клариссия, ты не будешь закатывать истерику и спрашивать, почему я привез тебя не на набережную? — Голос звучал по-прежнему насмешливо, но было в нём что-то необычное. Я подняла голову и внимательно всмотрелась в Армаля. Он напряжённо всматривался куда-то, а рука лежала на кобуре револьвера.

— Разве мне присуще свойство закатывать истерики? — Насмешливо ответила я, почему-то испытывая ощущение, что хожу сейчас по лезвию ножа. Один шаг — и оступлюсь. Интуиция сейчас играет со мной странные штуки.

— А разве нет? — Серьёзно спросил Армаль. Я не успела возразить, когда муж торопливо и крепко схватил меня за руку так, что я при всём желании не смогла бы выбраться и, буквально силой, затащил меня в карету. — В таком случае, поехали отсюда.

Я не успела возразить, как карета сорвалась с места. Что это было? Я подняла голову и увидела как странно на меня смотрит Армаль. В этом взгляде мне показалось сожаление или извинение, что-то странное и несвойственное моему новоиспечённому мужу.

— Ты не испугалась? — Его странный вопрос опять едва не застал меня врасплох.

— Чего?

— Странно, что ты не почувствовала… Ладно, — оборвал он себя. — Это я виноват.

Я хотела сострить, ответить что-то вроде того, что рада, что он осознал свою вину, но поняла, что сейчас в сгустившейся темноте кареты, не испытываю никакого желания так отвечать. Видимо, мне ещё долго придётся гадать, для чего он вывез меня на эту ночную прогулку и что хотел сказать или сделать. При этой мысли я почему-то поёжилась. Снова пришло то странное ощущение, что я хожу по лезвию ножа. Я молчала. Мы ехали, кажется, уже больше получаса. Может быть, Армаль чего-то ждёт, или наконец-то решил свернуть на набережную? Я по-прежнему не испытывала страха, только остроту ощущений от необычности всего происходящего в темноте кареты.

Внезапно движение прекратилось, карета остановилась, послышались шаги. Я хотела выглянуть, чтобы посмотреть, что происходит, когда почувствовала как мне на плечи набрасывают шаль или платок.

— Тище, Клэр, Небом прошу, молчи, — такого Армаля — взволнованного и испуганного я ещё не слышала.

А потом дверь кареты распахнулась и грубый голос окрикнул:

— Мистер Стэкс вы здесь одни?

— Разумеется, — Армаль был как всегда само спокойствие. В голосе слышались железные нотки.

— Тогда проезжайте, только быстрее. Приказ короля, сами понимаете.

Дверца захлопнулась, карета тронулась, а я услышала, как Армаль резко выдохнул. Что это было?

— Что случилось? — слова вырвались против моей воли. Не в моих правилах было расспрашивать мужа о чём либо, но сейчас я не удержалась. — Уже можно снять этот платок?

Видимо мой голос выдавал невесть откуда взявшееся волнение, потому что Армаль ответил необычно серьёзно.

— Можно, — потом, помолчав, добавил. — Я расскажу тебе, в чём дело, но попозже. А сейчас попрошу — слушай меня внимательно. — Я по привычке подняла голову, но в темноте кареты невозможно было разглядеть даже очертания мужа. — В ближайшие… — Армаль помедлил, словно подыскивая подходящие слова, — ну, скажем, дни, прошу тебя, Клэр, не выходить за пределы имения. Даже если появится кто-либо от моего имени или от имени твоих родных. От этого зависит твоя жизнь.

— Прям так и жизнь? — Фыркнула я недоверчиво. А сердце почему-то забилось быстрее.

— Ну, по крайней мере, свобода точно, — я снова услышала знакомую насмешку в голосе Армаля, которая вызвала во мне ответное желание насмехаться.

— А запертая в твоём имении я прям так и буду иметь эту самую свободу? — не выдержала я.

— Ну тут уж я не могу ответить за тебя. Может быть, тебе больше понравится быть приживалкой при одном очень влиятельном лице, чем сидеть взаперти в моём имении. Но тут уж ты вольна в выборе, — мне послышалась злость в голосе Армаля. А интуиция опять подсказывала, что ещё немного и случится что-то непоправимое. Но что мой супруг имеет в виду?

— О чём ты говоришь?

— О том, какова твоя цель и какими средствами ты желаешь её достичь.

Я немного растерялась от неприкрытой уже злости в голосе Армаля.

— Я собираюсь устроиться на работу и выкупить у тебя имение, — как можно спокойнее ответила я, правда, не понимая, что он имеет в виду.

— Твоя ненависть ко мне по-прежнему так сильна, как ты утверждала недавно?

Вопрос застал меня врасплох, но я, не задумываясь над тем, какую бурю поднял он у меня в душе, ответила:

— Разумеется.

— Тогда давай договоримся, Клэр. Ещё месяц ты выполняешь беспрекословно то, о чём я тебя попрошу. О, ничего такого… — словно ответил он на мой невысказанный вопрос, — А через месяц если ты с уверенностью повторяешь мне что ненавидишь меня по-прежнему, я отпускаю тебя на все четыре стороны и подписываю дарственную на имение.

Это предложение было так не похоже на Армаля, что от удивления я не сразу смогла говорить, но потом всё-таки нашлась с ответом:

— Хорошо, я согласна.

— Вот и замечательно. А пока первая просьба, будь добра, перестань обращаться со мной так, будто я твой самый злейший враг.

Я хотела возразить ему, но потом вспомнила то, что только что пообещала. Месяц, всего месяц и я буду свободна, а имение снова будет принадлежать нам, а те деньги, что я скоплю, работая у Армаля (я ведь могу работать у него и по истечении этого месяца) пойдут на оплату оставшихся долгов Льюита. Просто месяц потерпеть. Я кивнула, но потом вспомнила, что в темноте он не видит мой кивок и ответила:

— Хорошо.

— Ну вот и славно.

По приезду домой, Армаль сразу отправился к себе в кабинет, а я, неспешно поужинав, поднялась к себе в комнату. Мне было о чём подумать. Сегодняшняя поездка что-то изменила во мне, что-то неуловимое, так что я сама не могла понять, что именно. Я до сих пор не могла оправиться от предложения, сделанного мне и от того, что я на него согласилась. Это и было невозможней всего. Я ведь ненавидела Армаля. Почему же тогда я согласилась, причём так быстро на его предложение? С одной стороны, конечно, сидеть в имении в одиночестве меня вовсе не прельщало, но с другой — не так уж я, как выяснилось, и горела желанием куда-либо выезжать. Почему-то вспомнился граф Дель Монро и целый ряд покушений на Армаля. Может быть, как раз это он имел в виду? Узнал, что готовится новое покушение? Но ведь в имении я буду чисто теоретически более беззащитна. Или, может быть, он нашёл способ обезопасить имение от посторонних вмешательств? И что он имел в виду, когда говорил о влиятельном лице, я так и не поняла. Всё больше и больше становилось загадок и вопросов, чем ответов. Но одну то уж загадку, сидя в имении, я точно разгадаю, или будь я не я. Тайна графини Марии Риен занимала меня едва ли не больше собственных приключений.

Возбуждённая ночным путешествием, я заснула далеко не сразу и снился мне почему то Армаль. Я бежала за ним тёмными коридорами, желая что-то спросить, и так и не могла догнать.

Глава 10

Утро началось так, как обычно. Ничто не напоминало о вчерашней ночной прогулке и о нашем с Армалем разговоре. Я даже было подумала, что мне это всё почудилось, но после завтрака одна из служанок подошла ко мне с просьбой подняться к господину в библиотеку. Хм. А это уже что-то новое. Раньше таких привычек я за своим мужем не наблюдала. Доев пудинг, я, не торопясь, направилась в библиотеку. Дверь в парадную залу, мимо которой я проходила, оказалась открыта и я случайно увидела своё отражение в зеркалах. Сразу мне захотелось убежать, скрыться и больше не показываться на людях. Правда. Перед глазами встали образы дам, увиденных на вечере у короля. Я проигрывала им во всём. Раньше я никогда не задумывалась над тем, как я выгляжу, но сегодня почему-то стало тоскливо, а ещё захотелось вдруг поменяться внешностью ну хотя бы с графиней Дель Монро.

Я разозлилась на себя за такие мысли, встряхнула головой и продолжила путь в библиотеку. Когда я появилась в дверях, муж уже ждал меня там.

— Доброе утро, Клариссия! Ну что, ты готова приступить к работе? — Спросил он, переходя сразу к делу.

— А что мне ещё делать? — Спросила я в притворном изумлении. Неужели сидеть безвылазно целый месяц и ждать, пока Армаль добровольно расторгнет наш договор?

— Хорошо, я рад, что ты так быстро готова заняться делами, — он ухмыльнулся. Я хотела возмутиться, но почувствовала, что, странное дело, его ухмылка уже не раздражает так, как это было прежде. Наверное, всё дело в том, что месяц, ещё месяц, и я буду свободна, и имение снова будет принадлежать нам. Почему то я верила Армалю в этом вопросе, но так и не могла понять, почему.

Я зашла в библиотеку, присела на кресло и постаралась честно вникнуть в работу. Мой супруг хотел от меня лишь одного — правильной сортировки бумаг, чтобы все улики по одному делу, лежали в папке этого дела и ничего более. Но за время его работы на короля, этих дел набралось столько, что работы там действительно хватит на много дней, а может быть, даже и на целый месяц. В библиотеку Армаль принёс только старые дела, многолетней давности. Остальное, видимо, ждало меня в его кабинете.

Я работала до обеда. Как ни странно, но после пары бумаг, я увлеклась. Армаль умел не просто собирать улики, он ещё чётко, досконально и с определённым талантом, описывал те предположения, что возникали у него по ходу расследования. Странно. Раньше, в детстве, я никогда не замечала у него склонности к творческому труду. Хотя (возможно ли такое?), наверное, он изменился. В конце-концов, людям свойственно меняться, правда не во всём и не всем. Я вспомнила баронессу фон Закесс и настроение моё резко упало. Вся эта его интрижка выглядит очень мерзкой, хотя какое мне, в сущности дело до этого. Через месяц я буду свободной. А муж баронессы уже не молод. Вполне возможно, что следующая её партия будет по любви. Должна же хоть иногда в мире торжествовать любовь. Я вздохнула.

От раздумий меня отвлёк стук в дверь и вежливое:

— Господин и госпожа — пора обедать.

— Спасибо. Мы сейчас придём, — необычно вежливо ответил Армаль.

А я только что обратила внимание, что он всё это время находился со мной в библиотеке. Я настолько увлеклась делами, что забыла про собственного мужа. Надо же было такому случиться!

— Ты уже упорядочила эти дела? Быстро работаешь. Молодец. — В голосе Армаля послышалась похвала. Вот уж небывалое дело! Он подошёл ко мне, закрывая книгу. Я успела увидеть, что он читал историю графских родов. Неужели он также интересуется прошлым хозяина имения? Или ему известно больше чем мне, а книга — просто приятный способ провести время? — Пойдём обедать? — Армаль стоял в дверях, выжидающе глядя на меня. Он ждёт меня, хочет пообедать со мной? Мне было это странно, но смысла отпираться я не видела. Я действительно устала и хотела пообедать и передохнуть.

После обеда, Армаль сказал мне, что я свободна и могу делать, что пожелаю. А то я бы стала сидеть за работой дольше обозначенного времени! Я ушла из библиотеки молча, не решившись под его пристальным взглядом поискать те книги, которые хотела. А, поднявшись в свою комнату, поняла, что прокручиваю в голове самые интересные моменты тех дел, которые сегодня разбирала. Всё-таки интересная у Армаля работа. Жаль только, что я никаким образом не смогу вести такой интересный образ жизни. Насколько мне известно, дам не берут в розыскную гвардию.

Вечером, вдоволь наскучавшись у себя в комнате, я решила попытать счастья и опять отправилась в библиотеку, уповая на то, что Армаля там не будет. Но он был там и более того — дверь в потайной ход, по которому я так весело недавно прогулялась, была открыта. Услышав мои шаги, муж выглянул из хода.

— А, это ты, Клэр. Что-то хотела?

— Почитать, — буркнула я, мечтая, наконец, добраться до нужного шкафа с книгами.

— А я думал, пришла посмотреть, какие следы ту оставили наши горе-похитители.

— Следы? — Я неожиданно для себя самой, подошла ближе. Мне было интересно — кто настолько сильно ненавидит моего мужа, что покушается на него раз за разом и не брезгует и смертью невиновного человека — то есть меня. Или они думают, что, похитив меня сделают больно моему мужу и он бросится меня спасать? В этом они просчитались.

Я подошла ещё ближе и заглянула в потайной ход. Армаль как раз поднимал со ступеней какой-то бесформенный кусок ткани, на поверку оказавшийся куском плаща. Чёрная ткань без опознавательных знаков. Как она могла помочь в поимке преступника? Я пожала плечами и отвернулась, когда Армаль тихо позвал:

— Клэр!

Я обернулась. Он жестом фокусника достал из кармана нечто, похожее на помесь газовой зажигалки с фонариком, щёлкнул курком и едва не ослепил меня ярко синим светом. Я не успела спросить, что это, когда он направил луч света из этого странного устройства на кусок плаща. На плаще отчётливо, словно нарисованный пером, появился странный знак — перевёрнуый трилистник с острым хвостиком.

— Что это такое? Секта? — Спросила я удивлённо.

— Всё ещё хуже, чем я думал, — мрачно ответил Армаль. — Боюсь, что мы сейчас оказались между двух огней. И следующее покушение не замедлит себя ждать.

Я вопросительно посмотрела на мужа. Встать на пути секты мне совсем не улыбалось. Но, хотя я и была достаточно образованна, про такую секту я явно не слышала.

— Что это за знак? — Спросила я, разглядывая кусок плаща, опять ставший просто чёрной тряпкой.

— Большая преступная организация, — лаконично ответил Армаль. — Я, видимо, перешёл им дорогу и теперь они от меня не отстанут.

— Всё так серьёзно?

— Серьёзнее некуда.

— А король? Почему он не охраняет своих преданных слуг, — мой голос наверное звучал излишне насмешливо. Я всё ещё не могла поверить, что дело так серьёзно, как мне его пытается представить Армаль. Но в этом его вина. Слишком уж не вяжется его вечное хорошее настроение со смертельной опасностью.

— Король… Клэр, ты будто бы вылезла из дебрей Аквинского леса! Хотя, впрочем, чему я удивляюсь, — усмехнулся Армаль. — Кроме своей матушки и Льюита ты, наверное, ни с кем больше не общалась, да и слухи до вас не доходят.

— Ну, смотря какие слухи, — не выдержала и съязвила я. — Слухи о тебе и баронессе фон Закесс доходят очень хорошо, — тут я уже солгала. Не знаю, почему, но меня прямо таки до ужаса злила вся эта ситуация.

— Обо мне и о баронессе? Ты о чём? — Кажется, удивление Армаля было непритворным. Или он просто очень хорошо играет. Я сделала неопределённый жест рукой. Неужели я и впрямь буду рассказывать ему то, что и так заметно, думаю, не только мне. — А… Всё с тобой ясно. — Он насмешливо посмотрел на меня и больше ничего не добавил.

Я постояла немного, но не дождавшись больше никаких объяснений по поводу знака на плаще, пожала плечами и направилась к шкафам — искать необходимую мне информацию. После получасового поиска я была разочарованна. Ничего нового или интересного.

— Ты ищешь что-то определённое? Может быть, я смогу помочь? — Опять Армаль. А почему бы нет? Я решила пойти ва-банк.

— Мне очень интересна история твоего имения. Говорят, с последним хозяином связана какая-то ужасная история. Так что вот ищу книги на эту тему, — и я мило улыбнулась, точнее попыталась изобразить на лице какое-то подобие улыбки.

— Ужасная… Нет, не ужасная, но трагичная. — Задумчиво ответил Армаль, потом, помолчав немного, добавил, — Эта история не стоит того, чтобы проводить дни в библиотеке. Да и не найдёшь ты здесь ничего.

Он повернулся ко мне спиной, намекая, что мне больше нечего здесь делать. Вот зараза! Я схватила с полки первую попавшуюся книгу и выбежала в коридор. Отдышавшись как следует и завернув в пустое крыло, где не было никого, даже слуг, я, наконец-то разглядела, что за книгу взяла и едва не расхохоталась. Дешёвый любовный роман, начинавшийся со слов — «Я ненавижу его, но всё-таки он будет моим». Насмешка судьбы. Но потом почему-то почувствовала грусть и ещё злость.

Я побрела по коридорам, намеренно желая зайти в то крыло, в котором видела в прошлый раз портрет той девушки. Армаль сейчас в библиотеке, занят изучением следов. Не хочет мне ничего объяснять — ну и пусть. Я сама всё узнаю. После долгих блужданий по коридорам, я всё-таки вышла туда, куда хотела. Но вот незадача — та самая комната оказалась закрыта на ключ. Я посмотрела в замочную скважину — в комнате всё осталось по-прежнему. Для успокоения совести, подёргала за ручку соседней двери. На моё удивление, она была открыта. Я воровато огляделась по сторонам и проскользнула в комнату, притворив за собой дверь.

В комнате царил полумрак. Шторы задёрнуты. Ещё одна спальня? И опять, судя по всему, принадлежавшая женщине. Интересно, одной и той же или нет? Я подошла ближе. На искусном резном комоде лежал маленький серебряный медальон. Я, помедлив немного, открыла его, испытывая странное ощущение, что прикасаюсь к реликвии. В медальоне лежал портрет девушки, той же самой. Я узнала её, как только увидела, несмотря на другую причёску и одежду. На этом портрете она была более молода и менее печальна. Но всё равно это была она. Я даже почти не удивилась, увидев на обратной стороне надпись — Для Марии. Значит это она, скорее всего, та самая Мария Риен. Но кем она приходится Армалю, я по-прежнему не могла понять. Он ведь не граф Риен, да и девушка эта, судя по надгробию, давно мертва.

Я вышла из комнаты и медленно побрела по коридору в сторону своей комнаты, чувствуя почему-то странную связь с этой Марией. Должно быть, она была замечательной женщиной. А ещё меня не оставляло впечатление, что я где-то её уже видела. Но где — никак не могла вспомнить.

Утро началось невесело. Погода хмурилась, чтобы разрыдаться скоро дождём, а моё настроение соответствовало погоде. Я корила себя за то, что согласилась на глупый договор с Армалем. Сегодня мне всё виделось в чёрном свете. Я не верила, что муж меня отпустит, что отпишет нам имение, что я выдержу даже неделю безвылазного сидения в этом имении. Казалось, что эти проклятые сектанты, охотившиеся за моим мужем, угробят нас раньше, чем он хоть что-то сможет сделать. Так тяжело мне давно уже не было. Я с трудом, едва ли не останавливаясь на каждом шагу, добралась, наконец, до библиотеки.

— Доброе утро, Клэр, — встретил меня Армаль. — Как спалось?

— Плохо, — буркнула я, старательно сдерживаясь, чтобы не ответить грубо. Всё-таки я пообещала мужу, что буду делать то, что он попросит месяц, всего лишь месяц.

— Ну да. Погода не располагает к крепкому сну и хорошему настроению, — он словно прочитал мои мысли. — Я сейчас ухожу, уезжаю. У меня одна просьба — не выходи никуда, за пределы имения, как мы и договаривались. И ещё, если придут посетители ко мне, тот же граф Дель Монро — тебя нет дома. Слугам я дал соответствующее указание.

— Почему это я должна прятаться? — Возмущённо спросила я. — Я согласна сидеть в этом твоём проклятом имении и изнывать от скуки, но ещё и прятаться я не намерена.

— Это в твоих же интересах. Вспомни, месяц, Клэр, всего лишь месяц. Потом, если хочешь, я всё объясню.

Я молча кивнула и с усилием покорилась неизбежному. В конце концов, какое бы паршивое у меня не было настроение, сейчас менять ничего не стоит. Просто глупо. Надо потерпеть.

— И вот ещё что, если доделаешь дела, которые я принёс сюда, в библиотеку, а их здесь не очень много, можешь перебираться в мой кабинет. Остальные лежат там. Вот ключи — от кабинета и от секретера, — и отдав мне ключи, муж вышел, оставив меня стоять в библиотеке.

Первым делом, когда он ушёл, я подошла и проверила потайной ход. Вроде бы он был закрыт надёжно. Спасибо Армалю, в прошлый раз он показал мне замок, который закрывал проход снаружи, здесь в библиотеке, чтобы изнутри никто не смог проникнуть в имение. Обычно он этим замком не пользовался, как он объяснил мне, но вот сейчас, видимо, пришло время.

Выглянув в окно, я увидела мокрую аллею, едва просвечивавшую сквозь завесу дождя. Небо выглядело таким серым и унылым, что я с досадой задёрнула шторы и поспешила скорее погрузиться в дела, которые оставил мне Армаль. Как и вчера, я просидела за ними, не заметив, как пролетело время до обеда, пока служанка не пригласила меня в столовую. Я отказалась, а потом, подумав немного, попросила принести обед в кабинет мужа. Заняться мне кроме работы, было абсолютно нечем, поэтому я решила после обеда продолжить разбирать дела.

В кабинете у Армаля было не прибрано. Видимо, с того памятного раза, когда он поймал здесь вора, мой муж так и не удосужился навести порядок. Бумаги валялись на столе. Свежие дела вперемешку со старыми. Там же были зарисовки Армаля и его мысли по поводу настоящего расследования. А что творилось в секретере, ключ от которого мне дал муж, я даже боялась представить. Нет, если он думает, что я буду ещё и уборкой заниматься, он явно ошибается.

Я подошла к секретеру и открыла его. Так. С чего бы мне начать. Я достала кипу бумаг, пахнущих нафталином и почему-то мятой, и положила их на стол. Отсортировать по дате… Я рассеянно листала старые листки, пока мой взгляд не наткнулся на имя, которое знакомо резануло по глазам. Мария. Я вчиталась повнимательнее. Мария Стэкс. Матушка Армаля? Или сестра? Хоть убей, я не помнила, как звали матушку моего мужа. Но мама, мама то должна была помнить! Я взяла перо, обмакнула его в чернила и быстро начеркала несколько строчек. Матушка любит собирать сплетни. Всё что она вспомнит, я узнаю в ответном письме.

По телу пробежала дрожь, словно я прикасалась к какой-то тайне, не предназначенной для моих глаз. Совсем скоро я узнаю, нечто, связанное с близкими родственниками моего мужа, а ещё пойму, как та Мария, графиня Риен, связана с Марией Стэкс. А то что они как-то связаны, мне подсказывала интуиция, которой я привыкла доверять.

Глава 11

Следующий день в ожидании ответного письма от матушки тянулся долго и нудно. Как будто время замедлило свой ход. Я думаю Армаль, когда вернётся из своей таинственной поездки, не слишком будет интересоваться скоростью моей работы. Поэтому я быстро отсортировала пару дел и приступила к тому, где увидела фамилию Стэкс. Это было собственно даже и не дело, а разрозненные листки с догадками, да вырезка из газеты, в которой сообщалось о таинственном убийстве некоей Марии Стэкс. Её тело было найдено в городском парке, неподалёку от набережной Раллизэ. Всё. Больше никаких данных. Сухая вырезка из газеты. А ещё прошения Армаля. Целая стопка прошений к королю о разрешении ему расследовать это дело и везде — отказ. Странно. А я думала (по-крайней мере на вечере у короля), что у них с моим мужем прекрасные отношения. Хотя возможно я ошибалась. Первое впечатление бывает обманчиво. На одном из листов я прочитала: «Проклятые» и знакомый знак — перевёрнутый трилистник. Значит у него с этой сектой личные счёты. Вот только я пока никак не могла понять — какие. Догадывался о чём-то Армаль или знал наверняка?

На утро следующего дня мне наконец-то пришло долгожданное письмо от матушки. Поскольку Армаль так и не появился, я с чистой совестью приступила сначала к чтению письма, чтобы потом уже приняться за работу. С несвойственным мне нетерпением, я сломала печать и начала читать. Матушка сообщала мне кучу неинтересных подробностей и сплетен о соседях и внучатых племянниках троюродного дедушки, пару строк было о Льюите (он таки загремел в тюрьму) и о ней самой. Мама жаловалась на отсутствие денег и то, что за пансион Илларии надо платить. Наконец, через строчку пробежав письмо глазами, я наконец добралась до необходимой мне информации и жадно пробежала её глазами. Мария Стэкс — так звали матушку Армаля. Её действительно убили. Предупреждая мои вопросы, мама сказала, что я в это время как раз была в пансионе, а Армаль с матушкой переехали и их след затерялся как раз до того утра, когда об этом страшном случае написали в газете. Кто был виновен в её смерти так и не узнали. Решили, что убийство совершили воры. Хотя убитая жила скромно, если не сказать бедно, и воровать у неё собственно было нечего. Ну и, разумеется, в конце письма, матушка спрашивала, зачем мне эта информация и как поживает мой муж.

Я выдохнула. Значит, Мария Стэкс — это матушка Армаля и её жизнь так трагически оборвалась. И, главное, неизвестно, кому нужна была её смерть. А та девушка на портрете, графиня Мария Риен, неужели она…? Я даже вздрогнула от внезапной догадки. Ведь Армаль — бастард, а что если граф Риен — его отец. Нет. Этого не может быть. Всё-таки та девушка на портрете совсем не похожа на его матушку. Или похожа? Я вспомнила, что видела её всего пару раз. Детская память избирательна и хранит скорее запахи и вкусы, чем образы. Мне помнилась добрая женщина, пахнущая чем-то тёплым и нежным, в отличие от моей матушки, которая казалось скупила всю лавку парфюма.

Я вздохнула. Несмотря на то, что я так ненавидела Армаля, мне стало его жалко. Я встала и прошлась по кабинету несколько раз туда-сюда, а потом подошла к окну. Из него открывался вид на подъездную аллею. И как раз в этот миг по ней катил экипаж. Я инстинктивно спряталась за штору, вспомнив предупреждение своего супруга. Будет не лишним, наверное, проявить осторожность.

Экипаж остановился возле парадной двери и из него вылез граф Дель Монро с женой собственной персоной. Я испытала одновременно и страх и облегчение, сама не могу сказать, почему. Граф вызывал во мне после той встречи в городе какое-то странное чувство, больше похожее на страх, хотя он и казался абсолютно иррациональным. А облегчение от того, что вижу его с женой. Жельмира нравилась мне, я была бы не против её увидеть, но… Глупая просьба моего мужа не показываться гостям не давала мне возможности поговорить с гостями. Интересно, и кто его так ненавидел? Я вспомнила убийство его матери. У Армаля определённо были счёты с этой сектой. И была бы я на его месте, тоже не оставила бы это без ответа. (На мгновенье представив, что мою матушку убили, я содрогнулась. Может быть, горячей любви я к ней и не питала, но потерять её было бы для меня слишком большим ударом). Но вот за что эта странная секта так невзлюбила моего мужа, я не понимала.

Хотя… Выход был. Мой супруг не будет, по крайней мере, ругать меня за то, что я хочу узнать, зачем приехали граф с графиней. А если так, значит решено. Я тихо вышла из кабинета, закрыла его на ключ, который повесила себе на шею. Мне вовсе не хотелось бы, чтобы из-за моей возможной неаккуратности, у Армаля были бы проблемы с этим. Нет я ничего не имела против, чтобы у него были вообще проблемы, но не с той работой, за которую я ответственна и получаю деньги. Я тихо проскользнула по коридору и спустилась по лестнице с той стороны, которая ближе к гостиной. Притаившись за второй дверью, ведущей в проходную комнату, я прислушалась.

— Мы ходим видеть мистера или миссис Стэкс, — говорил граф. Жельмира судя по всему тихо стояла рядом с ним.

— К сожалению, мистер Стэкс на работе, а миссис Стэкс уехала по делам, — узнала я голос дворецкого.

— Мы подождём, нам некуда торопиться.

— Но, Джорджи, — я узнала голос Жельмиры, — мы же собирались на вечер к Террисам.

— Мы подождём дорогая, — ответил граф, и я услышала в его голосе сталь, которой никогда раньше не замечала. Странно. Я раньше думала, что жена из него верёвки вьёт, а оказалось, что всё совсем не так просто, как я думала.

— К сожалению, мистер Стэкс вернётся не раньше завтрашнего вечера, — это опять был дворецкий. Гм, он знал, когда Армаль вернётся. Ну да, кто я такая, чтобы мне Армаль сказал об этом? — А миссис Стэкс не оставила распоряжений по этому поводу.

— Ясно, — в голосе графа мне послышалась лёгкая насмешка и скрытая досада. — Хорошо, тогда передайте хозяину или хозяйке вот это. Судя по звуку, граф что-то поставил на стол. — Пойдём, дорогая, — обратился он к Жельмире, снова превратившись в преданного супруга.

Как только за ними закрылась дверь, я вошла в гостиную. Дворецкий поклонился мне и указал на туалетный столик, на котором стояла красиво, искусно вырезанная шкатулка из чёрного абасского дерева. Он сообщил, что это граф с графиней велели передать мне или Армалю, а потом удалился. Судя по тому, что дворецкий не выразил никакого удивления при виде меня, ясно было, что Армаль раздал всем слугам указания касательно моего присутствия в доме. Интересно, что за игру затеяли его враги, да такую, что он всерьёз опасается, что гости, входящие в его дом, могут мне навредить? Чепуха какая-то.

Я подошла к туалетному столику, взяла в руки шкатулку и повертела её. Шкатулка, как шкатулка. Ничего необычного. Открыть или нет? Граф Дель Монро сказал же — передать или мистеру Стэксу или миссис Стэкс. Миссис Стэкс. Звучало так непривычно и странно. Я не жена, я пока что невеста Армалю. Каждый день мне приходилось напоминать себе об этом всё чаще и чаще. Надо же. Я так скоро смирюсь с тем, что я замужем за Армалем, а там, глядишь, и разрывать помолвку передумаю. Я поёжилась. Ну нет. Пока я ещё в своём уме, такого он от меня не дождётся. Месяц и я свободна. Думая об этом, я готова была танцевать от счастья. Но всё-таки, раз шкатулка предназначалась или мне или мужу, какая разница, кто её откроет, думала я. В конце концов, что там может находиться? Украшение? Приглашение на очередной вечер к королю? Или какие-то документы для Армаля? Хотя… Документы в такой шкатулке…

Я никогда долго не раздумывала, но тут словно что-то останавливало, опять интуиция разыгралась. Я разозлилась на саму себя. Да что может здесь со мной случиться в самом то деле?! Я открыла шкатулку. На бархатной подушечке лежало колье. Кроваво-красное, ослепительной красоты. Я никогда не видела такой искусной работы, да что там, я за всю свою жизнь таких драгоценностей даже в руках не держала. Это, должно быть, ошибка. Наверное, это колье предназначалось Армалю, как улика по работе, скорее всего. А может быть, оно должно было быть передарено дальше. Я сразу представила баронессу фон Закесс в таком украшении. Ну нет уж, перед тем как колье будет подарено ей, я хотя бы померяю его! Я подняла голову, вздохнула, улыбнулась, представила себя королевой (которую я, кстати, не видела на вечере. Может быть, она была больна?) и дотронулась до колье, чтобы взять его. Тут же меня закрутило, завертело и увлекло в какую-то бездну. Последнее, что я помнила, проваливаясь в неё — какой-то чёрный лес и кроны деревьев, нависающие надо мной.

Я проснулась от голосов, звучавших совсем рядом со мной, странных, словно каких-то искорёженных.

— …будет искать, рано или поздно.

— Ну и пусть будет. Нам обещали её и мы её никому не отдадим.

— Как не отдадим? А зачем же нам она?

— Нам заплатят за неё хорошие деньги.

Я прислушалась. Похоже речь велась обо мне. Собеседники говорили шёпотом, с каким-то странным присвистом. Меня почему-то до дрожи пугал этот свистящий шёпот, поэтому я зажмурила глаза ещё плотнее, боясь увидеть этих людей (или нелюдей?) И куда это меня занесло моё проклятое любопытство?

— А разве для этого она нам нужна была? Он же обещал нам её, за определённые сведения. Мы ведь всё знаем…

— Знаем, знаем… Но он не отдал нам её.

— Почему?

— Пусть он и расскажет об этом…

— Тихо!

Послышались чьи то шаги, голоса смолкли.

— Эй, мадам! — чьи-то руки дотронулись до меня и грубо встряхнули. — Не притворяйся! Я же знаю, что ты очнулась.

От неожиданности я и вправду совсем пришла в себя и открыла глаза. Голова болела нещадно. В тусклом свете я смогла разглядеть только то, что лежу в какой-то пещере, а надо мной склонился мужчина, среднего роста.

— Что вам надо? — Слабым голосом спросила я.

— Вопросы здесь задаю я, — ответил мне тот же голос. Я смогла разглядеть только плащ с капюшоном, теряющийся в темноте, да чёрную маску, сливающуюся с окружающей ночью.

— И что вы хотите узнать? — Набравшись наглости, спросила я, преодолевая дикий иррациональный страх, который готов был завладеть всем моим существом.

— А ты — храбрая, — хрипло засмеялся он в ответ. — Не зря Стэкс женился на тебе. Ну ничего, ты быстро растеряешь свою храбрость, узнав где оказалась. Ладно, нечего тебе здесь валяться.

Мужчина дёрнулся ко мне, видимо, чтобы поднять, но я сама рывком вскочила на ноги и снова чуть не упала. Голова закружилась от слабости. Но мне не дали опомниться. Мой похититель схватил меня за руку и куда-то потащил, не смотря на моё сопротивление. Я смутно видел тропинку, теряющуюся в полумраке и какие-то растения. Видимо, я находилась в лесу. Но рассмотреть подробнее окружавшую меня природу не было возможности, через четверть часа такой дороги, когда я совсем уже было выбилась из сил и едва передвигала ноги, впереди показался свет. Призрачный, едва различимый за деревьями и тем не менее он призывно мерцал. Даже я воспряла духом. Ну не может же при свете всё казаться таким страшным, как в темноте.

Через несколько минут мы вышли к источнику света. В лесу (или может мы были в чьём-то парке?) стоял дом. Конечно, не замок, но даже в темноте я смогла разглядеть, что принадлежал он достаточно богатому человеку. Это приободрило меня. С равными мне по положению проще договориться. Хотя… Я вспомнила графа. Не зря я чувствовала страх рядом с ним. Возможно ли такое, что он стоял за всеми теми покушениями на Армаля, ну и меня за компанию? Ну надеюсь, я узнаю ответы на свои вопросы.

Меня грубо втолкнули через дверь в коридор, а потом, не дав прийти в себя, так же грубо потащили куда-то вверх по лестнице. Не успев опомниться, я оказалась запертой в большой тёмной комнате.

В комнате было темно настолько, что я не могла разглядеть даже примерно, где нахожусь. Сделала пару шагов, наткнулась на что-то и остановилась. Воображение рисовало мне настолько неприглядные картины, что я побоялась даже ощупать то, на что наткнулась. Мало ли, кто здесь жил до меня. Спасибо хоть неприятного запаха не ощущалось. Но и стоять до завтрашнего утра тут на одном месте было совсем невесело. Я решила подождать — вдруг кто-нибудь придёт и принесёт свет и еду. Есть хотелось невыносимо. Не для того же они меня похитили, чтобы морить голодом! Если же в ближайшее время ко мне никто не заглянет, я сяду прямо на пол, возле двери и постараюсь дождаться утра.

Сердце стучало быстро-быстро, перед глазами всё кружилось, в голове проносились не очень приятные мысли. Хотелось плакать. Нет, после помолвки с Армалем на меня, конечно, свалилось много всего нехорошего, но в такой переплёт я попадала впервые. Интересно, как человек, связанный со мной если не узами любви, то хотя бы договором, кинется он меня спасать (на что определённо рассчитывают похитители) или оставит тут погибать в одиночестве? Несмотря на то, что я терпеть не могла своего супруга, его похитители нравились мне ещё меньше. Я представила себе прозябание в этом мрачном доме, похожем на склеп изо дня в день и мне стало как-то совсем уныло.

Но предаться унынию в полной мере у меня не получилось. За дверью послышались шаги. Я сделала пару шагов вперёд и остановилась, повернувшись на звук. Дверь распахнулась. На пороге стоял высокий мужчина, лицо закрывала чёрная маска, похожая на ту, которая была на грабителях, пытавшихся пробраться в дом к Армалю. Сектант? Я смотрела на него во все глаза.

— Леди Клариссия Стэкс? — Бархатный голос звучал учтиво, завораживал.

— Да, — ответила я настороженно.

— Прошу вас пройти со мной.

— Куда?

— Пойдёмте, — вместо ответа мужчина поманил меня за собой. Я обернулась. Газовые рожки в коридоре освещали мою комнату. Я постаралась запомнить, где стоит кровать, а где кресло. При свете комната выглядела совсем обычно, ничего пугающего, никаких орудий пыток и прочих ужасов, которые нарисовало моё воображение. Я вздохнула и шагнула вслед за мужчиной в освещённый коридор. Голова кружилась, меня шатало от слабости. Интересно, когда я последний раз ела?

Мы шли по длинному коридору, потом свернули налево, спустились по лестнице и ещё раз свернули. Я пыталась запомнить дорогу, но в полутьме и на голодный желудок выходило плохо. Интересно, где я нахожусь? В какой части страны? Даже если сейчас я и смогла бы сбежать, то вряд ли преодолела хотя бы пару миль, поэтому я решила хотя бы слушать, смотреть и запоминать.

Мужчина привёл меня в какую-то комнату. Для гостиной она была слишком мала, для кабинета — слишком велика. В ней ярко горел камин, а на небольшом столике приветливо ожидала хозяина тарелка с едой и кувшин с каким-то напитком. Я сглотнула, надеясь, что ничто не выдаст, как сильно я хочу есть.

— Присаживайтесь, — мужчина указал мне на кресло. Я осторожно присела на край, чувствуя себя мышкой в мышеловке. — Я думаю вам надо поесть, чтобы восстановить силы. Ешьте.

Это звучало как приказ, но умирать от голода в мои планы не входило, поэтому я молча принялась за еду. Даже если они подложили мне в неё снотворное или яд, хуже уже всё равно не будет. Когда я поела, мужчина позвонил в колокольчик. Вошёл другой мужчина, видимо слуга, с какими-то странными, заострёнными чертами лица, молча поклонился, забрал остатки моей еды, грязную посуду и вышел.

— А теперь, поскольку вы поели, — сказал мужчина, как только за слугой закрылась дверь. — я расскажу, что требуется от вас. Нам нужен ваш супруг и если он не придёт, узнав, что вы здесь, есть ещё несколько человек, которые жаждут вас видеть.

— Меня?! — Удивилась я. Разве я могу быть нужна кому-то не в качестве приманки для Армаля, а так, сама по себе?

— Именно вас. Еду вам будут подавать в вашу комнату, одежду и принадлежности для туалета — тоже. Но не пытайтесь сбежать — это бесполезно.

— Почему? — Задала я наверное самый глупейший вопрос из всех возможных.

— Потому что вы находитесь в Замке Оборотней, Эгельдаге.

Глава 12

Замок Оборотней. Замечательно. Я лежала на мягкой кровати без сна и обдумывала всё, что произошло. Вот значит, почему, у моих дверей не стоит охрана с револьверами. Они просто здесь лишние. Ведь даже если я сбегу, идти мне некуда. Вряд ли оборотни настолько милые и пушистые существа, что пропустят меня через свой лес беспрепятственно.

Я попыталась хотя бы примерно представить, в какой части страны я нахожусь. По всему выходило, что я где-то рядом, возможно, даже в окрестностях Элерса. Потому что тот лес, возле дома моего супруга, в котором обитают оборотни, тянулся на много миль вокруг города, и никто толком не мог сказать, где он заканчивается. Его границы причудливо изменялись со временем, можно так сказать. Это всё я узнала уже после помолвки, ища книги об истории имения. А история то оказалась на поверхности. Я вспомнила то, что узнала про матушку Армаля и вздохнула. А потом с удивлением поймала себя на мысли о том, что думаю сейчас не о собственной судьбе, а о том, как, должно быть, тяжело было моему новоиспечённому супругу, когда он узнал об убийстве матери. И мне вспомнился один дождливый день…

Я стояла на ступеньках пансиона и мило беседовала с приятельницами, имени которых сейчас уже, наверное, не вспомню. Забор был невысокий, фигурный, кованый. И с верхней ступеньки, а тем паче — из окон пансиона, мы могли наблюдать за всем, что происходило на улице. Боюсь, иных прохожих мы обсуждали слишком едко. Но нам тогдашним это было вроде как простительно. И вот в калитку пансиона постучал мальчик-посыльный. Нищий оборванец, один из тех, кого можно встретить в бедном квартале. Он сказал, что принёс письмо леди Барни.

Я помню, как удивилась тогда. Приятельницы шептали — ну покажи, от кого письмо. Я увидела имя на конверте и покраснела, но скорее от злости. Армаль Стэкс. После того, как я ясно дала понять, что терпеть его не могла, он осмеливается ещё писать мне письма! Я разорвала письмо на глазах у подруг и потом весь оставшийся день мы злобно высмеивали недостатки Армаля.

А теперь… Что было в том письме? Может быть, он писал о смерти матери и не знал к кому обратиться, а может быть… Я внезапно покраснела. Да нет. Какое мне до него дело? Я насильно заставила себя отвлечься от этих мыслей и чтобы скорее заснуть, принялась считать в уме. В детстве мне всегда это помогало, но не сейчас. Только к утру я задремала.

Едва рассвело, я встала, не выспавшаяся и злая. Сидеть и грустить, покорно ожидая своего спасения, было не в моём характере. Вчерашняя хандра прошла, и я решила исследовать обстановку. В конце концов, может быть, вчерашний гость мне солгал, понадеявшись на мою доверчивость, и я вовсе не среди оборотней, а в логове каких-нибудь бандитов, которым нужен за меня выкуп.

Я встала с кровати, поправила помятое за ночь платье. В комнате было довольно прохладно, тем более я не знала, что меня ждёт, поэтому переодеваться даже на сон грядущий была не намерена. Выглянула в окно. Лес. Верхушки деревьев на многие мили вокруг. Ни дымка, ни крыш каких-то строений, ни дороги. И ограда, высокая, кованая. Стало внезапно так тоскливо, что хоть плачь. Ничего. Если даже Армаль и придёт ко мне на выручку, я сидеть сложа руки, ожидая его, тоже не собиралась. Я подошла к двери. Подёргала ручку. Не заперто. Меня даже не удосужились запереть! Хорошо же они уверены в своей безопасности и что я никуда не денусь.

Я выглянула в коридор. Пусто. Вышла, осторожно прикрыла за собой дверь и медленно двинулась вперёд, прислушиваясь к каждому шороху. Но дом был как будто мёртв. Ни звука, ни шороха. На мгновение закралась спасительная мысль — а может быть они все ушли и бросили меня в одиночестве? Но тут же моя надежда развеялась. Где-то внизу хлопнула дверь и раздались мужские голоса. Я увидела лестницу и осторожно начала спускаться. Любопытство, смешанное со страхом, разбирало меня. Через пару пролётов можно было уже различить слова. Я спустилась ещё на несколько ступенек и прислушалась.

— Милорд, мы сделали всё, как вы просили.

— Хорошо, благодарю, Герберт.

— А что нам за это будет? — Тот же неприятный шипящий голос, который почему-то пробирал меня до дрожи.

— Если этот Стэкс будет у нас, то вы получите деньги, если он не придёт за девчонкой, то мы её продадим и вы в любом случае получите деньги. Так что, видите, тут без вариантов.

— Это хорошо. Я пойду, господин.

Разговор закончился. Хлопнула дверь. Я поёжилась. Меня обещали кому-то продать, если Армаль не появится вовремя. Замечательная перспектива! И кстати, вряд ли, если они заполучат Армаля, то оставят меня в покое, вдруг осенило меня. Ведь если на меня есть некий предполагаемый покупатель, то он вряд ли остановится, а скорее даже наоборот. Отсутствие моего мужа только подзадорит его. Потому что (и стоило это признать), как бы я ни ненавидела Армаля, обращался он со мной по-человечески. Но что если он припомнит мне все мои обиды и… Мне вдруг стало страшно. И вспомнились слова этой нищей попрошайки в Элерсе. Неужели она права? Неужели я настолько несносна? Но если так, то с чего я взяла, что Армалю после всех наших препирательств, действительно есть дело до меня? Если он женился на мне, только чтобы заполучить желаемое, как я была уверена, то вполне возможно, что сейчас он занимается работой и уже забыл о несносной и докучливой жене. Я прислонилось головой к лестничным перилам. Правда была слишком неожиданной для меня. Мне надо обдумать это всё…

Остаток дня я провела в мрачном и тоскливом настроении. Еду мне приносили в комнату. Молчаливый слуга со странными глазами так и не заговорил со мной, сколько бы я не пыталась его разговорить, а вчерашний мужчина, которого звали милордом, больше не появился. Я догадывалась, кем на самом деле был этот слуга, и желания бродить по дому у меня поубавилось. До ночи я сидела в комнате и смотрела в окно. Мрачный лес, серое небо, серый дождь… Природа словно издевалась надо мной.

Разумеется Армаль не пришёл. Разумеется… Я поняла, что чувствую какое-то разочарование даже. Нет. В конце концов, с чего я взяла, что он ринется меня спасать? Но с другой стороны… Время словно бы остановилось. Я сидела здесь. Вроде пленница, а вроде бы и есть относительная свобода. Больше всего изматывала неизвестность. Я не знала, чего мне ожидать и сколько я буду находиться здесь. Ведь мне ясно дали понять — если Армаль не придёт, то меня кому-то продадут. Вопрос — кому? И сколько они будут ждать прихода моего супруга? День? Два? Неделю? Месяц? Вопросы мучили меня, не давая заснуть.

Прошлую ночь я почти не спала, несмотря на изматывающую усталость. В эту ночь я не стала даже ложиться, рассудив, что это бессмысленно. За окном послышался вой. Я вздрогнула. Развиднелось. Из-за туч вышла полная луна. Она ясно освещала лес и сад. В кустах показался силуэт какого-то животного. Мне вдруг стало страшно. Проще было бы, если бы моя комната была заперта и снаружи сидела стража. Я лихорадочно начала придумывать, чем бы можно было закрыть дверь. Разумеется никакой задвижки или защёлки в этой комнате не было предусмотрено. Максимум, что можно было сделать для своего спокойствия — это придвинуть кресло к двери, что я и сделала, прекрасно, впрочем понимая, что тех, кого я боялась, оно вряд ли задержит. Потом подошла к окну и, стараясь, не смотреть вниз, закрыла ставни, и прилегла на кровать.

Проснулась я от того, что солнечный луч пробрался через щель в ставнях и упал мне на глаза. Я вздохнула и села, чувствуя себя настолько разбитой, что ещё пара ночей — и Армалю некого будет спасать. Всю ночь я слышала в полусне странные звуки — вой, стоны и крики, а снились мне такие кошмары, что реальность показалась не такой уж и ужасной. Я встала с кровати, отодвинула кресло от двери, открыла её и решительно выглянула в коридор. Может быть я узнаю что-то новое. Но побродив по дому до обеда, я была разочарована. Ничего интересного. И тишина. Она пугала, даже сводила с ума. Я попробовала проверить, насколько за мной следят и подошла к входной двери. За спиной раздалось подозрительное шуршание. Я обернулась, но никого не увидела. Открыла дверь, вышла в сад. Залитый дождём и согретый солнечным светом, сейчас он выглядел просто прекрасно.

Я с удовольствием вдохнула запах свежести и сделала шаг по тропинке, ведущей прочь от дома. Один шаг, потом другой. Когда я отошла уже на несколько футов от дома, кусты сбоку от дороги, зашевелились и на тропинку выскочил волк. Шерсть была вздыблена, красные глаза горели. Я хотела закричать, но крик застрял где-то глубоко, так и не добравшись до горла. Я прижала руки ко рту. Страх парализовал тело. Сердце забилось так сильно, что казалось оно разорвётся и я умру. Перед глазами промелькнула почему-то не вся жизнь, а только её моменты. И в каждом из них присутствовал Армаль. Я медленно попятилась назад, отступая от волка, который вроде бы не собирался нападать на меня, но кто его знает.

Пришла в себя я только когда спряталась в доме и захлопнула за собой дверь. Тут же раздался смешок и мужской голос сказал:

— Браво, миссис Стэкс, вы храбрая девушка.

Я обернулась. На лестнице стоял тот мужчина, с которым я разговаривала. Его губы были растянуты в улыбке, а брови насмешливо вздёрнуты, но мне почему-то стало не по себе. Как будто от одного волка я попала к другому. Армаль тоже улыбался насмешливо, так, что хотелось иногда убить его, стереть с лица земли. Но от его улыбок никогда не веяло холодом.

Я вздёрнула голову и направилась в свою комнату.

— Я же говорил, что вам не следует и пытаться сбежать отсюда. Ларес не обладает моим терпением и вряд ли будет доволен, если вы ещё раз выйдете из дома, — донеслось мне вслед.

Я поднялась к себе, стараясь не думать, простой ли волк этот Ларес. Через сад мне, получается не сбежать, ну или, по крайней мере через парадный вход. Но вот насколько хороший нюх у этого Лареса? Сможет ли он почуять меня, если я выйду через чёрный ход, ну или просто вылезу через окно в самом дальнем крыле дома? Я старалась не думать о том, что ждёт меня дальше и как вообще, даже если я смогу сбежать, мне добраться до дома. Надо решать насущные проблемы. Нельзя же сидеть и ждать Армаля бесконечно. А вдруг он и не думает заниматься моим спасением.

Но я нет-нет, да поглядывала в окно. И почему-то, когда к дому подъехала чёрная карета, запряжённая мелихорнами, испытала странную смесь радости, облегчения и стыда. Но, вопреки моим ожиданиям, из кареты вылез человек абсолютно мне незнакомый. Он направился к дому. Нельзя было упускать такой шанс. Может быть, он приехал от моего супруга. Я быстро выскользнула в коридор и бесшумно направилась вниз, в надежде узнать что-нибудь интересное для себя.

Подслушивать, конечно, нехорошо, ну а что с другой стороны мне оставалось делать? Я спустилась вниз по лестнице, потом бесшумно прокралась по коридору и остановилась в нескольких шагах от двери, за которой слышались голоса. Конечно, я сильно рисковала, но любопытство — мой враг, как говорится.

— …Так что по поводу миссис Стэкс мистер эээ…?

— Мистер Тамер, допустим, — я узнала этот голос. Он принадлежал тому мужчине, который разговаривал со мной.

— Так что с девушкой, мистер Тамер? Мы готовы выполнить нашу часть договора прямо сейчас.

— Боюсь, прямо сейчас это невозможно. Но если её супруг не поспешит к ней на помощь в ближайшее время, наша сделка вступит в силу.

— Вряд ли её, как вы выразились, супруг, вообще приедет, — голос этого странного гостя мне явно не нравился. Такой льстивый и приторный. Он из тех мужчин, которые привыкли действовать хитростью и могут воткнуть нож в спину. Я поёжилась. Было страшно слушать, как меня обсуждают и торгуются, словно я какая-то вещь на базаре.

— И почему же? — Мистера Тамера выдали нотки удивления в голосе. Я тоже прислушалась, затаив дыхание.

— Ну как же! Всем известно, что они сейчас лишь помолвлены, свадьбы официально и не было. А помолвка, сами знаете, такая вещь… Её можно легко расторгнуть, так же легко, как и заключить. Не думаю, чтобы Стэксу вообще было дело до этой девицы.

— Ах, вот оно как, — я слышала как мистер Тамер хмыкнул. — Это меняет дело. Если в ближайшие пару дней, я не увижу на пороге Стэкса, девушка будет ваша.

— Благодарю вас, мистер Тамер. Мой господин не поскупится.

— И не только деньги, — голос мистера Тамера звучал жёстко. — Вы обещали нам полную свободу по всей стране.

— Разумеется, будет исполнено. А теперь я, пожалуй, пойду.

Послышались шаги. Я юркнула в какую-то каморку под лестницей. Когда шаги затихли и хлопнула входная дверь, я направилась в комнату, которую вот уже как пару дней вынужденно считала своей.

Хотелось обдумать услышанное наедине. Итак, кто-то, грубо говоря, хочет меня купить, а человек, назвавшийся мистером Тамером — хочет меня продать. Причём, судя по условиям — меня хочет купить кто-то очень знатный и влиятельный. Но вот зачем я ему нужна — это большой вопрос.

Правда как я ни старалась думать о чём-то другом, мысли мои всё равно упорно возвращались к Армалю. Мои похитители не знают, что это я настояла на помолвочном круге, Армаль был готов жениться на мне сразу. И только сейчас я задумалась — почему именно на мне? Упрямство или…Я невольно покраснела. Потом постаралась отогнать от себя эти мысли. Ведь даже если Армаль придёт за мной сюда и я вернусь домой без него, то останусь одна, без защиты, а он сам… Меня вдруг бросило в жар. Для чего этим людям мой муж? Уж явно не вести разговоры о жизни. Пусть я не питаю особо добрых чувств к своему супругу, но и смерти ему явно не желаю. А значит, надо как предупредить его. Но как? Я понятия не имела, где нахожусь я сама и где — Армаль, и как вообще можно выбраться отсюда, но упорно желала это узнать. А если я что-то хочу, то меня никто не остановит!

Глава 13

Последующие несколько дней принесли мне много важной информации. Во-первых я узнала, что Армаля ждут явно не с благими целями. Та секта, члены которой покушались на нас, жаждут его заполучить. А человек, представившийся мистером Тамером, либо один из них, либо является посредником. Но меня эти подробности не особо интересовали. Я понимала, что Армаля они пытаются заполучить уже довольно давно и вряд ли будут с ним нежничать. И каких бы чувств я к нему не питала, такой судьбы всё-таки я ему не желала.

Во-вторых, я исследовала дом, в котором вынужденно жила сейчас, так скажем и обнаружила, что комнаты в самом дальнем крыле никто и не думал закрывать, как, впрочем, и убирать. Под толстым слоем пыли скрывались трильяжи, кровати и шкафы. Видимо, мистеру Тамеру, который возомнил себя вершителем судеб (ну или по крайней мере моей судьбы) не хватает денег на горничных мстительно подумала я. Но мне это было на руку. Никто и не хватится меня, если я выберусь через окно. Правда, что делать дальше, я не знала, но это был хоть какой-то вариант.

А ещё я случайно увидела через щель в ставнях, как за деревьями в нескольких футах от окна проскакал всадник. Первой мыслью было что это Армаль, но потом я узнала мистера Тамера. И сделала очень важные выводы. Во-первых он иногда покидает это имение. А во-вторых дорога, ведущая прочь отсюда, проходит совсем рядом. Если бы я только могла преодолеть эти несколько футов незамеченной… Я вздохнула. Вряд ли конечно тот волк, что встретил меня за парадной дверью (что это не совсем волк, а может и совсем не волк, я старалась лишний раз не думать) сможет почуять меня и уж тем более добежать так быстро. Но здесь и помимо него могут быть стражи, так скажем. Значит надо действовать наверняка. Прежде, чем решиться на побег, я должна всё выяснить. Но времени, как оказалось, у меня не было.

Вечером я вернулась в свою комнату. Стемнело. Прежде всего я встала, чтобы закрыть ставни. Так мне было спокойнее. А вслед за ставнями обычно шёл комод к двери. Но сейчас в ночи я почему-то выглянула в окно и заметила какое-то движение. Непохоже, чтобы это было животное, скорее человек. Моя догадка подтвердилась, когда человек постучался в дверь. Открыл ему почему-то сам мистер Тамер. Приехавший заговорил. Несмотря на безветренную ночь, мне приходилось напрягать слух до предела, чтобы расслышать хоть что-то.

— … Мой господин передаёт вам, что не согласен ждать.

Я узнала этот голос. Тот самый человек, который хочет продать меня какому-то господину. Меня это совсем не устраивало. Мистер Тамер в ответ пробурчал что-то неразборчивое, наверное, выругался.

— Если вы действительно хотите выполнения ваших условий, тогда советую поторопиться.

Они помолчали. Я вцепилась пальцами в подоконник. Сердце забилось быстрее. Кажется, пришло время действовать. Мистер Тамер пригласил гостя в дом. Я выбралась в коридор, спустилась по лестнице и опять приготовилась подслушивать. Самое время.

— … Мой господин выполнит все ваши условия, если я сегодня же привезу миссис Стэкс к нему. Думайте. Призрачная возможность заполучить её мужа, против реальных выполнений ваших условий.

— Хорошо. Я согласен, — чуть-чуть помедлив ответил мистер Тамер.

А вот теперь настало моё время действовать. Я быстро влетела вверх по лестнице, задержалась на секунду возле своей комнаты, чтобы прикрыть дверь в неё, и кинулась в заброшенное крыло. Или сейчас, или никогда.

Я бежала, понимая, что это вопрос времени, когда меня хватятся. Та самая комната, из окна которой я видела дорогу, хвала Небесам, была не заперта. Я бросилась к ставням. В саду было пустынно и тихо. Пока что… Я с трудом распахнула ставни. Старые петли заржавели и не хотели поддаваться. Я выглянула в окно, потом мужественно вздохнула и, решившись, встала на подоконник. Потом посмотрела вниз. Всего несколько футов. Я справлюсь. Я уже хотела было спрыгнуть вниз, как послышались голоса. Вернувшись в комнату, я спряталась за портьеру, молясь, чтобы мистер Тамер решил, что открытые ставни здесь были всегда.

— Здесь никого не было, говоришь? — Голос принадлежал мистеру Тамеру, а вот в ответ я услышала то ли отрывистый лай, то ли что-то похожее. Ну да, конечно, тот самый охранник, с которым я так неудачно столкнулась.

Я осторожно выглянула — мистер Тамер и страж заворачивали за угол. Обратно они вернутся нескоро. У меня есть примерно четверть часа. Уже не колеблясь, я залезла обратно, на подоконник и прыгнула вниз. Приземлилась я относительно неплохо, правда не устояла на ногах, теряя драгоценные минуты. Поднялась, подобрала подол платья и бросилась бежать. Хорошо, что светила луна, хоть и не полная, но света вполне хватала. Я старалась не думать о таинственных шорохах, что пугали меня перед сном до дрожи. В конце концов, ещё не так поздно.

Мне повезло. На дорогу я наткнулась очень скоро и даже никого не встретила, что было подозрительно само по себе. Наверное, все, гм, люди, были заняты моими поисками или просто были уверены, что далеко я не уйду. И в общем-то они были правы. Вот теперь, когда я стою на дороге, куда мне идти? Я сделала пару шагов в темноте и оглянулась на дом. Может быть, через час он будет казаться мне уже меньшим из зол. Но не время раскисать. Я напомнила себе, что за мной приехали, чтобы продать неизвестному человеку. Зачем я ему нужна — старалась не думать, иначе на душе становилось ещё страшнее. А самое главное и самое страшное, что я, которая всегда знала куда и зачем иду, не могла сейчас найти на что опереться. Всё вдруг стало бессмысленным и ненужным. Хорошо. Вот допустим сбегу я сейчас и даже доберусь до дома Армаля. И что дальше? Закончатся покушения? Исчезнет тот, кто хотел купить меня? И даже если всё это забудется, исчезнет как дым, смогу ли я забыть всё, что произошло и жить дальше, не покажется ли мне эта жизнь скучной?

Я помотала головой и отогнала от себя неприятные картины. Надо думать о том, что можно сделать сейчас. Я уже отошла по дороге довольно далеко от дома, в котором жила пленницей. Свет из окон маячил огоньками где-то сбоку и сзади. А дорога, петляя, уводила меня в лес. Последний освещённый участок заканчивался через несколько шагов. Я сжала зубы и преодолела его, подумав, что как-то всё слишком легко и нереально, когда послышался шорох. Я отпрянула назад, отступилась и ойкнула. Ну вот. Выдала теперь себя с головой. Шаг назад, ещё шаг. Я не знала, кто скрывался в кустах и испытала ужас, даже смешанный с облегчением, когда на дорогу из кустов вышли волки. У меня не было огня, я не знала, чем отвлечь их и лихорадочно придумывала пути отступления. Сердце забилось как у птицы, пойманной в силки. Вот и всё. Вот я и доигралась, пронеслось в голове.

Внезапно сзади послышался топот копыт. Волки нехотя отступили, а я невольно отпрянула в тень. Я узнала этот экипаж. На нём приезжал человек, который хотел отвезти меня к таинственному покупателю. Я не для того сбежала, чтобы снова попасться ему. Хотя… Мне в голову пришла безумная мысль. В конце концов, что я теряю?

Кучер ехал не спеша, пытаясь разглядеть изгибы дороги в тусклом свете фонаря, висевшего на облучке. Как только экипаж поравнялся со мной, я бросилась к нему, подпрыгнула, уцепилась за приступку, и вот уже стояла на небольшой площадке, держась обеими руками. Надеюсь, никто не заметил моих телодвижений, иначе мне придётся несладко. Вся надежда была только на то, что я успею скрыться раньше, чем экипаж привезёт меня к тому, кто хотел купить меня.

Руки онемели уже через несколько минут езды. Ноги болели от напряжения и усталости, а голова кружилась. Но я только сжала зубы, поблагодарив мысленно отца, который учил меня ездить верхом и преодолевать препятствия наравне со Льюитом. Сейчас те тренировки мне очень пригодились. Теперь главное не заснуть. Если всё пойдёт хорошо и меня не заметят, я смогу добраться до какого-нибудь поселения к утру. А там — видно будет. Главное — не разминуться с Армалем. Почему-то мысли о нём не давали мне покоя. Приходилось напоминать себе, что я его ненавижу. Ненавижу, да.

Мы ехали всю ночь. Руки у меня онемели, так что я почти не чувствовала их. Хорошо, что через полчаса дороги наверное, я сначала додумалась, а потом и умудрилась снять с себя пояс и зацепить его за крюк для второго фонаря, позади экипажа. Теперь я хотя бы иногда могла дать отдохнуть рукам. Иначе я просто не выбралась бы из этого леса живой. Рассчитывая сбежать из этого убежища оборотней сама, я явно переоценила свои силы. Уже начал заниматься рассвет, когда мы только-только выбрались из леса. Оглядываясь по сторонам, я начинала понимать, как мне всё-таки повезло. Мой побег был сумасбродством от и до.

Мне повезло, что мужчина, который должен был сейчас везти меня как товар на продажу своему господину, спешил настолько, что ни разу не остановился. Мне повезло, что мы сейчас ехали по безлюдной местности и никто не интересовался, почему я стою на площадке, держась за экипаж, растрёпанная и замёрзшая, да и вообще, кто я, собственно такая.

Но ещё больше мне повезло, когда едва рассвело, мы въехали в небольшой городок. Я сразу узнала, где нахожусь. Северное графство, пограничный городок, нас возили сюда за покупками из пансиона несколько раз за квартал. Людей на улицах было мало. Отсюда до дома Армаля (я никак не могла сказать — до моего дома, напоминая себе, что дом этот временный), если я ничего не путаю было всего несколько лиг. Расстояние конечно приличное, но за несколько часов вполне можно дойти.

Я не стала искушать судьбу, и когда экипаж свернул на просёлочную дорогу, за город, а впереди показались знакомые строения окрестностей Элерса, я спрыгнула с него и, пошатываясь, отошла или, точнее, отползла с дороги в ближайшие кусты. Там я позволила себе в изнеможении полежать некоторое время. Голова кружилась. Теснились мысли о том, что там происходит, дома, без меня. Знает ли матушка о моём исчезновении, наказан ли граф Дель Монро и чем сейчас занимается мой муж? Мне до сих пор не верилось, что я выбралась из этого логова оборотней, так просто. Пожалуй, я даже гордилась собой. Правда гордость очень скоро уступила место голоду и тревоге. Я примерно знала, куда идти, но что если я пойду по дороге, а меня ищут? А идти через лес тропинками, в обход Элерса было долго и опасно. Лес я теперь в ближайшие годы точно буду обходить стороной.

Ладно. Делать нечего, нужно идти. Я встала и, пошатываясь, побрела по дороге вперёд, к Элерсу, молясь про себя, чтобы в такое раннее утро, не встретить никого из тех, кто мечтал заполучить меня живой или мёртвой. Дорога постепенно оживала. Мимо меня промчалось несколько всадников, я едва успела отскочить в сторону, укрываясь от пыли. Потом несколько раз меня обгоняли экипажи. Больше всего на свете сейчас я хотела быть незаметной, чтобы никто, не приведи Небо, не присмотрелся к одинокой девушке, бредущей по дороге, поэтому я сгорбилась, как можно сильней и брела, пошатываясь. Благо из-за усталости мне почти не приходилось притворяться. А платье моё после всех приключений выглядело настолько пыльным и помятым, что заявись я в нём к матушке, она бы меня, наверное, не узнала.

Прошло где то около часа, когда я наконец вошла в город. Элерс просыпался. Открывались лавки, звучали голоса торговцев, разносчики выкрикивали первые новости, потрясая газетой. Я брела, еле переставляя ноги от усталости. Да. До дома моего супруга я таким образом доберусь нескоро. Внезапно мимо меня промчался всадник, едва не сбив с ног. Если бы он не замешкался на мгновенье, натянув поводья возле, кажется, лавки оружейника, а потом бы и не остановился, спешившись, я бы прошла мимо. Но он остановился. Сначала я обратила внимание на коня. Мелихорн. Он нетерпеливо грыз удила и фыркал на зевак, осмеливавшихся подойти поближе. Из ноздрей валил дым. А потом я узнала и фигуру всадника.

— Армаль, — окликнула я. Сердце почему-то забилось часто-часто.

Мой супруг обернулся. В глазах мелькнуло удивление, облегчение и даже что-то похожее на радость, хотя я и не ожидала этого, честно говоря.

— Клэр! Слава Небесам, ты жива!

Я не успела даже вздохнуть, как очутилась в объятиях Армаля. Возмущённая, я попыталась выбраться из них, но… Мир вдруг стал таким тёплым и уютным. Всего на секунду. Я попыталась собраться с мыслями, сказать что-то умное и дерзкое, но вдруг усталость последних дней накатила на меня.

— Я…Я хочу спать, — тихо ответила я. В конце концов, какая разница, что со мной сейчас происходит. Я скоро буду дома и забуду это всё как страшный сон.

— Потерпи немного, Клэр. Поедем верхом. Я спешил на твои поиски и не взял экипаж, — Армаль смущённо отстранился от меня и отвернулся, чтобы скрыть неловкость. Действительно. Я чувствовала себя рядом с ним как-то странно. Ненависть… Наверное, в свете последних дней она испарилась. И на её месте осталась какая-то странная гулкая пустота. Всё что я узнала… Смерть матери Армаля, его постоянная и какая-то странная готовность помочь мне… Он не заслуживал ненависти. Правда, что теперь поселилось в моей душе на её месте, я тоже не могла сказать.

Через полчаса, наверное, мы въезжали в ворота имения моего супруга. Я поймала себя на мысли о том, что мысленно назвала это место домом. Это было странно и непривычно для меня. Но это всё не важно. Я разберусь в этом позже. Несмотря на то, что день только начинался, я чувствовала себя усталой и измотанной. Вдруг надоело бороться, что-то делать, куда-то идти. Ничего. Это только усталость. Я немного посплю и всё пройдет. Голова кружилась от голода.

Кое-как я добралась до своей комнаты. Армаль куда-то исчез, оставив меня в одиночестве. Я с трудом переоделась, сняв своё грязное и пыльное, а местами даже и порванное платье и улеглась на кровать, которая показалась мне после всех ночных приключений очень даже желанной. Но поспать спокойно мне не дали. Когда я уже задремала, в дверь постучали.

— Войдите, здесь открыто, — ответила я, надеясь, что меня услышали. Встать с кровати сил не было.

— Клэр, я принёс завтрак, — знакомый голос заставил меня открыть глаза и удивлённо посмотреть на супруга. Он принёс мне завтрак сам! Что бы это значило? Но сил расспрашивать у меня не было.

— Спасибо, — поблагодарила я, — я поем потом.

Завтракать мне не хотелось, да и сил не было, если честно.

— Нет, Клэр, ты обязательно должна подкрепиться.

Я удивилась такой настойчивости, но возражать сил не было. Поэтому я проглотила пару ложек какой-то каши и махнула рукой. Армаль понял меня, улыбнулся и ушёл. А я, засыпая, поймала себя на мысли о том, как ему замечательно идёт улыбка. И почему он так редко улыбается?

Проснулась я с бешено бьющимся сердцем. Мне снилось, что за мной гонятся оборотни в виде огромных волков с мистером Тамером во главе. Осмотрелась, увидела знакомую мебель, свои вещи на трюмо и вздохнула с облегчением. Как хорошо, что сны это всего лишь сны.

После отдыха я чувствовала себя если не бодрой, то гораздо менее уставшей, чем была. Интересно, сколько я спала? Выглянула в окно. Ещё не стемнело. Это уже хорошо. Значит не так уж и долго, всего лишь несколько часов. Я выбрала новое платье, оделась и вышла из комнаты. После вчерашней встречи с Армалем, видеть его почему-то не хотелось. Если ему нужно, то он найдет меня сам. Если честно, то мне было неловко, я не знала, как с ним себя вести.

В гостиной было пусто. Я уютно устроилась в кресле у камина, надеясь обдумать всё, что со мной произошло. Но не прошло и десяти минут, как в комнату вошёл Армаль.

— Клэр, я рад, что ты уже чувствуешь себя достаточно хорошо для того, чтобы выйти из комнаты, но разве я не говорил тебе, что лучше проводить своё свободное время в библиотеке или у меня в кабинете, подальше от гостиной? — Голос был полон обычной для моего новоиспечённого супруга, насмешки.

— Это больше не повторится, дражайший супруг, — со злостью ответила я, а моя ненависть к Армалю снова вспыхнула пожаром. И о чём я думала, когда… Даже вспоминать не стоит, одним словом. Сердце почему-то кольнуло обидой, словно занозой. Как будто мне пообещали золото, а выдали булыжник в оправе. Да нет, какая глупость! Скорей бы закончился этот месяц нашего с ним уговора.

— Вот и замечательно. А теперь пойдемте в библиотеку. Я просто жажду узнать, что случилось с вами после того, как вы прикоснулись к заветной вещице, переданной нашим добрым другом.

Глава 14

После того, как я рассказала Армалю о своих приключениях, его лицо снова на мгновенье стало таким, каким оно мне почудилось при нашей с ним встрече сегодня у дороги. Правда, потом к нему вернулась его обычная насмешка. Я сжала зубы. Меня злило до ужаса такое поведение супруга. Хотелось одновременно и броситься на него с кулаками и заплакать. Спокойно, Клэр, спокойно! Я глубоко вдохнула и сделала вид, что слушаю его.

— Так значит, дражайший граф Дель Монро сказал передать шкатулку мне, а ты решила открыть её сама.

— Я просто хотела посмотреть, что лежит внутри, — смущённо ответила я, чувствуя. что краснею.

— Ну что, посмотрела? — Невесело, усмехнулся мой супруг. — Благо дворецкий сразу рассказал мне о приходе графа. Я заглянул в гостиную и обнаружил там открытую шкатулку, а ещё вот это, — Армаль достал из кармана мой носовой платок. Я и не заметила, как выронила его. — Ну и, конечно, я уже понял, что твой любопытный нос опять попал в неприятности.

Я хотела возмутиться, обидеться на Армаля, но внезапно вспомнила, что он ради меня рисковал жизнью и какая тёплая встреча ждала его у оборотней и спросила:

— Надеюсь, граф Дель Монро под стражей?

— Нет, — спокойно ответил мой супруг.

— Как это? — Я изумилась.

— Его вина не доказана. Графа могли подставить. Хотя, я не думаю. Скорее всего он сам играет какую-то роль… И я даже догадываюсь, зачем ему это нужно. Старые счёты… — Армаль задумчиво посмотрел в окно.

— Но… Получается, покушение на тебя не раскрыто? — А я то думала, что всё закончилось. Наивная.

— Не раскрыто. И более того, я думаю, что этим никто не будет заниматься.

— Но почему?

— Король не даст своего согласия. Разумеется, неофициально, но не даст. Я, гм, не совсем удобен ему.

Вот это да! Я не рассчитывала, что всё так плохо. Ведь на приёме король по-дружески общался с Армалем.

— Но мы… ты ведь на вечере общался с королем. И мне показалось, что он достаточно благосклонно к тебе относится, — выпалила я, не подумав.

— Не всё такое, каким оно кажется, — усмехнулся мой супруг, а потом, вздохнув, добавил. — Ты совсем как большой избалованный ребенок, Клэр.

Мы помолчали. Я отвернулась. Я терпеть не могу Армаля. Он несносен. Я его ненавижу. Но почему-то казалось, что он прав. Могло ли такое быть?

— Клэр? — Что-то в его голосе заставило меня повернуться. — Я боюсь, что покушения на меня не закончатся и что для тебя не безопасно находиться со мною рядом. Но учитывая всю эту историю с твоим похищением и возможной продажей, вряд ли дома тебе будет безопаснее. Но решать тебе. Если хочешь, я отпущу тебя прямо сейчас. И даже выдам все документы на дом.

Я в изумлении присмотрелась к Армалю и только сейчас заметила мешки под глазами и морщины, прорезавшие лоб. Он выглядел уставшим, как будто сутки не спал, а может быть и больше. Наверное, искал меня. Может он опять шутит? Да нет. Что-то в его взгляде подсказывало мне, что он говорит серьёзно.

И что мне делать? Уйти? Это был такой соблазн. Жизнь снова войдёт в привычное русло. Я разберусь с бумагами отца и может быть, займу таки его место, добьюсь таки того, чтобы ко мне относились с уважением такие люди как тот управляющий в конторе. Я снова буду помогать матушке, ходить с ней по лавкам, помогать выбирать шляпки. Буду краснеть за выходки Льюита и слушать бесконечные рассказы Лари про её поклонников. И стареть…

Я помотала головой, отгоняя не очень приятную картину будущего, которое ждало меня дома. А здесь? Жизнь, полная опасностей и приключений рядом с человеком, которого я ненавижу. Или всё-таки, если быть честной с самой собой, ненавижу ли? Так ли мне противен Армаль, как казалось недавно? Я не знала и не могла разобраться в этом сама и так быстро. Но мой супруг стоял. Он ждал ответа. И я ответила:

— Я останусь здесь, — в его глазах вспыхнула радость и тут же погасла.

— Вот и хорошо, — ответил он нарочито спокойным голосом. — Я думаю, ради твоего же спокойствия, самым лучшим будет не выходить за пределы дома в одиночку и не появляться на глаза гостям. Допустим, ты гостишь у дальних родственников или совершаешь свой помолвочный круг где-то в другом конце страны. Очень мне не нравится то, с какой настойчивостью тебя хочет заполучить некто влиятельный, настолько влиятельный, что сам король ему помогает. Или? — Словно внезапная мысль осенила Армаля. — Ну конечно же! — он невесело рассмеялся.

Я смотрела на него как на сумасшедшего.

— Ничего, Клэр, дай только найти доказательства к моей догадке и тогда я всё расскажу тебе. Но боюсь, отныне спокойная жизнь для тебя закончилась.

После нашего разговора, мне стало вдвойне тревожно и тоскливо. Армаль намекнул мне, что не собирается оставлять свою службу, ради нескольких покушений, даже несмотря на то, что король давно охладел к его работе. Значит мой супруг опять уедет, а я снова останусь одна в этом большом доме. На это раз я, конечно, не буду ничего трогать и продолжу работу с документами, которую никто не отменял. Но вряд ли кого-то, кому я очень нужна, это остановит. Интересно, собственно, а зачем я этому кому-то?

Этот вопрос я намеревалась задать Армалю. Но я застала моего дражайшего супруга когда он уже собрался уходить.

— Клэр, мне необходимо сейчас вернуться на службу. Надеюсь, ты не слишком сильно будешь по мне скучать, — он насмешливо улыбнулся. Какой наглец! Рука чесалась дать пощёчину, но я сдержалась. — Я не знаю, надолго ли я там задержусь, но рассчитываю вернуться сегодня к ужину.

Я кивнула, а потом задала вопрос, мучивший меня:

— Скажи, ты знаешь, зачем меня собирались… купить, — я с трудом выговорила последнее слово. Мне было стыдно чувствовать себя товаром.

— Я догадываюсь. Но это всего лишь догадки, поэтому давай потом поговорим. Я спешу.

— Хорошо, — кивнула я и ушла к себе, не прощаясь. Слышно было, как хлопнула входная дверь. А на меня вдруг накатила тревога. Опять словно интуиция, как в тот раз в экипаже. Неужели я переживаю за Армаля? Скажи мне кто-нибудь об этом месяц назад, я бы посмеялась над этим человеком.

Но чувство тревоги было и оно никуда не делось, наоборот с каждым часом становилось всё сильнее и сильнее. Скоро я уже места себе не могла найти и ходила по комнате из стороны в сторону. Вечерело. Пару раз ко мне подходили служанки и спрашивали, что я хотела бы на ужин, когда его подавать и прочее. Видимо, Армаль сказал им что-то на счёт меня, потому что раньше мне никто такие вопросы не задавал. Кажется я что-то отвечала, а в сердце как снежный ком, нарастала тревога. В конце концов я не выдержала, вскочила, накинула шляпку, лёгкий плащ и бросилась к конюшням.

Я не знаю, что гнало меня и как то, что я чувствовала было связано с тем, что я собиралась делать, но я просто словно бы знала — вот-вот случится что-то нехорошее, что-то непоправимое. В конюшне мелихорн Армаля рыл копытом землю. Я видела, что он нервничал. Один из тройки, запряжённой в экипаж. На первом (которого кажется звали Снежок, если я ничего не путаю) уехал, должно быть, мой супруг, второго нигде не было видно, а вот третий стоял передо мной.

Если честно было страшно. Я не знала, как с ними обращаться. Ездить верхом и седлать я немного умела, как впрочем любая дама нашего сословия, не больше. Но к мелихорнам нужен особый подход. Я уже не разбиралась, куда меня зовёт моя тревога и что я должна сделать. Открыла ворота и подошла к коню.

— Ты же понимаешь, что-то случилось или должно случиться с твоим хозяином. Я сама не понимаю, в чём дело, просто чувствую, — решила я быть честной, — но мне нужно сейчас выбраться из дома. Ты мне поможешь?

Конь фыркнул. Но когда я взяла его под уздцы, чтобы вывести из конюшни не воспротивился. Уже хорошо. Я забралась на него, не с первого раза, правда, но замечательно то, что он стоял как вкопанный. И ничуть они не страшные. Почему я всегда боялась мелихорнов, сама не понимаю.

Я пришпорила коня и пустила его в ворота, прочь из дома. В голове почему-то стучало: «Быстрей!». Я понятия не имела, куда опаздываю, но понимала одно — надо найти Армаля. Иначе будет поздно. Где находилось здание розыскной гвардии, я примерно знала и пустила мелихорна туда. Понятия не имею, что я буду делать, когда доберусь до туда. Но я чувствовала, что просто обязана там быть и не могла не подчиниться этому чувству.

Подъезжая к зданию, я ещё издалека увидела клубы чёрного дыма. Суетились пожарные, бегали люди. Я не имела права здесь находиться и что-то спрашивать, поэтому подчиняясь интуиции, пустила мелихорна в объезд здания. Все были у парадного входа и занимались тушением пожара. И никто не заметил то, что увидела я. Человеческая фигура появилась из чёрного хода и скрылась в парке. Я пришпорила коня. Мелихорн пустился в такой галоп, что уже через несколько секунд мы были на том месте, где исчез этот таинственный человек. Я, недолго думая, отпустила поводья. Почему-то сомнений в том, что этот странный конь приведёт меня к хозяину или его таинственному похитителю, у меня не было. Интересно, не было ли в моём роду интуитов? Раньше они пользовались особым расположением короля, а потом вдруг как-то разом исчезли. Теперь их почти не осталось.

Я помотала головой. Да нет, не может быть. Я знала своё фамильное древо и по матушке и по отцу до пятого колена точно. Никаких интуитов там не было и в помине, тем более на королевской службе. Мелкие дворяне, не более. Тогда, что я сейчас чувствую? Что заставляет меня искать Армаля?

Я подумаю об этом позже. Сейчас нет времени. Мелихорн упрямо пробирался через королевский парк. Хорошо, что все заняты тушением пожара, иначе меня бы обязательно спросили — что я здесь делаю и по какому праву. Всё-таки парк — это частная территория королевской семьи. Вот ещё почему преступника или поджигателя (что, наверное, одно и то же) здесь искать будут в последнюю очередь.

Внезапно мелихорн остановился. Я едва не вылетела из седла. Хотела пришпорить его, а потом увидела просвет между деревьев и услышала голоса. Я спешилась и крадучись пошла на свет, туда, где, видимо, находились говорившие. От увиденного мне стало нехорошо. Посреди королевского парка находился пруд. Заросший купавками и лилиями он выглядел так живописно и чуждо для этого места, что я на секунду даже забыла, зачем я здесь. На берегу пруда лежал связанный Армаль. Я узнала его с трудом. Одежда на нём запеклась то ли от крови, то ли от жара, один глаз заплыл синяком. Рядом с ним стоял тот самый человек, который выбегал из горящего здания. Лицо его скрывал капюшон на чёрном плаще. Знакомый плащ. Опять та странная секта?

— … ты слишком много знаешь, — услышала я его бесстрастный голос, видимо, в ответ на какое-то замечание Армаля. — Когда с тобой будет покончено, займёмся твоей женой.

Я вздрогнула и поэтому пропустила ответ Армаля, а человек в чёрном плаще рассмеялся и… Я похолодела, когда поняла его намерение. Возле пруда лежали большие валуны. Один из них он подтащил вплотную к моему супругу. Медлить было нельзя. Армаля может спасти только эффект неожиданности.

Я бросилась назад, вскочила на мелихорна, ругая себя, что не захватила никакое оружие.

— Ну же, не подведи, — пришпорила я коня.

Он вынесся на поляну и дыхнул огнём, да так, что запахло палёным. Раздался нечеловеческий вопль. Я закрыла глаза, чтобы не видеть, позволяя коню вести себя так, как ему заблагорассудится. Когда открыла, по пруду расходились круги. Сглотнув, я представила невесёлую, прямо скажем, кончину этого сектанта. Стало не по себе. Но он заслужил свою участь. Сейчас надо помочь Армалю.

Когда я склонилась над ним, пытаясь развязать, то услышала:

— А ты красивая, Клэр.

— Хватит говорить ерунду, — смутилась я почему-то.

Через четверть часа, мой супруг уже сидел на мелихорне, впереди меня, растирая затёкшие руки.

— Говоришь, не знаешь, что заставило тебя прийти мне на помощь. А я вот кажется начинаю догадываться.

— Если ты думаешь, что я интуит, то ошибаешься, — ответила я немного резче, чем следовало, — раньше за собой никогда ничего похожего не замечала.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — насмешливо ответил мне Армаль, а потом добавил серьёзно. — Спасибо. Я уже прощался с жизнью, когда появилась ты. Но для всех лучше думать, что я погиб в огне. Покушения если не прекратятся, то по-крайней мере приостановятся на какое-то время. Только вот теперь и мне придётся действовать тайно. Я уже не смогу воспользоваться своим положением. Хотя… Так, наверное, будет лучше.

Я кивнула, хотя не совсем понимала, о чём речь. Было почему-то так уютно, несмотря на все приключения и покушения. Может быть, это как раз то, чего мне не хватало.

Ужинали мы вдвоём в столовой так поздно, что в это время неприлично было даже думать о еде. По крайней мере так меня учили в пансионе. Но чего стоит вся эта учёба, если, выходя из пансиона, неизменно вежливые, наученные скрывать свои чувства, мы так никогда и не находили своё счастье? В лучшем случае делали хорошую партию. Только сегодня, стоя в своей спальне у окна, перед сном, я подумала, а был ли счастлив мой отец с матушкой и все прошлые поколения, которым вдалбливали аксиомы успешного брака и ровным счётом ничего не говорили о любви. На этом фоне не такой уж и глупышкой казалась Илария, мечтавшая влюбиться, хотя бы и в богатого и красивого, но обязательно влюбиться. Я себе такие мечты никогда даже не позволяла…

Я вздохнула и легла спать. Сейчас, когда впереди жизнь, полная опасностей и я не знаю, сколько ещё мне отмерено, не имеет смысла думать о любви и прочей чепухе. Пошёл дождь. Я засыпала, слушая стук капель по крыше и всё-таки немного сожалела, что, наверное, никогда и никем не буду любима.

Глава 15

Новый день начался довольно неожиданно.

— Клэр, просыпайся, — меня грубо трясли за плечо.

— А, что случилось? — Вскочила я, сердце застучало от страха. На мгновение показалось, что я снова в логове оборотней.

— Ничего особенного, — через несколько минут после пробуждения, я узнала склонившегося надо мной Армаля и вздохнула с облегчением. — Но нам надо на какое-то время исчезнуть из этого дома.

— Как исчезнуть? Куда? — Я с трудом понимала, о чём мой супруг хотел мне сказать.

— Уехать отсюда, возможно надолго, пока меня не перестанут искать и не удостоверятся в моей смерти.

— Но как… — я не договорила. Так это всё было внезапно. Куда ехать, как, зачем? Тысячи вопросов ожидали своего часа, но Армаль, видимо, не так меня понял.

— Клэр, если ты боишься, я пойму. Я не вправе заставлять тебя. Если хочешь остаться…

— Нет, — перебила я его. — Я поеду с тобой.

Боюсь только, что это «с тобой» прозвучало слишком двусмысленно. Я ничего такого не имела в виду, не хотела давать никаких надежд.

— Тогда собирайся. Возьми только самое необходимое. Я не знаю, надолго ли мы едем, но, в любом случае, недостающие вещи можно будет либо купить, либо послать за ними сюда.

— Куда мы едем? — Я не удержалась от вопроса.

— У меня есть второе имение, не так далеко отсюда. О нём знает очень мало людей. Пока остановимся там.

— А потом? — Меня напугало это «пока».

— А потом будет видно, — ответил Армаль, как обычно, насмешливо. — Жду тебя через час в гостиной.

Весь этот час, что я собиралась в спешном порядке (мой супруг запретил тревожить слуг), я сама не могла понять, что на меня нашло. Скажи мне кто-нибудь ещё пару месяцев назад, что я сама, по собственной воле отправлюсь с Армалем куда-либо, я бы подняла этого человека на смех. Но моя интуиция, к которой в свете последних событий, я была склонна прислушиваться, молчала. Значило ли это то, что я делаю всё правильно? Эх… Кто бы мне ещё подсказал…

Через час, я спустилась в гостиную. Армаль ждал меня, нетерпеливо расхаживая и поглядывая на часы. Я хотела спросить к чему такая спешка, но он пресёк все мои расспросы своим: «Вопросы потом». Я подчинилась.

Армаль закинул мой багаж в экипаж, а сам забрался на козлы. Если я и удивилась отсутствию кучера, то только поначалу. Столько всего на меня свалилось за последние дни, что у меня не осталось даже ни малейшего времени подумать. В экипаже я намерилась наконец осмыслить то, что произошло и что мне делать дальше. А ещё главный вопрос, не дававший мне покоя — почему я сейчас отправилась вместе с Армалем. Но сон сморил меня как только мы отъехали от дома. Очнулась я только, когда движение экипажа внезапно прекратилось.

— Клэр, выходи, мы приехали. — Открыл дверцу экипажа Армаль. Занималась заря. При её неясном свете я увидела, как плохо выглядел мой супруг. Щёки ввалились, под глазами синяки. Как после всего, что произошло вчера он держался на ногах, да ещё и не спал ночь?! Это было выше моего понимания. И я внезапно почувствовала к нему жалость. Невесёлая, должно быть, у него судьба.

Я вышла из экипажа и встала, осматриваясь. Армаль распрягал мелихорнов. Такого живописного места я давно не видела. Маленький, увитый плющом домик, находился, казалось, в самой глубине леса. Но если тот лес и дом, из которого мне чудом удалось сбежать до этого, выглядели пугающими, то этот дом, казалось, сошёл с тех мирных идиллических картинок, которых нас заставляли изображать в пансионе. И он совсем не походил на родовое имение графа Риен.

— Это имение моей матушки, — Армаль молча смотрел на дом, не ожидая от меня ответа или сочувствия. А я… Молча подошла к нему и сжала его руку. Было такое ощущение, что я наконец-то поступила правильно.

Потом в маленькой уютной спальне с видом на сад, полный роз, я вспоминала графиню Марию Риен, матушку Армаля. Наверное, она была непризнанной женой графа, раз мой муж — бастард. Не хватило его отцу силы воли или чего-то ещё — неизвестно, но есть так как оно есть. И вряд ли Армаль не страдал от этого. Я вспомнила его матушку такой, какой я её знала, вспомнила её потрет там, в родовом имении графов Риен и нахлынуло снова тепло воспоминаний. Я невольно позавидовала супругу. Если бы моя матушка хотя бы немного была похожа на неё…

Через пару часов, когда я поняла, что заснуть на новом месте не получится, я отправилась бродить по дому. Мне нравилось в нём всё. Такой дом я иногда робко представляла в своих мечтах, давно, ещё в детстве. Уютный, обставленный со вкусом, со старыми муслиновыми занавесками на окнах, без аляповатых статуй, громоздких люстр и обоев с золотыми розами на красном фоне, как в нашем имении. Я вспомнила ремонт, затеянный матушкой через какое-то время после смерти отца (он не допускал в доме такого безобразия) и содрогнулась.

Дом был небольшой, в отличие от фамильного имения графов Риен. За четверть часа я обошла его весь. Даже выглянула в сад. Над парадной дверью висела покосившаяся от времени табличка: Розберри. Это имя очень ему идёт. В доме похоже кроме нас с Армалем не было ни души. Ни кучера, ни горничной, ни кухарки. Я боялась подумать о том, что мы будем есть. Хотя дом не выглядел неухоженным. А значит, здесь бывают какие-то люди. Наверное, наёмные слуги приходят из соседней деревушки.

Но сейчас время близилось к полудню, а у меня со вчерашнего вечера во рту не было даже маковой росинки. Если Армаль не проснётся, то я сама его разбужу и потребую еды. Но минут через десять, я услышала шаги по лестнице. В гостиную вошёл мой супруг.

— Приветствую, Клэр. Надеюсь, ты осмотрела дом, — Армаль не ждал ответа, но я всё же ответила.

— Осмотрела и не нашла ни кухарки, ни обеда.

— Боюсь, пока я не съезжу в деревню и не найму людей, тебе придётся довольствоваться холодной провизией. А поскольку здесь, кроме нас двоих никого нет, я предлагаю тебе накрыть на стол, — Армаль насмешливо улыбался. Интересно, он специально выводит меня?

— Боюсь, что в мои планы не входит подрабатывать кухаркой, — парировала я.

Он рассмеялся и ушёл, чтобы вернуться через пару минут с холодной бараниной, кусками пирога и пудингом.

После обеда, который несмотря на отсутствие привычной еды, показался мне совсем недурным, мой супруг собрался в деревню.

— Надеюсь, ты не испугаешься здесь одна, Клэр? О том, что я вернулся пока не знает никто. Но мало ли… — за насмешкой на этот раз я разглядела беспокойство. Армаль переживал за меня. С ума сойти. — Вот возьми, — помолчав немного, сказал он и протянул мне револьвер.

Я кивнула и положила револьвер на каминную полку. Если кого-то увижу или услышу — сразу возьму его, а пока пусть лежит. Очень надеюсь, что не пригодится. Интуиция моя пока молчала. Значило ли это, что ничего плохого в ближайшее время не произойдёт? Хорошо бы. Пользоваться оружием не было никакого желания. Эх, видела бы меня матушка сейчас.

— Кстати, а как мне объяснить своё отсутствие родным? Ведь после помолвки я почти ни разу не посещала их, — спросила я Армаля уже на пороге.

— Не знаю, придумай что-нибудь, — он махнул рукой. — Напиши, что уехала в монастырь. В этот год, пока идёт помолвочный круг, это не вызовет ни у кого подозрения. Ну а твоей матушке главное, чтобы я исправно выплачивал средства за пансион твоей сестре и арендную плату.

Слова были обидные и я задохнулась от возмущения. Но пока я придумывала, что ответить, Армаль вскочил на мелихорна и пустил его рысью, оставив меня в одиночестве. По сути ведь он был прав и это злило меня ещё больше. Моей матушке никогда не было дела до меня самой. Главное, чтобы я была устроена и исправно получала деньги на карманные расходы. Всё остальное её мало интересовало.

Я вздохнула, закрыла входную дверь, для пущей надёжности задвинула засов и отправилась в библиотеку. Как ни странно, она была в этом имении, но куда меньше и уютнее, чем в основном имении моего супруга и надеюсь без всяких потайных ходов. Это даже скорее была не библиотека, а комната с несколькими книжными шкафами. Уютное кресло и маленький, почти миниатюрный камин дополняли картину. Маленькое окно в дальнем углу было закрыто ставнями. Пока ни к чему было привлекать внимание. Пусть дом и дальше производит вид нежилого. Ни к чему кому-то знать, что сюда вернулся хозяин. Из окна через небольшую щёлку в ставнях было прекрасно видно подъездную аллею. Замечательный наблюдательный пункт.

Возле окна я и устроилась с книжкой в руках, надеясь скоротать время до возвращения Армаля. Но то ли книга была скучная, то ли я не настроилась на чтение, но дальше пару страниц я не смогла продвинуться. Захлопнув книгу, решила побродить по дому, может быть, найду что-то интересное.

Кабинет, гостиная, столовая… Всё это я уже видела. А вот в комнату рядом с моей спальней заглядывала только мельком. Открыла дверь и вошла. Видимо, это была небольшая гардеробная. Большую часть комнаты занимал шкаф с вещами, а также трильяж и туалетный столик. А в углу сиротливо притулилось трюмо. У меня почему-то появилось такое ощущение, что оно не принадлежит этой комнате, как будто его специально сюда принесли. А своим ощущениям я склонна была доверять, особенно в последнее время.

Поэтому я присела и выдвинула ящичек. Он открылся свободно. Никаких замков. Или здесь нет ничего интересного, или его хозяину или хозяйке просто нечего скрывать. В ящичке лежали письма, стопкой. Перевязанные лиловой лентой. От них исходил слабый запах духов и чего-то нежного. Как-будто запах детства.

Я догадалась, что это за письма, как только увидела их. Соблазн заглянуть в чужую тайну был очень велик и ещё бы даже месяц назад я не задумываясь проделала бы это. Но сейчас что-то изменилось во мне что ли. Я бережно убрала письма обратно. Пусть они хранятся для того, к кому имеют отношение.

Внезапно я почувствовала какую-то тревогу. Ещё не осознав, что происходит, бросилась в гостиную и схватила револьвер с каминной полки. И только тогда позволила себе выдохнуть. Правда, я до сих пор не понимала, что со мной происходит. А потом прислушалась и похолодела. Возле дома кто-то был. Я слышала шаги и мужские голоса. Но ни один из них не принадлежал моему мужу.

Первой мыслью было спрятаться. Я заметалась, но потом заставила себя успокоиться. Прежде всего надо узнать, что это за люди и чего хотят. Может быть, просто мой супруг прислал конюха и, допустим, садовника из ближайшей деревни, а я переживаю.

Я медленно подошла к окну и прижалась к ставням. Через щель можно было разглядеть небольшой кусочек сада перед домом.

— … Ты думаешь здесь кто-то есть? Дом выглядит нежилым.

— Нам сказали что есть, а проверить информацию никогда не помешает.

Значит двое. Потом послышались шаги и я увидела троих мужчин в форме королевской гвардии. Они направлялись к дому. О том, что делают здесь солдаты королевской гвардии я подумаю потом. Может быть, он вовсе не нас ищут, а простоя проверяют дом… Мало ли… Но в любом случае попадаться им на глаза я не собиралась. Надеюсь, мой супруг успеет раньше них.

Когда в дверь постучали, я была уже наверху в своей комнате. Она выходила окнами на конюшню, на крайний случай. Я встала за шкафом и прислушалась. Раздался стук в дверь, а потом мужской голос произнёс:

— Откройте, именем короля.

Именем короля? Хм. А королю то мы зачем понадобились? Я надеялась услышать ответ на этот вопрос в скором будущем. Но открывать не собиралась. Я же не самоубийца в конце-то концов. Поэтому просто присела в кресле возле двери в коридор. Так чтобы одновременно видеть и входную дверь и иметь возможность убежать при первых признаках угрозы.

— Откройте! — повторил мужчина ещё настойчивее, а потом забарабанил в дверь. Я сидела молча, сжимая в руках револьвер.

Потом за дверью кто-то завозился, послышались шаги и второй мужчина ответил:

— Да там никого нет, кому открывать то? Я же сказал — нет их здесь. Что только зря время теряем. Кто вообще видел капитана Стэкса живым после этого пожара?

— Есть там кто-то или нет — не моего ума дело. Сказали — проверить, я проверил.

— А ты думаешь, что если они спрятались здесь, то, услышав твои слова, так прямо возьмут и откроют дверь? — Вступил в разговор третий мужчина, которого я определила как самого опасного.

— Нет, но…

— Нам приказано не просто постучать и уйти, а проверить, есть ли в доме беглецы или хотя бы их следы.

— Но у нас же нет письменного разрешения, — попытался возразить первый мужчина. Но звучало это как-то совсем не убедительно.

— Разрешение будет… потом, — судя по всему усмехнулся третий мужчина, тот которого я мысленно назвала Главарём. — Главное сейчас выполнить то, что нам приказали. Осмотрите — все ли окна закрыты.

Послышались шаги. Я вжалась в кресло. Несколько минут у меня есть. Я лихорадочно думала, что делать. Сбежать сейчас, когда они обходят дом — не вариант. Возможно спрятаться в шкафу или в погребе. Был бы один мужчина, я возможно справилась бы с ним. И то при мысли о том, чтобы выстрелить в кого-то, мне становилось дурно. Но с тремя я не справлюсь никаким образом. Поэтому остаётся только выжидать и надеяться на чудо или на возвращение Армаля. Хотя я не была уверена, что ему не причинят вреда.

— Все окна закрыты. Никаких следов беглецов.

Я обрадовалась, что солдаты, по-видимому, не заглядывали в конюшню. Мелихорнов мне не спрятать. Но конюшня находилась далеко от дома, рядом с небольшим прудом, словно специально, подальше от любопытных глаз.

— Тогда я думаю, нужно посмотреть, есть ли эти самые следы внутри дома.

— Что вы собираетесь делать? — Спросил один из солдат, видимо робея перед Главарём.

— Ничего особенного. Осторожно вскрыть ставни и заглянуть в дом через окно, а потом так же осторожно вернуть всё на место. Гленн, иди туда. Чарли, стой здесь.

Я услышала шорох, потом скрип и привстала, готовая в любой момент сорваться с кресла.

Пожалуй лучше всё-таки спрятаться в кладовой. Вряд ли солдат заинтересуют вёдра, тряпки и садовый инвентарь. Я медленно встала с кресла и на цыпочках, стараясь не шуметь двинулась к кладовой.

— Интересно, зачем Его Величеству жена Стэкса? — Это вопрос буквально заставил мои ноги прирасти к полу.

— Откуда я знаю? — голос Главаря почему-то звучал не очень уверено. Он либо лгал, либо ему самому хотелось это узнать. — нам сказано найти и привезти, мы и ищем.

Мгновенная догадка мелькнула молнией в голове. Неужели тот человек, обещавший за меня хорошие деньги, был посредником короля? Но зачем я Его Величеству? Ответа у меня не было. И вряд ли эти господа его знают. Сдаётся мне, что только мой супруг знает больше, чем говорит. Вот только как это выяснить?

Ладно, с Армалем я разберусь потом сама. А сейчас, главное, чтобы солдаты Его Величества удостоверились, что в доме никого нет, и ушли до того, как вернётся мой супруг. Иначе, как подсказывала мне интуиция, произойдёт что-то не очень хорошее. Поэтому я продолжила свой путь к кладовой, стараясь даже не дышать. Револьвер прижимала к груди. Стрелять меня учил отец, надеясь, что когда-нибудь мне пригодится это умение. А я вот, как ни странно, надеялась совсем на обратное.

Когда я зашла в кладовую и спряталась там в шкафу между лопат, грабель и пустых вёдер, окно в прихожей было уже вскрыто. Я слышала скрип, грохот (видимо, уронили статуэтку всадника, стоявшую на постаменте возле окна), ругань, а потом шаги. От какого-то страха, смешанного с удивлением, я почти забыла как дышать. Только бы они меня не нашли!

Шаги раздавались всё ближе и ближе. Вот солдаты открыли дверь в соседнюю комнату. Спина покрылась холодным потом.

— Давай проверим ещё здесь и в соседней комнате и пойдём. Если тут кто-то и был, то очень давно.

Солдаты остановились возле двери в кладовую. Потом щёлк — и дверь открылась. Я вжалась в стенку шкафа. Несколько пыльных фартуков, предназначенных для работы то ли в саду, то ли в конюшне, загораживали меня от любопытных взглядов. Вряд ли меня смогут разглядеть, да ещё и в такой темноте. Но меня всё равно трясло. Кто знает, что со мной сделают, если вдруг найдут.

— Тут ничего нет, одни вёдра, да пыльные тряпки, — чихнул один из солдат рядом со мной. Он стоял так близко, что я слышала его дыхание и чувствовала острый запах табака.

— Ну нет, так нет. Пойдёмте отсюда.

Дверь хлопнула во второй раз, шаги начали удаляться. Я перевела дух. От напряжения я еле держалась на ногах. Больше всего хотелось сползти по стеночке, но я держалась. Подождала наверное ещё полчаса, пока не услышала скрип закрываемых ставней. Потом выдохнула и осторожно, стараясь, меньше шуметь, направилась в гостиную.

Никаких следов незваных гостей, не считая того, что статуя всадника стояла как-то слегка кривовато. Но это всё мелочи. Я перевела дух и почти упала в кресло. Ноги меня не держали.

Через полчаса, наверное, я оправилась. Армаля всё ещё не было, а чувство голода после перенесённого волнения разыгралось ни на шутку. На кухне, найдя остатки от утреннего пиршества, поела и направилась в библиотеку, хотя хотелось уснуть, свернувшись клубочком, как кошка, возле тёплого камина. Начала сказываться тяжёлая ночь. Но я взяла книгу, какой-то дешёвый роман и села, заставляя себя читать. Надо дождаться Армаля. А то мало ли какие гости ещё решат нагрянуть.

Когда через полчаса я услышала топот копыт, то сначала бросилась к окну. В щель между ставнями можно было разглядеть мелихорна со всадником на спине, лихо влетевшего во двор. Я выдохнула. Армаль. Больше некому было, и поспешила вниз.

— Клэр, что произошло? — спросил он первым делом. И откуда он узнал? Неужели это я выглядела так плохо.

Я вкратце рассказала о случившимся. Мой супруг нахмурился.

— Я так и думал.

— О чём ты? Почему ты знаешь и думаешь что-то, о чём я не имею ни малейшего понятия, хотя это ведь и меня касается.

Наверное, я удивила его, потому что Армаль долго смотрел на меня, прежде чем ответить.

— Хорошо, я расскажу тебе то, что знаю, или догадываюсь, но откровенность за откровенность, Клэр.

— Что ты от меня хочешь? — Растерянно спросила я. К такому повороту я была не готова.

— Я расскажу тебе то, что знаю, а ты ответишь честно, что ты ко мне чувствуешь.

— Наглец! — Я едва удержалась, чтобы не дать своему супругу пощёчину, особенно когда посмотрела как расцвело насмешливой улыбкой его лицо. Ну точно довольный кот, пришло мне на ум сравнение. Но интерес узнать то, чем я так не угодила или наоборот угодила королю, был слишком велик, поэтому я кивнула. — Хорошо. Но если ты меня обманешь…

— Ну что ты, Клэр, чтобы я… — Армаль опять усмехнулся. — Пойдём в кабинет. Предстоит долгий разговор.

Я вздохнула и направилась вслед за супругом, не переставая удивляться себе. Я прежняя не узнавала себя. Это же надо так измениться — от ненависти до… А собственно до чего? Вряд ли я могла ответить себе самой на этот вопрос честно.

Глава 16

— Итак…. — Начал Армаль, потом смутился и потерялся, не зная, с чего начать. Я не спешила ему помочь, немного злорадно наблюдая за тем, как он мучается. Наконец, он начал, с вопроса. — Ты знаешь, кем были твои предки?

— Ну да, конечно, — удивлённо ответила я. — Я прилежно изучала родословное древо.

— А всё ли ты о них знаешь?

— Да, — ответила я, впрочем, уже не так уверенно. Если про свою матушку я ещё что-то знала, в основном, по её собственным рассказам о детстве и молодости, то про отца — только читала в официальном семейном справочнике скупую информацию — где родился и когда женился. Сам он никогда мне ничего о себе не рассказывал.

— А кем был твой отец, до того, как женился? — словно прочитал мои мысли Армаль. — Ты хорошо знаешь своих бабушек и дедушек?

— Я… Я никогда не видела родителей матери и лишь пару раз — отца. — А ведь и правда, почему я так редко общалась со своими бабушками и дедушками? Что-то здесь не совсем чисто. Просто я никогда не думала о них в таком ключе. Мама всегда говорила о своей семье обиженно. Словно она не оправдала возложенных на неё ожиданий и надежд. Она не поддерживала с ними связь и, насколько я знаю, сразу же после пансиона сбежала с моим отцом сюда, в Элерс. Другой вопрос — зачем это нужно было отцу. Но я так никогда и не набралась смелости спросить его об этом. И вот теперь, если верить намёкам Армаля, в этом отношении моей матушки было что-то большее, чем просто обида. Но я всегда терпеть не могла намёков. Поэтому прямо спросила супруга. — Что ты имеешь в виду?

— А ты ведь наверное догадалась, что не всё так просто с родственниками твоей матери. В сообразительности тебе нельзя отказать, Клэр, — он усмехнулся, а потом всё-таки добавил, видя моё нетерпение. — Они — потомки королевских интуитов, думаю какая-то побочная ветвь. И были очень обижены на твою легкомысленную матушку. — Я запротестовала, когда он так отозвался о моей матери, хотя признала, что доля правды в этом есть. — Да-да, не смотри на меня так, за то что она не унаследовала ни грамма дара. Ну а твой отец, видимо, решил сыграть ва-банк надеясь, что дар проявится в ком-то из детей. Но, увы, ему этого так и не суждено было увидеть. Хотя он, кажется не очень и страдал, — И мой несносный супруг подмигнул мне.

— Да, — машинально ответила я. Отец никогда не выглядел печальным. То что он не добился с помощью возможного дара в одном из дочерей, он получил через свой ум и способности. Но то, что сказал Армаль, было так странно. Нет, я конечно, начала догадываться о чём-то таком и раньше. Но моя интуиция до недавнего времени никогда не проявлялась. — Откуда ты это узнал?

— Ну не зря же я долгое время был капитаном розыскной гвардии, — невесело усмехнулся он, сделав акцент на слове «был». — Я имел доступ к королевской библиотеке. И, может быть был неосторожен настолько, что привлёк к этим архивам повышенное внимание короля, а может быть, это лишь мои догадки, в любом случае король заинтересовался твоей персоной ещё тогда на вечере. Может быть, я что-то сделал неправильно, но Его Величество отнюдь не дурак, к тому же чувствует в людях то, что скрыто, скажем так. Он почувствовал в тебе лёгкую искорку интуита. Вопрос времени когда она разгорится.

— Но… — информация была настолько ошеломляющей, что я едва не забыла как дышать. — Какую пользу королю мог бы принести мой дар?

— Что ты знаешь об интуитах? — Ответил мне Армаль вопросом на вопрос.

— Только то, что подаётся про них в официальных учебниках.

— Значит ничего, — усмехнулся мой супруг. — Так вот интуиты — это такой редкий и неисследованный дар, что что-то определённое о нём сказать сложно. Ясно одно — сначала он проявляется под влиянием сильных эмоций, а вот потом, через некоторое время начинается самое интересное — им становится возможным управлять, естественно, если пройти определённое обучение. И вот эту стадию Его Величество никак не захотел пропустить. Он бы нашёл, как использовать твой дар на пользу себе. Ну а тебе бы думаю обеспечил безбедное существование и богатого супруга, если бы ты оказалась сговорчивой. Ты же сама оставила лазейку в нашем брачном договоре. Чтобы тебя забрать, Его Величеству не понадобилось бы даже меня убивать. Да и доказать бы твою неверность ему не составило труда…

Армаль замолчал. Я переваривала услышанное. Оказаться одной из фавориток короля, вечной пленницей посреди красивого, но холодного дворца. Я содрогнулась и взяла себя за плечи. Выходя замуж за Армаля, я думала, что хуже быть не может и мечтала ему испортить жизнь. А оказалось… Оказалось, что жизнь с ним — это не худшее из того, что могло случиться, далеко не худшее. Хотя другая девушка возможно оказалась бы рада предложению от короля. Вот только зачем надо было меня похищать? Возможно, до Его Величества дошли слухи о моём характере. А то ведь явно же, что по своей воле работается лучше.

Армаль неверное истолковал моё молчание.

— А может теперь, когда я тебе всё рассказал, ты захочешь уже сама, по доброй воле, присоединиться к Его Величеству? Так как?

Я всё-таки не удержалась и залепила ему пощёчину и глядя, как краснота расползается по его щеке, почувствовала злорадное удовлетворение. Будет знать, как говорить гадости!

Но на моё удивление супруг не рассердился, а даже был словно бы доволен. Он задумчиво потёр красный след на щеке.

— Так значит не хочешь. Ну что ж, потом не говори, что я тебя не предупреждал. Так вот. Король, судя по всему, точно решил, что желает видеть тебя рядом с собой в качестве интуита. Так что он не успокоится, как бы ты этого не хотела, пока не получит своё.

— И что же мне делать? — Спросила я, немного обескураженная такой информацией. Постоянно скрываться и ждать, пока Его Величеству надоест меня искать в мои планы совсем не входило.

— Ну я пока вижу один вариант — уехать туда, куда руки Его Величества не смогут до тебя дотянуться?

— Например?

— Например, за пределы страны. И скрыться, ну, допустим в Таринвии. Купить небольшой домик и смириться с тем, что на родину придётся вернуться совсем не скоро. Или попробовать с помощью интриг, лести и подкупа сделать так, чтобы вся информация вышла наружу, умело нажать на болевые точки и дождаться пока другие претенденты на трон воспользуются этой информацией. Я, к сожалению, в интригах совсем несведущ. Но, может быть, ты сможешь провернуть такое? — Армаль насмешливо посмотрел на меня.

— Нет, — прожить всю свою жизнь в чужих краях, с чужими людьми, так далеко от Элерса, никогда возможно не увидеть матушку и Лари и Льюита. Имеет ли вообще тогда смысл жить?

— Не унывай, — словно прочитал мои мысли мой супруг. Всё-таки ты жива, а это в общем то не плохо.

— Спасибо, — буркнула я. — Обрадовал.

— Ну а теперь твоя часть уговора. Расскажи мне, почему ты так меня ненавидишь, да не стесняйся. Я готов выслушать всё, — Армаль опять улыбался, но мне показалось, что было в его улыбке что-то напускное. Словно его действительно волнует, что я скажу. Да возможно ли такое, чтобы его интересовало то, что я о нём думаю?

А собственно что я могу сказать? «Я тебя ненавижу, просто потому что… ну потому что ненавижу, да и всё тут» Это звучало как-то совсем уж глупо.

— Ну так я жду, Клэр!

— Я… Я не знаю, — наконец-то выдавила я из себя. Я и правда не знала.

— Хоть что-то. Но информации слишком мало. Я требую ещё, — усмехнулся Армаль. — Итак, начнём сначала. За что ты меня ненавидишь?

— За баронессу фон Закесс, — выпалила я, прежде, чем поняла, что говорю.

— Ревнуешь?

— Я… Нет. Ты что! — Я никогда бы… А впрочем эта мысль иногда мелькала в моей голове. Да я всю жизнь ревновала Армаля, как будто он мне что-то должен! Так противно на саму себя мне ещё никогда не было.

— А я то гадал, почему вдруг гордячка Клэр, с которой никто в детстве не хотел водиться (что, собственно было мне на руку) перестала общаться с единственным другом. А оказывается вот как всё просто.

— Ты никогда не был мне другом, — выпалила я. Проклятая Бетси! Не было бы её и мой супруг никогда бы не уличил меня в ревности! Я понимала, что думаю абсурдно, но не могла с этим ничего поделать.

— А кем я был для тебя, Клэр? — Армаль вдруг подошёл так близко ко мне, что я слышала его дыхание. — Скажи мне, кем.

Я смутилась и отвернулась от него. Мой супруг заставлял меня задумываться о таких вопросах, о которых я раньше даже никогда не думала. Или если быть точнее не разрешала себе думать. Армалю, видимо, хватило моего молчания. Он истолковал его по-своему и, довольный, что смутил меня, вернулся на своё место. Мы помолчали пару минут, наконец я спросила:

— И что мы будем дальше делать? — Он улыбнулся, довольный этим «мы». Ладно. Если ему так хочется, пусть потешит своё мужское самолюбие. Не буду возражать.

— Я думаю, останемся здесь пока что. Раз солдаты Его Величества не нашли нас, то пока они вернуться снова в этот дом, пройдёт ещё какое-то время. Вот этим временем я и хочу выгодно воспользоваться.

— Что ты имеешь в виду? — Если король хочет заполучить нас, или конкретно меня, вряд ли какие-то действия моего мужа его остановят.

— Я нанял слуг. Они скоро придут, чтобы привести дом в порядок. Пойдут слухи, что в имение вернулся хозяин. Но пока слухи ещё не дошли до короля, я собираюсь выяснить по его ли воле на меня были совершены покушения, или тут действует кто-то сам по себе и по своему желанию.

— И как ты собираешься это выяснить? — Должен же у моего мужа быть план.

— Ну, у меня свои методы, — уклончиво ответил он. — Пока что одну тебя в имении я оставлять не буду. Боюсь, что ещё кто-то нагрянет. Столько посетителей у меня до свадьбы не было.

Армаль усмехнулся, а я только сейчас поняла, на что он намекает. Ладно, покушения, покушения связаны с сектой и с ними рано или поздно, но мой супруг разобрался бы сам. А вот проблемы, связанные с моим появлением и интерес ко мне короля явно не прибавил ему спокойных ночей. Для Армаля даже выгодно было бы поскорее попрощаться со мной и заняться поисками тех, кому он перешёл дорогу. Но нет же. Он продолжает возиться со мной. Интересно, что им движет? Может быть, попробовать вывести его на чистую воду? Но моя обострившаяся интуиция подсказывала, что не надо сейчас этого делать. А я привыкла доверять ей.

Наш разговор закончился, а я поняла, что моя усталость никуда не исчезла, а к ней к тому же прибавился и голод. Я оставила Армаля в кабинете и пробралась в столовую. Оставшиеся припасы я честно поделила на двоих и уничтожила свою часть, потом поднялась к себе в комнату и бросилась на кровать. Сон сморил меня почти мгновенно.

Сколько я проспала, я не знала. Но проснулась от стука дверей и разговоров. Кажется, наш дом начал оживать. Я привела себя в порядок и спустилась вниз. Уже на лестнице услышала голос моего супруга, который отдавал чёткие приказы слугам. Я замерла возле двери в гостиную, невольно любуясь Армалем. Он стоял красивый (только сейчас я увидела, какой он красивый) и высокий. Никакой насмешки, которой он так раздражал меня. С другими, пусть даже и слугами, он был неизменно собран и холоден.

— А, Клэр, ты проснулась уже. Заходи. Я не смог нанять тебе горничную, но вот одна девушка, кажется Нанни, сможет тебе помочь одеться-раздеться и причесаться. Если вдруг это окажется нужно, просто позови её. Я дал соответствующие распоряжения, — я кивнула. — Я думаю со слугами ты в относительной безопасности. А завтра с утра я уеду решать свои дела.

— А могу я поехать с тобой? — Я разозлилась на саму себя за не к месту вырвавшиеся слова, но спасать Армаля во второй раз не испытывала никакого желания.

— Это подсказывает тебе твоя интуиция? — Он поднял брови и скептически посмотрел на меня.

— Да, — пусть лучше думает, что мой дар подсказал мне, что ему грозит опасность, чем то, что я хочу отправиться с ним вместе по собственно воле. Почему? Ну просто хочу.

— Клэр, но я не хочу подвергать тебя опасности, — проникновенно ответил мне он.

— Но ты ведь и не можешь мне запретить! — Я вздёрнула голову и посмотрела ему в глаза. Армаль ответил мне тем же. Несколько минут мы мерили друг друга взглядами, а потом он внезапно улыбнулся.

— Упрямая. За это ты мне и нравишься. Хорошо. Выезжаем завтра на рассвете.

Меня так возмутила его наглость, что я едва не отказалась ехать с ним, но потом всё-таки промолчала. А мой супруг не так уж и невыносим, оказывается. Если вовремя смолчать…

Глава 17

Ночью я как ни странно спала неплохо. Никакие кошмары мне не снились, а после прекрасного ужина (и где только Армаль нашёл такую кухарку?) я чувствовала себя вообще замечательно. Моя интуиция молчала, никакие ночные гости меня не тревожили, поэтому я проснулась посвежевшая и полная сил. И как ни странно — проснулась перед самым рассветом. Если мой супруг специально не хочет будить меня, надеясь, что я передумаю, то он плохо меня знает.

Когда Армаль спустился в гостиную, намереваясь, наверное, тихо выйти из дома и исчезнуть, я уже ждала его там, позавтракавшая и готовая к дальней дороге.

— Ты уже готова, Клэр? Молодец. Значит через четверть часа, выезжаем. Я думаю ты не против прокатиться верхом. — Видимо, мой кислый вид дал ему понять, что против. Хоть я и ездила в недавнем прошлом на мелихорне, повторять этот опыт почему-то не хотелось. Сейчас мой дар молчал. Кто знает, как отнесутся эти странные лошади ко мне в его отсутствии. — Гм. Ну тогда тебе придётся ехать за моей спиной, если ты боишься сама садиться на мелихорна. Хотя совсем недавно, помнится, ты выглядела как настоящая воительница. — Армаль улыбнулся мне, а я поймала себя на том, что улыбаюсь ему в ответ. Да быть такого не может!

Мы направились к конюшне. Револьвер я ещё вчера вернула супругу. Мне без него было как-то спокойнее всё-таки. Конюх встретил нас поклоном и вывел осёдланного жеребца. Сложно сказать, который это был из мелихорнов. И как только Армаль их отличает?

Мой супруг вскочил на коня первым, потом помог залезть мне и пустился галопом. Сама я никогда, даже на обычной лошади не осмеливалась так ездить, но Армалю закон не писан.

— Куда мы направляемся? — спросила я, пытаясь перекричать свист ветра.

— К одним знакомым. Мне надо проверить одну догадку. Только боюсь, что эти знакомые тебе не очень понравятся.

— Это почему же?

— Ну, гм, это долгая история, — мне показалось или Армаль всё-таки был немного смущён. Странно, в чём тут дело и кто эти знакомые?

Через пару часов, когда уже совсем рассвело, мы прибыли на место. Внезапно мне стало нехорошо. Я узнала это место. Армаль привёз меня сюда в первый раз, когда пригласил на прогулку по набережной. Не знаю, о чём предупреждала меня интуиция в тот раз, но явно первые проявления моего дара были не на пустом месте. Жаль я тогда не придала этому нужного значения. Мой супруг видимо заметил моё состояние, потому что спросил:

— Узнала это место, Клэр? Как-нибудь, когда мне не будет так стыдно, я расскажу тебе всё. А пока что давай спешимся и пройдёмся. Здесь недалеко.

Как и в тот раз, Армаль достал револьвер, а второй рукой вёл под уздцы мелихорна. Я шла сзади, держась за повод. Было ощущение чего-то жуткого и неприятного. Но интуиция моя молчала. Значит не всё так плохо, как кажется.

Армаль шёл по ему одному известной тропинке, продираясь сквозь густые заросли какого-то кустарника. Мелихорн взволнованно прядал ушами. Несколько минут ходьбы и тропинка закончилась, выведя нас на небольшую поляну. Мы остановились.

— Что дальше? — Спросила я. Мне было совсем как-то неприятно здесь находиться. Какое-то гнетущее чувство.

— Пока что подождём. А там будет видно. — Армаль не уточнил, кого именно или что мы ждём, но покрепче перехватил револьвер.

Мы стояли молча. Прошла, наверное, четверть часа, но мой супруг и не думал расслабляться, только крепче сжимал револьвер, загораживая меня собой. Мне такое внимание, если честно, льстило, хотя ситуация и была совсем неподходящая. Но меня даже это радовало, потому что думать о том, что будет потом, и кем стал для меня Армаль, совсем не хотелось.

Наконец, раздался какой-то шорох. Мелихорн фыркнул, мой супруг перехватил револьвер, а я словно кожей почувствовала опасность, но не смогла понять, откуда она исходит. Было такое ощущение, что отовсюду. Хотелось то ли крикнуть, то ли сбежать, но я стояла и молчала.

— Хорошего вам дня, капитан Стэкс. — Я едва не подпрыгнула, услышав эти слова. Говоривший появился словно из ниоткуда. И я похолодела, когда разглядела его — этот странный голос с присвистом, острый взгляд, крадущаяся походка. Какие дела связывают Армаля с одним из проклятых оборотней?

— И вам не хворать, — мой супруг оставался таким же напряжённым.

— Опустите револьвер. Клянусь, что ни вам, ни вашей супруге мы не причиним вреда.

— А как же её похищение? — Не удержался от вопроса Армаль. Я молча стояла и слушала, не совсем понимая о чём речь. Меня словно бы отодвинули в сторону, а мне это не сказать, чтобы очень понравилось.

— Мы не имеем к нему никакого отношения. Тебе ли не знать? — В голосе говорившего мне послышался даже упрёк. — Что ты хотел спросить?

— Знаете ли вы что-нибудь о том, кто охотится за мной?

— Не знаем, но можем выяснить за определённую плату.

Армаль окинул говорившего тяжёлым взглядом. Я не доверяла этому… гм, человеку. Но если мой супруг знает его лучше, то ему решать.

— Я согласен. Назови цену.

— Нам надо посовещаться. Ты хотел ещё что-то спросить?

Армаль задумался, а потом покачал головой. У меня же вертелось на языке много вопросов, но я и так на большинство из них знала ответы, поэтому тоже промолчала.

— Хорошо. Тогда ждите меня здесь. Я спрошу, — отрывисто сказал этот странный человек и исчез так же бесшумно, как и появился.

— Кто это такой? Ты его знаешь? — задала я вопрос супругу.

— Ну, скажем так, мы немного знакомы, — уклончиво ответил он. Интересно, почему меня не покидает ощущение, что мой супруг со мной не совсем искренен, хотя, собственно, по какому праву я требую от него искренности, если не искренна сама. Я вконец запуталась.

— Ты собираешься заплатить ему за информацию? — Спросила я, чтобы чем-то занять время.

— Ну да. Бесплатно я ничего не узнаю, — пожал плечами Армаль.

— А если он солжёт?

— Тогда я больше не буду к нему обращаться за помощью. А ему это не очень выгодно. Так что вряд ли он обманет меня. Если им что-то известно, то они расскажут мне информацию.

— Ну будем надеяться, — ответила я, не очень, впрочем уверенная, что дело сдвинется с мёртвой точки. Если честно, то я вообще старалась не думать о будущем. Просто потому что мне было страшно. Будущее казалось слишком туманным. Уехать куда-то из родной страны и ждать там пока обо мне не забудут. Перспектива вовсе не радостная. Я вздохнула, представив себе старость в чужой стране, вдали от друзей, когда кусты снова зашуршали и на поляну вышел недавний гость.

— Следуйте за мной, вас хотят видеть.

— Зачем? — Подозрительно посмотрел на него Армаль.

— Они хотят поговорить с вами лично.

Воцарилось молчание. Мы же не пойдём ни с кем говорить лично? Это же абсурд, верно?

Но Армаль сделал шаг вперёд, свернув с дороги на едва приметную тропинку, вслед за незнакомцем.

— Ты же не пойдёшь к нему? — Спросила я. Он что с ума сошёл — идти неизвестно за кем и неизвестно куда.

— Почему бы и нет. Если у них есть информация или они добудут мне её, то мне есть чем заплатить.

— Но это опасно.

— Ну разумеется, — насмешливо улыбнулся мой супруг. — Рядом со мной теперь всё опасно. Привыкай.

Я вздохнула и покорно свернула на тропинку вместе с ним. Немного успокаивало то, что молчала моя интуиция, значит в ближайшее время ничего плохого не должно случиться.

Мы молча шли, наверное, четверть часа, прежде чем маленькая неприметная тропинка не привела нас к пещере. Это место было так похоже на то, где я очнулась после подарочка графа Дель Монро, что я даже невольно вздрогнула. Воспоминания оказались не очень приятными. Армаль то ли заметил, то ли почувствовал это, потому что сжал мою руку. А я… Даже была ему благодарна за поддержку. Иногда он мне казался вовсе не таким уж невыносимым, каким был ещё недавно. Или это просто я изменилась? В любом случае, я не хотела думать о том, что и почему испытываю к своему мужу. Мне так было проще.

Коня Армаль привязал у входа в пещеру, а потом спокойно шагнул внутрь. Я немного помедлила. Но стоять в одиночестве в лесу мне было совсем не весело, поэтому я шагнула вслед за ним. Когда мои глаза привыкли к тусклому свету пещеры, я разглядела убогое убранство и несколько людей, сидевших на корточках за небольшим столом. А были ли они вообще людьми? Не важно. Меня сейчас должны интересовать совсем другие вопросы.

— Что вы хотите? — Спросил один из них. Армаль повторил свою просьбу.

— Мы можем узнать то, что ты хочешь, а можем и то, что ты не знаешь, — ответил один из них. По-видимому, глава. Его голос звучал хрипло и устало.

— Что ты имеешь в виду? — Напрягся Армаль. Я почувствовала, что он что-то знает или подозревает, но не хочет говорить об этом.

— Мы знаем, кто убил твою мать.

Воцарилась тишина. Вот то, что мой супруг пытался узнать, хотя и безуспешно столько лет. Если они не лгут…

— Что вы хотите за это, какую сумму? — Голос Армаля звучал хрипло, выдавая его волнение, хотя мне показалось, что он не удивлён. Как будто он ожидал этого предложения.

— А с чего ты взял, что мы откроем тебе этот секрет? Если бы ты выполнил свою часть договора, у нас была бы уже сейчас такая сумма и такие права, которые ты нам дать не можешь. Мы не продаём такие секреты дёшево.

О чём они говорят? О каких секретах, о каком договоре идёт речь?

— Я всё равно узнаю. Не от вас, так от других осведомителей. Не хотите продать за ту сумму, которую я могу вам предложить, не продадите вообще.

Армаль стоял и смотрел на говорившего не мигая. Я даже залюбовалась им. А потом всё-таки не выдержала и спросила:

— О чём речь?

И столкнулась с тяжёлым и каким-то даже виноватым взглядом моего супруга:

— Ни о чём, Клэр. Ничего интересного.

— Мистер Стэкс обещал нам вас в обмен на информацию.

Как это? Я застыла, не в силах даже спросить у Армаля, о чём идёт речь. Несмотря на то, что я ничего к нему не чувствовала, сердце словно заледенело. Стало вдруг тяжело на душе. Значит, не зря я ненавидела своего мужа.

— Клэр, я всё расскажу.

На лицо Армаля стоило сейчас посмотреть и позлорадствовать наверное, но мне было не до того. Я чувствовала себя почему то опустошённой. Как будто все радости жизни внезапно поблекли. А интуиция моя, мой дар, почему то молчал. А я же почти поверила ему… Я отвернулась, сморгнув. Глаза подозрительно защипало. Неужели я собралась плакать по какому-то глупому поводу? Я гордо подняла голову. Почему я должна страдать? Я ведь могу уйти от Армаля прямо сейчас, и пусть сам разбирается со своими проблемами. Кто он мне после таких поступков? Что я должна ему?

Наверное, я глубоко задумалась, потому что очнулась уже в лесу. Пещеры не было и в помине. И в общем было такое ощущение, что мне это всё приснилось. Может быть, это магия? Но я не дала себя провести.

Я подняла глаза на Армаля. Видно было, что он хочет мне что-то сказать, но никак не может найти нужных слов. Я не собиралась облегчать ему задачу, поэтому просто молча ждала, пока он заговорит. Как только вернусь в имение, соберу свои вещи и поминай как звали. И Армалю не удастся заставить меня остаться.

Он оседлал мелихорна, вскочил на него, потом подал мне руку, всё так же молча. Словно задумчиво меня осматривая. Потом вздохнул.

— Клэр, — вкрадчиво начал он, — Ты дашь мне шанс всё объяснить?

— Что тебе мой шанс? — Устало спросила я. Действительно усталость за последние дни навалилась на меня, накрыв словно одеялом. Хотелось только одного — отмотать время назад и чтобы ничего этого не было. Ни Армаля, ни нашей с ним помолвки-сделки, ни последних дней, когда я почти поверила в его искренность. Зараза! Я ведь почти поверила. Дура. Какая же я дура!

— Но, Клэр, позволь я тебе всё объясню.

— Хорошо, объясни, будь добр. И зачем тебе понадобилась вся эта комедия с нашей свадьбой. И почему ты с детства хотел заполучить меня в личную собственность. Только пожалуйста, давай поговорим об этом завтра. Сегодня я устала и не хочу ничего слушать.

В конце концов, кто мне мешает уйти от Армаля завтра? Вряд ли он объяснит мне вразумительно, исходя из каких интересов, он действовал. А значит, я буду свободна. Только вот почему-то сейчас эта желанная ещё недавно свобода, пугала.

Он внимательно посмотрел на меня и кивнул, ничего не ответив. А я… Я была разочарованна. А чего я собственно ждала? Извинений, уверений в своём добром расположении? Я вдруг поймала себя на мысли о том, что у моего супруга куда больше общего с моим отцом, чем я предполагала. А отца я невольно уважала, хотя он и держался отстранённо от нас от всех. А отец никогда бы не унизился до каких то там уверений. Может быть, за это я его и уважала.

Мы вернулись домой, в имение, после обеда. Слуги встретили нас радушно. Армаль предупредительно помог мне слезть с коня. Всё было как обычно. И всё же я чувствовала какую-то недоговорённость. Зачем я перенесла разговор на завтра? Чтобы целый день мучить себя мыслями о том, как мне стоит поступить? Почему я вообще об этом думаю? Что случилось такого, что этот человек внезапно занял большую часть моих мыслей? Я не стала искать ответы на эти вопросы, потому что боюсь, они мне не понравятся. Поэтому просто вздохнула и решила подождать до завтра.

Глава 18

Встала я невыспавшаяся и усталая, как будто всю ночь не спала, а работала. Думать о предстоящем разговоре не хотелось, но избегать его тоже было не лучшим вариантом, поэтому я смирилась с неизбежным. Что я надеялась услышать? Сама не знала. Вряд ли Армаль будет лгать, но с такой правдой никакой лжи и не надо.

Я спустилась вниз, в столовую, наскоро позавтракала, не испытывая никаких угрызений совести. Вряд ли после сегодняшних объяснений я останусь здесь надолго. Да и к тому же он сам предлагал мне уехать. А как уж он обставит разрыв помолвочного круга — это его личная проблема. Мне с ним проблем хватило. Почему-то при мысли об этом становилось горько, словно я на что-то надеялась, а потом все мои мечты враз разрушились.

В гостиной, куда я направилась после завтрака, как я и ожидала, меня ждал мой супруг.

— Пойдём в сад, прогуляемся!

Я кивнула. Отвечать не было никакого желания. Мы вышли в сад. Армаль повёл меня мимо розовых кустов к небольшому пруду.

— Что ты знаешь про мою мать? — Внезапно спросил он. Голос звучал как-то глухо. Наверное, воспоминания до сих пор причиняют ему боль.

— Я нашла у тебя в бумагах, когда разбиралась, дело некоей графини Марии Риен, твоей матери. — Я решила, что не имеет смысла что-то утаивать от Армаля. Рано или поздно он всё равно узнает о том, что я читала эти записи, а потом добавила, желая почему-то быть честной до конца. — И я ещё несколько раз была в тех комнатах, в которые ты помнится запретил мне заходить.

— Значит ты знаешь… понимаешь… — Он словно хотел что-то сказать, но не мог найти слов. — Я очень сильно любил маму. И тогда уже знал её историю любви. Моему отцу, графу Риену не хватило силы воли, чтобы официально подтвердить перед всеми то, что он сделал тайно — венчался с моей матерью. Ну а приживалку богатого графа никто долго бы терпеть не стал. Отец это понимал. Поэтому сначала они встречались тайно, а потом он и вовсе оставил мою мать, купив ей небольшой домик в предместьях Элерса. А брачный договор остался у него. По завещанию, которое он то ли не успел, то ли не захотел сделать, всё его состояние после смерти отошло его родным. Бумаги о браке пропали. Восстанавливать справедливость я не посчитал нужным тогда, потому что видел, как тяжело это для матери, а теперь потому что не хочу тревожить её память. Я никогда не видел отца и не думаю, что захотел бы с ним встречаться. Но он умер всё равно слишком рано. Говорят, его сгубила выпивка. Но толком никто ничего не знает. Может быть из-за этого о родовом имении графов Риен ходят всякие мрачные истории. Кто теперь разберёт, что в них правда, а что — нет. Матушка была для меня самым главным в жизни, одно время. — После небольшой паузы добавил супруг.

Я стояла молча. Против воли его рассказ о матушке тронул меня. Я ведь давно мечтала узнать историю графини Марии Риен. И вот она, история. Правда я не понимала, к чему мой супруг клонит, рассказывая мне об этом. Какое отношение я имела к истории его семьи. Армаль, видимо, ждал от меня каких-то вопросов или замечаний, потому что выжидающе смотрел на меня. Но мне нечего было ему сказать. Так и не дождавшись моего ответа, мой супруг вздохнул и продолжил.

— Когда… когда её убили, я поклялся узнать, кто это сделал и отомстить ему.

— Хорошо, а ко мне это какое имеет отношение? — Наконец, не выдержав, спросила я.

— Мне обещали открыть, кто убил мою мать в обмен на то, что я отдам им тебя. Правда это было уже после свадьбы. Помнишь, ту поездку якобы на набережную? — Я кивнула. Тогда я первый раз почувствовала слабые проблески своего дара. — Вот тогда это должно было случиться. Я был зол на тебя, хотел унизить за то, что ты всегда, даже в детстве отвергала меня. Я был не интересен тебе. А ты… Ты раздражала меня, бесила, выводила из себя, и всё же я не мог тебя забыть. Тогда, каюсь, я сделал так, что Льюит проигрался мне в карты. У тебя не осталось выбора. И когда я наконец то заполучил тебя, ты ни одного дня даже не разговаривала со мной нормально. Только твоя проклятая заносчивость и высокомерие. И тогда ко мне пришли с тем самым предложением. Лучшей почвы для него они и представить не могли.

— Так почему же ты не отдал меня им? — Я не действительно не понимала Армаля, а ещё меньше — себя. В душе давно смешались ненависть, злость, горечь, тоска, надежда и ещё что-то чему я побоялась дать название, побоялась признаться себе.

— Я понял, что люблю тебя. — Прозвучало в тишине и таким обречённым голосом, что я подумала бы, что ослышалась и вместо люблю должно быть другое слово.

Я изумлённо смотрела на Армаля. Признания в любви я совсем не ожидала услышать. Хотя, что скрывать, мне было приятно и я не стала даже задумываться почему. Мы молчали.

— Теперь ты всё знаешь, Клэр и вольна уйти, — голос Армаля звучал хрипло. Я подняла глаза и встретилась с его взглядом. Муж смотрел на меня не мигая. Я увидела в его глазах и страсть и обиду и гнев.

— А что будешь делать ты? — Спросила я, сама не зная, зачем.

— Решать свои проблемы так же, как решал без тебя, — ответил он. И эта честность и его взгляд решили за меня, как мне следует поступить.

— А если я останусь, Армаль Стэкс? — Впервые я назвала мужа по имени. — Сможем ли мы начать всё сначала?

— Это зависит от тебя, Клэр. Как ты захочешь.

А я… Я хотела. Я поняла, что хочу попробовать, потому что Армаль вдруг перестал быть мне ненавистен. Да, кому я лгу! Я давно уже не чувствовала к нему ненависти. А вот что пришло на её место, мне пока было сложно сказать. Но оставался один вопрос, который я хотела прояснить.

— А баронесса фон Закесс? Что ты…

— Да ты никак ревнуешь?! — Засмеялся Армаль и его смех, как ни странно не вызвал во мне отвращения. — Я был увлечён ей одно время, хотя скорее, чтобы позлить тебя, чем это было что-то серьёзное. Можешь не ревновать.

— Вот как. — Я не обиделась. Было только досадно на себя и свою глупость. Возможно, теперь, когда между нами нет никаких преград, я даже смогу почувствовать к Армалю что-то сродни ну не любви, но хотя бы уважению. — Так что ты намереваешься делать?

Я первая медленно пошла по тропинке к дому, намекая, что говорить больше не о чем.

— Я думаю терпеливо ждать либо пока меня не найдут солдаты Его Величества или, гм, другие персонажи, интересующиеся моей персоной. Ну и есть вариант, что тех, кто покушался на меня, всё-таки найдут и тогда им не поздоровится, — хищно усмехнулся Армаль.

— А если это — та самая секта? Ты ведь не сможешь…

— Что? Не бойся, безнаказанными они не уйдут. У меня есть знакомые, которые поверят уликам, найденным мною. Правда, боюсь, пока Его Величество король Антантус V правит страной, мы вряд ли будем здесь в безопасности. Но об этом я уже говорил. А пока нам остаётся только ждать.

Я кивнула, принимая правила. Ждать, так ждать. Жизнь перестала казаться такой уж невыносимой, как была ещё совсем недавно.

После ужина Армаль подошёл ко мне, когда я уже поднималась к себе.

— Клэр, я надеюсь, мы теперь станем добрыми друзьями, ну или хотя бы попытаемся, — он протянул мне свою руку.

— Зачем тебе моя дружба? — Спросила я, завороженно глядя на него. В полутёмном свете свечей мой муж казался старше, а ещё красивее. Я не удержалась и вложила свою ладонь в его. Его глаза вспыхнули торжеством. Армаль наклонился и поцеловал мне руку, вместо ответа, а потом улыбнулся, наклонил голову и удалился к себе.

А я осталась в спальне, прижимая горящую от поцелуя руку к своей щеке. День выдался удачным, более удачным, чем я ожидала. И пусть я не похожа на матушку Армаля — красивую, скромную, добрую и необыкновенно женственную, но ведь и он не граф. Я усмехнулась, понимая, что вряд ли бы некоторые его насмешки и поддразнивания снесла какая-нибудь другая женщина. Может быть, Небо не так уж и плохо распорядилось нашими судьбами?

Но если я рассчитывала, что утром что-то изменится, то я сильно ошибалась. Когда я спустилась к завтраку, Армаль уже поел. Ну мне не привыкать завтракать в одиночестве, поэтому никакой обиды я не испытывала. После завтрака я намеревалась взять пару книжек, а затем пройтись погулять по саду. Последние тёплые, летние деньки выдались просто прекрасными. И забыть об этой красоте за всякими проблемами, было просто глупо. Поэтому я поднялась в комнату, чтобы переодеться и на лестнице столкнулась с Армалем.

— Доброе утро, Клэр!

— Доброе.

— Не хочешь погулять со мной?

— Ты куда-то собрался? — Я удивилась. Вряд ли мой супруг приглашает меня на прогулку по саду.

— Пока что ещё нет. Я жду известий от наших знакомых. Но просто сидеть и ждать — не в моём характере.

Я кивнула, прекрасно его понимая. Армаль привык работать с риском для жизни. Каждый день или хотя бы каждую неделю расследования, погони, опасности или хотя бы вечера у короля, на которых все интригуют против друг друга. Конечно, после такой жизни вынужденное бездействие подобно смерти.

— Хочешь прогуляться по саду? — Спросила я.

— Да. Осмотреть места, которые были очень дороги матери. Это её фамильное имение. Она любила здесь каждый камень, каждую розу. Не удивлюсь, если большинство из них даже были посажены её руками. Наверное, это глупо, но мне так приятно просто ходить по дому, открывать комнаты, вдыхать её запах и представлять, как она здесь гуляла.

Странно, никогда не замечала в Армале романтичности. Но после того, в чём он мне признался, я, наверное, уже ничему не удивлюсь. Поэтому я кивнула ему вместо ответа. Не знаю, что бы я делала, если бы умерла моя матушка, но больше чем уверена, что приступы меланхолии мучили бы меня довольно часто при воспоминании о ней. Я помотала головой, отгоняя непрошенные мысли и отправилась вслед за Армалем.

Мы вышли в сад и задумчиво направились вперёд по тропинке между розовых кустов. По-моему это первый спокойный день за последнее время. Я так отвыкла от них… Кажется мой супруг тоже расслабился, потому что не сразу понял, о чём я спрашиваю, словно витал где-то в своих мыслях.

— Что ты собираешься делать потом, если узнаешь, кто покушался на тебя… на нас? — Поправила я, неожиданно для себя. — Ведь ты же теперь не на службе, или я что-то не понимаю?

— Ну официально то меня никто не лишил должности, — хмыкнул Армаль. — Есть у меня одна мысль… Если сектанты, а скорее всего это действительно они, по каким-то причинам из раза в раз организовывали на меня покушение…

— Но судя по всему это ведь не только они, — прервала я его. — Граф Дель Монро…

— Я думаю, его использовали. Но, в любом случае, я ничего не добьюсь. За графом стоит много народу. Те же родители его жены — очень влиятельный клан. Есть либо вариант стравить их всех между собой — но с интригами у меня, увы, не очень хорошо, — он усмехнулся. — Либо найти неопровержимые доказательства виновности нападавших, причём не только относительно меня. Эта секта… Она многим встала поперёк дороги. И даже более того, я думаю, что король лично был бы рад официально запретить её, но, увы.

— Я запуталась. Почему король может, действуя, через подставных лиц, заполучить меня, но не может посадить сектантов за решётку?

— Ох, Клэр, это всё политика. У сектантов есть высокородный покровитель и, думаю, ни один. В нашей ситуации Его Величество — это меньшее зло. По-крайней мере, убить он нас не горит желанием.

— Ты в этом уверен? — После таких разговоров с Армалем я уже была ни в чём не уверена. Везде виделись враги.

— Теперь — да. Я сопоставил кое-какие факты и пришёл к такому выводу.

— Ну надеюсь, ты прав. — Пробурчала я. Мне не нравились все эти интриги, даром не нужны были. Хотелось только одного — чтобы это всё, наконец, закончилось. Только я пока слабо представляла, как это возможно. Последние месяцы мне не доводилось скучать и это было с одной стороны просто замечательно, а с другой — всё-таки слишком утомительно. Хотя и вернуться к прежней жизни, в которой были лишь вечера, да походы по лавкам, я не могла. Я же всё-таки ни Илария. Хотя, я поймала себя на том, что улыбаюсь, верхом мечтаний Лари, было выйти замуж. Получается, что в этом я её обогнала.

— Чему ты так красиво улыбаешься? — Голос супруга вывел меня из задумчивости.

— Думаю о том, что моя сестра тебе подошла бы больше, — лукаво глядя на Армаля, ответила я.

— Это почему же? — Он, казалось, опешил.

— Ну пределом её мечтаний было выгодно выйти замуж. Она бы сейчас рядом с тобой строила глазки и расстилалась бы ковром. С ней бы не было никаких проблем.

— А кто сказал, что у меня с тобой проблемы? — Усмехнулся Армаль. И снова оказался рядом, глядя мне в глаза. Дыхание перехватило. И как он каждый раз оказывался незаметно так близко? — С Лари мне было бы не о чем общаться. А ты похожа на розу. Вся в шипах, но знаешь, что где-то там есть красивый цветок. Надо только его отыскать.

— Да ты романтик! — Не сдержалась я.

— Не нравится?

— Нравится, — ответила я. И сама не понимая почему, ускорила шаги. Мне было приятно и в то же время, я ещё не слишком доверяла Армалю и сама не знала, что чувствую к нему. А разбираться в этом сейчас не хотелось.

Он понял меня и отстал на несколько шагов. Мы ещё какое-то время кружили по саду. Я хотела расспросить мужа про его матушку, но он не был склонен отвечать на вопросы и разговор сошёл на нет.

А к вечеру пришли неприятные вести. Один из слуг, побледнев как полотно, подал нам газету, с первых страниц которой, на нас смотрели наши же лица. Указом Его Величества капитан Армаль Стэкс с супругой были объявлены в розыск.

Я тут же отправилась к Армалю в кабинет с газетой в руках.

— Боюсь, рано или поздно нас теперь тут найдут. Кажется, пришло то время, про которое я тебе говорил. Пора уходить.

Я покачала головой. На душе стало тяжело, как будто вдруг светлый день сменился ночью. Но. Я сама сделала свой выбор, оставшись с Армалем.

— Завтра собираемся и с утра выезжаем. Рассчитывать можем только на свои силы.

Я кивнула и отправилась в свою комнату, собирать вещи. Но прежде чем мы легли спать, случилось ещё одно событие. В дверь постучали. Прежде чем мы успели сказать слугам, учтивый дворецкий, уже отворил её. На пороге стоял граф Дель Монро собственной персоной.

Армаль схватил револьвер, прикрывая меня собой.

— Тихо, Стэкс, не кипятись! Я пришёл поговорить, — выставил пустые руки перед собой граф.

— Пойдём в кабинет, — пригласил его супруг, после минутного молчания. Он пропустил графа вперёд, а сам пошёл следом, недоверчиво глядя ему вслед. Я разделяла его недоверие.

— Итак, — начал граф Дель Монро, уютно расположившись в кресле возле стола. Правда говорят, что наглость — второе счастье. — Я пришёл предложить вам сделку.

— И какую же? — Армаль с сарказмом смотрел на графа, не выпуская из рук револьвера. В этом я была с ним солидарна. После того, что произошло, я не собиралась доверять графу.

— Я улажу вопрос с королём, а вы поможете мне посадить за решётку сектантов.

— Почему после всего, что было, я должен доверять тебе? — Озвучил супруг и мои опасения.

— А ты и не должен. У вас просто нет выхода, — сегодняшний граф — хитрый и расчётливый игрок ничем не напоминал того почтительного мужа, которого я видела, кроме, пожалуй, глаз. Глаза у него оставались теми же.

— Почему же ты сам не займёшься этой сектой, раз тебе хватило наглости и возможностей, чтобы передать мне украшение-портал?

— Я просто хотел поговорить с тобой без свидетелей. Портал доставил бы тебя в моё имение, но вовсе не миссис Стэкс и не в логово этих тварей. Клянусь, я ничего об этом не знал. — Мы с Армалем переглянулись. Верить или нет? От этого зависела наша дальнейшая судьба. Мы понимали уже друг друга без слов, но мне некогда было подумать о таком взаимном единении.

— И как это понимать? Новые игроки? А ведь и у тебя имеется свой интерес, — Армаль поигрывал револьвером. — Хорошо, допустим, я соглашусь. Я всё ещё не могу понять, как я смогу тебе в этом помочь.

— Да брось, ты всю жизнь копал под них, просто не успел завершить дело. Если бы они не боялись тебя, разве заказывали бы покушения?

— Ты что-то об этом знаешь? — Быстро спросил Армаль.

— Знаю, — не стал отнекиваться граф. — Но всему своё время. Ты поможешь мне в обмен на информацию и свободу от короля. Тем более ты сам этого хочешь, но пока не можешь одним ударом накрыть всю сеть.

— А ты имеешь какое-то влияние на Его Величество? — Скептически поднял бровь Армаль.

— Ну, скажем так, Его Величество, мне кое-чем обязан. Это дело, гм, весьма щепетильного свойства.

Граф хмыкнул. Я немного расслабилась. Возможно, я не права и доверие графу нам дорого обойдётся, но если есть хоть малейшая надежда, надо, наверное, её использовать. Я была уверена в Армале, что он попытается сделать всё, что от него зависит, лишь бы обезопасить меня. Но в интригах, увы, в отличие от того же графа, он был не искушён. Хотя, вряд ли бы мне понравился человек, который с виду не таков, за кого себя выдаёт.

— И что ты от меня хочешь? — Сдался мой супруг.

— Свой план я расскажу завтра, а сегодня попрошу позволения остаться на ночлег. — Нет, ну каков наглец! Я в своё время думала, что Армаль невыносим, а граф… Помнится я даже позавидовала как-то Жельмире. Но не всё такое прекрасное, каким кажется на первый взгляд. Словно отвечая на мой невысказанный вопрос, граф сказал. — Моя жена желает вам доброго здоровья. Она сейчас гостит у родителей.

Армаль понимающе кивнул. Что-ж, подождём до завтра…

Глава 19

Утро началось пасмурной погодой и мелким моросящим дождём. Я проснулась с головной болью и чувствовала себя ужасно. Очень надеюсь, что сегодня не понадобится никуда ехать, иначе я свалюсь и не встану. После завтрака, разумеется, в гордом одиночестве, я, держась за голову, направилась к кабинету Армаля, искренне надеясь что мой муж с графом не переубивали друг друга.

— Войдите, — узнала я голос моего мужа, постучавшись.

Открыла дверь и вошла. Граф разумеется был уже там.

— А, Клэр, доброе утро. Как спалось?

— Прекрасно, — ответила я, поморщившись.

— Вот и замечательно. — Армаль, кажется, не заметил иронии. — Мы решили что делать. Правда, думаю, что ближайшие дни находиться рядом со мной будет слишком опасно.

Он что хочет меня куда-то услать с глаз долой? Ну нет уж. Я на такое не согласна!

— На что ты намекаешь? — Спросила я.

Армаль промолчал, зато граф хмыкнул.

— Хорошая у тебя жена, Стэкс. Мне бы такую.

Я подняла голову и увидела, как нахмурился Армаль при этих словах графа и невольно дотронулся до револьвера на поясе. Да неужели он меня ревнует? Возможно ли такое?

— Я жду известий от нашего с Клэр знакомого, — начал Армаль, выразительно посмотрев на меня. Так, что даже я поняла, о ком идёт речь. Видимо, мой супруг решил приберечь этот козырь и не раскрывать графу сразу все карты. — Потом, я оповещу тебя, соберу улики и свяжусь с некоторыми доверенными людьми из своей гвардии. Дальше — дело за тобой.

— Хорошо, — кивнул граф. — Я буду в своём имении возле Каривса. Отсюда недалеко.

Когда граф ушёл, я почему-то вздохнула с облегчением. Я не доверяла ему и он мне не нравился.

— По сути, нам ничего и не оставалось, кроме как согласиться, — тихо произнёс Армаль, словно рассуждая сам с собой. — Ничем пригрозить я ему не могу, за моей спиной ничего нет. Дель Монро переиграл меня по всем фронтам и ему ничего не стоит нарушить своё слово, так что будь готова всё-таки к спешному отъезду, Клэр.

Армаль стоял у окна молча, тоскливо, как мне показалось, глядя на дорогу, по которой уехал граф. Я подошла к нему, почему-то чувствуя робость и заговорила, злясь на саму себя.

— Я думала — граф твой друг.

— Я работаю в таком муравейнике, Клэр, где каждый норовит выслужиться за счёт другого. Нет, с моей работой, друзей у меня быть не может.

— Не унывай, — мне почему-то захотелось утешить его. — Друзей нет не только у тебя.

— Не хочет ли Клэр сказать, что она тоже одинока? — Мой супруг снова стал насмешливым и язвительным. И я поймала себя на мысли о том, что такого Армаля я знаю и понимаю, и что таким он почему-то мне нравится больше, как ни странно.

Мы разошлись по своим комнатам. Я взяла в библиотеке пару романов, но дальше нескольких страниц так и не смогла продвинуться. Все мысли крутились только вокруг той ситуации, в которой мы сейчас оказались, а она была совсем не весёлой. Если думать о том, что я могла и чего нет, то получается очень печальный список. Я не могла почти ничего, кроме как сидеть и терпеливо ждать. И дай Небо, чтобы это ожидание побыстрее закончилось.

Прошло пару дней тоскливого ожидания. Армаль не знал, куда себя деть, я чувствовала себя не лучше. Вестей из прошлой жизни (как я её мысленно обозвала) после приезда графа Монро мы больше не получали. В газете никаких новостей не оказалось. Мой супруг проводил дни (а может и ночи) в библиотеке. Я тоже пыталась читать, пролистывая один роман за другим. Может быть, в другой ситуации, нам было бы интересно вместе, если бы на нас не давила эта неизвестность, а ещё ожидание.

Неизвестность, если честно, для меня была даже тяжелее. Я понятия не имела, как сложится моя будущая жизнь при любом раскладе. Если я разорву помолвку и вернусь в родной дом, жизнь, возможно, покажется мне скучной, хотя я и собиралась заняться делами, вряд ли они смогут заменить мне общение. Если я останусь с Армалем, то… Впрочем, я почему-то не осмеливалась заглядывать в это будущее.

Когда на следующий день утром раздался стук в дверь и мужской голос произнёс, что хочет видеть мистера Стэкса, я едва не подпрыгнула. Неужели это тот человек, которого мы ждём?

Когда я спустилась в гостиную, Армаль уже беседовал с нашим общим знакомым. Я молча застыла возле камина, не желая мешать их разговору. Я особо не вслушивалась. Детали дела были понятны лишь моему супругу. Одно я уловила — покушения действительно были делом рук сектантов, как он и предполагал.

Когда они попрощались, Армаль подозвал меня.

— Я получил неопровержимые улики и надеюсь, что мы с Дель Монро всё-таки поймаем их. Но чтобы спокойно заняться делом, я хотел бы за тебя не беспокоиться. Поэтому лучше, если ты будешь ждать меня в безопасном месте.

— Например? — Я скептически подняла бровь. По-моему безопасного места теперь для меня не существует. По-крайней мере пока граф не выполнит своё обещание (да и выполнит ли вообще?).

— Ну хотя бы переждёшь здесь. Хотя если это место нашёл граф… — Армаль задумчиво потёр лоб. — Правда солдаты короля здесь уже были… Из всех мест, которые я знаю — это самое безопасное.

— Может мне вернуться домой? — Сорвалось с языка прежде, чем я успела подумать. И я поняла по тому, как нахмурился Армаль, что это плохая идея.

— Ты думаешь, что будешь там в безопасности и Его Величество не пришлёт в один прекрасный день после того как я уеду карету с просьбой-приказом пребыть в срочном порядке под его светлые очи? И твоя матушка с сестрой, если я их хорошо знаю, будут так безумно счастливы тому, что Его Величество проявляют интерес к их скромным персонам, что выдадут тебя не задумываясь. Или я что-то не так говорю?

Я нахмурилась и отвернулась. Армаль был абсолютно прав, но мне от этого не становилось легче. А он подошёл ко мне и положил руку на плечо. Я обернулась.

— Не унывай, Клэр.

Мне хотелось ответить что-нибудь едкое, чтобы он знал, что я не расстраиваюсь, что я абсолютна спокойна, но мой супруг смотрел на меня так, что у меня перехватило дух.

— Спасибо тебе, — ответила я, абсолютно неожиданно для себя. — Спасибо. — И сжала его руку. Если это всё когда-нибудь закончится, то в новую жизнь мы войдём с Армалем только вместе.

Муж уехал, а я вдруг почувствовала себя необыкновенно одинокой. Если с ним что-то случится и Армаль не вернётся ко мне, смогу ли я жить так, как прежде? Это был главный вопрос, который я себе задавала. И не могла найти ответа. Сидеть в одиночестве в этом заброшенном имении было настолько тоскливо, что меня перестали спасать даже книги. На четвёртый день отсутствия моего супруга, я бросила делать вид, будто что-то читаю.

Я спустилась в сад, благо погода стояла хоть и прохладная, но сухая и представила где сейчас Армаль и что делает. Наверное, после нашего разговора он отправился прямиком к графу Дель Монро, чтобы обсудить только что полученную информацию, потом, скорее всего домой. Там хранились улики на сектантов. А потом… Вот что потом он собирался делать? Я не могла представить, какую они собрались расставить сеть с графом на пару, чтобы в неё попалась целая секта. И хуже всего, что конца ожиданию пока не предвиделось.

Когда закончилась неделя, как Армаль уехал, и от него не было никаких вестей, я решила, что дольше сидеть дома невозможно. Мысль о том, что с ним что-то случилась, мешала заснуть. Вот уж не думала, что так привяжусь к Армалю. Но… Оказалось, всё дело в том, что мы просто друг друга плохо понимали до этого. Возможно, время всё исправит. Успокаивало меня одно — интуиция моя пока молчала. А это означало либо что ничего плохого с моим супругом не случилось, либо что я плохо пока умела обращаться со своим даром. Второе меня немного смущало, но я всё-таки надеялась, что если вдруг что, я почувствую, как в тот раз.

А пока же, устав бродить по саду и из библиотеки в комнату и обратно, я рискнула оседлать одного из мелихорнов (зараза, никак не запомню его имя!) и отправиться в ближайший посёлок, купить газету. Я понимала, что рискую, понимала, что меня ищут, но ничего не могла с этим поделать. Сидеть в имении я больше не могла. Развеяться, забыться в быстрой скачке хоть на какое-то время это был выход.

Слугам наказала, если кто придёт, сказать, что ни хозяин, ни хозяйка здесь постоянно не живут. Мол, приезжали погостить и снова уехали в неизвестном направлении. Дворецкий, неизвестно где, нанятый Армалем, важно покивал головой. Я не очень на слуг, конечно, полагалась, но за неимением большего, как говорится.

Прогулка меня порадовала. Когда я отъезжала от дома, выглянуло даже робкое солнышко, поэтому по дороге, ведущей через перелески и поля, я ехала с удовольствием. В небольшом посёлке, где мой супруг, видимо, нанимал слуг, я спешилась и направилась мимо торговых лавок прямо на площадь, надеясь увидеть газетчика. Надежда меня не подвела. Я купила газету и вскочила на мелихорна, намереваясь прочитать её дома. Очень мне не понравилось пристальное внимание местного люда к моей скромной персоне. Не подумала я, к сожалению, о том, что мелихорн в здешних краях был едва ли не знаменитостью, на которой пристало выезжать только королю и его поданным. Но обычных лошадей мой супруг не держал. А жаль… Они бы сейчас пригодились.

Я развернула коня, чтобы уехать из посёлка, как его схватили под уздцы.

— У миссис замечательный конь.

Я повернулась. У стремени стоял мужчина грубоватого вида. Наёмник, подумалось мне. Он выглядел опасным. Моя интуиция наконец проснулась. Появилось дикое желание сбежать отсюда. Оторопев от наглости мужчины, который никак не хотел отпускать моего коня, я растерялась, но мелихорн, которому всё происходящее тоже не очень нравилось, помог мне. Он внезапно встал на дыбы и понёс. Я удержалась просто каким-то чудом. κнигόед.нет

Смутно как в тумане я видела, как отшатнулся, едва не упав мужчина, не ожидавший от коня такой прыти и как потом что-то прокричал. А мелихорн скакал, не разбирая дороги. Ну или мне тогда так показалось. Я сидела ни жива, ни мертва, вцепившись намертво в поводья, понятия не имея, куда меня несёт мелихорн. И только когда он остановился (а сколько его скачка продолжалась, я не могла сказать), я осмотрелась по сторонам. Это было имение какого-то богатого человека. Я не успела даже подумать, кому оно принадлежит, когда уже нашла ответ. Мелихорн призывно заржал. Ему ответили тем же, и он, нисколько не задумываясь влетел в ворота имения. У парадной двери стоял ещё один мелихорн, а на нём, верхом — мой супруг.

— Клэр, — мне показалось, что он отшатнулся, словно увидев призрака, — я же просил сидеть дома.

— Я… — Я попыталась что-то сказать, но в горле пересохло от долгой скачки. Да, и выглядела я, казалось, не лучше. Поэтому я просто махнула рукой, не представляя, что мне сейчас делать.

Но Армаль понял меня. Он спешился, и предложил мне руку. Я слезла с коня и пошатнулась, едва не упав.

— Я потом спрошу тебя, что случилось и ты мне всё расскажешь. А теперь пойдём. Граф уехал. Это его дом. Я сейчас тоже выезжаю. Мне надо спешить. Как только мы прихлопнем сектантов, которых так долго собирали в ловушку, я сразу же вернусь к тебе.

Мой супруг привёл меня в комнату, видимо, принадлежавшую жене графа, когда она сюда приезжала.

— Отдыхай, — Супруг поцеловал меня в щёку, неловко, я даже не успела опомниться и тут же исчез. А я растянулась на кровати. Всё сегодняшнее происшествие слилось в один длинный тягостный сон и я сама не заметила, как уснула.

А ночью проснулась от чувства опасности. Оно было таким острым, что я попыталась вскочить с кровати, чтобы оглядеться, забыв где я очутилась. И тут же упала обратно со стоном. Кто-то потянул меня за волосы. Я попыталась закричать, но обнаружила что рот мне закрывает какая-то тряпка. А потом всё смешалось в один чёрный круговорот, в котором были какие-то люди с фонарями, ночь, темнота, карета и какие-то здания. Я не помнила, как впала в забытьё.

Глава 20

Пробуждение было резким и невесёлым. Меня окатили ледяной водой.

— А ну вставай. Нечего разлёживаться. Мы с тобой возиться не будем. Игры кончились, — сказал кто-то грубым голосом.

Я вскочила, спросонья не совсем понимая, что от меня хотят эти люди, и где я нахожусь. И тут же едва не повалилась назад. Руки и ноги занемели так, что я почти не чувствовала их. Я находилась в какой-то лачуге. Домом назвать это место у меня язык не поворачивался. Грязные обшарпанные стены, старый шкаф с обломанной дверцей, выбитые рамы вместо ставень, да кровать с каким-то тряпьём, с которой так поспешно вскочила я. Возле меня стоял мужчина в знакомом чёрном плаще, который нагло мне ухмыльнулся, стоило мне только посмотреть на него. Я тут же опустила глаза. Было страшно и противно до дурноты. А ещё дико хотелось есть. Я не понимала, что надо от меня этим людям, но скорее всего я лишь пешка в этой игре.

— Очнулась. Вот и молодец. Пошли.

И мужчина грубо дёрнул меня и потащил за собой. Я попыталась вырваться, дыхание сбивалось от быстрого шага, и получила ощутимый удар под рёбра. Я охнула и согнулась, пытаясь перетерпеть боль. Но мой похититель, видя мои страдания, только расхохотался и ещё сильнее дёрнул меня вперёд. Когда меня наконец втолкнули в какую-то комнату, я была не в состоянии стоять и почти упала на пол.

— Вот она, — лаконично ответил человек, который привёл меня. Я подняла глаза и увидела посреди комнаты мужчину. Фигуру и лицо скрывал чёрный плащ с капюшоном.

— Хорошо. Ты можешь идти. — Когда сектант, который привёл меня в эту комнату, вышел, мужчина повернулся ко мне. — Значит ты жена Стэкса. Так-так. А ты недурна собой, хотя и не в моём вкусе. — Я услышала лёгкий смешок. — Твой супруг собрался прихлопнуть нас. Раз — и нет нас, словно мы мухи. Вот только жаль он не учёл одного — что и мухи тоже кусаются. Вот ведь незадача. — В голосе мужчины мне явно почувствовалась угроза. — Если Стэкс попытается сунуться к нам, он получит тебя по частям. Сначала ухо, потом пальчик, потом… — Мужчина остановился, словно задумался, а мне стало жутко. Он сумасшедший, честное слово. Волной накатила запоздалая паника.

Меня здесь никто не спасёт. Да я даже понятия не имею, где нахожусь! Прощаться с жизнью так рано не хотелось. Поэтому я попыталась успокоиться. Попытаемся потянуть время. Но разговаривать с этим сумасшедшим я не буду даже рад спасения своей жизни. Но он, видимо, настолько привык к своей исключительности, что даже и не ждал от меня никакого ответа. Только позвонил в колокольчик, явился снова этот мужлан, который облил меня ледяной водой, и потащил обратно. Я старалась не доставлять ему такой радости — тащить меня силой, поэтому бежала изо всех сил.

Меня снова втолкнули в эту грязную комнату и оставили в одиночестве, заперев дверь. Желудок свело от голода. Если они меня будут каждое утро обливать холодной водой и не кормить, то меня не надо будет даже отсылать Армалю по частям. Можно сразу целиком и умершую с голода.

Пока моё чувство юмора было при мне и оно не давало мне упасть духом. Но чувствую, что через пару дней у меня и его не останется. А в голову уже лезли всякие печальные мысли о том, как счастлив будет Армаль без меня (почему то меня действительно это печалило) и как умру я здесь в одиночестве и никто не придёт мне на помощь. Нет, конечно, я надеялась и верила, иначе отчаяние захватило бы меня целиком. Но если эти проклятые сектанты смогли раз за разом устраивать покушения на нас с Армалем, убили его мать, убивали, наверняка, и других людей, то чего им стоило, лишить жизни меня и как мог им помешать мой муж?

Странное дело, но чем больше я сидела в одиночестве, обхватив руками колени и накинув на себя какое-то тряпьё с кровати, потому как мокрое платье не грело, а замёрзнуть насмерть в мои планы не входило, тем больше я думала об Армале. Мне кажется, у нас всё получилось бы, обязательно. Возможно, даже я была бы счастливее, чем мой отец. Почему-то я не могла сравнивать себя с матушкой, потому что она была счастлива, по большому счёту и без отца. Всё, что ей нужно было — немного внимания, денег и нарядов. Всё. Больше в жизни её ничего не интересовало. Отец. Он был другой и, думаю, не раз в свой жизни пожалел о том, что женился на матушке. Но, он сделал свой выбор и нёс за него ответственность. Какие тяжёлые слова. Ответственность. Меня всю жизнь воспитывали так, что я должна была облагодетельствовать хорошего мужчину и сделать выгодную партию, но никогда речь не шла о любви, никогда. Я не видела, что такое любовь, не знала. Если нам суждено выжить, смогу ли я узнать, что это такое?

Вечером меня всё же покормили. Какая-то безвкусная еда, хотя и на том спасибо. Хотя бы с голода не умру. Когда после еды, приступ меланхолии прошёл и я снова почувствовала хоть какие-то силы, я выглянула в окно. И замерла. Эта странная лачуга стояла на краю высоченного обрыва. Не то что в тот раз, когда я «гостила» в замке оборотней. Если бы я захотела сбежать, побег бы совершенно определённо стоил мне жизни. Из моего окна открывался головокружительный вид на зеленевшие далеко внизу поля. Я даже не стала гадать, где стоит эта лачуга, в каком месте суши, потому как географию, к своему стыду, в пансионе изучала совсем ужасно и поэтому почти ничего не помнила.

Я подошла к двери, подёргала за ручку. Заперто. Итак я пленница в этом доме до тех пор пока Армаль не придёт за мной. Более грустный вариант я не стала даже рассматривать. А значит мне остаётся только ждать.

Следующие несколько дней пролетели как один, однообразно тоскливые. Главный сектант, который обещал меня по кусочкам отправить к Армалю, больше не разговаривал со мной, к большой моей радости. А вот тот мужлан, который разбудил меня, приходил два раза в день — приносил еду и питьё. Пару раз я, правда, попыталась заикнуться, что моему мужу вряд ли понравится, как я выгляжу, когда он меня найдёт. На что получила грубый хохот в ответ.

Кроме еды два раза в день, ничего в моём существовании не менялось. Никаких путей к отступлению, никакого оружия. Платье моё, несмотря на то, что больше меня ледяной водой не будили, свалялось и превратилось в грязную пародию на прежнее платье, а волосы… Я думаю, что если я останусь в живых, придётся их остричь. Тоска, вязкая и тягучая, подбиралась к сердцу, но я старалась не допускать тоскливых мыслей. Армаль меня обязательно спасёт, обязательно, иначе и быть не может.

Наконец, когда я уже потеряла счёт дням и не могла вспомнить — неделю я здесь нахожусь или больше, дверь отворилась, но вместо еды, меня грубо схватили и потащили куда-то. Я помнила, что произошло, когда я попыталась сопротивляться в первый раз, поэтому благоразумно следовала за преследователем, приглядываясь, куда меня ведут. Но всё оказалось гораздо прозаичнее. Мы вышли во двор. Мне связали руки, потом завязали глаза, но я успела рассмотреть нескольких сектантов в чёрных плащах. Ага. Значит всё-таки Армаль нашёл их убежище и им приходится убегать, позлорадствовала я. Иначе почему они так поспешно собираются?

Но скоро мне стало не до мыслей. С завязанными глазами и руками меня как тюк соломы просто перекинули поперёк седла одному из сектантов. И началась долгая, сумасшедшая скачка. Ну или мне она показалась таковой, потому что, когда меня наконец спустили на землю и сняли повязку с глаз, я просто упала на землю. И мне было уже всё равно, жива ли я и где нахожусь. А после нескольких часов отдыха, скачка повторилась снова.

Если бы я могла бояться, после того, как из моей головы, мерно ударяющейся о круп лошади, выбили все мысли, то я сошла бы с ума от страха. Сектанты, конечно, имеют цель и знают, куда направиться так, чтобы их потом не нашли. До соседнего государства не дотягиваются даже руки Его Величества, что уж говорить про моего мужа и графа. Но надежда умирает последней.

После очередной скачки усталая, голодная и замёрзшая я услышала стук копыт, слабый, он словно двоился. Сначала я подумала, что мне померещилось, но потом поняла, что на самом деле нас кто-то догоняет. Чуть позже это поняли, по-видимому и сектанты. Они спешно закинули меня на коня, забыв даже завязать глаза и руки, чем я и хотела воспользоваться, как только предоставится подходящий случай.

А дальше всё смешалось для меня в одну большую скачку. Сзади сектантов нагоняли. Благо в той позиции, в которой я сейчас лежала, мне было видно что происходит позади меня. И я даже пожалела на несколько секунд, что мне не завязали глаза. Голова тут же закружилась от необычности впечатлений. Но я успела увидеть погоню — всадников на мелихорнах. И их было явно больше чем двое. Потом послышались выстрелы. Я вцепилась руками в седло, зажмурилась и молилась о том, чтобы в меня не попали. И не сразу поняла, что лошадь подо мной остановилась, но как-то неестественно, пошатываясь, а потом начала заваливаться на бок.

Я попыталась выбраться. Быть придавленной мёртвой лошадью не входило в мои планы. Но как только я завозилась, пытаясь сползти с лошади, меня кто-то грубо схватил, а потом я почувствовала что-то острое и холодное возле шеи.

— Тихо, красавица, тихо. Если будешь вести себя смирно, а твой муж не наделает глупостей, возможно даже уйдёшь живой. Я узнала по голосу того самого сектанта, который обещал отправить меня Армалю по кусочкам и непроизвольно задрожала. А он дёрнул меня за собой, не убирая ножа, или что он там держал возле моей шеи.

Я видела как в тумане всадников на мелихорнах, трупы людей и лошадей. Мы стояли в поле по колено в старой пожухлой траве. Вдруг один из всадников бросился прямо к нам. Я скорее интуитивно догадалась, что это Армаль.

— Не подходи и брось свой револьвер, — насмешливым голосом, тихо но отчётливо сказал мой похититель.

Я подняла глаза, чтобы увидеть, как медленно спешивается Армаль, а его мелихорн недовольно постукивает копытом. И тут в моей голове словно что-то взорвалось. Я почувствовала такую сильную опасность, что едва смогла устоять на месте. Моя интуиция словно кричала мне — опасность, осторожно, берегись. Я не могла понять, в чём дело. Попыталась повернуть голову и почувствовала, как по моей шее потекла тоненькая струйка крови.

— Не вертись, красавица. Ты же хочешь остаться в живых, — прошептала мне противный голос. А я почти его не услышала, настолько физически ощутимым было чувство опасности, что мне даже стало больно. Но я, хоть убей, не могла понять, откуда оно исходило и как завороженная смотрела, как медленно кладёт на землю револьвер Армаль, как смотрит на меня.

А потом… Меня пронзила боль. Я закричала:

— Армаль сзади! — И опоздала всего на долю секунды с ужасом глядя, как оседает на пожухлую траву мой муж и как сзади стоит сектант с револьвером. А дальше события развивались почти мгновенно. Двое людей на мелихорнах бросились к сектанту и ко мне. А я со всей силы своей злости ударила мужчину, державшего меня ногой, надеясь попасть по колену. Он охнул, но ножа не выпустил, а потом внезапно разжал руки, и я почувствовала, что меня больше никто не держит. Обернулась, увидела графа Дель Монро и кинулась к Армалю.

И вот почему мой проклятый дар не сработал на несколько секунд раньше?! Почему я сообразила, откуда исходит опасность так поздно? Эти мысли крутились у меня в голове, пока я, путаясь в своих юбках, бежала к Армалю.

Я упала возле него на колени и поразилась холоду его рук и бледному лицу. Неужели… Нет! Я даже подумать о таком не могла. Армаль, чудовище, я тебя ненавижу и ты, слышишь, ты обязан жить! Я не поняла, подумала я это или сказала вслух, но лицо моего супруга слегка порозовело. Где лекарь? Почему никто не спешит помочь моему мужу? Я вскочила, намереваясь кинуться за лекарем и будь он хоть за тысячу миль, достать его. Не знаю как, но я не дам умереть единственному человеку, который любит меня!

— Сидите, миссис Стэкс, — тяжёлая рука опустилась мне на плечо, так что я едва не подпрыгнула от неожиданности. Обернулась и узнала графа. — Лекарь уже идёт.

На лбу графа залегли усталые морщины, рукав на левой руке был порван и испачкан кровью. Я не могла не посочувствовать ему. Всё-таки в одиночку Армаль вряд ли бы справился. Но это чувство пришло и исчезло, уступив место тревоге за мужа.

Какой-то мужчина и впрямь подошёл к нам через несколько минут, деловито осмотрел моего супруга, отозвал графа, что-то шепнул ему и исчез.

— Что он сказал? — Спросила я, когда граф вернулся. Вынужденное безделье и тревога за мужа сводили с ума. Я не хочу думать, кем стал для меня Армаль. Я подумаю об этом после, когда он поправится.

— Стэкс потерял много крови, но жить будет, если мы поторопимся и доставим его в ближайшую лечебницу. Вам бы тоже не помешает переодеться и привести себя в порядок.

Это граф намекнул на мой внешний вид? Ну да, на голове у меня, наверное, воронье гнездо, но какое всё это имеет значение сейчас?

Тем не менее я терпеливо, сходя с ума от страха дождалась, пока они подняли Армаля и положили его на импровизированные носилки. Благо до ближайшего города было не так уж и далеко. Заодно, услышав название, я поняла, что сектанты увезли меня почти к самой границе. Ещё бы чуть-чуть и никаким законными средствами их было бы уже недостать, как и меня. Но если мой муж умрёт, это будет слишком большая цена за мою жизнь.

Когда кортеж из всадников (так тяжело пострадал только мой муж, но были и другие раненые, которых тое надо было доставить в лечебницу) тронулся в сторону города, я оседлала мелихорна и направилась вслед за всеми. Н меня уважительно косились, но молчали. Правильно, конь Армаля не дался в руки никому, кроме меня. В другое время, это вызвало бы у меня приступ гордости, но сейчас я не могла думать ни о чём, кроме мужа. Страх ледяными тисками сжимал сердце.

«Он не умрёт. Он не умрёт», — повторяла я, как заведённая, погоняя мелихорна.

Когда мы, наконец, доехали до лечебницы, мне показалось, что прошла уже вечность. Армаль был жив, но от потери крови его начало лихорадить. Я поймала обеспокоенный взгляд лекаря и кинулась вслед за носилками с мужем, ловко протиснувшись мимо гвардейцев, вознамерившихся не пустить меня. Не на ту напали!

— Что с ним? — Прямо спросила я у лекаря.

— Вы — его супруга? — Лекарь — немолодой мужчина с усталым, морщинистым лицом несколько минут внимательно изучал меня.

— Да.

— Рана серьёзная. Но если не произошло заражения, ваш муж выкарабкается. Пуля прошла навылет, и, насколько я понимаю, не задев внутренних органов. Он из редкой породы счастливчиков.

Я выдохнула. Армаль выкарабкается, он обязан. Он не может вот так просто взять и покинуть меня здесь одну!

— Если что-то нужно от меня, если нужны какие-то деньги… — Вряд ли лекарь в такой глуши знает в лицо капитана сыскной гвардии. А раз Армаля никто не увольнял, значит он до сих пор капитан.

— Позаботьтесь лучше о себе, миссис. Я знаю свою работу.

Почему-то я не обиделась. Лекарь прав. Вряд ли Армалю будет приятно увидеть мен такой, какая я сейчас. Вообще с какого это момента я начала думать о том, что приятно Армалю? Брр. Всё чушь.

Я направилась в покои, которые нам выделили при лечебнице. Солдат поселили по двое, а мне досталась одна просторная комната. Моё тело после треволнений сегодняшнего дня неудержимо потянуло меня к постели, но я заставила себя сначала умыться и потребовать у служанки, откликнувшейся на мой колокольчик новое платье и еду. И только потом разрешила себе уснуть. Армаль никогда не увидит меня в таком состоянии!

Я легла спать, но сон не шёл ко мне. Перед глазам упрямо вставала сцена на поле. Если Армаль не выживет. Ох. Что же я тогда буду делать? В глазах защипало. Я прислонилась к оконной раме. Он стал так невыносимо дорог мне за эти последние месяцы, наверное, потому что никто, никогда за всю мою короткую жизнь так не любил меня. Пожертвовать собой, броситься спасать меня, даже ненавидя. Небо, какой же я была дурой, когда ненавидела своего супруга! Или я всегда его любила, просто отказывалась признать это? Мне было стыдно. А ещё почему-то вспоминались слова той нищенки о моём высокомерии. Мне кажется, или она была не больше нищенкой, чем я? Как бы там ни было, если Армаль выживет, я никуда его не отпущу! А выжить он просто обязан!

А утром, едва рассвело, я встала и направилась к лекарю. Вряд ли я смогу уснуть до того, как узнаю, грозит ли моему супругу ещё опасность или нет, а поэтому валяться и бездельничать в постели бессмысленно.

— А, миссис Стэкс, доброе утро! — Встретил меня лекарь. — Вашему супругу лучше. Я даже могу сказать, что он легко отделался.

Я впервые увидела улыбку на его лице. Я выдохнула. Сердце стало биться ровнее. Когда лекарь оставил меня у двери комнаты, за которой лежал Армаль и ушёл, я почувствовала почему-то внезапную робость. Но она обычно не была мне свойственна, поэтому я тряхнула головой и шагнула за порог.

На кровати лежал мой муж. И мне показалось, что выглядел он бледнее, чем вчера. Может ли такое быть, чтобы лекарь соврал? Я бросилась к супругу, не контролируя себя.

— Армаль! — Я дотронулась до его руки. Через несколько секунд, показавшихся мне вечностью, его пальцы легли поверх моих, а глаза открылись.

— Клэр, с тобой всё в порядке?

— Да.

— Вот и хорошо, а то я переживал, — он слабо улыбнулся мне и кажется заснул.

Небо! Он волновался обо мне!

Я подвинула стул, который видимо, был предназначен для сиделки, к кровати и расположилась на нём. Я никуда не уйду отсюда, пока мой супруг полностью не поправится!

Вечером Армаль ещё пару раз проснулся, чтобы улыбнуться мне и снова заснуть. Он был ещё очень слаб, но теперь даже я видела, что он поправляется.

— Не бойся, на моей шкуре всё заживает очень быстро, — усмехнулся он мне как-то раз во время очередного пробуждения.

И, наконец, настал день, когда Армаль смог встать с постели.

— Клэр, я рад, что ты жива и невредима. — Он подошёл и обнял меня. — Не пугай меня так больше.

— А ты — меня, — улыбнулась я и повернулась, в надежде вырваться из объятий. Всё-таки я не очень ещё уютно чувствовала себя в роди (подумать только!) любимой женщины. Но Армаль только рассмеялся и крепче прижал меня к себе, так что носом я уткнулась в его грудь.

— А теперь повтори те слова, которые ты говорила мне дома, что ненавидишь меня и мечтаешь, чтобы этот год побыстрее закончился. Повтори и я отпущу тебя.

— Я… — Мой голос предательски дрогнул. — Я люблю тебя.

— Моя строптивая красавица, — Супруг только крепче прижал меня к себе. И сказать, что мне не понравилось, значит солгать.

Но, увы, всё хорошее рано или поздно заканчивается. Нам пора было возвращаться. Граф Дель Монро уже уехал, несколько дней назад. Отправился к королю, чтобы засвидетельствовать Его Величеству своё почтение и предоставить доказательства исполнения договора. А нам с Армалем предстояло официально объявить, что помолвочный круг окончен и пожениться. Сказать, что меня не пугала неизвестность и то, что я отныне и всегда буду принадлежать другому человеку, значит ничего не сказать, но свой выбор я уже сделала.

— Армаль, — спросила я супруга, пока мы тряслись в карете по местным ужасным дорогам, — как вы с графом меня нашли?

— Наш общий знакомый имеет, гм, обширные связи по всей стране, — Муж широко улыбнулся мне. Я поняла, о ком речь, но, если честно, меня не порадовала такая помощь. Я очень надеюсь, что после свадьбы все странные люди и не совсем люди оставят нас в покое. Конечно, я не имела права требовать, чтобы Армаль ушёл со своей работы, но хотя бы небольшой отдых — это было бы уже замечательно.

Я хотела спросить его о том, виноваты ли сектанты в смерти его матушки, но почувствовала, что пока не имею права приставать со своими расспросами. Это слишком личное. И ох как было бы замечательно, если бы матушка Армаля была жива до сих пор. Я вздохнула.

— О чём вздыхаешь, Клэр?

— Да так, ни о чём. Очень надеюсь, что покушения закончатся и можно будет наконец вздохнуть спокойно.

— Боюсь, что со мной это невозможно, — притворно вздохнув пожал плечами Армаль. — Хотя мне тоже не помешает капелька отдыха. Правда, боюсь мы и этого не получим. Скорее всего Его Величество, несмотря на уговор, захочет лично посмотреть на то, что он потерял или лучше сказать упустил, и думаю, не один раз.

Я уловила нотки ревности в голосе Армаля и тронула его за плечо.

— Я ведь могу сказаться больной.

— А это хорошая идея. Но всё равно пару раз, думаю, придётся почтить Его Величество своим присутствием.

Я вздохнула. Не очень приятные воспоминания были связаны у меня с вечером у короля, но что не сделаешь ради того, чтобы жить спокойно, а главное счастливо.

С ума сойти! Я наконец-то счастлива. Я могла в этом себе признаться, с осторожностью, боясь спугнуть робкое счастье, но всё же как прекрасно, что Армаль подставил Льюита, провернув всю эту афёру. Я была ему благодарна, но вряд ли он когда-нибудь узнает об этом.

Когда карета остановилась возле имения Армаля, можно теперь сказать, что это по праву его родовое имение, я вдруг неожиданно почувствовала, что вернулась домой.

— Добро пожаловать домой, Клэр! — Словно угадал мои мысли Армаль и подал мне руку.

Эпилог

Я гордо вышла из нашего с мужем экипажа. Никому не позволю испортить мне праздник! Сегодня знаменательный день — наша свадьба. Не подпись брачного договора, а именно свадьба с красивым платьем, цветами и гостями. Всё по высшему разряду. Всё, о чём я когда-то мечтала, но даже не представляла, что это может сбыться, да ещё и с Армалем и по своей воле.

Возле главного храма в Элерсе было очень много народа. Я на секунду смутилась и уткнулась носом в плечо Армаля.

— Не стесняйся, Клэр, тебе не идёт, — тихо прошептал он мне и пожал едва ощутимо руку. Мне этого хватило, чтобы почувствовать прилив сил. Я гордо подняла голову и направилась к храму, стараясь не споткнуться.

В храме увидела знакомые лица. Здесь уже были не зеваки, а только приглашённые. Вот и матушка, светится от гордости. Радуйся, мама, твоё желание сбылось. Хорошо, что оно совпадает с моим, но я не буду с тобой спорить. Сделаю вид, что это ты уговорила меня так выгодно выйти замуж. Вот Илария. Рядом с ней стоит какой-то кавалер. А она одновременно и краснеет, в ответ на его комплименты и светится от гордости за меня. Вот Льюит. Кажется, даже трезвый и необычно серьёзный. Я даже благодарна ему сейчас, что он сам того не осознавая сыграл на руку Армалю. Там мои дальние родственники, которых я видела от силы пару раз.

Потом идут приглашённые со стороны Армаля. Граф Дель Монро с женой. Кажется, они с Армалем если не подружились снова, то близки к этому. Всё-таки общее дело сближает. Я с одной стороны рада, что будет с кем пообщаться кроме мужа после свадьбы, а с другой вряд ли Жельмира станет мне доверенной подругой, с которой будет приятно провести время.

Но что-то я слишком задумалась. Я смотрю вперёд и вижу там Его Величество. Мне кажется, или он смотрит на меня с какой-то досадой. Но, прочь, глупые мысли, мы с Армалем встаём в центр храма. И… Я словно забываю кто я и где нахожу, такой волной меня накрывают чувства. Церемония, поздравления, пожелания. Мне хочется одного — уехать наконец с Армалем домой, а потом на следующий день в Данер, к морю. Я на минуту закрываю глаза, а когда открываю, слышу приветственные крики. Нас осыпают цветами, по древнему обычаю. И я чувствую себя совсем счастливой. Только иногда в голове всплывает — если бы смогли увидеть наше счастье мой отец и его матушка. Тогда уж точно счастье было бы полным.

А потом мы выходим на улицу, Его Величество подзывает Армаля и долго что-то ему говорит. Я вижу, как скривился мой муж. Ему что-то не нравится. Интересно, что задумал король? Но я не успеваю об этом спросить, потому что Армаль склонился ко мне и сказал сам:

— Его Величество пригласил нас на вечер, организованный в нашу честь. Я, надеюсь, ты не будешь против, — а потом, видимо, заметив, моё недовольство, уже другим голосом добавил — Всё равно другого выхода, кроме как согласиться, у нас нет.

Ну ладно, заменим торжество в имении Армаля на бал у Его Величества. Не сказала бы, что мне это особо нравится, но что поделать.

На балу, устроенном в нашу честь (подумать только!) нас на секунду разлучили и тут же меня пригласил Его Величество. Отказаться — вряд ли разумно. Поэтому я вздохнула и обречённо подала ему руку. Вряд ли он похитит меня на балу на глазах у сотен людей.

Но король, кажется, и не думал меня похищать. Наоборот, рассыпался в комплиментах и говорил, как повезло моему супругу. А я слушала и искала глазами Армаля. Увидело его у колонны в напряжённой позе и улыбнулась. Он немного расслабился, но я видела — мой муж готов прийти на помощь в любую минуту. И это не могло не радовать. Я простая девушка со скверным характером (если уж быть честной с самой собой), чем я заслужила такое счастье.

Наверное, я задумалась, поэтому не расслышала вопроса Его Величества. Король нахмурился. Он не любил дважды повторять.

— Миссис Стэкс, вы любите своего супруга?

— Разумеется, — я сделала вид, что сильно удивлена, хотя примерно догадывалась, что на уме у короля.

— Странно, а я, было, подумал…

— Что вы подумали, Ваше Величество? — Сделала я невинное лицо. Спокойно, только не вспылить!

— Ничего, — усмехнулся король. — Вы слишком умны, а у Армаля слишком преданные друзья. Мне же ничего не осталось. Пусть будет так. Но я не теряю надежду увидеть вас ещё раз.

— Ничего не могу обещать, Ваше Величество. Я теперь завишу от воли мужа. Если он разрешит…

Король усмехнулся и отошёл. Танец закончился. Я выдохнула. Когда подошёл Армаль, я не кривя душой, пересказала ему наш разговор.

— Молодец, Клэр, — усмехнулся он. — Лучше бы и я не смог сказать. Но думаю, что на ближайшие пару месяцев нам лучше уехать, хотя бы на море. А то Его Величество может и передумать. Слишком уж ты лакомый кусочек.

Я дёрнула плечом. Не хочу быть лакомым кусочком.

До конца бала мы не выдержали. Армаль провёл меня чёрным ходом, пока все веселились, свистнул мелихорнов, услужливо открыл передо мной дверь экипажа и попросил кучера ехать потише.

— Ты счастлива, Клэр, хотя бы немного?

— Если только совсем чуть-чуть, — ответила я, стараясь, чтобы Армаль не расслышал насмешки.

— Ну так значит я добился чего хотел, — усмехнулся он и прижал меня к себе.

Экипаж медленно ехал, а я представляла, сколько ещё радостных минут и часов подарит нам грядущая жизнь. И почему я сразу не рассмотрела своего мужа? Что мешало мне? Или может быть я сама всю жизнь мешала себе быть счастливой и довольной? Как хорошо, что это всё в прошлом. Я улыбалась своим мыслям, медленно погружаясь в дрёму.

Content

Ратникова Дарья Владимировна Я ненавижу тебя! (или замуж за чудовище)

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог