Аллан Рексворд

Закулисье. Алмаз Сердца

Lars Nielsen

Backrooms Logs: Mission Core Diamond

© Lars Nielsen – alle Rechte vorbehalten

© Комарова М. А., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Предисловие

Всем привет!

Помните, как меня впервые зашвырнуло в Закулисье? Помните Софию Шрёдингер, более известную как Алекс, которая якобы не была со мной в параллельном измерении, а всего лишь разыгрывала спектакль? Главу биологов доктора Ксавьера Миндера, известного как Докс? И конечно же моего папашу-параноика Кнута?

Как и обещал, делюсь с вами новыми впечатлениями от своих приключений в Закулисье и в Реальности. И это ещё не всё: мне в руки попали записи моего отца, и поверьте, там тоже есть чему удивиться.

Неужели безликие до сих пор вселяются в тела людей? Как с этим связан печально известный фонд «А-Синк» и конкретно мой отец? Всё это вы узнаете во втором сборнике моих – и его! – записок.

Всех обнимаю,

Марк Шмидт*

*В целях защиты прав личности фамилия была изменена. Примечание издателя.

Записка 2011–143, Кнут Шмидт

Клубы влажного тумана поднимались над зелёными пшеничными полями, точно потерянные души. На изогнутых колосьях образовывались жирные капли, которые уже насквозь пропитали и мои брюки карго. Я уже несколько часов крался по полю, пригнувшись, но особого успеха пока не добился. На холод я старался не обращать внимания.

Вот впереди всплыл чёрный силуэт средневековой каменной оборонительной башни шириной примерно в десять шагов и снова исчез в тумане. Здесь жили лучники. Местные существа, внешне очень похожие на людей невысокого роста. Только вот лица их ещё никто не видел, поскольку они никогда не снимают доспехи.

Протяжный гудок заставил меня остановиться. Как будто неисправный паровоз жалуется на жизнь. Свист эхом разносился в тумане. Затем этот звук снова повторился. Неужели это тот самый шанс, которого я ждал столько дней? В этой местности мне нужно было кое-что найти. На всякий случай я вытащил револьвер и двинулся в направлении этого шума. Холодный металл оружия, как ни странно, очень успокаивал. Если же быть реалистом, против существа, что издавало эти звуки, револьвер абсолютно бесполезен. Жалобный крик повторился ещё и ещё, его эхо звенело над полями. Шёл я в правильном направлении, но густые облака тумана не позволяли разглядеть ничего, что находилось на расстоянии более ста метров. Армия лучников вполне могла бы проскочить через этот кисель незамеченной. Или особый агент «А-Синка» вроде меня. Правда, я смотрел в основном в землю.

Резкий свист меж тем стал громче и как-то мелодичнее, отчего у меня по спине пробежали мурашки. Стебли пшеницы впереди резко оборвались, будто некий контур диаметром метра в три очерчивал это поле, и сейчас я выходил за его пределы. По-прежнему шелестел ветер. Вновь послышался пронзительный крик. Моё сердце забилось чаще. Я сжимал револьвер так крепко, что от напряжения побелели костяшки пальцев. А вдруг там ловушка? Неважно. Миссия есть миссия. Я медленно подошёл к краю поля. Там была неглубокая канава, в которой светилось что-то красноватое. На дне канавы лежало поблёскивающее металлом тело. Больше всего оно походило на гигантского варана. Два метра в длину, покрыт плотным панцирем, с когтистыми лапами и двумя острыми рогами на голове без выраженной челюсти. На темени у него блестел единственный красный глаз величиной с кулак. Существо наблюдало за мной. Вот в очередной раз послышался этот жалобный стон. Тихий-тихий, точно раненая собака скулила.

Это был рашер. Этим существам по душе была открытая местность, здесь они развивали бешеную скорость, иногда до пятисот километров в час. Этому бедолаге не повезло попасть в устроенную кем-то ловушку. На дне канавы торчали заострённые колья. Большинство этих кольев рашер, точно зубочистки, переломил при падении своей бронёй, но один кол пробил его чувствительный брюшной панцирь и проткнул как бабочку.

К счастью, я без проблем мог застрелить его с такого расстояния. Потом бы я взял образцы ткани, и миссия была бы завершена. Дома меня ждали моя супруга и наш двухлетний сын Марк. Я глубоко вдохнул и прицелился точно в красный глаз чудовища, это было его второе слабое место; сконцентрировался на этом гипнотическом свечении, готовясь спустить курок. Он снова жалобно заскулил, да так громко, что хотелось уши зажать. Этот выстрел положил бы конец страданиям раненого рашера. Но прошло несколько секунд, а я всё не стрелял. И рука начала дрожать. Почему же я медлил? У этого существа был вполне осмысленный взгляд. Не дикий. Тонко посвистывая, он умолял о помощи. Если бы на его месте был человек, я бы тоже нажал на курок? Нет. Конечно, нет. Но это был не человек. Всего лишь животное. Или всё же?

Я опустил оружие и тяжело перевёл дыхание. Последствия этого решения были очевидны: если я намеревался спасти этого рашера – и выполнить миссию, что не менее важно, – нужно было спуститься в эту яму. Если рашер при этом меня не разорвёт на части, я без проблем смогу выбраться из ямы с помощью сломанных копий. Я снова глубоко вдохнул и на животе пополз к раненому существу. Он тихо засвистел, как мне показалось, свист был ободряющим. Это придавало сил. Вскоре я уже стоял в яме между двумя расколотыми деревянными кольями толщиной в человеческую руку. Внизу пахло влажной землёй и сладковатой кровью, сочащейся из раны крупного рашера. Его красный глаз внимательно следил за каждым моим движением. Это массивное создание было вчетверо тяжелее меня, как-то совсем не укладывалось в голове, что оно может носиться со скоростью «Формулы-1». Ох уж эта безумная физика здешнего измерения!..

– Тихо, мальчик, спокойно. Я лишь хочу помочь. – Конечно, он меня не понимал. Но я надеялся, что мой голос звучит успокаивающе. – Дай мне взглянуть.

Я медленно приблизился, протянул руку и коснулся головы ящера-бегуна. Его броня была твёрдой, как сталь, и на удивление тёплой. Соответственно, он не был холоднокровным животным, как, например, крокодил. Жалобный свист между тем перерос в низкий рык, так что всё моё тело начало вибрировать. Я перевёл взгляд на его рану и обнаружил, что одно из копий пронзило его насквозь. Удивительно, как он ещё жив-то был. Длинная расколотая деревяшка застряла в земле. Как я мог ему помочь? Пилы у меня с собой не было. Если уж здоровенный рашер до сих пор не мог снести это копьё, то я уж и вовсе был бессилен. Точно, у меня же с собой военный нож! На обратной стороне лезвия у него были зазубрины, как у пилы. Работёнка, конечно, предстояла кропотливая, но оставшиеся щепочки в любом случае пришлось бы срезать именно им.

* * *

Пот катился с меня градом. Плечо болело от долгого напряжения и однообразных движений. Спустя полчаса я наконец-то разрезал последние деревянные волокна. Рашер, которому явно стало чуть легче, перекатился на бок и издал странный звук, не то рык, не то жалобный писк. Из его тела по-прежнему торчал толстый кусок кола.

– Всё хорошо, мальчик. Это дело поправимое. Только как же мне тебя называть?

Он негромко пискнул.

– Хм… Согласен, если я буду звать тебя Хрома? У тебя и панцирь как раз будто хромированный.

Снова пискнул.

– Ладно, Хрома. Предупреждаю, сейчас будет больно. Был бы ты человеком, выжил бы едва ли. Но будем надеяться, что твоё тело всё же крепче, чем моё.

Он в очередной раз пискнул, и я интерпретировал это как согласие. Сидя на земле, я схватился обеими руками за копьё, упёрся ногами в его панцирь и потянул. Он пронзительно засвистел, его конечности подрагивали. Конечно, это было мучительно больно… А я всё пытался извлечь копьё у него из живота. Оставалось совсем немного, когда в его голову вдруг прилетела стрела, но не пробила её, а отскочила. Я испуганно вздрогнул и покосился вверх. На краю ямы стояли три лучника в землисто-коричневых накидках, украшенных инкрустацией, и с натянутыми луками. Сквозь узкие прорези в кожаных шлемах на меня недобро смотрели их маленькие глазки.

– Павла Акка Хинунинди! – выкрикнул правый, накладывая на тетиву лука новую стрелу. Я, к сожалению, не понял ни слова, но общий смысл уловил. Эти трое требовали, чтобы я убрал руки от их добычи. Ну хоть в спину не выстрелили, и на этом, что ли, спасибо.

Что делать? Конечно, проще, да и безболезненнее лично для меня было бы исчезнуть, а Хрома пусть уже сам как-нибудь выкручивается. Стрелять из ямы по тройке лучников, защищая это существо, по сути, самоубийство. Рашер внимательно посмотрел на меня, глухо зарычал, а затем трижды коротко свистнул. Я понял, что он имел в виду. И решился действовать.

Рывком я выдернул остатки копья из тела рашера и попытался укрыться за его панцирем. Может, он хотя бы частично сможет меня защитить. Две стрелы ударили в то место, где я только что сидел. Третья же попала мне в колено, и резкая боль на миг ослепила меня. Хрома же вскочил на ноги, выпрыгнул из ямы и, выпустив острые, как ножи, когти, приземлился на одного из лучников. Тот в ужасе завопил, пытался отстреливаться, но стрелы отскакивали от панциря ящера, не причиняя ему никакого вреда. Покончив с одним, ящер прыгнул на второго. Этот лучник рухнул в яму рядом со мной и испустил дух, напоровшись при падении на наконечник копья. Последний же попытался сбежать, но последовавший вскоре глухой удар о землю и душераздирающий предсмертный крик ясно дали понять: Хрома его не пощадил. Правда, я этого уже не видел. Всё преследование заняло максимум три секунды. Вскоре ящер заглянул в яму и вопросительно свистнул.

– Я… – было так больно, что я даже говорить толком не мог. – Я не могу. Стрела. Погоди немного.

Сжав зубы, я вытащил из кармана брюк шприц с лекарством и вколол дозу себе в бедро. Постепенно боль отступила, обезболивающие и стероиды внутри организма начали действовать. Эта медикаментозная смесь, которой пользовались наши солдаты, была не то чтобы очень полезной для здоровья, но всё лучше, чем подыхать тут внизу. Вскоре я смог переломить стрелу и вытащить её остатки из ноги. Несмотря на вколотое лекарство, я едва не терял сознание. Рашер смиренно ждал. Лучников можно было больше не бояться. Его рана от толстого копья в животе, похоже, была гораздо менее болезненной, чем моя от тонкой стрелы в колене.

– Эй, Хрома? Теперь мне нужна твоя помощь. Один я не выберусь из этой ямы, – при этом я пытался и жестами показать ящеру, чего я от него хочу.

Тот снова скатился в канаву и лёг рядом со мной так, чтобы я мог взобраться ему на спину. Но прежде я достал из сумки стеклянную пробирку и наполнил её пропитанной кровью землёй. Именно это и было целью моей миссии. Ну, почти.

Я с удивлением отметил, что мне вовсе не нужно ни за что держаться, когда ящер выпрыгнул из ямы. Я точно приклеился к его спине или, может, к какой-то другой части его тела.

– Спасибо, Хрома! – Я похлопал его по боку. – Полагаю, теперь мы квиты.

– Кровь?! – Морис с недоумением посмотрел на меня, потом на содержимое стеклянной колбы, которую я передал ему в его лаборатории спустя три часа после моего приключения. – Кнут, тебя же просили собрать экскременты рашера. Каки – понимаешь? Мы же биологи, исследователи, а не солдафоны, что палят по всем обитателям Закулисья, которые подошли слишком близко к дробовику, дескать, сами напрашивались.

– Да не кипятись ты так. Лучники загнали этого зверёныша в ловушку. А я его спас. Меня, между прочим, самого при этом подстрелили. Или ты забыл? – Я многозначительно кивнул на повязку у себя на колене и костыль, на который я опирался.

– Хм. Ну ладно. К сожалению, по крови много не определить, мы ведь намеревались выяснить, чем это существо питается. Результаты анализа ДНК мы узнаем только через пару недель, – с этими словами Морис поместил пробу крови в нужное крепление.

– Да, хорошо. Держи меня в курсе. А сейчас мне пора домой, – «и надеюсь, я останусь там как можно дольше», – добавил я про себя. – Придумать бы ещё убедительную историю, как я, будучи крановщиком, получил такую травму.

– Ну, крановщик работа в принципе опасная… И от недовольных заказчиков чего угодно можно ожидать.

– Ха-ха. Очень смешно. В следующий раз сам пойдёшь собирать какашки рашера.

Я развернулся и похромал к выходу. Докс, другой агент-биолог, с которым я очень подружился, обещал, что будет ждать меня там. Без компании искать точку выхода с Первого уровня в Реальность было бы совсем невесело. А у меня к тому же колено было повреждено.

Ломтик сыра

– Спасибо, милая, – прогудел из-за газеты мой отец Кнут, когда моя мама Николь передала ему чашку свежего фильтрованного кофе.

Да, можете не верить, но это так: фильтрованный кофе и бумажная газета. И то, и другое не слишком экологично – так, на минуточку. Зачем Бог изобрёл кофейные автоматы и планшеты? Явно не для моего папаши, это было очевидно.

– Ма-ам! Нам пора выходить, а то я опоздаю, – капризно тянула моя взбалмошная сестрица Эмилия. Так было каждое утро. Сейчас часы показывали четверть восьмого. По идее, времени ещё было предостаточно: школа была недалеко, уроки начинались ровно в восемь. Причин везти её на машине тоже не было. Погода была чудесная, светило весеннее солнышко.

– Да-да, Мышка, уже иду, – откликнулась мама, подхватила связку ключей, свою сумку и ранец Эмилии. – Марк, ты с нами?

– Нет, спасибо, я лучше на велосипеде. Неохота лишние полчаса торчать перед закрытым зданием, – в отличие от моей сестрички, которая наверняка нашла бы о чём потрепаться со своими подружками.

Но на самом деле задержаться дома я хотел по другой причине.

Вскоре входная дверь с лязгом захлопнулась. Я осторожно положил ложку рядом с тарелкой мюсли и повернулся к отцу.

– Пап, нам надо поговорить.

– Хм… Да, пожалуй. И о чём же? – поинтересовался он отсутствующим голосом, не опуская газету.

– Кнут! Я серьёзно сейчас!

Он аккуратно сложил газету и положил её рядом с тарелкой, на которой так и остались нетронутыми два тоста – один с ломтиком сыра, второй с клубничным джемом. Отцу было чуть за сорок, он был сухощав и на полголовы ниже меня. Сейчас он пристально смотрел на меня своими серыми как сталь глазами.

– Ну так? О чём ты хочешь говорить, Марк?

– О нас. О Закулисье. Об «А-Синке». Обо всём.

– Обсуждать больше нечего. Ты вернулся целым и невредимым, тебя больше не перебрасывало. Радуйся, что так сложилось. Возможно, причина в том, что лазер безликих теперь уничтожен, и внезапных перебросов на ровном месте больше не будет. – Он пожал плечами. – Как я уже много раз говорил, у меня такая же генетическая поломка. Время от времени я выполняю поручения биологов. Но все их дела держатся в строжайшем секрете, так что мне нельзя это ни с кем обсуждать.

– А если меня снова перебросит?

– Тогда как можно скорее ищи обратный выход или ближайший аванпост. По-другому никак. Мы не можем ни предотвратить это, ни помочь тебе как-то прямо.

– Ну, а что с Алекс или, лучше сказать, Софией?

– Боюсь, и об этом мне распространяться нельзя.

– А Докс?

– Глава биологов, мой непосредственный начальник. – Он тяжело вздохнул. – Мы же тысячу раз об этом говорили, Марк. К чему ты клонишь?

– Я… Я сам, если честно, не знаю. Просто после всего, что я пережил в Закулисье… После разрушения лазера… Ну… я полагал, это что-то изменит в наших отношениях. Не знаю, может, мы вместе будем участвовать в этих миссиях или что-то такое…

Он покачал головой.

– Мне жаль, но это невозможно. С одной стороны, ты ещё очень юн, с другой – у тебя пока нет требуемого образования. И кроме того…

– Что ещё?

– Эти миссии очень опасны. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Я себе этого не прощу.

– Ну прекрасно. То есть если мы отца потеряем, это ничего страшного – так, что ли?

– Нет, конечно нет. Но эти миссии очень важны. Для всего человечества.

– Значит, они важнее, чем твоя собственная семья, но при этом не настолько важны, чтобы в них принимал участие твой неуклюжий сын! Ну, спасибо! – Последние слова я практически выкрикнул. В ушах зашумела кровь. Почему взрослые такие лицемеры? Мне вообще-то почти семнадцать. Один год разницы не делает.

– Марк…

– Да плевать! Вечно ты меня опекаешь. Ничего мне нельзя! Ни-че-го!

Я резко вскочил. Хромированный кухонный стул со стуком упал на пол. Не говоря больше ни слова и не слушая оправдания отца, я схватил рюкзак, пулей вылетел за дверь и с силой её захлопнул.

* * *

Спустя восемь часов, которые показались мне бесконечностью, я снова хлопнул дверью нашей квартиры, на сей раз с другой стороны. Утомительный школьный день близился к концу. С кухни слышался звон посуды. Наверное, это мама. Папа, наш великий тайный агент, никогда не снисходил до этих мирских хлопот. Я вспомнил наш спор утром, и мой пульс снова участился.

– Мам, привет! – крикнул я, чтобы она знала, что я вернулся.

– Привет, Марк, как дела в школе?

– Нормально, ничего особенного. Папа уже пришёл?

– Увы, его срочно вызвали на работу, он вернётся дня через два.

Зараза. Каждый раз, когда папа уезжал на своём двенадцатитонном кране якобы на очередную стройплощадку, он на самом деле отправлялся на очередную миссию в Закулисье. Мама и Эмилия ничего не знали о его настоящей работе – как и о моих приключениях в параллельном измерении. Обе считали, что старая травма головы дала о себе знать, и меня на пять дней положили в психиатрическую клинику понаблюдаться. На деле же эта частная клиника была штаб-квартирой местного отдела биологов. Я подозревал, что этот отдел относится к печально известному фонду «А-Синк», но отец не подтвердил это, в очередной раз уйдя от ответа.

Поскольку отец уехал, у меня было время спокойно порассуждать, как ещё можно решить вопрос с ним и биологами.

Я ушёл к себе в комнату, лёг на диван и взял в руки планшет. Алекс, к её реальному имени я всё никак не мог привыкнуть, точно сквозь землю виртуальную провалилась. Все её аккаунты давно не использовались или были отключены. Номер мобильного она мне не давала, а фамилию я так и не узнал. Можно было, конечно, снова смотаться в Мюнхен и поговорить с ней лично. Наверняка она по-прежнему жила всё в той же квартире. Но родители бы меня не отпустили. Отец солгал матери, что Алекс причастна к моим психологическим проблемам и дурно на меня влияет. Из-за неё у меня якобы усиливаются галлюцинации. Ну что за хрень, а!

И вот суббота. Прошло четыре дня. Мы ужинали втроём. Серый хлеб, ломтики сыра, свежая мясная нарезка и «Нутелла» – специально для моей сестры. Мама поддерживала этот ритуал и в последнее время настаивала, чтобы мы в нём тоже участвовали. По крайней мере, если мы были дома.

– Есть новости об отце? – спросил я.

Он обычно не опаздывал. Эх, знала бы мама, что он сейчас, скорее всего, на миссии в потенциально смертоносном параллельном измерении, была бы сейчас так же напряжена, как я.

– Нет, Марк. Мне жаль. Я говорила с его шефом. Он сказал, что на стройке серьёзные задержки. Это продлится ещё пару дней. Но беспокоиться нам не о чем.

…и это в эпоху смартфонов! Я только головой покачал. Ох уж эта папина отговорка о его нелюбви к «технике слежения», как он её называл. Но мама не считала это чем-то ненормальным, и моей туповатой сестричке это тоже странным не казалось.

Позднее в комнате я раздумывал, что же мне делать. Связаться с отцом было невозможно. Связь в Закулисье не ловила. С Алекс я всё это обсудить не мог. Контактов Докса у меня тоже не осталось с тех пор, как я покинул клинику. Точнее – базу биологов.

Что же мне было делать? Снова сознательно перемещаться в параллельное измерение? Об этом не могло быть и речи. Отец прав – там очень опасно. По сути, у меня не было ни единого шанса найти его. Особенно в одиночку, без чьей-либо помощи. Да я даже не знал, что у него за миссия.

Я решил просто подождать. В конце концов, он опытный агент. К тому же это в Закулисье ты неделями бродишь по одному уровню. А в Реальности проходит всего несколько дней. Время идёт гораздо медленнее. Удивительно даже, как отец раньше возвращался домой без опозданий.

Записка 2025–289, Кнут Шмидт

Я включил фонарик. Из темноты выплыли первые сталагмиты и сталактиты. Желтоватые наросты, похожие на кинжалы, вырастали из пола и свисали с потолка. Некоторые были сломаны, но обломков нигде не наблюдалось. Странно. Капающая с них влага наполняла зловещую пещеру гулким эхом. Видимость была так себе, шагов на десять, не больше. Я осторожно двинулся вперёд по каменному лабиринту. Ступать здесь тихо было почти невозможно. На всякий случай я держал наготове револьвер, этот уровень классифицировался как небезопасный.

Собственно, именно поэтому в Реальности я никогда не возил семью на экскурсии в рудники и пещеры. Я не хотел рисковать Марком, который унаследовал мою генетическую мутацию и мог оказаться в параллельном измерении, случайно свернув не туда. Даже одного неосторожного движения хватило бы, и мы бы его потеряли. Он до сих пор ненавидит меня за то, что я старался оградить его от всего опасного и дурного. Но ведь главное сейчас – это то, что он жив… Однажды он поймёт.

Посреди каменного леса скалистых наростов я обнаружил спокойное круглое озеро, мерцающее изнутри голубоватым светом. Если записи ребят из Большой Исследовательской Группы не врали, я был на верном пути. Уровень охватывал большую площадь, но, по крайней мере, не изменялся постоянно, как многие другие.

Я медленно побрёл вдоль берега к сталагмиту, на котором кто-то вырезал грубую стрелу с отчётливой буквой «K» и что-то вроде черепа. Вот с этого самого места нужно было быть крайне осторожным: я приблизился к заброшенному пещерному городу Каврагосту. Миссия была крайне опасной, напарников у меня никогда не было, но свидетели здесь и не нужны. Мрачная тропка, выложенная острыми сталактитами и сталагмитами, извиваясь, уходила вглубь Восьмого уровня.

Позади вдруг послышались приглушённые шаги. Я тотчас оглянулся и вскинул оружие, но коридор был пуст. Я несколько раз вдохнул и выдохнул, после чего двинулся дальше. Снова услышал какой-то шум и посветил фонариком в ту сторону. Ничего. Да чтоб тебя. Наверняка мой преследователь укрылся где-то между крупными обломками.

Что же делать? Идти дальше или подкараулить его? Пока что он не нападал на меня. Значит, интеллект у него был до определённого уровня развит. Это не какой-то тупой, ведомый лишь инстинктами монстр.

– Эй! А ну выходи, я тебя слышал, – негромко шикнул я на английском, дабы не привлекать к себе лишнего внимания здешних обитателей.

Тишина. Никто не показывался. В любом случае попробовать стоило.

Интересно, далеко он вообще? Шагов десять, иначе я бы точно ничего не услышал. Ладно же… Что можешь ты, могу и я. Я выключил фонарик и сошёл с тропинки, укрывшись за скалой в человеческий рост. Поглядим теперь, кто из нас более терпеливый.

Я медленно считал про себя, чтобы не потерять чувство времени в полной темноте, и дошёл почти до пятисот, когда на тропе вдруг мелькнуло пятно света. Затем послышались шаги, кто-то едва слышно дышал. И вот мимо моего укрытия прокрался человеческий силуэт с выключенным фонариком. Сам я задержал дыхание и подождал, пока он отойдёт метра на три.

Затем прицелился и включил свой фонарик:

– Стоять! Не двигаться!

Теперь я мог разглядеть своего преследователя. Молодой мужчина ростом под метр восемьдесят с лохматой рыжей бородой. Длинный плащ до пола, набитый рюкзак, прочные ботинки. Оружия, похоже, не было. Ослеплённый светом моего фонарика, он заслонялся от него рукой, так что черты лица я разглядеть не мог.

– Не стреляй, я тоже на «А-Синк» работаю, – ответил он хриплым голосом и заморгал.

– Придётся предложить что-то получше. Кто ты и почему за мной крадёшься?

– Агент Риан О’Киффи. Я у тебя на подхвате.

– Что?

– Если с тобой что-то случится, я должен завершить миссию или замести следы.

– Звучит странно, – заметил я: парнишка не вызывал доверия. – Почему тебя не приставили ко мне сразу как полноценного напарника?

– Ну, если бы тебя засекли и ты погиб, я бы остался незамеченным и просто немного подождал, пока ситуация стабилизируется, чтобы завершить начатое.

– Хм… – Я подумал, что это было вполне в духе «А-Синка». Хотя мне такой подход не очень-то нравился. – Ну, допустим. Назови тридцатый пятизначный код.

– А-К-Ф-два-один, – выпалил тот, не моргнув глазом.

Таким образом мы оба подтвердили свою принадлежность к «А-Синку». Существовало около пятисот тысяч комбинаций вопросов и ответов для выявления «своих», вычислить которые человеку непосвящённому было абсолютно невозможно. – Ладно, Риан. Теперь идём вместе. Никаких больше пряток. – Он хотел что-то возразить, но я поднял руку, не давая вставить слово. – Это не обсуждается. И ты пойдёшь первым. Если что-то не устраивает, возвращайся обратно и не преследуй меня больше.

Он несколько секунд смотрел на меня своими голубыми глазами и, похоже, колебался. Но в итоге молча кивнул, развернулся и медленно зашагал вперёд.

* * *

Мы шли по тёмной тропинке примерно полчаса и за это время не перекинулись ни единым словом. Внезапно каменный лес закончился.

– Ох, – вырвалось у моего спутника, когда перед нами простёрся затерянный пещерный город. – Этого я, честно говоря, не ожидал.

С помощью фонариков мы могли осветить лишь малую часть разрушенных зданий. Но благодаря светящемуся мху на потолке пещеры, находящемся метрах в 20 над нами, и ещё каким-то неопознанным источникам света в самом городе впереди угадывались одноэтажные домики. Их было очень много. Стены из необработанного камня, оконные проёмы без рам и стёкол. Узенькие переулочки переплетались между собой и убегали куда-то вдаль.

– Насколько же это большой город и кто всё это построил? – прошептал Риан с некоторым благоговением.

– Примерно как типичное небольшое поселение в Германии. Сейчас всё заброшено, как видишь. По крайней мере, основатели города здесь больше не живут. Никто так и не знает, кто именно всё это выстроил.

– Безликие, может?

– Не думаю. Позже увидишь почему.

С этими словами я спустился вниз по пологому склону и ступил на гравийную дорожку, ведущую к ближайшим домам. Я уже бывал в этом мрачном городе-призраке, но добровольно бы сюда ни за что не вернулся. К слову, вопрос новоявленного напарника меня несколько удивил. Он ведь агент, а значит, должен знать наизусть основные факты о ста важнейших уровнях и самые приметные места на каждом из них.

Спустившись вниз, мы вошли в один из широких переулков. Домики были одноэтажные, но в высоту достигали четырёх метров. Подоконники располагались на уровне наших голов, а дверные проёмы были вдвое выше привычных человеку.

– Это что же, дома великанов?

– Очевидно. Их рост, должно быть, превышал три метра. – Я вскинул револьвер и двинулся дальше. – Ты без оружия или как?

– Отчего же без оружия? Просто не люблю огнестрельное.

– А что любишь?

Он откинул в сторону полу плаща, и я разглядел рукоять японской катаны.

– Меч? Ты это всерьёз? Тебе же для этого…

Его нога скользнула вперёд. От сильного удара у меня перехватило дыхание, я отлетел назад и упал на спину. На брусчатку с нечеловеческим визгом приземлилась серая тень в лохмотьях. Точно на то место, где мгновением ранее стоял я. Тварь тут же круто развернулась, подскакивая, точно ужаленная, и накинулась уже на Риана. У неё были острые когти и странно изогнутые конечности. Риан же плавно отступил в сторону, неспешно вытащил катану и рассёк ею нападавшего. Существо покачнулось, сделало ещё три шага, скорее машинально, чем осознанно, и распалось на две части с противным чавкающим звуком. Должен признать, у моего спутника получилось довольно-таки изящно с ним разделаться.

Краем глаза я уловил ещё какое-то движение неподалёку. Не раздумывая, выхватил револьвер и выстрелил в один из оконных проёмов. Ещё один готов, выстрел снёс ему голову с перекошенной челюстью. Её остатки приземлились прямо передо мной.

– Сзади! – крикнул Риан, который рассёк клинком очередного соперника и пригнулся, чтобы половинки тела не упали на него.

Я, не вставая, перевернулся на живот и, не целясь, трижды выстрелил в мерзкое создание с сальными волосами и в грязной одежде. Толку это не принесло. Пошатываясь, оно продолжало мчаться на меня. В последний момент я откатился в сторону, прицелился и на сей раз сумел размозжить ему башку.

Воцарилась тишина. Между нами лежали останки монстров, дико воняющие гнилым мясом. Вдобавок мы оба были покрыты брызгами странной жидкости, видимо, заменяющей этим тварям кровь. Тяжело дыша, мы смотрели друг на друга.

– Спасибо. Если бы не твоя быстрая реакция… Ты сам-то как? – спросил я Риана только для того, чтобы хоть что-то сказать.

– Цел-невредим. А что это за твари?

– Зомби местные. Та ещё головная боль. Где угодно могут прятаться. Ты вот что скажи: ты тут впервые, что ли?

– Ну да. Извини. Вчерашний выпускник Лос-Аламоса. Между прочим, красный диплом.

– Ну прекрасно. Неопытного новичка отправляют следить за мной во время миссии, проходящей на уровне пятого класса опасности? Что-то я логики не вижу.

Я выхватил револьвер, перезарядил его и прицелился Риану в голову:

– Так что давай-ка ещё раз, но без притворства – зачем ты здесь?

Медкарта

Я смутно понимал, что там объясняет у доски госпожа Улльрогге. Её слова растекались по моему рассудку, точно масло по тефлоновой сковородке. Логарифмы, экспоненты… Кому это надо? Бред. Казалось, этому утру понедельника конца не будет. Отец по-прежнему «на стройке». Чёрт! Если бы я только знал, должна ли была эта новая миссия изначально длиться так долго или у него серьёзные неприятности. Если бы только он рассказал мне чуть больше! У нас никогда не было особо близких отношений. Даже наоборот: раньше я его открыто презирал за сверхосторожность и считал параноиком. Только недавно до меня дошло, что он таким образом пытался меня защитить, чтобы меня не забросило случайно в Закулисье. За это я его, конечно, начал уважать. Но он-то по-прежнему относился ко мне как к несмышлёному младенцу. Почему?! Это несмотря на то, что я своими руками уничтожил машину безликих и их дьявольский луч! Неужели же это совсем ничего не значило? Ничего не меняло?..

– Господин Шмидт, – от мрачных мыслей меня отвлекла Улльрогге. – Не решите ли для нас это уравнение?

Как будто важнее этого ничего на свете не было.

– О… Простите, мне что-то нехорошо, – прохрипел я, хватаясь за живот. Да, отговорка так себе. Ну и ладно. – Можно я пойду домой?

– Дело ваше. Но вы ведь в курсе, что на следующей неделе мы пишем контрольную? Вы и так очень много пропустили, – заметила она, чуть приподняв бровь.

– Да, знаю. Но иначе, к сожалению, никак.

Я собрал вещи, не обращая внимания на сочувствующие взгляды в мою сторону и перешёптывания одноклассников, и направился к выходу. Позже Крис мне всё расскажет. Он ведь мой лучший друг.

* * *

Пустые коридоры, мятно-зелёные шкафчики и наконец школьный двор… Я тащился к своему горному велику и всё думал, чего я добился этой тупой отмазкой. Учительница-то была права, по сути, я и так много пропустил, и не факт, что успею наверстать к сроку… Но мой отец сейчас, возможно, в смертельной опасности! Как тут думать о математике?

Но с чего же начать? Чем я мог ему помочь? Мама ждала меня дома часа через три как минимум. Ну что ж, пожалуй, времени выяснить, что стряслось с отцом, достаточно. Сейчас это самое главное. Полный решимости, я покатил на велике в сторону Нойса, где находилась психиатрическая клиника.

* * *

– Мне жаль, но доктор Миндер сегодня не принимает, – так сказала мне в приёмной черноволосая дама, стоявшая за толстым стеклом. – Пожалуйста, запишитесь на приём онлайн. Хорошего дня.

Она кисло улыбнулась. Было непохоже, что ей действительно жаль. Наверняка просто хотела поскорее отделаться от бывшего пациента, зачем-то вновь явившегося сюда, не записавшись заранее.

– Но его машина на улице, – начал спорить я. – Соответственно, он сейчас здесь. Пожалуйста, скажите ему, что пришёл Марк Шмидт, разговор очень срочный. Я уверен, он меня примет.

Она продолжала натянуто улыбаться. Эта жуткая застывшая гримаса и строгий деловой костюм довершали картину. Стоит точно манекен. И не отвечает.

– Эм… Вы меня слышите?

– Мне жаль, но доктор Миндер сегодня не принимает.

– Да я уже понял. Можете хотя бы поставить его в известность?

– Мне жаль, но доктор Миндер сегодня не принимает.

Да что это за ерунда такая? Я пригляделся к женщине. Нет, не манекен. Скорее, робот или… Проекция! Только сейчас я заметил латунную табличку на стойке: «Виртуальный ассистент, тестируемая модель. По всем вопросам обращаться по телефону 0221–4710–001». Ну, здорово. Мог бы сэкономить время и позвонить.

Я обошёл стойку. Проекция ассистентки была как живая. Качественная такая 3D-модель. Конечно, надо ещё поработать над общением с клиентами. Хотя, с другой стороны, текущий уровень развития этого навыка отпугнёт всех непрошеных посетителей, что весьма кстати. Поскольку на самом деле тут расположена база тайного подразделения фонда «А-Синк», а значит, посторонним тут делать нечего. Мне в том числе.

Но как же мне тогда связаться с Доксом? У меня не было ни его номера телефона, ни адреса электронной почты. Мы, конечно, встречались ещё пару раз после моего возвращения, но эти встречи организовывал мой отец, он обо всём договаривался.

Остальная часть приёмной была обставлена в спартанском стиле. Серая пластиковая скамейка, лифт и какая-то белая дверь. И у лифта, и у двери висели считыватели карт, просто так никуда не зайдёшь. Камер вроде как не наблюдалось, но это не означало, что их нет совсем.

– Эй? – крикнул я, поворачиваясь то в одну сторону, то в другую. – Меня зовут Марк Шмидт. Я к доктору Ксавьеру Миндеру. Он меня знает. Нам срочно нужно поговорить, это очень важно!

Ассистентка снова выдала заготовленную фразу про неприёмный день. В остальном же было тихо. Чёрт! Кричи не кричи – толку не будет. Либо меня игнорировали, либо никакой техники слежения действительно не было. Я разочарованно огляделся. Как же привлечь к себе внимание, чтобы со мной поговорил настоящий человек? Дверь и лифт не открывались. Скамейка была плотно привинчена к полу. А больше в приёмной ничего и не было. Отчаяние росло. Ехать домой было нельзя. Я должен был выяснить, что случилось с моим отцом!

Машина Докса! Он же сейчас здесь, а его «Порше» наверняка поставлен на сигнализацию. Я вышел из здания и решительно направился к парковке. Канареечно-жёлтый автомобиль стоял прямо у входа. И табличка у границы парковочного места висела: «Д-р Миндер». Что бы мне сделать? Я пожал плечами, шагнул ближе и с силой пнул шину. Ничего не произошло. Уселся на крыло, начал раскачивать кузов. Снова никакой реакции. Зараза. Нужно было что-то пожёстче. На другой стороне гравийной площадки я выбрал угловатый камень. Если и после этого сигнализация не сработает… Видимо, её просто нет. Так, ладно. Я отступил на шаг, замахнулся, чтобы бросить камень в боковое стекло, и…

– А ну стой! – послышался женский окрик со стороны входа. – Ты что же это вытворяешь? Разум потерял?

Её появление меня ошарашило. Я повернул голову. У входа, уперев кулаки в бёдра, стояла стройная женщина лет тридцати с короткими чёрными волосами. Лицо её было искажено гневом. Кстати, внешне она мало чем отличалась от виртуальной ассистентки в приёмной.

– Ты мне это брось, понял? Моя машина почти новая.

– Ваша?..

– Да, моя.

Я указал пальцем на табличку.

– Но здесь написано…

– Там написано моё имя.

– То есть?

– Доктор Джулия Миндер. Так меня зовут.

– Ой. – Раздражение быстро утихло, и я выронил камень. – Извините, пожалуйста, но мне нужно срочно поговорить с Доксом. То есть с доктором Ксавьером Миндером.

– Здесь такой не работает, извини, дружок.

– Да как же… Работает, конечно, работает. Он друг моего отца, речь как раз о нём. О Кнуте Шмидте. И я… я знаю, что это за место.

– Психиатрическая клиника. Не то чтобы это была большая тайна. Вон наверху написано крупными буквами. – Она указала на широкую табличку над входной дверью.

– Да-да… То есть нет. Эм… Можно войти? Хотелось бы обсудить всё в тишине и без лишних свидетелей.

Она некоторое время молчала и колебалась.

– Хорошо. Заходи. Пару минут я тебе уделю. Но в следующий раз записывайся, пожалуйста, онлайн. Правила для всех одни.

И вот мы уже шагали по знакомым мне пустым коридорам клиники. Она открыла дверь в кабинет Докса и вошла. В комнате ничего не изменилось. Плоский монитор, изящный ноутбук, растения в горшках и светло-коричневая кожаная мебель. Всё как было. Даже неоново-жёлтые конфетки в вазочке. Только табличка на письменном столе гласила: «Д-р Джулия Миндер».

Что происходит? Мне стало как-то не по себе. Что-то явно было не так. А дамочка села на стул Докса и предложила мне место в удобном кожаном кресле напротив.

– Итак, давай-ка сначала. Почему ты хотел разбить стекло моей машины?

– Мне нужно выяснить, что случилось с моим отцом. Его зовут Кнут Шмидт, и он агент биологов. У меня плохое предчувствие. Возможно, он сейчас в опасности. А та компьютерная тётка меня пропускать не хотела. Вот я и подумал, что, может, хоть так привлеку внимание.

– Ага… – На лице при этом никаких эмоций, как у той проекции. – Понимаю. Сейчас посмотрю по базе. Тебя зовут Марк Шмидт, верно?

– Да. Но речь не обо мне, а о моём отце Кнуте. А ещё – что случилось с Доксом? Вы его жена?

Этот вопрос она проигнорировала, ища что-то в компьютере.

– Так-так… Шмидт, Марк. Ты был нашим пациентом. Сотрясение мозга, посттравматическое стрессовое расстройство, шизофренический психоз, неадекватное поведение, бред… Всё ясно.

– Что вам ясно?

– Марк, – она повернулась ко мне, сложив руки. – Тебе через многое пришлось пройти. Кто сейчас твой лечащий врач?

– Ну, кто – Докс, конечно. Доктор Ксавьер Миндер то есть. Кто же ещё?

– Нет. Я имею в виду… Как ты тут это называешь… – Она снова покосилась на монитор. – В Реальности.

– Как я это?.. – У меня даже голова закружилась. Что за цирк тут творится? Я лихорадочно соображал. «А-Синк», похоже, хотел меня запутать. И что я мог с этим сделать?

– Я хочу посмотреть свою медкарту, – ничего другого в голову не пришло.

– Извини, я не могу её тебе дать.

– Почему? Я же пациент. Я имею право узнать, какие именно мои данные у вас сохранены.

– Разумеется. Но получить к ним доступ ты можешь только с согласия родителей. Бланк можно найти на нашем сайте. И пойми, это для твоего же блага.

Она натянуто улыбнулась – точь-в-точь проекция в приёмной. Да чтоб вас! Сплошная ложь кругом. «А-Синк» вёл какую-то коварную игру, пытаясь вывести меня из равновесия и явно не желая, чтобы я продолжал своё расследование! Пульс участился, а в ушах зашумела кровь. Ну уж нет, я это так не оставлю!

– Нет! – Одним прыжком я оказался за её столом и схватил открытый ноутбук. Там точно должно было быть что-то об отце! Провода оборвались, вазочка с конфетами со звоном покатилась по столу, монитор качнулся назад и упал на коврик.

– Марк! – в ужасе ахнула доктор Миндер – или кем там она была на самом деле – и отступила назад.

Я пытался как можно скорее прочитать на экране ноутбука текст, который был напечатан крайне мелким шрифтом.

«ЗАСЕКРЕЧЕНО… Миссия: Алмаз Сердца… Кнут Шмидт… Пропал без вести… Каврагост… На подхвате агент Риан… ПЕРВОСТЕПЕННАЯ ЗАДАЧА… Марк Шмидт… Удерживать… Поддельный диагноз: сотрясение мозга, посттравматическое стрессовое расстройство…»

Но тут докторша резко вырвала у меня компьютер.

– Эй! Нет! Что всё это значит? Мой отец действительно пропал без вести?!

Ярость переполняла меня. Я накинулся на неё и попытался вырвать ноутбук. Сейчас бы любая информация пригодилась! Мы некоторое время перетягивали ноутбук каждый к себе. Дамочка оказалась на удивление сильной, несмотря на то что была достаточно худенькой. В этот момент дверь кабинета распахнулась и на пороге, дико вращая глазами, появился лысый медбрат с фигурой вышибалы. Вот чёрт! Если меня сейчас повяжут, отцу я уже точно не помогу!

Я ещё не успел толком придумать, как выкручиваться, и просто отпустил ноутбук. Докторша, качнувшись, потеряла равновесие и с криком упала на комнатную пальму. Я схватил лежавший на ковре монитор и швырнул его в медбрата, который приближался ко мне. Но устройство сдерживал провод, а потому оно лишь коротко дёрнулось и снова упало на пол, разбившись окончательно. Зараза. Мужчина бросился на меня. Я отскочил в сторону, и лысый, не успев затормозить, налетел на стол. Скорее прочь отсюда!

Я выбежал в коридор и захлопнул за собой дверь. Быстро понёсся к выходу и ворвался в приёмную. В этот момент включилась тревога. Вот чёрт! Автоматическая дверь! Теперь она уже не открывалась автоматически. Я просунул пальцы в щель, уперевшись при этом ногой в стену, и потянул – как когда-то это делала в глубокой шахте лифта Алекс. Мысль о её невероятно смелом поступке придала мне сил. Кровь ударила в голову, руки сводило судорогой. Послышался отвратительный скрежет, и в следующий миг я отодвинул стеклянную панель в сторону. Позади меня распахнулась дверь.

– Марк, остановись! Нам нужно поговорить! – крикнула докторша.

Вот этого мне сейчас точно хотелось меньше всего. Отверстие было достаточно широким, но я всё равно с трудом в него протиснулся – и без сил упал на асфальт уже на другой стороне. Перед глазами мелькали красные точки с хвостами. Но на проявления слабости времени не было! Что теперь? А теперь самое главное – подальше отсюда. Тяжело дыша, я поковылял к велику. Открыл замок. Запрыгнул. Поехал. Скорее, скорее прочь!

Но едва я покинул парковку, как позади взревел мотор и заскрипели шины. Кровь застыла в жилах. Погоня началась.

Записка 2025–290, Кнут Шмидт

Риан поднял руки, с испугом глядя на меня. Я же, крепко сжимая рукоятку револьвера, целился ему точно между глаз.

– Эй, спокойно, ладно? Да, признаю: всё, что я тебе до этого рассказывал, – не совсем правда. Меня никто не посылал. Я случайно услышал о твоей миссии и пошёл за тобой по собственной инициативе.

– Не понимаю. На кой тебе за мной тащиться? – Может, спустить уже курок? Это бы разом решило все проблемы.

– Всё же логично, разве нет? Ты легенда «А-Синка»! Если я помогу тебе добыть Алмаз Сердца, то докажу, что тоже чего-то стою. Мне тоже начнут поручать важные миссии, и не придётся больше торчать на вонючих аванпостах!

– Ну-ка, притормози. – Я даже оружие немного опустил. Моё задание было совершенно секретным, новичков вроде Риана в детали не посвящали. Не мог он этого знать. – А что ты знаешь об Алмазе?

– Ничего такого. Честно, – поспешил оправдаться парнишка. Он, похоже, прекрасно понимал, в какую щекотливую ситуацию угодил. – Насколько мне известно, сотни тысяч людей по-прежнему одержимы безликими. Алмаз Сердца должен помочь нашей организации изгнать их из нашего измерения. По сути, не такая уж это и тайна.

На самом деле людей, чьи тела захватили безликие сущности, было несколько миллионов. Их же самих перекинуло в Закулисье, откуда было не так просто найти выход. Однако у меня были и личные причины, по которым я сейчас рисковал жизнью.

Внутри снова всё сжалось. Точно так же, как сжималось каждый день во время завтрака, когда вся семья собиралась за столом. Видеть двоих безликих в телах моей жены Николь и дочери Эмилии было просто невыносимо. А они мне улыбались, обсуждали всякий вздор и ели бутерброды с ломтиками сыра. Словом, вели себя так, будто они самые обычные люди. Мои родные, которые для меня так много значили. Они и Марк.

Но настоящие Николь и Эмилия были вытеснены из своих тел во время вторжения безликих. Их сущности, души – можете называть это как хотите – были загнаны сюда, в это жуткое место, именуемое Закулисьем. Я не знал, живы ли они ещё. Марк, к счастью, не заметил, что они одержимы, – или просто его расшатанная психика проигнорировала видимые изменения. В любом случае это к лучшему.

Я тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли, и напрягся. Чем быстрее мы вытравим безликих из нашего мира, тем выше шанс вернуть моих родных живыми. Нужно было торопиться, и я был готов отдать жизнь, если это помогло бы спасти мою семью.

– Да, ты прав, к сожалению. Не такая уж это и тайна, – проговорил я после значительной паузы, медленно опустил оружие и снова покачал головой. – Что ж за жизнь такая… Чем я это всё заслужил? Теперь мне не только редчайший минерал для спасения человечества в этом проклятом измерении искать, но и за юнцом присматривать.

Тут уже настала очередь Риана смотреть на меня с негодованием. Он указал на расчленённые останки зомби, раскиданные вокруг него.

– Юнцом?! Ты серьёзно? Оглянись! Не я ли только что спас твою задницу?

– Так-то оно так, но вот теоретические лекции ты явно слушал невнимательно. – Он снова хотел что-то возразить, но я не дал ему ничего сказать: – Хватит споров. Пойдём-ка дальше, пока гончие или ещё какие хищники не набежали.

Он тут же закрыл рот, подхватил своё снаряжение и, надувшись, зашагал вперёд по тёмной улочке. Я неспешно последовал за ним, думая над его словами. Снова солгал? Или же была в этих объяснениях и доля правды? Сложно было судить. Драться он умел, это я уже заметил. И всё же не хотелось бы, чтобы он тащился за моей спиной, пусть лучше впереди будет, чтобы я его всегда видел. Других вариантов всё равно нет. Застрелить его без причины я тоже не мог, как и оставить тут связанным. Да и не очень-то мне этого хотелось, если честно.

* * *

Мы несколько часов бродили по тёмному заброшенному городу. Два гнома в пещере злых и страшных великанов. За каждым нашим шагом следили. То в оконном проёме мелькнёт какая-то тень, то послышится топот ног, захрустит галька и застучат камни. Однако нас больше не атаковали. Может, зомби усвоили урок? Я в этом всё же сомневался. Наверняка они – а может, и другие какие-то твари – просто выжидали, надеясь на подходящий момент.

– Может, расскажешь, что именно мы ищем в Каврагосте? – спросил Риан. Мы между тем почти добрались до центра города.

– Может, не будешь всякие глупости выдумывать?

– Ну, спасибо…

– К тому же мы и так уже пришли.

Он огляделся. Перед нами возвышались здания, выходящие на широкую площадь. В бледном свете светящихся мхов и наших фонариков покачивались причудливые силуэты разрушенных кранов, огромных маховых колёс, изящных башенок, оборванных канатов и груды чёрных обломков. Стук камней и топот маленьких ножек как бы предупреждали, что за каждым углом может подстерегать неприятный сюрприз.

– Ух ты! С ума сойти… Это заброшенная шахта?

– Похожа, согласен? Если в этом забытом богом пещерном городе ещё можно найти минералы, то искать следует здесь.

– Хм… Как-то не верится, если честно. Здесь сколько уже народу побывало. Они же каждый камень тут перевернули, но так ничего и не нашли.

– Так-то оно так, но площадь огромная. Штольни уходят на сотни метров в глубину. Многие из них могут в любой момент обвалиться, в других живут жуткие монстры, так что, как ты понимаешь, исследованы тут далеко не все проходы.

Мой спутник судорожно сглотнул.

– Понял. И почему же ты так уверен, что тебе в поисках повезёт больше?

– Везение тут ни при чём. – Я вытащил из нагрудного кармана сложенный лист бумаги и развернул его перед ним, не отдавая в руки.

* * *

– Это что, карта? – Он внимательно изучал её, светя фонариком. Тут глаза у него расширились. – Тысяча восемьсот девяносто седьмого года? Хочешь сказать, что люди исследовали Закулисье ещё сотню с лишним лет назад? Я-то всегда думал, что проход в это измерение появился в результате неудачного эксперимента «А-Синка»…

– Отчасти это так. Постоянный проход открылся относительно недавно. Но всегда, во все времена, были люди, которых перебрасывало в параллельное измерение. Чисто случайно. Некоторым удалось вернуться.

– Где ты взял эту карту?

– В архивах фонда хранятся тысячи документов и артефактов из разных эпох. В буквальном смысле тысячи.

– Она не слишком подробная… Думаешь, мы найдём то, что нужно?

Я лишь пожал плечами:

– Поглядим. Ну, вперёд, довольно уже трепаться.

С этими словами я снова сунул карту в нагрудный карман и огляделся. Нам нужно было найти конвейерный подъёмник, который отметил на карте один из первых попаданцев в Закулисье.

* * *

– Берегись! – Риан оттащил меня назад. Я, не удержав равновесие, упал на пятую точку.

Оказалось, я подошёл слишком близко к краю расщелины. Опасный это был поиск. Глубокие ямы, которые ещё не сразу разглядишь, острые как лезвия края сломанных приборов и рваные тросы вынуждали нас пробираться по заброшенной шахте с максимальной осторожностью. Причём материал всех окружающих нас конструкций не был железом или сталью. Нет, всё здесь было сделано из неизвестных нам соединений углерода. В «А-Синке» учёные до сих пор не могли понять, что же это за вещество.

– Спасибо. – Я схватился за его руку и со стоном поднялся. – Темнота такая, хоть глаз выколи. Можно подумать, что все эти ямы и расщелины намеренно так хорошо маскируют.

– М-да… Кто знает… Но смотри-ка… – Риан посветил фонариком на здание перед нами. – Может, это и есть тот конвейерный подъёмник?

А спутник мой внимателен. И глаз у него острый. В свете фонарика я тоже разглядел узкий каркас, похожий на вытянутую пирамиду, изогнутую влево, как сабля. На самой вершине можно было различить огромное колесо, с которого свисали канаты или тросы. Возможно, с его помощью извлекали с больших глубин полезные ископаемые. Но почему эта двадцатиметровая конструкция была так изогнута, оставалось неясным.

Через пару минут мы достигли основания этого сооружения в восемь шагов шириной. Между несущими балками открывалось чёрное отверстие диаметром в четыре метра. Свисающие с конца башни канаты терялись в этой черноте.

– А теперь? – Риан поднял плечи. – Как мы спустимся?

– Судя по карте, нам нужна тринадцатая по счёту шахта. Это как минимум на сто метров вглубь, в зависимости от того, насколько далеко эти шахты расположены друг от друга.

– Ты шутишь? – несмотря на тусклое освещение, было заметно, как мой непрошеный спутник побледнел ещё сильнее.

– Смотри, что у меня есть. Так я легко соскользну вниз, – в свете фонарика я вытащил страховочную систему новейшего образца и верёвку для скалолазания, которые собирался закрепить на толстых канатах. – Проще простого.

– Этим верёвкам уже лет сто – думаешь, они выдержат? А ещё не факт, что это всё сработает с углеродсодержащим материалом.

– Ну вот и выясню заодно.

– А как ты обратно поднимешься?

– А никак. Поищу внизу выход с этого уровня или точку переброса.

– Ага, понял, – Риан замялся. – Ну… А как же я?

– Вот уж не знаю. Альпинистское снаряжение тебе, я полагаю, не выдали?

– Нет. Говорю же: я по своей инициативе за тобой пошёл.

– А инициатива всегда наказуема. Не лучшая была затея. И теперь, видимо, придётся тебе самому искать дорогу к ближайшему аванпосту. – В глубине души я был рад наконец отделаться от него.

Послышался странный стук и щелчки, как будто крошечные кирки стучат по камням. Мы тут же вытащили оружие, посветили фонариками по сторонам. На нас смотрели три пары близко расположенных янтарно-жёлтых глаз, каждый размером с теннисный мяч. Под ними с чавканьем раскрылись страшные челюсти, в каждую из которых с лёгкостью поместилась бы рука взрослого мужчины. С клыков текла и капала зелёная слизь. И вот из мрака вынырнул огромный волосатый пещерный паук. Метра два в высоту, не меньше.

Но самое жуткое было ещё впереди. Со всех сторон к нам приближались такие же твари. Мы ещё не видели их целиком, но зловеще поблёскивающие янтарные глаза не оставляли никаких сомнений в том, какую цель преследуют их обладатели.

Проволочный забор

Пот градом катился с меня, дыхание всё учащалось, а в боку больно кололо. Последний раз такое было, когда меня чуть не схватило то мерзкое чудовище с головой насекомого и щупальцами кальмара в Тёмных кварталах. Только сейчас меня преследовал не монстр, а коварные сотрудники «А-Синка». Или на кого там работала эта докторша.

Я свернул на боковую улочку и, не обращая внимания на знак, предупреждающий об одностороннем движении, покатил вперёд. Нойс расположен на другой, западной, стороне Рейна от моего родного Дюссельдорфа. План мой состоял в том, чтобы как можно скорее затеряться в переулочках, пусть даже нарушая все правила. Зато так докторша и её приспешники на своих громоздких машинах меня точно не догонят. Жми на тормоза. Сконцентрируйся. С заблокированным задним колесом я снова свернул и съехал на несколько ступенек вниз.

Зараза. Чем ближе я подъезжал к Рейну, тем шире были улицы. И не спрячешься. Полдень ещё не наступил, и пробок на дорогах не было. Что же делать? Попытаться пересечь бесконечно длинный мост или спрятаться тут? Желательно, конечно, было бы перебраться на ту сторону реки. Там был небольшой коттеджный посёлок, где родители Криса недавно купили участок с домом. Идеально. Там и залягу на дно.

Я в очередной раз лихорадочно оглянулся. До моста Рейнкни было уже недалеко. Почти два километра я проехал по открытой дороге без никакого прикрытия. Но ни жёлтого «Порше», ни какого-либо другого подозрительного транспортного средства поблизости не наблюдалось. Что ж, всё или ничего! В боку по-прежнему кололо, но я постарался ускориться. Спустя несколько минут я выбежал на финишную прямую. Дыхание совсем сбилось, я хрипел, а ноги просто горели. Вот уже показался берег. Ещё метров пятьсот, а там направо, к садовому посёлку Адердайх…

– Марк! – вдруг раздался слева знакомый женский голос.

Вот чёрт! Докторша ехала прямо рядом со мной, опустив боковое стекло.

– Марк! Пожалуйста, остановись, и мы всё обсудим! Ты неверно всё понял.

Я, естественно, не ответил – потому что и без того едва дышал – и начал лихорадочно соображать, как же мне от неё оторваться. На следующем съезде ей уже ничто не помешает меня преследовать. А правила… Кто вообще соблюдает правила дорожного движения? Собрав последние силы, я проехал ещё двести метров и затормозил. Здесь начинался опасный съезд, который выходил на главную улицу под острым углом. Я разогнался, а затем резко вывернул руль и понёсся против движения. Позади заскрипели шины: «Порше» затормозил.

К сожалению, моей преследовательнице тоже было плевать на какие-то там правила, но для начала ей всё равно нужно было развернуться. Так что у меня появилось небольшое преимущество, которым я незамедлительно воспользовался и погнал прямо по полям и частным дорожкам. Миновав чей-то заброшенный участок, я направился к нужному мне. По этим узким дорожкам она на своём спортивном автомобиле ни за что бы не проехала.

Через пару минут передо мной появился знакомый дачный посёлок. Недолго думая, я рванул напрямик через подстриженные живые изгороди. Позади ругались арендаторы, но я не останавливался и вскоре добрался до участка родителей Криса. Спрятал велик под забором и бросился к деревянному домику. Ключ от него, как обычно, лежал под цветочной кадкой. Я влетел в дом. Всё. Передышка. Оторвался наконец!

* * *

Следующие десять минут я лежал в тёмной комнатке дачного домика, восстанавливал дыхание и ждал, когда голова перестанет кружиться.

От приспешников «А-Синка» я сбежал. А оно того стоило? Что за представление мне устроила эта странная докторша? Почему она утверждала, что она – доктор Миндер? Что я мог предпринять сейчас? Как найти отца? Почему его не искали его же «работодатели», этот проклятый «А-Синк»? Как связаться с Доксом? Тысячи вопросов – и ни одного ответа.

Спокойно, Марк. Сосредоточься на фактах. На том, что уже известно. Всё крутилось вокруг тайной миссии под кодовым названием «Алмаз Сердца». Что за алмаз такой, интересно? Отец пропал. В Каврагосте. В заброшенном пещерном городе на Восьмом уровне. Там целый лабиринт, насколько я помню. По крайней мере, это не подлежало сомнению.

Чтобы помочь отцу, мне нужно самому отправиться в Закулисье. Перебросит меня на Четвёртый уровень – если, конечно, правило, гласящее, что каждый раз тебя перебрасывает на один уровень выше, ещё работало. Я открыл вики-сайт Закулисья, чтобы узнать, как я с Четвёртого уровня могу добраться до Восьмого. В целом задача была выполнимой. Но на том уровне водилось много разных жутких тварей. Что же до шансов на выживание, в разных статьях приводились разные данные. Ну, прекрасно.

В любом случае мне нужно было подходящее снаряжение, а также алиби, почему меня не было ни дома, ни в школе. В Реальности, по моим прикидкам, должно было пройти как минимум несколько дней. Без помощи со стороны я бы не справился.

Поскольку Алекс точно сквозь землю провалилась, а у меня не было денег на билет до Мюнхена, единственным моим союзником оставался Крис. Дрожащими от напряжения пальцами я набрал ему сообщение в WhatsApp, что я жду его в их загородном домике, но об этом не должны узнать ни его родители, ни моя мама. Затем оставалось только ждать.

Около полудня в дверь постучали. Я испуганно вскочил.

– Марк? Братан, это я, – это был голос Криса.

Я облегчённо выдохнул и открыл дверь.

– Привет, Крис. Как же я рад тебя видеть.

После такого вот короткого приветствия я рассказал ему, что пережил за последние несколько часов и что, возможно, мой отец застрял на Восьмом уровне и ему нужна помощь.

– Ох, чувак. Вляпался ты, конечно, по самые уши, – вынес вердикт мой лучший друг, когда я закончил свою историю. – Если бы я тогда своими глазами не видел, что ты некоторое время был кем-то или чем-то одержим… Вот честно: не поверил бы и послал бы в дурку.

– Если хочешь, поезжай в клинику и сам обо всём расспроси. Правда, «А-Синк» тебя вряд ли оттуда выпустит, но ведь попытка не пытка.

– Да не, оно мне надо? Я тебе и так верю. Но что же ты собираешься делать?

Я пожал плечами:

– Отправлюсь в Закулисье искать отца. Но мне понадобится твоя помощь.

– Это мне с тобой, что ли, идти?! – воскликнул Крис. – Вроде и любопытно, но при этом жуть как страшно.

– Нет-нет-нет. – Я успокаивающе поднял руки. – У тебя это и не получится. В моём случае всё работает только из-за генетической поломки. Да и приземлился бы ты в лучшем случае где-то между Нулевым и Вторым. Там бы ты мне точно не помог. А вот шансов вернуться обратно в Реальность у тебя бы почти не было.

– Так, ладно, что тогда от меня требуется?

Тяжело вздохнув, я посмотрел ему в глаза и сказал:

– Первое: мне нужно алиби, почему я не хожу в школу и дома меня тоже нет. В этот раз моё тело тоже переместится в Закулисье, здесь не останется.

– Ух, жуть. Но ничего. Я скажу, что ты уехал в Мюнхен к Алекс, поскольку втрескался в неё по уши. Да, а поехал ты туда автостопом. И поскольку до неё не дозвониться, проверить это будет невозможно.

– Пожалуй, неплохо. Да, сойдёт. А второе: ты должен помочь мне собрать снаряжение, иначе я в том измерении не выживу.

Пока я ждал его после отправки сообщения, я составил целый список того, что мне может понадобиться, и сейчас переслал его Крису. Он начал листать.

– Рюкзак, спальный мешок… Ладно, это дома есть. Вода, энергетические батончики, аптечка первой помощи, влажные салфетки… Это я куплю, без проблем. Ого, что тут дальше… Верёвка для скалолазания, метательный крюк, армейский нож, перцовый баллончик, ПИСТОЛЕТ?.. Нет, братан, извини. – Он покачал головой. – Во-первых, это дико дорого, а во-вторых, мне и не продадут его. Мне же тоже восемнадцати ещё нет. Забыл?

– Хм… ну да. Извини. Посмотри, что точно можно добыть. Всяко лучше, чем ничего. Спасибо тебе большое. Ты самый лучший.

– Да что уж там. Ну, тогда я соберу, что смогу, и часа через два вернусь. – Он внимательно посмотрел на меня. – Ты действительно готов пойти так далеко?

– Да. За меня не волнуйся. Там время течёт иначе. Здесь час, а там около недели.

Крис покинул загородный домик, а я с облегчением опустился на пол. Первый шаг сделан, скоро мой друг принесёт снаряжение, и можно будет отправляться.

* * *

Прошёл почти час, когда на гравийной дорожке перед домиком заскрипели шины. Это ещё что? Здесь же на машинах-то ездить вроде как запрещено. У меня появилось нехорошее предчувствие, я медленно шагнул к окну и посмотрел в узкую щель между ставнями. Проклятие! На дорожке перед домиком стоял сине-белый полицейский фургон, из которого как раз выходили двое стражей порядка. Неужели Крис меня выдал? Или это «А-Синк» на меня ещё и полицейских натравили? А может, они тут вообще по какому-то другому делу?

Выяснять это всё времени не было. Я поспешно шмыгнул к задней двери домика, отодвинул в сторону ржавую металлическую защёлку и осторожно выглянул наружу. В метре от меня находился обвитый плющом штакетник в человеческий рост. Я снова глубоко вдохнул. Разбежался, подпрыгнул, ухватившись руками за верхний край, подтянул ноги и перемахнул через препятствие. Послышался громкий треск, когда забор упал назад, а я приземлился в колючий кустарник ежевики на другой стороне.

Послышались крики. Зараза. Надо поторопиться. Только куда же мне бежать? Я намеревался найти точку переброса в Закулисье. Если полицию подослал «А-Синк», из этого района мне не выбраться, тем более пешком. Я помчался по аккуратно подстриженным газонам, пару раз перескочил через невысокие оградки, прорвался через несколько изгородей и наконец добрался до проволочного забора высотой мне по грудь. Это была граница всего посёлка.

Голоса и лязг металлического оружия приближались. Времени было катастрофически мало. Я перемахнул через забор в кусты, вскочил и побежал по тропинке к заброшенным участкам. Судя по скрипу забора позади меня, преследователи и не думали сдаваться. Ноги начали болеть, ещё чуть-чуть – и их сведёт судорогой. Два спринта в один день – это слишком…

Я продолжал продираться сквозь кусты, а вокруг меня были разбросаны осколки стёкол и рваный брезент бывших теплиц. Тяжело дыша, я помчался вдоль стены в поисках прохода. Вон, впереди! Я начал колотить в железную дверь. Закрыто. Чтоб вас всех!

– Стоять! Полиция! – грозно скомандовала женщина-полицейский, которая только что завернула за угол и сейчас, резко затормозив, остановилась шагах в двадцати от меня. Её рука лежала на кобуре пистолета.

У меня уже никаких физических сил не оставалось, и в отчаянии я начал трясти и дёргать ржавую дверную ручку. Замок неожиданно поддался. Дверь распахнулась, больно треснув меня по лбу. Я качнулся и упал на пятую точку. Из глаз посыпались искры. Разумеется, долго я так сидеть не собирался и поспешно поднялся на ноги.

Моя преследовательница успела за это время сократить расстояние между нами до пяти метров. Она выставила вперёд ладонь, будто защищалась, и проговорила:

– Спокойно, Марк. Мы лишь хотим помочь.

Да-да, это я понимал. Не мешкая, я прыгнул вперёд, в открывшийся дверной проём. Было темно, но уже в «полёте» я понял, что за дверью вовсе не теплица, а коридор заброшенного офисного здания.

Записка 20

Да, снова здравствуй, Закулисье!

И снова я без никакого снаряжения.

Ничего не напоминает? Разумеется. Сколько раз уже со мной такое бывало, и дальнейшие приключения были малоприятными. Вот и этот раз не стал исключением. А действительно, с чего бы вдруг ему быть исключением.

Серое ковровое покрытие несколько затормозило мой прыжок. Я замер, осознавая произошедшее. Спасение в самую что ни на есть распоследнюю секунду. Я невольно расхохотался. Какая ирония! Побег – в Закулисье. Я, наверное, первый в мире человек, который добровольно сбежал из Реальности.

Я потряс головой и огляделся. И тут же в животе образовался ледяной комок. В углу стояли шестеро безликих, замотанных в цветные лохмотья. Они почти сразу же повернули обтянутые кожей головы без лиц в мою сторону. Были бы они людьми, смотрели бы прямо на меня. Я тут же вспомнил, как они пытались помешать мне уничтожить их адскую машину, те последние мгновения существования лазера. Тогда двое безликих набросились на меня с ножами, а их товарищи тяжело ранили Алекс.

– Так, спокойно… Я вам ничего не сделаю. Я тут случайно, – заикаясь, пробормотал я и попятился.

Не дожидаясь их ответа, я развернулся и бросился было бежать. Какое там! Мышцы бёдер свело такой страшной судорогой, что я сумел лишь проковылять пару шагов, а потом в бессилии прислонился к колонне и сполз на пол. Вот и всё. На большее меня просто не хватило. Миссия по спасению отца завершилась, не успев и начаться. Я устало покосился на безликих, в руках которых теперь была моя судьба.

Вопреки моим ожиданиям, они не набросились на меня с ножами. Один из них, примерно на голову выше меня, осторожно шагнул ко мне, достал откуда-то из своих лохмотьев бумагу и карандаш и начал что-то писать.

«Так ты и есть разрушитель врат?» – вывел он корявым почерком на английском.

И что мне было сказать? Да я тут, похоже, знаменитость.

– О, ты имеешь в виду, не я ли вам помешал захватить тела миллионов людей в моём измерении? Не я ли помешал вам переместить их сознание сюда, в Закулисье, чтобы они тут все подохли? Да, чёрт возьми! Это был я. И горжусь этим! – с вызовом бросил я.

Если уж мне предстоит умереть, то только с высоко поднятой головой, никак иначе.

«Тем самым ты приговорил к смерти три миллиона безликих».

– Да, и что дальше? – запальчиво крикнул я. – Зато я спас три миллиона человек. В том числе маму и сестру. Могу и повторить!

Взрослый безликий сокрушённо покачал головой и ссутулился. Он казался… грустным? Покорившимся?

«Но люди ещё живы. А безликие – больше нет».

Да что это вообще такое? Это существо мне ещё нотации будет читать? Я выпрямился, морщась от боли. Ноги постепенно снова начали двигаться.

– Знаешь что? Достал. Вы могли бы просто поговорить об этом, спокойно всё обсудить, а не запускать эту дьявольскую машину.

Я, конечно, блефовал. Не был я настолько самоуверенным. И против этой группы я бы сделать ничего не смог. Тем не менее я повернулся спиной к «собеседнику» и хотел было уйти. Но тут его тяжёлая рука легла мне на плечо и сжала его, точно тисками. О чёрт. Снова сердце бешено заколотилось.

«Мы ведь пытались. Вы нас игнорировали. И кстати – семью свою ты не спас», – нацарапал он на листке бумаги.

«Тиски» отпустили моё плечо. Теперь уже он повернулся ко мне спиной, а я остался стоять, не зная, что на это ответить.

– Эй! Ты на что это намекаешь? Как это – я их не спас? – крикнул я ему в спину. Он проигнорировал меня и направился к своей группе, которая так и ждала его в том же углу.

– Эй, я же с тобой разговариваю! Что ты имеешь в виду?! – прорычал я, однако догонять его не стал.

Вернувшись к своим, он обменялся с ними парой странных жестов, после чего они все покинули комнату, не обращая больше на меня никакого внимания. Чёрт. И что теперь?

* * *

Эта странная встреча с лидером безликих несколько вывела меня из равновесия. И тело было истощено. Но времени я даром не терял и искал подходящее снаряжение. В этом плане чужое измерение походило на компьютерную игру. В углах, на полках или за потайными дверьми нет-нет да обнаружатся разные полезные вещи, например бутылки с освежающей миндальной водой, которая ещё и помогает против галлюцинаций, ядов и некоторых ран. Или рюкзак. Или порция «Королевского пайка» в пищевом контейнере. А ещё батарейки. Фонарик. Канат. Четвёртый уровень оказался прямо-таки кладезем качественного снаряжения. Неудивительно, что тут свободно гуляли безликие.

О, вам интересно, почему здесь так легко добывать необходимое для выживания снаряжение? Мне самому никто не объяснил, как это работает. В любом случае не надо жаловаться, если вас забросит на один из относительно безопасных уровней. Воспользуйтесь этим шансом. Их, то есть шансов, будет не так много.

Я хорошенько отдохнул, выпил большое количество миндальной воды, даже подремал немного. После этого я был готов снова бросить вызов этому измерению. Я намеревался добраться до Восьмого уровня, где, как я полагал, находился сейчас мой отец. Соответственно, для начала нужно было перейти на Пятый уровень или даже прямо на Шестой.

В соседней комнате меня ждал сюрприз. К тому времени у меня выработалась привычка сначала заглядывать внутрь и разведывать обстановку, а уже потом входить. Вот и сейчас – хорошо, что я сразу не шагнул. Потому что, едва заглянув, я в ужасе отшатнулся, задержал дыхание и прижался спиной к стене у дверного проёма. В конце пустого кабинета у огромной стальной двери стояли двое солдат в пуленепробиваемых жилетах, шлемах и с полуавтоматическими винтовками в руках. На груди у каждого красовалась табличка «Большая Исследовательская Группа». По сути, я мог бы выдохнуть с облегчением. Эта группа была настроена вполне дружелюбно к попаданцам, даже помогала им. Но мне они навряд ли стали бы помогать, поскольку почти наверняка сотрудничали с фондом «А-Синк». Стоило ли рисковать? Они ведь могли бы поддержать меня в моих поисках. Или же схватить и передать представителям фонда, как это уже пытались сделать полицейские в Реальности.

Я трижды вдохнул и выдохнул, прежде чем принял решение – развернуться и свалить подальше. Риск, что меня арестуют, был слишком высок. Согласно вики-сайту, недалеко от аванпоста располагались проходы на следующие уровни. Мне повезло – я наткнулся на противопожарную дверь с чёрно-жёлтой окантовкой. Открыл её, и – ничего. Сплошная чернота, никакие предметы внутри не угадывались. Это был Шестой уровень.

Я поправил снаряжение и сделал шаг вперёд. Тут же весь свет пропал, будто я внезапно ослеп. Фонарик, смартфон, рюкзак. Я их нащупал, но так и не увидел. При этом ни дисплей смартфона, ни фонарик не работали. А может быть, дело обстояло ровно наоборот и на этом уровне выходили из строя не приборы, а человеческие органы зрения. Или это глупая физика Закулисья не допускала здесь энергии фотонов.

Я попытался хоть как-то сориентироваться. Справа была гладкая стена. Ни тёплая, ни холодная. И ровная-ровная. Пластик это, что ли? Материал вроде ничем не пах. Воздух был комнатной температуры, особого запаха не имел. Ветер здесь не дул. Я двинулся вперёд, ощупывая правой рукой стену перед собой. В ушах очень громким эхом отдавались мои собственные шаги, шелест материала, которого я касался, и плеск воды в бутылке. А перед глазами уже танцевали серо-чёрные полосы и красные звёздочки. Причём не имело значения, шёл ли я с зажмуренными глазами или с открытыми. Мозг пытался осознать ситуацию.

Вскоре проход изогнулся под тупым углом, и я нащупал поворот стены. Первый. К сожалению, было непонятно, далеко ли ещё до выхода. Если вики-сайт не ошибался, я в какой-то момент должен был услышать шум волн и найти лестницу, ведущую вниз. Она бы привела меня на следующий уровень.

Со скуки я начал считать шаги, по-прежнему следуя вдоль то и дело изгибающейся стены. Я дошёл уже до трёхтысячного, когда в нос мне ударил сладковатый железистый запах. Неужели кровь? И под ногами что-то чавкало. У меня тут же участился пульс, и я остановился, пытаясь сориентироваться. Что же теперь делать? Идти дальше, похоже, было крайне нежелательно. Чавкающей жидкости на полу касаться не хотелось. Лучше всего, пожалуй, вернуться чуть назад, дойти до противоположной стены и уже вдоль неё двигаться к выходу с этого уровня. Лишь бы подальше от этого места.

Я осторожно развернулся и побежал назад. Я бежал до тех пор, пока не перестал ощущать тот странный запах. Так-то лучше. Теперь к противоположной стене. Если, конечно, это был коридор. Вдруг я стоял у стены гигантского зала или на краю бездонной пропасти? На лучшее надейся, а готовься к худшему. На этом уровне многие попаданцы пропали без вести.

Интересно, правду ли говорил тот безликий, что меня встретил? Эмилия и мама действительно были здесь, в Закулисье? Они тоже проходили через эту непроглядную тьму? Нет, глупости какие… Моя младшая сестра в свои двенадцать жутко боится заходить в неосвещённую комнату. Хотя, может, тот безликий блефовал? Просто решил проучить меня за мои дерзкие слова? Хотелось бы на это надеяться.

Я снова глубоко вдохнул. Прижался спиной к стене и зашагал чётко перпендикулярно ей. Правда, поскольку ориентироваться было не на что, я понимал, что рано или поздно пойду по дуге, это было неизбежно. Оставалось лишь надеяться, что я всё же находился в узком коридоре, а не в зале или на утёсе.

Я осторожно вытянул вперёд руки. Теперь совсем как зомби, подумалось мне. Сделал маленький шажок, ощупывая почву впереди, затем другой – и так потихоньку вперёд. Пока никакой пропасти. Но осторожность всё равно лишней не бывает. Я прошёл уже шагов двадцать и начал сомневаться. Как-то слишком широко для обычного коридора. Может, я уже иду по дуге? Но тут кончики пальцев коснулись стены. Ну наконец-то!

– Да! – с облегчением выкрикнул я, и эхо улетело в темноту. Снова, держась за стену, я двинулся вперёд. Теоретически отбежал я не так уж далеко. Но после нескольких поворотов мне начало казаться, что я уже совсем в другой части лабиринта. До сих пор ни шума моря, ни лестницы. Было сложно сказать, сколько прошло времени. Я снова начал считать шаги. Помогало это лишь условно. По крайней мере, пока у меня достаточно припасов, проблем физического плана не возникнет. Но чернота вокруг очень удручала. Снова и снова я думал о маме и об Эмилии.

Возможно ли, что они были одержимы, а я этого даже не заметил? Сущности из чужого измерения никогда бы не смогли идеально сымитировать их личности. В этом я был уверен. Не появилось ли в их поведении что-то из ряда вон в последнее время? Они были очень близки между собой, меня же рядом обычно не было. Ну вот во время завтрака, например? Эмилия в последнее время объедалась «Нутеллой». Мама пила только одну кружку кофе вместо привычных двух. Что ещё? Разговоры и рассказы о работе и школе? По оценкам моя сестра сильно скатилась. Так, ну ладно, у всех бывают сложности. В целом не ощущалось, что что-то в них резко изменилось. Если безликие действительно захватили их тела, они были чертовски хорошими актёрами.

Кончики моих пальцев скользнули по бугорку на стене. Он был… мягким.

И тёплым.

А ещё волосатым.

Записка 2025–291, Кнут Шмидт

– Кнут… Здесь чертовски много пауков, – прошептал стоявший рядом Риан, в то время как из темноты выползало всё больше волосатых тел. – Что нам делать?

Меня бросало то в жар, то в холод. Я с трудом сморгнул с глаз обжигающие капли пота. Против этих тварей шансов у нас не было. В любую секунду кто-то из них мог накинуться на нас и впрыснуть смертельный яд.

– Будем прыгать. Я первый. Ты за мной. Старайся держаться ближе к среднему тросу.

– Но…

Что он там дальше говорил, я не расслышал, фокусируя взгляд на канате. Не отводя взгляда, я поднял с пола свою страховочную систему и медленно убрал оружие в кобуру. Гигантские пауки будто только этого и ждали, потому что в тот же миг одновременно бросились вперёд. А я как раз оттолкнулся от края, вытянул руки вперёд и полетел вниз в бесконечную черноту. Когда трос оказался в пределах досягаемости, я схватил его правой рукой. Есть! Я крепко вцепился в трос толщиной в большой палец свободной рукой. Мне приходилось удерживать собственный вес на одной руке, и к тому же я успел набрать приличную скорость, поэтому, когда я резко ухватился за трос, плечо чуть не вылетело из сустава.

– Аргх! Проклятие! – взвыл я. На глаза наворачивались слёзы. Я качался на одной руке, но канат не выпускал. Наверху послышались глухие удары и какие-то квакающие звуки.

Я с трудом перехватил трос другой рукой, в которой держал альпинистское снаряжение, и закрепил обвязку на нужном месте с помощью карабина. Держась обеими руками за ремни, я поднял голову, чтобы оценить ситуацию наверху. Проход в шахту, находящийся на высоте трёх метров от меня, заполонили пещерные пауки. Риан висел, цепляясь за край отверстия одной рукой и крича от страха. В другой руке он сжимал катану и пытался с её помощью удерживать адских тварей на расстоянии. Продержится ещё пару секунд, не дольше, подумалось мне.

– Ри-и-а-ан! – крикнул я. – Отпускай! Я тебя перехвачу.

С этими словами я немного ослабил предохранитель спускового устройства и, соответственно, начал набирать скорость и скользить по тросу вниз. Хотелось надеяться, что он всё же меня услышал. В худшем случае Риану всё равно пришлось бы разжать пальцы, потому что сил у него оставалось явно немного. В следующий миг он с криком сорвался вниз. О чёрт! Я рывком метнулся в сторону, чтобы он не задел меня. За счёт спускового устройства, делавшего моё падение контролируемым, я скользил вниз гораздо медленнее Риана, поэтому он чуть было не пронёсся мимо меня прямо в бездну, но в последний момент успел вытянуть руку и ухватиться за ремень страховочной системы. От этого мощного толчка мы оба закрутились волчком (ни дать ни взять фигуристка на льду!) и понеслись вниз. Я на ощупь схватил рычаг предохранителя спускового устройства и затормозил наше не совсем контролируемое падение. Ещё пару секунд мы продолжали вертеться вокруг каната, но, по крайней мере, мы больше не падали. Меня уже начало подташнивать, голова кружилась, плечи горели, но я смог прекратить и это дикое вращение.

– Вот чёрт! – первое, что смог внятно произнести мой напарник. Мы болтались на канате, как мешки с картошкой.

– Продержишься ещё? – прохрипел я, пытаясь оценить обстановку.

– Да, но недолго. – По голосу было ясно, что он был так же вымотан, как и я сам.

Силы медленно покидали меня, руки сводило судорогой. Шахта была тускло освещена за счёт светящегося мха. Примерно в трёх метрах под нами я разглядел чёрное пятно в стене – проход в рудниковую шахту.

Вдруг трос сильно тряхнуло.

– Что за?.. – пробормотал Риан.

Мы медленно подняли глаза вверх. Оттуда к нам медленно приближалась мрачная чёрная тень, движения её были угловатые. Паук, похоже, цеплялся лапами за стены шахты. Времени у нас было не так много, меньше минуты.

– Что теперь? В ближайшую шахту? – спросил Риан.

– Ты считал? Это тринадцатая?

– Понятия не имею.

Я быстро прикинул, сколько примерно мы летели вниз. Сто метров обычно пролетаешь секунд за пять. А как долго падали мы? Явно дольше, но, с другой стороны, я постоянно немного притормаживал.

– Далеко нам всё равно не уйти, – решил я. – Давай тогда в эту шахту.

Мы съехали ещё чуть ниже, а кабель по-прежнему сотрясался – враг не отставал. Уже можно было различить отдельные детали огромного волосатого тела. Время истекало.

– На счёт три нужно посильнее раскачаться, чтобы запрыгнуть в штольню, – распорядился я. – Ты первый. Раз. Два. Три.

Мы раскачались. Как только вход оказался в пределах досягаемости, Риан прыгнул и приземлился точно в туннеле, только камни под подошвами скрипнули, когда он, удерживая равновесие, подался немного вперёд. Я же снова раскачался и, едва оказавшись у входа в штольню, сделал длинный шаг, не прыгая. При этом я не выпускал и своё снаряжение. А оно тянуло меня вниз, в бездну, вместе с тяжёлым тросом.

– Риан! – Я завис над шахтой. Он скорее схватил меня за куртку и втащил внутрь.

– Почему ты его не отпускаешь? – удивился он.

– Дай сюда свой рюкзак, – потребовал я вместо ответа.

– Эм… Да, вот он. Но…

Ничего дальше не объясняя, я взял его тяжёлый рюкзак и повесил на альпинистское снаряжение. Осторожно ослабил предохранитель, и вещи Риана скользнули вниз на дно шахты.

– Эй, ты что! Спятил или как?! – Он ошарашенно уставился на меня.

– Нам нужно оставить приманку для тварей сверху. А сейчас давай-ка убираться отсюда.

С этими словами я развернулся и двинулся вперёд в штольню, а он остался стоять, шокированный и недоумевающий. Но вскоре он нагнал меня и включил свой фонарик.

– И что это, чёрт возьми, за выходки такие? Почему было не взять свой рюкзак?

– Потому что я точно знаю, что в моём рюкзаке.

– О, великолепно. А мне что теперь делать прикажешь?

– Держись рядом. Зубочистку свою ты, как видно, тоже обронил, – этим я намекал, что его катана тоже в какой-то момент упала на дно шахты, и не по моей вине.

* * *

Уловка с рюкзаком-приманкой, похоже, удалась. По крайней мере, мы бродили по тёмной штольне уже пару минут, и никто нас не атаковал. В том, что туннель выбит в скалах искусственно, не было никаких сомнений. Пахло сыростью и затхлостью, но воздух при этом был комнатной температуры. Будь мы в Реальности, я бы сказал, что мы близко к земной коре. А вот в Закулисье… Чёрт его знает. Оставалось только надеяться, что тут нет ядовитых газов или азота. А то исследование могло бы закончиться быстро и безболезненно, так, что мы и сами бы не заметили, как погибли.

– А что именно мне искать? На что обращать внимание? – спросил Риан после паузы.

– Мы ищем алмаз. Точнее, огромный минерал. «А-Синк» заявлял, что именно с его помощью безликие управляли своим лучом, который переправлял их сущности в Реальность.

– Хм… Этот алмаз вряд ли будет просто лежать где-то на видном месте, даже если символ на твоей карте обозначает именно его.

– Вот и я так думаю. Я, честно говоря, сам не знаю. Полагаю, мы поймём, что нашли то, что нужно, как только…

– Что?

– Тш-ш-ш! – шикнул я. Вдалеке послышался стук металла о камни. Чёткий, ритмичный.

Тук – тук-тук – тук – тук-тук…

– Как будто кто-то гвозди в скалу забивает, – прошептал Риан.

– Тихо. Кажется, там ещё что-то.

Затаив дыхание, я прислушался. Второй звук смешался с размеренным ритмом так, что сразу его и не расслышишь. Так слышится бит в качественно сделанной «атмосферной» песне – скорее на подсознательном уровне. Эти негромкие щелчки я сразу узнал; по телу тут же пробежали мурашки.

– Пауки, – прошептал я едва слышно, напряжённо вглядываясь в темноту. Волосатые твари могли выползти в любой момент. – Очень много. И совсем близко.

– Приехали. И что теперь? – Риан вытаращил глаза.

– Беги.

– Что?

– БЕГИ БЫСТРЕЕ, ЧЁРТ ТЕБЯ ДЕРИ! – рявкнул я, срываясь с места.

Скорость сейчас была решающим фактором. Я бросился в глубь шахты, в том направлении, откуда доносилось ритмичное постукивание металла. Позади слышались поспешные шаги Риана и его учащённое дыхание. Если звуки приближения гигантских пауков станут громче, будет уже поздно. На следующем повороте виднелось желтоватое пятно света, исходящее откуда-то справа. Я на мгновение затормозил и заглянул за угол. В слабом свете палаточного фонаря двое безликих тяжёлыми молотками вбивали в скалу длинные металлические штыри. Должно быть, добывали руду или ещё какие полезные ископаемые. Их лодыжки были скованы короткими цепями.

Вот он, наш шанс.

– Эй! – я проворно подскочил к рудокопам. Они тут же повернули в мою сторону свои обтянутые кожей и перепачканные пылью головы. Жестами я описал проблему: «Пауки. Сзади. Близко». – Скорее, Риан. Не останавливайся! – Не дожидаясь ответной реакции, я помчался вниз по штольне, которую обрабатывали попавшиеся нам безликие.

– А мы что же, не поможем им? – воскликнул он, стараясь не отставать.

– Это они нам помогут.

– И как?

Позади в это время послышался стук металла, упавшего на каменный пол. За ним последовали грохот, треск дерева и отчётливое чавканье.

– Пауки атакуют их, а нас не тронут, – пояснил я неопытному новобранцу.

Мимо нас пробежали ещё несколько рудокопов-безликих, у всех ноги были скованы цепями. У нас уже не было времени предупреждать их об опасности. Я очень ждал той встречи, которая вот-вот должна была последовать, – и боялся её.

В коридоре перед нами появился человек – темноволосый, крепко сложенный охранник в камуфляжной форме с серыми пятнами, вооружённый дубинкой и пистолетом. Он услышал, что мы приближаемся, и сейчас направлял оружие мне в голову.

– А ну стоять! Ни шагу дальше! – коротко скомандовал он.

Я затормозил, чуть не споткнувшись. Пульс участился.

– Там пауки. Целое стадо! Нужно скорее убираться отсюда.

– Голову мне дурить вздумали? Ну-ка, живо на землю!

– Что?! Нет! Они уже скоро будут здесь, нет времени спорить!

– На землю! Сейчас же!

Зараза. Ну и что теперь делать? Если я послушаю этого недоумка, пауки схватят нас, а не послушаю – схлопочу пулю между глаз. Позади меня звенели цепи. По всей штольне отчётливо разносились щелчки, рык и потрескивание, издаваемые восьмилапыми тварями. Солдат недоумённо посмотрел за мою спину, не понимая, что это за шум. Вроде и отвлёкся совсем немного, но мне хватило и этой секунды. Развернувшись боком, я врезал плечом ему в грудь и оттолкнул в сторону руку с пистолетом. Тем не менее выстрел грянул. В следующий миг Риан вскрикнул от боли. Охранник повалился на каменный пол. Пистолет вылетел у него из руки и скользнул по полу.

Я быстро оглянулся:

– Риан, ты в порядке?

– Нет, – его лицо было перекошено от боли, руками он зажимал рану на бедре. – Но медлить нельзя. Уходим, уходим!

Он похромал в мою сторону. Вот чёрт. Бежать он точно уже не мог. И как раз в этот момент в коридоре позади нас появилась огромная восьмилапая тень.

Записка 21

Если знаешь о смертельной опасности, она не становится менее смертельной.

Оттого мне и непонятно, почему многие люди продолжают искать проход в Закулисье.

Но мне и самому не оставалось ничего другого, кроме как снова посмотреть опасности в лицо.

Я вздрогнул от ужаса, с воплем отдёрнул руку от волосатого нечто и в панике бросился прочь в противоположном направлении. Воображение уже рисовало огромных тарантулов, полчищами ползающих по стенам.

– Стой! Стой! Да стой же! Не беги, пожалуйста! – послышался за спиной хриплый мужской голос.

Я остановился в смятении. От быстрого бега пульс участился, плюс я ещё не отошёл от шока. Человек? Что ж, почему бы нет. Не только же я брожу тут в кромешной темноте.

– Эм… Здрассьте, – выдавил я. Голос мой дрожал.

– О, какая радость. Наконец-то встретил человека. – Ощупывая рукой стену, я медленно двинулся обратно на звук голоса. – Не убегай, я тебя не обижу.

Стоит ли ему доверять? А вдруг у него нож, и он только и ждёт, когда же к нему подойдёт безобидный путник вроде меня? Небось всё лезвие уже в крови… Но какой у меня был выбор? Пожалуй, буду держаться на некотором расстоянии. Хуже не будет.

– Ты там ещё? – спросил незнакомец, поскольку я так ничего и не ответил.

– Да-да, извини. Просто удивился. Не ожидал наткнуться на человека, такого же, как я.

– А, не извиняйся. Я, кстати, Карлсон, Большая Исследовательская Группа. Вот возвращался с задания к своим на аванпост, но, к несчастью, пропустил поворот и теперь заблудился.

– А я Марк Шмидт. Приятно познакомиться.

– Как, тот самый Марк Шмидт? Сын Кнута? – удивился мой собеседник. – Это ведь ты лазер безликих уничтожил. Мы думали, ты не выжил.

Тут мне стало не по себе. Меня что, всё Закулисье теперь знает? Да и отец, похоже, тоже местная знаменитость.

– Эм… Ну да.

– Ого! Круто. Слушай… А можно я запишу твой рассказ? Опиши во всех подробностях, что там было с машиной. Пожалуйста! Я и представить не мог, что у меня появится такая возможность.

Хорошо, что было темно, иначе Карлсон сразу бы заметил, что к моим щекам прилила кровь. Интервью? Со мной? Я же не звезда!

– Ну ладно. Раз так нужно, – ответил я. – Но, честно говоря, я ищу дорогу на Седьмой уровень и немного тороплюсь. Мой отец сейчас на Восьмом, ему нужна помощь.

– О, вот как. Хорошо, – Карлсон почесал руку. – Давай тогда так: ты мне вкратце расскажешь о своих приключениях, а я тебе расскажу, где находится выход на следующий уровень и как туда безопасно добраться. Согласен?

На том и порешили. Следующие несколько минут я пересказывал ему события, развернувшиеся у машины безликих, и в конце объяснил, как можно вернуться к аванпосту. Он же взамен рассказал, как мне быстрее добраться до моей цели, и поделился парочкой простых хитростей. Держаться нужно было правой стены, но лишь до тех пор, пока не достигнешь резкого поворота. В этом месте нужно было дойти до противоположной стороны прохода и придерживаться уже левой стены. Вскоре повеет свежим морским воздухом. Звучало довольно просто и выполнимо. Мы распрощались и пошли каждый своей дорогой.

Через два часа я достиг очередного поворота, и в нос мне ударил солёный морской воздух. Начало лестницы! И одновременно – конец бесконечным блужданиям по этим бесконечным коридорам. Скоро я выберусь.

Я спустился примерно на сто ступеней, и в глаза мне ударил резкий свет. Тут же я отчётливо услышал плеск – похоже, я шагнул прямо в воду. Несмотря на то, что я был очень рад, что больше не приходится бродить в кромешной темноте как слепому, я на минуту задержался на месте. Спокойно стоял и ждал, пока глаза перестанут слезиться и привыкнут к миру, наполненному светом. Постепенно взгляд прояснился, и боль отступила. Размытые цветные точки превратились в пустые деревянные полки, четыре лёгких кухонных стула, пластиковый столик и потёртый жёлтый диван. На полу небольшой комнаты лежал коврик. Он был таким же влажным, как на Нулевом уровне. Но здесь вдобавок приятно пахло морем и водорослями.

– Так, отлично, – громко сказал я в пустую комнату, пытаясь создать видимость нормальности. – Вот я и на Седьмом уровне. Это точка – вернее, целая комната – перехода на него.

Как действовать дальше, я, в общем и целом, знал, поскольку дома досконально изучил вики-статьи об этом уровне.

На другой стороне комнаты обнаружилась коричневая дверь. На прочной деревянной полке стеллажа, стоявшего напротив неё и, по всей видимости, надёжно привинченного к стене или полу, были завязаны узлами буквально тысячи верёвок. Да и с каждой его вертикальной стойки свисало множество канатов, тросов, проводов, бечёвок и даже связанных между собой рваных простыней. Свободного места практически не было. По спине у меня пробежали мурашки – все эти верёвки были обрезаны или оборваны и заканчивались в центре комнаты.

Такого на вики точно не было. Однако вывод был очевиден: все путники на этом самом месте завязывали спасительную верёвку – я и сам планировал поступить точно так же. Но потом кто-то перерезал эти верёвки, тем самым блокируя путь назад. Кто-то или же что-то.

Я осторожно приблизился к коричневой двери и медленно её открыл. В лицо мне подул прохладный бриз. Меня затошнило, мозг просто отказывался сопоставлять то, что я увидел, с той комнатой, в которой я находился. У меня сильно закружилась голова, и я опёрся рукой о стену, чтобы не упасть.

На расстоянии примерно пяти метров простиралась, а вернее, возвышалась, ибо располагалась она абсолютно вертикально, рябящая поверхность бесконечного иссиня-чёрного моря. Один шаг – и я рухну лицом в воду из-за изменившегося направления действия силы тяжести. Без каната или верёвочной лестницы в комнату я уже не вернусь. Об этом рассказывали вики-сайты.

Собственно, назад мне было и не нужно. Я хотел добраться до Восьмого уровня, где, как я полагал, находился сейчас мой отец. Тем не менее путь туда через этот океан был крайне опасен. Поэтому тот факт, что чисто теоретически в комнату можно было бы вернуться, меня бы очень успокоил. Только, похоже, кто-то очень не хотел, чтобы попаданцы сюда возвращались.

Я закрыл дверь. Сердце так и колотилось. Постоял. Привязал к полке свою верёвку, которую нашёл на Четвёртом уровне. Завязал на ней толстый узел. Через полметра новый, ещё через полметра – ещё один. Это помогло бы мне вскарабкаться вверх, если в воде что-то пойдёт не так. Хотя, конечно, я очень сомневался, что смогу влезть на высоту пятиметровой вышки – если верёвку не обрежут раньше.

Я подкрепился порцией «Королевского пайка», выпил миндальной воды, после чего расправил плечи и снова открыл дверь. Рюкзак со снаряжением я оставил в комнате, плыть с ним было бы значительно тяжелее. Казалось, верёвка сама собой разматывалась передо мной горизонтально, пока не коснулась мрачных волн. Я подумывал о том, чтобы слезть по ней, но откинул эту мысль. Прыгнуть в воду с высоты пяти метров не казалось сверхсложной задачей.

Я глубоко вдохнул и прыгнул с порога вперёд. Сила тяжести, меняющая направление своего воздействия на девяносто градусов, чуть не разорвала меня на части. Я-то планировал элегантно спрыгнуть, всё рассчитал… Да вот, как видно, не всё. Теперь я просто падал, падал, падал, вертясь волчком. Я закричал, ударившись виском о воду, оказавшуюся твёрдой как камень, и в следующий момент понял, что мне больше нечем дышать. То и дело на меня накатывали ледяные потоки. В рот постоянно заливалась солёная вода, её было так много, что я просто не мог кричать. Я уже не понимал, где верх, где низ, барахтался в панике, стараясь подавить кашель, глотая воду и тщетно ища, за что бы можно было зацепиться.

В какой-то момент я вынырнул, закашлялся, начал отплёвываться. Воздух! Наконец-то. Я постепенно успокаивался. Лицо просто горело, правая половина тела сильно болела от жёсткого удара, но в остальном всё как будто было в порядке, ничего серьёзного. Верёвка как ни в чём не бывало покачивалась на волнах. Я посмотрел вверх – дверь комнаты по-прежнему была открыта. Казалось, будто она приклеена к матово-белому потолку. А вокруг ни солнца, ни островов, ни берегов, ни кораблей. Передо мной простиралось холодное, неподвижное, мёртвое море.

Оставалось лишь надеяться, что сайт не ошибался насчёт того, что до следующего выхода можно добраться вплавь, – а вот расстояние до этого самого выхода пусть лучше окажется ошибкой. Иначе через пару минут всё будет кончено. И моя миссия по спасению отца, и моя жизнь.

* * *

Я вдохнул ещё и ещё. Воздуха с таким содержанием кислорода, как здесь, согласно статье, должно было хватить по меньшей мере на полчаса. Я на это очень рассчитывал. Ну, последний вдох. Через миг я медленно погрузился в ледяную воду, быстро оценил обстановку и нырнул вглубь. В бездну.

Так как очков для дайвинга у меня, разумеется, не было, я различал под водой только размытый синий и зелёный. Давление постепенно повышалось. Темнее при этом, что удивительно, не становилось. Я погружался всё глубже и глубже. Насколько именно глубоко, оценить было невозможно. Но в любом случае глубже, гораздо глубже, чем когда-либо нырял я или какой-нибудь аквалангист. И чем дальше, тем труднее становилось плыть. Кислорода мне пока хватало. Но сколько это продлится, я сам не знал.

Ниже, ниже… Свет постепенно угасал. Холод впивался в кожу. Все мышцы болели, хотя я дважды в неделю ходил в секцию по плаванию и никогда там себя не жалел. Но, увы, понять, что я у цели, я мог лишь тогда, когда она окажется в пределах досягаемости, – если вообще окажется. Без снаряжения невозможно было определить ни глубину, ни направление. Уверенности в том, что рано или поздно я чего-то достигну, придавал только тот факт, что в этом измерении всегда рано или поздно столкнёшься с каким-нибудь монстром или угодишь в какую-нибудь ловушку.

Из темноты вдруг выплыл нечёткий силуэт. На миг я испуганно замер. Силуэт не двигался. Ни ко мне, ни куда бы то ни было. Я подплыл ближе. Вроде похоже на человека. Я ощупал тонкие веточки, опутанные скользкими водорослями. Нет, какие веточки – кости! Это был скелет!.. Я тут же отдёрнул руку. Даже рот невольно приоткрыл, из-за чего выпустил несколько пузырьков. Да он тут не один! В мутной воде рядом со мной и ниже можно было различить около десятка неподвижных тел. Казалось, они парили…

Я вдруг понял, что тоже замер на месте, не поднимаюсь, но и не опускаюсь. Как будто в вакуум попал. Что ж, это объясняло, почему эти тела тут болтались. Но вот причина их смерти по-прежнему была непонятна. Кислород закончился? Но у меня его пока хватало. Значит, дело не в этом.

Похоже, это была так называемая «Сумеречная зона». Вики-сайт советовал покинуть её как можно скорее. После небольшого отдыха я снова поплыл вглубь. Пока я двигался в направлении своей цели, мне попалось ещё немало скелетов.

Темнота сгущалась, это было прямо ощутимо, свет в эти водные слои почти не проникал. Подводное кладбище осталось позади. Тут я снова краем глаза уловил движение. Какая-то мрачная тень промелькнула быстро, точно акула. Вот только в этом океане рыбы не водились… Воображение у меня, что ли, разыгралось? В «Полуночной зоне», до которой я добрался, было не так много света, но, точно так же, как это бывало на других плохо освещённых уровнях Закулисья, мои чувства сыграли со мной злую шутку. Кроме того, я почувствовал нарастающее давление в лёгких, что означало, что скоро мне понадобится воздух. Успею ли я всплыть отсюда, чтобы вдохнуть, сказать было сложно.

И вот опять! На сей раз тень, точно крупная хищная рыбина, пронеслась подо мной. Нет, не игра воображения. А жаль. Судя по всему, это был Крошка. Подводный охотник, несущий смерть, о котором было написано в нескольких вики-статьях. Прежде чем плыть дальше, я вытащил нож, висевший у меня на ремне. Вряд ли, конечно, у меня был хотя бы малейший шанс одолеть его, но выбора всё равно не оставалось. С оружием в руке я поплыл дальше.

Вскоре передо мной всплыли неровные и вытянутые чёрные очертания. Подводная гора. Моя цель. Останется лишь найти потайную пещеру, а из неё и до Восьмого уровня недалеко. По крайней мере, я на это рассчитывал.

Ещё через пару минут подо мной проплыли размытые склоны. Как же мне найти проход в пещеру? Фонарика нет, и не видно почти ничего… В любом случае сомневаться было уже поздно. Горный массив был просто огромным, давление в лёгких усилилось, кислород кончался. Время неумолимо истекало. Вернуться назад я бы уже точно не смог.

Ай! Я вдруг почувствовал жжение в левой части грудной клетки и от испуга снова невольно приоткрыл рот, тратя драгоценный кислород. В панике огляделся. Темнота, и ничего больше. Осторожно ощупал порванную рубашку. Судя по всему, на коже осталась царапина, которая наверняка кровоточила.

Что это было? Нападение? На раздумья времени не оставалось. Лёгкие готовы были взорваться от напряжения, очень хотелось вдохнуть, а вдыхать-то под водой было нечего. Где же эта проклятая пещера? Найти бы её, остальное не важно. В панике я пытался разглядеть склон где-то внизу, подо мной. Там должно было быть чёрное пятно или выступ, за который можно было бы занырнуть…

Вон же оно! За следующим выступом я увидел чёрный круг диаметром примерно в один шаг. Я скорее подплыл ближе, ощупал края прохода руками. Да, точно! Это был туннель, ведущий внутрь скалы. Бам! В полуметре от моей головы в каменные своды ударилось копьё и исчезло в глубине туннеля. Покосившись назад, я увидел похожий на человека силуэт, выплывающий из темноты. Неужели это Крошка метнул свой гарпун, но по непонятной причине промахнулся? Этого я выяснять не хотел.

Схватившись обеими руками за острый край скалы, я скользнул в узкую чёрную дыру.

Записка 2025–292, Кнут Шмидт

Массивный пещерный паук неуклюже выползал из темноты. С его клыков капала кровь убитых безликих. Полдюжины пауков размером с журнальный столик чудом протиснулись между его лапами и заспешили к нам, шаркая ножками. Сбежать было невозможно.

Но тут грянул оглушительный грохот крупнокалиберного пулемёта, и паучата поочерёдно взорвались, точно яйца в микроволновке. В скале за ними остался глубокий след от выстрела, и на нас посыпалась каменная крошка. Жирная паучья матка съёжилась под непрекращающимся обстрелом. Тем не менее держалась она стойко, в отличие от своих деток. Но всё же через некоторое время и она сочла за лучшее ретироваться.

Позади послышались ликующие вопли, а затем прозвучали слова, которые я так ненавидел: «Хороший монстр – мёртвый монстр!» Девиз военной группировки, безжалостно убивающей существ Закулисья.

Я оглянулся и увидел огромный квадроцикл с утыканными шипами шинами высотой примерно по колено. В центре был установлен пулемёт, из которого сейчас поднимался дымок. Пещера наполнялась едким запахом пороха и горелой шерсти. За квадроциклом следовало ещё пять хорошо экипированных солдат. Ни у кого из них не было знаков отличия, указывающих на их воинское звание, да и вообще принадлежность к Большой Исследовательской Группе. Ко мне шагнул широкоплечий боец:

– Так-так… Кто это тут у нас? Парочка воров, решивших прикарманить наш алмаз?

Я решил выбирать слова осторожно и медленно поднялся:

– Вовсе нет. Мы биологи. Пауки гоняли нас по коридорам, и сюда мы попали случайно.

– Ага. А что же вы искали в этих заброшенных коридорах? Паучье дерьмо? – Он недобро рассмеялся, и его товарищи подхватили этот смех.

Игнорируя его насмешку, я серьёзно ответил:

– Разумеется, нет. Мы только-только прибыли и сейчас собираемся на аванпост Одиннадцатого уровня, там нам дадут дальнейшие указания.

– О, как практично, – заметил командир. – Но доказать это вы, конечно же, не можете.

Он махнул сослуживцам:

– Тщательно обыскать! Найдёте хоть песчинку алмазной пыли – расстрелять на месте.

Через пару минут унизительная процедура досмотра была завершена, и мы снова оделись. Долговязый солдат передал своему командиру сложенную карту, которую нашёл в нагрудном кармане моей куртки. Вот чёрт, я и забыл о ней.

– Ну надо же… Судя по всему, задание у вас вполне чёткое. Ты так не считаешь? – он холодно улыбнулся. – Связать! Пусть генерал решает, что делать с этими балбесами.

Я рванулся вперёд, двинул локтем ему в живот и вытащил пистолет из кобуры, висевшей у него на боку. Прежде чем он мог успеть меня перехватить, я перекатился, выпрямился и направил снятое с предохранителя оружие ему в голову.

«Мне плевать, что вы там себе надумали! Сейчас есть дела поважнее, а именно спасение моей семьи и всего человечества», – вслух я этого, разумеется, не сказал.

– Давай, Риан. Мы уходим.

Мы медленно отступали в боковую штольню. Солдаты молча следовали за нами, держа наготове винтовки, но никто не стрелял. Командир косился на меня с ненавистью. Нет, в этой жизни мы уже точно не подружимся.

Как только мы свернули за угол, я крикнул:

– Вперёд, вперёд! Беги!

– Они же всё равно побегут за нами. У нас нет шансов! – заметил Риан на бегу.

– У нас нет. А вот у меня – да.

Алмаз Сердца мне уже точно не добыть. Всё, что мне было нужно в сложившихся обстоятельствах, – это найти точку переброски в Реальность. Если ищешь что-то конкретное, оно само тебе откроется – это я знал по опыту. И точно – моя рука скользнула по боковому своду скалы.

– Прости, Риан, увидимся в следующей жизни.

– Стой, ты не можешь просто взять и…

Не слушая его, я прыгнул сквозь стену, которая на первый взгляд казалась сплошной. Но лишь на первый.

* * *

Я приземлился на влажный кирпичный пол. В сумеречном свете, падавшем сквозь крошечное зарешеченное окошечко под самым потолком, летала пыль, и можно было разглядеть очертания ржавого отопительного котла, какие обычно использовались в старинных пузатых паровозах.

Казалось бы, типичное Закулисье, но на самом деле это помещение находилось в Реальности. Много лет, возвращаясь с очередной миссии в параллельном измерении, я попадал именно сюда, в подвал под психиатрической клиникой в городе Нойсе, где на самом деле располагалась база биологов. Люди, обладавшие таким же даром перемещения, обычно отправлялись в Закулисье именно отсюда. К счастью, по возвращении всегда оказываешься недалеко от места изначальной переброски. По какой именно причине я раз за разом оказывался именно в этих ветхих помещениях, где в позапрошлом столетии действительно находилась клиника неврозов, объяснить никто не мог. Впрочем, более подходящего места для переброски было не найти.

Я скорее подошёл к противоположной стене, где был установлен современный планшет (такие были здесь, внизу, во всех комнатах), и разблокировал его при помощи отпечатка пальца.

– Вот чёрт!.. – невольно выругался я, когда увидел, какое сегодня число.

В Закулисье я провёл гораздо больше времени, чем изначально предполагал. Марк наверняка переживает. Надеюсь, парнишка не наделал глупостей. Он бы сразу понял, что во время миссии что-то явно пошло не так. Лже-Николь и лже-Эмилия начали бы притворяться, что очень переживают за меня. Хотя на деле безликие, занявшие их тела, были бы на седьмом небе от счастья. Пропал без вести? Вот пусть так и остаётся подольше.

Когда мой гнев несколько поутих, я нажал кнопку для внутренней связи, чтобы поговорить с моим шефом Доксом.

«В настоящий момент доктор Миндер не в Сети», – высветилось на экране планшета.

Жаль, я бы с радостью обсудил с ним, что мне делать дальше. Но раз он, судя по всему, куда-то отлучился, значит, и я спокойно могу ехать домой. Я нажал на зелёную кнопку, чтобы разблокировать электронный замок на двери. Привычного жужжания не последовало. Тяжёлая металлическая дверь не поддавалась, как я ни старался её толкнуть.

Что это ещё такое? На планшете всплыло уведомление: «Замок деактивирован».

Деактивирован? Это ещё что значит? Он ведь всегда либо заблокирован, либо разблокирован. Я начал нервничать и попытался связаться со службой поддержки. Но: «В настоящий момент центр безопасности не в Сети».

Вот это уже крайне странно. Центр поддержки был на связи круглосуточно, поскольку нельзя было предугадать, кто и когда вернётся сюда. Все другие контакты во внутренней телефонной книге тоже были не в Сети. Это походило на какой-то технический сбой либо намеренную поломку. Видимо, кто-то очень не хотел, чтобы я отсюда выходил.

Что именно за этим стояло? Может, хакерская атака? Допустим. А связано ли всё это с текущей миссией? Алмаз Сердца был очень важен для фонда «А-Синк», но точной причины я не знал, только надеялся, что с его помощью получится спасти моих родных и остальных несчастных, застрявших в Закулисье. Но, даже если бы я нашёл камень, зачем запирать меня тут? Этого я не понимал.

Хорошо, что мне делать сейчас? Ждать, пытаться выбраться или возвращаться в параллельное измерение? Я подумал о Марке. Выбор был очевиден: надо выбираться. Надо предупредить сына, что со мной всё в порядке, – вот что сейчас самое главное. А то ведь он мог решить отправиться в Закулисье меня искать. До окна было не добраться, к тому же на нём была решётка. Бывшую шахту для транспортировки угля давно замуровали. В углах лежали старые ящики, какое-то тряпьё, металлические трубки и прочий хлам. Больше в этой котельной ничего не было.

Оставался разве что котёл. Раньше его растапливали углём. К нему была подключена насосная установка, которая заканчивалась в соседней комнате. Мог ли я пролезть через этот металлический резервуар? Ну вот сейчас и выясним.

Твёрдыми шагами я направился к котлу и включил фонарик. Чугунная дверца котла, располагавшаяся на уровне бедра, со скрипом открылась. За ней, в передней части котла, всё было чёрным от копоти. Пахло остывшим пеплом и плесенью. Хотелось надеяться, что внутри не скопились газы. Чтобы протиснуться внутрь, пришлось встать на четвереньки и ползти по скользкой саже.

А позади заслонки находилось тесное пространство, разместиться в котором можно было только согнувшись. Камера сгорания. И сотни трубок. Раньше именно через эти отверстия выходил горячий воздух, который нагревал воду. Прямо над моей головой поднималась и терялась в темноте широкая труба дымохода. Другого выхода, вроде люка для техобслуживания или чего-то подобного, отсюда не было.

– Где он? – вдруг услышал я приглушённый мужской голос. Кто-то вошёл в котельную. Кто-то искал меня.

– Понятия не имею, две минуты назад камера наблюдения засекла его, – ответила какая-то женщина и громко спросила: – Господин Шмидт? Вы здесь?

Эти двое наверняка были вооружены, а я не планировал попадать в настоящую камеру. Значит, обнаружить меня ни в коем случае не должны. Я скорее забрался в перепачканный сажей дымоход, прижался спиной к его стенке. Со стороны я, наверное, был похож на гусеницу. Жутко неудобно было прижиматься коленями к противоположной стенке тумбы, но, к счастью, долго так сидеть не пришлось. Послышался скрип: это кто-то из вошедших открыл заслонку в камеру сгорания и заглянул внутрь.

– Здесь его нет! – крикнула женщина вслед своему спутнику, который, похоже, уже уходил из комнаты.

О, как ты неправа. Я резко выпрямил ноги и с силой ударил её в затылок. Через миг она стукнулась головой о железный пол камеры подо мной. Отлично, первая готова.

– Ханнелоре? Всё в порядке? Господин Шмидт, вы там? Мы пришли помочь вам, – послышался другой голос.

Да-да, конечно. Я поспешно ощупал карманы лежавшей без сознания женщины. Пистолета при ней не оказалось, но зато был электрошокер. Значит, она всё-таки из службы поддержки? Да какая уже разница. Её тело лежало так, что невозможно было подобраться к заслонке. Не сразу, но мне удалось её вытолкнуть. Всё это время её напарник спрашивал, всё ли у неё в порядке. Если он намеревался подобраться ко мне, ему бы в любом случае пришлось подойти ближе. Либо он мог сначала вызвать подкрепление. Серьёзными противниками этих двоих назвать было нельзя.

Как только голова женщины оказалась вне пределов камеры, я лёг на грязный пол и затаился, а потом, прицелившись, направил разряд электрошокера в грудь охраннику в синей униформе. Через тонкие провода вырвалось около пятидесяти тысяч вольт. Охранник задёргался в конвульсиях и рухнул на пол. Я поспешно вылез, снял с его пояса стяжки и связал его ими, пока он ещё был парализован. То же самое я проделал с его напарницей. Вскоре охранник пришёл в себя.

– Эй! Что такое? Господин Шмидт! Говорю же: мы пришли помочь вам. Произошёл сбой.

– Сбой, говорите? Давайте-ка мы кое-что проверим, – сухо сказал я.

К сожалению, ключ-карты ни у кого из этих двоих при себе не оказалось. Тогда я шагнул к его напарнице, перекинул её через плечо и потащил к планшету у двери. С трудом надавил её большим пальцем на монитор. Вот так неожиданность – планшет разблокировался, все системы работают нормально. Нажал чужой рукой на зелёную кнопку, и снова моя теория подтвердилась: дверь с лёгким жужжанием распахнулась.

– Надо же, всё работает. Похоже, только у меня проблемы с доступом в систему.

– Нет. Господин Шмидт, пожалуйста, подождите. Вы не так всё поняли.

– Вот пусть Докс мне лично всё и объяснит.

Я шагнул в тёмный коридор – и в тот же момент упал, точно марионетка, которой перерезали нитки, дёргаясь, будто в эпилептическом припадке.

Записка 22

Надежда – плохой советчик в Закулисье.

Сам не знаю, почему я вечно совершаю отчаянные и необдуманные поступки.

Может, такова человеческая натура.

Я весь дрожал. Лёгкие могли взорваться в любую минуту. Я нуждался в отдыхе, но отдыхать сейчас было никак нельзя. Двигаться дальше по изогнутому коридору вглубь горного массива стоило мне огромных усилий. Было темно, лишь через каждые пару метров поблёскивали на потолке светящиеся мхи. Если через пару секунд я не доберусь до точки переброски на Восьмой уровень, всё будет кончено. Плевать, что меня преследует Крошка с грозным копьём. Дальше, дальше. Ещё рывок. И ещё. Перед глазами уже мелькали молнии и красные хвостатые точки, из-за чего я почти ничего не видел.

Ай! Коленом я налетел на острый выступ. Было так больно, что я в очередной раз невольно приоткрыл рот, куда тут же хлынула солёная вода. Всё, воздух закончился. В панике я случайно втянул в себя смертоносную жидкость.

Я закашлялся, захрипел и выплюнул воду. Выплюнул?! Воздух! Я жадно вдыхал спасительный кислород, по сути, лишь для того, чтобы наконец откашляться. Это длилось, кажется, целую вечность, но вот я выплюнул последние капли, смешавшиеся с желчью, и вдохнул чистый, успокаивающий воздух. Только сейчас я смог снова ясно мыслить и осознавать, что происходит. А происходило что-то совсем удивительное. Почему я до сих пор был жив и откуда взялся живительный воздух?

Надо мной простирался скалистый свод, на котором блестели синие и зелёные мхи. Мягкие волны с плеском ударялись о стены, отражаясь от них гулким эхом. Грот посреди горы. Позади меня под водой угадывался чёрный туннель, из которого я вылетел буквально в последний миг. Пошатываясь, я направился к скале. Сухой земли тут нигде не было, весь купол заполняла морская вода. Других выходов тоже не наблюдалось.

Послышались шум и бульканье, и я оглянулся. Из воды поднималось туловище чёрного человекоподобного существа. Я испуганно отпрянул к стене. Вместо рук у него были лапы с когтями как у рептилий, и в одной из них существо сжимало копьё. Глаза светились бирюзовым, он смотрел точно в мою сторону. Спину покрывала рыбья чешуя, а на голове белел рыбий череп, заменявший ему шлем. Точно шаман, одетый в шкуру медведя, подумалось мне.

«Что ты здесь ищешь, презренный?» – прозвучал у меня в голове негромкий голос Крошки.

– А я… Так… Мимо проходил.

«Точно. Мимо проходил и мне в лапы угодил».

– Отчего же я до сих пор жив?

«Ты, похоже, очень спешишь. Прыгаешь неподготовленным в воду без снаряжения. Почему?»

– Я должен спасти своего отца. У него большие неприятности. Дорога каждая минута, – ответил я честно.

«Да… Все так говорят. И ты не исключение».

Прижавшись спиной к стене, я осторожно ощупывал камни за собой. Может, мне повезёт и я найду точку переброски.

– Похоже, ты заранее знал ответ.

«Он мне кое-что должен».

– Кто?

«Отец твой, кто же ещё».

– Ты знаешь его?

«О да. Ты пахнешь так же мерзко, как он. Вы другие, ни с кем не спутать».

– А что он тебе должен?

Я двигался вдоль скалистой стены бочком, точно краб, и уже обошёл так половину грота, но пока безуспешно. Чем дольше я буду забалтывать Крошку, тем лучше.

«Лучше сам у него спроси».

Прекрасно, просто прекрасно. А не подскажете, где тут выход?

– Спросил бы с превеликим удовольствием.

«И не смейте здесь появляться, пока не искупите вашу вину».

– Нашу? А я-то что… – И вдруг я полетел спиной вперёд сквозь, казалось бы, сплошную стену.

* * *

С громким плеском я упал на спину в неглубокий водоёмчик и снова сплюнул воду. Вокруг по-прежнему царил полумрак. От поверхности холодного прудика исходило нежно-бирюзовое свечение, а вокруг него из земли вырастали длинные каменные наросты. Ну прямо лес какой-то. Как же такие штуки называются? Этого я вспомнить так и не смог. Похоже, меня перебросило на Восьмой уровень, куда я и намеревался попасть. Пока я поднимался и пытался по максимуму отжать промокшую одежду, я всё думал, о какой вине моего отца говорил Крошка. Впрочем, это могло подождать, сперва нужно было найти его.

Этот уровень был исследован едва ли не лучше всех других. Здесь должно было быть много аванпостов, а ещё именно тут находился город Каврагост. После недолгих поисков я нашёл своеобразный указатель. На одном из желтоватых скалистых наростов был небрежно вырезан череп с буквой «К».

Медленно, чтобы не привлекать внимание гончих или существ пострашнее, я двинулся вперёд сквозь наполовину обломанные каменные наросты. Когда глаза немного привыкли к темноте, я смог разглядеть в слабом свечении мхов на потолке, что где располагалось. Фонарик, к сожалению, больше не работал – не выдержал давления во время моего глубокого заплыва. Я был практически безоружен, при мне остался лишь армейский нож. Не самые лучшие исходные данные, скажете вы, но бывало и похуже, уж поверьте. Ладно, чуть-чуть похуже.

Почему, интересно, большинство уровней Закулисья такие тёмные? Если это наш мозг пытается на свой лад интерпретировать всё, что мы видим в этом чужом измерении, – неужели же тут не могло быть хотя бы немного светлее?

Послышалось негромкое бормотание. Очередная галлюцинация, как на многих других уровнях. Я остановился, затаив дыхание, и прислушался. Человеческие голоса, сомнений не было. И они приближались. Я поспешно отступил вглубь каменного леса и притих.

– Давайте просто пойдём к ближайшему аванпосту Большой Исследовательской Группы и всё проясним, – донесся до меня чей-то жалобный голос.

– Да заткнись ты наконец. Босс сказал, пусть всё решает генерал. Поэтому сейчас идём в город.

– Отлично, просто отлично. Мы неделями будем к нему идти.

– Вовсе не обязательно. Мы знаем, где можно срезать путь.

Говорили они достаточно громко, даже фонарики включили. Нападения монстров путники, похоже, не слишком боялись. Вскоре я смог разглядеть говоривших. Их было трое: двое вооружённых солдат и один худощавый пленный с завязанными за спиной руками. Его нога была перевязана, он сильно хромал. Судя по всему, он, как и мой отец, работал на «А-Синк». А шли они из Каврагоста. Это явно не было случайностью. Если кто и мог мне помочь, то только этот человек!

Отряд молча прошёл мимо меня. У солдат при себе было тяжёлое оружие, которое они немедленно применили бы, если бы на них напали здешние твари. Или если бы их подслушивал кто-то плохо вооружённый. Прежде чем они окончательно скрылись из виду, я тихо последовал за ними, ориентируясь на отблески фонариков. Они даже не пытались идти скрытно и незаметно, так что вряд ли услышали бы меня.

Через полчаса я снова вышел к светящемуся прудику. И вот тут возникла проблема. Куда могли пойти эти трое? В грот, где обитал Крошка? Нет, едва ли. Они собирались добраться до Одиннадцатого уровня, где располагался Бесконечный город. Большая Исследовательская Группа обычно помогала попаданцам. Должна была быть какая-то подсказка, вроде той, что я видел вблизи Каврагоста. Я наспех осматривал влажные каменные наросты. Если отряд уйдёт далеко, я его уже не догоню.

Ага! У самого края прудика в стене была выщерблена почти стёршаяся стрелка, а над ней были выбиты буквы «Б Г» – «Бесконечный город». Я скорее последовал в указанном направлении и примерно через сотню шагов свернул в мрачную штольню. На потолке блестел светящийся мох, чёрные стены коридора были покрыты влагой, пахло затхлостью. Не ошибся ли я? Указатели больше не попадались. Коридор уходил куда-то вниз. Было тихо, только вода изредка капала. Если другие идут где-то впереди, разве я не должен сейчас их слышать?

За следующим поворотом я увидел бесформенную скалистую породу в два человеческих роста, свисавшую с потолка. На ощупь она оказалась гладкой, полная противоположность шероховатым стенкам коридора. До сих пор в штольне не попадались камни, и вдруг это… Оно действительно то, чем кажется? Я был уверен, что это не так, достаточно было вспомнить, какие мерзкие твари могут обитать тут и поджидать случайных путников. Нет, рисковать не стоило. Я осторожно попятился назад. Старался двигаться бесшумно, отойти как можно дальше от… чем бы это ни было. Пожалуй, это было вполне разумно.

Но вот я случайно споткнулся о камень, который со стуком покатился по земле. У меня даже в ушах зазвенело от этого грохота, хотя, казалось бы, не такой уж большой был этот камушек… А эхо по-прежнему отражалось от стен и как будто становилось всё громче и громче. Одновременно с этим, точно в замедленной съёмке, нарост на потолке начал вытягиваться. Постепенно он превратился в бесформенное тело с четырьмя длинными, изогнутыми, как у паука, конечностями. Только вот у паука на лапках вроде как не бывает когтей. О чёрт! Это же краулер-камуфляжник, местный пещерный краб. Он, похоже, понял, откуда доносился шум, потревоживший его, и теперь медленно поворачивался ко мне. Вот раскрылись его чёрные, размером с кулак, глаза, расположенные по бокам головы, и уставились прямо на меня. Я лихорадочно вспоминал, какие у этого монстра слабости и как от него можно сбежать. Шум! Глаза у него, конечно, огромные, но он слеп и реагирует только на громкие звуки. Чуть дыша, я медленно – очень медленно – присел и поискал, что можно было бы бросить, чтобы его отвлечь. Краулер, похоже, что-то почуял, потому что продолжал двигаться ко мне, пусть нетвёрдо и пошатываясь. Я ни на что не надеялся, не строил иллюзий, он в любом случае в несколько раз быстрее меня. Наконец-то. Я нащупал на земле подходящий обломок. А паукообразное существо было уже метрах в пяти от меня, и его толстое тело простиралось примерно на уровне моей груди. Я не решался встать.

Камень нашёл, теперь вопрос – куда его кидать? Лучше всего, конечно, за спину этой твари, чтобы я мог убежать в противоположном направлении. Однако в таком положении было проблематично как следует размахнуться. Краб мог услышать, как шуршит моя одежда. Значит, придётся кидать в сторону от себя, а потом постараться поскорее проскочить как можно дальше в коридор.

Я напряг руку, подтянул её ближе к телу. Швырнул камень, точно с катапульты, и, затаив дыхание, ожидал его приземления. Когда он стукнулся о пол штольни, сверху снова послышался громкий треск. Монстр тут же дёрнулся на звук и, скрежеща когтями, пробежал мимо меня. Ну, теперь вперёд, не терять время даром!

Стараясь не шуметь, я выпрямился и, широко шагая, заспешил вперёд, дальше в штольню. Далеко мой снаряд вряд ли улетел. Монстр наверняка быстро поймёт, что его одурачили. Очень быстро. Скрежет когтей приближался, он почти поравнялся со мной. Я подобрал ещё три камня и один за другим швырнул их себе за спину в том же направлении, что и первый. После чего взял ноги в руки и бросился наутёк. Хотелось всё-таки надеяться, что он провозится с камнями достаточно долго, чтобы я успел уйти подальше, а потом спокойно переждал опасность.

Уловка всё же не удалась. Слух у этого существа был тонкий. Да мне и самому казалось, что я сильно шаркаю, громко шуршу одеждой, а дышу, как старый паровоз. И вот я услышал, как краулер снова приближается ко мне. Что же делать – остановиться или бежать дальше? Бежать – и надеяться, что мне попадётся развилка или ниша. Я быстро оглянулся, чтобы прикинуть, какие у меня шансы. Из темноты уже вырисовывалось паукообразное тело. Оставались считаные секунды. Ага, там! Тёмное пятно в левой стене, похоже, проход. Вот оно, моё спасение.

Собрав последние силы, я бросился вперёд.

И врезался во что-то мягкое.

Записка 23

Удача приходит и уходит.

Только вот ко мне она пока даже не заглядывала.

Шершавая ладонь зажала мне рот, заглушая крик. Краулер проковылял мимо ниши. А потом прямо надо мной прогремел залп из скорострельной винтовки, и мои барабанные перепонки чуть не взорвались от этого оглушительного грохота. В свете вспышек от выстрелов существо вдруг развернулось и прыгнуло на меня, выглядя при этом скорее разъярённым, чем раненым. Оно распахнуло свою огромную пасть с частыми острыми зубами, готовое разорвать всё, до чего только дотянется. Но в этот же момент что-то снова выстрелило с громким отчётливым хлопком. Тварь дико заверещала, и её тело лопнуло, точно перезрелая дыня в микроволновке. На меня посыпались обломки её панциря, выплеснулось немного зелёной слизи, а дымящиеся обрубки лапок разлетелись в разные стороны. В нос ударил отвратительный запах экскрементов и гнили.

– Какая ж мерзость. Без этого совсем никак нельзя было? – проворчал низкий мужской голос над моей головой.

– Простите, босс, – ответил более высокий голос, – всё этот мелкий засранец, это он привлёк внимание краулера.

Кто-то грубо потянул меня за руку, приводя в вертикальное положение, и посветил мне в лицо фонариком. Причём фонарик этот был гораздо мощнее, чем мой собственный.

– И кто тут у нас? – спросил низкий голос. Я заслонил глаза ладонью, чтобы свет так не слепил.

– Я Марк Шмидт. Вы наверняка знаете, кто я такой. – Тут я не смог сдержать иронии. В Закулисье, кажется, все знали обо мне, причём знали даже больше, чем я сам.

– Хм… Ну разумеется, знаем. Это же ты вывел из строя лазер и положил начало поискам. Это тебя мы должны благодарить за то, что уже несколько дней мотаемся по этим убогим рудникам.

– Поискам?.. – недоумённо переспросил я.

– Шевелись давай! – перебил меня мужчина. – Довольно трепаться. Ты ведь с радостью прогуляешься с нами к генералу, не правда ли?

Он опустил фонарь и напряжённо посмотрел на меня. Это был крепко сложённый солдат с каштановой окладистой бородой. Рядом стоял его долговязый напарник с гораздо менее ухоженной бородкой. Чуть в стороне от них стоял рыжеволосый агент «А-Синка». Руки у него по-прежнему были связаны. Он вдруг посмотрел мне прямо в глаза и едва заметно кивнул.

– О, ну конечно, – пробормотал я нерешительно. – Я как-никак знаю её.

Мы тщательно вымылись от грязи и слизи и зашагали дальше вниз по тёмной штольне. Я, честно говоря, был даже рад, что теперь не один.

* * *

Мы часами бродили по хитросплетениям этих катакомб. Мои ноги отяжелели, точно были налиты свинцом. Мне начало казаться, что, возможно, штольни были созданы искусственно или их вырыл какой-нибудь гигантский червь. На развилках мы находили едва заметные маркировки, которые подсказывали, куда идти дальше. На мои расспросы о том, что они ищут и почему рыжеволосый связан, солдаты отвечали односложно и добавляли, мол, вот придём к генералу, и она всё объяснит. Но между делом я разузнал имена своих новых спутников: крупного звали Уильям, долговязого – Джейкоб, а пленника – Риан. С того момента, как я примкнул к их отряду, он не проронил ни слова, только косился на меня то и дело, будто изучал.

– Стоп! Привал. Полпути прошли, – объявил Уильям, кивая на глубокую нишу сбоку от коридора. – Поспите часиков шесть. Советую без глупостей, мы с Джейкобом поочерёдно будем караулить.

Судя по сваленным в кучу пустым и рваным упаковкам, которые тут лежали, на привал тут останавливались многие путники до нас. Даже в Закулисье мусорили, засоряли окружающую среду. Мы съели по порции «Королевского пайка» и выпили по паре глотков миндальной воды. У всех троих в рюкзаках оказались тонкие изоляционные маты, которые мы тут же раскатали на каменном полу и устроились на них. Несмотря на то что обстановка была крайне напряжённой, я заснул почти моментально.

Однако спустя всего пару мгновений меня разбудил какой-то стук. Я с трудом открыл слипшиеся веки. Неужели уже прошло шесть часов? В свете мхов на потолке я увидел лежащего рядом Риана. Он показывал на солдат. Уильям крепко спал, дремал и Джейкоб, устроившись на корточках и опершись на свою винтовку, хотя сейчас была его очередь караулить.

– Это наш шанс, – прошептал Риан едва слышно. У него был выраженный ирландский акцент. – Развяжи меня.

Стоило ли выполнять его просьбу? Я полагал, что солдаты связали его не просто так, и потому колебался.

– Я знаю твоего отца, – добавил он также шёпотом, – и могу сказать, где он сейчас. Но позже. Сейчас давай сматываться!

Это признание побудило меня к решительным действиям. Я медленно сел. Солдаты, к счастью, не забрали у меня мой нож. Я склонился над Рианом и осторожно перерезал стяжки. Сердце при этом так и колотилось. Если сейчас солдаты что-то заметят, остаток пути я тоже пройду со связанными за спиной руками.

Риан бесшумно выпрямился и жестом попросил отдать ему моё оружие. Я снова нерешительно на него посмотрел. Неужели он задумал зарезать солдат, пока они спят? Но, несмотря на нехорошее предчувствие, я всё же сделал, как он просил. Он медленно шагнул к Уильяму и стукнул его в висок рукоятью ножа. Я вздохнул с облегчением. Не хладнокровное убийство, уже хорошо. Джейкоб что-то неразборчиво пробормотал во сне. Рыжий приложил палец к губам, подкрался к долговязому солдату и вдруг резко обхватил рукой его шею.

– Чт… кххх! – Джейкоб извивался и тщетно пытался освободиться. Его глаза чуть ли не из орбит вылезали. Сопротивление продолжалось недолго, и вскоре он затих. Риан положил его тело на землю.

– Ты не волнуйся, они просто спят. – Он начал обыскивать свою жертву. – Присоединяйся. Бери, что тебе нужно из снаряжения.

Но так как я не сдвинулся с места, он добавил:

– До цели не так далеко. Они и без снаряжения справятся. Давай, поторопись. Если у нас не будет преимущества, они будут наступать на пятки.

Когда я всё же последовал его примеру и наспех накидал в рюкзак всё более или менее необходимое, мне вдруг пришло в голову не самое приятное соображение:

– А их сослуживцы не будут потом искать нас, чтобы отомстить? Ты же как-никак двоих солдат вырубил. В отрядах, убивающих монстров, служат ребята жёсткие, безжалостные и крайне злопамятные.

– Может, и будут. Но я рассчитываю оказаться очень далеко отсюда, пока они разберутся, что к чему. Уходим!

Мы бросились прочь от места привала, унося с собой рюкзаки со снаряжением и оружие. Через некоторое время Риан сбавил скорость и пошёл быстрым шагом.

– Ты хотел рассказать, где мой отец, – напомнил я.

– Да-да. Полагаю, он вернулся домой.

– Домой?

– Прошёл сквозь стену прямо на моих глазах, а меня бросил с этими идиотами. Я не смог последовать за ним, точка переброски в моём случае не сработала, видимо, потому, что супер-ДНК у меня нет. Так что, полагаю, он сейчас в Реальности, гуляет, не тужит.

– Что?! – я так и замер. Неужели он не шутил? – Что же выходит – я зря жизнью тут рисковал?

Он пожал плечами.

– Ну, не знаю. Мне, в общем, приятно находиться в твоей компании.

Я медленно осознавал происходящее. В целом всё понятно: отец переместился в Нойс, на базу биологов, потому что оттуда он отправился на задание. Но там теперь балом правила странная докторша, и вообще с «А-Синком» было что-то нечисто. Если отец ничего не знал об этом диком заговоре, то его ожидали серьёзные неприятности. А если ему удалось без проблем вернуться в нашу реальность, значит, и я смогу это сделать.

– Слушай, Риан, а ты знаешь, что за задание поручили моему отцу? – спросил я на ходу. – Я прочитал о каком-то Алмазе Сердца. Что имеется в виду?

Он помедлил.

– Задание как раз и заключалось в том, чтобы найти этот алмаз, и я помогал твоему отцу. Правда, безуспешно. Судя по всему, Алмаз ищут и солдаты Гонзалес. Они даже безликих поработили для этого.

– Серьёзно? Но что в нём такого особенного? Я думал, они хотят очистить Закулисье от монстров.

– Если б я знал. Может, монстров с его помощью можно убивать? Не знаю. – Он помедлил, явно подыскивая слова. – «А-Синк» задумал что-то очень странное. Я получил задание с самого верха, но тоже не знаю, зачем им понадобился этот минерал.

– С самого верха?

– То бишь от Ивана Бека. Это вице-президент фонда.

– Не слышал о таком. Ну, и что всё это значит?

– А значит это, что сейчас для них нет ничего важнее этого самого Алмаза. Это первостепенная цель. И они в буквальном смысле перевернут небеса и преисподнюю, чтобы заполучить этот камень.

– Может, и солдат тоже они наняли? – предположил я.

– Исключено. С ними крайне сложно договориться.

– Ладно… Мне в любом случае нужно назад, в Реальность. Там творятся очень странные вещи, по крайней мере, на базе биологов сейчас полнейший кавардак. Какая-то дамочка подсидела их прежнего лидера Докса, и я боюсь, что отец вляпается в неприятности.

– Не стоит недооценивать «А-Синк». – Тут он остановился. – У них связи в высших кругах правительства. В одиночку ты с ними не справишься, это бессмысленно.

Что ж, у меня не было причин ему не верить или спорить с ним. Достаточно было вспомнить, как на меня в Реальности натравили полицию.

– Да, но какой-то способ ведь должен быть? Что толку здесь оставаться?

– Толк всё же есть.

– Что, прости?

– Давай вместе поищем Алмаз Сердца. Если найдём, полагаю, вице-президент сразу же уладит дело с твоим отцом.

Как-то слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– И как же нам двоим найти редкий минерал, который до сих пор не нашли «А-Синк» и солдаты с бригадой шахтёров? – с сомнением спросил я.

– Ну что ж… Солдаты могут искать этот Алмаз по одной-единственной причине. Как говорят, он способен убивать сущности Закулисья. Я знаю только одного эксперта в этой области, который сумеет нам помочь. Ну а ты, – он ткнул меня пальцем в грудь, – ты единственный, кто может забрать Алмаз в Реальность.

– Забрать? Должен тебя огорчить, но, даже если мне самому удастся вернуться в Реальность без особых проблем, из Закулисья с собой взять я всё равно ничего не смогу.

– Разберёмся на месте. Добраться бы до него для начала. И давай-ка поскорее – а то наши друзья-солдатики скоро очнутся и бросятся в погоню.

В этом я не сомневался – до сих пор мне крайне не везло.

– Согласен, я в деле. Давай найдём этот проклятый Алмаз и придумаем, как помочь моему отцу.

Мы дали друг другу пять.

Записка 2025–293, Кнут Шмидт

Меня разбудил яркий свет, бьющий прямо в глаза. Во рту чувствовался странный привкус, что-то очень мягкое, будто бы плесень. Пахло чем-то кисловатым, гудели неисправные неоновые лампы, точь-в-точь как обычно бывало на Нулевом уровне. Я начал вспоминать, что случилось. За дверью из подвала пряталась ещё одна девушка из охраны, которая ударила меня шокером, а потом вколола мне в шею шприц, скорее всего, с каким-то наркотиком.

А что у меня с руками? Они были связаны за спиной, я не мог ими пошевелить. Лёжа на боку, я с трудом разлепил глаза: мягкий пол, но без коврового покрытия; бежевый гимнастический коврик с какими-то пятнами. Я поморгал и увидел, что стены были обиты таким же материалом.

Мягкая камера?! Серьёзно?.. Я с трудом сел. Да, на меня надели самую настоящую смирительную рубашку и узлом завязали за спиной её длинные рукава. Комната была пуста, за исключением обшарпанной двери, жужжащей неоновой лампы на потолке и камеры видеонаблюдения.

Действие наркотика постепенно заканчивалось, а мысли медленно прояснялись. К чему это всё? Судя по всему, меня пытались запугать. Но кто? Явно не биологи. «А-Синк»? Здесь, в Нойсе? Хотя, ладно, может, я уже и не в Нойсе, может, меня приволокли в какое-то другое место. Не важно. Я полагал, что рано или поздно явится кто-то, кто захочет поговорить со мной. Нужно было только подождать.

Прошло несколько часов. Плечи болели от напряжения, я весь вспотел, и меня мучила жажда. Должен признать, пытка была очень даже эффективная. Как долго они планировали её продолжать? Долго я бы так, разумеется, не выдержал.

Послышался негромкий щелчок. В двери на уровне глаз открылась щель. Наконец-то…

– Отойдите к дальней стене, – послышался глубокий мужской голос.

Я решил выполнить указание. Мало ли что. Дверь открылась. Вошёл крупный лысый тип и встал у входа, скрестив на груди руки. Он смотрел куда-то за мою спину, будто избегая встречаться со мной взглядом. Неужели? Да ведь я знаю этого парня: его зовут Юрген. Он работал в службе поддержки, но нередко исполнял и роль санитара, когда биологам приходилось притворяться сотрудниками психиатрической клиники – ведь многие люди приходили сюда в том числе и за консультацией. На пороге появилась миниатюрная, коротко стриженная брюнетка во врачебном халате.

– Здравствуйте, господин Шмидт. Как себя чувствуете? – дружелюбно обратилась она ко мне.

– Вы это всерьёз сейчас? – прохрипел я. – Что это за спектакль?

– Вынужденная мера, для вашей же безопасности. В последнее время вас было очень трудно успокоить. Прошло уже три недели с момента, как вы к нам поступили, и я только сейчас могу спокойно с вами говорить.

– Хватит чушь молоть. Где доктор Миндер?

– Я перед вами. Доктор Джулия Миндер.

– Ага. А теперь давайте всё же начистоту.

– Господин Шмидт. У вас посттравматическое стрессовое расстройство. Внедрение в службу внешней разведки в Москве обернулось для вас катастрофой.

– О чём вы?

– Вас накачивали наркотиками, жестоко избивали и пытали. Всю вашу команду убили на ваших глазах. Вас направили к нам, чтобы мы проработали эту травму.

– И для этого вам была необходима смирительная рубашка из музея?

– Нет, повторяю: это лишь вынужденная мера, чтобы защитить вас от самого себя. Как только вам станет лучше, мы продолжим разговор в моём кабинете. – Она повернулась к санитару: – Принесите ему воды, пожалуйста, и проверьте узлы и ремни на рубашке.

Похоже, она искренне верила во всё, что говорила. Можно ли было хоть на секунду допустить, что в её словах есть хотя бы доля правды?

Лысый шагнул ко мне, поднёс к губам бутылку воды. Я сделал несколько глотков. До чего ж унизительно. Затем он зашёл мне за спину проверить ремни. Но что это? Вместо того, чтобы затянуть ремень туже, санитар, похоже, ослабил его.

– Всё в порядке, доктор, – коротко отчитался он. Лицо его оставалось непроницаемым. – Не извольте беспокоиться, я послежу за ним по камерам в свою смену.

После этого странная парочка удалилась.

Я вздохнул с облегчением. Ведь на миг докторше всё же удалось заставить меня усомниться в том, что происходит. Ненадолго, но тем не менее… Последнее, что сказал Юрген, охранник в форме санитара, насчёт следующей смены и камер слежения, было излишним и однозначно предназначалось мне.

Как выбраться из смирительной рубашки? Хоть рукава и были сейчас ослаблены, но руки-то по-прежнему перекрещены и связаны за спиной. У фокусников подобные трюки обычно получаются за считаные секунды. Интересно, в чём их секрет? У них поддельные куртки или они себе плечевые суставы выворачивают? Я, если честно, понятия не имел.

Что я мог сделать в таком положении, с перекрещенными руками? Можно было, наверное, постараться ещё больше ослабить узел. Например, если поднять правый локоть… ай-ай… и попробовать просунуть голову. Сустав опасно хрустнул, и я не на шутку испугался, что так могу сломать себе шею. Да, надо было чаще йогой заниматься.

Через несколько минут мне удалось осуществить задуманное! Тяжело переводя дыхание, я оценил обстановку. Чего я добился? Обе руки в общем-то свободно двигались, но по-прежнему были связаны. Следующий шаг. Один из ремней я, пожалуй, мог подтянуть через плечо, нужно только зацепить зубами… Что я, собственно, и попытался сделать. Прочный, зараза. Я уже даже засомневался, что этот жёсткий материал поддастся прежде, чем я зубы себе сломаю. С уголка губ капала слюна, пару раз я чуть не упустил полоску кожи, но у меня всё же получилось вытащить ремешок из застёжки. Во рту ощущался привкус старой кожи и железа, меня затошнило. Нет, не сдаваться, ещё рывок и – да! Обе руки свободно двигались даже в длинных рукавах, оставшиеся ремни я расстёгивал прямо через ткань, она не то чтобы сильно мешала. Вскоре я стянул через голову тяжёлую рубашку. Наконец-то!

Потирая плечи, я огляделся. Окон в комнате не было, а дверь, как я убедился, была заперта. Может, Юрген и хотел мне помочь, но при этом опасался испортить отношения с новым начальством. Вполне возможно, что они даже угрожали ему – «А-Синк» обычно не церемонился с инакомыслящими. Просто так мне отсюда явно не выбраться. Что же в таком случае делать? Ждать. Рано или поздно дверь откроется, должны же мне, наверное, принести ещё воды или даже полноценный ужин. И если Юрген по-прежнему будет сидеть в комнате наблюдения перед монитором, у меня будет преимущество в виде элемента неожиданности. Через два часа за дверью послышались шаги. Щель снова приоткрылась, и подозрительно знакомый голос попросил меня отойти к задней стене. Для вида я накинул смирительную рубашку и послушно отступил назад.

Только-только щёлкнул замок и кто-то начал открывать дверь снаружи, а я уже сбросил рубашку, рванулся вперёд и толкнул плечом уже приоткрытую дверь. Раздался крик, грохот, кажется, что-то пластиковое упало на бетонный пол. Миссия была выполнена успешно. Человек за дверью не сразу оправился от удивления. Им оказался полный охранник, к его голубой униформе прилипла вермишель и овощи из супа, который этот тип, судя по всему, нёс мне. Я нокаутировал его сухим ударом. Точно мешок с картошкой, он повалился на пол, в лужу разлитого супа. Пока я связывал охранника его же собственными стяжками, я вдруг понял, почему его голос показался мне знакомым. Это ведь на него я напал в котельной. Нет, мы точно не подружимся.

Связав охранника, я забрал у него электрошокер. Теперь нужно было срочно выяснить, что за игра тут велась. Особенно я беспокоился за Марка. Без моей помощи он бы не справился с «А-Синком», а они, в свою очередь, могли использовать его, чтобы шантажировать меня. Это притом, что я и сам ещё толком не понимал, чего они от меня хотят и чего добиваются этой нелепой игрой.

Я быстро огляделся. Коридор с кирпичными стенами, из которого тянуло чем-то затхлым, был мне знаком. Это было старое подвальное помещение бывшей психиатрической больницы города Нойса. Почему, интересно, они не заперли меня в современном здании, которым регулярно пользовались? Ведь отсюда я легко мог вернуться в Закулисье. Правда, это ни к чему бы не привело. Я тряхнул головой и огляделся в поисках выхода. У покрытой заклёпками двери висел сенсорный дисплей. Судя по всему, я мог открыть её только электронной картой. Я обыскал лежащего без сознания охранника. На сей раз удача была на моей стороне – в его кармане обнаружилась ключ-карта. Секунда – и дверь распахнулась, сопровождаемая характерным жужжанием.

Выщербленная бетонная лестница вела на первый этаж. Я очутился в заброшенном офисном коридоре с белыми стенами, на которых не висело ни картин, ни чего бы то ни было. На полу же лежал тёмно-серый коврик. Что теперь? Центр безопасности находился в конце этого коридора. Я надеялся, что Юрген мне объяснит, что тут творится. Кроме того, он наверняка уже увидел по камерам наблюдения, что я сбежал. Я быстро добрался до нужной двери и вставил в щель ключ-карту. Дверь с писком открылась. В комнате было темно. На офисном стуле перед десятками мониторов спиной ко мне сидел человек.

– Юрген? – осторожно позвал я.

Стул со скрипом повернулся.

– Кнут, дружище. Ох, что же ты делаешь? – тихо проговорил Юрген, опираясь на свои локти. – Меня ж за такое поджарят…

– Что тут происходит? Почему та барышня утверждала, что она доктор Миндер? Где Докс, где все?

– Не знаю. Честное слово, не знаю. Она объявилась тут три дня назад в компании четырёх незнакомых типов. Утверждала, что она преемница Докса и новый руководитель нашей клиники. У неё был доступ ко всем системам, и её данные были уже внесены в базу. – Он пожал плечами.

– А почему она своим именем не представляется?

– Так уж повелось, что руководитель этого учреждения всегда доктор Миндер. Не важно, как его или её зовут на самом деле.

– Хм… Странно. А я вот не знал предшественника Докса. Хотя он наверняка был. Вице-президента «А-Синка», насколько я помню, зовут Иван Бек. Может, это тоже кодовое имя, а не реальное. Позывной, который передаётся от предшественника к преемнику.

Мы немного помолчали.

– Ну, а что с настоящим Доксом? – спросил я.

– Не знаю. Здесь больше не появлялся и на звонки не отвечает.

– А можешь объяснить, почему меня попытались схватить сразу же после моего прибытия в Реальность и зачем было устраивать эту сцену со смирительной рубашкой?

– Психологическое давление, игры с сознанием, все дела, – предположил Юрген. – Судя по всему, они таким образом пытались вытянуть из тебя информацию об Алмазе Сердца и результатах твоей миссии в Закулисье.

– А почему бы не поступить проще и не спросить меня обо всём напрямую? Мы же в одной команде.

– Всё зависит от того, что именно ты узнал в Закулисье. Возможно, они опасались, что ты солжёшь или утаишь что-то.

– Тут не поспоришь, – согласился я. – Особенно если бы мы были не в одной команде.

– Ну так что скажешь? – Он пристально смотрел на меня.

– А что говорить?

– Что ты узнал?

Резонный на самом деле вопрос. Алмаз я не нашёл и не знал, какими свойствами он обладает и почему им так интересуется «А-Синк». Знал только, что солдаты, борющиеся с сущностями Закулисья, его тоже искали, порабощая при этом безликих. Соответственно, логично было предположить, что Алмаз был как-то связан с убийством коренных обитателей Закулисья. Их истребление было единственной целью этой секты, по-другому я эту группировку назвать не могу. Ни деньги, ни власть не имели для них значения – лишь уничтожение различных видов живых существ, не являющихся людьми.

– Кнут? – нетерпеливо окликнул меня Юрген.

– А? Что?

– Что ты узнал? – с нажимом повторил он.

О чёрт! Так вот в чём дело! А я-то почти купился. Ну, классика же: хороший коп, плохой коп. Плохим копом была докторша. А Юрген прикидывался хорошим – надеясь, что я ему всё тут же выболтаю.

Нет. Не в одной мы всё же команде. Не в одной.

Записка 24

Я уже говорил, что информации на вики-сайтах не всегда можно верить? В сложившейся ситуации было очень даже хорошо, что мы ей не поверили, но одновременно с этим и очень плохо.

Я был очень рад, что теперь у меня появилась такая хорошая компания. Риан был замечательным напарником. Мы бродили по пещерам ещё около часа, пока наконец не нашли искомый выход. Ярко-белая аварийная дверь располагалась в центре чёрной скальной стены, и возникало ощущение, что её туда кто-то для красоты прилепил. Никогда, наверное, не привыкну к подобным сюрреалистичным вещам, которые в этом измерении встречались буквально на каждом шагу.

Риан открыл дверь, и мы шагнули в пустой автомобильный туннель. Над широким четырёхполосным шоссе распространяли желтовато-оранжевое свечение старые неоновые лампы. Слева асфальт исчезал за поворотом, а справа растворялся во тьме. Здесь не было слышно ни единого звука. И выхлопными газами почему-то не пахло, только влажным бетоном.

– Это что? Куда нас забросило? – спросил я Риана. Приглушённое эхо моего голоса прозвучало в этой тишине неестественно чётко.

– Это хаб. Своеобразное место встречи для всех путешественников по Закулисью, которым нужно перебраться на какой-то конкретный уровень. Нужно лишь подобрать подходящий ключ.

Только сейчас, когда он мне на это указал, я увидел множество похожих на первый взгляд дверей вдоль обеих стен туннеля.

– Здорово. Интересно, почему мне раньше приходилось неделями бродить с солдатами с уровня на уровень, если можно было добраться до цели гораздо быстрее?

– Так ведь они хотят по дороге убить как можно больше монстров. И скажу тебе по секрету: они не очень-то ладят с исследовательской группой. Плюс входов сюда известно не так уж много.

– И куда мы или наши преследователи пойдём дальше?

– Двери на Первый и Одиннадцатый уровни открыты всегда. А теперь не будем тут задерживаться, нам ещё нужно заглянуть к исследователям.

– К Большой Исследовательской Группе?

– Да, именно. У них тут аванпост, где есть архив ключей. Без них перейти отсюда можно только на Первый и Одиннадцатый уровни. Поторопись.

– Погоди. А как их найти-то?

Он уже зашагал вперёд и вместо ответа только показал большим пальцем на бетонную стену справа от нас, где крупными буквами было выведено «Большая Исследовательская Группа» и нарисована жирная красная стрелка.

* * *

Едва мы свернули за угол, как позади, со стороны, откуда мы пришли, послышались неразборчивые голоса и ругань.

– Ох, а вот и наши друзья прибыли, – хмыкнул Риан и перешёл на бег. – Давай, Марк. Поднажми!

Я помчался за ним. Эх, надо было крепче их связать. Хотя так мы могли обречь их на мучительную смерть… О чём только думает моя голова в критической ситуации?!

– Вон, впереди! – молодой агент махнул рукой в направлении маленького прохода, который охраняли двое военных из Большой Исследовательской Группы. Заметив нас, они вскинули винтовки и направили их в нашу сторону.

– Здрассьте! За нами гонятся ненавистники местных обитателей, мы помешали им отстреливать безликих, – выпалил Риан, едва переводя дух. – Можно войти?

– Да. Давайте живо внутрь, – решительно скомандовала охранница, стоявшая справа от двери. У неё были удивительно голубые глаза. – Мы тут всё уладим.

Дважды приглашать нас не пришлось. После того, как мы прошли метров двадцать по узкому коридору за дверью, нас остановили ещё четверо военных. Мы сдали оружие на зарешеченную стойку, обитую стальными пластинами, и нас пропустили дальше.

– Похоже, мы оторвались, – заметил я, когда мы прошли пункт досмотра.

– Хм… да, возможно. Или они подкараулят нас снаружи, когда мы будем выходить. Ну да ладно. Поищем моего связного.

– Эксперта по сущностям?

– Нет, того, кто подскажет нам, где в данный момент можно найти эксперта.

Мы миновали ещё один узкий коридор и оказались в зале диаметром метров в двести с низким бетонным потолком, который поддерживали угловатые колонны. Было очень похоже на парковку, только машин не было. У стен были оборудованы рабочие места с высокими картотечными шкафами, письменными столами, стульями, деревянными ящиками и тумбочками. В дальнем углу находилось нечто вроде бара с импровизированной барной стойкой и парой столиков. А напротив него разложил свои товары бродячий торговец. У него было всё, чего только могла пожелать душа попаданца в Закулисье: от армейских ножей до блокнотов и бутылок миндальной воды. Между секциями картотеки царила оживлённая суета. Тут были и офисные сотрудники, и путешественники, и военные исследователи.

Я остановился. Столько времени мы бродили по пустым коридорам, и вдруг столько народу… Риан будто не заметил, что я отстал, и целенаправленно зашагал к одному из письменных столов, который сильно прогибался под тяжестью стопок бумаг. Когда я его догнал, ему уже как раз отвечал сидящий за столом офицер исследовательской группы. Это был неприметный седенький худощавый мужчина лет пятидесяти в очках с линзами толщиной в палец. Такие сплошь и рядом встречаются во всех немецких учреждениях.

– …Элизия? В джунглях, как обычно, где ещё ей быть? Погоди, только проверю, есть ли у меня запасной ключ к тому уровню. Ты точно уверен, что тебе туда нужно?

– У меня выбора особого нет, – вздохнув, ответил Риан.

Седовласый коротко кивнул и исчез за боковой дверью.

– Мы отправляемся в джунгли? – уточнил я.

– Ну, это, скорее, такая огромная зелёная пещера, «джунгли» слишком громко сказано. Триста двадцать третий уровень: Земля Хищников, – последовал ответ.

Мне это ни о чём не говорило. И как-то не очень хотелось туда идти, если честно.

– Значит, джунгли, полные свирепых хищных зверей?

– Да, можно и так сказать. Элизия в этом деле собаку съела, лучше её в сущностях и монстрах Закулисья никто не разбирается. А в джунглях их полно, так что можно практиковаться сколько угодно. – Я судорожно сглотнул, а Риан продолжал: – Если кто и может подсказать, как убить ту или иную тварь с помощью кристалла и реально ли вообще это сделать, то только она. А если нам повезёт, она и Алмаз поможет найти.

Прежде чем я успел задать следующий вопрос, боковая дверь открылась: офицер вернулся.

– Вот, это последний от того уровня, который вам нужен, – с этими словами он положил на стол массивный чугунный ключ. – Береги его как зеницу ока. И удачи тебе, товарищ.

Товарищ? Какое странное обращение.

– Будем беречь, само собой. Спасибо большое. – Риан встал и направился к торговцу. – Эй, Марк, а ты чего ждёшь?

– Что это было? – спросил я, догоняя Риана.

– У исследовательской группы есть архив ключей для дверей снаружи. Каждым ключом можно воспользоваться только раз, потом он исчезает.

– И что, они так запросто их раздают налево и направо? Как-то странно, ведь это такая редкость. И цены ей нет.

– И да, и нет. Их миссия состоит в исследовании Закулисья и поддержке попаданцев вроде нас. Но когда я приду сюда в следующий раз, я должен буду как минимум поделиться новым знанием. Вообще ключи эти можно где угодно найти, только большинство из них хорошо спрятаны.

Что-то мне во всём этом очень не нравилось, и было трудно объяснить, что именно меня так смущало. Возможно, тот факт, что всё шло гладко, слишком гладко. Как-то нетипично для Закулисья.

– Понимаю, – медленно проговорил я. – Тогда попытаемся раздобыть какое-никакое снаряжение, а потом снова в путь?

– Да, верно. А ещё я бы пивка выпил.

* * *

Мы обменяли миндальную воду, пару порций «Королевского пайка» и перцовый баллончик на винтовки и несколько магазинов с оружейными патронами. В остальном же снаряжения, которое мы позаимствовали у охотников за монстрами, было достаточно.

Мы хорошенько отдохнули, перекусили чем-то, что по вкусу напоминало курятину, пропустили по бокалу пива и наконец снова отправились в путь. Риан, по его же собственному заявлению, раньше не бывал на уровне с джунглями, однако знал о нём удивительно много. Он, похоже, досконально изучил всё о той местности. Наверное, все агенты «А-Синк» должны были знать всё обо всех уровнях, это входило в их базовую подготовку.

Через два часа мы снова вышли в пустой автомобильный туннель. Солдат, что нас преследовали, видно не было. Хотелось надеяться, что они вернулись на свой «родной» уровень. Риан передал мне ключ.

– Вот. Чувствуешь вибрацию? Используй ключ как радар. Чем сильнее вибрация, тем ближе мы к двери, которую он должен открыть. А я пока тебя прикрою и послежу, чтобы мы в засаду не угодили.

Кусок металла в моей руке легонько подрагивал. Я начал медленно поворачивать им, описывая в воздухе полукруг в попытках сориентироваться. Действительно, похоже на радар. Наверняка в какой-то точке вибрации будут сильнее всего.

– Туда, – махнул я рукой и зашагал по пустому четырёхполосному шоссе в направлении, которое казалось мне верным. Но вскоре я остановился у глухой стены между двумя дверями. – Странно. Это должно быть здесь.

– Шоссе ведь не прямое, не стоит забывать о поворотах, изломах, горках. И, по сути, оно бесконечное, – заметил Риан. – Я это к чему: нужная дверь может находиться с другой стороны стены за следующим поворотом.

Что ж, это было логично. Мы свернули. Вибрации почему-то сильнее не становились, хотя мы прошли мимо десятка разных дверей.

– Может, одна из этих?

– Вполне возможно. Но как только ты окажешься рядом с нужной дверью, ты это сразу поймёшь.

Мы продолжали поиски, и в какой-то момент у меня возникло ощущение, что за нами кто-то идёт. Я поспешно схватил Риана за рукав и приложил к губам указательный палец. Мы остановились и прислушались. Нет, ничего. Только наше дыхание.

Тут сильная, как у смартфона, вибрация ключа заставила меня обратить внимание на дверь, перед которой мы остановились.

– Это она! – шепнул я, указывая на пепельно-жёлтую противопожарную дверь, которая абсолютно ничем не отличалась от других. – Точно она. Слева и справа вибрации ослабевают.

– Тогда вперёд, – решительно заявил Риан, на всякий случай ещё раз оглядевшись по сторонам.

Ключ свободно вошёл в замочную скважину, но вот чтобы повернуть его, мне пришлось приложить некоторые усилия. Послышался щелчок, и дверь со скрипом открылась. Прижатые до этого дверью зелёные листья, похожие на пальмовые, резко распрямились при её открытии. Весь дверной проём заполняли лианы и папоротники. Изнутри тянуло тёплым влажным воздухом, который оседал на асфальт белыми клубами.

– Ух ты… Вот это джунгли так джунгли, – восхищённо пробормотал я. Мимо моего уха с жужжанием пролетело какое-то блестящее насекомое.

– Не зевай! Давай внутрь живее, – поторопил меня Риан и чуть подтолкнул вперёд. – По-моему, за нами кто-то наблюдает.

– А как мы закроем дверь? Как всю эту зелень не прищемить?

– Нам не нужно ничего делать. Все проходы через некоторое время сами закрываются.

– Надеюсь, ты не ошибаешься.

Я отодвинул в сторону плотные листья и шагнул в «страну хищников». Под ногами была грязь вперемешку со старыми полусгнившими листьями. От резкого перепада температуры у меня на лбу выступили капельки пота. Осторожно я двинулся дальше, пытаясь заметить и услышать как можно больше деталей в новом окружении. Меня приветствовало щебетание птиц, шипение змей, рёв и гортанные крики животных. Сладковатый цветочный аромат смешивался с затхлостью и влажностью. Увидел я, к сожалению, пока не так много, обзор перекрывали крупные стволы деревьев, разросшиеся кустарники и листья папоротника.

– Мачете бы тут не помешало, – повернулся я к стоящему рядом Риану. – Как нам искать тут твоего эксперта?

– Здесь тоже должны быть указатели к аванпосту Большой Исследовательской Группы. Этот уровень охватывает большую площадь, но в нём почти ничего не меняется. – Он шагнул к гигантскому дереву перед нами и ощупал кору. – Здесь выщерблена стрелка. Проверь, что там впереди.

Я осторожно двинулся в указанном направлении и за растением вроде табака с мясистыми листьями в жёлтую крапинку обнаружил узенькую потайную, но вполне различимую тропинку.

– Нашёл! Пойдём же… – Я не закончил и испуганно замер. Из кустов сбоку от Риана появилась мрачная тень. Она всё росла и росла. Существо, отбрасывающее тень таких размеров, было, пожалуй, примерно вдвое крупнее человека.

– В чём дело? – спросил он, не видя, что к нему подкрадывается гигантское нечто.

Я молча покосился на тень. Внутри у меня всё сжалось, когда неведомая тварь начала подниматься, сбрасывая с себя листья и то и дело принюхиваясь. Она передвигалась, полусогнувшись, точно горилла, и передние лапы у неё были гораздо длиннее задних. Однако её тело, покрытое редкой чёрной шерстью, было значительно крупнее, чем у любой обезьяны, а морда напоминала скорее коати с длинным, но жёстким рыльцем. Под черепом у неё располагался выпуклый кожаный мешок размером с футбольный мяч, и я не совсем понимал, для чего он нужен. Риан присел на одно колено и вскинул выменянную полуавтоматическую винтовку.

– Кислотник, – тихо проговорил он. – Ну что ты встал столбом? Уходи. Я с ней разберусь.

Я покачал головой и тоже вскинул свою винтовку. Мы договорились работать в команде, значит, так оно и будет. Я не позволю ему драться с этой тварью в одиночку.

Записка 25

«Отлично придумано» и «отлично сделано» – фразы вроде бы похожие. Но в Закулисье к выбору слов нужно подходить тщательнее. Ведь это может быть вопрос жизни и смерти.

Кислотник выпрямился во весь свой гигантский рост, поднялся на задние лапы и уставился на нас почти человеческими глазами. Он ничуть нас не боялся. А низкое рычание и напрягшиеся мускулы лишь подтверждали его готовность к атаке.

– Марк, нет! – шикнул Риан, не сводя глаз с приближающейся твари. – Уходи, сказал тебе!

Тяжёлый приклад давил мне в плечо. Указательный палец лежал на спусковом крючке, прохладном на ощупь. Глядя в оптический прицел, я метил твари в голову. Совсем как в тире на ярмарке, внушал я себе. Но настоящее оружие я в руках ещё не держал, тем более скорострельную винтовку. С меня градом катился пот, и я едва удерживал оружие.

Стрелять или лучше отступить? Почему Риан до сих пор не стрелял и хотел, чтобы я ушёл? Ведь эта тварь могла напасть в любой момент. Кислотник снова зарычал, и я испуганно дёрнулся, при этом невольно нажав на спусковой крючок. Отдача получилась очень сильной, грохот же был просто оглушительным, барабанные перепонки чуть не взорвались. Я сам от ужаса завопил, попятился и упал назад. Из-за порохового дыма и падающих листьев я на миг потерял возможность видеть. Выстрелы смешивались с нечеловеческим визгом Риана.

Ох, чёрт! Я поспешно подобрал винтовку и окликнул напарника:

– Риан, ты в порядке?

Я в панике бросился к краю поляны.

– Риан?.. Риан, где ты?

Кислотник неподвижно лежал среди папоротников. Но куда же делся мой спутник? Снова послышался его жалобный крик. Ага, там, впереди! Он скорчился на земле у корней высокого дерева, закрывая лицо руками. Я тут же подскочил к нему и не успел ещё даже коснуться его, как в нос мне ударил едкий запах кислоты. То же самое было со мной при столкновении с гигантскими мотыльками, но Риану сейчас явно было гораздо, гораздо хуже. Его одежда дымилась и кое-где порвалась. Что же тогда могло случиться с его лицом? От этой мысли меня затошнило. Нет, на раздумья сейчас времени не было.

– Риан! Не бойся, я помогу. – Я попытался его успокоить, но он, кажется, не понимал, что я говорю, по-прежнему крича и дёргаясь.

Я скорее надел перчатки, достал из рюкзака бутылку миндальной воды и обработал ею покрасневшие и покрытые белыми пузырями кисти Риана. Потом осторожно убрал его руки в сторону и обильно полил водой его изувеченное лицо. Я по собственному опыту знал, что эта целебная жидкость очень помогает. Риан немного успокоился и теперь пытался трясущимися руками снять с себя одежду.

– Как же горячо, чёрт возьми, как горячо! Я весь горю!

Я помог ему раздеться, и вскоре душ из остатков запасов миндальной воды окончательно смыл кислоту, которую изрыгнул на него монстр.

Его обожжённое лицо напоминало расплавившуюся резиновую маску. Неестественно белым глазным яблокам целебная вода, как ни странно, почти не помогла. Я поспешно отвёл взгляд. Некоторое время мы молчали.

Я виноват в том, что это случилось? Нужно было послушаться его и уйти?

– Марк, – его хриплый голос нарушил тишину, и сам он сел, обхватив руками колени. – Спасибо тебе.

– Да за что спасибо… Это же из-за меня всё. – Я почувствовал комок в горле. – Ты… Ты как сейчас?

– Миндальная вода помогла, мне легче, – он ушёл от прямого ответа. Я едва его слышал, потому что губы у него были поджаты. – Но я ничего не вижу.

– Ты ослеп? Но… Что же нам теперь?..

– Живая вода, – перебил он меня. – Нам надо её найти. Эти джунгли – единственное место, где она может быть. И она непременно поможет. Так что нет худа без добра. – Он горько рассмеялся.

Ко мне начала возвращаться уверенность.

– Так, хорошо. И как же нам её найти?

– Это дело случая. Насколько я знаю, определённых правил для её обнаружения нет.

Зашибись.

* * *

После того как я помог Риану переодеться в запасную одежду, которая нашлась в его рюкзаке, мы двинулись дальше. К счастью, на сапоги кислота не попала, с ними всё было в порядке. Если за нами и наблюдал сейчас кто-то, наша нервозность его наверняка очень удивляла. В поисках указателей, которые оставили исследователи на пути к местному аванпосту, я ощупал буквально каждое крупное дерево. Некогда смелый и уверенный в себе агент сейчас был бледной тенью прежнего себя. Держась за лиану и часто спотыкаясь, он, согнувшись, брёл за мной. Я же то и дело предупреждал его, чтобы он был осторожен: здесь корень, тут лиана, там шипы, а вот этот гриб, похоже, ядовитый.

Мы несколько часов бродили по этому недружелюбному миру. Нам встретилась странная гончая, которая, точно хамелеон, меняла окрас, приспосабливаясь к окружающей среде. Я пару раз выстрелил в воздух, и её это отпугнуло. Другие хищники приближаться не осмеливались. Может, поняли, что путники на этой тропинке вооружены и так просто их не схватишь. «Живая вода», как назвал её Риан, нам, к сожалению, так и не попадалась.

Джунгли вскоре закончились, мы ступили на полянку искусственного происхождения. Кто-то вырубил все кусты и деревья на этой круглой площадке и построил четыре одноэтажных домика. Территорию окружал трёхметровый проволочный забор. На нём висела табличка с жёлтым треугольником и чёрным черепом внутри его. Надпись под знаком гласила: «ОПАСНОСТЬ! Высокое напряжение!» В общем, было ясно, что отсюда лучше держаться подальше. Ворота перед нами были заперты на висячий замок. Людей поблизости видно не было. Я вкратце объяснил Риану, куда мы сейчас вышли.

– Похоже, это аванпост, – проговорил он. – Покричи, может, кто-то отзовётся.

– Эй? Есть кто живой? Нам нужна помощь! – во всю мощь лёгких заорал я на всю поляну. Никакого ответа.

Я попробовал ещё и ещё раз. Безуспешно.

– Хм… Даже не знаю, может, нам… – начал вслух рассуждать я, но тут меня перебил женский голос:

– …не вопить, как оглашенным? Я не глухая вообще-то.

Я испуганно оглянулся. К нам приближалась низенькая женщина лет сорока в зелёной камуфляжной форме с длинной походной палкой в руке, спутанными рыжими волосами и внимательными карими глазами. Она перевела взгляд на моего спутника.

– Риан?! Мальчик мой, ты ли это? – Она бросилась к нему и обхватила руками его лицо, чтобы лучше рассмотреть. – Господи, что ты на этот раз натворил?

– Я тоже тебе рад, Элизия. Просто кое-кто не вовремя спустил курок, и кислотник меня всего обрызгал, а так ничего особенного, – последовал лаконичный ответ.

Я густо покраснел, когда женщина сурово покосилась на меня.

– Эм… да, это был я. Мне искренне жаль. У вас, случайно, нет живой воды?

– Гм… Есть, конечно. Заходите давайте.

Вскоре мы вошли в один из домиков. В нём была всего одна комната, очень просто обставленная. Мебели как таковой тут не было – деревянные ящики, какие-то ветки. Выделялась только стена с многочисленными полками, прогибающимися под тяжестью сотни экзотических растений. Рядом располагалось рабочее место тропического исследователя с микроскопами, пробирками, ступкой и пестиком. Здесь же стояли ноутбук и закреплённые увеличительные стёкла разных размеров.

– Садитесь сюда. Сейчас, минутку… – она подошла к полке, где стояло множество разных бутылочек, и вложила в ладонь Риану небольшую фляжку.

– Вот она, держи. Пей, да побольше.

Буквально через пару секунд цвет кожи Риана изменился, волдыри как по волшебству исчезли. Он медленно поморгал. Похоже, и пелена с глаз у него постепенно пропадала.

– Ух, облегчение-то какое. Спасибо большое, мама. Как же всё-таки здорово, что мы тебя нашли.

Мама? Как интересно…

– Не за что, Риан. Но сейчас будьте любезны объяснить, что привело вас ко мне. Ты ведь знаешь, почему я не хотела, чтобы ты следовал за мной.

– Да, конечно, мама. – Он откашлялся и как-то странно посмотрел на меня, я так и не понял, что подразумевал под собой этот взгляд. – Мы предполагаем, что солдаты из группировки Гонзалес ищут редкий минерал. Алмаз Сердца, если быть точнее. С его помощью, как нам кажется, они собираются убивать здешних обитателей в ещё более крупных масштабах. Они даже поработили безликих, чтобы те копали в шахте.

– Вот придурки. – Она тряхнула головой. – И вы решили, что раз я хорошо знаю флору и фауну Закулисья, то я и об Алмазе что-то слышала?

– Мы на это надеялись, – кивнул Риан.

– И что же вы будете делать с этим Алмазом, если найдёте его? – Она переводила взгляд с Риана на меня и обратно. Похоже, она не собиралась ему слепо доверять лишь потому, что он её сын. Молодой агент испытующе посмотрел на меня.

– Что ж, это очень долгая история. – Я глубоко вдохнул и начал рассказывать. Начал со встречи с дамочкой, выдававшей себя за доктора Миндера, и закончил нашим прибытием в джунгли. Элизия в это время угощала нас крепким травяным чаем и фруктами. Я, правда, так и не понял, что это были за плоды, но было очень вкусно.

– Значит, ты считаешь, что «А-Синк» отпустит с миром твоего бедного отца, когда ты передашь им Алмаз Сердца? А ты, Риан, хочешь помочь парнишке в этих поисках, чтобы выслужиться перед фондом? – подытожила она с нескрываемым сарказмом и вдруг оглушительно расхохоталась. Мы с Рианом недоумённо переглянулись.

– Ох, прошу прощения. Ладно, Марк молодой да наивный. Но ты-то, Риан? Амбициозный высокопоставленный агент со связями в высших правительственных кругах? Ну, давай всё же начистоту… В чём твоя выгода?

Я, кажется, впервые видел, как мой спутник краснеет.

– Эм… Ну да. В общем-то ты права. – Он смущённо поскрёб рукой затылок. – Моя задача – добыть Алмаз Сердца и доставить его в Реальность. Любой ценой. Но для этого мне нужен тот, у кого нет проблем с переброской обратно в наше измерение. Кто-то вроде Марка или его отца Кнута. Правда, Кнут сбежал и бросил меня тут одного. Повезло, что я встретил его сына.

Вот всё и вскрылось. Я для него лишь средство достижения цели.

– Дело за малым – найти сам Алмаз, – добавила его мать. – Ясно теперь, зачем ты пришёл ко мне. Притом что сам не знаешь, на что эта штука способна. Как наивно.

– Ну так расскажи мне, – попросил он.

– Алмаз не убивает монстров. С его помощью можно контролировать сущности в ближнем окружении. Подчинить их своей воле. В Закулисье это едва ли не самый мощный… артефакт, – она как-то странно выделила это слово. – Безликие его значительно усилили с помощью своей машины, как вы знаете.

– Почему же фонд «А-Синк» так хочет, чтобы этот артефакт оказался в нашей Реальности? Или он и на людей так же действует? – вмешался я.

Она пожала плечами.

– Уж не знаю, зачем им это нужно. И нет – людям он точно не угрожает. В конце концов, безликие никак не влияли на людей, а только перемещались в их тела.

– Так ты нам поможешь? – с надеждой спросил Риан.

– Не хотелось бы, конечно, это делать… Ну да ладно. Прежде всего, ради того, чтобы помочь тебе, Марк. Хотя я не думаю, что у твоего отца серьёзные неприятности. Он лишь работает на «А-Синк» и выполняет их приказы – пусть и не всегда успешно.

Мы смотрели на неё. Напряжение в воздухе прямо-таки потрескивало.

– Боюсь, эта информация ограниченного доступа.

Она глубоко вдохнула:

– Ну ладно. Вы знаете что-нибудь о рашере?

Записка 26

Рашер. Это существо описывал ещё мой отец в самом начале этой книги. Но в тот момент я о нём ничего не знал. Если бы знал, наверное, сразу бы вернулся в Реальность. Потому что участвовать в этой заварушке никакого желания.

Пот катился с меня градом. Кряхтя и едва дыша, я в очередной раз взмахнул мачете, расчищая дорогу от плотных мясистых листьев папоротника и толстых веток. Мачете нам одолжила Элизия. Мы распрощались с ней пару часов назад и теперь прокладывали себе путь сквозь густую зелень.

– Как думаешь, далеко ещё? – спросил я Риана, остановившись передохнуть.

– Нет, недалеко. Ещё чуть-чуть. Элизия говорила, что поселение альфа-охотников находится часах в трёх к северо-западу. Хорошо, что на этом уровне работают компасы.

– Твои бы речи да богу в уши… Но в любом случае нас пока больше никто не пытался сожрать.

– Или изрыгнуть на нас кислоту.

– Да-да. Но ведь всё же хорошо в итоге обернулось.

Вскоре мы ступили на покрытую листвой тропинку, ведущую через джунгли. Растения здесь росли не так густо, эту дорогу, похоже, постоянно расчищали.

– Выглядит очень даже многообещающе, – заметил Риан и зашагал вперёд.

Однако за поворотом дорога резко обрывалась: там вырастала стена из зелёных зарослей. Невозможно было ни свернуть куда-либо ещё, ни обойти.

– Ну вот, – фыркнул я. – Похоже, это тупик.

– Вовсе нет. Посмотри-ка наверх.

Я запрокинул голову и удивлённо присвистнул. На нижних ветвях огромных деревьев, метрах в десяти над землёй, у самых стволов было расположено более двух десятков деревянных хижин. Они соединялись между собой досками, лестницами и канатами, сплетёнными из лиан. В этих небольших домиках сидели люди самых разных возрастов. Некоторые висели на ветках и лианах. Почти все были одеты в шкуры, кожу и перья, не отличить от североамериканских индейцев. Они все молчали и смотрели на нас. Не то чтобы враждебно, но именно от этой тишины было как-то не по себе. Вдали заплакал ребёнок, и это был единственный человеческий крик в непрекращающемся шуме джунглей.

Поскольку Риан тоже точно воды в рот набрал, я собрался с духом, откашлялся и проговорил:

– Здравствуйте! Доброго вам дня! Мы… э-э… охотимся, хотели попросить помощи!

Люди на деревьях медленно зашевелились. Они перешёптывались, перебирались с места на место. Меня поразило, как легко и беззвучно они передвигаются между платформами, выполняя при этом довольно-таки опасные трюки. Вскоре к нам спустились четыре человека средних лет, две женщины и двое мужчин, все одеты в практичные светло-коричневые замшевые брюки и куртки. Узоры на коже, а также амулеты из перьев, звериных клыков и костей дополняли картину. Но своими спутанными волосами они напоминали скорее хоббитов, чем персонажей книг о Виннету. У каждого из них был пистолет в кобуре на ремне и несколько ножей разной длины.

– Приветствуем, путники, – слово взяла старшая из двух женщин. Она говорила с сильным британским акцентом, и меня это немного смутило. Её резкие черты лица, строгая осанка и серые глаза буквально излучали уверенность. – Вы не слишком похожи на охотников, скорее обычные путешественники. Надеюсь, вы объясните вашу изначальную ложь.

– Да, вы правы, мы лишь простые путешественники. Но мы ищем кое-что необычное, поэтому в некотором роде и охотники тоже. Потому мы пришли сюда. – Я помедлил. – Прошу прощения, забыл представиться: меня зовут Марк Шмидт, а это Риан.

Она смотрела мне прямо в глаза и не говорила ни слова. Молчание затянулось. Я уже собирался что-то спросить, как вдруг она холодно проговорила:

– Что ж, ладно. Добро пожаловать. Всё остальное мы обсудим наверху.

С платформ нам спустили верёвки с завязанными петлями, в которые мы вступили одной ногой и затем крепко схватились за канат. В следующий миг нас потащило вверх к домикам на деревьях. Мы пронеслись так метров десять, что, с одной стороны, не так уж и высоко, но, с другой стороны, испытание то ещё, если учитывать, что нас подбросило, как на трамплине. В животе всё сжалось, и я был безумно рад перейти на относительно твёрдые и прочные доски. Они крепились к ветвям толщиной в человеческую ногу и соединялись между собой, образуя вокруг стволов деревянные платформы, на которых и располагались покрытые листьями домики. С горизонтально натянутых верёвок свисали тонкие полоски – похоже, так готовилось к дальнейшей обработке вяленое мясо. Из двух деревянных хижин тянулся дымок, и можно было предположить, что готовили мясо именно там.

Четверо охотников повели нас по настилам и широким доскам-мостикам к дому, который был значительно крупнее всех прочих. Вокруг нас прыгали дети самых разных возрастов. Они возбуждённо переговаривались друг с другом, бесстрашно перебегали через узкие мостики и раскачивались на лианах, точно мартышки над пропастью. Я невольно подумал об эвоках из старых эпизодов «Звёздных войн». Правда, перед нами всё-таки были люди, а не милые инопланетяне, напоминающие милых мишек.

В полукруглом домике на дереве нас ожидало двенадцать охотников, которые сидели на полу, скрестив ноги. У большинства из них уже были седые волосы, а на вид им всем было явно за шестьдесят. Тут были и мужчины, и женщины, темнокожие и белые, европейцы и азиаты. Что их всех объединяло, это обилие украшений. Цепи, перья и прочие почётные знаки отличия. От этой группы веяло величием и покоем. Должно быть, это был местный совет старейшин или вожди этого племени.

– Будьте как дома, – поприветствовала нас темнокожая старушка, говорившая с выраженным французским акцентом. – Присаживайтесь, пожалуйста.

После того как мы устроились на полу на грубо сотканных одеялах с причудливыми геометрическими узорами, слово взял тучный азиат:

– Вы уже упомянули, что охотитесь на некоего необычного зверя и хотите заручиться нашей поддержкой. Рассказывайте же. Что именно привело вас к нам и на кого именно вы охотитесь?

Мы коротко переглянулись. На сей раз объяснять ситуацию взялся Риан:

– Мы ищем рашера. Но не простого, а Древнейшего.

Несколько старейшин возмущённо ахнули и покачали головами.

Азиат снова заговорил:

– Напрасно вы это затеяли. Даже современным оружием это существо не убить. Оно живёт здесь уже много веков, и вы далеко не первые, кто пытался на него покушаться. Кроме того, Великая Мать этого точно не одобрит.

– Прошу прощения, – мужественно продолжал Риан, – надо было сразу уточнить: мы вовсе не хотим убивать рашера, мы хотим лишь поймать его.

– Зачем вам это? – поинтересовалась старая француженка.

– Нам нужен его алмазный рог, – твёрдым голосом ответил Риан.

Члены совета презрительно расхохотались.

– Что смешного? – недоумённо спросил Риан.

– Мальчик мой, броня Древнейшего рашера действительно похожа на алмазы, но это вовсе не минералы, – пояснил азиат. – Точный состав так до сих пор и неизвестен. А те осколки, что были извлечены ранее, оказались бесполезнее шлифованного стекла.

– Может, для жадных охотников за удачей они и бесполезны. – Риан снова привлёк к себе общее внимание, смех затих. – Но мы действуем по поручению биологов. Они хотят изучить особые свойства материала рогов Древнейшего рашера. Наши коллеги надеются, что в будущем это может помочь при перемещении в Реальность.

Надо же – солгал и даже глазом не моргнул!.. Впрочем, это было не так уж далеко от истины и даже казалось вполне бескорыстной целью. Старейшины молчали, и это лишь доказывало, что он попал в больную точку. Ведь все они были заперты здесь, в Закулисье. Наверняка они знали и биологов, которые изобретали всё новые вспомогательные средства для облегчения жизни в параллельном измерении.

– Но, – тут же добавил Риан, – я не хочу вас заранее обнадёживать и обещать сразу много. Исследование, а затем и разработка может занять годы. Добыча рога рашера – это лишь первый шаг.

– А откуда нам знать, что вы не выдумали это всё нарочно, чтобы замотивировать нас помогать вам?

– Я работаю на корпорацию «А-Синк», – открыто заявил Риан.

Слово впервые взяла светлокожая женщина с длинными белыми волосами и ясным взглядом бледно-голубых глаз.

– На «А-Синк», значит? Ключ к А-квадрату девяносто пять?

– Тридцать поперёк оси, – тотчас отчеканил Риан.

У меня голова закружилась. Что это ещё за тарабарщина?

– Верно, – блондинка обвела взглядом круг старейшин. – Он точно агент «А-Синка». Вопрос лишь в том, говорит ли это в его пользу или является отягчающим обстоятельством.

– Я, пожалуй, услышал достаточно, – заключил азиат и повернулся к нам. – Сейчас мы должны посовещаться. Позднее мы сообщим вам о нашем решении. А пока вы наши дорогие гости.

Мы поняли, что можем быть свободны, и покинули тёмную комнату.

Когда мы прислонились к стене одного из домов, чтобы отдохнуть, я спросил у Риана:

– А что это был за странный код?

– Так агенты «А-Синка» опознают друг друга в Закулисье. Пароль – отзыв. Даже бывшие сотрудники знают эти тонкости. Правда, кодировку могут изменить, тогда уже сложнее.

– Ага. Ну что ж, будем надеяться, что наше поручение их убедило. – Я нарочно подчеркнул слово «поручение», не говоря прямо о его лжи.

Он пожал плечами.

– Посмотрим…

* * *

Через два часа к нам подошла незнакомая парочка. Насколько я мог судить, они были родом из Индии, всего на пару лет старше меня. Выглядели они поразительно похожими друг на друга. Длинные чёрные волосы, карие глаза, стройная фигура и привычная здесь кожаная одежда. Я напряжённо ждал, что они скажут.

– Приветствую, дорогие гости, меня зовут Юва, – довольно официально начала стоявшая слева девушка. У неё был отчётливый индийский акцент. – Надеюсь, вы немного передохнули. Мы пришли передать вам решение совета.

Моё сердце чуть из груди не выпрыгивало.

Девушка серьёзно смотрела на нас.

– К сожалению, совет отклонил вашу просьбу.

– Что?! – вырвалось у меня. – Нет! Это… Так нельзя! Без вас у нас ничего не выйдет.

– Сожалею. Но решение это неоспоримо. Если нужна вода или еда, в деревне с радостью этим поделятся, обменяв на другие полезные вещи. Но вот в охоте на Древнейшего рашера старейшины вас не поддержат. Они считают его слишком опасным.

– Может, стоит ещё раз поговорить с советом. Что, если мы… – начал я торопливо.

Риан положил руку мне на плечо и чуть надавил. Затем повернулся к молодой охотнице:

– Ты сказала, что нас не поддержат старейшины. Значит, кто-то всё-таки может и хочет нам помочь?

Она серьёзно кивнула.

– Да, это так. Я и мой брат Амал с радостью пойдём с вами – если вам нужна наша поддержка.

Я испытывал одновременно разочарование и облегчение и не мог подобрать подходящих слов. Тогда заговорил мой спутник:

– Спасибо вам большое, ребята, мы будем благодарны за любую помощь, которую вы предложите. – Тут он даже слегка поклонился. – Наша миссия очень важна. Но что побуждает вас двоих помогать нам? Эта охота будет непростым испытанием.

– И этой причины нам вполне достаточно. Это будет славная охота на великого зверя. Кроме того, вы ведь затеяли её для хорошего дела, верно? – Мне не очень понравился тон её голоса, что-то в нём такое недоброе сквозило.

– О, разумеется. Конечно, для хорошего, да, – заверил её Риан, но как-то уж слишком поспешно.

Записка 27

Вчетвером нападать на могучего зверя, живущего в джунглях, не самая лучшая затея, верно?

Да, так и есть. Но в тот момент я думал, что лишь так смогу помочь отцу и иного выбора просто нет.

И вот мы снова пробирались сквозь густую растительность, на сей раз вчетвером. Юные охотники знали потайные тропинки и постоянно предупреждали нас о возможных угрозах, будь то ядовитые растения, притаившиеся в зарослях животные или опасные комары.

– Слушай, Юва, – спросил я у черноволосой воительницы, – а ты действительно считаешь, что Древнейшего рашера можно заманить в ловушку?

– Конечно, можно. Он ведь обычный хищник. Как и многие обитатели Закулисья. Если знаешь особенности их поведения, можешь перехитрить их. К тому же нам не впервой охотиться на рашера.

– Почему же совет не поддержал нас, раз всё так просто?

– Разве я сказала, что будет просто? Но вообще причина в другом: они опасаются, что это навлечёт на всех нас гнев Великой Матери.

– Я уже во второй раз слышу это выражение. Кто она такая, эта Великая Мать? Божество или… что-то в этом роде?

– Вовсе нет. Великая Мать реальна, она одна из высших сущностей Закулисья. На этом уровне её возможности действительно близки к божественным. Опасения совета нельзя считать необоснованными. Однако…

Тут к нам подошёл Амал, и разговор пришлось прервать. Молодой индиец чем-то напоминал эльфа из современной экранизации «Властелина колец». Только острых ушей не хватало.

– Кажется, нас преследуют, – взволнованно проговорил он, косясь на небо.

– Почему ты так решил? – удивлённо спросила Юва.

– Думаю, за нами наблюдает высоколетящий беспилотник. Я уже дважды видел в небе неестественную световую вспышку. Так солнце обычно отражается от чего-то металлического.

Юва тут же повернулась к нам:

– Есть предположения, кто это может быть?

Я сразу невольно подумал о солдатах из группы охотников на обитателей Закулисья. Наверное, они следили за нами ещё в хабе и видели, как мы вошли на уровень Джунглей. Видеть мы их, конечно, не видели, но вполне возможно, что они до сих пор нас преследовали.

– Даже не знаю, – ответил Риан, бросая на меня предостерегающий взгляд. – Давайте просто будем повнимательнее. Больше с этим всё равно ничего не поделать.

Почему он не рассказал правду?

– Ладно, – медленно проговорила Юва. Но на лице её читалось сомнение.

* * *

Мы сделали небольшой привал, и затем, через несколько часов, джунгли прояснились. Кусты больше не преграждали дорогу, и деревья росли на значительном расстоянии от тропы. Вскоре после этого мы вышли из леса и оказались на высоком крутом обрыве. Буквально в двадцати шагах под нами простирался до едва различимых гор на горизонте бесконечный луг. Ветер колыхал светло-зелёные и жёлтые травинки, будто это было море. Вдали можно было разглядеть скалы и деревья, отсюда они были похожи на островки. Выделялась и группа небольших чёрных пятен; похоже, это было пасущееся стадо каких-то животных.

– Впечатляет, – восхищённо пробормотал Риан. – А я-то голову ломал, что рашеру могло в джунглях понадобиться.

– Передохнём сейчас немного, – решительно сказала Юва. – А через восемь часов спустимся и начнём охоту.

Мы послушно последовали за молодой воительницей, негласно признанной нашим лидером в этом походе. Это место уже больше десяти лет было новым домом близнецов. По дороге они рассказали нам, что прежде жили в трущобах Мумбаи в страшной нищете, а потом их случайно перебросило сюда. Мы вполне доверяли их опыту, так что без лишних разговоров натянули брезент и раскатали спальные коврики. Я уже и сам чувствовал изнурительную усталость. С тех пор как мы оказались в джунглях, мы ни разу даже не вздремнули.

На этом уровне не было ночи, солнце всегда было в зените, точно приклеенное к этой точке в небе. Потому время отмеряли по песочным часам, как и на большинстве уровней. Электронные часы здесь не работали, к тому же наши смартфоны уже давно разрядились.

Вахту мы несли по двое, чтобы нежданные гости не застали нас врасплох. Это было гораздо разумнее, чем распорядок, организованный Уильямом и Джейкобом, которых мы в итоге без проблем одолели.

* * *

«Ночь» прошла без происшествий. Но и поспать я толком не смог. Ярко светило солнце, земля была жёсткой, жужжали насекомые – какой тут сон. А минут через пять после того, как меня всё же сморило, меня разбудил молчаливый Амал – настала наша очередь нести вахту. Тут уже спать было нельзя.

Голова страшно болела. Однако я, похоже, хоть и чуть-чуть, но всё-таки подремал. После короткого перекуса мы спустились вниз по склону на тропинку. Трава здесь доходила мне примерно до пояса, но была вовсе не такой густой, как мне показалось сверху. Почва под ногами была песчаной, что типично скорее для степи, чем для луга.

Мы то и дело поглядывали на небо. Беспилотник не показывался. Юва рассказала, что луг простирается примерно на пятьдесят километров вдаль, но при этом тянется на сотни километров влево и вправо. Как минимум. До самого края дойти ещё никому не удавалось. Примерно в километре от нас мирно паслось стадо. Тёмно-коричневые парнокопытные, числом чуть больше двух десятков. Амал объяснил, что это буйволы. Мирные травоядные, но близко к ним лучше не подходить.

Вдруг земля под ногами начала едва заметно вибрировать. Я остановился.

– Вы тоже это чувствуете? – обеспокоенно спросил я.

– Тихо! – скомандовала Юва. – Прячьтесь в траву, и чтоб ни звука!

Мы с Рианом так и сделали, а двое охотников в это время осторожно вытащили из-за спин свои охотничьи ружья. Не считая этой странной вибрации и шелеста ветра в траве, было очень тихо. Буйволы вдруг зашевелились, забеспокоились. Затем послышался приглушённый топот, точно они все одновременно галопом помчались прочь. Да, стадо действительно разбежалось. Но от чего они убегали?

– Там! – Амал махнул рукой в направлении против движения стада.

Поначалу я ничего не увидел. Только на горизонте вроде как замаячило крошечное тёмное пятнышко, ярко мерцающее, когда на него падал солнечный свет. Пятнышко стремительно увеличивалось в размерах. На сумасшедшей скорости существо мчалось в нашу сторону, устремляясь за убегающим стадом. Я уже хотел крикнуть «Осторожно!», как заметил промелькнувший мимо сверкающий алмаз. Нет, ошибки и быть не могло. Продолговатый светящийся минерал. Детально рассмотреть самого бегуна не удалось, он уже нёсся за стадом. Понятно было только, что по размерам и по скорости он походит на гоночный автомобиль «Формулы-1».

Подобравшись к удирающим в панике животным, существо слегка затормозило и с силой ударило в лоб отставшего буйвола. Раздался глухой треск. Сила и скорость этого удара были такими, что бедное животное отлетело на несколько метров, описав в воздухе широкую дугу. Точно грузовик на полной скорости сбил корову. Но представление ещё не закончилось.

Нападавший остановился, а затем начал на удивление медленно подбираться к своей жертве. Его четырёхметровая спина, значительно выделяющаяся в высокой траве, отражала солнечный свет и переливалась всеми цветами радуги за счёт того, что была покрыта светящимися минералами и гладкими металлическими пластинами. Больше с такого расстояния разглядеть ничего не удавалось. Приблизившись к мёртвому буйволу, хищник скользнул животом по его телу. Затем послышались чавканье и хруст.

– О мой бог… Неужели это?.. – удивлённо выдохнул я.

– Он самый, да, – подтвердила Юва. – Древнейший рашер.

– Вот чёрт… – Теперь и Риан немного оправился от первого шока. – Это его, значит, мы всё это время выслеживали? Вот эту бешеную бронированную ящерицу размером с автомобиль, которая носится со скоростью, чуть меньшей, чем скорость звука, и одним ударом в лоб сбивает своих жертв с ног, так что они потом шевельнуться не могут?

– Да-да, именно так, – снова кивнула Юва.

– Но… – начал было я, запнулся, но быстро собрался: – Как нам такую махину в ловушку заманить?

Все ошеломлённо хлопали глазами. В самом деле, как это существо можно было приручить? Я придумать ничего не мог. Копать яму – точно не вариант, мы такую огромную в жизни не выроем. Верёвки он с лёгкостью разорвёт. Даже если бы мы изначально хотели его убить, с нашим оружием это едва ли было возможно.

– А как обычно ловят хищников? Приманка да транквилизатор.

– И чем его приманивать? – спросил Риан.

– Не чем, а кем. Решайте между собой, тяните травинки.

* * *

На следующий день я в одиночестве вышел на равнину и долго бродил туда-сюда. Степная трава стелилась у моих ног. Единственными моими спутниками были, пожалуй, только непрекращающийся ветер и рваные клочья облаков в небе. Вдали у гор я снова заметил пасущееся стадо. Прямо идиллия, точь-в-точь Великие Равнины.

Увы, мне не слишком повезло – я вытянул короткую травинку. Соответственно, и приманкой пришлось быть мне. Добыча неподалёку от стада, кажущаяся такой лёгкой. Юва подробно мне объяснила, как нужно себя вести, потом ещё несколько часов мы всё это репетировали. На мой вопрос, отчего она сама не захотела побыть приманкой, она лишь пожала плечами и сказала, что это типичное испытание на прочность для подростков. Но проделывать подобное с Древнейшим рашером было бы слишком опасно. Вот более безобидные, пусть и хищные звери – это другое дело. А к этому существу ещё никто не решался приближаться. Перспективы, конечно, просто класс.

Земля слабо задрожала. Стадо пришло в движение. Дело набирало очень серьёзные обороты. На горизонте что-то блеснуло – скоро хищник атакует. Сердце колотилось где-то у самого горла. Я ещё раз прокрутил в голове план действий. Секундой раньше или позже – и ловушка не сработает, а я разделю судьбу жестоко убитого вчера буйвола. Но заметит ли меня рашер вообще? Может, он предпочтёт напасть на кого-то другого?

Ну, вот и всё, времени на рассуждения уже не осталось. Его силуэт приближался с невероятной скоростью. Чтобы привлечь внимание охотника, я в темпе побежал следом за стадом, не отводя при этом взгляда от хищника. Оставалось всего несколько секунд. Он мчался к буйволам, стараясь отрезать путь одному или нескольким из них. Но вот он чуть затормозил. Потом круто свернул и начал двигаться в моём направлении. Ярко блеснул единственный красный глаз. Он выбрал жертву – меня.

В венах бурлил адреналин. Я воспринимал все мельчайшие детали максимально ясно. Как он поигрывал мускулами, покрытыми бронёй и драгоценными камнями. Как светился его глаз, точно он пытался меня загипнотизировать. И, конечно, я отчётливо видел изогнутый алмаз, выступающий у него впереди на голове, точно рог носорога. Цель моего долгого путешествия. Средство для спасения моего отца.

Теперь или никогда.

Записка 28

За пару секунд до того, как Древнейший рашер боднул бы меня, я бросился вперёд на землю. Травинки больно царапали мне руки. Всё, что я слышал, – это топот ног гигантского ящера. Внезапно что-то обожгло мне спину, и я закричал от боли. Вот чёрт! Он меня обнаружил! В следующий миг он подкинул меня в воздух, и я взлетел, к счастью, не очень высоко над землёй. Перекатываясь и сплёвывая попавший в рот песок, я залёг и притих.

Рашер не ранил меня, только порвал одежду на спине. Пульс зашкаливал. Кряхтя, я начал искать мешочек с транквилизатором. Он висел у меня на ремне – и, похоже, слетел! Чтоб его! Через пару секунд рашер снова будет здесь. Без транквилизатора у меня никаких шансов. Я в панике начал шарить руками по каменистой почве. Послышалось хриплое фырканье и глухой топот. Хищник был близко. Свет померк, когда ящер остановился прямо надо мной. Господи боже… Куда же подевался мешочек?! Я лихорадочно продолжал искать. Только песок, камни и жёсткая трава. Если зверь сейчас посмотрит вниз, мне конец.

Тут я нащупал что-то мягкое. Ага, нашёлся! Я быстро перевернулся на спину. Надо мной маячило брюхо огромного зверя. Кристаллы вырастали прямо из его кожи, точно мелкие прыщики. Он глухо зарычал, и я содрогнулся от ужаса. На животе у него на расстоянии вытянутой руки от меня вдруг с чавканьем открылась крупная складка. Из образовавшегося провала повеяло гнилью и закапала густая, студенистая слюна, а по краям его обнажились острые клыки, которые начали стремительно приближаться. В последний момент я зашвырнул в пасть чудовища мешочек с транквилизатором и откатился в сторону, ловко проскользнув между крупными, точно столбы, лапами. В следующий миг на то место, где я только что лежал, с грохотом опустился живот рашера.

Он снова глухо зарычал, явно разочарованный. Я вскочил и бросился бежать. Ходу, ходу отсюда! Транквилизатор подействует не сразу, должно пройти какое-то время. Юва говорила, что это самая опасная часть моей вылазки. Рашер упустил свою жертву и, естественно, очень зол, но пока не оглушён. Оглянувшись через плечо, я заметил, что зверь поднялся на ноги и уставился на меня своим единственным глазом. Прежде чем он снова попытался ударить меня своим алмазным рогом, вдали послышались крики. Грохнул выстрел, от одной из бронированных пластин отскочили искры. Это оставшиеся три участника нашей команды отвлекали внимание хищника. Рашер оглянулся в ту сторону. Мне только этого и надо было. Я тут же снова бросился в траву – на сей раз чтобы спрятаться – и поспешно пополз в сторону, вдруг рашер решит поискать меня. Если верить рассказам Ювы, основным органом чувств этого гиганта был его глаз. Следующие несколько минут я чувствовал себя рыбой-камбалой: ползал на брюхе по песку, надеясь на лучшее.

Через некоторое время я осторожно поднялся, чтобы оценить обстановку. Страшный зверь лежал в траве, примерно в ста шагах от меня. Трое моих напарников стояли около него и знаками подзывали к себе.

– Мои поздравления, Марк! – весело крикнул Риан. – Теперь ты официально альфа-охотник.

Но мне было совсем не до шуток. Я едва не погиб, поэтому пошёл к остальным, не говоря ни слова. Древнейший рашер мирно лежал на земле и негромко фыркал. Его глаз мрачно поблёскивал, точно кусок только что добытого угля. Век у него, похоже, не было. Сейчас у меня наконец-то появилась возможность как следует рассмотреть этого зверя. Всё его тело было защищено металлическими пластинами, которые, в свою очередь, были покрыты небольшими кристаллами. На голове выделялись только глаз да торчащий из макушки рог размером с локоть. Солнечный свет преломлялся в нём, и рог казался светло-зелёным. Только сейчас я заметил, что рог расположен не ровно по центру и направлен чуть в сторону, а рядом с ним виднеется пустое место, не покрытое кристаллами.

– Это что же выходит? – удивлённо пробормотал я. – У него раньше было два рога?

– Похоже на то, – ответила Юва, – но, поскольку его редко кто видел вблизи, точно я сказать не могу.

Тут она достала из своей сумки какую-то зазубренную проволоку. Это была ленточная пила.

Я испуганно отпрянул.

– Ты же не хочешь?..

– Что? Это ведь ты хотел его заполучить. Значит, тебе и отпиливать.

– Мне? Но… Ему разве не будет больно? – Мне вдруг показалось, что отпиливать рога этому древнейшему созданию природы будет неслыханной дерзостью.

– Нет. Нервов там внутри нет, и сам рог ему не так нужен. Но в любом случае рашер – твоя добыча, и только тебе решать, что с ним делать. – Она вопросительно посмотрела на меня и протянула пилу. – Не затягивай только, действие транквилизатора вечно длиться не будет.

– И тут юная леди совершенно права, – послышался вдруг знакомый мужской голос, и мы в ужасе оглянулись.

Из высокой травы поднимались Уильям и Джейкоб, те самые солдаты, которых мы бросили в пещере. Оба были вооружены военными скорострельными винтовками и нацеливали их прямо в нас. Вот чёрт. Где только они раздобыли новое оружие?

– Во-первых, оружие на землю, – резко скомандовал крепко сложенный Уильям. – Бросайте, так, чтобы мы его видели. Да поживее, пока мы огонь на поражение не открыли.

Тотчас прогремел выстрел, и я испуганно сжался. Это долговязый Джейкоб выстрелил в воздух и рявкнул:

– Живо!

Ножи и пистолеты полетели на песок.

– А теперь в сторону! Ты! – он указал винтовкой на Амала. – Пили рог! Сейчас же!

В глазах молодого индийца мелькнуло недоумение. Тем не менее он молча шагнул вперёд, взял ленточную пилу и начал отпиливать рог. Раздался противный скрежет. Вскоре я понял, что члены совета старейшин были правы, утверждая, что рог на самом деле не алмазный. Пила быстро проедала наросты, а блестящая стружка крошилась в пыль. Что бы это ни было, оно было не твёрдым, как кристалл, а мягким, как слоновая кость. Через несколько минут отпиленный рог упал на песок. Мне вдруг стало очень грустно – это притом, что я сам хотел проделать то же самое.

– А теперь – бросай его сюда, – велел Уильям.

Но Амал покачал головой и с отрешённым лицом шагнул обратно к нам.

– Засранец, – зло буркнул солдат. – Джейкоб, забери рог и заодно магазины с патронами. – Он снова навёл на нас свою винтовку. – А вы бегите вон туда. Так быстро, как только можете. До самых гор. Чтобы я видел только ваши спины.

Снова грянул выстрел, но Уильям стрелял не в воздух, а в песок, прямо нам под ноги.

– Бегите! Живо!

Но ни один из нас не сдвинулся с места. Юва скрестила руки на груди. Нет, эти солдаты не стали бы нас хладнокровно убивать. Иначе они бы сделали это ещё раньше, выстрелив в спину. Это я осознал только сейчас. Может, они даже и не военные, может, их случайно сюда забросило, как нас. Джейкоб в это время подобрал рог и патроны.

Тут послышалось сердитое ворчание. Рашер пробуждался. Действие транквилизатора закончилось. Стоять рядом с разъярённым и дезориентированным чудовищем было не самой лучшей идеей. И нельзя было позволить солдатам сбежать вместе с кристаллом. Что же делать? Вот дерьмо… А время поджимало.

Уильям на миг растерялся, даже винтовку опустил и не мигая смотрел на рашера. Джейкоб тоже отвлёкся на зверя, по-прежнему держа в руках магазины и алмазный рог. Второго шанса у меня не будет, подумал я и, подобно рашеру, бросился вперёд, толкнул долговязого плечом в спину и сбил его с ног.

Мы покатились по мягкому песку. Раздалось громкое рычание. Затем крики и возгласы моих спутников. Шарканье ног. Глухой топот. Впереди что-то сверкнуло. Джейкоб ругался и дёргался, но я, не обращая на него внимания, бросился к кристаллу. Удивительно, но он оказался не холодным и гладким, а тёплым и как будто деревянным на ощупь. Ещё удивительнее, что я умудрился обратить на это внимание, хотя вокруг бушевал хаос. Я вообще в тот момент мало о чём мог думать. Значение имел только камень у меня в ладонях.

– Марк!!! – отчаянный крик Риана вернул меня в действительность.

Я поспешно оглянулся. Джейкоб лежал рядом со мной, кряхтя и постанывая от боли. Уильяма и след простыл. А рашер… Рашер выпрямился в полный рост и уставился на меня своим ярко-красным глазом. С такого расстояния он бы не промахнулся, и прятаться было негде. Вот зверь прыгнул вперёд, готовый раздавить меня своей бронированной головой.

Нет! Остановись! Я в ужасе закрыл глаза и ждал конца. Что-то сильно ударило меня в грудь, и я, задыхаясь, упал на спину.

Вот и всё… Всё ведь уже кончено?

Я недоумённо открыл глаза. Передо мной покачивалась морда рашера. Он глухо рычал, и этот импульс, казалось, проходил через всё моё существо. Но страшный зверь замер на месте и не двигался. Его будто парализовало. Вдруг послышались одобрительные и ликующие возгласы. Да что произошло? Тут ко мне подбежали Риан, Юва и Амал.

– Марк! У тебя получилось! – воскликнул молодой агент, помогая мне подняться.

– Получилось? – Я не мог сообразить, что, собственно, произошло.

– Камень! Элизия была права! Ты остановил рашера! – Ирландец, смеясь, обнял меня.

Так, значит, я, сам того не осознавая, заставил этого древнего гиганта замереть на месте. А помог мне в этом его же рог. Безумие какое-то. Постепенно я пришёл в себя, снова начал осознавать действительность и огляделся.

– А что с Уильямом и Джейкобом? – спросил я.

– Оба дали стрекача, едва заметили, что рашер приходит в сознание, – ответила Юва.

– Ну ладно… Будем надеяться, что они ещё не скоро снова объявятся. Но Элизия предупреждала, что у Алмаза ограниченный радиус воздействия. Поэтому лучше убраться до того, как наш приятель снова сможет двигаться.

– Пожалуй. Но ты в любом случае сможешь его снова затормозить. Он больше не представляет для нас никакой опасности, пока в наших руках эта штука, – заметила Юва. – А вот солдаты, увы, по-прежнему опасны. На них Алмаз едва ли подействует.

Она помолчала и посмотрела Риану прямо в глаза:

– Значит, всё, что ты говорил об исследованиях биологов и использовании рога как средства перемещения в Реальность… Это всё ложь?

Он почесал затылок.

– Да. Мне жаль. Но я посчитал, что сразу рассказывать правду о нём слишком опасно.

– Зачем он вам на самом деле? – вмешался Амал.

– Мой отец работает на «А-Синк», – ответил я. – Но в какой-то момент там что-то пошло не так, и, похоже, сейчас у него неприятности. Поэтому я хочу доставить этот камень в Реальность, чтобы помочь ему.

– В Реальность? – Он недоверчиво посмотрел на меня. – Долго же тебе обратно добираться. Может, останешься здесь? Испытание ты прошёл и теперь можешь вступить в наши ряды.

– Спасибо большое, но для меня дорога назад будет не такой уж длинной. Пойдёмте. Я вам всё расскажу по пути в джунгли. Там должна быть действующая точка переброски.

Мы собрали вещи и двинулись по направлению к склону, увенчанному пышной зеленью, в нескольких километрах от нас.

* * *

На обратном пути проблем не возникло. В джунглях мы начали искать пещеры в мёртвых деревьях, мрачных зарослях кустарников и необычных скальных образованиях. И вот, когда я ощупывал крупный старый пень, моя рука прошла сквозь него, как будто сам он состоял из воздуха. В целом неплохая возможность для переброски в Реальность. Для меня. Индийцы бы здесь пройти не смогли.

– Большое спасибо за помощь, – повернулся я ко всем троим. – Я буду скучать. Но если вдруг меня снова сюда забросит, непременно вас навещу.

Я попытался пошутить, чтобы подавить ком в горле. За последние несколько дней я очень привязался к молодым охотникам и особенно к агенту «А-Синка».

– А можно я ещё раз взгляну на камень, пока ты и он ещё здесь? – спросил Риан.

– Да, конечно. – Я снова достал зеленоватый алмаз из куртки, в которой его прятал.

– Спасибо. Он очень красивый.

Затем он осторожно взял его обеими руками – и вдруг дёрнулся в сторону пня! В следующий миг и Риан, и Алмаз Сердца бесследно исчезли.

– Какого?! – ахнул я, вытаращив глаза, и запоздало протянул к дереву руки. Нет! Быть не может! Агент только что нагло украл Алмаз и переместился в Реальность?!

Неожиданно рядом кто-то хрипло рассмеялся.

– Ты-то чего хохочешь? – Я недоумённо уставился на молодую индианку, которой происходящее, похоже, казалось невероятно смешным.

– Прости, Марк. Но друзей ты, как видно, выбирать совсем не умеешь.

– Что? Ай, отвали… – Возможно, у меня ещё был шанс догнать Риана! Не обращая внимания на ехидное замечание девушки, я прыгнул вслед за вероломным агентом «А-Синка» и покинул джунгли.

Предатель

«Легко досталось, легко и потерялось».

Ещё никогда эта поговорка не была так актуальна, как в тот злосчастный миг. Видимо, не только мы с отцом относительно легко перемещались между измерениями. Глупо получилось.

Как же я мог так нелепо ошибиться…

Хлоп! – и я уже оказался в тёмной комнате. Пошатнулся, запнулся о какой-то шнурок на полу. Пытаясь удержать равновесие, с грохотом упал на жёсткий стол и больно приложился физиономией о его металлическую поверхность. Перед глазами заплясали звёздочки. Я медленно поднялся на ноги. Вот чёрт. Впрочем, чего ещё я ожидал, когда прыгал с разбегу? Не лучший был план.

Стряхнув оцепенение, я огляделся. Сквозь разбитые стеклянные окна на потолке можно было увидеть звёзды. В сумеречном свете я также разглядел длинные столы и сухие грядки. Я стоял в той самой теплице, из которой меня перебросило в параллельный мир. В эту самую дверь я вбежал, спасаясь от погони. Кажется, это было целую вечность назад. Зараза! Риана я здесь, конечно же, не найду, его-то перебросило из какого-то другого места, и вернётся он, соответственно, туда же. Может, он сейчас в США или где-то ещё дальше.

Чёрт, чёрт, чёрт! Провал по всем фронтам. Миссия по спасению отца закончилась, по сути, ничем. Мои одноклассники считали меня полным придурком. Отец в лапах у биологов и той чокнутой докторши. Риан с Алмазом Сердца неизвестно где. Лучший друг меня предал. Полиция меня разыскивает – не важно, какая именно у них причина. Хуже всего было то, что в тела мамы и Эмилии, похоже, вселились безликие, и я понятия не имел, как решить эту проблему.

Я со стоном сел на пол и привалился спиной к ножке стола, только сейчас почувствовав дикую боль в перенапряжённых мышцах. В последнее время столько всего произошло. Я был на грани – и физически, и морально. Может, и впрямь стоило остаться в деревеньке альфа-охотников? Не пришлось бы сейчас ни о чём волноваться. Однако легче от этого никому бы не стало. Ни моей семье, ни отцу, ни мне самому.

Я некоторое время так сидел, собираясь с мыслями и силами. Посмотрел на смартфон. Оказалось, в Реальности я отсутствовал всего полдня. Сейчас была почти полночь. Тут же высветились уведомления о нескольких сообщениях от Криса. Что там ещё нужно этому предателю?

«Прости, бро. Мама перехватила меня по дороге со всем барахлом, что я успел купить, и рассказала твоей, что ты что-то затеваешь. Я теперь под домашним арестом».

Через час ещё одно: «Эй, у тебя там всё хорошо?»

Вскоре после этого: «Напиши, как только сможешь»

И далее, далее, далее… Последнее сообщение – полчаса назад. Я ощутил угрызения совести. Он меня не предавал. Но… Кто тогда? Моя мама? Ладно, предположим, то, что Крис собирал для меня такой нестандартный набор для выживания, действительно было несколько подозрительно. Но зачем было подключать полицию? Она же могла просто позвонить мне. Но если она была одержима безликим, тогда любая её реакция могла означать бог знает что.

Или я что-то упускаю?

Вся суета началась из-за Алмаза Сердца. Солдаты Гонзалес, «А-Синк», Риан, отец – они все охотились за этим камнем. «А-Синк» вообще хотел любой ценой переместить его в нашу реальность. Но зачем? Здесь ведь не было никаких монстров.

Так, стоп. Логическая ошибка. Монстров Закулисья здесь действительно не было, но что насчёт других сущностей? Как же безликие, захватившие тела тысяч, а то и миллионов мирных людей?..

А с помощью Алмаза их можно было контролировать. По крайней мере, если подобраться к ним достаточно близко. Однако безликие с помощью своей адской машины уже доказали, что свойства минерала можно технически усилить. Может, с помощью правильной техники можно будет управлять всеми безликими в нашем измерении? Соответственно, у кого в руках будет этот Алмаз, у того будет и безграничная власть над миллионами одержимых безликими людей. А ведь среди них наверняка многие занимают высокие посты в правительствах, бизнесе, армии.

Вот чёрт… Похоже, глава «А-Синк» решил стать кем-то вроде диктатора. Что ж, это объясняло поведение Риана и внезапную смену руководства у биологов. Вряд ли отец что-то знал об этом или был непосредственным участником этой заварушки с самого начала. И Докс тоже был не при делах. Возможно, поэтому его и уволили с поста руководителя.

По крайней мере, теперь ясно, что делать дальше: нужно было найти и освободить хотя бы одного из них. Но один бы я никак не справился. А единственным союзником, которому я мог доверять, был Крис.

«Привет, – написал я, – всё в порядке. Прости, пришлось временно залечь на дно. Мне снова срочно нужна твоя помощь. Можешь прийти к заброшенному участку недалеко от вашего?»

Друг, похоже, ещё не спал: «Ох, чувак. Как же я рад это слышать. Да, думаю, смогу. А когда?»

«Может, прямо сейчас?»

«Чего?! Ночь на дворе!!!! И я вообще-то под домашним арестом!!!»

«Вопрос жизни и смерти. Нельзя терять время».

Переписка оборвалась. Чёрт. Может, я перегнул? Может, действительно стоило поехать сейчас домой и подождать до утра?

Через пять минут пришёл ответ от Криса: «Буду через полчаса».

* * *

Послышался стук чего-то металлического. Кто-то припарковал велосипед у стены старой теплицы. Громко скрипнула дверь.

– Марк? – раздался голос моего друга. – Ты тут?

Я помахал в воздухе включённым смартфоном:

– Сюда, Крис!

Через пару секунд мой приятель подбежал ко мне, весь вспотевший и запыхавшийся.

– Чувак. Ты меня так до могилы доведёшь. Рассказывай скорее. Что такого срочного стряслось? Мне, между прочим, теперь грозит пожизненный домашний арест, да и место встречи ты выбрал жутковатое…

– Это очень долгая история. В общем… – И я вкратце изложил ему, что случилось за последние несколько дней. Пару раз он меня перебивал: то какие-то моменты были не слишком понятны, то просто было трудно поверить, что всё действительно было именно так, как я рассказываю. В конце я ещё раз обобщил свои выводы, перечислил моменты, которые точно известны и оспариванию не подлежат, и поделился дальнейшими планами. Было уже два часа ночи.

– Так, ладно, – проговорил наконец Крис. – Я, честно говоря, по-прежнему не уверен, действительно ли нам нужно спасать мир от суперзлодея в лице корпорации «А-Синк», или же ты просто умом тронулся. Но давай по порядку. Что ты сейчас намерен делать?

– Возможно, чокнутая докторша и сменила Докса на посту руководителя базы биологов, но сам-то он по-прежнему существует и где-то живёт. Даже если его держат сейчас в плену, в его квартире мы, возможно, найдём улики и подсказки, где его искать.

– Доктор Ксавьер Миндер, так ведь его зовут? – уточнил Крис, уже ища что-то в своём смартфоне.

– Да, верно. Но его официальных данных на сайте клиники Нойса больше нет, вместо этого данные докторши.

– Может, и так. Но интернет никогда ничего не забывает. Можно посмотреть в архивах. Если в это дело не вмешивалось АНБ, старые страницы должны найтись. Ну-ка, посмотрим… Вот.

Он показал на экране старую версию сайта, но и там о Доксе ничего не нашлось. В итоге нам всё же удалось узнать адрес: ещё до клиники он работал внештатным консультантом по безопасности. Страница его компании была давно удалена, но обнаружилась в архиве, и там-то мы и нашли его домашний адрес. Судя по данным приложения «Карты», это был дом типовой застройки в дюссельдорфском районе Верстен.

– Ага! Вот куда нам нужно! – довольно воскликнул я. – Поехали скорее!

– Эм… Что, сейчас? Может, лучше завтра, с раннего утра?

– Завтра с раннего утра в школу деточкам пора. К тому же он должен быть дома – если он дома.

– Как знаешь… – по тону Криса было понятно, что я его не то чтобы убедил.

– Погнали!

Мой велик, к счастью, так и лежал на территории садового участка родителей Криса, и я смог без проблем поднять его через забор, через который я сбегал от полиции.

Вскоре мы уже катили мимо южного кладбища, вдыхая прохладный ночной воздух. Давно миновали времена, когда от одного взгляда на кресты и могилы у меня по спине пробегали мурашки. Не пугала и езда на велосипеде по ночному городу вдоль густо поросшего деревьями берега Рейна. Мы находились в Реальности. Никаких гончих, смайлеров и прочих чудовищ здесь не было. Вдвоём мы мчались на великах всё дальше и знали, что бояться нам нечего. Даже наоборот: на этих дорожках было более чем безопасно, здесь мы бы вряд ли наткнулись на бдительный полицейский патруль.

Опасность, однако, резко возросла, когда мы, срезав путь через территорию университета, въехали в Дюссельдорф-Верстен. Было три часа ночи. Вечеринка в студенческой общаге, похоже, только-только набирала обороты, из одного окна гремела музыка. На углу Университетской улицы стоял полицейский фургон. Наверное, стражи порядка хотели убедиться, что тусовщики не буянят. Вот зараза. Ну почему мы не свернули раньше, у Брюкербаха?..

Я натянул капюшон толстовки и сосредоточился на велосипедной дорожке перед собой, которая вскоре должна была снова повернуть к деревьям.

– Стоять!

Вот чёрт…

– Полиция. Пожалуйста, остановитесь, – скомандовал женский голос.

Послушаться или дать газу? Патруль не проедет за нами по таким узеньким дорожкам. Но после такой выходки мы уже не смогли бы добраться до места назначения относительно спокойно и безопасно. Если же я задержусь, меня смогут узнать: я вроде как до сих пор в розыске. Причину я, кстати, так и не понимал. Но, решив покориться судьбе, я всё же затормозил и услышал, что Крис тоже останавливается. Я скинул капюшон и как можно более невинно посмотрел на женщину-полицейского с красным жезлом в руках.

– Доброе утро, – поприветствовала она меня. Голос её звучал нейтрально. Её напарник остановился метрах в трёх и наблюдал за нами. От меня не ускользнуло, что руку он держал на своём табельном оружии. – Куда вы направляетесь?

– Домой еду, – солгал я, поскольку моя настоящая квартира находилась совсем в другом районе, в направлении, противоположном тому, куда я ехал сейчас. – Мы просто у приятелей в гостях засиделись.

– И где вы живёте? – типичный вопрос с подвохом.

– В Верстене живу. – И я, глазом не моргнув, назвал адрес Докса, потому что ничего лучшего на ум как-то не пришло.

– Вы пили алкоголь?

«Или принимали что-то?» – мысленно дополнил я её вопрос.

– Нет, я алкоголь вообще не пью. – Тут она посмотрела на меня с сомнением.

– Ага. Если вы не возражаете, мы всё же проведём небольшой тест.

При этом она шумно втянула носом воздух, видимо, пытаясь определить, не пахнет ли от меня марихуаной. Затем достала из сумки алкотестер и вставила в него чистую пробирку. Я с силой выдохнул в трубочку, прибор пискнул, и страж порядка, похоже, осталась довольна результатом.

– Всё в порядке. Счастливо добраться.

Я вздохнул с облегчением и снова закрутил педали. Хорошо, что у меня документы не потребовали. В полицейской базе наверняка была наводка на меня.

– Вот это жесть была, – фыркнул Крис, когда мы отъехали на значительное расстояние. – Как тебе удалось оставаться таким спокойным во время допроса?

– Сам не знаю. Наверное, после всего, что я пережил в Закулисье, мне в Реальности ничего уже не страшно.

Оставшийся путь до квартала Отто Гана мы проехали молча. В жёлто-оранжевом свете фонарей потянулись вереницы домов из красного кирпича и мощёные пешеходные дорожки. К счастью, мы заранее выяснили в приложении точное расположение нужного дома, потому что номера домов, похоже, были написаны каким-то очень мелким шрифтом, мы даже таблички найти не могли. Да и сам район выглядел крайне необычно, учитывая, что построен он был вроде как в наше время. Узенькие переулочки, низкие мосты, тёмные лужи… Почти как в Закулисье, со страхом подумал я. Но со мной рядом ехал Крис, и это меня успокаивало.

Вот мой друг затормозил, скрипнув шинами по асфальту, и указал на неприметный дом с коричнево-жёлтой входной дверью и закрытыми ржавыми металлическими жалюзи на окнах. Как и большинство других домов, он стоял прямо у дороги вблизи тротуара. Никакого палисадника или хотя бы захудалой клумбы под окнами. На фасаде засохли виноградные лозы, и это только больше удручало.

– Ну, вот и он, – заметил Крис. – Выглядит не слишком привлекательно.

Тут я был с ним согласен. Я, честно говоря, ожидал, что дом Докса будет более… ухоженным, что ли. Я медленно слез с велосипеда и направился к двери. У пластиковой кнопки звонка висела табличка с фамилией, но буквы выцвели.

– Хм… Фамилию не прочесть, – сказал я Крису.

Тем не менее я нажал на звонок.

* * *

Ни с места!

Страшно звонить посреди ночи в чужой дом? Поверьте, после того, как вам удалось уйти от своры гончих, рашеров или смайлера, это вам покажется детской забавой.

* * *

В самом деле бояться сейчас было нечего. В самом худшем случае из дома бы выскочил рассерженный незнакомец и отругал бы нас за хулиганство. Но звонка слышно не было. Я позвонил во второй раз. По-прежнему тишина.

Я вернулся к ожидающему на обочине Крису и сообщил:

– Похоже, дома никого нет. Или звонок сломан.

– Ладно, заглянем ещё завтра после школы, – с этими словами он перекинул одну ногу через седло.

– Что? Нет! Давай доведём дело до конца. Может, попробуем зайти через заднюю дверь?

– Ты спятил?! – Крис вытаращил глаза и покрутил пальцем у виска. – Я не собираюсь вламываться в чужой дом. Ты же даже не знаешь, действительно ли это дом Докса. А даже если и так, это всё равно уже чересчур!

– Ладно, ладно, – поспешил я его успокоить. – Я просто осмотрю сад. Подожди тут и предупреди, если вдруг кто-то появится. Мне тоже в полицию не хочется. Но я должен выяснить, всё ли в порядке с Доксом.

– Тупейшая затея. Но ладно. Буду ждать тебя там впереди, на краю моста. Если кого-то увижу, трижды свистну – и тогда сразу сваливай! Просто чтобы ты знал…

– Да-да, хорошо. – Я показал большой палец.

Дом Докса, как и ещё несколько домов на этой улице, располагался у заводи. Я дошёл до угла и насчитал ещё четыре дома, соответственно, мне нужно было обойти их и, двигаясь в обратном направлении, пробраться в пятый по счёту сад. Я перемахнул через обвитые плющом перила моста и приземлился на овощную грядку первого участка. Пригнувшись и стараясь двигаться бесшумно, я перелезал через заборы и продирался через колючие кусты, пока не добрался до нужного садика. Очень хотелось надеяться, что никто из соседей Докса не страдал бессонницей и не смотрел в этот момент из окна.

Сад Докса был в жутком запустении. В блёклом свете уличных фонарей я разглядел высохшие виноградные лозы, остатки цветов и гниющие кучи листвы. Не слишком гостеприимная обстановка.

Тут послышался свист. Вот чёрт! Это Крис подавал сигнал. Я шмыгнул за кусты и осторожно выглянул наружу. На мосту блеснул красный огонёк. Затем появился силуэт человека, который, судя по всему, выгуливал собаку.

Я выпрямился и скользнул к задней стене дома. Сердце так и колотилось. С этой стороны тоже все жалюзи на окнах были опущены. Я шагнул к двери, подёргал ручку. Закрыто. Зараза. Но вполне возможно, что у Докса была та же привычка, что и у моих бабушки и дедушки. Они всегда держали под цветочным горшком запасной ключ. Мало ли, передняя дверь случайно захлопнется, и они окажутся запертыми внутри.

Мне повезло – ключ нашёлся под одним из подоконников, примотанный к его нижней части скотчем. К замку он подходил. Прежде чем повернуть его, я ещё раз тщательно обдумал свой поступок. Правильно ли я поступаю? Крис считал, что Докс тут больше не живёт, и мне сложно было спорить с ним по этому поводу. Прежде всего потому, что я не думал, что глава биологов может настолько запустить свой дом.

Но если сейчас идти на попятную, то зачем я тогда вообще приходил? Поэтому я со скрипом повернул ключ в замке и медленно открыл дверь. Внутри было темно. Чтобы не бродить по дому вслепую, я достал смартфон и включил фонарик. В тесной прихожей пахло чем-то затхлым. Тут стояли и лежали разные садовые инструменты: газонокосилка, грабли, секаторы. Напротив я увидел желтовато-белую дверь без замка. Тихонько закрыл за собой заднюю дверь, подошёл ко входу в комнату и заглянул внутрь. Там тоже было темно. Собственно, чего я ещё ожидал?

В бледном свете фонарика кружились пылинки. Гостиная, на пороге которой я остановился, была обставлена в старинном стиле. Широкий кожаный диван, мягкое кресло с подголовником, изящный журнальный столик и изогнутый комод, на котором стояло несколько чёрно-белых фотографий в рамочках. В доме было тихо, и я решил зайти в комнату.

Неожиданно вспыхнул яркий свет, на миг ослепив меня. Я инстинктивно заслонил рукой глаза.

– Ни с места! На пол, сейчас же! – потребовал низкий голос.

Это точно был не Докс. Я быстро поднял руки, но остался стоять, где стоял.

– У меня нет оружия. Извините, пожалуйста, я просто искал человека, пропавшего без вести, он, кажется, жил в этом доме.

Постепенно мои глаза привыкали к свету. На лестнице, ведущей на второй этаж, стоял крепко сложенный лысый мужчина лет пятидесяти. Он целился в меня из револьвера. Надеюсь, я всё же правильно оценил ситуацию. Его лицо казалось мне очень знакомым.

– Что за дурацкая отговорка? Вламываешься в чужой дом посреди ночи и утверждаешь, что ты просто кого-то искал? Пришёл бы днём или сразу бы заявил в полицию о пропаже человека. – Он сделал шаг вперёд и прищурился. – Мы раньше нигде не могли видеться?

– Полагаю, в психиатрической клинике. Я Марк Шмидт. А вы вроде санитар или медбрат… Юрген?

Мой собеседник пробурчал что-то неразборчивое, опустил оружие и ответил:

– Да, я работаю в той клинике. Ты, значит, сынишка Кнута? Припоминаю, да. Чёрт возьми…

– Вы знаете, что с моим отцом? И где доктор Миндер? Настоящий Миндер, я имею в виду, – выпалил я, несмотря на то что ситуация по-прежнему была напряжённой.

Он пару секунд смотрел на меня, потом пожал плечами и молча прошёл к комоду. Осторожно положил пистолет перед фотографиями. Затем оглянулся и тяжело вздохнул.

– Ну хорошо, я… Я расскажу тебе, что знаю. Но, может, сперва приятеля твоего позовём? А то он там ждёт на улице, весь испереживался. Вдруг ещё решит полицию вызвать…

А ведь я совсем позабыл о Крисе в этой суматохе. Точнее, решил, что он, вероятно, уже укатил домой. Но от мысли, что мы вдвоём будем находиться в доме с вооружённым незнакомцем, было как-то не по себе.

Тем не менее я ответил:

– Да, я поговорю с ним. Сейчас вернусь.

Пока мы шли к передней двери, чтобы привести в дом Криса, я заметил, что внутри всё довольно чисто и убрано. Мебель, конечно, старинная, но за ней явно ухаживали; и паркет тщательно подметён.

Мой лучший друг со смартфоном в руке нарезал круги недалеко от моста.

– Крис! – крикнул я, подбегая к нему.

– Марк! Нет, ты меня точно в могилу загонишь. – Он вздохнул с облегчением, но тут же замер, заметив у входной двери крупного мужчину. – Эм… Это и есть доктор Миндер? – шёпотом поинтересовался он.

– Нет, – ответил я так же тихо. – Его зовут Юрген. Он работает санитаром в той же клинике. Я его знаю – и думаю, он на нашей стороне.

– Ты думаешь?.. – недоверчиво переспросил Крис.

– Он мой единственный шанс найти отца. Ты езжай домой, ладно? Если от меня до утра не будет новостей, сообщи в полицию.

– Чувак, нет. Это глупо. Я лучше с тобой пойду в этот дом ужасов.

– А кто тогда вызовет полицию, если что-то вдруг пойдёт не так? – спросил я. – Да и вообще – я этого парня знаю.

Крис тяжело вздохнул и сказал:

– Дерьмо… Ладно. Под твою ответственность. Не позвонишь до шести утра, пойду к копам.

– Говоришь прямо как моя мама. – Я попытался пошутить на прощание. Однако Крис по-прежнему оставался серьёзным, что было на него совсем не похоже. Тогда я коротко кивнул ему и побежал обратно к дому.

– Мне жаль, но ничего не вышло, – солгал я, когда снова подошёл к Юргену. Мой друг в это время уже успел уехать достаточно далеко. – Ему срочно нужно домой, а то родители волноваться будут.

– Ладно, не страшно. Заходи, я тебе всё расскажу.

Несмотря на нехорошее предчувствие, я пошёл за ним.

* * *

И вот я уже сидел на широком кожаном диване. Юрген устроился в кресле и некоторое время молчал.

– Итак, что с моим отцом? – Я решил взять на себя инициативу.

– Он в Нойсе, в психиатрической клинике. Но ты… кхм… ты ведь знаешь, что это на самом деле не клиника, верно?

Ну, разумеется. Юрген работал на биологов, но подробностей моей истории не знал. Он и не обязан был.

– Да, конечно, знаю. Там штаб-квартира биологов, одного из подразделений фонда «А-Синк». Мой отец тоже работает на эту корпорацию, он вроде спецагента. Я знаю о его последней миссии. Знаю про Закулисье. Переброску между измерениями. Алмаз Сердца. Всё. – Я слегка преувеличил, но полагал, что это бы не повредило. – Не знаю только, что с ним сейчас.

– Когда он вернулся со своей последней миссии, мы заманили его в ловушку. Хороший коп, плохой коп. Думаю, ты знаешь этот приём. Я был «хорошим копом». Начальство хотело выяснить, нашёл ли он Алмаз Сердца.

– А дальше?

– Похоже, миссия провалилась. После этого его поместили в палату для пациентов.

– Почему ты мне всё это рассказываешь? Ты же на них работаешь.

– Да, но мы с Кнутом дружим. Кроме того, они натравили на тебя полицию, мол, ты опасный буйный пациент, сбежавший из клиники. – Он покачал головой. – Биологи, на которых я работаю вот уже двадцать лет, не преступники, они исследователи!

Это многое объясняло.

– Ну а что с Доксом? Его-то вы тоже давно знаете.

– Конечно. Я работал уже на двух докторов Миндеров.

– На двух?..

– Доктор Миндер – это позывной главы биологов. Да, некоторые традиции «А-Синка» крайне странные, но так уж повелось.

– Да, теперь понимаю. Новая докторша, Джулия, преемница Докса. Но это не объясняет, где теперь искать его самого.

– Я и сам не знаю. Честно, не знаю. Может, он в Закулисье?

В целом и такое было возможно – либо же его тоже где-то заперли.

– Ты поможешь мне освободить отца? – вернулся я к первоначальной теме разговора.

– Нет, – решительно покачал головой Юрген. – Иначе я потеряю работу. И это не самое страшное: у «А-Синка» руки длинные, я могу больше вообще никогда никуда не устроиться. И кто знает, что ещё они на меня повесят. Биологи ребята безобидные, но вот высшее руководство – отнюдь нет.

Я разочарованно посмотрел на него. Как же его убедить?

– А ты знаешь, как работает Алмаз Сердца? – спросил я.

Он покачал головой.

– Нет, это секретная информация.

– Может, ты и о миллионах безликих, захвативших тела людей в Реальности, ничего не знаешь?

Он снова покачал головой. Вот сейчас, значит, и узнает.

* * *

Прошёл час. Я рассказал Юргену о машине безликих, сущностях в телах людей, Алмазе Сердца, а также высказал своё подозрение, что «А-Синк» намерен управлять безликими в Реальности. Он очень внимательно слушал, становясь при этом всё бледнее и бледнее. Поскольку он был коллегой биологов, он легко сложил все детали пазла и понимал, что это правда.

– И что теперь скажешь? По-прежнему считаешь, что твоя работа важнее, чем спасение моего отца? С его знаниями и умениями мы можем попытаться выступить против «А-Синка» и помешать им использовать Алмаз Сердца.

Юрген молчал. Похоже, ему требовалось время, чтобы переварить новую информацию, и, разумеется, для него это было непростым решением. Помогая мне, он бы автоматически стал врагом крупной корпорации.

Молчание затянулось. Даже свою историю я рассказывал не так долго. Наконец он молча поднялся с кресла, шагнул к комоду – и взял револьвер.

Проникновение со взломом

Вот чёрт. Моё сердце пропустило удар. Что он ещё придумал? Похоже, я всё-таки не убедил его… Юрген крутанул барабан револьвера, внимательно осмотрел его и сунул в наплечную кобуру.

– Согласен, – сказал он. – Я в деле. Давай поторопимся, пока ещё темно и людей на улицах нет.

Я вздохнул с облегчением.

– Ты меня так не пугай, ладно?.. Спасибо тебе большое. Ну, тогда вперёд.

Он сказал, что сходит, пожалуй, ещё за стамеской в садовый сарайчик, а я пока ещё раз осмотрел гостиную. Что-то на чёрно-белых фотографиях привлекло моё внимание. С одной из них мне широко улыбались два молодых солдата в американской военной форме. Военно-воздушные войска? Один положил руку на плечо другого. Наверное, один из этих двоих – отец или даже дедушка Юргена? Они стояли перед чем-то вроде ангара, но самолётов внутри не было. Вместо них там стояли крупные машины в человеческий рост с кучей проводов. Я не мог оторвать взгляд от фотографии. В ней было что-то неуловимо знакомое. И дело было не в людях. Но прежде чем я понял, в чём тут дело, из прихожей вернулся Юрген.

– Чего ты ждёшь, Марк? Выдвигаемся.

– А я тут… Ладно, не важно. Поспешим.

Четверть часа спустя мы катили в сторону Нойса на его ядовито-зелёном «Рено Твинго». Колымага Юргена была вся покрыта ржавчиной, грохотала и гудела. Удивительно, как она последний техосмотр прошла. Да и Юрген в ней едва помещался. Платили биологам, похоже, не так много. По пути мы разрабатывали план по освобождению моего отца. Ничего сверхизощрённого: зайти внутрь с помощью ключ-карты, вытащить отца и смыться. Остальное – по обстоятельствам.

– Мне вот интересно, – рассуждал я, когда мы уже подъезжали к городу на другом берегу, – а вдруг эта докторша – твоя новая начальница – тоже одержима безликим. Это бы как минимум объяснило ненужную игру с хорошим и плохим копами. Докс и Кнут давно дружили. Ему бы отец точно всё без утайки рассказал. Зачем тогда нужно было смещать его с поста руководителя и устраивать этот цирк?

Пока я всё это говорил, в голову мне пришла идея:

– А вдруг безликие, которые сейчас здесь, в телах людей, тоже знают об Алмазе Сердца? Они наверняка сделают всё возможное, чтобы он не попал в руки ни к «А-Синку», ни к кому-либо другому.

– И это ещё не всё, – добавил Юрген, кивая. – Я бы на их месте старался помешать всем, у кого могла появиться возможность управлять мной. А ещё я бы устроил всё так, чтобы никто не узнал об Алмазе Сердца или не мог бы об этом рассказать.

– Вот чёрт! – ахнул я, и сердце заколотилось быстрее. – Значит, отцу грозит ещё более серьёзная опасность! Нельзя терять времени. Поднажми!

* * *

Юрген припарковал машину в тёмном еловом лесу на гравийной дорожке. Достаточно далеко от парковки, чтобы нас не засекли камеры. Когда я вылез из машины, меня обдало прохладным ветерком. На неосвещённой обочине рядом с чахлыми деревьями я едва видел дальше собственного носа.

– Далеко отсюда? – шёпотом спросил я у выходящего из машины Юргена.

– Метров двести. Давай за мной.

Он отодвинул в сторону ветки и двинулся вглубь хвойного леса. Чтобы не потерять его, я поспешил следом за ним. Иголки и древесина царапали мне руки и лицо. К счастью, через несколько минут этот лесок остался позади. Дальше дорогу нам преграждал высокий – под два с половиной метра – металлический забор. Острые прутья отбивали всякое желание перебираться через него. За забором же простирался тёмный луг, шагов пятьдесят в ширину, а за ним стояло громадное неосвещённое здание – штаб-квартира биологов. Там я рассчитывал найти отца.

– А теперь что? – прошептал я.

Вместо ответа Юрген вдруг остановился и почесал подбородок.

– Вообще очень странно.

– Что странно?

– Да в здании темно. Обычно фонарь над дверью горит.

– Может, авария на электростанции? На всей улице такая темень.

– Да, возможно, – он задумался. – Сейчас выясним. Давай вправо. Там пару недель назад во время грозы дерево упало, и забор теперь повреждён.

Вскоре мы нашли место, временно огороженное простым деревянным забором. Похоже, тут и велись ремонтные работы. Мы без проблем проникли на территорию и, пригнувшись, побежали к зданию.

– Тут что, никаких камер, никакой охраны? – спросил я на бегу.

– Да. Но это только в передней части здания: мы же исследователи, а не секретная служба.

У стены я заметил камеры, направленные на боковой вход, к которому мы и шли. Однако Юрген их проигнорировал и зашагал прямо к двустворчатой белой двери аварийного выхода. Приложил ключ-карту к соответствующему устройству на стене, но ничего не произошло.

– Чёрт. Электричества действительно нет.

– Как же нам попасть внутрь? – спросил я.

Он молча вытащил стамеску и просунул изогнутый конец между створками дверей. Через пару минут замок с грохотом поддался. Двери распахнулись наружу.

– Надо поторопиться. Скоро придут… – Тут он умолк.

– Что такое?

– Чувствуешь?

Тут и мне в нос ударил едкий запах дыма и жжёной резины.

– Пожар! В здании что-то горит! – Пульс тотчас участился. – А мой отец, возможно, где-то там, внутри!

– Почему, интересно, не сработала пожарная сигнализация?

Я заглянул внутрь. В коридоре было темно.

– И света нет, – добавил я. – Это явно не случайность. У тебя есть фонарик?

– Только на смартфоне.

Мы включили фонарики, поскольку ничего другого нам не оставалось. Под потолком клубился дым.

– Далеко нам сейчас? – спросил я.

– Недалеко. Вперёд по коридору, затем направо, а потом налево. Он в одной из палат для пациентов. Полагаю, они все заперты.

– Тогда поторопимся, – взволнованно проговорил я. – Надеюсь, отец ещё не задохнулся от дыма!

Прежде чем мы поспешили вперёд, я положил у двери камень, чтобы она не захлопнулась и путь назад не был отрезан. Фонарики слабо освещали нам дорогу. Юрген меня немного обогнал и открыл следующую дверь. Навстречу нам повалили клубы густого дыма. Мы старались не вдыхать его. Он скапливался под потолком и тянулся к выходу.

– Направо, потом налево? – уточнил я.

– Да, там уже недалеко. Дверь будет слева. Держись ближе к полу.

Речь шла о моём отце. Останавливаться на полпути было никак нельзя. Юрген отчего-то не предпринимал никаких попыток двигаться вперёд, и я помчался первым. Кашляя и пригибаясь, мы бежали по описанному маршруту. Потолка почти не было видно из-за плотного чёрного дыма. Буквально в нескольких шагах я различил красно-оранжевые всполохи пламени.

Стёкла в двустворчатой двери были черны от копоти, сквозь них почти ничего не было видно. Там, похоже, и находился источник дыма, который просачивался сквозь дверную щель. Огонь не утихал, было жарко, всё с грохотом рушилось, но нам нужно было именно в это пекло.

– Так, ладно, – кашляя, проговорил я. – Посмотрим, что ещё можно сделать!

Я лихорадочно огляделся. На противоположной стороне коридора висел переносной огнетушитель. Лучше, чем ничего. Я снял его с держателя.

– В сторону! – крикнул я своему спутнику.

Я медленно открыл дверь, подтолкнув её огнетушителем. Раскалённый воздух, вырвавшийся оттуда, казалось, расплавил мне все волосы на теле. В лицо валил густой дым, я снова закашлялся. Но сдаваться я не собирался. Закрыв рот рукой, чтобы лишний раз не дышать дымом, я оглядел коридор. Из кабинетов по правой стороне тоже вырывались языки пламени, а под потолком скапливался дым. Видимо, когда я открыл дверь коридора, огонь разгорелся сильнее из-за потока свежего воздуха. Слева располагались три запертые двери, ведущие в палаты. Надежда всё же была!

– Юрген! – крикнул я с надрывом. – Дай стамеску! Я попробую открыть двери!

– Хорошо, но поторопись! Дверь я за тобой закрою, а то пламя сильнее разгорится, его же кислород подпитывает!

Он передал мне стамеску и огнетушитель. Отбросив последние сомнения, я пополз вперёд. Инструменты я толкал по полу перед собой. Было невыносимо жарко, особенно с правой стороны, но зато с дыханием проблем не возникало, поскольку дым тянулся к потолку и там рассеивался. Вскоре я добрался до первой двери.

– Папа?! – закричал я.

Ответа не последовало. Может, он сознание потерял, надышавшись дыма. Я попытался протолкнуть край стамески между дверью и косяком, но тщетно. Это были не фанерные двери, как в гостиных, а массивные металлические конструкции. Чёрт! И что теперь? Надо вернуться за помощью, один я тут долго не продержусь. Становилось всё жарче и жарче. Я пополз обратно к двери.

Но тут потолочные панели начали, искрясь, падать на пол. В считаные мгновения путь к двери был перекрыт кучей обломков. Я инстинктивно заслонился рукой, чтобы искры не попали мне в глаза. Теперь отсюда было не выбраться! И времени было крайне мало. Я схватил тяжёлый огнетушитель и пополз обратно в пекло.

Жара отнимала слишком много сил. На миг у меня потемнело перед глазами, но я быстро собрался. Без моей помощи у отца не будет шансов. Я снова добрался до той двери и опустился на колени. С силой ударил огнетушителем по дверному замку. Огнетушитель выскользнул у меня из рук и больно задел плечо. Зараза. Ну-ка, ещё одна попытка. На этот раз перехватить покрепче. Перед глазами плясали красные и чёрные хвостатые точки. Ещё один удар. Поднял. Замахнулся. Ударил. Отдача была такой, что меня всего затрясло, и я невольно качнулся вперёд. Огнетушитель я, естественно, снова уронил, и он со стуком покатился по полу – прямёхонько в открытый кабинет, где вовсю бушевало пламя. Что ж за невезуха…

Зато дверь открылась. Получилось! Больше я такой подвиг точно не повторю. В комнате было темно.

– Пап? – хрипло крикнул я. – Ты здесь?

– Марк?! – послышался приглушённый голос отца.

Какое же облегчение… Мы по-прежнему были в серьёзной опасности, но я был так рад, что отец нашёлся! Он лежал на полу в углу, закрывая органы дыхания обрывком простыни. Поняв, что больше не один в палате, он быстро подполз ко мне.

– Какого чёрта ты тут делаешь?

– Тебя спасаю, разве не ясно?

– Да-да… но… Ладно, давай выбираться скорее!

Где же пожарная служба? Разве они не должны были уже приехать? Мы добрались до двери. Дым и жар постепенно спускались ниже, уже даже на полу было трудно дышать.

– Проход к той двери заблокирован! – сообщил я, махнув рукой туда, откуда пришёл. – Тут есть другой выход?

Отец помолчал и ответил:

– В другом конце коридора тоже есть дверь. Будем надеяться, она ещё не в огне!

Мы поскорее двинулись в том направлении, уклоняясь от языков пламени, вырывающихся из кабинетов к потолку. Потолочные плиты в этой части коридора ещё держались. Добравшись до двери, я уже хотел было открыть её, но тут же вскрикнул от боли, едва коснувшись ручки. Дверь была сильно раскалена. Из-за неё навстречу нам вырывалось пламя. Полыхало, конечно, будь здоров!

– Нет, бесполезно! – крикнул я и пополз обратно. – Там всё в огне! Может, есть ещё какой-то выход?

Отец указал на дверь слева от меня.

– В подвал!

В обход

Когда мы распахнули дверь подвала, навстречу нам повеяло прохладой. Какое же облегчение. Правда, в следующий миг ад сорвался с цепи, и позади взревело пламя. Так обычно бывает, когда в камин поступает новый кислород. Стамеска, которой мы и выломали подвальную дверь, полетела вниз, со звоном ударяясь о каменные ступеньки. Мы с отцом на четвереньках поползли за ней. Поскольку замок мы сломали, закрыть дверь теперь было невозможно.

– Вниз, скорее! – скомандовал отец и выпрямился, чтобы спускаться быстрее.

Этот лестничный пролёт с каменными ступенями, образующими полукруг, и грубая каменная кладка стен казались очень старыми, зато, насколько я мог судить, здесь ничего не могло загореться. А значит, пока сюда поступает свежий воздух, бояться нам нечего. С помощью стамески мы взломали и дверь в конце лестницы, после чего наконец-то смогли перевести дух, выйдя в тёмный коридор.

Свежий воздух, холодные стены… Редко я бывал так рад оказаться в мрачном подвале. Темно, хоть глаз выколи. Как в угольной шахте. И запах соответствующий, и вокруг всё закоптелое. Я сунул руку в карман брюк, собираясь включить на смартфоне фонарик, но его там не оказалось!

– Чёрт, я телефон потерял, – разочарованно пробормотал я.

– Не страшно. Эти коридоры я знаю как свои пять пальцев.

– И где мы сейчас? – спросил я. Судя по разносящемуся эху, мы были в огромной пустой комнате.

– Старые подвалы бывшей клиники для душевнобольных. Здесь ничего не менялось с момента её закрытия. Отсюда очень удобно переходить в Закулисье за счёт мрачной атмосферы. Тут как будто всё пропитано страданиями бывших пациентов.

– Ладно… И что, будем просто дожидаться тут приезда пожарных?

– Да, здесь мы будем в безопасности. Потолки тут каменные, как и всё прочее. – Он немного помолчал. – А теперь будь добр, объясни, что тебя сподвигло лезть в это пекло и рисковать своей жизнью.

– Если коротко: я был в Закулисье и нашёл Алмаз Сердца.

– Ты… Что?! И где он сейчас?! – тут же перебил меня отец.

– Его у меня украли, – признался я.

– Как? Кто украл?

– Он называл себя Рианом. Утверждал, что работает на «А-Синк».

– Чёрт! Я так и знал, что ему нельзя доверять. И что он сделал с Алмазом?

– Сбежал с ним в Реальность. Куда конкретно, не знаю.

– Зараза. – Некоторое время он молчал, я слышал только его дыхание. – Ты знаешь, на что способен этот минерал?

– Да. С его помощью можно подчинить себе сущности Закулисья. Я и сам этот трюк проделывал. И я предполагаю, что нечто подобное замышляет и «А-Синк», – ответил я.

– Они хотят превратить безликих, чьи сущности сейчас обитают в нашей Реальности, в безвольных марионеток, – сообщил отец. – Это даст им абсолютную власть над телами одержимых людей, занимающих ведущие посты в политике, экономике и армии. И всех остальных. В том числе Николь и Эмилии.

– Ты знал об этом? – вырвалось у меня. – Почему ты мне ничего не рассказывал? И почему участвовал в их грязных делах?

Неужели отец считал, что я вообще ни на что не способен и доверять мне нельзя? Как он мог это скрывать? Речь ведь шла о нашей семье!

– Прости, но я сам не знал. Честное слово, не знал. – В кромешной тьме его голос звучал удручённо и подавленно. – Сначала я узнал, что солдаты, убивающие сущности Закулисья, тоже хотят заполучить Алмаз Сердца. Потом оказалось, что Докс исчез и у биологов новая начальница. Они попытались меня перехитрить и заперли в камере. Тогда-то у меня и сложилась общая картина.

– Должен же быть способ остановить их!

– Ты что-нибудь слышишь?

Я напряжённо вслушивался в темноту. Наверху потрескивал огонь. Мы до сих пор шумно переводили дыхание. В остальном же тут, в подвале, царила полная тишина.

– Нет. Ничего не слышу. К чему ты клонишь?

– Вот именно – ничего. Сирены не гудят. Вода не шумит. Пожарные не переговариваются.

– О чёрт… Нас что, перебросило в Закулисье, а мы этого даже не заметили?!

– Тогда и огонь бы сейчас не шумел, – возразил отец. Ну да, точно. Что-то я сглупил. – Тут дело в другом. Кто-то использует свои связи, чтобы окончательно устранить биологов или свидетелей вроде нас.

– Хочешь сказать… – Внутри у меня всё сжалось и похолодело. – Они уже контролируют безликих?

– Да. Либо же у них просто хорошие связи в местных органах управления.

– И что, мы никак не можем этому помешать?

Ну как же это?.. Как?.. Я ведь наконец-то нашёл отца, я на него надежды возлагал. А теперь он мне говорит, что всё потеряно и мы бессильны.

* * *

– Конечно же можем. Только не здесь. Не в Дюссельдорфе. Я, кажется, догадываюсь, где сейчас Риан и где можно найти тех, кто всем этим заправляет.

– И где же?

– В Нью-Мексико.

– В Штатах? Ты шутишь?

– И не думал. Главный исследовательский центр «А-Синка» находится именно там. Точнее, в Лос-Аламосе. Риан как раз упоминал, что он оттуда.

– Он ведь мог и солгать.

– Да, но это, пожалуй, единственная зацепка. К тому же я сам получал образование именно там. У меня там ещё остались старые приятели. Уверен, они мне помогут.

Вот тут я нахмурился.

– Погоди-ка. Почему – тебе? Ты ведь имел в виду – нам, не так ли? Или ты думаешь, что я тебя одного туда отпущу?!

– Марк, пойми, – принялся убеждать он типичным родительским тоном. – Это слишком опасно. Будет лучше, если ты останешься в Германии…

– Кнут! Нет! С меня хватит! Я уже почти взрослый! Это я победил Древнейшего рашера и добыл Алмаз Сердца. Это я надрал зад солдатам Гонзалес. Я тебя вытащил из этой чёртовой камеры, рискуя своей жизнью. Это всё я! Понимаешь? Я один! Тем не менее ты меня до сих пор считаешь несмышлёным младенцем, которому надо сопли вытирать! Что же ещё, скажи на милость, я должен сделать, чтобы заслужить наконец твоё признание и уважение?! Чтобы ты понял, что маленький мальчик вырос?!

Последние слова я практически выкрикнул и, тяжело дыша, остановился. В темноте я не мог видеть его лица. Воцарилась тишина. Отец глубоко вдохнул. В ушах у меня шумела кровь, а сердце колотилось у самого горла.

– Я… – Отец запнулся. – Хорошо.

– Что хорошо? Ничего не хорошо!

– Я к тому, что… Ты прав. Ты мой сын, и моё желание защитить тебя вполне естественно. Это никак не связано с твоей смелостью или с твоими способностями. И я… – Он помолчал, подбирая слова. – Шут с ним, покончим с этим делом вместе. Уверен, вдвоём у нас будет гораздо больше шансов разобраться с корпорацией.

Неужели он действительно это сказал? Я, признаться, даже растерялся немного и не знал, что ответить. Он всерьёз соглашался взять меня с собой или просто хотел меня успокоить? Я пока не доверял миру.

– Ладно. Спасибо. Но надо бы для начала отсюда выбраться.

– Тут есть аварийный выход. Давай так: положи руку мне на плечо и следуй за мной. И стамеску захвати, мало ли что приключиться может.

Несколько минут мы брели в темноте и наконец добрались до противопожарной двери. Механизм открывания дверей сработал. За дверью была решетчатая лестница, ведущая на поверхность. Наверху, на фоне ночного неба, виднелись оранжевые вспышки, клубился дым, летели искры. Пламя, похоже, рвалось с крыши, но в целом путь был чист.

– Может, и Юргена сейчас встретим, – вслух подумал я. Наверняка он тоже уже успел выбраться.

– Юргена? – Отец недоумённо покосился на меня.

– Ну да. Это он мне помог сюда пробраться и проводил почти до самой палаты, где тебя заперли.

Я уже хотел вылезти наружу, но тут рука отца легла мне на плечо.

– Ну-ка постой. А ты где это с Юргеном повстречался?

– Он был в бывшем доме Докса, который в квартале Отто Гана. Я нашёл этот адрес в интернете. Хотел найти Докса, а нашёл…

– Это не бывший дом Докса. Он по-прежнему там живёт.

– Да? О… Тогда не понимаю. Получается…

– …тебя обдурили. Не знаю, что Юрген делал в том доме, но после того, как он понял, кто ты такой, он намеренно отправил тебя в горящее здание. Хотел таким образом устранить очередного свидетеля.

– Но у него было оружие. Почему он просто не застрелил меня?

– Это было бы слишком броско. Лучше несчастный случай, чем убийство. Либо же пистолет был ненастоящий.

Дело представилось в новом свете. Как же хорошо, что я отправил Криса домой.

– Ох, чёрт… Надо было спросить, что он делал в доме Докса.

– Да уж, надо было. Понимаешь теперь, почему я мало кому доверяю? Ладно, тут уже ничего не изменишь. Давай уйдём потихоньку. – Тут он снова остановился. Вдалеке гудели сирены. – Как же не вовремя… Давай скорее. Выбираемся!

Мы вскарабкались вверх по лестнице. Тёмные деревья и кусты в парковой зоне, в которую мы попали, были сейчас нашим преимуществом. Отражения костра хватало, чтобы разглядеть дорогу. Держась в тени живых изгородей, я побежал за отцом.

Внезапно что-то просвистело возле меня и отрикошетило от края скамейки, мимо которой мы проходили. Мне в лицо полетела каменная крошка, я отчётливо видел искры. Послышался хлёсткий удар. Я в испуге упал на землю. Кнут был чуть быстрее и успел прыгнуть в укрытие.

– Засада, – пробормотал он. – Засекли нас с тобой всё-таки.

– И что теперь? – прошептал я. Как нам выбираться? Хороший стрелок рано или поздно попадёт в цель.

– Брось что-нибудь в кусты, чтобы привлечь внимание. Если он снова выстрелит, я увижу вспышку и пойму, где он находится.

– Что ты задумал?

– Ты его отвлекаешь шелестом в кустах, а я вырубаю.

На сей раз я был согласен с таким распределением ролей, признавая, что мне ещё есть чему поучиться. Я осторожно подполз к ближайшему кусту и энергично потряс его нижние ветки. Грянул выстрел. Я весь сжался и глазами попытался найти отца. Его нигде не было видно. Я подобрался к другому кусту и снова зашумел листьями и ветками, надеясь, что я не в зоне обстрела. В этот раз отвлекающий манёвр, похоже, не сработал. Значит, оставалось только затаиться и надеяться на Кнута.

По-прежнему вдали гудели сирены, но и сквозь их вой я услышал чьи-то шаркающие шаги. Кто-то приближался ко мне – и вдруг шаги стихли. Наверное, сейчас человек шёл по траве, ступая совсем неслышно. Но кто это? Стрелок или мой отец? Зараза. Если это стрелок, он, конечно, не станет требовать поднять руки над головой, как в каком-нибудь плохом боевике, нет. Он выстрелит мне в голову, как только найдёт моё укрытие. В любую минуту на парковку с другой стороны здания могли прибыть пожарные. Подождать их или лучше медленно сматываться отсюда? И то, и другое могло быть очень опасно. Но вот как только прибудут спасатели, можно будет уже точно не бояться.

И тут среди корней я разглядел пару белых кроссовок. Это был Юрген. Он остановился в полуметре от меня. Ох, нет. Я задержал дыхание, чтобы случайно себя не выдать. В любой момент мог грянуть выстрел, и моя жизнь оборвалась бы. Интересно, как это будет? Я почти не почувствую боли? Или буду долго мучиться, истекая кровью? Тут послышался глухой удар. Человек за кустом бесшумно рухнул на землю.

– Марк? – это был Кнут. – Он в отключке. Беги дальше!

Я поспешно поднялся на ноги, отгоняя мрачные мысли. Не обращая больше внимания на лежащего без сознания охранника, мы ринулись к забору. Синие вспышки пожарной мигалки были уже ясно различимы. Послышались и голоса. Пожарная команда, остановившаяся с другой стороны здания, приступила к тушению огня.

– Как мы переберёмся через забор? – спросил я на бегу.

– Перелезем.

Добравшись до ограды, Кнут присел на одно колено.

– Давай! Влезешь мне на плечи, и я тебя подниму. Остальное сделаешь сам.

Отец был жилистым мужчиной на голову ниже меня и сложен был не так крепко. Но ладно, наверное, он знает, что делает. И вот я стоял у него на плечах. Он закряхтел от напряжения, но всё же сумел меня поднять. Край забора сейчас доходил мне до бёдер, а прутья, к счастью, оказались не такими острыми, как я ожидал. Оттолкнувшись одной ногой, я подтянулся и перевалился через забор. Приземлившись в траву, я сильно ушиб пятки и упал вперёд. Не слишком элегантно вышло, но я ничего себе не сломал, уже хорошо. Подняв голову, я увидел, что мой отец тоже перебирается через забор. Через мгновение он плавно приземлился рядом. Это всё потому, что он легче меня, утешал себя я.

– Фух. Ничего себе приключение, – повернулся я к нему. – Что теперь?

– Едем домой. Надо тайком забрать твои документы.

Аэропорт Хитроу

Пустой трамвай притормозил у остановки прямо рядом с нашим домом. Было четыре тридцать утра. Вот-вот должно было взойти солнце. Мы были в грязи и пыли, волосы спутаны, одежда порвана. И наверняка воняло от нас, как от горящих покрышек. Но вагоновожатый, похоже, этого не заметил или просто решил не обращать внимания. Иначе нас бы уже на следующей станции встретил полицейский патруль.

И вот мы уже стояли перед нашей входной дверью с приметным жёлтым почтовым ящиком на ней. К счастью, ключи от дома лежали в кармане под молнией, иначе они бы сейчас тоже валялись, как мой обуглившийся и расплавленный смартфон, среди дымящихся развалин клиники. У Кнута же все его личные вещи отобрали.

– Ладно, – ещё раз обобщил я наш план, – значит, сначала мы спускаемся вниз в прачечную в подвале, вымоемся там хорошенько. Если повезёт, найдём чистые вещи в сушильне. Возможно, даже наши собственные.

– Да, верно. Потом проберёшься в квартиру и поищешь свой загранпаспорт. Я, к сожалению, не смогу его найти, у тебя в комнате полный бардак.

Удивительно, но я всегда всё находил в своём «бардаке». Или, по крайней мере, большую часть потерянного.

– Всё найду, не переживай. А твой, как обычно, в среднем ящике комода в коридоре? И кредитки там же?

– Да. Ну, вперёд!

Вскоре мы уже стояли в прачечной, полностью раздетые. Хотелось надеяться, что никому из наших соседей не приспичит стирать вещи в половине пятого утра. Наши старые лохмотья мы собирались выбросить в мусорный бак за пару кварталов от дома. После того, как мы тщательно вымылись (для чего пришлось воспользоваться остатками стирального порошка), мы проверили сушилки. Наша, к сожалению, была пуста. Пришлось взять одежду кого-то из наших соседей, что было максимально неловко. Пусть бельё и одежда и были чистыми, но они всё равно чужие… Наверняка потом в коридоре оставят гневные записки, кто, мол, взял не свои вещи, будьте любезны вернуть.

Послышался громкий стук. На лестнице вспыхнул свет. У меня замерло сердце. Хлопнула тяжёлая входная дверь. Кто-то, шаркая ногами, поднимался вверх по лестнице. Вскоре в замке одной из квартирных дверей повернулся ключ.

– Ух… Едва-едва, – пробормотал я. – Ну что ж, я, в общем, готов, пошёл к себе. А ты пока барахло наше выкинешь?

Отец кивнул, подхватил воняющую кучу одежды и побрёл вверх по лестнице. Было ясно, что он очень не хотел, чтобы я шёл в квартиру, всё-таки задача передо мной стояла не из простых. Но сам он мой паспорт в жизни бы не нашёл.

Поднявшись на наш этаж, я первым делом разулся прямо у двери, вставил ключ в замочную скважину и аккуратно его повернул. Послышался тихий-тихий щелчок. Я осторожно протиснулся в нашу тёмную прихожую. Дверь в комнату Эмилии была чуть приоткрыта, но свет там не горел. Странно. Раньше она всегда включала ночник и засыпала только с ним. Дверь же в спальню родителей была закрыта.

Я направился в свою комнату, закрыл за собой дверь и включил лампу в виде космонавта на потолке. Да, тут всё такой же бардак: старые шмотки, недостроенные модели космических кораблей и постеры с последней сходки фанатов «Звёздного пути». Здравствуйте, я скучал. Николь не убиралась здесь. Да и зачем? Ведь в Реальности всего лишь наступило утро следующего дня; это в Закулисье для меня прошло несколько суток. Правда, немного удивительно, что она не сидела сейчас на кухне с озабоченным лицом и не ждала меня. Я ведь не впервые уходил куда-то надолго без предупреждения. Раньше она ждала меня вплоть до самого утра, чтобы строго отчитать. Что ж, это только подтверждало, что мама действительно больше не была собой, а в её теле сейчас находился безликий, которому, разумеется, всё равно, где я и что со мной.

Ладно, хватит рассуждать. Меня ждал Кнут. Я быстро просмотрел стопки бумажек на письменном столе, под креслом, на полках. Ничего. Зараза. Где же загранпаспорт? Вон же он! Под клавиатурой. Так, с этим справился. Теперь гасим свет и возвращаемся в коридор. Комод в стиле модерн достался нам от бабушки. Когда я выдвигал средний ящик, тот жутко заскрипел, и я всерьёз запереживал, что сейчас от этого скрежета все в квартире проснутся. Я лихорадочно перебирал старые батарейки, ключи, бумажки и монетки. Лишь бы Кнут не ошибался. Ага, вот он паспорт. И второй тоже тут. В темноте я бы их, естественно, не отличил. Пластиковых карточек в ящике тоже было полно. Но которые из них действующие кредитки? Ай, чтоб тебя… Бегом в комнату. Включить свет. Так, всё хорошо. Папин паспорт и две кредитные карты. Всё остальное можно убрать обратно. Прежде чем выйти из комнаты, я взял с собой ещё и рюкзак, наверняка пригодится. Свет погасить. В коридор. Я начал закрывать дверь комнаты и…

Неожиданно в прихожей вспыхнул свет. На пороге своей спальни появилась Эмилия в бирюзовой пижаме и сонно уставилась на меня.

– Марк? Явился наконец-то! А что же свет не включаешь?

– Да я… тебя беспокоить не хотел. Гулял с ребятами. Но… Тихо, ладно? Не разбуди маму.

– Хм… Ну хорошо.

Я уже повернулся и зашагал к своей комнате.

– Мама за тебя волновалась. – Она помолчала. – И во что это ты одет?

– А, это… – я внимательно посмотрел на неё. – Да так, упал, испачкался. Крис одолжил свои шмотки, какие первые под руку попались. Ну, доброй ночи.

– Ага, доброй…

Свет в коридоре погас, и я плотно закрыл за собой дверь комнаты. Чуть было не попался. М-да… Оставалось надеяться, что Эмилия быстро уснёт. Десять минут я был как на иголках. Чтобы не тратить время впустую, я переоделся в свою одежду и воспользовался дезодорантом.

Приоткрыл дверь в коридор. Из комнаты Эмилии слышался негромкий храп. Я шмыгнул к двери – и снова остановился. Сейчас почти пять часов. Через два часа они обе заметят, что меня нет дома. Я развернулся и пошёл на кухню. Написал записку, что ушёл пораньше, чтобы помочь Крису с рефератом. Объяснение, конечно, было притянуто за уши, но звучало вполне правдоподобно и давало нам с Кнутом выиграть достаточно времени. Только после этого я выскользнул из квартиры и побежал вниз по лестнице. Отец уже ждал на улице.

– Тебя заметили? – с упрёком спросил он.

– Эмилия проснулась, но она ничего не заподозрила. Я оставил записку, это поможет нам выиграть время.

– Ладно. – Он зашагал к остановке. – Тогда поехали в аэропорт. Там можно будет и душ как следует принять, и раздобыть всё необходимое для путешествия.

– Эм… Я должен ещё кое-что тебе рассказать.

Он остановился и сурово нахмурился.

– Меня разыскивала полиция. Не знаю почему. Но в аэропорту с этим могут возникнуть проблемы.

– Хм… Должно быть, руководство клиники пыталось до тебя добраться по поручению «А-Синка». Наверняка выдумали историю, что ты опасен для общества или что-то в этом роде. – Он поскрёб подбородок. – Тогда пойдём сперва в ближайший полицейский участок и проясним ситуацию. Вместе мы со всем разберёмся. К тому же от клиники почти ничего не осталось.

* * *

В участке проблем не возникло. Кнут заявил, что всё в порядке, и ему поверили, отозвав заявление. В конце концов, обвинять меня действительно было не в чем, и постановления суда тоже не было.

В аэропорту Дюссельдорфа мы не только приобрели билеты до Санта-Фе в штате Нью-Мексико и приняли душ, но и обзавелись чистой сухой одеждой, новыми смартфонами и полным туристическим снаряжением. Всё остальное мы собирались купить непосредственно в США.

Было около десяти утра. Наш самолёт вовремя прибыл в лондонский аэропорт Хитроу, и сейчас мы ожидали пересадки на рейс до Финикса. Зона ожидания была переполнена, у выхода на посадку толпились семьи с маленькими детьми, пенсионеры, деловые путешественники, туристы с набитыми рюкзаками и сотрудники полиции самого аэропорта. Только подростков среди вылетающих не было, что логично: не каникулы ведь.

Сюрреализм какой-то. Неужели я действительно отправлялся в секретный исследовательский центр в США вместе со своим отцом – агентом «А-Синка»? И это даже не самое безумное. Нам предстояло помешать этой тайной организации захватить власть над безликими с помощью Алмаза Сердца. Как именно? Да пока без понятия!

Неожиданно кто-то похлопал меня по плечу. Я оглянулся, и у меня отвисла челюсть. Дерзкая улыбка, стильная жёлтая шапочка, рюкзак за спиной. Алекс!

Послесловие

Всем привет ещё раз!

Да, вот это встреча – Алекс тоже была тут как тут. У меня накопилось к ней немало вопросов. Но это ещё цветочки по сравнению с тем, с чем нам пришлось столкнуться в США. Охота за Алмазом Сердца только началась, и впереди нас ожидало много неприятных сюрпризов.

Компания «А-Синк», безликие в телах простых людей и новые враги – все они очень хотели бы заполучить этот могущественный артефакт. А мы ко всему прочему пока так и не знали, как изгнать захватчиков из тел Николь и Эмилии.

Не думайте, что я забросил вести свой «дневник». Уверен, скоро Аллан Рексворд опубликует новый сборник моих записок.

Ну а вы не забывайте писать, если с вами тоже приключалось нечто похожее. Может быть, вы находили новые проходы в Закулисье? Будет очень интересно всё это узнать. Связь, как обычно, держим через Аллана Рексворда.

Обнимаю,

Марк Шмидт

Пока вы не ушли

Дорогие читатели!

Понравилась ли вам эта история? Ждёте ли вы продолжения? Буду благодарен за ваши отзывы!

Книги живут благодаря читателям, их обратной связи, оценкам, комментариям и, конечно же, рецензиям.

Поэтому не ленитесь писать отзывы. Не важно, сжатыми они будут или развёрнутыми. Это в любом случае поможет другим найти самые лучшие, весёлые, трогательные и захватывающие книги.

По всем вопросам не стесняйтесь обращаться ко мне.

Моя электронная почта:

buch@rexword.de

С наилучшими пожеланиями из Мюнхена.

Искренне ваш, Аллан Рексворд

Об авторе

Любимые жанры Аллана Рексворда – и как читателя, и как писателя – фантастика и триллер. Однако наряду с созданием напряжённой атмосферы и захватывающих приключений автору важно рассказать историю с точки зрения конкретного персонажа, нарисовать не только фантастическую обстановку, но и богатый внутренний мир героев.

Content

Аллан Рексворд
Закулисье. Алмаз Сердца

Предисловие

Записка 2011–143, Кнут Шмидт

Ломтик сыра

Записка 2025–289, Кнут Шмидт

Медкарта

Записка 2025–290, Кнут Шмидт

Проволочный забор

Записка 20

Записка 2025–291, Кнут Шмидт

Записка 21

Записка 2025–292, Кнут Шмидт

Записка 22

Записка 23

Записка 2025–293, Кнут Шмидт

Записка 24

Записка 25

Записка 26

Записка 27

Записка 28

Предатель

Проникновение со взломом

В обход

Аэропорт Хитроу

Послесловие

Пока вы не ушли

Об авторе