Тиджан

Ненавижу тебя любить

Любое копирование и размещение перевода без разрешения администрации, ссылки на группу и переводчиков запрещено.

Глава 1

Шей Коулман разрушил мою мечту стать студенткой подготовительных курсов по юриспруденции.

Ну ладно, не совсем так. Это легкое преувеличение, но я действительно мечтала стать адвокатом. Участвовала в инсценированных судебных процессах и в первый год играла роль свидетеля. В следующем году буду выступать в качестве адвоката.

Я разбиралась в этом дерьме.

Знала лазейки. Понимала, какие ходатайства могла опротестовать, а какие нет, и которые из них нужно услышать присяжным. Проще говоря, знала абсолютно всё.

Я собиралась стать адвокатом.

А потом попала на курс политологии, и всё полетело в тартарары.

В первые же пару недель я поняла, что:

1. Зубрить законы скучно. Нет, действительно. Ужасно скучно. Слишком скучно для меня. Я понимала, что нужно что-то придумать, чтобы не терять время;

2. В школе мне не нужно было учиться, но в колледже придётся;

3. Стоит научиться зубрить;

4. Высокомерные придурки могут быть настоящими засранцами и в колледже тоже.

Последнему меня научил Шей Коулман.

— Разбейтесь на группы по четыре или пять человек. — Профессор помахал бумагами в воздухе. — Пройдитесь по этим вопросам, а затем один человек из группы поделится с классом. Вперед.

Со своего предпоследнего ряда я окинула взглядом аудиторию. И прокляла себя за то, что не заставила Кристину выбрать тот же курс. Я на первом курсе, а почти все остальные ребята — старшекурсники.

Вцепившись в сидение, я была готова найти кого-то любым способом, но нет. Блондинка справа нашла группу. Она сидела спиной ко мне. То же самое впереди.

Я знала, кто сидит слева и не хотела смотреть в ту сторону.

Они сидели там с первого учебного дня. Тогда же я устроилась в предпоследнем ряду и наблюдала, как они, один за другим, входят в аудиторию.

Большие.

Мускулистые.

Красивые.

Все шестеро.

Один из них — высокий, с широкими плечами, русыми волосами, ледяными голубыми глазами, с подтянутым животом и такими скулами, что девочки в школе уже растаяли бы на своих стульях. Он был похож на модель, и это такое клише, но конечно же, являлся школьным квотербеком.

Шей гребаный Коулман.

Остальные — начинающий в защите лайнмен, крупный ресивер, раннибек, исполняющий функцию тэйлбека, нападающий лайнмен и самый тощий кикер. Я знала это потому, что мой брат Гейдж, заставил сходить не на одну, не на две, не на пять, а на целых семь игр в прошлом году, когда учился на первом курсе. Затем, словно недостаточно меня измучил, он устраивал опрос, пока мы возвращались в его общежитие.

Это была моя любимая часть визитов к брату.

Чуете сарказм?

Но вернемся к первому учебному дню. Пять его друзей заняли весь последний ряд, и единственное свободное место, которое оставалось, располагалось точно позади меня.

Шей остановился, заметив это место. Посмотрел на стул, а потом на меня.

В общем, в чем все дело.

Хоть я и молода, но знаю, что выгляжу как Нина Добрев. Стройное тело, длинные каштановые волосы и длинные ноги. И я немного выше остальных девушек. Не понимаю, почему эти черты кажутся парням привлекательными, но им нравилось, как я выгляжу, ну, до тех пор, пока они не узнавали, что Гейдж и Блейк Кларки — мои братья. Сразу после этого их мнение менялось, хотя я и надеялась, что в колледже всё изменится. Дулейн большой. Это частный университет, но он достаточно велик, чтобы ни разу за все четыре года я не столкнулась с братом в кампусе.

В Дулейн учились более четырнадцати тысяч студентов.

На меня редко западали в старшей школе, но довольно часто использовали, чтобы добраться до моих братьев — Гейджа и Блейка. Девчонки любили меня, а парни либо уважали, либо ненавидели. Все зависело от их отношения к моим братьям, так что в действительности имелась только одна из двух реакций. В основном они проявляли уважение. Всё закончилось, когда Гейдж окончил школу. Блейк на несколько лет старше, так что покинул дом раньше и остался только Гейдж. И как только он в прошлом году уехал, в Дулейн все изменилось.

Парни из класса вспомнили, как я выгляжу, и уважение вылетело в окно. Мальчики начали ко мне клеиться, а девочки — ненавидеть. Добавьте этот год к событию, произошедшему, когда я стала первокурсницей… Проще говоря, все это, вместе взятое, и стало причиной ненависти к парню, стоящему позади.

Он приподнял уголок губы вверх, словно пытался сдержать хохот, а во взгляде читалась насмешка.

Я стиснула зубы.

Я бы сидела прямо перед ним. Он бы уставился на мою шею. Он мог бы податься вперед, делая вид, что у меня что-то в волосах и дотронуться до меня. Мог бы пялиться на мой зад всю пару, потому что спинка стула прикрывала только верхнюю часть спины.

Шей Коулман не просто заметный парень в кампусе. Он — чертова важная шишка. Его все любят. Я наслушалась о нём от Гейджа и его друзей, даже слышала сплетни в коридорах общежития, когда проходила мимо, так что мне не нужно знать лично, чтобы понять, как все его обожают. Это странно, но что есть, того не отнять.

Некоторые люди рассматривали его в открытую, другие вели себя сдержаннее, но всё равно пялились.

То, что здесь произошло, могло пустить слухи.

Я знала, что общественный резонанс мог мне навредить, а Шей способен задать тон на весь год. Если приставания как в школе будут продолжаться и здесь, то начнутся они с него.

Воспоминания о прошлом годе заполонили мой разум, и я не смогла это вынести.

Чувствуя, как по спине пробежал холодок, я взяла сумку и бросила ее на свободное место чуть дальше в ряду.

Его брови взлетели.

Все, кто только что таращились на него, вдруг стали пялиться на меня.

Люди вокруг начали перешептываться.

Взяв книги и сотовый, я встала и прошла прямо перед его носом, пока он стоял и держал свои учебники. Бросив сумку на пол, я плюхнулась на стул и уставилась вперед.

Он не двигался. Я знала, что он смотрит на меня.

Бросив взгляд на соседку справа, я увидела смятение, написанное на ее лице. Она кусала губу, ее взгляд метался между мной и Шеем, пока я не почувствовала, что он направился мимо меня.

Я уже расслабилась, но тут услышала, как он произнес:

— Линде, поменяйся со мной местами.

Я закрыла глаза.

Нападающий лайнмен не возражал. Он взял свои вещи и устроился за местом, где я сидела до этого.

Шей Коулман сел позади, и я втянула воздух.

Пыталась сказать себе, что этот парень не должен меня беспокоить.

Я знала о нем кое-что, но не понимала, какой он на самом деле, и никогда с ним не говорила. Он никогда не лез ко мне и не называл сукой после того, как я его отшила. Мы не встречались, и он не спал с одной из лучших подруг за моей спиной.

Поводов для ненависти не имелось, но я не могла ничего с собой поделать.

Я попыталась спокойно выдохнуть. Может быть, причин для волнений не было. Может, никто не заметил? Они только подумали, что я странная, а это правда. Или, может, это не так заметно, как я думала? Но нет.

Он наклонился вперед и, щекоча дыханием мою шею, прошептал:

— Шах и мат.

Послышался его тихий и мягкий смех.

Я успокаивала себя тем, что в следующий раз смогу сесть на другое место, а он останется сзади, со своими друзьями. Это не такая уж проблема.

И тут профессор сказал:

— Надеюсь, сегодня все довольны своими местами, потому что они закреплены за вами на весь курс.

Я испустила внезапный и не такой уж тихий стон. Это, должно быть, плохая шутка.

Прямо как идиотские групповые проекты.

Мне оставалось повернуться только в его сторону.

Я очень надеялась, что он попал в группу справа от меня. Это бы имело смысл, но нет. Когда я осталась единственной без группы, то услышала, как он произнес:

— Ты можешь присоединиться к нам, Кларк.

Кларк.

Он произнес мою фамилию так, будто мы друзья.

Но в этой аудитории я — неудачница без друзей.

Сдавшись, я взялась за края стула и начала разворачиваться в их сторону. Остальные четверо ребят отделились. Шей придвинулся вместе с Линде, сидевшей напротив меня девушкой и еще одной девчонкой. Обе заинтересовались, услышав мое имя, и я сразу почувствовала их любопытство.

Одна была одета в коричневый свитер и обтягивающие джинсы, с волосами, собранными в высокий небрежный пучок, и скажи она, что состоит в женской общине, я бы не удивилась.

Я вешала ярлыки, и мне это не нравилось, но клянусь, она действительно походила на девушку из сестричества.

Другая девочка оделась не так кричаще, но в подобные вещи.

Обтягивающие джинсы и белый свитер вместо коричневого. Темные волосы она распустила. Обе с натуральным макияжем: светло-розовой помадой и тенями. Первая девушка была красивой, а глаза второй слишком велики для ее лица, так что я не могла записать ее в ту же категорию.

Я окинула взглядом Линде. Круглое лицо с морщинками возле рта и глаз. За прошедшие две недели я довольно часто слышала его смех, так что понятно, по какой причине они появились. Он огромный как бык, и каждый раз, когда я его вижу, хочется обнять его как плюшевого медвежонка.

— Откуда ты знаешь мою фамилию?

Я отказывалась смотреть на Шея Коулмана.

Он и мое имя знает тоже?

— Гейдж сказал присмотреть за его младшей сестрой, Кеннеди Кларк.

Я обернулась и постаралась не чувствовать удара под дых. Боже. Как он красив. Устремив на меня взгляд, он не отводил глаз. Полностью сфокусирован на мне. У меня аж во рту пересохло.

— Ты дружишь с моим братом?

Когда это произошло? Я сомневалась, что это правда. Гейдж бы уже хвастался как павлин.

Эти глаза все еще смеялись надо мной. А губы сложились в усмешку.

— Он был на вечеринке. Мы болтали про пары, и он попросил присмотреть за тобой. — Шей уже улыбался во всю. — Гейдж сказал, что его сестра слегка агрессивная. Я сразу понял, о ком он говорит.

Воздух покинул меня. Гейдж, вот же говнюк.

Я старалась сохранить маску невозмутимости на лице.

— Это просто смешно.

Блеск в глазах Шея подтвердил, что он тоже так думает. Я видела это. Я выглядела как сука, но, поверьте, на то имелась причина. Я научилась тому, что лучшая защита — это нападение.

Линде поднял рабочий лист.

— Вообще-то, мы должны говорить про аборты. — Он указал на двух других девочек. — Держу пари, вы за аборты.

Та, что симпатичней, закатила глаза.

— Захлопнись, Рэй. Наличие вагины не значит, что мы за аборты.

— Да, но разве вам не хочется иметь право выбора?

Шей передвинул стул ближе к ним, соответственно, ближе ко мне. Когда он наклонился вперед и сложил руки на столе, его крупные колени коснулись моих.

Симпатичная девочка ничего не сказала. Она сжала губы и перевела взгляд на подругу.

Та кашлянула и подвинулась чуть вперед на своем стуле. Потом облокотилась на стол.

— Что мы должны обсудить по заданию? Наше личное мнение?

Линде ткнул пальцем в листок.

— Номер один. — Он склонил голову, чтобы прочитать. — Обсудить закон об абортах.

— Это не значит, что мы должны говорить о нашем личном мнении. — Та, что симпатичней, вырвала листок у него из рук. Она сгорбилась над заданием и стала двигать пальцем по тексту, читая вопрос полностью. — Нужно высказать свою позицию об абортах, сделать обзор следующих вопросов, затрагивающих точку зрения за аборты или против. Группа должна будет представить свое обсуждение аудитории. — Она шмыгнула и отдала лист Линде. — К черту. Я не собираюсь этого делать.

Линде настороженно посмотрел на бумагу.

— Я представлю нас. — Шей подался вперед, и когда потянулся за листом, его колено снова коснулось моего. — Что насчет тебя, Кларк? Каково твое мнение насчет абортов?

Пожала плечами. Я не имела своего мнения.

Почему он касается меня коленом?

— Давай же, — симпатичная девочка подняла брови в любопытстве. — У тебя должно быть какое-то мнение.

— А какое твоё?

Шей издал тихий смешок, и девчонка недовольно на него посмотрела. Он проигнорировал взгляд, взял ручку и приготовился писать все, что она скажет. Он мог бы убрать ногу подальше от моей, но этого не произошло. Та оставалась прижата к моей.

Он вскинул брови.

— Ну что, Бэкс? Я готов записывать.

— Пошёл ты, Коулман, — она засмущалась. Ее шея покраснела, но он, слегка усмехаясь, не отводил от нее глаз. — Я не знаю. Что ты хочешь, чтобы я сказала?

— Скажи, что думаешь и почему, — медленно повторил Шей. Ухмылка не сходила с его лица, как и блеск из глаз.

Когда опускала взгляд на стол, пожимая худыми плечами, её щеки порозовели. Сложив руки на столе так, что локти свисали, она словно пыталась приблизиться к нему.

— Я не знаю. В смысле, моя семья религиозная.

— Значит, ты против абортов? — спросил Линде.

— Да. Что насчет тебя? — Но она спрашивала не Линде. Ее глаза были устремлены на Шея. Стало очевидно, кому адресован данный вопрос.

Он поднял ручку и ухмыльнулся.

— Я просто докладчик группы. Вы, ребята, говорите мне, что писать.

Линде выругался, усмехаясь и качая головой.

— Давай же, — Бэкс расплылась в улыбке. — Ты должен сказать нам.

— А что насчет тебя, Эми? — проворчал он.

Простушка кашлянула.

— Меня зовут Эбби, и я не знаю. — Девочки обменялись взглядами. — Наверное, я думаю так же. Мой отец пастор. Я должна быть против абортов.

Глаза Линде расширились.

— Твой отец пастор?

Бэкс засмеялась, размахивая руками.

— Остынь. У нее есть парень.

Линде нахмурился.

— Да я не об этом. Я просто удивлен…

— Он учится не здесь, — перебила Эбби.

Бэкс повернулась к своей подруге.

— Почему ты это сказала?

Та снова пожала плечами, убирая волосы за ухо.

— Что? Он учится не здесь, а в Метал. Это в четырех часах езды отсюда.

— Разве Метал не христианский колледж?

Я покосилась на Шея. Лицо выглядело серьезным, но не его глаза. Таким же взглядом он смотрел на меня в первый день. Смеялся надо мной точно так же, как над этими людьми сейчас.

— Ага, — обе девушки повернулись к нему. Эбби начала расправлять рукава, разглаживая их. — Уверена, он тоже против абортов.

Это действовало на нервы.

Я, наверное, издала какой-то звук, потому что теперь все уставились на меня.

Когда Шей задавал вопрос, я чувствовала, как его губы растягивались в ухмылке:

— Да? У тебя другое мнение?

Я выпрямилась на стуле, пожимая плечами.

— У меня нет мнения, но это определенно не зависит от того, кто мой отец или ходит ли мой парень в христианскую школу. У меня нет мнения, потому что со мной этого еще не случалось. Когда случится, если случится, тогда и узнаю. Это будет мое мнение. Оно не будет основано на том, что мне сказал кто-то другой.

Линде сжал губы и откинулся назад. Мне показалось, что я услышала: «Ух, черт».

Бэкс наклонила голову в мою сторону.

— Ты хочешь сказать, что у меня нет своего мнения?

— Я не хотела показаться грубой, но это то, что ты сказала. И мое мнение о твоих словах.

— Прости? — Ее губы сжались.

— Ты против абортов, потому что твоя семья религиозна. — Я вытянула к ней руки. — Сама это сказала, — я посмотрела на Эбби, но она уже знала, что ее ждет. Она начала отодвигаться дальше на своем стуле. — Ты сказала то же самое. Твой отец пастор, и ты не можешь думать по-другому. Я не уверена насчет всей этой фигни с парнем, но ты все равно считаешь отца основной причиной. — Я облокотилась на спинку стула.

Видите, во мне всё еще осталась адвокатская жилка. Этого недостаточно, чтобы продолжать занятия, но все-таки она есть.

Линде захохотал.

Я повернулась к нему.

— Что насчет тебя? Каково твое мнение, пока мистер Докладчик отказывается отвечать?

— Ох, — он перестал смеяться, и его взгляд начал метаться между нами. — Я думаю, — он начал дергать воротник рубашки, — я за аборты.

Он склонил голову набок, как будто говоря: «Ну вот, я сказал это». Затем повернулся к девочкам.

— Мою сестру изнасиловали. Она не хотела иметь детей, ей было всего четырнадцать. Так что, да, — его взгляд снова был направлен на меня. — Я за аборты, потому что я не пойду против сестры, чувства вины и мук, которые она испытывала каждый день из-за какого-то урода, решившего взять ее силой.

Я не стала смотреть на Бэкс и Эбби. Я чувствовала себя виноватой за то, что спросила его, но тут профессор оповестил, что время подошло к концу. Следовало собрать все в кучу и выступить. Когда очередь дошла до нас, Шей встал.

— Мы зашли в тупик.

Профессор скрестил руки на животе.

— У вас в группе пять человек. Как это вы не смогли определиться?

Шей взглянул на меня, затем сказал:

— Два против абортов, два за. И один человек еще не определился.

Я была удивлена выбору девочек, но по какой-то причине совсем не удивлена, что Шей за аборты. Я глянула на Линде. Никогда не смогла бы угадать его мнение, просто посмотрев на него.

Словно почувствовав мое внимание, он посмотрел на меня и кивнул.

Ну вот.

Я понимаю, почему так много ребят хотят попасть в футбольную команду университета Дулейн. Ради уважения.

Я улыбнулась, и он улыбнулся в ответ.

Я только что нашла друга на политологии, но радость не продлилась долго.

— Хорошо, — сообщил профессор. — Хорошее выступление. Теперь обменяйтесь номерами и информацией с членами ваших групп. Этим составом вы будете сдавать итоговую презентацию в конце семестра, что составит третью часть вашей оценки.

Я застонала и упала на стол.

Шей засмеялся. Он склонился ближе, к моему уху, и прошептал:

— Вы только посмотрите. Буду ждать с нетерпением. — И похлопал меня по спине. — Спасибо, Кларк. Я знал, что эта пара не будет скучной.

А я внезапно почувствовала горечь во рту.

Глава 2

В день встречи с соседкой я нервничала. Опять же, плохие воспоминания о старшей школе, но знакомство прошло неплохо.

Ее звали Мисси.

Круглое прыщавое лицо с высоким лбом. Жесткие темные волосы падали на плечи. Немного ниже меня, к тому же тихоня. Слава богу, что тихоня. А еще она смеялась, узнав, что я никогда не смотрела «Титаник».

Она могла пересказать фильм наизусть. И не удивительно: в ее коллекции фильмов полно мелодрам.

У меня же в основном приключенческие боевики.

Она задрала нос, когда увидела «Гладиатора».

Серьезно?

Обеим нравились некоторые (я даже немного преувеличила) фильмы, но на этом наше сходство закончилось.

Ее лучшая подруга и кузина подруги жили в нашем общежитии. Я как-то раз ходила с ними за мороженым и когда Мисси рассказывала, что я не смотрела «Титаник», увидела жалость в их глазах. Они подумали, что мне нужна помощь, и я не подхожу их группе, потому что определенно странная.

«Грязные танцы», «Спеши любить», «Проблески надежды» и еще кучу фильмов они упомянули в своем разговоре. Меня туда не допустили. У них имелись свои шутки, свои цитаты, даже свой собственный странный смех.

Моим единственным другом стала Кристина. Она оказалась подарком небес, хотя жила двумя этажами ниже, и я всегда забегала к ней на вечерние просмотры кино.

У Кристины лицо в форме сердца и короткие, рыжеватые волосы. Она милая, по-настоящему милая, и еще красивая. Маленький подбородок под пухлыми губами и карими глазами в комплекте с заразительным смехом. Не приди она в колледж с парнем, быстро стала бы занятой.

Даже сейчас, после лекции по политологии, я видела, как она стоит возле столовой, и находящиеся поблизости парни неоднократно бросали на нее взгляды.

Они смотрели, отворачивались и снова бросали взгляды на нее.

Пара ребят присматривались, замечали кольцо на ее пальце и возвращались к друзьям.

Я потрясла головой, как только подошла к ней.

— Это кольцо-обещание, которое тебе дал Абрам, просто гениальное.

Она подняла голову от книги и нахмурилась.

— Что?

Копаясь в рюкзаке в поисках удостоверения личности, я указала на ее палец.

— У тебя не было бы отбоя от поклонников, если бы не кольцо.

— Ох, — она закатила глаза и снова опустила голову. — Я так не думаю. И это не кольцо-обещание. Это просто… — Она вертела кольцо на пальце. — Не знаю. Подарок, чтобы сказать: «Я люблю тебя».

Я кивнула.

— И это сработало. Все знают, что кто-то любит тебя. — Я кашлянула в кулак. — И что ты занята.

Она засмеялась.

— Прекрати, Кеннеди.

Затем ее взгляд упал на кого-то позади меня, и глаза расширились. Я резко втянула воздух.

Как будто знала.

Волосы на затылке встали дыбом, но не от страха. Это из-за другой эмоции, но я проигнорировала ее. Я не обращала внимания на дрожь, дарованную предвкушением, которая прошла по спине, потому что это не имело смысла. Я знала, кто стоит сзади. Чувствовала его, и поэтому была на грани.

— Кларк.

Черт бы его побрал.

Низкий и ровный смешок. Этот голос словно ласкал. Уверена, несколько девчонок возле нас растаяли.

Я повернулась и вместо усмешки, которую ожидала увидеть на его губах, заметила серьезное выражение лица. Это делало его взгляд еще более теплым, если это вообще возможно.

Он протянул руку.

Я посмотрела на нее, но она оказалась пустой, поэтому подняла взгляд на Шея.

— Да?

— Дай мне телефон. — Он не убирал руку. — Ты никому не оставила свой номер.

Я сделала шаг назад.

— Зачем?

— Я не живу в кампусе. Ты не сможешь найти меня в справочнике университета.

Он был прав.

— Я найду тебя на Фейсбук или в Снэпчат.

— Нет, не найдешь. Дай мне свой телефон.

Я слишком поздно почувствовала, как телефон вытаскивают из моего кармана. На лице Кристины играла самодовольная улыбка, она быстро набрала пароль и протянула телефон Шею.

— Держи. Все для тебя.

— Эй! — Я попыталась выхватить телефон, но Шей отошел, спиной блокируя доступ. В итоге я стояла прижатая к нему и ругалась. Он двигался быстро как атлет. Я положила руки на его спину и почувствовала играющие под футболкой напряженные мышцы. Он ввел свои данные, но остановился и с усмешкой оглянулся через плечо.

— Не стесняйся исследовать больше. Я не откажусь от облапывания.

Я убрала руки как ошпаренная. Переместилась правее, но он тоже передвинулся, продолжая блокировать меня, пока не закончил, а затем вернул телефон Кристине.

— Спасибо за сотрудничество.

— Не за что. — Она протянула руку. — Кристина Коллинз.

— Шей Ко… — начал говорить он, пожимая руку.

— Коулман, — она засмеялась. — Поверь. Моей соседке по комнате и подругам хорошо известно, кто ты. — Она посмотрела на меня. — Я не знала, что вы с Кеннеди друзья, кстати говоря. — Она сказала это так, словно я скрывала от нее билеты на финальную игру за звание чемпиона Национальной футбольной лиги.

Шей снова подошел ближе и закинул руку мне на плечо. Девочка, стоящая в паре шагов от нас, тяжело вздохнула. Он прижал меня к себе.

— Мы хорошие друзья. Теперь ты будешь часто меня видеть. Поверь мне.

Он отпустил меня, но сначала опустив руку вниз по спине, остановился на заднице. Погладил меня, а потом наклонился и прошептал:

— Облапывание за облапывание, верно?

Похлопал меня по заду и направился дальше, хихикая себе под нос.

Я проигнорировала внимание, которое мы привлекли.

Кристина стукнула меня по плечу.

— Кеннеди! Ты знаешь Шея Коулмана?

Я поморщилась, поворачиваясь в сторону столовой.

— Нет, технически я его не знаю.

— По-моему, вы не выглядели как незнакомцы. Он трогал твой зад.

Я подавила дрожь.

— Не напоминай. — В столовую выстроилась очередь, и мы встали в конец. — И это действительно так. Сегодня первый день, когда я вообще с ним разговаривала. Мы оказались в одной группе для обсуждения.

— Зачем ему давать тебе свой номер?

— Потому что в конце семестра нам вместе придется делать итоговую презентацию. — Заметив ее интерес, добавила: — всей группе, не только нам двоим.

— Но все же, — она потянулась к моей руке. — Сара, Лора и Кейси с ума сойдут от этой новости. Особенно Кейси. С самого первого футбольного матча она без ума от него.

Это тоже не стоило напоминать.

Кейси — Кристинина соседка по комнате, две другие девушки — ее университетские подруги. В то время как Кристина более сдержанная, непьющая (слишком много) и с постоянным парнем, девочки отличались. Кейси была полной противоположностью. И без парня. После первого ознакомительного дня парни названивали ей каждый час. Она, Лора и Сара делили время между общежитием и парнями.

В нашей общаге велась политика «никаких ночевок с парнями», и я знала, что Сара и Лора нарушили это правило четыре раза. В те ночи Кейси находилась с ними. И я в курсе про эти четыре раза, потому что мы с Кристиной смотрели фильмы, когда Кейси заходила за дополнительной выпивкой. Она всегда улыбалась и предлагала присоединиться, но я не осмеливалась, боясь быть пойманной.

Мы даже еще не ходили на встречи выпускников.

Они вчетвером сформировали группу, и так как я не принадлежала к их кругу, то тусовалась с ними лишь иногда. Я дружила с Кристиной, но она из тех людей, кто ко всем относится дружелюбно. Если бы мы учились в старшей школе, я бы сразу сдалась, потому что Кристина имела бы тридцать других подруг. Мне повезло. Я познакомилась с ней на первой неделе в колледже, когда она еще не обзавелась кучей друзей. Я понимала, что, не считая остальных трех девочек, Кристина считает меня одной из самых близких подруг в колледже.

Мне это было необходимо. Я нуждалась в ней. Другим вариантом оставались только моя нудная соседка и ее подружки.

Я нахмурилась. Может, проблема во мне?

Да нет.

Я потрясла головой и прошла вперед в очереди. Дело не в этом. Я источаю тепло. Представила, что я для людей как смола для медведей. Идите и сожрите меня, животные.

Моя губа дернулась.

Даже шутки про себя были жалкими.

— Погоди минутку, — Кристина, прищурившись, смотрела на меня. — Ты ведь не собираешься им рассказывать?

Я оглянулась с таким же скептическим выражением лица, которое демонстрировала Кристина, когда уходил Шей.

— Ты шутишь, правда? Я ни за что им не расскажу.

Они захотят, чтобы я дала им его номер. Захотят, чтобы я ему позвонила. Чтобы поговорила с ним. Захотят использовать меня. Старшая школа не повторится.

У меня были правила: никаких горячих парней и никакой драмы. Это новый год, новый университет и новая я.

Я собиралась усердно учиться и не участвовать во внеклассных мероприятиях.

Я отрицательно помотала головой.

— Я не собираюсь использовать его номер, и он прав. Я не отвечу, если он позвонит.

Я выглядела как ребенок, но тревожные сигналы уже включились. Большие, гигантские красные сигналы, и Шей мне сразу же не понравился не без причины. Я прислушивалась к этим сигналам. Прошлый раз, когда я не послушала, ну, все прошло не очень хорошо. Это была катастрофа.

— Как ты собираешься договариваться с остальными о встречах для подготовки проекта?

— Линде. — Я выходила из аудитории с уже готовым планом.

— Кто такой Линде?

— Рэймонд Линде. Нападающий лайнмен. — Спасибо брату за этот рандомный факт. — И он также в нашей группе. Мы приятели. — Он кивнул мне, а это одно и то же. — Я научу Шея, что если он хочет поговорить со мной, придется сделать это через Линде.

Ее глаза сузились, и она остановилась позади меня, когда мы зашли в столовую.

— Шей Коулман не похож на того, кто поддается дрессировке. Он скорее тот, кто дрессирует.

Я протянула карту сотруднику и сказала Кристине:

— Ну, — я забрала карту назад, — он никогда не встречал меня.

Затем я шагнула вперед.

Желудок заурчал, как только я почуяла запах мороженого, и пришлось сразу же направиться за ним.

Мои приоритеты не меняются.

Глава 3

На этой неделе мне пришлось лицезреть Шея еще дважды, так как пары по расписанию шли в понедельник, среду и пятницу, но мы оба это пережили. Нас не объединяли в групповые проекты, и единственный раз, когда требовалось работать парами, меня сразу же выбрал Линде.

Видите, мы стали друзьями.

В пятницу, примерно в три часа дня я возвращалась в общежитие. Прошла позади художественного корпуса по дорожке, которая поворачивала вправо и проходила через небольшую рощицу, после чего вела к моему общежитию. На территории кампуса росло очень много деревьев. За ними скрывались почти все здания, так что ты постоянно чувствовал, что идешь по лесу, пока не подходил к зданию, к которому направлялся.

Мне оставалось шесть шагов до пункта назначения, когда я услышала, как кто-то позвал меня по имени.

Я напряглась, но нет. Это не Шей, хотя тут же нахмурилась, потому что узнала этот голос.

Мой брат стоял за деревьями и махал рукой.

Я ускорила шаг.

— Гейдж. Что ты здесь делаешь? — Я толкнула его глубже в деревья и оглянулась через плечо. На дорожке никого не было. От облегчения я расслабила плечи. И хорошенько стукнула его в грудь. — Первое правило Клуба Кларков. Мы друг друга не знаем.

Он закатил глаза, проведя рукой по своим темно-каштановым волосам, такого же оттенка, что и мои. А еще у нас одинаковые темные глаза. Брат на год старше, но люди думают, что мы разнояйцовые близнецы. Гейдж любил пошутить, что он умный, а я глупая, поэтому осталась на второй год. Он каждый раз получал подзатыльник за это, и я подумывала выдать ему один сейчас. Знал же, что не должен приходить в мое общежитие. К этому я относилась категорично.

То, что мной пользовались в старшей школе, не поддавалось контролю. Я просила маму перевести меня в другую школу, когда училась в восьмом классе, но единственная школа в пределах досягаемости была частной, так что мне ответили большое и решительное «нет». Произнося это слово, мама надула губы. У нас не хватало денег даже на один семестр, не говоря уже про униформу и другие дорогие принадлежности, которые пришлось бы покупать.

Но сейчас я контролировала ситуацию, и первое правило Гейджа и Кеннеди Кларк: мы притворяемся, что не знаем друг друга.

И часть правила номер два: никакой драмы.

Кларк — распространенная фамилия. Что? Понятия не имею. Просто совпадение.

Я планировала использовать этот аргумент, если вдруг кто-то начнет расспрашивать.

— Ауч, — он потер грудь, бросая на меня полный боли щенячий взгляд. — Почему ты всегда бьешь меня? Несмотря на то, что думают девчонки, парням это не нравится. Первобытные инстинкты говорят нам ударить в ответ, и приходится сдерживаться.

Он выгнулся, когда говорил слово «первобытные».

Я закатила глаза.

— Давай быстрее. — Кто-то в любой момент мог появиться на дорожке. — Чего ты хочешь?

Опустив руку, он посерьезнел.

— Я сегодня вечером собираюсь на вечеринку братства.

— И?

— Я слышал, что девчонки из твоего общежития тоже собираются пойти.

Я прищурилась. Две другие составляющие правила номер два: он не должен признаваться, что мы знакомы, а тем более, что родственники. Также ему запрещалось спать с моими подругами. В старшей школе, да и в колледже это казалось странным.

— И? — снова спросила я.

— Там будут девчонки, с которыми ты общаешься. Ну, знаешь, — он подергал себя за рукава, — те, что шлюховатые.

— А! — Лора, Кейси и Сара. — Да. Ты не можешь с ними спать.

— Ну, пожалуйста, — умоляюще попросил он. — Кейси горячая. — Он простонал последнее слово. — Действительно горячая. Что если она западет на меня? А? Я раню ее чувства. Вдруг она превратится в прилипалу? Знаешь, тот тип людей, которые, если их отвергнешь, теряют голову. — Он покачал головой, сочувствующе посвистывая. — Ты бы не хотела этого, правда?

— Кейси может получить любого парня, которого только захочет. Сомневаюсь, что она влюбится именно в тебя.

Брат нахмурился.

— О чем ты говоришь? Шансы высоки. Если ты не заметила, мы неплохо выглядим. Мы оба.

— Хватит болтать, — простонала я.

— Я же сокровище. Не заставляю девочек уходить с позором, а провожаю их до дома.

Я подняла бровь.

— Ну, или вызываю для них такси, — добавил он, глядя в сторону, затем посмотрел на меня. — Видишь. Заботливый. Это я. — Он сжал руки в кулаки, указывая большими пальцами на себя, и подмигнул мне. — И я буду очень заботлив с Кейси. Я могу переусердствовать и заставить думать, что влюблен в нее. Она сразу же сбежит сама. Горячие девчонки не любят прилипчивых парней. Я бы сделал это для тебя.

— Ты бы сделал это для себя. И мой ответ всё еще нет. Держись подальше от тех девушек.

— Хорошо-хорошо. Тогда как насчет Кристины? — Он присвистнул. — Она тоже очень горячая. Я не знаю, почему она скрывает свою грудь. Куча парней уже называет ее «грудастой девушкой».

Я толкнула его назад.

— У нее есть парень, и она моя единственная подруга. Ты прекратишь это дерьмо немедленно, понял меня?

— Да, хорошо. — Его взгляд прояснился, а ухмылка наконец-то сползла с лица. — Но парни захотят узнать, почему я защищаю эту девчонку. Будет легче, если я скажу, что она подруга моей сестры. И говоря о тебе, я не хочу, чтобы ты встречалась с моими друзьями.

— Без проблем.

Никаких горячих парней — правило номер один.

— Эй. — Я вспомнила, что хотела с ним кое-что обсудить. — Ты сказал Шею Коулману, что я твоя сестра.

— Да, сказал. Офигенный парень. — Его глаза загорелись.

— Зачем ты это сделал?

Гейдж фыркнул, раскачиваясь на каблуках и засовывая руки в карманы.

— Ты шутишь? Отличный повод представиться ему. Я слышал, что он и несколько игроков ходят на политологию в этом семестре. Ну, вот и уточнил, ходит ли туда девчонка, похожая на меня как близнец. — Брат усмехнулся. — Шей сразу понял, о ком я говорю.

— Ты сказал, что я агрессивная.

— Так и есть.

— Не надо говорить такое людям.

— Ты шутишь? Это самый быстрый способ объяснить парням, кто ты. Девчонки этого не понимают, как парни. — Он злобно ухмыльнулся.

Я ударила его в плечо. Он отчасти являлся причиной, почему я агрессивно настроена.

— Больше не говори ни с кем обо мне.

— Почему? Если что, я оказываю услугу. Коулман заинтересовался тобой.

Я снова подавила дрожь, но в этот раз от отвращения.

— Ты не оказываешь мне никаких услуг. И я не хочу общаться с Шеем Коулманом.

— Разве я сказал, что оказываю тебе услугу? — Улыбочка на его лице стала шире. — Я имел в виду, что оказываю услугу себе. Ты ненавидишь таких парней.

Да. Так и есть.

Я покачала головой.

Шей Коулман — ещё один Паркер Стенсен, мой бывший. За этой злой мыслью последовала ещё одна: к черту Паркера и к черту Шея Коулмана.

— Пофиг, — я толкнула Гейджа, в этот раз легонько, и заставила себя смягчить тон. — Иди на свою вечеринку братства и держись подальше от моих подруг.

Он хотел поспорить. Я увидела, что он уже собрался что-то сказать, и снова покачала головой.

— Я серьёзно. И хватит болтать обо мне с членами футбольной команды. Понял?

Брат на секунду взглянул на меня и наклонил голову вбок, размышляя о чем-то.

— Ты в порядке?

Я услышала доброту в его голосе и в горле слегка запершило.

— В порядке. — Буду. Учась. Сейчас это моя цель. Парни вроде Паркера больше не смогут меня ранить. Я не позволю. — А теперь иди, пока кто-нибудь нас не увидел.

Гейдж усмехнулся, и через пару секунд, когда взяла эмоции под контроль, я подняла взгляд и поняла, что он уже ушёл. Брата нигде не было.

Я проходила мимо администратора, когда девушка подняла на меня взгляд.

— Кеннеди Кларк?

— Да?

Эта старшеклассница работала дежурным администратором с первых дней занятий. Я ждала, когда она скажет то, что собиралась.

— Шей просил передать тебе привет.

Я застонала.

Ну, конечно, они знакомы. Слишком она симпатичная, чтобы проигнорировать.

— Дай угадаю. Ты его девушка? — полушутливо спросила я.

— Мы друзья. Он попросил передать тебе привет и сказал, что ты классная. — Она засмеялась, на самом деле даже мило.

Я оглянулась по сторонам. В холле стояли несколько девочек, так что я подошла ближе к столу.

— Мы можем сохранить это в тайне?

— Что? — Ещё один искренний смешок. Она мне даже почти понравилась. — Что ты классная? — добавила она.

— Что мы знакомы с Шеем, это произошло только из-за учёбы. Мы не друзья. — Я сделала акцент на последних словах. — И если ты встречалась с ним, мои соболезнования.

— Шей не такой уж плохой парень, но так и быть, я никому не скажу.

Она слегка нахмурилась, когда я подняла руку, махая на прощание, и направилась к лестнице, ведущей к моей комнате. Дежурный администратор, который хорошо к тебе относится, на вес золота. Впереди времена пьянства, и никогда не знаешь, когда понадобится человек, который может прикрыть.

Я заходила в комнату вприпрыжку, но резко остановилась.

Мисси сидела за столом с хмурым выражением лица.

— Как дела? — Я закрыла дверь и бросила рюкзак на свою кровать позади неё.

— Холли хочет пойти в библиотеку сегодня вечером. — Она постучала по клавиатуре.

Холли — это ее лучшая подруга со старшей школы, которая жила со своей кузиной этажом выше.

— А что не так с библиотекой? — Мой стол находился в другом конце комнаты, и я села на стул, а потом повернулась лицом к соседке.

— Ничего, будь это воскресенье или любой другой день недели. Но сегодня пятница. Она втрескалась в одного из работников библиотеки.

Холли нравился кто-то новый дважды в неделю.

— Там будет не так много людей, и понятно, почему она хочет пойти сегодня. Подходящее время для флирта.

— Я не хочу идти в эту тупую библиотеку.

— А что ты собиралась делать?

Куда ходили Холли с ее кузиной, туда же ходила Мисси, и наоборот. Они втроем всегда держались вместе.

Она пожала плечами, взглянув на телевизор.

— Мы могли бы посмотреть фильмы здесь?

Я ужаснулась. Смотреть фильмы я могла с Кристиной, но не с Мисси, не с соседкой по комнате, которая смеялась, потому что мне не нравились те же мелодрамы, что и ей. К тому же я знала, что она говорит гадости обо мне. Однажды я зашла в комнату, когда здесь находились Холли с ее кузиной, и все сразу же замолчали. Я понятия не имела, что они могли обо мне говорить, но без сомнений, предметом сплетен была я.

— Я тоже собиралась идти сегодня в библиотеку.

— Да ну?

Она не поверила ни единому слову, не думала, что у меня есть жизнь.

Я пожала плечами, отвернулась и загрузила компьютер.

— Почему бы и нет? Мне нужно учиться. И к тому же библиотека рано закрывается, разве нет?

— И?

— Может быть парень, который нравится Холли, пригласит вас на вечеринку? Обычно лучшие планы на вечер — это не иметь никаких планов.

— Да?

Пока я проверяла электронную почту, постучали в дверь. Я встала и кивнула ей.

— Да. Я бы пошла в надежде попасть на какое-нибудь мероприятие после. Все равно никто не ходит на вечеринки раньше десяти.

Заканчивая предложение, я распахнула дверь.

Там стояла Кейси Винчем, — та Кейси, с которой Гейдж умолял меня разрешить переспать, и та же Кейси, которая пугала меня, потому что была очень уверенной в себе.

— Привет.

Я моргнула пару раз. С Кейси, Лорой и Сарой мы состояли в дружеских отношениях, но никто из них никогда не приходил ко мне в комнату. Я даже не до конца уверена, что они знали мое имя, всегда обращаясь ко мне «эй, ты».

— Привет.

— Что случилось? — Я открыла дверь шире.

Она посмотрела через мое плечо и помахала.

— Привет.

Мисси не ответила. Полагаю, ее шокировало, что я знакома с кем-то еще.

Кейси немного нахмурилась, но затем перевела взгляд обратно на меня.

— Мы сегодня собираемся на вечеринку братства. Не хочешь пойти с нами?

— Эм…

— У тебя же есть машина? Саре и Кристине пришлось уехать по домам на выходные. Так что остались только Лора и я.

Теперь все обретало смысл.

Они пользовались машиной Сары. Больше никто не водил, потому что парковаться возле общаги первокурсников — то еще испытание. Как и все члены моей семьи, я имела машину. Когда мы выпускались из школы, мама тратилась на этот подарок. Наша семья небогата, так что это последний крупный подарок, который я получила. Следующий будет, когда выйду замуж.

Лет в тридцать.

Если это вообще произойдет.

Я покачала головой, возвращаясь к разговору.

— Вас нужно подвести на вечеринку?

— Ну, — прикусила она губу, — что-то типа того. В смысле, можно поехать с Адамсом и Крейгерсоном. — Этих имен я не знала. — Проблема в том, что мы не знаем, как вернуться. Парни напьются и уйдут сами, если ты понимаешь, что я имею в виду. Если Лора или я подцепим кого-то, другое дело, но да. Мне бы хотелось иметь запасной план, если что-нибудь случится.

Запасной.

Это про меня.

Для них я план Б.

Однако я вовсе не тряпка.

— Нет, спасибо. Увидимся позже. Повеселитесь сегодня.

Я захлопнула дверь.

Понимаю, что поступила как сучка, поэтому проигнорировала соседку, которая все еще сидела с отвисшей челюстью. Ей не понять. Никто больше не будет меня использовать. Не позволю этому случиться снова.

И с этой мыслью я уставилась в компьютер.

Мне действительно необходимо научиться зубрить и не тратить выходные на всякую ерунду.

Глава 4

Я собиралась стать психологом… Может быть?

Сузила список. Мне становится плохо от вида крови, адвокатура тоже не подходит, так что оставалась психология. Не психиатрия (опять же, боюсь вида крови). Я рассматривала этот вариант до того, как увидела людей в психушке. Можно, конечно, получить степень магистра делового администрирования, но это означало много занятий по бизнесу. Не знаю. Гейдж ходил на пары по бизнесу и жаловался. Не очень часто, но достаточно, чтобы оставить неприятный осадок.

Однако я не нуждалась в разнообразии вариантов.

Основываясь на опыте работы, стало бы проще определиться с выбором. Поэтому нужно найти место в психиатрической клинике или устроиться ассистентом доктора наук. Я могла бы работать в течение учебы, когда приезжала домой на летних каникулах или придумать что-нибудь другое.

В целом, я радовалась наступлению воскресенья.

В колледже все шло по плану. Никакой драмы: учиться, учиться и ещё раз учиться.

Я выполнила все задания, прочитала все главы и, приложив максимум усилий, добавила несколько заметок. Выучила всё и была уверена, что, когда придет время первой сессии, сдам все на «отлично».

План на четыре года я тоже закончила. На выходных составила полное расписание пар, которое охватывало все время обучения в колледже. Если все пойдёт по плану, я бы могла получить основную специальность в одной из двух специализаций и дополнительную во второй. Например, психологию в качестве специализации с дополнительным бизнес-образованием или наоборот.

Нет ничего плохого в том, чтобы быть чересчур готовой. Такого понятия не существует.

Я хорошо это понимала.

Круглая отличница — моя новая личность. Так я и собиралась себя вести.

В своей комнате я печатала план на ближайшие пять дней, когда Кристина постучала и просунула голову в дверной проём.

— Приве-е-ет.

Я помахала, приглашая ее зайти.

— Мисси в комнате у Холли.

Она захлопнула дверь и упала в кресло соседки.

— Она когда-нибудь оттуда уходит?

— Она была здесь в пятницу днём.

И вечером того же дня. Вечеринка состоялась, но не для Мисси и кузины Холли. Администратор библиотеки пригласил Холли, и она кинула девочек. Я надеялась, что девочки отправятся смотреть фильмы в их комнату, но ничего не вышло. Они остались, и соседка наслаждалась пересказом истории, как я сказала Кейси «идти к черту». Это слова Мисси, не мои.

— Кстати о пятнице… — Кристина обняла спинку стула, оставляя одну руку висеть. — Ты кинула Кейси и Лору?

— Это она тебе так сказала? — нахмурилась я.

— Она сказала, что позвала потусоваться, а ты захлопнула дверь перед её лицом.

— Это полуправда, она немного преувеличила.

У Кристины отвисла челюсть.

— Ты захлопнула дверь прямо перед лицом Кейси? Я думала, она пошутила.

— Она хотела, чтобы я стала запасным вариантом на случай, если их нужно будет подвезти. — Я шмыгнула носом, доставая страницы из принтера. — Может быть, я не очень общительна и занята учёбой, но я не лузер. И не план Б на ночь. Я сказала «нет, спасибо», пожелала хорошего вечера и пообещала увидеться позже. Затем захлопнула дверь. — Я остановилась на секунду. — Может быть, я сказала это немного в другом порядке, но да, технически, она все ещё стояла за дверью, когда я захлопнула её.

— Она вне себя.

Мне было всё равно, но Кристине я этого не сказала. Не думаю, что ситуация от этого бы улучшилась.

Нет, не правда. Меня это волновало, но затем я думала о том, как бы прошла ночь. Я бы отвезла девочек на вечеринку. Они бы, вероятнее всего, кинули меня. А потом мне пришлось бы ждать неподалёку на случай, если их нужно отвезти домой.

Если придётся вести себя как сука, то так тому и быть. Это всё же лучше, чем об меня станут вытирать ноги. И неоткуда ждать помощи, когда такое случится.

— Ты закончила выполнять задания на выходные?

— Нет. Мы собираемся в библиотеку. Не хочешь присоединиться?

Я промолчала, ожидая разъяснения, кто ещё идет.

Она усмехнулась, тряхнув головой.

— Кейси тоже там будет, и, скорее всего, захочет сказать тебе пару слов.

Я собиралась отказаться, но услышала, как кто-то подходит к двери. Мы с Кристиной повернулись в ожидании, когда та откроется. Она не открылась. Вместо этого до нас донёсся приглушенный голос моей соседки по комнате: «Я не знаю, думаю, она в компьютерном классе внизу». Она засмеялась, и дверная ручка начала поворачиваться.

— У неё же нет личной жизни.

Мисси открыла дверь и сделала шаг в комнату.

Сначала её взгляд упал на Кристину и затем, словно робот, она повернулась ко мне.

Я сузила глаза. Не то чтобы я не слышала этого раньше.

Холли зашла в комнату сразу после моей внезапно побледневшей соседки.

— Ой…

— Я иду в библиотеку, — жёстко сказала я, вставая.

Показалось, она задержала дыхание. В воздухе витало напряжение и неловкость. Кристина обошла их, словно проходила мимо мыши, а эти существа её жутко пугают. Холли положила руки на плечи моей соседки, и я чувствовала их взгляды, пока закидывала в рюкзак ноутбук и учебники.

— Эм, — Холли кашлянула, беспокойный смешок застрял у неё в горле. — Кенз, привет…

Я дёрнула молнию рюкзака сильнее, чем нужно, прерывая её. Закидывая его на плечо, повернулась и прищурилась. Проигнорировала Холли, сейчас мне хотелось сказать пару слов Мисси.

— Я не обязана объяснять, почему время от времени одна, но если ты думаешь, что можешь смеяться надо мной, то заблуждаешься. Скажи мне одно. Что было бы, не пойди ты в один колледж вместе с подругой и её кузиной? Держу пари, ты бы уже вернулась домой или нашла к кому прицепиться. А теперь прошу меня простить. Так как у меня нет личной жизни, я иду в библиотеку.

Я прошла мимо них, специально задевая рюкзаком плечо Холли. Мисси оказалась для этого слишком низкой.

Кристина ждала в коридоре, и мы направились вниз по лестнице к ближайшему выходу. Я могла чувствовать окружавшее нас напряжение, и её жалость только подливала масла в огонь. После того, как мы прошли через дверь, ведущую на её этаж, она проговорила:

— Мне жаль…

Я покачала головой.

— Она просто подтвердила то, о чём я все время догадывалась. — Я устало улыбнулась. — Она жалкая сука.

Кристина засмеялась, открывая дверь своей комнаты.

Кейси, Лора и Сара находились внутри, и как только мы зашли, перестали смеяться.

— Я хочу кое-что тебе…

Я перебила и её. Сегодня я в ударе.

— Позвала бы ты меня с вами, если бы Сара была здесь?

Она остановилась с перекошенным лицом.

Ответом стала тишина.

— Вот почему я не пошла с вами. — Я бросила рюкзак на пол и плюхнулась на край кровати. — Я не запасной вариант.

Кейси захлопнула рот с громким щелкающим звуком и опустила голову.

— Я понимаю.

Она сглотнула, поглядывая на своих подруг, которые, видимо, тоже не знали, что сказать.

В воздухе снова разлилось напряжение. Я взяла рюкзак и встала.

— Может быть, мы встретимся в библиотеке?

И это был не вопрос, поэтому я пронеслась мимо подруги.

— Подож…

Она пошла за мной по коридору, и я повернулась к ней, поднимая руку.

— Я на взводе и могу сказать что-то, о чем потом пожалею. Будет лучше, если пойду сейчас. Поверь. Если будешь искать, я на втором этаже. А если не будешь, — я дёрнула плечами, — ничего страшного.

* * *

Администратор общежития, подруга Шея, находилась на месте, но мне совсем не хотелось разговаривать. К счастью, она болтала с тремя девчонками, так что я проскользнула мимо.

В библиотеке было полно народу.

Что, в принципе, нормально для воскресного вечера. Пятница и суббота — для веселья. Воскресенье же для учёбы, оставленной на последний момент. Пройдя через главную дверь, я пересекла маленький коридор, в котором размещалась небольшая кофейня, и двинулась через ещё несколько дверей. Четыре металлодетектора установили для проходящих внутрь. Огромная стойка регистрации находилась слева от меня. В другом конце основного зала за стеклянными дверями, отделяющими его от библиотеки, размещался большой компьютерный класс. Там люди могли вести себя громче и, в основном, приходили заниматься групповыми проектами. Остальная часть библиотеки представляла собой смесь компьютеров, закоулков и книжных полок.

На главных этажах стояло множество столов, на каждом этаже вдоль стен располагались комнаты для учёбы, отделяющиеся от остальной библиотеки такими же стеклянными дверями.

Когда Кейси, Лора и Сара приходили сюда, они выбирали стол в большом компьютерном классе или стол в центре первого этажа. Там также действовало правило тишины, но не так строго, поэтому девочки всегда садились там. Отправляясь в библиотеку вроде как учиться, они в основном общались или проверяли, если ли ответы у кого-нибудь из их тусовки.

Кристина, наоборот, искала тихое место, чтобы заниматься, так что полчаса спустя она нашла меня за столом на втором этаже. Я не особо удивилась.

— Дай угадаю, — проворчала я, улыбаясь, и вытащила зажатую между зубов ручку. — Они больше болтают, чем учатся?

Она вздохнула, садясь на стул напротив меня.

— Они все ещё в общежитии.

— Что?

Она закатила глаза.

— Кейси почувствовала себя плохо. Они хотели зайти куда-нибудь и взять тебе еды в знак примирения, но встретили каких-то ребят и пошли заниматься вниз.

Я снова улыбнулась.

— И они бы не заткнулись, поэтому ты решила прийти одна?

— Я бы в любом случае пришла. Это не твоя вина, что Кейси повела себя бестактно, и ей стыдно за это. — Она наклонилась ближе. — Я понимаю, что мои подруги ведут себя неподобающе, но иногда они могут быть очень милыми. Они не хотели нагрубить. — Она остановилась на секунду. — В большинстве случаев.

Я засмеялась, и кто-то на меня шикнул, поэтому пришлось захлопнуть рот.

— Спасибо, что пришла, — прошептала я, поднимая ручку и возвращаясь к своим записям.

Мы с Кристиной погрузились в работу.

Я наверстала пропущенное за неделю, но это не означало, что не смогу уйти вперед, да и политология такая дисциплина, по которой мне не помешала бы помощь. И она адски нудная. Хотелось вырвать себе глаза, чтобы не пришлось учить больше законов.

Мы занимались около часа, когда Кристина решила сделать перерыв на дамскую комнату и кофе. Когда она вернулась, я пошла прогуляться. Всегда так делаю, когда нужно встать и размять ноги. Я прошлась мимо переднего входа, размышляя, хочу ли содовой или пойти сразу за кофе. Было около девяти часов вечера, но я чувствовала, что всё равно встану поздно. Я приняла решение и направилась через металлодетекторы, когда заметила, что снаружи кто-то стоит. Это оказалась читающая книгу девушка. Нет, подождите. Она притворялась, что читает книгу. На самом деле она наблюдала за кем-то неподалеку, но как только заметила мой взгляд, сразу опустила глаза в книгу. Я посмотрела на того, за кем она шпионит. Они стояли на другой стороне библиотеки, спиной ко мне, разговаривая.

Дерьмо.

Я сразу же отвела взгляд, узнав, на кого пялилась девочка, и начала считать секунды, которые оставалось ждать мой кофе.

Хотелось взять напиток, заплатить за него и уйти до того, как Шей пройдёт мимо.

За мной в очереди стояли другие студенты, так что я надеялась слиться с толпой.

Шей все еще стоял снаружи, разговаривая с кем-то, когда мне протянули кофе. Я взяла его, заплатила и уже собиралась вернуться в библиотеку, как меня схватили за свободное запястье.

— Эй!

Игнорируя вскрик, Шей быстрым шагом тащил меня на улицу.

— Что ты делаешь? — возмутилась я, и как только мы оказались снаружи, оглянулась в поисках его собеседников. И удивилась, никого не обнаружив. — С кем ты разговаривал?

Он не ответил, указав на библиотеку.

— Твои вещи неподалеку?

— Нет. Зачем?

— У нас завтра тест.

Шей не шутил. Его лицо было абсолютно серьёзным. И соблазнительным. Снова. Живот скрутило, но я не обратила внимания.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что девушка, с которой я сейчас говорил, видела тесты. Она только что из офиса профессора Мюллера.

— Но это не значит, что завтра тест.

Шей выдернул руки.

— Какая к черту разница? Давай подготовимся на всякий случай.

— Подготовимся? Я и ты? — Ни за что. Я развернулась, чтобы вернуться в здание.

— Да. Ты и я. — Он схватил меня и потянул назад. — Ещё Линде и несколько ребят. Мы все собираемся заниматься в доме.

— Каком доме?

Сердце ушло в пятки. Шей не мог говорить о месте, где живет он и ещё несколько игроков футбольной команды. Куда хотела пойти Кейси, чтобы соблазнить его. И я понимала, что она умерла бы от зависти, узнав, что я иду туда учиться, ведь это время наедине. Не тусовка с выпивкой. Не бессмысленная вечеринка.

Я сглотнула. О боже.

Обычно я не нервничаю в окружении парней, но не сейчас.

— Я здесь с подругой.

— Та девушка из столовой?

Я кивнула.

— Пригласи её с нами.

У меня затекла шея. Зачем я на это повелась? Но твёрдым шагом я вернулась в библиотеку. Не обращая внимания на любопытные взгляды тех, кто все ещё ждал кофе, направилась к нашему столу. Кристина подняла взгляд и, заметив мою панику, спросила:

— Что случилось?

Я начала складывать свои вещи.

— Эм, — сначала нужно выключить ноутбук. — Я наткнулась на Шея.

— Что?

Я положила его в сумку, следом принялась за книги. За блокнотом потянулась в последнюю очередь.

— Да. Он сказал, что завтра у нас неожиданный тест.

— Неожиданный?

— Как-то так.

Она склонила голову вбок.

— Почему ты вспотела?

— Шей хочет, чтобы я пошла в его дом готовиться с ним и ребятами. — Ещё и в горле запершило. — Не могла бы ты пойти со мной?

Округлив глаза, она рассмеялась и начала собирать вещи.

— Ты приглашаешь меня туда, куда мечтает попасть моя соседка по комнате на одну из вечеринок, и ты ещё спрашиваешь сделаю ли я тебе одолжение?

— Ты не можешь ей рассказать, что ходила туда.

Она закончила собираться и встала, надевая рюкзак.

— Если бы я рассказала, она бы замучила меня вопросами, как я получила приглашение. Даже не уверена, что она мне поверит.

Я благодарно улыбнулась.

— Спасибо.

Она покачала головой, смеясь.

— Тебе не нужно меня благодарить. Правда.

Шей ждал напротив парковки велосипедов, когда мы вышли. Девушка, что следила за ним, уже ушла. Его ноги были вытянуты и руки убраны в карманы. Он потянулся и кивнул Кристине.

— Спасибо, что пришла. — Он кивнул в мою сторону. — Не думаю, что она согласилась бы пойти без тебя.

Она снова рассмеялась, но мягче.

— Вы оба меня благодарите. Обалдеть.

Его осторожный взгляд нашёл меня.

— Моя машина стоит за углом на парковке библиотеки. Доверите мне подвезти вас? Или будете следовать за мной до дома?

Взглянула на Кристину, но она покачала головой. Решение придется принимать мне.

Чтобы взять машину, мне пришлось бы вернуться в общежитие. Кристина пошла бы со мной. Там мы могли бы наткнуться на Кейси и остальных, и они захотят узнать, куда мы собираемся. Не говоря уже о том, что не хотелось лицезреть соседку, если она в комнате.

Впервые выбрать Шея оказалось самым простым.

Я направилась вперёд.

— Показывай дорогу.

Шей водил чёрный «Джип Вранглер». Не знаю, какую ожидала увидеть машину, но остановилась, когда он разблокировал двери и включил фары. Внедорожник был двухдверный, так что Кристина смогла забраться на заднее сидение. У меня возник иррациональный порыв оттолкнуть её и забраться туда самой.

Я не хотела ехать домой к Шею, но он сказал, что там будет Линде. И заниматься с остальными неплохая идея. Мне нужна любая помощь, которую можно получить. Много помощи не бывает.

Шей открыл свою дверь, но когда я не последовала за Кристиной внутрь, остановился, и на секунду в его соблазнительных глазах промелькнуло раздражение.

— Каков вердикт, Кларк? Ещё есть сомнения? Думаешь, может, это все уловка, чтобы убить тебя?

Я сглотнула.

— До этого момента я так не думала. — Эта мысль мелькала у меня в голове. Я застонала и, запрокинув голову, прошла мимо него к пассажирской двери. — Если ты попытаешься убить меня, я выпотрошу тебя и вырву твои яйца, Коулман.

Его низкий, мягкий смешок следовал за мной, когда я проходила мимо, и клянусь, он проник внутрь меня. Чувствовался под кожей. Я забралась внутрь и, стиснув зубы, захлопнула дверь сильнее, чем требовалось.

Он сел и искоса наблюдал за мной, заводя мотор.

Когда мы выехали с парковки, я посмотрела в окно, но только одна мысль пульсировала в голове.

Почему этот парень так меня волнует?

Глава 5

Я не знала, чего ожидать от дома футбольной команды.

Шей припарковался перед старым трехэтажным домом. Пройдя к дворику позади его, мы вошли через заднюю дверь. Линде поднял руку. Громкий радостный возглас заполнил комнату.

— Кларк в доме! — Он подошёл, наклонился и закинул меня на плечо. — Теперь мы можем нормально позаниматься!

Подняв голову, я посмотрела на Кристину. Та выглядела поражённой.

Шей шёл следом. Закатив глаза, он шлепнул меня по заднице.

— Ладно. Опусти её. Мы поняли, что тебя разрывает, и ты готов учиться. Мы не хотим напугать девчонок.

— Оу, — Линде тяжело дышал, поставив меня обратно. Его взгляд потускнел, когда он улыбнулся мне. — Прости. Просто рад видеть здесь друга. — Он моргнул несколько раз и заметил, что я не единственная девочка здесь. — Я Рэймонд Линде. А кто ты?

— О, — помедлив, Кристина все-таки пожала его руку. — Кристина Коллинз.

Он переводил взгляд с меня на нее.

— Вы с Кларк подруги?

С нервным смешком она кивнула.

Я усмехнулась, шагая к концу стола, где стояли свободные стулья.

— Почему я слышу удивление в твоём голосе?

Шей фыркнул, проходя мимо меня на кухню.

Линде собрал учебники и присоединился к нам в конце стола. Он плюхнулся напротив меня, выдвигая свободный стул рядом для Кристины.

— Ты не самая дружелюбная, Кларк, — произнес он, пока подруга занимала место.

Я не могла… Нет, нет. Я могла. Я пожала плечами.

— Да, мне говорили.

— Кому об этом знать, как не нам, и мы считаем, что ты классная, но другие идиоты не увидят этого за твоей маской, — добавил Линде, размахивая руками в воздухе в моем направлении. — На самом деле они подумают, что ты сука, но мы-то знаем лучше. Внутри ты мягкая. Ты умиляешься щеночкам и печешь печеньки для друзей, разве нет?

Я в изумлении смотрела на него.

Затем ухмыльнулась.

— Линде, посмотри на себя. Хочешь свалить все на меня? Признайся. Ты сегодня испек печенье для меня, да? — Я сказала это как гордая мать, и остальные ребята за столом подавились смехом.

Один из них хлопнул Линде по спине.

— Окей. Теперь я понимаю, о чем ты говорил. — Он одобрительно кивнул в мою сторону. — Она классная. Вы были правы, ребята.

Напитки уже разлили, когда Шей сел на соседний стул. Я окинула взглядом остальную часть стола, казавшегося достаточно длинным, чтобы уместить шестнадцать человек или около того.

Здесь присутствовали в основном футболисты, но некоторых ребят я видела впервые.

Линде помахал рукой, отвечая на мою реплику.

— Именно такое впечатление я и произвожу. Это вводит в заблуждение моих врагов. Только подумают, что я милый парень, и тут бам! — Он стукнул кулаком по столу. — Я их устраняю.

Один из ребят наклонился вперёд.

— И под врагами он имеет в виду игроков других команд на футбольном поле.

Кристина согласно кивнула.

— Определённо.

На ее лице появилось то ли удивлённое, то ли мечтательное выражение лица. Меня это озадачило. Когда Шей отвел в сторону и пригласил (скорее потребовал) пойти к нему домой учиться, я занервничала, потому что подобных предложений раньше не получала. И из-за Шея. Одно его присутствие волновало меня. Даже на расстоянии в пару шагов я чувствовала, что он рядом. Но когда заметила, что Кристина тайком поглядывает на него, поняла, что это происходит не только со мной. Он так воздействует на всех.

Через какое-то время я начала расслабляться.

Линде нелепо шутил. Ребята часто так делают, особенно когда под чем-то. Я взглянула на стакан перед ним. Пот стекал по лбу Линде, и на шее выступала вена. Я отметила майку, которая облегала его мышцы (они выглядели больше, чем мне показалось на занятиях). Я через плечо бросила взгляд на кухню.

В углу стоял большой белый пластиковый контейнер, а мерный стакан рядом изнутри покрывал слой пыли.

Протеиновые коктейли или что-то более серьёзное.

Шей откашлялся, привлекая мое внимание. Я увидела упрёк в его глазах, и он молча покачал головой.

Он не хотел, чтобы я совала нос не в свое дело. Я поняла его посыл и сосредоточилась на записях по политологии. Видимо, меня должна занимать геополитика, а не то, что там принимает Линде.

Но всё же.

Я снова посмотрела на друга, и Шей пнул мой стул. Я резко повернула голову в его сторону, и он опять расширил глаза. Второе предупреждение.

Я вздохнула, почесывая нос, и уткнулась в книгу. Пофиг. Ладно. Геополитика так геополитика.

— Окей, — Линде помахал листком, который мы получили на неделе. — Кларк, расскажи про сходства и различия между политическими институтами и политическими поведениями в разных штатах. — У меня отвисла челюсть, но он поднял руку и продолжил: — и между общинами. Вперед. — И сложил руки на груди.

Мягкий рык вырвался из моего рта.

— Ты серьезно?

— Ты мисс Спланированная, Совершенная и Подготовленная. Ты должна оттарабанить это наизусть вообще без проблем.

Я снова открыла рот, пытаясь вспомнить сегодняшние заметки, но один из футболистов подал голос:

— И вы изучаете это дерьмо на занятиях? Черт. Я рад, что выбрал спортивную специальность.

Некоторые ребята засмеялись, добавляя свои комментарии, и вскоре наша четверка в конце стола перестала быть центром внимания. У меня создалось ощущение, что до нашего прихода всё так и было.

— Я жду. Давай, — напомнил Линде, указывая на меня.

Пришлось рассказать всё, о чем он меня спросил. Ответы буквально от зубов отскакивали, а когда я закончила, брови Линде изогнулись. Он медленно кивнул и присвистнул.

— Бум. Ты справилась. Мне кажется, ты получишь отлично. — Он взял очки, отодвинул стул, обошёл стол и направился на кухню.

Очень хотелось посмотреть.

Я боролась с собой.

Честно пыталась.

Но провалилась. Я бросила взгляд через плечо.

По моему стулу опять резко ударили. Шей наклонился и прошипел:

— Прекрати.

Кристина, которая читала книгу, остановилась и подняла на нас взгляд.

Не обращая на нее внимания, я наклонилась и прошептала в ответ:

— У моего старшего брата были проблемы. Подай на меня в суд за заботу.

— О чем вы, ребята, говорите? — спросила Кристина.

— Ни о чем, — все еще глядя на меня, ответил Шей, после чего добавил: — серьезно. Хватит. Ты знаешь его четыре минуты. У тебя нет права слова.

— Тогда зачем ты меня сюда притащил, если ожидал, что я закрою глаза на это дерьмо? — прошипела я в ответ.

— Потому что Линде попросил. — Его глаза потемнели от гнева. — Не я. Ясно?

Хорошо.

Чёрт.

Теперь я ещё больше забеспокоилась. Посмотрела. Линде всё ещё смешивал напиток. Я опустила голову ближе к Шею.

— Полное дерьмо. Ты открыл дверь. Не жди, что я не войду в неё.

Он прищурился.

— Какого черта это вообще значит?

Я откинулась на спинку, понизив голос до нормального уровня.

— Если ты хотел тупую девчонку, с которой можно будет заниматься, то облажался. У Бэкс и Эбби отлично получается думать так, как сказали. Помнишь?

Возвращаясь назад, Линде остановился позади нас.

— Что происходит?

Остальные ребята за столом тоже утихомирились. И смотрели на нас.

От их внимания меня бросило в жар, и я встала.

— Мне нужно на свежий воздух. — С моей стороны путь был перекрыт, так что я обошла Линде и прошла позади Шея, Кристины и их стороны стола. — Скоро вернусь.

Мне хотелось изо всех сил хлопнуть дверью, но вместо этого я поймала её и закрыла с мягким щелчком. На заднем дворике стоял стол для пикника. Я плюхнулась перед ним подальше от входа, положила локти на его поверхность и опустила голову на руки.

Почему я так реагировала? Даже для меня это не нормально.

* * *

Входная дверь открылась и захлопнулась, но прежде Шей закрыл за собой внутреннюю дверь. Он обошёл стол с противоположной от меня стороны, но не сел, а прислонился к столбику. Балансируя на руках, подпрыгнул и уселся на него, лицом ко мне, болтая длинными ногами. Затем перекинув одну через стол, положил ее на другую.

Так он казался ещё более враждебным. Стоило ему скрестить руки на груди, и я отвела взгляд.

Почему он меня так волновал?

Я молчала.

Он тоже не проронил ни слова.

Минуту спустя он застонал.

— Ты серьёзно? — Его руки упали на колени. — Ты со всеми такая упёртая?

— А ты? — парировала я, даже не пытаясь скрыть гнев. — Ты вышел сюда, чтобы извиниться. В каком справочнике написано, что я должна начинать этот разговор?

Он хмыкнул.

— Кто сказал, то я вышел извиниться?

Я захлопнула рот. Мудак.

Он тихо засмеялся.

— Расслабься. Я правда пришёл извиниться, но в то же время не совсем так. Ты не тупая. Отчасти поэтому Линде считает тебя крутой. Ты не такая, как другие девушки.

— Знаю, тебе не терпится сказать, чтобы я следила за собой. Вперёд. Давай покончим с этим.

Я показала жестом, чтобы он продолжал.

Еще один смешок, веселый и немного удивленный. Он схватился за затылок.

— Чёрт, а ты дерзкая.

— Два брата. Один действительно грешил подобным, ну или чем-то типа того, что принимает Линде.

— Это не стероиды. — Он помрачнел и снова скрестил руки на груди. — Это помогает ему подкачаться. Многие ребята принимают, и это легально.

— Легально, потому что компания заплатила лоббисту, чтобы убедить Конгресс разрешить это. Вот почему это легально, но так быть не должно. Это может навредить телу. У него могут появиться проблемы уже после того, как футбольная карьера закончится.

Шей бросил взгляд на дом позади меня и поднял руку.

— Успокойся, пожалуйста. Для него это действительно не проблема. Может быть, для некоторых ребят, но не для Линде. Он прекратит принимать после футбола. Я заставлю его, да и он расстроится, если узнает, почему ты выбежала из дома.

Я нахмурилась.

— И почему, по его мнению, я выбежала?

Он пожал плечами, сложив губы в кривую ухмылку.

— Из-за того, что я, возможно, дотронулся до твоей ноги там, где тебе бы не понравилось. Твоя подруга знала, что я вру, но парни не догадались. Они подумали, что я вышел, чтобы снова приударить за тобой.

Приударить за мной. Я усмехнулась, но тепло разлилось по всему телу, что еще больше вывело меня из себя. Этого парень имел власть надо мной, и мне это не нравилось. Ни один парень до него не имел такой власти. Просто он мистер Суперзвезда в этом колледже. Вот и всё.

Он воздействовал так на всех девушек. Не только на меня.

— О чём думаешь? — Он снова наблюдал за мной, но с осторожностью.

Я покачала головой, отбрасывая эти мысли.

— Ни о чём.

— Тебе нечего сказать по поводу того, что другие ребята думают, будто я клеюсь к тебе?

— Не-а.

Он засвистел себе под нос.

— Думал, я получу хоть какую-то реакцию.

— Нет, — у меня горело горло. Я выдохнула и дернула воротник рубашки, прежде чем как обычно разгладить рукава. — Мы пришли сюда учиться, так ведь? Может, нам стоит этим и заняться. — Я встала. Ноги словно налились свинцом.

Прищурившись, он склонил голову набок.

— Ты врёшь.

Я посмотрела ему в глаза.

Он кивнул сам себе, и обычно соблазнительное выражение лица перетекло в самодовольное, но это никак не уменьшило его воздействие на меня. Скорее, даже увеличило.

Я действительно начинала ненавидеть этого парня.

Поэтому нахмурилась.

— Неважно. Давай вернемся. У нас скоро тест.

Я быстрым шагом направилась обратно, но в голове продолжали метаться мысли. Мне действительно нужно находиться здесь? На этой неделе я уже все выучила, так что можно уйти. Хотя, взглянув на Кристину, я поняла, что она хорошо проводит время. Я не могла сбежать, потому что понимала: она получает удовольствие от учебы и общения с ребятами.

Я посмотрела на Линде, он наморщил лоб, словно пытался запомнить какие-то заметки. У него на висках всё ещё были капельки пота, и он определённо выглядел напряженным, так что я решила держать рот на замке.

Шей проскользнул на своё старое место, и наши взгляды встретились.

Он сказал, что Линде попросил привести меня сюда. Линде мой друг. В груди защемило. Линде — тот, о ком я заботилась.

Я взяла ручку и принялась подчеркивать.

Линде — тот, ради кого я осталась.

Глава 6

Всю дорогу до дома Кристина безостановочно хихикала.

После двухчасовой учебы большинство ребят отправились спать, остальные разъехались по домам. Остались только мы вчетвером и еще один футболист с занятий. Шей с этим парнем передвинулись подальше от нас и тестировали друг друга. Я же пересела так, чтобы оказаться посередине стола, Линде и Кристина остались на своих.

Линде объявил, что ему срочно нужно выпить. Я отказалась, Шей и тот парень тоже, но Кристина согласилась на один бокал. Напиток оказался крепким. Действительно крепким.

— Подумать только, один бокал… — Она мягко рассмеялась, прикрывая рот обеими руками. — Всего лишь один бокал, и я уже в таком состоянии.

Когда мы подошли к джипу Шея, я забралась на заднее сидение. Очень устала и не хотела испытывать дополнительное напряжение, сидя рядом с ним. Кристина повернулась, упершись носом в спинку сидения, и уставилась на меня, широко распахнув глаза.

— Что я скажу остальным? Кейси? Она же обо всем догадается.

Я посмотрела на часы на приборной панели. Четвертый час ночи. Любая другая соседка по комнате давно бы уже спала, но не Кейси.

Пожала плечами.

— Если они не пошли сегодня на какую-нибудь вечеринку, — потому что это обычно происходит спонтанно, — ты можешь переночевать у меня в комнате.

— А Мисси не будет возражать?

— Мисси начинает храпеть ровно в десять каждую ночь с воскресенья по четверг. Все будет в порядке. — У нас в комнате стояло раскладное кресло, которое можно было использовать в качестве третьей кровати. Удивлюсь, если соседка скажет утром хоть что-то. Я слышала её комментарий днем и думаю, что теперь она будет избегать меня как минимум неделю. К тому же, для нее Кристина оставалась одной из тех популярных девушек, к которым относились, как к единорогам: мистическим, красивым и существующим только в сказках.

— Окей, — она икнула, повернулась обратно и обмякла на сидении.

Посмотрев в зеркало заднего вида, я заметила, что Шей наблюдает за мной, и почувствовала вспышку тепла в груди. Вот так всё и будет. Мне пора смириться. Он сильно влияет на меня, не делая при этом ничего особенного. И это волнение никуда не денется. Когда он смотрит на меня, в его голубых глазах нет ни капли осуждения, сочувствия или забавы. Шей просто смотрит.

Я вздохнула. Похоже, этот семестр может оказаться самым длинным в моей жизни.

Когда мы подъехали к парковке общежития, я наклонилась вперед.

— Ты не мог бы подъехать к задней двери?

Выходящую из машины Кристину слегка штормило. Выбираясь с заднего сидения, я услышала, как Шей тихо спросил:

— Тебе не нужна помощь с ней?

Я оглянулась.

— Уверена, мы сами справимся.

— Сегодня за стойкой администратора Сабрина. Обратись к ней, если понадобится помощь.

Сабрина…

Я замерла, вцепившись пальцами в сидение. Ну, конечно, у нее еще и красивое имя.

— Спасибо, что подвез, — промямлила я, опустив голову.

Я не стала ничего говорить о Линде, потому что Шей был абсолютно прав. Если мы с ним станем достаточно близкими друзьями, чтобы мое мнение могло что-то значить, и если он меня спросит, тогда я скажу, что думаю. Но с другой стороны, это может выглядеть так, будто я осуждаю его, а меня жутко раздражают такие люди. Да уж, чья бы корова мычала.

Наконец-то выбравшись из машины, я захлопнула дверь и помахала Шею на прощание. Он ловко развернулся и уехал. Я приложила карточку к сканеру задней двери, чтобы открыть ее. Попросив Кристину подождать на лестничной площадке, отправилась разведать обстановку в ее комнате.

В холле горели светильники. Из-под некоторых дверей лился свет, но внутри было тихо. Я добралась до комнаты Кристины и открыла дверь ключом, который взяла у нее. В комнате стояла темнота. Немного выждав, я ничего и не услышала: ни глубокого дыхания, ни легкого посапывания. Распахнула дверь шире и вошла. Никакой реакции. Никто не пошевелился в своих кроватях. Я щелкнула выключателем, и комната наполнилась светом. Кровать Кейси оказалась пустой. Проблема Кристины решена. Я доложила обстановку подруге, та прислонилась к стене и приложила руку к груди.

— Слава богу! — С расширенными зрачками она немного развязно улыбнулась. — Спасибо. Сегодня была веселая ночка. Эти ребята милые.

Я кивнула и пожелала ей спокойной ночи.

Несколькими мгновениями позже я уже лежала в своей постели, а Мисси сотрясала пространство вокруг своим храмом. Я успела привыкнуть к этому шуму и вибрациям, поэтому закрыла глаза и уснула под звуки ее убаюкивающего храпа.

Будильник зазвенел рано, слишком рано. Мисси обычно ставила его на шесть утра, а потом откладывала каждые десять минут до семи, и только тогда выключала эту чёртову штуковину. Кровать тряслась, пока соседка спускалась с верхнего яруса, а потом я снова уснула.

Мисси еще раз разбудила меня минут через тридцать, когда вернулась из душа. С закрытыми глазами я лежала и слушала, как она, собираясь, шарахается по комнате.

В восемь зазвонил мой будильник, и я со стоном разлепила глаза. Встав с постели, я чувствовала огромную усталость, а ведь следовало поторопиться.

Поход в ванную занял не более пяти минут.

Чистка зубов — еще две.

Еще минута на умывание.

Оделась.

Расчесала волосы.

Нет. Выгляжу ужасно.

Затянула волосы в хвостик.

Меня передернуло. Просто отвратительно.

В итоге, собрав волосы в растрепанный пучок, я одобрительно кивнула самой себе. Сумка собрана еще с вечера, так что после нанесения блеска для губ и подводки я вышла за дверь. Так же, как и все остальные.

Я шла позади группы из пяти девочек. Времени на завтрак практически не оставалось, но я все равно свернула в библиотеку. Обычно все брали кофе в кофейнях на кампусе или в столовой, но многие забывали про библиотеку. Кто вообще здесь бывает в такую рань?

Заказав кофе, я заплатила за него и вышла на улицу. Все дорожки вокруг были заполнены студентами. В девять пятнадцать я подошла к зданию, в котором проводились лекции по политологии. Только потянулась к дверной ручке, собираясь открыть дверь, как чья-то рука накрыла мою. Шей Коулман улыбался, находясь так близко, что я почувствовала, как по телу снова разливается тепло. Он скривил губы в ухмылке, довольный тем, что удалось застать меня врасплох.

— Утречко!

Я выругалась. Абсолютно уверена, что он шёл позади меня оба лестничных пролета до аудитории.

Часть студентов остановились наверху, ожидая, когда можно будет войти в аудиторию, я же осталась ждать внизу на двух последних ступеньках. Шей встал позади меня. Одной рукой взявшись за поручень, парень переставил ногу на ту же ступеньку, на которой стояла я. Теперь он оказался прямо возле меня. Я напряглась. Сейчас я могла бы спокойно прислонить голову к его груди, и он бы не отстранился. Не думаю, что он вообще стал бы шевелиться, и понимая это, я немного расслабилась, но эффект от его присутствия никуда не делся. Я закусила губу.

Группа студентов сдвинулась вперед на один шаг. Остался еще один. Я поднялась. Шей тоже поднялся на одну ступеньку вверх и занял прежнюю позицию. Его дыхание щекотало мне шею, и я едва не застонала. Почти. Но сдержалась.

Тест… Это слово вертелось в моих мыслях. Стоило не забывать, что мы делаем и куда должны идти.

Преодолев последнюю ступеньку, мы вошли в аудиторию. Шей шел следом за мной. Он поднял руку и положил ее мне на плечо. Я буквально чувствовала повышенный интерес Бэкс и Эбби к моей персоне, — так же, как и всех остальных девочек, присутствующих здесь. Если я прямо сейчас скину его руку с плеча, это привлечет еще больше внимания ко мне, а мы оба знали, как сильно я люблю повышенное внимание.

Мягкий смешок Шея долетел до моего слуха. Мы двигались вперед по центральному проходу, пока не добрались до моего стола. Он убрал руку с плеча, повернулся к своему месту, и, словно близнецы, мы одновременно сели.

Мой затылок горел огнем. Я почувствовала, как что-то ударилось об меня, повернулась, и Линде прошептал:

— Какого хрена?!

Шей снова усмехнулся, самодовольно, высокомерно и так нахально.

Линде ждал моего ответа. Но что я могла сказать ему? Я просто пожала плечами и отвернулась.

Профессор зашёл в аудиторию со словами:

— Закрыли книги. Убрали все со столов. Взяли ручки. У нас тест, господа!

* * *

— Эй, подруга?! — позвал меня Линде, когда пара закончилась.

Шей вышел из аудитории, даже не оглянувшись на нас. Бэкс, Эбби и еще две их подруги быстро собирались. Я понятия не имела, спешат они за ним или просто рады быстрее покинуть аудиторию.

Я догадывалась, что за вопрос задал Линде одним лишь этим словом.

— Мне показалось, если я скину его руку сразу, то разразится скандал.

— Что происходит между тобой и Шеем? — Он замер в ожидании, пока я собирала рюкзак. Мы вместе вышли из аудитории и из здания. — Он издевается над тобой?

— А он так обычно поступает с девушками?

Линде открыл дверь и придержал её для меня. Я глянула на него в ожидании ответа. Он отпустил дверь и зашагал рядом.

— Никогда такого не замечал, но это странно. Ты хочешь, чтобы я поговорил с ним?

Поговорить с ним? После того, как Шей велел мне не совать нос в дела друга, Линде предлагает засунуть свой нос в мое дело. Ирония.

У меня пересохло во рту. Если он заговорит с Шеем, то тот, в свою очередь, может рассказать о моей обеспокоенности протеином, который принимает Линде, и тогда друг разозлится на меня.

Я покачала головой.

— Нет. Все само собой разрешится, я уверена.

Какие-то парни позвали Линде, когда мы подходили к столовой. Он показал им кулак и отошел от меня. Шагая задом наперед, сказал:

— Я поговорю с ним, если ты захочешь.

Я лишь улыбнулась, не желая этого разговора. Линде стал моим вторым другом здесь.

— Если захочу, я скажу тебе об этом.

Он протянул ко мне руку и с ухмылочкой на лице добавил:

— Одно твое слово. Только скажи.

— Какое слово? — спросила Кристина позади меня.

Я повернулась, наблюдая, как она проверяет почту. Ее взгляд метался между мной и Линде.

— Никакое. — Я улыбнулась подруге. Шей ушел, и мне не придется наблюдать его ближайшие сорок восемь часов. Настроение медленно поползло вверх. — Как ты себя чувствуешь?

— Мне стыдно. Я очень редко пью, и теперь ты знаешь почему, — простонала Кристина.

Мы смеялись, двигаясь в очереди в кафетерий. Я заказала себе салат и воду. Вчера Линде не только разливал напитки, он еще и пиццу заказал, так что сегодня у меня день здоровой еды. Сегодня я буду бороться с ожирением первогодок. Нет пицце, да зелени!

Желудок нестерпимо просил есть, пока я ждала подругу, которая все еще стояла в очереди, дожидаясь заказанную тарелку супа. Вдруг я заметила ее соседку по комнате и двух ее подружек (куда же без них). Они направлялись к столикам с сумками в руках. Кейси кинула свою сумку на столик напротив меня.

— Привет, Кеннеди.

Стакан с водой замер возле моих губ.

— Так ты, оказывается, знаешь, как меня зовут?!

Её улыбка погасла. Лора и Сара побросали свои сумки на стулья и отправились за едой, но Кейси осталась.

— А ты думала, я не знаю?

— Были такие подозрения.

Кристина вернулась, обошла Кейси и поставила поднос на стол.

— Где ты была прошлой ночью? Я не видела тебя утром перед занятиями.

— Я… — Она почесала у себя за ухом. — Я ночевала в комнате у Лоры и Сары.

— Нет, тебя там не было. — Кристина обошла стол и села рядом со мной. — Я стучала в их дверь, но никто так и не открыл.

— Потому что… — Её взгляд заметался, она намеренно тянула с ответом. — Потому что мы проспали и опоздали на занятия. — Она указала рукой в сторону кафетерия. — Пойду, закажу себе еды. Я ужасно голодна.

— Немного странно. — Кристина наблюдала, как та уходит.

Я молча разрезала свой латук.

— Что странно?

Сара вернулась первой, в её руках были только апельсин и бутылка воды.

— Ты опоздала сегодня на пары?

Она наморщила лоб, сведя брови вместе.

— Нет, мы не опаздывали. Никто из нас просто не пошел на пары. Мы только встали.

Кейси соврала.

Кристина посмотрела на меня и задала Саре вопрос:

— Чем вы, ребята, занимались вчера вечером?

— Занимались наверху с Крейгерсоном и Бутсом, пока те не предложили пойти на вечеринку. Мы все ночевали у них дома.

Я всё еще не знала, кто эти люди.

— Кейси сказала, что вы все вместе занимались в вашей комнате и проспали на пары этим утром.

Сара засмеялась, заканчивая чистить апельсин.

— Не знаю, почему она так сказала. Ни мы, ни она не ночевали сегодня дома. Мы еле-еле встали примерно час назад и потом долго упрашивали Крейгерсона подвезти нас до общаги. Я уже пропустила одну пару сегодня и ни за что не хотела бы пропускать остальные.

Кейси и Лора вернулись, но Кристина не стала ничего им говорить. Они болтали о занятиях. Имя Крейгерсона всплывало в разговоре чаще всего, по сравнению с именами других парней. Я наблюдала, как плечи Кристины опускались все ниже и ниже. Её ранила ложь Кейси, но я продолжала держать язык за зубами. Как и с протеином Линде, или что он там принимал, это было не моим делом. Приняв решение, я выбросила эту мысль из головы.

Закончив обедать, мы проверили почтовые ящики, вышли на улицу и разделились. У меня оставалось достаточно времени, чтобы заняться изучением местных вакансий психолога. Сдав тест, я вернулась к своему привычному расписанию одиночки.

Глава 7

Мисси занималась в комнате Холли, что не удивительно. Я же, сидя в своей комнате, занялась поиском работы. Просматривала вакансии и оставляла резюме, когда зазвонил телефон.

— Алло.

— Ты хоть когда-нибудь отвечаешь на свой телефон?! — спросил мой брат.

Я нахмурилась.

— Мне никто не звонил. С чего мне отвечать?

— Я звоню тебе сегодня весь день! — простонал он недовольно.

Сегодня уже четверг. Остаток понедельника, вторник и среда прошли без происшествий, что не могло не радовать. Я специально старалась не покидать сегодня комнату, потому что по четвергам обычно начинались вечеринки, а у меня на завтра запланированы еще две пары. Так что для меня выходные еще не наступили.

— Тебе что-то нужно? — спросила я.

— Ты знаешь, что случилось с твоей подругой?

— С Кристиной?

— Нет, с королевой шлюшек.

— С кем?

— С девушкой, про которую я спрашивал, могу ли с ней переспать.

И тут я, наконец-то, поняла, о ком речь.

— Кейси?

— Да. Ты знаешь, что с ней случилось? Что про неё говорят?

Гейдж всегда смеялся и шутил. Такой уж он человек. Сейчас же он был серьезен как никогда, что заставило меня прижать телефон к уху сильнее. Я чувствовала, как в горле собирается комок.

— О чем ты говоришь?

В тот раз она соврала Кристине. Я не знаю, что происходило на самом деле. Я не видела ее и не тусовалась с ними. Обычно я так не делаю.

— Последний раз я видела её на обеде в понедельник. А что?

— Её изнасиловали.

Похоже, я не расслышала.

— Нет. Этого не может быть.

Брат тяжело вздохнул.

— Да. Может. Послушай меня, — его голос зазвучал ближе. — Ей нужно об этом с кем-нибудь поговорить. Прошу тебя, поговори с ней.

Я занервничала, меня прошиб пот. Мне не приходилось сталкиваться с этим ранее.

— Откуда ты знаешь? Ты уверен? Большинство слухов сплошное вранье, и мы оба прекрасно это понимаем.

— Послушай… — Господи, он был настолько серьезен, что пугал меня. В желудке возникли неприятные ощущения. — Я говорю тебе, её изнасиловали. Я слышал достаточно, чтобы поверить. Тебе нужно с ней поговорить.

Это не входило в мои планы. Быть одной и ни во что не влезать, вот чего я хотела. Проводить время с парнями, не флиртуя и не встречаясь с ними. Но это…

Я посмотрела вниз. Футболка подмышками промокла насквозь.

— Я поговорю с Кристиной.

— А это еще кто?

— Моя подруга! Та, что не шлюховатая.

Блядь! Мы должны перестать так их называть.

— Я имею в виду, она не так часто с ними проводит время, — поправила я себя.

— Я понял, о чем ты.

— Ага.

Он молчал несколько мгновений, а затем выдал тихое:

— Да.

Я согнула ноги, прижала их к груди и положила голову на колени, все еще прижимая телефон к уху.

— Её изнасиловали. Как же так?! Кто это сделал?

По щеке скатилась слеза. Я даже не заметила, что плачу.

— Это так, и я не знаю всех подробностей. Я слышал, что это кто-то из футбольной команды, но это всё, что мне известно. Будь осторожна, хорошо? Если ты встретишься с ними, то скажи мне или ещё кому-нибудь. Только будь осторожна!

— Обещаю.

Я не стала уточнять, что не собираюсь гулять с ними, или что после случившегося они больше никуда не станут ходить. Правда заключалась в том, что они станут. Даже если Кейси действительно изнасиловали, и я сказала «если» только потому, что она сама ещё не подтвердила это, она бы притворилась, что на самом деле ничего не произошло.

— Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.

Мои пальцы онемели так же, как и губы.

— Позвоню, — еле выговорила я.

* * *

Я находилась в подвешенном состоянии, не зная, что делать, и каков вообще план. Кейси не моя подруга. Я взяла в руку телефон, но тут же положила его обратно. Стоит ли рассказывать Кристине? Должна ли она сама уладить эту ситуацию?

Это стало бы самым простым решением, ведь тогда мне не пришлось бы ни во что вмешиваться. К тому же Кристина — более подходящий человек в данной ситуации, но Гейдж позвонил мне. Он сказал мне.

Дерьмо!

Я не хотела становиться тем человеком, которому придется начинать этот разговор. Но кто тогда? Кейси может возненавидеть меня. Она может накричать на меня или начать бросаться вещами. Я даже не могу предположить, как она отреагирует. Похоже на то, как сказать подруге, что её парень ей изменяет, только в тысячу раз хуже. А может быть, и нет. Может она расплачется от счастья, что кто-то решил поддержать её.

Я тяжело вздохнула.

Мне не хотелось этого делать, но я взяла телефон, набрала номер Шея и нажала кнопку вызова. Хорошо, что Мисси не оказалось сейчас в комнате. Эта мысль посетила меня, когда в трубке раздались гудки. Секундой позже Шей ответил.

— Да?

Я молчала. Губы не слушались меня.

— Кларк? — рявкнул он в телефон.

Я не могла произнести ни слова, только шмыгала носом. Ещё одна слеза скатилась по щеке, и я смахнула её.

— Кеннеди?

Парень смягчил голос. Зачем я позвонила ему? Я ненавидела его.

— Ты был за аборты, — выпалила я на взводе.

— Что?

На заднем фоне громко играла музыка, и он добавил:

— Погоди. — Секундой позже музыка стихла, и его голос зазвучал громче. — Ты спрашиваешь меня про аборты? Разве мы должны что-то подготовить по этой теме на завтра?

— Линде рассказывал, что его сестру изнасиловали. Мне стало интересно, почему ты за аборты.

Шей молчал.

— Ты беременна? — вдруг выпалил он.

Горло ужасно болело. Я сцепила пальцы под коленками.

— Почему ты был за аборты? Можешь мне сказать? Пожалуйста.

Парень какое-то время молчал.

— Почему ты спрашиваешь? Кеннеди, с тобой что-то… — его голос стал тише.

О господи. Он собирался спросить меня.

— Нет. Просто скажи, почему ты был за аборты.

— Послушай, — он откашлялся так любезно и так деликатно. Так мягко. — Почему ты спрашиваешь меня о таких вещах? Кеннеди, тебе кто-то сделал больно?

— Я просто хочу знать.

— Ничего не скажу, пока не расскажешь, что тебя беспокоит, — упрямился он.

Я застонала, прижимая колени к груди.

— Почему с тобой всегда так сложно?

Шей тихо засмеялся.

— О, в этом мы вроде как похожи. Скажи, Кеннеди, кто-то обидел тебя? — он снова начал докапываться.

— Нет. — Я подняла руку обратно. Мой голос осип. — Но, возможно, мою подругу. Позвонил брат и сказал, что мою знакомую изнасиловали. И теперь я понятия не имею, что делать.

— Оу…

Я ждала, затаив дыхание. Даже сердце остановилось. Тишина…

— Ты собираешься что-нибудь сказать? — закричала я.

— Я не знаю, что сказать. Я волновался за тебя. С тобой всё в порядке? Уверена?

— Да, я в порядке. Почему ты был за аборты?

Шей выругался себе под нос.

— Теперь ты давишь на меня? Твою мать! Ладно, я не стал озвучивать свое мнение, потому что не хотел, чтобы ты смотрела на меня, как на тех девчонок. Я за аборты, потому что Линде за, потому что он мой друг, и я должен его поддерживать.

— Правда? — Я не знала, стало ли ему легче или он расстроился ещё сильнее. — Я надеялась, ты подскажешь мне, как поступить. Я понятия, блядь, не имею, что делать. — Я прикусила щёку изнутри. — Что бы сделал ты?

— Поговорил с той девушкой.

— Мы с ней не особо дружим.

— Ты дружишь с кем-то, кто дружит с ней?

— Да, но если бы такое случилось со мной, то мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь узнал, пока я сама не решу об этом рассказать.

Он молчал какое-то время. Затем, так чертовски мягко, что от его доброты я снова расплакалась, он ответил:

— Тогда тебе стоит самой поговорить с ней. Думаю, она ещё никому не рассказала о случившемся.

— Скорее всего.

— Мне очень жаль.

— Да.

Мне следовало идти, но я не хотела.

— Слушай, может быть, ты хочешь поговорить об этом с Линде?

Стоило поговорить с ним, но я ответила «нет». С Линде легко. Он стал моим университетским другом, с которым прикольно вместе проводить время. С Шеем же всё обстояло иначе. Однако именно он оказался тем, с кем я сблизилась. Вот почему я позвонила ему, а не Линде.

Мне надо было идти.

— Я поговорю с ней.

— Может, хочешь, чтобы я пошёл с тобой, поддержал тебя?

Я издала тихий смешок.

— Это было бы странно.

— Знаю, но мне кажется, что поддержка тебе не помешает.

Я могла бы попросить его прийти, могла бы рассказать обо всем Кристине, могла бы взвалить всё это на них, но неправильно так поступать. Присутствие Шея в общежитии поставит на уши всех. Если он придёт сюда к какой-нибудь девушке, все узнают об этом. Рассказывать Кристине тоже нельзя, ведь это секрет Кейси, хоть та и не лично поведала мне о нем.

Оба варианта оказались бы для меня самым простым решением, но я не могла так поступить.

— Я собираюсь поговорить с ней.

— Ладно. Если что, мой телефон включен всю ночь. Позвони, если тебе что-нибудь понадобится.

Очень мило с его стороны, но я пробурчала:

— Я всё ещё тебя ненавижу.

— Знаю. Я тоже ненавижу тебя, — засмеялся он.

Мы снова друг друга ненавидели. Всё встало на свои места.

Кристина сидела у себя в комнате, а Кейси отсутствовала. Дверь была приоткрыта, но я всё равно постучала.

— Привет, а где твоя соседка?

Подруга сидела в той же позе, что и я несколько минут назад. Опустив ноги на пол, она жестом пригласила меня войти.

— Можешь закрыть дверь. Я думаю, они внизу, пекут. — Кристина усмехнулась. — Сара хотела отправить печенье какому-то парню, — Опять печенье! — и они вдруг решили, что это лучшая идея в мире. В прошлый раз они придумали испечь печенье и раздавать в подарок.

— Линде может понравиться дружить с ними, — пошутила я. Боже!

Не самое подходящее время. В этом я ужасна. Я так и застыла в дверном проеме, не заходя внутрь и не закрывая дверь. Улыбка подруги угасла.

— Я не видела тебя всю неделю.

— Да, — я пожала плечами. — Просто была немного занята.

Какая-то девушка зашла через заднюю дверь, и я услышала её смех. Оглянулась, думая, что это может быть Кейси.

— Ты в порядке?

— Ага. — Я снова переключилась на Кристину, но она уже уткнулась обратно в свою книгу. В руке она держала текстовыделитель.

— Что-то случилось на этой неделе? С тобой всё хорошо? Кейси… — Я снова оглянулась на дверь возле лестницы.

— Конечно. А что?

Она выделила желтым цветом какие-то слова.

— Просто так. — Я начала пятиться назад, ответ на свой вопрос я уже получила. — Я… эм… поговорим позже, хорошо?

— Хорошо.

Я услышала её ответ, когда уже шла к двери.

— Подожди. Что… — На этой фразе я вышла за дверь.

Когда я подошла к кухне в подвале, услышала смех девочек. Сара что-то рассказывала. Лора хохотала. Я немного подождала, но так и не услышала ни слова от Кейси. Открыв дверь, я завернула за угол. В воздухе витал аромат свежей выпечки с шоколадной крошкой.

Кейси, сидя на столешнице, крутила вилку в руках, Лора смешивала тесто, Сара набирала тесто большой ложкой и выкладывала на противень. Они переговаривались друг с другом, но не Кейси. Та казалась отстраненной.

— Привет! — Лора заметила меня. В руке она держала миксер, весь заляпанный тестом. — Хочешь попробовать? Мы дадим тебе ложку.

Сара тоже повернулась ко мне, но не Кейси. Она так и продолжала смотреть вниз, всё ещё вертя в руках вилку.

Я помахала ей.

— На самом деле мне нужна Кейси. — Она подняла на меня взгляд. — Мы можем поговорить?

— Со мной?

Даже Сара и Лора обменялись удивленными взглядами.

Я кивнула, чувствуя, как шея и ноги налились свинцом.

— Да.

Черт возьми, я не хотела этого делать. Внутренний голос кричал развернуться и уйти, но что-то в груди не давало мне так поступить. Если я уйду, то пожалею потом. Я не знала, почему или когда, но была уверена, что именно так все и будет. Внутренние инстинкты. В этом году я начала прислушиваться к себе.

Я жестом позвала Кейси выйти в коридор.

— Может, пойдем в часовню? Там определенно сейчас пусто.

Все три девушки переглянулись между собой, Кейси пожала плечами и спрыгнула со столешницы.

— Ладно, — она пошла за мной внутрь.

Я остановилась, удивлённая, каким старомодным и уютным выглядело это место. На полу красный ковёр, небольшой алтарь, два стула и деревянная стойка с библией. Немного жутковато.

Я села на стул, подтянула колени к груди и обхватила их руками. Кейси нахмурилась, сидя на нижней ступеньке алтаря. Она сцепила руки и положила их на коленки, вытянув ноги перед собой.

— Что-то случилось?

Эм… Я слышала, что тебя изнасиловали. Это правда? Стоит ли так начинать деликатный разговор? Нет. Это не кажется правильным.

— Эм…

Кристина ходила на общественные работы. Она была милой и чуткой. Мне следовало попросить её с этим разобраться, но теперь уже поздно думать об этом.

— Ладно. Это немного… странно для меня. У меня есть брат, который тоже учится в этом университете. Не знаю, в курсе ли ты.

Её брови взлетели вверх.

— Нет. Я об этом не знала. Хотя, погоди… — Её брови вернулись в свое обычное положение. — Случайно не Гейдж Кларк?

Чёрт. Она знала мою фамилию. Я кивнула.

— Да, это Гейдж.

— Мы тусовались вместе в воскресенье. Понятия не имела, что он твой брат, но… — она прищурилась и кивнула сама себе, — да, теперь я это вижу. Вы похожи друг на друга.

И кстати о воскресении…

Я кашлянула. В горле застрял комок.

— Окей, — я опустила ноги на пол и вытерла о них ладони, которые неожиданно вспотели. — Что ты помнишь об этой ночи? — Минуточку. А вдруг она ничего не помнит? Мне придётся стать той, кто ей расскажет обо всем?

Может, мне тогда не стоило этого делать. Если она ничего не помнит, то мне лучше придумать жалкую отговорку и сразу же уйти, поговорить ещё раз с братом, разобраться во всем тщательнее, прежде чем начинать разговор с Кейси. Да. Пожалуй, так будет правильно. Такой вариант нравился мне куда больше.

Но Кейси вдруг прошептала, её глаза наполнились слезами.

— Ты все знаешь…

Я не могла и слова вымолвить. Она даже не спрашивала.

Ее голова упала, руки сжимали края футболки в кулаках.

— Не могу поверить, что ты обо всем знаешь.

Мой голос был таким же мягким, как и её.

— Так это правда?..

— Да, — она приподняла голову.

Её изнасиловали. Гейдж так и сказал, но часть меня всё ещё надеялась, что это не правда. И теперь я понятия не имела, что делать дальше.

Я скатилась со стула. Мне не хотелось нависать над ней. Сесть поближе, немного ниже, чем она, казалось хорошей идеей. Я сложила руки вместе и вытянула ноги перед собой.

— Эм… Что произошло?

— Ты не знаешь? — Кейси взглянула на меня, вытирая слезу.

— Мне просто сказали, что ходит слух. — Я покачала головой.

— Ходит слух?

Рыдания прекратились, истерика отступала. Она начала раскачиваться вперед-назад.

— Не могу поверить, что это происходит.

— Эй! — Лора внезапно начала стучать в дверь. — Я могу войти? Что там у вас происходит?

Паника промелькнула на лице Кейси.

— Нет. Им нельзя входить, они ещё не в курсе.

Я встала и быстро закрыла дверь.

— Дай нам пару секунд. Мы… — Я взглянула на Кейси. Она смотрела на меня умоляющим взглядом. Сердце упало. Если бы такое случилось со мной… Я собрала всю решимость в кулак. — Я тут решила расстаться с невинностью. — Я отошла от двери. — Это очень интимный и личный вопрос, и неловкий, и мне бы хотелось уединиться настолько, насколько это возможно. Спасибо!

Сработает ли это? Я добавила, прикусив нижнюю губу:

— И никому не рассказывай об этом. У нас с Кейси тут разговор на щепетильную тему. Просто, чтобы ты знала. Я собираюсь сделать это, так что, да… Не пытайся отговорить меня.

— Эм, ладно. Мы собираемся пойти наверх. Кейси, ты слышишь меня?

Кейси тоже откашлялась.

— Да. Я поднимусь чуть позже.

Как только Лора ушла, Кейси тихонько засмеялась. Она покачала головой, вытирая оставшиеся слёзы.

— Ты худшая врунья в мире.

Знай меня лучше, она бы удивилась. Я пожала плечами и снова уселась чуть поближе к ней.

— Они достанут тебя потом. Можешь рассказать им всё, что угодно. Уверена, они купятся на это.

— Спасибо.

Наши взгляды встретились. Я снова кивнула.

— Да. — Возвращаясь к изначальной теме. — Мне жаль, что с тобой такое случилось.

— Ага. Ну… Что я могу с этим поделать? — ответила Кейси, дергая себя за края джинсов.

Всё, что угодно.

Эти слова застряли у меня в горле.

Я потянулась к ней и дотронулась до её руки, останавливая от выдёргивания ниток из штанов. Она не поднимала взгляда.

— Ты можешь рассказать кому-нибудь.

Кейси не шевелилась.

Я облизала губы. Они настолько пересохли, что начали болеть.

— Я не знаю всех подробностей. Не знаю, что произошло, или кто сделал это с тобой, но брат позвонил мне и рассказал про слух, что тебя изнасиловали. — Я остановилась. Сердце билось как сумасшедшее. — Слух не о том, что какой-то парень переспал с тобой. Не о том, что ты шлюха, проститутка или легкодоступна. Он не сказал, что кто-то развлекался с тобой. Что бы он ни услышал, этого было достаточно, чтобы позвонить мне. Брат волновался, что подобное может произойти и со мной.

Она убрала руку, но не далеко.

— Я говорила кое с кем о том, что мою знакомую изнасиловали, но не сказала, что это ты.

Кейси подняла голову, и её глаза были полны тревоги.

— Я не упоминала о том, что это ты. Он не знает, что мы подруги, и никогда не узнает, — повторила я.

— Он?

— Это не мой брат.

— О! — Она снова принялась выдергивать нитки из джинсов.

Всё так и должно быть? Или я должна сделать что-то ещё? Где чертовы карточки с подсказками на такие случаи?

— Я ещё никому не говорила о случившемся.

Она снова подняла взгляд.

— Я здесь. Если ты хочешь поговорить… да что угодно. Обняться. Поплакать. Покричать. Я ограблю ларёк мороженого с тобой, если захочешь.

Кейси засмеялась.

— Нет, правда. Я бы сделала это. На мой взгляд, мороженое должно иметь свое место в пищевой пирамиде. Они включили его в молочные продукты, но мороженое должно быть отдельно, само по себе. Это лучшее съедобное изобретение человечества за все времена.

Её смех стал громче, и она смахнула пару слезинок, выступивших на глазах.

— Спасибо тебе за это.

— За что?

Третий приступ смеха. Я нахмурилась. Она думала, что я шучу, и это проблема.

— Спасибо. — Она протянула руку и накрыла ей мою. — Я серьезно. Спасибо тебе.

— Ладно. — Я всё ещё хмурилась. — Но я не шутила насчёт мороженого. Правда не шутила.

— Я знаю. — Смех прекратился, но пару смешков всё-таки вырвались из неё. — Это много значит… то, что ты готова вломиться куда-нибудь ради меня.

— Вломиться куда-нибудь — это просто зайти в помещение. А ограбление — это вломиться с намерением что-нибудь украсть, и я намеревалась украсть мороженое. Галлонами, если бы я смогла столько унести. Не хочешь сделать это прямо сейчас? Я могла бы найти способ пробраться в кафетерий. Это не будет ограблением, потому что мы и так можем брать то мороженое. Так что просто вломимся.

— Нет. — Она покачала головой. — Но спасибо тебе. Это, правда, много значит.

— Ладно. — Ну, раз она так хочет. — Ты… в порядке? — Вот я идиотка. — Нет. Дурацкий вопрос. Я не эксперт в этом.

— Нет. На самом деле ты отлично справилась. — Она снова опустила голову.

— Ладно.

Кристина бы знала, что сказать, будь она здесь. Или Шей. Линде тоже. Что бы сказал Гейдж? Он бы нашёл слова. Он тот, с кого я могу брать пример. Я вспомнила все шутки, которые он мог бы сказать, но брат бы не стал шутить. Он был бы милым, добрым. Он бы смог подобрать идеальные слова.

Мне стоило попросить его прийти.

— Я не знаю, что сказать. Мне очень жаль, что так случилось, но я рядом.

Я тяжело вздохнула и просто продолжила сидеть рядом. Что ещё я могла сделать? Потом, спустя несколько минут тишины, Кейси потянулась ко мне. Она не смотрела на меня, не встала и не ушла. Она просто сидела рядом и плакала, держа меня за руку.

И я бы сидела с ней бесконечно, если бы она того захотела.

Глава 8

— Кларк!

Я шла в аудиторию, когда Шей нагнал меня. Он указал на пустую дорожку, ведущую на другую сторону здания, и я последовала за ним. Мы уходили всё дальше по заброшенным ступенькам. Здесь редко встречались прохожие, потому что они никуда не вели, а вокруг были только трава и деревья. Я догадалась, о чем со мной хотел поговорить Шей, и это место идеально подходило для разговора.

Шей прислонился к одному из двух столбов у основания лестницы.

— Твоя подруга в порядке?

Я кивнула, присела на одну из ступенек и положила рюкзак на коленки, прижимая его к себе.

— Да. Она знает, что я готова поддержать её, если что. Это всё, что я могу сделать.

— Она сказала, кто её изнасиловал?

Я покачала головой.

— Я не спрашивала об этом. Если она захочет рассказать, расскажет сама.

— Её изнасиловали на вечеринке?

Я посмотрела на него. Почему он интересуется?

— Ты слышал?

— Это произошло на вечеринке в воскресенье?

Так он всё знал.

— Ты слышал.

Парень сжал челюсть.

— Да, я слышал, и это дерьмо выводит меня из себя.

— Меня тоже.

— Послушай. — Он сел рядом и повернул голову в мою сторону. — До меня дошли слухи. Я знаю, кто это сделал, и знаю с кем. Мне просто нужно понять, эта девушка — твоя подруга с вечеринки в воскресенье.

— Что ты слышал? — я нахмурилась.

Он замер на секунду, будто решал стоит мне рассказывать или нет, и опять сжал челюсти.

— Ты слышала, что этот парень из футбольной команды?

Я кивнула. Желудок скрутился в узел.

— Я знаю этого парня. Кейси Винчем твоя подруга, верно?

Он знал того парня. Конечно, ведь они в одной команде.

— Да, она моя подруга, — наконец ответила я.

Он выругался и отвернулся.

— Ему нравится определенный тип девушек. Длинные ноги. Каштановые волосы. Темные глаза. Ему нравятся симпатичные мордашки. — Парень оглянулся назад с закрытыми глазами. — Ты подходишь под этот тип.

Что за…

— Ты пытаешься сказать… — Нет. Что он хочет этим сказать?!

— Если бы ты пошла на ту вечеринку, это могло случиться с тобой.

Теперь звонок брата обрёл смысл. Он волновался за меня, ведь мы с Кейси примерно одного типажа.

Это могло случиться со мной…

Слова Шея не выходили у меня из головы. Я почувствовала, как подступает страх. До этого момента я не боялась мужчин, испытывала к ним другие эмоции. Иногда я их ненавидела, иногда они меня раздражали, иногда хотели поиметь или использовать… Но мне ни разу не было страшно так, как сейчас. Мне хотелось зарыться головой в коленях. Это было какое-то новое, ранее незнакомое чувство. И мне совершенно не хотелось его испытывать.

— Ох…

— Да, — нахмурился парень.

Я сглотнула ком в горле. Это могло произойти со мной.

— Я даже подумать о таком не могла. Она хотела, чтобы я пошла с ними на вечеринку в ту пятницу. — Я могла бы пойти. Если бы пошла, может быть, даже повеселилась бы. Я могла бы пойти следующий раз или вместо занятий в доме Шея. — Мы были у тебя дома той ночью.

— Я знаю. — Он снова выругался и встал, вытаскивая телефон из кармана, чтобы проверить время. — Нам пора идти. Послушай, эта ситуация может создать проблемы команде. Та девушка собирается кому-нибудь рассказать?

— Почему нет?

Он хотел, чтобы она молчала? Он хотел, чтобы я попросила Кейси молчать? Одна только мысль об этом выводила меня из себя. Кто-то посмел притронуться к ней, и он хотел предложить…

— Ей стоит рассказать. Этот мудак уже насиловал других девушек. Его нужно засадить за решетку.

Вот как! Все мои обвинения лопнули подобно мыльному пузырю.

— Ты хочешь, чтобы она сообщила об изнасиловании?

— Да, черт побери! — Он сузил глаза. — Подожди-ка. Ты подумала, будто я хочу, чтобы она молчала?!

— Это может стать проблемой для команды… — использовала я его же слова.

Он закатил глаза, съеживаясь.

— Неподходящие слова подобрал. Да, я хочу, чтобы она сообщила. В этом университете отлично улаживают случаи сексуальных посягательств. Относятся к этому весьма серьезно и не винят девушку. Примут все необходимые меры. Время от времени, когда мы слышим об изнасиловании, команде устраивают целую лекцию на случай, если кто-то из ребят решит сделать что-нибудь глупое. Это целая профилактическая стратегия, как однажды мне сказал тренер. Насколько я знаю, тот парень напоил её, отвел в свою комнату и изнасиловал. Она пыталась убежать, но ублюдок до такой степени накачал её, что она даже руки еле-еле могла поднять. Её подруги решили, что она кого-то подцепила и тоже остались.

Я опустила взгляд на землю. Я не стала выспрашивать Кейси о подробностях, потому что часть меня просто не желала знать их.

Она не могла остановить его. Она даже руки не могла поднять.

— Я думал, ты знала. — Парень выругался.

Я покачала головой.

— Мне стало известно, что произошло, но без подробностей.

Шей поднял руку и задержал её в воздухе. Он не знал, куда её деть, и, наконец, похлопал меня по коленке.

— Мне жаль, Кларк.

Моя фамилия прозвучала кстати. Между нами снова почувствовалось расстояние. Я могла взять себя в руки.

Я кивнула пару раз, вытирая тыльной стороной ладони глаза.

— Я в порядке. — Занятия, скорее всего, уже начались. — Иди в аудиторию.

Он не сдвинулся с места.

— Ты идёшь?

Я покачала головой.

— Нет. — Моё сердце слишком сильно болело.

— Я напишу конспект и завезу его тебе позже.

Мне хотелось рассмеяться. Девочки, живущие по соседству со мной, наделали бы в штаны от радости.

Шей дотронулся до моего плеча ещё раз и вошёл в здание. Я была рада, что этим выходом практически никто не пользовался. Эмоции, которые я не понимала и не хотела испытывать, еще долго не отпускали меня, и не позволяли даже сдвинуться с места после ухода Шея.

Я сидела и пыталась представить, что не могу поднять руки.

Глава 9

Вечером, когда я отдыхала в комнате, позвонил Шей. Довольная отсутствием Мисси, я поудобнее устроилась на стуле и ответила на звонок.

— Ну, здравствуй, Коулман.

Он на секунду впал в ступор, а затем рассмеялся.

— Коулман?.. Окей. Я оценил шутку. Мы теперь что-то вроде приятелей, да?

Как вообще можно описать наши отношения? Я пожала плечами.

— Мы вроде как ненавидим друг друга, но всё равно общаемся. Вот я и подумала, что пора прекращать мысленно называть тебя «тот парень, которого я ненавижу» и начать обращаться по имени. Фамилия отлично подойдет для этого. Ты, кстати, можешь продолжать называть меня Кларк.

— Никогда не знаешь, что от тебя можно ожидать.

Я намеренно разряжала обстановку. Не хотелось снова погружаться в ту тему, которую мы обсуждали сегодня утром. Легкость и непринуждённость. Вот чего я хотела в этот момент.

— Думаю, это всё моё очарование. Я не похожа на тех девушек, чьи трусики вспыхивают огнём, едва ты заходишь в комнату.

Мне пришло электронное письмо от Гейджа, и я тут же нажала «ответ».

— Хватит присылать мне всякую хрень.

— Чего?

Шей издевался надо мной. В его голосе слышался смех. Я вздохнула немного легче, довольная тем, что он последовал моему примеру.

— Ты хочешь сказать, что этот аромат горелого, который я чую, исходит не от твоих трусиков? И вот я снова начинаю наглеть, когда разговор касается тебя, — сказал он.

— Во-первых, фу! — Аромат горелого? — Это отвратительно! Если ты что-то и чуешь, так это запах сигарет, которые мне приходится закуривать каждый раз перед разговором с тобой. Не знаю, в курсе ли ты, но общение с тобой слегка напрягает.

Парень закашлялся от смеха.

— Это называется харизма и истинная животная сексуальность. Они сражают наповал. Вот ты странная, даже не знаешь, что это такое. И я тебя напрягаю только потому, что твоё тело борется с желанием наброситься на меня. Я знаю, что хорошо, Кларк, — он сменил тон, — и это определенно я.

Я закатила глаза.

— И, во-вторых, — продолжила я гнуть свою линию, проигнорировав его слова, — мы терпеть не можем друг друга, помнишь? Давай перейдём к сути вопроса, по которому ты мне позвонил, и вернемся к обету молчания между нами.

— Срань господня, женщина! Обет молчания? Ты кто вообще? Монашка?

— Зачем ты позвонил? — Меня начал раздражать этот бессмысленный разговор.

Шей не смешной и не сексуальный (его слова, не мои), и он не способен растопить ледяную стену ненависти к нему. Не-а, не растопит. Мне стало жарко из-за свитера, который был на мне. Стоило ли вообще его надевать в такую погоду? Похоже, нет.

— Я принёс конспект лекции для тебя.

Перейдя в состояние повышенной боевой готовности, я застыла на месте. Тревожная сирена взревела в барабанных перепонках.

— Окей.

— Я внизу.

— Что? — Многочисленные ругательства вырвались изо рта прежде, чем я успела понять, что ругаюсь. Отодвинув стул, я встала.

— Зачем ты пришёл? У меня есть правило!

— Правило?

Гребаный трындец!

Черт!

Твою мать!

Неожиданно мне стало тесно в свитере. Возникло ощущение, будто я задыхаюсь, настолько сильно он сдавил мне горло. Включив громкую связь, я бросила телефон на кровать и стянула с себя свитер.

— Да. Парням нельзя приходить сюда. Никогда.

— Ни одному парню? Ты серьезно?

Без свитера легче не стало. Сохранялось ощущение удушья. Мотаясь по комнате, я схватилась за низ своей полупрозрачной майки и чуть не порвала её, пока стаскивала с себя.

— Да. Ни одному парню. Особенно такому, как ты.

— Такому как я? — Его замешательство было очевидным. — А что не так с такими парнями, как я? Всё дело в том, что мы ненавидим друг друга?

Я покопалась в ящике, вытащила черный топ и натянула на себя. С короткими рукавами, но и так сойдет.

— Горячими парнями, на которых девчонки пускают слюни. Парнями, требующими внимания и зависти. И раз уж мы затронули эту тему… Если ты увидишь меня в общественном месте, сделай вид, будто не знаком со мной.

— Да ты сумасшедшая!

— Просто пройди мимо, как проходящие мимо друг друга автобусы в ночи.

— Вообще-то как корабли, проплывающие мимо друг друга в ночи. И нет, я не полный мудак. Если я увижу тебя в общественном месте, то воспользуюсь своим правом подойти к тебе и повыводить из себя. Я ежедневно получаю от этого удовольствие.

— Нет! — выкрикнула я. — Ежедневно?

— Ежедневно, — протяжно ответил он. — А теперь спусти свою милую задницу сюда, чтобы я мог отдать тебе конспект.

Я простонала, но всё-таки положила трубку, взяла ключи от комнаты и направилась вниз. Дверь за мной с грохотом захлопнулась, что полностью соответствовало моему настроению, и хрен с теми двумя соседками, которые шипели на всё, что двигалось в коридоре. Мы, вообще-то, люди, и нам свойственно двигаться, чтобы существовать.

Их дверь открылась, и одна из девушек высунулась в коридор. Её лицо уже было искажено гримасой недовольства. Я показала ей средний палец и проскользнула мимо.

— Даже не начинай. Я спешу.

Девушка взбесилась, но вернулась к себе в комнату. Дверь за ней закрылась с мягким щелчком.

Я закатила глаза, спускаясь вниз по лестнице. Пройдя черед последнюю дверь, отделяющую жилое помещение от холла, я остановилась в недоумении. Шея здесь не оказалось. Я ожидала увидеть его стоящим около стойки администратора, окруженного четырьмя или пятью девушками, ловящими каждое его слово, но его тут не оказалось. Только две девушки, болтающие в холле, и Сабрина, которая засмеялась, когда увидела меня, и указала на дверь.

— Он возле заднего выхода.

— Оу, — я просияла. Так намного лучше. — Спасибо.

Я вернулась к задней двери на первом этаже, едва ли не улыбаясь от облегчения. Толкнув дверь, подумала, что если случайно ударю ею Шея, то это справедливо в рамках нашей войны под названием «кто кого сильнее выведет».

Увы, этого не произошло. Шей стоял, прислонившись к стене и упершись затылком в кирпичи. Парень посмотрел на меня и ухмыльнулся.

— Я хочу увидеть твою комнату.

— Давай мой конспект, — потребовала я и протянула руку.

Его ухмылка стала ещё шире. Шей похлопал по своей сумке и отлип от стены.

— Конспект у меня на электронной почте. Мне нужно сесть за компьютер, — теперь он похлопал меня по руке и направился внутрь. — Я могу использовать твой компьютер.

— Эй! — Я пошла за ним.

Он посмотрел вверх на лестницу.

— Сабрина сказала, что ты живешь на четвертом этаже. Ты видела мой дом, теперь я хочу увидеть твой. Это будет справедливо.

Шей не стал дожидаться разрешения и уже поднимался со второго на третий этаж. Такими темпами он доберется до этажа раньше меня.

— Стой! Мне это не нравится.

Шей остановился около выхода на третий этаж и глянул на меня сверху вниз всё с той же чертовой ухмылкой на лице.

— Лучше сразу скажи номер комнаты или мне придется шататься по коридору.

— Почему ты постоянно ухмыляешься? Эта улыбочка хоть когда-нибудь сходит с твоего лица?

— Какая комната, Кларк? — Он остановился возле двери в коридор на моем этаже.

Черт возьми! Я стиснула зубы.

— Подожди. Просто подожди. Моя дверь закрывается автоматически.

Он уже толкнул дверь на этаж, но передумал, и она захлопнулась. Шей стоял и ждал, пока я преодолею последние ступеньки. Мне не хотелось, чтобы он видел мою одышку, так что я остановилась, специально задерживая дыхание, пока он не сузил глаза и не склонил голову на бок.

— Дыши, Кларк. Ты так сознание потеряешь.

Я чуть ли не отрыгнула воздух, который старательно задерживала.

— Как же я тебя ненавижу.

— Да, да, — отмахнулся он. — Мы поняли. Вечные муки в аду и всё такое. Пофиг. — Он кивком указал на дверь. — Хватит медлить, я хочу увидеть твою комнату.

В этот момент я подумала о вилах и огне. Может это и есть тот самый запах горелого. Это ад, и весь огонь там.

Я прошмыгнула в дверь.

— Это идея Сабрины?

— Нет, моя. — Парень шёл прямо позади меня. Я чувствовала его дыхание. — Она отказалась сообщить номер твоей комнаты. Сказала, что мне следует тебе позвонить.

Мои глаза расширились от одной только мысли, что он мог подняться сюда самостоятельно и просто постучать в мою дверь. О господи! Слишком много людей могли увидеть его возле моей двери, и тогда я стала бы главной сплетней общежития. Содрогнувшись от этой мысли, я открыла дверь и зашла в комнату.

— Вот и она. Конечно, не трёхэтажный домище с кучей игроков футбольной команды, живущих в нем, но это мой маленький дом в колледже.

Шей зашёл и закрыл за собой дверь. Он кивал, осматриваясь вокруг.

— Мне нравится. Здесь уютно. — Он указал на стол Мисси. — Твой?

— Этим ты меня не заденешь. — Её стол был завален мягкими игрушками, фотографиями в рамочках и конфетам. Я кивнула в сторону своего стола. — Намного чище и, скажу тебе, более стильный.

На моем столе не было ни фотографий, ни игрушек, ни фигурок. Единственной лишней вещью оказался стакан кофе. На полках лежали тетради, блокноты и всякая нужная канцелярия типа калькулятора или степлера. Над столом висела доска, на которой закреплено расписание и список всех домашних заданий, которые мне необходимо выполнить в ближайшее время.

Шей сел и уставился на доску.

— У тебя распланирована каждая неделя?

— А у тебя нет? Это называется учебной программой.

— Уверен, моя учебная программа выглядит не так.

Он был прав. Я ушла на три недели вперед, но комментировать не стала.

— Прошу прощения.

Я склонилась рядом с ним, не обращая внимания на близость наших тел и на то, что моё бедро коснётся его, если я передвинусь на полдюйма левее, и ввела пароль, чтобы Шей мог зайти в свою электронную почту.

В комнате снова стало жарко. Может термостат сломался?

Закончив, я отступила на шаг назад.

— Вот. Давай конспект, Коулман.

— Коулман… — пробурчал он себе под нос. Печатал он довольно быстро. — Твой e-mail?

Я продиктовала адрес своего почтового ящика, и в ту же секунду письмо было отправлено.

— Ты мог бы сделать это откуда угодно, — сказала я и сжала губы.

— Знаю. — Парень выдвинул стул и еще раз обвел комнату взглядом. — Но, как уже говорил, я оказался неподалеку, и мне захотелось посмотреть, как ты живешь. — Он подошёл к телевизору и принялся рассматривать коллекцию дисков. — У тебя тут куча девчоночьих фильмов. — Шей вытянул один из моих, который не бабский. — А вот этот неплохой.

— Это диски моей соседки. — Я сложила руки на груди. — А я смотрю только романтичные сопливые мелодрамы.

— Что-то заставляет меня усомниться в этом. — Парень вытащил ещё один из моих фильмов. — Может, посмотрим этот?

— «Гладиатор»?

— Да. — Он вытащил диск и ткнул на кнопку «открыть» на DVD.

— Сейчас? — Паника снова захлестнула меня. Только я начала успокаиваться, поскольку решила, что он уйдет так же быстро, как и пришёл. Увы… Паника только нарастала, когда я увидела, что он уселся на диван.

— Ну, да. А почему нет? — Шей посмотрел на часы, стоящие на тумбочке. — У меня как раз появилась пара свободных часов. Если вернусь домой сейчас, ребята потащат меня в бар или ещё куда-нибудь.

— Разве у тебя завтра нет игры?

Разве он не должен идти на тренировку? Или следить за углеводной загрузкой? Или что там обычно делают футболисты за день до большой игры? Я безрадостно взглянула на экран. Фильм начинался. Может они смотрели «Гладиатора» как часть подготовки?

— Ты можешь взять его, если хочешь. Придёшь и посмотришь у себя дома.

Он похлопал по месту рядом с собой на диване.

— Давай же, Кларк. Я не собираюсь к тебе приставать. Мы друг другу не нравимся, помнишь?

— Да ты издеваешься надо мной, — снова нахмурилась я.

— Потому что с тобой это запросто выходит. Серьезно. Иди сюда и присядь. — Он снова похлопал по дивану. — Если я закину на тебя руку, то это только потому, что мне нужно вытянуться, чтобы тело не затекло. Я же квотербек, — подмигнул он.

— Хватит морочить мне голову.

Мисси могла вернуться в любой момент. Она так делала уже пару раз. Сейчас они ушли перекусить, но она всегда возвращалась, чтобы выложить свои вещи. Холли и её кузина постоянно ходили вместе с ней, потому что не могли пройти целый коридор одни. Затем Мисси снова уйдет к ним в комнату и вернется сюда, только чтобы переодеться, если они решат отправиться на вечеринку или ещё куда-нибудь.

И Шей мог оказаться в моей комнате в это время.

— Ты расстроена? Серьезно? — он прищурил глаза.

— Да. Ты не знаешь, каково это.

Застав его здесь, они посмотрели бы на меня совершенно по-другому. Они захотели бы использовать меня или разозлились, потому что он общался со мной, а не с ними. Мисси искренне считала, что я хуже неё. Так же думали и остальные.

Шей выругался, наклонился вперед и уперся локтями в колени.

— Ты хочешь, чтобы я ушёл?

Да!

Мне стоило сказать это, но я не стала. Губы не шевелились. Почему они не шевелились? Я закусила губу, и тут случилось то, чего я так опасалась.

В коридоре раздался голос Мисси. Новый приступ паники застрял у меня в горле.

— Залезай в шкаф. Сейчас же!

— Чт… — Он встал, и я сразу же затолкала его внутрь. — Ты серьёзно? — Вешалка уткнулась ему в щеку. Он отпихнул её в сторону и продолжил ворчать на меня. — Ты сумасшедшая.

— Извини.

Они уже стояли перед дверью, и Мисси ковырялась ключом в замке.

Я захлопнула дверцу шкафа и прислонилась к нему спиной, чувствуя себя полной идиоткой. Моя улыбка могла бы выиграть в номинации «самая неуклюжая улыбка года». Нервничая, я начала постукивать по двери большими пальцами.

Мисси вошла, увидела меня и остановилась, нахмурив брови.

— Ты выглядишь странно.

— Ничего подобного, — я прекратила стучать пальцами.

Холли застыла прямо позади неё.

— Что ты делаешь?

— Стою.

— Ну, это мы видим.

Я подняла одну ногу назад.

— В смысле, я практикую баланс. Вам тоже стоит попробовать.

Мисси прошмыгнула мимо меня к своему столу, кинула ключи и проверила почту.

— Баланс? — Холли тоже подняла ногу. — Странный способ скоротать время, но да. Я понимаю, почему тебе нравится этим заниматься. Ты увлеклась йогой, Кеннеди?

Мне хотелось послать их куда подальше. Я кипела от ярости и хотела, чтобы они ушли как можно скорее.

Но только улыбнулась в ответ.

— Может мне стоит попробовать.

— Да. — Её глаза зажглись. — Мы собирались начать медитировать. Мисси, давай приступим прямо завтра.

Та оглянулась.

— Мы можем собираться в нашей комнате, а если появится слишком много желающих, переместимся в часовню. Там есть подходящая тихая комнатка.

Эта комната выглядела жутковатой и заставляла меня вспомнить о Кейси.

— Конечно.

— Готово. — Мисси захлопнула ноутбук и переоделась в другую кофту. Она взяла телефон, но рука зависла над ключами. — Ты пробудешь здесь весь вечер?

Холли одарила ее странным взглядом, и я поняла, о чем она подумала. «Как будто у неё есть личная жизнь». Слова соседки снова повисли в воздухе, наполняя комнату напряжением.

Я просто кивнула ей.

— Думаю да, — и указала на её ключи. — Можешь оставить их. Если я куда-нибудь соберусь, то оставлю их в комнате Холли или отнесу администратору на этаже.

— Она сегодня работает?

— Да, всю ночь. — Это означало, что она будет в своей комнате всё время.

— Хорошо, — Мисси улыбнулась одними губами. — Увидимся позже.

Она вышла вместе с Холли. Та задержала на мне взгляд, как будто хотела что-то сказать, но не стала.

Как только дверь за ними закрылась, Шей высунул руку из шкафа и потянулся ко мне. Я хотела отступить, но он успел схватить меня за руку и втянул внутрь.

— Эй, что ты…

Его губы поглотили мои слова.

Глава 10

Шей Коулман поцеловал меня…

Эта мысль промелькнула в голове еще до того, как кровь начала закипать, и все тело пробила дрожь. Черт возьми! Я не могла думать больше ни о чем. Его губы накрыли мои. Они о чем-то просили, и я отвечала. Я не осознавала, что делаю, но рот приоткрылся, пропуская внутрь его язык. Шей целовал меня напористо, не так, как другие парни, и я таяла от этого поцелуя.

Я уперлась руками ему в грудь.

Что же мы делаем?! Я ненавижу Коулмана.

Вспомнив об этом, я попыталась оттолкнуть его.

— Нет! Нет… — простонал он, лишь сильнее прижимая меня к себе.

— Но чт…

— Прекрати. — Он отодвинулся, совсем чуть-чуть. Сейчас я чувствовала его, полностью. Парень положил руку мне на талию, затем спустился к бедру и притянул к себе обратно. Прислонившись к нему, я чувствовала значительно больше, чем только его джинсы. — Мы ненавидим друг друга, да? Но не прямо сейчас… — Его губы снова приблизились к моим. Я поняла, что он улыбается, когда услышала шепот: — Сейчас я не ненавижу тебя, совсем.

Но он будет. И я буду.

Я все еще пыталась сдержаться.

Что мы вообще делаем?!

— Ше…

— Перестань, Кларк. — Он опустил вторую руку мне на бедро и приподнял меня так, что я оказалась прижатой к задней стенке шкафа, обхватив его ногами за талию. Губы Шея касались моих, мягче на этот раз.

Вот так все происходило, и это все, чего мне сейчас хотелось.

Я перестала сопротивляться и обняла его за шею, прижимаясь всем телом.

— Ладно, но тогда давай заведем правило. Пока целуемся, мы не разговариваем.

— Да, — прорычал он, и его губы снова накрыли мои, заставляя меня стонать. — Ты, черт возьми, абсолютно права. Мы не будем тратить время на разговоры. — И Шей снова поцеловал меня, а я не возражала.

По телику шел «Гладиатор», а мы целовались, завалившись на мою кровать.

Я заперла дверь, безмерно радуясь тому, что Мисси оставила ключи. Теперь она не сможет внезапно войти в комнату. Я прибавила звук на телевизоре, чтобы заглушить наши голоса, которые могли быть случайно услышаны за дверью, и уже собиралась выключить свет, когда Шей внезапно подхватил меня на руки и чуть ли не закинул на кровать, а его губы обрушились на мои. Он навис, расположившись между моих ног. Проскользнув мне под майку, накрыл руками мою грудь. Я оттолкнула его руку, и он с дьявольской улыбкой на губах принялся покрывать поцелуями мой живот.

Стоп!

Я была не в себе. Задыхалась. Чувства переполняли меня. Его губы двигались по моей коже, вызывая целый ураган удовольствия. Я впилась пальцами в его плечи. Шей снова поцеловал меня, и в этот раз я сама положила его руку себе на грудь.

Он не стал расстегивать лифчик, просто скользнул под него, обхватил грудь и большим пальцем потер сосок. Я выругалась и застонала, сильнее обхватив его ногами. В этот раз уже он остановился и застонал.

Я чувствовала, он хочет меня, но мы не станем заходить слишком далеко. Если мы продолжим встречаться, может быть тогда. Если же нет, то и такой вариант меня вполне устроит. И это ЕСЛИ с большой буквы, ведь мне не нравился этот парень. Помните об этом?

Меня переполняли темные сумасшедшие чувства. Желание. Вожделение. Страсть. Я не планировала говорить Шею об этом. Он бы сказал, что это все из-за его истинной животной сексуальности, но я заскулила, и его губы снова поймали мои. Похоже стоит признать, что-то подобное в нем все-таки есть. Это заражало меня, заставляло поступать безответственно, подобно подростку.

— Хватит думать, — прошептал мне на ухо Шей.

Я снова растаяла. Его шепот был подобен ласке и напоминал мне о тех случаях, когда он говорил что-то лишь для меня одной. Черт побери! Это очень интимно. Рука Шея плавно переместилась к застежке на моих джинсах, и я очнулась. Похоже, он собирался перейти на новый уровень близости.

— Нет! — Я перехватила его руку. — Я не готова.

— Хорошо. — Его рука снова скользнула мне под майку. Я надеялась, что он вернется к ласкам груди. Она уже скучала по нему, но Шей решил иначе.

Он потянул майку вверх, и я помогла ему снять ее с меня. Отличная идея! Так оказалось гораздо лучше. Теперь и Шей должен присоединиться ко мне. Я потянула вверх его футболку. Он рывком стянул ее с себя и бросил на пол. Я увидела его хитрую улыбку, теплый взгляд, и вот он снова оказался сверху. Кожа к коже. Голая грудь к голой груди, не считая единственного препятствия в виде моего лифчика. Он дотронулся до застежки на спине и спросил:

— Можно?

Я замерла.

Стоит ли? Не слишком ли много, не слишком быстро?

Шей выжидал, лаская большим пальцем мой сосок, тем самым вынуждая меня сдаться.

— Ты играешь нечестно.

Его улыбка стала шире. Он прикоснулся губами к моим губам и прошептал:

— Я никогда не играю честно. НИКОГДА. Ты должна знать этот факт обо мне.

Он принялся расстегивать застежку, но делал это достаточно медленно, все еще ожидая моего одобрения и не оставляя иного выбора. Лифчик служил преградой между нами, а я сейчас хотела только естественности. Как только лямки лифчика соскользнули с рук, я снова обняла парня за шею.

Больше никаких преград. Теперь мы на самом деле прижимались обнаженной грудью к обнаженной груди. Все так, как и должно быть. Мы продолжали целоваться до самого конца фильма, пока не пошли титры. Я оставалась в джинсах, а он боролся с внушительным стояком в штанах.

Все было замечательно, пока кто-то не начал дергать дверную ручку.

— ДЕРЬМО!

Это сказала я, и Шей тут же скатился с меня. Он мигом оказался на самом конце кровати.

— Кеннеди? — Мисси стучала в дверь. — Открой!

— Эм…

На голове воронье гнездо, а я сидела и просто глазела на Шея. Его волосы тоже пребывали в беспорядке. Я спустилась взглядом к его груди. Сейчас он выглядел очень аппетитно.

Я закусила губу, а парень откинул голову назад и тихо простонал:

— Это нечестно!

— Да уж, — прошептала я в ответ, падая рядом с ним на кровать. — Я тоже играю нечестно.

— Да ну?! — шепнул он и улыбнулся.

— Да, — я оттолкнула его в сторону, боясь опять потерять голову.

Мы лежали на кровати. Шей был без футболки. Мне очень хотелось снова почувствовать его на себе, но… что же делать?

— Кеннеди! — Мисси забарабанила в дверь сильнее. — Впусти меня. Мне нужно забрать ключи.

— Зачем?

Я растянулась на спине. Шей устроился между моих ног, покрывая легкими поцелуями плечо.

— Избавься от нее. Я не собираюсь еще раз прятаться в вашем чертовом шкафу.

Шей снова начал меня целовать и выписывать круги языком, вызывая во мне такие ощущения, что я совершенно отключилась от реальности, забыв, где нахожусь.

Мисси еще раз постучала в дверь.

— Давай же. Мы собираемся на вечеринку, — сказала она повышенным тоном.

Я нахмурилась. У них есть друзья на вечеринке?

— Мне нужны ключи! — добавила она, подчеркнув нетерпение еще одним ударом в дверь.

— Может, я просто отдам тебе ключи, и ты не станешь заходить? — простонала я.

— Почему? — ее голос стал тише, будто она отступила на шаг назад.

— Потому что я тренируюсь, голышом.

Шей засмеялся, уткнувшись головой мне в плечо.

— Голышом? — в ее голосе послышалось отвращение. — Ты мастурбируешь?

Его плечи затряслись от хохота.

Что ж, похоже, придется идти на жертвы.

— Да! Подумаешь! Обычное дело! — повысила я голос. — Я забочусь о своем теле. Мастурбировать полезно.

— Отвратительно! — она вздохнула. — Да, просто отдай ключи. Я возьму другую майку у Холли и воспользуюсь ее косметикой. Теперь ты мне должна, Кеннеди.

Она стала не единственным человеком, кому были должны в данной ситуации. Я закатила глаза, выбралась из-под Шея и натянула футболку. Не знаю какую, просто схватила первую, попавшуюся под руку. Казалось странным идти по комнате наполовину голой, зная, что он стянет футболку, как только я вернусь в постель. Взяв ключи, я босиком направилась к двери и отперла ее.

— Ты такая мерзкая, — возмутилась она.

Я швырнула ключи ей и проворчала:

— Ты не лучше. — Собираясь захлопнуть дверь, я добавила: — спасибо.

Я закрыла дверь и снова заперла замок. Услышав звук ее удаляющихся шагов, прислонилась спиной к двери и принялась анализировать ситуацию.

Я стою в его футболке. Без лифчика. Без носков. Без обуви.

Пуговица на джинсах расстегнута, но молния на месте.

И я пока еще в трусиках.

Шей резко сел. Его взгляд потемнел.

— Мне нравится, как ты выглядишь сейчас.

Я дотронулась до своих волос. Они в полном беспорядке. Губы опухли от поцелуев.

— Ммм… пожалуй.

Мне тоже нравилось, как он выглядит в данный момент, но я промолчала. Стоя у двери, я чувствовала, как совесть начала просыпаться и задавать вопросы.

Что мы делаем?

Что я делаю?

Почему с ним? Я же его ненавижу… Ненавижу же?

Шей с легкостью встал на ноги и направился прямиком ко мне.

— Не начинай думать. Не надо. Просто…

Я все еще стояла, прислонившись спиной к двери, и смотрела на него. Я чувствовала тепло его тела. Его грудь находилась на расстоянии одного дюйма от меня. Шей наклонил голову, уставившись на меня мечтательным взглядом. Его дыхание легким ветерком прошлось по моей коже. Проведя пальцем по моим губам, он добавил:

— Мы не разговариваем об этом, помнишь? — Его ладонь плавно спустись вниз по моей руке. — Никаких разговоров.

— И никаких раздумий, — добавила я еще одно правило.

— Да, — он одобрительно кивнул. — Так будет лучше. Никаких раздумий, только… — он наклонился, и его губы нашли мои, — ощущения.

Шей целовал меня, и я стонала, схватившись за его плечи. Он поднял меня на руки, и я ногами обхватила его за талию. Но он не понес меня обратно в постель, а так и держал прижатой к двери. Мы страстно целовались. Одной рукой он поддерживал меня, а другой нежно поглаживал мое лицо. Отстранившись на долю дюйма, он спросил:

— Все в порядке? Я продолжу?

Я кивнула.

Боже, да!

— Никаких разговоров. Никаких раздумий.

— Только ощущения.

— Да, черт возьми!

Я притянула его к себе. Ему нельзя находиться так далеко от меня.

Глава 11

Я выпроводила Шея уже после полуночи.

Мы продолжали придерживаться правил и не разговаривали. Когда я оттолкнула, он просто кивнул, затем поцеловал меня, натянул свою футболку и снова поцеловал. Затем натянул носки, обулся и подарил мне еще один поцелуй. После этого, Шей отыскал свой телефон, ключи и ещё дважды поцеловал, пока я пыталась вытолкать его за дверь.

Обычно с парнями все происходило несколько иначе. Пару раз я оказывалась в подобной ситуации, и всё было довольно напряженно. Обжимания, целомудренный поцелуй на прощание, и затем они выходили за дверь. А с Шеем все происходило легко и смешно, и сексуально, и я практически забыла, как сильно ненавижу этого парня на самом деле.

Я выпихнула его за дверь и покачала головой.

— Всё, перестань.

Я нарушила правило «не разговаривать», и его полуулыбка напомнила мне об этом. Но Шей просто провел рукой по волосам, осмотрелся по сторонам и ушёл.

Дверь громко захлопнулась за ним, и я быстро прошмыгнула внутрь, чтобы курицы из соседней комнаты не услышали ничего лишнего. Я слышала, как открылась их дверь, и девочка, с которой я столкнулась сегодня днем, пробурчала:

— И кто это был?

Затем она вернулась обратно к себе в комнату. Её голос стал приглушенным, когда дверь за ней закрылась.

Я подошла к окну и увидела тень, промелькнувшую со ступенек к парковке. В этот момент меня осенило.

Я целовалась с Шеем Коулманом.

С блядским Шеем Коулманом.

И он хотел переспать со мной.

Я плюхнулась на стул Мисси, потому что он стоял ближе всего к окну, и провела рукой по волосам. Я пребывала в шоке, всё ещё чувствуя себя извивающейся на этой кровати, ощущая повсюду его руки, его поцелуи, чувствуя его тело на себе.

Простонав, я уткнулась лицом в ладони.

Что, черт возьми, я сейчас натворила!? Нет. Мне нечего стыдиться. Не важно.

Я выпрямилась на стуле.

Ну и что? Ну и что! Я просто целовалась с парнем. Кого вообще волнует, что я терпеть его не могу за пределами постели? Мы с ним не встречаемся, и я не планирую начинать. Черта с два! Все это чисто ради физического удовольствия. И если это произойдет снова… Не хочу даже думать об этом.

Я встала и встряхнулась. Не стоит раскаиваться. Я не собираюсь чувствовать себя дешевой и грязной. Мы просто целовались. Это полезно, прямо как я недавно сказала Мисси.

Спустя тридцать минут я уже переоделась в пижаму и почувствовала себя чуточку лучше. Зубы почищены. Лицо умыто. Я подумывала принять душ, но решила отложить это дело до утра. Я все еще могла наслаждаться его ароматом на себе всю ночь, ну и что, что это Шей. Давно я не проводила время с парнями. На самом деле это очень приятно, так что надо просто не думать о том, кто это был.

* * *

Я сидела за компьютером, когда услышала, как в замке повернулся ключ. Дверь распахнулась, и вошла соседка. Я не подняла на нее взгляд. Она могла начать бросать унизительные комментарии в мой адрес, но мне уже все равно.

Гейдж прислал мне уже второй по счету e-mail, допытываясь, пойду ли я с ним на футбольный матч. Не знаю, почему он не мог прислать просто смс… И тут я почувствовала резкий запах спиртного и на этот раз подняла взгляд. Мисси стояла возле шкафа, шатаясь из стороны в сторону, тщетно пытаясь стянуть с себя майку.

Она пришла одна.

Дверь в комнату всё ещё оставалась распахнутой настежь, так что я захлопнула её и уже возвращаясь к столу, вдруг резко затормозила. На моем стуле висел рюкзак. Не мой. И не Мисси. Я уверена, он не принадлежал ни Холи, ни её кузине.

— Дерьмо! — пробормотала я себе под нос.

— А? — икнула Мисси, поворачиваясь в мою сторону.

Быстро пробежав по ней взглядом, я поняла, что она пьяна.

— Ничего.

Мисси вытащила одну из футболок, но не ту, в которой обычно спала. Она точно пьяна в стельку.

Я взяла рюкзак и немного покопалась в его содержимом, чтобы удостовериться, что он действительно Шея. Точно. Внутри оказался ежедневник с его именем, так что я застегнула рюкзак и затолкала его глубже в шкаф. Обычно, никто в него не заглядывает, и вообще не думаю, что Мисси это может прийти в голову, ну а вдруг?

Усевшись на стул, я взяла телефон и начала строчить сообщение Шею, когда Мисси вдруг грохнулась на пол. Я оторвалась от телефона. Я не могла на это не посмотреть. Мне очень хотелось заснять ее на камеру, но я решила быть доброй. На первый раз.

Пока Мисси боролась со своими джинсами и кидала их в шкаф, я написала Шею.

Я: Ты оставил у меня свой рюкзак.

Мисси издала булькающий стон и вопль отчаяния одновременно. Она не могла самостоятельно стоять, поэтому ползла на четвереньках к своему шкафу. Соседка достала оттуда штаны, опять же не те, в которых обычно спит. Пока их надевала, или пыталась надеть, потому что никак не могла попасть ногой в дырку, мой телефон завибрировал.

Коулман: Могу я забрать его утром?

Я: Во сколько?

Мисси наконец засунула одну ногу в штанину. Это успех. Мне хотелось поднять кулак в воздух за неё. Телефон снова завибрировал.

Коулман: Пораньше. Там мои учебники.

Я застонала.

Я: Насколько рано? Мы ведь в колледже, Коулман. Хочется поспать подольше.

Коулман: Девять не слишком рано для тебя? Или же я могу вернуться за ним сейчас.

Девять ещё реально.

Я: Давай устроим обмен. Ты принесешь мне кофе, а я встречу тебя на парковке вместе с твоим рюкзаком.

Коулман: Договорились! Без кофеина подойдет?

Я взглянула на телефон.

Я: Да, и я тебя снова ненавижу.

Коулман: Никогда не прекращай, иначе мировое равновесие окажется в полной жопе. Я должен знать, что хорошо, а что плохо. Не шути с моим моральным компасом, милая задница.

О нет! Ни за что!

Я: Третье правило, о чем мы не говорим. Никаких прозвищ до тех пор, пока они не подтверждают нашу взаимную ненависть друг к другу. Никаких «милых задниц».

Ответ пришёл незамедлительно.

Коулман: Тупая задница?

Я издала ещё один писк.

Я: НЕТ!

Я практически слышала, как он смеется.

Коулман: Расслабься. Я знаю. Задница Кларк. Ты у меня так в телефоне и записана.

Напряжение упало с моих плеч.

Я: Увидимся утром. Ровно в девять.

Коулман: Доброй ночи.

Я положила телефон, но тут он завибрировал опять.

Коулман: Задница.

Я пыталась перестать глупо улыбаться. Вот теперь всё снова на своих местах.

Поставив телефон на зарядку, положила ноутбук перед собой и отправила ответ Гейджу по электронной почте: «Так и быть, посижу с тобой, но только при условии, что мы будем по разные стороны поля». Он, разумеется, разозлится, но это единственный вариант.

Я выключила ноутбук и увидела, как Мисси пытается взобраться по лестнице на свою постель, наконец-то натянув на себя ярко-розовую шелковую майку и вельветовые брюки цвета хаки. Уверена, она даже зубы не почистила. Однако не успела я положить голову на подушку, как услышала её храп.

Всю ночь мне снились поцелуи, тяжелое дыхание, прикосновения друг к другу разными частями тела. Я дико возбудилась. Будильник зазвенел в восемь тридцать. Проснувшись, чувствовала я себя отвратительно, но все-таки заставила себя встать с кровати.

Проверив телефон, я была уверена, что Шей придет вовремя, так что зашагала чуть быстрее. Одетая и помытая. Кажется, все сборы на выход заняли больше времени, чем обычно, по какой-то причине. Я натянула джинсы, босоножки и мешковатую футболку. Хотелось выглядеть максимально не сексуально. Я не собиралась привлекать внимание Шея Коулмана.

Но, так или иначе, взяв ключи, телефон и его рюкзак, я остановилась и намазала губы блеском, потому что они казались потрескавшимися. Казались… Я этого не чувствовала, но профилактика не помешает.

Мне пришлось ждать пять минут, положив его рюкзак рядом с собой. Шей подъехал на своем черном джипе и припарковался позади меня. Взяв его рюкзак, я пересекла тротуар и небольшую лужайку. Шей выключил двигатель, но не спешил выходить из машины. Я подошла с его стороны и протянула рюкзак. Он забрал его через открытое окно и кивнул на пассажирское место.

— Не хочешь присесть на пару минут? Я взял тебе кофе.

Удивившись, я пожала плечами и обошла машину.

Никто нас не увидит. А если кто-то направляется домой после пьянки? Нет, никто не обратит внимания на одинокий джип посреди парковки.

Я открыла дверь и забралась внутрь. Шей протянул кофе, в другой руке удерживая свой.

— Держи, — промямлил он сонным голосом.

— Не спал? — я захлопнула дверь.

Он сидел, откинув голову на спинку кресла, но открыл один глаз и выглядел при этом не очень радостным.

— У меня был жуткий стояк всю ночь. И он не исчез даже после того, когда я сделал то, что он от меня хотел. Спасибо тебе за это.

— Эй! — я стукнула его по руке. — Никаких разговоров про это. Первое правило.

— Ты облажалась, знаешь об этом? — пробурчал парень.

Я пожала плечами. Это не оскорбление, если правда.

— У меня есть причина. И это делает мою жизнь проще.

Шей покачал головой и отхлебнул кофе.

— Ты собираешься прийти на мою игру сегодня? — На его лицо вернулась ухмылка более самодовольная, чем обычно. — Я защитник… звезда, знаешь ли.

Футбол. Хорошо. Я расслабилась. Мы можем поговорить об этом.

— Я ненавижу футбол.

— О, господи! Ты серьезно? — выпалил он.

— А что? Это правда.

Он прищурился.

— Ты так и не ответила, — он долго и настойчиво сверлил меня взглядом, затем снова заговорил. — Это значит, что ты идешь, да?

Никакого ответа от меня. Парень засмеялся, возвращаясь к своему кофе.

— Мне кажется, я начинаю видеть тебя насквозь.

— Это не очень хорошо, — я сморщила нос.

— С кем собираешься идти?

— С парнем, с которым вчера обжималась.

— Я играю.

— А кто сказал, что я говорю о тебе? — я не могла сдержаться.

— Ты обжималась с кем-то кроме меня прошлой ночью? — он притворился, что хмурится, но его губы всё ещё оставались сложены в полуухмылке. — И ты снова нарушила правило.

Никаких разговоров об этом. Черт! Я сдалась и сказала:

— Я пойду с братом.

— Да? — в его глазах загорелся интерес. — А как на счет того правила, где тебя не должны видеть с парнями? Или это исключение, поскольку он твой брат?

Я шмыгнула.

— Ни за что! Он не исключение, а главная причина, почему я и придумала это правило. Ты знаешь, как ведут себя девчонки, когда узнают, что я родственница Блейка или Гейджа Кларка? — По позвоночнику пробежала дрожь. — Они становятся или слишком милыми, или совсем не милыми. Все те девочки, с которыми Гейдж переспал и бросил… угадай, кого они тоже считают сукой? — Я вздрогнула. — Да, я приду, но мы будем сидеть по разные стороны поля.

— Я даже не спрашиваю, серьезно ли ты сейчас говоришь. Знаю, что серьезно, — вздохнул он.

— Абсолютно, — я видела его недоумение, смешанное с разочарованием, и только покачала головой. — Девочки могут быть жестокими, ты даже не представляешь насколько.

— Да, — Шей отхлебнул кофе. — Может быть и так. Парни не настолько плохи в этом отношении. В старшей школе, конечно, были издевательства, но в колледже такого уже нет. По крайней мере, пока не напьются, они не превращаются в мудаков. Но тогда это переходит уже на новый уровень беспредела. — Он покосился на меня поверх своего кофе. — Что-то подсказывает мне, что ты бы превратила их в сопливых трусов.

Я ухмыльнулась, почувствовал себя лучше после его слов. Проследив взглядом за девочкой, с которой мы вместе посещаем какие-то занятия, я потянулась к двери.

— Спасибо за кофе.

Он ничего не ответил, продолжая просто наблюдать за мной. Здесь он должен был поблагодарить меня за то, что я вернула ему рюкзак, но не стал. Я вышла из машины и оглянулась, Шей всё ещё пристально наблюдал за мной.

— Что ж, — почему-то я чувствовала себя глупо. — Удачи тебе сегодня.

Я ушла.

Кофе был неплох. Шей добавил в кофе немного сливок и сахара.

Глава 12

Похоже, я описалась…

Опустошение полного мочевого пузыря и ощущение чего-то теплого плавно переходило в смущение, смешанное со стыдом, а затем все становилось просто мокрым, липким и дурно пахнущим. Ладно, может быть, я слегка преувеличила. Я проверила, с моими штанами всё в порядке, но я бы ничуть не удивилась, если бы такое произошло на самом деле.

Я стояла за киоском. Гейдж заставил меня подождать, пока он сходит в туалет. Я жутко стыдилась не только мою соседку по комнате и двух других девочек в десяти шагах от нас, но и Бэкс с Эбби из класса по политологии.

Я забилась в угол с огромной пачкой попкорна и большим стаканом с содовой, прижав их к своей груди, и пыталась использовать их как щит, закрывая лицо, когда кто-то подходил слишком близко.

— Кларк?

Я подпрыгнула от неожиданности. Попкорн разлетелся в разные стороны, и мне даже не пришлось представлять то чувство, когда ты писаешь в собственные штаны. Я проходила через это прямо сейчас, облившись содовой. Лицо и майка намокли, но никакого ощущения тепла не было даже отдаленно. Было чертовски холодно. Я стиснула зубы. Слишком холодно.

Кейси смерила меня хмурым взглядом. Она надела мешковатое худи и обтягивающие джинсы, а каштановые волосы собрала в две французские косички. Она дергала себя за одну из них, склонив голову набок и продолжая оценивать меня.

— Ты облилась, — сообщила она.

Я увидела салфетки в ее руке и взяла их, чтобы вытереться.

— Да неужели, Шерлок?

Кейси только рассмеялась.

— Что ты здесь делаешь? Выглядишь как сумасшедшая.

Я слегка улыбнулась.

— В том-то и дело. Я хочу, чтобы люди почувствовали себя неловко и отвернулись.

— Ты единственный человек из всех, что встречались в моей жизни, который хочет выглядеть сумасшедшей. — Она перестала дергать косичку, опустила руку на бедро и оглянулась. — Серьезно, что ты здесь делаешь? — Её взгляд переместился на мужской туалет. Женский находился на другой стороне от киосков. — О! Дай угадаю. Ты ждешь… — Она снова на меня взглянула, прикусив губу. — Нет. Ты не тот тип девушек, которые стали бы ждать секретного горячего парня. Ты ждешь брата, правда?

— Динь, динь, динь. У нас есть победитель.

— Ха! — Но смеялась она недолго. Ее лицо вдруг побледнело, и улыбка исчезла. — Подожди. Твой брат знает обо мне, да?

— Именно он мне и рассказал обо всем, — мягко добавила я, кивнув. Я выбросила остатки содовой и отставила все, что осталось от попкорна, в сторону. Я дотронулась до её руки, но, когда она дернулась, сразу же убрала свою. — Прости, я не подумала.

— Нет, — она слегка улыбнулась. — Всё в порядке. Я…

Кейси прервало неожиданное появление Гейджа. Он вышел из-за столба с раздраженным выражением лица.

— Где поп… — Брат заметил Кейси и остановился. — Оу.

Начался процесс трансформации. Раздраженный Гейдж мигом исчез и на его месте появился мягкий Гейдж, тот самый, который подул бы мне на ранку, чтобы антибактериальная мазь не щипала так сильно. Технически мои ушибы никогда не были его виной, но это не столь важно. Старший братик заботился обо мне. И именно этот парень сейчас стоял напротив нас.

— Я не знал, что ты тоже здесь, — сказал он Кейси, проведя рукой по волосам. Брат посмотрел на меня, и в его взгляде читался вопрос «Что мне делать?!»

Кейси протянула ему руку с решительным выражением на лице.

— Рада с тобой официально познакомиться, — ее взгляд метнулся ко мне и обратно. — Я не знала, что у Кеннеди есть брат, и что это ты.

— Ага, — он пожал ей руку так нежно, словно она стеклянная. — Это моя сестра, гордая родством со мной.

Я злобно зыркнула, но он меня проигнорировал.

— Это странно. Мы часто бывали вместе на вечеринках, но я не знала настоящего тебя. — Кейси пыталась говорить радостным голосом.

— Да, — он откашлялся.

Гейдж, может быть, и звучал несколько неловко, но это не совсем так. Его взгляд смягчился, в голосе слышались нотки нежности, и если бы он мог улететь на ковре самолете и забрать ее с собой на руках, он бы уже напевал «Целый новый мир».

Кейси заправила за ухо несколько невидимых выпавших прядей. Её косички были туго заплетены, но она всё равно проверяла, всё ли с ними в порядке. На её щеках появился милый мягкий розовый оттенок, и я практически приготовилась блевать.

Любовь за футбольными воротами, а не любовь с первого взгляда.

— Вы двое очевидно заинтересованы друг в друге.

— Кенз! — зашипел на меня Гейдж.

Кейси засмеялась, переведя взгляд себе под ноги.

— Всё в порядке, — ещё одна ехидная улыбка растянулась на её губах. — Очевидно, это единственная причина, по которой я вообще разговариваю с Кеннеди.

— Ну, спасибо.

Она дотронулась до моей руки, будто хотела извиниться, но её взгляд был прикован к Гейджу. Я возвращалась обратно к осознанию того, что именно так большинство девушек и смотрят на моего брата.

Гейдж выглядел как чертов рыцарь в сияющих доспехах.

Я подняла полупустое ведерко с попкорном.

— Вау! Вы только посмотрите на это. — Мои актерские способности ужасны, но я совершенствовалась. — Не знаю, как так вышло. Я пойду и наполню его. И, эм…

— Хорошо. — Гейдж дотронулся до моей руки и отодвинул меня с пути. Он подошёл ближе к Кейси, и после этого они ушли.

Я могла бы сейчас начать прыгать голышом или быть арестованной, не думаю, что они бы заметили меня.

Я вернулась обратно к киоскам и спросила какого-то парня, не хочет ли он остатки попкорна. Его глаза зажглись, и это оказался ещё один случай любви с первого взгляда, парень и попкорн.

— Ещё как!

Он забрал ведерко прежде, чем я успела передумать, так что я купила только ещё содовой.

Когда я вернулась, Кейси и Гейджа уже и след простыл. Я заметила, что они сидят на углу в секции нашей команды. Кристина, Сара и Лора стояли в ряд перед ними.

Меня бросили. Мой собственный брат.

— Лузер.

Чт… Ну нет!

Я обернулась и напряглась, когда ко мне подошли Бэкс и Эбби. Они оделись примерно, как Кейси, в полную экипировку Университета Дулейн. Единственным отличием стало то, что вместо свитера они надели обтягивающие кофты с длинными рукавами. Волосы завязаны в высокие хвосты вместо косичек, и они обе обмазали лица блестками.

— Как вы только что меня назвали? — спросила я.

Они остановились и смущенно посмотрели друг на друга.

— Что? — спросила Бэкс. — Шей сказал нам так с тобой здороваться, и мы подумали, что это какая-то шутка для своих.

— Шей так сказал?

Бэкс кивнула.

Эбби тоже.

Бэкс нахмурилась.

— Это разве не тот момент, когда мы должны тебя так назвать, и ты бы сразу поняла, что это от Шея, и затем начала смеяться? Это не тот случай?

— Нет. — Но черт! Хороший розыгрыш. — Что вы хотели?

— Ты отрастила больше зубов с той темы про аборты, — пробурчала Бэкс.

— Нет, — я покачала головой. — У меня и тогда были зубы. — Я показала на свой рот, скалясь. — Видите. Острые как бритва. Откусила от вас обоих кусок, если я все правильно помню.

— Эм, нет, — сказала Бэкс.

— Ну, — Эбби подняла руку и так же быстро её опустила. — Что-то вроде того. Да.

— Не важно, — Бэкс закатила глаза. — Ты не пришла на пары в пятницу. Шей сказал, что сообщит тебе. Но, так как ты здесь, и я уверена, у него есть более важные дела, я подумала тебе рассказать.

— Что?

— Мы получили задание по презентации в пятницу. Нам придётся выступать с ней позже, но я видела Линде прошлой ночью, он планировал начать работу уже завтра.

— Какая тема?

— Социальные сети и их влияние на политику.

— Оу, — я была удивлена. — Это звучит весело, на самом деле.

Она странно на меня посмотрела.

— Ага. Смешно. Конечно.

— Мы начинаем завтра?

Она кивнула.

— Парни сказали, что у них есть твои контакты, но да. Мы встречаемся в библиотеке днем или вечером. У меня еще куча другой домашней работы.

— Хорошо.

У меня не было никаких планов на воскресенье. Этот день я посвящала отдыху.

Кто-то позвал Бекку по имени, и она помахала в ответ.

— Меня зовут друзья. Увидимся завтра, — сказала она, показывая на кого-то позади себя.

Эбби тоже помахала и оставила меня наедине с ещё одним открытием.

— Её имя на самом деле не Бэкс? — прошептала я себе под нос.

Теперь это обрело смысл.

Я направилась к секции другой команды, но осознала, что теперь мне не нужно сидеть с Гейджем. Можно сесть одной на стороне нашей команды, и с этим осознанием я развернулась, но снова остановилась.

Погодите-ка. Я пришла сюда из-за Гейджа. Я могу и не смотреть игру совсем, но перерыв закончился, и команды вернулись на поле. Игроки пробегали мимо меня, и я увидела Шея в середине процессии. Он шёл, наклонив голову вперед и слушая одного из тренеров, который бежал рядом с ним.

Я запуталась.

Я могла ненавидеть его как личность, но не могла отрицать, что он отлично выглядит в футбольной форме. Наплечники. Обтягивающие белые штаны длиной до икр. И его темные потные волосы. Под глазами размазана черная краска, но выглядел он горячо, и я размякла.

Линде бежал позади и, заметив меня, ослепительно улыбнулся.

— Тебе лучше болеть за меня, Кеннеди Кларк. Слышишь? Я хочу услышать, как ты кричишь.

Все начали хлопать, пробегая мимо, и я заулыбалась. Я отодвинула содовую в сторону присоединилась к ним. К тому моменту, когда все выбежали на поле, я орала и вопила не хуже остальных.

Я осталась, но только ради Линде. И, может быть самую малость, ради задницы Шея.

Глава 13

Мы выиграли «семнадцать — десять».

Команда соперника получила штрафной, отсюда — последние три очка, и когда это произошло, наши вели себя так, словно их ударили по яйцам. Даже девочки морщились. Конечно, на последних минутах другая команда активизировалась в нападении, получая удовольствие от собственного упорства. Но время закончилось, и это не имело значения. Раздались радостные возгласы, и парни, сидящие рядом со мной, провозгласили: «Надо напиться!» Это обеспечило им личную порцию оваций.

Я шла по дорожке к стоянке. Остальные, например, родители с маленькими детьми, тоже уходили. Некоторые студенты, более спокойные, более сдержанные и здравомыслящие, тоже оказались в этой компании. Я заметила Кристину, которая примкнула к группе Кейси, Лоры, Сары, а теперь и моего брата. Они стояли кружком, и несколько парней присоединились к ним. Масса студентов оставалась позади, без сомнения, строя планы на выпивку после игры. Гейдж обычно так и делал. Эбби и Бэкс (теперь Бекка) тоже стояли со своей бандой и несколькими парнями.

— Кларк.

Потная и тяжелая рука опустилась мне на плечо.

Я напряглась, но это оказался Линде.

— Поздравляю с победой. — Я по-мужски хлопнула его по плечу.

Он рассмеялся и опустил руку. Я осмотрелась. На нас бросили несколько взглядов, но это же Линде. Меня не парило называться его другом. Я спросила:

— Мы завтра идем в библиотеку?

— Именно это я и собирался тебе сказать. Шей должен был упомянуть об этом, но он сказал, что забыл. — Линде продолжал идти рядом со мной, покачивая шлемом. — Я хотел попросить тебя еще об одной услуге.

— Конечно. Что?

— Шей сказал, что ты, возможно, знакома с девушкой, которую изнасиловали.

Он оглянулся на футбольное поле.

Я не думала об этом, но тут меня осенило.

— Этот парень — футболист.

Кейси находилась здесь, разговаривала с моим братом и выглядела как обычно. Ну, не совсем. Она надела мешковатый свитер. Не совсем в ее стиле. Глухой топ, но все остальное нормально для нее.

— Его отстранили. Не дали даже надеть форму.

— В самом деле?

— Несколько парней вышли вперед и сказали тренеру. Они не связываются, особенно если есть судебное дело или СМИ. Слушай, я хотел попросить тебя об одолжении. — Он остановился. Вокруг нас начали собираться люди. — Ты знаешь эту девушку?

Я кивнула.

— Да.

Он переложил шлем в другую руку, потом обратно.

— Хм. Ты слышала в тот день в классе о моей сестре.

— Я помню.

— Девушки знают о твоей подруге? Парни знают, но они не говорят такие вещи девушкам.

— Ох, — он спрашивает о слухах? — Ты спрашиваешь, распространились ли сплетни? Потому что, если да, ты спрашиваешь не того человека. Я общаюсь с тобой, еще с несколькими, и все. Мне известно меньше всех.

— Она ничего не говорила?

— Я дала ей знать, что рядом, если захочет, но это всё. Я ни к чему её не принуждала. — Я начала чесать плечо, наполовину прикрывая тело. — Она здесь. Выглядит нормально, но я не знаю, как это делается.

— Вовсе нет.

— Что?

Это слово прозвучало отрывисто и почти резко. На сей раз он смягчился.

— Она не в порядке. Моя сестра делала то же самое.

— Да?

— Она не хотела мириться с тем, что с ней случилось, поэтому притворялась, что ничего не было. Но это произошло и съедало её изнутри. Твоя подруга, рассказывает она что-то или нет, не может лгать себе. Если она здесь и ведет себя нормально, то нет.

— Что я могу сделать? Имею в виду, кроме того, что просто быть рядом. Я не могу заставить ее говорить.

— Знаю, но просто находись рядом с ней. Часто. Будь бдительна. Понимаешь, о чем я?

Я так и думала поступить.

Посмотрела через плечо Линде туда, где их компания начала пробираться к нам. Гейджа с ними не было, и я нахмурилась. Оглядев толпу, я не увидела его и там.

— Странно.

— Что странно?

— Ничего, — я покачала головой.

— Что?

— Ох. Просто, — я отмахнулась. В этом не было ничего особенного. — Ничего страшного. Сегодня я пришла с братом, и он пошел и сел с ней. Он знает. Это он сказал мне.

— Зачем он это сделал? Зачем сел рядом с ней?

— Что? — Я все еще искала Гейджа, но резкость Линде застала меня врасплох. Я снова сосредоточилась на нем. — Мой брат просто хотел помочь. Он беспокоился, что если бы я пошла с ней, то тоже могла стать мишенью.

— Некоторые девушки ведут себя неправильно. Цепляются за первого попавшегося хорошего парня, думая, что это смоет дерьмо, которое они чувствуют внутри. Это не работает. Скажи, чтобы отстал от нее. Ей нужны хорошие подруги, вот и все. Родственники тоже, если они хорошо к ней относятся.

Я не задумывалась, но его слова имели смысл.

— Хорошо. Я скажу ему.

Кейси увидела, что мы разговариваем, и слегка нахмурилась. Ее взгляд затуманился, и она замедлила шаг. Кристина и остальные заметили это и, хмурясь, начали оглядываться на нее.

Кейси перевела пристальный взгляд с Линде на меня. В нем сквозил вопрос.

— Иди, — тихо сказала я и, потянувшись к другу, слегка толкнула его. — Она поймет, что мы обсуждаем ее.

Футбольная команда в полном составе ушла. Линде оказался последним, тем самым привлекая к себе внимание. На этот раз я заботилась не о себе, а о том, как все воспримет Кейси. Ей известно, что в курсе мой брат и кто-то еще, похоже, слух циркулировал среди парней. Я не знала, как у них заведено: свободно ли они делятся историями о том, как кто-то из них на кого-то напал, пусть даже это и оказывается правдой. Но я понимала, что для парней ненормально выступать против одного из своих, особенно футболиста. Это хорошо. Если я что-то и понимала, то только это. Если Кейси расскажет, ей поверят.

По крайней мере, я на это надеюсь.

Кристина и остальные почти поравнялись со мной, и, когда они приостановились, чтобы поговорить, Кейси попросила:

— Ребята, вы не могли бы дать нам минутку?

Кристина нахмурилась, как и все остальные, но они продолжили идти вперед.

Кейси подождала, пока друзья отойдут достаточно далеко, чтобы не подслушать.

— Это тот самый парень?

Мои глаза расширились.

— Что?

— Ты сказала, что кто-то знает, не твой брат, а кто-то другой.

— Ох, — мой мозг лихорадочно работал. Как правильно поступить? — Нет, это не тот парень.

— Ох, — воздух покинул ее, плечи расслабились.

— Но он знает.

Ее плечи напряглись.

— Что? — Она заметно сглотнула. Я видела, как двигалось ее горло.

— Мой брат узнал. Он позвонил мне. Я позвонила другому другу.

— Он слышал?

Кейси смотрела на меня широко раскрытыми от испуга глазами. Она, казалось, съежилась, как испуганная маленькая девочка.

Хорошо. Нужно быть абсолютно честной. Вот чего бы я хотела. Честной, но доброй.

— Когда мы разговаривали, ему еще ничего не было известно. — Она закрыла глаза, собираясь с духом. — Но к тому времени, когда я увидела его перед занятием в пятницу утром, он уже знал.

— Каким занятием?

— Мой класс политологии.

Она открыла глаза и кивнула, переваривая информацию.

— А этот парень, с которым ты сейчас разговаривала, знает?

Я ответила ей снова:

— Он и еще несколько человек из команды пошли к тренеру. Парень, который… сделал это с тобой, ему не разрешили даже одеться сегодня.

— Понимаю. — Ее голос был таким тихим. — Я так волновалась. Не хотела его видеть, но, если бы я не пришла на игру, остальные поняли бы, что что-то не так. Пришлось идти.

— Я не знаю, кто этот парень. Он выходил на поле? Сидел на скамейке запасных?

Она покачала головой.

— Нет. Слава богу, да? — На ее глаза навернулись слезы. Она вытерла их тыльной стороной ладони. — Очень мило с их стороны. Это ненормально, не так ли?

— Полагаю, что нет.

— Твой брат был очень мил.

Я нахмурилась. Она пояснила:

— Он сказал, что здесь ради меня. Или тебя. Сказал, что вы все колючие снаружи, но это для того, чтобы другие не причиняли боль вашей мягкой сентиментальной душе. Вы лаете, но не кусаетесь.

— Неправильно. Кусаемся. Часто кусаемся. Вообще-то, я — бешеная собака.

Она рассмеялась, снова вытирая глаза.

— Он говорил, что ты так скажешь, но я не должна тебе верить. Ты можешь рычать на него, но не на меня, если мне больно.

Я пнула ногой землю. И откуда слезы на глазах?

— Гм, — она начала, но остановилась. — Я должна знать. Имею в виду, не так много людей смотрят на меня странно, но есть некоторые. — Ее взгляд метнулся к группе парней, идущих позади нас. Они были шумными, противными и пьяными. Она придвинулась ближе, опустив голову. — В основном парни. От девочек мне достаются лишь обычные стервозные взгляды.

Ненавижу роль сочувствующей подруги. В этом я просто ужасна.

— Парни знают, а девушки, похоже, нет.

Кейси не произнесла ни слова. Когда ребята, обходя нас, расступились, ее глаза оставались закрытыми, и она затаила дыхание. Я заметила, как несколько человек смотрели на нас, окидывая девушку взглядом с головы до ног.

Я прищурилась на одного, и он остановился. Развел руками.

— Что?

Он был примерно метр семьдесят шесть, немного выше меня, но мускулистый как спортсмен.

Из-за таких, как он, слово «самоуверенный» приобрело негативный окрас.

Кейси смотрела и, казалось, увядала на глазах.

Но не я. Я вздернула подбородок. Этот парень собирается запугать меня? Я направилась к нему, зная, что мои глаза холодны.

— Ты собираешься бросить вызов мне? Девушке?

Его друзья остановились. Некоторые попятились.

Один сказал:

— Давай, чувак.

Другой прыгал рядом, будто собирался помочь ему.

О, нет.

Я сталкивалась с этим дерьмом в старшей школе.

Подобное не должно случиться с Кейси. Или мной. Сущность бешеной собаки вот-вот собиралась проявиться. Чертовски скоро.

Я перевела на парня ледяной взгляд, губы насмешливо изогнулись.

— Ну и ну. Какой ты мужик. Ясно же, что твоему приятелю понадобится помощь против слов. — Я улыбнулась, но это не соответствовало моим чувствам. Я злилась. Глаза застила красная пелена, и я вдруг увидела в этом мудаке мишень для мести за другую девушку. Нет. Теперь я видела две цели. — Твой друг, должно быть, действительно тупой. — Я перевела взгляд на Мудака Номер Один. — Ты тупой? Твой друг так думает.

Оба ощетинились, выпятив грудь, прежде чем обменяться смущенными взглядами.

— Посмотри, — я указала между ними. — Посмотри на это. Ты даже не понял, что здесь произошло. Девушка обратила на вас внимание, но вы, ребята, видимо, привыкли только к тому, что к вам пристают, верно?

Они обменялись еще одним взглядом, а на лицах появились слабые улыбки.

— Потому что это единственная причина, по которой девушка подошла бы к тебе. Это не значит, что они находят тебя отвратительным или достойным осуждения, или мелким деревенским трусом, а потом соберутся с духом сказать тебе. — Наклоняясь вперед, я прошептала: — Разве знакомые девушки не говорят тебе правду? Они тебя боятся? — Я снова повысила голос до нормального уровня. — Признайся. Они только говорят тебе, был ли ты «хорош»? — Я подмигнула Мудаку Номер Один. — Или, может быть, вы, ребята, выбираете девочек только из двух категорий? Или они срывают с себя одежду ради тебя, умоляя об этом. — Я посмотрела на его джинсы, поморщилась, а затем снова подняла глаза. — Или они злятся, потому что, ну, вы, ребята, должно быть, не удовлетворили их. Верно? Это кто-то из них? Но нет. Подождите. Это девчонка виновата. Верно? Это не твоя вина. Это не значит, что ты всегда «не в форме». Верно?

Мудак Номер Два покачал головой и развел руками.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Именно. — Мои слова источали яд. Я хлопнула в ладоши, держа их перед собой. — Вот в чем дело. Я тебя оскорбляю. Я иронизирую, я насмехаюсь над вами, ребята, прямо в лицо, а ты даже не понял этого. И пока я это делаю, ты понятия не имеешь, как со мной обращаться, потому что я улыбаюсь и говорю так, будто собираюсь испечь тебе гребаное печенье. Правда, если бы я когда-нибудь это сделала, то подсыпала бы в него крысиный яд.

С радостной улыбкой я закончила и стала ждать.

Не пришлось долго ждать.

Мудак Номер Один бросился на меня.

Кейси закричала.

Вокруг меня раздались другие крики.

Я не обратила внимание на Мудака Номер Два. У него, похоже, не было стальных яиц, но у Мудака Номер Один были, и я схватила их. Буквально.

Он подбежал ко мне, и я поймала его член в руку. Он резко остановился, захлебываясь, а потом я сжала его.

— Ах! — закричал он, пытаясь убрать мою руку.

— Охренеть, — сказал кто-то позади нас.

Время веселья закончилось. Я перестала быть милой. Я перестала быть саркастичной. Снова сжала его, и все его тело задрожало из-за моей хватки.

Я процедила:

— Ты собираешься замахнуться? Ударить меня? Толкнуть на землю? Что ты будешь делать? А? — я повышала голос, пока не закричала.

Он не мог говорить. Его лицо посинело.

— Посмотрите на это. — Свободной рукой я указала на его лицо. — Синее лицо вместо синих шаров. Но такие придурки как ты, даже не понимают, как это смешно, с девочками у тебя тоже синеют яйца. Но вот она я, круче их всех. Я, наверное, лучшее, что у тебя было, да? Я подарила тебе синее лицо. Это что-то новое. Никто не испытывал этого раньше. Хорошо. — Сарказм вернулся, но он определенно все еще сочился гневом.

— Эй.

Я не поняла, кто это сказал, и мне было все равно. Я сосредоточилась на этом мудаке, понизив голос до шипящего шепота, который мог слышать только он.

— Тебе, наверно, интересно, какая сумасшедшая цыпочка держит твой член в руке? Я, должно быть, сошла с ума, да? — Черт. Может, так оно и было. — Знаешь, что сводит меня с ума? Ты слышал, что случилось с моей подругой, но вместо того, чтобы подумать, что на ее месте могла оказаться твоя сестра, девушка, даже твоя мать, ты проходишь мимо и смотришь на нее как на шлюху. — Я сильнее сжала пальцы, наслаждаясь его леденящими душу криками. — Она не шлюха. Она жертва, а ты делаешь ее жертвой во второй раз. Каково это? Ведь я держу тебя против воли. Ты наслаждаешься этим?

Его крики ответили мне. Я еще не закончила.

— И хочешь знать, что самое забавное во всем этом? У меня есть оправдание. Ты. Бросился. На меня. Первый. Ты набросился, словно собирался ударить меня, девушку, которую никогда не сможешь назвать шлюхой. Разве ты не рад, что встретил меня? Нет?

Я буквально выплюнула последнюю часть, и мне серьезно захотелось оторвать его член. Если бы могла и не попала за это в тюрьму, на сегодня это стало бы первоочередной задачей. Оторвать член трусливого мудака. Я бы хотела вычеркнуть это из своего списка. Сделано. Но нельзя, потому что я должна быть лучше его, хотя в тот момент не могла понять почему.

Я все еще сжимала.

И не была уверена, что смогу отпустить его, пока чья-то рука не обхватила меня за талию и не подняла.

— Эй! — крикнула я.

Человек проигнорировал меня и поставил на ноги. Я рванулась вперед, но меня схватили за руки, удерживая железной хваткой.

Мудак Номер Один со стоном упал на колени и уперся лбом в землю. Его друзья не двигались. Они выглядели шокированными тем, что только что произошло. Даже Мудак Номер Два не подошел к другу. Он обхватил руками свои причиндалы и попятился, глядя на меня так, словно был следующим на очереди.

Дерьмо. Может, и стоит.

Рванулась вперед, но меня тут же отдернули назад. Прижали к твердой груди, и я подняла глаза. Протест застрял у меня в горле. Шей даже не смотрел на меня. Его взгляд был прикован к Мудаку Номер Один, который все еще корчился на земле и плакал.

Тот издавал звуки, как смертельно раненый дикий зверь.

Хорошо.

— Отпусти меня, — спокойно сказала я, его взгляд метнулся к моим глазам.

Я снова взяла себя в руки. И дала ему это понять.

Шей понял, и я отошла от него. Прошла мимо Кейси, которая застыла на месте.

Мимо Мудака Номер Один на земле. Мимо его придурковатых друзей. Мимо какой-то блондинки, которая смотрела на меня широко раскрытыми совиными глазами.

Мимо всех, кто остановился, чтобы посмотреть на нас.

Я не останавливалась, пока не добралась до своей комнаты в общежитии, и даже там я прошла мимо Мисси и села за свой стол.

И я смотрела вперёд, все еще видя только красное.

Глава 14

У меня зазвонил телефон. Я проигнорировала его. И не двигалась, уставившись в никуда.

Затем зазвонил телефон в комнате, и Мисси ответила. Из-за оглушительного грохота крови в ушах ее приветствие показалось приглушенным, но затем она похлопала меня по плечу. Когда я посмотрела на соседку, та дернулась назад, указывая на телефон.

— Тебя к телефону. Какой-то парень.

Это мог быть Гейдж. Нужно узнать, куда он пошел.

Кивнув, я спросила:

— Можно мне немного уединения?

— Конечно. Да, — она схватила свою кофейную кружку, которую никогда не использовала для кофе. — Только возьму это. Мы устраиваем вечеринку в комнате Холли, и, если хочешь, можешь присоединиться к нам сегодня вечером.

— Ты собираешься отсутствовать всю ночь?

Хотелось побыть одной. Когда в моей жизни появляется слишком много людей, она превращается в хаос. За последние двадцать четыре часа я нарушила два своих первых правила. В собственной изоляции я была собранной и организованной, нужно возвращать прежнее положение дел.

— Возможно.

— Мне просто нужно несколько часов.

— Хорошо. Я понимаю. Хм, я позвоню из комнаты Холли, если буду спускаться.

— Спасибо.

Я подошла к ее столу и села на стул. Стационарный телефон находился там, и поскольку все пользовались сотовыми, колледж вернулся к проводным аппаратам. Этот тоже был со шнуром. Едва Мисси неловко помахав рукой, выскользнула из комнаты, я поднесла трубку к уху.

— Алло?

— Ты в порядке?

Шей, не Гейдж.

— Да. Почему бы и нет?

Он ни в чем не виноват. На сей раз я знала, что настоящие виновники — это Мудак Номер Один, парень, который изнасиловал Кейси, и все остальные придурки, которые думают, что могут так обращаться с женщинами. Понимая, что мой гнев достиг уровня повышенной боеготовности, я заговорила ничего не выражающим тоном, словно от меня осталась одна оболочка.

Внутри бурлила ярость. Но снаружи я выглядела совершенно спокойной.

От этого даже у меня мурашки побежали по коже.

— Да ладно тебе, Кларк.

— Послушай, — хорошо. Я немного расслабилась. В голосе появились эмоции, я снова становилась нормальной. Он не виноват в том, что этой эмоцией стало разочарование. — Я в порядке. Спасибо, что вытащил прежде, чем я успела нанести непоправимый вред, и хмырь подал бы на меня в суд.

— Так вот что, по-твоему, произошло? Ты психанула из-за парня. Я не говорю, что он этого не заслужил, но твоя реакция…

Я рассмеялась. Это звучало тупо даже для моих ушей.

— Ты пытаешься подобрать слова? Это что, новый уровень нашей долбаной ненависти друг к другу? Раньше ты никогда не сдерживался, — выпалила я. — Что изменилось сейчас?

— Я не хочу, чтобы в следующий раз ты мне оторвала член.

— Не надо! — Я зажмурилась, крепко прижимая телефон к уху. — Первое правило: мы не говорим об этом.

— Я пришел потому, что есть видео того, что ты делала. Его отправили по электронной почте нескольким парням, и Линде показал его мне. Он сказал, что разговаривал с тобой несколько минут назад, и ты была в порядке, но, когда я ушел, ты расстроилась, — смягчил он тон.

— Слушай, я поняла.

Нет. Это не так. Он парень. Он не поймет.

Он оставит все как есть.

— Я звоню убедиться, что ты в порядке, ладно? Прямо сейчас я пытаюсь быть чертовски порядочным человеком.

Он упростил мне задачу. Горько улыбнувшись, я посмотрела на свое отражение. Мисси держала зеркало рядом с компьютером, и я поняла, почему он обеспокоен. Я все еще выглядела, как разъяренный робоцып[1], и в данный момент эта девушка не хотела доброты.

Я сказала:

— Не надо. Мы не друзья. Тебе не обязательно мне звонить. Мы сокурсники. Вместе работаем над проектом и однажды целовались. Это больше не повторится. Из-за нескольких стонов я не влюбилась в тебя. Я ненавидела тебя с первых дней занятий, и поверь мне, это не изменится.

Я повесила трубку и прерывисто вздохнула.

Он чертовски порядочный человек? Хрен с ним. Мне не нужна его доброта или забота. Мне не нужно, чтобы он являлся пообщаться со мной или приносил кофе и просил посидеть с ним в джипе. Эти моменты могли бы вскружить голову другой девушке, но не мне.

Еще один Паркер. Я просто забыла на секунду.

Нельзя повторяться.

Глава 15

Гейдж уже мог бы позвонить мне, но я была не в настроении сидеть и ничего не делать.

Не желая вставать за сотовым, набрала его номер со стационарного телефона.

Он ответил, и я не сдержалась.

— Бросил меня на футбольном матче, потом сидел с моими друзьями, а куда ты потом исчез? И если говорить о Кейси, ты понимаешь, как на нее смотрели? Примерно, как «всем мудакам сюда», — вскричала я, чувствуя, что близка к истерике. — И, если хочешь знать, что произошло, есть видео.

— Я только что видел его.

Похоже, ему все равно. Я громко рассмеялась.

— Ясно. Понимаю, что тебе может быть безразлично, что сделала я, но думаю, тебе не все равно, через что прошла Кейси.

— Избавь меня от нотаций.

— Да. Хорошо. Считай, что избавлен.

Уже хотела повесить трубку, но он заговорил, останавливая меня:

— Я стою возле твоего общежития, размышляя, стоит ли, рискуя вызвать твой гнев, прийти и проведать тебя или просто оставить в покое. Я понял, что не имею представления, как вести себя с тобой. Большей частью из-за меня и Блейка тебе достался плохой расклад, но, черт возьми, Кенз. На этом видео ты выглядела сумасшедшей.

За последние несколько минут уже второй человек говорит мне это. Я промолчала. У него веские доводы.

— Другие не увидят твоей ненависти, но я видел. Я… — Он вздохнул в трубку. — Это вернуло меня назад. Ясно? Я не понимал, как сильно Паркер тебе навредил.

— Дело не в Паркере.

— Да, в нем. И во всем том дерьме, с которым тебе приходилось иметь дело в старшей школе. Я понял. И понимаю, почему ты не хочешь, чтобы люди знали о Блейке, или обо мне, или о дружбе с Раймондом Линде, или даже знакомстве с Шеем Коулманом. Это логично. Вот что я сказал себе. Я уже думал об этом, но только после видео до меня окончательно дошло. Это как удар по яйцам.

Я поморщилась.

— Обязательно было использовать эту метафору?

Он рассмеялся.

— Да. Что ж. Все сходится. Слушай, я рядом с твоим общежитием. Я хотел бы зайти и потусоваться с сестрой, но выбирать тебе. Сейчас я прячусь в кустах и выгляжу как отморозок, но сделаю все, что ты хочешь.

— А как же Кейси?

— Я отлучился в туалет. Собирался уйти с ними, но столкнулся со знакомыми парнями и захотел узнать планы на вечер. К тому времени, когда закончил говорить, трибуны опустели, и я подумал, что все ушли. И ушел через другой выход, потому что он ближе к моей машине.

— Я имею в виду, ты не беспокоишься о Кейси?

— Я больше беспокоюсь о своей сестре. Ты для меня важнее, чем едва знакомая девушка.

Я начала оттаивать.

— Спасибо. — Было приятно это слышать. — Прости, что вела себя как стерва.

— Да. Да. Плевать. Твоя стервозность может пригодиться. Это делает тебя бойцом, и раньше ты боролась за меня. Но можно мне войти? Каков твой вердикт?

— Эм, — комната вдруг показалась мне слишком маленькой. — Я сейчас выйду. Мы можем раздобыть еды или еще чего-нибудь.

— Звучит неплохо.

Мы договорились встретиться у его машины, и после того, как повесила трубку, я посмотрела на телефон. Нужно извиниться перед Шеем. Я должна позвонить ему, сказать, что сожалею. Не смогу. Я сидела и не могла заставить себя протянуть руку и снова поднять трубку. Потратив целых десять минут на попытки заставить себя сделать это, поняла, что не могу. Это висело надо мной, словно дамоклов меч, но я увижу его завтра. Нужно быть милее. Но на самом деле, чтобы помириться, надо попробовать извиниться и произнести слова, а я не знаю, как их сформулировать.

Я уже спускалась по лестнице к задней двери, когда со второго этажа вышла Кейси. В нескольких шагах от нее я остановилась. Убрала руку с перил и засунула ее в карман рубашки.

— Привет.

Она несколько раз моргнула. Расплетавшие одну из косичек руки упали. Она опустила глаза.

— Прости.

— А? — подняла она взгляд.

— Я сошла с ума из-за этого парня, и дело не только в тебе. — Я посмотрела в сторону. — По большей части речь шла не о тебе. — Нет. Неправильно. — Вообще, дело не в тебе.

Она фыркнула, усмехаясь.

— Ну и ладно. Это было потрясающе.

Мне не давали покоя слова Линде о моем брате. Я не знала, стоит ли говорить что-нибудь Гейджу или Кейси, но она здесь.

Ситуация становилась неловкой.

Она спросила:

— Ты уходишь?

— Да. Об этом…

— Прости. Я просто… ты видела, кто оттащил тебя от того парня? — Она едва скрывала волнение. — Шей Коулман. Шей Коулман, Кеннеди! — Она схватила меня за рукава, вытащила руки из карманов и потрясла ими вверх-вниз. — Не могу поверить, что Шей-гребаный-Коулман пришел мне на помощь. Умереть не встать. Сдохнуть!

Она отпустила меня и сделала вид, что обмахивается веером.

Точно. Ее спасение.

— Приятно видеть, что прежняя Кейси все еще здесь.

— Для Шея Коулмана? — Она подняла голову. — Черт возьми, да, — простонала она, прежде чем оглянуться. — Ладно, не совсем так. Я ни с кем не готова встречаться. От этой мысли мне хочется свернуться калачиком и блевать, но это — Шей Коулман. Даже монахиня сегодня потеряла бы голову. И он сказал тем парням, чтобы убирались, когда ты ушла. — Она снова принялась обмахиваться. — Они и слова ему не сказали. Ничего не сделали. Подняли своего друга и отнесли его на стоянку, а потом он проводил меня обратно. ОХ! Это лучшая часть. Он был очень мил и вел себя как джентльмен. Я потеряла голову. Просто в восторге.

Я уже поняла это. Может быть, эти штучки с Гейджем подождут.

— Приятно слышать.

Я посмотрела на входную дверь.

— Ты уходишь? Я шла к тебе. Мы идем поесть в кафе «Дулейн». Пойдешь с нами?

Двадцать четыре часа назад я бы упала в обморок. Кейси Винчем подходит к моей двери? Стучит? Приглашает меня поесть с ней и девочками? И я не запасной вариант для поездки? Я бы чувствовала себя так, будто меня приняли в компанию, но это было двадцать четыре часа назад. До того, как брат бросил меня, до того, как он сел рядом с моими друзьями, и до того, как у меня случился срыв с членом в руке.

Я покачала головой.

— Нет. Мне пора. Я собираюсь поесть с братом.

Ее глаза загорелись.

— Пригласи его с нами. Девочки знают, что он твой брат. Я рассказала им, когда он сидел с нами на футболе. Лора думала, что я тусуюсь с твоим парнем. Она видела вас, ребята, и подумала, что я нарушаю кодекс. Пришлось рассказать. Надеюсь, все в порядке?

Что-о-о-о-о-о-о-о-о?

Улыбка застыла у меня на лице.

— Конечно. Без проблем.

Че-е-е-е-е-е-ерт.

Мой телефон начал жужжать. Не составило труда понять, кто это. Без сомнения, Гейдж потерял терпение.

— Мне пора.

— Да. Хорошо. — Она отошла в сторону, чтобы я могла пройти мимо.

— Поболтаем сегодня вечером? Может, поделаем что-нибудь позже? Лора и Сара пойдут пить, но я думала о кино?

Я чуть не упала. Она приглашает меня на вечер кино.

— Да. Я зайду, когда закончу.

Вот такой вечер по мне.

Глава 16

Гейдж предложил сходить в кафе кампуса, но я фыркнула и отказалась. Поэтому он повел меня в небольшой паб в квартале от своего дома.

— Ты уверен, что меня впустят? — спросила я, когда мы вышли. Ему только что исполнился двадцать один год, но мне нет.

— Наверняка, — он обнял меня за плечи, сверкнув кривой ухмылкой, в которую влюблялись многие девушки. — Я просто скажу им, что ты моя девушка.

Я стряхнула его руку.

— Это отвратительно.

— Зато к тебе не станут приставать.

— А когда ты переспишь с кем-то отсюда, и она узнает, что я твоя сестра? — Бросила я на него взгляд. — Она подумает, что мы странные.

Засунув руки в карманы, брат рассмеялся.

— Верно, но будь готова. У меня здесь есть друзья. Тут всё не как в старшей школе. Они изо всех сил будут пытаться подкатить к тебе.

Я отмахнулась. Срыв с членом в руке еще не забылся. Я справлюсь.

Я ошибалась. Как же я ошибалась.

Гейдж только покачал головой и рассмеялся. Предупреждая меня, он оказался прав. Пришли его друзья. Кто-то отправился в «Дулейн», кто-то нет. Некоторые оказались постарше, но присутствовало несколько девушек моего возраста. Приближалось время обеда, и им разрешили войти, потому что в пабе подавали еду. Одна девушка объяснила, что именно так обходят возрастные ограничения. Они просто остаются, даже прячутся в туалете, если это необходимо. Я не знала правил, поэтому последовала примеру Гейджа. Скажи он, что пора уходить, я бы так и сделала.

Мы заняли кабинку в дальнем углу, чтобы он мог пить пиво, играть в бильярд, бросать дротики и перекусывать. Когда я играла против брата, действительно начали подходить ребята. Нет, они не приставали ко мне, но я не была готова к открытому интересу к тому, кто я, почему Гейдж не приводил меня раньше, и сколько мне лет. Больше всего спрашивали про возраст и почему я пряталась так долго. Гейдж только смеялся над моим выражением лица. Пришлось объяснить, что я запретила брату появляться в своей жизни, из-за чего меня посчитали сумасшедшей.

Некоторые девушки поняли. Большинству парней было все равно.

Один парень спросил:

— А если я увижу тебя в кампусе? Можно поздороваться?

— Если я буду одна.

Думая, что я шучу, он начал смеяться, но потом понял, что это не так.

— Ох. Ты серьезно?

Я зашла слишком далеко, но неважно. Гейдж — это одно. Шей тоже, но я дружу с Линде. В этом случае люди вряд ли будут использовать меня, чтобы добраться до него. То же самое и с этими ребятами. А девушки, которые давно знакомы с Гейджем, уже в хороших отношениях с ним. Когда меня представили как сестру, основная масса стала вести себя дружелюбно и лишь сказали, что мы похожи как близнецы. Никто не набивался мне в лучшие друзья.

Я даже начала подумывать о переосмыслении своих взглядов на отношения с братом. Но с Шеем, блять, нет. Люди охренеют, если узнают, что мы знакомы, ведь даже тот факт, что он звонил мне пару раз, заставит моих подруг потерять сознание. Нет, но с Гейджем — возможно. После обеда я наблюдала за ним, когда он болтал с кучей девушек.

И тут меня осенило. Им не нужно использовать меня, чтобы добраться до него. Он открыт, очень открыт для всех девушек. Не знала, что он мужчина-шлюха. Когда он с кем-то встречался, обычно я была в курсе. Он рассказывал о своих девушках, но не о подружках на одну ночь. В средней школе я знала об этой части его жизни слишком много, потому что не могла никуда деться от девочек. Мы учились в одном классе, но в колледже все по-другому. Он может каждый вечер приглашать домой новую девушку, и шансы, что я с ней не знакома, достаточно велики. Действительно велики. Очень велики. И по мере того, как тянулась ночь, я становилась все счастливее.

Потеряла счет времени и потеряла Гейджа.

Какие-то из его друзей сидели со мной в кабинке и угощали меня выпивкой. Никогда не пила много, но в ту ночь я сделала это. Может, дело в срыве с членом в руке или в том, что, как только начало циркулировать это видео, друзья брата узнали меня и стали защищать от людей, подходящих поговорить о происшествии. Ополовинив третью кружку пива, я получила прозвище Членодробилка. Будь я трезвой, это заставило бы меня уйти. Сейчас же рассмеялась и осталась, подумав, что Членодробилка — это весело.

Я напилась.

И не обращала внимания на мочевой пузырь, пока он не потребовал освобождения. Так как я сидела в дальнем углу кабинки, то постучала по девушке рядом со мной. Она и сидевший с краю парень выскользнули наружу.

Следовало поторопиться.

Я бросилась в ближайший туалет, моля о пустой кабинке. Ей оказалась самая маленькая, и я забежала в нее. Когда мыла руки и пыталась пригладить волосы, в туалет вошли две визжащие девушки.

Черт побери. У меня на голове творился кавардак.

— Кеннеди Кларк?

Я узнала этот голос. Слышала его сегодня утром.

Я посмотрела в зеркало. Да, это Бэкс (теперь Бекка) и еще одна девушка. В отличие от меня, они переоделись после футбольного матча. Больше косметики, свежий слой блесток на лицах и груди и облегающие платья. Бекка надела короткое платье с одним рукавом и ожерелье, глубоко свисающее в декольте. Длинные блестящие волосы свободно ниспадали на спину. Платье ее подруги было золотистого цвета и без рукавов.

На секунду я забыла о своем раздражении.

Опустив руки, обернулась.

— Вау. Ты хорошо выглядишь.

Она держала пиво, но посмотрела вниз.

— Спасибо.

Думаю, она забыла и о взаимной неприязни.

— А кто это? — спросила ее подруга.

Мы помнили друг друга.

Я зарычала.

Она сморщила нос.

— Это та девушка, о которой я тебе рассказывала, она учится в моем классе политологии.

— Она?

Презрительному отношению нужно научиться. Ее подруга справилась с этим.

— А где Эбби? — спросила я.

Бекка пивом указала за спину.

— Где-то там, — она рассмеялась. — Мы должны начать исследования сегодня вечером. Вся банда здесь.

Я замерла.

— Что?

— Да, — Бекка отошла в сторону, а ее подруга ворвалась в мою пустую кабинку. — Линде у стойки, а Шей только что вошел.

Она фыркнула и подошла к раковине рядом со мной, чтобы пригладить волосы. Одна воображаемая прядка, возможно, лежала не на месте. Совершенство было испорчено. Подождите. Она поправила прядь, и уф. Я почувствовала, как меня переполняет облегчение.

Снова все отлично.

Практически идеально.

— Я слышала, ты — знаменитость.

— А?

— Видео. — Ожидая, когда выйдет подруга, она потягивала свой напиток. Другая кабинка была занята. Когда я вошла, там кто-то заперся и оставался там до сих пор. — Где ты схватила парня за член, и не в порно-стиле.

— А, ну, да. Членодробилка.

— Что?

— Ничего, — нахмурилась я. — Линде и Шей здесь?

Она кивнула, оглядывая меня с ног до головы и делая еще один глоток.

— Кстати, об остальных старшекурсниках, что ты здесь делаешь? Как попала сюда?

Подставлять моего брата или нет? Я чувствовала себя легкой и пьяной. Выдала все как есть.

— Брат привел меня сюда поесть, — пожала я плечами. — Мы остались.

Она бросила на меня острый взгляд.

— Твой брат?

— Гейдж.

Я не собиралась ничего объяснять. Девушка задумалась. Если она догадается, ну, что поделать. Если нет, то слава мне.

Я не могла вспомнить, мыла ли руки. Лучше сделаю это снова.

Бекка молчала, но я чувствовала, что она наблюдает за мной. И тут ее подруга распахнула дверь кабинки. Вышла, покачиваясь и застегивая молнию на брюках.

— Твой брат — Гейдж Кларк?

— Фу, Лия. Спусти воду в туалете.

— О, — девушка сделала, как велели, и вернулась. Волнение не исчезло. Ее глаза блестели, а лицо раскраснелось. — Гейдж Кларк. Верно?

Бекка не двинулась с места. Она стояла рядом с подругой и смотрела на меня.

Я пожала плечами.

— Разве ты не собиралась помыть руки?

— Гейдж Кларк — твой брат?

Никто не пошевелился.

— Я только что сказала тебе это, — ответила я Бекке.

— Почему ты сразу ничего не сказала?

— С какой стати?

Она застыла с открытым ртом.

— Потому что Гейдж Кларк — горячий парень! — перевела ее подруга.

— О, — закатила я глаза, жалея, что не захватила с собой выпивку. — Посмотри. На. Себя. Я об этом помалкиваю, потому что теперь ты станешь со мной любезничать, а я знаю, что это будет игра.

— Игра?

— Ты притворяешься. Мой брат либо будет спать с тобой, либо нет. — Я ударила себя в грудь и откинулась на раковину. — Я не имею к этому никакого отношения. Совсем. — Я едва не упала в другую сторону, но спохватилась и указала на пиво Бекки. — Ты собираешься это пить? Или уже напускала в него слюней?

— Что?

Подруга выхватила пиво у нее из рук и протянула обратно.

— Меня зовут Лия. Когда будешь говорить с ним, расскажи, какая я хорошая. — Она указала на Бекку. — Это она стерва, а не я. Я милая. Скажи ему.

— Я не собираюсь запоминать твое имя. Я уже забыла.

— Лия.

— Что?

— ЛИЯ!

— Не собираюсь запоминать.

Я отодвинулась от раковины, чтобы посмотреть на Бекку, хотя с того места, где стояла, ее было хорошо видно.

— У твоей подруги есть что-то к моему брату?

Она фыркнула, входя в кабинку. Наконец-то.

— Половина кампуса неравнодушна к твоему брату.

Она ухватилась за самый верх дверцы кабинки и с твердым и решительным щелчком захлопнула ее. Подруга наклонилась вперед, улыбаясь мне.

— Лия. Меня зовут Лия.

Мне было все равно. Я бы назвала ее сукой. Сука и Членодробилка. Достойно надписи на футболке.

Я повернулась, чтобы уйти.

Подруга снова что-то говорила, Бекка что-то выкрикивала, но я их не слушала. Я махнула рукой, прощаясь с обеими, и вышла.

Едва сделала несколько шагов, как почувствовала это. Атмосфера в баре изменилась.

Народ был взбудоражен. Я нахмурилась, не понимая, что случилось. Возможно, людей стало больше… В то же время в них чувствовалось нетерпение, смешанное с легкой истерикой. Я напилась. Если я почувствовала это, будучи в стельку, должно быть, все очень плохо.

Направилась к своей кабинке. Друзья Гейджа все еще сидели там, а на мое место втиснулся незнакомый парень.

— Эй!

В ответ раздались радостные возгласы:

— Это Членодробилка.

Я покачнулась на ногах, держась за стол.

— Что случилось?

Двое из них начали вставать, говоря:

— Ты можешь занять мое место.

— Нет-нет. — Замахала я в ответ. Мне нужно было протрезветь. Нельзя больше сидеть и пить. — Я в порядке. Стоять удобно. Имею в виду, возле бара. — Я указала рукой вокруг. — Я чувствую что-то необычное.

— О, — поняла одна из девушек. — Пришел Шей Коулман.

Ясно. Теперь все обретало смысл.

Я резко повернула голову.

— Где он?

Сейчас самое подходящее время, чтобы извиниться. Я могла бы сделать это в баре, а потом ускользнуть. Извинилась бы на ходу. Он никогда не поймет, что произошло, и завтра я смогу вернуться к нормальной жизни. Мне необязательно быть милой.

— Что?

— Коулман. Где он сейчас?

Я прищурилась, чтобы увидеть остальную часть бара. И не смогла. Наш угол забит буквально битком, а у двери располагалась еще одна секция. В той части помещения можно было только стоять. Придется приложить больше усилий, чем я думала.

— Ты знаешь Коулмана?

— Она не знает Коулмана.

Я не поняла, кто это говорит, поэтому снова спросила:

— Где он?

— Наверное, там, где всегда сидят футболисты.

Посмотрела на парня, который это сказал.

— Я никогда в жизни здесь не была. И понятия не имею, где это.

Одна девушка встала и взяла меня за руку.

— Я тебе покажу.

— Подождите, — помахал нам парень. Он наклонился вперед, крича так, чтобы мы могли лучше его слышать. — Что ты делаешь? Ты собираешься с ним поговорить или что?

Девушка начала смеяться.

— Она не знает Коулмана. Наверное, хочет встретиться с ним или что-то в этом роде.

Я кивнула. На самом деле ее слова не совпадали с моими планами.

Я сказала:

— Мне нужно извиниться перед ним. Я вела себя как стерва. — Мелькнула мысль, что в этот момент я что-то нарушила. Подождите. Мои правила. Почему снова вспомнились эти правила? Я же все забыла. Поэтому добавила: — И я должна сказать ему, что Лаэль передает привет.

— Ты знаешь Шея Коулмана? — с сомнением в голосе спросил парень.

Девушка все еще смеялась. Она понятия не имела, что происходит.

— Я учусь с ним в одном классе. Все хорошо. Я его не преследую.

Я вздрогнула от этих слов и, пока девушка тянула меня в огромную толпу в баре, не могла избавиться от мысли, насколько преследователь может контролировать жизнь. Он сам выбирает, когда и что сказать. Выбирает, когда подойти, когда посмотреть, когда отступить. У него полный контроль.

Это чертовски жутко.

Никогда не хотела быть преследователем. Почему я об этом думаю?

Девушка все еще шла впереди. Мы попали в секцию без столиков, и чтобы продолжать движение, пришлось буквально проталкиваться через толпу. Едва мы преодолели полпути, девушка спросила, обернувшись через плечо:

— Ты хочешь увидеть своего брата? — Она кивнула направо. — Он в углу с какими-то людьми.

Я покачала головой. Я напилась. Скорее всего, он тоже. Наклонилась ближе и крикнула:

— Он, наверное, забыл, что я здесь. Я в порядке. Вперед к футбольной звезде!

Она рассмеялась и медленно двинулась вперед. Потом что-то увидела и повернула туда, где находился мой брат.

Я потянула ее за руку.

— Нет. Я не хочу видеть брата.

Слишком поздно.

Она практически распихала толпу парней, и, вуаля, волны расступились передо мной. Или пара человек отошли в сторону, и я мельком увидела столик в углу. Гейдж и его друг разговаривали с Шеем. Узнав еще одного парня из нашего класса политологии, я поискала взглядом Линде. И не смогла его найти. Бэкс упоминала, что он тоже пришел. Хотелось поговорить и с ним.

Но хорошего понемножку. Пришло время извинений.

Девушка, которая вела меня, начала показывать пальцем, и я кивнула. Потихоньку обогнала ее.

— Что… — Она попыталась схватить меня и оттащить назад.

Я уклонилась, проталкиваясь вперед, пока не оказалась за столом.

Гейдж стоял с поднятым вверх пальцем. С открытым ртом. Он явно произносил речь, и я узнала все признаки большой истории. Увидев меня, брат замер и приоткрыл рот еще на несколько сантиметров. Он выругался, повернувшись ко мне лицом.

— Я и забыл, что ты здесь.

Я фыркнула и схватила его за поднятый палец. Попыталась повернуть его, но брат отдернул руку.

— Это не проблема, — сказала я.

Затем встала между ним и Шеем. Там оставалось немного места. Гейдж стоял у края стола, а Шей прислонился к стене. Кто-то еще мог встать между ними, но пространство оказалось не занятым. Словно охраняемая территория, учитывая, насколько тесно стояли все остальные. Особенное уединенное место.

Территория Шея. Никто не собирался вторгаться на нее. Кроме меня. У меня с этим не возникло проблем. Встав на это место, я хлопнула брата по плечу.

— Ты выиграл приз лучшего брата всех времен. — Я рассмеялась. — Просто пошутила. Если бы Блейк был здесь, он бы надрал тебе задницу.

Гейдж потерял дар речи.

Я повернулась к Шею, который казался таким же онемевшим. Его широко раскрытые глаза были прикованы ко мне.

Я придвинулась, прижала руки к его груди и улыбнулась.

— И ты. Я должна извиниться. Я вела себя как стерва, и мне очень жаль. Не знаю, почему я всегда веду себя с тобой как сука. Ты хорошо ко мне относишься, или… — Я поджала губы, думая об этом. — Иногда ты добр ко мне. А иногда можешь быть мудаком.

Он стряхнул оцепенение. Оглядел бар, обнял меня за талию и притянул к себе. Наклонившись, прошептал мне на ухо:

— Ты пьяна?

Я кивнула.

— Определенно.

Он не отрывал губы от моего уха.

— Тебя сюда привел брат?

— Конечно, он.

— С кем, черт побери, ты тогда пила? — Он откинулся назад, сверля меня взглядом. Затем стиснул зубы. — Твой брат разговаривал со мной. Где была ты?

У меня отяжелела голова, но я нахмурилась и отодвинулась, чтобы лучше его видеть.

Он выглядел разозленным. Взбешенным. На его шее пульсировала вена.

Я качнула головой в сторону брата.

— Почему он злится? Я просто извинилась.

Рот Гейджа все еще был открыт. Какое-то подозрение мелькнуло на его лице, когда он попеременно смотрел на нас с Шеем. Он покачал головой.

— Не знаю, Кенз.

Скользнув взглядом по столу, брат придвинулся ближе и почти заслонил нас. Справа от стола Шей облокотился на стену. Я стояла лицом к нему, слева от стола, а брат подошел, чтобы закрыть нас.

Он опустил голову.

Шей буквально допрашивал его.

— Где была твоя сестра, пока ты находился здесь? С кем она пила?

Он крепче сжал мое бедро.

В голове жужжало, перекрывая шум в ушах. Что-то пошло не так. Неправильно. Я что-то должна была сделать, но что именно, не могла вспомнить.

Я вдруг устала, а мои веки начали опускаться. Чтобы прогнать эти мысли, пришлось покачать головой. Я не хотела спать, пока еще нет.

— Кенз.

Гейдж придвинулся ближе.

Я огляделась по сторонам. Наш небольшой кокон уменьшился. Люди подошли ближе. На их лицах застыло голодное выражение. Одни выглядели шокированными. Другие — злыми. Я заметила Линде. Он шел к нам, плотно сжав губы. Девушка, которая привела меня, казалось, приросла к месту и слегка приоткрыла рот.

Вот что было не так. Жужжание усилилось. Это из-за меня. Я что-то нарушила, но не могла вспомнить, что именно.

— Кенз, — снова заговорил Гейдж, пытаясь привлечь мое внимание.

— Что?

— С кем ты сейчас была?

— С твоими друзьями, в кабинке, где мы ели.

Он выругался, на мгновение опустив голову.

— Кто эти друзья? — спросил Шей, все еще сжимая челюсти.

Гейдж покачал головой.

— Я не помню. Ей нужно идти домой.

— Нихрена себе, — прищурился Шей, глядя на него. — Ты тоже напился.

Я не понимала, что происходит.

— Нет. Я не хочу возвращаться домой. Наконец-то мне стало весело.

Шей перевел на меня горящий взгляд.

— Ты несовершеннолетняя и пьяная. Ты не останешься.

Я начала отклоняться назад, но он напряг руку. Кем он себя возомнил? Он отрицательно покачал головой.

— Нет. Я не спорю с тобой. Это не обсуждается. Ты отправляешься домой.

Он уловил движение рядом с нами и поднял голову.

— Я отвезу её домой, — Линде протиснулся ближе, потянувшись ко мне. — Кларк? — Коснулся он моей руки.

Я не понимала, почему все так злятся. Посмотрела между ними.

— Я в порядке. Хорошо провожу время. Не понимаю, в чем проблема.

Гейдж застонал.

— Я облажался.

Шей проигнорировал его и обратился к Линде:

— Ты трезвый?

Тот покачал головой и убрал руку.

— Нет. А ты?

— Я тоже слишком много выпил. Мне скоро ударит в голову. — Он притянул меня ближе, склонившись к моему уху. — Я вызову такси. И поеду с тобой в общежитие.

Я повернула голову так, что мои губы оказались в нескольких дюймах от него. Он немного отодвинулся, чтобы видеть меня, и таким образом наши губы стали еще ближе друг к другу. Между нами оставалось небольшое пространство. Я не полностью опиралась на него, но начала задаваться вопросом, почему бы и нет? Мы придвинулись друг к другу настолько близко, что становилось жарко. Я забыла, что собиралась сказать.

— Ты не хочешь, чтобы я была здесь?

Его глаза потемнели.

— Дело не в этом, — он поднял руку к моему лицу, а потом, выругавшись, опустил ее. Затем выпрямился, отстранился и повысил голос: — Если тебя здесь поймают, у тебя будет куча неприятностей. Все, кто знает, что ты здесь, согласятся с этим. Ты должна уйти.

Я почувствовала острую боль в груди. Логично. Я повернулась к Гейджу и Линде.

— Я не хочу, чтобы у вас из-за меня были неприятности. Простите.

Линде покачал головой, но Гейдж повернулся к Шею.

— Оставайся. Она моя сестра. Я отвезу ее домой.

Шей проигнорировал его, спросив Линде:

— Ты можешь вызвать такси?

Тот кивнул, вытаскивая телефон. И указал на дверь черного входа, у которой мы стояли.

— Это может занять некоторое время. Сегодня много народа. Я заставлю его подъехать туда. Вы, ребята, можете просто улизнуть.

Шей кивнул и убрал руку с моей талии, но другую оставил на бедре. Зафиксировав меня на месте, он напряг руку, сжимая немного сильнее. И снова притянул меня к себе. Жужжание нарастало, захватывая власть. Я покачала головой, пытаясь рассеять туман, который образовался вокруг Шея.

Нельзя прислоняться к нему и притягивать эти губы к своим. На то имелась причина, но я быстро ее забыла. Я находилась в баре. Нас окружали люди, а он был таким теплым. Таким заботливым. Опасным. На один миг я очнулась. Этот парень — капитан футбольной команды. Он всем заправляет и не позволяет мне увидеть эту его сторону, но я не волновалась. Мне ничего не угрожает. Все произошло из-за меня, потому что он собирался заботиться обо мне.

Я затрепетала, желая его, почти нуждаясь в нем. Но нет. Здесь мой брат. Здесь люди. Пытаясь держать себя в руках, я подняла глаза и тут же почувствовала себя пленницей. Его взгляд отражал тот же острый голод, и я почти застонала, быстро языком облизнув губы. Его глаза уловили движение, и клянусь, что услышала ответный стон. Он немного сдвинулся. Взяв себя в руки, удержал меня на месте.

Мы просто стояли и ждали, стараясь не наброситься друг на друга.

Видимо, в пабе все еще подавали еду, потому что нам принесли пиццу. Я не собиралась ничего есть, но Шей сверкнул на меня глазами.

— Тебе нужно поесть. Чтобы протрезветь.

Ну, раз ты так настаиваешь. И мой рот снова наполнился слюной. Почему после выпивки все стало намного вкуснее?

Когда я доела второй кусочек, почувствовала мягкое прикосновение к руке. Гейдж одарил меня грустной улыбкой. Наклонился ближе.

— Я не знал об этом.

Я посмотрела на Шея. Он отвернулся. Я не была уверена, слышал ли он. Музыка заглушала все звуки, но он находился достаточно близко. И мог бы услышать. Как бы то ни было, он вел себя, словно это не так. Шей давал нам с братом некоторое уединение.

— Ничего страшного, — сказала я Гейджу.

Нахмурившись, брат склонил голову набок.

— Ты серьезно?

Я уже начала вспоминать о проблеме. Я сама себя выдала. Теперь люди знают, с кем я знакома. Вместе с нахлынувшим осознанием росла паника, и я не могла остановить ее. Все уже произошло. Я стояла в очень узком и защищенном кругу парней, о существовании в моей жизни которых не должны были знали посторонние.

Даже понимая, какие проблемы это может вызвать, у меня не было желания вырываться из рук Шея. Это прикосновение, объятие дразнило меня. Желая большего, посмотрела на его лицо, на его губы.

Они идеальны, особенно когда они на мне.

Почувствовав мое внимание, губы Шея дернулись в усмешке.

Голод, желание и первобытная потребность переполняли меня. Я начала наклоняться к нему, но он снова напряг руку, удерживая меня и не позволяя отодвинуться дальше.

Линде наклонился к моему брату, что-то сказал, а затем показал Шею телефон.

Гейдж повернулся ко мне.

— Ваше такси прибыло. Я поговорю с тобой завтра.

Я кивнула, понимая, что не хочу этого.

Отлипнув от стены, Шей развернул меня. Положив руки на мою талию, он начал толкать меня вперед. Мы двинулись через толпу. Хоть между нами и дверью стояло не так много людей, все равно это заняло несколько минут. Оглянувшись, я помахала Линде, и тот кивнул мне в ответ. Затем повернулся и обхватил рукой талию девушки, которая вела меня к их столику. Она что-то сказала, и он наклонил к ней голову, чтобы лучше слышать. Гейдж тоже помахал рукой, но глаза его были печальны.

Я вздохнула.

Шей обошел меня и открыл дверь.

Все еще чувствуя его руки на себе, я вышла и убедилась, что дверь закрылась прямо за нами. Он повел меня позади машины так, чтобы нас никто не заметил. Едва мы это сделали, дверь снова открылась. Наружу выглянул охранник. Осмотрев тротуар, он нахмурился и вернулся обратно.

Шей находился так близко, что я чувствовала тепло его тела.

— Нельзя пользоваться этой дверью. Она на крайний случай. Они думают, что кто-то пытался проникнуть.

Логично. Попытавшись сказать ему это, поняла, что горло перестало работать. Все перестало работать, даже мозг. Я повернулась спиной к машине и посмотрела на Шея. Его глаза казались почти черными, и стало понятно, что он испытывает ту же потребность, что и я. Я чувствовала это на своем бедре. Наклонившись, провела рукой по выпуклости на его джинсах.

Он судорожно выдохнул и закрыл глаза.

— Ты пьяна.

Моя рука обвилась вокруг него и немного сжала.

— Не настолько пьяна, — пробормотала я хриплым голосом. Быстро протрезвев, шагнула ближе, касаясь его тела своим, и подняла глаза, большим пальцем поглаживая его через джинсы. — Давай лучше поедем к тебе.

Прикрыв глаза, он застонал, а потом вспыхнули огни, и у боковой двери, из которой мы только что выскользнули, остановилась машина. Он выругался и взял меня за руку.

— Вот и такси. Ну же.

Глава 17

Мы сели в такси, и Шей назвал водителю свой адрес.

Он опустился рядом со мной, наши пальцы переплелись, и я не понимала, что творю. Сердце бешено колотилось. Казалось, все тело воспалено. Наши бедра соприкасались, и он повернулся ко мне лицом. Губами коснулся моего лба, а наши руки переместил мне на колени, прижав к ногам. Тыльная сторона его ладони слегка касалась того места, где у меня пульсировало сильнее всего.

Хотелось передвинуться, потянуть его руку немного ниже, но не хватило смелости. Этим вечером я не настолько решительна. Во всяком случае, пока.

Слегка усмехнувшись, я подняла глаза.

И как только встретилась с его выжидающим взглядом, губы Шея оказались на моих. Или, может, мои на его. В любом случае, это было именно то, в чем я нуждалась. Он поднял меня, заставив оседлать его, и мы целовались всю дорогу домой. Шей не трогал меня в неподобающих местах. Мы не раздевались, хотя я запустила руки ему под рубашку, заставив вздрогнуть. Я прервала поцелуй, чтобы отдышаться, но боже милостивый, у него просто потрясающий торс. Потом он потянул меня назад, и мы снова поцеловались.

Несколько раз он останавливался. Я не понимала почему, пока в какой-то момент не заметила, что он наблюдает за водителем. Через секунду Шей снова целовал меня, пока мы не подъехали к его дому. Он заплатил за такси, взял меня за руку и потащил к задней части здания.

— Кто-то из парней остался.

Он указал на окна гостиной, в которых виднелся свет от работающего телевизора. Остальная часть дома казалась тихой и темной. Мы пересекли задний дворик, но вместо того, чтобы направиться к двери, которой пользовались в прошлый раз, Шей направился к дальней двери слева.

Он открыл ее своим ключом, и я с удивлением заметила, что наверх ведет еще одна лестница. Она отделялась от остальной части дома, словно отдельный блок. Справа от нас находилась дверь, которая, как я предположила, вела на кухню и в главный дом.

Шей включил свет, чтобы я могла видеть, а затем отступил назад, позволяя мне идти первой. Он снял ботинки у двери, запер ее, а затем снова положил руки на мои бедра.

Поднимаясь по лестнице, я остановилась и прислонилась к нему спиной. Он губами скользнул по моей шее, задержавшись на подбородке, а я повернула голову к нему, и мы снова поцеловались, отчего наружу вырвался стон. Я могла бы просто остаться так. Собственно, я даже повернулась к нему.

И почувствовала, как он улыбается мне в губы.

— Что ты делаешь?

Я обхватила его руками и подпрыгнула, закинув ноги ему за спину.

— Понятия не имею.

После чего снова поцеловала его, понимая, что это правда. Я действительно не понимала. Моему разуму, в отличие от тела, не нравился Шей, но в данный момент я слушала только тело. Я исполняла все его желания: держалась за парня, терлась об него, целовала, проводила руками по его волосам и собиралась продолжать в том же духе.

— К черту все, — прорычал он, приподняв меня выше, сомкнул руки под задницей и пронес меня остаток пути до задней спальни, где рухнул на кровать.

Он один раз отстранился, чтобы закрыть дверь и запереть ее. Потом вернулся, пока я лежала на кровати, глядя на него снизу вверх. Лунный свет осветил его лицо, и я сглотнула.

Шей — самое прекрасное существо, которое я когда-либо видела.

— Иди сюда, — сказала я хриплым голосом.

— Ты уверена?

Я кивнула. Хотя была вообще не уверена.

Он упал на кровать, нависнув надо мной и опираясь на руки. Несколько долгих минут Шей осматривал меня с ног до головы. От этого мне стало еще жарче. Я начала извиваться, желая его, нуждаясь, чтобы он удовлетворил пульсацию между моих ног.

Он остановился, встретился со мной взглядом и лег на бок. Шей приподнялся и нежно провел ладонью по моей щеке. Большим пальцем коснувшись моих губ, он тихо спросил:

— Ты уверена в этом? Точно?

— Да.

Повернув голову, я посмотрела ему прямо в глаза. Наши губы застыли в нескольких дюймах друг от друга.

— Почему? Ты ведь меня ненавидишь.

Я покачала головой.

— Прямо сейчас — нет.

— Но завтра будешь.

Коснувшись его щеки, я снова покачала головой.

— Я возненавижу тебя, если ты не прикоснешься ко мне.

Он застонал, пока в его взгляде тлел огонь.

— Тогда, да поможет нам Бог.

И он снова подарил мне поцелуй, которого я так жаждала.

Требовательный. Властный. Всепоглощающий. Я отвечала на каждый его призыв: задохнулась, когда, скользнув вниз по моей груди, он погладил живот и засунул руку мне под рубашку, и тяжело дышала, когда он приподнялся, и снова обвила руками его шею, чувствуя, как он медленно опускался, пока его вес не оказался на мне.

Черт побери. Это казалось таким правильным.

Мы целовались, наши губы слились вместе, а его язык проскользнул в мой рот. Я ответила на поцелуй, и последовала совершенно другая битва, когда он расстегнул мой лифчик и поймал одну грудь ладонью. Шей обхватил ее, большим пальцем потер сосок, заставляя меня дрожать. Я провела кончиками пальцев по его спине, по боку и с удовольствием подметила, как он задрожал от моего прикосновения. Возвращая должок, я задрала его рубашку, заставляя прервать поцелуй, чтобы освободить его от одежды.

Потом он снова оказался на мне, кожа к коже, губы к губам, и я могла бы лежать так часами. Мы делали это прошлой ночью, но сейчас все ощущалось совсем по-другому. Это было нечто большее. Мне нужно было нечто большее. Он хотел большего, и именно это мы и делали.

— Черт возьми, — простонал он, отстраняясь только для того, чтобы начать целовать мои горло, грудь, а затем и один из сосков.

Я задыхалась, хватаясь за него, словно он мой якорь.

Шей усмехнулся, и его дыхание стало еще одной чувственной лаской, а потом языком прошелся по моему соску. Затем он приступил к другому и начал то же самое. Попробовал на вкус. Провел по нему языком и наслаждался тем, как я задыхалась при каждом облизывании, каждом укусе, каждом прикосновении ко мне. Продвигаясь вниз, он боготворил мое тело и задержался на животе, когда руки добрались до края моих джинсов. Шей нашел кнопку и посмотрел мне в глаза, ожидая разрешения. Закусив губу, я кивнула в знак согласия, и его пальцы медленно расстегнули сначала ее, а затем и молнию на моих джинсах.

Он запустил руку в трусики, нащупывая киску, а затем скользнул пальцем внутрь.

Я выгнула спину, желая, чтобы он вошел глубже. Шутки в сторону.

— Пошевели пальцем, или я сойду с ума, — прохрипела я.

Он рассмеялся и наклонил голову, чтобы поцеловать меня в живот, и начал входить и выходить. Его пальцы продолжали толкаться. Я двигалась, подстраиваясь под его ритм, и через некоторое время он скользнул вторым пальцем, а затем и третьим. С каждым толчком он входил все глубже, и клянусь, я уже почти чувствовала его в своем животе. Затем он выходил и начинал все сначала.

Я едва не ослепла от удовольствия, продолжая задыхаться и двигаться вместе с ним. Но он не ускорил темп, установил свой собственный, довольный тем, что я схожу с ума. В какой-то момент он поднял глаза и с нежностью, которую я никогда раньше не видела, улыбнулся. Эта медленная улыбка сломала меня.

Я шагнула через край и задохнулась, когда кульминация настигла меня.

Я не понимала этого взгляда. Глубокий, он задевал что-то во мне, что-то, чего я не испытывала раньше. И речь шла не о теле или физических ласках. Я не осознавала этого, но, когда он вытащил свою руку и двинулся дальше вверх по моему телу, потянулась к его губам.

Этот поцелуй вышел другим.

Медленным. Нежным. Особенным.

От него сжимались пальцы. И это показалось самым естественным в мире, когда он потянулся за презервативом. Достал один, а затем помог мне стащить с себя оставшуюся одежду. Его оказалась на полу рядом с моей, и Шей поднялся надо мной и помедлил у моей киски. Там, где совсем недавно побывали его пальцы. Я была более чем готова ко всему остальному, и с новым поцелуем он ртом потянулся к моему плечу и вошел внутрь.

Как же хорошо.

Он растянул меня и подождал, пока я привыкну к нему, прежде чем начал толкаться. Туда и обратно. Он двигался во мне, и я двигалась вместе с ним. Именно этого я и хотела, и это было так правильно.

Я схватила его за плечи, впиваясь ногтями, и когда он вошел, провела ими вниз по его коже, пытаясь заглушить нарастающий в горле крик.

Я так и лежала с открытым ртом, пока он продолжал двигаться, входя и выходя, все глубже и глубже, в устойчивом темпе, словно накатывающие волны, а затем ускорился.

— Шей, — я всхлипнула, нуждаясь в чем-то, что не могла сформулировать.

Его губы нашли мои, и он остановился, вжимаясь в меня. Боже мой, как мне было хорошо. Шей приподнялся, выходя из меня, но только чтобы снова скользнуть внутрь. Он вошел так же глубоко, как и пальцами, и я почувствовала, что на грани. Все тело подрагивало, давление нарастало, но Шей вытащил член и перевернул меня. Наклонился над моей спиной, скользнув обратно внутрь, и я повернула голову. Наши губы встретились, и мы на время застыли в таком положении.

Он начал вколачиваться в меня.

Я ахнула, выгибаясь навстречу.

Шей наклонился, притянул ближе мои бедра и задвигался все резче и резче.

Достигнув пика, я упала на кровать и почувствовала, что его рука скользит по моей спине. Шей нежно поцеловал меня и кончил.

Мы не двигались. Я потянулась к нему. Он нависал, положив руку на мою задницу, а потом склонился, коснувшись губами моего плеча, и отстранился, падая на кровать рядом со мной.

Я тяжело дышала. Он тоже.

Шей сжал руки вокруг моей талии, обнимая сзади. Он лежал рядом, прижимаясь всем телом и крепко обнимая меня. Я лежала, преодолевая дрожь оргазма, пока Шей осыпал мое обнаженное плечо медленными, ленивыми поцелуями.

Через мгновение, когда наше дыхание пришло в норму, он просунул свою ногу между моими и уткнулся лицом мне в плечо.

— Итак, — он нежно поцеловал меня в шею. — Мы это сделали.

Я рассмеялась и похлопала его по руке, лежащей под моей грудью.

— И что мы сделали?

Он усмехнулся, и я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением.

— Что-то вроде этого.

Шей лег на спину, ослабив хватку, и я перевернулась на бок лицом к нему. Я положила руку ему на грудь, и он смотрел мне в глаза, пока его рука не нашла мою.

— Я не жалею об этом, — пробормотала я.

Он обхватил мой палец своим.

— В самом деле?

Я кивнула: больше не могла обманывать себя. Не после того, как мы целовались в шкафу, потом в кровати, и не после того, как я практически умоляла его об этом в баре.

— Я коснулась твоего стояка. — Голос мой стал хриплым.

Он начал смеяться, еще сильнее прижимаясь ко мне.

— Да.

— Это самая знаменательная и запоминающаяся часть ночи. — Я ухмыльнулась.

Шей поднял голову.

— В самом деле?

Не совсем так.

Я кивнула.

— Несомненно. Я стала определением распутной девки. — Он снова рассмеялся, а я продолжила: — Могу представить себе все истории, которые начинаются с «в тот день, когда она коснулась моего стояка», или «в тот день, когда я коснулась его стояка», «в тот момент, когда моя рука коснулась его джинсов, и член раздулся под ними», или даже… — Теперь я смеялась. — Я положила на него руки, прямо поверх джинсов, и он встал. Он ответил на мой зов. Я крикнула: «Выходи, твердый пенис, и отвечай на призыв миледи. Мои бедра взывают к твоему прикосновению. Ты должен внять и подарить массу удовольствия».

Все еще смеясь и обнимая, Шей каким-то образом обвился вокруг меня всем телом. Я снова легла на спину, а он перестал смеяться и резко приподнял голову. Посмотрев на меня сверху вниз и приподнявшись на локте, он поймал несколько прядей и заправил их мне за ухо, позволив своей руке задержаться там, нежно удерживая меня.

Он вдруг посерьезнел.

— Я хочу продолжать это делать.

Моя ладонь опустилась на его лицо.

— Трахать меня сзади?

Он ухмыльнулся и снова серьезно посмотрел на меня.

— Нет. Это, чем бы это ни было. Не будем говорить об этом, если ты не хочешь.

Я застонала.

— Прошу, не надо. Я, как правило, становлюсь стервой, когда приходится обсуждать ситуации. — Я немного протрезвела и перестала шутить. — Я не буду с тобой встречаться. — Он бросил на меня острый взгляд, а я добавила: — Но с этим все в порядке. — Боже милостивый, мое тело уже оправилось от удовольствия. Новая потребность росла, но я старалась не обращать на нее внимания. — Возможно, мы обсудим это, когда в планах появится что-то большее, но пока что никаких серьезных разговоров.

Он покачал головой, ухмыляясь.

— Ты как эротический сон парня. Понимаешь это?

Я улыбнулась и пожала плечами.

— Мне нравится думать, что я сама себе эротический сон.

Он застонал, его губы снова нашли мои. Через мгновение он отстранился.

— Ты уверена в этом?

Момент истины? Я сказала:

— Нет, — его глаза встретились с моими, и я уточнила: — Но сейчас мне все равно.

Я схватила его за затылок, нашла его губы своими, и вскоре мы оба снова застонали.

Глава 18

Лестница заскрипела под моим весом, и я остановилась в тридцатый раз за это утро.

— Что ты делаешь?

Я глубоко вдохнула и подняла глаза. Шей стоял на верхней ступеньке, с голым торсом и в спортивках, так восхитительно низко сидевших на его бедрах. Мне удалось улыбнуться.

— Испытываю новый термин под названием «лестница стыда». — Усмехнулась я. — И собираюсь вызвать такси, чтобы избежать этого.

Он застонал, лениво почесывая грудь.

— Тащи сюда свою симпатичную задницу. Сейчас я переоденусь, и мы пойдем завтракать. А потом я отвезу тебя домой.

— Твой джип дома?

Он кивнул, зевая.

— Вчера вечером меня подвезли в бар, — Шей сделал мне знак следовать за ним. — Ну же. Душ мне бы тоже не помешал.

Я пошла следом и каким-то образом оказалась в кабинке вместе с ним, схватившись за душевую насадку, когда десять минут спустя Шей входил в меня.

Я ахнула и, когда он переместил руки, удерживая меня в вертикальном положении, сжала ноги вокруг его талии.

После чертовски охренительного оргазма ноги совершенно не держали меня, и я повалилась спиной на кровать.

— Твой член вышел из меня, и, клянусь, я чувствую себя обделенной.

Шей громко рассмеялся и полез в шкаф. Вытащил двое спортивных штанов и пару рубашек. Бросил мне толстовку и пару черных брюк поменьше.

Я спросила:

— Что это?

— Я веду тебя завтракать. Подумал, что ты не захочешь носить вчерашнюю одежду.

Шей был прав. От меня непонятно чем пахло. Я приподнялась на локтях, чтобы увидеть, как он натягивает штаны и свитер, и застонала, падая обратно.

— Ты собираешься погубить меня? Я в этом уверена.

Он рассмеялся, швырнув в меня лифчик и трусики.

— Тебе это нужно?

Я схватила их и сморщила нос. От них несло дымом из бара, но мне придется это сделать. Не хотелось выглядеть как попало. Сев, я начала одеваться.

Казалось, все тело воспалено. Я не чувствовала себя так со времени тяжелых тренировок в выпускном классе. Эффект был схожим, даже болело в тех же местах, но это того стоило.

Через несколько минут мы уже спускались по лестнице, и Шей объяснял, что на одном этаже с ним живут еще несколько футболистов. Дом разделили так, что каждый этаж стал похож на отдельную квартиру, а на первом располагались большая кухня и гостиная. В то время как некоторые могли использовать второй этаж или гостиную третьего, первый этаж был основным центром дома.

Когда мы спускались по лестнице, я спросила:

— А ты на каком этаже?

Он рукой коснулся моей талии.

— Мы на третьем. Меньше комнат и больше уединения.

Мы подходили к двери, соединяющей лестницу с первым этажом и кухней. Я услышала мужские и женские голоса, а также звон посуды и скрип стульев по полу. Кто-то приближался к нам, и, едва мы дошли до конца, Шей наклонился и щелкнул замком на двери. Ручка повернулась, и мы услышали:

— Кто запер дверь?

Шей подтолкнул меня наружу, и мы поспешили.

Как только с подъездной дорожки вышли на улицу, он объяснил:

— Не хотелось слушать насмешки этим утром.

Я пожала плечами. Меня это вполне устраивало.

Он схватил меня за руку и повел к своему джипу. Через пятнадцать минут мы уже входили в небольшую закусочную.

Я понимала, что мы должны поговорить по-настоящему, но не хотела. Я знала, кто этот парень. Он — звезда колледжа, и он переспал со мной. Для парня вроде него ненормально быть с девушкой вроде меня, но так уж вышло. Возможно, с самого начала я возненавидела его, потому что понимала, к чему все идет, или потому, что чувствовала, что он повлияет на меня. Или, может быть, это действительно случилось потому, что он напоминал мне Паркера.

Я склонила голову, рассматривая его…

Шей поднял глаза от меню.

— Что случилось?

— Ничего.

И это был ответ на мой мысленный вопрос. Ничего. Я не могла найти в нем ничего схожего с Паркером, кроме того, что он последний парень, побывавший у меня между ног. Считается ли это? Может это и стало причиной моей неприязни?

Словно прочитав мои мысли, Шей заказал нам обоим кофе и откинулся на спинку стула, когда официантка ушла. Его лицо стало настороженным.

— Что с тобой? Уже вспомнила, что ненавидишь меня?

Я покачала головой, признавая правду.

— Я не ненавижу тебя.

Наверное, ненависть я и не чувствовала, ну, не собиралась заходить так далеко. Искренняя неприязнь присутствовала. Это не могло взяться с потолка.

Он не ответил, и мы смотрели друг на друга, пока не принесли кофе.

Я застонала, протягивая руку, чтобы налить себе чашку, как только девушка ушла.

— Мое тело чертовски любит тебя.

Он закатил глаза и провел ладонью по лицу.

— Мы опять это делаем? Я думал, мы установили правила.

Мы занимались сексом. Больше ничего.

Я поставила графин обратно на стол.

— Ты не можешь спать ни с кем другим.

— Что?

Подсмеиваясь надо мной, он потянулся за кофе. И добавил:

— Мне нельзя совать свой член в кого-то другого? Это варварство.

Я потянулась за сливками, но остановилась.

— Ты что, шутишь? Надеюсь, что шутишь.

— Конечно, я шучу.

Расслабившись, я добавила в кофе сливки и сахар. Гейджу тоже так нравилось. Он обычно шутил, что ему нравится черный цвет, а я должна была добавить вкусняшек. Так он называл сливки и сахар, но черт с ним. Если бы нам обоим пришлось вытерпеть месяц черного кофе, выжил бы только один из нас — я, потому что пила бы это дерьмо. А он бы сдался и умолял о сливках и сахаре.

— Над чем смеешься?

Я подняла голову. Ухмыльнулась и выбросила это из головы.

— Думаю всякие глупости о своем брате.

— Кстати, о твоем брате, — Шей наклонился вперед, понизив голос. — Он и все, кто был вчера в баре, будут обсуждать нас. Верно?

Я облажалась прошлой ночью. По-крупному. Я нарушила все свои правила по собственной воле. Не по воле Шея. Или моего брата. Никого другого. Застонала, легонько стукнувшись лбом о стол.

— Я так облажалась.

— Нет, это не так.

— Нет?

Как он мог такое сказать?

— Все видели.

— Видели несколько человек. Они могут что-то болтать, но если ты действительно хочешь сохранить все в тайне, то это возможно.

— Как? — Я покачала головой. — Не дразни меня, если это неправда.

— Это правда. Смотри, — он наклонился вперед. — Мы сделаем все по-своему. Никаких прикосновений. Никаких тайных взглядов. Мы не говорим об этом. Если ты этого хочешь, все закончится через несколько недель.

Я кивнула. Да, черт возьми.

— Дело не в нас с тобой. А в моей соседке по комнате. Моих друзьях. Девушках, которые бесятся, потому что тебе нравлюсь я, а не они.

— Я понял, — нахмурился он. — Вроде. Не совсем, но как хочешь.

Я подняла палец вверх.

— И нет никаких условий, но, если начнешь спать с кем-то еще, ты скажешь мне. Я лучше подожду, пока у вас все закончится, чем позволю твоему члену вести двойную игру.

Он потянулся за кофе, но его руки на секунду задержались на столе. Он посмотрел на меня, и я спросила:

— Что?

— Ты иногда такая грубая.

Ну, да.

— Я говорю все как есть.

Он покачал головой и несколько раз моргнул.

— Не знаю, освежает это или нервирует.

Принесли еду, и я потянулась за одним из тостов.

— Скажи это в следующий раз, когда будешь наклоняться над моей задницей. Я думаю, тогда ты найдешь меня освежающей.

Он застонал, уронив нож и вилку, которые держал в руках.

— Черт возьми, Кларк.

Кларк. Я усмехнулась. Снова фамилии. Я уже чувствовала себя более комфортно. Я рисовалась перед ним, размахивая тостом в воздухе.

— Тебе понравится. Только подумай, как я буду ревновать, когда Бэкс покажет тебе свое декольте сегодня вечером. Держу пари, ты не получишь этого от других девушек, с которыми спал.

Он снова покачал головой.

— Ты немного не в себе.

Я пожала плечами и откусила большой кусок от своего тоста.

Я просто была собой.

Глава 19

Я не представляла, как вести себя в общежитии.

Шей высадил меня, и я решила, что лучший план — это его отсутствие. Пришлось скрываться. Или, точнее, избегать. Всех.

Около одиннадцати утра я вернулась в свою комнату в общежитии. Мисси уже ушла, но теперь я стала Членодробилкой. Почти не сомневаясь, что здесь смогу, удобно устроившись сидеть и надеяться, что она не узнает о моем новом прозвище, я сбежала. Если быть более точной: приняла душ, переоделась, схватила все учебники, которые могли понадобиться, упаковала ноутбук и направилась в библиотеку. Единственной остановкой стала тележка с кофе, и я провела почти весь день в самом дальнем углу читального зала на третьем этаже.

До тех пор, пока не получила сообщения от Шея и всей нашей группы по политологии. Ребята встречались в большом компьютерном классе в шесть вечера. У меня оставался час, чтобы собраться и подготовиться. Как только я туда спущусь, все взгляды будут прикованы ко мне. Видео с Членодробилкой и, возможно, слухи о нас с Шеем уже распространились, но это не имело значения. Просто посидев за одним столом с этим парнем, можно было запустить волну сплетен.

Один час.

Я сделала то, что и каждый нормальный студент колледжа: пошла и съела мороженое (наряду с другой ерундой, но мороженое в приоритете) и накачалась кофеином. В магазине купила два энергетика и на случай, если не захочу их, захватила еще один большой кофе.

Теперь я была готова. Правда, не уверена к чему. Даже могла бы стать чертовым выживальщиком апокалипсиса.

Я нарочно не спешила в компьютерный класс. Бекка и Эбби — звезды. И я оказалась права, они тоже опоздали. Девушки как раз выкладывали свои вещи, когда я протиснулась мимо стеклянных дверей.

Шей сидел ко мне спиной. Линде — рядом с ним.

Замечательно.

Эбби и Бекка заняли места напротив парней. Осталось только два свободных — рядом с Беккой или рядом с Шеем. Говоря о подливании масла в огонь. Меня даже не заставляли выбирать.

Я села рядом с Беккой.

Шей посмотрел на меня, и в его великолепных глазах погасли веселые искорки. Он поднял два пальца в самом ленивом приветствии, которое я видела. Линде прищурился, глядя на нас обоих, но просто кивнул.

— Как дела? Ты вчера нормально добралась домой?

Он снова перевел взгляд на Шея.

Я расстегнула сумку и бросила на стол перед собой учебник политологии.

— Отлично. Хорошо отдохнула, и никакого похмелья сегодня.

Бекка застонала, вытаскивая книги из рюкзака.

— Разве ты не самый бодрый человек здесь? — Она закатила глаза. — Может ли этот день стать еще хуже, чем есть?

В раздражении она отодвинула свой стул и ушла.

Эбби наклонилась вперед.

— Вчера вечером звонил ее бывший. Они встретились, и он снова порвал с ней этим утром.

Линде рассмеялся.

Эбби покачала головой.

— Ты бы не смеялся, если бы тебе пришлось провести с ней весь день. Мой совет? Усади ее вон там перед компьютером и скажи, что нужно изучать. Держи ее подальше от нас, или она прольет кровь.

— Ты что, шутишь?

— Нет. Через час сами увидите, — ответила она Линде.

Так и получилось. Бекка брюзжала. Ныла. Жаловалась. И снова брюзжала. Мы перенесли ее разглагольствования, бессвязные речи, излияния о ком-то, о ком мы понятия не имели, а затем она снова принялась за нытье.

— Ладно, — Шей взял одну из рабочих тетрадей и шлепнул ее перед собой. — Изучи все это дерьмо. — Он указал на самый дальний свободный компьютер. — Там.

— Ты просто пытаешься избавиться от меня. — Недовольно надула она губы.

Глаза Эбби расширились, но она ничего не сказала. Просто сползла на дюйм вниз на стуле, пряча лицо за книгой.

— Да, — отрезал Шей.

— И это поможет? — прорычала она. Слабое, но всё же это было настоящее рычание. Она схватила рабочую тетрадь. — Только потому, что ты просишь. — Она смягчила тон. И добавила нежную и восхищенную улыбку. — Потому что ты такой красивый, Шей.

Бекка пошла к компьютеру, а я обернулась.

— О, только посмотрите. — Она сильнее закачала бедрами. — Даже ее задница выглядит как сука.

Она затормозила и быстро повернулась, чтобы посмотреть на меня.

Я оглянулась назад.

— Я дам знать, если твой бывший снова позвонит.

Она резко вдохнула, но подошла к компьютеру.

Когда я снова выпрямилась, все смотрели на меня.

— Что?

— Это было жестоко, даже для тебя, — сказала Эбби.

Я пожала плечами, не обращая внимания на Линде и Шея, и открыла новую страницу книги.

— Почему люди думают, что я милая и бесхребетная? Серьезно. Народ должен перестать меня недооценивать. Иначе всех раздражает, когда проявляются мои нормальные, настоящие человеческие качества.

— Эм, — нахмурилась Эбби. — Не уверена, что мы так думаем. Ничего такого.

На стол передо мной с глухим стуком упала стопка книг. Выругавшись, я подскочила, а Гейдж опустился на стул. Положив перед собой сумку, кивнул всем сидящим за столом.

— Привет! — Он остановился на Эбби, указывая на нее телефоном. — Мы когда-нибудь спали вместе?

Ожидая, что нет, я получила:

— Первый курс, второй семестр. У нас с моим парнем был перерыв.

Он торжествующе щелкнул пальцами.

— Ага! Я так и знал. — Он постучал себя по голове. — Все время забываю лица, но только не твое и уж тем более не теперь.

Он оглядел девушку с ног до головы.

— Они снова вместе, — заметила я.

— Эх, — брат кивнул Линде и Шею, слегка сузив глаза, прежде чем снова сфокусироваться на мне. Он оперся о стол, подталкивая меня локтем в бок. — Привет, сестренка. Я подумал, что могу поговорить с тобой после того, как ты вчера вечером вышла на публику. Как прошел день? Какие планы?

— Быть стервой, — пробормотала Эбби себе под нос.

Гейдж пожал плечами.

— Для нее это не впервой. — Он наклонился и зашептал так, чтобы все слышали: — Ты не ответила на мои сообщения и не перезвонила мне. Ты злишься на меня?

— За что?

Он выпрямился и снова заговорил нормальным голосом:

— За прошлый вечер? Я забыл, что ты осталась в баре. — Он посмотрел на Шея. — Так? — Когда никто не ответил сразу, Гейдж нахмурился еще больше. — Или я вчера вечером действительно очень сильно напился? Я мог бы поклясться, что ужинал с тобой.

Линде рассмеялся. Шей ухмыльнулся.

Гейдж понял намек, его глаза расширились.

— Значит, это все-таки произошло? Я не теряю рассудок?

— Он слишком хорош, чтобы потерять, — вмешалась Эбби.

Не сдержавшись, я посмотрела на нее.

— Мозг моего брата слишком хорош, чтобы его потерять? Ты видела мозг в реальной жизни? Или хотя бы фотографию? Это подкат? У тебя есть парень.

— Муж, — она отодвинула свой стул на дюйм. — Пожалуй, стервозный настрой не пропал, — многозначительно бросила она.

Я закатила глаза. У меня имелись возражения на этот счет, но я их проглотила. Все до единого. Понятия не имею, почему меня раздражали Эбби и Бекка. Я не любила их, но они и не были моими врагами.

— О, нет. Это настоящая Кеннеди. Не зли ее, чтобы не увидеть совершенно другой уровень.

Эбби фыркнула.

— Думаю, мы все знаем. Мэтт Каррутерс выяснил это для нас.

— Кто такой Мэтт Каррутерс? — Спросила я.

— Парень, которому ты сдавила член, — сказал Гейдж.

— Понятно. — В реальной жизни Мудака Номер Один звали Мэтт Каррутерс. Я надеялась, что мне никогда больше не придется иметь с ним дело. — А меня за это можно арестовать?

— Знаешь что? — Усмехнулся Шей, бросив на меня острый взгляд. — Ты можешь сама посмотреть это в учебнике.

Он указал на мою книгу. Произнесено это было особым тоном, я нахмурилась, а потом поняла, что он предлагает мне заткнуться.

Я кивнула. Упоминание видео вызовет разговор, которого я, наверное, хотела бы избежать. Например, почему я так разозлилась, что сделала потом и, в конечном итоге, о событиях в баре и после него.

Поэтому я с удовольствием заткнулась.

Но сначала схватила Гейджа за руку и потянула его за собой. Мы прошли мимо блондинки, стоящей в дверях, мимо стойки дежурного, через металлодетекторы, даже мимо тележки с кофе, пока не оказались на улице. Это лучшее место для уединения. Вокруг прогуливалось несколько человек, так что я продолжала идти, пока мы не наткнулись на скрытое от посторонних взглядов местечко среди деревьев.

— Что ты здесь делаешь?

— Я звонил тебе весь день. Ты не проверяешь свой телефон?

— Ты звонил мне на сотовый или на домашний? — спросила, вытаскивая телефон из кармана. Разблокировав экран, я увидела несколько пропущенных звонков и сообщений.

— На оба.

Я помахала телефоном в воздухе, прежде чем положить его обратно в карман.

— Я не проверяла его сегодня. — На экране высветилось сообщение от Шея, так что мне не нужно было видеть все остальное. — Извини, если ты волновался.

— Я не волновался относительно твоего возвращения домой вчера вечером. Я беспокоился, что ты злишься на меня сегодня, и, — он понизил голос, — я не могу не волноваться о том, что у тебя происходит с Шеем Коулманом.

Я прищурилась.

— С Шеем ничего не происходит.

— Ясно.

Он мне не поверил.

— Я была бы дурой, если бы позволила чему-то происходить.

Прежде чем кивнуть, он внимательно посмотрел на меня.

— Думаю, это все, на что я могу надеяться как старший брат. Ты не сердишься на меня за то, что я забыл о тебе вчера вечером?

— Нет, не сержусь.

Он облегченно вздохнул.

— Хорошо, — Гейдж похлопал себя по груди. — Я беспокоился об этом. Даже заходил в твое общежитие.

— Подожди. Что?

— Заходил в твое общежитие.

— Я не была там весь день.

— Да, я знаю, — он поднял руки вверх. — Не волнуйся. Я следовал твоим правилам. Сделал вид, что навещаю Кейси, а она поднялась и поговорила с твоей соседкой по комнате. Твоя соседка не догадается.

Он видел Кейси.

Вероятно, также Кристину и остальных.

Теперь моим единственным подобием нормальной жизни осталась соседка по комнате. Пиздец подкрался незаметно.

Я застонала.

— Ты не можешь приходить в мое общежитие.

— Кейси и ее друзья уже знают. Она сказала, что ничего не говорила твоей соседке по комнате.

А что толку? Все узнали. Мне было наплевать на соседку по комнате. Ну да, по большому счету, для меня она ничего не значила.

— Гейдж, — простонала я. — Ты все усложняешь.

Не совсем так. Я и сама много чего сделала.

— Я? — Он указал на библиотеку. — А как насчет тебя и того, что происходит между тобой и квотербеком стартового состава университетской футбольной команды? Ты хочешь оставаться незаметной? Не спи с таким парнем. Прекрати встречаться, Кенз. Не попадай в высшие слои, потому что Шей Коулман и есть высший слой. Он — пенка на самом верху.

— Знаю, — начала я, но брат не унимался. Чтобы он заткнулся, крикнула: — Я знаю!

Он замолчал.

— Ясно? Я знаю. И не планировала этого. Мы просто… Он просто… Я…

Нет. Нет. Нет. Я не объясняла, как оказалась в постели Шея прошлой ночью. Прижала руки ко лбу. У меня начинала болеть голова, и я терла ее, надеясь, что это пройдет.

Не сработало. Я знала, что не сработает. Я сдалась.

Засунув руки в карманы, Гейдж смотрел в землю.

— Ты никогда не говорила, что не была в его постели. Будь это неправдой, ты бы мгновенно набросилась на меня.

Он вынес приговор, и я не могла опровергнуть его слова. Он был прав. Так я бы и поступила. Я больше не посещала юридические курсы, но во мне все еще жил тот боевой дух. Я бы на этом все и закончила.

— Никто не знает.

— А ты знаешь?

Я посмотрела на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты хоть понимаешь, что делаешь? С ним. Зная, что Паркер сделал с тобой, и я бы не хотел…

— Шей — не Паркер. Он совсем не похож на Паркера.

Я надеялась.

Внутренний голос, тот, который я держала на задворках сознания, пропищал, что это неправда. Я вырубила его. Паркер был популярен, харизматичен, и заставлял всю школу буквально есть из его рук. Он был великолепен, но это все. На этом сходство заканчивалось.

Паркер — не Шей, нет. А Шей — не Паркер.

Я покачала головой. О чем я там думала?

Я даже рассмеялась.

— Я в порядке. Это не эмоции. Просто физиологический процесс. Я имею в виду, у нас есть правила.

— Я хочу их услышать. Серьезно. Пожалуйста.

— Нет.

— Понимаю. Я сожалею о вчерашнем вечере. Я почувствовал себя ужасно, а потом увидел, как разъярился Коулман, и от этого мне стало еще хуже. Слушай, я не хочу связываться с тем, что между вами происходит, но ему не все равно. Я видел это вчера вечером. Линде тоже не все равно. Как бы то ни было, эти двое сейчас хорошие друзья.

В данный момент.

Я поняла, что брат сказал это потому, что дружба заканчивается. Дружба угасает. Дружба иногда рушится и сгорает. Я кивнула.

— Понимаю. — И поскольку он упомянул Линде, я начала: — Эй. Гм. Мне нужно поговорить с тобой о Кейси.

Он уже собрался было возвращаться, но снова повернулся ко мне.

— Конечно. Что?

Я не могла придумать, как бы помягче выразиться, так что выпалила:

— Не встречайся с ней.

— Что? — На этот раз он рассмеялся, чувствуя, как сдают нервы. — О чем ты говоришь?

— Сестру Линде изнасиловали.

— Какое это имеет отношение ко мне и Кейси?

Я посмотрела на него.

— Ну же. — Не стала дожидаться, пока он поймет, что я знаю о происходящем. То, как только что прозвучал его голос, подтвердило мои подозрения. — Линде сказал, что после того, как его сестру изнасиловали, она использовала другого парня, чтобы попытаться забыть то, что насильник сделал с ней. Она думала, что он сможет, не знаю, заменить то, что она чувствовала внутри.

Гейдж замер, а потом спросил очень тихо:

— Это сработало?

Я покачала головой.

Еще одно подтверждение. Мой брат уже вовлечен. У него возникли чувства.

— Нет. Она оттолкнула его. Гейдж, ты… — пробормотала я.

Он протиснулся сквозь деревья и вернулся в библиотеку. Я медленно пошла следом, но, когда добралась туда, он уже собирал вещи. Шей и Линде наблюдали за происходящим. Эбби пропала.

Я остановилась возле своего стула.

— Гейдж, я…

— Остановись, — он был совершенно серьезен. — Думаю, ты сама творишь глупости, а потому не говори мне, что делать.

— Это не одно и то же.

Я не смотрела на Шея.

Это сделал Гейдж. Брат посмотрел на Шея, а потом снова на меня.

— Разве? Один парень уничтожил тебя… — Не закончил он фразу, позволив словам повиснуть в воздухе, и я покраснела.

Гейдж застегнул молнию на сумке и вышел.

Черт.

Я опустилась на стул.

Линде откашлялся.

— Мы вообще хотим знать, что это было?

— Нет, — покачала я головой.

Я даже не взглянула на него. Я все еще не смотрела на Шея, а когда Эбби и Бекка вернулись к столу, не удостоила и их взглядом. Я вернулась к прежней Кеннеди, той, которая молчала, держалась в тени и тосковала по неприкосновенности своего планировщика и одиночеству.

Глава 20

— Кларк!

Я только что вышла из библиотеки. Мы проводили исследования еще несколько часов, я устала, и головная боль никак не уходила. Становилось только хуже, а теперь еще Шей увязался следом.

Он снова позвал:

— Кеннеди!

Я остановилась и обернулась. Сумка сползла с плеча и зацепилась за локоть, прежде чем с глухим стуком упасть на землю.

— Я устала, Шей. Хочу вернуться в общежитие.

Он замедлил шаг, сунул руки в карманы и подошел ближе.

— После ухода брата ты замолчала.

— Ты не должен этого делать. — Я не хотела этого. — Мы не встречаемся.

Сузив глаза, он склонил голову набок.

— Это называется правила хорошего тона. Я ведь делал так, когда мы не спали вместе, помнишь?

— Посмотри, — указала я на себя. — Эта идиотка ведет себя стервозно не с тем человеком. — Я провела рукой по лицу. — У меня были насыщенные выходные. А теперь у этой дамочки слюнки текут при мысли о том, чтобы провести остаток ночи в комнате наедине с собой.

— Ладно, но я все равно хотел проверить тебя. Если бы я не подошел, это сделал бы Линде.

— Эх, — мне нравился Линде. Мы дружили, но с Шеем я могла быть более откровенной. Поэтому хорошо, что именно он подошел ко мне. — Благодарю. Еще раз.

Я помахала рукой и начала отступать по дорожке.

Сделав пару шагов, я услышала, как он тихим голосом зовёт меня:

— Если не получится уснуть, просто позвони. Я смогу забрать тебя.

Я уставилась на него. На мгновение, всего лишь на мгновение, задумалась. Возвращение в его дом, сон в его постели, в его объятиях избавили бы меня от разговора с соседкой по комнате о видео, общения с Кейси, от беспокойства о ней или о том, как она собирается навредить моему брату, и даже от одиночества. Шей теплый. Милый. И глядя на него, я забываю, почему ненавидела в начале.

Но это приведет к другим проблемам. Может быть, не сразу, но в конце концов… Дерьмо всегда настигнет. Человек не может спрятаться от него.

Я покачала головой.

— Буду вести себя как ответственная первокурсница.

— Мой телефон будет включен. Я просто говорю.

— Хорошо.

Он поднял руку, прежде чем направиться обратно в библиотеку.

Остаток пути я прошла в одиночестве.

Мисси выходила из комнаты в спортивных штанах и тапочках. В руке она держала пакетик с конфетками «Твизлер» и чипсами, а одеяло перекинула через руку.

— Эй, — остановившись в коридоре, она бросила конфету в рот и спросила: — Где ты спала прошлой ночью? Я вообще не слышала, чтобы ты приходила.

— Я пришла поздно и ушла рано. — Кивнула на свой рюкзак. — Провела день в библиотеке.

— Ох, — нахмурившись, она указала конфетой в конец коридора. — Мы смотрим фильмы в комнате Холли, если хочешь — присоединяйся. Ты вчера ходила на игру?

Неужели она не видела видео с Членодробилкой?

— Эм, — почесала я за ухом. — Да. Ходила.

— Странно. Я тебя не видела.

— Я была там.

— Ох, — она съела еще конфетку. — Пойдем смотреть с нами кино. Мы все приносим закуски.

— У меня их нет.

— Закажи пиццу. И станешь самой популярной в комнате, — усмехнулась она.

Я ела сегодня только один раз, и то в первой половине дня. Желудок заурчал, напоминая об этом. Может, идея о пицце и была стоящей, но я покачала головой.

— Сегодня вечером мне хочется свернуться калачиком и посмотреть фильм в нашей комнате.

— Хорошо, — и помахала она новой конфетой. — Увидимся позже. Завтра у меня нет утренних занятий, так что я задержусь подольше.

Направляясь в комнату, я прошептала себе под нос благодарственную молитву, а Мисси пошла в противоположную сторону. Можно не только расслабиться, но и просто поспать, а не изо всех сил заставлять себя битый час выползать из постели с утра пораньше.

Я проверила электронную почту, напечатала несколько оставшихся заметок из исследовательского проекта и заказала пиццу.

Она прибыла, когда я включила кино и вытащила пушистый халат. Все для меня.

Лучшая. Ночь. В истории.

Я спала, когда вошла Мисси и, раскачивая двухъярусную кровать, забралась на свое место. Через пять минут она уже храпела. И продолжала это делать, когда прозвенел мой будильник, и пока я готовилась к занятиям. Я немного опоздала, потому что двигалась осторожно, пытаясь не разбудить ее, но мне не хватало кофе. Я просто нуждалась в нем, поэтому сделала небольшой крюк через библиотеку. Когда добралась до здания, где проходило занятие, и обошла главный вход, которым все пользовались, то направилась вниз по пустынной дорожке, где в пятницу мы с Шеем говорили о Кейси.

Мне удалось проскользнуть внутрь, подняться по лестнице и выйти из северного коридора. Там не было такой очереди, как если подниматься по лестнице. Я вошла, и тут же из комнаты раздались радостные возгласы.

— Это Членодробилка! — Парень, которого я не знала, возглавлял компанию. Он взмахнул руками в молитвенном жесте. — Да здравствует округ Колумбия!

Какие-то девушки засмеялись. Некоторые парни повторили его движения, и я закатила глаза. Задний ряд все еще пустовал, и я направилась прямо туда. Хотелось найти убежище у друзей. К черту правила. Чувствуя, что мне понадобится поддержка, я плюхнулась на крайнее правое сиденье. Это было единственное свободное место.

Парень, который возглавлял веселье, сел и обернулся.

— Я знаю Каррутерса. Каково это — держать его член? Ты немного возбудилась? Можешь честно признаться. Это только между нами.

Снова послышались смешки.

Один парень хотел что-то добавить, но в комнату вошли Шей, Линде и остальные их друзья.

Шей сказал:

— Только ты рассмотрел пошлятину в этом видео. — Он пронзил парня взглядом, следуя по проходу. Затем сбросил сумку с плеча, поймав ее прежде, чем она упала на пол. — Скажи правду, Джеймс, у тебя есть подружка, которая вот так хватает тебя за яйца? Ты любишь легкие извращения?

Он стоял в проходе и ждал.

Парень снова сел.

— Я просто пошутил, Коулман.

— Ну, да.

Шей покачал головой, опускаясь на сиденье рядом со мной. Линде тоже не подвел меня. Он сел на третий стул, прямо у прохода. Остальные четверо парней остановились, но перешли на другие места.

Шей тихо спросил:

— Ты в порядке?

Девушка, которая обычно сидела рядом со мной, посмотрела на нас через плечо. Ее взгляд скользнул от Шея ко мне, затем обратно, прежде чем она повернулась обратно.

Я кивнула, чувствуя, как теплеет затылок.

Линде наклонился вперед, чтобы посмотреть на меня.

— Скажи только слово, Кларк. Джеймс любит тренироваться с нами во второй половине дня. Если хочешь, я могу поручить парням доставить ему небольшие неприятности, когда он будет поднимать штангу. — Он подмигнул мне. — Просто скажи.

— Спасибо, Линде. Всё в порядке, — сказала я, прежде чем повернуться к Шею. — Все будет хорошо.

Шей кивнул, откинулся на спинку стула и достал блокнот.

— Я почти уверен, что оказал ему услугу. Если бы он достаточно спровоцировал тебя, то оказался бы на больничной койке рядом с Каррутерсом.

Линде фыркнул.

— У тебя ведь не возникало проблем ни с ним, ни с его приятелями?

— Нет, — я даже не подумала об этом. Кроме Паркера никто не связывался со мной в старшей школе. Дерьмо с девчонками случалось, но это совсем не то же самое. Узнав, кто такие Блейк и Гейдж, парни, как правило, отступали. Я никогда так не скандалила, как в субботу. Для меня это было ново. — Они из тех, кто это делает?

Линде ничего не ответил. Он просто откинулся на спинку стула, словно отстраняясь.

Шей покачал головой.

— Я уверен, что с тобой все будет в порядке. Не стоит беспокоиться.

Он выглядел так, будто собирался сказать что-то еще, но вошел профессор, и мы провели следующий час, изучая политические процессы в Соединенном Королевстве.

Как только нас отпустили, Шей спросил:

— Ты уже прочла заданное на среду?

Я кивнула.

— На следующую неделю я все подготовила, но в голове ничего не отложилось. Всё, что он сказал сегодня, показалось новым. Мне нужно еще раз заглянуть в книгу.

— Хочешь, сделаем это вместе?

Линде и другие футболисты уже ушли.

Пара девушек осталась позади, украдкой поглядывая на нас. Или нет. Они наблюдали за Шеем.

Он стоял в проходе, а я еще не убрала со стола, за которым сидел Линде. Несколько студентов тоже задержались, в основном, чтобы поговорить с профессором, но я поймала еще пару любопытных взглядов в нашу сторону.

Я понизила голос.

— Например, в библиотеке с нашей группой?

Он даже не понимал, что девчонки наблюдают.

— Например, в моей комнате или в гостиной, если тебе неудобно.

Его глаза потемнели, когда он посмотрел на меня.

Шей говорил не только об учебе, хотя я была уверена, что этим мы тоже займемся.

— Я…

Черт. Нужно отказаться, но я не хотела. Хотелось провести с ним время, или, может быть, просто скрыться. Я и раньше пряталась, но по-другому. Я скрывала тех, с кем была знакома, родственников, и это, казалось, становилось все более и более очевидным. Но желание затаиться возникло снова, и дом Шея идеально подходил.

Я почувствовала трепет в груди.

Я не могла лгать самой себе. Имелись и другие причины, по которым я хотела пойти к нему, но учеба и возможность скрыться находились в верхней части этого списка. Поэтому кивнула.

— Да. Я в деле.

Его губы приподнялись в полуулыбке.

— У тебя еще две пары, не так ли?

— Одна. Я заканчиваю к половине третьего в понедельник, среду и пятницу.

— Тебя подвезти?

— Эм… — задумалась я. — Мне стоит самой приезжать. Ты знаешь, так как мы не…

— Мы однокурсники, Кларк. — Он повел меня по проходу и вышел за дверь, обойдя девушек. — Ты всегда заводишь разговор о свиданиях. Может ты — та, кто хочет встречаться?

Он начал спускаться по лестнице. Последовав за ним, я не ответила. Всё слишком сложно. Навстречу нам люди шли к своим классам, позади — те, кто спустился с верхних этажей. Когда мы толкнули двери внизу, словно прорвалась плотина, и студенты повалили на свободу. Я оглянулась через плечо и увидела выходящую Кристину.

— Эй.

Остановившись, я помахала.

Она подняла глаза, и улыбка расползлась по ее лицу. Подойдя ближе, она убрала ежедневник, в который до этого хмуро смотрела. Ее глаза метнулись к Шею.

— Мы снова встретились.

— Кристина.

Она кивнула.

— И все знают, кто ты. — Она спросила меня: — Где ты была все выходные? О, мой Бог. Ты массу всего пропустила.

— О чем ты?

Я подумала, что она видела видео с членом в руках.

Она округлила глаза.

— Лора, Сара и Кейси вчера вечером сильно поссорились. Очень сильно. Я должна поделиться подробностями.

Шей начал пятиться назад, встретившись со мной взглядом.

— Мне сюда. Увидимся позже. — Он протянул руку к Кристине. — Было приятно снова увидеть тебя.

— И мне тоже.

Кристина вздохнула, когда он ушел.

— Я знаю, что у меня есть парень, но, черт возьми, девочка. Он великолепен. Не могу поверить, что ты все еще не рассказываешь девочкам о нем.

Я застонала.

— Ты что, издеваешься? Они знают про Гейджа. Я уже заедаю этот стресс. Вчера вечером вернулась из библиотеки и заказала пиццу.

— Ты съела ее целиком?

— Желудок заставил меня остановиться после трех кусочков. Не осуждай. Я сильно проголодалась.

— Я не осуждаю. И если уж заговорили об отсутствии осуждения. — Она ударила меня по руке. — Ты не рассказала мне о видео в эти выходные. Я думаю, что вчера его посмотрели все.

Кристина схватилась за дверь, ведущую в столовую, и я пошла вперед.

— Я надеялась, что ты его не видела.

— Ты что, издеваешься? Кейси присутствовала там. У нее были билеты в первый ряд.

Да. Кейси. А это совсем другая проблема. Когда мы встали в очередь к раздаточной ленте, я прочистила горло.

— Ты сказала, что девочки вчера вечером поссорились? Они будут есть с нами?

Она фыркнула, вытаскивая удостоверение.

— Сомневаюсь. Кейси ушла. И я понятия не имею куда. Лора и Сара провели весь день у парней. Я видела их сегодня утром в душевой, но Сара сказала, что им нужно денек подумать.

Я с облегчением вздохнула. Откинула голову назад.

— Слава Богу.

Она протянула карточку к аппарату, чтобы оплатить. Я стояла следующей в очереди, поэтому пришлось прервать разговор. Пришло время поесть, и для меня в первую очередь это означало мороженое. Так как другие девушки сегодня не с нами, я заняла столик в дальнем углу. Вскоре подошла Кристина. Сегодня она выбрала здоровую пищу: салат, апельсин и пакет молока.

Я посмотрела на свой заказ. Вчера вечером я ела пиццу. Сейчас на моем подносе лежали мороженое, кусок торта, два кусочка курицы и небольшой стаканчик йогурта.

Я сказала:

— Ты не выполняешь свою часть программы «Первокурсник Пятнадцать»[2]. Надеюсь, мне не придется есть еще и за тебя.

Взяв молоко, она указала на меня.

— Вы прекрасно справляетесь, Мисс У-Меня-Самые-Длинные-Ноги-На-Свете, Но-Веду-Себя-Так, Будто-Они-Короткие-И-Толстые. Кеннеди, ты можешь есть вот так и все равно быть потрясающе красивой. У меня так не получится.

Я указала на ее большую грудь.

— У тебя есть свои плюсы. Ты себя недооцениваешь. Не говоря уже о том, что она просто великолепна.

— Да. Это. — Она посмотрела вниз. — Если кто-то говорит тебе, что большая грудь — то, что надо, он идиот. Я хочу сделать операцию по уменьшению.

— В самом деле?

— Кейси думает, что я спятила, но она не понимает. Она маленькая и компактная. Парни любят ее тело.

Я нахмурилась.

— Не будь у тебя серьезных отношений, ты бы узнала, скольким парням нравится твое тело. Поверь. — Так как она упомянула имя на букву «К», я попросила: — Расскажи мне о ссоре.

— Ссора.

Она сделала глубокий вздох и рассказала.

Кейси с каждым днем все больше уходила в себя. Сара и Лора переживали из-за этого всю неделю. Кристина не поняла, с чего все началось, но вроде Кейси что-то сказала. Лоре и Саре это не понравилось. Они что-то ответили. Кейси не осталась в долгу. Они тоже. Слово за слово, и когда Кристина свернулась калачиком на диване с учебником по социальной работе на коленях, завязалась целая ссора.

Лора и Сара хотели знать, что случилось с Кейси.

Она отказалась отвечать.

Это еще больше взбесило их. Чтобы надавить, они выдвинули ультиматум: или она все расскажет, или они не собираются пить вместе у Раггера (другого имени я не знала). Кейси так разозлилась, что выскочила из комнаты, но вернулась и схватила рюкзак, кошелек и телефон. Во второй раз она ушла по-настоящему. Пропала на всю ночь, только прислала Кристине сообщение, что будет спать где-то в другом месте.

Лора и Сара ушли в свою комнату, и Кристина видела их только в душевой.

— Я понимаю Лору и Сару, — сказала она. — Кейси изменилась. Она не следит за собой, бывает резка. Временами ведет себя как обычно, а иногда словно уходит в себя и воздвигает стену. Ты что-нибудь заметила?

Кусочек курицы застрял у меня в горле. Морщась от боли, я проглотила его.

— Что?

— В последнее время ты проводишь с ней больше времени. Ты что-нибудь заметила?

— На футбольном матче она надела толстовку. Это ненормально.

— Да. Видишь. Все это просто не сходится. Будто она становится другим человеком. — Она допила молоко и ткнула вилкой в лист салата. — Могу я поговорить с тобой о чем-то другом?

Ее тон стал серьезным. Волосы у меня на затылке встали дыбом. Мне казалось, разговор о ссоре отвлечет ее. Я ошибалась.

— Конечно. О чем?

О Шее…

О том, где я спала прошлой ночью…

Какой в последнее время я была отстраненной…

Помимо этих трех, в моей голове промелькнула еще масса вопросов, но она сказала:

— Я думаю, что Кейси нравится твой брат.

Еще один вздох облегчения.

Я махнула рукой.

— Знаю.

Она слегка приоткрыла рот.

— Ты знаешь?

— Эм, — я схватила последний кусочек курицы, но вместо того, чтобы съесть его, начала рвать на мелкие кусочки. — Гейдж недавно спрашивал меня о Кейси. Поэтому я не удивилась.

— Ты не шутишь?

— Нет. Зачем?

Ее брови сошлись на переносице.

— Не могу сказать. Иногда ты саркастична. Это правда? Ты знала?

— Я догадалась. Видела, как он сидел с вами на игре.

— Так вот почему ты не подошла?

Кристина первая, с кем я подружилась в Дулейн, но она не знала моих правил. Я кивнула.

— Я удивилась, почему ты не села с нами. Имею в виду, мы видели, что ты на игре, и мне стало немного больно. Я подумала, мы тебе больше не нравимся.

Я быстро взглянула на нее, и второй кусочек курицы выпал у меня из рук.

— Ты серьезно?

— Да, — она снова потыкала свой салат. — Имею в виду, что ты иногда избегаешь нас. Я знаю, тебе комфортно быть одной, но не могу понять. Понимаешь, иногда я спрашиваю себя… Вдруг мы тебя чем-то обидели?

Она отвела взгляд.

Кристина думала, что это из-за нее я держалась на расстоянии.

Что она недостаточно хороша для меня.

Я идиотка.

Покачав головой, я потянулась, чтобы сжать ее руку.

— У меня есть проблемы с доверием, и я позволяю им слишком сильно влиять на мою жизнь. Прости. Ты ничего не сделала. Всё наоборот. Это я чувствую, что не достойна твоей дружбы.

На кончиках ее ресниц задрожали слезы.

— Нет. Нет. Никогда. Почему ты вообще так думаешь?

Я пожала плечами, убрала руку и положила ее на колени.

— Потому что в последний год средней школы некоторые действительно стервозные и ехидные девушки заставили меня так думать.

— Они ревновали.

Ее слова прозвучали так сильно. Она была по-настоящему уверена в них. Во мне росла робкая надежда, но я держала ее под контролем. Может быть, а может и нет… Эти девушки действительно ненавидели меня. Трудно поверить, что это все из-за ревности.

Кристина ждала моего ответа, и я слабо улыбнулась ей.

— Может быть, — горло стиснуло. Нужно сменить тему. — Давай поговорим о том, как мы будем мирить Сару, Лору и Кейси.

Так мы и провели остаток обеда, но направляясь на вторую пару, я чувствовала тяжесть на сердце. Я почувствовала это, как только подруга заговорила о Кейси, и ощущение только усилилось, когда мы поняли, что обе считали себя недостойными друг друга. Я надеялась, что все пройдет, как только мы сменим тему, но этого не произошло. Стало легче, но полностью ощущение не ушло.

Или, может, это из-за Каррутерса, потому что, когда мы вышли из кафетерия, несколько парней начали скандировать: «Членодробилка».

Кое-кто из студентов смутился, но остальные начали смеяться. Увидев разгоряченные лица, я почувствовала то же, когда меня обзывал Джеймс из класса.

Я прибавила шагу.

Если бы услышала похожие комментарии, пришлось бы отреагировать, но на меня внезапно напала усталость. Не хотелось постоянно сражаться, но видео сделало меня мишенью.

Когда я входила в здание, где проходила вторая пара, навстречу шла толпа парней. Они резко обернулись, узнав меня.

— Эй! — крикнул один из них.

Пробираясь по коридорам, я петляла, пока не потеряла их. Ничего хорошего они мне не скажут. Я это чувствовала.

Убедившись, что они ушли, я остановилась за углом и судорожно вздохнула, прижав сумку к груди.

Это будет сложнее, чем я думала.

До следующей пары оставалось десять минут. Мне нравилось приходить пораньше и просматривать записи. Отговорка Сары и Лоры о дне, чтобы собраться с мыслями, показалась мне хорошей идеей.

Я всерьез рассматривала ее. Пропустить или нет? Ругаться с другими придурками на занятии, если они там будут… Я нащупала в кармане телефон. Можно пойти к Шею прямо сейчас. Даже если еще не дома, думаю, он позволил бы мне спрятаться в своей комнате.

От таких мыслей я даже фыркнула.

Раньше я ненавидела этого парня, но каким-то образом он стал моим убежищем.

Нет. Я вернулась в холл. Куда бы я ни пошла и как долго бы ни пряталась, они никуда не денутся. В какой-то момент мне придется иметь с ними дело.

Поэтому я направилась в аудиторию.

Глава 21

Шей встретил меня у задней двери.

Я написала ему, когда шла по подъездной дорожке, и едва сделала первый шаг во внутренний дворик, как дверь открылась. Он стоял на пороге, одетый в те же самые греховно низко сидящие на бедрах спортивки. Футболка скрывала его восхитительный торс. Шей провел рукой по волосам и криво усмехнулся.

— Ты еще не обедала?

Он отодвинулся, и я вошла внутрь.

Мы стояли близко, поэтому, потянувшись, чтобы закрыть дверь, он задел меня. Я покачала головой. Ощущения от его прикосновения помогли снять напряжение, скопившееся в теле. Вторая пара прошла неплохо, но в аудитории нашлись два мудака с «умными» комментариями. Я огрызнулась в ответ, но не заткнула их. Только отбила еще одну словесную атаку, которая, вероятно, не заставит себя ждать и в среду. И поскольку понимала, что Шей сможет почувствовать что-то неладное, я задержалась в общежитии на пару часов, прежде чем прийти. У него все равно была практика.

— Кеннеди?

— Что? — Он о чем-то спросил меня. Только о чем? — Ох. Гм… нет.

Он коснулся моего бедра, и я прикрыла глаза. Легкое прикосновение придало сил. Как это произошло? Я теперь нуждаюсь в нем и вне спальни? Эта мысль нервировала, и я отбросила ее, как делала, когда все становилось слишком сложно.

— Я могу приготовить тебе что-нибудь на кухне. — Делая это предложение, Шей внимательно смотрел на меня и, увидев легкую панику, которую я испытала при мысли о встрече с его соседями по комнате или с Линде, добавил: — Или можем заказать еду. — Так будет лучше. Я расслабилась, и тут он сделал последнее предложение: — Или мы можем немного позаниматься и пойти перекусить в перерыве между занятиями.

Я похлопала его по груди, наслаждаясь крепкими мускулами.

— Мне нравится этот вариант.

— Последний?

Я кивнула.

От его близости, руки на моей талии, того, как он смотрел на меня сверху вниз, у меня замирало сердце. Все еще касаясь пальцем его груди, я прижала к ней всю ладонь. Мягкий смех вырвался у него, послав вибрацию по моей руке.

— Или перед учебой займемся кое-чем другим?

Короткий смешок застрял у меня в горле. Мы оба знали, к чему это приведет. Собственно, это была одна из причин, по которой я пришла. Просто не думала, что мы прямо так сразу займемся этим, хотя здесь есть своя логика. Разберемся с этим, чтобы очистить головы и после продуктивно поработать.

Никто из нас не тратил слов понапрасну.

Шей взял меня за руку, повел в свою комнату, и как только дверь закрылась, мы бросились друг к другу. Он притянул меня к себе и поцеловал. Затем, медленно оторвавшись, прижал спиной к двери и поднял голову.

— Мы недолго будем учиться.

— Да, конечно. — Я обхватила его руками за шею и потянула вниз. — И не сейчас.

— Сначала это.

И он слегка прикусил мои губы своими.

Я кивнула и выдохнула:

— Ты читаешь мои мысли.

Шей застонал, целуя меня снова. Его язык скользнул внутрь, исследуя мой рот, и больше не осталось слов. Я схватила его за шею и потянулась вверх. Наклонившись, он подхватил меня под бедра и поднял. Вот так, болтающуюся в воздухе, он прижал меня спиной к двери. Мы продолжали целоваться. Не думала, что когда-нибудь устану от его поцелуев.

Его губ. Рта. Движений языка.

Я продолжала таять, а он обнял меня крепче, отступая от двери, и на секунду оторвал от меня руку. Я едва услышала защёлкнувшийся позади замок, а потом мы оказались на кровати.

Моя рубашка улетела первой.

За ней последовала его футболка.

Мой лифчик.

Я развязала шнурок на его штанах.

Расстегнула свои джинсы.

Скользнув рукой между моих ног, он вошел в меня пальцем. На мгновение перестав целоваться, я выгнула спину. Затем обнажила перед ним шею. Со стоном он наклонился и попробовал меня там на вкус.

А потом добавил еще один палец и помедлил.

Еще секунда, и он начал входить и выходить, задавая ритм. Мне оставалось только держаться, пока он атаковал мою киску, набрасываясь ртом на мою шею, сначала на одну грудь, а потом и другую. Пока я объезжала его пальцы, он губами двигался вниз по моему животу. Я сжимала кулаки, откинув голову на кровать, и старалась не кричать.

Шей опустил рот прямо над пальцами.

— Кеннеди, — мягко позвал он.

Посмотрев вниз, я увидела порочную усмешку и широко раскрыла глаза. Он вытащил пальцы и поцеловал меня там. Языком скользнул внутрь, и все мое тело сжалось от захлестнувших ощущений. Боже. Его язык двигался туда-сюда. Кружил вокруг клитора, вновь погружался и выходил.

Мои лёгкие сжимались. Хотелось нагнуться, схватить его голову и прижать ближе. Желание было настолько сильным, что я вцепилась руками в покрывало, изо всех сил пытаясь держать себя в руках.

— Шей.

Я задыхалась.

Давление нарастало. Я была близка к кульминации и не знала, смогу ли справиться с этим. Прежде чем я оказалась готова, Шей заставил меня кончить. Но не остановился. Продолжая работать языком, потер мой центр, и я словно рухнула с высоты — все тело сотрясла дрожь.

Шей поднял голову, пальцами снова входя в меня. Медленно и нежно, помогая ослабить дрожь. Я наклонилась, схватила его запястье, но не остановила его. Мы встретились взглядами и замерли, наши лица оказались так близко.

Ни один парень не делал такого со мной, и это заставляло меня чувствовать себя голой и открытой для него. С ним я никогда не чувствовала себя незащищенной, даже без одежды, но сейчас остро ощущала свою наготу.

Его брови на мгновение сошлись в одну линию.

— Ты в порядке?

Воздух застрял у меня в горле, поэтому я просто кивнула.

— Да, — сглотнула я. — Мне никогда раньше никто так не делал.

С выражением нежности на лице он мягко улыбнулся.

— Правда?

Его пальцы выскользнули из меня, и теплое сияние распространилось по моему телу. Оно охватило позвоночник, руки и ноги, до кончиков пальцев. Все тело покалывало, словно душа покинула тело.

От этой мысли я рассмеялась. Поговорим об усилителе эго.

— Над чем ты смеешься?

Он снова навис надо мной, глядя вниз.

— Ни над чем, — я потрепала его по щекам. — Готов учиться? — И громко рассмеялась.

— Дай мне секунду, а потом я вернусь и снова поработаю над тобой.

Он встал с кровати, а я перевернулась. Разглядывая его задницу, я почти пускала слюни. Такая крепкая, хотя он и спереди казался произведением искусства. Шей с презервативом в руке вернулся к кровати и снова лег на меня. Расположившись между ног, он нашел мои губы в самом сладком поцелуе, который я когда-либо испытывала, и вскоре мне захотелось, чтобы он оказался внутри. Он вошел, продолжая целовать меня: медленно, нежно и очень долго.

Шей не торопился, снова и снова поклоняясь моему телу, пока я не взорвалась в оргазме. И только потом начал толкаться сильнее и сильнее. Он ускорился. И пока врывался в меня в поисках собственного освобождения, я обхватывала его ногами за талию.

Когда Шей лег на бок, я зарылась пальцами в его волосы. Скользнув ногой между его ног, я придвинулась ближе и притянула его лицо обратно к своему. Последний поцелуй. Такой же нежный, как и многое другое, что он делал сегодня. Именно то, что мне нужно.

Он отстранился, затем чмокнул меня еще раз.

— Зачем?

— Что именно? — Он положил голову на кровать, глядя на меня.

— Поцелуй.

Прежде чем лечь на живот, Шей на мгновение коснулся моих губ.

— Это приятно.

— Все это было приятно.

— Да. Именно.

Будь мы парнем и девушкой, я рассказала бы ему о сегодняшнем дне. Об ублюдках на фуд-корте, от которых я убежала, о тех двоих в классе, которые продолжали создавать мне проблемы. Рассказала бы ему, каким неласковым казался сегодня мир, пока я не пришла сюда, и он не поцеловал так сладко и не коснулся меня так нежно, будто понимал, что это именно то, что нужно, чтобы снять груз с моих плеч. Но мы не встречаемся, поэтому я промолчала. Просто секс перерастал в настоящую дружбу. Я больше не могла лгать себе по этому поводу и посмотрела на него в ответ. Потянулась к его руке на моем животе и переплела наши пальцы вместе.

Он поднял голову, словно ждал от меня каких-то слов.

Я не смогла. Не смогла поделиться последним, что у меня осталось. Стала бы слишком уязвимой, слишком беззащитной. Я сжала его руку в последний раз, затем перекатилась, села на край кровати и потянулась за одеждой.

— Нам, наверное, пора заниматься.

Шей сел позади. Я думала, он обойдет меня и начнет одеваться. Но он этого не сделал. Вместо этого, он скользнул мне за спину и обнял ногами, потянув меня назад так, что я уперлась ему в грудь, и положил подбородок мне на плечо.

— Что случилось?

Я напряглась, но улыбнулась ему.

— Ничего. — Я старалась говорить непринужденно, хотя понимала: он знает, что я лгу. — Нам действительно нужно одеться, или мы не будем заниматься сегодня вечером.

— Кеннеди…

Я отстранилась от него, стоя с одеждой в руках.

— Не возражаешь, если я быстро приму душ?

Я не стала ждать.

Будто от этого зависела моя жизнь, я поспешила в ванную, закрыла дверь и оказалась под водой. Только тогда я остановилась. Что со мной происходит? Я и раньше имела дело с придурками. Почему они все еще со мной? Не покидают моих мыслей? И почему я убегаю от Шея? Я бы не спала с ним, если бы думала, что он хочет причинить мне боль. Мне не нужно ничего скрывать, но… нет. Мне просто нужно немного времени. Мои стены разрушены. Вот что случилось.

Я все чувствую.

Я не защищена.

Одно неверное слово, один неверный взгляд, и он сделает мне больно. Я стала совершенно беззащитной.

Задержавшись в душе, медленно вытираясь и одеваясь, прежде чем вернуться в спальню, я снова выстроила стену. Снова почувствовала себя хозяйкой положения.

Шей сидел за столом, одетый в те же спортивные штаны и футболку, в которых открывал мне дверь. Увидев меня, он отложил ручку.

— Тебе лучше?

Я кивнула, чувствуя, как стискивает горло.

— Гораздо.

Он не просил конкретики, понимая, что я взволнована. Просто не знал из-за чего. Я села на кровать и схватила свой рюкзак.

Он кивнул, возвращаясь к учебнику.

Я расстегнула молнию на сумке.

— Это не из-за тебя.

Шей поднял взгляд.

— Что?

— Я… — Я смотрела на свою сумку, но не видела ее. — Я, хм, я действительно не знаю, но не из-за тебя.

— Если хочешь поговорить об этом, я выслушаю.

Я оглянулась и не увидела в выражении его лица ни осуждения, ни ожидания, ни нетерпения. Если я нуждаюсь в нем — он рядом, и все. Это воплощение того, какой должна быть любая дружба. Никаких требований. Никакого давления. Именно так.

Сумка выпала из моих рук, и, встав, я подошла к нему.

Он отодвинул стул, и я оседлала его колени.

Может быть, наши отношения слишком далеко зашли в область чувств и стали большим, чем просто друзья с привилегиями, но в тот момент мне было все равно.

Шей положил руки мне на ноги, и я наклонилась в поисках его губ, вздохнув в них. Мы сидели так, целовались, он обнимал меня, пока чуть позже не отнес обратно в постель. Потом он снова оказался во мне, но часть меня могла бы провести всю ночь вот так, просто целуя его.

Глава 22

Через несколько часов у меня в животе заурчало.

Полностью одетая, я лежала на кровати. Шей снова сидел за своим столом, и в течение последнего часа мы не разговаривали. Чудесное ощущение. Такая тишина, когда не нужно ничего говорить как дома.

Теперь же он поднял глаза.

— Хочешь пойти куда-нибудь поесть?

Я посмотрела на телефон. Почти десять вечера.

— Что в это время открыто?

Он назвал местную закусочную, которая работала круглосуточно и из-за этого пользовалась популярностью у студентов. Я перекатилась на бок, чтобы лучше его видеть.

— Ты уверен, что хочешь туда пойти?

Он постучал по компьютеру.

— Мы однокурсники, и у нас общий проект. В этом нет ничего плохого.

Я пожала плечами. На сегодня я пряталась достаточно. Пришло время встретиться лицом к лицу с миром, даже если это просто местная закусочная. Я села.

— Хорошо. Давай сделаем это.

Мы быстро собрались. Я надела туфли, положила вещи в сумку и подождала, пока Шей сходит в ванную. Он быстро собрался и схватил ключи на выходе. Я шла первой, его рука лежала у меня на талии, пока мы не добрались до лестницы. Здесь было относительно тихо, как и в прошлый раз, но с кухни на первом этаже я услышала мужские голоса.

— Что случилось?

— Они знают обо мне?

Я не знала, выключил ли он телефон, но никто не беспокоил нас весь вечер. Трудно представить, что Шей может прожить пару часов без того, чтобы кто-то не написал, не позвонил или не постучал в его дверь.

— Они знают, что у меня девушка, но не знают, что это ты. Линде будет озадачен.

Вот это меня и беспокоило.

Шей внимательно посмотрел на меня.

— Ты все еще не хочешь, чтобы он знал?

— Я… — колебалась я, закусив губу. — Я боюсь, что он посмотрит на меня по-другому.

— Надеюсь, что так и будет.

— Что ты имеешь ввиду?

Он обошел меня.

— Пошли. Давай продолжим этот разговор в джипе.

Так мы и сделали. Вслед за Шеем я на цыпочках спустилась по лестнице. Заметив это, он рассмеялся.

— Парни не собираются открывать дверь. Они уважают мою личную жизнь. Мы ведь друзья.

Он стал натягивать ботинки, а я ожидала на последней ступеньке, положив руку ему на спину и молча обмирая от страха. Когда Шей закончил, то снова схватил меня за руку и повел к джипу. Я припарковалась позади него, но едва подумала о том, чтобы ехать следом, Шей сказал:

— Даже не думай об этом. Садись в машину, Кларк.

Услышав свою фамилию, я окончательно расслабилась. И оставалась такой всю дорогу в закусочную.

Мы не разговаривали, пока не заняли дальнюю кабинку и не сделали заказ. Нам принесли кофе и воду, и как только официантка ушла, я спросила:

— Что ты имел ввиду, когда сказал, что Линде посмотрит на меня по-другому?

Шей наклонил голову, чтобы заглянуть мне за спину, прежде чем снова сосредоточиться на мне.

— Я не видел здесь знакомых.

Я тоже.

— Шей.

Он наклонился вперед, поднимая свой кофе.

— Ты нравишься Линде. Я сплю с тобой. Да, называй меня эгоистом, но я бы не возражал, если бы он смотрел на тебя по-другому.

Его слова меня ошеломили.

Он заметил мой взгляд.

— Ты не знала?

Я покачала головой.

— Ты уверен?

— Да, — его лицо не выражало сомнений. — Не думаю, что это плохо для тебя, но да. Он заинтересован.

— Я думала, мы друзья.

— А он подумал, что раз ты его не ненавидишь, значит, он тебе нравится. — Шей покачал головой и снова отхлебнул кофе. — Возможно, ты захочешь разобраться с этим, пока не стало неловко.

— Вы, ребята, хорошие друзья.

— Послушай, — опустив кружку на стол, он наклонился ближе. — Я не вставал ни у кого на пути, если ты об этом. Он не претендовал на тебя, и то дерьмо между нами произошло задолго до того, как я понял, что он заинтересован в тебе.

Я округлила глаза.

— Я не говорила, что ты так поступил. И не осуждала тебя.

Он нахмурился.

— А я чувствую себя виноватым, хоть и не должен. — Он прищурился и заиграл желваками. — Если ты все-таки пойдешь с ним на свидание, мы с тобой прекратим все. Я не собираюсь спать с девушкой, с которой встречается мой друг.

Мне оставалось только сидеть и моргать. Шей говорил резко и отрывисто.

Он ревновал. Серьезно?

Я нахмурилась.

— Ты злишься на меня, потому что мной интересуется твой друг? Я не собираюсь встречаться с Линде. Я понятия не имела, что он чувствует, пока ты мне не сказал. Я думала, что он — мой друг, просто друг.

— А теперь, когда ты знаешь, это меняет твои чувства?

— К нему?

— Да, — закатил он глаза. — А о ком еще, по-твоему, я говорил?

О себе, но это выглядело бы смешно. У нас правило. Не говорить о наших отношениях. Хотя именно этим мы и занимались с тех пор, как пришли в закусочную. Или, ну, вроде того. Вроде говорили, а вроде и нет. Мы определенно избегали разговоров об эмоциональной стороне происходящего.

Пришлось напомнить себе, что и не о чем говорить. Секс и теперь дружба. Вот и все. И он мой однокурсник.

— Кларк.

— Что? Нет-нет. Я не хочу встречаться с Линде. Я бы не хотела встречаться с ним, даже если бы мы с тобой не занимались тем, чем занимаемся сейчас.

— Хорошо.

И он больше ничего не сказал, потому что вернулась официантка, чтобы принять наш заказ.

Я еще не заглядывала в меню.

— Я уже знаю, чего хочу, — сообщил Шей.

Девушка выглядела раздраженной. Глядя в одну точку, она начала постукивать по своему блокноту для заказов.

Я обратилась Шею:

— Ты закажи, а я посмотрю.

Он не торопился, дожидаясь меня, и как только закончил, я просто заказала булочку и немного фруктов.

— И это все? — спросил он после ухода официантки.

— Вчера вечером и за обедом я ела всякую хрень.

— Ты хочешь продолжать говорить о Линде?

— Нет, — замахала я руками. — В разговоре о твоем друге объявляется тайм-аут. Я не хочу встречаться с Линде. Я не буду встречаться с ним, и у меня никогда не было намерения это делать.

— Вот мы все и прояснили.

На его губах снова заиграла ухмылка и, черт возьми, увидев ее, часть меня успокоилась. Словно вернулся давно потерянный друг. Я тихонько рассмеялась, вытаскивая ноутбук из сумки.

— Что?

Я подняла голову.

— Ты о чем?

— Ты над чем-то смеялась.

— Все нормально. Когда ты ведешь себя дерзко, появляется фирменная ухмылочка. Ты понимаешь, что ведешь себя как придурок, но при этом думаешь, что совершенно неотразим.

Его брови поползли вверх.

— Так вот что говорит тебе моя ухмылка?

— А разве нет? Ты так не думаешь, когда ухмыляешься?

— Нет, — покачал он головой. — Я просто обычно смеюсь над чем-то глупым в своей голове. Половину времени я даже не осознаю, что ухмыляюсь.

— Ну, — рассмеялась я, — что бы ты ни думал, это работает.

Я уже начинала чувствовать слабость к этой его ухмылочке.

Поэтому указала на его учебник.

— Наша учеба была резко прервана. Нам нужно делать больше этого, меньше того. — Указала я между нами.

— Чего «этого»? — Повторил он мое движение. — Что мы делаем?

— Мы флиртуем. — Я бросила на него взгляд. — Ты не хуже меня знаешь, все закончится тем, что мы не будем учиться и вернемся в твою комнату.

Его взгляд потеплел.

— Неужели это так плохо?

— Да. Если наши действия отразятся на моем среднем балле, мы завяжем с этим, пока мои оценки не вернутся в норму.

Он вытянулся по стойке смирно. Ухмылка исчезла. Флирт закончился, и он закашлялся.

— Ответственность и контроль, да? Давай поговорим об этом.

Вот это уже больше похоже на правду.

Мы поели и занимались еще два часа. Уехали около полуночи. Как только припарковались на улице перед его домом, он оглянулся.

— Что ты имела в виду раньше?

— Когда?

— Когда сказала, что не хочешь, чтобы Линде смотрел на тебя по-другому. Мы поговорили о том, что я имел ввиду, но не о тебе. Что ты хотела этим сказать?

— Ох. — Я поерзала на сидении, одергивая рубашку и разглаживая ее. — Это глупо.

— Что?

В его доме горел свет, и несколько человек выходили через парадную дверь. Показалось, что я узнала их, но не была уверена.

— Это… Я не знаю, как объяснить парню про страх прослыть шлюхой.

Его губы приподнялись в полуулыбке.

— Думаешь, парень не поймет, что это такое?

— Неужели?

— Парни так же наблюдательны и умны, как и девушки. Глупыми бывают не только парни, но и девушки. То же самое и с сообразительностью. Некоторые из нас действительно существуют. Да, я знаю, что такое осуждение. Думаешь, он так с тобой поступит?

— Я думаю, он будет смотреть на меня как на шлюху. Мы занимаемся сексом и не встречаемся. Многие люди назвали бы меня шлюхой, а тебя бабником.

Распространение видео с Членодробилкой давило на меня так сильно потому, что парни злились не на Каррутерса. Они злились на меня. Я не имела права возражать ему, защищать подругу или защищаться самой, когда он нападал на меня. Ему можно, а мне нельзя. Такова уж культура нашего общества.

Я сдержала эти слова и только тихо произнесла:

— Для девочек правила другие.

— Ты не шлюха, и я знаю, что Линде не будет думать о тебе так.

— Ты удивишься, если узнаешь, кто так обо мне думает. Ты не знаешь, во что люди верят в глубине души, пока не сделаешь то, что тебе «не положено» делать, потому что это «не твое право». Похоже на изнасилование. Девушки не должны говорить «нет», верно?

Пристально глядя на меня, он резко вдохнул.

— Ты действительно так считаешь?

— Нет, но я знаю, кто так считает. Это все те придурки, которых я встретила сегодня. Каррутерс, парни из фуд-корта и те, от которых я убежала перед второй парой, они ничего бы не сказали, если бы Каррутерс действительно напал на меня. Они злятся, что я его унизила.

На мгновение он замолчал.

Я сказала слишком много. И уже пожалела об этом, а потом услышала от него:

— От каких парней ты убегала?

Волосы у меня на затылке встали дыбом. Проявилась опасная сторона Шея. Он разозлился, но старался держать себя в руках. С грехом пополам. Я чувствовала затаившуюся опасность. По спине пробежала дрожь.

У меня пересохло во рту.

— Просто какие-то идиоты. Я сбежала от них.

— Что за парни в фуд-корте? У тебя были проблемы на второй паре?

— Шей… — начала я, но остановилась. Что я могла сказать? — Что ты собираешься делать? Найти и избить их? Ты хоть представляешь, со сколькими парнями придется так поступить? Тебя выгонят из команды. Ты побьешь одного, а появятся еще два. Это бесконечно. Ты не можешь бить всех подряд.

Он выругался, стиснув зубы, откинулся на спинку сиденья и провел рукой по лицу.

— Я не хочу, чтобы они издевались над тобой.

— Да, но…

— Только не над тобой.

Я замолчала и посидела с ним минутку.

— Это всегда по-другому, когда страдает кто-то, кого ты знаешь.

Он нахмурился и сказал так тихо, что я почти не расслышала:

— Да.

Глава 23

Едва я через черный вход попала в коридор, дверь в нашу комнату открылась.

На пороге появилась Мисси. Увидев меня, она прикусила губу и прижала телефон к груди.

Я нахмурилась.

— Что случилось?

Шей снова приглашал меня к себе, но я подумала, что лучше отправиться домой. Конечно, можно было пойти с ним. Мы оба понимали, чем займемся, и я даже могла бы остаться на ночь. Часть меня хотела этого. Та часть, которой нравилось находиться рядом с Шеем, которая наслаждалась его прикосновениями. К тому же, другая часть не хотела возвращаться в общежитие. Не знаю почему, но я проигнорировала свои желания. Кроме того, у нас все только начиналось. И в этой ситуации совместная ночевка — слишком большой шаг вперед. Допусти я это, трудно оказалось бы не обращать внимания на перерождение дружбы в нечто большее.

Но теперь, увидев напряженные морщинки вокруг рта Мисси и мешки под глазами, я пожалела, что не осталась. Я настолько погрузилась в себя, что даже не сразу почувствовала, как все внутри упало.

— Я тебе уже звонила. Ты совсем не проверяешь телефон?

Дерьмо. Телефон гудел и выключался всю ночь, но увидев, что это оповещения из социальных сетей, я выключила его.

— Я пришла. Что случилось?

— Одна из твоих подруг со второго этажа в больнице.

— Как так?

— Позвони Кристине.

Паника ледяным потоком пробегала по венам, пока я рылась в сумке, поворачивалась и спускалась вниз одновременно. Я почти дошла до их этажа, когда, наконец, пошло соединение. Оказавшись в коридоре, я услышала первый гудок. Помчалась к их комнате. Возможно, уходя, девочки оставили записку на двери или предупредили соседей.

Второй гудок.

На их двери я не ничего не нашла, кроме обычных каракулей от друзей Кейси.

Третий гудок.

Дальше по коридору открылась дверь, и появилась Сара. Ее широко раскрытые глаза наполнились слезами, и она всхлипнула, прижимая салфетку к покрасневшему носу.

— Кейси.

— Что случилось? — спросила я.

И в этот момент ответила Кристина:

— Кеннеди?

— Кристина! — воскликнула я. Сердце забилось быстрее. — Что произошло? Что с Кейси?

Подруга помолчала.

— Она слишком много выпила. Пришлось промывать желудок.

Сара подошла ближе, интересуясь вполголоса:

— Что она говорит?

Она явно не в курсе. Я нахмурилась и спросила у Кристины:

— Кейси в порядке?

— Да, но она хочет, чтобы ты приехала сюда. Сказала, что собирается сделать заявление, и ты знаешь о чем.

Об изнасиловании.

У меня в душе все перевернулось.

Я смогла только пробормотать:

— Хорошо.

Голос Кристины звучал напряженно.

— Не понимаю, что происходит, но приезжай как можно скорее.

— Конечно.

Я снова повернулась к задней двери.

— Эй, — закусив щеку, Сара потянулась ко мне рукой. — С ней все в порядке? Мы можем приехать?

— Эмм…

Я передала вопрос, и Кристина ответила так же тихо:

— Кейси сказала, что не хочет их видеть.

— Глупо же.

— Я знаю, но таково ее желание.

— Хорошо. Я выхожу прямо сейчас. Буду через несколько минут. Напиши, какая больница и номер палаты.

Я повесила трубку, и Сара придвинулась еще ближе. В ожидании она прижимала к груди тонкую салфетку.

Мне ужасно не хотелось это говорить, но пришлось.

— Она не хочет вас видеть, но никто не запретит тебе сидеть в вестибюле больницы.

— Ты хочешь, чтобы я пошла?

— Все зависит от тебя.

Я направилась к машине. Через мгновение пришло сообщение, и я узнала, куда отвезли Кейси. Дорога оказалась свободной, парковка — тоже, к тому же я ни разу не заблудилась, поэтому добралась за десять минут. Гейдж год назад попал со сломанной ногой сюда же, и я была знакома с планировкой.

На входе показала содержимое карманов охраннику и потом медсестре, дежурившей у отделения неотложной помощи.

Кристина стояла возле палаты, обхватив себя руками и опустив голову. От ее вида у меня разрывалось сердце. Кейси изменилась. Кристина не знала почему, но как только она узнает причину, ей станет так же больно.

— Эй.

Подруга подняла голову и раскрыла объятия. Я обняла ее и погладила по руке.

— Как ты?

Она покачала головой и отступила назад.

— Я в растерянности. Обеспокоена. И куча других эмоций.

— Она проснулась? — Кивнула я на дверь.

— Да, — Кристина отвернулась. — Она была на какой-то вечеринке. Лора и Сара не знают имена парней, которые ее устраивали. Наверное, там Кейси и провела прошлую ночь.

— Я думала, она пошла к моему брату.

— Я тоже, но полагаю, что нет.

Кристина выглядела такой потерянной, что я решилась.

— Идем со мной, — я взяла ее за руку.

— Что? Нет. Кейси не хочет, чтобы я присутствовала. Она сказала только ты.

— Доверься мне. Хорошо?

С широко раскрытыми от испуга глазами она послушалась, и я повела ее внутрь. Кейси заметила меня первой, и я увидела, насколько она измучена. Свернувшись калачиком на кровати, она выглядела такой бледной, что почти сливалась с белыми простынями. Я никогда не видела настолько больного человека. Ее губы потрескались и, казалось, по контуру обведены темным карандашом, а волосы сбились в колтуны.

Потом она увидела Кристину и резко выпрямилась.

— Нет, — начала Кейси.

— Послушай, — от напряжения внутренности скручивались в узел, но голос оставался спокойным. Я знала, что лицо тоже ничего не выражает. Изображая богиню Дзен, я завела Кристину в комнату. — Кейси, не буду притворяться, что понимаю, через что ты проходишь, но я пытаюсь представить, чего бы мне хотелось в подобной ситуации. Я бы хотела, чтобы рядом со мной находились самые близкие люди. Чтобы они придавали мне сил. Поддерживали меня. Хоть и узнала о случившемся, но я не из твоего ближайшего окружения. Мы всего лишь несколько раз вместе обедали и смотрели фильмы. Я тебе не соседка по комнате, не лучшая подруга и даже не мать. Ты должна рассказать им.

Пока я говорила, Кейси начала плакать, крупные слезы свободно текли по ее лицу. Она не пыталась их остановить. Когда она заговорила, то стала похожа на шестилетнюю девочку.

— Если они узнают, случившееся станет реальным.

— Понимаю. — Я накрыла ее руку своей. — Понимаю, но это уже случилось. Пришло время рассказать.

— Ты можешь остаться? Я попросила медсестру вызвать полицию.

— Конечно.

Кивнув, она всхлипнула и схватила Кристину за руку.

Я присела в уголке, стараясь не мешать и присутствуя для поддержки. Кристина должна все узнать, ведь они с Кейси подруги. Пришло время заменить меня, и она это сделала. Кейси сложила руки на груди и вскоре попросила позвать Лору и Сару.

Когда они вошли, я покинула палату и решила подождать снаружи.

Через несколько минут вышла Кристина, обняла меня и поблагодарила, но в этом не было необходимости. Я почти ничего не сделала. Теперь я могла уйти. В коридоре навстречу мне попались две женщины-полицейских. Остановившись, я увидела, как они стучат в дверь палаты и одна из них произносит: «Мисс Винчем?»

«Хорошо». — Кивнула я самой себе.

Все будет хорошо. Голос у полицейской приятный, терпеливый. Она не собиралась заходить в палату и обращаться с Кейси так, будто та пошутила или сама напросилась. В ее словах не слышалось снисходительности.

После больницы я не поехала в общежитие. Если Мисси не спит, а я отмахнусь от ее вопросов, то она снова начнет коситься на меня. Она всегда так делала.

Я поехала к Шею. Написала ему сообщение, потом мимо машин его соседей прошла по подъездной дорожке и попала во внутренний дворик. Подождала у задней двери, и через минуту он впустил меня.

Было приятно пройти рядом с ним, почувствовать его руку на своей талии и утонуть в его объятиях.

Я понимала: что-то происходит.

Я что-то чувствовала.

Он что-то чувствовал.

И, может быть, мне стоило забеспокоиться, но не сегодня.

Сейчас самым правильным в мире казалось провести эту ночь рядом с ним.

Глава 24

Шей бродил по комнате. Еще не рассвело, и в помещении чувствовалась утренняя прохлада. Когда он подошел ближе к кровати, я услышала шорох одежды и, зевая, спросила:

— Ты так рано встаешь?

Он тихо усмехнулся и включил лампу.

— Да. Прости, — он надел легкую куртку и спортивные штаны с эмблемой колледжа. — Мы бегаем по утрам.

Шей выглядел чертовски хорошо, и я простонала:

— Ты не человек. Весь день на занятиях, потом тренировка, к тому же мы почти не спали прошлой ночью. — Он усмехнулся. Я попыталась махнуть рукой, но даже она слишком устала, чтобы проснуться. — И ты еще собираешься на пробежку?

— Если я не пойду, ребята захотят узнать почему. — Он сел на кровать и погладил меня по спине. — Как у тебя дела? Вчера ты была неразговорчива.

Я покачала головой. Серьезные мысли и серьезный разговор. Для этого тоже слишком рано.

— Расскажу позже.

— Но ты в порядке?

Я кивнула.

— Да, — и снова застонала. — Моя соседка по комнате, скорее всего, сходит с ума. Наверное, она звонила мне вчера вечером, а я так и не ответила.

— Почему?

Я отмахнулась, еще раз зевнув.

— И об этом потом.

В дверь негромко постучали.

Шей в последний раз пробежал рукой по моей спине.

— Хорошо. Вернусь через час.

— Ты бегаешь целый час? — Я свернулась калачиком, плотнее закутавшись в одеяло. — Ты сошел с ума. Я сплю с сумасшедшим мужчиной.

Он усмехнулся. Что-то промелькнуло в его глазах, но мгновенно исчезло, и он встал, пересекая комнату. Схватил телефон и открыл дверь. Послышалось приглушенное:

— Я готов.

Потом другой человек произнес:

— Я не был уверен, что ты придешь. Думал, ты пропустишь из-за… — Его голос затих.

Я напряглась, узнав Линде.

Шей только рассмеялся.

— Нет. Я готов идти.

— Не сомневаюсь.

Пытаясь стать незаметной, я едва не задохнулась. Пока Шей заслонял дверной проем, Линде не мог меня увидеть. Через секунду он вышел и закрыл за собой дверь. Прислушавшись, я смогла разобрать, как они спускаются по лестнице и уходят.

Прежде чем снова заснуть, я проверила сообщения на телефоне.

Удалив все послания от Мисси с вопросом «куда пропала», я задержалась на том, которое было отправлено после моего ухода в больницу.

Мисси: Не знаю, что происходит, но если понадоблюсь, я здесь.

Очень мило с ее стороны. Я набрала ответ, зная, что она не включит телефон, пока не уйдет на утренние занятия.

Я: Я в порядке. Ночевала у друга. Вернусь позже. Хорошего дня.

Я не ожидала ответа и перевернулась, бросив телефон на пол.

Через секунду он зажужжал, и я удивленно схватилась за него.

Мисси: Хорошо. Полночи не спала. Я волновалась. Если ты в порядке, то возвращаюсь в постель.

Я съежилась, бормоча про себя: «И награда за самую бесчувственную соседку по комнате достается…»

Я: Прости. Думала, ты будешь спать, но я в порядке. Еще раз извини.

Мисси: Без проблем. Спокойной ночи/Доброе утро!

Усмехнувшись, я бросила телефон обратно на пол и снова свернулась калачиком. И через несколько секунд уже спала.

Во второй раз меня разбудил грохот, и я осмотрелась. Шей все еще отсутствовал. Дверь в ванную оставалась открытой, так что его там не было. Поискав, я также не обнаружила его спортивную одежду. Проверив телефон, увидела, что проспала всего час. Он, вероятно, все еще на пробежке. Услышав второй удар, я поняла, что звуки доносятся из кухни.

Ребята уже встали.

И я, вероятно, больше не усну, поэтому с огромным трудом заставила себя встать, посетить ванную, одеться и собрать свои вещи. Когда уже спускалась по лестнице, из кухни донесся громкий смех. Я дернулась, на секунду прижавшись к стене, но дверь так и не открылась.

Выскользнула наружу, чувствуя себя преступницей. Я уже стояла у машины, когда услышала легкий топот ног. Оглянувшись, заметила, как группа парней направляется к дому, двое из них остановились и подошли ко мне.

Шей шел впереди, а Линде — рядом и немного позади него одновременно. Оба притормозили, когда добрались до моей машины. Шей остановился в нескольких футах от меня. Линде же выглядел слегка ошарашенным. В его широко раскрытых глазах промелькнула тень, а через несколько секунд губы сжались в тонкую линию.

Шей переводил взгляд с одного на другого, просто ожидая.

— Итак, — Линде положил руку на багажник моей машины. Пот блестел на его лице, скатываясь вниз и шлепаясь на одежду и на цемент рядом с ботинками. Наушники висели на шее, а провода тянулись к карману рубашки. — Вот оно что.

Шей был без наушников, тоже вспотевший. Он выпрямился, засунув руки в карманы. Слегка сгорбил плечи. И ничего не сказал.

Я попыталась улыбнуться.

— Ну да. Но мы не встречаемся, ничего такого.

Устыдившись, я обменялась взглядами с Шеем. Тот слегка покачал головой, и я поняла, что он говорит мне не беспокоиться об этом.

Линде стал одним из моих первых друзей. Думаю.

Он медленно перевел взгляд с меня на Шея.

— Ты просто трахаешься? И все? — Тот уже открыл рот, но Линде поднял руки вверх. — Послушай. Это не мое дело. Хотя, если этот клоун причинит тебе боль, дай мне знать. Тогда я побью его на тренировке. Может, так сильно врежу, что ему придется пропустить игру.

Ухмыляясь, Шей выругался.

В ответ Линде вымученно улыбнулся. Тень все еще оставалась в его глазах.

Он поднял руку в прощальном жесте, по дорожке направляясь к дому, куда ушли остальные.

Шей подождал, пока он отойдет дальше, прежде чем указать на мою машину.

— Уезжаешь?

Я огляделась по сторонам. Кроме нас на улице никого не было. Типовые дома. Ярко-зеленые ухоженные газоны. Свежевыкрашенные крылечки, стены без сколов. Блестящие, словно их только что покрыли, крыши. Яркие цветы в горшках и свежий запах росы в воздухе.

— Понимаю, почему вы бегаете в это время, — пробормотала я. — Здесь спокойно.

— Хорошее начало дня. Тренер рассчитывает, что мы будем дополнительно тренироваться. Выполнив упражнения, мы переходим к играм. Или поднимаем тяжести. Много тяжестей.

Пот темнел на его рубашке, блестел на лбу, и Шей провел рукой по волосам, стряхивая лишнюю влагу. Глядя на высокие скулы, идеальные и соблазнительные губы, льдисто-голубые глаза, я вспомнила, кто стоит передо мной. Шей Коулман, из высшего общества университета Дулейн. С самой верхушки, как говорит Гейдж.

И я сплю с ним.

Я рассмеялась про себя.

— Думаю, я возненавидела тебя с первого дня из-за того, что ты такой самодовольный.

— Хорошо. Допустим, — кивнул он со вздохом. — Я самодовольный?

— Ты и сам это знаешь.

— А мне показалось, что ты забавная. — Его губы дрогнули.

— И нахальный.

— Да. Эта моя ухмылка. Я могу больше ухмыляться, если хочешь. Ты, должно быть, скучаешь по ней.

Невольно моя улыбка стала еще шире, и я шлепнула его. Я прислонилась к машине, Шей шагнул ближе и положил руку мне на плечо. Слегка облокотился и смотрел на меня, запрокинув голову, словно не понимая, что происходит.

— Я пытаюсь сказать, что когда ты только вошел в класс, от одной мысли, что мы окажемся здесь, моя задница умерла бы со смеха.

— Только не твоя задница. Мне она нравится. Она восхитительна.

Я проигнорировала его флирт.

— Я просто занимаюсь самоанализом. С первых дней в колледже я планировала подружиться с одним, может быть, двумя людьми и все время посвятить учебе. Добиться успеха. Без парней, без сплетен, без язвительности. Я не собиралась ввязываться ни в какие драмы. А если перемотать вперед на несколько недель: я сплю со звездным квотербеком, дружу с начинающим атакующим лайнменом и приехала вчера вечером из больницы, где девушка, которая, как я думала, имеет все, решила сообщить о своем изнасиловании.

Ухмылка исчезла, и его глаза стали серьезными. Я чувствовала, как веселье ускользает, словно солнечный свет прогоняет тьму. Медленно, постепенно, но неизбежно.

Я глубоко вздохнула.

— Я заступалась за Кейси перед Мэттом Каррутерсом и вчера пряталась из-за этого. Я больше не могу скрываться.

Коснувшись рукой моего плеча, она начал успокаивающе потирать его большим пальцем.

— Ты уже упоминала о парнях. Я все еще хочу знать, кто они.

— Знаю, что хочешь.

Он ожидал, что я продолжу. Когда я этого не сделала, Шей сказал:

— Тебе не стоит в одиночку разбираться с ними.

— Ты ведь так думаешь, да? — Я попыталась улыбнуться, но ничего не почувствовала. Тяжесть вернулась, и она больше не лежала у меня на плечах. Она давила прямо на грудь. — Кейси сообщила об изнасиловании. Это большой шаг вперед.

— У тебя есть в этом какой-нибудь опыт?

— Что?

Он пожал плечами.

— Ну, ты подвергалась нападению. Сексуальному.

Я ожидала, что Шей начнет дергать себя за воротник или переступать с ноги на ногу, но он этого не сделал. Он ждал ответа на заданный вопрос.

Маленький цветок гордости распустился в моей груди, убирая часть этого давления.

— Не в сексуальном плане, но в выпускном классе девочки доставили мне неприятностей. Они повели себя жестоко. Не знаю, понял ли ты, но у меня есть проблемы с доверием и эмоциями.

— Нет, — он разинул рот, притворившись удивленным. — В самом деле? Никогда бы не подумал.

Я рассмеялась и снова ударила его, но на этот раз он поймал мою руку и прижал ее к своей груди, наклоняясь ближе, пока не прижался ко мне боком. Секунду он смотрел мне в глаза, а затем мягко сказал:

— Я понимаю: проблемы с доверием, но несмотря на это, ты мне нравишься. Возможно даже, что ты мне нравишься из-за них.

У меня перехватило дыхание. Я откинула голову назад, и он тянулся ко мне, пока его губы не оказались в миллиметре от моих.

— Я тебе нравлюсь? — пробормотала я. — Нравлюсь такая, как есть? — Он снова ухмыльнулся, поддразнивая. — Осторожнее, Коулман. Думаю, ты двигаешься слишком быстро.

Уголки его рта опустились вниз, и он отступил на шаг.

— Что?

— Я имею ввиду, если мы говорим о чувствах. Это все, что я хочу сказать. Прошло всего четыре дня.

— Я сказал, что ты мне нравишься, а не то, что я в тебя влюблен. — Он отодвинулся еще дальше, стиснув зубы. — Черт возьми, Кларк. Я трахал тебя последние две ночи, и всю первую ночь у меня был стояк. Думаешь, я бы сделал все это ради цыпочки, которая мне не нравится? Хочу, но нет, не люблю. Я согласился не говорить о свиданиях. Но ты продолжаешь бросаться этим словом. — Черты его лица исказились от гнева, губы сжались, а брови сдвинулись на переносице. — Возможно, стоит задуматься о том, что это ты хочешь встречаться, а не я. Может я, как нормальный парень, не отказываюсь от секса?

Меня словно ударили. Воздух покинул легкие. И я сначала даже не нашлась с ответом. А потом поднялся целый поток. Я отстранилась от машины.

— Ты что, издеваешься?

— Нет, но я не собираюсь терпеть это дерьмо. Ты не можешь говорить со мной свысока, Кларк. Ты мне нравишься такой боевой, заставляющей меня смеяться, с заметными проблемами с доверием, раздавленной каким-то мудаком так сильно, что скрываешь, как чертовски красива ото всех, даже от себя. Не знаю, кто этот парень, или что он сделал с тобой, но я не он. Иногда я могу вести себя как придурок. Признаю это, но не позволю вытирать об себя ноги. Это нормально, когда я говорю, что ты мне нравишься. Это в порядке вещей.

Я была вне себя. Понятия не имела, что происходит.

— О чем ты?

— Ни о чем, — сдаваясь, он поднял руки вверх и попятился. — Я ничего не говорю. Мы не встречаемся. Я думаю, что мы даже не друзья, но эй, если ты хочешь трахаться так сильно, что аж искры из глаз, думаю, я парень для этого.

Он покачал головой и, повернувшись, ушел.

Я вернулась в университет, но только когда припарковалась и пошла к своему общежитию, поняла, что даже не помню дорогу. Физически я находилась здесь, но мысленно оставалась там.

И меня все еще интересовало, что, черт возьми, только что произошло.

Глава 25

Сходив на три пары и обед, я почувствовала дежавю.

Все вернулось на круги своя.

Меня не окликнул ни один парень. Словно видео с Членодробилкой и не было. Мисси снова стала снисходительной и пассивно-дружелюбной. Перед тем, как втроем отправиться на ужин, к нам заглянули Холли и ее кузина. Никто мне не названивал. Гейдж не прятался, не посылал подруг искать меня и вообще не беспокоил. Даже Сабрина, великолепная подруга Шея, за столом занималась учебой. Она даже не подняла головы, чтобы поздороваться. Ни Линде. Ни Шея. Ни собраний группы по политологии.

Единственное отличие состояло в том, что отсутствовала Кристина, а вместе с ней Кейси, Лора и Сара.

Я понимала, что у них выдалась насыщенная ночь. Даже если девочки в общежитии, я не сомневалась, что они спят — эмоциональное похмелье такая штука. После ухода Мисси и ее банды я осталась в одиночестве. Будто действительно одна, как до Шея.

Это было восхитительно.

Ну, может, и нет. По отношению к Шею я не чувствовала себя правой, но через день мы увидимся и сможем разобраться во всем, что произошло на его улице. А до тех пор я училась в свое удовольствие. Ходила в компьютерный класс общежития и даже немного пошалила. Украла несколько листов из принтера и засунула их под рубашку. Моя внутренняя ботанка показалась во всей красе. Похоже, в последнее время я слишком много общалась с «крутыми» людьми. А теперь произошел бунт. Ботанке требовалась отдушина, и я ей потакала. Цветные маркеры закончились быстро. Не только основные цвета, а абсолютно все. Например, один учебник я разрисовала розовым, а другой — фиолетовым.

Вся осторожность улетела в трубу. На часах показывало только восемь, когда я отправилась в библиотеку.

Я действительно позволила себе посходить с ума.

Энергетический напиток. Кофе из тележки. Мои собственные «Twizzlers» на этот раз. И пакетик шоколадных конфет. Будучи не в себе от кофеина и сахара, я нашла пустой кабинет на верхнем и самом изолированном этаже библиотеки.

И оставалась там до полуночи.

Одно из лучших занятий в истории. Умопомрачительно.

Я нагнала и освежила материал для предстоящих промежуточных экзаменов.

И почти пускала слюни, когда возвращалась в общежитие.

Словно находилась под кайфом, не думая о Шее и неразберихе в моей жизни. Этот день прошел не зря. Все снова вернулось на круги своя. Учеба и подготовка.

Я вышла из библиотеки и свернула на дорожку, ведущую к общежитию.

Я не знала, что они прячутся в той же рощице, где мы с Гейджем говорили о Кейси. Или, что, когда я проходила мимо, они оглядывались убедиться, что вокруг никого нет. Это случилось в понедельник вечером после закрытия библиотеки. Многие ушли около десяти, остальные — до половины двенадцатого. Только самые решительные или самые отчаянные, и я в том числе, оставались до самого закрытия. Я была полна решимости.

И они тоже.

Они подошли сзади.

На меня упали две тени. Так как самой освещенной частью двора была оставшаяся позади библиотека, тени появились передо мной. Я заметила их, на полсекунды посмотрев вниз.

Волосы у меня на затылке встали дыбом.

Еще полсекунды.

Что-то длинное и толстое появилось в руке парня.

Еще полсекунды.

Это оказалась бита.

Еще полсекунды.

Страх скопился внизу живота, а парень поднял биту.

Еще полсекунды.

На меня собирались напасть.

Повернувшись, я закричала, и бита ударила меня прямо по лицу. Это остановило крик, парализовало меня изнутри. Еще полсекунды. Я упала.

Лицо горело, и я увидела подошву ботинка, прежде чем все вокруг поглотила темнота.

Три секунды.

На все потребовалось три секунды.

* * *

Меня разбудил запах.

Неприятный, металлический, а затем появился звук. Как у сирены скорой помощи. Он повторялся и повторялся. Становился все громче. Мне хотелось заткнуть уши. Было больно. Я хотела, чтобы скорая проехала мимо, но не судьба. Она продолжала приближаться. Звук становился все громче и громче, а потом я услышала голоса.

Мужчина и женщина.

Я почувствовала, как два пальца впились в мое запястье.

Это тоже оказалось больно. Хотела сказать, чтобы они остановились, но у меня не вышло.

Хотелось очнуться и пошевелиться, но я ничего не могла сделать. Я оказалась в ловушке.

— Артериальное давление…

Снова раздались гудки и сигналы тревоги. Я не расслышала слова женщины. Парень спросил:

— Пульс?

Она снова что-то сказала.

Я смогла открыть глаза. Посмотрела вверх — белый потолок. Меня трясло. Нет, я находилась в машине, которую трясло. Я не могла пошевелиться, шея горела, и ее что-то сдавливало. И руки, ладони, ноги. Меня пристегнули к кровати, к носилкам.

Я находилась в машине скорой помощи.

— Мисс, — склонилась надо мной женщина. — Мисс, мы позвонили вашим родственникам. Ваш брат встретит нас в больнице.

Но…

Я попыталась заговорить. И не смогла пошевелить губами. Что происходит?

Потом мои веки снова отяжелели, и я заснула, думая только об одном: зачем я еду в больницу?

* * *

Сначала меня разбудил низкий и ровный писк.

Боль же заставила проснуться окончательно. Открыв глаза, я увидела другой потолок. Первый был голым. На этом имелись серебряные складки. Проследовав взглядом по одной из них, я увидела шторы с креплением на колесиках. На этот раз я смогла открыть рот. И повернуть голову. Не будучи больше пристегнутой, осмотрелась вокруг, хотя все тело кричало, чтобы я не двигалась.

В любом случае, я это сделала.

Подперев голову рукой, в кресле рядом со мной сидел Гейдж. Его грудь поднялась, и он глубоко вздохнул. Сначала говорить не получалось — болел весь рот. Брат выглядел плохо. Бледный, темные круги под глазами, а вокруг рта залегли напряженные морщины. Они проявлялись всякий раз, когда он находился в состоянии стресса.

— Ты не спишь?

Я посмотрела в другую сторону. Медленно. Боже, как больно.

К кровати подошла медсестра с блокнотом в руке и прошептала:

— Из-за тебя здесь было довольно оживленно.

Я снова проверила, не проснулся ли Гейдж, но он продолжал спать.

Глядя на свои часы, медсестра коснулась внутренней стороны моего запястья.

— Я в больнице? — прохрипела я.

Она кивнула, считая про себя:

— Десять… девять… восемь… — Закончив, написала цифры на планшете. — Да. Ты знаешь, что случилось?

Боль. Туман. Силуэт, затем что-то большое рядом с ним.

Я поморщилась, пытаясь вспомнить.

— Нет.

— Тебе больно?

— Да, — кивнув, прокаркала я.

Медсестра потянулась к капельнице и нажала несколько кнопок на маленькой коробочке, висевшей на ней.

— Должно быть, мало морфина. Добавлю еще немного. — Она потянулась за черной манжетой. — Нужно измерить артериальное давление. Потерпишь?

Я подняла руку так высоко, как только могла, и медсестра приложила ее. Она нажала кнопку над моей головой, и манжета натянулась так, что казалось, вот-вот отрежет мне руку.

Глядя на цифры, медсестра пробормотала:

— Что ты помнишь?

Когда тонометр запищал, и эти цифры тоже были записаны, я рассказала. С минуту она внимательно меня разглядывала. Я ждала, что медсестра заполнит пробелы, объяснит мне все, но она этого не сделала.

— Ч… эй!

Проснувшись, брат резко выпрямился и приподнялся со своего места, протягивая мне руку.

— Ты в порядке? — Он всмотрелся в мое лицо.

— Да.

— Ее жизненные показатели в норме. — Медсестра одарила нас обоих веселой улыбкой. — Я сообщу доктору, что ты проснулась. Он захочет поговорить с тобой.

— Тебе больно? — спросил Гейдж, когда она закрыла за собой дверь.

— Мне добавили морфин в капельницу. — Я нахмурилась. Головная боль никуда не делась, и я не могла дождаться, когда она пройдет. — Гейдж, что случилось?

— Что ты помнишь?

Я рассказала ему то же самое, но как и медсестра брат надолго замолчал.

— Что? — Силуэт, что-то темное рядом с ним. Почему это всплывало в моей памяти? — Гейдж. Скажи мне. Пожалуйста.

Страх зародился где-то под ребрами и начал растекаться по всему телу.

Брат посмотрел на меня, а потом зажмурился. Резко выдохнув, сгорбился и кивнул.

— Хорошо. — Протянув руку к ограждению моей койки, брат с силой сжал его. — На тебя напали… — Пока он говорил, силуэт обрел форму. — …Мэтт Каррутерс и еще один парень ждали, когда ты выйдешь из библиотеки… — Темнота. После полуночи. Вокруг ни души. — … другой парень ударил тебя битой… — Замах битой, и я дернулась на кровати, будто она ударила меня еще раз. Я словно почувствовала это. — … а потом Каррутерс пнул тебя…

В лицо.

Я посмотрела вверх и увидела поднятую ногу.

Я не могла пошевелиться, переживая все заново. Капля упала мне на руку, и я посмотрела вниз. Я плакала. И даже не подозревала об этом.

Гейдж сделал паузу, но я выпалила:

— Расскажи мне остальное.

— На этом почти все.

— Рассказывай?

Он дернул плечом.

— Одна из библиотекарей как раз уходила и все увидела. Она закричала и сразу же позвонила в 911. Они сбежали, но их засекли камеры кампуса. Так и опознали. Я говорил с офицером службы безопасности, поскольку в Дулейн нет собственной полиции, обвинение предъявит городская. Детектив заходил сегодня утром. Он сказал, что доказательств достаточно, чтобы тебе не пришлось давать показания, плюс видео с Членодробилкой ясно указывает, что Каррутерс напал на тебя первым. Это была самооборона, хотя коп выразил мнение, что ты зашла слишком далеко. — На его усталом лице промелькнула слабая улыбка. А затем брат провел по нему рукой. — Черт, Кенз. Я так волновался за тебя. Все волновались.

Я присела. Невероятно, но я вспомнила.

Я все еще чувствовала страх, а поэтому ждала. Я не из тех, кто боится. Следовало разозлиться, но после еще одной минуты ожидания я нахмурилась. Гнев все не приходил. Внутри оставался только страх.

— Кенз? — Гейдж наблюдал за мной. Он склонил голову набок и отпустил перила, потянувшись ко мне. — Что с тобой?

Я покачала головой.

В горле застрял комок.

Я не хотела бояться.

Я не хотела быть никем.

Попыталась успокоиться.

Может быть, из-за морфина? Из-за него могли притупиться чувства? Напуганная до чертиков, я улыбнулась брату.

— Я в порядке.

— Ты врешь. — Мы услышали приближающиеся голоса, и Гейдж посмотрел на дверь. Он снова наклонился вперед, понизив голос. — Может быть немного позже, но ты должна поговорить об этом. Хорошо? Должна. Ты не можешь держать все в себе.

Дверь открылась, и вслед за медсестрой вошел врач. В течение следующих тридцати минут меня тыкали, щупали и допрашивали. Сказали, что у меня сотрясение мозга и половина лица похожа на огромную красную луковицу. Кроме того, доктор заметил, что мне повезло, что библиотекарь оказалась поблизости.

Я подавила дрожь.

Перед уходом, после еще одной проверки жизненных показателей, врач сказал, что утром я могу идти домой.

— Ты рассказал о том, что произошло после нападения?

— Еще не успел. Но расскажу.

Одобрительно кивнув, доктор обратился ко мне:

— Я утром снова осмотрю тебя, так что увидимся еще раз, прежде чем ты сможешь вернуться домой. Приятно было познакомиться. Должен сказать, что это оказалось честью и приключением одновременно.

Медсестра тихонько рассмеялась, выходя вслед за ним.

— О чем он говорил? — спросила я брата.

Он вздохнул.

— О Шее.

Глава 26

Шей.

Его имя отдавалось во мне эхом, резонируя как прыгающий мяч.

— Что он сделал?

Гейдж медленно вздохнул. Выпрямился, положил руки на колени и вздрогнул.

— Хорошо. Была не была. Ты не знаешь, но за дверью твоей палаты дежурят двое полицейских.

— Что?

— Каррутерс и его подельник в больнице. Тебя охраняют, так как один раз он уже на тебя напал. Полицейские опасаются, что Каррутерс может попытаться отомстить, но я так не думаю.

— Я что, ударила их в ответ? Они здесь в качестве пациентов?

— Нет, — коротко рассмеялся брат. — Они здесь потому, что Шей выбил из них все дерьмо.

Внутри у меня все замерло.

— Что?

— Библиотекарша рассказала все кому-то из администрации, и те позвонили твоей соседке по комнате. А она идиотка. Сказала, что твоя единственная подруга — Кристина. Та знала обо мне, так что сразу позвонила, как и мама.

— Мама, — простонала я. Начинается веселуха.

— Я плохо соображал. На одной линии сходила с ума мама. На заднем плане кричал Блейк.

Я снова застонала.

— Надо отдать должное твоей подруге. Она вела себя спокойно. Я слышал, как она испугана, но в то же время казалась невозмутимой. Я повесил трубку и поговорил с мамой.

— Как Шей узнал об этом?

Брат сглотнул и поднял палец.

— Вот почему я объясняю, что не мог ясно мыслить. Я ляпнул, что нужно сообщить Шею. Поэтому могу предположить, что она позвонила и рассказала ему плохие новости. Следующее, что помню, как паркуюсь возле больницы. Мама и Блейк уже в пути, и тут звонит Кейси.

— Кейси?

Гейдж продолжил:

— Слух о том, кто на тебя напали, распространился быстро и до того, как копы добрались до квартиры Каррутерса…

Брат позволил мне додумать остальное.

— Шей позаботился обо всем.

— Именно, — кивнул он. — Когда приехали копы, Шей все еще избивал его. Всех арестовали и привезли сюда, чтобы проверить. Шей вырубил друга Каррутерса еще в квартире, но парень очнулся только здесь. Он сказал что-то Шею и не обращая внимания на полицейских в палате, тот снова бросился на них. Не достал, но пытался. Почти дотянулся. Их закрыла собой медсестра. Чтобы добраться до них, Шею пришлось бы ударить ее, и прежде чем он смог обойти медсестру, полицейские уже схватили его. После этого всех разлучили и приковали наручниками к кроватям.

— Нет!

Мой мозг лихорадочно работал. Шею могут выдвинуть обвинение. Или сделать что похуже. Он может попасть в тюрьму.

— Ходят слухи, что нападение Шея замнут, если замнут первое нападение Каррутерса на тебя. То, после футбольного матча.

— В самом деле? Это сработает?

— В разговоре адвокат сыпал юридическими терминами. Но Шей — это охеренная проблема. В дело вмешались футбольные тренеры. Не удивлюсь, если и декан колледжа тоже. Каррутерс согласился. Ему предъявят обвинение только в нападении возле библиотеки, если Шей согласится.

— Он пошел на это?

Не думала, что из-за меня Шей станет Терминатором. Разберусь с этим позже.

Гейдж покачал головой и пожал плечами.

— Думаю, его немного попугали, чтобы согласился. Я не врубился как, но Шею не предъявят обвинение.

— Невероятно.

— Да, но ему запрещено показываться в больнице. Вы не увидитесь, пока тебя не выпишут.

Шей сделал все это из-за меня.

В голове не укладывалось.

И тут я задумалась о другом.

— А где же все? Мама, Блейк, Кристина?

— Веселая компания твоих подруг провела здесь весь день, но вернулась в общежитие. То же самое касается мамы и Блейка. Они приходили днем. Так как они добирались сюда целые сутки, то отправились в отель немного поспать. Сейчас моя смена. Сегодня я собирался на занятия, чтобы услышать, что говорят в кампусе обо всем этом.

Новый страх окутал меня. Я пока не хотела этого слышать.

— Какой сегодня день?

— Утро среды.

Брат включил телевизор, и я увидела время.

Два часа ночи.

На меня напали в понедельник после полуночи, фактически уже во вторник.

Я потеряла целый день.

Столько всего произошло за прошедшие сутки.

Я едва снова не потеряла сознание.

— Весь кампус знает, что Шей избил Каррутерса. Слухи распространились быстро, и это только то, что я слышал. А что мне не говорили — даже не представляю, — мягко произнес брат.

— О, мой бог.

Я не перенесу этого. Перед глазами промелькнул последний год в старшей школе, но Шей защитил меня. Это…

Я почувствовала, как стены вокруг смыкаются. Комната уменьшилась в размерах.

Что происходит?

Кислород тоже отключили? Нечем дышать.

— Кенз, — Гейдж встал, склонившись надо мной. Его взгляд светился беспокойством. — Эй, что происходит?

Я не могла говорить. Почему я…

Комната опрокинулась.

Я услышала приглушенные голоса.

Потом все снова стало черным.

* * *

Я упала в обморок.

Унизительно, конечно, но переживаемо.

Позже в этот день в мою палату влетела мама. С широко раскинутыми руками и в укрывающем плечи шерстяном платке. Притянув к себе, она стала нежно меня покачивать.

— О, милая, — пропела она, приглаживая рукой мои волосы так, словно я домашнее животное. — Ты меня так напугала. Я не понимала, что случилось. Не знала, жива ли ты, напали только на тебя или на Гейджа тоже. Для матери нет ничего хуже, чем быть в неведении. — Она отстранилась, надув нижнюю губу и продолжая приглаживать мои волосы. — Ты для меня так же прекрасна, как и в тот день, когда родилась. Похожа на заплесневелый маринованный огурец.

— Мама!

Мое лицо похоже на заплесневелый огурец?

Позади нее раздался тихий смешок, а затем появился старший брат. На пару сантиметров выше нас с Гейджем, как обычно побрит налысо и немного более накачан, но хотя бы нормально одет — в толстовку и джинсы. В руке он держал пластиковый стаканчик.

Я почувствовала запах кофе, и рот мгновенно наполнился слюной.

— Это то, о чем я думаю?

Он засмеялся, ставя напиток на стол рядом со мной.

— Не уверен, что тебе его можно. Думаю, сначала надо посоветоваться с медсестрой.

Он подошел, чтобы обнять меня, и я с удовольствием прижалась к нему.

Гейдж — мой брат в полном смысле этого слова.

Мы дрались, боролись, кричали друг на друга, но всегда оставались друзьями. Блейк на четыре года старше меня, и он заменил нам отца с тех пор, как тот умер от рака, когда мы были маленькими. Как все мы, он смуглый, темноволосый и темноглазый, но его лицо немного круглее. А еще он выше ростом. Более мускулистый, мрачноватый и немного грубоватый, Блейк обладал соответствующим темпераментом.

Именно то, в чем я нуждалась.

Он задержал меня еще на секунду, и я смахнула слезу.

— Привет. Вы, ребята, почему приехали сюда?

Грустно посмотрев, брат убрал прядь волос с моего лба.

— Ты же знаешь маму. Она ненавидит летать. Семейные обстоятельства.

Он поморщился, задержав взгляд на моем лице.

— Я слышал, что твой парень здорово врезал этим придуркам.

Мой парень.

— Ох, — я опустила голову, чувствуя, как руки становятся липкими. — Да. Я тоже слышала.

Он отступил назад, и я снова сосредоточилась на маме. Платок все еще лежал на ее плечах, прикрытый парой синих халатов, а на ногах красовались подбитые мехом сабо. Свои темные волосы она собрала в высокий пучок, а на шее на нитке из бисера подвесила очки. Губы накрасила красной помадой, веки — желтыми тенями и слишком ярко нарумянила щеки.

— Что ты делаешь? Ты же не медсестра. — Указала я на ее одежду.

— Я знаю. — Она опустила глаза очень довольная собой. — Разве это не потрясающе? Я так оделась по двум причинам.

Взяв меня за руку, она придвинулась ближе и повернулась в сторону Блейка. Тот подошел к месту, где ранее спал Гейдж, но приподнялся и сел на подоконник, положив ноги на кресло.

Он покачал головой.

— И слушать ничего не хочу. Ты выглядишь как сумасшедшая. Я не хочу в этом участвовать.

Она захлопала ресницами, глядя на меня.

— Это модный тренд. Никто не додумался до этого раньше. Я принесла все, чтобы подготовиться. Смешаться с толпой. Сыграть эту роль. Я буду заботиться о тебе, поэтому какой наряд лучше того, который носят профессионалы? Разве это не потрясающе? И мне удобно. Медсестрам так удобно. Все равно, что идти на работу в пижаме. Я немного завидую. Может, мне стать медсестрой?

Блейк вытащил телефон, но махнул рукой в мою сторону.

— Назови ей другую причину. Настоящую причину, по которой ты так одета.

— Ох, — прижала она руку к груди. — Да. Если понадобится куда-нибудь прокрасться, у меня будет больше шансов выглядеть, как своя. Ты в курсе? В больницах есть всякие странные комнаты. Никогда не знаешь, куда придется идти, но где тебе не положено быть.

— Ты сумасшедшая, — согласилась я с Блейком.

Махнув рукой, она рассмеялась.

— Мои дети такие забавные.

С этими словами она обернулась, потому что в палату вошла медсестра. Та остановилась, хмуро посмотрела на нашу мать, покачала головой и подошла к кровати.

Она объяснила то, что я уже знала: меня выписывают. Доктор заходил раньше и выдал справку о состоянии здоровья. Из-за сотрясения мозга в течение следующих двух недель мне не разрешалось садиться за руль и напрягаться.

В это время могли появляться различные симптомы: несвязные мысли, невнятная речь, тошнота, головокружение, потеря равновесия и целая куча других. Эх, если бы мне запретили заниматься математикой, я бы не расстроилась. Все пройдет, но следовало вести себя осторожно, чтобы не повредить голову. Что и произошло, судя по всему.

Пока Блейк вез меня в инвалидном кресле, я не могла понять, что творит мама. Когда мы шли по коридору, она разговаривала со всеми подряд и вела себя как на параде. Я бы не удивилась, начни она дирижировать. Она смеялась, рассказывая окружающим, как мы счастливы, и как страшно ей было становиться матерью, поэтому, когда мы добрались до входной двери, я уже дошла до точки.

Предполагалось, что я до самой машины останусь в инвалидном кресле, но я не выдержала. Раздражение и внутреннее напряжение (хотя я и не понимала почему) ощущались у меня в животе как два валуна. О чем бы я ни думала, они никак не покидали меня. Я получила рецепт на обезболивающее, но пожалела, что не увеличила дозу морфина, просто чтобы добраться до машины.

— Минивэн? — заметила я, когда Блейк подкатил меня к боковой двери.

Мы все еще слышали, как позади мама с кем-то разговаривает.

— Да, не машина. Мама не знала, как долго мы здесь пробудем, поэтому настояла на своем. И привезла с собой половину дома. А здесь больше места.

Он открыл дверь и взял меня за руку, чтобы помочь забраться внутрь. Ноги немного подкашивались, но ничего страшного. Я всего лишь переживала из-за отъезда.

На меня напали, но я не думала об этом.

Я не думала ни о Шее, ни о Мисси, ни о Кристине, ни о том, что говорят в кампусе.

И я вовсе не лгала себе.

— Как ты? На самом деле?

Блейк остановился у двери, ожидая моего ответа.

— Хорошо! Звучит потрясающе. Я напишу в личку. Это в Инстаграме, или подождите. У вас есть Снэпчат?

Мы оба оглянулись.

Мама хотела как лучше. Она работала менеджером отеля, но ее хобби и страстью всей жизни была сцена. До сих пор она получала главные роли только в наших местных пьесах, но оставалась преданна своему делу. Мы все расстраивали ее, и, окажись наша мать на большом экране, я бы не удивилась.

В этот момент она играла роль «крутой матери». Или пыталась.

Я кивнула Блейку.

— Просто устала, вот и все.

Кивнув в ответ, хотя и не выглядел убежденным, он закрыл дверь. Мама уселась на пассажирское сидение, повернувшись ко мне, а Блейк сел за руль.

— Мы сняли номер в отеле. Гейдж рассказывал? Он не один снимает квартиру, а ты вообще живешь в общежитии. Блейку нельзя там оставаться на ночь, верно? Я разговаривала с твоей соседкой по комнате. Она все объяснила. — Мама перевела дыхание. — Итак, дорогая, куда бы ты хотела пойти?

Имелось одно место, но вместо этого я произнесла:

— В отель.

— Великолепно! — Улыбнулась она.

Глава 27

С меня хватит.

Я провела в отеле пять часов. Блейк ушел в спортзал, а я схватила телефон и выскользнула в коридор. Позвонила Гейджу и когда он ответил, прошипела:

— Мама сводит меня с ума.

На заднем фоне слышались разговоры, а он рассмеялся и сказал:

— Мама хочет убедиться, что с тобой все в порядке, но не быть слишком властной. Она просто странно выражает свои чувства. И ты это знаешь.

— Она ведет себя как настоящая медсестра. Позвонила на ресепшен и спросила, есть ли у них стойка для капельницы. Когда ее не оказалось, попросила что-то длинное, прямостоящее и тонкое. Парню из обслуживания номеров сказала, что ей нужно что-то для капельницы с морфином. Мне их больше не ставят. Она пересчитала мои таблетки и положила в дозатор, который разбит на дни недели. Клянусь, Гейдж, если она еще раз попросит меня сесть, чтобы попрактиковаться в измерении давления, я брошу аппарат ей в лицо.

Он подавил смех.

— Ты же знаешь, какая мама. Она напугана и встревожена. Нападение на тебя повлияло на всех нас. На секунду мне показалось, что тебя больше нет. Уверен, что и маме тоже. Черт возьми, я точно это знаю. Она кричала, когда звонила мне.

Услышав, как мама зовет меня в номер, я оглянулась и вздохнула.

Я расстроена не из-за нее. Вообще не из-за кого.

Понимая две истины, я хотела признать только одну. Мне хотелось видеть Шея. И, натянув трусики взрослой девочки, я спросила:

— Ты сегодня разговаривал с Шеем?

— Да, — я слышала, как он ухмыляется в трубку. — А я все думал, когда же ты спросишь. — Я выругалась, а Гейдж рассмеялся. — Он сказал, что ему нельзя пропускать тренировку, но спросил, может ли увидеться с тобой сегодня вечером.

Я застонала в трубку.

— Маме будет неловко.

— Они уже виделись. Мама так к нему подлизывалась. Он еще был в больнице, когда мама и Блейк приехали. Она сходила с ума по Шею, пыталась его потрогать, обнимала, плакала. Если бы могла встречаться с ним, думаю, она бы это сделала. Ей было бы все равно, есть ты или нет.

— Вот совсем сейчас не утешил.

— Даже не пытаюсь, но да, он спрашивал. Я сказал, что ты находишься под защитой свидетелей, то есть нашей матери.

Я усмехнулась. У ее поведения имелись и достоинства.

— Ты не рассердишься, если я сбегаю к нему?

— Нет, но мама разозлится.

— В самом деле?

— Ну, — задумался он. — Может и нет, но она будет ревновать и расспросит тебя обо всех подробностях, которые, как твой брат, я не хочу слышать.

Я съежилась, представив, как мама спрашивает, «трахал» ли меня Шей или «занимался сладкой, сладкой любовью». От этой мысли меня чуть не стошнило.

— Давай скажем ей после того, как я уйду.

— Хорошо. Я передам ему, что ты в игре, — со смехом произнес Гейдж.

— Я не хочу, чтобы он приходил сюда.

— Хочешь пойти к нему?

— Да. — От одной мысли об этом у меня перехватило дыхание.

— Я тебя подвезу. После того, что он сделал с Каррутерсом и вторым мудаком, я ему доверяю. Он искренне заботится о тебе.

В горле снова застрял комок. Я сморгнула несколько слезинок.

— Спасибо, Гейдж.

— Не благодари. Ты хоть понимаешь, как я популярен в школе последние два дня? Народ меня использует, чтобы добраться до тебя. Чувствую себя настоящей знаменитостью. — Его тон стал серьезным. — Люблю тебя, Кенз. И куча людей тоже. Мы все будем заботиться о тебе.

Горло перехватило так, что стало трудно говорить.

— Спасибо, — выдавила я и повесила трубку, потому что уже не могла сдерживать слезы.

Они покатились из глаз, и я все еще стояла в коридоре, когда мама открыла дверь. Она взглянула на меня, увидела слезы и широко раскинула руки.

— О, милая.

Она не притворялась актрисой. И не устраивала шоу. Услышав в ее голосе любовь, я шагнула навстречу.

Возможно, раньше я нуждалась в объятиях Блейка, но на этот раз — в объятиях моей мамы.

Глава 28

Я снова стояла в коридоре, обхватив себя руками и прислушиваясь к разговору мамы и Гейджа.

— Не понимаю, почему он не может приехать сюда, — говорила она.

Потому что я хотела личного пространства.

Хотелось побыть там, где смогу собраться с мыслями.

Дверь оказалась приоткрытой на дюйм, и каждое сказанное слово было, как удар под дых.

Когда мы собрались уходить, мама начала задавать вопросы. Куда направляемся? Как долго я буду отсутствовать? Я встречусь с парнем? И вот это последнее она спрашивала уже в третий раз. И снова по кругу.

— Я просто не понимаю. Мы живем не здесь, так что это ее дом вдали от дома. Разве дочь не нуждается в матери?

— Мам, она уезжает на несколько часов. И вернется сегодня вечером. Я за ней заеду.

— Но…

Послышался скрип. Блейк стоял, опираясь на дверной косяк. Прислонившись головой к панели, одним пальцем он приоткрыл дверь чуть шире. Окинув меня быстрым взглядом, одарил сочувствующей улыбкой. Потом повернулся и сказал:

— С ней ничего не случится, мама. Она будет в безопасности. Гейдж ручается за этого парня, тем более мы знаем, что он избил тех, кто на нее напали.

Услышав последние слова, я вздрогнула. Но брат говорил правду. Я подверглась нападению. Я. Я — та девушка, на которую напали.

Жертва.

Это слово даже звучало, как удар.

Я стала жертвой.

— Но…

— Мама. — Блейк оттолкнулся от дверного косяка и пересек комнату. — Там с ней все будет в порядке.

— Там полный дом парней. Правда же? И он в футбольной команде. Там, наверняка, живут и другие игроки. А что, если они не такие, как этот парень? И мы его толком не знаем. Он избил двоих. А вдруг он тоже склонен к насилию?

— Ничего подобного, — недовольно произнес Гейдж. — Я бы поступил так же, если бы сразу узнал, кто это сделал. Просто у меня не получилось бы выйти сухим из воды, как у него.

— Видишь, сейчас ему все сошло с рук. Ему могло сходить с рук и многое другое…

Все, с меня хватит. Я толкнула дверь до конца и вошла, все еще обнимая себя.

— Я жива. И в безопасности. Там со мной ничего не случится. Я вернусь через несколько часов.

Мама стояла с мокрым от слез лицом, обхватив себя руками. Проклятый шерстяной платок снова укрывал ее плечи и, шмыгая носом, она вытерла глаза уголком. Вот почему мама его носила. Не для того, чтобы согреться. Не для украшения. А из-за слез.

Я глубоко вздохнула.

— Со мной все будет в порядке, мам. Обещаю.

Блейк стоял слева от нее. Гейдж — справа. Оба сына протянули руки, успокаивая ее. Мама выдавила улыбку и неловко кивнула.

— Хорошо. Поймите, я же мать. Я переживаю.

— Знаю.

Шагнув ближе, я обняла маму, и, как только она отпустила меня, мы с Гейджем почти побежали к выходу.

Опередив, он придержал для меня дверь на лестницу.

— Она может передумать.

— И не говори.

Я пронеслась мимо него, не останавливаясь ни на секунду, пока спускалась по лестнице. Через два пролета мы выскочили на улицу и уселись в машину Гейджа.

Выезжая со стоянки, он усмехнулся себе под нос.

— Не могу поверить, что везу тебя к Шею Коулману.

— Мне стоит обидеться на твои слова?

— Нет! Нет. — Он дернул плечом. — Но согласись. Шей Коулман? Черт. Тогда в баре я чуть не усрался, поняв, что между вами что-то происходит. На той вечеринке мы говорили о тебе, но я и не подозревал, что он тобой интересуется. Он вел себя так, словно ты надоедливая младшая сестренка.

— Стоп. Я не хочу этого слышать.

— Он скрывал свои чувства. Я пытаюсь сказать, что он классный. Отличный парень.

— Знаю. — Я нахмурилась. Брат вел себя странно. Да и сам разговор выглядел странным. — Ты пытаешься мне что-то сказать?

— Нет. Я… — Он закатил глаза. — Думаю, я удивлен. — Он слегка улыбнулся. — У тебя вроде как есть типаж. Ты встречаешься с парнями постарше. Ходишь на свидания.

Паркер на год младше Блейка, то есть на три года старше меня.

Я покраснела.

— Давай не будем о нем говорить. Пожалуйста. — Вспомнив последний разговор, добавила: — И технически я не встречаюсь с Шеем.

Зря я это сказала.

— Что?

— Официально мы не встречаемся.

Брат фыркнул.

— Теперь встречаетесь. Из-за левой цыпочки ни один парень не станет выбивать дерьмо из других парней и на глазах у копов пытаться снова. Ему не все равно, Кенз.

У меня снова ком подступил к горлу.

— Это все еще я, Гейдж. Я не хотела, чтобы кто-нибудь знал. — Чувствуя на себе его взгляд, я продолжала смотреть прямо перед собой. На глаза наворачивались слезы, и я опустила взгляд на колени. — Когда мы виделись в последний раз, он сказал, что я ему нравлюсь, а я ответила, что он слишком торопится.

— Ты серьезно?

— После того, как Кейси сообщила об изнасиловании, я отправилась к нему. Я даже не раздумывала. Просто чувствовала, что должна пойти туда. А потом испугалась.

Он свернул на улицу, где жил Шей.

— Может, стоит прекратить обманывать себя?

— Да.

Брат припарковался на подъездной дорожке, и я достала мобильник, которым в последнее время почти не пользовалась.

Когда чуть раньше я проверяла его, голосовая почта была заполнена. Сто с лишним текстовых сообщений. Меня это ошеломило. Масса народу хотела знать, что случилось. Столько же желали мне добра. Не обошлось и без злопыхателей. Открыв первое такое сообщение, я передала телефон Гейджу. Там не было ничего, что меня смущало, и он просматривал сообщения одно за другим. Информацию о тех, кто желал мне зла, передали копам. Доброжелателей от моего имени вежливо поблагодарил Гейдж. Как только все поняли, что брат отвечает на мой телефон, сообщения перестали приходить. Должно быть, прошел слух, что таким образом связаться со мной невозможно.

И все же, я отправила несколько личных сообщений. Мисси и Кристина хотели убедиться, что я в порядке. Я написала, что мне уже лучше. На вопрос о Кейси Кристина ответила, что той тоже полегчало. Еще я поблагодарила за беспокойство Линде.

Единственным человеком, чьи сообщения я перечитывала снова и снова, но все еще не ответила, оставался Шей.

Не знаю, почему, но я не смогла.

И снова я перечитала их, начиная с первого, которое он прислал мне в тот вечер.

00:38

Коулман: До меня до шли слухи. Позвони мне!

00:48

Коулман: Серьезно. Слухов все больше, и я схожу с ума. Мне нужно знать, правда ли это, или не знаю, что сделаю.

02:48

Коулман: Гейдж сказал, что ты в больнице. Как и я. Но я бы сделал это снова. Напиши, когда сможешь.

04:18

Коулман: Снова натворил глупостей. Думаю о тебе.

04:38

Коулман: Пытался увидеться с тобой, но меня выгнали из больницы. Теперь меня не пустят. У тебя интересная мама. Мне нравятся твои братья. Хорошие ребята.

09:15

Коулман: Только что уехал на встречу с тренерами и детективами. И адвокатами тоже. Мне ведь не предъявят обвинения, черт возьми, верно? Ладно. Я отправил тебе кучу сообщений. Гейдж сказал, что ты не отвечаешь на звонки и сообщения. Звони, когда сможешь, если захочешь.

23:17

Коулман: Я раскрыл твою тайну. Проговорился. Ты будешь злиться, но мне все равно. Я сказал всем, что ты моя девушка. Это заткнуло большинство сплетников, но я решил, что ты должна знать. Хотя уверен, братья уже рассказали тебе. Поэтому ладно. Разозлись и позвони мне, если хочешь. Я переживу твои крики. Даже получу от этого удовольствие.

16:23

Коулман: Звонил Гейдж. Я все сказал ему, но напишу и тебе. Да. Ты можешь прийти ко мне в любое время, в любой день, в любую минуту. Я на месте. Или я приду к тебе.

И вот, спустя почти двое суток, я отправила ему первое сообщение.

Я: Мы на улице.

Его ответ последовал незамедлительно.

Коулман: Я тоже.

Я подняла глаза. Он смотрел на меня с подъездной дорожки.

Внутри неожиданно поднялась волна беспокойства. До сих пор избегая смотреть в зеркало, сейчас я нуждалась в том, чтобы увидеть повреждения. Сделав глубокий вдох, я опустила козырек. Мама не шутила насчет заплесневелого огурца. Вся правая сторона лица распухла, покрытая множеством черных, синих, зеленых и желтых кровоподтеков. Губа тоже опухла.

Я выглядела отвратительно. По-другому это никак нельзя было назвать. И в таком виде я собиралась встретиться с Шеем?

— Я безобразна.

— Что?

— Ничего.

С заднего сиденья машины я схватила толстовку с капюшоном и натянула ее. На приборной панели лежали солнечные очки, и их я тоже взяла.

— Эй!

Вылезая из машины, я натянула на голову капюшон и надела очки.

— Я позвоню тебе позже, чтобы забрать меня?

— Хорошо, или пусть он подбросит тебя.

— Ладно.

Я сгорбилась, засунула руки в карманы толстовки и прошла мимо Шея, даже не посмотрев на него. Повернувшись, он последовал за мной.

— Привет?

— Мы можем сделать это наверху?

Когда Шей догнал меня, я потянулась и открыла дверь. В помещении мы оказались не единственными. На лестнице стоял выходящий с первого этажа Линде. Закрывая за собой дверь, он автоматически выдал:

— О, простите… — Слова замерли у него на губах, он переводил взгляд с меня на Шея и обратно, а потом, задержавшись на мне, сузил глаза. — Кларк? — мягко произнес он и едва не выронил миску с овсянкой. Но быстро взял себя в руки, прочистил горло и шагнул к лестнице. За его спиной со щелчком захлопнулась дверь. Он снова перевел взгляд с меня на Шея. — Э… — Моргнул несколько раз и снова прокашлялся. — Я… простите. Я растерялся. Кларк, это же ты?

— Да, — снова перехватило дыхание. Я издала хриплый звук, от которого стало не по себе, и съежилась. — Может, поговорим, эм, в другом месте?

Линде отошел в сторону, и я поспешила вверх по лестнице.

Свернув в коридор, за мной последовали оба, но я не хотела видеть сейчас Линде. Чуть попозже. Хотелось поговорить с Шеем, а потом собраться с мыслями. Я бы чувствовала себя более сосредоточенной, если бы сначала сделала это.

Остановившись возле комнаты Шея, я бросила через плечо:

— Могу я сначала поговорить с Шеем? Я… Мы можем пообщаться в другой раз, Линде? Прости. Я… Просто…

— Нет. Нет. — Он прошел к другой двери. — Поговорите. Приятно видеть, что ты не сдаешься. — Он усмехнулся, постучав себя по голове. — Разум проделывает с человеком странные трюки. Никогда не знаешь наверняка. — И указал на меня миской. — Я действительно рад тебя видеть. В классе мне не хватает тебя.

Я потянулась к дверной ручке, но услышав последние слова, остановилась.

И снова посмотрела вверх.

— Спасибо… — Но он уже скрылся в своей комнате.

Неужели я вела себя, как сука? Стоило поступить по-другому?

Я застыла на месте, но Шей отодвинул меня и открыл дверь. Скользнув рукой по боку, обнял меня за талию. Секунду, одну секунду я не двигалась. Он открыл дверь, но никто из нас не двинулся с места. Чувствуя его тепло, его силу, я закрыла глаза и прижалась лбом к его груди.

Шей не двигался, но через некоторое время я почувствовала, как он слегка коснулся головой моей макушки. Нет. Это были его губы. Он нежно поцеловал меня. Чувствуя, как капают слезы, я вошла внутрь.

Мы не продвинулись далеко.

Шей закрыл дверь, и я резко обернулась. Он не пошевелился, а когда я просто прижалась к нему, обнял. Я все еще оставалась в капюшоне. И темных очках Гейджа. Шей обнимал меня, и я наслаждалась этим. Проведя вверх и вниз по моей руке, он положил подбородок на мое здоровое плечо. Поцеловал в щеку, а потом прижался к ней своей щекой. Шей глубоко вздохнул, будто дышал за нас обоих.

Напряжение, тревога и страх покинули меня. Конечно, оставалось еще много всего, но на душе стало значительно легче.

Спустя несколько минут я отступила назад и хрипло пробормотала:

— Спасибо.

Он потянулся к очкам и, коснувшись их, спросил:

— Можно?

Нет! Страх снова захлестнул меня, но я заставила себя кивнуть. В ожидании у меня сердце выпрыгивало из груди.

Шей снял с меня очки. В его взгляде ничего не изменилось. Сложив, он убрал их на комод. Медленно, мучительно медленно, он протянул руку и осторожно откинул капюшон с моей головы. Чувствуя, как он внимательно смотрит на меня, я сразу почувствовала себя совершенно голой.

В этот момент просто не могла встретиться с ним взглядом, поэтому сосредоточилась на груди. Но когда он не пошевелился и не издал ни звука, подняла глаза.

В его взгляде было столько теплоты, что у меня на мгновение перехватило дыхание.

— Ты все такая же красивая, как и в первый день занятий.

О, боже.

Слезы снова навернулись на глаза.

— Ты врешь.

— Нет.

Он протянул руку и нежно смахнул слезы. А потом поймал прядь моих волос и заправил ее за ухо. Задержавшись там рукой, уставился на синяк.

Я задохнулась.

— Мне, наверное, не следовало приходить.

Я сделала движение к двери, но Шей нежно и решительно коснулся моего запястья.

— Нет, — он шагнул вперед, полностью блокируя дверь. — Я только что поймал тебя.

От этих слов я рассмеялась, качая головой.

— А ты умеешь уговаривать.

— Все по-честному.

Я подошла к кровати, но не села. Обхватив себя руками, развернулась и закусила ноготь. Мама отругала бы меня за это, но сейчас мне было все равно. Переживания вернулись, и их уровень просто зашкаливал. Все было так и не так. Словно другая форма беспокойства. Не тот случай, когда я чувствовала, как стены смыкаются вокруг меня. Я волновалась, что парень, который раньше смеялся со мной, доставал до тех пор, пока не получал реакции, или заставлял меня задыхаться в постели, больше не захочет этого делать. Это была особенная тревога.

Может быть, из-за слез, которые не останавливались, или может потому, что я наполовину сгрызла ноготь, но что бы ни увидел, Шей шагнул вперед. Приложив ладонь к нетронутой стороне моего лица, он вздохнул.

— Все будет хорошо.

— Ты этого не знаешь.

— Каррутерс больше никогда не причинит тебе вреда.

Дело было не в Каррутерсе. И не в его друге.

— Кейси изнасиловали. На меня напали. Будут и другие.

В его глазах вспыхнуло страдание.

— С тобой ничего не случится. Я этого не допущу.

— Ты не можешь этого знать.

— Я верю. Все будет хорошо. — Он с вызовом поднял голову. — Никто больше не причинит тебе вреда.

— Хочу верить тебе, — прошептала я срывающимся голосом.

Он зашептал в ответ, придвигаясь ближе, пока мы не коснулись друг друга. Другую руку Шей положил на мою шею. Посмотрев вниз, он поднял взгляд и повторил:

— Ты можешь.

Затем нежно прикоснулся губами к моим губам, и я поверила ему.

Глава 29

Я позвонила маме и сказала, что остаюсь у Шея. Она пыталась заставить меня передумать, но единственным моим желанием той ночью было лечь с ним в постель, так что я сделала это. Мы держались за руки. Шей гладил меня по спине, пока я лежала в его объятиях и рассказывала обо всем.

Каким странным казался тот день.

В какое замешательство я пришла после ухода от него, но при этом мне нравилось снова чувствовать себя никем.

Про библиотеку.

Как я отпустила свою внутреннюю ботаничку.

Про дорожку.

Две тени.

Биту.

Нападение.

Скорую помощь.

Как проснулась в больничной палате.

Про то, каким классным оказался медперсонал.

Как безумно себя вела моя мать.

Какие замечательные у меня братья, и как мне нравится, что Блейк здесь.

Слезливое беспокойство мамы перед тем, как я пошла к Шею.

Когда я закончила, он продолжал гладить меня по спине.

— Но как ты себя чувствуешь?

Я покачала головой.

— Не могу ответить на этот вопрос. — Подняв голову, я посмотрела на Шея. Не хотелось лгать, поэтому я и не стала. — Я сломлена.

Помрачнев, он покачал головой. И несмотря на вспыхнувшую в глазах ярость, этот парень дарил мне нежные прикосновения. Как и слова.

— Нет. Это как спортивная травма. Ты можешь сойти с дистанции или отдохнуть, пройти реабилитацию и сделать все, что в твоих силах, чтобы исцелиться.

— Нападение не похоже на спортивную травму.

Он попытался сесть, но снова притянул меня к своей груди. Погладил по волосам, обхватил мою руку и поднял ее.

— Или как рак. Ты же не станешь отрицать, что его можно победить, и если получить правильное лечение, то остаться целым и невредимым. Я верю в это, Кеннеди. — Он снова обнял меня. Я почувствовала, как прижав свою голову к моей, он тихо прошептал: — Я должен.

В тот вечер мы несколько раз поцеловались, ничего больше. Но он обнимал меня, и этого оказалось достаточно.

На следующее утро я собиралась сидеть в комнате до тех пор, пока меня не заберет Блейк, так как Гейдж ушел на учебу. Но Шей сказал, что все знают, что я у него и что я его девушка. Поэтому, когда он вернулся с утренней пробежки, мы вместе спустились и позавтракали, прежде чем начать готовиться к занятиям.

Парни вели себя уважительно.

Кое-кто, конечно, пялился на мое лицо, но в остальном все делали вид, будто мое присутствие вполне естественно.

За столом я сидела между Шеем и Линде. Линде попросил обнять его, и прежде чем он отстранился, я пробормотала:

— Спасибо за твою дружбу.

Утирая слезы, он извинился и вышел.

А вернувшись через несколько минут, улыбался во весь рот. Когда парни отправились в кампус, Шей отвез меня в отель. Не заглушая двигатель, он откинулся на спинку сиденья.

— Хочешь, я поднимусь с тобой?

— Ты шутишь? Моя мама не позволит тебе уйти, — рассмеялась я.

— Я могу заехать сегодня вечером.

— Или можешь забрать меня, и мы повторим прошлую ночь. — А вдруг у него уже есть планы? А вдруг он этого не хочет? А вдруг… мой разум не останавливался. — Имею в виду, если ты хочешь.

— Конечно, хочу. — Он на секунду нахмурился. Его льдисто-голубые глаза смотрели вопросительно, но искренне. Беспокойство покоилось на дне, выстилая его легкой тенью тьмы. — Ты не против? Я имею в виду, ты же настаивала, что мы не встречаемся. — Уголок его рта приподнялся в полуулыбке, но от меня не укрылось, насколько серьезен его взгляд. Шей не шутил.

— Я говорила так, чтобы меня не обидели.

— А сейчас?

Я попыталась улыбнуться.

— Теперь уже не страшно. После случившегося небольшая душевная боль — мелочи жизни.

Не стоило так говорить.

Резко помрачнев, Шей наклонился ко мне через сиденье. Его губы оказались на моих, но тут же он выругался и отстранился.

— Я сделал тебе больно?

Я покачала головой.

— Только когда остановился. Меня ударили по голове, а не по влагалищу.

Он поморщился и почесал за ухом.

— Я не хочу причинять тебе боль.

— Знаю, но я просто хотела напомнить тебе. — Я указала на свое лицо. — Они сделали больно здесь. — Моя рука скользнула между ног. — А не там. Там они не причинили вреда. Там они не трогали.

Его глаза снова потемнели, и в них вспыхнул гнев.

— Если бы они это сделали, я бы, наверное, сидел в тюрьме, — прорычал Шей.

Я потянулась к его руке и переплела наши пальцы.

— Я знаю, что это нападение испоганило мою жизнь, но не хочу, чтобы из-за этого из нее ушло все нормальное. Понимаю, что не сейчас, но я хочу заняться с тобой сексом. Хочу снова почувствовать себя нормальной девушкой, как… — Я замялась. — Нормальная девушка со своим парнем.

Немного расслабившись, он улыбнулся.

— А я все гадал, когда ты поднимешь этот вопрос.

— Ну, — мне снова захотелось грызть ногти. — А ты хочешь им быть? Или хочешь, чтобы я сказала всем, что мы не встречаемся?

Я издала смешок.

— И как я после этого буду выглядеть?

— Насрать как ты будешь выглядеть. На хрен всех остальных. Чего хочешь ты?

Он кивнул.

— Если ты еще не заметила, я в деле. Я избил двух парней из-за тебя. Думаю, это говорит о многом. Я полностью согласен, Кенз.

От избытка чувств у меня перехватило дыхание. Шей впервые использовал мое прозвище.

Я сморгнула слезы, широко улыбаясь.

— Я тоже полностью согласна.

— Слава богу, — пробормотал он себе под нос и наклонился для очередного поцелуя, все еще нежничая.

Хотелось, чтобы это мгновение не заканчивалось, но швейцар начал расхаживать взад-вперед. Увидев его краем глаза, я отстранилась.

— У тебя занятия.

— Помню.

— Попозже вечером?

— Позже вечером, — согласился он.

Какое-то время так мы и жили.

Я проводила дни с родными, а ночи с Шеем.

Через неделю Блейк улетел домой. Он не мог больше отлучаться с работы, но мама осталась. Жить в отеле стало накладно, поэтому она переехала в комнату, которую для нее освободили соседи Гейджа. Мама пришла в восторг, когда двое парней согласились разделить комнату. Сначала брат предложил одному из них переехать к нему. Ребята снимали четырехкомнатную квартиру, но те двое, что поселились вместе, уверили, что им так удобно. Один учился и работал днем, а другой — по вечерам, поэтому казалось, что у каждого своя комната. Ну а моя мать неофициально усыновила Гейджа и трех его соседей.

Прошло еще две недели, прежде чем я встретилась с Кристиной за чашкой кофе.

Мисси собрала мои вещи и помогла маме взять все необходимое. Она вела себя мило и услужливо. Как и все остальные. Кейси. Лора. Сара. Все.

Что касается колледжа, администрация разрешила мне взять отпуск.

На встрече психолог посоветовала то же самое, но я не хотела так поступать. Мы достигли соглашения. Я продолжала учиться, но вне кампуса. Кто-то записывал лекции профессоров и выкладывал в интернет. Они и раньше так делали. А для меня просто немного ускорились. Однажды я появилась в кампусе, но так как приходила в одно из административных зданий, мало кому попалась на глаза. Мне предоставили небольшую аудиторию, чтобы сдать промежуточные экзамены.

Я могла готовить задания дома, присылая их по электронной почте. Единственное, чего лишилась — это групповые презентации, но я все равно попыталась внести свою лепту. Отправила работу, которая требовалась группам в моих двух других классах. Сделала презентацию для третьего, при этом в политологии участвовала полностью.

Эбби и Бекка приходили в дом Шея и Линде, и я помогала в подготовке, но не выступала перед классом. Все согласились, что я не должна пострадать за это, ведь все еще участвую во всем остальном.

Во время этих встреч Эбби и Бекка вели себя нормально.

Синяки давным-давно исчезли, и я вернулась к своему прежнему облику. Что изменилось, так это отношения с Шеем. Мы официально встречались, и хотя публично не проявляли свои чувства, все равно не могли удержаться от случайных поглаживаний спины, касания рук. Или иногда мне нравилось просто стоять рядом и прижиматься к нему.

Я забыла, насколько это заметно, пока девушки открыто не уставились на меня.

Позже я стала более сознательной, но ни одна из них не сделала язвительного замечания. Обе молчали и даже обняли меня на прощание, когда наша группа встречалась в последний раз.

Мама, Гейдж, Кристина и остальные девочки помогли мне собрать вещи. С Кристиной и Кейси я переезжала в новую комнату, объяснив комитету, что с ними мне будет спокойнее. Моя соседка приходила в комнату только поспать, а я все равно дружила с девочками.

После выпускных экзаменов мы с Кейси, Лорой и Сарой встретились за ужином.

Кристина опоздала на несколько минут. Вечер прошел нормально. Почти. Мне нравилось слушать сплетни и говорить о незнакомых людях. Но потом разговор переменился. Атмосфера становилась все более тягостной.

Я не понимала почему, пока Кейси не произнесла:

— Я бы заплакала. — Она щелкнула пальцами. — Ни с того ни с сего, или если кто-то попытался бы разглядеть во мне то, чего нет. Никогда не понимала из-за чего, но, боже, слезы просто льются. И это бесит.

Подняв голову, она встретилась со мной взглядом.

Нас обеих опустили на самое дно. Мы обе встали на ноги.

Или я все еще пыталась это сделать.

Я понимала, что выздоровлению мешает мое желание спрятаться. А на нас будут пялиться все. Я знала, что Кейси тоже это понимает. Пришло время выйти из тени, но первый семестр был завершен, за исключением еще одного события.

Последний футбольный матч Шея.

Он сказал, что ему все равно, приду я или нет, но теперь у меня статус подружки. Поэтому следовало идти. Причин отсутствовать не осталось, и да, он юниор. Он будет играть и в следующем году, и тогда поприсутствую на каждой игре, но я понимала, что именно эта для него очень важна. Это последняя встреча. Команда не набрала достаточно очков, чтобы продолжить на национальных соревнованиях, так что этот матч независимо от результата станет последним.

Я хотела пойти. Даже несмотря на страх.

— Ты уверена? — спросила Кейси, стоя передо мной в тот день.

Надев толстовку с эмблемой Дулейн, я испытала желание натянуть капюшон. Снова захотелось спрятаться.

Взяв себя в руки, я кивнула.

— Уверена.

— На тебя будут пялиться.

Кристина замерла позади нее.

Не на что больше пялиться. Шрамов не осталось. Больше никаких распухших губ. Никаких синяков. Даже волосы у меня в порядке. Собираясь дудеть в дудку болельщика, я выглядела лучше, чем раньше. Моя кожа светилась. Я начала тренироваться с Шеем и сбросила несколько фунтов. Я не бегала, но у парней в подвале имелся импровизированный спортзал. Поэтому я присоединялась к Линде и Шею, когда они поднимали тяжести. Поэтому пришла в тонус.

— Пусть себе пялятся, — заметила я.

— Тебя будут обсуждать, — добавила Сара.

— Флаг им в руки. — Я вздернула подбородок.

— Одна половина будет жалеть тебя, а другая — ненавидеть.

Я сжала губы.

— На хрен ненавистников.

Девчонки попытались сдержать улыбки. И все до единой потерпели неудачу.

Кристина потянулась вперед, вытаскивая из моей прически один локон. Добившись желаемого результата, она отступила назад. И взмахнула руками.

— Идеально.

Я сделаю это.

Должна сделать.

Я готова.

Глава 30

Я возвращалась на место преступления.

Даже не преступления, а того, с чего все началось. Вместе с огромной толпой мы двигались к трибунам. Проходя там, где случилась история с Членодробилкой, мы с Кейси переглянулись. С едва заметной улыбкой на лице она наклонилась вперед.

— В тот день ты была очень грозной.

— И поэтому в следующий раз этот ублюдок напал на меня сзади. Представь, если бы он этого не сделал? Забудь о Членодробилке. Это могло бы быть Хреновое Ограбление.

Она рукавом заглушила смех.

На нас оглянулась Кристина.

— О чем говорите?

— Потом расскажу, — пообещала Кейси.

Сара и Лора шли впереди, пробираясь сквозь толпу и ведя нас за собой. Мы добрались до трибун, и именно тогда все и произошло.

На ближайших к нам сидениях воцарилась тишина. Даже не глядя, я чувствовала, как Кристина и Кейси встали рядом со мной. Я посмотрела на поле. На нем уже разминалась команда, и я смогла пронаблюдать, как Шей отделился от группы. Отведя руку с зажатым в ней мячом назад, он сделал бросок. По идеальной дуге снаряд долетел до самого конца зоны. Подали второй мяч, и Шей повторил.

Я сосредоточилась на нем.

Одна из подруг взяла меня за руку и повела дальше. По мере того, как мы продвигались вперед, все больше и больше разговоров прекращалось, пока это не стало слишком заметно. Люди пытались рассмотреть, что привлекло всеобщее внимание, и шепот звучал все громче.

Я слышала, как одна девушка спросила:

— Кто это?

— Подружка Шея Коулмана, — прошипела в ответ ее подруга.

— О! Членодробилка?

— Т-с-с-с! — шикнула на них третья.

Рассмеявшись, Кейси слегка сжала мою руку.

— Ты должна принять это имя. Парень начал продавать футболки.

— А где моя доля?

— Эй! Сюда, — Сара и Лора спустились по проходу. Мы же ушли слишком далеко.

Когда возвращались, Кейси сообщила:

— Все в предвкушении вечеринок после игры.

Девчонки обосновались посередине, и я уже была на полпути к ним, когда со своего места поднялась женщина. Протягивая руку, она произнесла:

— Я сожалею о том, что с тобой случилось.

Реагируя на ее движение, я развернулась и от неожиданности отпрыгнула назад. А потом осознала, что она говорит, и это застало меня врасплох, но по-хорошему. Ее слова так тронули меня, что зрение вмиг затуманилось.

При виде этого в ее глазах тоже заблестели слезы, которые она тут же сморгнула.

— Когда моей дочери было четырнадцать, ее изнасиловали. Пусть и не изнасиловали, но на тебя напали. То, что случилось с тобой, не должно было произойти. Я просто хотела сказать, что мне жаль, что я понимаю.

Кейси тихо ахнула.

Насколько мне известно, об ее изнасиловании не ходило сплетен. Парни, которые знали, не распространялись об этом. Кейси сжала мою руку. Я сжала ее в ответ, кивнув женщине.

— Спасибо за поддержку.

Я шла на трибуну, отворачиваясь и глядя только на Шея. Или с опущенной головой. Теперь я подняла взгляд и осмотрелась вокруг.

Не знаю, чего я ожидала, но только не этого.

Кейси и Кристина вытирали глаза, когда мы подошли к ряду, где сидели Лора и Сара. Между ними и сидящими в конце двумя парнями имелось пустое пространство, на котором нам троим оказалось бы тесно. Но парни встали и вышли в проход.

— Вы можете занять наши места.

— Нет, все в поря… — начала Кристина.

Парень спокойно, но твердо оборвал ее:

— Нет. Я, как и многие другие, злился из-за того, что ты сделала с Каррутерсом. — Я напряглась, встретившись с ним взглядом. Но увидела там только раскаяние. — Уступить место, чтобы тебе было удобно сидеть — это небольшая цена, поверь мне. — Он кивнул. — Я сожалею о том, что с тобой случилось.

Кейси широко раскрыла глаза, внутри нее явно бушевала такая же буря, как и во мне.

Я не ожидала ничего подобного.

— Спасибо.

Парни прошли дальше по трибуне, и мы сели. Хоть мы и находились на небольшой площадке, но я видела, как еще несколько человек утирали слезы, наблюдая за женщиной, а потом за парнями.

Вскоре после этого заговорили комментаторы.

Выбежавшие черлидеры начали приветствие, и медленно, один за другим, люди отворачивались от нас.

Я не двигалась с места. Не разговаривала. Сидела, как статуя, пока все вокруг не успокоилось, и я снова не превратилась в просто еще одну студентку.

И, наконец, с облегчением выдохнула.

— Ух, Кеннеди.

Кейси попыталась выдернуть руку.

Оказывается, я крепко держала ее, прижав к ноге.

— Ох! — Я отпустила ее. — Прости.

Я даже не заметила, а рука Кейси аж побелела. Девушка рассмеялась, потирая ее, чтобы восстановить кровоток.

— Поверь, я все понимаю.

Низко опустив голову, я огляделась.

— Очень мило с их стороны.

— Будучи девушкой Шея Коулмана ты можешь представить себе другой прием? Я имею в виду, это помогает.

— Да понимаю я.

— А вот и Гейдж.

Кейси встала и помахала ему рукой.

Он спускался по проходу с двумя стаканами попкорна в руках и закусками, торчащими из карманов. За братом следовали его соседи по комнате, один из которых держал пару бутылок содовой. Позади нас образовалось свободное пространство, и ребята вчетвером расположились там. Встав прямо за моей спиной, Гейдж наклонился и спросил:

— Как дела?

А, ну да. Нужно избегать ответа на этот вопрос. Поэтому указала на его попкорн.

— Это для меня?

— Что? Нет! Сама себе купишь.

Кейси тоже обернулась, широко раскрыв глаза и надув губы. Она бросила на брата щенячий взгляд, и он застонал, запрокинув голову.

— Вы двое отстой. Вот, — он отдал нам меньший стакан с попкорном. Затем потянулся к соседу по комнате. — Делись. Девчонки бессовестно обобрали меня.

Тот рассмеялся, протягивая брату газировку.

— Я не против. А с тебя сладости.

Гейдж снова зарычал, но бросил ему один из пакетов. После того, как уселся, держа в руке газировку, а попкорн поставив рядом с собой, брат наклонился еще раз.

— В самом деле, как ты?

Я отмахнулась.

— Не хочу об этом говорить.

За меня это сделала Кейси.

— У нас был приятный разговор с какой-то женщиной, а два парня уступили нам свои места. Можно сказать, хороший прием.

— Здорово. — Он внимательно посмотрел на меня. — Но с тобой все в порядке?

Я кивнула. Внутренности завязывались в узлы, когда мы только пришли на игру, к этому времени напряжение немного ослабло, но все равно я не до конца понимала, что чувствую. Не хотелось зацикливаться на эмоциях. Я просто хотела посмотреть игру.

Как только она началась, на меня перестали обращать внимание.

Народ сосредоточился на команде. Шей бросил три тачдауна, четвертый сделал сам, а к последнему ему помог пробиться Линде. К концу игры я охрипла. А после матча в толпе разлилось какое-то горько-сладкое чувство. Одни напились и кричали как сумасшедшие, другие с мрачными лицами аплодировали. Болельщики встали, чтобы приветствовать команду. С ней было покончено. Последняя игра сыграна.

Несмотря на не очень праздничную атмосферу, в этот вечер будет много вечеринок.

— Что вы с Шеем делаете сегодня вечером? — спросил Гейдж.

Я покачала головой.

— Мы еще не говорили об этом.

— Мама уехала домой сегодня утром.

— Да.

— Она взяла фургон. Я подумал, что завтра мы могли бы взять твою машину или мою.

Мы направились вслед за Кейси. Кристина шла позади меня, а Сара и Лора уже разговаривали с другими ребятами. Я сомневалась, что они вернутся с нами в общежитие, решив вместо этого пойти на вечеринку.

Обернувшись, я сказала брату:

— Может, нам всем стоит собраться за завтраком? Последняя гулянка перед тем, как отправиться домой на каникулы.

Кейси оглянулась на меня.

— Ты сдала все экзамены?

— Да. Я немного попала с одной презентацией, но ничего страшного.

— Ты нормально себя чувствуешь в толпе?

По правде говоря, по моей спине стекала струйка холодного пота, но это все. Гейдж шел позади, Кейси и Кристина по обе стороны от меня, и я понимала, что они это делают намеренно, чтобы защитить.

Ведь ранее на меня напали именно сзади.

Вдруг кто-нибудь проскользнет, а я не замечу приближения. Однако в этом строю я могла идти вперед, не задыхаясь от страха. Я оглянулась на брата. Мы обменялись понимающими взглядами, и я ответила Кристине:

— Лучше, чем ожидала.

Гейдж кивнул мне.

А я одними губами прошептала ему: «Спасибо».

— Кеннеди?

Мы остановились. В первую секунду я замерла, но потом с облегчением поняла, что это всего лишь Мисси. Она стояла в компании Холли, ее кузины и еще одной девушки.

— Эй! — Мисси с теплой улыбкой подошла к нам. — Не знала, что ты придешь на игру.

Мои вещи уже упаковали в минивэн. Их привезут обратно через месяц, когда я перееду в трехместную комнату с Кейси и Кристиной. О смене места жительства давно договорились, и я думала, что бывшая соседка уехала на прошлой неделе.

— Я тоже. Думала, ты уже уехала домой.

— Ох, — она покачала головой, указывая на Холли. — Мы задержимся здесь на выходные и вернемся в воскресенье. — Увидев Гейджа, она прервалась и нахмурилась. Ее брови сошлись на переносице. — Ты…

— Ох! — Мой единственный нераскрытый секрет. — Это мой брат.

— Ты Гейдж Кларк, — заметила Холли, широко раскрыв глаза от восторга.

Гейдж кивнул, обнимая меня за плечи.

— Так и есть. Я знаменитость. Потому что брат Кеннеди.

— Мы вместе ходили на статистику.

Гейдж кивнул, будто помнил. И я прекрасно знала, что это не так.

— Надеюсь, ты справилась лучше, чем я. У меня не сложились отношения с мистером Треллипсом, — произнес он.

— Да…

Вот почему весь семестр я пыталась держать это в секрете. Из-за вот этого выражения шока, благоговения и чего-то еще во взгляде Холли.

— Твой брат — Гейдж Кларк, — сказала Мисси. — И я ругаю себя за то, что не поняла этого раньше.

Щеки Холли покраснели, и она отвела взгляд.

— И ты встречаешься с Шеем Коулманом, — добавила Мисси. Сузив глаза, она покачала головой. — Это как будто не ты. Я думала, что знаю тебя.

Кристина придвинулась ближе ко мне, но заговорила Кейси.

— А ты не думала, что она делала это не просто так? — Она указала на Холли. — Твоя реакция доказывает, что не зря она так поступила. Ты уже смотришь на нее по-другому. Когда я однажды зашла к ней, сложилось впечатление, что ты не можешь поверить, что мы дружим. Представьте свою реакцию, узнай вы, что Шей Коулман сидит в вашей комнате.

Шкаф!

Вспомнив, я рассмеялась.

Когда все посмотрели на меня, я отрицательно помахала рукой.

— Ничего. Извиняюсь.

Ну да. У меня имелись свои причины.

— Ты, очевидно, знала. Поэтому с ней дружишь? — резко ответила Мисси.

На лице Кейси появилось убийственное выражение.

— Мы подружились, когда она поддержала меня после изнасилования.

Холли резко вскинула голову.

Мисси побледнела.

— О-о-х. Прости. Я не знала.

— Именно.

С возмущенным выражением лица Кейси повернулась к ним спиной.

Пожалев Мисси, я кивнула ей, предлагая поговорить в сторонке. Немного поколебавшись, она пошла со мной. Я чувствовала на себе взгляды друзей, но вообще-то их это не касалось.

Мисси сунула руки в карманы куртки и пнула валявшийся на земле камень.

— И это все, да?

— Я не специально что-то скрывала от тебя. Ничего личного.

Она замерла, но не подняла взгляд.

— На тебя напали, но ты не обратилась ко мне. — Мисси вскинула голову, ее нижняя губа дрожала. — Как это не личное?

— Ты относилась ко мне свысока.

— Когда?

— Когда смотрела на меня. Разговаривала. Ты удивилась, что у меня есть подруга, когда Кристина зашла к нам, и чуть не упала, когда узнала о Кейси. И не говори, что посмотрела бы на меня по-другому, если бы Гейдж постучал в дверь, или если бы знала о том единственном случае, когда Шей заходил к нам.

Мисси замерла.

— Он действительно был в нашей комнате?

— В шкафу. Я заставила его спрятаться, но, когда ты во второй раз пыталась войти в комнату, он отказался.

Задумавшись, она склонила голову набок, а затем ее взгляд прояснился, глаза округлились.

— Когда я подумала, что ты мастурбируешь? После этого мне было противно на тебя смотреть.

— Да, — я почесала за ухом.

Она резко выдохнула и снова взяла себя в руки. Ее плечи расслабились.

— Ты знаешь, что случилось, когда я услышала о нападении на тебя? А потом что из-за тебя сделал Шей Коулман? И что вы встречаетесь? Я просто обалдела. Подумала, что сплетни врут, но девушка за стойкой сказала, что это не так.

— Сабрина, — кивнула я. — Она знакома с Шеем. И знала, что мы общаемся.

— Я просто не понимаю, почему ты не сказала мне.

Я покачала головой.

— На это были причины.

Мисси откинула назад свои жесткие черные волосы, поправляя капюшон пальто. Задумавшись, как бы отреагировала, узнай я, что Мисси знакома с другим футболистом или с капитаном другой команды, поняла, что никак. Нет, неправда. Я бы почувствовала облегчение, потому что, встретив ее в доме, обязательно поздоровалась бы и поговорила с ней. Я бы не обиделась. С другой стороны, это моя точка зрения.

Я попыталась поставить себя на ее место.

Она общалась с Холли и ее кузиной. Только Холли общалась с парнями. В их компании только она каждую неделю влюблялась в нового. Я не могла припомнить, чтобы Мисси говорила о парнях или о ком-то еще. Только о подруге или кузине.

Я видела ее только с ними. Всегда.

Мисси посмотрела на меня. Чувствуя, что должна извиниться, я все же не сделала этого. Сначала она обидела меня, поэтому теперь я тоже не стала жалеть ее.

— Да, кстати, — она потянула себя за воротник пальто. — Какая-то девушка заходила в комнату и спрашивала о тебе.

— Что? Кто?

Она покачала головой.

— Я ни разу ее не видела. Не знаю. Она не оставила ни имени, ни номера. Я просто подумала, что должна упомянуть об этом.

Девушка? С которой она тоже не знакома. Может, Эбби или Бекка искали меня до того, как узнали, что я у Шея?

Возможно.

— А как она выглядела?

Мисси снова пожала плечами.

— Светлые волосы. Это все что я помню.

У Бекки светлые волосы.

Потом я отвлеклась, когда Мисси спросила:

— Сегодня ты, наверное, собираешься на какие-то большие вечеринки?

Я пожала плечами.

— Мы не обсуждали это. — Я заметила Сару и Лору. Они направлялись в другую группу людей. — Они да, но я не знаю, чем мы займемся.

— Ты и Шей…

— Да… — Я тоже умолкла, почувствовав неловкость. Потом откашлялась. — Спасибо за хорошее отношение к моей маме и помощь с вещами.

Улыбка смягчила ее жесткие черты.

— Твоя мама такая смешная. Она оделась как студентка колледжа, когда пришла забирать твои вещи. Думаю, она промахнулась на несколько десятилетий, придя с папкой-регистратором.

Я застонала.

— Не сомневаюсь, что она так и сделала.

После этого я не нашлась, что еще сказать. Мисси, должно быть, тоже, потому что мы обе замолчали. Она снова принялась пинать камень.

— Значит, до следующего семестра?

— Похоже на то, — кивнула я.

— Тогда увидимся.

Возвращаясь к своим, она слегка махнула рукой, таким образом словно бы закрывая главу. Кристина подошла, обняла меня за плечи и вздохнула.

— Как все прошло?

— Я зря не рассказала ей о Гейдже и Шее?

— Ты не должна чувствовать себя виноватой из-за того, что не открылась кому-то. Для правильных людей ты сама захочешь сделать это.

А ведь и правда.

— Спасибо. Мне нужно было это услышать.

— Ну же, — она похлопала меня по руке. — Твой парень, наверное, уже заждался.

Я придвинулась ближе. Мне нравилось слышать эти слова.

Мой парень.

Глава 31

Мы припарковались на улице перед своим домом. Первый этаж и подвал были ярко освещены, а на втором и третьем горело лишь несколько ламп.

Шей хмыкнул.

— Кажется, у нас вечеринка, — он посмотрел на меня. — Чем хочешь заняться?

— Что ты имеешь в виду?

— Мы можем пойти куда-нибудь еще.

Я нахмурилась.

Кристина и Кейси спрашивали о наших планах на вечер, но я не знала, что мы будем делать. Теперь все стало понятно. Потянувшись, я переплела наши пальцы.

— Думаю, нужно позвонить Кристине и Кейси, и мы все пойдем на вечеринку.

На его лице промелькнуло удивление.

— Ты уверена? Мы можем просто потусоваться в комнате, если хочешь?

Я покачала головой.

— Ни в коем случае. Ты стал лучшим игроком. Эта вечеринка для тебя. Я не собираюсь быть девушкой, которая отрывает тебя от коллектива.

— Ты уверена? — Улыбнулся он.

— Да. Я буду с подругами, и с чего ты так разулыбался?

— Ни с чего, — он наклонился, одарив меня легким поцелуем. — Просто приятно слышать, как ты называешь себя моей девушкой.

Когда я осознала, что он имел в виду, направилась к дому, буквально сияя. Мы шли рука об руку, но вместо того, чтобы войти через заднюю дверь, я повела Шея к парадному входу. Сегодня его день. Едва мы шагнули внутрь, стало понятно, что я оказалась права. Здесь было полно народу. Товарищи по команде, девушки и просто друзья — все аплодировали Шею. Ребята схватили его и оттащили в сторону. Он послал мне извиняющуюся улыбку, но я отмахнулась.

Я уже вытаскивала телефон, когда рядом появился Линде и протянул мне стаканчик.

— Вот.

— Что это? — Я взяла его и понюхала. Алкоголем пахло настолько сильно, что муха сдохла бы еще на подлете. — Черт возьми, Линде. Слишком крепко.

Он рассмеялся.

— Последняя вечеринка перед тем, как все отправятся домой завтра. Я подумал, какого черта, верно? — Он обнял меня за плечи и кивнул в ту сторону, куда увели Шея. У стойки бара собралась толпа, и его вызвали на состязание в выпивке. — Думаю, завтра у вас обоих будет трудное утро.

— Вот, — не дослушав, я вернула ему стаканчик. — Мне нужно написать подругам.

Через полчаса появились Кристина и Кейси с очень удивленными лицами. Музыка стала громче, и мне пришлось кричать в ухо Кристине.

— Спасибо, что пришли! — Я кивнула в сторону Кейси. Та оглядывала комнату. Уголки ее рта побелели. — Она будет в порядке? — спросила я.

Кристина прижалась губами к моему уху.

— До приезда сюда она сказала, что все будет хорошо. Она не собирается пить, и все время будет либо со мной, либо с тобой, к тому же этим парням можно доверять. Тот мудак тусовался не с футболистами, когда все случилось. Это была вечеринка в братстве.

— Хорошо.

Потянувшись, я похлопала Кейси по руке. Она придвинулась ближе, наклоняясь вперед, чтобы лучше слышать меня.

— Тебе здесь нормально? — поинтересовалась я.

Она кивнула, показав мне большие пальцы.

— Я не буду пить и уйду, если мне станет некомфортно, — крикнула она в ответ.

— Я тоже!

Когда Кристина подошла ближе, неподалеку послышался крик, и на нас кто-то бросился. Сначала нас обняла одна пара тонких рук, а потом за ней последовала и другая. Раскрасневшиеся и сияющие, Сара и Лора подпрыгивали на месте.

— Вы здесь! Мы не знали. Будем веселиться вместе.

Девчонки так радовались, но взглянув на Кейси и Кристину, я поняла, что те не разделяют их чувств. Обе смотрели настороженно и подозрительно.

— Да, — Кейси высвободилась из объятий. — Должно быть весело.

— Вам надо налить!

Лора начала хлопать в ладоши, поворачиваясь и оглядываясь по сторонам. А затем позвала:

— Крейгерсон! Иди сюда. Смотри, кто здесь! — Она указала локтем на Кейси.

Держа в каждой руке по стаканчику, к нам подошел парень. Темноглазый, с зачесанными назад темными волосами, гладким, по-детски круглым личиком. Я заметила тщательно скрываемое высокомерие. Он явно осознавал, насколько хорош собой.

— Эй! Винчем! Сто лет не виделись, — он протянул ей стаканчик. — Охереть.

Она покачала головой.

— Нет, спасибо.

— Да ладно. Давай.

— Нет. Серьезно. Спасибо, не нужно.

Находящаяся ближе всех ко мне Сара перестала подпрыгивать. Румянец исчез, и она больше не улыбалась. Она наклонилась ко мне.

— Все случилось на его вечеринке. — Она покачала головой. — О чем Лора думала?

И не дожидаясь ответа, подошла и взяла напиток, который парень предлагал Кейси. Решительно встав между ними, Сара поднесла стаканчик к лицу Крейгерсона.

— Ты что, издеваешься? Ты же знаешь, что с ней случилось после напитка, который ты ей дал.

— Эй… — Улыбка исчезла, и он выпрямился во весь рост. — Если ты намекаешь, что я накачал ее наркотиками…

— Нет, но он дал стакан, который ты передал ей. Это могло случиться со мной или Лорой, да с любой девушкой. И ты снова протягиваешь ей выпивку?

— Я сказал… — рявкнул он в ответ.

Сара выплеснула жидкость ему в лицо.

— Эй! — взревел Крейгерсон, вытирая глаза. — Какого черта, Сара?

Она скрестила руки на груди. И не двигалась.

— Убирайся отсюда, Крейгерсон. Мы больше не тусуемся с тобой.

— Я…

Его рука застыла в воздухе. Не знаю, что он собирался делать, но меня накрыло.

Темнота.

Ночь.

Закрытая библиотека.

Я на той дорожке.

— Эй! — вклинился чей-то голос, и я почувствовала движение.

Меня схватили и оттащили, но мысленно я находилась не здесь. Я снова оказалась на той дорожке. Надо мной снова нависали две тени, становясь все больше и больше.

Снова надо мной заносилась бита.

Закричав, я попыталась закрыть лицо руками.

— Эй, эй, эй.

Меня прижали к груди. В ожидании нападения я замерла, но где-то на задворках сознания мелькнуло, что это Шей. Я в безопасности. Не на той дорожке. В объятиях Шея. Нет, на меня не нападут. Меня била дрожь, и я едва держалась на ногах.

— Все в порядке, Кенз. Все хорошо.

Моя голова покоилась на груди, сильной груди, которую я очень близко знала. Подняв голову, я увидела нежный взгляд Шея. Воспоминание ушло, заставив меня почувствовать опустошение. Глубоко вздохнув, я прижалась ближе к нему.

— Я снова вернулась туда.

— Ты в безопасности. Я с тобой. — он обернулся и крикнул: — Уберите его отсюда на хрен! СЕЙЧАС ЖЕ!

— Эй, чувак. Я не знал…

Рычание оборвало его, и я узнала голос Линде.

— Теперь знаешь, и тебе пора уходить.

— Нет, — я подняла голову, но Шей притиснул меня к стене. Его спина защищала меня, ограждая, и я попыталась вырваться из его объятий.

— Нет, — он крепче сжал руки. — Что ты делаешь?

Я высвободилась из его хватки.

— Я в порядке.

Я шагнула вперед.

Линде и еще один парень заломили Крейгерсону руки. И уже повели того к выходу, когда я подбежала к ним.

— Нет.

Линде оглянулся, его брови сошлись на переносице.

— Что ты творишь, Клар…

Сжав кулак, я замахнулась.

Сейчас я набросилась не на того бесчувственного мудака, который стоял передо мной. Это был Каррутерс. Или другой парень. Тот, кто изнасиловал Кейси. Эти уроды думали, что могут напасть на девушку и выйти сухими из воды, но со мной этот номер не пройдет.

Когда мой кулак врезался в его лицо, руку пронзила боль. Я широко улыбнулась.

— Какого хрена? — Его голова дернулась в сторону, а затем он снова посмотрел на меня.

— Ты помог причинить ей вред, — сказала я.

Кейси стояла с полными глазами слез. Она сложила руки вместе и опустила взгляд в пол.

— Ты помог мне навредить.

— Что? Нет, я не помогал. Я даже не знал…

— Причинив боль и не попытавшись измениться, ты сделаешь это снова.

Я размяла руку. И все равно, если сейчас для него в моих словах нет смысла. Он поймет, когда однажды у него родится дочь. Я отвернулась, кивнув Линде, что пора выводить этого придурка.

А потом пришла боль.

— Пакет со льдом, пожалуйста, — всхлипнула я. — Или морфин. В зависимости от того, что ближе.

Шей уже держал в руках лед.

— Вот. Пойдем наверх.

Приложив компресс к костяшкам, я оглянулась через плечо. Кристина, Кейси, Сара и Лора стояли с ошеломленными лицами.

— Скоро вернусь, — пообещала я.

— Да, — Кристина несколько раз моргнула. — Не торопись.

Пройдя через кухню, мы поднялись в спальню Шея. К этому моменту она стала наполовину моей. Из лежащей в углу стопки одежды я схватила одну из своих маек, чтобы обернуть вокруг пакета со льдом.

Опустившись на кровать, я откинулась назад и тихо простонала:

— Зачем я это сделала?

Шей подошел к шкафу и снял футболку.

От этого вида у меня потекли слюнки. У него прекрасный торс, и я взглядом опустилась к дорожке, которая стрелой уходила под резинку штанов. Внезапно перестала чувствоваться боль в руке. Шей пересек комнату и сел рядом со мной, кровать прогнулась под его весом. Он поднял пакет со льдом, чтобы осмотреть мою руку, и поморщился.

— Очень больно?

— Все меньше и меньше.

Я сосредоточилась на его губах, облизывая свои.

Он поднял голову и тихо рассмеялся.

— Правда?

— Да. — Он убрал волосы с моего лица, и я закрыла глаза, наслаждаясь этим легким прикосновением. Протянула руку, поглаживая его пальцы. — Знаешь, ты отлично играл сегодня.

— У тебя болит рука.

— Это был мой выбор. Я понимала, что будет больно, когда ударю его. — И тут я задумалась о другом. — Думаешь, у меня из-за этого могут быть неприятности?

— Очень сомневаюсь, что хоть кто-нибудь подтвердит его версию. — Опустив взгляд, он сфокусировался на моих губах и хрипло пробормотал: — Пусть только попробует возбудить дело против девушки, на которую недавно напали в кампусе, особенно в связи с его участием в изнасиловании ее подруги.

Это меня успокоило. Я усмехнулась.

— А, ну да. Я и забыла.

Он встал и шмыгнул в ванную. Я слышала, как Шей роется в шкафчике, а потом он вернулся. Протянул мне таблетку и взял со стола бутылку с водой. Открыл ее и отдал мне.

— Это болеутоляющее. Выпей сейчас или позже будешь умирать от боли.

Я проглотила таблетку и протянула бутылку, которую он поставил на тумбочку с моей стороны.

Вместо того, чтобы вернуться и присоединиться ко мне на кровати, Шей остановился и посмотрел на меня. В его глазах светился голод. И чем больше Шей вглядывался в меня, тем сильнее тот становился. Я почувствовала ответное напряжение между ног.

— Похоже, у нас тут возникла ситуация, — произнесла я, соблазнительно прикусывая губу.

— Да?

— Да.

Шей склонил голову набок, наблюдая за мной, и несмотря на исходившее от него желание, не двигался. Даже скрестил руки на груди. Я издала тихий стон. Боже милостивый, как же он хорошо выглядел.

Почувствовав, что должна сделать это, я указала:

— У вас там целая вечеринка, и народ пришел в основном из-за тебя.

— Но?

— Но мы здесь, наверху, и мне уже не хочется возвращаться на вечеринку.

Он придвинулся ближе.

— Как твоя рука?

— Уже лучше, — Шей навис надо мной, а я откинула голову назад, разглядывая его. И едва не застонала. — Становится все лучше и лучше.

Когда он коснулся кровати рядом со мной, в его глазах промелькнула понимающая ухмылка.

— Да?

Начала повторять сказанное ранее, но тут он рукой скользнул под мою ногу, и я остановилась, задыхаясь. Ощущение его тела заставило меня задрожать, взрывая все изнутри, и я прикусила губу, застонав. Он сжал пальцы сильнее, а другой рукой скользнул под меня. Подвинул меня дальше по кровати, лег рядом и склонился надо мной.

Я глубоко вздохнула. Голод лизал меня изнутри, раздувая разожженное Шеем пламя. Я пробежалась пальцами по его груди, поглаживая рельефные мышцы. Как же он великолепен.

Не то чтобы я забыла.

Дело в том, что с каждым днем он становился все красивее. Иногда меня это пугало, но потом я видела, как на него реагируют другие и вспоминала, что не одна такая. Но он принадлежал мне, и я начала улыбаться, думая о том, как это произошло.

— Над чем смеешься? — Его губы почти касались моих.

Я обвила рукой его шею и упала на подушку, потянув его за собой. Полулежа на мне, Шей переместил губы на мое плечо и коснулся его поцелуем. Скользнул рукой под мою футболку и приподнял ее, нащупывая грудь. Я едва не застонала, когда, отодвинув бюстгальтер в сторону, он обхватил ее и большим пальцем потер сосок.

— Я смеюсь над тем, как сильно ненавидела тебя в самом начале.

Он сел, прокладывая дорожку из поцелуев с моего плеча на шею. Прошелся по горлу.

Я запустила пальцы в его волосы, разрываясь между потребностью удерживать его рот на месте и желанием притянуть его к своим губам. Я ждала, мое дыхание становилось все более поверхностным.

— Не могу взять в толк, почему я ненавидела тебя.

Шей остановился, подняв голову. Он находился так близко, на расстоянии шепота, и мне настолько сильно хотелось прикоснуться губами к его губам, что это была почти физическая боль. Я все еще не делала этого. Я все еще сдерживалась.

— Думаю, ты ненавидела меня, потому что…

Он не договорил и, широко распахнув глаза, я обхватила его лицо ладонями.

— Не останавливайся. Закончи то, что собирался сказать.

Он покачал головой, снова нависая надо мной.

— Ерунда.

Он наклонился, поймав мои губы своими.

О-хммм!

— Нет. Я хочу знать.

Он не ответил, а просто требовательно поцеловал меня. Скольжение его языка настолько захватило меня, что я почувствовала задранную футболку, только когда он остановился. Пришлось немного отодвинуться, чтобы он смог стянуть ее через голову, а потом он вернулся. Наши губы слились, и Шей принялся за мой лифчик. Он притормозил, позволив бретелькам, словно лаская, скользнуть вниз по моим рукам.

Это сработало.

Кожу покалывало, пока бюстик не оказался на полу. Шей опускался вниз, облизывая, пробуя на вкус, покусывая горло и ложбинку между грудей, пока не поймал одну из них в рот.

Я застонала.

Я наслаждалась каждым его прикосновением. Он покружил языком вокруг соска.

Я едва не потеряла самообладание, желая снова схватить его за волосы.

— Хм, нет, — словно прочитав эти мысли, он взял меня за руки. Прижал их к голове, щедро одаривая поцелуями мою грудь. — Тебе не удастся меня отвлечь.

Я рассмеялась, звук показался слабым даже для моих ушей.

— Ты меня убиваешь.

— Черт возьми, недостаточно.

Он издал низкое рычание, и я почувствовала, как его зубы царапнули сосок.

Я выгнула спину, прижимаясь к нему. Он усмехнулся, но придвинулся ближе, когда я снова легла на кровать.

— Шей, — практически прорычала я.

А потом прильнула к нему и обхватила ногами за талию. Не знаю почему, но мы до сих пор оставались в джинсах. Я прижалась ближе, пытаясь пробудить ответную реакцию, чтобы он избавил нас обоих от страданий.

Шей засмеялся, дыханием коснувшись моей груди.

— Ты можешь продолжать в том же духе, Принцесса. Я все равно буду боготворить тебя.

Принцесса.

Я застонала. Хоть и не люблю милые прозвища, но это сработало, и мое желание перешло на совершенно другой уровень.

Я все больше и больше теряла голову. Шей тоже меня хотел. Я ощущала его возбуждение. Твердый как камень, его член прижимался ко мне. Спустить джинсы Шея, отодвинуть боксеры, стащить свои джинсы и трусики, и я смогу заставить его погрузиться в меня. Напрягаясь, он прижимался именно там, где я хотела чувствовать его внутри, но Шей словно забыл о своих потребностях. Он скользнул ко второй груди и поймал сосок ртом, атакуя его языком и зубами.

— Шей, — простонала я, выгибаясь, и всхлипнула.

Гортанный крик застрял у меня в горле. Сил сдерживаться не оставалось. Если он вырвется на свободу, все внизу узнают, чем мы занимаемся.

— Шей!

Он рассмеялся, наконец, отпустив мою руку и поглаживая живот. Под его ладонью тело дрожало, пока он мучительно медленно просовывал мне под джинсы сначала один палец. Потом другой. Третий. Он водил ими взад-вперед, выписывая круги. Чистой воды пытка.

— Если ты не сделаешь что-нибудь этими пальцами, я… — Я задохнулась, поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

Он ухмылялся. Чертовски самоуверенный парень, но в его взгляде я заметила страсть. Едва сдерживаемая, она бурлила на поверхности. Я больше не могла этого выносить. Потребность прикоснуться в ответ росла, угрожая покончить с крупицами самоконтроля, которые еще у меня оставались.

Я высвободила руки, отталкивая его.

Мы покатились, и на этот раз я оказалась сверху. Оседлав Шея, я рассматривала его идеальные черты. Сжав ноги, опустилась еще ниже, чувствуя, как член пульсирует подо мной. Шей тоже безумно хотел войти в меня, и я потянулась к его джинсам. Поиграла с пуговицей и молнией.

Глядя на меня, его льдисто-голубые глаза стремительно темнели.

— Ты собираешься играть со мной сейчас?

— Может быть.

Я прикусила губу, чтобы скрыть дерзкую улыбку. Я кое-что придумала. Контроль, власть… так увлекательно. Я могла бы управлять им по своему желанию. Могла играть с ним, как захочу. Стремясь немного помучить Шея, начала с того, что расстегнула джинсы и потянулась к члену. Обхватила его рукой и немного усилила хватку, а затем медленно начала двигать вверх и вниз.

Шей резко вдохнул. И с шипением выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Я добилась своего, он потерял контроль над собой.

— Черт возьми, Кеннед…

Я наклонилась, поймав губами его губы.

Этот поцелуй вышел другим. Отвечая, Шей завладел моим ртом. Я снова застонала, не в силах отстраниться. По мере того, как продолжала медленно скользить по члену рукой, поцелуй становился все грубее. Когда я остановилась и погладила большим пальцем головку, Шей подхватил меня под мышки и зарычал, поднимая меня.

Перевернул на спину, не останавливаясь, подхватил, сорвал с меня джинсы и отбросил прочь, в мгновение ока оказавшись сверху.

Секунду помедлив, он вошел. От вторжения я вскрикнула и задрожала. Меня трясло. Но я нуждалась в большем. Не став ждать, пока я привыкну к нему, Шей начал толкаться. Жестко и глубоко, и я распадалась на части в его объятиях.

Льнула к нему. Наши рты не разлучались, мы словно дышали друг другом. Я провела ногтями по его боку, пока он продолжал погружаться в меня.

Снова и снова.

Не снижая скорости.

Я двигала бедрами в едином ритме с ним, и когда выгнулась, он накрыл мою грудь рукой. Другой рукой он удерживал мое бедро. Пальцами опускаясь вниз по моей коже, он начал ускоряться.

Боже.

Он трахал меня.

Оторвавшись от моих губ, Шей поймал ртом грудь, нежно посасывая ее. А затем наклонился, продолжая двигаться во мне.

От его толчков моя грудь вздымалась, и я не могла отдышаться. Потом он выскользнул и попытался перевернуть меня. Нет. Оттолкнув его, я села. Пришла моя очередь. Он упал на спину, а я оказалась сверху.

— Подожди. — Его руки уперлись мне в бедра. Шей схватил меня, удерживая на месте. И кивнул на тумбочку. — Презерватив.

Лежа на нем, я застонала от разочарования, но потянулась и достала один из ящика. Прикусив мое плечо, Шей провел рукой вниз по боку, обхватил задницу, а затем двинулся вперед, чтобы войти пальцем. Воздух покинул легкие, зашипев, я посмотрела на него.

— Удар ниже пояса.

Он лукаво ухмыльнулся.

— Да пофиг.

Теперь во мне двигались уже два пальца. Я изо всех сил пыталась бороться с ощущениями. Они не отпускали. Опьяняя, требуя освобождения, но я сдерживалась. От напряжения сильно прикусила губу, потому что, черт возьми, хотелось, чтобы он взорвался вместе со мной.

— Шей.

Ослепленная удовольствием от погружения его пальцев, я наклонилась и снова схватила его член. Шей остановился, ответный стон вырвался из его груди, и я воспользовалась этим. Разорвав обертку, раскатала презерватив, а затем встала, передвинулась, освободившись от пальцев, и оказалась сверху. Я опустилась на него, и мы оба остановились на секунду, всего на секунду.

Шей схватил меня за талию, и положив руку ему на грудь, я начала двигать бедрами.

На этот раз я объезжала его.

Начала медленно, постепенно ускоряясь. Откинулась назад, и когда он сел, поймал мой сосок. Шей обнял меня за спину, удерживая в вертикальном положении, пока я поднималась и опускалась на его член. Мы двигались в едином ритме. Он схватил меня за талию, толкаясь внутрь с неумолимой силой, прежде чем не смог больше сдерживаться.

А потом я почувствовала, как все его тело содрогнулась в предвкушении.

Его пальцы потянулись к моему клитору, и от первого же прикосновения внутри все взорвалось.

Мое тело затрепетало. Шей нежно обнимал меня, пока мы оба преодолевали дрожь.

— Детка, — прошептал он, нежно целуя мои губы, плечи. Приподняв меня, выскользнул наружу.

— Чт…

И толкнулся обратно, перевернув меня на спину. Я снова обхватила его ногами, а Шей проворчал:

— Я хотел, чтобы ты кончила первой.

И уткнулся головой в изгиб моей шеи, пока, наконец, не взорвался. Он и до этого был на грани, но вовремя остановился. Сдержался, как и я раньше.

Мы оба вспотели, Шей опустился сверху и провел рукой по моему обнаженному телу.

— Охренеть. — Он прижался поцелуем к моему горлу, прежде чем приподняться и встретиться с моими губами. — Я никогда к этому не привыкну. Вообще.

Чувствуя трепет во всем теле, я согласилась. Каждая наша встреча, каждый умопомрачительный оргазм толкали меня все глубже в зависимость от него.

Эта мысль ужасала.

Глава 32

Шей обнял меня, и я почувствовала на шее его глубокое и ровное дыхание.

Внизу играла музыка и шумели люди. Ходили туда-сюда. Открывались и закрывались двери. Голоса слышались сначала на улице, а потом снова внутри. Хлопали дверцы машин. Одни приезжали. Другие уезжали. На нижний этаж доступ открыли для всех.

А мне даже шевелиться не хотелось.

Мы с Шеем словно находились в защитном пузыре. Он щелкнул выключателем, так что комната озарилась мягким светом. После нападения я плохо спала, поэтому, чтобы помочь мне успокоиться ночью, Шей купил светильник, стилизованный под банку Мейсона.

Мы лежали под одеялом, его рука все ближе и ближе подбиралась к моей груди.

Я уже предвкушала, как Шей начнет играть с ней, но тут на полу засветился телефон. Услышав вибрацию, я застонала.

— Твой или мой?

— Мой, — я узнала цветовую последовательность, которой экран освещал потолок. Красный и зеленый. — Это Гейдж.

Я почувствовала, как Шей коснулся губами моей спины.

— Тридцать баксов, что он внизу.

— Нифига. Я не буду спорить. — Я подвинулась к краю кровати и схватила телефон с пола. Так как лежала под углом, бедра оставались рядом с Шеем, и вскоре я почувствовала, как от моей груди к ним опускаются его руки. Пока я снимала блокировку и читала сообщение брата, Шей начал тереться о мой зад. Я оглянулась через плечо. — Ты шутишь? Снова?

С лукавой усмешкой он пожал плечами. А потом снова толкнулся у моей задницы и, наклонившись, ущипнул за руку.

— А почему нет? Я молодой жеребец, Кларк. Думал, ты уже поняла это.

Он коснулся меня еще несколько раз, и я почувствовала, что желание возвращается.

Покачав головой, вернулась к телефону.

Гейдж: Мне написала Кейси. Говорит, что на твоей вечеринке, но тебя здесь нет. Спустись. Не хочу подниматься.

Я показала Шею телефон, а когда перекатилась на спину, он снова наклонился надо мной, прочитал сообщение и, рассеянно потянувшись за трубкой, оказался прямо у моей киски.

Ответив что-то, отключил телефон и бросил обратно на пол.

— Что ты написал?

Его член снова был тверд, и когда Шей потянулся за презервативом, я провела рукой по его груди. Целуя мой живот, он надел защиту и пробормотал:

— Мы спустимся через час.

Подняв голову и встретившись со мной взглядом, он разместился у моего входа и медленно скользнул внутрь.

Я застонала, закрывая глаза. Мои руки легли на его, и наши пальцы переплелись, когда он качнул бедрами ко мне.

Этот раз отличался от прошлого. Тогда мы трахались горячо и жестко. А сейчас так, словно могли заниматься сексом в любой день и в любое время, а сегодня как раз один из таких дней. И это скорее не привычка, скорее действие, которым можно неспешно наслаждаться. Хоть мы и превращались в такую пару, но я испытывала ту же страсть, что и раньше. Так происходило и сейчас, когда я из-под прикрытых век наблюдала за тем, как он входит и выходит из меня. Меня это возбуждало. Мужчина, выгибающийся от моих прикосновений. Он принадлежал мне, и я знала, что Шей чувствовал то же самое по отношению ко мне.

Казалось, теперь я всесильна.

От переполнявших ощущений захватывало дух.

Большинство девушек внизу с удовольствием поменялись бы со мной местами. Но он принадлежал мне. Это мое место в его постели. Черт, теперь эта половина кровати принадлежала мне.

Он поднял голову, сверкнув темным и голодным взглядом.

— Ты со мной? — прохрипел он.

Я кивнула. Не сбавляя темпа, я перевернула его, снова оказавшись сверху. Обхватила ногами, оседлав и скользя своей грудью по его груди. Поймав сосок одной рукой, другой Шей сжал мое бедро, и его губы снова оказались на моих. Мы объезжали друг друга, пока не кончили вместе.

— Охереть, — проворчал он мне в ухо, прижимая ближе. Поцеловал обнаженное плечо, а потом со мною на руках встал.

Я запищала, но Шей отнес меня в ванную и, подождав, пока вода согреется, ступил под душ. Как только мы промокли, он позволил мне соскользнуть вниз, так что я оказалась на собственных ногах, но мы все еще обнимались. Мы мыли друг друга, прерываясь на поцелуи. Он наклонился, на мгновение полностью заслонив меня от брызг воды и посмотрел в глаза.

— Я когда-нибудь привыкну к этому? — Блуждая взглядом по всему моему телу, он спрашивал себя и не ждал ответа. А потом снова поцеловал меня и отошел, одарив полуулыбкой. — Если я буду продолжать прикасаться к тебе, мы никогда не спустимся вниз.

Ополоснувшись, я вышла из душа, потянулась за полотенцем и, поскольку Шей стоял позади, протянула и ему тоже.

— Они поймут, чем мы здесь занимались.

Он несколько раз провел полотенцем по своим волосам, прежде чем обернуть его вокруг меня. Удерживая таким образом, он снова нашел мои губы, а потом произнес:

— Отлично. На случай, если они до сих пор не знают, что ты моя.

Его слова меня поразили. Должно быть, я покраснела. Ладно уж, я почувствовала это. Шей не оставил без внимания ни одну частичку моего тела. Я чувствовала себя полностью удовлетворенной.

Когда мы направились вниз, я шла позади. Мне нравилось позволять ему вести себя на вечеринку. Пока он не открыл дверь, я держала руку в его джинсах. Сразу музыка стала громче. Повсюду сновали люди, по углам сбиваясь в кучки и держа напитки в руках. Когда в комнату вошел Шей, двое парней издали радостный возглас и оторвали его от меня. Один из них обнял его за плечи, и Шей оглянулся убедиться, что я в порядке.

Я кивнула, уклоняясь от еще одного, решительно шагающего к Шею. Отступила назад, и парень прошел прямо передо мной. Ободряюще улыбнувшись, я дала понять, что со мной все будет в порядке и направилась искать по дому своих друзей.

Они стояли в углу на кухне. За столом шла игра в карты, и они, казалось, наблюдали за происходящим. Гейдж одной рукой обнимал Кейси. И что-то шептал ей на ухо, заставляя смеяться. Устремив взгляд мимо них, Кристина слушала Сару. Я огляделась в поисках Лоры. На кухне какой-то парень обнимал ее за плечи, и она тоже смеялась. Направляясь к ним, я почувствовала, как кто-то коснулся моей руки.

Это оказалась Мисси, а за ней еще три девчонки. Они смотрели вокруг широко раскрытыми глазами.

— Эй, — я слегка нахмурилась, придвигаясь ближе, чтобы Мисси могла меня услышать. — Что ты здесь делаешь?

Она покраснела.

— Надеюсь, ничего страшного, что мы пришли. Мы услышали о вечеринке и сказали ребятам у главного входа, что знаем тебя.

Я уставилась на нее. О чем она говорит?

— Парни у входа?

Она указала через плечо.

— Да. У входа есть парни. Внутрь пускают не всех. Ты не выглядывала во двор? — Я покачала головой. — Там полно людей, которые ждут, чтобы войти.

— Ты серьезно?

Она кивнула.

Холли придвинулась ближе, чтобы присоединиться к разговору.

— Можно мы здесь побудем? — попыталась она перекричать музыку.

— Да. Да! — Махнула я рукой внутрь, хотя они уже зашли в дом. Заправляя влажные волосы за ухо, я наклонилась к Мисси и сообщила: — Это даже не моя вечеринка. Я не знала, что ее устраивают, пока мы не приехали сюда.

Слегка расслабляясь, Мисси неловко улыбнулась. А потом ее улыбка посветлела, она схватила меня за руку и закричала прямо в ухо:

— Понимаю, что во мне говорит выпитое пиво, но я хочу сказать, что буду скучать по тебе в следующем семестре. Я рада, что хотя бы один мы прожили вместе.

Я кивнула, улыбнувшись.

Она уже немного пьяная, и мне не хотелось делиться с ней своими секретами, тем более, я уже съехала. Как бы там ни было, правда заключалась в том, что Мисси с самого начала относилась ко мне так, будто я ниже ее. После ее слов возник вопрос, действительно ли я ей небезразлична, или все из-за того, с кем я встречаюсь.

Меня так и подмывало спросить, просто чтобы увидеть ее реакцию, но кто-то положил руку мне на плечо и произнес:

— Прошу прощения.

Мисси и Холли вытаращили глаза.

Линде, не глядя в нашу сторону, пытался пройти на кухню.

Я ударила его по руке, и он нахмурился и поднял голову, чтобы посмотреть, кто это сделал. При взгляде на меня на его лице отразилось узнавание.

— О! — Он обнял меня одной рукой. — Это же Кларк.

Он повернулся к Мисси и слегка нахмурился.

— Это моя соседка по комнате в прошлом семестре, — представила я ее.

И ее он обнял за плечи, удерживая стакан так, чтобы тот не пролился. А потом рассмеялся.

— Тебе, наверное, понравилось жить в комнате одной.

— Эй, — я ткнула его пальцем в грудь.

Он улыбнулся, сверкнув глазами. Конечно, он немного пьян, но не настолько.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Последние полтора месяца ты ночевала здесь.

Он был прав. Я опустила голову, чувствуя, как к щекам приливает жар.

Мисси все еще стояла с вытаращенными глазами, словно не могла поверить, что с ней разговаривают. Попеременно переводя взгляд с лица Линде на его руку у себя на плече и на меня, она никак не могла остановиться.

Холли выпрямилась, вздернула подбородок и подошла, замыкая наш круг. Ей тоже хотелось принять участие в разговоре.

Линде указал на нее бокалом.

— А ты кто?

— Я подруга Кларк.

Он хмуро посмотрел на меня, и я объяснила:

— Они лучшие подруги со школы. — Я кивнула в сторону Мисси, а потом указала на кузину и четвертую девушку. Обе они все еще стояли неподалеку. — Это ее банда.

Линде от души рассмеялся, откинув голову назад. Убрав руку с плеча Мисси, он закивал.

— Я понял. В мою девочку вцепились несколько прилипал.

— Твою девочку?

— Понимаешь, о чем я? — Он пожал плечами, все еще улыбаясь. — Мою подругу, но девушку Шея. — Повернувшись спиной к остальным, он наклонился ко мне. — Остерегайся прилипал, ладно? Неприятно, когда тебя разрывают на части.

И это он мне будет рассказывать? Он же футбольный король.

Я кивнула и, встав на цыпочки, потянулась к нему.

— Я это уяснила еще в старших классах.

С серьезным выражением лица он кивнул и поднял руку. Я посмотрела на нее, а Линде дернул головой в сторону кухни.

— Налью себе еще и выйду на задний двор, чтобы позависать с твоим парнем. — Он заметил мои пустые руки. — Хочешь чего-нибудь выпить? — Он указал на остальных. — Кто будет пить? Все?

Мисси вопросительно посмотрела на меня.

Я ей кивнула.

— Да. Тебе помочь принести?

Он ухмыльнулся.

— Ты шутишь? Будто не знаешь меня.

Он направился к выходу, помахав девушкам рукой.

Мисси подошла ближе, указывая на него.

Я ответила до того, как она успела что-то сказать:

— Он за выпивкой.

— Это Раймонд Линде, — Холли стала на его место. Ее место заняла кузина. Их четвертая подруга осталась с краю. — Не могу поверить, что Раймонд Линде только что предложил мне выпить.

Для меня эти слова стали сигналом к бегству. Я начала отходить от них.

— Мне кое с кем нужно поговорить. Увидимся позже, девочки.

Все кивнули, даже четвертая девушка помахала мне рукой.

Я немного пожалела ее. Судя по всему, она в самом низу их иерархии.

Что до меня, то я направилась к своим.

Кристина согнулась пополам от смеха. Сара хихикала. Кейси качала головой в ответ на слова Гейджа, который смеялся вместе с Кристиной. Все еще обнимая Кейси, он немного отклонился, чтобы поговорить с Кристиной.

— Кларк.

Я оглянулась и увидела, как один из соседей Гейджа отсалютовал мне пивом. Кивнув в ответ, я сократила дистанцию. Пришлось обойти кухонный стол, чтобы подойти к брату сзади. Заметив первой, Кристина указала на меня остальным. Кейси и Гейдж посмотрели в мою сторону, а потом брат крепко обнял и приподнял меня.

— Моя маленькая сестренка! — Опустив на ноги, он сделал вид, что ругает меня: — Что-то ты долго.

Я указала туда, откуда только что пришла.

— Меня задержала бывшая соседка по комнате.

Линде вернулся с напитками, и я окликнула его. Он стоял по другую сторону стола, но увидел меня.

— Эй!

— Я здесь. А они остались там.

Он кивнул и похлопал сидевшего за столом парня по плечу. Протягивая тому стаканчик, указал на меня. Парень что-то сказал кому-то через стол, и выпивку мне передали. Я поблагодарила парня и, взяв стаканчик, подняла его, салютуя Линде.

— Спасибо!

Он кивнул, протискиваясь сквозь толпу к Мисси и девочкам.

Я потягивала свой напиток, наблюдая. Отдав девушкам выпивку, он немного поговорил с ними, затем повернулся ко мне и указал на конец коридора.

— Выходи, — произнес он.

Я кивнула, показывая ему поднятый вверх большой палец.

— Идем на улицу? — Гейдж тоже наблюдал за ними.

Я пожала плечами.

— Где-то там Шей.

— Ну что ж, пошли.

Я возглавляла шествие.

Со мной здоровались какие-то люди. В углу я заметила Бекку и Эбби с политологии, одетых так, словно они в ночном клубе. Девчонки повернулись, но я спряталась от них за группой парней. И тут меня осенило — именно это и вызывало у меня отвращение с самого начала. Бекка и Эбби мило вели себя со мной также, как прямо сейчас это делали моя соседка по комнате и ее подруги. Кристина оставалась самой собой, то же касалось и Кейси. Даже Сара не изменила своего отношения. Она редко разговаривала со мной перед нападением, как и сейчас.

Я не обижалась на нее. Она не притворялась. И я это ценила.

Как только мы вышли на улицу, я спросила у Кристины:

— С кем разговаривала Лора?

Услышавшая это Сара, фыркнув, ответила:

— Парень, с которым она познакомилась в прошлые выходные. Все, кроме нее, считают его мудаком. — Она покачала головой и направилась вслед за Кейси и Гейджем, которые ушли вперед.

Шей, Линде и еще несколько человек сидели в дальнем конце патио вокруг стола для пикника. Казалось, они просто разговаривают.

Кристина покачала головой.

— Произошла драка. Кейси и Сара думают, что виноват он, но Лора их не слушает. У меня дурное предчувствие по этому поводу.

Гейдж протянул руку к столу.

— Эй! Как дела?

Линде разразился смехом.

— Это брат Кларк.

Гейдж резко выпрямился, закатывая глаза.

— Ну-ну, Линде.

Хлопнув по столу, тот рассмеялся. Он выглядел менее трезвым, чем когда я видела его минуту назад.

— Садись, брат Кларк, такой офигенный и лучший парень, с которым можно играть в дартс. — Он поднял свою выпивку, указывая на сидевшего напротив парня. — Тебе нужен новый игрок? Это тот самый парень. В один из вечеров Кларк уделал весь дом.

Парень оглянулся, чтобы оценить брата, и протянул ему руку для рукопожатия.

— Кэмерон.

Гейдж пожал парню руку, одновременно усаживаясь рядом с Линде.

— Я знаю. Кэмерон Брюски. Ты защитник команды, которую мы сегодня растоптали.

— Эй, — предупреждающе начал Кэмерон.

Гейдж рассмеялся.

— Шучу. Я не имею никакого отношения к этой взбучке.

За столом все засмеялись.

Кэмерону оставалось только смириться. Он покачал головой, указывая пальцем на моего брата.

— Гейдж Кларк. Ты любишь играть в дартс?

Они разговорились.

Кейси села рядом с моим братом. Сара села рядом с ней, а Кристина — последней.

Камерон остановил ее, протянув руку над столом.

— Нет, нет, нет. Вы, девочки, можете сесть здесь, рядом с нами.

Кристина посмотрела на меня, вопросительно подняв брови.

Сара подняла руку.

— Сэкономлю твое время. У нее серьезные отношения.

Он искренне рассмеялся.

— Я буду вести себя как джентльмен. Обещаю. — Он понизил голос, указывая на меня: — А как насчет тебя?

За столом воцарилась тишина.

Сводя брови на переносице, Кэмерон огляделся.

С тех пор, как вышла на улицу, я чувствовала, что Шей наблюдает за мной. А сейчас, посмотрев в его сторону, заметила пристальный взгляд, устремленный на меня. Я указала на него.

— Я сяду…

— Она занята, — закончил за меня Шей.

Я подошла, и он подвинулся. Положив руку на бедро, помог мне спуститься. Он сидел на лавочке, широко расставив ноги и повернувшись лицом к столу, а я устроилась прямо перед ним. И прислонилась спиной к его груди.

— Ну. Что ж, — Кэмерон замолчал, его взгляд стал задумчивым. — Ходили слухи, но я не думал, что они подтвердятся.

Я потягивала свой напиток, когда Шей обнял и положил руки мне на колени.

— Не знаю, что ты куришь, — произнес он у моего уха. — Уверен, что Сабрина рассказывала тебе о нас.

Кэмерон не ответил, внимательно меня разглядывая.

Не знаю почему, но мне стало не по себе.

Шей тоже напрягся, а потом Линде что-то сказал, и взгляд Кэмерона оторвался от нас. С меня словно камень свалился, даже дышать стало легче.

Я оглянулась через плечо, убедившись, что никто нас не услышит, и спросила у Шея:

— Почему от этого парня у меня мурашки по коже?

Он покачал головой, наклонился и прижался губами к моему уху.

— Позже объясню.

Мы болтались на заднем дворе всю ночь, смеялись, пили с друзьями и разошлись только к пяти утра. А вернувшись в комнату, буквально рухнули в постель. К тому времени я настолько забыла об этом парне, что почти не обращала внимания на слова Шея.

Я просто хотела его рот и его тело.

И, отказавшись от попыток рассказать обещанное, Шей придвинулся ко мне в постели и поцеловал в ответ.

Никто и ничто другое не имело значения.

Я находилась именно там, где хотела.

Глава 33

Каникулы проходили мучительно медленно и в то же время слишком быстро.

В первый их день мы с Гейджем на моей машине отправились домой после позднего завтрака с Кристиной, Кейси, Сарой, Шеем и Линде. На вопрос, где Лора, Сара только поджала губы и опустилась на стул рядом с Кейси.

— Сейчас это больная тема, — поморщившись, пояснила Кристина.

Я так и не поняла, что произошло, но зато наслушалась о Кэмероне Брюски. Накануне вечером упоминали, что он квотербек команды противника, и оказалось, что в течение длительного времени они с Шеем соперничали. Парни вместе учились в старшей школе, но потом поступили в разные колледжи, а еще встречались с одной и той же девушкой.

Последнюю фразу Линде добавил, наблюдая за Шеем с дразнящим блеском в глазах.

— С какой девушкой? — спросила я.

Шей выругался себе под нос.

— Ну ты и мудак.

— У меня нет проблем с признаниями, — рассмеялся Линде.

— Я в курсе, — Шей закатил глаза, побарабанил пальцами по столу и, решившись, повернулся ко мне. — Сабрина.

— А?

— Сабрина? — Кейси нахмурилась. — Девушка с ресепшна?

— Я встречался с ней, — произнес Шей.

— Что? — У меня отвисла челюсть. Я же специально у нее спрашивала. — Она сказала, что вы просто друзья. Ничего больше. Почему я только сейчас узнаю, что вы встречались?

— Потому что мы обычно не разговариваем, когда остаемся одни, — ухмыльнулся он.

— Ай! — Гейдж уронил тост на тарелку и встал, всплеснув руками и попятившись от стола. — Не хочу слушать про сексуальную жизнь моей сестры. — Снова взяв кусок хлеба, он указал на другую кабинку. — Я знаком с некоторыми из них и закончу завтрак там.

Шей провел рукой по волосам, а потом схватился за спинку моего стула.

— Мне казалось, я уже говорил тебе об этом.

— Нихрена ты мне не говорил.

А ведь действительно, если задуматься, он в курсе моих проблем и моей травмы, знаком с моими родственниками и друзьями. Я нахмурилась. А что о нем знаю я? Помимо очевидного, что он чертовски хорош в постели и — я почувствовала трепет внизу живота — еще много хорошего, что я знала о нем.

Ухмылка исчезла, снова превратившись в улыбку.

— Честно говоря, нечего рассказывать. Мы встречались в прошлом году несколько месяцев. Потом расстались, и она вернулась на учебу, уже встречаясь с Брюски.

— Мне нравится, что его фамилия Брюски[3]. Каждый раз, слыша ее, мне кажется, что я заказываю пиво, — рассмеялся Линде.

Я проигнорировала нашего приятеля.

— Если бы это ничего не значило, ты мог бы упомянуть об этом.

— Как и ты, я скрытный. Ты не распространялась о наших отношениях. Я склонен делать то же самое с девушками, с которыми встречаюсь, и с теми, с кем встречался раньше. На самом деле, между нами ничего нет. Мы просто друзья и почти не общаемся.

— Тогда почему ты не сказал мне об этом?

Шей потянулся и взял мой кофе. И перед тем, как сделать глоток, ответил:

— Потому что не о чем говорить. У нас и без того хватало трагедий. Сабрина была и остается для нас несущественным фактором.

— Ты разбиваешь сердце Брюски и знаешь это.

Шей выругался, бросив свирепый взгляд в сторону Линде.

— Не усугубляй.

— Каждый парень знает, что разговор о бывших неизбежен. Придется рассказать друг другу о них, особенно о тех, с кем может быть знакома твоя девушка. — Линде указал на меня. — Она рассказала тебе о своем.

Я стиснула зубы.

А Шей торжествующе улыбнулся.

— Вообще-то не совсем, — глядя на меня, произнес он. — Она лишь упомянула и все.

Именно этот момент выбрал Гейдж, чтобы вернуться на место.

— Что я пропустил?

— Бывших твоей сестры, — ответила Кейси.

— Твою мать, — Гейдж снова отодвинул стул. На этот раз он схватил всю свою тарелку. — Просто дайте знать, когда нужно будет уходить. — Забрав с собой кофейник, он вернулся за соседний столик.

Этот разговор стал одной из причин, по которой каникулы длились вечность.

Шей не особо распространялся на эту тему и каждый раз, когда мы общались, уклонялся от нее. Я была вне себя от разочарования. Хотелось покричать или закатить истерику, но я не стала, потому что мы разговаривали по телефону. Я не имела возможности заглянуть ему в глаза (даже учитывая то, что мы общались через Фейстайм), оседлать его и околдовать, поэтому он должен был все рассказать.

Мы снова разговаривали, я в своей спальне лежала на кровати. Его лицо на экране телефона висело надо мной.

— Почему ты не хочешь говорить о Сабрине? — спросила я. — Сказал, что она ничего для тебя не значила, но ведешь себя так, словно все же значила.

Или значит…

Его неизменная улыбка исчезла.

— Мне не хочется рассказывать о ней. Я ничего не чувствую к Сабрине, честно. Это о нем я не люблю говорить.

— Из-за чего вы расстались?

— Я и Кэмерон?

— Шей, — угрожающе протянула я.

Он тяжело вздохнул, признавая поражение.

— Мы с Сабриной расстались из-за меня, а не из-за нее. Я ничего не рассказывал, потому что не хотел, чтобы ты думала обо мне плохо.

Желудок сжался в тугой комок. Я давно такого не чувствовала. И даже успела соскучиться.

Волком посмотрела на него.

— Что случилось?

— На одной вечеринке меня поцеловала девушка, и это превратилось в целую историю, в которой я изменил Сабрине.

— Ты изменщик?

Все оказалось хуже, чем я думала.

— Нет! Нет. В этом все и дело. Это не я, а девушка поцеловала меня. Я не ответил, но слухи дошли до Сабрины прежде, чем я мог предупредить ее, и ну, я не знаю. Возможно, я позволил ей думать самое худшее.

— Зачем? — Нахмурилась я.

— Наверное, потому что покончил с этими отношениями. — Шей немного пошевелился, и я увидела, что он лежит на кровати. — Я не изменял, — добавил он. — Не хочу, чтобы ты считала меня изменщиком, но и девушку я оттолкнул не так быстро, как следовало. — Он повысил голос. — Но я не поцеловал ее в ответ. Это самое главное.

Я молчала. Мы встречались тайно. Именно я не хотела официальных отношений. Из-за нападения все изменилось, и теперь внутри поднималась буря.

Мне и в голову не приходило, что он может потерять интерес.

Он мог устать от меня так же, как и от нее.

Я сглотнула, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.

— Эй-эй-эй, — он наклонился ближе, понизив голос до успокаивающего шепота. — То были я и она. Это не ты и я. Сабрина прекрасна внутри и снаружи, но она не то, что мне нужно. Мы не подходили друг другу. Это все. Даже она сказала бы тебе то же самое. Думаю, мы оба использовали слух о поцелуе, чтобы сохранить лицо.

— Значит, у нее все еще есть чувства к тебе?

Сабрина по-доброму отнеслась ко мне, и что, если мы встретимся в кампусе в следующем семестре? Как-то неловко. Так ведь?

— Нет. Она влюблена в Кэмерона. Она уже говорила мне об этом, и кстати, они здесь. В городе. Я столкнулся с ними в продуктовом магазине. Она сказала, что встретится с его родителями и проведет каникулы здесь. Это о многом говорит. У них все серьезно, не так, как было у нас с ней. Я же не относился к ней серьезно. Я никогда раньше не относился серьезно ни к одной девушке. До те…

Я ловила каждое его слово. Он остановился, и я резко скатилась с кровати.

— Умф!

— Что случилось? — послышался голос из телефона, который лежал на полу рядом со мной. — Кенз?

Я села, провела рукой по волосам и потянулась к трубке. Дверь открылась, и Гейдж просунул голову внутрь.

— Ты в порядке?

Я обернулась.

— В порядке. Просто упала с кровати. — Показала брату телефон. — Разговариваю с Шеем.

— Эй, Гейдж, — окликнул Шей.

Гейдж кивнул в ответ, затем нахмурился.

— Не хочу знать, почему разговор с парнем заставил тебя упасть с кровати. Привет, чувак. Скоро увидимся.

— Давай.

Брат ушел, закрыв за собой дверь, но я слышала, как мама спрашивает, все ли со мной в порядке. Я оглянулась на Шея, снова желая, чтобы мы жили в трех часах езды друг от друга, а не в трех штатах.

— Мама спрашивает у Гейджа, все ли со мной в порядке. Она не поверит ему, и… — говорила я, слыша ее шаги в коридоре. — … откроет дверь, чтобы убедиться самой через три, два… — звук шагов прекратился, и мама открыла мою дверь.

— Милая?

— Я разговариваю с Шеем.

— О! — На лице мамы появилась улыбка. Сегодня она надела бело-голубое платье. Поверх него фартук с оборками, а волосы стянуты во французский узел. В ее образе не хватало только пылесоса и тряпки. — Привет, Шей. Как ты?

— В порядке, миссис Кларк.

— Пора раскатывать печенье. Ты обещала, — обратилась ко мне мама.

Я вздохнула. Придется.

Какая же я идиотка.

— Да. Хорошо. Спущусь через несколько минут.

Она подняла руку и пошевелила пальцами.

— Поговорим позже, Шей. Было так приятно снова увидеть тебя.

Когда она ушла, на лице Шея появилось озадаченное выражение.

— Во что одета твоя мама?

Я скривилась.

— Она убеждена, что наше общество возвращается в пятидесятые годы, поэтому практикуется. И сегодня оделась как домохозяйка тех лет. Я обещала помочь ей испечь печенье. — Я выругалась себе под нос, вставая. — Может, приехать на пару дней раньше? И увидеться через два дня вместо четырех?

Он не смог ответить. Я видела только его мотающуюся голову и трясущиеся плечи. Когда Шей снова поднял голову, я услышала смех.

— Прости, — он попытался взять себя в руки, но ничего не вышло, и Шей снова рассмеялся. — Моя мама — адвокат с политическими амбициями. Будет интересно, когда они встретятся.

Его мама…

Я попыталась осознать эти слова. Шей говорил о встрече наших мам. Это хороший знак, действительно хороший. Смеясь вместе с ним, я старалась успокоить свое иррациональное счастье.

— Да, но ты же не живешь с ней. На прошлой неделе, когда ее попросили отвезти соседских детей на футбольный матч, она играла роль футбольной мамы. Смущены были все, особенно судья. Ведь на следующую игру она нарядилась как он.

Шей все еще смеялся.

— Хорошо, — он провел рукой по лицу, пытаясь остановиться. — О, черт. Ладно. Позже поговорим. Я тебя…

Экран погас.

Нет.

Я не перенесу этого.

Я тебя что? Я тебя люблю? Я тебя с нетерпением жду? Я тебя...

Я ломала голову, гадая, что он еще мог сказать. Ну нет. Мне нельзя снова безответно влюбляться. Он любит меня или ждет встречи через четыре дня?

Я оставила телефон на тумбочке и пошла к двери. Уже потянувшись к ручке, повернулась и прыгнула на кровать. Схватила телефон и написала ему.

Я: Ты ждешь с нетерпением? Ты это сказал?

Это было самое долгое ожидание в моей жизни.

Я приказывала телефону зазвонить. Но он отказывался меня слушать.

Я перекатилась на спину, положив трубку на грудь.

Ответь. Ответь.

И наконец, телефон зажужжал.

Коулман: Я с нетерпением жду, чтобы трахать тебя до умопомрачения;)

Застонав, я бросила аппарат обратно на подставку и пробормотала себе под нос: «Дразнилка».

На кухню я шла с глупой улыбкой на лице.

И «Hound Dog» Элвиса, которая играла на заднем плане, была созвучна моему настроению.

Глава 34

Так как мы съезжались вместе, Кристина и Кейси тоже сменили комнату. Поэтому пришлось подождать, когда освободится трехместная, и переносить туда все вещи. Мои оставались дома, и я почти ничего не перевозила. Раньше мы не пользовались моей мебелью. Диванчик Мисси и все такое. Я предлагала телевизор и микроволновку, но соседка сказала, что ее вещи уже упакованы. И она не хочет распаковывать все обратно, поэтому весь семестр мы пользовались ее вещами.

Теперь все иначе.

Чтобы вселиться в комнату, мы вернулись в кампус на сутки раньше. На помощь нам Шей притащил с собой половину футбольной команды. А потом подтянулись еще и Гейдж с соседями, в результате переезд занял всего час. И все.

Другие девчонки, тоже вернувшиеся в кампус рано, с открытыми ртами глазели на парней. Наша комната располагалась на первом этаже в конце коридора, рядом с входом. Как по мне, так это двойной куш. Если понадобится, всегда можно выбраться через окно.

Вскоре с планшетом в руке на этаж пожаловала старшая по этажу. Казалось, хмурое выражение навсегда запечатлелось на ее лице. Или она пыталась выглядеть серьезной. Шей представился, и команда последовала его примеру. К концу девушка уже не находила слов, поэтому просто протянула листок с правилами, сообщив:

— Прочтите. Следуйте им неукоснительно. Я строгая.

Потом снова посмотрела на моего парня, покраснела и вышла из комнаты. Задняя сторона ее шеи буквально горела.

— Все еще есть эта магия, — рассмеялся Линде и похлопал Шея по плечу.

— Хотелось бы. Еще один год футбольной славы, и мы все взрослые, — хмыкнул тот.

Мой брат, проходящий мимо него с соседями на буксире, вздрогнул.

— Дружище. Не говори так. Иначе мы все впадем в депрессию.

— Точно, — один из ребят похлопал Гейджа по плечу. — Сегодня мы все еще должны быть воплощением незрелости. Поэтому, где вечеринка?

Прямо перед тем, как исчезнуть в коридоре, брат остановился и поинтересовался у меня:

— Ты в порядке?

Я кивнула, продолжая разбирать одежду. Единственное, что привезла в этот раз.

Ну, не совсем так.

Мы пользовались диваном Кейси и Кристины, их микроволновой печью, но раньше у них был маленький телевизор. Я настояла на том, чтобы пользоваться моим, и его уже установили.

Едва Гейдж и его соседи по комнате ушли, ребята из команды тоже начали потихоньку рассасываться.

— Могу помочь убрать кое-что из этого, — предложил подошедший Шей.

Он поднял бюстгальтер и, сверкая глазами, запихнул тот в комод. И потом раскладывал только лифчики, трусики и сексуальные маечки. Он подарил мне несколько штук на Рождество. После одежды осталось разложить только книги. Они лежали стопкой на столе, но у Шея появились другие мысли.

Он обнял меня сзади.

— Может, прервемся?

Откинувшись назад, я посмотрела на него и почувствовала, как на лице расплывается понимающая усмешка. Мы оба знали, на что он хочет прерваться.

— Это моя первая ночь с соседками по комнате.

— И мы идем к Шею, — сказала Кейси, входя в гостиную из единственной спальни.

Наше жилище состояло из двух комнат. В первой находились несколько шкафов, письменные столы и основная жилая зона. Во второй — остальные шкафы и спальные места.

Как раз там Кейси и Кристина помогали парням собирать кровати. Понятия не имею, какая из них моя, но это не важно. Я буду спать, где угодно.

— Шей? — спросила я.

Все еще обнимая, он переместил руки на мою талию.

— Да, — Кейси положила одну из своих книг на полку над столом. — Парни приглашают народ на пиво и пиццу. Он тебе не сказал? — Она кивнула на Шея.

— Нет, — рассмеялся он, скользнув пальцами по моей коже. — Я и сам не знал, наверное, парни говорили, а я не слушал. — А потом поцеловал меня в шею и прошептал на ухо: — Мы можем сбежать пораньше.

Я подавила приятную дрожь, к которой чувствовала привыкание.

— Вы, ребята, скоро туда направляетесь?

Кристина все еще оставалась в спальне, а Кейси махнула на меня рукой.

— Иди уже. Занимайся сладкой-сладкой любовью со своим мужчиной. Через пару часов мы приедем на моей машине.

Шей не стал терять времени, взял меня за руку и повел к выходу. В этот момент через заднюю дверь входили несколько девушек, и одна при виде него буквально задохнулась от изумления. Вытаращившись на Шея, она прикрыла рукой рот. Ее подруги остановились, а когда мы, направляясь к выходу, прошли мимо, одна из них спросила:

— Кто это?

— Это Ше…

Дверь за нами закрылась.

Шей взглянул на меня, но я только покачала головой. Он заухмылялся во весь рот. А мне нельзя было позволять его короне вырасти еще больше, чем она есть.

— Иди куда шел, Ловелас.

Он рассмеялся и крепче прижал меня к себе.

Добравшись до его дома, на заднем дворе мы обнаружили Линде и группу незнакомых мне людей. Они хотели поздороваться с Шеем. Он обошел всех, с некоторыми стукаясь кулаками, с другими — обмениваясь рукопожатиями, а нескольких девушек даже обнял. Конечно, объятия инициировали девушки, не Шей, он просто не мог отказать. Я понимала. Это часть его жизни. Когда мы познакомились, он уже был популярен. За год ничего не изменилось, кроме нас. Он по-прежнему большой человек на кампусе, и не потому, что много весит. Шей просто такой, какой есть.

И в такие моменты он не подавал виду, что понятия не имеет, кто эти люди. Они знали Шея, поэтому он ответил на приветствие, а когда взял меня за руку и со всеми попрощался, я заметила, какое после него осталось впечатление. Людям было приятно, они чувствовали теплоту и собственную значимость.

Шей оставался самим собой — вежливым и внимательным.

И ко мне в очередной раз пришло озарение. Шей совсем не такой, каким я считала его вначале. Почти полная противоположность.

— Что? — нахмурившись, спросил он и открыл дверь своей спальни.

— Ничего.

— Нет, — Шей встал возле комода и положил на него ключи. И, потянувшись снять футболку, остановился. Склонив голову набок и прищурившись, он внимательно посмотрел на меня. — Что такое? Ты определенно что-то задумала.

Оголив торс, он исчез в шкафу и вытащил свежую футболку. Надел ее и потянулся к штанам. Потом замолчал, опустил глаза, словно забыл, что делает и пожал плечами. Оставив их расстегнутыми, подошел к столу, выдвинул стул и сел прямо передо мной. Он взял меня за руки и наклонился вперед. Он упер локти в колени и зажал мои ноги между своих, удерживая меня на месте.

— Расскажи, что случилось.

Наблюдая, как он играет с моей рукой, проводя по ней пальцами, я ответила:

— Я очень ошибалась насчет тебя в самом начале. — Пожала я плечами. — Вот и все.

— Ошибалась? — Он поднял голову. — Знаешь, мы никогда по-настоящему не говорили о времени, когда ты ненавидела меня.

У меня перехватило горло.

— Хочешь, чтобы я рассказала, почему?

Он торжественно кивнул.

— Почему бы нет?

В горле застрял комок.

— Думаю, мне казалось, что ты похож на моего бывшего, — кашлянув, начала я.

— Тот парень, Паркер?

Я провела пальцами по его волосам. Наклонив голову, он сверкнул легкой нахальной ухмылкой, от которой в моем животе зародился трепет. Я вздохнула.

— Вы чем-то похожи.

— На самом деле? — Шей поморщился, продолжая водить пальцами по моим ладоням.

— Он не так хорош собой, как ты. В этом ты его значительно превосходишь.

Освободив мою ладонь, он взял мои руки в свои.

— Слава богу, что так, а?

Погруженная в воспоминания, я смотрела на наши руки.

— Он очень самовлюбленный, но я этого не замечала. Не сразу.

Паркер предложил мне выпить с ним кофе. Я подумала, насколько взрослой он, должно быть, считает меня. Но нет. Он прекрасно знал, как действует его обаяние. Я первый год училась в старшей школе, и тут приглашение на свидание со старшеклассником.

Я чуть в обморок не упала.

— Мы сходили на несколько свиданий, прежде чем что-то случилось. Я думала, что он боится сделать шаг, так как большинство парней боятся. Ну, знаешь, из-за Гейджа. — Я покачала головой. — Это было так далеко от истины. Он выжидал своего часа. Хотел, чтобы я влюбилась в него по уши. — У меня вырвался горький смешок. — Позже я узнала, что у него был план. Он хотел, чтобы к Рождеству я оказалась у него под каблуком. Блейк уезжал по работе. Он как раз к этому времени возвращался и хотел познакомиться с моим новым парнем. Паркер попросил меня устроить сюрприз. Сказал, что Блейк получит удовольствие от этого, поэтому я никогда не называла ему имени своего парня. И не вдавалась в подробности. Блейк просто знал, что у меня кто-то есть.

— Он не спрашивал у Гейджа?

— Гейдж не знал, как сильно Блейк ненавидит Паркера. Блейк держал все в секрете. Позже мы узнали о случившемся.

Итак, я все рассказала.

Будучи на год младше Блейка, Паркер возглавлял дискуссионную команду «Ежегодник-младший». Редактор, а впоследствии и старший редактор, участвовал во всех видах научных мероприятий.

А еще был капитаном команды по плаванию и теннису.

Блейк — его полная противоположность.

Он преуспел в вечеринках, футболе, борьбе и бейсболе. Они оба были популярны, но Блейк дружил с теми, кто сражается не словами, а кулаками. И на одной из вечеринок эти двое сцепились. И неважно, что Паркер моложе.

Блейк унизил его.

Паркера раздели. И парни поиздевались над ним. Однажды его даже заставили бежать через поле, а ребята преследовали его как оленя.

Это было неправильно, и я слышала достаточно, чтобы ужаснуться.

Полиция предъявила обвинение моему брату, и он получил год условно. Не поступил в колледж, а вместо этого остался дома и пошел работать в местную строительную компанию.

— Ты не знала, что это Паркер?

Я покачала головой.

— Об этом инциденте я знала, но понятия не имела, что это Паркер. Может, и слышала, но я на четыре года моложе Блейка. И была знакома только с его друзьями. Одноклассников его я не знала. Просто слышала, что есть какой-то парень.

— Мне очень жаль, — сжав мои руки, Шей нежно поцеловал их.

Наслаждаясь этими легкими прикосновениями, я продолжила:

— Когда Блейк вернулся домой, это было как взрыв бомбы. Паркер пришел на ужин, что-то вроде «знакомства с родителями», но на самом деле он встречался с Блейком. Моя мама тоже увидела его впервые.

Вопли.

Разбитая вдребезги посуда.

Мама вскрикнула от неожиданности, и это остановило Блейка от того, чтобы швырнуть стул в стену. Опустив его, брат указал на дверь.

— Убирайся отсюда! СЕЙЧАС ЖЕ!

— Паркер ушел в тот вечер. И я тоже. — Встретив взгляд Шея, я увидела в нем сочувствие и поняла, что не заслуживаю его. — В тот вечер я выбрала сторону. Я выбрала Паркера.

— Кенз, — пробормотал Шей, потирая мою руку. — Не вини себя. Ты была ребенком. Он играл с тобой.

— И я проиграла. Месяц спустя он переспал с моей лучшей подругой. Когда я их застукала, он трахал ее, нагнув над кроватью. Они встречались до конца года. А мне оставалось наблюдать, как они, держась за руки, ходят по коридорам.

Эта парочка смеялась надо мной почти каждый раз, когда видела.

— Ну и мудак.

Меня это все еще задевало. Буквально пробирало до печенок.

— Да.

— Эй, — хрипло позвал Шей и приподнял мою голову, чтобы посмотреть в глаза. — Ни к чему хорошему это его не приведет. Ты ведь это понимаешь, да? Если он делал подобное дерьмо еще в школе, то теперь ведет себя еще хуже. И будет продолжать, пока с ним не случится что-то плохое. Таких, в конце концов, наказывают. Всегда так бывает.

Нет. Не всегда. Но мне стало немного легче.

— Спасибо тебе.

— За что?

Я пожала плечами.

— За то, что помог избавиться от сожалений.

— Всего лишь? — Он отмахнулся, вставая. — Это ничего не значит.

Я откинулась назад.

Шей начал заползать на кровать.

Я подвинулась к изголовью кровати, освобождая ему место. Он на четвереньках заполз на нее и навис надо мной. Наклонился так, что мы смотрели друг другу в глаза.

— Мы не очень серьезная пара. Нет, мы, конечно, можем. — Он понизил голос почти до шепота. Мы обменялись взглядами, думая о нападении на меня. А он продолжил: — Но ты понимаешь, что я имею в виду. Ты с самого начала заставляла меня смеяться. — Шей обхватил мое лицо ладонями, большим пальцем скользнув по щеке и задержавшись на губах. — Чем злее ты становилась, тем больше я приходил в восторг. Хотелось нажать на кнопочку и увидеть, как жизнь заполнит твои глаза, согреет твое лицо. Увидеть, как вернется искра. Захватывающее зрелище. Ты словно преображалась. Будто жила на автопилоте, пока мои слова или действия не выводили тебя из этого состояния. Это мог быть просто взгляд, или, черт, когда я ставил ногу на спинку твоего стула.

Я напряглась.

— Я ненавидела это.

— Видишь, — он усмехнулся, и я едва не расплавилась от его взгляда. — Только что щелкнул выключатель. Ты здесь. Ты в порядке. Ты нормальная, а потом злишься, и как будто светишься. Освещаешь все вокруг.

Шей лег рядом, подхватил меня и повернул так, чтобы я полулежала сверху. А затем откинул мои волосы назад, и я наклонила голову, чтобы лучше его видеть.

— Как неоновый свет? — спросила я.

— Именно.

— Ты прикалываешься? Это твоя романтическая речь?

— Романтическая речь? Раз мы в отношениях, то должны толкать речи?

Усевшись, он обхватил меня за талию и приподнял, чтобы я оседлала его.

Касаясь руками его живота, я посмотрела на него сверху вниз. Шей откинулся назад, заложив руки за голову. В этот момент он стал похож на короля, которого ничего не волнует.

— Может и должны, — я с вызовом вздернула подбородок. — Возможно, тебе придется каждый день рассказывать пять хороших фактов про меня…

— Сексуальная. Горячая. — Шей загибал пальцы. — Смешная. Умная. Мужественная. — Он самодовольно ухмыльнулся. — Твой ход.

— Ай, и я в долгу не останусь, — отсмеявшись, пообещала я.

Застав меня врасплох, он сел и провел ладонями по моим рукам до талии. Затем скользнул под футболку и наклонил голову, чтобы посмотреть в глаза. Наши губы застыли в нескольких дюймах друг от друга.

— Предполагалось, что ты сделаешь мне комплимент, Кларк.

— Ха-ха, — но я решила поддержать игру. — Ладно. Ты сексуальный и горячий.

— Придумай что-то новенькое. Не повторяй за мной.

Я переобулась на ходу.

— Красивый и настолько великолепный, что аж слюнки текут…

— Намного лучше, — его улыбка стала шире.

Тело загорелось, когда он рукой начал исследовать меня, продвигаясь все выше по спине. Я добавила, продолжая список:

— Ты умный. Добрый. Поддерживаешь меня.

— Знаешь, что еще у меня хорошо получается?

— Что же?

Шей прошелся по моим ребрам и, скользнув под бюстгальтер, обхватил грудь. Я прекрасно понимала, что он собирается сказать, но ждала.

Я любила ждать.

— Я чертовски хорош в постели, — хрипло пробормотал Шей.

И накрыл мои губы своими так, что прошлое моментально улетучилось из головы.

Исчезло все, включая одежду.

Глава 35

Готовясь ко сну, я зашла в душевую нового общежития. Было поздно, около двух часов ночи, фактически уже следующий день. Кристина и Кейси в гостиной смотрели кино с Линде и его друзьями. Мы с Шеем провели в постели еще часик и присоединились к ним, поэтому вечер прошел отлично. Пиво. Пицца. Фильмы. И смех, много смеха. Кем бы они ни были, друзья Линде оказались приятными людьми. Правда, когда Шей притянул меня к себе на колени, я удостоилась нескольких мрачных взглядов от девушек, но когда к компании присоединились его соседи, те мгновенно отвлеклись.

Шей отвез нас обратно. Кейси оставила у ребят свою машину, так как они с Кристиной выпили слишком много пива. Сейчас девчонки сидели в комнате, смеялись над чем-то на компьютере, но я действительно устала. Поэтому с косметичкой, полной банных принадлежностей, отправилась в душ.

Я уже заканчивала, когда вошла девушка и расположилась в нескольких раковинах от моей.

Я приветливо улыбнулась ей, но ничего не сказала. Через несколько секунд почувствовала на себе ее взгляд. Незнакомка продолжала смотреть, пока не закончила мыть руки. Потом просто сложила их на раковине и повернулась лицом ко мне.

— Ты встречаешься с Шеем Коулманом. Ты его девушка. Это на тебя напали в прошлом семестре.

Я не ожидала такого, плюс, у меня появилось чувство, что мы виделись.

Такое возможно?

Ничем не примечательная внешность.

Стройная, с волосами до плеч и карими глазами. Широко поставленные глаза и крупноватый нос. Тонкие губы.

Я попыталась вспомнить…

— Мы раньше нигде не встречались?

— Нет.

Ох.

— Ладно, — я сглотнула комок в горле. — Как тебя зовут?

— А тебе зачем? — Она ни на секунду не задумалась. Ответила, и глазом не успев моргнуть. Да еще и смотрела на меня так, словно мы говорим о погоде, но ей все равно, надвигается на нас торнадо или нет.

У меня в животе что-то шевельнулось, какое-то неясное предчувствие. Однако я постаралась взять себя в руки. Не хотелось бы наживать врагов в первую же ночь в этом общежитии.

— Думаю, ты знаешь мое имя.

Прищурившись на долю секунды, она расплылась в улыбке.

— Ты права. Знаю. Ты ведь сестра Гейджа Кларка.

С момента нападения обо мне сплетничали. Тем более, когда стало известно, что мы с Шеем встречаемся, я понимала, что моего брата тоже будут обсуждать. Конечно, не стоило удивляться, но эта девушка решила зацепить меня по-другому.

Она лучилась самодовольством из-за того, что знает мое имя, а я ее — нет. Меня это не устраивало.

— О, да ты деловая колбаса, знаешь все обо мне? — Оставаясь на месте, я повернулась к ней лицом. Хорошо, что между нами было небольшое пространство, да и дверь осталась за моей спиной. Если что-нибудь случится, я распахну ее и врежу девице по башке.

— Что ты сказала?

— Что слышала, — все еще держа зубную щетку, я сложила руки на груди. — Не думай, что не смогу узнать твое имя. Всего лишь нужно спросить старшую по этажу, что за девушка приехала днем раньше, как и мы. И уверена, она точно знает, кого я буду иметь в виду.

И все же девушка казалась мне знакомой. Я не могла избавиться от этого чувства. Не знаю, откуда оно пришло.

Но было и еще кое-что. Внутреннее ощущение, словно я что-то забыла.

А что именно — не понятно.

Ее губы изогнулись, превращая странное каменное выражение лица в усмешку.

— Я Фиби, сестра Кэмерона Брюски. Я со средней школы знаю Шея.

Еще одна неожиданность. Ладно. Мы с ней не знакомы. Я бы запомнила эту пикантную подробность.

— Не ожидала от тебя такое услышать.

Она рассмеялась.

— Я здесь не для того, чтобы затевать драку. Просто дала понять, что знаю тебя, на случай если захочешь поговорить. Я живу неподалеку от вас.

— Ты знакома с моими соседками?

— Я их слышала. Вы, ребята, сегодня пошумели.

Я вздрогнула.

— Мы тебя разбудили. — Я обратила внимание на ее пижамные штаны и футболку, а также на то, что девушка пришла без банных принадлежностей, потому что уже легла спать. — Извини.

Она покачала головой.

— Все в порядке. Я бы попросила передать привет Шею от меня, но это бессмысленно. Он не замечал меня в школе.

— Эм, — нахмурилась я. — Не сомневаюсь, что замечал. Я скажу ему.

Девушка постояла еще секунду, а потом резко вошла в одну из кабинок. Направляясь к себе, я услышала, как она спустила воду и покинула кабинку. А входя в комнату, заметила, как распахнулась дверь ванной.

Кейси держала Кристину в шейном захвате, обе раскраснелись и вспотели. Они остановились, посмотрели на меня, но нет. Я не собиралась присоединяться. Прошла мимо, убрала косметичку с банными принадлежностями, схватила телефон и забралась под одеяло.

Девчонки возобновили борьбу, так что я вставила беруши и написала Шею.

Я: Завтра я ночую у тебя.

Коулман: Хорошо. А сейчас ты в постели?

Я: Да.

Коулман: Займемся секстингом?

Я усмехнулась.

Я: Нет. Я потом не усну.

Коулман: Ты уверена? Я могу прислать фото.

Я: Не присылай мне чл…

Прежде чем я успела набрать сообщение, телефон зажужжал, и на экране высветилась фотография пениса.

Я закончила СМС: …ен. Это твой?

И представила, как он ухмыляется.

Коулман: Ты думаешь, что у меня есть папка с фото чужих членов на случай, если ты когда-нибудь попросишь отправить тебе фото моего?

Я: Да.

Коулман: Ты слишком хорошо меня знаешь, но что думаешь? Мой лучше, правда же?

Я усмехнулась про себя, чувствуя, как исчезает легкое напряжение от встречи с девушкой. И шум борьбы перестал мешать, и кровать стала более удобной. Я свернулась калачиком, натянув одеяло до подбородка.

Я: Ты же знаешь, что это так.

Коулман: Все еще не хочешь заняться грязным секстингом?

Я тихо рассмеялась.

Я: Потрогай себя.

Коулман: Ты первая.

Я: Я уже.

Коулман: Уже? Фото?

Я скорчила гримасу.

Я: Это отвратительно. Нет.

Коулман: Хорошо. У меня хорошая память. Начинаю вспоминать.

Я: Все еще трогаешь себя?

Коулман: Жаль, что это не ты.

Я застонала, и пальцами двинулась вниз по животу.

Я: Ты действительно трогаешь себя?

Коулман: А ты нет?

Поверить не могла, что делаю это, но я засунула два пальца между своих складочек и прикусила губу.

Я: Теперь — да.

Коулман: Блядь.

Я округлила глаза. И это все, что он собирался сказать?

Я: И это все? Серьезно?

Коулман: Я заберу тебя прямо сейчас. Одевайся.

Я быстренько откинула одеяло. Намылила руки антибактериальным гелем, поспешно натянула спортивные штаны и толстовку. Потом носки и кроссовки, и только тогда вышла в гостиную. Кристина и Кейси сидели на диване с пакетом чипсов и смотрели по телевизору «Пятьдесят оттенков серого».

— Дай угадаю, — Кейси ткнула в меня чипсом. — Время секса с твоим мужчиной?

Глаза Кристины остекленели.

Она ничего не сказала, просто взяла горсть чипсов и засунула их в рот.

— Ничего страшного? Из-за начала занятий я завтра буду ночевать здесь, но у нас в запасе еще один день.

— Развлекайся, позже нам все расскажешь. Мы будем жить опосредованно через тебя, — отмахнулась Кейси, засовывая чипсы в рот.

— Говори за себя, — Кристина схватила еще пригоршню. — У меня есть парень.

— У вас обоих есть мужики. Ненавижу вас, — вздохнула Кейси.

Когда уходила, девчонки просто помахали мне. Подойдя к задней двери, я написала Шею, и вскоре здание осветили фары. Въехав на территорию нашей стоянки, он повернул джип так, что пассажирская дверь была обращена ко мне.

— Привет, — произнесла я, усаживаясь в машину.

— Эй, — он оглядел меня потемневшими от голода глазами.

Я не нашлась, что сказать, ибо чувствовала тот же голод, что и он. Потянувшись к ремню безопасности, посмотрела вверх.

На секунду внутри все замерло.

Я задохнулась, увидев Фиби в окне. Она смотрела на меня с тем же пустым и почти мертвым выражением лица. У меня не было причин паниковать. Сейчас поздняя ночь. Она проснулась. Понятно, что ей стало интересно, что за автомобиль подъехал в такое время, но именно так она стояла у окна.

Словно ждала.

Будто знала, что надо следить за мной.

От этого у меня по спине побежали мурашки.

Отъезжающий от бордюра Шей оглянулся.

— Что случилось?

Я рассказала о Фиби, но он только наморщил лоб.

— У Кэмерона есть сестра? Я понятия не имел. Какая она?

— Она… странная.

Он пожал плечами.

— Хочешь, чтобы я что-нибудь сказал Кэмерону о ней?

— Нет. Я даже не понимаю, зачем упомянула ее сейчас.

Я все еще чувствовала себя неуютно, вот почему, но должна ли я так себя чувствовать?

Шей кивнул, и когда мы добрались до его дома и оказались в комнате, лукаво усмехнулся.

— А теперь. О секстинге, которым мы занимались…

Глава 36

На следующее утро меня разбудил Шей, покрывающий поцелуями мою обнаженную спину. Он нависал надо мной, что пришлось высунуть голову из-под подушки.

— Доброе утро, — усмехнулся он, в последний раз целуя меня в плечо.

— Доброе.

Одним плавным и гибким движением перепрыгнув через меня, Шей бесшумно приземлился на пол, наклонился и поднял мой телефон. А потом бросил его на кровать, где только что спал.

— Твои подруги звонят. Меня разбудило жужжание.

— Подруги?

Чтобы взять телефон, я перевернулась и натянула простыню, прикрывая грудь. Как он узнал? Но Шей говорил правду. В своем обнаженном великолепии он отправился в ванную и, услышав, как включился душ, я открыла первое сообщение от Кристины.

Кристина: Эй, девочка! Возвращайся. К, С, Л и я идем поесть в студенческую закусочную. Необходимо твое присутствие!

Через час еще одно.

Кристина: Хорошо. Мы реально идем. Одевайся. Иначе натравлю на тебя Кейси. И она будет названивать.

Кейси: Обед с соседками по комнате. Сейчас же! Где же ты?

Через пять минут.

Кейси: Хорошо. Поправка. Придут С и Л, но однажды мы все станем соседками по комнате. Бегом тащи сюда свою симпатичную задницу!

Потом начались звонки.

По одному каждые пять минут.

Телефон снова зажужжал, и я приняла вызов, даже не посмотрев, кто дозвонился первым.

— Доброе утро, Кейси.

— АХ! Ты проснулась? Вы, ребята, закончили заниматься сексом?

Я засмеялась, перекатываясь на бок и поворачиваясь спиной к ванной. Душ выключился, а мне нельзя было больше отвлекаться. Я поднесла телефон к уху.

— Ха-ха. Мы только что проснулись.

— Сейчас одиннадцать утра.

— Нам не удавалось заснуть до…

— Неужели она действительно должна это знать? — спросил Шей, возвращаясь в комнату. — Я переодеваться, — сообщил он, уходя.

— Хм-мм, — пробормотала Кейси. — Хорошо. Слушай, мы с девчонками встречаемся там и подождем еще минут тридцать. Успеешь подъехать к тому времени? Мы хотим, чтобы сегодня ты пошла с нами. Эту традицию мы начали в прошлом семестре, и ты теперь ее часть.

На душе потеплело. Садясь, я встретилась взглядом с Шеем.

— Да. Увидимся на месте. У меня здесь есть одежда. Я переоденусь и встречусь с вами, девчонки.

Шей нахмурился и наклонил голову, чтобы натянуть рубашку. Он уже надел джинсы, но не стал их застегивать.

— Хорошо. До встречи!

— Они собираются в закусочную, но я думаю, что это будет обед, — произнесла я, повесив трубку и подтягивая колени к груди.

Он схватил свои носки и ботинки и подошел, чтобы сесть рядом со мной.

— В таком случае пока ты принимаешь душ, мне лучше выйти из комнаты. Я не доверяю себе.

Наклонившись, он поцеловал меня, и я вздохнула. А потом подалась к нему. Зарычав, Шей поднял меня и усадил к себе на колени. Я обвила руками его шею, продолжая целовать, и вскоре он начал стаскивать с меня простыню.

— Нет-нет. — Я встала, прихватив ее с собой. — Если ты снимешь это, мы еще не скоро уедем. — Снова заворачиваясь в простыню, я ухмыльнулась. — Не ходи в душ.

Он провел рукой по мокрым волосам и рассмеялся.

— Христос. Я зависим от тебя. — Захватив телефон, ключи и бумажник, Шей жестом указал на дверь. — Я буду внизу.

Быстро приняв душ, и решила, что волосы высохнут на воздухе, и тогда заплету их в косу. Я достала из ящика, которым пользовалась, чистую одежду, оделась и направилась вниз.

Шей обнаружился на заднем дворе. Он разговаривал с какими-то незнакомцами и, попрощавшись, мы ушли.

Чтобы добраться до места, у нас оставалось пять минут.

— Кто все эти люди? — спросила я, когда мы уселись в джип и выехали.

— Один из наших соседей учится в другом колледже в городе. Это его приятели.

— Я думала, в доме только футболисты?

— Нет, — покачал он головой. — Двое из нас не играют в футбол. Один — двоюродный брат Линде. Как раз он и учится в другом колледже. Это его друзья, и здесь живет еще парень, которого я знаю по школе. Вот почему Кэмерон был в доме той ночью. Он дружит с тем парнем и остался, чтобы пообщаться с ним.

Кэмерон.

Который встречается с великолепной Сабриной.

Чья сестра живет на моем этаже.

И я только сейчас услышала об их общем школьном приятеле?

Казалось, что это неправильно. Я не понимала, почему так происходит. В смысле, да, мы с Шеем мало разговаривали на серьезные темы, как он сказал ранее, но, думаю, девушка должна знать кое-что о парне, с которым спит.

Правда же?

С другой стороны, мы начали встречаться при смягчающих обстоятельствах. Блядь. Мы начали целоваться и спать вместе при смягчающих обстоятельствах. Я практически жила с ним полтора месяца до каникул.

Тогда вполне могли бы состояться все эти разговоры.

Могли же?

Но нет. На меня напали. Я пыталась справиться со всей этой ситуацией. Мы не разговаривали как обычные парень и девушка, начинающие встречаться. Мы как будто играли в догонялки. Начни я задавать вопросы, это выглядело бы странным. Не хотелось быть подружкой, которая пилит или ведет допросы.

Эти мысли вызвали у меня раздражение.

Мне нужно было подумать о чем-то другом.

— В конце недели у меня назначена встреча с психологом.

Нашла, о чем сказать, Кларк. Я поежилась. Неужели ничего лучше не придумала? Психолог?

— Да? Тебя подвезти?

Я отрицательно покачала головой.

— Думаю, ты будешь на занятиях. Я сама могу сесть за руль.

— Ты встречаешься не с тем, что в кампусе?

Я снова покачала головой.

— Мне больше понравилась в больнице, так что я иду к ней.

— Это хорошо, — он взглянул на меня, подъезжая к кампусу. — Что ты продолжаешь сеансы. Знаю, что в прошлом семестре этого требовала администрация колледжа, но ты не бросила.

— Да. Ладно.

Мне нужно с кем-то говорить об этом. Если подумать, я обычно не затрагивала эту тему. Мне не хотелось.

— Ладно?

Он повернул еще раз направо на стоянку университетской закусочной.

— Что?

— Это твое «ладно». Что ты хотела этим сказать?

— Ох.

Он остановился перед закусочной, и я потянулась к дверной ручке.

— Эй, — произнес он мягко. — Посмотри на меня.

Я подчинилась, ухватившись за дверную ручку так крепко, что побелели костяшки пальцев.

— Да?

Не хотелось смотреть ему в глаза. Не хотелось видеть доброту, сочувствие, заботу — все те эмоции и качества, которые, несмотря на внутреннее сопротивление, заставили меня влюбиться в него так быстро. Но я посмотрела, и меня это зацепило, как и каждый раз, когда Шей улыбался мне, проводил рукой по моему лицу, заправлял волосы за ухо или целовал меня так нежно, как он это иногда делал. И как следствие мое сердце забилось быстрее.

Заебись.

Я влюбилась по уши.

— Ты в порядке? — Я не смогла ответить. Горло на мгновение парализовало. — Кеннеди?

Он протянул руку и провел костяшками пальцев по моей щеке.

Чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, я откашлялась. И выдавила из себя улыбку.

— Я в порядке. Просто… Я редко говорю о нападении. Это все еще влияет на меня.

Он нахмурился и опустил руки.

— Да, я заметил. Мне нужно спросить тебя об этом? На самом деле я не понимаю свою роль в этой области. Может, просто позволить тебе говорить, когда захочешь? Дерьмо. Может, мне даже не стоит спрашивать тебя об этом прямо сейчас.

Он выглядел таким измученным, что я сжалилась над ним.

Поймала его руку и немного сжала.

— Ты прекрасно справляешься. Мне не нравится думать об этом, честно, но я понимаю, что должна, и когда мне нужно будет поговорить, я это сделаю.

— Хорошо, — он кивнул. — Ну, я рядом. Ты ведь это знаешь, да? — Он сделал жест между нами, и на его лице появилась полуулыбка. — Имею в виду, что секс чертовски фантастический, но я рядом и для серьезных вещей тоже.

Я ответила на его улыбку.

— Ты всегда находишь правильные слова.

Широко улыбаясь, он наклонился вперед. Наши губы встретились на полпути, и Шей прошептал:

— И ты это знаешь. Ты встречаешься со мной, потому что я говорю правильные слова.

Громко рассмеявшись, я открыла дверь и вышла.

— Конечно. К тому же ты качок.

— Ты чертовски права, — подмигнул он.

Снова рассмеявшись, я помахала ему рукой.

— Позже поговорим.

— Повеселись с подружками. И позвони, если захочешь увидеть меня сегодня вечером. Или я позвоню позже.

Я кивнула, и дождавшись его отъезда, направилась внутрь. Народ возле закусочной узнал Шея и его машину, но я проигнорировала взгляды, которыми меня провожали по дороге к входу. Не отпускало предчувствие, что, пока встречаюсь с Шеем, так будет всегда.

В закусочной оказалось не слишком людно. Потому что большинство студентов как раз сегодня возвращались с каникул. Время близилось к полудню, и я не сомневалась, что к вечеру здесь яблоку негде будет упасть. Все захотят встретиться с друзьями.

Кристина и Кейси помахали из-за дальнего столика. Сидящие там же Сара и Лора повернулись, чтобы приветственно мне улыбнуться.

Едва я подошла к ним, Кейси достала телефон.

— Ты опоздала всего на две минуты. Срань господня, женщина. Я была уверена, что ты и этот твой горячий мужик попытаетесь по-быстрому перепихнуться. — Она присвистнула. — Я поражена.

— Ха-ха.

Я приветственно кивнула, опускаясь на стул рядом с Сарой и напротив Кристины.

На столе стояла большая пицца, и у каждой на тарелке лежало по паре кусков.

— Вы заказываете уже вторую пиццу? — спросила я, заметив, что та выглядит нетронутой.

— Мы хотели есть, — кивнула Кристина.

— У нас похмелье. Пицца лечит это дерьмо, — хмыкнула Кейси.

Сара и Лора засмеялись, хватая свои кусочки.

— Повеселились прошлой ночью?

Кейси поперхнулась своим куском.

— Будь более конкретной. Наша девочка живет довольно активной жизнью.

Щеки Кристины порозовели, но она закатила глаза.

— Вчера вечером кино в доме Шея. Тебе было весело?

— Мне — да. А тебе?

— С Линде очень весело. Он хороший парень, — кивнула она.

— Он свободен? — спросила Кейси.

Я нахмурилась.

— Зачем тебе? Интересуешься им?

Кейси дернула плечом.

— Возможно.

Я снова нахмурилась.

— А как же мой брат?

— Тебе нужны подробности личной жизни брата? — со смехом спросила Сара.

Я уже засомневалась, особенно когда увидела выражение глаз Кейси. Подумалось, что узнаю больше, чем мне хотелось бы.

Кейси наклонилась вперед, поставив локти на стол.

— У меня есть виды на твоего брата. Но не думаю, что у него есть на меня. Мы не разговаривали целую вечность.

— В самом деле? — Удивилась я. Конечно, я просила Гейджа отступить, но он этого не сделал, а потом мне стало все равно.

Я вспомнила каникулы.

— Не помню, чтобы он говорил о других девушках, когда мы были дома. Обычно он упоминает одну-две. Ты поэтому спросила о Линде? — И не став дожидаться ответа, я понизила голос. — Он отличный парень.

— Знаю, — опустила она голову. — Именно поэтому и спрашиваю.

Я не нашлась с ответом, а еще не увидела в заведении ни одной официантки. Заметив несколько человек, идущих к своим столикам с подносами еды, спросила:

— Мне нужно подняться и сделать заказ?

Кристина не ответила, просто начала выбираться из-за столика.

— Я пойду с тобой. — Едва мы оказались вне слышимости, она спросила: — Ты в порядке? Кейси, Гейдж, Линде — все это странно?

У стойки выстроилась очередь за заказом, и мы встали в конце.

— Я просто не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал.

— Думаю, она не хочет пострадать. Она очень ранима после, ну ты знаешь.

Изнасилование.

Нападение на меня.

Я подозревала, что последствия никогда не закончатся.

— Да. Понимаю.

Вместе с очередью мы продвинулись вперед. Перед нами оставалось три человека, и я принялась изучать доски, чтобы определиться с заказом.

— У вас с Шеем все хорошо?

Сразу вспомнилось, что всего несколько минут назад в его джипе я не хотела, но должна была говорить о нападении, и что влюблялась в него. Горло снова обожгло. Я понимала страх Кейси.

— Нам весело вместе.

— Просто весело?

Я кивнула.

— Веселье. Секс. Разговоры. Все. После нападения на меня в прошлом семестре он вел себя замечательно.

Я чувствовала, что подруга внимательно смотрит на меня.

Перед нами остался один человек.

Блядь. Мне нужно было что-нибудь выбрать.

— Что происходит? Ощущение, что я что-то упускаю.

— Я ничего здесь не хочу, — сообщила я. — Вы заказали пиццу. Может, я присоединюсь?

— Что с тобой?

Последний человек отошел в сторону. Вот и моя очередь. Парень приготовился записывать мой заказ. Черт, черт, черт. Я под прицелом.

— Только содовую.

Он записал, и звякнула открываемая касса.

— Вы уверены? Ничего больше?

Мысли путались, поэтому я назвала первое, что прочитала на доске:

— Сырные палочки.

— Хорошо.

Получив чек, я расплатилась. После того, как кассир позволил наполнить стакан, подошла к окну и стала ждать, когда будет готов заказ. Я и забыла, что закусочная работает именно так. Вместе со мной ждала и Кристина.

— Ты можешь вернуться, — предложила я. — Не обязательно оставаться со мной.

Подруга фыркнула.

— Правда, и позволить тебе сорваться с крючка? Ни за что. — Она толкнула меня плечом. — Поговори со мной. Что случилось?

— Ничего. — И это было правдой. Вроде. Затем я выпалила: — я люблю его.

— Ты любишь Шея?

— Нет. — Я бросила скептический взгляд на подругу. — Линде. У нас дикая и запретная страсть друг к другу. Конечно, Шея. Он парень, с которым я встречаюсь.

— Знаю, — она подняла руки вверх. — Просто ты не раскрываешь карты. И мне хотелось убедиться.

Я сразу почувствовала себя задницей.

— Прости. Я… черт. Я… не знаю. Я только это поняла, но давно следовало догадаться.

Вот почему я его ненавидела. Вот почему так упорно не хотела дружить с ним, быть в одной группе, смотреть на него, разговаривать с ним и так далее.

Потому что в глубине души понимала, что влюблюсь. В горле снова образовался комок. Ненависть вернулась, но теперь все изменилось. Я ненавидела то, что влюбляюсь в Шея, и это казалось извращением.

И из-за этого я чувствовала себя так хреново.

Наконец, выдали сырные палочки. Я машинально отнесла заказ к столику.

Счастливые девчонки накинулись на них, оставив мне всего лишь одну. Кристина больше ничего не говорила, видя, что внутри меня бушует буря дерьма, но я все время чувствовала ее пристальный взгляд.

Я оставила без внимания последнюю сырную палочку.

Не попробовала пиццу.

К содовой даже не притронулась. Когда мы уезжали, я выбросила все в мусор.

Девчонки хотели проверить электронную почту, и я плелась за ними, погруженная в свои мысли.

Кейси уговорила всех пойти в нашу комнату, и мы уже сворачивали в коридор, когда появилась Сабрина. Великолепная дежурная со стойки регистрации нашего старого общежития и очень красивая бывшая девушка Шея шла к нам.

Нет.

Я не пострадаю.

Ведь не получится же, что Шей вдруг поймет, что ошибся со мной и решит, что может быть, ему лучше встречаться с ней?

Ни за что…

Глава 37

— Привет, девчонки, — Сабрина приветливо улыбнулась и помахала рукой.

Боже. Она еще красивее, чем мне помнилось. Почему именно мой парень должен был встречаться с настолько прекрасным созданием? И добрым. Ума не приложу. Она была и останется очень милой. Эта девушка намного милее меня. Я наглая, злая, вздорная и временами могу вести себя грубо. Да, у меня тоже есть хорошие качества, но они не так заметны, как у нее.

Стоя рядом с Сабриной, я внезапно осознала собственное ничтожество.

Поэтому улыбку из себя буквально выдавила.

Остальные просто поздоровались, направляясь в комнату, но я словно приросла к месту. Эта девушка когда-то встречалась с Шеем. Казалось бы, меня это не должно беспокоить, но почему-то беспокоило.

Сабрина заметила, что я не ухожу и слегка нахмурилась.

— Ты в порядке?

— Ты любила его?

У нее слегка расширились глаза.

— Ох, — Сабрина несколько раз моргнула. — Ты узнала, да?

Я кивнула, чувствуя, как задеревенела шея.

— Да.

Она прочистила горло.

— Может, поговорим в одной из комнат ожидания? Там хоть какое-то уединение.

— Конечно.

На деревянных ногах я последовала за ней. Живот скручивало от беспокойства. Почему я так боялась? Чем мне это могло навредить, учитывая объяснения Шея, что он отпустил эти отношения? Почему рядом с ней я чувствовала себя настолько неуверенной?

— Здесь.

Она нашла отдельную гостиную и села в допотопное кресло. Цвета пыльной розы, и, судя по всему, Викторианской эпохи. Сабрина сложила руки на коленях, спину выпрямила, а плечи откинула назад. Выглядя сейчас такой чопорной и правильной, она подходила креслу.

— Итак, — она расправила нижнюю часть рубашки на бедрах. — Значит, ты узнала о нас с Шеем?

— А еще познакомилась с твоим парнем.

— Он упоминал об этом, сказал, что, похоже, вы счастливы вместе. — Сабрина сглотнула.

Ей явно не понравилось это слышать. Было заметно.

Именно это меня и беспокоило. Не Шей. Она.

— У тебя остались чувства к нему.

У Сабрины перехватило дыхание, но глаза сказали все.

— Да, — пробормотала я. — Так я и думала.

— Это не имеет значения. Он меня не любит.

— Он и меня не любит.

Сведя брови на переносице, она тихо спросила:

— Но вы вместе?

Я пожала плечами. Мне и раньше вырывали сердце. Такое не забывается.

— Ему не все равно.

— Кэмерон думает, что вы подходите друг другу. Да, именно так он и сказал.

Почему меня беспокоит, что она все еще любит моего парня? Так не должно быть. Сабрина его бывшая девушка. Он не собирается к ней возвращаться. Моя неуверенность абсолютно необоснованна.

— А ты не подходила? — Сабрина в замешательстве посмотрела на меня.

— Я — нет. Как ни странно.

— Почему? Это же хорошо, правда?

Она ничего не ответила, но меня буквально подмывало задавать вопросы.

— Он сделал тебе больно?

— Ох, — осознав, о чем я спрашиваю, Сабрина опустила взгляд на колени. Ее нижняя губа слегка дрожала. — Он, э-э-э… не совсем, но да. Вроде того.

Я вспомнил рассказ Шея о том, почему они расстались.

— Потому что он изменил тебе?

Сабрина грустно рассмеялась.

— Нет, потому что позволил думать, что изменил.

Я недоуменно уставилась на нее.

— Ты знала правду?

Она кивнула.

— Да. Мы с той девчонкой знакомы. Она рассказала, как все произошло на самом деле, что она поцеловала Шея, а он не сразу оттолкнул ее. Позже она нашла меня и рассказала всю правду. Шей подождал секунду, прежде чем отойти от нее. После она стала преследовать его, и тогда он положил этому конец. Она слышала сплетни и хотела, чтобы я узнала правду. Я уважаю ее за признание и извинение, но это Шей позволил мне думать, что все произошло из-за обмана. Еще до того, как я заговорила с ним, стало понятно, что все кончено просто потому, что ему было все равно. Он не рассказал мне об этой девушке. Продолжая молчать, позволил выяснить все самой. Ждал, пока я подниму этот вопрос. Мне пришлось спросить его о случившемся. — Сабрина опустила глаза, крепко сжимая руки. — Он просто сказал, что переживет, если я больше не захочу с ним встречаться.

Шей не боролся, чтобы остаться вместе.

— Он просто… ничего ко мне не чувствовал. У меня не хватало духу признать правду. Я любила его, а ему всего лишь нравилось мое общество. Такие у нас были отношения. — Она смахнула слезу. — Мы могли бы продолжать и дальше. Не думаю, что он порвал бы со мной, но по отношению ко мне это было бы несправедливо.

Сабрина любила его, а Шею просто нравилось, что рядом есть девушка.

Я никак не могла прийти в себя от этих слов. Они снова и снова повторялись в моем сознании.

Дерьмо.

Так вот как мы с ним живем?

Я люблю его. Думаю, что полюбила его с самого начала, даже с первого дня, когда вошла в тот класс.

Потянувшись, я сжала ее руки.

— Прости.

Сабрина снова невесело рассмеялась, шмыгая носом, и сжала мои руки в ответ.

— За что? Шей заботится о тебе.

Я кивнула. Да, так и есть.

— Да и я теперь с Кэмероном. Я люблю его. Во всяком случае, надеюсь на это.

Не любит. По глазам видно. Сабрине нравится Кэмерон, потому что он заботится о ней, но это не та настоящая мучительная любовь, которую она испытывала к Шею.

Грудь сдавило. Хотелось сменить тему, потому что я начинала задыхаться.

— Вчера вечером я познакомилась с сестрой Кэмерона.

— Да, — глубоко вздохнув, улыбнулась Сабрина. — Именно поэтому я здесь. Иногда навещаю ее. Отсюда до колледжа, в котором учится Кэмерон, час пути, так что он время от времени приезжает, но не всегда видится с младшей сестрой. Этим двоим стоит больше общаться. Между ними все странно. Я не понимаю их отношений.

Сабрина посмотрела куда-то вдаль, прежде чем ее взгляд снова сфокусировался на мне.

— Жалко, что ты переехала из общежития. Мне нравились наши случайные встречи.

Я нахмурилась.

— Прости, что не остановилась и не поговорила с тобой.

— Ох, — отмахнулась она, прежде чем вернуться к разглаживанию нижней части своей рубашки. — Я знаю, на что это похоже. Я все время была занята подготовкой к занятиям.

— Когда-то ты прикрыла нам с Шеем спину.

— Да, — Сабрина успокаивающе коснулась моего колена. — Я вижу, что ты о чем-то беспокоишься, но это не обязательно. Ваши отношения с Шеем — это не то, что было у нас с ним. Я это прекрасно вижу. Подвергнись я нападению, Шей бы успокоил меня. И все. Позволил бы поплакать на своем плече, был любящим, поддерживал бы, и все бы думали, как он прекрасен. Но никогда не сделал бы того, что сделал для тебя. Шей действительно дорожит тобой.

Дорожит. Даже Сабрина не могла сказать, что он любит меня.

Чувствуя жжение в груди, я заставила себя улыбнуться.

— Ты права. Он мне тоже очень дорог.

— Видишь. — Ее улыбка стала шире. — Возможно, здесь мы будем видеться чуть больше, чем в том общежитии. Я часто навещаю Фиби.

Сабрина встала, и мы направились обратно к главному входу. Она шагала немного легче и говорила немного свободнее.

— Хотя не факт, что сегодня она захочет меня видеть. Думаю, она одинока. Мне не хочется, чтобы она так себя чувствовала. Иногда она позволяет мне остаться. А иногда нет.

Сабрина помахала мне на прощание, пообещав увидеться позже.

Я словно приросла к месту. Снова.

Сабрина хорошая. Меня поражала ее внешняя и внутренняя красота.

Если Шей не влюбился кого-то вроде нее, то какие шансы у меня?

Глава 38

— Что с тобой? — тем же вечером спросил меня Шей. Мы готовились к занятиям в его комнате. Он сидел за столом, а я валялась на кровати. Оба в домашней одежде. Он — в футболке и спортивных штанах, а я в мальчишеских шортах, скрытых под длинным, как платье, свитером.

После разговора с Сабриной я пыталась побороть свою неуверенность.

Шей — не Паркер.

А я не собиралась становиться Сабриной.

Правда же?

Я старалась успокоиться, но тщетно. По какой-то причине — возможно из-за того, что признала влюбленность в него — иррациональное чувство обреченности нависло надо мной, как грозовая туча. Встряхнуться никак не получалось и, увидев озадаченное выражение на великолепном лице Шея, я, черт возьми, решилась.

Уселась на кровати по-турецки и посмотрела ему прямо в глаза.

— Ты собираешься причинить мне боль?

Шей удивленно вытаращился на меня. Даже карандаш выпал из рук.

— Что? С чего ты взяла?

— Я задала вопрос.

Я внимательно на него смотрела.

Словно ожидая чего-то.

Но никакой реакции, кроме шока. В его глазах не промелькнуло ни тени вины, и я сразу же почувствовала себя глупо. Мне стоило самой справляться со своими проблемами.

— Ни с чего, — отбросив учебник в сторону, я со вздохом опустилась на кровать. — Я же девчонка.

— Погоди. Что случилось?

Послышался скрип стола, и в поле зрения появился Шей. Стоя надо мной, он скрестил руки на груди и хмуро смотрел сверху вниз. А я старалась не пялиться на то, как в такой позе выделяются его и без того впечатляющая грудная клетка, плечи и мышцы рук.

И, конечно же, потерпела неудачу.

Почти уверена, что у меня потекли слюнки, но я взяла себя в руки и подвинулась так, чтобы сидеть лицом к нему, опираясь спиной на стену. Он сел рядом, положив руку мне на ногу.

Я посмотрела на свои руки, сложенные на коленях.

— Мои чувства сильнее, чем хотелось бы. Когда это случилось в прошлый раз, Паркер раздавил меня, как чертового жука. — Я подняла голову. — Ты собираешься раздавить меня?

— Нет, — сдвинув брови, он отрицательно покачал головой. — Ты действительно так думаешь? Разве я недостаточно показал, насколько ты мне небезразлична?

У меня пересохло во рту.

Все так.

Но… Я слабо улыбнулась.

— А можешь записать это? На карточках, например?

— На карточках?

Я кивнула.

— Я могу вытащить их в любой момент, когда начну волноваться из-за наших отношений.

— Ты хочешь, чтобы я признался в чувствах к тебе на карточках?

— Мне так будет проще.

Я и глазом не моргнула.

Он только провел рукой по лицу.

— С тобой я уже ничему не удивляюсь.

Я кивнула. Это звучало вполне разумно.

Но я все еще ждала, и он это видел. Поэтому встал и вернулся к своему столу.

— Хорошо. Ладно. Любовные Карточки Шея, сию минуту. — Он взял ручку и стопку пустых карточек, которые использовал для учебы. — Я-то, дурачок, думал, что с их помощью сегодня вечером проверю себя. Но нет. Это новая форма морального успокоения.

Я закрыла глаза, внутри одновременно и улыбаясь, и съеживаясь от страха.

Хрен с ним.

Я с самого начала была чокнутой. И к тому же я не устанавливаю новые правила для наших отношений. Он достаточно наслаждался сексом. Поэтому я рассчитывала на то, что, если его настоящие чувства начнут угасать, он останется со мной.

— Карточка номер один, — объявил Шей.

Почувствовав, что он пристально на меня смотрит, я подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Меня словно током ударило. В его глазах горела какая-то свирепость, тлеющая эмоция, которой я не могла дать определение. Я судорожно сглотнула. Не разрывая зрительного контакта, он начал:

— Непосредственная, — Шей нацарапал это слово и перевернул карточку. — Она готова заниматься сексом практически в любое время и в любом месте.

Я опустила взгляд. Кончики ушей начали гореть.

Он продолжил:

— Она также за любую авантюру. Антонимы: скучно или уныло. — Он кашлянул и достал вторую карточку. — Смешная. — Перевернул. — Она может рассмешить меня, просто оставаясь самой собой. Она сидит, а я думаю, что это мило и смешно. Она дышит, а я возбуждаюсь или начинаю хихикать. Она из-за чего-то расстраивается, а я хожу со стояком.

Никогда не думала, что все это можно описать словом «смешная», поэтому прикусила губу. С одной стороны, хотелось услышать больше, а с другой — я немного побаивалась.

— Умная. — Задняя сторона карты. — Она первокурсница, но держалась на одном уровне со старшекурсниками на предмете, который, я знаю, считала чертовски скучным. Благодаря ней я думаю не только о себе или своих друзьях. То, как она себя ведет, заставляет меня хотеть стать лучше.

У меня горели уже не только уши. Румянец окрасил щеки и расползался ниже.

— Милая. — Перевернул. — У нее была соседка по комнате, которая иногда обращалась с ней как с дерьмом, но будучи милой девочкой, Кеннеди не отвечала ей тем же. Она могла унизить свою соседку, но ни разу этого не сделала. С самого начала она не хотела, чтобы кто-то знал о наших отношениях, что и приводит нас к… — Он вытащил новую карточку. — Пугливая. Кеннеди боится, что я причиню ей боль, а это совсем не раздражает, как она только что подумала.

Крепко сжимая руки, я подняла голову и сглотнула комок в горле.

Шей уже не писал. Он смотрел прямо на меня, твердо и решительно.

— Тот факт, что ты боишься, что я причиню тебе боль, является той самой причиной, по которой я никогда этого не сделаю. Это не заставляет меня хотеть сбежать в горы или хвататься за любой шанс, чтобы бросить тебя. Потому что я могу. Я парень. Парни знают, как сыграть на девичьих и комплексах, но я так не поступлю. Не с тобой.

Он отодвинул карточки в сторону и встал.

— Когда я вижу, как что-то причиняет тебе боль, мне хочется стереть это с лица земли, — сообщил он устрашающе мягким тоном. — Когда я вижу, как ты сомневаешься в себе, я хочу произнести тебе самую лучшую гребаную ободряющую речь в истории. Когда ты плачешь, я хочу заставить тебя улыбнуться. Когда ты смеешься, я хочу заставить тебя смеяться еще сильнее. Когда ты стонешь в моих объятиях, я хочу, чтобы ты увидела небо в алмазах. Когда ты не уверена в моих чувствах, я хочу заменить это заявлением о том, что люблю тебя так сильно, что у тебя больше никогда не должно возникать по этому поводу вопросов.

Шей стоял прямо над кроватью, глядя на меня сверху вниз, а я могла только таращиться на него.

Прошло мгновение.

Другое.

Полная тишина.

А потом сдавленное бульканье покинуло меня. Я схватилась за свитер, чтобы не прыгнуть на него или не убежать.

— Ты меня любишь? — выдавила я.

— Всем сердцем.

— Я…

— Ты меня любишь?

— Я…

ОХРЕНЕТЬ.

ЧЕРТ.

ЧЕРТ.

ЧЕРТ!

Все внутри кричало.

Я только и смогла пораженно выдохнуть:

— Что?

На губах расплывалась улыбка, но я тут же ее спрятала. Он пристально посмотрел на меня в ответ.

— Я не милый парень, который, признаваясь в любви, не будет ожидать ответа. Я точно не из таких. С тобой я эгоистичен. Поэтому хочу знать. Прямо здесь и сейчас. А ты меня любишь?

Горло перехватило, но я кивнула. Слезы текли по щекам… и когда я успела расплакаться?

— Д-да, — я часто-часто закивала. — Да. Я люблю тебя.

— Да?

Твердость исчезла из его глаз, и я заметила в них уязвимость.

Он не знал наверняка. Его облегчение было таким явным, что смутило меня. Ведь я считала себя единственной, кто не уверен.

Я села на колени, и безразмерный свитер укрыл мои ноги.

— Я люблю тебя.

Мы начали двигаться одновременно.

Я потянулась в его сторону, и он поймал меня, обхватил рукой затылок, держась за меня, словно за спасательный круг.

— Я люблю тебя, — прошептал Шей, и наши губы встретились.

А потом он поднял меня и уселся на кровать. Я сидела на нем верхом, запустив пальцы в волосы, и не хотела двигаться. К черту неуверенность. Эту ночь я запомню навсегда.

Не думаю, что еще хотя бы раз усомнюсь в нем. Никогда.

И весь вечер Шей снова и снова показывал, как сильно любит меня.

Глава 39

Шей высадил меня у парадной двери. И хоть было уже поздно, около трех часов ночи, мне не хотелось оставаться у него второй раз подряд сразу после переезда. Так как однажды я уже испугалась, выходя через заднюю дверь, то подумала, что, может быть, лучше воспользоваться парадным входом.

Зря я так решила.

Оказалось, что в помещении достаточно темно. На стойке регистрации горела только одна лампа, а дежурная, положив голову на руки, спала над учебником. Она тихо похрапывала, когда я проходила мимо и открывала дверь в наш холл.

Как и накануне, там было сумрачно, только кое-где стояли лампы, освещавшие ковер.

У Шея я приготовилась ко сну, так что оставалось только дойти до своей комнаты и лечь в постель.

Но не успела я сделать и нескольких шагов, как из темноты послышалось:

— Он ведь не знает обо мне, не так ли?

Сердце подпрыгнуло в груди, от страха перехватило дыхание. Я остановилась, и тут от пола отделилась тень.

Фиби встала с того места, где сидела, и сделала несколько шагов в мою сторону. Она положила руку на стену, будто нетвердо держалась на ногах. Склонив голову набок, девушка прищурилась, и от этого создавалось впечатление, что она глубоко задумалась. Да, ее лицо не выражало злости, но волосы у меня на затылке все равно зашевелились.

Сглотнув, я инстинктивно отступила назад и только потом остановилась.

— Не бойся меня.

Не успев взять себя в руки, я фыркнула.

— Не самый лучший комментарий для начала беседы.

Фиби смотрела уже спокойно, а я не могла избавиться от чувства тревоги, поселившегося в животе. Она скривила лицо в усмешке.

— И правда. Я как-то не подумала об этом. — Она почесала ухо. — Тем не менее, я имела в виду именно то, что сказала. Тебе не нужно меня бояться.

У нее вырвался немного истеричный смешок.

— Вот это второе замечание тоже не стоило говорить.

Со слегка затуманенным взглядом она наморщила лоб.

— Я не могу избавиться от этого чувства.

Вот теперь волосы на моей шее встали дыбом.

Ощущение, что мы знакомы, вернулось и уже не покидало меня.

Где я могла ее видеть?

— Он ей еще небезразличен.

Фиби нахмурилась и снова перевела на меня этот свой мертвенный взгляд.

Не в силах взять себя в руки, я сделала еще один шаг назад.

— Фиби, — позвала я дрожащим голосом. И остановилась, ожидая, пока он снова обретет твердость. — Не хочу показаться грубой, но ты пугаешь меня до чертиков.

Изобразить испуг. Поколебать ее решимость. Заставить чувствовать себя неуверенно. Вместо обороны пойти в наступление. Это могло бы достаточно выбить ее из колеи, чтобы я успела добраться до своей комнаты.

— Понимаю.

Вот же блин. Полный провал.

Фиби продолжала говорить совершенно нормально, словно я просто пожелала ей спокойной ночи.

Серьезно, откуда она мне знакома? Я знала, что делать. Раз не получилось от нее избавиться, мне нужен был план Б.

Потому что чутье подсказывало мне быть готовой. В отличие от прошлого неожиданного нападения, Фиби не торопилась. Я получила целую кучу предупреждений.

Не мешкая, сунула руку в карман и набрала на клавиатуре телефона 9-1-1.

И тут передо мной встала дилемма: если положить трубку, то помощь могут и не послать, но мне хотелось позвонить Шею. Его номер был установлен на быстром наборе на кнопке два. У меня получится.

Я положила трубку и наощупь попробовала нажать нужную кнопку, пока не почувствовала, что телефон вибрирует от звонка.

И тут же мысленно порадовалась, что заранее выключила на нем звук. Не хотелось будить Кристину и Кейси, когда вернусь.

— Я услышала о тебе в прошлом семестре. Об этом говорили все девчонки. Ведь Шей здесь знаменитость. — Фиби приподняла плечо, на мгновение потершись о него щекой. — Я никому не говорила, что знаю его. То есть, вроде как знаю. А вроде как нет. На самом деле я не ходила в школу, где учились Кэмерон и Шей. Меня обучали на дому. Говорили, что я иная. Особенная. Когда узнали о моих странных привычках, стали называть по-другому. Жуткая. Я подслушала, как одна из подружек Кэмерона говорила так обо мне. Не знаю, почему ее это волновало. Я имею в виду, не похоже, что мой брат заботится обо мне или что-то еще. Сабрина — единственная, кто делает это. Она иногда навещает меня.

Я откашлялась.

— Она говорила об этом.

Снова опустив плечо, девушка кивнула и крепко обняла себя. Теперь она на меня даже не смотрела.

Может, не стоило так волноваться?

Может, я слишком остро отреагировала?

Я уже начала сомневаться, но потом Фиби заговорила снова.

— Видишь ли, обычно мне все равно. На большинство людей мне плевать, но Сабрина хорошая. Только благодаря ней мы с Кэмероном хоть иногда находим общий язык.

Фиби резко повернула голову в мою сторону.

У меня перехватило дыхание от ее пронзительного взгляда.

Настолько ясного, словно она прекрасно понимала, что говорит и что делает.

Тем временем она продолжала:

— Если судить тому, что я слышала, твой брат тебя любит. Это здорово. Тебе никогда не приходилось чувствовать себя обузой для родственников. А мне приходилось. Именно так Кэмерон и смотрел на меня. Меня и Шея. Кэмерон всегда очень завидовал Шею. Брат одновременно любил и ненавидел его. — С ее губ сорвался тихий смешок.

Она вызвала у меня еще одну волну мурашек по спине.

— Я испытывала к Шею чувство товарищества. Мой брат думал только о нем. Он должен был добиться внимания девушек, которых добился Шей. Побить рекорды, которые установил Шей. Получить лучшие оценки, чем Шей. И все такое. — Она низко опустила голову, все еще крепко обнимая себя. — У меня в голове все смешалось. Все крутится, вертится. Перестаешь понимать, где верх, а где низ. Нужно просто сосредоточиться на том, что ждет впереди. — Фиби замолчала, погруженная в свои мысли.

Попятившись назад, я прижалась к закрытой двери. Если придется, я могла бы убежать этой дорогой. Достаточно лишь рывка.

— Я приехала сюда из-за Шея. Хотелось присмотреть за ним для Кэмерона. Если он преуспеет, я хочу, чтобы мой брат знал. Он мог бы побить рекорд Шея в своем колледже. Таков был план. Шей ничего обо мне не знает, но я о нем знаю все. Я знаю его лучше, чем кто-либо другой.

Она снова нашла меня взглядом.

Мне как-то резко подурнело.

— Мы ведь где-то виделись, не так ли?

Фиби проигнорировала мой вопрос.

— Я, наверное, знаю его даже лучше, чем ты.

У меня пересохло во рту. Я попыталась заговорить, но ничего не вышло. Потом все-таки получилось прошептать:

— Ты на первом курсе?

— На втором. Я здесь, потому что не могу жить одна в общежитии для второкурсников. А никто другой не хочет обитать со мной в одной комнате. Девушка, с которой нас поселили раньше, отказалась, и меня вернули сюда. Старшей по этажу известно обо мне и о моих особых обстоятельствах.

Ее особых обстоятельствах?

Что она психопатка?

Я попробовала снова, немного повысив голос:

— О каких обстоятельствах идет речь?

— Что я чокнутая.

Фиби произнесла это так, будто все очевидно, а я, идиотка, предпочитаю этого не замечать.

Я метнула на нее взгляд.

— Что?

Она закатила глаза.

— Я злюсь на него, потому что из-за него мой брат всю жизнь был вторым. Кэмерон заслуживает быть номером один. Затем появилась Сабрина. Пока Шей встречался с ней, меня это не волновало. Она не знала моего брата. Но однажды все изменилось. — Ее глаза сузились. Она снова склонила голову набок, все еще наблюдая за мной с пугающей решимостью. — Занятия закончились, и я умоляла родителей, чтобы Кэмерон забрал меня. Он приехал, и встретил там Сабрину. В прошлом году мы жили на одном этаже общежития. Они встретились на выходе, и он не смог отвести от нее глаз. Я думаю, что в тот день он и влюбился в нее. — С потемневшим взглядом Фиби скривила верхнюю губу. — Я знала, что это моя работа присматривать за ними, и они отлично справлялись… пока Сабрина не встретила тебя. — Фиби опустила голову, но не отвела от меня взгляда. — Она хотела бы иметь еще один шанс с Шеем, и пока ты здесь, пока она продолжает сталкиваться с тобой, я понимаю, что она ничего не может с собой поделать. Ты напоминаешь ей о том, чего не получилось в их отношениях, и она всегда будет жаждать второй попытки.

Фиби скривилась.

И тут меня осенило. Библиотека.

Я вытаращилась на нее.

— Ты была там, в библиотеке.

Она отстранилась, сузив глаза.

— Да! — Все стало на свои места. — Ты стояла у дверей и смотрела на Шея. Я обратила на тебя внимание, а ты, заметив это, сделала вид, что читаешь.

Мне было все равно, да я и не придала этому значения. Тогда я избегала Шея. А он обнаружил меня. Это было так давно. Он прошел мимо нее, как мимо пустого места, и потащил меня готовиться к тесту. А я и не стала смотреть на нее еще раз.

Нет, это еще не все.

Я начала вспоминать… футбольный матч. Она тоже присутствовала там.

— Ты была на футболе. И видела историю с Членодробилкой.

А потом в памяти всплыли слова Мисси: «Какая-то девушка заходила в комнату и спрашивала о тебе».

— И снова ты. Ты заходила в мою старую комнату в общежитии и спрашивала обо мне.

Фиби молчала, склонив голову набок. Затем решительно посмотрела на меня.

По спине прокатилась дрожь.

— Ты можешь этого не понимать, но твое присутствие здесь — проблема. Из-за тебя Шей снова появится в жизни Сабрины, и в конце концов, она бросит моего брата. Тогда и мои отношения с ним закончатся. Он перестанет приходить ко мне. Я не могу этого допустить.

Я снова увидела две тени.

Раньше они находились позади меня. На этот раз они стояли прямо передо мной.

С каждым мигом они подходили все ближе, становились все больше и больше.

Я не могла отвести взгляда от Фиби.

Раньше я их едва замечала.

Она стала этими двумя тенями.

А потом, услышав ее последние слова, я словно снова увидела биту.

— Я ломала голову, как поступить с тобой, а потом вспомнила, что на тебя напали, — сказала она. А потом двинулась вперед, добавляя: — Мне нужно закончить то, что они начали. Вот для чего тебя поселили здесь.

И Фиби направилась ко мне…

Глава 40

Нет.

В глубине души я понимала, что Фиби собирается сделать, но время в этот момент словно остановилось. Замедлилось. Девушка направлялась ко мне.

Это ничего не значило.

Меня охватило мрачное спокойствие.

Пришло время наверстать упущенное. Мне выпал второй шанс.

На этот раз я не стану жертвой. Фиби давала мне такую возможность. Она не стала подкрадываться сзади. Шла на меня открыто.

На этот раз я смогу дать отпор.

Я буду сопротивляться. Я чувствовала, как изнутри поднимается потребность сделать это.

— Эй!

Я остановилась.

Время побежало в обычном темпе.

Это был голос Кейси.

Фиби тоже остановилась и обернулась. Одетые в одни пижамы к нам бежали обе мои соседки по комнате. Кристина, конечно, накинула халат, но он распахнулся и сейчас развевался позади нее, как плащ.

С суровым выражением лица Кейси указала на нас.

— Что происходит? Это моя соседка по комнате.

Фиби выглядела как олень в свете фар. Она стояла с ошарашенным выражением лица и таращилась попеременно на меня и девочек.

Мне до сих пор не верилось, что все происходит на самом деле.

Кристина встала рядом с Кейси, в одной руке держа телефон.

— Шей звонил. Сказал, что-то случилось, — указывая на аппарат, сообщила подруга.

Фиби оказалась в ловушке.

Я стояла у единственной открытой двери. Доступ к другой, к тому же запертой, перекрывали девчонки. Единственным вариантом оставалось прорываться мимо нас. Или, если бы повезло, и жилая комната позади Фиби могла бы открыться… Я сомневалась, что она сможет пролезть в окно, да и зачем?

Поэтому сказала:

— Просто прекрати.

С выступившей на лбу испариной, Фиби переводила взгляд с меня на моих соседок.

Постепенно, одна за другой, двери по всему коридору начали открываться, а потом вышла старшая по этажу и зажгла свет.

Наш маленький треугольник из четырех человек теперь удвоился.

Старшая по этажу увидела Фиби, потом меня и остановилась как вкопанная. А затем тяжело вздохнула.

— Вот блин.

Кейси качнулась к ней.

— Вот блин? Что это значит?

Она проигнорировала Кейси, глядя на меня.

— Что случилось?

— Вызовите охрану. Она угрожала мне. Она помешана на Шее.

— На мне? — послышалось из телефона в руке Кристины.

Та протянула аппарат мне.

— Он на связи. Сказал, что ты отключилась, и когда не смог дозвониться до тебя, набрал нас. Мы вызвали копов.

— Да, — помахала своим мобильником Кейси. — Они скоро появятся.

— Нет, — дверь позади меня открылась, и на пороге показались двое полицейских и охранник. — Мы уже здесь, — произнес один из копов, оглядывая группу. Внимательно посмотрел сначала на меня, а потом на Фиби. — Поступил звонок на 9-1-1, но трубку повесили. Отследив его, выяснили, что звонили отсюда. До вашего звонка. — Он кивнул на Кейси. — Мы вместе с охраной кампуса разбирались, из какого именно общежития. Спасибо, мэм.

— Мэм, — подруга попыталась сдержать улыбку. — Он назвал меня «мэм». Не знаю даже, обидеться мне или не стоит.

— Кеннеди! — рявкнула трубка голосом Шея, и я быстренько прислонила ее к уху, сообщая:

— Приехали копы.

— Хорошо, но почему?

Один из офицеров достал блокнот.

— Начинайте уже кто-нибудь рассказывать.

Старшая по этажу провела рукой по волосам.

— Э… — она снова посмотрела мне в глаза. — Начните с Кеннеди.

Кейси снова подняла руку, все еще держа в ней сотовый телефон.

— Мы вышли в коридор и, клянусь Богом, увидели, как эта сука, — она указала на Фиби, — собиралась напасть на нашу соседку по комнате.

— Это правда? — донеслось из трубки, а полицейский выжидательно посмотрел на меня, поэтому я кивнула.

— Да. Не знаю, что именно, но она собиралась что-то сделать.

— Это правда? — тот же вопрос, на этот раз адресованный Фиби.

Она только сглотнула и, сжав губы, вздернула подбородок.

— Ничего не хочешь сказать? — Второй полицейский двинулся вперед, взяв ее за руку. А потом обратился к старшей по этажу: — Вы знаете этих девушек?

— Я знаю Фиби, но не настолько хорошо, как Кеннеди. Она вместе с соседками только переехали.

— Она подружка Шея Коулмана. — Оба копа и охранник обратили внимание на заговорившую девушку в таком же халате, как у Кристины, только завязанном на талии. — А Фиби одержима им.

Старшая по этажу поморщилась.

Кристина и Кейси широко раскрытыми глазами уставились сначала на Фиби, а потом на меня.

— Это правда?

— Судя по тому, что она говорила, да, — встряла я.

— Я не одержима Шеем.

— Нет. Она одержима своим братом, который одержим Шеем.

— Кем?

Мое сердце сделало резкий кульбит. Позади полицейского, по другую сторону открытой двери, появился Шей с телефоном в руке, а за ним по пятам следовал Линде.

Шей нашел меня взглядом.

— Ты в порядке?

Я хотела было кивнуть, но вместо этого бросилась в его объятия.

И только оказавшись в руках своего парня, коснувшись его груди, почувствовала, насколько легче стало дышать. Может, в конечном итоге Фиби и не напала бы на меня, но это не имело значения. В прошлый раз я попала в больницу и хорошо, что сейчас ничего страшного не успело произойти. Пока не появился Шей, я пребывала в шоковом состоянии. А попав под защиту его рук, почувствовала, как меня накрывает волной ужаса.

Вскоре я уже дрожала всем телом, а он прижимал меня к себе, положив голову на мое плечо. Тихонечко, чтобы никто не услышал, он прошептал:

— Все в порядке.

И погладил меня по волосам и спине.

— Вы — Шей Коулман? Футболист?

Копы переглянулись.

— Да. Это — Шей Коулман. — Кивнул охранник, подтягивая штаны.

Полицейские посмотрели на него, потом обменялись короткими взглядами и снова повернулись к Шею.

— Да, — подтвердил Шей.

— А вы кто? — спросили, обращаясь к Линде.

— Это Рэймонд Линде. Он лайнмен нашей команды. — Ключи охранника звякнули, когда он указывал на Линде. Прочистив горло, он авторитетно заявил: — С этими двумя у нас обычно не бывает проблем.

— Ну да. Мы вместе живем, — Шей нахмурился, глядя на охранника, а потом спросил у меня: — Что именно произошло?

— Мы отвезем обеих девочек в участок и зададим им несколько вопросов, но похоже, ничего не случилось.

— На этот раз.

Копы замерли, недоуменно глядя на Шея.

Стиснув зубы и подаваясь в сторону Фиби, он снова заговорил:

— На мою девушку уже нападали. В прошлый раз с места преступления ее увезли на скорой.

— По ее вине? — Один из полицейских указал на Фиби.

— Нет, — я прочистила горло, засовывая дрожащие руки под свитер. — По вине двух парней.

— Они тоже одержимы твоим дружком?

Я покачала головой. Копы сочли это забавным. В голосе одного слышалось веселье, а в глазах другого плясали смешинки, но потом он закашлялся, пытаясь скрыть это. Я же ничего смешного здесь не видела. Мне было не до смеха.

— Я собираюсь получить судебный запрет, — сообщила я, глядя Фиби в глаза.

На секунду прищурившись, она снова уставилась в пол. Стоявшая рядом с ней старшая по этажу сказала полицейскому:

— Я пойду с вами, ребята. Смогу ответить на некоторые вопросы о Фиби.

Офицеры окинули старшую по этажу оценивающими взглядами с ног до головы, и их веселье внезапно испарилось. Они словно поняли, что происходит нечто большее. Один из них коротко кивнул и потянулся за рацией.

— Звучит неплохо, — он нажал кнопку и быстро заговорил в микрофон. Затем обратился к нам. — Хочешь прокатиться на патрульной машине или поедешь следом за нами?

Мы двигались в едином порыве.

Когда я подошла ближе к Шею, он выступил немного вперед, задвигая меня себе за спину.

— Встретимся в участке.

— Я с вами, ребята, — Кейси решительно выпрямила спину и кивнула в сторону стоящей рядом Кристины. — И она тоже. Мы с Кеннеди соседки по комнате.

— Отлично, — первый полицейский выступил вперед. — Увидимся на месте.

Второй тащился позади, держа Фиби за руку, а старшая по этажу следовала за ними.

— Так ее арестовывают?

— Так ей и надо, — фыркнула Кейси.

Шей положил руку мне на спину и легонечко подтолкнул на выход.

— Пошли, — кивнул он Линде. — Я тебя подброшу…

— Он может поехать с нами, — предложила Кейси, и Линде приостановился, обмениваясь с ней взглядами. — Если хочешь.

Тот прищурился и медленно кивнул.

— Хорошо. Я поеду с девчонками.

Кристина шагнула вперед и наклонилась ко мне.

— Ты в порядке?

Она искренне переживала, и этого оказалось достаточно.

Слезы потекли по моим щекам.

Шей притянул меня обратно в свои объятия.

— Ну же. Я с тобой.

Глава 41

Я с тобой.

Я цеплялась за эти слова и за руку Шея все оставшееся утро.

После того, как рассказала обо всем полицейскому, нас провели в комнату. Туда же зашел детектив, чтобы задать несколько вопросов и покончить с этой историей. Именно тогда мы и узнали кое-что новенькое о Фиби.

В старших классах она преследовала двух девушек и парня. Все жертвы оказались связаны с ее братом, поэтому, когда Фиби принимали в университет Дулейн, поставили несколько условий. Предполагалось, что ее будут проверять два раза в день, один раз — старшая по этажу, а второй — другой сотрудник. Если они заметят какие-нибудь изменения в поведении, то должны будут сообщить об этом ее родителям.

С Фиби все было в порядке, но никто не знал об ее отношении к Шею Коулману.

Чем больше я слушала, тем сильнее у меня сводило все внутри.

В конце концов, мне оставалось только покачать головой.

— Не понимаю, как Фиби будет посещать занятия и жить напротив меня. Ведь, похоже, она опасна.

— Она может быть такой, если не принимает правильные лекарства. — Детектив привел в комнату старшую по этажу, и та отвечала на наши вопросы. При этом она старалась тщательно подбирать слова. — Фиби никогда не причиняла вреда другим жертвам, а со времени последнего инцидента прошло уже несколько лет. Я действительно понятия не имела об ее отношении к Шею. — Девушка посмотрела на него. — Мне очень жаль. Если бы я знала, никогда бы не позволила Кеннеди переехать на наш этаж. Поверьте. Я чувствую себя ужасно из-за того, что могло случиться нечто плохое.

Шей взглянул на меня, вокруг его рта залегли тревожные морщинки, а под глазами появились мешки.

— Просто переезжай в дом. Во всяком случае, пока.

Я посмотрела ему в глаза, понимая, что мне не сложно будет сделать это.

— Повторюсь, Кеннеди, мне действительно очень жаль. — Старшая по этажу положила руку на стол, протягивая ее мне.

Я проигнорировала ее жест.

— Она останется? Или ее выгонят?

Девушка бросила взгляд на Шея, а потом прочистила горло и вернула руку на колени.

— Э… ее удалят из кампуса. Родители уже в пути. И она будет отстранена, по крайней мере, на семестр.

— Всего один семестр? А потом мне придется видеть ее снова?

— Я не могу утверждать, какие меры будут предприняты администрацией, но…

— Ее родители богаты, — добавил Шей.

Я вспыхнула от гнева. Но потом взяла себя в руки, подавляя эмоции.

— Что ты имеешь в виду? Они воспрепятствуют этому?

Я перевела взгляд на старшую по этажу.

С извиняющимся видом, она кивнула.

— Думаю, что так и будет. Они приложили массу усилий, чтобы Фиби поступила в колледж как обычная студентка. И сомневаюсь, что этот инцидент заставит их изменить свои намерения.

— А если мы докажем, что она приехала сюда под ложным предлогом? — поинтересовался Шей.

Старшая по этажу и детектив хмуро посмотрели на него. Коп наклонился вперед.

— О чем вы?

Шей указал на мобильник. Не тот, который держал в руке раньше.

— Кеннеди действительно звонила мне, и этот звонок временами прерывался, но мне удалось его записать. Я все слышал. Фиби призналась, что поступила в университет, чтобы следить за мной.

— А как вы позвонили на другой телефон?

— С телефона соседа по комнате. А этот я держал включенным, — Шей посмотрел на меня. — Я ни за что не оставлю ее в одиночестве, даже на телефонной линии.

Детектив взял аппарат.

— Это очень поможет. Вы отдадите нам его?

Шей кивнул.

— Если там записано то, о чем ты рассказывал, нам это пригодится. Посмотрим, как запись сможет повлиять на исключение Фиби из университета, — добавила старшая по этажу.

Она встала, и это было невысказанное послание для всех нас. Мы последовали за ней в вестибюль.

Там нас ждали Кейси, Кристина и Линде.

Но они оказались не одни.

С ними сидела Сабрина, бледная и изможденная.

Она встала и направилась ко мне.

— О боже, Кеннеди…

Я отступила от нее на шаг.

— Уходи.

Уже протянувшая руки для объятий, она резко остановилась. От этого движения ее тело качнулось вперед, а я просто стояла и ждала. С потемневшим от чувства вины взглядом Сабрина скрестила руки перед собой.

— Кеннеди, — мягко проговорила она. — Я не знала.

— Чушь собачья. — Она должна была. — Могла бы предупредить меня, — я покачала головой, чувствуя… Не знаю даже, что я ощущала в тот момент. Я попыталась абстрагироваться от произошедшего, но так до конца мне этого не удалось сделать. Грудь продолжало сдавливать, внутренности сжимались, а в памяти всплывали худшие воспоминания. — Ты мне казалась такой милой, Сабрина. Я жалела тебя и думала… — Я замолчала, смаргивая подступившие слезы, а потом позволила им катиться по щекам. — Я думала, что если Шей не любит тебя, то какие шансы у меня с ним?

— Кеннеди, — с мольбой произнесла Сабрина.

Я снова покачала головой, отходя от нее еще дальше.

— Что бы ни говорила, в глубине души ты понимала. Может, ты и не знала, насколько она безумна, но точно понимала, что она опасна.

— Я не…

— Ты догадывалась.

Я видела, что сказанное мной — правда. Сабрина все это осознавала. И меня не волновало, в первый раз или последний. Она знала и бездействовала, позволяя этому случиться. А учитывая, что это касалось меня, то в некотором смысле все было еще хуже.

— Может быть.

— Ты знала, — презрительно уронила я и ушла.

И в этот момент меня абсолютно не волновало, кто остается за спиной.

Мне осточертели эти нападения. Опротивело бояться. И чертовски надоело становиться мишенью.

Шей последовал за мной, окликая по имени.

Однако, игнорируя его, я быстрым шагом направилась к джипу. Ухватившись за дверную ручку, стала ждать, когда он догонит. Шей остановился позади и внимательно посмотрел на меня, а я даже не повернула голову, наблюдая за его отражением. Секунду спустя, он молча разблокировал двери.

Открывая свою, я оглянулась.

Кристина, Кейси и Линде тоже покинули участок.

— Ты в порядке? — спросила Кристина.

Нет.

— Все будет хорошо.

Я буквально заставила себя улыбнуться.

Кристина недоверчиво прищурилась.

— Ты уверена?

Кейси фыркнула.

— Да пошло оно. Я не в порядке. Можно нам всем остаться в доме?

— Да, черт возьми. Мы не собираемся выгонять двух цыпочек, особенно таких горячих, как вы, дамы, — ухмыльнулся Линде.

Кристина благодарно улыбнулась, но придвинулась ближе ко мне.

Кейси повернулась, чтобы треснуть его, и эти двое вскоре уже были увлечены, чем бы они там ни занимались. Флиртом ли. Спаррингом. Игрой в крестики-нолики. Не знаю, в тот момент меня это не заботило.

— С тобой точно все в порядке?

Конечно, Кристина не из тех, кого легко обмануть, но стиснув свои гребаные зубы, я решила соврать.

— Со мной все будет в порядке. Мне просто нужно уехать ненадолго. Вот и все.

— Хорошо.

Поверх моих плеч она бросила взгляд на Шея. А потом со слегка померкшей улыбкой отступила назад.

— Линде, с тобой все в порядке? — крикнул Шей.

— Ага! — Его сосед по комнате обернулся и помахал. — Скоро увидимся, ребята.

Глядя на меня, его веселье немного поутихло. Он кивнул, посерьезнев. Я понимала, что он хотел этим сказать. Хоть и оставался немного в стороне, но ему было не все равно. То же самое и с Кейси. Возможно, в данный момент она и флиртовала с Линде, но подруга пришла, чтобы защитить меня.

Потому что побывала на моем месте.

— Поехали?

Я села в машину, закрыла дверь и откинулась на сиденье.

С тяжелым вздохом меня покинуло последнее подобие самообладания.

Глава 42

— Эй.

Шей положил руку мне на спину. Он хотел утешить, но я дернула плечом. Внутри все горело от злости.

— Ты не знал? И даже не подозревал ни капельки?

Мне почему-то не верилось.

Фиби жила рядом с ним.

Пришла за ним.

Она следила за ним!

— Как можно иметь преследователя и не иметь об этом ни малейшего понятия? Она здесь уже полтора года.

Я горько рассмеялась, начиная осознавать, что слишком многого не знаю о своем парне.

— Я понятия не имел.

— Да, — выдавила я. — Это очевидно. Ты не подозревал. Дружил с этими людьми и не догадывался. Это, — я сделала жест между нами, — продолжается уже целый семестр, а я все еще чувствую, что не знаю тебя. Тебе обо мне известно все. Про нападение. Ты знаком с моими братьями. С моей странной мамой. С моими друзьями. Ты знаешь обо мне почти все, а я о тебе практически ничего!

— Ты же знаешь, с кем я дружу, — начал он.

Я покачала головой.

— Не знаю. На самом деле, нет. Я понятия не имела о Кэмероне. При встрече он напугал меня, но я встретила его на твоем заднем дворе! Ты не понимаешь, как это портит все между нами? Мне ничего о тебе не известно. Ты говорил, что твоя мама — адвокат. Ты живешь в доме с другими футболистами. Еще ты дружишь с Линде. Спишь со мной. И это все, что я знаю! И сюрприз, у тебя имелся преследователь, о котором ты понятия не имел целых полтора гребаных года. Я все еще ломаю голову, как такое вообще возможно?

У Шея отвисла челюсть, а на лице промелькнуло страдание.

— Я же парень. Я нравлюсь девушкам. Парни хотят быть моими друзьями. Я… не знаю. У меня в шкафу нет скелетов, если ты об этом.

— Ты никогда не говоришь о себе. Почему?

— Я… — он озадаченно покачал головой. — Я просто не думаю об этом. Когда мы вместе, все мои мысли о тебе. У нас секс, много секса. Это занимает все мое внимание.

— Нет, — я покачала головой. — Нет. — На этот раз тише. В груди разверзлась пропасть, с каждым мгновением становясь все больше и больше. — Ничего подобного. И нечего мне тут рассказывать. Да, мы занимаемся сексом, но бывают и ночи, когда просто обнимаемся. И ты обо мне знаешь все.

— Но так ли это?

Я резко втянула в себя воздух.

— Что ты имеешь в виду?

— Чтобы не выглядеть мудаком, обычно молчу, но знаю ли я тебя на самом деле? Вернемся к нашей ситуации. Я тебе не нравился, а потом мы вдруг целуемся, и это быстро переходит в секс. Мы никогда не останавливались, чтобы оглянуться назад. Ты даже жила со мной. Я хочу сказать, что мы не нормальные. Ту часть, где положено узнавать друг друга, мы пропустили.

— Ты многое знаешь обо мне. Я-то как раз тебе про себя рассказывала. — Сразу вспомнилось, как я встретила незнакомцев в его доме. Кэмерона, опять же. Потом узнала о Сабрине. И вот сейчас о Фиби. — Я чувствую себя застигнутой врасплох и словно играющей в догонялки. Неприятности преследуют, а я не замечаю, пока они не сбивают меня с ног. Вот каково это — встречаться с тобой.

Теперь настала его очередь делать глубокий вдох.

— Ты несправедлива ко мне. И это был удар ниже пояса.

Так ли это? Скорее всего, да.

— Прости, — сейчас я испытывала боль, и очень хотелось отыграться на нем. — Я не могу встречаться с тобой и не знать ничего о тебе.

Шей резко повернул ко мне голову.

— Что ты такое говоришь?

— Я… — Я сама не понимала, только… — Я должна знать, кто ты.

— Меня зовут Шей Коулман. Подумываю о том, чтобы стать юристом, но сейчас, в конце третьего курса, я все еще не уверен. Поэтому изучаю разные предметы, пытаясь понять, чем хочу заниматься.

— Хорошо. — Он пошел по этому пути. Ладно. Забыть о тайном преследователе. И отвечать на вопросы для первого свидания. Я справлюсь. — А чем занимается твой отец?

— Адвокат, как и мама. Они развелись, когда я учился на первом курсе. — Шей не позволил мне задать еще один вопрос, продолжая переть как трактор. — Мама снова вышла замуж. У меня есть две сводные сестры, обе учатся в средней школе. Они ужасно избалованы, но я все равно их люблю. Еще есть младший брат, который живет с отцом. Я остался с мамой. Натан переехал к отцу, и он ненавидит, когда ему дают прозвища. Ты должна называть его Натан, иначе он не будет с тобой разговаривать. Он учится в восьмом классе. Они живут в Новом Орлеане, так что я не часто вижу его или отца. У отца тоже новая жена. Они поженились прошлым летом, и я видел ее только один раз, но она кажется милой леди. Мой отчим — партнер в фирме, где работает мама. Я понятия не имею, чем занимается моя мачеха, наверное, это неправильно, но мне все равно. Мой младший брат играет в футбол. Сводные сестры — черлидерши, и уверен, что они в танцевальной команде. Я не часто езжу домой, потому что каждый уик-энд там блестящая вечеринка. Мои сводные сестры часто приглашают друзей. — Шей остановился, все еще глядя на меня. В его глазах появился жесткий блеск. — Что-нибудь еще?

— Какие-то прошлые испытания, невзгоды или травмы?

Шей резко вдохнул.

— Ты шутишь?

Нет. Да.

Я опустила голову.

— Не знаю, — я пожала плечами. — Так все же?

— На первом курсе моя девушка забеременела. Как раз в это время разводились мои родители, и она сделала аборт. А рассказала мне об этом она позже.

Это заявление было словно удар под дых. Я могла только смотреть на него.

— Шей…

— Я почти уверен, что у одной из моих сводных сестер расстройство пищевого поведения. Я сказал маме, но она либо не хочет, либо понятия не имеет, что с этим сделать, поэтому игнорирует мои слова. Думаю, что мой младший брат гей, и я беспокоюсь о нем. Если да, то он никому не говорит, и я хочу поддержать его и защитить, когда и если он признается. Что-нибудь еще?

У него был ребенок…

И он не знал этого…

— Ты узнал, что девушка беременна после аборта? — спросила я, чувствуя себя настоящей гадиной.

— Да, — отрезал он и стиснул зубы. — Я никому не рассказывал, так что ты первая.

Что же я натворила? Добилась своего, ведь теперь больно ему.

— Мне очень жаль, — сказала я.

Шей отвернулся, выпрямляясь в кресле. Прошла секунда. Потом еще одна. Полная тишина. А затем он ударил по рулю.

— Блядь! — Шей опустил голову, а я оглянулась. Он резко зажмурился. А еще через мгновение мягко произнес: — Я ни с кем не говорил об этом. — Когда он поднял голову, в его глазах плескалась боль. — Я не хотел закрываться от тебя. Просто ни с кем об этом не разговариваю. Мой самый близкий друг — Линде, ну или был Линде. Теперь это ты. Я не слишком сближаюсь с людьми. Дело не в том, что я специально храню секреты. Я просто не рассказываю. Всем подряд.

Моего парня многие любят.

Его многие хотят.

А он никому не доверяет.

Насколько же он одинокий человек.

Я потянулась и взяла его за руку.

— Прости.

— Ты повторяешься, — сжав мою руку в ответ, заявил он.

— Серьезно. Я вела себя как стерва. Мне причинили боль, и…

Шей покачал головой.

— Ты права. Хоть и не хотел, но мне нужно было выговориться. Я никогда этого не делал. Когда девушка рассказала мне об аборте, внутри меня словно что-то сломалось. Потом родители развелись и начали строить новые семьи. Не хотелось плакаться, чтобы все вокруг жалели меня. Я не из таких. У меня всегда были друзья. Я встречался с девушками, но никого не подпускал близко. — Его взгляд упал на мои губы, затем он снова посмотрел мне в глаза. — До тебя. Ты забралась мне под кожу. И я до сих пор не совсем понимаю как, но это случилось. А сегодня, когда услышал, что ты в беде, я едва не умер. Быстро добраться не получалось. Мне хотелось сделать больно тому, кто посмел обидеть тебя, а потом стало понятно, что это Фиби, и до сих пор не возьму в толк, кто она.

— Сестра Кэмерона.

— Тогда все ясно, — рассмеялся Шей и начал играть с моей рукой. — Наслышан об этом, но честно говоря, я не до конца верил этим слухам о Кэмероне. Я понимал, что этот парень с гнильцой. Поэтому с ним всегда вел себя осторожно, даже не осознавая этого. Просто следовал инстинктам. Теперь, услышав о его сестре, о том, как из-за проблем с головой родители держали ее подальше, задаюсь вопросом, почему, черт возьми, я не знал. Но там действительно ничего не было. — Он снова покачал головой, выглядя ошарашенным. — По Кэмерону никогда не скажешь, будто он неравнодушен ко мне. Я знал, что мы соревнуемся, но не подозревал, что это его задевает. Он никогда мне этого не показывал. Я не чувствовал, что не нравлюсь ему. Он никогда не демонстрировал ревность или что-то в этом роде. Никаких признаков. Хотя, если подумать, то он действительно встречался со многими моими бывшими.

Я начала смеяться.

— Как я мог не обратить на это внимание?

Потому что ему было все равно.

У него и без того дома хватало дел.

Потому что его внимание было направлено на что-то другое.

Потому что… он просто был самим собой.

— Ты привлекаешь внимание многих людей.

И в плохом смысле тоже. Наверное, то же самое случалось и в старших классах.

— Я понял. Вроде, — кивнул он, хмурясь. — Да. Я просто веду себя как обычно, но не позволяю никому завладеть своим вниманием. Я не могу. Если я это сделаю, то потеряю себя. Какой в этом смысл?

Ну, какой-то смысл в этом имелся.

— Ты можешь меня впустить.

— Уже. Все так далеко зашло, что я не знаю, что буду делать, если потеряю тебя.

— Тогда я в деле, и ты тоже. — Уголок его рта приподнялся, и я покачала головой. — Не опошляй все. У нас тут серьезный момент.

— Ясно, — перестав улыбаться, Шей снова помрачнел. — Вчера вечером я говорил искренне. — Меня пленил его взгляд. Прямо сейчас я не смогла бы даже пошевелиться. — Я люблю тебя, Кеннеди.

Боль моментально исчезла.

— Я тоже люблю тебя, Шей.

Глава 43

На следующей неделе прибыли профессионалы, чтобы вывезти вещи Фиби из комнаты.

Сара и Кейси уселись рядком в коридоре. Они решили понаблюдать за работой грузчиков, и каким-то образом это превратилось в игру с алкоголем.

Старшая по этажу сказала Кристине, что Фиби не вернется. Родители сразу увезли ее в отель, так что рабочим пришлось еще и упаковывать ее вещи. Сборы заняли четыре часа, но половину этого времени они потратили на то, чтобы, задержавшись в коридоре, флиртовать с Сарой. Кейси вела себя сдержаннее, и мне даже показалось, что между ней и Линде что-то происходит.

Их отношения с Гейджем закончились, так и не начавшись. Мой брат снова превратился в мужчину-шлюху. Когда я спросила, что случилось, он ответил, что не готов к серьезным отношениям. Кейси заслуживает парня, который будет по уши влюблен в нее, а он не может дать ей этого.

Мне очень хотелось, чтобы у них с Линде все получилось.

Я пыталась готовить домашнее задание, но услышав очередной взрыв смеха, признала поражение.

Работа по социологии в тот день не была подготовлена.

Я закрыла книгу и оглянулась через плечо. Стол Кристины стоял позади меня, лицом к стене.

— Я сдаюсь.

Часы показывали уже около восьми вечера.

Она вздохнула, отодвигаясь от компьютера.

— Я тоже.

— О! — прокричала Кейси из коридора. — Еще одна коробка. Выпьем за нее.

— Они там уже наклюкались, — указала Кристина на открытую дверь.

Абсолютно верно. В течение последнего часа Сара разговаривала очень невнятно.

— Я удивлена, что старшая по этажу еще молчит.

Кристина закатила глаза.

— Она ничего не скажет. Сильно переживает из-за Фиби и того, что не предупредила тебя, поэтому я думаю, что даже устрой одна из нас оргию в коридоре, старшая по этажу будет смотреть в другую сторону.

— Ну да.

Я вздрогнула, вспомнив, сколько раз она пыталась извиниться, застав меня в душевой, либо когда я выходила из душевой, либо когда проходила мимо ее комнаты в душевую. Из-за этого я начала пользоваться санузлом этажом выше.

Когда мы только переехали, я не запомнила ее имя, а теперь принципиально отказывалась это делать. Да, назло. Для меня она навсегда останется старшей по этажу. Кристина — единственная из нас, кто помнил ее имя и вообще разговаривал с ней. Я обычно просто уходила, а Кейси сразу начинала на нее наезжать. Однажды, не зная, кто в соседней кабинке, старшая по этажу попросила туалетную бумагу. И да, она ее получила, но после того, как прослушала лекцию Кейси о женской солидарности, моральной этике и том, насколько отвратительно исполняются обязанности. Поговаривали, что кто-то из девчонок даже записал все на телефон, а старшая по этажу провела в кабинке еще полчаса, прежде чем над ней сжалились и подали туалетную бумагу.

В какой-то момент я тоже зашла в душевую, но, услышав Кейси, быстренько ретировалась.

Все это до сих пор не давало мне покоя.

План состоял в том, чтобы оставаться у Шея до конца семестра, но, узнав, что Фиби точно съехала, я решила попытаться возобновить обычную жизнь в общежитии. Проводя со свои парнем все свободное время, я упустила бы кучу воспоминаний о студенческой жизни. Кроме того, Кристина и Кейси из-за меня переехали в другое общежитие, при этом покинув двух других своих подруг. Я чувствовала себя обязанной.

Внезапно раздались свист и одобрительные возгласы.

— Все с дороги! — крикнула Кейси. — До нас снизошли футбольные боги!

— Да! — Сара рыгнула. — И ань тош гаяч!

— И они тоже горячие? — перевела Кейси. — Девочка, с тебя хватит.

— Не-е-ет.

Мы с Кристиной посмотрели на дверь.

В проеме показались голова и плечи свалившейся на пол Сары. Она слегка подняла руку над головой, не позволяя кому-то отобрать у себя выпивку.

— Ну же, — простонала появившаяся Кейси. Она встала и наклонилась, чтобы взять у Сары бутылку. — Прекрати или кто-нибудь проболтается коменданту общежития. Мы обязательно получим выговор. И тогда Эми придется что-то предпринять.

Эми.

Вот как зовут старшую по этажу.

Я скорчила гримасу.

Кейси заметила мой взгляд и склонила голову набок. А потом до нее дошло.

— Ох. Прости.

— Предательница, — конечно же, я шутила. Поэтому одарила подругу легкой улыбкой, чтобы та не расстраивалась. — Я все еще мысленно называю ее «старшая по этажу».

— Кто там пришел? — Указала я на коридор.

— Не к тебе, Принцесса. Это парни, которые встречаются с близняшками в конце.

Я снова скорчила мордочку.

Вчера Шей позвонил мне из дома на глазах у всех. Он не осознал этого, пока народ вокруг не начал кричать и улюлюкать, что очень напоминало шум в нашем общежитии прямо сейчас.

— Грузчики уезжают. Кажется, они все собрали, но, если нет, мы надеемся выяснить это до того, как старшая по этажу запрет дверь, — добавила Кейси и пошевелила бровями. — Если удастся раздобыть дополнительный ключ, значит, у нас будет дополнительная комната. Для учебы или, — она понизила голос, — кое-чего другого, если вы понимаете, о чем я говорю.

Мне не хотелось выяснять, для чего именно.

Кристина, должно быть, подумала о том же, потому что спросила:

— Кто-нибудь голоден? Мы ведь еще не ужинали.

Кейси подняла свою бутылку, которая была наполнена не водой.

— Да. Мы сразу же перешли к выпивке.

Сара попыталась подняться на ноги. Она попробовала встать, но упала обратно на пол и поползла в комнату. Но хоть и постаралась прошмыгнуть мимо, но судя по остекленевшему взгляду, вряд ли помнила, что мы все еще тут. Добравшись до дивана, она подтянулась и прижала одну из подушек к груди.

Через пару секунд наша подруга уже храпела.

Кейси рыгнула, хлопнув себя по груди.

— Простите. Знаю, что это отвратительно.

В дверях она приостановилась, оглядываясь назад. Мы все еще слышали голоса парней и девушек из коридора, но сама я на них смотреть не хотела.

— Ты сегодня разговаривала с Шеем? — спросила Кристина.

Я покачала головой. Вчера я ночевала здесь, а потом весь день провела на занятиях. Он, конечно, знал это, поэтому с минуты на минуту я ожидала телефонного звонка или визита без предупреждения.

Кейси снова заглянула внутрь.

— Пойдемте к ним. Ребята всегда готовы делать гриль.

— И пить, — добавила Кристина.

Они обе заухмылялись, потому что это чистая правда. Поскольку команда больше не играла и не тренировалась, дом превратился в праздник выпивки. Проходя мимо этого места, чаще можно было видеть, как парни пьют, чем обнаружить, что они не пьют. Это не значило, что они напивались. У них выработался иммунитет, но понятное дело, что некоторые к концу вечера хорошенько захмелеют. После фиаско с Фиби, произошедшего в прошлые выходные, я бывала только у Шея в комнате и всего пару раз слышала, что кто-то перебрал. Ладно, возможно, я немного преуменьшаю.

Но я не переживала по этому поводу. Все парни казались порядочными. Не находись там Шей или Линде, их могло бы заносить на поворотах, но не думаю, что со мной или моими подругами могло что-то случиться.

— Позвони им, Кенз, — кивнула мне Кейси. — Я лучше проведу вечер с парнями, чем здесь с какими-то девчонками.

И, словно по сигналу, в дверях появились две наших соседки.

Кейси все еще стояла на пороге, так что, не сумев постучать в дверь, они рассмеялись. Красные щеки свидетельствовали о том, что они тоже принимали участие в игре с выпивкой. В руках обе держали кофейные кружки.

— Девчонки, что вы делаете сегодня вечером? — спросила одна из них. Думаю, ее звали Мелисса. Уж Кристина-то точно знала.

Вторая девушка заправила прядь волос за уши.

— Мы подумывали заказать пиццу, может быть, посмотреть «Последнее королевство». Утред[4] чертовски горяч.

Глаза Кейси расширились.

Она была повернута на этом сериале и последние три дня бредила о датчанине.

— Черт возьми! — Она зажмурилась, а плечи немного поникли. — Мы не можем. Сегодня вечером мы идем в Дом Футболистов.

— Ну, — Кристина схватила ее за руку. — Нет. Мы не знаем. Мы ведь еще не звонили.

Все четверо посмотрели на меня.

Я потянулась за телефоном.

— Я только намекну.

Отправила сообщение Шею, но, так как он не ответил сразу, пришлось написать Линде.

Линде: Парни всегда готовы жарить и пить. За вами заехать?

Я: Ты сможешь подвезти?

Линде: Прямо сейчас могу. Через час не факт, что получится. У меня нет занятий по утрам.

Шей мне так до сих пор и не ответил, поэтому я напечатала еще одно сообщение.

Я: Шей дома? Ты знаешь, где он?

Линде: Я думал в библиотеке?

Я нахмурилась.

Я: В библиотеке?

Линде: Он сказал, что поедет туда, а потом к тебе. Я думал, у вас планы.

Не то чтобы я знала, поэтому написала ответ.

Я: Мы сами подъедем. Возьмем машину Кейси. Если она заночует у вас, то утром захочет вернуться на машине.

Линде: Отлично. Я дам знать ребятам. К вашему приезду гриль будет готов.

Вместо того, чтобы отправить еще одно сообщение, я позвонила Шею, но у него сразу же включилась голосовая почта. И он не перезвонил.

— Какой у нас план, Стэн?

Кейси прислонилась к дверному проему, стараясь держаться прямо.

— Я сказала Линде, что вы приедете на машине Кейси. — Задумавшись на секунду, спросила у Кристины: — Или написать, чтобы он приехал и забрал вас?

Кристина наморщила лоб, сведя брови на переносице.

— А ты не с нами?

— Ты сможешь вести машину? — Я пропустила ее вопрос мимо ушей.

Она прикусила губу. Я интересовалась, не захочет ли она выпить, находясь там. Да, Кейси нравилось, когда ее машина всегда под рукой, но если девчонки пили у парней, а ночевать собирались дома, это создавало массу хлопот. Если не удастся найти кого-то трезвого, чтобы отвезти их, они возьмут такси, а потом Кейси придется возвращаться, чтобы забрать машину. Все зависело от Кристины, потому что Кейси может и разговаривала нормально, но трезвой уж точно не была. Хоть она и более устойчива к алкоголю, чем Сара, но все еще оставалась навеселе и рационально мыслить не могла.

Кристина вздохнула.

— Между нами говоря, если оставим ее машину там, мы всегда сможем вернуть ее утром.

А это означало, что Кристине не хотелось ночевать у парней. Кейси это никогда не волновало. Например, на прошлой неделе она, свернувшись калачиком, спала в постели Линде.

— Значит, таков план, — кивнула я.

— Ты не поедешь с нами?

Я покачала головой.

— Линде сказал, что Шей в библиотеке, так что схожу туда. Посмотрю, вдруг он там.

— Если хочешь, мы поедем с тобой? Мы можем по дороге заглянуть в библиотеку. Если его там нет, отправишься с нами к ребятам.

Кейси начала кивать. И продолжила это делать, не останавливаясь.

— Если не остановишься, то тебя стошнит.

Остановившись, она рассмеялась.

— У меня немного кружится голова. Ты была права.

— Ты с ней справишься? — спросила я у Кристины.

Она пристально посмотрела на Кейси, прежде чем повернуться к Саре, которая все еще храпела. Затем перевела взгляд на двух других девушек.

— Чем вы собираетесь заниматься?

Их глаза расширились, и Мелисса прочистила горло.

— Гм. Я имею в виду… мы можем поехать с вами или… — Ее глаза метнулись ко мне, а щеки покраснели еще сильнее. Я поняла. Ничего не поделаешь. Дом Футболистов приобрел печальную известность не только из-за своих жильцов, но и из-за вечеринок.

Я пожала плечами.

— Сомневаюсь, что их это волнует.

Обе девушки жили по соседству. И я постоянно напоминала себе, что не помешает познакомиться с ними поближе.

Кристина взяла меня за руку, словно разделяя сомнения. Потом успокаивающе похлопала меня по плечу и сказала девушкам:

— Если вы согласны, тогда выезжаем через десять минут.

Девушки моментально испарились. Им не нужно было повторять дважды.

— Десять минут? — Кейси приподняла прядь волос, рассматривая ее. — Чтобы привести себя в порядок, мне потребуется больше десяти минут.

— Теперь у тебя девять минут.

— Твою мать.

Кейси выскочила из комнаты, схватила косметичку и понеслась в ванную.

— С тобой точно все в порядке?

Прошла почти целая неделя с тех пор, как Фиби пыталась на меня напасть. Все эти дни мне приходилось заставлять себя оставаться в общежитии, потому что не хотелось, чтобы кто-то отобрал это у меня.

Я решительно кивнула.

— Я в порядке.

— Если тебе нужно поговорить, я рядом. Ты ведь это знаешь, правда же?

Я искренне улыбнулась.

— Я знаю. Спасибо тебе.

Кристина и Кейси стали моими лучшими подругами. В первый день учебы в колледже я себе такого даже представить не могла. А теперь благодарила небеса за нашу дружбу.

Через несколько минут вернулась запыхавшаяся Кейси. Готовясь к выходу, она как угорелая носилась по комнате, в то время как две наших соседки явились только через пятнадцать минут.

— Ладно, — Кейси появилась из спальни, ее грудь тяжело вздымалась. Она раскинула руки и покружилась. — Как я выгляжу?

Она надела узкие джинсы и топик с глубоким вырезом, а в руки взяла маленькую блестящую сумочку. Ее волосы выглядели безупречно, но для Кейси это было в порядке вещей.

Мы с Кристиной переглянулись.

— Черт, — покачала я головой. — Ты уверена, что хочешь ехать в таком виде? Я имею в виду, нравятся ли Линде взлохмаченные волосы?

— Что? — Вытаращив глаза, Кейси запустила руку в волосы на затылке. — Нет, нет, нет… — Затем, сузив глаза, посмотрела на меня, потом на Кристину, которая старалась не рассмеяться, и опустила руку. — Вот сучка! Нельзя так надо мной шутить.

Она бросилась в мою сторону и треснула меня по руке.

Я попятилась, смеясь.

— Тебе это так легко дается. Ты всегда потрясающе выглядишь.

Одна из девушек кивнула.

— Даже в костюме Санта Клауса ты будешь смотреться сексуально.

— Видишь, — я ткнула большим пальцем в сторону девушки. — Тебе не о чем беспокоиться, и если ты вырядилась для Линде, ему все равно.

— Знаю, — Кейси опустила голову, поправляя сумочку. — Этот год выдался непростым. Ну да ты в курсе. Меня отверг твой брат, а Линде хоть и кажется милым, но никогда не знаешь наверняка.

— Мой брат — говнюк, — нахмурилась я.

Сары захрапела еще громче.

— Может, нам оставить ее? — предложила Кристина.

— Нет уж. Погодите-ка.

Кейси пришла в движение. Она схватила полотенца, положила одно под голову Сары, а другое, валявшееся на диване, на пол. Повернула Сару так, чтобы та лежала на боку, открыв рот и немного свисая с края. Под ней поставила мусорное ведро со свежим пакетом внутри. В нескольких дюймах от мусорного ведра — стакан с водой. Рядом положила две таблетки болеутоляющего.

Под телефоном Сары оставили записку, в которой говорилось, куда мы отправились и список номеров, по которым можно позвонить, если ей что-то понадобится.

Я уж решила, что мы, наконец, готовы выходить, но Кейси подняла палец.

— Один момент, — подруга выскочила в коридор и вернулась через несколько минут. — Все. — Она схватила ключи и телефон. Сумочка уже давно висела на ее плече. — Я готова.

— Ты уверена? — спросила Кристина, но две другие девушки уже вышли в коридор.

Я схватила рюкзак и резинку для волос.

— Да.

— Старшая по этажу присмотрит за Сарой, — сообщила Кейси, оборачиваясь. — Она знает, что Сара здесь. Сара заболела. — Кейси подмигнула нам.

Кристина заперла дверь и посмотрела на меня.

— Ты уверена, что не хочешь прокатиться в библиотеку?

Я подумала над ее предложением.

— Нет. Здесь недалеко. К тому же, если Шей на пути сюда, я его перехвачу.

— Хорошо. Звони, если что-то понадобится.

Кристина помахала рукой, Кейси тоже. Наши соседки сделали то же самое, от нетерпения буквально подпрыгивая на месте. Я понимала, что они очень взволнованы, предвкушая тусовку в Доме Футболистов.

Девчонки покинули общежитие через заднюю дверь, а я направилась в противоположную сторону.

Глава 44

В том, чтобы гулять ночью в одиночестве ощущалось нечто особенное.

Общежития кампуса хорошо освещались, и у входа толпились люди. По дороге от своего корпуса к библиотеке я миновала нескольких других. Вокруг слышались смех и разговоры, и вечер казался таким мирным.

Иногда это может сыграть с разумом злую шутку.

Когда ты считаешь, что в безопасности и что можешь спокойно ходить среди зданий по ночам, что вокруг никого. Поступая так, человек начинает наслаждаться красотой окружающего мира, но в любой момент все может разбиться вдребезги. Раньше я словно жила в пузыре, думая, что в нем безопасно, и на меня никогда не нападут, а теперь он лопнул.

Я понимала, что есть нехорошие люди.

Поступая в колледж, я готовилась к худшему. Мне хотелось иметь несколько верных друзей. Это стало правилом номер один и моей целью. Правило номер два гласило: никаких трагедий. И, наконец, в-третьих, мне следовало измениться самой. Ограничивая себя таким образом, я была полна решимости выполнить все пункты.

Этот год заставил меня поступиться всеми принципами до единого.

Шей очень сильно приложил к этому руку, и одна мысль о нем вызвала у меня задумчивую улыбку. Наверное, если бы за мной сейчас кто-то наблюдал, подумал бы, что я под кайфом, но это не так.

Все дерьмо, что случилось со мной, сделало меня сильнее.

С самого начала я считала себя сильной, но время показало, как ошибалась. Это такая малость по сравнению с тем, что я чувствовала сейчас.

На меня во второй раз едва не напали, причем в месте, которое считалось чуть ли не моим домом. Во всяком случае, общежитие должно было стать моим домом. Все случилось в коридоре, но ничего страшного со мной не произошло. В первый раз на меня напали неожиданно. Два парня ударили из-за спины. Фиби подошла ко мне спереди, тем самым предупредив. А потом еще и объяснила, почему собирается причинить мне боль.

Я вздрогнула, гадая, какова была ее конечная цель.

Но это не имело значения, потому что ее спугнули.

Теперь она далеко.

И я сделаю все возможное, чтобы держаться от нее подальше.

Но при этом не лишиться всех радостей студенческой жизни.

Я буду жить в своем общежитии. Спать в своей постели. Встречаться со своим парнем, не оглядываясь постоянно через плечо. Я буду ходить по этому гребаному кампусу, и мной не будет управлять страх. Он не станет диктовать, что мне делать, и если я, черт возьми, хочу идти в библиотеку в восемь тридцать вечера, то я, черт возьми, пойду.

Я срезала дорогу через закусочную, где стояли почтовые ящики. И уже миновала библиотеку, которая находилась в соседнем здании, когда услышала двойной сигнал, словно кто-то запирает машину.

В углу между двумя строениями располагалась автостоянка. Ей пользовались в основном сотрудники, хотя кое-кто из студентов тоже получил специальные пропуска. В основном те, что жили за пределами кампуса и хотели иметь ближайшую парковку к библиотеке. Я знала, что у Шея такое разрешение имеется, и уже поворачивала голову, чтобы посмотреть, там ли его джип.

Именно тогда я заметила его, и меня охватила паника.

Я остановилась как вкопанная. Под натиском охвативших чувств вся моя бравада сгорела в одно мгновение. И пеплом опала к ногам. Я практически наяву видела, как мой боевой настрой превратился в ничто.

Я выпрямила колени.

Это был Кэмерон.

С опущенной головой он шел мне навстречу. Немного сгорбив широкие плечи, парень выглядел напряженным. В рубашке, концы которой торчали из брюк цвета хаки. С растрепанными, словно после долгого рабочего дня или какого-то мероприятия, волосами.

Я не могла пошевелиться.

Внутренний голос вопил, чтобы я двигалась, но он оказался недостаточно громким, чтобы заставить тело действовать.

Страх вернулся, концентрируясь внизу живота.

Словно я со стороны наблюдала, как идет под откос поезд. Как в замедленной съемке я увидела, как Кэмерон поднял голову. Под его глазами залегли тени. Держа ключи в руках, он подбрасывал их вверх, затем рассеянно ловил, прежде чем бросить снова.

Он смотрел прямо перед собой, явно витая в своих мыслях. А потом краем глаза заметил меня.

Замедлив шаг, он остановился и повернул голову.

Наши взгляды встретились, и на лице Кэмерона ясно отобразились обуревавшие его эмоции.

Изумление.

Замешательство.

Потом гнев.

Последнее ярко вспыхнуло в его глазах, и он, запнувшись, остановился.

Нас разделяло семь футов. Если бы я спряталась в дверном проеме, он прошел бы мимо. Этой стычки можно было избежать, но уже ничего не поделать. Я попыталась заставить себя заговорить.

Однако горло не слушалось.

Кэмерон уставился на меня, стиснув зубы. Его глаза сузились. Я наблюдала, как сначала он расправил плечи, а потом снова расслабил, выглядя так, будто приготовился сразиться со мной.

И тоже продолжал хранить молчание.

Я только что прошла мимо трех зданий, перед которыми толпились люди, однако здесь, в самом центре кампуса, не было никого.

Я бы не удивилась, если бы по улице в этот момент прокатилось перекати-поле.

— Серьезно? — хмыкнул он, засовывая руки в карманы. Его плечи слегка дрогнули. — Ты так и будешь стоять как глухонемая?

Я покраснела.

Не знаю, почему, но это сработало.

Ко мне вернулась способность говорить.

— Не оскорбляй глухонемых.

Кэмерон фыркнул, немного остывая, однако все еще продолжал злиться. Гнев словно бурлил под поверхностью, и я это явственно ощущала. Мои внутренности скручивались в узлы в ожидании.

— Ты о чем вообще? — Его взгляд метнулся в сторону, а потом снова сосредоточился на мне. — В чем твоя проблема? — Он внимательно посмотрел на меня, потом опустил глаза вниз и снова поднял. — Что? Ты боишься меня?

Ладно, Кеннеди.

Я решила подбодрить себя еще одной зажигательной речью. На этот раз я должна победить. Я нуждалась в этом.

Он не собирается тебя убивать. Он не его сестра. Он не Каррутерс и не его трусливый друг. Он не те придурки, которые гонялись за тобой или издевались над тобой в классе. Он здесь не для того, чтобы напугать тебя, причинить вред, сломить тебя.

Потому что. Ты. Не. Позволишь. Ему.

Понятно, Кеннеди?

Ты поняла это?

Я торжествующе трясла руками. Подбадривала себя. Издавала в голове всевозможные призывные крики.

Потому что на самом деле была слишком напугана, чтобы сказать что-то еще.

Он склонил голову набок.

— Да что с тобой такое? В последний раз, когда я тебя видел, ты была боевой.

У меня вырвался гортанный смешок.

— В самом деле? — я снова хохотнула. — В последний раз, когда ты меня видел, я была боевой?

Кэмерон не ответил, опустив плечи еще на дюйм.

Я шагнула к нему. Казалось, что иду по мокрому цементу, но я все равно двигалась вперед.

— Ты хочешь знать, что со мной случилось? Ты — ублюдок.

Один уголок его рта опустился вниз.

— Нечего меня оскорблять.

— Ты назвал меня глухонемой.

— Это не оскорбление, если так и есть.

Твою ж мать. Ну что за мудак. Мои ноздри раздулись.

— Вряд ли твои слова могут сойти за ласковое обращение. Ты, не задумываясь, обозвал меня. Нельзя так говорить, особенно когда понятия не имеешь, каково людям, которые не слышат, не могут говорить, ходить, делать простые вещи, которые ты принимаешь как должное.

Я вздохнула с облегчением.

Способность говорить вернулась.

Боевой дух, который Кэмерон так хотел увидеть, возвращался. Я чувствовала, как он вдохновляет, подпитывая меня.

Я выше подняла голову.

— Ты злишься. Я вижу это, и ты хочешь знать, что со мной случилось? Твоя сестра случилась. Такие мудаки, как Каррутерс, случились со мной. Придурки вроде его друзей, которые думали, что можно наброситься на меня, опустить, потому что я осмелилась выступить против одного из них. Такие девушки, как моя соседка по комнате, которая считала себя лучше только потому, что со своей компашкой чувствовала себя сильной и думала, что может сломить меня, так как я одиночка. Ты последний человек, которого я сейчас вижу, и ты последний, кому я позволю причинить мне боль.

Правильно.

Я вскинула кулак, едва не врезав себе им.

Поэтому подвинула его на дюйм и подняла повыше. А потом выпятила грудь.

И усмехнулась. Каково, козлище? А?

Кэмерон только приподнял бровь.

— Ты пьяная?

Он выглядел невозмутимым, и я почувствовала, словно в мой подбадривающий шарик вонзилась игла. Решив, что все нормально, я выдохнула.

И закатила глаза.

— Что ты здесь делаешь? Это не твой кампус.

Он вытащил ключи и помахал ими в воздухе.

— Сегодня вывезли вещи моей сестры. Мне пришлось отвезти ее ключи. Завтра мы уезжаем из города.

Ох.

Я почувствовала себя задницей.

— Я думала, ты здесь, чтобы причинить мне боль.

Кэмерон снова поднял брови. На его лице читалось удивление.

— Ни в коем случае. Я больше не хочу иметь ничего общего ни с тобой, ни с Шеем. Я покончил со всеми в Дулейн.

— Что ты имеешь в виду? А как же Сабрина?

Он на мгновение опустил глаза.

— Она порвала со мной. Видимо, встречалась со мной по неправильным причинам. — Кэмерон снова закатил глаза и прошипел: — Она все еще любит Коулмана, так что предупреждаю, Кларк. Сабрина может охотиться за твоим парнем.

Меня это не тронуло. Даже ни капельки не задело.

— Что, она не хочет связываться с твоей одержимой преследованием сестрой? — бросила я в ответ.

Его глаза превратились в щелочки. Он неестественно замер.

— Осторожнее, Кларк. Ты говоришь о родном мне человеке.

— Который одержим тобой. Одержим моим парнем. И даже немножечко мной. Твоя родственница облажалась.

— Ну да, конечно. — Руку с ключами он засунул в карман, а другой потер затылок. — Каждая семья в той или иной степени облажалась. Мы получили свое и несмотря на то, что ты думаешь, Фиби просто больна. Это все. Она не злодейка.

— В самом деле? — сухо поинтересовалась я. — А кто тогда?

— Никто. Здесь нет злодеев. Все плохие. Все хорошие. Все меняются, и завтра ситуация может перемениться. Сабрина бросила меня, потому что ты наехала на нее. Я мог бы разозлиться и обвинить тебя, но я этого не делаю.

— На самом деле? — снова поинтересовалась я.

— Да, — впервые в его глазах промелькнула боль. — Я хочу сказать, что говнюк во мне хочет этого, но не стоит. Ты не заставляла Сабрину бросать меня. Она сделала это сама. Потому что не хотела становиться частью всего этого с моей сестрой и мной. И для протокола: я не ненавижу твоего парня.

— Тогда что это?

Мы не заметили, что к нам присоединился Шей. Он шел из библиотеки и, когда заметил Кэмерона, остановился неподалеку. Мы все двигались по разным дорожкам, которые сходились в одной точке. Все трое остались на своих концах, образовав треугольник.

— Ох, — Кэмерон выглядел потрясенным. Отступив назад, он опустил плечи и провел руками по волосам. — Коулман. Я тебя не заметил.

Шей никак не отреагировал. Его лицо ничего не выражало, но наши взгляды на мгновение встретились. Мой парень был в ярости. Да, он держал себя в руках гораздо лучше, чем недавно Кэмерон.

Однако в воздухе ощущались волны насилия, как будто в любой момент Шей мог сорваться.

Внутренности снова начали затягиваться в узлы, но на этот раз я боялась не за себя.

Если Шей что-то сделает, то я тоже. Не позволю причинить ему боль.

Шей шагнул вперед, с вызовом подняв голову.

— Так в чем же, черт возьми, дело, Кэмерон? Мне бы очень хотелось знать, потому что вся эта история с твоей сестрой появилась из ниоткуда. Я даже не знал, что должен высматривать преследователя, не говоря уже о том, что она попытается навредить моей девушке.

Сейчас перед нами был квотербек, который вел свою команду на поле. Сразу становилось понятно, почему в кампусе он считался крутым парнем. Да, здесь Шей один, но если бы позади него стояла команда, парни бы выполнили любой его приказ.

Однако Шей не нуждался в компании.

Он выглядел так, будто в одиночку готов разорвать Кэмерона на куски и способен преуспеть в этом.

Это был тот самый Шей, который выбил дерьмо из Каррутерса и его друга, а затем напал на них во второй раз на глазах у полицейского.

Кэмерон, казалось, тоже это почувствовал и поднял руки.

— Я здесь не для того, чтобы причинить вред. Мне нужно вернуть ключи сестры, а потом вернуться домой. И я не планирую возвращаться сюда. Поверь, — секунду помолчав, он повернулся ко мне. — Послушай. Я понимаю, что моя сестра хотела причинить тебе боль. Знаю. Честно. И часть меня это ненавидит. Мне неприятно осознавать, что она сумасшедшая, но пойми: Фиби ни в чем не виновата. Моя сестра больна, и в ее ситуации виноваты скорее родители. Они не оказывали ей той помощи, в которой она нуждается. Они просто отмахиваются и продолжают свои дурацкие путешествия. И я тоже виноват, потому что если им нет до нее дела, то должно быть мне. А я бездействовал. Потому что эгоист и мудак, и да, в глубине души я хотел быть нормальным парнем, веселящимся в колледже и хорошо проводящим время, прежде чем повзрослею. Итак, в ее ситуации виновник я. В вашей ситуации — она, и не угадаешь. — Он указал на меня. — В чьей-то ситуации ты станешь виновником и знать об этом не будешь. Как я уже говорил, мы все люди, в каждом из нас есть и плохое, и хорошее, но если ты стоишь и думаешь, что я подлец и собираюсь напасть на тебя, то знай, что этого не произойдет. Прямо сейчас мне больно, потому что девушка, которую я надеялся однажды взять в жены, бросила меня. И мне стыдно, потому что должен оставить ключи сестры, а сам понятия не имею, где ее общежитие. Я никогда не был в ее комнате. За полтора года у меня не нашлось времени. Я часто сюда приезжал. Один из моих лучших друзей живет с Шеем. Моя девушка навещала мою сестру, а я даже не могу вспомнить, когда в последний раз виделся с Фиби. Может быть, мы встретились в кафе быстрого питания за завтраком перед тем, как я уехал обратно в колледж.

Кэмерон резко вдохнул и выдохнул.

А потом низко опустил голову.

— Я так разозлился, увидев тебя, потому что хотел свалить все на тебя. А потом я заметил твой испуг, и ты даже не представляешь, какой стыд и гнев раздирали меня изнутри, потому что я понял, что заставил свою сестру почувствовать тот же страх, что и ты. Даже не страх, а боль. Я причинил боль ей, а сейчас одним только своим присутствием причинил боль тебе.

Он остановился, быстро сглатывая.

Резко вдохнув, снова задержал дыхание и выдохнул.

— И я сожалею об этом, — он посмотрел на Шея. — И мне жаль, что я завидовал тебе в старших классах. Ты был золотым мальчиком, и, казалось, тебе все равно. Ты все воспринимал как само собой разумеющееся. Временами я тебя ненавидел. Иногда хотел быть твоим лучшим другом. Временами даже уважал. А теперь из-за собственных неудач мне просто стыдно находиться рядом с тобой.

Шей бросил на меня взгляд.

Я знала, что случилось с ним в старших классах. Образ золотого мальчика он надел не специально. Он просто не позволял людям увидеть другую его сторону.

Шей закашлялся. Угроза насилия больше не витала в воздухе.

— Послушай, — Кэмерон, казалось, не мог смотреть ему в глаза, поэтому Шей повернулся ко мне. — Мне очень жаль слышать о Сабрине, — обратился он к Кэмерону.

Услышав его слова, тот поднял голову.

Шей посмотрел на него.

— Я знаю, как сильно ты ее любил. Боюсь даже представить, какую боль почувствую, если потеряю Кеннеди.

Я ощутила трепет в груди.

Шей снова откашлялся.

— И я надеюсь, что твоя сестра получит необходимую помощь.

Кэмерон отвел взгляд и крепко зажмурился. Он замер на мгновение, потом вытер лицо рукой и несколько раз кашлянул.

— Спасибо, чувак. — Он несколько раз моргнул и протянул руку. Шей пожал ее, и Кэмерон кивнул. — Это очень много значит. — Он отступил назад, взглянув на меня. — Я действительно сожалею о том, что сделала моя сестра.

Принимая его извинение, я кивнула, и на душе у меня стало немного легче.

Я протянула ему руку.

— Я могу взять ключи. Отдам их Эми.

Шей прикусил губу, услышав это имя, а я закатила глаза. Если уж я простила Кэмерона, то смогу начать использовать настоящее имя старшей по этажу. Маленькие шаги, верно?

Кэмерон в последний раз наклонил голову и помахал рукой.

Когда он ушел, я взглянула на Шея.

— И почему я чувствую себя измученной и как будто сбросила пятнадцать килограммов за один день?

Глядя с нежностью, Шей подошел ко мне. Он раскрыл объятия, и я прижалась, положив голову ему на грудь.

— Потому что жизнь может быть чертовски утомительной, и я думаю, что теперь у нас все будет хорошо.

Я крепко обняла его.

Я надеялась на это.

Все закончилось тем, что мы отправились к Шею, там пообщались с друзьями. А когда поднялись в его спальню, на меня снова накатило.

Я зарылась в его объятия и закрыла глаза, чувствуя, как его рука поглаживает меня по спине.

— А что случится с тобой, если ты всю неделю будешь ночевать в общежитии? — пробормотал он.

Я рассмеялась, подняв голову.

— Может быть, с воскресенья по четверг?

— Сегодня четверг, еще один час.

— Возможно, я начну в воскресенье. — Я встала, найдя его губы своими. — Спасибо.

Шей отстранился, слегка нахмурившись, и скользнул рукой по моей руке.

— За что?

За то, что любишь меня.

Об этом я не сказала.

— За то, что стал парнем, в которого я влюбилась, — вместо этого произнесла я.

Мы уже прошли через ад, и не важно, что ждет впереди, мы справимся с чем угодно.

В глазах моего парня отражались сильные эмоции, и он позволил заглянуть себе в душу.

За это я любила его еще больше.

Я снова поцеловала Шея и поверила в его слова, что все будет хорошо.

Так оно и получилось.

КОНЕЦ

Перевод: Карина Барчо (1-12 гл.), Анастасия Васильченко (с 13 гл.), 2020

Примечания

1

Пародийный американский мультсериал, где главный герой — цыпленок, над которым основательно поработал профессор: оторвав простое крыло, сделал стальное, припаял металлическую ногу и вставил лазерный глаз, посадил возле нескольких экранов телевизоров и заставил смотреть огромное количество телепередач, от чего Робоцып превратился в некоего невообразимого убийцу.

2

Freshman 15 — считается, что за первый год учебы в вузе новоиспеченный студент в среднем набирает 15 фунтов веса ≈ 6,8 кг.

3

На английском «Brewski» — пиво, пивасик, пивко.

4

Имеется в виду герой сериала «Последнее королевство» — Утред Беббанбургский в исполнении Александра Дреймона.

Content

Тиджан
Ненавижу тебя любить

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Примечания