Наталья Жарова

Зимняя сказка

Глава первая

Денек выдался погожий. Яркое солнце пробивалось сквозь закрытые ставни и тонкими золотистыми лучиками окрашивало комнату в радужные цвета.

На широкой кровати, под теплым лебяжьим покрывалом, притаились две тонкие, торчащие в стороны, косички. Нет, конечно, там явно скрывалось и все остальное, но именно эти ярко-рыжие, плетеные косицы являлись главной достопримечательностью маленькой восьмилетней девочки, которой волею случая суждено было стать ни кем иным, как … А впрочем, давайте обо всем по порядку.

В то время как большинство девочек гордились небесно-голубыми глазками, золотыми кудряшками и кукольным личиком, маленькая Лиска красовалась новыми синяками, свежими царапинами и порванным платьем. Она славилась умением ловко лазить по деревьям, метко стрелять воробьев из рогатки и устраивать невинные проказы.

Это выводило из себя отца, знатного барона из Северной провинции, и являлось большим огорчением для матери, воспитанной в строгости, как и подобает истинной леди.

— Эх, Лиска, Лиска, — вздыхала мама, приводя в порядок растрепанные волосы дочери. — Рыжий мой лисенок, когда же ты угомонишься?

Уже мало кто помнил, что при рождении рыжеволосую девочку нарекли благородным именем Асель. Но оно настолько не соответствовало нраву и внешности малышки, что для всех, даже для родителей, она стала просто Лиской.

— Завтра великий день для королевства, — приговаривала мать, застегивая пуговички на серебристом детском платьице.

— Новый год?

— Не совсем. Завтра маленькому принцу исполняется десять лет, а значит, по старым обычаям, придворный маг выпустит Ледяную птицу, она изберет ту, кто будет считаться невестой.

— А почему на Новый год?

— Потому, что принц родился в этот день.

— А можно я не пойду, мам? Это же так скучно, — прогнусавила Лиска, с интересом разглядывая длинноногого паука ползущего по стене.

— Ох, Лисенышь, боюсь, завтра тебе не удастся остаться дома. Все-все благородные жители обязаны присутствовать при обручении.

Лиска почесала нос.

— А если принц не захочет жениться на избраннице? Ведь пока он вырастет много лет пройдет.

— Ну, так и будущая невеста еще мала, — засмеялась мать.

— А если все-таки не захочет? — не унималась Лиска.

— Такого не может быть. Он знает долг перед королевством и нашими обычаями. Вот увидишь, обязательно женится на той, кого выберет птица.

— А если невеста откажется?

— Глупости, кто же откажется стать принцессой?

— Даже если она его не полюбит?

— Даже если не полюбит.

Лиска задумалась. Сама она уже давным-давно решила, что выйдет замуж только по любви. Как это так, любить, она не знала, но кухарка рассказывала, что если сердце внезапно замирает, а потом начинает биться быстро-быстро, это и есть любовь.

С Лиской такое однажды случилось, когда она свалилась с верхней ветки дерева. Сердце замерло, а потом как застучит!

— Все. Готово, — мама подвела ее к огромному, до самого потолка, зеркалу. — Смотри, какая красавица!

Для всех матерей их дети самые-самые красивые. Но мы-то с вами знаем, что если у девочки рыжие, словно спелая морковка, волосы, россыпь коричневатых веснушек и вздернутый курносый нос, это не очень-то и красиво.

Лиска это тоже знала. Она знала, что торчащие коленки и острые, вечно ободранные локти, не добавляют ей девчачьей привлекательности. Знала, что высокая долговязая фигура смотрится смешно в серебряном платьице и белоснежной пушистой шубке. Что косолапые, неуклюжие ноги обязательно споткнутся в новеньких сапожках, которые привез с ярмарки отец. Догадывалась, что после обидных насмешек знакомых детей, она опять полезет в драку и явится домой с растрепанной прической и порванной муфточкой. И мама опять расстроится. Знала, но молчала.

— Какая красавица, — шептала мать, любовно поглаживая сутулую спинку дочери. — Ах, если бы ты только бросила свои мальчишеские игры! Лиска, а вдруг завтра назовут твое имя? — внезапно засмеялась она. — Как же ты будешь? Невеста и с синяками?

Ха! Вот принц удивился бы, увидев такую суженую! Лиска фыркнула и улыбнулась, обнажив темную дырку от недавно выпавшего переднего зуба.

* * *

— Па-а-ап, — хныкала Лиска, выдергивая маленькую ладошку из крепких отцовских рук. — Ну можно я не пойду? Новый год же!

— На обручении должны присутствовать все представители знати, — отчеканил барон. — Это не обсуждается.

Лиска подавленно шмыгнула носом. Конечно, можно было бы прикинуться больной и все-таки выпросить разрешения остаться дома, но, судя по категорично поджатым губам отца, это грозило кучей неприятностей.

— Лисенышь, ну чего ты боишься? — подбадривала ее мама, беря за руку. — Будет очень интересно! И потом, разве тебе не хочется посмотреть, кого выберет птица? А вдруг она укажет на кого-нибудь из наших знакомых?

Лиска тяжело вздохнула и покрепче стиснула длинные пальцы матери.

Как же объяснить, что просто очень страшно надевать новые тоненькие перчатки, которые, казалось, вот-вот порвутся из-за неровно обгрызенных ногтей? Страшно заплетать рыжие, жесткие, словно солома, волосы во взрослую праздничную прическу. До смерти боязно находиться среди красивых ребячьих личиков и делать вид, что не обращаешь внимания на ядовитые насмешки.

Ах, ну почему она не похожа на мать? Высокая, элегантная баронесса разбила немало мужских сердец в пору беззаботной юности.

Лиска вздохнула еще тяжелее, чем в первый раз. И грустно повесив растрепанную голову, пошла переодеваться.

До Нового года оставалось не больше шести часов.

Карета поджидала прямо у ступенек. Молоденький кучер в атласной, отороченной мехом ливрее щелкал кнутом. Шестерка отменных лошадей нетерпеливо била копытами. А старый дворецкий участливо держал над хозяевами широченный зонтик, защищающий прически от крохотных снежинок, то и дело летевших с морозного зимнего неба.

Светловолосый мальчик-паж распахнул дверцу и помог баронессе занять место на обитом пурпурным бархатом сиденье.

— Лиска, ну давай же, — поторопила она дочь.

Маленькое рыжекудрое создание покорно задрало пышные юбки, сверкнуло натертыми до блеска сапогами и забралось в карету.

Рядом грузно опустился барон:

— Трогай! — велел он кучеру.

Карета плавно качнулась и понеслась по извилистым дорогам королевства, от окраин Северной провинции до столицы, носящей гордое названье Ледоград.

— Когда мы приедем? — Лиска скучающе посматривала в окно на мелькавшие пейзажи. — Кажется, едем уже целый день!

— Нет, Лисенок, всего несколько часов, — мать пригладила непослушный вихор на макушке дочери. — Скоро покажутся сторожевые башни города. О, да вот и они! Смотри!

Лиска прижалась носом к стеклу.

Вдали, под ночным небом, появились высокие башенки — сначала лишь слабыми миражами, а затем все более реальными очертаниями. Голубые отроги гор подчеркивали резную красоту каменных изваяний.

В действительности, городская ограда не отличалась ни внушительными размерами, ни какой-то особой неприступностью. И чем ближе подъезжала баронская карета к главным воротам, тем заметнее становился обмелевший ров, служивший ранее надежным препятствием для армии врага, а сейчас густо заросший камышом и полный грязной, почему-то не застывшей, зимней тины. Резали глаза нечищеные сугробы, холодили руки промозглые ветра. Но Лиске казалось, что нет ничего прекраснее стольного града! Такого волшебного и неизведанного!

— Мы поедем прямо в замок? — спросила она, немного нервничая из-за встречи со знакомыми.

— Нет, обручение произойдет на главной площади, — пояснила мать и ободряюще улыбнулась. — Мне кажется, тебе там понравится.

Лиска кивнула. В крайнем случае, всегда можно затеряться в толпе.

Кареты вереницей съезжались к месту назначения. С легким шорохом они проскальзывали мимо каменных домов, направляясь прямиком в центр города.

Площадь поражала размерами. Огромная, круглая, словно гигантское блюдце, она зрительно отделялась от других частей столицы густыми зарослями украшенных к празднику кипарисов.

Лиска почувствовала, как они остановились. Отец нетерпеливо распахнул дверцу:

— Наконец-то доехали! — воскликнул он. — Боялся, что опоздаем. Лисенок, выходи!

Лиска оперлась о широкую ладонь отца и спрыгнула на землю. Сколько тут было людей! Полные достоинства мужчины, чинно переговариваясь, обменивались крепкими рукопожатиями с вновь прибывшими. Грациозные дамы демонстрировали свои туалеты и мило улыбались друг другу. Мальчики, в новеньких курточках, и девочки, с завитыми локонами под меховыми капюшонами, практиковались в светской беседе, умело подражая взрослым.

Стоит ли говорить, что появление худенькой рыжеволосой девчушки сразу же привлекло внимание?

Одна из юных красавиц окинула Лиску оценивающим взглядом и презрительно скривила рот:

— Это что за пугало? — громко вопросила она.

Лиска оглянулась на родителей, ища поддержку, но мать с отцом уже спешили в сторону, заметив кого-то из знакомых.

— Мама, — окликнула ее Лиска.

Но баронесса лишь улыбнулась той уверенной улыбкой, которую себе может позволить только очень красивая женщина:

— Развлекайся, Лисенышь, до обручения еще есть время.

И поспешила дальше.

Красавица, явно прислушивавшаяся к диалогу, подняла вверх одну бровь:

— Смотрите, какие у нее волосы. Это что, проволока? Торчат, словно клеем облили.

Раздался дружный смех.

— А какие рыжие! Будто специально выкрасили!

— А шуба-то, шуба! Она на ней, как мешок на швабре!

Лиска сдвинула брови.

— Ох, смотрите, она еще и злиться умеет, — расхохоталась какая-то девочка с золотыми кудряшками. — И правда, дикий лисенок!

— Нет, лисята хорошенькие. Я сам видел, — старательно выговаривая слова, прошепелявил мальчуган лет четырех. — А эта, ух, страшилище!

Может быть, Лиска вовсе и не была такой уродливой в глазах детей, как они хотели показать. Но почувствовав безнаказанность, остановиться уже не могли.

— Страшилище! — вынесла вердикт красавица.

— Рыжее пугало, — согласились остальные. — Гони ее!

И маленькие забияки бросились вперед. Лиска испуганно ойкнула. Одно дело иметь дело с одним-двумя, и совсем другое, когда на тебя движется целая толпа.

Подхватив длинные широкие юбки, она рванула к стоявшим каретам. Только бы добежать, только бы успеть спрятаться и затеряться среди скрипучих колес. Но топот преследователей раздавался все ближе.

Лиска оглянулась. Нет, не успеть. Надо бежать дальше, к окраине города, и исчезнуть в каком-нибудь проулке.

Мужчины и женщины с улыбкой смотрели на детские забавы.

— Эх, помню, мы тоже резво бегали, когда были помоложе, — произнес сухонький старик, поигрывая тростью с золотым набалдашником. — И в догонялки играли, и в чехарду, и еще…

Но Лиска уже не слышала. Она неслась туда, где каменные здания сменяли деревянные дома. Где вычищенная мостовая перетекала в обычную укатанную повозками дорогу. Где сторожевые башни городских стен, словно монолитные гиганты, возвышались над праздничной суетой.

Лиска остановилась и шумно вздохнула. Детский смех остался далеко позади.

Нет, конечно, она правильно сделала, что убежала. Ведь если бы случилась злобная перепалка, а еще хуже драка, репутация ее отца и матери была бы сильно испорчена. Так рассуждала Лиска, заглядывая в грязный ров с водой и плававшими поверху льдинками. Наверняка, летом там квакали лягушки, а шоколадные головки камышей колыхались от теплого ветра.

Внезапно позади раздался детский смешок, и чьи-то ладошки сильно ткнули в спину. Лиска взмахнула руками и полетела в воду.

Длинное платье, намокнув, облепило ноги, шубка налилась тяжестью и мешала выбраться наружу. Морозные льдинки обжигали обнаженную местами кожу. Стебли камышей больно хлестали по лицу.

Малышка испугалась, попыталась выбраться, но это оказалось не так-то просто, сапожки скользили по дну, не позволяя сделать ни шага.

Неожиданно рядом послышался всплеск. Незнакомые руки подхватили девочку и вытащили на берег.

— Вон отсюда! — прозвучал грозный юношеский голос куда-то в сторону.

Мальчуган, виновник неожиданного падения, испуганно бросился наутек.

— Эй, ты как?

Темноволосый парень заботливо накинул плащ на плечи Лисенка.

Девочка во все глаза смотрела на своего спасителя и не знала что ответить.

— Пойдем, провожу обратно на площадь, — сказал он. — Ты же на обручение приехала?

Лиска кивнула.

Юноша накрыл ее маленькую ладошку своей рукой:

— Замерзла? Конечно, замерзла. Ничего, сейчас…

Он поднес тонкие девчачьи пальчики к губам.

— Сейчас станет теплее, — прошептал он, согревая ручки дыханием. — Ты такая смешная. На куколку похожа, немного поломанную, но очень милую.

Лиска прислушалась к этим словам и вдруг почувствовала, как сердечко остановилось. А потом забилось вновь. Быстро-быстро. Но это, должно быть, от холода.

— Я не волшебник, — улыбнулся он, — Только учусь. Вычистить полностью не смогу, но высушить и согреть попробую.

Когда они подошли к площади, перед толпящимися гостями уже стояли король с королевой. Лиска отыскала взглядом мать и направилась к ней.

— Боже… — прошептала баронесса, в ужасе рассматривая мокрую, испачканную шубку. — Что с тобой произошло?!

— Что ты опять натворила? — возмутился отец. — Ни на минуту нельзя оставить одну!

Лиска пристыженно опустила голову. Да, конечно, появиться при всех в таком виде было верхом неприличия, но куда же деваться?

— Я не виновата, — попыталась оправдаться она, но грозное фырканье отца заставило тут же замолчать.

Чувствуя, как щеки заливает румянцем от шокированных взглядов окружающих, Лиска едва не расплакалась.

— Не смей, — прошептал совсем рядом юношеский голос. — Этим ты еще сильнее испортишь положение.

Подняв глаза, Лиска с радостью увидела все того же темноволосого волшебника. Он стоял, крепко держа за руку невысокого испуганного мальчишку.

— Говори! — приказал он.

— Это я виноват… — мальчуган утер кулаком сопливый нос. — Простите.

— Господин барон, — обратился к отцу юноша. — Я был свидетелем произошедшего. Ваша дочь вела себя, как леди и если бы не досадный случай, вы могли бы гордиться ее воспитанием.

Лиска округлила глаза. Каким воспитанием? Тем, которое позволило ей улепетывать со всех ног от зарвавшихся подростков?

Но отец с удовольствием принял маленькую ложь за чистую монету:

— Благодарю, господин Ладислав, — барон чуть склонил голову, явно признавая за юношей знатность рода. — Моя дочь так же весьма признательна. Правда, Лисенок?

— Да, — пролепетала она.

Волшебник едва улыбнулся.

— Ладик, отпусти, — захныкал мальчишка, извиваясь в его руках. — Ладик, я же извинился.

Ладислав вопросительно взглянул в Лискины глаза:

— Прощаешь?

— Угу, — промычала она, стараясь запомнить лицо обидчика.

— О, Ваше высочество, маг уже вынес клетку с птицей! — воскликнул барон, приподнимаясь на цыпочки от предвкушения чудесного зрелища.

Ладислав встревоженно нахмурился:

— Тогда нам пора, — и бросив прощальный взгляд на рыжие Лискины кудряшки, направился в сторону королевской четы.

— Дочь, ты весьма разочаровала меня, — подала голос баронесса.

— Но мама, он же объяснил! — Лиска тыкнула пальчиком на удаляющуюся спину юноши. — Он сам все видел. Вы не верите?

— Кхм, — откашлялся отец. — Не верить отпрыску королевской семьи недопустимо.

Морковные завитки на Лискином лбу красноречиво вздрогнули:

— Так он что, принц?

— О, нет, — рассмеялась мать. — Господин Ладислав кузен наследника. Его отец — младший брат нашего государя. А принц это…

Лиска не слушала, она следила внимательным взглядом за своим волшебником. Вот он подошел к королеве, вот обменялся парой слов с королем. А вот что-то прошептал старому придворному магу, официальному колдуну государства…

— Лисенок, — прервал ее наблюдения отец. — Не отвлекайся, иначе пропустишь самое интересное. Видишь, снимают покрывало с клетки?

Длинное темно-синее одеяние чародея разлетелось в стороны от внезапного порыва ветра, словно тонкие лепестки ночного тюльпана. Седая борода всколыхнулась волной, едва он вздернул голову, украшенную остроконечным колпаком. Крючковатые морщинистые пальцы схватились за вышитый край золотой накидки и единым махом сбросили ее с унизанной драгоценными камнями клетки.

Лиска во все глаза рассматривала пресловутую птицу. Пернатая тварь с достоинством восседала на хрустальной перекладине и грациозно склоняла голову в стороны, словно рассматривала присутствующих. Что же в ней было особенного? Да, пожалуй, ничего. Серенькая пичужка с остреньким клювом. Но стоило птахе распустить хвост, как у Лиски от восторга перехватило дыхание. Длинные перья, будто сотканные из небесного серебра, образовывали искрящийся шлейф. Каждое перышко оказалось украшено драгоценным камешком, а снежный хохолок покрылся морозным узором.

Маг приоткрыл золоченую дверцу.

— Сегодня, в новогоднюю ночь и день десятилетия маленького принца, согласно древним законам, Ледяная птица изберет ту, кто станет носить гордый титул невесты! — громогласно провозгласил он.

Король с королевой взволнованно взялись за руки.

— Где юный принц? — спросил придворный волшебник.

Противный мальчишка, тот самый, что спихнул Лиску в старый пруд, подошел к чародейному старцу и, отвесив низкий поклон, заговорил высоким, детским голосом:

— Перед благородными гостями я, единственный наследник правящего дома — принц Дерен, обязуюсь принять ту невесту, которую предпочтет птица. И женюсь на ней в двадцать лет, как того требуют обычаи!

Толпа зааплодировала.

Маг удовлетворенно кивнул, тем самым подтверждая клятву мальчика. Птаха взмахнула крыльями и вылетела из клетки.

Лиска вытянула шею. Лишь бы не упустить момент и не проглядеть счастливую суженую! Но судьбоносная птица безразлично кружила над площадью, не замечая, что взгляды людей направлены только на нее.

Полет казался бесконечным, пока…

Лиска ойкнула и закрыла голову руками, увидев, как среброхвостая пичужка камнем ринулась вниз.

— Помогите! — взвизгнула она, чувствуя острый клюв на макушке.

— Лисеныш? — ахнула мать.

— Лись… — ошарашенно прошептал отец.

Кто бы мог подумать, что выбор придирчивой Птицы падет на рыжую, ничем не примечательную девочку? Кто мог ожидать, что восьмилетнее веснушчатое создание в одночасье сделается самым знаменитым лицом государства? И уж определенно никто и не предполагал, что юная невеста будет так громко верещать от страха, пытаясь сбросить цепкие лапки со своей морковной макушки.

— Ледяная птица сделала выбор! — провозгласил на ходу придворный маг, торопясь на помощь Лиске. — Невеста избрана!

Вот тут Лиска прекратила вопить и пораженно замерла. Она стала невестой? Она? В мокрой шубе и грязном платье? Она? С разбитыми коленками, с синяками на локтях? Она? С темной дыркой вместо зуба и искусанными до крови губами?

— Как имя невесты? — спросил маг у матери, вталкивая Птицу обратно в клетку.

— Лиска… То есть Асель, — растерянно выдохнула та.

— Госпожа Асель отныне невеста принца, — провозгласил старый волшебник и тихо добавил: — Поэтому быстро расправь плечи и пригладь волосы! Я представлю тебя королю и королеве.

Стоит ли говорить, что при этих словах у рыжеволосой малышки затряслись коленки?

— Мама? — всхлипнула она.

— Иди, Лисеныш, — баронесса неуверенно кивнула.

Для нее это событие оказалось не менее внезапным, чем для дочери. Наспех поправив выбившиеся пряди и оттерев с курносого носа грязь, мать легонько подтолкнула Лиску к придворному магу.

— Папа? — девочка сложила бровки домиком.

— Иди, Лись, иди. Птица лучше нас знает, как должно быть, — отец твердо сжал плечо восьмилетней невесты. — Перед тобой откроются двери иного мира.

Лиска смущенно оглянулась по сторонам. Все взгляды прикованы к ней. Надменная красавица, ее недавняя обидчица, чуть ли не скрипела крепко сжатыми зубами. А молодой волшебник, оказавшийся кузеном принца, добродушно улыбался и бросал смешливые взгляды на новоявленного жениха.

— Готова? Идем, — скомандовал придворный маг и, взметнув полы темно-синей накидки, направился к королю.

Лиска поспешила следом.

— Ваше величество, позвольте представить юную госпожу Асель! Избранную невесту!

Король придирчиво оглядел девочку:

— Невеста, значит.

От волнения у Лиски затряслись колени, но мужественно поборов собственный страх, она сумела выдать подобие реверанса.

— Дерен! Познакомься с избранницей.

Окрик отца вывел принца из ступора. Выпучив глаза и покусывая тонкие губы, наследник приблизился к недавней жертве:

— Госпожа Асель, почту за честь исполнить предназначение птицы и назвать вас невестой, — заученной фразой проговорил он, чуть скривившись.

— Подойди ко мне, девочка, — голос королевы нарушил минуту смущения. — Так-так… Возможно через несколько лет ты станешь красавицей… А может и нет… Возвращайся к родителям и передай, чтоб больше времени уделили твоему воспитанию.

— Ваше величество, — прошептал стоявший подле Ладислав. — Может нам самим нанять учителей для девочки?

— Не стоит. Пусть докажет, что достойна войти в королевскую семью, — королева махнула рукой.

Лиска обреченно шмыгнула носом.

Она ясно понимала, что с этого мгновенья ее жизнь полностью изменится.

Глава вторая

Десять лет пролетели в один миг.

Менялось королевство, менялись люди, изменилась и Лиска.

Несуразная девчонка превратилась в несуразную девушку, ни разу не заставившую какое-либо мужское сердце забиться быстрей. Но ее это мало волновало. Зачем? Судьба рыжеволосой невесты решилась много лет назад, а рука стала принадлежать принцу. Нелюбимому, но достаточно влиятельному, чтобы не принять отказа. Да и разве кто в здравом уме откажется? Стать принцессой мечта многих девиц.

Матушка и отец безмерно гордились подрастающей невестой и даже старались называть ее полным именем, что звучало непривычно и немного странно, но доставляло удовольствие обоим. Сама же Лиска проводила время с книгами, не стремясь к общению с ровесниками и уж тем более, не показываясь на глаза жениху. Дети перестали с ней играть, повинуясь грозным окрикам родителей, а ну как обидят королевскую избранницу? Лазанье по деревьям пришлось заменить на спокойные игры, а рогатку утопить в ближайшем колодце. Невесте даже в курятник заходить не разрешали. Скукота, одним словом.

Жизнь текла в новом, но уже привычном ключе, пока однажды…

— Асель! Асель! Да где же ты?! — мать вбежала вверх по лестнице. — Асель!

— Что случилось? — девушка вышла из комнаты.

— Письмо пришло!

— Какое?

Материнские пальцы чуть подрагивали, когда она развернула пергамент и протянула его дочери:

— Читай сама.

Лиска мельком оглядела королевскую печать и…

— Завтра?! — воскликнула она.

— Завтра, — довольно кивнула матушка. — Наконец-то!

— Но, мама, завтра же Новый год!

— Именно! Надо рассказать отцу. И платье… Тебе нужно новое платье!

Мать взбудораженно пошла дальше по коридору, а Лиска напряженно расправила плечи. Размеренной жизни пришел конец, письмо гласило, что завтра принцу Дерену исполнятся долгожданные двадцать лет, а значит…

— О боже…

У бедной Лисички было слишком много забот, чтоб предаваться унынию, но все же предстоящее празднество леденило душу. Да еще матушка развернула боевую деятельность, стараясь превратить невесту в красавицу.

Шансов было немного, но попробовать стоило.

В детстве Лиска зачитывалась сказкой о страшненьком утенке, превратившемся в прекрасного лебедя и мечтала, что с ней однажды произойдут такие же метаморфозы, но время шло, а лебединые крылья все не отрастали. Детская худоба с годами превратилась в чрезмерную, даже нарочитую стройность, жесткие волосы, в тяжелые локоны, а веснушки, наоборот, исчезли, являя миру острый, но все еще курносый нос.

— Асель, чего стоишь? — крикнула матушка. — Поторопи прислугу! Пусть выгладят и накрахмалят нижние юбки! И мне нужны новые оборки, слышишь?

— Слышу, слышу.

В доме только и разговору было, что о нарядах.

— Ты будешь в белом, — продолжала мать. — Невеста должна быть в белом! Да, я понимаю, что это не сама свадьба, а просто его день рождения, но он увидит тебя впервые за десять лет. Поэтому, только в белом. Ах, это так символично: наше Снежное королевство и белое, как сама зима, платье!

— Но я и так слишком белокожа…

— Нет, милая, ты прекрасна! Ты лучшее, что есть у нас с отцом! Поторопи прислугу, я жду оборки.

Матушку тяжело переубедить, тем более, когда любящее родительское сердце уверено: дочь не от пустого слова стала избранной невестой. Ясно же, что птица так решила только потому, что Асель красива и не по годам умна!

И вот, наконец, долгожданный день настал. Карета вновь несла семью Северного барона в далекий, но такой загадочный Ледоград.

— Он ни капли не изменился, — грустно улыбнулась Лиска.

— А что ему сделается? — удивился отец и сжал ее руку. — Волнуешься?

— Немного.

— Не переживай, уверен, принц будет счастлив тебя видеть.

— Надеюсь…

Лиска тревожилась, но расстраивать родителей не хотелось, поэтому старательно улыбалась и поглядывала в окно.

И зря, ведь неприятности начались сразу же, как они подъехали к дворцу.

— Приглашение только на невесту, — грозно припечатал страж.

— Но мы родители! — возмутился отец.

— Велено пропустить только невесту! — стражник был неумолим. Он сдвинул брови и качнул копьем.

— Как же так?

Растерянность матушки больно резанула по сердцу. Лиска ступила вперед.

— Уважаемый, — начала она, но была тут же перебита:

— Пропустить невесту! Быстрее, быстрее!

Стражник распахнул дворцовые двери и буквально втолкнул девушку внутрь.

— Остальным запрещено!

И створки гулко захлопнулись.

* * *

Мы-то с вами знаем, что королевский бал слишком неоднозначная вещь, чтоб надеяться на справедливость, особенно в Новогоднюю ночь, но Лиска пребывала в уверенности, что недоразумение разрешится, едва она поговорит с женихом. Ведь это такая нелепость — не пустить ее родителей!

Зал оказался битком набит людьми. Яркими, праздничными, такими красивыми. Лиска в своем белоснежном платье выглядела несуразным пятном в многообразии красок. На нее сразу же обратили внимание, но почему-то никто не подошел и не поздоровался. Это было немного обидно, но не смертельно. В конце концов, девушка давно привыкла к отчуждению.

— Это она? Правда? — слышались шепотки. — Первый раз за десять лет вижу.

— Видимо, да. Какой ужас…

— Платье ничего так, богатое. Жаль ей совершенно не подходит.

— Тсс! Услышит еще!

— И что? Она пока не принцесса и, вообще, неизвестно станет ли ей!

— Что ты такое говоришь? Тихо!

Лиска делала вид, что пересуды ее совершенно не касаются, но на душе скребли противные кошки. Сердце замирало, глаза блестели от невысказанных слез. Хотелось сбежать домой, уткнуться в подушку и горько плакать о мировой несправедливости. Она бы, наверное, так и поступила, если бы вдруг не услышала:

— Не смей. Будет только хуже.

Она обернулась и встретилась взглядом с высоким мужчиной. Темноволосым, кареглазым, отдаленно знакомым… вроде бы…

— Ну здравствуй, — шепнул он. — Не узнаешь?

— Ладислав… — Лиска растерянно моргнула, чувствуя, как молчавшее много лет сердечко вдруг зашлось в бешеной скачке.

— Десять зим минуло, а ты все такая же смешная, — улыбнулся волшебник.

— Здравствуй, — немного запоздало поздоровалась девушка, чем вызвала еще одну улыбку. — А я слышала, ты уехал из королевства.

— Вернулся, — он пожал плечами. — Не мог пропустить двадцатилетие наследника престола. Уже видела Дерена?

— Нет.

— Не дело невесте стоять в одиночестве, — Ладислав подмигнул. — Пойду, потороплю.

Но стоило выйти ему в одни двери, как в другие вошел долгожданный принц. И если прошедшие десять лет пошли во благо Ладиславу и почти не изменили Асель, то Дерена годы лишь испортили. Все такой же невысокий, противный, с высоким голосом, он обзавелся презрительной улыбкой на тонких, искривленных устах.

Лиска горько вздохнула. Очень хотелось спрятаться, затеряться в толпе, но люди, как будто назло расходились в стороны, предоставляя проход. Делать нечего… Долг есть долг.

Но стоило девушке сделать шаг, как под злоречивый шепот окружающих подле принца возникла незнакомая надменная красавица и собственническим жестом схватила того за руку.

— Наиса, — ощерился Дерен.

Красавица почтительно склонила голову.

Лиска замерла не зная что делать и как себя вести. Она вновь почувствовала себя той маленькой несуразной девчушкой, только-только ступившей во взрослую жизнь из уютной семейной кареты. Сейчас, как и тогда, взгляды присутствующих были направлены только на нее. Люди жаждали зрелища.

— Дерен! — рядом, как по волшебству, вновь появился Ладислав. — А мы тебя уже заждались. Поздравляю, кузен, нынешний Новый год очень много значит для королевства.

— Неужели? — нахмурился принц.

— Это твоя невеста, — Ладислав многозначительно подтолкнул Лиску вперед.

Принц едва заметно поморщился и окинул ее пристальным взором.

— Наиса, ты меня простишь? — он повернулся к красавице. — Дела, дела… Гм… Невеста, значит? — подошел к Лиске и протянул руку. — Пошли.

— Куда?

— Танцевать, — Дерен схватил ее за локоть и прижал к себе. — Музыку, быстро!

Тут же заиграла какая-то мелодия, люди отошли в сторону, давая будущим новобрачным свободу в движениях, Ладислав прищурился, но ничего не сказал, а вот красавица Наиса что-то злобно прошипела.

Дерен довольно усмехнулся.

— Видела ее? Моя любовь, — не стал скрываться он. — Потому и ревнует. Но ты не переживай, она знает, что наша свадьба всего лишь обязанность и готова смириться. В конце концов, у меня же могут быть две жены? Одна любимая, а вторая навязанная.

И он с такой силой сжал Лиску за талию, что девушка едва не задохнулась.

— Наиса будет добра с тобой, а ты будешь тихо, а главное, терпеливо сидеть в комнате и выходить оттуда лишь на официальные мероприятия. Ясно?

— Но я думала…

— Меня не интересует, что ты думала, просто скажи: ясно или нет?

— Ясно.

— Вот и умница.

Музыка все звучала, но Лиска уже ничего не слышала, повинуясь движениям жениха. Не такой она представляла семейную жизнь.

— Благодарю за танец, моя леди! — громко сказал Дерен, едва мелодия закончилась и, подхватив Наису, покинул зал.

Люди вновь зашептались. На Лиску косились, некоторые даже показывали пальцем, а она все стояла и стояла, не находя в себе смелости хоть как-то опротестовать предстоящую роль.

Куда делать проказница-лисичка? Куда делась жизнерадостная девчушка с двумя косицами? Почему, каждый раз, стоило ей встретиться с прогнившим насквозь королевским обществом, силы исчезали, оставляя место робости и неуверенности?

Отойдя к стене, Лиска попыталась найти взглядом Ладислава. Для нее он был якорем прежней жизни, надеждой на лучшее и детской, еще не растраченной наивностью. Волшебник, вытащивший из промозглого болота, мужчина, подаривший искреннюю улыбку.

Но его нигде не было, зато в поле зрения появилась Наиса.

— Поговорим? — холодно сказала она.

— О чем?

— О Дерене. Как я понимаю, он уже сообщил, что место подле него несвободно? Ты, лишь, ширма.

Лиска окинула красавицу нечитаемым взглядом и отвернулась.

— Не нравится? — Наиска хмыкнула. — Мне тоже не понравилось, когда десять лет назад Ледяная курица выбрала тебя. А я ведь готовилась стать невестой… Мы с Дереном с самого детства вместе, но это ты и так должна помнить.

И Лиска, действительно, вспомнила! Надменная красавица, та самая, из-за которой начались все неприятности, та, которая организовала невинную забаву, жестокую охоту на девчушку из провинции!

— Дрянь, — шепнула Лиска.

Наиса растянула губы в подобие улыбки.

— Как была страшилищем, так и осталась.

— Где принц? Мне надо с ним поговорить, — невеста повернулась к дверям.

— И что ты ему скажешь? — красавица насмешливо приподняла бровь.

Ответа у Лиски не было, но она понимала: мириться с ситуацией нельзя.

— Где он?

— Вон там, — Наиса мотнула головой в угол. — Там, за статуей, есть выход. Рискнешь? Но, если вдруг ты забыла, напоминаю, он мой! Учти это.

Лиска заглянула за статую, там и правда имелась дверь. Толкнув ее, девушка вышла в узкий коридор, в конце которого темнел мужской силуэт.

— Ваше высочество! — кликнула она.

Человек обернулся и тут же в глазах потемнело. Девушка упала на пол.

Позади возникла Наиса.

— Увези ее за город, в лес, — велела она незнакомцу. — И убей. Понял?

— Да, госпожа. А награда?

— Получишь, как только принесешь ее сердце, — красавица злорадно усмехнулась. — В серебряной шкатулке.

Очнулась Лиска на холодном снегу и долго не могла понять, как ее сюда занесло? Ноги замерзли в тонких туфельках, платье намокло, руки окоченели.

— Эй, — незнакомый мужчина потряс ее за плечо. — Жива еще?

Девушка дернулась, но не смогла ни ответить, ни отползти в сторону.

— Жива, стало быть. Наиса требует твое сердце, — он обнажил желтые зубы. — Но, думаю, сама сдохнешь, на морозе-то. Нож в крови пачкать не хочется, — сказал он и, плюнув на рыжие локоны, рассыпавшиеся по снегу, пошел прочь.

Лиска не помнила сколько пролежала, не помнила, как застывала кровь в ее жилах, как затихало сердце. И лишь одна мысль поддерживала жизнь в каченевшем теле — родители! Как они там? Ждут ли до сих пор у ворот замка? Или уехали домой?

Из глаз скатилась одинокая слезинка, обжигающей капелькой скользнувшая по щекам и тут же высохла.

Где-то очень далеко, появились отблески новогоднего салюта. Двенадцать…

Глава третья

Зима была очень тяжелой. Асель выжила благодаря упрямству, благодаря памяти о родителях, благодаря голосу Ладислава, мелькавшему изредка в мыслях: «Найду тебя, только дождись…»

Выжила, выкарабкалась, сумела перебороть леденящий холод.

Сколько бродила по лесу в ту новогоднюю ночь, уже и не помнит. Повинуясь какому-то внутреннему чутью, упрямо шла вперед, пока, само провидение, не иначе, не вывело ее к заброшенной лесной сторожке. Туда, где многие годы не ступала нога человека, не летали птицы, не водились звери. Где хрустальной струйкой тек незамерзающий ручеек, да в избытке росли зимние ягоды. В домике чудесным образом нашлись запасы еды и дрова для обогрева.

А по весне Асель обнаружила небольшой огород, летом собрала первый урожай, а к следующей зиме порвала на лоскутки единственное платье. Жизнь опять текла по новому, но уже ставшему привычным, ритму.

И лишь по ночам, глядя в тусклое оконное стекло на свое отражение она шептала:

— Я обязательно вернусь.

Возможно, эти слова так и остались бы просто словами, если бы однажды, прямо под новый год, недалеко от лесного домика не послышалось лошадиное ржание…

Асель испугалась! А как не испугаться, когда вокруг ни души, ни человеческой, ни звериной, даже лягушек не водится? До сих пор в темноте Наиса мерещится, убийца за каждым кустом чудится. Из леса выйти боишься, а тут вдруг лошадь с седоком!

Мужчину в темном плаще она приметила сразу, как только в щелку между ставней глянула. Высокий, широкоплечий, вот только лица не видно.

Как же утихомирить колотящееся от страха сердце? Как унять дрожь в руках?

Девушка осторожно подцепила ногтем ставню и потянула на себя. Ну же, кого принесла нелегкая?

Мужчина повернул голову…

— Ладислав!

И вновь сердце бешено забилось, отзываясь стуком во всех уголках ее души.

— Ладислав!

— Лисичка?

Он ни капли не изменился за год. Все тот же взгляд карих глаз, теплая и такая надежная улыбка.

«Пришел», — подумала девушка, выбегая на улицу.

— Куда ты, мороз ведь, — засмеялся он.

И только тогда она вспомнила, что платья и в помине нет, лишь нижние юбки да нательная рубашка под корсетом.

— Не смотри!

— Не смотрю, — все так же улыбался Ладислав, хватая ее в объятия и закутывая в свой плащ. — Стой смирно, согрею.

Асель замерла. Мех приятно щекотал кожу.

— Как ты?

— Хорошо. Я ждала…

— Я знаю, — Ладислав погладил ее по волосам. — Наиса сказала принцу, что ты утопилась в болоте. И ее с собой утянуть хотела, но она чудом выжила.

— Это неправда!

— Верю. Но Дерен верит ей.

Асель закусила губу. Надежды на возвращение таяли, как снег по весне.

— Родители тебя разыскивали, — продолжал Ладислав. — Но я к ним съездил, успокоил.

— Ох, мама, как она горевала, наверное!

Мужчина помолчал и скользнул взглядом по домику.

— Пригласишь погреться?

В сторожке было тепло, Асель никогда не жалела дров, словно боялась, что пронизывающий смертельный холод вновь вернется.

— Хорошо тут, — Ладислав сел на лавку.

— Спасибо тебе, — вдруг сказала девушка.

— За что?

— Это же ты меня сюда привел, я знаю. За все спасибо, за помощь, за надежду и поддержку, — девушка немного покраснела.

Ладислав внимательно оглядел ее зарумянившиеся щечки и почему-то вздохнул.

— Не за что.

Асель сильно изменилась за год. То ли дело в свежем лесном воздухе, то ли в ягодах, что растут круглогодично, но от прежней Лиски мало что осталось. Тело, в нужных местах, налилось приятной округлостью, кожа задышала свежестью и здоровьем. Глаза горели природной зеленью, а вишневые губы все чаще и чаще замирали в робкой улыбке.

Девушка расторопно налила горячего чая, поставила на стол сдобный пирог с грибами и, усевшись напротив гостя, приготовилась слушать.

— Да и рассказывать-то особо нечего, — отмахнулся Ладислав. — Принц хотел жениться на Наисе, но старый маг был против, ведь птица выбрала тебя, — он немного помолчал. — Мага казнили по надуманному предлогу. Теперь я придворный чародей.

— А Наиса?

— А Наиса жена Дерена.

Асель сжала зубы.

— Ну и пусть будут счастливы, — процедила она.

— Не будут. Тебе надо вернуться.

— Что? Зачем? — девушка вскочила, едва не потеряв плащ.

— Ты должна все вернуть обратно.

— Нет.

Ладислав нахмурился.

— Птица не ошибается, и если тебе суждено стать нареченной наследника, то так и должно быть.

— Нет!

— Асель, король при смерти. Он не хочет оставлять королевство сыну, которым вертит самоуверенная девица.

— Я не поеду.

— А с тобой трон будет в безопасности, — Ладислав смотрел прямо на нее. Надежный, теплый, но такой далекий.

— Я не хочу замуж за Дерена, — призналась девушка.

— Король просил привезти тебя. Не приказывал, слышишь? Просил, умолял.

— И что ты?

Мужчина кивнул.

— Я обещал.

* * *

Новый год чудесный праздник. Особенно он волшебен для жителей королевства, ведь именно в это время у них случаются самые значимые события. Вот и в этот раз, собираясь на бал в королевский дворец, они знали — что-то обязательно произойдет!

Знала об этом и Асель. А как не знать, если именно от нее эти самые события и зависели? Если именно за ней был послан придворный маг Ладислав, если именно ее ждал умирающий король и его верная супруга? Как не знать, если именно ее считали виновной во многих бедах? Если именно ее так сильно ненавидела новоиспеченная принцесса Наиса? Как не знать?

Ладислав вывез девушку из леса, тайком доставил во дворец, вручил приготовленное заранее платье, мерцающую полумаску и, велев поторопиться, вышел из комнаты.

Асель глубоко вздохнула.

Неужели жизнь опять преподносит сюрпризы? Чего ждать от новогодней ночи?

Яркое одеяние полностью преобразило Лисичку, позволяя оставаться неузнанной. И это было самым большим счастьем.

— Готова? — Ладислав распахнул дверь. — Идем, король ждет.

Новогодний бал в самом разгаре! Тут и там мелькали знакомые лица, но Асель старалась не обращать на них внимания, словно тень скользя за чародеем. Поворот, коридор, вновь поворот…

— Жди здесь.

Ладислав вошел в королевские покои, и уже через мгновенье вернулся обратно.

— Ему хуже, — мрачно пояснил он. — Там сейчас Дерен и Наиса. Решайся.

Асель передернула плечами, но сделала шаг.

Трудно жить, зная, что когда-нибудь все равно столкнешься с тем, кто предназначен судьбой. Это закон притяжения, беги не беги, а жизненная дорожка все равно организует встречу.

Дерен ни капли не изменился. Такой же высокомерный, смотрящий на всех, как ястреб на червяка. А рядом Наиса — красавица, с глыбой льда вместо сердца.

Они сидели подле постели короля и лицемерно скалили улыбки.

— Кого ты притащил? — спросил принц, завидев девицу в маске. — Отец вызвал шлюху в последний раз?

— Думай, что говоришь, — Ладислав подошел ближе.

— А что тут думать? Кто это? Его внебрачная дочь? Папа, ты решил устроить скандал напоследок?

Король скривился, но промолчал. То ли в силу слабости, то ли из желания помереть спокойно.

— Эй ты, — Дерен встал. — Сними маску.

— Нет, — возразил Ладислав. — Государь хотел ее видеть, я привел. Ты тут не распоряжаешься.

— Это пока, кузен. Пока.

Асель смотрела на жениха и поражалась, как можно так опуститься за год? Да, конечно, он и раньше не блистал благородностью, но то, что происходило сейчас, просто не укладывалось в голове.

Наиса хихикнула.

Ну конечно… Кто еще мог так развратить принца? Кто мог внушить ему порочные мысли и отдалить от родительского тепла?

— Какая же ты мерзкая, — Асель сказала это вслух, даже не пытаясь сдержать эмоции.

— Что? — красавица вскочила. — Да как ты смеешь?!

Ладислав осуждающе качнул головой. Поторопилась ты, Лиска…

— Кто это такая?! — Наиса схватила за локоть принца. — Кто она?!

— Хотел бы я знать, — Дерен прищурился и развернулся к отцу. — Ну? Открой тайну, что за дева?

Король закашлял.

— Ты глуп, сын, — прохрипел он. — Глуп и самонадеян. Взгляни еще раз…

Дерен вновь посмотрел на Асель. Дольше положенного задержался на рыжих волосах и недоуменно моргнул.

— Не может быть.

— Что? Что не может быть? Дерен! — Наиса явно чувствовала угрозу, но никак не могла понять с какой стороны ждать подвох.

— Это же она!

— Кто?

— Асель!

Красавица резко развернулась.

— Вранье! Она мертва!

Асель медленно сняла маску.

— Неужели?

Король вновь захрипел, но оказалось, что это всего лишь смех. Легкий, искренний и такой довольный.

— А кто-то говорил, что лично видел, как ты утопилась… Все же пришла, девочка?

— Пришла.

— Ты спасешь королевство.

Наиса билась в истерике, Дерен с интересом рассматривал похорошевшую и вновь обретенную невестушку. Король спокойно улыбался. А Асель никак не могла понять, что, собственно говоря, происходит?

Ладислав встал рядом, почти вплотную.

— Королевская семья может продолжить род только с тем, кого изберет птица, — тихо пояснил он. — Это сродни проклятью. У принца появится наследник только от тебя, Асель, — карие глаза светились грустью.

Король вновь закашлял.

— Мне недолго осталось, хочу быть уверен, что королевство не погрязнет в войне за трон, — он выглядел очень старым, хотя Асель точно помнила, что королю не больше лет, чем ее отцу. — Ты невеста и этим все сказано.

— Нет! — Наиса бросилась вперед. — Нет! Дерен мой! Она должна была умереть!

Асель через силу улыбнулась.

— Почему? Я чувствую себя вполне здоровой.

— Но я же…

— Что?

Наиса закрыла рот. Она понимала, что в руках рыжеволосой девушки тайна, способная погубить соперницу.

Но хотела ли Асель мести? Нет, вряд ли. Все о чем она мечтала — свобода в мыслях, чувствах и желаниях.

Ладислав сжал ее ладонь.

— Говорят, в Новый год мечты сбываются.

— Только не мои, — покачала головой Асель.

— Как придворный маг не имею права этого говорить, но как человек подскажу — проси еще раз запустить птицу.

Девушка с надеждой взглянула на волшебника.

— А так можно?

— В эту ночь нет ничего невозможного.

* * *

Если бы все мечты сбывались в одночасье, то и мечтать не хотелось бы. Как же это хорошо, загадать желание и просто ждать, когда оно сбудется.

Вот и Асель надеялась на чудо. Верила в него! Готова была все отдать, лишь бы получилось!

И вновь площадь в Ледограде полна народу. Вся знать собралась на торжество: еще бы, такое случалось очень-очень редко, если вообще когда-либо случалось! Невеста отказывается выходить замуж за принца! Невеста требует запустить птицу еще раз! Ах, какие шансы открываются перед другими девушками!

— Запускайте, — прохрипел король, полулежа в карете. — Отказываюсь умирать, пока не увижу своими глазами!

Ладислав поднял повыше клетку и осторожно потянул золотую ткань.

— Не подведи, милая, — шепнул он, словно пичужка могла что-то понять.

Птица расправила крылья и взлетела ввысь. Народ затаил дыхание.

Асель судорожно сжала побелевшие кулаки, рядом до крови закусила губу Наиса.

Ледяная птаха кружила над площадью, присматриваясь к претенденткам, и вдруг камнем бросилась вниз.

— Нет! — завопила Наиса.

— Нет! — выдохнула Асель, вновь чувствуя острые когти на своей макушке.

Надежда разбилась вдребезги. Новогодняя ночь не принесла ни счастья, ни удачи.

— Быть тебе моей женой, — ухмыльнулся Дерен. В конце концов, любовницу всегда завести можно, жена не конь, лягаться не станет.

Ладислав мрачно схватил птаху и запихнул в клетку, не желая больше смотреть на крылатую предательницу.

И все бы так и закончилось, если бы не король, внезапно поймавший обреченный взгляд в очередной раз избранной невесты.

— Стойте, — вдруг сказал он. — Стойте…

Все замолкли.

— Ладислав, ты как маг, скажи: птица выбирает мать будущему наследнику, так?

— Так, — кивнул мужчина, не понимая, к чему клонит правитель.

— Птица хочет, чтоб королевством правил ребенок этой девушки?

— Все верно, Ваше величество.

— Но девушка не хочет выходить замуж за принца? — король взглянул на Асель. Та кивнула.

— Быть посему.

— Но как же?..

— Слушайте мою, быть может последнюю, волю! — он немного приподнялся и вновь зашелся в кашле. — Чтоб не было двоемыслия и распрей! Править королевством надлежит сыну, либо дочери леди Асель! Всем ясно?! Засвидетельствуйте.

— Свидетельствуем! — раздалось ото всех сторон.

— Так решила птица, а она лучше нас знает, кто достоин, а кто нет. Слышишь, девочка? Твой ребенок станет королем.

— Но, Ваше величество…

— А значит, ты, после моей кончины, примешь королевский титул. Всем ясно?! Засвидетельствуйте.

— Свидетельствуем.

Асель сжала руки.

— Но, Ваше величество!

— Я не все сказал, — король расправил плечи. — Повелеваю, пустить птицу еще раз и выбрать будущей королеве мужа! Пусть все решает судьба!

Народ загомонил и оживился.

Неслыханное дело! При живом принце выбирать нового! Не было такого никогда и еще много веков не будет!

Ладислав оторопело переспросил у короля последний приказ и, получив подтверждение, распахнул клетку.

Птаха медленно вышла, осмотрелась и, не желая подниматься в воздух, спокойно поднялась по руке мага до самого плеча. Постояла, подумала и клюнула в макушку.

— Ну хоть нашей крови будет, — довольно выдохнул король, потирая руки. Королева чуть улыбнулась и с сожалением глянула на собственного отпрыска. Но спорить не стала. С судьбой не поспоришь.

А Асель стояла поодаль и не сводила взгляда с Ладислава. С того, кто все эти годы был ее защитником, несбыточной мечтой и самым тайным сном. С того, с кого эта история началась и на ком закончилась.

Говорят, в новогоднюю ночь мечты сбываются. Врут, наверное. Чуда не дождешься, по крайней мере, в обыденной жизни, всегда приходится чудить самим. Но иногда, когда сердце очень-очень хочет, появляется диковинная птица и переворачивает все с ног на голову.

Ведь, как известно, волшебство случается — но исключительно с теми, кто верит, что оно есть.

Content

Наталья Жарова
Зимняя сказка

Глава первая

Глава вторая

Глава третья