Тиджан

Картер Рид

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

ГЛАВА 1

Придурок здесь.

Это была первая промелькнувшая в моей голове мысль, когда я пробралась в нашу квартиру. Это была моя квартира — моя, — и мне пришлось красться, только лишь потому, что парень моей соседки по комнате был извращенцем. Я всегда кралась, когда видела его машину на парковке, но на этот раз, все было иначе. Они были в гостиной, и моя соседка кричала. Я услышала, как он отвесил ей пощечину, которая заставила ее замолчать. Я не могла пошевелиться, но могла их видеть. А затем, прежде чем продолжить начатое, он ей прорычал, чтобы она заткнулась. Она все еще всхлипывала, но успокоилась, как только он продолжил в нее входить.

Я не могла отвести взгляд.

Он насиловал ее.

Меня замутило. Я не могла поверить в происходящее.

Он, склонившись, продолжал толчки, удерживая ее перед собой своими ногами, таким образом, что она была в ловушке, а оба ее запястья оказались зажатыми в его руке. Он продолжал. Моя соседка по комнате, сдавшись, лежала неподвижно. Он победил ее, сломал, и я была тому свидетелем.

Тошнота и ненависть подкатили к горлу, но я сдержалась. Я бы не позволила этим чувствам выйти наружу, не тогда, когда у меня был шанс сделать то, о чем я потом буду сожалеть. Но даже с этой мыслью, решение уже было принято.

Мэллори опять закричала. Ее агония была душераздирающей. Прежде чем он приказал ей снова заткнуться, моя рука дрогнула. Он толкнулся сильнее, глубже. Продолжая насилие, он не догадывался, что возможно, в квартире был еще кто-то.

Это был мой дом.

Это был ее дом.

Здесь он не был желанным гостем, но ему было все равно. Он продолжал входить в нее. А затем зарычал от удовольствия. От этого звука мне стало страшно. Меня снова чуть не вывернуло наизнанку, и я с ожесточенным взглядом пошла на кухню. Там был полный ящик ножей, но не для него.

Я прошла мимо кухни и в нашем внутреннем дворике опустилась на колени перед половицами. Сняв одну из них, я схватила коробку, понимая, что моему брату была бы ненавистна даже мысль о том, что я ее нашла. Позади меня раздался еще один крик, и моя решимость окрепла.

Моя рука не дрогнула.

Я нашла пистолет, мой брат вряд ли хотел, чтобы я о нем знала. Прежде чем положить доску обратно, я вытащила его из коробки. Тогда, мой взгляд был яснее, да и сердце билось медленнее, чем должно было, я снова вернулась в гостиную. Звуки не стихали. Диван с каждым толчком ударялся об стену. При каждом его движении моя соседка кричала. Казалось, это никогда не закончится, и прежде чем прошла последний поворот, я крепче сжала пистолет.

Сменив позу и усадив ее лицом к стене, он продолжал в нее входить. Теперь, ее голова упиралась в стену. Она была бледным призраком с заплаканным лицом. Подводка для глаз растеклась настолько, что ее лицо частично было черным, в других местах виднелись синяки. Ее щека в том месте, куда пришлась его пощечина, уже покраснела и опухла. В верхней части лба виднелись порезы, из которых текла кровь. Он порезал ее, и тянул за волосы так сильно, что оттуда сочилась кровь.

Ее взгляд, поверх его плеча встретились с моим. Она опять всхлипнула, и он, схватив ее за шею, сжимал все сильнее, ее рот от нехватки кислорода открылся. Как только он сжал крепче, его бедра резко дернулись и он вышел из нее. Поскольку ей нечем было дышать, она начала метаться.

Он сжал сильнее.

Когда ее взгляд начал тускнеть, я увидела в них какой-то проблеск. Это предназначалось мне. Я знала это. Еще крепче сжав в руке пистолет, я подняла его вверх.

Я почувствовала, прежде чем услышала, бульканье. Я чувствовала его сквозь воздух, комнату и мою соседку. Это не имело значения. Я знала, что он был близок к кульминации, и ничего не противило мне больше, но моя рука, сжимающая пистолет была тверда. Тогда, я сняла пистолет с предохранителя и прочистила горло.

Он замер, но не оглянулся. Должен был, но не сделал этого.

Я ждала — мое сердце начало бешено колотиться, но он снова в нее вошел.

— Джереми.

Мой голос был мягким, слишком мягким, но, так или иначе, он застыл и повернул голову, чтобы посмотреть на меня. Его глаза расширились, когда он увидел, что я держу, и тогда, я выстрелила.

Пуля попала прямо в лоб. Я не удивилась, когда Мэллори, все еще находясь в его хватке начала кричать. Когда он упал, его тело прижало ее к стене. Она осталась бы в том же положении, если бы отчаянно не толкала его руками. Его тело, как мешок с костями упало на пол. Колени все еще были согнуты, а кровь медленно вытекала из пулевого отверстия. Под ним образовалась лужа, и пока я стояла в оцепенении, она становилась все больше и больше.

Все еще крича, Мэллори метнулась от него и упала рядом с его телом. Она поползла вдоль стены, пока не нашла самый дальний угол и свернулась там в позе эмбриона. Она была в истерике, а из ее груди вырвались рыдания.

Я подошла к ней, но вместо того, что бы успокоить, приложила палец к губам и шикнула на нее. Когда она успокоилась, я прошептала:

— Успокойся. Тебя могут услышать.

Она, кивнув, сглотнула, и перестала рыдать.

Затем, я села рядом с ней. Я не могла отвести от него взгляд. Его окружала лужа крови, растекшаяся под диван. Рассеянно, рукой я нашла кровоточащее колено Мэллори. Чтобы ее успокоить, я похлопала по нему, но до сих пор не могла отвести глаз от его тела. Я убила его. Убила человека. Я не могла осознать происходящее, но понимала, что что-то не так. Я должна была быть в тренажерном зале и флиртовать с новым тренером. Но я так устала, что пропустила тренировку и вернулась домой. Когда я увидела его машину, то чуть не повернула обратно. Я ненавидела Джереми Донвана. Он был связан с местной мафией и относился к Мэллори как к дерьму. Тем не менее, я не вернулась на тренировку. Я подумала, что смогу пробраться в свою комнату. Они, в любом случае, всегда были в ее комнате.

Лицо Джереми, каким-то образом, было направлено в нашу сторону. Я вспомнила, что она оттолкнула его от себя, и тело упало под неудобным углом, но его глаза, смотрели на меня. Однако они были пустыми, потому что он был мертв. Но я знала, что он все еще мог меня видеть! По моему позвоночнику пробежала дрожь, когда я посмотрела на парня, в чьих глазах я была убийцей. Он проклинал меня своими глазами.

— Эм, — Мэллори рыдала.

На этот раз ее плач был слышен сквозь стены. Этот звук оглушил меня. Мое сердце упало. Я волновалась, что соседи могут нас услышать. Они бы вызвали полицию. Нам следовало позвонить в полицию, но мы не могли — я убила человека. Нет, я убила Джереми Донвана. Мы никому не могли позвонить.

Я нашла ее руку и крепко сжала. Она была холодной и липкой. Моя. Моя рука была бледной, в то время как ее — красной от крови. Я повернулась и увидела, что другой она прикрывает рот. Мэллори пыталась глотать воздух, чтобы сдержать рыдание.

— Мы должны идти. — Мой голос звучал резко даже для моих ушей, и я вздрогнула от ярости. Она, все еще всхлипывая, кивнула.

— Мы должны идти. — Я сжала ее руки.

— Сейчас.

Она кивнула, но никто из нас не сдвинулся с места. Мои ноги меня не слушались.

Воспоминания были расплывчатыми, все, что я помнила — отдельные вспышки и фрагменты произошедшего.

Мы сидели на стоянке у заправки и смотрели друг на друга. Нужно было умыть Мэллори. Нужно ли пойти в больницу? Нужна ли мне камера, чтобы доказать, что Мэллори была изнасилована? Она начала плакать, и я вспомнила, кого убила. Отец Джереми придет за нами. Даже полиция нам не поможет, так как половина полицейских работала на отца Джереми, который, в свою очередь, работал на Семью Бартел. Его тело будет найдено в нашей квартире и у меня не хватило смелости, чтобы от него избавиться.

Туалет был общий, поэтому мне нужен был ключ. Было понятно, что Мэллори не стоит ходить в таком виде. Одна лампочка перегорела, поэтому освещение было не из лучших, так что для того, чтобы осмотреть каждый синяк на ее теле я использовала свой телефон. Она была покрыта ими с головы до ног, а на икрах были два больших рубца. Когда я посмотрела на них, она прошептала:

— Он ударил меня.

Я одолжила Мэллори свои солнцезащитные очки и шарф, чтобы она могла скрыть лицо. Она выглядела как приезжая, но это помогло скрыть повреждения. Когда мы зашли в закусочную и заказали два кофе, никто на нас даже не взглянул. Мой желудок заурчал, но я была не в состоянии хоть что-то съесть. Руки Мэллори дрожали так сильно, что она не смогла поднять чашку, поэтому оба наших кофе остыли. У меня уже давно все онемело, но у нее уже на протяжении нескольких часов дрожали губы.

Была глубокая ночь. Никто из нас не заказал еду, поэтому, когда обслуживающий персонал сменился, я заказала еще кофе. На этот раз я все-таки смогла немного отпить. Мэллори вздохнула. Я стрельнула в нее взглядом, а затем почувствовала тепло во рту. Я обожглась, но почти ничего не почувствовала. Подождав еще десять минут, зная, что не обожгусь, я решила выпить вторую чашку. Мэллори ни к одной так и не притронулась.

Наступило утро. Наши телефоны зазвонили одновременно, но мы лишь мельком на них взглянули. Я не могла говорить. Мне едва хватило сил заказать еще кофе. Губы Мэллори перестали дрожать, но я знала, что руки нет, поэтому она держала их на коленях. Затем она издала звук, намекавший, что ей нужно в туалет, куда мы вместе и направились.

Мы вернулись обратно в машину. Персонал уже начал шептаться о нас, и мы, не желая, чтобы они звонили в полицию, решили свалить. Но куда ехать дальше, у нас не было ни малейшего представления.

Тогда Мэллори сказала:

— Бен. Мы можем поехать к Бену. — Я посмотрела на нее.

— Ты уверенна? — У меня ужасно замерзли руки, и я едва их ощущала, когда поворачивала руль.

Она кивнула, и несколько слезинок скатилось по ее щеке. Она начала плакать еще с того момента как мы покинули закусочную.

— Да, он поможет нам. Я знаю это. — И мы поехали домой к ее другу.

Осознание происходящего обрушилось на меня спустя несколько часов пребывания в доме Бена.

Он открыл дверь и, лишь взглянув на Мэллори, заключил ее в свои объятия. С того момента она рыдала не переставая, и, сейчас, мы все сидели за кухонным столом. В какой-то момент он накрыл себя и ее одеялом, но я не смогла вспомнить, когда именно.

Пока она, сквозь всхлипы и рыдания рассказывала ему о том, что произошло, я опустилась в кресло. Джереми Донван. Он был жив и дышал 24 часа назад. Боже мой, я убила его, эта мысль была словно удар под дых. Нет. Я чувствовала себя так, будто кто-то связал меня по рукам и ногам, бросил на дороге и ждал, пока автобус переедет меня, снова и снова. И снова.

Я умру. Это всего лишь вопрос времени.

Франко Донван работал на семью Бартел. Они убили моего брата, а сейчас пришел мой черед. Леденящая душу паника, пронзила меня насквозь. Я не могла больше вынести плач Мэллори. Это была самозащита. Он собирался ее убить. На тот момент, он уже изнасиловал ее. Я убила его, потому, что он убил бы и меня тоже, но это не имело значения. Как только я постаралась выровнять дыхание, то попыталась мыслить логически. Полиция вряд ли поможет. Тогда зачем мы сделали снимки ее синяков? Какое они имеют значение? Никакого. Мы сбежали, и будем продолжать бежать.

— Мы должны пойти к Малу, — сказала я выдохнув.

Она оторвалась от груди Бена. Он, в свою очередь, обнял ее крепче, если это было возможно, и она побледнела еще сильнее.

— Мы не можем.

— Мы должны. — Они выследят и убьют нас.

«Пожалуйста, Томино, пожалуйста». Мой брат умолял сохранить ему жизнь, но они поставили его на колени и начали избивать битой. ЭйДжей все время смотрел на меня. Он пристально вглядывался в переулок, где они его нашли, и мы оба знали, что они не могут меня видеть. Пока они его не увидели, он заставил меня проползти и спрятаться в вентиляционном отверстии. Я сцепила руки вместе и хотела вылезти наружу, чтобы помочь ему. Зная, что я намеревалась сделать, он мотнул головой.

— Эмма!

Я вынырнула из воспоминаний и увидела, что Бен неодобрительно смотрит на меня.

— Что?

Все казалось нереальным. Это был сон. Все это было фантазией, должно было быть.

Он огрызнулся мне. — Черт, наименьшее, что ты можешь сделать для нее — это быть здесь. — Он встал с кресла и прошел мимо меня.

Что только что произошло?

«Картер придет за вами». Я опять была на той аллее. И слышала, как мой брат борется за каждый вздох. Он давился собственной кровью, а они смеялись над ним. Они бл*ть смеялись! «Пофиг. Ты никто, Мартинс. Ты попросту тратишь воздух. Твой мальчик получит тоже самое, что и ты, если придет за нами. Знаешь, мы даже хотим, чтобы он пришел за нами, разве не так парни?» Томино раскинул руки в стороны, а другие трое начали посмеиваться. Затем, он замахнулся битой еще раз.

ЭйДжей посмотрел на меня и произнес губами «Я люблю тебя». А затем бита опустилась на него, со всей силы.

Я упала с кресла и опять вернулась в реальность. Я была на полу.

— Черт возьми, Эмма. В чем, бл*ть, твоя проблема? — Бен схватил меня за руки и помог встать. Он указал на спальню.

— Я наконец-то смог уложить ее спать, а ты собираешься разбудить ее? Ты хоть представляешь, через какой ад она прошла? Я не могу поверить. Прояви немного чуткости!

Проявить чуткость?!

Я вырвала свои руки из его хватки и отошла на несколько шагов.

— Ты, бл*ть, издеваешься надо мной? — Да ведь? Он должен был быть там. Я подошла к нему вплотную и сказала прямо в лицо:

— Я его убила, придурок. Я убила ее насильника. Я спасла ей жизнь.

А теперь мне нужен кто-то, чтобы спасти мою.

ГЛАВА 2

Когда я проснулась, все было в тумане. Ничто больше не имело смысла, попытавшись подняться, я почувствовала резкий спазм, и эта боль в спине просто убивала. Я чуть не закричала, но, чтобы приглушить звук прикрыла рот рукой. Я не могла издать ни звука. Шестое чувство мгновенно подсказало, что что-то не так, но затем, различив шум позади себя, я нахмурилась. Пожарная сигнализация выключилась. Чайник стукнулся об раскаленную сковороду, в которой что-то жарилось, но к счастью, до того как случилась беда и сработала бы пожарная сигнализация, ее успели накрыть.

Я перевернулась, оказавшись на другой половине матраса, и все вспомнила, взглянув на коробки в углу гостиной.

Мы были у Бена.

Мэллори кричала и плакала. Мэллори была изнасилована.

С глухим стуком я опустилась на матрас.

Джереми Донван.

Меня охватила паника, но затем, дверь распахнулась. Я отскочила назад и закричала. Я продолжала кричать, когда она захлопнулась, и в комнату вошли люди. Я не смогла остановить крик даже тогда, когда увидела, что это была моя подруга.

«Джереми».

Мой собственный голос преследовал меня. Выстрел из пистолета вспомнился, и я снова почувствовала отдачу в своей руке.

«Ты не должна шуметь. Люди услышат».

С мучительным вздохом я закрыла рот и упала. Поддавшись вперед, я уткнулась головой в подушку. Из меня вырвался еще один крик. Что я сделала с пистолетом? О боже. Он служит доказательством. Я не могла вспомнить, куда его положила.

Моего плеча мягко коснулись руки.

— Эмма? — я услышала голос Аманды. Она одна из немногих, кому я могу доверять. Она опустилась рядом со мной на колени и привлекла к себе.

— Давай. Поднимайся.

Ее палец скользнул по моему подбородку, и она приподняла мою голову. Мне нечем было дышать, я задыхалась. Все мое тело подалось вперед и я начала бить себя в грудь. Меня охватила и душила паника. О, боже. Пистолет.

Пощечина!

Моя голова дернулась влево, но от ее руки я никогда не чувствовала такой боли. Этого было достаточно, что бы я пришла в себя и снова начала дышать. Когда мой пульс замедлился, я посмотрела назад, и сжала локоть Аманды:

— Спасибо.

Откинув свои светлые локоны, она улыбнулась. Это была нежная улыбка, но мне было все равно, что улыбалась она из жалости. Я схватила ее и изо всех сил сжала. Она не имела ни малейшего представления о случившемся, не могла, но она была там. Я начала прерывисто дышать.

— Аманда. — Бен остановился в дверях между кухней и гостиной. Он был без рубашки, в белом фартуке, повязанном вокруг талии. На нем были мятые рванные на коленях джинсы. Они выглядели так, будто он спал в них, но потом я увидела следы от слез и поняла, что это действительно так и было. Он провел с Мэллори всю ночь. Аманда махнула ему рукой.

— Все хорошо. Мы будем через секунду, ладно?

Он сощурил свои черные глаза. Я нахмурилась, когда увидела, что его волосы были в беспорядке, как будто, чья-то рука трогала их снова и снова. Увидев на его груди красные следы от ногтей, я вскочила на ноги.

— Ты надо мной издеваешься?

— Эмма. — Аманда вскочила на ноги передо мною. Она пыталась заблокировать мне путь, но я отодвинула ее.

— Ты спал с ней? Ты прошлой ночью занимался с ней сексом?

Он нахмурился и почесал грудь. Мои глаза прищурились, когда я увидела еще больше длинных и красных царапин. Они проходили по всей длине его тощего торса. Они выделялись на его бледной коже. Боль снова охватила меня. Она глубоко билась в моей душе и собиралась выйти наружу, но я не могла пошевелиться. Я могла только с отвращением смотреть.

Он вздохнул, и провел рукой по волосам. Сжал свои темные пряди в кулак, и отпустил их прежде, чем сделать еще один вздох. Его плечи поникли и рука упала.

— Что ты от меня хочешь, Эмма? Она не хотела больше ощущать его. Она хотела почувствовать меня. Она хотела прикосновений другого мужчины.

— Сработало? — Выплюнула я. Я уже догадалась, что это было не так.

Его голова поникла. Полотенце, которое он держал в руках, упало на пол. Затем, он поднял свои печальные глаза:

— С того момента она плакала не переставая.

— Бен!

— Ой, да ладно тебе, Аманда. — Он скрестил руки на груди. — Вас здесь не было. Я был один и не знал, что делать. Мэллори, всю ночь, была совершенно безнадежна и ничего не соображала. — Он указал на меня. — За всю ночь, это был первый знак, что она все еще жива. Я думал, что Мэллори нужно отвезти в больницу.

Мое сердце остановилось.

— Но ты этого не сделал.

— Нет. — В его глазах вспыхнуло отвращение. — Я должен был. Ты должна была. Ей не следует здесь быть. Вас вообще не должно быть здесь. Вы не должны скрываться.

— Они хотят убить нас!

— Кто? — он закричал на меня. Его руки сжались в кулаки, и он поднял их. — Кто, Эмма? Кто настолько опасен, что вместо того, что бы пойти в больницу, вы пришли сюда?

— Мафия, идиот! — Я бросилась к нему, но Аманда обхватила меня руками. Я качнулась назад к кушетке и упала на нее, однако быстро поднялась на ноги. Волосы упали мне на лицо. Я откинула их назад и кинулась на него. Мой взгляд был диким. Сквозь меня текла раскаленная ярость, но когда он отступил назад, я осознала, как должно быть сейчас выгляжу. Сумасшедшей.

Я сделала глубокий вдох и попыталась успокоиться. Дерьмо — это было трудно.

— Где она?

— Спит. — Он скрестил руки на груди и слегка выставил вперед подбородок. — И она и дальше будет это делать. Она должна спать, Эм. Ей нужно исцелиться, поэтому она будет отдыхать столько, сколько понадобится.

Я прошлась руками по своим темным волосам. Я хотела, чтобы боль прошла, хотела ее вытолкнуть. Это могут сделать любые страдания, что-то достаточно сильное может вырвать боль из меня. Тогда я закричала.

Когда я опустилась на колени, из меня вырвался булькающий хрип. Боже, я могла быть более драматичной, черт возьми. Я попаду в ад. Они собирались убить меня.

— Эмма, — Аманда снова была рядом. Она подняла меня на ноги, и мы обе направились к дивану, где свернулись калачиком. Я не была чувствительным человеком, но, в тот момент, я вцепилась в нее. Мне нужна была вся ее поддержка, которую она предлагала.

Хаос, внутри меня, стремительно нарастал. Я была не в состоянии это остановить. Я не могла сосредоточиться, чтобы заставить исчезнуть все эти эмоции.

— Эмма.

Когда ее мягкие руки прикоснулись к моему лицу, я закрыла глаза. Она подняла его и начала пристально изучать каждую черту моего истощенного лица. Затем она с нежностью сказала:

— Тебе нужно помыться, милая. Пойдем в душ. Я помогу.

Я покачала головой. В этом не было никакой пользы.

— Давай. — Ее рука обхватила мой локоть, и она стала меня поднимать. Ее хватка была сильной.

Бен прирос к месту, наблюдая за нами. Его взгляд был пустым, и, проведя рукой по лицу, не мог скрыть усталость. Я видела, что он мог бы упасть рядом со мной. Мы выглядели неряшливо, но затем я бросила взгляд на закрытую дверь спальни. Никто из нас не был в таком состоянии, в котором пребывала Мэллори.

Он изнасиловал ее.

Ее уставившийся на меня пустой взгляд, пока он ее насиловал.

От внезапно всплывшего воспоминания я вздрогнула, и на это раз меня действительно замутило. Бросившись к ванной, я упала на колени. Я судорожно подняла крышку унитаза прямо перед тем, как меня вырвало, снова и снова. Когда я закончила, чтобы не упасть, я была в состоянии лишь повиснуть на унитазе.

Я умру.

— О, милая. Эмма, дорогая, — холодная тряпка была прижата к моему лбу, как только Аманда опустилась рядом со мной на колени. Она, прежде чем приложить тряпку к моим щекам, что-то стерла с моего лица.

— Ты выглядишь не очень, но все будет хорошо.

Я крепко закрыла глаза. Я не хотела в ее глазах видеть жалость, не от нее. Я не могла справиться с этим. Ее глаза были настолько кристально голубыми, в них не могли утаиться никакие эмоции. Я должна была помыться. Я нужна Мэллори. А затем, когда продолжила думать о ней, откинула в сторону остатки страха. Когда я открыла глаза, то повернулась и наконец, посмотрела Аманде в глаза. В отличие от ее голубых, мои были темные, почти черные, и она не могла в них что-либо разглядеть. Она не увидит всех тех усилий, которые мне пришлось приложить, чтобы меня вновь не вырвало.

Я была грязной.

— Я убила человека.

— Я знаю, милая. — Она наклонилась и прислонилась своим лбом к моему. Ее руки продолжали протирать тряпкой мои щеки. — Мы пройдем через это. Мы должны.

— Как?

Я вздрогнула от дрожи в своем голосе. Я была слабой. Жалкой.

«Они идут за мной, Эмс. Ты должна быть сильной. Ты меня слышишь? Ты обязана быть сильной». Голос моего брата звучал в моей голове. Эти воспоминания не помогут мне сейчас. Аманда нахмурилась.

— Что?

— Ничего — пробормотала я, подняв руку, и попытавшись ее немного оттолкнуть. Я, чтобы дышать, нуждалась в пространстве.

«Независимо от того, кто стучит в дверь, не отвечай. Никому не доверяй, ни кому, кроме Картера. Иди к нему. Он обо всем позаботится. Он позаботится о вас, Эмс. Я обещаю».

Я стиснула зубы. Мне следовало перестать думать о брате.

— Эмма, выходи! — взревел Бен в гостиной.

Я выскочила из ванной, крича на него, но потом услышала слова репортера и замерла.

— Джереми Донван считается пропавшим без вести, — его фотография мелькнула на экране телевизора. На фотографии он смеялся, с беззаботным взглядом улыбаясь тому, кто сделал фотографию. Затем, репортерша с мрачным выражением лица заполнила экран. Ее глаза были пронзительными, она, глядя в камеру, нахмурилась.

— Если у вас есть какая-либо информация о местонахождении Джереми Донвана, позвоните по номеру, который Вы видите в нижней части экрана. Опять-таки, если у Вас есть сведения о том, что могло случиться с Джереми, пожалуйста, позвоните по этому номеру.

Она продолжала повторять то же самое сообщение. Полиция узнала об этом от отца Джереми, Франко Донвана, ранним утром сообщившего, что его 32-летний сын, не вернувшийся вечером домой, пропал без вести. Она повторяла сообщение снова и снова. Я начала чувствовать себя больной. Появилось еще больше его фотографий. На некоторых из них он был со своими друзьями. На одном снимке, он был одет в форму, на другом с пивом в руке. Все они делали его похожим на дружелюбного человека, не похожего на монстра, которого я видела двадцать четыре часа назад.

Со стороны Бена, когда он уставился в телевизор, послышался сдавленный звук. Одну руку он запустил в волосы. Другой схватил пульт. Его глаза метали молнии.

— Я думал, ты сказала, — Он остановился. Его рот закрылся, а потом открылся. Его грудь вздымалась, и он быстро моргнул. — Святое дерьмо, Эмма. Что ты сделала?

Прищурив глаза, я рванула к нему. Он попятился, в глазах вспыхнул страх, но я с силой ударила по пульту и выключила телевизор.

— Он насиловал ее. Он бы ее убил. Он бы убил и меня тоже. — Я остановилась и проглотила ком в горле. Мои глаза начали слезиться. — Я сделала то, что я должна была сделать.

Бен снова указал на телевизор. Его рука взметнулась прежде, чем упасть обратно.

— Франко Донван. Они сказали, Франко Донван. Ты знаешь, кто это?

— Да, — прошипела я. Бог мой, да. Я моргнула. Я уверена, что даже ад знал, кто заказал покушение на моего родного брата.

«Если тебе когда-либо, что-нибудь понадобится, иди к Картеру».

Я покачала головой, чтобы выкинуть последние слова своего брата, прежде чем он ушел из нашей квартиры. Я последовала за ним. Он не хотел, чтобы я шла, но когда он поймал меня в переулке, было уже слишком поздно. Они появились в его конце, но меня благодаря брату не было видно.

Я прогнала воспоминания прочь и сказала Бену:

— Я сказала тебе об этом вчера вечером.

— Позавчера.

— Что?

— Позавчера, — пробормотал Бен, погружаясь в свои мысли. — Вы пришли сюда два дня назад.

Я всхлипнула. Он был мертв уже два дня. Подождите — серьезно? Время больше не имеет смысла. Но он был прав. Я всегда после работы, в пять часов ходила в спортзал, но в тот день я вышла раньше и пропустила занятие. Это было два дня назад, когда я убила его.

Я проспала почти двадцать четыре часа. Я удивленно моргнула. Тогда Мэллори…? Я резко посмотрела на Бена, но он покачал головой.

— Мэллори заснула только час назад. Ни она, ни я не спали.

Ох.

Аманда обошла меня, взяла пульт, чтобы включить телевизор, и села на диван. Бен сел рядом с ней. Оба, с полной решимостью во взглядах на их лицах, откинулись на спинку. Они собирались посмотреть новости и услышать обо всем, о чем там говорят. А потом мой живот завязался в тысячу узлов, я вернулась в комнату и свернулась на диване. Я пыталась приготовить себя к тому, что собиралась услышать.

— Властями будет проведен тщательный поиск Джереми Донвана, и мы, осведомлены, что также, к этому делу будут привлечены федеральные службы. Они считают, что исчезновение Джереми Донвана может быть связано с междоусобицами внутри мафии. Теперь…. — Ее голос звучал четче. — Достоверные источники нам сообщили, что Франко Донван, отец Джереми, связан с семьей Бартел. Федеральные власти уже в течение многих лет пытаются получить показания против господина Джозефа Бартеля, и предъявить обвинение тридцати членам их преступной организации.

— Анжела, — на этот раз говорил более глубокий голос.

— Да, Марк? — она была такой бодрой.

— Считают ли власти, что это исчезновение связано с враждой между семьей Бартел и семьей Маурисио?

В ее голосе было столько возбуждения…

— Нам, с полной уверенностью, пока не сказали, направленно ли расследование в сторону семьи Маурисио, но создается впечатление, что это именно так. Правительство уже давно пытается получить улики против Картера Рида, кто, по их мнению, является одним из главных в семье Маурисио.

Мое сердце остановилось. Я повернулась к экрану. Там была его фотография.

Я затаила дыхание.

Я и забыла, какими ясными были его голубые глаза, или, какой мощный и пристальный взгляд он послал тому, кто его фотографировал. Он выглядел готовым убить того, кто был за камерой, но потом появилась другая фотография. На ней он в черном смокинге выходил из черной машины. Он, поднял руку, загораживая лицо от фотографа, но они были быстрее. Губы изогнулись в насмешке, но даже на нечетком изображении и в размытых линиях, его черты, ни с кем нельзя было спутать.

«Иди к Картеру».

Слова ЭйДжея снова всплыли в моем сознании, но я не могла. Я, вероятно, должна была так сделать, но никакой возможности не было. Он был лучшим другом моего брата более десяти лет назад. Он, после убийства ЭйДжея присоединился к семье Маурисио, и я слышала, что всех тех, кто был причастен к смерти брата, он убил. Когда я услышала об этом в первый раз, по мне прошла дрожь, и это чувство появилось вновь.

Наш город был большим, но в этом мире, он никогда не будет достаточно большим. Слухи распространяются быстро, и очень скоро все начали называть Картера хладнокровным убийцей. Он не убил только тех, кто заказал убийство. Он убил стрелков, парня, который прикрывал убийц, водителя, и даже курьера, проходившего мимо места убийства. Он убрал их всех, двигаясь быстрее, чем кто-либо мог себе представить.

В то время, когда я училась в средней школе и переходила из одной приемной семьи в другую, я несколько раз видела его. Были случайные моменты, когда я ждала автобус, и он выходил из ресторана. Он всегда был окружен другими людьми, большими и здоровенными парнями. Они пугали меня тогда, и сейчас пугают не меньше.

После, учась в местном колледже, я мельком видела его в ночных клубах, когда была там со своими друзьями. Я никогда не просила особого обращения, я даже не знала, вспомнит ли он меня или нет, но я знала, какими клубами он владел. Большинство из них были популярными, мои друзья, по любому поводу хотели туда пойти, но я ходила туда только затем, чтобы, если удастся, хотя бы взглянуть его на него. Когда я туда приходила, все проходило по одному сценарию — всегда на расстоянии. Его окружали одни и те же мужчины, но были случаи, когда с ним были и женщины. Они всегда были красивые, даже слишком красивые, чтобы быть людьми. Он получал лучшее.

Я вздохнула, когда на экране замелькало еще больше его фотографий. Любые истории, которые могли быть связанны с местной мафией, всегда сопровождались его фотографиями. СМИ его любили. Он был великолепен с поразительными скулами, голубыми глазами, которые напомнили мне волка, и темно-белокурыми волосами. Все это, плюс шесть футов мускулистого тела с атлетическими плечами.

Никто не знал, что я его знаю. Ни одной душе я не смела сказать. Если бы они узнали… Сейчас, обдумывая все это, я закусила губу. Попросила бы меня Мэллори пойти к нему? Если кто-то и мог помочь мне, то это был он. Но это… Могла ли я доверить ему эту информацию? То, что это я убила одного из его врагов?

«Не доверяй никому, никому, кроме Картера. Иди к Картеру. Он обо всем позаботится. Он позаботится о тебе, Эмс. Я обещаю».

Было больно глотать, но когда я снова открыла глаза — Мэллори стояла в дверях спальни. Одеяло было обернуто вокруг ее хрупкого тела, а на щеках были засохшие слезы. Она посмотрела на меня.

Он сломал ее.

Я увидела это в тот же миг.

И тут я приняла решение. Я пойду к Картеру, но если он не поможет мне, я сама помогу себе. Я снова и снова хотела убить этого ублюдка. Если его отец приехал бы к нам, я бы ее защитила. Я бы защитила себя. Картер вырос в их рядах, когда мы были детьми. Он сделал это, чтобы отомстить за моего брата. Если он мог это сделать, то и я смогу. Мне придется.

ГЛАВА 3

Я на мгновение запнулась, когда вышла из такси рядом с Октавой. Что, черт возьми, я делаю? Толпа желающих попасть внутрь самого популярного ночного клуба Картера Рида, была выровнена ограждениями. Это был самый эксклюзивный, но также и самый непристойный клуб. Когда моя жизнь была более нормальной, то есть сорок восемь часов назад, мои друзья и я, предпочитали более пристойные из его клубов. Они играли музыку техно, смешанную с поп-хитами, и толпа не заставляла меня представлять БДСМ, происходящие в любом затененном углу клуба. Но этот клуб… была причина, почему так много народу хотело попасть внутрь — он обеспечивал конфиденциальность. Многие знаменитости легко проходили внутрь и сопровождались в их частные кабинки, этажом выше танцпола. Но была и другая толпа, криминальная толпа, что сделало это место таким скрытным и эксклюзивным одновременно.

Любой желающий мог пойти в Октаву и быть уверенным, что все, что произошло в Октаве, останется в Октаве. Там, наверняка, была охрана, которая на регулярной основе охраняла весь клуб. Картер был не глупым. Он был далеко не глуп. В то время как некоторые более грубые клиенты могли бы подумать, что могут уйти с чем угодно, на самом деле были ограничены.

Хотя я была в Октаве только раз, я не могла быть полностью уверена в своих подозрениях. Я знала Картера. Когда мы были детьми, он никогда не ограничивался рамками каких-либо манер. Тем не менее, с тех пор многое произошло. Я убила человека и теперь надеялась, что Картер мне поможет.

— Мисс, — посигналил таксист. — Вы должны заплатить, леди. Это не благотворительная поездка.

— О, — пошарив в кошельке, я нашла деньги и передала их. Как только такси начало отъезжать, из клуба вывалилась смеющаяся парочка и залезла в такси. А я ведь даже его еще не закрыла. Загорелась табличка, свидетельствовавшая, что такси занято, и я услышала, как парень, прежде чем начать целовать шею девушки, промямлил адрес. Такси тронулось с места, и я осталась на обочине.

Великолепно.

Опять. Что, черт возьми, я делаю?

Я посмотрела на очередь, ожидающих попасть внутрь. Большинство из них были почти голыми, а я носила рубашку с длинными рукавами и джинсы. Конечно, Аманде пришлось одолжить мне свои джинсы, которые жутко меня облегали, но все, же я была одета. У меня не было ни малейшего представления как попасть в клуб, уж точно не за счет моего внешнего вида. Я сделала глубокий вдох и увидела, какой длинной была очередь. Пройдет пару часов, прежде чем я доберусь до двери. Закусив губу, я рассмотрела движение вокруг очереди и приближение четырех громил. То как один из них глянул на меня, его взгляд был пристальным. Что-то подсказывало мне, что другие пытались пройти, и их не пустили. Я вздохнула — они могут запретить мне пройти. Тогда, больше не будет никакой надежды.

Когда большой черный седан проехал мимо клуба и завернул в глухой переулок, я начала за ним следить. Могла ли я там пробраться? Но нет. Автомобиль остановился, и четверо мужчин поспешили к черному входу, как только он открылся. Мужчина и женщина выбрались из передней двери машины. На ней было броское красное платье, и она хихикала, а на парне был деловой костюм. Дверь закрылась с громким стуком. Автомобиль уехал и те четыре парня вновь заняли свою позицию перед дверью.

Именно тогда, дверь снова открылась, и другой большой парень пошел по переулку в мою сторону. Я сглотнула. Это был мой шанс. Когда он прошел мимо меня, я потянулась к его руке, но мое запястье схватили прежде, чем я успела это сделать. Я замерла. Мои глаза вылезли из орбит, когда я увидела его хватку на моей руке. Его взгляд был тяжелым, почти холодным.

— Да? — проворчал он.

Я снова сглотнула, пытаясь сохранить равновесие.

— Я… Я…

— Выкладывай, милая. У тебя есть пять секунд.

О, Боже.

Я проглотила ком в горле.

— Я — я… знаю Картера Рида. Могу ли я, то есть я имею в виду, он здесь?

Он ухмыльнулся, суровость этого взгляда скользила по моей спине.

— Ты и все остальные, милая. Ты хочешь поговорить с ним? Иди в конец и жди своей очереди. Но, — его глаза скользнули вниз по моему телу и обратно. — Но ты потратишь свое время, если будешь так одета. У тебя чертовски прекрасное тело, но ты должна показать большее, милая.

Мой желудок сделал сальто. Все было не так, как я себе представляла, но кто же шутит с этим? — Картер Рид, вероятно, больше меня не помнит, и маловероятно, что он поможет мне. Но, не зная, что еще делать, я побрела вниз по улице и повернула за угол. Из меня вырвался вздох от увиденного. Очередь тянулась до следующего квартала. Не было ни единого способа пробраться внутрь, и еще менее вероятно даже приблизиться к двери.

В тот момент мой телефон завибрировал, и я проверила его. Это был Бен. «Где ты, черт возьми? Мэлс сходит с ума. Плачет и всякое такое. Может, пойти в больницу?» Я быстро набрала ответ. «Нет! Нельзя. Он убьет ее и меня». Отправила, а потом написала еще одно. «Тебя тоже».

«Тебе нужно вернуться, она нуждается в тебе».

Как только я это прочитала, слезы угрожающе навернулись на глаза, но я прошла весь путь до конца очереди. Я тяжело вздохнула. Это было то, что ей нужно. Если бы мне пришлось ждать всю ночь и весь завтрашний день, я бы сделала это. Я должна была увидеть Картера. Он был нашей единственной реальной надеждой.

Я ответила Бену. «Мне нужно некоторое время. Сделать кое-что, что поможет. Доверься мне».

«Она спятила, Эмма! Вернись сейчас же!»

Я почувствовала, что на глазах выступили слезы, но я не могла позволить им вырваться наружу. Это было на мне. Не смотря на ее эмоциональную травму, я должна была это сделать, чтобы гарантировать, что мы обе выживем. Бен не этого понимал. Он думал о здесь и сейчас, пока Мэллори плачет весь остаток дня, я, как Аманда в тот момент, должна ей помочь, когда она настолько ранима.

Ее порезы и ушибы заживут. Душа тоже, хотя это займет больше времени, но то, что делаю я, сделает меня уверенной, что у нее будет шанс выжить.

Я написала: «Я буду недоступна какое-то время, но я делаю это, чтобы мы могли остаться в живых. Телефон будет выключен на некоторое время. Прости…»

Перед тем как телефон выключился, на экране промелькнул текст, а затем экран потемнел. «Сука!»

Я закатила глаза. Мэллори знала, как выбирать парней.

Очередь двигалась черепашьим шагом. Несколько раз вышибалы бродили вверх и вниз вдоль линии. Они выбирали некоторых из более перспективных девушек и провожали вперед. Часы шли, я заметила, что они выбрали восемь девушек для двух парней. Я проверила свой телефон несколько раз, и, когда было около двух, очередь сократилась настолько, что я, наконец, оказалась за углом. Я смотрела, как парковались автомобили, их них выпрыгивали люди и заходили внутрь. Казалось, что попасть туда — это непосильная для меня работа, и еще гораздо менее вероятен шанс приблизиться к Картеру. Но каждый раз, когда я решалась уйти, я вспоминала Мэллори. Образ Джереми с его руками на ее шее мелькал в моей голове. Я не могла пойти еще куда-либо.

Я должна была стоять и ждать, но через два часа, когда клуб наконец-то закрылся, я даже не двинулась с места. Многие люди ушли, но некоторые, как и я, остались. Одна девушка впереди меня говорила другой, что в клубе бывают знаменитости. Иногда они всматриваются в толпу и выбирают девушку, чтобы отвести к себе домой. Ее подруга от восторга завизжала.

Действительно, как только люди начали покидать клуб, налетели знаменитости, как и говорила девушка. Однако они не изучали толпу, потому что они уже были с девушками.

Часом позже, когда все наконец-то разошлись, я была последней в очереди.

Я понятия не имела, куда идти.

Из двери вышел тот самый вышибала. Заметив меня, он нахмурился и, подойдя, спросил:

— Ты с ума сошла, девочка? Чего ты ждешь? Мы не раздаем номера в течение следующей ночи. Ты должна вернуться, и встать в очередь. Может, в следующий раз, тебе следует прийти раньше и в коротком платье, если ты понимаешь, о чем я. — Он усмехнулся мне. — У тебя не будет никаких проблем, чтобы попасть внутрь.

— Мне нужно увидеть Картера Рида.

Его голова дернулась, и он закатил глаза.

— Ты серьезно? Ты до сих пор здесь из-за этого? — Он засмеялся. — Ты знаешь, как много девушек приходят ко мне и говорят, что они знают босса? Я имею в виду, на самом деле знают.

Я напряглась, но должна была вынести его подколы. Это был единственный способ.

— Я, правда, знаю его. Он был лучшим другом моего брата.

— Чего-чего?

Я оглянулась и заговорила яснее:

— Он был лучшим другом моего брата. Я не говорила с ним несколько лет, но кое-что случилось. ЭйДжей сказал мне идти к Картеру, если мне что-то понадобится. Он сказал, что Картер поможет. — Мое горло горело. — Мне больше некуда идти.

Он издал глубокий вдох, когда посмотрел на меня сверху вниз. Так или иначе, я увидела, как дергается его глаз. Затем он пробормотал себе под нос:

— Я не могу поверить, что я это делаю. Как звали вашего брата?

— ЭйДжей Мартинс.

Я и глазом не моргнула. Я не заикалась. Имя моего брата было сказано с уважением.

Он одной рукой прошелся по шее, когда долго и упорно посмотрел на меня снова. Он осмотрелся по сторонам, прежде чем резко опустить руку.

— Я не могу поверить, что я это делаю, — Но затем он достал рацию и нажал на кнопку. — Роджерс, вы все еще там?

Он отпустил кнопку.

— Да. Что случилось?

Он покачал головой, снова нажал на кнопку:

— Можешь ли ты передать мое сообщение боссу?

— О чем?

Он, закатывая глаза, выругался.

— Можешь ли ты спросить его, знает ли он сестру ЭйДжея Мартинса? Я увидел ее на улице, и она продолжает уверять, что хочет увидеть босса. Она была здесь всю ночь.

— Я прямо сейчас передам ему по радио. Подожди.

Следующие две минуты были самыми длинными в моей жизни. Я затаила дыхание, чувствуя на себе взгляд вышибалы.

— Это моя работа, милая, и ты об этом знаешь. Я могу быть уволен, если для каждого, буду тревожить его вопросами. Он долго не церемонится.

Я сглотнула. Я знала, кем именно был Картер.

Затем из рации послышался звук и зазвучал голос Роджера:

— Босс сказал провести ее внутрь и проводить в пентхаус. Он скоро туда придет.

На меня обрушилось такое облегчение, что из меня вырвалось рыдание, и я чуть не упала.

— Эй, полегче, — Он схватил меня за руку, когда я начал падать и потянул к себе. Недоверие и сарказм пропали. Сейчас, он был воплощением профессионализма и, прежде чем я успела поблагодарить его, он повел меня внутрь Октавы.

В последний раз, когда я была здесь, было темно. В колледже моя соседка по комнате решила все за меня. Ее парень был вышибалой, так что пустил нас внутрь. Мне было страшно идти, но Розали сказала мне, что была мокрой между ног лишь при мысли о том, что мы пойдем в ночной клуб. Когда мы попали внутрь, я была в ярости. Там мелькали огни, но остальная часть клуба было абсолютна темной.

Когда мы, пробираясь на танцпол проходили через все коридоры и лабиринты, где были потаенные уголки за каждым поворотом.

Не раз мы натыкались на парочки, даже прежде чем узнавали, что они вообще там находятся.

После того, как мы добрались до танцпола, мы ни от кого не отставали. Абсолютно отовсюду звучали гипнотические ритмы от стен, полов, потолков. А так как клуб был очень большим, Розали и я тесно жались к друг другу, но это стоило одной ночи риска. Я никогда не употребляла наркотики, но, так как мы танцевали всю ночь, я чувствовала, что должна была это сделать.

Дрожь предвкушения прошла через меня, когда я вспомнила остаток ночи, но вместо привычной темноты, сейчас клуб был залит светом. Осталось лишь несколько барменов за стойкой, протирающих бокалы, и несколько официанток, сидящих в другом углу, с пачкой наличных. Когда вышибала привел меня в задний коридор, несколько девушек проходили в другую сторону. Их волосы все еще выглядели стильно, а лица покрывал тяжелый макияж. Они носили такую же форму: большой кусок черной ткани прикрывал их грудь, но одна девушка позволила ей просто свободно свисать. Ее грудь подпрыгивала, так как она спешно шла по коридору, на всех лицах был холодный блеск.

Вышибала пробормотал себе под нос:

— Они танцовщицы. Они идут домой, как только заканчивают работу в частных кабинках.

Я не знала, что он имел в виду, но кивнула.

Мы прошли через кучу коридоров и поднялись по нескольким лестницам. Когда мы вошли в туннель, я схватила его за руку.

— Куда мы идем?

Звук музыки был так громок, что он наклонился ближе ко мне и продолжил идти. Он заорал, пытаясь перекричать звук:

— Боссу принадлежит отель за клубом. Он сказал, чтобы я доставил тебя в пентхаус, так что мы идем в отель. Вы будете ждать там, пока он не вернется в город.

В городе? Картера не было даже в городе?

Мы приблизились к концу туннеля, и он толкнул тяжелую дверь. Когда та захлопнулась за нами, стало неожиданно тихо. Слишком тихо. По всему коридору, с золотыми отделками на дверях растянулся красный плюшевый ковер. Золото было даже на дверных ручках. Я попыталась вспомнить, то, что отель был связан с Октавой, но не могла. Он выглядел дорогим.

Вышибала повел меня к лифту. В лифте находился человек, в серой униформе. Мы не обменялись словами, но он нажал кнопку в верхней части. Затем мы подождали. Проехав десять этажей, двери распахнулись, открывая моему взору коридор со скамейкой и одной дверью в стороне. Человек из лифта открыл для нас комнату и вернулся обратно в лифт. Двери закрылись, но вышибала остался на месте.

Я вопросительно посмотрела на него. Что он делает? Он указал на комнату.

— Ты должна войти.

— А ты?

Он указал на стену.

— Я буду ждать, пока ты не уйдешь.

Ох.

А потом я вошла внутрь, чтобы дождаться Картера Рида.

ГЛАВА 4

С бьющимся сердцем и с тяжестью в груди я вошла в пентхаус, мои руки были ледяными. Ладони, должно быть, вспотели. Я чувствовала, что у меня вот-вот случится сердечный приступ.

Я сделала глубокий вдох. Было ли это тем, что я действительно хотела сделать? Картер Рид был убийцей. Он был связан с мафией. Я никогда не знала, насколько важен он был семье Маурисио, но я знала, что он был властным. ЭйДжей всегда знал, что Картер многого добьется. Он хвастался мне об этом. Он рассказывал, что Картер умный и сделает себе имя. Что ж, он сделал — большое имя.

Место было огромным, но весь свет был выключен. По какой-то причине, у меня не было желания искать выключатель. Через стеклянные двери балкона лился лунный свет, освещая несколько, установленных ниже остальной части пентхауса диванов в кругу. Рядом с одним из диванов был камин. Я сомневалась, что он был настоящим, хотя, конечно, выглядел он именно так, но я не знала, как такое возможно в отеле. Я шагнула вниз на две ступеньки и, на одной из кушеток свернулась в клубок. Я прижала подушку к груди и стала ждать.

Мое сердце все еще колотилось.

Я не знаю, как долго я ждала. Мне казалось, часы, но, возможно, это были минуты. Мой телефон был со мной. Я могла бы проверить время, но я не хотела включать его. После последнего сообщения Бена, я включала и выключала его несколько раз, но он так и остался выключенным, когда охранник повел меня внутрь. По какой-то причине, я наслаждалась тишиной. Хотя мне было страшно, и мой пульс все еще стремительно рос, втянув воздух, я почувствовала что-то еще. Безопасность. Я чувствовала себя в безопасности, скрываясь как можно дальше в каком-то блестящем пентхаусе. Это было облегчение, быть в стороне от того, что произошло, и того что я сделала.

Первая слеза упала на мою ладонь. Я уставилась на нее, пытаясь сдержаться. Я не поняла, что плачу, и я не чувствовала слезу на своей ладони. Мои руки были сложены на подушке, и я смотрела, как еще больше слез капало из моих глаз.

Как я могла плакать и не чувствовать?

Я не могла оторвать глаз от растущего мокрого пятна на подушке. Она давно уже была промокшей, и я поняла, что выплакала все слезы. Затем мои веки отяжелели, и я больше не могла держать их открытыми. Моя голова качнулась вниз, но я дернулась назад, обратно в вертикальное положение. Подушка крепче была прижата к груди, и я как могла, сидела прямо. Это не имело значения. Я снова качнулась, и, попыталась встать, но покачнувшись и начав падать, я схватилась за верхнюю часть дивана, а затем сдалась.

Я опустила голову на пропитанную слезами подушку. Моя голова покоилась на этой подушке, а руки обняли нее. Это было незадолго до того, как я уснула.

Что-то меня разбудило, и я пошевелилась, но почти сразу же меня догнал сон. Я провалилась в темноту. Каждая часть моего тела благодарила меня. Потом что-то снова меня разбудило. Мои глаза распахнулись, и я увидела темный силуэт. Он возвышался надо мной. Тревога в глубине моего сознания сказала мне проснуться, чтобы защищать себя, но мое тело на предупреждение не обратило внимание. Я снова впала в глубокий сон. Это было тяжело. Сон был настолько манящим, что я поддалась….

Когда я снова проснулась, было еще темно. Этого не может быть, но я увидела время на часах в углу. Восемь часов. Я пришла сюда около четырех часов утра, и сейчас не 8 часов утра. Я вдохнула; Я проспала весь день. Подскочив, я полезла в карман. Телефона нет. Паника сдавила мою грудь, когда я провела рукой по диванным подушкам, вокруг и под ними. Тем не менее, ничего. Я выпрямилась и всмотрелась в темноту. Куда делся мой телефон? Его не было со мной и не было на диване. Я встала на колени и стала искать на полу. Но опять, ничего.

Тогда я начала шарить вокруг, пока не нашла лампу. Когда я попытался ее включить, она не включилась.

Она сломалась? Но нет, этого не могло случиться.

— Где ты была, когда на ЭйДжея напали?

Голос раздался сверху, позади меня. Я встала с коленей, мое сердце забилось. О, Боже. Что это было? Мой телефон пропал. Место специально было погружено в темноту. Картер мне не доверяет? Я втянула воздух. Может, он собирается меня убить?

Он повторил еще тише:

— Где ты была, когда на ЭйДжея напали?

Удар. Удар. Удар.

Мои руки начали снова дрожать, а ладони стали потными. Я вытерла их о брюки и открыла рот, но ничего не вышло. Из меня вырвался лишь сдавленный звук.

— Я задал тебе вопрос.

Я крепко сжала глаза. Он стоял, где бы он ни был. Я могла бы сказать, что это был Картер, но его голос звучал холоднее. Я знала его большую часть своей жизни, но я никогда не боялась. Он был хладнокровным убийцей, Картером Ридом. Он был в той же комнате, что и я. Я отыскала его.

Я ждала. Одна секунда.

Затем две. Затем минута.

Он был таким тихим.

— Кто ограбил твоего брата?

Я выплюнула:

— Его не ограбили. Его убили.

Моя грудь вздымалась, когда я вспомнила тот день. Чувство беспомощности охватило меня. Я ничего не могла сделать. Я хотела помочь, я так отчаянно хотела, но ЭйДжей покачал головой. Он не хотел моей помощи, но на мгновение я посчитала, что он передумает. Я думала вылезти из вентиляции, чтобы умереть вместе с ним, но я знала, что они бы сделали со мной что-то более ужасное. Так что я остановилась.

Прежние слезы вновь нахлынули на меня. Я чувствовала, что они подкатывают, готовые вновь вырваться наружу. Я стиснула зубы и подавила их. Я не буду плакать, не здесь, если Картер Рид собирался меня убить. Он не был тем самым парнем, которого я помнила. Тот Картер никогда бы не сделал такого для меня, не изолировал, а потом не стал бы начинать допрос.

— Как?

— Что как? — Гнев начал кипеть во мне. Как он смеет?

— Как он умер?

Он никак не отреагировал. Его голос становился холоднее и тише, каждый раз, когда он спрашивал. Он не был человеческим. Он не был похож на человеческий.

— Бита! — Заорала я в темной комнате. — Чертова бита. Они убили его гребаной битой, и я все это видела.

Я наклонилась и прижалась лбом к моим коленям. Я надеялась, что они будут холодными, что они охладят меня, но нет, не были. Мои джинсы были теплыми и потными. Я почувствовала на них запах крови, хотя я приняла душ… или нет!? Я ничего не помнила. Была ли на мне по-прежнему кровь Мэллори или это была кровь Джереми? Может, их кровь въелась в меня? Я задыхалась. Часть меня хотела еще крови Джереми. Он заслуживал смерти. Он заслуживал смерть похуже, чем пуля в голову.

Я не знаю, сколько времени я провела в таком положении. Было тихо, а затем комната залилась светом.

Я упала на бок и закрыла глаза, когда вдруг появился свет. Он ослепил меня. Когда я открыла глаза, моя грудь все еще вздымалась, а сердце продолжало колотиться, я все еще не была готова увидеть его. Но он там был. Картер Рид.

Все мысли, все чувства притупились, когда я, наконец, его увидела.

Он сидел напротив стеклянной стены, скрестив руки на груди, его ледяные глаза были сосредоточены на мне. Они были пронзительно голубые, как у волка, и он не моргал. Не тогда, когда я осматривала его. Его светлые волосы, когда мы были детьми, долгое время были длинными. Он заправлял их за уши, и позволял расти до самых плеч. Однажды он сказал мне, что ему очень нравится так делать. Сейчас же, волосы были коротко подстрижены, но ему очень шло. Это произвело на меня гипнотический эффект. Я никак не могла насытиться, когда осознала, что хотя последние несколько раз я и видела его, это не делало ему чести, но это было не так близко и лично, как сейчас. Его угловатое лицо с высокими скулами, казалось, идеальным. У него были длинные, загнутые с природным совершенством ресницы, которые хотели иметь все женщины. Он выпрямился, все еще оставаясь на месте. Его рубашка скользнула по его груди и плечам, по всем мышцам. Его тело было сложено словно оружие. Он сделал это нарочно.

Дерьмо. Он был идеален. И он был убийцей.

Я облизала губы, а затем замерла, когда поняла, что я сделала. Я не могла этого сделать, не здесь. Ни в коем случае. Небольшая ухмылка появилась на его лице. Он знал, какую реакцию во мне вызывал. Я попыталась ее подавить, но ничего не вышло. Я стала влажной и ощутила пульсацию между ног.

Я оторвала от него свой взгляд. С моей стороны это стоило больших усилий, но затем он издал низкий ровный смешок:

— Никто не знает, как умер ЭйДжей, за исключением его сестры. Мне нужно было убедиться, что это ты.

Он должен был убедиться? Он опасался меня? В этом была доля иронии. Он был убийцей. Я не была. Но нет, от этой мысли я протрезвела. Я тоже была убийцей.

— Да, хорошо… это я.

Он оторвался от стены и прошел к диванам, встав на две ступеньки выше меня. Он смотрел на меня сверху вниз, а затем оживленно кивнул:

— Встань.

Я неохотно повиновалась.

Его взгляд скользнул вдоль моего тела. Это был напряженный осмотр, медленный, но верный. Он не пропустил ни одной детали. Его глаза задержались на моем колене, том самом, где, я знала, все еще виднелись следы от моих слез. Тогда он сказал, все тем же холодным и невозмутимым голосом:

— Повернись.

Мои глаза впились в него.

— Нет.

— Повернись, Эмма, — волны желания захлестнула меня, когда он произнес мое имя. Я ахнула. Я не хотела его, я не хотела этого. Я задержала дыхание, он не мог знать. Стиснув зубы, я сжала руки в кулаки и прижала их перед собой. Собственное тело предало меня, и я обернулась. Я чувствовала тычки и толчки, когда он продолжал осматривать меня. На меня нахлынула волна унижения. Я была словно корова, которую ведут на забой. Я ощущала себя так, будто меня разбирали на части, в то время как он, продолжал осматривать меня в полной тишине.

— Ты похудела, — Он махнул на кухню. — Там есть пицца, если хочешь.

Я держала рот на замке. Мой желудок заурчал при упоминании пищи. Когда я ела в последний раз? Я не могла вспомнить точно, в закусочной, после того как мы убили Джереми. Нет, после того как Я его убила. Я попыталась заставить себя что-нибудь съесть, но я не смогла. Мне нужно было хоть что-то, что-нибудь, от чего бы меня не вырвало. Я выпила кофе вместо еды.

Я прошла мимо него на кухню, но он схватил меня за руку и прижал к себе.

— Нет! — Я не хочу, чтобы ко мне прикасались. Образ Мэллори вспыхнул в моем сознании, и я дернула руку обратно, но он не отпускал. Тогда он толкнул меня к стене. Он держал меня в ловушке своих рук.

— Я сказала, нет! — Я попыталась поднять ноги, чтобы пнуть его, но я не могла пошевелиться. Когда я психанула, и попыталась на него броситься, только мой живот смог до него дотронуться. Это не имело значения. Он держал мои руки над моей головой, и обе мои переложил в одну свою. Его ноги были прижаты к моим. Я вообще не могла двигаться. Мое сердце колотилось, и я всхлипнула. Дыхание участилось, боль между ног стала почти невыносимой.

Он приподнял меня, только на дюйм, и осмотрел мое тело сверху вниз.

Моя грудь вздымалась. Он мог видеть мою грудь через рубашку, но он ее не трогал. Я прикусила губу. Я хотела, чтобы он ее потрогал. Я хотела почувствовать его руки там, но я не могла попросить об этом. Я не могла позволить, чтобы он узнал об этом. Я хныкнула, и его глаза встретились с моими. В них был шок. Но он мгновенно исчез.

Затем он отступил назад. Как только его руки освободили меня, я рухнула на пол. Я собиралась ударить его, чтобы он знал, что не нужно этого делать снова, но он был быстрее меня. Он всегда был быстрее. Он бы сделал это снова. Я была бы прижата к стене еще раз, и мое тело не смогло бы с этим справиться.

Он на шаг отошел назад. Он держал меня в плену. Мое сердце не переставало бешено биться.

— Что с тобой случилось, Эмма?

Я не могла отвести от него взгляд.

— Ты как дикая кошка.

Я прижала колени к груди и обхватила их руками. Со стоном, я прижала к ним лоб. Я хотела, чтобы все ушло… Я хотела, чтобы мой брат вернулся. Я не хотела видеть Джереми в жизни Мэллори. И я не хотела, чтобы Картер был тем мужчиной, который стоял передо мной. Мой пульс участился, а потом меня пронзил стыд. Боже, как я могла хотеть этого человека? Он был холодным, отстраненным. Он убивал других.

Так же, как и ты. В моей голове возникла мучительная мысль.

Коробка с пиццей была брошена рядом со мной. Запах окутал меня. Мой рот наполнился слюной, а желудок сжался. Я, не задумываясь, потянулся к еде. Я запихнула кусочек в рот, затем еще один. Я была так голодна.

После третьего куска, я подавила рвоту. Мой желудок снова заурчал, более настойчиво. Тогда я подскочила на ноги и огляделась, запаниковав, когда поняла, что меня сейчас стошнит.

Картер указал на боковую дверь, и я через секунду я уже пролетела через нее в ванную. Я упала на колени около туалета и меня вырвало. Все больше и больше жидкости выходило из меня, и я задавалась вопросом, как это было возможно. В моем животе почти ничего не осталось. Это было похоже на то, что мое тело хочет все очистить, как это сделала я.

Когда я остановилась, мой рот был покрыт рвотой, я прижалась лбом к крышке и задыхалась. В тот момент я чувствовала себя такой слабой, такой беспомощной.

Рядом со мной был поставлен стакан воды. Нежная рука убрала мои волосы назад, когда Картер опустился на пол. Он посмотрел на меня, но на этот раз это был старый Картер. Убийцы больше не было. Он подарил мне небольшую усмешку:

— Я буду заботиться о тебе.

Я почувствовала облегчение, и мое тело уступило. Но прежде, чем я снова сползла на пол, он схватил меня за руку и посадил к себе на колени. Затем, я устроилась на нем, его рука вернулась к моим волосам, и он убрал их назад. Медленно, когда мое сердце все еще колотилось, я положила голову ему на грудь и почувствовала, что его другая рука обняла меня.

Наконец-то.

ГЛАВА 5

Картер ухаживал за мной. Он поднял меня, усадив в ванной комнате, дал мне жидкость для полоскания рта, и держал стакан, чтобы я смогла выплюнуть. После того как я прополоскала рот, он повел меня обратно, к кухонному столу. На этот раз, он дал мне корку от одного из кусков пиццы, со строгой инструкцией, чтобы я ее погрызла, и на некоторое время покинул меня.

Я не знала, что он делал, или куда исчез. Но я знала, что он был в пентхаусе, я слышала, как он говорит по телефону, и это было все, о чем я беспокоилась. Он не уезжал, так что я взяла корку и начала делать то, что он сказал. Я откусывала по чуть-чуть до тех пор, пока все не съела. Затем я подождала, но когда ничего не произошло, я схватила кусок пиццы. На этот раз я пробовала начинку от пиццы и чуть не застонала от того, насколько она была хороша на вкус.

Я так давно не ела.

— Как ты себя чувствуешь?

Он стоял рядом со стойкой, глядя на меня. У него было пустое выражение лица, и я не смогла остановить пробежавшую по спине волну дрожи. Он снова был незнакомцем. Это был Картер, которого я не знаю, и мне стало интересно, куда делся старый, прежде чем я вспомнила о телефонном звонке. Должно быть, его изменил телефонный звонок.

— Я в порядке.

Он нахмурился и сел напротив меня.

Он двигался, как призрак, и на сиденье опустился с грацией пантеры, преследующей какую-то цель.

— О чем ты думаешь, Эмма?

Когда он произнес мое имя, я дернулась. Это было чуждо мне. Той чувственности, с которой он говорил раньше, не было. Именно тогда я поняла, что он сделал это нарочно. Он хотел вызвать у меня желание, и у него получилось. Все это было его оружием? Его голос, глаза, его тело, разум?

Я посмотрела на свою тарелку.

— Ты изменился.

— Да, — вздохнул он. — Я полагаю, это так. Некоторые вещи были… — он колебался, — проще тогда.

Я оглянулась.

Он поправил:

— Собственно говоря, я так предполагаю.

— Ты предполагаешь?

Во мне вспыхнул гнев. ЭйДжей был зависим от азартных игр и наркотиков. Он задолжал мафии деньги, и из-за этого они убили его.

Наши родители, с тех пор как я себя помню, отсутствовали, но и Картеру было не легче. С пьяным отцом и матерью-наркоманкой, он большую часть своих ночей провел на нашем диване. Когда он приходил, сколько я себя помню, у него всегда были синяки.

Я выплюнула:

— Ты, должно быть, помнишь все немного иначе, чем я. Ничего никогда не было просто, все только изменилось.

Он откинулся на спинку стула.

— Все было легче, для меня, Эмма. Я не беспокоился о том, что убивал людей.

Я прищурилась.

— Ты пытаешься напугать меня?

Он наклонился вперед.

— Я уже не тот мальчик, которому нужно где-то спать. Мне кажется, наши роли изменились, Эмма. — По его лицу скользнула надменность. — Почему бы тебе не сказать мне настоящую причину, почему ты здесь? Ты искала меня. Я здесь. В чем проблема?

Я вздохнула. Если бы все было так просто. Я покачала головой.

— Ты издеваешься надо мной?

— Я сказал что-то обидное? — Слабый проблеск улыбки, промелькнувший на его лице, быстро исчез. Его взгляд снова стал отстраненным. — Ты пришла ко мне. Скажи, почему.

Я открыла рот.

— И не веди себя так. Я не терплю такого от своих людей. Не потерплю и от тебя, не зависимо от того, знала ты меня в прошлом или нет.

Я закрыла рот и сидела ошеломленная. Он был прав. Я бы не стала говорить такое другому человеку в его положении. Картера, которого я знала, больше не было. Я увидела и поняла это только сейчас. Встав из-за стола, я поняла, что сделала ошибку.

— Мне жаль. Мне нужно идти.

— Стоп, — приказал он.

Я села обратно, но это было не из-за того, что я приняла сознательное решение. Мое тело отреагировало на его команду. Он сказал это, и я повиновалась. Я секунду сидела, моргая в оцепенении, когда поняла, что произошло. Это было так мгновенно, так быстро.

Когда гнев вспыхнул снова, я наклонилась вперед. Я была готова начать с резких слов, но он вздохнул. Его взгляд смягчился.

— Я целых десять лет ничего не слышал о маленькой сестре ЭйДжея. Я хочу знать причину, почему ты здесь.

Ох.

Весь гнев, обида, и глупые чувства исчезли. Я вспомнила причину, и кошмар затопил меня снова. Паника и отчаяние снова стали моими друзьями. Они цеплялись за меня. Я изо всех сил пыталась найти слова. Когда моя рука начала дрожать, он, казалось, стал холоднее. Его глаза потемнели, и в них плескался гнев.

— Кто сделал тебе больно, Эмма?

Его голос был чувственный, но в нем присутствовали ноты ледяного презрения.

Дрожь снова охватила меня, и я сжала глаза. Что я ему сделала? Я чувствовала его ненависть. И это меня опустошало.

— Я не могу помочь тебе, ведь ты не говоришь, что произошло.

Я выдавила:

— А, может, это ты сделаешь мне больно.

— Я бы никогда не причинил тебе боль.

— Обещаешь?

Я затаила дыхание. Я была зависима от него, все было сосредоточенно вокруг него. Мэллори нуждалась в нем. Я нуждалась в нем.

— Я обещаю.

Меня захлестнуло облегчение, и я села в кресло. Горло сдавило, и тогда я прошептала охрипшим голосом:

— Я кое-что сделала.

Он кивнул.

Внутренности скрутило. Я не смогла признаться. Все было реальным, но я уже произнесла это вслух. До сих пор, Картер был другим. Когда-то он знал, я не могла знать, что может случиться дальше.

— Что ты сделала? — он смягчил свой тон.

Сейчас он пытался меня уговорить. Он хотел, чтобы я доверилась ему. Если бы все было так просто. Я могла просто открыться и поделиться своими проблемами с ним, но нет. Было ли этот правильным решением? Могу ли я ему доверять? Я больше его не знала. Он был хладнокровным убийцей. Этого человека, я не знала раньше. Я знала лишь мальчика, которым он был.

— Эмма.

Я посмотрела на него. Слезы размыли мой взор.

— Я знаю, что ты думаешь, стоит ли рассказать или нет, что произошло, но если ты здесь со мной, то я твой единственный шанс. Я знаю тебя. Я помню, какой умной девочкой ты была. Я всегда гордился тем, что ты справлялась со всем сама. Я знал это тогда. Я знаю это сейчас, — он наклонился вперед. Я увидела проблеск того самого, старого Картера. — Ты должна сказать мне. Я не причиню тебе вреда. Я уже пообещал тебе это.

Я кивнула. Он был прав. Он настолько был прав…. Он был единственным, кто поможет мне. Но я не могла на него посмотреть. Я опустила голову и прошептала:

— Я убила кое-кого.

— Кого?

Никакой реакции. Просто вопрос. Страх начал отступать. Узел в груди ослаб.

— Он насиловал мою соседку.

— Кого ты убила, Эмма?

Он произнес мое имя так, как будто ласкал меня. Я расслабилась еще больше. Уже было легче говорить.

— Когда я зашла в квартиру, он ее насиловал, — Затем я заткнулась. Я не могла сказать. Он был из мафии. Картер был из мафии. Картер мог меня сдать.

— Кто насиловал твою соседку?

Я снова покачала головой.

— Я не могу тебе этого сказать.

— Ты должна, — мягкость в его голосе пропала. Он снова стал жестким.

Я дернулась на стуле. Напротив меня снова сидел незнакомец. Теперь я точно знала, я должна выбраться отсюда. Я сглотнула комок страха, что снова подступил к моему горлу. Я посмотрела на дверь. Я могла бы это сделать, не смотря на охрану. Мои глаза метнулись к Картеру. Я должна остановить его. Он не мог предупредить охранника обо мне. Но как? У меня не было ни малейшего представления.

В другой комнате зазвонил его телефон. Он, должно быть, оставил его там. Как только он отвернулся, я бросилась к двери. Это был мой единственный шанс.

Но он перехватил меня, схватив за талию. Я сделала это для него, но выглядело так, как будто для себя. Он поднял меня одной рукой и заключил в железную хватку, сдерживая мою борьбу, он сказал:

— Ты смешна, Эмма.

Я пнула сильнее.

— Отпусти меня.

— Нет.

Я замахнулась на него свободной рукой, но он отклонился, лишь крепче удерживая меня. Он отнес меня в спальню. Я попыталась ударить ногой, но он лишь проворчал и переместил свое бедро так, чтобы оно оказалось между моих ног. Когда я снова попыталась пнуть, его нога поднялась выше, поэтому, я оказалась с разведенными ногами. Я опять попыталась его пнуть, но ноги соприкоснулись с воздухом. Я была беспомощна, и мне пришлось использовать свое последнее оружие. Нагнув голову, я закусила губу, а затем со всей силы дернула головой назад.

— У-ух, — он повернулся в сторону, и низкий смешок прозвучал над моим ухом.

— О! — Я попыталась ударить снова, повернув голову, но была не под тем углом, чтобы навредить ему.

— Картер! Отпусти меня!

Усмехнувшись снова, он сел на кровать, все еще держа меня в своих объятиях. Прижимая мою спину к своей груди, и он крепко сжал руки вокруг на моей талии. Одной рукой я переместилась выше, к его плечу, чтобы держать голову подальше от него. Я ничего не могла сделать.

Затем он пробормотал, его дыхание ласкало мое ухо:

— Ты все еще боец. ЭйДжей гордился бы тобой.

Тогда я снова попробовала бороться. Я попыталась извиваться, толкаться, но ничего. Он сидел и держал меня, пока я не остановилась. Он переместил меня к себе на колени:

— Отпусти меня, Картер. Пожалуйста.

В мгновение ока он скрутил меня, и я оказалась на кровати. Он оседлал меня, обхватив мои ноги своими, мои руки, одной рукой он удерживал над головой, второй же, он схватил мой подбородок. Он заставил меня взглянуть на него. Но я не чувствовала тяжести его тела. Он остановился, удерживая его на весу, и глядя на меня. Я чувствовала, что он пытается проникнуть в мои мысли, поэтому я закрыла глаза.

Его рука мягко сжала мой подбородок, и он прошептал:

— Эмма, пожалуйста.

О, Боже. Я, не подумав, посмотрела на него и была поймана в плен его глаз. Он захватил меня, мое тело и разум. Рыдания подступили к горлу, мое тело меня предало. Потребность борьбы оставила меня, уступив место желанию. Нас отделяло лишь несколько дюймов. Между моих ног начало пульсировать и ныть.

Мое тело ослабело, но его руки по-прежнему удерживали меня. Его ноги переместились, но одно колено все еще было зажато между моими. Я боролась с желанием, чтобы не начать извиваться. Я хотела, что бы его колено двигалось дальше. Я хотела надавить на него. Вдруг, я ахнула, когда почувствовала нежный толчок под подбородком. Я моргнула под натиском слез, и он двинулся выше на кровати, что бы его лицо находилось напротив моего. Он опустился так, что я почувствовала его дыхание на своих губах. Его глаза были напротив моих; так как он выглядел встревоженным, в некоторых местах пролегли морщинки. Его рот от небольшого недовольства скривился.

— Расскажи мне, что случилось, — его просьба была такой мягкой.

Я сломалась. Он больше не был незнакомцем. Он был тем Картером, мальчиком, с которым я выросла. Я закинула руки ему на шею и притянула его ближе. Вместо того чтобы бороться с ним, я прижалась к нему еще ближе.

Он обнял меня и перевернулся на бок. Он похлопал меня по спине и положил свою голову в изгибе моей шеи и плеча. В том месте, я почувствовала его губы, а затем он повторил:

— Ты должна сказать мне. Я не причиню тебе вреда. Я буду защищать тебя.

По моему телу прошла дрожь. Наконец-то. Это были слова, в которых я так отчаянно нуждалась. Его руки начали двигаться, одна легла на мое бедро, а вторая удерживала мой затылок, и он прижался ко мне. Последние сомнения ушли прочь. Из меня вырвался тяжелый выдох, и я прижалась к нему ближе. Я нуждалась в нем.

— Эмма.

Меня затопил стыд. Он знал, что за человек я была? Боролась, убегала, а потом дрожала в его руках?

Его рука начала гладить мое бедро. Его руки скользнули под мою рубашку, а потом к поясу моих брюк. Он удерживал меня, и его рука скользнула дальше. Я пыталась сопротивляться, но мне хотелось обвиться вокруг него своими ногами. Я хотела притянуть его к себе и чувствовать его руку между своих ног. Но я ничего не сделала. Я все еще лежала, а сердце бешено колотилось внутри меня. Он чувствовал биение под своими руками. Оно заглушало все вокруг.

Он запечатлел на моем лбу мягкий поцелуй и вновь поднялся. Посмотрел на меня сверху вниз. В его глазах все еще оставалась мольба. Откинув несколько прядей с моего лица, он спросил:

— Ты не доверяешь мне?

Я кивнула.

— Я боюсь тебя.

Уголки его губ приподнялись.

— Ты?

— Я больше не знаю, кто ты.

Я не могла поверить, что кому-то в этом признаюсь, но я нуждалась в том, чтобы кому-то довериться. Если я хотела выжить, я должна была сделать это. Почувствовав себя немного смелее, я дотронулась до его груди. Моя рука распласталась так же, как и его, на моей спине. Его сердце было спокойным. Я прошептала:

— Я знаю кто ты. Ты хладнокровный убийца. Я знаю, что ты сделал для ЭйДжея, — одинокая слеза скатилась по моей щеке, но осталась незамеченной. — И я всегда хотела поблагодарить тебя за это.

Он напрягся.

— Ты должна сказать мне, кого ты убила.

Я смотрела на его рот, представляя, что почувствую, если его губы прижмутся к моим, когда вдруг вновь услышала в его голосе холодные нотки. Все тепло и желание испарилось. Я напряглась и снова перевела на него свой взгляд. Моя грудь вздымалась, но я ничего не видела в его глазах. Там не было ни радости, ни мягкости, ничего.

Он снова был незнакомцем.

Я убрала руку от груди… Я лежала под ним, но он от меня отпрянул. А потом передвинулся, сев на край кровати.

У меня заныло в груди. Он не мог уйти. Я нуждалась в нем.

— Хватит играть, Эмма. Скажи мне, кого ты убила.

Он повернулся. Его глаза снова были как лед.

— Я хочу помочь тебе. Ты и ЭйДжей были для меня как семья. Я хотел бы сделать что-нибудь для тебя, но ты тратишь мое время.

Он был прав.

Я села так, что моя спина упиралась в спинку кровати. Время настало. Новый Картер и мой старый Картер — это один и тот же человек. Мне не нужно бояться этого нового Картера. Он был жесток, но мне была необходима его помощь.

— Я убила Джереми Донвана.

Он выпрямился.

— Где?

— В своей квартире.

Он кивнул.

— Оставайся здесь.

А потом он ушел.

ГЛАВА 6

Картера не было уже долгое время. Я ждала, но немного поев, свернулась калачиком в кровати. Накрывшись одеялом и положив голову на подушку, я вмиг отрубилась. Я никогда еще так быстро не засыпала. Когда я проснулась, в квартире все еще было темно. Он не вернулся. Это задело меня больше, чем я осмеливалась признаться, даже самой себе. С уколом разочарования и чего-то еще, я огляделась в поисках своего телефона. Заметив его рядом со своей сумочкой, я направилась к нему.

Я не знала, что мне делать. Он сказал ждать, но как долго. Я не могла слишком долго сидеть без дела. Что, если он больше никогда не вернется?

Я втянула воздух, и меня пронзила боль. Он сказал, что защитит меня, но если он никогда не вернется, значило ли это, что я буду сама по себе? В любом случае, я была вдали от Мэллори достаточно долго. Ей нужно было знать, что мы должны самостоятельно принять решение. Нам придется уехать. Это все, что у нас было… Последняя надежда, но выбора у нас не было. С Картером шансы были невелики. Я только сейчас это осознала.

Когда я вышла из пентхауса, охраны нигде не было. Это только подтвердило мои догадки. Картер передумал. Мы были сами за себя.

Войдя в лифт, я вспомнила, что мы приехали не из холла, поэтому я не была уверена, какую кнопку нажать. Была только кнопка B и 1, так что я нажала на B, чтобы спуститься на нижний этаж. Мы пришли с заднего входа клуба. Я поняла, что не смогу найти путь обратно, а когда двери лифта открылись, я поняла, что я все же потерялась. Уровень «В» был не нижним этажом, а подвалом. Я вышла, но затем передумала; однако, было слишком поздно. Двери лифта, позади меня, закрылись, и, когда я снова нажала на кнопку, он не открылся. Спустя пять минут ожиданий, я поняла, что двери не собираются открываться, поэтому я развернулась, что бы осмотреть подвал.

Обычный подвал. Большие и серые стены, с множеством блестящих, на вид дорогих машин. Я спустилась к проходу и увидела красный знак в дальнем углу. Выход. Со вздохом облегчения, я направилась туда. Дверь была массивной и тяжелой, но я смогла ее открыть. За ней была еще одна небольшая лестница, и я почувствовала себя Дороти на желто-кирпичной дороге. Тем не менее, поднявшись на два лестничных пролета, я услышала звуки улицы, исходящие из-за двери. Я толкнула ее и, проскользнув, оказалась в глухом переулке. Направившись к дороге, я оказалась там же, где и два дня назад. Была точно такая же очередь желающих попасть в Октаву. Некоторых из этой очереди я узнала, даже тех двух девушек, надеявшихся, что какие-нибудь знаменитости их подберут. На их лицах был тот же самый полный отчаяния нетерпеливый взгляд. Одна из них осмотрела меня сверху вниз, но как только на ее лице появилась усмешка, я развернулась и пошла в другую сторону. Мне не нужно было возвращаться в Октаву. Свой ответ я уже получила.

Я взяла такси, и, остановившись перед домом Бена, глубоко вдохнула. Я не хотела туда идти. Я не хотела смотреть в ее глаза и видеть всю ту агонию, которую вложил в них Джереми. Я не хотела говорить ей, что мы должны уехать, но я должна. У нас нет другого выхода.

Поскольку дверь была заперта, я постучалась.

Бен, с ожесточенным взглядом на лице, открыл дверь.

— Где, ты, блядь, была?

Я съежилась.

Он жестче сжал в руке нож для резки мяса.

— У вас были проблемы?

— О, ты имеешь в виду кошмары Мэллори и ее леденящие крики? Нет. Никаких проблем, вообще. Ты! Ее соседка и лучшая подруга ушла, не сказав, куда собираешься, поэтому она подумала, что ты ее бросила. — После того, как я вошла внутрь, он захлопнул дверь. — Ты чертовски хороший друг, Эмма.

— Эмма?

Из гостиной послышалось робкое всхлипывание. Там стояла Мэллори, завернутая в одеяло. Ее волосы были в беспорядке: одна половина вилась, а вторая была всклокочена. Под глазами мешки, а на губах, которые начали дрожать, до сих пор виднелись синяки.

— Мэллори.

Я подошла к ней и крепко обняла. Я хотела убедить ее, что все будет хорошо. Независимо от того, как далеко мы зайдем, мы будем живы.

Ее начало трясти, когда я обняла ее. Она зарыдала, и мне ничего не оставалось, кроме как еще крепче ее обнять. Я пригладила ей волосы, и начала качать ее взад и вперед.

Она вцепилась в мою рубашку, сжав руки в кулаки. Она сжала меня еще сильнее.

— Пожалуйста, не оставляй меня снова.

Я покачала головой.

— Не оставлю, обещаю.

Бен стоя в дверях кухни, наблюдал за нами. Его взгляд смягчился, обнажая его страхи. Затем его глаза потемнели, и в них, прежде чем он отвернулся, промелькнуло что-то похожее на панику. Позже, я услышала, как он открыл кран и начал громыхать посудой.

— Она не так уж много и спала.

В дверях стояла Аманда. Она бросила мне грустную улыбку, и я видела, что она так же, как и Бен была истощенна. На ней была одета синяя футболка и уже другая пара джинс. Когда она заметила, что я разглядываю ее одежду, она повела плечом, и скрестила руки на груди.

— Вчера я сходила на работу и захватила всем одежды.

Она посмотрела в сторону кухни.

— Бен не пошел. Он был слишком напуган, что бы ее оставить. Каждый раз, когда она пытается заснуть, у нее, получается поспать не больше часа. И каждый раз, она просыпается с криком о… — заколебалась она, — о том, что он с ней сделал.

Бен прочистил горло позади нас. В руках он сжимал полотенце.

— Можешь заставить ее хоть немного поспать?

Аманда посмотрела на меня, неловко преступая с ноги на ногу.

— Ей нужно, что бы ты была с ней. Я… — Она посмотрела через плечо на Бена. — Бен пытался, но она не позволяет ему касаться себя. Так что…

Я поняла. Мой желудок скрутило, но я кивнула и повела Мэллори в спальню. После того, как я целый час, держа ее за руку, пролежала с ней на кровати, она наконец-то заснула. Я подождала еще час, чтобы убедиться, что она глубоко заснула. Ее дыхание было ровным и глубоким, так что я выбралась из кровати. Когда я вошла на кухню, Бен сидел в кресле и выглядел опустошенным. Его плечи поникли, а под глазами были заметны мешки. Перед ним стояла чашка кофе, но, когда я взяла ее, она была холодной.

Кофейник был пуст.

— Сделать еще?

Он вскинул голову, как будто увидев меня впервые.

— Ох. Да. Благодарю.

Он провел рукой по лицу.

— Она спит?

Я вылила в раковину остатки кофе и наполнила чашку водой.

— Да, это заняло час.

Он кивнул.

— Аманда все еще здесь?

— Нет. — Усталость на его лице сменилась остекленевшим взглядом. — Она пошла домой отдохнуть. Вернется завтра. Она сказала что-то о новой одежде или о чем-то таком.

После того, как я залила воду в кофейник, я порылась в шкафах, ища кофейные зерна.

— А, может быть, еду.

Его запасы были скудными, за исключением огромной банки кофейных зерен. Я положила две здоровых ложки в кофеварку и нажала на кнопку.

— Да, я не ходил в продуктовый магазин. Я слишком сильно нервничал. — Он замолчал, и, задумавшись, уставился на стол.

— Слишком напуган, чтобы оставить ее?

Он кивнул.

— Да. — Грустная улыбка на его лице поникла. — Я взрослый человек, и мне страшно. Я не могу выйти за дверь. Я боюсь, что они где-то там, что они знают и наблюдают. И она… — Он посмотрел на дверь, за которой находилась Мэллори. — Я не могу к ней прикоснуться. Я пытался ей помочь, когда она просила. Она не хотела его прикосновений, но теперь и мои вызывают у нее отвращение.

— Нет, это не так. Только его. Поверь мне. Ты помог ей. И сейчас продолжаешь помогать.

Он поднял глаза, пораженно глядя на меня.

— Я вел себя как мудак, по отношению к тебе. Почему ты ко мне добра?

Я пожала плечами, вжавшись в спинку стула. Я поняла.

— Потому что ты хочешь помочь ей, но не знаешь как. Я понимаю. Поверь мне.

Он закрыл глаза и покачал головой.

— Я понятия не имею, что делать, Эмма. Абсолютно никак. Она должна пойти на работу. Я должен пойти на работу. Я позвонил и прикрыл нас, но что нам даст неделя… Мы, за несколько дней должны выяснить, как выбраться из этого дерьма. — Он снова посмотрел в сторону двери. — Я так боюсь туда идти. Ты даже не представляешь как.

— Я знаю. Я, правда, знаю.

Потом он вздохнул. Перемирие закончилось, когда он встал со стула.

— Я собираюсь прибраться. Это все, что я делаю. Только прибираюсь. Мою посуду, убираю со стола, протираю пол. Мне нужно что-то делать. — Из него вырвался горький смешок. — Я должен помыться. Я буду в душе, если вам — если ей что-то понадобится.

Ему было страшно выйти за пределы той двери, но это было все, что хотела сделать я.

— Я собираюсь во внутренний дворик; подышать свежим воздухом.

Может быть, у меня появится новая идея, но, как только, Бен проигнорировав меня ушел, я поняла, что это вряд случится.

Когда в его маленьком дворике, я на одном из шезлонгов села, свернувшись, я не могла отделаться от мысли, что, возможно, я должна сбежать. Не Мэллори его убила. Это сделала я. Он делал ей больно. Но он не причинял вреда мне. Она могла бы обменять меня на свою безопасность, и к этому времени я буду уже далеко.

Мой желудок сделал сальто. Меня затошнило, но я сильнее обняла себя. Я крепче надавила руками на живот. Это не имело значения. Я не собиралась останавливать бушующие внутри себя эмоции. И они не собирались меня покидать. Я попыталась попросить помощи у Картера. Он оставил меня, но это дало мне альтернативу. Я уйду. Мэллори будет в безопасности.

Хотя я и приняла решение, уходить все же не спешила. В течение долгого времени я сидела в том кресле. Ночной воздух был холодным, и я знала, что мое тело дрожит, но ничего не чувствовала. Я не могла. Все, что я могла — сосредоточиться на следующем шаге. Куда мне пойти? Каким образом? Мне нужны были деньги. Я знала, что много, но у меня было отложено не достаточно. Моя работа была лучше, чем у них, но всего что есть, все равно было недостаточно. Мне, моих сбережений не хватит. Бен и Мэллори, оба работали в модном клубе. Но, чтобы мне помочь, они зарабатывали не достаточно. Аманда была учительницей. Возможно, у нее и было немного, но я знала, что она, чтобы свести концы с концами, все лето работала в кафе.

Я была сама по себе.

Я в течение длительного времени сидела снаружи. Бен подошел к двери патио и выглянул наружу. Когда он увидел меня, то подошел и протянул мне одеяло, которое я взяла, несмотря на то, что двигаться совсем не хотелось. Когда я в него завернулась, он ушел обратно. Вскоре, огни погасли, и я осталась в темноте.

— Я сказал тебе оставаться на месте.

Я ахнула и вскочила с места.

Картер появился в углу внутреннего дворика. Его лицо было жестким, а глаза в лунном свете блестели. Он был в ярости, когда встал напротив меня. Во всем черном: черные брюки, черная толстовка с капюшоном, который он стянул со своей головы. Это оттеняло его глаза и заставляло выглядеть его еще более опасным.

У меня пересохло в горле. Когда он повернулся, что бы взять стул, я увидела на его спине выпуклость. Был ли это пистолет? Конечно. Это же Картер Рид. Он убивал. Вот, что он делал.

— Что ты здесь делаешь? Мое сердце екнуло. Если он был там, значит ли это…?

— Я пришел за тобой. — Он наклонился вперед. — Я сказал тебе оставаться на месте. Я вернулся, и увидел, что ты ушла. Мне это не нравится, Эмма, нисколько.

Я посмотрела в сторону двери. Что, если войдет Бен? Я не хочу, что бы он узнал о Картере.

Он раздраженно вздохнул…

— Волнуешься за своего парня?

— Бен?

Я была потрясена. Он полагал…, но нет — Картер был здесь. Он сидел напротив меня. Я не могла этого понять.

— Как ты сюда попал?

В его глазах блеснула решительность, но и еще что-то. Там было темное намерение, то, что заставляло мое сердце учащенно биться.

— Ты пришла ко мне за помощью, но потом ушла. Что ты хочешь, Эмма?

— Что я хочу? Я хочу, что бы ты помог мне.

— Ты подумала, что я тебя оставил? — Заметил он, — Я могу помочь тебе.

Ох.

Я упала обратно в кресло. Конечно, он ушел, что бы помочь мне. Я была идиоткой.

— Но, когда я проснулась, тебя не было. Я…

Сколько я должна была ждать? Мое сердце екнуло. Что, если бы он меня подставил? Я была в идеальном месте, одна, пока он не послал Франко Донвана к входной двери.

— Ты что? — Рявкнул он. — Пошли. Ты идешь со мной.

— Нет! — Я отодвинула свое кресло назад и встала. Я не могу уйти. Мэллори — Бен — Мэллори.

— Я не могу уйти, Картер. Есть люди, которые нуждаются во мне.

В мгновение ока он оказался рядом. Схватив меня за локти, притянул к себе. Он был напряжен. Его тело было сильным, но я не смогла остановить мягкий вздох, когда коснулась его тела, и снова я почувствовала внутри себя, то же самое желание. Я хотела прижаться к нему еще ближе, но лишь покачала головой. Мне нужно было прогнать эти мысли прочь.

Он наклонился ко мне.

— Ты думаешь, он собирается помочь тебе? Ты пришла ко мне, Эмма. Не к нему. — Его дыхание ласкало мою кожу.

Я закрыла глаза. Я уже таяла перед ним.

Он напрягся, и притянули меня еще ближе. Прижимаясь ко мне каждым дюймом своего тела. Я почувствовала его между ног. И когда его губы прижались к моей шее, он прошептал:

— Ты убила Донвана. Это твои руки испачканы. Твой парень не спасет тебя. Пойдем со мной. Я буду защищать тебя. Я смогу о тебе позаботиться.

Я вздрогнула в его руках. Я хотела пойти с ним. Было ли это так просто? Но нет, что насчет Мэлори?

— Моя соседка. Он причинил ей боль.

Он покачал головой. Его губы ласкали мою кожу. Я почувствовала, как он зубами слегка прикусили мою шею. Я ахнула и выгнула спину. Я не могла сдержаться.

— Она будет в безопасности. Она ничего не сделала. Это была ты. Они захотят тебя. Но я смогу тебя защитить, только, если ты будешь рядом со мной. Идем же, Эмма.

О, Боже. Он не оставил меня. Я думала, что это произошло. Я думала, что он бросил меня, но это не так. Возникшее облегчение, от этих мыслей, ослабило меня. Я почувствовала, будто почва уходит из ног, но Картер удержал меня, сместив руку, проведя ею по моей спине. Он двинулся под мою рубашку и скользнул под пояс джинс.

Я хотела, чтобы он продолжал. Я хотела, чтобы его руки были на мне.

Я хотела его.

Мне нужно было перестать об этом думать… Я не могла забыть о моей ситуации. Моя голова была прижата к его груди, и я открыла рот. Мои собственные губы дотронулись до его кожи. От прикосновения он вздрогнул, когда я пробормотала:

— Они убьют Мэллори. Он причинял ей боль, Картер. Я убила его, чтобы спасти ее. Она не выдала меня. Но они узнают об этом и придут за ней.

Он покачал головой. И обнял меня другой рукой:

— Они не сделают этого. Они не узнают, но ты должна пойти со мной.

— Но Мэллори?

— Мои люди уже позаботились об этом.

Подождите, что это значило!? Я попыталась вырваться, но он не отпускал.

— Картер.

Он лишь крепче сжал свои руки. Его стальные мышцы препятствовали каждому моему движению.

— Мои люди присматривают за твоей соседкой. Ваша квартира была вычищена. Твой друг может пойти с ней. Франко Донван не будет связывать с ней исчезновение своего сына.

— Тогда я тоже свободна? — Мой голос сорвался на рыдание. Во мне вспыхнула надежда.

Он замолчал. Его грудь вздымалась и опускалась прямо передо мной. Он усилил хватку.

— Ты должна остаться со мной.

Я отодвинулась на несколько дюймов, чтобы перевести дыхание, и посмотрела вверх.

— Ты только что сказал…

В темноте его холодные глаза сверкали. Он прищурился, и по моему телу пробежала дрожь, но отвести от него взгляд я не могла. Я страстно возжелала его. Его голос был спокойным, когда он сказал:

— Я не смогу защитить тебя, если ты не будешь рядом со мной. Ты можешь жить своей жизнью, но я хочу, чтобы ты жила со мной.

— С тобой?

— До тех пор, пока все не закончится.

— До тех пор пока не закончится? Ты только что сказал, что все кончено.

— Мы не знаем наверняка. Мои люди будут следить за твоей соседкой и парнем, но не за тобой. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной.

— Но… — Он резко прервал меня:

— Я не буду защищать их, если не пойдешь со мной.

— Не будешь? — Во мне снова зародилась паника. Он сказал, но мы нуждались в его защите. Они нуждались в его защите. Его рука потянулась к моему лицу. Я вздрогнула. Это было так нежно и приятно, но его слова не были приятными. Мне нужно, чтобы Мэллори жила.

Затем он прошептал:

— Ты сестра ЭйДжея. Я должен защищать тебя, Эмма.

Меня пронзило чувство вины. Он был прав. ЭйДжей хотел бы этого, Но Мэллори… Я посмотрела вверх.

— Ты проследишь за моими друзьями? Мэллори будет в безопасности?

Он кивнул.

— Твои люди присмотрят за ней? Я не пойду с тобой, пока ты не пообещаешь, что защитишь ее. Это мое последнее слово.

Он снова кивнул. Он был так напряжен.

— Мои люди будут смотреть за ней, но до тех пор, пока ты со мной.

Я знала, что я должна была сделать.

— Хорошо, Картер. Я пойду с тобой.

КАРТЕР

Картер вернулся к машине и проскользнул на заднее сиденье. Он не взглянул на своего помощника, но почувствовал его неодобрение. Ему было все равно. Когда он ничего не сказал, старый соратник спросил:

— Что ты ей сказал?

Его ответ был коротким.

— Она будет жить со мной.

— Ты глупец.

В один миг, Картер прижал мужчину к подголовнику, сжав его горло и парализовав своей хваткой. Пожилой мужчина не сопротивлялся. Он был достаточно разумен. Ни единого слова. Это было противостояние между двумя мужчинами, и Картер ждал, пока не почувствовал поражение своего партнера:

— Ты высказываешь свое мнение тогда и только тогда, когда я спрошу тебя об этом. Но о ней, я никогда не попрошу тебя высказывать свое мнение.

Он удерживал его мгновение, прежде чем отпустить. Два других охранника сели с ними в машину, но никто не пошевелился и не издал, ни звука.

После того, как они проехали еще несколько кварталов, мужчина потер горло и сказал:

— Я знаю тебя долгое время, но никогда не видел тебя таким.

— Она другая.

— Должна быть другой.

Картер ничего не ответил.

Помощник подождал еще несколько кварталов.

— Что ты сказал ей о других?

— Что есть люди, которые будут наблюдать за ними и защищать столько, сколько понадобится.

— Так ты солгал ей.

Он начал бурчать, показывая свое неодобрение, но тут же поймал себя на этом. Он резко выпрямился, все еще потирая рукой свое горло.

— Ты знаешь, что не сможешь защитить ее друзей, даже если бы у тебя были люди, присматривающие за ними. Объявился второй Бертал, наши люди должно быть разбежались. Они не могут знать о нашей причастности. Еще слишком рано.

— Меня не волнуют ее друзья. Я забочусь о ней, и она будет в безопасности.

— Что произойдет, когда она поймет, что ты ей лгал?

— Она примет это. Ей придется. Донван младший вошел в их жизнь, никто не был в безопасности. И когда она нажала на курок, она стала объектом охоты. Не они.

— Ты уверен, что она может принять все это? Ты же знаешь, как некрасиво это будет выглядеть.

Картер вздохнул и вспомнил выражение ее лица, когда в пентхаусе увидел ее спящей. Она была ужасно голодной и сильно истощена, но в тот момент, она была спокойна. У него не хватало духу разбудить ее, поэтому, когда он вернулся и обнаружил, что она проснулась, он струсил. Он оставался в тени, когда допрашивал ее; будто она была его врагом. Он должен был знать, и он все узнал.

Он сказал своему помощнику:

— Я толкнул ее, Джин. Она должна бороться, сильнее, чем в свое время это делал я. Она справится с этим.

Ей придется или она умрет.

Картер оставил эту мысль при себе.

ГЛАВА 7

— Я не понимаю. — Бен запустил руку в свои волосы. Его слова повисли в воздухе.

— Ты собираешься уйти? Это первый раз, когда она проспала всю ночь. Она ни разу не кричала… Мэллори нуждается в тебе.

Я посмотрела на диван, где она свернулась калачиком. Она шмыгнула носом и смахнула слезу, но ничего не сказала. Она не сказала ни слова, так как я заверила ее, что мы защищены. Она не спросила, откуда я об этом знаю или о том, что я имела в виду, но кивнула. Она не проронила ни слова, даже когда я сказала, что должна уйти, но отвела взгляд, и по ее щеке скатилась слеза. Я обняла ее и снова попыталась успокоить.

Это было так трудно. Я не могла объяснить. Картер не хотел, чтобы они о нем знали, и я тоже этого не хотела. Мне пришлось сохранить в тайне вмешательство Картера. Я не знала почему, но нутром чувствовала. Но как бы я им это объяснила, когда я не имела возможности ничего объяснить?

Мэллори, все еще сидя на диване, обняла меня в ответ.

Аманда, стоявшая рядом с Беном, пока тот расхаживал по кухне, выглядела смущенной, но она тоже молчала.

Мой телефон завибрировал. Это было сообщение от Картера.

«Снаружи тебя ждет машина. У тебя есть время попрощаться».

— Кто это был? — спросил Бен. Его взгляд был диким, когда он снова запустил руку в волосы. — Я не понимаю этого, Эмма. Действительно не понимаю. Ты должна быть здесь с Мэллори. Она нуждается в тебе.

— Бен, — заговорила Аманда спокойным, грустным голосом, — Посмотри на это с другой стороны. Она сделала что-то для нас. Эмма никогда бы не покинула нас просто так. Теперь она говорит, что мы в безопасности, и мы не должны беспокоиться. Ты не глуп. Подумай об этом.

— Но… — Он остановился, сложив руки на груди, и, не двигаясь, посмотрел на спальню. — Ты нужна Мэллори. Это все, о чем я могу думать.

— Я буду в порядке. — Эти слова были сказаны шепотом, и все мы развернулись. Мэллори подтянула одеяло. Ее глаза были широко открыты и полны страха, а губы дрожали, когда она прочистила горло. Все это выглядело так, будто она пытается справиться со своим голосом. — Я буду в порядке. Правда.

Бен хотел подойти к ней, но она выставила руку вперед, тем самым останавливая его. Он резко остановился.

Аманда кашлянула, чтобы привлечь к себе внимание.

— Ладно. — Шокированная она быстро моргнула. — Видимо, на этом все.

Я не могла отвести взгляда от Мэллори. Она попыталась изобразить легкую улыбку. Это было малозаметно, но она пыталась. Она прошептала:

— Я буду в порядке, Эмс. Не волнуйся. Делай все, что должна. Я знаю, что, каким-то образом, ты помогала нам.

— Это так?

Я застыла.

Бен пришел в негодование, обменявшись с нами взглядом.

— Правда? Ты серьезно?

— Бен! — Вмешалась Аманда.

Его голос смягчился, но в глазах все еще была злость.

— Я не могу в это поверить. Во все это. Что, черт возьми, здесь происходит?

Я схватила сумку с одеждой, что принесла Аманда.

Мы разделили одежду, оставив большую часть в комнате Мэллори. Картер сказал, что она может вернуться домой, но когда я сказала ей об этом, она свернулась в клубок на кровати. Я знала, что мы не собирались больше оставаться соседками, не надолго. Так что, я обняла ее и шепнула, что я поговорю с хозяином. Я обо все позабочусь: упакую и соберу все вещи, пока она не решит, где собирается остаться. Когда я сказала Аманде о своих планах, она пообещала помочь. Она останется, на какое-то время, что бы помочь Мэллори встать на ноги.

Я пообещала Мэллори, что она будет ходить к консультанту. Она вздрогнула от моих слов, но секундой позже кивнула. Затем она вновь свернулась клубком. Аманда и я, когда закончили упаковывать мою одежду в сумку, переглянулись.

Здесь были все. Бен был взволнован. Аманда была все еще молчаливой, но сбитой с толку. Мэллори, кажется, снова ушла в себя.

Для меня настало время уйти.

С болью в сердце я подошла к входной двери. Я не знала, когда увижу их снова. Когда я потянулась к дверной ручке, кто-то подошел сзади. Крошечные ручки обняли меня за талию, и я обернулась, что бы обнять Мэллори. Она прошептала мне в грудь:

— Будь в безопасности. Я знаю, ты делаешь это, чтобы помочь мне.

Я кивнула, не в силах говорить. Это было труднее, чем я думала. Я еще крепче обняла ее.

Бен и Аманда подошли к двери. Его рука все еще оставалась в волосах. Аманда попыталась ободряюще мне улыбнуться, но на ее глазах выступили слезы. Она отвернулась. Я вздохнула. Я должна была уйти. Это все, что я могу. Они будут в безопасности, поэтому я должна это сделать.

— Хорошо. — Я запечатлела легкий поцелуй на лбу Мэллори, прежде чем открыть дверь. — Я буду в порядке и безопасности.

Она выглядела потерянной.

Бен зарычал. Он стоял и пялился на меня.

— Ты действительно уходишь? Не могу в это поверить.

Я кивнула. В горле застрял ком эмоций, большой и слишком вязкий, чтобы заговорить. И тогда, я ушла. Меня ослепили слезы, но я не стала их вытирать. Я не оглядывалась назад, несясь к большой черной машине, ждущей меня. Водитель вышел из машины и открыл мне дверь. Я села и отвернулась от окна. Я не посмотрела. Я не смогла.

Когда автомобиль тронулся с места, я все еще не могла заставить себя оглянуться. Картер не ждал меня в машине, и это радовало. Я чувствовала себя так, как будто собиралась перейти на темную сторону. Даже сейчас, когда я думала о нем, мое тело пульсировало от желания. Я покачала головой. Картер был опасен. Он не мог иметь столько власти надо мной. Я должна была остаться с ним, даже если мы узнали, что Франко Донван не собирается прийти за мной. Во мне зародилось странное предчувствие, ставшее сильнее, когда мы подъехали к дому Картера.

Когда все закончится, я должна буду уехать. Я знала это, иначе он уничтожит меня. Но когда машина въехала в гараж на нижнем уровне и остановилась, мое сердце екнуло.

Сквозь меня прошла волна возбуждения. Мысль о том, чтобы жить с ним, быть с ним, сжимала сердце. Он уже имел надо мной слишком много власти.

Дверь распахнулась, и я увидела охранника. Он был Голиафом в черном костюме. Он, с сильной челюстью, лысой головой и спокойным взглядом, мог бы стать профессиональным бойцом. Пиджак на нем слегка топорщился. Я знала, что это были пушки. Он указал на лифт.

— Мы покажем вам ваш новый дом, мисс Мартинс. Следуйте за мной.

С сумкой в руке, я пошла на неустойчивых ногах. Дверь за мной закрылась. Это сделал другой охранник. Он мог бы быть близнецом первого. Когда машина тронулась с места, он последовал за мной. Мы вошли в лифт. Первый охранник нажал на верхнюю кнопку.

— Мы… — Мой голос был хриплым, когда я спросила. — Где мы?

Первый охранник повернулся ко мне.

— Вы находитесь в частной резиденции мистера Рида. Весь верхний этаж ваш.

Мои глаза расширились. Верхний этаж? Как в… Весь этаж?

— Он владелец всего здания?

— Да, мэм.

В лифте было шесть кнопок. Значит, в доме шесть этажей? Я знала, что Картер был влиятельным, но, на сколько, в действительности!? Он владел целым зданием в городе, где никто не владеет такими домами, как этот.

Когда лифт остановился, и двери открылись, обстановка была схожа с пентхаусом. От лифта к двери вел маленький коридорчик. Скамейка, светильник, зеркало и шкаф в стороне — все это было здесь. Пустые вешалки висели в шкафу. Так как оба охранника уже пересекли прихожую и стояли по обе стороны от скамейки, я невольно задумалась, была ли эта ситуация такой же, как и тогда. Они останутся, пока я не уеду? Однако один охранник ушел, когда я направилась к пентхаусу Картера.

— Вы можете войти, мэм. — Первый указал на дверь. Скрестив руки перед собой, его плечи под черным костюмом расслабились.

Я сделала глубокий вздох и вошла внутрь.

В отличие от пэнтхауса, который был погружен в темноту, на этом этаже все было залито светом: мраморно — белые полы и белые стены с ярким декором на них. Посередине комнаты был длинный стол. Одна из стен — сплошное окно от пола до потолка. Когда я шла по этажу, передо мной раскинулся весь город. Я не могла поверить, что это то место, где я буду жить.

В конце этажа была лестница, которая вела вниз. Все здание было ярко освещено.

Я снова осмотрела этаж. Две спальни, каждая из которых имела отдельную ванную. У меня была своя гостиная, с двумя белыми диванами возле камина, внутри которого стояли свечи.

— Как все прошло?

Я обернулась. На верхней ступеньке лестницы стоял Картер. Черная футболка и джинсы исчезли. Он был одет в новый, на вид, костюм. Серый, в синюю полоску, оттеняющую синеву его глаз. Галстук усиливает цвет еще больше.

Мой рот наполнился слюной.

— Ты хорошо выглядишь.

Он нахмурился.

— Ты не хочешь говорить мне о том, как вы попрощались?

Я вдохнула и отвела взгляд.

— Собираешься куда-то?

Он вздохнул, но затем подошел ко мне:

— У меня назначено несколько важных встреч, на которых я должен присутствовать.

Конечно, это имело смысл. Я ждала, пока Аманда не вернется с работы, чтобы я могла с ней попрощаться. Он был в мафии. Вероятно, их работа проходила в ночное время.

— Ох. Хорошо.

Он снова нахмурился.

— Я вернусь утром. Если тебе нужна еда или еще что-то, ты можешь попросить Томаса или Майка.

— Это те большие парни снаружи?

— Да. — На его губах появилась маленький улыбка.

Я втянула воздух. Его лицо преобразилось даже от малейшего изменения. Я видела это раньше, но, тем не менее, увидеть это снова, было потрясающе. Он был красив — не было никакого другого способа выразить это. Его глаза потемнели, когда он услышал мою реакцию. Подойдя на шаг ближе, он потянулся ко мне.

Я отреагировала, отступая от него, прежде чем я поняла, что сделала. Я стиснула зубы. Я хотела его прикосновений, но одновременно и их боялась. Внутри меня от противоречивых чувств, взорвалась буря.

Он убрал руку.

— Хорошо. — Его улыбка смягчилась. — Если тебе что-нибудь понадобится, ты можешь позвонить мне.

Он указал на длинный стол позади меня.

— Там для тебя новый телефон. Безопасней использовать его, чем твой старый, так как кто-то может его прослушивать.

Ох. Мои брови удивленно поползли вверх. Означает ли это, что Донван знал, что это была я?

— Это только мера предосторожности. Используй только новый телефон.

Я оглянулась и была поймана. Я не могла отвести взгляд. Он пошел ко мне еще ближе, и при желании мог дотронуться. Его голос стал тихим:

— Франко Донван не имеет ни малейшего представления о твоей причастности. У меня есть телефон компании, которая будет держать под контролем линию. Я не могу гарантировать это с твоим телефоном. Ты бы сделала мне одолжение. И так я буду меньше о тебе волноваться.

Я кивнула. Меня переполняло столь много эмоций.

— Эмма.

Мое имя было сказано шепотом. Он протянул руку, и она скользнула к задней части моей шеи. Он обхватил мою голову, а затем подошел ближе, почти прижавшись ко мне.

Я закрыла глаза, почувствовав его. Мои руки дернулись. Я хотела обнять его и притянуть к себе, но не могла. Так что я сильнее обняла себя. Я даже не поняла, что я с самого начала обнимала себя. Он прижался ко мне. Его дыхание дразнило мои губы, когда его лоб прижался к моему.

Другой рукой он коснулся уголка моих губ.

Я ахнул и мой рот открылся.

Его большой палец скользнул внутрь, только на дюйм.

Он снова прошептал:

— Эмма… — Напрягшись, он втянул воздух.

— Сэр, — Другой голос прервал нас.

Глаза Картера были темными от желания, когда он смотрел на меня, но потом он прочистил горло.

— Сейчас буду, Джин.

— Сэр.

А потом, дверь за нами закрылась.

— Я должен идти.

Я кивнула, дрожа перед ним.

Он застонал и потянулся ко мне. Вместо того чтобы поцеловать меня, он прижался к моему лбу и прошептал:

— Я рад, что ты здесь. ЭйДжей хотел бы, чтобы я присматривал за тобой.

Он оторвался от меня и за считанные секунды ушел. Я осталась наедине со своими мыслями.

Для чего он все это делал? Для ЭйДжея?

Мой телефон в кармане завибрировал. Я вытащила его и увидела сообщение от Аманды.

«Бен продолжает ходить по кругу. Он до сих пор не может нич его понять. Мы заказали пиццу, и он ударил парня ножом. Или пытался. Нож упал и почти отсек ему пальцы на ногах. Неуклюжий идиот. Почему ты оставила меня с ними?»

Я ухмыльнулась.

«Заставьте его завтра пойти на прогулку. Это пойдет ему на пользу, Мэлс тоже. Удачи. Убери ножи».

«Теперь скажи мне. Надеюсь, ты, в порядке, где бы ты ни была».

Я боролась с собой секунду. Мои руки тряслись, но потом я сделала глубокий вдох. Все будет в порядке. Я знала это.

«Да, в порядке. Ты тоже. Позаботься о Мэлс ради меня».

«Сделаю».

После того как я посмотрела на новый телефон, который Картер оставил мне, я написала ей номер и сказал, что в дальнейшем я буду использовать его. Когда она сказала, что забила его в контакты и даст его Мэллори, я немного расслабилась. Она не задавалась вопросами. Я беспокоилась об этом, но Аманда и Мэллори не ставили под сомнение многое из того, что я сделала за последнюю неделю. Они доверяли мне. Это было правдой. Они знали, что я заботилась о них, и я позаботилась.

Я осмотрела свой новый дом.

Я покачала головой. Это была моя новая жизнь, по крайней мере, сейчас. С этой заключительной мыслью, я схватила сумку и отправилась на поиски своей спальни. Мне хотелось принять душ, а затем хорошенько выспаться. Все могло бы вернуться к нормальной жизни.

Но, когда я вошла в спальню и увидела перед собой двуспальную кровать, мне стало интересно, какой теперь будет моя повседневная жизнь. Я не думала, что это будет похоже на мою прежнюю.

ГЛАВА 8

Моя первая ночь прошла в беспокойном сне. Я не знала, когда вернется Картер. Не знала, чего он от меня ожидал. Ожидает ли он чего-то большего? Была ли я в его доме только по той причине, чтобы держать меня в безопасности? Дверь в спальню я закрыла, но я не знала, зайдет он ко мне или нет, когда вернется домой. Или возможно, я была там не для этого? Я просыпалась каждый раз, когда думала, что что-то слышу, и мое сердце начинало учащенно биться в груди. Когда ничего не происходило, я снова могла расслабиться.

Последний раз, когда я смотрела на часы, близилось пять утра. Проснувшись позже, увидела, что на часах было восемь утра. Целых три часа сна. Я осмотрела просторную комнату, и на меня нахлынули воспоминания. Сев прямо, окончательно проснулась.

Не зная, что делать и куда идти, я накинула халат, который взяла из шкафа, и, приняв душ, направилась вниз. Когда я дошла до второго этажа, то услышала, как течет вода и варится кофе. Потом я почувствовала запах бекона, заставивший меня поморщиться, а желудок заурчать.

Добравшись до кухни, резко остановилась. Картер, вместо серого костюма с прошлой ночи, стоял перед плитой в джинсах и простой футболке.

Мой рот наполнился слюной, но не из-за пищи. Футболки никогда еще не выглядели столь привлекательно. Когда я поняла, о чем думаю, мои глаза широко распахнулись.

— Доброе утро. — Протянул он, спокойно и расслабленно. Он принял душ, и его волосы были еще мокрыми, так что концы, немного завивались. Это было восхитительно.

Тогда я про себя усмехнулась. Картер Рид не был очаровательным. Горячим и опасным, но никак не очаровательным.

— Что?

Я покачала головой.

— Ничего.

— Садись. — Он указал на стул. — Хочешь завтракать?

Я увидела коробку хлопьев, апельсиновый сок, и несколько яиц на сковороде.

— Завтрак чемпионов?

Он улыбнулся мне. Волна тепла прошла сквозь меня. Боже. Я должна была взять себя в руки. Все это набирало жалкий оборот.

— Этим утром я был в зале. Завтрак помогает мне зарядиться энергией на весь день. Угощайся. — Он поймал мой взгляд. — Всем, что хочешь.

Сквозь мое сердце, как будто, прошел разряд тока. Оно забилось с бешеной скоростью.

Мне удалось выдать:

— Ээ, кофе?

Его улыбка стала шире. Он прекрасно знал, что может для меня сделать, но он снова повернулся к плите.

— Или я могу сделать для тебя омлет?

— Ох, ээ… — Мой живот заурчал, но я покачала головой. — Кофе, как правило, весь мой завтрак или я ем на бегу. По утрам я в полудреме, поэтому всегда опаздываю на работу. — Я поморщилась. — Или почти всегда.

Он посмотрел на часы.

— Во сколько ты начинаешь работать?

Я фыркнула.

— С прошлой недели… Сомневаюсь, что я все еще там работаю.

— Ты уверена насчет этого?

Мой взгляд был направлен на чашку с кофе, но сейчас снова вернулся к Картеру. Его более глубокий взгляд перехватил мой, так, что у меня перехватило дыхание. А затем во мне зародились подозрения.

— Картер, что ты сделал?

— Почему ты думаешь, что я что-то сделал?

Я изучила его, и увидела, что так и было. Я увидела это снова. В его голубых, как у волка, глазах была искра забавы. Я вздохнула и начала понимать, что он мог ничего и не сделать, а мое возвращение на работу — это то, что он мог бы сделать и во сне.

— Ты знаешь мистера Хадсона, не так ли?

Его улыбка стала шире.

— Нет, я не знаю мистера Хадсона. Кто это?

Я не могла сказать, лгал ли он мне сейчас.

— Он начальник отдела продаж. Я его ассистентка.

— О! — Он поднял апельсиновый сок и сделал глоток, — Это хорошо.

Почему из-за этого, по отношению к нему, я чувствовала разочарование?

Он снова посмотрел на часы.

— Так во сколько ты обычно должна быть на работе?

— В девять. — Я прищурилась. — А что?

— Ты собираешься идти в этом?

Я взглянула на себя в халате — мои босые ноги виднелись из-под него. А затем я осознала, что он сказал, и подняла голову.

— Ты вернул мне работу, не так ли?

Он сделал еще один глоток сока.

— Я не знаю мистера Харисона, но я спарринг-партнер Ноя Томлинсона.

Мои глаза расширились?

— Ты знаешь Ноя Томлинсона? Картер, он владелец «Ричмонд».

— Я знаю. — Его улыбка стала злобной. — Он владеет ими всеми.

Я не могла говорить, не сразу. «Ричмонд» шикарный отель, который находится на национальном и международном уровне. Он имел глобальный успех, и это все начал Ной Томлинсон. Подождите — он сказал «спарринг-партнер»? Чувствуя головокружение, чтобы не упасть, я оперлась рукой об стойку. Моя рука соскользнула и я чуть не упала, если бы Картер меня не поймал. Он схватил меня за руку. Это произошло так быстро. Я не могла отвести взгляд от его руки, которая находилась на моей. Он вернул меня обратно на стул, прежде чем сделать шаг назад.

— Хорошие рефлексы. — Отметила я, затаив дыхание. — Я уверена, что пригождается, когда ты боксируешь в поединке с чемпионом в боях без правил.

Картер улыбнулся и пожал плечами.

— У этого есть свои преимущества. — Затем он бросил в мою сторону острый взгляд. — Ты опоздаешь, если не начнешь собираться.

Я до сих пор не мог поверить во все то, что он мне сказал.

— Эмма.

Работа. Опаздываю. Было уже больше половины девятого. О, Боже. Я покачала головой. Голова закружилась снова. Тогда я выдавила:

— Ною Томлинсону не хватило денег, чтобы начать строить те отели сразу. Он получил деньги от тебя, не так ли?

Картер приподнял бровь.

— У тебя еще есть работа, но если ты опоздаешь. Тогда, я не могу гарантировать, что тебя не уволят.

Он больше ничего не сказал. А я помчалась наверх и вытряхнула содержимое своей сумки на кровать. Когда я не смогла найти ничего подходящего, мне захотелось закричать. Но потом, я взглянула на шкаф и подумала…. Открыв его я изумилась. Вообще-то, это была не правда. Если у меня было достаточно времени, я бы разинула рот. Шкаф был полон дизайнерских вещей и после того, как я посмотрела на юбку, я увидела, что это мой размер.

У меня не было времени, чтобы подумать о совпадение.

Торопясь, я схватила белую бизнес-юбку и рубашку. Был еще один шкаф обуви. Я чуть не упала в обморок. Высокие каблуки, сандалии, туфли-лодочки — все, что могла желать девушка, находилось в этом шкафу. Хихикая, я схватила пару обуви от «Кэсэдэй», а затем остановилась. Как бы мне попасть на работу?

С сумочкой и новым телефоном Картера я вышла из спальни. Мой ответ стоял в гостиной, ожидая меня.

Один из охранников кивнул мне:

— Мисс Мартинс. Ваша машина ждет внизу.

Конечно. У меня была машина, которая ожидала меня.

Это была жизнь Картера. О, теперь и моя, я полагала.

Мы спустились на лифте, где другой охранник открыл для меня дверь. Я скользнула внутрь. Один из охранников сел рядом со мной, в то время как другой сел вперед, и мы поехали. Я не проронила ни слова. Я не знала, должна ли я что-то сказать. Я даже не знала, какой охранник сидел со мной, но у меня было ощущение, что Картер хотел, чтобы сейчас меня окружали они.

Когда мы почти приехали к «Ричмонду», мой телефон завибрировал.

«Когда будешь готова вернуться домой, нажми ноль девять на своем телефоне. Майк и Томас будут ждать у заднего выхода. Хорошего дня, Эмма».

Я долго смотрела на телефон и не могла отвести от него взгляд. Домой? К Картеру? Я действительно жила с ним. Это было так интимно, мой пульс стал учащаться. Меня пронзило обжигающее чувство. Это была моя жизнь. Это была моя новая жизнь: у меня была машина, два телохранителя. Я жила в экстравагантном доме, с экстравагантным человеком. Я судорожно перевела дух. Могла ли я справиться с этим? Это было слишком… это было слишком много.

Я откинулась на спинку и сосчитала до десяти. Во мне нарастал приступ паники.

Четыре дня назад я думала, что моя жизнь закончилась. Все повернулось на сто восемьдесят градусов.

— Мы на месте, мэм.

Я вынырнула из своих мыслей. Машина остановилась, и я выбралась из нее, обнаружив, что мы находимся у заднего входа. Когда охранник закрыл за мной дверь, я посмотрела на него, не зная, что сказать или что сделать.

Он махнул рукой в сторону двери.

— Это, то место, где мы встретим Вас. Хорошего дня на работе.

— Я…. спасибо…

Он кивнул, а потом стал ждать.

Хммм…

— Вы можете идти, мэм.

— О! — Покраснев от смущения, я поспешила к двери. Это был вход, о котором я не знала, но рядом находились часы. Я отметилась на работе, прежде чем пойти в комнату отдыха за кофе.

Я проигнорировала рабочих за столами, не сомневаясь, что они шептались обо мне и о моем отсутствии. Я взяла кофе и ушла, удивившись. Не было никакой реакции. Будто ничего не произошло, поэтому я пожала плечами и направилась в кабинет мистера Хадсона.

Когда добралась до туда, я снова была в шоке. Я думала, что он отпустит какие-нибудь комментарии, но их не было. Когда я села за стол, в своем маленьком офисе, находящемся в двух шагах от офиса Мистера Хадсона, на своем столе я обнаружила кучу бумаг и переполненную электронную почту, так что все мое утром было потрачено на прочтение писем.

Время близилось к обеду, когда я получила первый ключ к разгадке.

Мистер Хадсон сказал, войдя в мой кабинет:

— Как отдохнули?

Я дернулась. Мое сердце бешено колотилось. Он никогда не стучал, даже не опускался до любезного стука.

— Каникулы?

Я посмотрела на своего босса. Это заняло время, что бы понять, а потом я фыркнула.

— Ох. Хм, все было хорошо. Как прошла неделя здесь?

Мистер Хадсон посмотрел на меня сквозь свои очки и сжал переносицу. Он итак был крупным мужчиной, но стал еще больше, с тех пор как перестал заниматься из-за травмы спины. За последний год он набрал 50 фунтов. Все это отразилось на его животе и делало его несчастным. Все знали, что мистер Хадсон привык думать о себе, как об игривом парне, но с его седеющими и редеющими волосами, он не мог поддерживать свой имидж. Его ноздри раздувались от раздражения, и он выдавил из себя:

— Неделя прошла нормально, но было бы лучше, если бы мы были предупреждены о вашем отпуске.

Он прищурил глаза, а уголки губ изогнул в усмешке.

— Распоряжение поступило сверху. Вы никогда не говорили мне, что знаете кого-то сверху, Мартинс.

Я выпрямилась в кресле и подняла подбородок.

— Отдых был для меня сюрпризом. Приношу извинения за доставленные неудобства.

Он фыркнул:

— Вы можете поблагодарить Терезу. Она выполнила большую часть вашей работы. Но она не могла сделать все это, так как фактически вы мой помощник, но вы можете с ней пообщаться. Она введет вас в курс дела. Мы получили большое дело. Конференция в Нью-Йорке. Я хочу, чтобы вы были там.

Нью-Йорк!? Мои глаза расширились. Я собиралась в Нью-Йорк!?

— С вами все хорошо, Мисс Мартинс?

— Э-э, да, Мистер Хадсон. Конечно, Мистер Хадсон.

— Хорошо. — Он закатил глаза. — Мы должны представить господина Томлинсона в Нью-Йорке. Я хочу, чтобы вы сделали презентацию.

— Что это за клиент, Мистер Хадсон?

— Это новый клиент. На вашей почте должна быть информация об этом. Если вы не можете найти ее, спросите моего секретаря.

— Хорошо, Мистер Хадсон. — Я профессионально улыбнулась. Он не мог знать, что я хотела его задушить. Новый клиент? В электронной почте сказано об этом? Он говорил со мной, как будто мне было два года.

Закатив глаза и вздохнув с отвращением, он прошел в свой кабинет. Я осталась в офисе и стала копаться на столе. Я хотела встать и последовать за ним. И я хотела предъявить претензии. Он никогда не разговаривал со мной таким образом.

Что, черт возьми, ему сказали? И кто сказал?

Единственное, что я могла сделать, так это заново просмотреть все сообщения на почте, но час спустя я все еще не понимала, о чем он говорил. Там не было письма от него или любого из высших административных офисов, поэтому я отодвинула свой стул, и отправилась на поиски Терезы Уэббер, другого помощника, которая работала под руководством директора по продажам. Я могла пойти к своему секретарю, но та была такой же противной, как и ее босс. Когда я попала в офис Терезы Уэббер, она, глядя в свой компьютер, с карандашом в зубах, хмурилась.

Я постучала в дверь, и она отпрянула от монитора. Ее руки застыли в воздухе, а карандаш вылетел. Она схватилась за край стола, чтобы не упасть со стула. Ее волосы были собраны в конский хвост на затылке, но половина из них выбилась, из-за ее резкого движения.

Большие зеленые глаза за тонкими стеклами изучающе смотрели на меня, рубашка была наполовину расстегнута. Тереза застонала от смущения.

— Я не помешала?

— Нет, нет. — Она махнула рукой, показывая на стул. — Садись.

Ее рука быстро застегнула пуговицы на блузке, и она попыталась пригладить волосы. Ей не удалось. Половина упала на плечо. Другая половина все еще была в конском хвосте.

— Прости. Ты меня напугала.

Я спрятала улыбку. Тереза всегда была такой. Я знала ее не очень хорошо, но у нее была репутация. Что бы она ни делала, она все время была полностью сосредоточена. Даже если бы взорвалась ядерная бомба, это бы ее не потревожило.

— Над чем ты работаешь?

— Над чем Мы работаем. — Поправив меня, она указала на свой компьютер. — Это клиент, которого мистер Томлинсон попросил тебя представить.

Мои брови удивленно взлетели вверх. Мистер Томлинсон лично об этом попросил? Я моментально насторожилась. Что это был за клиент? Я надеялась, что Картер не был частью всего этого, но уже знала, что был. Он должен был быть. Я затаила дыхание, когда она жестом подозвала меня подойти к ней.

— Смотри, здесь. — Она постучал по экрану компьютера.

Когда я начал читать, меня охватил шок. Это был заказ на развитие нашего собственного ликера в качестве торговой марки. Я покачала головой. Что это значило?

Тереза, должно быть, почувствовала мое замешательство.

— Мистер Томлинсон хочет, чтобы мы сделали шаг в этом направлении. Этот бурбон был бестселлером в ресторанах и барах. В других местах начинаются запросы. Он хочет разрекламировать товар и распространить по всей стране. Это большое дело, Эмма.

— Как я в это вовлечена?

Она пожала плечами и вернулась к компьютеру.

— Кто знает, почему Ной выбирает, кто что делает. У него всегда есть причина, и это всегда работает. Парень гений.

Ной? Я улыбнулась ей.

— Ты с ним близко знакома?

Ее пальцы застыли, и румянец растекся по шее.

Я улыбнулась шире.

— Ты знаешь офисные сплетни, Тереза. Они быстро распространяются.

Она сморщила нос, и румянец вспыхнул на ее лице.

— Хм, ты знаешь, это ничего не значит. Я имею в виду…

Мои глаза стали большими. Я шутила, но там определенно что-то происходит.

— Хм. — Она бросила на меня умоляющий взгляд, и наклонила голову вниз. Остановившись, она затаила дыхание.

— О, ничего себе. Посмотри на свои туфли!

Мои туфли? Теперь была моя очередь растеряться. Я забыла про очень дорогие туфли на ногах, и о тех дизайнерских шмотках, в которые я была одета.

— Это «Кэсэдэй»?!

— Гм. — Я закусила губу. — Да…

— О, черт возьми! — Она наклонилась пониже, чтобы получше разглядеть мои туфли. Ее плечи расправились, и она снова посмотрела с каменным лицом.

— Эмма, этих туфель еще даже нет в продаже.

— Откуда ты знаешь? — Я фыркнула и начала обмахиваться. Становилось жарко.

— Потому что я знаю одного покупателя «Хаглейс».

Как только она назвала бутик, который был известен эксклюзивностью, дороговизной и одним из мест для знаменитостей. Я собиралась упасть в обморок. Конечно, Картер должно быть имел целый шкаф обуви, которых еще даже не было в продаже. Я взглянула на свою юбку и спросила себя: сколько денег было потрачено на мой наряд? На сколько я была одета?

Я сглотнула.

Тереза разглядывала мой наряд. Ее глаза были широко открыты.

— Ты хорошо выглядишь, Эмма, очень хорошо.

Мне не нравится все это внимание, но, подождите, — она знала Ноя лично. Это стоило намного большего внимания, чем моя одежда. Я резко дернула рукой в сторону компьютера.

— Итак, что же нужно знать для этой презентации? Скажи мне, чего хочет Ной.

Она рванула обратно к своему месту так, будто обожглась.

— О, конечно. — Она поправила очки, провела рукой по волосам и вздохнула. — Это будет длинная ночь. Тебе с этим заказом, предстоит многое наверстать.

ГЛАВА 9

Тереза не шутила. Я послала Картеру сообщение, сообщив, что буду допоздна на работе. Когда я не получила ответа, то убрала телефон в сторону и больше об этом не думала. После прочтения и получения представления, что Ной Томлинсон хочет от своего нового детища, я начала волноваться. Он хотел, что бы его ликер стал бытовым конкурентом. Я знала, что если бы этот ликер был хитом и приносил больше дохода, то я бы уже давно была в команде. Фактически, казалось, что большую часть черновой работы делали мы с Терезой. Ее босс и мистер Хадсон были нашими руководителями, но мы были назначены ведущими работниками.

Это имело большое значение.

Когда время близилось к семи вечера, Тереза, услышав, как урчит мой живот, улыбнулась. Она сняла очки и откинулась на спинку стула.

— Что ты думаешь?

— Что ты имеешь в виду? — Я сидела на полу, вокруг трех стопок бумаг.

Находясь в таком положении уже больше часа, я почувствовала, как мои ноги онемели.

— Может на сегодня закончим? Это твой первый день после отпуска. Нет желания кого-нибудь убить, хм?

Она шутила, но я резко втянула воздух. Она не могла найти другую тему для разговора!? Я с натяжкой рассмеялась и попыталась расслабить плечи. Они были словно каменные.

— Ээ, да. Можно закругляться.

— Я не знаю насчет тебя, но я бы прямо сейчас сходила в «Пицца у Джо». Как насчет куска пиццы и пива?

Я начала вставать с пола, и как-то у меня это вышло, я печально ей улыбнулась. Я не становилась моложе. Затем я увидела, что она была серьезной и выпрямилась.

— Ох. Да, конечно.

Раньше я уже получала приглашения выпить от других помощников в отеле. Это была небольшая группа, но мы были довольно эксклюзивными. Под нашим руководством было небольшое количество людей, поэтому моя группа друзей была не слишком большой, но Тереза была в другой лиге. Она была помощником директора по продажам, и теперь я поняла, что она знала Ноя Томлинсона лично. Я была ошеломлена ее приглашением, но не могла ей отказать. На самом деле, всем было любопытно узнать все о Терезе Уэббер. Она работала на всех выше стоящих руководителей, и работала одна. Никто не знал такого, чтобы, после работы, Тереза ходила выпивать, и уж тем более есть пиццу с пивом.

Тереза одарила меня приветливой улыбкой, когда закрыта свой компьютер.

— Хорошо. Я буду ждать тебя там через пятнадцать минут? Или ты подождешь, и мы пойдем вместе?

— Как насчет того, чтобы встретиться в холле через десять минут?

— Отлично. Увидимся там.

Когда я пошла в свой кабинет, и все выключила, я схватила телефон и бросила его в сумочку. Мне нужно было в туалет, прежде чем я встречусь с Терезой, поэтому я решила воспользоваться тем, что был на первом этаже. Он всегда содержался в чистоте, так как им пользовались также и клиенты, а еще он был очень красив: на полу была первоклассная плитка, а вдоль стен были расположены отдельные раковины. Каждая из них была индивидуальна, как произведение итальянского искусства. «Ричмонд» даже сам по себе был произведением искусства. Я гордилась Картером, если он имел какое-либо отношение к этому месту.

— Ох, привет!

Я дернула головой и отвлеклась от мытья рук.

У меня за спиной стояла только что вошедшая Аманда. Ее лицо было бледным, и она схватилась за стену, чтобы не упасть.

Я развернулась и попыталась поймать ее. Я не думала об этом. Я видела скольжение ее ноги и знала, что она упадет, но она смогла восстановить равновесие.

Она вздрогнула от моей руки.

Улыбка исчезла, и моя рука опустилась. Я не привыкла к такой реакции от своего друга.

— Извини. — Она поморщилась. — Сегодня был нелегкий день.

Я поникла. Вина вспыхнула во мне, как только я вспомнила, что оставила позади.

— Мне очень жаль, Аманда. Я на самом деле. Я…

Она отмахнулась.

— Не беспокойся. — Отмахнулась она.

Я застыла.

— Ты работаешь сегодня вечером в кафе?

Она кивнула.

— Я взяла вечернюю смену. Они убирали наш туалет, поэтому я решила воспользоваться этим. Вы, ребята, прямо по соседству.

— Да. — Во мне поселилось чувство вины, не покидающее меня. — Мне действительно очень жаль, что я оставила вас, Аманда.

— Правда, Эмма. Я серьезно. — Сейчас она была решительной. — Мы знаем, ты сделала что-то, чтобы помочь Мэллори, всем нам, так как мы часть всего этого. Ты не должна ничего объяснять.

Я вздохнула. Я оставила эту жизнь и вошла в другую, гламурную жизнь. Даже моя работа, казалось, стала лучше из-за Картера.

— Как Мэллори?

— Э-э. — Аманда резко рванула вперед, и зашла в кабинку.

Я подождала, пока она закончит и, вернувшись, помоет руки. Как только она включила воду, она намылила руки и помыла их, прежде чем снова посмотреть вверх.

— Бен прошлой ночью отвез ее в больницу.

— Что?

Она махнула рукой.

— Нет, нет, нет. Это не то, о чем ты думаешь. Он хотел, чтобы она прошла обследование. Они не могли проверить наличие спермы, так как Бен был… ты знаешь….

Я отвернулась. Она понизила голос и подошла ближе.

— Он хотел, чтобы ее синяки и прочее осмотрели, дабы убедиться, что она идет на поправку, и все в порядке. В больнице порекомендовали консультанта, и, я думаю, он принял ее сегодня днем. После того, как ты ушла и сказала, что наша жизнь может быть прежней, Мэллори стало лучше. Не тебе одной было страшно, что они могли бы с нами сделать.

Мой желудок сжался от воспоминаний. Франко Донван все еще был где-то рядом и искал своего сына. Благодаря Картеру тропа не приведет его обратно к нам. Я кивнула, а горло сдавили эмоции.

— Я рада, что ей лучше.

— Бен по-прежнему хочет, чтобы я приходила каждый вечер, но она спала прошлой ночью. Она немного поела сегодня, он только что написал мне. Также, он сказал, что сейчас она смотрит фильмы. Я собиралась зайти и узнать, хочет ли она, чтобы я осталась на ночь.

— Это хорошо. — Я сжалась. Это я должна быть той, кто делает все это. Я должна была укладывать ее спать, возить ее в больницу, убедившись, что она добралась до кабинета консультанта. Я не должна была ходить на работу после всего этого, работая над новым проектом, который бы обеспечил мое будущее, или даже собираться «к Джо» выпить пива и съесть кусочек пиццы с той, с кем всегда хотела быть подругой.

Все сильно изменилось. Я чувствовала, что потеряла свою прежнюю жизнь.

— Эмма? — Дверь открылась, и вошла Тереза, но остановилась, увидев меня. — Ребята сказали, что видели, как ты зашла в туалет. Ты готова?

Глаза Аманды широко распахнулись.

Тереза заметила ее и протянула руку:

— Привет, ты работаешь в небольшом кафе по соседству, не так ли? Я Тереза Уэббер.

— Хм. — Аманда пожала протянутую руку. — Я Аманда. Да, я работаю в кафе. Вы работаете на мистера Далтона, не так ли?

— Ну, мы с Эммой обе сейчас работаем на него. Мы работаем над одним проектом, — щеки Терезы были розовые от волнения. — Мне уже нравится работа, которую мы сегодня проделали.

Аманда посмотрела на меня выпученными глазами, но я была к этому готова. Вот оно. Я увидела в них осознание происходящего. Удивление прошло, и ее глаза потемнели от боли. Она услышала, как мы упомянули о более высоких должностных положениях. Я должна была сказать о Терезе, поскольку ее босс является самым главным из всех.

Я опустила голову. Я должна была сдаться. Возможно, это бы помогло. Но нет, этого бы не случилось. Больше ничего бы не оставалось на своих местах, и мы бы не были под защитой Картера. Она не знала, на что я пошла ради их безопасности. Картер подчеркнул важность того, чтобы они не знали о нем. У него были свои причины. Я верила в них. Я верила в него.

— Ох. Понимаю.

Тереза нахмурилась, когда почувствовала напряжение, возникшее между нами. Ее веки дрогнули, и я знала, что она начала понимать, что что-то было не так. Она сделала глубокий вдох и подарила Аманде вежливую улыбку.

— Ну, было приятно познакомиться с тобой. Ты готова, Эмма?

Я кивнула. Я не могла говорить, еще нет.

Когда мы вышли, я оглянулась. В ее взгляде была боль, а еще я увидела слезу. Аманда вытерла ее и повернулась ко мне спиной.

Чем дальше я удалялась от двери туалета, тем тяжелее становилось на сердце. Я не знаю, как или что случилось, но моя дружба с Амандой не будет прежней. Она знала, что что-то изменилось в моей жизни, и это были не те изменения, которые произошли с ними. Для них, все стало еще хуже, в то время как для меня лучше.

Как только мы с Терезой вышли наружу и направились в популярный паб через дорогу, я приняла решение. Я знала четкие требования Картера, но я не могла забыть друзей. Я должна была снова увидеть Мэллори. Я должна была убедиться, что между нами все будет в порядке.

Когда мы вошли внутрь, я съежилась, когда увидела, что все места заняты. Казалось, что всем нужно выпить. Большая часть рабочих из Ричмонда, сидела впереди. Официанты из ресторана, администраторы со стойки регистрации и несколько менеджеров. Все они посмотрели вверх и тут же успокоились, когда увидели, что я была с Терезой. Она повела меня в сторону и усадила в самом углу. В другом конце комнаты сидели девушки, с которыми я обычно выпивала. Они приостановились, когда увидели, кто был со мной. Некоторые из них пооткрывали свои рты, но направились к другим. Гул в ресторане увеличился вдвое, и Тереза, подзывая официанта, помахала рукой.

Мне нужно было выпить. Сейчас.

Тереза заказала для нас пиццу, и я утвердительно кивнула, на ее вопрос о кувшине пива. Когда его принесли, я осушила свой первый стакан.

— О, оох. — Ее глаза расширились. — Я с тобой была настолько несносной?

— Нет. — Я улыбнулась — Мне жаль. Я сильно напряжена в последнее время.

— Да. — Она кивнула. — Я слышала, твой отдых был незапланированным.

Я уже решила налить себе второй стакан, решив, что на сегодня он будет последним, но от ее слов моя рука упала обратно на колени.

— Что ты имеешь в виду?

— О. — Она пожала плечами, когда отпила свое пиво. — Ничего, на самом деле. Я слышала, что что-то случилось, и ты неожиданно должна была покинуть город? Проблемы с семьей?

— Где ты это услышала?

— Я была в офисе с Ноем, когда он взял трубку. Он вызвал к себе мистера Хадсона и сказал ему, что ты была в отпуске целую неделю.

О, Боже. Я не была удивлена, но я даже не представляла, что он опуститься до такого. Я посмотрела на свои колени, а мысли крутились в голове. Сам Ной Томлинсон принял вызов? Я дернулась.

— Когда это было?

— Ох, в прошлую пятницу. — Она нахмурилась. — А что?

Во всем этом не было смысла. Я не появлялась на работе в течение четырех дней. Разве у них не было вопросов, хотя нет, ведь объяснение поступило от самого босса. И его устроило объяснение от одного телефонного звонка? Я покачала головой. Картер был больше, чем спарринг-партнер Ноя Томлинсона. Может быть, он был даже больше, чем инвестор.

— Ты в порядке, Эмма?

— Э-э, да. — Я попыталась ободряюще ей улыбнулся. — Я буду в порядке. Ты права. Это было семейным обстоятельством. Мне уже лучше.

Я надеялась, что все будет намного лучше.

— Хорошо. — Ее улыбка растянулась до самых ушей, когда она наклонилась ближе, через стол. — Я должна сказать тебе, что я рада работать с тобой над таким проектом, как этот.

— В самом деле? Почему?

Она рассмеялась.

— Ты заработала свой путь вверх по лестнице. Ты тихая. Ты трудолюбивая, и ты дольше всех продержалась в качестве помощника г-на Хадсона. С ним так трудно работать. Любой кто продержался так долго как ты и не вылетел… Это многое о тебе говорит. Кроме того, — хихикнула она, — если все пойдет хорошо с этим проектом, мы обе продвинемся выше.

— В самом деле? — Мои глаза расширились. — Откуда ты знаешь?

Она откинулась на спинку стула, стараясь сдержать улыбку, и пожала плечами:

— Я не могу сказать тебе этого, но я не исключаю такой возможности. Они давно положили на тебя глаз.

Я села назад, ошеломленная от сказанного ею. Я не могла в это поверить. Это значило, что я сама…. Картер не помог мне с этим новым проектом. Если то, что она сказала, было правдой, то я заслужила его и возможное продвижение по службе… Не из-за него.

Я хотела праздновать. Я была жива. Я собиралась остаться в живых, и все будет в порядке.

В изумлении я откинулась на спинку стула, и меня захлестнули эмоции. Я не могла в это поверить. Точнее, могла, но не верила. На прошлой неделе я вообще ни о чем не думала, но сейчас, я была здесь. У меня все еще была работа. Я собиралась получить еще более хорошую работу. Я надеялась, что все будет в порядке. Мэллори получала помощь. Все было хорошо.

— Ты в порядке? — Тереза вглядывалась в меня.

— Да. — Я ахнула. — Все отлично.

И я имела в виду именно это. Я потянулась за вторым стаканом пива, когда принесли пиццу.

— Давай выпьем за это.

Она подняла свой бокал.

ГЛАВА 10

После трех кружек пива, к нам присоединились другие девушки, с которыми я обычно выпивала. Все они стремились узнать получше Терезу, так как она вне досягаемости для дружбы. Как только они узнали, каким проектом я занимаюсь, мне пришлось ловить взгляды ревности и злости. Только Лаура была рада за меня, и она была самым приятным человеком в этой группе. Девушка всегда была счастлива за всех.

Я уже давно забыла проверить свой телефон, поэтому я не была уверена, насколько я задержалась. Но внезапная тишина за столом застала меня врасплох.

Я подняла голову:

— Что?

Все они смотрели на меня. Нет. Все они смотрели мне за спину.

Мои глаза расширились и я поняла. В желудке образовался узел, когда я сделала глубокий вдох, прежде чем повернуться, но затем расслабилась. Мои плечи опустились, и я выдохнула. Это был всего лишь Майк, или Томас. Я не была уверена. Оба выглядели одинаково.

— Мисс Мартинс. — Сказал он. Такой высокий, как Голиаф. Я хихикнула от этой мысли. Он мог быть добрым гигантом, но так как он нанят для безопасности Картера, я в этом сомневаюсь. Он снова говорил с пустым выражением лица.

— Ваша машина ждет снаружи.

— Ваша машина? — Гудела одна из девушек. — Двигаешься вверх, Эбс? Горячий новый проект на работе и новый автомобиль.

Другая девушка рассмеялась:

— Он как лакей для поездок.

— Он шофер?

Кто-то прошептал:

— Я думаю, что он танцор Чиппендейл.

Первая девушка снова загудела, когда ударила рукой по столу.

— Он собирается снять штаны в любую секунду… В любую секунду… Ждем…

Майк даже не моргнул. Он никогда не реагировал. Он просто ждал меня.

Я вздохнула. Веселья на этом заканчивались…

— Я должна идти, ребята.

— Ой, да ладно! Эмма, не уходи. Мы только начинаем веселиться.

Я покачала головой.

— Мне завтра на работу. — Тереза кивнула рядом со мной, и я указала на нее. — Нам завтра на работу. Мы не можем расслабляться как обычно.

— Как мы это делаем, ты имеешь в виду! — Девушка не обиделась.

Я улыбнулась.

— Увидимся завтра?

— Подождите. — Тереза схватила сумочку и бросила 50 баксов на стол. — Не могли бы вы подбросить меня домой? Я не могу сесть за руль в таком состоянии.

О, все в порядке. Я начала копаться в сумочке, пытаясь найти кошелек, чтобы оплатить свой счет, но Майк сказал мне на ухо:

— Об этом уже позаботились, мисс Мартинс.

Ох. Он оплатил мой счет? Но потом я отвлеклась, когда поймала его быстрый взгляд на Терезу, которая стояла рядом со мной и ждала. Понимание вспыхнуло, и я посмотрела на него с немым вопросом. Можем ли мы ее подвезти? Было ли это разрешено? Я не была четко знакома с правилами Картера, если они вообще были… И я нахмурилась. Откуда пришел Майк? Они ждали снаружи весь день и вечер? Но они не могли знать, что я была в «Джо» с Терезой… или могли?

Я пожала плечами. Какого черта? Я чувствовала себя храброй и, взяв ее за локоть, сказала:

— Пошли.

Она подарила мне насмешливую улыбку в ответ, и мы двинулись. Майк медленно последовал за нами. Когда мы вышли наружу, автомобиль ждал у входа, как он и сказал. Когда Тереза открыла заднюю дверь, я замерла. Именно в тот момент я осознала свою ошибку. Картер мог бы быть внутри, ждать меня, и я знала, что он не был бы рад, если моя подруга его обнаружит. Когда она скользнула внутрь, и не было никаких комментариев или приветствий, я немного расслабилась. Затем я поймала мягкий взгляд Майка, и поняла, он бы не позволил ей поехать с нами, если бы Картер был внутри.

Я покраснела. Иногда я была идиоткой.

Наклонившись вперед, я села рядом с Терезой, а Майк сел рядом со мной. Нам пришлось подвинуться, и Тереза закинула свои руки за спину.

— Это твой телохранитель? Он едет домой с нами? — Она похлопала несколько раз по моей ноге, а затем рванула вперед. — Кто за рулем автомобиля?

Я съежилась. Я не хотела ей ничего говорить. Я не хотела, чтобы она стала на меня смотреть иначе. У кого еще были водитель и телохранитель?

Майк ответил за меня:

— Это мой помощник. Это новый сервис, предлагаемый «Джо».

— В самом деле? — Она нахмурилась. — Я никогда не слышала об этом раньше. Я бы воспользовалась им. Много раз.

— Это только на одну ночь, мадам.

— Мадам. — Она хихикнула и снова хлопнула меня по ноге. — Для меня один кувшин слишком много, Эмма, но я получила удовольствие. А ты? Я думаю, что мы будем отличной командой для этого проекта. Ной будет нами гордиться. Я рада, что он выбрал тебя. — Она наклонилась ближе и громко прошептала:

— У меня не очень много подруг на работе. Эти девушки, сегодня, были лишь для забавы. Мы должны будем это как-нибудь повторить.

Я похлопала ее по руке, когда она повернулась к окну и спросила Майка:

— Вам нужен ее адрес?

Он не смотрел на меня, когда говорил:

— Мы его уже знаем. Спасибо, что спросили, мэм.

Ошеломленная, я откинулась на спинку стула. Меня обидел мой собственный охранник. Ведь так? Или это во мне говорило пиво!?

Тереза жила в новом здании. Когда она вышла, автомобиль задержался, пока ее не встретил швейцар. Я вжалась в кресло. Я возвращалась в дом, который не был моим домом. Тогда-то все и вернулось на свои места. Я не была какой-нибудь сказочной принцессой с новыми друзьями и, отчасти, новой хорошей работой, и, проехав через весь город, я вспомнила свое место. Я убила человека и скрывалась от его семьи. Я вздохнула и закрыла глаза. Мы, совсем скоро, приедем в дом Картера, и я сомневалась, что меня ждет спокойная ночь.

Когда автомобиль подъехал к дому, я не стала ждать, пока Майк откроет мне дверь или даже когда автомобиль полностью остановится. Я открыла дверь и выпрыгнула. Нажав кнопку лифта, прежде чем Майк успел открыть свою дверь. Они оба поспешили за мной, но я стояла в стороне и наблюдала, как двери лифта закрылись. Почему-то это заставило меня чувствовать себя лучше. На секунду я от них ускользнула, в собственном доме Картера, и это было для меня маленькой победой.

Мой живот скрутило. Я не знала, что со мной случилось, но когда лифт открылся на моем этаже, я вышла в маленький коридор с дрожью в ногах и с трясущимися руками. Мои ладони были потные и пульс снова участился. Это был Картер. Если Майк не был со мной строг, то я знаю, что Картер будет в ярости, но почему я не имела понятия. Что я сделала не так?

Это была моя жизнь.

Я могла бы жить так, как я хотела.

Я пыталась убедить себя, что Картер не мог злиться на меня. У него не было контроля над моей жизнью. Но это была ложь. Мое сердце стучало еще быстрее, и меня подташнивало, когда я открывала дверь. Затем, в шоке, я остановилась. На этаже было темно. Огни не горели, и когда я шла к лестнице, не увидела никакого света и в остальной части здания.

Я была одна. Картера здесь не было.

Я не была уверена в том, что я чувствовала по поводу его отсутствия, и я отказывалась верить, что я разочарована. Вместо того чтобы зацикливаться на нем, я приняла душ и направился в кровать. Было около полуночи, и предстоящий день был полон работы.

Позже… гораздо позже, когда кто-то стащил с меня одеяло, я даже подскочила. Я посмотрела на часы. Было больше четырех часов утра. Картер стоял над моей кроватью. Его ледяной взгляд скользнул по мне вверх вниз. Он был одет во все черное, снова с капюшоном на голове. Он прикрывал его светлые волосы, но я больше ни на что не обратила внимания. Меня поймали и держат в плену его глаза. Они превратили его в того прежнего незнакомца, и он выглядел разъяренным.

Я приподнялась в изголовью кровати, но не сказала ни слова. Я не решилась. Я не потянулась за одеялом. Я легла спать в плотном белом топе и в трусиках, но я не могла себя прикрыть. Я знала, что хотел Картер. Я осталась на месте и спокойно дышала. Я чувствовала себя жертвой, пойманной хищником. Дикий зверь стоял надо мной, а затем он сделал шаг ближе. Его ноги коснулись кровати. Он был так близко ко мне.

Он наклонился к кровати и положил руки по обе стороны от меня. Руки были сжаты в кулаки на изголовье кровати, но он держался на расстоянии. Его колени не коснулись кровати, когда он наклонился вперед. Его дыхание щекотало мою кожу. Он говорил тихим рычанием:

— Я был на полпути в Грецию, когда мои люди позвонили мне. Сегодня вечером ты исчезла.

Я выдохнула и почувствовала дрожь:

— Я не…

— Ты сделала — Его дыхания стало щекотать мои губы. Он ни разу не моргнул. Он едва сдерживал ярость. — Ты работала допоздна.

— Я написала тебя об этом.

Его кулаки крепче сжал спинку кровати, а колено коснулось постели. Она просела под его весом, но он держался надо мной.

Мое сердце дико билось в груди, но я отвела глаза. Столько разных эмоций пронеслось сквозь меня. Когда я почувствовала пульсацию между ног, я сжала их вместе, надеясь, что она пройдет. Что со мной было не так?

— Ты послала мне простую смс, а потом больше не смотрела на телефон.

Я закрыла глаза. Он был прав.

— Ты пряталась от меня.

И снова прав.

Его дыхание теперь ощущалось в стороне. Он передвинулся, и я задалась вопросом, где он мог быть сейчас. Близко ли он от меня? Постель снова просела, и я задумалась, не оба ли его колена теперь были на кровати. Я все еще была в ловушке его рук, а он был так близко ко мне. Пульсация между ног росла. Я хотела его там. Я хотела, что бы он был не напротив меня, а на мне. Я издала небольшой стон, прежде чем успела его остановить. Я прикусила губу, пытаясь сдержать еще один.

Его рука опустилась со спинки кровати, и он обхватила мой подбородок.

— Эмма.

О, боже. Его тон смягчился. Его чувственная ласка на моей коже… Моя нога отодвинулась, только на дюйм. Я открылась ему.

— Эмма, посмотри на меня.

Я покачала головой. Я не могла. Он поймет.

— Эмма. — Его губы коснулись моих, и я ахнула. Я больше не смогла сдержаться, так что я прильнула к нему. Мои губы коснулись его, но он отстранился, ровно настолько, что его губы лишь слегка коснулись моих. Он не поддался и не прижался к ним.

Я хотела его всего, а не только мягких прикосновений.

Он приблизился еще ближе, чем раньше, и отпустил левую руку с изголовья кровати. Она скользнула по моей талии, и он поднял меня. Я распахнула глаза, и я обняла его, даже не задумываясь. Он поднял меня с постели и перенес на комод. Он усадил меня на него, схватил за ноги, притянул к краю и затем встал между ними. Одна из его рук оперлась на комод, в то время как другая, покоилась на моей спине. Он прижал меня к себе — всю меня. Моя грудь была прижата к нему, и мои губы невольно приоткрылись. Пульсация была очень сильной. Я была мокрой и готовой для него.

— Почему ты не сказала моим людям, что уходишь с работы?

Я не слышала его. Потребность в нем охватила мой разум. Я только чувствовала его, как его сердце бьется медленно и спокойно, в то время как мое, бешено колотилось. Перед его брюк терся об меня. Он становился больше, давя между моих ног, и я раздвинула их шире. Затем, он вздохнул. Напрягшись, он опустил свою голову мне на плечо. Его сухие губы оставили поцелуй на моем обнаженном плече. Мои волосы были зачесаны назад, и он поцеловал меня в шею.

Я вздрогнула.

— Эмма. — Прошептал он. — Почему ты не сказала моим людям, что ты уходишь? Мои люди искали тебя по всему зданию, прежде чем позвонили мне.

Его голос стал настойчивее, и я изо всех сил пыталась услышать, о чем он говорит. Когда до меня, наконец таки дошли его слова, я нахмурилась. Я не хотела рассказывать. Ни тогда, ни сейчас. Мой голос охрип.

— Я забыла.

Мои глаза расширились, а желание возросло. Что он со мной делал?

— Я забыла. Тереза упомянула «У Джо» и мы пошли туда. Я увидела… — Кого же я увидела? Кто-то меня отвлек. — Я увидела Аманду, и я расстроилась.

— Почему ты расстроилась? — Он убрал мои волосы в сторону и коснулся губами спины. Он обхватил мое бедро и притянул ближе к себе. Но не настолько близко, как хотелось бы.

Я снова раздвинула ноги, еще шире.

Его грудь вздымалась напротив моей, и его рука прошлась по моей пояснице. Он задержался на внутренней стороне моих бедер.

Я вся горела.

Он повторил:

— Почему ты расстроилась?

Я крепче обняла его за шею. Подняв голову на уровне его груди, произнесла приглушенным голосом:

— Потому что я оставила их.

Я оставила их ради тебя.

Я прикусила губу, чтобы не произнести это вслух. Он знал, как сильно я его хотела. Я начала задаваться вопросом, что, если я всегда хотела его?

— О, Эмма. — Его рука обхватила мой затылок и, он придвинул мое лицо ближе. Я прищурилась, когда уставилась на него. Он изучал мои губы, его темные глаза горели с вожделением, и он пробормотал:

— Они в безопасности. А ты нет. Ты должна быть здесь, со мной, где я могу убедиться, что ты цела. Ты нажала на курок. Ты — та, кто им нужен.

«Джереми».

Мой собственный голос преследовал меня. Звук выстрела вернулся, и я снова почувствовала отдачу в руке.

«Будь тише. Люди могут услышать».

Я зарыдала, и Картер поднял меня с комода. Я обвила его руками и ногами, а моя голова лежала у него на груди. Еще один всхлип, потом еще один. Я плакала, когда он опустился со мной на кровать, но все еще удерживая меня. Я не могла перестать плакать. В итоге, я уснула в его объятиях.

КАРТЕР

Картер сел на край кровати. Он наблюдал за ней. Этой ночью, она плакала в его объятиях, и он хотел убить того, кто причинил ей боль. Но не мог. Она уже убила Джереми, а у Франко был рак. Пытаясь удержать свою ярость под контролем, он вытащил из ящика тумбочки пистолет и мгновенье его изучал. Это был его верный друг, тот, которого он использовал так много раз, когда кто-то должен был исчезнуть. Он не использовал его в течение длительного времени. Он не должен был, но искушение, взять дело в свои руки, было слишком велико. Руки дрожали, когда он пытался себя сдержать. Это было бы так легко. Он мог ускользнуть, никто не узнает. Он бы пошел к Франко и попал бы в его дом, но он не мог. Смерть Франко была бы политической трагедией. Это должно быть одобрено семьей. Ведь даже когда он умрет, — а он умрет, — семья Бертал пошлет другого. Они были все одинаковы и сделают то, что Франко сделал с Кристино. Они возьмутся за последнее задание, чтобы доказать свою власть на районе.

Этого нельзя было допустить. Когда Франко умрет, все должно на нем и остановиться. Никто не сможет причинить ей вред.

Картер мягко закрыл ящик и ушел в тренажерный зал. Его рукам нужно было кого-то избить, так что боксерская груша подходила для этого идеально. Как только он вышел, то уже обдумывал пути, которые могли бы привести к тому, чтобы смерть Франко стала последней.

Двумя часами позже, чтобы сохранить ее свободу, он все еще обдумывал варианты.

ГЛАВА 11

Когда я проснулась, его руки не обнимали меня за талию. Я больше не чувствовала его ног, переплетенных с моими, и когда перевернулась, то уже знала, что он ушел. Часы показывали шесть утра. Было темно, и я почти ничего не видела, но смогла подняться и разглядеть халат. Надев его, я направилась на поиски Картера.

Я прошлась по всем этажам и заглянула в каждую комнату. Его нигде не было, пока я не добралась до нижнего этажа, где и услышала его. Свет был включен и просачивался под дверью, но я слышала доносящиеся из комнаты удары. Открыв дверь, я увидела его в центре тренажерного зала. Он все еще был в черных брюках, но без рубашки, а его грудь блестела от пота. Руки были в бинтах, он наносил удары по боксерской груше. Бинты были окровавлены. Я осмотрела его на наличие других ран, но где-либо еще крови не увидела. Только пот и мышцы. Они сжимались при каждом его ударе, и каждая мышца переливалась на свету. Я подумала, был ли у него хоть где-то хоть грамм лишнего веса. Маловероятно. Но затем, как только заметил меня, он остановился.

Он коснулся груши, его грудь из-за сбившегося дыхания тяжело вздымалась. Он прищурил глаза, когда я вошла в комнату.

— Не могла заснуть?

Я покачала головой.

Я не знала, что делать. Я хотела быть рядом с ним, но я не могла сказать этого. Что тогда изменится? Я молчала, но мои руки не слушались меня. Они хотели дотянуться до него. Мои ноги хотели пересечь эту комнату, чтобы снова оказаться в его объятиях. Я качнулась назад, чтобы удержаться от попытки подойти к нему.

Моя тяга к нему была такой сильной… слишком сильной. Это пугало меня.

— Эмма.

Я подняла глаза и сглотнула. Его глаза потемнели, когда он посмотрел на меня. Их наполняла страсть, но также в них была и темнота, опасность. Это было то, что сдерживало меня от него. Он был так опасен.

— Ты вообще не смотрела в свой телефон, не так ли?

Я нахмурилась. Мой телефон? Но потом я вспомнила. Я покачала головой. Нет, не смотрела. И на этот счет он был прав. Я не смотрела в телефон, потому что хотела убежать от него. Я хотела скрыться от своей теперешней жизни. Я хотела забыть обо всем, хотя бы на одну ночь.

— Поговори со мной. — Прошептал он.

Я ахнула, когда услышала тоску в его голосе. В нем была мольба, и мои глаза расширились. Он умолял меня. О, боже. Я не смогла себя остановить. Я пересекла комнату и остановилась напротив него. Я не дотронулась до него. Мои глаза остановились на его груди, которая поднималась и опускалась в ровном ритме. Моя рука непроизвольно коснулась его груди, в том месте, где находилось сердце. Мои глаза распахнулись, когда я увидела свою руку. Почему я не могла совладать с собой, когда находилась рядом с этим человеком.

— О чем ты думаешь? — Его голос стал грубым. Его пульс участился под моей рукой.

Я вежливо улыбнулась: мягко и спокойно, но на этом все. Я сдалась. Я закрыла глаза и шагнула к нему. Он обнял меня за талию, а моя голова легла на его грудь. Это было правильным — находиться в его объятьях.

— Эмма, ты должна поговорить со мной.

Я кивнула, но горло сдавило. Обняв его, сжала ладони в кулаки. Я закусила губу, в попытке заглушить желание запрыгнуть на него, подняла голову и послала мимолетную улыбку.

— Я хотела забыться этой ночью.

Он кивнул. Его глаза стали еще темнее.

Я не могла отвести взгляд от его глаз. Слова потекли в свободном потоке:

— Я не пряталась от тебя. Я пряталась от всех. Мне жаль, что я доставила тебе неприятности, и что тебе пришлось вернуться из Греции.

Сердце екнуло. Он вернулся из-за меня.

Я неуверенно продолжала:

— Все по-другому, Картер. Все не так, как прежде. Даже моя работа изменилась. Все это, «лучшее», иное. Все по-другому. Я другая. Я изменилась, и я не знаю, как с этим справиться и что мне делать.

Я закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями.

— Эй. — Его рука скользнула вверх по моей руке, и он погладил мою щеку. — Когда мои люди позвонили и сказали, что ты исчезла, во мне тоже что-то изменилось. Я бы все для тебя сделал, Эмма. Я думал, что Донван узнал о тебе и схватил. Я был готов вернуться и начать войну. Когда они сказали мне, что ты пила с коллегами по работе, я мог бы вернуться, но я не сделал этого. Я пришел домой. Мне нужно было увидеть тебя. Я должен был убедиться, что ты в порядке. Когда я вернулся домой, ты была в кровати. Ты спала. Ты выглядела такой невинной. Я хотел убить Джереми Донвана за то, что он с тобой сделал.

Я отрицательно покачал головой.

— Он причинял боль Мэллори…

— Он и тебе причинил. — Сказал он тревожным голосом. — Он изменил твою жизнь. Только заодно это, я не остановлюсь до тех пор, пока все его люди не окажутся в могиле.

Я убрала от него свои руки. О чем он говорил? Я снова покачал головой.

— Ты не можешь…

— Я могу. — Проворчал он. Его руки лежать на моей спине, и крепко меня держали. — Когда ты пришла ко мне, я хотел пытать Джереми Донвана, но я не мог. Ты уже его убила. Его отец не остановится, Эмма. Он все еще ищет, пытается понять, что произошло с его сыном, и они знают о Мэллори.

Мои глаза расширились, и я наклонилась. Я не могла дышать. Меня захлестнула паника.

Его руки не отпускали меня. Он будто приковал меня к себе.

— Они знают, что он был с девушкой, это только вопрос времени, прежде чем они найдут ее.

Я задыхалась и не могла дышать. Что-то блокировало мой воздух.

— Я не могу защищать ее…

Я тряхнула головой, полностью уступив место панике. Я ахнула:

— Ты обещал мне. Ты сказал, что…

Он встряхнул меня. Его глаза сверлили мои.

— Я сказал, что мне нужно, чтобы ты была здесь. Ты бы никогда не оставила ее, если бы я сказал правду.

— Нет! — Я вырвалась из его рук. Затем повернувшись, направилась к двери.

— Нет. — Прорычал он, схватив меня за руку и потянув обратно.

Я боролась с ним, но он поднял меня в воздух. Он пронес меня через все помещение, в самый темный угол, и прижал к стене. Я снова была поймана в ловушку. Идти было некуда. Он держал меня так же, как держал на кровати той первой ночью. Его ноги обездвижили мои, а мои руки были беспомощны в его хватке. Его грудь прижималась к моей. Он опустил голову к моей шее. Его ноздри раздувались, а затем он губами коснулся моей кожи.

Я вздрогнула от ощущений вспыхнувших внутри меня. Но нет, Мэллори, — я пыталась вырваться снова, но это было бесполезно. Вместо этого, я таяла…

Он прошептал мне в шею:

— Ты не можешь пойти к ней. Ты не можешь, Эмма.

Я всхлипнула. Мои ноги стали ватными.

— Тот парень не был твоим парнем.

Я покачала головой, хоть это и не было вопросом. Из меня вырвался еще один всхлип. — Я узнал, кто он и где он работает. Я знаю, что он работает с твоей соседкой. Он любит ее, я прав?

Еще один кивок. Еще одно утверждение. Я застонала, и откинула голову на стену. Я почувствовала сильный прилив желания.

С горечью в голосе, Картер снова прошептал мне в шею:

— Этот человек для нее сделает все что угодно. Что, ты думаешь, он будет делать, если люди Франко ее схватят?

Агония пронзила меня. Я уже знала ответ на вопрос.

— Он сразу тебя сдаст. Ты знаешь это. Ты знаешь, что он сделает. Он даже не предупредит тебя, Эмма. Они заберут ее, и он, не задумываясь, пойдет в офис Франко. И это произойдет. Люди Франко знали, что Джереми был с кем-то, сейчас они ее ищут. И когда они зададут ей вопросы, они выяснят твое имя. Даже если она тебя не сдаст, он сделает это.

Он держал меня крепкой хваткой, заявляя:

— Он сделает это, что бы защитить женщину, которую любит. И я бы, для тебя, сделал тоже самое.

Мое сердце остановилось. Если бы он просто… — Я открыла глаза и посмотрела на него. Он был мрачен.

— Я защищаю тебя еще с тех пор, как ты была ребенком, Эмма. И я не собираюсь перестать делать это сейчас.

Это было для ЭйДжея.

Мой желудок скрутило, когда я поняла это. Это было все ради моего брата. Как будто он протянул руку и сжал мое сердце. Это была боль, которую я не могла остановить. Он продолжал сжимать, когда продолжил:

— Мои люди каждую минуту должны знать, где ты находишься. Они собираются прийти за тобой, Эмма. Это вопрос времени. Но когда они это сделают, они узнают, кто защищает тебя, и это должно их остановить. Когда они поймут, что я на твоей стороне — встанет другой вопрос. Франко Донван предупредит свою семью, они будут принимать решение, относительно того сможет ли он продолжить возмездие за своего сына или нет. Если они согласятся, то они начнут войну против меня.

Я сморгнула слезы. Я не знала, что и думать. Он был прав, это выше моих сил, но он делал это все для меня. Тогда я покачала головой и прочистила горло. Я должна была еще раз подумать. Мне нужно было отодвинуть свои эмоции в сторону и сосредоточиться.

Я прохрипела:

— Что насчет твоей семьей?

— Что ты имеешь ввиду?

Я оттолкнула его на дюйм. Он сильно влиял на мои ощущения. Так как сразу же мое тело захотело снова прильнуть к нему.

— Когда Франко узнает, что ты защищаешь меня, это не будет только между ним и тобой. Верно?

Он кивнул.

— И он должен пойти к своей семье, чтобы попросить согласия, прийти за мной?

Жгучая боль пронзила меня, когда я поняла, что они будут делать со мной, если это произойдет. Я отогнала эти мысли прочь.

— Значит, он нуждается в согласии своей семьи, но не ты? Должна ли твоя семья одобрить мою защиту?

Его взгляд смягчился, и он мягко дотронулся до моей шеи, и нежно потирая пальцем, пробормотал:

— Оно уже есть.

— Что ты имеешь ввиду?

Подойдя ближе, он прижался к моему лбу.

— Я защищаю тебя с тех пор, как присоединился к семье Маурисио. Ты — была в первую очередь той причиной, почему я присоединился к ним.

Что? Я-то ту причем? Мои глаза умоляли его о дальнейших объяснениях, но я не могла говорить.

Он усмехнулся про себя, и в уголке моего рта оставил легкий поцелуй. Он не отошел как прежде, а остался, и я почувствовала, как его язык коснулся моих губ:

— Те люди, после того, как убили ЭйДжея, охотились на тебя. Они хотели, чтобы его семья была уничтожена. Я убил их, а затем, пошел к Маурисио. Твоя безопасность была частью условия, чтобы я мог присоединиться к его семье. Ты всегда будешь в безопасности. Это моя первоочередная задача, даже не смотря на мою семью. И они знают об этом. Все, что я сделаю для тебя, всегда будет одобрено моей семьей.

Но, я не могла думать. То, что он сказал — это все не имело смысла. Ничего из этого не имело никакого смысла. Он защищал меня все это время? Но…

Он оставил поцелуй на моей щеке и вздохнул, поглаживая мою руку.

— Я старался защитить тебя. Я хотел, чтобы ты жила свободой жизнью, но когда ты пришла ко мне, я больше не мог позволить тебе эту свободу. Ты должна быть со мной. Ты должна оставаться рядом и позволить моим людям знать, где ты находишься в любое время. Я не могу рисковать, даже вероятно, что Франко пойдет против своей семьи. Он достаточно безумен, чтобы это сделать. И, если он сделает это, разобравшись с моими людьми… — он вздрогнул и крепче прижал меня к себе. — Я хочу, чтобы ты была в безопасности. Мне нужно иметь возможность связаться с тобой в любое время.

Я кивнула и вздрогнула одновременно.

— Что случилось?

Я не могла ему сказать. Я даже не знала. Внутри меня разразился шторм и, как только он, объяснял мне все больше и больше, мне становилось хуже. Тогда я начала ломаться. Я не могла всего этого понять, поэтому я начала цепляться за те моменты, которые имели для меня смысл. Я должна была остаться с ним. Франко Донван все еще может прийти за мной. Я нуждалась в Картере. Что имело смысл для меня, так это то, что я должна быть с ним.

— Эмма.

Я почувствовала, что паника начала понемногу отступать… Я снова смогла дышать. Я могла думать. Но мое сердце колотилось в груди. Его рука лежала между моими грудями, и мое сердце удвоило темп. Я начала задыхаться.

— Я больше не буду прятаться. Я обещаю.

— Ты останешься?

— Да.

Затем он вздохнул и прижался своим лбом к моему.

Я не могла оставить его, даже если бы и захотела. И на этом я остановилась. Я не могла думать о даже возможности того, что я больше не хочу его покидать. Я отбросила мысли в сторону и спросила:

— Мэллори?

Он нахмурился.

— Что насчет нее?

— Что они знают о ней?

Он снова напрягся.

— У меня есть человек на стороне. Он сказал, что они мало о ней знают, но они знают, что у Джереми была подруга, и они ее ищут.

— Что, если у него было много подруг?

— Они знают, что была девушка, с которой он виделся регулярно.

Тут вдруг меня осенило.

— Знают ли они ее имя?

— Еще нет.

В груди все сжалось, будто он что-то утаивал, и тут я поняла. Сердце отяжелело.

— Но они узнают, не так ли?

Он кивнул.

— Мне очень жаль, Эмма.

— Как долго это займет времени?

Он одарил меня печальной улыбкой.

— Я не знаю. Я не думаю, что это будет слишком долго, прежде чем они найдут Мэллори.

В горле застрял ком.

— Они собираются причинить ей боль?

Он не ответил.

Я знала ответ на свой вопрос.

Он отбросил прядь волос с моего лба. Затем он снова поднял меня на руки, но на этот раз, его объятия для меня, были комфортны…

— Они могут позволить ей жить, если она сдаст тебя.

Я не могла говорить. Боль была слишком сильной. Впервые, я не могла поверить в то, что я надеялась, будто моя соседка по комнате и лучшая подруга сдаст меня ради своей безопасности. Джереми не сможет продолжать причинять ей больше боли. Я кивнула. Я была согласна с этим, если она будет в безопасности.

— Картер.

Он крепче прижал меня.

— Да?

— Ты можешь поспать со мной?

— Конечно.

Но, как только мы вышли из комнаты, он понес меня не в мою комнату, а свою. Близился рассвет, поэтому в его комнате уже было достаточно светло, но я особо не смотрела по сторонам. Мои глаза были закрыты, когда он укрыл меня одеяло и лег рядом. Он снова меня обнял.

— Во сколько тебе нужно проснуться?

— В восемь часов.

Но это не имело значения. Я не смогла уснуть, также как и Картер.

Когда, час спустя, сработал будильник, я встала с кровати и была готова к работе. Картер приготовил мне кофе, а затем мы направились к машине. Когда мы подъехали к моей работе, он сжал мою руку. Майк, или его двойник, открыл для меня дверь, но я не вышла. Я оставалась в машине еще минуту. Никто не сказал ни слова. Дверь была открытой, ожидая меня, и затем, когда я начала выходить, мое сердце сжалось.

Прежде, чем я вышла, Картер поцеловал меня в уголок рта. По щеке скатилась слеза, но он ее смахнул. Когда я вышла, я знала, что вся моя жизнь изменилась, и это был первый раз, когда я приняла этот факт.

ГЛАВА 12

Остаток недели превратился в рутину. Я едва видела мистер Хадсона. Со мной он был доброжелателен, но работал над новым проектом почти только с Терезой, с которой мы часто вместе обедали. К концу недели она быстро стала моим другом, который, казалось, мне был очень нужен, после того, как я перестала получать сообщения от Аманды. Однажды утром, Тереза и я пошли в кафе за бубликами, и Аманда нас обсуживала. Она избегала зрительного контакта со мной, но я наблюдала за ней и видела мешки под ее уставшими глазами. Я подумала, что что-то случилось с Мэллори, но я не могла игнорировать предупреждение Картера. Пути назад не было. Так было лучше для всех, то, что я оставила старых друзей. Лучше для них и для меня.

Я скучала по Мэллори и Аманде. Я даже скучала по Бену, совсем чуть-чуть. Это были хорошие времена, когда мы вчетвером вместе проводили выходные, поэтому, когда Тереза пригласила к себе домой, чтобы поесть пиццу, попить вино и посмотреть фильмы, я была взволнована. Картер на выходные покинул город. Он не сказал мне, куда он собирается, только проинформировал, что вернется в воскресенье вечером, так что я не собиралась проводить выходные в одиночестве. Я позвонила ему, сообщив, где буду. Он лишь попросил, чтобы его люди знали о моих планах на вечер. Он приставил ко мне в качестве охраны другого человека. Я начала осознавать, что одни и те же люди не работают 24 часа в сутки. Они перешли на регулярную восьмичасовую смену, но все они выглядели одинаково. Мне звонили три разных парня, называвшиеся Майком. Но у настоящего, того самого Майка, был шрам на внутренней стороне левой руки, а глаза были темнее, чем у всех остальных.

Когда мы остановились у дома Терезы, тот самый Майк сидел рядом со мной.

Я выдохнула, пытаясь успокоить нервы. Он одарил меня ободряющей улыбкой, прежде чем вышел из машины.

Я ждала внутри.

Это было их обычным делом: автомобиль останавливался чуть поодаль, и один из охранников выходил, осматривая здание на наличие угроз, и когда он заканчивал с проверкой, машина подъезжала к месту назначения. Затем, другой охранник, обходил автомобиль и, не увидев рядом никого подозрительного, останавливался около моей двери, в это же время, ожидая третьего охранника, который осматривает здание изнутри, и уже после этого открывал мне дверь. Как только вся работа проделана, я могла выйти из машины. Я заходила внутрь и забывала о них.

Они всегда были рядом. Я никогда не знала, где они были, но они были совсем близко. Однажды вечером за ужином Картер сказал мне, что обучал своих людей быть призраками. Они должны были приспособиться и прекрасно вписаться в любой интерьер; в противном случае, он бы не нанял их в свою команду. Он никогда не использовал их сам. Когда он ушел, с ним был только один мужчина, по имени Джин. Я никогда его не видела, но несколько раз слышал его голос, когда он приезжал за Картером.

Джин был для меня загадкой, так же, как и вся жизнь Картера.

Когда Майк открыл мне дверь, я слегка ему кивнула и пошла к дому Терезы. Швейцар, не говоря ни слова, открыл дверь. Его рука, когда он это сделал, дрожала, и он покраснел, заметив, что я обратила на это внимание. Я хотела пробормотать что-то о понимании ситуации, но не стала. Я склонила голову вниз, и последовал за ним к лифту. Он нажал кнопку этажа, где жила Тереза и пожелал мне спокойной ночи. Он сказал, что предупредил ее о моем приезде, разговаривая с ней по домофону у стойки регистрации.

Как и с Майком, я кивнула швейцару в благодарность. Затем, шагнула назад и ждала, пока лифт остановится на ее этаже.

Тереза открыла дверь и высунула голову. Она махнула мне.

— Привет! Пицца уже в пути и две бутылки вина уже охлаждены. Я надеюсь, тебе понравится такой сорт. Я предпочитаю сладкое.

Когда я услышала ее непринужденный смех, клубок нервов внутри ослаб. Войдя в ее квартиру, я была ошеломлена такому уюту и теплу. Это была квартира с простой планировкой и тремя спальнями.

— Хочешь, проведу экскурсию?

Я сверкнула улыбкой.

— О да.

— Здесь кухня.

Она обвела рукой комнату, где мы находились, со стойкой по центру.

— Там гостиная.

У нее был белый бархатный диван, изогнутый вдоль одного из углов комнаты. На одной из стен был большой телевизор с плоским экраном. Она пересекла гостиную, и открыла стеклянные двери, которые вели на большое патио.

— Вот мой балкон. Ничего особенного, но мне нравится вид. — Балкон выходил на внутренний двор, который со всех сторон окружали здания. В центре внутреннего дворика был бассейн.

— А это моя спальня, — она сделала два шага вперед и открыла очередную стеклянную дверь, и мы зашли в большую спальню. Она соответствовала белому дивану с белым пледом, что находился в гостиной. После осмотра ее спальни и двух других комнат, используемых в качестве кабинета, и тренажерного зала, я не заметила ни одной комнаты для гостей. Последней нашей остановкой была ванная комната. Она открыла дверь.

— У меня есть своя отдельная ванная комната, но ты можешь также пользоваться ею. У меня никогда не бывало гостей, так что, это будет что-то вроде твоей ванной, так что можешь пользоваться ей, когда угодно.

Искра удовольствия прошла сквозь меня. Она уже планирует следующую ночевку со мной!

Ее домофон зазвонил и она подошла к двери:

— Да?

Человек по ту сторону сказал:

— Доставка пиццы.

— Хорошо, пропустите его. Я буду ждать.

— Да, мисс Уэббер.

Она улыбнулась и покачала головой, поворачиваясь ко мне.

— Он всегда называет меня мисс Уэббер. Я живу в этом доме с трех лет. Может показаться, что Джарвис начнет называть меня по имени, но он никогда этого не сделает.

— Ты живешь здесь всю жизнь?

Она кивнула и вытащила бумажник из своей сумочки.

— Да, мои родители переехали сюда, когда мой отец получил новый архитектурный заказ. Затем он умер, но я не захотела покидать это место. Я немного понизила цены на апартаменты, и мне нравится это здание. Это мой дом. Я знаю всех соседей всю свою жизнь. Хотя их и не так много.

Мои глаза округлились. Она понизила цены? Я никогда не могла позволить себе такое место, не с зарплаты помощника господина Хадсона. Но потом я вспомнила остальные ее слова:

— Ох, мне так жаль твоих родителей.

Тереза пожала плечами и открыла дверь.

— Все в порядке. Это была автомобильная авария. Мне сказали, что они не чувствовали боли. Грузовик оглушил их.

Я уловила тот факт, что она замялась.

Прибыл лифт, и она вышла, чтобы расплатиться за пиццу. Когда курьер ушел, она закрыла за собой дверь, с большой дымящейся коробкой из-под пиццы в руке. Я была не уверена в том, что сказать. Я поняла, что подруга знает, что такое горе и смерть, но я не понимаю ее образа жизни. По большей части, я выросла одна с ЭйДжеем. Мэллори и Бен выросли с родителями, но они жили в нищете. Мы втроем пытались найти способ выйти из этого положения. Я была самой успешной, но никогда не чувствовала себя комфортно в доме, как этот. Картер был другим. Это было его место, не мое.

— А ты и твои предки?

— О-о!? — Что я могла ей сказать!? — Хм, мои родители умерли, когда мне было девять. Я росла вместе с братом.

— Мне тоже жаль твоих родителей. Ты должно быть близка со своим братом?

Была.

— Да.

Я заставила себя широко улыбнуться и сменить тему.

— Пицца вкусно пахнет.

Она хихикала, когда достала тарелки:

— Обожаю пиццу Сэмми. Я выросла на ней. Моя мама всегда заказывала ее. Я думаю, что она была влюблена в парня из доставки, но мой отец никогда не возражал. Это были единственные моменты, когда он ел фастфуд. Моя мама была сторонником здорового питания. Но не я. Балую себя, как только предоставляется возможность. Останавливаюсь, только когда появляются лишние килограммы.

Я вынуждена была согласиться. Она была стройна как палка и, обедая с ней в течение недели, я знала, что у нее хороший аппетит. У меня никогда не было проблем с весом. Но были проблемы с аппетитом, и Тереза стала это замечать. Я была настроена, сегодня ей соответствовать, но, когда я приняла это решение, пока я искала бокалы для вина, она уже слопала кусок пиццы. По-моему у меня не было шансов. Однако я положила кусочек на свою тарелку и взяла бокал с вином, который она мне подала.

Это было нормально, побаловать себя после напряженной рабочей недели и смеяться с друзьями за бокалом вина. Все было в норме. Я могла бы быть нормальной.

Картер не был нормальным, но я не могла позволить, чтобы сейчас только он один занимал всю мою жизнь …

— Так, что хочешь посмотреть?

Она указала на диванчики, и вскоре мы расположились с одеялом, пиццей и второй бутылкой вина. Пока я смотрела на девушку, она покраснела и пробормотала:

— Я становлюсь ленивой, как только сажусь на диван. Я не люблю вставать. Не суди меня.

— Никогда.

Я не могла сдержать улыбку, которая растянулась от уха до уха. Тереза была именно той подругой, в которой я так нуждалась.

После второго фильма и второй бутылки вина кто-то постучал в дверь. Я упала с дивана, а в груди бешено колотилось сердце. Тереза покосилась на дверь: не было ни страха, ни даже удивления. Она вздохнула и встала с дивана, немного неуклюже, чем обычно:

— Извини меня, я сама разберусь с этим.

С чем именно!?

Я заползла обратно на диван, так чтобы они не могли меня видеть, но попыталась заглянуть через спинку. Когда она открыла дверь шире, я услышала мужской голос и у меня челюсть отвисла. У Терезы был парень, и она мне ничего не сказала? Ладно. Я закатила глаза. Я тоже не рассказывала ей о своей личной жизни. Так что я не могла винить ее за то, что она не поделилась со мной своей личной жизнью.

— Ной, ты меня не предупредил!

Я перестала подглядывать и сползла на пол перед диваном. Это был мой босс.

Он зарычал от раздражения и огрызнулся:

— Это было слишком… Я рассказал тебе о семейном ужине на прошлой неделе.

— Да. — Тереза держала себя в руках. — Ты говорил, но никогда не приглашал меня. Я думала, что ты просто эгоистичный мудак, как обычно.

— Ох! Ты сводишь меня с ума.

Она презрительно фыркнула.

— Ты сам виноват. Я ничего не делаю, чтобы сводить тебя с ума. — Ее голос смягчился. — Твоя мать, должно быть, сердится на меня.

— Не волнуйся. Она винит меня, сказала, что я, должно быть, сделал что-то, чтобы разозлить тебя.

— Послушай, входи. Я позвоню твоей маме и во всем разберусь. Но я не одна, поэтому не могу никуда пойти.

— Ты не одна? — В его голосе слышались нотки заинтересованности. — Кто?

— Друг.

На этот раз фыркнул он.

— У тебя нет друзей.

Она зарычала.

— Я бы захлопнула дверью прямо перед твоим лицом, если бы не надо было звонить твоей маме.

— Окей, — он издевался над ней.

— Неважно. Заходи и будь доброжелателен к моей подруге.

Она повернулась и схватила телефон со стола рядом со мной. Когда она наклонилась, то послала мне извиняющий взгляд, но она продолжала говорить с большим парнем, который следовал за ней.

— Ты должен быть профессионалом. Она работает на тебя.

А потом Тереза вышла из комнаты, прислонив трубку к уху.

Я села. Так, это был Ной Томлинсон. Я никогда не встречала этого парня, но видела его фотографии. Там было несколько из тех, когда он еще занимался смешанными боевыми искусствами и много тех, где он выиграл национальный чемпионат. Он носил джинсы и свитер, который растягивался на его груди впечатляющим образом. Парень был огромный, и я поймала его взгляд, я знала, что он умный. Подозрительность и озадаченность сверкали в его глазах, когда он осмотрел меня с ног до головы.

Я ожидала, что владелец «Ричмонд» высунет руку, пригладит волосы и станет вести вежливую беседу на уровне босса. Но он этого не сделал. Вместо этого Ной нахмурился сильнее и прислонился к кухонной стойке. Он скрестил руки на груди, что еще больше подчеркнуло его мощную грудь, и исподлобья глянул на меня.

— Кто ты?

Он не знал — но должен был…

— Я Эмма Мартинс.

Его брови взметнулись вверх, и все исчезло. Шок и что-то близкое к панике скользнуло по его лицу. Он взглянул в ту комнату, куда упорхнула Тереза и, когда он услышал, что она все еще говорила по телефону, его голос упал до шепота.

— Что ты здесь делаешь?

— Я!? Тереза и я — друзья. Мы работаем вместе. Вы поставили нас вместе.

Он зарычал:

— Я не ожидал такого. Я знал, что вы будете работать вместе, но, — он снова взглянул туда, куда ушла Тереза, — она не в курсе ваших отношений с Картером, не так ли?

Моих отношения с Картером? Он знал? Каких отношений?

— Нет, никто не знает. — Хотя, он знал. Я прищурила глаза. — Что значит — ты не ожидал этого?

Он опять нахмурился.

— Это было моей ошибкой. Мне очень жаль, но тебе действительно нужно идти. Тебе также нужно прекратить дружить с Терезой. Она ненавидит Картера.

Мои глаза округлились. Она знала Картера?

Он поправил:

— Я имею в виду, что она ненавидит мысли о нем. Она никогда с ним не встречалась, не волнуйтесь, но она знает, что он мой друг и связан с мафией. Она не одобряет нашу дружбу, и если она узнает о ваших отношениях, — он присвистнул и покачал головой, — это ни к чему хорошему не приведет. Поверь мне.

— Как ты познакомился с Терезой?

Он пожал плечами.

— Друзья семьи. Ее родители дружили с моими родителями. Мы приняли ее, когда они умерли.

— О-о!

Он снова прищурил глаза.

— Ты же здесь не для того, чтобы получить ее деньги?

ЧТО?!

Но потом я огляделась, у нее определенно были деньги. Я увидела это еще до этого, но я задумалась, насколько действительно она было богата. Но затем я вспомнила с кем жила и ответила:

— Ты думаешь, что я обманываю ее ради денег?

— О да.

Он расслабился, его губы расплылись в улыбке. Это преобразило его лицо. Теперь я понимала, почему многие женщины на работе шептались о его превосходстве. У него не была типичная классическая модельная внешность, которая была у Картера, но когда он улыбался, его улыбка освещала его лицо, а еще он был красив, как подобает мужчинам. Я знала, что он привлекал многих женщин.

— Я забыла о твоих связях. Может быть, это она обманывает тебя?

Я могла поклясться, что брови изогнулись в усмешке, когда он шутил. Я была немного обижена. Может, я и выросла с мошенниками, но я точно не была одной из них. Этого мне не позволил ЭйДжей, и после его смерти, я была настроена, стать успешным человеком без использования нелегальных способов зарабатывания денег.

— Послушай. — Его челюсти напряглись, и голос стал грубым. — Мне действительно очень жаль. Я не имел в виду ничего такого, просто Тереза уже сталкивалась с этим. У нее никогда не было много друзей, потому что она, черт возьми, слишком доверчива. Я советую ей держаться подальше от всех, но она пытается время от времени. Но это никогда не заканчивалось ничем хорошим. Вот почему я подумал об этом, прежде чем я узнал, кто ты.

Это объясняет отсутствие друзей у Терезы, но я не могла избавиться от его подозрений. Он скрывал их, но я это видела. Я не знала, помогут ли мои отношения с Картером развеять его подозрения, или сделают все только хуже? Моя интуиция говорила мне, что он бы все равно подозревал меня, не смотря на то, был ли в моей жизни Картер или нет.

— Ладно! — Тереза вернулась с довольной улыбкой на лице. Она положила руку на плечо Ноя, и прижалась своим бедром к его. — С твоей матерью я все уладила.

Он посмотрел на нее с некоторой насмешкой.

— Скажи мне, что ты этого не сделала.

Ее улыбка растянулась от уха до уха.

— Сделала.

Я нахмурилась.

Он застонал.

— О чем бы ты ни договорилась с моей мамой, я ухожу. У меня сегодня свидание.

— Нет, так не пойдет. — Она рассмеялась и ткнула его в грудь. — Ну, да, ты со мной и Эммой. — Продолжала она. — Брианна получила работу в Октаве. Я сказала твоей матери, что мы могли бы поехать и проверить, как она.

— Брианна что сделала? — Ной взорвался. — И ты рассказала?

— Да, я сделала это.

Тереза стояла самоуверенно уперев руки в бедра.

— И ты можешь быть доволен мной, потому что я сказала твоей матери, что мы могли бы поехать и проведать ее. В ответ на это, она не будет иметь к тебе претензий, что ты не пригласил меня на семейный ужин сегодня вечером.

— Семейный ужин? Брианны бы там не было. — Его челюсти сжались, когда он это сказал. — Она устроилась на работу в Октаву? Чем, черт возьми, она думала? Это место опасно.

Тереза нахмурилась.

— Она, наверное, думает, что это самая крутая работа в мире. Ты все время туда ходишь.

— Я не…

— Ты берешь меня туда все время.

— О да. — Парень по-прежнему сжимал и разжимал челюсти, его гнев был очевиден. — Как, черт возьми, она получила там работу?

— Что ты имеешь в виду? Владелец, вероятно, заманил ее туда. Он подлизывается к тебе, Ной. Он всегда это делает.

Ее голос становился громче, и она качнула головой. У меня впечатление, то они часто вели словесные перепалки. Мой босс стрельнул в меня быстрым взглядом. Что также, за повышенной тон Терезы, послужило немым извинением в мой адрес.

— Почему ты дружишь с кем-то вроде него? Это за гранью моего понимания. Он приносит лишь плохие новости, Ной. Он только…

— Тереза. — Перебил он и стрельнул в меня острым взглядом.

— О-о! — Она покраснела и повернулась ко мне. — Прости меня, Эмма. Мне не нравится один из друзей Ноя, но это не то, о чем тебе нужно беспокоиться. Мне очень жаль. Я забыла, что ты здесь.

Затем она улыбнулась, сверкая своими белоснежными зубами:

— Хочешь пойти потанцевать сегодня? Ной знает владельца Октавы. Мне не очень нравится владелец, но клуб достаточно хорош.

Ох. Я не знала, что мне ответить.

Она неправильно поняла.

— Ах, вам не придется беспокоиться. Поверь мне. Я знаю, это место может быть опасным, но всякий раз, когда я иду с Ноем, мы всегда попадаем в VIP-зону. У нас собственный выход и личная комната. Это полностью безопасно. Для нас.

Когда я ничего не сказала, она схватила меня за руку и сжала ее.

Тереза хмыкнула:

— Я обещаю, что ты получишь удовольствие. И не похоже, что мы даже увидим этого парня. Он едва ли когда-нибудь бывает в клубе. Он такой важный и влиятельный, что не может найти время для своего друга.

Когда она говорила последнее предложение, то в ее голосе слышался сарказм.

Ной закатил глаза.

— Может, ты перестанешь ныть? Ты никогда не встречала этого парня.

Она метнула в него мрачный взгляд.

— Мне и не нужно с ним встречаться. Он плохой, Ной. Я не знаю, почему ты отказываешься признать это. Он использует тебя только из-за «Ричмонд». Ты единственный, кто сказал мне, что он хотел купить акции в прошлом году.

Он покачал головой и пробурчал:

— Я не говорил, что он хотел купить акции. Я сказал, что я предложил ему больше акций.

Она выпрямилась в полный рост и расправила плечи.

— Ты сумасшедший, раз дружишь с ним.

— Брось, Тереза. Ты не знаешь этого парня. Ты не знаешь о моей дружбе с ним. И, — он посмотрел в мою сторону, — ты, правда, хочешь это обсудить перед своим новообретенным «другом»?

Это повлияло на нее. Через несколько секунд она расслабилась и снова сжала мою руку:

— Прости меня, Эмма. Иногда я бываю очень злой.

Я попыталась ободряюще улыбнуться в ответ:

— Да все в порядке. У нас у всех… есть секреты, я так думаю.

— Ну, это не совсем секрет, но это не аргумент в пользу того, что должно произойти сегодня вечером. Я пригласила тебя, потому что я думала, что это должно быть весело. И это тоже будет весело. Ты пойдешь с нами в Октаву?

Она посмотрела на меня щенячьими глазами.

Ладно. Это будет интересно.

Я кивнула, но как только Тереза зааплодировала, Ной нахмурился, и я не была уверена в том, что преподнесет мне сегодняшняя ночь. Когда мы направились вниз и забрались в автомобиль Ноя, я увидел, что мой автомобиль, припаркован позади нас. О, боже. Я не знала, что сказать Майку и другим охранникам, но когда Ной выехал на магистраль, мой автомобиль начал двигаться. Я поняла, что они уже знали, что я делаю. Я только надеялась, что Картер не будет сердиться, из-за того, что я изменила свои планы.

КАРТЕР

— Сэр.

Картер посмотрел в сторону двери и увидел одного из своих людей. Он встал из-за стола и покинул своих деловых партнеров. Когда они вышли в коридор, мужчина подождал, пока дверь закроется, прежде чем заговорить:

— Парень встретился с Бертал.

— Они нашли его?

— Нет, сэр, он сам пришел к ним.

Картер выпучил глаза:

— Ты уверен?

Он кивнул.

— Да, сэр. Мы проследили за ним, когда он возвращался в квартиру. У него был рюкзак.

— Что в нем было?

— Деньги, Сэр.

Картер прикрыл глаза. Он знал, что это значило.

— Ты уверен?

— Он открыл его в машине. Вэнс все это видел. Там было много денег.

— Хорошо. — Он вздохнул, — Приставьте к ней двух охранников. Убедитесь, что они неприметны.

Картер вернулся на встречу, но ему понадобилось несколько минут, чтобы сконцентрироваться на том, о чем ему говорили. Его мысли были заняты Эммой, и что это значило для нее. Ему это не понравилось. Это произошло слишком быстро. Время, чтобы рассказать ей все — близилось, но он этого не хотел. Еще нет. Еще слишком рано для нее быть напуганной.

ГЛАВА 13

Когда Ной приблизился к Октаве, мой телефон пиликнул. Когда я увидела, что это Картер, по моему телу разлилось тепло. Тереза настояла на том, чтобы я принарядилась. Она дала мне белое платье. Я не ожидала многого, но когда я его одела, оно оказалось идеальным выбором. Оно было в пол: подол платья доставал мне до пальцев ног, но передняя часть была разделена. Вместо полноценного платья были две половины ткани. Тереза обернула ткань так, что каждая половина закрывала мою грудь, и обвязала ее еще раз вокруг талии. Она заявила, что я похожа на богиню, и мне пришлось признаться, что я именно так себя и чувствовала. Еще больше я была признательная ей за ее настойчивость, и я прислушалась к ее совету, насчет смены наряда. Дрожь от волнения и нервы переполняли меня, но когда я прочитала его сообщение, моя голова закружилась от всплеска желания.

«Я возвращаюсь сегодня вечером. Закончил работу за день. Уже лечу обратно. Где ты?»

Я ответила.

«Скоро буду в Октаве. Вместе с подругой, которая знает твоего друга. Ноя Томлинсона.»

«Томас и Майк?»

«В машине позади меня. Я еду вместе с Ноем и Терезой, она та самая подруга, про которую я тебе говорила.

Оставайся рядом с Ноем. Он умеет драться и защитит тебя. Парни присмотрят за тобой в клубе».

— Кому пишешь?

Я дернула головой, и чуть не уронила телефон. Тереза нахмурилась. Ее взгляд упал на мой телефон и мои щеки порозовели, когда я поспешила выключить экран телефона. Я знала, что я краснее красного. Наверное, я была красной, как омар, потому что Тереза улыбнулась и подняла бровь.

— У тебя есть парень, Эмма? Ты не упоминала о нем всю неделю. Я хочу знать!

Я встретилась взглядом с Ноем, который напрягся за рулем.

— Ты не упомянула несколько вещей о себе.

Ее рот приоткрылся, а щеки порозовели.

— Намек понят. Молодец. — Она усмехнулась и повернулась обратно. — Но я хочу все о нем знать.

Нет, не хочешь. Правда, не хочешь.

Я посмотрела в зеркало заднего вида и увидела, что Ной наблюдал за мной. Я могла сказать, что он разделяет мои невысказанные мысли. От того, что мне было сказано и услышано, Тереза бы не хотела, чтобы у нас с Картером что-то было. И да, я нахмурилась и опустила голову. Я только что призналась сама себе, что между нами что-то было. Я вздохнула, и мои руки начали дрожать. Живот скрутило, и в нем образовался узел, но я должна была признать, что между мной и Картером что-то зарождалось. Он ничего мне не говорил, но он желал меня. Я знала это. Я чувствовала это, но за последнюю неделю он так ничего и не предпринял.

Он всегда был дома, когда я возвращалась с работы. Каждый вечер мы обедали вместе. После той первой ночи, я никогда снова не спала в своей кровати. Когда я собиралась спать, он прижимал меня к себе. Он всегда держал меня в своих объятиях и гладил мою спину, пока я не засыпала. Было несколько раз, когда я просыпалась в середине ночи, но его не было. В первый раз, я проверила тренажерный зал, но его там не было. Я не спала всю ночь, пока он не вернулся после пяти утра. Свет не включился, но я услышала, как он вернулся в комнату и залез обратно под одеяло. Он снова привлек меня к своей груди и обняв, притянул к себе, пока я не почувствовала, как его грудь вздымается вверх и вниз, унося его в глубокий сон. Когда его дыхание выровнялось, я тоже заснула.

Второй и третий раз, когда я просыпалась, но его не оказывалось рядом, я не искала его. Я снова засыпала и просыпалась тогда, когда он возвращался в постель. Я всегда уютно устраивалась в его объятиях, и когда вставала рано утром на работу, он просыпался вместе со мной. Он никогда не казался уставшим. Он был всегда начеку, пил кофе и завтракал; и всегда был готов, когда я заходила на кухню. Затем, он подвозил меня до работы.

Каждое утро он целовал меня, когда я выходила из машины, но он никогда не делал этого, когда мы были у себя дома или в постели.

«Я приду к тебе и найду вас в клубе».

Я закусила губу. Я могла только представить реакцию Терезы.

«Не стоит».

«Почему?»

«Тереза защищает Ноя. Ты ей не нравишься».

«Она встречала меня?»

Я не смогла сдержать ухмылку. Он даже не знал.

«Нет, но твоя репутация говорит сама за себя».

«Она не должна меня видеть, но я хочу увидеть тебя. Я найду тебя».

Я не знала, насколько задержала дыхание, пока не выдохнула. Боже. В его обещании было что-то зловещее. Каждый нерв был натянут. Дрожь началась еще тогда, когда я получила свое первое сообщение. Последнее же было для меня пределом. Картер сводил меня с ума всю эту неделю. Я хотела его. Все это время я нуждаюсь в нем. Я ничего не соображала, когда пришла к нему.

— Мы на месте.

Когда я взглянула в окно, я с удивлением увидела, что мы остановились у переулка рядом с Октавой. Затем я вспомнила пару, которую видела на улице, входящую в клуб через заднюю дверь. Открылась дверь и двое больших мужчин вышли на улицу, как и тогда. Ной открыл дверь и отступил в сторону, чтобы Тереза выскочила из машины. Моя дверь была открыта, рядом с ней стоял великан, ожидал меня, чтобы я сделала тоже самое. Когда я вылезла, то огляделась и увидела, что Майк шагнул к одному из парней клуба. Он сливался с ними.

— Ну же, Эмма. — Тереза звала меня внутрь.

Майк кивнул мне, что все в порядке, и я могу заходить. Это я и сделала. Он следовал позади, вместе с тремя другими мужчинами. Когда я присоединилась к Ною и Терезе в небольшом коридоре, то увидела с ними еще двух мужчин. Девушка взвизгнула и обняла меня. Ее глаза были полны восторга:

— Это будет весело. — Она прошептала мне на ухо. — Я никогда не признаюсь в этом Ною, но мне нравится, что он знает владельца. Мы всегда здесь получаем лучшие места, и это место восхитительно. Я лишь не хочу, чтобы они были настолько близки, как сейчас. Владелец пугает меня.

Я неловко обняла ее в ответ, и покачала головой. Неделю назад я бы никогда не подумала, что Тереза может дать себе волю и пойти в такой клуб, как Октава. Многое бы удивило меня неделю назад. И часть меня взбесилась, потому что она поливала грязью Картера. Я поняла. Очевидно, она знала, что он был связан с мафией, но никогда не встречала его. И эта мысль начала меня тревожить. Что бы она подумала, если встретилась с ним? Она не захочет быть моей подругой? Или, она захочет чего-то большего от Картера? Я не была дурой, ведь я прекрасно знала, частично ее мнение основывается на слухах и на том, как его описывают СМИ. Его окружали интриги, но он был вне досягаемости многих из них. Он был слишком влиятельным.

— Мэм.

Я вздрогнула от звука голоса Майка.

Ной и Тереза следовали за двумя другими охранниками по коридору. Они остановились на полпути и, хмурясь, ждали меня.

Майк и остальные трое охранников стояли у меня за спиной. Я покачала головой и последовала дальше. Сегодняшний вечер действительно будет интересным.

Открылась дверь с общей танцевальной зоной и двумя другими дверьми. Шесть охранников заняли позиции у стены и скрылись как темные тени; и даже казалось, будто их там и не было. Однако Тереза смотрела на одного из больших парней. Она шепнула Ною, но в ее голосе слышался испуг:

— Твой друг сегодня приложил все свои усилия.

Она одарила Ноя понимающей ухмылкой, но он проигнорировал ее и нахмурился в мою сторону. Мы оба знали правду. Охранники здесь были для меня.

Именно в этот момент пришел парень и подошел к Ною. Он был одет в деловой костюм. В нем все было кричащее. Волосы были похожи на шипы, а зубы идеально белыми. Это был тот тип прилизанных парней, к которым я отнесла своего босса. Они пожали друг другу руки и хлопнули друг друга по плечу. Потом Ной жестом позвал Терезу к себе. Втроем они проговорили еще несколько минут, и нам принесли напитки. Попивая коктейль, я наблюдала, как Тереза положила руку на плечо парня и подала ему знак нагнуться. Она что-то прошептала ему на ухо, все время улыбаясь Ною, чей хмурый взгляд буквально обжигал. А затем, они снова засмеялись.

Почему-то мне хотелось слиться с фоном. Я, должно быть, отступила потихоньку назад, не осознавая этого, потому что чья-то рука, в сдержанной манере, коснулась моего локтя. Я резко обернулась и увидела Майка позади себя. Он отвесил мне небольшой поклон.

— Мэм.

Я вздохнула:

— Майк, ты можешь звать меня по имени.

Он махнул рукой в сторону Терезы.

— Ваша подруга может ревновать, мэм.

Я усмехнулась, но он был прав. Она не будет ревновать, но она была любопытной. Он слышал ее мысли насчет Картера. Все охранники слышали.

— Эмма, иди сюда.

Все внутри меня сжалось, но я не могла проигнорировать свою подругу. По некоторым причинам, я не хочу быть где-нибудь с другим человеком. Однако она подошла ко мне и, схватив за руку, потащила меня к ним и сжала мои плечи.

— Это моя подруга, Эмма. Эмма, это Скотт. Он менеджер Окваты.

Соблазнительная ухмылка появилась на его лице, когда он протянул руку.

— Эмма, очень приятно познакомиться.

Позади фыркнул Ной.

По моей спине пробежали мурашки, когда я пожала его руку и тут же ее отпустила. Я попыталась улыбнуться, чтобы он не знал, насколько неудобно мне было, но я не могла остановить холодок, пробежавший у меня по спине.

— Мне тоже очень приятно с Вами познакомиться, мистер.

— Эмма!

Что? Я взглянула на Терезу. Ее рот был широко открыт, а глаза расширились от удивления. Ну, в чем дело?

— Мистер? — Скотт скривился, улыбаясь мне. — Меня никто так не называл, кроме маленьких друзей моей племянницы. Они называют меня мистер Скотт. Пожалуйста, зовите меня просто Скотт.

Я кивнула и сделала шаг назад.

В это момент, Ной ущипнул Терезу. Она набросилась на него, но он успел перехватить ее руку, усмехнувшись и двинувшись дальше. Как только он придвинулся ко мне, отгораживая от Скотта, я знала, что это было нарочно.

Я была ему благодарна.

Он обернул руку вокруг талии Терезы и чокнулся со Скоттом:

— Так, я слышал, что моя младшая сестра работает на тебя. Как такое могло произойти?

— Ох. — Затем Скотт засмеялся и запрокинул голову назад. — Она пришла сюда, и как я мог отказать маленькой сестре Великого Ноя Томлинсона? Она хороший работник, Ной. Ты должен гордиться ею.

Ной застыл:

— Это ее первая ночь.

— Она великолепна. Я уверен, что она будет одной из лучших в течение нескольких месяцев. А еще она достаточно быстрая и проворная для бармена.

— Надеюсь, что она будет находиться только за барной стойкой, Скотт.

Его тон был холодным.

— Да, да, конечно. — Он больше не смеялся. — Что еще ты подумал, я имею ввиду? Неужели ты думаешь, что я могу что-то сделать с твоей младшей сестрой?

— Картер знает, что Брианна здесь работает?

— А почему Большой Босс должен знать? Это моя работа.

От этих слов все напряглись. Скотт скис.

— Это моя работа — принимать и увольнять людей.

Он помолчал, а потом добавил:

— Не хочешь же ты, чтобы я уволил твою сестру в первый же рабочий день, Ной!? Тереза сказала, что ты здесь для того, чтобы проверить Брианну и убедиться, что с ней все в порядке. Я не могу тебя понять… Думаю, Брианна расстроится, если это произойдет.

Я снова отошла в сторону, поближе к Майку, к тому человеку, рядом с которым я чувствовала себя комфортно.

Тереза подарила обоим мужчинам натянутые улыбки:

— Давайте, ребята. Я чувствую жажду. Скотт, не мог бы ты заказать для нас вина? Я обещала Эмме, что сегодня вечером мы будем пить вино.

— Уже сделано. — Скотт ни разу не моргнул. — На подносе, позади тебя.

Мужчины почти не замечали ничего вокруг и сверлили руг друга взглядами.

Я не смогла больше этого вынести и повернулась к Майку.

— Я не хочу, чтобы он здесь находился.

Он кивнул и нажал на наушник в ухе. Он что-то быстро прошептал и почти сразу же кто-то откашлялся у входа.

— Мистер Грэм.

Скотт повернулся:

— Что, Джин? Что ты… — Его голос осекся, и его глаза расширились: — Картер здесь?

Я шагнула вперед, чтобы увидеть Джина, но Майк схватил меня за локоть, удерживая.

— Пожалуйста… Эмма.

Я расслабилась и осталась стоять там, где и стояла.

— Вы можете пойти со мной, мистер Грэм?

— Зачем? — Скотт нахмурился и вопросительно взглянул на Ноя. — Я здесь с друзьями, Джин. Это не может подождать до завтра, даже если мистер Рид здесь?

— Вы можете пойти со мной, мистер Грэм? — Уже более грозно спросил мужчина.

Плечи Скотта поникли. Их небольшая перепалка закончилась. Он сверкнул улыбкой и, извиняясь, кивнул Терезе и Ною. Затем кивнул и мне.

— Я нужен там, но постараюсь вернуться до окончания ночи.

Он повернулся и нахмурился, когда увидел руку Майка на моей руке:

— Было приятно встретиться с Вами. Эмма.

Я слабо улыбнулась, но Майк так и не убрал руку.

Скотт не двигался. Он остановился и смотрел на меня. Еще минута и Джин кашлянул, привлекая внимание:

— Мистер Грэм.

Затем тот покачал головой и повернулся, чтобы уйти. Как только он ушел, Майк отпустил мою руку, и я смогла вздохнуть. Я не знаю, что это было, но меня коробило от его присутствия.

Я посмотрела вверх:

— Майк, ты скажешь… — Но вопрос так и не сошел с моих губ. Он ухмыльнулся, и я уже знала, что Картер был здесь. Вот почему появился Джин — личный телохранитель Картера. Затем я нахмурилась.

— Так Картер уже здесь?

Но Майк лишь занял свою привычную позицию у стены. Это был намек, что он не будет отвечать на мой вопрос.

— Это было… странно… — Произнесла Тереза хриплым голосом, наливая себе вина. Затем она покачала головой: — Ну ладно, Эмма, тебе налить?

Я с облегчением кивнула и вернулась к ним. По телу разлилось приятное тепло.

Час спустя, после двух бокалов вина и танцев на танцполе, Тереза отправилась на поиски дамской комнаты. Когда я села за наш столик, Ной протянул мне бутылку воды и похлопал по стулу рядом с собой. Я рухнула на него, но не ожидала того, что произошло дальше.

— Спасибо. — Он бросил взгляд через плечо, чтобы убедиться, что Тереза была вне пределов слышимости. — Я ненавижу того парня. У меня от него мурашки по коже, но я никогда не знал, могу ли что-нибудь сказать Картеру об этом или нет. Я знаю, что это ты поспособствовала тому, что он ушел.

Я снова задрожала, когда вспомнила ужасающий смех Скотта.

— Мне просто он не понравился. — Нервно улыбнулась.

— И не должен. Про него ходят очень нехорошие слухи о том, что он делает для семьи Маурисио.

У меня скрутило желудок.

— Почему Картер позволил ему здесь работать?

Он пожал плечами:

— Я не знаю, может одолжение!? Но его здесь больше не будет, если он тебя пугает. Одного этого факта уже достаточно. Ты и понятия не имеешь, как я этому рад. Спасибо. Последние шесть месяцев он вынюхивал про Брианну. Я уверен, что это не просто профессиональный интерес.

Я кивнула. Я не должна была удивляться.

— Почему ты, увидев его, казался таким счастливым?

— Нельзя позволять таким парням, как он, показывать, что ты в действительности о них думаешь. До тех пор пока ты не побудешь в том положении, чтобы каким-либо образом влиять на них. Но я никогда не был в таком положении. — Пробормотала Ной, пока делал глоток пива.

Я кивнула. Это, в определенной степени имело смысл. Я пробормотала:

— Похоже, он нравится Терезе.

— Большинству женщин он нравится. — Ной бросил на меня косой взгляд. — Ты, кажется, исключение. Слава богу.

Образ Джереми, который насиловал Мэллори, всплыл в моей голове. Я прикрыла рот рукой, чувствуя рвотные позывы. Но я сделала глубокий вдох, и мне тут же стало легче.

— Эмма?

— Я в порядке. — Неприятное чувство овладело мной. — Я видела мужчин хуже, чем он.

Я бы убила Джереми Донвана снова, если бы мне дали выбор, я бы насладилась этим второй раз.

— Мэм? — Майк подошел к нам, но, поймав мой взгляд, тут же учтиво добавил. — Эмма.

— Да?

— Ваша машина здесь.

— Моя машина? — Картер. — Ох!

Ной усмехнулся:

— Иди. Тереза захочет остаться тут подольше. Я отмажу тебя. Я скажу ей, что ты вернулась домой. Передавай Картеру от меня привет.

Меня охватило волнение. Словно в тумане я встала, поблагодарив Ноя за то, что он меня выручил. Затем я вышла из нашей кабинки и последовала за Майком. За нами следовали еще четыре охранника и меня снова провели по всему лабиринту Октавы. На этот раз свет был по-прежнему выключен, и яркие обрывки памяти вспыхнули в моей голове. Это было ночью, когда я пришла в клуб со своей соседкой по комнате, когда мы учились в колледже. Она уже нашла парня, и я танцевала одна, когда две руки скользнули вокруг моей талии. За одну ночь я впала в искушение и позволила себе прикосновения незнакомца. Я никогда его не видела, но чувствовала, и я никогда не испытывал тех ощущений снова, до тех пор, пока не встретила Картера. Такую же потребность я чувствовала той ночью, и каждый раз, когда думала о нем, во мне возрастало желание.

Меня привели в темную комнату. Я не могла себя контролировать и рассуждать здраво. Когда я увидела тень и почувствовала, как чьи-то сильные руки скользнули вокруг моей талии, мне опять сразу же вспомнилась та ночь. Я бы отдала все за его прикосновения. Даже перед тем, как что-то сказать, я уже поняла, что самой ночью, тем незнакомцем был Картер. Никакой другой мужчина никогда не заставлял меня чувствовать себя так.

Я хотела его еще больше.

ГЛАВА 14

— Тогда это был ты. — Я приоткрыла рот, когда губы Картера дотронулись до моей шеи, и задержались на моем пульсе. Я почувствовала его язык и попыталась повернуться к нему. Мне нужно было почувствовать его перед собой, между ног, но его руки усилили хватку. Он двинулся позади меня и прижался ближе.

Он прошептал мне на ухо:

— Это был я.

Я обхватила рукой его шею и повернулась. Его руки переместились и скользнули по моему телу, а затем я увидела его. Его темные глаза горели похотью и потребностью. Я знала, что он видел то же самое в моих глазах, но мне было уже все равно. Я нуждалась в нем, но я вспомнила ту ночь… Моя соседка ушла, и я была одна, пока не почувствовала кого-то позади себя. Во мне, чтобы перейти за рамки дозволенного, спиртного было не достаточно, но алкоголь этому способствовал. Моя кожа горела, когда я снова подумала о том вечере и о том, каково это чувствовать его позади себя.

Он опустил голову и прошептал:

— Я был в помещении охраны. Увидел тебя на камерах и не смог сдержаться.

Его руки обвились вокруг моей спины. А затем, он опустил одну из них на мое бедро, притянув к себе.

Я вздрогнула, когда он прижался ко мне своими бедрами, а затем он приподнял меня и отнес в угол.

Он был таким же, как в ту ночь.

Он держал меня в воздухе, и я обвила ногами его талию. Теперь я чувствовала его еще ближе и его руки скользнули под подол моего платья, на внутреннюю сторону бедра. Он дотронулся до края моих трусиков и начал тереться об мою киску.

Желание и удовольствие растекалось по венам. Я дрожала от удовольствия. Я молила его о большем. Мои бедра начали двигаться в ритм с его рукой, он задрал платье, а другая его рука коснулась моей кожи.

— Картер. — Прошептала я, выгнув спину и шею, которую он целовал.

— Ты мне нужен, внутри.

Он хмыкнул, крепче сжав мои бедра, и два его пальца оказались внутри меня. Они зашли глубоко, прежде чем он вытащил их, а затем толкнул обратно. Одновременно с этим, он продолжал целовать мою шею.

Я ахнула. Мои бедра двигались в такт его пальцев.

Затем, его губы завладели моими. Наши языки сплелись в чувственном танце, он становился все требовательней, а его пальцы продолжали свой натиск.

— Пожалуйста. — Я всхлипнула.

Он держался на расстоянии от меня всю неделю. Мое тело было напряженным от всепоглощающего желания, всю эту чертову неделю. Я хотела не только его пальцы. Я хотела его всего.

— Я хочу тебя.

Его пальцы продолжали свое дело. Они набрали темп, и я больше не могла сдерживаться. Я чувствовала, что оргазм приближается. И когда он был совсем близко, я оттолкнулась от стены, так что только моя голова касалась ее. Я толкнулась бедрами, и он зарычал, и пульсирующие ненасытные волны пронзили мое тело. Я взорвалась.

Мое тело дрожало, а Картер обнимал меня. В его руках я обмякла. Он оставил нежный поцелуй на моем плече, потом его рука скользнула к моей груди, вызвав новые волны мурашек.

Я хотела снять платье. И чтобы его одежда тоже исчезла. Я хотела, чтобы нас ничего не разделяло. Когда я оглядела его, он все еще держал меня, и, поняв, что у меня на уме, он осторожно опустил меня на пол. Поцеловав в губы, Картер выдохнул:

— Не здесь.

Мои глаза закрылись, и я опустила голову на его грудь.

Он снова поцеловал меня:

— Скоро.

Близость распаляла мое тело, я чуть не растеклась лужицей у его ног.

Он помог мне поправить платье и взял меня за руку. Когда мои волосы были зачесаны назад, и я выглядела вполне нормально, он одарил меня ленивой улыбкой. Его голос был хриплым:

— Как только мы вернемся домой, ты не сможешь ходить целую неделю.

Надеюсь.

Яркая картина нашей бурной ночи пронеслась в моей голове, и я снова стала мокрой. Он собирается свести меня в могилу. Часть меня знала, что как только я почувствую Картера внутри себя, этого будет не достаточно. Я захочу большего. Я никогда не смогу быть полностью удовлетворена, и когда он будет давать мне то, что я хочу — это лишь раздразнит меня. Я никогда не смогу насладиться нашей близостью, и я была готова к этому. Моя рука скользнула по его мускулистой спине. Я почувствовала все его выпуклости и изгибы. Меня окутало удовольствие, когда я почувствовала все его мышцы. Он повернул свою голову, чтобы посмотреть на меня.

Все это было моим.

Он был моим.

Он застонал и на секунду вжал меня в стену. Схватив меня за бедра, вдавил в стену, сильно ко мне прижавшись. Я почувствовала выпуклость в передней части его штанов. Это было для меня. Все это для меня. Он наклонился ко мне, его губы были в паре сантиметров от моих.

Мне стало трудно дышать. Я держалась за его руки. Его мышцы двигались под моими прикосновениями. Он тоже желал большего.

— Это… — Прорычал Картер шепотом напротив моих губ. — Это то, чего я хотел той ночью. Я не мог сдержать себя, и мне нужно было тебя почувствовать, но сегодня ночь, когда ты действительно со мной. Ты моя, Эмма. И всегда была моей.

Я кивнула, горя от его прикосновений.

— Моя.

Он тоже был моим, но я не произнесла этого. Пока нет, хотя все мое тело побуждало меня это сделать. Он снова взял меня за руку и повел прочь, через коридор. Люди останавливались и смотрели на нас, когда мы шли. Я знала, что это из-за него. Картер был смертельно опасен. Его тело было высечено до совершенства. Его глаза были холодными, а его лицо было, как у ангела. Все знали кто он и откуда. Даже СМИ активно обсуждали его, когда он был замечен на публике. Тем не менее, он двигался, как призрак, тому же самому он обучал и своих людей. Хотя те моменты были редки, но сейчас все было как-то иначе.

Меня захлестнул волна чувств. Мои ноги задрожали, когда я вспомнила свой оргазм. Парень, державший меня за руку, принадлежал мне, а я ему. Я принадлежала ему и внутренне я задыхалась от мысли, что я вся, полностью, в его власти. Следуя за ним по клубу, я начала осознавать, что с каждым разом становлюсь от него все более зависимой. Мои руки жаждали прикоснуться к нему снова, к его мышцам и всему остальному.

Я закусила нижнюю губу. Каждый раз, как я была с ним, когда он смотрел на меня и прикасался, пульсация между моих ног становилась все сильнее. И это чувство не собиралось прекращаться.

Я судорожно вздохнула, и он оглянулся.

Его взгляд прожог меня насквозь. Для него, я была как открытая книга, независимо от того, во что я была одета или как высоки были стены вокруг моего сердца. Он видел все насквозь. Он взял мою руку и поднял. И нежно коснулся ее губами. Я закрыла глаза от наслаждения.

— Сэр. — Из тени вышел мужчина. — Еще один охранник.

Картер остановился, чтобы выслушать его. Мужчина говорил тихо, так что я ничего не слышала, но оба смотрели на меня.

— Что?

Его глаза прищурились и потемнели, а рука сильнее сжала мою.

Я снова спросила:

— Картер? Что происходит?

Он повернулся, приняв решение, и уперся руками в мои лопатки. Картер опять повел меня по коридору. Когда мы пришли, я увидела ожидающего нас Майка, а вместе с ним стоял тот же охранник, который был со мной, Терезой и Ноем в кабинке. Я встала как вкопанная. Я не знала, что происходит, но поняла, что он собирался оставить меня здесь. Что-то случилось, и ему было нужно, чтобы я осталась здесь, но я не хотела снова быть оставленной.

— Эмма?

— Нет. — Я отрицательно покачала головой. — Ты не уйдешь от меня.

Снова.

Он пристально посмотрел на меня, но затем кивнул. Он опять взял меня за руку. Мои колени чуть не подогнулись от облегчения, когда он повернулся к мужчине.

— Узнайте все и перезвоните мне. Сделайте это быстро.

Человек ушел без возражений, ему не нужно было повторять дважды.

Он повел меня обратно по коридору, пока мы не подошли к черному выходу. Черная машина ждала с открытой дверью, рядом с ней стоял Майк. Картер подал ему сигнал, и он ушел. Когда мы подошли к машине, он усадил меня и протянул руку, чтобы закрыть дверь, я рванула вперед.

Позади нас стояли Тереза и Ной, ожидая свою машину. Ее рот был приоткрыт от удивления, а Ной хмурился.

О нет.

Дверь закрылась, и машина поехала. Картер понятия не имел, что только что произошло, либо ему было все равно. Мне было трудно поверить, что он не знал о Ное и Терезе, стоящих там.

— Что? — Картер посмотрел на меня.

Я, должно быть, не умела скрывать своих эмоций.

— О, нет. Ничего.

Не стоит говорить об этом.

Он потянулся к моей руке и снова оставил на ней легкий, как перышко поцелуй:

— Эмма, скажи мне.

Мое тело тут же отреагировало на его прикосновение, но я отрицательно покачала головой. Это в некоторой степени смущало.

— Правда, ничего.

— Эмма. — Вздохнул он. — Это насчет Грэма? Они сказали мне, что ты попросила увести его. Я сожалею. Он не побеспокоит тебя снова. Я обещаю.

Я покачала головой, но вздохнула с облегчением, когда я услышала это. Тогда я сказал ему:

— Ной и его подруга ждали позади нас.

— Я знаю.

— Ты знал?

Он кивнул, его глаза опустились к моим губам. Он протянул руку и провел по ним большим пальцем. От его прикосновений, мое сердце пропустило несколько ударов. Он наклонился ближе и опустил голову, но не поцеловал меня. Я ждала, готовая к поцелую, но его рука лишь мягко коснулась моей щеки:

— Да, но я думаю: ты бы не хотела, чтобы я встретился с твоей подругой.

— Я познакомилась с ней только на этой неделе. Она также подруга Ноя.

Его руки сжали мои бедра. Он притянул меня ближе к себе:

— Твоя тоже. Ведь это к ней домой ты пошла сегодня вечером, не так ли?

Я кивнула. Я была взволнована, осознав, насколько близко мы находились друг к другу. Я не была уверена, кто из нас сделает следующий шаг, но я была готова. Я только ждала его.

— Тогда, она и твоя подруга. — Он усмехнулся и уперся лбом о мой. — Любой, кто не одобряет кого-то, связанного с мафией, кажется мне хорошим. Тебе не нужно беспокоиться, что мне не нравится твоя подруга, Эмма. Если она так добра к тебе и она рядом с Ноем на протяжении стольких лет, у меня нет причин недолюбливать ее.

Так и было. Я больше беспокоилась не о том, что Тереза думает о Картере, скорее о том, что он думает о ней. На самом деле, это много для меня значило, чтобы он одобрил мою новую подругу. У меня было трое друзей, которых я считала семьей, но сейчас ею был Картер. Он быстро стал для меня всем.

— Что случилось?

Я покачала головой, чувствуя, как сдавило горло от волнения. Я не доверяла себе. Я могла начать плакать.

Он развернул меня к себе и пристально посмотрел:

— Эмма.

Доброта в его глазах была моей гибелью. Несколько слезинок скатились с моих глаз, и он смахнул их. Его прикосновение было нежным.

— Картер. — Я зарыдала.

Он усадил меня к себе на колени и прижал к себе.

Я почувствовала себя очень комфортно. Я закрыла глаза и расслабилась, перестала обо всем думать и переживать. Я перестала бороться со своими чувствами или с тем, насколько сильно он завладел не только моей жизнью, но и моим сердцем. Даже не учитывая страх перед Франко Донваном, я знала, что не хочу покидать его. Это было, словно я голами наблюдала за ним, желая пойти к нему, но у меня никогда не было для этого веской причины. Эта мысль поразила меня так, будто меня окатили ледяной водой. Я выпрямилась и посмотрела на него.

Озабоченность и похоть плескались в его глазах. Он ждал, когда я что-нибудь скажу.

Я вздохнула про себя. Мне следовало притормозить. Я должна защитить свое сердце, но чем больше я на него смотрела, тем больше я понимала, что не могу. Разные эмоции бушевали внутри меня, но все, что мне требовалось — это посмотреть на него. Всего лишь один взгляд. Один взгляд, и я потянулась к нему. Я всегда тянулась к нему.

Я понимала, что для меня он был словно якорь, брошенный в океан. Чем глубже он погружался, тем больше я его хотела. Я была влюблена в Картера Рида. Во мне будто что-то оборвалось, и это вызвало во мне внутренний резонанс. Через все мое тело прокатилась волна эмоций. Руки и ноги дрожали.

И я задалась вопросом, что было бы, если бы я всегда любила его!?

— Картер?

— Ммм? — Его большой палец невесомо прикоснулся к моим губам. Он поднял глаза.

Мой голос стал хриплым.

— Как ты это сделал?

Он знал, о чем я спрашиваю.

Он убрал руку и откинулся на спинку сидения, но он не сводил с меня глаз. Мягкую игривость заменил леденящий взгляд. Сейчас Картер напоминал мне убийцу, о котором все говорили.

Я начала слазить с его колен, но он удержал меня на месте.

— Ты хочешь знать, что случилось после смерти ЭйДжея?

Я кивнула. Мне нужно было знать. Я думала, что все знаю, но возможно я знала не все.

— Ты сказал, что они искали меня?

На мои слова, он отреагировал мгновенно, крепко сжав мою руку. Он заставил себя расслабиться, а затем ответил:

— Да. Искали. Франко Донван — монстр, но я не могу притворяться, что я не похож на него. Я стал подобен ему.

КАРТЕР

Картер смотрел на нее. Она была такая искренняя, такая невинная. Она хотела понять, и он понимал ее любопытство, но до сих пор сдерживался. Сможет ли она со всем справиться? Его человек сказал, что Трой вне досягаемости. Он был их доверенным лицом в компании Донвана, и до него всегда доходила информация. Но что-то случилось, или что-то вот-вот случится. Последний их разговор с Троем был о том, что тот парень «продал» ее и теперь люди Франко ее ищут.

Ей следует знать, пока не стало слишком поздно. Но начнем с самого начала.

Она должна была быть готовой.

ГЛАВА 15

Мои легкие горели. Дышать было больно, но я прикусила губу и слушала.

— Франко не заказывал убийства ЭйДжея. Каждый думает, что это был он, но это был Кристино.

Я закрыл глаза, когда дрожь пронзила меня ледяным копьем. Я вспомнила призывы брата:

«Пожалуйста, Томино, пожалуйста».

Голос Картера стал грубее:

— Это был Томино, его младший брат, кто нанес удар…

Я слышала осуждение в его голосе, когда он добавил:

— Но ты знаешь это. Ты была там.

Образ Томино с битой вспыхнул в голове. Это обожгло меня.

— Да, была.

Шатаясь, я попыталась соскользнуть с его коленей. Картер вновь меня удержал. Он прижал меня ближе к себе, он тихо прошептал на ухо:

— Я был наверху. ЭйДжей приходил ко мне, и я увидел его, но я ничего не мог сделать. Я не мог даже открыть окно, чтобы крикнуть ему. Черт, я ничего не мог сделать, хотя я пытался.

Он был там. Я распахнула глаза и тяжело всхлипнула. Он был там. Я не могла обойти стороной этот факт.

Его руки заботливо, даже с нежностью, гладили мои волосы, когда он продолжил:

— Когда это случилось, я не мог отвести взгляд. И когда они взяли биту — это стало началом для меня, Эмма.

О боже. Я перестала плакать. И теперь я вглядывалась в него.

— Я уже знал, что собирался убить их, но потом я увидел тебя, вылезающую из вентиляции. Я сорвался. Ты, Ты! Ты все видела. Они сделали это перед тобой, и я прокручивал происходящее в голове. Я понял, что они не знали, что ты была там. Они не могли знать, потому что, — его рука напряглась за моей головой. — Если бы они знали об этом, то тоже убили бы тебя. Или, еще хуже. Они бы забрали тебя с собой.

Вся сдержанность испарилась, уступив место ледяной ярости, той самой, которая завладела им в тот день.

— Я убил их всех, Эмма. Я бы сделал это снова. Во второй половине дня, я пошел домой к Томино. Я ходил из комнаты в комнату, перерезая глотку каждому из них. Но это было не долго, их было слишком много, поэтому я воспользовался пистолетом.

Я сжала его рубашку, борясь с подступившими эмоциями. Я сгорбилась и ненавидела все то, о чем слушала, но я должна была это услышать. Часть меня хотела, чтобы я была там, я бы слышала их крики, молящие о пощаде. Пытаясь сдержать все, я закусила губу, так сильно, что почувствовала привкус крови. Но я не остановилась, а прикусила еще сильнее.

Голос Картера становился все более чужим, по мере того, как он все больше погружался в воспоминания того дня. Он сделал глубокий вдох. Его грудь вздымалась.

— Я не собираюсь тебе рассказывать абсолютно все. Мне не нужно, чтобы тебе снились кошмары, но главное ты должна знать. После того, как я закончил в том доме, я пошел в Голубую Фишку и пристрелил Кристино. Я выстрелил в него и двух его охранников в кабинете. Там были еще несколько человек, которых я не знал, но я все равно убил их. Я убил их всех. Для тебя.

Он замялся, но я не двигалась, желая услышать продолжение. Я замерла, прижалась к нему, продолжая кусать губу. Из губы сочилась кровь, и я почувствовала скольжение по подбородку. Но это не имело значения.

— Ты пошел к Маурисио, после этого?

Повисла напряженная тишина. Мой голос был хриплым. Было больно говорить.

— Я ушел оттуда и взял такси до склада. Фарф был первым, кто меня увидел. Мне чертовски повезло, что это был он. Я был покрыт кровью. Я не знаю, как она на мне оказалась, но она как-то попала и покрывала все мое лицо. Я удивлен, что таксист не позвонил в полицию. Хотя мог бы. К тому времени я был практически в отключке, но да, я уверен, что Фарф увидел меня первым. Он помнил меня по моему отцу. Они вместе выпивали, но я знал, что он никогда не одобрял все те тумаки, которые мне доставались.

Я вспомнила те дни, когда Картер спал у нас, почти каждую ночь, проскальзывая через заднюю дверь. Он никогда не говорил об этом, когда мы были детьми, и с тех пор, как я снова вошла в его жизнь, эта тема не поднималась. Я помнила одну ночь, проведенную им у нас на диване, с синяками и кровоподтеками. В тот момент я молчала, совершенно не зная, что сказать. ЭйДжей игнорировал это; он делал это, потому что Картер просил. Но я не могла спокойно смотреть на это. Я спала на полу, рядом с ним. Когда я проснулась, одна из его ног была свешана с дивана и лежала рядом с моей.

Я не двигалась в течение нескольких часов, после того как положила его ногу обратно на диван. Когда он проснулся, то ничего не сказал. Он встал и вернулся обратно к себе домой. Сейчас, думая об этом, я чувствую, как глаза наполняются слезами, но я сдерживаюсь. Когда он захочет поговорить об этом, я буду рядом с ним.

— Фарф поручился за меня. Он сказал, что я верный и хороший боец.

Остальное я знала. Они взяли его к себе и, после этого, было еще больше массовых убийств, совершенных им. Когда я переходила из одной приемной семьи в другую, я слышала истории о Картере Риде. Хладнокровный Убийца. К тому времени, когда я окончила школу, рассказы прекратились. Возобновились, когда я заканчивала первый год в колледже. Картер двигался вверх. Открылась Октава, а затем и еще несколько клубов.

Четыре года спустя Картер Рид превратился в легенду.

Он прижал меня сейчас и, оставив на щеке легкий поцелуй, прошептал:

— Франко Донван занял место Кристино, в семье Бертал. Они выяснили все то, что я сделал после смерти ЭйДжея. Все знали, что он был моим лучшим другом, поэтому он захотел убить меня.

— Что?

Он кивнул, его глаза были полны сожаления.

— Но они не могли. То, что я сделал, было большим делом. Полиция никогда бы не потянула это, так как дом Томино был борделем. Семья Бертал все спрятала, но Франко хотел отомстить за Кристино и сделать себя имя, — Картер покачал головой, — мы слышали, что старейшина никогда бы не разрешил этого. Ты была слишком молода и невинна, но попыткам Франко это не мешало. Просто он никогда не делал откровенных ходов, чтобы семья Бертал могла на него сослаться.

Все во мне болело. Было больно дышать. Было больно чувствовать. Было больно думать. Было больно говорить, но я прохрипела.

— Они пытались сделать мне больно? Всю мою жизнь?

Он кивнул, обхватив мое лицо руками.

— Я защищал тебя всю твою жизнь, Эмма. Майк и Томас присматривают за тобой довольно давно. Всю твою жизнь. С того самого дня. Это все было для тебя. — Он нахмурился.

— У тебя была охрана в пентхаусе. Он отлучился в туалет, когда ты проскочила мимо, однако остальные последовали за тобой. — Он усмехнулся, — Я не мог ему довериться. Он поклялся, что такого больше не повторится.

Всю мою жизнь? Они наблюдали за мной? Всю мою жизнь? Все это не укладывалось у меня в голове. Стоп, он имел ввиду — я судорожно ловила губами воздух.

— Ты знал о Джереми Донване, до того, как я пришла к тебе?

Он кивнул, ожидая моей реакции.

Я запаниковала, и мои глаза широко раскрылись. В груди заболело. Как будто что-то давило на нее. Но… Я покачала головой. Это не имеет смысла. Он знал, но как? Почему он ждал, пока я приду к нему?

Я отвернулась, когда до меня начало доходить, но он повернул меня к себе. Его глаза были нежными, любящими. Он провел большим пальцем по моей щеке.

— Мои люди позаботились о теле и пистолете, поэтому он и считается пропавшим.

— Но… Ты мне ничего не говорил об этом.

Я вспомнила ту истерику внутри себя, панику от происходящего, когда Франко Донван собирался убить нас. Я сглотнула, мое сердце снова забилось быстрее.

— Я знал, что ты была перепугана, но это было твое решения. — Пробормотал Картер. — Я всегда хотел, чтобы ты была свободным человеком, как можно дольше, но ты пришла ко мне…

— Твои люди знали, что я была в Октаве?

Он кивнул.

— Я уже возвращался, когда они позвонили мне. Я знал, что ты была там, и что ты решила прийти ко мне.

Он наклонил мой подбородок, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Наконец-то.

— Ты сделал все это для меня?

— Я бы начал войну ради тебя.

Находясь рядом с этим человеком, дышать, становится труднее. Каждый раз, я как будто переживаю сердечный приступ, этот момент не стал исключением. Он уронил руку на мое бедро и переместил на внутреннюю сторону бедра. Как только я закрыла глаза и прижалась своим лбом к его, его рука скользнула под платье и проскользнула мимо белья, второй раз за эту ночь. Я затаила дыхание, и он вошел в меня. Я чувствовала своим лицом его горячее дыхание, но не двигалась. Я не хотела двигаться. Он начал движение, и я задрожала под ним. Когда он вошел вторым пальцем и продолжил в том же ритме, я открыла глаза. Я была настолько близко к нему. Он посмотрел на меня сосредоточенным взглядом и ускорился.

Я пыталась не издавать звуков, но я не смогла ничего с собой поделать. Из меня вырвался стон.

Он ухмыльнулся и рукой стал поддерживать мою голову. Держал крепко, очень крепко, но это не имело значения. Я преодолела небольшое расстояние между нами и коснулась его губ. Запал был подожжен. Я уже вся горела, и когда наши губы соприкоснулись, жар полыхнул внутри меня. Я сгорала. Его губы стали более требовательными. Он перестал сдерживаться. Я дала ему это. Я готова была дать ему все, что угодно.

Я любила этого мужчину.

Я надавила сильнее. Цепляясь за его плечи, я хотела еще сильнее прижаться к нему. Но не могла приблизиться достаточно близко.

— Эмма. — Прошептал он мне в рот.

Мой язык коснулся его.

— Картер.

Именно в этот момент машина вильнула, бросая меня в сторону. Я бы упала к двери, но Картер поймал меня. Он удержал меня на месте и нажал кнопку.

— Джин?

Низкий голос ответил:

— Сэр, здесь только трое из них.

Картер, размышляя на мгновение замер. Затем, он скинул меня со своих колен и толкнул, пока я не оказалась на полу. Его взгляд изменился, на лице появилась холодная маска. Он больше не был Картером, которого я знала. Картером, который обнимал и целовал меня. Тут был убийца, который изменился, и как только я это осознала, все изменилось. Время замедлилось, пока каждая секунда не проходила в ритме моего сердцебиения.

Машина замедлилась.

Картер полез в тайник и вытащил пистолет. Он был черным, гладким и смертоносным. Он как раз был впору его руке, он придвинулся ближе к двери.

Затем он выскочил, еще из, не до конца остановившейся, машины.

Я приподнялась, когда наш автомобиль остановился. Двери нашей машины распахнулись настежь, и машину, казалось, качнуло от этого резкого движения, ее окружили люди. Потом я услышала визг тормозов другой машины. Были слышны крики. Раздались выстрелы. Кто-то закричал.

Я открыла рот, пытаясь услышать себя, но не смогла. Как будто кто-то набросил на меня вуаль. Я могла видеть, но не могла слышать, не полностью. Все было приглушенным. И после того, как почувствовала боль в голове и раздавшийся в ней тупой звон, я смогла снова слышать. Сейчас я слышала слишком много всего.

— Карт… — Крикнул кто-то. По-моему это был Майк, или нет!? Мое сердце сильно колотилось.

Я придвинулась ближе к двери.

БАХ! БАХ!

Я качнулась в сторону, когда кто-то налетел на машину. Затем, с низким рычанием, он также быстро от нее оттолкнулся.

— Картер!

Там был кто-то еще, возможно Джин!?

Мое сердце билось как бешеное, что даже отдавало в ушах, и я придвинулась еще ближе.

Пальцами я схватилась за что-то кожаное, но я не могла понять, что это. Я все еще стояла на коленях на полу, и передвинулась ближе к открытой двери.

БАХ! БАХ!

Я дернулась, широко раскрыв глаза. Мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Это было так близко, взрыв произошел прямо напротив меня. Я стиснула зубы. Я была частью происходящего. Я была причиной всего этого. Я должна была это увидеть.

Когда я попыталась вылезти из машины, три пары ног перекрыли мне вид. Они сформировали живую стену перед моей открытой дверью, и я упала на землю. Я почувствовала жжение, но как-то отдаленно. Я почти что не чувствовала его. Я бы разобралась с этим позже. Когда я поднялась на колени, я заглянула между их ног. Они стояли, с поднятыми и нацеленными вверх пистолетами.

Вдали, я увидела Картера. Он был за машиной, что остановилась перед нами. Другая осталась брошенной на другой стороне. Все ее двери были открыты, а внутри начался пожар. Когда пламя разгорелось, дым заполнил ночное небо. Это было пугающе, но я не смогла отвести взгляд от Картера. Его освещал уличный фонарь, и я смогла увидеть, как он поднял на ноги человека, ударив его рукояткой пистолета, он бросил его на капот, тот был без сознания. Затем Картер огляделся. Он выглядел спокойным. Он не был встревожен, как я. Но нет, он не был спокоен. Он был возбужден. Я судорожно ловила ртом воздух. Он прищурился, поднял пистолет и два раза выстрелил. Тело упало на капот машины и скользнуло на землю. Пистолет упал рядом с ним на землю. Он валялся рядом с колесом, совсем близко ко мне; я потянулась за ним.

Я не знала, что я делаю. Я просто знала, что должна помочь. Мне нужно было что-то делать.

Я стиснула зуб и протянула руку еще ближе. Кончики моих пальцев коснулись металла. Он был горячий и обжег меня, поэтому я бросила его, чтобы взять с другой стороны. Когда мои руки сомкнулись на ручке, я почувствовала, как меня подняли обратно на ноги. В моей руке был пистолет.

Майк был поражен, когда поднял меня в воздух. Мои ноги болтались и едва касались земли. Он крепкой хваткой схватил меня за руки, и я знала, что будет синяк, но ничего не имело значения, кроме пистолета в моей руке. И Картера. Где Картер? Я снова посмотрела.

Он дрался с другим мужчиной. Этот был в два раза больше, чем он. Он замахнулся с кулаком. Картер увернулся, и сунул локоть в лицо парня. Как только он отклонился назад, Картер нанес еще один жестокий удар. Мужчина упал вниз, но Картер не остановился. Он приподнял пистолет и ударил парня рукояткой. Парень упал на спину.

БАХ! БАХ! БАХ!

Снова раздались выстрелы.

Картер осмотрелся. Его глаза расширились, когда он увидел меня, теперь, прижатой к груди Майка. Затем, он резко дернул пистолет вверх и указал прямо на меня.

Я смотрела, заворожено, почти увлеченно, когда его палец нажал на курок.

— А-ах!

Мы с Майком обернулись и увидели позади нас, на земле мужчину. Картер выстрелил в него. С его лба сочилась кровь, а его пистолет упал на землю.

— Уведи ее отсюда!

— Сэр?

Картер махнул в нашу сторону.

— Уведи ее отсюда. Сейчас же!

Майк силой затолкал меня в машину и сел рядом. Меня толкнули вниз, на пол, и не успела я опомниться, как автомобиль умчался прочь.

— Нет! — Я попыталась приподняться. — Картер!

На мою голову опустилась рука, и удержала меня на месте. Он слегка придавил меня своим телом и прокричал мне в ухо:

— С ним все будет в порядке.

— Картер!

Майк покачал головой рядом с моей. Его голос смягчился.

— С ним все будет нормально, Эмма. Главное для него — это ваша безопасность.

— Нет! — Я попыталась вцепиться в его руку, попробовал царапнуть его. Мне необходимо было освободиться и вернуться к Картеру. — Мы оставили его там.

— Нет. — Снова покачал он головой, теперь удерживая меня обеими руками. — Там есть другая машина. Он вернется на ней.

Мы уехали слишком далеко. Я знала, что я не смогу вернуться к нему. Но в голове настойчиво билась одна мысль: Картер приедет на другой машине. Он должен. Все бы ничего, но когда мы подъехали к дому Картера, я посмотрела вниз. Пистолет все еще был в моей руке.

КАРТЕР

Картер наблюдал, как две машины умчались вместе с Эммой. Она была в безопасности. Он продолжал повторять себе это. Она была в безопасности. Ему нужно было убедиться, что нет никаких других идиотов, пытающихся напасть на него. Он был нужен здесь, не с ней. Пока нет.

Примчался третий автомобиль, и он рванул к нему. Водитель был ранен и навалился на руль, от чего, не переставая, звучал сигнал. Картер оттащил его тело. Затем он почувствовал движение на заднем сидении и увидел мужчину. Мужчина взмахнул рукой, пытаясь направить пистолет на Картера, но тот был выбит. Мужчина попытался бежать, но был выведен из игры. Картер прижал его ногой к машине. Мужчина ничего не мог сделать, и Картер посмотрел на своего пленника.

Картер уставился на мужчину. Он не сказал ни слова. Он и бровью не повел. Его глаза были пустыми. Они были холодны как лед. К нему поспешил Джин. Высокий, пожилой мужчина остановился рядом и огляделся.

— Это только начало.

— Я в курсе.

Картер глянул на него. Швырнув пленника к одному из своих охранников, он подошел к одному из мужчин, лежащих без сознания. Услышав, как тот застонал, он рывком поднял парня вверх и швырнул в стену.

— Кто слил ее местонахождение?

— Мы можем допросить его на складе.

— Нет!

— Картер.

Джин шагнул к нему и положил руку на напряженное плечо Картера.

— Мы сами сделаем это. Иди к своей девушке и убедись, что с ней все в порядке.

Картер знал, что он прав. Джин всегда был прав. Это немного раздражало. Однако, хотя он обычно игнорировал неуместные советы, в этот раз он послушался. Он вспомнил бедное лицо Эммы и ее глаза полные страха, когда ее запихивали обратно в машину.

Он потянулся вниз, и израненными руками схватил сопротивляющегося человека, свернув ему шею. Когда он выпрямился, Джин отстранился и спросил:

— Тебе от этого полегчало?

— Нет.

Он взглянул вверх, натянув бесстрастную маску.

— Завтра мы уезжаем в Чикаго.

— Ты уверен?

Картер не ответил.

Джин вздохнул:

— Есть еще одна проблема.

Картер посмотрел на своего друга.

— Тот парень, Бен, он снова пошел к ним.

Плечи Картера напряглись еще больше, и он сказал:

— Скажи мне, то он вернулся за деньгами.

— С ним не было денег. Теперь он у них на крючке. Теперь они могут его контролировать, на случай, если он им снова понадобится.

Злость рвалась наружу, но он ничего не смог поделать. Лишь повторил:

— Завтра, мы едем в Чикаго.

Джин никогда не спрашивал его дважды.

— И позвони Ною. Я не хочу, чтобы она ехала в Нью-Йорк. Это не безопасно.

Двое его людей подъехали на мотоциклах. Картер жестом указал одному из парней, слезть, и сел на мотоцикл. Развернув его, он отправился домой.

ГЛАВА 16

Автомобиль въехал в гараж, и Майк понес меня в дом. Мы прошли через тренажерный зал и двинулись дальше, пока не оказались на кухне. После того, как мужчина поставил меня в середине комнаты, он обследовал всю кухню. Другие четверо мужчин двинулись в противоположных направлениях. Они проверяли периметр.

Мысли в голове перемешались, я почти ничего не соображала, поэтому оставалась на месте и покачивалась на ногах.

«Чисто».

«Чисто».

«Чисто».

«Чисто».

«Чисто».

Я оглядела кухню и прохрипела:

— Здесь тоже чисто.

Кто-то где-то в здании засмеялся, но в остальном все казалось тихим, как будто все ушли. Но нет, здесь было трое охранников, а два других куда-то ушли.

Майк сказал:

— Двое других заняты лифтом.

Ой. Конечно. Лифт. Как я могла забыть о лифте?

— Эмма.

Я медленно повернулась. Это Майк разговаривал со мной. Почему он единственный, кто когда-либо со мной разговаривал?

Он махнул рукой в сторону стула, который притащил кто-то из парней:

— Ты выглядишь так, будто собираешься упасть. — В голосе слышатся нотки беспокойства.

Ой. Я качнулась сильнее, и один из парней позади, взял меня за руку и подвел к стулу. Он придвинул меня к стойке, и я положила на нее руки, чтобы опереться.

— У нее пистолет?!

Мужчины резко обернулись, но это был Картер. Он стоял у открытой двери из спортзала, и он был зол. Он обогнул Майка и указал на стойку.

Он был в растерянности.

Я с облегчением вздохнула. Он здесь. Он жив. Он в ярости, но, черт возьми, он такой горячий. Я не могла перестать краснеть от внезапно вспыхнувшей мысли. Образы мелькали в моем сознании с нами на кровати, в машине, в этой кухне. Ага. Я мотнула головой, пытаясь отогнать не прошеные мысли. Я была в шоке. Да, верно, иначе как еще можно объяснить, что все, чего я хотела — это наброситься на Картера. Я не хотела думать обо всех тех телах и выстрелах, нет. Секс казался мне отличным отвлечением.

— Эмма? — Картер подошел ближе. Он склонил ко мне свою голову: — Где ты взяла пистолет?

— У парня, которого ты подстрелил. — Пролепетала я, сбитая с толку.

Он нахмурился.

— Его пистолет оказался под машиной, и я его подобрала. Я просто хотела помочь, — с жаром добавила я.

Он смягчился и оставил нежный поцелуй на моих губах, пробормотав прямо в них:

— Оставь пистолет и иди, прими душ.

Я не двинулась с места. Я думала, что не могу подняться. Не могу сдвинуться с места.

— Пожалуйста. Эмма. — Уже более настойчиво повторил Картер.

Я еле заметно кивнула:

— Я не могу ходить.

Один из мужчин хмыкнул.

Картер послал в его сторону мрачный взгляд, но его руки скользнули под мои ноги. Он поднял меня со стула, и я обхватила его талию своими ногами. По-видимому, сделать это они были еще в состоянии. Когда он повернулся и вышел из кухни, я положила голову ему на плечо. Я чувствовала себя хорошо. Я чувствовала себя, как дома. Когда он принес меня в ванную, мои ноги коснулись пола. Я стояла неподвижно, когда он открыл стеклянную дверь душевой. Он повернул кран и проверил воду, чтобы убедиться, что она достаточно теплая. Пар начал заполнять комнату, когда Картер повернулся ко мне.

Его взгляд поймал мой. В его глазах было столько печали. Я коснулась его губ и вздохнула:

— В чем дело? — Его голос стал хриплым.

Я покачала головой:

— Сегодня случилось много плохого. Но все, что меня волнует, так это то, что произошло с тобой.

— Эмма. — Простонал он.

— Сегодня, ты убил так много людей.

Он наклонился ко мне, его дыхание ласкало кожу:

— Да.

Положив ладонь ему на грудь, я почувствовала, как бьется его сердце. Оно билось сильно и быстро.

— Ты защищал меня.

— Эмма, если ты не хочешь, чтобы мы зашли дальше, ты должна немедленно это прекратить.

Я взглянула на него и не произнесла ни слова. Он предоставил мне выбор, но я не хотела этого. Я не могла, больше нет. Все, что я хотела — это быть с ним.

Он увидел мой безмолвный ответ, и его глаза потемнели.

Я затаила дыхание, когда он отстранился и скользнул руками под платье, и он начал его снимать. Я подняла руки, и он откинул его в сторону. Мой лифчик полетел следом. Нежными, легкими движениями он гладил мою грудь, большими пальцами потирая соски. Мое сердце билось так быстро. Наслаждение, словно ртуть, пульсировало по венам, но я ничего не могла поделать. Я стояла, желая большего, нуждаясь в большем. Когда он наклонился и взял мой сосок в рот, я не смогла сдержать стон. Мои руки скользили по его волосам. Я была в плену его рта. Он дразнил меня, зубами легонько покусывая сосок, пока я продолжала гореть в невыносимой агонии.

Запрокинув голову, я выгнула спину, давая ему лучший доступ. Ощущения затуманили разум. Мое желание было почти неодолимым, а ноги начали дрожать.

Он продолжал целовать мою грудь. Одной рукой он скользнул вниз, и как только достиг цели, его пальцы вошли внутрь, он поднял меня так, чтобы я могла обвить ногами его талию.

Я продолжала обнимать его, когда он повернулся, чтобы зайти в душ. Теплые капли мгновенно остудили пылающую кожу. Однако вода не потушила огонь, горевший внутри меня. Он выпустил мой сосок, и проложил дорожку из поцелуев к моим губам. Я ахнула, когда его губы накрыли мои. Его пальцы продолжали сладостную пытку, входя в меня еще глубже:

— Картер.

Он продолжал толчки. Я распалялась еще больше.

Я ударилась спиной об стену и впилась ногтями в его плечи. Я почти достигла пика наслаждения. Он ускорился, и я просто закричала, не в силах сдержать себя. Я ничего не могла сделать. Картер удерживал меня, волны наслаждения стрелой пронзали мое тело. Небывалые ощущения окутали с головой, и я готова была упасть от переизбытка эмоций. Картер заметил это и усадил меня на сиденье унитаза. С отяжелевшими веками, я наблюдала, как он сбросил с себя остатки одежды. Затем, наклонившись к мои ногам, так что его плечи напряглись, он снял с меня трусики. Я закусила губу, уже горя желанием снова к нему прикоснуться. Я хотела почувствовать эти мышцы. Потрогать их.

Прежде чем встать, он оставил поцелуй на внутренней стороне моего бедра. Я ахнула, когда почувствовала еще одну вспышку наслаждения, но он, послав мне самодовольную улыбку, встал. Он прекрасно осознавал, какую власть имеет над моим телом. Я прищурилась, на кончике языка вертелся умный комментарий, но он залез в душ за гелем, и все слова пропали.

Голод дал о себе знать, когда я смотрела, как медленно скользят капли по его телу.

Раньше, я думала, что он использовал свое совершенное тело как оружие. И я оказалась права. Оно было совершенным. Каждый мускул выделялся под его кожей. Он был идеален.

Он смотрел на меня, намыливаясь. Я не могла отвести взгляд. К тому времени как он закончил, мое тело наполнилось сладостной истомой. Первый оргазм только усилил мой голод.

Когда он вернулся за мной, то поставив меня на ноги, потянул за собой. Он намылил шампунем мои волосы и с особой заботой промыл их. Я закрыла глаза, наслаждаясь этой трогательной заботой. Он помыл каждый сантиметр моего тела. Затем, он встал на колени передо мной, подняв свои глаза. Один лишь полный похоти взгляд, и тут же его рот оказался там. Я ахнула и подскочила. Его язык искусно делал свое дело, и из меня вырвался гортанный стон.

Он крепко удерживал меня на месте, положив руки мне на бедра и лаская своим языком. Он покусывал и лизал, пока я дрожала и наконец, не кончила.

Он поднял меня. Временно насытившись, я положила голову ему на плечо, обхватив его руками и ногами, пока он нес меня из ванны в свою спальню. Опустив, он вытер меня насухо. Я не могла отвести от него взгляд. Его прикосновения были наполнены нежностью. Пока он обтирал меня, я сгорала от желания оказаться с ним в постели. Я хотела отплатить ему той же монетой, но он скрылся в гардеробе и спустя пару минут вышел одетым во все черное.

— Что ты делаешь? — Мой голос был хриплый. Мое тело расслабилось, и слова давались с трудом.

Он подошел и выдернул из-под меня одеяло. Уложив меня в постель, он поцеловал мое обнаженное плечо. Его губы дотронулись до моей кожи.

— Спи, Эмма. Я вернусь.

— Подожди. — Я вдруг запаниковала и схватила его руку прежде, чем он ушел. — Куда ты собрался?

— Мне нужно кое о чем позаботиться. Я вернусь. — Он глянул на дверь. — Если тебе что-нибудь понадобится, мои люди здесь. — Он убрал несколько прядей волос с моего лба. — Спи, Эмма. На сегодня, ты уже достаточно натерпелась.

— Картер. — Я хотела, чтобы он был со мной. Я не хотела, чтобы он меня оставил, но в следующий миг, он уже исчез за дверью, оставив меня в полном одиночестве. Он выключил свет и прикрыл дверь, и мне ничего не оставалось, кроме как рухнуть на подушку. Сердце сжалось от страха. Я не хотела, чтобы он уходил. Я хотела, чтобы он был рядом. Я хотела провести ночь с ним, особенно после того, что совсем недавно произошло. Но, пролежав около часа, я поняла, что именно он должен был сделать. Я пролежала еще час.

Я так и не смогла уснуть.

* * *

На выходных он так и не вернулся. Прошла суббота, потом воскресенье. Я бродила по дому все эти два дня. Я отправила несколько текстовых сообщений Аманде, спрашивая, как Мэллори, но они остались без ответа. Я не была удивлена. Тереза позвонила мне в воскресенье вечером и спросила, приду ли я к ней на ужин, но я отказалась. Она видела со мной Картера. Она знала, что мы с ним тесно знакомы, и что я умолчала об этом, когда она его обсуждала. Объяснение, пускай короткое и неправдивое, чтобы сгладить наши рабочие отношения, было просто необходимо; наша дружба росла, и мне совсем не хотелось терять такого друга. Однако в понедельник утром, когда я проснулась и стала собираться на работу, у меня совсем не было сил, чтобы лгать.

Майка сменили утром, поэтому сейчас со мной находился другой охранник. Еще двое находились внутри дома, в то время как два других телохранителя находились вне дома. Я бы не удивилась, если бы Картер для моей безопасности нанял еще больше охраны. Он передавал мне сообщения через своих людей: что он в порядке, что желал мне спокойной ночи, что он скоро вернется. Я не знаю, были ли это на самом деле слова Картера или он сказал своим людям говорить это, если они почувствуют мое нарастающее беспокойство. Я понятия не имела, что происходит, но пыталась держать себя в руках. Я знала, что он занятой человек. Я знала, что после случившегося нападения, у него появятся более неотложные дела. Однако я очень по нему скучала.

И я беспокоилась о нем.

Я пробыла в своем кабинете около десяти минут, прежде чем в него влетел мистер Хадсон. Он даже не постучал. Снова.

— Что ты сделала?

— Простите? — На моем лице застыло вежливое недоумение.

— Что ты сделала? — Он бросил бумаги на мой стол.

— Мы были сняты с проекта по Бурбону. Что ты сделала? Мисс Уэббер потребовала это. Теперь она стоит выше тебя, а ее босс выше меня. Мы оказались за бортом. Что ты сделала, Эмма?

Я взяла бумагу и увидела, что это письмо от директора по продажам — Отправлено г-ну Хадсону. Там было сказано в трех коротких предложениях, что группа была переназначена. Там значилось два новых имени, но не наших. Я проверила в нижней части страницы. Оно было отправлено лично от Ноя Томлинсона.

Я сглотнула.

У Терезы действительно были проблемы с Картером, и она знала, что я связана с ним. Дерьмо. Все это происходило из-за меня.

— Итак? — Мужчина не сводил с меня проницательных глаз, терпеливо ожидая ответа.

Я соврала, так как у меня не было другого выбора.

— Я понятия не имею, мистер Хадсон. Тереза и я прекрасно ладили. Она даже пригласила меня выпить в пятницу вечером. Я ходила с ней в «Октаву».

Он замер:

— Вы ходили в «Октаву»? Как вы туда попали? — Он опешил. — Ну, теперь. Мои девочки говорят, что это очень солидное место и туда трудно попасть. И ты прошла?

Его голова покачивалась, будто он хотел отогнать назойливую муху, но потом он нахмурился.

— Ну, значит, с тех пор что-то произошло. — Заключил он. — Мы не удел. Я хочу, чтобы ты исправила это. Я хочу быть в той команде, Эмма. Устрой это.

Я взяла свой телефон, готовая позвонить… Но кому? Мне некому было позвонить. Мэллори обычно была той, с кем я всегда болтала по телефону. Если она не отвечала, я перезванивала Аманде. Но после неожиданной встречи в туалете, неделю назад, я ничего о ней не слышала. К тому же Мэллори тоже не пыталась связаться со мной. Кто еще был моим другом? Тереза в течение этой недели, и Картер, но я даже не могла ему позвонить. Он был занят «последствиями пятничного нападения», как говорил Майк. Я не хотела знать, что это означает, и, судя по его мрачному взгляду, он тоже не горел желанием рассказывать мне об этом. Но, на всякий случай, я проверила «Новости» в минувшие выходные. Ничего.

Я положила телефон обратно и отправила электронное письмо Терезе. Ответ пришел совсем скоро, и я была уверена, что писала не она. В письме говорилось, что ее не будет в офисе целую неделю. Несколько дней прошли без каких-либо результатов. Однако в четверг, когда я должна была бы лететь в Нью-Йорк, мы столкнулись.

Я нажала кнопку лифта, и он открылся. У меня глаза на лоб полезли, когда я увидела Терезу внутри, с карандашом в роту и двумя тяжеленными чемоданами. Она держала большую папку бумаг, но она начала выскальзывать из ее рук.

— Ой! — Она попыталась ее поймать, но ее попытка не увенчалась успехом. Она упала на пол и открылась, разбрасывая бумаги по всему полу.

— О нет. — Простонав, девушка нагнулась за своими вещами и начала судорожно их собирать.

Я вошла внутрь, нажав нужную кнопку, и присела, чтобы помочь ей.

— Ох, черт возьми. Ты не должна делать этого. Действительно, Эмма. — Она одарила меня неуверенной улыбкой, вытащив карандаш изо рта.

Я поднялась обратно на ноги. Это была не та реакция, которую я ожидала.

— Ох, нет. Это не проблема. — Я взглянула на бумаги в своих руках и увидела новый логотип «Ричмонд Бурбон». — Так ты едешь в аэропорт?

— О да. — Она откинула руку назад и смахнула со лба волосы.

— Поскольку Ной добавил к нам Эллисон, эта неделя была адом. Я собиралась позвонить тебе на днях и спросить, сможем ли мы встретиться у Джо и выпить вместе, но у меня не нашлось времени. У меня не было даже шанса проверить электронную почту. Ты можешь в это поверить? — Она застонала.

— Я знала, что как только мы закончим со всем этим, я смогу вздохнуть спокойно и проверить всю ту гору писем на своей почте. Я обязательно займусь этим и мы наверстаем упущенное, после того как проект будет представлен совету.

— Подожди. — Теперь все становилось ясно. — Это Ной убрал меня с проекта?

— Ной не хотел, чтобы твой босс участвовал во всем этом, поэтому он добавил Эллисон и Гарольда, вместо вас. Говоря о компетенции. С тобой, мы бы провели отличную неделю, и все было бы сделано к понедельнику. С ней, если повезет, хотя бы к следующему месяцу, — она закатила глаза. — Жаль, что ты не едешь, правда, очень жаль. Поверь мне.

— Ой. — Это было неожиданно. — Я думала, это ты потребовала убрать моего босса из команды.

— Боже нет! Я действительно очень хотела, чтобы ты участвовала в этом. Мы могли бы расслабиться у бассейна с коктейлями, если бы ты была со мной на проекте.

Когда она разобралась с бумажками, она стала разглаживать юбку и волосы. Еще больше волос выбилось из ее хвоста.

— Кстати, кто садился вместе с тобой в автомобиль? — Она рассмеялась. — Выхожу я из туалета, а Ной говорит, что ты уехала домой. Представь мое удивление, когда позже, мы собираемся уезжать, и видим тебя, держащуюся за руку с мистером Икс.

Мистер Икс? Неужели она и правда ничего не знает?

— Э-э — Я рассмеялась. — Это было неожиданно.

Тереза фыркнула, когда двери лифта открылись:

— Ты можешь повторить это снова, — ее глаза загорелись, и она вышла, потом повернулась ко мне, и изящно выгнув бровь, спросила: — ты идешь?

Мне надо было выходить только на следующем этаже:

— Я кое-что забыла в холле. Увидимся на следующей неделе!

— Ох, ладно! Увидимся и обязательно выпьем вина, когда я вернусь!

Когда двери лифта закрылись, я осталась наедине со своими мыслями. Какого черта только что произошло?

ГЛАВА 17

Я должна пройти через черный ход, который использовала с тех пор, как Картер вернулся в мою жизнь. Я должна была пойти домой, но не сделала этого. Мятежные чувства были тому причиной. Я вышла через главный вход и повернула в сторону кафе, где работала Аманда. Быстро оглядевшись, я увидела ее за работой. Она раскладывала печенья на лоток витрины. Я обогнула стойку и прислонилась к стойке рядом с ней.

Она продолжала раскладывать печенье и игнорировала меня.

Я отравляла ей сообщение этим утром, но оно осталось без ответа. Снова. Я не была уверена, притворяется ли она, что меня нет. Но я знала одно: Картер был против общения с ними тремя. Они были риском, так как могли предать меня, ради собственной безопасности. Но когда я оглянулась, то увидела Майка, якобы изучающим меню у двери, и одного из других охранников, только что вышедшего из уборной. Я была в безопасности и понятия не имела, как они передвигались так быстро, но они были хороши, и с моего визита в Джо они усилили наблюдение за мной.

— Аманда.

Ничего. Она переставляла ряды с печеньем.

— Ты не можешь игнорировать меня.

Она вздохнула и подвинула весь ряд с печеньем в сторону.

— Почему ты сердишься на меня?

Она бросила на меня хмурый взгляд, передвинув тот же ряд на первоначальное место.

Ладно. Я получила сообщение, но никуда не собиралась. Я устала быть одна. С тех пор, как я была снята со счетов другими девушками, я была дружелюбна и приняла ее намек. Они остались далеко. Меня больше не приветствовали в комнате отдыха, так я провела всю неделю в офисе. Мистер Хадсон не возвращался в офис, после нашего разговора, и его секретарь только качала головой каждый раз, когда я выскакивала, чтобы проверить здесь он или нет. Я послала Терезе по электронной почте сообщение и обдумывала распоряжение Ноя, он был большим боссом. До прошлой пятницы я бы даже не смела подумать о том, чтобы послать ему письмо без одобрения от мистера Хадсона. Я не думала, что это было уместно сейчас.

Может это были сожаления по поводу разочарования моего босса, или раздумья, что Тереза была единственной, кто займется проектом. Я не знала, может это потому, что Картер пропал на всю неделю, и я чувствовала себя одинокой, но я скучала по Мэллори. Я скучала по Аманде и даже немножко по Бену. Я никуда не собиралась до тех пор, пока она мне что-нибудь не скажет.

— Как Мэллори?

Полный лоток упал со стойки. Как только он с грохотом рухнул на пол, все в кафе обернулись, Аманда опустилась на колени и начала нервно собирать печенье руками. Я опустилась рядом с ней, и она покраснела. Ее шея стала багровой. Она схватила мою руку.

— Не надо!

— Эй! — Мои глаза загорелись.

— Эй! — Она заговорила со мной.

Бормоча под нос проклятия, она потянулась за печеньем, которое упало дальше всех.

— Уходи, Эмма.

— Нет. — Я нахмурилась. — Почему?

— Потому что Мэллори и Бен уехали. — Прошипела она. Мы по-прежнему оставались на полу. Большинство печенья было собрано.

Моя рука дернулась и то, что было в ней, превратилось в крошки.

— Что?

— Они ушли. Как и ты. Ты тоже ушла. Все ушли. — Она встала и отряхнула свои штаны. — Ты должна принять это как знак и держаться подальше. Я тоже должна принять это как знак и найти другую работу.

— Я не хочу оставаться в стороне. — Пробормотала я и почувствовала возмущение.

— Да, хорошо. Мне все равно. — Она посмотрела на меня, прежде чем отнести лоток в подсобку.

Я последовала за ней. Услышав тяжелый вздох из уборной в холле, но не посмотрела, был ли это охранник или нет. Мне было все равно.

Когда Аманда увидела, что я иду за ней, еще больше проклятий посыпалось из ее рта. Она прислонила поднос к раковине и смахнула все печенья в мусор рядом с ней.

— Я знаю, ты писала в понедельник, но я выбросила свой телефон. Формальности не для меня.

— Ты сказала, что Мэллори и Бен ушли?

Она слегка кивнула, прежде чем включила воду.

— Да, я упаковала все свои вещи и взяла несколько вещей, которые могла бы понадобиться Мэллори, чтобы передать Бену в воскресенье. Но его не было.

— Было пусто?

— Они пропали. Его одежда была упакована. На кухне была коробка с посудой. Я вернулась в понедельник, но было закрыто. Я пробовала дополнительный ключ, но они поменяли замки. Из того, что я смогла увидеть, даже мебели не было. Они забрали все, Эмма.

Поддон был в раковине, и вода включена, но она не мыла его. Она изучала меня.

— Ты хорошо выглядишь. Я рада, что хоть у кого-то все в порядке, несмотря на это испытание.

Я отступила, как если бы получила пощечину, но она не знала. Она не нажимала на курок, это была я.

— Мне жаль, что ты погрязла в этом.

— В чем? — Выплюнула она. — Не похоже, что что-то случилось. Тело пропало, кто, черт возьми, это сделал? Потом исчезла ты, теперь эти двое. Это всего лишь я. Я даже не знала, что делать с твоими вещами, поэтому положила их в камеру хранения.

— Тебе нужно, что бы я заплатила за это?

Она пожала плечами, засовывая лоток под воду.

— Это не имеет значения. Бен дал мне достаточно денег, так что я заплатила за год.

— Подожди. — Я схватила ее руку. — Бен дал тебе денег?

— Да. А что?

Он не тот тип, чтобы раздавать деньги.

— Откуда они у него?

— Я не знаю. Он не сказал, просто бросил мне большой конверт и сказал позаботиться о вещах Мэллори. Я его не допрашивала. После того как ты исчезла, я подумала, что будет лучше если я не буду задавать лишних вопросов.

Я прищурилась.

— Как Бен выглядел?

— Что ты имеешь в виду? — Сейчас она выглядела более уставшей, чем в начале.

— Был ли он как обычно ворчливым?

— А когда он не был ворчливым!? — Она остановилась с поддоном в руке. — На самом деле, сейчас, когда ты это упомянула — на прошлой неделе он выглядел счастливым. — Она вздрогнула. — Я даже не хочу знать, что это значит. Я взяла деньги и сделала то, что он сказал. Я сказала тебе, что позабочусь о твоей квартире. Двое из моих коллег помогли мне с уборкой, и я оставила ключи на стойке. Ваш арендодатель, кажется, нормально к этому отнесся.

Я кивнула, попытавшись убедить себя, что все в порядке. Я была в безопасности. Аманда была в порядке, стервозной, но в порядке. В тоже время я не могла избавиться от ее слов. Мэллори и Бен уехали. Что это означало? Это должно было что-то означать. И у Бена были деньги. У него никогда не было денег. Что-то не так! Ладно, учитывая эту ситуацию, что-то, в самом деле, было не так.

Она закусила губу, рассматривая меня.

— Сейчас ты выглядишь не очень. Что-то не так, Эмма?

Я подняла голову.

— Ничего, все хорошо. Спасибо, что присматриваешь за квартирой.

— Послушай. — Ее плечи поникли, а голос смягчился. — Прости, что не отвечала на смс и не звонила. Ты дала свой новый номер, и я знаю, что ты ждала, но после того, как ты ушла, я была зла. Я знаю, ты что-то сделала, чтобы мы были в безопасности, и я знаю, что не должна сомневаться и спрашивать, как ты это сделала, но после того как ты ушла, Мэллори, в течение нескольких дней пребывала в глубоком расстройстве. Ей снова было плохо. Бен не позволил бы мне позвонить тебе. Он сказал, что ты бросила нас, и мы сможем обойтись без тебя. — Она испустила глубокий вздох. — В любом случае я была немного зла на тебя. И я скучала по тебе. И я скучаю по нашим с тобой шуткам над Беном. Иногда он такой чудной.

Я усмехнулась, вопреки своему состоянию. Эта ситуация не была забавной, но я тоже скучала по тем моментам. — Ты сказала, что он был радостным? Какой Бен, когда он счастлив?

— Оо, ты знаешь. — Она хихикнула. Лоток был вымыт и поставлен в сушку. — Он ходил как напыщенный павлин, который переспал с лебедем. Без понятия. У него была странная походка от бедра. — Она усмехнулась. — Я знаю, он воображал себя горячим красавчиком, но он выглядел нелепо. Как нафаршированная самодовольная индейка.

Моя улыбка расширилась и я расслабилась. Я скучала по этому. Я скучала по нашим «сестринским» отношениям.

— Он думал, что он горяч?

— Я поймала его осматривающий себя взгляд в зеркале. Я думаю, он был нервным, но я не уверена. Он был весь в поту, и штаны расстегнуты.

— Отстой.

Ее нос поморщился.

— Скажешь тоже! К тому моменту, как Мэллори стала приходить в себя снова. Она тоже думала, что он был глуп, но это не одно и тоже. Она не…

Ее голос затих, и в ее глазах мелькнула грусть, прежде чем она отвела взгляд. Мэллори не была мной. Она не смеялась над Беном, как это делали мы.

— Так… Мэллори стало лучше, прежде чем… — Подметила я, не сумев заставить себя сказать, что она и Бен уехали. О, Боже. Я проглотила ком в горле. Это, это значило? Они уехали. Никто не захватил их? Моя грудь напряглась. А что, если Франко нашел Мэллори? Но Картер ничего не сказал, он бы мне сказал, не так ли? Но потом я поняла — скорее всего, он знал. Его не было всю неделю.

В этот момент мой желудок скрутило — я знала, что случилось что-то ужасное.

— Эмма? — Аманда нахмурилась. Теперь она побледнела. — Ты нехорошо выглядишь.

— Я должна идти. — Я повернулась на каблуках и вышла. Я бы побежала, если бы это не выглядело подозрительно, но как только я пошла, мое сердце упало. Все изменилось. Джереми Донван все изменил. Картер был прав. Это было сделано для меня. Я потеряла своих друзей, ради того, что он сделал для Мэллори.

Я с силой сжала зубы.

Я ждала и пряталась. Я позаботилась о Мэллори, прежде чем Картер появился в моей жизни. Я не была беспомощной, и ему нужно начать рассказывать о том, что происходит. Это была и моя жизнь.

* * *

Как только я покинула кафе, то кто-то потянул меня к ожидающей меня машине. Майк подтолкнул меня внутрь и залез следом за мной. Еще одна дверь закрылась спереди, так что я посчитала, что это тот охранник, что был в уборной, он сел рядом с водителем. Я сверкнула глазами на Майка и потерла руку в том месте, где он держал меня, сильнее, чем когда-либо прежде.

— Ай.

Он зарычал, а затем побледнел и выпрямился.

— Ваша рука в порядке?

— В порядке. — Я разглядывала его. Я никогда не видела Майка кем-то кроме, как охранником, но он быстро изменился, снова злость. — Ты злишься на меня?

Он напрягся.

Я исправилась.

— Вы все сердитесь на меня, не так ли?

Он не ответил.

Это был мой ответ. Я вздохнула и устремила взгляд вниз.

— Я просто скучала по ней, простите.

Я бы не сделала это снова. Я знала — это слишком. Они просто делали свою работу, а я просто сошла с ума. Я по-прежнему была не в себе, но собиралась выместить это на Картере. И когда я обдумала эту мысль, то, испустила глубокий вздох и поняла, что не скажу ни слова. Он защищал меня. Мне не следовало этого забывать…

— Когда Вы отлучились в ту неизвестную комнату без нас, мы оказались в неведении. Мы не осматривали служебное помещение.

О. Хм.

— Когда ты говоришь неизвестная, ты имеешь в виду…?

— Мы были в каждом помещении, в здании, где вы работаете. Мы даже были готовы к кафе, но Вы пошли в служебное помещение. У нас не было человека, который бы находился на заднем входе, потому что мы не думали, что Вы пойдете за ней. Мы думали, Вы останетесь в зале.

— Так та комната — то место, которые вы парни еще не разведали.

— Запланировали.

— В чем разница?

Он поморщился.

— Мы будем внимательнее в следующий раз. Я обещаю.

Я моргнула, глядя на него. Почему он извиняется передо мной?

Он увидел мой взгляд.

— Если бы что-то случилось, если бы кто-то схватил тебя, это произошло бы по нашей вине. Мы не были готовы. Мы всегда должны быть начеку.

— Оу. — И «позорная награда месяца» пришла ко мне. Я была заполнена чувством вины. — Я не буду входить в такие помещения снова. Это поможет? — Они столько всего делали, о чем я даже не знала. — Может быть, вы, ребята, могли бы помочь мне узнать о том, как вы работаете. Я действительно многого не знаю, за исключением того, что Картер сказал звонить 09, когда я захочу поехать домой. Я никогда не набирала это, но вы, ребята, кажется, всегда знаете. Он сказал мне, что вы давно за мной наблюдаете.

Он пожал плечами.

— У нас свой метод слежения, но тебе не нужно знать об этом. Мы сработаем лучше в следующий раз.

— Ладно. — Я хотела знать, я хотела помогать, но я чувствовала, что Майк хотел, чтобы этот разговор закончился. Я отпустила это.

Это произошло позже, когда я снова подумала об охране. Я приняла душ, переоделась, и мой живот заурчал. Когда я разогревала еду, то увидела, как один охранник внезапно отвернулся от меня. Он схватился рукой за свой живот, и я знала, что его живот урчит. Я не представляла, когда они в последний раз ели, но они должны были иметь перерыв. Я по-прежнему смотрела на огромную кастрюлю перед собой. Этого было слишком много для меня, поэтому я разложила все на три блюда и передала одну охраннику. Следом вилку. Он был поражен, но покачал головой.

— Нет, мэм. Все в порядке.

Его желудок снова заурчал. Я закатила глаза и подтолкнула тарелку, держа ее руками.

— Я не умру за те две минуты, за которые Вы поедите. Ну же. — Я подняла другую тарелку. — Где Ваш напарник?

Он колебался, но махнул рукой с вилкой в сторону. — Он снаружи лифта.

— Ешьте. — Я указала на его тарелку, когда пошла к лестнице.

Другой охранник отреагировал точно так же, как и первый, кроме того он уронил рацию. Она ударилась об пол с громким треском, и он схватил ее, при этом бормоча извинения. Я оставила тарелку на скамейке рядом с ним и махнула на нее рукой.

— Наслаждайтесь. Ешьте. — Я осмотрела небольшую прихожую. Майка нет. — Где остальные?

Его голова дернулась вверх. — Мэм?

Я вздохнула. Почему все они должны называть меня мэм?

— Майк и остальные охранники. Где он и сколько их здесь? Я буду готовить что-то для всех. Они могут съесть это, когда у вас, ребята, будет перерыв.

Я могла бы сказать, что он не ожидал этого. Он чуть не выронил свою тарелку.

— Майк был отозван для перевозки и здесь восемь других охранников.

Восемь? В самом деле?

— Хорошо. Я приготовлю больше.

Я не стала уточнять, для чего конкретно вызвали Майка. Я стала думать над тем, что они могли бы мне рассказать, а что — нет. Любая транспортировка входила в лист «Не Обсуждать С Эммой». Но когда я вернулась на кухню, я была удивлена, как много охранников работало на службе у Картера. Это означало, что все время, около меня было десять охранников. Десять… мой желудок опустился, и я проглотив комок в горле, с хлопком приземлилась на барный стул. Десять охранников. Я знала, здесь было несколько, но десять — это серьезно. Моя ситуация была серьезной. Картер не тратил чье-либо время напрасно. Тогда я вспомнила, что сказала Аманда о Бене и Мэллори.

Мои руки начали дрожать.

Я отталкивала эту мысль прежде, но больше не могла. Что-то случилось. Я знала это. Я чувствовала это. Со мной тоже что-то могло случиться. Десять охранников. Все десять из них прошли обучение и готовы принять пулю за меня.

Мой стул начал шататься, и я схватилась за стойку. Я не смогла удержаться. Мои руки дрожали слишком сильно.

— Мэм?

Я услышала голос охранника на расстоянии. Потом все начало темнеть. Голос звучал далеко. Я думала, что он был в соседней комнате!? Может быть он ушел, а затем все потемнело. Что-то далеко разбилось, и я услышала шум его рации.

— Она упала… звони боссу…

ГЛАВА 18

— Эмма.

Ладонь легко коснулась моей руки. Я резко проснулась и была дезориентирована. Большой черный силуэт стоял надо мной, и я закричала.

— Остановись. — Он наклонился ниже. — Это я, Майк.

Я с трудом дышала из-за своих криков, когда он включил свет, но от паники, моя грудь все еще вздымалась. Мое сердце колотилось. Я перевернулась, чтобы сдержать рвотный порыв, до тех пор, пока не начала успокаиваться. Я чувствовала, что-то холодное на уровне своей руки.

— Это Картер. Он хочет поговорить с тобой.

— Что?

Холодная вещь снова прижалась ко мне.

— Это Картер. Он на телефоне.

Телефон. Картер. Моя рука дернулась, и я схватила небольшой телефон. Когда я перевернулась, я прижала его к уху и спросила:

— Картер?

— Привет.

Все во мне опустилось от облегчения. Его голос успокаивал меня. На расстоянии я едва услышала щелчок закрывшейся двери. Я прошептала в ответ:

— Привет.

Он усмехнулся. Его ровный баритон донесся из телефона и стремительной волной прошел сквозь меня, как и другие его ласки. Я закрыла глаза и глубже вжалась в постель. Меня не волновало, как я там оказалась, и что произошло, все что мне было нужно — Картер. Это все, что я знала.

— Они сказали, что ты упала в обморок. Ты в порядке?

Я поморщилась, вспомнив:

— Да, это так.

— Из-за чего?

— Потому что тебя здесь не было. Потому что я думаю, что что-то случилось с Мэллори и Беном. Аманда сказала мне, что они уехали, и я думаю, что ты знаешь, что с ними что-то случилось. Я устала от чувства, будто я в ловушке. Потому что меня сняли с большого проекта на работе, но не знаю почему. Потому что я скучаю по Аманде. Я скучаю по всем ним, даже по Бену.

Я чувствовала себя глупо, говоря все это, и почувствовала себя еще глупее, от того, как быстро я все ему доложила. Он был мне нужен. Моя рука дрожала, когда я прижимала телефон к уху:

— Потому что я скучаю по тебе и потому что напугана.

На другом конце была тишина.

Прошел другой удар.

— Я возвращаюсь.

Все во мне взорвалось, но я постаралась возразить ему:

— Нет, я не это имела в виду…

— В любом случае, я возвращаюсь домой. — Его голос звучал устало. — У меня дело в Нью-Йорке, но сразу после него я прилечу.

Он сделал паузу.

— Я тоже по тебе скучаю.

Я почувствовала тепло внутри, но я старалась умерить его. Я стала слишком сентиментальной. Я ненавидела такое состояние, но прошептала в ответ.

— Я рада, что ты возвращаешься.

— В первую очередь ты должна мне кое-что пообещать.

— Что?

— Прекрати выплескивать свой гнев на охрану и делать то, чего от тебя не ожидают.

Чувство вины обрушилось на меня.

— Ты можешь ходить куда угодно, но сначала предупреждай парней об этом. Они хороши для своей работы, но иногда они не могут сориентироваться достаточно быстро. Пожалуйста, Эмма.

— Буду.

— Хорошо. Как прошла твоя неделя?

— Отстойно.

Он снова усмехнулся:

— Я предполагаю, что это не только из-за прошлой недели?

— Что?

— Ночь пятницы, Эмма.

— Ох! — мои глаза расширились. Я забыла о нападении. Как я могла забыть!?

— Вылетело из головы. Я не могу поверить, что…

— Послушай. — Его голос опустился до глубокого тона. — Я не могу говорить о многих вещах по телефону, но я кое-что делаю. Я прикладываю все силы для твоей безопасности, и когда-нибудь не понадобится вся та охрана, что сейчас рядом с тобой. Я стараюсь, Эмма. Я делаю все, прямо сейчас, чтобы исправить это, так что ты была в порядке.

— Но моя соседка. — Прошептала я.

Он вздохнул в трубку.

— Я не могу дать никаких обещаний на ее счет. Я пытаюсь, но ты мой приоритет, Эмма. Я обещаю тебе, это все скоро закончится.

Я сжала телефон крепче.

— Ты обещаешь?

— Да. Я могу обещать это.

Я кивнула и почувствовала, как слеза упала на подушку:

— Хорошо.

— Ты в порядке? — В его голосе было столько заботы. — Ты ешь?

— Я испугалась. — Ответ вырвался из меня еще прежде, чем я осознала, что собираюсь сказать.

— Мне очень жаль, Эмма. Я должен быть там.

— Нет, ты сказал, что у тебя есть незаконченные дела. Тебе нужно работать. Ты… — «занимаешься обеспечением моей безопасности».

Как только я об этом подумала, меня пронзил стыд. Он был прав. Я была зла, потому что он уехал и оставался вдали от меня слишком долго. Я была зла, потому что он не звонил и не писал. Я была зла, потому что он не был рядом со мной, но Картер не был обычным. Эти отношения не были нормальными, а потом я вскочила в постели.

У нас с Картером были отношения.

В последний раз я состояла с кем-то в отношениях — я зажмурилась. Парень изменил мне, обманул и настроил всех моих друзей против меня. Это была причина, по которой я дружила только с Мэллори и Амандой. Несколько друзей в колледже были высокомерными и фальшивыми. Мэллори и Аманда, казались, надежными, когда я встретила каждую из них.

ЭйДжей и Картер были моей семьей. Те, некоторые друзья из колледжа никогда не могли считаться частью семьи, но однажды это изменилось, когда я встретила Мэллори после окончания. Она стала частью моей семьи, а затем присоединилась и Аманда. Бен был включен в этот круг, потому что он никогда не оставлял Мэллори в течение долгих лет. Но сейчас они втроем ушли, а Картер вернулся.

Пока я сидела там, пытаясь дышать, слезы текли по моему лицу. Все ушли.

— Эмма?

Я очнулась от его голоса. Телефон упал на одеяло, и я схватила его.

— Прости.

— Ты в порядке?

— В порядке.

— Эмма.

— Да. — Я поспешила ответить. — Когда ты возвращаешься?

— Я вернусь завтра ночью.

— Хорошо. — Я глубоко вздохнул. — Это хорошо.

— Ты уверена, что все нормально?

— Я в порядке. — И так и было, пока я слышала его голос, чувствовала его голос, пока он был в моей жизни — я была в порядке, но это не могло длиться долго. Ничто хорошее не длилось долго. Он собирался уйти. Я просто не знаю, когда и как это случится.

— Ладно… — Он не был уверен.

Я досчитала до десяти, надеясь, что он не продолжит это. Я не могла поделиться некоторыми мыслями, крутящимися в моей голове. Они значили многое.

— Так, я слышал, что сейчас ты готовишь для ребят.

Мои плечи опустились. Он не стал продолжать.

— Да, я плохо себя чувствовала. В эти выходные я собираюсь приготовить для всех.

Он усмехнулся.

— Я уверен, что им это понравится, независимо от того, что ты приготовишь.

Я скользнула обратно под покрывало. Мы говорили еще в течение часа — мой самый длинный разговор по телефону, который когда-либо у меня был. Это могло бы затянуться еще на час, но после того как я услышала, что он утомлен, я сказала ему идти спать. Он вздохнул в телефон.

— Так приятно слышать твой голос, Эмма. Я тоже скучал по тебе.

Я не могла сдержать улыбку.

— Спокойной ночи, Картер.

— Спокойной ночи. Увидимся завтра.

— Увидимся завтра.

Потом я услышала гудок и положила трубку рядом с собой. Я спала рядом с ней.

КАРТЕР

Когда он положил свой телефон в сторону, его телохранитель, поднял голову и бросил на него взгляд. Он спросил:

— Она в порядке?

— Она чувствует себя разочарованной и загнанной. Она не знает, что происходит, и от этого злится.

Мужчина нахмурился:

— Она сказала тебе все это?

— Она не знает, что чувствует все это.

— Но ты знаешь это!?

Картер бросил в сторону своего друга усмешку.

— Я всегда знаю. Я о тебе знаю. Хочешь, чтобы я тебя просветил?

Он только захотел продолжить, но Джин застонал:

— Пожалуйста, не надо. — Он остановился на секунду. — Ты собираешься сказать ей, что происходит?

— Еще нет. Я хочу подождать.

Джин поднял свой телефон.

— Я говорил по телефону с Кристианом.

Картер ждал, сохраняя внимание и спокойствие, насколько это было возможно. Когда его компаньон заколебался, он приподнял бровь:

— Я должен угадать? Ты так проверяешь мою интуицию?

— Заткнись.

Улыбка скользнула по его губам. Он покачал головой. Картер напомнил ему о его сыне. Это было причиной, почему он поручился за него, когда Фарв привел его в семью. Картер никогда этого не знал, и он не хотел, чтобы он когда-либо узнал, хотя, что Картер, вероятно, знал, это было справедливое предположение. Он относился к нему по-разному, но, опять же, Картер Рид требовал другого отношения, чем остальные. Он всегда был лучше, чем остальные. Он снова доказал, что добился успеха мастерством.

— Джин. — Сказал Картер.

— Прямо сейчас, они совещаются. Мы узнаем решение завтра. — Он посмотрел на молодого человека, казавшегося равнодушным и холодным, как всегда.

— Ты не взволнован?

— Законный бизнес — это всегда хороший бизнес. Они не будут передавать его.

— А если будут?

Картер повернулся к окну.

— Тогда я придумаю что-нибудь еще.

Джин заерзал на сиденье, пытаясь вытянуть свои длинные ноги. Он не сомневался, Картер найдет другой способ. Он всегда находил. Затем он выругался. Чертовы сиденья самолета были тесными, даже не смотря на то, что самолет был частным и места было предостаточно.

* * *

На следующий день, в конце рабочего дня, когда я узнала истинную причину его поездки в Нью-Йорк. Тереза позвонила мне и сказала по телефону.

— Ты вернулась!

— Я вернулся куда?…

Я улыбнулась, когда слышала ее волнение и отпустила дверь офиса, закрывшуюся за мной. Нажав на кнопку, я повернулась к лифту. Весь день был мучительным. Я знала, что увижу вечером Картера. Из-за этого день тянулся очень долго.

— Проект по бурбону. Ты возвращаешься к нему.

Она рассмеялась.

— Эллисон была просто ужасна. Она была так взволнована перед твоим парнем и все роняла. Она чуть не выронила компьютерное оборудование, но Ной выслал ее из комнаты. Таким образом, ты возвращаешься. Это здорово, не так ли?

— Да … — Я нахмурилась. — Мой парень?

— Да, об этом. — Она стала серьезной. — Не дергайся, Эмма.

— О чем ты говоришь?

— Картер Рид. Твой парень. Парень, с которым я видела тебя в клубе, я ступила и не поняла, что это был Картер Рид. — Она затихла. — Ты насмехалась надо мной? Поэтому ты мне ничего не сказала?

— Что? — Я нажала кнопку лифта. — НЕТ. Как ты узнала о Картере? Я не думала, что ты когда-то встречала его.

— Что ты имеешь в виду, каким образом я знаю? Он лучший друг Ноя, и он владеет частью акций отеля.

— Я думала, ты сказала Ною предложить ему акции и он ему отказал.

— Он предложил ему больше, но он отказался, хотя уже имеет 32 % бизнеса. Я думала, ты знаешь это. — Она говорила робко. — Хорошо. Я признаю, что я никогда не верила Ною, но я поняла, что я зря осуждала его, до того как действительно повстречала его.

Я вошла внутрь лифта и нажала нужную кнопку.

— Картер и я не говорим о таких вещах.

— Оу.

Я вздохнул от отчаяния, почувствовав приближающуюся головную боль.

— Картер был там? Он был на собрании? — И именно поэтому он полетел в Нью-Йорк, не для меня, не так, как он сказал.

— Конечно, он был там. Мы должны были представить новый проект так, чтобы мы могли продвигать его дальше как бренд. Ты знала это?

Но я не знала. Я действительно не знала. Я вздохнула в трубку:

— Слушай, я должна идти. Можем ли мы поговорить об этом позже?

— Нет, это важно. Мы летим обратно. На его самолете, с ним. Он был милым, Эмма. Он сказал, что хочет, угостить нас сегодня. Я звоню тебе, чтобы ты принарядилась во что-нибудь сексуальное. Мы собираемся в Октаву сегодня, и мы будем там с владельцем. Можешь ли ты себе представить, какие будут привилегии? Это уже было потрясающе, когда Ной и я ходили туда, потому что Ной знает его, но быть там с владельцем?! Я действительно очень взволнована. И Брианна собирается там тоже быть. Мы уже попросили. Он повысил ее, как только он узнал, что она там работает. Я не уверена, чем она занимается, но теперь Ной не против ее работы там. Очевидно, твой парень сделал это для него.

— Перестань называть его моим парнем.

Она затихла на том конце, лифт открылся. Я вышла и направилась к черному выходу. Когда дверь открылась, и я скользнула на заднее сиденье, Майк сидел рядом со мной. Он слегка помахал.

— Прости. — Я застонала в трубку. — Я злюсь на него, а не на тебя. Я не должна вымещать это на тебе.

— Ой. Ладно. Ты все еще собираешься в Октаву сегодня, верно? Даже если ты злишься на него, ты по-прежнему идешь? Пожаааалуйста?

Я улыбнулась тому, как она была настроена.

— Да, я пойду ради тебя.

— И для него. — Прошептала она в трубку. — Даже если сейчас ты злишься, нельзя не заметить сексуальности. Этот мужчина великолепный экземпляр, Эмма. Я знаю, я должна ненавидеть его. Я привыкла, но я не могу отрицать сексуальную привлекательность этого человека, ни капельки. Если бы я не так привыкла к Ною и к его привлекательности, я бы отреагировала так же, как Эллисон. Хорошо, что у меня выработан иммунитет, да?

— Ты ужасна.

Она засмеялась.

— Очень рада, что ты снова вернулась в команду. Ной уже сказал мне, что он собирается продвигать нас обеих. Он действительно не хочет, чтобы мистер Хадсон, получил преимущества от этого проекта, поэтому он ставит тебя над ним. Мистер Хадсон будет твоим помощником. Теперь ты глава проекта Promotions. Поздравлению!

— Что?

Послышалось ворчание на том конце, прежде чем она продолжила.

— Извини. Я не должна была говорить тебе это. Это должно было быть сюрпризом, и оденься сексуально. Сегодня вечером мы отлично повеселимся. Я обещаю!

Затем я услышала, как она сказала:

— Заткнись, Ной. Если бы я ей не сказала, она могла бы и не прийти… Мне наплевать… — Ее стало слышно четче. — Увидимся позже, Эмма. Увидимся вечером!

Прошло пару секунд, как мой телефон снова зазвонил. Это был Картер.

Я ответила:

— Звонишь, чтобы все уладить?

Он вздохнул:

— Нет, но теперь да. Ты сердишься на меня?

— Ты сидел рядом с ней?

— Я в хвостовой части самолета. Они в передней.

— Но как же ты…

— Интерком в ее части открыт. Я слышал все, что она тебе сказала.

В его голосе не слышалось ни капли сожаления.

— Ты подслушивал ее.

— Да, это так. И я буду делать это снова и снова, когда речь идет о тебе. Я начинаю понимать, что ты понятия не имеешь, что я сделал и буду делать для тебя.

Я замолчала и откинулась на спинку сиденья.

— Ты был в Нью-Йорке не ради меня.

— Нет, я не был, но я был из-за тебя в Чикаго, для тебя. Я был в Нью-Йорке сегодня для моего друга, который просил меня, некоторое время тому назад, купить акции в его отеле, чтобы он мог начать воплощать свою идею. Это было хорошее предложение, и я инвестировал. Это было разумно, с моей стороны — одно из первых решений, которое я принял сам, независимое от тех, с кем ассоциируется моя репутация. Это решение, и те деньги позволят мне в дальнейшем расширяться, и я очень близок, чтобы стать полностью независимым от предыдущих партнеров. Ты меня понимаешь?

Я сглотнула. О, да. Я следовала всему. Вдруг я почувствовала себя голодным человеком, берущим свой первый кусок еды за месяц. Я была голодна еще больше.

— Ты возвращаешься с ними?

— Я возвращаюсь прямо к тебе.

Желание горело внутри меня. Пламя превратилось в пожар.

— Поторопись.

— Да. — От строгости в его голосе мне еще труднее стало дышать. — Ты все еще сердишься на меня?

Я поморщилась.

— Я никогда не злилась на тебя, не на самом деле.

— Хорошо.

Я посмотрела на Майка, который старательно изучал вид за окном, но я поняла, что он в курсе и ему было неловко от нашей интимной беседы. Я понизила голос:

— У меня есть то, что я хочу сказать тебе, когда ты будешь здесь.

Он колебался, прежде чем ответил, его голос также охрип:

— Как и мне.

Мое сердце подскочило. Моя рука, держащая телефон, вспотела.

— Тогда ладно.

Он усмехнулся.

— Тогда ладно.

— Ты сделал так, чтобы меня отстранили от работы с проектом?

— Да.

— Почему?

— Это было небезопасно для тебя. Я не хотел, чтобы ты была в Нью-Йорке, не сейчас. Ты в безопасности там, и у меня дома. И это не этично. Ною, в первую очередь, не следовало включать тебя в команду. Он знал, что я был в совете. Он знал о моих отношениях с тобой. Он пытался манипулировать мной.

Я была в замешательстве, снова.

— О чем ты говоришь? Он не думал, что ты собираешься туда, для утверждения продукта?

— Нет. У моих предыдущих коллег есть еще один продукт, который будет его конкурентом.

— Но ты же утвердил его?

— Да, конечно.

Моя голова кружилась.

— Я не совсем тебя понимаю.

Он снова усмехнулся.

— Это мой предлог, чтобы уйти от другого продукта.

Моя грудь сжалась.

— Они позволят тебе… уйти?

— Да. Я очень хорошо поработал для них. Они знали о моем желании быть независимым, и я застраховал их рискованный товар на прошлой неделе. Я выполнил некоторые обязательства, которые мог сделать для семьи.

— Ты говоришь… — Нет, это не могло быть. Люди не имеют шанса из всего этого выйти.

— Да, Эмма. Теперь я свободен.

Я не могла говорить. Моя грудь вздымалась. Мои глаза слезились, и я схватила телефон так, как будто моя жизнь зависела от него.

— Эмма.

— Да? — Я встрепенулась.

Его голос упал еще ниже.

— Это хорошая новость, правда?

— Да. — Я выдохнула. — Это очень хорошо.

— Хорошо. — Он ненадолго прервался. — Мы почти здесь. Я скоро буду дома.

Я не могла ничего сказать. Мне следовало попрощаться или пожелать безопасно долететь, хоть что-то, но значимость того, что он только что сказал мне, ударила меня словно грузовик. Я была поражена тем, что это означало для нас обоих.

ГЛАВА 19

Прошло пять часов с того момента, как я получила его сообщение.

«Кое-что произошло. Извини. Встретимся вечером в Октаве. Парни уведомлены. Они доставят тебя туда в десять».

Я не ответила ему. Может должна была, но все мое тело гудело. Я ждала его, а теперь это. Совсем скоро после того, как я получила сообщение от Терезы.

«Встретимся в Октаве! Так взволнована!»

Весь следующий час я выбирала, что одену. Я шла из-за Терезы, и потому что Ной повысил меня. Дрожь пронеслась по мне, потому что я была взволнована из-за встречи с Картером, даже если это будет позже, чем он сказал мне, и мы будем не одни. Так как я спускалась по лестнице, я проигнорировала потрясенные взгляды охраны и подняла брови, когда Майк оказался рядом со мной. Я не хотела признаваться, что я так одета для кого-то, уж точно не Картеру, но это было так. Платье облегало меня как вторая кожа. Тот факт, что оно напоминало корсет, давало мне преимущество.

Когда я входила в Октаву и увидела реакцию, я поняла, что платье было идеальным. Однако когда мы приблизились к двери в кабинет Картера, я остановилась. Дрожь прошла сквозь все мое тело, но не от желания. Скотт Грэм приближался с противоположного конца. Когда он остановился у двери, он взглянул вверх и его взгляд скользнул по моему телу. Он присвистнул, но двое из охраны выступили вперед и перекрыли ему вид.

— Мистер Грэм. — Заговорил Майк. Он не двигался, так же как Лоуренс — чье имя я недавно узнала. Томас также встал боком ближе ко мне. Скотт попытался посмотреть сквозь них, но у него ничего не вышло.

Я никогда не была еще так благодарна ребятам.

— Привет, парни. Вы собираетесь к боссу?

Томас сказал что-то ему на ухо. Я не могла услышать, но это было не долго, пока я не услышала другой голос, говорящий громко и властно:

— Мистер Грэм, Мистер Рид любезно попросил, чтобы Вы оставили его гостей одних сегодня вечером.

— Что? Но…

— Вы освобождены от своих обязанностей на сегодняшний вечер.

— Что здесь происходит, Джин? — Его голос возрос и стал злым. — Ты не можешь указывать, что мне делать.

— Действительно. — Джин заговорил снова, но теперь резко. — Я могу. На сегодня твоя работа закончена, Скотт. Я советую тебе уйти отсюда по-хорошему.

Повисла тишина, растянувшаяся на несколько минут, все это время парни окружали меня. В воздухе нарастало напряжение, но затем менеджер усмехнулся.

— Ладно. Я уйду, Но я поговорю лично с Картером об этом завтра.

— Он ждет твоего звонка сегодня.

Охрана подождала еще немного, прежде чем расступиться передо мной. Скот Грэм ушел, и Джин был все также загадочен. Я почувствовала, что мне стало снова легко дышать и сделала глубокий вдох, когда Майк открыл дверь и исчез внутри. Трое охранников последовали за ним внутрь. Это было незадолго до того, как был дан сигнал охранникам рядом со мной, и Томас кивнул в мою сторону.

— Вы можете войти, Эмма.

Я любезно улыбнулась ему.

— Спасибо, Томас.

Когда я вошла, то была ошеломлена. Помещение было большим и помпезным с танцполом. С одной стороны были диванчики, а с другой столик. Также здесь был бар — офис Картера мог бы служить личной квартирой. Когда я посмотрела в сторону, то увидела четыре двери и задалась вопросом, вдруг все они были спальнями.

Другие места, которыми мы пользовались и близко не были похожи на это. Это место было экстравагантным для офиса ночного клуба. Я думала, что я встречу Картера в его кабинете раньше, но сейчас я заинтересовалась, что если их несколько.

Стеклянные двери раздвинулись, и Тереза вышла, держа два огромных напитка в руке. Ее глаза и ее рот широко открылись, когда она увидела меня.

— Офигеть, Эмма! Ты горяча!

Огонек вспыхнул в ее глазах.

— Возможно, сегодня ночью планируешь что-то экстравагантное?

Я покраснела.

— Я не хочу об этом говорить.

— Ты. — Она ухмыльнулась и подала мне один из напитков. — Не могу сказать, что виню тебя. Этот человек один из прекраснейших образов на этой Земле. Если бы я не согласилась на свидание завтра вечером, и если бы ты не была моей подругой, я бы претендовала на него. Он великолепен, Эмма. Тебе очень повезло заполучить такого наездника сегодня.

— Тереза. — Я знала, что она немного авантюрная, но для меня это была новая Тереза. Когда я поняла, насколько покраснели мои щеки, я похлопала по ним, чтобы остыть.

Вошел Ной и обнял ее.

— Она пьяна.

— Я нормальная.

Так эти двое были на свидании!?

Тереза фыркнула. Она, должно быть, поймала взгляд, которым я оглядывала их.

— Это не он. Я встретила прекрасного джентльмена сегодня днем. Он предложил выпить, и вот самое время, чтобы заполучить что-то от мужчины.

Тогда она бросила мрачный взгляд в сторону.

Ной закатил глаза, разливая напитки за баром.

— Джентльмен? Он мерзавец. Просто подожди. Вот увидишь.

Она выпрямилась и расправила свои плечи.

— Я увижу, не так ли!?

Он что-то пробормотал себе под нос, пока возвращался на танцпол.

Тереза смотрела ему в спину, пока он не скрылся из поля зрения, и уголки ее губ изогнулись вниз и плечи поникли.

— Он мудак, не Аллен. Аллен ведет себя со мной как джентльмен. Добрый. Внимательный. Не как Ной. Он иногда такой осел.

— Что произошло сегодня?

Ее губы задрожали, подбородок затрясся, и слезы хлынули наружу.

— Тереза?

Она покачала головой, не в силах говорить, и села на один из диванов. Я села рядом с ней, поставив наши напитки на стол. Одной рукой, поглаживая кругами ее спину, я пробормотала:

— Что случилось? В любом случае, я уверена, что все будет в порядке.

— Нет, не будет.

— Что случилось?

— Он такой осел, вот что случилось.

Она подняла голову и смахнула слезы.

— Мы вернулись в мою квартиру, когда прилетели домой. Я была так рада тому, что мы будем снова работать вместе, и я захотела начать отмечать раньше. Ной сказал оставить тебя одну до вечера. Мы немного выпили, а потом.

Она сделала глубокий вдох, пока вытирала глаза. Ее макияж смазался.

— И тогда мы переспали.

Я выпрямилась, мои губы округлись, но я не была удивлена.

— И это было ужасно?

— Нет! — Выпалила она. — Это проблема. Это было потрясающе. Это было мучительно. Это было как в фильмах.

— Так в чем проблема? Если он не…

— Мы сделали это дважды, Эмма. — Она повернулась ко мне, глаза по-прежнему слезились и губы ее дрожали. — Я хочу сделать это снова, вот в чем проблема. Я хочу делать это до бесконечности, но он сказал, спасибо. Он сказал спасибо! Ты можешь в это поверить? Спасибо. Тебе.

Ее рот растянулся в раздражении.

— Спасибо, как будто я горничная, что чистит его диван. Спасибо. И тогда он предложил пойти в спортзал вместе. Спортзал!

— Мне жаль, Тереза.

— Избавь девушку от подробностей нашей интимной жизни. У нее есть более крупные проблемы, для решения, чем наши. — Ной рявкнул в дверях.

Она втянула в себя воздух и поднялась на ноги.

— Это был личный разговор.

— Не настолько личный, если я мог слышать каждое гребанное слово. Хватит ныть, Тереза. У меня есть намерения иметь тебя всю ночь.

Ее рот открылся, она пошатнулась прежде чем пискнула.

— Ты сделаешь это?

— Да. — Его глаза блестели от раздражения, и он снял свой галстук, и бросил на стол. — Заканчивай со своим напитком, бери еще один, и иди сюда, чтобы потанцевать со мной.

Когда он вышел, Тереза схватила меня за руки и сжала их.

— Я знаю, я не должна возбуждаться от этого. Я знаю, что это против движения за равноправие женщин и все такое, но я собираюсь заняться сексом с этим мужчиной. У меня будет секс с ним сегодня ночью и каждую ночь после этой, по крайней мере, это то, на что я надеюсь.

Я усмехнулась и шлепнула ее по заднице.

— Давай, Тереза. Покажи ему, кто мужик.

— Я мужик.

— Иди и скажи ему это.

Ее улыбка была ослепительной, и она обняла меня, на секунду крепко сжав.

— Спасибо тебе, Эмма. Я так рада, что познакомилась с тобой. Ты понятия не имеешь. Я не завожу друзей, так проще, а мы с тобой поладили.

Я обняла ее в ответ, похлопывая.

— Я тоже.

Но, как только она отстранилась и возбужденно поскакала, пока не присоединилась к Ною в частной зоне танцпола, я потеряла некоторое удовлетворение, которое было в течение вечера. У меня были другие друзья. Двое из них были очень близки и дороги моему сердцу, но я отказалась от них.

— Что случилось?

Я обернулась — там был Картер. Он был одет в черный джемпер, черную рубашку и черные брюки. Я никогда не оценивала его гардероб, но я знала достаточно, чтобы понять, что он пришел не из офиса. Мое горло пересохло.

— Где ты был?

Его взгляд из заботливого превратился во внимательный.

Я вздрогнула под его пристальным взглядом, зная, что он делал то, что делал всегда. Он читал меня, стараясь понять то, что со мной было не так. Его голова была наклонена в сторону, его внимательные глаза с задумчивостью прищурились, а губы сжались.

— Ты злишься, что я не пришел к тебе?

Он своей рукой потянулась к моей, но я оттолкнула ее.

— Я разочарована — ты не пришел ко мне. Я в бешенстве, потому что есть некоторые вещи, которые мы должны обсудить. То, что ты скрываешь от меня.

Он подошел ко мне ближе, достаточно, чтобы коснуться меня и не отступать. Его рука кружила по моей спине, притягивая меня к нему еще ближе. Головокружительная волна захлестнула меня. Так было всегда, в одну секунду он прижал меня к себе. Страсть, наслаждение и многие другие эмоции ослепили меня, пока я не почувствовала, только одну. Желание. Оно снова овладело мной и моим взглядом, когда я почувствовала, что его голова склонилась ко мне. Его губы коснулись меня так нежно, когда он пробормотал:

— Я согласен, так и есть, но сейчас… — Его рука обхватила мою шею сзади. — Мы здесь, чтобы отметить твое повышение.

Я таяла в его объятьях.

— Мне не сказали об этом официально.

Его губы прижались к моим, прерывая мое дыхание. Его рука нашла мою. Он переплел наши пальцы, прежде чем снова прошептал у моих губ:

— Тогда давай огласим это официально.

Он повернулся к танцполу и позвал:

— Ной.

— Да?

Он вел Терезу за руку. Оба выглядели, как будто они были поглощены поцелуем. Когда мои глаза поймали ее, она кинула улыбку, которая сказала мне две вещи. Первая — она была счастлива и вторая — она, в самом деле, была пьяна.

Картер обнял меня за талию и притянул меня ближе. Он протянул руку и в ней тут же появился напиток из рук опытного официанта, и он передал его мне, прежде чем взял второй. Он держал его в воздухе.

— Грандиозный новый проект для отеля Ричмонд и для Эммы, узнавшей сегодня новости…

Он задержался и заострил взгляд на Ное.

— О, да. — Ной поднял свой стакан выше. — Ты была повышена, Эмма, но эти двое уже все разболтали. Поздравляю! Теперь ты руководитель проекта Promotions и партнер главы Инновационных проектов.

Его руки сжались вокруг Терезы.

— Поздравляю вас обеих.

Тереза хихикнула, подняв свой стакан.

— Поздравляю нас обеих!

— Спасибо, ребята.

Я наблюдала, как Тереза и Ной чокнувшись стаканами, сделали глоток. Она потянулась за поцелуем, но он отстранил ее. Когда она надула губы, он нахмурился, но дернул ее обратно на танцпол.

Картер и я смотрели сквозь стеклянные стены, как они с упоением целовались.

Я усмехнулась.

— Они знают, что мы можем их видеть?

Картер притянул меня к себе и наклонил голову. Его губы задержались в основании моей шеи, когда он пробормотал:

— Меня не волнует. Пока у нас есть возможность быть наедине.

Он схватил меня за бедра, и удержал перед собой, застывшую на месте, пока его губы изучали мою шею.

Я закрыла глаза, когда почувствовала желание внизу живота. Эти чувства были для меня совершено новы. Я не могла этого отрицать. Умиротворенность. В его руках, в окружении двух новых друзей, я была счастлива.

* * *

Картер оставался со мной большую часть времени. Он игнорировал телефонные звонки или когда сотрудники совались в офис, но по большей части были только мы вчетвером. Сестра Ноя присоединилась спустя несколько часов. Она была стройной девушкой с платиновыми волосами и мерцающими голубыми глазами. Было сходство между ней и Терезой. Пока я наблюдала, как они вместе смеются, их связь была очевидной, и меня кольнула зависть. Когда я смотрела, как молодая девчонка общалась с братом, зависть переросла в ревность.

Я скучала по ЭйДжею. Скучала по объятиям. Я скучала по притворной борьбе. Я скучала по тому, когда он указывал мне, что делать, а я игнорировала его. И я скучаю по времени, которого больше не будет. ЭйДжей погиб так давно, что я редко думаю о нем, но не о том вечере. Когда слезы подступили, я не стала их сдерживать. Они были исцеляющими, такими, что я не стеснялась их показать.

Тереза проговорила одними губами через комнату:

— Ты в порядке?

Я кивнула. Я в порядке. На самом деле.

Картер вернулся после звонка и все увидел. Он взял мою руку, и потянул меня в одну из задних спален. Он щелкнул выключателем, освещение было мягким и приглушенным, но я увидела, что это была не спальня. Два больших дивана были сдвинуты вместе в другом углу. Стена была закрыта большим телевизором с плоским экраном. Он включил его, но звука не было. Трансляция шла из клуба внизу. Каждую минуту изображение на экране сменялись — разные помещения Октавы.

Затем он повернулся и изучил меня. Цветные изображения вспыхивали за ним, окрашивая его в разные оттенки. Это заставило казаться его более соблазнительным и опасным. Он спросил:

— Что случилось?

Я вздохнула. Он всегда знал.

— Ничего.

— Эмма.

— Ничего. — Мой голос дрогнул.

Он взял мою руку и притянул меня ближе.

— Что случилось?

— Ничего.

Его рука сжалась, но я не почувствовала этого. Его прикосновения стали для меня такими обыденными.

— Я наблюдала за ними.

— Они что-то сделали?

— Нет, это их любовь друг к другу, и Тереза выросла с ними. Это…

— ЭйДжей.

Одно лишь слово сломало меня. Я скучала по нему, но те, прежние эмоции, были ничем по сравнению с бурей, которая разразилась во мне сейчас. Я упала на диван и Картер вместе со мной. Он усадил меня на свои колени и поцеловал в лоб. Он убрал мои волосы назад и продолжил. Его прикосновения были нежными и успокаивающими, но он был прав. Это был ЭйДжей. Я скучала по своему брату.

— Я тоже по нему скучаю.

Картер улыбнулся мне, с тенью печали. — Мы не слишком много говорим об ЭйДжее, но я любил его. Я не защитил тебя из-за него. Я знаю, ты думаешь так, но это не причина. Я защищаю тебя, потому что ты, потому что…

Мое сердце колотилось, и мои глаза расширились. Сбирался ли он сказать то, о чем я думала…? Я ждала, затаив дыхание, но он посмотрел настороженным взглядом.

Он стал смотреть в сторону, но я схватила его за подбородок и удерживала его на месте.

— Картер.

Настороженный взгляд исчез.

— Да?

Моя рука сжалась.

— Что ты собирался сказать?

— Когда?

Я передвинулась, так что обхватила его ногами. Его руки перемесились на мои бедра. Я прижалась к нему, моя грудь к его, глаза в глаза, и я задержала свои губы чуть выше. Я шепнула ему:

— Что ты собирался сказать мне?

Его грудь поднялась, и я почувствовала, как он вдохнул. Мои глаза закрылись. Мое дыхание стало таким же, как его.

Он все еще не сказал этого.

— Пожалуйста. — Я выдохнула.

— Зачем?

— Потому что я думаю, что знаю.

Я надеялась, что знала это. Каждый нерв в моем теле был напряжен от желания. Я хотела, услышать эти слова. В моей груди нарастала потребность.

— Скажите мне.

Он усмехнулся.

— Сказать тебе что? То, что я забочусь о тебе? Ты уже знаешь это.

— Перестань дразнить меня.

Он перестал улыбаться, и его глаза опустились. Они задержались на моих губах, которыми я дразнил его. Затем он сказал это:

— Я люблю тебя.

Все изменилось в тот момент.

Мои глаза поймали его. Моя рука упала на его грудь, и осталась там, чувствуя, его сердце. Он наклонил мою голову назад и поцеловал под подбородком, он пробормотал:

— Я всегда любил тебя.

Еще поцелуй.

— Я всегда буду любить тебя, Эмма. Для меня нет никого другого.

Его рука скользнула к задней части моей шеи, и губы вернулись к моим.

— Теперь, ты любишь меня?

Я улыбнулась, не в состоянии удерживаться.

— Ты знаешь, это.

Его рука сжалась вокруг меня.

— Скажи это.

— Я люблю тебя.

Мое тело таяло. Мы стали одним целым, как только я сказала эти слова. Тогда я сказала, это снова, потому что я могла.

— Я люблю тебя. Всегда любила.

Его губы накрыли мои, требуя глубокого поцелуя. Я дала ему это, потому что он был нужен мне полностью, столько, сколько я могла бы получить.

ГЛАВА 20

Остаток ночи был проведен в смеси ожидания, агонии и адреналина. Я была зависима от Картера, мы не могли долго обходиться без взглядов и прикосновений. Когда мы вернулись на главный танцпол, Тереза заметила, что что-то изменилось. Ее брови взлетели вверх, она пересекла комнату и схватила мою руку.

— Что случилось?

— Что ты имеешь в виду?

Я задыхалась. Мое тело все еще покалывало от осознания того, что Картер меня любил. Он любил меня. По мне пронеслись новые ощущения.

— Эмма, может быть я и пьяна, но не глупа. Ты светишься.

Ее челюсть отвисла.

— Вы сделали это здесь?

— Нет!

Она пожала плечами.

— Немного странно, но мы находимся в Октаве.

Она посмотрела на Картера, в это время Ной протягивал ему выпивку.

— И он владелец. Если бы захотели, вы могли бы сделать это на главном танцполе.

Она поежилась.

— Убедилась хотя бы, что он чист, а?

— Мы этого не делали.

Мы приблизились.

— Почему нет? Я бы сделала, если бы он был моим.

Она понизила голос, соблазнительно растягивая слова.

Картер осмотрелся. И задержал взгляд на Терезе, прищурился, а затем он повернулся обратно к Ною.

Она засмеялась.

— Боже, сколько раз я с ним заигрывала? Я бросала ему кокетливые взгляды, прикусывала губу и еще много чего, и, ничего. Могу сказать — он непоколебим.

Я застыла. Должна ли я выпить по этому поводу?

Она вздохнула.

— Со всеми своими тирадами о нем, я была неправа. Ной всегда говорил, что я не знаю, о чем говорю и, что я должна прислушаться к нему.

— Я надеюсь, что у вас будет жаркий и грязный секс сегодня вечером, сделай это для меня.

Я посмотрела в сторону своего босса.

— Я не думаю, что мне это нужно. Думаю, что сегодня у тебя будет свой.

— Нет.

Она закатила глаза.

— Я люблю Брианну, но она была сбита с толку, когда увидела наш флирт. Посмотри на нее сейчас, вон там.

Миниатюрная блондинка стояла рядом с обоими парнями. Когда она подняла руку с намерением положить ее на грудь Картера, меня пронзило чувство собственности. Он был моим. Картер поймал мой взгляд, уголки его губ приподнялись, и он вышел из зоны ее досягаемости. Рука упала обратно на бедро, но она напряглась, и ее голова поднялась вверх. Он бросил на меня теплый взгляд, будто, успокаивая, но я быстро моргнула и покачала головой, чтобы унять желание пойти туда и оттащить девчонку прочь. Это было первобытное, болезненное желание между ног, которое снова зарождалось.

Тереза потягивая напиток, пробормотал:

— Святая женщина, еще один его горячий взгляд.

— Значит, его сестра не одобряет вас двоих?

Она улыбнулась мне.

— Тактично сменила тему, но я проглотила наживку.

Она сделала глубокий вдох, прежде чем снова приняться за напиток.

— Брианна — принцесса в семье Ноя. Все ее обожают, и она находится здесь, пытаясь доказать, что она может быть самостоятельной. Конечно, она делает это, чтобы получить наследство своего деда. Он сделал оговорку, что она должна работать на штатной должности полный рабочий день в течение многих лет, прежде чем сможет коснуться денег. Так что это ее попытка доказать всем, что она может это сделать.

— Вы, ребята, кажетесь, любящими друг друга.

— Да. Я люблю ее, как младшую сестру и это, вероятно, та самая причина, почему она была так потрясена, увидев меня и Ноя, танцующих вместе.

Грустные нотки появились в ее голосе.

— И если младшая сестра не примет нас, то старший брат не пойдет на это. Небеса, может быть, Брианна переживает из-за чего-то. Она через многое прошла, с тех пор, как их дед умер десять лет назад.

Под конец ее сарказм усилился.

— Таким образом, все делают то, что она хочет?

— Да.

Она прикончила свой напиток и направилась в бар за другим.

— Когда их дедушка умер, она была с ним. Следующий год на нее был трудным. Она не могла спать. Она едва ела. Она начала пить, употреблять наркотики, все вместе. Небезопасный секс. Сказать, что она выжала из этой семьи все соки, после смерти их деда, будет приуменьшением. Ной, во всяком случае, не сделает ничего, что поставит под угрозу ее здоровье.

— Они согласны с тем, что она работает здесь?

— Ты что, шутишь?!

Она покачала головой.

— После того, как прошел первоначальный шок, им это нравится. Ей это нравится. Только это имеет значение. Им наплевать, пока, она ходит куда-то и зарабатывает деньги. Кроме того, ее повысили.

Когда бармен протянул ей напиток, она сделала большой глоток, прежде чем с грохотом поставить его.

— Я знаю, твой парень сделал это в виде одолжения Ною, но ей это не помогло. Теперь она вбила себе в голову, что ее босс хочет ее. Посмотри на нее.

Она снова крутилась рядом с Картером. Ее голова откинута назад, длинные волосы спускаются каскадом по спине, и губы очаровательно надуты. Я стиснула зубы и пыталась сдержаться, чтобы не раздробить пальцами свой стакан.

— Прости. — Простонала Тереза. — Я люблю ее. Просто немного больно от того, что ночи, которую я хотела провести с Ноем, теперь не будет.

— Она не может такое решать в твоей жизни.

— Она это делает и будет это делать.

Ее глаза потемнели.

— И я знаю Ноя. Он чрезмерно заботливый. Если есть незначительный шанс, что она потеряет из-за этого контроль, как раньше, то он его допустит. Он даже не посмотрел на меня с того момента, как она появилась тут. И не будет. Мы вернулись к притворству, будто мы не знаем друг друга и я только его сотрудник.

Я вспомнила их маленькую дискуссию, когда впервые была у нее.

— Так было раньше?

— Да. Его мама великолепная. Она всегда считала меня членом их семьи. Но я не их семья, не в действительности. Ной не хочет, чтобы я была в кругу его семьи. Брианна хочет, но не в том качестве, в котором хочу я.

— С ним?

— Именно.

— Кажешься одинокой.

Как я. Картер был моей семьей, а потом исчез, когда ЭйДжей умер. Я также уничтожила мою вторую семью.

— Я в порядке.

В ее голосе появилась резкость, когда она залпом допила свой напиток. Когда она поставила стакан на барную стойку, качнулась в сторону. Я поймала ее, придерживая, но ее голова поникла.

— Может быть, я должна идти домой.

— Скоро закрытие. Может быть, мы все должны идти.

Она нащупала мою руку, и сжала ее.

— Спасибо, Эмма. Я уже могу сказать, что ты хороший друг. Иногда я думаю, что единственное, что мне достается — это хорошие друзья.

Мой голос был хриплым.

— Друзья могут быть вполне подходящей семьей, иногда.

— Я знаю.

— О чем вы вдвоем говорили здесь? — Сзади послышался сладкий голос.

Тереза застыла.

— Ни о чем, Брианна. Как твой вечер?

Вблизи ее ярко-голубые глаза были ослепительны. С небольшим носиком, совершенным крошечным ртом, младшая сестра Ноя напоминала эльфа. Симпатичная и очаровательная, но ее притворная невинность сменилась, когда она встретилась с моим пристальным взглядом. На секунду она дала волю проблеснуть чему-то темному, прежде чем ее ослепительная улыбка стала шире, чтобы скрыть это. Черная рубашка сотрудника Октавы плотно облегала ее, показывая несколько дюймов золотистого загара на ее животе. Униформа предусматривала черную рубашку и черные брюки, черные брюки Брианны обтягивали все ее изгибы. Она выставила руку вперед.

— Мы официально не знакомились, хотя Ной ввел меня в курс дела.

— Брианна, это Эмма. Эмма — Брианна.

Тереза махнула рукой между нами двумя.

Когда моя рука коснулась ее в рукопожатии, она задержалась на секунду дольше, чем это было необходимо. Предупреждение дано. Когда мои глаза слегка прищурились, она отпустила. Улыбка не соскользнула.

— И ты также знаешь Картера?

Подумать только! Моя грудь напряглась.

— Я знаю Картера всю мою жизнь.

Я не могла не сказать это.

Ее глаза расширились.

— В самом деле?

Глаза Терезы округлились.

— В самом деле?

В этот момент мою талию обняла рука и потянула в сторону Картера. Он был теплым и обнял меня. Мое тело подстроилось под его, идеально подходя, в то время, как он сказал:

— Я был лучшим другом ее брата. Их диван был моей второй спальней.

— Я не знал, что у тебя был лучший друг, Картер. — Ной вступил в разговор.

— Дружил. — Он мягко поцеловал мое плечо. — И с этим маленьким лакомым кусочком. Эмме и мне нужно возвращаться домой.

Брови Брианны взлетели вверх, как и у Терезы. Ной нахмурился.

Картер вывел меня за руку. Я посмотрела через плечо. Тереза одними губами произнесла — «домой?» Я бросила ей кроткую улыбку прежде, чем мы вышли за дверь и поспешили вниз в темный коридор. Охранники шли в шаге от нас, окружая, а мы продолжили наш путь через лабиринт клуба. Несколько раз я была здесь, но что-то мне подсказывало, что мы идем не как обычно. Тем не менее, я не спрашивала, куда мы шли, так как Картер тащил меня за собой с большой скоростью. Парни почувствовали его настойчивость, и напряжение возросло, когда мы прошли через тоннель, который связывал клуб с отелем позади него. Я вспомнила пентхаус, но, когда мы вышли из роскошного коридора, выложенного красной бархатной дорожкой, мы пошли к боковым лестницам и вместо этого поспешили вниз.

Мы остановились у двери, которая вела в подвал гаража. Парни пронеслись мимо, но Картер задержал меня. На секунду, мы остались одни.

— Что происходит?

Его рука сжалась вокруг меня.

— Нам нужно держать тебя в безопасности.

— Картер.

Тревога скользнула по моей спине.

— Что происходит?

Он не ответил, только вытащил свой пистолет и крепче сжал мою руку. Дверь открылась, и один из охранников кивнул ему.

— Чисто, сэр.

Картер вышел первым, но крепко сжимал мою руку. Когда мы пересекли несколько футов до автомобиля, он шагнул в сторону и пропустил меня внутрь с рукой над моей головой. Он скользнул следом. Я ожидала больше охранников. Были места еще для троих, но я была удивлена, когда он закрыл дверь. Были только мы вдвоем. Прошло совсем немного времени, до тех пор, пока мы начали двигаться.

Не кажется, что мы далеко отъехали, когда автомобиль резко остановился.

Мое сердце подпрыгнуло в груди. Только не это.

В отличие от прошлого раза, он не стал ждать информации спереди. Как только автомобиль затормозил, Картер отреагировал. Он сидел рядом со мной. Я начала успокаивающе дышать. Некоторые из узлов в животе только ослабли, когда он вылетел из машины, прежде чем я могла даже понять, что происходит.

Как только я поняла, воздух снаружи наполнился криками и выстрелами.

— Пистолет! — Кричал кто-то.

Другой кричал:

— Беги!

В следующую секунду я услышала топот. Мимо машины бежали люди. Глухой звук от толчка.

— Вылезай отсюда.

Кто-то выкрикнул:

— Отойди оттуда! Сейчас же!

— Ах! — Закричала девушка. Еще глухой звук и ее крик прервался.

Это было все, что потребовалось. Я выкарабкалась из машины. Не хочу, чтобы невинные люди страдали из-за меня. Когда я открыла дверь, еще больше людей бежали мимо. Парень почти налетел на меня. Он удержался, оттолкнулся от машины и оббежал вокруг меня. Он продолжил бежать.

— Забирайся в машину!

Я посмотрела вокруг. Некоторые из охранников были вокруг меня, но половины из них не было. Я увидела Майка на расстоянии. Он с кем-то боролся. Где Картер? Паника начала расти, когда я не смогла его найти. Тогда я выкрикнула:

— Картер!

— Шевелись.

Кто-то выругался. Сдавленный звук послышался сзади, и я обернулась и увидела, что один из охранников схватил его за горло. Парня подняли с земли и отбросили в сторону.

— Эй!

— Проходи. — Охранник указал вниз, в противоположном направлении. — Сейчас.

Парень стоял, готовый противостоять, но увидел двух других охранников. Он побежал, куда ему сказали.

— Эмма!

Я вытянула шею. Тереза стояла внутри дверного проема, не далеко от того места, где машина остановилась. Ной был впереди нее, рукой удерживая за живот. Он нахмурился, когда увидел толпу людей на улице.

Бам! Бам!

— Эмма! Иди сюда.

Тереза отчаянно махала мне.

— Нет. — Охранник приблизился, схватил меня за руку и начал толкать обратно в машину.

— Забирайтесь внутрь, мисс Эмма. Мистер Рид возвращается.

— Но, — я посмотрела на своих друзей.

— Это безопаснее.

Его рука сжалась.

— Эмма!

Я узнала голос. Все во мне сжалось от напряжения. Картер. Он был здесь, бежал обратно ко мне и показывал рукой внутрь. Когда он увидел, что я не делаю то, чего он хотел, он крикнул кому-то рядом:

— Мэттью, посади ее внутрь сейчас же.

Позади меня закричала женщина.

— Картер. — Ной вышел из своей двери. — Наша машина уезжает.

Он махнул им.

— Забирайтесь в машину. Мэттью, посади ее внутрь СЕЙЧАС!

Хватка на моей руке удвоилась, и я была поднята в воздух. Я видела, как Ной и Тереза начали переходить к нам, но потом я увидела кого-то еще. Ужас застрял в моем горле и глаза округлились. Я не могла остановить это. Я не могла ничего сделать. Картер преодолевал расстояние на огромной скорости, но кто-то вышел из другой двери. Он был далеко от охраны, чтобы его схватили и недостаточно близко, чтобы Картер перехватил его.

Скотт Грэм поднял руку с пистолетом. Он был небольшой, и он поднял его с легкостью. Он делал это много раз прежде. Вместо Казановы, каким он показал мне себя в тот раз, на его лице застыла холодная маска. Он был как Картер, убийца. Затем он повернул оружие в мою сторону.

Все остановились.

Мое сердце перестало биться. Я перестала дышать.

— ЭММА! — закричала Тереза. Душераздирающий крик вырвался из ее горла.

Он посмотрел на меня, прицелился, и его глаза прищурились. Это произойдет. Это было секундным делом.

Я приготовилась. Я смотрел на него, смерти в глаза и ждала. Я должна была умереть. Я знала это в тот момент, и я не могла ничего сделать, чтобы остановить это.

Охранник развернулся в тот момент, но Скотт все еще мог видеть меня. Он перевел пистолет в сторону и упрочнил свой захват еще раз.

Как вдруг, Картер оказался там. Он обвил рукой его шею. Скотт напрягся, но было слишком поздно. Картер обхватил руками зад его шеи и повернул. Это было чистое движение, смертельное. Его шея хрустнула, и он отпустил тело. Оно упало к его ногам. Картер не медлил. Он перепрыгнул через него и в следующую секунду был рядом со мной. Он забрал меня у охранника. Прежде чем меня затолкали внутрь, я снова осмотрелась. Двое охранников следовали за Картером. Они подхватили, и каждый из них поднял тело за конечности. Скотта бросили в автомобиль перед нами, и он умчался.

Тереза и Ной были уже внутри автомобиля, ожидая нас.

— Где твоя сестра?

Мое сердце билось в барабанных перепонках.

— Выход для сотрудников. Она в безопасности.

Пока мы говорили, Картер захлопнул свою дверь, и наш автомобиль снова рванул. Сестра, во всяком случае, не имела значения. Картер не стал ждать. От резкой скорости автомобиля, меня отбросило назад. Он спокойно обнял меня за талию и притянул к себе на колени. Я сидела, прижавшись к нему, так как больше не могла закрыть глаза. Я чуть не умерла. Я должна была что-то почувствовать — страх, шок, но я ничего не чувствовала.

ГЛАВА 21

Я предположила, что мы направляемся домой к Терезе, но была удивлена, когда мы остановились снаружи удаленного от цивилизации коттеджа, похожего на дом. Он был огромным. Когда я выбралась из машины, взглянула и увидела, как огромные кованные железные ворота закрываются за нами. Они закрылись, и щелкнул электронный замок. Никто не вышел.

— Где мы?

Ной ответил на вопрос Терезы:

— Мы где-то в безопасности. Не волнуйся. Мы здесь только на ночь.

Он нахмурился и посмотрел на Картера.

— Правильно?

Ответа не последовало. Картер взял меня за руку и повел. Когда мы вошли внутрь просторной прихожей, он потащил меня в дальнюю комнату и закрыл дверь.

— Мне нужно, чтобы ты сделала мне одолжение.

— Почему мы здесь? Почему мы не дома?

Он подошел ближе и понизил голос.

— Это часть одолжения, которое мне нужно от тебя. Я не доверяю твоей подруге. Я не могу позволить ей уйти и не могу позволить привести их к нам домой, так что это наилучшая альтернатива. Все заблокировано на следующие 24 часа. Здесь нет мобильного телефона или подключения к интернету. У меня есть один телевизор, но это все.

Он повернул меня за плечи, так чтобы я посмотрела ему в лицо.

— Эмма, ты мне нужна, чтобы понаблюдать за твоей подругой, для меня.

— Терезой? — Тревога росла во мне. — Зачем?

— Я убил человека. Она уже была в машине, но она все равно могла увидеть это. Мне нужно знать, что она видела и то, что она думает по этому поводу.

— Ты имеешь в виду, если она доложит о тебе?

Нет, она не будет. Я нахмурилась. Она не могла, это был Картер. Мой Картер.

— Она знает, что вы друзья с Ноем, и она знает о нас.

— Ты сама сказала, что она никогда не одобряла моих связей, и ей не нравится моя дружба с Ноем.

Он слегка нахмурился и коснулся моего бедра, чтобы притянуть меня ближе. Его голова опустилась к моей шее, его любимому месту. Его губы коснулись моей кожи, и он пробормотал:

— Я убил человека перед ней. Я знаю, что она считала его другом. Но я убил бы его снова.

Меня пробрала дрожь, но это не было чем-то плохим. Должно бы быть, но не было. Я задержала дыхание и прикрыла глаза, когда его рука скользнула под мое платье. Она поползла вверх к моей груди. Рука остановилась под грудью. Его пальцы скользнули под мой бюстгальтер и остановились там. Моя грудь приподнялась, так я хотела, чтобы он прикасался ко мне.

Он улыбнулся у моей шеи и отодвинулся, чтобы встретить мой взгляд. Его глаза были прикрыты, а в них полыхало желание.

— Я бы, не задумываясь, снова это сделал. Его послали, чтобы убить тебя, Эмма.

Образ его, держащего пистолет, мелькнул в моей голове. Мрачное ощущение появилось в груди.

— Зачем? Он работал на тебя, не так ли?

Он колебался, вытаскивая руку и отступая назад.

Мне стало холодно без его прикосновений.

— Картер.

Он поморщился.

— Я забыл, что он дружил с Ноем и Терезой. Я надеялся держать его подальше от тебя.

Он остановился на секунду.

— Он продавал информацию Франко.

— Что? Почему ты не… как давно ты знаешь это?

— Вот почему он работал на меня. Мы наблюдали за ним, и Октава была лучшим местом для него. Все мои дела законны, но он этого не знал.

— Подожди. Ты держал его в Октаве, зная, что он может передавать информацию Франко?

Он усмехнулся, качая головой.

— Нет, мы держали его там, потому что там не было никакой информации для передачи. В любом другом месте он был бы подозрительным, но Октава не выбирает людей, как ванильное мороженое. Вот что это значит.

Его улыбка исчезла.

— Он тот, кто сказал Франко, где ты была. Из-за него на нас напали в первый раз.

— Но…

Это означает, что они искали меня… не тело Джереми…

— Да, — вздохнул он.

— Они знали, Эмма. Они знали, что это была ты.

«Бен дал мне достаточно денег».

По моим венам побежал лед. Мой рот приоткрылся, мое дыхание замедлилось.

«Он выглядел счастливым на прошлой неделе. Он думал, что он был горяч.»

Я перестала дышать. Этого не могло быть, но это было. Ни за что. Я почувствовала разочарование. Кто-то взял нож и провел им вокруг горла, прежде чем глубоко вонзить. Ощущение боли начало заполнять меня, и я начала дрожать.

— Эмма?

Я покачала головой. Этого не могло быть, но он сам это сказал.

— Эмма!

Он схватил меня за затылок, и заставил взглянуть на него.

— Что происходит?

— Ты, — я выдохнула. Я не могла говорить.

— Я?

— Ты сказал, что… это Бен. Бен сказал им.

«Бен дал мне достаточно денег». О Боже. Я закрыла глаза. Началась сильная головная боль. Это было сделано для того, чтобы расколоть меня. «Мэллори и Бен ушли». Паника переполняла меня, и я не могла дышать. Я открыла рот, чтобы глотнуть кислорода, но не вышло. Мои легкие перестали работать. Я стучала по груди, ослепленная, чувствуя, что паника все больше и больше меня душит. Это поглотило меня. Я не могла видеть.

Картер выругался и поднял меня на руки. Он куда-то понес меня. Я, в отчаянных попытках втянуть кислород, широко открыла рот. Ничего. Я начала метаться. О Боже. О Боже.

Затем меня ударила вода. Она была ледяной, но это увеличило бурю во мне. С криками, я бросилась прочь от нее, но Картер удержал меня на месте. Он нагнулся, чтобы изменить температуру, обнимая меня. Он удерживал меня словно в ловушке, я пыталась перелезть через него, чтобы убежать. Секундой позже вода потеплела, и моя грудь поднималась и опускалась в нормальном темпе. Я успокаивалась.

— Что с ней случилось? — Спросила Тереза издалека.

Мэллори и Бен ушли.

Я покачала головой. Я не могла убрать голос Аманды из своей головы. Это был он. Он продал меня.

«Бен дал мне достаточно денег».

Он дал ей денег, чтобы позаботиться о моих вещах.

У меня подкосились ноги, когда я поняла, что это значит. Он знал… он хотел спрятать мои вещи. Он заплатил за мои вещи, мои и Мэллори, чтобы уберечь. Знал ли он, что они собираются делать? Он должен был знать.

— Эмма?

Картер удерживал меня.

Я оглянулась на его заботливый голос. Он смотрел на меня сверху вниз, уже зная его взгляд. Что он знает?

— Эмма? Ты в порядке?

Тереза стояла за дверью душа. Она была бледная, и ее нижняя губа задрожала. Она держалась за ручку двери, но ее рука дрожала.

Я сказала с досадой в голосе:

— Ты сказал мне, что он может продать меня.

Картер закрыл глаза. Его плечи поникли, и воздух покинул его легкие. Он знал.

Он был прав. Я даже надеялась на это, но зная, что это произошло… ощутив это сейчас. Это было по-другому. Я не была готова к предательству.

— Кто продал тебя? — Она стала стучать в дверь душа. — Что происходит?

Я удерживала взгляд Картера. Земля ушла из-под ног. Я больше не чувствовала воды.

— Он сказал им, не так ли?

Он кивнул.

Потянувшись к нему, я ухватились за его плечи, и он поднял меня из воды. Он отнес меня в спальню. Поставив меня на ноги, он вернулся в ванну. Тереза коснулась моей руки, глаза расширились, когда она почувствовала мою отстраненность.

Она прошептала:

— Что происходит, Эмма?

Картер вернулся с полотенцами. Он протянул одно мне, сам он взял второе, чтобы завернуть меня. Затем он начал вытираться сам, когда направился к двери.

— Эмма?

Бен предал меня. Ему заплатили за предательство, но что на счет Мэллори? Они уехали. Куда они уехали? Была ли она в порядке?

Тереза придвинулась ближе и понизила голос:

— Я знаю, что он убил Скотта. Не волнуйся, Эмма. Я собираюсь позвонить в полицию. Я знаю, что ты влюблена в него, но он не достоин тебя. Я собираюсь позаботиться об этом. Я собираюсь избавить тебя от него.

Я посмотрела на нее, но чувствовала себя отделенной от самой себя. Это было, как будто я смотрела на нас с безопасного расстояния, за пределами моего тела. Я посмотрела, и сказала ей:

— Он собирался убить меня.

— Нет.

Она покачала головой.

— Я не позволю ему. Я не позволю ему причинить тебе боль.

— Скотт Грэм собирался убить меня. Картер спас мою жизнь.

Ее глаза расширились. Затем прищурились.

— Ты в шоке. Я это вижу. Ты не знаешь, что произошло.

Я вцепилась в ее руку и удерживала ее мертвой хваткой.

Она вскрикнула, а затем попыталась отцепить мои пальцы от своей руки, один, за одним. Она, то смотрела мне в лицо, то обратно на руку, туда — сюда, туда — сюда. Она нахмурила брови и закусила губу.

— Эмма, ты не понимаешь, что говоришь. Ты думаешь, что влюблена в него, но нет. Ты ослеплена его внешностью и его властью. Он опасен, Эмма. Он очень опасен.

— Он — моя семья.

Она отлепила три моих пальца, но они вцепились обратно. Она вздохнула.

— Ладно. Ладно, Эмма. Я вижу, что это займет больше времени, чем я думала. Ничего не говори ему. Он может вернуться в любой момент.

— Я кое-кого убила.

Мои слова заставили ее замолчать. Опустив руку, она отшатнулась назад.

— Чт…что, ты сказала?

— Я защищаю ее.

Обернувшись, она увидела Картера в дверном проеме. Выражение его лица было мрачным, и он сжал сухие вещи в руках. Затем он обошел вокруг меня и, приблизившись, всмотрелся.

— Ее глаза остекленели.

— Она в шоке. Она думает, что она убила кого-то.

— Она убила.

Огрызнувшись на нее, он бросил одежду на кровать.

— Уйди, и я сам позабочусь о ней.

Она фыркнула.

— Ага, как же. Вы с Ноем можете быть друзьями, и ты, возможно, знал Эмму в прежней жизни, но я не оставлю тебя наедине с ней. Ни на секунду.

— Ной.

Картер обернулся к двери.

— Что?!

Она взвизгнула в тот момент, как только была поднята в воздух. Ной ожидал позади. Он шагнул вперед, схватил Терезу и вышел с ней из комнаты. Картер крикнул им вслед:

— Она не может уйти. Пока нет.

— Я знаю.

Бросил ему через плечо Ной.

Спустя секунду дверь захлопнулась, и я повернулась к Картеру. Я по-прежнему не чувствовала своего тела, он поднес руку к моему лицу. Обхватил его сбоку и провел большим пальцем по моей щеке, тихо пробормотав.

— Вернись ко мне.

Я покачала головой. Там, где я была, было безопаснее.

— Вернись ко мне.

Он приблизился. Его голос чувственно ласкал мою кожу.

— Вернись ко мне.

Я покачала головой. Было намного лучше не ощущать себя. Не было страха. Никто не может предать меня, пока я была в таком состоянии.

Затем он прислонился своим лбом, к моему и выдохнул:

— Пожалуйста, Эмма. Ты нужна мне. Я люблю тебя.

Я закрыла глаза, и боль просочилась обратно в меня. Болело все сразу. Это было слишком, но я снова открыла глаза и увидела его облегчение. Он обхватил мо лицо, заправив несколько прядок моих волос за ухо. Я не могла справиться с этим, не со всем, и я снова почувствовала оцепенение. Тогда я отступила назад. Я не смогла бы сделать это, когда он прикасается ко мне. И я знала, что мне нужно было услышать все.

— Скажи мне, что происходит.

Он кивнул. С выражением капитуляции на лице.

— Тебе что-то из этого, может не понравится.

— Я должна знать.

— Хорошо.

Он подождал, пока я сяду и начал.

— Я говорил тебе раньше, что у меня есть свой человек у Франко, но я перестал получать от него информацию перед первым нападением на нас. Он написал мне, что Бен слил тебя, так что после этого, я удвоил твою охрану, но я не думаю, что ты это заметила. Потом, когда на нас напали, я понял, что с ним что-то случилось. Он бы заранее дал мне знать.

— Они убили его?

Он кивнул.

— Его тело всплыло вчера. Оно было передано в один из домов Маурисио.

Я втянула в себя воздух. Было что-то еще. Я знала, что было.

— Что еще?

Он медлил, колебался, а затем спросил:

— Ты уверена, что хочешь услышать все?

— Я должна.

У меня не было другого выбора.

— Мэллори пропала, Картер. Я действительно надеюсь, что Бен взял деньги и сбежал с ней, но мне нужно знать наверняка. Это означает, что я должна знать все. Ты должен рассказать мне все. Пожалуйста.

Он не стал ждать ни секунды.

— Твой друг Бен пошел к Франко и сказал ему, что убийца — это ты. Он не знал обо мне, или о том, что случилось с телом, но они искали Мэллори. Они знали, что Джереми Донван посещал очередную подругу. Он знал, что это было делом времени — найти ее, так он, за некоторую сумму денег, и гарантию своей безопасности, сообщил им твое имя.

Он смотрел на меня пристальным взглядом. Его глаза превратились в лед.

— Он был глупцом. Они в любом случае, планируют его убить, если они еще этого не сделали.

— Ты знаешь об этом от своего информатора?

— И мы знаем, что Скотт Грэм сказал Франко, что ты была в клубе. Он не знал, что я тоже там буду, или, что ты поедешь домой со мной. Они не смогут добраться до тебя, пока ты находишься в моих владениях. Вот почему дважды на нас нападали на улице. После первого нападения мы собирались отвезти Скотта на склад для допроса.

На секунду он замолчал.

— Мы это делаем, прежде чем кто-то убить.

Они собирались убить Скотта, но не сделали этого.

— Что произошло?

Я ни разу не моргнула.

— Нам нужно было знать больше, я полагал, что мой засланный человек был мертв, поэтому мы оставили Скотта там, где он был. Его держали рядом, чтобы посмотреть, будет ли он нам полезен. Сегодня его время пришло. Джин приехал, чтобы отвезти его на склад, но тот каким-то образом освободился.

— Почему сегодня?

Мое сердцебиение ускорилось.

— Потому что все должно было закончиться сегодня.

— Что?

Он начал ходить назад и вперед, зарываясь рукой в волосы. Влажная рубашка на нем начала высыхать, но это было из-за движения. Она прилипла к его коже и так и оставалась. По мере того, как он ходит туда и обратно, я наблюдала, как его мышцы бугрились от напряжения. Внезапно меня начал заполнять страх. Помимо первого нападения и панического страха, в котором пистолет Скота выстрелил, были и другие события. Я начала осознавать события, которые некоторое время были в подсознании. Я медленно встала, тревога заполняла меня все больше и больше, пока я не встала перед ним. Я остановила его, схватив его за руку.

— Что сегодня должно было произойти?

— Предполагалось, что сегодня Франко Донван умрет.

— С твоей помощью?

Он встряхнул головой, его желваки на челюсти играли.

— С помощью его собственной семьи.

— Просто скажи мне. Объясни мне.

— На прошлых выходных я был в Чикаго.

Он, на секунду замолчал.

— Ты знаешь, кто живет в Чикаго?

— Нет.

— Это штаб-квартира семьи Бертал.

Мое сердце продолжало биться, все сильнее и сильнее.

— Хорошо, ты поехал туда? Зачем?

Он коснулся моей руки. Его прикосновение было нежным, когда он притянул меня ближе. Я через рубашку могла чувствовать его сердцебиение. Он пробормотал, понизив голос до трепетного шепота:

— Я пошел туда, чтобы выменять перемирие между семьями Маурисио и Бертал.

Мое сердце остановилось.

— Ты сделал это ради меня?

— Я бы все сделал для тебя.

Он обхватил мою шею сзади, и наклонил мою голову, чтобы я посмотрела ему в глаза. Они были голодными и темными. Когда я увидела в них потребность, пламя желания охватило меня. Оно переросло в пожар, который становился жарче и ярче, пока я удерживала его взгляд.

— Обе семьи хотели мира между собой, и я дал им его. Я не принял окончательного решения до сегодняшнего вечера, но я получил его. Меня вызвали, чтобы сегодня увидеться с главой семьи Маурисио. Вот, где я был перед тем, как поехать в Октаву, тем не менее, это произойдет. Завтра утром Франко Донван будет мертв, и ты будешь в безопасности.

— Что ты сделал? Как ты смог это сделать? Я думала, что две семьи враждовали на протяжении многих лет.

— Нет.

Он покачал головой.

— Они перестали враждовать. Единственный член семьи, который продолжал войну — это Франко. Когда я пришел к ним, то назвал им свою ставку и то, что я хочу твоей безопасности. Я отдал им 2,5 % от состояния, которое я буду получать в течение следующих пяти лет.

— И твоя семья согласилась с этим?

— Я им также дал 2,5 %. Пять процентов моей прибыли от чистого бизнеса будут уходить семьям. Я выкупил нас и купил смерть Франко. Это небольшая жертва, но достаточно для того, чтобы обе семьи ладили. Это было сделкой, обе семьи получают по 2,5 %. Я заключил мир между ними. Пока я получаю прибыль от легального бизнеса — это выгодно для них и их имени. Ты хотела легальный бизнес, чтобы скрыть нелегальный, но я расширился со всеми этими сделками. Я вышел. И ты вышла из внимания Франко.

— Но почему Скотт пытался меня убить?

— Я думаю, это была последняя попытка. Я думаю, что нападения начались сегодня, и Франко это вычислил. Он хотел сделать мне больно, а единственный путь, которым он действительно мог… ты.

В его взгляде появился первобытный блеск.

— Это то, что сделал бы я, если вот так был бы загнан в угол. Я бы наносил удары там, где мог бы принести наибольший вред, но это не сработало. Ты в безопасности.

— Сегодня умрут люди?

Он кивнул.

— Только деловые партнеры Франко. Этим займется семья Бертал. Смерть Франко — это их подарок мне. Они займутся остальным, потому что им тоже нужно прикрытие.

Все это было для меня. Все это кровопролитие из-за меня. Я не знала, что чувствую на этот счет, но он начал это все ради меня. Я делала это для Мэллори.

— Картер. — Отрывисто сказала я. — Ты знаешь, где Мэллори?

Он покачал головой.

— Нет, но если она жива, они найдут ее. Новый глава семьи Бертал в этом городе знает о ней. Они знают, почему ты застрелила Джереми. Они свяжутся со мной, когда она найдется.

Я кивнула. Только это было важным, не так ли? Все это было для нее.

— Эмма.

— Что?

Сейчас он казался более уверенным.

— Ты должна знать еще кое-что.

— Что?

Мое сердце снова заколотилось.

— Джереми Донван был известен, как поставщик секс-рабынь.

Он, все еще неуверенный остановился.

— Скажи мне.

Сомнение исчезло и в нем показалось глубокое смирение.

— Мой источник сказал мне, что они думали, что Джереми изнасиловал твою соседку ночью, в ту ночь, когда ты убила его. Он не собирался ее убивать. Он собирался использовать ее в качестве сексуальной рабыни.

Его слова поразили меня. Они были холодными и ранящими.

Он собирался превратить ее в секс-рабыню… Он собирался превратить ее в секс-рабыню… Слова Картера повторялись в моей голове. Я продолжала слышать их снова и снова. Вдруг, меня перестало волновать, что этих людей убьют. Я бы хотела сделать больше, чем просто пристрелить Джереми Донвана. Он заслуживал худшего. Его смерть должна была быть медленной и болезненной.

ГЛАВА 22

— Ты в порядке?

Несколько часов назад Картер рассказал мне, что они планировали сделать с Мэллори. Я попросила его ненадолго оставить меня одну, и он так и сделал. С тех пор я сидела на кровати, просто сидела и думала. Когда я все обдумала, то поняла, что именно Картер сделал для меня, я была благодарна. Он купил мою свободу, в то время как сам лишился своей. Он сказал, что должен будет платить им в течение пяти лет, но было ли этого достаточно? Я не думаю, что после этого они оставят его в покое. Опять же, я не была частью этой жизни. Это была его жизнь, его мир. Судя по власти и богатству, которые, казалось, он имел, это был мир, в котором он преуспевал.

Я подождала, пока он закроет за собой дверь. Он дал мне стакан воды и тарелку с едой. Мой желудок заурчал, когда я увидела на ней сэндвич, но я оставила его нетронутым. Мой желудок говорил об ином, но я не смогла бы есть. Мысли о Мэллори, как о секс-рабыне, не оставляли меня.

— Эмма?

Он сел рядом со мной.

— Каким образом мы узнаем, если обо всех позаботятся?

— Это не важно. Франко — единственный от кого может быть кровавая месть. Когда он умрет, никому не придется платить за твой выстрел. Ты будешь в безопасности.

— Но не ты.

Слова вырвались из меня. Он не освободился от них.

— Эмма?

— Ты не будешь в безопасности. Ты по-прежнему привязан к ним.

Он притянул меня к себе, и провел рукой вверх и вниз по моей.

— Ты не должна беспокоиться обо мне. Пока я буду продолжать делать то, что делаю, со мной все будет в порядке.

— А если ты не будешь? Если ты перестанешь приносить им прибыль?

Это был мой худший кошмар, происходящий перед моим мысленным взором, когда я представила себе, что они сделают с ним. Образ его тела мелькнул в моей голове. Это было похоже на тело упавшего Джереми Донвана, с вытекающей из него кровью, за исключением того, что у Картера были голубые глаза. У него были точеные скулы Картера, его скульптурное тело, но оно было безжизненным и холодным. Я встряхнула головой. Этого не могло случиться.

Он опустил руку с моего плеча и скользнул между нами, отыскав мою. Его пальцы переплелись с моими.

— Этого не случится. Я не новичок в этом, Эмма. Я работаю с семьей Маурисио на протяжении многих лет. В настоящее время, мое слово имеет вес в обеих семьях. Я буду в порядке.

Затем он улыбнулся.

— Но приятно ощущать то, что есть кто-то, кто заботится обо мне. Я тот, кого люди боятся, а не наоборот.

Я подняла на него глаза, разрываясь внутри.

— Они не знают тебя так, как я.

Они не любят тебя так, как я люблю.

Его взгляд упал на мои губы, и он прошептал:

— Нет, они не знают. Никто не знает меня так, как ты.

Когда его голова приблизилась, я закрыла глаза и почувствовала прикосновение его губ на своих. От него исходила мягкая настойчивость, и я открылась ему. Его язык проскользнул внутрь и взял верх над моим, это продолжалось не долго, прежде, чем он посадил меня на себя.

Я ахнула, когда он снял с меня рубашку.

— Картер.

Его губы снова нашли мои. Необходимость в нем росла, угрожая лишить меня самоконтроля. Я вздрогнула, когда его рука скользнула вверх. Моя кожа горела по его следу, еще больше возбуждая. Пока он продолжал изучать мое тело, все ощущения и любовь, которую я чувствовала к нему возобладали.

Мне, это было нужно. Мне нужен был он.

В то время как он поменял наше положение, я ослепла от нужды. Он уложил меня на спину, нависнув надо мной, и продолжил пробовать на вкус каждый дюйм моего тела. Следом за моей рубашкой отправился лифчик. Затем брюки. Как только пальцы скользнули под резинку моих трусиков, он скользнул ими вниз, задевая большим пальцем внутреннюю сторону моего бедра, пока входил.

Я притянула его к себе, желая, чтобы его рубашки не было. Когда это произошло, когда я почувствовала восхитительность его кожи под своей рукой, я потянулась к его джинсам. Картер отстранился достаточно для того, чтобы сбросить их, и вернулся. Он находился между моих ног, целуя и прикасаясь ко мне. Он любил меня в каждом своем прикосновении и ласке.

Когда он скользнул в меня, я оставалась неподвижной, беспомощной перед тем, как мое тело трепетало из-за него. Затем он начал двигаться, и я ожила в его руках. По мере того, как темп нарастал, и его толчки становились глубже и глубже, я обвила его ногами. Я сливалась с ним в каждом движении. Мое тело принадлежало ему. Он мог делать все, что пожелает, и, когда я провела рукой по его спине, он затрепетал от моих прикосновений. Его тело также принадлежало мне.

Мы принадлежали друг другу.

Когда я почувствовала, что на грани, я крепко схватилась за него, пока он продолжал двигаться во мне. Он обхватил рукой мою ногу и поднял ее выше. Я открылась еще больше, и он смог под другим углом войти глубже.

— Картер.

Прошептала я. Вцепившись, я держась за него. Я встречала движение за движением. Он толкнулся, и мои бедра встретились с его. Мы двигались вместе.

Все это время он смотрел мне в глаза. Я чувствовала себя открытой для него, понимая что моя душа обнажена, пока его бедра набирали скорость. Я чувствовала его возбуждение, и взорвалась оргазмом. Когда я закончила, он дал волю себе.

Когда он рухнул на меня сверху, я убрала руку с его вспотевшей спины, целуя его плечи.

— Картер. — Пробормотала я.

Он испустил долгий вздох. Его тело дрожало, когда это зародилось где-то глубоко внутри него. Дотянувшись до моей руки, и он приподнялся, следя за моими губами, когда смотрел на меня вниз.

Мы не говорили. Я не могла. Этот мужчина был моим. Это очень могущественное создание, вылепленное до совершенства и с глазами как у волка. Он коснулся своими губами моих, нежно утверждая, когда прошептал напротив них:

— Я чертовски сильно люблю тебя, Эмма.

— Я тоже тебя люблю.

Для таких сильных чувств, рвущихся из меня, я была слишком слаба, их так много и они такие мощные, но как только я посмотрела на него, я увидела его силу. Пока я лежала в его объятиях, и пока он в течение ночи проделывал это еще раз, когда наши тела двигались вместе как одно целое, я чувствовала собственные силы, пробуждающиеся во мне. Я стала зависимой от этого прекрасного мужчины. Он был моим.

Я всегда буду любить этого человека.

Я встала с кровати и натянула халат, который висел на двери ванной. Войдя на кухню, я осмотрелась, и включила кофеварку. Пока кофе готовилось, я стала искать из чего приготовить завтрак для всех, и я знала, что изменилась. Может быть, это произошло из-за того, что меня чуть не убили, что я видела это собственными глазами, или, быть может, из-за осознания того, что могло бы случиться с Мэллори, если бы я не нажала на курок. Я не была уверена, из-за чего именно, но я изменилась. Внутри меня произошел кульминационный момент. Я больше не дрожала. Я не плакала о потере своей свободы или неспособности присоединиться к друзьям, чтобы без присмотра выпить по коктейлю.

Ничего из этого больше не имело значения.

Это случилось. Из-за меня погибли люди.

Я больше не волновалась. Должна была, но не делала этого.

Или может, я чувствовала себя так сейчас, наедине с Картером. Я чувствовала его энергию в себе. Мое тело окрепло, когда я подумала о прошлом разе. В моем теле до сих пор оставались отголоски того первого раза, когда он взял меня. Не то, чтобы я защищалась или пряталась от него, а потому что была вместе с ним и была любима им, и это заставляло меня почувствовать его силу. Это было подавляющим и опьяняющим.

— Добро утро.

Тереза зевнула позади меня.

Я повернулась и увидела ее по-новому. Я знала, что это не она изменилась. Это я изменилась, тем не менее, для меня она выглядела хрупкой. Она тоже это заметила. Она подняла руку, чтобы почесать за ухом, но когда она встретилась со мной взглядом, опустила ее. Ее глаза расширились, и рот слегка приоткрылся. Не было произнесено ни слова. Она встряхнула головой и прищурилась. Затем завязала на себе пояс халата, скрестила руки на груди и задумалась.

— Ты выглядишь по-другому.

Я развернула бекон и положила кусочки в сковородку. Масло начало шипеть, и я посмотрела на нее в ответ:

— Ты спала?

— Да, поразительно.

Она еще раз зевнула и облокотилась на стойку.

— А ты?

Картинка нашей ночи любви мелькнула в моей голове, и дрожь наслаждения пробежала сквозь меня. Я слегка улыбнулась, но все же кивнула.

— Я спала.

— Он все еще спит?

Я сжала в руке сковороду, когда я услышала ее насмешку. Мы обе знали, кого она имеет в виду. Я выпрямила спину, и успокоила дыхание.

— Да. А Ной?

Я услышала позади себя тихое всхлипывание, прежде чем она ответила.

— Я не знаю.

Я тут же обернулась и увидела промелькнувшее в ее глазах страдание, прежде чем она скрыла его.

— Мне очень жаль, Тереза.

Она пожала плечами.

— Да уж, что я могу с этим поделать? Брианна ясно показала прошлой ночь, чего она хочет. Ной не собирается идти против них. Даже тогда, когда мы чуть не погибли.

— Ты знаешь, что прошлой ночью Скотт Грэм начал этот бунт.

— Нет, я не знала.

Я напряглась, когда услышала раздражение в ее голосе.

— Так вот что он сказал?

Ладно. Злость закипала, пока я смотрела на нее. Я была сыта по горло.

— У тебя несколько недостоверное, ложное представление о прошлой ночи, Тереза. Позволь мне исправить это прямо сейчас.

Она оттолкнулась от стойки, но продолжила молчать.

Щипцы, которые я держала в руке, рухнули на стойку рядом со мной.

— Ты видела то, что видела. Ты видела, как Картер убивает твоего друга, но он был тем человеком, которого послали, чтобы убить меня. И, да, Тереза, он собирался меня убить. Скотт Грэм возможно был мил с тобой, когда ты пришла в Октаву, но он продавал информацию человеку, желавшему моей смерти.

— Хватит — прошипела она. Она бледнела с каждым моим произнесенным словом. Ее грудь вздымалась и опускалась в быстром темпе.

— Просто прекрати, Эмма. Ты несешь бред.

Я была спокойна. Я даже была холодна.

— Больше, чем три недели назад я пришла домой и обнаружила, что мою соседку по комнате насилуют. Он собирался убить ее или, еще хуже. И он собирался сделать то же самое со мной, потому что я была там. Я выстрелила в него, Тереза.

Она вздрогнула, когда я сказала это.

Я ожесточилась внутри. Мне было плевать. Ей было необходимо, услышать жестокую правду.

— И потому что я знала Картера, и доверяла ему, я пошла к нему за помощью. Он защищал меня с тех пор, потому что человек, которого я убила, был сыном еще одного бандита.

Ее глаза расширились, но я видела мысли, летающие в ее голове. Она сопоставляла факты. Это был вопрос времени, и когда ее глаза заполнились новым ужасом, я знала, что она все поняла. Имя Донван слетело с ее губ шепотом на выдохе.

— Я убила Джереми Донвана, и его отец искал меня. Я думаю, что ты сможешь догадаться, что именно он хотел сделать со мной, когда получил бы меня.

— О, Боже.

Я ждала. Мне нужно было знать, что она захочет сделать со всей этой информацией. Если бы она пошла к органам власти, она также обрекла бы и меня. Тогда другая мысль пришла ко мне, и я почувствовала тошноту. Волосы на затылке встали дыбом, и я оглянулась назад. В дверном проеме стоял Картер. Я знала, что он ждал так же, как и я. Он должен знать, как она отреагирует теперь, когда она узнала остальное.

Когда его взгляд встретился с моим, в его глубине мелькнул мрак.

Мне нужно точно знать, что она не воспользуется возможностью пойти к органам власти. Картер хотел обеспечить мою безопасность, не зависимо от цены. Я повернулась к Терезе, надеясь на чудо, что она отпустит это, потому что если она не сделает этого, она умрет.

Картер заберет ее жизнь, чтобы спасти мою.

— Хватит задавать вопросы.

Наши головы повернулись и поднялись. Ной стоял в другом проеме, негодующий, со сжатыми кулаками. Он рванул вперед в кухню, в то время как его глаза вцепились в Терезу.

— Я сказал тебе, перестань задавать вопросы. Ты должна прекратить сейчас же! Именно это я имею в виду, Тереза.

Она выпрямилась, бросая вызов.

— А что, если я не перестану? — Она закатила глаза. — Что плохого может произойти?

Низкое рычание вырвалось из него, когда он закричал:

— Ты издеваешься?

Она замолчала, встретившись с его пылающим взглядом. Тогда она нервно сглотнула.

— Ты в безопасном доме, парень, которого ты знаешь, имеет кучу связей, и ты все еще ведешь себя так подло, видя, как он убивает другого человека?

Его глаза вспыхнули яростью.

— Какая часть твоего предположения нелепа? Абсолютно. Все! Подумай об этом, Тереза!

Она нахмурилась.

— Ты всегда знала, кем Картер был для меня. Я обязан ему жизнью, Тереза. Моей жизнью! Но это не делает его менее опасным. Он был добр ко мне, и я всегда буду благодарен ему за все, что он сделал, но ты говоришь о нем, как о «могучей кучке».

Он убийца и она произнесла тебе это по буквам. Она ведет тебя вниз по проклятой дороге, но ты должна остановиться и подумать о том, чего она не сказала.

Ной подошел ближе к ней. Он умолял ее.

— Пожалуйста, отпусти это. Пожалуйста, Тереза. Он любит ее. Он свернул шею Скотту из-за нее. Что ты думаешь, он сделает с тобой?

Он потянулся к ее рукам и сильно их сжал. Ее крошечные руки исчезли в его.

— Он сделает так, что ты исчезнешь, и по единственной причине, о которой я буду знать только потому, что этот разговор происходит здесь. Он сделает это, когда ты не будешь этого ожидать, или это будет выглядеть как несчастный случай. Я понятия не имею, но я знаю, что он сделает это, и это случится потому, что ты угрожаешь ее жизни. Это не дошло до тебя?

Он опустил голову так, чтобы его глаза были на уровне с ее.

— Пожалуйста, прими это, пожалуйста, пожалуйста, прими это, Тереза. Перестань. Говорить. Об этом. Это все, что тебе нужно сделать.

— Но. — Она открыла рот, и по щекам потекли слезы. Ничего не прозвучало. Ее глаза взметнулись к моим, но я ничего не сделала. Он был прав. Ей нужно выслушать это. Затем ее рот закрылся, и она качнулась назад к стойке. Она упала бы, если бы не Ной.

Он подхватил ее и повернулся к Картеру.

— Она не скажет ни слова. Обещаю.

Картер прищурился.

— Я обещаю, Картер.

Он посмотрел на меня, как если бы спрашивал, следует ли верить ему. Я ничего не сказала. Я не могла. Я не имела понятия, что Тереза будет делать или то, о чем она будет думать через месяц, или даже год, или десять лет, если она будет молчать. Так что я не дала ему ответа.

Уголок его губ изогнулся, как бы говоря: «Большое спасибо», но его глаза были по-прежнему пустыми.

— Картер? — подтолкнул Ной.

Он отступил назад, чтобы пропустить их. Это был единственный ответ, который он дал на негласную мольбу его друга. Плечи Ноя поникли в поражении, и он повел их за дверь. Машина находилась снаружи.

Когда они захлопнули за собой дверь, я прокомментировала:

— Он думает, что ты собираешься убить женщину, которую он любит.

Картер смотрел на меня.

— Следует ли мне?

Двадцать четыре часа назад я бы умоляла о ее жизни. Она была невинна. Она была чиста. Она не хотела ничего плохого. Но теперь я изменилась. Тереза стала другом, но прошлой ночью все изменилось. Картер был моим возлюбленным. Он был моей семьей. Он был моим единственным союзником. И только потому, что она несла угрозу его жизни, я сказала ему:

— Я не могу тебя потерять.

Тогда я снова взяла щипцы и выключила плиту. Бекон был сожжен, так что я убрала сковородку и ушла.

ГЛАВА 23

Картер никогда ничего не сделал бы Терезе. Однажды ночью, я спросила его, что он намеревался сделать. У него были люди, следящие за ней, но это было его единственным ответом. Когда я спросила, что случилось бы, если бы она обратилась в полицию, он пожал плечами.

— Я не думаю, что до этого дойдет. Она заботится о тебе, и если бы она сделала что-нибудь, я бы с этим в первую очередь обратился к Ною. Я не совсем бессердечный, Эмма.

Она никогда бы не сделала ничего, что, я должна признать, заставило бы меня почувствовать облегчение. После двух недель не было никаких новостей касаемо Франко Донвана. Он пропал без вести, и интуиция мне подсказывала, что его тело никогда не будет найдено. В новостях не было никаких сообщений о том, что произошло в ту ночь. Это заставило меня задаться вопросом, как много других событий произошло, о которых широкая аудитория не имеет понятия. Я никогда не спрашивала о Франко, и полагаю, что была в безопасности, когда Картер сказал мне, что я могу выйти только с двумя охранниками. Меня это устраивало. Так много изменилось, я в том числе. Работа не была той же. Я никогда много не болтала с другими девушками, но теперь я болтала с ними еще меньше. Когда я хотела выпить кофе, я никогда не смотрела, кто был в комнате отдыха. Я делала свой кофе и возвращалась к себе в кабинет.

Новое повышение в должности было приятным. Я могла сама распоряжаться своим временем, и не было мистера Хадсона, который стоит над душой. На самом деле, сейчас я была его боссом, и он должен был докладывать мне. Я была мягка с ним, но я знала, что мог бы настать тот день, когда я бы настояла на этих обязанностях. Тем не менее, сейчас был не тот день.

Я работала в тесном сотрудничестве с Терезой по новым счетам. Ее волнение ослабевало, что было логичным, и я не обижалась на нее. Это означало, что она услышала мольбы Ноя. Один раз, когда я спросила Картера, по-прежнему ли он проводил спарринги с Ноем по утрам, он удивил меня, сказав да. Я думала, что их дружба будет напряженной, но оказалось, что их отношения остались прежними, как будто ничего не случилось.

Это был конец недели, и я уже собиралась уходить. Но, когда я вышла на улицу, и увидела автомобиль, ожидающий меня, я обернулась к Майку. Он и Томас оставались со мной. Они постоянно были со мной. Были и другие, но мне нравилось знать, кто охранял мою жизнь большую часть времени.

Его рука опустилась от двери автомобиля.

— Может быть, кофе сегодня?

Я кивнула и вернулась обратно внутрь. Пошла через переднюю холла и направилась к кафе. В отличие от прошлой пары раз, в которые он никогда не говорил, куда и зачем он уезжал, он объяснил мне за ночь до того, что собирается в Японию. Он был посредником при слиянии компаний для программы нового интернет-ресурса. Я кивнула. Мне было важно только то, когда он вернется назад, и я знала, что это займет как минимум целый день. Это расставание могло стать самым долгим с той ночи, как он убил Скота Грэма.

Когда я вошла в кафе, за стойкой регистратора была Аманда. Она подала знак кому-то, чтобы заняли ее место, и показала в сторону задней кабинки. Это была наша старая кабинка. Когда я увидела, что она схватила две кружки и кофейник, меня заполнило тепло. Это ощущалось прекрасно — вернуться назад, к нашему общению. Это заставило меня чувствовать, что у меня все еще был один друг.

— Новые вещи? — Спросила она, проскользнув в кабинку.

Я подождала, пока она наполнила обе кружки.

— Я получила продвижение по службе. Это требует более солидной одежды.

Это было половиной правды, я носила одежду, которую для меня купил Картер, когда я стала жить с ним. После того, как мы однажды занялись любовью, я спросила, откуда берутся эти идеально подходящие для меня вещи. Он сказал, что заказал их, когда я пришла к нему в Октаву. Он уже тогда знал, что я буду с ним. Моим ему ответом, незадолго до того, как он вошел в меня обратно, было притянуть его к себе.

Думая о том, что ночь искрилась желанием во мне. Мы мало спали.

— Так ты собираешься рассказать мне о новом человеке в твоей жизни? — Я почти уронила кружку.

— Извини?

Аманда закатила глаза.

— Пожалуйста, Эмс. У тебя на лбу написано. Даже сейчас ты краснеешь. Я не идиотка. Кто этот парень?

Она покачала головой.

— Пожалуйста, скажи мне, что это не Бен.

Я улыбнулась.

— Теперь мне будут сниться кошмары. Ты такое можешь представить? Просыпаешься и видишь его, ходящим с напыщенным видом по квартире?

Она хихикнула.

— И на нем ничего, кроме его боксеров?

Она сделала вид, что ее кишки выворачиваются, как всегда делал Бен. Он будет опираться руками на свои бедра, и стоять, пытаясь чтобы его живот выглядел больше, чем он есть. Он всегда пытался убедить нас, что был не просто кожа да кости.

Мы обе застонали. Я покачала головой.

— Я думаю, что меня стошнит прямо сейчас.

— Меня тоже.

Она опять хихикнула.

— Помнишь то время, когда он рассказывал нам, что он может присоединиться к бойцовскому клубу MMA[1], но не сделал этого потому, что он не хотел навредить кому-либо из бойцов?

— Ты права. Он сказал, что если бы он боролся, то по стандартам MMA, было бы не справедливо по отношению к человечеству.

Она потянула свой кофе, и встряхнула головой.

— Он был таким идиотом.

— В большей степени.

Затем она вздохнула.

— Я ничтожна, если скучаю по нему?

Все веселье исчезло, и я почувствовала пустоту.

— Я скучаю по Мэллори.

Аманда закрыла глаза и опустила голову. Она поставила кружку на стол, и прочистила горло.

Я видела эти эмоции. Я также чувствовала некоторые из них.

Она сказала тихим голосом.

— Мэллори изменилась, Эмс. То, что он сделал с ней, и то, что ты сделала перед ней, я думаю, что это изменило ее. Она не была той же, Мэллори, перед тем как они исчезли.

Меня пронзил гнев. Мэллори бы никогда не ушла, не сказав ни слова. Но я ушла первая. Я не имела права злиться на нее. Тогда я призналась:

— Я думаю, это изменило всех нас.

Она вытерла скатившуюся слезу.

— Никогда не будет прежде, не так ли?

Ее взгляд удержал мой. В них был огонек желания. Она хотела, чтобы я сказала ей, что все будет в порядке. Наша компания будет нормальной, но это была неправда. Я не могла придумать, что ей соврать, чтобы это звучало убедительно. Все, что я смогла сказать, было:

— Мы по-прежнему можем быть нормальными.

Ее глаза закрылись в поражении.

— Ты другая, Эмс. Мы не можем быть нормальными. Ты больше не обычная. Я думаю то, что ты сделала, тебя тоже изменило.

Она открыла их и насупилась на меня, на мгновение, жуя свою губу.

— Это как будто часть тебя умерла.

Часть меня умерла.

— Я думаю, это происходит, когда кого-то убиваешь.

Она вытерла еще слезу. Кофе к тому времени остыл.

— Я думала о переезде отсюда.

— Куда?

Меня ранила острая боль.

Она пожала плечами.

— Может быть, вернусь домой. Они предложили мне должность преподавателя, и я смогу заботиться о своей маме. Не похоже, что здесь есть что-то для меня.

Я не хотела, чтобы она уезжала. Я не хотела потерять еще одного друга, другую часть моей прежней жизни.

Она смотрела на меня. Теперь она спросила:

— Что ты думаешь об этом?

Я колебалась.

— Я не хочу, чтобы ты уезжала. Я хочу, чтобы мы снова стали друзьями.

Оттолкнув свою кружку, она откинулась и вздохнула.

— Я не знаю, Эмс. Я действительно не знаю. Вещи такие странные сейчас. Я должна приобрести новых друзей. Я понятия не имею, куда…

— Я переехала к Картеру Риду, — вставила я в спешке. Я моргнула, в оцепенении от того, что я только что сказала. О, Боже. Она знала. Кусая губу, я ждала ее реакции. Чтобы она сказала? Что она будет делать?

Она посмотрела на меня растерянным взглядом.

— Гм, что? Ее глаза зажглись. — Картер Рид? Он горяч!

Она выглядела восхищенной.

— Вау. Я имею в виду — стоп. Он горяч и богат. Ты живешь с ним? Охренеть, Эмма. Неудивительно, что ты ничего не сказала. Он лучший из парней.

Она прищурилась.

Подожди, вы вместе, так? Он же не использует тебя только для секса, да?

Я покачала головой, сдерживая улыбку.

— Нет. Я очень люблю его.

Это было превосходно поделиться этим, говоря о нем, с тем, кто не думал, что он промывает мне мозги. Я призналась:

— Я скучала по этому. Я скучала по тебе.

Она положила свою руку поверх моей на столе.

— Я тоже.

Третья слеза скользнула по ее щеке.

— Я тоже, Эмс.

Она робко улыбнулась.

— Может быть, нам надо собираться каждый вечер пятницы на ужин, или что-то еще. Нет, подожди, это было бы свиданием. Хорошо, вечер четверга. Давай тогда что-нибудь сделаем.

Она выпрямилась.

— Хэй, значит ли это, что мы можем иногда ходить в Октаву? Это было бы удивительно.

Я засмеялась, и почувствовала облегчение.

— Он владеет ресторанами тоже. Мы можем поесть в любом из них, в любое время.

— Вот, блин. Вау, Эмс. Это великолепно.

Она кивнула, ее губы снова задрожали от волнения.

— Так вот куда ты пошла, не так ли? Чтобы быть в безопасности от Франко. Ты пошла к нему, и он защищал тебя.

Я кивнула.

Ее глаза стали задумчивыми, и она снова вздохнула. Сейчас она выглядела разбитой.

— Бен те деньги получил не за свою работу, не так ли?

Ей не нужно было смотреть на меня. Она уже знала ответ.

— Прости, Эмма. Мне так жаль.

Затем она задала вопрос, на который я не могла ответить, но хотела знать ответ.

— Куда они могли пойти? Когда Бен и Мэллори уехали?

Я не знала, но не теряла надежды, что Мэллори была в порядке.

Картер вернулся следующей ночью. Он разбудил меня, когда забирался в постель, и я взглянула на часы. Было три утра. Когда его рука легла на мое бедро, он притянул меня к себе и положив голову на изгибе моей шеи, поцеловал там, его рука поглаживала мою талию, а затем скользнула вверх. Когда он добрался до моей груди, он обхватил ее. Его большой палец водил вперед-назад по соску, и он пробормотал:

— Япония была утомительной.

Во мне пульсировало желание. Он чувствовал, как мой сосок затвердевает под его рукой.

— Я рада, что ты вернулся.

Он переместился вверх и взглянул на меня. Его глаза потемнели от похоти, и взгляд задержался на моих губах.

— Я тоже.

Он опустил голову, и мое сердце затрепетало, готовое к его поцелую и к голоду, который всегда порабощал меня. Когда он вошел в меня, я надеялась, что никогда не свыкнусь с тем, насколько живой он заставляет меня себя чувствовать. Все это овладело мной. Позже когда, он притянув меня ближе обнял, я размышляла, не исцелял ли он ту часть меня, которая умерла.

На следующее утро, когда он спросил, в порядке ли я.

Я опустила апельсиновый сок из моих рук на стойку.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что я знаю тебя. Я знаю, что-то не так.

Неистовая волна любви прокатилась сквозь меня. Она была подавляющей, и внезапной. Я задыхалась от ее интенсивности и не могла говорить в тот момент. Я хотела защитить его. Я хотела защитить нас, и я бы делала все, что потребовалось, чтобы сделать это.

Он увидел, что бушевало в моих глазах, и отвел меня обратно в спальню. Пока он опускал меня на кровать, он смотрел на меня сверху вниз. Его рука скользнула по моим волосам и обхватила мою голову сзади.

— Ты знаешь, как сильно я люблю тебя?

То же самое чувство защиты захлестнуло меня снова. Я могла только согласно кивнуть. Ком эмоций стоял в моем горле. Это душило меня, и я ловила воздух, пока тянула его к себе.

— Также сильно, как я люблю тебя.

Следующим вечером он отвел меня в один из своих ресторанов. Это было одно из его наиболее эксклюзивных заведений, и пока он вел меня через заднюю часть, я не была удивлена, увидев знаменитостей, находящихся по всей обеденной зоне. Казалось, что все в ресторане сочились деньгами. Когда мы проходили мимо уборной, оттуда вышли три женщины, мой рот открылся от того, как они были прекрасны. Одна позвала Картера, но он проигнорировал ее и потянул меня к небольшой лестнице. Мы прошли на второй этаж, о существовании которого я не знала. Я поняла, что второй уровень был самым приватным во всем ресторане. Здесь был один длинный стол на весь этаж. Мы могли наблюдать за первым этажом через стеклянный пол под нами, но никто не мог видеть нас. Я вспомнила, что видела зеркальный потолок, когда мы были внизу.

Когда мы сели, вышел шеф-повар, чтобы нас приветствовать. Картер представил нас, но я была удивлена, когда увидела его, общающимся с подчиненным. Он не показывал фальшивую теплоту. Он искренне любил этого человека. После того, как он ушел, официант принес бутылку вина, и я спросила:

— Откуда ты его знаешь?

Он дождался пока официант уйдет, после наполнения наших бокалов.

— Помнишь, когда я говорил тебе, что поехал на склад Маурисио? Там бы Фарв.

Шокированная я пробормотала:

— Ты сказал, что приятели выпивали с твоим отцом?

Улыбка Картера сжалась.

— Он никогда не одобрял того, что мой отец сделал. Я думаю, он взял меня, чтобы защитить от моего не останавливающегося старика.

Я вздрогнула, вспомнив некоторые из тех худших моментов, когда Картер приходил к нам на диван.

— Он мог защитить тебя он него.

Его глаза встретились с моими.

— Ты защищала меня от него.

Я затаила дыхание, плененная им.

— Как и ЭйДжей. Ты подарила мне дом, когда я нуждался в нем.

— Ты продолжал возвращаться.

Горечь все еще была со мной.

— Потому что я любил своего отца.

Темнота мелькнула в глубине его взгляда.

— Я был дураком, но из-за него, Фарв спас мою жизнь. Он дал мне третий дом после того, как я потерял тебя и ЭйДжея.

— Ты никогда не терял меня.

Его глаза неотрывно смотрели в мои. Он тихо сказал:

— Я потерял. Я отпустил тебя, чтобы ты могла быть нормальной. Я никогда не хотел такой жизни для тебя.

— Такой жизни?

Я, дразня, обвела ресторан рукой.

— Жизнь, которую ты хотела иметь тогда, если бы я взял тебя с собой. Некоторое время там, это было тяжело. Они заставляли меня делать ужасные вещи, Эмма.

Я знала, что он делал и меня это не волновало. Я никогда не отступлю. Я никогда не отведу взгляд. Вместо этого, я взяла свое вино и отпила его, прежде чем ответила:

— Мне было бы все равно. Мне сейчас все равно.

Он предупреждал меня, испытывая взглядом, если я была напугана.

— Я знаю кто ты, Картер. Я единственная, кто знает тебя.

ГЛАВА 24

Я рассказала ему об Аманде той ночью в постели. Он кивнул, отвечая:

— Это хорошо. Ты познакомилась с ней в колледже?

Я спустилась ниже в кровати, удивленная, что он знал об этом, но понимая, что не должна была. У него был человек, следивший за мной всю мою жизнь. Вероятно, он знал обо мне больше, чем я знала себя.

— Нет, не совсем. В колледже у меня было не так много хороших друзей, ни один не задерживался. Я знаю Аманду с первого курса. Мы были в сообществе, которое они создали. Они объединили множество первокурсников. Я думаю, это была помощь к началу общественной жизни. Я перестала ходить на тусовки в клубе после первой ночи, когда поняла — на самом деле мы не должны там быть.

Он провел ладонью по моей руке, вызывая покалывающие ощущения на своем пути.

— Тогда вы с ней не стали хорошими подругами?

— Нет, этого не произошло, пока меня не приняли на работу в Ричмонд. Она преподает, но летом работает рядом в кафе. Мы возобновили общение. Мэллори я встретила раньше. Она была моим единственным другом со времен колледжа.

Я вздохнула, снова чувствуя пустоту тех лет.

— Мне потребовалось некоторое время, чтобы узнать, какими хорошими друзьями они были. Я никогда не была частью университетского «сестринства», но я дружила с кучей из них в течение колледжа. Мы ходили на вечеринки к «братству» и те были отстойными. Справедливости ради, я думаю, это были просто девушки, с которыми я подружилась. Они были шаблонными высокомерными девчонками. Я даже не знаю, почему они были дружелюбны со мной.

Его рука переместилась назад к моим волосам. Он стал убирать их с моего лица. Легкие касания были успокаивающими и прежняя пустота начала отступать. Он пробормотал:

— Ты знаешь, как ты прекрасна, Эмма?

Меня встряхнуло, я посмотрела вверх и увидела темноту во взгляде. Моя грудь поднялась, снова наполненная теплом, и в этот момент, я не могла говорить. Я видела его любовь, и от этого у меня перехватило дыхание.

Он провел большим пальцем по моему лбу и спустился вниз к щеке. Обхватил за подбородок и улыбнулся мне.

— Ты всегда была красивой, Эмма. Я беспокоился о тебе, когда ты была в этих приемных семьях. Я был рад, когда они поселили тебя у последней пары. Джонсы были добры к тебе.

Когда он увидел мое удивление, его улыбка стала шире.

— Да, даже тогда я наблюдал и пытался тебе помочь. Я попросил судью, переселить тебя к нему домой. Он согласился, что было бы полезно для тебя. Это была единственная причина, по которой он одобрил передачу.

Я испустила судорожный вздох. Ничто меня уже не удивляло, ничего, когда до меня дошло. Тогда я пробормотала охрипшим голосом:

— Ты думал, я была красивой?

Он блеснул улыбкой.

— Если бы ЭйДжей не убил меня, я бы давно тебя поцеловал.

— Правда?

— Правда.

Затем он наклонился и прижался к моим губам.

Во мне проснулся голод и я открылась для него. Но продлилось это не долго, до того, как мы достаточно нацеловались, и он переместился на меня сверху. И было позже, после расспросов о моих друзьях из колледжа. Я свернулась у него на груди и вытащила простыню, чтобы укрыться. Его рука гладила мой живот, выводя небольшие круги.

Чувствуя удовольствие, я пробормотала:

— Я даже не разговариваю с теми, кого знаю со времен колледжа.

Он запечатлел поцелуй на моем плече.

— Вы с Мэллори стали друзьями после окончания?

Я перевернулась и посмотрела на него.

— Что ты делаешь?

Он засмеялся. Понес руку к моему лицу, и большим пальцем задержался на моей нижней губе.

— Я пытаюсь понять твою жизнь, Эмма. Я получал отчеты, но они не говорили мне, что ты чувствовала, или о чем думала.

— Я думаю, у тебя более интересная жизнь.

Он закрыл глаза.

— Нет, у меня ее нет. У меня было много побоев от моего старика, но я никогда не уходил. Я не хотел покидать моего лучшего друга и его маленькую сестренку. Они были моей семьей. Когда кто-то это отбирал, я поступал так, как умел. Я избивал их. Когда это не помогало, я убивал их, а остальное ты знаешь. Моя жизнь вообще не интересна.

— Я думаю, ты недооцениваешь себя.

Большим пальцем он провел взад и вперед по моим губам. И пробормотал:

— Я бы предпочел послушать о тебе.

Пока его рука скользила вниз по моей шее и впадинке между грудями, я закрыла глаза, он обхватил одну из них и ласкал ее.

Я прошептала:

— Я встретила Мэллори на своей первой работе после школы. Позже я была принята в Ричмонд и снова увидела Аманду.

— Расскажи мне больше.

Он переместился ниже, чтобы поцеловать между грудями.

Желание заполнило меня. Мое сердце колотилось на уровне груди.

— Э… мы много говорили о парнях. Все мы, втроем. Мэллори встречалась со многими парнями. Бен «поклонялся» ей, но она никогда не уступала ему. И Аманда.

Мое дыхание перехватило, когда его язык провел по нижней части моей груди.

— Э… Аманде нравились парни, разбирающиеся в компьютерах. Она сказала, это было бедствие, иметь бесхарактерного отца.

Он продвинулся еще дальше, в сторону живота. Мои руки скользили в его волосах и продолжали держать. Я ахнула, не в силах говорить. Желание между моих ног росло с каждым его прикосновением.

— Это звучит так, будто ты веселилась с ней?

Его рука переместилась к моему бедру, и он толкнул меня на бок.

После этого, он лег позади меня. Моя нога была поднята, и он пристроился между ними. Его рука стимулировала мой клитор, пока он входил в меня сзади, пока я прижималась к его груди. Он начал легкие движения во мне. Я не могла говорить. Ощущения были ошеломляющими.

Он, целуя, пробормотал на ухо:

— Расскажи мне о твоей дружбе с ней.

Я изо всех сил ловила воздух и старалась сконцентрироваться:

— Мы смеялись над нашими свиданиями. И Беном.

Он толкнулся в меня глубже. Закрыв глаза, и я положила свою голову на него. Он начал с медленного темпа.

Его голос был хриплым, когда он прошептал:

— Почему вы смеялись над ним?

— Потому что он забавный.

Мое горло оцепенело. Я могла только лежать там, пока его пальцы блуждали по моему телу, и его бедра вдавливаются в меня.

— Картер.

Я снова ахнула.

— В чем дело?

Я слышала его веселье. Поворачивая голову в сторону, я поймала его взгляд. Его глаза потемнели, и меня голод дикий поглотил. Оттолкнувшись бедрами, он выскользнул, и я стала поворачиваться, но Картер схватил меня за талию. Он поднял меня над собой и в то же мгновение вошел в меня. После этого, не было никаких слов. Я нагнулась так, что моя грудь была прижата к его, пока он заставлял мои бедра двигаться в более быстром темпе.

Позже, после того, как мы оба вместе «взорвались», и я по-прежнему лежала, свернувшись на нем. Он расчесывал мои волосы назад, скользя рукой по моему телу в нежной ласке, прежде чем он вернуться назад к моим волосам, повторяя то же движение. Я засыпала, когда ко мне пришла мысль.

— У тебя есть люди, наблюдающие за Амандой?

Его рука на секунду сжалась вокруг моей груди. Затем расслабилась.

— Нет. Ты беспокоишься о ней?

— Нет.

У меня не было причины. Потом я посмотрела на него.

— Могу ли я пригласить ее в Октаву на одну ночь? Это было бы весело.

— Ты можешь пригласить ее в любое место, куда захочешь.

Он посмотрел на меня с мягким желанием в глазах.

Мое сердце сжалось.

— Что случилось, Картер?

Он только грустно улыбнулся мне.

— Я рад, что у тебя есть хороший друг. Жизнь со мной — это одиночество. Я беспокоюсь о тебе, когда я уезжаю.

— Ты никогда не должен волноваться обо мне.

Он сжал мои руки.

— Я беспокоюсь. И я всегда буду беспокоиться, но это потому, что я люблю тебя. Я никогда не буду контролировать тебя, Эмма. Ты можешь принимать свои решения и идти туда, куда хочешь, и я никогда не буду перечить. Но мне нужно, чтобы ты знала, что, если я беспокоюсь о тебе, это потому, что я люблю тебя. Я хочу твоей безопасности. Я всегда буду хотеть, чтобы ты была в безопасности, независимо от того, с кем ты или что ты делаешь.

От проницательности на его лице я снова стала задыхаться. Никто не смотрел на меня, так, с тех пор, как ЭйДжей сказал мне уйти, когда в том переулке он стоял напротив Томино. Это было в последний раз, когда я чувствовала чью-то настолько сильную любовь ко мне, такую же сейчас чувствовала от Картера. Он произнес слова, и я знала, что он имел в виду именно их, но на этот раз я их чувствовала. У меня не было слов. У меня не было понятия, как выразить то, что я чувствовала, так что я наклонилась к нему и захватила его губы своими. И вскоре мы оба снова стонали. Я была дома. Я там, где я должна была быть.

Прошел еще месяц, и я была счастлива. Картер пытался ограничить свои поездки одним днем в неделю, и когда он не мог, я знала, он торопился, чтобы вернуться ко мне. Работа прошла без осложнений. Я все еще наслаждалась своей новой работой и полномочиями, которые получила, но Тереза оставалась отстраненной, когда мы работали вместе. Это было пятном на моем хорошем настроении. После работы я стала ходить в кафе больше и больше. Аманда начала ждать меня в нашей кабинке. Она знала, когда моя работа заканчивалась, и включала для нас кофемашину. Мы никогда вновь не обсуждали Бена и Мэллори. Я поделилась с ней мелочами о Картере, о новом ресторане, в который он меня сводил, или о том, что мы можем пойти в Октаву в любой момент, и она рассказала мне истории о своих коллегах.

В Последнюю пятницу месяца я скользнула на свое место в кабинке и заметила, что она была другой. Ее голова была опущена, и она сцепила руки вместе. Ее плечи были опущены вниз.

— Что случилось?

Ее голова с ужасом дернулась.

— У меня свидание.

Я улыбнулась.

— Ты выглядишь, как будто готова обмочиться. Насколько это плохо?

Она сцепила руки и испустила глубокий вздох.

— Как это произошло? Я продолжаю спрашивать себя об этом, и я понятия не имею, как это произошло. Я действительно не понимаю. Он был там. Он был горяч. Он спросил рогалик. Я дала ему один, и тогда его рука коснулась моей.

Ее грудь вздымалась от драматичных вздохов.

— Затем он продолжил наступать. Я чокнутая. Я знаю, я чокнутая. Моя лучшая подруга встречается с гангстером, ладно, моя единственная подруга встречается с гангстером. Что я делаю? Я не могу пойти на свидание. Я должна позвонить и отменить.

Она нырнула в сумочку, нащупывая телефон, но я выхватила его.

— О чем ты говоришь? Ты не можешь встречаться из-за меня? Ты не можешь так думать, не так ли?

Она замерла.

Я видела, что она так думает. Я бросила сумочку на стол, но схватила ее телефон, прежде чем она смогла. Тогда я указала на нее, ее телефон в руке, с каждым словом.

— Ты можешь встречаться с кем хочешь. Ты не можешь не встречаться из-за меня. Поняла?

Она сглотнула.

— Он коп (полицейский).

Ох.

Я отклонилась назад в кабине. Ее телефон выпал из моих рук. Такой сценарий я не рассматривала, но тогда я действительно начала думать об этом. Я никогда не говорила ей ничего конкретного. Единственные вещи, которые я рассказала о Картере, были хорошие вещи, обычные вещи о свиданиях и как он заставил меня чувствовать. Я никогда не знала ничего о его деловых связях. Он сказал, он вышел из игры, но он убивал в прошлом. И об этом я знала немного, но я никогда никому не скажу. Так что я снова посмотрела вверх.

— Встреться с ним.

— Да?

Ее рот приоткрылся.

— Встреться с ним.

Я пожала плечами.

— Почему нет? Ты даже не знаешь Картера. Ты действительно ничего о нем не знаешь. Тогда почему ты не можешь встретиться с этим парнем?

Она продолжала глазеть на меня, прежде чем, со стоном притворно стукнулась головой о стол.

— Ты должна была согласиться со мной. Я не могу встречаться с этим парнем.

— Почему нет?

— Потому!

Я улыбнулась. Это была старая Аманда, и я сказала, что сказала бы тогда:

— Просто ждать до того, как Мэлс и Бен услышат об этом. Ты услышишь все о —.

Я замолчала. Я не могла поверить, что сказала это. Я забыла. Я откинулась, чувствуя, как кровь отхлынула от моего лица.

— Вот, блин.

Она внезапно двинулась вперед и хлопнула рукой по столу.

— Посмотри на меня.

Я забыла о них.

Она хлопнула по нему снова.

— Посмотри на меня, Эмма.

Я вздернула свои глаза вверх, мое сердце все еще колотилось. Мэллори.

Она зашипела на меня:

— Так что?! А? И что. Я знаю, что только что произошло, и это нормально. Все нормально. Хорошо, Эмс? Хорошо?! Я знаю, ты думаешь, что ты забыла о Мэллори и как ты могла, бла-бла-бла? Я права?

Я не могла думать. Мои глаза были устремлены к ее, но я не могла отрицать свою вину.

— Ты не права. Ты не права! То, что произошло — ужасная, ужасная вещь, и ты спасла твоего друга. Ты это сделала. Ты спасла ее, но когда ты сделала, что сделала, игра изменилась. Твой мужчина знал это. Он сразу понял, что наступит момент, когда они придут за тобой или за ней. Бен сделал подлый шаг, но он сделал это ради безопасности Мэлс, и то, что ты забываешь о них в эту секунду, просто это означает, что ты двигаешься вперед. Хорошо? Это все, что это значит. Ты двигаешься дальше. Мы все двигаемся дальше. Где бы они ни были, они тоже двигаются вперед. Ты не должна чувствовать себя виноватой из-за ее отъезда, а я знаю, что ты чувствуешь. Будь довольна тем, что ты сексапильная молодая женщина и получай удовольствие от того, что счастлива рядом с ним.

Я пробормотала:

— Откуда ты знаешь все, что нужно мне сказать?

Было ли это на самом деле так просто?

— Потому что я люблю тебя. Ты моя подруга, и я благодарна, что у меня до сих пор есть твоя дружба.

Ее подбородок замер на месте, и она скрестила руки на груди.

— Я зла от того, что Бен пошел к ним, но я поняла, что это должно было случиться. Твой мужчина был прав, вот почему он забрал тебя от нас. Если бы ты осталась с нами, ты была бы легкой добычей. Они бы нашли Мэллори и Бена, сказали бы им, что ты сделала, чтобы спасти ее.

Она пожала плечами.

— Это должно было случиться. Твоя жизнь или ее. Твой мужчина спас тебя, а Бен сделал то, что он должен был.

Что-то из моего прошлого настроения заискрилось во мне, и я улыбнулась.

— Ты действительно просто упомянула Бена, как парня?

Аманда хлопнула рукой себе по лбу и застонала.

— Он так долго был безнадежно зависим от нее. Всегда тосковал по ней, будучи одним из тех парней. Он был как ползучая, липнущая лиана.

Я усмехнулась.

— Он звонил в квартиру, когда она была на свиданиях. Он всегда хотел, чтобы я сказала ему, когда она вернулась домой. Я никогда не делала этого, но один раз он даже прислал мне пиццу. Это было похоже на то, что он пытался подкупить меня для получения информации о ней.

— Мэллори была такой глупой.

Она исправилась:

— Она была хорошей, но она была глупой. Как он не вызывал у нее мурашки? Он был ее собственным сталкером, которого она воспринимала как друга.

Я фыркнула:

— Или порой как брата. Были времена, когда он придет, и она спрячется в ванной. У нас даже было снаряжение, при помощи которого мы могли бы ускользнуть через окно. Бен никогда не верил мне, когда я говорила ему, что ее нет дома. Он требовал обыскать квартиру, чтобы увидеть собственными глазами.

— Он был немного повернут на ней.

— Немного? — Моя бровь вскипела. — Бери выше, но она всегда говорила, что по большому счету он был хорошим. Догадываешься, в некотором смысле она была права? Он был там ради нее, в конце концов.

— Да, я догадываюсь. Он был как двоюродный брат, который всегда находился рядом.

Я улыбнулась. Он был. Тогда улыбка ослабла.

— Почему мы говорим о них так, будто они мертвы?

— Потому что.

Мои глаза впились в ее.

Она пожала плечами, глядя в сторону и в то же время вздыхая.

— По крайней мере, для меня, они есть. Они ушли. Они оставили нас позади. По крайней мере, когда ты ушла, ты по-прежнему работала. Мы по-прежнему переписывались. Но они исчезли совсем. Ни слов. Ни звонков. Нет, ничего. Так что для меня, это то, что приходит мне на ум. Они мертвы для меня.

— Это неправильно.

— Это помогает от боли за них. Я не впускаю их. Может быть, тебе тоже следует так сделать.

— Да, может быть.

Я закусила губу, когда отвела взгляд.

— Мэллори никогда не писала мне.

— Потому что, однажды ночью тупой Бен разбил ее телефон. Он думал, что они могут найти ее по GPS. Ты не слышала его в конце, прежде чем он доставил всем удовольствие. Он был безумен. Он думал, что были люди, следящие за ними. Он думал, что кто-то прослушивает его домашний телефон, и они могут взломать его компьютер. Он боялся покинуть квартиру. Я имею в виду, на самом деле, он взял мясоразделочный нож с собой, когда доставили пиццу. Я удивилась, как этот ребенок не наложил на его пороге.

Я посмотрела вниз. Я не могла остановиться. Там находились люди, следящие за ними. Их послал Картер. Об остальном я не знаю, но Бен не был таким сумасшедшим, как она подумала. Когда я выскользнула из кабинки, я натянула улыбку.

— На этой ноте, я думаю, я собираюсь домой.

— Завтра?

Я остановилась, ловя искреннюю надежду на ее лице, и кивнула.

— Да. Знаешь, давай устроим что-нибудь веселенькое. Может быть ночь в Октаве?

Ее глаза загорелись.

— Серьезно?

— Серьезно, у нас тоже будет собственная кабинка.

— Твой мужчина там будет?

Я пожала плечами.

— Понятия не имею. Он попытается прийти, если не будет занят.

— Так ты говоришь, что можем быть только мы вдвоем, в нашей собственной частной кабинке?

— Это проблема?

— Нет. Просто имею в виду, что я могу напиться и не беспокоиться о том, что выгляжу как дура.

Когда его телефон зазвонил, Картер мысленно вздохнул. Это был не тот звонок, который он хотел услышать. Он поднял свой телефон:

— Джин.

— У тебя проблема.

Он не моргнул и не реагировал. Именно так, как он и предполагал, начнется этот разговор.

— С чем?

— Свои полицейские звонили. Они все говорят одну вещь, соседка твоей девушки была найдена час назад.

Он сдержал гримасу. Он уже знал, что это нехорошая новость.

— Она мертва.

— Да, избили и задушили. Копы думают, что это сделал ее парень, о котором ты говорил, что он будет проблемой.

— Они знают почему?

Эмма захочет узнать. Она хотела бы понять, и тогда она снова будет винить себя.

— В ее животе был мясоразделочный нож. Они думают, что она была беременна, и придурку не понравилось, кто был отцом.

Донван.

Картер вздохнул.

— Хорошо. Спасибо, что дали мне знать.

— Парень все еще считается пропавшим. Копы прочесывают окрестности в его поисках, но сейчас они просто думают, что он был наркоманом. Ты знаешь, что будет, если они возьмут его под стражу.

— Наркоман?

Но Картер знал, что это сделал Франко. Подсадить их на крючок, и они будут принадлежать тебе вечно.

— Да. — мужчина говорил настороженно. — Они использовали заброшенную квартиру в складах. Это выглядело как обычный наркопритон. Ты знаешь, все там.

Картер кивнул себе.

— Найдите парня, прежде чем это сделает полиция.

— Что ты собираешься сказать своей девушке?

Он не колебался.

— Я собираюсь сказать ей, что ее соседка по комнате умерла из-за выкидыша и кровотечения.

— Это все?

— Ей не нужно знать остальное. Она в любом случае узнает, что подруга, которую она старалась защитить умерла.

— Ты только послушай себя. Ты проявляешь нерешительность, Картер. Довольно скоро ты будешь испытывать эмоции и дерьмо подобно этому.

— Что бы ты чувствовал, Джин? Если бы ситуация полностью изменилась и это была твоя женщина? — спросил он, внезапно опустошенный. Он оттягивал время. Он знал это, и он все равно задал вопрос.

Человек на той стороне засмеялся в трубку.

— Блядь. Я не испытываю никаких чувств, не после столь долгого срока в бизнесе. Я удивлен, что ты чувствуешь.

Чувствовал ли он? Лицо Эммы в форме сердечка появилось в его голове, и злость захлестнула его. Хренов ублюдок. Урод может причинить ей боль. После всего, что он сделал, чтобы уберечь ее от зла, и теперь это. Он пробормотал в свой телефон:

— Я испытываю достаточно чувств, чтобы знать, что я хочу сделать с парнем ее соседки.

— Я понял тебя. Я буду скучать по тебе в наших краях.

— Я не буду.

Джин усмехнулся низко и сипло:

— Пока, дружище.

Прощальным приказом Картера было:

— Найдите парня.

Когда он повесил трубку, не было сожаления или сомнения. Картер набрал номер ее водителя и сказал ему, чтобы ее привезли домой как можно скорее. Когда звонок был сделан, он встал и покинул свой кабинет. Он знал, ему нужно приготовиться для разговора настолько, насколько он может, но в первый раз за долгое время он был напуган. Он не привык бояться чего-либо, но он боялся за Эмму, с тех пор, как она вернулась в его жизнь.

ГЛАВА 25

Майк ожидал на тротуаре около машины. Я сделала всего лишь два шага, когда услышала свое имя. Тереза была у отеля с поднятой рукой. Когда она увидела, что я задержалась, она поторопилась.

— Привет! Держу пари, ты удивлена увидеть меня здесь.

По меньшей мере.

Мой тон был холоден, но мне было любопытно.

— Что случилось, Тереза?

Она кивнула, и надула щеки:

— Хорошо. Я начну. — Сделала глубокий вдох. — Я была стервой. Я понимаю. Мне действительно жаль. У меня нет оправданий. Правда нет, но мысль о том, что он сделал и вся эта история о том, что сделала ты, на самом деле привела меня в замешательство.

— Это не было тайной.

— Я знаю, это не так. Поверь мне, Ной донимал меня в течение нескольких дней, когда он выяснил, что я была менее чем дружелюбна с тобой.

Я прищурила глаза.

— Ты делаешь это из-за Ноя?

— Нет-нет! Я не делаю ничего из-за Ноя. Жизнь была бы вероятно легче, если бы делала, но я слишком упряма и бестолкова. Я делаю это, потому что это заняло у меня так много времени, чтобы понять, что я была неправа. Если ты сделала то, что ты сделала, из-за того, что ты сказала, то ты не заслуживаешь попасть в тюрьму, и я понимаю, почему ты не могла ответить на звонок. У меня бы не хватило мужества, чтобы остаться здесь, и попытаться жить нормальной жизнью после этого. Я понимаю это. Правда. Действительно понимаю. — Она поморщилась. — А теперь я бормочу. Я только хотела сказать, что прошу прошения, что не была дружелюбна. Этому нет никакого оправдания. Я давно должна была тебе сказать это, а не ждать пока пройдет месяц, потому что мне было так неловко.

— Тебе было неловко?

— Да. — Она испустила глубокий вздох. — Очень. Я идиотка, и я знаю, что мы не были хорошими друзьями, но я чувствовала, что мы собирались ими быть. Как ты думаешь, я могу начать заново?

Меня омрачило подозрение, и я не могла не задаться вопросом, что если она заключила сделку с полицией? Была ли она сейчас внедрена, пытаясь получить информацию на меня или Картера?

— Я не буду говорить о Картере.

— Нет-нет. Хорошо. Я понимаю.

— Совсем. Я не хочу говорить о том, что я сделала.

— Я знаю. Я действительно понимаю.

Она снова поморщилась, оглядывая улицу вверх и вниз.

Майк давно закрыл дверь машины, но отошел только сейчас. Его присутствие было достаточным напоминанием, чтобы не напакостить мне.

Тереза улыбнулась ему и помахала рукой.

— Хэй, Мистер Телохранитель-чье-имя-я-никогда-не-знала. Я не собираюсь снова сделать ей больно.

Она повернулась ко мне с некоторой мольбой в глазах.

— Я действительно не буду. Я знаю, что сделала, когда отвернулась от тебя. Я не сделаю так снова. Я была действительно счастлива, найти истинного друга. Я не собираюсь это портить. — Она усмехнулась. — Ты одна из немногих друзей, с которыми я могу зависать, как с Ноем. Я была удивлена, когда он сказал мне, что он и Картер по-прежнему тренируются вместе.

— Я тоже. — Призналась я.

— Так, я искушаю судьбу, если прошу о еще один шанс?

Я не собиралась доверять ей, но не мешало бы иметь друга, чтобы поболтать на работе или возможно вечером в Октаве. И при этой мысли, я предложила:

— Я иду в Октаву сегодня с подругой. Ты хочешь прийти?

Ее глаза стали большими.

— Правда?

Я кивнула.

— Почему нет? До тех пор, пока ты не станешь осуждать мою подругу, когда она напьется.

— Разве ты не видела меня, когда мы гуляли? — Она рассмеялась. — Я, как правило, пью больше, чем должна. Ной из-за этого постоянно на меня злится, но я люблю выпустить пар.

— Хорошо. Мы увидимся там. Я напишу тебе позже, в какое время мы собираемся.

— Ты поедешь прямо из дома или…?

Я не думала об этом, но нырнула обратно в кафе. Аманда была за передней стойкой.

— Ты не возражаешь, если моя коллега пойдет с нами сегодня вечером?

Она пожала плечами, но выглядела удивленной.

— Конечно.

— Следует ли нам встретиться у тебя?

— О, да. — Она кивнула более энергично. — Мы можем пить вино и собираться вместе.

Наши глаза встретились, и я знала, что она думала о том же. Как в старые времена. Она блеснула улыбкой.

— Сегодня в восемь?

— Звучит прекрасно. — Я помахала, прежде чем вынырнуть обратно. — Увидимся в восемь.

Тереза ерзала, пока ждала на тротуаре. Она подняла голову вверх, когда я вышла. Я сказала ей:

— Я за тобой заеду в 7:30 и мы будет готовиться дома у моей подруги. Она хочет выпить вина, прежде чем мы поедем.

— Звучит как мой тип подруги.

Майк подошел вплотную ко мне. Его низкий баритон прозвучал за моим ухом.

— Эмма? Тебе звонят.

Я кивнула. Это было его напоминание, что мы должны идти. Я помахала Терезе.

— В 7:30 сегодня.

— 7:30! Тогда увидимся. Я все подготовлю для сборов.

— Хорошо.

Когда я села в машину, я не могла стереть улыбку со своего лица, Майк сел спереди, он делал так, учитывая, что теперь мне нужно было только два охранника. Так много взлетов и падений, но Аманда была права. Это было время, чтобы двигаться вперед, а не чувствовать себя виноватым из-за этого. Где бы Мэллори ни была, я надеялась, что она делает тоже самое. Вечеринка с Амандой и Терезой могла бы быть интересной, но я знала, это будет весело. Я перестала об этом думать, как только мы поехали домой. Обычное волнение увидеть Картера накрыло меня.

Когда мы добрались, он ждал на кухне, я бросила свою сумочку на стойку и обняла его. Прижимаясь головой к его шее, я воскликнула:

— Я ухожу с девчонками сегодня. Я надеюсь, что все в порядке. Тереза протянула «ветвь мира», и она кажется искренней. Я не знаю, так ли это на самом деле, но сегодня в любом случае будет весело. Аманда тоже идет. Мы собираемся к ней, чтобы подготовиться…

Я посмотрела вверх и мой голос смолк.

Что-то пошло не так. Очень плохо.

— Картер?

Он никогда не обнимал меня в ответ. Каждый его мускул был напряженным и неподвижным. Он был как статуя, сделанная из камня. Его челюсти сжались, пока он смотрел на меня сверху вниз.

— Картер?

Я позвала снова. Мое сердце ускорилось, когда я посмотрела в его глаза. В них было что-то — нет, этого не может быть. Мои руки отдернулись, как будто я обожглась, и я отступила назад. Я начала трясти головой. Ни за что.

Но пока он говорил, и я уже знала, что он собирается сказать.

Меня как будто ударили в живот. Я была словно побитым сосунком, когда он сказал:

— Сегодня они нашли Мэллори.

Я продолжала качать головой и отходить. Я снова хотела отдалиться. Я хотела пойти хоть куда. Этого не произошло. «Не говори», хрипело из глубины горла. Она была защищена. Она была далеко. С ней не могло случиться того, что он собирался сказать. Там не было никакой возможности. Бен никогда бы не позволил, чтобы это произошло.

— Эмма.

— Нет.

— Она была беременна.

О, Боже.

Я бы упала на колени, если бы Картер не поймал меня. Он прижал меня к груди, и уткнулся подбородком в своем любимом месте. Его губы коснулись меня, когда он сказал:

— Был выкидыш, и она потеряла много крови.

Она была мертва. Он говорил мне, что она была мертва.

Я отвернулась. Я старалась быть подальше. Я не хочу это слышать.

— Эмма. — Прошептал он, приглаживая выбившиеся пряди моих волос. — Эмма, посмотри на меня.

Я бы не посмотрела. Я бы не стала.

— Эмма.

— НЕТ!

Я вырвалась из его рук и отшатнулась. Когда он потянулся ко мне, я оттолкнула его.

— Нет, я сказала!

Он опустил руку.

Я убила его за нее. Она могла умереть, и я остановила это. Я убила его. Я убрала его, чтобы она могла жить, а теперь ты говоришь мне — я отказывалась в это верить. Я снова покачала головой.

— Нет. Я тебе не верю.

— Полиция нашла ее.

— Где?

Его глаза прищурились.

— Ты не можешь туда пойти.

— Почему нет?! Она была моей семьей.

Она уехала, и я думала, что она начала все с чистого листа. Вот, что сказала Аманда. Аманда была всегда права. Они начали снова. Я начала снова. Мы все выжили. А теперь Картер говорил, что не все из нас выжили. Не она. Я посмотрела на него и прошептала:

— Это должна была быть я.

Он дернул меня к себе и обнял меня.

— Не ты.

— Это должна была быть я.

Его руки сжались вокруг меня.

— Не ты. Прости. Я убью каждого человека, чтобы этого не произошло.

— Хорошо. — Я отстранилась. — Я узнала об этом. Это то, что ты хотел. Ты хотел, чтобы я была здесь и в безопасности. Что ж, мои поздравления. Я жива, но если бы я осталась там, они могли бы убить меня вместо нее. Она была бы жива, а я мертва вместо нее.

— Ее парень убил ее!

Я замерла. Бен? Это невозможно, но, когда я повернулась и посмотрела в холодные глаза Картера, я знала, что это правда. Он никогда бы не соврал, не об этом.

— Что ты сказал?

— Ее бойфренд убил ее. Он сошел с ума, Эмма. Она была беременна. Чей это был ребенок, как ты думаешь? Я предполагаю, что не его.

Я попятилась, как будто от удара. Его холодный тон осек меня, но это была правда. То, что он сказал, было правдой. Я покачала головой.

— Бен никогда бы не причинил боль Мэллори.

— Он сделал, если принимал что-то. — Отрезал он. — Я думаю, что Франко подсадил его. Он не хотел, чтобы все деньги ушли. Когда парень выяснил, что она была беременна, он вышел из себя. Это был не первый случай, когда парень пришел в ярость.

С понимающим тоном в голосе, я оцепенела. Даже мое сердце замерло на мгновение.

— Ты поступал подобным образом?

— С женщиной, которую я люблю? Нет. С теми, кто хотел причинить ей боль? Да.

Я снова лишилась дара речи. Картер и глазом не моргнул, когда отвечал. Он даже казался спокойным. Он снова был, я вздрогнула, хладнокровным незнакомцем для меня.

— Этот ее парень —.

— Он на самом деле не был ее парнем. Никогда не был.

— Он хотел быть. Я предполагаю, что он был пьян, когда она встречалась с Донваном. Я предполагаю, что он думал, что потратил свое время, пережидая, пока она закончит с последним парнем, и он был следующим в очереди. Затем, когда она начала встречаться с Донваном, ему надоело ждать. Он звонил? Может быть, даже оставался в квартире, когда она была с ним где-то еще?

Откуда он знает это?

Картер продолжал:

— Когда вы пошли к нему, он мог быть рыцарем в сияющих доспехах. Бьюсь об заклад, он любил это. Дело было в шляпе. Он, вероятно, убедил ее, что первую ночь, она не могла отделаться от ощущения прикосновений Донвана, она хотела прикосновений другого человека.

— Она не хотела больше ощущать его. Она хотела почувствовать меня. Она хотела прикосновений другого мужчины.

Я вспомнила слова Бена и царапины, спускавшиеся вниз по его спине. Он даже не выглядел раскаявшимся, не смотря на то, что она плакала. Он снова заставил ее плакать.

— Эмма?

Я снова сосредоточилась на Картере и, вздрогнув, моргнула. Почему он должен быть таким красивым? И его волчьи глаза, льдисто-голубые. Почему он должен меня спасти? Я пробормотала:

— Ты должен оставить меня одну.

Он сделал глубокий вдох.

Я продолжила, теперь оцепеневшая.

— Ты должен был тогда, позволить им убить меня. Я могла бы быть с ЭйДжеем все эти годы. У тебя все было бы хорошо. Ты был успешным. Ты поступил в колледж раньше. Почему ты не пошел?

Он прислонился к стойке. Его руки скользнули по моим бедрам, и он свободно держал меня между своих ног.

— Ты хочешь поговорить об этом сейчас?

— Сделай мне одолжение.

Он смотрел на меня, изучая.

— Почему сейчас?

Я пожала плечами и отвернулась.

Он поймал меня за подбородок и потянул меня назад.

— Почему, Эмма? Что происходит в твоей голове?

Я не вырывалась из его хватки. Я хотела опереться на него. Я хотела, чтобы он обнял меня снова, и я хотела, чтобы все ушло. Но это не так. Она была мертва. Я чувствовала это. Я знала, что что-то не так, но Аманда убедила меня, что все было в порядке. Я купилась на это. Я действительно думала, что Мэллори была счастлива где-то, вместе с ним, но Картер был прав. Бен сделал все эти вещи.

— Ты прав.

— О чем ты?

Все болело.

— О Бене. Он сказал, что она хочет прикосновений другого мужчины. Я думала, что он действительно любил ее.

— Он был больной на голову.

Он притянул меня ближе к себе. Я закрыла глаза, когда он придвинулся ближе к моей шее и поцеловал. Я принадлежала ему. Почему я иногда противилась этому? Чувство надобности этой любви смешивались с пустотой. Мэллори должна была быть жива. Она не была. Я была, и я была с Картером. Я была с моей родственной душой, в то время как у нее вырезали ребенка.

Он пробормотал у моей шеи:

— Ты пыталась спасти ее, но ты не можешь отдать свою жизнь за нее. Она ушла, Эмма.

Дрожь прошла сквозь меня.

— Она внесла Донвана в твою жизнь. В ту же секунду вы все были обречены, как это случилось. — Он притянул мою руку. — Ты знаешь, что я прав. Где-то там, ты знаешь, что я прав. Ты можешь злиться на нее.

Моя голова прислонилась к его.

— Она только умерла.

— Она умерла давным-давно, — категорично заявил он. — Ты это знаешь. Ты всегда знала, это.

Я покачала головой.

— Вот почему ты должен был отпустить меня. Ничего из этого не случилось бы. Она бы не встретилась с ним. Я бы даже не была ее соседкой по комнате. Может быть, я должна была умереть, Картер. Может быть, ты не должен был спасать меня или убивать всех тех людей за ЭйДжея —.

— Я убил их из-за тебя. Они искали тебя. Я не собирался позволить этому произойти.

Я покачала головой. Я не могла перестать качать головой.

— Это не должно было так произойти. Она не должна была так умереть. Я должна была остаться —.

Он сжал мои руки и поставил меня перед собой.

— Прекрати, Эмма. Останови это прямо сейчас.

— Нет. Почему ты не забрал ее в защищенное место? Она по-прежнему могла быть жива. Ее ребенок был бы жив!

— Потому что вас было слишком много. Слишком много изменений. Слишком много последствий. Я не мог доверять им, любому из них.

— Но…

— Слишком много вопросов. Они бы задавали слишком много вопросов, и они не смогли бы жить своими жизнями. Твоя подруга, Аманда, не могла бы жить своей жизнью. Каждый из них, они могли бы нанести нам удар изнутри. — Его тон смягчился. — Я не впускаю кого угодно. Ты, из всех людей должна знать это.

Я покачала головой. Это не помогало.

— Она не должна была умереть…

— Прекрати!

— Я передала ее ему, — кричала я, дергаясь от него. — Я спасла ее от одного монстра, и я направила ее к другому. У нее никогда не было шанса. У нее никогда не было шанса, Картер. Как я могу смириться с этим? Она была моей лучшей подругой. Она никогда не пила. Она никогда не курила. Парни были ее фишкой. Она от одного парня уходила к другому. Она никогда не любила, и я…

Я ничего из этого не остановила.

— Она не была твоей обязанностью.

Я посмотрела на него.

— Тогда ты не моя обязанность. Тогда я не твоя обязанность.

Он нахмурился, но промолчал.

— Я любила ее. Она была семьей. Она была моей обязанностью. Она была сломлена. Ты понятия не имеешь.

Его брови взлетели.

— Я не знаю, что такое сломленный человек? Чушь собачья.

Я оцепенела от его гнева.

— Ты была разбита с тех пор, как ЭйДжей умер. Ты была разбита даже до этого, тогда, когда ваши родители умерли.

Я отвернулась. Я не хотела это слышать.

Он обнял меня за талию, притягивая назад к своей груди. И продолжил, говоря мне в ухо:

— Может быть, это не самое подходящее время для этой речи, но ты не несешь ответственности за нее. Ты никогда не несла. Ты заботилась о ней, и ты пыталась ей помочь, но это все, что ты могла бы сделать. Ты не бог. Ты не бог. Ты определенно не ее Бог. Ты сделала то, что ты могла бы сделать. Ты пошла дальше, и сделала больше для своей подруги, то, что я был бы счастлив, имей я это. И я предполагаю, что она это знала. Она знала, что ты была хорошим другом, но она, вероятно, знала, что тебе нужно, спасти себя. Ты сделала это. Ты не можешь винить себя.

Я прошептала:

— Почему ты мне это говоришь?

— Потому что ты не можешь оплакивать ее, если ты винишь себя. Я не хочу, чтобы ты закрылась. Ты значишь для меня очень много, чтобы позволить тебе сделать это с собой.

— Прекрати, Картер.

Его руки сжались, и он начал целовать мою шею сзади. Его рука ослабла и начала ласкать мой живот.

— Я не буду останавливаться. Я никогда не остановлюсь. Не проси меня об этом. Я люблю тебя, Эмма.

Я тоже его любила. Энергия этой эмоции захлестнула меня, и я облокотилась на него. Он поймал меня и удерживал на месте. Он продолжал целовать мою шею, когда прошептал:

— Ты моя. Я не позволю тебе уйти. Я не позволю тебе винить себя в ее смерти. Ты сделала то, что ты могла. Это не твоя вина. Не твоя.

Он держал меня, когда слезы начали капать. Картер отнес меня в кровать, и он остался со мной до конца ночи. В какой-то момент, он встал, и я услышала, что он говорит по телефону. Вернувшись, он снова лег за мной, и поцеловал мое плечо.

— Я позвонил и сказал Ною, что случилось. Он скажет Терезе, что ты не можешь выйти сегодня вечером.

Тереза.

Я села. Аманда.

Картер сел со мной.

— Что?

— Аманда не знает. Я должна сказать ей.

Совершенно новый шторм забушевал внутри меня. Я должна сказать ей, что он сделал с Мэллори, тогда я поняла, что он никогда не говорил, что случилось с Беном.

— Полиция поймала его?

Стена рухнула от его взгляда. Его челюсти сжались.

— Нет. Мои люди ищут его.

— О, Боже.

Он знал, что я сделала.

Картер притянул меня ближе.

— Мои люди найдут его.

И это означало, что Бен должен был умереть. Еще один человек. Независимо от того, что сказал Картер, я была ответственной за все это. Мэллори была мертва из-за меня. Джереми Донван был мертв от моих рук, и теперь Бен должен был умереть из-за того, что он знал обо мне.

— Я должна пойти к ней сейчас.

— К Аманде?

Я кивнула, отягощенная бременем в своей груди.

— Хорошо. — Картер поцеловал меня в лоб. — Но я иду с тобой.

Когда мы уходили, наши руки были сплетены вместе.

ГЛАВА 26

Когда мы прибыли к дому Аманды, Тереза уже была там. Она ждала нас снаружи перед дверью, часто и тяжело дыша. Она выпрямилась и провела по своим волосам назад, когда пыталась отдышаться.

— Привет.

Я глубоко вздохнула.

— Ной сказал мне, что твоя подруга умерла, и я не знаю, которая, но я предположила, что ты можешь быть здесь. Я не знаю наверняка. Это вышло случайно, но я заставила Ноя найти адрес твоей подруги.

— Что?

Как?

— Я запомнила ее имя, когда мы встретились в уборной некоторое время назад. Ты помнишь?

Она наклонилась и стала дышать еще глубже.

— Я записала ее вот здесь. Я подумала, что мне нужно быть здесь с тобой.

— Как ты получила адрес Аманды?

— Ах, это. — Ее щеки покраснели. — Кафе принадлежит Ричмонду. Я попросила Ноя найти ее адрес.

Картер и я переглянулись. Она уже знала что-то из того, но знать это и слышать об этом больше — это две разные вещи.

— Тереза, это много для меня значит, но —.

Она отмахнулась.

— Нет-нет. Я здесь ради тебя. Я хочу поддержать тебя. Я поддержу.

Она повернулась к Картеру, который все еще держал меня за руку.

— И я рада, что ты тоже здесь.

— Правда?

Она кивнула, так серьезно.

— Правда. Я рада. Я надеялась на это, в любом случае. Я хочу извиниться за свое прежнее поведение. Я была в твоем доме и вела себя ужасно по отношению к тебе. Ты спас жизнь Эммы больше чем один раз. Единственное, что я должна сделать — это быть благодарной тебе. Так что, спасибо тебе.

Она протянула свою руку и ждала.

Картер искоса посмотрел на меня, спрашивая, но пожал ее руку.

Она встряхнула их руки в одном крепком рукопожатии.

— Спасибо за это.

— За что?

— За то, что принял мои извинения. Это много для меня значит.

— Тебе, должно быть, действительно нравится Эмма.

— Да.

Ее лицо полностью озарилось.

— Мне она действительно нравится. Она очень преданная, и она не использует меня для чего-либо. Знаешь ли ты, как это тяжело — найти друга?

Картер посмотрел на меня, как если бы сказал «она серьезно?», прежде чем заметил:

— У меня есть несколько идей.

— Да, конечно.

Она снова покраснела.

— Я забыла, с кем я говорю. Ты не доверяешь людям, но я думаю все дело в Эмме. Ты кажешься, я не знаю, более беспечным? Может быть ты счастливее, когда ты с ней? Не такой, как на встрече или, когда мы видим тебя без нее. Ты был весь мрачный и пугающий. Я по-прежнему смеюсь, когда вспоминаю реакцию Эллисон на тебя на той встрече. Ты весь такой фатальный и горячий. Я думаю, ее трусики промокли, когда она прошла через дверь.

— Тереза.

Я была не в настроение для этого.

— Хм?

— Моя подруга умерла, и я должна рассказать эту новость другой подруге. Может ли фанатский момент Картера подождать еще один день? Может никогда?

— О, конечно. Прости.

Картер прикоснулся к моей спине.

— Может быть, нам следует зайти внутрь?

Когда я нажала на звонок квартиры Аманды, она сразу нас впустила. Она ничего не сказала в домофон, и пока мы входили в лифт, я не могла отделаться от странного ощущения. Это было ненормально. Обычно Аманда что-то говорила, но я нажала кнопку ее этажа и избавилась от этого ощущения. Возможно, дело было во мне. Весь день был никудышным.

— Ты готова? — Спросил меня Картер.

Я кивнула. Она должна знать, но я не была готова снова почувствовать себя разорванной на части.

Когда мы поднялись на ее этаж, я постучалась в ее дверь.

Все, что случилось после этого, было словно в режиме ускоренной перемотки. Дверь была распахнута, но не Амандой. Это был Бен. Единственная вещь, на которую у меня хватило времени, это заметить, что его взгляд был диким, прежде чем он, повернув, дернул меня к своей груди и приставил нож к моему горлу. Он махнул рукой впереди меня и указал ею в лицо Картеру.

Мой кошмар происходил на моих глазах.

Он направил пистолет на Картера, который хотел сделать выпад вперед.

Бен выкрикнул:

— Я так не думаю, приятель. Я перережу ей горло. Даже если ты сможешь вырвать у меня пистолет, я вспорю ее. Ты знаешь, я это сделаю.

Его смех был маниакальным. Он был высоким и пронзительным.

— Я думаю, ты уже видел мою «ручную работу», да, Мистер Влиятельный Босс! ХА?!

Картер стоял еще в течение двух секунд. Прищурив глаза, он посмотрел на дуло перед собой. Затем его взгляд скользнул к ножу на моем горле, прежде чем он рявкнул через плечо:

— Беги. Сейчас же.

Бен крепче сжал меня, пока пытался увидеть, кто был позади Картера, и пока он это делал, Картер потянулся к нему. Он схватил Бена за внутреннюю сторону запястья и пригвоздил его к стене. Пистолет выпал, в то же время он, вырвал нож из другой его руки. Удивленный скоростью, Бен на секунду замер. В ту же секунду Картер ударил его по лицу, отталкивая его от меня назад. Затем он скрутил другое запястье. Как только послышался треск, он освободил меня. Я спряталась за Картера, и он ударил Бена в грудь. От внезапной боли и силы Бен упал на пол. У него была только одна секунда посмотреть вверх, прежде чем Картер вырубил его одним ударом по голове.

Я вбежала внутрь и кровати обнаружила Аманду. Ее руки были связаны лентой за спиной. Рот тоже был заклеен лентой. Высохшие слезы оставили следы на щеках, но когда она меня увидела, хлынули новые слезы. Она начала приглушенно что-то кричать, и я побежала к ней.

— Аманда, ты в порядке?

Она повернулась для большего доступа к своим рукам, но я не могла разорвать ленту. Я, чувствуя панику, в отчаянии закричала. Это было неправильно. Он не мог и ее убить тоже. Когда паника начала ослеплять, Картер оттащил меня назад и использовал нож, который забрал у Бена. Он перерезал ленту и снял ленту с ее рта.

Она бросилась вперед, забираясь в мои объятия.

Я упала с ней на пол, и мы держали друг друга.

Она плакала, пока я ее обнимала. Я не хотела ее отпускать.

— Эмма.

Она рыдала. Ее голова была спрятана на моем плече.

— Тсссс, все в порядке. Все закончилось.

Ее руки дрожали. Все ее тело дрожало.

— О, мой Бог. — Тереза застыла позади нас. Она стояла в дверном проеме с прижатой ко рту рукой. Затем она встряхнула своей головой, и в ней появилась решимость. Она подошла и опустилась на колени рядом с нами.

— Что я могу сделать?

Я открыла рот, но я понятия не имела. Я просто держала Аманду. У меня не было намерений отпустить ее, но Картер вырвал ее из моих рук.

— Картер.

Я вскочила на ноги и вытерла лицо ладонями. Они были влажными толи от слез Аманды, то ли от моих. Я быстро попыталась их вытереть, но сдалась. Я была вся в слезах.

— Не надо.

Он передал Аманду Терезе, а затем указал на дверь.

— Возьми ее. На лестничной площадке мой человек. Они отвезут вас в безопасное место.

— Тоже место, что и раньше?

— Тоже место, что и раньше.

— Хорошо.

Она притянула Аманду к себе и спросила:

— У тебя есть все, что нужно?

Аманда повернулась ко мне.

Мое сердце растаяло. Она выглядела такой потерянной и ранимой. Это было версией моей подруги шестилетней давности, которая стояла в дверном проеме. Я кивнула. Я уже знала, что ей нужно.

— Я соберу сумку. Я возьму ее с собой.

Тереза прикусила губу, когда прошлась по Картеру взглядом.

— Это может занять какое-то время, но я помню, что там была одежда. Мы можем использовать что-нибудь до того, как вы приедете.

Когда они уходили, Аманда весь путь не сводила с меня глаз. В последнюю секунду, прежде чем Тереза провела ее через дверь, она взглянула на Бена, который по-прежнему был на полу без сознания. Затем она твердо зашагала, но остановилась. Посмотрела на него вниз почти также грустно.

— Я знаю, что он сделал. Он сказал мне.

Тереза повернулась обратно ко мне. Я знала, что она была не уверена, что делать. Но я знала. Я шагнула вперед и коснулась руки Аманды.

— Он сказал тебе, что она была беременна?

— Да?

Я кивнула. Все казалось таким мрачным. Мэллори не должна была умереть так, как это произошло. Я должна была спасти ее, но я не знала. Картер был прав. Я не могла знать.

— Они думают, что это был ребенок Донвана.

— Это не имело бы значения.

Аманда была настойчива.

— Это не имело бы значения, не для Мэллори. Она бы полюбила этого ребенка. Держу пари, она была счастлива, когда узнала это. Она не была одна. У нее появился кто-то, чтобы любить.

Она крепко схватила меня за руку.

— Заставь его заплатить. Меня не волнует, что он был нашим другом. Он убил ее. Ты заставишь его заплатить, Эмма.

— Я…

— Пообещай, — прошипела она.

Картер убрал ее руку от моей и снова направил ее к Терезе. Он переместился так, что встал между нами.

— Доставь ее в безопасное место. Эмма прибудет через несколько часов.

Глаза Аманды все еще смотрели в мои, пока Тереза тащила ее.

— Обещай. Эмма! Обещай!

Майк был на лестничной клетке. Он потянулся, чтобы закрыть дверь, и прежде чем он ее закрыл, он послал мне извиняющийся взгляд.

Я замерла, как только они ушли. Во мне просыпалась новая буря. Аманда хотела мести, но она не понимала того, что я была единственной, кто виноват. Я привезла Мэллори к нему.

ГЛАВА 27

— Эмма.

Я посмотрела вверх. Картер смотрел на меня. На его лице снова была непроницаемая маска. Меня затрясло, когда я поняла, что снова нахожусь в одной комнате с хладнокровным убийцей. Он указал на Бена.

— Чего ты хочешь?

Я облизала свои сухие губы.

— Что ты имеешь в виду?

— Что ты думаешь?

Он пнул Бена по ноге.

— Это твое решение. Что ты хочешь сделать?

— Я…

Воспоминания происходившего в моей квартире снова нахлынули на меня. Я вернулась туда снова, в тот момент, когда Донван насиловал Мэллори. Она плакала, пытаясь бороться, но он только причинял ей еще большую боль. Он не собирался останавливаться. Так что это сделала я.

Я приняла решение тогда. Я не была уверена, могу ли сделать это снова.

— Картер… — сказала я хрипло. — Я…

— Что ты думаешь, случилось бы с Терезой, если бы она рассказала?

Я уставилась на него сверкая глазами. Большая волна одержимости возрастала во мне.

— То было совсем другое. То был ты. Это…

— Он уже убил ее. Он продал тебя и затем смылся на Додже. Франко подсадил его. Держу пари, ему нужно что-то, чтобы снять напряжение, он получил дозу за сдачу тебя и всего остального. Франко дал ему что-то, сказал, что это бесплатно, и это должно было его успокоить. Болван. После этого он был завербован. Когда проснется, он придет в себя. Тогда будет совсем другой Бен. Он будет плакать. Он будет просить у тебя прощения. Что ты собираешься делать?

От его тона я вздрогнула.

— Почему ты так со мной разговариваешь?

Он был настолько грубым.

Картер нагнулся и втащил Бена дальше внутрь. Он бросил его в середине гостиной.

— Потому что когда он проснется, он по-прежнему будет сукиным сыном, который убил твою подругу. Он приехал сюда не просто так. Почему ты думаешь, он пришел сюда?

— Я… — Я покачала головой. Я не хотела знать. Я действительно не хотела. — Он болен, Картер.

— Да. — Он рассмеялся. Этот звук был отвратительным.

— Болен, но он умен. Он выжил, Эмма. Он выжил во всей этой ситуации с Франко, дышащим ему в спину. Он процветал, получая деньги от сделки. О чем тебе это говорит?

— Перестань.

— Нет. Тебе нужно увидеть настоящего Бена. Он проснется, плачущий словно ребенок, и ты не должна купиться на это. Он наговорит кучу красивых слов, как он сожалеет о том, что сделал со своей девушкой, но ты не должна спасовать. Я пытаюсь помочь тебе увидеть настоящего Бена.

Я отвернулась, но он был там. Он обнял меня за талию и удержал рядом с телом Бена. Я пыталась вывернуться, но он изменил свою хватку так, что я больше не могла двигаться.

Его голос прозвучал позади моего уха.

— Ты должна перестать обвинять себя за все то, что происходит с твоими друзьями. Ты должна знать, каким зверем был этот парень на самом деле. Теперь посмотри на него. Посмотри на него, Эмма.

Я отказалась.

Он дернул мою голову вниз. Прекрасно. Если это то, чего он хотел, отлично. Я не видела ничего, только Бена. Он был без сознания, но я не могла избавиться от образа его диких глаз. Он не двигался. Он просто лежал там.

Картер держал меня крепче.

— Что ты видишь, Эмма?

— Ничего. Его.

— Посмотри на него. Что ты видишь?

Что я видела? Ничего.

— Скажи мне, во что он одет.

— Что? Он одет в мешковатые штаны. Ну и что?

Я снова попыталась выкрутиться из его хватки.

— Картер, прекрати это.

— Что в этих штанах? Посмотри, Эмма.

Гнев во мне возрастал, но я посмотрела. Затем, я увидела это. Это был пакет в его заднем кармане.

— Это то, о чем ты говоришь?

— Что в нем?

— Я не вижу этого.

— Посмотри. Да, ты можешь.

— Отлично!

Затем я увидела угол, выглядывающий из его кармана.

— Белое вещество. Ты уже сказал, что он сидел на наркотиках.

— Продолжай смотреть.

Я заметила выпуклость в том же кармане и двинулась, чтобы получить свободу. На этот раз Картер отпустил меня, и я опустилась на колени ближе к Бену. Я вытащила пакет с белым порошком. Вместе с ним вылез нож. В другом кармане вместе с комплектом ключей был его телефон.

— Что все это значит?

— Зачем он пришел сюда?

— Что ты делаешь?

— Он безжалостно убил твою подругу, Эмма. Ему следовало убежать, но он этого не сделал. Он пришел сюда. Зачем? Чтобы сообщить новость твоей подруге? Я в этом сомневаюсь. Открой его телефон. Посмотри на последний номер, по которому он звонил.

Я не знала его.

— Он не сохранен в контактах.

— Прочитай его мне.

Когда я это сделала, он сказал:

— Это тот же номер, что набирал Грехэм. Я предполагаю, что это была его последняя связь с Франко.

— Франко мертв.

Бен застонал, и Картер снова ударил его по голове. От него больше не было ни одного звука.

— Я хочу поговорить с ним.

Он покачал головой.

— Ты еще не готова.

— Зачем ты это делаешь?

Его ноздри раздулись, когда он пронзил меня взглядом.

— Ты смеешься надо мной? Все, что ты делаешь — это обвиняешь себя в смерти своей подруги. Я понимаю это. Ты только сегодня узнала, но я не собираюсь позволить тебе продолжать осуждать себя. Это будет парить тебе мозги. Я хочу, чтобы ты оплакивала свою подругу, но ты должна иметь четкое представление о самих фактах. Тебе нужно начать делать это в здравом уме, а ты не мыслишь здраво, не тогда, когда дело доходит до твоей соседки. Я постараюсь помочь тебе с этим парнем. Он подлец, но он был подлецом, которого впустила твоя соседка. Ты не могла этого изменить. Она впустила его. Она осталась с ним. Она выбрала поехать с ним. Не ты. Я хочу, чтобы тебе было ясно — ты не могла остановить ее от поездки с этим парнем. Ты не можешь за это винить себя.

— И то, что я собираюсь выяснить о Бене, поможет мне в этом?

Он поднял руки.

— Это только начало. Ты должна реально посмотреть на него, кто он есть. Ты никогда не видела. Я слышал, ты общалась с ним прежде. Ты думала, что он надоедливый и глупый. Ты смеялась над ним. Ты никогда не воспринимала его серьезно. Ты делала то, что делают большинство девчонок — ты видела только поверхность. Каждый человек дает тебе представление того, чего они хотят, чтобы ты видела. Этот мудак для тебя выглядел жалким, может быть снедаемым любовью.

Внутри меня все бурлило. Я была в растерянности от того, что он сказал, но я хотела только кричать на Бена. Он забрал ее у меня. Он не должен был забирать ее у меня. «Заставь его заплатить, Эмма. Обещай!» — возглас Аманды вернулся ко мне, и я встряхнула головой. Она была права. Я устала от уроков Картера.

Я двинулась вперед, но Картер притянул меня обратно. Его рука осталась на моей руке.

— Что ты собираешься сделать?

— Я…

У меня не было идеи.

Он вздохнул в отчаянии, пройдясь рукой по своим волосам. Когда он поднял свои руки, его лопатки сошлись вместе, и рукав рубашки соскользнул. Бицепс увеличился в два раза, прежде чем он опустилась руку обратно вниз. По какой-то причине, я не могла отвести взгляда от его руки. Его мышцы вернулись в свое прежнее положение. Но каждая его часть была доведена до совершенства.

— Ты меня разглядываешь? — Его тон содержал намек на приятное изумление.

— Что? Нет. Но я разглядывала. Мои щеки потеплели, и я опустила голову. Как я могу делать это? В такое время в таком месте?

Он усмехнулся:

— Не занимайся самобичеванием. Ты сдерживаешь себя. Я тоже.

Он вздохнул, когда подсунул ногу под живот Бена, и перевернул его. Одна его рука упала на диван и осталась там. Она не могла соскользнуть вниз из-за не очень удобного угла. Затем Картер указал на него и снова отошел назад.

— Ладно. Посмотри на него снова. Скажи мне, что ты видишь.

Я понятия не имела. Ничего. На нем была хорошая рубашка. В его переднем кармане были деньги. Его джинсы выглядели не столь мешковато спереди, и там не было пятен. Даже его ботинки казались новыми. Подождите. Его ботинки были чистыми. У него были деньги. У него был работающий телефон. У него были наркотики. Мой рот открылся.

— Сейчас это понимаешь?

— Он был под кайфом. Я думала…

— Что ты думала? — Он был спокоен.

— Я думала, он был в отчаянии и расстроен. Может быть, он не знал, что он творит, когда он…

Я не могла сказать этого. Мне нужно было, но я не могла. Это было слишком быстро.

— Он зарезал твою соседку по комнате. Он убил ее, и он не в отчаянии, Эмма. — Картер схватил телефон, вытащил деньги и взял нож. — Он получил ключи. Это говорит мне, что ему есть куда пойти. Он получил деньги, так что он здесь не для того, чтобы увеличить количество наличных. Он получил наркотики. Это значит, что он уже получил следующую дозу. И он получил второй нож. Я думаю, что это его любимый. Он использовал нож Аманды против тебя, и он пришел с пистолетом. Где он взял пистолет?

Я покачала головой.

— Это может быть тот, которым я убила Донвана.

— Нет. — Картер отрицал это. — Мои люди позаботились о нем. Это был его. Он пришел сюда с собственным пистолетом, Эмма. Сложи все это вместе. Что ты получаешь?

Я пожала плечами. Я так устала, так чертовски устала от всего этого. Я почувствовала, как оцепенение снова овладевает мною и отключает меня. Он убил Мэллори. Сукин сын убил мою подругу и забрал ее ребенка. По крайней мере, мы могли бы иметь ребенка. Мне было бы неважно, если бы он был от Донвана. Он был бы частичкой Мэллори. Она была хорошим человеком. Ребенок тоже был бы хорошим человеком.

Я вытерла слезу и села на другой диван.

Картер вздохнул. Его тон смягчился:

— Прости меня, если я причинил тебе боль, но сейчас я тебе помогаю. Я пытаюсь подготовить тебя, потому что скоро он проснется. Сейчас ты думаешь, что он не знал, что делал, он будет использовать это против тебя. Он собирается просить и умолять. Он будет плакать. Он собирается использовать каждый трюк, который он знает, но это не правда. Ничего из этого. Он знал, что он делает, Эмма. Он убил ее, и он хвастался этим. Ты слышала его. «Мы видели его «ручную работу». Он не был здесь, чтобы убить Аманду. Он мог бы сделать это прямо сейчас. Он ждал тебя. Он знал, что делает. Посмотри сквозь его оболочку и почувствуй его изнутри. Что ты чувствуешь? Используй все это. Сложи все это в своем уме.

Я покачала головой. Я не могла. Он перегибал палку. — Почему ты делаешь это со мной? — Я начала отворачиваться.

Он схватил меня за руку и потянул меня назад.

— Потому что ты должна знать все, и иметь все факты в своей голове. Я не позволю тебе уйти из этой квартиры с сожалением. Оно будет поедать тебя изнутри, а я люблю тебя слишком сильно, чтобы смотреть, как ты проходишь через это. Ты собираешься принять решение о том, что с ним делать, и оно будет твое собственное. Ты должна знать все сначала.

Я покачала головой. Я не хотела этого делать.

Он потянул меня к вещам Бена. Теперь его голос был снова жестким и холодным.

— Посмотри на это дерьмо. Он ворвался. Он связал хозяйку квартиры. У него есть наркотики. У него есть пистолет. У него есть телефон. Он одет в хорошую одежду. У него есть ключи, чтобы пойти куда-то. Человек имеет свой план, когда он идет куда-то. У него есть причина для всего, что он делает. Он не ищет непосредственной причины. Его последний телефонный звонок был человеку Франко. Он ждал тебя. Что он делал? Когда он проснется, это по-прежнему будет его целью. Когда ты разберешься в его задачах, ты разберешься в человеке.

Так много. Слишком много вещей крутилось внутри меня.

Картер прервался. Он сказал, мягким голосом:

— Один раз он уже продал тебя, и был вознагражден за это. Для чего ты думаешь, он был здесь? Снова?

Мои глаза округлились, и мое сердце остановилось. Он собирался сделать это снова. Картер заложил основу. Он хотел, чтобы я поняла это для себя. Он был прав, Бен бы убедил меня. Он бы плакал и умолял. Я бы сочувствовала ему. Черт, Аманда и я всегда сочувствовали ему. Мы смеялись над ним, но мы думали, что он был жалостливым от того, как сильно он любил Мэллори и тосковал по ней.

Картер был прав. Я бы купилась.

— Он был серьезно настроен. Он был здесь, чтобы схватить тебя для Франко, или самому убить тебя. — Картер подошел и пнул его по ногам. — Я предполагаю, что он собирался схватить тебя, а затем позвонить Франко и спросить, что он хочет с тобой сделать. Вероятно, он не знает, что Франко умер, никто, за исключением семьи.

— Что мог сказать Франко?

Он пожал плечами, когда снова пнул по его ногам.

— Франко хотел бы, чтобы он привел тебя, а затем убил бы парня. Твой друг думал, что был очень умен, думал, что имел все это, все просчитал. Он собирался получить большую награду в этот раз, больше, чем ему говорили, которая была импульсом.

— Это звучит так просто для него, убить меня вот так. — Я вздрогнула. Мой голос дрожал. — Он убил ее также легко?

Картер нагнулся, он развязывал обувь Бена, когда остановился и посмотрел вверх. Он смотрел на меня в течение минуты, прежде чем ответил:

— Этот парень выглядит как обычный контролируемый и оскорбленный мудак. Он, наверное, накапливал гнев в течение многих лет. Он видел ее с другими парнями?

Я кивнула.

— Хорошо. — Он кивнул сам себе, как будто он пришел к решению. — Тебе не понравится слушать это, но то, что произошло, как я думаю. Парень хотел вашу подругу, и он наконец-то получил ее. И он получил ее всю для себя. Я уверен, что он разыграл шоу, как он не хотел, чтобы ты уходила, но тогда на самом деле, он был рад, что ты ушла. Она была его. Но как только он это сделал, я не думаю, что все пошло, как он предполагал. Жизнь, проведенная в бегах, старит человека. Это было одето на нем. Франко подсадил его на наркотики, так что он находился под кайфом, он имел кучу наличных, и твой друг начал поиски для него. Он начал думать о том, что он мог сделать по-своему. Он стал чувствовать большую и большую зависимость от нее. Если бы это не было бы из-за нее, он мог бы жить своей роскошной жизнью. В один момент кто-то сказал ему, так что он и от меня тоже стал прятаться. Он связывал это с ней, с тех пор, как ты была ее соседкой.

С каждым словом, я чувствовала себя хуже и хуже. Мой желудок поднялся в горло от его последних слов.

— Почему ты говоришь мне все это?

— Потому что я рисую тебе картину, чтобы ты понимала это, когда он под кайфом, он зол, они, вероятно, поссорились, и он убил ее. Его, вероятно, это даже больше не волновало. Тогда она была ему в тягость.

— Откуда ты это знаешь?

— Потому что это то, что делаю я. Я вычисляю людей. Я выясняю их скрытые планы. И твой приятель здесь, он не такой уж выдающийся умом. Он только думает, что он был таким. — Он снял туфли Бена, следом сорвал его рубашку. Его штаны были последними, прежде чем он встал. — Ты готова?

— Почему ты его раздел?

Картер послал мне жестокую ухмылку.

— Ты не хочешь знать этого ответа. Хорошо, вперед.

Он снова начал трясти Бена, сильнее пиная его по ногам. Сначала не было никакого ответа, но после нескольких энергичных шлепков его по лицу, он начал просыпаться. Он зашипел и отшатнулся назад. Когда он столкнулся с диваном, то вскочил на ноги.

Картер толкнул его на пол.

— Оставайся там. Ладно?

Дрожа, Бен кивнул. От его лица отхлынула кровь. А потом он повернулся ко мне. Его глаза расширились, их наполнило раскаяние, а губы начали дрожать.

Я посмотрела в сторону, тошнота из-за места, где я сейчас была, вызывала отвращение. Картер был прав.

— Эмм-Эмм-Эмма, — произносил он, запинаясь. — Мне очень жаль. Прости меня. О, мой Бог. О Боже, бля! Я… что я сделал? Мэллори. — Он задохнулся на ее имени. — Что я с ней сделал? Что я сделал с ребенком? Что я сделал с тобой. О, мой Бог.

Я не могла его слышать. Я не хотела. Неосознанно, все еще слыша крик Аманды в своей голове, я схватила его пистолет и быстро повернулась в этом же движении. Я выстрелила в него. Раздался звук выстрела, но я никогда не слышала этого. Его тело упало вниз, а рот перестал двигаться.

Он умер.

Я отомстила за Мэллори.

Тогда я повернулась и ушла. Я никогда не оглядывалась назад.

ГЛАВА 28

Я оставила Картера в той квартире. Внизу меня ждала машина, меня отвезли в конспиративный дом. Аманда и Тереза сидели за обеденным столом, перед каждой стоял огромный бокал вина. Увидев, что я одна, они послали мне усталые улыбки. Прежде чем присоединиться к ним, я приняла душ, а когда вернулась, то меня уже ждал огромный бокал вина. Я нуждалась в этом.

Мы всю ночь сидели вместе. Никто из нас не хотел спать.

Они так и не спросили, что случилось. Они знали.

Ной приехал около шести утра. Он тоже выглядел уставшим. Я не уверена почему, но и знать не хотела. Тереза откинула голову назад, как будто ожидая поцелуя, но он опустился на колени и, подхватив ее на руки, встал, и они исчезли в коридоре.

Аманда вскинула брови.

Я зевнула:

— Мой босс. Это сложно.

Мы больше не произнесли ни слова. Следующим вошел Картер. Он не подхватил меня на руки, как Ной Терезу, а всего лишь взял за руку и повел в нашу комнату.

Я обернулась, взглянув на Аманду, но она опустила голову, облокотившись на стол. Я знала, что она не хотела спать, или, может, она уже уточнила по поводу кровати.

После того, как мы приняли душ, Картер взял меня на руки и отнес в кровать. Он укрыл нас одеялом, и мы спокойно лежали прижавшись друг к другу. Когда я потянулась за рубашкой, он покачал головой. Он хотел, чтобы между нами была только обнаженная кожа.

Мы ни разу не заговорили о том, что я сделала.

Аманда не захотела возвращаться в свою квартиру, поэтому она оставалась в конспиративном доме. Она жила здесь, и на этот раз была моя очередь забрать вещи из ее квартиры. Она попросила только несколько вещей, в основном одежду и ее компьютер. А все остальное я оставила храниться у себя.

Поскольку Аманда осталась в конспиративном доме, так сделала и Тереза. Я не понимала, почему, но как она сказала, Аманда напомнила ей о ее матери. Между ними образовалась связь и за 3 месяца в конспиративном доме, Тереза поняла ее. В этом отношении не было никаких сомнений, никаких обсуждений. Однажды вечером, во время ужина к которому присоединились Картер и Ной, Тереза, положив вилку, сказала, что уйдет вместе с Амандой.

На следующий день, Аманда упаковала свои немногочисленные вещи и они уехали.

Я не была уверена, кто испытал большее облегчение, Ной или Картер. Пока обе мои подруги были в конспиративном доме, я тоже хотела оставаться здесь, поэтому Картер остался со мной. Ной был единственным, кто находился здесь не постоянно, но он, как правило, всегда был поблизости. Как-то ночью Аманда спросила меня, было ли это странно, что я практически живу со своим боссом, но я пожала плечами. Ничего больше не казалось странным.

На надгробии Мэллори не было никакого обозначения. У нее не было семьи.

Бен был указан как ее контакт для чрезвычайных ситуаций, поэтому ее личность никогда официально не устанавливалась. Меня только единожды после работы доставили в морг, и я увидела, что это действительно была она. Я знала, что это была она, но Картер хотел, чтобы я убедилась. Аманда придти не захотела.

Первое время мы никогда не говорили о Мэллори. С тех пор, как Аманда переехала к Терезе, прошло еще три месяца, и только тогда ее имя произнесли впервые. Для нас троих, мы завели новую традицию. Мы каждую пятничную ночь проводили в их квартире. Мы разговаривали, смеялись и пили вино. Очень много вина. Пиццу, как правило, тоже заказывали. Эти ночи были предназначены только для легких разговоров, но той ночью Аманда спросила, можем ли мы сделать нашу собственную надпись на надгробии Мэллори и ее ребенка.

После этого она заплакала.

К концу ночи, каждая из нас троих использовала по коробке бумажных салфеток. Под утро, скользнув в постель к Картеру, я была в полном раздрае, я рассказала ему о просьбе Аманды и о том, что остальную часть ночи мы делились историями с Мэллори.

Мы даже поговори о том, каким жалким был Бен. Картер, покачав головой, поцеловал меня в лоб, и потянул на себя. Он любил спать, когда я лежу на нем сверху. Он поглаживал меня по спине, и я поняла, что он не спал. Он обнимал меня. Картеру не нужно много спать. Когда я проснулась в первый раз, то заметила, что он ходил по комнате, как тигр в клетке.

Когда я чувствую напряженность в его теле, то спать ложусь на него сверху. Это, почему-то, его успокаивает.

В течение следующих нескольких месяцев, между нами троими образовалась сильная связь. Кроме пятничных винных ночей у нас было еще много других, проведенных в «Октаве». Время от времени приходил Ной, однако в большинстве случаев он был раздражен. Брианна продолжала работать в ночном клубе, и все также не одобряла романтические отношения между Ноем и Терезой. Терезу это бесило.

Однажды, я спросила Аманду о копе, с которым она собиралась на свидание, и она посмотрела на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

— Ты что, шутишь? После всего, что мы сделали?

Я никогда не подчеркивала, что технически она ничего не сделала, но радовалась, что она считала себя частью всего этого. Это заставляло вину немного померкнуть. Убийство Бена еще ни разу не лишило меня сна, но кошмары о Мэллори мне все еще снились. Независимо от того, что Картер пытался заставить меня не думать, я никогда не избавлюсь от этого чувства вины. Это была моя работа — защищать ее. Но я не смогла. Я отомстила за нее, но я ее потеряла. Также я потеряла ее ребенка.

Тем не менее, я училась жить с этим чувством вины.

Это был единственный предмет спора между мной и Картером.

Тереза и Аманда были друг у друга. У Ноя, как бы, была Тереза, но Картер и я, мы вместе стали командой. Мы стали настолько близкими, что нам в половине случаев и не нужно было разговаривать. Мы знали, о чем каждый из нас думал.

Эта ночь была одной из таких.

Мы были в «Октаве», в личном кабинете Картера, в котором был собственный танцпол. Аманда и Тереза танцевали, пока Ной обсуждал наше последнее деловое предприятие в Ричмонде. Я перестала слушать его и посмотрела на дверь. Он, был здесь. Жажда снова захватила меня. Я и к этому уже привыкла.

Ной замолчал и улыбнулся.

— Я знаю этот взгляд.

Его взгляд встретился с моим, улыбка медленно расцветала, пока он преодолевал расстояние между нами. Глаза полные обещаний потемнели, когда он пробормотал:

— Эй, там.

— Привет.

Улыбнувшись, он взял меня за локоть. Картер, прислонившись к стойке, подтянул меня ближе, поставив между своих ног, и обняв, притянул спиной к своей груди. Затем он повернулся к Ною.

— Мы тренируемся завтра?

Ной отрицательно покачал головой.

— Вы двое.

Картер рассмеялся, его голос был низким и ровным у моего уха.

— Я полагаю, что твоя вторая половина находится по ту сторону двери, если ты захочешь.

Он застонал:

— Не заводи ее. Брианна сегодня здесь. Мне не нужна очередная лекция.

— Это как это?

— Это так это. — Ной посмотрел на танцпол. Его тон понизился. — Я собираюсь завтра провести целый час в зале, если ты в игре.

— Я в игре. — Картер поцеловал меня сзади в шею. — Но, может, стоит взять то, что ты хочешь, прежде чем кто-то другой возьмет.

— И ты туда же. Это все, о чем мне сейчас талдычит Тереза. «Я получила приглашение на свидание сегодня.» «Я собираюсь на ужин с таким-то, таким-то». О, а теперь мое любимое: «В один прекрасный день я просто устану ждать, и когда-нибудь ты будешь сожалеть о том, что этот день настал, Ной Джон Томлинсон». — Он сделал вид, что ударил себя по лбу. — Поверь мне, я знаю, что мои шансы уменьшаются с каждым днем.

Я повернулась удивившись.

— Тогда, в чем же дело? Она любит тебя.

До моего босса все же дошли мои слова. Затем он выдавил:

— Она любит?

Я с отвращением фыркнула.

— Она не ждала бы тебя, если бы не любила. Забудь о своей сестре, Ной. Такую любовь ты получаешь в жизни только однажды, если ты везунчик.

Он больше не стал ждать ни секунды. Поставил бокал и пошел на танцпол. Аманда оставшуюся часть ночи танцевала одна.

Картер крепче меня обнял, поцеловав за ухом, затем прикусив мочку и, скользнув по ней языком, прошептал:

— Однажды в жизни, да?

Я повернулась и обвила руками его плечи, усмехнулась, и мои губы нашли его.

Это было незадолго до того, как Картер за нас обоих попрощался со всеми и отвез меня домой. На наш отъезд едва ли обратили внимание. Все и так знали, что мы никогда надолго не задерживаемся. Пока он нес меня в нашу кровать, я не могла не думать о нашей собственной семье. Мы нашли друг друга после стольких лет разлуки и сливались в одно целое, когда он проникал в меня. Наши бедра двигались в идеальном ритме. Я ахнула, падая на подушку, когда он передвинул меня. Мои руки скользнули вверх по его рукам, и он посмотрел мне в глаза.

Там. Прямо там.

Он был всем, что мне нужно, и я была всем, что нужно ему. Весь этот опыт изменил меня, закалил меня. Я убила двух человек. И пока Картер продолжал входить в меня, я знала, что я сделаю это снова, если кто-то попытается отнять его у меня.

Рано утром, подтолкнув в бок, меня разбудил Картер.

— Я хочу, чтобы ты встала со мной.

— Нет. — И я перевернулась.

После легкой усмешки он снова сказал:

— Давай. Я хочу, чтобы ты пошла в спортзал со мной.

— Нет.

Моя подушка ощущалась чудесно. Слишком чудесно, чтобы вместо этого стать потной и окунуться во все остальное, что он имел в виду. Я не двигалась и лишь сильнее обняла свою подушку.

Без всякого предупреждения, Картер перевернул меня на 180 градусов. Одной рукой он схватил меня за ногу, а второй за руку и поднял в воздух как тряпичную куклу. Задыхаясь, чтобы не упасть, пока он нес меня в гардеробную, я ухватилась за него. Он усадил меня на скамейку, и моя рубашка была снята в рекордно короткие сроки. И, прежде чем пойти и взять свою одежду, он бросил мне тренировочный костюм.

— Что это?

Он улыбнулся мне.

— Ты идешь на тренировку со мной и Ноем.

Я фыркнула и бросила одежду ему обратно.

— Нет.

— Да, ты идешь. — Его улыбка превратилась в злорадную. — Я думаю, что для тебя было бы полезно узнать некоторые приемы, на всякий случай.

— Сколько у меня телохранителей?

Улыбка дрогнула.

— Охрана может умереть. Ты должна знать, как самой себя защитить.

— Оо. — Теперь этот аргумент. — Ной — мой босс и чемпион MMA.

— Ну и что?

— И то. Это неудобно. И неуместно.

Ладно, здесь я цеплялась за соломинку.

Он покачал головой, и бросил одежду мне обратно, прежде чем снять свою рубашку.

Ох. Считайте, что меня отвлекли. Я вздыхала, пока смотрела, как напрягаются и бугрятся мышцы его спины, пока он натягивал другую футболку. Она была из плотной ткани, а горловина была надорвана так, будто кто-то специально схватился за нее и порвал. Затем он достал штаны, и я отвлеклась еще больше. Мышцы перекатывались, играя под кожей, и когда он надел свои тренировочные штаны, то они обтянули все нужные места.

Трепет зародился снова. Во рту пересохло. Мне захотелось совершенно иной тренировки.

— Ной также босс, которому ты давала любовный совет и с которым пила. Если что и не уместно, так именно это.

Я вздохнула.

— Он мой босс.

— А ты моя женщина. — Он остановился и посмотрел на меня.

Дрожь возбуждения прошла сквозь меня. В его взгляде читалось первобытное соперничество. Его губы сжались, в то время как мои все еще покалывало от желания прикоснуться к его губам.

Он продолжил:

— Я просто думаю, что это полезно, чтобы ты умела драться. И я хочу убедиться, что ты научишься делать это правильно. Я тренировал Ноя, Эмма. Я также хочу тренировать и тебя.

Весь боевой дух пропал, когда он посмотрел на меня вот так. Его волчий взгляд был нежным и любящим. Мое желание к нему только усилилось, но я сдержала его. Картер ждал меня в подвале гаража, когда я закончила одеваться. Машина уже ждала, так что я скользнула на сиденье рядом с ним, он потянулся к моей руке и поцеловал ее.

— Спасибо.

Я вздохнула. Он был так чертовски прекрасен.

Было около шести утра, слишком рано, когда мы вышли из автомобиля в другом подземном гараже и прошли через черную одностворчатую дверь, я увидела, что все это было полностью в нашем распоряжении.

Картер двинулся к рингу, но я отстала. Вся передняя часть была увешана фотографиями Ноя. Большинство из них были сделаны, когда он был бойцом MMA. В огненно-красных шортах он стоял с другими бойцами. На некоторых фото были другие люди, которые, предположительно, были его семьей. На нескольких я узнала Брианну, и Терезу на других. Здесь были даже фотографии Ноя с Картером. Одна бросилась мне в глаза. Она была сделана спустя шесть месяцев после смерти ЭйДжея.

— Картер?

— Да? — Он выпрямился из растяжки.

Я указала на изображение.

— Как давно ты знаешь Ноя?

Он подошел и встал позади меня. Одна его рука легла на мое бедро, но он не притянул меня. Он просто ее положил. Его грудь слегка коснулась меня, когда он сделал глубокий вздох.

— Это случилось не на много позже …

— После того, как ЭйДжей умер.

— Да. — Голос был грустным. — Он был еще молокососом, когда пришел в поисках работы.

— В самом деле? — Я посмотрела через плечо.

Его глаза были прикрыты, переживая прошлые воспоминания. Он засмеялся, и эхо легко заполнило пустоту.

— Я был там, когда он подошел к одному из новых ребят. Это была пекарня в центре города. Это было то место, где была спрятана часть продуктов. Я забирал деньги от Фавра, и когда он увидел Ноя, рассмеялся. Он подъехал на модном авто, одетый в брюки цвета хаки и фиолетовую трикотажную рубашку. Он выглядел смешно. Богатый молокосос, у которого проблемы с отцом. Именно это сказал Фавр, когда указал на него.

— Что ты сделал?

— Ничего. Ну, ничего для него. Я сказал нашему парню, не давать ему работу. Затем, через месяц мне сообщили, что Ной вернулся, требуя работу, поэтому я сказал ребятам, чтобы его привели ко мне. Я полагаю, что Фавр подумал, что я сошел с ума. Тогда я еще не занимал достаточно высокого положения, но достаточное, чтобы иметь влияние на людей для выполнения моих требований.

— Что произошло?

Он снова засмеялся. С любовью.

— Они его привели, и я сказал ему, что, если он хочет получить работу, ему нужно меня победить. Он огрызнулся, сказал, что может делать все, что хочет. Тогда я ответил ему, что если он сделает не правильный выбор, я именно тот парень, который его найдет, поэтому ему лучше знать, во что он ввязывается.

— Он победил тебя? — Я улыбнулась, когда спрашивала. Я уже знала, что он не смог, не тогда.

Он усмехнулся и покачал головой.

— Нет. Он по-прежнему не может. Он может и сильнее меня, но я быстрее.

— Пошел ты!

Ной стоял рядом, широкая улыбка растянулась на его лице, когда он перекинул спортивную сумку через плечо. Он надел похожую футболку, как у Картера, с разрывами в тех же местах и выглядел, как будто оделся в секонд-хенде. Даже его штаны были хуже. Серые, протертые в некоторых местах настолько, что просвечивалась кожа. Карманы смотрелись так, будто давно были выдраны. Он усмехнулся.

— Это провокационное высказывание, сын мой.

Картер усмехнулся.

— Именно это я сказал ему тогда.

Лишь некоторое время спустя я поняла, что Картер адресовал это мне. Он кивнул, стоявшему рядом со мной Ною.

— Она спросила об этой фотографии. Я рассказывал ей, как мы впервые встретились.

— Да. — Когда Ной вздохнул, его взгляд стал темным и затравленным. — Это было примерно в то время, когда умерли родители Терезы. Я был близок с ее отцом и был чертовски зол на мир. Я хотел навредить. Я не знал, себе или другим. В любом случае, — он несколько раз моргнул, и тьма исчезла. И он заставил себя улыбнуться. — Теперь это не имеет значения. Этот человек никогда не подпускал меня и близко к такому образу жизни.

Картер также смотрел, но поймал мой взгляд и сжал мое бедро.

— Я заплатил за его первый бой.

Искренний смех вырвался из большого парня.

— И все остальные, с тех пор.

— Ты был его спонсором?

— В той или иной степени. — Картер пожал плечами. Его ледяные голубые глаза снова стали задумчивыми. Дрожь прошла сквозь меня. Он напоминал ЭйДжея. Я не знала, как я это поняла, но я поняла. Он пробормотал:

— Он напомнил мне о твоем брате. Тот же взгляд, в глазах злость и боль. Готовность к борьбе. Когда я увидел, что мальчишка был талантлив, я знал, что у него другое будущее.

— Мальчишка? — Ной потянулся через меня и пихнул его в плечо. — Я на два года старше тебя, чувак.

— Возраст ничего не значит. Я опытнее и мудрее. — Картер подмигнул мне. — Я всегда буду опытнее и мудрее.

— Ну да, ну да, ты будешь…, — ворчал Ной, но любовь между ними была очевидной. Когда они направились к рингу, я стала изучать другие фотографии. Были еще двое, одетые в деловые костюмы, и еще больше фотографий во время боев. Ной на ринге, на его лице дикий оскал, бицепсы выпирают, кулак сжат и готов вступить в контакт с противником. В нижней части было написано слово «Нокаут!». Мой взгляд скользил по фотографиям, и я задерживала дыхание. Картер на заднем плане. Огромный и представительный мужчина рядом с ним. Этот человек заставил мурашки пробежать вниз по моей спине. Если я когда-либо встретила бы его лицом к лицу, я была бы в ужасе. По всей длине его лба проходил шрам, а его глаза были мертвы.

Теперь я смотрела на Картера. Он и Ной пошли на ринг, чтобы вместе растянуться.

Тогда такой была его жизнью. Иногда я забывала с кем, он работал и что он делал. Это была его непознанная сторона. Сторона, которую он держал втайне от меня. Но она проявилась. Я мельком увидела ее в тот момент, когда мы в машинах сидели в засаде с Беном, но это было другое. Те моменты были только в тот момент. Он защищал меня, но были времена, когда ему некого было защищать.

Я выпрямилась с рваным вздохом.

Мое сердце как будто крепко сжали рукой.

Я не могла забыть ту сторону его жизни. Но потом, он осмотрелся, и его взгляд пронзил меня. Рука еще раз сжала мое сердце прежде, чем оно заколотилось с новой силой. Оно освободилось от того, что его держало, и другое ощущение затопило меня.

Зависимость.

И что-то еще. Темная сила.

Независимо от того, по какому пути Картер поведет нас, я пойду с ним. Я становилась похожей на него.

— Эмма. Иди сюда. Я хочу научить тебя этому приему.

Я повернулась и пошла. Я всегда шла.

ГЛАВА 29

Высокий мужчина ждал, когда Картер выйдет из своей машины. Они выбрали их старое место, чтобы встретиться для разговора. Никого не будет около заброшенного склада, но три машины все-таки окружили этот участок, для подстраховки. Люди вышли из машины и разместились по периметру.

Картер кивнул в знак приветствия. Он был не в восторге от известия, полученного от старого коллеги, но и не был удивлен. О теле Франко не было сказано ни слова. Но разговор будет именно о нем. Из рации донесся голос его человека:

— Все чисто, сэр.

Время не было потрачено впустую. Картер спросил:

— Какова причина этой встречи, Джин?

Старый и высокий мужчина широко улыбнулся, но это выглядело как насмешка. Шрам поперек его лба виднелся в темноте этой ночи. Лунный свет освещал его, бросая тень на глаза мужчины. Картеру не нужно было видеть их. Он слишком хорошо знал этого человека, и он знал, что его товарищ был встревожен.

— Почему мы не могли просто обсудить все по телефону?

— Я уже ушел, — в глазах Картера мелькнуло предупреждение. — Что случилось?

— Ты не… — Джин вздохнул. Его широкие плечи ссутулились, когда он засунул руку в передний карман. Он вытащил свой телефон и проверил время. — Ты знаешь, почему я позвонил.

— Его убийство было заказано, — челюсти Картера сжались. — Что случилось с исполнителем?

— Исчез.

— Что говорят старшие Берталы?

— Ничего, потому мне нужно, чтобы ты вернулся.

— Нет, — ответ был незамедлительным.

Джин прорычал:

— Пересмотри свое решение, мальчик.

— Пересмотри свое! — огрызнулся Картер. — Ты не принимаешь решение за меня. Уже давно.

— Ладно. — Высокий мужчина стиснул зубы, когда его рука сжала в кулаке телефон. — Мы сделаем, по-твоему.

— Я хочу встретиться.

— Это не очень умно.

— Они не довели дело до конца. Тело должны были доставить ко мне. Этого не произошло, а теперь их человек исчезает?!

— Франко, скорее всего жив. Ты же знаешь это. Это не значит, что они изменили своему слову.

— Мне плевать. — Картер взбесился. В его глазах появился убийственный блеск. — Я держал свое слово до конца. Я уже дал им их гонорары. Если они не согласятся на встречу, то я устрою чертову войну.

Он сделал шаг назад к своей машине.

Джин крикнул ему вслед:

— Ты делаешь это для нее?

— Я делаю это для всех. Включая тебя. Либо семья Бертал будет работать со мной, либо я пойду против них. Выбор за ними, но им сообщат о моих намерениях.

— Ты сотворишь конфликтную ситуацию, чреватую насилием. Ты ведь понимаешь это, не так ли?

Картер пошел к своей машине. Когда для него открыли дверь, он обернулся. Его взгляд был полон спокойствия, когда он встретился глазами со своим другом.

— Конфликт был всегда. Если у нас возникнет такая необходимость, то сейчас самое время, чтобы уничтожить их. Мы знаем, что сейчас они слабы.

Джин вздохнул, когда Картер сел в машину и уехал.

Мужчина, стоявший рядом с ним, спросил:

— Что ты собираешься сообщить их дону[2].

— Пусть готовятся к войне. — Джин бросил проницательный взгляд на молодого человека. Он был новичком. Он не знал, как далеко Картер Рид может зайти ради победы. И эта женщина сделала его еще более смертоносным, независимо от того, насколько часто он дразнил его, что тот смягчился.

Мы вылезли из машины. Аманда была прямо позади меня. Я оглянулась, чтобы убедиться, что она все-таки пойдет внутрь «Джо», и она это сделала. Кусая губу и вытягивая свои рукава, она закатила глаза.

— Зачем я здесь? Я не работаю в Ричмонде.

— Ты мой друг.

— Но я не работаю в Ричмонде. Я не собираюсь вписываться туда.

— Давай же. Ты будешь в порядке. Тереза уже здесь. Она заняла столик.

— О, Боже, — простонала она, когда мы проходили через дверь. — Вы обе спятили, притащив меня сюда.

Я пожала плечами.

— Это Пятничная Винная Ночь.

— Нет, это не Пятничная Винная Ночь. Она проходит дома, только мы втроем и в пижамах, много-много вина и пицца. Не здесь. Не с твоими высокомерными коллегами, и определенно без твоего босса. Хотя он и мой босс тоже. И мне все еще некомфортно из-за этого. Ной владеет кафе, помнишь? — Она медленно приблизилась и снова зашипела. — Я не должна быть здесь!

— Ох, тише. Ты здесь. Ты собираешься получить удовольствие. И ты научишься снова это делать.

— Я собираюсь вернуться к развлечениям. Но он все еще мой босс.

Она снова пробурчала:

— Серьезно, Эмма. Я чувствую себя не в своей тарелке.

Я схватила ее за руку и крепко удерживала.

— Ты идешь.

Она должна пойти. Она была моей «плюс один». Картер вызвал бы слишком много шума. С момента отсоединения от семьи Маурисио его имя и лицо было повсюду. Интерес СМИ к нему не убавлялся. Произошла утечка информации, о его разрыве с мафией. Новость распространилась быстро, и он был олицетворением спасения.

У меня было чисто инстинктивное ощущение, что им нравилось делать новости о нем. Он всякий раз поднимал их рейтинги. А когда Ной задался вопросом, что, если он все-таки пойдет с Терезой из-за ее шантажа в Джо на Пятничное Караоке, Картер рассмеялся, а затем ударил его кулаком.

У них была тренировка.

Когда мы зашли внутрь, я не была удивлена, увидев, что место уже было битком забито. Большинство работников отеля были внутри. У большинства было нервное выражение лица, у некоторых напряженное, а у кучки других полное решимости — я не была уверена к чему именно, но ночка будет интересной. Ной Томлинсон собирался появиться в Джо. Об этом прошел слух. Он редко бывал в конторе, поскольку предпочитал работать в своем домашнем офисе. Так что для некоторых сотрудников, это была первая встреча с Большим Боссом лицом к лицу.

Тереза вскочила со своего стула и помахала. Она чуть не сползла со стула и не рухнула вперед. Ной схватил ее за руку и усадил обратно с недовольным выражением лица.

Аманда начала хихикать у меня за спиной.

— Он выглядит несчастным.

— Увидишь. — Я усмехнулась ей через плечо. — Волноваться не о чем.

— И это говоришь ты, чей парень еще более пугающий, чем босс. — Она ткнула меня локтем. — Мы должны подойти. Тереза собирается подойти и оттащить нас туда, если мы не пройдем сами, — она замолчала, когда мы увидели, как наша подруга начала смеяться. Она ударила по столу рукой и продолжала смеяться, даже когда пролила немного пива из своей кружки.

Ной поморщился, когда он поднял кружку, чтобы та была вне досягаемости.

Она продолжала смеяться.

Аманда исправилась:

— Если она, конечно, может ходить.

Я покачала головой.

— Пойдем.

Пока мы прокладывали путь, несколько человек, мимо которых мы проходили, поздоровались. Я кивала в вежливом приветствии, но я не проявляла нерешительности. С тех пор, как меня повысили, люди стали дружелюбнее, но все-таки было время, когда они выживали меня. Я не забуду этого.

Когда я обогнула стол девушек, которых я когда-то считала друзьями по работе, был тот же прием. Все они были дружелюбными, и некоторые даже пытались заговорить со мной, но они были еще хуже, чем другие.

Стервы.

Я не была слепой, чтобы упустить их ревностные взгляды, когда они смотрели, как мы приближаемся к столику Терезы и Ноя.

— Эй! — Тереза снова всплеснула руками в воздух. Содержимое стакана, который она держала, вылилось на проходящих мимо людей. Они остановились, но увидев огромные размеры Ноя, продолжили идти.

Они были умны.

Затем Тереза закричала:

— Мои подруга и соседка! Вы здесь!

Аманда и я переглянулись. Эта ночь определенно обещала быть интересной.

Голова Ноя откинулась назад. Он посмотрел в потолок и застонал.

— Хэй, хэй. Садитесь здесь. — Тереза подтолкнула пустой стул сбоку от себя. Она резко выбросила свою руку к Аманде. — Давай.

На этот раз я подтолкнула Аманду локтем.

— Ты слышала свою соседку. Шевелись.

— Эмма, — Тереза не закончила. Она наклонилась вперед. Ее локоть слегка задел верх кружки. В то время как кружка начала раскачиваться, она с широкой улыбкой скомандовала:

— Ты тоже сядешь здесь.

Рука Ноя метнулась, и он подхватил кружку прежде, чем пролилось больше.

— Хорошая хватка.

Он хмыкнул в ответ и передал бокал официантке, проходящей мимо. Она начала было задавать ему вопрос, но он повернулся к ней спиной. Он нахмурился и оглядел помещение.

— Когда же это закончится?

Я рассмеялась, занимая свое место.

— Оно еще даже не начиналось.

— О, Боже.

Тереза что-то шептала Аманде на ухо. Я жестом указала на нее и спросила его:

— Когда она начала?

— Не вали это на меня. Она ведет себя так с тех пор, как я заехал за ней. — Когда он сжал челюсти и его плечи напряглись, я поняла, что между ними была какая-то борьба.

— Вы двое еще не пара?

— Мы так и не добрались до этого момента. Всегда что-то происходит. — Он стрельнул в меня мрачным взглядом. Я не обижаюсь на это. С тех пор, как мы начали вместе тренироваться, я узнала своего босса чуть лучше.

— Я думала, что вы теперь вместе? Я думала, ты сказал ей о своих чувствах.

— О чем вы там вдвоем шепчетесь? — с другой стороны столика донесся резкий голос Терезы. Ее глаза прищурились, изучая нас, но она снова пошатнулась на своем стуле. На этот раз Аманда поймала ее.

— О тебе.

Ее брови взлетели.

— Реально? И о чем вы говорили?

Ной откинулся на спинку стула и встретился с ней взглядом.

— Я собирался сказать ей, что ты выпила слишком много за эту ночь. И я должен отвезти тебя домой.

— Нет. — Она ударила ладонью по столу. — Ты сказал, что останешься на караоке. Оно еще даже не начиналось.

— К черту караоке. — Он оглядел бар. — Посмотри на это. Я чертов псих.

— Нет, ты не такой.

— Да, я такой. Меня не должно быть здесь. Я их босс. Это неприемлемо.

Тереза протянула свою руку и прижала его руку к столу. Наклонившись ближе, она понизила голос, но не достаточно.

— Ты обещал мне, что сделаешь это. Мне плевать, чей ты босс. Сотрудники клуба все время тусуются вместе.

— Да, — сказал он. — На праздничных вечеринках.

— Ной.

Он стряхнул ее руку и встал из-за стола. Он потянулся к своему бумажнику, и, когда взглянул вверх, замер. Его глаза округлились, а рот открылся. Затем помещение охватила тишина. Я закрыла глаза, когда трепет прошелся по моей коже. Я почувствовала его приближение. Я знала, что он был здесь, и когда я обернулась, то увидела, что позади меня стоял Картер. На его лице была легкая улыбка.

Он надел толстовку с капюшоном, подходящую под джинсы. Я знала, что он стремился выглядеть неприметным, но это только сделало его моложе и невиннее. И все в помещении знали, что Картер Рид не был ангелом, даже притом, что выглядел он именно так. Его глаза были наполнены тайным обещанием, когда он взглядом скользил по мне. Я не думала, что он придет, но была рада, что Тереза заставила меня пообещать, что я принаряжусь. Я надела черные переливающиеся штаны, свободные, но очень низко сидящие на моей талии. Они подходили к надетому мною черному топу, длинною до поясницы, без рукавов и завязывающегося на шее. Спина была полностью открыта. Он сел рядом со мной и прикоснулся рукой к моей спине. Новый прилив ощущений промчался сквозь меня. Поглаживая большим пальцем мою кожу, он наклонился вперед и поцеловал за ухом. Было такое ощущение, что этим он что-то хотел сказать. Он покусывал.

Я закусила губу, чтобы не застонать вслух. Будто почувствовав мою борьбу, он провел своим языком по мочке уха и прошептал:

— Если ты так оделась на это мероприятие, то не думаю, что смогу держаться от тебя подальше.

Я усмехнулась. Наши глаза встретились и задержались на обжигающее мгновение, пока он находился достаточно близко для поцелуя. Он нежно провел рукой по моим волосам, потом вниз по спине и остановился на моей талии, а затем отстранился. Он притянул меня ближе к себе, когда обратился к Ною.

— Караоке?

Ответом ему было ворчание, сопровождающееся проклятиями.

Тереза и Аманда широко распахнули глаза, когда увидели перемены.

Они находились рядом с Картером, но я знала, что обе по-прежнему были напуганы общением с ним. Тереза уже давно привыкла презирать его. Она, казалось, отмалчивалась, когда находилась рядом с ним, даже после смерти Бена, и оставаясь в его конспиративном доме пока Аманда не была готова оттуда уйти.

Они пробормотали ему тихие приветствия, но после этого продолжили общаться друг с другом. Явно пьяное состояние Терезы, в котором она находилась, подкосилось, очень сильно подкосилось.

Я нахмурилась. Они должны были чувствовать себя достаточно комфортно для того, чтобы сказать ему больше, чем привет. Но случай был не тот. Когда Картер появлялся, он общался со мной или Ноем. Аманда призналась, что она все еще боялась его, а Тереза сказала по секрету, что она не знала, как с ним разговаривать.

Тереза что-то сказала, а Ной уточнил у нее. Пока он был вовлечен в их разговор, Картер снова провел рукой вверх и вниз по моей спине, и пробормотал:

— Надеюсь, из-за того, что я пришел, мне не придется петь. Не думаю, что это была бы хорошая идея.

Я затаила дыхание. Слишком много соблазнительных искушений возникало в голове, когда его рука продолжала гладить.

— Нет.

Украдкой оглядев комнату, все оказалось, как я и предполагала. Почти все смотрели в сторону нашего столика, но внимание уже было приковано не к их боссу. А к Картеру.

Я не могла винить их. Я даже не могла винить СМИ. Их одержимость не угасала.

— Итак, — заговорила Тереза. Она чуть осмелела. Когда она поймала мой взгляд, ее улыбка дрожала, но она, подстрекая, продолжила:

— Картер, я надеюсь, ты не пытаешься быть инкогнито в этом прикиде.

Он напрягся, но мельком огляделся.

Я расхохоталась:

— Он пытался.

Он состроил мне рожицу:

— Не сработало?

Тереза стала более уверенной. Она засмеялась со мной, качая головой.

— Я не думаю, что ты можешь пойти куда-либо в этом городе с таким лицом, и остаться незамеченным.

Я затаила дыхание.

Картер покосился на меня, но все-таки пожал плечами.

— Я решил, что мог бы слиться с сотрудниками Ричмонда.

— Удачи. Этого не произойдет. — Тереза дразнила его. — Слишком загадочный и слишком великолепный.

Ной неодобрительно посмотрел на нее.

— Я думал, ты на свидании со мной.

— Мы не на свидании. Я работаю на тебя.

— Потому, что я застрял с тобой, — выпалил он, но ухмылка, которая появилась, затмила любой негативный подтекст.

Она ахнула и ударила его по руке.

И они оба снова вернулись к их псевдофлирту-пререканиям.

Аманда, посмотрев на них, покачала головой. Потом она поймала мой взгляд и сделала вид, что в раздражении закатывает глаза. Мы обе понимали больше. Она только хотела, чтобы Тереза была счастлива. Я тоже этого хотела, но больше из-за Аманды. Ее привезли из холода. Тереза и Аманда в дальнейшем, возможно, будут не разлей вода. Я не волновалась, потому что никто так, как я не понимал, как неприветливо было снаружи. Я была там, прямо рядом с ней.

Моя грудь поднялась, когда я сделала глубокий вздох.

Все стало лучше.

Не собиралось вновь становиться как раньше.

Не было никаких причин думать о прошлом. Этого не произойдет опять.

— Ты в порядке? — Спросил Картер, касаясь моей руки.

Я кивнула:

— Да, — показывая робкую улыбку. Я хотела успокоить его. Но это не сработало. Его глаз был наметан, и он знал, что что-то было не так. — Я серьезно. Я в порядке. Просто думаю о прошлых демонах.

Спустя час караоке было в самом разгаре. Настолько опьяняюще. Даже Ной казался немного дружелюбнее, чем обычно. И поэтому остальные сотрудники, почувствовав это, стали более раскрепощенными. Некоторые подходили к столику. Мы отодвинулись в дальний угол, и таким образом Картер оказался в одном конце, а Ной в противоположном. Так работники были рядом с Ноем, но они не переставали смотреть на Картера.

Они все заметили, что его рука лежала поверх моей на столике. Никто не заговорил с ним. Я не думала, что они рискнут, пока нет, но им было любопытно. Поправочка, они были заинтригованы. На этот раз девушка открыто уставилась на Картера, и я потеряла самообладание. Подтолкнув его в ногу, я указала в сторону прохода.

— Я собираюсь взять еще одну кружку.

Его глаза прищурились. Он знал, что происходит, но встал из-за стола. Девушка пискнула и скрылась. Она, должно быть, не ожидала, что он может двигаться.

Ты идиотка, он не статуя. Стерва внутри меня была готова действовать, но, когда я начала двигаться мимо него, он взял меня за руку. Прижимая меня ближе к себе, он пробормотал мне на ухо:

— Все хорошо. Ты не должна защищать меня.

Я рассвирепела:

— Я знаю, но ты не чертово животное из зоопарка, которое вырвалось на свободу.

Он хохотнул, дыхание слегка коснулся меня. Он согрел меня, и волна желания заполнила меня внутри. Просто так, всего лишь смех, и я уже захотела его.

— В таком случае, им следует бежать в другом направлении.

Я фыркнула.

— Да, отлично, но я переживаю, что некоторые разгорячатся и начнут на тебя кидаться.

Он снова засмеялся.

— У тебя нет ни одной причины переживать по этому поводу.

Я вздохнула. Я знала, он был прав, но в этот момент некоторые из девушек, которых я привыкла считать друзьями на работе, подходили все ближе. В их глазах был интерес, наряду с их собственным желанием. Я сдержала рычание.

Схватив пустой стакан, я выскользнула из его хватки и направилась в сторону бара. Когда я добралась до бара, то оглянулась назад. Я ухмыльнулась. Картер наблюдал за мной, и было забавно, как он вжался в стул. Мои глаза метнулись к двум девушкам, которые стояли рядом с Ноем. Они говори со своим боссом, смеялись с ним, и даже с Терезой, которая думала, что тогда все было весело, но их взгляды не оставляли надолго Картера.

— Эй.

Я повернулась. Бармен смотрел на меня, явно оценивая. Он задержался на моем декольте прежде, чем поймать мой взгляд. Показывая на бокал, я поставила его на стойку, он спросил:

— Налить?

— Да, — пробубнила я, и отвлеклась, снова обернувшись к столику.

— Держи.

Я потянулась за своим кошельком и вручила ему десятидолларовую купюру, но его рука накрыла мою, привлекая все мое внимание. Бармен провел пальцем по моему запястью и ладони, прежде чем отодвинул мою руку с деньгами. Он подмигнул.

— За мой счет.

Он заигрывал со мной.

Я не могла в это поверить.

Ошибочно приняв мой шок за интерес, он продолжил водить совей рукой по моей. Он водил вверх и вниз, пока я не отдернула ее.

— Тебе нужно что-нибудь еще? — Его глаза говорили нечто другое. Хочешь еще чего-нибудь?

Я задержала дыхание, прежде чем ко мне вернулось спокойствие. Наклонившись ближе, я послала ему знойную ухмылку и увидела, как он загорелся. Он тоже наклонился ближе, и я прошептала:

— Видишь парня позади меня?

Его улыбка стала еще больше.

— Позади тебя много парней. Один из них твой?

Я кивнула. Моя улыбка растянулась.

— Видишь важную «шишку» в задней части?

В него начала просачиваться настороженность. Его улыбка немного померкла.

— Ага?

— Видишь парня напротив него? В черной толстовке с капюшоном.

Его улыбка исчезла, и он выпрямился.

— Узнаешь его?

Его кадык дернулся вверх и вниз. Он запаниковал. О, да, запаниковал.

Я похлопала его по руке.

— Не переживай. Я не думаю, что он убьет тебя за заигрывания со мной.

Бармен убрал свою руку так быстро, что ударился ею о прилавок позади себя, как если бы она горела.

Я не оглядывалась через плечо, но знала, что Картер наблюдал. Он наблюдал все это время. Этот парень, казалось, готов обмочиться, когда он, запинаясь, произносил:

— Эм… я… меня ждут другие клиенты. — И он поспешил в дальний конец бара.

— Ты насладилась этим?

Две руки уперлись в бар по обе стороны от меня. Я повернулась к нему лицом в его объятиях, и увидела, что Картер самодовольно улыбался. Его глаза были полны комизма и нечто большего. Они были темными, зарождая возбуждение внизу. Мое тело среагировало прежде, чем я осознала, что он сказал. Затем мое сердце сильно забилось в груди, и я сделала глубокий вдох. Он наклонился ближе.

Я знала, что многие наблюдали за этим. Скользнув руками вверх по его рукам, я обняла его за шею, мне было наплевать на это.

Его губы задержались напротив моих, слегка касаясь их.

— Ты готова ехать домой?

Кивнув, я сцепила свои руки сильнее и приподнялась на носочки. Моя грудь была прижата к его, и он обвил рукой мою спину. Подняв меня в воздух, он вынес меня из бара. Должно быть, мы выглядели нелепо, но мне было плевать. Нужда в нем никогда бы не уменьшалась. Она росла с каждым днем, и как только мы оказались снаружи, Картер усадил меня в машину. Он сел сразу после меня. Я едва что-либо осознавала. Его губы накрыли мои, и это было все, что мне нужно.

Мир вокруг растворился.

ГЛАВА 30

Неделей позже мы снова сидели в той же машине, но вместо того, чтобы поехать домой с этого мероприятия, мы отправляемся на еще одно. На рождественскую вечеринку в «Ричмонде». Ной открыл еще три «Ричмонда» по всей стране, поэтому от каждого отеля в стране и нескольких международного уровня, прислали своих сотрудников в наш центральный офис компании. Короче, эта вечеринка сулила большую выгоду.

Картер был в смокинге, а я в белом платье, которое Тереза заставила меня надеть. Ткань была практически прозрачной и мерцающей. У платья была подкладка, поэтому ничего не просвечивалось, и оно завязывалось двумя лентами вокруг моей шеи. На концах они были украшены бриллиантами, и ленты были достаточно длинными, поэтому ниспадали с моих плеч. Мои волосы — совсем другое дело. С платьем я справилась без труда сама, но Аманда настояла на том, чтобы уложить мои волосы. Поэтому, нас всех забрали из их квартиры. Ной уже был на вечеринке, а мои подруги одевались так, чтобы произвести впечатление.

Их глаза округлились, когда Картер вошел в вестибюль. Даже Аманда, казалось, задержала дыхание на секунду.

Я не могла винить их. Он выглядел сногсшибательно.

Я не была уверена точно, из-за богатого его смокинга, который сидел как влитой на его теле, или же из-за его глаз. Тем вечером в них было больше холода. Казалось, они готовы разорвать любого, что подчеркивало его ауру опасности, которая всегда оставалась с Картером.

Я погладила его руку, как только мы сели в машину, и спросила мягким голосом:

— Ты в порядке?

Мягкий поцелуй на моей щеке был моей наградой. Он погладил мою руку.

— Я в порядке. Ты выглядишь восхитительно.

Его ответ не успокоил меня, но я вздохнула. Это может подождать. Я достаточно хорошо знала Картера, чтобы распознать, когда он мне врет. Никто другой не смог бы это распознать, но я также знала, что он не собирался откровенничать со мной, в одной машине с моими подругами. И я не могла перестать вспоминать его телефонный разговор. Он был дома в своем кабинете, но дверь была открыта. Я не собиралась подслушивать, но, когда было упомянуто имя Франко, всякий сигнал тревоги во мне переходил в боевую готовность. Я услышала немногое, но я знала достаточно, чтобы понять, что Картер от меня что-то скрывает, и это было связано с Франко.

После той ночи, когда он должен был быть убит, я никогда не слышала фактического подтверждения этого. Я не знаю, должна ли была. Картер убрал от меня большинство телохранителей, поэтому я предположила, что все было хорошо, но я не могла игнорировать узел в своем животе. Может быть, все это еще не закончилось, как я предполагала?

— Эмма, ты слышала о Тамре?

Я подняла голову и повернулась к Терезе. Она была еще красивее, чем обычно. Ее темно-блондинистые волосы были заплетены в множество крошечных косичек. Аманда также сотворила с ними чудеса. Такие же бриллианты, как и на моем платье, украшали косички Терезы. Они сочетались со сверкающим золотым платьем, которое она надела.

Посылая ей улыбку, я задвинула эти навязчивые мысли на задворки своего разума. Я подумаю об этом как-нибудь другой ночью.

— Что на счет Тамры?

— Она получила повышение. Она собирается в филиал в Миннесоте, чтобы возглавить его, — Тереза захихикала, ее щеки раскраснелись от вина, которое мы выпили в их квартире. — Я думаю, что она злится. Она хотела попасть на твое старое место работы, под руководство мистера Хадсона, однако ее начальник дал ей пинка под зад. Ты можешь в это поверить?

Я усмехнулась. Это была карма. Тамра была одной из королев сучек, которая выживала меня некоторое время назад. Я задалась вопросом, что она сделала, чтобы разозлить своего начальника. Перевод в Миннесоту на самом деле не был повышением. Каждый предпочел бы пройти путь вверх по карьерной лестнице в нашем головном офисе. И он был здесь, а не там.

Аманда нахмурилась.

— Разве вы с ней не друзья, Эмма? Не ходила ли она как-то раз с нами…

И она поникла, потому что это был неловкий момент. Тамра ходила с нами в боулинг. Бен, Мэллори, а также и нынешний парень, были там.

Тереза поморщилась.

— Говоря о мертвых…

— Тереза!

— Что? — она пожала плечами и проигнорировала свою соседку. — Вы, ребята, никогда не говорите о ней. Прошло уже достаточно времени. Я не думаю, что Мэллори хотела бы, чтобы вы никогда о ней не говорили. Одна ночь рыданий по ней не изменит этого. Приятно предаваться воспоминаниям о былых временах. Этим вы почитаете ее память.

Лицо Аманды покраснело, и она отвернулась к своему окну.

Тереза закатила глаза.

— Я знаю, о чем говорю. Мои родители мертвы, помните?

Тогда Картер посмотрел на нее. Он довольствовался своим спокойствием и оставался в тени, насколько для него это вообще было возможно. Но сейчас он прищурил глаза.

— Каждый скорбит по-своему. Я сомневаюсь, что ты смеялась, вспоминая своих родителей, спустя пять месяцев после того, как их похоронили.

— Картер. — Пробормотала я.

Тереза побледнела.

— Ужасно говорить такие вещи.

— Их подругу зарезали. Другого убила Эмма, — его волчий взгляд наполнился враждебностью. — Иногда промолчать бывает деликатнее, — затем он снова отвернулся. Было очевидно, что разговор окончен.

Нахмурившись, я наблюдала за Терезой, чтобы посмотреть, как она отреагирует на этот эффектный разнос. Она опустила голову и сложила руки на своих коленях. Ее плечи поникли. Я тихо выдохнула. Это не помогло ни одной из моих двух подруг вспомнить о ее опрометчивом презрении к Картеру.

Но когда мы приехали к месту вечеринки и вышли из машины, Тереза остановила нас обеих. Она перевела взгляд с Аманды на меня.

— Простите, детки. Иногда я говорю прежде, чем подумаю.

Аманда обняла свою соседку.

— О, мы знаем!

Обе рассмеялись и притянули меня в объятия.

— Вы, детки, самые настоящие знойные красотки. Давайте веселиться!

Прикусив свою губу, щеки Аманды снова покраснели, но я уловила озорство в ее взгляде. Я согласилась с Терезой. Моя старая подруга была спокойной на вид. Она одела очень нежное розовое платье. Оно было без бретелей с трапециевидным силуэтом, длинной до пальчиков ног. Она напоминала греческую богиню.

Вспоминая копа, который хотел встретиться с ней, я поцеловала ее в щечку и прошептала:

— Теперь твоя очередь.

Ее глаза задержались на моих, и мы мысленно обменялись обещанием. Теперь настал ее черед быть счастливой. Она знала, что я имела в виду, без лишних слов. Тереза и Ной в конечном счете разобрались во всем. Им пришлось. Они любили друг друга, а у меня был Картер. Теперь пришло время Аманды.

Мероприятие проходило в самом большом из имеющихся банкетном зале, но он был недостаточно большим. Прилегающие лобби также были заполнены, и столики со спиртными напитками и закусками стояли через каждые несколько футов. Вечеринка, казалось, была в полном разгаре, когда мы приехали, но, когда мы вошли внутрь, я почувствовала внимание. Один за другим они оборачивались к нам. Это было не как у «Джо». Его было больше. Вот тогда я поняла, почему всю прошлую неделю я работала в одиночестве. Тереза хотела, чтобы я работала с ней в личном конференц-зале. Она сама брала для нас кофе. Она сама платила за еду, и сама приносила ее в свой кабинет. Один раз мы обедали в предложенном ею кафе в нескольких кварталах отсюда. Теперь это начинало обретать смысл.

Я поймала ее взгляд.

— Насколько все плохо было на работе?

Она поморщилась.

— Для тебя это было бы слишком.

Я почувствовала алчное внимание, и поняла, что она была права. Я хотела стукнуть себя по лбу. Мне следовало знать. Картер был в «Джо». Они все видели, и у них была неделя, чтобы осмыслить это. Той ночью был сильный интерес, но сегодня его было больше.

Взяв меня за руку, он повел нас сквозь толпу, пока не показались ряды столов, которые были отделены от основной толпы.

— Ого! — Тереза ухмыльнулась. — VIP. Мне это нравится.

Узнав нескольких личных телохранителей Картера, я поняла, что у них было все спланировано заранее. Майк даже кивнул мне с дружелюбной улыбкой. Прогресс. Как только мы зашли сюда, все ограничения были сняты. Пожилые и изысканно выглядевшие мужчины подходили к Картеру. Они хотели пожать ему руку, поговорить об отеле, и тогда я поняла — они знали друг друга по совету директоров. Это были мои начальники, или мои другие начальники. Видя, что он будет занят, Тереза ободряюще похлопала меня по руке и указала на задний стол. Она наклонилась ближе.

— Давайте займем тот. Ной уже здесь, но я уверена, что он захочет сесть с нами.

Я кивнула. Что угодно, лишь бы уйти подальше от любопытных взглядов.

Как только мы устроились, Тереза пошла в бар и вернулась с тремя бокалами. Следом за ней подошел официант с двумя бутылками вина. Другой подошел с большой тарелкой еды. Мы ели фантастические закуски, и я не была уверена, что хотела бы знать, что в них было. Чтобы насытиться, мне не потребовалось много съесть, и я оставила оставшееся на своей тарелке, позже все доела Тереза, а Аманда немного помогла ей в этом. Это то, что она делала всегда.

Мы имели возможность наблюдать за толпой, а у них не было возможности к нам приблизиться. Другими людьми в VIP зоне были достаточно взрослые мужчины и их пары, и эти женщины знали друг друга. Они бросали на нас проницательные взгляды, но никто не подходил. Я была благодарна. Тереза называла их снобистонаторами. Опять же, я была рада, что они держались на расстоянии. Спустя некоторое время, Тереза указала на нескольких парней, и попросила Аманду оценить их. Разговор сразу пошел в этом направлении. Мы были заняты выборами мистера для Аманда, который проведет с ней остаток времени. Было на удивление весело.

Веселье закончилось через час.

Картер все еще разговаривал с членами совета директоров, когда подошел мужчина и что-то прошептал ему на ухо. Я, не задумываясь, встала. Разговор за моим столиком прервался и Аманда, нахмурившись, спросила:

— В чем дело?

Тереза повернулась в сторону Картера.

— Куда он идет?

Я не могла им ответить, но моя выдержка покинула меня. Что-то было не так. Что-то случилось. Мы наблюдали, как он повернул в сторону черного хода. Мужчина сначала шел с ним, но потом кивнул ему напоследок, прежде чем отвернуться, и вышел через другую дверь.

Я шагнула вперед.

— Эмма! — Аманда зашипела на меня. Ее рука ухватилась за мое запястье. — Что ты делаешь?

— Что-то не так.

— Не думай об этом. Картер знает, что делает.

Я нахмурился на нее. Что она делает? Она никогда не подвергала меня сомнению раньше, но я лишь высвободила свое запястье.

— Присмотри за моей сумочкой.

А затем поспешила за ним. Когда я добралась до коридора, я не увидела его там, но я повернулась в сторону самого дальнего угла. Там стоял какой-то мужчина. Он был одет в костюм, а не в смокинг, как все остальные. Его волосы не были гладко зачесаны назад, как у большинства других мужчин, которые оделись так, чтобы произвести впечатление в этот вечер. В этом парне не было ничего такого, что должно было заставить казаться ему неуместным, но вдруг меня озарило. Это он. Он был неприметным. Казалось, он хотел слиться, и, благодаря тому, что я уже достаточно времени провела в окружении телохранителей Картера, я поняла, что он был одним из его людей. И все же он не был его охраной. Если бы был, то вернулся бы на свой пост, но нет — все телохранители были одеты в черные костюмы. А на этом парне — коричневый.

Он был мафиози. Я знала это.

Я повернула за следующий угол и застыла на месте. Парень находился в дальнем конце. Он смотрел в окно, прижимая телефон к уху. Он разговаривал по нему, и казалось, он следил за чем-то снаружи, инструктируя это по своему телефону.

Я начала двигаться в его сторону. Если Картера не было по близости, чтобы дать мне ответы, то ответит он, но меня внезапно затащили в пустой конференц-зал.

Задыхавшаяся, я была прижата к стене, а рука закрывала мой рот. Тело прижалось к моему. Все напряжение покинуло меня. Это был Картер. Мое тело среагировало прежде, чем я поняла, что это был он, и расслабилось. Мои ноги раздвинулись для него, а он наклонился ближе, проводя носом по моей шее, прежде чем прошептать:

— Что ты делаешь?

Мои глаза распахнулись. Это был не мой Картер. Это был их Картер. Я оттолкнула его.

— Я последовала за тобой.

Он отстранился, но его тело продолжало прижимать мое к стене. Его взгляд был жестким и раздраженным.

Мне плевать. Я удерживала свою руку на его груди. Мне нужно было чувствовать как бьется его сердце, чтобы понять соврет он мне или нет.

— Куда ты ходил?

— В уборную.

Его сердце не екнуло. Ничего. Сердцебиение было ровным, но я знала, что он лжет. Я видела это в его глазах.

— Это не уборная.

Ухмылка играла в уголке его рта. Затем его глаза изменились. Они потемнели, и похоть начала заполнять их.

— Я возвращался.

— Ты уходил.

Похоть исчезла, и теперь он шагнул назад. Воздух стал холодным без тепла его тела, но я заставила себя прекратить думать об этих ощущениях.

Прищурившись и лаская мою шею сзади, он пробормотал:

— Ты не веришь мне.

Я оттолкнула его руку.

— Прекрати манипулировать мной.

Вся мягкость исчезла. И он возвел стену.

— Остановись, Эмма.

Я задержала дыхание. Я не ожидала такой резкости от себя. Смаргивая слезы от потрясения, я заклинала себя быть сильной. Мне нужно было придерживаться истины. Это был «рычаг», который у меня был, и я должна его использовать.

— Что это был за человек?

— Какой человек?

— Прекрати мне врать, — прошипела я, стиснув зубы.

Теперь его глаза сощурились, и я знала, что он переоценивает меня. Плевать. Я зарычала на него:

— Я знаю, что ты лжешь, поэтому прекрати это. Я знаю, что что-то происходит. Я знаю, что тот человек приходил к тебе и сказал что-то. Я знаю, что он связан с мафией.

Так-то вот!

Мое сердце екнуло.

Я выбросила первую карту и ждала.

Настала его очередь. Будет ли он продолжать лгать или может он скажет мне правду? Мне нужна была правда. Я понимала это. Он защищал меня так долго, пока я пыталась защитить своих близких, как я пыталась защитить его, когда мы были детьми, но сейчас должно быть по-другому.

— Так и есть.

Облегчение пронеслось по мне, и мои колени подкосились, но я не упала. Я заставила себя твердо стоять на ногах, когда проговорила остальное:

— Я знаю, что Франко жив.

Ладно, я блефовала, но именно это беспокоило меня в течение последних нескольких дней.

Он не отреагировал. Вообще ни как.

Я нахмурилась. Что это значит? Но потом он глубоко вздохнул и сжал губы. Лед в его голубых волчьих глазах немного потускнел, и он отвел взгляд. Сжав челюсть, он сглотнул, одновременно с этим переводя дыхание, но затем он повернулся обратно. В этом была вся правда. Я была шокирована этим осознанием. Франко жив. Я видела это в его глазах. Рвано дыша, я какое-то время не могла говорить. В моей голове не могло сформироваться ни единое слово. Куда мне уйти отсюда?

— Ты должна вернуться на вечеринку.

Я отшатнулась. Что?

— Ты шутишь что ли?

Он становился утомленным.

Я покачала головой, из меня вырвался горький смех.

— Я не могу поверить. Франко жив и это все, что ты мне говоришь? Что я должна вернуться?

— Эмма.

Он снова потянулся ко мне. Я ударила его по руке.

— Нет.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал? — теперь он огрызнулся. Холод вернулся. Он увеличился в двое, когда рявкнул на меня:

— Ты не связана с этим. Я делаю это, чтобы защитить тебя…

— Все это полнейшая фигня.

Он остановился, его грудь начала вздыматься.

— Да ты что, издеваешься нахрен?

— Нет! — прямо сейчас я не колебалась сейчас. — Я связана с этим. Ты и я. Мы вместе. Я больше не буду оставаться в стороне.

— Ни за что. Не с моими свя…

— Ты сказал, что ты будешь вне игры.

— Я вне игры.

— Нет, это не так, — выкрикнула я.

Внезапно его рука зажала мне рот. Я попятилась к стене, и он прижался своим телом к моему. Его голова была рядом с моей, и я могла чувствовать его глубокие вздохи. Его грудь двигалась напротив моей, а его дыхание дразнило мою шею. Мое сердце снова начало колотиться, но я пыталась прислушаться сквозь его громкие удары.

Мы услышали разговор по ту сторону двери:

— Мы устроим все в дальнем люксе. Рид хотел этой встречи. Мы дадим ему то, чего он хочет… — Голос затих, когда мужчина миновал дверь.

Картер не отпускал меня, и я стала понимать, что мимо двери мелькали тени. Мы могли видеть, как они следовали за тем мужчиной, кем бы он ни был. Затем, меня посетило мерзкое чувство, и я прошептала под его рукой:

— Это был Франко?

Он был напряжен, но он покачал головой.

— Скажи мне, что происходит, — необходимость защитить его нарастала внутри меня.

Он был готов. Но обдумывал мое требование. Я могла чувствовать это, но потом он испустил глубокий вздох. И готовность исчезла. Извинение промелькнуло в его взгляде.

— Я не могу.

— Картер.

— Эмма. — Прошептал он, снова наклоняясь ближе.

Я закрыла глаза, когда почувствовала его двигающиеся губы напротив моих. Мое сердце начало разрываться. Я не знала, что он собирался делать.

Он добавил:

— Возвращайся на вечеринку.

— А ты?

Он начал отступать назад, но я не позволила ему. Я схватила его за смокинг и удерживала. Я не хотела его отпускать.

Его глаза метнулись к моим рукам. Он не пытался освободиться из моего захвата, но послал мне предупреждающую улыбку, обхватывая руками мою голову. Его большой палец убрал назад несколько прядей моих волос.

— Мне нужно сделать несколько телефонных звонков, и затем я вернусь.

— Ты обещаешь?

Я так сильно хотела ему верить, но мое шестое чувство всколыхнулось. Он по-прежнему мне врал.

Он кивнул.

— Обещаю, — затем он прижался губами к моему лбу и снова к губам. — Я люблю тебя. Я скоро вернусь.

— Картер.

— Я вернусь, — сейчас его взгляд был обнадеживающими. — Обещаю.

Я отпустила его. У меня просто не было выбора. Сейчас я поняла это. Он направился туда, куда изначально шел, а мое дыхание стало прерывистым. Мое сердце никак не успокаивалось. Я не имела понятия, что делать, но в следующую секунду он исчез из виду. Даже если бы я пошла за ним, я знала, что не увижу его. Именно это делал Картер. Он был призраком, но я понятия не имела, что делать.

Я не могла пошевелить даже ногами.

Сейчас я была больше, чем напугана.

Я вернулась в банкетный зал, не уверенная, что делать. Это было то, что он делал. Вот кем он был на протяжении долгого времени, так что я должна доверять ему, но не в этот раз. Настойчивый голос продолжал твердить мне. «Встань и иди вслед за ним! Что ты делаешь?!»

Церемония награждения уже началась, и я изо всех сил старалась услышать хоть что-нибудь. Голос продолжал кричать на меня, чтобы я встала и пошла.

— Наконец-то, — воскликнула Тереза, как только Ной произнес последнюю речь этой ночью.

Он поблагодарил всех своих сотрудников и произнес обычное заявление: «Отель не был бы таким, без людей, находящихся здесь». Коллективное «Ох» прошлось по залу, так как люди были тронуты этим. Затем он объявил, что все столы со спиртным были пополнены и поспешил покинуть сцену. Направляясь к нам, в то время как все направились к местам со спиртным, его ненадолго остановили двое из совета директоров. Когда он освободился от них, то рухнул на стул рядом с Терезой.

— Вот дерьмо, — проворчал он. — Это заняло много времени. — Он потянулся за бокалом Терезы и осушил его.

— Эй, это мое!

Он поставил его и потянулся за моим.

— А это Эммы.

— Она не прикасалась к нему всю ночь. Я наблюдал за вами, девушки.

— Ты знаешь, где Картер? — теперь я спросила. Мой тихий голос был хорошо слышен, и Ной напрягся прежде, чем встретился со мной взглядом. Он был осторожным. Он знал. Это все, что мне нужно было узнать, прежде чем я встала. Голос кричал на меня. «ИДИ!» Мой мозг все еще принимал решение. «Не думай об этом».

Я собиралась пойти за ним.

— Эмма, ты куда? — Тереза встала рядом со мной.

Аманда тоже встала, но она молчала. Она ждала, что я скажу дальше.

Фальшивая, но вежливая улыбка нарисовалась на моем лице.

— Думаю, мне надо сходить в уборную.

Бровь Терезы поднялась, когда она спросила:

— Ты думаешь, или тебе надо?

— Да, — я кивнула самой себе. — Мне нужно в уборную.

— Уже все продумала, хмм? — она, все поняв, ухмыльнулась.

Ной поставил свой-бокал-мой-бокал на стол и рассматривал нас троих с осторожностью.

— Что происходит?

— Эмме надо сходить в уборную.

— Ладно. Иди. — Он продолжал переводить взгляд между нами. — Вы все должны пойти? А мне нужно присмотреть за вашими сумочками?

Тереза снова фыркнула, но теперь с отвращением.

— Да, Ной. Именно это и происходит. Не мог бы ты присмотреть за нашими сумочками?

Он указал жестом на стол.

— Конечно. Оставляйте их, но не всегда ли вы девушки берете их с собой?

Тереза открыла рот, чтобы продолжить аргументировать, но я схватила свою сумочку и направилась к ближайшему выходу. Аманда последовала за мной. Тереза осталась за столиком. Она вскинула руки — все признаки начала очередной схватки Ной— Тереза.

Аманда хихикнула.

— Ты знаешь, совсем скоро они собираются поискать номер.

— Да. — Я покачала головой. Их сексуальное влечение время от времени не успевает разгораться, но порой легко воспламеняется. И сейчас близится момент взрыва. — Хочу, чтобы они были вместе раз и навсегда.

— Да. — Аманда вздохнула рядом со мной, когда мы шли через вестибюль. Он был пуст, за исключением нескольких пьяных сотрудников.

— Эмма! — крикнул кто-то.

О, Боже. Это была Тамра. Она фальшиво улыбнулась, когда сжала свой напиток. Сумочка была зажата под локтем, а свободной рукой она придерживала перед серебристого платья. Даже на высоких каблуках, она поспешила к нам, и походка не казалась неуклюжей. Я была бы впечатлена, если бы не была так раздражена. Она задерживала мои поиски Картера.

— Привет, Тамра.

— Привет. — Ее красная помада была смазана в бок, и несколько прядей ее красивых, гладких волос выбились из модного пучка. — Вы слышали о моем повышении?

Я пожала плечами.

— Да. Поздравляю.

— Знаю. Я буду возглавлять целый отель. Думаю, что мистер Томлинсон хочет, чтобы я доказала, что я могу это сделать. Как только я сделаю это, я вернусь и поднимусь выше, чем когда-либо. Это прекрасная возможность.

— Я уверена, так и есть.

— Да, я знаю, что это так, — она не переставала улыбаться ни на секунду, мне пришлось не спорить с ней, и она даже разгладила выбившиеся пряди волос. — И, — теперь ее глаза были полны интереса. Она нацелилась на добычу. — Я не поверила в это, когда мне сказали, но сегодня я увидела это собственными глазами. Ты и Картер Рид. Только представьте себе.

— Да, — мой тон был холодным. — Представь себе.

— Это здорово. Ну, если журналисты правы. Ну, ты знаешь, он ушел из мафии и все тому подобное. Но, черт, Эмма. Я так горжусь тобой.

Моя улыбка вытянулась в тонкую линию. У меня есть время на то, чтобы обидеть эту девушку?

— Гордишься мной?

— Да. Он великолепен. Я имею в виду, я знаю, что он выглядит так, но он намного лучше при личном общении. Я не могу в это поверить, — затем ее взгляд дрогнул. Месть? Гнев? — И я слышала, что твой брат был его лучшим другом. Это так мило с его стороны, помогать тебе, понимаешь, чтобы почтить память твоего брата. СМИ должны рассказать, каким великодушным он может быть.

Неа. Теперь я просекла это. Самодовольный показной вид, вот что это было.

— Вот как? — мои брови взлетели. Моя рука сжалась в кулак.

Аманда первая пришла в движение. Черт бы ее побрал. Она слегка оттолкнула меня назад. — Мне действительно очень жаль, но нам уже пора. Я обязательно передам ему твои слова.

Тамра моргнула. Ее рот приоткрылся.

Аманда закончила. — Я уверена, что он посмотрит на это именно так, что он очень великодушный, находясь в отношениях с сестрой своего лучшего друга. Я уверена, что он не обидится на все это, но это мое мнение. Все, что я знаю, так это то, что он на самом деле любит Эмму, так что я уверена, что он не примет это как попытку унижения, что ты и пыталась сделать.

Я издала слабое рычание.

Аманда повернулась и подтолкнула меня назад.

— Мы идем в уборную, помнишь?

Да. У меня были дела. Я и раньше никогда не была в дружеских отношениях с Тамрой, но сейчас я хотела повыдергивать ей волосы и впечатать в стену коридора. Сейчас мы были именно такими друзьями. И я знала, что здесь было очень много таких же девушек, как она.

— Пойдем.

— Ладно, — я стиснула зубы. Пройдя дальше по коридору, мы пришли к другому, и я остановилась. Я оглянулась. — Ты же понимаешь, что мы не идем в туалет.

— А мы знаем, куда мы идем?

— Не-а, — ответила я.

— Ладно, — она кивнула. — Мы знаем, что мы делаем?

— Не-а.

— У него дела с мафией?

— Да, — я не колебалась. Она заслуживала знать, на что она пошла.

— Рада, что мы с тобой на одной волне.

Я уловила неодобрение в ее тоне и потащила ее, чтобы положить этому конец. Я посмотрела в лицо, на данный момент, самому старому своему другу, помимо Картера, и надеялась, что она увидела, как много это для меня значило.

— Я люблю его.

— Знаю, — но она замялась.

Она не понимала. Или она не верила в это. Я снова коснулась ее руки.

— Я выросла с ним. Он был для меня семьей.

— Он бросил тебя.

Теперь правда вышла на поверхность.

— Нет. — Я отрицательно покачала головой.

— Да, он бросил, — ее взгляд ожесточился. — Я поддерживаю тебя сейчас, но он оставил тебя. И я знаю, что он с тобой не из-за твоего брата, но это по-прежнему бесит меня, что он сначала покинул тебя. Ты рассказывала мне истории о приемных семьях, Эмма. Ты вообще никогда не упоминала Картера Рида до тех пор, пока… — ее голос понизился, и она придвинулась ближе, — ты поняла о чем я. Так что — нет, я не думаю, что он семья, и я не думаю, что он любит тебя.

Моя челюсть отвисла. Как она могла такое подумать? Мысли о предательстве пронеслись сквозь меня, когда она продолжила.

— Думаю, что он хочет тебя. Да. Я так думаю. Но он не любит тебя, а иначе он не позволил бы тебе расти одной. Ты была одна, когда я тебя встретила.

— У меня была Мэллори.

— Кто заботился о тебе все время. Ты была одна.

Мои глаза округлились. Я не могла поверить, что Аманда сказала это.

Но она еще не закончила.

— Я любила Мэллори. Любила. И я любила всю нашу компашку, которая состояла из нас четверых, но ты моя подруга. Я заботилась о ней, когда ты ушла. Я делала это для тебя. Мэллори никогда не заботилась о тебе в ответ. Это всегда было односторонним, и я думаю, что ты была ей просто благодарна, что она позволяла тебе это делать. Так что — да, Эмма, ты была одна, пока мы не стали друзьями.

Я открыла рот.

— Я и также сейчас не оставлю тебя. Я знаю, что я соседка Терезы. Я знаю, что она взяла меня себе под крыло, и я всегда буду ей благодарна за это, но ты — моя лучшая подруга. Ты моя сестра. Именно так, поэтому, даже если я и не одобряю того, что ты собираешься сделать, я по-прежнему с тобой. Я здесь. Я с тобой.

Она закончила это, драматично кивнув.

— Хорошо, — я не знала, что еще сказать.

Она выгнула бровь дугой.

— Тогда пойдем искать Картера.

И она жестом попросила меня взять на себя инициативу.

Так я и сделала.

Большая компания шла, спотыкаясь, по коридору в один конец. Я пошла в другой.

ГЛАВА 31

Вместе с Амандой, я осмотрела весь отель. Они могли быть где угодно, но когда потерпев поражение мы начали возвращаться назад, я увидела несколько больших мускулистых парней в конце коридора. Там, где располагались большие люксы. Я коснулась руки Аманды.

— Быстрее пойдем в мой кабинет. У меня есть универсальный ключ, который впустит нас.

Ее брови поползли вверх.

— Ты думаешь, нам стоит ворваться в комнату?

— Нет. Именно поэтому я возьму ключ.

— Ох. — Она кивнула. — Ты иди. Я останусь на случай, если они уйдут.

— Ладно. — Я поспешила уйти, но когда я обернулась, Аманды там не было. Парни все еще были там. Их руки были внутри пиджаков, где была выпуклость под одеждой, как если бы они держали свое оружие рядом. Я ринулась вперед. Я могла проникнуть в соседний номер. Он был пуст, и я знала, что терраса была прямо рядом с дверью. Так как я ничего не могла расслышать сквозь стену, то мне пришлось направиться к террасе. Стук моего сердца отдавался в ушах, как только я ринулась вперед, мою ладонь обхватила рука, и меня развернули.

Прежде, чем я успела закричать, рука накрыла мой рот, заглушая крик. Мои глаза расширились. Я не могла сопротивляться. Это произошло так быстро, и меня перетащили в другую комнату. Тут повсюду были парни. Майк. Томас. Это были люди Картера. Ослабленная в чьей-то жесткой хватке, я не боролась, когда меня принесли в другой смежный номер и затем бросили на кровать. Аманда послала мне нетвердую ухмылку с соседней кровати. Она потирала свою голову, но ее глаза метнулись вверх и замерли на том, кто держал меня. Румянец разгорелся на ее щеках прежде, чем она отвела взгляд в сторону.

Нахмурившись, я взглянула вверх и замерла. Это был парень с фотографии Картера. Пугающий. Тот, со шрамом, который пролегал горизонтально по лбу. Он пристально смотрел на меня сверху вниз, даже более пугающе в реальности, чем на фото. Если бы я не знала того, что он работает на Картера, то уверена — мне пришел бы конец.

Я проскрипела:

— Где Картер?

— Как ты думаешь, где? — проворчал он в ответ, возвращаясь в другую комнату.

Когда он оставил нас одних, я спросила Аманду:

— Ты в порядке?

Она кивнула, на этот раз потирая свою шею сзади. — Он тоже схватил тебя, да?

— Да.

Она поморщилась.

— Это было более шокирующе, чем что-либо. Кто он?

— Он работает на Картера.

— Я работаю С Картером.

Он вернулся. Его враждебность едва контролировалась. Тщательно изучая меня с ног до головы, я чувствовала, будто он может читать мои мысли и чувствовать каждый нерв внутри меня. Это приводило в замешательство. Картер также это делал, но от него это было сильнее. Этот парень заставлял меня чувствовать себя ослабленной. Я скрестила руки на груди и уставилась назад.

Маленькая улыбка мелькнула на его лице. Она исчезла также быстро, как появилась, и я спросила себя, была ли она вообще. Может быть, я искала намек на дружелюбие!? В любом случае, его молчаливый взгляд совсем не помогал Картеру. Я требовательно спросила:

— Где он?

— Он на встрече.

— Я знаю. Где?

Мужчина подошел к окну и выглянул наружу.

— Это не твое де..

— Джин. — Мужчина просунул голову в комнату. — Началось.

Это был Джин?

Схватив пистолет со стола, он взял рацию в другую руку и выбежал из комнаты. Все парни, за исключением Майка последовали за ним. Когда он остановился в нашей комнате и послал мне робкую улыбку, я вздохнула. Он не знал этого, но я не собиралась позволить ему нянчится со мной.

Он уловил мой дерзкий взгляд, но занял свой пост у двери.

— Что происходит? — Аманда села на мою кровать. Она продолжала сжимать руки вместе на коленях. — Что если Тереза ходит и ищет нас? Ты же не думаешь, что она собирается в это влезть, правда?

Тереза была наименьшей из моих забот на тот момент. Встав, я подошла и прислонила ухо к стене позади нас.

— Что ты делаешь?

Я отмахнулась от нее. Из-за ее разговоров, я ничего не могла услышать. Но это не имело значения. Я до сих пор не могла ничего разобрать. Так что я схватила стакан с кофейного столика и прислонила его к стене. Я слышала немного больше. Крики. Мат. Кого-то били. Затем я услышала, как кто-то сказал:

— Ты умрешь, Картер Рид.

Это было все, что мне нужно.

Я выбежала из комнаты в смежную и ринулась к террасе. Они были достаточно близко, так что я смогла перелезть, но как только я переступила ногой, парень из закрытой террасы рявкнул:

— Эй!

Я колебалась. Мое сердце бешено колотилось. Кровь хлынула к моей голове, но я не могла выкинуть тот голос из головы. Картер был в опасности.

— Эмма, — шикнул из комнаты Майк. Он махнул рукой внутрь. — Возвращайся сюда.

Я не могла. Парень уже увидел меня и его пистолет был наготове. У меня не было другого выбора, кроме как лезть на террасу. Если я бы рванула назад, он последовал бы за мной. Майку и Аманде будет грозить опасность, поэтому с тяжестью в груди я начала перелезать. Другой парень схватил меня за талию и понес внутрь.

Когда мы оказались там, мое сердце остановилось.

Картер был на полу. Вокруг него была кровь, и когда он поднял голову и увидев меня, он побледнел. Его кожа уже была болезненно белой, и один его глаз был опухшим и закрытым. Его нос выглядел разбитым, но когда он начал подниматься, человек нанес быстрый удар ему в бок. Он упал, для защиты прикрывая ребра руками. Она была минимальной. Человек пнул его еще несколько раз, и третий удар пришелся Картеру под подбородок. Его голова запрокинулась назад, и все его тело перевернулось от этого последнего удара.

Он был без сознания.

Визгливый смех донесся из угла комнаты.

Я затаила дыхание и повернулась. Этот человек, кем бы он ни был, умрет. Он был одет в смокинг, с выпирающим животом над штанами. С тонкими седеющими волосами, он, прищурившись разглядывал меня, но затем оглянулся на Картера. Нездоровое удовольствие было в его взгляде, когда он потянулся в свой нагрудный карман. Он вытащил телефон и набрал номер.

Никто не двинулся с места.

Мой взгляд метался между больным ублюдком и Картером. Этот человек был гостем Рождественского вечера. Я видела приглашение, торчащее из его пальто, когда он доставал телефон. Он был гостем Ноя, гостем Картера и он сделал это с ним!?

Я дернулась вперед, но мой захватчик прижал меня ближе. Он отошел назад.

НЕТ!

Этого не произойдет. Ни с Картером. Ни со мной. Этому не бывать.

По мне пронеслась волна адреналина. Я не могла высвободиться. Я не могла пнуть или ударить, поэтому я вонзила зубы в мощную руку парня. Так сильно и так глубоко, насколько только могла. Парень завопил и выпустил меня. Проклиная все на свете, он мгновенно рванулся назад, и я была свободна. Пошатываясь, я почувствовала, что второй парень вот-вот схватит меня, и я быстро увернулась. Все они сейчас кричали.

— Ловите ее!

Один потянулся к моей руке, но я пнула его по голени, а затем коленом заехала ему в пах. Он застонал и упал. Подоспел четвертый парень. Я завела локоть вверх, но он только усмехнулся и нагнулся. Я увернулась в сторону. Но это ничего не дало. Он уклонился ото всех моих ударов и обхватил меня руками. Меня снова удерживали в парализующей хватке, теперь с просунутой между моими зубами и его рукой книгой.

— Мы не все тупые, сладкая.

Я кипела и сопротивлялась. Ничего. Мое сердце колотилось. Моя кровь неслась. Я должна была высвободиться. Я должна была защитить Картера.

— Ох, она боец, да? — Главный из них еще больше усмехнулся, но повернулся ко мне спиной. Он был совершенно не заинтересован во мне, когда говорил в трубку:

— Мы взяли его. И ее тоже. Мы взяли их обоих. — Он помолчал, прежде чем кивнуть. — Да, звучит хорошо. Будь там в десять. — Он повернулся обратно и махнул рукой в комнату. — Возьмем его. Он хочет их обоих.

Именно тогда я оглядела номер. Он был полон мужчин, все в черных костюмах и с той же выпуклостью под пиджаками. Я знала, это были его люди в коридоре. Когда двое мужчин двинулись вперед, чтобы поднять Картера, мужчина рассмеялся сам себе.

— Он — гребаный идиот, явиться одному на эту встречу. Картер Рид думает, что он может справиться с любым. Не со мной, молокосос. Не со мной.

Когда парни нагнулись вниз и один подхватил его под руки. Картер действовал молниеносно. Он схватил руку парня, воткнул что-то в его грудь и швырнул его тело во второго мужчину. Вскочив на ноги, он вытащил пистолет и выстрелил в трех мужчин в комнате со мной. Глаза главаря расширились; он издал сдавленный хихикающий звук, но прислонился к стене с поднятыми в воздух руками. В это же время пинком была открыта дверь. Еще больше мужчин наполнили комнату с оружием наготове. Майк и Томас вошли из патио. Рука нанесла удар по шее человека, который меня удерживал. Я была освобождена, когда он упал на землю, но Майк поймал меня. Он вынес меня из комнаты, обратно на террасу и через другую комнату.

— Эмма! — Аманда вскрикнула и бросилась ко мне.

Как только мы оказались в комнате, Майк отпустил меня, и… я внезапно все осознала.

Боже мой.

Мои колени подкосились, и я скользнула на диван рядом со мной.

— Эмма. — Аманда поймала меня и помогла сесть. Она взяла мои руки в свои. — Что произошло? О чем ты думала?

— Я … — Я даже не могла ответить на это. О чем я думала!? — Я не думала.

Картеру причиняли боль. Я пошла за ним. Это все о чем я думала, но я моргнула, когда поняла, что это нечто большее. За него, я бы отдала свою жизнь. Моя грудь вздымалась и из нее готово было вырваться мое сердце. Я бы отдала за него свою жизнь.

Образ избитого ногами Картера снова мелькнул у меня перед глазами. Я вздрогнула и пошатнулась назад.

Майк шагнул вперед, с рукой приложенной к уху.

— Мы должны отвезти вас обратно домой. Эмма, не могла бы ты пойти со мной?

Я встала, не думая. Картер был избит до потери сознания, и он встал. Все его движения были точными, как будто он знал, что делал, как будто он ждал… Меня накрыл ужас. Чему я помешала!?

— Эмма.

Я должна была доверять ему.

Аманда помогла мне встать. Мои ноги все еще дрожали, когда я встала с дивана. Она держалась за мою руку.

— Я еду с ней.

Он нахмурился, но кивнул.

— Хорошо.

И тогда нас провели в коридор и вниз к заднему выходу. Когда мы направились к дальнему лифту, я взглянула на Майка. Они знали отель как свои пять пальцев. Им кто-то помогал, кто знал все скрытые коридоры и служебные лазейки. Мы поспешили через двери склада в сторону внедорожника. Майк сел с нами на заднее сиденье. Оно было достаточно большим для четырех человек. Передние двери открылись, и еще два охранника залезли внутрь. Майк коснулся своего уха:

— Чисто.

Внедорожник рванул вперед.

Я оглянулась, как если бы увидела Картера, но там ничего не было. Дверь склада отеля уже была закрыта, к тому времени, как мы свернули за угол.

Когда мы добрались до дома, я повернулась к Майку.

— Он в порядке?

Он кивнул и жестом пригласил внутрь.

— Он вернется, как только сможет. Ваша подруга была оповещена о вашем отъезде.

Майк также посмотрел на Аманду.

Понимание снизошло на нее.

— Ах, Тереза. Это хорошо. Она бы могла беспокоиться.

Он снова кивнул, бесшумным движением головы.

Я вздохнула. Это было все, что мы могли узнать, так что когда мы вернулись, я первой вошла. Аманда пошла вслед за мной, и когда мы пошли через спортзал на кухню, позади себя я услышала ее тяжелый вздох. Она впервые увидела мой дом, мой новый дом.

— Так вот где ты живешь? — Она затаила дыхание.

Я кивнула.

— Это дом Картера.

Но это не было правдой. Теперь это был и мой дом тоже. Не было сил наслаждаться этим моментом. Аманда была первой, и вероятно будет последней, кто увидит мой новый дом изнутри. Я должна была гордиться, но все о чем я могла думать — он.

— Здесь есть ванная?

Я кивнула и показала ей одну на основном этаже. Затем я пошла в спальню и переоделась. Мое платье упало на пол. Я не позаботилась о том, чтобы поднять его. Картер должен был быть тут, чтобы раздеть меня. Мы должны были провести ночь, занимаясь любовью, а я даже не имела понятия где он. После того, как я одела спортивные штаны и мешковатую толстовку, я схватила еще по одной вещи для Аманды. Когда я вернулась на кухню, она рылась в шкафах. Она послала мне смущенную улыбку.

Я собиралась сделать кофе.

Я подняла одежду для нее.

— Да, я могу сделать немного. Это хорошая идея.

— Спасибо за одежду, не то чтобы у меня было на уме сидеть без дела в этом вечернем платье.

Послав мне кривую улыбку, она снова прошмыгнула в ванную. К тому времени, как она вернулась, кофе был готов, и прошло немного времени прежде, чем я наполнила чашки для нас обоих. И как в мои обычные дни по утрам, когда Картер уезжал по делам, я налила кофе Майку. Он сказал мне, что вернулось еще больше охранников и заняли позиции вокруг здания, поэтому я наполнила термос и поднялась на верхний этаж. Охранники даже больше не удивлялись. И потом, я скользнула на сиденье за столом рядом с Амандой. Мы ждали.

Через несколько часов прибыли люди, но они были новыми охранниками. Майк пошел домой. Другой Майк занял его пост. Он находился в гараже. Я знала об изменениях лишь благодаря первому Майку, который пришел, чтобы предупредить меня о пересменке. Он натянуто, но ободряюще мне улыбнулся.

— Я не хотел, чтобы ты была встревоженной.

— Что-нибудь слышно от Картера?

Он отрицательно покачал головой и ушел.

Как только мы оказались в помещении одни, Аманда спросила:

— Он сказал бы тебе во всяком случае?

— Вероятно, нет. — Я вздохнула.

— Эмма, я уверена, он в порядке.

— Я знаю, что так и есть.

Но дело было не в этом. Я хотела поговорить с ним. Я хотела почувствовать его, попробовать его. Я снова хотела его обнять. Образы того, как его избивают, не прекращались. Я продолжала видеть их снова и снова. И я была не в состоянии остановить их. Крепкие невидимые руки обхватили меня сзади. От этого по моей спине пробежал озноб, потому что может настать такой момент когда Картер будет не в том состоянии, чтобы выкрутиться из подобного, как он сделал в этот раз. Независимо от того, что он сказал мне, что он «вне игры», это не имело значения. Я знала, что Картер всегда будет связан с мафией.

Я оставалась в полном неведении. Это было пугающе.

Я не была готова к следующему разу.

— Послушай, — сказала Аманда. — Может, я поеду домой?

— Нет, останься. — Я схватила ее за руку, когда она начала вставать. — Пожалуйста.

Она поймала мой взгляд, умоляюще посмотрела и наклонилась. Она поцеловала меня в лоб, проведя рукой по моим волосам.

— Это не тоже самое, ты знаешь.

— Что не тоже самое?

— Картер и Мэллори.

Во рту пересохло. Я даже не осознавала, что думала о них одинаково, но она была права. Я потеряла Мэллори, и хотя я была бы удовлетворена, если бы она была в порядке. Я проглотила большой ком эмоций в горле. Я боялась, что тоже самое происходит с ним.

— Мэллори была обречена с самого начала.

Слезы кололи уголки глаз. Аманда никогда так прежде не говорила. Она говорила безропотно, когда оставила еще один поцелуй на моем лбу. Повернувшись, она положила свою щеку на мою макушку и пробормотала:

— Она знала, кем был Джереми Донван, когда они начали встречаться. И она знала, он был плохим парнем. Это был ее выбор. Она не такая как Картер.

Я сморгнула навернувшиеся слезы.

— И он не такой как она. Он будет бороться за тебя.

Аманда остановилась. Уголок ее губ изогнулся вверх, но она осталась со своими призраками. Я знала это, потому что сама была такой же. Мы обе были взволнованы. Она продолжила:

— Раньше я была неправа. Картер любит тебя. Это очевидно, и если кто-то решит покинуть мафию, это будет он. Картер не из тех, кого вычеркнут. — Она снова погладила мою руку. — Он сделает все возможное и невозможное, чтобы ты была в безопасности. Я не согласна с тем, какими способами, прежде, он обеспечивал тебе безопасность, но я знаю, на что он пойдет ради тебя теперь. — Из нее вырвался еще один зевок. — Ты тоже должна попробовать немного поспать.

Позже мы обе устроились на диванчиках, на нижнем этаже, в комнате с домашним кинотеатром. Я знала, что не смогу уснуть, но у Аманды такой проблемы не было, так что мы пошли на компромисс. Она взяла с меня слово попробовать, так что мы включили фильм. Это была традиция, к которой мы привыкли, когда ходили выпивать с Мэллори и Беном. Мэллори обычно заканчивала ночь с каким-нибудь парнем. Бен свирепствовал дома, а Аманда проводила ночь на диване. Мы обе засыпали за просмотром фильма.

Но эта ночь была иной. Я бодрствовала в течение нескольких часов, когда наконец-то в дверном проеме появился силуэт, и я едва не вскрикнула от облегчения.

Картер подошел и взял меня за руку. Он повел нас в нашу комнату.

ГЛАВА 32

Когда мы туда пришли, он выпустил мою руку, но я снова взяла его руку и повела в ванну. Его лицо было помятым от побоев. На нем была засохшая кровь, также как и в его волосах; он стоял здесь, наблюдая, как я осматривала каждую рану. Он вздрогнул, когда я прощупала его ребра, так что вместо того, чтобы снять его рубашку, я сильной хваткой взялась за воротник и разорвала ее. Она упала на пол. Я увидела картину в целом. Его грудь и ребра приняли на себя основную часть ударов, по крайней мере, те, которые я видела. Кончики моих пальцев слегка дотронулись до него, и он зашипел от боли.

Я поймала его взгляд. Увидев боль, я сделала глубокий вдох. Поток сил хлынул внутри меня. Он нуждался во мне, поэтому я показала на стойку и пробормотала:

— Сядь.

Мой голос прозвучал хрипло, и я закусила нижнюю губу. Меня пронзила боль, когда он содрогнулся от рвотного позыва. Когда его не стошнило, вздохнула с облегчением, я держала и согревала несколько мочалок из махровой ткани.

Прижатая к порезам на носу мочалка, тотчас же становилась красной от крови. Он зашипел еще сильнее, когда я продолжила с его опухшей щекой, затем с опухшим глазом.

— Ты должен показаться доктору.

Он кивнул, закрывая один глаз. Медленно он наклонился вперед и положил свой лоб на мое плечо. Его губы двигались по моей коже, когда он ответил:

— Сначала я должен был увидеть тебя.

Я подняла руку и положила ему на затылок. Я сделала еще один глубокий вдох и положила свою голову на его. Мои глаза закрылись. Я чувствовала его боль и ненавидела это. Ему не должно было быть больно, но я знала, что он ввязался в это не без причины. Так много вопросов крутилось у меня голове, но я удержалась от расспросов. Пальцами я начала массировать его затылок, поначалу нежно, а затем сильнее, когда он не морщился или отклонялся. Вместо этого, он положил руку мне на поясницу, и прижал к себе крепче. Пока я продолжала массировать, он становился все более и более уставшим. Он навалился на меня всем своим весом, в пока я продолжала. Он уснул. Поддерживая его, я встала. Я продолжала держать его. Я могла бы стоять здесь часами, поддерживая его, но маленькие движения бросились мне в глаза, и я посмотрела вверх.

Аманда прижала руку ко рту. Она наблюдала из дверного проема. Пока она наблюдала, одинокая слеза скользнула вниз. Затем она произнесла:

— Он спит?

Я кивнула. Женщина во мне не хотела двигаться, но логика внесла свою долю. Ему была нужна медицинская помощь, как можно скорее, так что я прошептала:

— Выйди за дверь и попроси у них позвать для меня врача.

Она кивнула, снова исчезая.

Картер застонал и напрягся. Он поднял голову вверх, держа ее в ладонях рук, когда прокряхтел. Его глаз сильно опух.

— Я уснул.

Он почти не двигался, лишь ровно настолько, чтобы сесть в вертикальном положении. Скользя своими руками вверх по его ногам, проверяя, есть ли там раны, я развела их в стороны и теперь встала перед ним. Спереди и прочно. Затем я начала смывать оставшуюся кровь. Я начала с его головы. На ней было так много крови, поэтому я двигалась медленно и прикасалась так, чтобы не задеть уже заживающие порезы. Когда все было сделано, я взяла больше мочалок и приступила к его груди.

Картер все это время сидел. Его руки покоились на моих бедрах. Когда я продолжила мыть его, он закрыл глаза, и склонил голову. Он завалился вперед, как если бы уснул. Но когда я шевельнулась, чтобы взять несколько салфеток, он сжал мои бедра, чтобы крепко удержать меня перед собой. Я скользнула рукой по его щеке, обхватывая часть его лица, и он открыл глаза. Он был сонный, но он сместился в сторону и поцеловал внутреннюю поверхность моей ладони.

— Врач должен прийти, — пробормотала я; мой голос был хриплый от такой большой безнадежной любви к этому человеку.

Его глаза снова закрылись, но он продолжал держать меня в крепкой хватке.

Аманда вернулась и подала сигнал пятиминутной готовности. Я не была уверена, нужно было нам ехать или доктор придет к нам, но я кивнула. Она снова ушла, и я взяла руку Картера.

— Тебе нужно принять душ и переодеться.

Он кивнул. Когда он зашевелился, чтобы расстегнуть штаны, я отвела его руку в сторону и сделала это за него. Его брюки и боксеры упали на пол. Прежде чем я смогла отвести его в душ, он остановил меня. Его пальца дотянулись до моей одежды, и он снял с меня толстовку. Мои спортивные штаны были следующими, и затем мы оба шагнули под воду. Пока она поливала нас, вниз стекало много его крови, делая воду розовой. Это казалось символичным для меня. Это исцеляло.

Скользя вниз рукой по моей ладони, он притянул меня к себе и обнял. Затем он пробормотал:

— Я почти потерял это, когда увидел тебя, удерживаемую в той комнате.

Я подняла руки и скользнула ими на его затылок. Зарываясь пальцами я сжала его волосы, и это должно было удержать его напротив меня. Я была осторожна со всеми его синяками.

— Прости. Я не подумала.

— Он мог убить тебя. — Его рука сжала меня крепче. — Он мог застрелить меня и взять вместо этого тебя. Франко хотел тебя тоже.

Я ничего не сказала. Он пытался держать меня на расстоянии. Я должна была доверять ему.

Он зарычал в мое плечо. Другой рукой он сильнее прижал меня к себе.

— Поэтому я не говорил тебе, что происходит. Я не мог подпускать тебя близко к этой ситуации. Ты была нужна мне там, где мои люди могли наблюдать за тобой. — Послышалось тихое ругательство. — Мне пришлось ждать, пока он не сделал тот телефонный звонок. Мне нужно было знать местонахождение Франко. Тебя могли убить.

Прежний ужас охватил меня снова. Я сморгнула слезы от того, что я почти сделала.

— Прости меня. Мне так жаль. Тебе было больно, и я не могла с этим справиться. Я среагировала не думая. Никто не отнимет тебя у меня. Я не хочу снова тебя потерять, не теперь, когда ты у меня есть. Мой брат. Мэллори. Но не ты.

Его губы двигались по моей коже, оставляя там поцелуи, прежде чем он поднял голову. У меня перехватило дыхание, когда я увидела агонию в глубине его глаз. Чистую агонию. Он с трудом произнес, его грудь поднималась от глубоких вздохов:

— Он мог убить тебя. Тебя даже близко не должно было быть рядом с тем номером. Почему ты просто не послушала меня и не осталась в стороне?

— Потому что я искала тебя.

— Я сказал тебе, что вернусь.

Я отступила назад и пристально на него посмотрела, изумленная.

— Было время, когда ты не вернулся за мной. Я не могу потерять тебя. Ты защищаешь меня, но это взаимно. Я тоже буду защищать тебя. Не только ты в этих отношениях. Я тоже тебя люблю. И я знала, что ты врал мне. Это убивало меня больше всего. Ты не доверял мне, чтобы рассказать план.

— А если бы я рассказал?

Я остановилась. Если бы он рассказал!? Я опустила взгляд.

— Я сделала бы то, что сделала в любом случае.

— Именно. — Он закрыл глаза, прижимая мою руку к своей груди, прежде чем поднял ее, чтобы поцеловать. — Семья Бертал знала, что один из главы семейства работал с Франко. Они знали, что он предупредит его перед первым ударом. Я должен был ждать, пока они не выясняли, кто это был. Когда я узнал, то потребовал встречу, и момент был идеальный. Дочь главного работает в «Ричмонде» в Чикаго. Она получила три билета, и он вызвался добровольцем для встречи.

— Ты знал про все, что должно было произойти сегодня вечером?

Он кивнул.

— И ты ничего мне не говорил.

— Я принял решение. — Его глаза стали суровее.

Мне было все равно. Мне было все равно, что я сделала. Я подняла подбородок и шагнула назад еще дальше.

— Я не потерплю этого в отношениях. Прими или отвергни это, Картер. Если ты собираешься намеренно подвергать себя опасности, я должна знать. Я не могу оставаться в неведении, с этого момента нет. Я люблю тебя, и я всегда буду защищать тебя, не взирая на последствия для меня. И с твоей стороны будет умно, принять мою сторону.

Он закрыл глаза, и от него донеслось тихое ругательство. Затем он снова вздохнул:

— Я забыл, какая сильная борьба внутри тебя. — Появилась кривая ухмылка. — Я люблю тебя за это.

— Правда?

Он кивнул, снова притягивая меня к себе. Он наклонился и раздразнил меня мягким поцелуем.

— Мы не знаем, кто еще поддерживал Франко, даже на моей стороне, поэтому я почти всех держал в неведении.

— Твои люди знали.

— Не до последнего момента. Их звонки отслеживались, чтобы увидеть, если они будут посылать сигналы тревоги Франко.

Я закусила губу.

— Они посылали?

— Нет. Они преданны. Они могли забрать тебя — это еще одна причина, почему я не хотел, чтобы ты знала. Ты должна была оставаться за вашим столом.

Он застонал и привлек меня к себе ближе. Я могла чувствовать каждый дюйм. Вода скользила по нам, увеличивая во мне возбуждение, но я сдержалась. Для этого он был слишком потрепан. Ему нужно было вылечиться.

Он продолжил, крепко обнимая меня:

— По плану, Глава должен был думать, что я почти мертв. Как только он сделал звонок, мы взяли его. Мы смогли отследить Франко через телефон.

— Вы нашли?

— Да. Он понятия не имел. Все кончено. Франко умер.

Я нахмурилась, но не отодвинулась. Его руки сжали меня сильнее, делая бицепсы выпуклыми от движения. Я не знала, что Франко не был мертв.

— Но охранники? Ты ко мне приставил только двоих.

Он покачал головой.

— Нет, они всегда были. Только они следовали позади тебя, на случай, если Франко попытался бы схватить тебя. Я не хотел тебя тревожить.

— Картер. — Я была так зла не него.

— Что?

— Ты должен был рассказать мне все это.

Он отшатнулся, ловя мой взгляд и удерживая его. Я не могла отвести взгляд. Я не хотела. Ему нужно было видеть, как я волновалась.

— Я думала, что теряю тебя. Ты знаешь, что это делало со мной?

Он ухмыльнулся.

— Да, это сводило тебя с ума.

Закатив глаза, я почти ударила его в грудь, но удержалась в последнюю секунду. На это его ухмылка расширилась. Я отрицательно покачала головой.

— Ты больше не можешь держать меня в неведении.

— Не буду.

Я снова поймали его взгляд, и я заглянула ему в глаза. Когда он увидел мои муки, он смягчился и прошептал:

— Я обещаю.

Я кивнула.

— Хорошо.

Затем он поцеловал меня, и он вложил в это всю свою любовь.

Я встала на цыпочки и обняла его так сильно, как смогла. Казалось, он не думал о своих ранах, но я беспокоилась. После душа мы снова оделись и вышли, чтобы показаться врачу.

Когда он прощупывал слабые места, пришла Аманда и встала рядом со мной. Она в турке заварила свежий кофе, поскольку была середина ночи. Она зевнула, когда послала мне оправдывающуюся улыбку.

— Я еще раз прошу прощения. Ты заслуживаешь быть счастливой, и он твой парень, независимо от того, что кто-либо говорит. Это правильно. Вы двое. Вы подходите друг другу.

Тепло разошлось по мне, и я сглотнула. Я растерялась от такого количества эмоций, и все, что я смогла пробормотать, было:

— Спасибо.

Она погладила мою руку и поцеловала в щеку, прежде чем прошептать:

— Ты заслужила свое «долго и счастливо». Это он. Это оно.

Я улыбнулась, сморгнув еще больше слез.

— Даже с мафиозными связями?

— Даже с ними. — Она притянула меня в объятия.

Я была слишком тронута, чтобы ответить. Циничная сторона пошутила бы, когда она превратилась в поздравительную открытку компании «Hallmark», но сентиментальная сторона была слишком тронута, даже чтобы говорить. Это значило многое, особенно через что мы вместе прошли. Это была дружба, которую я не хотела потерять.

— Ладно. — Она снова прижала свою руку к моей. — Ты думаешь, я могу попросить подвезти меня домой?

Я схватила ее за руку, прежде чем она могла далеко уйти. Я притянула ее назад и покачала головой.

— Тебе лучше остаться здесь.

— Почему?

— Я почти уверена, что Тереза дома не одна.

— Ох. Ты права. — Она вздохнула. — Они могут быть громкими. Ладно. Я могу спать в комнате на этот раз?

Смеясь, я показала ей гостевую спальню, на втором этаже, прежде чем вернуться обратно на кухню. Доктор заканчивал свой осмотр. Он читал нотации, когда я наполняла посудомойку.

— Тебе нужно отдыхать, много. Стало быть, вообще ничего, Картер. Ни секса. Ни борьбы. Вообще ничего. Если ты можешь работать из дома, я бы рекомендовал это. И я серьезно, насчет секса. Не думай, что я не видел эту милую лапочку, стоящую и заинтересованно наблюдающую. Никакого секса.

Картер немного оттолкнул его назад.

— Не начинай, Док.

— Не начинай. — Он презрительно фыркнул. — «Не начинай» говорит он. Он только разбудил меня, прислал своих людей и привез меня сюда, и теперь он говорит «не начинай». Я начну все, что хочу. У тебя сломано ребро. Оно должно зажить!

— Да. И оно заживет.

Я завернула за последний угол. Доктор увидел меня и наградил улыбкой. Он поднял свой блокнот в моем направлении:

— Убедитесь, что он отдыхает, и не занимайтесь с ним сексом. Даже если вы проделываете всю работу, по-прежнему будет деформация ребер. — Он похлопал Картера по плечу, вежливо салютуя нам обоим рукой, прежде чем взял свою сумку. — И сейчас я надеюсь, какая-нибудь машина отвезет меня домой?

Картер махнул парням, чтобы выполнили его приказ.

Позже, когда я помогла Картеру в кровати и свернулась рядом с ним, я спросила сквозь зевок:

— Сейчас все сделано?

Он притянул меня ближе к себе, пряча голову на сгибе моего плеча и шеи. Его рука поднялась к груди и просто держала ее.

— Да, я так думаю.

Я кивнула, мои веки уже отяжелели.

— Хорошо.

Он поцеловал мою шею там, куда он тыкался носом.

— Хорошо?

Поднявшись, я сплела свои пальцы с его и выдохнула глубокий вздох. Все было так, как должно было быть. Слова Аманды. Смерть Франко. Картер рядом со мной. Я знала, что независимо от того, что случилось с нами, все будет в порядке. Я вдохнула с облегчением снова, ощущая трепет мира в своей груди. Мои губы изогнулись в еле заметной улыбке, когда я прислонила свою голову к его.

— Да, все хорошо.

— Хорошо. — Он прижался губами к моей шее снова, в последний раз.

Прошло совсем немного времени, когда я услышала его глубокое дыхание и поняла, что он уснул. Затем я закрыла глаза. Все будет отлично. Я была в этом уверена, не зависимо от того, какие трудности настигали нас.

Все было идеально.

Перевод: Анастасия Палютина, Хейли Локвуд, Malia Hale

Примечания

1

Смешанные боевые искусства (также MMA — от англ. Mixed Martial Arts).

2

Глава мафии.

Content

Тиджан
Картер Рид

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

Примечания