Новый сотрудник береговой лаборатории — Юлианна Гуськова

Пролог

«Добрый день, меня зовут Итарильдэ Анргэ Риардон. Я окончила университет имени Грендаля и сейчас являюсь экспертом по дикой природе, а также полевым сотрудником.

Я бы хотела работать в береговой лаборатории «Рибос-Местор» океанологом, потому что знаю о хороших условиях труда и зарплате. Однако я понимаю, что эта причина не заставит Вас принять меня, как очередного новичка, на работу. Чтобы убедить Вас в своей искренней заинтересованности, я расскажу вам историю.

Когда я была маленькой, у нас в доме был аквариум. Я очень любила наблюдать за тем, как внутри этой искусственной экосистемы протекала жизнь. Я наблюдала как в нем размножались рыбки и улитки, каждый месяц я чистила его и пересаживала водоросли. Однажды наш сом съел всех рыб без видимой на то причины. Мне было очень обидно. Я не могла понять, почему он так поступил. Я решила, что мы мало кормили его. В конце концов, сом умер от обжорства.

Таким образом, мой первый аквариум закончил свое существование меньше, чем через год, но уже тогда я поняла, что хочу изучать протекание процессов в естественной среде.

За пять лет учебы в университете я многому научилась. Я знаю, что научно-исследовательскому центру не нужны студенты, нужны профессионалы своего дела. И даже если Вы не посчитаете меня хорошим специалистом, я могу кормить Ваших рыбок так, чтобы они не умерли от обжорства.

Если история не вдохновила вас, то прошу, дайте мне знать — я напишу еще одно резюме, где расскажу вам о своей первой встрече с трехзубой гидрой.

С уважением,

Итарильдэ Анргэ Риардон».

Глава 1. Новые знакомства

«Если уходить в свои мысли, могут появиться бредовые идеи»

…Итарильдэ Ангрэ Риардон…

«— Ты же сходишь с ним на свидание?» — именно такой вопрос задала мне подруга вместо приветствия, позвонив мне, как только я покинула научно-исследовательский центр.

— Свидание? — переспросила я, приостановившись на ступенях. — Уверена, что он понравится мне? — решила я уточнить на всякий случай.

«— Он не обладает модельной внешностью, но достаточно умен. Я показывала ему твои фотографии, и он был впечатлен», — весело протараторила девушка, а я вздохнула, поправив сумку на плече.

— Хорошо. Свидание так свидание. Почему бы и нет. Когда?

«— Он должен ждать тебя в кафе, которое находится недалеко от твоей лаборатории. Кажется, это «Любовь утки»».

— Да, знаю это место. Хорошо, — я с легкой улыбкой кивнула и предупредила подругу. — Я собираюсь сегодня лечь спать пораньше, так что не звони мне. Обсудим все завтра.

«— Буду ждать», — хихикнула девушка и прервала связь.

Попрощавшись с коллегами, которые также покидали место работы, я отправилась в указанное место. Мирабилис точно знала, что я соглашусь, иначе встреча уже не была бы запланирована. Однако я не обижалась на подругу, из-за того, что она самостоятельно распорядилась моим временем — я хорошо относилась к свиданиям, пусть они и часто оканчивались провалом. Знакомых Мирабилис было не счесть, но почему-то из всех со мной хотели встретиться лишь какие-то странные молодые люди, которые не обладали ни хорошей работой, ни репутацией.

Возможно, я предъявляла слишком завышенные требования к тем, кого видела впервые, и я признаю это. У меня категоричные взгляды на некоторые темы, в плане устройства семьи и отношений тоже, но кому-то не нравилась моя родословная, кому-то не угождала работа, а кто-то просто был неприятен мне. Только один мужчина из десяти приглашал меня на второе свидание. И лишь один из двадцати на третье. Статистика была не такой уж радужной, но я была убеждена, что качество лучше количества, поэтому предстоящую встречу я воспринимала как хорошую возможность поужинать и поболтать — далее ситуация должна была развиваться по обстоятельствам.

Перед входом к кафе я тряхнула головой, выкидывая из головы все случившиеся на работе, не желая давать рабочим моментами и некоторым переживаниям вмешиваться в мою личную жизнь. С улыбкой я открыла массивную дверь, проходя внутрь.

Зайдя в милое и уютное заведение, которое скорее предназначено для семейных пар, мне не потребовалось много времени, чтобы увидеть своего потенциального ухажера. Все парни, с которыми была знакома Мирабилис были примерно одинаковыми. И хочу подметить, что она, имея на этот счет какую-то странность, знакомилась исключительно с представителями медицинской сферы и я не сомневалась, что этот молодой человек также верно служит медицине. Этот мужчина был чуть младше меня, либо же моим ровесником. Нельзя было сказать, что у него приятные черты лица, но если присмотреться, то его было можно найти в какой-то степени симпатичным парнем. Аккуратно причесанные волосы, нос с горбинкой, но криво сидящие очки в толстой круглой оправе несколько портили общую картину. Черный пиджак смотрелся вовсе нелепо, словно был сшит не по его размеру.

— Добрый вечер. Вы же меня ждете? — обратилась я к незнакомцу с приветливой улыбкой и, получив утвердительный кивок, присела рядом. — Мы с вами знакомы лишь заочно. Позвольте представиться — Итарильдэ Ангре. Но вы можете звать меня просто Итари, — я улыбнулась мужчине, ожидая от него ответных слов.

— Да, я рад познакомиться с вами, Итари, — мужчина также улыбнулся мне, чуть неловко поправив очки. — Меня зовут Юнсерс Хейрен. Ваша подруга очень много говорила о вас. Ее рассказы о вас покорили меня, и я попросил организовать нашу с вами встречу. Вы с работы? — он бросил взгляд на мой деловой наряд. — Кажется, вы также работаете исследователем океана?

— Вы правы. Я руковожу отделом биологической океанологией, — сдержанно высказалась я о своей должности. — Мирабилис же работает в химической океанологии. А что насчет вас?

— Я? — он несколько смущенно взглянул на меня. — Я окулист в частной клинике, — подтвердил мужчина мои догадки.

— Я приятно удивлена. Возможно, вам нравится ваша работа? — спросила я из вежливости, совершенно не испытывая никакого удивления на этот счет. Я бы удивилась куда больше, если бы он не был врачом.

— Конечно, мне очень нравится, — одухотворенно сказал он и, пристально взглянув на меня, сказал. — У вас очень красивые глаза Итари, вы знали?

— Спасибо за комплимент, — вежливо приняла я лесть в свой адрес. — Как видите, я морская эльфийка, — я указала на единственную нежно-лазурную прядь в волосах, что была у меня с рождения. — Что насчет вас?

— Я эльф, но лишь на половину, а потому не имею каких-либо природных предрасположенностей, — объяснил мне Юнсерс, пристально рассматривая меня.

— Вот как, — я вновь кивнула услышав вполне достаточно.

Я не успела обдумать то, что хотела бы спросить у него, как он неожиданно произнес:

— Я весьма удивлен, что у девушки с такой внешностью как у вас все еще нет спутника жизни, — усмехнулся Юнсерс и попросил. — Расскажите, пожалуйста, причину по которой закончились ваши прошлые отношения.

— Я много времени уделяю работе, — сказала я честно, делая небольшой глоток кофе, что принес нам официант, и добавила. — А еще меня очень легко вывести из себя. Я довольно эмоциональна.

— Вот как? — мужчина был весьма удивлен и, кажется, он даже не до конца поверил мне. — Вы не выглядите как девушка, которая может устроить конфликт. Думаю, мы с вами поладим, — несколько самоуверенно заявил он, а я в этом момент почему-то точно поняла, что это свидание будет нашим первым и последним. Дело было не в самом Юнсерсе, но моя интуиция редко меня подводила.

— Я голодна, почему бы нам не перекусить? — предложила я, желая не сидеть без дела и еды после работы.

— А вы голодны? Я хотел пригласить вас в кино, — несколько удрученно улыбнулся Юнсерс, неловко взъерошив волосы.

— Тогда почему вы не сказали о планах заранее? — вздернула я одну бровь. — У меня запланирован лишь час на встречу с вами. Я планировала поесть и уйти, — прямо сказала я, рассмеявшись.

— Час? Почему так мало? Мы же только встретились, — мне показалось, что Юнсерс был несколько огорчен моими словами.

— Чтобы узнать человека на свидании и сделать выводы мне нужен один час. Не к чему тратить лишнее время, да и как мы можем узнать друг друга, если будем смотреть фильм на первом свидании? — несколько отстранённо заявила я, но все-таки поинтересовалась. — Хорошо. Допустим. На какой фильм вы хотели пойти?

— На «Безответную любовь», — Юнсерс несколько смущенно улыбнулся, вновь поправив очки. — Я думаю, вам нравятся мелодрамы.

— Терпеть их не могу, — очаровательно улыбнулась я, вновь делая глоток.

— Тогда что насчет «Крылья небес»? — мой спутник был настойчивым и предложил альтернативу. — Слышал, что это популярный детектив.

— Уже видела его, — качнула я головой, допивая напиток. — Еще есть идеи?

— Что насчет драмы? «Ночная ночь»? — мой потенциальный парень не сдавался.

— Смотрела, — в очередной раз я утвердительно качнула головой.

— Как насчет новинки: «Утро в озере»?

— Смотрела. Хорошая режиссерская работа, — не могла не отметить я.

— Может быть, вы не видели фильм под названием «Весенние возлюбленные»? Ах, точно, вы не любите мелодрамы, — чуть запоздало вспомнил он, почесав затылок. — Хорошо, а что вы думаете о «Путешествии под землей и над землей»?

— Я была на премьере, — вновь разочаровала я своего спутника, а он неловко рассмеялся:

— Вижу у вас есть много свободного времени, чтобы ходить в кинотеатр. Вы смотрели все, что сейчас показывают. Возможно, у вас и компания есть? — предположил он несколько разочаровано. — Ходите с подругами?

— Иногда. Чаще всего я люблю ходить в кино одна, — я вздохнула и вновь предложила. — Давайте просто поедим и разойдемся. Кажется, вы тоже после работы и несколько устали, разве нет?

— А, да, конечно, — мужчина был удручен моими словами и жестом позвал к нам официанта, чтобы сделать заказ.

После того как мы выбрали блюда в меню, то принялись ждать, попутно болтая о бесполезных мелочах: изменение погоды, работа, домашние питомцы. Юнсерс был весьма удивлён, узнав, что у меня есть домашний крокодильчик, однако мне вновь пришлось напомнить ему о роде своей деятельности. Затем нам принесли еду. Плотно поужинав, я засобиралась домой, предварительно заявив, что сама оплачу счет за свое блюдо. Юнсерс настаивал и сильно сопротивлялся и я, в конце концов, сдалась под его напором. Не буду же я силой останавливать человека, который просто хочет бесплатно меня накормить?

После этого Юнсерс попрощался со мной, сказав, что сейчас его ждут на работе, и он должен идти. Я не возражала и попрощалась с мужчиной. Однако, несмотря на то, что свидание прошло, казалось бы, относительно гладко я точно знала, что с этим парнем я больше не увижусь.

***

— Ты расстроена? — подруга покосилась на меня с подозрением.

— Неужели я выгляжу как девушка, которая находится в печали? — фыркнула я, активно смешивая реагенты для проб, с которыми Мирабилис попросила меня помочь, из-за того, что я пришла на работу раньше обычного.

— Увы, но твое очередное свидание с треском провалилось, — она передернула плечами, поджав губы. — Впрочем, это отличный шанс выскользнуть из мышеловки под названием «замужество» и «долговременные отношения», — Мирабилис весело мне подмигнула.

— Ты, как всегда, оптимистка, — я усмехнулась, но все же призналась. — Но хочу сказать, что это свидание… — я призадумалась, формулируя мысль, — было не таким уж и провальным. Я сомневаюсь, что мы встретимся вновь, но на фоне всех, кого я повстречала за последние время, он был неплох. Ты говорила, что познакомишь меня с «классными парнями», но по итогу я встретилась лишь с какими-то непонятными рыбешками и сейчас с Юнсерсом.

— Он правда понравился тебе? — глаза подруги в миг загорелись энтузиазмом. — И все же это катастрофа, — цыкнула девушка. — Он был последним. Мне больше не с кем тебя познакомить, а тех, кого видела, ты жестко отшила. Они говорили мне, что ты на свидание ведешь себя словно колючка или снежная королева. Может тебе стоит быть милее с ними?

— Я хочу подметить, что вчера с Юнсерсом я была предельно вежлива и любезна, как и с тем парнем-хирургом, — не согласилась я с категоричным утверждением. — Однако я не вижу смысла притворяться. На свидании надо сразу показать с кем они имею дело, чтобы не строили иллюзий на мой счет, — вновь не согласилась я с позицией девушки. — К тому же, все мои свидания проходят в будни после работы — в пятидесяти процентах случаев я не смогу прийти на встречу в хорошем расположении духа.

— Ну, не знаю, — Мирабилис неопределенно качнула головой и уточнила. — Так что будешь делать сейчас? Может, тебе все-таки рассмотреть идею «базы знакомств»? Я слышала, что сейчас эта магическая система пользуется все большим и большим спросом.

Мирабилис была тем типом девушек, которые всегда находились в каких-либо отношениях, пусть и не всегда долгосрочных. А потому в вопросах знакомств она разбиралась, несомненно, лучше меня, и я могла с чистой совестью доверить ей организацию любого моего свидания.

— Из-за этих свиданий вслепую я так вымоталась, что нет ни сил, ни желания начинать отношения, — вздохнула я, покачав головой. Отложив в сторону готовую пробирку, я потянулась за следующей. — Но знаешь… — я призадумалась и решила рискнуть. — Ты же можешь просто зарегистрировать меня в этой системе? Я не знаю по какому принципу она работает, но, если кто-то захочет пойти со мной на свидание — просто сообщи об этом.

— Ты правда не против? — удивлению Мирабилис не было предела. — Я думала, что ты откажешься.

— Не думаю, что от того, что ты впишешь мое имя в какую-то систему, моя репутация сможет пострадать, а если так, то мне нечем рисковать. К тому же, ты сразу отсеешь всех, кто тебе не понравится, — подмигнула я подруге.

— Верно подмечено. Можешь на меня положиться — я сделаю все в лучшем виде, — весело хихикнула она и неожиданно предложила. — Но почему бы тебе не присмотреться к нашему рабочему коллективу? — она посмотрела за пределы стеклянного короба, в котором мы проводили исследования грунта вод. — Что насчет того очкарика? — Мирабилис кивком указала на своего коллегу, который работал в соседнем коробе. — По эльфийскому кругу он рыба, родился в год лунного единорога — у вас вполне хорошая совместимость. Что насчет служебного романа? Ты — главный исследователь отдела биологической океанологии, а он твой младший коллега из соседнего отдела… Разве не романтично? — подруга говорила это без шуток, принявшись пристально рассматривать всех проходящих мимо нас мужчин в идеально белых халатах.

— Ты же знаешь, что я не смешиваю работу и личную жизнь, — напомнила я девушке и нахмурилась. — Как факт того, что он родился в год единорога может повлиять на нашу совместимость? — я довольно скептически относилась к астрологии.

— Эх, ничего ты в этом не понимаешь, — не нашла Мирабилис в моем лице понимающего собеседника и подметила. — И очень зря, что не смешиваешь. Вокруг много перспективных личностей, которые привлекают внимание, — она кокетливо махнула рукой мужчине, который случайно поймал ее изучающий взгляд.

— Верю. Кстати, я все забывала спросить у тебя, — я призадумалась, вспомнив то, о чем гудел отдел химической океанологии вчера и сегодня. — Мне кажется я слышала, что в ваш отдел в скором времени приедет новый сотрудник из заграницы, это так? Мои коллеги также обеспокоены этой новостью и задают мне много вопросов. Почему эта новость прошла мимо меня?

— Она прошла мимо тебя, как раз потому, что он не из твоего отдела. Миндартис Норген приедет сегодня-завтра, поэтому все девушки взволнованы. Он будет работать в отделе химической океанологии — с нами. Однако он не просто сотрудник из-за границы, но еще и крупный инвестор нашего научного центра. Видела его фотографию? — глаза Мирабилис тут же опасно загорелись. — Может, тебе стоит начать с ним встречаться? Кандидатуры лучше тебе просто не сыскать — умен, красив, богат. Что еще нужно?

— Я его не видела и не горю желанием, — тут же отказалась я от сомнительно предложения. — Какое мне дело до какого-то нового сотрудника? — я поморщилась, подозревая из-за реакции Мирабилис, что к нам приедет какой-нибудь ловелас, который выбьет отдел из колеи и не даст нормально работать. — У нас много исследователей из-за границы, но мы же не делаем из этого сенсацию. Все так обеспокоены, словно приезжает неженатый наследник, а не новый работник, — я удрученно покачала головой.

— Ты отчасти права. Миндартис не только красив, но и неженат, — подруга хитро посмотрела на меня и пихнула в бок локтем. — К слову, моя милая, думаю, тебе стоит быть поосторожнее со словами — сейчас ты говоришь так лишь потому, что твое свидание провалилось. Миндартис действительно симпатичен. К сожалению, его внешность не в моем вкусе, но мне кажется, что он понравится тебе, — вновь принялась рассуждать Мирабилис.

— Свидание не провалилось, — осекла я ее, все еще считая, что оно было не таким уж плохим. — Но весь центр на ушах. Если этот Норген не даст всем нормально работать, то я скормлю его рыбкам в аквариум, — шутливо пообещала я заранее, уже помня один случай с приездом подобного рода «инвестора», который закончился тем, что несколько сотрудниц ушли в декретный отпуск.

— Не будь так строга, — фыркнула девушка и решила сменить тему. — Как брат? Когда у него экзамен?

— Послезавтра, — я напряженно вздохнула и призналась. — Экзамен у него, а волнуюсь я. Чувствую себя как на иголках. — я неопределенно покачала головой. — Он так хотел пойти по моим стопам и стать научным сотрудником, но… если быть честной, то я не вижу в нем заинтересованности ни к химии, ни к биологии. Сдаст экзамен и будет видно. Он всего лишь заканчивает первый курс, не поздно будет что-то изменить.

— Как же мне завидно, что у Кливия есть такая понимающая сестра, — Мирабилис вновь весело пихнула меня локтем, но все же посерьезнела. — Ты говоришь дельные вещи. Сейчас молодежь довольно часто бросает университет после первого курса. Может быть, вам подумать о какой-то другой специальности? На кого он сейчас учится?

— Он учится на факультете химической океанологии. Я бы не хотела, чтобы он бросил университет, но не буду возражать, есть он переведется на другой факультет. Может быть промысловая океанология? Не знаю. Ты же знаешь, что я договорилась с начальником и Кливия возьмут к нам на летнюю практику? Возможно, практика сможет пробудить в нем энтузиазм.

— Да, ты говорила, — покивала подруга, припоминая такой разговор. — Раз он будет практиковаться в моем отделе, то я присмотрю за ним, — пообещала Мирабилис.

— Спасибо, — я признательно кивнула подруге, признавая, что за Кливием нужен глаз да глаз. — Сегодня я перевожу его в наше общежитие, он хочет сдавать квартиру пока будет проходить практику.

— Почему бы и нет? Хорошая мысль, подзаработает немного, — согласилась Мирабилис и уточнила. — Моя помощь нужна? Справитесь вдвоем?

— Кончено справимся, — улыбнулась я.

— Хорошо, если будет нужна помощь — можешь рассчитывать на меня, — вновь предупредила подруга, а я взглянула на часы и ужаснулась:

— У меня рабочий день начинается через пять минут, — я отставила пробирку с грунтом и, хлопнув подругу по плечу, поспешила в свой отдел. — Справишься без меня? Мне нужно провести утреннее собрание и распределить работу на неделю.

— Не зверствуй там сильно, — крикнула Мирабилис на прощание, когда я покинула стеклянный короб, переодеваясь на ходу из одного халата в другой.

Разминая шею, я спешно шла по коридорам в сторону своего отдела. Начало новой недели всегда было для меня утомительным делом. Была убеждена, что собрания, на которых нужно сказать лишь пару фраз, отнимают драгоценное рабочее время. Распахнув дверь в отдел с ноги, я, держа в руках новый приказ, что пришел мне вчерашним вечером, с порога заявила:

— Все сотрудники категории В-1 готовятся к исследовательской поездке через неделю. Категория делится на группы — обязанности распределите сами. Кто-то должен заняться подготовкой оборудования — того, кому не повезет, выбираете сами. Завтра проверю, как идет подготовка, — я направилась в сторону своей лаборатории, но, вспомнив еще одну деталь, развернулась к коллегам. — Исследователи основной группы должны прийти ко мне через пару часов для обсуждения и постановки задач. Все ясно? Ах, и еще, — я внимательно посмотрела на кучку девиц, столпившихся у окна и глупо хихикавших по какому-то поводу. — Никаких разговоров о «новом-привлекательном-очаровательном» сотруднике. Услышу разговоры об этом в течение рабочего дня — в поездку не отправляетесь. Мне не нужны новые беременные сотрудницы — и так недобор кадров.

Я захлопнула за собой дверь и плюхнулась на стул у входа. Повернувшись к новому виду рыб в гигантском аквариуме, который был установлен у меня на всю стену, я спросила у нежно-фиолетового создания, которое напоминало носорога с плавниками:

— Ты же не будешь возражать, если я включу музыку?

Была у меня такая особенность — мне было трудно что-то делать без музыки или какой-нибудь ненавязчивой мелодии. Кого-то шум отвлекал, а я, наоборот, становилась более продуктивной.

К счастью, рыба не ответила и я, вновь переодевшись, тихонько включала моноприемник, чтобы заодно послушать новости, и принялась за работу, которой было по горло.

Решив заняться отчетами, которые было нужно составить за прошедшую неделю, я присела за рабочий стол, попутно жалуясь рыбе на нерадивых практикантов, которые наделали ошибок в бланках, которые я попросила внимательно заполнить. Беря чистые листы, пришлось переписывать анкеты с правильными данными, чтобы избежать недоразумений. Сомневаюсь, что мои коллеги будут рады, если из-за их оплошности в документах по прохождению практики будут написаны чужие фамилии.

Исправив анкеты и отнеся их в административный отдел, опять вернулась в лабораторию. Мне требовалось написать ряд писем своим коллегам в другие научно-исследовательски центры, чтобы сообщить о результатах исследований присланных ими образцов. Я вновь рассказала рыбе о наглых эльфах, которые решили под видом «дружеского сотрудничества» перекинуть на нас добрую часть своих дел и обязанностей.

На написание писем мне пришлось потратить добрую часть времени, и, когда я освободилась, уже была пора идти на совещание. Перед выходом я с сомнением взглянула в зеркало. Выглядела я, мягко говоря, не очень, но все было не настолько плохо, чтобы вновь расчесываться или приводить себя в порядок. Разумно решив, что белый халат исследователя даже из мертвеца сделает красавца, я вышла из лаборатории, сами исследования в которой за эти пару часов не продвинулись ни на шаг. Я неспешно направилась в небольшой зал для собраний, где меня уже должны были ждать.

Совещания я проводила исключительно из-за правил, которые возлагались на меня как на руководителя, так как я их не любила, то много времени они не отнимали. И хочу подметить, что мои коллеги совсем не возражали — скорее наоборот. Я была готова поспорить, что никто из нас не захочет тратить время на пустые формальности.

— Все из вас уже бывали в экспедициях, верно? — обыденно и несколько холодно начала я. — Не хочу рассказывать то, что вы все знаете. Если что-то забыли — возьмите в архиве и почитайте. Наши задачи просты: изучить флору и фауну. От других поездок эта отличается тем, что наши с вами коллеги по центру обнаружили необычную впадину в океане с системой подводных пещер. Именно оттуда нам для изучения доставили новый вид рыб, который уже получил название Глапурон, — я припомнила о фиолетовой рыбешке в лаборатории. — Название еще не официальное, но заявка на подтверждение и регистрацию уже отправлена. Сейчас ваша задача — изучить то малое количество образцов, что нам привезли: сделать несколько выводов и собрать вещи. Это все, всем спасибо, совещание окончено, — я хлопнула в ладоши, призывая всех разойтись. Самое лучшее собрание — то, которое длится менее пяти минут.

— Простите, госпожа Ангрэ, у меня есть вопрос, — подала голос одна из девиц-студенток, которых уже отправили ко мне на практику. — Что будем делать мы? — она жестом кивнула на своих одногруппников, которые также должны были поехать.

— Будете работать, как и все, — я не понимала, что именно ее беспокоит.

— То есть мы будет с вами как полноценные сотрудники? — глаза девушки загорелись от предвкушения и восторга.

— Да, — я кивнула, уже собираясь покинуть зал, но она не унималась:

— Я могу что-то сделать, чтобы помочь?

— Просто занимайся делом, что я дала тебе, — напомнила я о пятистах образцах водорослей, которые я отдала девушке для повторного изучения и составление образовательных таблиц.

— И все? Мне правда больше ничего не нужно сделать?

Инициатива — дело похвальное, но наказуемое. Вздохнув, я закрыла глаза на детский восторг, припоминая, что на первом курсе была точно такой же.

— Если так рада и тебе нечем заняться, то можешь еще песню спеть, — улыбнулась я и, не став давать ей дополнительных дел, скомандовала. — У всех куча дел — за работу. Завтра проверю подготовку к поездке. Предупредите техников, чтобы они проверили исправность оборудования — никому не нужны сюрпризы.

— А с кем мы едем? — подала голос моя другая коллега, а я пожала плечами:

— Пока что утвердили только нас, но возможно, другие отделы к нам также присоединятся.

Выйдя из зала, я направилась обратно в свою лабораторию, чтобы закончить исследование Глапурона. Я вечно подгоняю сотрудников и требую от них своевременной сдачи отчетов, а потому сама не имею права откладывать собственную работу. Отчеты отчетами, а от самого главного меня никто не освобождал. Может быть, я слишком строга к своим подчиненным, но именно это дает нашему отделу такие высокие рейтинги по сравнению с другими. Впрочем, это не было исключительно моей заслугой.

— Итари, — дверь в лабораторию без стука распахнулась, а это означало то, что это может быть лишь один единственный человек — Армерия.

Она, как и Мирабилис, была моей хорошей подругой, а также второй руководительницей отдела биологической океанологии. Я в большей степени заправляла исследованиями, которые касались фауны, а она уделала внимание флоре. Но именно она давала нашему отделу и коллективу все то, что было нужно ему — поддержку, любовь, заботу, понимание. У нас были разные характеры и, если я на кого-то наругалась или же жестко отчитала, то она обязательно его утешит. Она устроит любой корпоратив и встречу коллег вне центра, отпразднует день рождения каждого сотрудника и даже подарит подарок, не откажет в помощи, может даже посидеть с ребенком коллеги — по меркам общества и коллектива она была идеальна. Единственный изъян, который в ней находила я — авантюризм, но талант и знания могли сгладить эту черту. Однако разность взглядов на рабочую среду не мешала нам управлять отделом и быть друзьями.

— Стучаться не учили? — возмутилась я больше для вида, нежели чем я правда была недовольна. — Ты опоздала на работу на четыре часа, где тебя носило?

— Я проспала, — она неловко улыбнулась, не став объяснить причины позднего пробуждения.

— Раз на то пошло, то могла бы вообще не приходить, — с улыбкой подметила я, взглянув на часы.

— Ой, да ладно тебе, — Армерия отмахнулась от моих слов, забегая в каморку, чтобы переодеться. — Как у тебя дела? Два дня не виделись, что у тебя нового? Как там твое свидание? — расспрашивала меня подруга, попутно переодеваясь в рабочую одежду. — Как брат? Сегодня же день Х?

— Со свиданиями все по-старому. А настроение… хорошее, — мы с рыбой, которая лежала в водном куполе на специальных весах, задумчиво посмотрели друг на друга. — Немного волнуюсь за брата — день Х наступит завтра. Сегодня переезд. Кстати, — я щелкнула пальцами, кое-что припомнив. — Почему ты не едешь в исследовательскую поездку?

— Я? — девушка вышла из каморки и с очаровательной улыбкой тряхнула волосами. Подойдя к зеркалу, она принялась подправлять макияж. — Я отпросилась. Сказала, что моя тетушка больна и мне нужно навестить ее, — Армерия коварно улыбнулась мне и честно призналась. — Я купила себе билеты на необитаемый остров — хочу слетать на недельку и отдохнуть от суеты. Поэтому, пока вы будете под водой заниматься исследованием, я немного отдохну.

— Если бы начальство узнало о том, что ты хочешь провернуть подобное, то… — я покачала головой, однако осуждать решение подруги не стала. — Повесились там хорошенько, мы справимся без тебя.

— Я не сомневалась в тебе, — Армерия подбежала ко мне, чмокнув в щеку свежей помадой, и скомандовала. — Ну что ж, давай займемся работой.

— Да я тут уже с семи утра вообще-то работаю, — фыркнула я и тоже призналась. — Я хочу в отпуск.

— Так скинь на кого-нибудь поездку и давай вместе рванем на остром, — воодушевленно предложила девушка. — Наверное, поэтому у тебя такое слегка вялое настроение — ты просто устала. Ты уже третий год работаешь без отпуска, даже в праздники выходишь на работу. А в так называемые «выходные» должна еще и нянчиться со студентами. У тебя накопилось много выходных и отпускных дней, почему бы тебе вправду не передохнуть? Солнце, море, пляж, — Армерия мечтательно зажмурилась, словно уже представила себе эту картину.

— Зачем тебе ехать на необитаемый остров? Другие едут в подобные места, чтобы насладиться пейзажами и морским воздухом. Но ты живешь у океана, и работаешь тут — от нашего центра до пляжа идти две минуты, — покачала я головой, не понимая выбора Армерии.

— На этой части океана я работаю, а на той буду отдыхать, — не согласилась подруга со мной. — Кстати, — она резко замерла, словно к ней пришла в голову какая-то идея, — почему бы нам не сходить в бар и не выпить пару коктейлей этим вечером? Мирабилис я уже позвала — она в деле. Пойдешь?

— Я как будто в пустоту говорю, — цыкнула я. — У нас сегодня запланирован переезд, а потом мы с Кливием хотим поужинать вместе.

— Почему бы и нет? Однако если планы поменяются — приходи, мы будем в нашем обычном месте, — предупредила меня Армерия, также как и я, наконец-то приступая к исследованию.

После того как рабочий день закончился я вышла из научного центра направившись домой. По дороге по привычке позвонила брату, уточняя все ли у нас в силе. Кливий был бодр и сказал, что уже ждет меня. Грузчики должны приехать через час или два. Сказав, что я скоро приеду, поспешила к себе, чтобы переодеться.

Нам, как исследователям первой категории, выделяли комнаты в общежитии, которые были больше похожи на просторные квартиры, в которых присутствовало все необходимое, но без излишеств. Я не видела смысла покупать себе дом, когда работа была готова предоставить мне жилье и оплачивать мои коммунальные расходы. Да и нельзя сказать, что я бы смогла жить в большом доме, за которым нужен уход и присмотр. Однако я была очень рада, что теперь младший брат будет жить со мной под одной крышей, пусть всего и пару месяцев. Поднявшись на восьмой этаж, я сделала все, что хотела и вызвала такси.

***

Мы с Кливием нетерпеливо сидели на раскладном диване и оглядывали квартиру, заставленную одними коробками. Если мелкие коробки и вещи мы с ним перевезли сами, то с мебелью и бытовыми приборами без помощи специалистов было не обойтись. Кливий предлагал самим разобрать мебель и по частям перевезти ее в его машине, но мне эта идея не слишком нравилась. Так как я в свои годы тоже переезжала, то знала, что это такое и позаботилась обо всех деталях — отключила всю технику и рассортировала коробки по размерам. Нужно было лишь перенести предметы из пункта А в пункт Б.

Наконец в дверь позвонили и мы с братом чуть ли не подпрыгнули на месте. Запустив внутрь троих орков, мы принялись обсуждать масштаб работы. Говорил с наемными рабочими в основном Кливий, а я лишь подсказывала некоторые моменты.

— Смотрите, из всей мебели у нас есть диван, он разбирается, один столик, стул, кресло и книжный шкаф. А также много коробок, — брат задумчиво оглядывал квартиру.

— Стиральная и посудомоечная машина, — также подсказала я, видя, как один из мужчин записывает все то, что мы говорим.

— Все? — уточнил глубоким голосом он, а мы кивнули. Вещей у брата за год учебы в университете накопилось и немного, но и не мало. — Хорошо. Давайте составим договор, — сказал он, а я осталась довольна выбором брата — ответственные люди, которые заботятся о деталях, что может быть лучше?

Мы присели за кофейный столик на витиеватых ножках, в который брат когда-то просто влюбился в магазине, и принялись за договор. Как оказалось, у грузчиков был с собой шаблон договора и все, что было нужно — подписать его. Так как брат был научен жизнью, что читать нужно внимательно, а договоры особенно, погрузился в его изучение. Мы никуда не торопились, поэтому Кливия никто не отвлекал, однако у меня создалось ощущение, словно мужчины были слегка напряжены и недовольны столь долгим изучением договора.

— Вы куда-то спешите? — на всякий случай уточнила я, оглядывая их с ног до головы, на что получила лишь отрицательный кивок — нет так нет.

— Итари, посмотришь тоже? — попросил Кливий и меня изучить договор.

Я была не против и, присев на место брата, погрузилась в изучение. Орки недовольно вздохнули, а я, видя из раздражение, не могла оставить это без внимания.

— Было бы странно, если бы мы подробно не ознакомились с тем договором, что вы нам предлагаете, разве нет? Проявите терпение — мы ваши клиенты и имеем право на получение информации об услуге, которую собираемся получить.

Мужчины никак не прокомментировали мое высказывание, а я принялась за чтение. Это был список объектов, которые подвергаются перевозке и возле тех, что перевозим мы были отмечены галочки. К каждому из товаров была подписана цена. Я не знала, что бытовые приборы перевозятся дороже, чем обычные коробки, но приняла это как данность. Каждая коробка считалась отдельным объектом перевозки и за каждую коробку было нужно платить. Размер и вес не влияли на цену коробки. К счастью, здесь остались только очень тяжелые или масштабные вещи.

Каких-либо важных пунктов или чего-то, к чему было бы можно придраться не нашла, поэтому посмотрела на брата — взглядом спрашивая, будет ли он подписывать договор или это сделать мне. Получив такой же молчаливый ответ, я поставила на документе свою подпись. Вроде бы вырос, но все еще ребенок.

Когда с юридической частью было покончено, мы наконец принялись за дело. Схема была простой — они носят, а мы придерживает двери и вызываем лифт. Брат стал помогать грузчиками выносить мебель, а я спустилась на улицу, чтобы караулить наши вещи, которые стали выносить к дому. Пока мужчины работали я завела беседу с консьержем, которая была прелестной женщиной. Невольно меня посетила мысль — зачем нам возвращаться сюда по прошествию лета, если мы правда можем сдавать квартиру, а я могу договориться с администрацией и Кливий будет жить со мной в общежитии в отдельной квартире, как член семьи. Решив, что эту дельную идею нужно будет предложить брату, я поспешила распахнуть парадную дверь, чтобы пропустить орков с коробками.

Перенос с двенадцатого этажа вещей Кливия занял около полутора часа. После того как мужчины погрузили все вещи в фантастических размеров фургон, мы двинулись в сторону общежития для сотрудников. Хоть я и не участвовала в переносе вещей, но уже чувствовала некоторую усталость. Невольно я покосилась на наших орков. Увы, но приветливо они совершенно не выглядели, скорее наоборот.

Зато Кливий улыбался во весь рот и чуть ли не напевал себе под нос какую-то мелодию. На дороге были пробки, поэтому до общежития дорога заняла бы как минимум полчаса. Жестом попросив брата наклониться ко мне, шепотом поинтересовалась:

— Где хочешь поужинать сегодня?

— Может там же, где и обычно? — также тихо спросил у меня брат, а я кивнула, признавая, что это отличная мысль. — Очень уж мне нравятся там жаренные кальмары.

— Договорились, — мне невольно захотелось перекусить, но наш переезд уже близился к завершению, что не могло не радовать.

Когда мы приехали к дверям высокого стеклянного здания на улице уже стало темнеть. Я выпорхнула из машины, желая предупредить нашего охранника о приезде и попросить открыть нам дверь без пропускной системы. Боюсь, если нам придется прикладывать пропуск каждый раз, когда кто-то будет что-то вносить, то система общежития может дать сбой, как уже было однажды.

Пока вещи вытаскивали из машины, на улице уже окончательно стемнело. Орки стали постепенно вносить вещи, но уже не простои в здание, а сразу в квартиру брата. Он должен был жить на шестом. Пока мужчины затаскивали остатки вещей, ко мне обратился лидер команды, когда мы были в квартире:

— Давайте перейдем к оплате, — грубым голосом сказал он.

— Да, разумеется, — я достала из нагрудного кармана кошелек. — Как и было заявлено в договоре мы должны вам двадцать тысяч лиственных, не так ли? — больше из вежливости уточнила я.

— И надбавка, — добавил он.

— Надбавка? — я резко отдернула руку с банковской картой, которую уже почти приложила к сфере с новейшей технологией оплаты. Я несколько напряженно взглянула на мужчину, а он нахмурился, также пристально рассматривая меня.

В квартиру зашел брат в компании других орков, который помогал носить коробки. Лидер жестом приостановил работу коллег, а брат, почувствовав что-то неладное, спросил:

— Все хорошо?

— Вы должны нам тридцать восемь тысячи лиственных, — сухо сказал он, а мои брови медленно поползли наверх, а Кливий закашлялся и возмущенно воскликнул:

— С чего ради? Мы же договаривались на другую сумму, — возмущению брата не было предела.

— Простите? Почему это тридцать восемь тысяч? — я полностью понимала удивление и негодование брата. — В договоре черным по белому было написано — двадцать тысяч, не держите меня за дуру, — настроение стало стремительно портиться из-за непонятной ситуации. — Дайте, пожалуйста, договор.

Лица у грузчиков слегка исказились, и они с некоторой неохотой протянули нам наш договор, который мы так тщательно изучали. Возле каждого объекта перевозки стояла стоимость. Я стала подсчитывать итоговую сумму и все равно получилось двадцать тысяч, однако слова орков смогли кое-что пояснить:

— Вы должны доплатить за пункт четыре.

Я принялась изучать этот пункт, но он содержал в себе информацию, которая касалась дополнительных услуг: отключение каких-то приборов от сети питания, от водопроводных труб и многое подобное.

— Не совсем вас понимаю. Будьте добры объяснить, — попросила я, сохраняя спокойствие.

— У вас были стиральная и посудомоечная машине — вы должны заплатить за них.

— Подождите-подождите, — встрял в разговор Кливий. — Мы самостоятельно отключили все приборы и вам не пришлось с ними возиться. Мы даже все упаковали. Вы не отключали их и ничего не делали. Вам было нужно только перенести эти вещи.

— Парень, — голос одного из орков поменялся до неузнаваемости, — ты глухой что ли? Сказали доплатить — доплати.

— Извините, но это надувательство чистой воды. С чего бы нам платить за то, что вы не делали? — я была искренне возмущена таким обманом на ровном месте.

— А ты вообще заткнись, — рыкнул на меня лидер, явно не видя в моем лица серьезного собеседника.

Ситуация, которая складывалась, стала немного напрягать меня.

— Хорошо, допустим мы должны были «заплатить», — продолжил выяснять проблемы Кливий. — Дополнительная плата — десять тысяч лиственных, откуда еще восемь?

— Тариф за вечерние перевозки. Также вы жили на двенадцатом этаже, мы берем за каждый этаж дополнительную плату, — грузчики сложили руки на груди.

— С чего бы вам брать оплату за этаж? В каждом доме работают грузовые лифты, — продолжал искать истину в ситуации Кливий, а я понимала, что ситуация не закончится ничем добрым.

— То есть вы отказываетесь платить? — прищурил глаза лидер, а Кливий утвердительно кивнул. — Мы не должны платить вам за работу, которую вы не сделали.

— Эй, чувак, заплати по-хорошему, — грозно прорычал один из мужчин.

— Предлагаю вызывать стражей по гражданским делам, чтобы они решили наш спор, — внесла я свою лепту в ситуацию, но грузчиками услышана не была.

— Если ты нам не заплатишь, то мы просто вас вместе с этой хатой подожжём, понял? — брата попытались отпихнуть к стене. — Да от этого места даже уголька не останется, ты понял меня?

Понимая, что дело приобретает недобрый оборот и переходит даже на угрозы я нажала неприметную кнопку на стене — вызов охраны. Такая располагалась в каждой комнате, но до сегодняшнего дня я не ощущала ее надобности. Мое действие осталось незамеченным. Однако оно было бесполезным. Видимо комната еще не была подключена к общей системе безопасности и кнопка так и не загорелась.

— Простите, но вы забываетесь. Вы требуете с нас сумму, которая нигде не фигурирует. Мы готовы заплатить вам обещанные двадцать тысяч, но не больше.

— Да ты похоже совсем тупой, — засмеялись мужчины. — Если ты нам не заплатишь, то мы спалим эту квартиру.

— Давайте поговорим с вами снаружи, — Кливий посерьезнел, понимая, что словами тут не отделаться.

— С чего бы нам выходить? Отдавай деньги и тогда разойдемся. Совсем глухой, что ли? Тебе жизнь не мила? Хочешь, чтобы мы вначале с твоей сестричкой расправились, а потом с тобой? — лидер вытащил из кармана зажигалку, которую стал перекатывать в руках, другой достал из кармана ножи.

Уровень моего негодования выходил на новый уровень, и я бы такими драконьими выражениями бы покрыла присутствующих, но боялась в данных условиях сделать ситуацию лишь хуже. Я не была оптимисткой и понимала, что решение конфликта у мужчин может перейти в драку, но физическое преимущество далеко не на нашей стороне. Но, несмотря на все доводы разума, не выдержала:

— Да нам плевать, что вы сделаете, отрастите себе хоть каплю совести! Хотите конфликта? Так мы можем его устроить, — я сделала шаг вперед. — Хотите драки? Я занималась заоозерными единоборствами, а бабка у меня некромантка, все еще хотите связаться со мной? Если вы сейчас не уйдете, то я прокляну вас и нашлю порчу на всех ваших потомков, поняли? Думаете, вы тут одни, кто может угрозами разбрасываться? Что вы там вякнули? Квартиру подожжете? Не смешите меня, — я усмехнулась, снисходительно взглянув на них. — Совсем чувство страха потеряли? — я щелкнула пальцами, отчего все окна в комнате распахнулись, впустив внутрь прохладный воздух, давая тем самым понять, что перед ними маг.

— Давайте выйдем и поговорим, — вновь повторил брат уже более жестко, пытаясь остановить меня.

К удивлению, орки очень странно взглянули на меня, послушались и направились к выходу. Я недовольно цыкнула в их сторону. Может быть бабушка, которая владела магией смерти, сыграла тут не последнее место.

Я дернула Кливия за рукав, но он никак не отреагировал. Понимая, что словами делу не помочь, то, как только дверь за орками и братом захлопнулась, вызвала стражей порядка. Беспредел какой-то.

В коридоре мужчины разговорили на повышенных тонах, и я вновь услышала угрозы о поджоге дома. Сообщив стражам порядка адрес и, описав ситуацию, они сказали, что подъедут так скоро, как только смогут. На улице уже окончательно стемнело.

За пределами квартиры послышалась ненормативная лексика и звук какого-то удара. Закончив разговор со стражами, я вышла из квартиры. Драки не было, но что это за звук я так и не поняла. Если бы эти орки решили ударить Кливия, то я бы им все кости переломала бы и плевать, что было бы потом. Орки что-то неразборчиво прокричали брату, сказали, что они найдут нас и мы за это поплатимся, вызвали лифт и спустились вниз. Мы не отставали и поспешили вниз за ними.

— Эй, парни, ни о чем не забыли? — крикнула я им, когда один из них запрыгнул в грузовик. — Вы вещи из машины до конца не выгрузили.

Один из орков презрительно взглянул на нас и залез в тот отдел, где лежали наши вещи.

— Вы еще поплатитесь за это и будете жалеть! — крикнул он и прямо из машины швырнул коробки в нашу сторону, которые едва не задели нас. Затем нас очень ярко обругали на нескольких языках, а я не сдержалась и также крикнула им, что буду приходить к ним во снах до конца жизни. После этого они уехали. Буквально через пару минут к общежитию подъехали стражи, а наш охранник средних лет, который на какое-то время отходил, с тревогой выбежал на улицу.

— Кто вызвал стражей? Что-то случилась? — он с беспокойством посмотрел на нас. — Итарильдэ, что случилось?

Безусловно, эта ситуация заставила меня и позлиться, и понервничать. Сейчас было важно сохранять трезвую голову. Сейчас я была в большей степени обескуражена и напряжена, но я точно знала, что завтра я превращусь в бестию. Спорный вопрос, кто еще пожалеет о случившемся.

— Ты их вызвала? — брат с удивлением взглянул на меня, а я кивнула. — Почему ты мне не сказала? Мы задержали их, чтобы передать им.

— Без разницы, — я пожала плечами. — Заявление мы и так написать можем.

К нам подошли два стража порядка, и мы описали им случившиеся события. Чтобы не стоять на улице мы подхватили выброшенные коробки и вместе со стражами поднялись в квартиру брата. Было почти одиннадцать часов вечера. Ни о каком ужине вне дома речи и не шло.

Я дала свои показания и теперь опрашивать стали брата, а я оглядывала коробки и вещи, которые предстояло разобрать. Однако кое-что меня насторожило. Я обошла квартиру раз, второй. Попросила подождать меня и спустилась внизу, выйдя на улицу. Поднялась обратно.

— Что-то не так? — стражи обеспокоенно взглянули на меня. — Вы хорошо себя чувствуете?

— Прекрасно, — процедила я. — Просто эти… — я попыталась подобрать слово. Ругаться при стражах не хотелось, — грузчики украли наш стол.

— Как? — Кливий подскочил с места и также обошел квартиру, но стола так нигде и не было.

— Хорошо, мы приняли ваше заявление. Вам будет нужно подойти завтра в участок, чтобы заполнить формы.

— Куда это вы собрались? — чуть резко возмутилась я. — Мы написали заявление о нарушении гражданских прав. Теперь мы хотим написать заявление о краже. Да, это мелке хищение, но оно произошло.

— Стол так дорого стоил? — вздохнули стражи. — Может быть, вы оставили его в прошлой квартире?

Я видела, что члены правоохранительных органов были очень вымотаны долгим днем, но и мы тоже устали.

— Стол стоит четыре тысячи лиственных. Пусть это и не слишком дорого, но его украли. Это будет дополнительным аргументом, когда мы подадим в суд на компанию грузоперевозки.

— Мы подадим на них в суд? — почему-то спросил Кливий.

— А ты думаешь, что мы напишем заявление и будем жить счастливо? — во мне начал закипать гнев. Действовали они очень уверенно, словно не в первый раз проворачивали подобное. — Возьмем записи с кристаллов наблюдения в том доме, в этом. Видео и звукозапись в общежитии ведутся на каждом этаже, так что я подозреваю, что все наши разговоры могли записаться — дверь всегда была открыта.

— Видим, что у вас боевой настрой, — усмехнулись стражи. — Так или иначе, мы ждем вас завтра в участке, что заполнить все документы и зарегистрировать заявление.

Заполнив заявление на кражу стола, мы попрощались со стражами и только тогда смогли наконец выдохнуть. Я совсем иначе представляла себе сегодняшний вечер…

***

— «Собрание. Сотрудники первых отделов биологической и химической океанологии приглашаются на собрание. Просьба сотрудников главных отделов проследовать в конференц-зал», — оповестил усиленный магией голос секретаря начальника отделов.

Я нехотя поднялась от изучение мелких рыбешек и закрыла аквариум крышкой. Стоило вновь признаться, что подобные мероприятия и совещания я никогда не любила — они казались чересчур затянутыми — пустой тратой времени.

К тому же, вчерашнее происшествие не давало думать мне о чем-то ином. Голова вовсе неприятно зудела. Слушать нудную речь начальника всех отделов не было ни сил, ни желания. Брат также был несколько растерян, но довольно бодро пошел на экзамен. Но не только наглые орки были причиной моего отвратительнейшего настроения — по утру, как только я пришла на работу, мне позвонили из компании, в которой работали мужчины. У нас с руководителем фирмы состоялся весьма «милый» диалог, который выбил меня из колеи. Он просили меня не обращать внимание на произошедшее и требовал забрать заявление. Я в свою очередь попросила извинения не от начальства, а от тех мужчин. Также я не стала скромничать и напомнила об украденном столе. Одно дело мошенничество, совсем другое уголовные правонарушения. В конце концов, мужчина, что со мной разговаривал, прервал связь так со мной ни до чего и не договорившись.

Спустя какое-то время мне позвонил и Кливий, экзамен которого уже должен был давно закончиться.

— Почему не отвечаешь на сообщения? — взволновано воскликнула я, когда монофон завибрировал. По ту сторону была тишина, а мне пришлось самой догадаться. — Ты что… провалился?

«— Прости, Итари», — тихо сказал Кливий и мне показалось, что брат шмыгнул носом.

На эмоциях я бы могла сказать много того, чего не думала на самом деле, но понимала, что Кливию и так сейчас тошно — провалить первый же экзамен. Сделав глубокий вдох, я сказала:

— Давай признаем, что это было ожидаемо. Ты можешь прийти на пересдачу, я попрошу коллег из отдела химической океанологии позаниматься с тобой дополнительно. Все будет хорошо, — попыталась я приободрить его, а где-то на улице громыхнул гром. Кажется, начиналась гроза. — Где ты сейчас?

«— Ем один, — он вновь шмыгнул носом. — Я в столовой напротив здания университета. Но знаешь… я думаю о том, чтобы бросить университет».

— Что? «Бросить университет»? — изумленно переспросила я и самоуверенно заявила. — После первого курса университет только слабаки бросают. Что будешь делать, если бросишь университет?

«— Покатаюсь по стране, поем разной пищи и проветрю голову», — весьма воодушевленно начал брат.

— Если бы ты пользовался головой, то тогда бы ее и стоило проветривать, — припечатала я и, будучи раздосадованной, выключила монофон, сказав напоследок. — У меня скоро собрание — поговорим вечером. Чтобы как штык был у меня в восемь, понял? Обсудим все дома.

Я оборвала связь и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. День только начался, а настроение было безвозвратно испорчено. Передо мной вставал резонный вопрос — а что делать теперь? Брат завалил экзамен на первом курсе и совсем не понимает химию, как бы я ни старалась ему помочь. Порой у меня возникало ощущение, что он скорее просто не хочет понимать этот предмет, нежели чем у него это не получается. Заставлять брата заканчивать университет на ту специальность, которая ему не нравится весьма глупо с моей стороны. Но первый-то курс нужно закончить, а там будет видно.

Решив оставить грустные мысли, из-за которых у меня начала болеть голова еще сильнее, я, разминая затекшую спину, дошла до зала. Пока шла, то случайно увидела в одном из зеркал свое отражение и тихо выругалась на наглую рыбу, которая плюнула в меня, оставив на халате яркое желтое пятно. Решив, что это исследовательский центр и все всё понимают, не стала возвращаться, чтобы переодеться.

Вокруг конференц-зала собралась достаточно большая толпа. К главным отделам принадлежит не так много людей — человек десять. И из этих десяти Армерия не придет — у нее сегодня выходной, а потому я не могла понять, что за ажиотаж вокруг. В этот же миг ко мне подбежала Мирабилис, возбужденно воскликнув:

— Итари, ты не поверишь! Это просто космос! Как такое могло произойти?

— Кто-то умер? — реакция подруги меня настораживала, а я сейчас в принципе не могла воспринимать никакие хорошие новости.

— Никто не умер, дурочка, — девушка фыркнула и заговорщически шепнула мне. — Зато скоро родится любовь, — подруга, на мой субъективный взгляд, выглядела чересчур бодрой и жизнерадостной.

Намеки я понимала плохо, а потому без лишних вопросов поспешила внутрь, пробираясь сквозь толпу. Большие скопления людей мне не нравились. Но возможно у меня сегодня просто было плохое настроение и сейчас источником раздражения выступало абсолютно все.

Обойдя какую-то визжащую девицу, которую словно живьем режут, я наконец-то прошла в зал. Передо мной стоял какой-то тип вполоборота, которого я решила обойти, однако в этот же момент он сделал шаг назад. Из-за произошедшего маневра я достаточно болезненно врезалась лбом в его спину.

— Осторожнее, — недовольно цыкнул незнакомец, а я рыкнула:

— Сам осторожнее, скумбрия недоразвитая. Рыба в пространстве ориентируется лучше, чем ты, — проворчала я. — Зачем звали? — я хмуро посмотрела на руководителя. Начальник почему-то стоял в оцепенении, как и толпа, которая резко притихла за мной.

— Итарильдэ, вы должны немедленно извиниться, — горячо зашептал мне начальник отделов, схватив меня за локоть, а я приподняла брови, с сомнением посмотрев на мужчину, с которым так неудачно столкнулась.

Я оценивающе оглядела его с ног до головы, признавая, что он неплох собой, но уж как-то чересчур смазлив. Высокий рост, остро очерченные черты лица, голубые глаза, узкие губы и белые аккуратно уложенные короткие волосы. Картину дополнял идеально белоснежный костюм с элегантным галстуком в крапинку.

Но, несмотря на внешность, этот мужчина сейчас не вызывал у меня симпатии. Да и какие нормальные люди надевают нечто подобное в научно-исследовательский центр? Этот костюм отлично бы подошел для какого-то светского мероприятия или же важной встречи, но уж никак не был предназначен для обычного совещания. Неужто новенький? Я вновь оглядела незнакомца. Увы, но от количества белых оттенков у меня начало рябить в глаза, а сам мужчина стал ассоциироваться со снеговиком.

— Господин Рэльд, я не виновата, что этот снеговик не смотрит по сторонам. Все видели, что произошло, — я пожала плечами, негодующе посмотрев на незнакомца. Хоть он и неплох, но красивое лицо не может служить поводом для оправданий.

— Итари, ты… — Мирабилис попыталась вмешаться, но я жестом остановила ее и сделала шаг к снеговику. Я и так была напряжена из-за этих чертовых грузчиков и экзаменов, но эта ситуация сейчас вовсе стала для меня последней каплей.

— Слушай, приятель. Ты, видно, здесь новенький, так что позволь тебе объяснить некоторые правила, чтобы ты больше не совершал таких промахов, — я хлопнула его по плечу и загнула первый палец. — В отделе биологической океанологии я — главный исследователь. Так что тебе стоит поздороваться со мной, чтобы выразить свое уважение, прежде чем стоять тут во всем белом. И если ты хочешь выжить в лабораториях — учись смотреть под ноги, иначе надолго тут не задержишься, — негодующе прошипела я.

— О, правда? — он широко раскрыл глаза, и насмешливо произнес, выжидательно глядя на меня. — Что ж, если вы главный исследователь, то, похоже, мне придется уволиться.

Я иронично приподняла брови, не понимая, чего он ждет от меня.

— Тогда мне очень жаль, — я развела руки и припечатала. — Неуклюжие здесь и впрямь надолго не задерживаются. Рада была познакомиться. Смотрите не запнитесь на выходе, — очаровательно улыбнулась я.

— Вы слишком грубы, не находите? — кажется новенького забавлял наш разговор.

— Я не выспалась прошлой ночью — имею право, — я пожала плечами.

— Острый язычок и неправильный режим сна, — он удрученно цыкнул и с спросил с издевкой. — Интересно, что еще в вас не так?

— Итарильдэ, — руководитель сердито взглянул на меня. — Где ваши манеры? Возьмите себя в руки. Это Миндартис Норген — проявите уважение.

— Миндартис? Впервые слышу, — я плюхнулась на стул. — Мы собираемся начинать собрание или как? — я пробарабанила пальцами по столу, на котором лежала стопка журналов и тут ко мне пришло внезапное озарение. — Норген? Тот, который инвестор центра и новый химик? — я вновь с сомнением взглянула на снеговика.

— Святые потомки, до тебя дошло, — вздохнул начальник и поклонился снеговику. — Простите ее за произошедшее. Итарильдэ может быть немного вспыльчивой, но она превосходный специалист. Итарильдэ, — руководитель красноречиво взглянул на меня, кашлянув, словно призывая к порядку.

Признаться честно, за такое поведение мне на миг стало стыдно перед начальством. Но лишь на миг. Моей вины в произошедшем я не видела и не считала, что сказала что-то обидное. Так или иначе, но сдавать свои позиции я не была намерена.

— Я не собираюсь извиняться перед ним, — я стояла на своем и была непробиваема. — И почему вы извиняетесь? Это он не смотрел под ноги, так пусть и просит прощения.

Снеговик беззвучно рассмеялся и круто развернулся на каблуках, направившись к стоявшему в углу кабинета кулеру с водой. Мужчина неспешно набрал воды и, развернувшись ко мне, уточнил:

— Не желаете?

— Не принимаю воду из рук незнакомцев, — скривилась я и закинула ногу на ногу. — Неизвестно, вдруг вы еще подсыпали туда что-то? — я вздернула бровь.

— Вот как, — он широко улыбнулся и сам сделал глоток. Затем мужчина раздул щеки и… как бы это сказать… оплевал меня водой. Вот так. Взял и выплюнул на меня воду. — Упс, — он невинно взглянул на меня, пожав плечами.

— Упс?! В смысле — упс?! — рыкнула я, подскочив с места. Таким образом со мной еще не поступали. — Ты что, бессмертия поел, прежде чем явился сюда, а? — я тыкнула пальцем в его грудь и негодующе указала на свое мокрое лицо и волосы.

— Простите, я вас не заметил, — он пожал плечами и, словно издеваясь, протянул мне нежно-голубой платок из своего нагрудного кармана, невзначай пробормотал. — Это место действительно не похоже на Ромарин. Я полагал, что морские эльфийки очень нежные, милые натуры, которые не устраивают конфликтов. Но у вас такая внешность… — он оценивающе оглядел меня и серьезно спросил. — Может у вас в роду были орки?

— Я сейчас придушу тебя и плюну на твой труп! — искренне пообещала я, вырывая ткань из ручонок снеговика и хватая его за воротник костюма.

— Святые потомки — какое коварство! Да еще и со стороны девушки, — он снисходительно посмотрел на меня, криво улыбнувшись.

Миндартис Норген пытался сопротивляться моей хватке, но подруга и руководитель тут же вцепились в меня, не давая убить этого придурка, что не только невовремя попался мне под горячую руку, но и сейчас активно пытался стать моим врагом. Хочу подметить, что у него очень хорошо получалось.

Начальник встал перед нами и широко выставил руки так, словно мы с Миндартисом две собаки, которые больны бешенством и сейчас собираются перегрызть глотки друг другу.

По итогу Мирабилис удалось оттащить меня от снеговика. Я все же предприняла попытку вырваться из крепкой хватки девушки, но, когда подруга наступила мне на ногу, пришлось охнуть и побороть желание покалечить себе подобного. Приходилось признать, что я не некромант и снеговика после смерти оживить не смогу. В конце концов, мертвый инвестор — плохой инвестор.

— Я выше этого, — шикнула я, пытаясь привести дыхание в норму.

— Ты и впрямь выше, чем твои коллеги — здесь не стану спорить, но вот над фигурой надо бы поработать. Ты слышала про такое понятие как «талия»?

— Так-так, мы изрядно затянули с приветствием, — руководитель звонко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание, словно он опасался еще одного конфликта. — Почему бы нам всем не приступить к собранию?

Скрипнув зубами, я заняла свое любимое место у края — отсюда к выходу и к кулеру ближе всего. Снеговик, как назло, сел напротив, мозоля глаза своим безукоризненным видом. Это в какой-то степени раздражало. Я злая и не выспавшаяся, а этот тип словно светится изнутри.

Двери конференц-зала захлопнулись, не давая толпе больше наблюдать произошедший спектакль. Чувствую, к вечеру я стану знаменита. Начальник занял место во главе стола и откашлявшись заговорил:

— Я позвал вас всех специально для того, чтобы познакомить с нашим новым работником — Миндартисом Норгеном. Некоторые уже даже успели это сделать, — мужчина бросил на меня красноречивый взгляд. — Господин Норген станет членом отдела химической океанологии.

Хоть я и помнила об этой информации, но облегченный выдох сдержать не смогла — мне не придется работать вместе с ним. Не сложилось наше знакомство. Я, конечно, и до встречи не испытывала к нему теплых чувств, но ругаться точно не планировала. Неужели он просто не мог промолчать?

Далее господин Рэльд начал уже обыденную речь о достижениях этого месяца и перспективах наших исследований. Слушала это дело я вполуха, поскольку и без собрания все прекрасно знала.

Я лениво рисовала в записной книжке мелких монстриков и попутно расписывала претензии к вчерашним грузчикам: совершение недействительной сделки, экономическое мошенничество, кража стола. Стоит ли указывать угрозы? Я там тоже много наговорила, что можно за угрозы счесть. Немного подумав, все-таки вписала и их. Пусть будет. Побарабанила пальцами по столу, пытаясь придумать что-нибудь еще. Когда начальник сказал нечто воодушевленное, ко мне пришло озарение — небрежное отношение к объектам перевозки — то, как они выкинули вещи из машины. Какое-то время подумав, я решила, что можно попросить возместить моральный ущерб — из-за этого происшествия брат завалил экзамен. Да, он завалил его не из-за этого, но это уже дело второе.

Когда идей больше не осталось, я невольно посмотрела на новоиспечённого сотрудника напротив. Не удержалась и нарисовала уродливого снеговика рядом, однако таким он вышел не специально — рисовать я никогда не умела. Однако сейчас результат нравился мне как никогда ранее. Но радоваться так скоро было несколько опрометчиво с моей стороны. После того как «удивительно-мотивирующая» речь закончилась, и начальник вновь восхвалил Миндартиса в наших глазах, он повернулся ко мне.

— Госпожа Ангрэ, — господин Рэльд резко взглянул на меня. — Вижу, что вам совсем не интересно, о чем мы говорим?

— Я не скрывала этого последних пять лет, но спросить об этом почему-то решили только сейчас, — хмыкнула я, рисуя сугробы. — Все как обычно — ничего нового. Если вы закончили, то можно идти? — воодушевилась я, будучи готовой взять свои вещи и отправиться в свою лабораторию немедленно.

— Госпожа Анргэ, вам нужно уважать старших, — недовольно шикнул начальник скорее для вида и из-за желания проявить себя перед инвестором как строгого руководителя, нежели чем он правда был недоволен моим поведением.

— Жаль, что девушке некогда слушать вашу речь, ведь она занята изобразительным искусством, — пождал губы химик, попытавшись нагло заглянуть в мою блокнот.

— А вам видно завидно? Готова поспорить, что вы кроме лака для укладки волос более ничего в руках не держали, — едко подметила я, глядя на странно уложенную чёлку мужчины.

— К вашему сведению, моя внешность, в отличие от вас, мне небезразлична. Я бы не позволил прийти себе на собрание в испачканном халате, — холодно вздохнул он, указав на едко-желтое пятно на моей груди, которая рыбешка так невовремя мне оставила.

— Вот как? — я рассмеялась. — Вы, возможно, забыли, где находитесь. Это исследовательский центр, и если вы еще раз что-то скажите в адрес моего внешнего облика, то на вас может случайно опрокинуться парочка склянок с реагентами. Я бы на вашем месте не ходила по темным коридорам центра, — хмыкнула я и, вырвав лист из блокнота, показала всем, ткнув в свои художества. — Мне кажется, что у меня талант. Вы выглядите точно также. Дарю вам, — я скомкала лист и кинула в мужчину.

— И что мне с этим делать? — кажется, Миндартис был в смятении.

— Можете съесть и удавиться бумагой. Можете повесить в рамку и каждый раз любоваться собственным портретом перед трапезой. Можете изорвать на мелкие куски и проклясть меня. Все в ваших руках, — я ободряюще кивнула ему.

— Мы знакомы не больше часа, но я уже не выношу ваш юмор, Итари. Как девушка может говорить подобное? Это некультурно.

— Для вас я — Итарильдэ Ангрэ, — жестко припечатала я.

— Не думаю, что должен обращаться так вам. Пока вы были заняты рисованием, то прослушали самое интересное — он хмыкнул и подпер руками подбородок, очаровательно улыбнувшись. — Теперь я работаю здесь, и если так посмотреть, то мы с вами будем занимать одинаковые должности — просто в разных областях. Так что с меня хватит просто Итари, — он самодовольно скрестил руки на груди, откинувшись на стул, а я тихо зашипела.

— Так-так, — начальник кашлянул и, пытаясь прервать каким-то образом завязавшуюся, между нами, беседу, решил свернуть эту лавочку. — На этой ноте я предлагаю закончить собрание. Все свободны, однако…

— Святые потомки, наконец-то, — наверное, в числе собравшихся я радовалась этому чересчур бурно. — Всем всего хорошего, пусть рыбы не съедят вас и наводнение не случится — до свидания, — кивнула я всему залу на прощание, бодро направившись к двери.

В конференц-зале никто не сдвинулся со своих мест — уходить раньше высшего начальства было невежливо, а потому я неловко замерла на полушаге, вопросительно посмотрев на господина Рэльда.

— Однако я попросил бы задержаться вас, госпожа Ангрэ.

— Что? У вас рыбки в аквариуме умерли? Что на сей раз? — я устало развернулась и попросила. — Ну же, говорите. У меня действительно много дел.

— Господин Норген только приехал и совершенно не знает наш центр. Почему бы вам не провести для него экскурсию? Вначале я хотел попросить об этом Аделиссию, — он кивнул на главу отдела химической океанологии — девицу, которая словно специально напялила облегающее платье с откровенным декольте. — Но теперь я думаю, почему бы вам, госпожа Ангрэ, не заняться этим?

— Вы понимаете, что сейчас обрекаете инвестора чуть ли не на верную гибель? — уточнила я, что господин Рэльд находится в здравом уме и трезвом сознании.

— Думаю, так у вас будет еще одна возможно узнать друг друга и найти общий язык, — с напором повторил он и припечатал. — Это приказ, Итарильдэ — выполняйте.

— Однако у меня есть небольшое условие, — поднял руку Миндартис, привлекая к себе внимание. — Почему бы вам не отдать Итари в мои помощники? — он, широко улыбнувшись, посмотрел на начальника, а затем перевел на меня веселящийся взгляд. — Будешь готовить мне кофе, когда я захочу, будешь писать письма, когда мне будет это нужно — будешь делать все, что бы я тебе ни сказал. По сути, Итари станет моей подчиненной, — подвел он итог своим словам, а в конференц-зале вновь повисла тишина.

— Подчиненная? — я расхохоталась, медленно начав приближаться к парню. — Совсем с головой не дружишь? Я руководитель отдела биологической океанологии, слышал? Какая еще подчиненная? Если тебе так хочется, то это ты можешь поработать на меня.

— Итари, милая, — он издевательски нежным голосом произнес мое имя. — Ты в зеркало смотрелась? Я могу стать подчиненным только очаровательной, милой и привлекательной начальницы. Если так подумать, то я правда могу стать твоим помощником, — он смело взглянул на меня и добавил, — когда ты похорошеешь, а этого, увы, не будет никогда.

— Да ты просто одноклеточный организм в дешевом костюмчике, — задохнулась я от возмущения.

— Мой костюм стоит столько, что я бы мог спокойно выкупить весь ваш центр. Не хочу говорить лишнего, но стоимость одной ниточки моего костюма больше твоей месячной зарплаты, — он смахнул со своего плеча невидимую пылинку.

Самодовольная ухмылка снеговика выводила меня из себя. Не успев себя остановить, я наклонилась к мужчине, оставив между нашими лицами минимальное расстояние, и резко дернула за пуговицу пиджака.

— Упс, — произнесла я таким же тоном, когда он выплюнул на меня воду. — Кажется, у меня в руках мой месячная зарплата, — я рассмеялась и кинула пуговицу в стоявшее рядом мусорное ведро. — Желаю тебе всего хорошего. Я буду в своей лаборатории. Когда закончится собрание, жду тебя там. Тебе же нужна экскурсия? Так и быть — пойду навстречу.

— Откуда я знаю, где твоя лаборатория? — вскинулся он, когда я уже почти покинула зал.

— Не моя проблема. Захочешь — найдешь, — нашла я решение и с облегчённым выдохом всех собравшихся покинула зал.

Вернувшись в лабораторию, я наглейшим образом наябедничала Глапурону обо всем, что произошло. В какой-то момент мне даже показалось, что рыба смотрит на меня с сочувствием и пониманием. В тот миг я поняла, что я уже не в том возрасте, и пора прекращать вести беседы с рыбами на работе, а также нужно начать вести здоровый образ жизни.

К слову, снеговик так и не явился. Кажись передумал или же просто плюнул на просьбу начальника все здесь осмотреть. Тем не менее я не расстроилась из-за того, что не увидела его.

Однако обрадовалась я слишком рано. Выйдя из здания лаборатории, когда рабочий день подошел к концу, я решила прогуляться в магазин за продуктами и на скамейке возле центра увидела Миндартиса. Заметив меня, он тут же махнул рукой, привлекая внимание. Сейчас я более-менее остыла и почти перестала думать об этом типе, о проблемах брата и грузчиках, но его лицо тут же испортило настроение. Была готова поспорить, что он из рода горделивых эльфов — к гадалке не ходи, а тут все видно по самодовольной ухмылке.

— Прискорбно осознавать, что ты все еще здесь, — сказала я, когда мужчина преградил мне дорогу. — Чего приперся?

— «Чего приперся?» — переспросил он так, словно ослышался. — С твоей стороны намного вежливее было бы спросить: «Зачем пришел сюда?». И с каких пор у нас неформальное обращение?

— Мне еще не за что тебя уважать, к тому же раз я «Итари», то ты для меня просто «Минд». Так что тебе нужно? Неужели ты все это время сидел и ждал меня? — не поверила я собственной догадке.

— Я был занят делами, — тут же опроверг он мои слова, но добавил. — Мне нужно, чтобы ты сопроводила меня в отель. Таким было распоряжение твоего начальника.

— А что, у тебя у самого нет ног? Боишься туфли испачкать?

— Оставим тему обуви, — попросил он и напомнил мне. — Сегодня первый день моего пребывания здесь. Я прибыл из-за границы и не знаю города. Мне нужно, чтобы ты отвела меня в лучший отель и забронировала номер.

— Не хочу. Обратись за помощью к кому-нибудь другому. У меня планы на вечер, — я хлопнула снеговика по плечу, обходя его.

— Неужто ли свидание? В жизни не поверю, что у тебя есть парень, — расхохотался он и насмешливо сказал. — Итари, я хочу тебя разочаровать, но мужчинам не нравятся такие девушки как ты.

— Не твое дело. Я же не спрашиваю тебя о твоем семейном положении, — обличительно подметила я и предельно вежливо попросила. — Просто отвали от меня. Нужно жилье — обратись к администрации, у нас есть общежитие для сотрудников.

— Какая же ты злая, — цыкнул он. — А я не скрываю своего положения — у меня есть девушка. А у тебя? Готов поспорить, что девица с таким характером просто не может состоять в отношениях.

— Как же ты достал — у меня тоже есть парень, доволен? — нагло соврала я, решив прикрыться врачом, с которым я последний раз была на свидании, чтобы избежать последующих вопросов со стороны Миндартиса. — Раз у тебя есть девушка, то и живи у нее, — нашла я выход из ситуации.

— Не могу. Долгая история. Мне нужен отель, — стоял эльф на своем. — Слышал, ты печешься о своих сотрудницах и боишься, что я могу приставать к ним. Можешь не бояться — я не так уж и падок на женщин.

— Я боюсь не твоих приставаний, а потери ценных кадров, — отрезала я и, некоторое время поразмыслив, кивнула. — Хорошо. Не хочу, чтобы ты ночевал на улице. Меня впечатлили суммы, которые ты потратил на наши исследования. Считай, что я окажу тебе услугу, за которую ты потом будешь должен мне.

— Я не привык, чтобы девушки ставили мне условия, но сегодня у меня нет выбора, — рассмеялся он и взял чемодан, что стоял около него. — Лучший отель далеко отсюда?

— В десяти минутах ходьбы. Просто следуй за мной и не разговаривай.

К счастью, Миндартис прислушался к моему совету и, не став искушать судьбу, просто шел молча. За десять минут пути ни один из нас не проронил ни слова, однако, когда мы приблизились к отелю, Миндартис сказал то, за что мне захотелось его покусать:

— Ты должна заселить меня в номер.

— Я? Должна? С чего ради? — я пристально смотрела на эльфа. — В Ромарине все эльфы такие наглые?

— Ты, наверное, хотела сказать «неотразимые», — усмехнулся он, тряхнув головой. — Я слишком хорошо выгляжу для того, чтобы самостоятельно заселяться в отель. Притворись моим менеджером и оформи мне лучший номер.

— Мне стоило пустить тебя на корм акулам в тот самый момент, когда увидела тебя, — пробормотала я и решительно развернулась. — Не обольщайся на мой счет. Я довела тебя до отеля только потому, что в соседнем ресторанчике подают отменную курочку, а ты дальше уж как-нибудь сам.

— Итари, — Миндартис попробовал остановить меня, как мой монофон завибрировал. Я жестом попросила мужчину помолчать и ответила на звонок — это был Кливий.

— Встречаемся через два часа у меня дома. Я к этому времени приготовлю ужин и зайду к стражам, чтобы подписать бумаги, — постаралась я как можно беззаботнее ответить на звонок.

«— Итари, я… Я, наверное, не приеду».

— Что? Что значит ты не приедешь? — я нахмурилась, а Миндартис заинтересовано взглянул на меня, шепотом спросив:

— Это твой молодой человек? Ты не пошутила, сказав, что у тебя есть парень? — я лишь отмахнулась от него, пытаясь разобраться в ситуации.

«— Мне стыдно смотреть тебе в глаза. Я завили экзамен, как после этого ты можешь положиться на меня? Я единственный из группы, кто не сдал химию».

— И что с того? То, что ты не сдал экзамен не означает, что ты глуп или бездарность. Я тебя не за экзамены люблю, дурачок. И пригласила я тебя не для того, чтобы ругаться. У меня есть парочка хороших идей на твой счет. Чтобы был как штык через два часа, понял?

«— Понял, — тихо сказал брат и перед тем, как прервать связь, сказал. — Итари, спасибо тебе. Ты самая лучшая сестра».

Покачав головой, я убрала монофон. Ребенок, ну честное слово, вздумал расстраиваться из-за такой глупости.

— Так это твой брат, — протянул Миндартис и усмехнулся мне. — Знаешь, когда ты общалась по монофону, то выглядела мило.

— Я, кажется, советовала тебе молчать, — холодно припомнила я снеговику.

— Твой брат завалил экзамены, а ты стараешься его подбадривать. Удивлен. Действительно удивлен. Не думал, что из тебя может получиться хорошая сестра. Только не давай сесть ему на шею, иначе из любящей сестры станешь лишь жалкой и… — начал всерьез рассуждать мужчина.

— Довольно, — я не дала мужчине договорить. — Я как-нибудь без тебя разберусь с этим, — я устало потёрла виски и махнула Миндартису рукой. — Давай просто разойдемся — меня раздражает твое веселящееся лицо.

— Как знаешь, — Миндартис легко поднял свой чемодан и без лишних вопросов направился в отель, однако, прежде чем войти внутри, развернулся и спросил у меня. — А где ты живешь? Твой дом далеко отсюда?

— Зачем тебе это? — я несколько насторожилась.

— Звучит абсурдно, но вдруг мне понадобится твоя помощь? — он рассмеялся. — Я должен знать, где тебя искать.

— Я живу в общежитии сотрудников.

— А монофон? Дашь свой номер? — задал мне очередной вопрос инвестор, а я фыркнула:

— Перебьешься. Еще не хватало того, чтобы ты звонил мне.

Я развернулась, направившись к заведению, чтобы купить курочку на ужин. Желание готовить ужин самостоятельно пропало, да и раз уж я, сопровождая Миндартиса, оказалась здесь, то это отличный повод побаловать себя чем-то вкусненьким. После этого я зашла в отел стражей и заполнила все необходимые заявления, дав показания и рассказав о звонке компании. Насчет этой ситуации я не переживала, так как понимала, что все решится. Да и в компетенции стражей сомневаться не приходилось, поэтому после беседы со стражами мое настроение значительно улучшилось — работа идет полным ходом.

***

Постукивая каблуком, я нетерпеливо поглядывала на часы ожидая брата перед входом в общежитие, что для комфорта было соединено переходом с самим центром. Он еще не вернулся домой после экзамена.

Спустя семь минут от назначенного времени перед общежитием остановился автомобиль «СовоМакс» спортивной модели, который я подарила Кливию прошлый день рождения. Темно-алая машина так или иначе притягивала взгляд, однако ее водитель вовсе не обладал такими средствами, на которые бы мог на самом деле ее купить.

Открыв дверь, из машины выполз брат в модном под цвет автомобилю пиджаке и для вида надетыми солнцезащитными очками. Зачем темные очки, когда на улице пасмурно и собирается дождь понимала я плохо. Однако он не выглядел как человек, который был расстроен или о чем-то переживал.

Приветственно кивнув ему, я развернулась на каблуках и направилась внутрь.

— Как дела? — попытался завязать беседу братец, пока мы поднимались в лифте.

— Неплохо. Собираюсь в поездку через неделю, — ответила я достаточно миролюбиво. Ругаться с братом я не планировала, провести воспитательную беседу — да, но не ругаться. Мне уже хватило конфликта сегодня с одним горделивым эльфом, на котором я выпустила весь пар.

— Здорово, — Кливий мечтательно вздохнул. — Ты молодец, но… — брат замер в нерешительности, а мы вышли из лифта, двинувшись по этажу. — Итари, мне правда жаль, что так вышло, — сказал он так, словно прыгнул в холодную воду, и низко поклонился мне. — Прости, пожалуйста, такого неразумного идиота.

Сотрудницы, проходившие рядом, широко раскрыли глаза от такого зрелища, но молча прошли мимо, а я шикнула брату:

— Обо мне и так не лучшем образом говорят на рабочем месте, а после сегодняшнего дня я вовсе стала звездой центра, поэтому не выставляй меня таким уж монстром, — шутливо попросила я брата. — Не собираюсь на тебя злиться.

— Правда? — брат с недоверием посмотрел на меня, а я ловким движением набрала код от двери.

— Ну, разве только чуть-чуть, — невинно улыбнулась я, захлопывая за нами дверь. — Я купила курочку, давай перекусим.

— Спасибо, — Кливий однозначно чувствовал себя неловко и сейчас переминался с ноги на ногу.

Переместившись на небольшую кухню, куда только и могло войти два человека, мы расположились за столом. Я магией подогрела чуть остывший ужин и поставила блюдо в центр стола. Плечики у курочки были моей любимой частью, а потому я тут же забрала их себе в тарелку и, не став мучать брата молчанием, уже хотела завязать разговор, однако Кливий меня опередил:

— Итари, мне так жаль, что я провалился. Мне жаль и за экзамен, и за вчерашний день. Это ведь я нашел эту фирму. Мне так жаль, что ты столько времени занималась со мной, а я не смог написать тест даже на минимальный балл, — брат понуро опустил голову, рассматривая пустую тарелку, а я широко улыбнулась, щедро наливая себе острого соуса.

— Не волнуйся ты так. Все проблемы решаемы. С грузчиками мы почти все уладили — дело за стражами. Из-за этих орков я была зла настолько, что в пух и прах обругала сотрудника, который оказался важной шишкой, — я непринужденно рассмеялась, вспоминая снеговика. — Я даже вырвала пуговицу с его костюма, — у меня невольно дернулся глаз, а Кливий подавился, шокировано посмотрев на меня. — Если подвести итог, то я была сегодня несколько не в себе. Но это не так важно, — я сделала глоток сока и, доев плечико, продолжила. — Я помню, что работа в научном центре была твоей мечтой с тех пор, когда я пошла в университет, но ты уже достаточно взрослый для того, чтобы самостоятельно сделать выбор. Ты пошел на факультет химической океанологии, потому что хотел пойти по моим стопам, но уверен ли, что это то, о чем ты мечтаешь? Я уже попросила Мирабилис позаниматься с тобой химией, я займусь биологией. Но еще не поздно передумать. Я пойму тебя, если ты захочешь перевестись на другой факультет или же в другой университет. Но ты же понимаешь, что первый курс нужно закончить?

— Конечно, понимаю, — Кливий согласно кивнул, все еще не прикасаясь к еде. — Извини, я сегодня глупость сморозил о том, что хочу бросить университет. Я сказал это не подумав. Я знаю, что ты очень заботишься обо мне и делаешь для меня все возможное, поэтому сейчас мне очень тяжело из-за чувства, что подвел тебя.

— Ты не подвел меня, — не согласилась я. — Рада, что ты все понимаешь. Сейчас тебе нужно постараться разобраться с экзаменами первого курса. Ты очень хорошо учишься за исключением профильных предметов. Я поддерживаю связь с преподавателями в университете и знаю, что ты лучший из всех потоков по высшей математике. Подумай об этом. Ты всегда был силен в точных науках.

— Хорошо, — Кливий согласно кивнул. — Я подумаю о том, что ты сказала и постараюсь хорошо потрудиться на летней практике, — многообещающе заявил он, а я подбадривающе улыбнулась.

Мои слова немного расслабили брата, и он наконец-то приступил к ужину, но в какой-то момент спросил:

— А что именно я буду делать на практике?

— Я попросила своих коллег дать тебе поработать в каждом отделе — займешься всем понемногу. Я подумываю о том, что тебе может подойти промысловая океанология. Будешь вставать с рассветом и следить за рыбными хозяйства, — я довольно улыбнулась. — Точнее следить будет исследователь, а ты ходить хвостиком и составлять отчеты. Будешь своими отчетами информировать ученых и рыбаков об идеальных местах обитания рыбы и улучшать экономику рыбной индустрии. Чем тебе не работа?

— Отличная мысль, — рассмеялся Кливий, начав немного приходить в себя.

Какое-то время мы еще сидели в тишине обдумывая каждый свое и уже тогда, когда с курочкой в сырном соусе было покончено, Кливий встал, желая чуть-чуть пройтись по кухне, и внезапно спросил:

— Кстати, Итари, а что это за парень? С работы?

— Какой парень? — не поняла я, видя, что Кливий кого-то рассматривает в окне. — Неужели он действительно пришел? Вот назойливый, — недовольно проворчала я, подозревая увидеть снаружи Миндартиса. — Где он? — спросила я, а брат посторонился, предлагая посмотреть самой.

Полностью подняв жалюзи, я увидела дивную картину, которая меня поразила.

Возле общежития сотрудников стоял белоснежный автомобиль, возле которого стоял Юнсерс в деловом костюме и с букетом каких-то цветов. Но появление моего недавнего знакомого шокировало меня не столь сильно, сколько крупная надпись на асфальте: «Итарильде, вы сходите со мной на свидание?».

— С каких пор у тебя появился парень? — удивился Кливий и повеселев подмигнул мне. — Я всегда знал, что у тебя хороший вкус на мужчин. Такой красавчик. Итари, ты же помнишь, что я должен быть первым, кого ты позовешь на свою свадьбу?

— Мы с ним не в отношениях — виделись лишь раз. Если хотел увидеться, то мог просто позвонить, зачем этот парень написал подобное? — досадливо шикнула я, понимая, что эта надпись еще будет пару дней украшать вид нашего общежития.

— Что тебя не устраивает? Это романтично, — Кливия моя реакция забавляла, поэтому пришлось шикнуть и на брата, призывая его к порядку. — Чего стоишь? Выйди к нему или позови к себе, — попытался Кливий подтолкнуть меня к ответным действиям.

— С чего бы мне выходить? — опешила я. — Я его не приглашала и никуда звать не собираюсь. Раз пришел, то пусть постоит — посмотрим, насколько его хватит, — подметила я, не имея желания встречаться с Юнсерсом.

— Какая же ты вредная, — покачал головой Кливий, а я отвесила брату подзатыльник в воспитательных целях, но его было не остановить. — Он для тебя даже цветы купил, а ты заставляешь его под окнами стоять — носом крутишь.

— Мне нужно напоминать, что у меня все еще слегка скверное настроение из-за маленького недоразумения? — красноречиво выгнула я бровь и опустила жалюзи, вновь повторив. — Я его не звала, а если ему нужно поговорить, то пусть звонит.

— Справедливо, — принял брат и мою точку зрения и, кажется, взбодрившись, заявил мне. — Я пойду к себе разбирать коробки и обживаться. У меня много дел.

— Твоя решительность меня пугает, — я усмехнулась и покачала головой. — Я обсудила с тобой все, что хотела, так что ты правда можешь идти.

— А какие у тебя планы на вечер? — поинтересовался брат, а я неопределённо пожала плечами.

— Спать хочу, но мне нужно парочку документов еще посмотреть. Возможно, в офис перед сном наведаюсь, — я помассировала шею, которая стала в последнее время часто болеть. — Может, мне на массаж стоит записаться? — пробормотала я себе под нос, а Кливий хихикнул, указав на окно:

— Я даже знаю, кто тебе может его сделать.

— Еще одно упоминание о Юнсерсе и вместо практиканта ты будешь работать дворником, — пригрозила я, а брат тут же пошел на попятную:

— Понял-понял, я пойду, а ты отдыхай. У тебя правда был тяжелый день, — Кливий невинно улыбнулся и спешно направился к выходу. Надев свой странный пиджак и солнцезащитные очки, он остановился на пороге и, прежде чем уйти, мягко улыбнулся, сказав. — Спасибо тебе, Итари. Я постараюсь не подвести тебя.

— Просто иди уже, — улыбнулась я и закрыла дверь за братом.

Когда Кливий ушел, я выглянула в окно, вновь увидев Юнсерса, который неизменно стоял с букетом цветов. Это действительно… мило? Не знаю. Наверное, я не привыкла к подобной романтике и надписям на земле, все же считая это своего рода вандализмом и порчей имущества. В конце концов, я сомневаюсь, что он будет отмывать написанное…

Покачав головой, я решила принять душ и, как и планировала, наведаться в офис. Когда с мытьем головы было покончено, во входную дверь постучали. Понимая, что это кто-то из коллег, я крикнула в спальню:

— Кузнечик, открой дверь!

Встречать гостей в полуголом виде не имела желания. Кузнечик, который доселе терпеливо сидел в моей спальне и не мешал нашей с братом беседе, выполз из комнаты. Кузнечик — умертвие, которое когда-то еще живая бабуля-некроманка призвала, чтобы прислуживать мне. За годы жизни мы с Кузнечиком стали друзьями, и он иногда даже мог поддержать со мной беседу. Хоть он издавал лишь звуки, я его прекрасно понимала. Однако магом смерти я была лишь на четвертинку своей крови, а потому мое умертвия было далеко от образа человека и хромало на одну ногу, периодически теряя конечности.

— Ээээ, — глубокомысленно сказал Кузнечик посетителю, раскрыв дверь. — Ээ-аааа, — произнес мой верный помощник и закрыл дверь.

— Кто это был? — спросила я, на что получила такой же ответ.

Натянув первую попавшуюся кофту, я выглянула в гостиную и обнаружила на диване знакомый розовый букет. Кажется, Юнсерс устал стоять под окном и решил передать цветы через консьержа.

— Эээ? — задумчиво наклонил Кузнечик полу лысую голову и указал на цветы. — Э.

— Они действительно красивы, — не стала я спорить и милостиво предложила. — Если нравится, то можешь забрать себе.

— Э? У, — Кузнечик согласно закивал и тут же прибрал презент к рукам, поставив в вазочку, что стояла у его стола в гостиной.

Кузнечику сон и еда были не нужны, но и в квартире дел не было слишком много, а потому мы с Кузнечиком пару лет назад нашли ему хобби — вышивание и оригами. Очень мило и по-домашнему.

— У тебя рука отвалилась, — указала я на конечность, которая отпала у Кузнечика, пока он шел, и поспешила в офис, предупредив его. — Я скоро вернусь, захвачу пару документов.

— Ээээ.

Остаток вечера я провела за работой с документами, изредка поглядывая на букет цветов. Я долго думала, нужно ли писать Юнсерсу или же нет, но вскоре пришла к выводу, что стоит поблагодарить его за подарок. В конце концов, он не так уж и плох.

Достав монофон, я отправила Юнсерсу сообщения с благодарностью. Упоминать о том, что букет в большей степени понравился не мне, а Кузнечику, писать не стала. Обычно, если я хотела отвадить эльфа-ухажера, то мне было достаточно рассказать, что живу с умертвием. Морские и горделивые эльфы в большинстве своем к такой информации не были готовы, а потому пугать Юнсерса раньше времени не стала.

Сообщение от мужчины пришло если не ежесекундно, то сразу же. Мужчина распинался, что очень рад, его тронули мои слова и он с нетерпением ждет нашей встречи. Кажется, Юнсерс решил завести беседу, а потому спросил, чем я занимаюсь. Без замедлений ответила, что работаю и слегка занята. Юнсерс тут же сказал, что я перегружаю себя и мне стоит меньше работать и больше заниматься активной деятельностью. Не став комментировать советы для здоровья, я вновь углубилась в изучение бумаг, как через минут пять-семь монофон вновь завибрировал, но на сей раз это был звонок, а не сообщение. Я была в замешательстве. Если на сообщение еще можно не ответить, то на звонок навряд ли, поскольку вела беседу еще пару минут назад. Вздохнув, я ответила.

— Добрый вечер, Юнсерс. Вы что-то хотели?

«— Итарильде, очень рад слышать ваш голос, — непринужденно рассмеялся Юнсерс и перешел с сути. — Итарильдэ, вы все еще работаете?»

— Да, — я несколько уныло посмотрела на отчеты и лежавшие передо мной образцы водорослей.

«— Вот и отлично! — почему-то воодушевился Юнсерс. — Тогда давайте немного прокатимся и проветримся? Я сейчас под дверями вашего центра, выходите ко мне».

Я испытывала смешанные чувства. С одной стороны он пытается провести со мной время и желает встретиться, но с другой… Почему это не радует меня? В голове тут же проплыли тысячи отговорок: начиная от того, что меня съел Кузнечик, заканчивая, что у соседей сломался пол и на меня упал рояль. К сожалению, ни один из вариантов не был правдоподобен, поэтому я честно сказала Юнсерсу:

— Юнсерс, извините, но сегодня у меня нет настроения, чтобы видеться с кем-то.

«— Я не прошу вас провести со мной весь вечер — я лишь хочу позаботиться о вас — вам нужно немного пройтись и развеяться», — мужчина был настойчив.

Мой монофон издал странный сигнал, который оповещал, что мне кто-то звонит, и я спешно попрощалась с Юнсерсом:

— Извините, мне звонят. Давайте обсудим это позже.

Быстро сбросив наш с ним канал связи, я ответила на незнакомый код так, словно он был моим спасительным кругом.

— Итарильде Ангрэ на связи, — сказала я будничным тоном, а по ту сторону артефакта послышался насмешливый голос:

«— Кажется, твое настроение, Итари, стало значительно лучше с нашей последней встречи».

— Кто это? — растерялась я, не в силах определить собеседника по голосу, но после следующей фразы все тут же встало на свои места:

«— Это красавчик, с которым ты познакомилась в научном центре. Память подводит? Головой не ударилась?»

— Зачем звонишь? — я поморщилась от досады, даже не зная, с кем бы я хотела говорить сейчас: с Миндартисом или все-таки с Юнсерсом.

«— Хотел просто кое в чем убедиться, — мужчина весело усмехнулся и признался. — Твой начальник дал мне твой номер. Но на самом деле просто было любопытно как у тебя дела с братом. Что вы решили делать?».

— Ты стал членом семьи, чтобы интересоваться подобным? — огрызнулась я. — Прерываю связь. Не звони, если не хочешь, чтобы я пустила тебя на корм рыбкам.

«— Какая же ты вредная, — Миндартис вновь усмехнулся и, словно невзначай, проговорил. — Неудивительно, что у тебя нет парня».

— Чего ты привязался к моей личной жизни?

«— Ты единственная девушка, которая обругала меня и чуть не подралась со мной. Конечно, ты любопытна мне, знаешь, как дикая зверушка».

— Знаешь, Миндартис, — я набрала в грудь побольше воздуха, — когда я пришла домой, то мне стало стыдно за свое поведения сегодня, и я планировала завтра извиниться перед тобой, но сейчас понимаю, что сожалеть мне не о чем. Говоришь, что у меня скверный характер и нет парня? Ведешь себя как ребенок в детском саду.

«— А как еще можно объяснить твою вспыльчивость? — задал мне Миндартис встречный вопрос. — На лицо отсутствие личной жизни. Не буду скрывать, что расспрашивал о тебе, и все подтвердили, что ты жуткий трудоголик и перфекционист. Итари, ты уже взрослая девушка, пора бы тебе научиться держать свои эмоции под контролем, а не срываться на окружающих».

— Ты позвонил, чтобы специально меня побесить? — я усмехнулась, понимая, что этот тип не собирается мне уступать. Я отложила документы в сторону. — Влюбился что ли?

«— Пусть Светлые Леса упасут меня от этого. Одна птичка напела, что ты не любишь, когда тебе звонят вечером, а потому решил воспользоваться этим».

— Мне все равно зачем ты позвонил, но именно сейчас я собираюсь на свидание, так что не звони мне больше, — решительно заявила я, спешно направляясь в общежитие.

«— Свидание? С трудом верится, — в голосе Миндартиса слышалось нескрываемое сомнение. — Удачи тебе с твоим «парнем», — насмешливо сказал он и отключился.

Подумав, что горделивые эльфы самые противные, я достала из шкафа офисные брюки и поспешила вниз, где меня должен был ждать Юнсерс. Однако, прежде чем выйти, я на секунду остановилась и, сделав снимок надписи под окнами общежития и букета Кузнечика, не удержалась и отправила Миндартису.

Не то что бы я хотела встретиться с Юнсерсом назло Миндартису, просто слова этого снеговика несколько задели меня, порождая желание сделать все вопреки его словам.

— Итарильдэ! — радостно воскликнул Юнсерс, как только увидел меня. Юнсесрс по-прежнему выглядел несколько нелепо со своими круглыми очками в широкой оправе, но деловой темно-синий костюм на нем сидел хорошо. — Очень рад, что вы все-таки согласились на мое предложение и спустились.

— Да, — я вежливо кивнула ему, признавшись, — подумала, что мне правда стоит немного проветриться.

— Отлично, я знаю, что совсем рядом есть парк, — тут же описал наш маршрут Юнсерс, а я не задумываясь согласилась.

Пока мы направлялись к парку, то Юнсерс всячески расспрашивал меня о прошедшем дне: чем я занималась, не устала ли я, какие у меня планы на завтрашний день, не голодна ли я. В общем, мужчина пытался проявить заботу так, как только мог. Я отвечала на его вопросы, но без излишних деталей, иногда спрашивая что-то в ответ.

— Давайте присядем, — предложил Юнсерс, когда впереди показалась скамеечка.

Как только я плюхнулась на скамейку, то монофон завибрировал.

— Извините, — я улыбнулась Юнсерсу и разблокировала амулет, чтобы просмотреть сообщение. Это был Миндартис.

«Неплохая надпись, но меня она не впечатляет — не убедительно. Твое имя написано до ужаса криво, если это и впрямь твой парень, то у него, наверное, ласты вместо рук».

Скрипнув зубами, я убрала амулет, не желая поддерживать со снеговиком беседу.

— Кто это был? — тут же заинтересовался Юнсерс, покосившись на мой монофон, а я улыбнулась и, как можно непринужденнее, ответила:

— Коллега с работы.

— Вот как, — Юнсерс покивал своим мыслям, а потом подметил. — У тебя, наверное, много коллег мужчин, которые неравнодушны к тебе. Если мы с тобой будем встречаться, то, боюсь, не смогу не ревновать.

Я несколько растерялась от такого откровенного признания, но ответить ничего не успела:

— Ох, Итарильдэ, вам, наверное, холодно, — неожиданно спохватился Юнсерс и снял пиджак, попытавшись накрыть им мои плечи.

— Нет-нет, я тепло одета, — попыталась я отказаться от очередного жеста заботы, но спорить с этим эльфом было невозможно, поскольку противостоять этой нежной настойчивости не получалось даже у меня.

— Итарильдэ, мне будет очень жаль, если вы заболеете после прогулки, на которую я пригласил вас, поэтому, пожалуйста, возьмите пиджак и позаботьтесь о своем здоровье, — Юнсерс мягко приобнял меня, натягивая на плечи пиджак с запахом его духов.

— Хорошо, — я улыбнулась, не став спорить и невольно отметив, что у Юнсерса очень хороший вкус: смесь лесных ягод и какой-то морской свежести. — У вас очень вкусный парфюм, — решила я, проявить хоть какую-то ответную вежливость со своей стороны.

Но, кажется, мой комплимент, который я произнесла для того, чтобы сказать хоть что-то, прозвучал несколько двусмысленно и чуть смутил моего спутника. Я была готова поспорить, что видела, как покраснели его уши. В свете фонарей той небольшой аллейки, где мы сидели, это было прекрасно видно.

— Раз они понравились вам, Итарильдэ, то я постараюсь пользоваться ими чаще, — спустя мгновение неловкой паузы нашелся Юнсерс и, словно что-то вспомнив, щелкнул пальцами, начав что-то искать в карманах.

Спустя несколько минут поисков он достал из кармана брюк небольшую прямоугольную коробочку и протянул мне.

— Я подготовил этот небольшой подарок для вас, Итарильдэ. Откройте его, — поторопил меня мужчина, а я с долей сомнения приняла коробочку и стянула розовую ленту. Внутри лежало несколько бумажечек.

— Это… — я пригляделась к витиеватым надписям. — Сертификаты на массаж? — я с удивлением повернулась к Юнсерсу, ожидая пояснений с его стороны.

— При нашей прошлой встрече я заметил, что вы часто потираете свою шею, и сейчас — вы уже трижды ее помассировали, — в голосе Юнсерса слышалась удрученность. — Я думаю, это из-за того, что вы слишком много времени проводите в сидячем положении. К сожалению, я не хорошо в этом разбираюсь, поэтому приобрел для вас сертификаты на несколько посещений нашей больницы, чтобы вам сделали хороший массаж, и вы наконец могли почувствовать себя отдохнувшей.

Я была растеряна. Мы виделись всего раз, но он заметил такие мелочи и уже обо всем позаботился — это удивительно. Может, слова брата о массаже от Юнсерса были в какой-то степени пророческими?

— Если вы посмотрите на время посещения, — Юнсерс вновь указал на несколько сертификатов, — то я специально выбрал для вас вечернее время, чтобы вы могли посетить больницу после работы. Я не хочу ни на что намекать, но я специально выбрал такие дни, когда сам буду находиться в больнице до самого вечера, а потому, когда вы придете, то мы могли увидеться с вами, — мужчина очаровательно, чуть скромно улыбнулся и с некоторой затаённой надеждой заглянул в мои глаза. — Вы придете?

— Ох, Юнсерс, это очень неожиданный подарок с вашей стороны, правда. Большое вам спасибо, — я искренне поблагодарила мужчину. — Я обязательно схожу на сеансы массажа. Надеюсь, они помогут мне.

— Я рад, что подарок пришелся вам по душе, — он вновь широко улыбнулся и, взглянув на часы, заторопился. — Итарильдэ, мне очень жаль, но мне уже пора идти. Позвольте проводить вас до дома.

— Вы куда-то опаздываете? — решила я поинтересоваться.

— Если признаться вам честно, то сегодня я на дежурстве в больнице.

— Если вы на дежурстве, то зачем приехали именно сегодня? Мы могли встретиться в другой день, — удивилась я и поспешила отдать Юнсерсу пиджак. — Благодарю, я согрелась.

— Увы, но я не мог бы ждать нашей встречи так долго, а потому я взял перерыв, чтобы съездить к вам — к сожалению, он уже почти закончился, — Юнсерс развел руками, и мы направились в сторону моего общежития.

— Это очень мило с вашей стороны, — кивнула я и, когда показалось здание общежития, предложила. — Отправляйтесь в больницу, я могу дойти сама.

— Я не могу позволить вам ходить одной так поздно, — не согласился со мной Юнсерс и вовсе предложил. — Если хотите, то я могу проводить вас до вашей комнаты.

— Нет-нет, не стоит, — тут же отказалась я от предложения, считая это лишним, и поспешила войти в здание. — Благодарю за то, что приехали. Хорошего вам дежурства.

— Спасибо вам, Итарильдэ. Отдыхайте и обязательно приходите завтра в больницу, — махнул мне на прощание Юнсерс и сел в машину, заводя мотор.

Дождавшись, чтобы мужчина точно уехал я вошла обратно в здание, а охранник довольно покачал головой.

— У вас прелестный молодой человек, госпожа Ангрэ, — господин Гегрс подмигнул мне, но счет нужным напомнить. — Но незнакомцев внутрь не приглашать! Даже не знаю, что делать после вчерашнего происшествия.

— Не переживайте о случившемся, но… господин Гегрс, вы сказали мне это так, словно я каждый день пытаюсь кого-то провести внутрь, — весело фыркнула я и поинтересовалась. — Как ваша внучка? Помнится, вы говорили, что собираетесь на ее спектакль? — я припомнила наш с ним последний разговор.

— Все прекрасно, — господин Гегрс тут же расплылся в широченной улыбке. — Танцует, аки лебедь. Балет — однозначно ее стезя. Не удивлюсь, если в скором времени мы еще услышим ее имя, — мечтательно покачал дедушка головой, а я умилилась от этой картины.

— Помнится, раньше я тоже неплохо танцевала, но кроме кристаллов с выступлениями от этих времен ничего не осталось, — припомнила я и свои детские годы, и попыталась выполнить простенький пируэт, от чего тут же свело ногу. — Кажется, мне пора заняться спортом, — решила я, пытаясь избавиться от спазма.

— Да, госпожа Ангрэ, вам стоит взять пример со своих подруг — они бегают каждое утро, — расхохотался от моих потуг господин Грегс и тут же поставил девушек в пример, на что я весело отмахнулась:

— У них это временное помутнение рассудка — пройдет через недельку.

— Госпожа Анргэ, почему бы нам не выпить с вами по чашечке кофе, если вы не заняты? — предложил мне господин Грегс и указал на небольшую коморку охранника, где стол небольшой столик и чайничек.

— Почему бы и нет? — согласила я, и ловко пролезла под турникет. Настроение у меня на удивление было прекрасным.

С господином Грегсом мы всегда общались хорошо и нередко, как и сегодня, могли посидеть за чашечкой черного кофе, который мужчина так любил. Обсудив успехи его внучки и рассказав о ситуации Кливия и о том, что он впредь будет здесь жить, господин Грерс покачал головой и заботливо поинтересовался:

— Мне стоит присматривать за ним?

— Он, конечно, уже не ребенок, но я буду вам признательна, — я потянулась за мятной печенькой, решив, что некоторый присмотр ему правда не помешает.

После обсуждения родственников, речь зашла о моем кавалере — оказалось, что, когда Юнсерс написал надпись на асфальте, господин Грегс отругал его и хотел выгнать, но как только увидел мое имя, то тут же передумал — мол, впервые у меня парни под окнами ходят.

— Зря вы передумали — нужно было заставить его это отмыть, — цыкнула я и призналась Грегрсу. — Знаете, господин Грегс, я видела его дважды, но он такой хороший, что верится с трудом. Это меня настораживает, — я задумчиво наклонила голову набок.

— Такие обычно в книгах и оказываются маньяками, — нравоучительно изрек господин Грегрс, а я прыснула от такой догадки. — Но мне он показался неплохим эльфом. Романтик, кажись, — дедушка на какое-то время призадумался. — Буду рад за вас, коли все сложится.

— Спасибо вам. Но мы пока что не встречаемся официально.

— А что, для того чтобы встречаться нужно официальное приглашение? — удивился господин Грегс и вздохнул. — В моей молодости все было намного проще: целуетесь — значит встречаетесь, живете вместе — брак.

— Если бы так было сейчас, то все было бы проще, — рассмеялась я.

***

— Что? Ты сейчас снова надо мной издеваешься? — я выгнула правую бровь, с недоверием глядя на снеговика.

— Я говорю с полной серьезностью, — Миндартис смотрел мне в глаза и вновь повторил. — Я хочу принести тебе свои извинения за вчерашний день. Я, как и ты, тоже был не в духе. Можешь попросить у меня все что хочешь в качестве извинения, — самоуверенно заявил он.

Не прошло и часа с того момента как я пришла на работу, в наш отдел заявился снеговик — об этом я узнала благодаря женскому визгу снаружи лаборатории. Оказалось, что Миндартис пришел ко мне и, вопреки всем законам логики, хотел принести извинения передо мной.

— Я признаю, что вел себя грубо по отношению к тебе и вчерашний звонок… — Миндартис пожевал губами и попросил. — Давай забудем об этом и начнем все сначала. Что ты хочешь, чтобы я сделал в качестве извинения? — вновь повторил свой вопрос Миндартис.

Армерия старательно делала вид, что не слышит нас и глубоко увлечена исследованием, но я прекрасно знала, что она не только слушает, но и пристально смотрит на нас одним глазом.

— И впрямь сделаешь все, что я скажу? — я усмехнулась и закусила губу.

— Я сделаю все, что ты посчитаешь заслуживающим твоего прощения.

Сегодня желания пусть Миндартиса на корм рыбкам я не испытывала, наоборот — у меня было прекрасное настроение, но удержаться против такого соблазна просто не могла и ляпнула первое, что пришло мне в голову:

— Спаси свою чести, совершив рирдерргус.

Армерия подавилась воздухом и закашлялась, Глупурон, что пристально наблюдал за нами, начал пускать пузыри, а на лице Миндартиса промелькнула тень удивления. Я, на самом деле, сомневалась, что Миндартис знает о ритуальном самоубийстве методом вспарывания живота, принятое среди войнов-некромантов, которым в давние времена демонстрировали мужество и чистоту помыслов перед богами, но по выражению лица снеговика я поняла, что он знает о чем идет речь. Его познания в этой области стали для меня приятным открытием.

— Ты хочешь, чтобы я совершил самоубийство ради тебя? — решил переспросить Миндартис, глаза мужчины сильно округлились. — Разве я не должен быть воином, который принес присягу богам? — попытался найти снеговик несостыковки.

— Считай себя воином наших дней, — легко я нашла решение проблемы, пожав плечами.

— У меня нет меча, — все еще искал причины Миндартис.

— Эльфы нынче обмельчали, — цыкнула я и указала на дальний шкаф лаборатории. — Возьми оттуда перочинный нож тогда.

— Кхм-кхм, — Миндартис прокашлялся в кулак и на какое-то время замолчал, обдумывая все сказанное, не сводя с меня пристального и изучающего взгляда. Мужчина словно обдумывал: что мне такого сказать, чтобы не породить очередной конфликт

Армерия же глядела на меня как на какое-то заморское чудище, Глапурон же испытывал какие-то смешанные эмоции. Я была готова поклясться, что эта рыба прекрасно понимала все то, что происходило вокруг.

— Кхм, Итари, я могу предложить тебе несколько иной вариант развития событий, — попробовал Миндартис предложить альтернативу. — Что, если я вначале просто приглашу тебя на обед, а потом мы поговори о том, по-прежнему ли ты хочешь моей смерти.

— Звучит неплохо, — заключила я, захлопнув последнюю папку, в которой описала вывод к недельному исследованию. — Обед через три часа, встретимся у выхода из фойе. Платит каждый сам за себя, — предупредила я эльфа, а он тихо фыркнул:

— Кто бы сомневался. До встречи.

— Не запнись на выходе, — жизнерадостно махнула я эльфу рукой на прощание, а он лишь улыбнулся, плотно закрыв за собой дверь.

Как только дверь за снеговиком захлопнула, Армерия подбежала ко мне с широко раскрытыми глазами и выпалила:

— Что это было?! Ты идешь с ним обедать? Почему ты так груба с ним? Что у вас за отношения? — подруга засыпала меня лишними вопросами.

— Так получилось, — неопределённо пожала я плечами, а Армерия тут же сбавила напор.

— С ума сойти можно, — она, будучи обескураженной, плюхнулась на соседний стул. — Ты так спокойно согласилась с ним пойти на обед. Поразительно.

— Мужчина зовет меня поесть, так с чего бы мне отказываться? — улыбнулась я, понимая, что хороший обед способствует хорошей продуктивности.

— Какая-то ты слишком бодрая сегодня. Случилось что-то? — тут же заметила смену моего обычного настроения подруга.

— Ну, сложно сказать, — я неопределенно махнула рукой, невольно вспомнив Юнсерса, однако я не успела рассказать подруге всего — монофон завибрировал, но на сей раз это был начальник.

Руководитель редко звонил мне — лишь по особым случаям, но, кажется, сейчас именно этот особый случай и наступил. Он попросил провести экскурсию Миндартису, так как вчера я все-таки отвертелась от этого дела, и инвестор весь день провел только в своем отделе и толком не видел центра. Мне хотелось подметить, что Миндартис не так уж и глуп, чтобы заблудить в замкнутом пространстве со стенами и дверями, но начальник подметил, что это его ответная просьба на мою — о принятии брата на работу, ведь первокурсников не принимают на практику. Здесь отказаться я не могла, а потому передала Армерии недоделанные отчеты и поспешила искать своего снеговика, с которым после экскурсии намеревалась пообедать.

С донельзя довольной улыбкой Миндартис стоял за дверями нашего отдела и улыбнулся еще шире, когда увидел меня.

— Это ты попросил господина Рэльда об экскурсии? — приподняла я брови, а Миндартис не стал увиливать:

— Я действительно попросил об этом, но не просил, чтобы ее проводила именно ты. Зачем пришла? Не похоже, что ты хочешь прогуливаться со мной, — самодовольно усмехнулся Миндартис, поправив и так хорошо лежащую челку.

— Ага, ты не ждал меня, а потому стоял под дверями отдела, — пробормотала я и сказала. — Господин Рэльд попросил меня это сделать. Задавай меньше вопросов и следуй за мной. Давай постараемся не поссориться до обеда? — предложила я мужчине, но Миндартис все же не удержался от комментария:

— Попросил? А если он попросит с моста прыгнуть, прыгнешь?

— Это моя работа, Миндартис, — несколько строго сказала я, призывая его к порядку. — Идем, — я направилась к лифту и нажала кнопку вызова.

Равнодушно пожав плечами, Миндартис полез в карман брюк и достал оттуда упаковку с мармеладными червячками. Взяв целую горсть, он закинул их в рот, сладко причмокивая от удовольствия. Заметив мой пристальный взгляд, Миндартис любезно предложил:

— Поделюсь с тобой, если скажешь «пожалуйста», — Миндартис достал червяка и стал махать им перед моим носом.

— Не ем сладкое, — не поддалась я на провокацию.

— На диете? — предположил снеговик и, осмотрев меня, заключил. — Правильно, если ты еще и сладкое начнешь есть, то это может быть непоправимо для твоей фигуры. Да и мне больше достанется, — Миндартис вновь съел целую горсть мармеладок, причавкивая ими. — Кстати, как твое свидание? — неожиданно спросил он.

— Прекрасно, а зачем спрашиваешь? — я тут же расплылась в улыбке, вспоминая вчерашний вечер. Обдумав все случившееся, я пришла к выводу, что Юнсерс не так уж и плох, а его идеальность, может быть, не так уж и подозрительна.

— Говорил же тебе — надпись ужасна, — неодобрительно цыкнул он языком, закидывая следующую горсть конфект. — Давно знакомы?

— Мы познакомились недавно, но я не разделяю твоего любопытства. Я же не интересуюсь твоей личной жизнью, — вновь обличительно подметила я.

— Если бы ты спросила, то я бы ответил. Тебе интересно, есть ли у меня девушка?

— Ты уже вчера рассказал, что есть, — расстроила я мужчину, а он недовольно поджал губы, видимо запамятовав о том разговоре.

— У твоего парня кривые руки, но тогда он должен быть красив, не так ли? — все никак не желал Миндартис отставлять эту тему.

— Он симпатичный, — я была честна, ибо назвать Юнсерса красавцем неземной красы было нельзя.

— Может, он и симпатичный, но точно не такой красивый, как я, — Миндартис со снисхождением прикрыл глаза и, когда створки лифта разъехались, пропустил меня вперед. К сожалению, кроме нас двоих других пассажиров в лифте не было. — Покажешь его фото?

— По твоему мнению, любая девушка, у которой есть парень, носит с собой его фотографию, чтобы показать первому, кто попросит? — я выгнула бровь.

— Вот как? — Миндартис усмехнулся каким-то своим мыслям и подметил. — Моя девушка так прекрасна, что большинство людей не могут взглянуть на ее фото, не ослепнув.

— Я не спрашивала, — сухо напомнила, что мне как-то до лампочки то, с кем этот снеговик встречается. — Избавь меня от подробностей, — попросила я.

— Нет, я хочу показать тебе то, что называется настоящим искусством, — продолжал издеваться Миндартис и достал из кармана пиджака солнцезащитные очки, которые протянул мне. — Надень.

— Зачем? Мы сейчас затмение смотреть будем? — я насмешливо фыркнула и, решив не рушить комедию Миндартиса, надела очки. — Показывай.

Миндартис аккуратными нежными движениями достал из того же кармана, который показался мне бездонным, сложенную пополам фотографию, трижды обмотанную лентой. Из другого кармана мужчина достал пинцет. Пинцетом развязал узелок и им же осторожно развернул фотографию, словно это был не снимок, а настоящие сокровище.

На фото была изображена худощавая шатенка в раздельном купальнике, которая ярко улыбалась и держала в руках мяч для пляжного волейбола. В совокупности она была весьма красива, но не успела я сказать это вслух, как Миндартис шепнул мне на ухо:

— Понимаешь, какие девушки нравятся мужчинам и к чему ты должна стремиться?

Я рассмеялась и, сняв очки, наконец-то поняла:

— Я все думала: почему ты выводишь меня из себя, но общаться с тобой забавно? Сейчас я поняла, — я отдала Миндартису очки, пообещав себе, что сегодняшняя экскурсия запомнится ему надолго. — Искусство унижения, вот, что мне в тебе нравится.

— Правда? Будь осторожнее со мной — это заразно.

— Я заметила, — я улыбнулась снеговику и подметила. — На тебе тот же костюм, что и вчера. Неужели ты приехал сюда без одежды?

— У меня десять одинаковых, — Миндартис вновь провел рукой по идеально уложенным волосам, а я покивала, сделав вид, что поверила. — Ладно, что-то мы заболтались, — решил мужчина, когда мы вышли из лифта. — Что у вас тут есть интересненького? Ваши лаборатории мне не любопытны. Есть что-то веселое и увлекательное?

— Это научно-исследовательский центр, Миндартис, а не парк с аттракционами, — вздохнула я, а снеговик вновь достал ненадолго припрятанную упаковку со сладостями. Как дите малое.

— Правда? Ну, ты же мой экскурсовод — найди мне что-то похожее на парк аттракционов, — Миндартис глядел на меня с иронией. Его белоснежная улыбка настолько слепила глаза, что хотелось наступить на ногу, чтобы он поменьше блистал своими зубами.

— Интересное и веселое, да? — переспросила я и ко мне пришла идея. — Раз так, то следуй за мной, — я развернулась на каблуках, направившись к запасному выходу.

Я провела Миндартиса по ряду круговых и одинаковых коридоров первого этажа, а затем мы наконец вышли к двери, ведущей на задний двор центра. Как только мы вышли из здания, в лицо ударил поток свежего воздуха, а вид океана, который открывался с утеса, на котором стоял наш центр, поражал воображение. Однако я привела Миндартиса сюда не для того, чтобы любоваться природой.

Отвернувшись от океана, я указала на участок и торжественно произнесла:

— Это задний двор.

— Вижу, — Миндартис согласно кивнул и выжидательно посмотрел на меня, ожидая дальнейшего развития событий. Я не заставила инвестора ждать долго и подвела его к тому, зачем мы, собственно, и пришли сюда.

— А это наша мусорка, — я старалась придать своему голосу как можно больше восхищения. — Сюда мы выносим наш мусор, — повторила я для большей убедительности, указывая на разноцветные контейнеры. — В желтые мы выкидываем пластиковые отходы, а в оранжевые поступают все отходы из отдела химической океанологии. Надеюсь, у тебя нет дальтонизма, иначе, выкидывая мусор, можешь остаться без руки, — я усмехнулась и продолжила. — В синие контейнеры уходит бумага, в красные стекло. Черные мусорки предназначены для остатков еды. Хочу заметить, что мы не относимся к природе небрежно, как в том же Ромарине, откуда ты приехал, а потому мы вторично перерабатываем отходы и сейчас работаем над проектом создания цикличного производства. Ну как? Нравится?

— Ты, видно, шутишь, — Миндартис смотрел на меня так, словно сейчас я возьму и рассмеюсь, однако я была всерьез намерена рассказать про системы отходов и утилизации не только в нашем центре, но и во врем городе.

— Ты же сам сказал, что хотел бы взглянуть на что-то интересненькое.

— Мусорки и грязь — это всегда очень интересные вещи, но если тебя это так воодушевляет, то могла бы просто посмотреться в зеркало, — Миндартис подмигнул мне, а я искренне расхохоталась: его чувство юмора начинало мне нравиться.

— Тебе так понравилась шутка про мусорку или у тебя истерика? — напрягся Миндартис, а я призналась:

— Твое чувство юмора напоминает мне мою бабушку.

— Меня сравнивали с ангелом и неотразимым мужчиной, но с бабушкой — впервые, — Миндартис удрученно покачал головой и вздохнул, тоскливо глядя на меня. — Я и впрямь плохо на тебя влияю.

Миндартис покачал головой, проворчав что-то невразумительное, и подобрал с земли сгнившую картонку, которую кто-то поленился выкинуть, но тут же отпрыгнул в сторону на добрых полметра, когда рядом пробежала крыса.

— У вас крысы?! — ужасу Миндартиса не было предела, пока я пыталась сохранить невозмутимый вид. — Вторичная переработка? Вы соблюдаете санитарные нормы?

— Ты боишься крыс? — я закусила нижнюю губу, стараясь не засмеяться.

— Я? Крыс? Нет, — тут же сменил он нападение на защиту и, вновь пригладив челку и понизив голос, попросил. — Напомни мне, чтобы я сделал прививку от столбняка.

Я ничего не сказала, потому что бы рискнула рассмеяться. В нашем центре никогда не водились настоящие крысы, зато в хозяйстве имелись их иллюзий, которых нам как-то наколдовали студенты-практиканты. Молодежь была нынче таланливая, а потому иллюзионистам в нашем центре милая шалость студентов оказалась не под силу. Студенты уехали, но мы приняли решение оставить их — эти прелестные создания стали чем-то вроде местных питомцев, пусть и иллюзорных. У нас есть рыбки, а тут крыски — что-то новенькое. Однако рассказывать Миндартису об этом я не спешила, пусть его еще долго гложет встреча с нашей «зверушкой».

— Ладно, вижу тебя не впечатлил наш задний двор, — тяжело вздохнула я и предложила новую точку назначение. — Идем в хранилище.

— И что же там интересного по твоему мнению?

— Там очень пыльно. Надеюсь, у тебя есть аллергия на пыль. — непринужденно улыбнулась я, а Миндартис лишь весело покачал головой и послушно двинулся за мной.

В хранилище, располагавшемся на последнем этаже, на который на я потащила эльфа пешком во благо здорового образа жизни, Миндартису понравилось капельку больше. Снеговик тут же плюхнулся на диванчик, стоявший в углу, признавшись мне:

— Твоя «экскурсия» несколько утомила меня, давай передохнем.

— Слабак, — вынесла я вердикт, не оценив того, что Миндартис с трудностью преодолел лестничный пролет длиною в пятнадцать этажей.

— Я не привык ходить пешком.

— Дай мне угадать: дома тебя носят на руках, а перед обедом в твою честь произносят великие тосты, не так ли?

— Да будет тебе известно, что у себя дома я светский лев, — усмехнулся Миндартис. — Если я расскажу тебе о своих знакомых, то навряд ли ты мне поверишь — не твой уровень, дорогая.

— Терпеть не могу павлинов как ты, — поморщилась я, а Миндартис попытался поспорить:

— Разве есть что-то плохое в том, чтобы быть богатым и красивым? — эльф вновь попытался пригладить свои волосы, но, видя, что я не прониклась его словами, спросил. — Ладно, сменим тему. Говорила, что не любишь сладкое, верно? Тогда что ты любишь?

— Я люблю острые и необычные блюда — с перчинкой.

— А что насчет парней? Если провести аналогию, то тебе, наверное, не нравятся милые и романтичные парни, не так ли?

Я на миг призадумалась, пытаясь, как и Миндартис, увидеть связь между едой и мужчинами, но, решив придерживаться образа, сказала:

— Парни мне тоже нравятся с перчинкой.

— Правда? Тогда мне еще любопытнее взглянуть на того типа, что пишет тебе послания под окнами, — Миндартис прикрыл глаза, нахмурился и приложил пальцы к вискам.

— У тебя мигрень?

— Нет, — сухо ответил он.

— Тогда почему у тебя такое лицо, будто у тебя запор? — продолжила любопытствовать я.

— Я пытаюсь проявить свои экстрасенсорные способности, чтобы в потоках магии увидеть образ твоего ухажера, — Миндартис нахмурился еще сильнее. — У него отличное чувство юмора, прямо, как и у меня. Хорошая прическа, тоже как у меня и… он отлично сложен, прям как я.

— Миндартис, я много придурков в жизни видела, но иногда ты побиваешь рекорды, — восхитилась я богатой фантазии парня.

— Я стараюсь удивлять тебя, — остался доволен мужчина моей реакцией и, взглянув на часы, предложил. — Почему бы нам не уйти на обед капельку раньше?

Не став отказываться, я согласилась и уточнила:

— Ты выбрал заведение?

— Не возражаешь против ресторана драконьей кухни? — Миндартис порылся в своих бездонных карманах и протянул мне ни капли не помявшуюся брошюру ресторана «Де-Камни». — Слышала о таком?

— Слышала, но с чего бы нам с тобой идти в ресторан? Води в рестораны свою девушку, а не меня.

— Не хочешь поесть драконьей кухни? — искренне удивился мужчина. — Если тебя смущают высокие цены, то я сделаю вид, что не слышал твоих слов и оплачу все сам — я все-таки джентльмен.

— Драконья кухня кислая, — поморщилась я, помня свой не слишком удачный опыт знакомства с этими блюдами.

— Я плачу, так не все ли равно, что есть? В следующий раз пойдем туда, куда захочешь ты, — продолжал Миндартис уговаривать меня.

— Мне казалось, мы отправляемся с тобой на примирительный обед, а не на повседневную трапезу. Сомневаюсь, что у нас будет следующий обед, — не согласилась я с такой многообещающей фразой, но все-таки решила рискнуть. — Хорошо, идем в драконий ресторан.

— Мне нравится твоя сговорчивость, — улыбнулся Миндартис и, направившись к выход, у предложил. — Только давай спустимся вниз на лифте, хорошо? У меня несколько болят ноги после подъема.

Не став это комментировать, мы направились к парковке. Миндартис указал мне на красный автомобиль, который был очень похож на автомобиль брата, и галантно открыл мне дверь. Однако я понимала, что машина Миндартиса дороже раз в десять.

Доехав до ресторана буквально минут за пять, мы со снеговиком направились внутрь. Перед входом в заведение он подставил мне локоть, словно предлагая мне облокотится на него.

— С чего бы? — удивилась я не спеша брать его под руку. — Люди могут подумать, что мы пришли как пара.

— Почему бы и нет? У нас же свидание.

— Какое еще свидание? — ошалела я, сделав от мужчины шаг в сторону. — Пока ехали, тебе солнце голову припекло? Ты попутал что-то? У меня есть парень, а у тебя девушка — какое свидание?

— Можешь называть это деловой встречей — как угодно, — согласился мужчина, — но мы пришли обедать вдвоем, а для меня это свидание.

— Странный ты. А если бы мы сели есть в столовой на работе, то для тебя бы это тоже было свиданием? Бред какой-то. Свидание — это когда люди встречаются, а люди встречаются тогда, когда они целуются, — решила я воспользоваться вчерашними словами господина Грегса, но вслух это прозвучало очень нелепо.

— Интересная точка зрения, Итари, но, прости, целовать я тебя не собираюсь.

— Твоя причинно-следственная связь меня удручает, — покачала я головой и пошла вперед, не став ждать Миндартиса.

— Ин-тер’со перо? — любезно спросил меня администратор на драконьем.

К сожалению, в иностранных языках была не сильна — знала всемирный и традиционный эльфийский, немного мертвое наклонение, но даже в перспективах не планировала улучшать знание драконьего.

По шепоту здравого смысла я могла лишь наугад перевести фразу мужчины, мол: «Забронирован ли у вас столик?» или «Чем я могу помочь?». Остановившись в замешательстве, я посмотрела на Миндартиса, который снисходительно взглянул на меня и что-то объяснил администратору. Однако эта ситуация меня не смущала, скорее наоборот это был интересный опыт. Надеюсь, Миндартис не воспользуется моим незнанием языка и не закажет мне какую-нибудь несъедобную ерунду.

— Идем, — Миндратис подтолкнул меня к одному из столиков в углу зала.

Столы внутри заведения были в меру массивные, но стояли достаточно близко друг другу — по клеткам, соблюдая шахматный порядок, словно пещеры, которые были образованы драконам в горах, в такой же последовательности. Из-за этого я сидела чуть ли не спина к спине с какой-то женщиной — между нами не было и полуметра. Это было необычно для ресторана, но раз Миндартис платит, то я решила оставить все претензии при себе.

— Не ожидал, что ты не знаешь драконий, — хихикнул Миндартис, когда нам предоставили меню.

— Разумеется, каждая среднестатистическая эльфийка учит драконий, — «согласилась» я и принялась рассматривать незнакомые символы в меню.

— Тебе помочь сделать заказ? — Миндартис уже отложил свое меню и пристально смотрел на меня. Пользоваться помощью снеговика сейчас казалось выше моей гордости, поэтому я промолчала, продолжая гипнотизировать символы.

Просить Миндартиса о помощи не хотелось из принципиальной вредности.

— Ceль’дюр конэрс? — Миндартис махнул рукой и к нашему столику тут же подошел официант.

— Чэр’жор, камен’эгерс ун пер’кам, — лаконично сказал Миндартис и отдал меню, со смешинками в глазах посмотрев на меня.

— Хм… — протянула я, несколько сомневаясь.

Я смотрела на символы, даже не зная, что заказать — прогадать с едой в таком заведении не хотелось. Однако женщина, что сидела позади меня, что-то сказала официанту, словно делая заказ. Невольно подумав, что такая представительная женщина не закажет ничего дурного, я попыталась воспроизвести ее слова:

— Вюр-кельсон нор декамур’ роксе пиатренс ун ф фон-сирс… — я попыталась как можно увереннее повторить незнакомые слова, от чего Миндартис подавился, а официант широко раскрыл на меня глаза.

— Итари, — шикнул на меня Миндартис.

— Что? — я невозмутимо посмотрела на эльфа.

— Не думаю, что нашему официанту интересно, чем ты занималась прошлой ночью с горячим орком, — он прокашлялся и что-то шепнул официанту. Тот понимающе кивнул и удалился.

Мне еще никогда не было так стыдно как в этот момент. Прикрыв лицо ладонью, я оперлась на стол, мысленно проклиная соседку позади — нашла тему для обсуждения в общественном месте.

— Так чем ты там занималась прошлой ночью? — продолжил прикалываться Миндартис.

— Ты же понял, что произошло, — шикнула я на него и вынесла вердикт. — Впредь буду умнее, упустим, что и произошло.

— Как скажешь, — не стал Миндартис сопротивляться и оглядев меня с ног до головы заключил. — На самом деле я думал, что ты догадаешь переодеться перед обедом во что-то более нарядное, — он отдернул рукав своего костюма, несколько осуждающе глядя на мою черную блузку и белые брюки.

— Твоего самодовольства хватит на нас двоих, — отмахнулась я от претензии. — К слову, мне казалось, что мы пришли на примирительный обед, не так ли?

— Ты права, — Миндартис тут же посерьезнел и как-то… расслабился. Он откинулся на спинку стула задумчиво глядя в пустоту. — Мне несколько одиноко в вашем городе, поэтому я рад, что могу пообедать хотя бы с тобой.

Слова Миндартиса звучали искренне, и я не ожидала с его стороны такого чистосердечного признания.

— Женская половина офиса готова душу продать ради того, чтобы пообедать с тобой, так что не прибедняйся.

— Ты неверного обо мне мнения. Итари, я тебе вообще-то душу открыл, — чуть грустно шикнул Миндартис, поджав губы.

— Должно быть, я провела с тобой слишком много времени и это негативно сказалось на моих суждения, — предположила я, не зная, как реагировать на высказывание снеговика.

— В этом городе у меня нет семьи, знакомых, друзей и коллег, а жить приходится в отеле — мне одиноко, — вновь повторил Миндартис, глядя на меня.

Мужчина смотрел на меня так, словно ждал поддержки или же ответного признания.

— Правда? — я пробарабанила пальцами по столу, разглядывая кубики сахара и бодро сказала. — А я иду в стоматологию на следующей неделе, сегодня на оздоровительный массаж — шея болит.

Миндартис продолжал выжидательно смотреть на меня и пришлось добавить:

— Хочу витамины пить начать, как только осень наступит.

— Это прекрасно, Итари, но ты не собираешься поделиться со мной чем-то посущественнее и посерьезнее, чем информацией о твоей зубной гигиене и здоровье в целом? — кажется Миндартиса раздосадовали мои слова.

— А что не так? Вообще-то мои зубу и позвоночник еще очень дороги мне и пригодятся. Неужели ты считаешь это неважным? — покачала я головой и потерла шею. — После рабочего дня она болит так, что иногда я боюсь, что, когда проснусь увижу, что голова отвалилась и осталась на подушке.

— Кхм, — Миндартис сделал глоток воды и недовольно скрестив руки на груди пробормотал с легкой улыбкой. — Ладно. В следующий раз, когда соберусь обнажить перед тобой душу, напомни мне, чтобы я не заморачивался с этим.

— Давай просто дождемся еды и разойдемся. Я правда хочу с тобой помириться, а не ссориться, — попыталась я призвать Миндартиса к порядку.

— Хорошо. Пусть будет, по-твоему, — Миндартис кивнул и откинулся на спинку стула.

— Кстати, что ты заказал мне? — чуть запоздало уточнила я, понимая, что из-за произошедшего конфуза заказ за меня все-таки сделал эльф.

— О, Итари, дорогая, уверен, что тебе понравится, — несколько самодовольно усмехнулся он, а я поняла, что ждать от горделивого эльфа чего-то доброго точно не придется.

К моему удивлению, наш заказ принесли уже через десять минут, и мы немедленно приступили к трапезе.

— Иль’кольсон, — проговорил официант, поставив наши тарелки.

Я посмотрела на тарелки. Потом взглянула на Миндартиса, который чуть ли не светился изнутри, и тихо спросила:

— Это что?

— Эх, милая моя, по твоему лицу сразу ясно, что ты не привыкла к высокой кухне, — он непринужденно рассмеялся и пояснил. — Это глаза ящериц — деликатес.

— Я и без тебя поняла, что это глаза, — колко подметила я, глядя на слизкие шары, перекатывающиеся по моей тарелке. — Ты уверяешь меня, что это вкусно?

— Итари, эти глаза, как сыры с плесенью. Интеллигенция и высшие слои общества находят их необыкновенно вкусными и полезными, но средний класс не видит красоты сыра. Также и здесь. Я не удивлюсь, если ты не поймешь красоту этого блюда и не распробуешь вкус, — Миндартис равнодушно пожал плечами и стал неторопливо есть.

— Хорошо, раз так, то в следующий раз я поведу тебя есть живых осьминогов, — пообещала я, смело беря в руки вилку, решив во что бы то ни стало попробовать принесенное блюдо.

— Ты же говорила, что никакого следующего раза не будет, — довольно хмыкнул Миндартис и, пригладив волосы, подмигнул мне. — Неужели я смог тебе понравиться?

— Нет. Не смог. Но я не могу проигнорировать такую подлость с твоей стороны, поэтому готовься, — многообещающе сказала я, указывая на тарелку.

Взяв вилку, я попыталась поймать один глаз, но из-за того, что они были очень слизкими, то просто ускользали от меня. Миндартиса веселили мои потуги, но я не отчаивалась. В конце концов, я и сама рассмеялась, когда мой глаз случайно отскочил в стакан ананасового сока Миндартиса.

— Миндартис, прости, — я рассмеялась, глядя на обескураженного эльфа, который тоже рассмеялся и странно посмотрел на меня. Люди за соседним столиком, что пристально следили за мной, лишь удрученно покачали головой, наверняка посчитав меня невоспитанной грубиянкой. — Я правда не хотела, — я все еще не могла перестать смеяться, а Минд ловко выловил мою еду из своего стакана.

— Кажется, я все-таки поступил опрометчиво, позвав тебя сюда, — покачал он головой и решил все же дать мне совет. — Итари, не мучай себя. Просто возьми ложку и попробуй уже эти глаза.

Усмехнувшись, я решила последовать совету мужчины и взяла ложку, пытаясь подцепить глаз. Маневр удался, а потому я, чтобы глаз не отскочил в сторону, целиком съела его. Вкус был специфическим. Глаза были очень кислыми, но привкус был сладковатым. Но мне, к моему удивлению, даже понравилось.

— Знаешь, это довольно сносно, — вынесла я свой вердикт, а Миндартис подмигнул мне:

— Я знаю, что заказываю, дорогуша, — Миндартис закинул в рот сразу несколько мелких глаз.

— Я и не сомневалась, — улыбнулась я, пробуя еще один глаз.

— Так или иначе, но я рад, что тебе понравилось. Я также заказал нам одно крыло дракона, фаршированное жаренными перцами. Я все-таки не так уж и плох, чтобы не прислушиваться к тебе и к твоему мнению, а потому заказал острое блюдо.

— Я должна тебя поблагодарить? — приподняла я брови. — Скажу «спасибо», если понравится.

— Договорились, — согласился Миндартис. — Я уже в предвкушении услышать благодарность из твоих уст.

В этот момент к нам подошла прелестная девушка, официантка, которая, смотря на Миндартиса, кокетливо поправила прядь волос и томным голосом спросила:

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Юная нимфа, вы так прелестны и заботливы, — Миндартис нежно взглянул на официантку. — Я и моя спутница были бы очень вам признательны, если бы вы принесли нам следующее блюдо.

— Да, конечно, — девушка покраснела и поспешила удалиться, а я решила предупредить Миндартиса:

— Миндартис, имей в виду, если ты будешь также строить глазки сотрудницам из моего отдела, то я не оставлю это без внимания.

— Я уже понял твою позицию, поэтому не беспокойся, — попытался успокоить меня Миндартис.

Когда официантка принесла нам маленькое крыло дракона, которое мы бы могли съесть с Миндартисом вдвоем, Миндартис вновь лучезарно улыбнулся девушке, отметив, что у нее превосходная прическа. Я лишь покачала головой.

— Ладно, предлагаю завершить нашу трапезу крепким дружеским рукопожатием, — предложила я Миндартису, когда мы довольно быстро расправились с острым блюдом.

— Не знаю, сможем ли мы с тобой подружиться, но я искренне постараюсь наладить с тобой контакт, — Миндартис пожал мою ладонь, а я не смогла удержаться:

— Чтобы сохранить хорошее взаимоотношение нам просто нужно не пересекаться больше, согласен?

— Прости, Итари, пока что я не могу отказаться от твоей компании, — развел руками Миндартис, и мы стали потихоньку собираться обратно в научный центр.

К моему удивлению, наш обед прошел намного лучше, чем я ожидала. Это было даже немного весело.

— Можешь закрыть верх машины? — я немного поежилась от холодного ветра, признавая, что кабриолет не самый практичный выбор.

— Если бы мне была нужна машина с закрытым верхом, то я бы не купил эту, — снисходительно фыркнул Миндартис, взглянув на меня. — Могу тебе одолжить свой пиджак, если хочешь.

— Не нужен мне твой пиджак, — фыркнула я, выгнув бровь. — Не можешь поднять верх и не нужно, — я пожала плечами.

— Как знаешь, — Миндартис кивнул и не смог не съязвить. — Зря отказываешься, Итари. Когда ты еще сможешь прокатиться в дорогущей машине, в компании сногсшибательного мужчины, да еще и в его пиджаке?

— Миндартис, не забывайся в чьей компании ты находишься, — осадила я его самовлюбленность. — Да и вообще, мажор, ты когда последний раз автомобиль водил? Ты уже трижды на красный проехал.

— Могу себе позволить. Для меня штрафы не проблема, — Миндартис достал из бардачка солнцезащитные очки.

— А для меня проблемы аварии на дороге, — цыкнула я на него и попыталась призвать к порядку. — Пристегнись хотя бы. И руку из окна убери. Авария случится, и ты без руки останешься. У тебя есть страховка на жизнь?

— Какая же ты заботливая, — Миндартис покачал головой. — Это мне льстит.

Я лишь закатила глаза и продолжила внимательно смотреть на дорогу. Погода на улице становилась лишь хуже.

— Ты говорила, что сегодня собираешься на массаж, не так ли? Может тебя подвезти?

— Ты моим водителем стал что ли? — не поняла я желание Миндартиса.

— У меня нет никаких планов на вечер, так почему бы не провести его вдвоем? — эльф вновь поправил свою челку, а в моей голове что-то щелкнуло:

— Миндартис, — я внимательно посмотрела на него, — ты что, флиртуешь со мной? — я звонко рассмеялась. — Эй, приятель, — тут же переменила я тон, — в научно-исследовательском центре я — та, кого ты должен опасаться и обходить стороной, а возле отдела проходить на цыпочках, чтоб тебе не досталось, понял?

— Итари, какая же у тебя завышенная самооценка, — махнул рукой Миндартис даже не взглянув на меня. — Я просто предложил подвести тебя, неужели для тебя это означает, что с тобой начинают флиртовать? Это банальная вежливость.

— Тогда с чего бы тебе подвозить меня? Одно дело примирительный обед, совсем другое проводить время вне работы. Если нечем заняться — проводи время со своей девушкой, — я была непреклонна.

— Какая же ты несговорчивая, — покачал головой эльф. — Как же крепкая дружба между мужчинами и женщинами?

— Не думаю, что моему парню это понравится, — улыбнулась я, думая о Юнсерсе. К своему удивлению, я ждала сегодняшней встречи.

— А, так ты едешь к своему парню, — протянул Миндартис и внезапно попросил. — Расскажи мне потом, как прошел массаж. Может быть, я тоже схожу.

— Не знала, что мы уже стали настолько близки, — усмехнулась я.

— Ты же сама предложила мне дружбу. Теперь не отвертишься.

— Это просто был примирительный жест, — попыталась возмутиться я.

— Поздно, я собираюсь обедать с тобой каждый день, так что готовься.

— Какой же ты назойливый. Как девушки терпят тебя?

— У меня шикарная внешность, — Миндартис вновь поправил волосы.

***

— Вас что-то беспокоит? — расспрашивала меня девушка-массажистка, когда я пришла в больницу в назначенное время.

Я неспешно рассказала о своих проблемах с шеей и спиной, и мы приступили к массажу. Массаж должен был делаться с использованием каких-то особых техник целебных потоков и ароматизаторов. Я плохо разбиралась в этом, а потому просто отдалась в руки профессионала, выполняя все то, о чем меня просили. Однако в то, что какие-то масла и свечи смогут исправить проблему, я все же не верила.

Мне выдали нежно зеленую кофту и штаны, велев ложиться на пол. Пол был теплым, даже чуть-чуть горячим. Девушка стала плавно мять мое тело, иногда сильно нажимая на какие-то определенные части спины. Удовольствия от такого массажа я получила немного, потому что рука у девушки была тяжелой, а сама процедура болезненной. Увы, но новостью это для меня не было, на то это и лечебный массаж.

Когда процедура закончилась я поблагодарила девушку, переоделась и выползла из кабинета так, словно меня пожевало морское чудище, а потом выплюнуло. Хотелось завернуться в одеяло и уснуть.

Но я не успела реализовать задуманное, за дверями кабинета меня ждал Юнсерс с какой-то коробкой в руках. Стоило отметить, что в белом халате он выглядел намного привлекательнее, нежели чем в повседневной одежде.

— Итарильдэ! — воскликнул мужчина и подбежал ко мне, обеспокоенно вглядываясь в лицо. — Как все прошло? Вы выглядите подавленной, — констатировал он.

— Массаж утомляет, — кратко призналась я.

— Я понимаю, Итарильдэ. Вижу, что у вас сегодня был долгий день. Я бы очень хотел пригласить вас выпить со мной кофе, но не могу изнурять вас своим присутствием. Позвольте отвести вас домой?

— Мне будет неудобно отвлекать вас от работы, — попыталась отказаться я, но Юнсерс обхватил мои ладони и попросил:

— Итарильдэ, я не могу сделать для вас многого, так позвольте просто подвезти вас.

Как я и подмечала ранее, я почему-то не могла противиться его нежной настойчивости. Мне не хотелось ставить никого из нас в неловкое положение или же удручать его своими просьбами, но по итогу Юнсерс что-то сказал коллегам и повез меня домой. С одной стороны мне было приятно, но с другой несколько не по себе.

— Знаете, Итарильдэ, сегодня был очень интересный день, — беззаботно болтал Юнсерс о своих трудовых буднях. — Сегодня ко мне приходила пациентка, которая совсем недавно перенесла операцию на глаза. Не поверите, но после операции цвет ее глаз сменился на нежно голубой. Это поразительный феномен, с каким я не сталкивался ранее. Вы знали, что голубой цвет глаз среди общего населения один из самых редких? У морских эльфов это, конечно, не редкость, но среди людей, а уж вампиров — настоящее чудо. Итарильдэ, я, наверное, не сказал вам этого при первой встрече, но у вас прелестные глаза, — Юнсерс чуть смущенно улыбнулся, взглянув на меня через зеркало, чтобы не отвлекаться от дороги.

В отличие от Миндартиса, Юнсерс был предельно осторожен на дороге и соблюдал все правила дорожного движения. Это внушало мне некоторое доверие.

— Итаирльдэ, вы меня слышите? — обеспокоился Юнсерс тем, что я никак не прокомментировала его слова, а я вздрогнула от того, что немного ушла в собственные думы.

— Да, простите, — я кивнула Юнсерсу. — Большое вам спасибо за комплимент. Мне очень приятно слышать это, — несколько отстранённо ответила я и это не укрылось от внимания эльфа.

— Итарильдэ, вам не приятна моя компания? — спросил Юнсерс, когда мы подъехали к общежитию.

— Что? Нет, кончено, нет, — тут же запротестовала я. — Извините, если я обидела вас, но я правда очень устала. Массаж несколько выбил меня из колеи. Я не привыкла к подобному.

— Итарильдэ, — Юнсерс развернулся ко мне, взяв за руки, — я прекрасно понимаю, что вы девушка, которой требуется чуть больше времени, чтобы открыться кому-то. У меня есть чувство, словно вы считаете, что я не заслуживаю вашего доверия. Если это не так, то, пожалуйста, давайте попытаемся исправить это. Вы мне нравитесь. По-настоящему нравитесь. И если эти чувства хоть немного взаимны, то я бы хотел предложить вам официально встречаться, — Юнсерс взял ту самую коробку, с которой до этого времени не расставался и протянул мне. — Это подарок для вас, прошу, возьмите. Вы можете не давать мне свой ответ сейчас. Я понимаю, что такие решения не принимаются в один миг. Дайте мне свой ответ сегодня, хорошо? — Юнсерс заглянул мне в глаза, словно пытался что-то найти там.

— Юнсерс вы смущаете меня своими подарками, — вздохнула я, рассматривая коробку. — Зачем вы что-то дарите мне, когда мы едва знакомы?

— Потому что вы мне нравитесь, и я пытаюсь завоевать ваше внимание, — честно и на удивление прямо ответил мужчина. — Не стоит говорить что-то еще, позвольте мне проводить вас.

Юнсерс вышел из машины и открыл мне дверь, галантно подставив руку. Осторожно приобняв меня за плечи, он провел меня к общежитию.

— Боюсь могу смутить вас, если попробую проводить до вашей комнаты, поэтому давайте расстанемся здесь, — произнес Юнсерс и наклонившись ко мне легко прикоснулся губами к моей щеке. — Хорошей ночи, Итари. Я буду ждать ваш ответ.

— Я обязательно подумаю над всем тем, что вы сказали. Вам тоже хорошего вечера, — улыбнулась я, прижимая к себе коробку.

Юнсерс кивнул и направился к машине, и перед тем, как уехать махнул мне рукой на прощание.

Когда я пришла домой, то увидела Кузнечика и брата, которые хозяйничали на моей кухне и пытались что-то приготовить.

— Итари, с возвращением! — воскликнул Кливий, приветственно махнув поварёшкой. — Ужин будет готов через десять минут, — предупредил меня брат.

— Спасибо, — я улыбнулась ему, потрепав по волосам и также поздоровалась с умертвием.

— Ээээ, — приветливо сказал Кузнечик, а я с облегченным стоном рухнула на диван в гостиной.

В голове все еще был образ Юнсерса. Что-то в его словах, манере речи, взгляде очень подкупало меня. Он выглядел так, словно на него можно было положиться, позабыв обо всех проблемах и невзгодах. Я ходила на множество свиданий, но Юнсерс выбивался из общего перечня и… действительно начинал мне нравиться. Может быть, романтика и нежные, заботливые слова — то, что мне нужно и то, чего мне не хватало?

Я резко села, вспомнив о том, что так и не посмотрела, что же внутри подарка Юнсерса. Коробка была без каких-либо опознавательных знаков и надписей, из-за чего во мне разжегся еще больший интерес.

Взяв с тумбочки ножницы, я вскрыла упаковку и обнаружила внутри десяток баночек с различными чаями. К каждой баночке была прикреплена веревочка, на которой висела записка с красивым аккуратным почерком. К гадалке не ходи, но тут было понятно, что инструкции к каждому из чаев Юнсерс написал сам. Юнсерс написал и когда, и какой чай можно пить, и какими лечебными свойствами они обладают. Было очень приятно.

Подхватив все баночки, я понесла их на кухню, чтобы найти им место.

— Ты ограбила чайную? — хихикнул Кливий, глядя на меня, и тут же забрал банки, чтобы рассмотреть их. — Ухажер подарил? — тут же догадался он.

— Да, — подтвердила я. — Может попробуем заварить какой-нибудь из чаев? — предложила я, а Кузнечик тут же ткнул в одну из банок:

— Эээ.

— Хорошо, давайте откроем чай с лепестками лилий, — согласилась я.

— Я вижу, что этот эльф хороший парень. Цветы, чай, не прелестно ли? — рассуждал Кливий, заваривая наш новый напиток.

— Он предложил мне встречаться, — поделилась я с братом последними новостями, а Кузнечики радостно захлопал в ладоши, приговаривая:

— Э! Э! Э!

— Спасибо, но я еще не дала свой ответ. Но… наверное, я соглашусь. Юнсерс действительно начал мне нравиться. Пусть я и не думала после нашей первой встречи, что мы увидимся вновь, — я подперла подбородок рукой, рассматривая как плавают лепестки цветов в прозрачном чайничке.

— Первое впечатление бывает обманчивым, кому, как не тебе, об этом знать, — нравоучительно произнес брат, а я помимо Юнсерса невольно вспомнила Миндартиса.

— Это точно, — усмехнулась я собственным мыслям и также подмела. — Порой первое впечатление это единственное, что вообще может произвести человек.

— Эээ. Эээ у ээ, — внес и свою лепту Кузнечик, а мне оставалось лишь согласиться с ним.

— Я сегодня ездил в университет и договорился с преподавателем о пересдаче. Господин Гренсерс прекрасный человек. Он вошел в мое положение и, представляешь, дал мне месяц, чтобы подготовиться к экзамену!

— Вау, — я была приятно удивлена, признавая, что это действительно много времени. — У тебя правда есть все шансы, чтобы выучить химию. Ты уже виделся с Мирабилис? У тебя же нет завтра пар? Пойдешь со мной на работу, и я покажу, где находится ее кабинет. О занятиях договоритесь сами, хорошо?

— Без проблем, — согласился Кливий и удивил меня еще одной новостью. — Я поговорил с одногруппниками, и одна девушка согласилась подтянуть со мной химию, если я помогу ей с математикой. Так что я буду заниматься и с Мирабилис, и с ней. Уверен, что все получится.

— Да ты серьезно настроен, как я посмотрю, — я была очень довольна позитивным настроем брата. — Продолжай в том же духе, — подбодрила я его.

— Ээээ! — согласился со мной Кузнечик, а затем прокомментировал вкус чая. — Эээ, ээ.

— Мне тоже нравится вкус, очень нежный, — согласился брат. — Твой парень знает толк в хороших чаях. Познакомишь нас?

— Нет. Он еще не заслужил того, чтобы я знакомила его с тобой и другими родственниками, — я покачала головой, считая, что знакомство с семьей — это уже более серьезный шаг.

— Как знаешь, — не стал переубеждать меня Кливий, но подмигнул мне. — Когда у меня появится девушка, то я в первую очередь познакомлю ее с тобой.

— Приятно слышать, — усмехнулась я и засобиралась спать. — Я пойду. День был очень долгим.

— Отдыхай, мы приберемся на кухне, — улыбнулся брат и подтолкнул меня в сторону спальни. — Хорошенько выспись, договорились?

Пообещав всем хороших снов, я приняла душ и легла в кровать. Какое-то время я ворочалась, но все-таки не выдержала и взяла монофон. Недолго мешкая, я отправила Юнсерсу сообщение, в котором благодарила за чудесный чай и принимала его предложение. Юнсерс уже столько сделал шагов со своей стороны, а потому я предложила ему встретиться завтра вечером. Ответ от эльфа пришел почти сразу, но даже после этого я все еще не могла заснуть.

Когда я почти начала засыпать, монофон завибрировал. Думая, что это Юнсерс я не задумываясь открыла почту, проверяя сообщение, однако это был уже не мой парень, а Миндартис. Он прислал мне список ресторанов и просил выбрать что-нибудь для следующего похода из этого списка. Разбираться в ресторанах сейчас не было ни сил, ни желания, однако кое-что все-таки не давало мне покоя.

Миндартис — специалист по вопросам химической океанологии и инвестор нашего центра. Это все, что я о нем знаю, ни больше, ни меньше. Какое-то время подумав об этом, я решила почитать что-нибудь о нем и семье Норгенов во всемирной сети. Как говорится, врага надо знать в лицо. И даже если Миндартис мне уже не враг, владение информацией мне не повредит. Если не спится, то нужно провести время с пользой.

Открыв первый источник данных, я принялась за чтение. Вырисовывалась следующая картина: род Норгенов брал свое начало еще во время монархической Империи Долин и был представителем западного дворянства. Однако факты истории интересовали меня меньше, чем факты современности. Пролистав исторические сведения, я перешла к насущному: Миндартис родился в столице, его отец — политик и представитель одной из политических партий, а матушка — министр образования нашей страны. Я невольно присвистнула от удивления. Фамилия Норген не была чем-то особенным, так как род тянулся еще с давних тысячелетий и имел много ветвей, а потому я не сопоставила Миндартиса с кем-либо мне уже известным. Но его семья вызывала у меня лишь чувство уважения. Также у Миндартиса был старший брат, который занимался семейным бизнесом. Если верить мировой паутине, то Миндартис имеет два высших образования и даже написал несколько книг. Книги меня заинтересовали особенно, а потому о них я решила почитать подробнее. Я не могла представить самовлюбленного Миндартиса за написанием какой-либо литературы, но все встало на свои места, когда я увидела название книг: «Настрой свою самоуверенность», «Сто способов быть самоуверенным», «Как манипулировать людьми взглядом», «Как сохранить красоту в период экономического кризиса». Книг было еще много, но мне и так было уже все ясно. Я на миг даже усомнилась в собственных выводах, которые сделала о Миндартисе, но, когда прочла названия книг, все встало на свои месте. Миндартис — избалованный вниманием младший сын богатеньких родителей, который жил припеваючи и катался как сыр в масле. Безусловно, он тоже прикладывал усилия, чтобы стать тем, кем является, но характер каким был, таким и остался.

Покачав головой, я отложила монофон в сторону, решив, что достаточно засиделась и уже давно пора спать, иначе завтра на работе я буду недовольной и невыспавшейся.

Глава 2

«Никогда не отказывайтесь от любви, если она уже была у вас. Никогда не отказывайтесь от любви, если ее никогда не было».

Я уже неделю ходила в больницу Юнсерса на массаж, однако теперь мой организм стал адаптироваться к внешним воздействиям, и я чувствовала себя не так ужасно, как в первый день. После массажа мы с Юнсерсом уходили в его кабинет, болтали и пили чай, а после этого он отвозил меня домой. Наши отношения развивались плавно, и мне это нравилось. Правда, как-то раз он пытался напроситься ко мне в гости на креветки, но я безоговорочно отказала ему. Также Юнсерс встречал меня у дверей центра. Он каждый день присылал мне в центр букеты, несмотря на мои просьбы не делать этого. Он всегда приезжал неожиданно, чем порой ставил меня в неловкое положение. Однако он ненавязчиво подчеркивал, что ему было бы очень приятно, если бы я тоже как-нибудь сделала ему неожиданный сюрприз. Это заставляло меня задуматься, и уже несколько дней я ходила с мыслями о приятном подарке, который могла бы сделать для него.

Единственное, что меня по-настоящему огорчило — наша экспедиция была отложена на две недели из-за надвигающегося шторма. Но это было не такой уж и плохой новостью — у нас было больше времени, чтобы подготовить все для поездки, которую увеличивали по срокам. Если раньше на поездку нам отводилось четыре дня, то теперь десять дней. Это не могло не радовать.

Однако Юнсерс и работа были не единственным, кто скрашивал мои будни. Наши взаимоотношения с Миндартисом практически наладились. Мы не переставали подкалывать друг друга, но сейчас это было не сколько желанием задеть друг друга, сколько формой самого общения.

— Итари, выглядишь, как обычно плохо, — подмигнул мне Миндартис вместо приветствия ранним утром, как только увидел в коридоре.

— Аналогично, Миндартис, — улыбнулась я ему, махнув рукой. — Кажется сегодня на твою голову вылилось ведро лака для волос. Чем чаще вижу тебя, тем, кажется, больше ты его используешь. Смотри, выпадут скоро волосы, не сможешь девушек очаровывать.

— Не беспокойся, Итари. Даже если я стану лысым, то я по-прежнему буду неотразим, — самодовольно усмехнулся горделивый и, сменив самодовольный тон на обычный, спросил. — Где пообедаем сегодня?

— Предлагаю тебе попробовать еду в столовой центра. Сегодня подают тушенное мясо, поэтому я люблю обедать здесь в такие дни.

— Я понял тебя, — кивнул он и без лишних слов пошел дальше, спеша по собственным делам.

Миндартис не пошутил в тот день, говоря, что собирается обедать со мной. Каждый обеденный перерыв он приходил ко мне, чтобы съездить куда-нибудь поесть. Иногда мы оставались в центре, если у кого-то из нас было мало времени и много работы. Миндартис аргументировал это тем, что не видит во мне девушку, которая стремится завоевать его внимание, а потому со мной он может расслабиться и нормально поесть. Если вначале я относилась к его словам со скепсисом, то через пару дней работы всерьез осознала то, о чем он говорил.

Почти каждый день, идя коридору в столовую, я заставала дивную картину, которая могла бы получить премию, будь они героями романа:

— Господин Норген, — милая девушка потупила взгляд в пол. — Вы мне нравитесь, — выпалила она, покрывшись румянцем. — Пожалуйста, не отвечайте! — воскликнула она, когда он раскрыл рот для того, чтобы что-то сказать. — Прошу, просто возьмите этот обед от меня. Я очень надеюсь, что вам понравится.

Девушка протянула Миндартису розовую коробочку, в которой видимо и лежал тот самый обед. Эльф очаровательно улыбнулся, принял обед и мягко погладил ее по плечу, от чего она покрылась румянцем еще больше. Затем он что-то тихо сказал ей. Я прекрасно знала, что горделивый превосходно понимает чувства девушек и знает, что своими действиями лишь больше смущает их, но ничего не говорила. Однако я делала Миндартису выговор, когда он начинал флиртовать с девушками из моего отдела и ему сразу приходилось менять свою модель поведения рядом с ними. На моей памяти это уже пятнадцатое признание в любви.

Однако не все девушки бывали не такими застенчивыми. Были и те, кто мог нагло преградить Миндартису в коридоре дорогу. Это было очень забавно.

Когда с любовными признаниями было покончено, мы с Миндартисом встретились взглядом. Я жестом указала на часы, призывая его поторопиться в столовую.

— Святые леса, Итари, как же я устал, — тяжко вздохнул Миндартис, когда плюхнулся на стул.

— Устал от того, что в любви признаются? — хмыкнула я, доставая карточку для обедов из сумки. — Тяжела твоя доля. Давай признаем, ты инвестор, которого особо то и не напрягают, так что не жалуйся людям, которые по-настоящему пашут каждый день.

— Знаешь, Итари, тебе этого не понять, но, — Миндартис пригладил челку, а я точно поняла, что он сейчас как-нибудь прокомментирует идеальность собственной внешности, — быть красивым — тоже работа. И утомляет она не меньше.

— Ты можешь хоть день прожить без самовосхваления? — цыкнула я, глядя на белоснежный пиджак Миндартиса. — Я тебя раскусила, кстати, — я расплылась в довольнейшей улыбке.

— О чем ты? — Миндартис с недопониманием посмотрел на меня, а я лишь усмехнулась и, понизив тон, начала:

— Во второй день работы мне показалось, что ты пришел в той же одежде. Однако ты сказал, что у тебя десять одинаковых костюмов, — я хищно улыбнулась. — Это было очень любопытно, поэтому я провела эксперимент. Позавчера вечером я приложила к твоему костюму красною ниточку и спрятала ее под полог невидимости. Я наблюдала за тобой вчера и сегодня. Так как полог накладывала я, то эту нитку прекрасно вижу. Ты наврал, что у тебя десять одинаковых костюмов. Так хвалишься своей внешностью, а сам деньги на одежду зажал? — я рассмеялась, оставшись довольной проделанной работой. — Не умеешь врать, так не начинай даже.

Миндартис помолчал, сложив руки в задумчивом жесте. Горделивый эльф молчал пару минут, а затем также тихо спросил:

— Ты же не просто так это сделала? Ты собираешься меня этим шантажировать? Итари, ты должна иметь совесть, если об этом узнают, то моя репутация пострадает.

— Что? Шантажировать? — я рассмеялась, от чего на наш столик странно покосились. — Головой ударился? Зачем мне тебя шантажировать? Просто было интересно, — пожала я плечами, но решила раз предлагают, то отказываться не нужно. — Раз обмолвился, то сходи и возьми нам еды, — я протянула ему свою карточку, — это будет платой за мое молчание.

— Хорошо, — Миндартис фыркнул и взял карточку, уйдя в сторону поваров, которые накладывали еду.

Как только Миндартис удалился за едой, к нашему столику, что мы всегда с ним занимали у окна, подошла группа девушек. Вначале они считали меня конкуренткой, однако наши с Миндом перепалки никогда не оставались без внимания, и все просто решили, что мы с ним были знакомы, раз так хорошо ладим.

— Госпожа Ангрэ, можем ли мы попросить вас передать господину Норгену это? — девушки протянули мне пачку разноцветных писем, перевязанных розовой лентой.

— Да без проблем, — согласилась я достаточно бодро, принимая пачку. Но я не была бы собой, если бы не сказала им напоследок. — Вы из отдела промысловой океанологии? — я строго взглянула на них. — Ваш обеденный перерыв почти закончился. Лучше бы занялись делом, чем бегали за мужиками по коридорам.

— Извините, — несколько смутились они от моих слов и поспешили удалиться.

Минут пять спустя вернулся Миндартис с двумя подносами, которые ломились от обилия яств. Против воли я облизнулась, уже предвкушая, как вкусно пообедаю сейчас.

— Итари, твой парень не кормит тебя? — напрягся Миндартис. — Ты с таким вожделением смотришь на эту еду, что мне становится страшно.

— Миндартис, давай хоть раз поедим спокойно? — попросила я эльфа. — Думаешь, не знаю, к чему ты опять клонишь? Сейчас опять начнешь рассказывать мне, что ты самый идеальный и так далее, — я закатила глаза и отдала мужчине пачку с письмами. — Твои поклонницы, те кто посмелее, в последние дни просто не дают тебе проходу.

— Верно, Итари. Верно, — Рука Миндартиса потянулась к волосам, а я грозно взглянула на него, ткнув вилкой в его сторону.

— Еще раз поправишь челку, то я отрежу тебе запястья. Что за дурная привычка? Бесит. У тебя вши что ли?

Миндартис также недовольно взглянул на меня, но все-таки медленно убрал руку от головы, проговорив:

— Когда я поправляю волосы, то выгляжу привлекательнее, разве нет? — он задумчиво смотрел на меня, словно пытаясь найти ответ в моем выражении лица.

— Нет, Минд, для кого-то вши действительно привлекательный атрибут, — не согласилась я.

— Итари, — прошипел сквозь зубы Минудартис. — У меня. Нет. Вшей. Ясно?

— Как твоей душеньке будет угодно, — пожала я плечами, приступая к еде и чуть запоздала протянуло Миндартису руку, прося вернуть карточку.

Пока Миндартис строил из себя оскорблённую невинность я достала монофон, чтобы спросить у брата, спустится ли он сегодня на обед. В последнее время они с Мирабилис занимались настолько усиленно, что я начинала беспокоиться за них. Подруга была серьезно настроена подготовить его к экзамену, а потому всегда, когда выдавалась свободная минутка, даже во время обеда, они занимались. Благодаря условиям в научном центре, у них была возможность изучить какие-то вещи еще и на практике, и это не могло не радовать.

— Брату? — любопытство Миндартиса было сильнее, чем его «обида» на мои слова, а потому он попробовал нагло заглянуть в мой артефакт связи.

— Да, — я кивнула, но не дала Минду посмотреть, что именно я написала, показав ему язык. — Как идет подготовка к экспедиции в вашем отделе?

— Итари, хотя бы ты не начинай, — поморщился мужчина. — Давай поговорим за обедом о чем-нибудь другом, — попросил Минд, а не стала с ним спорить:

— Тогда предлагай тему.

— Хорошо, — он кивнул, на какое-то время задумавшись. — Я, на самом деле, хотел тебе кое-что рассказать.

— Звучит многообещающе, — хмыкнула я, делая глоток чая. — Можешь попробовать меня удивить.

— Я расстался со своей девушкой, — эльф лучезарно улыбнулся, а я, не стыдясь собственного жеста, покрутила пальцем у виска.

— Миндартис, ты правда такой глупый? Тебе стоит поменьше говорить о подобном в людных местах. Где твоя дальновидность? Девушки и так не давали тебе проходу, кто работать будет? — я недовольно цыкнула и дала ему дружеский совет. — Если женская половина центра узнает об этом, то тебя просто разорвут на кусочки.

— Ты даже не спросишь, почему мы расстались? — глаза Миндартиса выражали искренне удивление, а девушки за соседним столиком очень заинтересованно посмотрели на нас.

Я лишь закатила глаза. Какой толк говорить что-то, если он даже не понимает?

— Нет. Не интересно.

— А я хочу, чтоб ты спросила, — заявил Миндартис, словно был маленьким ребенком.

— Сказала же: не хочу. Чего ты все время цепляешься за эти темы?

— А о чем еще с тобой говорить? — также удивился эльф, а я опешила от возмущения:

— То есть, по твоему мнению, со мной поговорить больше не о чем?

— Да. У тебя на уме только две вещи: твой парень и работа. Я не хочу слушать о работе, а о парне ты мне не рассказываешь, — Миндартис развел руками. — Может тебе нужен мой совет в отношениях? — он подмигнул мне.

— Нет, — я была категорична.

За столом повисло некоторое молчание, а затем Миндартис неожиданно заговорил:

— Итари, у меня появилась для тебя гениальная идея! — возбужденно воскликнул он. Я молча выгнула бровь. — Ты должна начать собственный бизнес. Мы с тобой откроем компанию, и ты будешь заниматься оформлением аквариумов, как искусственных экосистем.

Я посмотрела на Миндартиса как на последнего вурдалака.

— Тебе нравится? Согласен, это гениально, — Миндартис повеселел от собственных же слов, а я тяжело вздохнула, решив никак не комментировать подобное предложение.

Когда Миндартис попробовал уговорить меня открыть акционерное общество, я ненавязчиво напомнила эльфу, что он мешает мне есть и может после сильно пожалеть об этом. Просьба помолчать подействовала, а потому обед завершился спокойно.

Вернувшись в свою лабораторию, я продолжила исследования нового вида рыб, что привезли в наш центр вчера. Подготовка к предстоящей экспедиции шла полным ходом и в перерывах я проверяла готовность оборудования и техники по списку. Все должно было быть идеально.

По новому приказу с нами в поездку отправят отдел химической океанологии и следить там за приготовлениями должен был Миндартис. Поскольку я особо не верила в профессионализм эльфа, то почти каждый день ходила в соседний корпус, чтобы контролировать процесс.

— Вы подготовки материалы для проб? — расспрашивала я какого-то сотрудника, что попался мне под руку. Он согласно кивнул. — Вы уверены в надежности упаковки? Вы уже наложили защиту на коробки с образцами?

— Да, конечно, госпожа Ангрэ. Хотите посмотреть? — предложил он, указывая на склад. Отказываться я не стала.

Проверив склад и оставшись довольной тем, что увидела я похвалила отдел, но перед уходом попросила показать мне оборудование. Все было безукоризненно. Мне даже хотелось придраться к чему-нибудь, но я просто не нашла причины для этого.

Перед уходом из отдела химической океанологии я решила заглянуть к Миндартису, чтобы передать документы. Но когда я зашла в кабинет, то застала дивную картину. Миндартис, аки младенец, сладко посапывал за рабочим столом. В эту секунду мне захотелось огреть его шваброй по голове — на носу поездка, а он изволил спать на рабочем месте. Я бы поверила, если бы знала, что он работал всю ночь, но нет.

Поборов желание вылить на эльфа ведро холодной воды, я подошла поближе, оглядывая кабинет, который ему выделили. Мой взгляд зацепился за вазу с фруктами, лежавшую на столе. Фрукты только купили, а потому на некоторых из них все еще были круглые этикетки, рассказывающие о сорте товара. Усмехнувшись, я отклеила одну такую от банана и с огромнейшим удовольствием приклеила на лоб Миндартиса, который даже не шелохнулся. Оставшись довольной проделанной работой, я вернулась в офис, захватив из той вазочки пару яблок.

Пока я работала с партией хищных водорослей, мой монофон завибрировал. Я не стала отвлекаться на подобные мелочи, посетовав, что я забыла отключить артефакт связи.

Взяв водоросль, помещенную в водную капсулу, я стала магией делать надрезы, наблюдая за поведением растения. Водоросль стала извиваться, словно ища объект раздражения, медленно меняя свой цвет с темно-красного на оранжевый. Это был интересный феномен, но увы не такой уж и редкий. Почти все водоросли нашего побережья обладают данным свойством, из-за чего можно было предположить родство данного вида с каким-то нам уже известным.

Так как мне привезли целый ящик с этими растениями, то я могла позволить себе провести все эксперименты, которые хотела. Одну десятую часть я понесла в соседнее помещение, чтобы провести тесты. Поместив десять водных купсул в камеру, я закрыла ее дверцу и села за экран анализатора. Приложив пропуск, я вошла в систему, зафиксировав время начала эксперимента. Суть первого опыта была проста — посмотреть как ведут себя водоросли при разном освещении. Установив необходимые настройки, я принялась на наблюдение. Вначале я решила посмотреть на различие в поведении при разном времени суток. Когда свет в камере погас мои глаза, наверное, загорелись. Быть руководителем — прекрасно, но исследователем океана я стала именно из-за возможности наблюдать за процессами жизни и природы.

Записывая поведение водорослей, я еще несколько раз сменила освещение. После того, как я сделала некоторые выводы, я решила поэкспериментировать с температурами. Мне требовалось выяснить максимальную температуру, при которой могут водоросли сохранять свои естественные процессы. Итоги опыта свидетельствовали, что водоросли не могут обитать при температуру ниже десяти градусов. Это было очень интересно. Если температура опускалась ниже, то растения начинали процесс саморазрушения.

Я планировала провести еще несколько тестирований, но когда взглянула на время, то осознала, что рабочий день закончился уже полчаса назад. Решив закончить завтра или ночью, я выключила оборудование и направилась к выходу. Я точно знала, что за пределами лаборатории меня должен ждать Юнсерс. Если бы не он, то я бы не стала уходить так спешно, но я точно знала, что работа и образцы от меня не убегут.

— Итарильдэ! — воскликнул Юнсерс, увидев меня. — Как я рад видеть тебя, — он расплылся в нежной улыбке, мягко обняв меня. — Как прошел день?

— Неплохо, — я улыбнулась, спросив. — Какие у нас планы на вечер?

— Я хотел предложить съездить тебе в кинотеатр. Ты еще при самой первой встрече говорила, что любишь кино, — подметил Юнсерс, но удрученно покачал головой, поправив очки. — Я отправил тебе сообщение, но ты не прочитала его.

— Я же работала, — пожала я плечами и села в машину эльфа. — Но я не против. Я уже давно не ходила в кино, — я улыбнулась, немного потянувшись и сладко зевнув.

— Отлично, тогда поехали.

Юнсерс завел машину, и мы плавно выехали с парковки. Правда, прежде чем мы уехали из научно-исследовательского центра, я кое-что заметила. Точнее кое-кого. Миндартис шел по улице в компании сотрудник. У него на лбу все еще была приклеена этикетка, а какие-то девушек, то ли следуя его «моде», то ли пытаясь поддержать, приклеили к своим лбам цветные стразы. Это вызвало у меня смех. Не думала, что моя маленькая шалость могла вылиться во что-то подобное.

— Тебя что-то рассмешило? — удивился Юнсерс, пытаясь посмотреть в ту же сторону, что и я, но мы уже проехали Миндартиса и его женскую компанию.

— Просто знакомого увидела, — улыбнулась я, все еще думая о том, поймет ли Миндартис, чьих это рук дело. Миндартис не так глуп, как самовлюблен, так что завтра нас опять может ждать маленькая ссора.

— Кажется, у вас с ним хорошие взаимоотношения, — покивал Юнсерс каким-то своим мыслям.

Признаться честно, несмотря на то что Юнсерс вроде как начинал мне нравиться, я признавала, что не могу чувствовать себя с ним комфортно и расслаблено. Он такой милый и заботливый, что я невольно чувствую себя каким-то неблагодарным чудовищем.

Невольно подумав о том, что я обязательно сделаю Юнсерсу какой-то подарок, он внезапно произнес:

— Итари, к сожалению, у меня завтра не получится встретиться с тобой. На работе будет важное мероприятие. Ты не против?

— Конечно, нет, — я отмахнулась. — Ты не должен приезжать ко мне каждый день и жертвовать своей работой, — напомнила я ему.

— И все-таки, мне хочется радовать тебя, — он, не отвлекаясь от дороги, взял меня за руку.

От этих жестов становилось неловко. Мое сознание где-то било в колокола, говоря мне, что раз возникает какой-то дискомфорт, то тут что-то не чисто. Однако искать какой-то в подвох в том, что мне так нравилось сейчас совершенно не хотелось.

— А в какой кинотеатр мы едем? — несколько запоздало поинтересовалась я, понимая, что в том районе, куда мы направляется, нет знакомых мне мест.

— Я решил пригласить тебя в более оригинальное место, чем просто кинотеатр. Возможно, ты знаешь о моде, которая пришла к нам из Ромарина — мы будем смотреть фильм на улице, прямо из машины. Представляешь? — глаза Юнсерса горели энтузиазмом.

— Звучит действительно неплохо, — согласилась я, будучи не против попробовать что-нибудь новенькое.

— Правда, сегодня не было никаких других фильмов кроме романтической истории. Ты же не против? Как говорится, важно не то, что ты смотришь, а в чьей компании ты это делаешь, — непринужденно расхохотался он, еще крепче сжав мою руку.

До назначенного места мы доехали примерно минут за десять. Уличный кинотеатр располагался почти на окраине города, но эльфов, приехавших на сеанс, было несколько больше, чем я думала. Пока Юнсерс вышел из машины, чтобы купить нам попкорн, я достала монофон, чтобы выключить звук и написать брату о том, чтобы он не ждал меня к ужину. Кливий сказал, что у него сегодня дополнительные занятие с одногруппницей, поэтому он тоже будет дома позже. Также брат похвастался, что теперь ужинать будем в его комнате, потому что он закончил распаковывать коробки. Это было похвально.

Прежде чем я успела выключить артефакт связи, монофон неожиданно завибрировал. Это был Миндартис.

— Чего надо? — ответила я вместо приветствия, не желая тратить время. Вдалеке я увидела идущего к машине Юнсерса с двумя банками попкорна.

«— Так ты отвечаешь своему коллеге на звонок? — фыркнул эльф, но не стал долго мучить меня. — Мне нужны документы по практикантам. Где их можно взять?»

— А с чего ты практикантами занялся? Миндартис, время восемь часов вечера, ты не заболел, раз решил поработать? — я улыбнулась, привалившись к стеклу автомобиля. — Зайди в архив на втором этаже и по пропуску пройди в пятый отдел. Там лежат документы практикантов. Там будет пять комнат, выбери ту, что под номером пять — практиканты этого потока. Что-нибудь еще?

«— Спасибо, Итари. Почти. Где ты сейчас?»

— На свидании, — кратко ответила я, наблюдая за Юнсерсом.

«— Что-то голос у тебя не особо веселый для свидания, — подметил Минд. — Твой ухажер не рядом?»

— Он вышел за попкорном.

«— Так вы пошли в кино. Неплохо-неплохо, — пробормотал мужчина и сказал напоследок. — Что тебе сказать? Хорошего вечера».

— Спасибо. Тебе тоже, — сказала я в ответ и сунула монофон в карман, в тот же миг, как Юнсерс раскрыл дверь машины.

— Был только карамельный попкорн, не возражаешь? — уточнил мужчина будничным тоном, а я зевнула и приняла попкорн из его рук, покачав головой. Против карамельного я не имела ничего против, но предпочтение отдавала все-таки соленому.

Юнсерс сел внутрь, почему-то нахмурившись. В этот миг, словно того все и ждали, свет уличных фонарей стал медленно приглушаться, а впереди появился большой магический экран. Эльф что-то хотел сказать, но передумал.

Романтические фильмы я особо не любила, так как попросту не верила в актерскую игру. И если мужчины еще хоть как-то внушали мне доверие, то плаксивые истерики девушек лишь раздражали. Этот фильм мало чем отличался от себе подобных, да и сюжет был довольно прост. Девушка жила в маленьком городке, в который приехал крутой маг. Она влюбилась в него, он влюбился в нее. Но все не могло идти хорошо, иначе фильм закончился бы через двадцать минут. На пути героев обязательно должны были встать какие-нибудь трудности: наемники, зов крови, месть, древние артефакты, злые родственники, землетрясение, наследство. В этом фильме трудностью стала злая мать мага, которая была против брака и хотела всеми силами, разорвать отношения героев. За фильм я насчитала пять истерик со стороны главной героини. Хотелось подметить, что в каких-то эпизодах Юнсерс даже прослезился. В такие моменты я всегда задумывалась: я не могу понять красоту трогательного момента или же я просто такая бесчувственная?

Однако не это было самым интересным и забавным за этот вечер. Из-за звонка Миндартиса я забыла отключить артефакт, но даже не это было главным.

В момент, когда главные герои в первой половине фильма должны были поцеловаться, Юнсерс подвинулся ко мне, приобняв меня за плечи и отложив свой попкорн в сторону. В эту же самую секунду мой монофон завибрировал. Я вздрогнула от неожиданности, а Юнсерс, словно ужаленный, тут же отдернул руку. Извинившись, я выскочила из машины, и не глядя на магический код, ответила на звонок:

— Что-то случилось? — я была уверена, что в такой час мог позвонить только брат или же начальство. Однако я была слишком самоуверенна.

«— Итари, совсем забыл спросить, на какой фильм вы пошли?» — раздался бодрый голос Миндартиса, а я скрипнула зубами:

— Совсем совести нет? Ты такой момент мне испортил, — я недовольно цыкнула, а герои на экране стали целоваться.

«— Не злись, Итари, просто мне стало очень интересно, — расхохотался он, но я не успела прервать связь как он воскликнул, — Что это за звуки? Это звуки поцелуев? Вы что, целуетесь?!»

— Ты думаешь, я стала бы общаться с тобой и целоваться? Это фильм, Миндартис, — я закатила глаза. — Какая тебе разница, целуемся мы или что еще делаем?

«— Ты моя младшая коллега, я должен быть в курсе, что происходит в твоей жизни и…»

Я не стала дослушивать нудную речь горделивого и просто прервала связь, садясь обратно в машину.

Мы просто продолжили смотреть фильм, никто никак не прокомментировал эту ситуацию. Однако у меня дернулся глаз, когда вновь раздался звонок. Это вновь был Миндартис. Вначале я хотела просто сбросить код, но сделав глубокий выдох, вышла из машины:

— Что на сей раз? Рыбки в аквариуме умерли? — угрюмо ответила я на звонок.

«— Прости Итари, но я на самом деле по делу. Где у нас лежат документы о закупке оборудования и медицинские карты сотрудников?»

Указав Миндартису подробную дорогу в другой отдел, я попросила горделивого:

— Позвонишь еще раз — уши бантики завяжу, пока ты будешь спать на рабочем месте, — пригрозила я «по-дружески» напоследок.

«— За это я и люблю тебя Итари — ты всегда говоришь то, что думаешь. Чудесное качество. Хорошего вечера».

Я сделала глубокий вдох и вновь села в машину. Миндартис и его рвение к работе меня веселили.

— Кто это был? — тихо спросил Юнсерс, который немного взгрустнул. Кажется то, что я решила ответить на звонок его немного огорчило.

— Да так, — я неопределенно махнула рукой, — мошенники не спят даже ночью, — не стала я говорить Юнсерсу, что мне звонят коллеги в такой час.

Юнсерс ничего не ответил, но больше не предпринимал попыток приобнять меня.

Когда фильм закончился, Юнсерс какое-то время мешкал и когда на стоянке не осталось ни одной машины кроме нашей он развернулся ко мне и серьезным выражением лица заговорил:

— Итари, мне не нравится твое отношение ко мне. Я неоднократно подмечаю, что ты можешь беззаботно говорить болтать с людьми и коллегами, но со мной ты словно закрыта. Меня удручает то, что ты не идешь мне навстречу. Ты можешь что-нибудь сказать на этот счет? Ты можешь объяснить мне свое поведение?

Я удивлённо приподняла брови. Юнсерс говорил все это так, словно я должна была начать оправдываться. Или же мне так показалось.

— Не понимаю, о чем ты, — я пожала плечами. — Я вижусь с тобой после работы и очень устаю. Каждый день я общаюсь с огромным количеством людей, что после хочется просто помолчать и побыть в тишине. Есть люди, с которыми и молчание в радость. Тебя удручает отсутствие моего внимания?

— Да, удручает. Я начинаю сомневаться в твоих чувствах, — Юнсерс дотронулся влажной ладонью до моей щеки, а его очки съехали на кончик носа.

Влажная ладонь на щеке не была мне приятна, а потому я мягко отстранилась и твердо сказала:

— Мы только начали встречаться. Ты мне стал нравиться, но это не значит, что я готова ради тебя переплыть океан. Я очень много работаю и то, что хожу на свидания я считаю подвигом со своей стороны. Давай не будем переходить некоторые границы.

— Ты не такая, какой казалась мне при первой встрече, — хмыкнул Юнсерс, поправив очки и лучезарно улыбнулся мне. — Я рад, что не ошибся в тебе, Итари.

Последнюю фразу я не поняла. То ли мы немного повздорили, то ли все хорошо. Не став зацикливаться на мелочах, я попросила отвести меня домой.

Сегодня с Юнсерсом что-то было не то, а потому он очень хотел проводить меня до дверей квартиры и выпить теплого молока. Я не была дурой, а потому догадывалась, чем и где именно могли закончиться вечерние посиделки. Или же жизнь меня испортила, и я уже не верю в романтические распития молока вдвоем. Отказав Юнсерсу, я поспешила к себе. Оставив сумку и переодевшись, спустила на два этажа вниз, чтобы проведать брата и Кузнечика. Эти двое уже сладко посапывали.

Я не стала тревожить мальчиков, поэтому взяв со стола яблоко, поспешила в лабораторию, чтобы закончить исследование. Спать мне почему-то не хотелось.

В научном центре было очень тихо, но приглушенный свет лишь больше настраивал меня на продуктивную работу. Взяв с вешалки халат, я подошла к анализатору и вновь загрузила в ячейки растения. Отрегулировав световой и температурный режим, я вновь принялась за наблюдение.

Наблюдать за тем, как растения изменяли свой цвет, размер, форму и положение было очень занимательным занятием и всегда помогало мне привести мысли в порядок.

Проработав большую часть ночи, я решила, что глупо уходить, если через пару часов будет нужно вставать, а потому решила подремать у себя в офисе. Однако, прежде чем я заснула, монофон оповестил меня об очередном сообщении. Это была Мирабилис, которая также почему-то не спала. Она, как и я, решила поработать ночью и сейчас просила меня прийти к ней для чего-то важного.

Подруга редко беспокоила меня по мелочам. Поднявшись с узенького диванчика, я спустилась в отдел химической океанологии. Девушка ждала меня в главном зале. Как только Мирабилис увидела меня, то подбежала, всунув мне в руки какую-то брошюру.

— Что это? — оторопела я от такого неожиданного жеста.

— Это твой счастливый билет, — хихикнула она и объяснила. — Мои знакомые рассказали, что завтра в больнице Юнсерса пройдет важное мероприятие, на которое приглашены все сотрудники. Я думала, что ты знаешь, — она пожала плечами.

— Завтра, — пробормотала я, разглядывая брошюру, которая рассказывала о предстоящем торжестве, посвящённому двадцатилетию больницы. — Юнсерс и впрямь говорил, что у него мероприятие завтра, — пришлось признать мне.

— А разве он не пригласил тебя? — нахмурилась Мирабилис, но тут же отмахнулась. — Может это твой шанс порадовать его?

Я действительно хотела сделать Юнсерсу сюрприз, и он неоднократно подчеркивал, что был бы рад какому-либо неожиданному появлению с моей стороны. Может быть, это действительно шанс, которым я должна воспользоваться? С другой стороны, если нечто подобное проходило в научном центре, позвала бы я Юнсерса? Нет. А хотела бы, чтобы пришел неожиданно? Скорее нет, чем да.

— Спасибо, я подумаю об этом, — улыбнулась я подруге, а она удрученно покачала головой, приговаривая:

— Долго думаешь, долго. Мероприятие будет сегодня в семь. Если пойдешь, то успеешь ли подготовиться? Это не простое свидание, когда ты можешь надеть первое, что выпало из твоего шкафа. Прическа, макияж, платье — ты должна выглядеть безукоризненно, — поочерёдно загибала пальцы девушка.

Убедив ее в том, что держу ситуацию под контролем, я вернулась в офис.

***

Я неторопливо собиралась на мероприятие в больнице Юнсерса. Настроение было отличным. Из всех вещей я отдала предпочтение белому платью со строгим пошивом, но довольно привлекательным вырезом. Также я надела туфли, которые два назад подарил мне Юнсерс. Решив, что воспользоваться его подарком будет вполне уместно. Из всех украшений предпочла жемчуг. Макияж сталась сделать не слишком ярким, но таким, чтобы он соответствовал этому вечеру.

Результат, который я видела в зеркале, очень меня порадовал. Все получалось даже лучше, чем я думала. Перед уходом я сбрызнула уложенные волосы фиксирующим средством, чтобы не беспокоиться о прическе.

Я бы попросила Кливия подвезти меня, но сегодня у него были дополнительные занятие, поэтому мне пришлось вызвать такси.

Я не так часто делала кому-то сюрпризы, а поэтому я чувствовала в душе какое-то волнение от того, что собираюсь прийти так неожиданно. Из-за этого с лица не сходила улыбка и легкий румянец. Таксист подметил, что я отлично выгляжу, от чего настроение стало еще лучше.

Поблагодарив водителя, я вышла из автомобиля. В больницу стекалось множество людей, одетых в разнообразные наряды. Кто-то придерживался официально-делового стиля, а кто-то все-таки выбирал праздничные платья.

Как и все гости, я прошла внутрь, однако выяснилось то, к чему я оказалась немного готова. Увы, но тут меня подвела моя недальновидность.

— Простите, но вход возможет только по приглашениям, — чуть виновато улыбнулся мне мужчина.

— Правда? — я приподняла брови и попробовала объяснить ситуацию. — Я пришла в компании одного из членов больницы, но, кажется, он сам еще не приехал, — я оглядела полный зал гостей, пытаясь отыскать знакомое лицо.

— Я понимаю вас, — мужчина учтиво кивнул мне. — Вы можете подождать своего спутника и пройти вместе, как и другие гости.

— Хорошо, большое спасибо, — лучезарно улыбнулась я.

Выйдя на улицу, я решила подождать Юнсерса. Мероприятие должно было начаться через десять минут, поэтому не переживала, что мое ожидание может затянуться. И я действительно была права — ждать долго не пришлось.

Через пять минут к больнице цепочкой подъехали три черных автомобиля. Из крайних машин тут же вышла не то охрана, не то свита приехавшей шишки. Из центральной машины вышел мужчина средних лет с проседью в волосах, а гости, что стояли подле меня, тут же приветственно кивнули ему. Один из мужчин тут же подошел к незнакомцу, желая поприветвовать его и пожать руку. Ничего не обычного — деловые партнеры или давние знакомые.

Однако из той же машины вышла прелестная девушка. Она была человеком и очень красива. Хрупкая фигура, длинные темные волосы, доходившие до бедер. Лиловое платье шло ей, а цветок в волосах, лишь подчеркивал цвет волос. Следом за девушкой вышел мужчина в таком же, как и девушка, лиловом пиджаке. Это выглядело очень мило. Но…

Этим молодым человеком был Юнсерс и если вначале я засмущалась от того, что мне придется встретиться с его родителями и семьёй так неожиданно, то вскоре румянец с моего лица сошел. Я стояла у дверей больницы и сейчас никто из прибывших гостей не замечал меня.

Юнсерс, словно бы привычным жестом, обнял незнакомку за талию, что-то шепнув на ухо. Они, как и мужчина, здоровались с гостями. Однако я была точно уверена, что видела, как он чмокнул девушку в щеку, назвав ее «дорогой».

Вначале какие-то чувства в моей душе попробовали придумать тысячу оправданий и идей: сестра, знакомая, подруга, подруга его друга, кузина. Идей было много, но из бесед с Юнсерсом я точно помнила, что у него нет ни братьев, ни сестер. Я задумчиво наблюдала за ними, пытаясь понять, что же нужно делать в подобной ситуации.

Пара стала медленно подниматься по ступеням и наши с Юнсерсом глаза встретились. Он выглядел обескураженным и, сделав вид, что не заметил меня, продолжил подниматься по лестнице. Когда он проходил мимо, я схватила его за локоть, вынуждая остановиться.

— Добрый вечер, — приветственно кивнула я и его спутнице. — Рада встрече. Неожиданно получилось, не так ли? — я улыбнулась, рассматривая Юнсерса, который выглядел обескураженным.

— Милый, кто это? — пискляво прощебетала девица на всемирном, видимо не зная эльфийский. — Ты ее знаешь?

Я краем глаза взглянула на конверты, которые они держали. Это были пригласительные на свадьбу. На бумаге были изображены они, держащиеся за руки. В голове поселилась какая-то пустота. Юнсерс побледнел, поняв, что я увидела конверты и поспешил убрать их.

— О, дорогая, это моя пациентка, — уверенно сказал он, а я лишь вновь улыбнулась девушке. Устраивать какой-то скандал без знания обстоятельств не хотелось. — Она недавно перенесла операцию на глаза. Ты не против, если мы пообщаемся пару минут?

— Конечно, — она кивнула и сказала. — Я отойду к папе и буду ждать тебя внутри.

— Кончено, дорогая, заходи с директором, — натянуто улыбнулся он, как оказалось, отцу девушки.

Девушка отошла в сторону мужчины, что вышел первым, а Юнсерс с непониманием взглянул на меня, но произнес первым:

— Давай отойдем.

Мы с Юнсерсом отошли в сад, который принадлежал больнице. Остановившись друг напротив друга, я заговорила первая, невольно перейдя на официальное обращение.

— Так эта девушка та, на которой вы собираетесь жениться, — констатировала я, пристально глядя на Юнсерса. Он отвел глаза в сторону. — Вы все это время водили меня за нос? — я задохнулась от обиды и возмущения.

— Итрильдэ, вы все равно нравитесь мне намного больше, чем она! — яро воскликнул Юнсерс и уже более спокойно повторил вновь. — Вы мне нравитесь больше, чем Катрисса. Я могу чувствовать себя собой рядом с вами и свободно говорить.

— Понятное дело, что вы можете свободно говорить со мной, я же не иностранка, — хмыкнула я, не сочтя такой аргумент уместным.

— Вы обаятельнее, милее, чем она! — продолжал убеждать меня Юнсерс в собственных чувствах. — Еще вы очень красивы. Вы — моя мечта наяву. Итарильдэ, вы — девушка моей мечты на все сто процентов. Говорю вам это от чистого сердца, — он попробовал взять меня за руки, но я отдернула ладони при этом не сдвинувшись с места.

— И что с того? — я прямо взглянула на Юнсерса. — Неужели вы хотите разорвать помолвку?

Юнсерс на миг замялся, словно пытался подобрать подходящие слова:

— Нет, Итари, нет, — он покачал головой, поморщившись. — Если я поступлю так, то подведу свой род и буду плохим сыном, — он потер переносицу, как будто не знал, что ему делать сейчас.

— А если продолжите поступать так, как сейчас, то будете хорошим? — перебила я, когда он хотел сказать что-то еще.

— Я не могу поступить так. Свадьба уже запланирована, и все родственники получили приглашения, — начал оправдываться Юнсерс, а я жестом прервала его речь.

— Так. Ладно, — я сделала глубокий вдох и решила прояснить кое-что еще. — Вы делали вид, словно ничего в вашей жизни не происходило. Когда вы собирались бросить меня? За неделю до свадьбы? За день? Или уже после?

— Бросить? — глаза Юнсерса неподдельно округлились от удивления, и он замотал головой. — Я не собирался бросать вас, Итарильдэ. Брак не может быть помехой нашим чудесным отношениям.

— Что? — теперь уже я смотрела на него с удивлением, пытаясь понять, как же так все вышло. Разочарование еще больше захлестнуло меня.

— Этот брак для меня ничего не значит. Поймите, Итарильдэ, вы мне нравитесь. Почему мы должны расстаться с вами, когда все так хорошо? Я обещаю, что после свадьбы наши с вами отношения останутся прежними. Пока я буду в Эльфийсикх Долинах, то смогу уделять вам каждую минуту своего свободного времени. Я буду уезжать в Ромарин, но не так часто, как вам кажется. Поверьте мне.

В голове стало уж как-то совсем пусто, и я прошептала, сквозь зубы:

— Да у тебя нет и капли совести.

— Итарильдэ, вы не имеете права так говорить. Знаете, сколько денег я потратил на то, чтобы ухаживать за вами? — резко переменил тему Юнсерс.

— А я просила об этих подарках? — я указала на аккуратных туфли-лодочку. — Я никогда не просила делать мне эти подарки и тратить на меня деньги.

— Итарильдэ, я не могу сделать вас официально своей женой или невестой, но я могу сделать вас настоящей принцессой именно при помощи таких мелочей, как эти, — он ткнул в мою обувь. — Я могу обеспечить вам счастливое и беззаботное будущее.

Я просто смотрела на Юнсерса, не веря во все то, что мне пришлось услышать. Пока я размышляла над ситуацией, Юнсерс тяжело вздохнул и, сняв очки, запрокинул голову, пробормотав:

— Зачем вы вообще пришли сюда? Я ведь не просил вас об этом.

— Юнсерс, вы врали мне обо всем. Все ваши слова были ни чем иным, как красивой оберткой. И теперь вы еще недовольны тем, что я пришла? — я очень хотела разозлиться и обругать и эльфа, и на чем весь свет стоит, но ругаться сейчас просто не хотела.

— Я никогда не врал вам о своих чувствах! Я был искренен с вами, — мужчина вновь надел очки.

— Да мне плевать, искренны ли были ваши слова или нет. Больше это не имеет никакого значения, — оборвала я его. Больше не могла молчать. — Вы неприятны мне. В голове не укладывается, как кто-то, будучи почти женатым, может так беззаботно заводить романы? Мне повезло, еще чуть-чуть и я бы могла стать обладательницей такого замечательного статуса как «любовница». Думаете, что могли сделать меня счастливой материальным ценностями? — я указала на туфли и плавно сняла их, встав босыми ногами на асфальт. — Забирайте их к вурдалакам. И чай свой тоже заберите. Думали, я такая наивная, что не проверю чай на магические примеси? Вы туда приворота подмешали. Я вам настолько нравлюсь или вы настолько подлы? Вы думали, завалить девушку подарками хватит для того, чтобы завоевать ее сердце? Думали, что будете каждый день подвозить меня на белоснежном автомобиле, и я буду вечно счастлива? Вы так недооцениваете меня или считаете себя настолько неотразимым? Заберите их, — я пнула туфлю в сторону. — Я не хочу иметь с вами ничего общего.

Я достала из клатча кошелек и вытащила примерно ту сумму, которую предполагала этот мужчина потратил на меня.

— Не хочу даже думать, что вы пытались очаровать меня подарками. Заберите деньги и сделаем вид, что вы никогда не появлялись радом со мной, — я впихнула купюры в руки Юнсерса, который стоял не двигаясь. — Сказки и любовные романы нынче не так популярны. Сказка о Золушлендии тоже уже не та, поэтому заберите свои «хрустальные туфельки» и себя из моей жизни, — в сердцах я пнула и вторую туфлю в сторону.

Не дожидаясь какого-либо ответа, я развернулась и пошла на выход из садового лабиринта. Только когда я сказала Юнсерсу все то, что я о нем думала, то глаза в миг стали влажными. Это нельзя было назвать слезами грусти или печали, не так-то сильно я к нему успела привязаться, но все же. Вера в прекрасное меня подвела. Сама придумала то, чего нет — сама из-за этого и расстроилась.

Как только я вышла из лабиринта к парковке больницы, то почти сразу же столкнулась с тем, кого совершенно не ожидала увидеть.

— Миндартис? Что ты здесь делаешь? — я на миг даже позабыла о том, что хотела пойти домой и сделать там генеральную уборку. Плакать долго я не любила точно также как и слезливые мелодрамы в кинотеатрах, а потому просто не могла позволить самой себе этого.

Я оглядела горделивого. Он пришел в темно синем пиджаке, от чего я улыбнулась. Кажется, ему пришлось купить новую одежду после моих слов, либо же он просто принарядился.

— Меня пригласили на это мероприятие, а вот откуда ты тут — уже более интересный вопрос, — горделивый, обескураженно смотрел на меня. Затем он осмотрелся и, увидев, что некоторые гости, что были на улице, странно посмотрели на нас, встал так, чтобы загородить меня от их взглядов. — Платок дать или будешь сопли на кулак наматывать? — тихо спросил он без какой-либо издевки, когда я шмыгнула носом.

— Не нужно, — качнула я головой.

В конце концов, слезы ручьем не текли — глаза лишь чуть-чуть стали влажными. Да и не могла я себе позволить плакать в общественном месте, к тому же не хотелось, чтобы Миндартис увидел меня в подобном виде — враги не должны видеть твои слабости. И все равно, что горделивый уже не враг мне и моему отделу. Зная его характер, уверена, что он еще целую вечность будет припоминать мне сегодняшний вечер.

— Не хочешь рассказать о том, что случилось? — приподнял брови Миндартис.

— Ты должен спешить, у тебя же мероприятие, — покачала я головой, кивая в сторону больницы.

— Моя интуиция подсказывает мне, что твой рассказ поинтереснее будет, — хмыкнул Миндртис и, не спрашивая меня, накинул мне на плечи пиджак. — Ты, конечно, принарядилась, — Минд оценивающе оглядел меня. Я даже не сразу понял, что это ты. Утром ходила по офису в домашней одежде и халате поверх, а сейчас так, словно у тебя действительно есть чувство вкуса. Я приятно удивлен. Не знаю, поможет ли тебе это сейчас, но пусть мои слова будут для тебя комплиментом.

Миндартис по-дружески хлопнул меня по плечу и открыл мне дверь машины, приглашая сесть внутрь.

— Зачем мне садиться в твою машину? — приподняла я брови.

— А разве ты не собиралась домой? Что-то я не вижу здесь твоей машины. Или ты хотела пойти по улицам в таком виде? — горделивый указал на мои ноги.

Пришлось признать, что сцена, которую я устроила для вида, заставила меня отказаться от обуви. Не скрывая своих слабостей, я села в автомобиль Миндартиса.

…Миндртартис Норген…

Итарильдэ удалось удивить меня, но случившегося я так и не мог понять. Отпускать девушку домой без обуви мне не позволяла совесть, поэтому я решил подвезти ее, пытаясь осторожно разузнать предысторию. В ходе некоторых наводящих вопросов я выяснил, что дело в ее парне.

— Миндартис, — позвала меня Итари, когда мы стояли в пробке.

— М? — я повернулся к девушке, которая привалилась к стеклу автомобиля. — Что-то не так?

— Может зайдем в бар и выпьем немного? — предложила Итари, глядя на какое-то заведение с яркой вывеской.

От такого предложения я немного растерялся. Девушки часто звали меня выпить, но услышать нечто подобное от Итари было неожиданно.

— Итари, если в твоей личной жизни есть какие-то проблемы, то это не повод употреблять алкоголь, — предупредил я ее.

— Я же не собираюсь напиваться до потери памяти, — недовольно цыкнула она. — Не хочешь — не надо. Просто высади меня здесь, я пойду одна.

Я покачал головой и свернул с главной дороги в сторону небольшого не то бара, не то кафе. Отпускать Итари пить одну казалось мне еще страннее и страшнее, чем отпустить ее домой.

Мы заняли место за барной стойкой. Итари тут же махнула рукой, прося бармена обслужить нас. Девушка заказала традиционный эльфийский напиток — смесь вина и ликера. Я попросил ананасовый сок.

Девушка, у которой что-то случилось, позвала меня в бар. По логической цепочке Итари должна была начать изливать мне душу, и я не ошибся.

— Он такой подлец! — в сердцах выругалась она, залпом выпив первый стакан. — Ни стыда не совести! И я, наивная камбала, слепо поверила во все его сказки: «дорогая», «хочу о тебе позаботиться». Он женится на ней, уедет в Ромарин, но, когда будет приезжать, мы будет жить счастливо? Что за бред? Да я должна была эти туфлями побить его, чтоб всю жизнь помнил!

Итари довольно быстро разговорилась, а я лишь слушал ее историю, пытаясь собрать целостную картину. Как я понял, мужчина, с которым она встречалась, оказался помолвленным. Его невеста — дочь директора больницы. Ситуация, в которой оказалась Итари меня не радовала, особенно то, что она прослезилась, когда я увидел ее, и пьет сейчас. Я не знал ее хорошо, но был готов поспорить, что она редко пьет и не решает алкоголем проблемы. Из-за этого ситуация действительно заставляла задуматься.

В какой-то момент я дал бармену жест, прося перестать наливать Итари добавку. Мужчина дал ей стакан воды, а Итари даже не заметила такой подмены.

Юнсерса я лично не видел, но из рассказа девушки сделал достаточно выводов. Итари, конечно, не была моей возлюбленной, но оставить такое безобразие так просто я тоже не мог. Такие экземпляры, как он, позорят весь эльфийский род. Я редко вмешиваюсь в чужие проблемы, но коллеги должны заботиться друг о друге. Предложил Итари придумать план мести, но она посмотрела на меня как на последнего осьминога и попросила не лезть с глупыми идеями. Пришлось свести диалог в шутку.

Когда Итари сама осознала, что выпила достаточно, то я вызвал девушке такси. Во время беседы я несколько поменял план на вечер и хотел все-таки отправиться на мероприятие, начало которого пропустил.

Посадив девушку в машину, я дал водителю все необходимые указания. Хоть Итари и выпила не много, я все-таки беспокоился о том, как она доедет домой. Как только такси отъехало, я позвонил младшему брату Итари, код которого раздобыл у коллег на всякий случай. Паренек не задал мне лишних вопросов и пообещал встретить сестру у общежития.

Как только все вопросы с Итари были решены, я вернулся в больницу. Вначале должен был пройти приветственный концерт, а затем банкет.

Мероприятие это не отличалось ни от каких других. Все старались произвести на меня наилучшее впечатление, чтобы привлечь к работе мои деньги. Инвестировать в сферу медицины я пока не планировал, наука и исследования все-таки были мне поближе.

Если вначале я ехал на мероприятие с целью развеяться, то сейчас целенаправленно искал некого Юнсерса. Искать долго мне не пришлось. Он и его невеста раздавали многим гостям приглашения на свадьбу, которая должна была состояться через неделю.

Очкарик мне не понравился. Со стороны сразу было ясно — скользкий тип. Как он смог очаровать Итари осталось для меня загадкой — как не покрути, а я выгляжу намного лучше. Его будущая супруга была также далека от идеала. Брак по расчету, конечно, дело хорошее, но меру нужно знать.

Мне невольно подумалось, что если Юнсерс еще жив, то от Итари ему мало досталось. Возможно, она была сильно расстроена. Я никогда не забуду нашу с ней первую встречу.

Хоть Итари и отказалась от какой-либо мести, но я, как ее заботливый старший коллега и друг, не могу оставить подобное без каких-либо действий.

Взяв бокал шампанского, я неспешно направился к группе акционеров, которым уже вручили пригласительные на свадьбу.

— Вы собираетесь пойти на мероприятие? — приподнял брови, указывая на письма. — Уверены, что стоит?

— О чем вы, господин Норген? — акционеры непонимающе переглянулись.

— Я боюсь, что это может плохо сказаться на вашей репутации. Неужели вы не слышали? — я «изумленно» округлил глаза. Жестом попросив их подойти ближе, я понизил голос до полушепота. — Насколько я знаю, господин Хейрен, будучи помолвленным, встречается с какой-то девушкой. Неоднократно видели, как он подвозил какую-то блондинку и дарил ей цветы. Если что-то пойдет не так, то это отразится на делах в больнице.

— Господин Норген, вы уверены в том, что говорите? — удрученно спросил один из мужчин, а я хмыкнул:

— Я никогда не говорю то, в чем не был бы уверен. Мы с вами — акционеры и инвесторы, пусть и в разных областях. Я всего лишь предупреждаю вас о возможных последствиях. Я бы на вашем месте подумал о том, чтобы вкладывать деньги в более надежное учреждение. Это мой вам небольшой совет, — я снисходительно кивнул им и развернулся, будучи донельзя довольным собой.

Схема слухов и сплетен была проверена мной не один раз, и я знал, что работает эта система безотказно. Чему-чему, а слухам противостоять трудно. Особенно, если грамотно их распустить. Сегодня инвесторы, завтра наведаюсь в больницу и поболтаю с сотрудниками — расскажу парочку историй и все — Юнсерс еще пожалеет о том, что бросил такой прекрасный цветочек, как Итари.

Какое-то время еще пообщавшись с некоторыми знакомыми мне лицами и присмотревшись к Юнсерсу, я собрался домой. В отель если быть точнее. Все, что хотел, я уже сделал.

…Итарильдэ Анргэ Риардон…

Как только таксист привёз меня к общежитию, то меня встретил брат, который, словно по волшебству оказался внизу. Расплатившись с водителем, я вышла из машины.

— Ты пила? — удивился Кливий, удручающе глядя на меня. — Что-то случилось? Ты же только по праздникам можешь бокал выпить, — он покачал головой.

— Да нормально все, — отмахнулась я. После того как я выговорилась Миндартису, то все обиды улетучились, уступив место здоровому недовольству и негодованию.

— Точно? Я уж переживать начал, — Кливий вздохнул и ужаснулся. — Итари, где твоя обувь? У своего парня оставила?

— По пути потеряла, — хмыкнула я, а брат мне не поверил:

— Что же ты делала, что обувь потеряла?

— Долгая история. Разве тебе не пора спать? Иди к себе, — попросила я его, когда мы заходили в лифт.

— Ты хочешь, чтобы я оставил тебя одну? — почему-то напрягся брат.

— Да, хочу зайти к подругам и поболтать. Я тебе завтра расскажу, что случилось, хорошо? Только не беспокойся — ничего серьезного.

— Как знаешь, — Кливий вздохнул и направился на собственный этаж. Я же нажала кнопку девятого. Армерия и Мирабилис жили в соседних комнатах.

Девушки, к моему приятному удивлению, еще не спали. Пока подруги заваривали чай, я рассказывала о случившемся. Говорить о том, что, после разговора с Юнсерсом, я встретила Миндартиса не стала.

Армерия предложила наслать порчу на Юнсерса, а Мирабилис предлагала рассказать обо всем его невесте. Я была убеждена, что не стоит лезть в чужую жизнь и все случившееся будет на совести Юнсерса. К тому же, это, в конце концов, брак по расчету — не думаю, что измены одного из супругов станут камнем преткновения, однако для меня подобное неприемлемо.

Больше всего зла была Мирабилис, которая чувствовала за собой некоторую вину, ведь именно она познакомила нас. Я постаралась убедить девушек в том, что на самом-то деле никакой трагедии или чего-то страшного не произошло — просто так получились. Обычная история, каких вокруг полно.

На подруг аргументы подействовали и вскоре мы уже смотрели какой-то фильм, весело смеясь и поедая попкорн. Я не умела, да и не хотела держать эмоции в себе, а потому резко выплескивала их и быстро «приходила в себя».

Оставив Юнсерса как плохой сон в прошлом, девушки, не теряя времени, предложили зарегистрировать меня в той магической «базе данных» о которой прожужжали мне все уши. Я не верила, что через магические сети возможно с кем-то познакомиться, однако Мирабилис кое-что объяснила мне:

— Это — магический сервис знакомств. Сервис был запущен как социальный эксперимент, в котором будет нужно узнавать друг друга исключительно на основе интересов и черт характеров, не беря во внимание внешность, работу, материальное положение и многие другие качества. Ты должна будешь надеть иллюзию и представиться другим именем, либо же своим вторым. Итари, тебе стоит попробовать что-то новенькое!

— Звучит не очень привлекательно. А если этим сервисом будут пользоваться преступники? — отнеслась я со скепсисом к этому предложению, но девушки все-таки переубедили меня.

Теперь, если со мной кто-то захочет познакомиться, и если какие-то параметры совпадут в системе, то мне придет магическое уведомление об этом. Поблагодарив подруг за помощь, я поняла, что мы достаточно засиделись. Завтра был полноценный рабочий день и всем было нужно выспаться.

Вновь поблагодарив подруг за то, что они выслушали меня и составили компанию, я направилась к себе.

…два дня спустя…

— Я родился темной-претемной ночью. В тот момент, когда Луна обратилась в Солнце и наступил полдень. Согласно свидетельству всех присутствующих, город озарила яркая вспышка Небес, благодаря меня за рождение на этой Земле. Мой крик и плач не были похожи на эльфийский — я уже родился кем-то большим. Богом. Весь город замер, не смея шевельнуться. Заиграла священная музыка. Все выглядело так, словно Святая Праматерь Светлых Лесов родила Грендаля. Луч света пронзил тьму. Уже через шесть месяцев после рождения этот ребенок Небес понял: что такое жизни. И тогда я сказал: «Вся наша жизнь — цветы лотоса, внутри которых ничего нет. Лишь свет темных ночей, заточенный в Луне, сможет спасти человечество».

Девушки, сидевшие вокруг Миндартиса, восхищено вздохнули, умоляя горделивого продолжить рассказывать о своей жизни. Миндартис вешал им такую лапшу на уши, что мне иногда становилось плохо.

После случая с Юнсерсом мы с эльфом больше не затрагивали тему случившихся событий, но я не была наивна — Миндартиса просто ждал подходящего момента, чтобы апеллировать фактами. Однако кое-что меня насторожило в поведении Миндартиса — утром он подмигнул мне, сказав, что со всем разобрался и я еще скажу ему спасибо. Это меня несколько удручило, а потому я не сводила глаз с мужчины, невольно ожидая какого-то подвоха.

Я сделала глоток виноградного сока. Сегодня Минд променял обед со мной на кучку крикливых девиц. Это, на самом деле, радовало — можно поесть в тишине. Однако наблюдать за тем, как он завоевывает внимание сотрудниц было очень забавно.

Когда он закончил повествовать о своем рождении, то перешел к жизни в детском саду и стихам, которые он сочинил, будучи ребенком. Стихи были на удивление не плохи, однако в то, что он написал их сам я верила точно также, как и в историю рождения, в которой плясали Боги и играла священная музыка.

После стихов о прекрасных дубах Миндртис, словно профессиональный иллюзионист, предложил девушкам показать фокус. Он «помагичил» и вытащил якобы из волос девушек билеты в театр, но мне-то было прекрасно видно, что он просто вытянул их из рукава пиджака. К слову, после моего эксперимента с его одеждой, Миндартис каждый день надевал какой-то новый костюм. Более того, он каждый день менял кожаный портфель и часы. Это также меня забавляло.

Пока я была увлечена обедом и разглядыванием Миндартиса, рядом со мной кто-то кашлянул. Я вздрогнула от неожиданности и оглянулась. Возле моего столика стоял молодой мужчина спортивного телосложение с подносом в руках.

— Я могу присесть? — достаточно обаятельно улыбнулся он.

— Зачем? — не поняла я желания незнакомца.

— Я хочу пообедать с вами и познакомиться, — рассмеялся он, а я, немного подумав, разрешающе кивнула.

Я была готова поспорить на тысячу лиственных, что этому типу что-то нужно по работе и он хочет о чем-то попросить меня. Однако, я крупно ошиблась, он действительно хотел просто пообедать в моей компании.

— Меня зовут Грогрс и я работаю в отделе геологической океанологии, — представился он и, не став ходить вокруг да около, признался. — Вы всегда обедали в компании господина Норгена, но сегодня вы были одни, поэтому я решил составить вам компанию.

— Это очень любезно с вашей стороны, — сухо кивнула я. Мужчина, на самом деле, был довольно приятен.

Каким-то неведомым образом этому парню удалось разговорить меня. В процессе беседы выяснилось, что Грогс очень любит спорт во всех его видах и проявлениях. Спорт я также уважала и спросила, любит ли он футбол. В процессе общения оказалось, что мы с ним болеем за одну и ту же команду — Сосновые. Это было вдвойне приятно, мало того, что хороший парень, так мы с ним еще за одну команду болеем.

Беседа с Грогсом так увлекла меня, что я и не заметила, как быстро закончился обед. В конце концов, мы договорились встретиться после работы в спорт-баре — сегодня Сосновые играли с Хвойными.

— Что, решила вновь начать встречаться? Будь осторожнее, я уже на опыте убедился, что у тебя плохой вкус на мужчин, — хмыкнул Миндартис, когда проходил мимо меня.

Я закатила глаза, никак это не прокомментировав. Пожелав Миндартису хорошо постараться над предстоящим экспериментом, я направилась в свой отдел. Настроение, на удивление, было отличным.

Однако не успела я дойти до нужного этажа, как меня кто-то окликнул. Развернувшись, я увидела Юнсерса, который, казалось, был очень рассержен. Проходившие мимо сотрудники удивлённо посмотрели на нас.

Видеть мужчину я была не особо рада, однако я не понимала, как он смог пройти внутрь без пропуска. Система охраны в нашем центре превосходная.

— Как ты посмела?! — зло закричал он, неприлично ткнув пальцем в мою сторону. — Ты разрушила мою жизнь! Этого ты хотела? — лицо Юнсерса покрылось багровыми пятнами, а я так и не могла понять — что происходит.

Я была уверена, что обманули меня, а потому я и должна злиться, однако это оказалось совершенно не так, по мнению эльфа.

Юнсерс подошел ко мне почти вплотную и, брызгая слюной, вновь заговорил:

— Да ты… ты… — он не мог подобрать слова, тыча в меня пальцем, а потом произошло то, чего я не ожидала. — Ты наглая девица! Ты должна знать свое место!

Юнсерс резко поднял руку, желая замахнуться и ударить меня по лицу.

…Миндартис Норген…

Я шел в сторону своего отдела, однако подметил, что мои коллеги спешат в противоположную сторону. Якобы, в одном из коридоров происходила не то драка, не то ссора.

Я, конечно же, не мог пропустить какого-либо шоу в научном центре, а потому присоединился к толпе. Однако картина, которую я застал вызвала у меня странные чувства.

В одном из коридоров на полу лежал Юнсерс, а Итари держала его руки за спиной в захвате. Итари действительно говорила мне, что занималась заорезными единоборствами, но я думал, что это лишь выдумка, для того чтобы произвести на меня впечатление. Теперь я понял, что девушка не шутила.

— Кем ты себя возомнил? Святым? Самым желанным из мужчин? Думаешь, имеешь право на меня руку поднимать? — Итари шипела словно разъяренная кошка. Мне стало даже как-то не по себе. — Да у бутылки из-под молока больше совести, чем у тебя.

Мне пришлось невольно подметить, что Итари действительно опасная девушка, которая точно не пропадает в сложных экспедициях.

— Прошу всех успокоиться, — я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Молодой человек, — я обратился к Юнсерсу, жестом прося Итари встать с него. — Пройдемте со мной. Нам нужно с вами кое о чем поговорить.

Итари с сомнением посмотрела на меня и с неохотой поднялась с пола. Юнсерс также поднялся, зло посмотрев на Итари. Да как он посмел так смотреть на самую чудесную розу этой лаборатории? Вурдалак, вот действительно.

Я развернулся, предлагая Юнсерсу следовать за мной. Уходить далеко не планировал — просто зашел в первый попавшийся конференц-зал с прозрачными стенами — толпа должна наслаждаться зрелищем.

— Кто ты такой? — насупился Юнсерс, скрестив руки на груди.

— Я тот, из-за кого ты пришел сюда, — я вздохнул, поправив челку. Мужчина не ответил, а мне пришлось объяснить недогадливому что здесь к чему. — Ты обидел Итари, а она моя младшая коллега. Я не мог оставить этого, а потому немного подсуетился. И раз ты тут, то слухи дошли до нужных лиц, — я хмыкнул, представляя какой бедлам сейчас творится в больнице.

— Да ты знаешь, что обо мне говорят?! — закричал Юнсерс так сильно, как только мог.

— Глупый вопрос. Конечно знаю, я ведь это устроил, — я снисходительно улыбнулся и сделал шаг вперед. — Считай, что ты еще легко отделался.

Юнсерс по инерции отшагнул от меня, несколько насторожившись, а я подметил:

— Это Итари может применить на тебе парочку захватов, я не собираюсь марать руки — мой костюм слишком дорогой, чтобы я так бездумно портил его. Я, как ты уже заметил, действую по-другому.

— Директор отменил помолвку, ты понимаешь? — продолжал шипеть Юнсерс.

— А не нужно было эльфийский род позорить. Я бы ничего не сделал будь ты человеком или кем-то еще, но эльф… — я покачал головой и махнул ему рукой на выход. — Сейчас уходишь отсюда и больше никогда не появляешься. Итари тоже не беспокой. Если узнаю, то я из страны тебя выдворю, понял? — я доброжелательно улыбнулся Юнсерсу и открыл дверь конференц-зала, настойчиво повторив. — Тебе пора идти.

…Итарильдэ Ангрэ…

— Что-то еще? — я пристально смотрела на Миндартиса, не веря своим ушам.

— Ну, я рассказал его коллегам по больнице только правду и немного вымысла.

— Насколько «немного»? — тут же уцепилась я за эту деталь.

— Я всего лишь сказал, что Юнсерс, буду помолвленным, встречался с девушкой. На этом правдивая часть кончается и начинаются сказки, — Миндартис почему-то откровенно веселился. — Та прелестная особа, с которой он встречался, не выдержала лжи и, узнав правду, покончила жизнь самоубийством.

— Ты меня при жизни похоронил что ли? — шикнула я, схватившись за голову.

— А кто сказал, что речь про тебя? Сколько было еще таких обманутых девиц? Также я добавил, что он был постоянным гостем в борделях. Это, к слову, чистая правда. А также он жестоко относится к животным — может даже кошку на улице пнуть, у меня запись есть. Если бы он обидел тебя сильнее, то грехов за ним было бы больше. Я распустил слухи среди сотрудников, а также инвесторов, сделав так, чтобы об этом узнал директор — отец его невесты. Как видишь, схема сработала. А еще я хочу подметить, что у тебя нет никаких оснований злиться на меня.

— Терпеть не могу, когда кто-то вмешивается в чью-то личную жизнь, — я покачала головой, осмысливая услышанное.

— Забудь, это же я все устроил, а не ты. Ты вообще играла роль добросердечной девицы. Мстить не стала, в его жизнь вмешиваться не хотела, все такая правильная, — Миндартис протянул ко мне ладонь, чтобы потискать меня за щеку, за что тут же получил магический удар током.

— Но я не просила тебя вмешиваться. Однако… — я против своей воли усмехнулась, а в конце концов и вовсе рассмеялась. — Миндартис, ты, как всегда, — я покачала головой. — Хоть я не просила тебя об этом, но… спасибо? Не думала, что тебе есть дело до кого-то, кроме себя и своей прически.

— Что? Ты только что сказала «спасибо»? Можешь повторить? Я не расслышал? — резко стал притворяться Миндартис глухим. — Повтори еще раз.

— Обойдешься, — хмыкнула я, разворачиваясь, однако Минд схватил меня за локоть, преграждая коридор.

— Никуда не пущу тебя, пока не услышу благодарность. «Спасибо» из твоих уст должно звучать очень мило, ты так не считаешь? — Миндартис подмигнул мне, вальяжно приваливаясь к стене.

— Стукну тебя, если не уйдешь с дороги, — по-дружески по обещала я эльфу, на что он рассмеялся и протянул мне ладонь:

— Я рад, что у меня есть такая подруга как ты. Дипломатичности тебе еще учиться и учиться, но я постараюсь это исправить, — подмигнул мне Минд, а я фыркнула, пожав ему руку.

Глава 3

— Светлые Леса, да как так?! — я недовольно смотрела на экран моновизора, наблюдая за тем, как любимая команда стремительно проигрывает.

Грогрс же молча смотрел матч, с печальным выражением лица.

— Не расстраивайся, все еще может наладиться, — попыталась я подбодрить мужчину. — Можно нам еще древесных сухариков? — попросила я бармена, который также увлеченно посматривал на моновизор.

В спорт-баре было не так много народа, как я предполагала, а потому мы с комфортом разместились за барной стойкой.

— Да как Норгенсэль мог пропустить тот мяч? — резко встрепенулся мой спутник. — Новый игрок, я говорил, что нужно было оставить прежний состав команды. Пропустить два мяча подряд, что за дела?

— Соглашусь с тобой, — я закинула в рот горсть острых сухариков. — Толи дело Френдэс.

— И не говори, — Грогрс с уважением посмотрел на меня. — Как думаешь, команда выиграет этот матч? Эти ромаринские спортсмены, конечно сильны, но и мы не из осинового листочка сделаны.

— В команде Ромарина есть несколько слабых звеньев. Если сделать упор на их атаку, то у нас есть все шансы сравнять счет, а там дело за малым, — задумчиво произнесла я.

— Итари, я поражен, — Грогрс хлопнул меня по плечу и шутливо предложил. — Может нам с тобой стоит как-нибудь поиграть? У нас при центре есть футбольная команда, не хочешь присоединиться?

Таким образом, по завершению матча наша команда действительно выиграла. Может быть, я не нашла себе парня, но обрела отличного друга, с которым приятно провести время. Домой я возвращалась в прекрасном настроении — Грогрс проводил меня до общежития и всю дорогу мы обсуждали тонкости спортивных игр. Договорились как-нибудь поиграть вместе не только в футбол, но и в теннис. Также он рассказал мне, что в городе скоро пройдет велопробег. Это меня действительно заинтересовало.

***

Я разглядывала в зеркале свою иллюзию: русые волосы, лазурную прядь я также спрятала, глаза сделала карими, а также изменила черты лица.

— Отлично выглядишь, — вынесла свой вердикт Армерия, которая оценивающе осматривала меня. — Волнуешься?

— Ни капли, — усмехнулась я и предположила. — Может быть платье?

Когда я пришла домой после встречи Грогсом, то мне пришло магическое уведомление. Система «базы данных» нашла для меня совпадения и мужчина, которому это совпадение также выпало, решил мне написать. Мы разговорились с ним, и он показался мне достаточно приятным собеседником. Он представился Сариэлем, я же назвалась Тари во избежание неловкой ситуации. В какой-то степени это все равно мое имя.

Мы общались не так долго, но он предложил встретиться где-нибудь в людном месте. Я не стала отказываться — не буду скрывать, но мне очень хотелось проверить идею социального эксперимента. Я почти не верила в успех этого мероприятия, но все же любопытство брало вверх.

Когда я написала подругам о том, что иду на свидание, они тут же пришли в мою комнату, помогая со сборами. Не скажу, что мне так уж была нужна помощь, но выгонять девушек не стала.

Спустя двадцать минут, иллюзия уже крепко держалась на мне, и я неспешно направилась в сторону городского парка. Не знаю почему, но парки я считала лучшим местом для свиданий — обилие деревьев помогает отвлечься от городской суеты и уединиться с природой.

Попросив подруг пожелать мне удачи, я спустилась к брату, который усердно корпел над книгами, и предупредила его, что ухожу гулять.

— Ты в последнее время такая активная. Меньше работы стало? — Кливий задумчиво наклонил голову набок, а Кузнечки, копируя его жест, также повернул шею, отчего одно ухо отпало. Я махнула рукой, магией возвращая часть тела на законное место.

— Эээ. А, э? — также уточнил Кузнечик.

— Работы хватает, просто хочется немного отдохнуть, — лучезарно улыбнулась им я — настрое после матча было отличным. — Не засиживайся допоздна, хорошо? — попросила я брата и напомнила. — Скоро начнется практика, поэтому наберись сил. Кузнечик, погладишь мне на завтра брючный костюм? — попросила я просьбе и Кузнечика. Он согласно кивнул.

— Насколько знаю, в отделе химической океанологии, где я буду проводить большую часть времени, поменялся начальник. Мне Мирабилис рассказала. Это хорошо или плохо? — достаточно заинтересованно стал расспрашивать меня брат, а я задумалась.

С Миндартисом весело проводить обеденное время и есть, но на этом его достоинства в моих глазах заканчиваются. Начальник? Понятия не имею, хороший ли он руководитель, но раз здание еще на месте, то все не так плохо, как могло бы быть.

— Не знаю, — я неопределенно пожала плечами. — Он скорее красивое украшение нашего центра и жирный кошелек, откуда нам капают денежки, так что не переживай, — весьма самоуверенно и оптимистично заявила я и махнула рукой. — Я ушла, вернусь часам к одиннадцати.

— Купи свежей рыбки на обратной дороге! — крикнул мне напоследок Кливий, когда я уже почти закрыла дверь.

— Э! — также сказал Кузнечик в самый последний момент.

Выйдя из общежития, я направилась в сторону парка. К счастью, он был не так далеко. Внутри было приятное волнение и предвкушение встречи. Однако, с другой стороны, я была уверена, что мне сможет понравится кто-то, о ком я почти ничего не буду знать. Все-таки карьера и материальное положение в наше время стоят не на последнем месте.

В парке «Ла-Листья» прогуливалось много эльфов — кто-то шел семьями, шли группы студентов, кто-то возвращался с работы. Я же шла на встречу, ища глазами эльфа, который должен был надеть зеленую рубашку.

Высокий мужчина со светло русыми волосами стоял у одного из деревьев на главной аллеи. Увидев меня, он приветственно махнул рукой.

— Сариэль? — приподняла я брови, оценивающе оглядывая незнакомца. Понимать, что та внешность, которую ты видишь, не настоящая было необычно и слегка непривычно.

— Верно, рад встречи, Тари, — мужчина кивнул головой в знак приветствия и миролюбиво предложил. — Прогуляемся?

Я согласно кивнула, и мы неторопливо пошли вперед.

— Я даже не знаю, с чего начать, — рассмеялся Сариэль. — Тари, можешь рассказать мне что-нибудь о себе?

— Ну… — я призадумалась. — На самом деле у меня дома живет умертвие, а моя бабушка некромантка, — выпалила я первое, что пришло в голову.

— Серьезно? — глаза Сариэля округлились, а потом он заразительно рассмеялся. — Оригинальный рассказ, мне нравится.

— А что насчет тебя? — реакция мужчины на мои слова мне понравилась, при обычных встречах лица эльфов вытягивались, и они спешили куда подальше.

— А я люблю яды, — также весело подмигнул мне Сариэль, а я практично осведомилась

— Употреблять или изготавливать?

— Изготавливать, — поспешил ответить Сариэль. — В лечебных целях, разумеется, — решил он уточнить, а я покивала головой.

— Я знаю, что яды действительно нынче популярны среди населения. Особенно яды растений и змей из Шаганефса, которые принято смешивать с листьями фиалки — это улучшает пищеварение. Как-то я покупала иглы кактуса, залитые уксусом. Хорошее средство. На каких именно ядах ты специализируешься? Можешь назвать свои любимые?

— Удивлен, что ты разбираешься в этом, — усмехнулся Сариэль и стал поочерёдно загибать пальцы. — Мой любимый яд — «Шипящие камни» — он помогает избавиться от сыпи на теле и содержит пыль каменных пород, смешанную со слюной гидры и ядовитыми слезами летучих мышей, которые живут в Громьих горах. Также «Сосновая смола», в состав которой входит кора деревьев и ядовитые грибы, является отличной профилактикой гриппа. Но, как ты понимаешь, в этом вопросе важна мера. Все должно быть точно и идеально, правильная концентрация раствора — залог успеха.

— Полностью с тобой согласна, нет ничего в работе важнее, чем точность, — позиция эльфа мне очень нравилась.

— Конечно, но яды не моя работа, лишь приятное времяпрепровождение, — кивнул Сариэль и указал на здание внутри парка. — Не хочешь перекусить? Я не успел поужинать, — честно признался он.

Я не отказалась, и мы зашли внутрь — было много пустых столиков, и мы заняли место с мягкими диванчиками.

— Хочу поесть мяса, — пробормотала я, разглядывая меню.

— Вижу, у тебя хороший аппетит, — одобрительно сказал Сариэль, также рассматривая меню. — Возможно, это не элитный ресторан, но я думаю, тебе понравится.

— Я не привередлива в еде, — сказала я, в душе радуясь, что это не какой-нибудь драконьих ресторан, где я не понимала и слова. В голове тут же всплыла та неловка ситуация с моим заказом. Невольно улыбнувшись, я заключила. — Я выбрала, а ты? — я посмотрела на эльфа, который все еще разглядывал меню.

— Да, конечно, — мужчина кивнул и жестом подозвал к нашему столику официанта.

— Добрый вечер, вы готовы сделать заказ? — уточнил он, глядя на нас.

— Мне, пожалуйста, вишневый лимонад, салат с креветками и грибной суп. Тари? — Сариэль вопросительно взглянул на меня, а я не стала мелочиться:

— Коктейль с семгой и брусникой, салат не нужно, стейк из молодой телятины средней прожарки, каре ягненка и лимонный пирог со смородиной, — высказалась я и решила предупредить Сариэля. — Я тоже не ужинала. Заплачу за себя сама, не волнуйся.

— Тари, не волнуйся, я же позвал тебя навстречу, — попытался как истинный джентльмен взять все расходы на себя, но я была непреклонна и, в конце концов, ему пришлось сдаться.

— Может быть вина? — предложил Сариэль, когда официант ушел. — Красного? Белого?

— Вино? Нет, спасибо, — тут же отказалась я от алкоголя.

— Хорошо, я понял тебя, — покивал Сариэль и перевел тему. — Какие у тебя планы на этот вечер? Может быть, нам стоит перекусить и сходить куда-нибудь?

— Может быть, кино? — смело предположила я, понимая, что совсем не против посмотреть новый фильм. — Буквально позавчера вышла новинка, которую очень хвалили критики. «За гранью атмосферы», кажется, фильм назывался так. Насколько я знаю, одна из семьей в Ромарине финансировала этот проект

— О, я слышал об этом! Это же научная фантастика? — глаза Сариэля заинтересованно загорелись. — У тебя отличный вкус. Ты права, в этот кинопроект было вложено много денег Юирином Эрвайтом. Когда-то он работал помощником режиссера, а потому хорошо в этом разбирается. Мне нравятся его работы.

— Я рада, что нашла единомышленника, — я довольно покачала головой. — Не так многим нравится этот жанр, поэтому мне было не с кем сходить. Приятно, что ты составишь мне компанию.

— Аналогично. Девушки нынче мало заинтересованы в искусстве и науке одновременно.

— Ты так комплимент сделал или на девушек пожаловался? — хмыкнула я.

— И то, и то, — фыркнул мужчина, о чем задумавшись. — Тогда решено — едим и идем в кино.

— Отлично, — я также осталась очень довольна нашим выбором и не могла не спросить. — Раз ты ценитель кинофильмов, то скажи, какой попрокн тебе нравится?

— Облепиховый, — хитро усмехнулся он, а я навострила уши и переспросила:

— Облепиховый? Такое продается? Никогда не видела.

— Как-то раз мой друг, с которым мы пошли на сеанс, купил себе облепиховый лимонад. Так вышло, что он пролил свой напиток на мой попкорн, я даже не заметил этого, продолжая есть. С тех пор я всегда беру обычный попкорн и сам смешиваю его с лимонадом. Получается очень вкусно, я дам тебе попробовать, когда придем.

— Звучит немного необычно, — покивала я и решила рассказать ответную историю. — У меня не было чего-то связанного с попкорном, однако у меня, как, наверное, и у всех, происходили казусы с билетами, — Сариэль согласно покивал, словно подтверждая мои слова. — Последний раз, когда я пришла в кино, то на моем место кто-то сидел. Оказалось, что я перепутала дни и пришла на сеанс на день раньше.

— У меня тоже случалось что-то подобное. Я часто путаю залы в кинотеатре и по итогу попадаю не на те фильмы. Я считаю, что организаторам стоит быть внимательнее к посетителям и…

Сариэль не успел договорить, как официант принес нам напитки и первые блюда. Эльфу — салат, а мне — мясо.

— Хочешь попробовать? — любезно предложил мужчина, протягивая мне лист шпината.

— Нет. Если бы хотела, то просто заказала бы себе такой же, — категорично увернулась я от зелени, но, вопреки всем законом вежливости, предлагать в ответ мясо не стала. Порции в заведении не такие уж и большие, чтобы еще и делиться ими.

— Вкус не так уж и плох, — попробовав салат, вынес вердикт Сариэль и спросил у меня. — Тебе нравится?

— Да, все вкусно, — согласилась я, нарезая мясо аккуратными кусочками. — Сариэль, а где ты родился?

— Я родился в Эльфийских Долинах, — послушно ответил он, с интересом разглядывая меня.

— Это понятно, — отмахнулась я и так понимая, что он эльф. — Где именно?

— А, вот ты о чем, — усмехнулся он и принялся за неторопливый рассказ. — Я горделивый эльф, родился в столице. А что насчет тебя?

— Я тоже здесь родилась. Но выросла я не в городе, а в пригороде.

— Звучит достаточно хорошо, — кивнул мужчина, но поддерживать эту тему дальше он не захотел. — Знаешь, это было так давно. Может быть, поговорим о настоящем? Как ты проводишь лето и где ты любишь отдыхать?

***

Вечер с Сариэлем мы провели по-настоящему прекрасный. Я давно не чувствовала от встречи и прогулок такого удовлетворения — мы сделали все то, что по моим идеальным представлениям должны сделать люди на свидании. Прогулялись по парку, поели, посмотрели чудесный фильм, вновь прогулялись, но уже по набережной. Перед тем как разойтись мы съели банановое мороженое и разошлись в том же парке, что и встретились. Сариэль предлагал довести меня до дома, но я была непреклонна — место жительства может многое рассказать, а потому мы расстались на нейтральной территории.

Наилучшее впечатление на меня произвел Сариэль в кинотеатре. Я не знаю, с чем это связанно, но мы с ним обращали внимание и подчеркивали одни и те же факты. В ходе социального эксперимента о работе было спрашивать нельзя, но я была готова поклясться, что он также, как и я, научный исследователь или же крутится в схожей сфере. Терминология и знания выдавали его с головой. Впрочем, наверняка, он также подумал и обо мне. Так или иначе, а наш схожий образ мышления подкупал меня. Все время, пока мы шли по набережной, мы не переставали говорить о том, что увидели. Это мне безумно нравилось.

Я не часто могу признать плюсы — порой я в большей степени обращаю внимание на минусы, но либо система иллюзий с социальным экспериментом действительно имеет место быть, либо же я действительно нашла кого-то настолько близкого мне по духу.

***

Так как с Сариэлем мы гуляли допоздна, то на работу я соответственно пришла невыспавшейся. Я знаю, что нужно мне следить за своим режимом сна, но не всегда получается. Зато Миндартис, вурдалак шпинатовый, был свеж как огурчик.

— Я говорил тебе, что ты красивая? — очаровательно улыбнулся мне он за обедом.

— Нет, — я продолжала жевать салатик с ананасами, который сегодня подавали в центре.

— Все верно, ведь тебя с такой чернотой под глазами нельзя даже симпатичной назвать. Опять работала всю ночь? — Миндартис протянул ладонь к моему лицу, за что тут же получил вилкой по запястью.

— Конечности лишние появились? — шикнул я на такое своенравие. — Не люблю, когда до меня дотрагиваются незнакомые люди, — призналась я.

— Правда? — Минда это позабавило. — А как же твой парень? Коллеги? Я твой самый близкий коллега в этом центре, мы с тобой — лучшие друзья.

— С чего ты взял? Самые близкие в этом центре: Кливий, Мирабилис и Армерия, — для наглядности я загнула три пальца.

— А я? — казалось, что Миндартиса это слегка удивило.

— А с тобой мы просто едим вместе, — вынесла я заключение.

— Бука, — пробормотал Миндартис и уже привычным жестом забрал из моего салата оливки. — Не против?

— На здоровье, — я пожала плечами, потому что действительно не любила данный продукт. Если бы их не ел Минд, то я бы их просто выкинула. Они придали вкус салату, но большей пользы я от них не видела.

— Но знаешь, Юнсерс, конечно, тот еще упырь, — в какой-то момент покачал головой Минд. — Итари, тебе стоит очень внимательно выбирать себе спутника жизни. Понимаешь, о чем я? — Минд выжидательно посмотрел на меня.

— Нет. Не понимаю. Больше конкретики, — попросила я, слушая Минда и просматривая анализы рыб.

— Имею в виду, что у меня нет девушки, — хитро подмигнул мне Минд, как-то выжидательно наблюдая за мной, а я закатила глаза, вновь признавая, что у Минда мозгов как у аквариумной рыбки.

— Ты специально это каждый день повторяешь? Чтобы все услышали? — я махнула рукой на полную столовую. — Говори об этом поменьше в людных местах, иначе жаждущие любви девушки разгрызут тебя на части и разберут по кусочкам — одной печень, другой глаз, третьей молекула ДНК.

Миндартис лишь закатил глаза, но ничего не сказал. Когда обед закончился, каждый из нас разошелся по своим отделам. Единственное, что мы сделали — договорились о завтрашнем обеде в новом кафе на набережной.

Когда я пришла в лабораторию, то тут же подошла к Глапурону. Исследования завершились и сейчас его предстояло отправить в аквариумное-хранилище. Хотелось признаться, что за эти дни я успела к нему несколько привязаться и его умного взгляда будет мне не хватать. Иногда у меня возникало ощущение, что в моем отделе это одно из самых умных существ. К сожалению, сотрудники меня своими успехами не радовали.

Когда я с капсулой почти вышла из офиса, то где-то раздался странный хлопок, чем-то похожий на взрыв. Я обернулась к коллегам — они тоже слышали этот шум. Реагенты есть повсюду, а потому откуда именно произошел взрыв сложно было предположить.

Не став откладывать насущные дела, я отнесла Глапурона в искусственную экосистему и поспешила на нарастающий гул в отделе химической океанологии. Стоило признать, что там действительно было на что посмотреть.

— Что произошло? — тихо спросила я у Кливия, который также оказался в этой толпе.

— Один парень использовал неправильные пропорции, из-за чего в одной из лабораторий случился взрыв, — также шепотом посвятил меня в детали брат.

Мне пришлось признать, что в воздухе витает запах гари, словно это были горелые волосы — ужасный запах.

Я привстала на цыпочки, разглядывая то, что происходило в центре событий. Там стоял виновник мероприятия и Миндартис. Лицо Минда было на удивление спокойным. Мне было очень интересно, как же наш инвестор поведет себя в подобной ситуации как руководитель. Миндартис, поняв, что вокруг слишком уж много лишних глаз и ушей, жестом предложил сотруднику пройти в его кабинет. Так как стены были прозрачными, то нам было все прекрасно видно.

Миндартис неторопливо прошел к рабочему столу и сел в кресло, сложив руки на груди. Парень мялся у входа, потупив взгляд. Затем Миндартис начал что-то говорить с очень спокойным и неизменным выражением лица, от чего сотрудник менял свои оттенки кожи — зеленый, красный, белый. Была готова поспорить, что Минд применяет свою любимую технику унижения и растаптывания. Я решила, что дальше навряд ли будет что-то интересное, а потому взяла ситуацию в свои руки:

— Вызвать группу уборщиков для токсичных веществ. Также позовите ремонтную бригаду — для починки оборудования. Для сотрудников отдела химической океанологии объявляется часовой перерыв — можете отдохнуть или пообедать, затем продолжите исследования. Всем остальным проследовать на свои рабочие места, — я звонко хлопнула в ладоши, привлекая внимание толпы и призывая всех заняться делом.

Народ стал постепенно расходиться, а Кливий приподнял брови:

— Я могу посидеть у тебя в кабинете?

Я конечно же разрешила Кливию переждать перерыв у меня в офисе, однако не преминула задать насущный вопрос:

— А где Мирабилис? Я не припоминаю, чтобы у вас сегодня было запланировано занятие, — я с сомнением посмотрела на настенный календарь.

— Так я сегодня не с ней занимаюсь, — покачал брат головой и, словно у себя дома, присаживаясь на мягкое кресло.

— А с кем тогда? — я наклонила голову набок, не припоминая, что у Кливия есть какие-то знакомые в нашей лаборатории кроме моих друзей.

— Меня пригласил господин Норген. Он позвонил мне вчера вечером и назначил время занятия. Ты не знала? Я думал, что это ты попросила его позаниматься со мной, — Кливий удрученно почесал затылок, а Армерия, которая прислушивалась к диалогу, хихикнула:

— Кажется, Миндартис обошел вас обоих. Откуда у него вообще твой код артефакта? — задала подруга очень хороший вопрос, который также интересовал и меня.

— Не знаю, — Кливий пожал плечами и подметил. — Но это уже не первый раз, когда он мне звонит. Итари, разве не ты дала ему код? Вы довольно хорошо общаетесь и…

— Вот вурдалак, — зашипела я, перебивая Кливия, когда пазл в голове совпал. — Вот зачем он спрашивал у меня, где лежат документы практикантов, — я вспомнила один из наших разговоров. — Я сейчас вернусь, — бросила я напоследок, перед тем как выйти из кабинета.

— Не зверствуй там сильно, — в привычной манере крикнула мне Армерия напоследок.

Последнего я не обещала. Ну что за дела-то? Использовать документы практикантов в личных целях запрещено. Как же личные данные и конфиденциальность информации? Невесть что еще он взял из того хранилища, кроме кода Кливия. Бессовестный.

Идти ругаться с Миндом было гиблым номером, потому что я уже поняла, что с ним эта тактика редко работает. С горделивым нужны более действенные методы, а потому я сама направилась в архив с документами и попросила историю доступа. Увидев, что в один из дней Миндартис проходил в архив с документами практикантов, я попросила распечатать мне историю входа и выхода Минда. И уже с бумажкой, которая, на мой взгляд, играла роль главного и неоспоримого доказательства, направилась к Миндартису.

В его кабинете никого не было, а потому я просто влетела внутрь, положив на стол историю входа в архив.

— Что это? Итари, говори прямо, что случилось, — несколько устало попросил Минд. Кажется, сегодняшнее происшествие его слегка вымотало.

— Зачем ты брал информацию о практикантах? — прямо спросила я, не став ходить кругами вокруг леса. — Ты же взял код артефакта Кливия, — констатировала я. — Зачем?

— А, вот ты о чем, — Миндартис был сам на себя не похож — несколько бледен. Он откинулся на спинку стула. — Я помнил несколько наших разговоров, а потому решил посмотреть, чем я могу помочь. Разве ты не хотела, чтобы он подтянул химию и сдал экзамены? — Минд чуть прикрыл глаза. — Он не так уж и безнадежен и…

Я нахмурилась и перегнулась через стол и, игнорируя все собственные правила, притронулась ладонью к лбу Минда. У меня создавалось ощущение, что он плохо выглядит и возможно у него температура. И я не прогадала — у него действительно был небольшой жар.

— Ты что делаешь? — приоткрыл Минд глаза, странно глядя на меня.

— Проверяю температуру. С момента обеда прошло не так много времени, но ты сейчас выглядишь так, словно болен уже несколько дней, — я удрученно покачала головой и посоветовала. — Иди домой и хорошенько отоспись. Возможно, это реакция твоего организма на стресс. Ты не каждый день сталкиваешься с такими ситуациями как сегодня.

— Спасибо за заботу Итари, — даже болея Минд не мог обойтись не самодовольной улыбки. — Но я не могу уйти домой. У меня занятие с Кливием. К тому же я руководитель.

— Кому нужен больной руководитель? — задала я резонный вопрос. — С братом я решу вопрос. Впредь не делай чего-то подобного и лучше спроси перед тем, как сделать.

— Разве ты не должна меня поблагодарить за мою помощь? — встрепенулся Миндартис, когда я уже собралась уходить из его офиса.

— Я действительно поражена, что ты стал таким щедрым и добродушным, но твои мотивы мне не ясны. Да и не помню, чтобы просила тебя о чем-то подобном. Пусть Кливий тебя за это благодарит.

Я уже взялась за ручку двери, как эльф вновь позвал меня:

— Итари, — Минд привстал из-за стола. — Знаешь, я так плохо себя чувствую, что навряд ли дойду до отеля в таком состоянии. Не хочешь меня проводить? — я четко заметила в глазах Минда хитроватый блеск.

— Раз в тебе вновь проснулось твое очарование, то не все так плохо, — хмыкнула я. — Попроси кого-нибудь другого, — я вышла из кабинета, возвращаясь в свой отдел. Работа ждать не будет.

В лаборатории я продолжила исследование новых рыб. Единственное, что у меня удручало — их анализ крови. Я не могла найти причину, почему уровень витаминов был очень высок. Это был комплекс витамин, которые применяют рыбные хозяйства для поддержания здоровья рыб, но у тех, что живут в открытом океане ничего подобного не должно наблюдаться. В крови не должно быть никаких химических добавок и примесей.

Когда я вновь пошла к зал с анализаторами, то мой монофон завибрировал. Так как я еще не села за работу, то решила посмотреть, кому я стала нужна посреди рабочего дня. Это был Сариэль. Мы с ним продолжали общаться на платформе той самой «базы данных». Сейчас он звал меня на свидание сегодняшним вечером. Я не возражала и согласилась, подчеркнув, что сейчас на работе и освобожусь не раньше семи часов вечера. Он пожелал мне хорошего дня и уже в приподнятом настроении я приступила к анализу крови.

***

— Чудесное платье, — проговорил Сариэль, когда мы встретились в том же парке, что и вчера.

— Спасибо, — с улыбкой приняла я комплимент и предложила. — Сходим поужинать?

— Опять не поела после работы? — удивился Сариэль и поинтересовался. — Куда хочешь сходить? Что-то конкретное? Есть предпочтения в еде?

— Я люблю острое и не люблю кислое, — честно призналась я. — Что насчет тебя?

— Я всеяден, — хмыкнул он и куда-то махнул рукой. — Там есть неплохое кафе и там подают острые супы, хочешь попробовать?

Об острых супах я слышала впервые, а потому без сомнений согласилась. Так странно, вроде бы живу в этом годе, а каких-то заведениях слышу впервые.

Пока мы ждали наш заказ, то каким-то образом со вкусовых предпочтений мы перешли на обсуждение политики и глобальных проблем. Сариэль был весьма эрудированным человеком и какую бы я не назвала тему — он прекрасно в ней разбирался. Социальная сфера, экономика, политика, химия, яды, астрология, искусство — он мог поддержать любую беседу.

Обсудив экономическую ситуацию в Эльфийских Долинах, мы пришли к выводу, что инфляция не так критична, как могла бы быть, а уровень жизни и благосостояния населения по-прежнему высок. В конце концов, из всех стран именно Эльфийские Долины находятся на последнем месте по уровню преступности и на первом по безопасности. После экономики мы обсудили политику правящей партии — Светлая листва. Я сама хоть и не состояла ни в какой партии, но голосовала я всегда именно за кандидатов этой Светлой Листвы. После мы перешли к обсуждению экологической ситуации в Шаганефсе — вампиры совсем не заботились об окружающей среде и почему-то никогда не желали позаботиться о переработке отходов.

Когда мы прошлись по всему миру и насущным проблемам каждой из стран, то принесли наш заказ. Мы с Сариэлем очень довольно переглянулись — кажется, каждый из нас был доволен состоявшимся разговором. Редко можно встретить кого-то, кто мог не только поддержать твои взгляды на мир, но и разделить их.

Съев суп с мелко изрубленными грибами и тремя видами перца, мы засобирались продолжить нашу прогулку. Я вновь настояла на том, чтобы самой заплатить за ужин. Сариэль меня не останавливал.

После кафе мы вновь решили сходить в кинотеатр. Очень уж нам нравилось такое времяпрепровождение, так как мы оба видели особенный шарм у научных фильмов.

После фильма вновь состоялась прогулка по набережной, вновь мы купили мороженное. И вновь мы расстались с ним парке — на месте нашей встречи. Все прошло также идеально, как и вчера, остановив у меня только приятные впечатления. Кончено, я опять наступила на те же грабли, вернувшись домой лишь в два часа ночи, понимая, что по утру мне будет нужно выпить пару чашек с бодрящим элексиром, чтобы прийти в чувство после ночной прогулки.

Такая идиллия продолжалось несколько дней и с каждым днем Сариэлем производил на меня все большее и большее впечатление, ежедневные встречи хоть и были очень похожи на предыдущие, но были абсолютно разными. Но в один из дней мне пришлось отменить нашу встречу.

— Итари, мне очень нужна твоя помочь! Очень-очень, — Мирабилис крепко держала меня за руки, пытаясь своими акульими глазками заглянуть мне в душу.

— Нет, — я продолжала делать вид, что я просто дуб, который тут вообще не причем.

— Пожалуйста, подмени меня. Пэтрэль очень расстроится, если ему на такой встрече придется быть одному. Итари, солнышко наше, — Мирабилис надула губки. — Сходи на тройное свидание, считай это всего лишь деловой встречей, м?

Я сделала глубокий вдох. С одной стороны, Мирабилис моя подруга и за мной даже есть парочка долгов, ведь она никогда не отказывает мне в моих просьбах. Но мои просьбы всегда касаются только рабочих моментов, а тут свидание. Тройное свидание. Зачем мне идти на тройное свидание, если я могу пойти на свидание с Сариэлем и чудесно провести время? К тому же, сегодня мы хотели сходить в океанологический музей.

В конце концов, я согласилась. Подруги как ни как. Как я поняла из слов Мирабилис, она должна была пойти на это свидание, но она не успевает закончить работу в срок, а потому не может пойти. Я предложила вместо свидание помочь ей с образцами, но она отказалась. На свидании будет три девушки, включая меня, и три парня. Мирабилис уверяла меня, что Пэтрэль очень хороший парень и работает в отделе геологической океанологии. Другие парни вроде бы тоже будут сотрудниками нашего центра. Из-за этого я еще больше не хотела идти — я руководитель в конце концов, а не простая сотрудница, которая бегает на тройные свидания с коллегами. Решив сразу обозначить, что я просто заменяю Мирабилис, я согласилась, пообещав подруге, что все пройдет хорошо.

Перед тем как уйти на «свидание», я написала Сариэлю, извиняясь из-за того, что я отменяю нашу встречу сегодня. Не знаю почему, но я чувствовала в Сариэле нормального эльфа, который может понять ситуацию, в которой я оказалась, а потому рассказала ему о просьбе подруги и тройном свидании. Он лишь посмеялся и подметил, что понимает меня, а потому пожелал удачи предложил встретиться сегодня в девять часов вечера. Я решила, что в девять-то я точно уже буду свободна, а потому согласилась. На самом деле, я была приятно удивлена реакцией Сариэля.

Войдя в уютное и хорошо освещенное кафе, я почти сразу заметила нужный мне столик. Но, к сожалению, сделала я это благодаря знакомому лицу. Миндартис улыбался аки цветущая роза майским днем.

Пройдя к столу, я на миг замешкалась. Столик был на шесть человек, мужчины и женщины должны были сидеть друг напротив друга. В центре сидела какая-то незнакомая мне девица, другая девушка еще не пришла. Передо мной вставал выбор — сесть с правого края, напротив Миндартиса, либо же с другого, где сидел другой мой коллега по центру, чье лицо мне было смутно знакомо. Я понимала, что Мирабилис точно не могла устроить мне такой подлости и отправить на свидание с инвестором.

Сделав глубокий выдох, я присела напротив своего коллеги из другого отдела. За столом повисло тяжелое молчание. Либо же мне так показалось. Хоть мы с Миндом и неплохо общаемся, но я совсем не была рада его видеть сейчас. От этого ушастого потом подколок и насмешек не оберешься.

— Итари, какими судьбами ты здесь? — решил начать беседу за столом Минд, а я перевела на эльфа убийственный взгляд. И так понятно, что не за пирожками зашла, зачем спрашивать-то?

— Заменяю Мирабилис, — непринужденно улыбнулась я и взглянула на своего «спутника». Почему-то его лицо было мне очень знакомо. — Вы Пэтрэль? — приподняла я брови.

— Да, все верно, Итарильдэ, — как-то отстраненно кивнул он, а я призадумалась, пытаясь понять, откуда же могу знать его. В моей памяти было что-то такое, от чего я понимала, что он не просто сотрудник лаборатории.

— Хорошо, а вы кто? — я по-деловому повернулась к паре по центру. Ни мужчину, ни женщину я не знала. — Мы тоже знакомы? — я выгнула одну бровь.

— Заочно, — улыбнулся эльф, заоозерный, если не ошибаюсь. — Я из отдела токсикологии, работаю в другом корпусе, однако я наслышан о вас. Все запросы, которые вы отправляете на анализ проходят через меня, и я высылаю итоговые заключения.

— О, так вы тот самый Э.С. Грэнэльс? — воодушевленно воскликнула я. — Столько лет работаю, а мы с вами ни разу не виделись. Приятно познакомиться с вами лично, — искренне кивнула я мужчине.

— Я подруга Мирабилис, — представилась и девушка. — К сожалению, я о вас не слышала, — брюнетка была немногословна и у меня сложилось впечатление, что ей не особо-то и хотелось со мной разговаривать.

— Может быть, мне стоит представиться? — весело предложил Миндартис, а я закатила глаза, не удержавшись от подкола:

— Да тебя каждая рыба уже знает.

— И я горжусь этим, Итари, — самодовольно поправил он челку, а меня передернуло от этого жеста. — Не похоже, что у тебя хорошее нестроение, моя дорогая коллега.

— Вижу твое лицо вне рабочего времени, с чего бы настроению быть хорошим? — усмехнулась я, а Эренс присвистнул:

— Да вы кажись очень хорошо знакомы. Миндартис, почему ты не говорил, что у тебя такая прекрасная подруга? — Эренс подмигнул мне, за что также получил от меня убийственный взгляд. Напротив его подружка сидит, нечего мне глазки строить. Окаянные эльфы.

— Раз так, то и мне нужно что-нибудь рассказать о себе, — начал Пэтрэль, почему-то избегая меня взглядом.

Ничего нового я о нем не узнала, зато в голове наконец-то что-то щелкнуло и ко мне пришло озарение — я знаю Пэтрэля. Этот эльф пытался ухаживать за мной в первый год моей работы в центре, я еще тогда работала в другом отделе. К сожалению, я не была настроена на поиск отношений, так как была уверена, что в начале карьера, а потом все остальное, из-за этого его чувства остались без ответа. Светлые леса, почему если раньше мне было все равно на мужчин, то их не было, а тут стоило появиться какому-то на горизонте, то появились вес остальные? Что за законы логики?

Спутница Минадртиса опоздала на десять минут. Ее я также не знала — миловидная блондинка лет двадцати. Все вновь представились и наконец-то перешли к насущному — еде.

Меню было весьма разнообразным, и я пришла к выводу, что салат с мидиями, тушенная свинина и гранатовый сок — идеальное сочетание для сегодняшнего вечера. Когда подошла официантка, мужчины сделали свой выбор. Меню было большим и наши вкусы почти не пересекались. Почти.

— Юная нимфа, мне, пожалуйста, салат «Гронльезэ» с мидиями, тушенную свинину с эльфийской пастой и гранатовый сок. Свежевыжатый, разумеется. А также бутылочку красного вина. На этом все.

Я замерла с раскрытым ртом, не зная, как отреагировать на подобное. В то, что Миндартис экстрасенс я не верила, как и в то, что мы могли выбрать одинаковые блюда. Пока я была в растерянности, другие делали свои заказы, а Минд бросил на меня самодовольный взгляд, словно смеялся надо мной. Пазл сложился. Этот вурдалак каждый день обедал со мной и уже хорошо запомнил мои вкусовые предпочтения и сейчас специально заказал то, что я могла выбрать — обвел меня вокруг пальца. Я усмехнулась, начиная подозревать, что вечер не пройдет гладко и наугад ткнула в меню, выбирая иные блюда — не могу же я теперь заказать тоже самое.

— Лаурэнсия, ваши глаза сверкают словно Луна полуденного Солнца, — подперев подбородок рукой, вешал девчушке лапшу на уши Миндартис, кидая на меня косые взгляды.

У меня создавалось ощущение, что Минд пытался не только произвести впечатление на девушку, но и всем своим видом показать мне, какой он чудесный и неотразимый павлин. Его взгляд и челка, которую он не уставал поправлять, просто кричали: «посмотри, как я шикарен». Я не понимала, чего он этим добивается, но его улыбка стала раздражать меня как в старые и добрые времена, когда мы только познакомились, да и от его наигранного кокетства у меня сводило скулы.

— Миндартис, ваши глаза также очень красивы. Они словно бездонный океан, в котором я готова утонуть, — хихикнула она, пристально смотря на горделивого и ни разу не притронувшись к заказанному салату.

— Польщен, — усмехнулся он. — Ах, мидии в этом заведении просто чудесны, — причмокивал от удовольствия Миндартис. — Итари, ты же так любишь морепродукты, почему же ты не заказала креветок, мидий или рыбу? — решил поинтересоваться эльф, повернувшись ко мне.

— Не могу есть морепродукты в непроверенном месте. Заведение выбирала не я, а потому не могу быть уверена в качестве еды, которую ем. Отравиться мидиями или креветками очень просто. Если будет нужна таблетка — говори, у меня есть, — быстро сменила я свое мнение на счет любимых блюд.

— Итари, да ты очень дальновидна. Это прекрасно, — восхищенно воскликнул Эренс, который также продолжал кидать на меня заинтересованные взгляды.

— Почему бы нам всем не выпить за чудесную встречу? — предложил уже Пэтрэль.

Подняв бокалы, мы чокнулись. Все кроме меня пили алкоголь, но меня это совершенно не смущало. Возможно, именно из-за него девушки чувствовали себя раскрепощенными и такими общительными. Мы же с Пэтрэлем лишь изредка перекидывались парочкой фраз. Он все пытался вспомнить былые времена и свои ухаживания, я же старательно избегала этой темы — зачем возвращаться к тому, чего уже давно нет?

— Милая моя, твои родители случайно не садовники? Тогда, откуда у них такая розочка? — спросил еще один мастер-комплиментов по центру, а Миндартис подметил, почему-то глядя на меня:

— Полностью с тобой согласен, наши спутницы сегодня прекрасны как цветы. Такие же нежные и прекрасные. Не против быть моей Аквилегией? — спросил он у девушки напротив. Она, разумеется, не отказалась. — К сожалению, не все сидящие девушки похожи на распустившиеся цветы. У меня порой складывается ощущение, что в нашем Грендальскому саду растет одна Хамелобивия, — Минартис бросил на меня еще один красноречивый взгляд, а я усмехнулась. Не на ту он напал, чтобы названиями растений разбрасываться:

— Все верно, я — кактус. А ты видел, какие красивые у кактусов цветы? Красота настоящая. Обычная роза завянет через несколько дней, даже если все хорошо, а кактус? — я искренне считала Хамелобию чудесным растением. — Что насчет тебя Миндартис? Вижу, ты действительно что-то понимаешь в этом биологическом царстве и не так глуп, как хотел казаться при первой встрече. Если бы ты был растением, то только Гиднорой.

— Гиднорой? — переспросил Миндартис, задохнувшись от возмущения. — Я назвал тебя кактусом, но он хотя бы красив, а ты называешь меня корневым паразитом? — обиде Минда не было предела, а я усмехнулась — не только Минду здесь над окружающими смеяться.

— Хорошая шутка, Итарильдэ. Очень хорошая, — расхохотался Эренс, который мог сгладить любую ситуацию и сейчас искренне веселился. — Итари, не хочешь тоже немного выпить? — предложил мне он, а я отказалась.

После этой небольшой перепалки беседа между каждой из пар пошла своим чередом. Как бы я ни старалась поддержать беседу с Пэтрэлем, но ничего не выходило, он видимо не желал говорить со мной — все его ответы были коротки и односложны. Но я и не наставила на общении — кушать тоже нужно.

Было уже восемь часов, и я считала, что встреча подходит к своему логическому завершению, однако девушки продолжали заказывать напитки и еду, а мужчины сыпать их очаровательными комплиментами. Так как с Пэтрэлем я не общалась, то просто ела и сейчас место в желудке закончилось. Решив, что пора потихоньку сматываться, я предупредила всех, что отойду «припудрить носик». Мой план был прост — сделать все свои дела, а затем попрощаться, сказав, что у меня появились другие очень и очень срочные дела.

Пройдя коридорчик с раковинами, я прошла в женский туалет. Когда с естественными делами было покончено, я вновь вышла к общим раковинам.

— Ты преследуешь меня что ли? — приподняла я брови, глядя на Миндартис, который привалился к стене, гипнотизируя дверь, из которой я вышла. — Зачем пришел?

— Что-то мне подсказало, что ты собираешься сбежать с нашей чудесной встречи даже не попрощавшись. Предчувствие меня обмануло? — приподнял он брови.

— Я действительно хотела уйти, но у меня все-таки есть манеры и вежливость, а потому я бы пожелала вам хорошего вечера и ушла, — призналась я, не видя смысла скрывать очевидного. — Еще вопросы? — я подошла к раковине, моя руки.

— Зачем пришла, если нет настроения? — Миндартис также подошел к соседней раковине, разглядывая свое отражение в зеркале.

— Ты чем меня слушал? — покачала я головой. — Меня Мирабилис попросила заменить ее. И вообще, зачем ты весь ужин смотрел на меня? — прямо спросила я у горделивого.

— Итари, это элементарная психология, — Минд снисходительно усмехнулся. — В подобных компаниях взгляд всегда падает на кого-то знакомого. Из всех ты была мне ближе всего, а потому я непроизвольно смотрел на тебя. Думаешь, моя девушка могла заревновать? — «обеспокоился» Минд.

— Психология? — я фыркнула, почему-то не поверив мужчине. — А я-то думала, что ты опять пытаешься распустить павлиний хвост и показать мне свою неотразимость.

— Я не пытался этого сделать, но очень рад, что ты так подумала, — улыбнулся Минд еще шире и протянул мне бумажное полотенце. — Нужно?

— Обойдусь, — проигнорировала я его и махнула руками, не желая их вытирать. — У меня важная встреча в девять, стоит поторопиться.

— Встреча? — удивился Минд, скомкав неиспользованное полотенце и кинув его в мусорку. — Что ж, как ты там говорила? — он нахмурился, а потом вспомнил и посоветовал напоследок. — Не запнись на выходе. Хочу подметить, Итари, что этот вечер я проведу в отличной компании, в отличии от тебя, моя дорогая.

— Когда-нибудь я откушу тебе нос, — пообещала я самой себе, а Минд расплылся в хищной улыбке, но я не дала ему ничего сказать. — Тройное свидание — лишь одолжение, поэтому я и ухожу. У меня свидание в девять, чтоб ты знал.

— О, правда? Даже если и так, то я уже сам смог убедиться, что у тебя дурной вкус на мужчин. Если этот новый тип хоть капельку не похож на меня, то и внешность у него ужасная.

— Я обязательно спрошу у тебя совета насчет того, как он выглядит и устраивает ли тебя внешность моего ухажера. Но не сегодня, — я хлопнула Минда по плечу, выходя из уборной.

Попрощавшись с другими членами сегодняшней встречи, я направилась к выходу. Эренс пихал Пэтрэля локтем, предлагая проводить меня до дома, но тот был словно каменным и даже не шелохнулся. Я была даже рада. Ни к чему это.

До парка я решила прогуляться пешком, но, так как в запасе у меня было около получаса, я особо не торопилась. У самого парка я запоздала вспомнила об иллюзии, которую нам полагается носить, и щелчком пальцев накинула иллюзорную внешность. На самом деле, меня это немного удручало. Я боялась, что мне может понравиться мужчина по его внутренним данным и качествам, но я была убеждена, что внешность также имеет не последнее место в иерархии приоритетов при выборе спутников. Кончено, «душа» и все ее содержимое важнее, но что, если он мне не понравится? Если я ему не понравлюсь?

Отогнав лишние мысли, я направилась к дереву, которое стало негласным местом наших встреч. Сариэль чуть-чуть опоздал, но это не было критично.

— Куда пойдем сегодня? — спросила я мужчину и предупредила его. — Давай обойдемся без ужина, мне кажется, я съела больше положенного на том свидании.

— Правда? Я, на самом деле, тоже очень хорошо поел. Что думаешь о прогулке по набережной и спуску к морю? Там есть хорошее кафе, но я предлагаю там не есть, а просто полюбоваться видом оттуда.

Эту идею я поддержала. Я даже примерно знала о каком кафе идет речь, поскольку вчера ходили с Миндом обедать туда. На побережье не так много хороших заведений.

Мое предчувствие меня не обмануло, и мы действительно пришли к кафе с гордым названием: «Крик пернатого попугая». Наверное, хозяин назвал место так из-за любого питомца, который летал по залу, изредка садясь на плечи гостей и что-то крича им. Попугай был уже не молод, но все равно очень активен.

Кафе располагалось наполовину в воде и держалось на высоких деревянных сваях. Все стены кафе украшали панорамные окна, но без стекла. Из-за этого казалось, что у главного зала кафе нет стен. Изнутри окна были прикрыты тоненькими полупрозрачными занавесочками, которые качались в такт ветра. Снаружи здание было украшено разнообразными гирляндами, привлекая к себе внимание, а перед входом был слеплен милый снеговик из песка.

— Красивое место, не правда ли? — Сариэль мягко приобнял меня за плечи, указывая на огни кафе и открывающийся отсюда вид на другую часть города.

— Чудесное место. Я была здесь лишь в обеденное время, но вечером здесь все иначе, — подметила я не без улыбки.

Сариэль галантно пропустил меня вперед, следуя за мной. Поднявшись по лестнице, мы прошли в зал. Внутри было не мало посетителей и словно специально лишь один столик у окна на двоих был свободен.

— Тари, мы с тобой провели уже несколько вечеров вместе, могу ли я сделать тебе небольшой подарок? — неожиданно спросил Сариэль, когда мы заказали ананасовый сок, который вместе так любили.

— Подарок? — переспросила я. — Я приму твой подарок, только если ты чуть позже примешь мой, — предложила я, а мужчина не без улыбки согласно кивнул и достал из портфеля небольшую коробочку.

— Открой, мне интересно твое мнение насчет подарка. Я знаю, что, прежде чем что-то подарить, нужно спросить, чтобы не прогадать, но мне очень хотелось сделать нечто вроде неожиданного сюрприза, — Сариэль откинулся на спинку стула, а я потянулась к белой коробочке, перевязанной синей лентой.

Развязав ленточку, я сняла крышку. Внутри лежал свернутый зонтик цвета морозного неба, а поверх него такого же оттенка роза с короткими шипами.

— Какая красота, — выдохнула я, осторожно беря цветок. Раскрывать зонтик в кафе было навряд ли уместно, но я и так видела, что узор очень красив.

— Ты разбираешься в значении цветов? — уточнил Сариэль, а я закусила губу, покачав головой.

— Когда-то я подрабатывала в цветочном магазине, в студенческие годы, и действительно что-то знала, но сейчас все эти знания потерялись в моей памяти, — я улыбнулась мужчине, приготовившись услышать предназначение подарка.

— Если коротко, то синюю розу уместно предложить женщине, если мужчина собирается предложить ей отношения. Считай это моим предложением начать встречаться. Мы и до этого ходили на свидания, но я бы хотел все прояснить и сделать это официальным.

— Мне еще никогда так не предлагали начать отношения, — призналась я и еивнула, указывая на зонт. — Что насчет него?

— В него я не вкладывал никакой смысл. В ближайшие дни обещают сильные ливни, поэтому я хотел, чтобы ты вспоминала обо мне всякий раз, когда идет дождь. Мне кажется, что это романтично, — подмигнул Сариэль. — Жду от тебя обещанного подарка в ответ.

— Я, кончено, не подарю его тебе прямо сейчас, но обязательно сделаю это позже, — пообещала я и осторожно убрала цветок и зонт в коробку, из которой и достала их. — Мне очень приятно, спасибо тебе большое.

Подарок от Сариэля вызывал в душе лишь теплые и приятные чувства, и я не чувствовала себя неловко, как с Юнсерсом. Наоборот, я была приятно воодушевлена. В связи с этим глупо отрицать, что Сариэль нравится мне все больше и больше.

Обсудив последние новости, мы решили немного потанцевать, когда в кафе заиграла мелодия для медленного танца. Немного поболтав и вновь потанцевав, мы вернулись в парк, где тепло попрощались.

— Я дома! — оповестила я пустую квартиру, проходя внутрь. С переездом Кливия Кузнечик стал проводить большую часть времени у него и от этого моя квартира казалась совсем уж безжизненной.

Оставив сумку у себя, я спустилась к брату. По моим планам он уже должен был вернуться — сомневаюсь, что они с одногруппницей проведут так много времени за учебой.

К моему удивлению, Кливия и там не оказалось — только Кузнечик тушил овощи у плиты.

— Кливий еще не вернулся? — поинтересовалась я.

— Эээ, — дало умертвие отрицательный ответ и покосившись на часы, подметил. — Эээ, ээ, а э.

— Правда? Видимо, он забыл меня предупредить об этом. Спасибо, что сказал, — поблагодарила я Кузнечика. Оказалось, что сегодня у друга Кливия день рождения, на которое он собирался поехать.

На самом деле, я хотела предложить брату завтра пройтись по магазинам — наступают выходные и у меня есть немного свободного времени. Я хотела что-нибудь купить Кливию, Кузнечику, а также выбрать подарок для Сариэля. Решив оставить разговор с братом, я вернулась в свою комнату. От ощущения, что завтра мне не нужно на работу на душе было очень приятно.

Достав из сумки розу, я поставила ее в тонкую прозрачную вазу с водой и разместила на прикроватной тумбочке в спальне. Порой один цветок намного приятнее и ценнее целого букета.

Пытаясь уснуть, я гипнотизировала цветок — почему-то из головы вылетело, к какому семейству он принадлежит. Я знала несколько семейств синих роз, но сейчас не могла идентифицировать тот, что стоял в вазе.

Решив, что лучше все выяснить, чем мучиться, я подхватила цветок, накинула на плечи халат и по переходу поспешила в корпус с лабораториями. Все-таки хорошо, когда общежитие соединено переходами с главными корпусами.

Со стороны я наверняка смотрелась довольно странно — белый пушистый халат, тапочки, которые громко шлепают по плиточному полу, и ваза в руках. И все это ночью. Решив не заморачиваться по пустякам, я прошла к любимому анализатору. Прежде чем поместить цветок в капсулу, я сделала небольшой срез стебля и вырвала один лепесток для другого анализа.

Спустя пятнадцать минут исследований я выяснила, что синяя роза принадлежит к виду Эретрисс, произрастает в гномьих горах. Довольно редкая порода, да еще и дорогая. Одно дело, когда белая роза окрашена в синий, совсем другое дело, когда это природный оттенок.

В какой-то момент меня одолело желание срезать цветок и все лишние листья для того, чтобы посадить цветок в саду нашего центра, но я тут же отмела эту идею. Это подарок, а не образец, который можно раскромсать на кусочки.

Поборов желание заняться разведением цветов, я вернула подарок в вазу и вернулась в комнату. К счастью, никто мне на пути не встретился, хотя все уже привыкли, что я хожу ночью по центру в домашней одежде.

***

— Могу ли я к вам присоединиться? — широко улыбался Миндартис, глядя на нас.

— Нет, — отрезала я, понимая, что Минд не является членом семьи, чтобы участвовать в семейных походах по магазинам.

— Почему? — он состроил щенячьи глазки, а Кузнечик пробормотал:

— Ээээ.

Я, Кузнечик и Кливий прогуливались по торговому центру — делали покупки. Но день не был бы днем, если бы мы не встретили Миндартиса. Мало того, что мы его встретили, так он еще и захотел присоединиться к нашей компании, якобы он тут один. Это было подло с его стороны — я провожу время с семьей, а тут он на горизонте нарисовался. Мог бы поздороваться и пройти мимо.

— Итари, пусть он прогуляется с нами. В этом нет ничего такого, — наклонился ко мне Кливий. — Он действительно очень помог мне.

Я нахмурилась. С другой стороны, Миндартис не сделал мне ничего плохого. Хорошего, конечно, тоже не сделал, но все же. Однако… я в какой-то степени все равно считаю Миндартиса своим другом, даже если его поведение мне иногда и не нравится. В голове невольно вспомнился наш примирительный обед и его слова о том, что у него нет в городе никаких знакомых. Это, кончено, было сказано для того, чтобы вызвать у меня жалость, но тем не менее.

— Хорошо, — я протянула ему ладонь. — Только при том условии, что ты будешь вести себя нормально и не поправлять челку, — выдвинула я свои требования, а Минд усмехнулся:

— Без проблем, — он крепко пожал мою руку, а я решила познакомить мужчин:

— Моего брата ты уже знаешь, — Кливий приветливо кивнул горделивому. — А это Кузнечик, — я указала на умертвие. На лице Миндартис читалась смесь сомнения и удивления. — Поздоровайся, — пихнула я в бок эльфа, а он кивнул Кузенечику.

— Очень рад знакомству. Миндартис, — мужчина протянул Кузнечику руку, а умертвие ответило ему:

— Ээээ. Эа.

Миндартис вновь улыбнулся Кузнечику и с вопросом взглянул на меня, словно прося перевести сказанное. Мне стало смешно. Все-таки в какой-то степени мы равны — я не знаю драконий, а он не понимает диалект низшей нежити.

— Он сказал, что наслышан о тебе и рад встречи, — пришел на помощь инвестору Кливий, а я благодарно кивнула ему.

— Зачем вообще пришел в подобное место? Я думала, что ты шьешь одежду заграницей и на заказ, а обедаешь только в ресторанах, — высказала я свое мнение и отметила, что сегодня эльф не был в официальном костюме. Кофта с короткими рукавами, шорты и шлепанцы. — Ты что, на пляж ходил? — я против воли улыбнулась. — Не ожидала увидеть тебя в чем-то подобном.

— Я плохо выгляжу? — пропустил все мои слова Минд, зацепившись только за внешний облик.

— Нет, все хорошо. Просто я не привыкла видеть тебя в чем-то кроме костюмов, — я неопределенно пожала плечами и обратилась к Кливию. — Что тебе нужно купить?

— Мне нужно в книжный. Господин Норген, я хотел купить те сборники, что вы советовали. Поможете мне с выбором? — попросил Кливий Минда, а тот без замедлений согласился:

— Без проблем. Так будет даже лучше. Неделю назад вышло новое издание, госпожи Альвадорс. Ее учебники отлично подходят как для новичков, так и для профессионалов. Очень простой язык изложения, — дал свое экспертное мнение мужчина. Казалось, он хотел сказать что-то еще, но повернулся ко мне, спросив, — Итари, а ты куда пойдешь?

— Мы с Кузнечиком пройдемся по верхним этажам. Мне нужно выбрать подарок для кое-кого, — честно ответила я, а Минд дружелюбно подмигнул мне:

— Обращайся, если будет нужна помощь.

— Я думаю, мы справимся сами, но спасибо, — я махнула мужчинам рукой на прощание. — Встречаемся у фонтана! — крикнула я им напоследок, чтобы мы не разминулись в этом торговом центре.

— Эээ? — Кузнечик задумчиво посмотрел на меня.

— Мне тоже не верится, что наша встреча с Миндом совпадение, но не прогонять же его? — резонно подметила я и поторопила умертвие. — Поможешь мне? Сариэль вчера подарил мне очень красивый зонт, я хочу подарить что-то в ответ. Есть идеи? — я взяла Кузнечика за руку, и мы неспешно направились на поиски идеального подарка.

В голове крутилось множество идей, но какую выбрать я не знала: галстук, острые специи и приправы, чайный набор, аквариум, шарф, парфюм… Множество вариантов крутилось в голове, а потому я спрашивала советы у Кузнечика.

— Галстук? — предложила я, указывая на витрину. Вроде бы простой кусок ткани, а цена такая, что не по себе становится.

— Эээ, — Кузнечик нахмурился, неодобрительно покачав головой. Это было справедливо. Возможно, Сариэль не носит костюмы и галстук будет просто бесполезной вещью.

— Шарф? — продолжала я предлагать свои идеи, на что также получила категоричный ответ:

— Ээ. Эа-эээ. Э.

Верно, зачем нужен шарф, когда разгар лета? Кончено, это практично, но покупать подарок, которым он воспользуется через полгода уж слишком.

— Парфюм? — мы зашли в следующий магазин, хотя я и так понимала глупость задумки. — У всех разные вкусы, вдруг не понравится? Может быть, у него есть аллергия на какие-то компоненты, и я случайно отравлю его духами. Мало хорошего.

— Эээ, — одобрительно покивал Кузнечик в такт моим словам и с милой улыбкой, на которую только способно умертвие, взял у оторопевшей девушки-консультантки бумажную полосочку с запахом каких-то духов.

— Чай? — я не отчаивалась, понимая, что выбрать хороший подарок всегда не просто.

— Ээээээ, — тут же прокомментировал и этот вариант Кузнечик. Он был прав, после чая Юнсерса никаких хороших ассоциация с чаем, как с подарком, у меня не осталось. Да и зачем дарить чай — он у каждого дома и так есть. — Эээ? — внезапно предложил и сам Кузнечик.

— Своими руками? — переспросила я. — Можно, но не думаю, что располагаю таким большим количеством времени. Наша встреча уже завтра.

Мы с Кузнечиков тяжело вздохнули, присаживаясь на одну из скамеек. Каждый из нас размышлял над поставленным вопросом. Я не купила подарок, зато я купила несколько новый шорт и рубашек веселой расцветки Кливию — оказалось, что у него нет летних вещей. Также в магазине для творчества мы купили Кузнечику новую бумагу для оригами.

— Скучаете? — к нам подошел брат, за ним шел Миндартис. — Вас не было у фонтана, мы подумали, что вы еще не закончили.

— Да, я все еще не могу выбрать подарок, — призналась я, задумчиво оглядывая магазинчики.

— А кому подарок? — заинтересовался Миндартис, а я уклончиво махнула рукой:

— Знакомому. Посоветуете мне что-нибудь? — я поглядела на брата и Минда.

— Я видел по дороге один сувенирный магазин. Может быть, он что-то коллекционирует? — Кливий, взъерошил волосы на голове и предложил. — Давайте снова разделимся. Я пойду с Кузнечиком, а ты с господином Норгеном. Давайте попробуем поискать что-нибудь действительно классное, — воодушевлению брата было можно только позавидовать, а его тон открыл у меня второе дыхание.

Схватив Минда за руку, я потащила его в книжный магазин, рассуждая по дороге:

— Ты бы обрадовался, если бы девушка подарила тебе свою любимую книгу?

— Ты спрашиваешь у меня совета? — Минд мягко улыбнулся и не без всяких ухмылок честно ответил. — Это не плохой подарок, но если бы девушка подарила мне книгу, то я бы навряд ли прочитал ее. Посмотрел бы краткое содержание, но не читал бы. Потом я бы поставил ее на полку ко всем остальным и больше не вспомнил о ней. Еще варианты есть?

— Если бы у меня был хороший вариант, то я бы уже купила подарок, — я оглядела стеллажи, заполненные книгами.

— Итари, он же мужчина. С чего ты должна так переживать о каком-то подарке? Просто скажи, что лучший подарок это ты и поцелуй его — проблема решена, — отмахнулся Минд, видимо не считая это такой уж проблемой. — Если же сомневаешься, то прямо спроси у него. Спроси, что ему нужно, к чему эти бессмысленные поиски?

— Если бы у меня был хороший вариант, то я бы уже купила подарок, — я оглядела стеллажи, заполненные книгами.

— Итари, он же мужчина. С чего ты должна так переживать о каком-то подарке? Просто скажи, что лучший подарок это ты и поцелуй его — проблема решена, — отмахнулся Минд, видимо не считая это такой уж проблемой. — Если же сомневаешься, то прямо спроси у него. Спроси, что ему нужно, к чему эти бессмысленные поиски?

Миндартис был прав во всем, но моей душе очень уж хотелось именно что-то купить и подарить при следующей встрече. Поняв мой настрой, теперь уже Минд взял меня за руку, поведя в каком-то ему одному известном направлении.

— Выбирай что-нибудь и пошли — мы с Кливием уже успели проголодаться. Для нормального мужчины записная книжка и именная ручка — лучший подарок, — Минд указал мне на множество блокнотов и пишущих принадлежностей, которые уже были завернуты в подарочные упаковки. — Это практично, красиво и не так дорого.

— Цена подарка не так важна, — подметила я, принявшись разглядывать аккуратные блокноты. Мое внимание тут же привлек белый ежедневник с темно-синей закладкой.

— Может цена и не важна, но с чего бы тебе тратить деньги на малознакомого эльфа? Готов поспорить, что ты не сдаешь позиции и продолжаешь во всех кафе и ресторанах платить сама за себя, — фыркнул Минд, отойдя в сторону и не мешая мне выбирать.

— Да, плачу за себя сама. В этом нет ничего такого.

— Лично мне приятно заплатить за женщину в ресторане. На первых порах знакомства мало что можно сделать, чтобы проявить себя, поэтому оплата обеда — мелочь. Если ты хочешь выйти замуж — не отказывайся, когда предлагают.

— Чтобы проявить себя нужно не только с деньгами уметь обращаться, — пробормотала я, а он закатил глаза:

— А что еще прикажешь делать? Только поступки помогают мужчинам проявить себя — его поведение рядом с женщиной. Еще скажи мне, что в мужчине важен его внутренний мир, а не внешность, — Миндартис рассмеялся, но увидев мой взгляд, полный сомнения, примолк. — Только не говори, что ты действительно так думаешь?

— Если быть объективной, то внешность правда важна, но она не на первом месте. Я бы, например, не могла провести остаток своей жизни пусть и с красавцем, но без мозгов. Поэтому важно не то, как эльф выглядит, а то, что у него внутри, — философски заключила я.

— Итпри, — Минд в привычной манере снисходительно взглянул на меня, — я понимаю, что так ты в какой-то степени пытаешься утешить саму себя, но даже тебе нужно признать, что бывают совершенные существа с идеальной формой и содержанием, — Минд вздернул бровь и хотел красноречиво отдернуть пиджак, но сегодня ему пришлось лишь поправить кофту. — Подумай хорошенько, зачем шедевры выставляются в музеи? Да! — воодушевленно провозгласил он, из-за чего другие посетители магазина странно взглянули на нас. — Произведения искусства демонстрируют себя, и это их задача. И… Итари, куда ты уходишь? — встрепенулся Миндартис, видя, что я не заинтересована в его речах.

— Закроем эту тему, — осекла я его попытки продолжить диалог. — Я возьму этот, — я отдала продавцу выбранный блокнотик. Миндартис же сделал вид, словно опять обиделся. — Спасибо тебе, так я бы еще долго икала подарок, — решила я все-таки поблагодарить мужчину.

— Я был рад составить тебе компанию и помочь, — тут же расцвел мужчина, стоило мне произнести слова благодарности. — Поедим все вместе?

— Разумеется, я тоже голодна, — подтвердила я и убрала подарок в сумку.

Выходя из книжного, я достала монофон, прося брата и Кузнечики первыми идти в кафе и занять столик. Пока я возилась с сообщением, Минд тихо позвал меня:

— Итари.

— Что? — я не отрывалась от монофона. Лишь когда отправила магическое уведомление, повернулась к эльфу. — Что-то случилось?

— Кажется, я вижу нашего с тобой знакомого. Посмотри в сторону фонтана. Что хочешь делать? — Миндартис не отрывал свой взгляд от кого-то. Я послушно вернулась в указанное направление.

Наши с Юнсерсом взгляды встретились. По его лицу навряд ли можно было сказать, что он рад меня видеть, но оно и понятно — Миндартис такое про него наплел, что, когда думаю об этом, становится не по себе.

— Наклонись ко мне, — также негромко попросила я Минда.

— Что? — переспросил горделивый, а я вздохнула, привставая на цыпочки и притягивая мужчину к себе. Я, естественно, ниже ростом, но, когда Минд так наклонен, то издалека создастся ощущение, словно мы целуемся.

— И зачем ты это делаешь? — заинтересованно прищурился Миндартис, понимая, в какой ситуации мы оказываемся. — Не боишься, что кто-то из коллег увидит тебя?

— Это первое, что пришло мне в голову, — призналась я, не отрывая взгляд от глаз Минда. — Руки не распускай, — шикнула я на него, когда он приобнял меня за талию, прижимая к себе.

— Поверь мне, как истинному ценителю поцелуев, что без объятий это не будет смотреться естественно, — хмыкнул он, наклоняясь к моему лицу еще ближе. Наши губы были в нескольких сантиметрах друг от друга. — Хотя для пущего эффекта я бы предложил тебе поцеловаться по-настоящему, — Минд тихо рассмеялся.

— А я бы предложила тебе обрезать руки по локоть, — мило улыбнулась я, понимая, что одна из ладоней Минда хочет переместиться на место пониже спины. — Довольно, — я отошла от Миндартиса, кивая ему. — Спасибо за твое актерское мастерство, я думаю, Юнсерс купился на это.

— Конечно купился. Итари, у этого эльфа мозгов как у тропической мухи, — Минд закатил глаза и огляделся. — Он ушел. В следующий раз предупреждай о подобном. Могла пострадать репутация одного из нас. Моя, например. Ты подумала о том, что это могла увидеть моя матушка?

— Уверена, что госпожа Норген чудесная женщина, которая из-за одного поцелуя точно не заставила бы тебя жениться на мне, — рассмеялась я и поторопила его. — Пойдем, ребята ждут нас.

В кафе мы чудесно перекусили — беседа шла своим чередом и за столом не было неловкого молчания. Кузнечик также активно участвовал в общении, а Кливий не уставал переводить Минду все то, что говорил Кузнечик. В конце концов, мы собрались уходить из торгового центра.

— Вас подвезти до дома? — уточнил Минд, глядя на пасмурное небо.

— Нет, спасибо, мы на машине, — отказался Кливий от щедрого предложения.

Тепло попрощавшись с Миндартисом, мы поспешили к нашей машине. Загрузив пакеты с покупками в багажник, все заняли свои места.

Когда мы подъехали к общежитию, то я нахмурилась, глядя на парковку.

— Кливий, мне кажется, или это… — я кивнула в сторону черного байка с красными полосами. — Дядя? — мои глаза загорелись с восторгом.

— Иди уж, — рассмеялся Кливий, глядя на меня. — Мы сами донесем сумки.

Как только мы припарковали машину я, игнорируя дождь, побежала в сторону общежития. Мое чутье меня не подвело — это действительно был байк моего любимого дяди. Ему очень нравилось устраивать сюрпризы с неожиданным появлением, он приезжал к нам каждый месяц. Дядя очень любил нас с Кливием — ведь он был единственным и старшим братом нашей мамы и с самого рождения души в нас не чаял. Правда, не многие сразу могли признать в его лице нашего родственника — не каждый день встретишь эльфа-байкера.

Дядя сидел в коморке консьержа, и они мило о чем-то беседовали, распивая чай из маленьких и аккуратных кружечек. В руках дяди чашечки с цветочным узором смотрелись довольно комично и мило одновременно.

— Дядя, как я скучала! — воскликнула я, пробегая через турникет и повисая на его шеи.

— Итари, моя прелестная паучья лилия, — умилился дядя, крепко меня обняв и закружив на месте. — Как же я скучал по тебе, — он потрепал меня по волосам, от чего они растрепались в разные стороны. — Где Кливий? — он огляделся, ища брата.

— Они с Кузнечиком сейчас придут, — я махнула рукой в сторону улицы, вновь прижимаясь к дяде. Из-за того, что наши с Кливием родители погибли в небольшой аварии, то дядя для нас был словно настоящим отцом. Конечно, у нас еще были родственники по папиной линии, которые так же часто навещают нас, но дядю я любила все же капельку больше.

Когда пришел Кливий, то и его крепко обняли и потрепали по волосам. Так как дядя был научен опытом, то Кузнечика обнимать не стал — он мог попросту не пережить подобный жест нежности и развалиться на кусочки.

Весело смеясь и переговариваясь, мы направились в мою квартирку, которая была все же чуть побольше, чем у Кливия. На кухне нам всем было тесновато, а потому мы перебрались в гостиную.

— А теперь распределение подарков! — скомандовал дядя, приглашая нас к своей большой спортивной сумке. — Где моя любимая паучья лилия? — дядя огляделся в поисках меня, а я крикнула с кухни:

— Уже иду!

Подхватив поднос с чаем и дольками лимона, я направилась в гостиную. Когда приезжали родственники я всегда могла почувствовать себя не взрослой женщиной, которая должна решать кучу проблем и нести ответственность за свои решения, а маленькой девочкой, которую очень и очень любят. Это было приятное чувство.

Поставив чай на журнальный столик, я присела на ковер, протянув, словно ребенок, ручки, прося свой подарок. Дядя достал из-за спины синий блокнотик с белой закладкой — он был точно таким же, какой я купила сегодня в магазине, лишь цвета были наоборот. Внутри блокнот был подписан его подчерком: «Любимой лилии». Это было очень мило и в этот момент я поняла, что тот блокнот, который я купила, хочу подарить не Сариэлю, а дяде.

Положив книжицу на диван, я поспешила за сумкой, которую оставила в коридоре. Взяв красивую коробочку, я вернулась в гостиную. Кливий также радовался своему подарку — шлем для байка. Дядя наконец решил, что брат вырос, а потому, даря шлем, разрешал ему ездить вместе с ним на байке. У меня тоже был такой.

— Дядя, — я вновь присела на ковер. — У меня тоже кое-что для тебе есть, — я хитро улыбнулась и протянула коробочку. Дождавшись, когда дядя его распакует, я произнесла. — Я думаю, будет очень мило, если у нас с тобой будут одинаковые блокноты.

— Ты ж мое чудо, вот это совпадение, — восторженно рассматривал дядя книжицу, вновь заключив меня в крепкие объятия. — Эй, костлявый, поди сюда, — подозвал он к себе и Кузнечика.

Кузнечил удивленно посмотрел на меня и неуверенно подошел к нам.

— Ты уже тоже, скажем так, член нашей семьи, а потому сегодня у меня и для тебя есть подарок, — дядя говорил это уже не так уверенно. Все-таки делать сюрприз умертвиям не так легко, как кажется.

Кузнечик удивленно принял самую большую коробку, от веса которой его кости чуть не выпали. Опустившись на пол рядом со мной, начал неторопливо вскрывать презент. Внутри был огромный фотоальбом.

— Я довольно долго думал, что подарить тебе и, когда перебирал фотографии, то подметил, что с десятилетия Итари ты присутствовал на всех семейных фотографиях. Вы с ней росли вместе, и я знаю, костлявый, как ты ей дорог. Этот фотоальбом я сделал для тебя, чтобы ты не забывал о том, что ты — тоже часть нашей семьи.

Кузнечик молча перебирал страницы альбома, который начинался еще с наших с ним детских снимков. Сердце на миг защемило, а на альбом что-то упало. Я была очень растрогана, но точно понимала, что не плачу.

— Кузнечик, — я с недоверием взглянула на умертвие, понимая, что из его провалов, где должны быть глаза, капает чай, который он только что выпил.

— Ээээ, — пробормотал Кузнечик, крепко обнимая дядю и меня с братом. — Эээ, а эээ. Эээ-э. Э.

— Ну что ты, мы так любим тебя. Не нужно плакать, — я крепко обняла Кузнечика, мягко поглаживая его по спине. Наверное, этот фотоальбом стал одной самых ценных вещей в моем доме. Кливий также был очень тронут и сейчас с улыбкой на губах листал страницы, ища себя на снимках.

Решив, что нет ничего лучше, чем просмотр семейного альбома, мы все устроили на диване.

— А это ты осенью подожгла в саду листья — хотела сделать уборку к зиме, — рассказывал дядя небольшую историю про каждый снимок. — Это вы все вместе с вашей бабушкой стоите — ее именины. А тут Кливий плачет, потому что ему не понравилась новая игрушка на день рождения.

— Почему я никогда не видел этих фото? — удивился брат и насупился. — Кто вообще фотографирует плачущего ребенка?

— Я тоже не помнил, что это все есть у меня. Прибирался на чердаке и нашел сломанный монофот. Думал выкидывать уже, но в последний момент решил отнести их в ремонтную мастерскую. Не прогадал — они смогли восстановить кристалл памяти и все снимки, представляете?

— Это действительно чудесно, — я легла Кузнечику на колени, продолжая уже лежа рассматривать альбом. — Фотографии — единственное, что останется с нами навсегда, — пробормотала я, глядя на эти запечатленные воспоминания. Я резко встала, от чего все вопросительно взглянули на меня. — Предлагаю завести в нашей семье новую традицию! — одухотворенно воскликнула я. — Давайте каждый раз, когда будем видеться — делать семейную фотографию и вставлять ее в альбом?

— Отличная мысль, моя паучья лилия, — поддержал идею дядя и достал из той же сумки монофон, жестом приглашая всех на диван.

Пока мы делали фотографии, то уже подошло время и ко сну — из торгового центра мы вернулись только в восемь часов вечера. Решили, что Кузнечик будет со мной, а дядя с Кливием будут спать в его комнате. Обычно, если родственники приезжали, то они останавливались в съемной квартире брата, но из-за нашего переезда решено было поступить именно так.

Когда все разошлись, а я приняла душ и вернулась в спальню, то мой монофон настойчиво завибрировал. Это был Миндартис.

— Слушаю, — устало ответила я на звонок. В ответ послышался очень уж бодрый голос, который вопрошал:

«— Итари, как ты относишься к спорту?»

— Смотря для чего ты интересуешься, — пробормотала я, уже спокойно относясь к неожиданным звонкам Минда.

«— Хочу позвать тебя на вечернюю пробежку. Ты как-то упоминала, что хочешь заняться спортом», — припомнил мужчина очень уж давние наши диалоги.

— Прямо сейчас? — удивилась я, понимая, что время близится к полуночи.

«— А чего откладывать? Ночная пробежка улучшает сон, да и завтра выходной — никуда не нужно. Я не предлагаю устраивать тебе марафон — двадцать минут легкой пробежки и крепкий сон тебе обеспечен».

— Не припоминаю, чтобы жаловалась на свой сон, — все еще продолжала сомневаться я.

«— Да, но ты жаловалась на спину. Знаешь, пробежка вообще-то очень полезна для позвоночника», — продолжал настаивать на своем Минд.

— У меня, на самом деле, прошла спина после нескольких сеансов лечебного массажа, — я также продолжала находить все новые и новый аргументы. — Минд, уже поздно, давай спать, — предложила я эльфу.

«— Нет, я хочу пробежать с тобой эти несколько кругов. Я не хочу бегать один».

— Я же не виновата, что тебя морской еж уколол и тебе срочно нужно побегать. Давай как-нибудь без меня, хорошо? — я легла на мягкую постель, зажмурившись от удовольствия.

«— Если согласишься, то я выполню любое твое желание, чего бы оно не касалось», — самоуверенно заявил Минд.

— Наглая ложь. Ты уже говорил это, и я попросила совершить тебя ритуальное самоубийство, но ты почему-то очень быстро отказался от собственных слов. Ты, наверное, не знал, но у меня очень хорошая память, — я улыбнулась, вспоминая наш тогда разговор.

«— Хорошо, тогда я выполню любое твое желание, если оно не будет касаться моей жизни — ритуалы, проклятья и так далее. Идет?»

— То есть, ты утверждаешь, что если я попрошу, то ты готов дать мне обет безбрачия?

В монофоне была тишина, а затем Миндартис заявил:

«— Знаешь, Итари, я, наверное, действительно отправлюсь на пробежку без тебя. В твоей голове слишком много дурных идей. Как подобное вообще пришло тебе на ум?» — искренне возмутился эльф и уже собирался прервать связь, как я сказала:

— Я иду, но с тебя действительно какое-нибудь желание. Что-то вроде ужина или обеда, договорились?

«— Если вначале я был бы рад твоему ответу, то сейчас перемена твоего настроения очень меня настораживает», — в голосе Миндартиса слышалось сомнение, а я поднялась с кровати, честно признавшись:

— У меня очень хорошее настроение, поэтому и согласилась. Спортом действительно стоит когда-нибудь начать заниматься всерьез, не откладывая это на следующий день.

«— Хорошо, — несколько осторожно согласился мужчина. — Накинь какую-нибудь теплую кофту — прохладно. Жду тебя у входа в общежитие сотрудников».

— Выйду через несколько минут, — пообещала я, прерывая связь, зажигая свет в комнате и спешно переодеваясь.

Решив не пренебрегать советом Миндартиса, я взяла из шкафа спортивную кофту с длинными рукавами и капюшоном. Перед выходом я наложила на себя парочку щитов, чтобы не быть покусанной комарами — они в последнее время очень оголодали, но подкармливать их своей кровью мне не хотелось. Кузнечик, который уже пробовал складывать оригами из новой бумаги, очень удивился, что я куда-то собралась в такой час. Пришлось объяснить, что я пойду на пробежку с Миндартисом и через полчаса должна вернуться домой, если буду задерживаться — обязательно позвоню ему. Кузнечик с неохотой проводил меня, подметив, что негоже в такой час на улицу выходить. Я в свою очередь пообещала ему не выходить за пределы научного центра.

На территории общежития был небольшой спортивный комплект и стадион. Все сотрудники, которые проживали в общежитии, были обязаны каждый месяц пробегать пятнадцать кругов — что-то вроде поддержания здорового образа жизни. Пятнадцать кругов было минимальной нормой для любого возраста. И… стоит признаться, что не так много сотрудников были столь примерны и выполняли данное обязательство. Мы с подругами бегали по очереди — каждая, кто идет бегать, берет с собой карточки остальных и отмечает их в системе. Это очень экономило наше время и силы.

Решив, что дружбу никто не отменял, я поднялась на другой этаж, разбудила Армерию и Мирабилис, забрала у сонных девушек карточки и направилась на пробежку. Приятное надо совмещать с полезным. Даже если пробегу всего пару кругов, то в конце месяца долгов по спортивным параметрам будет меньше.

Выйдя на улицу, я увидела развалившегося на скамейке Минадртиса в спортивном костюме.

— Чего разлёгся? Бег не будет ждать, — заявила я, подойдя к нему, отчего Минд вздрогнул.

— Ты быстро, — удивился Миндартис, удрученно взглянув на наручные часы. — Пять минут.

— Я бы сказала, что даже слегка задержалась — заходила за карточками, — показала я пропуска подруг, которыми нужно было отмечаться на каждом полукруге стадиона.

— Для чего это? — поинтересовался Минд, но потом его осенило. — Это же пропуск в лаборатории. У тебя их три?

— Это не мои — подруг. Нужно отметиться, раз вышли на пробежку. Ты не живешь в общежитии, поэтому тебя это не касается, — отмахнулась я от лишних расспросов.

— Побежали? — воодушевленно вдохнул ночной воздух Миндартис, когда мы вышли на стадион.

— Совсем ума лишился? — я дернула Минда за локоть, когда он уже был готов сорваться с места. — Если побежишь сразу, то только хуже сделаешь. Разомнись в начале, — посоветовала я, начиная привычный комплекс упражнений. — Как тебе вообще пришла в голову мысль о ночном беге?

— Я просто вчера в одном из отделов увидел из окна этот стадион и решил, что я должен немного побегать. Я приехал к вам и как-то уж совсем забросил спорт — нужно наверстать упущенное.

— По тебе и не скажешь, что ты занимался чем-то, — я оценивающе оглядела Миндартиса с ног до головы. — Чем занимался?

— Шахматами, — улыбнулся горделивый, а я закатила глаза. Чего я вообще ожидала?

— Зря смеешься, шахматы — это тоже спорт, — попытался поспорить Миндартис.

— Пробежим несколько кругов и посмотрим, какой ты спортсмен, — предложила я альтернативу словесным перепалкам, активно разминая ноги.

— А что насчет тебя? Занимаешься?

— Не могу сказать, что я любительница бега, но обожаю спортивные игры, — предельно честно ответила я.

— Я бы поиграл с тобой как-нибудь в волейбол, — улыбнулся Минд и размявшись вновь предложил. — Побежали?

На сей раз мне было нечего возразить, и мы неторопливо побежали вперед. Миндартис зачем-то подстраивался под мой темп и всегда старался держаться рядом. Миндртис даже как-то пробовал завести беседу, но я дала ему понять, что на общение не настроена — только темп собью.

Хоть я не любила бег, но он всегда помогал мне отвлечься. Ночь и приглушенный свет прожекторов завораживали. Можно было просто бежать и ни о чем не думать.

В совокупности мы с Миндартисом пробежали пять кругов. Я бы побегала еще немного, но понимала, что мои полчаса, спустя которые я обещала вернуться домой, на исходе. В теле чувствовалась приятная усталость. Миндартис улыбался, а его дыхание было очень уж ровным, несмотря на то что последний круг я бежала с ускорением. Это заставляло задуматься.

— Миндартис, — я резко остановилась, пристально глядя на эльфа. — Помнишь твой второй рабочий день? Я заставила подняться тебя пешком на пятнадцатый этаж. Ты говорил, что очень и очень устал. Но сейчас ты выглядишь так, словно для тебя это хорошая разминка. Неужели ты обманул меня тогда с лестницей?

— Ну, — Миндартис рассмеялся, — знаешь, Итари, от тебя ничто не укроется. Я действительно наврал тогда тебе, что устал от подъема. Просто я понимал, что в ином случае ты бы всегда заставляла меня ходить пешком, чтобы я просто выдохся.

— Не такая я уж и жестокая, — фыркнула я, несколько запоздало рассматривая спортивный костюм Миндартиса. На освещенном стадионе я могла лучше рассмотреть мужчину. — Минд, у тебя неплохой гардероб, как я подметила, но что это за стразы? — я ткнула в кофту, которую украшали белые пайетки.

— А что не так? — Миндартис после моих слов удрученно осмотрел свой наряд.

— Она выглядит так, словно ты купил ее на рынке. В этом нет ничего плохого, на рынке продается много качественных вещей, просто пару дней назад я видела точно такую же у бездомного мужчины.

— Что? — Миндартис, словно сова, хлопал глазами. — У бездомного? — переспросил он. — Эту кофту мне на заказ сшил сам Юирин Эрвайт! — возмущенно воскликнул он. — Он своими руками пришивал каждую ниточку и…

— Я не спорю с тобой, — прервала я его гневную тираду. — Я просто сказала, что видела, — пожала я плечами. — Спасибо за пробежку, мне пора.

— Уже уходишь? — удивился Минд, схватив меня за руку.

— А что я должна сделать? На лавочке переночевать? — я нахмурилась, твердо решив, что лимит общения с Миндартисом на сегодня исчерпан.

— Я думал, что мы с тобой прогуляемся и немного поболтаем, — уже не так уверенно сказал эльф.

— Нет, спасибо, — вежливо отказалась я и выдернув свою руку из ладоней эльфа, вновь попрощалась. — Хорошей ночи.

Домой я вернулась как раз вовремя. Кузнечик уже ждал меня и приготовил кружку теплого молока с корицей, чтобы я хорошо заснула. Поблагодарив Кузнечика и выпив молоко, я довольно быстро заснула.

Утро началось для меня в обед. Я считала пробуждение в двенадцать часов дня очень хорошим знаком. Наверное, именно в выходные дни я могла доспать все те часы, которых мне не хватило во время рабочей недели. Выйдя из спальни, я почувствовала очень приятный запах чего-то съестного. Дядя хозяйничал на кухне — в сковороде жарилось мясо, а он сам, ловко орудуя ножами, нашинковывал овощи. Кливий и Кузнечик были у него на подхвате, выполняя мелкие поручения. Брат, словно завороженный, смотрел на то, как дядя привычными движениями, подкидывает их в воздух. Это действительно выглядело очень внушительно со стороны. В конце концов, дядя не зря шеф-повар лучшего ресторана в соседнем городке.

— Доброе утро. Могу помочь чем-нибудь? — с ходу спросила я, проходя на кухню.

— Нет, моя паучья лилия, мы сами справимся, — широко улыбнулся мне дядя, вертикально воткнув нож в доску. — Кливий, ты должен резать быстрее. Не бойся отрезать палец — бойся остаться голодным.

Я улыбнулась, стараясь не засмеяться. Дядя каждый раз, когда приезжал, пытался научить Клвиия готовить и обучить его некоторым тонкостям. И, стоит подметить, что у него хорошо получалось. Я к готовке особо не тянулась, но тоже знала несколько секретиков в этом ремесле.

Пока мужчины были заняты, я сходила в ванную и переоделась. Когда я закончила со всеми хлопотами, то и завтрак был уже на столе. Мясо было, как и всегда, выше всяких похвал. Я была готова поспорить, что дядя готовит лучше, чем в любом заведении нашего города — настолько уж вкус был прекрасен.

— Какие у нас с вами планы на день? — уточнил дядя, когда с едой было покончено. — Может нам с вами стоит выбраться куда-нибудь? Поход? Прогулка? Поездка? — дядя задумчиво потирал подбородок.

— Точно! — радостно воскликнула я, ткнув пальцем в настенный календарь. — Сегодня городской велопробег — участвуют все желающие. Может нам присоединиться к этому мероприятию?

— Отличная мысль, — поддержал меня брат. — Я помню, как мы три года назад в этом участвовали. Почему бы не повторить?

— А вы молодцы, — одобрительно покивал головой дядя и уточнил. — Где наши велосипеды-то лежат? А ты, костлявый, поедешь с нами? — уточнил он и у Кузнечика.

— Ээээ. Э-э-э! — тут же он замотал головой.

На месте Кузнечика я бы тоже не решилась повторить подобное. Кости у него очень подвижные и управлять велосипедом Кузнечик может, однако какой-то вурдалак в прошлый раз врезался в Кузнечика. Приятного было мало. Кончено, он не чувствует боли или чего-то еще, но сама ситуация, после которой я два часа собирала его по косточкам и хрящикам, оставила у него не самые лучшие воспоминания.

— Ээ, а ээ. Э? — предложил Кузнечик подождать нас уже на финише, а брат поддержал его:

— Отличная мысль, так и поступим. Можно еще купить еды и после пробега устроить небольшой пикник.

— Идеально, — довольно прищелкнул пальцами дядя и распределили обязанности. — Я иду в магазин за покупками, а вы готовьте велосипеды.

Пока Кузнечик собирал корзину для пикника, мы с Кливией направились в кладовку, в которой из вещей были мои коробки с зимней обувью, да и сами велосипеды. Было их четыре, тогда мы купили новый специально для Кузнечика.

Смахнув с них пыль, проверив все детали и убедившись в надежности велосипедов, мы выкатили их в коридор. Спустя какое-то время вернулся и дядя с тремя полными пакетами еды. Всё упаковав, мы направились на выход. Мы хотели немного покататься по стадиону, прежде чем отправиться на забег — размяться. В запасе у нас было несколько часов. Кузнечик уже сам отправился к месту финиша, чтобы занять нам там лучшую полянку — пробег заканчивается в красивом лесочке, который располагается в западной части города.

В какой-то момент мне пришло письмо, в котором Сариэль извинялся и просил перенести нашу встречу на другой день — появились срочные дела. Я ни капли не расстроилась, ведь смогу сегодня не беспокоиться о времени и весь день провести с семьей.

Весело о чем-то переговариваясь мы вышли из общежития. Дядя как раз посетовал на то, что нам бы нужен кто-то четвертый в команду, как я увидела Минадартиса. Он стоял у дверей общежития.

— Что это за блондичик и почему он на тебя так смотрит? — тут же нахмурился дядя, как-то недобро взглянув на Миндартиса.

— Это мой коллега, — кратко пояснила я и приветственно махнула эльфу рукой, решив, что разговор нам завязывать ни к чему.

— Здравствуйте, — достаточно уверенно подошел к нам Минд и поздоровался с дядей.

— Добрый день, — весьма хмуро кивнул он ему в ответ. — Моя паучья лилия, поторопимся, времени не так много, — по виду дяди у меня создалось впечатление, что горделивый ему особо не понравился.

— Извините, меня зовут Миндартис, — попытался остановить нашу компанию эльф. — Могу ли я поговорить с вашей дочерью? — с обаятельной улыбкой спросил Миндартис, указывая на меня.

— Итари? — дядя вопросительно взглянул на меня, а я пожала плечами, прикинувшись деревцем.

— Кливий, идём на стадион, — потянула я брата за собой и махнула Минду. — Мы немного заняты, поговорим позже?

— Идите, я сейчас догоню вас, — сказал дядя, пристально разглядывая Миндартиса с ног до головы. — Поболтать нам нужно, не думаете? — приподнял он брови и жестом отозвал мужчину в сторону.

— Если вы настаивайте, — легко согласился Минд, уважительно кивнув.

Я понимала, зачем дядя отозвал его — промыть мозги на тот случай, если он хочет за мной ухаживать. Дядя делал так всегда, если видел на горизонте моих ухажеров — он четко рассказывал им, что тут к чему: ухаживания, свадьба, брачный договор и далее по списку. Я бы могла остановить дядю и сказать, что Миндартис вовсе не мой ухажер, но не стала — горделивого не жалко. К тому же, это было очень забавно со стороны.

Прежде чем зайти на территорию стадиона, я оглянулась, видя, как дядя что-то говорит, поочередно загибая пальцы, а Минд слушает его что ни на есть с серьезным видом.

— Думаешь, с господином Норгеном все будет хорошо? — весело спросил у меня Кливий, легко запрыгивая на велосипед.

— Это уже не наши заботы, — отмахнулась я разминаясь и невольно улыбнувшись

…Миндартис Норген…

— Итак, дружочек, давай по фактам, — высоченный мужчина со спортивным телосложением сложил руки на груди, испепеляя меня взглядом. — Кто ты такой и почему караулишь мою лилию у дверей общежития?

— Ваша дочь является моей коллегой, — начал я, сохраняя абсолютное спокойствие.

— Моя племянница является твоей коллегой, все верно, — резко перебил он меня. — Коллеги встречаются на работе, а не за ее пределами. Не води меня за уши, — мужчина оперся на стоящий позади него байк. Кажется, байк принадлежал ему. — Тебе же нравится Итари, думаешь я слепой?

— Допустим вы правы, — не стал я увиливать. — Итарильдэ действительно вызывает у меня некоторый интерес.

— А ты бессмертный походу, раз осмелился сказать это мне, — хмыкнул он, осматривая меня с ног до головы, а мне показалось, что подобную фразу я уже где-то слышал. — Итарильдэ переводится с темного наклонения как красный цветок смерти. Ее достоин только самый лучший мужчина. Сечешь, о чем я? — дядя Итари сделал шаг мне навстречу. — А ты какой-то очень уж хиленький, — неодобрительно качнул он головой, а я подметил не без улыбки:

— У меня немного другие достоинства и таланты.

— Меня сложно чем-то удивить, но попробуй, — ухмыльнулся он и повернулся, увидев, что по его байку ползет красивая оса яркого оттенка. Мужчина нахмурился, а затем плюнул в осу, сбив ее своим плевком с транспортного средства. Оса упала на землю, а господин Ангрэ наступил на нее, убивая. — Если я узнаю, что Итари что-то в тебе не понравилось, то с тобой случится тоже самое, — предупредил меня мужчина, а я кивнул, давая понять, что принял данные к сведению.

— У меня есть много интересов и увлечений, но в современном мире я считаю, что мой талант самый лучший, — я обаятельно улыбнулся, поправив волосы.

— Ближе к делу, — поторопил он меня.

— Я умею зарабатывать и тратить деньги. Это главное мое хобби.

К сожалению, дядя Итари не воспринял мои слова так уж всерьез, а потому спросил по-другому:

— Сколько отпишешь Итари в случае развода?

— Неправильная постановка вопроса, — усмехнулся я, чуть прикрывая глаза и понимая, что раскусил его. — С чего бы мне разводиться с женщиной, на которой я женился?

Господин Ангрэ довольно хмыкнул и рассказал мне о стандартах «достойного мужчины» и то, каким он видит мужа Итари. Пришлось убедить его, что Итари для меня просто хорошая знакомая и мы не встречаемся и не будем. Даже если и будем, то именно господину Ангрэ это знать точно не обязательно. Мои уверенные слова смогли убедить дядю и, в конце концов, я решил присоединиться к их компании. Господин Ангрэ согласился, но предупредил, что я еще не завоевал его окончательного расположения. Меня это веселило. Что брат Итари, что ее дядя — все они мне очень нравились.

…Итарильдэ Анргэ…

Спустя десять минут на стадион пришел дядя. Но почему-то в компании Миндартиса. По моим смелым фантазиям дядя должен был напугать Миндартиса так, чтобы он меня за версту обходил.

— Мы с эти пареньком неплохо так поболтали. Он не так уж и плох, — констатировал дядя. — Он присоединиться к нам в сегодняшнем забеге, — оповестил он, а я шокировано посмотрела на Минда. Что он сделал, чтобы дядя сказал такое?

Заметив мой удивленный взгляд, Миндартис самодовольно поправил волосы и показал мне язык.

— У тебя есть велосипед? — деловито уточнила я у горделивого.

— Нет, но господин Ангрэ сказал, что я могу одолжить ваш. Я понял, что у вас есть четвертый велосипед, — мило улыбнулся мне Миндартис и подмигнул. — Ты же не против, что я присоединюсь?

— Я, конечно, силой тебя не выгоню, но… Неужели у тебя больше дел нет, как набиваться в нашу компанию? Вчера, сегодня, — я покачала головой, с недоверием глядя на эльфа.

— Это случайность, Итари, — постарался уверить меня Миндартис, а я вскочила на велосипед, решив проехаться. С ним болтать — только зря время терять.

Кливий поднялся в общежитие и взял велосипед, который предназначался для Кузнечика. И тут-то началось самое интересное. Если вначале я думала, что Миндартис принесет нашей компании самодовольство и самоуверенность, то вскоре я осознала, что Минд принес нам бесплатные билеты в цирк, где он главный актер. Он не умел кататься на велосипеде.

— Сядь на него и просто крути педали, — пытался дядя научить его делу. В какие-то моменты мне начинало казаться, что он уже пожалел, позвав эльфа с нами.

Миндартис был очень упорен и постоянно подал. Садился и падал. Проезжал один метр и падал. Падал просто на месте. Я не понимала, чего он добивается и зачем ему нужен этот велопробег, если он не может даже простого равновесия удержать?

— Поднимайся! Упадешь на полосе — по тебе проедутся и сломают шею, — продолжал дядя мотивировать Миндартиса, а мы с Кливием обхохатывались в сторонке.

Сил у Миндартиса с каждым падением становилось все меньше и меньше, но он все равно продолжал подниматься и, к моему удивлению, ни разу не пожаловался и не начал ныть.

— Пока не упадешь одну тысячу раз — не научишься ездить. Чтобы кататься на велосипеде ты должен чувствовать себя северным ветром, который мчится вперед и только вперед. Мчится, а не ползет, словно рыба на суше! Продолжай крутить педали.

В какой-то момент Миндартис все-таки обессиленно рухнул на землю, видимо окончательно выдохшись.

— Слабак. Род Норгенов уже не тот, — неодобрительно покачал дядя головой после часа мучений Минда. — Я увидел достаточно, — кивнул он горделивому и скомандовал брату. — Сделай комплекс упражнений с отжиманиями. Твои руки должны быть сильными.

— Ты как? — я присела на корточки возле Минда.

— Я всегда знал, что ты меня ненавидишь, — прошептал Минд. — Я лежу на земле весь в синяках, а ты улыбаешься, — надулся он, а я рассмеялась.

— Уж извини, но если бы не хотел получать синяки, то ты бы не залезал вновь и вновь на этот велосипед, — резонно подметила я и протянула руку эльфу, предлагая помощь, чтобы встать. — Мне довелось лично увидеть то, в чем ты абсолютный ноль. Не так уж ты и идеален, — улыбнулась я и отряхнула пыль с кофты Минда.

— А ты думала, что я робот? — фыркнул Минд и проговорил. — Я для тебя вообще-то старался.

— Для меня? — переспросила я, приподняв брови. — Не помню, чтобы просила о чем-то таком, — отмахнулась я от его слов и напомнила как дяде, так и Кливию. — Начало через полчаса, думаю нам стоит идти к месту старта.

— А что насчет меня? — тут же встрял Минд, крепко держась за велосипед, который принес ему незабываемые эмоции.

Мы с семьей переглянулись и без переговоров пришли к единому решению — Минд подождет нас на финише вместе с Кузнечиком. Стоило признать, что Миндартис проявил столько усилий, чтобы вместе с нами поучаствовать в забеге, поэтому нам было совсем не жалко, чтобы он присоединился к нашей трапезе после. Я не ожидала этого, но Миндартис очень хорошо вписался в нашу компанию.

***

Велопробег выиграл какой-то спортсмен, но мы ни капли не расстроились. В качестве утешительно приза первым ста прибывшим давали плитку шоколада. Было очень приятно.

Кузнечик и Миндартис к нашему приходу уже все подготовили — расстелили мягкий плед и начинали жарить мясо. Дядя, видя, как Миндартис старается у мангала, тут же взял дело в свои руки, рассказываю эльфу все тонкости приготовления. Он также подозвал к мангалу и Кливия, устроив настоящий мастер-класс. Дядя был настоящим учителем, а потому к бесплатному уроку присоединились даже какие-то другие эльфы, которые устраивали пикник неподалеку.

Я же просто нежилась на земле, рассматривая вместе с Кузнечиком кроны деревьев. Давно мы так не отдыхали. На какое-то мгновенье мне даже стало жаль, что папины родственники сейчас не с нами. Нужно как-нибудь позвать их в гости, чтобы также отдохнуть.

Спустя полчаса аппетитные кусочки мяса, щедро политые острым соусом, лежали у каждого на одноразовой тарелочке.

— Тебе положить салат? Может быть, мне добавить сока? Нужна добавка мяса?

Не знаю, как так вышло, но Миндартис сидел рядом со мной и следил за каждым моим движением, стараясь помочь. Такая забота меня настораживала, поэтому я просто посоветовала мужчине есть и следить за своей тарелкой, а не за моей.

— Кливий, идем собирать шишки и кормить белок, — воодушевленно воскликнул дядя, призывая брата прогуляться по лесу. — Итари? — дядя вопросительно посмотрел на меня.

— Нет, спасибо. Покормите белок за меня — хочу полежать немного, — с улыбкой отказалась я от предложения.

Когда дядя и брат ушли, мы остались втроем. Миндартис повернулся ко мне, решив поболтать:

— Спасибо вам за чудесный день.

— За что благодаришь? Ты же сам к нам пришел — тебя не звали, — фыркнула я.

— У тебя прекрасный дядя, — продолжал болтать Минд, а Кузнечик задумчиво наблюдал за нами.

— Я знаю. И брат с Кузнечиком у меня тоже самые замечательные, — своевременно подметила я, а Кузнечик довольно кивнул, не удержавшись от комментария:

— Эээ. Эа.

— Что он сказал? — Минд повернулся ко мне, а я перевела:

— Кузнечик сказал, что ты тоже не так уж и плох. Ему было приятно познакомиться с тобой.

— Оу, вот как. Взаимно, — кивнул Миндартис умертвию и невзначай подметил. — Я знаю не так много эльфов, у которых есть домашняя нежить. Особо девушек. Я лишь одну такую знаю.

— Моя бабуля была некроманткой, — пришлось объяснить мне детали происхождения Кузнечика. — Налей мне водички, пожалуйста, — попросила я Кузнечика.

— Я могу тебе налить, — тут же встрепенулся горделивый, а я отдернула руку со стаканом в сторону, изогнув бровь.

— Зачем? Я разве тебя попросила? Я попросила Кузнчеика налить, а не тебя. Не глухой же, — цыкнула я языком и вновь протянула стакан вперед, чтобы умертвию было удобнее.

— Как знаешь, — усмехнулся Миндартис, легко отступив. — Итари, какие у тебя планы на завтрашний вечер?

— Свидание, а что? — довольно бодро ответила я, потянувшись за еще одним кусочком мяса.

— Свидание? Собираешь подарить тот блокнот? — Миндартис наклонил голову набок, откинувшись на землю.

— Ну, — я замялась, понимая, что подарка у меня уже нет для Сариэля. — Можно сказать, что подарок я уже отдала, — хмыкнула я, вспоминая вчерашний вечер.

— Уже? Когда только успела, — подвился эльф и сорвав какую-то травинку, стал жевать ее.

— Ты козел что ли? Зачем траву облизываешь? — поморщилась я, глядя на эльфа. — В этом лесочке разрешено выгуливать домашних животных. Не подумал о том, что какая-нибудь гидра уже справила нужду здесь? А инфекция? А насекомые, оставляющие личинки? Паразитические мухи откладывают личинки в траве, которую животные съедают, а потом вылупляются в их организме, изъедая внутренние органы и…

— Довольно, — Минд резко сел, выплюнув траву и прополоскав рот водой. — Итари, тебе стоило писать сценарии для фильмов ужаса. Из твоих уст это звучит отвратительно.

— Я старалась, — обаятельно улыбнулась я, а Кузнечик одобрительно кивнул мне, оценив шутку.

— Вернемся к твоему свиданию, — вновь заговорил Миндартис. — Какой он? — мужчина заинтересованно придвинулся ко мне.

— Опять, — я тяжело вздохнула. — Почему всякий раз, когда у меня появляется молодой человек ты проявляешь очень уж странную заинтересованность в этом вопросе?

— Потому что мне интересно, кто может тебе понравиться. Их внешние параметры, их внутренние параметры. Мне интересно. Я хочу, чтобы ты поделилась со мной чем-нибудь сокровенным и личным.

— Зачем? — продолжала недоумевать я. — У меня есть подруги, чтобы рассказывать им о мужчинах, тебе зачем знать об этом?

Миндартис на какое-то время замолчал, а потом резко сменил свою тактику нападения.

— Знаешь, Итари, чем больше ты говоришь, тем меньше у меня доверия. Этот парень вообще существует? Он материален? У меня складывается ощущение, что ты водишь меня за нос.

— Чего ты добиваешься? — прямо спросила я.

— Встречи, — хмыкнул он, скрещивая руки на груди. — Давай заключим пари? — смело предложил мне он, протягивая раскрытую ладонь. — Парк, дерево, аллея, скамейка… — мечтательно протянул он. — Давай встретимся там завтра в семь часов — я приду со своей новой девушкой, а ты со своим новым эльфом. Если откажешься, то я действительно подумаю, что ты меня обманываешь и обижусь на тебя, — Миндартис состроил расстроенное лицо. — Что скажешь?

— Вот знаешь, так хорошо общаться с тобой иногда. Даже ловлю себя на мыслях, что ты хороший эльф, но потом ты выкидываешь что-то такое, из-за чего мне хочется покусать тебя, — цыкнула я, не зная как изящнее на сей раз отказать Миндартису.

— Что ты теряешь от этого? — продолжал гнуть свою линию мужчина. — У вас все равно завтра свидание, так давай просто сделаем вид, что мы случайно там встретились.

В принципе Миндартис был прав, терять было действительно нечего. Но хочу ли я показывать Сариэля ему? Навряд ли. И как мне объяснить Миндартису, что я участвую в «социальном эксперименте» и буду по иллюзией?

— Я буду должен тебе еще два желания, а также ужин за мой счет в шикарном ресторане, — все еще не сдавался Минд, а я подивилась:

— Думаешь, если однажды сработало подкупить мне с помощью желания, так это и вновь сработает? Миндартис, — я всем корпусом повернулась к мужчине, — тебе так интересно взглянуть на моего парня, что ради этого ты даже деньги готов потратить? Такое чувство, что мы с тобой иногда продолжаем старую «войну», которая завязалась вокруг моей личной жизни еще при самой первой встрече. Минд, ты ребенок что ли?

— Понимаешь, дорогая моя, если я что-то хочу, то я это получаю. Я хочу узнать, кто ухаживает за тобой. Вдруг это опять какой-нибудь вурдалак, как Юнсерс? Я с первого взгляда пойму, стоит ли ваш роман свеч.

— Я все еще сомневаюсь, — нахмурилась я и красноречиво отвернулась.

— Что я должен сделать, чтобы ты согласилась? — вздохнул эльф, а Кузнечик посоветовал мне:

— Ээээ. Э.

— Думаю, это слишком, — рассмеялась я, понимая, что просить у эльфа двухэтажный дом в центре города в обмен на встречу это уже перебор.

— Эээ, — продолжал Кузнечик накидывать идеи.

— Он отказался от ритуала, — тоскливо вздохнула я, но все-таки решила. — Знаешь, Миндартис, ты, конечно, и так мне знатно задолжал, но я пойду тебе навстречу. Это же спор, все-таки? С тебя действительно желание и… — я на миг призадумалась, а потом достала из сумки листок и ручку, нацарапав название. — Я хочу, чтобы ты, когда в следующий раз поедешь в Ромарин, купил мне книгу коллекционного издания. Она не такая уж и дорогая, но продается только там — как купишь, я отдам тебе деньги.

— Да без проблем, — победно улыбнулся Миндартис, пряча бумажку в карман рубашки. — Завтра в семь часов встречаемся в центральном парке. Можно опоздать на двадцать минут, — вновь повторил эльф, а я согласно кивнула.

Когда наша сделка совершилась, Кливий и дядя вернулись. Уже был вечер, а потому мы засобирались домой. Миндартис отправился в отель, а мы заехали в общежитие и вышли на улицу, чтобы проводить дядю — выходные закончились и ему было пора возвращаться.

— Вы ж мои цветочки, — крепко обнимал меня с братом дядя, гладя по волосам. — Хорошо кушайте. Ты учись, понял? Чтоб не было этого безобразия с учебой, — он строго взглянул на Кливия. — А ты хорошо заботься об Итари, — дал наказ и Кузнечику.

Расцеловав нас в обе щеки, он вскочил на байк и, надев шлем, уехал. На душе было очень тепло, а настроение отличным. Все-таки приезд близких людей очень ценен.

Крепко обнявшись, мы с Кливием пошли ко мне, чтобы перед сном посмотреть какую-нибудь комедию. Заварив чай и пожарив листики шпината, которые мы использовали как закуску, мы принялись за просмотр фильма. Кузнечик также составил нам компанию, параллельно складывая из оригами фигурки. Я могла с уверенностью заявить, что остаток дня прошел прекрасно.

***

— Что-то случилось? — спросил у меня Миндартис, когда я резко замолчала, достав монофон.

Сариэль в обеденный перерыв прислал сообщении, вновь извиняясь по поводу того, что у него появились срочные дела. Встреча вновь переносилась. В обычной ситуации мне было бы все равно, но сегодня…

— Итари, ты меня пугаешь. Что случилось? — продолжал хмуриться эльф и убрал свой монофон в карман.

— Давай перенесем наш «спор»? — предложила я. — Са… — я осеклась, решив не называть имя мужчины. — Мой молодой эльф написал, что появились дела и он не сможет прийти.

— Итари, — Минд ухмыльнулся. — Мне начинает казаться, что ты водишь меня за нос, — эльф нагло щелкнул меня по носу, а я недовольно зашипела. — Мне все равно, встреча в семь часов. Не опаздывай, хорошо? Давай не будет друг друга разочаровывать?

Миндартис взял пустой поднос и направился на выход, оставляя меня одну. Не пойти в парк означает подставить саму себя и проиграть Минд. Горделивый явно нашел мое слабое место и пользовался тем, что я ни в чем не хочу проигрывать. С другой стороны, я меняю встречу на коллекционную книгу — почему бы и нет? Минд не видел Сариэля, а это значит, что я могу прийти с кем угодно… В конце концов, может и к лучшему, что Миндартис не встретится с Сариэлем? Наверное, не стоит впутывать мужчину в наши с Миндом взаимоотношения.

Недовольно цыкнув и вздохнув, я нашла в столовой Грогса, с которым мы продолжали изредка болтать. Я предложила ему прогуляться сегодня после работы и попить кофе, но он отказался — сегодня он играет со своей командой в футболл. Грогс звал и меня присоединиться к игре, но я отказалась.

Поняв, что моя главная надежда провалилась, я направилась в отдел химической океанологии. Обеденный перерыв еще не закончился, но я точно знала, что Мирабилис и Кливий сейчас активно занимаются.

— Итари, неужто соскучилась? — рассмеялся Минд, когда мы с ним столкнулись в узком коридоре отдела. — Меня искала? — подмигнул мне бровями мужчина, а я бочком обошла его, подметив:

— Тебя и искать не нужно — сам появляешься.

— Стараюсь, — хмыкнул он, но с лица спала маска веселья и он спокойно спросил. — Кого ищешь? Если брата, то их нет в лаборатории В-8.

— Нет? А где они? — я тут же развернулась, несколько удивившись.

— Я разрешил им пользоваться моей личной лабораторией, — пояснил Миндартис. — Проводить?

— Не стоит. Я в центре уж получше тебя ориентируюсь, — отказалась я, но все-таки признательно кивнула эльфу. — Спасибо, что предупредил.

— Рад стараться, — улыбнулся он, а в конце коридора появилось несколько девушек. — Юные нимфочки, я как раз искал вас. Сама судьба мне помогла встретить вас в этих безумных лабиринтах, не поможете мне с некоторыми бумагами?

Обойдя компанию с Миндом во главе, я поспешила в его кабинет. Мирабилис и Кливий действительно были там.

— Мирабилис, мне срочно нужен кто-то, с кем можно пойти на свидание, — заявила я, как только за мной захлопнулась дверь.

— Напугала, — задохнулся брат от возмущения, держа в руках какие-то реагенты.

— Радуйся, что это не кислота была, — хихикнула Мирабилис, снимая защитные очки. — Итари, что за очередные перемены? То тебе подавно не был никто нужен, то срочно на блюдечке мужчин подавайте. Где я тебе возьму его?

— Но у тебя же есть много знакомых, — обличительно подметила я. — Мне не нужно с ним встречаться, мне просто нужно прогуляться с ним по парку этим вечером.

— Думаешь, это меняет ситуацию? Хорошие мужчины с неба не падают, чтобы я могла по щелчку пальцев отправить тебя на свидание, — продолжала она увиливать. — А что за повод-то?

— Мне тоже очень интересно, — поддакнул Кливий, заинтересованно глядя на меня. — Если тебе нужна чья-то компания, то я могу сходить с тобой, — предложил братец свою кандидатуру, а я покачала головой:

— Спасибо, Кливий, но ты не подходишь — он тебя знает. Считайте это нечто вроде спора, — неопределенно махнула я рукой в воздухе.

— Если очень сильно надо, то я могу найти тебе кого-нибудь из нашего центра. Если тебя это не смутит, конечно, — все-таки сдалась Мирабилис, а Кливий отставил склянку с реагентом.

— Он меня знает? Спор? Я знаком с не таким уж и большим количеством твоих знакомых, значит и я его знаю. Поспорить ты могла только с друзьями. Я бы был готов поспорить, что это Армерия. Но если бы это была она, то ты бы назвала ее имя, но сейчас ты старательно избегаешь деталей. Вероятно, это мужчина. Я его знаю… — вновь напомнил Кливий самому себя, и нахмурился так, словно пытался выиграть викторину. — Итари, ты о чем-то поспорила с господином Норгеном?

Мирабилис резко закашлялась, а я закусила губу — от зоркого брата не могли укрыться даже такие мелочи. Но не врать же мне ему, раз он все и так понял?

— Ваши отношения меня поражают, — протянула Мирабилис, а Кливий подметил:

— Да я бы сказал, что они неплохие друзья. Господин Норген — чудесный эльф и наставник. Не обижайся Мирабилис, но он прекрасный преподаватель, — честно признался брат.

— Ладно, — Мирабилис тряхнула головой и строго взглянула на меня. — Я помогу, если ты все мне потом расскажешь. Тебе к какому времени нужно?

— К семи, — кратко ответила я. — Я очень тебе благодарна, — улыбнулась я девушке, а она отмахнулась:

— Не думай об этом, считай это моим извинением за то тройное свидание. Я наслышана о Пэтрэлэ, — Мирбилис недовольно поджала губы.

Кливий подметил, что все это лишние заморочки и на него можно было бы просто наложить хорошую иллюзию и никто ничего не заподозрил бы. Идея, на самом деле, была хороша, но я не настолько была уверенна в собственных иллюзиях. А вдруг Миндартис может развеять ее и разглядит Кливия? Так, наверное, было бы еще хуже, если бы я не пришла на встречу вовсе.

Выкинув из головы все лишние мысли, я приступила к работе в своей лаборатории. Свидания и перепалки с Миндартисом хороши только тогда, когда это не идет в ущерб работе.

— И все-таки этот эльф мне не нравится, — поджимала губы моя коллега, дама лет пятидесяти. — Я готова поспорить, что его действительно подослали наши соперники, — горячо заявляла мне она, активно обсуждая Миндартиса и вскрывая умершую без видимой на то причины рыбу из общего аквариума. — Этот Норген бессовестный мальчишка, который флиртует со всеми девицами. Итари, представляешь, я вчера застукала его в кладовке с какой-то девицей.

— Не волнуйтесь, наш отдел он уж точно будет обходить стороной, — подметила я, вспоминая наши многочисленные разговоры на этот счет.

— Вы повесили оберег у входа, чтобы его отвадить? — несколько неверно восприняла она мои слова.

— Нет, я провела с ним очень серьезную воспитательную беседу.

— Боюсь, тут поможет кастрация, а не беседа, — очень уж категорична была настроена женщина и вновь посетовала. — Зуб даю, что он никакой не инвестор. Его подослали наши конкуренты, чтобы выведать секреты исследований. Вурдалаки в Ромарине не дремлют. Зачем же ему еще так резко возвращаться в Эльфийские Долины?

— Хорошая мысль, — решила я поддержать вселенские заговоры. Я редко любила разговаривать во время работы, но госпожа Дерасса была исключением. С ней было, как и приятно работать, так и вести неторопливую беседу. — Слышала, что он работал в крупной компании, производящей химические средства в промышленных целях. Но я думаю, что вы согласитесь, что в нашем центре нет чего-то того, что господин Норген мог бы украсть.

— Он уже украл мысли незамужних девиц, — горячо заговорила она и добавила. — Даже замужних. Итарильдэ, ты слышала, что Инарэн собралась разводиться с мужем? — госпожа Дерасса неодобрительно поджала губы. — Бесстыдницы. Ни стыда, ни совести. Готова поспорить, что Миндартис просто носит иллюзию, обманывает этих девиц, а у самого даже зубов нет — настоящий вурдалак.

Эти смелые предположения очень уж мне нравились. Я не успела внести в эту сказку и свою лепту, как в дверь моей лаборатории настойчиво постучали.

— Открыто, — громко сказала я посетителю, не желая отрываться от работы. Внутрь вошел один из моих исследователей с чуть красными ушами. Он сразу сбивчиво затараторил:

— Госпожа Ангрэ! Там такое, такое, — он видимо бежал, а потому замолк, пытаясь привести в норму сбивчивое дыхание.

— Что случилось? Говори внятно, — строго сказала я не чуя ничего хорошего.

— Вы должны это увидеть! — выпалил он и махнул куда-то в сторону.

Я задумчиво взглянула на госпожу Дерассу, которая в миг решила, что должна присоединиться ко мне. Втроем мы отправились в сторону одной небольшой комнатки в нашем крыле, которая предполагалась для отдыха сотрудников, которые иногда работают в ночную смену.

— Ты позвал меня ради того, чтобы привести сюда? — я приподняла одну бровь, не понимая из-за чего такой ажиотаж и почему здесь собралось довольно много коллег.

— Они закрылись изнутри, ключ есть только у вас, — ответил другой, уже более спокойный сотрудник. — Если хотите, то можете взглянуть сами, — чуть неуверенно проговорил он, указывая на небольшое прозрачное окошечко на двери.

Под заинтересованно-напряженными взглядами, я медленно подошла к двери и, прежде чем взглянуть, сотрудники попросили меня:

— Госпожа Ангрэ, только не ругайтесь сильно, хорошо?..

— Уже чувствуете, что вам достанется? — усмехнулась я и дала совет. — Тем, кто боится попасть мне под горячую руку лучше уйти и заняться работой прямо сейчас.

Вопреки моим ожиданиям со своих мест почти никто не сдвинулся. Видимо, их любопытство перевесило опасение. Подойдя поближе, я увидела, как внутри Миндартис прижимает к себе девушку за талию, целуя ее волосы и что-то пришёптывая. Минд крутит романы на рабочем месте? Да плевать я хотела на него. Но не в моем отделе. И не с моей сотрудницей.

— Вурдалак, — вырвалось у меня, а все окружающее закашлялась. — Вы, — я укоризненно повернулась к зрителям, — ради этого вы выдернули меня с исследования? Если кто-то из присутствующих просрочит сдачу отчетов, то будет работать в выходные. По местам, — рыкнула я.

Пока я разбиралась с подчиненными и пыталась призвать к их прямым обязанностям, госпожа Дересса так же взглянула в окошечко и схватилась за сердце, приговаривая:

— Ужас какой. Бесстыдство. Вот была бы у нас абсолютная монархия, не было бы такого!

Я не стала убеждать женщину в том, что форма правления здесь роли не играет, и просто приложила к двери свой пропуск высшего доступа. В научном центре мне были открыты все двери. В буквальном смысле.

— Тогда встречаемся сегодня в семь ча… — тихо шептал Минд ей какую-то глупость.

— Я могу вас отвлечь, пока вы прелюбодеяниями тут не занялись? — холодно спросила я, с грохотом распахнув дверь.

— Ой, — воскликнула девица, резво отскочив от Миндартиса и склонив передо мной голову. — Это не то, что вы подумали. Это случайность.

— Наверное, весь отдел биологической океанологии подумал «не то, что нужно», — отчеканила я и повернулась к девушке. По лицу я смогла ее узнать — практикантка. — Захотела закончить практику раньше срока? Хочешь, чтобы я тебя просто исключила из списков или хочешь выйти за него замуж и бросить университет? Думаешь, ты переспишь с ним, и он воспылает к тебе любовью? — я звонко рассмеялась, складывая руки на груди.

— Извините, — прошептала девушка, склонив голову еще ниже. — Я была не права.

— Передо мной не нужно извиняться, — жестко сказала я. — Извиняться будете перед деканом, когда я отправлю университету письмо об успехах практикантов.

— Простите, пожалуйста. Я не подумала, — вновь проговорила она, чуть ли не плача. Истерики на работе мне были не нужны.

— Итари, — Миндартис недовольно взглянул на меня и хотел уже приобнять девушку, чтобы утешить, как я стукнула его нитями магии — не больно, просто как небольшой щелчок.

— С тобой я еще поговорю, любвеобильный ты наш. Ренсса, иди домой, — вновь обратилась я к практикантке. — Чтобы завтра была в лаборатории в шесть утра. Будешь отрабатывать свои ошибки на образцах рыб, простых извинений нынче маловато будет.

— Я поняла вас, — девчушка с потупленным взглядом выбежала из комнатки.

— «Поговорила» говоришь? — презрительно хмыкнула госпожа Дересса. — Может я его шваброй стукну?

— Не стоит, рукоприкладство нам не поможет. Боюсь, если он обратится в суд, то его адвокатам мы наверняка проиграем, — поумерила я пыл женщины, сама немного придя в чувство.

— Из-за чего ты вообще все это устроила? — натурально обиделся Миндартис, когда все очевидцы разошлись, в том числе и моя старшая коллега.

— А из-за чего ты решил, что можешь целоваться с девушками в моем отделе? Другого места нашел? Ты бы еще в коридоре или столовой это делал, — не осталась и я в долгу. — Скажи мне спасибо, что у меня нет желания оторвать тебе уши. Договаривались же с тобой — никаких романов с моими девушками, — я была зла из-за того, что Миндартис нарушил наш уговор.

— Она разве из твоего отдела? — раскрыл Минд глаза.

— Только не надо сейчас оправдываться и чего-то придумывать, — закатила я глаза. — Уйди отсюда. Не хочу тебя видеть. Не подходи вообще к нашему крылу, хорошо?

— Итари, я правда не знал, что она из отдела биологической океанология. Если бы я знал, то убежал бы от нее в первую же секунду, — все же попытался Миндартис что-то объяснить, но мне не хотелось слушать очередные сказки.

***

— Забавно, что нам нужно идти вместе, — проговорил Миндартис, когда мы с ним вышли из научного центра, направляясь в парк, где должны были состояться наши свидания. Как и девушка Минда, так и мой спутник, которого нашла Мирабилис, должны были ждать нас там.

— Может нам стоит перенести эту встречу? — вновь предложила я, глядя на хмурое небо. У меня было ощущение, что вот-вот мог пойти дождь. Это было не к добру.

— Ни в коем случае, — тут же замотал Минд головой и немного напрягся. — Итари, ты все еще злишься на меня? Из-за практикантки?

— Нет, — я вздохнула. — Просто не могу понять, зачем ты это делаешь? Чем ты лучше Юнсерса? У тебя есть девушка, но ты флиртуешь с каждой второй? В чем суть?

— Ну… — Миндартиса сбили с толку мои слова. — Итари, этот секрет я открою только тебе. Когда я говорю, что у меня есть девушка, то я не подразумеваю под этим ничего серьезного. Когда я приехал, то тем фактом, что у меня есть девушка я всего лишь прикрывался.

— Я так и знала, — фыркнула я, садясь в машину Минда, так как он собирался довезти нас туда. — А сейчас?

— Это просто свидание. Это не значит, что я строю с девушками какие-то серьезные планы. Я им нравлюсь и этого достаточно.

— Я всегда знала, что ты легкомыслен и непостоянен, — вздохнула я. — Сомневаюсь, что какая-нибудь девушка выйдет за тебя замуж.

— Почему? — заинтересовался Минд, заводя автомобиль.

— А кому нужен муж, который строит глазки каждой женщине?

— Когда я найду девушку, на которой хочу жениться, то все изменится, — уверил меня горделивый, а я закатила глаза.

— Минд, ни эльфы, ни люди, ни вампиры не меняются. Да и не похоже, что ты ищешь «ту самую».

— Давай оставим эту тему, хорошо? — попросил эльф, почему-то не захотев поддерживать беседу. Впрочем, я не настаивала.

До парка мы доехали довольно быстро. До семи часов оставалось еще двадцать минут. Наши встречи были назначены на главной аллее. Стоять вместе было бы как-то странно, а потому мы разошлись к противоположным скамейкам.

Я знала, что мое сегодняшнее «свидание» должно было состояться с Пэтрэлем. Это меня немного расстраивало, неужели в центре больше не нашлось мужчин? Но если быть честной, то я слегка удивлена, что после тройного свидания он согласился выручить меня.

Я решила не тратить время зря, а потому достала отчеты с работы. В конце концов, это не настоящее свидание — можно заняться работой.

Невольно я с головой ушла в работу, и чудесная атмосфера парка мне ни капельки не мешала. Ставя одну подпись за другой, я и не заметила, как к Миндартису подошла его спутница. Мне пришлось закатить глаза и поморщиться — это была сегодняшняя практикантка. Она не выглядела очень уж воодушевленной, после сегодняшнего, но пара лестных фраз тут же заставили ее улыбнуться. Меня девушка не видела, зато мне было прекрасно слышно то, о чем они беседовали. По крайней мере Миндартиса, который никогда не отличался тихим голосом.

— Моя милая нимфа, я готов поспорить, что Луна сегодня вышла лишь для того, чтобы ты вышла ко мне в лучах ее света. Твоя походка завораживает меня и пленяет даже светлячков.

Я задумчиво смотрела на Миндартиса и эту молоденькую девчушку. Она смотрит на него влюбленными глазами, а он говорит все те же вещи, какие рассказывает всем остальным. Я даже не уверена, помнит ли он ее имя, ибо каждую он называет «нимфой». Все-таки эльфы, избалованные женским вниманием — настоящая катастрофа.

Миндартис продолжал распинаться — рассказывал ей про театр, про оперу, прочитал одно стихотворение про Луну. Когда положенные двадцать минут, на которые мы могли бы опоздать, истекли, эльф вопросительно повернулся ко мне, словно вопрошая, где мой партнер? К моему удивлению, этот вопрос меня также очень сильно интересовал. Пэтрэль он или кто еще, но опаздывать на встречу одинаково невежливо. Даже женщине не позволительно подобное. Что за беспорядки? Пунктуален ли человек при личных неофициальных встречах или же нет, может многое о нем рассказать.

Кода артефакта Пэтрэля у меня не было, и я лишь с раздражением посмотрела на наручные часы. Вновь взглянула на Миндартиса. Не знаю каким образом, но девушка абсолютно меня не замечало. Меня это даже капельку расстроило. Однако Миндартис и практикантка еще не собирались уходить. Кажется, Миндартис не собирался отступать так просто и очень уж хотел увидеть моего «ухажера». Когда время опоздания перевалило за полчаса у меня вообще закрались подозрения, что это было лишь насмешка надо мной и мужчина не придет.

В конце концов, спустя сорок минут, когда Минд и его «девушка» съели мороженное, немного поболтали, Минд лишь с ухмылкой взглянул на меня и они направились прогуливаться по парку. Это лишь больше меня взбесило. Миндартис — наглый эльф, который не упустил даже такого повода, чтобы выставить себя в наиболее лучшем свете.

На Пэтрэля я сильно не злилась на самом деле. Сама виновата, что оказалась в такой ситуации, раз нужно было прибегать к помощи посторонних. Стоило понимать, что ничего хорошего из споров с Миндартисом в принципе выйти не может.

Я продолжала бездумно сидеть на скамейки. Уйти так просто было бы не в моих правилах. Мирабилис прислала мне пламенное сообщение с извинениями, говоря, что ей очень жаль и Пэтрэль прибудет с минуты на минуты. Нести плохие эмоции домой я не собиралась, а потому хотела высказать эльфу все то, что я о нем думаю. Спустя ровно час от назначенного времени я увидела у входа в парк Пэтрэля. Этот вурдалак даже не торопился, беззаботно оглядываясь и неспешно идя ко мне. Это лишь больше меня взвинчено — я сидела час на этой скамейке, ждала его, словно недалекая скумбрия, а он…

— Добрый день, Пэтрэль, — поздоровалась я, прикрывая глаза и поднимаясь со своего места. — Мне очень жаль, но кажется, мы с вами перепутали время нашей встречи? — смело предположила я.

— Нет, я опоздал. Пойдемте? — он, не глядя на меня, кивнул куда-то в сторону.

— То есть, вы прямо говорите мне, что опоздали, но даже не хотите принести мне свои извинения? — я выгнула брови, понимая, что один неверный ответ может вызвать у меня достаточно длинную гневную тираду на его счет.

— Я уже опоздал, ничего не изменить, — как-то отстраненно пожал он плечами, а я усмехнулась:

— У вас нет и капли приличия, — припечатала я, когда он хотел раскрыть рот, чтобы что-то сказать. — Вас попросили о просьбе, а вы не соизволили ее выполнить. Вас точно можно назвать ответственным эльфом? Я рада, что вы не стали изображать притворное сожаление. Так даже лучше.

— Вы злитесь? — приподнял он брови так, словно действительно удивился.

— От вашего приходя зависело многое. Я бы не осталась перед вами в долгу, если бы вы исполнили мою небольшую просьбу. Суть была не в вас, а в том, в какое время вы должны были прийти. Момент упущен. Не появляйтесь больше передо мной. Сделаем вид, что все наши встречи были чистой случайностью.

Я бы хотела сказать кое-что еще, что думала в глубине души о Пэтрэля, но все же остановила себя. Он правда ни в чем не виноват. Выяснять причину опоздания я не стала. С вероятностью в девяноста процентов оппонент солжет. Спор с Миндартисом проигран. Этот эльф вновь меня обошел. Мораль сего вечера такова — не говори того, чего не можешь доказать и подтвердить, не прибегая к обману. Это будет для меня хорошим уроком.

Домой я вернулась не в радужном настроении. Лишь купленные в небольшом ресторанчике мидии, которые я несла домой, как-то приободряли меня. Кливий и Кузнечик были дома и попивали чай в моей квартире, о чем-то беседуя. Брат сидел на диване, поджав к груди колени и решая какие-то химические задачки из сборника, Кузнечик же продолжал складывать оригами. На сей раз он складывал достопримечательности Эльфийских Долин. Его мастерство меня поражало и доказывало, что порой умертвия будут поталантливее некоторых живых.

Против воли я выразила свое неудовольствие и к домочадцам, придравшись к ним по какой-то мелочи. Кливия я вовсе решила прогнать по теории к некоторым темам, чтобы он не расслаблялся. Кузнечик понимал, что мое настроение вскоре нормализуется, но сейчас под горячую руку не лез. Кливий же послушно отвечал на все мои вопросы и придраться мне было не к чему. Это порадовало.

В конце концов, Кливий проявил чудеса сообразительности и самосохранения, а потому вспомнил, что ему нужно погладить халат для завтрашней практики и убежал к себе. Кузнечик мягко улыбнувшись подметил:

— Эээээ.

— Извините, если я порой так строга к вам, — улыбнулась и я умертвию, сделав глубокий выдох. — Сегодня был сложный день.

Кузнечик с поминанием отнесся к моим словам и предложил рассказать о случившемся. Я кратко описала ситуацию, но в подробности вдаваться не стала. Умертвие посоветовало мне сегодня лечь пораньше и не ходить ночью в офис, чтобы отдохнуть. Я решила не пренебрегать советом, а потому приняла пенную ванну и вернулась в спальню.

Уже словно бы по традиции, когда я начала засыпать, мой монофон завибрировал, но на сей раз это был звонок. От Сариэля. Меня подобное немного удивило. До этого момента мы никогда не общались через артефакт связи. Я ответила на звонок, но голос меня был слегка сиплым, от того, что горло пересохло.

— Добрый вечер, Сариэль, — я откашлялась и присела на кровать, зажигая свет.

«— Тари, очень рад слышать тебя. Я не вовремя? Уже довольно поздно», — подметил эльф, а я поторопила его:

— Я действительно почти уснула. О чем ты хотел поговорить?

«— Мне жаль, что я уже дважды перенес нашу встречу, а потому хотел бы загладить вину и пригласить тебя на свидание. Я ставлю сто золотых на то, что тебе очень понравится то место, куда я хочу тебя пригласить. Мероприятие будет послезавтра, что думаешь об этом?»

— Звучит весьма интригующе. Что за мероприятие? — поинтересовалась я.

«— Это биологическая конференция. Будет приглашено много специалистов из заграницы и будет поднято достаточно много животрепещущих тем этого года. Я подумал, что тебе захочется пойти».

— Не поверишь, но у меня уже запланирован поход туда, — я не без улыбки взглянула на календарь, который стоял на прикроватной тумбочке. Было приятно, что Сариэль так точно угадал мои предпочтения на этот счет.

«— Правда? Надеюсь, ты идешь туда одна? Я бы очень хотел послушать выступающих вместе с тобой, чтобы обсудить все детали после. Не думаю, что кроме тебя какая-нибудь девушка бы с радостью восприняла подобное предложение», — Сариэль рассмеялась, а я призналась.

— На самом деле я иду туда, чтобы представить одну из моих статей. Боюсь, там ты сможешь увидеть меня без иллюзии.

«— Я тоже приглашен от работы, но лишь в качестве слушателя. И мне тоже придется быть без иллюзии. Но может нам еще немного сохранить интригу наших личностей? Не хочешь после того, как закончатся все выступления, встретиться в фойе возле декоративной пальмы? Под иллюзиями, разумеется. На самом деле, у меня есть смутное подозрение, что мы с тобой можем быть знакомы», — непринужденно хохотнул Сариэль, а я подметила:

— Я этого не исключаю, но в нашем городе довольно много организаций, которые специализируются на данных областях.

«— Согласен. Я немного поспешил с выводами, — принял и мои точку зрения Сариэль. — Обещаю тебе, что с огромной внимательностью прослушаю каждую статью. Готовься к бурному обсуждению, ведь я довольно хорош в своей работе», — шутливо предупредил меня мужчина.

Еще немного поболтав с ним о предстоящей встрече, мы попрощались. Утром я была довольно в приподнятом настроении и также была готова продуктивно провести этот день.

Исследования сегодня продвигались чудесно — результаты всех анализов только оправдывали мои теории. Армерия же активно помогала мне подготовиться к завтрашней конференции, на которой я должны была представить такие темы как: «Влияние третьего хвоста на условия выживания в дикой среде среди рода Вернитуус» и «Процесс выращивания рыб-паразитов в условиях искусственной экосистемы». Вторая тема, если быть откровенной, нравилась мне капельку больше. Возможно, это было связано с тем, что последние три месяца я практически полностью посвятила себя этому исследованию, которое лишь недавно принесло свои плоды. Я хотела написать еще одну статью о новом виде рыб — Глапуроне, но для того, чтобы представить вид на данной конференции у меня было маловато времени и материалов.

На конференцию помимо меня должна была отправить и Армерия, которая представляла проект, посвященный нашим открытиям в морской флоре. Это в большей степени касалось конкретного вида водорослей, которые содержали в себе примеси некоторых ядов. Яды негативно сказывались на состоянии внутренних органов некоторых видов. Яды имели накопительный эффект и смерть рыб вследствие отравления наступала примерно через три месяца. Именно через такой промежуток времени стабильного питания вида данными водорослями концентрация вещества превышала допустимую. Мне очень хотелось обсудить работу Армерии с Сариэлем, чтобы узнать его мнение, ведь он действительно очень хорош в ядах.

Когда мы с Армерией вновь отрепетировали речь, то в кабинет постучали. Мы немного увлеклись и не заметили, что начался обеденный перерыв. Однако если мы не заметили, как бежит время, то кое-кто заметил мое отсутствие.

— Итари, время есть. Ты же не хочешь, чтобы я умер с голода?

С подобной фразой в наш кабинет заявился Миндартис. После вчерашнего «пари» мы не разговаривали — были какие-то дела и не до общения с горделивым.

— Светлые леса, а ведь уже обед, — тут же встрепенулась Армерия, откладывая наши статьи в сторону и поднимаясь. — Хорошего вам обеда, — махнула рукой подруга нам с Миндом на прощание. Она уже успела привыкнуть к тому, что мы стали есть почти каждый день вместе.

— Обидно признавать, но я проиграла вчерашний спор, — не стала я откладывать насущное и перешла к делу. — Я была уверенна, что все пройдет гладко, но мой спутник опоздал.

— Надеюсь, вы расстались после этого? Как мужчина может так поступать с девушкой?

— Опустим это, — махнула я рукой, складывая личные вещи в сумку. — Ты обещал мне желание и ужин в ресторане, если все сложится. Однако мы не обсудили другую сторону монеты. Я считаю, что справедливости ради я также должна пообещать тебе желание и обед. Обед я собираюсь реализовать сейчас, а желание… — я вздохнула. — Ты правда можешь что-нибудь попросить у меня. В рамках разумного, разумеется. Но я со своей стороны готова предложить тебе некоторую сделку — я могу просто забыть об одном твоем желании, а ты также забываешь о моем.

— Знаешь, Итари, мне действительно нравится твоя дальновидность и острота ума. Давай так и сделаем, пусть наши желания нейтрализуют друг друга, — достаточно легко, к моему удивлению, согласился Миндартис. — А обед… знаешь, Итари, как-то это глупо. Мы ведь и так каждый день вместе обедаем. Суть была в том, чтобы встретиться после работы.

— И что ты предлагаешь? — выгнула я одну бровь, желая услышать какие-нибудь дальнейшие аргументы.

— Я хочу тебе кое-что предложить, — Миндартис сделал театральную паузу. — Но позже. Итари, обеденное время не будет ждать, пока мы с тобой вдоволь наболтаемся. Давай сходим в то кафе на берегу океана, которое ты мне показывала?

Я не стала отказываться от данного предложение. Очень уж мне оно нравилось, у данного заведения был особый шарм от того, что оно практически полностью располагалось в воде.

— Я очень надеюсь, что ты, Итари, не обижаешься на меня, — начал Миндартис, когда мы с ним заняли точно такой же столик у окна, когда я приходила сюда с Сариэлем. — Когда я что-то говорю о тебе или твоих поклонниках, то не преследую цели задеть или оскорбить тебя. Я просто хочу, чтобы ты помнила об этом, хорошо? — Миндартис пристально посмотрел на меня, а я немного напряглась.

— Знаешь, Минд, у тебя сейчас точно такой же взгляд и голос, как у Кливия, когда он хочет одолжить денег, — озвучила я свои подозрения, от чего мужчина пребывал в легкой растерянности.

— Нет, Итари, к счастью, я не собираюсь брать у тебя в долг. Боюсь, что проценты будут такими, что мне будет проще умереть, — рассмеялся Миндартис, а я не без улыбки подметила, откидываясь на спинку плетеного стула:

— Если умрешь, то долг перейдет твоим детям или же иным родственникам. Также я найму хорошего некроманта, что воскресить тебя, поэтому не думай, что смерть избавит тебя от проблем. Скорее наоборот. Один неправильный ритуальчик призыва и станешь неупокоенной душой до тех пор, пока кто-нибудь из опытных магов не решит эту проблему.

— Светлые Леса, ты точно морская эльфийка? Откуда столько наклонностей к магии смерти? Ты меня поражаешь, — Миндартис покачал головой и к нам тут же подошел официант, уже принесший наш заказ.

— Ты хотел о чем-то поговорить, помнишь? Что-то насчет обещанного ужина или обеда, — напомнила я горделивому, приступая к запеченным устрицам.

— Точно. Спасибо, что сказала, — поблагодарил меня Минд, также приступая к еде. — На самом деле сегодня у меня запланирована одна важная встреча, но так вышло, что…

— Ты! Неблагодарный! — у входа в кафе послышался женский визг. В заведение зашла миловидная блондинка в достаточно откровенном для обеденного времени наряде. Алое платье обтягивало ее так сильно, что мне показалось, что оно может порваться по швам в любой момент.

Все посетители, включая нас, оглянулись, пытаясь понять к кому именно обращается женщина. Но буквально через несколько секунд все стало ясно. Эльфийка, громко стуча каблуками, подошла к нашему столику, гневно взглянув вначале на Миндартиса, а потом и на меня.

— Я ненавижу тебя! — громогласно воскликнула она и схватила с нашего стола стакан с водой, выплеснув его на Минда. По лицу горделивого стекала вода, а от аккуратно уложенных волос не осталось и следа. Однако этим эльфийка не ограничилась. Схватив второй стакан, она выплеснула воду и на меня. Это действие было весьма опрометчивым с ее стороны. — Я так тебя люблю, а тебе все равно? Ты отвергаешь не только мое сердце, но и душу! — яростно била она себя в грудь. — Кто она? Променял меня на какую-то простушку и дешевку? Проводишь с ней целый дни и ешь с ней. Ты никогда не обедал со мной! Никогда. Почему я должна ждать? Я не хочу. Да моя кошка краше этой морской эльфийки! Почему она, а не я? — она бросила на меня презрительный взгляд и потянулась к моему стакану с яблочным соком.

— Это уже слишком, — пробормотала я, резко вставая, от чего женщина непроизвольно сделала шаг назад. Взяв стакан в руки, я оценивающе оглядела ее. — Женщина, если вы не хотите, чтобы вас вышвырнули отсюда из-за скандала, то закройте рот и не мешайте потчевать.

— Что? Что? — женщина задохнулась от возмущения. — Да кто ты такая? Я разве с тобой разговариваю? Отойди с дороги, — женщина попробовала оттолкнуть меня в сторону.

— Упс, — состроила я невинные глазки, когда вылила содержимое стакана на ее туфли. Была готова поспорить, что в ее наряде они были самыми дорогими, иначе бы она не стала так сильно визжать и осыпать моих предков весьма неприличными для девушки ругательствами.

— Да ты хоть знаешь, кто я? — она откинула прядь волос со лба, выпятив и так небольшую грудь вперед.

— Да мне как-то все равно. Ты только что облила незнакомого эльфа водой, с криками ворвавшись в заведение. Накинулась с оскорблениями, — я делала шаги вперед, от чего ей приходилось понемногу отступать назад. — Думала, будешь самой крутой здесь? Милочка, — я криво усмехнулась, продолжая наступать, — ты сушу с берегом не попутала? Ты, кажется, не знакома с одним золотым правилом — если не хочешь стать кормом для рыб, то не мешай есть научным сотрудникам.

Девица вздернула нос и схватила с какого-то из столиков еще один стакан с напитком. Кажется, это был ее любимый прием. Но я довольно резво увернулась.

— Миндартису не нужна такая девушка как ты. Что ты можешь дать ему? — она с вызовом взглянула на меня.

— А зачем мне ему что-то давать? Нам друг от друга ничего не надо. Давай ты по-хорошему уйдешь отсюда? Понимаешь, из-за тебя у меня теперь скверное настроение. Если я не в духе, то всякое может быть, — загадочно ответила я. — Еще вопросы?

Девушка скривилась так, словно съела что-то ужасно кислое и противное. Она раскрыла сумочку, принявшись там что-то искать. Я терпеливо ждала ответных действий с ее стороны. Не только я — все кафе ждало, чем же закончится этот спектакль, в который я каким-то образом сама ввязалась по доброй воле. В конце концов, она достала кошелек и протянула мне стопку купюр.

— Забирай деньги и никогда больше не появляйся рядом с ним!

Этот маневр наконец-то помог мне вспомнить, где я такое видела — слезливая любовная драма, на которую мы ходили с Юнсерсом. Только там подобное провернула свекровь, пытавшаяся избавиться от героини — выплеснула холодную воду в лицо и дала конверт с деньгами, прося исчезнуть из жизни сына. Мне невольно стало интересно: эта девица изучала подобные тактики или же у некоторых женщин это в крови?

Оставив размышления, я взглянула на Миндартиса. Он стоял в небольшой толпе заинтересованных лиц и выглядел так, словно был готов вмешаться в ситуацию в любой момент. Однако его помощь была не нужна.

— Давай так, — я уперла пуки в бока. — Ты его мать?

Девушка в растерянности покачала головой, немного опешив от того, что деньги не произвели на меня должного впечатления.

— Ты его жена? Невеста? — продолжала допытываться я. — Не похоже. Ты просто его любовница или сожительница. Решайте свои проблемы в других местах. Не впутывайте в это посторонних, ты поняла меня? — я строго взглянула на женщину и посоветовала. — Не разбрасывайся деньгами так попусту. Я так и не услышала извинений, — напоминала я словно невзначай и, кивнув на ее туфли, подметила. — Если извинишься, то я оплачу тебе химчистку и сделаю вид, что это было небольшим недоразумением.

Она лишь грозно смотрела на меня. Я приняла молчание за отрицательный ответ. Не заставлять же ее?

Я развернулась, желая вернуться к еде, считая, что на недалеких эльфов не стоит тратить время. Но не тут-то было…

— Ты всего лишь жалкая…

Девушка хотела то ли что-то сделать, то ли что-то сказать, но сделав шаг поскользнулась и упала в воду. Стен в кафе не было, и мокрая обувь сыграла с ней злую шутку. Толпа одобрительно загудела. Кто-то даже поаплодировал мне. Это уже было перебором.

Сделав вид, что ничего не произошло, я вернулась к своим устрицам. Обед подходил к концу — я хотела быстро покончить с едой и вернуться в лабораторию.

— Итари, — позвал меня Миндартис, когда я, поглядывая на часы, усиленно поглощала заказ.

— М? — я вопросительно взглянула на него. Сейчас я невольно корила себя: почему хоть раз я не могу остаться в стороне? Не мои же это проблемы… Однако в душе все равно было приятное удовлетворение и случившееся меня не слишком интересовало.

— Ты снова поразила меня до глубины души, — пробормотал он, не прикасаясь к еде. — Ты… — Минд то ли просто не мог подобрать подходящие слова, то ли пытался сформулировать мысль.

— Ты поел? — перебила я его. Он в смятении кивнул, а я, подхватив свою сумку, потянула его к выходу. — Шевелись, обед закончится через семь минут.

Мы спешно вышли из кафе, оплатив счет, и направились в научный центр. Я не терпела опозданий, а потому весьма спешила.

— Итари, спасибо, — сказал он, когда мы почти пришли.

— Спасибо за то, что начала конфликт с твоей очередной поклонницей? Если быть объективными, то тут не много хорошего, — весьма скептически отнеслась я к его словам.

— Я просто благодарю тебя за твой характер, — сменил ситуацию Минадртис, отметив. — Ты не престаёшь меня удивлять. Знаешь, Итари, если бы ты была цветком, то только Хамелобивией, но если бы ты была животным, то только цербером. Ручным разумеется. Ручные церберы очень преданны и заботливы, но к посторонним они…

— Мнидартис, ты ходишь по тонкому льду, — предупредила я мужчину. — Минд, постарайся сделать так, чтобы я не сталкивалась с твоими влюбленными девицами, хорошо? — я хлопнула его по плечу, когда мы подошли к моему корпусу.

— Итари, постой, — остановил меня Минд. — Я не успел тебе объяснить произошедшее. Это совсем не то, что ты подумала. Она не моя любовница и даже не девушка, она просто…

— Рассказывай все эти увлекательные истории кому-то другому, хорошо? — мягко попросила я его и вновь поспешила. — У меня завтра конференция, мне нужно подготовиться! — крикнула я напоследок, взбегая по ступеням корпуса.

Произошедшие события не остались в моей памяти надолго и уже через полчаса я проводила экскурсию нашим потенциальным сотрудникам. Университет биологических исследований попросил меня провести экскурсию выпускникам, которые находятся в процессе поиска работы. Я не возражала — выпускники уже умные ребята и с первокурсниками, и моими практикантами их нельзя сравнить. В толпе я увидела несколько знакомых лиц — в прошлых годах они были у меня на летней стажировке. Было приятно увидеть их. Я очень уважаю и ценю всех тех, кто с любовью относится к своей работе и ответственно подходит даже к мелочам. В конце концов, конечный результат на шестьдесят процентов состоит с виду сущих мелочей. И если работать спустя рукава, то итог будет не самым радостным.

Показав корпус и наши главные лаборатории, я увидела блеск в глазах уже бывших студентов. На душе стало очень тепло. Когда все закончилось, некоторые из ребят подошли ко мне, прося показать им дорогу в корпус администрации, чтобы подать заявление на трудоустройство. Наверное, улыбки шире у меня в последние дни не было, как в тот момент, когда они сказали мне об этом. Проводив их к администрации, я не преминула поинтересоваться о том, у каких преподавателей они защищали свои дипломы и на какие темы. Меня на самом деле было интересовали дела студентов и самих преподавателей того университета, который я когда-то закончила.

Дела с выпускниками были улажены. Я и не заметила, как прошло два с половиной часа. Сегодня вообще время текло достаточно быстро. Еще раз отрепетировав речь защиты, я решила заняться настоящими обязанностями исследователя, но дойти до лаборатории не успела. Артефакт связи, предназначенный для рабочих звонков, завибрировал. Это была Мирабилис. Она немного не управлялась с работой и просила меня о помощи. Я не отказала — у меня не было срочных дел прямо сейчас.

Работать с токсичными и химическими веществами я умела, но в работе с Мирабилис больше играла роль помощника. Подруге было нужно завтра сдать некоторые отчеты, но она еще не закончила проводить пробы. Я бы сказала, что я думаю о такой халатности, но не стала — горбатого только могила исправит, говорить что-либо бесполезно.

Зайдя в стеклянный короб и сменив халат на защитный комбинезон, я принялась за нагревание некоторых пробирок, предназначенных для теплового исследования.

— Извини, что вновь прошу о подобном, — пробормотала подруга уставшим голосом.

— Если равномерно распределять работу на месяц, а не делать ее за короткий срок до сдачи, то ничьей помощью не придется пользоваться, — ответила я с милой улыбкой, все-таки не удержавшись от комментария.

— Знаю, но было столько других дел, — неуверенно попробовала оправдаться подруга, но тут же сменила тему. — Что делаешь этим вечером?

— Никаких планов, — пробормотала я, наблюдая за экзотермической реакцией. — А что? Ты хочешь что-то предложить мне?

— Нет, просто спросила, — качнула Мирабилис головой. — Как у тебя дела с «базой данных»? Сариэль его зовут? Что думаешь о нем? — подруга продолжала записывать то, как протекает одна из реакций.

— Он довольно хороший эльф, — я улыбнулась, почему-то вспомнив синюю розу, которую он подарил мне. — Я хочу сделать ему какой-то подарок. Может поможешь мне? — внезапно вспомнила я и о насущном, понимая, что так и не позаботилась об этом.

— Подарок? — переспросила Мирабилис, не секунду замерев, словно что-то обдумывая. — А что он подарил тебе?

— Цветок и очень красивый зонт. Хотела подарить ему ежедневник, но… передумала, — отмахнулась я от этого.

— Ну… — Мибилис задумалась и сняла с глаз защитные очки, привалившись к столу. Кажется, мой вопрос застал ее врасплох, и она не могла совмещать работу со своими мыслями. — Я даже не знаю, что тебе посоветовать. Это должно быть что-то простое, приятное и в твоем стиле. Что-то строгое и романтичное. Что-то милое и незамысловатое. Это… — Мирабилис разглядывала проходящих мимо стеклянных кубов научных сотрудников, словно примеряя идею подарка к их образам. Может быть… — подруга щелкнула пальцами, словно к ней пришла гениальнейшая мысль. — Плед? Возьми что-то однотонное. Например, серый плед. Мне кажется, что это достаточно мило, приятно и сама по себе очень уютная вещица. Кому плед был лишним дома? Если положить его в коробочку и обвязать лентой, то будет очень даже праздничный подарок. Как тебе?

Я нарисовала в голове образ пледа и самого подарка. Стоит признаться, то, что получилось в моих фантазиях, мне нравилось. Плед не обязан быть большим, но это действительно не плохой ответ на его зонтик. С одеждой или же аксессуарами можно не угадать, но плед — почти беспроигрышный вариант. Я всегда знала, что Мирабилис хороша в подобных вопросах и просить о помощи стоило ее с самого начала.

Поблагодарив девушку, я пришла к решению, что сегодня после работы я зайду в магазин, чтобы выбрать плед. Однако…

В дверь нашего стеклянного короба постучали, когда работа близилась к завершению. Открыв дверь картой доступа, внутрь зашел Миндартис, который приветственно кивнул нам и обратился к подруге:

— Госпожа Дарселс, могу ли я украсть вашу подругу на некоторое время? Мне нужна помощь госпожи Анргэ.

— Кончено, — ни на секунду не замешкалась Мирабилис. — Спасибо за помощь, — признательно улыбнулась она мне, а я фыркнула, подметив, что она оказала мне не меньшую услугу своим советом.

Выйдя из короба, я перевела взгляд на Минда. Не припоминаю того, чтобы ему была нужна моя помощь именно в работе. Стоило признать, что как бы Минд не вел себя, но свое дело знал хорошо.

Миндартис без слов поманил меня в свою лабораторию. Рабочий день медленно, но верно заканчивался, а потому некоторые сотрудники уже собирались домой, прибирая рабочие места.

— Что-то случилось? — уточнила я, проходя в идеально чистую лабораторию. В воздухе приятно пахло дезинфицирующими средствами, запах которых остался после влажной уборки помещения.

— Мне нужно, чтобы ты выполнила некоторые мелкие дела. Занимай место за столом А-2. Там лежит несколько проб грунта, которые нужно проанализировать. Справишься?

— С чего бы мне заниматься чужой работой? — опешила я от подобной наглости.

— А что, тебе сложно? — точно также удивился Минд и, понизив голос, сказал. — рабочее время еще не закончилось, но мне нужно поговорить с тобой. Я использую это как предлог для диалога. Такой ответ тебя устраивает? — предельно честно сказал он, вопросительно глядя на меня.

Миндартис, как мне показалось, был довольно серьезен и не шутил о том, что ему нужно поговорить со мной. Это интриговало, а потому я вновь надела очки и подошла к указанному столу. Там действительно лежал перечень с классическими пунктами для исследования. Несколько капсул с грунтом, которые и подвергались этому самому исследованию аккуратно лежали в небольшой коробочке подле стола.

Миндартис занял стол напротив и, точно также надев защитный костюм, приступил к работе. Я не мешала, давая ему возможность собраться с мыслями и подойти к разговору. Минд не заставил себя долго ждать и через несколько минут заговорил:

— Начну издалека. Та девушка, которую мы видели в кафе, всего лишь влюблена в меня до полусмерти. Мы пересекались с ней лишь пару раз три года назад, до того, как я уехал в Ромарин. Узнав о моем приезде, она внезапно объявилась здесь. Она преследует меня. Вчера она даже подкараулили меня у отеля. Я не хотел говорить этого сначала, но теперь я думаю, что это внесет ясности в эту ситуацию, — Минд удручено покачал головой, а я попыталась сдержать смех, отчего горделивый недовольно взглянул на меня. — Что смешного в том, что я сказал?

— Просто у тебя был такой печальный вид, словно тебя преследует не милая девушка, а какое-то чудище, которому ты еще и задолжал. Это всего лишь эльфийка. Если бы это была дочь вождя орков, то повод переживать действительно бы был, а так, — я неопределенно пожала плечами и отмахнулась. — Что было — то прошло. К чему такая предыстория?

— Я просто хотел, чтобы ты знала об этом, — было чувство, что Миндартису не слишком уж понравились мои слова. — Но я действительно хотел не о том поговорить. Помнишь, тот разговор, который прервался в кафе?

— Да, что-то о важной встрече? — нахмурилась я, вспоминая слова эльфа. Я пристально наблюдала за уверенными действиями Миндартиса и все-таки не удержалась от комплемента. — Мне нравится то, как ты работаешь и твой профессионализм, — я одобрительно кивнула, также берясь за грунт. Мои слова немного сбили Минда:

— Спасибо, — довольно усмехнулся он. — Не часто от тебя услышишь подобное.

— Я говорю только то, что думаю. Ближе к делу, — поторопила я его.

— Хорошо. В город приехал мой старый хороший друг. Он предложил встретиться сегодня. Друг придет со своей девушкой. Мне будет немного неудобно перед ними, если я приду один. Не хорошо идти одному. Итари, мы можем опустить все наши с тобой шутки и препирательства? Давай заключим очередное перемирие? Сходи со мной на эту встречу, — Миндартис пристально взглянул на меня, приостановив работу. Я тоже замерла.

— Неужели тебе уж совсем некого попросить? Я не против тебе помочь. Но… Минд, пойми меня правильно: то, что ты описал больно уж походит на какое-то двойное свидание. Означает ли это то, что ты хочешь представить меня своему другу девушкой или кем-то еще?

— Итари, это действительно очень важная встреча. Он не только мой хороший друг, но и деловой партнер. Ты — единственная, кого я могу позвать. За это время я обзавелся множеством знакомств, но только ты можешь правильно понять мои слова. Предложи я такое любой другой, то она бы уже побежала в салон покупать свадебное платье. Ты — серьёзная девушка, которая не ведется на лестные слова и взгляды, а со всеми другими просто хорошо провести время вне работы — не более.

Я сомневалась. В том, что говорил Минд была доля правды, я уж точно не буду воспринимать его слова иначе и не буду думать об эльфе в романтическом ключе. Но возвращаясь к истокам: а надо ли оно мне?

— Я продолжаю сомневаться, — уклончиво ответила я, а Минадртис явно был подготовлен к моим сомнениям:

— Я знаю, что для того, чтобы получить твое согласие нужно предложить что-то существенное в обмен на твое потраченное время и твои силы. И, стоит подметить, мне нравится такой подход. Это очень честно, — эльф одобрительно покивал и начал загибать пальцы. — Мы все-таки идем в пятизвездочный ресторан, а не абы куда. Я хочу сходить с тобой в бутик и приобрести для тебя наряд для этой встречи. Не воспринимай мои слова близко к сердцу, но я не совсем уверен, что у тебя есть подходящий наряд. С меня платье, туфли, украшения — все, что нужно для идеального образа. Ты и так выглядишь очень хорошо, но этим вечером ты должна выглядеть не на сто процентов, а как минимум на сто сорок пять. Это, во-первых. Во-вторых, я знаю, что тебя этим не удивить, но я оплачу тебе любые блюда в ресторане. Все расходы этого вечера беру на себя. Все что мне нужно от тебя — твое время и внимание. Ты согласна?

***

— Уверен, что тебе хватит денег? — весело уточнила я, когда мы ехали к модному бутику.

Этот вечер я собиралась провести в свое удовольствие в чудесном заведении, в чудесной компании и с чудесной едой. По крайней мере, я так планировала. Все-таки Миндартис — мастер убеждения, когда ему действительно что-то нужно.

— Ты сейчас сомневаешься в моем достатке? — хмыкнул эльф, припарковывая автомобиль. — У меня есть множество карт из различных банков. Для сравнения — я могу выкупить всю одежду здесь и на повседневном счету еще останется значительная доля средств.

— Неужели для тебя потратить деньги такая мелочь? — изумилась я, все еще не в силах смириться подобным. Я очень даже неплохо зарабатываю, будучи начальником отдела и выдающимся исследователем, но не могу похвастаться подобным расточительством.

— Что-то около того. Если тебе нужно, то я могу купить тебе не одно платье, а все, что тебе здесь захочется. Можешь не скромничать, — широко улыбнулся Миндартис, галантно открывая дверь машины, чтобы я вышла.

— Не стоит, — отказалась я от подобного жеста щедрости. — Мое время, конечно, дорого, но не настолько, чтобы скупать тонны одежды.

Пройдя в двухэтажное здание с панорамными окнами, нас тут же встретило пять девушек в униформе. Они приветственно кивнули нам и уточнили:

— Господин Норген? Сколько у нас времени?

— Около двух часов, — коротко ответил Миндартис и махнул мне рукой. — Я уеду по делам, через два часа заеду. Хорошо?

Мне было абсолютно все равно. Так или иначе, а платье буду я выбирать, а не он. Сотрудницы были проинформированы и здание им уже было дано — к девяти часам сделать если и не из гадкого утенка, то хотя бы из чайки довольно симпатичного лебедя.

Как только девушки сняли мерки, то в комнату, в которую меня увели, внесли несколько платьев различных фасонов. Оттенки были примерно одинаковы — черный, белый и синий. Как я поняла, мой наряд должен был сочетаться с костюмом Миндартиса. Я была не против.

Примерив каждое платье, женщина, которая руководила моими сборами, уточнила мое мнение насчет каждого и дала несколько комментариев. Обсудив с ней детали и взглянув на будущий наряд Минадртиса, я выбрала черное платье, усеянное мелкими блестками. Оно выглядело превосходно, но в полумраке мерцало так, словно было звездным небом. Длинна была классической — ниже колен. Вырез лодочкой просил какое-то ненавязчивое украшение. Девушки принесли мне несколько комплектов украшений, но я с первого взгляда влюбилась в сапфиры. Волосы мне заплели в какой-то замысловатый не то пучок, не то шишечку. Выглядело это очень хорошо. Когда с аксессуарами было покончено, меня провели в другой зал и нанесли макияж. Пока одна сотрудница делала макияж, другая делала маникюр.

Закончили мы чуть пораньше, но мне не пришлось беспокоиться об ожидании Минда, так как ему сообщили об окончании наших процедур, и он уже ждал меня в фойе. По взгляду Минадртиса было ясно, что он очень доволен тем, как я выгляжу. Я была с ним согласна — в руках профессионалов можно расслабиться и результат будет отличным.

Когда Миндартис также переоделся, а ему уложили волосы, мы отправились в ресторан. Сегодня мне предстояло отыграть роль спутницы богатенького инвестора. Мое актерское мастерство было на среднем уровне, но я не сомневалось, что все пройдет без каких-либо инцидентов. К собственному же удивлению, у меня был отличный настрой. Также я связывала это с тем, что в том бутике, где мы были, я спросила сотрудниц о том, есть ли у них в продаже пледы. И они действительно были. Поэтому из магазина я выходила не только в шикарном наряде, но и с коробкой, упакованной в подарочную обертку.

Ресторан располагался ближе к набережной в достаточно высоком здании. Изюминкой ресторана был вид, которых открывался из главного зала — закат был достаточно живописным отсюда. Внутри играла приятная и ненавязчивая музыка. Столики в подобных местах было принято бронировать, впрочем, как и в любом хорошем ресторане. Оказалось, что нас уже ждали.

Минадртис провел для меня небольшую лекцию о том, с кем же нам предстоит встретиться сегодня. Его друг — Хэлемсэль Пэнгэльс владеет крупной страховой компании. Правда, эта самая компания не так давно перешла в его руки — пару лет назад, когда его отец решил насладиться жизнью и уйти в отставку. Его спутница — Еэльза Рогрэльс прима-балерина столичного театра и младшая дочь какого-то дипломата. Увы, но я о ней ничего и никогда не слышала. К счастью, Миндартис рассказал мне несколько увлекательных фактов из ее биографии. Когда с рассказом было покончено, я задала резонный вопрос: а кем он представит меня? Не кажется ли ему, что я немного не вписываюсь в эту компанию по социальному статусу? Я полагала, что для меня будет предложена какая-нибудь легенда или же история, но Миндартис сказал, что я буду той, кем я и являюсь — сотрудницей береговой лабораторией. Я не стала противиться — ему виднее, да и мне так проще.

За столом нас ждала, не покривлю душой, очень красивая пара. Девушка, хоть и была эльфийкой, но имела очень темные, почти черные волосы. Этот оттенок только сильнее подчеркивал ее лицо с идеальными чертами. Она была очень худа, что оправдывало ее профессию. Глядя на нее, я действительно не сомневалась в том, что она балерина. Мужчина также имел темные волосы и выглядел немного старше своих лет. То ли это было специально, то ли случайно — мы были полными противоположностями. Пара надела одежду белых оттенков, а мы черного. У них были темные волосы, а у нас с Миндом светлые. Наверное, со стороны это смотрелось довольно забавно.

После приветственных фраз и знакомств, мы перешли к меню. Я, помня слова Миндартиса, заказывала все то, на что падал мой взгляд. Морепродукты действительно были моей слабостью, а потому я заказала острого краба как основное блюдо. Миндартис настоял на том, чтобы выпить хорошего вина. Никто не стал отказываться. То ли у Миндартиса были хорошие друзья, то ли так сложилось само собой, но между нами не возникало никаких неловкостей и беседа шла сама собой. В какой-то момент произошло закономерное разделение — мужчины углубились в тему политики, а женщины перешли на обсуждение отношений и нарядов. Еэльза была очень приятной собеседницей с самой очаровательной улыбкой, которую мне только доводилось встречать.

— Что ты думаешь о свадьбе? Я была удивлена, когда Хэлемсэль сделал мне предложение спустя год, — призналась она, когда мы с ней вышли на балкон, чтобы подышать свежим воздухом и уединиться от наших спутников.

— Я полагаю, что предложение спустя год — это идеально. За год можно прекрасно узнать друг друга и понять, хочешь ли ты связывать жизнь с этим эльфом. Год на знакомство, полгода можно отвести на помолвку и подготовку свадьбы. Никогда не понимала тех, кто находится в отношениях около десяти лет и не может определиться: стоит ли им жениться? Возможно, многие меня не поддержат, но я думаю именно так, — улыбнулась я, присаживаясь в мягкое кресло, которая так кстати оказалось здесь.

— Знаешь, а ты, может быть, и права в чем-то. Я не торопилась замуж, поэтому предложение стало для меня неожиданной новостью. Приятной, конечно же, — она также присела в кресле и какое-то время помолчав, заговорила. — Знаешь, Итарильдэ, когда Хэлемсэль сказал, что Миндартис также придет со своей спутницей, то я даже не знала, чего ожидать. В голове было множество догадок. Мы с Миндартисом довольно долго знаем друг друга — наши семьи хорошо ладят, и я была не готова встретить тебя. Ты такая хорошая, — она искренне улыбнулась. — Я не хочу сравнивать тебя с кем-либо, но мне кажется, что вы подходите друг другу. У вас… как бы это сказать, — девушка закусила губу, пытаясь подобрать слова. — Когда смотришь на вас, то чувствуется какая-то приятная атмосфера. Спокойная, я бы сказала.

В чем-то я была согласна с Еэльзой. Минадртис этим вечером вел себя иначе, чем в будние дни. Возможно, друзья заставляли изменить его свою модель поведения, то ли он на самом деле был таким — я не знала. Но Миндартис весело шутил, рассказывал множество забавных историю, что приключились с нами во время работы в центре. Еэльза и Хэлемсэль действительно были его хорошими знакомыми — он даже рассказал, как я как-то приклеила ему на лоб этикетку от бананов. Я не удержала и рассмеялась, подхватив рассказ и напомнив, что после этого большая часть сотрудниц подумала, что это новый тренд сезона и наклеили на лбы стразы. Миндартис вел себя очень учтиво по отношению ко мне, но никогда не преступал ту тонкую, почти невидимую грань, которая была между хорошей знакомой и уже девушкой. За это я была благодарна ему.

— Правда? — я улыбнулась, рассматривая ночной город. — Мне приятно, что ты так думаешь. Однако мы с Мидартисом совсем не похожи, но в большинстве случаев можем найти то решение, которое устроит обоих. В наших взаимоотношениях, как и во всех других, иногда бывают некоторые недопонимания.

— Верно, куда же без этого? Мы с Хэлемсэль абсолютно разные, ты, наверное, сама успела это заметить. Я думала, что для того, чтобы в кого-то влюбиться нужно иметь как минимум схожие интересы, хобби или работу. Однако это не так. После того, как я встретила его, то поверила во фразу, что противоположности притягиваются. Не знаю, как это работает на самом деле, но в этом определенно что-то есть.

— В этом есть зерно истины. Я полагаю, что в процессе взаимодействия таких личностей, у них все-таки непроизвольно вырабатывается какая-то деятельность, которую они осуществляют вместе. Возможно, пара приобретает общее хобби или какие-то традиции насчет совместного времяпрепровождения. Точки соприкосновения все же должны быть, но это не означает, что вкусы и интересы должны совпадать полностью. Малой доли будет вполне достаточно.

Какое-то время еще подискутировав на тему развития отношений мы перешли к научным исследованиям. Езэль была по душе эта тема и она пристально следила за развитием многих отраслей. Когда речь зашла про завтрашнюю конференцию, к нам на балкончик вышли мужчины, которые обеспокоились нашим столь долгим отсутствием. Мы вернулись за столик и приступили к десерту от шеф-повара. Когда нам вновь наскучило сидеть в общем зале, то мы, весело переговариваясь о пустяках, вновь переместились на балкончик. Мужчин это немного позабавило.

— Итарильдэ, с тобой так приятно общаться, — Еэльза была очень словоохотлива и после полуторачасовой беседы на балконе, восхищено откинулась на спинку кресла. — Я очень надеюсь, что сегодня была наша с тобой не последняя встреча. Ты можешь дать мне свой код артефакта? Если мне будет нужно, то я могу связаться с тобой через Миндартиса, но я бы хотела и сама поддерживать с тобой общение. Наша свадьба еще в процессе подготовки и дата не известна, но я очень надеюсь, что вы с Миндартисом придете на торжество. Я обязательно отправлю вам приглашения, — заверила меня Еэльза, крепко взяв за руки.

Мне было очень приятно от этих слов. Еэльза была такой открытой и дружелюбной эльфийкой, что и во мне в какой-то момент пропала ледяная стена, которую я выстраивала при общении с незнакомцами. Свадьба Еэльзы будет примерно через четыре месяца, не знаю, какие между мной и Миндом будут взаимоотношения через это время, но мне бы все равно хотелось получить приглашение и пойти на торжество даже без эльфа.

Когда время перевалило за полночь, то было принято решения прощаться — завтра у всех много дел. Тепло попрощавшись, как и с Еэльзой, так и с Хэлемсэлем, мы с Минадртисом уехали.

— Тебе отдать деньги за платье и еду? — спросила я, сладко зевая, когда Миндартис отвозил меня в общежитие.

— Ты опять за свое? — немного устало улыбнулся мужчина. — Не нужно. Мы же договорились.

— Мало ли, — я пожала плечами. — Очень уж я не люблю быть в долгу перед кем-то.

— Ты и не в долгу, это просто плата за твое время, которое ты мне уделила. Спасибо тебе огромное. Вечер прошел лучше, чем я думал, — признался мне Миндартис, а я невольно рассмеялась. Поймав его удивлённый взгляд, а я пояснила:

— Я просто вспомнила, что в начале нашего знакомства ты говорил, что у себя дома ты — светский лев. Мне стало смешно.

— Разве я не был похож на льва? — тут же встрепенулся Миндартис.

— Не знаю. На тебе не было той маски самовлюбленности и самоуверенности, которая не сползает с тебе в лаборатории. Таким ты, кончено, нравишься мне намного больше. Кажется, они действительно очень хорошие друзья, раз с ними ты можешь быть собой, — пробормотала я, приваливаясь к стеклу автомобиля почти засыпая.

— Могу сказать о тебе тоже самое. Со своей семьей ты…

Что говорил Миндартис дальше я уже не слышала, невольно задремав. День быть длинным и очень насыщенным. Миндартис разбудил меня уже только тогда, когда мы приехали к общежитию.

— Это?.. — я нахмурилась, глядя на девушку, стоящую у входа в общежитие.

У меня были смутные подозрения, что ее лицо очень уж мне знакомо. После недолгого сна я не могла сразу признать ее, но спустя пару секунд озарение пришло. Это была та самая горделивая эльфийка, которая с криками ворвалась в кафе. Сейчас она сидела на ступенях с понурым лицом. Наряд был очень скромен — длинный рукава платья и высокий ворот.

— Светлые леса, она и сюда пришла, — поморщился он, глядя на нее.

Девушка резво направилась в нашу сторону, как только заметила. Сейчас она не выглядела грозной, на ее лице читалась такая печаль, словно умер ее любимый хомячок.

— Миндартис, — она шмыгнула носом, а по щеке покатилась слеза. — Почему ты так поступаешь со мной?

Я, как любитель, различных кинофильмов и театральных постановок, раньше интересовалась тонкостями актерской игры и могла со стопроцентной уверенностью сказать, что ее слезы фальшивые. Если кто-то плачет по-настоящему, то слезы текут из уголков глаз, но никак не вытекают прямо, словно параллельно носу — на лицо применение либо слезоточивого зелья, либо капель. Плакальщицы активно пользуются как первым, так и вторым.

— Прошу, послушай меня, — девица попыталась взять Минда за руки и заглянуть ему в глаза.

Я отошла немного в сторону. От подобного зрелища я даже немного взбодрилась. Наблюдать за тем, как эльфийка пытается очаровать Миндартиса было очень забавно. Поняв, что слезы никак не действуют на мужчину, она попробовала перейти к более решительным действиям. Девушка схватила его за галстук, пытаясь его поцеловать, однако что-то пошло не так и вместо того, чтобы притянуть мужчину к себе, она затянула галстук, отчего Минд судорожно закашлялся, отскочив в сторону. После того как Миндартис пришел в себя, мужества у горделивой поубавилось. Она гордо вздернула нос и ушла, не забыв сказать Миндартису, что она уже заселилась в его отель и они поговорят позже.

— Светлые леса, за что мне такое наказание? — пробормотал эльф, удрученно потирая шею. — Почему некоторые девушки такие настойчивые?

— Могу по дружбе сварить яд, — весело улыбнулась я, хлопая Минду по плечу. — Спасибо за вечер. Спокойной ночи.

— Вот что значит дружба — сварить яд, чтобы отвадить поклонницу. Я ни капли не сомневался в тебе, — Миндартис расхохотался и, прежде чем я успела зайти внутрь здания поинтересовался. — Итари, а могу ли я переехать в ваше общежитие? Это же только сотрудники и их родственники могут сделать?

— Миндартис, — я закусила губу, стараясь не засмеяться, — неужели ты испугался общества милой девушки, что подумываешь о смене места жительства?

— Что? Ни в коем случае, — резко ответил эльф, а я поняла, что попала в самую точку. Спрятав улыбку, я вошла в общежития, поднимаясь наверх.

Глава 4

— Паразиты играю огромную роль не только в природных экосистемах, но и в искусственных. Без данной формы симбиоза невозможен сосуществование особей и биотический круговорот веществ. Паразитизм имеет большое значение для множества наук. Медицина, конечно же, преобладает. На долю зоопаразитов приходится меньшая часть, рыбы-паразиты составляют 2 % от общего числа. На сегодняшней конференции я хочу рассмотреть вопрос выращивания рыб-паразитов в условиях искусственной экосистемы. Все исследования проводились в береговой лаборатории «Рибос-Местор» с использованием новых технологий. Давайте взглянем на диаграмму роста численности рода Нейродергстен-Рейкелен. Вы можете увидеть, что за последние десять лет численность данного вида резко сократилась. На то есть несколько причин. Одна из них — изменение жизненного цикла, произошедшего в процессе эволюции. Раньше данный вид паразитических рыб использовали при создании лекарств и некоторых промышленных продуктов. Сейчас вид находится под угрозой исчезновения и Научным Советом Океанологов было принято решение начать программу для восстановления данного вида. На протяжении трех месяцев в искусственной экосистеме мы выращивали род Нейродергстен-Рейкелен. В процессе исследования участвовали отделы береговой лаборатории, чтобы приблизить искусственную экосистему к природным условиям. Наши первые попытки были обречены на неудачу из-за некоторых ошибок, но вскоре нам удалось добиться желаемого результата. Так как данный вид является паразитическим, то в качестве «хозяина» выступал вид Лэнрэнтес. Мы пристально следили за здоровьем каждого вида и никаких отклонений в процессе исследований не было обнаружено. «Хозяин» не осознает, что в его организм попадает паразит, так как вид имеет форму и окраску, похожую на плавающую водоросль. Съедая «водоросль», рыба-паразит локализуется в пищеварительном тракте. Рыбы-паразиты истощают организм «хозяина», в частности это сказывается на недостатке витаминов. Сейчас вид Лэнрэнтес выступает для паразитов лишь промежуточным хозяином, однако именно на этом этапе развития они больше всего подходят для лечения. Под нашим пристальным контролем данные паразиты не служат источником болезней и инфекций, что исключает шансы заражения как рыб «хозяев», так и пациентов клиник в будущем. Если у вас возникли какие-то вопросы, то я могу с радостью ответить на них, — я поправила микрофон, оглядывая огромный зал.

У некоторых коллег по ремеслу возникли уточняющие вопросов по поводу непосредственного применения рыб-паразитов и ошибках, которые мы совершили в начале исследования. Я довольно подробно ответила на каждый из вопросов. Я была очень довольна ходом конференции — исследователи и ученые представляли очень интересные темы и освещали некоторые актуальные проблемы. Выступающих было много и каждому отводилось не более трех-четырех минут. В свое время я уложилась с лихвой и, заняв свое место, внимательно слушала выступающих. На сегодняшнюю конференцию пришли если не все, то очень многие — почти весь научно-исследовательский центр был приглашен. Правда, посещение конференции было по желанию. Я довольно ревностно относилась к посещению подобных мероприятий, а потому наказала своему отделу явиться в обязательном порядке. Главная задача исследователя — осуществлять непрерывное обучение, самообразование. Конференция — отличный способ освежить вес имеющиеся знания и приобрести новые.

Однако моем внимание было приковано не только к выступающим, я также весьма заинтересовано оглядывала всех пришедших. Я точно знала, что Сариэль без иллюзии где-то здесь сейчас. В душе от этого было приятное волнение — вдруг мы видим друг друга, но даже не осознаем этого?

Когда основная часть мероприятия подошла к своему логическому завершению, нам предлагалось пройтись по океанографическому музею, который подготовили к сегодняшнему дню. Из всех стран привезли редкие экспонаты и приборы, которые использовались еще в прошлых тысячелетиях. Это был уникальный шанс, ведь уже сегодня вечером все они отправятся на свою родину.

Выходя из конференц-зала, я зашла в туалет для того, чтобы переодеться. Иллюзия иллюзией, но свою одежду я всегда также меняю. Не думаю, что у Сариэля настолько фотографическая память, что он мог запомнить то, в чем я выступала. Однако будет странно, если кто-то другой увидит незнакомую девушку в моей одежде. Во избежание недоразумения я захватила с собой сменный наряд. Сняв строгую блузку и брюки, я переоделась в белое платье с аккуратными рукавами. Также я не забыла о подарке для Сариэля. Плед как-то очень уж практично упаковали, а потому коробка с ним идеально помещалась в моей сумке.

Встреча была назначена у пальмы фойе. Так как все направились либо в музей, либо в буфет, то на первом этаже практически никого не было. Мужчина в белом костюме и голубом галстуке задумчиво ходил вокруг одной единственной пальмы в центре. Я видела его лишь со спины, но тут не нужно было быть экстрасенсом, чтобы догадаться, что это Сариэль.

— Тари! — радостно воскликнул он, как только я подошла ближе. — Я умираю от любопытства, нам с тобой нужно столько всего обсудить, — одухотворенно заговорил он, подставляя мне локоть.

— Полностью с тобой согласна. Давай пойдем в музей и обсудим все по пути? Меня очень интересует один экспонат, привезенный из Шаганефса — счетчик Вейгера. Слышал о таком? — тут же переключилась я на обсуждение насущных вещей.

— Разумеется, как бы я мог не знать? Счетчик Вейгера — устройство, придуманное во время столетней войны. Чудесная вещица, позволяющая определять глубину водоемов. Сейчас этим никого не увидеть, но для того времени это действительно поразительное изобретения. Увидеть нечто подобное собственными глазами — подарок судьбы.

— Кстати, — я прищелкнула пальцами, как раз вспоминая о подарке. — У меня кое-что для тебя есть, — я раскрыла сумку для того, чтобы отдать Сариэлю плед. — Я держу свои обещания. Как и ты, я не стала спрашивать что-либо у тебя для того, чтобы произвести наибольшее впечатление. Возможно, это не совсем то, что ты ожидал увидеть, но готова поспорить, что тебе понравится, — я улыбнулась, протягивая ему коробочку, обязанную нежно синей лентой. — Ты можешь открыть сейчас или же чуть позже.

— Огромное спасибо, мне очень приятно, что ты не забыла о подобной мелочи, — расплылся в широкой улыбке Сариэль, принимая коробочку. — Можем присесть? — он указал на ближайшую скамеечку и пояснил. — Очень уж я хочу посмотреть прямо сейчас.

Я не возражала. Реакция Сариэля была мне интересна не меньше, чем его содержимое подарка. Внутри было приятное волнение, которое иногда посещали помимо радостных и пессимистичные мысли — а вдруг не понравится? Однако плед Сариэлю пришелся по душе. Он сказал, что будет хранить плед на подоконнике. В процессе некоторых расспросов выяснилось, что Сариэль, словно герой книжного романа, любит читать книги вечерами на подоконнике, рассматривая город. Невольно мы переключились на предпочтения в литературе. На мой взгляд, они мало чем отличались от предпочтений в фильмах, но мы все-таки решили закрыть данную тему сейчас, раз уж нам выпал такой случай. Я честно призналась, что обожаю научную фантастику, детективы. Лучшая детективная история та, что написана про безумных ученых, для меня это — идеальное комбо. Что насчет Сариэля, то он отдавал свой выбор в пользу той же научной фантастики, но уже с элементами романтики. Оказалось, что Сариэль совершенно не признает ужасы, зато ценит такие возвышенные жанры, как трагедию. Это было интересно.

Пока мы обсуждали подобные мелочи, то и не заметили, как дошли до музея океанологии. Мы тут же переключили наши темы обсуждения. Я и до этого неоднократно была здесь, но сегодня выставка, конечно, довольно сильно преобразилась и претерпела некоторые изменения. В главном зале под самым потолком висел двухголовый необыкновенных размеров осьминог, щупальца которого оплетали каждую из многочисленных колон. Подобная экспозиция с самого порога погружала нас в особую атмосферу морских исследований. В первом зале были представлены лишь небольшие коллекции некоторых рыб и морских растений. В следующих помещениях были выставлены скелеты один из самых крупных морских жителей. Их кости и скелеты стоили если и не целое состояние, то по крайней мере их стоимость медленно, но верно стремилась к бесконечности. Подобные вещи — бесценны, как и любые предметы искусства.

Когда мы посмотрели самые различные экспонаты и осмотрели все приборы прошлых тысячелетий для подводного плаванья, то направились на четвертый этаж — там располагался аквариум. Беседовать с Сариэлем было одно сплошное удовольствие. Он прекрасно разбирался во всем том, что мы обсуждали и я видела его неподдельный интерес ко всему тому, что происходит.

— Это завораживает. Экспедиции в открытый океан, конечно, с этим не сравняться, но правильное освещение и верный ракурс делают свое дело, — вздохнула я, как только мы поднялись в бесконечно длинный туннель-аквариум. — Сариэль, кто здесь тебе нравится больше всего? — я указала эльфу на один из участков с обильным количеством обитателей. Симпатичная коряга очень уж их привлекала.

— Хм, — Сариэль, призадумался, глядя на них. — Может быть медуза? — предположил он. — Мне еще не задавали подобных вопросов, поэтому я немного растерялся, — пояснил мужчина и все-таки подтвердил. — Медузы. Знаешь, Тари, они такие спокойные. Их жизнь течет так размеренно и плавно, что порой завидно. По крайней мере, их жизнь кажется мне таковой со стороны. А еще они очень красивы, — добавил он в конце, а я рассмеялась. Куда уж без этого? — А что насчет тебя? — уточнил он.

— А мне нравятся мурены. Они такие милые, — я указала на одну из жительниц коряги, которая выползла из своей обители. — Они весьма грациозны, а оттенки поражают воображение. Также я знаю несколько легенд и историй, связанных с ними. Возможно, это меня слегка подкупает.

— Легенд? — переспросил Сариэль, немного удивившись. — Никогда не слышал. Можешь рассказать? — попросил он.

— Есть легенда, что когда-то мурена была девой, которая жила в горах и обладала необыкновенной внешностью. У нее был необыкновенных талант — вытягивать драгоценные минералы из горных пород. Ее звали Морена. Один князь шаганефских земель, очень любивший путешествия, отправился в горы и повстречал девушку там. Она была прекрасна как цветок — волнистые волосы цвета золота, платье, словно закат. Они влюбились. Однако любовь князя в скором времени поутихла и, прознав о даре девушки, он решил воспользоваться им в корыстных целях. Князь заставлял девушку искать драгоценности, чтобы продавать их. Девушка чахла день ото дня — становясь бледнее, теряя свою красоту. Исчерпывая природные ресурсы, она убивала саму себя, но продолжала делать это ради любимого. Когда в горах не осталось ни единого камня, то князь потребовал отдать ему ее шпильку с черным алмазом. Это была единственная вещь, которая сохраняла ее жизнь. Тогда девушка и осознала, какую ошибку совершила. Но уже было поздно. Этой шпилькой она убила себя, для того, чтобы все богатства князя развеялись пылью. Шпильку унесли духи гор и забросили в океан, в самую глубокую расщелину. Когда свет луны впервые коснулся шпильки, то она превратилась в «морскую змею» — мурену. Последняя частичка ее души смогла выжить, но уже не была столь прекрасна. Все оттенки и раскраски мурен похожи на драгоценные камни, что собирала девушка. Такая вот легенда. Я не любительница каких-либо трагедий, но мифы и легенды не входят в этот перечень.

— Я никогда не слышал ничего подобного, — признался Сариэль, глубоко о чем-то задумавшись. — История интересная, правда у меня есть много вопросов. Но это уже детали, которые волнуют меня, как эльфа, который верит в большей стени в эволюционное развитие, нежели чем магическое происхождение. Но подобные вещи действительно позволяют взглянуть на обыденные вещи под другим углом.

Обойдя аквариум, мы пришли к выводу, что увидели все, что хотели и обсудили достаточно тем. Сариэль предложил по классической традиции продолжить наше свидание в кинотеатре. К сожалению, никаких новинок еще не было, но мы решили, что пересмотреть хороший фильм будет даже полезнее, чем взглянуть на новый. Каким-то случайным образом выяснилось, что у Сариэля есть очень интересное и необычное хобби — скалолазание. Мужчина попробовал и меня расспросить о моих увлечениях, но я на миг запнулась, пытаясь понять, чем же я занимаюсь в свободное от работы время? Провожу время с братом и Кузнечиком? Мало похоже на хобби. Хожу в кинотеатры и ем морепродукты? Нет. Спортивные игры? Нет, это лишь редкое и приятное времяпрепровождение. Провожу ночи в лаборатории, потому что ко мне внезапно приходят гениальные идеи? Наверное, это именно тот самый случай, когда работа является и хобби одновременно. Не знаю, правильно ли это, но я никогда не чувствовала надобности в дополнительном роде деятельности.

После того, как мы пересмотрели очень уж нам с Сариэлем понравившийся фильм, он предложил мне кое-что новенькое: катание на каяке. Я с воодушевлением восприняла подобную мысль, и мы отправились к океану. Мы долго думали: взять каяк каждому или один, чтобы грести вдвоем? По итогу раздумий было решено арендовать два каяка и устроить нечто гонок. Гребной спорт — отличное занятие. Сариэль, конечно же, лидировал, но это меня совершенно не огорчало, суть занятия была не в победе. После того, как мы вдоволь наплавались на каяке, то я осознала, что завтра мои руки будут болеть нещадно. Мои мышцы были не готовы к подобным нагрузкам.

После этого мы с Ссариэлем съели по мороженому со вкусом мяты и расстались в парке, на нашем обычном месте. Сариэль предупредил меня, что завтра он будет занят — появились какие-то дела, но мне было все равно. Не нужно видеться каждый день, чтобы построить хорошие и крепкие взаимоотношения. Однако перед тем, как мы все-таки расстались, Сариэль окликнул меня и откуда-то из карманов достал белую розу, лепестки которой были оплетены синим пигментом так, словно это тоненькие ниточки паутинки.

Домой я вернулась весьма в приподнятом настроении и все-таки смогла договориться с внутренним голосом и совестью — изучить цветок, который явно принадлежал к тому же виду, что и прошлый, сделать несколько срезов и провести парочку экспериментов. В мои руки довольно редко попадают растения, тем более уж такие красивые. К тому же, это не первый цветок, а второй и Сариэль не узнает, что я поступила с подарком подобным образом, а даже если узнает, то лишь посмеётся и поддержит мою тягу к знаниям.

Кливий и Кузнечик были в моей квартире, смотря какой-то популярный сериал, который каждый вечер показывали по моновизору. Хотя они не сколько смотрели его, сколько слушали — Кузнечик занимался оригами, а брат продолжал решать задачи из сборника. Смотреть на то, как другие учатся было очень приятно.

Не став мешать семейным посиделкам, я переоделась в домашнюю и одежду и направилась по переходу в корпус, чтобы провести анализ цветка. Однако…

Я приложила карту доступа к турникету, из-за чего в воздухе всплыли символы, указывающие мне на ошибку. Такого со мной не происходило, а потому я подошла к другому турникету. Однако и он, и все другие отказывались пропускать меня внутрь. Мне это не нравилось.

Нахмурившись, я настойчиво постучала в небольшую каморку охранника, который сейчас вместо исполнения своих прямых обязанностей, сладко посапывал. Когда я объяснила ему свою проблему с пропуском и системой входа, то он лишь добродушно рассмеялся и протянул мне какой-то лист с объявлением. Оказывается, к нам приезжает техническая проверка и в центре завтра объявлен выходной, а систему входов заблокировали, чтобы никто не мешал проверке оборудования. Где я была и почему не заметила столь важных новостей, я не понимала. Признательно кивнув охраннику, я вернулась домой. Кажется, сегодня цветку просто повезло и ему не суждено быть отправленным на исследования.

День по обыкновению был весьма насыщенным, и я довольно быстро заснула. К счастью, сегодня обошлось без внезапных звонков и сообщений.

Когда я проснулась и закончила со всеми обыденными делами, то передо мной встал закономерный вопрос: чем заняться? В лабораторию не пойти и никакую работу взять на дом не получится. Вне лаборатории мне нечем заняться. Кливий, что сегодня должен был также работать в центре, был на выходном. Немного поболтав с братом и Кузнечиковм, я и ребята пришли к решению провести день втроем где-нибудь вне дома. Во время рабочей недели такой возможности практически никогда не выпадает. В какой-то момент Кузнечик предложил позвать к нам Минадртиса. Я была весьма удивлена, что умертвие запомнило эльфа и даже предложило позвать его, но отказываться не стала. Я невольно даже поймала себя на мысли, что я совсем не против, если Минд присоединиться к нам. Мое дело — предложить, а дальше будет видно.

Пока Кузнечик и Кливий активно собирали сумку для пляжного отдыха, я позвонила Миндартису.

«— Итари? — удивлённо ответил эльф на звонок. Голос у него был достаточно сосредоточенный, словно он был чем-то занят. — Рад слышать тебя. Ты что-то хотела?».

— Да, хотела, — я залезла на диван, подогнув ноги. — Мы с семьей идем на пляж, чтобы отдохнуть. Хочешь присоединиться к нам? — прямо спросила я, не желая медлить и тратить время.

«— Пляж? — вновь переспросил он. — Итари, мне очень приятно твое предложение, но сегодня у меня есть кое-какие… — Миндартис замолк, так и не договорив, но затем резко сказал. — Буду у дверей твоего общежития через час, идет?»

— Будем ждать тебя. Возьми пляжный коврик и купальник, — дала я ему последние указания, не став интересоваться резкой сменой решения.

Когда сборы были закончены, то мы дружной компанией вышли из общежития. Сегодня на улице было жарче обычного, а я порадовалась, что захватила с собой головной убор и крем против ожогов. Загар — это хорошо, но облезлая кожа мало кого интересует. Из нашей компании Кузнечику было нужно беречься в особенности, так как солнечный свет в избыточном количестве может плохо сказаться на его костях. Однако хороший крем, парео и заклинание помогали решить эту небольшую проблемку.

Как и договаривались, у дверей общежития нас ждал Миндартис. Тапки, пляжные шорты и рюкзак веселой расцветки делали его похожим на туриста.

— Отлично выглядите, — воскликнул эльф, оглядев нашу дружную компанию. — Какие у нас планы? То, что мы идем на пляж понятно, но мне бы хотелось больше конкретики, — попросил Миндартис подробностей, а я не стала томить его и рассказала все, как есть:

— Это будет совершенно обычный денек. Однако ты должен понимать, что ничего хорошего в этой жизни просто так не бывает и даже за чудесный отдых на берегу океана нужно чем-то платить, — я многозначительно улыбнулась, а Миндартис еще даже не понимал, что именно его ждет.

— Мы идем на платный пляж? — смело предположил он, я улыбнулась еще шире. Настроение было донельзя прекрасным.

— Нет, Миндартис. Перед развлечениями нужно сделать что-то полезное. Например, убраться на пляже.

— Убраться? — переспросил эльф, а выражение его лица в миг изменилось. — Итари, зачем нам нужно это делать?

— Все желающие могут воспользоваться граблями и мешками, которые предоставляют волонтерам. Туристы часто мусорят и городские власти не способны уследить за всем, поэтому жители города могут сами сделать место, в котором живут чище. Если мы ходим на пляж, то вначале мы всегда делаем небольшую уборку на нем. Мы ходим не на городской пляж, а на тот, что находится в западной части города. Все уважающие себя жители так делают. Возможно, для тебя, как для эльфа, приехавшего из Ромарина это странно, но, чтобы было легче, ты можешь просто считать нас экоэнтузиастами.

— Но… — Минадртис хотел что-то сказать, однако я достаточно легко решила спорную ситуацию:

— Если тебе не нравится наша увеселительная программа, то можешь уйти. Мы же не заставляем тебя.

Хоть Миндартис и был явно не в восторге от подобных новостей, но от пляжного отдыха все-таки не отказался. Кузнечик в конце концов, даже убедил Миндартиса, что это очень интересно и в процессе сбора мусора можно найти очень красивые ракушки, которые после штормов и приливов застревают в песке.

До пляжа от общежития было идти около получаса. Я настояла на том, чтобы пройтись пешком и подышать свежим воздухом. Многие сейчас были на работах, только туристы сновали по улицам в такой час.

Когда мы спустились по каменной закрученной лестнице к побережью, то в нос тут же ударил соленый запах океана. В такие моменты я невольно восхищаюсь тем, в каком месте я живу — океан, судна, спешащие по своим делам, пальмы и теплый песок.

Придя к выводу, что на пляж нужно выбираться чаще, чем раз в месяц, как то обычно бывает, мы подошли к домику охранника пляжа. У него хранилось все необходимое для уборки. Взяв мешки для мусора, лопаты и грабельки мы с воодушевлением начали работу с начала берега. Посетителей пляжа было не много, поскольку многие приезжие даже не догадываются о его существовании, что позволяет местным жителям уединиться с природой и найти спокойный уголок. На главном пляже вечно царит какая-то суета, отчего отдохнуть по-настоящему не выходит. Однако из-за того, что на этом пляже нет туристов отходов на нем почему-то меньше не становится.

Кузнечик тащил мешки, помогая нам складывать туда что-либо, а мы с Миндом и Кливием расчищали побережье. Чаще всего мусор не лежал на поверхности, а был присыпан песочком. Мы находили остатки какой-то пищи, упаковочные материалы, чьи-то пляжные принадлежности, детские формочки для песка, сухие ветки, которые сюда принесло ветром. Это меня в какой-то степени раздражало. Неужели те, кто, приходя на пляж, не видят мусорок, которые предназначены как раз для их отходов? Любой мусор можно правильно утилизировать и сделать все так, чтобы не нанести вред природе. Они слепые, раз не видят мусорных контейнеров или же они просто мерзкие вурдалаки, которым все равно?

В конце концов, мы прошлись по берегу пляжа и были уверены в том, что теперь он идеально чист и природа скажет нам «спасибо» за подобное внимание к ней. Все-таки Эльфийские Долины — самая экологически чистая страна не только потому, что здесь много деревьев и эльфов, но и потому что жители Эльфийских Долин заинтересованы в сохранении естественной среды.

Как и обещал Кузнечик, в процессе уборки мы действительно нашли множество симпатичных ракушек. У меня такого добра было навалом и тащить подобное домой я уже не собиралась. Но так считала только я, так как Кливий и Миндартис с горящими глазами выбирали самые красочные раковины. Я не вмешивалась, однако предупредила брата, что все те камни, что он уже успел набрать по пути сюда, и ракушки он понесет домой сам. Это немного поубавило пыл Кливия и от пар килограммов камней, которые очень уж казались ему привлекательными, он все-таки избавился. Однако на мой вопрос, что он будет со всем этим делать, брат так и не смог ответить внятно. Разумно решив, что это не мое дело, я отправилась в кабинку для переодевания, чтобы надеть купальник и насладиться лучами солнца.

Расстелив на песочке цветочные покрывало, я сняла тапочки и прилегла на импровизированное место отдыха. Песок был настолько теплым, что прогревал спину даже сквозь покрывало. Ногам, которые прикоснулись с песком без обуви было даже немного горячо. Какое-то время спустя ко мне присоединились и все остальные. Солнце и та умиротворенная атмосфера, что царила на пляже, невольно убаюкивали меня. Возможно, я бы даже немного подремала, если бы Кливий заинтересованно не спросил:

— А когда у нас обед?

Я как-то еще не успела проголодаться, зато мужчины поработав хотели восстановить запас энергии с помощью пищи. Пришлось невольно взбодриться. Я достала из пляжной сумки круглую баночку с нарезанными фруктами. Помимо всего прочего там также были дыня и арбуз. Подобное нельзя было считать за обед, но за небольшой перекус вполне. От полной баночки через несколько минут не осталось и следа. Все пришли к единогласному мнению, что подобного было недостаточно.

Кливий, как самый голодный в нашей компании, пообещал все устроить и куда-то ушел с загадочной улыбкой. Мы не стали его останавливать или расспрашивать. Так или иначе он вернется с едой, а это самое главное.

Брат пришел с двумя большими пакетами — в одном лежал мангал, а в другом кукуруза. Кливий обошел близлежащие магазинчики, но предложения его не впечатлили, и он решил что-нибудь приготовить самостоятельно. Например, кукурузы по-ромарински. Миндартис с воодушевлением воспринял эту идею, начав рассказывать, что подобное блюдо можно попробовать даже в некоторых ресторанах столицы. Миндартис большое внимание уделял тому, каким блюдо должно получиться на вкус, отводя в этом большую роль именно специям и приправам. Кливий также в этом неплохо разбирался, поскольку дядя уже не первый год занимался обучением своего племянника искусству кулинарии. В конце концов, между Минадртисом и Кливием завязался спор — что же лучше использовать при приготовлении кукурузы: сок лайма или лимона? Кливий уверял нас в том, что лимон придаст блюду прекрасную кислинку, а лайм только добавит горечи. Миндартис же всячески защищал лайм, апеллируя тем фактом, что в нем в несколько раз больше полезных витаминов и содержится фолиевая кислота, которая как раз и должна была сотворить чудо с кукурузой. На Кливиия аргументы особо впечатления не произвели, так как согласно статистики при термообработке лайм теряет больше половины всех своих полезных свойств, чего с лимоном никогда не произойдет.

В какой-то момент мне перестал быть интересен спор мужчин, потому что и тоже захотелось есть. Пока они препирались, мы с Кузнечиком все взяли в свои руки и нашли гениальное решение: половину кукурузы пожарить с соком лайма, а другую с соком лимона, а уже потом определить, что будет вкуснее.

Когда перед нами было несколько пожаренных початков кукурузы, все повернулись ко мне, спрашивая мнения насчет вкуса. Каждый из мужчин своего мнения не изменил, а Кузнечик не мог дать объективную оценку, поскольку у него, как у умертвия, многие вкусы и запахи искажаются. Попробовав обе кукурузы, я все-таки пришла к мнению, что с лимоном мне действительно нравится больше. Но я, на самом деле, в этом и не сомневалась — дядины рецепты всегда прекрасны. Возможно, лайм тоже бы отлично подошёл, но при немного другом рецепте и условиях приготовления.

— Если тебе так хочется, то можешь найти рецепт и в следующий раз самостоятельно приготовить нам кукурузы, — предложила я Минду альтернативу, когда он немного опечалился.

— Ты права, я съезжу в Ромарин на ближайших выходных, чтобы узнать у повара рецепт, — предельно серьезно ответил эльф и повернулся к брату. — Кливий, где ты научился так готовить? Я не часто говорю нечто подобное, но это действительно вкусно, — пробормотал Миндартис, оглядывая идеально поджаренную кукурузу, которую крепко держал в руках.

— Дядя научил меня готовить, — кратко ответил Кливий, оценивая собственное блюда. После первого кусочка на его лице тут же появилась улыбка — результат ему понравился.

— Точно, я совсем забыл, что господин Ангрэ — шеф-повар, — пробормотал Миндартис видимо запамятовав о подобной мелочи. — Итари, ты тоже так вкусно готовишь? — поинтересовался горделивый уже у меня.

— В семье обычно готовит брат или Кузнечик. Я не так часто хозяйничаю на кухню. Я умею готовить, но не столь профессионально как они, — я кивнула на брата и умертвие.

— Ээээ, — внес свою лепту Кузнечик, а я улыбнулась.

— С этим согласна. У меня действительно неплохо получается кое-какая выпечка. На все праздники мы сами готовим торты и печенье. Получается довольно сносно.

— Господин Норген, а что насчет вас? — взыграло любопытство и у брата. — Вы готовите? Может быть, это ваше хобби? Мне показалось, что вы хорошо в этом разбираетесь, — подметил Кливий.

— Я люблю есть хорошую еду, но не люблю ее готовить, — рассмеялся он. — Именно поэтому я ем вне дома, чтобы получить качественную пищу и узнать интересные рецепты.

— Интересная тактика. Знать то, как готовить, но не пользоваться этим. Можно сказать, что это одна из форм получения знаний, — подметила я, не оставшись в стороне.

— Я где-то читал, что для того, чтобы поддерживать мозговую активность нужно каждый месяц пробовать что-то новое. В плане еде, — начал рассказывать Кливий. — Новые блюда помогают сохранять вкусовую память. Я хотел подробнее ознакомиться с этой темой, но все как-то руки не доходят.

— Звучит интересно, — согласилась я, обдумывая полученную информацию. — Я не знаю, насколько это проверенная информация, но почему бы нам после пляжа действительно не попробовать что-нибудь новенькое? Недавно на главной площади открыли уютное заведение: «Глаз викинга». Моя хорошая знакомая говорит, что там подают баранью голову и мясо акулы.

— Итари, — Миндартис немного не то скривился, не то просто поморщился от моих слов, видимо уж слишком ярко представив подобную картину, — мне больше интересно не то, почему тебе хочется это попробовать, а что за добрые люди тебе посоветовали нечто подобное?

— Это Армерия? — тут же безошибочно определил советчика брат, подметив. — У нее всегда были экзотические вкусы. Не забуду того, как она принесла нам маринованные кости пираньи, утверждая, что это очень похоже на сушенные фрукты.

— Ээээ, — кивнул Кузнечик. Мне было нечего добавить, Армерия не лукавила и косточки хрустели словно сухарики и имели вкус фруктов. Мне даже понравилось.

— Звучит оригинально. Я люблю необыкновенные сочетания, но всего должно быть в меру, — уклончиво подметил Миндартис, проникнувшись рассказанным. — Хотя, знаете, когда я последний раз был в Ленире, то был поражен до глубины души — чай со вкусом куриных ножек. Магические эксперименты не стоят на месте, но порой это переходит все границ.

— Я пробовала коктейль с тунцом. Очень даже сносно, чай с птицей должен быть не хуже, — меня подобное даже немного заинтересовало.

Рассказывать Миндартису о том, что я люблю маринованные огурцы сочетать с жаренными листьями шпината, залитыми гранатовым мороженным, я не стала. Он еще не готов к подобным потрясениям.

Когда мы наконец-то покончили с едой то я настояла на том, чтобы немного позагорать и поплавать. Мы с Кливием захватили с собой маски и трубки для подводного плаванья. Кузнечик подметил, что он очень хочет вновь взглянуть на рыб, а потому мы договорились, что оставим кого-нибудь караулить вещи и пойдем вместе плавать. Пока что Кузнечик и Кливий пошли плавать первыми, я хотела немного полежать. Я предлагала Миндартису присоединиться к домочадцам, но он отказался, решив полежать рядом.

— Как же сегодня жарко, — пробормотал Миндартис, растягивая рубашку и оставаясь в плавательных трусах. — Итари, как думаешь, моей коже пойдет загар?

— Понятия не имею, — отстраненно ответила я, вновь прикрывая глаза на своем покрывале.

— Я думаю, что загорелая кожа должна подчеркнуть мои прекрасные волосы, — все-таки не удержался Минд от комментария своей внешности. — Итари, если мы будем загорать в купальниках, то останутся мало привлекательные следы.

— Твоя наблюдательность поражает мое воображение. Когда ты смог прийти к подобным умозаключениям? — хмыкнула я, убирая волосы с шеи и закрепляя их крабом.

— Я подметил это давно, но у меня появилась идея, как нам этого избежать. Вокруг почти никого нет, почему бы нам не позагорать голыми?

Я закончила делать свою «прическу» и повернулась к Минду, пытаясь понять, что за очередная перемена настроения. Он ведет себя то как нормальный эльф, то как самовлюбленный вурдалак, то как очаровательный лосось, и с чем связаны эти перемены я так и не понимаю.

— Спасибо, Миндартис, за такую мысль, но меня она не впечатляет, — я легла на покрывало, ища в воде ребят. — Для подобных развлечений тебе нужно найти кого-нибудь другого. Готова поставить сто еловых, что та прелестная девушка, которая чуть не задушила тебя, с радостью воспримет подобное предложение.

— У тебя нет никакого сочувствия ко мне. Я мог пострадать тем вечером, а ты ничего не сделала, — тут же переменил тему Миндартис.

— А что я, по-твоему, должна была сделать? Догнать ее и плюнуть ядом? — я немного опешила от слов Минда. — Я и так вмешалась в этот цирк больше положенного.

— Ты могла хотя бы пожалеть меня и посочувствовать, — продолжал упираться Минадртис.

— Ты — взрослый мужчина, с чего бы мне тебя жалеть? Я могу пожалеть Кузнечика, и то, когда у него кости отвалятся.

— Я не сомневался в тебе, — хмыкнул он не без улыбки и указал на океан. — Кажется, они возвращаются, почему бы нам с тобой также не искупаться?

— Я хочу немного отдохнуть на берегу. В тишине, — многозначительно проговорила я, глядя на Минда.

Мой намек был понят верно, а потому мужчина достал из рюкзака какую-то книгу. Миндартис углубился в чтение, а я не заметила, как невольно задремала. Наверное, нет ничего лучше, чем уснуть на пляже под шелест пальм и звуков океана.

Через некоторое время рядом послышались веселые голоса — ребята вернулись на берег и сейчас в компании Миндартиса пытались построить скульптуру из песка. Они старались меня не будить, но работать в команде тихо не получалось. Но я была даже рада, что проснулась, ведь этого небольшого времени хватило, чтобы почувствовать прилив сил и энергии.

Лезть в процесс строительства я не стала, как и со своими советами с точки зрения композиции. Наблюдать за этим было не менее забавно. Изначально они собирались построить замок во всех наилучших традициях, но в процессе передумали и хотели сделать что-то попроще. Например, животное. Меня убеждали, что итоговое творение — дельфин, но я никак не могла его разглядеть. В скульптуре я видела какую-то странную смесь свиньи и черепахи, но говорить вслух об этом я не стала — главное, что они довольны. Кливий настоял на том, чтобы сделать нечто вроде семейного снимка у этого произведения искусства. Миндартис тактично отошел в сторону, чтобы не мешать нам, однако меня подобное не устроило. Даже на семейных фото найдется место для друзей и знакомых. Затащив Миндартиса в нашу компанию, мы сделали несколько кадров.

Затем я, как и обещала, сплавала с Кузнечиком на глубину, чтобы взглянут на подводных обитателей. Вода была прозрачной, и мы с удовольствием понаблюдали за стаями рыб и тем как охотится мурена. Нам с Кузнечиком довелось увидеть тот момент, когда она напала на добычу. Это весьма впечатляло, я хоть и работаю с этим каждый день, но понаблюдать за протеканием процессов в естественной среде дорогого стоит. Я невольно взгрустнула из-за переноса экспедиции. В администрации сидит множество умных людей, неужели так сложно назначить точные сроки и не переносить их? Оставив грустные мысли, мы с Кузнечиком вышли на берег. Кливий и Миндартис опять что-то ели. На сей раз это были жаренные фрукты.

После очередного небольшого перекуса Кузнечик остался караулить вещи, а мы отправились купаться втроем. Миндартис решил, что был рожден для полета. По крайне мере, именно с такой фразой он собирался прыгать с пирса. Прыгнув в воду так, словно он был мешком с кирпичами, мы с Кливием постарались спрятать улыбки. Если Минду и суждено летать, то только на драконьих рейсах и никак иначе.

Играя в салки в воде и ныряя, мы весело провели около часа. Возвратиться мы решили тогда, когда увидели, что на берегу набирают команды для пляжного волейбола. Пропустить игру я не могла, а потому резвее всех поплыла к берегу. Мою страсть с спортивным играм Кливий разделял полностью, а Миндартис согласился присоединиться, чтобы поддержать нас. Мы хотели быть в одной команде, но в процессе оказалось, что игроков распределяют при помощи жребия. Нам с Миндартисом предстояло играть против команды Кливия. Нас это не смущало — настрой у нас был боевой и каждый рассчитывал на победу. Кузнечик присоединился в толпе и должен был помогать организатору вести счет и следить за игрой.

— Итари, можно задать тебе вопрос, пока игра еще не началась? — спросил Миндартис, когда мы разминались.

— Не люблю подобное начало, — вздохнула я и поторопила мужчину. — Спрашивай.

— Почему ты решила позвать меня сегодня? Почему меня, а не своих подруг, парня или кого-то еще? — Миндартис пристально следил за мимикой моего лица, а я на миг все-таки призадумалась.

— В какие-то моменты ты всем своим видом давал мне понять, что ты бедный и несчастный эльф в чужом городе, у которого нет друзей, — хихикнула я, вспоминая первую пору нашего знакомства. — Но если на самом деле, то ты просто стал себя нормально вести. Не всегда, конечно, но в большей степени. Кузнечику и Кливию ты нравишься. Ты для него кто-то вроде наставника и учителя. Мне нравится то, как ты вписался в нашу компанию, и я была уверена, что ты согласишься — у всех моих других знакомых сегодня какие-то планы. Удовлетворен ответом?

— Мм… — Минадртис немного призадумался, но все-таки кивнул. — Мне нравится твоя честность. И ответ мне тоже нравится. Спасибо, Итари.

Я пожала плечами, не зная, что еще можно ответить на подобное. Раз нравится ответ, значит нравится, мне-то что?

— Давай хорошенько постараемся. Надеюсь, ты хорошо играешь и не подведешь команду, — предупредила я Минда, хлопнув его по плечу и вставая на указанную позицию.

Игра прошла достаточно сносно. Наша с Миндартисом команда проиграла, но я все равно была довольно проведенным временем. Правда, в процессе игры мне вновь пришлось пообещать Миндартису отрезать запястья, если он будет покушаться на мою честь и пробовать лапать меня в процессе игры. Не знаю, чего Минд добивался, когда обнимал, делая вид, словно пытался поймать мячик. Однако Миндартис вроде бы и пытался обнять меня, но границы разумного и дозволенного в принципе не переходил. Зато Кливий был счастлив так, словно выиграл лотерею.

После веселых пляжных игр мы пошли качаться на качелях и стали потихоньку собирать вещи. Мы провели здесь достаточно времени и не хотелось бы слишком уж устать — все-таки завтра нужно на работу. Собрав все наши вещи и переодевшись, мы направились в центр города. Я была намерена попробовать сегодня баранью голову и никак иначе. Миндартис также согласился пойти с нами. По пути мы остановились на детской площадке, так как Кузнечику очень уж захотелось покачаться на качелях. Это было очень мило и мы, конечно же, согласились. Я также решила предаться детским забавам.

***

Новая рабочая неделя началась не только с общего собрания всех отделов, но и со звонка родственников. Правда, теперь это уже были родственники по папиной линии. Они очень уж хотели навестить нас, а потому собирались приехать к нам сегодня на несколько дней для того, чтобы проведать и заодно отметить новоселье брата, несмотря на то что переезд уже прошел достаточно давно. Но это было и не так важно, я с нетерпением ждала их.

Так как тетю, дедушку и двоюродных братьев мы видели довольно редко — только во время семейных праздников, то я планировала освободить ближайшие несколько дней, чтобы уделить им все свободное время. Именно поэтому мы с Сэри договорились перенести наши встречи на другой день.

После рабочего дня я отправилась на вокзал, чтобы встретить родственников. Кливий сегодня должен был быть на дополнительных занятиях, а Кузнечик должен был ждать нас дома.

Я с нетерпением поглядывала на часы, стоя на третьей платформе и ожидая нужный поезд. Согласно расписанию, он должен прийти ровно в назначенное время. Когда на часах было семь часов вечера раздался приятный гул от приближающегося поезда.

Идти в центр скопления народа я не хотела, а потому отошла к ближайшей колоне. Так или иначе, а своих любимых родственников я точно из виду не упущу. Поезд был небольшой, так как ездил сюда лишь из соседнего городка. Так как вещи родственников хранились у нас дома, то все члены семьи были без чемоданов или больших сумок.

— Итари! — воскликнула тетушка, которая руководила семейной поездкой. — Девочка моя, как же я скучала. Месяц не видела тебя, а такое чувство, что ты успела еще вырасти, — тетя Лэнэсса сжала меня в крепких объятиях и заинтересовано оглянулась. — А где младшенький?

— Кливий сейчас занимается, готовится к экзаменам, — объяснила я и удивленно приподняла брови. — Тетя Лэнэсса, а где все остальные?

— Ох, дорогая моя, они такие медленные — все еще из вагона не вышли, — отмахнулась тетушка и практично осведомилась. — Что у нас на ужин? Если вы ничего не готовили, то я могу что-нибудь придумать.

— Кузнечик должен был отварить рыбу и потушить овощи, так что вкусный ужин уже ждет нас дома. Мы поедим без Кливия, он еще не скоро вернется, — предупредила я и увидела, как из вагона выходят все остальные. — Дедушка! — воскликнула я, бросившись к нему обниматься.

— Ох, юная госпожа Риардон, держите себя в руках, — с любовью проворчал дедуля, когда я сжала его в крепких объятиях. — Я тоже рад не меньше тебя.

— Мы с тобой виделись лишь три месяца назад — на твоем юбилее. Разумеется, что я скучала, — пришлось подметить мне очевидное. — Ты отлично выглядишь, — одобрительно протянула я, оглядывая дедулю.

Дедушка был профессором психологии в отставке, но академические привычки у него сохранились, в том числе и в одежде. Черные брюки, серая рубашка с красным галстуком и ремень с симпатичной пряжкой делали из дедули весьма представительного мужчину, пусть уже и далеко не молодого.

— Спасибо, — с улыбкой принял он комплимент. — У меня есть некоторые планы на тебе, юная госпожа Риардон. — предупредил меня дедуля. — Завтра в городе пройдет выставка картин одного известного художника. Составишь мне компанию? Говорю об этом сейчас для того, чтобы другие не успели занять ту минутку свободного времени, которая есть у тебя, — усмехнулся он, поправив очки.

— Я с радостью составлю тебе компанию, — без промедлений согласилась я, чмокнув его в щеку. — А где же у нас Бэрс и Арлэн?

— Мы терпеливо ждем своей порции объятий, — раздалось у меня за спиной, из-за чего я невольно вздрогнула.

— Как вы так незаметно оказались позади меня? — удивилась я, также обнимая двоюродных братьев.

Они были погодками и были немногим старше Кливия. Арлен учился в академии стихий, а Берс учился в академии математических наук — чудесные мальчики. У меня не было никаких замечаний к братьям и мне оставалось признать, что тетя Лэнэсса прекрасно воспитала сыновей и нас в том числе.

Когда с приветствиями было закончено, мы направились домой. Я одолжила у Кливия автомобиль, а потому мы неспешно ехали к общежитию. То, что мы жили при научном центре, опять-таки было намного лучше и упрощало нам ситуации, нежели чем когда Кливий жил на съемной квартире. Пока мы ехали, то сразу решили вопрос с распределением комнат. Мы пришли к единогласному выводу, что я, тетя и, конечно же, Кузнечик будем жить вместе, а все остальные поживут эти дни у брата. Это решение было принято не сколько из-за нехватки места, сколько из-за того, что у тети накопилось множество новостей и сплетен, которыми она хотела бы поделиться со мной. Если и существуют самые общительные эльфы, то тетю Лэнэссу я бы поставила на первое место. У меня складывалось ощущение, что она могла завести беседу даже с фонарным столбом на улице. Мало того, что она могла бы завести с ним диалог, так он бы еще и подвинулся ей.

Дома нас уже действительно ждал ужин, аромат которого я почувствовала еще до того, как вошла в квартиру. Кузнечик постарался на славу: салат, три вида закусок и основное блюда. Родственники привезли нам много фруктов из домашнего сада, который уже начал давать свои плоды. Их мы решили оставить на десерт. Кузнечик даже пообещал сделать после ужина домашний лимонад. Это нас весьма воодушевило, а я порадовалась, что где-то в холодильнике были свежие веточки мяты для напитка.

— Итак, моя дорогая, рассказывай, — выдохнула тетя, как только мы все разместились за не таким уж и большим обеденным столом.

Кухня была немного тесноватой, а потому братья вынесли стол в гостиную. Кто-то сидел на диванчике, кто-то на стульях — всем хватало места. Для семейного ужина я даже достала из дальнего кухонного ящика новый сервиз с белоснежными тарелочками квадратной формы. На некоторых частях посуды были изображены морские обитатели. Очень красиво была разрисована салатница — осьминог выпускает чернила, отчего чернота аккуратными линиями оплетает всю чашку. Наверное, эти рисунки были основной причиной, почему я купила эту посуду. Я не падка на симпатичные безделушки в магазинах и не покупаю что-либо без явной на то необходимость, но все же решила побаловать себя такой мелочью.

— Что рассказывать? — улыбнулась я, накладывая братьям побольше рыбы. — Рыба была приготовлена по рецепту дяди, поэтому витамины и полезные свойства сохранены. Советую вам съесть побольше, ведь Кузнечик готовит просто чудесно, — рассказала я всем о деталях нашего застолья.

— Вы всегда радуете нас вкусной едой. Нам очень приятно, — кивнул дедушка пообещано мне и Кузнечику. — Дорогой Кузнечик, у вас отличный вкус, — отвесил комплимент умертвию дедуля, всегда в таких случаях переходя на «вы».

— Ээээ, — немного смущенно ответил он, поправив белую рубашку, которую специально отдел для сегодняшней встречи.

— Итари, нам очень интересно, как у тебя дела. Как Кливий? Как работа? Как поживаете? — вновь взяла тетя диалог в свои руки.

— На работе все хорошо. Скоро отправлюсь в рабочую поездку. На недельку или чуть дольше. У Кливия все хорошо. Сейчас он активно готовится, чтобы пересдать экзамен по химии — он очень старается. Так как он мой брат и сейчас стажируется в научном центре, то он живет здесь. Переезд наш прошел не слишком гладко — но я уже писала вам об этой истории, — кратко ответила я на каждый из вопросов.

— А есть какое-нибудь итоговое решение по этому делу? — нахмурился Арлэн.

— Стражи спросили, хочу ли я начинать судебное разбирательство, но мне это не нужно. Я сказала, что извинений и денежной компенсации будет достаточно. Мы немного поругались с руководителем этой фирмы, но после того разговора на мой счет поступила сумма в двадцать тысяч лиственных: сумма стола и моральная компенсация. Извинения дело второе и меня уже мало интересуют. Если бы вы не сказали, то я, возможно, забыла бы об этом инциденте.

— Двадцать тысяч. Неплохо. Очень даже неплохо — одобрительно кивнула тетя. — Итари, расскажи мне, пожалуйста, вам с Кливием нужно что-нибудь? — тетя Лэнэсса немного посерьезнела. — Вам хватает средств? Я знаю, что ты неплохо зарабатываешь, но все-таки обеспечивать и себя и брата…

— Лэнэ, — отдернул ее дедуля, — они уже выросли. Даже Кливий уже не ребенок. Они смогут позаботиться о себе самостоятельно.

— Вот именно, — поддакнула я, — тетя Лэнэсса, ты должна позаботиться о своих детях, — я кивнула на братьев, — о родителях, — я бросила взгляд на дедушку, — о самой себе, в конце концов. Нам не нужна финансовая помощь, все хорошо. У меня достаточно большая зарплата и неплохой счет в банке — мы не испытывает абсолютно никаких трудностей, — постаралась я убедить женщину фактами, а она улыбнулась.

— Чего вы все так набросились на меня? Я знаю, но мало ли я могу чем-то помочь вам, — она пожала плечами и предложила сменить тему. — Как учеба Кливия? Я так и не поняла, что именно произошло с экзаменами. Я думала, что в университете не так уж легко провалить экзамен. Неужели все настолько плохо?

— Ну… — я замялась, пытаясь подобрать нужные слова, — сейчас я вижу его результаты, но до своего небольшого «провала» он мало что понимал.

— Потому что нужно пользоваться головой, а не развлекаться на первом курсе, — поджал дедуля губы и строго взглянул на Арлэна и Берса, поправив очки. — Вас, господа Риардон, это касается не меньше. Иметь неудовлетворительные отметки по профильным предметам — позор, — пристыдил он их в воспитательных целях.

Мы с братьями весело переглянулись. Если память мне не изменяла, то что-то подобное и я слышала в годы учебы.

— Я подумываю о том, что ему стоит сменить университет или же факультет, — призналась я родственникам и повернулась к Берсу. — Вы с ним всегда были хороши в точных науках, может быть, ему стоит также связать свою жизнь с математикой?

— Математика? — Берс нахмурился и тяжело вздохнул, словно примерял эту роль на Кливия. — Знаешь, Итари, я думаю пока что нужно с этим подождать. Ты же знаешь его характер? Он выкладывается только тогда, когда сталкивается с неудачами, а если он будет делать что-то, что уже и так неплохо выходит, то навряд ли из этого выйдет что-то дельное, — вынес свой вердикт брат.

— Переходить в другой университет с абсолютно иным профилем обучения означает потерять год драгоценного времени впустую, — не одобрил идею дедуля. — Берс прав. Пока Кливий старается, то пусть все так и будет. Он умный мальчик и если захочет, то действительно сможет многое.

— А я все-таки не чувствую в нем особой тяги к океанологии, — поджала губы тетя Лэнэсса. — Я вспоминаю маленькую Итари и то, как она вскрывала рыбок из аквариума. Я думала, что она станет врачом или ветеринаром, но так тоже неплохо. А Кливий… Где он может работать после окончания университета? — она задумчиво наклонила голову набок.

— Наш университет один из лучших учебных заведений океанологии в мире. Он занимает третье место. Он может работать не в государственном предприятии и у него достаточно много перспектив. Ему не обязательно работать в области океанологии — он может работать в любых лабораториях, на производствах, клиниках для проведения анализов. Токсикологом, например, — предложила я идею, но все же подметила. — Хотя, на мой взгляд, наш научный центр очень даже подходит ему. Я попросила подругу из соседнего отдела провести ему несколько дополнительных занятий. Даже один мой хороший знакомый друг, специалист в этой области, взял его под свое крыло, — я невольно улыбнулась, вспомнив о Миндартисе. Может быть, я и не просила его о помощи, но если Минд сможет по-настоящему помочь, то я действительно буду ему весьма благодарна.

— Это прекрасно, — расплылась в улыбке тетя. — Знаешь, Итари, когда все закончится, то вам будет нужно обязательно отблагодарить их чем-нибудь. Они же делают это бесплатно? Они помогают Кливию почти каждый день. Стоит подарить им что-то приятное. Например, светло-эльфийское вино хорошей выдержки и конфеты.

— Любой труд должен быть вознагражден. Особенно труд преподавателя, — не остался в стороне дедуля, который был согласен со словами дочери. — В мои времена студенты приходили на все экзамены с букетами прекрасных цветов, благодаря преподавателя за его кропотливую и усердную работу со студентами. Сейчас так почти никто не делает. Я не могу сказать, что нам не так уж сильно нужны эти цветы, но они все равно служат символом внимания и уважением, — дедуля немного помолчал и, прожевав лист зелени, добавил. — С точки зрения педагогики подарки от студентов недопустимы, но букеты, которые дарят студенты от своего потока являются приятным исключением.

— Букеты и мужчинам дарили? — немного удивился Арлэн.

— Разумеется. Когда студенты покупают цветы, то они дарят его в первую очередь своему преподавателю и наставнику. Все остальное здесь не имеет значения. У моего коллеги в кабинете жила кошка. Черная, с желто-зелеными глазами. Вела себя так, словно в прошлой жизни была как минимум как-нибудь божеством, — хмыкнул дедушка, явно что-то припоминая. — Студенты на каждый экзамен не только носили цветы господину Щекенну, но и крыс с мышами, которых готовили так, словно это был первосортный стейк.

— Мне кажется, что я даже помню, как выглядела эта кошка, — рассмеялась тетя Лэнэсса. — Ладно уж, давайте опустим былые времена. Как поживают твои подруги? Я привезла для них небольшие гостинцы. Отдам их позже. Передай их, когда пойдёшь на работу. Для Армерии я привезла новые духи, которые я сделала из полевых цветов и коры деревьев. Ей подойдет этот аромат. А вот для Мирабилис я долго не могла подобрать нужные материалы. Хочу надеяться, что ей понравится.

— А что ты взяла в качестве главного сочетания? — подалась я вперед. Создание парфюма было главным увлечением тети, и все родственники пользовались теми ароматами, что она приготовила. — Мои духи закончились в прошлом месяце, и я очень скучала по ним, — многозначительно улыбнулась я, а тетя рассмеялась.

— Не волнуйся ты, — она отмахнулась, — и для тебя, и для Кливия также есть несколько флаконов. Что насчет Мирабилис, то я взяла запах сирени, который смешала с ароматом свежих булочек.

Тетя Лэнэсса походила к любому делу с изюминкой и духи она делала такими, какими она видела своего собеседника в душе. Она была очень проницательной женщиной. Тетя готовила мне духи и ароматные палочки еще с тех времен, когда я была младенцем. На протяжении жизни вкус моих духов менялся четыре раза. Я росла и не замечала каких-то деталей или изменений в самой себе, но от тети подобное никогда не укрывалось.

Помимо всего прочего, мне было очень приятно, что мои подруги произвели на тетю, да и вообще на мою семью, такое хорошее впечатление. А от того, что тетя даже сделала им духи, в душе разлилось приятное тепло. Подарки для них, а воодушевление почему-то чувствую я. Достаточно приятное чувство.

— Ладно, меня интересует кое-что еще, — тетя наложила себе уже третью добавку салата и попросила. — Берс, будь так любезен, подай мне ту прелестную закуску с помидорами. Итак, Итари, как у тебя дела в личной жизни?

— Негоже спрашивать подобное. Это личное дело Итарильдэ, — попытался осадить тетю дедушка, но она была настойчива:

— Неужели я не могу узнать, как у моей любимицы дела на любовном фронте? Любовь — такое же важное дело, как и еда и сон. Без этого никуда, — философски заключила она и вновь повторила вопрос. — Есть парень? Жених? Может быть, ты тайно вышла замуж, пока нас не было? — хохотнула она, а я улыбнулась.

— У меня действительно есть кое-кто. Но мы еще не настолько близки, чтобы знакомить его с родственниками, — тут же предупредила я последующие вопросы.

— Все верно, юная госпожа Риардон, — поддержал меня дедуля. — Знакомство с родственниками только в период помолвки. Нечего всяких в дом вести.

— Хорошо, — решила никак не комментировать слова отца тетя, однако всем нам было ясно, что она осталась при своем мнении. — Хочешь рассказать про него что-нибудь? Если нет, то я не буду настаивать, — предупредила она меня.

— Мы с ним работаем в смежных областях. Он достаточно приятный собеседник и мужчина. Посмотрим, что будет дальше, — кратко охарактеризовала наши с Сариэлем взаимоотношения. Подробности сейчас были излишне. — А вы как? — я повернулась к братьям. — В университете все обычно успевают несколько раз друг в друга влюбиться.

— И не говори Итари, это какой-то кошмар, — тяжко вздохнул Арлэн, закатив глаза. — Такое чувство, что я снимаюсь в любовном сериале. Все вокруг встречаются, почти все студентки пишут любовные письма преподавателям. К нам еще нового ректора прислали. Молодой совсем. Это Темный Лес наяву. Ухожу обедать в башню на перерывах, чтобы посидеть в тишине — учиться с ними невозможно. Такое чувство, что я не в магическую академию пришел, а в какой-то курятник, где наступил брачный период, — наябедничал на весь университет брат, а я постаралась сдержать улыбку.

В его словах была значительная доля правды, а вовсе и не преувеличения. У всех рас со стихийным магическим потенциалом подростковый возраст сопровождается со слишком быстрым ростом сил, а вследствие и выработкой некоторый гормонов. Я хороша в стихийной магии, как морская эльфийка, но кровь матушки с темными нитями разбавила ситуацию и подростковый период прошел незаметно как у меня, так и у Кливия.

Немного обсудив учебу братьев и студенческую жизнь, а также выпив лимонад, все разошлись по комнатам, чтобы немного отдохнуть. Мы с тетей распаковывали некоторые привезенные для нас с Кливием вещи и болтали о пустяках. Она без устали рассказывала мне о новых соседях, которые въехали в дом напротив и даже не пришли к ней, чтобы познакомиться. Когда они только приехали, то она тут же приготовила фруктовый пирог, чтобы выпить с ними по чашечке чая. Тетя Лэнэсса была весьма настойчива, а потому, когда новые жильцы не пришли, сама пошла к ним вместе с тортиком. Они с неохотой болтали с ней и отказались от торта, намекнув, что не желают знакомиться с местными жителями. Это весьма расстроило не только тетушку, но и других соседей. Район, в котором живут папины родственники не такой уж и большой, а потому все там друг друга знают и очень дружны. Подобные новости меня немного удивили. Существуют те, кто не нуждается в общении и знакомстве с кем-то, но элементарная вежливость должна присутствовать.

Семейные посиделки вновь расслабили меня, а потому в душе в очередной раз распускались цветы, которые так все старались окружить любовью и заботой.

Когда тетя и Кузнечик отправились отдыхать, то я вышла на улицу, чтобы немного прогуляться перед сном. Обилие информации переполняли мои мысли и нужно было время разложить все по полочкам.

Вдохнув свежий вечерний воздух, невольно подметила, что возможно в скором времени пойдет дождь. Невольно пришлось порадоваться, что в сумке всегда висит зонтик. Придя к выводу, что уходить в парк нет желания, то решила просто пройтись вокруг научного центра. Когда я почти подошла к главному зданию лабораторий ко мне пришла мысль позвонить Сариэлю и немного поболтать с ним. Раз не получилось увидеться, то можно пообщаться.

На мой звонок Сариэль ответил почти сразу же.

«— Тари? Что-то случилось?» — спросил он.

Мне было очень интересно, какой же у Сариэля настоящий голос, ведь «база данных» изменяла даже его.

— День выдался насыщенным. Решила пройтись перед сном и немного развеяться. Я хотела немного пообщаться с тобой. Если ты не против, конечно.

«— Как я могу быть против? — даже через искажённую связь мне казалось, что Сариэль говорит это с улыбкой. — Как прошел твой день? Чем занималась?»

— Вначале на работе была, потом проводила время с семьей, — коротко ответила я.

Хоть Сариэль действительно начинал мне нравиться, я все-таки не была готова рассказывать незнакомцу много деталей или подробности личной жизни. Во-первых, мы еще не настолько близки. Во-вторых, пока мы не достигнем той грани, когда нужно будет снять иллюзии, стоит соблюдать некоторую осторожность. Мало ли.

«— Все выглядит как обычный день, — пробормотал Сариэль. — Я, на самом деле, ничем тебя не лучше. На работе ничего не происходит. Хотя, это, наверное, плюс, которому стоит радоваться. Но мне, если быть честным, очень приятно, что ты вспомнила обо мне и позвонила».

— Я буду не против болтать с тобой по монофону в те дни, когда мы не можем видеться лично. Хотя наши встречи, конечно, нравятся мне намного больше.

«— Аналогично. Знаешь, Тари, чем больше мы с тобой общаемся, тем больше ты мне… — Сариэль резко замолк и спешно попрощался. — Тари, мне очень жаль — я должен идти. Я немного задержался на работе и нужно зайти к руководителю. Я позвоню тебе завтра, хорошо?»

— Разумеется. Продуктивной тебе работы, — пожелала я напоследок, прежде чем оборвала связь.

Я не была огорчена тем, что наш диалог длился не дольше нескольких минут. Даже этого времени мне хватило, чтобы сделать некоторые выводы насчет Сариэля.

Не прошло и пяти минут после того, как я попрощалась с Сариэлем, как кто-то окликнул меня позади. Разумеется, какая прогулка может назвать себя таковой, если как-нибудь горделивый не примет в ней участие? Например, Миндартис.

— Знаешь, Минд, почему-то я даже не удивлена, что ты появился передо мной столь неожиданно, да еще и в такое время, — хмыкнула я, когда он подошел ко мне.

— Правда? Кажется, ты начинаешь привыкать к моей компании, — улыбнулся он и спросил. — Можно составить тебе компанию?

— Если тебе хочется, то пожалуйста, — равнодушно пожала я плечами, прекрасно понимая, что теперь от эльфа так просто не отвяжешься.

Я не была настроена болтать с ним, поскольку успела вдоволь наговориться с родственниками. Однако Миндартису явно не хватало моего внимания.

— Куда идешь? В лабораторию? Опять будешь всю ночь работать? — попробовал предположить мужчина.

— Нет. Просто вышла на улицу, — я сладко зевнула.

— Не спросишь, что я делаю здесь в такой час? — приподнял брови Миндартис, так и не дождавшись от меня ответного вопроса.

— Расскажи уж, если тебе так этого хочется, — усмехнулась я, понимая, что мне ждет небольшая история на этот счет. В противном случае такого вопроса бы не последовало.

— Итак, прихожу я сегодня из лаборатории, а в фойе отеля мне говорят, что у меня посетители и это кто-то уже ждет меня в номере. Я был крайне удивлен подобному, ведь я никого не жду. Я не рассказывал коллегам из центра, где я живу. Только ты об этом знала, поскольку сама провожала меня туда. Именно из-за этого я и подумал, что ты пришла ко мне в гости. Я тут же выбежал из отеля, чтобы зайти в ближайшую кондитерскую и купить вкусный тортик для тебя. Все-таки ты — гость, а у меня ничего нет съестного в номере. Я купил торт с вишневой и шоколадной начинкой. Прихожу я обратно в отель, безумно радуясь нашим с тобой предстоящими вечерним посиделкам, поднимаюсь на верх, захожу в номер, а там… А там я вижу не тебя, а своего старшего брата. Каково же было мое удивление! Я действительно припомнил, что рассказал ему о том, где живу, но не думал, что он решил так внезапно навестить меня. Пришлось выкручиваться на месте и объяснять, с чего я воспылал подобной страстью к сладкому. Да будет тебе известно Итари, но в этой ситуации виновата отчасти ты, раз полностью завладела моими мыслями в подобной ситуации. Я уже настроился на вечерние посиделки с чаем, а получил дуб без листиков. Может нам с тобой стоит как-то исправить подобное упущение?

— Миндартис, если тебе была нужна моя компания для того, чтобы просто поесть, то скажи мне прямо. Не стоит выдумать такие глупости, — попросила я горделивого, почему-то не поверив во все сказанное.

— Итари, чтоб ты знала, эльф, знающий ценность собственного рода, никогда не врет, — вздернул нос Миндартис, а я рассмеялась. Всякий раз, когда он говорил нечто подобное, я не могла удержаться от смеха.

— И что ты предлагаешь? — решила я сменить равнодушие на заинтересованность.

— Предлагаю наверстать упущенное. Почему бы нам вновь не зайти в кондитерскую, купить торт и съесть его на набережной? Ты же ешь сладкое? — решил уточнить Миндартис.

— Ем. Но знаешь, я очень плотно поужинала сегодня. Не думаю, что смогу съесть торт, — покачала я головой, вспоминая, что после ужина последовал еще и десерт с домашним лимонадом.

— Правда? Хм, тогда может нам стоит заменить торт на чашечку горячего шоколада? — продолжал уговаривать меня Миндартис. — Я просто хочу чего-то сладкого.

— Так ешь ты, меня зачем в это вовлекать?

— Не буду же я один есть ночью пирожные? Мне нужна компания, — Минд бросил на меня красноречивый взгляд и с нажимом добавил. — Желательно твоя компания. Хорошо, давай просто зайдем в кондитерскую. Вдруг ты увидишь что-то, отчего изменишь своё решение?

В кондитерской было довольно много привлекательных изделий, но они так и не смогли изменить моего решения. Миндартис же попросил два стакана с горячим шоколадом и две слоёных булочки со смородиной. Оказалось, что он сделал заказ с расчетом на меня, апеллируя тем фактом, что аппетит приходит во время еды. И если горячий шоколад я взяла, то от букли отбивался так, как только могла. В конце концов, Миндартис заставил меня убрать ее сумку и скормить дома либо брату, либо Кузнечику.

Миндартис, нескрываемым удовольствием поедая булочку, и я направились к набережной, чтобы полюбоваться пейзажами. Пока шли, то я рассказала Миндартису о том, что ко мне приехали родственники и именно поэтому я немного утомилась. Миндартиса это заинтересовало, но я отвечала лишь общими фразами. Однако и Минд поделился со мной кое-чем. В той истории, рассказанной ранее, действительно была доля правды и к Минду действительно приехал старший брат, чтобы посмотреть, как он устроился в новом городе. Я лишь помнила, из когда-то прочитанных статей, что брат Минда занимается семейным бизнесом и политикой.

Еще немного пообсуждав родственников и их особенности, сидя на набережной, мы засобирались домой. Внезапная встреча с Миндом была очень приятной и после прогулки и покупки булочек остались только приятные впечатления. Я это уже подмечала, но сегодняшний вечер вновь доказал то, что Миндартис не так самовлюблен и самоуверен, как хочет казаться на публике.

В самый последний момент, когда мы добрались до центра, начался дождь. Я вытащила из сумки зонт, подаренный Сариэлем, а Миндартис неподдельно удивился, подметив, что этот зонт из новой коллекции известного модельера. Меня слова Минда удивили, но он был уверен в этом и расспрашивал меня о том, кто же подарил мне такую дорогую вещицу. Не став утаивать правду, сказала, что это был мой парень. Миндартис одобрительно покивал, подметив, что у него очень даже хороший вкус.

Под зонтом мы спешно дошли до общежития, однако дождь также быстро закончился, как и начался. Миндартис дождался, чтобы я зашла в общежитие и прошла пропускную систему и только после этого ушел сам. Тихо пройдя в квартиру, не зажигая свет, я поцеловала Кузнечика, который медленно, но верно складывал фигурку какого-то животного, и направилась в спальню.

***

Проснулась я весьма от непривычного фактора, резко подскочив с постели. Кто-то очень настойчиво стучал в дверь, параллельно трезвоня в звонок. Кто это может быть я предстояла смутно — Кливий знает код от двери, как и все мои родственники. Подруги в пять утра никогда не встанут и уж тем более не придут ко мне. Близкие люди и знакомые знают, что в общежитии звук дверного звонка ужасен и никто им не пользуется — создается чувство, что кто-то убивает птицу, притом весьма мучительно. Зачем проектировщики, или кто там этим занимается, использовали именно такой звук было для меня загадкой.

Тетя также была разбужена и будучи немного сонной вышла в гостиную, чтобы разобраться в ситуации. Кузнечик также с недопониманием взглянул на меня.

Ответить сейчас мне было нечего, а потому я подошла к дверному глазку, пытаясь разглядеть посетителя. Как только увидела незваного гостя, то на секунду замешкалась, не зная, как поступить.

— Кто там такой навязчивы? — тетя ловко отодвинула меня от двери, желая лично поговорить с гостем. — Окаянные вурдалаки будят ни свет ни заря. Светлый Лес не успел проснуться, а кто-то уже стучится в дверь, аки пташка ранняя и голосившая, — продолжала бормотать она.

— Тетя, постой, — сказала я, закусив губу. Было уже поздно, так как тетушка широко раскрыла дверь.

Тетя Лэнэсса явно хотела что-то сказать, но в миг замолкла, рассматривая посетителя. Посмотреть действительно было на что. На пороге моей квартиры стоял Миндартис в белом отглаженном костюме. Эльф держал в одной руке огромный чемодан, а в другой пышный букет белых роз и упаковку с тортом. На последний была повязана белая ленточка, добавляя какой-то не то торжественности, не то праздничности.

— Добрый день, госпожа Ангрэ, — Миндартис лучезарно улыбнулся тете, ни капли не растерявшись. — Этот букет летних роз я специально подготовил для вас, — эльф протянул ей букет.

— Наш род — Риардон, — поправила она Минда, принимая цветы и оценивающе оглядывая его. — Благодарю вас. Мне очень приятно ваше внимание, — признательно кивнула она ему и с хитрой улыбкой повернулась ко мне. — Итари, дорогая, может быть, ты хочешь что-нибудь рассказать?

Кузнечик также как и тетя был крайне удивлен и наклонил голову так, что от нее отпало ухо.

— Миндартис, ты… — я сделала шаг к эльфу, желая вывести его из квартиры, чтобы разобраться в ситуации. Однако у Миндартиса были совсем иные планы.

— Итари, дорогая моя, — Миндартис впихнул мне в руки торт и крепко обнял, — прости меня за столь внезапное появление, но… я больше не могу оставаться в отеле, — он мягко поглаживал меня по спине. — Давай жить вместе?

Я стояла в оцепенении. Видимо подобное зрелище в первые минуты пробуждения нанесло моему сознанию слишком серьезный удар.

Судя по звукам, которые разносились сзади, то у Кузнечика от удивления отпало что-то еще кроме уха.

— Итари, милая, если бы ты сказала нам, что к чему, то мы бы не стали приезжать. — чуть смущенно кашлянула тетя. — Твой возлюбленный так изнемог от расставания, что явился в пять утра, — она вздохнула, а Миндартис прижал меня к себе еще крепче. Минд явно понимал, что если отпустит меня сейчас, то ему влетит по первое число сразу и незамедлительно. — Дорогой господин… — тетя сделала паузу, прося Миндартиса представиться.

— Господин Норген, — любезно ответил он и наглейшим образом чмокнул меня в макушку. Я никак не реагировала. Все разборки будут после.

— Очень приятно познакомиться, — кивнула тетя Лэнэсса и вновь начала. — Дорогой господин Норген, надеюсь, что вы сможете позаботиться о моей драгоценной Итари, раз уж вы проявляете к ней такие яркие эмоции. Мы с родственниками сейчас спешно соберем вещи и поедем домой, а вы с удобством располагайтесь здесь. Кузнечик, — строго сказала тетя умертвию, — подбери голову с пола и разбуди всех остальных — пусть покупают билеты на первый поезд.

— Ээээ.

— Это не мое, конечно, дело, но, господин Норген, вы должны понимать, что сожительство — серьезный шаг в отношениях. Постарайтесь не допустить глупых ошибок, которые нынче совершает молодежь. Хочу подметить, что вы внушаете мне доверие. Не стойте в дверях, проходите и присаживайтесь.

— Благодарю вас, госпожа Риардон, но я никак не могу разорвать объятия, так уж я соскучился, — непринужденно рассмеялся эльф, а я неторопливо перебирала в своей голове виды некромантских ритуалов и какой же подойдет Минду больше всего. Какого вурдалака он ведет себя нормально, а потом выкидывает нечто подобное?!

— Как знаете, — ответила тетя и пробормотала, — не хочу смущать вас, а потому я спущусь к Кливию.

Спустя полчаса вся семья крепко обнимала меня на прощанье, так как собирались отправиться на вокзал. Все папины родственники подмигивали мне и желали удачи в построении личной жизни. Только Кливий, которого также подняли из-за утренней суеты, пребывал в наибольшем шоке. Когда он услышал новости, то подумал, что это розыгрыш, но увидев Миндартиса, цветы и торт едва сохранил равновесие. Впрочем, к подобным подлостям я также была не готова. Однако я прокрутила в голове множество вариантов и пришла к выводу, что устраивать сцену при родственниках глупо, как и в чем-то их переубеждать — подумают, что я просто смутилась. Мне оставалось терпеливо ждать того момента, когда в моей квартире никого не останется.

Когда за родственниками закрылась входная дверь, я медленно повернулась к Миндартису. Эмоции немного спали, и я могла уже трезво смотреть на ситуацию, но эльф все-таки был не глуп, а потому предупредил меня:

— Итари, ты должна злиться. Ты должна понять меня, простить и войти в мое крайне сложное положение, — он выставил руки вперед в примирительном жесте.

— В мою голову не может прийти ни единого факта, который бы мог оправдать все то, что ты сейчас сделал. Никогда я так не понимала Юнсерса, как сейчас, — я сделала глубокий вдох и выдох, прикрывая глаза. — Попробуй, — с вызовом призвала я его к рассказу, — удиви меня и заставь поверить в то, что убеждение моих родственников в том, что мы пара, было обязательным звеном в логической цепочке.

Миндартис откашлялся и уже хотел опуститься на диван, как я строго спросила:

— Я разрешала садиться тебе? Это мой дом, не трогай здесь ничего.

Миндартис лишь закатил глаза и выпрямился, привалившись к своему чемодану.

— Если коротко, то дело в той, как ты говорила, «милой девушке», которая преследует меня. Этой ночью она взломала систему защиты отеля и пробралась в наш с братом номер через окно. Это ужасно, Итари. На что только не готовы пойти женщины ради «счастливого брака»? — Миндартис удрученно покачал головой. — Я собрал вещи и решил бежать. Хотел переехать в общежитие для работников, а к тебе пришел для того, чтобы оставить вещи — комнату мне смогут выделить только через пару дней. Цветы были для тебя, но я запамятовал, что у тебя сейчас родственники, а потому мне пришлось импровизировать. Давай признаем, что моя игра была достаточно убедительной, — довольно улыбнувшись, Миндартис поправил челку.

— Это все, что ты можешь сказать в свое оправдание? — я выгнула одну бровь, не оставшись удовлетворенной рассказом. — Зачем было идти именно ко мне?

— Потому что на тебя можно положиться и…

— А на тех девушек, с которыми ты обнимаешься в коридорах, нельзя положиться? — перебила я его, радуясь, что моя тетя оказалась настолько тактичной и понимающей женщиной, что уехала без допросов и каких-либо выяснений.

— Нет, не могу. — без промедлений ответил Миндартис. — Итари, не заставляй меня хвалить тебя и рассказывать, почему я выделяю именно тебя из всего коллектива. Извини, если я расстроил тебя чем-то.

— Расстроил? Мне было бы все равно, если бы ты просто оставил чемодан и ушел, но ты такой концерт устроил, что моей семье, которую я не видела несколько месяцев, пришлось уехать. Они поймут, когда я им все объясню, но сейчас… Неужели у тебя настолько ограниченная фантазия, что других мыслей не пришло? Зачем врать было? Как же фраза про то, что уважающий свой род эльф никогда не врет?

— В любом правиле бывают исключения, так и не всякая фраза работает всегда. Это, во-первых. Во-вторых, я и не врал. Вранье — сознательное искажение истины. Я же сделал это не специально, а потому за ложь не считается. Итари, мы же с тобой друзья. Друзья познаются в беде и должны помогать друг другу в сложных жизненных ситуациях. Например, в таких, как у меня.

Я прикрыла глаза, пытаясь понять: как же так вышло, что горделивый эльф пришел в мою квартиру с чемоданами и пытается еще переубедить меня в том, что это нормально?

— Итари, понимаю, что слегка нарушил твои планы, но… — у Миндартиса было такое лицо, словно он собирался прыгнуть в холодную воду с разбега. — Если тебе станет легче, то ты можешь ударить меня. Если ты настолько зла на меня, то я готов отдать тебя одну прядь своих волос или часть ногтей на ногах для какого-нибудь ритуала. Однако… — Минд взглянул на меня так, словно бы от моего решения зависела его жизнь, — Итари, мы же с тобой взрослые люди, не так ли? Я очень надеюсь, что мы сможем разрешить это маленькое недоразумение без некромантских ритуалов и других обрядов.

Я невольно усмехнулась. Чего я вообще ожидала? Пора было бы уже привыкнуть к Миндартису и его немного «загадочному» характеру.

— Если нужно, то я лично объяснюсь перед твоими родственниками и…

— Забыли, — я жестом приостановила его. — Сядь сюда, — я похлопала по дивану рядом с собой. — И глаза закрой.

Минадртис, не задавая лишних вопросов, исполнил все указанные действия и, как только он закрыл глаза, я от души щелкнула ему по лбу.

— Итари! Светлые Леса, как ты могла? — взвыл Миндартис от боли. — На моем лбу может остаться синяк, — он тут же поднялся с дивана, подходя к зеркалу, висевшему на стене.

— Пострадавшая сторона — я, а ты возмущаешься? Сам же, чувствуя угрызения совести, предложил тебя ударить, — напомнила я ему о недавно сказанном. — Если сказал, то держи свое слово. Радуйся, что получил от меня щелбан, а не что-то большее — за все время нашего знакомства ты много чего успел натворить и заслужить.

— Я думал о другом, когда ты попросила меня закрыть глаза, — едва слышно пробормотал он, продолжая разглядывать лицо в зеркале.

— Например? Думал, что я лак для волос достану, чтобы помочь уложить челку?

— Я думал, что ты меня поцелуешь, — так же негромко проговорил Миндартис, а на кухне, где занимался домашними хлопотами Кузнечик, послышался грохот.

— Пришел с тортом и букетом, так это повод тебе на шею кидаться с объятиями? Думаешь, я воспылала к тебе страстью и готова продать душу ради того, чтобы быть с тобой? — я звонко рассмеялась от подобных глупостей. — Берега не путай, хорошо? У тебя память, как у аквариумной рыбки — у меня есть парень. Помнишь об этом?

— А вдруг? Сегодня он есть, а завтра его нет, — не растерялся Миндартис. — В жизни всякое бывает, — он неопределенно пожал плечами.

— Так или иначе, но если мне когда-нибудь понадобится предлог отказаться от встречи с родственниками, то я могу использовать тебя, — протянула я, всеми силами пытаясь найти положительные стороны ситуации.

— Итари, если такое и произойдёт, то…

Миндартис не успел закончить фразу, так как из приоткрытого окна послышались, доносящиеся с улицы крики:

— Миндартис! Миндартис, я люблю тебя! Прошу, давай проведем остаток жизни вместе. Ты — очень дорог мне! Без тебя Луна не светит ярко и Солнце не осветит мне день, прошу…

— Женщина! На территории общежития запрещено шуметь, — послышался недовольный голос охранника, который пробовал приструнить эльфийку.

Не нужно было быть гадалкой, что эльфийка, покорив отель, добралась и до общежития. Минартис вновь устало опустился на диван. Кажется, подобное внимание его действительно удручало.

Я вновь сделала глубокий вдох и осмотрела квартиру. Исправить что-либо сейчас было нельзя, а потому скомандовала:

— Поставь чемодан к стене, чтобы никто не запнулся, и иди на кухню. Как только поедим — пойдем в лабораторию.

— В такой час? — нахмурился Миндартис, понимая, что до начала рабочего дня еще долго.

— Да. Я иду на работу, раз уж проснулась и все уехали, а оставлять тебя одного в своей квартире не собираюсь. Поработаешь на пару часов дольше — ничего плохого не случится, — равнодушно пожала я плечами, направляясь на кухню. После вчерашнего застолья дома осталось довольно много еды.

Достав все на стол, я поставила чайник нагреваться. Миндартис, выполнив мое поручение, также пришел на кухню и сел за стол, выжидательно глядя на меня.

— У нас самообслуживание. Чай себе сам сделаешь. Посуду также за собой помоешь, — дала я ему четкие инструкции, насыпая в кружку немного кофе. Я старалась не пить слишком много бодрящих напитков, но сегодня решила сделать исключение из-за столь раннего пробуждения.

— Итари, если ты не знала, то я поведаю тебе небольшую тайну — о гостях принято заботиться, — Миндартис немного скривился, но все-таки поднялся, подходя к кухонному гарнитуру.

— О гостях принято заботиться только если они желанны в твоем доме и были приглашены, — внесла я коррективы в формулировку.

Взяв кружку с напитком, я присела за стол, беря с близстоящей полочки недочитанную книгу. Если я ела одна, то любила скрашивать завтрак хорошим произведением. Это был сборник каких-то легенд и сказаний. Довольно занятная вещица.

— А мне не предложишь книгу? — спросил Минд через какое-то время нашего молчаливого завтрака.

— Нет, — я была категорична. Взяв круассан, я уточнила. — Ты поел? Если да, то иди в ванную переодеваться и на работу. Лаборатория ждать не будет, — нравоучительно изрекла я, понимая, что в случае чего всегда смогу перекусить в столовой.

Однако мы не успели нормально закончить завтрак, так как под окнами опять заверещали:

— Миндартис, позволь мне быть с тобой! Я не прошу любить меня, давай родим трех детей и просто будет рядом? Со мной ты будешь по-настоящему счастлив. Мы сможем жить на берегу моря. Ты сможешь полюбить меня со временем, правда! Миндартис, пожалуйста!

У меня невольно дернулся глаз. Закрыла окно, но крики все равно доносились. Сделав вдох, я постаралась отвлечься книгой, но крики не утихали, а охранник мало чем мог исправить ситуацию — слишком уж девица была настырной. Невольно посмотрела на Миндартиса — даже не шелохнулся, словно все так и должно быть. Ситуация начинала мне надоедать.

— Минд, раз уж ты собрался тут жить, то будь так добр обеспечить всем остальным жильцам душевный покой и тишину, — я красноречиво посмотрела на окно, намекая на орущую эльфийку.

— Не понимаю, о чем ты, — с улыбкой пробормотал он, рассматривая мою кухню и явно не собираясь что-либо предпринимать.

Какое-то время я еще продолжала слушать признания в любви, слезы, угрозы и снова признания. Прямым текстом попросила Минадртиса утихомирить девицу, но он лишь пожал плечами и подметил, что если бы мог самостоятельно решить проблему, то не пришел бы ко мне. Я не стала это как-либо комментировать.

— Эээ, — в кухню заглянул Кузнечик, указывая в коридор. Кто-то пришел.

— Это не Кливий? — удивилась я, понимая, что уж теперь в моем доме точно не может быть гостей.

— Ээээ, — описал незнакомца Кузнечик, а я нахмурилась, поднимаясь из-за стола.

— Что-то случилось? — встрепенулся Минд, когда я направилась к входной двери. Я посмотрела в глазок, потом снова на Минда и все-таки раскрыла дверь.

— Вы еще кто? Будьте так любезны уйти в Темный лес, мы не покупаем утренние газеты, — я уперла руки в бока, рассматривая незнакомца. Короткие белые волосы, деловой костюм, голубые глаза. Это были слишком знакомые сочетания для того, чтобы прогадать и меня осенило. — Норген старший? — я приподняла бровь.

— Добрый день, — будучи в смятении он вежливо кивнул, — извините, что пришел без предупреждения, — извинился он. — Я ищу Миндартиса Норгена. Он должен передать мне кое-какие документы, — он поправил галстук. — Я полагал, что он здесь… — брат Минда оглядел ту часть квартиры, которая была ему видна. Я громко позвала горделивого, не сводя взгляд с его брата:

— Миндартис! Иди сюда!

— Знаешь, Итари, если тебе что-то нужно, то просто скажи мне об этом. Нужно подойти ко мне и желательно ласково попросить о том, о чем ты хочешь. Если проявить нежность, то шанс на успех того дела, о котором ты просишь мужчину, значительно повысится. Не нужно кричать так, словно утопаешь в болоте и… — пробубнил Миндартис, выходя в коридор, а у меня вновь дернулся глаз.

— Знаешь, Миндартис, просто не нужно превращать мой дом в проходной дом, — зашипела я, понимая, что мое терпение на исходе и указала на его брата. — Зачем его позвал? Если нужно встретиться, то для этого у общежития есть фойе, а у научного центра — приемная.

— Извините, это всецело моя вина. Мне стоило предупредить о своём визите, — вмешался старший Норген. Он выглядел немного обессуженным, но сохранял спокойствие.

— Нет-нет, вы как раз-таки ни в чем не виноваты, — уверила я мужчину, который уже начал извиняться. — Вначале мои родители, твои вещи и «переезд», потом эльфийка, которая кричит на улице, а теперь еще и брат, — поочередно загибала я пальцы, пристально смотря на Минда.

— Итари, послушай меня, — Миндартис попробовал взять меня за руки, но я не позволила, ударив его по запястьям.

— Отдаешь брату документы и уходить в лабораторию, понял? Постарайся сделать так, чтобы до конца рабочего дня ты мне не попадался на глаза. Увижу тебя в научном центре — завяжу твои эльфийские уши морским узелком или же выставлю на улицу к твоей «возлюбленной». Услышал меня?

Миндартис молча кивнул. Взяв с вешалки коридора халат исследователя, я накинула его на плечи и признательно кивнула брату Минда:

— Спасибо за ваше спокойствие и понимание. Хочу подметить, что ваш брат сильно злоупотребляет чужой добротой и я оказываю ему необыкновенную услугу, — ни капли не смущаясь наябедничала я. — Он уже знатно задолжал мне за всю ту помощь, которую я ему оказала. Говорю вам это, чтобы вы были в курсе. Сил вам и терпения с таким братом.

Страший Норген кивнул мне в ответ ничего не говоря. Кажется, он был шокирован, но я действительно была рада, что он не стал вмешиваться во что-либо. Круто развернувшись, я направилась на кухню допивать кофе. Пока Минд решал с братом какие-то вопросы, я дочитала главу книги.

Некоторое время спустя мы уже были готовы к новому рабочему дню. Минд даже попросил воспользоваться моим лаком для волос, чтобы уложить челку, но я отказала. Что-нибудь позволишь, так и опомниться не успеешь, как этот горделивый еще и приживется в чужом доме.

— Не боишься, что кто-нибудь увидит, как мы с тобой идем вместе? — стоял над душой Миндартис, когда я закрывала входную дверь. — Не боишься, что кто-нибудь подумает, что мы провели чудесную ночь, раз мы выходим из твоей квартиры? — продолжал расписывать картину эльф.

— Не волнуйся, после того как твоя возлюбленное разбудила все общежитие криками, то никто ничего и не предположит подобного, — проговорила я, пряча ключи в карман.

Мы направились к лифту и, когда зашли внутрь, Миндартис протянул мне раскрытую ладонь. Я не поняла, чего он хочет и ему пришлось пояснить, что он желает получить копию моих ключей от квартиры. Пришлось объяснить ему, что копий нет и в квартиру он сможет попасть только после того, как я или Кливий освободимся. Это слегка огорчило Минда, но входить в его «крайне трудную жизненную ситуацию» мне не хотелось.

Миндартис всерьез внял моему предупреждения и действительно не появлялся в поле моего зрения. Он даже не появился в столовой ни в один из перерывов. В какой-то момент мне даже показалось, что где-то я могла перегнуть палку, но тут же вспомнила о концерте, который мы устроили перед тетей и передумала обо всех извинениях.

День на работе прошел без каких-либо происшествий, даже практиканты сегодня смогли изрядно порадовать меня и заслужить мою похвалу. Они проделали достаточно большой объем работы и сделали все отчеты на две недели раньше положенного срока. После некоторых их провалов меня это действительно впечатлило, и я с легкой душой позволила им не идти завтра в центр и один день отдохнуть дома. Практикантов эта новость порадовала не меньше, чем меня их итоги работы.

В обеденный перерыв ко мне в лабораторию пришел Кливий, чтобы поболтать по душам. Он, чтобы спрятаться от любопытной Армерии, потащил меня в мой небольшой кабинетик, который располагался за нашей с ней общей лабораторией. Кливий желал все прояснить насчет того, что он увидел и услышал сегодня. Он никак не мог поверить в реальность происходящего, ведь вчера мы еще просто общались, а сегодня он, как выразилась тетя, «изнемог от расставания». Пришлось объяснить брату ситуацию Миндартиса и уверить в том, что это просто была неудачная шутка Минда, которая переросла в нечто большее. Мои слова успокоили брата. Он добавил, что, конечно, не против того, чтобы я встречалась с горделивом, но о подобных поворотах событий нужно предупреждать заранее. Кливий подметил, что ему было бы немного неловко работать с Миндартисом, будь он моим ухажером на самом деле. Также во время перерыва мне написал Сариэль, который интересовался моими планами на ближайшие дни. Мы довольно неплохо поболтали с ним о каких-то пустяках: погода, работа, последние новости города и температура воды в море. Ничего серьезного, но после беседы остались только приятные эмоции.

Когда рабочий день подошел к концу, то я направилась домой, понимая, что сегодня не подходящий день для того, чтобы задерживаться в лаборатории. Тут как раз-таки по пути в общежитие мне и попался Миндартис, который ждал меня возле перехода.

— Привет. Как день прошел? — достаточно приветливо поздоровался со мной Миндартис.

— Отлично, — я улыбнулась эльфу, проходя турникет. — Какие планы? Ты нашел место, где переночуешь? — оптимистично спросила я.

— Переночую? — немного удивлённо переспросил эльф. — Я думал остаться у тебя на ночь.

— Правда? — я улыбнулась еще шире и миролюбиво уточнила. — Ты уверен? Может быть, тебе нужно подумать еще, если мы с тобой все-таки хотим сохранить хорошие отношения? — с нажимом спросила я, повернувшись к горделивому.

— Итари, не думай, что та эльфийка только моя проблема. Это и твоя проблема тоже. Она считает тебя своей соперницей номер один и все еще стоит под окнами общежития.

— Она не только настойчивая, но еще и интеллектом не отличается, — протянула я, закатывая глаза. — Миндартис, знаешь ли ты, что существует очень хороший ритуал самосожжения во имя Светлой Ели? Он позволяет очистить свою душу от злодеяний и стирает плохие воспоминания у всех знавших его. Хороший способ. Для костра могу одолжить тебе еловые веточки.

— Итари, не забывай, что моя поклонница не только проблема, но и хорошее оружие. Я могу легко натравить ее на кого-нибудь, — Миндартис не оценил моего предложения и бросил на меня красноречивый взгляд. Я лишь рассмеялась.

Пройдя переход в корпус общежития к нам подошел охранник. Теперь уже он просил Миндартиса как-то решить вопрос с девушкой. Она звала его до полудня до тех пор, пока не сорвала голос. Теперь она сидит на ступенях и отказывается уходить, пока не увидит Миндартиса. Он, аки воробушек, лишь пожал плечами и сказал, что вовсе не знает эту девушку и не имеет с ней ничего общего. Охранника эта ситуация явно удручала. Я могла его понять, не каждый день сталкиваешься с чем-то таким. После этого к нам подошел и господин Гегрс. Поняв, что Миндартис не проявляет никакой заинтересованности в этой проблеме, господин Гегрс перевел на меня взгляд полный мольбы. Консьерж был прелестным дедушкой, и я не могла отказать ему в тех редких просьбах, о которых он меня просил.

— Иди в комнату, — я отдала Минду ключи, предупредив, — ничего не трогай. Раз взрослый мужчина не может решить такую пустяковую проблему, то придется брать ситуацию в свои руки. Слабак, — шикнула я на него, когда он попробовал что-то сказать мне в ответ.

— Не уверен, что у тебя что-то получится, — «поддерживая» меня, сказал Минд напоследок, а я даже не обернулась. Не может поговорить с девушкой, то и не надо — сами все сделаем.

Зайдя к Кливию, я взяла из аптечки свежие травы и заварила лечебный отвар для горла. Не представляю, как болит горло, если она кричала все это время. Налив готовую смесь в кружку, я спустилась вниз.

— Она сегодня днем даже спала на ступенях. Как только я не пробовал уговорить ее уйти домой — всегда отказывалась. Пробовал даже стражей вызвать, но они сказали, что она не делает ничего такого, чтобы выгнать ее, — продолжал рассказывать мне господин Гегрс. — Она так и не призналась, что именно стряслось между ней и господином Норгеном. Лишь продолжала говорить, что любит его и хочет провести с ним остаток жизни.

— Хорошо, я услышала достаточно. Спасибо, — поблагодарила я мужчину, пообещав немного самоуверенно. — Можете на меня положиться, после нашего диалога она сама уйдет и больше не вернется.

— Ох, Итари, я очень на это надеюсь, — вздохнул мужчина, озабоченно выглядывая в окно из своей будки. — Может быть… она сумасшедшая? — он с опасением посмотрел на эльфийку, которая поднялась с земли и сейчас заинтересованно оглядывалась так, словно была тут впервые.

— Или же настолько отчаянная, — подметила я, выходя из здания.

Эльфийка выглядела очень уставшей. Лицо осунулось, а под глазами виднелась чернота. Однако с ней она слегка переборщила — из-за ярких оттенков становилось понятно, что это всего лишь макияж. Из вещей на ней был лишь летний сарафан, а обуви не было. Туфли валялись на ступенях.

— Долго еще собираешься тут стоять? — я наклонила голову набок, продолжая оглядывать эту актрису.

— Я жду Миндартиса, — вздернула она носик и отвернулась от меня, явно не желая поддерживать беседу. Голос у нее однозначно был очень сиплый.

— Думаешь, он правда выйдет после всего того, что ты успела сделать? — я усмехнулась и позвала ее. — Пойдем поболтаем с тобой по душам, — я махнула ей рукой, призывая идти следом.

— С чего бы мне идти куда-то? Я жду Миндартиса, — она сложила руки на груди и скривилась.

— Я не спрашивала у тебя, чего ты хочешь или не хочешь. Просто идти за мной, — жестко сказала я и словно бы невзначай протянула. — Знаешь, ночью сюда приходят бездомные собаки. Было зафиксировано много случаев нападения. Тебе стоит одуматься до того, как они закусят тобой.

Девушка явно сомневалась, но «собаки» смогли убедить ее. Мы прошли в близлежащий парк, и я отдала ей лечебный напиток. К моему удивлению, она без лишних вопросов выпила его, когда я сказала для чего он. Кажется, из всех ее «недугов» отсутствие голоса было настоящей проблемой.

— Итак, как тебя зовут? — начала я из далека.

— Мой род — Лэнстэрэль. Меня зовут Каралэсса Пэнральстэль Кристэль из…

— Стоп, — я жестом приостановила ее, не желая выслушивать имена всех ее предков. — Каралэсса, давай поговорим с тобой как взрослые и умные женщины. Зачем тебе нужен Миндартис?

— Я люблю его! — тут же выдала она мне пламенный ответ, а я закатила глаза.

— Спрошу по-другому. Что тебе нужно от него? Деньги? Семья? Дети? Имущество? Или ты настолько наивна, что хочешь быть с ним ради красивых волос и лица?

— Я хочу быть с ним, потому что люблю, — продолжала щебетать девушка, будучи на своей волне.

— Ладно, — я поняла, что нужно заходить с другой стороны, — а он тебя любит? Он сказал, что вы едва знакомы и между вами ничего нет.

— Он может полюбить меня со временем. Я умна, красива, очень обаятельна, привлекательна, талантлива, — перечисляла Каралэсса свои достоинства.

— Думаешь, это все, что ему нужно? Вокруг него множество таких «умных» и «талантливы». Что еще? Допустим, что тебе удалось его убедить, а дальше что? Он настоящий бабник, — я не стеснялась подобных выражений и говорила то, что думала, — может быть, он, состоя с кем-то в действительно серьезных отношениях, и не будет встречаться с несколькими девушками, но сейчас для него женщины — хорошее и весьма приятное времяпрепровождения. И знаешь, Каралэсса, я даже не осуждаю его за это. Он никогда не обещал ни одной девушке своей любви или замужества и как следствие не нарушал каких-либо обещаний. Все эти сказки про любовь девушки придумали себе сами. Ты в том числе. Думали, что он проводит время с вами означает его любовь, но это не так. Я даже слышала одну историю про то, что как-то раз Миндартис проиграл своему другу девушку в какую-то настольную игру. Можешь себе это представить? Миндартис имеет множество пороков и недостатков. Он не идеален, даже если хочет казаться таковым. Знаешь, насколько он самовлюблен? Мне кажется, если выставить иерархию его любви, то на первом месте будет его «замечательная внешность» и только потом все остальное. Он нагл, чересчур самоуверен и считает себя таким привлекательным, словно он павлин на выставке. Он флиртует со всеми девушками, которых только видит. Готова ли ты будешь мириться с его толпами поклонниц? Эльфы не меняются и это уже его характер, может быть он не будет изменять, но будет строить глазки всем на своем пути. Да, у него есть и плюсы в виде хорошей родословной и имущества, но достаточно ли этого?

— Я не меркантильна, — тут же вздернулась она, когда речь зашла о деньгах.

— Каралэсса, девушка, которая ищет себе спутника жизни и собирается строить семью, по определению меркантильна. Это как у животных, самка всегда выбирает того самца, который проявил себя в схватке с соперниками, доказав свою силу и превосходство. Мы не лучше, мы ищем тех мужчин, которые могут обеспечить нам комфортное существование. Если женщина не будет, как ты сказала, меркантильна, то ей придется всю жизни самой себя содержать, — я откидывала все чувства и эмоции, объясняя Каралэссе что тут к чему. — Будь Миндартис беден и работай продавцом на рынке ты бы в него по-прежнему влюбилась?

Каралэсса заколебалась. С одной стороны она хотела доказать свою любовь к Миндартису, но с другой моя ситуация поставила ее врасплох и ответ на вопрос явно не положителен.

— Тебе нужен хороший брак и комфортное существование, — продолжила я, так и не услышав от девушки чего-либо. — Миндартис вроде бы неплохой вариант, но давай подумаем с точки зрения финансов. Он — сын богатеньких родителей. Младший сын. Все ему все позволяют, но у него самого какой-либо особой власти над средствами семьи не имеется. У него действительно есть деньги, которые он получает с инвестиций, но на этом его реальные доходы заканчиваются. Семья всегда его поддержит, но все-таки. Он любит разбрасываться деньгами попусту.

— А как же семейный бизнес? — встрепенулась эльфийка.

— Я полагаю, что бизнес отойдет старшему наследнику, который уже занимается его развитием. Брат Миндартиса однозначно подходит на эту роль лучше, как и на роль участия в различных политических организациях. Все планы семьи осуществил именно он, а потому Миндартису разрешается заниматься тем, чем хочет он. Именно поэтому Миндартис работает в нашем центре. Я сказала тебе все то, что думала. У Минда есть и плюсы, но ты уверена, что готова мириться с его недостатками? — я выгнула бровь. — Да и с деньгами мы с тобой разобрались, он богат, но не настолько, как ты думала. Вокруг достаточно много перспективных молодых эльфов. Уверена, что тебе стоит тратить свои силы и время, ради того, чтобы заслужить под окнами благосклонность одного горделивого? Стоит ли результат подобных старений и унижений? Я так не думаю. Если не хочешь действительно загреметь к стражам порядка, то идти домой и навести какое-нибудь брачное агентство. Подобные сейчас на каждом углу.

Я поднялась со скамейки, хлопнув девушку по плечу, собираясь уходить. Однако слегка запоздала развернулась и взяла сумку девушки, которую она поставила рядом и уронила на землю. Послышался звон разбитого стекла и на земле образовалась лужа. Мне пришлось пояснить:

— Приворот ныне запрещен законом, не порти жизни раньше положенного. Еще успеешь.

Из парка я выходила с таким чувством, словно стала какой-то мудрой наставницей Святой Обители для неразумных девиц. Господину Грегрсу я пообещала тихой ночи без происшествий. Я почему-то была убеждена, что все мои слова и реальность подействовали на Каралэссу весьма отрезвляюще.

На болтовню с девушкой я потратила не больше пятнадцати минут. Однако наша беседа вымотала больше, чем вся моя работа за сегодня. Введя ПИН-код от двери, я прошла в квартиру. Увидев чемодан в коридоре, мне пришлось вспомнить о досадном «сожительстве». Однако Миндартиса нигде не было видно. Ванная и кухня были пусты, как и гостиная. Решив, что горделивый куда-то ушел, направилась в душ. Сегодня планировала лечь пораньше.

Когда с ванными процедурами была закончено, я направилась в спальню. Там меня ждал небольшой сюрприз. На моей кровати нагло спал Миндартис, завернутый лишь в одно полотенце.

— Ээээ, — недобро зашипел Кузнечик, от того, что этот наглец занял хозяйскую кровать. — Эээ, а ээээ, — тут же наябедничало мне умертвие. Якобы, он уходил вынести мусор, а когда пришел, то увидел его уже тут.

Миндартис ходил по очень тонкому льду. Ему повезло, что Кузнечик еще не покусал его и не впрыснул яд, который содержится в его клыках. Хотя мог бы. Не думаю, что я стала бы возражать.

Не став долго раздумывать, я подошла к постели. Миндартис мало того, что спал в моей кровати, так он еще и разлегся по середине. Встав на кровать, я завернула его в простынь, на которой он лежал, чтобы мне было удобнее, и пнула его на пол. Послышался глухой удар и громкий стон Миндартиса. Падение смогло его пробудить.

— Светлый Леса, я упал с кровати? — он потирал затылок, пытаясь прийти в чувство и выпутаться из простыни.

— Да, ты действительно упал с кровати. Не без моей помощи, разумеется, — я сложила руки на груди и попросила Кузнечика. — Будь так добр, принеси Миндартису что-нибудь из его вещей, а то он решил, будто бы отдыхает на пляже.

— Итари, зачем ты скинула меня с постели. Я всего лишь устал и немного задремал, — бурчал эльф, поднимаясь с пола. — Я ударился головой, вдруг у меня сотрясение мозга?

— Кровать не высокая, поэтому не волнуйся. Да и сомневаюсь я иногда, что у тебя вообще есть, что сотрясать. Я же говорила, что у тебя короткая память? Говорила же ничего не трогать, так почему ты решил, что покуситься на мою кровать нормально? Чем тебя диван в гостиной не устроил?

— Он был слишком тесен для меня. Неужели, ты такая собственница, что пожалела для меня кровать?

— Да, пожалела, — не стала отрицать я очевидного. — Ляг ты спать на диван, то и слова бы не сказала, а так… — я указала ему на дверь. — Всего хорошего, лимит доверия окончательно исчерпан.

— Итари, проблемы с памятью не только у меня, — Миндартис продолжал потирать затылок, но это не мешало ему спорить. — Я же сказал, что комнату мне выделят только через несколько дней. У меня нет иных вариантов. Думаешь, я сам хочу жить с тобой? — Минд слегка разозлился. — Ты вечно чем-то недовольна и можешь взбеситься из-за какой-то мелочи. Первобытное время уже прошло, а ты вечно предлагаешь мне свои ритуалы, а сейчас даже скинула меня на пол. Итари, никто не будет делать то, что ты хочешь. Я очень стараюсь быть хорошим, но я не могу изменить себя. Я стараюсь найти с тобой контакт, общий язык, но стоит сделать шаг вперед, как ты выстраиваешь ледяную стену.

— Правда? Может быть, я делаю это, потому что не хочу впускать чужаков в свою личную жизнь? Мы с тобой коллеги, и я никогда не просила становиться тебя моим лучшим другом и сближаться со мной. Друзья не берутся от совместных обедов и пляжных игр. То, что ты понравился каким-то моим родственникам или друзьям не значит абсолютно ничего. Я и так сделала для тебя больше, чем для кого-либо в научном центре. Если ты о чем-то просил, то я шла тебе навстречу. Но стоит мне сказать о чем-то, что тебе не нравится, как ты начинаешь строить из себя обиженного на весь свет ребенка. Если не хотел со мной жить, то зачем пришел в мою квартиру? Нет иного выбора? — я задохнулась от возмущения, понимая, что сегодня между нами состоялась небольшая не то ссора, не то какой-то конфликт взглядов.

В комнате повисло напряженное молчание. Миндартис не сводил с меня взгляда.

— Знаешь, Итари, я, наверное, действительно ошибся кое в чем и был не прав, — проговорил он слегка отстраненно некоторое время спустя. — Я переночую у Кливия. Сделаем вид, что сегодняшнего дня никогда не было.

— Отлично, — сухо сказала я, кивнув и отойдя с прохода, — раз мы выяснили, о чем думает каждый из нас, то действительно пришло время для того, чтобы попрощаться.

Миндартис ушел в ванную, чтобы переодеться, а затем ушел из квартиры вместе с чемоданом.

— Ээээ, — проговорил Кузнечик.

— Мы с ним оба хороши, ничего удивительного, — отмахнулась я.

Решив, что Миндартис в ближайшие дни стал моей главной головной болью, то я направилась к господину Грегрсу. Раз я так успешно разобралась с эльфийкой, то навряд ли он откажет мне в небольшой услуге. Я попросила мужчину дать мне ключи к гостевой комнате, которая предназначается для гостей нашего научного центра. Их комнаты располагаются на самых верхних этажах. Мне не отказали и выдали пропуску в комнату и пароль от двери. Мне не хотелось, чтобы Кливий ночевал с горделивым в одной квартире тогда, когда этого можно избежать. От этих двоих можно ожидать чего угодно. Постучавшись в квартиру, дверь мне открыл Кливий. Я отдала ему ключ и дала наставления насчет Миндартиса. Брат выглядел слегка напряженным и осторожно спросил, не поссорились ли мы. Я уклончиво ответила, что мы действительно не поделили спальные места в моей квартире. Кливия ответ не удовлетворил, но выяснять что-либо не стал.

***

Прошло несколько дней с того момента, когда Минадртис решил переехать в общежитие. Та ссора в спальне почему-то изменила наши с ним взаимоотношения, и мы практически не общались. Миндартис, когда мы с ним по воле судьбы, ехали в лифте попытался намекнуть мне, что его расстроили мои слова и он хочет услышать от меня извинения. Я же считала, что не сказала ничего такого, что могло бы так ранить «нежную эльфийскую натуру». Однако я не была слишком уж расстроена подобным. Но теперь мне было немного непривычно обедать в другой компании и проводить перерывы без его шуток и подколок. С другой стороны, мне пришлось осознать то, как много я тратила драгоценного времени на болтовню с Миндартисом, хотя могла бы потратить его на хороший отдых или продуктивную работу.

Что касается работы, то экспедиция была на носу и, на мой взгляд, все было идеально. Однако я все равно была готова высказать администрации все что думаю, о подобных переносах.

Сегодня было объявлено собрание руководителей отделов, чтобы вновь утвердить состав экспедиции и ее цели. Заняв свое любимое место стола, поближе к выходу, я приветственно кивала всем входящим в конференц-зал коллегам. Миндартис сел напротив, а мне показалось, что это очень уж похоже на первый наш с ним день знакомства. Я, в отличии от Минда ни на что не обижалась и просто продолжала работать, как и раньше. У меня не было столько лишнего времени, чтобы играть роль девицы, чью честь и достоинство оскорбили.

— Итак, дорогие коллеги, — начал господин Рэльд, присаживаясь в мягкое кресло и оглядывая всех присутствующих, — все вы знаете, что у нас на носу важное исследование. Результаты и их точность значимы не только для нас, но и для службы всемирной безопасности. Хочу предупредить недовольство некоторых, — начальник бросил красноречивый взгляд в мою сторону, — что для переноса вашей поездки были весьма и весьма веские причины.

— Хотелось бы услышать, о каких именно причинах вы говорите, — протянула я, не желая так просто оставлять эту тему.

— Поддерживаю госпожу Ангрэ. Порой мы сомневаемся в компетенции административного отдела и у нас действительно много вопросов на этот счет, — поправила очки женщина из отдела геологической океанологии.

— Я понимаю, что вы огорчены тем, что поездку постоянно переносили и откладывали. Я был готов к вашему интересу, а потому подготовил для вас небольшую лекцию по этой теме, — господин Рэльд хлопнул в ладоши, приглушая магические светильники, а перед каждым из нас появилось магическое изображение океана и той зоны, в которую мы отправляемся. — Дорогие коллеги, взгляните, пожалуйста, на квадрат исследования под номером Д-8, - наши изображения приблизились в нужной зоне после слов руководителя. — В процессе подготовки экспедиции в данном квадрате была зафиксирована странная магическая активность. Службы безопасности просканировали данную местность, но не смогли найти чего-то опасного или подозрительного. Однако, как вы видите, рядом распекаются скалы достаточно нетипичной для природных образований формы. При помощи новейших магических технологий ромаринского университета, с которым нас познакомил господин Норген, — начальник признательно кивнул горделивому и продолжил, — под этими скалами были обнаружены системы подводных пещер. По нашим примерным подсчетам их продолжительность не более десятка километров. Это интересный феномен, как и то, что там с наибольшей вероятность обитает вид Глапурон, который исследовала госпожа Ангрэ, — господин Рэльд перевел взгляд и на меня. — Именно на данные исследования мы и служба безопасности потратили изрядную часть времени. Как вы понимаете, в данной ситуации у нас намного больше вопросов, чем ответов. Я очень рассчитываю, что вы справитесь с предстоящей экспедицией, однако я бы хотел выдвинуть некоторых исследователей именно на изучения квадрата Д-8. Это достаточно большой риск, поэтому было принято решение помимо наших сотрудников отправить в поездку и некоторых стражей порядка, которые могут помочь в критической ситуации. Есть ли добровольцы, которые бы хотели исследовать подводные пещеры?

Я, даже не раздумывая, подняла руку, выдвигаю свою кандидатуру для данного исследования. Коллеги слегка удивленно взглянули на меня. Большинство исследователей предпочитали размеренную работу в лаборатории или уж спокойное исследование в знакомых частях океана, где риск будет сведет к минимальному проценту. Однако я, возможно, в обычный день тоже и не согласилась бы лазать по многокилометровым пещерам в поисках какой-то находки. Вероятность того, что это просто пещеры, в которых абсолютно ничего нет составляет около восьмидесяти процентов. Но я все-таки питала свой интерес к подобному мероприятию. Во-первых, исследование пещер будет дополнительно пометкой в моей карте, как полевого сотрудника. Раз это зона повышенного риска, то и зарплата в этом месяце будет выше. А я ничего не имею против премии. Также Глапурон очень заинтересовал меня, и я имела некоторые вопросы к данному виду, которых не было у других. Правда, это означало, что я буду оторвана от общей группы исследователей и своей команды, но я не сомневалась, что они без проблем справятся с работой и без меня. Не такой уж я и незаменимый сотрудник.

— Отлично, госпожа Ангрэ. — довольно кивнул господин Рэльд. — Я очень рад, что вы сами вызвались туда, ваш взгляд профессионала будет весьма кстати и у вас также неплохая физическая подготовка для того, чтобы справиться с пещерами. Вам предстоит много плыть и ходить, — предупредил меня начальник, а я кивнула, давая понять, что готова к подобным «трудностям». — Кто еще? Мы не можем отпустить госпожу Ангрэ в одиночестве. Нам нужно как минимум два исследователя. Желательно мужчина, — с напором повторил руководитель, глядя то на Миндартиса, то на главу отдела промысловой океанологии. Последний удивленно приподнял брови и уточнил:

— Господин Рэльд, вы уверены, что исследование подводных пещер в моей компетенции? Не лучше ли будет отправить господина Норгена? — тут же перевл он все стрелки на горделивого. — В нашей береговой лаборатории для господина Норгена это первая экспедиция, я полагаю, что она должна быть увлекательной и запомниться ему надолго. К тому же, господин Норген и госпожа Ангрэ отлично ладят, почему бы не отправить их вместе? — предложил мужчина «гениальную» идею. Это было не мудрено. Так уж вышло, что в научном центре никто не заметил того, что мы поссорились и все продолжали думать, что мы с Миндом хорошие друзья.

— А вы говорите дельные вещи. — довольно кивнул начальник и больше из вежливости уточнил у Минда, нежели чем интересовался его мнением. — Господин Норген, вы же не против присоединиться к поездке и путешествию в подводных пещерах? Из вас с госпожой Ангрэ действительно выйдет неплохая пара исследователей, а ваши пытливые умы дадут нам самые точные результаты. Мы действительно можем положиться на вас, — продолжал говорить сладкие речи господин Рэльд, уговаривая эльфа. Миндартис то ли не мог, то ли просто не захотел противиться, а потому кивнул:

— Да, вы правы. Мы с госпожой Ангрэ постараемся сделать все в лучшем виде.

— Вот и прекрасно, — довольно хлопнул в ладоши руководитель и покосился на часы. — Это были основные новости, которые я хотел обсудить с вами. У нас осталось немного времени. Почему бы нам немного не отдохнуть в баре после трудной рабочей недели?

— Не думаю, что пить перед экспедицией хорошая мысль, — нахмурилась я, не ожидая от посиделок с коллегами ничего хорошего.

— Госпожа Ангрэ, вам и не предлагают. Вы и другие руководители, которые отправляются в завтрашнюю поездку, ограничитесь лишь хорошей едой и свежевыжатыми соками. А вот все остальные, — господин Рэльд подмигнул тем, у кого завтра должен был быть выходной, — могут хорошенько повеселиться сегодня.

Все с воодушевлением восприняли идею сходить в бар. Не могу сказать, что я очень любила подобные вечера в пятницу после итогового собрания недели, но посещала их исправно. Их проводили не всегда, но это стало чем-то вроде деловой традиции, которую в нашем коллективе было принято соблюдать. Пить никого не заставляли и многие ограничивались сладкими напитками и безалкогольными коктейлями. Господин Рэльд был свято уверен в том, что посиделки в баре будут сближать коллектив и сотрут грань между нами и его статусом начальника. Он действительно был нам скорее, как старший коллега, нежели чем руководитель, но я не была уверена в том, что это действительно верный подход.

Заведение, в котором мы проводили пятничные вечера, всегда было одним и тем же и располагалось в нескольких минут от научного центра. Еда и закуски были хорошими, а напитки не такими дорогими, как в соседних барах. Наверное, именно из-за этого сочетание заведение и стало нашим фаворитом. Да и владелица за эти годы хорошо нас знала и всегда припасала для нас столик в одном из внутренних залов.

Вечер прошел достаточно весело. Мы обсуждали то, как прошла неделя и делились веселыми случаями. Большинство из них, кончено же, касались наших студентов-практикантов. Они хоть и совершали много ошибок, которые нам потом приходилось править, но и тем самым они могли и повеселить нас чем-либо. Когда выходили из бара, то некоторые чересчур подвыпившие коллеги решили, что им нужно искупать в близстоящем фонтане. Дежурившие по улицам стражи тут же их оштрафовали, а я и другие коллеги, которым нужно было хорошенько отоспаться сегодня для экспедиции, сделали вид, что мы знать не знаем тех, кого потянуло в фонтан на поиски приключений — просто рядом стояли. Наши товарищи по лаборатории слишком уж увлеклись, а потому нам пришлось вызвать всем такси, чтобы отправить этих «исследователей» по домам.

— Тебя подвезти? — поинтересовался Минлартис, когда мы остались с ним вдвоем на улице. — Нам же все равно в общежитие, — подметил он. Это было справедливым замечанием. Зачем мне вызывать такси, если Минд на машине и нам действительно нужно домой?

— Если тебя не затруднит, — кивнула я, подходя к парковке.

Миндартис хоть и не поддерживал со мной разговор, но все равно предлагал свою помощь в подобных ситуациях.

— Итари, может быть, нам с тобой нужно поговорить? — спросил у меня Миндартис, когда мы выехали на дорогу.

— О чем? — приподняла я брови, разглядывая ночной город. — Об экспедиции? У тебя есть какие-то вопросы на ее счет? — предположила я.

— Нет. О том, что мы наговорили другу неделю назад, — напомнил мне Миндартис. — Раз нам с тобой предстоит вместе провести неделю в этих пещерах, то между нами не должно остаться никаких обид или недопониманий.

— Ты все еще думаешь об этом? Сам же сказал забыть о произошедшем, — я равнодушно пожала плечами.

— А ты нет? Разве ты не обижаешь? — Миндартис чуть-чуть сбавил скорость.

— Нет. Я не могу и не умею злиться слишком долго. Тогда был просто слишком сложный день для нас двоих, не больше.

— Кхм, — Миндартис слегка замялся. Кажется, он ждал от меня какого-то другого ответа. — Если все действительно так, как ты говоришь, я рад, — откашлялся Минд спустя несколько секунд молчания. — Итари, я бы хотел еще кое-что обсудить с тобой…

— Давай оставим все разговоры на другой день? — миролюбиво предложила я, протягивая Минду руку, когда мы подъехали к общежитию. — Звучит это уже смешно, но давай заключим очередное перемирие.

Миндртис слабо улыбнулся мне впервые за все то время и ответил на рукопожатие. Мы разошлись по комнатам. Я напомнила Кузнечику, что завтра уезжаю на неделю, а потому попросила его собрать некоторые вещи и разбудить меня пораньше.

***

В порт, откуда должны были отплыть наши подводные лодки я пришла лишь с небольшим рюкзаком. Кроме сменного белья я ничего из одежды не взяла, так как всю форму и рабочую одежду мы должны были взять уже на судне. Взяла пару записных книжек, в которых после подобных поездок не оставалось и свободного листика, а также несколько магических накопителей, амулетов. Кроме этого, я в последний момент положила с собой подводный фонарик, который работает без магической подпитки. Конечно, нам будет предоставлено все необходимое снаряжение, но в таких случаях будет не лишним перестраховаться.

Сейчас руководители, я в том числе, следили за тем, как загружают оборудования и другие коробки, предназначенные для исследования. Мы бы сделали это раньше, но из-за перенесенных сроков попросту не могли. Оборудование было бесценным и у меня едва не остановилось сердце, когда какие-то сотрудники не удержали коробку с ценным анализатором. Они не уронили ее в воду, зато знатно покалечили устройство. Оказалось, что они были из отдела химической океанологии. Миндартис сегодня не был той прелестной розой, как в другие дни, и наругался на них. Правда, в своей речи он использовал какие-то незнакомые мне слова. Как позже он подметил, то он может ругаться только на драконьем, поскольку не хочет осквернять родной язык подобными выражениями.

По итогу загрузки пострадал один анализатор и коробка с пятьюстами образцами грунта. Как бы мы ни старались обеспечить полную безопасность нашим работникам и оборудованию, это не всегда выходило. Когда все закончилось, то я смогла облегченно выдохнуть.

— Итари, ты идешь? — громко позвал меня Миндартис, стоя на самом конце причала, у третьей подводной лодки, которая отправлялась на те квадраты исследования, куда входил и наш.

— Почти, — пробормотала я, видя пропущенное сообщение от Сариэля.

Он знал, что я отправляюсь в рабочую поездку на неделю и сейчас желал мне удачи и продуктивной работы. Сариэль подметил, что у него тоже будут важные дела и он отправится в соседний городок, чтобы кое-что уладить.

Так как с Сариэлем мы виделись почти каждый вечер, то я понимала, что буду немного скучать по нему. Под водой не получится использовать артефакты связи, а потому увидеться мы могли только по приезде обратно. На самом деле, Сариэль правда мне нравился. Я понимала, что он работает в смежной со мной области, у нас множество общих интересов, он умен. Я, кончено, еще недостаточно знаю его, но в моей голове крутились мысли о том, чтобы уже наконец предложить ему встретиться без иллюзии. Но я все еще не была в этом уверена. Окончательное решение я планировала принять после экспедиции.

Как то обычно бывает, сразу после отплытия было проведено собрание руководителей, а затем уже главы отделов распределили работу и задания между самими исследователями. Наша лодка была самой маленькой из всех, так как квадрат исследований был наименьший. Зато именно у нас располагались хранилища и самые высокотехнологичные лаборатории. Также за плюс я считала небольшой буфетик, который располагался в самом сердце нашего судна. Пусть подводная лодка и небольшая, но в ней действительно есть все самое необходимое.

Когда экипаж закончил размещаться в каютах, а все формальности, собрания и лекции безопасности были проведены, то время близилось к полудню. Особых дел до того, как мы прибудем на место, не было, однако я позвала Миндартиса, двух наших коллег и двух стражей порядка для того, чтобы обсудить план дальнейших действий. Мне, на самом деле, не очень нравилось то, что с нами помимо исследователей должен был отправиться кто-то еще. Я была убеждена, что от этих стражей будет больше вреда, чем пользы, но все-таки отказываться от помощи мы не стали.

Мы планировали разделиться в процессе исследования — я пойду с Миндартисом и одним стражем, а семейная пара госпожи и господина Рэнэ пойдут вместе, также в компании одного блюстителя порядка. Пещеры имели достаточно большую продолжительность и часть была полностью заполнена водой. Как я поняла из данных, полученных от сканирования, нам предстояла на небольшой субмарине заплыть в пещеры. После этого они сужались и уровень воды снижался, позволяя нам передвигаться на чем-то другом. Течение в таких пещерах по обыкновению было быстрым и было решено воспользоваться каяками для дальнейшего исследования. Поскольку нам предстояло в случае чего нести их самостоятельно, то каяки хотели взять надувные. Стражи в процессе обсуждения задавали много глупых вопросов и не понимали, зачем нам вообще нужен каяк и почему именно он. Почему не байдарка или же каноэ? Разжевывать каждую мелочь мне не хотелось, как и брать в дело непрофессионалов. Мы привыкли к подобному, но что будет если со стражами что-то случится из-за элементарного отсутствия знаний? Кто понесет за это ответственность?

После того, как мы закончили обсуждение пещер, мы с коллегами тяжко вздохнули и переглянулись, прекрасно понимая, что нашей заботой номер один станут стражи, а не само исследование. Я не оставляла надежды на то, что у нас все-таки получится оставить их на подводной лодке. В конце концов, мы специально обучены и лучше всяких стражей знаем, как нужно вести себя в экстренной ситуации. Я не сомневаюсь, что они могут поймать злоумышленника, но знают ли они, кие действия предпринять в случае обвала пещеры?

Примерно к шести часам вечера мы прибыли на место. Судно заняло точку в нескольких километрах от тех пещер, куда нам предстояло отправиться. Взяв две маленьких субмарины приятно желтого цвета и загрузив в них все необходимое для нашей небольшой поездочки, мы отправились в пути. Все хорошо отдохнули и поспали, после того как закончили с делами, а потому вернуться на подводную лодку мы планировали уже завтра.

— Волнуешься? — поинтересовался Миндартис, заваривая себе и коллегам чай с приятно пахнущими травами.

— Я? — переспросила я, улыбнувшись. — Ни капли. Я в приятном предвкушении.

— Мне нравится твой настрой, — усмехнулся Миндартис и повернулся к семейной паре. — А вы? Переживаете? Я был немного удивлен, когда увидел вас. Редко можно увидеть семейные пары исследователей, которые даже путешествуют вместе, — подметил он не без улыбки.

— Мы познакомились десять лет назад в одной подобной экспедиции. Приятно найти не только спутника жизни, но и того, кто разделяет твою увлеченность в работе, — госпожа Рэнэ с нежностью взглянула на супруга, а мне невольно подумалось о Сариэле. Возможно, госпожа Рэнэ действительно была в чем-то права.

Спустя полтора часа мы прибыли к скалам, выступающим из воды. Перед нами встала проблема — в поездке наших горе-стражников укачало и у них начались тошнота и головокружение. Было принято решение вызвать к нам дополнительную группу, чтобы их забрали на главную подлодку, и они не мешались. Не могу сказать, что была сильно этим расстроена, скорее наоборот. Мы разделились парами и отправились на изучение пещер. Одна субмарина следовала за другой. Первой шла наша с Миндартисом.

Возле входа в пещеры было достаточно мало какой-то живности и растений, что заставляло задуматься. Да и на глубине мы были довольно приличной. Так как с освещением в подобных местах всегда было туго, то нам пришлось зажечь все огни на субмаринах и главный фонарь, который бы освещал нашу дорогу. К счастью, мы могли ориентироваться не только по тому, что видели, но и по нашим радарам.

— Миндартис, сделай свет немного желтее и мягче, — попросила я эльфа, как и он, сидя за панелью управления.

— Сделано, — кивнул Миндартис, оглядывая черноту, окружающую нас. Солнце уже садилось, а потому солнечный свет не попадал к нам.

— Начинаем? — выдохнула я, заинтересованно рассматривая пещеру. — Знаешь, Миндартис, подобные расщелины идеальные места для мурен, — пробормотала я мимоходом.

— Мурен? Почему ты так внезапно вспомнила о них? — удивился Миндартис и проверил связь с нашей парой позади. — Отлично вас слышу. Готовьтесь.

— Они просто очень уж мне нравятся, — улыбнулась я и, прежде чем отправиться в непроглядную тьму, пожелала нам. — Удачи.

— И тебе, — пробормотал Миндартис. — Начинаем исследование. Держаться на расстоянии не более двадцати метров, — вновь связался он с нашей соседкой-субмариной и уточнил. — Кто поведет? Ты или я?

— Я поведу, — без колебаний решила я, — а ты если что подстрахуешь. Старайся следить за датчиками и радарами, — попросила я эльфа, берясь за рычаги управления и двигая нас вперед.

Свет от субмарины освещал путь на несколько метров вперед. Пещера, в которой мы оказались, выглядела достаточно просторной и сейчас нам не было там тесно. Внутри, в отличие от внешнего входа, росли водоросли с красными прожилками, которые пробивались через некоторые расщелины. В растительности я не заметила каких-либо особенностей или странностей.

— Итари, у меня на душе какое-то нехорошее предчувствие, — пробормотал Миндартис, когда спустя пятнадцать минут на нашем пути появилась развилка. — Что будем делать?

«— Предлагаем разделиться. В случае какой-либо опасности или изменений свяжемся друг с другом», — предложила семья Рэнэ.

— Уверены? — Миндартис почему-то был немного напряжен.

— Это отличная мысль, которая позволит нам избежать двойной работы, — поддержала я идею. — В какой проход отправитесь? Правый сужается через несколько километров, а левый, по моим предположениям, должен иметь какие-то признаки жизни.

«— Левый. — тут же решили супруги. — Из каждого прохода мы возьмем образцы пород, растений и воды».

— Да, мы сделаем тоже самое, — довольно кивнула я. За семью Рэнэ я ни капельки не переживала, потому что знала, что они профессионалы своего дела.

Я повернула субмарину в правый туннель. Пока я занималась управлением, то попросила Миндартиса подойти к одному из отсеков, который открывался и позволял взять образцы. То ли Миндартис все-таки немного волновался, то ли просто был слегка рассеян, но он забыл стеклянные контейнеры для проб. Я не злилась на эльфа и просто предложила достать их из моего рюкзака, порадовавшись, что не стала пренебрегать советами внутреннего голоса. Я ненадолго приостановилась, позволяя Миндартису не торопиться. Пока он занимался делами, я продолжала рассматривать туннель.

В свете наших огней стены казались не то коричневыми, не то черными — трудно было разобрать это сейчас. Стены внутри имели некоторые особенности. Если большой проход, по которому мы с семьей Рэнэ шли вместе действительно напоминал мне пещеру: неровные стены, трещины, готовые к обвалу куски, то сейчас у меня возникали некоторые вопросы. Туннель был абсолютно гладкий, словно имел далеко не природное происхождение. С ходу я не могла объяснить подобный феномен, хотя некоторые идеи все равно были. Во-первых, здесь действительно ранее или же сейчас могли побывать какие-либо расы и прорыть туннель. Да, это тяжело и трудно, но могли. Также есть вероятность, что здесь обитают крупные змеи, чьи проходы отшлифованы от частых перемещений. Для них подобные скалы — отличный уголок для существования и размножения.

— Миндартис, ты можешь достать до стены? — уточнила я у эльфа, беря монофот, чтобы сделать несколько снимков туннеля, для последующего ориентирования и исследования.

— Да, а что? — Миндартис был предельно сосредоточен и осторожно размещал контейнеры для анализов в специальном коробе. Видеть его в работе спокойным и серьезным нравилось мне намного больше, нежели чем в повседневной жизни.

— Возьми на анализ немного каменной пыли с нее. Хочу кое-что проверить, — пробормотала я, понимая, что догадка со змеями в этом случае наиболее вероятна. Однако это заставляло задаться другим вопросом: какого размера тут обитают змейки?

— Тебя смущает гладкость стен? — безошибочно понял мои подозрения Миндартис. — Необычно, согласен. Не стоит исключать какие-либо магические всплески, которые были тут зафиксированы. Они могли оказать некоторое воздействие на пещеры и их формы, — предложил Миндартис еще одну идею. Она также казалась мне вполне правдоподобной.

Когда мы взяли все образцы, то продолжили наш путь. У нас не было конкретной цели, мы должны были за это время исследовать максимально возможные участки пещер, а потом на последующих развилках сворачивали туда, куда хотели. Хотелось подметить, что на развилках некоторые проходы не имели подобной гладкости. Мы не изменяли своим принципам и в каждом туннеле брали анализы. В подводных пещерах не было ничего интересного до того момента, пока проход не стал сужаться.

— Итари, у меня есть чувство, словно уровень воды понижается, — пробормотал Миндартис и вновь уточнил у меня. — Итари… ты правда не чувствуешь кое-чего?

— Да. Кажется, совсем скоро нам придется плыть на каяке, — подтвердила я предположения эльфа. — Что я должна чувствовать? Если что-то не так или ты плохо себя чувствуешь — скажи об этом сразу, — Миндартис его некоторая напряженность настораживали. Миндартис не из тех, кто мог бы опасаться замкнутых пространств.

— Ну… — эльф замялся, — у меня такое чувство, что мы не одни здесь. С каждым проходом это ощущение у меня лишь усиливается, — Миндартис включил огни чуть ярче. — Итари, может нам стоит…

Минд не успел договорить, как послышался неприятный скрежет. Туннель сузился до того, что мы немного поцарапались об стену.

— Миндартис, мы в океане. Здесь повсюду есть живые существа. Естественно, что кто-то может наблюдать за нами, — я была спокойна и не придавала словам Минда особого значения.

— Может быть ты и права. Что нам теперь делать? — горделивый посмотрел на меня в ожидании дальнейших указаний.

— Придется немного промокнуть, — усмехнулась я, подходя к небольшому ящику, где лежали надувные каяки.

Судя по нашим радарам дальнейшее путешествие должно было продолжаться уже на маломерном судне. Ради перестраховки один сдутый каяк я кое-как запихала в рюкзак на случай протечки.

— Ты когда-нибудь плавал на каяке? — уточнила я у Миндартиса, доставая двулопастное весло.

— Да, притом довольно недавно. На ваших пляжах достаточно много интересных развлечений, — кивнул Миндартис, переодеваясь в водонепроницаемый комбинезон, который помимо всего прочего сохранял тепло.

— Хорошо, тогда сядешь вперед. У тебя все-таки руки посильнее, чем у меня будут, — решила я, собирая волосы в тугой пучок, чтобы они не мешались мне.

Выключив все оборудование и связавшись с нашими коллегами, мы выплыли из субмарины. Комбинезоны нас все-таки не спасли, и мы слегка намокли, однако это было не критично. Ловко орудуя веслами, мы двинулись вперед. Теперь мы могли взглянуть на пещеру не из-под воды и это было весьма интересно. Однако было то, что меня вновь удивило. Мне казалось, что из глубин пещер разносится не то как-то скрежет, не то писк. Почему-то это напоминало мне те звуки, которые раздают летучие мыши. Но эта догадке противоречила нашему местонахождению. У меня не было галлюцинаций и Минд тоже слышал писк. Было решено двигаться на звук.

В туннелях было немного низко, иногда нам приходилось пригибаться, чтобы проплыть тот или иной поворот.

— В округе водятся черепахи? — уточнил у меня Миндартис, когда впереди показался очередной поворот.

— Нет. С чего такой вопрос? — удивилась я, выглядывая из-за спины эльфа. Над аркой прохода в следующий туннель было выцарапано изображение черепахи и каких-то рун. — Вау! — против воли восхищенно выдохнула я, беря в руки монофот. — Теперь это становится действительно интересно.

— Означает ли это, что здесь есть разумные существа, которые занимаются наскальной живописью? — предположил Миндартис, разглядывая весьма точное изображение животного.

— Живопись? Мне кажется, что это не простой рисунок. Древние народы и обитатели, жившие в пещерах, нумеровали коридоры рисунками и символами, — протянула я, привставая с каяка, чтобы поближе рассмотреть черепаху.

Большой панцирь, узкая и продолговатая голова, глаза расположены симметрично. Ласт не было. На панцире присутствовали узоры, характерные в большей степени для вида Недли- Эрсельт. Взяв блокнот из водонепроницаемой бумаги, я сделала себе такую же зарисовку. Не уверена, что мне это пригодится, но все-таки? Кажется, помимо океанологов сюда будут отправлены и другие исследователи…

Свернув в туннель с черепахой нас ждало весьма интересное открытие. Здесь был свет, которые излучали нежно-фиолетовые ракушки, прилипшие к гладким стенкам пещеры. Вокруг летала какая-то синяя пыль, которая также светилась. Это выглядело очень красиво. Подобные оттенки после темных пещер были непривычны для наших глаз. В какое-то момент меня даже одолело желание остаться здесь подольше.

— Здесь совсем другая атмосфера, нежели чем в предыдущих проходах. Кто они? — удивился Миндартис, заворожено рассматривая первый живой организм на нашем пути.

— Не знаю, я не сталкивалась с чем-то подобным, — в моих глазах разжегся еще больший восторг. Столько неисследованного и неизученного на одном пути окрыляло.

Достав из рюкзака контейнеры, мы соскребли в них несколько раковин. Реагируя на наше вмешательство, они тут же поменяли свой цвет на желтые. Это было интересно. Чаще всего изменять окраску имеют свойства водоросли, но уж никак не моллюски.

— Итари, — позвал меня Миндартис, когда я пробовала прикоснуться к ракушкам нитями магии, — лучше не использовать силы здесь. Не хотелось бы как-то повлиять на магический фон в этих местах.

Тут с Миндартисом я не могла поспорить и, взяв весло, подметила:

— Такое чувство, что мы опустились немного глубже. Я не вижу дна, — я взглянула на воду, которая из-за света ракушек также казалась фиолетовой.

— Возможно, в этом туннеля другая глубина, — не стал отрицать Миндартис и попробовал уже своим веслом проверить глубину. Однако из этого ничего не вышло.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — я хитро улыбнулась горделивому.

— Хочешь нырнуть туда? — глаза Миндартиса горели приятным для меня энтузиазмом, и он с воодушевлением воспринял мое предложение.

Возможно, под нами ничего и не было, но в этих пещерах нам хотелось проверить любую мелочь. Взяв подводный фонарь и крепко привязав себя к каяку, чтобы меня не унесло течением, я прыгнула в воду, попросив Минда подождать меня на поверхности. У морских эльфов кроме пряди в волосах все-таки были некоторые свои преимущества и привилегии. Мы отлично видели под водой, и соленая вода нам не мешала. А также наши легкие были более развиты и натренированы для того, чтобы задерживать дыхание. Для моей работы это были весьма полезные бонусы.

В этом проходе действительно глубина была намного больше, чем в предыдущих. Ну, как намного? Я вообще не видела здесь дна. Стены туннеля также облепляли ракушки, которые под водой мерцали самыми различными оттенками. В исследовательских целях я решила занырнуть поглубже и предупреждая о своих действиях дважды дернула трос, который держал меня. Здесь действительно было сильное течение, и мы с Миндом не прогадали.

Чуть-чуть глубже ситуация была точно такой же — вокруг были только ракушки. Правда в какой-то момент я невольно запуталась в том, где находится каяк — было чувство, что эти моллюски, имели некоторые зеркальные свойства. Также на глубине было немного прохладнее, из-за холодного течения, проходившего там. Схватившись за трос, я выбралась наружу.

— Все хорошо? — Миндартис помог мне взобраться обратно на каяк и показал радар. — Я обновил данные пещер. Если я не ошибаюсь, то через пятьдесят метров этот туннель закончится тупиком. Ты нашла что-то интересное? Есть смысл погружаться?

Я ненадолго задумалась. С одной стороны я не увидела ничего интересного, с другой древние народы или какие-то другие существа, что бывали здесь выделяли эту пещеру от всех остальных.

— Давай доплывем до конца, попробуем прикрепить каяк к чему-то и погрузиться. Мне кажется, что мы действительно можем найти что-то интересное. Если же нет, то вернемся назад и исследуем другие развилки, которые мы пропустили. Подозреваю, что в этих пещерах должны быть похожие места с другими изображениями.

— Есть ли связь между черепахой и ракушками на стенах? — задумался Миндартис, а я улыбнулась.

— Мы исследователи и научные сотрудники, а не детективы и археологи. У нас немного другие задачи. Не стоит забивать голову лишними мыслями, — посоветовала я Миндартису.

— Разве тебе не интересно? — усмехнулся он и подметил. — На самом деле, я не уверен, что сюда отправят кого-то помимо нас. Слишком затратное мероприятие, — дал свою оценку Миндартис, активно работая веслом.

— Не отрицаю, — пробормотала я, доставая из рюкзака несколько масок с запасом кислорода. К счастью, магия, совмещенная с наукой, значительно упрощала жизнь, и мы с Миндом могли не беспокоиться о запасах кислорода и легко пополнять его запасы.

Так как с подводным зрением у Миндартиса было не все так просто как у меня, то ему пришлось надеть плавательную маску, которая помогала четче видеть все объекты под водой.

— Господин и госпожа Рэнэ. Прием, — попробовала я связаться нашими напарниками через моноприемник, когда мы с Миндом уже собрались погружаться.

«— На связи», — почти ежесекундно ответили коллеги.

— Мы собираемся погрузиться на дно одного из туннелей, в котором заметили некоторые особенности. Мы наткнулись на неопознанный вид светящихся ракушек и изображение черепахи, — доложила я им о наших продвижениях. — Что у вас?

«— Мы встретились одну рыбу вида Глупурон. Кажется, она отбилась от стаи и была чем-то оглушена, но точную причину мы еще не знаем. Сужение пещер у нас не наблюдается, и мы все еще в субмарине. Пока что не встретили чего-то еще. Очень много развилок и встречаются пещеры с гладкими стенами, похожие на чьи-то проходы».

— Да, мы сейчас как раз в одной из таких пещер, — подтвердила я и наличие подобных проходов.

«— На наши радары попали достаточно странный вой из этих переходов. Возможно, это была погрешность устройств. Будьте на чеку», — посоветовал нам господин Рэнэ.

«— Возьмите с собой водный моноприемник и вышлите нам свои координаты. Когда мы закончим с главными проходам, то отправимся к вам», — сказала и госпожа Рэнэ, прежде чем мы прервали связь.

Соблюдая технику безопасности и выполнив все необходимые процедуры, мы с Миндартисом кивнули друг другу и спрыгнули с каяка. У каждого из нас были подводные кристаллы записи, которые были прикреплены к нашим костюмам для того, чтобы записывать все подводные путешествия. Также мы взяли с собой контейнеры для проб, куда уж нам без них?

Чтобы не потеряться в воде, пусть и немного освещенной ракушками, мы старались держаться не только рядом, но и за руки. Мы могли бы наладить мысленную связь, чтобы общаться и переговариваться под водой, но оказалось, что никто из нас не был хорошим менталистом. Поэтому решили даже не пробовать и не рисковать — не хотелось бы случайно повредить чужое сознание или увидеть сокровенные моменты жизни. В конце концов, язык жестов никто не отменял.

Освещая фонарями путь, мы медленно и плавно погружались на глубину, чтобы избежать перепадов давления и температур. Погружение — не то дело, в котором нужно спешить.

Вода с каждой минутой становилась холоднее, а течение усиливалось. Чем ниже мы опускались, тем больше вокруг становилась мерцающих раковин. По моим приблизительным наблюдениям мы погрузились уже более чем на двадцать метров, а дна так и не наблюдалось. Так как проход так или иначе был не слишком широк, то в какой-то момент мы заметили темную расщелину в стене. Ракушек рядом с ней не было.

Недолго раздумывая, я потянула Миндартиса именно к ней. Мы постарались осветить расщелину, но все равно не получалось что-либо рассмотреть. Миндартис покачал рукой, намекая, что здесь явно что-то не так. Оно и понятно было — гладкая пещера без каких-либо выступов и неровностей, а тут расщелина. Такое может сбить с толку, но глупо было бы не исследовать это место.

Путем жестов и переглядываний, Миндартис вызвался поплыть первым. Я не стала его останавливать. Подобные расщелины — прекрасное убежище для глубоководных обитателей, которые недолюбливают свет. На всякий случай я наложила на нас с Миндартисом щит. Не всякая зверушка будет доброжелательно настроена. Особенно, если ей нагло посветят в глаз яркими фонариками.

Однако вопреки моим ожиданиям в расщелине никого не оказалось. Возможно, это была обычная, никуда не ведущая трещина и мы лишь зря потратили время. Но мне хотелось верить, что даже если мы могли что-то упустить и не заметить, то наши кристаллы записи это зафиксировали. Лишь Миндартис продолжал нагнетать атмосферу тем, что у него нехорошее предчувствие.

Исследовав глубины прохода с черепахой и наконец достигнув дна, мы опять-таки ничего не обнаружили. Впрочем, было слишком наивно надеяться на сверхнеобыкновенные открытия в первый день исследований. Я была сторонницей того, что у каждого творения природы есть душа. И у этих пещер есть не только она, но и хранители. Навряд ли бы кто-то захотел открывать тайны того места, которое должен оберегать. Скорее наоборот. Я была готова к поворотам и проказам духов пещер. Возможно, я верила в это из-за того, что в своей практике уже сталкивалась с подобными явлениями не один раз.

Исследовать здесь было нечего, а потому мы стали неторопливо выплывать на поверхность, чтобы встретиться с семьей Рэнэ, обсудить новости, поесть и немного передохнуть. Когда мы поднялись на поверхность, то пребывали Миндартисом в небольшом смятении — нигде не было и намека на ракушки или фиолетовый свет. Словно их никогда не было здесь. Если бы не каяк, который неизменно стоял на месте, то мы бы подумали, что выплыли в другом проходе.

— Эти пещеры такие странные, — пробормотал Миндартис, когда мы забрались в каяк и стали выплывать из туннеля.

— Из-за этого работать намного интереснее. Было бы скучно, если бы нам не пришлось прилагать усилия для того, чтобы выяснить что-то, — оптимистично сказала я, ловко орудуя веслом. — Мы провели в этих переходах около семи часов, если не больше. Нам стоит немного передохнуть и исследовать другие развилки.

— Когда вернемся на главную подводную лодку? — уточнил Миндартис, прекрасно запомнив дорогу к нашей субмарине.

— Вернемся, когда закончатся контейнеры для проб, — усмехнулась я. — Я думаю, что еще два таких заплыва и нам потребуется полноценный сон.

— Согласен, — поддакнул Миндартис и пробормотал, — утомительно, что приходится тратить время на обратную дорогу.

В какой-то степени Минд был прав, так как путь назад без каких-либо остановок занял у нас около полутора часов. По пути мы столкнулись с семьей Рэнэ, которая также взяла каяк и отправилась на наши поиски. Так как наша субмарина была ближе, то мы все переместились внутрь и достали хранившиеся в лодках консервы. В том, чтобы есть креветок в томатном соусе из железных банок, находясь на достаточно большой глубине посреди скал, было особое очарование.

Пока мы ели, то отсматривали кристаллы записи с нашего погружения. Так как особо важных событий не было, мы немного ускорили запись.

— Постойте! Остановите на предыдущей минуте, — воскликнула госпожа Рэнэ, которая пристально смотрела на экран, так и не притронувшись к креветкам.

— Ты что-то заметила? — нахмурился ее супруг, а Миндартис послушно отмотал время записи назад и объяснил происходящие события:

— Мы с Итари решили осмотреть расщелину, но в конце был тупик и никаких признаков жизни. Мы подумали, что это всего лишь трещина. Возможно, она была вызвана недавними землетрясениями, которые произошли неделю назад в этой местности.

— Вы ничего не заметили? — госпожа Рэнэ подвинулась ближе и указала нам на угол экрана, жестом руки приостанавливая запись с кристалла. — Это! Что это? — она с непониманием взглянула вначале на меня, а потом и на Миндартиса.

Я отложила креветки в сторону, задумавшись. На экране было изображено два светящихся глаза нежно-зеленого света. Они появились всего на секунду, а затем исчезли в темноте. Я не могла объяснить это какой-то погрешностью, поскольку свет наших фонарей рассеивается и не отражается от каких-либо зеркальных плоскостей.

— Эта запись была сделана с костюма Минда. Я плыла позади, возможно, что-то могло попасть и на мой кристалл? — предложила я коллегам взглянуть на другой источник наблюдения. Я не понимала, как в абсолютно темной пещере мы могли не заметить чье-то свечения? Или же данный свет проявился только на кристалле?

— Итари, может быть, тебе стоило просканировать пещеру другим потоком магии? — нахмурился Миндартис, а я немного не поняла, что он имеет в виду, из-за чего эльф пояснил. — Ты же говорила, что твоя бабушка была некроманткой? Какова вероятность того, что на кристалл попал призрак? Готов поклясться своим родом, что в этой расщелине никого не было.

— Существует множество вероятностей. Это мог быть и призрак, игра света, особая порода камней, духи, те же светящиеся ракушки и много другое, — сложила я руки на груди и философски подметила. — Не стоит делать преждевременных выводов.

— Поддерживаю, вас, госпожа Ангрэ. Лучшим решением будет отправиться туда вновь и все осмотреть, — поддержал меня господин Рэнэ, но не мог и не прокомментировать идею Миндартиса. — Господин Норген, ваша версия очень правдоподобна, но мы не можем выносить решения на основе нашего внутреннего чутья и предположений.

— Вы абсолютно правы, — улыбнулся Миндартис, ни капельки не расстроившись.

— Может быть, нам стоит отпариваться туда всем вместе? — уточнила госпожа Рэнэ, на которую записи с кристаллов произвели особое впечатление.

— Не думаю. Только потеряем время, — я была категорична и не намерена терять драгоценное время нашей экспедиции. — Я считаю, что нам стоит продолжить изучать туннели по первоначальному плану. Я хотела бы установить в проходе с ракушками несколько кристаллов, чтобы присмотреть за их поведением.

— Отлична мысль, госпожа Ангрэ, — довольно воскликнул мужчина и попросил меня. — Я был бы очень признателен, если бы вы взяли сделали копию рисунка черепахи при помощи бумаги и кусочка угля — методом понсировки. Можете использовать вместо угля что-нибудь другое. Не так важны материалы, как результат.

— Хорошо, мы постараемся сделать точную копию изображения, — уверила я исследователя и перешла к вопросам об их туннелях. — Что насчет Глапурона? Этот вид очень меня интересует. Были ли замечены их следы где-либо? Может быть, остатки еды или частицы чешуи? Никаких признаков жизни?

— Абсолютно никаких, — подтвердила госпожа Рэнэ. — Создавалось ощущение, что эта особь, — она кивнула на водную капсулу, в которой сейчас находилась рыба, — была оглушена мощным взрывом или же звуковой атакой. Я полагаю, что скоро она должна восстановиться и прийти в чувство, — описала женщина ситуацию.

— Вот как, — я покивала собственным мыслям. — Дайте знать, если найдете что-то, — попросила я и уточнила. — Какие у нас планы? Давайте проверим исправность оборудования и наши запасы и вновь отправимся в пещеры?

Мою идею единогласно поддержали. Пока Миндартис проверял на наличие каких-либо повреждений наши каяки и субмарину, я заполоняла кислородом маски для повторного погружения, а также подпитывала Глупурона нитями магии для его скорейшего выздоровления. Я считала этих существ разумными и полагала, что с их помощью мы сможем прийти к какой-либо разгадке или более продуктивным результатам.

Семья Рэнэ поделилась с нами дополнительными контейнерами для проб и анализов и ушла на свою субмарину, чтобы продолжить исследование подводных пещер. Мы тоже не стали задерживаться в лодке больше положенного и вновь отправились к туннелю с черепахой. На сей раз на стенах сидели ракушки, источающие белый свет. Я придерживала за ноги Миндартиса, когда он встал на бортики каяка, чтобы дотянуться до потолка пещеры и установить кристалл. Каяк не был готов к подобному применению, а потому опасно шатался, намекая, что может потерять равновесие. К счастью, все обошлось, и никто не упал. Погружаться в расщелину вдвоем было немного утомительно, а потому туда поплыла я, чтобы Миндартис немного сохранил свои силы, которые нам еще понадобятся сегодня. В конце концов, сегодня он главный по веслам, как бы то ни звучало.

За то время, пока мы отсутствовали, под водой мало что изменилось, кроме цвета ракушек и их расположения. Я установила небольшой камушек наблюдения прямо перед входом в расщелину и внутри. Вновь все осмотрела, но не нашла никаких следов рыб или же растений. Следуя совету Миндартиса, я решила взглянуть на трещину зрением того потока, на котором работают некроманты. Так я могла увидеть умершие души даже животных или какую-то нежить, но здесь по-прежнему было пусто. Когда я почти выплыла из расщелины, то услышала позади знакомый писк и шуршаний, словно кто-то перебирал мелкие камушки.

Я резко развернулась и осветила фонариком трещину. Никого. Но звук продолжал доноситься. Я подплыла к стене и приложила к ней ухо, понимая, что то, что я слышу всего лишь эхо и движение происходило где-то в другом месте. То, что здесь есть жизнь и мы тратим время не на осмотр камней, обнадеживало.

Когда я выплыла обратно к Миндартису, то он смог меня кое-чем порадовать. Пока я была занята делом, он не тратил время зря и запустил по пещерам небольшой магический огонек-маячок, который фиксирует активность магического фона. В соседнем проходе он получил какой-то странный сигнал и предлагал отправиться прямиком туда. Я без промедлений согласилась, подметив то, что желаю найти источник шума в этих пещерах. Не из пустого же места он берется?

Принцип нашего первого исследования был очень просто — всегда поворачивать направо. Так как по итогу мы пришли в тупик, то собирались рассматривать каждую ветку с проходами отдельно. Напротив туннеля с черепахой был более широкий проход, даже наша бы субмарина без проблем проплыла там, не задев что-либо.

В нем не было каких-либо поворотов — он был идеально прямым. Миндартис уверял меня в том, что где-то здесь получил какой-то магический отклик. В конце нас ждал очередной тупик.

— Привет, тупик. Меня зовут Миндартис Норген, — поздоровался эльф со стеной, а я улыбнулась, понимая, что Минд уже все-таки вымотался. Впрочем, от столь продолжительно гребли и у меня уже начинали болеть руки. — Кажется, тупик не хочет со мной разговаривать, — пожаловался мне Миндартис, когда я брала воду на анализ.

— Было бы куда хуже, если бы стена ответила тебе, — хмыкнула я, понимая, что подобное представление было разыграно, чтобы рассмешить меня и немного разрядить обстановку.

— В чем-то ты права, — согласился Миндартис и предложил. — Здесь ничего интересного, может нырнуть и посмотреть, что в воде? — указал Миндартис на воду. Возможно, это была игра света, но в этом туннеле вода казалась мне светлее и прозрачнее, нежели чем в предыдущих.

— Крепко держится? — на всякий случай проверял Минд надежность прикрепленного ко мне троса.

— Если у тебя есть сомнения, то можешь прикрепить еще один, — я указала на специально отведенный крюк, который располагался в районе талии. Минд не стал пренебрегать предложением и прицепил ко мне еще одну веревку.

Миндартис вновь остался в каяке, а я, надев кислородную маску, вновь погрузилась. Наш уговор был прост — если я что-то найду, то трижды дерну трос, чтобы Минд спустился. Если со мной все хорошо, но я хочу проплыть немного дальше или что-то проверить, то должна дернуть дважды, если ситуация критическая — один раз. Все было просто и понятно.

Включив фонарик, я осмотрелась. Я видела дно в примерно десяти метрах подо мною. Откуда-то явно шел свет, потому что очень уж вода была хорошо освещена. Здесь никаких расщелин не наблюдалось, зато дно было усеяно странными предметами. Опустившись на самое дно, я видела множество не то осколков, не то камней неправильной формы. Как они тут оказались пока не знала. Тщательно и скрупулёзно осматривая каждый из обломков, на одном из них я заметила что-то очень похожее на рисунок. Камень был слишком тяжелый для того, чтобы я могла сама подвинуть или перевернуть его. Но судя по той части, которую я видела, на нем был изображен кальмар. Решив оставить камни в покое, я продолжила осмотр дна. С глубины поверхность казалась очень темной. Это опять-таки напомнило мне о том, что где-то располагается источник света.

Дернув канат дважды, я решила отплыть в сторону выхода из туннеля. Он был слишком длинным для того, чтобы его было можно проплыть без чье-либо помощи, но ситуация того не требовала — в какой-то момент я наткнулась на то, что мы, кажется, и искали. Почти у самого дна в одной из стен была дыра, из которой просачивался яркий свет и равномерно рассеивался. Дыра была заделана железной решеткой, но, если очень постараться, то можно было пролезть сквозь чуть проржавевшие прутья. Дернув торс трижды, я принялась ждать Миндартиса при этом пытаясь заглянуть за решетку. От нее шло сильно течение, словно это была какая-то воронка. Из-за яркого света ничего разглядеть практически не получалось. Мне показалось, что я видела стаю проплывающих рыб, но, возможно, из-за яркого света это была лишь иллюзия моего сознания.

Миндартис подплыл ко мне минут через семь после того, как я позвала его. Жестом я поблагодарила его за то, что он появился так быстро и указала на решетку. Минд долго кружил вокруг нее, явно не зная, что делать с такой находкой. Предложила просочиться через прутья и посмотреть, что будет. По моим предположениям, меня должно было унести течением в соседний туннель или еще куда-то. Миндартис поддержал мысль, но подметил, что на подобное длинны троса может уже не хватить. Тут он был прав, а потому нам пришлось вернуться к каяку, чтобы переместить его поближе к решетке.

Миндартис даже попробовал выдернуть ее или сломать, думая, что она уже стара и сдастся даже от самого слабого воздействия. Но решетка была явно изготовлена профессионалами и не собиралась поддаваться на «провокации» горделивого. Я же не стала тратить силы на то, чтобы выбить прутья и, словно бы змейка, пролезла сквозь них. Я ждала пока Минд провернет подобный фокус и крепко держалась за прутья, чтобы течение не унесло меня раньше времени. Миндартис не был столь худ как я, а потому у него возникли некоторые трудности. Да и комбинезон добавлял несколько лишних сантиметров в объеме. В конце концов, Миндартис, немного раздвинув прутья, смог перелезть на противоположную сторону. Крепко взявшись за руки, мы отпустили решетку, позволяя течению унести нас. Когда я стукнулась головой об какой-то камень, то прокляла все своих предков о том, что забыла наложить на нас с Миндом щиты. Сотрясения не наблюдалось, но в голове все равно остались неприятные ощущения. Судя по мимике Минда ему тоже немного досталось.

В конце концов, течение выплюнуло нас через какую-то маленькую воронку в огромный подводный зал с высокими полуразрушенными колоннами прошлых тысячелетий. Колонны подпирали каменный потолок, а повсюду плавали небольшие медузы со светящимися щупальцами. Где-то проносились стайки незнакомых мне рыб. Какие-то были маленькие и едва заметные, другие же плавали в одиночку. На дне росло достаточно много растительности. Все выглядело так, словно мы находимся в открытом океане, если бы не замкнутое пространство в виде каменного зала.

Мы с Миндартисом восхищенно переглянулись. Это уже было действительно чем-то стоящим. Возможно, пещеры лишь оплетают такие залы, как этот. Что-то мне подсказывало, что эти колонны не единственное, что здесь можно найти.

Пока я делала снимки, Миндартис оплывал зал и поместил в водную капсулу несколько неопознанных видов для их дальнейшего изучения. Если в процессе исследования нам удастся обнаружить даже один новый вид, незарегистрированным в международном реестре, то экспедицию уже можно полноправно считать удачной. Больше в зале не было ничего интересного. Единственное, что смутило меня — деревянные доски и их обломки, которые были хаотично разбросаны, вновь доказывая нам то, что до нас здесь уже кто-то побывал.

Когда мы с Миндартисом уже собрались покидать зал, то вновь услышать странный вой. Теперь он был слышен намного лучше, и я действительно признавала то, что его издавало какое-то животное или же иное существо. Я жестом предложила Миндартису отнести водные капсулы в каяк и возвращаться, а я еще немного здесь осмотрюсь. Миндартис без лишних вопросов согласился.

Когда он ушел, то по коже пробежали мурашки от холодного течения. Или же не только от него. Я хоть и люблю свою работу, но это не означает, что я бесстрашна. Оставаться в этом зале одной было немного не по себе, несмотря на хорошее освещение.

Пополнив свою кислородную маску, я попыталась подплыть к самому потолку, чтобы поближе рассмотреть узоры на колоннах. Оказалось, на них действительно были выцарапаны какие-то символы и рисунки, которые не были мне понятны. Я могла различить лишь наброски морских обитателей. Подозрений о том, что здесь действительно кто-то жил становилось больше. Это место заставляло меня вспомнить старинные музеи искусств, которые я посещала, еще будучи студенткой. Мне казалось, что именно там я могла видеть что-то подобное. Но это было давно, и я не была полностью уверена в тех образах, которые моя память подсовывала мне.

Пока я занималась осмотром «архитектуры» или правильнее сказать ее остатков, ко мне подплыла полупрозрачная медуза, покрытая ярко-оранжевыми точками. Щупальца были длинными, а кончики настолько тонкими, что я едва могла их разглядеть. Не нужно было знать вид, чтобы лишь по окраске определить, что эта обитательница пещеры весьма и весьма ядовита. Комбинезон, конечно, защитит от действия яда, но это лишь одежда, а не волшебный амулет, спасающий от всех бег и невзгод. Медуза подплыла ко мне настолько близко, что мы с ней действительно могли соприкоснуться. Мне было интересно, что она задумала. Было не похоже, что ей не хватает пищи или чего-то того, что могу дать ей я. Просканировав медузу магическим зрением я осознала, что чувствую от нее, как и от всех других слабый отклик. Возможно, эти жительницы, как и Глапурон, не так просты, как хотят казаться на первый взгляд. Могут ли они также быть разумными? Магия или чье-то влияние?

Медуза оплыла меня трижды, словно присматривалась. Другие медузы также заинтересованно присоединялись к «хороводу», но через какое-то время им это надоедало, и они уходили назад. Несколько минут спустя медуза отступила, присоединяясь к своим подружкам-соседкам.

Я пребывала в задумчивости. Все медузы плывут в одном направлении, куда-то ближе к потолку. Стоит ли проследовать за ними? Однозначно, только вот соваться туда одной глупо. Да и длина троса кончается. Навряд ли здесь мы можем потеряться, а потому стоит отстегнуть веревки от каяка. Но только тогда, когда Миндартис вернется.

Миндартис должен был вернуться не раньше, чем минут через пятнадцать, а потому я продолжила исследовать уголки зала. Ту древесину, что валялась вокруг я взяла на анализ. В лаборатории я смогу определить породу дерева, а этот факт сможет пролить свет на многие наши вопросы.

Присев на какой-то камень, я стала наблюдать за тем, как в этом зале течет жизнь глубоководных обитателей. Никто из них меня не боялся и даже краб, рядом с которым я присела, не сдвинулся со своего места. Скорее наоборот — он попробовал зажать мой палец клешнями. Пришлось отодвинуться от краба, чтобы не вторгаться в его «личное пространство». В конце концов, это их дом, а не мой.

Когда прошло больше двадцати минут, а Миндартис не вернулся, я начала немного беспокоиться о горделивом. Попробовал выйти на связь с семьей Рэнэ, но здесь те потоки, на которых мы общались, не работали. Решив, что стоит проверить Минда, я направилась к той воронке, благодаря которой мы и попали сюда, но на ее месте была лишь стена и ничего больше.

Глава 5

Ситуация стала немного меня удручать — я нахожусь в каменном зале, из которого мистическим образом пропал вход и нет ярко выраженного выхода, а мой напарник, вероятнее всего, остался по ту сторону стены. Мы с Миндартисом сейчас были в примерно одинаковой ситуации, только у меня еще не работала связь и имелись медузки с рыбками. В принципе, мне будет не так одиноко здесь, как горделивому, но безопаснее ли? Не знаю. Если все плохо, и я застряла тут надолго, то точно не умру с голода.

Вновь попробовала связаться с коллегами и Миндом, но безрезультатно. Сидеть на месте и ждать чудесного спасения было глупо — Минд умен, но не всесилен, а использовать магию, чтобы образовать дыру в стене чревато обвалами. Чтобы оставить свои следы я оставила на булыжнике блокнот из водонепроницаемой бумаги. Там все равно не было ничего важного и того, что могло бы мне пригодиться в ближайшее время, а если найду выход, то заберу его позже.

Не став долго раздумывать, я направилась к потолку, куда и направлялись все медузы. Там я обнаружила очень и очень узкую трещину, которая вела в какой-то другой туннель. Медузки сжимались и просачивались через нее. Из этой же трещины был слышен вой и скрежет камней. Однако этот путь мне не подходил — я туда попросту не пролезу, да и не стоит лезть к медузам и мешать им.

От этого небольшого прохода мне пришлось отступить. Я хотела осмотреть весь потолок в надежде найти подобные, но более широкие ходы, которые нельзя заметить со дна. Я действительно обнаруживала какие-то трещинки, но они были еще меньше. Я несколько раз оплыла весь зал, понимая, что правда не могу найти чего-то, что могло бы решить ту ситуацию, в которой я оказалась. После долгого дня в мышцах ощущалась слабость, а руки после каяка и вовсе сильно болели.

Немного передохнув, я решила не отступать и попробовать немного другой способ. Я морская эльфийка или как? Сняв комбинезон, я сразу же взбодрилась от прохладной водички, и передвигаться без лишних килограмм стало значительно легче. Ступив босыми ногами на камни, я невольно улыбнулась от того, что водоросли щекочут ступни. Медузы приостановили свой ход и вновь заинтересованно приблизились ко мне, заводив хоровод. Это было тем, что мне нужно. Сняв с лица кислородную маску, я широко раскинула руки в сторону, пытаясь притянуть к себе потоки магии. Да, тут ее нет. Но есть медузки, которые при правильном контакте будут готовы поделиться ею со мной.

Я прикрыла глаза, чувствуя в каждой из медуз частичку магии. Светлые эльфы могут найти уединение и покой в лесах, я же пыталась «раствориться» в прохладном течении и попросить медуз о небольшом одолжении. Точнее о сделке. Мне нужно было немного их магии в обмен на мою, которая здесь не работала. Лишь чуть-чуть сил, которые бы позволили мне сделать расщелину в потолке немного больше и послать магический сигнал, просящий о помощи. Однако я понимала, что такая сделка навряд ли будет выгодна для них.

Подводные обитательницы раздумывали и сомневались, кружа вокруг меня, постепенно то сужая, то увеличивая круг. Ничего не вышло, будь это просто медузы, но так как они были чем-то схожи с Глапуроном, то мне приходилось терпеливо ждать их ответа. Тогда, когда воздух в легких начал заканчиваться, я почувствовала небольшой прилив энергии. Не все медузы откликнулись на мой просьбу, но я была рада, что мои нити сил и тесно связанные с природой эльфийские корни смогли убедить хоть и некоторых поделиться со мной магией.

Нырнув на дно, я подобрала кислородную маску и волной магии выразила медузкам свою признательность. Полученная энергия отличалась от привычной и должна была сработать в столь аномальном месте. Я, стараясь расходовать столь ценную магию экономно, отправила магический сигнал со своими приблизительными координатами с небольшим сообщением. Я предупреждала коллег, если они все же получал весточку, что я попробую найти выход через другой зал. После этого я вновь направилась к каменному потолку. Без комбинезона я действительно чувствовала себя намного свободнее. Теперь медузы понимали мои мотивы и не стали препятствовать тому, чтобы я воспользовалась их проходом. Любое неверное действие могло вызвать обвал, так как в каменном зале все держалось на добром слове и святых духах, а потому я очень аккуратно попробовала магией расширить расщелины, по кусочкам ломая камни. Мне хватило трех камней, чтобы я кое-как да пролезла в зал над нами. Медузки терпеливо ждали в сторонке и не мешали, лишь иногда неодобрительно пуская пузыри, когда их задевали падающие обломки. Пришлось вновь извиниться перед ними за предоставленные неудобства.

Втянув живот настолько сильно, как только могла, я пролезла в потолочную скважину. Поцарапалась, конечно, но это мелочи. Как только я смогла оглядеться, то была поражена от того, что увидела и счастлива от того, что взяла с собой монофот.

Это был каменный зал с более высокими и ажурными колоннами. Правда, он, в отличие от предыдущего, не был разрушен. Вокруг было много рыбы, моллюсков и медуз, которые сновали по своим делам. От них всех излучалась приятная магия, подобная той, что со мной поделились жительницы предыдущего зала. Но главным было не это. В центре лежала гигантская мурена, которая обвивала собой какое-то каменное сооружение. Она то и дело грозно рычала. Эхо отражалось от каменных стен и было слегка громковатым. Вокруг нее плавали рыбы смешанных оттенков: фиолетового, желтого и зеленого. Это был вид, который мы назвали Глапурон. Они были повсюду и создавалось ощущение, что они старались угодить этой мурене. Какие-то особи подтаскивали ей водоросли, другие накладывали побольше камней на строение в центре. Мою персону пока что не заметили, и я старалась не привлекать к себе особого внимания, чтобы не нарушить процесс работы. Я, конечно, очень люблю мурен, но я не уверена, что я точно также понравлюсь этой милашке, которая занимает четверть всего помещения. Теперь вопрос, кому принадлежали ходы в тех туннелях, что мы исследовали, плавно отпадал. Не хотелось бы встретить змейку на своем пути во время исследования.

Я старалась передвигаться медленно вдоль стен, чтобы не привлекать к себе внимания. Я хотела найти выход или то, что может быть походить на него, но этот зал ничем не отличался от предыдущего. Однако в какой-то момент ко мне подплыл Глапурон, обплыл меня один раз и задумчиво посмотрел, словно интересуясь тем, что я здесь делаю. Так как вид был разумен, то я потоками магии постаралась передать свои эмоции, рассказать об исследовательской экспедиции и том, как оказалась здесь. Рыба немного насторожилась и куда-то отплыла. Через несколько минут вокруг меня кружили уже три более крупных рыбы, примерно такого же размера, что жил в нашем научном центре.

Рыбы, которые сейчас, по-видимому, определяли мою судьбу, были в явном смятении. Им было нужно как можно скорее принять какое-то решение на мой счет, потому что мурена недовольно рычала и ее недовольство продолжало нарастать. Мысль о том, что меня могут пустить на обед или хорошую закуску, также посещала меня, но я старалась мыслить в позитивном ключе настолько, насколько мне позволяла ситуация.

В конце концов, мои опасение подтвердились и рыбы подтолкнули меня к мурене, которая почти заснула от всеобщей суеты. Глапурон подплыл к ней и нагло стукнул ее хвостом по лицу, пытаясь ее взбодрить. Подобное ей, кончено, не понравилось и она вновь грозно зарычала, оглушая своим ревом.

Когда она успокоилась, то вид что-то объяснил ей беззвучными движениями рта. За этим было очень интересно наблюдать и я старалась не пропустить ни одной детали. Сейчас я нахожусь в том месте, где мог бы родиться ни один десяток научных статей и исследовательских работ.

Мурена ненадолго задумалась, сладко зевнув и продемонстрировав свои зубки-иголочки, которые были немного загнуты назад. Она осмотрела меня оценивающим и пронизывающим взглядом. Фиолетовые глаза с нежно-бирюзовыми прожилками были большими и очень красивыми, а ее угольная кожа с лиловыми крапинками переливалась на свету. Спинной плавник, который тянулся вдоль всего тела, был белым и весьма выделялся на фоне общей цветовой гаммы. На ее фоне я была лишь букашечкой или мелким планктоном, который и за еду-то не годился. Мурена вновь зевнула и обвила меня в кольцо, немного сжав. Так как вся ее кожа была покрыта слизью, то мне стало немного неприятно от подобного прикосновения к открытым участкам тела.

Мурена, продолжая крепко держать меня, подплыла к одной из стен зала и, порывшись в зарослях водорослей, который там росли, достала какой-то обломок большого камня. Крепко взяв челюстями обломок, она бросила его в стены зала, от чего камень раскололся, а в стене, куда он попал, появилась воронка с ярким белым светом. Воронка была точно такой же, через какую мы с Миндом попали сюда.

Мурена что-то прорычала мне и отпустив, подтолкнула меня к воронке, давая понять, что мне пора уходить отсюда. Я была приятно поражена тем, с чем столкнулась, а потому вновь послала обитателям зала свою благодарность и, не заставляя всех ждать, направилась к воронке, которая засосала меня.

Когда я открыла глаза, то поняла, что нахожусь в том самом туннеле, где мы с Миндом оставили каяк. Однако теперь ни в одной из стен не было решетки с ярким светом. Каяк все еще был на поверхности, а потому я немедленно всплыла со дна.

— Миндартис! — радостно воскликнула я, увидев, что горделивый сидит в каяке и набирает в сумку контейнеры для проб.

— Что случилось? — немного напрягся Минд и широко раскрыл глаза. — Где твоя одежда? Ты так сильно головой об камни ударилась? Замерзла же совсем, — недовольно шикнул на меня Миндартис, помогая забраться в каяк. — Что случилось за те пять минут, пока меня не было?

— Пять минут? — переспросила я, понимая, что Минд явно ничем не обеспокоен и, кажется, даже не понимает, что с нами только что приключилось. — Ты не искал меня? — решила уточнить я напоследок.

— Я ушел чтобы убрать капсулы и взять новые контейнеры, а ты осталась в каменном зале. С чего бы мне искать тебя? Я только вынырнул на поверхность, — хмурясь не меньше меня, рассказал эльф свою версию событий.

Я сделала глубокий вдох уже совсем иначе оглядывая тот туннель, в котором мы оказались. Минд принял решение закончить исследование на сегодня и отправиться на субмарину, чтобы согреть меня и обработать мои некоторые порезы и ушибы. Пока Миндартис активно работал веслами я рассказывала ему о том, что произошло и о том времени, которое я провела в каменных залах. Чем больше Миндартис меня слушал, тем больше его лицо вытягивалось. Пока мы плыли к субмарине, Миндартис вызвал семью Рэнэ, прося их приплыть к нам.

На субмарине мне дали теплый плед и кружку горячего чая. Я не чувствовала себя настолько уж замерзшей, но дрожь по телу говорила сама за себя и была не согласна со мной. Миндартис не говорил мне ничего, давая до прибытия госпожи и господина Рэнэ отдохнуть. Минд лишь подметил, что я умница, раз мне удалось выбраться оттуда целой и невредимой. Исследования сейчас интересовали Миндартиса в самую последнюю очередь.

До прибытия наших коллег я даже успела немного подремать в субмарине. Когда проснулась, то увидела, что все уже в сборе и сейчас с необыкновенной оживленностью рассматривают кристаллы записи с моей внутренней одежды и снимки с монофота. Их действительно впечатлило то, что они увидели. Пока я дремала, было также принято решение возвращаться на главную подлодку, чтобы осмыслить все полученные результаты и хорошенько всем выспаться. Коллеги предлагали мне поспать во время дороги, но я отказалась, желая лично рассказать госпоже и господину Рэнэ то, что со мной приключилось. Пока я помнила все детали и подробности, то сделали множество записей и пометок. Сейчас практически все вопросы прояснились: туннели и кто их сделал, где находится вид Глапурон и чем они занимаются в этих пещерах, почему и чем была оглушена одна из рыб. Однако были некоторые и нерешенные задачи, связанные с неопознанными видами и самими рыбами, как разумными существами, владевшими магией. Проходы и каменные залы подводных пещер, чьи входы и выходы изменяются по желанию их обитателей также немного меня волновали. Возможно, мне просто повезло и мне попалась понимающая мурена, которая помогла вернуться. Но вдруг таких залов и пещер здесь намного больше, чем может показаться на первый взгляд? Все виды будут так доброжелательно настроены?

— Стоит ли нам уведомить обо всем случившемся высшее начальство? — задумчиво наклонил голову набок господин Рэнэ.

— Однозначно стоит, — кивнула я и усмехнулась. — Но не сейчас. Если расскажем о чем-то подобном, то уже сегодня нас вернут домой под предлогом повышенной опасности.

— Полностью согласна с Итарильдэ, — поддакнула госпожа Рэнэ. — Вместо нас сюда приедут стражи, которые ничего не знают и не понимают — сделают только хуже.

— Я полагаю, что нам не стоит отклониться от плана, — подал голос и Минд. — Продолжим исследование пещер и будем пристально следить за появлением подобных «воронок» и мурен. Данные о случившемся представим администрации после экспедиции в общих отчетах.

— Согласен с вами, господин Норген, — поддержал его коллега. — Отправимся в пещеры тогда, когда госпожа Ангрэ отдохнёт и наберется сил, — мужчина с улыбкой взглянул на меня. — Удивлен, что виды не реагировали на твою кровь и ранения, — подметил исследователь, указывая на мои ссадины.

— Я не припоминаю, чтобы они сильно кровоточили. Я заметила их уже тогда, когда оказалась в каяке, — пожала я плечами, признавая, что в каменном зале было полно хищников. — Может быть, я слишком мелкая добыча для них? По крайне мере, для мурены, — пришлось подметить мне.

— Поведение животных с твоего кристалла записи будет отправлено в столицу на экспертизу, когда мы вернемся, — проговорила госпожа Рэнэ, а я прищелкнула пальцами:

— Именно! Именно поэтому мы должны изучить все материалы и сделать копии прежде, чем «ведущая столичная лаборатория», у которой даже не выхода к морю или океану нет, заберет все образцы себе, как и заслуги этой поездки.

— Госпожа Ангрэ права. Как это было и три года назад, при обнаружении десятка затонувших кораблей, которые охранял гигантский кальмар, как свои трофеи, столица заберет все лавры себе, указав нас в самом конце как тех, кто лишь «содействовал в исследовании», — поддержал меня господин Рэнэ, который сам неоднократно сталкивался с подобной несправедливостью. — Господин Норген, — мужчина повернулся к нему, — вы, как исследователь не должны оставаться равнодушны к подобному. Мы писали жалобы в административный отел в прошлом месяц, еще до вашего приезда. Вам мы советуем также подписать ее, если не хотите остаться лишь с одним хвостом от целой рыбки, — строго сказал господин Рэнэ, а Миндартис понимающе кивнул.

— Я прекрасно знаю, о чем вы говорите. До меня также доходили слухи, что столичные исследователи слегка злоупотребляет своей квалификацией. Центр уже получал от нескольких университетов подобные жалобы. По мои данным, проблемы стараются устранить путем смены кадров, — дал нам краткую справку Миндартис. Я лишь пожала плечами — все покажет время и тот результат, который нас ждет.

Когда мы вернулись на главную лодку, то разошлись по каютам. Сон в субмарине перебил усталость, а потому я не смогла уснуть. Да и руки продолжали болеть.

— Не спишь? — удавилась я, выйдя из кают в небольшую комнату-гостиную и увидев там Миндартиса.

Расположение кают на этой подводной лодке отличалось от всех других. Была общая комната, из которой можно было пройти в две каюты. В общей комнате был холодильник, письменный стол и даже небольшой микроскоп. В общем. В каюте было все необходимое для комфортного проживания и работы. Сами лаборатории располагались на другом этаже. Путем расселения мы с Миндартисом жили в смежных каютах.

— Слишком много впечатлений за последние сутки, — устало улыбнулся Миндартис, откладывая книгу, которую он читал сидя в кресле. — А ты почему не заснула? — поинтересовался эльф, жестом предлагая занять мне соседнее кресло.

— Наверное, я неплохо подремала в субмарине. Думала, когда приедем просплю до самого утра, но не выходит заснуть, — объяснила я Минду, поджимая колени к груди. — Раз мы не спим, то, может быть, нам стоит заняться работой? — с воодушевлением предложила я.

— Итари, — Минд рассмеялся, — ты не успела выбраться из пещеры, как вновь начинаешь говорить о работе. Ты здесь на неделю, еще успеешь заняться делами.

— Разве тебе не хочется побыстрее проверить все те находки из пещер? — продолжала я настаивать на своем.

— Конечно, хочется, но не в такой час, — резонно подметил он, указывая на настенный часы. — Начнем работать после того, как поспим, — вновь покачал Минд головой. — Я не настаиваю, но и тебе советую так поступить. Поешь, попей чай, почитай хорошую литературу или поболтай со мной о чем-нибудь, — предлагал Минд альтернативы времяпрепровождения.

— Звучит действительно заманчиво, — улыбнулась я, понимая, что действительно не отказалась бы от очередного перекуса. — Тогда я действительно попью чай и проверю свои записи и заметки, которые я сделала при исследовании Глапурона в лаборатории. Возможно, я смогу найти что-то новенькое.

— Как скажешь, — покладисто сказал Минд, вставая с кресла. — Сиди, — жестом остановил он меня, — я сам сделаю тебе чай. Ты заставила нас немного побеспокоиться, — он покачал головой, доставая чайные пакетики из небольшой коробочки. — Я сделаю тебе чай на свой вкус, не возражаешь? — уточнил Миндартис, а я покачала головой.

— Я тоже беспокоилась о том, как вы будете искать меня, но оказалось, что вы даже не поняли случившегося, — усмехнулась я, поудобнее устраиваясь в кресле. — Какие у тебя впечатления после первого дня экспедиции? — широко улыбнулась я Минду, подметив. — Это явно не то, что ты ожидал.

— Однозначно, — согласился эльф. — Начнем с того, что до недавнего собрания я вообще не был намерен ползать по бесконечным пещерам в поисках необыкновенных находок. Я бы отказался от этого, если бы ты не вызвалась.

— Скажешь, что мне «не сидится на месте»? — предположила я, когда Миндартис почему-то замолчал. — Причем здесь я? Господин Рэльд убедил тебя отправиться на данный квадрат исследования, а не я.

— Если бы ты не предложила свою кандидатуру, то и мне бы не пришлось соглашаться, поэтому ты отчасти также в этом замешана, — извернул ситуацию Минд так, чтобы опять выставить меня крайней. Это забавляло. — В коллективе больше нет тех, кто мог бы составить компанию исследователя и быть полезным именно тебе, поскольку ты своим энтузиазмом можешь десятерых заменить.

— Приятно слышать похвалу моей работе, — широко улыбнулась я, благодаря горделивого, когда он поставил кружку и тарелку с бутербродами на журнальный столик передо мной.

— Я не часто хвалю кого-то кроме себя, поэтому хорошенько запомни этот день, — в привычной самодовольной манере Минд хмыкнул, но волосы поправлять не стал. Это порадовало.

— Время идет, а ты не меняешься, — пробормотала я, рассматривая Миндартиса. — Сколько времени прошло с нашего знакомства? — внезапно заинтересовалась я. — Месяц?

— Чуть меньше, — не согласился с предположением Миндартис. — Я посмотрю, когда я пришел в нашей центр и назову тебе точную дату. А что? Влюбленные парочки отмечают месяц с момента знакомства, а что отметим мы?

— Мы ничего не будет отмечать, — тут же запротестовала я. — Просто так спросила.

— Просто так ничего не бывает, — нравоучительно изрек горделивый. — Тогда я сам назначу какое-нибудь событие или мероприятие на день нашей первой встречи. У нас накопилось множество воспоминаний и моментов, которые можно вспомнить.

— Например, первую встречу и экскурсию, — подсказала я Минду, улыбаясь. Сейчас все те препирательства вызывали только приятные воспоминания.

— Тебе смешно? Знаешь, как я испугался, увидев тогда ту крысу на мусорке? — тут же встрепенулся Минд. — Ты не представляешь, на что я был готов, когда узнал, что это иллюзия, о которой ты «забыла» мне сказать, — тут же напал на меня эльф, ухватившись за ту ситуацию.

— Не понимаю, о чем ты, — рассмеялась я, сделав вид, что понятия не имею ни о какой иллюзорной крыске. — Спасибо за чай, — вновь поблагодарила я Минда, уже почти допивая напиток. — Знаешь, Минд я не думала, что мы с тобой так хорошо сработаемся.

— Я уже давно подметил, что в работе мы идеально совместимы. Подумай о том, чтобы написать со мной парочку статей, — подмигнул Минд, вновь присаживаясь рядом.

— Если быть честной, то я не очень люблю работать в команде, — уклонилась я от предложения.

— Правда? Если ты передумаешь, то мое предложение всегда в силе, — предупредил меня эльф, а я согласно кивнула. Может быть, когда-нибудь я этим воспользуюсь?

После приятного разговора и чаепития я предприняла очередную попытку уснуть. На сей раз у меня это получилось. Проснулась я около полудня, хотя рассчитывала поспать как минимум часов до трех или четырех дня. Но оно было и к лучшему.

Миндартиса в соседней каюте не было, а потому я сразу же отправилась в главную лабораторию, чтобы присоединиться к исследованиям. Кончено, у нас есть отдельная команда, которая сортирует образцы и работает с ними, но кто откажется от помощи?

Миндартис и семья Рэнэ уже были там. Я поздоровался с коллегами и с группой лабораторных исследователей в белых халатах, с эмблемами нашего центра. Все они были преимущественно из отдела Миндартиса, но я увидела парочку хорошо знакомых и мне лиц. Приятно было видеть коллег по отделу.

Работа в лаборатории шла полным ходом и было несколько сотрудников с других лодок, которые привезли сюда уже изученные образцы и сейчас сновали без дела, собирая различные сплетни. Выгнав тех, у кого не было весомой причины находиться в лаборатории, принялись за исследования. Лучше всего работа продвигается в тишине или же при неторопливой беседе, но уж точно не тогда, когда вокруг снуют любопытные сардины.

Миндартис уже успел провести анализ воды из каждого туннеля. В некоторых состав немного различался, имея незначительные примеси солей. Также в воде некоторых переходов чувствовались следы магии, которые оставляли обитатели. Так мы понимали, какие туннели были абсолютно безжизненными, а какие имели с большой вероятностью скрытые «воронки».

Господин Рэнэ еще вчера связался со своим хорошим знакомым-археологом и отослал ему некоторые из снимков. В том числе и копию черепахи, что весела над одним из входов. Пожилой эльф, который был специалистом в области быта и культуры древних цивилизаций, почти сразу откликнулся на просьбу друга и уже сегодня выслал нам собственное заключение. По его оценке, за стопроцентную достоверность которой он не мог ручаться, раньше подобные пещеры использовали мореплаватели в качестве складов и мест остановок для судов. Это объясняло нахождение каких-либо ящиков и древесины там, однако у меня возникал вопрос о надобности колонн в этих залах. Меня вообще в какой-то момент посетила мысль, что обитатели пещер могли сами себе сделать ремонт и построить все необходимое сооружение. Пришлось спустить себя с небес на землю: то, что вид Глапурон разумен и может перетаскивать камни, еще не значит, что они могут заниматься профессиональным строительством. Археолог, помимо всего прочего, добавил, что в древности было бы достаточно проблематично построить что-либо под водой, особенно такие залы, а потому есть вероятность того, что конструкция оказалась под водой уже после постройки. С этим я была согласна.

У нас, конечно, было много и своих версий того, как же так вышло и почему рыбки теперь хозяйничают в этих залах, но наша работа заключалась далеко не в этом. Анализ медузок и других обитателей пещеры — вот, что было по-настоящему важным. Медуза, сидя в капсуле, не проявляла каких-либо эмоций и терпеливо ждала своей очереди. Мы должны были провести стандартную процедуру осмотра — взвесить ее, сделать записи о внешнем облике, взять немного ДНК для анализа, который бы позволил определить наиближайшее совпадение с каким-либо видом или же родом. Такая процедура упрощала всю дальнейшую работу, поскольку мы уже могли опираться на какие-то изученные факты и данные.

Медуза в какой-то степени содействовала нашим исследованиям, а потому, когда речь зашла о ДНК, а мы даже не придумали как безопаснее для медузы это сделать, она откинула один свой из щупальцев и подтолкнула его в нашу сторону. Это было поразительно и в дневнике сразу же была сделана еще одна пометка, связанная с конечностями медузы. Обычные виды, насколько мне известно, на такие «пожертвования» не были способны.

Осторожно поместив щупальце в ячейку для анализатора, я запустила систему, вливая в него свои потоки магии, которые успели восстановиться после сна. Мне предстояло провести весьма кропотливую работу: система отсеивала неподходящие рода других известных науке животных, но там, где различия были минимальны анализатор уже не справлялся без посторонней помощи. Мне предстояло сравнивать ДНК полученной медузы с частицами других животных, занесенных в базу. Это чем-то напоминало мне игру, в которой из двух картинок нужно было найти десять отличий. Механизм работы был в чем-то схож. Спустя полтора часа моей кропотливой работы у анализатора, у меня было итоговое заключение. Вид медуз имеет очень близкое родство с одним нам уже известным и весьма ядовитым видом Шэлэс. Они обитают на больших глубинах и их случайное прикосновение может убить даже крупных рыб. У таких медуз определённо нет конкурентов или же врагов. Наш вид, как показал токсикологический анализ, тоже имел примесь ядов того же состава, но в других пропорциях и концентрациях. Было бы хорошо иметь кого-то, на ком было бы можно проверить действие от щупалец медуз. Подобным мы, конечно, никогда не занимались, и наука опиралась на несчастные случаи, но сегодня в качестве очевидицы была я и мое тело. Уже будучи в подводной лодке и принимая душ, я обнаружила на теле тоненькие полосы ожогов. Может и не специально, но мы с медузкамми все-таки встретились и соприкоснулись. Полосы лишь немного чесались, но для случного прикосновения это было естественно. Положив меня на исследовательский стол, коллеги сделали несколько снимков ожогов на ногах и спине.

— Если бы ты не сняла защитный костюм, то ничего бы этого не случилось, — подметил Миндартис, так же рассматривая меня и мое тело. — Знаешь, Итари, я и раньше это подозревал, но теперь тебе точно не стать «Госпожой Долин». Ты же знаешь, что на конкурс красоты не берут девушек со шрамами?

— Господин Норген, имейте совесть, — шикнула на него госпожа Рэнэ и уверила меня. — Не волнуйтесь, Итарильдэ, хорошее лечение и от ожогов и порезов и следа не останется. Ни одного шрамика не будет, — с нажимом повторила она, неодобрительно взглянув на Миндартиса, который весьма неудачно пошутил.

— Даже если останется, то мне спину не видно, — улыбнулась я, чтобы как-то подбодрить госпожу Рэнэ. У меня создавалось впечатление, что она переживает за меня и мое здоровье больше, чем я сама.

— Согласен, — поддакнул господин Рэнэ. — Она немного поцарапалась и получила пару ожогов. С кем не бывает? Зачем устраивать трагедию из-за сущего пустяка? И ни на какой конкурс красоты мы, господин Норген, госпожу Ангрэ не пустим. Умные и талантливые женщины не должны ходить по всяким сомнительным мероприятиям, — изрек мужчина, подавая мне отчет его исследования. — Те обломки древесины, что вы нашли, принадлежат тропическому дереву. Луан, если это вам о чем-то говорит. Остров с подобными деревьями расположен примерно в пятидесяти километрах отсюда.

— Я полагаю, что это опять-таки связано с тем, что раньше там был склад, — пробормотала я, понимая, что данная информация ничего не проясняет.

— С большой долей вероятности, — кивнул мужчина. — Я полагаю, что сегодня нам не стоит спешить. Нужно провести это день в лаборатории, а после вернуться в пещеры. Возможно, нам стоит вновь поискать каменные залы и спрятанные ходы. Рыбы обладают достаточно странной и незнакомой нам магической силой, но когда-то там жили и эльфы, которые должны были перемещаться без помощи подобных, уж позвольте мне так выразиться, фокусов.

— Склад очень старый и в нем случалось множество обвалов, — подала голос госпожа Рэнэ. — Да и судя по снимкам Итарильдэ, никаких иных способов зайти и выйти в зал нет. Только эти «воронки».

— Я полагаю, что у нас есть тот, кто может решить эту проблему, — встрял Миндартис и кивнул на медузку. — Почему бы нам не выпустить ее в пещере и не проследить за тем, куда она направится?

— Идея неплоха, будь она просто медузой, но все зависит от того, кем она считает нас: союзником или врагом. Она может привести нас к каменным залам с то же вероятностью, что просто завести в тупик. Если бы я была на ее месте, то навряд ли бы позволила вторгнуться в свое жилище и уж тем более добровольно привести к нему, — высказала я свою точку зрения.

— Итари, не все медузы имеют скверный характер, — подметил Минд и добавил. — Заметь, я говорил исключительно о медузах, а не о тебе, поэтому не принимай это на свой счет. Она отдала нам щупальце по каким-то собственным соображениям, а мурены и рыбы вовсе открыли тебе воронку, отправив домой. Не похоже, что мы представляем для них какую-то угрозу.

— Вы оба правы, — приостановил нашу дискуссию господин Рэнэ. — Но нам так или иначе нужно что-то сделать, и господин Норген действительно предлагает дельные вещи. Не в обиду вам, госпожа Ангрэ, — почтительно кивнул мне исследователь. Я ни капли не расстроилась и даже не собиралась этого делать.

Когда все насущные вопросы были решены, а план на завтрашний день готов, мы принялись за анализ тех проб и контейнеров, что еще остались. Ничего интересного в составах нам не удалось обнаружить. Мы лишь подтвердили тоже, что уже и так было ясно: проходы с гладкими стенками действительно принадлежали мурене. На том небольшом количестве породы, что мы взяли обнаружились частицы ее слизи, которая полностью покрывает кожу. Частицы слизи были отправлены на отдельный анализ в соседнюю лабораторию.

Когда со всеми делами было покончено время медленно, но верно близилось к полуночи. Сегодня мы сделали если и не всю ту работу, которую можно было бы растянуть на неделю, то большую ее часть. Сотрудники лаборатории, конечно, были очень рады нашей помощи и ассистированию, лишние руки профессионалов никогда не повредят работе. Да, у нас еще будут какие-то образцы для исследований, но уже не в том количестве, которое мы привозим на подлодку в первые дни экспедиций.

Было решено поспать и по утру, часов в шесть, отплыть обратно в пещеры. Пока мы должны были отдыхать, наши технические специалисты занимались проверкой оборудования. Утром нам сообщили, что у всей подлодки сбились устройства и какие-то приборы. Специалисты ссылались на то, что произошел странный скачок магии, который и до этого фиксировали в этих местах. К счастью, оборудование сильно не пострадало и было восстановлено в кратчайшие сроки.

Сегодня мы не планировали разделяться вопреки вчерашнему происшествию. Зная о владельце гладких проходов, мы решили сегодня не соваться туда и еще немного понаблюдать за разносящимся по пещерам звукам и реву мурены. Мы осматривали те развилки, уровень воды в которых позволял нашей субмарине беспрепятственно перемещаться. Таких путей оказалось предостаточно, но чего-то нового мы не нашли. Единственной особенностью было то, что мы нашли еще один туннель с изображением над входом. На сей раз это была рыба-еж. Если моя память мне не изменяла, то я не могла припомнить их во вчерашнем зале. Однако с большой долей вероятностью подводные обитатели и каменные пластины были совершенно не связаны между собой. Миндартис не поленился переодеться в комбинезон, надеть кислородную маску и выплыть из субмарины, чтобы сделать снимки и копию рисунка.

Внутри этого туннеля также обитали светящиеся ракушки. Сходство этого вида нам не удалось установить уже с кем-то известным и эти прелестные создания оставались для нас одной из тез задач, требующих разрешения. То, что этот проход находился под водой нас весьма порадовало, ведь это избавляло нас от надобности работать веслами и частых погружений. Опустившись на дно туннеля и проплыв его несколько раз, мы убедились в том, что там также пусто. Лишь расщелина в стена, очень похожая на ту, что была в подобном проходе, явно имела не простое происхождение. Здесь мы также установили кристалл наблюдения.

После того как мы сделали все запланированные на сегодня дела, мы вернулись обратно на подводную лодку. Пости в каждом переходе мы расставили кристаллы записи, чтобы проследить за тем, что будет происходить в туннелях в период нашего отсутствия. Медузку мы решили выпустить чуть позже.

На главной подводной лодке я сразу же направилась в лабораторию, чтобы помочь коллегам. Я еще не так сильно устала, чтобы ложиться спать, а в каюте у меня нет никаких дел. Когда уже сами сотрудники намекнули мне, что им бы хотелось бы уже закончить рабочий день, пришлось признать, что мы действительно засиделись в лаборатории больше положенного. Поблагодарив всех за работу, я отправилась в каюту.

Миндартис, как и вчера, сидел в общей комнате и читал какую-то книгу. Название была на каком-то незнакомом мне языке, а интересоваться этим напрямую мне не хотелось.

— Вернулась? — Минд тут же отложил литературу в сторону. — Ты долго, — подметил он, глядя на часы.

— Удивительно, не правда ли? Хоть мы и напарники и занимается одними и теми же делами, но у кого-то из нас почему-то всегда остается свободное время, — хмыкнула я, проходя в гостиную.

— Что ты хочешь этим сказать? — приподнял брови Миндартис и с улыбкой уточнил. — Намекаешь, что я недостаточно уделяю внимания работе?

— Не суть важно, — пожала я плечами, не желая заострять на этом внимание. — Мы с тобой просто по-разному распределяем время, — подметила я очевидное.

— Справедливо. Не хочешь немного расслабиться? — с хитрецой в глазах уточнил Миндартис.

— Звучит многообещающе, но вовсе не означает то, что твоя идея мне понравится. Я подметила, что из всего того, что ты говоришь мне нравится лишь тридцать восемь процентов.

— Почему только тридцать восемь? — тут же зацепился за цифру Минд, позабыв о своей «гениальной» идеи, которую хотел мне предложить. — Куда делось все остальное?

— Пятьдесят процентов того, что слышу — бред, который ты вешаешь девушкам на уши. Те истории с необыкновенным вымыслом: про твое рождение под песню Небес, про то, как ты был разумен не по годам, а в десять лет уже плавал в открытом океане и голыми руками спас кита, который жил на южном полюсе. Это половина. Тридцать восемь процентов мне нравится. Туда входят разговоры о работе и каких-то отвлеченных вещах, когда ты не пытаешься ни перед кем красоваться или проявить себя. Если говорить об этом, то встреча с твоими друзьями запомнилась мне лучше всего. Оставшиеся двенадцать процентов касаются твоих идей и тех предложений, которые мне уже не нравятся.

— Мило, — хмыкнул Миндартис. — Пока я был занят делами, ты вела статистику? Может мне тоже стоит начать делать нечто подобное? — приподнял он брови и решил сменить тему. — Хорошо, Итари. Я запомню то, что ты сказала мне и обдумаю. А сейчас… может сыграем? — эльф достал из-за спины новую колоду карт.

— Сыграть? — я немного призадумалась. Идея мне нравилась, но, зная Минда, все не могло быть так просто. — На что?

— Я бы предложил на поцелуй, но думаю ты не согласишься, — «печально» цыкнул эльф.

— Твои мыслительные способности делают успехи. Еще есть варианты? — я задумчиво наклонила голову набок, пододвигая свое кресло к столу.

— Играть на желание глупо. Если выиграю я, то ты предложишь обнулить одно мое желание на те, которые есть у тебя в запасе. Выиграешь ты — просто скажешь, что в будущем буду что-нибудь тебе должен. Так не интересно.

— Не обязательно что-то ставить на победу, — пришлось заметить мне.

— Тогда пропадает азарт игры, — продолжал Миндартис раздумывать над поставленной задачей. — Может быть на какое-то признание? Знаешь же такую игру, когда нужно говорить какую-то истину на вопрос оппонента или же совершить какое-то действие в обмен? Почему бы нам не привязать что-то подобное к картам? Победитель может задать проигравшему любой вопрос и должен получить предельно честный ответ. Насколько позволяет вопрос, конечно.

— У меня такое чувство, словно ты опять что-то пытаешься провернуть, — пробормотала я, понимая, что у нас какие-то слишком запутанные условия для простой карточной игры.

— Ни в коем случае, — с честными глазам пообещал мне Миндартис, а я решила предупредить его.

— Если тебе нужно что-то спросить, то для этого не обязательно играть в настольные игры, — осторожно произнесла я, пристально следя за тем, как Минд вскрывает новую упаковку.

— Я знаю, что делаю, дорогуша, — усмехнулся он, а я закатила глаза.

— Какая еще «дорогуша»? Лучше карты тасуй как следует, — недовольно цыкнула я, когда несколько карт выпало из колоды. — Минд, я уже слишком хорошо тебя знаю, а потому говорю заранее: если ты будешь жульничать, то это будет наша первая и последняя игра, — я пристально следила за колодой и тем, что карты «случайно» не оказались в рукаве.

— Итари, настоящий эльф никогда не лжет и никогда не мухлюет, — обиженно взглянул на меня Минд и уточнил. — Во что играем?

— В «Жемчужину», — без раздумий выбрала я свою любимую игру. Не знаю, насколько велика была моя любовь к ней, но по моим подсчетам выигрывала я в двух случаях из трех.

— Хороший выбор. Весьма хороший, — одобрительно протянул горделивый, раскладывая карты. — Не знаю, слышала ли ты это выражение, но считается, что жемчужины — это морские слезы.

— Да, я действительно слышала что-то подобное в легендах, — без особого интереса согласилась я, а Минд немного огорчился тем, что фраза была мне не в новинку и не произвела должного впечатления, как могла бы.

Разложив карты, мы начали партию. Суть карточной игры была простой — собрать зеркальную комбинацию карт, которые олицетворяют раковину, и туза в центре, который должен играть роль той самой «жемчужины». Это было не сложно. Побеждал тот, кто собирал подобное сочетание карт раньше соперника. Конечно, задача осложнялась тем, что мы должны были «нападать» друг на друга так, чтобы соперник потерял наиболее ценные карты. В общем, это было довольно занимательно.

По итогу первого раунда я вышла победителем. Для удобства мы порезали немного фруктов, а потому я взяла несколько долек яблока.

— Я считаю, что это хорошее начало вечера, — весело подметила я, оставшись довольной своим последним ходом. — Итак, если следовать тому, что ты сказал, то я должна задать тебе какой-то вопрос, на который бы я хотела получить ответ? — переспросила я у Минда, изогнув одну бровь.

— Именно так, — подтвердил горделивый, все еще рассматривая лежащие на журнальном столике карты. — Я все еще не понял, как ты смогла так обойти меня, — поджал эльф губы и призвал меня к действиям. — Спрашивай все, что будет твоей душе угодно.

— Ладно, — я вздохнула. У меня не было каких-то незаданных Минду вопросов и чего-то того, что не давало бы мне покоя. — Начнем из далека. Ты смотришь футбол? И если да, то за кого ты болеешь?

— Я не смотрю спортивные передачи. Если говорить о спорте, то единственное, что меня вдохновляет: фигурное катание. Его я действительно готов посмотреть в свободное время. Уточняющие моменты? — приподнял брови Минд, собирая разложенные на столе карты в одну кучу. Я же покачала головой — вопросов не было.

В следующей партии по воле судьбы вновь выиграла я. На сей раз я спросила уже нечто более существенное: во сколько фирм и во что именно Минд инвестирует. Это действительно было интересно послушать. Как и было положено, на третий раз я проиграла. Не знаю, в чем была суть подобного, но я уже не первый раз замечала подобные закономерности.

— Итак, Итари, — Минадртис потер ладошки в предвкушении. Я была готова поспорить, что Минд попробует что-нибудь вызнать о Сариэле в лучших традициях всех наших споров и бесед. Но я ошиблась. — Будь какой-то праздник или что-то еще: какой подарок ты хотела бы получить?

— Ну… — вопрос Минда поставил меня в тупик, — мне всегда непросто выбирать подарки, а потому я знаю, как это трудно. Я буду рада любой вещи от своих близких. Также я ценю самодельные подарки, хоть сама редко кого балую подобным. В основном этим занимается Кузнечик.

— Но ты так и не ответила на вопрос. Оставим подарок. Что ты вообще хотела бы приобрести или купить? — подошел Минд к данному вопросу с иной стороны.

— Если быть честной, то я хотела бы купить растровый микроскоп высшей чувствительности для дома. Правда, пока не понимаю, зачем он мне нужен, если офис и лаборатория находятся в трех минутах ходьбы по переходу. Наверное, именно из-за этого я все еще не купила его, — улыбнулась я, будучи искренней в своих словах.

— Справедливое замечание. Но начать собирать домашнюю лабораторию никогда не рано. Ты же не до конца своей будешь жить в общежитии? Когда-то и замуж выйдешь, и семья появится, не думаю, что вы заходите жить там. Я все-таки сторонник того, что частный дом — залог успешной семьи.

— В этом есть доля истины. Я действительно когда-нибудь переезду, но вопрос: когда?

— Если у тебя все сложится с твоим парнем, то знай, что я с радостью получу приглашение на свадьбу, — предупредил меня Миндартис без какой-либо издевки. — Ты должна понимать, что я рассчитываю получить от тебя не только приглашение, но и лучшее место в банкетном зале, — подмигнул мне Минд.

— Что-то мне подсказывает, что если я забуду о пригласительном, то ты найдешь другой способ для того, чтобы попасть на мероприятие, — фыркнула я и раздала карты. — Еще будем играть?

— Разумеется, — с воодушевлением сказал Минд, рассматривая свой набор.

С Миндартисом мы отлично провели вечер, играя в карточные игры. Вопросы помогли обсудить множество интересных тем, и никто из нас не пересекал личные границы друг друга. Мне показалось, что мы с Миндартисом наконец-то смогли наладить те взаимоотношения, которые хотели в самом начале нашей «дружбы» — непринужденное общение по всяким пустякам. Также то, что у Минда пропал интерес к моей личной жизни меня немного удивило, однако в большей степени все же порадовало. Все-таки совместная работа сближает.

Попрощавшись и пожелав друг другу хорошей ночи, мы разошлись по каютам. Завтра должен был быть четвертый день нашей экспедиции, который, по нашим грандиозным планам, должен был принести не меньше плодов, чем первый. По пробуждению нужно было отсмотреть кристаллы, которые вели наблюдение за подводными пещерами всю ночь. Мы не были уверены, что на них могло попасть что-то действительно стоящее. Мы планировали еще раз осмотреть туннели, что так и оставались без нашего внимания, а после этого выпустить медузу и проследить за ней. В наших самых наивных и оптимистичных фантазиях, медузка должна была привести нас к какому-то проходу, о котором мы не знаем, и через который мы могли бы беспрепятственно проплыть в каменные залы, чтобы вновь там осмотреться. Разделяться мы также не планировали, но были готовы поработать веслами и взяли с собой несколько надувных каяков.

***

— Старайтесь не приближаться к ней слишком близко, господин Норген. Держитесь на расстоянии не менее пяти или семи метров, чтобы она чувствовала себя комфортно, — давал господин Рэнэ советы эльфу, который сидел за рулем управления нашей субмарины и следовал за выпущенной нами медузкой.

Мне было очень интересно, куда же эта жительница пещер заведет нас? И могут ли те, кто по каким-то причинам оказался за пределами каменного зала, вернуться назад? То, почему они находились лишь там, я понимала — там обилие мелких рыбок и водорослей. Увы, но такого разнообразия даже близко не было в туннелях. Встретить одинокую травинку на дне казалось чем-то удивительным для нас.

— Сделайте свет наших фонарей меняя ярким и более мягким, чтобы он не оказывал на нее особого влияния. Свет можно приглушить настолько, насколько это возможно, — продолжал исследователь инструктировать Минадртсиса.

Пока мужчины были заняты «преследованием», мы с госпожой Рэнэ следили за тем в каких коридорах и поворотах оказываемся. Наши датчики и радары, по какой-то причине отключились сразу после того, как мы оказались в пещере. Из-за подобной глупости возвращаться обратно и тратить время на дорогу мы не стали, а потому пристально следили за тем, где мы, чтобы не заблудиться. Однако мы были не единственными, кто беспокоился о количестве туннелей — у меня создавалось ощущение, что медуза была дезориентирована пребыванием в водной капсуле, так как порой она поворачивала обратно или могла внезапно изменить направление движения. Нас это не пугало, и мы продолжали следовать за ней. Правда, сейчас нам везло — жительница выбирала достаточно широкие туннели для нашей субмарины. Однако тот момент, когда нам было нужно сменить подводную лодку на каяки все-таки наступил. Глубина прохода резко изменялась впереди.

Медуза, будучи все-таки на нашей стороне, терпеливо ждала, пока мы выгрузим из субмарины два надутых каяка, погрузим на них часть оборудования и взойдем сами. В каяк вмещалось лишь двое. Я еще раз невольно порадовалась, что бесполезные стражи не путешествую с нами и не мешают. От них бы действительно не было здесь никакой пользы.

Когда мы наконец-то уселись по каякам, медуза выпустила пузыри и поплыла дальше. В конце концов, она привела нас в один из ходов мурены, в тот, над которым висел символ черепахи. Я уже догадывалось, куда именно она направится. Внутреннее чутье действительно меня не подвело, и медуза стала опускаться на глубину, давая тем самым знак, что нам пора спускаться следом. По моим предположениям, она собиралась отвести нас к расщелине.

Проверив рабочие комбинезоны и кислородные маски, мы нырнули в воду. Все-таки работать вчетвером было несколько спокойнее. Медуза вновь выпустила несколько пузырей и повела нас к единственной в стене трещине. Когда мы подплыли поближе, то медузка тут же юркнула внутрь. Внутри для нас всех было слегка тесновато. В свете наших фонарей расщелина казалась не такой уж большой и глубокой.

Медузка убедилась, что все вошли внутрь, выплыла наружу, словно убеждаясь в том, что рядом нет кого-то еще и направилась к концу трещины. Стена там была неровная, а с потолка то и дело сыпалась каменная крошка. Медуза без долгий раздумий опустилась к каменному полу, на котором уже лежали некоторые обрушившееся элементы конструкции. Она порылась там и в конце концов зажала в щупальцах какой-то осколок. Судя по угловатым формам и очертаниям, это была каменная фигурка черепахи, пусть немного и не аккуратная. Медузка приложила черепаху к предполагаемому центру стены, от чего каменная плита плавно отъехала. Подобные махинации произвели на нас неизгладимое впечатление.

Наша провожатая вновь выпустила несколько пузырей и проплыла внутрь каменного зала. Каменные плиты, после того, как мы оказались внутрь, вновь заняли свое первоначальное положение. Однако медуза явно позаботилась и об этом. По ту сторону стены, в такой же кучи обломков, лежало что-то похожее на черепаху. С помощью фигурки можно было выбраться обратно. Это открытие поразило нас и открыло для наших исследований самое сердце этих пещер.

Мы очутились в том же каменном зале, в котором я оказалась не так давно заточена. В потолке красовалась трещинка, которую другие медузки позволили мне проделать. На булыжнике по-прежнему лежала моя записная книжка. Однако сегодня в этом зале не было медузок. Наша провожатая, поняв, что сделала для нас все то, что могла, уплыла, давая возможность осмотреться.

Для меня в этом зале уже не было чего-то нового или же неизведанного, но для Миндартиса и супруг Рэнэ это была настоящая сокровищница неизведанного. Меня же в большей степени интересовал зал над нами.

Проведя в зале классический осмотр, потратив на него около двух часов, мы наконец поднялись наверх. К счастью, в нашей компании все были преимущественно худыми и высокими, а потому в разлом пролезли все без каких-либо трудностей. Однако в комбинезоне он был все-таки тесноват нам.

Вопреки моим ожиданиям мурены не было на месте. Я не знала, какой новостью это считать: хорошей или же плохой. Зато мы могли осмотреть не только зал, но и то строение в центре, которому я не смогла уделить должного внимания в прошлый раз. Тогда мурена обвивала его, а рыбы подкладывали камни. Сейчас мне было ясно, что эта конструкция походит на какую-то башню со странными символами вокруг. Каменная башня возвышалась почти до самого потолка. Строительство значительно продвинулась, ведь что-то столь большое я бы точно заметила. Однако предназначение сооружения так и оставалось неясным, как и то, какую ценность оно представляет. Конструкция не казалась кому-либо из нас надежной, а потому мы не рискнули прикасаться к чужому труду.

На некоторых стенах зала мы обнаружили каменные фрески, которые за то долгое время, что находились здесь, заросли мхом и прочей растительностью. Мы с господином Рэнэ острыми камнями срезали заросли, чтобы рассмотреть произведение искусства. Это, кончено, было не совсем тем, чем нам стоило бы заняться, но куда уж нам без здорового любопытства? Как то обычно и бывает, на стенах были изображены не то важные пиршества, не то обряды, которые принадлежали эльфийским кланам.

Так как мурена в зале отсутствовала, то и вся остальная живность куда-то подевалась. Это нас немного расстроило, ведь Глапурон был основной причиной исследования данного квадрата, а все остальное — лишь сопутствующие детали.

Когда мы закончили с осмотром и уже хотели возвращаться назад, то где-то за пределами каменного зада послышался знакомый вой мурены. Почти сразу же кусочки стен отъехали в сторону, выпуская из нор всех рыб. В том числе и вид Глапурон. Когда все обитатели покинули свои «домики», то камни вновь заняли свои места так, словно никогда и не откалывались — создавалось ощущение, что стены здесь монолитны и представлены частью какого-то когда-то большого камня. Но только что нам предоставилась возможность убедиться в совершенно обратном.

Мы тут же оказались в центре внимания рыб. Я была готова поспорить, что к нам вновь подплыли те же рыбы, что подплывали ко мне. Также по их взгляду мне показалось, что они узнали меня. После этого подплыла наша медузка, которая словно появилась из воздуха. И выпустила несколько пузырей. Мы с коллегами переглянулись, не зная, что стоит предпринять сейчас. Почему-то у меня создавалось впечатление, что сегодня нам здесь не так уж и рады.

Рыбы оплыли нас несколько раз и развернулись, поплыв в противоположную от нас сторону. Медузка подтолкнула нас, словно намекая следовать за ними. Нас подвели к стене, к которой также приложили какой-то осколок скалы. Мы оказались в небольшой не то комнатке, не то пещерке. Уровень воды там был ниже, а в потолке красовалась дыра с веревочной лестницей. В пещерке сидела даже на вид старая рыба блеклых оттенков. Она также оплыла нас, а затем взяла какой-то камень и нацарапала на другом какую-то надпись. Символы были смутно знакомыми, но разобрать их я не смогла. Зато поняла, что данный вид настолько опередил в развитии всех остальных, что обладает письменностью. Уму не постижимо… Сейчас это — необъяснимый прорыв в области науки и магии одновременно. Конечно, существуют разумные животные, но чаще всего они подчиняются своему хозяину, который наделяет их частичкой души и магии. Либо же вид Глапурон настолько гениален, либо же есть что-то или же кто-то, кому они подчиняются. Может ли этим «кто-то» быть та мурена?

Пока я раздумывала над данным феноменов, Миндартис активно начал жестикулировать руками. Наш эльф, который знал несколько языков и очень этим гордился, явно знал перевод. Однако жесты были для нас пустым звуком — пантомиму мы понимали плохо, да и не в нашей ситуации было в игры играть. Понимая, что объяснять нам что-либо жестами — бесполезная идея, он также взял камень и нацарапал на нем то предложение, только уже на родном нам языке. Надпись гласила: «Берите из библиотеки все необходимое для ваших исследований и уходите. Обычно мы рады гостям, но Ваше присутствие может помешать ритуалу. Если вы хотите поговорить с предводителем клана, то приходите через две недели после завершения строительства».

Мы с коллегами переглянулись, а Глупурон подтолкнул нас к веревочной лестнице, ведущей куда-то наверх. Судя по всему, именно в библиотеку. Мы уже были готовы подняться наверх, но Миндартис решил использовать тот козырь, которым обладал в данной ситуации. Они стали о чем-то переписываться с Глапуроном, Минд по ходу их «беседы» даже делал некоторые заметки. Мы ничего не могли сделать, а потому послушно поднялись в то место, которое рыбы называли библиотекой.

Так как уровень воды понижался еще в пещере, то в зале выше мы могли снять кислородные маски и обсудить все то, что нам довелось увидеть. В библиотеке было достаточно сыро и влажно, практически все деревянные полки прогнили, а книги были свалены на полу. В этой библиотеке никого не было. Однако в зале было достаточно светло — на потолке красовался витраж, через который проступали солнечные лучи. По моим прикидкам, уже вечерело и от солнца не могло поступать столько света, также учитывая то, на какой глубине мы находимся. Наша магия работала здесь со сбоями, а потому воспользоваться левитацией, чтобы осмотреть витраж и верхние полки мы не могли. Приходилось довольствоваться стремянкой, у которой также, как и у полок, прогнили ступени.

— Я даже не знаю, что нам делать, — пробормотала я, оглядывая несчитанное количество старинных книг и фолиантов. Большинство из них имели обложки из кожи или обработанный коры деревьев, что могло многое рассказать о тысячелетиях их создания. — Мы не сможем унести отсюда все, но и уйти ни с чем было бы глупо.

— Нужно отсортировать книги и выбрать самые «полезные» и «важные», — предложил господин Рэнэ, листая хрупкие летописи.

— Я полагаю, что нам стоит взять отсюда лишь несколько образцов, которые потом передать археологам. Пусть специалисты занимаются своей работой, — не согласилась госпожа Рэнэ с мужем.

— Я думаю это наилучший вариант, — поддержала я женщину, — неизвестно, где мы еще окажемся сегодня. Боюсь, если возьмем слишком много, то груз может помешать нам.

— Тоже верно, — потер господин Рэнэ подбородок, — я просто боюсь, что другой возможности может не выпасть нам…

— Мурена скоро вернется. Если рыбы сказали, что нам стоит уходить, то, возможно, в этом есть доля истины. Давайте сделаем снимки библиотеки и сегодня вечером сообщим об этом высшему начальству и администрации. О таком мы уже не можем умалчивать, — я вздохнула, понимая, что подводные библиотеки уже намного серьезнее, нежели чем какие-то туннели, работающие на магической основе.

— Что ж, тут я полностью согласен с вами, госпожа Ангрэ, — кивнул мужчина, поджав губы. — Все-таки, эти пещеры удивительны. Старинная библиотека, витражи, разумные существа и каменные фрески. Если быть честным, то я бы вновь отправился сюда уже вместе с археологами.

— Если же местные обитатели будут не против, — подметила госпожа Рэнэ, складывая несколько книг в водонепроницаемый рюкзак.

Пока мы осматривались, переговаривались и немного отдыхали, Миндартис провел у рыбы целое интервью. Когда Минд позвал нас обратно вниз, то все камни той маленькой пещерки были исписанные странными символами. Миндартис показал нам свой блокнот и жестом поторопил нас выбираться отсюда. В каменном зале вой мурены нарастал. Мы не задавали лишних вопросов и выбрались из обители так, как нам показала медузка. Миндартиса явно переполняли эмоции, но отвечать на вопросы сейчас эльф отказался, решив объяснить все уже на главной лодке в присутствии других исследователей.

По прибытии мы поспешили переодеться и перекусить, так как в процессе исследования времени на обеденный перерыв у нас не было. После этого мы отправились в главный зал, где к нам присоединились наши коллеги, которые также исследовали данный квадрат местности.

— Данный вид рыб, как вы все уже знаете, не только разумен, но и может поддерживать с нами контакт, при помощи староэльйфиских слогов. В настоящее время они не используются, но многие старые книги и пособия написаны именно на нем. Та особь, с которой мне удалось выйти на контакт, ответила на многие мои вопросы. Согласно тому, что мне удалось узнать, письменностью владеет лишь одна десятая часть. В семействе есть некоторая иерархия, которая определяет работу и навыки той или иной рыбы. Кто-то призван следить за порядком, кто-то прислуживает мурене, кто-то заботится о потомстве и многое другое, — Миндартис рисовал на доске в зале небольшую схему для наглядности собственных слов.

— Значит ли это, что вид Глапурон подчиняется мурене? — встряла я в его монолог, пытаясь прояснить детали.

— Отличный вопрос, Итари! — воскликнул Миндартис и принялся воодушевленно рассказывать. — Если я все верно понял, то все совсем наоборот. Вид Глапурон вырастил мурену для особого ежегодного ритуала. Сейчас они прислуживают ей, чтобы немного задобрить. Этот ритуал они проводят для рождение потомства. Рыбки вылупляются только после сильного магического всплеска и впитывают в себя его частицы. По моим предположениям, именно из-за этих частиц в их генах происходит мутация и они могут изменять магический фон. Поэтому мурена в этих пещерах вовсе не та, кого бы стоило опасаться. У вида существует кто-то вроде вожака или главаря, как и в любой группе особей. Увы, но узнать подробнее о нем мне не удалось — особь отказывалась отвечать на вопросы, связанные с этой темой. Строительство той башни также предназначено для ритуала. Та рыба призвала нескольких вожаков, и они согласились сотрудничать с нами и другими исследователями, что навестят их пещеры позже. Они попросили не проходить в залы и не тревожить мурену, иначе это может помешать ритуалу и новое потомство может не вылупиться. На этом вроде бы все, — Минд несколько устало плюхнулся на стул. Все исследователи обдумывали услышанную информацию.

— Я полагаю, что мы за эти несколько дней узнали даже больше, чем планировали, — покачала я головой. — Возможно, нам стоит прислушаться к ним и не заходить в каменные залы в ближайшее время. Они весьма вежливо и настойчиво попросили об этом. Спасибо, Миндартис. Без тебя мы бы навряд ли узнали все это, — я признательно кивнула эльфу, а господин Рэнэ усмехнулся:

— Госпожа Ангрэ, вы немного преувеличиваете заслуги господина Норгена в этом вопросе. Мы бы всегда могли вызвать специалиста по староэльфийским слогам и решить эту проблему. Но вы действительно неплохо справились, — все-таки не поскупился господин Рэнэ на комплимент горделивому. Миндартис же улыбнулся ему, стараясь не слишком гордиться собой в данной ситуации.

— Благодарю вас, но и вы проделали не меньше работы. Боюсь, без вас и вашей супруги нам не удалось бы проделать тот объем работы, что нас ожидал, — сказал Миндартис, поучительно кивнув госпоже Рэнэ.

После небольшого обмена любезностями, в конце концов все решили, что вся экспедиция принесла успехи лишь благодаря мне и той случайности, из-за которой я оказалась в каменном зале. Я не стала спорить с коллегами. Отправиться домой нужно было уже через два дня, а значит то время, что у нас есть нужно провести с максимальной пользой.

Я хотела немного подремать, а затем поработать в лаборатории. Добрые рыбы одолжили немного своей чешуи, вновь доказывая нам щедрость подводные обитателей. Вначале щупальца медузы, теперь чешуя. Приятно, что еще сказать? Такие ценные дары нужно тщательно исследовать. Образцов в лаборатории прибавлялось, а потому и завтрашний день я предлагала провести на подводной лодке или же выехать на исследование близлежащей к пещерам территории, чтобы помочь другим группам, у которых также много работы. Коллеги поддержали мое предложение и задали резонный вопрос: чем же заняться в последний день? В последний день обычно и так бывает много хлопот и забот, но я предложила осмотреть пещеры, чтобы забрать кристаллы наблюдения и все перепроверить в последний раз. Идея также была одобрена и когда это небольшое собрание было окончено, мы разбрелись по каютам. Сегодня я заснула почти сразу же.

Из-за нашего неправильного графика работы я проснулась в три часа ночи с четким ощущением того, что я выспалась. В гостиной было пусто, а потому я, стараясь не шуметь, заглянула в соседнюю комнату. Миндартис крепко спал.

Не став будить горделивого, я направилась в лабораторию, прекрасно зная, что там кто-нибудь все равно да есть. Я не ошиблась, ведь в лаборатории действительно работа шла полным ходом, несмотря на поздний час. Поприветствовав коллег и взяв список еще не исследованных материалов, я отметила в системе те позиции, за которые хотела взяться, дабы никто не делал двойную работу. Мне было не принципиально, что исследовать, все равно стоит сделать всю работу, не важно в какой очередности.

Присев за анализатор, который был моим фаворитом среди всей исследовательской техники, я принялась за изучение каких-то рыбешек, которые принесли мои коллеги. Стоило провести несколько анализов и сканирований, а затем отпустить их в аквариум, имитирующий окружающую среду. Далее те исследователи, которые отвечали за образец, решали, что с ним делать: отпустить к своим сородичам или же подробнее изучить вид в научном центре.

Когда время близилось к восьми часам утра, то в лабораторию ворвались несколько обеспокоенных охранников. У них был такой вид, словно у нас пробоина и мы скоро утонем. Однако проблема, которой они нас огорошили, была не менее серьезна. На второй подложке, которая отправилась на квадрат исследования А-2, случился взрыв из-за неправильного обращения с токсичными веществами. Сама лодка никак не пострадала, но вот помещения, образцы и некоторые сотрудники очень даже. Коллеги не имели смертельных ранений, лишь несколько хороших порезов и ушибов. Им повезло, что их задело не пламя, а лишь осколки. Критические ситуации случались всегда и без этого навряд ли могло обойтись, однако взрывы случаются не каждый день. Когда я об этом узнала, то мне захотелось выкинуть биотехнических специалистов и всех тех, кто следит за перевозкой биоматериалов, в океан на корм хищникам. Так как случившееся все же отчасти было в моей компетенции, то я и еще несколько исследователей и добровольцев отправились к коллегам помогать устранять поломки — исследования не должны пострадать из-за чьей-то оплошности. Дорога на достаточно большой скорости к другой подлодке заняла не меньше трех с половиной часов. Подводное судно данной группы было намного больше, чем наше и знакомых лиц я там встретила достаточно много. Коллеги встретили меня радостными возгласами, а какая-то практикантка с какого-то перепугу даже бросилась обнимать меня. Подобное поведение меня насторожило — не припоминала я того, что между мной и сотрудниками были столь теплые и доверительные отношения, особенно с практикантами. Кажется, взрыв чересчур сильно повлиял на неокрепшую нервную систему студентов.

Большую часть дня я провела у коллег, помогая им ликвидировать последствия взрыва и потери ценных образцов. Раз уж я тут, то стоило все основательно проверить. Меня мало интересовали другие отделы, у которых были свои руководители, которые должны следить за ними, а потому я прошлась по этажу биологической океанологии. Меня занимали не только исследования, но и тот порядок, который они поддерживают в мое отсутствие. Порой, если я уезжаю на конференции, то по приезде в лаборатории был настоящий бардак. Я не против «творческого беспорядка», но не на работе, когда подобное нарушает некоторые техники безопасности. К счастью, мужчина, который во время моего отсутствия был за главного, поддерживал все в идеальном состоянии. Не только коллеги и их добросовестная работа были поводом для положительных эмоций, но и их некоторые находки. Например, окаменелости ортоцерасов. Было очень интересно, как и где же они их обнаружили, но коллеги лишь весело переглянулись и уклончиво ответили, что это слишком длинная история и они расскажут мне ее чуть позже. Найти головоногих моллюсков прошлых тысячелетий, которые были предками современных кальмаров и наутилусов, поистине удивительно. Я, конечно же, не отказалась взглянуть на образцы своими глазами. Кажется, когда мы вернемся с экспедиции, то дома у нас работы будет неменьше, чем во время самой поездки.

В конце концов, на свою подлодку я отправилась в девять часов вечера, а приехала уже к полуночи. Хоть мои планы были немного нарушены сегодняшним происшествием, коллеги без меня не скучали и посоветовали мне хорошенько отдохнуть — завтра последний день и предстоит многое успеть.

Когда я пришла в каюту, то Минд вновь предложил сыграть в карты, но я отказалась — слишком уж насыщенным вышел денек. После моего отказа Минд в качестве альтернативы предложил выпить чаю или же кофе. Я согласилась на чай. Пока была в душе, то на журнальном столике уже были горячие бутерброды и чай. Поблагодарив горделивого, я взяла с полки случайную книгу и неторопливо перекусила, углубившись в сюжет. После этого мы с Миндартисом разошлись по комнатам, решив не засиживаться.

***

— Кажется, здесь ничего не изменилось. Нам точно стоит проплыть все туннели? — уточнил у меня Миндартис, активно работая веслами, а я лишь утвердительно кивнула.

Было решено в последний раз осмотреть туннели и собрать кристаллы наблюдения, прежде чем мы покинем это удивительное место и отправим сюда команду археологов и некоторых членов администрации. Конечно, для нас тут еще есть работа, но ее мы закончим при следующей поездке.

— Миндартис, тебе не кажется, что пахнет чем-то паленым? — нахмурилась я, когда мы повернули налево.

— Правда? — Минд удивился и принюхался. — Я ничего не чувствую, — пожал он плечами. — Правда, у меня сегодня, как и в наш первый день пребывания в пещерах, не лучшее предчувствие. Знаешь, я очень чувствителен к изменениям как в магическом, так и эмоциональном фоне. Как будто может случиться что-то плохое, — Минд передернул плечами. Если бы я знала, насколько прав внутренний голос Минда, то немедленно бы развернула каяк к нашей субмарине, однако…

После того как я почувствовала запах чего-то горелого в ушах послышался какой-то звон, а голову пронзила внезапная боль. Ее нельзя было назвать сильной, лишь слегка неприятной.

— Миндартис, у меня такое чувство, что нам пора выбираться отсюда, — мне стало немного душно и я расстегнула защитный комбинезон. — Мне кажется, что теперь и я чувствую то, о чем ты говорил. Воздух словно бы стал в десятки раз тяжелее.

— Я думал, я просто устал и это опять мои догадки, — покачал головой Миндартис, забирая висевший в туннеле кристалл записи. — Этот был последний. Мы закончили работу, поэтому нам так или иначе пора назад. Чем быстрее, тем лучше. Возможно, мы пришли сюда в какое-то неподходящее время, — пробормотал эльф.

Единственное что меня радовало — мы находились в туннеле, а не в ходе мурены, чтобы подозревать ее в подобных изменениях. Я не могла найти причин тому, что мы чувствовали. Возможно, это все же связано с обитателями этого места или сбоями магии, которые так часто фиксируются здесь. И я не беспокоилась о плохом самочувствии — долгое пребывание на глубине может вывести из колеи даже самых стойких и случайности бывают, однако случайности не стоит путать с последовательно случающимися событиями. Когда мы почти выплыли из широкого проходя, погасли наши датчики, отслеживающие передвижение внутри пещер, чтобы мы не заблудились. Мы уже неплохо здесь ориентировались, но это было недобрым знаком.

— Если моя память мне не изменяет, то сейчас нам нужно повернуть направо, — постаралась оптимистично улыбнуться я эльфу, пытаясь стукнуть прибор, чтобы привести его в чувство. Увы, но этот фокус не сработал.

— Уверена? — уточнил у меня Миндартис, хмурясь. Ему явно не нравилась эта ситуация.

— Нет, — я усмехнулась и взяла моноприемник для того, чтобы оповестить семью Рэнэ о нашей проблемке. Объяснив им то, где мы находились, они подивились подобному сбою и сказали, что прибудут через час — сейчас они находятся в противоположном конце пещеры.

Торопиться нам было некуда, и мы решили остаться на месте, чтобы не уйти еще глубже. Туннели хоть и не бесконечны, но блуждать по кругу и заходить в тупики здесь можно долго.

— Сыграем в карты? — весело рассмеялся Минд, разминая руки. Наша экспедиция и каяк явно заменили ему неделю хороших тренировок.

— Неужели ты и сюда их взял? — изумилась я, не понимая подобной тяги к играм в последние дни.

— Здесь не так много увлечений, поэтому я хотел сыграть партию пока бы мы плыли на главную подлодку, — объяснил Миндартис.

— Здесь не так много увлечений, но здесь достаточно работы для того, чтобы не скучать, — не без улыбки подметила я и все-таки махнула рукой. — Что еще делать? Доставай. Если уронишь в воду, то сам будешь объяснять следующей группе исследователей, откуда здесь подобное, — решила предупредить я Миндартиса.

— Без проблем, Итари. Во что ты хочешь сыгра… — Миндартис не успел договорить и достать карты, так как наши фонари замигали и в конце концов погасли.

Мало того, что у нас ломался радар, так мы еще остались без света в туннелях без единственного источника освещения. Почему такое не могло произойти хотя бы в том зале, где сидели светящиеся улитки?

— Кажется, сегодня нам действительно не везет, — закатила я глаза, щелкая пальцами, чтобы зажечь парочку светящихся огоньков.

— Действительно. Почему ты без толку щелкаешь пальцами? Колдовать разучилась? — цыкнул Миндартис.

— Раз такой умный, то сам попробуй. — призвала я горделивого к действиям, пытаясь смириться с тем осознанием, что в пещерах пропала и магия.

Миндартис несколько раз попытался зажечь свет, но у него, как и у меня, ничего не вышло. Сидеть в темноте без магии было как-то уж совсем грустно.

— Итари, может быть, ты обладаешь ночным зрением? — напряженно уточнил у меня Миндартис.

— Нет, — категорично ответила я, обдумывая, что можно сделать в этой ситуации. В конце концов, ко мне действительно пришла отличная мысль. — Мой рюкзак с твоей стороны? — учинила я и попросила. — Дай мне его.

Идеи было две. Первая — простая и вполне разумная. Вторая — сложная и имеет меньшую доля успеха. Начать я решила, конечно, с первой. В моих рюкзаках на «всякий случай» должен был лежать запасной повышенной яркости фонарик как на магической основе, так и самый простой. Ни один из двух, вопреки моим наивным ожиданиям, не заработал. К этому стоило быть готовой, а потому я перешла ко второму плану. В каком-то из карманов должен был лежать небольшой накопитель, в который я поместила частицы той магии, которую мне когда-то пожертвовали медузки. Я выбралась из пещер тем днем, не израсходовав своих силы полностью, а потому перенесла их, дабы исследовать или применить в критической ситуации позже. Не могу сказать, что там было слишком уж много магии, но на то, чтобы осветить туннель хватит с избытком. Правда, я не помнила, в какой именно из отсеков положила этот накопитель — портфель я укомплектовывала каждый вечер заново, вечно перекладывая вещи между карманами. Искать стоило осторожно, все-таки каяк достаточно узок.

Миндартис не задавал лишних вопросов, давая мне возможность спокойно наощупь найти амулет. Он, как назло, оказался на самом дне как та вещь, которую я сочла наименее полезной в сегодняшней поездке. Какие-то вещи я давала подержать Минду, ибо рюкзак был набит всем, на мой взгляд, необходимым под завязку. Однако я была не всегда аккуратна и, если судить по характерному всплеску, что-то упало в воду. К счастью, сегодня у меня с собой не было действительно важный вещей, которыми бы стоило дорожить. С каждым моим действием атмосфера в туннеле лишь становилась напряженнее. Но в конце концов, я нашла накопитель и взяв из него немного магии зажгла три огонька вокруг каяка. Не знаю почему, но свет вышел немного фиолетовым. Исправлять оттенок освещения я не стала — мы с Миндом не такие придирчивые.

— Отличный ход, Итари, отличный, — одобрительно протянул Миндартис и снова весело предложил. — Будем играть?

— Не думаю, что сейчас это уже хорошая мысль, — не согласилась я с горделивым, осматриваясь. Почему-то у меня было подозрение, что сейчас мы находимся не в том тоннеле, что ранее. Но, возможно, это всего лишь игра света.

— Не стану спорить, — согласился Минд и корячась, словно неуклюжая ящерица, попытался развернуться ко мне. Видимо, в данной ситуации Минду не хотелось сидеть ко мне спиной. — Господин и госпожа Рэнэ приедут через час? — переспросил эльф и без меня прекрасно зная ответ на свой вопрос.

Какое-то время мы с Миндартисом сидели в тишине, прислуживаясь к окружающим звукам. Ничего не происходило ровно до того момента, пока Миндартис не захотел подсесть ко мне поближе, со словами о том, что вблизи люди кажутся красивее. Не знаю, кого из нас двоих он имел в виду, но совершить маневр ему не удалось — наш каяк резко качнуло.

Мы с Миндом встрепенулись, пытаясь найти причину того, что произошло. Она действительно была. В тоннеле, где мы находились начинал закручиваться водоворот, который по каким-то причинам светился изнутри, а вода вокруг нас превращаться в подобие водяного купола или стены. Вот это уже точно было не к добру.

— Миндартис, что нам делать? — я с долей здравого опасения взглянула на эльфа. Мы все-таки на каяке, а глубина этого туннеля внушительная.

— Для начала можно надеть кислородные маски, — пробормотал он и быстрым движением достал трос для подводных погружений, зацепил конец за какую-то неровность стены. Нам повезло, что мы старались передвигаться вдоль стен, ведь если бы мы находились чуть дальше, то провернуть подобное навряд ли бы удалось.

Я не стала пренебрегать советом Миндартиса и ловко надела лежащие под рукой маски. Вначале на себе, а потом и на эльфа, так как он был занят установкой троса. Водоворот усиливался с каждой секундой и трос уже был натянут. Не до предела, но все же. Шанс того, что мы можем оказаться в воде достаточно высок, а потому стоит обеспечить себя запасом кислорода.

— Есть идеи, что нам делать сейчас? — решил уточнить у меня Миндартис, глядя в водоворот, свечение из которого лишь становилось ярче. — Есть вероятность, что это портал куда-то, но я не могу гарантировать это. А также… — Миндартис притронулся к водному куполу, который пытался подтолкнуть нас к воронке и тут же отдернул руку, пояснив. — Такое чувство, что в воде есть немного магии. Она достаточно больно ударила меня, — Минд показал мне покрасневшую ладонь.

— Я могу попробовать вновь применить магию из накопителя для того, чтобы послать на главную подлодку сигнал об экстренной помощи. Но сигнал может не сработать на такое расстояние, да и группа помощи может не успеть к нам.

— А портал? — Минд пытался подтянуть наш каяк за трос ближе к стене, но течение было сильнее.

— Я не пробовала открывать портал данной магией. Могут быть сбой и погрешности — можно сделать только хуже, — тихо ответила я, обдумывая ситуацию. — Давай я попробую — нам не остается большего, — все-таки решила я, вновь беря в руки накопитель с небольшими крупицами сил.

Миндартис сохранял спокойствие, не паниковал и лишь ободряюще улыбался, когда наши взгляды пересекались. Меня это радовало. Пока я занималась магией, Миндартис пытался сохранить равновесие каяка, который сильно качало. В какой-то момент водоворот замер и нас с Миндом оглушил пронзительный рев. Наверное, это была мурена, однако мы не могли ручаться за это наверняка. После этого водоворот в туннеле забурлил с новой силой, а из него стали выплывать странные черные сгустки. Но этой заминки Минду хватило, чтобы обвязать трос вокруг еще одного выступа на стене и уйти от воронки.

Я прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Одно дело — свет, другое дело — телепорт. Я попыталась сфокусироваться и отогнать лишние эмоции, которые все-таки присутствовали. Во-первых, эта магия хоть и поддается мне, но я не могу быть уверена в том, что могу полностью ее контролировать. Во-вторых, из-за отсутствия магии мы можем и не переместить на подлодку. Например, мы можем оказаться в случайной точке океана и выбраться оттуда может быть не проще, чем отсюда. Хищников за пределами пещеры никто не отменял, и они уж точно не будут разбираться в том, откуда мы и чего хотим как другие разумные существа. Были и другие риски, но они были уже менее вероятны, чем эти.

Миндартису с трудом удавалось поддерживать наш каяк в равновесии. К счастью, у него были защитные перчатки, которые помогли не стереть в руки в кровь об этот трос. В какой-то момент, когда я почти закончила плести нити для телепорта, я невольно передернулась от пронизывающего взгляда откуда-то из глубин пещеры. Плетение распалось, а я оглянулось. Мне точно не могло показаться то, что за нами кто-то или что-то наблюдает из темноты…

— Миндартис, ты не чувствуешь странную тёмную энергию с той стороны? — я сглотнула, прислушиваясь к собственным ощущениям и указывая туда, где должен бы находиться тупик.

— Прости, Итари, но я ничего не чувствую, — Миндартис прикрыл глаза, а на его лбу выступили капельки пота от тех физических усилий, что он прикладывал сейчас. — Итари, я не хочу на что-то намекать, но мне достаточно тяжело держать трос. Если ты не поторопишься, то мы рискуем попасть на дно.

Я поморщилась, понимая, что действительно слишком уж опрометчиво прервала плетение. Смотрел кто-то и смотрел, нельзя разве? Нужно выбраться отсюда, а уже потом думать и переживать о каких-то мелочах и взглядах. Прикрыв глаза, я вновь попробовала ухватить непривычные нити, сплетая телепорт. Мне данное искусство никогда не давалось просто и, как маги из известных романов, я не умела открывать их щелчком пальцев.

Кое-как я сплела нити телепорта, и очень вовремя. Силы Миндартиса кончились, он отпустил канат и трос лопнул от сильного натяжения, отчего нас понесло в самое сердце водоворота. На миг мне даже показалось, что телепорт не сработал, так как наш каяк почти перевернулся, но в самый последний момент, когда наше судно опасно наклонилось, яркая вспышка затмила свет водоворота. Свечение поглотило, а купол, окружавший нас, лопнул, окатив водой.

Спустя несколько мгновений мы с Миндартисом оказались в воде. Погрешность дала о себе знать и сейчас мы были явно не на нашей субмарине. Радовало лишь то, что кислородные маски все еще были на нас. Каяк также оказался погружен в воду. Не знаю, почему он перенесся вместе с нами, однако спасать тяжелые рюкзаки в этой ситуации особого желания не было. Из-за непроглядной темноты трудно было сказать, где именно мы находились, однако я умудрилась об что-то удариться головой во время переноса. В этом было мало приятного. Мало того, что синяк с моего предыдущего удара еще не успел зажить, так тут еще и повторное падение.

В темной воде ничего не было видно и Миндартиса, как бы я ни хотела, увидеть не могла. Умирать так просто в воде от удара головой было бы глупо и весьма обидно. Я попыталась по внутренним ощущениям определить то, где находиться поверхность или же Минд. Хотела выпустить несколько пузырей кислорода или же просканировать местность, но, к сожалению, удар оказался сильнее, нежели чем я думала. Поправив маску кислорода, я была готова к тому, чтобы потерять сознание. Минду, наверняка, досталось не меньше, а потому верить в чудесное спасение было бы несколько наивно с моей стороны. Так или иначе, даже если я потеряю сознание, то не умру от этого, у меня есть кислород и после того, как очнусь, смогу что-нибудь придумать. Полежу на дне, передохну. От сотрясения, конечно, бывают смертельные исходы, но удар должен быть очень сильным и должно начаться внутреннее кровотечение для образования гематомы, но мне все-таки казалось, что дело было в простом ушибе.

Когда я опустилась на каменистое дно, то, прежде чем отключиться, поняла, что мы вероятнее всего находимся в одном из туннелей. По крайней мере, в ближайшей округе преобладает песчаное дно. Если мы действительно находимся в подводных пещерах, то это плюс. Однако, что толку было переноситься при помощи телепорта, избегая водоворота, если мы с тем же успехом вновь оказались в воде?

Не знаю, как долго я лежала на дне, но очнулась от того, что в руку впивалось что-то острое. Судя по всему, это просто был какой-то камень, на который я так неудачно «легла». Увы, но, как бывает в тех же самых романах, пока я спала, прекрасный принц со совей спасательной группой не пришли за мной. А жаль, мне бы хотелось. Понимая, что спасать нужно себя саму, я поднялась со одна. Трудно было ориентироваться, когда ничего не видно. Магии также не наблюдалось.

Проведя разумную аналогию, что дно противоположно моему предполагаемому выходу, поплыла наверх. Я старалась плыть возле стены, чтобы не сбиться с маршрута, но ощупывала все выступы перед собой руками, чтобы вновь не стукнуться головой. В конце концов, я действительно выплыла на поверхность, где был кислород.

— Миндартис! Ты слышишь меня? — крикнула я в кромешную тьму, однако на ответ не надеялась. Хотелось верить, что Минд не пролеживал бока на дне, в отличие от меня, а уже далеко отсюда и приведет подмогу.

В темноте мне никто не ответил. Лишь где-то вновь раздался протяжный рык и вой мурены. Сейчас я была бы даже не против столкнуться с ней. Хоть от ее рычания и раздавалось эхо, я могла предположить, где находился каменный зал, а потому поплыла в противоположную сторону. Плыть под водой мне было проще, а потому я вновь нырнула, стараясь придерживаться за стену. У меня не осталось и крупицы магии — телепорт высосал все силы. По моим скромным подсчетам я плыла в неизвестном направлении около двух или же двух с половиной часов, иногда меняя направления от воя мурены. Не была уверена, что наткнусь на кого-нибудь или что-нибудь, но либо же наша субмарина, либо же семья Рэнэ, а может и спасательная группа точно должны были мне встретиться. Конечно, я делала своевременные перерывы, чтобы не выдохнуться раньше времени. Есть мне не хотелось — все-таки данная ситуация является стрессом для организма и все пищеварительные процессы приостанавливаются.

Мои усилия не были напрасны, а потому в какой-то момент я наткнулась на свет в глубине туннеля. Я на миг замерла, пытаясь понять, что это и двигается ли оно. Если глаза не врали мне, то свет действительно приближался. Я поплыла субмарине навстречу, подавая сигнал замедлиться. Судя по всему, это была наша с Миндом лодка. Об этом свидетельствовала окраска субмарины — нежно желтая, словно гроздь спелых бананов.

Я подплыла к ней и ловко взобралась по лестнице. Люк был открыт. Я пролезла внутрь, готовая радостно броситься в объятия Миндартиса, однако внутри никого не было… От этого мне вновь стало не по себе — ведь кто-то точно находился за рулем и открыл мне люк. Я вновь почувствовала на себя пристальный взгляд. Сейчас, в замкнутом пространстве, он был мне не более приятен, нежели чем в темной пещере. Чтобы как-то избавиться от назойливых чувств, я зажгла свет настолько ярко, насколько могла и обошла всю субмарину, чтобы не встретить непрошенных гостей. Кажется, это эта ситуация чересчур вымотала меня и мне начинает казаться то, чего нет на самом деле. Не очень хороший знак, если быть честной.

Вся произошедшая ситуация напоминала мне один еще мало изученный магами феномен под названием «пространственный карман». Забавная вещица, связанная с отсечение от магического фона и игрой нитей магии. Очевидцы часто говорят, что чувствуют чье-то присутствие и темные силы, которые из этих «карманов» или же по-другому «пространственных дыр» пытаются пробраться в наш мир. Явление редкое, крайне опасное и необычное, но очень многие в него попавшие, конечно, выживают. Удивительно, что мы с Миндом такие везучие, раз умудрились попасть в нечто подобное. Я, конечно, не могу быть уверена наверняка, но слишком уж много косвенных фактов на это указывают.

К моему огромному удивлению, оборудование в субмарине работало, а потому я просканировала все переходы и ходы. Где-то в глубине, если верить датчикам, был кто-то живой. Субмарина госпожи и господина Рэнэ все еще находилась в другой части подводных пещер. Неужели это опять игры с временем и здесь не прошло и нескольких минут?

Стараясь подумать об этом позже, я связалась с супругами, описывая чрезвычайную ситуацию и то, что я отправляюсь на поиски Минда. Пришлось подчеркнуть, что я не могу быть уверена, найти его именно там, куда меня ведет радар, поэтому им стоит пристальнее следить за всем, что двигается — телепорт мог сработать везде.

В конце концов, со мной связалась семья Рэнэ, говоря, что они действительно нашли Миндартиса, который плыл, как и я совсем недавно, вдоль стеночки, пытаясь найти выход или источник освещения. Когда я получило это сообщение, то смогла облегченно выдохнуть. Все-таки сбои оборудования никто не отменял.

Повернув субмарину, я направились к выходу из подводных пещер. Кажется, этот осмотр все-таки не стоило делать, как и использовать чужую магию в столь аномальном месте.

Уже на главной подлодке я увидела Миндартиса, с которым мы обменялись кивками. На нечто большее сил уже не было. Миндартису явно досталось при переносе: был бледен, но все-таки не жаловался и на все вопросы отвечал так, словно только что вернулся с увеселительной прогулки. Я не старалась делать вид, что все хорошо и попросила проводить меня в медицинский кабинет. Миндартис вначале мешкал, но когда на него немного надавили, то признался в плохом самочувствии. Геройствовать было поздно.

Пока мы с Миндартсиом приходили в себя в руках опытных лекарей, то неторопливо рассказывали о случившемся. В процессе оказалось, что наши с Миндартсиом версии событий сильно разняться. Он утверждал, что портал не сработал и мы с ним попали в водоворот, нас унесло течением. Все это время я была рядом с ним, и мы пытались найти выход. Но в какой-то момент я просто пропала. Миндартис начал переживать, что со мной что-то случилось и все это время провел на одном месте, пытаясь найти меня. Когда я поведала свою версию происходящего, то Минд посмотрел на меня так, словно я объелась мухоморов и пыталась доказать, что это очень вкусно.

Доктора и наши коллеги, с интересом слушая историю, подтвердили мои опасения и факт того, что мы побывали в пространственном кармане. Если люди попадали туда группами, то он разъединял их, создавая фантомы и водя путников за нос долгие часы, а порой и дни. Нам еще повезло, что темная энергия не стала долго мучать нас, опустив через несколько часов. Что насчет реальности, то там действительно не прошло и десяти минут. Так или иначе, но мы остались живы, а работу закончили. Хотя толку с этого все равно мало, учитывая то, что мы потопили каяк…

Супруги Рэнэ предлагали вернуться и достать наш каяк, но мы убедили их, что это может быть опасно, учитывая последние события, да и никаких важных вещей там не было. Они согласились с нами. Попросив нас хорошо отдохнуть, они пообещали уладить все дела и заполнить отчеты за нас. Мне не очень хотелось перекладывать на них свою работу, а потому я просто попросила принести бумаги нам в больничное крыло. Заполнить документы можно и на кровати, для этого не нужно прилгать особых усилий. После того, как нас покормили, я принялась за неспешное оформление отчетов, который я должна была предоставить как руководитель. Увы, но бумажную работу никто не отменял даже в экспедиции. Порой мне очень хотелось себе секретаря, который бы забрал себе если и не всю, то большую часть бумажной волокиты. Когда я заикнулась об этом на одном из собраний, то начальник был не против, но намекнул, что моя зарплата может «случайно» уменьшиться на двадцать процентов — пришлось изменить свою точку зрения по данному вопросу.

— Итари, зачем взваливать на себя весь груз ответственности, когда добрые коллеги готовы помочь? — слегка недовольно пробурчал Миндартис, с неохотой беря первую из папок для заполнения. — Что это вообще? — он нахмурился, вчитываясь в название. — Журнал наблюдений… — обреченно пробормотал он.

— У госпожи и господина Рэнэ и так забот хватает, — осадила я Миндартиса. — Не ной, а работай.

— После всего случившегося ты слишком жестока ко мне, — пробурчал Минд. — Знала бы, как я волновался о тебе, когда ты случайно пропала.

— Пропала не я, а фантом, — резонно подметила я, но все-таки также призналась в ответ. — Минд, не думай, что мне все равно. Я тоже и переживала, даже испугалась, но уже поздно наводить панику. Мне проще смириться с тем, что уже произошло, нежели чем вновь прокручивать события в голове и думать о том, что могло бы быть. Разве не лучше отвлечься от ситуации?

— Да, ты права, Итари. Но разве работа может помочь отвлечься? Намного лучше провести время за приятной беседой, — Минд поудобнее устроился на кровати, отодвигая папки в сторону. — Итари, — позвал меня Минд какое-то время спустя.

— Что? — уточнила я, даже не поворачиваясь к горделивому. Я не преувеличивала и не кривила душой, когда говорила, что у нас много работы. Не хотелось судорожно доделывать отчеты дома ночью, чтобы успеть сдать их администрации по утру.

— Итари, можешь что-нибудь рассказать мне о своем парне? Как его зовут хоть? — полюбопытствовал Миндартис, а я точно пришла к выводу, что с эльфом все в порядке, раз уж он снова интересуется подобными деталями.

— Отстанешь, если скажу? — устало уточнила я, а Минд с самыми, что ни на есть «честными» глазами закивал. Я уже была почти готова поведать Минду некоторые детали, как в палату вошли несколько лекарей, дабы проверить наше самочувствие.

— Так, что? Продолжим? — без замедлений спросил Минд, как только за нашими докторами захлопнулась дверь. — Кто он?

— Он — эльф, — уклонилась я от подробностей, понимая, что настрой говорить об этом пропал. — Но, если быть честной, то я скучаю по нему, — улыбнулась я, вспоминая Сариэля и наши прогулки.

— Если вы влюблены, то в этом нет ничего удивительного, — согласно подметил Миндартис, немного призадумавшись. — Итари, а как ты объяснила ему свое недельное отсутствие?

— Я не говорила ему деталей, просто сказала, что отправляюсь в рабочую поездку. Все-таки мы не настолько близки. У него также есть дела. Он уехал на неделю в соседний город.

— Мило, — Миндартис улыбнулся каким-то своим мыслям. — Итари, можно вызвать тебя на откровенный разговор? — понизил голос Миндартис до полушепота, а я закатила глаза, кивая. — Я бы хотел кое-что прояс…

Минд не успел договорить, как к нам опять вошли лекари уже другого крыла. Все очень беспокоились и желали проверить наше самочувствие. Не знаю, что именно хотел сказать к Минд, но к этой теме мы больше не возвращались. Так или иначе, я рада, что с Миндом и его душевным покоем все в порядке.

Но Миндартис со своей болтовней напомнил мне о Сариэле. Я не преувеличивала того факта, что скучала по мужчине. Кончено, не так сильно, как по брату и Кузнечику, но все же. Как только окажусь дома — сразу же напишу ему. Может быть, мы встретимся, обсудим новости и прогуляемся по парку? Так или иначе, я буду очень рада видеть его.

Наш последний день подходил к концу и подводные лодки направлялись к берегу. Все судорожно заканчивали последние дела и собирали вещи и оборудование. Отправиться в поездку я была рада не меньше, чем вернуться из нее. Всем сотрудникам, что были в экспедиции, давалось дополнительных три выходных дня, которые нужно использовать до конца месяца. Я еще не знала: стоит ли выходить на работу завтра или же отлежаться дома? Принимать решение самой не хотелось, а потому уже дома решила обсудить планы с Кливием.

Домой мы прибыли вечером, но из порта я ушла только в десять часов. Требовалось проследить за разгрузкой подводных лодок и убедиться, что все сотрудники отправились либо по домам, либо в научный центр. Уже довольно-таки поздно и порт — не самое безопасное место для ночных прогулок. Так как с Миндартисом нам было по пути, то в общежитие мы отправились вместе. Попрощавшись в лифте, я вышла на своем этаже, прекрасно зная, что Кливий уже спит, а Кузнечик занят оригами.

Кузнечик встретил меня радостными объятиями и тут же поспешил накормить меня ужином, полагая, что на подводной лодке меня морили голодом. Я не хотела беспокоить близких мне людей пустяками, а потому не стала рассказывать Кузнечику обо всем, что с нами приключилось в пещерах, разумно упуская некоторые слегка опасные эпизоды. Ни к чему переживать об уже прошедших событиях.

После небольшого перекуса, я поспешила принять душ и переодеться. Дома можно было по-настоящему расслабиться и мое тело подсказало, что завтра я навряд ли захочу идти в главный корпус. Возможно, мне правда стоит сделать перерыв? Я даже не взяла монофон и письма из тумбочки, сразу завалившись спать. Накопившаяся почта никуда от меня не денется.

***

Утром я проснулась от того, что отлежала руку. Это было не самым лучшим началом дня, но и не самим плохим. Я все-таки выспалась.

Поднявшись с постели, я выполнила все необходимые процедуры, которые полагается выполнять утром и стала перебирать накопившуюся за неделю почту: письма коллег, других научных центров, приглашения на какие-то выставки и музеи — исключительно деловая корреспонденция. Когда я взяла в руки артефакт связи, то против воли открыла «базу данных». Мне на колени тут же упал небольшой конверт — письмо от Сариэля. Через артефакт связи можно было отправлять не только магические, но и материальные сообщения. Внутри письма Сариэль рассказывал о своей поездке в соседний городок. Он сопровождал свое повествование красочными симками, которые вложил внутрь. Я была в том городке по работе, а потому прекрасно понимала, что Сариэль обошел самые живописные места и сделал весьма удачные снимки. Получить от Сариэля письмо было приятно.

Улыбаясь, я вложила письмо Сариэля в небольшой блокнотик, в который я записывала свои мысли. В том числе, и мысли о Сариэле. Я стараюсь не забывать важные детали, но мелочи все равно ускользают из вида, а потому записать надежнее, нежели чем пытаться держать все в памяти. Я записывала какие-то факты о Сариэле, его вкусы, предпочтения, увлечения, хобби и все то, что казалось мне важным для того, чтобы не забыть. Письмо я приложила к этим же данным.

Я не стала сразу отвечать на сообщения Сариэля, так как и без этого было множество других дел. Однако меня весь день не покидали мысли об эльфе. Мы очень хорошо общаемся и… не пора ли нам быть более честными друг с другом и снять иллюзии? Не тороплю ли я события?

Пока я ломала голову над «важными» вопросами об эльфе, кто-то настойчиво постучался. Брат проснулся и пришел на семейные посиделки. Пришлось вновь позавтракать. Пока мы болтали о каких-то пустяках, в дверь вновь постучали — подруги принесли немного продуктов, на случай, если я без сил и нет времени сходить в магазин после поездки. Такая забота была приятна, но пришлось напомнить, что у меня есть Кузнечик и брат, которые всегда обо мне позаботятся. Как только они ушли на горизонте нарисовались новые гости. На сей раз это была соседка напротив, которая куда-то уезжала и просила присмотреть за фикусом. Я не возражала и пристроила горшок с растением рядом со своими цветочками на подоконнике в гостиной. Мой дом начинал превращаться в какой-то проходной двор — только Минда и родственников не хватает до полного счастья.

Своими мыслями я сама на себя накликала не то беду, не то просто очередного гостя — Минда.

— Тоже фикус? — уточнила я на всякий случай, увидев в руках эльфа какую-то коробку.

— Что? — опешил он от такого приветствия, а я отмахнулась:

— Забудь. Что ты хотел? — я приподняла брови, не собираясь пускать мужчину в квартиру.

— Хотел кое-что отдать тебя, — Миндартис лучезарно улыбнулся мне и впихнул в урки коробку. — Внутри пара мелочей и приглашение на конференцию. Я, в отличие от тебя, — Минд усмехнулся, — был сегодня в отделе администрации. Так как мы с тобой побывали в пространственном кармане, то нас приглашают на конференцию, посвященной этой проблеме. По воле случая, она проходит у нас в столице через две недели.

— Хорошо. Спасибо за информацию, — признательно кивнула я Миндартису, пытаясь заглянуть внутрь коробки. — Если без шуток, то что внутри? — вновь спросила я, понимая, что она какая-то уж слишком легкая для своего размера.

— Пара приятных мелочей. Тебе понравится. Это дружеский подарок. Только прошу, Итари, не возвращай ничего в магазин, в котором это было куплено, — строго попросил меня Миндартис, а я пожала плечами, выгнув бровь:

— Означает ли это, что я со своей стороны также должна подарить тебе подарок? — нахмурилась я, не понимая, что я должна сделать в этой ситуации.

— Единственное, что ты должна сделать со своей стороны — сказать мне «спасибо», если тебе понравится содержимое коробки. Я не прошу от тебя больше, — улыбнулся Миндартис и поторопил меня. — У меня много дел, Итари. Мне пора идти, — Минд сделала вид, что он самый занятой сотрудник на свете. Это меня позабавило.

— Иди уж, — фыркнула я и вновь кивнула. — Спасибо за информацию.

Так как конференция была только через две недели, то коробка отправилась в угол гостиной. Потом открою. Однако кое-кому ее содержимое было намного интереснее, нежели чем мне.

— Итари, Светлые Леса, что это? — воскликнул Кливий, вскрыв упаковку.

— Кливий, откуда мне знать, что внутри, если я ее не открывала? — закатила я глаза, подходя к брату.

— Эээээ, — прокомментировал содержимое Кузнечик.

Внутри лежали два обещанные конверты и бело-синее платье с ажурным воротом. Строго и симпатично. Коробка была из того бутика, в котором Минд приобрел платье для посиделок с его друзьями. Я примерно помнила цены того заведения, а потому с любопытством искала его на не то подарке, не то подношении. Неужели Минду опять что-то нужно от меня? Решил позаботиться заранее о моей благосклонности? Увы, но какой-либо пояснительной записки приложено не было.

Кузнечику также понравилось платье, и он бережно повесил наряд в шкаф, не забыв упаковать его в специальный чехол для одежды. Решив оставить Минда и диалог об одежде на потом, я вновь начала заниматься домашними хлопотами. После недолго отсутствия было много каких-то мелких дел.

К двум часам дня я сделала все то, что хотела и у меня было свободное время. Решив не откладывать устройство личной жизни в долгий ящик, я позвонила Сариэлю.

«— Тари? Как я рад тебя слышать, — воскликнул Сариэль тогда, когда я уже хотела прервать нити связи. — Как прошла твоя рабочая поездка? Все прошло успешно?».

— Неделя выдалась очень насыщенной, — улыбнулась я и не стала ходить вокруг да около. Нет ничего лучше прямолинейности. — Сариэль, если ты сегодня свободен, то почему бы нам не встретиться этим вечером?

«— Встреча? Звучит отлично», — воодушевленно воскликнул он, а я сделала небольшое уточнение:

— Почему бы нам не рискнуть? Давай встретимся без иллюзий? — хоть я и испытывала доли сомнения, голос звучал достаточно уверенно.

«— Оу, — Сариэль на миг замялся, но тут же нашел подходящие слова, — знаешь, Тари, это действительно неплохая мысль. Ты действительно весьма симпатична мне, а потому мне было бы очень приятно узнать тебя вне «базы данных». Я свободен сегодня. Встретимся в парке на нашем месте в шесть часов?» — предложил мужчина, а я без промедлений согласилась. Но, прежде чем попрощаться, я предупредила его:

— Я буду в платье светло-зеленого оттенка и с распущенными волосами, — в моей голове достаточно быстро сложился образ для сегодняшней встречи.

«— Договорились», — в голосе мужчины мне слышалась улыбка. Я была довольна проделанной работой, но все же испытывала смешанные чувства: а что, если что-то пойдет не так?

До пяти часов я проводила время с Кзунечиком и Кливием — мы приготовили ужин и даже посмотрели какой приятный фильм. Настроение было отличным. Кливий предложил подвезти меня до парка, и я не стала отказываться от щедрого предложения. Идти на встречу без иллюзии было приятно и немного волнительно, в хорошем, конечно, смысле. Было бы глупо всерьез переживать из-за подобных мелочей. Даже если что-то пойдет не так, то у нас нет каких-то связей или обязательств друг перед другом.

Кливий пожелал мне удачи и уехал на дополнительные занятии. Я не терпела опоздания даже на свиданиях, а потому, благодаря моим настойчивым просьбам, я была в парке за двадцать минут до начала встречи. Кливий намекнул мне, что прийти на свидание раньше мужчины может быть не лучшим началом, пусть и не первого, но знакомства. Я лишь пожала плечами, продолжая стоять на своем: лучше прийти раньше, чем опоздать. Не думаю, что Сариэля могут смутить подобные мелочи.

Я подошла к ветвистому дереву, под которым мы всегда встречались, и присела на скамеечку, с любопытством оглядывая прохожих. Вдруг один из них — Сариэль? А что, если это мой знакомый или даже коллега? Как я отреагирую, если первая в очереди тех, кто против любых служебных романов?

— Господа Ангрэ? — на меня кто-то окликнул, а повернувшись, я увидела господина Рэльда с букетом синий роз в руках.

***

— Господин Рэльд? — удивилась я, не ожидая увидеть руководителя в парке в такое время. — Вы… — я перевела взгляд на букет точно тех же роз, что мне всегда дарил Сариэль. Сердце замерло, но я старалась не делать поспешных выводов. — Красивые цветы, — пробормотала я.

— Спасибо, госпожа Ангрэ. Вы тоже хорошо выглядите, я даже не узнал вас сразу, — непринужденно рассмеялся мужчина, присаживаясь рядом со мной на скамеечку. — Ждете кого-то? — уточнил он мимо ходом.

— Нет, никого не жду. Пришла посидеть на лавочке, — ответила я наобум, чтобы избежать «случайностей» или чего-то еще. Мое богатое воображение подсовывало много образов. — А вы?

— А я жду кое-кого, — господин Рэльд хитро улыбнулась. — Мы договорились встретиться ровно в шесть, — пробормотал он, поглядывая на наручные часы. — Она… — он не успел договорить, как его монофон завибрировал. — Да, любимая, — ответил он на звонок. — Что? Возле кафе? Я думал, что возле дерева, — рассмеялся руководитель и поспешил подняться. — Госпожа Ангрэ, извините за беспокойство, я перепутал место встречи со своей супругой. Хорошего вам вечера.

— И вам того же, — я облегченно выдохнула, понимая, что это всего лишь шутка судьбы надо мной.

Вот почему стоит меньше доверять всяким сервисам! Что если бы это действительно был кто-то знакомый или какой-то пожилой мужчина, который надел иллюзию красавчика и просто водил тебя за нос? Любовь — прекрасно, но если говорить об этом масштабных планах, то партнер должен обладать преимущественно позитивными качествами для создания потомства, которое по идеальным законам эволюции должно быть более приспособлено к окружающему миру, чем свои родители. Именно поэтому самки многих животных отбирают самцов — чтобы выбрать того, кто сможет дать наиболее качественное потомство. И любовь любовью, но есть много критериев, по которым спутник может внешне не «подойти». Если бы для меня это не имело никакого значения, то и не назначила бы встречу без иллюзии. Но если быть честной, то здесь есть и моя доля вины: стоило попросить Сраиэля описать свой наряд, чтобы не строить пустых догадок.

Переведя дух, я посмотрела на часы. До нашей встречи оставалось семь минут. Сариэль никогда не опаздывал, а потому я была уверенна в том, что и сегодня он придет. Однако…

Когда до шести часов оставалось пять минут, я увидела в конце парка Миндартиса. Куда уж без него. Я решила не обращать на горделивого внимание, понимая, что он направляется на встречу к своей очередной «девушке». Но эльф был явно со мной не согласен, так как остановился напротив меня, удивленно приподняв брови.

— Минд, что ты здесь забыл? — недовольно шикнула я на эльфа, понимая, что Сариэль должен прийти с минуты на минуту.

— У меня здесь назначена встреча, — ничуть не растерялся Миндартис и нагло присел рядом со мной. Пришлось невольно подметить, что у него в руках был точно такой же букет, что и господина Рэльда. Наверное, это какой-то популярный сорт. — У меня возникает закономерный вопрос: что ты здесь делаешь? — Минд нахмурился.

— У меня тоже встреча, но не кажется ли тебе это странным? — с напором повторила я.

— Парк небольшой, хороших мест немного, — отстраненно ответил Минд, а я сделала глубокий вдох.

— Почему ты всегда оказываешься рядом тогда, когда тебе не просили об этом? Я пришла первая сюда. Разве ты не можешь подождать у дерева напротив?

— Могу сказать тебе тоже самое, — парировал Минд. — Моя спутница будет ждать меня именно здесь и нигде больше. Если не нравится, то уходи, я не заставляю тебя быть здесь, — Минд красноречиво отвернулся от меня, но через минуту молчания спросил. — Кого ждешь?

— Парня, — кратко ответила я, даже не зная, как поступить? Уйти? Или просто сделать вид, что я не знаю этого вурдалака?

— Мило. У меня назначена встреча с девушкой. Она придет с минуты на минуту, — ответил эльф, хоть я и не спрашивала.

— Как и он. Он вот-вот придёт, — кивнула я, а Минд подметил:

— Мир не треснет надвое, если мы пару минут посидим на одной скамье, — Минд поправил воротник своего белоснежного костюма, а я не стала никак комментировать подобное заявление.

Мы с Миндартисом молча сидели и ждали своих спутников. Мы ждали пять минут, десять минут, двадцать минут. Толпы людей сменяли друг друга, а Сариэль и девушка Минда так и не появились. Я покосилась на эльфа — он был слегка раздражен и недоволен. Он даже достал монофон и отправил кому-то магическое сообщение, видимо желая поторопить женщину. Я же продолжала сидеть: внутренне чутье подсказывало мне, что Сариэль все-таки придёт и сможет объяснить свою задержку весомыми аргументами.

— Хочешь булочку с вишней? — неожиданно спросил Миндартис доставая последнюю из кожаного портфеля. — Можем поделить ее пополам, — Минд разломил ее, протягивая мне обещанную часть. Хоть сейчас я не горела желанием видеть Минда, но от булочки действительно не отказалась.

— Спасибо, — пробормотала я, откусывая кусочек. Изделие действительно было вкусным.

— Итари, можно задать тебе вопрос? — Минд повернулся ко мне, когда мы с легкостью расправились с его сладкими запасами.

— Ты уже сделал это, — закатила я глаза, а Минд усмехнулся:

— Хорошо. Можно задать тебе второй вопрос? — я молча кивнула, и эльф задумчиво наклонил голову набок. — Почему ты гоняешься за мужчинами?

— Что? — я закашлялась от подобного не то вопроса, не то заявления. — Я не ослышалась? Ты на что намекаешь? — тут же возмутилась я, а Минд жестом призвал выслушать его.

— Итари, давай будь честны хотя бы друг с другом, — эльф вздохнул и серьезно посмотрел на меня. — Ты как будто не знаешь, чего действительно стоишь. Это уже дважды.

— Ближе к сути, — потребовала я объяснения от Минда.

— Та ситуация, в которой ты находилась тогда, когда мы поспорили. Спустя полчаса он не пришел, а ты остался на этой же самой скамейке сидеть и ждать чуда, — припомнил мне Миндартис случай с Пэтрэлем. — И сейчас, — Минд, словно в чем-то обвинял меня, указал на свои наручные часы, — Ты, очевидно, ждешь парня, но его нет. Он не пришел и явно не собирается, а ты все же не уходишь.

— Может быть, он еще придет, — смело предположила я, а Миндартис поморщился.

— Итари, давай на чистоту. Тебе надо было уйти минут пятнадцать назад, Миндартис чуть грустно улыбнулся мне и ободряюще похлопал по плечу. — Тебе не нужно сидеть здесь и ждать этого вурдалака, — вздохнул горделивый.

Миндартис в чем-то был прав. Злая ли это шутка судьбы, случайность, но я действительно зря сижу здесь и трачу время. Сариэль бы предупредил, коль у него изменились бы планы. Означает ли это, что я поторопила события и мне не стоило назначать эту встречу? Почему-то, если быть честной, мне не верилось в то, что у мужчины могли возникнуть столь важные дела, о которых он не смог бы меня своевременно уведомить. Если вначале слова Минда меня разозлили, то сейчас я действительно видела в чем-то долю истины.

— Не думаешь ли, что достойна гораздо большего, нежели чем просиживать вечера в парках? — вновь заговорил Минд пару минут спустя, давая мне время на размышление.

— Кто бы говорил, — фыркнула я и с улыбкой подметила, — мы с тобой в одной лодке. Ведь ты тоже сидишь здесь и ждешь ту, которая уже навряд ли придет. Что на этот счет скажешь?

— В отличие от тебя у меня есть оправдание, — криво усмехнулся Миндартис, смахивая с плеча упавший на него листик.

— Оправдание? Какое же? — полюбопытствовала я, наклонив голову набок. Миндартис вновь чуть грустно улыбнулся и хмыкнул, прикрыв глаза:

— Я заслуживаю того, чтобы эта девушка проигнорировала меня. Это весьма закономерно.

— О чем ты? Пусть ты еще и тот ловелас и «очаровательный Грендаль», но никто не заслуживает такого, — не согласилась я с Миндартисом и практично уточнила. — Может быть, у тебя есть еще одна булочка?

— Нет, булочки у меня нет. Но… поверь мне, Итари, я это действительно заслужил, — Миндартис вопреки всем привычкам взъерошил волосы, нарушая идеальную композицию прядей.

Я думала, что по своему обыкновению Миндартис расскажет мне самую необыкновенную историю, связанную с каким-нибудь рождением новой звезды, однако этого не произошло. Он всегда был словоохотлив, но не сегодня. Это немного удручило меня.

— Если тебя что-то беспокоит, то можешь сказать об этом, — к собственному же удивлению, произнесла я. Все же слова Миндартиса меня немного заинтриговали. — Неужели ты где-то так оплошал, что не ты бросил девушку, а она тебя?

— Нет, Итари, все было совсем не так, — Минд рассмеялся. — Прости, Итари, но я не уверен, что тебе будет интересно выслушать еще одну душещипательную историю от меня. Да и не интересно это совсем. Я люблю рассказывать о своих достоинствах, а о неудачах, — подмигнул мне Миндартис, а мне пришлось признать, что он действительно прав.

— Ладно, — я решительно встала со своего места, не собираясь терять и минуты. — Мне пора идти. Вечер выдался не самым лучшим, — констатировала я очевидное.

— Почему же это? — Минд также встал со скамьи и улыбнулся мне, протягивая букет темно-синих роз, которые идеально сочетались с платком на груди. — Это предназначалось моей девушке, но думаю, что ты заслуживаешь его больше.

— Цветы чудесны. Уверен, что хочешь отдать их мне? — подобный жест меня удивил, но я приняла букет. Действительно, не выкидывать же их только из-за того, что девушка не пришла. — Я посажу их в нашем отделе, поэтому можешь не переживать об их сохранности, — пообещала я эльфу, прижимая благоухающие цветы к груди. Миндартис явно хотел что-то еще сделать, достаточно странно на меня поглядывая. — Что-то не так? — уточнила я.

— На твою голову села оса и я думаю о том, как лучше поступить, — пробормотал он, разглядывая мою макушка. — Может, мне поступить с ней так, как поступил бы твой дядя? — пробормотал он.

— А как он поступил с осой? Это какая-то неизвестная мне история? — удивилась я, рукой смахивая безобидное насекомое с головы.

— Если ты узнаешь правду, то навряд ли сохранишь мне жизнь за подобные мысли, — звонко расхохотался Миндартис, а я дала себе обещание позвонить деде и узнать детали. Эльф поторопил меня. — Уже поздно, иди домой.

— А ты не уходишь? Может, нам пойти в общежитие вместе? — внесла я свою идею. Миндартис задумался, но все-таки покачал головой.

— Я еще немного посижу здесь, хорошо? — Минд с улыбкой покосился на монофон и показал мне артефакт, в котором было пламенное сообщение какой-то девушки, которая извинялась за то, что не игнорировала его, а просто забыла о назначенной встрече. — Я не уверен, но вдруг она все-таки явится?

— Хорошо, — я не стала уговаривать Миндартиса. Прогуляться одной и проветрить голову было бы полезнее хорошей беседы. — Встретимся завтра в научном центре. Даже не вздумай… — начала я свою привычную песню, как Миндартис фыркнул.

— Знаю-знаю, я даже не поднимусь на ваш этаж, если только от этого не будет зависеть моя жизнь. Даже не посмотрю на девушек из твоего отдела, а если и да, то окину их презрительным и высокомерным взглядом, дабы оттолкнуть, — Миндартис положил руку на сердце, выражая искренность собственных побуждений.

— Отличный настрой, — довольно кивнула я и окончательно попрощалась с эльфом.

Медленно выходя из парка, я проверила монофон — от Сариэля не было никаких сообщений. Убрав артефакт связи, я поймала такси — возвращаться домой пешком и в одиночестве мне не хотелось. Когда я выходила к главным воротам, то увидела возле мусорки такой же букет. Кажется, сегодняшний вечер прошел неудачно не только у нас с Миндом… Тяжко вздохнув, я подняла и его — нечего цветами разбрасываться. Посажу одни в главном холле, а другие в своем кабинете.

Кузнечику и Кливию очень понравились цветы, но пришлось спустить их с небес на землю и сказать, что они будут жить в научном центре. Это немного огорчило умертвие, как любителя цветов, но я пообещала отдать ему свой следующий букетик. Наверное, мои ухажеры даже не подозревают, что, даря цветы мне, делают приятно и Кузнечику. Как-либо связываться с Сариэлем я не стала, надеясь все-таки получить связь и извинения с его стороны.

***

Я откинулась на спинку стула, разминая шею. От долгой сидячей работы у меня вновь начинала болеть спина. Может, мне снова стоит взять несколько сеансов массажа?

Отчетов, которые мне было нужно проверить и подписать после рабочей поездки, было немерено. Документы, графики, результаты анализов, постановления администрации, отчеты о прошедших конференциях — все это накопилось за неделю и легко на мои плечи. Сейчас экспедиция и пещеры казались мне отдыхом на курорте, который я не смогла своевременно оценить по достоинству.

Решив немного пройтись по кабинету и размяться, я встала. Время близилось к обеденному перерыву. Минд был загружен не меньше меня, а потому речи о том, чтобы пообедать вне лаборатории, даже не шло.

Когда я почти собралась выйти из кабинета, монофон завибрировал. Я хотела прервать связь, так как не люблю болтовню в рабочее время, но это был Сариэль. Любопытство было выше, да и своим обеденным временем я готова пожертвовать. Очень уж мне хотелось услышать, что произошло вчера и почему он не смог появиться в назначенном месте в назначенное время.

— Ты что-то хотел? — ответила я на звонок будничным тоном вместо приветствия. Я старалась не проявлять своего недовольства раньше времени — еще успею сказать, что я об этом думаю, если у него нет действительно разумного оправдания.

«— Что я хотел? — чуть удивлённо переспросил он. — Объяснение!» — казалось, что Сариэль был чем-то крайне возмущен.

— Что? — я аж закашлялась от подобного. То есть, он не пришел, но ждет объяснений от меня? Очень интересная позиция. — Мой милый друг, ты ничего не путаешь? — вкрадчиво уточнила я и с нажимом проговорила. — Не знаю, о чем ты думаешь, но это тебе следовало бы объясниться.

«— Тари, исправь меня, если я неправ, но…» — начал Сариэль, а я подметила, перебив его:

— Да. Ты — неправ, — вынесла я собственное утверждение. — Ты не пришел на нашу встречу, хотя сам согласился. Если ты понимал, что прийти не получиться, то можно было предупредить — это всяко лучше, чем оставлять кого-то в неведении. А также…

«— Да, но я не приглашал третьего на нашу с тобой встречу, — перебил меня Сариэль, а я замерла на полушаге. Прежде чем пазл в голове сложился, эльф продолжил. — Я действительно немного опоздал, и я очень сожалею, но я видел тебя с каким-то мужчиной и с пышным букетом. Я был очень расстроен, что даже выкинул те цветы, что предназначались тебе. Именно поэтому, я хочу попросить объяснить мне: что это было и как я должен расценивать подобное?»

Я закрыла глаза, поморщившись. Как знала, что встреча с Миндартисом до добра не доведет. Неужели он правда не мог сесть на другую скамейку? Да и Сариэль тоже хорош — неужели он мог подумать, что я увлеклась кем-то другим, что так наплевательски отнеслась к нашей встрече? И неужели те цветы, что я подобрала принадлежали Сариэлю? Так или иначе, но мы с ним оба виноваты, раз не смогли грамотно спланировать встречу, которой бы никто не мог помешать.

— Я могу объяснить то, что ты видел, — ничуть не растерялась я, а Сариэль призвал меня к рассказу.

«— Тогда, вперед. Мне интересно».

— Это мой коллега с работы. Мы с ним неплохо общаемся, и он также оказался в парке, потому что у него была назначена встреча. Он присел рядом лишь потому, что мы с ним знакомы и в этом нет чего-то предосудительного.

«— Правда? — слегка удивился Сариэль. — Возможно, мое поведение выглядит так, словно я ребенок, но я просто не ожидал подобного», — чуть запоздало пробормотал Сариэль, словно бы ему было неловко за состоявший разговор.

— Именно, — согласилась я и подметила. — Разве это могло послужить весомым поводом для того, чтобы уйти? Ты мог подойти ко мне сразу, чтобы услышать объяснения, а не придумывать ерунду. Я подумала, что что-то пошло не так и ты больше вообще не объявишься, — высказала я свои предположения, переодевая халат и прибирая лишние бумаги с рабочего стола.

«— Я бы никогда так не поступил, Тари. Мне очень жаль, что я оставил такое неверное впечатление и испортил твой вечер. Наверное, будь я на твоем место, то подумал бы точно также, — мужчина невесело усмехнулся. — Ты имеешь полное право злиться на меня, — Сариэль вздохнул и, какое-то время помолчав, спросил. — Я понимаю, что с моей стороны это будет звучать как-то странно, но не хочешь повторить? Давай попробуем встретиться еще раз? Я хочу загладить свою вину».

— Вчера я начала сомневаться, что это хорошая мысль. Может нам не стоит торопить события? — засомневалась я, вес еще испытывая смешенные чувства от нашего разговора.

«— Нет, Тари, мы должны встретиться, — уверенно заявил он. — К тому же, получилось не очень честно, ведь я уже видел тебя. Хочу заметить, что ты выглядела чудесно и была прекрасна в том платье. Давай дадим нашей настоящей встрече еще один шанс? Нечестно было бы расстаться и прекратить общение из-за одного глупого поступка».

— Хорошо, — согласилась я, подумав какое-то время. — Но на сей раз мы должны ответственно подойти к этому вопросу и оставить все домыслы, чтобы подобных «недоразумений» не повторилось.

«— В точку! — радостно сказал Сариэль. — Мы учимся на ошибках, не правда ли? Я сделаю все возможное, чтобы наша встреча прошла гладко и без происшествий. Как насчёт того, чтобы встретиться в кафе-террасе, где мы были с тобой на одном из свиданий? Там мы точно не сможем разминуться».

В конце концов, я согласилась. Встреча должна была состояться сегодня после работы. Я хотела бы перенести наше свидание на несколько дней, потому что как-то уж много работы взвалилось на мои плечи за последние сутки, но все-таки решила, что лаборатория всегда открыта ночью и поработать в тишине после хорошей встречи будет намного продуктивнее.

Когда рабочий день подошел к концу, я направилась в общежитие, чтобы переодеться. В коридоре перехода я столкнулась с Миндартисом, который явно куда-то торопился.

— Итари, тебе стоит быть осторожнее на поворотах, — рассмеялся он, когда мы с ним в прямом смысле столкнулись в проходе. — Мои волосы немного торопятся на важную встречу, — он подмигнул мне и поправил челку. — Ты же не меня искала? — уточнил он прежде, чем уйти.

— Нет. Я тоже спешу, — улыбнулась я и попрощалась с эльфом. — Хорошего вечера. Спасибо за отличную работу сегодня, — крикнула я уже тогда, когда заходила в лифт, нажимая кнопку нужного этажа.

Встреча была назначена через полчаса и мне стоило немного поторопиться. Хоть вчера и вышло недоразумение, я все равно не собиралась опаздывать. Кузнечик по моей недавней просьбе уже погладил мне одно летнее платье с цветочным узором, а потому я могла не беспокоится о том, что мне надеть. Надев босоножки, я пару секунд мешкала перед зеркалом, раздумывая о том, нужен ли мне белый платочек на шею? Сегодня мы с Армерией обсуждали данный вопрос, и подруга утверждала, что данный аксессуар смотрится женственно и нежно. Решив поэкспериментировать, я незамысловато повязала кусочек ткани на шеи. Кузнечику очень понравилось.

Так как Кливий сегодня занимался с Мирабилис, то подвезти меня было некому, а вести машину самой не хотелось. Решив, что до кафе можно дойти пешком, я вышла из общежития. Через десять минут я уже была на месте встречи. Снеговик из песка, который радовал всех посетителей широкой каменной улыбкой, неизменно стоял на своем месте. Настроение у меня было хорошим, однако из-за вчерашнего недоразумения я была готова к неудачам и не тешила себя напрасными иллюзиями.

Поднявшись по лестнице, я прошла в зал, который в вечернее время был полон посетителей. Сариэль прислал мне сообщение, что он зарезервировал столик на фамилию Ласгалэн. И в зале действительно был забронирован один столик у окна. Такая предусмотрительность меня радовала. Я невольно залюбовалась видом пляжа и порта, который был виден отсюда, что и не заметила, кто является моим соседом за столиком напротив.

Миндартис посмотрел на меня. Я посмотрела на Миндартиса. Он без сомнений пришел сюда раньше меня. Как так выходит, что мы дважды пересекаемся, когда даже не хотим этого? Миндартис приветственное улыбнулся мне, а я слабо кивнула, сделав вид, что не знаю его. Одной случайности мне хватило, но сегодня у меня действительно свидание и мне совсем нет дела до какого-то горделивого.

Я красноречиво отвернулась к окну, показывая, что я увлечена пейзажем. Когда Миндартис встал из-за стола и сделал шаг ко мне, то я приподняла брови, всем своим видом прося его не подходить ко мне.

— Одна тут? — улыбнулся Минд, не вняв предупреждению и подойдя к столику.

— Миндартис, Светлых Лесов ради, уйди отсюда, — тихо попросила я эльфа, махнув ему на его же столик. — Давай сегодня сделаем вид, что мы не знакомы?

— Эй, где твой позитивный настрой? — обиделся Минд. — Не рада видеть меня? Разве знакомые не должны здороваться, когда видят друг друга?

— Когда мы с тобой встретимся на работе, то я расскажу тебе удивительную историю, которая сложилась вчера, — пообещала я, но попросила. — Но это будет завтра или послезавтра, а не сейчас хорошо?

— Ладно, Итари, — Минд рассмеялся, — у тебя опять свидание? Не волнуйся ты так, я ничего не испорчу и не буду вам мешать, — эльф подмигнул мне и вернулся к своему столику. Когда Минд занял место напротив, я признательно кивнула ему. Однако присутствие горделивого в этом кафе я все равно не считала добрым знаком.

Сариэль сказал, что я, несомненно, узнаю его в толпе: он пообещал надеть костюм темно-коричневого оттенка, а в его нагрудном кармане должен быть красный бутон розы. Такого мужчину я действительно бы не упустила из виду, а потому не боялась не заметить Сариэля.

Спустя десять минут, когда время встречи неумолимо приближалось, Сариэль прислал мне магическое сообщение, спрашивая на месте ли я? Я ответила утвердительно, на что получило множество извинений: у эльфа появились дела, и он не сможет приехать. Он молил о прощении даже Священную Луну. Я как-то отстраненно читала сообщения. Не буду скрывать, что была готова к чему-то подобному. Либо с Сариэлем что-то случилось пока я была в экспедиции, либо я выгляжу весьма пугающе, раз бедный эльф уже дважды сбегает со свидания. Либо же он просто что-то замышляет. Ни один из вариантов не казался мне привлекательным, однако за то время, что мы знакомы я не уличала Сариэля в какой-то лжи или в подтасовке фактов. Хотя… то, что мы встречаемся под иллюзией, может легко ставить всю ситуацию под сомнение.

К Сариэлю у меня было много вопросов, которые хотелось бы прояснить, однако мужчина сам пообещал мне позвонить этим вечером и рассказать подробности. Но его слова и извинения не были единственными, что он оставил. Спустя несколько минут ко мне подошел официант, который поставил передо мной чашечку кофе, тарелку с высоким и замысловатым пирожным, а также шипастую розу с очень необычным переливом: от нежно синего до темного красного к лепесткам. Юноша сказал, что это мне попросил передать господин Ласгален в качестве извинения и комплимента. Было приятно, что Сариэль не ограничился лишь красивыми словами. К слову, я просмотрела меню и пришла к выводу, что он заказал фирменное и самой дорогой пирожное заведения. Стало вдвойне приятно, но мужчина от этого казался мне не менее загадочным.

Когда я расправлялась со вкусным десертом, колокольчик на двери звякнул, впуская новых посетителей. Внутрь зашла достаточно симпатичная девушка с короткими светлыми волосами. Она была одета в деловой костюм, словно возвращалась с работы или же шла на деловую встречу. Девушка оглядела зал, словно кого-то искала. Мой сосед напротив приветственно махнул ей рукой, а она расплылась в улыбке, быстро проходя к Минду. В какой-то степени я даже порадовалась, что с Миндартису пришла его спутница, так как у меня невольно возникали мысли, что этот эльф стал следить за мной, ибо я не могла объяснить то, как и почему он оказывался рядом почти в любой ситуации. У нас, кончено, город не огромен, но не настолько мал, чтобы встречать знакомых на каждом шаг. Скорее наоборот.

Так пейзаж за окном был мной полностью изучен, я перевела взгляд на зал, а если точнее на пару напротив. Женщина мило хихикала, когда Миндартис о чем-то говорил. Они вели неторопливую беседу, а когда я допила кофе, пошли в центре зала, чтобы немного потанцевать. Я была рада, что хоть у кого-то свидание удалось, и ушла домой.

Отдыхать не хотелось, а потому я вернулась в лабораторию. Работать с бумаги мне не хотелось, а потому я ушла в лабораторию, чтобы закончить с некоторыми образцами. Да и цветы мне стоило посадить — в рабочее время на такие мелочи попросту не остается времени.

Я долго выбирала место, где мог бы прижиться такой замечательный сорт. В конце концов, я решила, что комната моей приемной отлично подходят на эту роль. Садить их в главных залах отдела я не стала, так как знала, что у некоторых из сотрудников аллергия на розы и какие-то другие цветы. После того как я пронесла букеты, я предусмотрительно проветрила все те помещения, в которых была и запустила очищающую систему. Не хочу, чтобы кто-то заработал себе приступ аллергии из-за того, что я притащила в центр цветы.

Домой я не вернулась, оставшись на ночь в лаборатории. Работа в тишине действительно помогала расслабиться.

***

— Почему ты накинулся на меня с обвинениями? — нахмурилась я, отделяя оливки от общего салата.

— Это не обвинения. Я просто спрашиваю, — не согласился Миндартис со мной и вновь спросил. — Итари, зачем ты преследуешь меня?

— Да не преследую я тебя, — я недовольно цыкнула, когда оливка ускользнула от меня. — И вообще, это я должна задавать тебе этот вопрос: почему ты всегда оказываешь в том же месте, где и я?

— Парк, теперь уже кафе, — начал Миндартис загибать пальцы. — Итари, как я мог вчера преследовать тебя, если ушел из общежития сразу после того, как мы столкнулись? Ты пришла в кафе на двадцать минут позже меня. Очевидно, что ты преследовала меня, — констатировал Миндартис только одному ему известную «истину».

— Почему ты делаешь выводы на основе собственной фантазии? — я нагло отобрала у Миндартсиа ложку, которой он ел суп и, выловив оливки из салата, отдала обратно вместе с последними. — Из нас двоих только ты был тем, кто нуждался в чьем-то внимании и появлялся из ниоткуда. Зачем мне брать и следить за тобой?

— Это я и пытаюсь выяснить, — Миндартис прищурился, подозрительно посмотрев на меня. — Я сам говорил, что это совпадения, но ты меня пугаешь. Итари, может ты сама не осознаешь того, как следуешь за мной? Ты не сходишь с ума?

— Миндартис, если ты не дашь поесть мне в тишине, то я действительно превращу наши случайные встречи в твой ночной кошмар. Поаккуратнее со словами, — предупредила я эльфа, делая глоток чая. Сегодня у меня было скверное настроение и Миндартис явно этим пользовался, добивая меня своими идеями и предположениями.

— Я должен был это спросить, — передернул Минд плечами, все-таки оставил меня в покое. — Он опять не пришел? — заинтересованно подвинулся ко мне Минд несколько минут спустя.

— Не твое дело, — сухо ответила я, просматривая на папку с испорченными отчетами. Практиканта вошла в мой кабине, споткнулась на ровном месте и вылила вишневый сок на те бумаги, которые я заполнила. Как восстановить утрату я пока не знала.

— Тоже верно, — тут же стушевался Миндартис, съедая выбранные для него оливки. — Какие планы на завтра?

— Никуда с тобой не пойду, — тут же открестилась я от всех возможных предложений.

— А я тебе никуда и не звал, — Минд показал мне язык и улыбнулся. — Как Кливий? Сдал?

— Пока не знаю, — я перевела взгляд на часы.

Его преподаватель перенес дату пересдачи экзамена на сегодня. Я волновалась, но лишь немного и в раках разумного. Впервые я за все время видела, чтобы Кливий действительно учился. Это внушало мне немного доверия и уверенности.

— Даже я волнуюсь, — признался Миндартис и подметил, — твой брат неплох в химии, но в биологии не ас. Хотя для первокурсника его знания, может быть, не так уж и плохи, — рассуждал Миндартис и неожиданно спросил. — Итари, ты немного взгрустнула, хочешь я расскажу тебе интересную историю, которая приключилась со мной еще до того, как мы отправились в поездку? Я все забывал рассказать тебе о ней, но сейчас вполне подходящее время и…

— Нет, — оборвала я эльфа, пытаясь жевать и перезаполнять бумаги одновременно. Той практикантке повезло, что аквариум с акулами сегодня закрыт. Плаванье с хищниками в замкнутом пространстве очень полезено для здоровья.

— Зря отказываешь, — Минд отмахнулся и вопреки моим словам начал говорить. Правда, не мне, а кучке девушек, которые сидели за соседним столиком. — Юные нимфы, вы не поверите тому, что услышите! — многообещающе произнёс он. — Дело было ранним утром, когда я и мой старший брат отправились в близлежащий лес за грибами. Мы прогуливались по чаще и беззаботно общались, обсуждая прелесть местных пейзажей. И вдруг, — Минд сделал театральную паузу и понизил голос, — послышался странный шум. Топот. В тот миг мы заметили, как на нас мчится медведь бурой окраски. Он явно был молод. Зверь повалил нас с братом на землю в следующую же секунду — мы и опомниться не успели, хотя, знаете, это не так-то просто сделать, — Минд указал на свои руки, где якобы под костюмом скрывались мышц. — У нас не было иного выбора, кроме как вступить в медленный и смертельный танец с лесным зверем. На кону стояла наша жизнь. Как вы понимаете, прекрасные феи, у нас не было возможности применить магию в столь экстремальной ситуации, а потому я выхватил из кармана свою любимый грибной нож. Я нанес медведю несколько ранений, нож словно бы был продолжением моей руки, прямо как традиционные эльфийские клинки, только еще лучше, — Миндартис с восхищением взглянул на свою ладонь. — Я ударил его ножом, а медведь ударил моего брата. Он также сопротивлялся нападению, не давая слабины. Мне пришлось ударить его вновь и тогда он отступил, — девушки восхищенно воскликнули, а кто-то даже зааплодировал. — Я не медлил и поймал медведя в сеть. Его доставили в госпитали, залечили раны и выпустили в лес подальше от грибной тропы. Это история оставила большой след в моей памяти. Я и мой брат справились с медведем чуть ли не голыми руками.

У меня дернулся глаз, а потому я подхватила документы и пересела за столик подальше. Мне становилось плохо, когда кто-то рассказывал откровенный бред. То ли девушки были тупы, то ли им настолько нравился Миндартис, что они были готовы закрыть глаза на столь откровенное вранье. Можно упустить все боевые атаки и грибы, начав с того, что в наших лесах не водятся медведи. И рассказывает Миндартис историю недельной давности не потому, что только вспомнил о ней, а потому что только придумал ее.

Остаток рабочего дня прошел спокойно, однако, когда я задержалась после работы и заснула за рабочим столом, мне приснился сон, в котором за мной гонится медведь. Пришлось проснуться и тихо проклясть Миндартиса, из-за которого в моей голове теперь летают подобные картины. Из-за усталости я была немного рассеяна, а потому решила пойти домой.

Когда я пришла домой, то в квартире что-то хлопнуло, а с потолка посыпались конфетти. Повсюду висели воздушные шарики, словно у нас была какая-то вечеринка. И я почти не ошиблась.

— Ээээээ! — воскликнул Кузнечик с праздничным колпачком на голове.

— Итари, я сдал экзамен! — закричал Кливий и чуть ли не со слезами на глаза бросился в мои объятия.

Я была немного не готова к подобному и пошатнулась. Эта новость безумно меня обрадовала, но, к сожалению, не смогла взбодрить. Как только брат сдал экзамен, он поехал по магазинам, закупил продукты и приготовил грандиозный ужин, а Кузнечик украсил квартиру. Они очень хотели устроить мне сюрприз. Мне было очень приятно, и я от души поздравила Кливия. Все его усилия были оправданы результатом, доказывая, что для успеха нужно хорошенько потрудиться.

Выпив гранатового сока и отведав рыбы, я призвала всех разойтись и продолжить импровизированную вечеринку завтра. Мою идею поддержали, так как ребята знали, что последние сутки я провела в лаборатории и, несмотря на сон в комнате отдыха, вымоталась. Мои старания, как и Кливия, также были оправданы, потому что я закончила всю ту бумажную документацию по экспедиции и уже сдала ее. Можно было выдохнуть и вернуться к привычному темпу.

Я приняла контрастный душ и вышла из ванной лишь в одном полотенце.

— Эээ, — воскликнул Кузнечик, который караулил меня у дверей ванны. Я невольно вздрогнула от неожиданности, но приняла вибрирующий артефакт связи. Это был Сариэль.

— Спасибо, — поблагодарила я умертвие и поспешила в спальню, чтобы поговорить с горделивым. Слушать объяснения мне не хотелось, но ответить на звонок все же стоило.

«— Привет, Тари, — поздоровался Сариэль со мной. — Не спишь?»

— Собиралась, — устало ответила я. — Опять хочешь предложить встретиться? — перешла я к сути.

«— Ты читаешь мои мысли, — немного неловко рассмеялся он. — Надеюсь, ты не в обиде из-за меня. Я готов загладить свою вину. Увы, но то, что я хотел бы сказать в свое оправдание не предназначено для того, чтобы обсуждать по монофону».

— Я не тороплю тебя, — покладисто согласилась я. — Мне не нужно отчитываться. Спасибо за то, что предупредил меня, — честно сказала я.

«— Нас с тобой вечно с тобой разделяют судьба и неприятности. Поэтому я бы хотел предложить тебе кое-что другое. Почему бы нам не попробовать поговорить через зеркало?»

— Зеркало? — переспросила я, глядя на напольную штуковину в углу спальни. — Зачем?

«— Во-первых, я соскучился по тебе. Во-вторых, я хочу вновь взглянуть на тебя. В-третьих, я хочу, чтобы ты наконец увидела меня без иллюзии. Раз нам не везет с личными встречами, то почему бы нам немного не схитрить? У тебя же есть зеркало?» — решил на всякий случай уточнить Сариэль. Я почти ляпнула, что не умею ничего против, как сама не взглянула на свое отражение. Синяки под глазами, помятое лицо после сна на работе, мозоль на руке от переписывания документов. Ситуацию усугубляли порезы на руках, полученные в экспедиции. Когда собиралась на свидания, я прикрывала одеждой подобные мелочи, но сейчас я была чуть ли не голой. Пришлось признать, что сейчас не лучший момент для встречи. Было бы честно увидь он меня такой, но мне все-таки хотелось, чтобы наша первая встреча была красивой, если так можно выразиться.

— Боюсь, я нехорошо выгляжу для того, чтобы связаться с тобой через зеркало сейчас, — уклонилась я от столь прямого предложения. — Давай все-таки назначим дату встречи, — предложила я.

«— Я не против, но что не так сейчас?» — удивился Сариэль так, словно у меня что-то случилось.

— Я после душа и очень устала. Хотела бы лечь спать сейчас, а не болтать, — вновь намекнула я на то, что пора бы заканчивать разговор.

«— Хм, — Сариэль призадумался, — тогда что насчет фестиваля?»

— Какого фестиваля? — я приподняла брови, подавляя желание зевнуть.

«— Завтра в городе начинается фестиваль романтики. Он будет идти неделю — каждый день различные мероприятия и конкурсы. Я убежден, что мы должны принять в нем участие и ничего не пропустить. Он пройдет в том же парке, где мы всегда встречаемся с тобой. Но… нам явно не везет, — Сариэль досадливо цыкнул, — давай придем под иллюзиями. Так мы не ошибемся и нам будет проще, и только после того, как мы вес проясним и обсудим, снимем их. Как тебе такая идея?»

— Да. Мне нравится, — я удовлетворённо кивнула, понимая, что в этом есть доля здравого смысла. — Тогда договорились. Не обижайся, но я очень устала. До завтра, — попрощалась я с эльфом, прерывая связь.

Утро встретило меня ароматом чего-то съестного. Кливий, решив, что сдача экзамена — праздник для меня, активно хозяйничал на кухне, готовя для меня любимых креветок в сырном кляре. Было приятно.

Я вчера управилась с работой, а потому взяла сегодня второй выходной, который могла взять после экспедиции. Отдохну и спокойно соберусь на встречу с Сариэлем. Хотелось верить, что сегодня все пройдет гладко и я не встречу Миндартса. Я пришла к выводу, что Минд — нечто вроде амулета на неудачу, я хотела проверить данную теорию: как сложится день, если не встретить горделивого? Я хоть и не провидица, но подтверждено, что нити судьбы тесно оплетают нас и могут влиять на события, а потому стоит быть начеку.

Первую половину дня мы с семьёй провели вне дома. Сегодня было соревнование по складыванию оригами, в котором Кузнечик принимал участие. Мы отправились в молодежный центр, где проходило мероприятие. Мы с братом активно поддерживали Кузнечика, а его талант принес ему безоговорочную победу и первое место. Наверное, эльфам было обидно проиграть умертвию, однако с фактами было не поспорить. Так или иначе, но у Кузнечика нет никаких потребностей, присущих живым, и он может тратить все то время, что у него есть, на что пожелает. В том числе и на оттачивание своего мастерства. Возможно, если бы у других было больше свободного времени, они были бы не менее талантливы. Но сейчас это уже не имело значение — Кузнечка приглашали на региональное соревнование как победителя.

После обеда мы вернулись домой и немного передохнули. Моему организму был нужен дневной сон. После этого я начала сборы. Кливий рассказал мне множество приятных глупостей про предстоящий фестиваль, а потому я была настроена поучаствовать во всех мероприятиях, несмотря ни на что. На душе было тепло. Этот фестиваль проводился каждый год, но сегодня я шла на него впервые, всегда были какие-то дела, которые останавливали меня.

Благодаря брату я узнала множество подробностей, например, то, что название фестиваля переводится как «праздник цветов», а также то, в какой цветовой гамме будет торжество: розовый, белый, фиолетовый. Я выбрала белое платье средней длины и с небольшими рукавами. Чтобы соответствовать празднику, в волосы я вплела несколько азалий. Вышло достаточно неплохо.

Как оказалось, Кливий не с простого места знает столько интересных подробней и то, в какое время будет проходить самые интересные мероприятия. Его друг занимался подготовкой торжества, а также он сам сегодня идет на фестиваль с той самой девушкой, которая готовила его к экзамену. Стоило признать, что это отчасти было ожидаемо, поэтому на фестиваль я собиралась не одна. Кузнечик активно помогал нам в сборах и шутил, что ему нужно познакомиться с какой-нибудь умершей женщиной, можно даже и призраком и также сходить с ней на свидание. Кливия это позабавило, а я над этим всерьез задумалась. Стоит потом сходить на могилу бабули и спросить, что она думает на этот счет. Вдруг сможет что-нибудь посоветовать?

К пяти часам мы были готовы и вместе с братом отправились в парк. Машину мы брать не стали. Пожелав брату удачи в построении крепких отношений и дав ему парочку советов, о которых меня, конечно, не просили, я направилась к дереву встречи. В груди вновь было приятное волнение. Возможно, дело в настроении, но я была уверена, что сегодняшний вечер будет незабываем.

Пока я шла по главной аллеи, то не могла насладиться видом. Я ходила по этому парку почти каждый день, но сегодня он преобразился до неузнаваемости. Листья всех деревьев окрасились в бело-розовые цвета. Листья постепенно темнели и тогда, когда становились фиолетовыми, опадали на землю так, словно сейчас был разгар осени. Со всех сторон раздавалась ненавязчивая музыка, а вдалеке я увидела площадку для медленных танцев. Повсюду шли влюбленные парочки совершенно разных возрастов: от студентов до пожилых семей. В воздухе царила приятная атмосфера фестиваля: нежность, волнение, немного смущения и страсти. Подобный флакон был удивителен.

Как только я вошла в парк, прелестная женщина в пышном платье, словно она пришла на бал, дала мне билетик, который во время фестиваля было нужно заполнить. На билетике было место для небольших фотографий под каждым из развлечений, которые были на фестивали. Чем больше совместных фото, тем больше шанс после фестиваля получить какой-то приз. Это было интересной уловкой организаторов. Изучение брошюрки с мероприятиями я решила заняться чуть позже, так как вначале хотела повстречаться с Сариэлем.

Сегодня нашей встрече все-таки было суждено состояться, так как у знакомого дерева, которое за один день изменило свой цвет, помимо других эльфов действительно стоял Сариэль. Он был одет в белый костюм, а в нагрудном кармане был розовый пион. Даже наша одежда решила подыграть друг другу сегодня. Это было забавно.

— Привет, — улыбнулась я мужчине, когда подошла к дереву.

— Здравствуй, Тари, — он также расплылся в улыбке и взглядом предложил присесть. — Я должен объясниться перед тобой и… — начал он, а я перебила его, имея несколько другие планы:

— Давай забудем об этом? Давай сегодня насладимся фестивалем, а потом решим все дела и какие-то проблемы? — миролюбиво предложила я, вдыхая сладковатый воздух. — Я никогда не была на фестивале романтики, здесь столько интересного, — я с предвкушением оглядела небольшую полянку напротив, на которой стояло множество мольбертов и холстов.

— Тогда… — Сариэль немного призадумался, словно сомневался в чем-то. — Тогда я предлагаю тебе провести этот фестиваль под иллюзиями, а снять их в конце праздника, как его приятное завершение. Мы уже привыкли к таким образам друга. Ты, конечно, не из робкого десятка, но вдруг моя внешность смутит тебя?

— Не думаю, что такое случится, — усмехнулась я. — Но мне нравится. Давай так и сделаем, — я протянула Сариэлю ладонь, прося скрепить наш неписьменный, но все же договор рукопожатием. Сариэль не возражал и крепко сжал мою ладонь.

Недопонимание и неловкость, которые возникли между нами, из-за несостоявшихся встреч были улажены и забыты, уступив место только хорошему настроению и ярким эмоциям.

— Куда хочешь пойти вначале? — Сариэль мягко приобнял меня за плечи, а я прикусила губу, разглядывая билетики. Никакой приз мне не был нужен, а вот заполнить фотокарточку действительно хотелось.

— Можем начать по порядку. Организаторы придумали сценарий праздника для нас, поэтому не вижу смысла выдумывать что-то новое, — подметила я и ткнула в первый пункт. — Где-то здесь должна быть традиционная чайная лавка, — я задумчиво огляделась.

— Я видел ее в самом сердце парка, — радостно воскликнул Сариэль и потащил меня в толпу других таких же восторженных гостей фестиваля. Народу с каждой секундой становилось больше. — Если мне не изменяет память, то паре нужно выпить чая с листьями деревьев. По старым эльфийским традициям этот чай считался одной из частей обряда верности, но сейчас это лишь красивая традиция. К н и г о е д . н е т

— Правда? Я никогда не слышала чего-то подобного, — удивлённо покачала я головой. — У нашего народа столько традиций, что трудно уследить за всеми, — пришлось признать мне и указать на белый странный домик. — Кажется, это то, что мы ищем.

— В точку, — Сариэль довольно улыбнулся и взяв меня за руку, потянул внутрь.

Было немного странно, что несмотря на обилие народа мы были единственными посетителями, но Сариэль шепнул мне, что этот домик — магическое окошко, чтобы не было скопления эльфов. То есть, дверь в лавку — телепорт, откуда можно попасть в одно из нескольких окошек с точно такими же лавками. Очень удобно, стоит признать.

Потолок заведения был сделан из тончайшего стекла, благодаря чему мы могли видеть вечернее небо, повсюду стояли живые цветы. В воздухе витал аромат каких-то трав, а все баночки, что стояли на широких деревянных полках, были обвязаны тоненькими ленточками.

— Чем я могу помочь вам? — с улыбкой спросил хозяин, мужчина лет сорока, с неглубокими морщинами на лице. — Какой чай вы хотите отведать? — учтиво поинтересовался он, по очереди оглядывая нас.

— Моя спутница сделает выбор, — Сариэль хитро посмотрел на меня, пропуская к прилавку, на котором было разложено множество склянок с листьями.

— Я совсем не разбираюсь в чаях. Вы можете мне помочь? — попросила я хозяина, понимая, что травы для таких чаев имеют особое значение.

— Ни в коем случае, госпожа — мужчина усмехнулся, поправив длинные усы, — только вы сами сможете создать чай, наполненный вашими чувствами и эмоциями. Прислушайтесь к своему сердцу, — прошептал он и дал мне несколько склянок. — Оцените каждый аромат и никуда не спешите — ночь длинная, а чашку чая вы сможете выпить лишь одну.

Я не любила романтические фильмы, но сейчас чувствовала приятное предвкушение. Дух фестиваля знал свое дело и я, отбросив какие-либо предубеждения и сомнения насчет Сариэля, принялась за составление идеального сочетания. В какой-то момент Сариэлю надоело стоять в сторонке, и он также начал помогать мне. Выбирать травы и листья для чая было необычным и довольно увлекательным занятием. Мы пробовали заваривать различные ягоды, литья и даже веточки. Почему-то все ингредиенты пахли для нас по-разному, но несмотря на это нам все же удалось прийти к единому решению: веточки смородины, листья лимонного дерева, немного душицы, а в завершение капля меда. Это было удивительное сочетание.

— Хороший выбор, хороший, — проговорил хозяин, продолжая поглаживать усы. — Выпейте чай до дна, а стаканчики съешьте, — сказал он напоследок.

— Съешьте? — брови Сариэля взлетели вверх от удивления, а я подметила, присмотревшись.

— Если я не ошибаюсь, то это стаканчики из тончайших вафлей, — я покрутила в руках кружку с напитком, а владелец довольно покивал мне и цыкнул на Сариэля, который попробовал куснуть стаканчик раньше времени.

— Удивительно, — пробормотал Сариэль, когда мы с ним вышли на улицу.

Заняв одну из скамеечек возле парка, мы принялись за напиток. Это, наверное, был и не самый лучший чай, который я когда-либо только пробовала, но точно один из лучших. Чуть запоздало мы вспомнили о билете, который нужно заполнить совместными снимками. Как раз рядом продавались небольшие летающие лягушки-монофоты, которые сразу же выплевывали готовый снимок. Сариэль оставил меня недолго и купил нам это милое чудище, иначе назвать этот монофот у меня язык не поворачивался. Мило, но страшненько.

— Давай выпьем за нас и за этот чудесный фестиваль, — предложил Сариэль, поднимая вафельный стаканчик.

— А также за научные исследования, — внесла я и свою лепту. Сариэль усмехнулся:

— И за исследования. Это, кончено, не алкоголь, но все же, — он весело подмигнул мне и сделал глоток чая. — Какой теплый, — мужчина зажмурился от удовольствия, а лягушка громко квакнула и выплюнуло наш снимок.

Мы с Сариэлем смотрелись очень гармонично, а от чая даже на снимке шел пар. Отодрав липкую пленку, мы приклеили фото на первую ячейку. Так как мы были на фестивале как пара, то и карточка у нас была одна на двоих. Следующим пунктом нашего увлекательного путешествия была полянка напротив места нашей встречи.

— Старайся не смеяться, — попросила я Сариэля, пытаясь кистью вывести что-то, что походило бы на лицо эльфа. Влюбленные должны были нарисовать портреты друг друга.

— Я не могу не смеяться. Ты так мило стараешься, — Сариэль закусил губу под моим строгим взглядом, пытаясь принять серьезный вид. — Если у тебя не получится, то скажи, что все из-за того, что я мешал тебе, а не из-за того, что ты не умеешь рисовать, — хихикнул он, отдергивая ворот костюма.

— У всех свои недостатки, — фыркнула я, не собираясь скрывать того факта, что мои художественные таланты не то, что бы ниже среднего, они до категории среднего вообще не дотягивают. — Знаешь, Сариэль, в этом костюме ты похож на… — я осеклась, глядя на мужчину.

— На кого? — заинтересовался он. Я хотела сказать, что он похож на снеговика, но осознала, что с этим словом у меня немного другие ассоциации. Пришлось выдумывать нечто новое.

— Ты похож на вестника смерти. Ты знал, что у гномов цвет смерти — белый? — огорошила я Сариэля неожиданной информацией.

— Я слышал о чем-то подобном, — уклончиво ответил мужчина, продолжая сидеть на стуле и позировать мне. — А знаешь, на кого похожа ты? — тихо спросил он, как-то странно меня рассматривая.

— Боюсь предположить, — фыркнула я. — Кое-кто сказал, что я похожа на Хамелобивию.

— Тот, кто это сказал — настоящий глупец, — фыркнул Сариэль и задумался, прикрыв глаза, — ты похожа на розу или же лилию. Красную. По крайне мере, мне так кажется, — сделал мужчина уточнение и полюбопытствовал. — Тебе еще долго? У меня шея затекла так сидеть,

— Еще немного осталось, — пообещала я, перейдя к отрисовке волос.

Мы рисовали тушью и для меня это был уникальный опыт, из-за чего портрет получался еще хуже, чем мог бы быть. В районе глаз был небольшой подтек, а на шее жирная клякса. Увы, но, как и чай, портрет можно было нарисовать только один раз и ничего исправить было нельзя. Да и не хотелось на самом деле. Чаще всего первое изделие в любом деле и ремесле содержит в себе множество ошибок, которыми стоит дорожить. И даже такие ошибки в портрете не заставили бы меня начать все сначала.

Когда я поняла, что сделала все, что могла и портить в принципе уже нечего, развернула мольберт к Сариэлю. Он долго и пристально рассматривал мое творение, на которое я потратила не меньше получаса. Не знаю, о чем он думал, но он в конце концов рассмеялся и сказал, что в деле важна душа создателя и старание. Это было довольно мягко и утешительно с его стороны, потому что мне тушь впредь могла сниться только в кошмаре с участием медведя, который гонится за мной в лесу. Однако из-за того, что портрет Сариэля не удался я не совершенно не расстроилась, понимая, ведь то, что я вижу сейчас — всего лишь иллюзия. Возможно, нам стоило прийти сюда без иллюзий, чтобы был смысл пачкаться в этой туши. Но мы не были против. Рушить ту идиллию, в которой находились сейчас, никому не хотелось.

После того, как Сариэль убедил меня, в том, что любое произведение — настоящее искусство, мы поменялись местами.

— Поправь волосы с правой стороны. Улыбнись и смотри не на меня, а на дерево позади. Чуть-чуть наклони голову вперед. Поправь кулончик на шее. Идеально! — воскликнул Сариэль, когда я под его указаниями приняла нужную позу.

Я сидела на стульчике, наблюдая за действиями Сариэля. Он, в отличие от меня, явно умел управляться кистью, потому что с первой же минуты начал уверено наносить тушь. Сариэль пристально разглядывал меня, но подобное внимание не смущало, ведь я, пока пыталась нарисовать его, делала точно также, успев рассмотреть каждую деталь его иллюзорного лица.

— Здесь только черная тушь? — нахмурился Сариэль, оглядывая бутыльки.

— Я не нашла ничего другого, — подтвердила я, понимая, что прошло достаточно времени и у меня уже затекла спина. Другие пары, что сидели вокруг нас также о чем-то неспешно переговаривались, смеялись и рисовали. Однако они делали лишь приблизительные наброски, не углубляясь в детали. Нам же с Сариэлем хотелось по итогу получить качественный результат, на который мы только способны, а потому Сариэль выдохнул только через час напряженной работы.

— Готова? — мужчина хитро улыбнулся и повернул мольберт ко мне.

На потрете была изображена достаточно симпатичная девушка, внешность которой была моей иллюзией. Правда, Сариэль сделал несколько авторских штрихов — голубая прядь и глаза. Откуда он все-таки добыл другие оттенки я так и не поняла, но осталась приятно удивлена. Мало того, что Сариэль хорошо рисовал, так девушка на портрете действительно отчасти походила и на меня.

— Я все же видел тебя. Я не запомнил черты лица настолько, чтобы нарисовать по памяти полностью, но кое-что все-таки добавил, — улыбнулся мне мужчина, вновь заставляя восхититься его способностями и действительно доказывая то, что он видел меня тем днем.

— Это очень мило с твоей стороны, — пробормотала я, беря в руки свой портрет. Тушь еще не досохла, а потому я старалась быть аккуратной, чтобы не испортить чужую работу. Почему-то организаторы праздника предлагали нарисовать картину, но не предлагали, что с ней делать после. Не таскаться же с ними весь фестиваль?

Когда мы подошли к помощникам праздника, то они ответили, что мы можем забрать портреты друг друга себе. Однако, когда мужчина увидел то, что нарисовал Сариэль, он красноречиво намекнул, что мы можем подарить работы музею фестиваля. Мы все-таки хотели забрать то, над чем так долго старались, а потому не повелись у организатора на поводу. Сариэль сказал, что мы можем оставить портреты под пологом невидимости у одного из деревьев и забрать их позже. Я не отказалась, навряд ли кому-нибудь будут нужны чужие художества.

После того как мы сделали общую фотографию с итоговыми картинами, мы двинулись в следующую точку фестиваля — арки влюбленных. Этот «аттракцион» располагался в глубине парка среди густых деревьев. Белые арки были обвиты цветами и от них исходило приятное свечение. Нам предлагалось пройти через них для того, чтобы закрепить в нашей памяти те чувства, которые мы сейчас испытываем друг другу. Мне было очень интересно, ведь я довольно часто уступала место не эмоциям, а каким-то рассуждениям, не признаваясь себе в тех или иных мелочах. Любопытно узнать, что же я на самом деле испытываю к Сариэль: симпатия или дружеская влюбленность, которая сложилась на основе общих увлечений?

Когда мы подошли к аллейке, то нам пришлось немного приостановиться, глядя на несколько пар в свадебных облачениях. Мы с Сариэлем переглянулись и решили подойти поближе, чтобы разглядеть торжество. Около пяти пар собирались обручиться в этом парке и после пройти через арки. В этом не было ничего удивительного, ведь в этот день все эльфы старались сделать второй половинке предложение всей жизни или же обручиться.

— Нет дня лучше для бракосочетания, чем фестиваль романтики, ведь вокруг только положительные эмоции, — рассмеялся Сариэль, оглядывая красивые пары. — Кто знает, Тари, может мы тоже когда-нибудь будем на их месте? — шутливо сказал мужчина, повернувшись ко мне.

— На месте брачующихся? — переспросила я и довольно кивнула. — Мне нравится ход твоих мыслей, Сариэль. Надеюсь, к этому моменту мы будем знать, кто находится под нашими личинами, — подмигнула я эльфу, намекая, что пока что рановато о таком думать.

— Кто знает, — усмехнулся мужчина и поторопил меня, — давай пройдем к арке — нам нужно еще многое успеть.

Я не отказалась и вновь взглянула на пары, которые проходили обряд бракосочетания и посадки дерева. Гости и все прохожие аплодировали новой семье, а после того, как ритуал завершался, в небо взлетали хлопушки и фейерверки.

Мы с Сариэлем крепко взяли друг друга за руки и шагнули под нежное свечение арки. Перед глазами чуть-чуть поплыло, уступая место только чувствам и эмоциям, которые были скрыты глубоко внутри. Смятение, сомнение, опасение правды, с которой предстоит столкнуться совсем скоро, восхищение, заинтересованность, сильная симпатия, которая стояла на грани и уже была готова стать чем-то больше приятных эмоций, которые вызывал у меня Сариэль, его слова и поступки. Когда свечение погасло, то с арки упал один из цветков. Я не знала, чтобы это могло бы значить, а потому повернулась к Сариэлю. Он явно что-то понимал, но лишь отшутился, сказав, что организаторы плохо прикрепили декорации. Мы с Сариэлем не стали обсуждать то, что испытали, пройдя через арку, считая это все-таки чем-то личным и сокровенным.

Мы улыбнулись друг другу, а лягушка громко квакнула и выплюнула снимок, который успела сделать в самый нужный момент. Наши волосы парили в воздухе так, словно мы были одержимы демонами, а не проходили арку возлюбленных. Я постаралась оставить некромантские комментарии при себе. Так или иначе, но фото вышло забавным.

Через какое-то время, когда мы прошли с ним площадку для медленных танцев, разукрасили бумажный фонарик и повесели его на дерево возлюбленных, отведали немного сладостей из различных фонтанчиков, мы проголодались. Стоило отметить, что фонтан с шоколадом и сладким сиропом больше всего пришлись мне по душе, но перебить аппетит так и не смог. В наших планах было отведать мороженное на двоих, которое подавалось в каких-то особенных стаканчиках, но мы пришли к выводу, что простое мороженное не сможет удовлетворить наш аппетит. Сегодня кафе не работало, но было кое-что получше.

На другой стороне парка аллея была украшена яркими гирляндами, сновало множество людей и торговок цветами, а по обочине стояли палатки с различными яствами и безделушками. Это было похоже на какую-то ярмарку или нечто подобное, если бы не символы переплетенных сердец, что указывали на тематику мероприятиями.

Сариэль крепко держал меня за руки, чтобы мы с ним не потерялись в толпе. Этих лавок не было в нашем «списке», но нам все равно хотелось пройтись по торговым рядам.

— Цветы! Продаем самые лучшие цветы! Цветы из Шаганефса для вашей спутницы жизни, из Ромарина для вашей драгоценной супруги, цветы из Гномьих Гор для признания в любви! Цветы на любой вкус, — громко кричала грузная женщина средних лет. — Не пройдите мимо, ведь двести еловых ничего не стоят по сравнению с счастьем, которое вы можете обрести!

— Зонтик для влюбленных пар! — призывал к своему прилавку худощавый мужчина с длинным и узким носом, на кончике которых находились круглые очки. — Зонтик для влюбленных позволит целоваться вам во время дождя и сделать так, чтобы этого никто не увидел. Что может быть лучше? Купите зонтик! Платите за один, а получаете в подарок погремушку для вашего будущего ребенка!

— Купите карамельные пирожные с предсказаниями внутри! Лишь судьба знает, что попадется вам: признание в любви, лепесток розы или кольцо? Купите пирожное, найдите кольцо и обручитесь сегодня же!

— Автомат для быстрых свадеб! Приложите руки и обручитесь за пять минут, и не нужно тратить деньги на пышные свадьбы. Пять минут — вы женаты, господин! — крикнул он прудящему эльфу и переключился на какую-то девушку, которая шла по аллеи одна. — Не нужно искать свою любовь, если вы можете прямо сейчас выйти замуж за того эльфа, который вам приглянется! Найдите своего спутника и приходите к нам — свадьба за пять минут и срочный ритуал бракосочетания всегда рад вам. Цена: пять лиственных.

Каждый торговец пытался привлечь посетителя громкими криками и хотел выставить свой товар или услугу в более выгодном свете. Нас Сариэлем неоднократно пытались уговорить купить что-нибудь, используя самую безотказную фразу: «вы не пожалеете об этом». Это веселило меня, и мы с Сариэлем действительно купили несколько сувенирчиков, не забыв и о еде. В одной из палаток молодой орк продавал острые пирожки с капустой, которые запали мне в душу. Я съела пять штук и была готова поспорить, что это самый лучший набор острых специй, что я пробовала когда-либо. Сариэль же лишь со смешинками в глазах смотрел на меня, не являясь таким любителем острого. Когда я купила у прекрасного орка пакет с пирожками и намекнула, что была бы рада и рецептик узнать, Сариэль рассмеялся, попросив не настаивать у орка на раскрытии семейных ценностей, и потащил к следующей лавке. Сариэлю хотелось попробовать сладости. Я была любительницей пирожков, булочек и прочей выпечки, но сам шоколад меня особо не особо интересовал.

— Дайте нам, пожалуйста, шоколадные фигурки рыб, — попросил Сариэль прелестную женщину в красном одеянии.

— Для чудесной пары ничего не жалко, — широко улыбнулась она нам и указала на скульптуры. — Каких именно рыб вы желаете приобрести? — любезно уточнила она.

— Моя спутница сделает выбор, — вновь предоставил мне Сариэль единогласное право выбора. — Тари, прошу, — эльф галантно пропустил меня к прилавку.

Мягко приобняв меня за плечи, он стал следить за моим взглядом и прокомментировал:

— Та, что справа, похожа на вид Гернэсс, слева определенно Трехзубая акула, чуть выше ты можешь увидеть Ронранскую мурену. Верхняя полка… — Сариэль вздохнул, — я не уверен, но, возможно, это подвид одного распространенного вида. Меня немного смущает расположение ее хвоста и…

— Не нужно, — рассмеялась я, понимая, что Сариэль может долго говорить о представленных здесь видах, вновь доказывая мне свои знания в данной сфере. — Я тоже все это знаю, — усмехнулась я.

— Действительно, — Сариэль неловко взъерошил волосы на голове, — я совсем забыл. К слову, об этом, — он прищелкнул пальцами так, словно что-то вспомнил, — твоя работа на биологической конференции удивительна. Я не ожидал, что ты работаешь в научно исследовательском центре, — подметил мужчина.

— Почему? — теперь уже я немного удивилась. С самого начала было ясно, что мы с эльфом крутимся в схожих областях. — Можно нам, пожалуйста, одну мурену из темного шоколада и медузу из белого, — попросила я женщину, которая внимательно наблюдала за нами, не сводя взгляд.

— Конечно, милочка, — загадочно улыбнулась она и отвернулась, чтобы взять упаковку для заказа.

— Не знаю, — Сариэль задумчиво пожал плечами и непринужденно рассмеялся, — я был не готов к подобным мелочам. — Тари, а что будет, если тебе не понравится то, кем я являюсь? — неожиданно спросил Сариэль, немного посерьезнев.

— Ты спрашиваешь это так, словно у меня действительно есть причины для беспокойства, — пробормотала я, немного озадачившись. Женщина протянула мне наш заказ и взяла ситуацию в свои руки.

— Эй, влюбленные, — позвала она нас и, понизив голос, спросила. — Вы уже были у мудреца? — она странно улыбнулась и, не дожидаясь ответа, указала нам направление. — Сверните вглубь парка. Там будет узенькая тропинка в глубине деревьев. Там будет дуб, который вы не пропустите. Вы сможете задать этому старику любой вопрос, какой только интересует вас, — женщина усмехнулась, поправив массивное ожерелье, и шепнула напоследок. — Мерцающие огни укажут вам путь.

Она жестом попросила нас отойти от лавки и тут же улыбнулась следующей паре, что стояла в очереди. Мы с Сариэлем не сразу поняли произошедшее, но съев шоколадные фигурки, действительно увидели в билетике пунктик «Мудрец любовных вопросов и желаний».

— Звучит многообещающе, — хмыкнул Сариэль, когда прочитал название.

— Думаю, нам стоит это проверить, — предложила я, понимая, что этот мудрец будет походить на гадалку и скажет нам ровно то, что мы хотим услышать. Сегодня я не была против и согласна была на любую романтику и развлечения, пусть и такие.

— А у тебя есть вопросы к мудрецу? — заинтересовался Сариэль первым идя по слабо освещенной тропинке и отодвигая ветви деревьев так, чтобы меня они не задели.

— Нет, но я придумаю что-нибудь на месте, — пообещала я, порадовавшись что надела удобные босоножки.

— Не сомневаюсь. У тебя всегда была хорошая фантазия, — кивнул Сариэль, а вдалеке что-то блеснуло. — Кажется, это те самые мерцающие огоньки, о которых говорила та женщина, — пробормотал эльф.

Следуя за огнями, мы пришли к хорошо освещенному дубу. Это было нечто вроде дома на дереве, в котором горел свет. Возле дума стояли скамеечки, фонарики и гирлянды освещали полянку и листья деревьев. Так как домик мудреца располагался в глубине парковых деревьев, то отсюда совсем не было слышно праздничной музыки. Лишь пение цикад и каких-то других насекомых.

К деревцу вела каменная дорожка, перед которой стояла табличка, оповещающая нас о том, что мы совершенно бесплатно можем задать мудрецу один вопрос, которых касается дел любовных. Нас такие условия вполне устраивали.

— Кто первый? — уточнила я у Сариэля, остановившись возле самого домика.

— Конечно же ты, — улыбнулся мужчина и спросил. — Тебе помочь подняться по лестнице или ты сама справишься?

— Спасибо, но я справлюсь, — отказалась я от помощи, взбираясь на дерево по веревочной лестнице. С виду она не внушала доверия, но была довольно надежной.

Поднявшись на небольшую смотровую площадку, я махнула Сариэлю рукой и постучалась в обитель мудреца. Дверца тут же открылась мне, предлагая пройти внутрь. Я сразу же почувствовала яркий аромат каких-то цветов. Внутри стоял небольшой низеньких столик с резными ножками, за которым на самом полу сидел бородатый и седовласый старик. Он прикрыл глаза и сложил руки в медитирующем жесте. Мудрец был одет в белые одеяния, а на его голове был странный убор, похожий не то на шляпу, не то на какой-то цилиндр с кристаллом в центре. По всей комнатке были расставлены свечи, которые горели пламенем разных цветов.

Когда я вошла, а дверца за мной плавно закрылась, тихо скрипнув, старик открыл глаза, которые были светло серого оттенка, и задумчиво взглянул на меня. Он без слов оглядел меня с ног до головы и махнул рукой куда-то в сторону. Я посмотрела на стену, на которую он указал и увидела табличку, просящую снять обувь и пройти к столу. Я не противилась правилам и рассталась с босоножками, также присаживаясь на пол.

— Какой вопрос ты хочешь задать мне? — проскрипел мудрец, выставляя на темно-фиолетовую скатерть несколько переливающихся сфер. — Любовь прошлого, любовь настоящего, любовь будущего, — он поочередно указал на каждую из них, предлагая мне выбрать.

— Любовь будущего, — улыбнулась я, указывая на сферу какого-то не то клюквенного, не то малинового оттенка.

— Хорошо, — старец спрятал два оставшихся шара обратно под стол. — Что именно ты хочешь услышать? Задай мне точный вопрос, — попросил мудрец. Я успела уже достаточно подумать об этом, а потому прямо спросила без промедлений:

— Кем мне станет тот мужчина, что ждет меня сейчас? — я кивнула на небольшое окошечко, откуда могла видеть Сариэля. Заметив мой взгляд, он тут же помахал мне.

— Вас ждет распутье, и ты вправе сделать выбор в пользу любого пути, — мудрец прищурился, уставившись на выбранную сферу. — Вас ждет счастливое будущее или же пропасть темных глубин. Выбор только за тобой.

— А можно поподробнее? — с любопытством попросила я, пытаясь понять, провидец ли этот мужчина или же говорит лишь то, что от него сегодня требует вечер романтики.

— Ишь какая хитрая, — фыркнул мужчина и вновь прикрыл глаза, водя руками вокруг сферы будущего, которая засветилась нежно синим оттенком. — О каком из путей ты хочешь узнать больше? Это последний вопрос, на который я отвечу для тебя, — предупредил меня мужчина.

— Можно узнать подробнее о счастливом будущем? — улыбнулась я, желая услышать только хорошее.

— Можно, — мудрец кивнул, вновь начав водить руками. — Если вы сделаете правильный выбор судьбы, то у вас будет достаток, крепкая семья и дети. Но дети не скоро, чуть позже, — сделал он уточнение, заставив меня улыбнуться. — Это все, уходи, — мудрец кивнул мне на выход.

Было обидно, что мне не удалось услышать чего-то действительно пророческого, однако, прежде чем я ушла, он сказал:

— Куда собралась? А сферу будущего кто заберет? — Старик встал из-за своего столика и всунул мне в руки прохладный шар, который тут же погас в моих ладонях. — Спроси совета у нее, когда будешь на развилке судьбы. И… — мудрецы заглянул мне в глаза и, круто развернувшись, философски пробормотал. — Будь осторожнее с подарками, если не хочешь потом сильно удивиться.

— Благодарю вас, — я признательно кивнула ему за дополнительные советы и, не став задерживать мудреца, поспешила на выход.

Сариэль заинтересованно посмотрел на сферу, которую я еще не успела припрятать в самочку и без лишних расспросов поспешил внутрь, чтобы также спросить что-то у мудреца. Не знаю, кто этот старичок на самом деле, но есть в нем что-то такое, что заставляет поверить. Он весьма убедителен. Даже я поверила в приближающуюся развилку судьбы, что уж говорить об остальных? Может быть, дело в свечах, сферах времени и его наряде?

Сариэля не было не больше пяти минут, я даже не успела осмотреться в округе, как эльф спустился ко мне. Против воли я подметила, что в его руках была сфера настоящего. У каждого свой выбор.

У дуба было очень спокойно и умиротворенно настолько, что нам захотелось немного пройтись по едва протоптанным дорожкам рядом.

Когда мы поболтали о впечатлениях и тех эмоциях, которые на нас произвел фестиваль, мы засобирались на главную аллею. Совсем скоро была полночь и собирались запустить салют. Это должно было быть какое-то представление, и мы не хотели его пропустить. В нашей фотокарточке еще осталось несколько пусты ячеек, но мы с Сариэлем чувствовали себя слишком уж вымотанными для того, чтобы отправиться к небольшой реке и переплыть ее на лодках, и взобраться на скалу, на которой все раскрывали покрывала и устраивали пикники. О том, что мы захотим перекусить на полянке мы с эльфом не подумали.

На главную аллею вышли почти все пары, что пришли на фестиваль, а на дорожке неожиданно появилась череда фонтанов. Как нам подсказали организаторы — перед началом фейерверка нам нужно бросить в фонтан лепесток со своим желанием. Не стали пренебрегать данной традицией, а потому каждый из нас взял один из лепесток тех цветов, что присутствовали в нарядах друг друга, обменялись ими и, загадав желание, бросили в фонтан. Сариэлю было очень интересно, что же именно я пожелала, однако я не призналась и не поддалась на уговоры.

— Тари, — позвал меня Сариэль, когда салют и яркое зрелище должны были начаться с минуты на минуты, — может быть, сейчас тот самый момент, когда мы должны призваться друг другу? — эльф серьезно взглянул на меня с мягкой улыбкой.

— Думаю, это действительно будет хорошим завершением вечера, — согласилась я, уже будучи готовой в любой момент снять с себя иллюзию. — Готов? — я повернулась к Сариэлю, закусив губу.

— Я был готов с самого начала. Просто обстоятельства не сложились, — хмыкнул он и, словно бы немного волновался, сделал глубокий вдох.

— Давай снимем иллюзии с пуском первого фейерверка? — предложила я, понимая, что не чувствую никакого беспокойства. При первой встрече я правда переживала, но сейчас была уверенна, что снятие иллюзии никак не изменит моего мнения насчет Сариэля и не изменит наши взаимоотношения.

— Отличная мысль, но вначале…. — Сариэль, словно был фокусником, достал из внутреннего кармана пиджака белую розу теперь уже с красными нитями пигмента. — Тари, ты примешь эту розу от меня? — он широко улыбнулся, протянув мне цветок. Я, кончено же, не отказалась.

Когда в воздух взмыл первый снаряд и разорвался с необыкновенно яркими искрами и громкими звуками, а толпа одобрительно зааплодировала, я сдернула иллюзию. Я не закрывала глаза даже на миг, потому что очень уж хотела увидеть то, как с Сариэля спадают потоки магии. И я действительно увидела то, как иллюзия по слоям спадала с его лица, показывая мне все новые и новые черты.

Глава 6

— Я могу все объяснить, — тихо прошептал мужчина тогда, когда салют, красоту которого я не смогла оценить по достоинству, закончился.

Все это время мы молчали, так как все равно не смогли бы услышать друг друга из-за шума.

— …Нет. Не стоит, — я сделала шаг назад, пытаясь совладать с эмоциями. — Миндартис… ты… — глаза против воли стали влажными. Я не знала, что должна чувствовать. Я так сильно сжала розу, что проткнула шипами ладонь. Боль немного привела меня в чувство. — Зачем ты сделал это? Зачем ты водил меня за нас? Ты совсем с головой не дружишь?

— Послушай меня, пожалуйста. Я правда могу объяснить тебе ту ситуацию, в которой оказались, — Миндартис попробовал взять меня за руки.

— Не хочу, — оборвала я его. На душе было ужасное чувство обиды и горечи. — Я не хочу слышать от тебя ничего. Что за глупые шутки?

— Итари, стой, — Миндартис растерял всю ту уверенность, что была присуща ему, — это никакая не шутка. Честно. Я понял, что девушкой под иллюзией была ты только тогда, когда мы встретились в парке, — его слова заставили меня замереть.

— Правда? — я с вызовом посмотрела на него. — Думаешь, мне должно полегчать от этого? Это было пару дней назад. Если это правда, то неужели… — я вдохнула побольше воздуха, пытаясь подобрать слова, — неужели ты не мог сказать мне? Неужели не мог решить эту ситуации иначе?

— Я хотел сказать тебе об этом, но не смог, — Миндартис был взволнован и выглядел так, словно бы действительно раскаивался в случившемся.

— Нет. Ты не просто не захотел этого делать, — жестко отрезала я, не собираясь поддаваться никакому сочувствию. Ситуация выбила меня из колеи. — Вместо того, чтобы поговорить, ты стал издеваться надо мной. Зачем было назначать свидание в кафе? Зачем звать меня сюда? Зачем, зная правду, врать мне в лицо? Ты врал и за себя, и за Сариэля. Сейчас я чувствую себя безмозглой скумбрией, которая, как и все твои «нимфы», повелась на твою актерскую игру. Не то что бы повелась — я до последней секунды верила в нее, — я прикрыла глаза, стараясь перевести дух. К горлу подступил ком, но я слез я не допускала. Не сейчас. Погоревать можно будет дома.

— Итари, — Миндартис сглотнул и немного помолчал, словно сомневался, а после проговорил, — я не мог сделать этого, потому что боялся.

— Чего боялся? — подтолкнула я горделивого закончить.

— Я боялся, что если ты узнаешь правду, то больше никогда не заговоришь со мной. Я успел хорошо узнать тебя и твои принципы.

— И что? Думаешь, ты лучше сделал? А сейчас уже не боишься? Твоя интуиция тебя не подвела, поскольку у меня действительно нет желания общаться с тобой. У меня есть желание больше никогда не видеть тебя. Я считала тебя хорошим приятелем, коллегой, даже думала, что мы друзья, но ты… — я покачала головой, не в силах подобрать слова.

— Я ждал подходящего момента. Я был готов к признанию, но, когда именно? Я выбирал наиболее удачный момент.

— Праздник влюбленных действительно то место, где стоило это делать, — покивала я. — Можно было подойти ко мне в любой момент и вызвать меня на откровенный разговор, в ходе которого четко все объяснить. Ты не можешь представить, что я чувствую сейчас. Ты…

— Я тебе нравился? — перебил меня Миндартис.

— Не ты. Сариэль, — поправила я мужчину.

— Но это и есть я, — Минд грустно усмехнулся. — Просто немного другой. Итари, я по-прежнему тот же эльф, что и раньше. То, что с меня спала иллюзия не означает, что я поменялся. Я все тот же Сариэль, — Миндартис сделал шаг ко мне. — Итари, я устал от того, что нам приходится притворяться. Почему под иллюзиями мы были совсем другие? Мы совсем не такие, как на работе, не такие, как в кругу друзей. Каждый из нас прячет чувства, пытается скрыть одни чувства и выставить на показ другие. Мы смогли узнать другу друга настоящими, разве не это важно? Почему сейчас мы должны обмануть самих же себя? Итари, я знаю, что я поступил неправильно. Знаю. Но… ты сможешь простить меня?

Я смотрела на мужчину в белом костюме, на розу, которая оставила на ладони красные следы, на толпы веселых людей и влюбленных парочек. В голове было слишком много мыслей, но я смогла выловить из всех нужную. Обдумала и твердо сказала:

— Нет.

Миндартис кивнул мне. У меня создавалось ощущение, что он мог заплакать в любой момент. Не знаю, что чувствовал мужчина, но понять его я сейчас не могла. Безусловно, я бы хотела прояснить все, разобраться в деталях, может быть, свести все в шутку, серьезно поговорить с мужчиной, прежде чем делать что-то, но гнев и эмоции взяли вверх, а потому я развернулась и не прощаясь направилась к выходу из парка.

Когда я вышла за ворота и наспех поймала такси, то оглянулась последний раз. Миндартис шел следом, но не окликал меня. Он явно хотел что-то сказать, но, судя по всему, не мог подобрать тех слов, которые остановили бы меня сейчас или же заставили передумать. Не знаю, чего я хотела: больше никогда не увидеть этого эльфа или же того, чтобы он здесь и сейчас вновь заставил поверить ему. Я не припомню того, чтобы когда-нибудь испытывала настолько смешанные чувства. Симпатия к Сариэлю оказалась настолько сильной, что заставляла меня верить в какое-то чудо, которого, конечно, не могло и быть. Чего я хотела от тех взаимоотношений, которые с первого дня знакомства были построены на лжи? Иллюзия — тоже ложь, но не которую мы слышим, а которую мы видим.

***

После ссоры с Миндартисом прошло около трех дней. Произошедшие события хоть и не были для меня таким уж большим шоком, но мне требовалось привести мысли в порядок. Именно поэтому я взяла все те выходные дни, что успели накопиться за год. Я не рассказывала домочадцам о том, что произошло, не желая впутывать в эту ситуацию, пусть и близких, но третьих лиц. Лишь случайно от брата я узнала, что Миндартис съехал из общежития тем же вечером. Меня это не волновало, а потому детали на сей счет были мне неизвестны.

Работа, которую я взяла на дом, помогала отвлечься, как и вечерняя пробежка. Как-то уж тяжело было переварить случившееся. Может быть, я бы и хотела, но эту ситуацию было не так просто выбросить из головы. Я не переставала думать о Сариэле и Миндартисе, которые оказались одной и той же личностью. Как я не заметила подмены? Как я не заметила маленьких совпадений? Однако, к собственному же удивлению, я не сердилась на эльфа, как ожидала. Было лишь грустно и обидно.

Мой артефакт связи разрывался от сообщений и звонков. В первый день я была зла. Во второй верх взяла обида на горделивого. В третий гордость. Сегодня же я была спокойна как удав и была настроена на диалог. Как бы то ни было, а проблема не решится, если ее не обсудить. Боюсь, все может стать только хуже, если мы оборвем нашу с Миндом связь и престанем контактировать.

Я долго сомневалась, читая бумажные письма, которые отправлял Миндартис. Хотелось поговорить с ним на чистоту, чтобы выяснить детали и вновь сказать все то, что я о нем думаю, но как мне предложить ему это?

Не став долго ломать голову над этим вопросом, я просто отправила Миндартису магическое уведомление. Я назначала встречу в шесть часов на набережной, возле маяка. Почти сразу пришел ответ — он будет меня ждать ровно в назначенный срок.

Сказав Кузнечику и брату, что я выйду на недолгую прогулку, отправилась к маяку. На всякий случай захватила с собой зонт, подаренный Сариэлем, и все платья, что купил Минд. Я не знала, каким будет итог нашего разговора, но была готова в случае необходимости вернуть подароки.

На сей раз на место встречи Миндартис пришел первым. Он казался мне немного подавленным. Но, возможно, мне всего лишь показалось. Эльф был рад меня видеть и как только заметил, подбежал ко мне.

— Итари! — воскликнул он и уже был готов обнять меня, как я отстранилась.

— Мы с тобой не в тех отношениях, чтобы обниматься при встрече, — осекла я его и предложила. — Давай поболтаем по душам по набережной и разойдемся.

— Как скажешь, — Миндартис улыбнулся и начал первым. — Я вновь приношу тебе свои извинения Итари, однако я…

— Не стоит извиняться, — тут отдернула я его от ненужных слов. — Я тоже виновата в том, что произошло. Будь каждый из нас внимательнее друг к другу, то навряд ли бы это произошло. Мы так бесталанно купились на эту ложь, — я грустно усмехнулась и попросила. — Расскажу все, что знаю я. Потом скажешь ты.

— Хорошо, — Миндартис кивнул и мы неспешно зашалили по набережной, любуясь видом океана и порта.

— Я была очень расстроена, — честно призналась я. — Тебе определённо известно чуть больше, нежели чем мне, а потому исправь, коль буду неправа. Я до последнего момента не понимала, что Сэри — это ты, Минд. Я была в шоке, не иначе. Я думала, что ты так глупо подшутил надо мной и знал правду с самого начала. Мне казалось, что шанс того, что мы могли познакомиться в этой «базе данных» настолько минимален, что мне было проще поверить в то, что ты взломал систему, вычислил меня или же как-то специально это подстроил, нежели чем в то, что это стечение судьбы. Но сейчас я действительно вспоминаю наши встречи, беседы и понимаю, что это не так. Я не буду врать и скажу честно: Сариэль мне нравился, именно поэтому я хочу во всем разобраться. Я не понимаю многих деталей, а потому хотела бы, чтобы ты объяснил все мне с самого начала.

— Спасибо, Итари, — Минд признательно кивнул мне и также неспешно заговорил. — Давай правда начнем издалека. Во-первых, хочу начать с того, что Сариэль — часть моего полного имени.

— Правда? — неподдельно изумилась я. Почему-то я не ожидала этого.

— Да. Миндартис Сариэль Ласгалэн Келердайн Норген — именно так я записан в родовом дереве и в семейном реестре. Но для жизни и повседневных будней я немного укоротил его. Поэтому имя Сариэль настоящее и если тебе хочется, то ты можешь называть им меня, однако в моей семье так делает только бабушка, — Минд улыбнулся, видимо вспомнив о своей родственнице.

— Я не соврал тебе тогда. Все это время я виделся с Тари, даже не понимая, что ты просто откинула первую букву имени. Я никогда не осознавал, что это ты. Лишь в один из дней у меня закрались подобные подозрения — когда ты выбирала подарок. Что-то мне показалось очень похожим.

Ты пообещала подарить выбранный блокнот своему парню, но я его так и не получил, поэтому я просто подумал, что вы похожи характером и работой, но не более. Ты с самого первого дня моего приезда в Эльфийские Долины нравилась и привлекала как женщина, Тари же не могла показать мне своей внешности, и с течением времени мы сблизились с ней эмоционально. Я не мог поверить судьбе, когда ты пришла в парк в том зеленом платье. Я не мог понять, радоваться мне или же прекратить все в тот же день.

Моя душа разрывалась — Тари очень нравилась мне, и я был готов сделать по отношению к ней более серьезный шаг, но как осознать, что это — та женщина, которая отвергла все мои знаки внимания в первый же день знакомства и не давала мне ни единого шанса? Я не знал, что делать и правда испугался говорить об этом тебе. Может это случайность? Я решил все перепроверить и, чтобы ты ни о чем не догадалась, вывернул ситуацию наизнанку.

Я назначил встречу в кафе, куда ты, кончено же, пришла. Ты была не рада меня видеть, и я подумал, что ты не воспримешь мои слова всерьез. Тогда я связался с одной своей знакомой и попросил ее прийти в кафе, чтобы ты вновь ничего не заподозрила. Мне был нужен подходящий момент. Также я хотел подарить тебе третью розу до того, как ты все узнаешь. Если бы ты знала, что Сариэль — Миндартис, то у нас бы не получилось провести вместе этот фестиваль романтики. Он будет идти неделю и…

— Минд немного замялся, — об этом еще рано говорить, но скажи мне, если захочешь вновь сходить туда, — эльф улыбнулся мне и закончил свой рассказ. — Мы провели прекрасный вечер, за исключением того момента, как сняли иллюзии. Я понимал, что ты будешь расстроена, но я действительно не подозревал, что это так тронет твои чувства. Знаешь, Итари, — Минд тихо рассмеялся, — наверное, сейчас это прозвучит смешно, но почему бы нам не устроить примирительный обед? — эльф замер на месте, указывая на какое-то заведение.

— Все мирятся по-разному, а мы делаем это при помощи еды, — хмыкнула я и согласно кивнула. — Соглашусь хоть на что, кроме драконьего ресторана, — постаралась пошутить я, а Минд улыбнулся.

Мы прошли в заведение и, сделав заказ, вновь вернулись к беседе.

— Что мы будем теперь? — спросила я у Миндартиса, понимая, что теперь мы имеем целостную картину и винить кого-либо не имеет никакого смысла.

— Прежде чем мы бы ответили на этот вопрос, я бы хотел задать тебе другой, — Миндартис вновь достал из внутреннего кармана пиджака розу. Она была полностью алой. — Итари, ты возьмёшь этот цветок?

— Шутишь? — уточнила я и возмутилась. — Я сижу и не понимаю, что мне теперь делать, а ты цветы предлагаешь?

— А почему бы и нет? — весело пожал Минд плечами. — Ты должна позаботиться о цветке, ты так не думаешь? — попытался зайти эльф с другой стороны.

Я закатила глаза и взяла розу. Цветок все равно ничего не значит, а Минд не отвяжется. Я положила розу на край стола и вновь повторила вопрос:

— Теперь доволен? Что будем делать, и как в этом вопросе нам может она помочь? — я ткнула пальцем в пышный бутон.

— Но ты же сама на него ответила, — широко улыбнулся мне Миндартис так, словно тучи рассеялись и на его улице выглянула яркое солнце. — Спасибо, Итари, для меня это действительно важно, — поблагодарил меня мужчина, а я захлопала глазами, не понимая с чего такая перемена.

— Я просто взяла цветок, — щёлкнула я пальцами перед носом Миндартиса.

— Итари, сейчас не лучшее время для шуток, — Миндартис кивнул официанту и налил нам сок из графина, — я серьезен с тобой. Ты должна понимать, что я не из тех, кто разбрасывается подобным, — эльф указал на цветок.

— Почему я должна воспринимать цветы так, словно даря их ты делаешь мне одолжение? — цыкнула я, делая глоток напитка.

— Да причём тут одолжение? — нахмурился Миндартис, а потом замер. — Секундочку. Итари, ты вообще поняла, что я сделал? — Минд удрученно взглянул на меня.

— Ты подарил мне розу, — покладисто ответила я, не понимая, к чему он клонит.

— А до этого? Те розы, что я дарил ранее? — кажется, Минд всерьез напрягся.

— Не понимаю, о чем ты, — покачала я головой и попросила. — У меня начинает болеть голова от твоих слов. Не глупый же, видишь, что я не понимаю — объясни, а не задавай мне вопросы, на которые я не могу ответить.

Миндартис несколько шокировано откинулся на спинку стула и схватился за голову. Он вытаращил на меня глаза и задал риторический вопрос:

— Итари, ты эльфийка или морское чудище? Как ты можешь не знать об этом? — Минд явно был очень чем-то не то разочарован, не то огорчен. — Цветок, который я подарил тебе сейчас — мое признание в чувствах. Признание в моей влюбленности, если тебе будет проще от этого, — цыкнул Минд, а я подавилась соком.

— Влюбленности? — я посмотрела на розу и тут же отодвинуло ее сторону Миндартиса. — Нет, спасибо. Нельзя дарить подобное и не предупреждать заранее.

— Я думал, что ты знаешь, — воскликнул он и вновь отдал розу мне. — Поздно, моя дорогая, ты уже приняла розу и ритуал пошел дальше, — Минд скрестил руки на груди.

— Вот и ритуал на горизонте нарисовался, — пробормотала я. — Кажется, у нас все-таки есть то, что нужно обсудить. Рассказывай от начала и до конца, — потребовала я.

— Итари, ты только что приняла четвертую розу от меня, — горделивый прикрыл глаза и принялся неспешно разжёвывать информацию, которую я, по мнению Минда, должна была знать. — Когда горделивому эльфу нравится девушка, то в период ухаживаний он дарит ей цветы. Каждый сам выбирает тот цветок, который будет использовать. В процессе знакомства эльф, основывая на своих чувствах, дарит спутницей цветок, который что-то означает. Существует несколько этапов: заинтересованность, симпатия, восхищение, восторг, эмоциональная близость, влюбленность, страсть и влечение, обожание и, конечно же, любовь. В каждом из этих чувств помогает признаться один цветок и дарить их можно в любой последовательности. Только что я подарил тебе цветок, означающий мою влюбленность, и ты приняла его. Какие цветы я подарил до этого — не скажу, мучайся в неведении. Чтобы ты понимала, что это значит, то приведу пример: такие цветы было принято дарить еще по староэльфийским обрядам и они означали серьезность помыслов. Вместе с последним цветком мужчина должен сделать женщине предложение. Тари настолько зацепила меня, что я понял, что она именно та, которой я хочу подарить первую розу. Я дарил женщинам букеты, но ни одна не получала от меня такой цветок. Ты приняла все мои предыдущие цветы и я, зная твой интерес и твою любознательность, не сомневался в том, что ты знаешь их истинное значение. Я даже подумать не мог, что мне придётся пояснять такие очевидные вещи!

— Откуда я вообще должна была знать об этом? — также возмутилась я в ответ. — Я морская эльфийка и у нас немного другие традиции, нежели чем у горделивых, — попыталась я хоть как-то прикрыть свое незнание. — Когда даришь цветы — нужно предупреждать о подводных камнях такого размера. Я действительно испытываю некоторые чувства, но не такие сильные, чтобы принимать цветы и вступать в какие-то обряды и ритуалы.

— Итари, у тебя же бабушка была некроманткой, — обличительно заметил Минд и заявил, — разве она, как маг смерти, не научила тебя не принимать цветы из чужих рук?

На данный аргумент мне было нечего ответить. Бабуля действительно с самого действа рассказывала мне о порчах и заговорах, которые передаются через предметы, воду и растения. Она просила никогда не брать меня из чужих рук вещи, о которых я ничего не знаю или те, которыми я не умею пользоваться. Однако я не могла предположить, что мне придется думать в таком ключе о цветах, которые мне дарил Сариэль или кто еще.

— Хорошо, закроем тему, — вздохнула я, понимая, что мы вновь с Миндом отличились. Одна не подумала узнать, а другой не подумал сказать — отличная пара.

Когда нам принесли еду, мы в тишине перекусили. Миндартис сказал, что я уже не могу отказаться от розы, но он все-таки спросил, готова ли я принять его чувства и влюбленность сейчас, зная правду? Мне требовалось время на размышления и Миндартис попросил подумать об этом до конца трапезы.

Я все еще не могла перестать видеть в Миндартисе зазнавшегося эльфа и начать видеть приятного, заботливого Сариэля. Вроде бы его голос, слова и даже жесты были точно такими же, но я все-таки не могла отделаться от ощущения, что что-то не так. Влюбленность? Миндартис? Я была готова встречаться с Сариэлем и строить с ним долгие доверительные отношения, но, зная о минусах Минда и том, кто он за пределами парка и наших свидания, готова ли я к этому?

Миндартис понимал, что сейчас я нахожусь в раздумьях, а потому постарался проявить себя, позвав меня в центр зала на медленный танец. Я не отказалась.

Миндартис обнял меня за талию, и мы медленно закачались в такт музыки. Кого я пытаюсь обманывать? Он мне нравится, но что дальше делать с этим знанием? Хочу ли я строить отношения с тем эльфом, у которого на каждом шагу тысяча и одна воздыхательница? Какой он на самом деле?

— Ты готова дать мне свой ответ? — тихо спросил Миндартис, прижимаясь к моим волосам. Я немного отстранилась.

— Нет, не готова. Раз уже все так вышло, то давай начинать дело если и не с чистого листа, то наше с тобой настоящее знакомство с начала. Сходим на парочку свиданий, приглядимся друг к другу и уже после примем окончательное решение.

— Звучит здраво, — улыбнулся мужчина. — Впрочем, ты всегда была разумна. Мне это по душе. Предлагаю понять наши чувства на фестивале романтики. Уж прости меня, Итари, но я хочу получить новую фотокарточку с нашими новыми совместными фотографиями. Хочу заново нарисовать твой портрет, разукрасить фонарики, — бормотал Минд, а я согласно кивнула:

— Не вижу в этом ничего плохого. Мы пропустили несколько дней, но еще можем успеть на праздник.

— Может нам отправиться туда прямо сейчас? — весело предложил Миндартс. — Нам стоит компенсировать упущенное время, что мы могли бы провести вместе.

Мы с Миндом действительно отправились в парк на фестиваль романтики. Оставалась еще пара дней. Это был очень насыщенный вечер. Примирение, честный разговор, роза, фестиваль. На последнем мы постарались сделать все то, что сделали в первый день. Даже к мудрецу вновь сходили. Однако я была готова поспорить, что этот старичок узнал нас, поскольку закатил глаза и напомнил, что к нему нельзя прийти за советом дважды и сказал, что именно сейчас я нахожусь на перекрестке дорог будущего. По словам Минда его ждало точно такое же предсказание.

После того, как на фестивале наши силы кончились, Минд проводил меня до дома. Он не хотел ставить меня в неловкое положение, а потому съехал в ближайший отель. Пока что он планировал остаться там, а потому мы попрощались у общежития. Миндартис вел себя достойно, не пересекал рамки допустимого и напоследок сказал что-то милое про сегодняшнюю Луну. Это позабавило.

***

Прошло около двух недель, и мы с Миндартисом действительно стали встречаться. Правда, делали это тайно. Мое сердце болело от осознания того факта, что я, если откинуть детали, завела роман со своим коллегой. Однако Минд отшучивался и говорил, что вся лаборатория с самого начала думала, что мы встречаемся. Я все равно была против огласки, а потому настояла о том, чтобы никто на работе не знал о наших отношениях — ни к чему. Миндартиса это опять-таки забавляло, и он не уставал подчеркивать тот факт, что наш тайный роман и отношения на работе очень уж нравятся ему.

Правда скрывать факт отношений я была намерена не от всех. Кливий и Кузнечики были первыми, кому я сообщила данную новость. Родственникам же можно было ничего не сообщать, поскольку они так и не изменили своего мнения насчет того дня. Единственный кому я не сказала о Миндартие — дяде, он был стал чересчур переживать за меня. Я планировала сделать это чуть позже.

Миндартис активно ухаживал за мной и был, не побоюсь этого слова, самой настоящей лапочкой вне работы и самым настоящим вурдалаком в офисе — такие вот у него были социальные модели поведения и жажда во всеобщем внимании. Однако я высказала Миндартису все то, что думала о его легкомысленном отношении по отношению к женщинам, а также все то, что считала недостойным поведением для идеального мужчины. Никто не идеален, но нужно работать над своими изъянами. Не мне одной было что сказать, потому что Минд со своей стороны взял с меня обещание прекратить ходить по ночам в лабораторию и восстановить режим сна, а также позволить ему по-настоящему начать ухаживать. Я старалась прислушиваться к словам Миндартиса и не мешала делать ему последнее.

Так на месяц нашего знакомства Миндартис подарил мне растровый микроскоп повышенной чувствительности, о котором я однажды обмолвилась. Мне было очень приятно получить такой подарок и приятно от того, что Минд подумал об этом. Однако Миндартис, будучи истинным романтиком, почему-то не подумал о том, куда мне деть эту прелесть, будучи в общежитии. Микроскоп, в конце концов, это не зонтик, который можно убрать в шкаф. Подарок Минда я по итогу отправила к тете, чтобы забрать после. Стоит подметить, что микроскоп был не единственным, что подарил мне Миндартис. Эльф тратил столько денег, что порой у меня сердце кровью обливалось. Когда мы пошли в салон выбирать мне платье для другой предстоящей в этом месяце конференции, то я неудачно пошутила о ценовой политике магазина. Это заставило Миндартиса начать пламенную речь, о том, что он может выкупить всю сеть этих магазинов и зачем-то скупил все платья моего размера, которые мне доставили посылкой, как «сюрприз». Пришлось объяснить Миндартису, что мне не нужно столько одежды и с гардеробом я могу разобраться как-нибудь сама, да и не стоит покупать вещи, если он не знает о моих предпочтениях. Вопрос был закрыт, и я сдала платья обратно в магазин, оставив лишь те, что мне действительно приглянулись. Впредь, если он хотел сделать мне подарок, то советовался со мной и только после этого принимал решение. Такой подход был мне по душе. Я также не обделяла мужчину вниманием и старалась проявить чудеса кулинарии в выходные, потому что Минд сразу дал мне понять, что покупные подарки ему не особо интересны. Мне очень нравилось, что мы могли честно обсудить любой вопрос и найти к проблеме подходящий подход. Честность между друг другом стала нашей главной ценностью после снятия иллюзий.

Мы проводили достаточно много времени вместе — день на работе, на которой мы хоть и не всегда, но все-таки пересекались, часть выходных, и вечера в будние дни. Все-таки у нас с ним были и другие дела, ведь весь мир не крутился вокруг нас. Минд как-то намекнул, что неплохо было бы уже начать жить вместе, а после настойчиво попытался пригласить меня к себе в гости на креветки, но пришлось спустить его с небес на землю — мы знакомы чуть больше месяца и о подобном речи не идет. Минду пришлось вести себя более сдержано. Я не хотела торопить события, да и спешить нам, на самом деле, некуда.

Наконец, наступил день конференции, которая была посвящена проблеме пространственных карманов. Были приглашены очевидцы, все те, кто попал в карман и выбрался из него, а также выдающиеся маги, которые уже на протяжении нескольких десятков лет изучали данное явление, вспыхивающее во всех областях мира.

Конференция проходила в столице, а потому мы отправились туда за два дня до ее начала. Я взяла с собой несколько платьев и была готова продуктивно провести все три дня, которые будет идти данное мероприятие.

Я уложила волосы, нанесла легкий макияж и застегнула нежно-коралловое платье. Не покривлю душой, если скажу, что, после смены образа жизни, под глазами пропала чернота и лицо без нее нравилось мне куда больше. По совету Миндартиса я назначила себе одну помощницу, которая не была моим секретарем, но помогала мне с бумагами. Это действительно помогло мне и несмотря на то, что я стала работать меньше часов, я умудрялась выполнять тот же объем дел.

— Итари, ты готова? — Миндартис настойчиво постучал в дверь моего номера. Мы жили друг напротив друга. Я хотела соблюдать личные границы, а потому настояла на раздельных номерах.

— Да, — громко сказала я, чтобы мужчина услышал. — Дверь открыта, можешь войти, — я застегнула сережку у зеркала и довольно подмигнула своему отражению. Я все-таки прочла одну из книг Миндартиса и подчерпнула из нее много забавных мелочей.

Мидартис открыл дверь, проходя внутрь. Сегодня я постаралась чуть больше обычного и старания дали свои плоды — мужчина был приятно ошарашен. Я бы хотела сказать, что у него перехватило дыхание от моей красоты, но это было бы уже лестью. Минд просто был восхищен. Однако он никак не прокомментировал мой образ, но это было лишь временно…

Когда мы с Миндартисом были уже в холле конференц-зала, то он приостановил меня и с самым что ни на есть серьезным видом заговорил:

— Знаешь, Итари, когда я увидел тебя в этом платье, то мое тело отреагировало раньше, чем мой мозг. И это уже не первый случай данного явления. Не тебе я должен рассказывать, что мозг эльфа формируется раньше всех остальных органов. Эльфийский мозг можно обмануть самыми различными способами, но тело не обманешь. Когда тело реагирует первым — это хорошая химическая реакция. Наши ДНК инстинктивно притягиваются друг к другу ради эволюции и размножения, — Миндартис, словно фокусник, вновь достал из внутреннего кармана пиджака нежно-лиловую розу. — Итари, ты примешь эту розу ради наших ДНК, эволюции и размножения?

— Ты сам-то понял, что сейчас сказал? — фыркнула я, ловля удивленные взгляды других участников предстоящей конференции. — Какое еще размножение? Не рановато? — иронично выгнула я бровь.

— Рановато, — согласился эльф, но с хитринкой в глазах добавил, — но ты можешь взять эту розу для эволюции, которая последует в будущем.

Я рассмеялась и все-таки приняла розу, чмокнув мужчину в щеку. Наши отношения обещали быть интересными и насыщенными. Не без перчинки, которую я так люблю, но и не без кислых моментов, которые добавляют нам вкус жизни.

Конец.

Content

Новый сотрудник береговой лаборатории — Юлианна Гуськова

Пролог

Глава 1. Новые знакомства

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6