Герда Александр

Черный Маг Императора 7

Annotation

Я Максим Темников. Мне четырнадцать лет и во мне живет дух некроманта.

Я учусь в магической школе, где все старше меня как минимум на пару лет, и регулярно попадаю в кабинет директора за всякую ерунду.

А еще я обладаю Темным даром и могу… Стоп! Об этом потом. По-моему, я опять нашел какое-то приключение…

Черный Маг Императора 7

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene

Черный Маг Императора 7

Глава 1

После моего поединка с Вильсоном, был бой старшекурсников, но я даже толком не обратил на него внимания. Мне нужно было немного отойти, так что в себя я пришел, когда уже объявляли победителя.

К этому моменту мое возбуждение успело улечься и переросло в новое чувство — полного удовлетворения от произошедшего. Прямо мед на сердце. Все получилось, как я того и хотел — жребий свел меня с Вильсоном и мне удалось одержать победу над ним.

Причем не просто победу! Это был классный бой, в котором мне удалось выиграть при помощи всего одной комбинации! Я был доволен собой, что и говорить.

— Жаль, что Ткач не увидит как это было, — сказал я Лешке, когда мы смотрели как Соловьев и Рахманинов поднимаются на ринг. — Я думаю, ему было бы приятно.

— Зря ты так думаешь, — усмехнулся Нарышкин. — В интернет уже кучу видео набросали. Так что покажешь Виктору свои бои. Там они все есть.

— О, прикольно! Заодно и старшаков пересмотрю, а то я толком не следил за ними. Интересно же… Мало ли как оно в будущем повернется, хоть буду знать кто из них на что способен.

Тем временем разминка закончилась, прозвучал сигнал тридцатисекундной готовности, а следом за ним и тот, который знаменовал начало боя.

Все-таки как интересно наблюдать за отличными бойцами, когда ты сам в этот момент не на ринге. Сидишь себе спокойно, получаешь удовольствие и болеешь вместе со всеми.

Лично я в этой схватке переживал за Соловьева. Из личных соображений, понятное дело. Драться с расчетливым Рахманиновым, который напоминал мне робота с мечом, такое себе удовольствие.

Даже сейчас, глядя на ребят, у меня было полное ощущение того, что тот просто играет с Соловьем. Хотя со стороны казалось, что Федя на него наседает. Да, так оно и было. Соловьев уже провел три атаки, в то время как Аркадий еще ни одной.

Вот только ни одна из них даже близко не достигла своей цели. Рахманинов как змей ускользал от них, демонстрируя чудеса ловкости и акробатики.

Наконец он ответил. Два удара, один за другим. Быстрых, как вспышки молний. Первый удар Соловей отбил, от второго каким-то чудом увернулся и по залу прокатился восхищенный гул многочисленных голосов. Согласен, выглядело эффектно. Причем и атака, и защита.

Этой контратакой Рахманинов немного охладил пыл Федора, который теперь уже не спешил идти в атаку. Оба меряли кругами ринг и размышляли как быть дальше. Думаю, мы с Вильсоном в начале боя точно так же выглядели со стороны.

Соперники ринулись друг на друга одновременно, энергетические мечи ударились друг об друга, еще удар и еще, а затем Аркадий ужом скользнул вниз и попробовал достать Соловьева в ногу, но тот в самый последний момент успел поднять ее. Как-то неуклюже сместил центр тяжести и хлопнулся на задницу.

Зал взревел от восторга! Ну еще бы! Какая интересная схватка! Не то, что у нас с Вильсоном — вжик-вжик и все закончилось. Здесь было гораздо веселее.

Федор сидел на ринге выставив перед собой меч, чтобы попытаться отбить атаку Рахманинова если тот решит на него напасть. Но Аркадий даже не пытался и демонстративно отошел назад, показывая сопернику, чтобы тот поднимался на ноги.

Красавчик! Не думаю, что Вильсон поступил бы так же, случись мне оказаться на полу ринга.

Соловей поднялся, кивнул своему противнику в знак благодарности и занял боевую стойку. Бой продолжился.

Дождавшись, пока Федор приведет себя в порядок, Рахманинов выждал несколько секунд и пошел в атаку. Первым ложным выпадом он заставляет Соловьева отойти к краю ринга, за который запрещено заступать, а второй атакой наносит удар.

Один. Зато какой. Кажется, что он никак не сможет достать им Федора, но это происходит. Черт его знает, как он это сделал! Самым кончиком меча, но все-таки он уперся прямо в энергетический барьер, который тут же дал знать об этом яркой вспышкой.

— Стоп! Победа за Рахманиновым!

Громкий крик судьи тонет в оглушительных аплодисментах, я и сам не замечаю, что хлопаю изо всех сил. Классный бой! Оба хороши. Конечно, я до последнего надеялся на чудо в виде победы Соловьева, но выиграл сильнейший. Ну что же, значит так тому и быть.

В этот момент кланявшийся в разные стороны Аркадий нашел меня взглядом и помахал мне рукой. Я усмехнулся и ответил ему тем же. Через несколько часов все выясним, а пока второй поединок старшекурсников и обед.

От второго боя старшаков мы с Нарышкиным получили огромное удовольствие. Ну еще бы, ведь в нем вылетел Юрский! Причем не просто вылетел, а проиграл нашему общему знакомому Собакину, который, как оказалось, умеет не только торговать и доставать всякие редкие шутки. Фехтовал он просто отлично!

Мне очень понравился его стиль. Он все делал не так как меня учил Ткач. Там, где я бы ушел в защиту, Костя предпочитал атаковать. Вместо того, чтобы ускориться в какой-то момент, он наоборот замедлялся и в то же время выстреливал как туго сжатая пружина, когда на мой взгляд следовало закрыться.

Однако все это не помешало ему дойти до сегодняшних поединков и даже выйти в финал. Казалось бы, при таком отношении к делу он вообще не должен был пройти квалификацию, но нет, вот он прошел до финала. Нужно будет на досуге обсудить с Виктором, что он думает на этот счет. Сам-то он учит меня всегда следовать правилам…

Обедали мы вчетвером, вместе с девчонками, которые сразу после поздравлений меня с выходом в финал, поспешили поделиться с нами своей радостной новостью. Утренние слухи оказались правдой и Серебрякова точно в медицинском блоке. Ревет как белуга и грызет матрас от досады.

— Мне по секрету сказали — у этой змеюки все патлы выпали! — поделилась с нами оперативной информацией Дашкова. — Так ей и надо! Надеюсь навсегда!

Ну не навсегда… Но какое-то время лысой походит, это точно…

— Надо же, какая досада, — с улыбкой сказал Нарышкин и бросил на меня красноречивый взгляд. — Даже не знаю, с чего вдруг с ней такое могло произойти?

— Черноротая сильно, вот с чего, — подсказала Алиса. — Рано или поздно это должно было случиться. Просто здорово, что ее вечером на балу не будет! Меня от одного ее вида мутить начинает.

Ох и Цветкова… Долго она Серебряковой не забудет, что та ко мне пыталась подкатывать…

— Точно, — поддержала ее Настя. — Теперь, по крайней мере, королеву честно выберут, а то эта сучка наплела интриг с три короба. Уже заранее себя в короне видела.

Я с улыбкой слушал последние сплетни, без которых «Китеж» просто нельзя себе было представить, и получал абсолютный кайф от этого обеда. Что-то подобное в следующий раз произойдет очень нескоро — недели через две. Хорошее настроение, отличная компания, что еще нужно для отличного обеда?

Мой мозг регулярно пытался переключиться на предстоящий бой с Рахманиновым, но я уходил от этих мыслей. Как учил меня Ткач, между боями всегда нужно давать мозгу отдохнуть.

Как любой инструмент он требует хорошего к себе отношения и нельзя все время заставлять его работать. Да и Дориан советовал то же самое. Вот только не всегда получалось. Как-то само собой так выходило, что стоило отвлечься на пару минут, как перед глазами сразу появлялся ринг

— Макс, ты с нами? — услышал я голос Алисы, когда отвлекся в очередной раз. — Мне кажется, ты сейчас где-то очень далеко.

— Да так, просто задумался. Ты что-то сказала?

— Угу, я спросила — как думаешь, может Алена прийти на бал в парике?

Блин, они все о Серебряковой… Я уже о ней и думать забыл…

— Не думаю, — ответил я и только сейчас заметил, что в столовой не было никого из закадычной троицы наших верных врагов.

— Ага, я тоже обратил внимание, — сказал Нарышкин, глядя куда я смотрю. — Наверное оплакивают свои тяжелые потери.

Вот так, за разговорами о всяких мелочах пролетело не только время обеда, но и час отдыха после него, который я решил провести в компании Бориса.

Никто из ребят даже слова не сказал. Думаю, всем было понятно, что мне нужно немного побыть одному, чтобы настроиться на предстоящий поединок.

Стального гиганта я нашел возле школьного озера, где он находился большую часть времени, когда не расхаживал по парку. Я так понимаю, это у него было самое любимое место. Он мог сидеть здесь часами, что-то рассказывая уткам на своем непонятном языке.

Кстати, сегодня был далеко не первый раз, когда я составлял ему компанию в сидении возле озера. Мне нравилось проводить время рядом с ним, под его тихую тарабарщину. Можно было спокойно собраться со своими мыслями, а когда нужно — даже поговорить с конструктом. Уверен, что он понимал абсолютно все, что ему говорят.

Вот только несмотря на то, что прошло уже достаточно времени с того момента как он пробудился, разговаривать нормально он пока так и не научился. Но по словам, которые он вставлял в разговор, было понятно, что он пытается отвечать в тему.

Час пролетел как одна минута. Мне кажется, что я только присел возле конструкта, как уже пришло время возвращаться обратно в спортивный зал, где меня ждал финальный поединок.

— Главное не спеши, — наставлял меня Дориан, пока я ехал на плече у Бориса. — Ты видел, как он двигается?

— Видел, как змей, — мысленно ответил я ему, наслаждаясь поездкой, которой Борис награждал нас довольно редко. Вот сегодня он решил прокатить меня всего в третий раз за все время.

— Да я не об этом, а о том, что большую часть времени он не двигается и этим можно воспользоваться. Нужно быть агрессивнее, вот что!

Вот с этим я был, пожалуй, согласен. Кто знает, как сложился бы бой для Соловьева, если бы он не остановился после первого напора и продолжил бы свои атаки? Вместо этого он решил уйти в оборону, а Рахманинов просто дождался удобного момента и расправился с ним.

— Об этом я тебе и говорю, мой мальчик! — разгорячился Дориан. — Эх, как жаль, что я не могу сейчас оказаться на ринге вместо тебя! Я бы в пару минут порубил этого мальчишку в капусту!

— Ну да, как же…

Топ… Топ… Топ… Топ…

— Брум… Бам-Буррррум… Темников… Бум… — громко начал Борис, когда мы подходили с ним к спортивному залу, чем привлек внимание всех учеников, которые еще не успели оказаться внутри. Снизу тут же раздались крики:

— Темников-чемпион!

— Жалкий позер!

— Ура! Максим!

— Выскочка!

Да, подъехали мы эффектно, что и говорить. Встретили меня тоже с огоньком, так что осталось только достойно провести бой. Чтобы все было совсем хорошо.

Перед спортивным залом Борис спустил меня на землю, и я пошел внутрь, не обращая никакого внимания, на то, что происходит вокруг. Теперь уже моих болельщиков было явное меньшинство. Те, кто поддерживал Вильсона, теперь вовсю топили за Рахманинова.

Интересное дело… Род Рахманиновых не водил особой дружбы с Шуйскими или Вильсонами, но в поединке между нами большинство болели за Аркадия. Даже забавно, выходит кто угодно, только не Темников?

Да и ладно. Плевать.

Лешка прихрамывая вышел из технической зоны, чтобы встретить меня.

— Ты же не обращаешь внимания на всех этих придурков? — спросил он у меня, когда прямо за нашими спинами кто-то громко проорал, что я жалкий выскочка.

— Вообще пофиг… — соврал я, потому что на самом деле это немного нервировало.

Раньше я как-то проще относился ко всем этим вещам, а в последнее время стал замечать за собой, что начинаю реагировать на подобные штуки гораздо острее. Какого черта им всем от меня нужно и почему они считают себя лучше меня?

В какой-то момент я понял, что начинаю раздражаться все сильнее и вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Чертков!

Мы встретились с ним взглядом, на его лице появилось то самое выражение, которое я считал улыбкой, а затем он постучал пальцами по своей голове. Прошло несколько секунд, прежде чем я понял, что он хотел мне сказать.

Ну конечно же! Какого черта я не использую то, чему научился у него и Бобоедова за все это время! Вот что значит привык, что все эти навыки я использую только во время занятий с ними… Так почему бы не делать этого сейчас?

Я попробовал полностью отгородиться от того, что происходило вокруг и в какой-то мере у меня это получилось. Не то чтобы я перестал все слышать, но иначе на это реагировал. Обычный досадный шум вроде механических пчел Черткова, не больше.

До боя оставалось всего несколько минут, но мне этого вполне хватило, чтобы привести свои мысли в порядок и настроиться должным образом. На ринг я выходил полон решимости одержать победу.

Звуковой сигнал дал отсчет последним тридцати секундам и в зале наступила тишина. Впервые за все время турнира. Лишь когда прозвучал сигнал, давший старт к началу поединка, зал вновь ожил. Это было похоже на ревущий водопад, от которого дрожал ринг под ногами.

Похоже на этот раз Рахманинов тоже очень хотел удивить меня нестандартным началом поединка, поэтому вышло так, что мы оба ринулись в атаку друг на друга.

Ух! Удар! Блок! Удар! Удар! Блок! Уход в сторону… Шаг назад…

Вау! Это было круто! Судя по улыбке на лице Рахманинова, он тоже не ожидал такого развития событий и ему это понравилось не меньше чем мне. Блин, высокий он, зараза такая…

Решив идти по выбранному плану до конца, я не дал ему собраться с мыслями и начал свою вторую атаку. Я старался изо всех сил, но Аркадий каким-то образом умудрялся парировать большую часть моих ударов, а от двух в самый последний момент просто улизнул как уж.

Пытаясь отогнать меня подальше, он ударил в ответ, затем еще раз и теперь уже мне пришлось изворачиваться, чтобы он по мне не попал. Вот так Рахманинов! Ты высокий, я мелкий — у каждого свои преимущества.

Теперь уже он решил не давать мне времени на отдых и начал осыпать градом ударов со всех сторон. Я махал руками как лопастями мельницы, пытаясь успеть везде, но он не сдавался и все шел вперед.

В какой-то момент я решил пойти на рискованный трюк и попытаться зайти ему за спину. Отбил очередной удар, сделал ложный шаг вправо, затем рванул в левую сторону и нанес удар в спину левой рукой. Тот самый удар, который не раз уже приносил мне победу на этом турнире.

В этот момент я увидел, как вспыхнуло перед глазами, а затем еще одна вспышка и теперь это уже энергетический барьер Аркадия.

— Стоп! — услышал я громкий крик судьи, но не услышал за кем победа! Какого черта?

Тьфу ты, зараза! Когда он успел меня ударить, я понять не могу⁈ Это же я только что попал по нему!

Мы с Рахманиновым удивленно смотрели друг на друга, а в зале творилось какое-то сумасшествие. Кричали все кому не лень. Одни скандировали фамилию Аркадия, другие мою. Было ясно только одно — произошло что-то не очень понятное.

Тем временем судьи собрались в кружок и о чем-то оживленно спорили размахивая руками. О чем именно мы даже не догадывались.

— Ты слышал чью-нибудь фамилию? — спросил у меня Рахманинов, после того как прошло минут пять и судьи занялись просмотром видео.

— Не-а, — ответил я, глядя на Нарышкина, который размахивал руками и что-то мне кричал. Но из-за дикого шума вокруг я не слышал ни слова.

— По-моему, я тебя первый по шее ударил, — сказал он.

— Да ладно! Я-то тебя в спину явно раньше! — ответил я, удивляясь Аркашиной наглости.

Наконец главный судья поднялся на ринг и поднял руки верх, призывая всех к тишине.

— Внимание! Впервые в истории школьных турниров я объявляю ничью и двух победителей!

* * *

Отошел от поединка я лишь ближе к вечеру. Точнее уже в тот момент, когда праздничный вечер был в самом разгаре.

К этому времени я уже несколько раз просмотрел видео с моим финальным поединком, так что, да… Мы с Рахманиновым и правда одновременно пырнули друг друга. Мне не хватило всего какой-то доли секунды, но теперь это было уже не важно.

Два победителя турнира, это конечно, круто, но… Выходит, что я не очень-то выиграл турнир.

— Ну я бы так не сказал. Просто получилось так, что на этом турнире два победителя. Такое иногда бывает, мой мальчик, — успокаивал меня Дориан, пока мы с Нарышкиным смотрели как наши барышни участвуют в каком-то глупом конкурсе. Одним из уже многих прошедших, которые являлись частью программы по выбору королевы.

— Мне не хватило всего какого-то мгновения, Мор… Одной доли секунды!

— Так бывает, мой мальчик. Просто этот сукин сын Рахманинов, оказался слишком длинноруким, вот и все. К тому же, не забывай, что ему уже шестнадцать, а ты с ним сражался на равных. Просто здорово!

— Эх…

— Послушай, неужели тебе и правда не радостно? Сколько можно думать об одном и том же? Или тебе мания величия в голову стукнула? — Дориан упорно пытался улучшить мое настроение. — Я тебе говорю — это победа!

— При чем здесь мания величия? Дело не в этом… Слушай, как он так быстро двигается, а?

— Дело опыта, мой мальчик, — ответил Мор. — Поверь, еще максимум полгода занятий с Ткачом, и тебе этот Рахманинов и в подметки годиться не будет.

— Думаешь?

— Уверен на все сто процентов, — категорично рубанул Дориан. — Мне ли не знать?

— Ну ладно…

В этот момент к нам подбежали наши запыхавшиеся девчонки, которые в своих огромных платьях выглядели как груши.

— Ребята! Там новый конкурс, нужна ваша помощь! — сказала Алиса и схватила меня за руку. — Сейчас будем волшебные цветы собирать, а потом из них венки плести! Ты плел когда-нибудь венки?

Я жалобно посмотрел на Лешку, которого Дашкова тащила следом за собой, но он лишь обреченно покачал головой в ответ.

Вот же вечерок… Все так хорошо начиналось утром и чем закончилось? Только волшебных цветов мне еще и не хватало… Блин, там же еще и праздничный вальс потом… Вот зараза!

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

Напоминаю, что начиная с сегодняшнего дня мы вновь переходим на ежедневный режим выкладки. Пока никаких выходных!:) Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора, чтобы не пропустить обновления. Ну и конечно же прошу не забывать ставить лайки и оставлять комментарии!

Еще раз благодарю вас за поддержку!

Глава 2

С самого утра повалил снег. Огромные белые лопухи медленно падали на землю, укрывая все вокруг высоким снежным ковром. К тому времени, когда пришло время завтрака, насыпало уже порядком. Если так пойдет и дальше, то к вечеру вместо «Китежа» здесь появится огромный снежный сугроб.

Терпеть не могу этот день. Все разъезжаются по домам на новогодние каникулы, поэтому вокруг только и разговоров о том, кто куда поедет с родителями. Ну и всякое такое…

Правда в этом году ситуация была явно получше, меня-то теперь дед ждал в Белозерске. Завтра мой день рождения, вот с ним и буду его отмечать. Еще Корвин с нами, само собой, и на этом все. Котов и обитающего в доме деда призрака считать не буду. Хотя у меня была мысль пригласить еще и Лазареву, если она не уедет на какой-нибудь археологический сбор артефакторов. Но окончательно я еще не решил. Вечером подумаю.

— Слушай, Макс, у меня какое-то дежавю, — сказал Нарышкин, когда мы с ним завтракали в полупустой столовой. — Мы ведь с тобой и в прошлом году вот так сидели и завтракали, помнишь?

— Угу, — кивнул я, вяло перемешивая мед в овсяной каше. — Только тогда у нас завтрак был поинтереснее, не то что сегодня… Хоть бы ветчины порезали с колбасой… Ни яиц, ни бекона…

— Да, согласен, — ответил Нарышкин, который в отличие от меня уплетал кашу за обе щеки. — Завтрак был получше. Зато в том году ты не был чемпионом рыцарского турнира!

— Ну да, — усмехнулся я. — Должны же быть хоть какие-то радостные новости.

— Отец тебе привет передавал, — сказал княжич, подливая себе еще немного меда в кашу. — Говорил, что ты круто дрался. Жемчужников тоже в полном восторге!

— Ага, дядя Игнат мне звонил вчера, обещал какую-то прикольную штуку подарить за победу.

— Это хорошо, — одобрительно кивнул Лешка. — Дядя Игнат в подарках толк знает. От него всегда что-то полезное перепадает.

Вообще-то, вчера мне звонил не только Жемчужников… Первым позвонил дед, который, оказывается, внимательно смотрел за ходом турнира по интернету. Потом Ибрагим с Ткачом… Даже Полина нашла в своем плотном графике время, чтобы позвонить.

Это было очень неожиданно, между прочим. Тем более, что в этот момент рядом со мной была Цветкова, которая каким-то образом узнала, кто это звонит… После этого она сообщила мне о том, что у нее есть знакомый артефактор, который гораздо круче Лазаревой. Вот правда я так и не понял, как она заранее определила уровень Полины?

Ох уж эти девочки… Все им какие-то интриги мерещатся…

Но в этот раз нужно отдать Алисе должное, несмотря на то, что у нее после моего разговора с Полиной еще минут десять летели молнии из глаз, больше мне она ничего не сказала. Видимо, прошлый наш разговор пошел ей на пользу. Во всяком случае, пока эффект держался.

Кстати, сама Цветкова укатила из «Китежа» еще рано утром, вместе с Настей. После вчерашнего торжественного бала они обе были не в очень хорошем настроении, потому что ни одна из них не стала королевой бала. Девчонки считали это чудовищной несправедливостью и вообще:

— Как могла стать королевой бала эта тупая ослица Ольга Быкова? — негодовала Настя, после того как объявили результаты. — Ни кожи, ни рожи! Судьи — подслеповатые дураки!

Алиса была с ней полностью согласна. А вот у нас с Лешкой было на этот счет немного иное мнение. Ольга была очень даже ничего… Хотя и пятикурсница, но девчонка что надо! Кстати, она единственная, кого на фехтовании Гребень ставил против парней.

Мы несколько раз пытались достучаться до наших девушек и попытаться им объяснить, что тут ведь не только в красоте дело, там ведь еще и конкурсы были…

Но это было абсолютно бесполезное занятие. С таким же успехом можно было учить Бориса правильно организовывать засаду в камышах. Да и то, толка, наверное, было бы больше.

Если не считать это большой проблемой, то в остальном вечер прошел просто на отлично. Участников турнира награждали сразу после объявления королевы бала. Второе место досталось Соловьеву, а вот Вильсон оказался третьим.

Кстати говоря, до награждения никто из их компашки не задержался. Ушли сразу, как только объявили о начале процедуры.

Вот с наградой вышла заминка. В нашей группе за первое место полагался Браслет Стихий, который защищал владельца от различных стихийных атак. Хорошая штука, но только он был один, а победителей двое.

Мы с Рахманиновым прямо на сцене бросили жребий, и браслет достался Аркадию. Ну а мне пообещали подыскать не менее ценный подарок. Посмотрим, что они там раздобудут.

— Смотри как сыпет! — сказал Лешка глядя в окно. — Нужно валить поскорее, пока дорогу до Белозерска не завалило. Потом жди пока ее расчистят.

— Ну ничего страшного, у нас на Новый Год останешься, — подмигнул я ему.

— Да я бы с радостью… Но мы уже в Сочи собрались на Красную Поляну. Там будем отмечать, — сказал Нарышкин и ткнул в мою сторону ложкой. — Ты помнишь, что на Рождество ты обещал к нам?

— Кстати насчет Рождества… — я отодвинул тарелку и посмотрел на княжича, который уже успел напрячься. — Я очень постараюсь, но может не получиться.

— Почему это? Ты что, единственный ученик, у которого каникулы короче, чем у остальных?

— Да нет, при чем здесь… Просто у меня есть планы на эти каникулы, и я не знаю сколько это займет у меня времени. Мне нужно будет кое-куда съездить.

Вообще-то, сразу после Нового Года я решил вплотную заняться поиском второй части Вороньего Амулета. Боюсь, что если я этого не сделаю, то Корвин выклюет мне глаза. Это программа-минимум, а там видно будет — планов я себе наметил выше крыше.

— Куда именно, ты конечно же не скажешь? — с улыбкой спросил он.

— Извини, Леха, но это не только мой секрет, так что…

— Да ладно, Макс, не оправдывайся. Мы же не дети. Нельзя — значит нельзя. Если захочешь, сам расскажешь.

— Договорились, — кивнул я. — Но мне нужна будет твоя помощь кое в чем. Деду я скажу, что поехал к тебе в гости, так что ты, если что, прикрой меня. Он тебе звонить не будет, но мало ли…

— Не вопрос, прикрою. Ты только не забудь сказать с какого момента мне начинать ему врать, а то вдруг я скажу, что ты у меня в гостях, а ты в это время рядом с ним сидеть будешь.

— Скажу, не переживай, — пообещал я ему.

— Ты хоть скажи, где тебя искать, если что.

— Пока сам точно не знаю, — ответил я и глядя на его удивленное лицо добавил. — Ну, так бывает.

— Ладно, как знаешь. Ну что, валим?

— Валим.

Я не хотел задерживаться в школе дольше чем нужно, поэтому решил поехать в Белозерск вместе с Нарышкиным. Вещей у меня было немного, так что пока княжич там паковал свои чемоданы, я еще успел навестить Бориса и поздравить его с наступающим Новым Годом. Вряд ли я в ближайшие пару дней сюда попаду.

— Что тебе подарить? — спросил я у него в виде шутки, но неожиданно для меня конструкт задумался.

Я уже даже решил, что он завис, пока он наконец принял решение и выдал:

— Бум-бум… Музыка… Буррым?

Судя по интонации, последним словом он задал мне какой-то вопрос, вот только какой — пойди угадай. Но суть вопроса я уловил, Борис просил что-нибудь связанное с музыкой. Надо же, не ожидал от него… Нужно будет что-то придумывать теперь, раз уж сам вызвался подарок ему привезти.

— Задал ты мне задачку, — сказал я, глядя на него снизу-вверх. Снег валил так густо, что я даже его головы толком не видел. — Ну, я что-нибудь придумаю. Будет тебе музыка.

— Бараррум… Максим… Бом-бом!

— Ага, спасибо! Тебя тоже еще раз с наступающим!

Я помахал ему рукой и побрел со своими чемоданами на стоянку. Лешка сказал, что машина уже там, так что лучше в тепле его подожду.

Нарышкин возился почти час. Черт его знает, что там можно было собирать столько времени, но к тому моменту, когда он наконец пришел на стоянку, я даже успел задремать.

— Слушай, особа, приближенная к Императору, тебе говорили, что ты как барышня собираешься? Дольше Цветковой!

— Да ключ от комнаты искал, — пробурчал княжич и с силой захлопнул дверь. — Даже под кровать залезал, пока искал.

— Ну и где он был?

— У меня в руке… — ответил Лешка и угрожающе посмотрел на меня. — Только не вздумай мне что-то сказать!

— Я и не говорю, — поднял я руки вверх и вытащил из кармана пакетик с конфетами. — Хочешь карамельку?

— Нет.

* * *

— Мой чемпион приехал! — сграбастал меня в охапку дед, как только я появился на пороге его дома. — Опять подрос!

Вот блин! Я думал это только Хорнборн может обнимать с такой силой, что аж кишки вылезают, но оказывается, у моего любимого деда тоже был такой навык.

— А-а… Задавишь…

Он отпустил меня, привычно растрепал мои волосы и распахнул дверь настежь.

— Ну заходи, Максим, чего мы тут топчемся. Я тебя с самого утра жду, — он закрыл дверь, а я в это время отряхнулся от снега. — Ворон твой еще час назад прилетел! Думаю — ну раз так, значит и ты скоро пожалуешь.

Я даже удивляться не стал, что Корвин уже здесь. Просто это лишний раз подтвердило мою теорию о том, что он прекрасно понимает каждое мое слово. Хотя иногда пытается выставить меня идиотом и делать вид, что это не так. Особенно в те моменты, когда просит добавки, а я ему пытаюсь объяснить, что он уже достаточно слопал. Проглот.

Фауст с Пиратом тоже прибежали меня встречать и даже оба потерлись об мою ногу, но это длилось недолго. Не прошло и минуты, как некрокот съездил Пирату по уху, и они умчались в комнату выяснять отношения дальше.

В общем, все как всегда. Уютно, тихо, где-то на фоне играет «Роллинг Стоунз»… Вот только сегодня был еще один нюанс — в доме пахло елкой!

— Тащи чемоданы в свою комнату и спускайся вниз, — засуетился дед, забирая у меня куртку из рук. — Сейчас чай будем пить. Ты есть хочешь?

— Не-а, только недавно позавтракал.

Комната была точно такой же, какой я ее и оставил. Лишь по отсутствию пыли в ней можно было догадаться, что сюда кто-то заходил, а в остальном все так же. Вот только как-то меньше она стала, или мне так кажется?

— Кар!

— Да вижу я тебя, не слепой, — ответил я Корвину, который уже забрался на свою любимую верхнюю полку и теперь смотрел на меня оттуда своими черными глазами-бусинками. — После Нового Года мы с тобой в путешествие поедем, знаешь?

— Кар! Кар! — несколько раз громко каркнул он и часто защелкал клювом.

Вообще-то, я ему первый раз об этом сказал, до этого только планы насчет поездки строил и с Дорианом их обсуждал. Но почему-то мне казалось, что Корвин о чем-то таком догадывался и с каждым днем вел себя все более беспокойно. Даже есть меньше стал, а это верный признак того, что птица волнуется.

С дедом мы проговорили почти целый день. Чай плавно перешел в обед, а затем и ужин подоспел. Ну а что еще делать? Разве может быть что-то лучше хорошего разговора, когда за окном валит снег, а ты пьешь чай в уютной теплой комнате?

— Деда, ты не будешь против, если я завтра к ужину приглашу Лазареву? — спросил я у него, перед тем как отправляться спать.

— Полинку, что ли? — с улыбкой спросил он.

— Угу.

— Конечно нет, твой ведь день рождения. Можешь еще друзей пригласить, если хочешь.

— Нет, ее одной будет вполне достаточно. К тому же все остальные по домам разъехались.

— Понятно… Ну если у нас с тобой в гостях дама будет, тогда давай думать что будем готовить. Надо же ее чем-нибудь вкусненьким угостить! Или ты знаешь, что она любит?

— Она всеядная, — отмахнулся я. — По крайней мере, при мне ела все подряд.

— Вот как… — усмехнулся дед и погладил бороду. — Тогда ладно. Ты уверен, что она согласится?

— Уверен, — ответил я и пошел спать.

Вообще-то, я деду соврал, на самом деле сомнения у меня на этот счет были. Даже рука вспотела, когда я ждал пока она наконец ответит:

— Привет, Полина, — сказал я, как только услышал в трубке ее сонный голос. — Ты что, спишь уже? Девять часов вечера только…

— Привет, Темников. Между прочим, я почти всю ночь не спала… Последние заказы перед праздниками доделать нужно было… Что-то случилось?

— Да нет, ничего… Слушай… У меня завтра день рождения… Приходи к нам на праздничный ужин…

Ответа не было.

— Ты не подумай, ничего такого… Просто поговорить еще нужно…

— Ну вот, а я уже решила, что ты меня просто в гости приглашаешь, — рассмеялась она.

— Я не это имел в виду… В гости, конечно, просто еще тут…

— Ладно, не нервничай, я пошутила, — сказала она, затем подождала немного и спросила. — К деду, я так понимаю?

— Угу.

— Окей, к скольки?

— К семи вечера.

— Договорились. Спокойной ночи, Темников.

— Спокойной ночи, — ответил я, но она уже повесила трубку.

Я откинулся на кровать и простонал:

— Какой же я идиот…

— Согласен, мой мальчик, — тут же взялся за свое Дориан. — Я бы на твоем месте про дела не говорил.

— Спасибо, Мор, ты всегда найдешь, чем меня поддержать…

— Да ладно тебе, она же согласилась, разве нет?

* * *

Вечер прошел просто отлично! Дед рассказывал всякие забавные истории из своей жизни, так что к тому моменту как мы с Полиной пошли в мою комнату, у нас уже животы болели от хохота. Поэтому мы решили немного передохнуть перед десертом. Лазарева привезла мне огромный шоколадный торт, который нужно было обязательно попробовать.

— А неплохо здесь у тебя, — сказала она и плюхнулась на кровать.

— Кар! — громко сообщил о себе Корвин, недовольный тем, что его потревожили.

— Ух ты! У тебя здесь ворон живет? Прикольно! Это твой Корвин, что ли?

— Ага, — сказал я и сел в кресло напротив нее. — Но он не всегда со мной в комнате спит, бывает на улице. В общем, он парень самостоятельный, без меня решает где ему лучше.

— Прикольно, — улыбнулась она и поправила волосы.

Блин, а она правда симпатичная девчонка… Точнее сказать, она и раньше была ничего, но сейчас вроде бы даже еще лучше стала…

— Так о чем ты хотел поговорить?

— Сейчас, — я открыл свой шкаф, где хранил артефакты, взял оттуда кольцо, ключ и протянул их Полине. — Это я недавно нашел в одном месте. Ты можешь сказать, что это за ключ? Ну и за кольцо тоже буду благодарен.

Девушка сначала внимательно осмотрела кольцо, затем ключ и удивленно посмотрела на меня:

— Ты где это нашел, Макс?

— Да так… В одном очень нехорошем месте… — уклончиво ответил я. — Почему спрашиваешь? Знаешь что это такое?

— Это малахитовый ключ! — радостно сказала она.

— Да ладно? — всплеснул я руками. — Быть того не может! А я как дурак голову ломаю! Думаю, что за штука?

— Не язви, Темников, я не в обиду. Просто… Это необычный ключ.

— Ну это я тоже понял, — сказал я. — Весь интернет излазил, пока информацию искал.

— Нашел что-нибудь интересное? — спросила Полина, не отрывая взгляда от вещей, которые я ей дал.

— Много всякого разного, но ничего конкретного. Решил, что без тебя в этом деле не обойтись.

— Да… Вещица необычная… — задумчиво протянула она. — Такие ключики не простые замочки открывают. Осталось дело за малым, найти тот самый замок… Ну, а что за кольцо?

— Ключик и кольцо в одном месте лежали, — ответил я. — Не обязательно, что обе вещи принадлежали одному и тому же человеку, но возможность такая есть.

— Блин, Макс, кто так над этим колечком поиздевался? — нахмурилась Лазарева. — Все облезло… Оно что, в какой-то кислоте хранилось?

— Можно и так сказать.

— Где ты только такие места находишь? Вечно притащишь что-нибудь такое. Вот как понять, что здесь было изображено?

— Ну знаешь, тебя тоже по таким местам носит, что сам черт ногу сломит.

— Ладно, не рычи, — она улыбнулась. — Поработаю с твоими находками. Такое не каждый день в руки попадает. Только смотри, на быстрый результат даже не рассчитывай. Такие дела быстро не делаются. Знаешь, сколько вариантов может быть?

— Много, наверное, — вздохнул я. — Да я тебя и не тороплю. У меня пока своих хлопот хватает.

— Кар! — вновь напомнил о себе Корвин.

— Ну и отлично тогда, — сказала она и встала с кровати. — Идем пить чай? Что-то птица твоя нервничает.

Я открыл ей дверь, подождал пока она выйдет, услышал ее шаги на лестнице и повернулся к ворону:

— Ну вот чего ты раскаркался? Совершенно не умеешь вести себя с дамами!

— Кар!

— Сам такой!

Глава 3

После торта дед ушел заниматься своими делами, а мы с Лазаревой еще немного поговорили, перед тем как она уехала. Меня интересовал один вопрос насчет конструкта, пробуждение которого она собиралась отметить на вечеринке.

Если бы у нас получилось встретиться в запланированное воскресенье, то вопросов было бы больше, ну а так мы уже с Борисом были хорошо знакомы, так что многие из них отпали за давностью дней.

Главным образом меня интересовало — что он такое? Иногда он выглядел слишком разумным для обычного конструкта.

— Хороший вопрос, Макс, — ответила она, отхлебнув немного глинтвейна, который дед у меня готовил просто восхитительно. Правда вместо вина он виноградный сок добавлял, говорил, что с вином слишком забористый получается. — Почему ты спрашиваешь?

— Потому что он не похож на обычную консервную банку, которой впихнули модель поведения. Мне иногда кажется, что был какой-то человек и его вдруг превратили в Бориса. Как бы тебе объяснить…

— Да ладно, особо не напрягайся, я знакома с Борисом, — ответила она и посмотрела на меня поверх кружки. — Ты что думаешь, я несколько лет ломала голову над вопросом как его пробудить, и не приехала бы с ним познакомиться?

— А-а… Понятно… Тогда что скажешь?

— Ничего, — она пожала плечами. — Что ты так на меня смотришь? Думал, я знаю ответы на все вопросы в мире? Нет, Максим, к сожалению, не знаю. И насчет Бориса тоже. Сейчас подобных ему никто не создаст. Ты правильно говоришь, теперь делают жестяные банки с узкой специализацией… Так что, школьный конструкт в своем роде уникален. Древняя магия, понимаешь?

— Я думал, с годами магия только развивается, — припомнил я разговор с Чертковым.

— Что-то находим, что-то теряем, — пожала она плечами. — Одно без другого не работает. Может быть, где-то глубоко в школьных архивах и хранится гримуар с полной инструкцией к Борису, но у меня такого нет. О нем известно только то, что в общем доступе — он безобидный эксперимент прошлого.

Она помолчала, отпила еще немного напитка и добавила:

— Но я с тобой согласна, этот парень полон загадок. Думаю, он преподнесет еще не один сюрприз.

— Кстати, он у меня музыку попросил на Новый Год, представляешь?

— Какую музыку?

— Не знаю, — улыбнулся я. — Это же Борис… Но я что-нибудь придумаю.

— Даже не сомневаюсь, — хохотнула Полина. — У тебя не заржавеет! Ну а ты сам чем думаешь на каникулах заниматься?

— Хочу в небольшое путешествие отправиться в Подмосковье. Дня на три-четыре. Может чуть больше. Как пойдет, в общем.

— Что делать будешь?

— Да так, ничего особенного. Отдыхать, природой любоваться… Кстати, дашь мне завтра оптирадиус до конца каникул?

— А что, в Подмосковье без оптирадиуса никак? — подмигнула она. — Или ты через него собрался на природу смотреть? Тебе зачем?

— Надо значит, — ответил я.

— Ну если надо, тогда другое дело, — рассмеялась Полина. — Дам, конечно, что за вопрос. Ты только смотри там осторожнее на природу любуйся, а то я к тебе уже привыкла… Да и вообще — как я без тебя за третьей частью амулета пойду?

— Уже знаешь где она лежит?

— Пока еще нет, но кое-какие соображения есть. Там места глухие, так что теперь уже все равно нужно будет ждать пока снег сойдет. Видел, что за окном творится?

За окном по-прежнему валил снег… Представляю сколько его за ночь насыплет. Хотя, чего мне беспокоиться? Сегодня только тридцатое, выезжать из Белозерска я собрался не раньше второго января… Как-нибудь разгребутся к этому времени.

— Ну а что там башня? — отвлекла меня от размышлений Лазарева. — Лазил к ней еще раз?

— Угу, — кивнул я. — Лазил. Все так, как ты и говорила, ничего интересного. Просто башня и все.

* * *

Два праздничных дня пролетели незаметно. Особенно тридцать первое декабря. Мне кажется, что я едва успел проснуться и отправиться по делам, как уже пришло время садиться за стол.

Между прочим, дел было выше крыши. Для начала мы отправились с дедом в магазин, чтобы докупить всякой всячины. Неожиданно позвонил Жемчужников и спросил не будем ли мы против, если он к нам нагрянет Новый Год встречать.

Освободился я лишь к полудню и первым делом поехал к призракам на базу «Теней», которых уже давно не видел. В кои веки они собрались все вместе в одной комнате и проводили время за просмотром телика, рассказывая друг другу как правильно отмечать Новый Год. Они даже гирлянды здесь развесили, надо же. Вот кренделя.

Понятное дело, что каждый считал свои праздники лучшими. Особенно упорствовал Кастанеда, который был убежден в том, что на его бывшей родине все проходило гораздо веселее.

Они переругивались между собой почти два часа, все то время, пока я был у них в гостях. Но все равно это были классные два часа! Я практически не участвовал в разговоре, но это не мешало мне получать от него удовольствие. Было полное ощущение того, что я знаю этих ребят не один год. Необычное чувство… Вроде бы не так часто видимся…

— Так бывает, когда сражаешься с кем-то плечом к плечу, мой мальчик, — решил просветить меня Дориан в тот момент, когда Серебро отстаивала свой Новый Год, покрывая всех отборными ругательствами. — Когда это происходит, люди очень быстро сближаются между собой.

Что-то в этом было. Возможно так оно и есть. Никогда не думал над этим.

Ну а после этого я заскочил в мастерскую к Лазаревой, которая даже тридцать первого торчала на работе и корпела над каким-то очень срочным заказом. Времени у нее не было совсем, поэтому мы с ней толком и не разговаривали. Я забрал обещанный оптирадиус, а она еще раз пожелала мне быть осторожнее и если что, сразу звонить ей.

Маленький Белозерск в этот день был похож на растревоженный муравейник, так что передвигаться по городу было крайне затруднительно. Пробки, снег, суета…

Что говорить, если я от Морока до своего дома добирался на такси около часа, хотя обычно на это уходило не больше двадцати минут. Так что к тому времени, когда я оказался дома, уже было пять часов вечера.

Но дед к этому времени уже управился. Оставалось только поставить мясо в духовку и все было готово к приходу дяди Игната, которого мы ждали к шести часам вечера.

Вот только к шести он не пришел… На звонки не отвечал… Мы уже начали волноваться как бы с ним ничего не случилось в дороге по такой погоде. Дед сказал, что он из Москвы к нам сейчас едет, так что было, о чем переживать.

Жемчужников появился лишь к половине девятого. Взволнованный, радостный, весь в снегу и с непривычно красным лицом с морозца. В руках у него был шоколадный торт, а в руке сумка.

— Вот! Смотрите что достал! — прошипел он, демонстрируя нам тортик. — Последний выбил! Твой любимый, Макс! Между прочим, мне за него чуть голову не снесли! Ну и суета!

— Спасибо, дядя Игнат! — сказал я, принимая подарок.

— Нарышкины в Сочи укатили, а я думаю — чего одному сидеть? Новогодняя ночь все-таки. Так что вот, решил к вам рвануть, — сказал он, пока дед помогал ему снять пальто. — Примите?

— А то! — рассмеялся я. — Проходите, дядя Игнат! Мясо уже два раза подогревали!

Он улыбнулся, посмотрел на моего деда и похлопал себя по груди.

— Все со мной, Тимофей Игоревич, как и обещал… Пришлось к Голицыну за помощью обращаться, их-то в магазине не купишь… Еще и два сразу же нужно было. Целое дело, я вам скажу.

— Ну вот и прекрасно, — ответил дед. — Самое главное, что все получилось. Прошу к столу, барон.

— Как вкусно пахнет в этом доме! Два дня ничего не ел толком! — сказал Жемчужников с шумом вдыхая царящие в доме ароматы. — Что за мясо? Говядина?

— Ошибся, Игнатий. Баранья нога, — ответил дед. — Достали по случаю хорошую…

— О! Вообще прекрасно, — барон плюхнулся в кресло и вытер пот со лба. — Ну блин, помотался я за эти дни!

— Ждите, я сейчас, — сказал дед и ушел на кухню, откуда вскоре раздался характерный звук открывающейся духовой печи.

Вскоре он вернулся с огромным блюдом, на котором лежала запеченная нога, обложенная картофелем.

— Ну вот и главная гостья пожаловала! — он поставил блюдо на стол, где для него заранее освободили место и снял кухонную рукавицу. — Ты смотри, даже коты пожаловали!

На самом деле Пират с Фаустом давно уже в столовой околачивались. Первый надеялся чем-нибудь поживиться, а второй все время пытался его загрызть. В результате, с периодичностью каждые десять минут, оба начинали кататься по полу клубком, врезаясь в мебель и шатая стол. Ну коты, что с них взять…

— Деда, у меня уже слюни текут! — не выдержал я, глядя на сочную баранину и размышляя какой бы кусок повкуснее себе отчикать. — Давайте начинать!

— Погоди, Максим, сначала подарки, — осадил меня дед. — Ты-то мне утром пластинку подарил, а теперь моя очередь.

Это дед говорил про мой подарок, который я для него купил в одном интересном магазинчике. Третий альбом «Лед Зеппелин» в оригинальном издании. Он любил всякие такие штуки коллекционировать.

— Я бы даже сказал не моя, а наша, — продолжил тем временем дед. — Это тебе от меня и от Игнатия подарок будет. На Новый Год и на день рождения сразу.

— Тут еще господин Голицын руку приложил, — добавил Жемчужников. — Без него никак не вышло бы эту штуку достать, так что, держи, Максим.

Он вытащил из кармана пиджака какой-то браслет и передал его мне. Обычный браслет из белого металла, ничем не примечательный на первый взгляд… Разве что кроваво-красный камень на нем размером с небольшую вишенку.

— Этот артефакт называется Вампир, — сказал дядя Игнат в ответ на мой вопросительный взгляд. — Вы с Лешкой нас порядком напугали в тот раз, когда нашли руны смерти на дверях своих комнат, поэтому мы тут все вместе посоветовались и решили сделать вам с княжичем одинаковые подарки.

— Чтобы никому обидно не было, — подмигнул мне дед.

— Для чего он нужен? — спросил я и надел браслет. Кстати, нормально так смотрится.

— Этот артефакт питается магической энергией и может ее накапливать, — ответил Жемчужников. — Ну вот к примеру, если говорить о тех самых рунах… Снять их дело рискованное даже для меня. Семь потов сойдет, пока с ним справишься. А вот этим артефактом ты бы мог просто уничтожить эту руну, приказав Вампиру ее выпить. Он бы просто ее впитал, понимаешь? Руна — это же магическая энергия в чистом виде.

— Как это — приказал бы? — удивился я.

— Вот так, — прошипел он в ответ и улыбнулся. — Он может забирать ее по твоему приказу, а потом отдавать ее тебе. Этот камень называется кровавик и на него можно настраиваться, чтобы иметь возможность давать ему указания. Я тебе потом покажу как это делается. Пока пусть он побудет у тебя на руке и немного привыкнет. Так даже будет лучше.

Кровавик. Я слышал об этом камне. Они были безумно дорогими и очень редкими. Их использовали артефакторы в своей работе. Теперь я понял, о чем говорил дядя Игнат, когда упоминал Голицына. Такие камешки сложно достать.

— У меня таких дома был целый ларец, — сказал Дориан. — Меня ими снабжали родственники Хорнборна. Хорошие камешки, нечего сказать. Но бывают и получше. Вот, например, гармалин…

— Какой еще гармалин, Мор? Что ты там опять выдумываешь? — спросил я, с интересом рассматривая свой подарок.

— В твоем мире такого нет. Он раз в сто помощнее этого твоего кровавика, если его в артефактах использовать, — ответил. — И красивее тоже в сто раз. Это как минимум.

— Врешь небось как всегда…

— Пфф…

— Это, наверное, очень дорого? — спросил я и посмотрел на деда.

— Не дороже тебя, — смутился он и взял в руки нож с вилкой. — Ну что сидим? До Нового Года два часа осталось, а мы еще даже по кусочку не съели! Приступаем, господа!

И мы приступили.

* * *

Второго января рано утром я, как и планировал, выехал в Подмосковье. Точнее мы… На этот раз в путешествие вместе со мной отправился и Корвин. Ну а как иначе, попробовал бы я его с собой не взять.

Правда пришлось посадить его в специальную клетку, иначе нас бы просто никуда не пустили, но он это стерпел. Возмущенно покаркал для приличия, но после того как я ему сказал, что если не так, то он остается дома, успокоился.

Деду я сказал, что поеду в гости к Нарышкину, а заодно заскочу к родителям на один день — я обещал матери приехать, когда она звонила, чтобы поздравить меня с днем рождения.

Я так и сделал. Почти. Сразу по приезду в Москву поселился в гостинице по родовому перстню и решил, что первым делом я поеду на разведку в Подмосковье. В то самое место, где по моим расчетам должно было находиться нужное мне место.

На этот раз все было проще. В отличие от Заставы у Черного Ручья, где лежала первая часть амулета, вторую точку я нашел сам через интернет. Оказалось, что это даже не секретное место, и если посмотреть на подробную карту Подмосковья, то выяснится, что там находится Мраморная часовня.

По легенде ее установили в дань памяти малолетнего Московского князя Михаила, который вроде бы как был убит там выкравшими его предателями. Я особо не вникал, но что-то такое. К чему мне лишние подробности, если они к делу не относятся? Главное, что где-то там вторая часть Вороньего Амулета…

Взяв все свои артефакты и металлический чемоданчик с броней, я вызвал такси и просто сказал куда мне нужно. Вот так все просто. Таксист даже не уточнил ничего, сразу понял о каком месте я говорю.

Правда на середине пути решил спросить зачем мне понадобилось в эту часовню и почему я еду с вороном? Пришлось ему сказать как есть — не его это ума дело. После этого он замолчал до самого конца пути, что меня вполне устраивало.

Мраморная часовня находилась километрах в пятнадцати от Воскресенска. Мы ехали по хорошей ровной дороге почти до самого конца и когда оставалось что-то около километра, она вдруг закончилась небольшой парковкой, от которой уходили ступеньки вверх. Дорожка со всех сторон была окружена заснеженными деревьями.

— Все, парень, здесь конечная, — сказал таксист. — Дальше пешком по ступенькам, вон они, видишь.

— Вижу, — ответил я, расплачиваясь за проезд. — Далеко идти?

— Понятия не имею. Я там не был никогда, — ответил он и ухмыльнулся. — Мне эти часовни всякие до лампочки. Я таксист, а не экскурсовод.

— Понял… Спасибо, — сказал я, затем открыл дверь и начал выбираться из машины. — Всего вам доброго.

— Угу, и тебе не хворать.

Он уехал, а я остался на парковке совсем один. Кроме меня здесь был еще какой-то микроавтобус, который больше походил на огромный сугроб. Наверное, давно здесь стоит.

В этот момент Корвин засуетился и запрыгал по клетке, да так, что чуть не выбил у меня ее из рук. Я поставил клетку на снег, аккуратно вытащил его оттуда, чтобы он не поранился, и отпустил. Он несколько раз подпрыгнул на снегу, посмотрел по сторонам и улетел.

— Ну что, Дориан, потопали, — сказал я, осматриваясь вокруг. — Нужно поторапливаться, пока еще совсем не стемнело.

— Давай, мой мальчик, шевели ногами, — подбодрил он меня. — Мне кажется, мы с тобой правильно приехали. Чувствуешь?

Я чувствовал. Причем довольно сильно. Где-то недалеко был очень мощный источник магической энергии и теперь нужно было его найти.

— Как думаешь, Мор, может быть, это в часовне? — спросил я, начиная подниматься по лестнице.

— Понятия не имею, — ответил он. — Я ведь темный маг, а не экскурсовод.

— Очень смешно…

Ступеньки уходили вверх все круче и круче. Причем ступеньки сами по себе были очень неудобные — высокие такие, как будто их для баскетболистов строили. Я шел и шел, а они все не заканчивались. Какие-то бесконечные.

Странное дело. Снизу это было похоже на небольшой холм, а когда идешь, как на высокую гору поднимаешься. Наконец появилась небольшая площадка с заснеженной лавочкой, на которой можно было немного передохнуть.

Я плюхнулся прямо на снег и поставил рядом с собой клетку. Тяжелая, зараза… Нужно ее здесь пока оставить, а на обратном пути заберу. Кому она нужна? Здесь кроме меня, наверное, и нет никого. Ну разве что там, наверху. В самой часовне. Но туда еще дойти нужно.

— Как думаешь, Дориан, эта площадка означает, что мы прошли половину пути? Что-то я уже устал… — пожаловался я своему другу.

— Карр! Карр! Карр!

Блин! Прямо над головой! Я аж подпрыгнул вместе со своим чемоданчиком!

— Корвин! Чтоб ты всрался! Ты меня точно заикой сделаешь! Чего разорался?

В этот момент ворон спланировал вниз и немного попрыгал передо мной, а затем потопал между кустами в сторону от ступенек.

— Ты хочешь сказать нам туда?

— Карр! — услышал я откуда-то из-за деревьев.

— Ну как скажешь, туда — значит туда.

Я встал и пошел следом за Корвином, пробираясь между густыми кустами. Блин, зараза, как же все заросло-то…

— Макс, ты ничего не забыл? — неожиданно спросил Дориан.

— Не понял?

— Клетку-то оставь, зачем ты ее с собой прешь?

— А-а… Ну да, точно…

Глава 4

Идти было непросто. Уклон становился все круче и ноги все чаще скользили по снегу. Очень правильная была мысль оставить клетку на той площадке, иначе я бы с ней уже давно тарахтел вниз.

Корвин перелетал с дерева на дерево, уводя меня все дальше от часовни. Но шли мы правильно, это я чувствовал по тому, что источник энергии становился все мощнее.

Интересно, как далеко мы отошли от часовни? По моим ощущениям уже на километр, не меньше. В этот момент я услышал громкий звук колокола. Я остановился, прислушался и попытался определить откуда он идет, и мне показалось, что откуда-то снизу.

Это что же, получается, что мы обошли его и залезли на гору? Ну судя по уклону очень даже может быть. А вот колокольный звон означает, что в Мраморной колокольне однозначно кто-то есть.

Вообще-то, прогулки по вечерней зимней роще не самое увлекательное занятие. Сначала окружающая тишина начинает сильно давить, а когда к ней привыкаешь, появляется новый раздражитель — любой неожиданный звук, которых здесь хватало.

То ветка где-то треснет… То мягким и увесистым хлопком снег упадет с дерева… Все время кажется, что все вокруг тебя живое. Оно, конечно, так и есть, но привыкнуть к этому не получается. Так что сигнал о том, что недалеко есть еще люди, как-то подбадривал. Если что — буду драпать в часовню.

Темнело буквально на глазах, так что идти становилось сложнее. Кольцо Ночного Зрения очень помогало, но не спасало. Пришлось повесить Светящийся Огонек, иначе я рисковал полететь вниз вместе со своим чемоданчиком, а это в мои планы не входило.

Наконец Корвин остановился. К этому моменту я уже весь промок, а поток энергии был настолько сильным, что я ощущал небольшие вибрации в воздухе.

— Ну и куда ты меня привел? — спросил я у него, осматриваясь по сторонам.

— Карр! — ответил он и несколько раз щелкнул клювом.

Так, похоже ворон хочет сказать, что это где-то здесь. Вот только где? На первый взгляд ничего такого нет. Хотя…

Я подсветил огоньком чуть выше и увидел, что прямо надо мной на холме есть какое-то большое темное пятно среди белоснежного покрывала.

— Я думаю, нужно посмотреть что там такое, — вступил в дело капитан Очевидность, еще известный как Дориан. — Мне кажется, там может быть вход куда-нибудь.

— Что бы я без тебя делал, Мор, ума не приложу.

— Само собой, мой мальчик. Только я бы на твоем месте перед этим надел броню.

Да, мысль правильная. Неохота, конечно, на холоде переодеваться, но с другой стороны, если бы я надел ее раньше, то это было бы намного хуже. Тогда я точно уже давно летел бы вниз. Пробираться по этим местам в полном обмундировании, да еще и в куртке сверху, такое себе удовольствие.

Я наскоро надел на себя броню, оставил куртку с чемоданом внизу и воспользовался левитацией, чтобы подняться наверх и изучить странное пятно.

Дориан оказался прав, похоже это было то, что нам нужно. Огромная нора, которая уходила куда-то вглубь холма. Я запустил Светящийся Огонек внутрь и вложил в него еще немного энергии, чтобы он дал больше света.

Нора успела зарасти кустами, так что пришлось немного поработать мечом, чтобы пробраться вглубь. Метров через пять я уперся в каменную стену. Вполне ожидаемо. Если уж что-то прятать, то как раз за вот таким вот огромным камнем, который должен был дать знать всякому, кого угораздило сюда забрести, что дальше пути нет.

Вот только я знал, что путь там есть. Поэтому для меня эта стенка в виде куска скалы как раз не тупик, а дверь, которая дает понять, что я пришел туда, куда нужно. Да и энергии здесь было столько, что отпадали всякие сомнения.

— Карр! — услышал я за спиной Корвина, который тоже пришел посмотреть, что здесь происходит.

Кольцо Магического Взора ясно давало мне понять, что никаких магических ловушек на камне нет, поэтому можно было смело сразу пробовать его открывать.

Для начала попробую воспользоваться Даром Форваля, ну а если не сработает, тогда уже буду пытаться через некрослой. Саблю я с собой не брал, чтобы не привлекать к себе особого внимания, но теперь это уже было не критично. Я ведь знаю первую дюжину некросимволов, а среди них есть такие, которые позволят себя защитить.

Я сказал нужные слова для активации Дара Форваля и камень подсветился красным светом. Он разгорался все ярче, но ничего не происходило. Когда свечение стало спадать я уже начал думать, что ничего не выйдет, как вдруг раздался громкий треск.

На всякий случай я отскочил назад, чтобы меня не завалило камнями, если вдруг произойдет нечто подобное.

— Карр! Карр! — недовольно раскаркался Корвин, который чуть не попал мне под ноги.

— Сам виноват! Нечего под ногами вертеться!

Тем временем треснуло еще раз, теперь уже звук был более глухой, зато протяжный, как будто внутри холма что-то происходило.

Новый треск… Хррррррр… Камень медленно поехал в сторону, освобождая проход. Когда он преодолел почти половину пути, внутри холма что-то вновь громко треснуло, и он замер на месте.

Ну и ладно. Я ожирением не страдаю, так что пройти между камнем и стеной для меня вообще никаких проблем не составит.

Для начала я решил запустить туда Светящийся Огонек, который все время болтался над моей головой. Теперь для меня контролировать это заклинание и между тем заниматься своими делами, вообще не было никакой проблемой. Черткову очень хорошо удалось вколотить в меня этот навык.

Не понял… Там что, опять стена? Блин, похоже на то. Только теперь это не обычная стена, а магическая. Она вся светилась нежным голубым светом. Так, вот это уже похуже…

Стоп, а это что за штука? На полу было нечто, похожее на миниатюрную каменную гробницу. Оно было размером с большую книгу, типа какого-нибудь справочника по истории, которым можно от врагов отбиваться.

— Ну что, попробуем открыть? — спросил я Дориана.

— Магии на нем вроде бы нет… — задумчиво сказал Мор.

— Как думаешь, что это за штука? Хоть и похоже на гробницу, но не думаю, что там лежит чей-то труп.

— Согласен, — поддержал меня мой друг и тут же посеял во мне новое сомнение. — Вот только, как бы понять, опасно до нее дотрагиваться или нет? Тут тебе и некрослой не поможет.

— Карр! — услышал я за своей спиной, а еще через мгновение к нам прискакал Корвин, который без особых раздумий запрыгнул на эту каменную конструкцию.

— Можно открывать, — сказал Дориан.

— Блин, Мор… Ты как всегда в своем стиле. Теперь-то и ослу понятно, что можно открывать.

— Грубиян. Я ему тут ценные советы даю, а он мне дерзит…

Стараясь не обращать внимания на его причитания, я согнал ворона и попробовал снять верхнюю каменную плитку. К моему удивлению она легко поддалась, а я уже думал, что придется ломать всю эту хреновину.

Внутри лежало пять ключей. На первый взгляд они были совершенно одинаковыми, но когда я взял их в руки и рассмотрел поближе, то оказалось, что на каждом из них разное количество зубцов. На первом три, а на последнем — семь. Остальные расположились между ними.

Что за хреновина? Зачем мне нужны эти ключи? Может быть, они открывают эту магическую дверь?

Я приблизил к камню Светящийся Огонек и увеличил его мощность на максимум своих возможностей. Небольшую комнату залил яркий белый свет, и я увидел пять отверстий на камне.

Угу, понятно. Ну вот и нашлась отгадка для чего нам нужны эти ключи. Теперь начиналось самое сложное, нужно как-то определить куда какой ключ вставлять…

— Я бы хорошо подумал на твоем месте, прежде чем начинать что-то делать, — сказал Дориан. — С этими волшебными дверями всегда столько хлопот…

— Чего ты напрягся, Мор? — спросил я у него, еще раз внимательно осматривая камень. — Ловушек на нем никаких нет, что может случиться?

— Ну, например, после первой твоей ошибки ее может заклинить и тогда ты вообще не сможешь попасть внутрь, — предположил он.

Да, есть такая вероятность. Об этом я как-то не подумал.

— Хочешь сказать, что для начала нужно попробовать без ключей?

— Ну я бы попытался. Чем черт не шутит.

Я попытался. Для начала вновь попробовал использовать Дар Форваля, который только что помог открыть мне первую дверь. Хрена с два. На этот раз никаких тресков, хлопка, хрустов… Вообще ничего не произошло. С таким же успехом я мог треснуться об нее лбом.

Так, значит пришло время применять тяжелую артиллерию и входить в некрослой. Думаю, это уж точно сработает. Перед тем как открыть проход, я приготовился к разным развитиям событий.

Поэтому на всякий случай убедился, что я отлично помню Слово-Серп, чтобы отбиться от некротварей, появись они где-то рядом. Ну и само собой, Слово-Омут, это если мне срочно потребуется спрятаться и закосить под ветошь.

Раз, два, три… Погнали… Характерный звук разрыва пространства и передо мной появляется проход, в котором я ясно вижу стену. Осторожно пытаюсь просунуть сквозь нее руку и… Ага, как бы не так. Я вновь упираюсь в невидимое препятствие!

Как такое может быть, я понять не могу?

— Помнишь, старик говорил, что существуют заклинания, которые создают барьер, через который нельзя никак пройти, — сказал мне Дориан. — Даже через некрослой.

— Точно, что-то такое было… — припомнил я. — Но кому понадобилось защищать эту дверь таким заклинанием?

— Макс, там лежит часть Вороньего Амулета и насколько я понял, это очень мощная штука, — решил напомнить мне Дориан. — Кто-то очень хотел, чтобы она там и оставалась.

— Ты хочешь сказать, что когда это делали, то думали, что вот припрется Темников, войдет туда через некрослой и сопрет ее? — недовольно пробурчал я, глядя на дверь, которая начала меня раздражать.

— Думаю, скорее просто поставили мощную защиту, — ответил Мор. — Во всяком случае, достаточно мощную для того, чтобы ты туда не смог попасть.

Я вернулся в наше измерение и закрыл разрыв. На этот раз поход в некрослой меня порядком разочаровал. Тем более, что я себя уже настроил на то, что дело практически сделано и через него я по-любому пройду через эту долбаную дверь.

— Ну что, Корвин? Есть какие-нибудь мысли? — спросил я у ворона, который внимательной следил за моей суетой.

Судя по его взгляду, мыслей, которыми он бы хотел поделиться, у него не было. Печалька.

Так… Пришло время пораскинуть мозгами и понять, как использовать эти ключи.

— Дориан, как ты думаешь, если ключ с наименьшим количеством зубцов вставить в первую замочную скважину и пойти поочередно, что-нибудь из этого выйдет?

— Хм… Ну логика есть. Хотя не думаю, что все так просто. Здесь могут быть какие угодно варианты. Может быть, через один, а может быть еще как-то… — ответил он. — Нет, мой мальчик. Я уверен, что здесь кроется какая-то загадка и ее просто нужно разгадать.

— Просто? Где ты здесь увидел это «просто»? — пробурчал я и вновь приблизил Светящийся Огонек к двери. — Ничего же не понятно… О! Дориан! Смотри-ка! Здесь над каждой замочной скважиной есть какой-то рисунок!

— Точно! Теперь вижу!

— Так, что здесь у нас… Медведь, Паук, Собака, Белка и Кот. Прикольно. Ну и что это значит? — я посмотрел на ключи, в надежде на каждом из них тоже увидеть рисунок, но нет. Даже намека никакого не было.

— Я думаю, эти рисунки что-то значат, — вновь вступил в дело капитан Очевидность по фамилии Мор.

— Дориан, вот если бы ты сейчас стоял рядом, я бы тебе с удовольствием влепил поджопник! Крепкий такой! Чтобы надолго запомнил! — пригрозил я ему. — Я, по-твоему, совсем идиот?

— Ну не совсем, конечно…

— Ага, значит ты уже все понял, правда?

— Помолчи. Мне нужно подумать пару минут в тишине.

— Давай, я тоже подумаю.

Я оперся спиной об стену и стал скрипеть мозгами, в надежде увидеть какой-то смысл в этих картинках и понять, каким образом к каждой из них относится ключ.

Прошло минут десять.

— Дориан? Ты что-нибудь придумал? Две минуты прошло.

— Пока нет, — нехотя признался он. — А ты.

— А я — да. Нужно звонить Лазаревой. У нее голова хорошо варит насчет всяких таких штук.

— О! Хорошая мысль, мой мальчик. Похоже ты не безнадежен. Иногда умеешь думать головой.

Я вытащил из кармана телефон и… само собой, он здесь не ловил сигнал. Кто бы сомневался.

— Хреново… — расстроился Мор.

— Нужно попробовать выйти наружу. Мы же все-таки в пещере, здесь вполне может не брать.

Эти несколько шагов были очень волнительными. Не хотелось бросать дело на полпути, а потом еще раз возвращаться сюда. Если и снаружи сигнал не будет брать, то это будет хреново. Правда еще не факт, что Полина найдет отгадку, но попробовать в любом случае стоило.

Снаружи телефон брал… Всего одна полоска, но тем не менее. Я набрал номер Лазаревой и стал ждать. Не берет. Твою мать. Ну почему всегда, когда…

— Алло… — услышал я сонный голос Лазаревой.

— О! Наконец-то! Полина! Я так рад, что до тебя дозвонился!

— Темников, ты чего орешь? Тебе что, дед глинтвейн с вином вместо виноградного сока по ошибке сделал?

— Да нет, при чем здесь! Просто у меня к тебе срочное дело! Очень-очень срочное.

— Эх… В кои веки решила лечь поспать пораньше… — пробормотала Лазарева и зевнула. — Но разве ты дашь? Говори, что там у тебя случилось.

Стараясь не терять времени, я быстро рассказал ей про ситуацию в которой оказался, и описал проблему.

— Ну что, поможешь? — спросил я, закончив говорить.

— Подожди, не так быстро… Я еще не проснулась до конца, — ее голос был немного сонным, но девушка уже явно говорила бодрее. — Давай еще раз. Как ты там говорил? Конь…

— Да не конь, а кот!

— Ну кот… Давай еще раз, я говорю. Только не так быстро.

Я повторил еще раз. Теперь уже медленнее, с расстановкой.

— Другое дело, — сказала она, после того как я закончил. — Где это тебе такая загадка попалась, интересно знать?

— Извини, Полина, но не могу сказать.

— Понятно. Ладно, Темников, мне нужно подумать.

— Ты только спать опять не ложись, хорошо? А-то я здесь замерзну к чертям.

— Постараюсь, — пообещала она и положила трубку.

— Будем ждать, — сказал я Дориану.

Время шло. Вокруг уже стало совсем темно, мрачно и главное — очень холодно. Я уже слетал вниз, чтобы взять куртку, но это мало чем помогало. Мороз крепчал, а Полина все не звонила.

Чтобы немного согреться, я активировал свой энергетический меч и начал делать разминку, которой научил меня Ткач. Я размялся один раз. Затем еще пару раз, а потом мне это надоело.

Холодно-то как! Ну охренеть просто! Терпеть не могу оставаться ночью в холодном зимнем лесу!

— Можно подумать, что у тебя уже такое было, — сказал Дориан, который, судя по голосу, самым наглым образом спал все это время.

— При чем здесь было или нет? Мне одного раза достаточно, чтобы понять, что я это терпеть не могу.

В тот момент, когда я понемногу переставал чувствовать пальцы на ногах, наконец зазвонил телефон.

— Слушаю!

— Макс! По-моему, я поняла в чем там дело! — радостно кричала в трубку Лазарева и от ее слов мне как-то сразу потеплело.

— Ну⁈ — нетерпеливо потребовал я.

— Смотри, я так думаю… Ключ, на котором три зубца, нужно вставить в замочную скважину над которой изображен кот. Ключ с четырьмя зубцами — в ту, над которой нарисован паук. Логику понял?

Я помолчал немного, осмысливая ее слова и тут меня осенило:

— Ты хочешь сказать, что количество зубцов означает каждую букву?

— Макс, не тупи! Ну конечно так и есть! — весело сказала она. — Сам подумай. Максимальное количество зубцов семь и самое большое количество букв в слове «медведь» совпадают!

Блин, а ведь она похоже права… Как же я сам не догадался?

— Я тоже хотел тебе предложить такой вариант, — сообщил мне Дориан. — Как раз раздумывал над ним, пока ты с мечом прыгал.

— Ты что молчишь? — нетерпеливо спросила Лазарева.

— Спасибо тебе, Полинка.

— Вообще-то, спасибо в карман не положишь, — сказала она. — В качестве оплаты пойдешь со мной за третьей частью амулета, когда я узнаю где он лежит.

— Договорились, — пообещал я.

— Не забудь мне потом рассказать, получилось или нет, хорошо?

— Обязательно, — ответил я и отключился.

Куда девался тот холод, который совсем недавно сводил меня с ума? Сейчас мне было даже немного жарко от распиравшего меня желания поскорее выяснить, права Лазарева или нет.

Дрожащими от волнения и нетерпения руками я вставил ключи в соответствующие замочные скважины и приготовился провернуть первый из них.

— Ну что, Дориан, будем пробовать?

— Давай!

Я провернул первый ключ и в глубине камня что-то звонко щелкнуло.

Глава 5

Щелк… Дзинь…

Это был последний ключ. Тот самый, над которым был нарисован медведь. Я постоял немного в ожидании того, что произойдет дальше, но ничего не происходило.

— Наверное нужно толкнуть дверь, — решил подсказать мне Дориан. — Ручек-то на камне нет.

Я осторожно дотронулся до камня. На ощупь он был слегка теплым. Приложив немного усилий, я попробовал на него надавить, но нет, по-прежнему никаких результатов. Тогда я уперся ногами в пол и навалился на камень плечом. Медленно, как будто делал мне большое одолжение, он наконец начал поддаваться.

Нормально? Мало того, что нужно додуматься как этот камень отпереть, так еще семь потов сойдет пока его откроешь. Наконец мне удалось сдвинуть его достаточно для того, чтобы я смог пройти внутрь.

Изнутри потянуло кислым затхлым запахом.

— Ну и вонища! — пожаловался я и активировал энергетический меч. — Такое ощущение, что здесь уже лет сто не проветривали.

— Судя по всему даже больше… — сказал Мор. — Хорошо, что я не чувствую запахов.

Странно, но даже со своим ночным зрением я пока не видел ничего интересного. Вокруг меня была просто пустота. Как это может быть? Однако вниз уходила лестница. Причем уходила куда-то очень далеко, потому что я не видел где она заканчивалась.

Я сделал осторожный шаг и вдруг моя нога уехала вперед, как будто я наступил на лед. В то же мгновение за ней улетела вторая, я шлепнулся на задницу и с бешеной скоростью понесся вниз оглашая пещеру своими воплями.

Каким-то удивительным образом ступеньки исчезли, и я летел вниз как по высоченной ледяной горке. Думаю, продолжалось это не очень долго, но мне показалось, что я успел пролететь метров триста, пока не врезался во что-то мягкое, холодное и липкое. Как кусок желе. А еще оно воняло… Теперь мне стало понятно, что это был за мерзкий кислый запах.

Пока я пытался определить во что это такое я на этот раз влип, меня догнал Светящийся Огонек, который я умудрился контролировать даже в таком состоянии. Это оказалось очень кстати, потому что со своим ночным зрением я видел все в черно-белом свете, а сейчас мне это не очень-то сильно помогало.

Огонек осветил все вокруг и тут я увидел, что и правда частично нахожусь внутри какого-то огромного куска желе, которое на вид было совершенно прозрачным. Еще оно было очень большим желе. Можно сказать, самый большой слизняк, которого мне приходилось видеть в своей жизни.

Но это было на самое страшное. Вскоре я увидел то, от чего и в самом деле немного разволновался. Внутри этого желе был человеческий скелет, а еще несколько скрюченных огромных пауков. Пауки, конечно, меня не особо беспокоили, а вот человеческий скелет насторожил.

С каждой секундой эта вонючая штуковина начинала нравиться мне все меньше. Думаю, нужно из нее выбираться, причем как можно скорее.

Я с сожалением посмотрел на свой меч, который валялся на камнях в нескольких метрах от меня и на данный момент ничем не мог мне помочь. Жаль. Было бы неплохо рубануть эту штуку и оттяпать от нее несколько кусочков. Думаю, после этого она бы живо освободила меня.

Конечно у меня был еще один, вот только как его теперь вытащить из футляра, если я даже двигаться не могу? Хороший вопрос. Можно сказать — задачка со звездочкой.

— Может быть, призвать кого-нибудь из наших ребят? — предложил Дориан. — Они бы отчикали тебя от этой штуки.

— Кого, например? Жнеца, чтобы он и от меня пару кусочков своей косой отмахнул, или Штормового Духа, который изжарит меня вместе с ней своими молниями?

— Да, такое вполне себе может произойти, — согласился Мор. — Тогда что будем делать? Попробуешь Луч Смерти?

— Для начала попытаюсь вытащить второй меч. Если мне это удастся, то лучшего варианта не придумать.

Я попробовал потянуться рукой к футляру, но это было непросто. Как будто мою руку пристегнули к чему-то толстыми резиновыми жгутами и теперь я усиленно пытаюсь их разорвать. Мне удалось сдвинуть руку всего на сантиметр, а я уже практически выбился из сил.

Ну и хреновина. Что это за штука такая, интересно знать? Мы в школе таких не проходили… Фу… Ну и воняет же от нее… Как бы меня не стошнило… Хорошо хоть моя голова не влипла в эту штуку, а то я бы уже давно задохнулся.

Так, а ну-ка попробую еще разок! Я напрягся изо-всех сил, моя рука сдвинулась внутри этой плотной массы еще на несколько сантиметров и вдруг я услышал странный звук…

Бульк…

Потом опять тишина, а затем новый звук…

Чвак… Чвак… Бульк…

Твою мать! Эта штука начала как-то странно двигаться внутри себя! Я прямо чувствую, как этот долбаный кусок желе начал сокращаться и очень медленно засасывать меня внутрь.

До оно же меня жрет самым наглым образом! Вот скотина такая! Э-э нет, так не пойдет! Нужно срочно что-то делать!

Я лихорадочно соображал, что бы сейчас такого сделать, и в результате придумал вот что. Для начала активирую Высасывание Жизни. Эта штука хоть и выглядит как кусок безмозглого желе, судя по всему все-таки живая, иначе на фига она меня жрет?

Так, ну а теперь врубаем Некропокров. Пусть эта аура ее тоже шарашит понемногу, а заодно перерабатывает этого слизняка в темную энергию. Мы еще посмотрим кто кого! Вонючка желейная!

Штука перестала меня поглощать и замерла. Тупое создание! Наверное, пытается понять, что это с ней сейчас происходит. Ну-ка, давай, работай мозгами или что там у тебя вместо них.

Соображал слизняк конечно туго, но вскоре до него дошло, что ничего хорошего с ним в данный момент не происходит. Поэтому он принял единственно правильное для себя решение — начал пожирать меня еще активнее.

Вот это мне уже совсем не нравится. Оно меня жрет! Происходило это очень медленно, но меня это не слишком радовало. Такое себе ощущение смотреть на свои руки, которые уже по локоть были внутри этой штуки, и видеть, как они погружаются внутрь нее все глубже.

Угу, понятно. Тогда вот так!

Я попробовал впервые применить возможность своего улучшенного Некропокрова, который теперь мог у меня взрываться. Энергии у меня было еще хоть отбавляй, поэтому я был уверен, что даже если ничего не получится, то мне вполне хватит поставить еще один, прежде чем перейду к более радикальным методам.

Однако это не потребовалось.

БУУУУУУУХ! БУУЛЬК! ЧВАК! ЧВАК! ЧВАК!

Знатно рвануло. Желейная масса вокруг меня разлетелась на куски, подарив мне долгожданную свободу, которая длилась всего мгновение. Образовавшаяся пустота вокруг меня начала стремительно заполняться слизью.

В этот момент я что есть сил оттолкнулся от земли.

Чвак.

И мне удалось наконец вырваться из своего заточения. Не теряя ни секунды я рванул к своему мечу, а студень начал перекатываться вслед за мной.

Бульк… Глум… Бульк… Глум…

Я схватил свой меч, затем вытащил из футляра второй, развернулся к слизняку и принялся за дело. Мои руки не зная усталости отрубали по куску от этого слизня каждым новым ударом.

Чвак… Чвак… Чвак… Чвак…

Эта желейная скотина оказалась гораздо больше, чем мне показалось на первый взгляд! Прошло минут десять, пока мне удалось раскромсать ее на кусочки.

Тяжело дыша я уселся на холодные камни и удовлетворенно смотрел на результат своей работы. Хоть и устал как черт, но зато так приятно было смотреть на разбросанные вокруг переливающиеся куски желе. Просто глаз радуется. Вот так будет с каждым, кто осмелится бросить вызов Максу Темникову!

Бульк…

Бульк… Бульк…

Бульк… Чвак… Бульк…

— Дориан, ты это видишь⁈ — спросил я у Мора, глядя как куски желе медленно начинают ползти друг к другу. — Эта падла опять собирается в единое целое!

— Дело дрянь, мой мальчик. Нам попался самый мерзкий слизняк из всех что я видел.

Бульк… Чвак…

Да хрен тебе! Я призвал Штормового Духа и потер руки. Сейчас посмотрим, как он тебя изжарит!

Призванный дух сразу же понял зачем я его позвал и взялся за дело. Каскады ярких молний засверкали вокруг, озаряя пещеру вспышками света. Вскоре почти по всем частям этого слизняка бегали маленькие молнии, но… Они по-прежнему тянулись друг к другу! Вообще не дохли, заразы такие!

Даже наоборот, электрические разряды заставляли их двигаться быстрее и это вообще уже был полный беспредел!

Чвак… Чвак… Бульк… Бульк… Чвак… Чвак… Бульк… Бульк…

Так… А ну-ка отставить… Я отозвал бесполезного Штормового Духа, который вместо того, чтобы мне помочь, наделал еще больше проблем, и стал размышлять, что мне дальше делать с этой заразой?

Я бросил в слизняка несколько Стрел Тьмы, но ничего не изменилось. Куски желе, по которым я попал, лишь ненадолго окутали черные молнии, а затем они вновь продолжили свой воссоединительный процесс.

Луч Смерти тоже не сработал. Точнее сработал, разрезав желейку, в которую я попал, на две части, но это сути дела не поменяло. Полежав несколько секунд они вновь начали двигаться в сторону друг друга. Так можно до бесконечности их кромсать, пока у меня совсем энергия не закончится.

Единственным вариантом остается позвать Отродье Дракона, который умел плеваться кислотой. Ну а еще подключу-ка я к этому делу Ауру Разложения! По идее, она должна сработать против этой вонючей гадости.

С громким хлопком мой темно-зеленый дракончик появился прямо над этим слизняком, спустился вниз и рубанул ее своим острым хвостом.

— Это мы уже проходили! — крикнул я ему, накладывая на студень свое заклинание. — Кислотой!

Не думаю, что Отродье Дракона хорошо понимает мой язык, но у него хватило мозгов и самому понять, что рубить эту мерзость бессмысленно. Поэтому следующей атакой он изрыгнул на нее поток ярко-зеленой кислоты и в тот же момент я окутал желейку Аурой Разложения.

Вот теперь дело пошло… Ну наконец-то!

Куски слизняка начали дымиться, источая зловонный запах, от которого у меня сразу же запершило в горле. От едкого дыма глаза начали слезиться, но я все равно получал удовольствие, наблюдая как эта тварь превращается в дым. Пусть даже и в такой вонючий!

Как здорово, когда против лома находится подходящий случаю прием! Не прошло и пяти минут, как от жуткой твари, которая чуть не поужинала мной, не осталось вообще ничего. Лишь скелет и пауки, которые были внутри нее, вот и все, что лежало на камнях.

Кстати о скелете… Очень интересно знать кто это такой и что здесь делал этот человек? Неужели тоже явился сюда за частью Вороньего Амулета?

И вот еще что мне очень хотелось знать — как он вообще попал сюда, ведь магическая дверь была закрыта? Хороший вопрос. Если смог открыть ее, то кто ее вновь запер и положил ключи на прежнее место? Или, быть может, он прошел сквозь нее? Загадка…

Ладно, я здесь не для того, чтобы ребусы разгадывать. Тем более неразрешимые и странные. Где мой кусок артефакта и нет ли здесь еще одного слизняка? Очень надеюсь, что нет, иначе придется отсюда драпать. Энергии на то, чтобы призвать второго подряд Отродья Дракона у меня пока нет.

Я запустил Светящихся Огоньков сразу в нескольких направлениях и вскоре увидел, что в дальней части этой большой пещеры есть что-то вроде постамента. Отсюда он казался совсем крохотным и еле заметным. Вот только почему-то там ничего не светилось, хотя должно было.

Кольцо Магического Взора было на мне и не могло обманывать. Если бы там был кусок амулета, то он бы светился, как любая волшебная вещь.

Да нет, не может этого быть!

Перепрыгивая через камни я припустил в дальний конец пещеры, чтобы осмотреть постамент поближе. Так и есть — не было на нем никакого артефакта! Углубление, в котором он должен был находиться, на месте, но в нем ничего нет. Пусто!

Что за хреновина? Куда он мог деться?

Я активировал третий Светящийся Огонек и вложил в них побольше энергии, чтобы света стало по максимуму. Шаг за шагом я собирался прочесать всю пещеру.

Где-то вдалеке у меня была мысль, что все это напрасно и если бы часть амулета была здесь, то кольцо подсветило бы ее. Но в то же время я не хотел уходить отсюда с пустыми руками. Какого черта я тогда дрался с этим вонючим слизняком?

— Карр! — услышал я в этот момент Корвина. — Карр!

Блин, опять испугал меня! Его карканье в пустой пещере казалось просто громовым раскатом!

— Где ты есть? — спросил я у него, рыская вокруг Светящимися Огоньками. — А-а, вот ты где.

Ворон сидел недалеко от того места, куда я прикатился с этой гигантской горки. По-моему, он что-то там долбил своим клювом. Я подошел поближе, чтобы рассмотреть повнимательнее, что он треплет, и увидел рюкзак.

Точнее кожаную сумку с лямками, чтобы можно было носить ее за плечами. Хм… Какая старомодная штука. Сумка выглядела так, как будто ее прожевали и выплюнули. Стоп! По-моему, я понял чья она…

Я присел рядом с вороном, повесил над нами Светящийся огонек и начал развязывать шнурок на изъеденной слизью сумке. Да, досталось ей хорошо… Странно, что слизняк полностью не переварил ее, как того, кому она принадлежала.

Одну за другой я доставал из нее разные вещи, которых на удивление оказалось довольно много. Для начала я раскрыл деревянную коробку, покрытую сложной вязью незнакомых мне символов.

Едва я раскрыл ее, сразу же почувствовал мощный поток силы, который начал вливаться в меня. Передо мной явно лежала вторая часть Вороньего Амулета. Прошлый раз я нашел часть с головой, а теперь это было крыло. Глубокого черного цвета… Оно выглядело как настоящее.

Вот он! Ну наконец-то!

— Карр! Карр! Карр! — прыгал вокруг меня ворон, оглашая пещеру громким карканьем.

— Успокойся, дружище, — сказал я, любуясь находкой. — Все уже закончилось, вторая часть амулета у нас.

Я осторожно закрыл коробочку, скинул свой рюкзак и положил ее туда. Теперь пришло время посмотреть, что здесь еще интересного.

Для начала маленькая бутылочка из белого стекла, внутри которой плещется какой-то ярко-желтый светящийся эликсир. Хм… Интересно… Не припоминаю ничего похожего… Что это за штуковина, интересно знать?

Единственное, в чем я был абсолютно уверен, что это не эликсир лечения и не противоядие, но тогда что? Этот человек приходил сюда конкретно за амулетом и смог даже забрать его, поэтому не думаю, что он бы стал тащить с собой какую-то ненужную хреновину.

— Макс, кстати, про то, что он смог забрать этот амулет… Ты не думаешь, что именно благодаря этому эликсиру он смог оказаться здесь и пройти через магическую дверь? — спросил у меня Дориан.

— Почему бы и нет? Очень может быть. В любом случае, нужно выяснить, что это за штука.

Я отправил неизвестный эликсир вслед за коробочкой в свой рюкзак и достал еще несколько пузырьков. Так, ну здесь явно попроще. Узнаю вещи из стандартного набора — парочка эликсиров лечения и одно противоядие. Оранжевый это, скорее всего, эликсир восстановления сил или какой-то его вариант.

Что еще? Футляр с энергетическим мечом… Так, а ну-ка посмотрим… О! Голубого цвета! Хорошая штука. Думаю, за тысяч сорок-пятьдесят можно будет ее продать Хартулари.

Так… Это у нас что такое… Книга? Нет, не похоже. На обложке написано от руки — «Грач-невидимка». Что за странное название?

Я перелистнул несколько страниц и понял, что это не книга, а тетрадь. Страницы были исписаны непонятными мне символами. Скорее всего какой-то шифр. Даже голову ломать не буду что это за штука и кто такой Грач-невидимка.

Есть еще что-нибудь интересное? Похоже это все. Больше ничего в рюкзаке не было. Я посмотрел по сторонам в надежде отыскать что-нибудь еще и увидел несколько точек, которые подсвечивали характерным голубым светом.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что это небольшие металлические части чего-то, что раньше было, возможно, магическими кольцами или амулетами. Теперь же это были жалкие и бесполезные крупицы непонятно чего.

Наверное, они были сделаны из какого-то мягкого и непрочного металла, если этот слизень смог практически полностью переварить их.

Ну что, пожалуй, все, можно убираться из этой вонючей дыры. На всякий случай я еще раз проверил, что ничего не забыл, активировал дар Дона-Нефрита и не спеша полетел наверх.

Теперь уже спешить было некуда, сегодня я и так хорошо поработал.

— Не забудь позвонить Лазаревой и сказать ей спасибо, — напомнил мне Дориан.

— Само собой, кого ты учишь?

Глава 6

На следующий день прямо с самого утра я решил навестить родителей и совершить визит вежливости. Хотя не только. Мать мне и в самом деле хотелось увидеть. Она же не виновата, что у моего отца пунктик.

Все как всегда. Практически весь обед просидели молча. Мама несколько раз пыталась завести беседу, но это заканчивалось разговором на несколько минут, который очень быстро прекращался. Ну разве можно долго разговаривать про школу? Что я им расскажу.

К тому же, администрация «Китежа» размещает информацию об успеваемости своих учеников на официальном сайте. Заходи и смотри, никаких секретов нет.

Вот только кое-что все же было… Отец сильно заболел. Мать сказала, что болезнь съедает его уже несколько месяцев, и целители пока ничем помочь не могут.

Он и в самом деле сильно сдал с того момента, когда я видел его в последний раз. Похудел, осунулся и все время молчал. За весь обед я услышал от него лишь пару слов. Причем, судя по голосу, разговаривал он с большим трудом.

Хреново дело. Какие бы у нас с ним ни были отношения, он все-таки был моим отцом, поэтому я расстроился из-за его болезни. Но помочь ничем не мог. Бывают ситуации, когда даже большие деньги никак не могут изменить ситуацию.

Ладно, может быть все еще обойдется. Нужно будет деду сказать обязательно об этом. Думаю, он захочет навестить моего отца, хотя бы на день. От этой мысли мне даже как-то веселее стало. Они не виделись уже несколько лет и, может быть, эта встреча изменит что-то к лучшему?

Хорошо бы было. Надоела уже эта непонятная идиотская ситуация.

Ну а после обеда, я засобирался в Белозерск. Никаких причин задерживаться в Москве у меня не было. Лешка вернется лишь послезавтра, а тратить два дня каникул впустую, это по меньшей мере глупо.

Тем более, что у меня дел еще хватало. Для начала нужно отвезти в Тенедом Хмельникова, который обещал до Нового Года решить все свои дела в этом мире. Вот же тип… Обстоятельно к своему переселению подходит.

Кроме того, мне теперь очень нужно встретиться с Полиной и обсудить с ней свою находку. Я полночи искал информацию, кто такой этот загадочный Грач-невидимка и то, что мне удалось отыскать, меня не очень устраивало.

Как-то не верилось, что когда-то была тайная организация, которая занималась добычей артефактов на заказ. Причем, судя по тому, что я узнал, как раз этот самый Грач-невидимка и был ее создателем.

Все это слишком необычно… Если она была, то почему исчезла? Лишь только потому, что погиб ее создатель?

— Почему ты считаешь, что этого не может быть? — спросил у меня Дориан, когда я размышлял над этим на ночь глядя. — Не стало лидера — исчезла и организация. Такое бывает сплошь и рядом. Знаешь сколько в моем мире всяких тайных орденов исчезло ровно по той же причине? Не сосчитать!

— Ну не знаю… Такое себе… Если бы это было интересно, почему никто не стал продолжать дело после него?

— Миллион причин может быть на это! — не сдавался Мор, которому явно понравилась мысль, что такая организация и в самом деле существовала. — Как-то же он попал внутрь этой пещеры? Вот у тебя не получилось, например. Даже через некрослой.

Хороший аргумент. Пожалуй, один из немногих, который говорил, что все это может оказаться не только сплетнями и легендами. Единственный человек, мнению которого я бы доверился — это Лазарева. Вот ей и нужно показать эту тетрадь или что это такое… Без нее мне все равно в этих значках и каракулях не разобраться. Клинопись какая-то…

Поэтому я заранее ей позвонил и сказал, что мне с ней нужно срочно встретиться. Чтобы она никуда не уехала из Белозерска во время праздников. В этом и была вся Полина — стоило ей намекнуть про какой-нибудь секретный секрет, связанный с артефактами, как у нее руки трястись начинали от нетерпения.

Она даже собиралась меня встретить на вокзале, чтобы узнать в чем заключается срочность, но это в мои планы не входило. Для начала я хотел выяснить как поведут себя части Вороньего Амулета, когда окажутся рядом друг с другом. Честно говоря, в данный момент меня это интересовало гораздо больше Грача-невидимки.

До Белозерска я добрался к вечеру следующего дня. Дорогу от Вологды сильно замело, поэтому автобус тащился со скоростью улитки. Временами он ехал так медленно, что я начал думать, если он замедлится еще на пару километров, то я окажусь в прошлом. Однако пронесло.

Первым делом дед меня усадил ужинать, что было очень кстати. Я за день ничего толком не ел, так что прежде чем сообщить ему последние новости, умял тарелку солянки, большую сочную отбивную и парочку пирогов с вишневым повидлом.

Дед с улыбкой смотрел на меня, поглаживая бороду и щурясь. Так не хотелось его расстраивать новостями, которые я привез из дома, но нельзя же не говорить…

— Тебе родители не говорили, что у него? — спросил он после нескольких минут молчания.

— Не-а, — покачал я головой. — Отец вообще практически не разговаривал, а когда я спросил об этом у матери перед отъездом, она сказала, что нет смысла об этом говорить. Ничем помочь я не смогу и дело не в деньгах.

— Ясно… — нахмурился дед. — Вот что, внучек… Я завтра, наверное, поеду к ним в гости на пару дней. Справишься здесь без меня?

— Само собой, деда, какие могут быть разговоры? Что я, маленький?

— Тогда так тому и быть…

Больше в тот вечер мы ни о чем не говорили. Я допил чай и ушел к себе в комнату, оставив деда одного. Он даже со стола не дал мне убрать, сказал, что сам позже уберет. Чем не намек, чтобы я топал в свою комнату?

Ну а наверху меня с нетерпением дожидался Корвин, который начал прыгать по комнате как сумасшедший, как только я вошел. Учитывая ситуацию, шуметь не хотелось, так что пришлось пообещать ворону, что если он сейчас же не угомонится, я выпровожу его в окно. Он недовольно пощелкал клювом, но затих.

Я достал из рюкзака коробочку со второй частью амулета и вытащил из шкафа первую. Даже просто держа в руках куски артефакта, я ощущал, как они слегка вибрируют в моих руках.

Осторожно, опасаясь как бы чего не произошло, я раскрыл коробку и положил на стол свою последнюю находку. Затем положил рядом с ней первую часть амулета и просто офигел от того, что начало происходить!

— Карр! Карр! Карр! — возбужденно раскаркался ворон.

— Корвин, помолчи…

Да, птице было отчего возбудиться. Куски амулета медленно стали притягиваться друг к другу, сопровождая этот процесс потрескиванием и видеоэффектами в виде молний. Когда им оставалось преодолеть последний сантиметр, вдруг раздался громкий щелчок, и они соединились.

Молнии исчезли и теперь передо мной лежал практический целый ворон, лишь с одним недостатком — у него не хватало второго крыла.

Корвин восторженно защелкал клювом, запрыгнул мне на плечо и радостно долбанул в щеку.

— Блин, ты что творишь⁈ Больно, между прочим!

Но он, казалось, не слышал моих слов. Спрыгнул на пол и начал скакать как сумасшедший. Ни разу не видел его в таком состоянии.

— Надеюсь он не спятил? — спросил у меня Дориан, пока я с опаской наблюдал за поведением птицы. — Он и так не подарок, а если еще и с катушек слетит, то придется его усыпить.

— Да ладно тебе, скажешь тоже…

Он и правда вскоре успокоился, вновь запрыгнул на стол и уселся возле амулета. Я аккуратно взял артефакт в руки и почувствовал, что он стал вибрировать намного сильнее. Мне кажется, что он даже слегка дрожал.

Надо же…

— Дориан, как думаешь, он будет работать, если я сейчас попробую его носить? Ну хотя бы как накопитель энергии? Помнишь как там было: «умертвить всяку живую тварь»…

— Не вижу причин, чтобы не попробовать, — ответил мой друг. — Ты ведь ничем не рискуешь. По сути, вариантов два — они или будет работать или не будет.

Я внимательно осмотрел незавершенный Вороний Амулет со всех сторон и пришел к выводу, что он настоящее произведение искусства. Очень тонкая работа. Такое ощущение, что я видел на нем каждое перышко. Причем иногда и вовсе было впечатление, что он движется сам по себе. Как будто живой…

— Нужно будет завтра у Полины для него цепочку заказать. Посмотрим, что из этого получится. Вдруг и правда будет работать?

В этот момент мне показалось, будто на амулете на мгновение у ворона вспыхнули глаза. Да нет, не может быть. Наверное, это у меня уже от усталости.

Что в поезде, что в автобусе поспать нормально не получалось — у меня вообще очень плохо со сном в транспорте. Более-менее комфортно могу дрыхнуть лишь в машине. Поэтому после сытного ужина чувствовал, что просто валюсь с ног.

Пока знал, что нужно было провести эксперимент с Вороньим Амулетом, еще как-то держался, а сейчас глаза сами по себе закрывались.

На горячую ванную сил у меня уже не хватило и как только я коснулся головой подушки, сразу же заснул.

* * *

Я встал не слишком поздно, еще и девяти утра не было. Хотел пожелать деду счастливого пути, но не вышло. Дома его уже не было. Наверное, с первыми лучами солнца укатил.

На кухонном столе лежала записка со списком продуктов, которые есть в холодильнике и пожеланием быть осторожным с ножами. Без этого дед не обходился. Все ему казалось, что я могу порезаться.

Значит то, что я двумя мечами сразу умею размахивать, это он знает и насчет уроков с Ткачом не переживает, а вот что касается обычных ножей… Никогда не понимал, почему так происходит.

Завтракать я не стал. У нас была договоренность с Полиной позавтракать вместе в «Кабане и фазане». Поэтому я покормил кота, позвонил Ибрагиму и попросил, чтобы он притащил к обеду Андромеда в офис «Теней». Я планировал оттуда его забрать после разговора с Лазаревой.

Судя по пустой чашке кофе перед ней, Полина сидела здесь уже минут двадцать. Надо же, какая пунктуальность. Даже не помню, когда с ней такое было в последний раз. Вечно она опаздывает.

— Тебя где носит, Темников? Я уже здесь полчаса торчу, — пробурчала она, пока я осматривался.

Таких же ранних пташек как мы оказалось немного. Занято было всего несколько столов. За одним из которых сиделаи какие-то молодые люди, которые показались мне знакомыми.

Хотя я мог и ошибаться. Белозерск город маленький. С определенного момента мне вообще начало казаться, что каждого жителя я уже где-то видел.

— Ты чего рычишь? Не выспалась с утра? — усмехнулся я и положил на стол оптирадиус, который взял у нее перед Новым Годом. — Вот, держи. Спасибо.

— Надеюсь ты меня сюда позвал не только для того, чтобы отдать мне оптирадиус? — спросила она вкрадчивым голосом. — Иначе я тебе его сейчас вкручу в одно место… Обещаю!

— Даже не сомневаюсь, — улыбнулся я и посмотрел на подошедшего к нам официанта. — Нам два самых вкусных завтрака на взгляд вашего повара и пару чашек кофе.

— Я уже завтракала, — сказала Лазарева. — Два подряд — это перебор.

— Тогда один завтрак и два кофе, — сказал я. — Кофе сейчас.

Парень кивнул и ушел, а я тем временем вытащил из рюкзака тетрадь и положил ее на стол.

Полина бросила на нее беглый взгляд и вопросительно посмотрела на меня.

— Это что? Ты написал какую-то сказку?

— Не совсем, — ответил я. — Я нашел это штуку в своем последнем путешествии.

— Угу, понятно, — кивнула она. — В тот момент, когда Подмосковьем любовался?

— Точно.

— Ну посмотрим, что ты тут притащил… — она взяла в руки тетрадь и улыбнулась. — Надо же, «Грач-невидимка»! Прямо дух захватывает!

В этот момент нам принесли кофе. Пока я наливал в него молоко и добавлял сахар, Лазарева листала тетрадь и с каждой перевернутой страницей выражение ее лица менялось. Вскоре от пренебрежительной улыбки, которой Полина встретила тетрадь, не осталось и следа.

— Погоди-ка… Откуда это у тебя? — удивленно посмотрела на меня девушка.

— Ты что, глухая? Я же тебе сказал, нашел в своем последнем путешествии. Лазил в одно интересное место и вот… Нашел эту штуку.

— Ну ты меня огорошил, честно говоря… Даже не верится, что такое может быть на самом деле… — она потерла виски и улыбнулась. — Что это за место ты можешь мне сказать?

— Не могу. Секретное оно.

— Понятно… Ты хоть знаешь кто такой Грач-невидимка? — она закрыла тетрадь и положила ее на стол.

— Угу, — кивнул я и отхлебнул немного кофе. — В интернете прочитал. Вроде была организация, которая занималась поиском артефактов…

— «Хранители», — перебила меня Лазарева и пожала плечами. — Так она называлась.

— Ну да. Так вот этот парень вроде бы был там за главного. Все так, или я что-то неправильно понимаю?

— Правильно понимаешь, — она глубоко вздохнула и откинулась на спинку стула. — Темников, с каждым разом ты удивляешь меня все больше и больше. То малахитовый ключ откуда-то притащил, теперь вот эту тетрадь… Скажи, может быть, ты достал какую-нибудь древнюю книгу с указанием тайных мест, о которых я не знаю? Если так, то я могу у тебя ее купить. В деньгах не обижу, если что.

— Нет у меня никакой книги, сама ведь знаешь… — ответил я и подмигнул ей. — Просто места нужно рыбные знать.

— И как же ты их находишь?

— Случайно. Кто ищет, тот всегда найдет.

— Ну да, как же — случайно! — фыркнула она. — Так я тебе и поверила. Ладно, можешь не рассказывать, твое дело. Ты мне вот что скажи, в том месте, где ты ее нашел… Как бы тебе сказать… Там мог быть оригинал или это подделка?

— Нет, думаю, что это оригинал, — уверенно сказал я, припомнив скелет внутри слизня. — Там место опасное. Гулять в такие не ходят.

— Хм… Тогда это может быть чертовски интересным, вот что я тебе скажу. Очень может быть, что ты нашел вещь поинтереснее любого клада, — в этот момент Лазарева положила на тетрадь руку. — Просто сокровище…

— Ты что же, думаешь, что этот Грач-невидимка существовал на самом деле?

— Уверена в этом, — не раздумывая ответила она. — Есть множество документов, где упоминаются «Хранители» и этот человек. Так что — да, я думаю, что он совершенно точно существовал.

Полина вновь посмотрела на тетрадь и усмехнулась.

— Правда я думала, что имя все-таки вымышленное, но теперь… С учетом твоей находки, — она посмотрела на меня. — Макс, что ты намерен делать с этой тетрадью?

— Отдать тебе, разумеется, — ответил я и пожал плечами. — Иначе зачем бы я ее сюда притащил?

— Мне? — судя по тону, она не поверила своим ушам.

— Угу, — подтвердил я. — Мне она без надобности. По крайней мере до тех пор, пока я не узнаю, что означают эти каракули внутри нее. Ты видела их? Что это за язык?

— Это не язык, а какой-то шифр, — сказала она.

— Ну мне это без разницы. Сути дела это не меняет. Лучше скажи, ты сможешь расшифровать то, что там написано?

— Дело непростое, но я попробую. Если это и в самом деле настоящая тетрадь, которая принадлежала Грачу-невидимке, то я обязана расшифровать эти записи. В крайнем случае, попрошу чьей-нибудь помощи, — она прищурилась, как будто прикидывая к кому можно обратиться с данным вопросом. — Вот, например, к той же Островской можно обратиться.

— К нашему преподу по артефакторике?

— Что ты удивляешься? Между прочим, Виктория Артемовна одна из лучших специалистов по мертвым языкам, — просветила меня Полина. — Так что разобраться в каком-нибудь шифре для нее не самая большая проблема. Другой вопрос, что она вечно занята всякими своими древними рукописями и гримуарами… Но я подумаю, как ее подключить к этому делу.

— Ты мне расскажешь, что там написано, когда получится выяснить?

— За кого ты меня принимаешь, Темников? Это твоя находка, — она положила руку на тетрадь. — И если в ней есть что-то интересное, то ты об этом узнаешь сразу же.

— Угу, спасибо, — кивнул я, глядя как официант ставит передо мной огромную тарелку, на которой уместилось три жареных яйца, пара кусочков бекона, немного жареной картошки и даже кусок мяса.

Вот это я понимаю хороший и вкусный завтрак! У меня аж в животе заурчало от запаха еды!

— А ну-ка стой! — скомандовала Полина официанту, который успел отойти на несколько шагов от нашего стола. — Давай-ка и мне тащи то же самое!

— Одну минуту, — кивнул он и пошел за второй порцией.

— Темников, между прочим, неприлично лопать при даме, когда она сидит голодная! Да еще с таким аппетитом!

— Ну а кто даме доктор? Я ведь тебе предлагал сразу тоже взять завтрак, так нет же… Ладно, одним кусочком бекончика могу поделиться. Хочешь?

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

В ожидании продолжения рекомендую свой собственный цикл «Истинный дворянин». Цикл полностью закончен! Надеюсь вам понравятся приключения Владимира Соколова и Тосика:)

Прошу: https://author.today/work/235589

Глава 7

Хмельников с Лакримозой рассматривали друг друга вот уже несколько минут. Судя по лицу Андромеда, ему очень нравилось то, что он видел перед собой. Ну а что насчет него думала ведьма, пока для меня оставалось загадкой.

— Значит это он и есть, мой помощник? — наконец спросила она. — Как ты там говорил его зовут, Артемид?

— Андромед, — поправил ее алхимик. — А вы, наверное, и есть та самая прекрасная девушка по имени Лакримоза, о которой мне говорил Максим?

— Он так сказал? В самом деле? — Лакри посмотрела на меня и взяла под руку. — Мой сладенький… Я так и знала, что ты являешься моим тайным поклонником.

— Я просто имел в виду… Ну то есть… — Зараза! Куда все слова подевались? Еще и жарко стало опять! Вот ведьма!

— Да ладно, можешь ничего не говорить, я уже все поняла, — проворковала она и прошептала, так чтобы ее не смог услышать Хмельников. — Ты поэтому притащил ко мне этого старикана? Чтобы я не приставала к нему?

— Вот еще! Не поэтому! — возмутился я. — Просто он гений! Во всяком случае, так сказал Ибрагим. К тому же он призрак, хоть и материализованный. Какой тебе с него прок?

— Да… Тут, ты к сожалению прав, — с грустью в голосе сказала она. — Проку с него мало. Остается надеяться, что он хотя бы в алхимии что-нибудь смыслит.

— Что такое? — разнервничался старик. — Вы сомневаетесь в моих способностях? Где у вас здесь лаборатория? Я намерен кое-что продемонстрировать прямо сейчас!

— Это еще успеешь, — махнула в его сторону рукой Лакри и подмигнула ему. — И давай-ка, дружочек, сразу на ты переходить. Мне-то годиков побольше чем тебе будет, так что обойдемся без условностей.

Хмельников открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Вместо этого он стянул с головы свои странные очки и начал их усиленно протирать своим новеньким белым халатом, который я ему купил.

Лазарева сказала, что волшебного самоочищающегося фартука в ближайшее время не будет. До Нового Года у нее времени на это не было совершенно, а в праздничные дни она работать категорически отказывалась.

Сказала, что имеет право на законный отдых, от которого я и без фартука ее то и дело отрываю. Ну мне не к спеху — потом, значит потом. Тем более, что Андромед согласился пока работать без него. Его вполне устроил для начала Черный флакон и набор инструментов, из-за которых пришлось вскрыть радужного крокодила.

— Где я могу оставить свои вещи? — спросил алхимик, натянув очки обратно и с интересом осматривая гостиную нашего дома. — Где-то здесь, я так понимаю?

— Неправильно понимаешь, Андрит… Артемид… — Лакримоза вздохнула. — Что за имя… Слушай, ты не будешь против, если я буду звать тебя Андрэ? Очень похоже на твое имя, только тебе больше подходит. Что скажешь?

— Андрэ? — удивленно уставился на нее Хмельников и вдруг его лицо растянулось в широкой улыбке. — А что, мне нравится… Так меня еще никто не называл. Мне даже кажется, что оно меня немного молодит, нет?

— Точно! — пробасил Хорнборн, который с интересом наблюдал за этой сценой. — Прямо в два раза моложе стал. Я старое твое имя даже выговорить не могу!

— Знакомьтесь, это Хорнборн, — представил я его Андромеду, который время от времени с опаской косился на огромного бородача. — Он гном.

— В каком смысле? — спросил Хмельников.

Судя по его лицу, эта информация была для него неожиданной. Конечно, это был не тот шок, в котором он оказался, увидев марширующих скелетов возле представительства Бабаша по пути сюда. Однако то, что перед ним стоит двухметровый гном, его тоже впечатлило.

— В прямом, — ответил я ему. — Просто немного необычный гном. Кстати, я бы на вашем месте перестал вот так вот всему удивляться. Здесь много всякого странного, так что я бы посоветовал вам думать, будто вы попали в волшебную страну, в которой могут происходить всякие удивительные штуки.

— И по улицам разгуливают скелеты… — пробормотал он, глядя на медленно появляющегося из воздуха Бормотуна.

— Бормот? — спросил он у меня.

— Нет, Бормотик, его точно нельзя жрать. Даже с учетом того, что от него пахнет как от Ибрагима. Он этого не переживет, — я погладил зверя между ушей. — Тебе придется с ним подружиться.

— Это животное питается людьми? — спросил алхимик, настороженно глядя на серого зверя, который радовался ему широко раскрыв пасть.

— Он жрет все, что видит! — радостно сообщил ему Хорнборн. — Но людей редко. По крайней мере, знакомых ему.

— Это обнадеживает… — неуверенно пробормотал Хмельников и посмотрел в сторону входной двери.

— Ладно, Андрэ, бери свой чемоданчик и пойдем, — сказала ведьма и пошла вперед виляя бедрами. — Я покажу тебе где ты будешь жить.

Как только мы вышли из дома, она сразу взяла меня под руку и сказала:

— Кстати, сахарочек, сейчас я тебя познакомлю с твоими учителями, которых тебе прислали эти болваны.

— Да ладно? Они уже здесь?

— Не только они, уже половина комнат в школе занята. Тебя пока дождешься… Третий день занятия идут, между прочим!

— Вон там видишь черный череп вокруг которого ходят скелеты? Это представительство наших друзей, а напротив него живут другие наши друзья, — Хорнборн с алхимиком шли следом за нами и гном с удовольствием рассказывал ему про местные достопримечательности. — А вон там школа магии! Там ты и будешь жить, понял?

Как сильно все изменилось с того момента, как я был здесь в последний раз. Теперь уже школа не была похожа на большую стройку, которую еще предстояло закончить. На ее месте стояло впечатляющее деревянное здание, которое было окружено резным деревянным забором.

Причем кому-то пришлось хорошенько потрудиться над этой изгородью — по всему периметру в нем были вырезаны узоры в виде листьев и цветов.

— Тебе нравится, мой милый? — спросила ведьма, когда мы подошли к широким воротам, над которыми была вывеска: «Ведьмин Котел». Рядом с надписью висел настоящий железный котел, похожий на тот, в котором Лакримоза готовила свои эликсиры.

— Классно! — похвалил я ее.

— Представляю, как она строителям мозги проела, пока они эти цветочки на заборе вырезали… — сказал Дориан.

— Спасибо, сладенький, — проворковала она. — Я старалась. Спроси у Дориана, как ему моя школа?

— Уже спросил, — соврал я. — Он в полном восторге! Говорит, что ты превзошла все его ожидания!

Улыбка Лакримозы стала еще шире.

— Я этого не говорил… — пробормотал Мор. — Лично я бы предпочел более строгий стиль… Башенки какие-то наверху… Домики… Устроила тут архитектурный шабаш какой-то…

— Да ладно тебе, классно смотрится! — ответил я ему, заходя на территорию школы и осматривая здание поближе.

Неожиданно, но мне и правда очень нравилось, что получилось в итоге. Прошлый раз мне тоже показалось, что башенки и домики наверху, это как-то слишком странно. Но сейчас мне так не казалось.

Удивительно, но все это каким-то чудным образом перекликалось друг с другом и все вместе смотрелось очень даже ничего. Это было как-то очень уютно. Зеленая черепица сверху…

— Здесь не хватает растений на стенах, — сказал я Лакримозе. — Плюща какого-нибудь.

— Это еще успеется, — сказала она, продолжая держать меня под руку и увлекая за собой. — Сейчас я тебе еще кое-что покажу.

Мы не спеша зашли за школу, и я увидел внутренний двор, который тоже выглядел просто отлично. Аккуратные дорожки вили замысловатые петли, а между ними цвели разнообразные цветы. Кое-где стояли небольшие беседки, справа расположилась внушительная оранжерея…

— Ну, не «Китеж», конечно…— сказал Дориан. — Но для девчонок сойдет. Цветочки, беседки — они такое любят.

— Кстати, если идти по дорожке вниз, то в конце концов окажешься возле нашей реки, — сообщила Лакри. — Хорошо я придумала?

— Отлично просто, — одобрил я и показал на дом, который был чем-то похож на остроносую шляпу. — А там что такое?

— Всякая ведьмовская всячина, — небрежно махнула рукой Лакримоза. — Метлы, котлы, форма… А вон там…

Договорить она не успела, так как ее перебил громкий звонок, который был похож на соловьиную трель.

— Даже звонок девчачий, — хмыкнул Дориан.

Тем временем во двор одна за другой начали выбегать молодые девушки в черных платьях и шляпах. Ну точно ведьмы! Даже туфельки у них были черные!

— Ты где это все взяла? — спросил я, удивленно разглядывая девчонок. — Платья! Шляпы!

— Тахос Проклятый помог, — ответила она. — У него с черной одеждой проблем нет. Только такую и носят. Ну а что именно мне нужно, я уже его портным объясняла. Я больше с туфлями намучилась. Пока они поняли, что мне от них нужно, я чуть с ума не сошла. Дикие люди — привыкли носить не пойми что… У одних сапожищи железные, у других шлепки… Разве такое может на себя надеть приличная ведьма?

Тем временем девчонки обступили нас со всех сторон и мне стало как-то неуютно. Непривычно, когда на тебя с интересом пялятся столько девушек сразу. Самое интересное, что практически все они были чем-то неуловимо похожи. Фигуристые, симпатичные… Вот только волосы разные…

— Ты что их по себе подбирала? — спросил я, глядя на девушек.

— Самой собой, мой сладенький, — сказала она. — Внешний вид настоящей ведьмы, это одни из ее самые сильных чар. Бывают моменты, когда только их достаточно, чтобы добиться своей цели. Разве ты еще этого не понял?

В этот момент одна из девушек сделала несколько шагов в нашу сторону и почтительно кивнула ведьме.

— Госпожа Лакри, у нас гости?

— Дайте нам немного осмотреться, чуть позже я вас познакомлю, — ответила ей ведьма.

— Девушки! Расходимся! — скомандовала девчонка и вскоре мы вновь остались одни.

— Эту девушку зовут Селеста, — сказала мне Лакри. — Она первая, кого я выбрала. Очень толковая девица, схватывает все буквально на лету! Я ее пока назначила старшей среди них. Это она сейчас проводила урок с девушками. Пока еще топчемся на одном месте — каждый день прибывают новенькие, так что она справляется и без меня.

— Максим, мне здесь очень нравится, — решил сообщить нам Хмельников. — Такое прекрасное место. Здесь будут учиться одни девушки?

— Ага, девки, — пробасил Хорнборн.

— Я только что понял одну важную вещь — преподавание алхимии именно в такой школе, это моя мечта. Работать с молодежью, давать им знания… Очень рад, что вы привели меня сюда. Мне кажется, что даже к скелетам я привыкну очень быстро.

— Ну да, так я ему и поверил! — хохотнул Дориан. — Макс, ты видел, как этот педагог пялился на их груди?

— Мор, это неважно, главное, что ему здесь нравится, — мысленно ответил я ему, с улыбкой глядя на счастливого Андромеда.

— Селеста! — услышал я могучий женский крик над своей головой и подпрыгнул от неожиданности. — Чтобы через час все были в школе! Кто придет последней — моет за всеми посуду!

Из окна второго этажа показалась женщина, чем-то похожая на Хорнборна. Только с волосами и без бороды. Она грозно посмотрела в нашу сторону и ее лицо тут же озарила улыбка.

— Добрый день, госпожа Лакримоза.

— Нарцисса… — услышал я за спиной завороженный голос Хорнборна и с удивлением обернулся. За все время сколько я его знаю, ни разу я еще не видел у него на лице такое глупое выражение. Он напоминал мне радостного идиота, которому оставалось только пустить слюну для полной картины.

— По-моему, нашему гномику нравится эта дама, — сказал Дориан. — Надо же…

— Это что, тоже ученица? — спросил я у ведьмы, показывая на окно, в котором уже никого не было.

— Нарцисса? Нет, — отмахнулась Лакри. — Она здесь кто-то вроде смотрительницы. Чтобы из девчонок вышел толк, за ними должна присматривать крепкая рука, которая не побоится отхлестать их розгами, если потребуется. У Нарциссы это очень хорошо получается. Хорошая женщина. Жаль только, что с чувством юмора у нее беда. Совсем шуток не понимает, да, Хорнборн?

— Угу, — кивнул гном и погладил себя по щеке. — Но я все равно считаю, что она грациозная! Даже если она со мной не согласна.

— Как она сюда попала? Гном привел? — спросил я.

— Нет, это Танутамон по моей просьбе ее нашел. Понятливый парень. Сразу сообразил, кто мне нужен. О! А вот и наша сладкая парочка! — сказала она, показывая в сторону реки.

В нашу сторону шли два человека. Я сразу понял кто это такие. Достаточно было беглого взгляда на них, чтобы понять — это те самые ребята, которые прибыли сюда меня учить. Ну как ребята… На вид им было лет по шестьдесят. Оба с длинными бородами и посохами, которыми они помогали себе при ходьбе.

Из какой страны они прибыли, было видно сразу. Тот, который тощий и длинный как жердь, был одет в белую тунику и легкие кожаные сандалии. Ну а второй, который был похож на пивной бочонок, с ног до головы был замотан в черную одежду, а на ногах были кожаные сапоги.

Единственное, чем они были похожи друг на друга, так это звездами, которые были вышиты на их одежде. У первого они были золотистыми, а у второго серебристыми. Наверное, звезды у них на родине — знак принадлежности к магическому искусству или что-то типа того.

Когда они подошли к нам поближе, я увидел, что посохи у них необычные. Покрыты незнакомыми мне рунами, которые еле заметно светятся. Интересно…

Больше всего их заинтересовал Хмельников, которого они оба принялись изучать самым внимательным образом. Я их пока не очень интересовал. Понятное дело, по сравнению с ними, в своих странных очках Андромед выглядел как пришелец из космоса.

— Это ваш будущий ученик, — сказала ведьма и положила голову мне на плечо. — Ради него вас сюда прислали.

В этот момент они дружно переключили свое внимание на меня и начали сверлить меня своими взглядами. Судя по их лицам, на первый взгляд я не произвел на них особо сильного впечатления.

Наверное, на их взгляд Спаситель, о котором им говорили, должен был выглядеть несколько иначе. Согласен с ними. Андромед в этом плане смотрелся куда солиднее.

— Йорик, — кивнул мне бочонок в черном. — Мой Повелитель Тахос Проклятый приказал мне учить вас темному искусству.

— Вот и хорошо, — ответил я ему. — Будет интересно узнать, что оно из себя представляет.

Сказать по правде, мне и в самом деле не терпелось поскорее взять в руки магический учебник из Бабаша. Ну или что там у них вместо книг.

— Асмодей, — поклонился худой. — Мой Повелитель Танутамон велел учить вас магическому искусству моей страны — благословениям и исцелениям.

Угу, ну тоже хорошо, почему бы и нет?

— Дориан, ты когда-нибудь учил исцеление и благословение? — спросил я у Мора, кланяясь в ответ Асмодею.

— Дохлый номер. В моей голове не задерживаются эти магические формулы. Думаю, и у тебя не получится. Напрасная потеря времени.

— Ну, это мы еще посмотрим. Может быть, у тебя учителя просто были плохие, — сказал я, разглядывая своих новых преподавателей.

— Пф… — фыркнул мой друг. — Брось, мой мальчик. Просто у нас с тобой Дар совершенно другой. Ты хоть раз видел некроманта-целителя? Или такого, который может пользоваться благословениями?

— Не-а… — мысленно ответил я ему. — Возможно я буду первым.

В этот момент мне захотелось сделать что-нибудь такое, чтобы эти двое перестали смотреть на меня как на неразумного ребенка, который не может даже Светящийся Огонек колдонуть. Меня это начинало раздражать.

— Милый, насколько я успела узнать этих двоих, мне кажется, они сомневаются в твоих магических способностях, — улыбнулась ведьма, будто читая мои мысли, и убрала голову с моего плеча. — Покажи им какой-нибудь фокус.

— Было бы интересно посмотреть, — нахмурился Йорик.

— Очень интересно! — согласился с ним Асмодей и на его лице появилась недоверчивая улыбка.

— С удовольствием! — сказал я, раздумывая, что бы им такого показать.

После недолгих размышлений я выбрал Штормового Духа. Он был не самым сильным существом, которого я мог призвать, зато самым большим и эффектным.

Вжух!

И перед нами появился Штормовой Дух во всей своей красе, который замер рядом с нами, потрескивая многочисленными электрическими разрядами.

Вжух!

И рядом с ним появился еще один точно такой же.

— Ну как? — спросил я у магов, которые смотрели на Духов с открытыми ртами. Судя по всему, мне удалось произвести на них впечатление.

— Кто это сделал? — услышал я гневный крик Нарциссы, которая вновь вылезла из окна. — Кто позвал сюда этих сверкающих оболтусов? Они мне все клумбы вытопчут! А ну убрали бегом обоих! Сколько раз говорить, что со всякой магией-шмагией шалить за забором! Устроили тут!

Я убрал Штормовых Духов даже быстрее, чем поставил, и лишь потом сообразил, что вообще-то это я эту школу придумал! А теперь мне запрещают здесь колдовать? Какого черта!

— Нарцисса… — пролепетал Хорнборн.

Так, похоже скоро придется просить Лакримозу, чтобы она приготовила для него какое-нибудь отворотное зелье… Иначе дело плохо кончится. Пропадет наш гном…

Глава 8

После того как я коротко и ясно дал понять иномирцам, что не заслуживаю их недоверчивых взглядов, они тут же принялись ожесточенно спорить друг с другом, кто из них меня будет учить первым. При этом очень быстро перешли на личности и стали угрожать друг другу немедленной расправой.

Видимо оба уже изнывали от скуки, так что им поскорее хотелось взяться за дело. Вот только пришлось их немного огорчить. Прямо сейчас приступать к занятиям у меня никакого желания не было.

Во-первых, я сюда приехал просто, чтобы привезти Хмельникова. Я же не знал, что Лакримоза провела здесь такую титаническую работу и все уже готово к полноценному началу занятий.

Во-вторых, у меня каникулы. Заслуженные потом и кровью, между прочим. Каникулы — это святое. Особенно зимние. Разве бывает на свете что-то лучше, чем неделя новогодних праздников? Конечно нет. Так что обойдутся. Еще немного потерпят.

Поэтому я уладил их спор одним простым решением — представил им Андромеда, как еще одного учителя, который будет обитать вместе с ними в школе.

Алхимик поначалу был встречен ими крайне подозрительно. Лишь после того, как они узнали, что в основном он будет учить девчонок, а не меня, Йорик и Асмодей несколько успокоились.

Ну а затем пришло время посмотреть, что ведьма сделала внутри школы. Мне уже не терпелось поскорее увидеть свою комнату, да и вообще — интересно же как оно внутри.

Лакримоза с нескрываемым удовольствием сопровождала меня, а я не стеснялся нахваливать проделанную ею работу. Она и в самом деле очень хорошо потрудилась. Даже не верилось, что столько всего можно было сделать за такой короткий срок.

Здесь не было десятков кабинетов как в «Китеже», а всего несколько сравнительно небольших классов, но все сделано с огромным вниманием к мелочам. Чувствовалось, что ведьма отнеслась к этому со всей серьезностью и это было приятно.

— Просто бомба! — сказал я ей после осмотра столовой, которая тоже сильно отличалась от нашей и выглядела просто как огромная домашняя кухня. — Мне кажется, ты учла все до мелочей.

— Угу, — кивнула она. — Здесь все как в моей родной школе. Ну почти. Жаль только, что библиотеки у нас пока нет. Оказывается, у этих дикарей книги это большая редкость. Даже романов никаких нет.

— Что такое романы? — спросил шагающий позади Йорик, который сопровождал нас вместе с Хмельниковым и Асмодеем.

— Это такие книжки про любовь, — объяснил ему Андромед. — Попадаются очень даже интересные. Особенно те, которые можно читать только взрослым.

— Как это? — заинтересовался Асмодей. — Почему только взрослым?

— Любовные приключения они такие разные, — сказал Хмельников. — Многие из них заканчиваются в постели… Ну, если вы понимаете, о чем я говорю.

— Хм… Интересно было бы взглянуть… — пробормотал Йорик. — Никогда не читал ничего подобного. Мне кажется, это было бы весьма познавательно.

— Да-да, согласен с вами, — поддержал его Асмодей.

— Макс, привези этим стариканам несколько книжек, — усмехнулся Дориан. — Я думаю, они тебе за это все свои секреты сдадут.

— Ладно, так уж и быть, — сказал я. — Обеспечение библиотеки всякими книгами про любовь беру на себя. В моем мире этого добра хватает.

— Сладенький мой, всегда знала, что могу на тебя рассчитывать, — улыбнулась Лакри одной из своих фирменных улыбок, от которой меня бросало в жар. — Пойдем я покажу тебе твою комнату.

Наша делегация топала по коридору, а я с интересом крутил головой по сторонам. Все-таки умница моя ведьма, она даже номера на комнатах маленьких ведьмочек не забыла сделать.

Вроде бы мелочь, но именно из таких вот мелочей и состояло все вокруг. Все вместе они делали «Ведьмин котел» местом, из которого совершенно не хотелось уходить.

Оно совсем не было похоже на холодную обстоятельность «Китежа». Особенно главного корпуса, оказавшись в коридорах которого, ты сразу понимал, что попал в серьезное учебное заведение где нет места баловству.

Хотя… При желании даже там можно было найти множество возможностей, чтобы развлечься. Кому об этом лучше знать, как не мне? Но все равно это было другое. Здесь царило совершенно другое настроение.

В этот момент одна из дверей комнат открылась и из нее вышла Нарцисса, с горой полотенец в руках. Женщина тут же перегородила собой весь коридор. Да, размерами она Хорнборну очень подходила. Кстати, гном решил остаться внизу. Он сказал, что в школе слишком низкие потолки, и он то и дело цепляет их головой.

Лакримоза представила нас смотрительнице, которая тут же начала подозрительно рассматривать Хмельникова. Я у нее особого интереса не вызвал.

— Андрэ, значит… — сказала она, осмотрев алхимика с ног до головы. — Эти двое тебе объяснили правила? Вино запрещено, к девчонкам не приставать, курить в комнатах нельзя, едите то, что и все остальные. Каждый нарушитель имеет дело со мной.

Да, строгие тут порядки. Чувствую у Нарциссы не забалуешь. Особенно настораживали ее последние слова. Лично мне не очень хотелось бы иметь с ней дело…

— Я не курю… — тихо ответил Хмельников. — И не пью… И даже не ем…

— Неужели? — удивленно спросила у него смотрительница. — Если так, то мы поладим и мне не придется делать тебе предупреждения. Кстати, у этих двоих уже по одному есть.

Йорик и Асмодей в этот момент усиленно изучали потолок коридора.

Она зашла обратно в комнату, чтобы мы смогли пройти мимо нее и еще долго подозрительно смотрела нам вслед. Думаю, она не очень-то поверила словам Андромеда и составила о нем свое собственное мнение.

— Она хуже адского демона! — пробурчал за моей спиной Асмодей. — Где ее отыскал мой Повелитель?

— Говорите потише, она может услышать, — шепотом предупредил его Йорик. Похоже оба очень не хотели схлопотать еще по одному предупреждению.

— Вот здесь будешь жить ты, Андрэ, — сказала Лакримоза, распахнув дверь одной из комнат.

— Надеюсь ты не слишком шумишь по ночам? — спросил у него Йорик. — Похоже мы с тобой соседи.

— Кто бы спрашивал! — включился Асмодей. — От твоего храпа в школе дрожат стены!

— Клевета! — возмутился толстяк и стукнул посохом об пол.

Хмельников остался со своими новыми приятелями осматривать выделенную для него комнату, а мы с Лакримозой тем временем пошли дальше.

Моя комната оказалась в самом конце коридора. Оказалось, что Лакри решила устроить мне пристанище в самом большом домике, который расположился прямо в углу школы. Вид отсюда был просто шикарный!

Река, за ней горы, а школьный парк почти как на ладони. Не видно разве что площадки для отдыха возле реки, о которой мне говорила ведьма.

— Тебе нравится, сладкий мой? — спросила она и уселась на кровать. — Все как ты просил — с видом на реку.

— Ты просто умница! Столько всего сделала — я просто в шоке!

— Ну еще бы… — подмигнула она мне.

— Макс, ты ее недооцениваешь, — сказал Дориан. — Она еще и не на такое способна, поверь. Что для нее какая-то школа?

— Вот жаль только, что с работягами пока накладка получается, — поделилась она со мной. — Я их уже раз пять меняла.

— Какими работягами?

— Ну, чтобы в школе жили и занимались всякими хозяйственными мелочами. Там подремонтировать, там доску подправить, еще всякие мелочи… Девчонки с этим не справляются, — вздохнула она.

— А что с ними не так?

— Пару дней проходит и начинают ерундой маяться, — пожаловалась она. — У них комнатка своя в подвале есть, так они там вино хлестать начинают. Что за люди? Причем каждый раз одно и то же происходит…

Ага, знакомая ситуация. У нас в «Китеже» тоже такие же обитают… Пока допросишься что-нибудь сделать, уже и забудешь, что хотел. Один кондиционер чего стоит, никак починить не могут. Видимо во всех мирах они одинаковые.

— Ты как, задержишься? — спросила она, пока я осматривал свою новую комнату, которая была раза в три больше той, в которой я жил в «Китеже».

— Не сегодня. Возьму у этих пару книг для ознакомления и домой. В следующий раз уже на несколько дней приеду.

В этот момент снизу послышались звонкие женские голоса.

— Девчонки с прогулки возвращаются, — улыбнулась Лакримоза немного грустной улыбкой.

— Ты чего?

— Дориан мне обещал, что найдет способ вернуть меня домой, — сказала она. — Теперь и его самого нет.

— Он есть, — сказал я и сел рядом с ней на кровать. — Если сказал, что найдет способ, значит так оно и будет. Всему свое время. Мне он ни разу не соврал.

— Да? — усмехнулась Лакри. — Не похоже на него. Обычно он врал напропалую.

— Поклеп… — пробурчал Дориан.

— Да ладно, не начинай, — ответил я ему. — Всем известно, что ты брехло!

* * *

С книгами у иномирцев и в самом деле была какая-то напряженка. То, чем они меня снабдили в качестве ознакомления, даже и книгами-то назвать было нельзя. Так, какие-то брошюры для начальной школы.

Хотя… Чего уж тут. По сути это и были магические буквари, с которых у них было принято начинать обучение. Но это были мелочи. Главное то, что внутри этих книг, а там было много всего интересного.

Самое главное, что я понял сразу — техника чтения заклинаний в их мире отличалась от того, к чему привыкли мы с Дорианом. Они представляли собой не формулы в виде сложных узоров, которых достаточно было мысленно сформировать у себя в голове. Здесь все было намного сложнее.

Для того, чтобы активировать какое-нибудь заклинание, в мире Йорика и Асмодея, не требовалось запоминать каких-то хитрых формул, однако здесь была другая сложность. Заклинания нужно было произносить на особом языке. Так называемом магическом алфавите, которым волшебники должны были владеть в совершенстве.

То есть ты произносил слова, которые сплетались в единую формулу заклинания. Как-то так. Если хоть одно слово ты сказал не так, то ничего не получится. Ну и так же работало обратное правило, чем четче ты произносил слова, тем мощнее получался результат.

Кроме того, каждое волшебное слово забирало у тебя немного магической энергии, пока она не заканчивалась вовсе. Каждое неправильное или нечетко произнесенное слово при этом отнимало гораздо больше сил, чем если сделано все верно.

Правила… Везде были свои правила… Без них никуда. Почему нет магической системы, которая позволяла бы активировать самые мощные заклинания простым щелчком пальцев?

Я с тоской смотрел на магические буквари и с грустью думал о том, что мне придется учить все сто одиннадцать символов. Да еще и научиться их правильно произносить.

— Не расстраивайся, мой мальчик, все не так плохо, — успокаивал меня Дориан. — По крайней мере, тебе не нужно расшифровывать эти символы. Когда я учился, нам приходилось не только разучивать всякие странные староэльфийские слова, но перед этим еще нужно было и перевести их на привычный язык. Представляешь как их распевать, с моим-то слухом?

— Ну знаешь, тут тоже мало приятного, — сказал я, листая одну из книг, в которой была первая половина символов. — Чули… Бали… Хаоли… С ума сойти можно. Как я должен все это запомнить?

— Макс, не расстраивайся, я тебе буду помогать, — сказал Мор.

— Ага, будешь ты помогать, как же… Каждый раз обещаешь и все время одно и то же, на первом занятии еще туда-сюда, а потом дрыхнешь, пока я занимаюсь.

Я отложил в сторону книги и посмотрел в окно, за которым снова пошел снег. В этом году его что-то особенно много. Ладно, не будем пока думать о грустном. До начала учебы еще несколько дней, так что нечего голову забивать. Тем более, что сегодня Рождество, которое я очень люблю.

Лешка еще утром успел позвонить и расстроиться, что я не приеду к нему в этом году на каникулах. Я поначалу тоже немного приуныл от того, что придется отмечать праздник в одиночку, но меня от грустных мыслей избавил дядя Игнат, который сказал, что заглянет на несколько часов.

Думаю, что это дед попросил его заехать посмотреть, как я тут. Да это и неважно. Все равно ведь компания. Вот только нужно будет его чем-нибудь угостить, а для этого не мешало бы в магазин наведаться.

Обожаю всякие вкусности покупать на праздники! Да еще и один в магазине без сопровождения, ну не сказка? День начинал играть для меня новыми яркими красками. Вот только нужно поторопиться. На часах уже три часа дня, до семи всего ничего осталось.

Поэтому я вызвал такси, наскоро собрался и поехал за покупками. По сравнению с предновогодней суетой, сегодня улицы были более-менее свободны, так что обошлось без пробок.

Несмотря на мои опасения, я успел не только скупиться, но даже приготовить салат, поставить картошку на огонь и закинуть курицу в духовку. Так что к приходу Жемчужникова у меня уже все было готово.

Дядя Игнат приехал не один, а в компании Ибрагима, чем меня очень порадовал. В последние дни призрак был все время чем-то занят, так что я его и не видел толком. Вот только чем именно, он мне не говорил, сказал, что потом сюрприз для меня будет.

— Держи, Максим, — Жемчужников вручил мне торт. — Сейчас чай будем пить. Чем это у тебя здесь так вкусно пахнет? Ты что, заказал праздничный ужин?

— Зачем заказывать, сам приготовил. Курицу запек, хотите?

— Хм… Ты меня снова удивляешь! Лешка даже яичницу толком пожарить не может, а тут целая курица! Конечно хочу! Мы с Ибрагимом целый день на ногах.

— Тогда прошу к столу, — сказал я, приглашая их в комнату. — Сейчас все будет.

— Нет, так не пойдет, — прошипел дядя Игнат. — Мы тебе поможем. Ты готовил, так что теперь наша очередь принять участие.

Втроем мы за несколько минут накрыли на стол и вскоре дядя Игнат уже с нетерпением разделывал курицу, от которой шел просто сказочный аромат. Судя по запаху, она мне явно удалось. Как вскоре оказалось, вкус у нее тоже был просто замечательный.

Я-то тоже ничего не ел целый день, так что поздравив друг друга с наступающим праздником, мы с Жемчужниковым взялись за дело. Лишь только после того, как от курицы осталась меньшая часть, он шумно вздохнул, откинулся на стул и спросил у меня:

— Хочешь расскажу, чем мы сегодня занимались с Ибрагимом?

— Конечно хочу.

— Принимали под свой контроль базу бывшего «Железного корпуса», — ответил он и взял кувшин с соком. — Помнишь таких?

— Еще как! А почему «бывшего»?

— Князь Горихвостов решил выйти из этого бизнеса, — сказал дядя Игнат и отпил немного сока. — Решил, что для него это очень хлопотное дело. Так что я тебя поздравляю, Максим. С этого дня «Тени» становятся еще сильнее.

— Мне там, кстати, очень понравилось, — сказал Турок, который уселся в кресло рядом с елкой. — Она почти в два раза больше нашей и место расположения удобнее. Думаю, туда можно переехать, а старое место продать за ненадобностью. Там даже бассейн есть!

— Можешь завтра туда съездить с Ибрагимом, если ничем особо не занят, — Жемчужников допил сок и налил себе еще один стакан. — К сожалению, я вас сопровождать не смогу — уезжаю в Москву, а так бы тоже с вами прокатился.

— Съездим, — кивнул я. — У меня завтра как раз в планах торговый центр навестить, чтобы гардероб обновить, вот заодно и на базу заедем. Кстати, дядя Игнат… Все хотел спросить, а куда делся тот тип? Помните, которого мы в том поместье живым взяли?

— Какой? — притворно удивился Жемчужников. — А-а, тот… Ну да, припоминаю… Знаешь, с ним горячка какая-то приключилась. Не успели спасти.

— Понятно…

— Выбрось его из головы, Максим, — прошипел он и посмотрел на Пирата, который как конь промчался мимо стола преследуя Фауста. — И вот еще что… Дам тебе один совет на будущее… Людей, которые желают твоей смерти, нужно вычеркивать. Быстро и безжалостно. Это закаляет характер и избавляет от многих неприятностей.

Пока я обдумывал его слова, Дядя Игнат посмотрел на тортик и улыбнулся:

— Пришло время тортика, как считаешь?

— Угу, сейчас чай приготовлю.

— А потом поедем на горку кататься. Ты был хоть раз на Хрустальной Горе? — спросил он.

— Нет, а что это?

— Ну ты даешь, Максим! — удивленно посмотрел он на меня. — Чем ты занимался все каникулы, если ни разу там не был? К черту торт! Прямо сейчас туда и поедем!

Глава 9

Оказалось, что Хрустальная Гора это очень высокая снежная горка, которая появлялась зимой недалеко от Приозерного бульвара. Там небольшой холм и вот прямо на нем с давних пор обустраивали Хрустальную Гору. Она была очень длинная, метров сто и тянулась почти до самого Белого озера.

Ох и народу здесь было! Такое ощущение, что половина жителей Белозерска пришли этим вечером сюда покататься. Как это я не знал раньше, что в городе есть такая классная снежная горка?

Хотя, чему я удивляюсь? С ребятами прошлой зимой мы нечасто в город выбирались, а дед на горках не катается. Кто бы мог подумать, что впервые я здесь окажусь с Жемчужниковым?

Недалеко от спуска с горки стояло несколько палаток, где продавали горячие напитки и пироги. Мы с дядей Игнатом хоть и только что поужинали, но на свежем воздухе аппетит разыгрался вновь. Так что мы взяли себе по кружке чая и пирогов с капустой. Наевшись и согревшись горячим чаем, мы арендовали ледянки и взялись за дело.

Вот это кайф!

Горку накатали так, что она уже была не снежная, а скорее ледяная. Поэтому скорость была такая, что после того как я перевернулся в конце, еще метров десять кубарем катился. Блин, головой об лед треснулся, теперь шишка будет, но разве это что-то меняет? Круто же!

Даже жаль, что Ибрагим отказался с нами ехать и отправился на новую базу. Думаю, ему бы здесь тоже очень понравилось. Хотя, дело такое… В своей маске мог и напугать детишек, которых здесь было навалом.

Едва я встал на ноги и отряхнулся от снега, как мимо меня прокувыркался дядя Игнат, сопровождая свои кувырки крепкими заковыристыми словами. Некоторые из них я даже не знал, но запомню обязательно. По случаю нужно будет блеснуть новыми знаниями.

Я подождал пока Жемчужников приведет себя в порядок, и мы с ним погребли наверх за второй порцией. Идти было сложно, конечно. Ноги все время скользили и в любой момент можно было укатиться вниз.

— Что-то староват я становлюсь для этих дел… — шипел дядя Игнат, который брел рядом со мной и время от времени хлопался на колени. — Могли бы какой-нибудь подъемник придумать уже… Черти полосатые…

В этот момент какой-то мальчишка на ледянке вылетел с траектории, сбил Жемчужникова и вместе с ним покатился вниз.

— Ох ты ж еб…

Это были последние слова, которые я услышал. Все остальное уже было там внизу. Пока я ржал над всей этой ситуацией, не заметил, как точно такая же беда незаметно подкралась и ко мне. Только в виде какой-то девчонки, которая орала так, будто ее прямо сейчас режут на куски.

Бам! Хлоп!

Я снова оказался на своей ледянке и вновь полетел вниз. Только теперь лежа на животе и ногами вперед, отчего поездка показалась очень необычной.

— Прикольные ощущения! — сказал Дориан, когда мы наконец остановились. — Так я еще с горки никогда не спускался!

— Вот шалопай! — услышал я возмущенное шипение Жемчужникова. — Вообще не смотрят куда едут! О! Максим, ты тоже уже здесь? Как это у тебя получилось? Мы же только до половины горки подняться успели!

— Да мне вон та девчонка помогла, которая визжит до сих пор…

— А-а, понятно, — улыбнулся дядя Игнат. — Тогда пошли снова. Только теперь давай чуть подальше от горки отойдем, а то летают тут всякие… Никакого уважения к возрасту!

Радуясь отличному вечеру, я с улыбкой на лице поднимался наверх, глядя как мимо нас с криками проносится народ. Судя по голосам, здесь сегодня были люди и постарше Жемчужникова. Вон вообще бабулька какая-то пытается усесться на санки.

Морозец тем временем крепчал. Я посмотрел на фонарь вверху и увидел, как на свету переливаются маленькие искорки. Такое бывает на сильном морозе. Хотя… Обычно это происходило днем, но ночью? Не помню, чтобы я видел нечто подобное…

С каждой секундой разноцветных искр становилось все больше. Они начали стремительно ускоряться, и я понял, что к сильному морозу это все не имеет никакого отношения. Начинался магический шторм, вот что это такое!

Искр становилось все больше и больше, а в теле появилось приятное ощущение легкости. Как же все-таки классно дышится, когда начинается магический шторм. Такое ощущение, будто каждая клеточка твоего тела в этот момент насыщается каким-то очень ценным ресурсом.

Так оно и было. В такие моменты все вокруг перенасыщено чистой магической энергией, которую тело жадно впитывало.

— Дядя Игнат, магический шторм начинается! — сказал я и показал на фонарь.

К этому моменту разноцветные искры увидел уже не только я. Кто-то еще несся с горки, кто-то со смехом поднимался наверх, но нашлись и те, кто оповещал всех о приближении магического шторма громкими воплями:

— Ааааа! Магический шторм!

— Спасайся кто может!

— Кто-нибудь вызовите ратников!

В этот момент раздался оглушительный треск и небо раскололо сразу несколько молний, которые ударили в землю недалеко от спуска с горки. На белом снегу осталось огромное темное пятно, прямо посередине которого сначала появилось робкое белое сияние, которое довольно быстро сформировалось в полноценное Искажение.

Мы с Жемчужниковым молча смотрели на происходящее, сжимая в руках свои ледянки.

— Что будем делать, дядя Игнат? — спросил я у него.

— Нужно уходить, Максим, — сказал он. — Сейчас подъедут ратники. Пусть разбираются с этим делом.

В общем я был с ним полностью согласен. Идти сейчас внутрь Искажения и пытаться уничтожить Проклятие внутри него, была не лучшая идея. Начать хотя бы с того, что я просто не подготовлен к этому приключению.

Как любой уважающий себя дворянин я носил с собой энергетические мечи, но и все на этом. Со мной не было остальных артефактов, которые я брал с собой в таких случаях. Но артефакты это было бы еще полбеды, я ведь и без магической брони. Без нее я себя чувствовал, как голый.

С другой стороны, у меня в арсенале куча заклинаний, но зачем рисковать понапрасну, если и в самом деле можно дождаться ратников? Мало ли что там внутри этого Искажения.

В этот момент один из мальчишек, который недавно скатился с горки, медленно подошел к Искажению и замер напротив него.

— Отойди от него! — крикнули мы одновременно с Жемчужниковым, услышав, что и наверху кто-то пытался докричаться до пацана.

Но он будто не слышал нас. Протянул в сторону Искажения руку и исчез. Оно просто засосало его внутрь!

— Да твою же мать! Что за дети пошли любопытные! Глухой он, что ли⁈ — простонал дядя Игнат и повернулся ко мне. — Жди меня здесь, понял?

— Угу, — кивнул я.

Затем он плюхнулся на горку и скатился по ней. Когда Жемчужников оказался внизу я увидел, как блеснул его энергетический меч, а затем он исчез в Искажении.

Понятное дело, что я не собирался дожидаться дядю Игната здесь на горке. Он ведь тоже там с одним мечом! Поэтому, как только он вошел в Искажение, я тут же скатился вниз, активировал свои мечи и полез следом за ним.

Спустя несколько мгновений я почувствовал, что меня будто огнем обожгло. После Белозерского мороза, внутри Искажения будто все полыхало огнем.

Глаза начали слезиться от жара, а все тело мгновенно покрылось потом. Я смотрел по сторонам и не мог поверить в то, что сейчас меня окружало. Еще ни разу я не попадал во что-то подобное, обычно все было хотя бы отдаленно похоже на наш мир, сейчас же…

Там, где должно было быть Белое озеро, сейчас простиралось вдаль черное поле, сплошь покрытое многочисленными трещинами, из которых то и дело поднимались вверх огненные языки.

Я обошел Искажение, на котором с обратной стороны был виден заснеженный Белозерск, и увидел дядю Игната, который поднимался на черную скалу. Она тоже была покрыта трещинами, внутри которых виднелось что-то ярко-красное. Судя по температуре, я думаю, там была лава или что-то такое.

Хорошенькое местечко, нечего сказать. Я что, попал в ад? Очень на него похоже. Вот только каких-нибудь чертей сюда и будет прямо стопроцентное попадание.

Кстати, куда это несется Жемчужников? И где этот любопытный пацан?

Я присмотрелся вперед и мне все стало ясно. Дядя Игнат гнался за какой-то темной тварью, похожей на красномордую обезьяну с непропорционально длинными передними и задними лапами. Причем этих самых лап у нее штук шесть, не меньше. Еще вроде бы рога у нее были… Слишком далеко. С того места где я стоял, трудно было все увидеть.

Плюс ко всему она сама была черная и трудно было рассмотреть ее получше на фоне темных камней, с которыми она сливалась. Единственное, в чем я был уверен, в одной из своих лап она тащила мальчишку, который болтался словно кукла.

Вот сволочь такая! Зачем ей пацан понадобился, интересно знать? Была первая моя мысль, а вот вторая была посвящена надежде, что он еще жив.

Она улепетывала от барона наверх, не бросая своей добычи, ловко перепрыгивая с камня на камень. Жемчужников явно проигрывал в этой гонке, хотя старался не отставать. Пора и мне подключаться.

Я сбросил с себя куртку и шапку, которые начали меня откровенно бесить, и побежал к горе. Дядя Игнат, наверное, заметил какое-то движение, потому что едва я начал карабкаться наверх, как услышал его недовольный крик:

— Максим! Какого черта ты здесь делаешь? А ну-ка дуй назад, слышишь⁈ Мне за тебя голову снимут!

Мне некогда было особо выяснять, кто Жемчужникову снимет за меня голову, поэтому я просто молча карабкался наверх, помогая себе левой рукой. К этому моменту я убрал один из мечей обратно в футляр и решил, что пока мне хватит и одного. Иначе я бы просто не смог подниматься, а оставаться совсем без мечей — вообще не вариант.

— Аггррр! Ладно Бог с тобой! Держись ко мне поближе! — услышал я сверху.

Шаг за шагом, метр за метром мы поднимались все выше и выше. Тварь уже давно исчезла из нашего поля зрения, поэтому пока мы просто поднимались вверх.

Спустя некоторое время я догнал барона и теперь мы поднимались находясь рядом друг с другом. Когда оставалось всего несколько метров, один из камней, на который наступил дядя Игнат, вдруг треснул.

Звук был такой, как будто это не камень, а вся гора вдруг решила развалиться ни с того ни с сего. Из трещины полыхнуло пламя, которое опалило Жемчужникова и подожгло его одежду.

— Да чтобы тебя! — закричал он пытаясь сбить с себя пламя и несколько раз ударил по воспламенившейся одежде. А я тем временем сбил с него меховую шапку, которая вспыхнула у него как факел.

Дядя Игнат начал снимать с себя пальто, которое оказалось не так-то просто потушить, но в этот момент потерял равновесие, его правая нога соскользнула с камня, на котором он стоял, и он покатился вниз. Пока он падал, я узнал еще несколько новых слов, прежде чем услышал протяжное:

— Ооохххх… — это он уже прекратил катиться где-то на середине горы и теперь просто стонал от боли. Значит живой!

Я полез наверх, одолел последние метры и увидел прямо перед собой новую гору, до которой было примерно метров двадцать. Вокруг нее клубился кроваво-красный туман, который обозначал границы этого Искажения.

Присмотревшись повнимательнее, я увидел, что внизу горы есть проход. Видимо мне туда. Других-то вариантов все равно нет. Блин… Что же здесь так жарко-то, а?

Впивавшийся в шею шерстяной свитер начал меня просто бесить, поэтому я не пожалел времени, чтобы остановиться и снять его. Едва он коснулся земли, как сразу же начал темнеть и дымиться.

Ох ты е-мое! А ведь и правда становится горячо! Я прямо чувствовал, как подошвы моих ботинок с каждой секундой становятся все теплее. Если так пойдет и дальше, то совсем скоро я вспыхну как меховая шапка у дяди Игната!

— Макс! Если будешь стоять на одном месте как столб, то точно превратишься в свечку! — заорал вдруг Дориан. — Давай дуй бегом к этой долбаной горе, если уж решил спасать этого безмозглого мальчишку!

Я припустил к горе, размышляя между делом, есть ли вообще какой-то толк в том, что я сейчас туда бегу? Вдруг пацана этого уже и в живых нет… С другой стороны, Мор прав, какого хрена тогда полез? К тому же и Жемчужникову уже досталось. Значит надо доводить дело до конца!

По ходу своего движения я наложил на себя Смертельное касание и Некропокров, багровый оттенок которого я даже не сразу заметил. Еще бы! Как здесь его увидеть, если в этом адском Искажении все с каким-нибудь красным оттенком!

Когда до пещеры оставалось около пяти метров, я остановился и призвал пятерых скелетов-мечников. Нужно ведь проверить обстановку для начала, поэтому я их и отправил дружной компанией внутрь. Если прямо сейчас с ними ничего не произойдет, то следом уже пойду я сам при поддержке тяжелой артиллерии.

Скелеты бодро потопали к горе, зашли внутрь и это был последний раз, когда я их видел. Спустя всего минуту я даже перестал их ощущать, а значит кто-то с ними расправился. Причем довольно быстро.

О! Стоп! По-моему, мне удалось что-то почувствовать! Один из них остался под моим контролем, и я приказал ему немедленно возвращаться назад.

Прошло не меньше пары минут, пока я не увидел своего скелета. Ну как скелета… Того, что от него осталось… Из пещеры выползла костяная рука, которая довольно быстро побежала в мою сторону бодро перебирая пальцами.

Угу, значит идем другим путем. Пришел черед Штормового Духа и Жреца Смерти.

Вжух! Вжух!

— Слушаю твои распоряжения, мой повелитель! — почтительно склонил передо мной голову жрец. — Говори кого нужно уничтожить!

— Тебя ведь зовут Бранн? — спросил я у него, припомнив его имя.

— Нет, меня зовут Ролло, — ответил он.

Ну да, тот жрец и правда был немного другой. Как будто пошире в плечах, но ростом пониже. Впрочем, какая мне разница?

— Никакой, мой мальчик, — подтвердил Дориан.

— Послушай, Ролло. Там внутри пещеры засела шестирукая тварь, которая утащила туда мальчишку. Может быть она там не одна. Точнее — скорее всего она там не одна. Пацан мне нужен живой, всех остальных можно убить.

— Все понял, мой повелитель, — ответил он и посмотрел на Штормового Духа. — А это кто такой?

— Он за нас. Пойдет вместе с тобой, — ответил я. — Сначала вы вдвоем, а я за вами.

Больше вопросов Жрец Смерти не задавал, лишь нахмурил брови и потопал в пещеру. Я направил Штормового Духа вслед за ним, ну и сам пошел третьим.

Когда до пещеры оставалось несколько метров, блеснула молния, и в руке Ролло появился искрящийся молот. Видимо парень умеет пользоваться призванным оружием.

Ну и я в свою очередь активировал мечи и повесил перед собой яркий Светящийся Огонек, которым планировал освещать себе путь.

Едва мои помощники оказались в пещере, как внутри нее затрещали молнии и царящую в ней темноту пронзили яркие синие вспышки.

Вот уже и зеленые молнии, а следом за ними дикий рев. Похоже мои ребятки попали туда, куда надо. Кто-то явно орет от боли и это точно не мои.

Блин, как же все-таки боязно разгуливать по Искажению без моей магической брони…

— Ты же раньше без нее как-то обходился? Давай, вперед! Я с тобой! — поддержал меня Мор.

В этот момент в пещере раздался новый рев, от которого у меня чуть уши не заложило, а затем из нее выбежал шестилапый и помчался прямо на меня.

Он и правда был похож на черта! С рогами, хвостом, копытами и рожа красная! Вот только пятака у него не было, а в остальном вылитый урод с картинок!

Судя по тому, что от него валил дым, кто-то из моих хорошенько зарядил в него молнией и слегка поджарил. Он попытался удрать и в этот момент напоролся прямо на меня.

Теперь мы с ним смотрели друг на друга и оба орали. Он от боли, а я от неожиданности. Черт попытался ударить меня сразу несколькими лапами с длиннющими когтями. Но хрена с два!

С перепугу я работал мечами с такой скоростью, что даже не замечал, как они врезаются в его тело и режут черную плоть как масло. Всего за несколько секунд я изрубил его на мелкие части и теперь он лежал передо мной черной горкой плоти и костей, из которой торчали два длинных рога.

Отвлекли меня от этой картины новые вопли чертей, а следом за ними раздался еще один рык. Вот это явно был кто-то посерьезнее… У меня даже земля под ногами задрожала…

Ну-ка, посмотрим кто там так громко рычит!

Хотя нет… Сначала сделаю еще одного Штормового Духа…

Вжух!

Ну вот, теперь можно заглянуть одним глазком…

* * *

От автора:

Дорогие мои читатели! Очень скромный автор просит вас поставить лайк тех, кто дошел уже до конца 9 главы, но этого не сделал. Вас так много читает, а лайков (сердечек) как-то меньше, поэтому я просто уверен, что многие попросту забыли про него) Я знаю, такое очень часто бывает) Спасибо вам огромное!)

Глава 10

Поначалу мне показалось, что внутри пещеры темным-темно, и я ничего не мог разобрать, кроме ярко-синих вспышек электрических разрядов, которыми щедро палил направо и налево Штормовой Дух. Зеленые молнии, которыми орудовал Жрец Смерти, проскакивали значительно реже.

Второй Штормовой Дух, с которым я пришел в пещеру, тоже мгновенно включился в дело, помогая своему приятелю. Похоже среди всех, кто здесь сейчас был, только я не мог понять с кем они сражаются. Кто-то же еще и орет от боли, значит не только сражаются, но еще и попадают.

Но понемногу глаза привыкли. А после того, как я активировал второй Светящийся Огонек, все стало еще лучше. Как же я был благодарен сейчас Черткову за то, что он научил меня поддерживать огоньки не отвлекаясь от основного занятия. Иначе мне бы сейчас пришлось туго.

Пещера оказалась довольно большой и этих шестилапых чертей здесь было просто до хрена! Повсюду то и дело появлялись красные рогатые морды, которые тут же получали свою порцию молний.

Откуда они берутся, я понять не могу? Такое ощущение, что они почкованием размножаются. Причем со скоростью реактивных кроликов, которых накормили энергетиками!

А вот кто так громко рычал пока было не видно, хотя рычать он не переставал. Наверное, сидит где-то в засаде, скотина такая.

Чтобы красномордые черти не могли ко мне незаметно подобраться, я окружил себя несколькими рядами скелетов, которые должны были в случае чего стать моим живым щитом.

Ну как живым… Технически он был не совсем живой, но сути дела это не меняло. Самое главное, чтобы он мог выполнять свою задачу.

Очень скоро мое решение полностью оправдало себя, и я мысленно поблагодарил Бога, что вовремя призвал отряд скелетов. Не прошло и несколько минут, как прямо перед ними появилось сразу два рогатых монстра, которые вступили с ними в схватку.

Скелетики, конечно, были послабее этих шестилапых рогатых уродов, которые почти на две головы выше и мощнее. Каждому черту требовался ровно один удар, чтобы вывести из игры скелета. Они просто разлетались в разные стороны, громко стуча костями по камням.

Однако у моего отряда был один плюс. Численно он был намного больше пары тварей. Поэтому кому-то из скелетов удавалось ткнуть своим мечом во врага, прежде чем его разнесут на составные части.

К тому же, я в этот момент тоже не скучал и активно помогал своим костяным воинам. Не прошло и минуты, как черти получили от меня по Стреле Тьмы в наглые красные морды, а также по Ауре Разложения, чтобы им было еще веселее.

Живучие твари оказались! Мои верные мечники, постоянно редеющие ряды которых я не забывал пополнять, искололи их со всех сторон, а они все еще продолжали жить. Хотя сражались уже без былого энтузиазма и с каждой минутой продолжали терять начальный задор.

Наконец я положил конец их мучениям, пронзив их по очереди Лучами Смерти. Черти издали протяжные предсмертные хрипы и рухнули на горячие камни, получив от скелетов на прощание еще несколько ударов мечами.

Рядом со мной тем временем еще продолжался бой, но и былая активность понемногу спадала. Синих и зеленых молний становилось все меньше, как и воплей пострадавших от них шестилапых тварей.

Воспользовавшись передышкой, я внимательно осмотрелся по сторонам в поисках мальчишки, с которым сюда забежал один из чертей, но его нигде не было видно. Проклятье! Он же не мог никуда деться? Не могла же она его сожрать? Так быстро во всяком случае. Думаю, что не могла…

Темно еще вокруг! Жара эта дурацкая еще… Как в бане, честное слово! Хорошо хоть молнии уже совсем исчезли, а то у меня о воплей чертей уже голова начала раскалываться.

Чтобы было виднее, я активировал третий Светящийся Огонек и в сопровождении своего верного отряда начал прочесывать пещеру.

Причем старался делать это как можно быстрее, потому что рычание, которое по-прежнему доносилось до моих ушей, ничего хорошего не предвещало. Я пытался не обращать на него внимания, но это было непросто. Очень непросто.

Мальчишки нигде не было. Я даже внимательно осмотрел каждый красномордый труп, который мог случайно упасть на пацана, но это мне мало чем помогло. Варианта два. Или черти его и правда слопали, или он правда не здесь.

Ну а если его здесь нет, значит скорее всего он там, где кто-то продолжает грозно рычать. Должен быть там, по крайней мере.

Я посмотрел на свою армию, которая ждала от меня дальнейших указаний и понял одну важную вещь. Если там и в самом деле нечто очень крутое, то было бы неплохо призвать Отродье Дракона, а вот как раз этого я уже сделать не смогу.

С учетом уже потраченной энергии, у меня просто не хватит на это сил. Не очень хорошо. Точнее сказать — совсем плохо. Зараза! Сейчас была отличная возможность проверить Вороний Амулет, вдруг он бы сработал и помог мне?

Но он сейчас очень далеко, так что — за мной, мои грозные воины! Ну как за мной. На острие атаки Штормовые Духи, за ними Жрец Смерти, а потом я со своей щелкающей костями бригадой.

Впереди моей маленькой армии летели Светящиеся Огоньки и освещали нам путь, а пещера все не заканчивалась. Она лишь сузилась в дальней своей части и теперь мы шагали по чему-то, что больше напоминало тоннель.

Причем чем дальше мы по нему заходили, тем все жарче становилось. Я смотрел на шагающих рядом со мной скелетов, которым все было нипочем, и сильно им завидовал. Вот кому все равно, что жара, что холод. Все-таки иногда быть скелетом очень даже прикольно.

Я подумал не снять ли мне рубашку, но понял, что никакого облегчения это мне не принесет. Какой толк ее снимать, если она уже насквозь мокрая и прилипла к телу так, что я ее даже не чувствовал.

Вдруг я услышал какой-то странный звук. Нет, это было не рычание. Звук был совсем другой. Как будто… Блин, на что это может быть похоже?

— На хлопанье крыльев, — подсказал мне Дориан. — Причем звук такой, как будто птицы не самые маленькие.

— Мор, откуда здесь взяться птицам? — спросил я у него и в этот момент прямо перед нами и правда появились огромные крылатые существа.

Вот только на птиц они были не очень похожи. Скорее на уродливых летучих мышей редкого огненного вида. В них тут же полетели молнии, но они даже не пытались уворачиваться от них, а просто врезались в моих призванных существ и тут же взрывались.

Штормовым Духам они не причиняли абсолютно никакого вреда, а вот Жрецу Смерти пришлось туго. Каждым взрывом они вырвали из него целые куски, так что очень скоро он уже был с одной ногой, без рук и части туловища.

Жрец защищался зелеными молниями, которые по несколько штук за раз вылетали из его ладоней, но птиц было слишком много, так что всех перестрелять просто не получалось.

Я со своей стороны тоже не жалел Стрел Тьмы, но и это мало чем помогало. Стая оказалась слишком большой, чтобы от моих заклинаний была большая польза. Мне удавалось немного прореживать их количество, но и все на этом.

Когда очередная огненная птица лишила Жреца Смерти головы, он просто исчез, огласив тоннель протяжным предсмертным стоном.

Ну а практически сразу после его смерти исчезла и последняя из птиц, которая врезалась в мой отряд скелетов, расколошматив парочку из них. Такое ощущение, что их и не было вовсе и лишь по отсутствию Жреца можно было понять, что мне это не показалось.

Тем временем тоннель начал понемногу расширяться, но я не спешил призывать нового помощника. Мне нужно бережно относиться к расходу своей энергии, так что для начала нужно понять кто там рычит и кого против него лучше всего использовать.

Очень скоро я получил ответ на свой вопрос. Едва тоннель закончился, мы оказались в новой пещере, которая по размеру была ненамного меньше предыдущей.

Прямо напротив входа стояла копия моих Штормовых Духов. Вот только мои ребята были сплетены из молний, а это полностью состояло из огня. Неужели это оно рычало? Сейчас разберемся…

Одновременно они начали шпарить друг друга заклинаниями. Мои стреляли в огненного монстра молниями, а он в них бросал в ответ огненные шары.

В пещере царил настоящий фейерверк, как будто разом взорвали пару тысяч петард. Треск, грохот, вспышки вокруг… Ну просто одуреть можно!

Я смотрел на все это светопредставление несколько минут, пока наконец не начал понимать, что при этом никто из них не причиняет никому вреда. Огненному вообще ничего не делалось от молний, а моим ничего не делалось от пламенных шаров, которые в них летели десятками.

Охренеть можно… Вот это нормальная такая история! Нужно срочно подключаться, иначе дело закончится плохо. Не знаю, как у этого огненного парня, а вот у меня энергия явно имеет свойство заканчиваться. Когда исчезнут мои Штормовые Духи, оно примется за меня, а я вот почему-то не думаю, что огненные шары для меня окажутся такими же безвредными красивенькими огоньками.

Вот только что бы такого против этой огненной твари придумать? Отродье Лича не подойдет, Жрец Смерти мне тоже вряд ли чем-то поможет… Стоп! А если попробовать Жнеца? У него же есть отличная коса, которой он очень неплохо пользуется!

В надежде, что мне это поможет, я призвал Жнеца, который тут же вырос передо мной высоким черным силуэтом похожим на смерть и поплыл в сторону огненного.

Тот был полностью занят бесполезной и беспощадной схваткой с моими Штормовыми Духами, поэтому поначалу не обратил внимания на медленно подплывающего к нему Жнеца с ярко-синей косой на плече.

Наверное, решил, что не стоит уделять особого внимания какой-то непонятной фигуре, которая в два раза ниже его. Ну а может быть просто не заметил его… В любом случае, это стало его роковой ошибкой.

Едва огненный оказался в его зоне досягаемости, Жнец активно заработал своим оружием. Первый же удар меня приятно порадовал и даже дышать стало легче. Честно говоря, я очень беспокоился о том, что Жнец окажется бесполезным и вот тогда мне пришлось бы несладко.

Но переживал я зря. Каждым взмахом своей косы Жнец лишал огненного части его тела. Оружие неотвратимо поднималось, чтобы тут же опуститься вновь. В разные стороны летели куски горящей материи, из которой состоял огненный. Кстати он понемногу становился все ниже и ниже.

К тому моменту, когда он понял, что смотрит на Штормовых Духов снизу-вверх, он все-таки шарахнул в Жнеца огненным шаром. Более того, даже вырвал из него кусок черной плоти, но это было уже слишком поздно. К этому времени он уже был почти в два раза меньше своего начального состояния.

Он успел хорошенько потрепать Жнеца, который был весь в дырках, но и все на этом. Последним ударом косы его огненная голова была разрублена пополам, тварь вспыхнула и исчезла.

Я уже закрыл глаза и приготовился поглощать энергию, которая должна была начать в меня вливаться, как происходило всякий раз, когда я уничтожал Проклятье, но вот хрена с два. На этот раз ничего не произошло. Огненный просто исчез и все.

Ну не гад? И где, спрашивается, мой кристалл? Погодите-ка… И почему продолжается рычание, я понять не могу?

— Наверное, это просто еще не Проклятье, мой мальчик, — сообщил мне Дориан факт, который к этому моменту я и сам уже успел осознать.

Кстати… А где мальчишка? Его-то я тоже до сих пор не нашел! Фух… Что-то на этот раз мне досталось какое-то неправильное Искажение. Во-первых, слишком длинное; во-вторых, слишком сложное; в-третьих, слишком жаркое…

В целях экономии энергии я деактивировал уже сделавшего свое дело Жнеца и одного из Штормовых Духов. Второго решил оставить на всякий случай. Вдруг на меня что-то внезапно вылезет? Ну а теперь что же… Надо смотреть, что там дальше. Раз уж начали, то нужно как-то заканчивать.

— Дориан, откуда взялся этот безмозглый пацан на мою голову⁈ — спросил я у Мора, отправляя в разные стороны Светящиеся Огоньки. — Лезут в эти Искажения, как будто им здесь медом намазано! А ты потом ходи по этой бане, спасай их… Телик они не смотрят, что ли? Каждый день им говорят, что шляться по Искажениям опасно! Нет же… лезут и лезут…

— Кажется в прошлом году Нарышкин тоже сказал тебе, что в Искажение не стоит заходить… — напомнил мне Дориан. — Помнится мне ты не слишком прислушался в тот раз к его словам. Хотя и телик ты вроде бы смотрел…

— При чем здесь я? Это — другое!

— Ну конечно, как я сразу не догадался.

— А ты вместо того, чтобы искать оправдания этому пацану, должен был поддержать меня.

— Я и поддерживаю. Вот сейчас смотрю на вон то большое темное пятно в конце пещеры и думаю, что перед тем как туда лезть, желательно призвать кого-нибудь посильнее твоего отряда скелетов.

— Вообще-то, это не ты смотришь на то темное пятно, а я смотрю на него, — сказал я. — И это я думаю, что не мешало бы… О! Смотри! По-моему, это мальчишка, или мне кажется?

Я остановил один из Светящихся Огоньков и подсветил им место, где мне показалось я увидел мальчика. Ну да, похоже на то… А кто рядом с ним лежит? Черт, что ли? А ну-ка, посмотрим поближе…

Надеюсь он живой и я не зря поджариваюсь в этом Искажении.

— Слушай, Макс, если он жив, то предлагаю не рисковать, забирать пацана и валить из этого ада. Черт с ним с этим Проклятьем!

— Само собой свалим. Разве я похож на идиота?

Гррррр… Гррррр… Бух… Бух… Грррр…

Глава 11

— Дориан, ты видишь эту лягушку? — спросил я, глядя на огромного жабоподобного монстра, который топал к нам. — Это то самое большое пятно о котором ты говорил… Ты еще и зрением слабоват.

— Вообще-то, ты тоже говорил, что это пятно, — огрызнулся Мор.

Ну а я тем временем призывал Жнеца и еще одного Штормового Духа в помощь первому. Единственное, на что у меня еще хватало энергии. Если они мне не помогут… Хотя нет, об этом лучше не думать. Конечно помогут. У них других вариантов просто нет.

Тем временем жаба остановилась, внимательно посмотрела на меня, а потом ее живот вдруг начал светиться ярким красным светом, и она сделала так:

— КВААААК!

Последнее, что я увидел перед тем как рвануть в сторону, это огромный огненный шар, который летел в меня. Мощный взрыв потряс пещеру и сверху на меня посыпались осколки тлеющих камней. Здесь же и вместо пыли огонь, мать его!

Падая на горячие камни, я выставил перед собой ладони и оказалось, что очень зря это сделал. Такое ощущение, будто я их в кипяток сунул! Уверен, что пару волдырей я себе точно заработал.

Рядом со мной весело тарахтели по камням кости, на которые разлетелась вся моя команда отважных скелетов, к компании которых я даже успел привыкнуть за это время. Вот долбаная лягушка!

Опасаясь, как бы в меня не прилетела еще одна огненная глыба, я вскочил на ноги и посмотрел на жабу. К счастью ей было не до меня, она была плотно занята разборкой с моим Жнецом и Штормовыми духами.

Кто из них побеждал я выяснять не планировал. Наоборот, я собирался забрать мальчишку и как можно скорее свалить отсюда. Драться с лягушкой у меня никакого желания не было — она слишком опасно квакает.

Отправив Светящиеся Огоньки подальше, чтобы они не выдавали меня, я побежал в ту сторону, где видел лежащего на камнях парня.

Я бежал и думал только о том, чтобы тварь, которая лежала возле него, оказалась мертвой. Иначе мне придется активировать мечи и их яркий свет тут же выдаст меня.

Но мне повезло, красномордый шестилапый черт был мертвым. Весь в ожогах… Похоже ему крепко досталось от моих парней прежде чем он сдох. Но все-таки сдох и это хорошо.

Так, а что с парнем? Я присел рядом с ним, попробовал пульс… Живой! Надо же! Дышит, конечно, слабенько, но ведь дышит!

На мальчишке было теплое пальто, которое уже начинало понемногу дымиться под ним от высокой температуры камней, на которых он лежал. Оно его спасло! Если бы его не было, у него к этому времени вся спина была бы как сплошной ожог и это в самом лучшем случае.

— Макс, забирай его и бежим! Что ты смотришь на него как баран на новые ворота? — явно начинал нервничать Дориан.

— Думаю как мне его удобнее взять!

— Ну так соображай быстрее! Бери уже хоть как-нибудь, если не хочешь, чтобы…

— Квак… Грррр…

Я быстро обернулся и увидел, что на меня смотрит жаба. Причем ни моего Жнеца, ни Штормовых Духов рядом с ней нет и это были хреновые новости. А с учетом того, что эта лягушатина выглядела так, как будто с ней ничего и не происходило, то значит мои призванные существа особого вреда ей не причинили. И это делало хреновые новости еще хуже…

Интересно, а если я прямо сейчас возьму мальчишку на руки и попробую с ним удрать, у меня это получится или нет?

— Я бы на твоем месте не стал экспериментировать, — сказал Дориан. — Думаю ее огненные шарики летают быстрее, чем ты бегаешь.

— Угу, согласен. Тем более, с пацаном на руках… С виду он не самый легкий.

Пока я раздумывал, что бы такого предпринять, жаба вдруг прыгнула в мою сторону. Приземлилась она с таким грохотом, что я подумал вся пещера тут же обвалится. Это как если бы слон вдруг решил, что он кузнечик и начал бы скакать. Жуткое дело…

Между нами было шагов двадцать, не больше. В этот момент она решила покончить со мной и начала заряжать свой мощный квак накоплением ярко-красного огня в своем пузе, но я не планировал оставаться здесь навсегда с этим пацаном.

Поэтому решил сделать единственное, что еще было в моих силах. Просто взял и ушел в некрослой. Черт его знает, как это будет работать внутри Искажения, но кто не рискует, тот не пьет шампанского. Да и выхода у меня другого не было, не помирать же в самом деле?

Очень вовремя ушел, между прочим. Еще бы несколько секунд и огненный шар прилетел бы прямо в меня. Спрятаться от него на таком близком расстоянии я бы просто не смог. Но на этот раз я успел все рассчитать, так что шар пролетел прямо рядом со мной и врезался в каменную стену где-то далеко за моей спиной.

Ох! Как же классно ощутить приятную прохладу некрослоя после адской печи этого Искажения. Просто божественное удовольствие… Хотелось просто закрыть глаза и стоять на одном месте наслаждаясь ощущениями.

Это было очень похоже на горячий душ после того как хорошенько продрог. Когда греешься под горячими струями воды и готов стоять под ними вечно. Только сейчас было наоборот, я хотел бы вдоволь насладиться холодом.

Вот только ситуация для этого сейчас была не самая подходящая. Жаба-то никуда не делась, а просто стояла и с глупым видом таращилась на пустое место, где совсем недавно был я. Если в ее башке была хоть капля мозгов, то сейчас она совершенно точно раздумывала над тем, куда бы я мог вдруг деться?

Тем временем я посмотрел по сторонам и невольно улыбнулся — как же здорово, что в Искажении все работало привычным мне образом. Все так, как я и рассудил.

Если здесь есть темная энергия, которая работает так же, как и на Земле, то значит и все остальное возможно будет похожим. Я не ошибся. Может быть, конечно, меня еще ждут сюрпризы, и эта картина не отражает общей ситуации, но сейчас все работало как надо.

Черно-белая картинка, привычная прохлада и лишь два живых существа снаружи — мальчишка и эта гигантская лягушатина, которая соображает со скоростью наковальни.

Но самое главное было то, что я видел их сердца… Ярко-красные пульсирующие сосуды жизни… Совсем маленькое у парня и огромная пульсирующая ярко-красная бочка у жабы…

Видимо лягушка пришла к выводу, что я просто-напросто испарился сказочным образом, она явно заинтересовалась мальчишкой и подпрыгнула поближе. Ну а шагнул в ее сторону.

Всего небольшой шаг, который внутри некрослоя превращается сразу в несколько и вот я уже в пяти метрах от нее. Еще один шаг и я могу дотянуться до ее сердца. Во всяком случае, попытаться это сделать.

— Как думаешь, Дориан, пытаться убить эту тварь так же опасно как человека? — честно говоря я немного сомневался, что все делаю правильно. — Помнишь, как говорил Чертков? На это нужно затратить очень много сил и даже у него столько нет.

— Он ведь говорил о людях, мой мальчик, — ответил он. — Не думаю, что в данном случае это равносильно. Но если сомневаешься, попробуй просто сделать ей нехорошо. Помнишь, как с тем некромантом в поместье?

Именно это я и собирался сделать. В тот момент, когда лягушка собиралась подпрыгнуть еще ближе к мальчишке, я взялся за дело. Быстро протянул руку вперед и дотронулся до ее сердца.

— Квак… — издала она жалобный звук и шлепнулась на живот.

Глаза лягушки стали вдруг огромными, она попыталась снова подняться на лапы, но ей это не удалось и она вновь хлопнулась на живот.

Тем временем я пытался прислушаться к собственным ощущениям и понять, есть у меня силы продолжить эту игру или оставить ее в покое и дать уйти? Если я покину некрослой, то есть очень слабая надежда, что мне удастся сейчас уйти, и жаба не будет меня преследовать. Ей сейчас явно не до того…

Но если я не рассчитаю своих сил и потеряю сознание внутри некрослоя, то где гарантия, что здесь со мной ничего не случится? Тем более, что никто меня не найдет. Даже ратники, которые возможно скоро могут явиться в это Искажение. Рано или поздно они же все-таки приедут…

Я решил рискнуть. Чувствовал я себя вполне нормально, голова не кружилась, настроение хорошее, а это значит, что сил у меня еще вдоволь. Было бы их мало, меня начала бы охватывать тоска, а до этого еще далеко.

Поэтому я вновь дотронулся до ее сердца. Вот только теперь сделал это намного грубее, пытаясь пробить его своей рукой.

В какой-то момент мне показалось, что мои пальцы уперлись в какое-то невидимое препятствие, а затем я почувствовал, как моей ладони резко стало горячо. Будто сунул руку в горячую воду. Не настолько горячую, чтобы ощутить приступ боли, но все же…

— Кваааа… — сдавленно квакнула лягушка, один раз дернулась и затихла.

Вот и все.

В этот момент я почувствовал, как по моему телу прокатилась приятная волна. Ощущения были похожи на те, когда я впитываю светящиеся шарики силы. Значит вот оно что. Существа, которых я убиваю через некрослой, тоже дают мне силы. Как и проклятья…

Я сделал несколько шагов назад и вышел из некрослоя. К этому моменту лягушка как раз стала распадаться на яркие сине-голубые искры, которые начали мощным потоком влетать в меня.

— Вот теперь мы точно завалили в этом Искажении главного монстра, — сказал Дориан, как только процесс поглощения закончился. — Жаль, что с нами нет Ибрагима. Можно было узнать у него, вдруг у этих чертей красномордых можно отрезать что-нибудь полезное? Столько денег зря пропадает…

— Да ну их! Тут каждая минута за десять идет! В аду и то холоднее, наверное, чем здесь! — сказал я, подтянув поближе Светящийся Огонек и осматривая место смерти жабы на предмет магического кристалла. — О! Вот он, смотри! Голубенький! Гляди-ка большой какой!

Я сунул кристалл в карман и вновь подошел к мальчишке. Теперь уже можно было не так сильно спешить, поэтому я взял его поудобнее и потопал к выходу из этого проклятого места.

Светящийся Огонек летел впереди, освещая мне путь, а я старался идти побыстрее и при этом не зацепиться за какой-нибудь камень, которых здесь было навалом.

Обратный путь показался намного быстрее, но идти все равно было нелегко. Мальчишка и правда оказался довольно тяжелым, так что я даже пару раз остановился, чтобы немного передохнуть.

— Не пацан, а мамонт какой-то! — пожаловался я Дориану, когда уже выходил из пещеры. — Чем его кормят, интересно знать? Нужно будет сказать ему потом, чтобы на диету садился… Этак он через годик-другой в Бубнова превратится.

— Между прочим, Бубнов похудел… — напомнил мне Мор.

— Фух…

Я остановился, чтобы отдышаться и в этот момент мальчишка открыл глаза и посмотрел на меня.

— Ты кто? — будто сонным голосом спросил он.

— Максим Темников, — ответил я тяжело дыша. — А ты кто?

— Серега Киселев… Мне уже семь лет…

— Сам идти сможешь, Серега Киселев?

— Давай попробуем…

Я осторожно опустил его на землю и сам уселся рядом с ним. По сравнению с пещерой здесь было не так жарко, так что сидеть можно было более-менее комфортно. Поэтому я просто наслаждался отдыхом и смотрел на мальчишку, который тоже уже сел и удивленно смотрел по сторонам.

— Мы с тобой внутри Искажения? — спросил он, ощупывая затылок.

— Угу, типа того, — кивнул я. — Ты зачем в него вообще полез?

— Чтобы посмотреть что у него внутри, — ответил он. — Блин… Башка болит… Меня эта обезьяна стукнула об камень… Чуть мозги не вылетели…

— Дай посмотрю. Крови нет, только шишка. Жить будешь.

— Это хорошо, — сказал он и вдруг спохватился. — Может быть пойдем отсюда, Максим? Там у меня бабушка на горке! Волнуется, наверное…

— Сто процентов! — заверил я его, затем встал на ноги и протянул ему руку. — Держи.

Он попытался встать и это удалось ему с первой попытки. Это хорошо. Значит со скалы сам сможет спускаться. Я уже начал переживать, что не смогу его вниз стащить.

— Максим! — услышал я голос Жемчужникова и посмотрел в сторону скалы. — Вы живы?

— Живы, дядя Игнат, — радостно ответил я ему и помахал рукой. — Как хорошо, что с вами все в порядке!

— А ну-ка быстро ко мне, черти полосатые! — ну вот, стоило барону немного прийти в себя, как он вновь стал прежним. Ну и ладно. Самое главное, что живой!

Мы подошли к барону, и я показал ему на мальчишку, который в своем опаленном пальто смотрелся как пингвин, которого молнией шарахнуло.

— Здрасьте, дядя. Меня Сергей Киселев зовут, — представился он Жемчужникову.

— Дать бы тебе ремня! Чтобы вся жопа красная была! — пробурчал дядя Игнат и погрозил ему пальцем. — Я вот все твоим родителям расскажу, паразит!

— Эй вы там, наверху! Живы-здоровы?

Я посмотрел вниз, увидел несколько людей в форме и даже улыбнулся от радости, что теперь все точно будет хорошо:

— Дядя Игнат, ну вот и ратники пожаловали!

— Дармоеды… Пока явятся, рак на горе свистнет… — пробормотал он и помахал им рукой.

Спустя полчаса мы с Жемчужниковым сидели в машине ратников, пили чай и приходили в себя. Точнее это я приходил в себя. Жемчужников уже давно был в полном порядке и теперь отчитывал меня за то, что я полез в Искажение следом за ним.

Ну а я даже не защищался. Укутанный в несколько одеял, я просто сидел, наслаждался горячим чаем и улыбался. Столько всего произошло за этот час, что даже не верилось.

В этот момент дверь открылась и в машину забрался ратник, который в этой группе был старшим.

— Игнатий Михайлович, приношу вам от всего нашего департамента искреннюю благодарность, — весело сказал он. — Завтра буду хлопотать, чтобы благодарственное письмо вам выписали.

— За что это? — удивленно прошипел барон.

— Ну как же… Уничтожили проклятье… Закрыли Искажение в общественном месте и все такое, — ответил он. — Вдруг оно диким бы оказалось? Столько народу могло помереть!

— А-а, за это… — Жемчужников задумчиво почесал затылок, посмотрел на меня, а затем на ратника. — Так это вам не меня благодарить нужно, а Темникова. Это он с проклятьем дрался.

Ратник удивленно посмотрел на меня, затем на дядю Игната и рассмеялся:

— А-а, я понял! Шутить изволите? Ну это хорошо! Значит чувствуете себя отлично! — он подмигнул мне и вновь открыл дверь. — Ну вы шутник, Игнатий Михайлович — мальчишка убил проклятье в огненном Искажении! Надо же было такое придумать! Ладно, вы тут грейтесь, а у меня еще дела. Ждите благодарственного письма!

— Так что ты там говорил насчет проклятья? — спросил у меня дядя Игнат, когда за ратником захлопнулась дверь. — Что-то типа таракана было?

— Да Бог с ним, с проклятьем, — сказал я и отхлебнул еще немного чая. — А классно мы с вами с горки покатались, правда?

Глава 12

Вот так, незаметно пролетели зимние каникулы и пришло время возвращаться обратно в «Китеж». Честно говоря, на этот раз я даже не успел толком отдохнуть и соскучиться по учебе. Мне кажется, в прошлом году каникулы длились намного дольше, чем в этом.

Хотя с другой стороны, в этом году они были намного интереснее и полезнее. Мне удалось сделать важную штуку, добыть вторую часть Вороньего Амулета! Только одно это уже было круто, а ведь было еще кое-что… Дед и мой отец почти помирились! Вот что случилось!

В предпоследний день каникул дед вернулся из Москвы в очень хорошем настроении и рассказал, что у них с отцом состоялся серьезный разговор и в результате им удалось прояснить для себя кое-какие важные моменты.

Блин… Ну наконец-то… Если честно, я не думал, что это когда-нибудь случится. Правда дед сказал, что пока они просто 'нормально общаются и прежними эти отношения не назвать, но разве это важно? Главное, что начало положено, а там уже со временем все образуется.

Может быть и отец на фоне этого начнет поправляться, кто знает? Во всяком случае, дед точно будто помолодел за эти несколько дней и сбросил с себя лет пять. Веселый, радостный, суетливый…

Как же это было круто! Я его таким счастливым последний раз видел в тот день, когда неожиданно нагрянул к нему в гости на Новый Год. Глядя на него у меня и у самого поднималось настроение.

Правда у меня-то с отцом все по-прежнему и ничего не поменялось, но кто знает? Может быть, у него со временем и правда шарики в голове на место становятся… Думаю, и мама приложила к этому свою руку.

Ладно, посмотрим, как оно там будет. Пока достаточно того, что у него с дедом все налаживается, для старика это было очень важно. Уж я-то знаю, как никто…

Дед поинтересовался как у меня прошли дни пока его не было, и я рассказал ему последние новости.

Во-первых, про то, что у «Теней» теперь появилась новая база, которая намного лучше предыдущей.

Кстати, я съездил туда с Жемчужниковым на следующий день после той истории на Хрустальной Горе. Все было именно так, как и говорил дядя Игнат. База была правда очень крутая! Там даже несколько бассейнов было!

Всей призрачной команде там понравилось, а особенно Ткачу. Теперь в нашем распоряжении был огромный спортивный зал, в котором не то, что фехтованием, футболом можно было заниматься.

Во-вторых, сообщил деду о наших с Жемчужниковым приключениях в Искажении. Слушая мой рассказ, дед то и дело вздыхал и ругал меня за то, что я не послушался дядю Игната и полез следом за ним выручать из беды мальчишку.

Хотя вот не полез бы я и что дальше? Кто знает, как бы там справлялся без меня барон и остался бы в живых Серега Киселев?

Ну а так, все в полном порядке. Дядя Игнат за спасение пацана получил благодарственное письмо, а мне его бабушка шарфик связала. Черный, как я люблю.

Правда Ибрагим на следующий день мне весь мозг выел за то, что мы с этих чертей не забрали ничего. Оказывается, их рога и копыта денег стоят немалых. Да и сами эти уроды красномордые редко встречаются, так что могли бы неплохо заработать. Ну да ладно, чего уж теперь?

Ну а еще пришлось на магазины время потерять. Последний день каникул, между прочим. Гардеробчик пришлось обновить. Я бы уже в этот раз время на торговый центр не терял и съездил бы туда позже вместе с Лешкой. Но после того как моя куртка и свитер превратились в паленые тряпки, другого выхода у меня просто не было.

Поэтому пришлось ехать. Вместе с Лазаревой, кстати говоря. Я перед поездкой заехал к ней в мастерскую за цепочкой для Вороньего Амулета, которую она все-таки мне сделала несмотря на праздники. Ну а там уже она решила составить мне компанию. Почему бы и нет в самом деле?

Кстати, цепочка-то очень крутая получилась. Я ведь пошутил, когда ей сказал, что желательно чтобы черная была, а она всерьез ее из какого-то черного металла сделала.

Вот только из какого именно — не говорит. Сказала, что секрет фирмы. Ну и Бог с ним. Самое главное, чтобы не порвалась никогда и амулет не потерялся.

Весело мы с ней погуляли. Первый раз, когда я ходил по торговому центру с удовольствием и прикупил не только одежду, но и подарков всем.

Нарышкину ручку с золотым пером. Он их коллекционировал, а такой как я ему взял, у него еще не было. У нее корпус из какого-то голубого камня был сделан, очень клевая!

Цветковой купил серебряного ангелочка, который был сделан в виде маленькой феи. Прикольный. Она любит всякие такие вот штуки. Дашковой тоже ангелочка, но немного другого. Поменьше размерами и больше похожего на ангела, а не на фею.

Борису приобрел музыку, которую он у меня просил. Мы с Полиной посоветовались и решили, что будет хорошо подарить ему переносную музыкальную колонку с флешкой. Музыку я ему сам буду туда загружать, если попросит. Вот для начала всю любимую музыку деда ему туда зашурую. Я-то к ней привык с детства, вот и он пусть рок-н-ролл слушает.

Вот только друг другу мы с Лазаревой не придумали что купить. Черт его знает, как так получилось…

— Ну ты и остолоп, мой мальчик! — весь вечер Дориан читал мне лекцию о моих умственных способностях. — Так не делается!

— Отвали, Мор! Мог бы и подсказать, вместо того, чтобы мне мозги компостировать на ночь глядя, — защищался я, хотя сам понимал, что дал маху. Надо было Полине купить какую-нибудь штучку.

В конце концов я успокоил себя тем, что ей всегда можно что-то подарить в ответ на цепочку, которую она для меня изготовила. Хорошая мысль! Вот и расплачусь сразу за все!

— Все равно ты остолоп… — сообщил мне Дориан вместо пожеланий спокойной ночи.

— Ай, отстань… Давай спать. Завтра рано вставать и в общагу ехать. В школу же через день…

* * *

Нет, все-таки напрасно я расстраивался, что каникулы оказались слишком короткими. По школе я соскучиться все же успел. Причем довольно сильно.

Несмотря на ранний подъем, приехал я лишь к полудню. Сам не знаю, как так вышло. Пока собрался, то да се… В общем, к этому моменту Нарышкин меня уже заждался.

— Макс, где можно так долго лазить, я понять не могу? У тебя вещей-то один чемоданчик! Неужели ты его полдня собирал? — возмущался Лешка, пока я раскладывал свои вещи в комнате. Кстати, комната вроде бы меньше стала… Странно…

Я подождал момента, когда Лешка выпустит пар, ну а потом мы с ним начали делиться новостями. Рассказывал в основном я. Оказалось, что кроме поездки в Сочи, ничего интересного с ним во время каникул не происходило.

— Блин, надо было к тебе в Белозерск приезжать, — сокрушался княжич. — По ходу у тебя веселее получилось каникулы провести. Ну разве тут вырвешься? После приезда старики каждый день меня по всяким приемам таскали… Визиты вежливости, черт побери…

Ага, точно, я помнил эти приемы, на которых часто раньше был вместе с родителями. Скучнее может быть только чтение учебника по истории. Хотя нет, даже история, наверное, будет веселее.

В общем, у меня точно веселее получилось отдохнуть. Это я ему еще про Вороний Амулет ничего не рассказал, а то бы он совсем раскис.

Ну а в ответ на ручку, Лешка подарил мне Охранный знак. Впервые в жизни видел такую штуку. Тоненькая металлическая пластинка размером с лезвие, которую можно было пристегнуть к одежде по типу значка.

Самое интересное, что металл был какой-то очень странный. Вот как у меня сабля для походов в некрослой была необычная, так и здесь цвет металла был очень причудливым. Он был непривычного темно-синего цвета. Причем такого глубокого, будто впитывал в себя все краски. Очень экзотическая штука.

— Как им пользоваться? — спросил я у Нарышкина, с любопытством разглядывая экзотический подарок.

— Очень просто. Пристегивать к одежде и носить, — сказал он. — Этот артефакт будет защищать тебя от всяких опасностей.

Хм… Непонятно. Как это он будет меня защищать, интересно знать? Ну хорошо, разберемся. Посмотрим, как это работает. Если вообще работает.

— Леха, а что за металл? — спросил я, сразу же пристегивая Охранный знак на внутреннюю сторону свитера. — Я такого и не видел никогда.

— Угу, — кивнул он. — И не увидишь.

Больше я вопросов не задавал, но после этих слов мне тут же захотелось еще сильнее узнать, что это за штука. Не может же быть, чтобы Лазарева не знала о каком-то металле. Она все-таки артефактор. Причем очень классный артефактор. Нужно будет у нее спросить, что за штука такая и где ее княжич мог раздобыть. Интересно же…

Слово за слово, как пришло время идти на обед. Я захватил с собой подарки, которые купил девчонкам и Борису, и мы потопали в главный корпус.

Судя по количеству занятых столов, большая часть учеников уже приехали. Лишь кое-где виднелись пустые места, но их было совсем немного. Ох и шум стоял! Все наперебой делились друг с другом рассказами, как они провели каникулы.

Мы занимались тем же самым. Сначала был Лешка со своей историей про Сочи, которую я уже слышал. Потом пришла моя очередь и я вновь повторил свой рассказ, исключив из него некоторые детали.

Когда пришел черед подарков, случилось вот какая штука…

— Ты всем девчонкам, которых знаешь даришь подарки? — спросила у меня Цветкова, разглядывая своего ангелочка.

Я поначалу вообще не понял, о чем она говорит. Судя по лицам ребят, Лешка с Настей тоже не сообразили к чему она это. Вроде бы они с Дашковой подружки, да и вообще… Что за ерунда?

— Посмотри в телефоне, я тебе кое-что отправила только что, — продолжила тем временем Алиса с какой-то загадочной и многообещающей улыбкой на лице.

Не понимая, чего она хочет, я вытащил из кармана телефон и посмотрел последнее сообщение от нее. Это была фотография… Я и Полина обсуждаем в «Кабане и фазане» мою находку, тетрадь Грача-невидимки.

Угу, понятно… Не зря мне показалось, что видел там знакомые лица. Ребята явно были из «Китежа». Причем очень чуткие и неравнодушные, если решили поделиться фотографией с нужным адресатом.

— Это ты, вместе со своей Лазаревой! — с вызовом сказала мне Цветкова, будто я был подслеповат и не мог разобрать что там вижу. Думаю, это было сказано не для меня, а для Нарышкина с Дашковой, чтобы они понимали смысл происходящего.

Хотя… Думаю Настя была в курсе, что должно будет случиться за этим обедом. Девчонки же все время рассказывают друг другу, что у них в жизни происходит.

— И что с того? — спросил я и убрал телефон в карман.

— Ты не хочешь мне рассказать, что ты ей подарил? — продолжила свою гневную речь Алиса.

Ну нет, если она думает я сейчас буду оправдываться за что-то — хрена с два! Во-первых, это ее не касается; во-вторых, кто она такая, чтобы меня расспрашивать все время и лезть в мои дела; а в-третьих… в-третьих, мне это уже порядком надоело.

— Не хочу, — ответил я и отпил немного компота. Вообще-то, передо мной стояла тарелка с сочной отбивной, к которой я даже не успел прикоснуться, но есть что-то перехотелось.

— Ах вот как? — Цветкова прищурилась, затем резко встала из-за стола и умчалась из столовой как фурия.

Настя побежала следом ее успокаивать, а я вновь принялся за компот.

— Вот блин… Хорошенькая история… — пробормотал Нарышкин, глядя им вслед. — Теперь помириться будет сложно, Макс.

— Хах! С чего ты взял, что я собираюсь это делать? — спросил я и посмотрел на ангелочка, которого она оставила на столе. — Пожалуй, с меня хватит. Два раза мы с ней уже ругались, третьего не будет. Надоело.

— Думаешь? — спросил Лешка.

— Уверен, — я допил компот и громко поставил стакан на стол. — Ладно, до завтра. Пойду навещу Бориса и буду готовиться к началу занятий.

Я встал из-за стола, взял свой рюкзак и пошел искать конструкта, оставив Нарышкина одного. Вот что мне в нем нравилось, так это то, что у княжича с головой был полный порядок, и он понял, что мне хочется побыть одному. Такой навык дорого стоит… Особенно в такие вот моменты…

Когда я вышел из главного корпуса, то сразу увидел Алису с Дашковой, которые сидели на лавочке недалеко от входа. Судя по всему, Цветкова рыдала, а Настя ее успокаивала. Мне так показалось, во всяком случае.

Завидев меня они стремительно поднялись и чуть ли не бегом пошли в сторону общаги. Я даже улыбнулся от того, что увидел. Наверное, Алиса решила, что я вышел объясниться? Как бы не так! Хватит, наобъяснялся уже выше крыши…

Я сунул руки в карманы и не спеша потопал по дорожке. Ну а куда спешить? Последний день каникул, погода просто отличная… Гуляй — не хочу.

Нашего стального гиганта я нашел именно там, где и рассчитывал. В его любимом месте, возле нашего школьного озера.

— Бурруум… Бим-бом… Темников… — радостно встретил меня конструкт и подставил мне руку, чтобы я дал ему пять.

Я несильно хлопнул по его стальной ладони, затем скинул рюкзак и вытащил из него музыкальную колонку.

— Вот, держи, Борис, — сказал я и положил ему на ладонь колонку. — Специально для тебя искал, с большими кнопками.

— Баррррам… Бири-бам…

— В смысле, что это? Ты же просил музыку — вот твоя музыка! Смотри как это делается.

Я нажал на кнопку и из колонки послышались мощные гитарные риффы песни «Дым над водой» группы «Дип Перпл». Мне нравилась эта песня. Мне ее дед в детстве очень часто ставил.

Судя по открытому рту Бориса и ярко-вспыхнувшим глазам, он тоже пребывал в полном восторге. Ну, во всяком случае, я так думал. Я его еще не видел в таком состоянии.

Прошло несколько минут, прежде чем он вновь посмотрел на меня и сказал:

— Музыка! Спасибо, Максим Темников!

Ого! Офигеть просто! Сразу четыре слова подряд нормальным языком и без всяких там «бурурумов» — это прямо целое событие!

— Слушай, Борис, рок-н-ролл тебе явно идет на пользу! Так ты у меня скоро все слова научишься говорить, как Орлов и обещал!

— Бум-бум… Бум… Бам-бум…

Судя по всему, конструкт был явно не со мной сейчас в своих мыслях. Его интересовала только музыка. Ну и ладно…

Вот так мы с ним и просидели почти час. Он слушал рок-н-ролл и пытался подпевать музыкантам, а я смотрел на Тихий океан и думал о своем.

В основном о том, что слишком много времени потратил на Алису и о том, что все девчонки немного странные, если честно. Иногда я их совсем не понимаю.

— Со временем научишься, — пообещал мне Дориан. — Не до конца, конечно… Это в принципе невозможно… Но по крайней мере, начнешь хоть немного соображать что им от тебя нужно.

— Да ну их… Не хочу я ничему учиться… Мне и одному нормально будет.

— Не будет. Уж я-то знаю, что говорю. У меня в этом опыта целая гора. Знаешь сколько у меня девчонок было?

— Ну понятно, сейчас начнешь мне рассказывать всякие небылицы, что они тысячами за тебя дрались с утра до вечера. Брехло несчастное.

— Не тысячами, конечно… — не стал спорить к моему удивлению Дориан. — Но все равно достаточно. Больше чем у тебя, это уж точно.

К тому моменту, когда я начал немного замерзать, прошло не меньше часа. За это время мое настроение успело измениться от полностью хренового, до более-менее нормального. Ну а по пути в общагу оно и вовсе стало хорошим. Даже более чем.

Я шел под музыку в сопровождении конструкта и давно уже не думал о ссоре с Цветковой. Я вспомнил, что новое полугодие начнется у нас с новых предметов и там будет такая штука как магическая ботаника.

Только сейчас вспомнил, что хотел учебник полистать и посмотреть что это такое.

— Дориан, вы учили такое в твоей школе? — спросил я своего друга, ожидая пока конструкт выберет себе песню по душе и мы продолжим свой путь.

— Само собой, мой мальчик, — ответил Мор. — Я был одним из лучших в своем классе по этому предмету.

— Ну и о чем там?

— Про магическую ботанику в основном.

— Все с тобой ясно… Ну и брехло же ты…

Глава 13

Как холодная мраморная статуя, вот как выглядела Цветкова на следующий день в столовой. Такое ощущение, что произошла трагедия вселенского масштаба или умер какой-нибудь ее близкий родственник.

Ну понятное дело, чего тут. Извинений она от меня вчера так и не дождалась… Да что там, я даже не попытался объясниться как обычно делаю. В общем, я думаю, что она для себя все поняла.

Страстных взглядов, ждущих хоть какого-нибудь ответа, я на нее не бросал. Да и вообще вел себя как обычно. Будто ничего не случилось. Я-то ведь уже все решил для себя, так что буду привыкать к своему новому состоянию.

В столовке царило необычное оживление. Все-таки первый же день занятий после каникул. Ребята обсуждают предстоящие уроки, ну и вообще волнуются. В прошлом году то же самое было.

Все потому, что второе полугодие сильно отличается от первого по нагрузке. Расслабляться нам практически не дают, даже наоборот, вздохнуть спокойно некогда.

Ну а с учетом того, что еще и новые предметы добавляются — вообще беда со свободным временем. Тем более у меня… Вот интересно, Горох и Чертков будут давать мне выходные или мне придется в главный корпус переехать, чтобы все успевать?

— В главном корпусе спать негде, — усмехнулся Нарышкин, когда я его об этом спросил.

— Почему это? Можно было бы на чердаке поселиться, как вариант. Нам его Орлов в прошлом году разрешил использовать по нашему усмотрению, так что чем не спальня? — хохотнул я. — И Корвину там было бы раздолье, а то ютится в моей комнатушке как бедный родственник.

— Вот был бы прикол… — сказал Лешка и подлил себе кофе в чашку. — Ты бы там со скуки сдох.

— Зато никто не мешал бы мне там уроки учить, а то у нас в общаге хрен поучишь нормально. Разве после девяти вечера, когда все немного улягутся.

— Это точно, — кивнул княжич. — У меня такое ощущение, что надо мной сосед тяжелой атлетикой занимается. Как раз ближе к полуночи причем начинает. Ну или просто купил себе гирю и каждые пятнадцать минут ее на пол роняет, чтобы мне досадить.

— Угу, а у меня тот, что справа, каждый вечер в стену головой бьется… Достал уже… Пробить он ее что ли хочет? Если в этом году не успокоится, надо будет на него какое-нибудь сонное проклятье наслать, чтобы жизнь медом не казалась.

— О! Макс, смотри! К Алисе твоей какой-то тип с нашего курса подкатывает, — кивнул Нарышкин в сторону стола, где сидела Цветкова с Настей.

Я нехотя посмотрел в их сторону, тут же поймал на себе взгляд Цветковой, которая немедленно начала улыбаться незнакомому мне парню.

— Это она так на твоих нервах пытается играть, мой мальчик, — немедленно поделился опытом Дориан. — Женские хитрости. Они с самого детства такие штуки умеют откалывать.

— А-то я сам не понимаю…

Я отвернулся и тоже налил себе еще полкружки кофе.

— Смотри-ка улыбается! — недовольно пробурчал Лешка.

— Да пусть кому хочет улыбается, — пожал я плечами в ответ. — Хоть Шуйскому. — Ну что, допиваем кофе и идем?

Я взял в руку чашку и в этот момент к нам за стол села Варвара Гвоздева.

— Привет, мальчики! — улыбнулась она и взяла с тарелки шоколадное печенье.

— Здорово, — кивнул ей в ответ Нарышкин и усмехнулся. — Там что, на раздаче печеньки закончились?

Между прочим, так оно и было в самом деле. Шоколадные печенья, которые пекли в «Китеже», это одна из самых вкусных сладостей, которые мне доводилось пробовать. Так что если их готовили к завтраку, то разлетались они со скоростью света. Жаль, что пекли их не так часто, как хотелось бы.

— Не только печеньки, — ответила она и стащила у нас еще одно. — У меня к вам дело.

— Что, опять твоих лягушек нужно прухой какой-нибудь напоить? — спросил я. — Ты смотри, как бы не подсели на всякие эликсиры.

— Да нет, не про лягушек, — отмахнулась Варвара. — Давайте сегодня в девять вечера на нашем месте. Там и поговорим.

— Вообще-то, раньше записками об этом сообщалось, — напомнил ей княжич.

— Так и сейчас так сообщается, — кивнула Гвоздева и взяла впрок еще и третье печенье. — Просто я бы тогда без печенек осталась. Ладно, чао!

— Угу и тебе всего хорошего, — покачал головой Нарышкин. — Вот видишь, Макс. В этом все девчонки и есть. Никакой конспирации!

Мы посидели с ним еще минут десять настраиваясь на занятия, а потом пошли в общагу переодеваться. Скоро уроки начинались. У меня, кстати, сегодня целых два новых предмета. Первым как раз теория предсказаний будет.

На всякий случай нужно постараться на нее не опоздать, а то еще получится как со Стефанией Ярославовной по ритуалистике… Мало ли кто там нам попадется. Лешка сказал, что теорию предсказаний в школе несколько преподов читают, так что посмотрим.

Однако, как я ни старался, вовремя попасть на урок у меня не получилось. Даже с учетом того, что я на десять минут раньше вышел и вроде бы все предусмотрел. Оказалось, не все…

Нужно было еще предусмотреть Нику Львовну, которая поджидала меня возле входа в класс, чтобы отвести в кабинет к Орлову. Зачем мы шли к директору, я, понятное дело, вообще не представлял. Еще ничего же не успел сделать, только на уроки пришел!

Оказалось, что дело в музыкальной колонке, которой я снабдил Бориса. У нас же в «Китеже» как на базаре, я только подумал что-то сделать, а уже вся школа об этом знает. Ну не только я, это всех касалось… Но сути дела это не меняло, ничего не скроешь!

Так что отпираться я даже не пытался. Сразу все признал, вот только проблемы не увидел до тех пор, пока Орлов мне не рассказал, что конструкт возле преподавательского общежития всю ночь музыку слушал.

Причем громко так слушал… Поспать толком никому не удалось… Хреново дело, конечно. Это получается сегодня все преподы на меня зуб точат?

— Я бы на твоем месте гордился, мой мальчик! — радостно сказал мне Дориан. — В один момент насолить всему преподавательскому составу! Такое кроме тебя никто не сможет учудить!

— Угу, я и горжусь… — мысленно ответил я ему, пока Орлов рассказывал мне, что с моей стороны было крайне безответственно дарить Борису такой подарок.

Я уж думал, что придется назад забирать и даже успел немного расстроиться по этому поводу. Жалко же… Конструкту колонка очень понравилась.

Но Орлов меня удивил и дело закончилось тем, что я пообещал ему научить Бориса пользоваться громкостью и объяснить почему нельзя слушать рок-н-ролл по ночам. Особенно возле общаги преподов.

На том мы с ним и расстались. У меня даже настроение улучшилось. Ровно до того момента, пока я не вернулся в класс. Оказалось, что теорию предсказаний у нас читает Ева Денисовна Бирюкова, подпольная кличка которой была Баба-Яга.

Она и правда была на нее очень похожа. Горбится все время, нос крючком и даже имелась бородавка на щеке размером с вишню. Не хватало только ступы, метлы и жила она в общаге вместе с остальными преподавателями, а не в избушке на болотах.

Судя по выражению ее лица, с которым она меня рассматривала, Бирюкова тоже не выспалась и понимала, что перед ней стоит виновник этого досадного происшествия.

— Опаздываешь, Темников, — сказала она, после того как тщательно вымеряла меня своим недовольным взглядом. Надеюсь, она не ест учеников на ужин…

— Я у Орлова был.

— Проходи, садись.

Весь класс проводил меня взглядами, размышляя зачем меня снова мог вызывать директор, а я тем временем уселся на свое место, достал учебник и приготовился слушать.

Вообще-то, я вчера вечером его уже немного полистал, но ничего не понял. Муть какая-то эта теория предсказаний. Ни одной формулы заклинаний и вообще никакой конкретики. Все какое-то относительное и непонятное.

Как в этом вообще можно хоть что-нибудь понимать? Нужно будет попросить Лакримозу, чтобы она меня немного просветила насчет этой науки. Как-то же оно работает…

— Ну, Темников, может быть, ты нам расскажешь, что такое третий глаз? — спросила у меня Баба-Яга.

Кстати, голос у нее был как раз не похож на голос старой ведьмы и не скрипел как ржавая дверная петля. Даже наоборот, высокий, мелодичный… Прямо как у молодой девчонки.

— Вряд ли, — честно ответил я.

— А все-таки, если подумать? Предложи свои варианты, — настаивала она. — Вот Шуйский нам сообщил, что это штука типа Всевидящего Ока Саурона из книжки про хоббитов…

В этот момент весь класс хохотнул, а я понял, что пропустил отличное начало урока.

— Ну там, в общем… — я скосил глаза в учебник и случилось чудо! Прямо на меня жирным шрифтом смотрело определение. Надо только так рассказать, как будто я не читаю… — Это такая мистическая концепция необычная. В общем, она обеспечивает восприятие за пределами обычного зрения.

По классу прокатилась волна удивленного шепота, а я ждал приговора от Евы Денисовны.

— Вот видишь, а ты говорил, что не знаешь, — она обвела класс взглядом. — Приятно знать, что в вашем классе есть хоть один ученик, который удосужился полистать учебник перед уроками. Думаю, ты достигнешь успехов в предсказаниях, если продолжишь так же активно интересоваться предметом.

В этот момент я получал свою порцию злобных взглядов от половины класса и думал — хорошо это или плохо, что Баба-Яга увидела во мне способного ученика по ее предмету?

— Может быть, даже отправлю тебя на соревнования начинающих предсказателей, — продолжила она и я понял, что дело плохо.

Вот только не хватало мне соревнований предсказателей… Бред какой-то… Теперь придется стараться делать вид, что она во мне крепко ошиблась. Хотя, чего тут стараться? Я сомневаюсь, что мне вдруг удастся вникнуть в предмет. Это невозможно.

Хотя вот девчонки слушали Бирюкову с раскрытыми ртами и все время что-то записывали. Все два урока, которые у нас были с Бабой-Ягой.

Особенно наши девушки обрадовались, когда она объявила в конце второго урока, что начинает набор в кружок «Оракул». Они там будут заниматься гаданиями, пророчествами и всякой такой ерундой.

На прощание Ева Денисовна посмотрела на меня мрачным взглядом и выразила надежду, что мальчики тоже с удовольствием будут в него записываться. Ага, как бы не так! Меня еще только в кружке «Оракул» не хватало!

— Зря ты так, Макс, — сказал Дориан, пока я складывал книжку с тетрадью в рюкзак. — Представляешь сколько там девчонок всяких?

— Угу, представляю… Все, кроме меня…

— Ну вот! Один парень среди девчонок! Ты имел бы там стопроцентный успех! — не унимался Мор. — Возможно даже они бы выбрали тебя председателем кружка!

— Дориан, ты как чувствуешь-то себя? Я вроде головой сегодня не бился ни обо что…

— Ну смотри сам, мое дело предложить, — недовольно пробурчал мой друг. — Столько девчонок сразу!

— Хватит с меня пока девчонок.

Между вторым и третьим уроком у нас сегодня перерыв был больше обычного. Занятия по магической ботанике будут проходить в оранжерее, так что нам дали время, чтобы мы смогли туда дойти. Это ведь почти через весь школьный парк нужно было топать.

Вот этот предмет меня вчера гораздо больше заинтересовал, так что учебник я листал с большим удовольствием. Оказалось, там так много всего любопытного!

По сути, это имело прямое отношение к алхимии и травологии, вот только направление было немного иное. Здесь как раз уже присутствовали заклинания в нормальном и понятном мне виде — формулы из узоров.

Суть магической ботаники как раз была не в изучении свойств растений, чем мы занимались на других уроках, и что по сути являлось моим родовым Даром Темниковых. На этом предмете мы должны были научиться общаться с духами растений, вот какая штука.

У каждого вида растений свои духи и для того, чтобы попытаться пообщаться с ними, необходимо сказать правильное заклинание. Ну бомба же! Куда лучше дурацкой теории предсказаний!

А еще формулы в магической ботанике были немного другими и отличались по стилю рисунка от привычных нам. Вот только не для меня… Оказалось, что они очень похожи на некросимволы, поэтому мне удалось вчера за один вечер с легкостью запомнить несколько из них.

Плюс ко всему прочему выяснилось, что магическую ботанику у нас будет вести наш старый знакомый Щекин. Оно и понятно, чтобы он пустил какого-нибудь препода в свою любимую оранжерею, которой он заведовал? Такого просто не могло быть по определению.

Думаю, что из всего класса я был единственным человеком, который обрадовался присутствию Компонента в оранжерее. Ну а что, у меня с ним проблем не было, у него со мной тоже, так что все класс!

— Если увижу, что кто-то из вас тянет руки к какому-нибудь растению, лично отрежу их вот этим секатором! — пообещал нам в начале урока Борис Алексеевич, продемонстрировав гигантских размеров ножницы с синими ручками. — Кому не понятно?

Понятно было всем. Компонент слов на ветер не бросает, это знал каждый ученик в «Китеже». Руки он, конечно же, не отрежет, но все равно я не завидую тому, кто попадет к нему в немилость.

Во-первых, большую часть выходных придется проводить на отработках, а во-вторых, немедленно вырисовывалась большая проблема с получением проходных баллов в конце года. Разве что с какой-нибудь десятой попытки и в случае запоминания всего учебника наизусть…

У нас было три урока магической ботаники подряд. На последнем Щекин даже пообещал практический урок и взялся за дело. Я очень переживал, что мы не дойдем до практического урока, на котором хотел попробовать испытать новые заклинания, но зря волновался.

Он был одним из немногих преподов на уроках которого все молча работали и не страдали ерундой. Поэтому обычно все проходило так, как он запланировал. Вот и в этот раз, едва закончилось время короткого отдыха между уроками, мы дружно высыпали наружу, чтобы немного поколдовать.

Мы подошли к нескольким деревьям и Компонент начал объяснять задание, суть которого была в том, чтобы попытаться пробудить дух одного из дубов и попросить его немного пошевелить ветками. Ну если у него будет хорошее настроение, конечно же.

Для начала он показал сам как это делается. Выглядело и в самом деле впечатляюще. Откликнувшись на его просьбу, дуб будто нехотя пошевелил ветками, сбросив с них на землю снежные хлопья.

Ну а затем пришел черед остальных. Как обычно в таких случаях двигались по алфавитному порядку, так что я терпеливо дожидался своей очереди, глядя как получается у остальных.

Получалось, мягко говоря, не очень. Точнее говоря, практически ни у кого не получилось добиться от дуба вменяемого ответа. Хотя в ответ кое-кому мне показалось было легкое шевеление, но и все на этом.

Впрочем, чему здесь удивляться? Формулы и в самом деле сильно отличались от привычных нам. Так что здесь нужна была привычка.

Глядя на лицо Компонента, от меня он тоже не ждал каких-то сюрпризов. Хотя перед тем как я начал, все-таки пожелал удачи:

— Ну давай, Темников, попытайся блеснуть светлым лучиком в этом мрачном царстве бездельников.

В общем, я блеснул…

Глядя как дуб медленно сам по себе выкорчевывается из земли, все просто охренели от удивления. Включая меня самого и Компонента.

— Темников! А ну-ка перестань! Ты что творишь? — растерянно забормотал Щекин. — Немедленно скажи ему…

В этот момент на снег выбрался последний тяжелый корень и дуб драпанул куда-то в сторону ворот.

— Вот это было круто, мой мальчик! — похвалил меня Дориан, пока я пытался понять, как это у меня так вышло. — Очень эффектно!

Некоторое время было тихо. Ну как тихо… Откуда-то доносилась рок-н-рольная мелодия, но в остальном больше никто не шумел.

— Ну и что ты ему сказал? — спросил у меня Компонент, когда пауза совсем уже затянулась.

— Ничего… Просто попросил пошевелить ветками… Вот он и пошевелил…

— Понятно, — кивнул он. — А почему он удрал?

— Не знаю, Борис Алексеевич, — честно ответил я. — По моему плану он должен был только ветками…

— Как видишь, твой план провалился, Темников, — не дал мне договорить Компонент. — Теперь иди его и ищи.

— Так где же я его найду?

— Меня это не волнует. Делай что хочешь, но чтобы до вечера дуб стоял на своем месте.

Я посмотрел на него в надежде, что он шутит, но нет… Выглядел он вполне серьезным…

Зараза, придется искать. Надеюсь он хоть не успел далеко убежать… Вон он как ломанулся!

* * *

Белозерск.

Дом майора Воробьева.

Примерно около трех часов ночи в доме майора полиции Романа Ивановича Воробьева раздался телефонный звонок. Ему даже не нужно было смотреть кто именно его тревожит в такой поздний час, чтобы понять — звонили из полицейского участка. У него на телефоне стояла особая мелодия на его коллег.

Ну так и есть, звонил лейтенант Морозов. Какого черта ему понадобилось? Явно ведь что-то случилось… Какой дурак будет просто так звонить ему в три часа ночи?

Самоубийца разве что какой-нибудь, которому захотелось выговор схлопотать. Но таких в участке было немного. Во всяком случае, Морозов к ним точно не относился.

— Что там, Никита? — сонным голосом спросил у него Воробьев, надевая халат и выходя из комнаты, чтобы не мешать спать своей супруге.

— Господин майор, тут такое дело… Вы сказали, что вам звонить нужно в первую очередь, если произойдет что-нибудь с «Китежем» связанное…

После этих слов майор напрягся. Вот только бы не убийство какое-нибудь. В последнее время из этой школы только всякие хреновые новости приходят. Причем, потом даже следствие ничего толком установить не может.

— Ну и что произошло? Говори, что ты телишься, лейтенант?

— Звонили из Дубравино, там у них… Как бы это сказать… В общем вроде бы как получается, будто дуб сам по себе в двор пришел и врос прямо перед домом, — доложил Морозов.

— У кого перед домом? — не мог сообразить спросонья Воробьев о чем говорит ему подчиненный.

— Вроде как у поселкового главы, Белова Ивана Михайловича.

— Ерунда какая-то…

— Не такая уж и ерунда, господин майор! — не согласился с ним лейтенант. — Он ведь не просто врос! Он перед этим еще забор сломал кирпичный! Белов говорит, что он дорогой был!

— Еще бы он тебе что-то другое сказал, — пробормотал Роман Иванович. — Ладно, отправь туда рано утром наряд, пусть оформляют.

— Кого?

— Дуб, понятное дело, не Белова же…

— За мелкое хулиганство, как обычно? — спросил лейтенант.

— Ну ты же говоришь, что оно не такое уж и мелкое… Забор кирпичный… Проникновение на частную собственность с незаконным самозахватом земли… — перечислял майор. — На крупное тянет, получается.

— Слушаюсь, господин майор! А если дуб оформляться не захочет?

— Как это не захочет? Ты же и в «Китеж» позвони, чтобы они кого-то из своих прислали, чтобы дерево забирали и штраф платили, — распорядился Морозов.

— Роман Иванович, а вдруг они скажут, что они к этому дереву не имеют никакого отношения? — забеспокоился лейтенант.

— Не скажут… У нас здесь хоть и бывают магические шторма, но деревья сами по себе не бродят. Так что не переживай.

— Есть не переживать, господин майор! Спокойной вам ночи!

— Ага, поспишь тут с вами, — Морозов отключился и сунул телефон в карман халата. — Блин, как же надоели эти маги, вечно из-за них какие-то проблемы! То одно, то другое… Ну завтра все скажу Орлову! Интересно, что он на этот раз придумает?

Глава 14

Дуб искали почти до десяти часов вечера. В составе поисковой экспедиции я был единственным учеником, все остальные были преподавателями. Ну еще бы они меня не взяли с собой, я же эту кашу заварил.

За время поисков исходили всю территорию «Китежа» и прилегающие к нему окрестности, но дуба так и не нашли. Черт его знает куда он подевался, гад.

Преподы перепробовали множество вариантов поиска и даже пытались отследить его по магическому следу, но все было бесполезно. Дуб как будто сквозь землю провалился.

Обратно в школу возвращались злые и расстроенные из-за безуспешных поисков. Компонент с Громовым все пытались добиться от меня ответов, какое именно заклинание я применил для связи с духом дуба, но я упрямо стоял на своем — самое обычное было заклинание. То, которое в книжке по магической ботанике было записано. Что я сделаю, если это была чистая правда.

К тому времени, когда мы вернулись в школу, они от меня все-таки отстали, но по их лицам было явно видно, что мне особо никто не поверил.

Наверное, думали, что я использовал какое-то секретное древнее волшебство, которое раздобыл запретным путем. Шутка, конечно, но я бы не удивился, если бы это было именно так.

— Я понять не могу, как ты все это умудряешься делать? — спросил у меня Лешка, когда мы с ним пили чай на ночь. Он терпеливо дождался моего возвращения, чтобы узнать чем все закончилось.

— Иногда я и сам не понимаю, — пожал я плечами в ответ и это было правдой. Я ведь и в самом деле не вкладывал никаких супер-усилий в это заклинание, чтобы оно получилось таким мощным.

— И я не понимаю, — присоединился к нам Дориан. — Точнее не так. Иногда понимаю, а иногда нет. Думаю, от нашего с тобой симбиоза происходят всякие странные штуки, которые нельзя заранее предусмотреть. И чем сильнее ты становишься, тем мощнее становятся побочные эффекты.

Вообще-то Мор прав. Что-то такое вполне себе могло происходить. Надеюсь, до крайностей не дойдет. Не хотелось бы стать причиной какого-нибудь незапланированного Апокалипсиса.

Досидев в пустой столовой до одиннадцати и насмеявшись с дуба, который куда-то удрал, мы с Нарышкиным отправились по своим комнатам.

К этому моменту я уже с ног валился от усталости, так что мечтал только об одном — добраться до кровати и лечь спать.

Так я и сделал, а вот в половине седьмого меня разбудили самым наглым образом, чтобы сообщить важную новость — дуб нашелся.

Толком не выспавшийся и злой, я вообще не мог понять зачем нужно было меня будить, если нашли это долбаное дерево? Ну приведите его сами, я-то вам зачем?

Оказалось, все не так просто. Дуб не хотел слушаться моих преподов и их заклинания почему-то в отношении него не срабатывали. Как это могло быть?

Хрен его знает, если честно. Особенно досадовал по этому поводу Борис Алексеевич, который считался у нас в школе самым лучшим специалистом по магической ботанике. А тут какой-то дуб не хочет его слушаться… Возмутительное безобразие!

В общем, посовещавшись между собой, они решили попробовать притащить к дубу меня. Была надежда, что если у меня получилось так мощно околдовать его, то должно получиться и вернуть его на место.

Кстати, оказалось, что за это время дуб успел добежать до Дубравино, где успел натворить разных безобразий. Прежде чем выбрал окончательную точку своей дислокации, он успел поломать несколько десятков заборов, три сарая и один уличный туалет, который случайно оказался на его пути.

Такие вот дела…

К тому моменту как меня привезли в поселок, вокруг дуба уже успела собраться внушительная делегация из магов, полицейских и местных жителей. Когда я вылезал из машины, толпа местных жителей сразу же оживилась и начала возбужденно перешептываться:

— Глядите, да он же малой совсем!

— Говорят самый сильный маг в 'Китеже!

— Аццкий сотона!

— Натворил делов!

— Долбаные волшебники!

— Надо же! Столько заборов разломали! Изуверы!

Не обращая внимания на голоса, я потопал к дубу, который выглядел так, будто все это время здесь и рос, а не приперся сюда ночью самым наглым образом. Люди передо мной заблаговременно расступались, отчего я в какую-то секунду даже почувствовал себя важным перцем, типа архимага или вроде того.

— Ты это видишь, Дориан? Надо же какое ко мне внимание! — спросил я у своего друга, пытаясь не смотреть по сторонам и делать вид, что меня так везде обычно и встречают.

— Само собой, мой мальчик. Теперь самое главное их не разочаровать.

— Вот этого гарантировать не могу. Откуда я знаю, как заклинание в этот раз сработает? Вдруг побочный эффект один раз срабатывает?

Но я никого не разочаровал. Едва я начертил узор нужной мне формулы, как дуб тут же откликнулся на мою просьбу выкорчеваться и покинуть частную территорию. Причем на этот раз он выбрался из земли даже быстрее чем вчера.

Этот процесс сопровождался криками разгоряченной толпы местных жителей, которым впервые в жизни приходилось видеть нечто подобное. Какая-то женщина даже истошно закричала, будто дуб собирался на нее напасть.

После того как последний корень оказался наверху, дерево немного потопталось, а затем стремительно помчалось в сторону пролома в заборе. Скорость была такая, что народ еле успел разбежаться в разные стороны.

— Будем надеяться, что он побежал в «Китеж», — задумчиво сказал сопровождавший меня Компонент, глядя вслед дереву. — Поехали в школу, Темников. Ты и так уже на несколько уроков опоздал.

Мы с ним сели в машину, а Громов остался там, рассказывать жителям что-то про «спонтанную магическую вспышку», которая произошла вчера вечером в школе. Чувствую меня снова ждет разговор с Орловым… Блин, только вчера же с ним виделся!

— Ой, Макс, тебе ли быть в печали? Ты к директору в кабинет ходишь чаще, чем в Белозерск ездишь. Так что не вижу причин расстраиваться, — решил успокоить меня Дориан.

Да я и не расстраивался особо… Просто как бы меня не выгнали из «Китежа» по совокупности накопленных проступков. Вот чего я боялся на самом деле.

Ну а в своих ожиданиях я не ошибся. Сразу же, как только мы вернулись, Борис Алексеевич отвел меня к Орлову. Я думал, за те пару секунд, которые я шел по приемной, Ника Львовна успеет пробить во мне несколько сквозных дырок своим тяжелым взглядом. Но обошлось. Перед хмурым директором школы я предстал без видимых повреждений.

— Доброе утро, Иван Федорович! — весело поприветствовал я его, после того как Щекин вышел из кабинета. — Я отправил дерево назад, так что оно скоро уже должно прийти.

Он молча смотрел на меня несколько минут, и я уже всерьез начал тревожиться. Лучше бы ругал, чем вот так вот сидит без дела… Надеюсь у него в голове сейчас вертится не та мысль, которой я больше всего опасался.

— Может быть, ты хотя бы мне расскажешь как так вышло? — вдруг спросил он.

Хороший вопрос. Вот только ничего нового по этому поводу мне добавить было нечего.

— Оно само, Иван Федорович… Я просто хотел, чтобы дерево немного ветками пошумело…

В кабинете вновь повисло тягостное молчание. Наконец Орлов заговорил:

— Значит так, Темников… Официальная версия случившегося — это была спонтанная вспышка магии. Ну это вдруг у тебя полиция начнет о чем-нибудь спрашивать.

— Понял, — кивнул я.

— Не перебивай, это еще не все… От имени поселкового главы в школу придет общий счет по всем повреждениям, которые твой дуб успел нанести Дубравино.

— Мне его нужно будет оплатить? — улыбнулся я и облегченно вздохнул. Оплатить несколько поломанных заборов, это была такая ерунда, что об этом даже думать не стоило.

— Половину, — ответил он. — Вторую половину оплатит школа. Все-таки это было мое решение принять тебя, поэтому так. Но так, как я не уверен, что это действительно случайность, а не очередная шалость — часть заплатишь ты. Это будет тебе уроком на будущее.

— Он думает, что ты сильно расстроишься из-за нескольких сотен рублей… — хмыкнул Дориан.

— Помолчи, Мор, — мысленно ответил я ему, невольно продолжая улыбаться Орлову.

— Что смешного, Темников?

— Ничего, Иван Федорович. Просто настроение хорошее. Дуб-то вернули… А то еще за него платить бы пришлось…

— Иди на уроки, Максим.

— Спасибо, Иван Федорович.

Я вышел из кабинета, весело подмигнул Нике Львовне и потопал в общагу за рюкзаком, а потом на уроки.

Кстати, дуб и в самом деле ближе к вечеру вернулся. Вот только на своем прежнем месте он вкапываться не захотел. Да и вообще вел себя странно. Перебегал с место на место каждый час… Ну да ладно. Будем надеяться, что где-нибудь останется навсегда в конце концов.

Зато с того момента он стал единственным деревом в нашем школьном парке, которое получило свое собственно название — Дуб Темникова.

* * *

Из-за моей поисковой операции, встречу с Гвоздевой перенесли на следующий день. При этом я надеялся, что в течение дня больше не произойдет ничего такого, из-за чего ее снова придется переносить, потому что я вновь окажусь в кабинете у Орлова. Но обошлось.

Поэтому вечером мы с Лешкой явились в старую конюшню, где уже давненько не были. Я даже успел соскучиться по старым добрым встречам с Медведевым и остальными ребятами, состоявшими в «Змеином Ордене».

Сегодня Варвара была одна. Первым делом она заговорила о вчерашнем происшествии и сегодняшнем возвращении блудного дуба в «Китеж».

Гвоздевой очень не терпелось узнать, какое заклинание я применил и где его достал? Даже она, являясь пятикурсницей кленового класса не знала ничего подобного.

— Не хочешь говорить — не говори, а зачем врать? — как и преподы она мне не очень поверила в то, что это было самое простое заклинание из начального курса магической ботаники. — Между прочим, если бы ты попросил рассказать тебе про какое-нибудь секретное заклинание, то я бы тебе обязательно рассказала!

— Гвоздева, ты что, издеваешься? Да не знаю я никаких секретных формул! — нервно ответил я, потому что начал уставать за день от одних и тех же разговоров. — Откуда мне их знать на втором курсе, да еще в темном классе, сама подумай!

— Ну мало ли… Ты такой парень, что от тебя всего можно ожидать… — сказала она.

— Чтобы я сдох, если вру! — торжественно сказал я и поднял вверх ладонь.

— Ладно, будем считать, что я тебе поверила, — рассмеялась она. — Хотя осадочек остался. Чего-то ты мне все-таки не договариваешь. Ну Бог с тобой. Слушайте сюда, парни…

Она рассказала нам о том, что нужно будет сделать, заставив нас крепко призадуматься. Дело было какое-то слишком необычное, которое заключалось вот в чем.

Есть у нас магазин в Мороке, который торгует всякой дорогой одеждой из уникальной морозной ткани. Называется он «Снежный шелк от Зайцевых». Мы туда с Лешкой даже не заходили ни разу, потому что оба не питали слабости к модным шмоткам. Тем более таким, которые стоят целое состояние.

Я до сегодняшнего дня даже не знал, чем эта морозная ткань уникальна, пока нас Гвоздева не просветила. Оказывается, она в жару дает дополнительную прохладу телу и в ней никогда не вспотеешь.

Не магическая броня, конечно, но среди дворян одежда пользуется большим спросом. Обычное дело, чему тут удивляться? Все, что стоит больших денег, пользуется большим спросом среди дворян.

Варвара сказала, что у нас в «Китеже» многие девчонки и парни носят летом одежду из «Снежного шелка». Это просто мы с Нарышкиным дремучие варвары, которые терпеть не могут магазины и не следят за всякими модными тенденциями.

Ну да Бог с ней с модой… Секрет производства этой ткани заключался в том, что давным-давно предки владельцев приручили огромную морозную паучиху из Искажения. Поселили на своей небольшой фабрике, которая по сути была домашним производством и стали шить из ее паутины одежду. Такая вот история.

Разумеется, все это было под большим секретом, иначе ратники обязательно бы прикончили паучиху. Нельзя содержать тварей из Искажений. Даже если они приручены. В любой момент они могут съехать с катушек и причинить вред окружающим.

Чтобы избежать какой-нибудь случайности, семейство даже сменило место жительства и перебралось подальше от Белозерска. Они построили себе новый дом недалеко от Кедровой Лощины, ну и заодно устроили там производство, на котором работают только члены семьи Зайцевых.

За долгие годы паучиха размножилась и у них там появилась небольшая колония этих самых морозных пауков. Ну а недавно у Зайцевых произошла беда. Паучиха куда-то удрала и захватила с собой нескольких паучат. Теперь остальные не хотят плести паутину.

Гвоздева как раз закончила свой рассказ, и мы с Лешкой размышляли над ним, когда явился Собакин.

— Я уж думала ты не придешь, — недовольно сказала Варвара и посмотрела на телефон. — Почти половина десятого уже…

— Да блин, задержался в Белозерске, пока кристаллик там один перепродавал… Здорово, парни, — поприветствовал он нас и подмигнул мне. — Что, Макс, я слышал ты собственным дубом обзавелся?

— Ага, типа того, — нехотя ответил я, опасаясь, что снова придется вернуться к надоевшей мне теме. Но не пришлось, Костя по моему тону все понял, — Ну что, вам Варвара уже все рассказала?

— Да, — кивнул Нарышкин и почесал подбородок. — Мы как раз думаем над этой историей.

— Прикольная, правда? — улыбнулся он. — Между прочим, это я задание добыл! По большому секрету и за много денег! Но думаю, что все вложенное отобьется с лихвой, у меня на такие дела чуйка.

— Может быть, у тебя и на морозных пауков чуйка? — усмехнулся Лешка. — Так будет проще ее найти.

— Э-э нет, парни, это уже ваша задача… Насколько я знаю, Максим умеет такие фокусы проделывать по поиску тварей из Искажений, — сказал он и посмотрел на меня. — Но компанию я вам, конечно, составлю, надо же будет вас прикрывать, вдруг они взбесятся.

— Ни разу не видел морозных пауков… — сказал я. — Интересно, они какие по размерам?

— Паучата размером с овчарку, а их мать — думаю, по весу с теленка будет, — сказала Варвара. — Мы уже к этому вопросу подготовились.

— И как вы их транспортировать собрались? — удивился княжич.

— Меня больше интересует другой вопрос, — я задумчиво посмотрел на ребят. — С чего вы взяли, что они вообще согласятся куда-то транспортироваться?

— Вопрос правильный, — кивнул Собакин. — Поэтому вариантов несколько. Лучше всего, если Варвара сможет применить против них Очарование Существ. Тогда это разом решит все проблемы. Их даже транспортировать не придется, нужно будет просто сопроводить до места назначения.

— Вот только против пауков это заклинание очень плохо работает, — сказала Гвоздева. — Поэтому есть большая вероятность того, что оно может не сработать.

— Тогда можно будет попробовать их усыпить, — сказал Костя и посмотрел на княжича. — Для этого мы с собой и берем Нарышкина.

Я удивленно посмотрел на него:

— Леха, ты что, умеешь делать такие штуки?

— Ну я все-таки в небесном классе учусь, ты не забыл? — усмехнулся он. — Попробовать их усыпить можно… Однако есть аналогичная проблема, против пауков Сон не очень хорош…

— Значит нужно взять с собой несколько сонных эликсиров, я правильно понял? — спросил я.

— Угу, правильно мыслишь, Макс, — кивнул Костя. — И подумать как они попадут внутрь пауков. Нужны специальные стрелы, которые можно будет начинить нужным зельем.

— Ни разу о таком не слышал, — удивленно посмотрел на него Нарышкин. — Такое можно купить в оружейных магазинах?

— В обычных нет, — ответил он. — А вот в артефактных мастерских заказать можно.

— Я даже знаю в какой именно, — с улыбкой сказал я.

— Ну вот, значит можно считать, что мы готовы, — Гвоздева с довольным видом посмотрела на нас. — Хороший план — уже половина успеха!

— Так, а все-таки… — не сдавался Нарышкин. — Как их оттуда транспортировать, если против них заклинание Варвары не сработает? Даже если они заснут, их же как-то оттуда переть нужно будет… Мне вот паука размером с теленка поднимать не очень хочется, если что…

— Согласен, есть такой вопрос, — задумчиво погладил подбородок Костя. — Пока это самое слабое место нашего плана. Но мы что-нибудь придумаем!

Глава 15

Начались и индивидуальные уроки с моими наставниками. С того момента, как я стал заниматься с Бобоедовым, я значительно продвинулся в своих успехах.

Ну для начала в моем распоряжении уже было не двести монеток с которых я начинал, а пятьсот. Ближе к концу года Горох посчитал, что мне уже пора двигаться вперед в этом направлении и двести для меня уже слишком мало.

Так оно и было. Если поначалу мне казалось, что просто невозможно выучить эти долбаные монетки, то со временем я перестал так думать. Это произошло в один прекрасный момент будто по щелчку пальцев.

У меня было такое ощущение, что до этого я все время делал это как-то не так, а однажды понял как нужно. Раньше я просто пытался зачем-то их все запомнить и должен сказать, что очень даже преуспел в этом.

Из тех двухсот монет, которые были в моем распоряжении, я с легкостью мог опознать большую их часть. Хотя до стопроцентного результата мне все равно было далеко. Но однажды я просто стал чувствовать пальцами какую именно монетку я сейчас держу в руках.

Когда это произошло со мной впервые я и сам не понял, как мне это удалось. Просто определил монету вот и все. Вот с того самого дня произошел какой-то перелом, после которого для меня не составляло труда угадать любую монету из имеющихся в моем распоряжении.

Даже с теми монетами, которыми дополнительно снабдил меня Горох, у меня с первого дня было намного меньше сложностей. По сравнению с моими ощущениями в самом начале, это было просто небо и земля. Думаю, что если так пойдет и дальше, то к концу этого учебного года я буду справляться со всеми.

Что касается рисунков, то здесь тоже все ладилось. К началу зимних каникул у меня уже получались отличные круги и квадраты, которые я рисовал левой рукой.

Не идеальные, конечно, но очень близкие к этому. По крайней мере, можно было с легкостью отличить прямоугольник от квадрата, а круг от овала. В конце года Кузьма Семенович даже сказал, что в январе мы уже этим заниматься не будем. Особой пользы эти задания мне уже не приносят. С буквами у меня получалось гораздо хуже.

По правде говоря, даже совсем не получалось. Как я ни старался, писать левой рукой нормальные буквы, которые будут похожи на русские, мне никак не удавалось. Черт его знает, как это делал Бобоедов, который с легкостью писал обеими руками, но для меня это было просто недостижимо. Какое-то очень сложное волшебство.

Зато с шахматами я делал значительные успехи. Теперь «слепые» партии с Горохом уже не представлялись мне изощренными пытками, а даже нравились. Выигрывать я у него еще не начал, но зато уже мог провести партию от начала до конца.

Правда пока еще при условии, что это не самая долгая партия… Если они затягивались, то у меня начинались проблемы. Но все это ерунда. Самое главное, что с каждым разом мне было легче. Вот если бы еще и с буквами так было…

Но в общем и целом, Кузьма Семенович был доволен моими успехами. Сказал, что я не такой глупый, каким показался ему в самом начале, а в данном случае, это можно было считать полной и безоговорочной победой!

А главным в занятиях с Бобоедовым было то, что у меня все лучше и лучше получалось заклинание Барьер. Самое главное, ради чего я мучился со всеми остальными упражнениями. Хотя…

Честно говоря, благодаря занятиям, кажется у меня и формулы заклинаний стали получаться намного лучше. Во-первых, мне стало намного проще их запоминать. Причем это касалось и классических заклинаний и некросимволов.

Во-вторых, они сами по себе стали намного мощнее. Думаю, главным образом это было связано с тем, что сами узоры у меня теперь выходили намного ровнее, четче и правильнее.

Но это все было второстепенным, а затевалось-то все из-за Барьера, который я научился ставить буквально за мгновение. У меня это выходило даже быстрее чем Светящийся Огонек.

С контролем тоже был полный порядок. Во всяком случае, Бобоедов уже не мог сбивать меня с мысли, когда я думал над ходом в шахматах.

Хотя в самом начале наших с ним занятий это было обычное дело. Старик то и дело мешал мне думать, глядя на меня довольными глазами на выкате, пока я отчаянно сопротивлялся.

Ну а еще раньше во время моих тренировок с Барьером, у меня очень сильно начинала болеть голова. Как будто вместе с заклинанием в мой мозг проникал какой-то невидимый карлик со сверлом в руке и начинал его буравить.

Понемногу двигались вперед и с Чертковым, с которым мы уже приступили к изучению второй дюжины некросимволов. Пока изучили лишь половину, но тем не менее. Александр Григорьевич добивался от меня уверенного знания каждого из них, поэтому дело шло не очень быстро как хотелось. Но это все ерунда. Главное, что продвигалось, остальное мелочи.

Тем более, что каждый новый некросимвол был важной ступенькой в деле моей личной безопасности и повышал мой шанс на выживание. В некрослое ведь только о том думаешь, как вернуться назад целым и невредимым.

Первый некросимвол из второй дюжины назывался Слово-Круг. Это было защитное заклинание, которое позволяло очертить себя кругом диаметром в несколько метров. Через него ко мне не могли подобраться всякие некротвари, которым не терпелось меня убить.

Жаль только, что он мог защитить не от всех, а только от наиболее слабых из них. Ну а еще плохо, что его нужно было все время поддерживать, пока находишься внутри круга. Но все равно он был хорош!

Если нужно время, чтобы собраться с мыслями пока тебе не могут досадить всякие уродцы, то оно просто отлично подходило. Тем более, что, например, от падальщиков и пушистых червяков он отлично защищал, это было проверено на личном опыте.

Еще был Слово-Свет. Тоже хорошая штука. Очень похож на наш аналог Светящегося Огонька, но только он обладал еще одним полезным свойством — причинял боль некротварям, которые хотели на меня напасть.

Совсем защитить не мог, но если они меня атаковали, то испытывали боль. Чертков сказал, что несмотря на кажущуюся слабость этого эффекта, на самом деле он очень полезен и не раз спасал ему жизнь, заставляя некротварей отказаться от мысли полакомиться им. Ну а еще он и энергии просил немного, так что — отличная штука!

Третьим новым некросимволом был Слово-Смысл. Не знаю насколько полезный, но пока самый загадочный из всех. Потому что он был одним из тех, которые мне не удалось испробовать.

Вообще-то, по словам старика, штука хорошая и должна была налаживать мои взаимоотношения с местной некрофауной и некрофлорой, которой вздумалось бы со мной пообщаться.

Оказывается, не все из них говорят на понятном мне языке, существует еще язык некрослоя, который я не смогу разобрать без помощи этого некросимвола. Не знаю, что сказать… Посмотрим со временем, пока я даже не очень понимаю, как звучит этот самый некроязык.

Мне пока не попадались твари, которые попытались бы со мной заговорить на нем. Впрочем, может быть, я просто не знаю, что они пробовали со мной разговаривать, потому что не знал, как он должен звучать, а старик мне просто не говорил об этом? Хотя, вряд ли, конечно…

Еще одним некросимволом, который у меня не получилось испробовать в действии, был Слово-Небо. Он должен сбивать на землю летающих тварей, чтобы я смог потом с ними сражаться в привычных условиях — на земле.

Но как именно он работает, пока не знаю. К счастью, за время наших с Чертковым путешествий по некрослою, на меня еще такие твари не нападали. Одну видел лишь в самом первом своем походе, та самая, которая утащила куда-то огромного монстра похожего на гориллу с черепашьим панцирем.

Самым лучшим вариантом было бы, если мне этот некросимвол вообще никогда не пригодится. Пусть себе летают где-то там… Но вот было у меня предчувствие, что однажды такой момент наступит. Александр Григорьевич видимо был со мной в этом полностью согласен, поэтому проверял меня на знание его снова и снова.

С последними двумя новыми некросимволами, которые мы с ним разучили, было намного проще. Их я успел испробовать в полной мере.

Одним из них был Слово-Меч, который вооружал меня призванным оружием. Оно было намного лучше, чем сабля, которая все время казалась мне очень неудобной. Громоздкая, непривычно тяжелая…

Слово-Меч в этом плане был намного лучше. Он был практически невесомым и им можно было размахивать так же легко, как более привычным мне энергетическим мечом. Они даже размера были примерно одинакового.

Но главное в нем было то, что их можно было призвать сразу два! Очень круто! Я уже с трудом обходился одним и чувствовал себя гораздо увереннее, сжимая по мечу в каждой руке. И с каждой новой тренировкой это чувство только усиливалось. Поэтому этот некросимвол сразу же стал одним из моих самых любимых.

Кроме того, была еще и возможность швырнуть его на манер копья! К моей радости, лезвие призванного меча не могло нанести вред магу-некротику, зато было опасно для всех остальных.

Правда пока мне ни разу не понадобилось его в кого-нибудь метать, но самое главное, что это было возможно теоретически, вот что важно!

В общем, очень крутой некросимвол, вот что я скажу! Вот только один недостаток в нем все-таки был… Причем довольно существенный. Этот некросимвол требовал достаточно много энергии для своей активации.

Более того, все время пока я орудовал Словом-Меч, он пил из меня энергию для собственной поддержки и это автоматически вычеркивало его из разряда совершенного оружия. Им нельзя было пользоваться бесконечно… Очень хреново…

Когда я ощущал этот призванный клинок в руке, у меня даже настроение становилось намного лучше в буквальном смысле слова. Такое ощущение, что он давал мне какой-то заряд уверенности и легкой эйфории.

Этим свойством Слово-Меч был похож на смертельно опасный наркотик, который доставлял тебе удовольствие, но в то же время убивал… Так поступал и он, забирая из меня драгоценные силы.

Глядя какое удовольствие я получаю, когда в моих руках оказываются призванные клинки, Чертков снова и снова напоминал о его опасности и спускал меня с небес на землю, заставляя вспомнить про саблю. Тяжелую, не самую удобную, зато не высасывающую из меня жизненно необходимую энергию.

Эх… Вот почему всегда находится какая-нибудь ерунда, которая обязательно портит все остальное?

Ну и последним новым некросимволом был Слово-Мост. Как и Слово-Круг он тоже был предназначен для того, чтобы вытащить меня из какой-нибудь задницы, если я в ней окажусь.

С помощью этого некросимвола я в самом прямом смысле слова мог перебросить мост между зданиями или вообще между чем угодно.

Например, между всякими некродеревьями тоже отлично получалось. Вот только перед этим обязательно нужно было убедиться, что дерево, на которое ты захотел попасть, не собирается тебя сожрать. Я один раз так чуть не попался, когда испытывал этот некросимвол. Хорошо, что наставник рядом оказался и смог меня предостеречь.

Блин… Все время стараюсь не забывать, что в этом долбаном некрослое каждая мелочь может оказаться смертельно опасной, но проходит немного времени, и я начинаю невольно расслабляться.

Хорошо что еще и Дориан не забывает меня вовремя одергивать, когда я совсем уж забываюсь, теряю контроль и начинаю чувствовать себя всезнающим магом-некротиком.

Ну а больше всего в Слове-Мост мне нравилось то, что по нему ходить могу лишь только я, и любая некротварь, которая вздумает побежать за мной, просто провалится сквозь него. Он и без этого был классной штукой, а так становился настоящим спасательным кругом!

Так что все пошло своим чередом… Уроки, наставники, буквари из Тенедома с чудными знаками и всякое такое прочее…

Ну а свой первый выходной я решил посвятить поездке в Белозерск в гости к Лазаревой, к которой у меня уже накопилось множество вопросов.

Хотя не только это, чего врать… Еще хотелось просто пообедать в хорошей компании, а Полина была как раз такой очень хорошей компанией. Даже отличной. Тем более, что Нарышкин был занят своей Дашковой, и я не хотел его отвлекать от нее.

На этот раз мы с ней выбрали «Бычий глаз», в котором я в этом году еще не был. Вообще-то, я и в этот раз предлагал поехать на Приозерный бульвар и там где-нибудь пообедать, но Лазарева предпочла более шумную пивную. Сказала, что ей сегодня хочется горячего кваса.

Овчинников перед нами раскланивался минут десять, радуясь нашему приходу. Все жаловался, что совсем мы забыли его пивную с Нарышкиным. Я так думаю, что он больше расстраивался, что Лешка к нему не заходит, а не я.

Но учитывая, что правило бесплатного Вятского горячего кваса для меня и моих друзей никто не отменял, мне было неважно, что именного его больше всего расстраивает.

А на обед мы с Полиной взяли запеченную рульку с кислой тушеной капустой. Погода в тот день выдалась морозная, да и завьюжило немного, так что плотный обед и горячий квас были в самый раз. То что нужно для хорошей беседы, пока за окнами бушует непогода.

Большая часть столов в пивной были заняты, а за некоторыми из них даже сидели компании учеников из «Китежа». Глядя по сторонам, я с удивлением обнаружил, что на меня накатили новые приятные ощущения — мне было плевать кто меня сейчас видит в компании Лазаревой и что об этом думает. Даже наоборот, очень хотелось, чтобы таких оказалось как можно больше.

Ну а то, что наш столик вызывал у ребят повышенный интерес, это я и так видел. Даже Полина заметила и не поленилась у меня спросить:

— Чего они на нас так пялятся, не знаешь? — спросила она в то время, пока мы согревались первой кружкой кваса. — Чувствую себя как обезьянка в клетке.

— Черт их знает, — ответил я и неопределенно пожал плечами. — Наверное историю про дуб обсуждают. Хочешь расскажу?

— Валяй.

Ей понравилось. Даже очень. Когда я подошел к моменту моего разговора с директором, она уже плакала от смеха.

— Ну ты блин дал… — сказала она вытирая слезы. — Насчет Орлова только ты зря переживал, за такие вещи из «Китежа» не выгоняют. Хотя в твоем случае может быть и сделали бы исключение. Учитывая сколько ты им хлопот все время доставляешь. Я бы тебя вообще сдала в интернат для трудных Одаренных подростков.

— А такой есть? — с удивлением спросил я.

— Нет, конечно, — ответила она, отпила немного кваса и причмокнула от удовольствия. — Но вот если бы был — обязательно сдала бы. Хотя… Какой в этом толк? Тебя бы и оттуда вышибли за такое поведение.

— Нормальное у меня поведение… Я ведь ничего такого специально не делаю.

— Представляю, что бы было с «Китежем», если бы ты еще что-то специально делал! — вновь рассмеялась она. — Точнее вопрос иначе нужно ставить — был бы вообще к этому моменту «Китеж»?

— Хороший вопрос, — сказал Дориан. — В этом я с ней полностью согласен. При желании мы бы с тобой могли оставить от школы одни лишь дымящиеся руины.

— Надеюсь мы с тобой до этого не дойдем, — мысленно ответил я ему, запивая наш разговор квасом.

— Посмотрим. Смотря как вести себя будут… — с угрозой в голосе произнес мстительный Мор.

— Ладно, Максим, ну его этот «Китеж», — сказала Полина немного успокоившись. — Ты говорил, что у тебя ко мне дело есть какое-то?

— И не одно! — ответил я, затем отстегнул Охранный знак и протянул ей. — Ты знаешь из чего сделана эта штука?

— Ух ты! — Лазарева сразу же потеряла интерес к квасу и начала крутить артефакт в руках. — Какая интересная вещь… Откуда она у тебя и что это вообще такое?

— Охранный знак, — сказал я. — Не знаю, как это работает, но по идее он должен каким-то образом оберегать меня. Мне его Нарышкин подарил на Новый Год.

— Прикольный подарочек… А из чего он сделан?

— Вот об этом я и хотел тебя спросить. Не знаешь случайно, что это за металл?

— Впервые вижу, если честно, — ответила она. — Может быть, какой-нибудь сплав? Какой интересный цвет… Если попробовать его разобрать…

— Нет, этого делать точно не стоит, — покачал я головой. — Если его разобрать, то он перестанет работать.

— Перестанет, — она протянул мне обратно Охранный знак, а я пристегнул его на место. — Но если тебе нужно установить состав — других вариантов нет.

— Да мне не то, чтобы нужно… Просто интересно было… Ладно, оставим этот разговор. Считай, что его не было.

— Как это? Нет, так я не могу. Теперь буду искать информацию пока не найду!

— Договорились, — усмехнулся я. — Если что-то найдешь, то поделишься. Теперь вот какой вопрос. Мне нужны необычные стрелы и арбалет…

В этот момент перед нами поставили несколько огромных блюд, от которых шел такой аромат, что мне захотелось отложить на потом разговор о стрелах. Судя по лицу Полины, она подумала о том же самом.

— Слушай, Макс, может быть, ты мне потом про стрелы расскажешь? — спросила она, глядя на дымящуюся рульку.

— Само собой! Ты еще спрашиваешь!

* * *

От автора:

Дорогие читатели! Такое дело… В дальнейшем по сюжету Максим Темников будет не раз проводить время в приятной тени раскидистого дуба, который назван в его честь:)

Вот только есть один нюанс… Он же не может называть его Дуб Темникова… Как минимум, это будет выглядеть странно, а значит у меня к вам очередная просьба — давайте придумаем дубу классное имя!

Предлагайте варианты в комментариях. В ближайшие дни отберу лучшие из них и в пятничной главе поставлю на голосование:)

Глава 16

— Бим-бом?

— Нет, Боря. Даже не думай, — покачал я головой. — «Металлику» я тебе точно не закину в эту колонку. Ты что, хочешь, чтобы меня весь «Китеж» проклял до конца моих дней?

— Буррым… брум… бам… Нарышкин… — тихо пробормотал конструкт, расстроено притушив яркость своих красных глаз.

— А я сам не знаю, зачем он тебя этими мелодиями дразнил, — сказал я, глядя на Лешку, который нанизывал мясо на шампура и делал вид, что вообще не слышит о чем мы с Борисом разговариваем.

— Барррым, Максим Темников…

— Ну хорошо, черт с тобой, — сжалился я. — Если хочешь, я тебе закину туда «Блэк Саббат» и отдельно Оззи Осборна. Но на этом все, ясно?

— Оззи Осборн, бим-бом… буррым? — спросил стальной гигант и его потухшие было глазные огоньки вспыхнули вновь.

— Угу, полный бим-бом, — заверил я его. — Тебе должно понравиться.

— Брум… буррум… бам! — весело сообщил нам конструкт, настроение которого после этой новости значительно улучшилось.

Вот и отлично. Не хотелось, чтобы в эту минуту кто-то сидел здесь с плохим настроением. Этот субботний вечер ведь и правда оказался просто чудесным. Когда еще соберемся, чтобы просто пожарить шашлыки и поговорить в дружной мужской компании.

Сегодня здесь были все пятеро. Я, Лешка, Ибрагим, Корвин и Борис. Стоп… Все-таки точнее будет сказать, шестеро… Дуб же еще пригреб полчаса назад… Ворон устроился на его огромных ветвях и теперь время от времени подкаркивал на нас, когда ему что-то не нравилось.

Мы сидели на берегу школьного озера и жарили мясо. Поводом послужило явление мне Турка, который сообщил, что соскучился по мне и «Китежу». Вот мы и решили устроить небольшие мужские посиделки. Ну а почему бы и нет?

Тем более, что завтра нам нужно будет отправляться за паучками и еще неизвестно, как все пройдет. Самое главное, чтобы Лазарева не подвела, к которой я вчера вечером за стрелами и арбалетом ездил. Но надеюсь, все будет в норме. Не зря же она с ними почти три недели возилась?

Хотя, по большому счету, я рассчитывал не на стрелы, а на Гвоздеву с Нарышкиным, которые должны были решить этот вопрос без арбалета. Думаю, так оно и будет, а арбалет так… В качестве небольшой перестраховки.

Пока Лешка следил за мясом, Ибрагим рассказывал нам последние новости нашего наемного отряда. Кстати говоря, княжич уже так привык видеть Турка наяву, что пришлось ему сегодня дать эликсир, который позволяет призраков видеть. Иначе он чувствовал себя некомфортно.

Это еще хорошо, что у меня остался единственный пузырек эликсира из старых запасов, а так пришлось бы княжичу как раньше моими услугами передатчика пользоваться.

Вот кстати, нужно выяснить есть заклинание с таким свойством или нет, и если есть, то заказать у Полины дня Нарышкина такой артефакт с постоянным эффектом. Заодно будет что подарить ему на следующий день рождения.

Ну а у «Теней» все двигалось как нужно. Новая база всем пришлась по вкусу, а еще после того как туда перебрался наш наемный отряд, количество клиентов, по словам Ибрагима, увеличилось почти на четверть.

Оно и понятно. Иначе просто не могло быть, даже исходя из логических соображений. Нашему отряду по большому счету еще и года не было, а за это время мы не только смогли увеличить сферу влияния, но к этому моменту еще и два мощных конкурента исчезли.

«Железный корпус» явно посильнее «Спартанцев» был, но и Греков не самым маленьким наемным отрядом в Белозерске управлял, гораздо больше многих.

Самое главное, что оба эти отряда были с хорошо наработанными связями и постоянными клиентами, часть из которых теперь перешла к нам. С одной стороны, все это было просто здорово!

Как говорил Ибрагим, наступил тот момент, когда многим клиентам даже приходилось отказывать, по той простой причине, что «Теням» уже не нужны были все заказы подряд. Кое-какое имя уже было наработано, поэтому теперь дядя Игнат вместе с Турком старались останавливаться только на самых крупных и денежных. Разве не прекрасно?

Вот только у каждой медали две стороны и эта ситуация не была исключением. Чем большую долю рынка захватывал наш наемный отряд, тем больше становилось недовольных таким положением дел.

Никто ведь не знал всех деталей и ответа на главный вопрос — почему исчезли «Спартанцы» и «Железный корпус». Ходили слухи, что «Тени» их просто ликвидировали, чтобы откусить побольше от общего пирога. Почему никто даже не думал, что если бы они не трогали нас, то могли бы себе и дальше спокойно работать…

Я слушал Ибрагима, который старался не сгущать краски, но мы ведь с Нарышкиным не дураки, сами все понимаем. Рано или поздно наступит тот момент, когда на нас решат обратить внимание какие-нибудь парни посильнее Горихвостова с Кишкиным…

Да и актер из Турка был хреновый, честно говоря. То, что он нам пытался не договаривать и не рассказывал про свои опасения, еще не значит, что мы этого не чувствовали. Просто делали вид, что не понимаем.

Тем более, сегодня это было совсем несложно. Портить такой классный вечер какими-то мрачными и невеселыми разговорами просто не хотелось. Место для всякой хреновины найдется в другой день.

Понимал это и Ибрагим, который в данный момент рассказывал одно из последних приключений «Теней», в котором Кате пришлось демонстрировать свою грудь, чтобы отвлечь охрану от того, что в этот момент происходило совсем в другом месте.

— Жаль, что я в этом не поучаствовал! — с сожалением сказал Нарышкин, когда Турок закончил свой рассказ.

— Согласен с твоим другом, — присоединился к нему Дориан. — Такое интересное дело пропустили! Скажи Ибрагиму, чтобы в следующий раз тебе обязательно сказал, если что-то такое запланируют…

— Вот ты тип, Мор! — мысленно ответил я ему. — Сказано же тебе, это спонтанно получилось… Само по себе!

— Все равно пусть скажет, — стоял на своем Дориан.

Я не стал с ним дальше спорить, все равно это было бессмысленно, а взял шампур с мясом, которое подоспело к этому моменту и занялся едой.

— Карр! — потребовал свою долю Корвин и подлетел к нам поближе.

— Вот проглот! — возмутился княжич. — Да ты у нас в сыром виде сожрал почти половину! Куда оно только в тебя влезает, я понять не могу⁈

— Карр! Карр!

— Буруррым… Бом… — поддержал его Борис.

— Ну ладно, хватит вам, помолчите оба, — сказал я и снял с шампура кусок мяса. — На, лопай. Но это и правда последний, а то тебя может стошнить!

— Ага, гляди-ка, стошнит его… — пробурчал Нарышкин. — Вон сковее хопнет…

— Ничего не понимаю, — сказал я. — Тебя не учили, что не вежливо разговаривать с полным ртом? Тоже мне, особа, приближенная к Императору…

— Я говорю — он скорее лопнет, прежде чем его стошнит, — сказал Лешка, прожевав мясо. — Ни разу не видел такую прожорливую птицу!

Корвин недовольно посмотрел на княжича, схватил клювом кусок мяса и отпрыгнул подальше. Наверное, чтобы Нарышкин у него еду не отобрал.

Некоторое время ели молча, а потом Лешка вдруг сказал.

— Макс, я с начала марта окончательно в небесный класс перевожусь.

— Что так? — спросил я и даже замер от удивления. — У твоих предков же всегда два Дара было. И брат у тебя черный маг же у Императора… Ты чего, Леха?

— Ну… Мы так решили на семейном совете. Так будет лучше в данный момент для моего рода.

— Чем это, интересно знать? Тем, что ты на один Дар положишь с прибором? — усмехнулся я и покачал головой. — Не думаю, что твои дети скажут тебе спасибо.

— Это ты зря, Макс… — поморщился он. — Мой второй Дар никуда от меня не денется, он у меня уже в крови. Ну а так вообще… В небесном классе у меня лучше получается. С Иваном ведь в свое время тоже так на семейном совете решили. Он на четвертом курсе из небесного класса в темный перешел. Именно поэтому он и до черного мага дорос. Если бы распылялся на два Дара сразу, то такого успеха не достиг бы.

Мы помолчали немного, а затем он спросил.

— Ты видел мой школьный рейтинг?

— Ну, видел… Среди третьекурсников ты в первой десятке. К чему это ты спрашиваешь?

— К тому, что основная часть этого рейтинга добыта именно моими успехами по дисциплинам, которые читают в небесном классе, Макс, вот к чему, — ответил он, посмотрел на меня и улыбнулся. — Твоего уровня я все равно ведь не достигну, верно?

— Это-то здесь при чем?

— Верно, — кивнул он. — Пока ни при чем, а потом будет очень даже при чем… Через несколько лет…

Я перестал жевать и посмотрел на него. На Лешкином лице играли тени от костра, в который мы все время подбрасывали дровишек, отчего казалось, будто его лицо причудливым образом движется.

— Что ты так на меня смотришь?

— Пытаюсь понять, что значит это твое «потом».

Он вздохнул, взял с блюда еще один шампур с мясом и начал его разогревать над огнем.

— Это значит, что когда мы с тобой закончим школу, то рано или поздно обязательно встанет вопрос о том, кто из нас ближе к Императору, ясно тебе? — сказал он.

— Почему это обязательно?

— Потому что он сам будет держать рядом с собой того, кто сильнее. Просто из соображений личной выгоды, Макс, — княжич пожал плечами и попробовал языком достаточно прогрелось мясо или еще нет. — На его месте так поступил бы каждый нормальный человек, разве нет? Так работает инстинкт самосохранения… Тем более, что он не обычный человек, а Император!

— Ну и что из этого следует? — в этот момент даже Корвин оставил свой кусок мяса в покое и уставился на нас.

— Из этого следует, что сражаться с тобой за место под солнцем я не собираюсь, ясно? Поэтому мне нужно было выбрать путь… Я выбрал. Отец прав, так будет лучше для империи. У нас и без того слишком много врагов, чтобы к ним все время добавлять новых. Пора и о друзьях подумать.

Снова немного помолчали.

— Только не надо на меня смотреть таким печальным взглядом, Темников, — рассмеялся он и хлопнул меня по плечу. — Поверь, я буду находиться от Императора не дальше тебя. Просто буду заниматься другими делами, ясно тебе? Не забывай — я самый лучший на курсе в небесном классе!

— Ясно… Просто я думал, что темные дисциплины нравятся тебе больше…

— Согласен, — кивнул он. — Нравятся больше, а даются намного хуже. Чтобы добиться в них такого же успеха как в небесных, мне придется отказаться от сна до конца жизни. Да и то, я не уверен, что это поможет. Мне нравится быть первым, а не вторым или третьим…

— А как же твои уроки с Артамоновым? — спросил я. — На них тоже крест?

— С чего ты взял, что он со мной темный Дар оттачивает?

— Шрамы от всякого целительства и иллюзий не получают, — ответил я, припомнив ту тонкую белую полоску на щеке у княжича.

— Мало ли от чего их получают… Нет, Макс. Уроки с Холодным продолжатся, — сказал он и нахмурился. — Это… В общем, продолжатся и все.

— Как скажешь, — я взял себе еще один шампур и начал греть его над костром. — Кстати, мясо у тебя классное получилось. Мягонькое… Даже жевать не надо практически…

— Это Жемчужников научил. Он по этим вопросам большой специалист.

— Эх… Как бы дорого я мог заплатить, чтобы хотя бы просто понюхать этот запах… — вдруг решил поделиться с нами своей тайной мечтой Турок. — А уж за то, чтобы еще раз съесть шашлык…

— Нашел, о чем жалеть, — усмехнулся Нарышкин. — Мы тут о делах, а он про мясо…

— Вам не понять, Алексей… — ответил Ибрагим и вздохнул. — Еще бы хорошо, чтобы можно было с девушкой роман закрутить…

— Пфф… Придумал тоже! — фыркнул я. — Вот это уж точно не повод страдать! Шашлык — это я еще понимаю, но девчонки… Ты, кстати, с нами собирайся, чтобы всякие глупости в голову не лезли. Завтра ведь воскресенье? У тебя вроде как выходной. Заодно и разведчиком у нас побудешь.

— Ох! Отличная мысль, мой господин! — оживился Ибрагим. — Я уже сто лет с вами в приключениях не бывал!

— Ну вот и хорошо.

Мысль о том, что завтра Турок будет с нами, подняла мне и без того хорошее настроение. Все-таки он был бывшим Убийцей Чудовищ и разве можно не использовать такую возможность раз он уже здесь?

— Буррррм… Бам… Бим-бом, Оззи Осборн… — решил напомнить мне стальной гигант о нашем недавнем разговоре.

— Да помню я, Боря. Сегодня вечером закину, а завтра отдам. Будешь тут развлекаться.

Хорошо, что выходной… Большей части народа в школе не будет…

* * *

До Кедровой Лощины добирались на внедорожнике Нарышкина. Дорогу чистили редко, так что быстро ехать не получалось. Мы выехали из «Китежа» около шести утра, а добрались до места почти к десяти.

Это еще хорошо, что Лешка в свое время себе внедорожник решил купить. Иначе бы пришлось возвращаться на половине дороги, потому что легковой машиной было не добраться.

— Зараза, надо было трактор покупать… — бурчал княжич, медленно выгребая колесами из очередного сугроба, который не получалось объехать.

— Лучше боевую машину пехоты, — посоветовал Собакин. — У нее скорость повыше будет.

Единственным человеком, кому было все вокруг сиренево, была Варвара, которая спала от самого Белозерска. Сказала, что привыкла по воскресеньям спать до обеда, попросила нас разбудить ее как будем подъезжать к ферме и заснула. Глядя как она сопела, свернувшись калачиком на заднем сидении рядом со мной, мне даже завидно стало.

Вообще-то, я тоже несколько раз пытался задремать, но у меня не получалось. Нарышкин то и дело меня будил своими громкими проклятиями, которыми он сыпал всю дорогу, до самой Кедровой Лощины.

Подъезжая к ферме я разбудил Гвоздеву, как она и просила. От Кедровой Лощины до владений Зайцевых, по словам Собакина, было не больше пятнадцати минут езды, так что скоро уже будем на месте.

Вскоре оказалось, что Костя немного ошибся в расчетах. В обычное время может быть здесь и было минут пятнадцать, но вот нам потребовалось почти сорок минут. Причем эта дорога была засыпана снегом еще сильнее.

В нескольких местах нам даже пришлось вылезти из машины, чтобы помочь внедорожнику пробраться через самые высокие сугробы. В эти моменты я очень жалел, что Ибрагим присутствует рядом с нами в своем дематериализованном виде. Его помощь нам бы очень сильно пригодилась.

Зато Дориан мне помогал как мог. В своем фирменном стиле, понятное дело.

— Ну-ка, мой мальчик! Поднапряжемся! Еще разок! Давай-давай! Еще немного подтолкни!

Ну не гад? У меня от злости и напряжения даже времени не было сказать ему пару ласковых словечек. Можно было как раз те употребить, которым тогда на Хрустальной Горе меня дядя Игнат научил…

Зайцевы нас уже заждались. Особенно радовался нашему приезду глава семейства Егор Тимофеевич. Мрачный мужик с большой черной бородищей и густыми косматыми бровями, которые он все время хмурил, будто был чем-то недоволен.

Пока мы пили чай и грелись после тяжелой поездки, он практически ни о чем не разговаривал с нами, сказав лишь, что решил будто мы уже не приедем. Но к тому времени как мы допивали по второй кружке чая, хозяин немного смягчился.

Рассказал про морозных пауков, пожелал нам быть как можно осторожнее и попросил по возможности не причинять паучихе вреда.

Мы-то конечно пообещали, но на самом деле больше переживали как бы это она нам вреда не причинила. Вместе со своими паучатами. Кстати, оказалось, когда Гвоздева говорила нам про нескольких паучат, мы с Лешкой даже не думали, что имеется в виду цифра одиннадцать штук.

— Ну и как их всех оттуда переть? — спросил я, когда мы шли по высокому снегу в ту сторону, куда по словам Егора Тимофеевича вели следы после побега.

— Пусть это будет самая большая из проблем, которые тебя беспокоят, — сказала Варвара тяжело дыша и шагая по высокому снегу. — Поверь, у меня все под полным контролем. Лучше думай о том, чтобы мы их нашли.

— В этом-то я как раз не сомневаюсь… — ответил я. — Вот если бы они еще обрадовались встрече с нами…

Глава 17

За час не самого простого пути по заснеженному полю, а потом лесу, никаких паучьих следов мы, понятное дело, не увидели. Даже если они и правда были, как сказал нам Егор Тимофеевич, то их давным-давно засыпало снегом. В этом году со снегом вообще перебоев не было, а в последние несколько недель так особенно.

Вот только вскоре у нас появилось сомнение, что заказчик показал нам верный путь… И чем дальше мы топали, тем все сильнее это самое сомнение одолевало.

— Видели какой он старый, этот Егор Тимофеевич? — не выдержал в конце концов Собакин и выдал на поверхность мысль, которая давно уже не давала покоя нам всем. — У него от старости уже шарики за ролики могли зайти… Он мог что-нибудь попутать, например… Я имею в виду — может быть, мы не туда идем?

— Ага, я вот тоже об этом думаю, — включился в разговор Нарышкин. — Он ведь расстроенный был после того, как его пауки удрали. В состоянии сильного душевного волнения и все-такое… Я вот когда злюсь, бывает учебники не могу найти, когда на уроки собираюсь, а оказывается, что я их давно уже в рюкзак положил.

— Вот именно! — воскликнул Костя. — Согласен с Лешкой! Расстроился мужик просто, вот и все. Ты что скажешь, Варвара?

Гвоздева, на спине у которой был довольно внушительный рюкзак, остановилась и грозно посмотрела на Собакина:

— Так что ты предлагаешь конкретно, вернуться и переспросить или вообще плюнуть на это дело? — Девушка вытерла пот со лба и шмыгнула носом.

— Нет, совсем плевать не хотелось бы, — смутился он. — Во-первых, платят много, а во-вторых, я с таким трудом его добывал…

— Тогда замолчи и топай молча! Бесишь меня! — сказала она и погребла дальше.

— Так а я ничего… — сдал назад Собакин. — Просто говорю, что… Ну, хорошо хоть не сильно холодно, а то совсем была бы беда.

— Мы за всех переживаем, вдруг заблудимся? — соврал Лешка, поддержав своего старого знакомого.

В этот момент я почувствовал то самое знакомое покалывание в руках, которого уже давно с нетерпением ждал. Честно говоря, я уже и сам был готов присоединиться к общей тревоге, но обошлось.

— Не заблудимся, — обрадовал я всех остальных. — Правильно идем.

— Ну слава яйцам… — пробормотал Собакин. — Чего раньше молчал? Видишь же, переживаем.

— Раньше повода не было, только сейчас появился.

С этого момента дело пошло намного лучше. Все как-то сами по себе вдруг ускорились и даже нашли силы, чтобы начать перебрасываться короткими фразами.

Мы уверенно гребли вперед по заснеженному лесу и с каждым шагом мои ощущения становились все сильнее. С какого-то момента они даже начали меня пугать.

Если исходить из того, что нам сказал Егор Тимофеевич, то по тому количеству энергии, которое я ощущал, мы уже должны были прийти к нужному месту. Но этого не происходило! А это значит, что пауков там намного больше.

— Или они просто немного подросли за это время, — предположил Дориан.

— Как это? За несколько дней в два раза? — с сомнением спросил я. — Такого не бывает…

— Откуда ты знаешь, как растут морозные пауки, если не плетут паутину? — спросил он.

— Я думаю, тогда Ибрагим нас предупредил бы о чем-нибудь таком, — предположил я и посмотрел на Турка, который шагал рядом со нами. Единственный радостный человек среди всей нашей компании! Ну как человек…

— Допустим, — не сдавался Мор. — Но потом не говори, что я тебя не предупреждал.

Вскоре мне уже даже стало немного боязно. Как бы там не оказалось какого-нибудь морозного супер-дракона вместо пауков… Но в этот момент под ногами шагающей впереди Варвары что-то хрустнуло, а затем она провалилась в снег по самую шею, вместе со своим огромным рюкзаком.

— Ух ты! — успела крикнуть она, прежде чем бросившийся к ней Собакин успел схватить девушку за руки.

Следом за ним подключился Нарышкин и теперь они лежали на снегу в виде странной фигуры.

— Что за фигня? — спросила у всех Гвоздева. — А ну-ка вытаскивайте меня отсюда бегом!

Вдруг раздался громкий треск, и вся эта дружная компания с воплями исчезла с моих глаз. Ну охренеть просто!

Вот только раздумывать особо было некогда, потому что в этот момент я почувствовал, что земля под моими ногами тоже начинает понемногу просаживаться… И что за странный треск такой?

Я не стал дожидаться пока треск достигнет своей финальной точки и использовал подарок Дона-Нефрита, чтобы взлететь. Едва мои ноги оторвались от земли, как треск прекратился. Спустя еще несколько секунд я услышал звуки возни и голоса моих друзей:

— Нарышкин! Ты мне своим ботинком в затылок тычешь! Прекрати немедленно! — возмущался Костя.

— Так не видно же ни хрена! — оправдывался Лешка.

— Все равно прекрати!

— Оххх… — простонала Варвара. — Я, по-моему, ноготь сломала… Зараза!

— Фу! Какая-то мерзость еще вокруг… — брезгливо сообщил княжич. — У меня все лицо в липкой дряни! Морозом жжется!

Я подлетел поближе и увидел, что мои друзья провалились не очень глубоко — метров на пять. Теперь они лежали на куче веток и копошились как тараканы, пытаясь подняться на ноги.

— Мой господин, это вход в пещеру! — доложил Ибрагим, который к этому моменту уже успел смотаться вниз. — По-моему, мы пришли по нужному адресу!

Спустившись чуть пониже, я обратил внимание, что ветки и в самом деле были сплошь покрыты серебряными нитями паутины, которые на фоне снега были практически незаметны. Думаю, это и есть та самая морозная паутина, из которой делали дорогущий снежный шелк.

Я помог ребятам разобраться с их кучей-малой и вскоре все уже отряхивали с себя паутину и подсчитывали потери. Над нами горели сразу три Светящихся Огонька два из которых были моими.

— Блин… Даже два ногтя, — со злостью сказала Гвоздева и посмотрела вверх. — Накидают веток всяких! Нельзя спокойно по лесу пройтись!

— Ты хотела, чтобы тебе указатель повесили? — пробормотал Собакин, ощупывая затылок. — Леха! У тебя ноги как копыта! Чуть голову мне не разбил!

Нарышкин лишь плевался и брезгливо снимал с лица паутину, которая свисала с его головы целыми буклями.

— Все живы? — спросил я, дожидаясь пока к нам вернется Ибрагим, который занялся своим привычным делом и улетел разведывать тоннель.

— Да вроде бы как, — сказал Собакин и направил один из огоньков в темноту. Ага, значит последний Светящийся Огонек его работа, — Где это мы, интересно знать?

— Похоже на тоннель, который должен будет привести нас в логово пауков, — предположил я. — Во всяком случае, я думаю так.

— Я тоже так думаю, — согласилась со мной Варвара, которая наконец оставили свои ногти в покое. — Чувствуете этот паучий запах?

Не знаю, что там чувствовала Гвоздева, но я никакого паучьего запаха не заметил. В подземельях всегда так пахнет. Лазарева романтично называла его запахом древности, а как по мне — просто вонища от того, что долго не проветривали.

— Обычный для таких мест, — сказал я с видом знатока, заставив всех бросить на меня уважительный взгляд.

Хах… А приятно иногда поумничать, оказывается… Сразу чувствуешь себя…

— Хвастуном? — предложил вариант Дориан.

— Вообще-то, я хотел сказать — отчаянным храбрецом, — ответил я.

— А-а… Извини…

— Вечно ты лезешь со своими глупостями, Мор!

С двумя мечами в коридоре не было бы тесно, он был широким. Но я активировал лишь один на всякий случай, чтобы никто не напоролся на второй. Ну а совсем без мечей никак. Мало ли что? Вдруг сейчас сюда вместо Турка паучок какой-нибудь прибежит?

— Чего стоим, кого ждем? — спросила у меня Гвоздева. — Раз уж первым стал, так иди, или ты опять что-то почувствовал?

— Пока ничего, но нужно немного подождать, — ответил я.

— Не обращайте внимания, у него иногда бывают странности, — сказал Нарышкин, который прекрасно знал, чего я жду. Он же был в курсе, что Ибрагим вместе с нами идет. — Скоро пройдет.

— Он хоть не буйный? — спросил Костя с улыбкой на лице.

— По-разному бывает, — сказал я и сделал страшное лицо. Думаю, Собакин отлично понял, что я шучу, но на всякий случай все равно отошел от меня на пару шагов подальше.

— Мой господин, там внутри огромная подземная пещера и в ней пауки. Один большой и три маленьких, — почему-то шепотом рассказал мне Ибрагим, который как раз вернулся с разведки. — Они спят! Если их не будить, то можно попробовать без шума и пыли…

Угу, понятно, значит именно так и будем делать. Надеюсь, мы их не разбудим. Вот только почему маленьких всего три? По словам Егора Тимофеевича, их здесь целая банда должна быть.

— Размышляете почему их так мало, мой господин? — догадался Турок. — Я тоже об этом подумал. Вариант только один — если они похожи на обычных пауков, то запросто могли пожрать друг друга. У них такое все время происходит.

— Фу… Какая гадость… Просто омерзительно… — брезгливо сказал Дориан. — Хотя мне это знакомо. Такие родственнички как у меня, тоже при случае жрут друг друга.

— Макс, тебя не отпустило? — осторожно спросила Гвоздева. — Просто здесь и правда пованивает, а кроме того — время-то идет.

В этот момент я театрально протянул руку вперед, закрыл глаза и сказал с должным случаю пафосом:

— Там впереди я вижу пауков! Их четверо и они спят! Поэтому, если будем идти осторожно и молча, то мы сможем их взять без особых трудов!

— Ты что, прямо сейчас все это видишь? — спросил у меня Собакин, у которого от удивления глаза стали даже больше чем у Гороха.

— Конечно видит, — поддержал мой авторитет Нарышкин. — По-твоему почему про него столько сплетен по школе ходит?

— Круто, конечно… — восхищенно прошептала Варвара. — Ну ты даешь, Темников… Прямо чудеса какие-то…

Мне пришлось сделать в этот момент над собой героическое усилие, чтобы не заржать и не рухнуть вниз с моей горы небожителей, на которую я внезапно вознесся в глазах моих друзей. Судя по слезам на щеках Лешки, ему тоже приходилось непросто. Возможно даже хуже, чем мне.

— Ладно, идемте вперед, — махнул я рукой и пустил вперед Собакина. — Костя, давай ты первый. Ты же все-таки стихийник.

Мы шли вперед очень медленно и осторожно, стараясь не разбудить наших пауков. С каждой минутой запах становился все сильнее, а значит мы понемногу приближались к нашей цели.

Единственное, что меня продолжало беспокоить — это слишком большое количество энергии, которую я чувствовал здесь. Никак не похоже на четырех пауков… Причем трое из которых были совсем маленькими. Может быть, просто морозные пауки дают такой мощный сигнал? Я-то с ними до этого момента не сталкивался…

Ибрагим был прав, пещера и правда оказалась очень большой. Где-то был слышен тихий плеск, как будто здесь тек подземный ручей. Какое интересное место…

Прямо в самом центре пещеры расположились четыре неподвижных паука. Один очень большой, а рядом с ним три маленьких.

— Мне показалось, самый большой чуть-чуть пошевелился, — сказал Нарышкин, пока мы чуть дыша стояли и смотрели на пауков.

— Пошевелилась, — поправила его Гвоздева. — Она же девочка… И она не шевелилась… Кстати, ты уже наслал на них свое заклинания Сна?

— Еще нет, но уже насылаю, — ответил Лешка и в этот момент паучиха начала расправлять свои толстые лапы, покрытые темно-синими волосками.

— Твою мать! — закричала Гвоздева и начала размахивать руками.

Судя по всему, она с перепугу пыталась помогать себе чертить формулу своего заклинания, чтобы очаровать паучиху. Ну а я тем временем уже отстегивал миниатюрный арбалет, который болтался у меня на поясе.

Долбаная застежка! Как всегда, в такие моменты вечно начинает происходить всякая хреновина! Блин, там же всего две кнопки, как они не могут открыться, я понять не могу?

В этот момент паучиха гонялась за Нарышкиным, который с воплями бегал от нее по пещере. Собакин поддерживал его криками, а Варвара продолжала размахивать руками… Похоже ни фига не работало ее заклинание против морозных пауков. Причем совсем…

Да что ты будешь делать! Какой идиот придумал, чтобы… Ну наконец-то! Я снял арбалет, быстро зарядил в него стрелу со стеклянным наконечником, внутри которого плескался эликсир, и стал целиться в паучиху.

Дождавшись момента, когда Леха с воплями в очередной раз пробежал мимо меня, я подгадал, когда паучиха будет практически в нескольких метрах от меня и выстрелил.

— Макс! Стреляй же ты в нее! — орал княжич, наворачивая круги по пещере. — Я больше не могу!

— Уже! Просто оно не действует мгновенно! — крикнул я ему, вытаскивая вторую стрелу, чтобы попытаться попасть в нее еще раз и усилить дозу сонного эликсира в два раза.

— А-а-а-а! — пронесся мимо меня Нарышкин, я вскинул арбалет и вдруг паучиха замерла. В этот момент я всадил в нее вторую стрелу, которая вонзилась в нее с характерным звуком треснувшего стекла.

— Ну наконец-то! — радостно крикнула Варвара.

Услышав ее слова, Лешка остановился и обернулся:

— Заснула⁈ Фух… Вот падла такая… — он без сил уселся на землю и махнул в сторону маленьких. — Макс, этих можешь не трогать… Я на них заклинание Сна колдонул… Вообще-то, я и на эту дуру колдонул, но ни фига…

— Костя, ты почему ее в кусок льда не превратил? — спросила у него Гвоздева. — Ждал пока она Нарышкина сожрет?

— Да хрен его знает… — растерянно пожал плечами Собакин. — Я за Лешку переживал сильно… разволновался, наверное…

— Ладно, Бог с ним, — сказал княжич, поднимаясь на ноги. — Варвара, я так понимаю, твои заклинания против них не работают, так что давай, рассказывай, как мы ее тащить будем?

В этот момент Гвоздева самодовольно улыбнулась и скинула на землю свой рюкзак:

— Парни! Вы сейчас просто офигеете!

После этих слов она достала из него несколько разноцветных кусков ткани размером с носовой платок и положила их на землю. Затем вытащила яркий кусок, который был в несколько раз больше остальных и с гордым видом показала его нам:

— Знаете что это такое?

— Красивенькая тряпочка? — предположил Костя.

— Сам ты тряпочка! Смотри! На этом мы повезем паучиху домой! — она подбросила его вверх и крикнула: — Ковер-самолет активация!

В этот момент тряпочка вспыхнула, увеличилась в два раза и повисла перед нами в воздухе.

— Что это за ерунда, Гвоздева? — спросил у нее Лешка и надавил на ткань рукой. Та тут же поддалась и опустилась ниже. — Как ты собралась паука на этом везти?

Девушка растерянно смотрела на кусок ткани, болтающийся в воздухе, и обиженно шмыгнула носом:

— Там было написано, что получится ковер-самолет… Артефакт последней модели… Эксклюзивный товар… Оригинал… — она посмотрела на пол, где валялись разноцветные маленькие куски ткани. — А это разноцветные коврики-самолетики…

— Похоже на хреновую китайскую подделку, — заключил Собакин. — Варвара, ты где это все заказывала, на «Али-Экспрессе»?

* * *

Дорогие мои читатели!

Важное производственное сообщение!

Начиная с этой недели график выкладки немного изменится. На этой неделе это будет пятая по счету глава и последняя, а начиная со следующей будет вот как…

28 апреля у меня день рождения. На выходных буду готовиться к приему гостей и праздновать небольшой юбилей. Совершенно некогда будет работать, поэтому глава понедельника переносится на вторник, 30.04.

Кроме того, на этих майских праздниках я запланировал ремонтные работы по дому, поэтому в период с 30.04 по 10.05 главы будут выходить через день. Вот каким будет график выкладки:

30.04. в 00:15 — Глава 18;

02.05. в 00:15 — Глава 19;

04.05. в 00:15 — Глава 20;

06.05. в 00:15 — Глава 21;

08.05. в 00:15 — Глава 22;

10.05. в 00:15 — Глава 23.

Вот как-то так. Ну а начиная с понедельника 13.05. мы с вами вновь возвращаемся к ежедневной выкладке. Надеюсь на ваше понимание:))

Так, ну а теперь переходим к другому важному вопросу — выбор имени для Дуба Темникова никто не отменял! Как всегда, интересных вариантов было очень много (за что вам большое-пребольшое спасибо!!!), но нужно было выбирать…

На голосование ставятся вот какие имена, которые мне показались самыми лучшими. Сегодня вариантов будет больше, чем обычно, пять, а не три:

1. Дед

2. Бродяга

3. Урфин

4. Дубыч

5. Корней

Прошу вас выбирать и голосовать в комментариях за наиболее понравившийся вам вариант. Итоги будут подведены вечером во вторник (30.04.).

Вы самые классные, спасибо!:)

Глава 18

Пока ребята с грустью в глазах смотрели на кучу разноцветных ковриков-самолетиков на земле, меня интересовал немного другой вопрос. Причем интересовал очень сильно и ответ на него нужно было найти немедленно, иначе дело могло закончиться плохо.

Я чувствовал мощный поток энергии, который буквально исколол мою левую ладонь. Почему-то она была более чувствительна к воздействию, чем правая.

— Мальчики, я не думала, что так получится, — оправдывалась Варвара, пока я осматривал пещеру в компании Светящегося Огонька, пытаясь отыскать то, что мне нужно.

— Блин, Гвоздева ну ты даешь, — досадовал Собакин. — Да я тоже хорош… Надо было все-таки спросить у тебя, что ты там придумала, а я на слово поверил. Вот будет мне уроком. Оригинальный товар… Хреновина какая-то…

— Ну я же не знала, — печально сказала девушка.

— Ладно, Бог с ними, — смирился Костя. — Давай думать как будем пауков отсюда вытаскивать. Какие у нас варианты?

Ох! Вот это находка! Прямо передо мной лежал дохлый паучок. Точнее сказать то, что от него осталось. Он выглядел так, как будто его кто-то высосал изнутри.

Причем не просто выел все внутренности, а будто бы поработал мощным насосом. Паучок был намного меньше своих собратьев и напоминал совсем небольшой клубочек.

Может быть, Ибрагим был прав, и они действительно пожрали друг друга? Допустим.

— Ребята! — привлек я внимание остальных. — Смотрите-ка, что я нашел! Похоже здесь дохлый паук! О! А вот еще один! И вот еще парочка!

Маленькие дохлые паучки валялись друг от друга на расстоянии нескольких метров. Все это было похоже на какую-то странную тропинку из мертвых пауков.

Ребята оставили в покое Варвару и вскоре уже стояли рядом со мной, с интересом рассматривая странную цепочку.

— По ходу они все дохлые, — поделился с нами очевидным фактом Собакин. — Думаю они здесь сидели и просто лопали друг друга, пока их практически совсем не осталось.

— Нет, ерунда это все, — не согласился я с ним. — Я про пауков читал. Они долго могут без еды находиться, так что не верю я в эту версию.

— Тогда предложи свои варианты, — пожал плечами он. — Хотя, на самом деле, мне не очень интересно почему они сдохли. Меня больше беспокоит, что с паучихой будем делать?

— Я вообще все время об этом думаю! — поддержал его Лешка. — Пугают меня ее размеры, по правде говоря.

В этот момент я увидел Ибрагима, который вдруг появился как будто прямо из стены. Блин, классный навык все-таки через стены уметь ходить. Жаль, что я так не умею.

— Не переживай, мой мальчик, когда умрешь — у тебя тоже появится такая возможность, — обнадежил меня Дориан.

— Потом она мне ни к чему, мне сейчас охота…

— Вообще да, было бы неплохо… Есть у меня пару мест на примете куда можно было бы заглянуть в «Китеже», — сообщил Мор. — Я давно уже наблюдаю за несколькими хорошенькими старшеклассницами. Но некоторые моменты до сих пор остаются для меня загадкой. Думаю было бы неплохо их осветить…

— Кто о чем, а ты все о девчонках, — мысленно ответил я, глядя на стремительно приближающегося к нам Турка.

— Мой господин, на противоположной стене есть проход в соседнюю пещеру. Она еще больше этой, — доложил он. — Там все остальные пауки и огромный кокон из паутины. Я не могу понять что в нем или кто… Но пауки очень сильно постарались, чтобы смотать его. Я бы на вашем месте был осторожнее.

То, что нужно быть поосмотрительнее, это я и без Ибрагима прекрасно понимал. Не может меня штормить от такого количества темной энергии просто так. Должна же быть для этого какая-то причина?

— Ребята! — я закрыл глаза и вновь начал вещать своим заунывно-пафосным голосом, который в данной ситуации казался мне очень величественным и таинственным. — Меня вновь посетило видение!

— О Господи… — прошептала Гвоздева. — Макс! Ты давай как-то попроще… Голос такой… Я думала, кто-то умер…

— Там и есть множество мертвых! — сказал я, водя рукой в воздухе, будто пытался ощупать там всех их за раз. — Пауки и что-то еще! Нам нужно быть осторожными!

— Что еще? — озадаченно спросил Собакин и активировал энергетический меч. — Ты как-то конкретней не можешь посмотреть своим третьим глазом?

— К сожалению, мои способности ограничены, — с печалью в голосе сказал я и опустил руку. — Я ведь еще не архимаг. Только учусь всему понемногу.

— Угу, понемногу… — пробормотал Костя.

Тем временем я тоже активировал свое оружие и пошел вслед за Ибрагимом. Правда со стороны этого было не понять, казалось, что я просто иду по этой необычной тропинке из дохлых пауков, от одного к другому.

Да, Турок был прав, пещера не заканчивалась стеной, как нам показалось в самом начале. В конце был поворот в сторону, который мы не заметили. Понятное дело, он же полностью сливался за стеной.

С каждым моим шагом я чувствовал все большие приливы темной энергии, от которых мое тело даже начало немного вибрировать. Ну так мне казалось, во всяком случае.

— Кто-нибудь что-то чувствует? — спросил вдруг Нарышкин, который шел последним. — У меня башка начала раскалываться… Как будто ее кто-то сжимает…

— Угу, что-то такое есть… — поддержала его Варвара.

Костя недовольно что-то пробурчал, но слов разобрать я не смог. Ну а совсем скоро и сам почувствовал легкую головную боль.

Лешка был прав, у меня были схожие с ним ощущения. Будто мою голову пытается сжать какой-то мощный великан типа Хорнборна.

Я вошел в пещеру, Светящиеся Огоньки поднялись повыше, освещая нам все вокруг. Пещера и в самом деле была побольше предыдущей. Ненамного, но все-таки побольше.

Не обращая внимания на пауков, я искал быстрым взглядом тот самый кокон, о котором говорил Ибрагим. И вскоре я увидел его…

Он и правда был очень большим. Вот если бы замотать в паутину саму морозную паучиху, то, думаю, он бы получился схожих размеров.

Я шагнул в его сторону и вдруг в моей голове что-то громко щелкнуло, а затем я услышал грубый незнакомый голос.

«Привет, раб…»

Охренеть! Это что за фигня происходит? Вот еще не хватало мне всяких незнакомых голосов в моей голове! Такое ощущение, что у меня она безразмерная! Лезут все, кому не лень!

— Дориан, какого хрена? Это ты там голоса меняешь? — задал я Мору вопрос, который первым пришел мне в голову. Зная его любовь ко всяким приколам в самое неподходящее время, это было на него очень похоже.

— Мне что, делать нечего? — на этот раз возмутился он. — Разве я могу, в такой ответственный момент? Ты обо мне слишком плохого мнения. Это явно какое-то вмешательство со стороны и, между прочим, я его тоже чувствую. Кстати, мне это не нравится…

— Ох… — я услышал, как вскрикнул Лешка, а затем рухнул на камни.

— Ты чего? — испуганно спросила у него Гвоздева, а затем схватилась за голову, посмотрела на меня каким-то диким взглядом и последовала его примеру.

— Макс… Что-то мне тоже хреново… — пожаловался Собакин, оперся спиной на стену и закрыл глаза. — Голова кружится у меня…

«На колени, раб…»

Вновь услышал я этот голос и почувствовал, как давление внутри моей головы стремительно нарастает. Вот она уже начинает болеть и в этот момент я ставлю Барьер.

Причем произошло это как-то само собой. Как будто я играл с Бобоедовым очередную партию в шахматы, при этом он полез выяснять мои планы на счет следующего хода и в то же мгновение я блокировал его.

Эх, жаль я еще не дошел до более высокой ступени этого своего навыка… Так можно было не только сдержать давление незнакомца, который решил мной немного покомандовать, но и врезать ему в ответ…

— Всему свое время, мой мальчик, — сказал мне приободрившийся Дориан. — Вовремя ты Барьер поставил. Ты смотри какая сволочь! Лезет куда не просят!

— Я думаю, это тот кокон решил, что он самый крутой, — предположил я и шагнул в сторону клубка из морозной паутины.

В этот момент я вновь почувствовал как кто-то пытается нанести мне новый удар еще большей силы. Но этого все равно не достаточно, чтобы пробить мою защиту.

«О! У нас здесь загадочная форма жизни, которая пытается сопротивляться! Но ничего… Сейчас я немного подкреплюсь и попробую снова…»

— Темников! — застонал за моей спиной Собакин. — Гляди-ка на Нарышкина…

К этому моменту я уже сделал несколько шагов в сторону, так что я обернулся и увидел, что Нарышкин стоит на четвереньках и пытается ползти в мою сторону.

— Точнее в сторону кокона, мой мальчик! — подсказал мне Дориан. — Я думаю, это он ему приказы отдает…

— Мой господин, я вспомнил! Нам в «Черном Плюще» рассказывали про этих тварей — это Пещерный Псион! — закричал Турок. — Мне он еще ни разу не попадался! Но это его работа!

— Позднее зажигание у тебя, Ибрагим! Я уже и сам понял, что это его работа! — сказал я, накладывая на себя весь список защитных заклинаний, которые были в моем распоряжении. — Вот только я не очень помню что там против них лучше всего работает.

Не очень хорошие новости. Не самое подходящее время для приступа склероза у Ибрагима. Ладно, об этом потом… Может быть, эта штука как-то и на него влияет?

Для начала попробуем выяснить как этой штуке понравится Аура Разложения и Высасывание Жизни, которую я сейчас на нее повешу. Я активировал заклинания и в тот же миг получил ответ от Пещерного Псиона:

«Жалкие попытки, неизвестная форма жизни… То, что мертво, умереть не может. Твои заклинания бесполезны против меня!».

— Ну это мы еще посмотрим, чьи тут заклинания бесполезны! — крикнул я ему и ускорил свои шаги.

Самое интересное, что у этой твари и правда было много всяких навыков. Я чувствовал, что энергия из меня улетучивается слишком быстро. Это не может происходить от того, что я все время поддерживал Барьер. Явно ведь ее работа…

Призывать себе сейчас кого-то в помощь может быть очень большой ошибкой. Это заберет у меня еще больше энергии, которая мне сейчас жизненно необходима для поддержки Барьера. Если у меня не останется сил поддерживать его, то… Об этом я думать не хочу.

В этот момент я услышал нечеловеческий хрип, а затем мимо меня пробежал Лешка на четвереньках! Да так быстро, что это казалось просто невероятным! Никак нельзя, чтобы он оказался рядом с этой штукой раньше, чем я смогу нанести ей вред!

Если Псион сейчас такие вещи вытворяет, то что будет после того, как он получит еще немного энергии? Кстати, питается-то он явно жизненными силами…

Пока я включал максимальную скорость, рядом со мной оказалась и Гвоздева, которая собиралась последовать вслед за княжичем.

Э, нет!

Я припустил вперед со всей возможной скоростью. Удивительное дело, но я явно ощущал, что несмотря ни на что, эта опасная штука тоже обладает способностью делать несколько вещей сразу, как и я.

Вот прямо сейчас Пещерный Псион отдавал приказы Нарышкину и Гвоздевой, заставляя их приближаться к себе. Но кроме этого он не оставил надежд пробить мою защиту, и я постоянно ощущал давление с его стороны.

Пока он наносил удар за ударом, я бежал вперед и в очередной раз мысленно благодарил Черткова за то, что он отдал меня в обучение Гороху. Если бы не занятия с нашим школьным менталистом, то кто знает, что бы было сейчас? Быть может и я бы на четвереньках несся в сторону этой странной твари…

Тем временем я обогнал Лешку, который ударился рукой об камень и теперь жалобно скулил. Однако при этом он все равно продолжал двигаться в сторону… Ну охренеть просто!

Варвара тоже сбросила первоначальный темп. Она несколько раз упала и хорошенько приложилась коленями, поэтому больше походила на калеку, которая пытается идти вперед.

Но так даже лучше. Сбитые руки и колени, это очень просто лечится. Для княжича это пара пустяков. А вот то, что иначе они бы уже были возле кокона, это совершенно точно.

Хрен тебе, Псион! Первыми они точно не будут, а меня можешь встречать! Осталось еще с десяток шагов!

Когда я подбежал к своей цели, я увидел внутри кокона яростные движения. Видимо, это тварь пыталась выбраться наружу. Но к счастью, морозная паутина и правда оказалась очень крепкой штукой, поэтому прорвать ему ее не удалось.

У меня было дикое желание со всего размаха рубануть по паутине, но я побоялся, что могу таким образом просто избавить от нее Пещерного Псиона. Сейчас он только и думает о том, как бы поскорее выбраться из своей ловушки.

Поэтому я выбрал другой вариант и просто проткнул кокон, как шпагой.

«Аааагггггррррхххххх!!!»

Услышал я в своей голове его яростный крик, который показался мне прекрасной мелодией! Я колол его снова и снова, а его крики становились все яростнее и громче.

В какой-то момент кокон вдруг с треском прорвался и из него вылезла лапа Пещерного Псиона, которая больше была похожа не щупальце осьминога. Он попытался достать им до меня, но мгновенно лишился своего оружия, которое я отрубил без раздумий.

Мне понадобилось нанести ему еще не меньше двадцати ударов, прежде чем он окончательно затих и сдох. Я понял это по давлению на свой мозг, которое просто исчезло как по щелчку пальцев и наступило долгожданное облегчение.

Затем я увидел, как внутри кокона зарождается знакомый сине-голубой свет, который говорил о том, что я сейчас прикончил Проклятье. Едва я подумал о этом, как через мгновение почувствовал прилив сил, от того, что мощный поток искр влетает в мое тело.

Я устало опустил руки и в тот же момент услышал стоны за своей спиной. Это Нарышкин и Гвоздева наконец избавились от влияния Пещерного Псиона и напомнили мне о том, что им немного досталось. Магический кристалл, оставшийся от Псиона, чуть позже поищу.

Первым делом я начал приводить в порядок Лешку, которого напоил припасенным эликсиром лечения. Прошло несколько минут, прежде чем в его глазах наконец появился более-менее осмысленный взгляд, которым он с удивлением смотрел по сторонам.

— Ух ты черт… Меня как будто битой по затылку треснули… — сказал он и потер виски. — Макс, прикинь, мне показалось, будто у меня мозги отказали. Нормально?

— Так оно и было, — сказал я и показал в сторону развороченного кокона. — Внутри него сидела опасная тварь, которая собиралась вами пообедать. Это она тебе чуть мозги наизнанку не вывернула.

— Вот сволочь такая… Вывернула — это ты правильное слово подобрал… Надо же, как быстро она это провернула… — пожаловался княжич. — Я даже Барьер не смог поставить. Только о нем подумал и на тебе, Нарышкин, гранату…

— А сейчас как?

— Да вроде отпустило…

— Ну и прекрасно, — сказал я и кивнул ему в сторону стонущей Гвоздевой. — Приводи в порядок Варвару, а я пока посмотрю, что там с Собакиным. Что-то он подозрительно тихо себя ведет.

Я переживал как бы с Костей не вышло чего-нибудь совсем плохого… Вдруг Пещерный Псион ударил его сильнее всех и у него попросту взорвался мозг? Все-таки он единственный, кто не подавал никаких признаков жизни.

К счастью, оказалось, что переживал я зря. Костя выбрал наиболее безопасный вид реакции на ментальное воздействие и просто предпочел на всякий случай потерять сознание. Отличный вариант, между прочем. Куда лучше, чем ломиться на обед к Псиону на всех скоростях.

— Что это было? — спросил он после того, как я привел его в чувство. — Мне вдруг как-то поплохело…

— Не только тебе, если что, — сказал я и рассказал ему про то, что произошло с Лешкой и Варварой. — Так что можешь считать, тебе повезло.

— Жалко, что ты не увидел здесь эту тварь… — сокрушался Собакин, пока я помогал ему встать на ноги. — Пауков увидел, а ее нет…

— Я же не всесильный, — пожал я плечами в ответ и потопал к кокону. Там ведь магический кристалл должен быть, поищу, пока ребята будут в себя приходить.

Пришлось повозиться в этом коконе, прежде чем мне удалось найти кристалл. Под конец поисков я весь был в этой морозной паутине, которая и в самом деле обладала охлаждающим свойством.

К тому моменту, когда в моих руках оказался шикарный ярко-зеленый магический кристалл, я успел замерзнуть так, что меня потряхивало от холода. Кстати, очень классный эффект. Мне понравилось.

Нужно будет себе на лето прикупить рубашечку из морозной паутины. Я думаю, после того, что мы для него сделали, Егор Тимофеевич нам даже скидочные именные карты выдаст.

— Ага, как же выдаст он вам… — хмыкнул Дориан. — Ты его физиономию бородатую видел? Я бы на твоем месте на это сильно не рассчитывал.

— Макс, ты чего там колупался? — спросила Гвоздева, пока я рассматривал кокон и размышлял над тем, что его бы тоже с собой следовало захватить. Если морозная паутина такая дорогая, как Собакин сказал, то здесь ее много. Жаль столько денег в пещере бросать.

— Смотри-ка, что нашел! — сказал я и протянул ей магический кристалл.

— Ух ты! Ого какой огромный! — восхищенно сказала она, глядя на кристалл. — Я думаю, тысяч на двести затянет!

— Может быть и больше, — с полной уверенностью в голосе сказал подошедший к нам Костя. — Если не спешить с продажей, то, может быть, даже двести пятьдесят за него выручить получится…

— Неужели так много? — удивленно прошептала девушка.

— Плюс еще кокон можно продать, — поделился я своей мыслью. — Тут целый мешок морозной паутины наберется.

— Отличная мысль, Макс! — похвалил меня Собакин. — Я ведь даже не подумал об этом!

— Мой господин, у морозных пауков было бы еще неплохо яд сцедить… Очень дорогой и редкий компонент… — сказал Турок. — Мертвые пауки вам ведь все равно без надобности.

Я рассказал об этом ребятам, чем привел их в еще больший восторг. Костя уже подсчитывал примерную выручку со всей этой истории и радостно потирал руки:

— Ни разу не держал столько денег сразу! Кто бы мог подумать, что на этом приключении получится так много заработать! — от возбуждения он громко хлопнул в ладоши. — Нужно будет обязательно отметить это дело всем вместе!

— Ребята, я конечно понимаю, что все уже решили где будем отмечать, но один вопрос мне все-таки пока не ясен… Как паучиху будем тащить? — вновь взялся за свое Нарышкин. — Варварины коврики-самолетики нам вряд ли чем-нибудь помогут…

Все разом замолчали и начали переглядываться, ожидая, что от кого-нибудь сейчас прилетит спасительная идея. Но вот не прилетала…

— Блин, Леха, вот умеешь ты настроение испортить, — пробурчал Костя. — Дал бы еще хоть минутку порадоваться… Я только начал думать какое шампанское буду в ресторане заказывать…

* * *

От автора:

Дорогие мои читатели! От всего сердца благодарю вас за многочисленные поздравления, добрые и теплые слова, которые вы сказали! Это на самом деле было очень приятно! Вчера был чертовски классный день и часть его таким сделали именно вы!

Благодарю еще раз!

Вы самые классные, спасибо!:))

Глава 19

Закончив все свои дела в пещере, мы стали с ней прощаться, так как пришло время переходить к самой главной задаче — как-то нужно было вытаскивать наружу паучиху.

После небольшого практического эксперимента было установлено, что хотя с виду она размером с корову, весит она намного меньше. Во всяком случае, вчетвером мы ее поднимали. С небольшим напрягом, но тем не менее у нас получилось вытащить ее из пещеры.

Не могу сказать, что это было просто. Намучились мы с ней порядком. В процессе вытаскивания паучиха была награждена практически всеми уместными и неуместными эпитетами, которые приходили нам на ум. Под конец ее иначе как «бегемотиха» никто не называл. И это было не самым худшим вариантом…

Пока мы тяжело дышали и смотрели на нее мрачными взглядами, у всех в голове была только одна мысль — руками ее переть точно не получится.

С паучатами все получилось намного проще. Я просто оживил на время их мертвых братьев и сестер, а затем приказал им нести своих родственников. Очень простое решение, которое потребовало от меня минимум энергии, зато изрядно нас всех повеселило.

Наблюдать за паучками, которые тащат других паучков, это и в самом деле жутко забавно. Если представится такая возможность — советую не упускать. Ну и хоть немного все это прибавило нам настроения. Это в данный момент очень требовалось…

Очень жаль, что с паучихой такой же вариант не пройдет. Высушенные пещерным Псионом, на своих тонких ножках… Нет, не получится. Ясно ведь, что они ее просто не поднимут.

Я попробовал было призвать скелетов, чтобы они нам помогли ее тащить, но и здесь ничего хорошего не вышло. Поднять-то они ее подняли, но не успели сделать и десятка шагов, как она их просто раздавила своей толстой тушей.

— Нужно просто призвать их побольше, — посоветовал мне Лешка, глядя как скелеты один за другим превращаются в костяные горки. — Если их будет много, то ее вес на каждого скелета уменьшится, логично?

Вроде бы вполне. Звучало, по крайней мере, весьма здраво. Поэтому второй попыткой я призвал их побольше. Если первый раз скелетов было семь, то теперь пятнадцать. Вполне себе должны справиться.

И они справились! Поначалу дело шло очень неплохо. Мы уже даже успели обрадоваться и поблагодарить Нарышкина за блестящую идею, но оказалось, что все на так гладко… Эти тупые создания все время норовили пойти не туда и постоянно мешались друг у друга под ногами.

Закончилось тем, что вся эта скелетная бригада рухнула в снег вместе с паучихой. Заново ее поднять у них уже не получилось. В конце концов они еще и переругались между собой и начали клацать друг на друга челюстями. В общем, хреновые из скелетов грузчики, что тут говорить…

— Макс, а зомбиков каких-нибудь ты призывать не умеешь? — с надеждой спросила у меня Гвоздева. — Может от них пользы будет больше?

— Не умею, — ответил я и добавил. — Да и не было бы от них никакой пользы. Они еще тупее скелетов… Хотя нет, по умственным способностям, я думаю, они примерно равны, но вот ходят медленнее. Они через каждые пять шагов будут в кучу сваливаться. Могу Штормового Духа призвать, чтобы он в нее молнией шарахнул, но не думаю, что нам это сильно поможет.

— Угу, согласен, — кивнул Собакин и задумчиво почесал затылок. — Слушай, Варвара, ты же в кленовом классе учишься?

— Ну и что с того? — с подозрением спросила у него девушка.

— Я тут подумал… Может быть, ты каких-нибудь древней создавать можешь или там дриад, например?

— А-а… Ты об этом… Я думала что-то гадостное придумаешь в отместку, — честно призналась она. — Ну вообще-то могу древней, если надо. Но они у меня пока маленькие получаются. Не поднимут они нашу паучиху. Но попробовать можно, мало ли что у них получится…

— Погоди, я не об этом пока, — отмахнулся от нее Костя, продолжая о чем-то размышлять.

Мы втроем молчали и смотрели на него с надеждой, не желая прерывать его мыслительные процессы. Может быть, там и правда какие-то умные мысли бегают, а мы их возьмем и спугнем.

— Граф, ты бы рожал скорее, а то наша паучиха проснется скоро, — не выдержал Лешка. — Вдруг на нее эликсир второй раз не подействует.

— Ты сможешь ее левитировать? — спросил у него в ответ Собакин.

— Смогу, — ответил Нарышкин. — Только не до самой фабрики. У меня магической энергии на столько не хватит. Но на половину пути вполне.

— Отлично! — хлопнул его по плечу Костя. — Больше мне и не нужно. Самое главное, чтобы ты ее через лес перетащил, а как в поле выйдем, тогда уже я возьмусь за дело.

— Что это ты придумал? — спросила Варвара.

— Увидишь, — ответил он и махнул рукой. — Давай, Леха, начинай. И так уже времени много потеряли.

Княжич не раздумывая взялся за дело, я дал паучкам новый приказ, а затем мы всей делегацией двинулись в обратную сторону.

— Макс, представь, если нас сейчас увидит какой-нибудь местный житель, — хохотнул Собакин, который шел следом за мной. — Летающий паук, а внизу еще другие пауки своих сородичей на себе тащат… Так и дурачком сделать можно.

— Вряд ли местные так далеко заходят, — сказала Гвоздева, глядя по сторонам. — Что тут интересного?

— Вот я тоже так думал пока живой был, — сказал мне Ибрагим после ее слов. — А потом пришлось скелеты разбрасывать возле своего тайного убежища, чтобы поменьше шастали… Что им дома всем не сидится, я понять не могу? Ходят-бродят… Ищут чего-то…

Я с улыбкой слушал недовольное бурчание Турка, но сам в этот момент думал совсем о другом. Было кое-что такое, на что я не обратил внимания в процессе боя и дальнейшем потрошении морозных пауков… Зато сейчас я ощущал это в полной мере.

Мой Вороний Амулет работал! Даже в своем незавершенном виде он давал эффект, который я чувствовал. Это были для меня новые и необычные ощущения. Будто бы в моей груди появился новый резервуар, в котором хранилась дополнительная магическая энергия.

Но это еще не все… Я ведь мог использовать ее не только в тот момент, когда у меня закончатся основные силы, но и одновременно с ними. Это значит, что мне теперь доступны более мощные заклинания!

— Ну наконец-то… А я все думаю, когда ты наконец почувствуешь, что кое-что изменилось… — усмехнулся Дориан. — Временами ты такой тормоз, мой мальчик, что я просто удивляюсь как в твоей голове вообще хоть что-то задерживается.

— Началось, Мор… Вообще-то, если ты заметил, мне было чем заняться, кроме того, чтобы прислушиваться к своим ощущениям.

— Да, но с того момента уже прошла куча времени.

— Короче, отвали. Главное, что я это понял, а пять минут погоды не сделает.

— Если бы пять…

— Я же сказал — отвали, Дориан. Вот пристал, блин!

После этих слов Мор от меня отстал, а я привыкал к своему новому артефакту. В какой-то момент я настолько стал с ним одним целым, что перестал его ощущать. Пришлось даже проверить рукой, что Вороний Амулет по-прежнему находится на своем месте.

Тем временем мы вышли из леса и Нарышкин с облегчением опустил паучиху на снег.

— Ну все, блин… Хватит с меня, — он вытер рукой пот со лба. — Голова уже трещит ее через лес тащить. Вот бегемотиха… Она даже во сне за деревья пытается лапами цепляться, зараза такая! Видели?

Да уж, Лешке и правда пришлось с ней помучаться, пока он ее между деревьев как по лабиринту левитировал. Почти ювелирная работа. Надо же было так, чтобы она не долбанулась обо что-нибудь со всей дури… Делать мне нечего, по второму кругу ее усыплять.

— Видели, — ответил ему Костя. — Теперь моя очередь. Смотрите, что происходит, когда за дело берутся профессионалы!

Он сделал вид, что засучивает рукава, окинул нас победоносным взглядом… И колдонул на паучиху ледяной шар…

— Собакин, ты идиот? — спросила у него Гвоздева. — Ты на хрена ее в лед закатал, она же там сейчас сдохнет!

— Блин, Костя… Я тоже от тебя не ожидал такого, — мрачно сообщил ему Нарышкин. — Только не говори, что после того как она отмерзнет, с ней все будет в порядке, потому что она морозный паук.

— Да ладно вам, успокойтесь. Все под моим полным контролем! Шар внутри пустой, так что не сдохнет наша бегемотиха, не переживайте. Я же не полный идиот, — сказал он и подмигнул Варваре. — А ты, Гвоздева, давай начинай призывать своих древней.

— Я же тебе сказала, не поднимут они ее! Тем более со льдом!

— Так и не надо ничего поднимать, пусть катят себе на здоровье. Она же теперь вроде бы как шар, — сказал Собакин. — Ты, главное, вектор им верный задавай, чтобы они в нужном направлении двигались и все.

— Хм… Это ты хорошо придумал! — сменила гнев на милость Гвоздева.

— Угу, я тоже в тебя верил, Константин! — поддержал ее княжич.

Костя открыл было рот, чтобы напомнить им о том, что совсем недавно они называли его идиотом, но передумал. Правильно сделал, между прочим. Настроение у всех и так было ни к черту, мог и на пару крепких словечек нарваться.

Между тем Варвара призвала парочку древней, которые скрипя телами начали катить шар с паучихой обратно на фабрику. Следом за ними семенила моя верная команда паучков-зомбиков, а мы топали в самом конце.

К тому времени, когда мы наконец пришли к дому Зайцевых, мы уже еле волочили ноги от усталости. Плюс ко всему еще и замерзли до чертиков.

Егор Тимофеевич вышел нас встречать с фонариком, потому что вернулись мы затемно. Лишних вопросов он не задавал и тут же организовал нам горячий чай с вареньем. Он еще и баню предлагал, но мы от нее отказались.

После бани разморит нас совсем, а нам еще в школу возвращаться нужно. Так что решили уже в «Китеже» выкупаться. А для того, чтобы отогреться и прийти в себя, нам и чая вполне хватило.

Плюс ко всему он нам еще отвар, восстанавливающий силы, приготовил, так что через полчаса мы уже даже вели с ним разговор и рассказывали про свои приключения. Ну, по крайней мере то, что ему можно было слышать.

Уж очень сильно мужик расстроился, после того как узнал, что паучки его по большей степени уже как бы и не живые совсем. Все никак не мог взять в толк, как это может быть, если он их только что видел в целости и сохранности? Разве что только похудели немного, а в остальном вполне себе бодренько семенили своими лапками.

Пришлось объяснить… С первого раза он не очень понял, так что пришлось объяснять дважды. Но зато вторая попытка вполне удалась и с этого момента Зайцев стал смотреть на меня немного другим взглядом. Вот только почему-то отсел подальше.

Зато с паучихой мы ему угодили. Она мало того, что выжила, так еще и почувствовала себя как дома, когда проснулась. Даже на нас не кидалась. Видимо родные стены ее немного успокоили.

— Спасибо вам, ребятки, — рассыпался в благодарностях Зайцев. — Я ограждения еще мощнее сделаю, теперь она точно не удерет.

— Да вы не беспокойтесь, Егор Тимофеевич, — успокоил я его. — Она больше убегать от вас не будет. Ну… Не должна во всяком случае. Грохнули мы того, кто ее от вас сманил.

Он хотел было что-то спросить, но передумал и кивнул:

— Благодарю вас, ребятушки… Если чем могу еще отблагодарить, кроме денег… Вот, кстати! — вскинулся он. — Я вам из той паутины, что вы мне притащили, всем наряды отошью! Что скажете? Парням рубашки, а тебе, красавица, платье. Будете летом носить и меня добрым словом вспоминать!

Отказываться мы не стали. Вот еще! Зря мы что ли с этой паучихой мучились? Да еще этот Пещерный Псион нервы потрепал. Так что рубашки из снежного шелка будут очень кстати.

Посидев еще немного, мы засобирались в «Китеж». Если честно, я бы с большим удовольствием выкупался в бане и остался бы у Зайцевых с ночевкой, но все хотели в школу. Пришлось соглашаться, что делать. Не пилить же завтра одному на такси?

Так что спать я улегся в машине Нарышкина. Почти сразу же, как только оказался на уютном мягком сидении внедорожника. Уютно, хорошо, еще и Вороний Амулет грудь согревает приятным теплом… Я и сам не заметил, как заснул… Классный денечек, чего уж тут…

* * *

Ну а с понедельника все вновь понеслось в привычном ритме. Скукотища, уроки и никаких тебе развлечений. Я за это терпеть не могу второе полугодие — преподы как будто с цепи срываются и начинают нас нагружать всякими сверхзадачами.

Лишь в первой половине марта у меня выдался свободный день, когда я смог выбраться в Белозерск. Мне Чертков подарил целую субботу, которой я мог пользоваться по своему усмотрению. Для меня это был целый праздник!

Как мало, оказывается, нужно для счастья, когда целыми днями сидишь за книжками и единственное место куда можно сходить, это школьный парк. Ну и Тенедом, само собой, но прежде чем туда ехать, мне еще эти буквы идиотские нужно подучить…

Вот только Александр Григорьевич выходной мне не просто так подарил… Кто бы удивлялся… Сказал, что через неделю меня ждет первый небольшой экзамен. Я впервые сам отправлюсь в некрослой, где должен буду кое-что сделать для него. Ну как впервые… Просто мой наставник кое о чем не знает…

Но это сути вопроса не меняло. Интуиция подсказывала мне, что меня ждет нечто необычное и возможно не очень приятное. Не думаю, что он меня отправит просто по коридору мимо кабинета Терлецкого походить. Не зря же он сказал, что это будет экзамен…

— Мальчик мой, я бы не стал на твоем месте переживать раньше времени, — решил отвлечь меня от мрачных мыслей Дориан. — Мне почему-то кажется, что это будет просто интересно и не более того.

— Ты сам-то веришь в то, что говоришь? — спросил я у него. — Где Чертков, а где это твое просто интересно.

— Ну сейчас же можно этим голову не забивать?

Вот это был другой вопрос. Сейчас не стоит. Тем более, что у меня на эти выходные образовалась сразу парочка дел, которые мне явно принесут удовольствие.

Во-первых, Лазарева уже две недели названивала насчет встречи. У нее была какая-то важная информация, которую она не хотела мне по телефону рассказывать. Зараза такая… Могла бы и намекнуть, между прочим. Думай теперь, что там она еще придумала…

Во-вторых, первые весенние дни явно намекали на то, что пришла пора выбирать и заказывать новый мопед! Кто знает, когда у меня в следующий раз получится выбраться в Белозерск, чтобы посмотреть все своими глазами.

Можно, конечно, и по интернету выбрать, но это совсем не то. Нужно ведь на нем посидеть… Пощупать как оно… Тем более, что на этот раз я хотел взять что-нибудь помощнее и поинтереснее. Прошлый «Судзуки» был хорош, но это уже пройденный этап.

— Макс, должен тебя сразу предупредить — я против этой твоей идеи! — сразу же сообщил мне Мор, как только я об этом подумал. — Если тебе повезло, и ты не смог убиться в прошлом году, это не значит, что нужно пытаться это сделать еще раз и с новыми силами!

— Ай, отстань, Дориан, ты же знаешь, что я его все равно куплю… Можешь считать, что это уже сделано, если тебе так будет проще принять реальность.

— Макс, я серьезно тебе говорю!

— Угу, я тебе тоже. Как минимум, раза в два мощнее куплю! Наконец-то ты поймешь, что значит кататься с ветерком!

— Послушай меня, мальчик мой… — взмолился Дориан.

— Отвали, Мор! Тебе понравится, я обещаю!

* * *

От автора:

Итак, дорогие мои читатели, настало время перейти к важному производственному вопросу — подвести итоги выбора имени для Дуба Темникова. Учитывая ваше очень активное участие, дело это ответственное, а потому требует точных подсчетов.

Наибольшее количество голосов вы отдали за варианты Бродяга и Корней, между которыми и разгорелась ожесточенная финальная схватка. В какой-то момент они шли настолько ровно, что я уже даже начал думать решающим голосом будет мой:)

В итоге с небольшим перевесом победил Бродяга!!! Корней набрал 67 голосов, а Бродяга 70. Поэтому поздравляю всех тех, кто болел именно за этот вариант:)

Как всегда — большое спасибо вам за предложенные варианты, отданные за них голоса и мнения на этот счет! Это было круто и я очень рад, что таким образом вы проявляете интерес к этой истории!

Благодарю еще раз!

Вы самые классные, спасибо!:))

Глава 20

Из приоткрытого окна вовсю доносилось пение птиц и веял свежий весенний ветерок. Голубое небо, яркое солнышко и капель… Прекрасная и опасная пора, когда уже очень хочется скинуть с себя надоевшие за зиму шмотки и одеться во что-нибудь полегче.

Правда если раньше времени это сделать, то можно запросто оказаться в постели с больным горлом и температурой. А, ну да, еще и с заложенным носом, само собой, куда же без него?

Вот и сейчас мы пили чай с дедом, а он все время переживал как бы меня сквозняком не протянуло. Свой день я решил начать с того, что заехал к нему. Давненько у него не был, так что успел соскучиться. Да и дела кое-какие нужно было обсудить.

Расспросив меня об успехах в школе, он рассказал, что несколько дней назад ему звонила моя мать. Сказала, что отцу стало намного легче, но врачи и целители все равно не могут дать вменяемый ответ что это с ним было. Говорят, такое бывает…

Ну не знаю, посмотрим. Самое главное, чтобы эти приступы болезни больше не повторились. А то получается, что его и не лечили вовсе, потому что толком не могли диагноз поставить. Это хорошо, что на этот раз все более-менее гладко прошло, а вот если еще раз такое случится, кто знает, чем все может обернуться?

Кстати, пока я размышлял над этим, я невольно поймал себя на мысли, что мне очень хочется, чтобы отец выздоровел окончательно. Даже странно как-то… Совсем недавно все было иначе… Неужели на мое отношение к этому так сильно повлияло заключение мировой между ним и дедом? Не знаю.

— Ты бы заехал к ним в гости на летних каникулах, — оторвал меня от моих мыслей дед. — Мать говорит, что они были бы очень рады тебя видеть. Думаю, что и твой отец тоже.

— В последнем я не очень-то уверен, но посмотрим, — ответил я и пожал плечами. — Может быть, у него в связи болезнью и правда шарики в голове на место встали… Хорошо, деда, заеду обязательно.

Пообещал я, отхлебнул немного горячего чая с лимоном и погладил Фауста, который запрыгнул ко мне на колени.

— Только до каникул еще почти пара месяцев, так что не скоро в Москву попаду. Я и к тебе-то с трудом вырвался, хотя что тут ехать? Сорок минут на такси…

— Что, мучают вас там наставники? — усмехнулся в бороду дед. — Правильно делают. Какая наука без муки?

— Кстати про науку, дед… Помнишь, я тебе таблетку белую давал и тот эликсир ярко-желтый? — решил я напомнить деду, времени-то порядком прошло. По идее какие-то результаты у него уже должны быть.

— Помню, конечно, — кивнул он и погладил бороду. — Интересные загадки ты мне подкинул, нечего сказать. Пришлось голову поломать над обеими. Вот только решил я пока лишь одну — состав таблетки, которую ты мне дал, я практически разгадал. В него входит солнечный табак, пыльца желтоцвета, шерсть минотавра и пепел тролля.

— Ого! — не удержался я, зная стоимость компонентов. — Сложный рецептик… Шерсть минотавра очень редкая штука. Мало того, что денег дурных стоит, так ее еще попробуй достань.

— Но это еще не все, Максим. В составе таблетки есть еще один компонент, который я не знаю.

— Такого не может быть, дед, — недоверчиво посмотрел я на него. — Уверен на сто процентов, ты знаешь все компоненты, которые существуют и применяются в алхимии или травничестве.

— Угу, я тоже так думал, — кивнул он. — Поэтому делаю единственный вывод — этот компонент родом не из нашего мира. У нас нет растений, которые выглядят как кристаллы с черно-белыми гранями.

— Черно-белыми, говоришь? Хм… По-моему, я знаю откуда этот компонент, — сказал я, вспомнив о многочисленной черно-белой флоре некрослоя.

Правда, что-то я не припомню там именно кристаллических растений. Скорее они напоминали наши, вот только умели разговаривать и выглядели несколько иначе.

— Дед, а ты уверен, что это именно растения? Не думаю, что встречал там такие…

— Уверен. Эти кристаллы живые, можешь не сомневаться. Я провел достаточно опытов, чтобы утверждать это, — сказал он. — Кстати… Если отделить их от остальных компонентов, то они начинают притягиваться друг к другу и формировать более крупную единицу.

— Интересно…

— Очень, — кивнул он. — А еще мне показалось, что когда они все соединились в одно целое, то… Оно попыталось говорить со мной.

После этих слов я с удивлением посмотрел на деда. Ну ладно, в некрослое были растения и существа, которые могли ментально общаться со мной, но здесь? В нашем мире? Это звучало немного странно. Если не сказать больше.

— Не смотри так на меня, Максим, и не переживай — твой дед еще не выжил из ума, — он улыбнулся, достал ложкой лимон из своей кружки и съел его немного поморщившись. — Я понимаю, что это звучит немного странно, но это так… Уверен, что этот кристалл пытался мне что-то сказать или как-то воздействовать на мой мозг. Каждый раз, когда я начинал работать с ним, я слышал непонятный шум в голове и уверен, что это не было случайностью. Не знаю, что оно хотело от меня, потому что я не смог ничего разобрать из этих звуков.

— Деда, там такие странные штуки живут, что может быть опасно с ними разговаривать. Так что думаю, это хорошо, что ты не мог ничего понять, — сказал я.

— Ты думаешь оно могло захотеть поработить меня? — улыбнулся он.

— Вот зря смеешься, деда, я ведь не шучу, — со всей серьезностью сказал я ему. — Я бы тебя попросил больше с этой штукой не разговаривать, хорошо?

— Можешь не переживать, внучек, я его снова перетер в пыль от греха подальше, так что никто со мной разговаривать не будет.

— Угу, — кивнул я и тут мне в голову пришла мысль. — Кстати, как думаешь, если заменить пепел тролля на лучистый мох, разве оно не станет мощнее?

Пока дед размышлял над моими словами, к Фаусту присоединился Пират, который решил, что ему тоже срочно нужно забраться ко мне на колени. Затем коты отвесили друг другу по хорошему пендалю, и я согнал их обоих, чтобы они устраивали свои кошачьи бои где-нибудь в другом месте.

— Слушай, внучек, а ведь должно сработать! — радостно сообщил мне дед. — У тебя очень светлая голова! Даже я об этом как-то не подумал, хотя это ведь очевидно. Правда нужно будет провести кое-какие эксперименты… Может быть, лучистый мох будет иначе взаимодействовать в комплексе со всем остальным, но в целом идея просто отличная! Ты молодец!

— Спасибо, деда, — улыбнулся я. — Теперь осталось выяснить, что за такие кристаллические растения.

— Чтобы проверить твою версию насчет лучистого мха, новые кристаллы мне не нужны, — сказал дед. — Хватит и этих.

— Чтобы проверить — не нужны, а если нужно будет создавать новые, то они обязательно потребуются.

— Ну, если так, то конечно, — согласился дед. — Кстати, ты знаешь, можно ведь эту таблетку и в виде эликсира сделать. Это ведь тоже его эффективность повысит. Да и действовать он должен будет быстрее…

— Хорошая мысль, деда. Если получится, не затягивай с этим. Возможно твоя новая разработка мне очень скоро понадобится.

— Обязательно, — сказал он. — Сегодня же вечером и займусь. У меня уже руки чешутся от нетерпения узнать, что получится, если добавить туда лучистый мох.

— А что со вторым эликсиром?

— Тц… Со вторым сложнее, внучек, — недовольно цокнул он языком. — По всем параметрам он очень близок к Фантомному Зелью, но содержит какие-то дополнительные компоненты, которые мне пока не удалось установить.

— Жаль, — вздохнул я. Честно говоря, мне очень уж не терпелось испробовать на себе этот эликсир.

Если с ним и правда можно проходить сквозь стены, которые защищены магическим барьером или волшебными ловушками, то эта штука становится просто бесценной. За такой эликсир мне Лазарева любой артефакт взамен отдаст! Наверное…

— Но сдаваться я не собираюсь, — обнадежил меня дед. — Есть у меня еще несколько интересных задумок насчет этого эликсирчика. Думаю, что одна из них точно должна сработать.

О всяком разном мы разговаривали еще с полчаса. Дед рассказал мне, что Жемчужников заезжает к нему в гости практически каждую неделю, и они коротают вечера за партией в шахматы.

Про лавки наши, дела в которых идут как нельзя лучше. Оказывается, что деду нашего магазина «Уникальные эликсиры» уже мало становится. Ассортимент у нас самый большой в Мороке, так что уже пришла пора расширяться. Да что там в Мороке, пойди в Москве найди что-то подобное… У нас такой товар есть, который больше нигде не отыскать.

В общем, пришло время к Максиму Ивановичу Паровозову с запросом обращаться, чтобы он для нас новое помещение в Мороке нашел. Раза в три больше. Вот только где он его будет искать, даже не знаю… В этом районе с недвижимостью очень туго…

Ну а после деда я поехал на встречу к Лазаревой. Мы с ней договаривались на два часа дня, но она мне до этого момента уже три раза звонила с предложением встретиться пораньше. Вот же нетерпеливая девчонка! У нее все время как огнем в заднице горит, если что-то захотела, то хоть разбейся всмятку, а нужно срочно! Никакого терпения…

— Кто бы говорил, — хмыкнул Дориан в ответ на мои мысли. — Сам не такой?

— При чем здесь? Я ведь такой только когда срочно надо, а она все время… Это совсем другое, Мор, очевидно же…

— Угу, вот я и говорю — тебе все время нужно срочно. Точно так же, как и ей.

— Ай, отстань…

На этот раз мы с ней выбрались из Морока и решили встретиться в «Самоваре». Как ни крути, а готовят там все-таки вкуснее всего. Нигде я не ел вкуснее борща, чем подают в «Самоваре»! А гусь? Там такой гусь — просто закачаешься!

Полина ждала меня в небольшой отдельной комнате, с десяток которых имелось в этом ресторане. Специально для тех, кто не хочет, чтобы им мешали. Обычно Лазарева предпочитала общие залы. Любила, когда побольше воздуха и простора вокруг. Значит сегодня будет какая-то серьезная тема для разговора, иначе она бы здесь не разместилась.

— Где тебя носит, Темников? — спросила она, пока мы разглядывали меню. — Я тут уже полчаса тебя дожидаюсь! Тебя не учили, что неприлично, когда барышня сидит одна и привлекает к себе ненужное внимание.

— Ты поэтому решила в эту комнатку перебраться? — спросил я, мысленно ставя галочки на тех блюдах, которые мне хотелось сегодня больше остальных. — Между прочим, являться на встречу за час до назначенного времени, а потом трезвонить мне через каждые пятнадцать минут, тоже как-то не очень…

— Пфф… — ответила она и больше не произнесла ни слова до того самого момента, пока мы не сделали свой заказ, и официант не оставил нас одних.

— Как там мой Борис? — спросила она, едва мы остались с ней одни. — Пользуется твоим новогодним подарком?

— Угу, вовсю. Я из-за него уже даже от директора несколько раз получил. Вообще не понимает, что ночью нельзя слушать музыку на всю громкость.

— Само собой, — усмехнулась она. — Он же конструкт… Ему что день, что ночь — одна и та же история. Как ты ему объяснишь, что ночью люди спят, в отличие от него?

— Ты знаешь, я с ним провел несколько бесед и похоже сработало. Кое-что до него начало доходить.

— Да ладно! Только не говори, что тебе удалось ему объяснить почему нельзя слушать музыку ночью! — недоверчиво прищурилась Лазарева.

— Я и не говорю… Просто теперь он уходит на дальнюю сторону школьного парка и его никто не слышит. Вроде бы только охрана жалуется, но по этому поводу Орлов меня на ковер еще ни разу не вызывал…

В этот момент вошел официант, поставил перед нами кувшин с квасом, высокие глиняные кружки и небольшую тарелку с битыми огурцами. Полина почему-то очень любила запивать это блюдо квасом.

— О! Хороши огурчики! — я смотрел как она хрустит солеными огурцами и терпеливо дожидался пока она наконец откроет глаза. — Вкуснотища!

Глядя с каким удовольствием она ест, я не удержался и тоже наколол себе на вилку несколько штук. Попробовал… Нет, все-таки это не мое…

Она запила огурцы квасом, причмокнула от удовольствия и улыбнулась:

— Ну вот! Теперь можно и подождать пока остальное принесут, — Полина вытащила из кармана знакомый родовой перстень, который я вытащил из крокодила вместе с малахитовым ключом и положила его на стол. — Для начала поговорим о твоем колечке.

— Удалось что-то узнать? — нетерпеливо спросил я.

— Ага, — улыбнулась она. — Думаю, тебе будет очень интересно послушать…

* * *

Школа магии «Китеж».

Школьный парк.

В этот момент школьный парк пустовал. Ну еще бы, выходной день, да еще и суббота… Большинство учеников уехали развлекаться в Белозерск, а те, которые остались, сидели по своим комнатам и корпели над учебниками.

День клонился к концу, обманчиво теплое солнышко уже спряталось за налетевшими облаками, а без него становилось сыро и противно. Не до прогулок на свежем воздухе.

Вот только кое-кто все равно решил выбраться на прогулку. Три человека, которые решили, что такая погода даже лучше — меньше любопытных свидетелей, которые потом могут сказать, что видели их.

— Миха, ты уверен, что это хорошая идея? — спросил у Шуйского Вильсон, который был единственным из троих парней, кому не очень нравилась эта идея. Точнее сказать, перестала нравится. С самого утра у него было какое-то нехорошее предчувствие на этот счет…

Кстати, об идее… Несколько дней назад княжич Шуйский предложил своим друзьям вырезать ножом на Дубе Темникова пару слов: «Темников — лошара!» и эта идея поначалу всем понравилась. Настолько, что захватывало дух от одной мысли о том, что эти слова навсегда останутся на любимом дубе Максима.

Разгоряченный этой мыслью Юрасов даже хотел реализовать эту идею вечером того же дня, не откладывая надолго. Очень уж ему не терпелось умыть Темникова! Но после некоторых раздумий все-таки решили провернуть это дело в субботу после обеда.

Самое подходящее для этого время. Все, кто хотел уехать из школы в субботу, к этому времени давно уже укатят по своим делам. Ну а остальные, если и начнут выползать из своих комнат, но не сразу после обеда, а ближе к вечеру. Чтобы немного нагулять аппетит до ужина.

Все шло по заранее намеченному плану — их никто не видел, так что можно было спокойно идти и делать свое дело. Тем более, Дуб Темникова даже искать не нужно было. В последнее время ему нравилось проводить время в компании Бориса, который обычно торчал возле школьного озера.

— Дуб Темникова! Охренеть можно! — негодовал Шуйский, торопливо шагая в сторону озера. — Какой осел придумал такое название? Один дурак не может нормально заклинание прочитать и в результате из-за побочного эффекта вся школа два дня стоит на ушах… Другие дураки с этого ржут и называют дерево его именем…

— Согласен, — поддержал его топающий рядом Юрасов. — Полный идиотизм. Его бы по-хорошему Компонент на отработки отправил до конца года, а он ему даже пару не влепил.

— Как-же, — усмехнулся Михаил. — Отправит он его, гляди-ка… Темников же у него любимчик… Лучший эликсир получился у Максима! Тьфу ты…

— Все равно мне кажется, что лучше бы мы этого не делали, — подал голос Вильсон, который шел последним, на несколько шагов отстав от своих друзей. — Чувствую я, узнает он, кто это сделал.

— Да и хрен на него, — сплюнул Шуйский. — Пусть докажет сначала. Да и вообще — как он узнает? Его половина школы терпеть не может, так что кто угодно мог написать на дереве, что он лох.

После этих слов Юрасов и Михаил дружно зашлись в приступах хохота.

— Прикинь, Мишка, теперь это еще и прочитать каждый сможет! — смеялся Осип.

— Ага, — смахнул слезу Шуйский. — Мало того, что сейчас сможет, так надпись там еще и навсегда станется! Пока этот долбаный дуб существовать будет!

— Ахаха! Прикольно ты придумал! — хлопнул его по плечу Юрасов. — До сих пор нарадоваться не могу!

Дуб стоял на том самом месте, где они и рассчитывали его найти, рядом с Борисом, который сидел возле озера и что-то рассказывал дереву.

— Бурррумм… бримм…

Когда парни подошли к ним на расстояние пары десятков метров, конструкт вдруг замолчал, повернул голову к ним и радостно спросил:

— Брурм… бам-бом, Михаил!

— Заткнись, тупая консервная банка, — ответил ему Шуйский, активируя по пути к дереву свой энергетический меч, которым он хотел вырезать нужные слова. — Каким нужно быть идиотом, чтобы до сих пор двух слов не научиться связывать? Идиот!

— Парни, что-то мне не нравится все это… — вновь напомнил им Вильсон. — Смотрите, этот дуб даже ветками перестал шевелить.

— Так он ими и не шевелил, — сказал Юрасов. — Что ты разнервничался?

— И он как будто смотрит на меня… — сказал Христофор.

— Чем смотрит? Ты что, мухоморов обожрался? — покачал головой Шуйский. — Замолчи и просто стой рядом.

Михаил подошел к дереву поближе и стал прикидывать, где бы на этом огромном стволе выбрать место получше? Так, чтобы всем было видно.

В этот момент он почувствовал, как что-то схватило его за шиворот и стало поднимать в воздух.

— Вы че, охренели, придурки? Какой дурак меня левитировать вздумал⁈

Однако по крикам своих друзей он понял, что и с ними не все в порядке. Княжич начал дергаться изо всех сил, пытаясь вырваться и оказаться на земле, пока его не подняли слишком высоко и это не стало опасно, но никак не выходило. У него получилось лишь повернуться вокруг, чтобы увидеть вот какую штуку…

Его друзья тоже болтались в воздухе и их за шиворот держал дуб своими толстыми ветками. Это как такое может быть?

Пока он размышлял над загадкой внезапно ожившего дуба, тот опустил пониже еще одну ветку, а затем отпустил ею смачный поджопник Юрасову, после которого тот с воплем полетел в сторону озера.

Затем пришел черед Вильсона, который с не менее громким криком полетел вслед за своим другом.

— Если ты прикоснешься ко мне своими грязными ветками! — заорал Шуйский, но закончить не успел.

Дуб отпустил ему такую мощную затрещину, что у княжича взорвался перед глазами яркий разноцветный фейерверк. Таких сочных красок Шуйскому не приходилось видеть даже на празднике в честь дня рождения Императора!

Глава 21

— Начнем с перстня, — продолжила Полина. — Как видишь, мне удалось немного улучшить его состояние и теперь даже ты сможешь определить животное на нем.

Я положил кольцо на ладонь и осмотрел с разных сторон. Да, Лазарева и правда смогла по максимуму привести его в порядок. Теперь оно было больше похоже на родовой перстень, а не на непонятную облупленную гайку с таинственным изображением на ней.

— Что молчишь, Макс? — спросила Полина, напомнив мне о том, что я по-прежнему должен угадать животное.

— Сдаюсь… Норка или хорек какой-нибудь…

— Это соболь, Темников, — разочарованно сказала Лазарева. — Как можно соболя спутать с норкой?

— Действительно… — пробурчал я. — Такое ощущение, что я слона от верблюда не отличил…

— Вот видишь, мой мальчик, я же тебе говорил, что это соболь, — тут же самодовольно сказал Дориан. — Я бы на твоем месте почаще прислушивался к тому, что тебе взрослые говорят.

— Отстань, Мор… Один раз в жизни угадал, теперь по пять раз в день об этом вспоминать будешь.

— Я думаю, этот перстень принадлежал Соболеву Алексею, последнему из этого рода, — продолжила девушка. — Герб очень похож, да и все остальное сходится.

— Что остальное?

— Если все именно так, как я думаю, то ключик твой связан с Малахитовым Шепчущим Домом, — она отпила немного кваса и подмигнула мне. — Макс, у тебя всегда такое прикольное лицо, когда ты пытаешься вспомнить то, чего не знал, просто прелесть.

— Угу, рад, что тебе нравится. Про дом расскажешь? Что за название у него такое странное и какое он имеет отношение к кольцу?

— Расскажу, конечно, — усмехнулась Полина и поерзала на стуле от нетерпения. — Только для начала ответь мне на один вопрос, ты где кольцо нашел? Можешь без подробностей, просто примерное место скажи.

— Ну, возле Бурой Топи, — ответил я. — Там болота всякие-разные…

— Я знаю, что там, — сказала она и покачала головой. — Даже не буду спрашивать что ты там мог делать. Наверное, история была бы занимательная.

— Сто процентов… — кивнул я, припомнив как Ибрагим выбирался из живота радужного крокодила. — Необычная, во всяком случае.

— Так я тебе расскажу небольшую историю про это место. Там ведь не всегда болота были. Когда-то там небольшое поместье стояло, которое принадлежало тем самым Соболевым. Ну как поместье… В народе его называют Малахитовый Шепчущий Дом.

— Ты-то сама видела его хоть раз?

— Только в интернете фотки. Да и то старые. Вот, смотри.

Полина протянула мне свой телефон и я пролистал несколько фотографий. Да, на поместье это дело не тянуло. Двухэтажный дом, причем не очень большой.

— Ну да, для поместья слишком маленький домик, — сказал я и вернул ей телефон. — Стены у него какие-то странные, зеленые что ли?

— Я же тебе говорю, Малахитовый Дом, Макс, ты чем слушаешь? Он вроде бы как снаружи плиткой из настоящего малахита отделан, представляешь? — радостно спросила она.

— Пока не очень… Слишком много вопросов, — нахмурился я и сделал пару глотков кваса, чтобы немного прочистить мозги.

— Валяй, спрашивай, — разрешила она. — Думаю, на большую часть из них я тебе смогу ответить. Ты даже не представляешь сколько я всего перелопатила, пока сама пыталась в этом разобраться. Даже в местном краеведческом музее была, прикинь?

— Ого, солидно! — улыбнулся я, припомнив свой визит к научному сотруднику Спиридонову. — Тогда вопрос первый: зачем эти Соболевы на болоте дом строили? Получше не могли места найти? И почему вообще так далеко забрались?

— Когда они его строили, то не было там никакого болота. Это ведь давным-давно было, несколько столетий назад. Вроде бы, говорят, туда даже дорога раньше шла через лес. Ну а потом все вокруг стало постепенно в болото превращаться, — сказала Полина и пожала плечами. — Никто не знает почему. Темное дело какое-то. Вместе с этим вообще стало опасно в тех местах. Соболевым в какой-то момент даже продукты доставлять перестали, потому как неизвестно почему доставщики стали пропадать.

Хм… Неужели этот крокодил, которого мы прихлопнули, там уже давным-давно поселился? Или дело не в крокодиле?

— Ну и куда они пропадали, интересно знать?— спросил я. — Их же, наверное, искать должны были.

— Искали, — кивнула она. — Вот только найти не могли. По словам Соболевых, никто к ним не приходил. Ну а потом и сами владельцы дома один за другим умерли. Святые отцы их ездили из Белозерска отпевать, поэтому и информация в церковных книгах сохранилась, кто и когда умер. Про всех, кроме последнего — Алексея. Он просто куда-то исчез, и никто даже не знает когда. Полицейские раз в три месяца должны были объезжать свои районы, вот в какой-то момент Малахитовый Дом и нашли пустым.

— Веселенькая история, — сказал я и посмотрел на Лазареву. — В твоем стиле. У тебя в запасе других не водится.

— Ну извини…

— А зачем эти Соболевы вообще в лесу решили себе дом выстроить, или в Белозерске места не нашлось?

— Вот это как раз самый большой вопрос, на который точного ответа нет, — ответила девушка. — Они ведь до этого недалеко от Катринбурга жили, а потом решили в эти места перебраться. Вроде как чтобы поближе к «Китежу», который потом один за другим окончили.

— Ну не знаю… Тоже мне повод… Нарышкины что-то не спешат из Москвы поближе к нашей школе переехать.

— Переехать, может быть, и не спешат, но дом в Белозерске у них есть, потому что это удобно, — сказала Полина. — А вообще… Если ты хочешь знать мое мнение… В здешних местах повышенный магический фон, сам ведь знаешь…

— Ага, мне Громов говорил об этом, еще когда я только в «Китеж» попал. Так везде происходит, где много Одаренных вместе собираются, — сказал я. — Но если только для этого, то могли так далеко и не забираться, у них ведь там в Катринбурге «Тирлич» есть. Можно было где-нибудь рядом с ним поселиться, тем более, что в прежние времена он считался покруче нашего «Китежа».

— Я была в «Тирличе» и могу тебе сказать, что магический фон у нас здесь повыше. Но на это могла быть и другая причина. Тогда ведь как раз вторая волна родовых войн заканчивалась, вот они и выбрали свою сторону. В те времена почему-то считалось, что важно в какой-именно школе ты учишься.

— Пфф… Такое ощущение, сейчас что-то изменилось… — фыркнул я. — Там учатся одни придурки типа Шуйского с Юрасовым.

— Виконт Темников, вы бы следили за своими выражениями, — хитро улыбнулась мне Полина. — Шуйский с Юрасовым может быть и правда, как вы говорите, придурки, но… Я ведь тоже весь третий класс проучилась в «Тирличе».

— Да ладно?

— Серьезно. Просто потому, что там был конкретный преподаватель, к которому я хотела попасть, вот и все. Так что насчет придурков я бы на твоем месте не торопилась…

— Ладно, согласен. Ты не дура, конечно.

— Спасибо на добром слове.

— Но придурков там хватает, — не стал сдаваться я. — Лучше бы так и сидели в своем «Тирличе», а то ищут себе неприятностей на одно место…

— Кстати, если ты хочешь знать мое мнение, то я вот не очень согласна с Громовым насчет того, что количество Одаренных сильно влияет на это, — она пожала плечами. — Просто есть места где он выше, а есть где ниже, вот и вся наука. Между прочим, здесь у нас он один из самых сильных из всех мест, где я была.

— Значит ты считаешь, что они переехали сюда, потому что здесь выше магический фон? Хорошо, допустим. Тогда у меня другой вопрос, а зачем им это понадобилось? Есть какие-нибудь соображения на этот счет?

— Вот здесь сложнее. Но если учесть, что потом начало происходить… — Полина наколола на вилку несколько огурцов, схрумала их и нахмурилась. — Думаю, у нас с тобой появилась прекрасная возможность выяснить, что не так с этим Малахитовым Шепчущим Домом и ключик нам в этом очень поможет. Ну, это при условии, что ты не будешь поросенком и захочешь меня взять с собой…

— Почему ты думаешь, что с этим домом не все в порядке?

— Потому что это так и есть, — ответила она. — Если верить местным легендам и информации, которую мне удалось раздобыть в краеведческом музее, в нем кто-то или что-то живет. Причем уже очень давно. С тех самых пор, как не стало последнего Соболева.

— Обыскали бы дом и все выяснили, какие проблемы?

— Темников, ты как всегда самый умный! Обыскивали, само собой, и даже не раз, — с обидой сказала Лазарева, как будто я ее лично упрекал в том, что это она не досмотрела. Не нашли там ничего. Я тебе больше скажу — есть информация о том, что дом этот наемники пытались даже развалить. Там же малахитовая плитка одна чего стоит… Но вот что-то у них не вышло. История темная, но вроде бы не нашли потом наемников, а дом как стоял, так и стоит на своем месте.

— Эх, Макс, вот нам с тобой везет на всякие приключения… — вздохнул Мор. — Мало того, что с крокодилом мы в тот раз намучились, так еще и с содержимым его теперь будем маяться. Безобразие…

— Да ладно тебе, Дориан. Интересно же! Мне вот, например, уже не терпится посмотреть, что там такого в этом доме! — нетерпеливо ответил я ему.

— Кто бы сомневался… Нет, чтобы уроки учить… Там у тебя еще буквари из Тенедома толком не учены… — напомнил он.

Думать о букварях в этот момент у меня никакого желания не было, поэтому я ему даже отвечать не стал. Вместо этого я решил спросить Полину вот о чем:

— Слушай, а почему дом шепчущим называют? Что за странное название?

— Так в том-то все и дело! Он вроде бы как разговаривает со всеми, кто в него попадает. Люди начинают слышать какие-то голоса непонятные… Будто чей-то шепот.

— Хм…

— Вот и я так думаю, что неясно ничего, — сказала она. — Но пока сама не услышу, ничего не могу сказать определенного. Об этом доме вообще информации свежей нет. Туда давным-давно уже никто не ходит. Думаю, что за последние лет тридцать мы с тобой первые будем, если решим туда пойти.

— Что значит «если»? — удивленно спросил я. — Пойдем, само собой. Вот только знаешь, чего я пока понять не могу? При чем здесь ключик? Если ты говоришь, что дом осматривали и ничего не нашли… С чего вдруг мы должны найти там нечто особенное? Или есть информация о какой-то двери, которую никто открыть не может?

— Вот ты какой скучный, Макс! — скривилась Полина. — Ничего ни про какие двери я не читала! Но если дом из малахита и ключ из малахита, значит должна быть в этом какая-то взаимосвязь. Так-то из камня ключи делать не самая практичная идея, это я тебе как профессиональный артефактор со стажем говорю. Ну а если его еще и все время с собой носят, то тогда и вовсе вопросы отпадают.

— Откуда ты знаешь, что он его с собой носил? — что-то не помню, чтобы я ей про крокодила рассказывал.

— Ну ты же их вместе где-то нашел, или как?

— Можно сказать и так.

— Тогда что за вопросы? Да и потом, кто искал-то? Полицейские? — усмехнулась Лазарева. — Мне почему-то кажется, что они думали, как бы быстрее оттуда свалить, если у них в головах голоса какие-то были.

Да, согласен, логика в ее словах есть. Впрочем, как обычно. Полина одна из тех девчонок, которая редко говорит всякие глупости.

Единственное, в чем мы с ней сильно отличались, так это в том, что она была готова мчаться на край Земли, чтобы разгадать какую-нибудь очередную загадку или добыть новый артефакт, в тот же миг, когда узнавала о такой возможности.

Я вот перед этим предпочитал еще кое-что уточнить, чем ее все время раздражал, потому что она воспринимала мои вопросы как сигнал нерешительности.

— Ладно, согласен. Что-то не так с этим Малахитовым Шепчущим Домом, — сказал я, взял со стола перстень с ключом и сунул их в карман. — Думаю, нам с тобой нужно организовать туда небольшую экспедицию.

— Полностью согласна с тобой, но только не в ближайший месяц. Там места очень гиблые, раньше конца апреля соваться смысла не вижу, а то утонем мы с тобой в тех болотах, — хохотнула она. — Хороши же из нас будут охотники за сокровищами!

— Неплохо бы еще хоть какую-нибудь карту тех мест раздобыть, — сказал я, размышляя над тем, что бродить по неизвестным болотам, это не самая лучшая мысль. — Должны же быть какие-нибудь старые экземпляры многолетней давности?

— Вот об этом я уже побеспокоилась, — подмигнула мне Полина. — Когда была в краеведческом музее, увидела несколько интересных экземпляров. Одна карта даже с бывшей дорогой через лес, к самому дому.

— Какая похвальная предусмотрительность…

— Еще бы, ты же не думал, что сможешь открутиться от моей компании.

В этот момент к нам вошел официант с сервировочной тележкой, и комната тут же наполнилась сумасшедшими ароматами еды. Я чуть слюной не захлебнулся, пока он расставлял тарелки.

— Ну а что с той тетрадью Грача-невидимки? Есть какие-нибудь новости? — спросил я, открывая горшочек с ароматным борщом.

— Там пока не все так просто, — ответила Полина. — Я скопировала текст из твоей находки и передала Островской. Только на прошлой неделе с ней общалась… В общем, пока ничего конкретного сказать не могу, но Виктория Артемовна пообещала вскоре порадовать приятными новостями.

— Я вот еще за «Хранителей» этих думал…

— Макс, имей совесть! — подняла руку вверх Лазарева. — Давай сначала поедим, а потом ты мне расскажешь, что ты там думал. Я, между прочим, тебя здесь почти час ждала!

Ну не час, конечно… Но я решил не заострять на этом внимание. Идея сначала поесть, а потом продолжить разговор, была не самая плохая. Где там моя сметана?

* * *

Мопеды я так и не посмотрел. Слово за слово, мы просидели с Лазаревой в ресторане почти до самого вечера. Еще немного и можно было плавно переходить от обеда к ужину. Ну ладно, вырвусь как-нибудь в Белозерск специально ради такого дела. До хорошей погоды все равно еще время есть.

Ну а в «Китеже» меня ждали вот какие новости. Шуйский со своей компанией пожаловались на то, что мой дуб их избил.

— Причем хорошенько так отдубасил, — делился со мной последними новостями Нарышкин, который специально для этого решил попить со мной чая на ночь глядя. — Они все трое даже в медицинском блоке находятся.

— Бред какой-то… Да он мухи не обидит, как он мог их избить? — возмутился я, привлекая к себе внимание тех немногих учеников, кто тоже решил попить чайку на ночь глядя.

— Я вот тоже думаю, что бред, — согласился со мной Лешка. — Вот только…

— Что? Ну говори, чего молчишь?

— Их трое, Макс, и все они говорят одно и то же. Как ты думаешь, кому поверят, им или твоему дубу, который лишь ветками шуметь может и по парку ходить.

— В смысле поверят? Так дуб же ничего сказать не может в ответ! — высказал я очевидный факт.

— Я тебе об этом и говорю, Макс, — пожал плечами княжич. — Они сказали, что он взбесился и их избил, как-то так.

— Хотя… Так им и надо! — улыбнулся я. — Надо было еще крепче им вмазать, если это и правда дуб сделал! С дуба-то какой спрос?

— Ну не скажи… — сказал Нарышкин и опустил глаза.

Что мне это уже не очень нравится…

— Ты о чем, Леха?

— Если директор решит, то над дубом могут провести особый ритуал, который снова сделает его обычным деревом, — ответил он и посмотрел мне в глаза. — В нем будет полностью уничтожена магия, Макс… Извини…

Тц… Ну охренеть новости на ровном месте… Я уже к нему привыкать стал, как же так-то?

— Откуда ты об этом знаешь? — спросил я у Лешки.

— Компонент вечером сказал, — ответил он. — Чтобы я тебе передал. Если ты с ним попрощаться захочешь и все такое…

— Ясно, — в этот момент я не выдержал и грохнул кулаком по столу. — Вот же змееныш!

Под удивленные взгляды учеников я вылетел из столовой даже забыв надеть куртку, так и оставив ее на вешалке рядом со столом. Я шагал к школьному озеру, продумывая десятки вариантов жуткой мести этому дегенерату, если с моим дубом что-то такое сделают.

Учитывая, что Нарышкину сказал об этом сам Щекин, то вероятность этого очень высокая. Можно даже сказать максимальная.

— Ты только не принимай никаких решений сгоряча, — решил дать мне совет Мор.

— Дориан, если у этого сучонка все пройдет, то я ему не завидую! Ноги отсушу и мозги в червей превращу! Хотя откуда у этого недоумка мозги⁈ Сукин сын!

Пока я сыпал проклятиями и строил разные планы на то, что сделаю с Шуйским, я и сам не заметил, как услышал знакомые рок-н-рольные мотивы. Вскоре уже был рядом с Борисом, который почему-то был один.

— Бурррымм… брам… Максим… — удивленно спросил конструкт, глядя на меня своими красными глазами.

— Где мой дуб? — спросил я у него. — Ты видел мой дуб?

В этот момент я услышал знакомый скрип и вдруг из-за стального гиганта появился дуб, который каким-то чудом спрятался за него.

— Вот ты где, Бродяга… — сказал я и хлопнул его по толстому стволу.

После моих слов дуб пошевелил ветками и склонил их ко мне. По-моему, ему понравилось, как я его назвал. Ну а что, имя как раз для него, он же у меня бродит везде все время по своим дубовым делам.

— Ты хотел сказать «бродил»… — мрачно напомнил мне Дориан о возможном завтрашнем ритуале.

— Пока еще бродит, а там видно будет.

Я погладил дуб по толстой коре и посмотрел вверх, на его ветки:

— Ну, Бродяга, рассказывай, за что ты Шуйского отдубасил вместе с его компанией?

Глава 22

Судя по тому, что дуб шумел ветками долго и обстоятельно, ему было что рассказать мне насчет истории с Шуйским. Борис тоже включился в беседу и даже вырубил свою колонку, что было совсем уж из ряда вон. В последнее время с разной степенью громкости он слушал свою музыку круглосуточно.

Его красные глаза время от времени возмущенно вспыхивали, когда он упоминал в своем рассказе Шуйского и его верных соратников. Да уж, давненько мне не приходилось видеть нашего конструкта в таком возбужденном состоянии.

Жаль только, что из его «бурурумов» совершенно невозможно было понять, что именно произошло между моим дубом и этой компашкой. Что-то неприятное, это факт. От нечего делать Бродяга их бы не трогал, а значит был повод распустить свои ветки.

— Ну и что нам теперь делать? — спросил я у них обоих, после того как они закончили свой рассказ. — Есть какие-то соображения насчет завтрашнего ритуала? Бродяга, между прочим, тебя завтра в обычный дуб превращать собираются. Будешь опять расти как столб… Ни ветками пошуметь, ни по парку прогуляться…

В ответ дуб лишь недовольно скрипнул ветками. Ну а что он мог еще сделать? Какие у него шансы противостоять Компоненту? Думаю, никаких. Самое плохое, что и у меня никаких мыслей на этот счет не было.

— Единственный вариант — это сбежать из школьного парка, — предложил Дориан. — По крайней мере, вновь в обычную деревяшку не превратится.

— Зато вместо Бродяги он станет бездомным скитальцем… Так не пойдет, Мор. Нечего ему удирать из-за каких-то придурков. Если должен обратно стать обычным дубом, то пусть так и будет. Я его еще раз оживлю, если что…

* * *

Судя по довольным лицам всей троицы из компании Шуйского, которые дружно появились к завтраку, ни о каких «жутких побоях», которые им нанес дуб, не могло быть и речи. Явно что-то было не так. Или врезал он им недостаточно сильно, или вся история была придумана на ровном месте.

Хотя, у Михаила на голове была повязка, но я думаю, это скорее для отвода глаз. Не может быть так счастлив человек, которому набили шишку размером с полголовы. Остальные и вовсе даже без повязок обошлись. Вот засранцы… Хоть бы похромали для вида…

В столовке только и разговоров было о том, что вчера произошло. Со всех сторон слышалось: «дуб», «избил», «княжича»…

Само собой, тут же нашлись и те, кто был уверен в том, что я специально натравил дерево на бедного Шуйского, чтобы оно его прикончило.

Мало того, были и такие, кто решил, что я вообще давно хотел все это провернуть. Даже дуб специально для этого и оживил, когда удобный случай представился. Кто бы сомневался, что пара десятков идиотов обязательно найдется.

Единственное, что хоть немного радовало, большая часть учеников все-таки считала, что Шуйский врет специально, чтобы досадить мне. Никого дуб побить не мог, а если что-то такое и вышло, то скорее всего княжич вынудил дерево защищаться.

Ну хоть так… Жаль только, что Бродяге эта поддержка вряд ли чем-то поможет…

После завтрака мы с Нарышкиным пошли в школьный парк и устроились на лавочке, которая стояла так, что мимо нас нельзя было пройти по пути к школьному озеру. Компонент вчера сказал Лешке, что нельзя будет присутствовать при проведении ритуала, но мы надеялись его уговорить дать нам на это разрешение.

Около одиннадцати дня на школьной дорожке показалась делегация из троих человек. Орлов, Громов и наш алхимик — Щекин.

Все трое шагали в нашу сторону с мрачным видом, чем весьма обрадовали меня. Значит особого удовольствия от происходящего никто из преподавателей не испытывал и это почему-то очень радовало.

— Вы чего здесь дожидаетесь? — спросил у нас Компонент, когда дошли до места нашей засады. — Я же сказал — нельзя! Что непонятно?

— Борис Алексеевич, так нечестно! — возмутился я, глядя при этом на Орлова. — Если я этот дуб чудесным образом пробудил, значит будет справедливо, если и прикончите вы его при мне.

— Темников, что за вздор? — нахмурился Щекин. — Его никто не собирается приканчивать. Просто… Одним словом… Ну в общем…

— Но он же перестанет быть таким, какой он есть? — спросил я не дав ему закончить.

— Во всяком случае, я на это очень надеюсь, — ответил он.

— Максим, это неправильно, когда деревья нападают на учеников, — сказал Орлов, глядя на меня из-под своих темных очков.

— Иван Федорович, вы же сами знаете, что Бродяга их не трогал… Кому они нужны? Да и вообще, если бы он был опасным — то он давно уже поколотил бы кого-то. Просто это Шуйский против меня козни строит… Вон спросите у Романа Артемовича, какие у нас с ним взаимоотношения в классе…

— Если что, я могу подтвердить, — сказал Лешка.

— Это необязательно, — ответил директор и посмотрел на хмурого Громова. — Я сам прекрасно знаю у кого какие с кем взаимоотношения.

— Бродяга? — усмехнулся Громов. — Они уже и имя для него придумали! Как вам это, судари?

— И в самом деле забавно, — кивнул Орлов. — Ладно… Разрешаю идти с нами. Только стоять в стороне и не мешать работать Борису Алексеевичу, ясно?

— Ясно! — хором сказали мы с княжичем, обрадовавшись тому, что нам все-таки разрешат посмотреть, как это все будет происходить.

— Иван Федорович, я думаю, что мальчикам лучше все же… — начал было нудеть Компонент, но Орлов его прервал.

— Да ладно вам, Борис Алексеевич, мешать они вам не будут, а если сами хотят посмотреть, то это их личный выбор, — Орлов посмотрел на нас еще раз. — Плакать, я надеюсь, не будут.

Наше обоюдное гордое молчание должно было дать понять ему, что если Шуйский хотел увидеть рыдания кого-то из нас, то хрена с два! Не сегодня!

Мне казалось, что обычно до школьного озера нужно идти немного дольше, а сегодня вроде бы только начали путь и вскоре услышали конструкта, который что-то рассказывал дубу.

Когда до Бориса с деревом оставалось шагов тридцать, Орлов нас остановил:

— Стоп, судари. Дальше Борис Алексеевич справится сам.

Компонент кивнул ему в ответ и потопал к нашим друзьям, которые вскоре заметили его.

— Буррым… Борис… Бом… — поздоровался с ним конструкт, а Бродяга сделал вид, что он давно уже самый обычный дуб и стоял рядом с ним боясь пошевелить ветками.

Вот только я знал, что он по-прежнему необычный и даже чувствовал, как он приветствует меня. Каким образом? Черт его знает. Мне кажется, или я чувствую какое-то движение под ногами?

— Я думаю, он как-то это делает своими корнями, — сказал Дориан. — Пытается тебе что-то сказать.

В этот момент Компонент вскинул руки и начал помогать себе ими рисовать узор. Вообще-то, я думаю, что это было необязательно, Борис Алексеевич мог легко обходиться и без этих вот фортелей. Просто таким образом он дал нам понять, что начал колдовать…

Бродяга замер как вкопанный, а по его стволу начали бегать разноцветные огоньки. Я буквально на себе ощутил, что ему совсем не нравится то, что с ним сейчас происходит.

А затем у меня зашевелилась земля под ногами… Причем на этот раз довольно явно и мне это уже не казалось. Под моими ногами сейчас были корни дуба, который просил от меня помощи. И я ему ее дал… Совсем немного энергии, чтобы он мог сопротивляться Щекину.

Разноцветные огоньки по стволу дуба забегали сильнее, я услышал новую просьбу и дал еще немного энергии.

— Стоять! Ты куда собрался? — удивленно воскликнул Компонент, глядя как дуб выбирается из-под земли и начинает двигаться в нашу сторону.

— Что там, Борис Алексеевич? — крикнул ему Орлов. — Какие-то проблемы?

— Это дерево не хочет подчиняться ритуалу! — возмущенно сообщил ему Щекин. — Заклинание на него не действует!

— Такого не может быть, — сказал Громов.

Однако Бродяга, который к этому моменту уже был почти возле нас, считал иначе. Он стремительно перетаскивал свои корни подходя все ближе, напоминая при этом наземного осьминога и выглядело все это весьма впечатляюще. Обычно его скорость была намного ниже. Вскоре он подбежал к нам и замер, наклонив над нами ветки.

— Темников, что ему нужно от нас? — спросил у меня Орлов, который с опаской поглядывал на дерево, а между тем он сам и Громов окружили себя защитными аурами.

— Ничего не нужно, Иван Федорович, — сказал я. — Он просто поздороваться хочет. Я же вам говорю, он не опасен…

Тем временем Щекин пыхтел от гнева и размахивал руками, пытаясь все-таки довести ритуал до конца.

— Узор Земли… Узор Дерева… Узор Покоя… — нервно бормотал он.

— Борис, что там у тебя за проблемы? — спросил у него Орлов, глядя как по дубу продолжают бегать разноцветные огоньки, но больше ничего не происходит. — Мне кажется, этот их Бродяга не должен подходить к нам, разве нет?

— Не должен, а он подходит! — пробурчал Компонент. — Это полено совершенно не реагирует на заклинание! Не знаю каким образом Темников его пробудил, но это было очень мощное заклинание!

— Самое обычное, Борис Алексеевич, — начал защищаться я. — Оно само так получилось как-то…

— Вечно у тебя все само происходит! — негодовал он и вдруг что-то громко хлопнуло, а затем внезапно исчезли разноцветные огоньки, сплошь покрывавшие Бродягу. — Ну все, хватит с меня! Ритуал против него не работает, какой смысл ерундой заниматься?

— Что-то странное… — сказал Громов и растерянно посмотрел на Орлова. — Не может такого быть… Если он дерево, то ритуал должен был сработать…

— Если хотите, я могу попытаться его просто уничтожить, — предложил Щекин.

— Нет, не нужно никого уничтожать, — ответил Орлов и посмотрел на меня. — Если не получается его навсегда на одном месте оставить, Бог с ним. Пусть ходит.

— А нападение на учеников? — растерянно спросил Компонент. — Как с ними быть? Если никак не отреагировать… Сами ведь знаете, сколько разговоров будет.

— Знаю, поэтому мы и отреагируем. Повесьте на него Приказ чтобы он людям не смог вред нанести, — распорядился директор.

— Так он и не может, Иван Федорович, — на всякий случай соврал я. — Это все вражеские происки!

В этот момент Орлов подошел ко мне, положил мне руку на плечо, отвел в сторону и сказал так, чтобы слышал его только я.

— Кстати, Темников, заклинание Щекина это само собой, но оно не снимает с тебя ответственности за твое дерево, — переключился на меня Орлов. — Если оно сейчас не совсем дерево, а я подозреваю, что так оно и есть, значит найди способ как сделать так, чтобы оно и в самом деле стало безопасным для окружающих, ясно? Иначе я и в самом деле распоряжусь уничтожить его…

— Ясно! — ответил я и мое лицо само собой растянулось в широкой улыбке. Бродяге больше ничего не угрожает, а все остальное уже мелочи!

— Ну а вы чего ждете, Борис Алексеевич? — спросил он у Компонента, который растерянно смотрел то на дуб, то на меня, а затем снова на дуб. — Я же сказал, накладывайте на него Приказ и пойдемте назад. Считаю, что это самое верное решение проблемы. Или, разве что, Роман Артемович со своей стороны может что-нибудь дельного предложить.

— Если ритуал против него бесполезен, то считаю ваше решение правильным, — ответил он. — Поэтому предлагаю заканчивать с этой историей и пойти в мой кабинет расписать пульку, раз уж мы втроем сегодня здесь. Давненько уже вместе не собирались!

— Отличная мысль! — одобрительно кивнул ему Орлов и махнул рукой Щекину. — Борис Алексеевич, только вас ждем.

Компонент бросил на меня хмурый взгляд, что-то пробурчал в ответ, а затем активировал Приказ. По стволу Бродяги прошла мягкая волна зеленого света и он покачал ветками в ответ. Судя по тому, что на этот раз наш алхимик не возмущался, заклинание прошло успешно.

— Надо же, сработало! — удивленно воскликнул Громов. — Я уже думал, что вы вообще разучились колдовать со своими зельями и травками. Даже обычный ритуал не можете провести…

— Может быть, вы сами хотите попробовать? — огрызнулся уязвленный Щекин. — Я даже немного магической энергии вам подкину, чтобы эффект помощнее был, а?

— Да ладно уж, — махнул рукой Роман Артемович. — Как-нибудь в другой раз. Я уже на преферанс настроился…

Орлов рассмеялся и пошел в сторону основного корпуса, а следом за ним и остальные двое.

Я смотрел им в спины и до сих пор не мог поверить, что все так легко обошлось, и Бродяга по-прежнему с нами. Только теперь под воздействием Приказа все время, но это лучше, чем его превращение в полено.

Правда теперь у меня кое-какие вопросы к моему дубу появились… Для начала самые главные из них: почему на него не подействовало заклинание Щекина? Хороший вопрос…

Второй тоже не хуже: что значат слова Орлова насчет Бродяги, будто он уже не совсем дерево? Это как?

— Дориан, есть какие-нибудь соображения на этот счет? — спросил я у Мора, который молчал каждый раз, когда нужна была его помощь.

— Само собой, мой мальчик…

— Тогда какого черта ты молчишь?

— Мне еще нужно немного подумать над этим. Вполне может случиться так, что тебе удалось пробудить в нем душу, — ответил он. — Но это не точно.

Ну блин, только этого мне не хватало! Еще и за Бродягу отвечай при каждом удобном случае! Пошумел ветками называется… С другой стороны, почему нет? Дуб мне нравился, а такие друзья на дороге не валяются. Раз уж так вышло, значит так тому и быть.

— Макс, если что, Приказ можно снять, — отвлек меня от моих мыслей Лешка. — Можно привлечь к этому делу Гвоздеву, я уверен для нее это не составит особого труда.

— Нет, пока не нужно, — ответил я, похлопал дуб по стволу и тот в ответ издал довольный скрип. Я уже довольно неплохо умел разбираться в звуках, которые он издавал. — Его все устраивает, да и мне так спокойнее будет. Если сейчас опять что-то подобное произойдет, то во второй раз его уже точно никто не пожалеет.

— Ну смотри, мое дело предложить. Просто ты не хуже меня Шуйского знаешь, — пожал плечами Нарышкин. — Он снова может что-нибудь пакостное придумать. Так чтобы теперь наверняка.

— Не думаю, Леха, — покачал я головой. — Это будет слишком подозрительно. Два подряд конфликта с дубом, в то время, когда у остальных вообще нет на него никаких жалоб — перебор, согласись.

— В его случае обычная логика может не сработать. Как-будто сам не знаешь.

— Знаю, но тогда я ему точно ноги отсушу, гаденышу! — пообещал я.

— Бурурым… бром-бом! — обрадовался Борис.

* * *

Есть в жизни вещи, удовольствие от которых трудно сравнить с чем-нибудь другим. Вот, например, видеть раздосадованную рожу Шуйского и остальных двоих, после того как они узнали свежую новость — Дуб Темникова в полном порядке. Каким был, таким и остался. По-прежнему может расхаживать по школьному парку, как будто ничего и не произошло. Один из самых лучших понедельников за последнее время!

Вот только какое-то время он будет сокращать свои прогулки. По крайней мере, я его попросил об этом. Как и о том, чтобы он не пытался навредить Шуйскому или кому-то из его компании, когда в следующий раз увидит их рядом с собой.

Не знаю, как работает этот Приказ, но каждый раз, когда Бродяга слышал фамилию кого-то из этой троицы, у него начинали ветки шевелиться. Думаю, это было не от большой радости, поэтому на всякий случай лучше перестраховаться.

Разумеется, Михаил так просто не сдался. Нарышкин мне по секрету сказал, что его отец даже подал срочную жалобу на моего Бродягу. Это ему старший брат рассказал, который как-то об этом пронюхал.

Первые несколько дней я еще переживал, что вдруг князю Шуйскому удастся продавить свое и по два раза на день ходил к школьному озеру проведать Бродягу с Борисом. Но ничего не менялось и все было в порядке.

К концу недели я окончательно успокоился. Интуиция подсказывала мне, что если по горячему ничего не стали предпринимать, значит опасность миновала.

Ну и хорошо. Одной проблемой меньше. Тем более, что у меня в субботу намечалось очень важное дело — экзамен, который приготовил для меня Чертков. Он мне о нем уже дважды напоминал, ради чего специально приходил ко мне в комнату. Когда такое было?

Контрольным звонком был его приход в столовку поздним вечером пятницы. Мы как раз с Лешкой чай пили, перед тем как разойтись по своим комнатам.

Щелк. Клац. Щелк. Клац. Щелк. Клац.

В позднее время в столовой было немного народа и все старались разговаривать потише, так что звуки его трости, которой он стучал об пол, были просто как пистолетные выстрелы.

Он шагал в полной тишине, которая образовалась сразу же после его появления, пока не подошел к нашему столу и не уставился на меня:

— Здравствуйте, Александр Григорьевич, — поприветствовал я его и сел поровнее на всякий случай.

— Темников, какого черта ты еще не в постели? — прохрипел он. — Или тебе нравится, когда калека бегает за тобой по всему «Китежу»?

— Так мы тут чай просто попить… — попытался оправдаться я, но он не хотел меня слушать.

— Поднимай свою тощую задницу и бегом спать! — велел Чертков и звонко хлопнул тростью об пол.

Не теряя времени на лишние разговоры, мы с Лешкой пожелали ему спокойной ночи и потопали на выход.

— Да, блин… Не повезло тебе с ним, — сказал княжич, обернувшись перед выходом из столовой. — Представляю, как тебе приходится. Любит кровушки попить?

— Всякое бывает, — ответил я. — Но в целом он мужик хороший.

— Не сказал бы… — усмехнулся Нарышкин. — Слушай, Макс, а чем это пахнет от него так все время?

— Это запах пиона, — сказал я, припоминая слова своего наставника. — Так пахнет смерть, Леха.

Глава 23

Чертков, засранец старый, нагнал жути перед своим экзаменом! Полночи из-за него заснуть не мог. Вообще-то, когда хотят, чтобы твои ученики выспались как следует, не приходят в столовку на ночь глядя… Даже чай не дал толком попить.

— Не ври, мой мальчик, ты отлично выспался, — сказал Дориан, который вдруг решил, что он знает об этом лучше меня. — Что касается меня — я отдохнул как надо и готов отправляться на экзамен хоть сейчас.

— Кто бы сомневался… Ты дрыхнешь каждую свободную минуту, — пробурчал я, проверяя все ли я с собой взял. Самое главное — дары от демонов хаоса, броня и сабля. Вроде ничего не забыл.

— Ни пуха, ни пера, Макс, — пожелал мне удачи Мор. — Интересно посмотреть, что он там для нас приготовил. За что люблю твоего наставника, так это за его изобретательность. Вечно он придумает что-нибудь этакое!

Угу, это точно. Чертков был тот еще затейник. Вот только я, в отличие от Дориана, огромной радости по этому поводу не испытывал. С каждым разом, когда я оказывался в некрослое, мне все больше казалось, что я слишком легкомысленно отношусь к этому измерению.

Занимаюсь с Александром Григорьевичем почти целый год, но только сейчас до меня начало доходить, что он пытался мне объяснить все это время. Да, он прав, некрослой чувствует, что я гость из другого мира и пытается сделать меня частью себя. С его точки зрения, это было бы правильно.

То, что я каждый раз, когда попадал в него, начинал себя чувствовать намного лучше, было очень обманчивым ощущением. Поначалу я этому радовался, искренне не понимая почему Чертков хмурится и качает головой в ответ на рассказ о моих ощущениях. Что может быть плохого в том, что я становлюсь своим в этом измерении?

Но со временем до меня стало доходить что к чему и чего опасался мой наставник, когда говорил быть осторожнее со своими эмоциями. Ну а став приглядываться к мелочам, я начал обращать внимание и на другие вещи.

Да, когда я вновь попадал в некрослой, я и в самом деле испытывал нечто вроде небольшой эйфории, но каждый раз эти ощущения были все более длительными, хотя при этом и не менее яркими. Забавно, правда?

Чертков сказал, что таким образом некрослой заманивает меня к себе все сильнее. Чтобы мне хотелось все чаще наведываться в него, до одного прекрасного момента. Когда однажды не захочется остаться в нем подольше и сам того не поймешь, как возвращаться будет слишком поздно. На это просто не будет сил. Это еще одна причина, по которой заклинание Барьер так важно для меня.

— Наступит момент, когда ты поймаешь себя на мысли, что в твоей голове постоянно активирован Барьер, — говорил мне на этот счет Александр Григорьевич. — Неважно в каком измерении ты находишься, но это будет именно так, Темников. В некрослое ты будешь активировать его, чтобы к тебе в мозг не могли забраться всякие некротвари. Ну а в нашем мире все время будешь блокировать мысли о некрослое и желании вновь сходить в него. Тебе будет все время казаться, что пока тебя там не было, в нем что-то изменилось… Там стало лучше и тебе нужно срочно туда попасть… На самом деле изменилось только одно — ты становишься все больше зависимым от него. Некрослой как тяжелый наркотик, от которого практически невозможно избавиться.

— Но вы же смогли? — спросил я у него, в тот день когда у нас с ним состоялся разговор на этот счет. Это было буквально на позапрошлом занятии.

— С чего ты взял? — спросил он и посмотрел на меня своими холодными серыми глазами. — Разве по мне видно, что я смог вовремя остановиться? Или я недостаточно похож на калеку по-твоему мнению?

— Ну вы же как-то сказали, что некрослой чуть не доконал вас, Александр Григорьевич, — напомнил я ему.

— Это не значит, что я научился совсем не ходить в него, — мрачно пробурчал он. — Видимо «чуть» не считается и мне суждено таскаться туда пока он меня совсем не доконает. Ты думаешь почему я так спешу с твоим обучением? Просто надеюсь, что ты заменишь меня раньше этого печального момента. По крайней мере, когда ты наберешься ума-разума, у меня по крайней мере не будет видимых причин для того, чтобы продолжать ходить в него.

Тем не менее, даже с учетом всего того, что я стал понимать за последние недели, пока не считал некрослой смертельной опасностью для себя. Да, возможно с ним нужно быть осторожным. Я бы даже сказал крайне осторожным, но и все на этом. Думаю, что если соблюдать все меры безопасности и не соваться куда тебе не нужно, то не должно произойти ничего страшного.

В конце концов, не об этом ли мне говорил давным-давно Чертков, когда рассказывал о своем прошлом? Старик ведь сам сказал, что в теперешнем состоянии виноват он сам и его излишнее любопытство, разве нет?

Как бы там ни было, а пока я, в любом случае, знаю слишком мало про некрослой, чтобы делать окончательные выводы. Ну а то, что с ним нужно быть повнимательнее, это и так ясно, достаточно взглянуть на наставника, чтобы это понять. Просто нужно смотреть в оба!

Примерно такие смешанные чувства меня одолевали в последние недели. Временами я был абсолютно не уверен, чего мне больше хочется — никогда больше не слышать о таком понятии как некрослой или наоборот, оказываться там как можно чаще…

Я уже привык, что обычно я раньше времени приходил на наши занятия, но сегодня, к тому моменту, как я пришел, Чертков уже сидел на своем стуле и смотрел на меня с таким видом, что я опоздал на сутки.

— Александр Григорьевич, у меня еще десять минут, — уверенно сказал я, так как точно знал, что не опоздал. В мои планы еще входило броню надеть перед началом экзамена, поэтому я вышел немного пораньше.

Впрочем, как всегда. Опоздать на минутку, чтобы потом слушать недовольного Черткова, который кроме всего прочего еще и заданий гадостных придумает? Нет уж, это как-нибудь без меня.

— Давай переодевайся, а между тем слушай, что я тебе буду говорить, — сказал он, пропустив мои слова мимо ушей. — Сегодня у тебя и в самом деле задача будет поинтереснее чем обычно.

Я положил саблю на стол, открыл свой чемоданчик и начал надевать свою броню. Александр Григорьевич тем временем продолжал проводить инструктаж насчет моего предстоящего экзамена.

— Мы с тобой сходим в гости к одному очень чудному старику, который вдруг решил, что можно послать Императора ко всем чертям и после этого наслаждаться жизнью как ни в чем ни бывало. Точнее, ты сходишь к нему в гости, это ведь твой экзамен, а не мой.

В этот момент я замер и с удивлением посмотрел на своего наставника, который будто специально сделал паузу, чтобы я полностью уловил смысл сказанного.

— Чего застыл, Темников? Тебе же говорил Голицын, что нужно будет исполнять все мои поручения, разве нет? Или ты думаешь, что Романов лично должен прийти, чтобы тебя о чем-то попросить?

Я молча смотрел на него и думал сейчас как раз не о Романове. На самом деле, меня больше интересовало что именно я должен буду сделать в гостях у старика. Все как-то так сразу…

Честно говоря, я настраивался на нечто другое. Думал, что пойдем на какую-нибудь некротварь охотиться или в какое-то место интересное, а тут вон оно что…

— Да ладно, не смотри так на меня, — сказал наставник и на его лице появилась улыбка. — Пока еще ты не готов к тому, чтобы давать тебе такие поручения.

— Фух… — облегченно вздохнул я и вновь занялся своей броней.

— Но это не значит, что задание становится менее ответственным и в гости к кое-кому мы с тобой все-таки сходим, — прохрипел Александр Григорьевич. — Тебе нужно будет избавить одного человека от проклятья, Максим. Так что сегодня у тебя не самая приятная задача, нужно будет потрудиться.

— А что в ней неприятного? Я уж подумал скажете на кого-нибудь болезнь наслать, а здесь ровно наоборот.

— Между прочим, причинять боль в нашем с тобой случае гораздо легче, чем избавлять от проклятий, — сказал он и скривился. — Я всегда говорил, что в этом есть какая-то несправедливость. Как и во всем в жизни вообще. Все самое плохое ты можешь сделать легко и просто, даже ни разу не вспотев. Ну а каждый хороший поступок обязательно потребует от тебя чего-то взамен. Иногда гораздо больше, чем ты можешь или готов отдать.

— Вы это о чем, Александр Григорьевич? — спросил я, продолжая натягивать свой костюм и не совсем понимая к чему он клонит.

— Да так… О своем… Не обращай внимания. Старикам иногда свойственно ворчать.

— А-а, понятно.

— Кстати, насчет поручений я не шутил. Не все из них тебе будут нравиться, поэтому ты будешь знать о каждом из них столько, сколько посчитаешь нужным, ясно тебе? — Чертков поерзал на своем стуле, пару раз клацнул суставом и поморщился от боли. — Никто не собирается делать из тебя слепое оружие, которому достаточно указать направление удара. Так мне сказали, во всяком случае. Со временем ты сам во всем этом разберешься и начнешь понимать что к чему.

— Это хорошо, что вопросы задавать можно, — сказал я, одергивая куртку из змееткани. — Потому что я как раз хотел спросить — зачем мне этого старика от проклятья избавлять, если вы говорите, что он послал Императора? Как-то не клеится у меня.

— Сейчас помогу склеить, — сказал он и посмотрел вверх. — Кстати, Светящийся Огонек можешь отключить. Ты зачем его повесил?

— Привычка, — пожал я плечами и деактивировал заклинание. — Вы же не говорили, что не нужно. — Так что там со стариком, Александр Григорьевич?

— Его зовут Роман Федорович Малиновский. Когда-то давно он был большим другом отца нашего Императора и вообще семейства Романовых, — ответил Чертков. — Но после смерти Николая, его любовь несколько угасла. Он начал все чаще возмущаться действиями Александра Николаевича. Ему почему-то начало казаться, что его несправедливо обделяют благами и вниманием.

— Каждый раз одно и то же происходит, — высказался по этому поводу Дориан. — Такое ощущение, что все в этом мире одинаковые. Стоит дать укусить за мизинец, так тебе тут же отхватывают половину руки. А если…

— Не отвлекай, Мор, дай послушать, — мысленно попросил я его.

— Зато нашлись те, кто с радостью готов был принять его в ряды недовольных. Тем более, что при отце Александра Малиновский занимал не самый последний пост… В общем, мог рассказать что-нибудь интересное. Думаю, и рассказал, как без этого.

— Что-то я еще больше запутался. Теперь я совсем не понимаю, зачем мне избавлять его от проклятия, — признался я. — Хотя мне кажется, я начинаю понимать, откуда оно на нем взялось.

— Не хочу ломать логические цепочки, которые ты сейчас выстроил в своей голове, но если ты вдруг решил, что проклятье это дело рук Романова, то ты ошибаешься. Это сделали те самые ребята, которые когда-то давно его приютили.

Я сел на стул и попытался еще раз прокрутить в своей голове услышанное. Что-то явно не сходилось в этой истории. Может быть я что-то упустил? Да вроде бы нет, все вводные я услышал. Но почему-то мне казалось, что этого все равно слишком мало для правильного решения задачи.

— Зачем это им?

— На самом деле, все очень просто как дважды два. Пока он был нужен, его использовали как могли, а когда он перестал представлять интерес — от него решили избавиться, — ответил старик. — Тем более, со временем Малиновский и сам стал понимать, что он нужен был исключительно в какой-то конкретный момент. Ну а когда его время прошло, стало очевидно, что он никому не нужен. Для своих новых друзей он все равно остался врагом. К предателям ведь все относятся одинаково.

— Они решили с ним покончить из-за того, что он стал им не нужен?

— Не совсем. Перед этим был еще один момент. Малиновский решил явиться к Императору с повинной и стал искать возможность вновь приблизиться ко двору, — устало прохрипел в ответ Чертков. Судя по его лицу, разговор начинал его утомлять.

Так и есть. Сказав последние слова, он глубоко вздохнул и замолчал. С ним так всегда происходило, когда мы начинали говорить слишком долго. Теперь наставнику необходимо было набраться немного сил, чтобы он смог нормально разговаривать. Иначе из его рта будет доноситься лишь нечленораздельный хрип, из которого совершенно ничего невозможно будет разобрать.

Я смотрел на него и ждал пока он придет в себя, а сам между тем думал над тем, что я на его месте уже давным-давно перестал бы ходить в некрослой. Отдыхать по пять минут, чтобы получить возможность что-то сказать? Мне кажется, это уже перебор.

— На чем я остановился? — вдруг спросил он. — А-а, ну да… Так вот, Малиновский начал искать возможность вернуться. Тем более, что он ведь не одинокий, всеми позабытый старикан, а князь. Да еще и дочка-красавица подрастает, так что он поджал хвост и пополз в Москву. Вот с этого-то момента и начались у него проблемы со здоровьем. Бывшим дружкам не очень понравилось, что он решил предать и их тоже. Это случилось около пяти лет назад.

— Дальше примерно понятно. Если они наложили проклятье так давно, значит оно не самое сильное, — сказал я, так как в наложении проклятий я точно разбирался получше своего наставника. — Просто хотели, чтобы оно убивало его очень медленно.

— Верно, — кивнул он. — Совершенно правильно мыслишь. Со стороны это должно было казаться какой-нибудь загадочной неизлечимой болезнью, которая медленно сводит Малиновского в могилу. Так оно и казалось. До тех самых пор, пока Император не поручил мне выяснить чем на самом деле является эта болезнь.

— Понятно. Только теперь мне совсем другое стало не ясно. Александру Николаевичу зачем это нужно?

— Как это? — удивленно посмотрел на меня своими серыми глазами Чертков. — Все-таки не забывай, что род Малиновских — давние друзья Романовых. Как бы не сложилось дальше с самим Романом Федоровичем, а у него дочь остается княжной. Причем довольно-таки сильной Одаренной. Зачем же так просто разбрасываться подданными направо и налево? Если спасти ее отца от смерти, это значит получить ее преданность до конца своих дней. Ну а если еще и при случае намекнуть девчонке кто стал виновником всего этого, то она тут же превращается в верного соратника, который никогда этого не забудет и при случае постарается отомстить бывшим друзьям семейства.

Как все непросто… С непривычки эти расклады выглядели слишком сложными. Самое главное, что у Черткова все получалось легко и просто. Как будто он ежедневно держит в уме десятки подобных схем, в которых ниточки интриг переплетаются как черви в банке.

— Пфф! Нашел, о чем думать, Макс! — фыркнул Дориан. — Ты научишься так же легко разбираться в этом гадюшнике, уж поверь мне! Просто пока эти вещи не входят в круг твоих интересов, чтобы углубляться в их изучение. Но когда-нибудь ты сможешь лишь по намеку видеть тонкие схемы взаимосвязей.

— Думаешь?

— Уверен, — заверил меня Мор. — С моей помощью, разумеется. Я и сейчас все понял с первых слов Черткова. Просто ждал пока ты хоть немного мозгами пораскинешь.

Ага, в последнем я точно не сомневался. Кто-кто, а Дориан любил всякие такие штуки. Подумать кто бы и что мог сделать, и кому это может быть выгодно. В отличие от него, я не очень любил интриги. Скучно же… Эх… Чувствую, что еще немного и придется мне к этому привыкать.

— Александр Григорьевич, ну а если Император этому Малиновскому помочь хочет, то почему столько времени ждал? —задал я последний вопрос, который для меня остался непонятным. — Можно же было сразу помочь?

— Угу, — кивнул он. — Вот только тогда из этой всей истории полноценного урока бы не вышло. Император не должен проявлять свою милость слишком быстро в таком случае. С другой стороны, и опоздать будет плохим вариантом. А так, все как нужно получается — Александр Николаевич в конце концов простит Малиновского, ну а тот, кроме всего прочего, еще и излечится от своей болезни гадостной. Как раз в тот момент, когда одной ногой уже в могиле стоит. Ясно тебе?

Да, согласен, так эффект помощнее будет. Как и благодарность дочери затем Императорскому Дому.

— Вполне.

— Ты что это погрустнел? — спросил он.

— Да вот думаю — как много в этом мире вещей, которые можно было бы и не знать. Вот как сейчас, например.

— Ошибаешься, Темников, — сказал он и начал подниматься со своего стула. — Ты всегда должен знать такие вещи. Нет разницы, что именно ты должен сделать, но причины ты знать обязан. Хотя бы просто потому, что возможно наступит тот день, когда по какой-то причине ты не захочешь выполнять поручение.

— Какое это, например? — оживился я.

— Ну и вопросы ты задаешь… — хмыкнул Чертков. — Проверь, все взял?

— Да вроде бы.

— Тогда начнем потихоньку, — сказал наставник и начал чертить портальный узор на полу.

— Александр Григорьевич, а мы куда?

— Не закудыкивай дорогу, Темников. Скоро все узнаешь. Бери меня за плечо.

Глава 24

Вжух!

Мы оказались в какой-то комнате очень похожей на товарный склад. Вокруг стояли упаковки с разнообразной снедью, мешки, на которых были отпечатаны названия содержимого: «Рис», «Крупа гречневая» и всякое такое прочее.

Множество разных банок и консервов, а еще откуда-то сильно пахло копченостями. Вот только откуда шел запах было непонятно. Развешенных колбас и окороков я не увидел.

— Мы что, попали в продуктовый рай? — спросил я у Черткова. — Это какое-то новое измерение, в котором у всех магов-некротиков проходит первый экзамен или так только у меня?

— Только у тебя, Темников, — прохрипел в ответ наставник. — Как ты видишь, что вокруг, если Светящийся Огонек еще не активировал?

Ну да, точно… Он-то не знает, что у меня для таких случаев есть Кольцо Ночного Зрения…

— Пока свет от порталов был увидел, — тут же соврал я и повесил над нами источник света.

Ситуация не изменилась. Только запах чего-то копченого стал еще сильнее. Кто придумал проводить занятия в местах, где так вкусно пахнет, я понять не могу? Или это какой-то дополнительный фактор, который должен его усложнять?

— Мы сейчас недалеко от Москвы, Максим, — сказал старик, пока я делал вид, что с интересом осматриваюсь по сторонам. — Но вообще ты прав, можно сказать, что мы с тобой на продуктовом складе. Хотя на самом деле это одна из подвальных комнат дома князя Малиновского.

Я удивленно посмотрел на него. Если здесь есть портальная точка возврата, это получается…

— Да, я был здесь совсем недавно и поставил эту метку. Ты ведь это хочешь спросить? — по моему взгляду Александр Григорьевич легко угадал над чем именно я сейчас ломаю голову.

— Угу, — кивнул я.

— Неужели ты думаешь, что я бы тебя отправил уничтожать проклятье, не выяснив до этого степень опасности?

— Нет конечно…

Он посмотрел вокруг, выбрал для себя ящик на который он мог бы усесться с максимальным комфортом и потопал в его сторону, помогая себе тростью. Почти минута кряхтенья и оханья, пока он наконец смог на нем расположиться.

— Теперь слушай меня внимательно, Максим, — он уставился на меня своими холодными серыми глазами. — Проклятье у князя довольно сильное, поэтому не вздумай хоть на минуту допустить, что я пытаюсь навести на тебя ненужного страха, ясно тебе? У меня нет времени с тобой ерундой заниматься.

— Да я и не думал, Александр Григорьевич, с чего вы взяли?

— Вот и хорошо, что не думал… Это я так, на всякий случай, — скривился он, поправил ногу и указал рукой наверх. — Над нами еще два этажа. Малиновский скорее всего находится на втором. Во всяком случае, должен быть там. В последнее время его боли усилились и практически все основное время он проводит в своей комнате, лежа в постели. Очень сильно сомневаюсь, что за прошедшую неделю что-то могло измениться.

В этот момент сверху над нами кто-то прошел и с потолка еле заметным переливающимся дождем посыпалась пыль.

— В доме множество слуг, так что не обращай на них особого внимания и не отвлекайся. Никто из них тебе не нужен, — сказал Чертков. — Также я не увидел никаких прочих опасностей в этой зоне пока был здесь, так что ни о чем другом не думай. Изменения внутри некрослоя происходят крайне медленно и для этого требуется куда побольше времени, чем какие-то жалкие несколько дней.

— Понял.

— План такой. В некрослой заходишь один. Поднимаешься на второй этаж и убиваешь проклятье. Затем спускаешься обратно и мы возвращаемся в «Китеж». Что скажешь?

— Просто бомба! — сказал я и показал ему большой палец правой руки. — Всегда бы так — все ясно-понятно, без всяких лишних вводных. А если… Ну вдруг у меня с этой тварью возникнут какие-либо проблемы? Что тогда?

— Тогда это будет означать, что экзамен ты не сдал и остался на второй год в первом некротическом классе, — ответил он. — Этим ты меня очень огорчишь. Но не думаю, что тебе стоит сейчас об этом задумываться. Пока у тебя все получалось хорошо, с чего вдруг такие мысли, Темников?

— Всякое ведь может случиться, Александр Григорьевич.

— Если возникнут какие-то проблемы, не вздумай геройствовать, сразу уходи от проклятья и возвращайся ко мне. Со Словом-Скорость у тебя точно получится удрать.

— Принято, — я сжал посильнее саблю и посмотрел наверх.

— Думаю, что лучше всего против нее будет работать Слово-Огонь, ну а там смотри сам, Максим. Сегодня только ты отвечаешь за свою жизнь, поэтому я не буду давать тебе никаких указаний, а только лишь советы. Можешь считать, что это старый некротик просто делится опытом с молодым учеником.

— Спасибо вам за мудрость, — ну вот, а я хотел для начала меч призвать. По крайней мере, уже немного энергии сэкономил. Я пока сам бы к этому пришел, потребовались бы лишние силы потратить на менее эффективное оружие.

— Не за что, — он поднял трость и слегка хлопнул меня по плечу. — Давай, Максим, удачи тебе. И не забудь, что я тебе сказал — никаких геройств, ясно?

— Угу.

— На вот, держи, — он протянул мне парочку знакомых таблеток для восстановления сил. — Мало ли как оно там будет разворачиваться.

Я сунул таблетки в карман и открыл проход в некрослой. Ну вот и все. Пришло время показать, чему я научился за это время.

Не говоря больше ни слова Черткову, я молча шагнул внутрь и через мгновение оказался в некрослое, который тут же окутал меня волной прохлады и приятных эмоций.

Блин… Как же все-таки хорошо здесь…

Мне понадобилось меньше минуты, чтобы почувствовать себя одним целым с этим миром. С каждым разом для этого мне нужно было все меньше времени, но все равно это было необходимо. Почувствовав, что готов начинать, я шагнул в сторону двери из подвала, а затем и через нее.

По-моему, я услышал вслед голос Александра Григорьевича, который еще раз пожелал мне удачи. Все-таки приятно знать, что о тебе беспокоятся…

— Тебе послышалось, мой мальчик, — сказал Дориан. — Ты же знаешь, что кроме меня никто не может сильнее переживать о твоей удаче.

— Сильнее, может быть, и никто, а кто-то в принципе, почему бы и нет? — спросил я, шагая по первому этажу в поисках лестницы.

Чертков был прав, никаких опасных жизненных форм я не увидел, поэтому мог заниматься своим делом. Хотя не знаю, стоит ли считать опасным растение, которое клацало зубами каждую минуту и размахивало острыми ветками?

Я решил не выяснять этот момент, тем более, что в ответах к экзамену о нем не было никакой речи. Откуда оно вообще здесь взялось, интересно знать? По какому принципу некрослой начинает заселяться всякими такими штуками?

Хороший вопрос. Нужно будет как-нибудь спросить об этом у Черткова. Но не в этот раз. О! Вот и лестница!

Перескакивая по несколько ступенек за раз, я быстро добрался до второго этажа и увидел коридор с несколькими дверями, одна из которых мне и была нужна. Теперь нужно выяснить какая именно.

Вдруг одна из дверей открылась и из нее вышел человек с подносом, на котором стояла пустая посуда. Он аккуратно закрыл дверь за собой и пошел в мою сторону.

Ага! Ну вот и ответ на мой вопрос. Очевидно это кто-то из слуг забрал у князя посуду после еды, и Малиновский там внутри. Я дождался пока окажусь в коридоре один, на всякий случай еще раз припомнил не выветрился ли нужный некросимвол из моей головы, а затем пошел выяснять как выглядит проклятье, которым наградили князя его бывшие дружки. Шаг в сторону двери, затем еще один и вот я внутри комнаты.

Сразу скажу, выглядело оно крайне мерзко. Меня чуть не стошнило от его жуткого вида. Оно было похоже на гигантского кузнечика, который присосался к затылку старика и пил из него жизненные силы.

Глядя как серебристая жидкость перекачивается из головы князя внутрь этой образины, мне показалось, что я даже слышу этот неприятный однообразный звук.

Чвак… Чвак… Чвак… Чвак…

Да, похоже наставник был прав. Эта тварь посерьезнее тех проклятий, которые он заставлял меня насылать на него, чтобы затем расправиться с ними. Не могу сказать, что все прямо слишком страшно, но нужно быть осторожнее.

Для начала Слово-Метка, чтобы переключить его внимание на себя. Сработало! Проклятье перестало чвакать и замерло, пытаясь понять что вокруг происходит.

Оно повернуло голову в мою сторону и одновременно с этим я почувствовал мощный удар который, видимо, должен был оставить бесполезный кисель от моих мозгов.

Ага, как же! Хрена с два! На тебе Слово-Омут! Что, всралась? Не видишь меня?

Не сумев прикончить первым ударом и потеряв меня из виду, кузнечик явно занервничал. Ну еще бы! Кто-то не совсем обычный ни с того ни с сего приперся в его жизнь и явно хочет лишить любимого занятия.

Угу, все так и есть. Очень хочу. Еще и как!

Его движение в мою сторону было очень быстрым. Просто как серебристая стрела он скользнул в мою сторону и остановился всего в одном шаге. Проклятье растерянно топталось на месте и размахивало в разные стороны своими лапами. Вся его морда была в серебристой жидкости, а запах от него шел как от гнилой рыбы.

— Согласен, Макс. Вблизи он и правда мерзко выглядит, — сказал Дориан. — А я было хотел тебе сказать, что ты еще не видел по правде отвратительных созданий…

— Ну вот видишь, есть еще вещи, которыми тебя можно удивить, — ответил я ему, размышляя куда бы его шарахнуть лучше всего? По моему опыту, обычно самая слабая часть — это голова. С нее и начнем.

Раздался звук сварки, а затем голову проклятья окутала ослепительная белая вспышка. Оно завизжало от боли, а лежавший на кровати князь в этот момент издал протяжный стон.

Вот бы оно еще его не прикончило в момент своей собственной смерти. Как-то я об этом не подумал.

Я смотрел как кузнечик дергает лапами в разные стороны, дожидаясь пока он сдохнет, но он не разделял моих желаний и помирать не собирался. Вместо этого он попытался достать меня, отчаянно ударив в мою сторону своими клешнями, которые были у него на конце каждой лапы.

Уходил в сторону от его атаки я одновременно с тем, как чертил Слово-Меч. Теперь уже и для него время. Два подряд Слова-Огня я еще никогда не делал. Думаю, между ними однозначно нужно было сделать перерыв.

Как только призванное оружие оказалось в моей руке, я ударил им по проклятью. Прямо по его лапам, которых он тут же лишился. Еще один вопль и следующий удар. Теперь уже по башке.

Чвак-хлюп!

Половина головы с неприятным звуком полетела в сторону, а я почувствовал приятное чувство, с которым мое тело получило новую порцию силы.

Это было не так уж и сложно. Чертков немного преувеличил ее опасность, как мне кажется.

— Не забывай, что он оценивал угрозу по себе, а благодаря сам знаешь кому, ты все-таки посильнее обычного человека, — решил мне в очередной раз напомнить Мор, что без него я никуда.

Я даже не стал ему отвечать и сделал шаг в сторону князя. Судя по его бьющемуся сердцу, он явно был пока еще жив, но мне хотелось убедиться в том, что так будет и впредь.

Выглядел старик хреново, чего уж тут говорить. Серо-белое лицо, тяжелое дыхание, пустой взгляд в потолок… Не знаю, вообще-то сейчас ему мгновенно должно было стать лучше. Если так, то даже не представляю, как он до этого момента выглядел. Наверное, как зомби, не иначе.

Нет, вроде бы все нормально. Ритм сердца точно не замедляется. По крайней мере, в данный момент он точно не помрет.

— Гляди-ка, Мор! Оно начинает биться чуть быстрее, ты это видишь?

— Ага, прикольно. Оказывается, интересно не только накладывать проклятья, а еще и избавлять от них. Прямо чувствую себя каким-то чертовым могучим некромантом-целителем, надо же! Кому сказать, не поверят…

— Кому ты можешь сказать кроме меня? — спросил я, отмечая, что у меня тоже какие-то схожие ощущения. Непривычные, скажем прямо.

В этот момент скрипнула дверь и в комнату осторожно заглянула девушка.

— Отец, с тобой все в порядке? Мне показалось ты меня звал.

Князь никак не отреагировал на ее слова. Ну еще бы, после такого приключения!

Не дождавшись ответа, девушка вошла в комнату, осторожно закрыла за собой дверь и тут я увидел, что на ее спине тоже сидит сосущая силы тварь. Да его дочь, оказывается, тоже проклята! Охренеть! Какого черта мне ничего не сказали об этом? И что я должен делать теперь?

С одной стороны, проклятье было совсем ерундовым и мне бы не составило труда прикончить его сейчас, но с другой… Речь шла только о Малиновском и ни слова о его дочери…

Случайность? Может быть и такой вариант. Но почему мне даже самому очень слабо верилось в него. Случайность на экзамене, который, по словам Черткова, он сам перед этим тщательно проверил? Нет, не думаю. Скорее это часть испытания. Или… Вдруг он сам еще не знает, что ее тоже прокляли?

— Вот в этом я сильно сомневаюсь, мой мальчик, для нескольких недель оно слишком маленьких размеров, ты же сам видишь, — поделился Дориан своими мыслями. — Я думаю, об этом нужно сказать Черткову, а дальше он сам примет решение, как нужно поступить

В принципе, я уже и сам приходил к такому выводу. В случае, если потребуется вернуться и прикончить проклятье, то я вполне себе смогу это сделать. Сил для этого у меня еще достаточно и даже таблетки не потребуются.

— Мой мальчик, а что ты будешь делать, если Чертков тебе скажет, что не нужно этого делать и все оставить как есть? — усмехнулся Дориан.

Хм… И правда интересно… Надеюсь этого не произойдет, с чего бы ему так поступать?

Я смотрел на симпатичную девушку с уставшим лицом, которая медленно подошла к кровати своего отца и брезгливо поморщился, когда она остановилась. Так и хотелось убить эту дрянь, которая присосалась к ее спине. Бедняга даже не знает, что в тот момент, когда она думает лишь о своем отце, ей самой начала угрожать опасность.

— Пойдем, Макс, время идет… — напомнил мне Мор. — Дальше они уж точно как-нибудь без нас разберутся.

Напоследок я бросил быстрый взгляд на князя, окончательно убедился, что с ним полный порядок и пошел к двери. Погоди, девушка, думаю я сейчас сюда вернусь.

Обратно я дошел буквально за пару минут. Дорогу ведь знаю уже, да и дом у Малиновского был очень небольшой, как для князя. Лишь немногим больше, чем у меня в Москве.

— Ух ты, Темников! — удивленно воскликнул наставник, когда я вышел из некрослоя. — Ты почему так быстро? Что с лицом, оно преследовало тебя?

Неужели старик решил, что я не справился и удрал? Обидно, конечно, но судя по голосу именно так он и думал.

— Да нет, проклятье уничтожено, с этим как раз проблем нет, там другое… Его дочь… Она тоже проклята, Александр Григорьевич… Вы знали об этом?

Чертков дождался пока с характерным треском закрылся разрыв за моей спиной, а затем прохрипел:

— О чем? О том, что его дочь зайдет к вам в комнату, если услышит хоть звук из нее?

— Об этом тоже, конечно, но сейчас я больше о ее проклятье.

— Знал. И о первом, и о втором. Я тебе даже больше скажу, если бы по какой-то причине она не вошла в комнату, то я бы отправил тебя к ней после твоего возвращения, придумав какую-нибудь бредовую ерунду.

— Зачем? — удивленно спросил я.

— Скажи мне, ты уже расправился с ее проклятьем?

— Нет. Я подумал, что если это понадобится, то сгоняю на второй этаж еще раз.

— Во как! Выходит, ты принял самое правильное решение из всех, — уважительно кивнул наставник и со стоном встал с ящика. — Поздравляю, если проклятье уничтожено, то можешь считать, что на сегодня ты поработал достойно. Время уходить.

— Как это, а девушка? — я растерянно смотрел на Черткова, не желая вот так бросить ее здесь с той отвратительной мерзостью, которая поселилась на ее спине. — Что будет с ее проклятьем? Разве его не нужно тоже уничтожить?

— Все, что нужно было сделать конкретно тебе — ты сделал. Остальное не твоя забота, — сказал он и на полу начал появляться портальный узор. — С чего ты взял, что будешь получать ответы на все свои вопросы без исключения?

Глава 25

Школа магии «Китеж».

Комната Черткова.

Вообще-то, Юрий Васильевич Голицын не планировал оставаться в «Китеже» на ночь и терять таким образом лишний день, но иначе никак не получилось. Дела в Белозерске задержали его дольше, чем хотелось бы, поэтому в школу магии он приехал лишь вечером.

К этому моменту ужин давно закончился, но специально для него еду подали в комнату Александра Григорьевича Черткова, в гости к которому он сегодня приехал специально для того, чтобы узнать как прошел экзамен у Темникова.

Император очень внимательно следил за тем, как идут дела у мальчишки. Каждый месяц в обязательном порядке требовал от Голицына отчет с текущей информацией о нем. Это касалось не только его учебных дел, но и всей остальной жизни в том числе.

Как и велел Романов, Юрий Васильевич не копал слишком глубоко, чтобы не вызывать лишних вопросов у смышленого Максима, однако то, что ему казалось важным, знал и докладывал.

В таких делах понять, что такое мелочи — крайне сложно. В какой-то момент запросто может статься так, что любая ерунда становится очень важной вещью. Тем более в случае с Темниковым, который способен удивить в любой момент.

Только за этот год Голицын несколько раз беспокоил Императора досрочными сообщениями насчет него. То вдруг с бароном Жемчужниковым в переделку на Хрустальной Горе попадет, то дубы ходить начинают по его указанию, то с девчонкой своей поссорится ни с того, ни с сего…

Беспокоить Александра Николаевича по поводу конфликта парня с Цветковой или нет, Юрий Васильевич дольше всего прочего раздумывал. Хорошо если это дело молодое и мальчик просто с девочкой поругался, а если нет?

Вдруг происки врагов и их ссорят специально, чтобы затем Алису с кем-нибудь другим свести? Она ведь подруга Дашковой, а Анастасия — возлюбленная Нарышкина, а что это означает? Все ведь просто.

Можно через нее все секреты выведывать и дальше их передавать. Алиса даже знать не будет, что у нее эту информацию специально добывают. Причем Дашкова тоже об этом не будет думать.

Ох… Все эти дела любовные и горячие… Разве может быть что-то серьезнее для них сейчас? А ты потом разбирайся во всем этом…

Вот поэтому глава тайной канцелярии докладывал много всякого. Пусть не все, но вот то, что Темников снова решил купить себе мотоцикл, Романов знал. На всякий случай.

Почему Голицын должен отвечать за шалости Темникова? Пусть Александр Николаевич тоже знает о том, что его подопечный каждый день активно ищет новый способ расстаться с жизнью.

Сегодня у него был особый разговор с Чертковым. Прошел почти год с того момента, как старик начал заниматься с Темниковым некротикой, и вчера был первый экзамен. От его результатов много что зависит. Например, оправдает ли парень надежды, которые возлагает на него Император? Хорошо бы, если да. Время идет очень быстро.

— Александр Григорьевич, у вас здесь довольно симпатично, — сделал комплимент Голицын, окидывая взглядом комнату старика.

Вообще-то, Василий Юрьевич врал. Комнатка была, откровенно говоря, не очень. Разве может комната для прислуг быть лучше тех, которые предназначены для обычных преподавателей школы или высокопоставленных гостей «Китежа»? Маленькая, со скромной обстановкой и узкой кроватью, на которой даже здоровому человеку будет не слишком удобно…

Однако такие условия старик попросил для себя сам. Из-за своих увечий ему не хотелось жить выше первого этажа. Ну а в преподавательском общежитии комнаты на этом этаже были предназначены для обслуживающего персонала, поэтому не могли похвастаться шиком.

К этому времени они уже закончили с едой и Голицын был готов поглощать информацию, за которой он сегодня сюда приехал. Чертков практически не ел и большую часть времени наблюдал за тем, как ужинал его московский гость.

— Симпатично? Возможно. Света только многовато, как по мне. Романов в своем дворце для меня находит более уютные места, где совсем нет окон.

Василий Юрьевич бросил на старика заинтересованный взгляд своих черных глаз — не в упрек ли Императору сказано? Сложно было сказать наверняка. С Чертковым всегда было крайне сложно. Хорошо хоть, что говорит обычно то, что думает.

— Если вам будет так лучше, то я могу попросить Орлова, чтобы ваше окно заколотили досками, — предложил Голицын.

— Об этом я и сам могу его попросить, — прохрипел старик. — Пока это ни к чему. Я просто сказал, что в гостях у Александра Николаевича я чувствую себя намного лучше. Иногда мне кажется, что эта общага просто сумасшедший дом какой-то. Преподаватели ведут себя как ученики… Беготня, суета, крики… А для полноты картины время от времени под окнами появляется Борис со своей идиотской музыкой.

— Похоже вы просто устали от школьной жизни, — усмехнулся Голицын. — Я вот на вашем месте сейчас с большим удовольствием согласился бы сюда переехать на пару месяцев.

— Я вообще устал от жизни, Василий Юрьевич… Не только школьной… — устало вздохнул Чертков и махнул рукой. — Ладно, давайте к делу. Перед сном мне нужно полежать немного в горячей воде, иначе моя нога вообще не даст мне заснуть. Долбаная культяпка…

— Что же, в таком случае я с нетерпением жду вашего рассказа. Мне еще нужно будет успеть черкнуть кое-кому пару слов в сообщении.

— Можете расслабиться, ваше сиятельство, мальчишка справился с экзаменом, — заранее успокоил его старик. — Даже лучше, чем мы с вами рассчитывали.

— Как вы и просили, я сказал Громову, чтобы на княжну наложили самое простое проклятье из всех возможных, но чтобы оно не было совсем безобидным, — сказал Василий Юрьевич. — Он говорил, что все сделал.

— Да, он молодец. Понял меня с нескольких слов и эффект был что надо. Выглядела эта дрянь на теле Алены Романовны очень неприятно. Как раз то, что нам нужно было, — одобрительно кивнул старик. — Кстати, я ему уже велел его убрать.

— Если свою задачу оно выполнило, то нечего терзать бедную девушку, — согласился с его решением Голицын. — За последние несколько лет она и без того натерпелась достаточно. Хотя… Это послужит ей хорошим уроком на будущее.

— Ну это меня уже мало интересует.

— Согласен, не будем уходить от нашего разговора. Так что же, насколько я понимаю, Максим смог уничтожить проклятье Малиновского?

— Причем гораздо легче, чем я думал. Темников вообще способный молодой человек. После того, как сегодня все закончилось, я ни разу не пожалел, что передаю свой Дар именно ему. Вряд ли в империи для этого есть более подходящая кандидатура.

— Александр Николаевич будет рад узнать, что он не ошибся со своим выбором, — сказал Василий Юрьевич, которому после этих слов тоже почему-то стало немного легче. Все-таки приятно слышать, что ты присматриваешь за шаловливым ребенком не просто так.

— Вот и порадуйте его, — скривился он, пытаясь удобнее усесться на кровати. — Скажете, что вернулся целым и невредимым. Причем справился с задачей гораздо быстрее чем я думал.

— Это что-то значит или ему просто повезло?

— Пока не буду говорить ничего определенного на этот счет. Не торопите меня. Лично я думаю, что дело не в везении. Дальше будем смотреть, что к чему. В следующем году у него будут новые интересные задачи, которые дадут окончательный ответ на все вопросы.

— Как скажете, Александр Григорьевич. Тогда пока будем просто считать, что Темников молодец и с первой половиной экзамена справился на пять с плюсом. Как по второй части? Неужели ему не стало жаль девушку, и он не захотел избавить ее опасности?

— Да, я бы тоже на вашем месте разочаровался в нем, скажи он мне что мы можем уходить, после того как закончил с Малиновским… Все-таки Максим добрый парень… — согласился с ним Чертков. — Но он молодец. Не стал сам ничего делать и сообщил о проклятье мне. Ровно то, что от него и требовалось.

Лицо главы тайной канцелярии расплылось в улыбке. Это было одно из самых приятных известий за сегодняшний день. Он очень переживал, что Максим начнет действовать под влиянием эмоций, а не трезвого расчета.

Даже не так. Он был на девяносто процентов уверен в том, что Темников решит помочь девушке, как только увидит проклятье, и был приятно удивлен тем, что он поступил иначе. В этой юной голове гораздо больше мозгов, чем он думал. В четырнадцать лет непросто думать на несколько шагов вперед и не поддаваться эмоциям. Да еще с характером Максима.

Хотя… Все это может быть случайностью. Точно такой же, как и успех с первой частью экзамена. Наверное, Александр Григорьевич прав и этому успеху пока не следует придавать слишком большое значение. Следующий год покажет так ли это на самом деле.

Однако, занижать значимость результата тоже ни к чему. Все было сделано по высшему разряду. Комар носа не подточит. Это ли не повод для радости?

— То есть, никаких самовольных действий в отношении девушки он предпринимать не стал? — на всякий случай уточнил он.

— Нет, — покачал головой старик. — Просто пришел ко мне и сказал, что на ней проклятье. Правда, он был уверен в том, что я поручу ему пойти и прикончить его.

— Это уже не так важно, — отмахнулся Голицын. — Главное, что он не стал этого делать по собственной инициативе, ведь для нас именно это было самым важным.

— Угу, только вот бы еще узнать у него по каким причинам он это сделал.

Именно этим завтра утром и собирался заняться Василий Юрьевич в личной беседе с мальчишкой. Это был второй разговор, ради которого он приехал сюда. Вот только как именно он пойдет, очень сильно зависело от его беседы с Чертковым.

— Я попробую это выяснить, — сказал он старику. — Но сейчас меня интересует лично ваше мнение на этот счет. Как думаете, это была случайность или нет?

— Надеюсь, что нет, — прохрипел в ответ Чертков. — Могу сказать, что иногда он меня и самого приятно удивляет своими поступками. Когда я проходил обучение, у меня было гораздо больше ошибок, чем у него. Он же умеет оценивать ситуацию вокруг себя на удивление здраво.

Ну вот и славно. Теперь можно отправляться спать. Мысль о том, что для него самого была выделена более просторная комната, приятно порадовала Голицына. Ютиться в комнатке три на четыре метра для него было бы непривычно.

— Какие у вас планы на ближайшие месяцы? — спросил он у старика. — Останетесь здесь или поедете к себе?

— Здесь? Боже упаси! — испуганно выпучил свои серые глаза Чертков. — Нет уж, хватит пока с меня этого дурдома, в котором ежеминутно что-то происходит. Поеду на Байкал. Самое лучшее место, чтобы сил набираться. Его Императорское Величество обещал мне домик со всеми удобствами…

— У Императора иначе не бывает, не мне вам об этом рассказывать. Если пообещал — значит сделает, вы же его знаете.

На самом деле, Голицын немного лукавил в данный момент. Он сам лично занимался поиском подходящего жилья для Черткова. Слишком далеко от Москвы, чтобы могло быть иначе. В последнее время так складывалось, что чем дальше от столицы, тем все больше волков появляется.

Глава тайной канцелярии оперся на свою трость с головой дракона и одним легким движением поднялся на ноги.

— Спокойных снов вам, Александр Григорьевич, вы хорошо поработали в этом году. Надеюсь, через несколько месяцев вы сюда вернетесь и продолжите.

— Я тоже. Терпеть не могу бросать работу недоделанной.

* * *

Понедельник начался очень необычно, со встречи с главой тайной канцелярии, к которому меня отправили вместо первого урока.

Нарышкин мне говорил за завтраком, что Дракон приехал в школу на ночь глядя, но я сомневался пока сам не увидел его. С чего бы Голицыну ночевать в школе, делать что ли нечего? Но нет, оказалось княжич прав. Вот он сидит напротив меня в кабинете Орлова. И даже улыбается, как всегда, а я уже было напрягся.

— Поздравляю с успешной сдачей главного экзамена в этом году, Максим, — сказал он, после того как мы с ним поприветствовали друг друга. — Чертков сказал, что он очень доволен тобой.

— Спасибо, Василий Юрьевич, — на столе как всегда стояли конфеты, а сегодня были даже пирожные, но что-то не хотелось. Зато вот какао кстати оказалось, я его уже сто лет не пил. — Вы что, специально для того чтобы меня поздравить приехали?

— Удивлен?

— Ну да… Можно же было и по телефону так-то…

— Угу, можно было, — усмехнулся он, — Но я захотел лично тебя поздравить. Да и вообще, давненько мы с тобой не виделись, разве нет? Почему бы не встретиться и не поговорить? Может быть у тебя какие-нибудь вопросы ко мне появились?

— У меня вопросов нет, — ответил я, раздумывая что бы такого можно было спросить у Голицына? Ничего подходящего на ум не приходило.

— В таком случае, я у тебя спрошу кое-что, ты не против? — он погладил серебряную драконью голову на трости. — О чем ты подумал в тот момент, когда увидел проклятье на дочери Малиновского?

— Ни о чем не подумал, — пожал я плечами в ответ. — Увидел и сказал об этом Черткову, что мне нужно было еще сделать?

— Почему сразу не уничтожил его? Ты же ведь мог это сделать.

— Конечно. Запросто. Я такие как орешки щелкаю, — улыбнулся я. — Только решил не убивать.

— Хвастун… — хмыкнул Дориан между делом.

— Вот я и спрашиваю, почему так решил? — в этот момент Василий Юрьевич прищурился и заинтересованно спросил. — Неужели девушку не стало жалко?

— Стало. Просто подумал, что перед этим нужно наставнику об этом сказать. Вдруг он не знает, что у девушки проклятье появилось. Да и потом… Не было у меня задачи с княжной разбираться. То, что сказали, я сделал, а остальное от меня не требовалось. Вдруг у Императора свои мысли по этому поводу. Мне показалось, что он умный человек.

— Похвально, — кивнул он. — Не знаю, правду ты мне говоришь сейчас или нет, но если причина только в этом, то я рад слышать твои слова. Ты производишь впечатление очень благоразумного молодого человека.

— Благодарю.

— Не стоит. Это ведь правда, разве нет? — я ничего не ответил, но мне было очень приятно слышать его слова, чего уж тут врать. — Чем собираешься заниматься на каникулах? Есть какие-нибудь планы?

Вообще-то, планов у меня целая гора с прицепом, вот только знать о них Голицыну, пожалуй, не следует. Не думаю, что нужно говорить о том, что я собираюсь в конце концов добыть третью часть Вороньего Амулета, а затем попытаться разгадать его секрет.

Потом еще Лазаревой со своим Атрибутом Распада неймется и Малахитовый Шепчущий Дом нас дожидается. Да и в Тенедоме меня заждались. Блин… Там еще учиться снова придется… Зараза…

— Кое-какие есть, Василий Юрьевич, — уклончиво ответил я. — До них ведь еще дожить нужно, до этих каникул. Экзаменов целая куча, да и вообще… Вы почему спрашиваете? Просто?

— Нет, не просто, — хмыкнул он. — Я вообще стараюсь просто так ничего не делать. Хочу тебе сказать, чтобы ты запланировал несколько дней на поездку в Москву. Александр Николаевич попросил передать, что будет рад тебя видеть у себя в гостях.

Так… Ну вот и еще один пунктик появился… Как я это все успею за каникулы?

— Спасибо, — ответил я и отхлебнул еще немного какао. — А когда? Я бы себе записал заранее, чтобы у меня одно дело другому не помешало.

— Ну ты даешь, Максим! — хохотнул он. — Этого я тебе сказать не могу, к сожалению. Сам бы с удовольствием записывал себе все дела заранее, вот только с Романовым это не проходит. Обычно все под него как-то подстраиваются. Думаю, у тебя тоже получится.

Вот я бы не был так уверен на этот счет…

— Постараюсь, — пообещал я и задумчиво почесал затылок.

— Да уж, будь любезен. Какими еще новостями поделишься? Говорят, у тебя новый приятель появился? Дуб Темникова, по-моему…

— Вообще-то, я его Бродягой зову. Хотите я вас с ним познакомлю?

Таким вопросом глава тайной канцелярии был немного удивлен. Как-то так складывалось в его жизни, что дубов среди его знакомых не было. Да и прочих деревьев тоже, если что. Поэтому мысль о том, что он сейчас встанет и пойдет заводить знакомство с дубом, показалась ему какой-то странной. Разве так бывает?

Ну если мальчишка смотрит на него своими яркими голубыми глазами и ждет ответа, то именно это сейчас с ним и происходило. Как все-таки много странностей с этим Темниковым…

— С удовольствием, — ответил Голицын и допил свой кофе. — Интересное будет знакомство.

Глава 26

К моему удивлению, Бродяга принял Голицына довольно тепло и даже пошумел ветками, после того как я их представил друг другу. Что-то подобное у него не часто случается. На моей памяти всего несколько раз такое было. Он даже Орлова особо не жаловал, чего уж тут.

Ну и с Василий Юрьевич Борисом тоже нашел общий язык. С конструктом вообще было попроще. Он парень общительный. Любит потрепаться о всяком разном. Целыми днями может рассказывать захватывающие истории, смысл которых кроме него самого больше никому не понятен.

Не знаю почему, но в какой-то момент мне показалось, что Голицыну не хочется заканчивать нашу прогулку. Мы сидели с ним в беседке возле озера, он слушал Бориса и смотрел на уток. Лишь иногда вдруг вспоминал, что он здесь не один и задавал мне какой-нибудь вопрос насчет учебы. Какую-нибудь ерунду, типа что мне больше нравится: алхимия или рунология.

Если бы я точно не знал, что озеро у нас в парке самое обычное, то можно было подумать, будто оно оказывает на главу тайной канцелярии какое-то мистическое воздействие.

Ну а я ему особо не мешал. Уроки идут, а причина отсутствия у меня уважительная, так что… Пусть сидит сколько ему нужно, если нравится. Тем более, что мне это тоже доставляло удовольствие.

Мы провели с ним возле озера почти два часа. В какой-то момент он глубоко вздохнул, хлопнул себя по ляжкам и сказал:

— Пора. Делу время, а потехе час.

— Как вам дуб? — спросил я у него, когда мы отошли от беседки достаточно далеко, чтобы Бродяга не услышал, если что.

— Я тебе завидую, Максим. Ты единственный человек, у которого есть такие вот друзья, — он впечатал в асфальт трость и рассмеялся. — Надо же, дуб и конструкт!

— Так-то вообще Борис он всей школе принадлежит, — напомнил я ему. — Он со многими ребятами общается.

— Общается со многими, а дружит с тобой… — сказал Голицын и подмигнул. — Поверь, я знаю практически обо всем, что у вас здесь происходит.

— А-а… Понятно тогда…

— Ладно, Темников, будем прощаться. Дуй на занятия и не забудь о нашем разговоре.

— Вы про Москву?

— Я больше про встречу с Николаем Александровичем, а где она может произойти, это уже второй вопрос. Скорее всего в Москве, а там видно будет.

— Да не забуду, конечно, с чего бы?

Он кивнул и пошел в сторону парковки, активно помогая себе тростью. Надо же… Всего несколько минут назад он выглядел полностью расслабленным, с блуждающей улыбкой на лице, и вот он уже отстукивает тростью свой каждый уверенный шаг.

Я еще какое-то время понаблюдал за Голицыным, а затем потопал к школе. Хочешь — не хочешь, а на уроки идти все-таки придется. Хорошо хоть половину дня пропустил. Мелочь, а приятно.

— Поздравляю тебя, мой мальчик, — сказал Дориан в тот момент, когда я с грустью размышлял о том, что до конца учебного года осталось всего ничего, а значит практически все время теперь будет посвящено учебе.

— С чем это?

— Даже я в твоем возрасте не был приглашен к Императору дважды, — ответил он. — Можешь считать, что я тобой доволен.

— Мной? Ты же все время говоришь, что я без тебя ноль без палочки! — хохотнул я. — Что вдруг изменилось?

— Вообще ничего. Просто себя я уже сам поздравил, — объяснил Мор свой неожиданный комплимент. — От тебя ведь не дождешься доброго слова, эгоист неблагодарный.

— Ну спасибо тогда.

— Не за что. Должен же хоть кто-то из нас соблюдать минимальные приличия в отношениях. Я, как более старший и опытный, решил взять эту трудную ношу на себя, — с чувством сказал Дориан. — Впрочем, как всегда. Просто кто-то этого в упор не замечает.

Вот же тип, а! Иногда мне кажется, что он сам временами себя считает кем-то вроде Императора.

— Совести у тебя нет, Мор! Ты половину дня только и делаешь, что талдычишь мне о собственном величии, тебе самому не надоело?

— А почему я это делаю? Потому что кто-то остается глухим и не слышит меня! За все время я дождался от тебя лишь нескольких жалких слов в качестве благодарности. Да и те были сказаны под давлением с моей стороны.

— Блин, ты нормальный? По десять раз в день, это по-твоему «лишь несколько жалких слов в качестве благодарности»? Что это на тебя нашло, я понять не могу?

Некоторое время в моей голове было тихо. Видимо таким простым вопросом я поставил его в тупик.

— Ладно, это я так. Что-то вдруг нашло… Тоже захотелось вдруг со своим бывшим Императором встретиться… Потом понял, что случится это очень нескоро.

— Теперь ты мне говори спасибо, Мор.

— С чего это вдруг? — удивился Дориан.

— Как это? Если бы не я, то у тебя вовсе не было бы никаких шансов встретиться со своим Императором, — напомнил я ему. — Я не покладая рук делаю все, для того, чтобы у тебя это получилось. Терплю твои капризы и причуды ежедневно. В общем, имею право.

— А ты быстро учишься, мой мальчик! — восхищенно произнес он. — Все-таки не зря я решил именно в тебе поселиться!

— Ну так…

Content

Герда Александр Черный Маг Императора 7