Со Сорим

Книжная лавка грёз

Original title:

The Bookstore of Illusion by So Seo-Rim

На русском языке публикуется впервые

Все права защищены.

Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© 2023 by (So Seo-Rim)

Originally published by HAPPY BOOKS TO YOU

All rights reserved. No part of this book may be used or reproduced in any manner whatever without written permission except in the case of brief quotations embodied in critical articles or reviews.

Russian Translation Copyright © 2024 by Mann, Ivanov and Ferber,

Russian edition is published by arrangement with HAPPY BOOKS TO YOU, through BC Agency, Seoul.

This book is published with the support of the Literature Translation Institute of Korea (LTI Korea)

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2024

* * *

Пролог. История, оставшаяся под обрывом

Давным-давно в одной небольшой деревушке, со всех сторон окруженной горами и реками, жила очень любопытная девочка. И хотя ее семья была богатой и знатной, вместо того чтобы обучаться хорошим манерам, маленькая непоседа только и делала, что бегала по полям и играла.

Однажды девочка, как обычно, бежала по улице, когда вдруг заметила лежащую на земле книгу. Подняв ее, она принялась вертеть головой по сторонам и увидела юношу, который шагал куда-то легкой, словно у небожителя, походкой. Малышка сразу догадалась, что книга принадлежит ему.

Она хотела было догнать юношу и отдать ему находку, но тот внезапно пропал из виду. Девочка побежала следом за ним так быстро, словно колесо покатилось вниз по склону. На голове у юноши была шляпа нефритового цвета, поля которой колыхались при каждом шаге, совсем как крылья бабочки. Девочка изо всех сил пыталась нагнать его, но у нее ничего не вышло. Все потому что ее ноги были вполовину короче, чем у него.

Так она бежала вперед, пока в конце концов не заблудилась в густом лесу, где, по слухам, жили призраки. И зачем этому юноше вздумалось исчезнуть прямо посреди этого страшного-престрашного леса? К тому времени солнце уже зашло, со всех сторон доносились тревожные крики птиц. Девочка заплакала. А вдруг это не птицы, а призраки стонут в ночи страшными голосами?

В это мгновение кто-то вдруг появился перед горько рыдающей девочкой. Это был тот самый юноша, похожий на божество. Вблизи он оказался очень высок, а кожа его светилась молочно-белым цветом, так что он скорее напоминал призрака, чем небожителя.

Он подошел к девочке и спросил, кто она такая. От радости, что рядом появился взрослый, та расплакалась еще сильнее. Юноша молча смотрел на нее. От растерянности он не знал, что делать. Вдруг девочка крепко схватила его за руку. Юноша, немного поколебавшись, мягко похлопал ее по спине.

И тут в маленькой головке, словно искра, промелькнуло некое предчувствие.

«Такое чувство, будто мне суждено быть рядом с этим белокожим человеком долго-долго. Так долго, что это время невозможно сосчитать, ведь его будет больше, чем зернышек в мешке с рисом». Только спустя многие годы девочка поняла, что это была любовь с первого взгляда.

Нам не дано знать, как развивалась их история дальше. Возможно, у них были как грустные, так и веселые дни. А может, бывали времена, когда они хотели расстаться, но потом все-таки преодолевали трудности вместе. И хотя бы раз в жизни они думали, как и многие другие влюбленные: «Ох, как же тяжело жить на этом свете!»

Известно лишь то, что в конце эта любовь обернулась для девочки трагедией. Говорят, когда она выросла во взрослую благовоспитанную девушку, то решилась бросить все, что у нее было, и сбежать вместе с юношей. Крепко держась за руки, они пообещали никогда не отпускать ладонь другого и, обнявшись, прыгнули вниз с крутого обрыва. И все это ради какой-то любви. Глупые, правда?

Но потом началось странное. Люди стали рассказывать, что видели юношу, который точно должен был погибнуть в тот день. То неподалеку от скалы, с которой они вдвоем прыгнули, то на шумных городских улочках, то в уединенных горных храмах вдали от людской суеты. Его замечали в самых разных местах.

Однако самая невероятная история начинается только сейчас. Слухи о том, что юношу видели то там, то тут, бродили несколько столетий. Болтали, будто он стал не то лесным духом, не то привидением. Ведь обычный человек не может прожить целых семьсот лет! Так вот, по слухам, он построил под той скалой не то хижину, не то книжную лавку и теперь, сетуя на свою несчастную судьбу, ждет там, когда же вернется его невеста.

Вот и вся история этих двух влюбленных. Хотя и она, конечно, может оказаться ложью. А может – и правдой. Ведь обычно истории переделываются, если приходятся не по нраву публике, или пишутся заново другими рассказчиками. А иногда в них просто меняют концовку. Ведь главное, чтобы история нравилась слушателю, верно?

Потому что это всего лишь старая сказка.

Глава 1. Случайный визит

Есть вещи, которые бывают во все времена. Например, такие чувства, как любовь и ненависть. Или существа, необъятные, словно космос, чьи жизненные траектории очень далеки от человеческих. Ну или, к примеру, вот эта гранитная скала.

Ёнсо осталась одна в горах в кромешной темноте. Заблудившись, она шла куда глаза глядят и в конце концов оказалась на этой скале. С тех пор как девушка обессиленно уселась на холодный гранит, прошло уже больше получаса. Ёнсо вдруг опустила взгляд на свои белые кеды, теперь покрытые грязью. И кто в таких в горы ходит? Нечего и удивляться, что она потерялась. Парк, который находился прямо за ее домом, был очень популярен среди альпинистов-любителей, потому что славился своими большими размерами и высокими горными пиками.

Честно говоря, следуй Ёнсо маршрутом для новичков, ничего подобного с ней бы не случилось. Но, поднимаясь по заботливо проложенной меж скал тропинке, она внезапно разозлилась. Потому что в голове всплыло то самое сообщение, которое и погнало ее на эту гору.

В вашей книге отсутствует коммерческий потенциал. Всего хорошего.

Прошло два года, как Ёнсо уволилась с работы, чтобы стать автором детских сказок, и за это время она получила уже семь отказов. Ей то и дело приходили вежливые письма с отказами от редакторов, которых она ни разу не видела в лицо. Степень вежливости разнилась, но содержание было всегда одинаковым.

Это немного раздражало, но Ёнсо просто думала, что найдет для себя другое издательство. Уж чего-чего, а самых разнообразных книг и издательств в наше время пруд пруди. Она была уверена, что когда-нибудь обязательно отыщет такого редактора, который поддастся очарованию ее сказок.

Однако сегодняшний отказ задел ее намного сильнее, чем все предыдущие. Все потому, что в нем была указана причина. Да, в письме все еще были вежливые фразы, которыми всегда смягчался отказ. Но именно сегодня Ёнсо почувствовала, что ее силы на исходе, и полученное сообщение читалось совсем иначе.

P. S. Может, вам стоит исправить финал на счастливый?

Счастливый финал. Ёнсо не хотела, чтобы ее сказки обязательно заканчивались хорошо. Ведь в судьбах людей существует бесчисленное количество самых разных историй. Тогда почему в сказках финал непременно должен быть только счастливым? К тому же, даже если сюжеты и отличаются, счастливые концовки все как одна. Влюбленные остаются вместе и живут долго и счастливо. А читатели, получив минутное удовольствие, с теплом на душе возвращаются к своим обычным делам.

Но как насчет концовок, которые словно пронзают сердце острым шипом? Ёнсо любила именно такие истории. Ей нравилось, когда в финале сестры Золушки слепли после того, как голуби выклевывали им глаза, а Пхатчхи превращалась в палочки для еды[1]. Хотя это и жестоко, но в подобных финалах имелась своя мимолетная красота.

Ёнсо и сама понимала, что этот подход необычен. Но зато такие сильные истории надолго остаются в памяти. А еще в них можно спрятать несколько смыслов. То, что писатель на самом деле хочет сказать миру, ну или вроде того.

Так что раздражение, которое Ёнсо ощутила при виде лестницы, ведущей на гору, было в какой-то степени оправданным. Зачем строить какие-то искусственные лестницы в самом сердце природы? Если подняться по ней, сам не зная куда, то и попадешь не пойми в какое место, которое за тебя уже выбрал кто-то другой. Ни о чем не думая, полюбуешься на красивый вид, зарядишься бодростью и вернешься к обычной жизни. С теплом на душе.

Внезапно Ёнсо почувствовала, что не может ни секунды больше вынести вида этой лестницы. Она спрыгнула на землю и направилась в сторону таблички со знаком «Вход воспрещен». Девушка была уверена в себе, когда дело касалось горных прогулок. В детстве у нее даже была кличка Горная Обезьянка. Ее так прозвали, потому что она всегда была очень ловкой и проворной. Обладавшая отличной памятью Ёнсо припомнила эту крошечную деталь из прошлого и бодро зашагала в гору.

Вот так она и оказалась в этой ситуации. К собственной досаде, Ёнсо прошла только мимо двух огромных скал и сразу же заблудилась. На часах уже было около восьми вечера, а она все еще оставалась в горах. Стемнело, и спуститься вниз девушка уже не могла. Наткнувшись на небольшую скалу, Ёнсо просто уселась на голый камень. Телефон она держала в руках. Но собственная глупость настолько удручала ее, что вызвать спасательную бригаду не было сил.

Вершина скалы, на которой она сидела, была такой узкой, что на ней еле уместились бы два человека, и то стоя. Гора была сравнительно невысокой, так что пейзаж тоже не отличался особой красотой. Видимо, поэтому тут не наблюдалось ни следа присутствия человека. Здесь даже не торчало ни одного железного крюка, которыми обычно пользовались альпинисты. «Интересно, это и есть то самое чувство, которое люди испытывают, оказавшись брошенными на самом затерянном клочке земли?» – проскользнула в голове Ёнсо бесполезная мысль.

И все же она находилась довольно высоко. Сидя на вершине скалы, девушка ощущала себя так, будто зависла в воздухе. Вокруг царила темнота, а ночной ветерок навевал прохладу. Вдалеке, словно звезды, поблескивали городские огни. Ёнсо чувствовала себя потерянной. Будто мир разрезали на кусочки, и она осталась одна на самом маленьком из них. От этой мысли стало еще тревожнее.

– Бесит! – пробормотала девушка себе под нос.

– Что именно? – вдруг послышался сзади мягкий мужской голос.

Ёнсо резко обернулась. Сейчас не то время и не то место, чтобы сюда мог прийти кто-то еще. Но позади нее действительно стоял мужчина. Он прислонился к дереву с таким выражением лица, словно уже давно стоит здесь в ожидании кого-то.

Получше разглядев его, Ёнсо совсем упала духом. Костюм по фигуре, явно дорогие туфли из натуральной кожи и плащ в традиционном корейском стиле. На секунду у девушки промелькнула надежда, что это член спасательной бригады, но его наряд явно не подходил для работы в горах.

Подозрительный мужчина шагнул в ее сторону. Ёнсо подскочила и замерла в нерешительности. Она обладала отличным воображением. В ее мыслях мужчина уже был определен либо в убийцы, либо в мифические демоны. Так или иначе – но попадаться ему в руки не стоило.

Заметив ее страх, мужчина остановился. Выражение его лица было невозможно прочитать. Ёнсо напряженно наблюдала, не понимая, чего ожидать. Ее ладони взмокли от пота. Оказывается, при сильном страхе действительно проступает холодный пот. В этот момент мужчина снова заговорил. Его голос звучал очень ласково:

– Вы же понимаете, что позади вас обрыв?

«Черт!» – пронеслось в голове Ёнсо. Обернувшись, она увидела, что в двух шагах от нее зияет черная бездна. Тут же налетел сильный порыв ветра. Девушка немного покачнулась – и ее объял ужас. И этот мужчина, и эта скала пугали ее до смерти.

Цепляясь за последнюю надежду, она спросила:

– Извините… а вы, случайно, не из спасательного отряда?

– Что?

Мужчина округлил глаза от удивления и неожиданно улыбнулся. Кажется, если он и не насмехался над ней, то уж точно решил, будто она ляпнула какую-то несусветную глупость. Последняя надежда Ёнсо рассыпалась на кусочки. Она вдруг ощутила сильный холод и задрожала всем телом.

– Тогда кто вы? Что вы здесь делаете? И костюм ваш не подходит для альпинизма…

– Альпинизма?

На этот раз мужчина расхохотался во весь голос. Только насмеявшись вдоволь, он удостоил ее ответом:

– И то верно: мой костюм не особо подходит для карабканья по скалам. Как же это объяснить… Дело в том, что с этим местом у меня связаны воспоминания. К тому же мне нравится, что я могу здесь насладиться временем наедине с собой. Вот и сегодня я пришел сюда ради этого, но тут уже были вы. А, и насчет моей одежды, – мужчина указал пальцем на подножие горы, – у меня свой магазинчик здесь неподалеку, я как раз из него и пришел.

Ёнсо осторожно наклонилась и посмотрела вниз – куда указывал мужчина. Под скалой вдалеке и впрямь мерцал какой-то огонек. Кажется, она слышала, что в последнее время стало модно открывать небольшие кафе или рестораны прямо перед входом в горные парки. Наряд мужчины, который выглядел странновато для города, удивительным образом сочетался с местной атмосферой. Но тем не менее сейчас они находились слишком далеко в горах. Возможно, он просто пытается обмануть ее.

Ёнсо сомневалась, стоит ли доверять этому мужчине. Она может вызвать спасателей или просто спуститься вместе с ним. Однако во втором случае, если ей не повезет…

Решившись, Ёнсо все-таки двинулась с места. Для начала нужно было отойти подальше от обрыва.

– Извините, что помешала вам. Я как раз собиралась уходить, так что наслаждайтесь своим… Ай! – Короткий вскрик Ёнсо был похож на залп сигнальной ракеты. Ее план сбежать от мужчины и позвать на помощь закончился трагическим провалом. Хотя что уж там, сегодня изначально все шло не так, как хотелось. Начиная с того противного письма и до блуждания в горах, а сейчас она и вовсе споткнулась из-за внезапно налетевшего порыва ветра и теперь падает со скалы.

«Так вот, значит, как я умру, – думала Ёнсо, летя вниз. – И людей-то в округе нет. Труп, наверное, обнаружат нескоро. Что у меня там сегодня с собой? Меня же по этому будут опознавать. Предсмертной записки не найдут, так что, наверное, оформят как несчастный случай. А что, если не повезет и начнется расследование убийства? Это будет неприятно…»

Оставят ли ее после смерти в покое? Ведь причиной этой ужасной трагедии была не воля слабого человека, а тесно переплетенные между собой невезение и случайность.

Слезы, застывшие на ресницах, казались очень холодными. Это из-за ночного воздуха? «Неужели последним, что я почувствую в жизни, будет холод? Вот уж точно не повезло», – подумала Ёнсо и закрыла глаза.

Вдруг откуда-то раздался оглушающий грохот, словно прорвало плотину.

Снова подул ветер. Но на этот раз почему-то от подножия скалы вверх. Ёнсо слышала, что в окрестностях бывают восходящие воздушные потоки, но это было как-то чересчур. Влекомая внезапным порывом, она поднялась высоко в небо.

Сегодня стояла мягкая спокойная погода, типичная для ранней осени. Не было ни капельки дождя, ни облачка на небе, поэтому такому тайфуну совершенно неоткуда было взяться. Да и как может налететь ураган посреди гор? Явно какое-то аномальное природное явление, которое невозможно объяснить. Но Ёнсо сейчас было совсем не до рациональных умозаключений. Она была так напугана, что не могла даже закричать.

Мягкий ветер подталкивал ее в спину, и Ёнсо открыла глаза. Ровно по центру темно-синего неба сияла белоснежная луна. Она была так близко, что, казалось, к ней можно прикоснуться. Девушка непроизвольно протянула руку. Ей вдруг захотелось крепко обнять сверкающий шар.

Но луна почему-то отдалялась от нее, словно нарочно убегая вдаль. И тут Ёнсо поняла, что происходит. Это было не лунное небо. Перед ее глазами возникло гладкое обтекаемое туловище с круглыми, как рисовые пирожки, плавниками по бокам. Оказывается, она видела перед собой не луну, а глаза огромного, похожего на кита чудовища.

Чудовище пролетело мимо Ёнсо и устремилось вверх. На его потрескавшейся, твердой, как сосновая кора, спине рос лес. На каждом из деревьев распускались желтые цветы. Лепестки срывало ветром, и они падали вниз, звездами рассыпаясь по ночному небу. Вскоре эти нежные лепестки долетели и до Ёнсо. Ее окутало густым сладким ароматом.

Цветы, похожие на маленькие желтые звездочки, оказались османтусом. Излучающие звездный свет лепестки закружились вокруг осенней луны. Наблюдая за тем, как они складываются в форме Млечного Пути, Ёнсо вспомнила другое название османтуса. «Коричное дерево, под которым отдыхал Лунный кролик».

Ветер, лунный свет, цветочный аромат. Беспорядочные миражи окутали Ёнсо с ног до головы. И только ей показалось, что она заметила в лесу на спине чудовища белого кролика, волшебный ураган вдруг прекратился. Сила притяжения потянула девушку вниз, к земле.

Значит, теперь она все-таки умрет? Или уже умерла? Ёнсо крепко зажмурилась. Вдруг она почувствовала спиной какую-то иную мягкую силу. Подняв веки, чтобы увидеть очередную иллюзию, она уставилась в еще одни глаза, похожие на луну. Прозрачного бледно-голубого цвета. Они принадлежали тому неизвестному мужчине.

На этот раз происходящее больше походило не на легенду, а на сказку. Он поймал падающую Ёнсо прямо в свои объятия. Внезапно девушка оказалась в руках незнакомца, который держал ее бережно, как принцессу.

После короткого приключения Ёнсо снова стояла двумя ногами на твердой гранитной земле. Она подняла глаза и на мгновение встретилась с ним взглядом. Девушке показалось, что она тонет в глубоком коралловом море. В глазах мужчины быстро промелькнул образ чудовища, которое она видела недавно. Оно плыло по морю.

* * *

Усадив Ёнсо за столик для посетителей, мужчина поставил перед ней чашку горячего чая. Не обращая на это внимания, девушка продолжала тараторить:

– Он был похож на кита, огромный, размером с целый дом, и полетел в небо.

– Вам, наверное, показалось. Как же кит может летать?

Спускаясь с горы, Ёнсо пылко спорила с этим странным мужчиной. Ведь он, можно сказать, был единственным свидетелем происшествия. Однако тот, не оправдывая ее ожиданий, притворялся равнодушным и твердо настаивал на том, что девушке все привиделось.

Наклонив носик чайника над чашкой, он сказал:

– Летающий кит – довольно распространенная фантазия среди людей, которым довелось увидеть, как киты поднимаются над поверхностью воды. Когда смотришь издалека, часто граница между небом и морем кажется размытой. А тут огромное животное, которое словно застыло посередине. Конечно, легко может показаться, будто оно летит по небу. К тому же кита издревле почитают как мистическое существо, которое редко показывается людям на глаза. Поэтому его облик видится нам еще более удивительным и чудесным. Но вы же понимаете, что на самом деле киты – обычные млекопитающие, которые живут в море? И все эти романтические фантазии… – Мужчина ловко поднял чайник повыше. Несколько прозрачных красноватых капель упали прямо в чашку. – Киты выпрыгивают из воды лишь для того, чтобы стряхнуть с себя паразитов.

– А что тогда насчет того, как я вернулась, то есть нет… взлетела вместе с ветром обратно на скалу? Как вы это объясните?

Ёнсо пронзила мужчину возмущенным взглядом. От пережитого испуга она даже позабыла, что видит этого человека впервые. Обычно Ёнсо вела себя с новыми людьми очень осторожно, и такое поведение было совершенно ей несвойственно.

Но и на этот выпад мужчина невозмутимо ответил:

– Разве кто-то это видел?

На это возразить ей было нечего. Ёнсо замялась и умолкла в нерешительности. Единственным свидетелем был этот человек, но если он утверждает, что ничего не случилось… Мужчина неторопливо придвинул к ней чашку с чаем.

– На самом деле я успел поймать вас прямо перед падением. А все остальное… Должно быть, ваш мозг выдал нервную реакцию на смертельную опасность, вымышленный опыт… Такое возможно. Знаете, фантасмагория.

– Но…

Тяга при падении. Парение в воздухе. Неужели все эти физические ощущения тоже были всего лишь иллюзией? Ёнсо была в замешательстве. Кажется, она могла бы вдохнуть тот самый аромат прямо сейчас, если бы только попала на поле с цветущим османтусом, но… это всего лишь сон?

Втайне надеясь, что собеседник все же согласится, она предприняла последнюю попытку:

– Но вы же меня поймали! Когда чудовище взмыло в небо, а я начала падать…

– Нет. – Веки мужчины дрогнули. Его лицо было похоже на гипсовую маску с застывшей улыбкой. – Это фантазия. Все это.

От подобной категоричности Ёнсо охватило чувство беспомощности. Голову словно сдавило тисками, и девушка приложила ладонь ко лбу. Она прикрыла глаза и ненадолго задумалась, а потом со вздохом произнесла:

– Да… Наверное, вы правы.

Ей оставалось только согласиться. Мужчина видел все своими глазами, будучи в здравом уме. Она же, напротив, была немного не в себе, еще когда поднималась в гору. Мало того что заблудилась, так вдобавок чуть не соскользнула с обрыва. Его трезвые рассуждения явно были куда убедительнее.

К тому же затевать ссору не имело никакого смысла. Будь то действительность или иллюзия – что это изменит в ее жизни? Решит ли это ее проблемы здесь и сейчас?

– Это всего лишь фантазия. Дурацкая фантазия, – тихо пробормотала она полным безнадежности голосом.

– Кажется, вам не понравились мои слова.

– …

Нормальные люди в таких случаях обычно притворяются, что ничего не заметили. От подобной наглости Ёнсо опять потеряла дар речи. Но потом вдруг снова разозлилась. Время уже близилось к полуночи. Сегодняшний день до самого конца не давал ей расслабиться.

– Да, мне было неприятно! Ну и что с того, что я, как дурочка, чуть не сорвалась с обрыва, увидела какую-то иллюзию и болтала что-то несуразное? Обязательно мне на это указывать?

– Что же в этом такого?

– А то, что я вас вообще впервые вижу!

– Ах, вот как… – Мужчина кивнул с таким выражением, будто понял нечто очень важное. Он вел себя так, будто вежливость – его второе имя, но при этом почему-то не мог взять в толк элементарных вещей.

Мужчина искренне извинился, и Ёнсо немного успокоилась. Внезапно она подумала, что кричать на незнакомца при первой же встрече не очень-то и хорошо. Сожалея о своей несдержанности, она тоже поспешила извиниться:

– Прошу прощения. Я слишком остро отреагировала…

Он слегка улыбнулся, ничего не ответив. Ёнсо немного покраснела. Мужчина выглядел все так же спокойно и безмятежно. Ей стало стыдно, что она позволила своей злости вырваться наружу. Ёнсо подняла чашку и безуспешно попыталась спрятать лицо за тоненькой струйкой пара.

В этот момент кто-то сзади потянул ее за одежду. Обернувшись, она увидела маленькую девочку в белом платьице. На вид ей было около четырех-пяти лет. Ростом малышка едва доходила Ёнсо до талии. Девочка смотрела на нее снизу вверх круглыми глазами. Ее маленький ротик беспрестанно шевелился, как у кролика.

– Это гостья? – поинтересовалась она у мужчины.

Только услышав вопрос девочки, Ёнсо осознала, что находится в книжной лавке. По пути вниз с горы мужчина что-то рассказывал об этом. Но Ёнсо была так потрясена тем, что с ней произошло, что пропустила все мимо ушей. Девушка суетливо огляделась по сторонам.

Полки были забиты пухлыми и не очень томами настолько, что стен за ними не было видно. С одной стороны возвышалась витрина с разными фолиантами, при взгляде на которую сразу можно было понять, что попал именно в магазин книг. Основной деталью интерьера, привлекающей внимание, был огромный темно-зеленый ковер на полу. Он создавал особую атмосферу. Словно густой мох, наросший на старом дереве. Это место выглядело очень мрачным и загадочным, тем более по сравнению с обычными книжными. Сильнее всего внимание привлекала маска, висевшая рядом с арочным проходом. В ней было прорезано четыре отверстия для глаз, губы изгибались в насмешливой улыбке. От этой непонятной ухмылки у девушки пробежал мороз по коже. Маска на стене делала эту лавку похожей на убежище лесного духа.

Пока Ёнсо разглядывала помещение, девочка продолжала теребить ее одежду. Потом она вдруг ткнула пальцем в карман ее куртки. Ёнсо отвлеклась от своих мыслей и перевела взгляд на девочку. Хотя она и видела ее впервые в жизни, малышка казалась ей невероятно милой. Ёнсо вытащила из кармана шоколадную конфету и протянула девочке:

– Хочешь?

– Нет, нельзя, – вдруг твердо сказал мужчина, который до этого просто тихо сидел рядом. В его голосе чувствовался лед. Он держал в руке чашку и равнодушно смотрел на девочку. Разве можно так смотреть на ребенка? Ёнсо уже хотела было возразить, но на лице мужчины вдруг расцвела ласковая улыбка. – Я же говорил, что нельзя принимать еду от незнакомцев?

– Но мне так хочется сладкого…

– Ты обещала. А теперь хватит мешать гостье, иди сюда.

– Фу, Сочжу, ты бессердечный человек.

Вопреки своей внешности девочка выражалась очень по-взрослому. Поняв, что надутые губы не действуют на мужчину, она подошла к нему и села рядом. То ли из-за упрямых прядок, торчащих из туго заплетенных косичек, то ли из-за румяных алых щечек – но малышка выглядела настолько мило, что, казалось, отказать ей в чем-либо совершенно невозможно. Пряча шоколадную конфету обратно в карман, Ёнсо подумала, что этот мужчина либо невероятно хладнокровен, либо уже не поддается милому очарованию.

Еще Ёнсо поняла, что она только сейчас узнала имя мужчины – Сочжу, как назвала его девочка. Однако обращаться к нему по имени пока неуместно. Вместо этого девушка выбрала безличное «вы» и спросила в последний раз:

– Извините, так вы точно уверены, что все это было фантазией?

Рука мужчины, который в это время безмятежно помешивал чай, замерла. Он одарил Ёнсо уверенной улыбкой и ответил:

– Конечно.

Пора уже заканчивать эти разговоры о случившемся. Ёнсо показала себя уже достаточно жалкой – больше спрашивать не было необходимости. Она кивнула, показывая, что все поняла. После чего поднялась, намереваясь отправиться домой, но хозяин лавки вдруг остановил ее.

– Я тоже хотел бы кое-что спросить у вас, если позволите. Что вы делали на той скале? В такое время, в таком затерянном месте… Вы же не могли там просто гулять. А может, вы…

«…Что-то искали там». Он смотрел на нее изучающим взглядом. В лавке было так тихо, что его голос прозвучал чересчур громко. Ёнсо вдруг почувствовала, что не может оставить нового знакомого без ответа.

– Нет, я… Не то чтобы… Я просто заблудилась и случайно… – запинаясь, выговорила она.

– Случайно? А не слишком ли позднее время для таких случайностей?

– Просто мне было плохо. Я поднялась в гору, чтобы проветриться, но слишком погрузилась в свои мысли. И в итоге заблудилась. Вот и ходила там до тех пор.

Девушка не могла заставить себя признаться, что намеренно сошла с проложенного маршрута, и ляпнула первое, что пришло в голову. Но хозяин книжной лавки слушал ее с искренним участием.

– Должно быть, вы столкнулись с очень сложной проблемой сегодня, – сказал он низким голосом.

Это любопытство, беспокойство или и то и другое? Его интерес был непонятным и в то же время настойчивым. Однако в его словах смутно чувствовалась глубоко запрятанная симпатия. Ёнсо подумала, что никто ни разу в жизни еще не выслушивал ее с таким неподдельным вниманием. Она поддалась атмосфере, которой окутал ее хозяин лавки, и решила еще немного поделиться своими переживаниями:

– Дело скорее не в том, что произошло сегодня. Просто бывает, когда что-то случается, невольно вспоминаешь прошлое, абсолютно с этим не связанное. И уже ничего нельзя исправить, но ты продолжаешь думать об этом, злиться… В итоге кажется, что ты бесполезный человек, у которого ничего не выходит как надо…

– Большинство людей зацикливаются на том, что они не могут контролировать. Особенно если это что-то плохое. Вас тоже преследуют подобные воспоминания?

– Не то чтобы. Нет, ничего такого. Просто… Обычное дело, с каждым случается, – уклончиво ответила Ёнсо.

В воздухе повисла неловкая тишина. Девушка не могла предугадать, как отреагирует мужчина. Она вся съежилась от волнения, но хозяин книжного просто ответил:

– Вот как, понятно.

– И вы больше ничего не спросите?..

– Мне любопытно, что же у вас произошло, но расспрашивать человека, которого впервые встретил, как-то невежливо. Хотите еще чая?

Ёнсо не успела еще ничего ответить, как вдруг сидевшая рядом девочка широко зевнула. Мужчина поднял ее на руки, чтобы отнести в комнату. Но малышка крепко ухватилась за его шею и закапризничала, будто не желая прощаться с сегодняшним днем.

– Почитай мне книжку!

– Уже поздно, лучше завтра.

– Нет, хочу сейчас! Не хочу спать!

– Ну хорошо. Я почитаю.

Внезапно мужчина обернулся к Ёнсо и ласково спросил:

– Хотите тоже послушать? В нашей лавке иногда проводятся такие книжные вечера. Мы читаем вслух для посетителей. Можете спокойно слушать с закрытыми глазами или даже подремать, если хотите. Говорят, это помогает отлично отдохнуть.

– Что? Но я…

– Правда? Она тоже с нами останется?

В голове Ёнсо пронеслись сотни причин, по которым она должна была отказаться от этого предложения. Время было позднее, настроение паршивое, все тело ныло от усталости. Но, встретившись глазами с девочкой, Ёнсо поняла, что не в силах отказаться. Малышка смотрела ей прямо в лицо чистым бесхитростным взглядом. Ёнсо подумала, что девочка очень напоминает ее саму в детстве, и поняла, что уклониться не получится.

Бабушка, которая читала ей сказки, сидя в изголовье. Грезы, кружащие над кроватью. Эти воспоминания до сих пор помогали Ёнсо держаться на плаву. Мечты о другом мире, двери в который приоткрываются, если ненадолго сбежать от реальности. От одной только мысли об этом ее сердце трепетало. Возможно, после сегодняшнего вечера и у этой малышки появятся подобные воспоминания. Ёнсо не хотелось портить момент.

Девушка с трудом улыбнулась и кивнула:

– Хорошо, я послушаю. В детстве я тоже обожала, когда кто-нибудь читал мне вслух.

Владелец книжного смерил ее странным взглядом. Затем, одобрительно хмыкнув, он направился к полкам. Его фигура на мгновение растворилась в полной темноте. Но он тут же появился снова, держа в руках книгу.

Это был довольно увесистый том темно-зеленого цвета. Названия на обложке не было.

Мужчина опустился на стул и молча пролистал несколько страниц. Ёнсо присмотрелась к его длинным белым пальцам. Его кожа была настолько светлой, что казалась почти прозрачной. Девушка заподозрила, что он проводит в своем магазине дни напролет, вообще не видя солнечного света. Вскоре мужчина нарушил тишину, заговорив низким голосом:

– Я провел здесь долгие годы.

«То есть он управляет лавкой с юных лет?» – подумала Ёнсо.

Мужчина же, не отрывая глаз от книги, продолжал:

– За это время у меня накопилось много историй. Одни мне оставили посетители, с другими я столкнулся на дороге, некоторые прилетели ко мне сами. Пути, которыми они попали ко мне, были самыми разными.

Он нежно погладил пальцами раскрытую книгу. Его движения были осторожными, словно он прикасался к сокровищу.

– Я люблю собирать истории. Слова быстро растворяются, а тексты вечны. Я услышал где-то это выражение и полностью с ним согласен. Если все интересные истории вдруг исчезнут, мне будет очень грустно. Так я занимался своим увлечением долгие годы, что привело меня даже к открытию собственной лавки.

– Так значит, эта книга… – спросила Ёнсо, удивленно моргнув.

Мужчина мягко ответил:

– Да, ее написал я. Здесь собраны рассказы начиная с давних времен до наших дней. Разного жанра, но в основном – волшебные сказки.

Внезапно в глаза Ёнсо бросились книжные полки, возвышающиеся за его спиной. Свет горел только в передней части магазина, так что полки в глубине скрывались в темноте. Девушке оставалось только догадываться, что там можно найти. Такие вещи невероятно подстегивают воображение. Ёнсо вдруг показалось, что какие-то бесформенные создания внимательно наблюдают за ней из полумрака. По спине пробежал холодок. В это мгновение снова раздался голос хозяина лавки, который выбирал рассказ для чтения:

– Я поведаю вам одну из историй. «Давным-давно, в такие стародавние времена, что не осталось о них даже ни единой летописи, пришла к своему расцвету, а затем неотвратимо пала одна страна. И жил в той стране… – лампа на столе слабо заморгала, словно подстраиваясь под его слова, – …несчастный мальчик, который мечтал о том, чему не бывать».

Сказание о Девятицветном олене: маленький вор и Девятицветный олень

Один мальчик довольно рано понял, что этот мир устроен крайне несправедливо. Стоило только юному господину из богатого дома чихнуть, как к нему сразу сбегался целый совет. В стенах его дома не было трещин, в которые задувал бы ветер, ему никогда не приходилось выбивать пыль из своего одеяла, и он уж точно ни разу не задумывался о том, что вода в его стакане просто ледяная. Интересно, каково это – жить без подобных переживаний? Держась за истекающую кровью левую лодыжку, мальчик подумал: «Не слишком ли жестоко ловить воришек сладостей в настоящие капканы?»

Мальчишка всегда – точнее, сколько себя помнил – был сиротой. Первые его воспоминания начинались с притона, который располагался неподалеку от реки Чжучхон. Там обитали нищие да бродяги. Главным считался один оборванец, который хоть и выглядел устрашающе, на деле был бесхарактерным трусом. Он мог бравировать перед юными попрошайками, но под хмелем постоянно заливался слезами.

Однажды, шатаясь в пьяном угаре, главарь, как обычно, разрыдался и сказал мальчику: «Ох, бедный. Вот же тебе не повезло: не успел родиться, как сразу выбросили на улицу!» Его теплая тяжелая рука погладила мальчика по голове, и тому стало жутко неловко. Но он все равно внимательно ловил каждое слово. Хоть пьяница зачастую и поддавался эмоциям, но зато никогда не лгал.

И с того дня мальчик больше не искал своих родителей. Ему, конечно, было обидно, но в целом его жизнь никак после этого открытия не изменилась.

Мальчик считался весьма миловидным, его волосы на ощупь были мягкими, словно кроличья шерстка, а если он хорошо умывал лицо в речной воде, то в нем угадывался слабый намек на знатное происхождение. Он переодевался в девчачью одежду и, выйдя на улицу, стоял с низко склоненной головой и слегка высовывал из-под юбки голые пальцы ног. Так можно было вызвать у прохожих больше сочувствия. Как только кто-то попадался на эту удочку и подходил ближе, мальчик резко вскидывал голову. Взглянув в его огромные, ясные, немного влажные от слез глаза, люди невольно расстегивали кошельки. Благодаря этому таланту мальчик несколько лет зарабатывал больше, чем другие попрошайки его же возраста. Но когда он подрос и перестал походить на девчонку, лавочка прикрылась.

Тогда он начал промышлять карманником на рынке или наведывался в чужие амбары. Мальчик не зарился на золотые слитки или скот, а крал только всякую мелочь или еду, чтобы прожить еще день-другой. «Другие в моем возрасте уже занимаются разбоем или чем похуже. По сравнению с ними я очень хороший и честный человек», – думал он про себя. Но тем не менее мальчик был всего лишь уличным воришкой и ничем не отличался от бродячей кошки, живущей под мостом. Разумеется, людей не очень радовало его существование.

Капкан, в который он сегодня попал, предназначался для маленьких животных вроде енотов или бенгальских кошек. Мальчик не успел сделать и трех шагов к амбару, как нечаянно задел туго натянутую веревку – и упругая бамбуковая стрела тут же впилась в его лодыжку. Кончик стрелы венчался острыми шипами, поэтому вытащить ее было непросто. К счастью, ловушка была не для убийства животного, поэтому кость не раздробило, но мальчику все же пришлось изо всех сил сжать зубы, чтобы не закричать от боли, когда он вытаскивал стрелу с шипами.

С трудом волоча раненую ногу, мальчик рано вернулся в логово бродяг. Отодвинув соломенную ширму, он вошел внутрь и понял, что никого еще нет. Он тяжело опустился на сырую циновку. Рана на ноге выглядела плохо, ее нельзя было оставлять без лечения. Мальчик сделал глубокий вдох, разжевал по очереди несколько лечебных трав и намазал их на рану. Затем он оторвал кусок грязной ткани и туго обмотал лодыжку. Едва справившись с этим, мальчик без сил рухнул на свою циновку.

До сих пор мальчик не был особо доволен жизнью, но и не клял ее. Он всегда считал, что каждому достается своя доля. Так что он не мечтал о том, чего не мог получить, и бережно относился к тому, что имел. Мальчик был благоразумен и жил как мог. Мир таков, каков есть, и с этим ничего не поделать.

Однако, хотя ему и доводилось раньше получать тумаки от главаря, мальчик впервые столкнулся с враждебностью неизвестного человека. Он повернулся на бок и сжался в комочек. При каждом движении рану жгло огнем.

В этот момент снаружи послышалось покашливание. Мальчик испугался, что кто-то еще пришел навредить ему, и нерешительно привстал с циновки. Вскоре чья-то рука отодвинула соломенную ширму. Солнечный свет ворвался внутрь и ослепил мальчика. Из-за этого он увидел лишь силуэт человека, вошедшего в комнату. Он был облачен в темную одежду, какую обычно носят воины, а на боку у него был пристегнут меч. На лицо гостя, загородившего своей широкой спиной солнце, падала тень.

Незнакомец выкрикнул:

– Нашел! Его Высочество здесь!

* * *

Мальчик этот жил в небольшом королевстве под названием Чжунён. Его народ занимался в основном земледелием и скотоводством, а отношения с соседними странами были мирными и доброжелательными. Одним словом, жизнь в королевстве была такой спокойной, словно на него снизошло благословение богов.

Была у страны и одна особенность – врата в загробный мир. Они открывались только раз в году и всего на один день. В те времена миры живых и мертвых еще были связаны между собой. Визиты в соседний мир тоже были привычным делом, но непростым. Случалось, юные девушки отправлялись в загробный мир, чтобы спасти погибших родителей, и долгие дни и ночи проводили, преодолевая немыслимые трудности. Однако с помощью разных духов или богов их путешествие порой увенчивалось успехом.

Поэтому с приближением Дня призраков – когда открывался проход в загробное царство – в обоих мирах царила праздничная атмосфера. Король торжественно начинал празднование, подданные пускались в пляс, и врата отворялись. В этот день мир живых могли посещать даже призраки, которым обычно не позволялось покидать земли мертвых.

Мальчик каждый год с нетерпением ждал наступления этого дня. Раньше он мечтал, чтобы призраки помогли ему найти родителей. Ну или хотя бы хотел встретить их среди мертвых душ. Но даже и без этого День призраков был очень радостным событием, ведь на нем можно было наесться до отвала. После известия о том, что его бросили, первая причина потеряла смысл, но мальчик все равно наслаждался праздником, как и все остальные.

Однажды в День призраков с ним приключилось нечто необыкновенное. В тот день мальчик в одиночестве возвращался в логово попрошаек. Когда он проходил мимо леса, неподалеку от королевского дворца, перед ним вдруг промелькнуло что-то белое. Мальчик удивленно застыл на месте, а существо мгновенно скрылось в темноте чащи.

Собрав всю свою смелость, мальчик обследовал место, откуда появилось существо. На земле между примятыми травинками виднелись следы копыт оленя. Однако они были в три раза больше обычных. Впору было заподозрить, что на самом деле они принадлежали не оленю. К тому же, провожая существо глазами, мальчик успел заметить еще одну загадочную особенность. У существа была белоснежная шерсть. До мальчика доходили слухи о белом тигре, который заманивал наивных зевак, притворяясь оленем. Он задрожал от страха. Но, несмотря на это, его все еще одолевало любопытство. Потому что в то мгновение, когда существо проскользнуло мимо, мальчик уловил в воздухе цветочный аромат. И аромат этот был настолько душистым, что глаза мальчика широко раскрылись от удивления.

В конце концов он не выдержал и устремился в лес. Спустя некоторое время у заброшенного колодца мальчик увидел то самое существо.

Это был огромный белоснежный олень. Его белая шерсть сверкала, словно кристаллы соли, а роскошные ветвистые рога переливались девятью разными цветами. Загадочный олень смотрел на мальчика так, будто узнал его. Он немного постоял прямо перед ним, а потом снова исчез в глубине леса.

Вернувшись тем вечером в логово, мальчик принялся восторженно рассказывать об олене. Эта встреча была самым волшебным событием в его жизни. Но главарь и остальные попрошайки, выслушав пылкий рассказ, лишь переглянулись между собой и разразились смехом:

– Ха-ха-ха, олень с разноцветными рогами! Вот выдумщик! И наплел же такое!

Никто из них раньше даже и не слышал об олене с разноцветными сверкающими рогами. А если никто об этом не знает, сказал главарь, значит, мальчику все показалось.

Сначала мальчик почувствовал обиду и разочарование. Но потом согласился, ведь слова главаря звучали логично. К тому же в чем его выгода, если он будет упрямо настаивать на том, что видел оленя? Верить в существование чего-то неизвестного – всего лишь повод потешить самолюбие, от этого никакого прока. Мальчик понял это, еще когда узнал, что родители бросили его. Поэтому он согласился с главарем и убедил себя, что ему почудилось. Так и прошел тот День призраков.

Но теперь ворвавшиеся в его хижину люди спрашивали, действительно ли он видел того оленя. Стража привела мальчика во дворец. Не успел он опомниться, как предстал перед какой-то знатной дамой. Она схватила мальчика за руку и тут же начала засыпать его вопросами:

– Это ты видел белого оленя в День призраков? У него были сверкающие рога девяти разных цветов? И огромные ясные голубые глаза? Отвечай же, немедленно!

От внезапности происходящего у мальчика закружилась голова. Он не успел открыть рот, чтобы ответить на ее вопросы, как вдруг отворилась дверь. Обернувшись, мальчик увидел за порогом пожилого мужчину, окруженного толпой чиновников. Вокруг глаз мужчины разбегались глубокие морщинки, которые придавали ему добродушный вид.

Как только он вошел в залу, все присутствующие согнулись до пола в низком поклоне. От невежества, которое придавало отваги, мальчик остался стоять прямо, единственный из всех, и смотрел на мужчину круглыми от удивления глазами. Оказавшись прямо перед мальчиком, мужчина встретился с ним взглядом и жестом отослал стражников прочь. В зале остались только он, женщина, задававшая вопросы, и сам мальчик.

Все трое уселись за стол в центре залы. Величественный мужчина оказался королем, а женщина, которая сыпала вопросами, – королевой. Господи, да она же совсем недавно держала грязные ладони мальчика в своих! Неужели королевская семья так непринужденно обращается со всеми подданными? Мальчик смутился и спрятал руки за спину. Король и королева сидели прямо напротив него и смотрели ему в лицо, не произнося ни слова. И вдруг король сказал:

– Ты мой сын.

Услышав это, мальчик так удивился, что упал со стула. Он с размаху ударился об пол, но совсем не почувствовал боли. Лежа посреди залы, мальчик с открытым ртом смотрел на короля. Тот мягко улыбнулся ему, а королева утерла слезы расшитым рукавом. Они усадили его обратно и поведали всю историю от начала до конца.

Как только мальчик родился, его сразу украли. Люди поговаривали, что это дело рук лесного духа или девятихвостой лисицы, а может, и какого другого чудища. Король был убит горем, но в тот момент ему нужно было защищать страну, поэтому он не мог пустить все силы на поиски пропавшего сына.

Теперь же королевская семья наконец смогла найти его благодаря тому существу из леса. То было таинственное животное, именуемое Девятицветным оленем. Он свободно перемещался между миром живых и миром мертвых и провожал умерших в загробный мир. И временами помогал тем живым, которые непременно хотели отправиться в земли мертвых.

Однако со временем желающих поймать Девятицветного оленя стало слишком много. Находились и те, кто был готов на любую жестокость, лишь бы заполучить его в свои руки. Тогда одно божество сорвало на цветочном лугу в Стране предрассветного неба цветок слепоты и сделало так, чтобы люди больше не могли видеть Девятицветного оленя. С тех пор он показывался на глаза только членам королевской семьи Чжунён, людям благородной крови.

Мальчик в деталях описал Девятицветного оленя, оживленно размахивая руками и ногами. Король довольно улыбнулся. Еще и возраст мальчика совпадал с возрастом пропавшего принца, поэтому король и королева не сомневались, что перед ними их сын. Они были безмерно благодарны оленю, который не только провожал умерших в иной мир, но и нашел их пропавшего наследника. Королева, не выдержав, расплакалась, а король притянул мальчика к себе и крепко обнял. Мальчик же еще не до конца поверил в свое счастье и растерянно водил глазами по сторонам.

Но тут вмешался один из чиновников:

– Ваше Величество, прошу прощения. Смею заметить, что процедура признания законности наследника все же необходима.

– Но он так подробно описал оленя! Так может рассказывать только тот, кто видел его своими глазами. Какие еще доказательства вам нужны? – удивился король.

Чиновник вежливо возразил:

– Тем не менее тому нет ни единого свидетеля. Это ведь наследный принц нашей великой страны, ваш единственный потомок! В деле государственной важности мы не можем полагаться только на слова этого мальчика!

Король нахмурился и спросил:

– И что ты предлагаешь?

– Завтра День призраков. Как только отворятся ворота в загробный мир, Девятицветный олень появится, ведя за собой души умерших. Пускай Его Высочество укажет на него. Хоть мы, простые смертные, не можем его видеть, зато Ваше Величество смогут лично проверить, говорит ли мальчик правду.

Предложение чиновника казалось здравым, и королю оставалось только согласиться. Он был единственным человеком, помимо принца, в жилах которого текла кровь императорской семьи Чжунён. Так что только сам король мог проверить, кем ему приходится мальчик. И он твердо поклялся, что будет честен и справедлив.

Так и было решено: завтра мальчику придется доказать правдивость своих слов.

* * *

Начисто вымывшись в купальне, мальчик улегся на широкую кровать. Слуги, повсюду следовавшие за ним, заботливо взбили перину, поставили в изголовье керосиновую лампу и тихо выскользнули из покоев. Оставшись в одиночестве, мальчик принюхался, чтобы уловить запах, который исходил от его тела. Это была не мерзкая кислая вонь, к которой он привык, а мягкий аромат сандалового дерева. Удивительное дело. Он сам еще не был уверен, что задержится во дворце надолго, но слуги уже обращались с ним как с истинным наследным принцем.

Кровать была чересчур огромной для маленького тощего тельца мальчика. Он вдруг вспомнил ребят, с которыми жил в логове попрошаек. Там им приходилось спать вместе по пятнадцать человек, сжавшись в комочек, как мышата в норке. И все же тогда он засыпал сразу, едва успев опустить голову на циновку. Сейчас же он укрывался мягким уютным одеялом из овечьей шерсти, но сон не шел. Весь его мир полностью изменился за один день, и происходящее казалось ему грезой.

В этот момент снаружи послышался шепот слуг. Двери раскрылись – и в комнату вошла королева. Она была облачена в длинную белоснежную накидку, ниспадавшую до самого пола. Должно быть, это была ее одежда для сна. Без драгоценностей, в которых она была днем, она выглядела просто и изящно. Королева села на кровать рядом с растерянным мальчиком. Повисла неловкая тишина, но затем она мягко поинтересовалась:

– Волнуешься из-за завтра?

Не зная, что ответить, мальчик просто склонил голову. Королева немного помолчала, а потом сказала, что заметила ранее, как мальчик хромает, и спросила, не поранился ли он. Боль в лодыжке, о которой он уже почти забыл, вспыхнула с новой силой. Мальчик приподнял штанину, и распустившаяся повязка соскользнула с ноги. Слуги делали лишь то, что им было приказано, поэтому они просто обмыли его тело, но рану не трогали. Теперь же, когда повязки не было, мальчик увидел, что нарыв глубокий и из-под него торчит красная плоть. К тому же лодыжка сильно опухла, и каждое движение отзывалось болью. Мальчик вспомнил, каким грязным был тот капкан.

Королева сказала, что в рану, должно быть, попала зараза, и нанесла на нее лечебную мазь, смешанную с пеплом. Поначалу мальчик ощутил приятную прохладу, но как только лекарство впиталось, прохлада сменилась огнем. Потом подступила жгучая боль. Напуганный мальчик тихо застонал, и королева погладила его по спине, ласково приговаривая:

– Я верю, что ты мой сын. У меня нет сомнений в том, что ты принадлежишь к нашей семье. Между родственными душами такая прочная связь, что можешь узнать близкого с первого взгляда.

Потом королева завела с мальчиком беседу обо всем на свете. Она спросила у него, как тот жил до этого, а он, не зная, какой рассказ будет лучше, просто выложил все как есть. О дне, когда выпросил больше милостыни, чем все остальные попрошайки, о дне, когда поставил монетку на свинью и выиграл, о дне, когда ему удалось обдурить торговца и стянуть целую шляпу, до краев наполненную каштанами… Королева слушала большинство его историй с улыбкой, но иногда просто молча смотрела на него. В такие моменты мальчик чувствовал, как внутри у него все переворачивается от волнения.

Только глубокой ночью королева удалилась в свои покои. Мальчик потушил последнюю керосиновую лампу и закрыл глаза. И стал думать обо всем, что произошло с ним сегодня. Вокруг было тихо, и он углубился в свои мысли. Перед закрытыми глазами мелькали образы минувшего дня.

Тотчас мальчика охватила тревога. С каждой минутой она разрасталась все сильнее, как буйные сорняки жарким летом.

Девятицветный олень. Вся проблема в нем, именно от него зависела судьба мальчика.

Одеяло из овечьей шерсти показалось слишком тяжелым, мальчик стал задыхаться. Ворочаясь с боку на бок, он принялся размышлять. Олень явился ему лишь раз за всю жизнь. А теперь именно этому животному предстоит решить его дальнейшую судьбу. Слишком несправедливо, по мнению мальчика. Если завтра олень не появится, его снова выбросят на улицу.

Раньше мальчик не стал бы даже задумываться об этом. Потерять мимолетную удачу – обычное дело. Но слово «семья», которое тринадцатилетний мальчик впервые попробовал на вкус, оказалось слишком сладким, слишком манящим. Он понимал, что такая удача не вопрос благоразумия, отказаться от нее он уже не мог. Лучше бы он жил, ничего не зная об этом. Чувствовать себя значимым для кого-то… было слишком приятно.

Пока мальчик раздумывал обо всем этом, боль в лодыжке понемногу усиливалась. Охваченный тревогой, он встряхнул одеяло и укрылся им с головой. Никто не знает, что случится завтра. Если тот олень не появится, то мальчика могут вышвырнуть из дворца. Но на этот раз он не хотел поверять свою судьбу неизвестности. Разве не может он пожадничать хотя бы раз в жизни? Ведь до этого он всегда жил благоразумно.

В конце концов устав от сомнений, мальчик выскользнул из кровати и прокрался наружу.

Сбежать из дворца было просто. Используя свои воровские навыки, мальчик легко перескочил через забор. Приземлился специально в кусты и не ощутил особой боли, ступая на раненую ногу.

Мальчик без промедления отправился в лес, где в прошлый раз видел оленя. К счастью, он был недалеко от дворца. Если поторопиться, можно успеть вернуться до рассвета. На небе светила крошечная, размером с ноготок, луна, и на дороге было темно. Когда мальчик вошел в лес, ему и вовсе пришлось идти почти на ощупь.

У колодца никого не было. Мальчик на всякий случай даже поднял крышку и заглянул внутрь. В высохшем колодце глубоко вниз простиралась только кромешная темнота. Рога того оленя светились волшебным сиянием и легко разогнали бы эту тьму. Мальчик с сожалением закрыл крышку. Но, обернувшись, он увидел, что олень как ни в чем не бывало стоит рядом с ним.

Мальчик встретился взглядом с Девятицветным оленем. Его окутал насыщенный сладкий аромат. Наверное, так пахнет на том самом цветочном лугу в Стране предрассветного неба. Мальчик осторожно протянул руку и погладил оленя по морде. Огромное животное в ответ тихо склонило голову. От этого движения из цветных рогов полился еле заметный свет.

Мальчик достал из-за пояса тупой нож без рукоятки. Это был его верный товарищ, которым он вскрывал замки и который помог ему сегодня утром выбраться из капкана. Но после этой минуты его помощь больше не понадобится мальчику. С этой мыслью он поднес нож к оленю.

* * *

День призраков в этом году был полон радости и изобилия, как и всегда. Народ хлопотал, готовясь встречать души умерших. Люди щедро готовили огромное количество чашек с ароматным рисом, на воротах домов вешали барабаны, чтобы мертвые могли известить хозяев о своем визите. В столице соорудили место для жертвоприношений, а на входе поставили высокий соттэ[2] из березового ствола. Сверху на нем висел маленький колокольчик, который слабо звенел от каждого дуновения ветерка. Нарядившиеся в белые одежды люди собрались на площади перед королевским дворцом и оживленно болтали между собой.

Король и королева тоже облачились в белые шелковые наряды, вышитые золотой нитью. Они возглавляли праздник вот уже много лет подряд, но сегодня на их лицах читалось особое волнение. Немного погодя будет проведен обряд жертвоприношения – и появится Девятицветный олень, ведя за собой призраков. Он спустится с небес, а от каждого удара его копыт в воздухе будет разлетаться пыльца девяти разных цветов. Король величественно стоял в ожидании начала церемонии, королева взглянула на мальчика, который сидел чуть поодаль. Одетый в чистый нарядный костюм, он нервно перебирал пальцами, держась за пояс на штанах.

Вскоре начался обряд. Король медленно поднялся на каменный алтарь. На высоте примерно пяти шагов лежала каменная плита, с выбитой на ней надписью «Небесный алтарь». Правитель низко поклонился, а затем взял в руку бронзовый колокольчик и мерно потряс им. Чистый звук разнесся по всем уголкам королевского дворца. Это был очень тихий звон, но странным образом он достигал слуха каждого.

Король закрыл глаза и погрузился в свои мысли. Ему так много хотелось сделать вместе со своим заново обретенным сыном. Он мечтал играть с ним в бадук[3], сидя в резной беседке в дождливый день, или нестись во весь опор на конях бок о бок, загоняя дичь на охоте… А когда-нибудь он сам научит его проводить обряд на этом месте и официально назначит своим наследником. Сын примет ношу отца. Как же долго он мечтал об этом. Вот-вот появится олень, и все это наконец исполнится…

Однако Девятицветный олень не появлялся. Король встряхивал колокольчик все сильнее. Обычно животное приходило после девятого звона маленького колокольчика, но сейчас он прозвучал уже в сороковой раз. Ожидание затягивалось, и король начал беспокоиться. Его покрытая морщинами рука мелко задрожала. Он стоял на этом месте уже двадцатый год подряд, но такое случилось впервые.

Собравшиеся тоже поняли, что происходит нечто из ряда вон выходящее. Надежда на лицах понемногу сменялась волнением. Толпа зашумела. Люди, которые совсем недавно потеряли любимых, начали всхлипывать. Единственный день в году. День, когда они могли увидеть умерших матерей, братьев и возлюбленных. От дурного предчувствия нервы всех собравшихся были на пределе.

Это случилось, когда король встряхнул колокольчик в девяносто девятый раз.

Небесная твердь раскололась надвое, точно кто-то рассек ее ножом. Из гигантской трещины появился радужный мост, который протянулся до самого алтаря. Люди возликовали, решив, что врата в мир мертвых открылись. Король утер со лба холодный пот и с трудом поднял голову. Королева вздохнула с облегчением. А мальчик подскочил со своего места, словно собираясь что-то сказать.

Но из разлома появился тот, кого никто не ждал. Это был не Девятицветный олень и не души умерших – с радужного моста медленно спускался ребенок в белой короне треугольной формы.

Остановившись примерно на середине моста, он громко крикнул:

– Кто из вас посмел посягнуть на то, что ему не принадлежит?

Его глас прокатился по толпе, словно гром, и напуганные люди зажали уши руками. Кто-то упал в обморок, а кто-то намочил штаны от страха. Король понял, что к ним спустился Посланник небес. Он упал на колени и преклонил голову.

– За что порицает нас великий Посланник небес? – почтительно спросил король.

Но малыш лишь мельком бросил на него косой взгляд и продолжил внимательно разглядывать толпу. Его глаза сверкали, как у орла, который кружит над землей, зорко высматривая добычу.

– Так, это не ты и не ты. Где же ты прячешься? – бормотал малыш, поочередно указывая пальцем то на одного, то на другого. Вдруг его ладонь замерла. Палец указывал точно на мальчика. – Вот. Так значит, это был ты. Нечистый на руку подлец!

В ту же секунду тело мальчика взмыло в воздух. Он неистово замахал руками и ногами, пытаясь сопротивляться, но силы были неравны: то же самое, как если бы водомерка пыталась сражаться с человеком. Мальчик подлетел прямо к Посланнику. Он пошарил у него за поясом и что-то вытащил. Увидев этот предмет, король смертельно побледнел. Мальчика же в это время с размаху отбросило на мост. Он кулем скатился с него и рухнул на землю.

Посланник внимательно вгляделся в предмет, отобранный у мальчика. Это был кусочек рога Девятицветного оленя, который тот, собрав все свои силы, накануне отпилил. Маленький, размером с камешек для рогатки, кусочек сверкал и переливался разными цветами. Точно так же, как и когда был на своем месте. Посланник тщательно осмотрел его, а затем повернулся к мальчику. Его могучий голос снова разнесся над толпой. Люди в страхе съежились, не в силах противостоять гневу самих небес.

– Думаешь, тебе позволено держать в руках подобную вещь, несчастный? Как глупо! Грех человека, посмевшего причинить вред проводнику мертвых, велик. По твоей милости Девятицветный олень потерял свои волшебные силы и вернулся на небеса. После того как ему навредил человек, он больше никогда не спустится на землю. Немногие способны видеть этого оленя – как же такое могло произойти? Девятицветный олень – ключ к вратам между миром живых и миром мертвых. Посему отныне врата в иной мир больше не откроются. Живым и мертвым больше не суждено увидеть друг друга. А ты, не знающий своего места! Тебе теперь придется сопровождать души вместо Девятицветного оленя. Ты будешь заново переживать свой грех каждый раз, пересекая реку, чтобы попасть в земли мертвых. Раскаивайся каждый раз, вдыхая дым огненных ям! Отныне тебе суждено бесконечно слушать лишь завывания душ умерших, тоскующих по своей родине!

Мальчик съежился всем телом, затаил дыхание и пролепетал едва слышно:

– У меня и в мыслях не было навредить этому оленю! Я лишь очень сильно мечтал кое о чем. Мне хотелось, как и всем другим детям, быть рядом со своими родителями. Чтобы обо мне заботились, когда я болею, пели со мной, когда на душе радостно… Почему мне нельзя иметь то, что есть у всех? Почему я должен нести наказание за тот единственный раз, когда разрешил себе помечтать?

На этот раз голос Посланника звучал спокойнее:

– Теперь я вижу, что ты не только глуп, но и жалок. Если бы ты просто подождал, твоя жизнь была бы прекрасна, как тебе и было уготовано. Но своей опрометчивостью ты разрушил не только предназначенное тебе будущее, но и отнял драгоценные моменты у других людей.

Закончив свою речь, Посланник легко взмыл вверх и скрылся за вратами в другой мир. Они тотчас закрылись за ним. Небо снова стало ясным и безоблачным, словно ничего не произошло. Но отчаяние и безнадежность, которые накрыли мальчика, казались шире и бескрайнее, чем эти голубые небеса. Лодыжка заныла с новой силой. Рана воспалилась, из нее начала сочиться кровь вперемешку с гноем. Теперь ей уже никогда не суждено зажить. Боль обвивала ногу, словно кандалы, и мальчик горько жалел о том, что не позволил фантазиям остаться просто фантазиями.

С того дня врата в загробное царство больше не отворялись. Так оборвалась связь между миром живых и миром мертвых. Многие погрузились в отчаяние и страдания, с тех пор никто после смерти не мог навещать живых. И конечно, живые тоже не могли спускаться в земли мертвых.

Мальчик же, согласно приказу божества, стал перевозить души через реку. Он проводил в загробный мир короля и королеву, своих друзей из логова попрошаек и главаря. Прошли долгие годы после того, как все его знакомые покинули мир живых, но наказание все еще длилось. И лишь богам было известно, когда ему суждено освободиться от кары, ниспосланной небесами.

∞

– И это всё? Конец? – спросила Ёнсо, как только хозяин лавки закончил читать. Она словно только и ждала, чтобы задать этот вопрос.

Девочка, которая сидела напротив Ёнсо, посмотрела на нее полными любопытства глазами.

Мужчина ответил, закрывая книгу:

– Да, всё.

Ёнсо недовольно нахмурилась.

– Какое плохое божество. Ребенок всего лишь ошибся. Он же не со зла. Ему просто хотелось иметь семью, и тот олень даже не умер.

– Боги обычно строги. И не проявляют снисходительности к глупым поступкам. Они ведь выше всего мира, разве им не нужно блюсти справедливость? – ответил мужчина.

Ёнсо насупилась.

– Разве это справедливость? Можно же было разобраться, почему мальчик поступил именно так. Если боги такие уж великие, было бы правильно сделать это. И финал истории слишком странный, он ведь означает, что не стоит даже и мечтать…

«Что это за дурацкий бог такой?» Последние слова Ёнсо через силу удержала в себе. Ей не хотелось снова вступать в перепалку с мужчиной. Сегодня все шло наперекосяк. Сначала это неприятное письмо от редактора, потом блуждание в горах, потрясение от того, что она чуть не погибла, упав со скалы, а теперь еще и эта история, от которой окончательно испортилось настроение. Разве это не слишком? Не стоит и мечтать, как же!

Внезапно на девушку нахлынули эмоции. Она торопливо спрятала лицо, но слезы все равно закапали на стол. И без того сырой и прохладный воздух в магазине стал еще промозглее. Никто не двигался, и время словно остановилось.

Девочка потянула притихшего мужчину за руку. Он медленно встал, со скрипом отодвинув стул. Этот резкий звук контрастировал с его мягким, спокойным поведением. Мужчина достал из комода платок с красной вышивкой и протянул его Ёнсо.

Девушка послушно приняла платок и аккуратно промокнула глаза. Потом свернула в несколько слоев и отдала обратно хозяину.

Когда она снова заговорила, ее пересохшие губы дрожали:

– Вы спрашивали у меня до этого, не преследуют ли меня плохие воспоминания. В компании, где я раньше работала, мне однажды сказали, что я ничего не могу сделать одна. «Даже не мечтай». Это немного похоже на историю, которую вы прочитали. Не нужно удивляться. На самом деле многие постоянно слышат такое… – Ёнсо с трудом улыбнулась. – Среди них только я до сих пор хромаю на одну ногу. Или теряю дорогу, вот ведь жалкая.

На мгновение воцарилась тишина. Немного остыв, Ёнсо сразу же пожалела о сказанном. Не было никакой нужды вываливать свои печали на незнакомца, человека, которого она видит впервые. Ей захотелось немедленно сбежать.

– Извините. Я, пожалуй, пойду.

– Постойте!

Ёнсо поспешно выскочила из-за стола, но мужчина вдруг схватил ее за руку. Обернувшись, она заметила, что его облик полностью переменился. От расслабленности и спокойствия не осталось и следа. Он выглядел отчаявшимся.

– Простите меня!

Ёнсо не нашлась, что ответить.

Пока она колебалась, мужчина торопливо заговорил:

– Приходите снова! Я прочитаю вам другую историю. Сегодня я провинился перед вами, испортил вам отдых. Это непозволительно. Такого допускать нельзя! Это противоречит самому смыслу существования моей лавки.

«К чему такие отчаянные мольбы из-за пустяка?» – удивилась Ёнсо. Девушка на секунду задумалась, пытаясь понять происходящее. Может, все владельцы небольших магазинов так себя ведут? Наверное, он переживает, как бы о его лавке не поползли разные слухи. Ёнсо растерянно кивнула. В конце концов девушке пришлось клятвенно пообещать, что она заглянет еще. Она никогда не умела отказывать, особенно когда на нее так сильно наседали.

Как только Ёнсо согласилась, хозяин лавки расплылся в широкой улыбке. Его искренняя радость согревала теплом, словно лучи летнего солнца. Все еще держа руку девушки в своей, он сказал:

– История продолжится.

Неожиданно возникшая загадочная книжная лавка. И подозрительный мужчина, обещающий продолжение вместо конца.

* * *

Ёнсо ударила по клавиатуре. Прерывистый резкий звук заполнил всю комнату. Мигающий курсор на мониторе ноутбука проглотил очередную букву. Поначалу она удаляла по одному слову, потом – по предложению. Девушка была осторожна и вдумчива, как при переходе через узкий каменный мостик. Через некоторое время курсор стал двигаться быстрее. Словно скаковая лошадь во время забега, не обращающая внимания ни на что вокруг. Торопливые движения пальцев не позволяли мыслям вмешиваться в этот процесс.

Немного погодя на мониторе отобразился чистый лист. Насытившийся курсор снова замигал на одном месте. Полностью стерев текст, который она писала на протяжении последних двух недель, Ёнсо закрыла ноутбук. Она испытывала чувство утраты.

Девушка пребывала в таком состоянии с тех самых пор, как в прошлый раз получила письмо от редактора с требованием счастливого конца. Она никак не могла придумать финал истории. Это убивало ее. Писательница, которая не знает, как закончить свое произведение, – проблема без решения.

Она все еще не хотела прислушаться к совету редактора. Каким бы профессионалом он ни был, он тоже мог ошибаться. С вероятностью примерно один к десяти тысячам. Но и уверенности в том, что она сумеет протолкнуть свои тексты в издательство, у девушки тоже больше не было. Ёнсо не была настолько смелой. Даже подавая заявление на увольнение на прошлой работе, она раз пятнадцать прокручивала ситуацию в голове, довела себя до желудочных спазмов из-за стресса и только потом перешла к действиям.

Некоторые живут, закрывшись в собственном мирке, другие гонятся только за деньгами. Но и у тех, и у других хотя бы есть четкая цель. Однако существуют люди, которые не могут определиться. Как Ёнсо.

Изможденная, девушка улеглась на пол. На расстоянии вытянутой руки от нее валялись раскиданные черновики. Все они годились лишь на выброс. Каждый из них вызывал у Ёнсо чувство дежавю. Если там и встречались какие-то новые идеи, они не отличались изяществом. Как и человек, из-под чьего пера они вышли, наброски были нерешительными и неоднозначными. На такие не падает выбор издателей.

Ёнсо перевернулась на другой бок. Она окинула взглядом свою уютную квартирку. Ёнсо была родом из провинции и переехала в Сеул, когда поступила в университет. Мама очень старалась, чтобы найти ей эту квартиру. Маленькая студия площадью около тридцати квадратов с окнами, выходящими на юго-восток. Сам дом был старым, но квартира выглядела чистой и свежей после ремонта, сделанного хозяином. Но маму все еще что-то не устраивало, и она несколько раз навещала Ёнсо, тратя по пять часов на дорогу туда-обратно, чтобы помочь ей обустроиться. И каждый раз оставляла ей гору строгих наказов и соленых закусок.

Ёнсо жила в этой квартире одна и ходила в университет. В те времена она больше проводила времени в библиотеке, чем дома, и только однажды пригласила в гости одногруппников. Парень, с которым она тогда встречалась, мечтал заглянуть к ней домой, но они расстались до того, как ему выпал такой шанс. Потом девушка окончила университет, устроилась на работу и домой приходила только ночевать. Так и продолжалось до тех пор, пока она не уволилась.

После увольнения у Ёнсо появилось время побыть дома. Много времени. Последние два года она только и делала, что писала тексты, находясь в квартире. Когда надоедало сидеть на одном месте, она выходила в кафе или на прогулку. Два или три раза в месяц встречалась с друзьями. Но добровольное отшельничество не приносило результатов. Девушка так и топталась на одном месте, не заключив ни одного авторского договора, а сейчас и вовсе лежала на полу, не имея ни малейшего понятия, что ей делать дальше. Так обстояли дела на сегодняшний день.

Если задуматься, все то время, что она пыталась сочинять волшебные сказки, в ее собственной жизни совершенно отсутствовала магия. Ее жизнь была такой же предсказуемой, как и эта квартира, в которой Ёнсо прожила девять лет, не создав ни одного особенного воспоминания. Саму себя девушка считала не только заурядным, но и невероятно скучным человеком. Она не обладала ни выдающимися профессиональными навыками, ни привлекательной внешностью. И смешно шутить не умела. Именно поэтому у нее практически нет друзей. Чувство стыда за собственную никчемность накрыло ее с головой.

Внезапно Ёнсо вспомнила о мужчине, которого встретила на скале. Тот момент, когда она словно летела по небу, а потом приземлилась прямо в его объятия. Ее сердце тогда так трепетало. Казалось, оно выскочит из груди. Даже если это и было лишь фантазией, реакцией мозга на опасность, опыт был потрясающий. И неважно, что на самом деле ничего не было. Ведь грезы – это и есть моменты радости, не существующей в реальности.

Полет под осенней луной. Она никогда не сможет забыть его. И та книжная лавка с таинственной атмосферой. Напряжение, повисшее в прохладном воздухе, мужчина, который читает книгу, сидя с прямой спиной на стуле, загадочная грустная история.

Не только история, но и само время, проведенное в магазине, произвело на Ёнсо глубокое впечатление. Она думала о незнакомце, с которым ее свела не то судьба, не то злой рок. Ее все еще беспокоило отчаяние в его голосе, когда он умолял ее прийти к нему снова. Этот мужчина явно обладал способностью трогать людские сердца.

– Может, сходить… – задумчиво протянула девушка.

В этот момент где-то зазвенел телефон. Ёнсо очнулась от своих мыслей. Уведомления продолжали приходить. Девушка принялась вертеть головой по сторонам в поисках источника звука. Наконец аппарат обнаружился под горой раскиданных набросков. К тому времени на экране скопилась целая куча сообщений.

Девушка сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и открыла чат. Сегодня у нее была назначена встреча с бывшими коллегами.

* * *

– Ёнсо, мне знаешь, как за тебя обидно! Ты же такой талантище. Даын, скажи же, ты тоже так думаешь? Да? – горячо сетовал пьяный Санхун.

Сидевшая рядом с ним Даын смерила его недоброжелательным взглядом и неловко улыбнулась Ёнсо.

До увольнения Ёнсо часто общалась с этими двумя. Несмотря на разницу в возрасте и в служебном положении, они быстро сдружились, потому что устроились в эту компанию в одно и то же время. После того как Ёнсо ушла оттуда, они все еще продолжали иногда созваниваться. Вот и на этот раз Санхун позвал ее на очередные «посиделки с коллегами». Это явно было не лучшим предлогом для встречи с человеком, который давным-давно уволился. Но Санхун лишь лукаво усмехнулся и заявил, что без Ёнсо они с Даын останутся вдвоем и им будет неловко. На самом деле это всё были пустые отговорки. Потому что Санхун и Даын дружили еще со времен старшей школы.

Ёнсо слегка улыбнулась и ответила:

– Да, спасибо вам.

– Ёнсо! Ты опять за свое! Я же говорил тебе, обращайся ко мне на «ты»! Тем более мы уже не работаем вместе. Да и ты младше всего на пару лет! – Санхун продолжал бессвязно бормотать: – Чем ты вообще занимаешься в последнее время? Я по тебе скучаю, Ёнсо. И вообще, хочу встречаться с тобой в офисе, а не вот так… Наша Ёнсо ведь такая ответственная и умная, а еще у тебя глаза большие и красивые…

Санхун постоянно нахваливал Ёнсо, когда они выпивали вместе. Поначалу девушке было так неловко, что хотелось сбежать, но со временем она привыкла к этому.

– Да хватит уже! Ты что, ее папочка? – громко возмутилась Даын, сидевшая рядом с Ёнсо.

Даын была терпеливым, последовательным и скрупулезным человеком. Ёнсо слышала, что подругу уже дважды повысили с тех пор, как она уволилась. По мнению Ёнсо, уверенная в себе и амбициозная Даын вполне этого заслуживала. Девушка даже немного завидовала ей, ведь Даын действительно обладала теми качествами, которые хотят иметь многие.

В офисе Санхун и Даын даже не здоровались друг с другом, но в неформальной обстановке было видно, как они близки. Обычно это выражалось в том, что Даын вот так кричала на парня. Когда это случилось в первый раз, Ёнсо испугалась, что начнется ссора, но теперь она знала, что это такое проявление привязанности, и просто кивнула.

– А что, разве я не прав? Все верно говорю. Если бы она не уволилась, ее бы тоже как минимум раза два повысили.

– Ну и признайся ей тогда в любви. Смысл говорить, что человек хорош в работе, если он уже уволился? Это комплимент, по-твоему?

– Даын, да ты… Как ты можешь… Мои чувства для тебя – шутка? – Санхун демонстративно прикрыл рот рукой, бросая реплику, достойную мыльной оперы. Еще пара стаканов пива – и он отрубится, уронив голову на стол. Обычно ссоры между этими двумя заканчивались именно так.

Ёнсо улыбнулась, впервые за долгое время наблюдая за этой забавной картиной, и глотнула пива. Когда они собирались вместе, ей всегда доставалась роль слушательницы.

Троица еще немного поболтала, и в конце концов Санхун уронил голову на стол. Ёнсо и Даын вышли наружу подышать воздухом. Бар находился неподалеку от университета, и, несмотря на позднее время, на улице царила шумная, оживленная атмосфера. Даын зажгла сигарету, выпустила облачко дыма и поинтересовалась у Ёнсо:

– Как твоя подготовка?

Ёнсо слегка удивилась, что Даын запомнила ее слова, которые она говорила давно и вскользь. Та же как ни в чем не бывало смотрела на нее в ожидании ответа. Немного поколебавшись, Ёнсо прикоснулась к щекам, раскрасневшимся от алкоголя и прохладного вечернего ветерка, и сказала:

– Трудно, но интересно. Мне нравится. Ведь это то, чем я хотела заниматься…

– Вот как? – кратко бросила Даын и отвернулась.

Девушки немного помолчали, глядя в одном направлении. Мимо них вдоль по улице проходило множество людей. Пьяный в стельку студент и друзья, практически несущие его на себе, выглядели смешно. Влюбленная парочка держалась за руки и обменивалась нежными взглядами, по которым можно было понять, что они встречаются не так долго. Группа девушек, которые вели себя так важно, будто вся эта улица принадлежит им одним, вызывала любопытство: интересно, как давно они дружат?

Вскоре Даын снова заговорила:

– Ёнсо, ты слишком много думаешь.

– Что?

– Вот как сейчас. Ты же сомневалась, что мне ответить? Если сказать, что все отлично, можно показаться высокомерной, а если что ничего не получается, я начну беспокоиться. Поэтому ты просто выбрала сказать, что счастлива, так как занимаешься любимым делом. Разве можно что-то добавить к такому ответу?

Ёнсо молча смотрела на Даын. Подруга рассеянно проводила взглядом облачко дыма и продолжила:

– Но разве непременно нужно быть счастливой, если занимаешься любимым делом?

Свет с рекламного экрана на другой стороне улицы падал на девушек. Яркое освещение отлично сочеталось с высокой стройной фигурой Даын. Она выглядела как модель на подиуме или актриса во время фотосессии. Цвета на экране менялись каждую минуту. Красный, зеленый, синий… Даын непринужденно впитывала в себя каждый из них. Ёнсо казалось, что она вот-вот забудет настоящий цвет подруги.

– У каждого куча сомнений, да? – бросила Даын, обращаясь неизвестно к кому.

Девушки снова зашли в бар. Вечер продолжился. Санхун очнулся и опять принялся, утирая слезы, предлагать Ёнсо работать вместе, а Даын каждый раз резко одергивала его. Но и по самой Даын было заметно, что в глубине души она тоже желает возвращения Ёнсо. Ёнсо же просто отмахивалась ничего не значащими «да», «ну не знаю» и «спасибо».

Распрощавшись с друзьями, Ёнсо пошла в сторону дома. По пути поступил вызов от мамы. Примерно месяц назад они поссорились по телефону, и это был ее первый звонок с тех пор. Услышав на фоне звуки проезжающих машин, мама отругала Ёнсо за то, что она так поздно ходит по улице. Девушка промямлила в свое оправдание, что давно не виделась с друзьями.

Немного успокоившись, мама поинтересовалась, как идет поиск новой работы. Ёнсо еще год назад сказала маме, что хочет писать сказки. Она собрала всю смелость, чтобы отстоять свою позицию. Но мама каждый раз упорно делала вид, что ничего не слышала или забыла об этом. Услышав прохладный ответ Ёнсо, она сказала дрожащим от еле сдерживаемой злости голосом:

– Ты же отучилась в отличном университете и устроилась на прекрасную работу. Все могло бы и дальше складываться благополучно. Почему ты все бросила? Чтобы расстраивать меня?

Отвлекшись на звонок, Ёнсо упустила последний автобус. Ей оставалось только идти домой пешком, но дорога в тридцать минут показалась девушке слишком длинной. К тому же алкоголь уже выветрился, и она замерзла. Ёнсо шмыгнула носом и потерлась лицом о рукав. Как же ей все надоело.

* * *

Ёнсо снова стояла перед книжной лавкой. Хотя она и обещала вернуться, было еще слишком рано для повторного визита. Особенно если учесть, что в прошлый раз она умудрилась вступить в словесную перепалку с хозяином и разрыдаться. Все еще испытывая неловкость, она осторожно толкнула дверь. Послышался тоненький перезвон колокольчика, висящего над входом.

Ёнсо хотела было пройти вперед, но вдруг услышала чьи-то голоса. Кто-то разговаривал в глубине магазина. Один голос принадлежал хозяину лавки, а другой – неизвестному мужчине. Второй голос звучал очень жестко. Судя по всему, его обладатель был зол.

Они ссорятся? Ёнсо притворилась, что рассматривает книги, и замерла на месте. Ей была четко слышна речь неизвестного мужчины, так и сочившаяся раздражением:

– …Ты же вечно торчишь только в этой своей кладовке, откуда тебе вообще об этом известно?

Голос хозяина лавки звучал, как всегда, спокойно и миролюбиво:

– Как знать. В любом случае вам же от этого никакого вреда. Это то же самое, что просто обломить ветку дерева в лесу. Никто даже не узнает. Как и о вашем проступке. Вы же хотите, чтобы я продолжал держать рот на замке?

– Ха!

– И я уже неоднократно говорил вам: это не кладовка, а книжный магазин.

Повисла тишина. Похоже, неизвестный мужчина потерял дар речи от возмущения. Ёнсо заметила это еще в прошлый раз: какой бы длинной ни была реплика хозяина лавки, каждое его слово непременно достигало ушей собеседника. И, несмотря на мягкую манеру, возразить ему было нелегко. От любопытства девушка даже перестала перебирать рукой книги и с удвоенным вниманием принялась подслушивать беседу двух мужчин. В это мгновение что-то вдруг с грохотом разбилось, и до Ёнсо донесся дрожащий от гнева голос незнакомца:

– Смеешь угрожать мне?! Да, я предоставил тебе пару раз интересное зрелище, а ты теперь возомнил, что я твой слуга? Сожалею, если дал повод для заблуждений. Иди и расскажи все Повелителю Царства мертвых. Поведай ему, что я проявил слабость перед каким-то человечишкой и попался на удочку! Только тебе придется поискать другого почтальона!

– Ну какой же вы почтальон? Вам стоит уважительнее относиться к своей профессии.

– Не цепляйся к словам!

На этот раз что-то упало на пол. Ёнсо начала беспокоиться, не стоит ли ей вмешаться. Хозяин лавки, хоть и обладал длинными конечностями, не производил впечатления хорошего драчуна. Ёнсо переживала, что, если начнется потасовка, ему прилично достанется. Девушка схватила тяжелую книгу и высунула голову из-за полки, чтобы лучше видеть, – в это время пугающий мужчина снова заговорил. Теперь интонация его голоса казалась более спокойной.

– Ну ладно, допустим. Я согласен. Я в этом месте как у себя дома, захватить одну вещь не стоит труда. Это не меня потом раскрошат на кусочки, какое мне дело. Ты прав. Но скажи мне, в чем причина? Почему ты вдруг так решил? Что изменилось? Все это время ты сидел тут как истукан, несмотря на мои предупреждения, а теперь-то откуда ветер подул?

По магазину прокатилась волна холодного воздуха.

Мужчина упавшим голосом ответил:

– Ничего не изменилось. Просто до сих пор я…

Ёнсо навострила уши. Но тут сзади послышался тоненький голосок:

– А ты что тут делаешь?

Застигнутая врасплох девушка чуть не выронила книгу из рук. Рядом с ней стояла девочка, которая была здесь в прошлый раз. Хорошенькая малышка жевала рисовый хлебец и смотрела на Ёнсо полными любопытства глазами. В ее взгляде и поведении сквозила такая чистая невинность, что Ёнсо стушевалась, будто ее застали с поличным на месте преступления. Девушка торопливо уткнулась в страницы и притворилась, что внимательно читает, как и положено посетителю книжного магазина.

В этот момент она вдруг почувствовала, как по спине пробежал холодок. Такое бывает, когда идешь в одиночестве по темной улице или моешь голову с закрытыми глазами. Шею свело от напряжения, и девушка с трудом обернулась.

Она надеялась, что позади окажется хотя бы странный хозяин лавки, но нет. Оценивающий взгляд, густые приподнятые брови, крепко сжатый рот, ни звука дыхания. Незнакомый мужчина напоминал своим обликом тигра. Ёнсо поспешно опустила глаза. Она успела заметить, что мужчина был одет в черную кожаную куртку. Незнакомец выглядел зловеще.

Мужчина пристально посмотрел на Ёнсо. Это был взгляд хищника, оценивающего добычу. Внимательно изучив девушку, он засунул руки в карманы и сказал:

– Она же совсем обычная. Ничего нового не вижу. Зря только ждал.

Его низкий грубый голос приковал Ёнсо к земле. Девушка чувствовала на себе его взгляд несмотря на то, что ее голова была опущена. Казалось, ее крепко сковало ледяными цепями. Она хотела было попросить о помощи, но не смогла открыть рот.

Вскоре Ёнсо почувствовала, как ее сознание уплывает. Бесконечное глубокое болото затягивало ее в свою трясину. Не то вода, не то грязь хлюпала у щиколоток. Масса воздуха с силой давила на позвоночник. Человеческому телу было не под силу выдержать такую тяжесть. Руки и ноги не двигались, рядом раздавалось какое-то гудение. Девушка полностью погрузилась в бесплотную топь и закрыла глаза.

По сомкнутым векам Ёнсо вдруг скользнула яркая вспышка.

Ноги подкосились, и девушка опустилась на пол. Приоткрыв глаза, она увидела одинокий лучик солнца. Приглядевшись, Ёнсо поняла, что это светится золотым цветом посох. Один из тех, с какими обычно ходят буддийские монахи. Она помнила, что в прошлый раз он находился у стены среди остальных предметов интерьера. Даже стоящая спокойно в углу, эта вещь излучала мистическую ауру.

Однако сейчас посох торчал прямо из пола у ног пугающего мужчины. Словно копье, охраняющее жилище от вторжения чужаков. Металлические кольца, венчающие его кончик, тихо звенели, ударяясь друг о друга.

Хозяин магазина отряхнул руки и произнес:

– Прошу прощения. Рука соскользнула.

– Ах ты дерзкий щенок…

– Кстати, это очень ценная вещь. Копье принадлежало богу, который способен спасти все живое, даже если ад будет уничтожен…

Посох в руках пугающего мужчины с громким треском раскололся надвое. Хозяин лавки лукаво усмехнулся:

– Ах. Это была лишь его копия.

Мужчина одним прыжком подскочил к владельцу магазина и схватил его за горло. Сжатый кулак уже приближался к невозмутимому лицу, когда вдруг раздался голос:

– Хватит! Невоспитанный мальчишка.

Мужчина замер. Ясный голосок принадлежал девочке, которая появилась рядом, невозмутимо пожевывая тток[4]. Она подняла руку и ткнула пальцем в мужчину, который был в три раза выше ее ростом. Выражение лица и манера речи девочки казались наигранно строгими:

– Гостей нужно встречать вежливо, Черныш.

Этим милым прозвищем она определенно назвала свирепого мужчину. Даже в шутку сложно было подумать, что ему подошла бы такая забавная кличка. Лицо незнакомца мгновенно исказилось от злости. Но по какой-то неизвестной причине он опустил кулак. Сверкнув глазами в сторону девочки, он убрал руки с шеи хозяина лавки. А затем стремительно направился к выходу.

Когда он проходил мимо Ёнсо, девушка вдруг заметила кое-что. На его левой лодыжке виднелся крупный шрам, похожий на след от глубокого укуса острых зубов. Очень напоминающий тот, что остался бы у героя истории, которую она слушала здесь в прошлый визит. Казалось, рана еще не зажила до конца, так как мужчина тяжело шагал и прихрамывал, подволакивая левую ногу.

Однако сейчас у Ёнсо не было сил думать о таких незначительных совпадениях. Только когда мужчина с силой захлопнул за собой дверь, она почувствовала, что напряжение резко спало. Тиски, сдавливающие горло, разжались, и она глубоко вдохнула.

Сердце все еще колотилось как бешеное. Ёнсо хотела было приподняться, но побоялась, что у нее не хватит сил. Девушка сосредоточилась на подготовке к тому, чтобы встать. Выровнять сбившееся дыхание, успокоить разбушевавшееся сердце, сжать дрожащие руки в кулаки. Это всегда работало.

В этот момент мужчина протянул руку сидящей на полу Ёнсо. Девушка подняла голову и встретилась с ним взглядом. На его лице расцвела теплая улыбка:

– Добро пожаловать снова. Я вас ждал.

* * *

Ёнсо сидела за тем же столом, что и в прошлый раз. Хозяин лавки сказал, что ее сильно пошатывало и ему казалось, будто она вот-вот рухнет в обморок. Этим он объяснил рассказ Ёнсо о ее ощущениях, когда вокруг все потемнело. Мужчина пояснил, что такое часто случается с людьми, когда у них накапливается слишком много стресса. Он укрыл ее теплым пледом и посадил на колени девочку. По его словам, тепло тела другого человека дает чувство безопасности и помогает успокоиться. Как и в прошлый раз, в его логичных рассуждениях не за что было зацепиться, и Ёнсо оставалось только согласиться. К тому же его способ действительно помогал. К девушке быстро пришла безмятежность. Вязаный плед был очень мягким и уютным.

Малышка совершенно не стеснялась чужих людей и самозабвенно болтала ногами, сидя на коленях Ёнсо. Мужчина расположился напротив и принялся листать книгу. Движения его рук были осторожными, как у эксперта, обращающегося с ценным предметом. Ёнсо вдруг стало интересно, сколько же историй записано в этой книге. Как же их должно быть много, если процесс выбора одной занимает больше тридцати минут? Девушка уже хотела предложить прочитать любую, когда хозяин наконец заговорил:

– Я беспокоился, что вы больше не придете. Мне показалось, что в прошлый раз вам не понравилась история…

– Ну…

Ёнсо чуть было не ляпнула «да», но вовремя прикусила язык. С ее первого визита прошло уже больше двух недель. Неужели он до сих пор беспокоился об этом? Ёнсо стало немного стыдно.

Тут в разговор встряла девочка:

– Я тоже рада, что ты пришла. Последний из гостей был слишком старым, даже на коленках его нельзя было посидеть.

Видимо, в эту лавку заглядывали люди самых разных возрастов. Ёнсо крепко прижала к себе теплую малышку. Та прекратила болтать ногами и уставилась на нее снизу вверх. А потом вдруг расплылась в довольной улыбке. Как и всегда, она выглядела до невозможности милой.

В центре стола стояла небольшая курильница для благовоний. Приятный терпкий аромат успокаивал. Дымок то разделялся на две струйки, то сливался в одну, бесконечно поднимаясь ввысь. Он напоминал водопад, только стремящийся в обратном направлении.

За этой умиротворяющей картиной смутно виднелось лицо мужчины. Он сидел почти без движения, молча уставившись в книгу. Выражение его лица казалось очень отстраненным и холодным. Как у человека, который хочет достичь совершенства в своем деле путем бесконечных повторов. Ёнсо стало любопытно, как выглядят его руки, когда он переворачивает страницы, и она наклонилась вперед.

Он вздрогнул, словно очнувшись от своих мыслей, и спросил:

– Может, у вас есть пожелания к сегодняшней истории? Или, к примеру, любимый жанр?

«Откуда я знаю, что там написано в этой книге?» – подумала Ёнсо, удивленно взглянув на мужчину. Но он все еще серьезно смотрел на нее. Это из-за того, что в прошлый раз она на него разозлилась? Кажется, поэтому он так усердно пытается подготовиться сегодня. Девушка опять ощутила стыд и принялась добросовестно раздумывать. Зачем она опять пришла в это место? Нужно было начать именно с этого вопроса.

Сейчас она чувствовала пустоту в душе и хотела заполнить ее чем-нибудь. Обычно в такие моменты Ёнсо читала книги или смотрела фильмы. Но сегодня у нее не было сил даже на это. Страницы казались слишком тяжелыми, чтобы их перевернуть, а монитор чересчур слепил глаза.

Тогда она и подумала об этом магазине. Низкий глубокий голос. Медленное течение сюжета. Ёнсо хотела закрыть глаза и погрузиться в эту историю, как в морские воды. Вот почему ноги сами привели ее сюда.

Единственное, чего ей хотелось бы избежать, это такого финала сказки, который заставил бы ее грустить. Пожелания… Ёнсо поняла, что ей сегодня нужно. Обычно ей не нравилось такое, но сегодня было интересно, какая история найдется у него. Девушка решилась и произнесла волшебную фразу:

– Со счастливым концом… Нет ли такой истории?

Она забыла о вежливости, поэтому вопрос словно повис в пустоте. Девочка, сидевшая у нее на коленях, бросила на нее удивленный взгляд. Ёнсо уже открыла было рот, чтобы исправиться, но мужчина поспешно сказал:

– Конечно, есть.

Лунное дитя: девочка, рожденная вместе со звездой

Девочка проснулась на пустынной земле. Сладко потянувшись, она, как и полагается всем детям, тут же отправилась на поиски того, чем можно разогнать скуку. Но там, где она находилась, до самого горизонта простиралась лишь голая серовато-коричневая плоскость. Мир вокруг целиком состоял из серых оттенков, среди которых не обнаружилось совершенно ничего интересного.

Девочке захотелось с кем-нибудь поговорить, и она сделала небольшой комочек из грязи. Он получился круглым и неровным сверху. Когда она слепила десять таких комочков, они вдруг разбухли и превратились в огромных жаб с широкими ртами. Сначала создания медленно переваливались с боку на бок, а потом запрыгали вокруг девочки, как будто в танце. Девочке было интересно наблюдать за ними, и она ненадолго увлеклась этим. Лет так примерно на триста.

Потом она решила научить их разговаривать. Девочка посадила всех жаб в одну линию и, усевшись напротив, принялась усердно проговаривать каждый звук. Но как бы она ни старалась, наука никак не давалась ученикам. Из их широких ртов вылетало только кваканье. В конце концов терпение девочки иссякло, и она прогнала бестолковых созданий прочь. К тому времени прошло уже пятьсот лет. Проведя с жабами в общей сложности восемьсот лет, девочка встала и огляделась.

На небе сияла голубая звезда. Она была круглой, как толстые животики жаб, и раз в день перемещалась по темному небосклону. Это показалось девочке красивым, и она некоторое время любовалась звездой. Пока она так стояла и смотрела на нее, та взошла и опустилась шесть тысяч раз. Потом девочка присела и проследила за движением звезды еще восемь тысяч раз. Прошли целые столетия, а девочка все еще часто поднимала глаза на звезду. Это было ее единственным развлечением на пустынной земле.

Однако спустя еще тысячу лет девочка вдруг услышала, что кто-то горячо шепчет ей какие-то слова. Прислушавшись, она поняла, что звук доносится с голубой звезды. Более того – шептали разные голоса, в разное время и из разных мест. Неизвестные люди почему-то рассказывали девочке о своих грезах и заветных желаниях. Она навострила уши.

«Прошу тебя, луна, исполни мое желание».

Все голоса твердили одно и то же. «Они что, сами ничего не умеют?» – удивилась девочка. Немного подумав, она несколько раз попробовала направить туда свои силы. Благодаря этому желания людей с голубой звезды исполнились. С тех пор они стали требовать больше.

Выслушивать их было легко. Но девочке стало любопытно, почему же они без конца чего-то хотят. На ее планете не было ничего, кроме серовато-коричневой земли, – так чего им может не хватать на их прекрасной голубой звезде?

Девочке не терпелось увидеть все своими глазами. Она собрала огромную кучу грязи и слепила из нее гигантского зверя. Рот у него получился широким, как у жабы, а по бокам висели похожие на крылья плавники. Зверь чем-то напоминал кита. С девочкой на спине он поплыл сквозь космос в сторону голубой звезды.

Прилетев, огромный зверь превратился в скалу и заснул. Снова оставшись одна, девочка попробовала сделать несколько шагов. На земле отпечатались маленькие, размером с кулачок, следы. Ух ты, она действительно на голубой звезде! Девочка с восторгом кинулась изучать новое место.

Она вдохнула аромат цветов и деревьев, попила родниковой воды и попробовала на вкус плоды диких ягод – впервые в жизни полакомившись сладким, девочка возликовала, ее сердце забилось быстрее. От новых ощущений у нее закружилась голова. Она подумала, что проживет на этой звезде тысячу лет и каждый день будет таким веселым и интересным, что голова может взорваться от впечатлений.

Девочка, радостно подпрыгивая, бежала мимо густого леса. Внезапно она услышала, что кто-то зовет ее. На опушке стояла старуха со сгорбленной спиной. Та поймала ее взгляд и помахала тощей рукой, подзывая к себе. Девочка подошла поближе, и старуха спросила скрипучим голосом:

– Чего ж тебе там не жилось? Ты же родилась вместе с той звездой.

Палец старухи указывал на молодой месяц, взошедший на ночном небе. Девочка навострила уши. Неужели кому-то еще известно о ее рождении? Она с подозрением посмотрела на старуху, но та лишь снова махнула рукой:

– Нет тут ничего странного. Весь этот мир сотворен мной. И ты тоже. Тебя я слепила из самого прекрасного белого фарфора, смешанного с нефритовой пудрой. Смотри-ка, как красиво вышло.

На этот раз ее голос был наполнен любовью, как у гордого родителя. Девочка перестала волноваться и подошла еще ближе. Она взяла морщинистую руку в свою и поняла, как сильно скучала по создательнице все это время. Старуха положила свою некрасивую ладонь на маленькую ручку девочки и погладила ее со словами:

– Боги не должны привязываться к людям. Твоя сила принесет им только несчастье. Все любят солнце, когда оно светит издалека, но вблизи оно обжигает.

Девочка ответила:

– Но они мне любопытны. И к тому же на этой звезде так много всего интересного…

Старуха поняла, что девочку не переубедить, и грустно улыбнулась. Она выглядела очень старой, ее сморщенное лицо походило на сухую кору дерева. Старуха подарила девочке золотой колокольчик в форме капли и сказала, что он зазвенит сам собой в случае опасности. На ее лице читалось искреннее беспокойство. Девочка пожала ее руку и спросила, кто она такая.

– Я жалкая богиня, в которой слишком много любви. Я так сильно любила каждое свое творение, что это состарило меня раньше времени. А ты – милое юное божество! Надеюсь, на этой звезде тебя будут ждать только счастливые моменты!

Покинув лес, в котором ей встретилась старуха, девочка отправилась странствовать по миру. У жителей голубой звезды было неисчислимое количество желаний. Богатство, власть, молодость… Все это было легко для девочки. И она исполняла их просьбы. Люди радовались чудесам, которые падали на них, словно с небес. Они загадывали все больше и больше, потакая своей жадности.

Но, даже получив желаемое, они почему-то не становились счастливыми. Девочке была любопытна причина, и она без устали встречалась и расставалась с разными людьми.

Так пролетело несколько столетий. В тот день девочка в одиночестве вышла из очередного королевского дворца. Человек, повстречавшийся ей на этот раз, мечтал о мести. Он хотел покарать тирана, который лишил жизни его любимую жену, убив его тем же способом. Человек стал генералом армии повстанцев, и сегодня, осуществив свою мечту, он покончил с собой.

После того как все завершилось, девочка задумалась. Почему они мечтают о мести? Это ведь так неинтересно и невкусно, в отличие, например, от ягод. Для девочки люди ничем не отличались от тех жаб, которых она вылепила из грязи. Их жизнь так коротка – лучше бы они проводили ее с танцами и песнями. Вдыхали бы прекрасный аромат цветов и наслаждались сладостью диких плодов. Но девочка еще ни разу не встречала на этой звезде таких людей. Жители голубой звезды оказались совсем не такими интересными, как она думала.

Девочка долго шла вперед, пока не оказалась в сосновой роще. Был снежный зимний день. Вокруг стояла тишина, лишь листья деревьев иногда шелестели от дуновений ветерка. Все выглядело так, словно сюда не ступала и никогда не ступит нога человека. Это место напомнило девочке родину, которую она покинула давным-давно. Девочка свернулась клубочком на земле и крепко заснула.

Вдруг почувствовав какой-то запах, девочка пробудилась после долгого сна. Пахло чем-то сладким и аппетитным. У нее тут же потекли слюнки. Девочка открыла заспанные глаза и завертела головой.

Посреди белого заснеженного леса стоял юноша. Туловище у него было огромным, как у медведя, а лицо кривым, словно его слепили из жидкой глины. Видимо, он уродился таким. В поисках источника запаха проголодавшаяся девочка подошла к юноше. Он дрожал всем телом, будто боялся чего-то.

Сладкий аромат исходил из кармашка пояса, обвязанного вокруг талии юноши. Девочка поднесла нос поближе, вдохнула и сказала:

– Это ты! Это от тебя пахнет сладеньким!

Юноша немного поколебался, а затем открыл карман. Там оказались завернутые в бумагу медовые ттоки. Мед заблестел на солнце, и девочка тут же попросила разрешения попробовать один. Юноша энергично закивал. Девочка взяла тток размером с собственную ладошку и целиком засунула его в рот. Как только она надкусила упругое мягкое тесто, по рту растекся насыщенный вкус.

Сначала к зубам прилип душистый масляный кунжут. Затем добавились сладость и аромат свежего меда. Начинки было как раз в меру, чтобы почувствовать упругость и мягкость рисового теста. А в самом конце – замечательное послевкусие пряной корицы.

Как вкусно! Это была самая сладкая и аппетитная еда, которую девочка только пробовала в своей жизни. До сих пор люди угощали ее самыми разными лакомствами, но такой вкусноты ей еще не доводилось есть. Девочка подумала о самом первом дне на этой звезде. О том миге, когда перед глазами все закружилось от сладкого аромата диких ягод. А теперь она снова переживала тот незабываемый момент.

Девочка умяла все шесть ттоков, которые протянул ей юноша, и расплылась в довольной улыбке. Она придумала, чем отблагодарить его. Слитки золота и серебра плюс целая куча ттоков, намного больше того, сколько съела она. Первое – это то, что любят все люди, а второе – его же угощение, только в сто раз больше. Ему непременно должно понравиться.

Девочка велела юноше отправляться домой. И добавила, что там его будет ждать подарок от нее. Растерянный юноша медленно побрел из леса.

Девочка широко зевнула и улеглась обратно на гладкий камень. Перевернувшись на бок, она посмотрела на лежащий рядом золотой колокольчик в форме капли. А ведь точно, недавно ей показалось, что она слышала тихий звон. Девочка припомнила предостережение старухи. Но она не чувствовала никакой опасности. После сладкого обеда она была в приподнятом настроении и решила не обращать внимания на колокольчик. Ее веки потяжелели, и девочка закрыла глаза.

Но вскоре тот юноша вернулся. Девочка проснулась и удивленно уселась на камне. По ее расчетам, сейчас он должен был быть вне себя от радости. Пробовать золотые и серебряные слитки на зуб, бросать их об стену. Восторженно восклицать, глядя на сложенные в амбаре горы ттоков.

Девочка задумалась. Зачем этот человек снова пришел? Утирая пот со лба посреди зимы, со слезами на глазах. Неужели и его привела та же причина, что и всех остальных? Он тоже хочет получить что-то крупнее и драгоценнее, чем она уже даровала ему?

Тогда он окажется таким же неинтересным и предсказуемым, что и прочие. Взгляд девочки стал ледяным. Юноша растерянно прошептал:

– Мне не нужен такой подарок. Я хочу…

Он, запинаясь, неразборчиво пробормотал что-то еще. Бессвязная речь юноши ничем не отличалась от лепетания маленького ребенка.

Девочка холодно сказала:

– Говори свое желание. Но будь осторожен. Излишняя жадность не принесет тебе счастья, а лишь разозлит меня. Ну, что тебе нужно?

От ее слов по лицу юноши потекли слезы. Если бы кто-то увидел его сейчас, то счел бы достойным сожаления. Такой огромный детина – и рыдает перед маленькой девочкой. К тому же каждый раз, когда он пытался заговорить, лицо его неестественно дергалось. В общем, странное было зрелище. Юноша был таким уродливым, что смотреть противно. Позже девочка узнала, что в деревне его прозвали Чудищем. Люди говорили, что он похож на чудовище, выползшее прямиком из ада.

Через некоторое время юноша решительно вытер слезы и выпрямился. Девочка спокойно смотрела на него снизу вверх. Ее глаза, похожие на драгоценные камни, ярко сверкнули на солнце. Стоя напротив, эти двое казались полными противоположностями: прекрасный белоснежный нефрит и жуткое чудовище, вылепленное из грязи.

Они долго стояли так, глядя друг на друга. Казалось, юноша хочет что-то сказать, но сомневается. Ни слова не слетало с его губ. Девочка ждала. Для нее все это длилось не больше секунды. Юноша в нерешительности мялся на месте, то закрывая, то вновь открывая глаза. Словно проверяя, действительно ли девочка все еще стоит перед ним, не иллюзия ли это.

Обычно при виде юноши дети начинали вопить от ужаса и бросались в слезы. Но для девочки он ничем не отличался от ее земляных жаб, поэтому ей было все равно. Когда юноша в очередной раз открыл глаза, девочка как ни в чем не бывало стояла перед ним. Он схватил ее за руки, но она все еще не двигалась с места.

Юноша разрыдался, как маленький ребенок, и пролепетал:

– Давай… давай дружить!

Из-за рыданий трудно было разобрать его слова, но девочка прекрасно все расслышала. Ее глаза округлились от удивления. Она впервые встретила человека, который мечтал о друге. А ведь она провела на этой звезде уже больше тысячи лет. Девочка ненадолго задумалась, а потом кивнула. Юноша был первым интересным человеком, которого она встретила на голубой звезде.

* * *

Юноша говорил невнятно и двигался медленно, но у девочки был прекрасный слух и много времени. Если она чувствовала голод, новый друг угощал ее ттоками и дикими ягодами, а если уставала, носил ее на плечах. Они прекрасно ладили, несмотря на то что казались абсолютно разными. Целыми днями странная парочка бродила по лесу, весело проводя время вместе.

Однажды ночью они несколько часов подряд говорили обо всем на свете. Юноша, запинаясь, поведал свою историю. Из-за такой внешности ему уже много лет приходилось жить отшельником. Из семьи у него была только мать, и после ее смерти он построил себе хижину глубоко в горах. Вдалеке от деревни. Его заветным желанием было подружиться с кем-нибудь, но люди его ненавидели. Едва завидев его, жители деревни вздрагивали от ужаса, а позже и вовсе пустили слух, будто он хватает детей и ест их живьем.

Вот только этот глупый уродливый юноша не прекращал мечтать о друге. Он спускался с горы и бродил вокруг деревни, но люди лишь бросали в него камнями издалека. Юноша не терял надежды. Каждый день он готовил ттоки, как его научила матушка. Вспоминая, как она велела ему делиться едой с друзьями, он бережно заворачивал ттоки в бумагу и клал их в карман. И ждал, что когда-нибудь все-таки встретит настоящего друга.

Рассказав свою историю до конца, юноша вдруг смутился и принялся водить пальцем по земле. А потом спросил у девочки, где она живет. Она задумчиво склонила голову набок. Действительно, есть ли у нее дом? И тут она внезапно вспомнила слова той старухи. Про мир, вместе с которым она была рождена. Девочка указала пальцем вверх и произнесла:

– Мой дом… Он очень далеко. – Ее пальчик показывал на сияющую в ночном небе луну. – Я уже давно покинула его и почти ничего не помню, но там точно было тихо и скучно. Там много пыли и так холодно, что обязательно нужно закрывать шею. В общем, ничего интересного, но… если смотреть оттуда на голубую звезду, она выглядит очень красиво.

Юноша поинтересовался, можно ли ему тоже побывать там. Девочка широко улыбнулась и пообещала, что когда-нибудь они вместе посмотрят оттуда на голубую звезду. И несмотря на то что она одна любовалась на нее много тысяч раз, вместе все будет выглядеть совсем иначе. Юноша снова разрыдался, а потом его лицо как-то странно скривилось. Кажется, это была улыбка.

Поздней ночью юноша отправился к себе домой, а девочка осталась в лесу одна. Такие моменты случаются, даже когда у тебя есть друг. Время побыть в одиночестве и прислушаться к окружающему миру. Вокруг стояла тишина, почти такая же, как в те времена, когда девочка засыпала одна на своей пустынной звезде. Только с одним отличием – теперь у нее был друг. От одной мысли об этом грудь девочки полнилась новыми чувствами. Ветерок казался свежее, а запах травы насыщеннее. Она с нетерпением ждала наступления завтрашнего дня. С легким трепетом на сердце девочка легла спать.

Однако в это мгновение золотой колокольчик пронзительно зазвенел. На этот раз предупреждение об опасности было слишком явным. Девочка открыла глаза и навострила уши. Проснувшиеся птицы и бабочки захлопали крыльями. Их движения были полны тревоги. Девочка поднялась и вошла в сосновую рощу.

Стояла кромешная тьма. На горе был кто-то чужой.

* * *

В большинстве случаев человеческим желаниям несвойственно сбываться. Оттого люди и начинают отчаянно взывать ко всем богам. Как знать – вдруг какой-нибудь из них, вечно скитающихся по свету, нечаянно услышит горячую мольбу и исполнит просьбу? Другое дело, что божествам невдомек, о чем мечтают люди, и желание может исполниться совсем не так, как человек ожидал.

А еще в мире существует такая штука, как судьба – моток ниток, что начинает разматываться с первой же минуты после рождения человека. Боги нанизали на эти нитки все радости и печали, отмеряя срок жизни каждого из своих созданий. Так что человек рождается, когда ему предписано небесами, и умирает согласно их замыслу. Пусть даже некоторым достается более горькая чаша, чем другим: например, расставание с любимым из-за жуткой несправедливости. Каждому свой удел. Дело не в радостях и не в печалях, просто такова судьба.

А судьба парня состояла в том, чтобы умереть сегодня. Вот он и умер.

Люди уже давно шушукались за его спиной из-за странной внешности и старались избегать юношу. Со временем к этому стал примешиваться страх, положивший начало жгучей ненависти. Затем поползли новые слухи, и уже они-то и привели к тому, что случилось сегодня. В деревне заговорили, что парень связался в лесу с каким-то злым духом, и теперь вся его хижина сверху донизу набита золотом и драгоценностями.

К тому же сегодня в деревне по случайности умер ребенок. Безутешная мать была вне себя от горя и ярости и решила обвинить во всем юношу. Почему бы и нет? Ведь давно уже ходили разговоры, что он хватает детей и ест их живьем. Глубокой ночью жители деревни двинулись в путь, влекомые гневом и жадностью. Ради правого дела. Отомстить и покарать чудовище, которое посмело скопить у себя в пещере несметные богатства.

Так юноша лишился жизни вскоре после того, как распрощался с девочкой в лесу. Некоторые боги умеют читать судьбы наперед. Но хорошенькая, похожая на маленького белого кролика девочка, божество, которое было его другом, не обладала такой способностью. Все, что она умела, – это дарить людям чудеса.

Девочка быстрыми шажками семенила прочь из леса. Вдали виднелась толпа. В темноте было смутно различимо, что человек, который возглавлял шествие, держал что-то в руках. Что-то увесистое, похожее на мешок с камнями. Люди спустились с горы и вышли на тропу, освещенную яркой луной, и все прояснилось.

Человек держал в руках отрезанную голову юноши. Он потрясал ею, как охотничьим трофеем, и толпа громко хохотала. Некоторые тащили кули, набитые золотыми слитками – теми, что девочка подарила юноше. Народ пребывал в возбуждении и очень радовался тому, что наконец избавился от монстра, который досаждал всей деревне одним своим существованием.

Девочка безучастно смотрела на них. За долгие годы, проведенные на этой звезде, мимо нее промелькнуло бесчисленное количество людей. Она пережила столько расставаний, что не счесть. Но смерть этого юноши девочка ощущала отчетливо. Она ясно видела перед собой его широко раскрытые мертвые глаза. Словно влекомая ими, девочка остановилась посередине тропы. Заметив ее, люди замерли на месте. Они инстинктивно почувствовали исходящую от нее мощь. Стоя перед девочкой, жители деревни вдруг ощутили себя ничтожными жабами, которые легко могут погибнуть, будучи раздавленными колесом кареты. Трофей выпал из рук вожака и прикатился прямо к ногам девочки. Она бережно подняла голову, закрыла мертвые глаза и прижала ее к себе.

– Спасибо, это мое. Давайте и я вам подарю кое-что взамен.

Глаза девочки сверкнули алым пламенем. В ту же секунду люди замертво попадали наземь. Ужасающий кровавый вихрь в один миг отделил их головы от тел. «Подарки», которые она им пообещала, раскатились по всей земле. Они выглядели точно так же, как и тот, что она получила от них.

Бережно прижимая к себе голову юноши, девочка вернулась в лес. Мертвые не возвращаются. Этот закон не дано нарушить даже богам. Как бы девочка ни старалась, ее мертвый друг не оживал. Она склонилась к отрезанной голове и горячо прошептала на ухо:

– Я хочу еще поиграть с тобой.

Разумеется, ответа не последовало. Девочка повторила несколько раз. Словно боясь, что кто-то подслушает, она поднесла губы близко-близко к уху и шептала в него снова и снова. Но ответа не было. Девочка задумалась. Вскоре ей вспомнилась та старуха. Она ведь говорила, что тоже является божеством. Может, ей известен какой-нибудь способ?

Девочка тотчас отправилась на поиски старухи. Та сидела на той же самой опушке, словно поджидая ее.

На глазах девочки заблестели слезы, и старуха с сожалением сказала:

– Как же так вышло? Вот поэтому я и говорила тебе не привязываться к людям. Его душа уже давно покинула тело, и жнец смерти перевез ее через реку в мир мертвых. Врата в иной мир закрыты, так что увидеть его ты уже не сможешь. Жаль, раньше он мог хотя бы навещать тебя, став призраком. Но теперь живым запрещено ступать на мертвые земли. Даже боги бессильны.

Слезы девочки закапали на землю. Там, где почва намокала от упавших слезинок, тут же вытягивались зеленые ростки. Старуха некоторое время терпеливо наблюдала за плачущей девочкой, а потом спросила:

– Хочешь увидеть его снова?

Девочка, всхлипывая, закивала головой. Старуха поднялась с места. Несмотря на старость, ее движения были легкими и быстрыми. Она направилась к девочке. С каждым шагом ее облик преображался. Сгорбленная спина распрямилась, блеклые седые волосы почернели и заблестели. Глубокие борозды морщин разгладились, а редкие зубы превратились в ровную улыбку.

Старуха, обернувшаяся девушкой, взяла девочку за руку. Ее ладонь была мягкой и белой. Девушка подняла глаза к небесам, и девочка последовала ее примеру. В бездне ночного купола растекались бесчисленные звезды и галактики. Девушка протянула руку к самой середине неба, где сияла белая луна, и ухватила ее пальцами, как орешек. Круглая луна, казалось, действительно скрылась в ее маленьком кулачке.

Девушка задумчиво произнесла:

– Душам из иного мира нет пути в мир живых. Как же мне поступить? – Она ненадолго смолкла, размышляя, а потом снова заговорила: – Так и быть, дарую им другую жизнь. Как цветок увядает, чтобы дать жизнь новому ростку, так и души пускай переходят в земли мертвых за тем, чтобы потом снова возродиться живыми.

Девушка очертила вокруг луны золотую линию, и откуда ни возьмись в ее руке появилось золотое колесо. Она запустила его высоко в небо. Колесо было величиной с колечко, но вскоре выросло до размеров ковша, а затем и вовсе стало таким широким, как озеро. И вот оно уже заполнило собой все небо. Сияние золотого колеса осветило весь мир. Вскоре оно стало таким огромным, что перестало быть видно глазу.

Девушка произнесла:

– Подвесим человеческие души на это золотое колесо. С каждым его поворотом будут чередоваться жизнь и смерть. Пусть люди и не будут помнить свои прошлые судьбы, но когда-нибудь каждый из них встретит того, по кому всегда тосковала его душа. Даже если такое случится лишь один раз за десять тысяч жизней.

Девушка обернулась и с милой улыбкой посмотрела на девочку. Она выглядела невероятно юной, свежей и очаровательной.

– Кто вы? Почему вы мне помогаете? – поинтересовалась девочка.

– Я Маго[5], богиня-созидательница. Во мне много любви, поэтому я самая сильная из всех богов. Почему я помогаю тебе? Все в этом мире создано мной, ко всему я отношусь с любовью. А ты юное и доброе божество, несчастная ласковая малышка! Теперь тебе придется ждать его возвращения десятки тысяч лет. Это будут долгие скучные годы. Желаю тебе встретить того, кто будет о тебе заботиться. И время пролетит незаметно, пока ты будешь слушать его увлекательные истории. Да, я молюсь за тебя. Чтобы ты не утомилась от ожидания и дождалась того, кто спасет тебя от одиночества.

∞

Палочка с благовонием полностью прогорела и превратилась в пепел. В комнате повисла тишина. Как только история подошла к концу, Ёнсо почувствовала, что на нее резко навалилась усталость. Этот мужчина, кажется, не понимает, что такое счастливый финал.

Девушка раздраженно сказала:

– Разве не должен был хоть кто-то остаться довольным? Ведь ожидание того, что сбудется неизвестно когда, нельзя назвать благополучным исходом. Лучше бы все закончилось тем, что они встретились и жили долго и счастливо.

Просто, ясно и определенно. Таким должен быть хороший финал. А эту историю и законченной-то не назовешь. Что потом стало с этой девочкой? Она опять отправилась в одиночестве скитаться по свету? И богиня эта тоже так себе. Могла бы просто оживить ее друга. Просто любить – это еще не все. Настоящая любовь – давать любимому то, чего он хочет.

Опять у Ёнсо испортилось настроение. Она хотела хоть ненадолго избавиться от всяких ненужных мыслей, но вместо этого в голове, наоборот, закрутились новые. «Ну и не спрашивал бы тогда, какую историю я хочу», – недовольно пробурчала девушка.

– Почему вы считаете, что это несчастливая концовка? Юноша родится заново, и девочка встретит своего друга. А люди получили возможность хотя бы случайно, но снова оказаться рядом со своими любимыми в новых жизнях, – возразил мужчина.

Он оперся подбородком на руку и задумчиво уставился в пустоту. Хозяин лавки так усердно делал вид, будто размышляет, что с его губ даже сорвался тяжелый вздох.

Затем он широко улыбнулся и спросил:

– Разве не все счастливы?

Ёнсо потеряла дар речи от возмущения. С трудом взяв себя в руки, она спокойно ответила:

– Я не думаю, что родиться заново – это благо. Жить, знаете ли… не так-то легко. Даже если они встретятся снова, будут ли они этому рады? Мне кажется, нет. Вы же сами сказали: после перерождения воспоминаний не останется. Да он ведь даже не узнает ее.

– Вы так думаете?

Его голос звучал мрачнее, чем обычно. Мужчина резко захлопнул книгу. Раздался гулкий звук. Затем хозяин лавки наклонился к Ёнсо. Стол скрипнул. Мужчина подпер подбородок рукой и уставился на девушку с таким видом, будто перед ним чрезвычайно интересное зрелище. Он опять словно пронзал ее насквозь своим взглядом.

В полной тишине было слышно только тиканье секундной стрелки на часах.

Ёнсо нарушила молчание, с трудом выдавив:

– Что именно?

– Что они не будут рады, даже если встретятся снова. Потому что у одного из них не останется воспоминаний.

– Да… Он же все забудет, какие тут радости и печали…

– А что насчет того, кто ждал?

Он же имеет в виду девочку из истории? Ёнсо, не задумываясь, ответила:

– Что касается меня, я считаю, было бы лучше, если бы она встретила другого человека и жила счастливо. Все равно чувства быстро остывают. А при такой долгой жизни тем более. По мне так самый оптимальный вариант – побыстрее все забыть и двигаться дальше.

Что-то со стуком упало на пол. Засохший тток в форме пончика. Ёнсо встретилась глазами с девочкой, которая выронила его. В ее взгляде плескалась обида, словно малышка не могла поверить, что Ёнсо сказала такое.

Девушке стало немного стыдно. Дети в таком возрасте обычно очень восприимчивы и впитывают все как губки. Лучше не рассказывать им таких жестоких историй. Ёнсо держала это в голове, когда писала сказки, но сегодня она опять слишком увлеклась разговором с необычным мужчиной. Она быстро отвела глаза, избегая обиженного взгляда девочки. Подумав, что надо будет потом извиниться, она снова повернулась к мужчине.

Но на его лице застыло похожее выражение. Что ж, взрослые люди тоже могут быть ранимыми. Ёнсо на мгновение растерялась.

Когда хозяин лавки вновь заговорил, в его голосе сквозила глубокая печаль:

– Вы правы. Тот, кто все забыл, не чувствует ни радости, ни печали. Но все же это звучит слишком жестоко. Если бы эти слова услышал человек, который ждал вас, ему стало бы очень грустно.

Это уже как-то чересчур. В ответ на его абсурдные слова у Ёнсо вырвалась усмешка. Хозяин лавки натянуто улыбнулся и принялся убирать со стола. Девочка подняла с пола засохший тток и усердно отряхивала его от пыли. Молча наблюдавшая за их действиями Ёнсо вдруг бросила:

– Да кому я нужна, ждать меня.

Воздух в магазине словно застыл. Ёнсо успела заметить то мгновение, когда с мужчины слетела его обычная приветливая маска. Его взгляд впился прямо в девушку. Он больше не улыбался, и выражение его лица невозможно было понять. Ёнсо казалось, что она смотрит не на живого человека, а на портрет, который висел в коридоре лавки.

– Откуда в вас это самоуничижение? Неужели это из-за того, о чем вы упоминали в прошлый раз? Мне интересно, кто этому виной. Знавал я как-то одного такого любителя говорить всякие мерзкие вещи… – медленно проговорил мужчина.

У Ёнсо пробежали мурашки по спине. Она заметила, как в его глазах, в которых обычно прыгали смешинки, промелькнула жестокость. Мужчина явно был зол. Не понимая, что могло вызвать такие эмоции, девушка просто молча смотрела на него.

Чашка с чаем в руке хозяина лавки жалобно звякнула. На его лице снова появилась теплая улыбка, и он вежливо извинился за неприятные слова. Собрав со стола посуду, он сказал, что скоро вернется, и скрылся в соседней комнате. Девочка поспешила за ним, а Ёнсо, оставшись в одиночестве, погрузилась в размышления.

Слова странного мужчины звучали очень искренне и убедительно. Еще более отчаянно, чем в прошлый раз, когда он схватил ее за руку. Ёнсо всегда отлично чувствовала такое. Когда человек скрывает свои истинные эмоции, но иногда его сдержанность ненадолго дает трещину.

Но почему он так разозлился? Какие слова его так задели? Она показалась ему слишком жалкой? Это его раздражает? Вполне возможно. В прошлый раз она тоже вела себя так, как лучше бы не стоило. Кричала, плакала, обвиняла его в чем-то…

Внезапно Ёнсо поняла, почему хозяин лавки попросил ее прийти снова. Просто мимолетное сочувствие. Она заблудилась в горах, рассказывала ему глупые вещи о прошлом, не контролировала эмоции, бросалась самоуничижительными словами. Понятно, как она выглядит в его глазах. Дойдя в своих мыслях до этого момента, Ёнсо встала, свернула плед, которым укрывалась, и аккуратно положила его на стол. Интересно, выслушивал ее он тоже из вежливости? Настроение стало паршивым.

Но оставался еще один вопрос, на который у нее пока не было ответа. Зачем проявлять такое участие к незнакомому человеку? Так не ведут себя даже члены благотворительных организаций.

Наконец мужчина вышел из комнаты. Ёнсо решительно уставилась ему в глаза. Тот в ответ вопросительно приподнял бровь.

– Человек, который недавно был здесь, кое-что сказал перед уходом. «Зря только ждал». С каких пор вы меня ждали? – спросила девушка.

– С вашего прошлого визита.

– Я не об этом спрашиваю. Мы уже виделись раньше?

Только выпалив этот вопрос, Ёнсо вдруг поняла, что за непонятное чувство преследовало ее при виде этого мужчины. Дежавю. Как будто она уже встречалась с ним когда-то в прошлом. Теперь, когда девушка осознала, что это было за чувство, оно усилилось. Казалось, этот мужчина наблюдал за ней уже очень давно.

Ёнсо схватила его за рукав и заглянула прямо в лицо. Его взгляд был опущен, в глазах мелькнул холодок. Но девушка не отступала. Как бы там ни было, этот человек произвел на нее такое сильное впечатление, что она пришла сюда посреди ночи. Честно говоря, он приносил ей утешение. Было приятно промозглой ночью проводить время в лавке, слушая его теплый приветливый голос. Ёнсо не хотела, чтобы это оказалось всего лишь обычным сочувствием.

Молча стоявший мужчина внезапно сделал шаг назад. В тишине отчетливо раздался стук каблуков. Он медленно провел своей белоснежной рукой по книжной полке. В окно светила луна, и в ее сиянии он казался очень утомленным.

Хозяин лавки медленно заговорил, словно читая вполголоса:

– Есть одна история. О человеке, который продал душу дьяволу, потому что хотел знать все на свете.

Он вытащил с полки книгу. В то же мгновение в магазин вдруг залетел резкий порыв ветра. Шторы начали развеваться, предметы на столе одновременно затряслись. Лампочка на потолке замигала, перед глазами то темнело, то прояснялось.

Книга, которую он держал в руках, раскрылась сама собой. Ветер быстро перелистывал страницы. Когда все остановилось, Ёнсо увидела перед собой текст.

– «Если я скажу: “Остановись, ты слишком прекрасна!” – можешь сковать меня цепями. Ради тебя я готов пасть… С радостью…» – низким голосом прочел мужчина.

Хозяин лавки сделал шаг вперед и остановился прямо перед Ёнсо. Тень скрывала лицо мужчины. Девушка могла видеть лишь его загадочную улыбку. Стоя в темноте, он прошептал:

– Хотите знать?

Что таилось в этих словах – предупреждение или искушение? Ёнсо почувствовала, что сам воздух давит ей на плечи. Девушка на миг засомневалась, стоит ли вообще продолжать этот разговор. Но встретившись взглядом с хозяином лавки, она поняла, что должна идти до конца. Тот же таинственный взгляд, с которым она впервые столкнулась тогда на скале… Она уже знала эти глаза.

Ёнсо была уверена: он явно что-то скрывает. И возможно, это что-то связано именно с ней. Девушка смело стояла прямо перед ним. Зажатая в узком проходе между книжными полками, она чувствовала себя как кролик перед удавом.

Он подошел еще на шаг ближе, и ее сердце застучало быстрее. Стараясь скрыть свои эмоции, Ёнсо сказала:

– Вы пытаетесь меня напугать? Не получится. Да и лицо у вас ни капельки не угрожающее.

Он сделал еще шаг. На его губах не было и тени улыбки.

– А так?

– Вы…

Ёнсо внимательно всмотрелась в него, чтобы постараться описать, как он выглядит. Его ресницы были длинными и густыми. В уголках губ пролегли глубокие морщины, из-за которых казалось, что он все время слегка усмехается. А нос? Нос портил общее мягкое впечатление от его внешности тем, что дерзко тянулся вверх, и поэтому мужчину нельзя было назвать красавцем в общепринятом смысле…

Он весело подмигнул ей. Ёнсо вздрогнула и резко отступила. Только сейчас она осознала, что беззастенчиво разглядывала чужое лицо, приблизившись к нему вплотную. Как завороженная.

На девушку нахлынуло чувство стыда, и она внезапно разозлилась на себя. Неужели она всегда была такой несдержанной? Ёнсо невольно прикрыла лицо ладонями. Это был жест человека, который хочет сбежать от реальности. Мужчина, который стоял напротив и лениво наблюдал за ней, расхохотался. Издевка в его смехе звучала так отчетливо, что девушке и вовсе захотелось раствориться. Обязательно потешаться над ней, да еще и вслух? И вообще, кто в этом всем виноват?

Прошло еще несколько мучительных минут, прежде чем хохот стих. Только тогда Ёнсо убрала руки от лица и открыла глаза. Мужчина все еще широко улыбался, весело глядя на нее.

– Извините, я переборщил.

Ага, он хотя бы понимает это. Ёнсо надула губы, выражая недовольство. Хозяин лавки приглашающе махнул рукой, указывая в противоположную от книжных полок сторону. Они зашагали вместе, но смешливость мужчины все не проходила: он то и дело прыскал в кулак.

Хозяин лавки привел Ёнсо в кабинет, прятавшийся в глубине. Внутри не то чтобы царил бардак, но и опрятностью это место явно не отличалось. Стена с одной стороны была полностью занята стеллажами. Полки были так плотно забиты книгами, что не виднелось ни единого просвета. У стены напротив стояло множество коробок, доверху заваленных различными предметами искусства и антиквариатом. Казалось, во всем этом есть какой-то свой особенный порядок, но выглядела эта куча ненадежно, словно любая вещь вот-вот свалится и потянет за собой другие.

Ёнсо теперь поняла, почему тот неизвестный мужчина назвал это место кладовкой. Казалось, кабинет принадлежит человеку от рождения ленивому, но мечтающему о порядке.

– А, вот оно где! – воскликнул хозяин, положив что-то на стол.

Приглядевшись, Ёнсо поняла, что это вывески с графиком работы магазина. На одной было написано: «С 18:00 до 6:00», а на другой: «Круглосуточно».

Мужчина добавил:

– В прошлый раз я пригласил вас зайти к нам еще раз, но лишь когда вы ушли, вспомнил, что не сообщил вам наш график работы. Обычно мы открываемся вечером и работаем до утра. Однако я забеспокоился, что вы придете в нерабочее время, – и поменял вывеску. Для нашего магазина это не совсем обычно. Тот мужчина, которого вы встретили ранее, наш постоянный посетитель. Увидев новую вывеску, он спросил, в чем дело, но после моего объяснения разгневался и заявил, что это дискриминация. Что нельзя менять режим работы ради одного посетителя. Должно быть, поэтому он и сказал то, что сказал. Этот человек иногда ведет себя грубо, но у него доброе сердце. Прошу прощения, если он напугал вас.

Это было похоже либо на правдоподобную ложь, либо на подозрительную правду. Но придраться опять было не к чему. Не найдя, что возразить, Ёнсо просто кивнула.

Хозяин лавки спросил:

– Но мне любопытно. Почему вы думаете, что мы с вами уже встречались? Вы так уверены в этом…

– Когда я вижу вас… у меня возникает чувство дежавю. Как будто я уже видела вас раньше, так странно… – Ёнсо выпалила последний вопрос, который еще крутился в ее голове: – Вы уверены, что случайно пришли на ту скалу тем вечером?

Он молча смотрел на нее, загадочно улыбаясь. Ёнсо уже одолело беспокойство, но внезапно мужчина сказал:

– Говорят, каждой случайной встрече предшествует бесчисленное переплетение судеб. Если при виде меня у вас возникает чувство дежавю… Как знать? Может, мы были знакомы в прошлой жизни.

Глупая шутка вызвала у Ёнсо разочарованный вздох. Что за человек такой? В прошлый раз настаивал на строго научном подходе, а теперь вдруг заговорил о прошлых жизнях. Его странная манера речи уже начинала раздражать. Девушка снова тяжело вздохнула и отвернулась.

Внезапно она заметила в глубине кабинета письменный стол. Он выглядел чересчур чистым, пустым и аккуратным и выделялся на фоне бардака. Ёнсо вспомнила пословицу, которая гласила, что стол отражает внутреннее состояние его хозяина. Девушке показалось, что на мгновение она смогла заглянуть в душу владельца лавки.

На столе лежало всего несколько предметов, и один из них выглядел очень необычно. Это был шелковый свиток шириной с ладонь. Он был плотно исписан иероглифами.

Кто-то действительно пользуется таким? От любопытства Ёнсо наклонилась всем телом и уставилась на свиток. Она понимала, что это ее совершенно не касается, но все в этом магазине почему-то вызывало у нее жгучий интерес. Однако, как бы девушка ни старалась, прочитать криво написанные символы у нее не получалось. Лишь несколько иероглифов в самом конце выглядели смутно знакомыми. Казалось, загадка вот-вот решится. Ёнсо наклонилась еще ближе.

– Вам интересно? – раздался тихий голос прямо у нее над ухом.

Ёнсо так испугалась, что чуть не подпрыгнула на месте. От низкой вибрации его голоса волоски на руках встали дыбом. Девушка схватила себя за ухо, которое зудело как от щекотки, и удивленно посмотрела на виновника своей реакции. Опять он.

– Каждый гость для меня – радость. Если я вам так интересен, можете задать мне вопросы: с удовольствием на все отвечу, – лукаво улыбаясь, сказал хозяин лавки.

Ёнсо изо всех сил попыталась придать своему взгляду суровость. Но ее щеки пылали. Девушка выглядела совсем как сердитая куколка. Глядя на ее свирепое выражение, мужчина снова прыснул в кулак.

За всей этой суматохой наступила глубокая ночь. Ёнсо уже даже утратила любопытство к загадочному свитку. Ей хотелось только скорее попасть домой и как следует отдохнуть. Тогда и этот непонятный интерес к книжной лавке и ее хозяину пройдет сам собой. Девушка схватила свои вещи и поспешила к выходу. Она решительно отказалась от вежливого предложения мужчины проводить ее до большой дороги. По чьей милости она себя так чувствует? Вряд ли у нее получится успокоиться, если она будет идти вместе с человеком, который и является причиной ее возбужденного состояния.

Остановившись в дверях, Ёнсо низко поклонилась на прощание. Как только она развернулась, чтобы выйти, хозяин пробормотал куда-то в воздух: «Проводите ее, пожалуйста». Было непонятно, к кому он обращается. Ёнсо же так спешила, что толком не расслышала его слов.

Девушка быстрыми шагами удалялась от лавки. Но вдруг сзади послышался голос. Обернувшись, она увидела, что мужчина широко улыбается, стоя в дверном проеме:

– Приходите снова. Я буду ждать.

Он указал пальцем на вывеску, которую только что повесил. «Круглосуточно». Немного поколебавшись, Ёнсо снова попрощалась кивком. А затем снова торопливо зашагала прочь. Владелец магазина, слегка улыбаясь, еще долго смотрел ей вслед.

В этот момент девочка подошла к нему сзади и встала рядом.

– Осторожно, – сказала она, нахмурившись.

Однако мужчина никак не отреагировал на это краткое предупреждение. На его лице лишь отразилась понимающая улыбка.

Девочка продолжила, глядя на тропу, по которой недавно ушла Ёнсо:

– Я спасла ее лишь потому, что ты бы очень грустил, если бы она погибла на той скале. Но ты должен держаться от нее на том расстоянии, которое тебе дозволено. Помни об этом. Ты же знаешь, что происходит с теми, кто смеет ослушаться богов?

На полу в лавке то тут, то там была рассыпана желтая посыпка из фасолевой муки. Именно в ней были вываляны сегодняшние лакомства девочки – рисовые хлебцы. Мужчина прошел по коридору наискосок и сделал широкий жест рукой. Желтая мука с пола поднялась высоко в воздух и рассеялась, как звездный свет. Деревянный пол вдруг вздыбился, и вот уже след от посоха, воткнувшегося ранее у ног неизвестного человека, исчез, словно его смыло морской волной с песчаного берега. Не прошло и минуты, как в лавке воцарилась идеальная чистота.

Мужчина подошел к столу и взял в руки книгу.

– Разумеется. Я просто рад ее снова видеть, – мягко ответил он девочке.

Однако она все еще продолжала хмуриться:

– Врать ты мастак. И что тебе понадобилось от Черныша?

– Всего лишь небольшой подарок для гостьи, которая навестила меня спустя долгое время. Если хотите, я попрошу такой и для вас. Это прекрасный подарок для того, кого вы ждете.

Голос мужчины прозвучал так бесстрастно, что девочка потеряла всякое желание пререкаться и лишь тяжело вздохнула. Ростом она не доходила мужчине даже до пояса, но в ее вздохе чувствовалась такая тяжесть, словно его испустила старуха, прожившая на этом свете по меньшей мере несколько тысяч лет.

Не желая больше разговаривать, девочка отвернулась. А потом и вовсе, раздраженно топая, вышла на улицу. Время было слишком позднее для того, чтобы отпускать маленького ребенка одного, но мужчина и глазом не моргнул. Он невозмутимо продолжал заниматься своим делом: собирал книги и аккуратно раскладывал их по полкам.

Проходя мимо стеллажей, он небрежно ставил на них тома, а те сами собой занимали свои места. Окна тоже закрылись сами по себе, а шторы задернулись.

В последнюю очередь мужчина погасил свет. Магазин постепенно погрузился во тьму. Казалось, он утопает в черной бездне. Когда наступила очередь потушить лампу, стоявшую на письменном столе в кабинете, его взгляд вдруг замер на одной вещице.

Это был тот самый шелковый свиток, который привлек внимание Ёнсо. У верхней кромки отчетливо виднелся рисунок: золотое колесо. А под ним – иероглифы, которые девушке так и не удалось прочитать. Имена и даты рождения разных людей. Начиная с правой стороны, весь свиток был исписан именами, но даты рядом с ними ни разу не повторялись. Словно на надгробии многих поколений одной семьи.

Мужчина провел пальцем по строчкам на свитке. Его палец задержался на последних иероглифах. Именно их так усердно пыталась прочитать сегодня Ёнсо.

Хо Ёнсо

Это было ее имя и ее дата рождения.

Он долго смотрел на иероглифы. Задумчиво склонив голову набок, мужчина словно пытался предугадать, что же случится дальше. С улыбкой, в которой смутно читалась надежда, он убрал палец со свитка.

Последняя лампа погасла. Выходя из темного кабинета, он прошептал: «Ну что ж, желаю тебе бессонной ночи».

Как знать, возможно, его слова были обращены к драгоценной гостье, нанесшей ему визит сегодня.

Глава 2. Сад неизбежности

Похоже, слова хозяина лавки достигли получателя, потому что Ёнсо приснился странный сон. Она блуждала по лесу. Это был дремучий лес, деревья в котором росли куда выше, чем в реальности. Во сне Ёнсо казалось, что лес отрезан от остального мира. Она шла вперед, следуя за одиноким солнечным лучом, который пробивался сквозь плотную завесу листвы. Яркая стрела света словно вела ее за собой.

Вскоре перед ней появился тот самый книжный магазин. Днем он уже не казался таким мрачным, но его все еще окутывала таинственная атмосфера. Деревянные стены были выкрашены в темно-зеленый цвет. Вблизи текстура древесины отражала солнечные лучи и поблескивала в них, словно морские волны. Ночью лавка выглядела заросшей мхом, но теперь оказалось, что она переливается, как изумруд.

Ёнсо открыла дверь и услышала тихий перелив колокольчика. Однако никто не вышел ее встречать. Девушка привычно прошла вперед, словно была тут частой гостьей. Она миновала книжные полки и столик для посетителей. В самой глубине магазина обнаружилась небольшая дверца. Казалось, она была вырублена много веков назад, причем очень грубо и небрежно. На дверце висел старый увесистый железный замок. Ёнсо подергала за ручку – дверь лишь громко заскрипела, но не поддалась. Сдавшись, девушка развернулась и пошла в кабинет.

Мужчина был там. Он крепко спал, прислонившись спиной к огромному окну, и казался миражом. Осторожно обходя раскиданные по кабинету предметы, Ёнсо приблизилась к нему. Пол немного поскрипывал при каждом ее шаге, а когда она проходила мимо стола, заскрежетал так громко, что у девушки душа ушла в пятки.

Ёнсо остановилась прямо перед мужчиной, но тот не просыпался. Тогда она опустилась на стул рядом и принялась наблюдать за ним.

Его светлые прямые волосы немного развевались от дуновения ветерка. Солнечные лучи подсвечивали длинную белую шею. Грудь мужчины слегка вздымалась при каждом вдохе. Рука бессильно свисала, на полу под ней лежала книга. Это был сборник классических стихотворений о путешествии по аду. Ёнсо наклонилась, чтобы поднять томик.

Повернув голову, она встретилась с ним взглядом.

Прозрачные светло-зеленые глаза. По их выражению и не скажешь, что всего секунду назад он глубоко спал. Девушка хотела было встать, но он вдруг потянул ее за руку. Влекомая его силой, Ёнсо в мгновение ока оказалась у него на коленях. Мужчина смотрел на нее так, словно с нетерпением ждал ее все это время.

Снова это выражение лица. Взгляд ребенка, который изнывает от желания заполучить сладость. Он смотрел точно так же, как когда поймал ее после вихря, в котором она увидела монстра, и когда схватил за руку, умоляя прийти в магазин снова. Мужчина притянул ее к себе за талию. Ёнсо была так близко к нему, что все мысли тут же вылетели из головы. Это был сон, поэтому она не сопротивлялась. Теперь она могла видеть только его лицо.

– Что вы здесь делаете? – спросила девушка.

– Жду, – мгновенно ответил он.

– Чего?

От этого наивного вопроса он тихо рассмеялся. А потом замолчал и нежно погладил ее по щеке. И прошептал что-то прямо ей на ухо. Ёнсо слушала, широко раскрыв глаза от удивления. В ухе защекотало от его дыхания. Сердце забилось чаще.

Вот только ей это всего лишь снилось, поэтому Ёнсо не знала, что он сказал. Она только понимающе кивнула ему в ответ. Мужчина ласково улыбнулся ей и с сожалением вздохнул. А потом снова посмотрел ей в глаза – на этот раз в его взгляде пылала страсть. Во сне его поведение казалось куда более естественным, чем в реальности.

Он нежно убрал волосы с ее лица. Прохладная рука легко коснулась ее щеки. Мужчина наклонился еще ближе и прошептал:

– Мои слова… ты запомнишь их?

Его обычно спокойный голос, которым он читал вслух, звучал до странности соблазнительно. Грудь Ёнсо переполняло от предвкушения чего-то неизвестного. Она медленно кивнула и положила руки ему на плечи.

Их глаза встретились, и никто не отвел взгляда. Они смотрели друг на друга настойчиво, кипя от эмоций. Он с нежностью снова погладил ее по щеке. Словно она была его судьбой, словно он долгие годы ждал лишь ее. Словно держал в руках что-то драгоценное. Сердце Ёнсо сжалось от беспричинной горечи. Она наклонилась вперед, чтобы обнять мужчину. Но в этот момент лежавшая на подоконнике книга внезапно соскользнула вниз от ее движения. Твердый переплет с громким звуком ударился о деревянный пол.

Ёнсо проснулась.

Несколько минут она неподвижно лежала, глядя в потолок. Затем взяла в руки телефон и проверила время. Двадцать минут первого. Вчера она легла рано, но все равно проспала до обеда. С тяжелым вздохом девушка поднялась с кровати. Как обычно, выпила полстакана теплой воды и открыла окно. В комнату ворвался поток свежего воздуха. Не обращая на это внимания, Ёнсо быстро направилась в ванную. Ополоснула лицо холодной водой и принялась тщательно тереть кожу. Под бровями, вокруг носа, за ушами – чисто-начисто.

Она подняла голову только после того, как почувствовала в висках давление от прилившей к ним крови. В зеркале отразилось раскрасневшееся от нещадного трения лицо. Ёнсо нахмурилась и несколько раз моргнула. Несколько капель воды упало с ресниц, и в глазах прояснилось.

– Неужели мне нравится этот человек? – спросила девушка у своего отражения.

Поэтому она не могла оттолкнуть его? А причина, по которой она снова пошла в тот магазин… Та же? Щеки заалели, и Ёнсо снова принялась умываться холодной водой.

И все же потерять целое утро из-за какого-то странного сна – это уже слишком. Она же не подросток, в конце концов. Ощутив прилив острой ненависти к себе, девушка погрузилась в уныние. Действительно, она думала об этом мужчине уже несколько дней подряд. Потому что ей было интересно, зачем он открыл книжную лавку в таком безлюдном месте. Неужели простое любопытство превратилось в симпатию? Возмущенная ходом своих мыслей, Ёнсо небрежно вытерла лицо полотенцем и выскочила из ванной.

Девушка достала из холодильника яблоко, откусила от него кусок побольше и снова задумалась. Откуда возникла эта симпатия? Сейчас Ёнсо двадцать девять лет. У нее было не так много парней, но к этому возрасту она уже примерно знает, как проявляются ее чувства. Времена, когда она не знала, куда себя деть от любовных переживаний, давно прошли. Словно сыщик, сосредоточенный на расследовании, Ёнсо начала последовательно перебирать в голове все воспоминания, связанные с этим мужчиной.

Он поглаживает книги по корешкам, прежде чем выбрать одну из них. Переворачивая страницу, он сначала немного потирает ее за уголок. Он бесшумно двигается и мягко улыбается, когда отвечает на ее вопросы. Иногда у него такое выражение лица, что отказать ему в просьбе просто невозможно. Как когда он сказал, что будет ждать ее возвращения…

Ёнсо ущипнула себя за щеки. Больно. Когда это она успела столько всего заметить в нем? Прямо настоящий следопыт. Это уже не назвать простым любопытством. Боль в щеках еще не прошла, а девушка уже снова погрузилась в мысли о загадочном мужчине.

Во сне он что-то прошептал ей на ухо. Спросил, запомнит ли она его слова. Но Ёнсо понятия не имела, о чем он говорил. Как будто кто-то намеренно вымарал эту часть из ее памяти.

Возможно, он сказал ей, что будет ждать, когда она придет снова. Потому что он всегда так говорит. Щеки, покрасневшие после щипка, заалели еще сильнее.

Некоторое время Ёнсо просто бесцельно бродила по дому. Только когда возбуждение немного спало, она улеглась обратно на кровать. Несколько минут она провела, тупо уставившись в потолок, но потом мысли незаметно стали тревожными.

«Вот что я? Работы нет, денег тоже, отношения с семьей не ладятся. Все просто хуже некуда. А что он? Этот мужчина…»

Если так подумать, то она почти ничего о нем не знала. Его зовут Сочжу, и он хозяин книжной лавки. Это вся информация, что была у Ёнсо. Их связывало лишь то, что он владелец магазина, а она посетительница. Сейчас девушке стоило задуматься о своем будущем, а не влюбляться в того, о ком она практически ничего не знает.

Ей и правда сейчас совсем не до любви. Она уволилась с работы, чтобы следовать за мечтой, но до сих пор еле зарабатывает миллион вон[6] в месяц. С такой суммой в кармане о будущем особо не помечтаешь. К тому же у Ёнсо не хватало смелости напрямую спросить у этого мужчины, что он о ней думает. Вдруг он просто хорошо к ней относится – как к обычной гостье его лавки? Ёнсо сама удивилась абсурдности своих чувств. Да что с ней не так?

Вдруг на ум ей пришли его слова: «Возможно, мы с вами встречались в прошлой жизни».

Она зарылась лицом в подушку, и в этот момент зазвонил телефон. Ёнсо нащупала его и ответила на звонок. Это был Санхун. Не успела она нажать на кнопку, как его радостный голос так и полился из трубки:

– Ёнсо! Как дела?

После краткого обмена любезностями Санхун сразу перешел к делу.

– Если честно, в прошлый раз я так и не смог сказать тебе… Мы можем встретиться?

* * *

В кофейне было тихо и спокойно. Прислонившись спиной к стене, Ёнсо сделала глоток капучино. Санхун, сидевший напротив, помешивал молочный чай. Он уже закончил со своей обычной болтовней и собирался с духом перед тем, как перейти к делу.

– Я прямо скажу. В прошлый раз, когда мы виделись, это были не пустые слова.

Ёнсо недоуменно моргнула, все еще держа на весу чашку. Санхун часто болтал попусту, и она не понимала, что именно он имеет в виду. Заметив ее растерянный вид, Санхун смущенно почесал подбородок.

– Я о том, что хотел бы снова встретиться с тобой в офисе.

– А, это…

Санхун постоянно твердил, что хочет снова поработать вместе. Ничего нового. Так что Ёнсо и не обратила внимания на его слова. Но, кажется, на этот раз он говорил всерьез. Девушка сделала еще один глоток и отвела взгляд.

Если речь шла о компании, где сейчас работает Санхун, то есть о прошлой должности Ёнсо, то это было невозможно. Она не собиралась возвращаться туда – никогда, ни за что на свете. Даже если ей придется отказаться от мечты стать писательницей и снова устроиться в офис, в это место она не вернется. Потому что человек, который был причиной ее мучений, все еще работал там.

Заметив помрачневшее выражение лица Ёнсо, Санхун торопливо продолжил:

– Я не про эту компанию! Я тоже увольняюсь.

– Что?

От удивления у Ёнсо чуть не вырвалось бестактное «С чего бы это?», и она еле успела прикусить язык. Нужно было подождать, пока собеседник сам заговорит об этом.

Санхун усмехнулся, словно и предполагал такую реакцию:

– Внезапно, да? Я же говорил раньше, что у меня есть дело, которым я хочу заниматься. А теперь время пришло. В той компании я просто хотел набраться опыта.

И он неторопливо поведал Ёнсо свой план. Оказывается, еще в старшей школе Санхун придумал канцелярский бизнес. Сначала это была просто идея, которая внезапно посетила его во время урока. Санхун начал продумывать ее в шутку, но постепенно она увлекла его. Незаметно для себя он заполнил заметками и рисунками целую тетрадь.

Единственным человеком, которому он показал эту тетрадь, была его одноклассница – Даын. Она начала листать тетрадь только для того, чтобы он отстал от нее, но ближе к концу выражение ее лица стало серьезным. Затем Даын взяла синюю ручку, открыла тетрадь с самой первой страницы и начала записывать свои замечания. И весь план стал нагляднее, практичнее и систематичнее.

Санхуна это потрясло. С тех пор Даын постоянно придавала его фантазиям реалистичный вид. Она внимательно выслушивала даже самые безумные его идеи. А потом разделяла их или объединяла с другими. Если для Санхуна две мысли казались разными, как Северное и Южное полушария Земли, то Даын умела проложить между ними мостик, чем каждый раз безмерно удивляла друга. К окончанию старшей школы Санхун был уже совершенно зачарован этим планом.

– …Но после выпуска она заявила, что это все глупая детская затея, и велела больше не заговаривать об этом.

Это было дело более чем десятилетней давности. Не каждый может так долго верить в свою мечту. Ёнсо прекрасно понимала реакцию Даын. Кажется, только Санхун оставался при своем мнении. Он выглядел расстроенным из-за того, что Даын больше не поддерживала его план. Парень даже пробормотал, что совершенно не понимает ее поведения. Но затем он встряхнул головой, словно стараясь избавиться от лишних мыслей, и решительно сказал:

– В общем, теперь я твердо решил взяться за дело. Это немного раньше, чем я планировал, но так уж вышло, что я нашел инвестора! Контракт на аренду офиса уже подписан, и я нашел дизайнера и маркетолога. Для начала хочу начать с команды из пяти-шести человек, так что осталось присоединиться только тебе, Ёнсо, и будет идеально! Мне нужен бухгалтер.

Ёнсо раскрыла рот от удивления. Все это время она думала, что Санхун просто сочувствует ее безработному положению. Девушка была уверена, что парень хочет всего лишь предложить ей вернуться на прежнюю должность, – она и представить не могла, что он желает сделать ее своим партнером в новом бизнесе. В старой компании Санхун работал в отделе планирования рекламных кампаний. Ёнсо несколько раз помогала ему со срочными оплатами за проекты. Видимо, сегодняшнее предложение стало результатом накопленного тогда доверия.

Прежде чем ступить на путь сочинителя сказок, Ёнсо работала в бухгалтерии. Особых причин для выбора именно этой сферы у нее не было. Просто она всегда хорошо училась и умела обращаться с цифрами. Судя по тому, что сразу после университета ее приняли на работу в крупную компанию, получалось у нее неплохо. И Санхун тоже это заметил.

Он достал из сумки красивый бумажный конверт и подтолкнул его к Ёнсо. Открыв его, девушка увидела лист, заполненный какими-то цифрами. Санхун неловко откашлялся и серьезно произнес:

– Это все, что я сейчас могу тебе предложить.

Сумма оказалась немного меньше зарплаты, которую Ёнсо получала в прежней компании. Но было видно, что Санхун, который только начинал новый бизнес, изо всех сил постарался дать ей достойную оплату. Девушка задумалась. Честно говоря, условия были неплохие.

Маленькая новая компания. Если Санхун будет директором, работать будет явно проще, чем в прежней фирме. При одной только мысли о старом месте у девушки начинала болеть голова. С выполнением обязанностей проблем у нее не возникало. Другое дело – отношения с людьми. Особенно если их много. Допустишь одну ошибку – и вот ты уже изгой.

По мнению Ёнсо, Санхун был вполне способен управлять коллективом. Несмотря на чрезмерную дружелюбность, когда дело касалось работы, парень был серьезен и знал свое дело. С виду он казался слишком мягким, но всегда твердо отстаивал свое мнение. А еще он был очень упорным. Такой человек никому не позволит сделать кого-то изгоем в своей команде. Ни за что.

Но если она согласится на предложение Санхуна, неужели от мечты стать писательницей придется отказаться? Девушка начала быстро вспоминать случаи, о которых слышала от знакомых. О людях, которые выпускали книги, занимаясь при этом другой работой, успешные примеры, в каком жанре они писали.

Однозначного ответа не находилось, но в целом все было понятно. У нее ничего не вышло, несмотря на то что она столько времени провела дома, сосредоточившись только на текстах. Получится ли у нее потом? Она ведь до сих пор не смогла придумать ни одной достойной концовки для своих историй.

В этот момент Санхун прервал поток ее мыслей:

– Понимаю. Сумма несерьезная, ведь я прошу тебя отложить планы на жизнь. Но взамен у меня есть еще одно предложение. У нас в планах проект по сотрудничеству с писателями-новичками. В будущем это будет центральным направлением бизнеса. Вот я и подумал, как насчет того, чтобы первая коллаборация у нас была с тобой в качестве автора? Одновременно с первым изданием выпустим тематические канцелярские товары, а если получится – еще и продукцию с персонажами. А оплата, конечно, будет отдельно от твоего оклада. Обещаю заплатить по-честному: не меньше, чем другим авторам. Что думаешь?

Предложение было очень привлекательным. То есть, по сути, Санхун предлагал ей не только работу, но и шанс наконец-то официально стать писателем. Да еще и полную поддержку при продвижении книги – такая возможность выпадает нечасто. Честно говоря, сейчас Ёнсо просто застряла на этапе подготовки без всяких видимых успехов. Ей нужно что-то изменить в жизни, подтолкнуть себя к чему-то новому.

Предложение Санхуна очень понравилось Ёнсо, но она все же попросила у него немного времени на раздумья. Ведь это решение повлияет на последующие несколько лет ее жизни, поэтому стоило все еще раз серьезно обдумать. К тому же девушка не была уверена, что справится и не разочарует друга.

Санхун вздохнул с облегчением, обрадовавшись, что ему не отказали сразу.

Ёнсо осторожно спросила:

– Не знаю, стоит ли такое говорить, но… ты уверен, что можешь доверить это дело мне?

– Чего? А, ну конечно! Ты же столько раз меня спасала! Я знаю, как быстро и точно у тебя все получается с расчетами.

– Нет, я о другом…

– А, в смысле, что я думаю о тебе как о писателе? – Санхун задумчиво почесал подбородок и продолжил: – Те наброски и тексты, которые ты нам показывала… Это странно, но они мне сразу понравились. Помнишь, в тот день, когда мы все напились в стельку?..

Ёнсо помнила. Это была вечеринка в честь ее увольнения. Она тогда была слишком пьяна и неожиданно для себя показала друзьям черновики, сохраненные в телефоне.

– Я потом несколько дней думал: ну почему? Почему они мне так запали в душу с первого взгляда? А потом вдруг понял! Твои наброски похожи на наш с Даын план в самом начале. Мне захотелось поучаствовать в процессе создания, увидеть результат своими глазами!

Речь Санхуна звучала очень искренне. Ёнсо зарделась, не совсем поняв, похвала это с его стороны или критика. Немного успокоившись, она задала вопрос, который интересовал ее еще с самого начала беседы:

– Но что насчет Даын?

– А она-то тут при чем?

– Она же тебе нравится.

Санхун был предсказуемым человеком. От слов Ёнсо он непроизвольно дернулся, словно его застигли врасплох, и неестественно замахал руками, совсем как робот. Только спустя несколько минут парень достаточно пришел в себя, чтобы поинтересоваться, откуда она знает. От этого вопроса удивилась уже сама Ёнсо. Он же все время бегал за Даын, как щеночек на поводке. Кто же тут не заметит?

– Кхм, Даын… Ну она… Она должна остаться в компании. На нее там возлагают большие надежды.

– И с тобой все будет в порядке?

Вопрос Ёнсо был многозначным. Санхун влюблен в Даын. Работая вместе с ней, он выглядит счастливее всего. Что бы ни сказала Даын, парень никогда не подвергает ее слова сомнению. В их отношениях существует доверие, накопленное годами. И для Санхуна это важно. Важнее, чем для самой Даын. Скорее всего, ему немного страшно делать первый шаг к новому будущему без ее поддержки.

Санхун подпер рукой подбородок и глубоко задумался. А потом завел рассказ, начав с далекого прошлого:

– Мы с ней впервые встретились на третьем году обучения в старшей школе. Мы тогда попали в один класс. Потом оказалось, что мы ходим к одному и тому же репетитору, – так и сдружились. И вот на консультации перед вступительными в универ я как-то раз случайно увидел ее план будущей карьеры. Двадцать страниц мелким почерком. Я тогда подумал: «Ух ты, ботаники реально отличаются от простых смертных!» Разве много встретишь людей, которые в старшей школе скрупулезно распланировали свою жизнь на двадцать лет вперед? А потом мы поступили в один университет, ты же в курсе? И что ты думаешь, ближе к выпуску мне опять попалась на глаза эта штука. План будущей карьеры. Мне тогда поручили собрать у ребят эти планы и сдать профессору. Смотрю – а там ее имя. Думаешь, что я сделал?

– Посмотрел?

– Естественно! Как только остался один, сразу вытащил – и давай читать. Там опять было двадцать страниц. Все прописано. В общем, прочитал я первый лист и вдруг понял нечто удивительное. – Глаза Санхуна блестели от возбуждения. Как у ребенка, который внезапно вспомнил какой-то радостный момент. Он широко раскинул руки в стороны и продолжил: – Первые десять страниц были точь-в-точь такими же, как в ее школьном плане. Один в один. Каждая циферка! – последние слова Санхун прошептал севшим от волнения голосом.

Ёнсо в какой-то момент полностью погрузилась в его рассказ. Она словно сама стала одним из действующих лиц этой увлекательной истории и с готовностью закивала.

Санхун несколько раз восхищенно вздохнул и пустился объяснять дальше.

Первые десять страниц из плана школьницы Даын исчезли, потому что она уже претворила их в жизнь. Зато появились еще десять – уже студентки Даын, которые дополнили ее идеальный план. Пока Санхун из кожи вон лез, чтобы просто угнаться за подругой, она последовательно осуществляла все, что было прописано.

– Офигеть, да?! – восторженно воскликнул в конце Санхун и даже хлопнул в ладоши.

Немного помолчав, он добавил упавшим голосом, в котором сквозили грусть и любовь:

– Вот такой она человек. Ну и как я могу влезть в ее жизнь?

Ёнсо не нашлась, что ответить. Обычно Санхун был предсказуемым, но на этот раз понять, что он имеет в виду, оказалось непросто. Закончив рассказ, парень печально улыбнулся и погрузился в свои мысли. Наверное, вспоминал время, проведенное вместе с Даын.

Санхун частенько в шутку упоминал, что Даын для него – самая надежная страховка. Именно поэтому он поступил в университет и устроился на работу вслед за ней. Но на самом деле Санхун точно был не из тех людей, кто мог бы просто слепо следовать за кем-то. Он четко понимал свой путь. И для того, чтобы пойти в нужном направлении, он выбрал оставить Даын.

Санхун решил расстаться с девушкой, которую любил и о которой мечтал более десяти лет. Как он смог пойти на такое? Точно ли с ним все будет хорошо? Ёнсо внезапно забеспокоилась. Она надеялась, что парень не откажется от Даын. Пока Ёнсо переживала, Санхун сложил вещи в сумку и приготовился вставать.

– Ну что, пойдем? Спасибо, что пришла сегодня, Ёнсо. Я буду ждать от тебя ответа. Обязательно позвони мне, ладно?

Ёнсо колебалась вплоть до того момента, когда Санхун поднялся с места. Он уже двинулся к дверям, как девушка внезапно схватила его за рукав. Парень удивленно обернулся. Ёнсо внезапно показалось, что это ее последний шанс заставить его передумать, и она сказала с отчаянием в голосе:

– Неужели… обязательно нужно сдаваться?

– Что? Сдаваться?

– Ты же с детства был влюблен в нее. И хочешь так просто все забыть? Уверен, что с тобой все будет в порядке?

– Чего? – растерянно переспросил Санхун.

Голос Ёнсо прозвучал немного громче, чем следовало, и некоторые посетители стали оглядываться. Заметив это, Санхун легонько похлопал девушку по спине и увлек обратно за столик. Ёнсо схватила еще остававшийся на столе стакан с водой и залпом выпила.

Санхун обеспокоенно посмотрел на нее и спросил:

– Ёнсо, ты уверена, что мы все еще говорим о Даын?

– Так вот, я…

Ёнсо нравилось наблюдать за Санхуном, это утешало ее. Глядя на его неизменную любовь к Даын, она верила, что когда-нибудь у них все получится. «Такая любовь действительно существует в мире!» – радовалась девушка. Но неужели теперь Санхун отказывается от своей великой любви ради работы? Но ведь это… это невыносимо грустно.

Ёнсо взволнованно забормотала:

– Я бы не хотела, чтобы ты сдавался, Санхун… Ведь так любить кого-то – это совсем не легко!

«Я надеюсь, ты не откажешься от любимого человека из-за обычных жизненных неурядиц. Ведь ты такая сильная личность, Санхун! Намного сильнее меня. Неужели у тебя не получится? Я знаю, что тебе кажется, будто ты гонишься за журавлем в небе, но ты не можешь сдаться!» – упрямо твердила Ёнсо. Она, как никто другой, хотела увидеть, как эти двое будут счастливы.

Санхун вдруг резко посерьезнел. Он ненадолго задумался, а потом достал из сумки блокнот и ручку. Нарисовав на пустом листе восходящую линию, парень начал терпеливо объяснять:

– Вот смотри. Это Даын.

Сверху он провел изломанную кривую. Эта линия чем-то походила на вершину горы. Рисунок выглядел не то как график, не то как удав, проглотивший слона. Санхун поставил точку в месте пересечения прямой и кривой. А затем указал на кривую со словами:

– Вот, а это я. Моя… непоследовательная жизнь. Скачу то вверх, то вниз, пытаясь угнаться за мечтой. Сложно до ужаса, но что поделать. Если я этого не сделаю, то задохнусь прямо здесь и сейчас. Но знаешь, я хочу сказать другое. – Он снова поставил кончик ручки в место пересечения двух линий. – Мы с Даын снова встретимся. И знаешь почему?

Санхун посмотрел на Ёнсо, и на его лице расплылась широкая улыбка. На щеках парня появились озорные ямочки.

– Потому что я буду любить ее всю жизнь.

Ёнсо замерла от этих неожиданных слов.

* * *

Распрощавшись с Санхуном, Ёнсо зашла в большой книжный магазин неподалеку. Так как он стоял на оживленной улице в самом центре города, народу в нем было много, даже несмотря на будний день. Оказавшись внутри, девушка вдохнула свежий, но вместе с тем какой-то искусственный запах. Ей тут же вспомнилась та маленькая лавка у подножия горы. Воздух там стоял более тяжелый, но был будто бы естественнее.

Ёнсо прошлась по всем отделам, начав с полки для бестселлеров. Здесь было множество книг: от классики, которую она читала годы назад, до произведений молодых писателей. С каждым шагом девушке казалось, что она погружается в иной мир, спрятанный между страниц. Ей нравилось это ощущение. Словно этот магазин останется таким навсегда, так же как классическая литература, которую люди неизменно читают вот уже несколько столетий подряд. От этого на душе становилось спокойнее.

Осмотрев весь магазин, Ёнсо рассеянно опустилась в кресло в уголке для посетителей. Она снова задумалась о недавней беседе с Санхуном. О том, как он заявил совершенно как ни в чем не бывало, что будет любить Даын всю жизнь. Что будет стараться изо всех сил ради этого и ждать ее. До тех пор, пока согласно ее плану не придет черед любви.

Для Ёнсо это было удивительно и ново. Она впервые поняла, что можно говорить о любви с такой уверенностью. Сама девушка ни за что на свете не смогла бы так. Ведь она трусиха, которая испугалась даже того, что почувствовала к кому-то симпатию.

Однако, став свидетельницей такого открытого выражения чувств, Ёнсо испытала странные эмоции. Санхун казался ей потрясающим. Невероятным. Сердце слегка затрепетало. Оно словно шептало хозяйке, что ее мечты не напрасны. И не стоит стыдиться своих чувств, даже если не уверена, что они на всю жизнь. Собственное сердце явно подталкивало ее к действиям.

Ёнсо снова подумала о предложении Санхуна. Возможно, ей придется столкнуться с чем-то совершенно новым и неожиданным, а значит – самое время подумать о том, что ей нужно сейчас. Очередной план, решимость и приведение прошлого в порядок. А еще смелость для того, чтобы взяться за протянутую ей руку. Все это у нее уже есть. Ничего сложного. Сейчас Ёнсо даже не нужно никакое божество, исполняющее желания.

Девушка медленно поднялась с места. В горле пересохло, и она отправилась в ближайшее кафе. Ожидая, пока готовится заказ, она вдруг наткнулась взглядом на читающих детей. Некоторые из них сидели прямо на полу. Другие и вовсе лежали на животе. Ёнсо забеспокоилась, как бы они не разболелись, но вспомнила себя в их возрасте и невольно улыбнулась.

Выйдя из магазина, девушка снова оказалась в шумном центре Сеула. Неоновые огни ночного города озаряли темноту. Сбоку виднелись очертания древнего королевского дворца. Лучи фонарей падали на каменную ограду, и она таинственно поблескивала, словно отражая свет прекрасных звезд.

Внезапно Ёнсо вспомнила о мужчине из лавки. Он всегда носит традиционный плащ поверх белой рубашки. Девушка подумала, что его облик чем-то похож на дворец, окруженный белыми зданиями. Все меняется – лишь он всегда остается на своем месте. Ёнсо нравилось это отчаянное упрямство.

На лице девушки расцвела мягкая улыбка. Ёнсо бодро зашагала к метро. Впервые за долгое время она пребывала в прекрасном настроении. Она решила завтра с самого утра отправиться в ту книжную лавку.

Вдруг ей на глаза попался огромный рекламный экран. По случайности именно в этот момент на нем показывали ролик компании, в которой прежде работала Ёнсо. Видео было снято в приятных теплых тонах, будто с заботой о глазах зрителя. Реклама прекрасно сочеталась с концептом компании. Ёнсо остановилась прямо перед щитом. Она вроде и не собиралась смотреть это видео, но ноги будто остановились на месте, отказываясь двигаться дальше.

Реклама состояла из интервью с сотрудниками и постановочных сцен. Вместо нанятых актеров на экране мелькали настоящие работники. Они то шустро ходили туда-сюда, занятые своими делами, то отдыхали на складе. Были кадры, где кто-то задремал, задержавшись в офисе допоздна. По съемке было понятно, что это постановка, но офис выглядел точно так же, как и тогда, когда Ёнсо там работала.

Девушка узнала одного из сотрудников. Ее сердце мгновенно упало. Стильно одетый мужчина с улыбкой, вызывающей симпатию. Человек, которого она надеялась никогда больше не увидеть. Он вежливо улыбался с экрана, отвечая на вопросы: «Разумеется, это непросто. Иногда ничего не получается. Но все же я работаю с прекрасными людьми».

Затем на экране появился постановочный кадр. Сотрудники стояли на фоне заката, оживленно беседовали о чем-то и улыбались. Сцена выглядела теплой и трогательной. Сверху появились субтитры. «Любящие сердца, лучшая жизнь». Это был слоган компании.

Дальше снова возник тот мужчина, на этот раз в одиночестве. Человек, который бесконечно издевался над Ёнсо, человек, который превратил ее жизнь во время работы в той фирме в настоящий ад. Теперь он тепло улыбался с рекламного монитора размером в человеческий рост, и девушке казалось, что мужчина стоит перед ней вживую. Он неторопливо развязал ленточку на подарочной упаковке и сказал: «Я люблю тебя».

Липкое прошлое подняло голову и вцепилось в щиколотки Ёнсо.

* * *

Ёнсо шла, сама не зная куда. Мимо фонарей по каменному мостику, мимо темных витрин закрытых магазинов. По обочине, не предназначенной для людей. Где-то на середине пути начался ливень. Вскоре дождь хлынул с такой силой, что девушка ничего не могла различить. Ёнсо небрежно вытерла лицо рукавом. И пошла дальше. Все еще не зная куда.

Она остановилась, только когда поняла, что окончательно заблудилась. Но вдруг впереди показалось место, в котором Ёнсо уже бывала раньше. То ли мох, то ли изумруд… Та самая книжная лавка. Девушка горько усмехнулась. Она ведь не перелетная птица, всегда находящая дорогу домой, в конце концов, – так почему же тогда она постоянно возвращается к этому магазину? И почему именно сегодня, когда сердце так сильно болит и голова идет кругом?

Неподвижно стоя под дождем, Ёнсо смотрела на лавку. Этот ветхий домик… с каких пор он стоит здесь? Внезапно книжный магазин показался ей похожим на буй в море. Сколько бы всего ни происходило, как бы ни кидало его из стороны в сторону… Она представила себе, как проводит дни в полном одиночестве в этом месте, куда не ступает нога человека, в ожидании посетителей, которые, возможно, никогда не придут.

Если она сейчас откроет дверь и войдет внутрь, окажется ли он там, совсем как в том сне? Скажет ли, что ждал ее?

Путаные мысли пронизывали ее насквозь, как капли дождя. Было бы неплохо спросить заранее, можно ли заходить внутрь в таком неприглядном виде.

Но прежде всего Ёнсо должна была разобраться в собственном сердце. Зачем она продолжает возвращаться сюда? Что ей нужно от этого мужчины? Девушка насильно заставила себя вытащить наружу чувства, которые таились внутри. Иногда этот способ помогал ей стать сильнее. «Что же я хочу от этого человека…»

Да, верно. Всего лишь утешения.

Влюбляться в кого-то – не лучшая затея. Ёнсо думала так. В реальности не существует счастливого финала. Все равно когда-нибудь вы расстанетесь и отвернетесь друг от друга. Жить тяжело и утомительно. Безрадостный конец предопределен, так к чему эти бессмысленные попытки? Всё так, как в историях, которые читал владелец лавки: чем сильнее любишь, тем сложнее расставаться.

Надо покончить со всем этим, пока чувства не стали глубже. С этой мыслью Ёнсо пошла прочь. Тяжелые капли дождя падали ей прямо на макушку. Девушка обхватила себя руками и съежилась, но теплее не становилось. Она замерла. В таких случаях нужно посчитать до трех и сделать глубокий вдох – тогда станет лучше. Она сможет распрямить спину и пойти дальше. Ничего сложного, просто нужно делать все как обычно. Ёнсо закрыла глаза и полной грудью вдохнула влажный воздух. Мечтая полностью раствориться в этом дожде и превратиться в лужу.

Внезапно тяжесть падающих капель куда-то пропала.

Звук льющейся воды словно отдалился, спиной девушка почувствовала тепло. От неожиданной перемены Ёнсо резко открыла глаза. Ливень все еще продолжался в шаге от нее. Задрав голову, она увидела кромку черного зонта, а за ним – огромную тучу, затмившую небо. Низкий голос окутал ее теплом:

– Я знал, что вы придете.

Это был хозяин той странной лавки. Над головой и дрожащими хрупкими плечами Ёнсо он держал зонт. Появившись неизвестно откуда, он не обнял ее, не притянул к себе. Лишь укрыл от дождя. И все же Ёнсо почувствовала, что дрожь проходит. Холод, проникший глубоко в ее тело, понемногу отпускал.

Голос мужчины звучал вежливо и тепло:

– Холодно под дождем. Я подержу зонт над вами, только скажите, куда вы идете.

Ёнсо ненадолго задумалась. А потом решительно выпалила:

– Вы же не знаете, куда я собралась? А если я иду на ту скалу, то что? Потащите зонт и туда? Если нет, то избавьте меня от нелепых проявлений вежливости! Я в порядке, так что можете уходить!

– Если вы собираетесь на ту скалу, то… разумеется, я не последую за вами.

От уверенности, прозвучавшей в его голосе, у Ёнсо заныло сердце. Однако это был вполне разумный ответ, ведь они были всего лишь хозяином книжной лавки и посетительницей. Она повернулась, чтобы снова скрыться в дожде.

– Но я предложу вам отдохнуть в магазине и переждать. Дождь скоро кончится, – сказал он.

Ёнсо застыла на месте, словно его слова связали ее намертво. Снова нахлынуло какое-то странное ощущение. Только на этот раз это был не холод, а что-то очень горячее. Оно волной поднялось вверх и превратилось в слезы. Тихие всхлипы скоро переросли в громкие рыдания. Ёнсо разревелась во весь голос, как маленький ребенок.

Стоя у нее за спиной, мужчина просто ждал. Он стоял молча, и на лице у него не отражалось ни радости, ни печали. Он неуверенно приподнял ладонь, чтобы погладить девушку по спине, но тут же опустил. На расстоянии вытянутой руки, без права прикоснуться… это все, что было им дозволено.

Девушка плакала, мужчина ждал. Так эти двое провели много времени, стоя вместе под проливным дождем.

* * *

Пока одежда Ёнсо сушилась, хозяин лавки одолжил ей свою. Широкая коричневая рубашка смотрелась на хрупком теле девушки как огромный мешок. Штаны тоже пришлось подвернуть несколько раз. Ёнсо закатала длинный рукав и, не удержавшись, понюхала его. Горьковатый запах горелого дерева. Так пахло и от самого мужчины. Ёнсо отчего-то смутилась и быстро опустила руку.

Осматривая магазин, девушка подошла к витрине перед книжными полками. На ней лежало много всякой всячины. Резные фигурки, шкатулки, украшения и прочие безделушки – в основном старинные вещи с Востока, но встречались и западные. К примеру, крест с драгоценными камнями и цепочка с портретом.

На самом верху стояла пара резных фигурок уток-мандаринок. Они были такими старыми и выцветшими, что с первого взгляда даже сложно было догадаться, что это такое. Ёнсо осторожно погладила пальцем одну из уток. К ее удивлению, на фигурке не оказалось ни пылинки. Интересно, сам хозяин лавки занимается уборкой или кто-то делает это за него? Если ему еще приходится самому присматривать за той девочкой, то это довольно непросто. Взять только одну ее привычку рассыпать повсюду фасолевую муку. В голове Ёнсо смутно мелькнула мысль: «А что, если он уже на ком-то женат? Почему он хранит в магазине парных уток?»

В это самое мгновение из комнаты показался хозяин. Он непринужденно позвал Ёнсо по имени, интересуясь, согрелась ли она. Девушка испуганно вздрогнула, словно ее застали на месте преступления, и резко повернулась. И тут длинный рукав огромной рубашки сотворил беду: Ёнсо задела одну из резных фигурок, и та слетела на пол.

Хозяин лавки стремительно подбежал. В первую очередь он спросил у Ёнсо, не поранилась ли она. Только когда девушка кивнула, мужчина присел, чтобы осмотреть фигурку. У одной из уток, самки, была сломана шея. Ёнсо не знала, куда себя деть от беспокойства: а вдруг он очень дорожил этими фигурками?

Мужчина ненадолго задумался, а затем поинтересовался:

– Почему вы смотрели на них?

«Мне было интересно, женаты ли вы», – чуть было не вырвалось у девушки. Но она ответила лишь, что они показались ей красивыми. Держа фигурку в руке, он медленно кивнул. А затем ласково сказал, словно ничего не случилось:

– Всё в порядке. Всякая жизнь подходит к концу. Но утку, оставшуюся без пары, жаль… Может, заберете ее себе? Иначе у меня будет болеть сердце всякий раз, когда взгляд упадет на нее.

Последние слова прозвучали слегка шутливо. Ёнсо выдохнула с облегчением, поняв, что мужчина не расстроился. Она осторожно приняла из его рук целую фигурку самца. Девушке стало немного стыдно, что она лишила его пары.

Хозяин магазина усадил Ёнсо за стол и принялся собирать осколки. Наблюдая за его движениями, девушка вдруг заметила, что сейчас на нем нет привычного традиционного плаща. Оглядевшись по сторонам, она увидела его висящим на стене – сохнущим после дождя. Мужчина явно промок насквозь, пока держал зонт над головой Ёнсо.

Только теперь девушке стало стыдно за произошедшее на улице. Она уже дважды плакала перед этим человеком. Мало того, вот уже несколько раз она теряла дорогу, ошибалась и говорила ему странные вещи. Впервые кто-то видел ее в таком неприглядном виде. В попытке избавиться от внезапно нахлынувшего чувства Ёнсо задала первый вопрос, который пришел на ум:

– А вы куда-то ходили? Кажется, вы шли не со стороны магазина.

– Я встречался кое с кем.

Ёнсо пробормотала в ответ что-то невнятное. И слегка сжала пальцами фигурку, которую держала в руке. У этого человека есть своя жизнь за пределами магазина. Он общается с людьми, которые не имеют к Ёнсо никакого отношения. Пальцы непроизвольно стиснули утку сильнее.

Покончив с уборкой, мужчина, как обычно, поставил на стол чайник и сладости. Разливая чай по чашкам, он неспешно объяснял, каким эффектом обладает этот сорт. Но Ёнсо ничего не слышала.

Она отвела взгляд, пытаясь сделать вид, что ей неинтересно. Сделав над собой усилие, девушка спросила:

– Должно быть, вы близки с этим человеком. В такое позднее время…

Мужчина вдруг прекратил разливать чай. Повисла тишина, и Ёнсо подняла глаза.

Он… у него было ликующее выражение лица. «Зря я это сказала», – тут же пожалела девушка. Он поставил чайник на стол и спросил:

– Это, конечно, очень личное дело, но… вам интересно, кто это был?

В низком голосе угадывались нотки волнения.

– Нет.

– Если вам интересно, я расскажу. Я решил отвечать на все вопросы, если они связаны со мной.

Ёнсо немного засомневалась, но потом слегка кивнула. Это было такое слабое движение, что заметить его можно было, только внимательно приглядевшись.

Мужчина низко хохотнул и добавил:

– «Близки»… Это слово можно использовать в разных смыслах. Обычно так говорят о глубокой привязанности или о родственниках. Но если вас связала жестокая роковая судьба, то в каком-то смысле это тоже можно назвать близостью.

– Зря я спросила.

– Я, разумеется, говорю не о себе. Сегодня я встречался со старым знакомым. Мы не виделись очень давно, но он совсем не изменился. Это меня так удивило, что за разговорами я не заметил, как пролетело время.

Снова она попала в ловушку манеры его речи. Ёнсо немного поворчала для приличия. Но с другой стороны, ей стало спокойнее. Девушка не хотела этого признавать, но ее очень тревожило, что у этого мужчины, возможно, есть возлюбленная.

Усмирив разбушевавшиеся эмоции, Ёнсо открыла было рот, чтобы отчитать хозяина за неуместные шутки, но в этот момент кто-то грубо распахнул дверь. Девушка резко обернулась и наткнулась взглядом на того страшного человека, с которым столкнулась здесь в прошлый раз.

На нем была та же самая черная кожаная куртка. Черные коротко подстриженные волосы и темные густые брови, которые ярко выделялись на фоне мертвенно-бледной кожи. Прозвище Черныш, мельком услышанное Ёнсо, безусловно подходило ему.

Мужчина в кожаной куртке широким шагом прошел вперед и уселся за стол. Поочередно смерив ледяным взглядом Ёнсо и хозяина лавки, он спросил:

– Это еще что? Почему ты не предупредил, что эта девчонка здесь?

– Как же я могу предсказать визит посетителя? Я же не божество какое.

В ответ на холодную реплику мужчина смерил его свирепым взглядом. Тот, не обращая на него внимания, накрыл плечи Ёнсо пледом. Взор мужчины переместился на девушку. Его агрессивный настрой словно проникал под кожу, и Ёнсо невольно съежилась.

Но вместе с тем ее охватила злость. Они даже не знакомы, с какой стати он называет ее «этой девчонкой»? Даже у грубости должны быть пределы. Раздраженная Ёнсо обиженно надулась.

Мужчина усмехнулся и сказал:

– Эй, а ты ревела, что ли? Лицо как у крота.

Опять колкость! На этот раз даже хозяин лавки так и застыл на месте. Пока он собирался что-то ответить, Ёнсо опередила его. Ее слова прозвучали, как всегда, тихо и неуверенно:

– Почему вы тыкаете мне, будто мы уже виделись?

Оба мужчины одновременно замерли. Владелец магазина смотрел на нее удивленными глазами, а грубиян открыл рот, словно не верил услышанному. А потом вдруг разразился издевательским смехом. Он с силой оперся руками об стол и наклонился прямо к лицу Ёнсо.

– А если бы и виделись, тогда можно тыкать? Вообще-то мы с тобой встречались много раз. Каждый раз, когда ты пересекала реку в загробный мир…

Вдруг его прервал звонкий звук разбившегося стекла. Виной тому был хозяин лавки, который как-то умудрился оказаться возле витрины. У его ног лежали осколки ярко-синего цвета. А вместо стеклянной чашки, стоявшей рядом с утками-мандаринками, теперь зияла пустота. Роковая судьба, должно быть, связывала этого мужчину с утратами и падениями: это был уже второй случай только за сегодняшний день.

Глядя на осколки у своих ног, владелец магазина с сожалением сказал:

– Ох, как неудобно вышло… Вы ведь доверили мне на время эту чашку, принадлежавшую королеве Силлы.

Однако на лице его отчетливо была видна улыбка.

– Как же жаль… – продекламировал мужчина, словно актер со сцены.

Человек в черной одежде разразился ругательствами. Разглядев осколки поближе, он окинул хозяина магазина недоверчивым взглядом и протянул к ним дрожащую руку.

Затем двое мужчин принялись обмениваться нелепыми репликами.

«Я очень берег ее, жаль, что так вышло».

«Убил бы тебя, да толку-то, если не умираешь. Не нужны мне твои извинения, просто умри уже».

«Я понимаю, что вам досадно, но с этим у меня сложности. Вот вам урок, не надо было называть мой магазин кладовкой».

Это больше походило на ссору между мальчишками. К тому же, сколько бы они ни хватали друг друга за воротники, разбитую чашку уже не склеить. В конце долгой словесной перепалки мужчина в черном обиженно засопел и произнес:

– Идиот! Сколько можно… Да ну тебя. С тобой спорить только себе во вред. Забирай то, о чем просил. На этом мы в расчете.

– Благодарю. Вы справились быстрее, чем я ожидал. Попасть на луга Страны предрассветного неба должно быть непросто.

– Издеваешься? Ты же сам попросил меня, зная, что врата открывались вчера.

Он покосился на Ёнсо. А затем, словно решив не обращать на нее внимания, забормотал себе под нос и достал что-то из кармана. В руке у мужчины оказался цветок, похожий на пион. Прекрасные цветы на тонком стебельке так и притягивали к себе взгляд девушки.

Мужчина небрежно протянул цветы хозяину лавки. Приглядевшись внимательнее, Ёнсо заметила, что один цветок был красным, а второй – синим. Тонкие изящные лепестки в бутоне раскрывались в несколько слоев. Листочки были такими прозрачными, что казалось, будто они излучают свет.

Владелец магазина принял цветы и поблагодарил мужчину. Но улыбка на его лице казалась особенно усталой. Он смотрел на бутоны так, словно на мгновение встретился с прошлым. Ёнсо не знала, что происходит, но, судя по всему, эти цветы вызывали у него не самые приятные воспоминания. Мужчина в черном, на удивление, тоже не произносил ни слова. Он молча наблюдал за хозяином лавки. Словно предупреждая, что будет следить за тем, как тот поступит с его подарком.

Ёнсо робко подняла руку и сказала:

– Извините… Может, мне лучше уйти?..

По мнению девушки, ситуация складывалась очень странная. Сначала грозятся друг друга убить, а потом дарят цветы. И как увязать эти два события? У Ёнсо даже промелькнула мысль, что эти мужчины либо сумасшедшие, либо очарованы друг другом. Ей вспомнилась поговорка про цветы и крепкую привязанность.

Что бы это ни было, но Ёнсо хотелось поскорее уйти отсюда. Оба мужчины вызывали у нее тревогу и недоумение. А между тем они, не подозревая о ее мыслях, продолжали с потерянным видом смотреть на цветы.

* * *

Недопонимание быстро разрешилось. Заметив растерянный взгляд девушки, хозяин лавки сразу пришел в себя и, как обычно, начал все объяснять. Он рассказал, что этот цветок очень редкий, только этому мужчине было под силу достать его, и он попросил его об этом. Тем временем человек в черном вышел из магазина, даже не попрощавшись. К тому моменту, когда Ёнсо выслушала разъяснения хозяина лавки и кивнула, они снова остались вдвоем. На улице до сих пор шел дождь.

Мужчина тихо сказал:

– Ваши вещи еще влажные. Уже поздно…

Промокшая одежда Ёнсо, легонько покачиваясь, висела над старомодной электрической печью. Потребуется еще минимум час, а то и два, прежде чем она высохнет.

Сидевший напротив девушки мужчина непринужденно подпер подбородок рукой и поинтересовался:

– Чем займемся, пока ждем?

– Сегодня вы не будете читать ту… ту книгу?

Хозяин лавки удивился, а следом расслабленно улыбнулся.

– Я и не знал, что вам интересны мои истории. Прошу прощения, но сегодня не получится почитать. Принцесса забрала книгу с собой.

И он наигранно тяжело вздохнул. Видимо, сборник сказок у него забрали против воли. Ёнсо думала, что эта девочка мила и наивна. Но, оказывается, малышка умела и командовать. Девушка ненадолго погрузилась в свои мысли, и следующий вопрос владельца магазина застал ее врасплох:

– А может, сегодня вы поведаете мне свою историю?

– Что?

– Вы же говорили, что пишете? Мне с самого начала было очень любопытно. Как знать, вдруг в будущем нам удастся посотрудничать.

Ёнсо сначала засомневалась, но потом обреченно спрятала лицо в ладонях. У нее еще не было ни одной законченной истории. И придумывать на ходу она не умела. Она просто не могла складывать слова так быстро и гладко, как делал этот мужчина. Заметив ее расстроенный вид, он заговорил еще ласковее:

– Если вы не в настроении делиться творчеством, расскажите просто о себе. Когда обитаешь в таком глухом месте, хочется услышать что-нибудь о живых людях. Почему вы сегодня стояли перед магазином? В такой дождь.

Ёнсо колебалась. Чтобы ответить на этот вопрос, ей придется поделиться тем, о чем она еще не рассказывала ни одной живой душе. Мужчина тихо ждал. Он не подгонял ее. От печи шло тепло, а за окном размеренно моросил дождь. Девушка вспомнила, как он предложил ей провести время в магазине. Отдохнуть.

Ёнсо немного ослабила защиту, возведенную вокруг сердца. И начала рассказ.

Она окончила университет, не успев хорошенько подумать о своем будущем. Профессор с кафедры порекомендовал ее в компанию, и Ёнсо плавно перешла от учебы к работе. Там она и встретила его. Мужчину, которого она сегодня снова увидела на рекламном экране. Он был ее первым начальником.

Нельзя сказать, что их отношения не заладились с самого начала. Напротив, поначалу все шло слишком хорошо. Когда Ёнсо только устроилась на работу, он прекрасно относился к ней. Всегда выделял ее среди других и помогал даже с самыми незначительными делами. Скромная от природы, девушка сторонилась незнакомых людей, но начальник помогал ей наладить отношения с коллегами. Он обладал приятной внешностью и был общительным, поэтому всегда находился в центре внимания. Свою роль в его популярности сыграл и тот факт, что один из его родственников был членом правления компании.

Так или иначе, у Ёнсо не было причин не поладить с ним. Благодаря ему первые месяцы на новой должности прошли довольно неплохо. Девушка даже считала, что ей очень повезло. Ведь она встретила такого хорошего начальника на первой же работе.

Однако ее немного беспокоило, что коллеги частенько говаривали: «Повезло тебе, что начальник с тобой нянчится». В этом вроде бы не было ничего особенного. Но почему-то Ёнсо казалось, что здесь таится какой-то иной смысл. Разве взрослым людям обычно говорят, что с ними нянчатся? Повода обижаться вроде не было, но осадок на душе все равно оставался.

А примерно через полгода начальник признался ей в своих чувствах. Сказал, что влюбился в нее с первого взгляда. Девушка немного удивилась, но не то чтобы это поразило ее до глубины души. Собственная реакция слегка изумила Ёнсо. С другой стороны, она уже некоторое время подозревала, что за его чересчур хорошим отношением скрывается что-то еще. Так подтвердились ее смутные догадки.

Ёнсо расстроилась. Выходит, он тепло относился к ней только потому, что преследовал свою цель. Но девушка не сразу нашлась, что ответить, не только поэтому. Разве можно понять чувства человека на все сто процентов? На деле же он просто не очень нравился Ёнсо как мужчина. Несмотря на десятки причин, по которым он должен был прийтись ей по душе, она ничего не ощущала к нему. Однако отказать сразу девушка не смогла и попросила дать ей немного времени на раздумья. Что будет, если она ему откажет? Ведь он не только ее непосредственный начальник, но и очень популярен в компании. С другой стороны, зная его мягкий и покладистый характер, возможно, он просто посмеется и сделает вид, что ничего не было.

Устав от размышлений, Ёнсо решила сосредоточиться на работе. Она вознамерилась сделать все отложенные расчеты и просидела в офисе допоздна. Коллеги один за другим уходили домой, и в конце концов девушка осталась одна.

Внезапно в глаза ей бросились странные цифры. Это была таблица с расходами их отдела за последний месяц. Строка называлась «Корпоративный ужин». Но в тот день у них точно был выходной.

Ёнсо хотела было просто пролистнуть дальше, не заостряя внимания на странной графе, но что-то не давало ей покоя. Она открыла бюджет за весь последний год. Каждый месяц подобные издержки непонятного происхождения повторялись по нескольку раз. Суммы были довольно скромными, и неладное было бы сложно заподозрить. Но если сложить все дополнительные траты за год, получалось больше десяти миллионов вон. Так же было и в прошлом, и в позапрошлом году. Ёнсо сопоставила несколько списков и таблиц, чтобы найти имя того, кто получал эти деньги.

Это был ее начальник. Он в одиночку использовал средства компании, десятки миллионов вон. Явно в личных целях.

Перед глазами все поплыло. Если бы Ёнсо не задержалась сегодня на работе, завтра начальник бы сам проверил эти таблицы. Девушка просмотрела счета еще несколько раз, но все было ясно как белый день. Этот человек постоянно воровал небольшие суммы, а потом скрывал улики, когда составлял очередной бюджет.

Узнав правду, Ёнсо оказалась в затруднительном положении. Всего лишь несколько миллионов вон для компании, ежедневный оборот которой превышает десятки миллиардов. Сумма была слишком маленькой, чтобы разводить суету. К тому же этот человек был прямым начальником Ёнсо. И многие в этой фирме были на его стороне. Если обвинить его в открытую, то, скорее всего, никто просто ей не поверит.

А еще именно сегодня он признался ей в любви. Сказал, что хочет быть рядом с ней всегда.

Уже перевалило за полночь, а Ёнсо продолжала в растерянности сидеть за рабочим столом. Мысль о том, что нельзя просто оставлять все как есть, крепла с каждой минутой. Возможно, он просто оступился, впервые в жизни. Если не дать ему окончательно сбиться с пути, все может вернуться на свои места, таких случаев полно. И с этим человеком может быть так же. Все-таки он кажется хорошим.

С такой обнадеживающей мыслью Ёнсо вышла из офиса. Тогда она еще не понимала, насколько наивной была.

Спустя несколько дней девушка предложила начальнику встретиться наедине. И сообщила о своем открытии. Сначала мужчина все отрицал, но Ёнсо не отступала – и в конце концов он признался. Он клятвенно пообещал ей, что пойдет к вышестоящему руководству и лично сознается в содеянном.

К счастью, он сказал ей именно то, на что она и надеялась. Подумав так, Ёнсо с облегчением вздохнула.

Мужчина произнес:

– Я-то думал, ты тихая и послушная девушка, Ёнсо. А ты, оказывается, можешь быть такой наглой.

Она никогда раньше не слышала, чтобы он разговаривал так холодно. И такая неприятная усмешка на его лице тоже возникла впервые. Это очень отличалось от его обычного ласкового поведения. Его рот скривился от злости. Брови угрожающе сдвинулись. Но он все еще продолжал улыбаться. Хотя ярость так и сочилась из него.

Ёнсо стояла, растерянно глядя на него, и мужчина двинулся прямо на нее. Приблизившись, он наклонился прямо к ее уху и прошептал:

– Одна ты ничего не сможешь сделать, не льсти себе.

В этот момент Ёнсо поняла, что спокойная жизнь закончена. И скоро ее ждет что-то очень неприятное.

Предчувствие ее не обмануло. Никакого наказания начальнику не последовало. Неизвестно, что он сказал руководству, но не было даже никакого объявления. Единственное, что изменилось, – немного строже стали следить за издержками отделов.

Но для Ёнсо перемены были большими. Однажды утром коллеги не ответили на ее приветствие. Сначала она подумала, что у них просто плохое настроение. Но в тот же день ее два раза не известили о срочных совещаниях, и девушка на них опоздала. Разумеется, руководство было крайне недовольно, и ее строго отчитали. На глазах у десятков других сотрудников.

Спустя несколько дней на анонимной доске объявлений на сайте компании появился издевательский текст, изобличающий стукача. Имен названо не было, но Ёнсо поняла, что это про нее. Под записью появилось множество комментариев. Все как один осуждали предателя. Нашлось только два-три человека, которые сделали замечания в сторону истинного виновника.

Однажды на корпоративном ужине кто-то обратился к Ёнсо: «И зачем ты напала на нашего замечательного начальника? Могла бы промолчать и продолжать наслаждаться тем, как он с тобой нянчится». Все, кто был за столом, прыснули со смеху. Начальник тоже весело улыбнулся, будто это была невинная шутка. Одна из тех, что можно услышать на посиделках.

На ее стороне не было никого. Санхун и Даын, с которыми она дружила, работали в другом отделе. Друзья догадывались, что с ней что-то происходит, но Ёнсо держала рот на замке, и это расстраивало их. Ёнсо приходилось молчать. Если бы она заговорила, ее бы точно заклеймили предательницей.

Она просто старалась держаться. Ждала, пока пройдет время и все утихнет. Но люди, затаившие на кого-то злобу, всегда ядовиты и жестоки. Начальник не прекращал издеваться над ней. Он твердо решил выжить Ёнсо из компании и постепенно делал ее работу невыносимой.

Однажды произошло то, что поставило точку на ее, больше похожей на пытку, карьере в этой компании. Ёнсо, как обычно, пришла утром на работу, села за стол и включила компьютер. Однако экран выглядел не так, как вчера. Пока ее не было, в офисе установили новую программу блокировки. Девушка растерянно смотрела на пустую строку в самом центре монитора. Нужно было ввести пароль. Без него войти в систему было невозможно.

Но никто ничего не говорил ей об этом.

Побледнев, Ёнсо посмотрела в сторону начальника. Он непринужденно сидел за своим столом, делая вид, что ничего не происходит, и гадко улыбался. Девушка огляделась. Некоторые специально отворачивались, избегая ее взгляда. Она схватила за руку одного из коллег, который в это время проходил мимо. Он грубо выдернул ладонь и рявкнул: «Это приказ начальника. Спрашивай у него!»

Значит, это было расчетливое издевательство. Они намеренно не сказали ей ни об изменении программы, ни о новом пароле. Коллеги хотели посмотреть на ее унижение.

Несколько часов Ёнсо просто сидела за столом. Ее начальник оказался подлым и незрелым человеком. И тут девушку одолели сомнения. Действительно ли и дальше терпеть все эти издевательства будет правильно?

Голова раскалывалась, и Ёнсо уронила ее на руки. Она окинула взглядом офисный стол, на котором почти не было вещей. Пачки документов, письменные принадлежности, пластиковая подставка для бумаг. Не было даже захудалой семейной фотографии. И ради этого она столько лет пахала, не жалея себя? Ради того, чтобы получить это место? Ёнсо всегда верила, что это стоит того. Эта мысль помогала ей не сдаваться.

Но теперь ее уверенность затрещала по швам. Неужели она так старалась только для того, чтобы заслужить подобное обращение? На душе стало так противно, что из глаз невольно полились слезы. До сих пор она разбиралась с миллионами разных чисел и банковских чеков, а теперь не может ничего сделать всего лишь потому, что не знает пяти цифр пароля от компьютера. «За что мне это? Все прекрасно работают в этой компании – почему для меня это не может быть так же просто?» Если бы она встретила бога, то задала бы ему этот вопрос.

Не прошло и нескольких дней, как Ёнсо подала заявление на увольнение.

На этом девушка завершила свой рассказ. Хозяин лавки молча смотрел на нее. Ёнсо ощутила непонятную тяжесть в груди. Почему именно плохие воспоминания всегда остаются надолго? Она до сих пор отчетливо помнила чувства, которые испытывала в то время. В конце концов она невольно добавила жалостливым голосом:

– Такая вот я неудачница. Всегда позади, всегда отдельно от большинства. Я пыталась жить так, как мне говорили, но в итоге не поняла самого главного: как строить отношения с окружающими. Я так и не научилась ни быстро соображать, ни вести себя так, как хочется, даже если это эгоистично. Да что уж говорить, у меня нет даже интуиции, которая помогла бы избегать плохих людей.

– Стоит ли винить себя? Просто вам не повезло встретить такого мерзавца.

– Да, конечно. Но знаете, что хуже всего? Увидев его, я поняла, что до сих пор боюсь этого человека. Прошло уже два года. Я думала, что хоть немного повзрослела за это время… Но, видимо, нет. – Ёнсо горько улыбнулась и добавила: – Я до сих пор привязана к тому месту. С этим подлецом, в том времени, похожем на ад.

Договорив, девушка с трудом улыбнулась. Мало того что этот человек никак не мог помочь ей справиться с этим кошмаром, так она еще и заражает его своей печалью. Нужно соблюдать границы, даже когда пользуешься чужой добротой. Ёнсо судорожно начала соображать, как разбавить гнетущую атмосферу. Но владелец магазина, не проронивший за все это время ни слова, вдруг резко поднялся со своего места. Он накинул на плечи высохший плащ и повернулся к девушке.

– Не хотите прогуляться? – предложил он.

Под таким дождем? Ёнсо растерянно моргнула.

* * *

Рядом со столом, за которым они беседовали, в самом дальнем конце комнаты в стене виднелась дверь с замком. Его необычная форма привлекла внимание Ёнсо. На длинном замке были выгравированы цветок лотоса и какое-то животное. Кажется, она уже видела что-то подобное в историческом музее. Это было изображение белой сапсари – собаки, которая, согласно легенде, сопровождает людские души в загробном мире.

Хозяин лавки тем временем принялся обыскивать кабинет в поисках ключа. Он с поразительной ловкостью лавировал между высокими стопками книг, которые так и норовили обрушиться при малейшем движении. Когда он в конце концов обнаружил ключ, Ёнсо даже тихонько захлопала в ладоши. Тот висел на стене, но его совершенно не было видно из-за разбросанных по всей комнате вещей.

Не успел мужчина открыть дверь, как внутрь ворвался сильный порыв ветра. Ёнсо прикрыла глаза. Слабый цветочный аромат донесся до ее носа. Девушка открыла глаза и увидела, что перед ней простирается абсолютно иное пространство.

Место было похоже на пещеру, окруженную скалами. Однако здесь росло множество деревьев и трав, а еще было очень светло. Ёнсо осторожно ступила на мягкую лужайку. Вокруг цвели нежные гортензии, на лепестках которых собрались и неподвижно застыли капли влаги. Между цветами тут и там стояли бумажные фонарики, мягко подсвечивающие удивительный пейзаж. Они располагались на расстоянии пяти шагов друг от друга, благодаря чему в пещере было очень светло. Место чем-то напоминало старый ночной базар. Ёнсо слегка дотронулась до желтого фонарика. Он немного покачнулся, а вместе с ним тихо затрепетал и излучаемый им свет. Словно плавно бегущая волна.

Они медленно шли вперед, следуя за желтым светом. В глубине пещеры на потолке зияла дыра. Дождь, проникая в нее, превращался в водопад и образовывал небольшой пруд. Вода текла дальше, и вот уже чистый ручеек бежал через всю пещеру. Ёнсо взошла на небольшой мостик и еще раз огляделась по сторонам. Все вокруг выглядело спокойным и прекрасным. Это место казалось очень далеким от реальности. Словно оно было неподвластно времени.

Пройдя по мостику, они поднялись на холм. Там возвышалась грубо сколоченная деревянная беседка. Казалось, тот, кто возводил ее, хотел оставить форму дерева неизменной. Ёнсо поднялась по каменным ступеням и присела там, где указал хозяин лавки. Мужчина поднял с земли один бумажный фонарик и поставил его рядом с девушкой. Он тоже медленно огляделся вокруг и сказал:

– Это… – он запнулся и ненадолго замолчал, а потом начал заново. Такое на памяти Ёнсо случилось с ним впервые. – Это место было здесь еще до того, как появилась моя лавка. Раньше я приходил сюда с человеком, которым очень дорожил.

У Ёнсо екнуло сердце. О ком он говорит? Бывшая возлюбленная? А может… нынешняя? Но спросить девушка не осмелилась. Как будто прочитав ее мысли, мужчина ответил:

– Она умерла. Очень давно. Это было ее любимым местом. Помню, как она копалась здесь в земле, намереваясь засадить все цветами. Потом я ей помог и…

Голос мужчины звучал глухо. Воспоминания о тех, кто покинул нас, вызывают грусть даже спустя долгое время.

Ёнсо осторожно поинтересовалась:

– Вы скучаете по ней?

Он тихо ответил:

– Скучаю. Хочу пересечь реку, отделяющую нас от мира мертвых, и забрать ее оттуда. Заставить ее выплюнуть воду забвения и вспомнить меня. Попросить ее не перерождаться, просто остаться со мной, ведь я согласен даже на бесплотный дух, лишь бы она была рядом… Я готов умолять ее об этом.

Мужчина говорил быстро, в его речи невозможно было различить никаких эмоций. На мгновение Ёнсо показалось, что он плачет. Девушка вдруг подумала, что сейчас он уйдет от нее, и невольно вцепилась пальцами в краешек его плаща. Он бросил на нее удивленный взгляд.

Тут же на лице мужчины снова расцвела мягкая улыбка:

– Всё в порядке. Я не могу удержать ее, как бы ни хотел. Потому что даже смерть – это часть ее жизни.

Он немного помолчал, а затем продолжил:

– Многие сказки и легенды рассказывают о том, что случается после смерти. Кто-то получает воздаяние за грехи, попав в ад, кто-то продолжает жить в загробном мире, а чистые души перерождаются и возвращаются в наш мир. Жизнь после смерти, парадокс своего рода. Но мораль историй о загробном мире всегда одинакова.

Ёнсо подумала, что речь опять пойдет о его старой возлюбленной, и напряглась всем телом. Она чувствовала одновременно боль и ревность. И эти эмоции отчетливо отражались на ее лице. Хозяин магазина посмотрел на нее с улыбкой и нежно дотронулся пальцем до ее нахмуренного носа со словами:

– Нужно стараться жить, пока живы.

– С чего это вдруг?

– Ха-ха. Потому что после смерти мы уже не можем сделать то, что хотели.

Он мягко засмеялся и, взяв Ёнсо за руку, потянул к выходу из беседки. С небольшой скалы все было видно как на ладони.

Из-за спины подул ветер. Стало прохладно. Девушке показалось, что поток воздуха прошел прямо сквозь нее. Как только все стихло, откуда-то появилась белая бабочка. Ее крылья слабо трепетали от последнего затихающего дуновения ветерка. Ёнсо рассеянно проследила за ней взглядом.

Все вокруг замедлилось, словно подстраиваясь под медленный полет бабочки. Свет фонарей слегка подрагивал, цветы тихо покачивались. С бутонов стекали и падали на землю капли влаги. Лепестки, попавшие в пруд, долго кружились на одном месте, а водопад обрушивался вниз, вздымая брызги во все стороны.

Ёнсо казалось, будто она застыла в пространстве и времени. Ее окружала такая красота – и ее охватило такое ощущение свободы, что даже не верилось.

Голос мужчины внезапно разрушил безмятежный пейзаж:

– Так к чему же вы привязаны?

Замок в сердце Ёнсо открылся сам собой. На глаза навернулись слезы. Его слова, очевидные до боли, словно обухом ударили по голове.

Он был прав. Она ни к чему не была привязана. Печальные воспоминания – всего лишь прошлое. Они больше не смогут ей навредить. Ёнсо подошла к самому краю скалы. Ветер, казалось, был готов подхватить ее в свои объятия и поднять в высоту. Девушка всем телом ощутила свободу. Она разливалась внутри до самых кончиков пальцев. Ёнсо закрыла глаза и глубоко вдохнула. А потом обернулась.

Мужчина протянул ей руку. Она молча посмотрела на него и осторожно положила свою ладонь сверху. В то же мгновение ее захватила какая-то неведомая сила. Казалось, этот человек может повести ее за собой куда угодно. Он поймал ее взгляд и улыбнулся. Девушка почему-то испытывала к нему необъяснимую жалость.

Когда они спустились со скалы, хозяин магазина вынул что-то из кармана. Это оказался красный цветок, один из тех, что он получил сегодня от пугающего мужчины.

– Есть одно место, его называют Страной предрассветного неба. Там растут цветы, которые обладают могучей силой мира мертвых. Говорят, попасть на те луга можно лишь раз в тысячу лет. – С этими словами он протянул цветок Ёнсо. – Этот цветок сорвали именно там. Он поможет вам – не знаю, как и когда, но поможет. В нем заключена великая сила.

Белая бабочка, снова появившись из ниоткуда, плавно опустилась на цветок. Она выделялась на ярко-красном фоне. Пару раз взмахнув крылышками, бабочка взлетела – и опять исчезла.

Цветок из мира мертвых? Что за глупость. Таким даже ребенка не проведешь. Разве может какой-то цветок изменить жизнь человека? Но почему-то Ёнсо хотелось поверить этому мужчине. Как будто каждый раз, когда лепестки трепетали от дуновения ветерка, происходила необъяснимая магия. Такими были многие моменты из тех, что она проводила в лавке. Все казалось похожим на волшебство, на грезы. Словно она, закрыв глаза, плывет на облаке. Поэтому ей было страшно: а вдруг однажды она упустит это, сама не заметив как?

Ёнсо, будто маленькая девочка, завороженная магией и желающая проникнуть в ее суть, спросила:

– Вы уверены, что мы раньше не встречались?

Его веки дрогнули. Прежде Ёнсо уже замечала, как он удивляется, но такое волнение она наблюдала впервые. Девушка молча ждала ответа. Спустя несколько минут мужчина, словно взяв себя в руки, спокойно произнес:

– Сегодня уже поздно. Приходите в следующий раз. Я поведаю вам другие интересные истории.

Ливень как раз закончился. Сквозь дыру в потолке струился лунный свет. От синевы ночного неба это место выглядело еще более нереалистичным. Ёнсо задрала голову и увидела, что все усыпано звездами. Красота заворожила ее. Мужчина, который идеально вписывался в это место, сказал:

– Я буду ждать здесь. Как всегда.

* * *

После того как Ёнсо ушла, хозяин книжной лавки еще долго оставался в пещере один. Стоя на краю скалы, он безучастно смотрел в пустоту. Мужчина выглядел молодым и полным сил, но что-то в его облике выдавало внушительный возраст. Взгляд его, казалось, был направлен не на убранство пещеры, а в далекое прошлое.

Внезапно рядом с ним возникла похожая на кролика девочка. Ее маленькие бровки были сурово нахмурены, а глаза метали молнии. Она явно пребывала в ярости. С каждым ее мелким шажком зеленая трава и деревья превращались в пыль. Прекрасная пещера становилась подобием планеты без воздуха, подозрительно напоминающей луну. Девочка приблизилась к беседке, и вот уже ее волосы вернули себе изначальный цвет. Они сияли серебристым холодом. Глядя на девочку, владелец магазина тяжело вздохнул. Жаль, он ведь только недавно собственноручно выкрасил ее волосы в угольно-черный.

– Сочжу! Ты обманул меня! – воскликнула девочка.

В то же мгновение пещера затряслась от неведомой силы. Несколько сталактитов упали на землю. Вода выплеснулась из пруда, половина бумажных фонарей погасла. Но мужчина оставался безмятежно спокойным.

– Я не обманывал. Просто не сказал всего.

– Ты украл цветок из загробного мира и отдал его смертной! Так поступать запрещено! Если боги узнают, они ни за что не оставят тебя в покое. На этот раз даже сама Маго не сможет спасти тебя!

Что же ему ответить этому наивному юному божеству? В глазах мужчины промелькнуло сожаление. Существа, именуемые богами, часто бывают такими эмоциональными и глупыми. Иногда они человечнее самих людей, и поэтому их легко обвести вокруг пальца. Хозяин книжной лавки медленно поднялся с места. Натянуто улыбнувшись, он сказал:

– Я всего лишь сделал жизнь одного человека счастливой, не такое уж большое дело…

– Людям нельзя использовать силу богов!

– Почему? Они слишком ничтожны для этого?

Девочка закусила губу. В ее глазах блеснули слезы, в голосе звучала обида:

– Как ты мог? Я тебе верила! Думала, ты мой друг. Я же помогала тебе встретиться с ней в каждой ее новой жизни. Я же исполнила твое желание! Почему ты нарушил обещание? Теперь и ты, и Черныш… Повелитель Царства мертвых накажет вас обоих!

– Я ведь уже говорил… не стоит называть его так. Каждый раз, когда вы делаете это, мой магазин понемногу ломается.

– Сочжу!

От ее гнева стены пещеры задрожали еще сильнее. Потолок начал обрушиваться. Камни градом сыпались вниз. Прекрасная цветочная лужайка вскоре обратилась в хаос. Мужчина с сожалением взирал на происходящее.

Девочка сказала:

– Эта девчонка должна была быть несчастной и в этой жизни. Такова ее судьба: проживать жалкую жизнь раз за разом. Но ты вмешался, и теперь колесо ее судьбы искривилось! Теперь она будет счастлива. Как ты и хотел!

Девочка разрыдалась. Она выглядела такой несчастной, что сердце разрывалось. Ее слезы были способны разжалобить даже самого жестокого человека на свете. Мужчина тяжело вздохнул. Он предполагал, что так и случится. Но когда он оказался лицом к лицу с рыдающей малышкой, ему стало не по себе.

Разгневанная девочка разочарованно выплюнула напоследок:

– Я думала, мы с тобой прекрасно проводили время. А оказывается, ты меня просто использовал.

Он чувствовал себя виноватым перед этой девочкой-божеством, Окто. Сочжу тоже нравилось проводить с ней время. Он каждый день читал ей книги. Умывал ее красивое личико и помогал наряжаться. Однажды он прочитал ей сказку о принцессе, живущей на луне, и с той поры она попросила называть ее принцессой. Он послушался. От девочки было много шума и беспорядка. Иногда мужчина думал, что такой и должна быть настоящая семья.

И все же он ничего не мог с собой поделать. Весь смысл его существования составляла лишь она одна, и ради нее он был готов снести любое наказание и порицание.

Окто приняла его молчание за согласие. Ее похожие на жемчужины слезы капали на землю. Там, куда они падали, тут же вырастали сиреневые фиалки. Девочка резко подняла руку, и со всех сторон послышался жуткий грохот.

Из-под земли появились толстые длинные стебли пуэрарии. Они извивались по полу, словно змеи. Следуя воле Окто, стебли начали разрушать прекрасный сад. К тому моменту, когда они добрались до дыры на потолке, начало светать. Первые солнечные лучи скромно заглянули в разрушенную пещеру. Там, куда они падали, начинали цвести алые, как кровь, цветы пуэрарии. Как в самом настоящем аду.

Теперь рука Окто указывала на Сочжу. Повинуясь приказу девочки, острая, как шило, лоза воткнулась в грудь мужчины. Стебли плотно обвили его тело и приковали к деревянному столбу беседки. Сочжу схаркнул кровью. Он и не собирался сопротивляться.

Сознание помутилось, но мужчина почувствовал, как Окто призвала стебли, пронзающие его грудь, и услышал ее удаляющиеся шаги. Говорят, если обмануть богов – последует страшное наказание. Что ж, для него это не впервые. Сочжу усмехнулся. Из его рта снова полилась кровь.

Вокруг все стихло. Сочжу подумал о ней. Он находил ее в каждой новой жизни, но на этот раз все было иначе. И первая встреча на той самой скале, и роковая связь из прошлого, которая причиняла ей боль. Эта девушка заставила его заново вспомнить о старой трагедии. Поэтому он не мог не отдать ей свое сердце.

С Хо Ёнсо всегда было так. Он знал, что их судьба предрешена заранее, но ничего не мог с собой поделать. А вдруг на этот раз у них получится? С этой надеждой он из последних сил приподнялся. Губы искривились в усмешке. «Думаешь, ты заслуживаешь этого?» – спросил он сам у себя.

В глазах понемногу темнело. Пальцы похолодели. Давненько он не чувствовал этого ощущения приближающейся смерти. Но даже в эти минуты он не переставал думать о Ёнсо.

«Тебе слишком часто приходится плакать…»

Глава 3. Узел вечности

Прошло уже полмесяца. Сочжу все еще был там. Каждый раз, открывая глаза, он чувствовал жуткую, прожигающую насквозь боль. Ледяная смерть приближалась к нему. По телу крупными каплями стекал холодный пот. Но выбраться из этой тюрьмы Сочжу не мог. Он лишь глухо стонал и снова терял сознание. Погружаясь в забытье, он хотя бы ненадолго мог избавиться от адской боли, терзающей тело и душу.

Каждый раз, закрывая глаза, он видел сон. Время и пространство становились бесконечными, и Сочжу отправлялся в прошлое. Уличный торговец, поставляющий безделушки в дома кисэн[7], близкий друг ученого в ссылке, предсказатель будущего в разоренной стране, книжный дух – наставник детей… Память услужливо показывала ему разные роли, которые он примерял на себя за последние несколько столетий, и разные места.

В очередной раз открыв глаза, Сочжу оказался в книжной лавке. Она стала для него близким другом, с которым он провел долгое время. Здесь всегда было тихо и спокойно, словно в дупле старого дерева, где можно сладко вздремнуть. Сочжу протянул руку. Солнечные лучи, проникающие через окно, осветили его кисть. Белоснежная кожа казалась настолько прозрачной, что сквозь нее было видно, как алая кровь течет по венам. Он невольно подумал, что его рука пока еще похожа на руку живого человека.

До него донеслись смутные отзвуки боли. Сочжу ощупал ладонью свою грудь. Ровно посередине зияла дыра величиной в два кулака. Обычный человек давно бы испустил дух, но Сочжу лишь безразлично запахнул рубашку. Его тело было неподвластно смерти даже во сне.

Сколько же времени он так провел? Сколько снов посмотрел? Повернув голову, он увидел стоящую на столе курильницу с благовониями. Белый дым, словно марево, поднимался вверх. Вдруг откуда ни возьмись появилась бабочка. Ее маленькие тонкие крылья пронзили белую дымку, и она рассеялась. Бабочка опустилась на лежащий на столе фолиант. Это была та самая книга, которую он читал Ёнсо. Сочжу взял ее в руки, и бабочка, взмахнув напоследок крылом, растворилась в воздухе, превратившись в дым.

Он раскрыл сборник историй. Все листы были плотно испещрены мелким почерком. Он захлопнул книгу, а потом медленно открыл снова, с самого начала. Белая страница была пуста. Сочжу пролистнул пять страниц вперед, и только тогда начали появляться первые буквы. Всего лишь одно слово. Потому что записывать эту историю было слишком больно.

Вскоре буквы превратились в чернильные пятна и растаяли. Липкие и тягучие, словно мед, они растеклись по столу. Чернила всё лились и лились – и вот уже они хлынули вниз, как бурный водопад. Их было гораздо больше, чем букв в книге. Поток чернил струился бесконечной рекой – и вскоре они затопили весь магазин. В мгновение ока Сочжу оказался погружен в них с головой.

Растворившись в вязких чернилах, он закрыл глаза. Сочжу не мог определить, поднимается ли его тело вверх, влекомое потоком, или опускается вниз. Его то ли засасывало в глубокую трясину, то ли несло по воздуху, словно перышко. Он не мог понять даже, сон это или реальность. Но это ощущение было для него привычным.

Погрузившись в чернильное море, он поплыл в прошлое. Бесчисленные волны бросали его из стороны в сторону, но все, что оставалось у него теперь, – всего лишь одно слово. Грешник.

Грешник: начало Человек, за которым не придет смерть

Завершалась эпоха Корё[8]. На рассвете неизвестные тени перелетели через ограду дома одного преданного слуги короля и принялись с жестокостью резать всех, кто был внутри. Взмахи мечей были безжалостны, у убийц была только одна цель: лишить жизни всю семью. Подобное зверство пристало бы мясникам, но движения рук нападавших выдавали их благородное происхождение. Человек, который задумал такое, явно пошел на это не из жалкой обиды – дело было серьезное.

Когда беспощадная резня закончилась, почти все члены семьи и слуги были мертвы. В живых остались только пятеро, принадлежавших этому роду: старый чиновник Чхве, его жена, две дочери и маленький мальчик-бастард, рожденный от другой женщины. Сейчас он прятался под деревянным настилом. Чхве был бесстрашным воином, но он опустил меч, когда увидел клинок врага у горла драгоценной дочери.

Налетчики связали мужчину и его семью и поставили всех на колени в центре двора. Главарь снял с лица маску. Увидев, кто перед ним, Чхве задрожал всем телом от бессильной ярости. Не так давно он столкнулся с этим человеком во дворце.

Раскрывший свою личность убийца презрительно бросил:

– Нельзя вязать колокольчик, возвещающий о наступлении рассвета, на гнилую веревку. Так что мне придется тебя убить. Кстати, я слышал, у тебя есть еще один сын. Где мальчишка?

Чхве не ответил. Убийцы перерезали горло его старшей дочери. Жена издала душераздирающий крик – и ее мгновенно постигла та же участь. Чхве зажмурился. Пусть лучше так. Лучше умереть здесь и сейчас. Все равно грядут новые времена, в которых нет места для Чхве и его семьи. Потому что он выбрал преданность стране, которая уже пала.

В звенящей тишине один из убийц снова занес клинок. На этот раз он целился в младшую дочь. Чхве собрал последние силы и прыгнул вперед, заслоняя ее собой. Он не обратил внимания даже на то, что во время схватки ему отрубили руку. Но смотреть, как убивают его новорожденную малышку, бесстрашный воин был не в силах. В мгновение ока Чхве упал на землю, сраженный ударом клинка в спину.

В этот самый миг Чхве вдруг встретился глазами с мальчиком, который прятался под деревянным настилом. Мужчина крайне удивился, но не подал виду. Да у него уже и не было на это сил. Он лежал на земле, истекая кровью, и думал: как давно этот мальчишка прячется там? Сжавшись своим тощим маленьким тельцем в комок, совсем как мышонок.

Этот внебрачный сын был единственным пятном на белом полотне жизни Чхве, позором, который он мечтал скрыть от чужих глаз. Половина крови, что текла по венам мальчика, принадлежала Чхве, но другая половина была от матери – кинё[9]. Чхве совершил эту ошибку от незрелости – тогда он еще наивно полагал, будто любовь что-то значит в этой жизни. Поэтому, хотя ему было неприятно даже смотреть на мальчишку, он все же привел его домой: ведь в нем текла благородная кровь рода Чхве. Нельзя было позволить ему попрошайничать на улицах.

На этот раз клинок приблизился к лицу Чхве. Убийца снова спрашивал, где прячется его сын. Враги хотели с корнем вырвать все ростки, которые могли стать сорняками в будущем. Чхве ничего не ответил, он продолжал молча смотреть в лицо мальчишки. Тот был весь в мать, ему досталась ее миловидная внешность. Чхве это было неприятно, и он запрещал мальчишке показываться кому-либо на глаза или даже издавать звуки. Теперь он думал об этом, и самому становилось смешно. Ведь именно поэтому теперь юнец так хорошо спрятался, затаив дыхание.

Вдруг в душе Чхве всколыхнулись сомнения. Сможет ли этот мальчишка, никогда не знавший родительской ласки, когда-нибудь познать человеческую любовь? Зачем ему вообще такая жизнь? Однако чумазый паренек изо всех сил зажимал себе рот руками, чтобы не проронить ни звука.

Чхве захотелось спросить у него: «Ты что, такой жизни хочешь? Даже если в ней нет ни капли тепла? В конце концов все мы станем пеплом и исчезнем… Так зачем? Почему ты так сильно хочешь жить?»

Глядя прямо в широко распахнутые глаза мальчика, Чхве наконец произнес:

– У меня нет сына.

Веки мальчика задрожали. Не успел Чхве договорить, как меч опустился на его шею. Он был предан своей стране и верен своей чести до самого конца. Отрубленная голова с открытыми глазами покатилась по земле и остановилась в конце двора, прямо перед лицом мальчика. Тот увидел перед собой пустые глаза отца и потерял сознание.

Спустя несколько часов мальчик очнулся. Кошмарная ночь закончилась, и на дворе стоял ясный день. Мертвые тела и отрубленная голова отца исчезли. Но в доме все еще слышались шаги неизвестных. Мальчик понял, что еще не время вылезать из укрытия. Немного поколебавшись, он лег на спину и растянулся на земле.

Воздух был сырым. От почвы под спиной исходило еле заметное тепло. В ноздри проникал едкий запах гниющих листьев. Мальчику казалось, что по его телу бесконечно ползают какие-то маленькие насекомые. Он расслабил руки и ноги, закрыл глаза. Лежать так оказалось до странности удобно. Наверное, это похоже на ощущение, когда лежишь в гробу. Граница между мирами живых и мертвых. Пространство, доступное душам, покинувшим тело.

Лежа под настилом, мальчик задумался о будущем. До сих пор он бесправно жил в крыле для слуг. Отца он видел от силы раз в год. Но зато слуги исправно кормили его трижды в день. Мальчику этого было довольно. Он не мечтал о любви и принятии. На духовный голод можно просто закрыть глаза и притвориться, что не чувствуешь его, но с голодом обычным такое не пройдет: это уже вопрос выживания. Разумеется, еда для мальчика была важнее.

Но вот и его пропитание, не говоря уже о шансе признания, в одночасье превратилось в прах. Мальчик задумался: неужели ему теперь придется самому пахать землю? Хотя, возможно, его убьют в то же мгновение, как он вылезет из-под настила. Прощаться с жизнью в тринадцать лет, кажется, еще рановато. «Но с другой стороны, – подумал мальчик, – продолжать жить может оказаться намного хуже».

Как быть дальше, он не знал. Мальчик вдруг вспомнил мертвые глаза отца. Ему стало интересно, почувствовал ли тот свою смерть. Отец ничего не боялся и все знал об этом мире. И все же погиб в одночасье. Должно быть, и впрямь существует то, с чем человеку не под силу бороться. Это, кажется, называют судьбой.

Такая сила есть в этом мире. Преграда, которая не позволяет изменить результат неверного выбора, которая не дает получить желаемое, как бы отчаянно ты этого ни хотел. Именно поэтому мальчику приходилось жить в тени, поэтому отца постигла такая жалкая участь. Если думать о судьбе с такой стороны, то даже злости не возникает.

И все же мальчик не мог забыть последние слова отца. Он до самой смерти отрицал существование сына. Возможно, таким образом отец пытался сохранить ему жизнь. Но эти слова еще сильнее подстегнули духовную жажду мальчика. Как будто родитель, стоя перед умирающим от голода ребенком, выбросил последний кусок мяса в реку. При мысли об отце мальчик почувствовал, как в груди поднимается горячая волна, и тут же зажмурился.

Вдруг кто-то зашептал ему на ухо. Мальчик впервые слышал эти незнакомые голоса. Поначалу звучал шепот, похожий на тихий свист. Но вскоре несколько голосов объединились в нестройный хор. Все они казались либо слишком высокими, либо слишком низкими. Временами к шепоту примешивались то смех, то рыдания – и разобрать слова становилось еще труднее.

Но мальчик понимал, что они говорят. Казалось, эти существа забыли человеческий язык, но помнят, как нужно делиться смыслом. Мальчик им понравился. Он догадался, что его окружили души, принадлежащие миру мертвых. И даже дал им прозвище. «Подпольные призраки».

В ту ночь призраки поведали ему множество историй. Большинству из них не терпелось рассказать мальчику о своей смерти. Многие истории были крайне неприятными, и тот постоянно морщился от услышанного. Но чувствовать, что кто-то находится рядом и нашептывает на ухо перед сном, было неплохо. Так что в ту ночь мальчик крепко заснул, убаюканный бесконечными историями призраков.

Только на четвертый день мальчик вылез из-под настила. К тому времени неизвестные перестали охранять дом по ночам. Шустро пробежав по комнатам, мальчик собрал в котомку драгоценности, деньги и несколько книг. Взгляд его упал на меч, которым дорожил отец. Но решив, что в будущем он ему никак не пригодится, мальчик просто оставил оружие на своем месте.

Собрав вещи, мальчик засунул в рот сушеную хурму и устремился прочь от родительского дома. Он выбежал через задние ворота и направился прочь из деревни, держа путь строго на восток. Так ему велели призраки. Души мертвых остались обитать под деревянным настилом, но напоследок дали мальчику несколько полезных советов. Бежать на восток мимо первой деревни. Продавать ценные вещи только спустя год. Оставить все сожаления о прошлом и двигаться дальше. От сушеной хурмы может заболеть живот, поэтому есть не больше двух кусочков за один присест.

Это было странное приключение. Неустанно двигаясь вперед, на восток, мальчик думал: «Почему призраки не хотели моей смерти?» Ведь так заведено, что духи непременно должны желать зла живым. Но те души, которые он встретил, были полны жалости и любили поболтать. Им просто нужен был друг.

А может, они просто были рады, что кто-то их выслушал? Ведь призракам не терпелось поведать историю, каждому свою, иногда даже они, не в состоянии дождаться своей очереди, перекрикивали друг друга. Тогда как мальчик только молча лежал, иногда кивая. Такой слушатель мог прийтись им по душе. Так или иначе, мальчик не присоединился к ним и остался в живых. Теперь ему суждено было лишь гадать почему.

* * *

С тех пор мальчик скитался по свету. Обычно детям приходится несладко, если судьба выбрасывает их жить на улицах, но с мальчиком все было хорошо. Каждый раз, когда что-то шло не так, на помощь ему приходили призраки. Невидимые создания возвещали о своем присутствии тревожным дуновением ветерка. Души мертвых всегда проявляли к мальчику особую благосклонность. Судя по всему, подпольные призраки оставили на нем свою метку.

Даже после того, как прошел период совершения обряда квалле[10], он продолжал ходить с распущенными волосами. Однако юноша ненавидел беспорядок и всегда выглядел чисто и опрятно. В те дни, когда шел дождь и запах почвы становился сильнее, он любил гулять босиком. Ощущая под ногами влажную землю, он снова вспоминал то странное спокойствие, которое пришло к нему в ту ночь под деревянным настилом.

Люди называли его сумасшедшим. Ухоженная внешность совершенно не вязалась со странным поведением, и люди шушукались за спиной юноши, обсуждая его сумасбродность. Когда он смеялся, беседуя с призраками, окружающие видели лишь, что он разговаривает с пустотой, и дрожали от страха. Иногда его выгоняли из деревни, обвиняя в том, что он вступил в сговор с лесным духом или девятихвостой лисой. Когда такое повторилось несколько раз, мужчина просто стал жить вдалеке от взглядов людей. Обычно он выбирал лес, пещеру или амбар в заброшенной деревне. Назвать подобные места пригодными для обитания было сложно. Но юноша и не знал, что такое комфорт или роскошь, поэтому всегда прекрасно приспосабливался к чему угодно. Как мох, которому все равно, где расти.

Только к двум вещам он питал страсть. Чтение и письмо. Ему нравилось записывать истории призраков. Потому что они были над временем и пространством. Слушая их рассказы, он словно сам путешествовал всюду: от ближайшего рынка до далеких заморских стран. В такие моменты он ощущал себя свободным от всего, что держало его на этой земле.

Чтение для него было близко к самой жизни. Он любил книги еще с тех пор, когда жил в доме семьи Чхве. Тогда он и завел привычку много читать. Однако в те времена книги все еще считались предметами роскоши и были доступны только зажиточным людям. Бродягам, как он, нелегко было заполучить хоть один томик в свои руки. Но у юноши всегда было много денег. Не только тех, что он выручил, продав вещи, унесенные из родительского дома. Как только его богатство грозило закончиться, призраки тут же указывали ему места, где были спрятаны сокровища. Несколько раз он попадал в затруднительные ситуации, когда души предлагали ему раскопать безымянные могилы. Благодаря такому доходу юноша мог спокойно заниматься любимым делом и был доволен жизнью.

Тогда он думал, что поживет еще немного так бесцельно, а весной исчезнет из этого мира, растает, как белый снег. Он ждал, что жгучие солнечные лучи пронзят его тело насквозь, и оно испарится навсегда. Люди обычно называют это смертью. Он надеялся, что этот день настанет как можно скорее. День, когда он наконец сможет поставить точку в своей судьбе.

Но кое-что произошло в его жизни еще до прихода весны. В тот день он с самого утра сидел на скале рядом с водопадом и читал. Это был старый манускрипт, который он недавно приобрел у бродячего торговца. Тот бормотал, что это редкие древние сказания, которые никто не покупает, но юноша оставил этот бубнеж без внимания.

Содержание книги оказалось именно таким, как и говорил торговец. Все рассказы до единого были глупым вымыслом. Сюжеты встречались самые разные: были описаны и загадочные существа, и фантастические места, и предметы, обладающие магической силой. Эту книгу можно было прочитать разок из интереса, но примерно к середине юноша вдруг посерьезнел. Потому что кружившие рядом призраки с каждой главой шумели всё громче.

Внезапно он испустил невольный смешок. Один отрывок в книге показался ему особенно неубедительным. Там был описан способ обрести вечную жизнь. Книга гласила, что, если перед смертью гостеприимно встретить и порадовать жнеца смерти, в благодарность за старания он может продлить дни умирающего.

В главе были даже приведены подробные примеры, объяснявшие, как именно нужно поступать. «Жнецам смерти приходится долго ходить пешком, посему даруйте им новую обувь. Угостите их сладкой выпивкой». Способы осчастливить жнецов были весьма доступными. Описывались даже якобы настоящие случаи, когда людям взамен была дана долгая жизнь. Один человек должен был умереть в возрасте тридцати, но жнец дорисовал палочку к иероглифу в Книге жизни – и десять[11] лет мгновенно превратились в тысячу[12]. Так он и прожил три тысячи лет вместо тридцати.

Юноша потерял дар речи от изумления. Неужели эти божества настолько глупы? Разве можно продлевать жизнь человеку всего лишь за новую обувь и угощение? До сих пор он всегда думал, что судьба – это такая могучая сила, которой человек не может противиться. Но эта книга говорила об обратном. Да еще и предлагала такой незамысловатый способ.

Он не хотел в это верить. Противостоять судьбе должно быть невозможно. Потому что, если это не так, раскаяние о прошлом, от которого он убегал так долго, поглотит его целиком. Но призраки зашептали ему на ухо: «Это правда. Это все правда. Если бы ты узнал все раньше, твоя жизнь могла бы сложиться совсем иначе».

Он невольно расхохотался от возмущения. Смех становился все громче. Юноша вдруг вспомнил лицо погибшего отца. В голове пронеслось воспоминание о его побледневших мертвых зрачках. Он подумал, что это зрелище ничем не отличалось от вида отрубленной рыбьей головы. Если убивать и спасать так легко, то в людях нет ничего особенного.

Подумав так, он вдруг откинулся назад и снова громко расхохотался. Сравнение человека с рыбой показалось ему невероятно смешным. Его жизнь до сих пор, судьба, законы природы – все стало для него жутко забавным. Он смеялся и смеялся. До тех пор, пока на глазах не выступили слезы.

* * *

Прошло несколько недель. В деревне, где остановился юноша, проходили похороны. Умер молодой мужчина, который долго болел. Люди громко плакали, выражая скорбь, и жалели столь рано оборвавшуюся жизнь.

На второй день похорон на околице появился человек в черной одежде. На голове у него красовалась бамбуковая шляпа, из-под которой пронзительно сверкали глаза. Это был жнец смерти, который явился за душой умершего. На нем было воинское облачение, но меч на поясе не висел. Утомленный долгой ходьбой, жнец прихрамывал на одну ногу.

Жнец вынул из-за пазухи Книгу жизни, в которой записаны судьбы всех людей. Посмотрев адрес, записанный в Книге, и сверив его с табличкой у входа в деревню, он удовлетворенно кивнул. Душа, за которой он пришел, находилась здесь. Жнец двинулся вперед.

Внезапно до него донесся пряный аромат. Жнец прожил на этом свете уже тысячу лет, но такой запах он ощущал впервые. Словно завороженный, он пошел туда, откуда исходил этот аромат. Пройдя лишь несколько шагов, жнец увидел, что кто-то сидит прямо посередине дороги.

Юноша, представший его взгляду, выглядел опрятно, но на губах его играла надменная улыбка. Он сидел в позе лотоса перед роскошно накрытым столом. Чего здесь только не было: мясо, ттоки, выпивка… А посреди стола стояла маленькая керамическая курильница. Это от нее исходил соблазнительный аромат. Жнец даже просветлел лицом: давненько его не угощали поминальной едой. Работая жнецом, он исправно нес наказание за совершенное в далеком прошлом, но в такие моменты ему хотелось забыть обо всем и насладиться едой и напитками.

– Убери. Если я получу что-то от живого человека, должен буду непременно отплатить ему, – с сожалением сказал жнец.

Неизвестный юноша ответил:

– Я уже не принадлежу этому миру. Мои родные приготовили эти угощения, чтобы мне легче было следовать за вами, уважаемый жнец.

Мужчина вытащил из-за пазухи именную табличку. Прочитав имя, жнец снова удовлетворенно кивнул. Это было имя того человека, которого он должен забрать сегодня. Возраст и пол тоже совпадали, поэтому ничего не вызвало подозрений. К тому же кому может взбрести в голову самолично вызваться, чтобы последовать за жнецом смерти? Его немного беспокоило, что юноша выглядел слишком живым, но такое тоже случается – ведь с момента его гибели прошло совсем немного времени.

Немного посомневавшись, жнец присел за стол. А затем слегка улыбнулся и произнес:

– Разве что только стаканчик.

* * *

Пьяный в стельку жнец уткнулся лицом в стол. Выпивка разлилась, тарелки со звоном попадали на землю. Юноша сидел напротив с прямой спиной, на его лице светилась коварная улыбка. К этому моменту они со жнецом выпили уже по двадцать чарок.

Юноша достал что-то из рукава. Это был мешочек, сделанный из свиной кишки. Он перевернул его, и на землю полилась прозрачная жидкость. Честно говоря, он приготовил два таких мешочка, но жнец смерти оказался восприимчивее к спиртному, чем он предполагал. И к тому же был очень наивным: сразу поверил, когда юноша показал ему украденную именную табличку. Он поправил на себе одежду, словно готовясь к важному мероприятию. Затем потянул жнеца за волосы и приподнял его голову над столом. Тот не просыпался. Голова запрокинулась, открывая беззащитную шею.

«Интересно, если перерезать ему горло, он умрет или нет? Все-таки жнецы тоже божества», – подумал юноша. Ему стало любопытно, но все же он отказался от бессмысленной попытки. Как и было задумано, он перевернул бесчувственное тело жнеца и вытащил из кармана одну ценную вещь. Книгу.

Книгу жизни, в которой записаны все людские судьбы. Мужчина раскрыл ее и увидел бесчисленные имена, адреса, даты рождения и причины смерти. Человеческие судьбы, раньше казавшиеся ему грандиозными, умещались всего лишь в одной короткой строчке. Мужчина продолжал перелистывать страницы, и вот на его лице появилась кривая усмешка. Он увидел свое имя.

Его жизнь оказалась бессмысленно долгой. Мужчина достал заранее приготовленные кисть и тушь. Он задумался. Как же поступить? Желания продлить свои дни у него не было – он не намеревался, как некоторые, одним росчерком добавить себе несколько тысяч лет жизни. Если он вырвет страницу, может навредить другим людям, а изменить судьбу, даже имея в руках книгу и тушь, не так-то легко.

Вдруг на его лице появилась загадочная улыбка. Он придумал отличный способ. Не задумываясь ни на мгновение, он занес Кисть судьбы. И сделал один широкий мазок.

Жнец смерти проснулся только через час. Протрезвев, он тут же почувствовал неладное, и сердце камнем упало в пятки. Он поспешно огляделся. Юноша, с которым они вместе выпивали, сидел на том же месте. Жнец выдохнул с облегчением. Вздумай этот человек ограбить его, пока он спал, быть беде. А особенно – если бы он дотянулся до Книги жизни. От одной только мысли о пропаже сокровища у жнеца закружилась голова. Это может привести к падению всего мира. Успокоив себя тем, что юноша никуда не сбежал, жнец принялся приводить свою одежду в порядок.

Но Книги жизни, которую он носил в нагрудном кармане, не было. Жнец так и замер с рукой на груди. Его и без того бледное лицо побледнело еще сильнее. Он суетливо принялся шарить по другим карманам – Книги как не бывало. Сердце, которого он давно лишился, замерло. Давно высохшая кровь застыла в жилах. И тут юноша, тихо сидевший до этого за столом, вдруг громко расхохотался. Этот короткий веселый смешок заставил жнеца резко обернуться.

Юноша держал в руках Книгу жизни. Он легко размахивал ею, словно хвастаясь перед другом. Жнец пронзил его свирепым взглядом, и юноша послушно протянул ему Книгу.

Страницы Книги, вернувшейся к жнецу, замелькали с бешеной скоростью. Вещь, принадлежащая богам, побывала в руках человека. Это дурной знак. Быстро двигающиеся зрачки жнеца остановились. Уголок одной страницы в Книге жизни. Чье-то имя было вычеркнуто черным мазком кисти. Начиная от даты рождения до всего остального – все было стерто напрочь. Он стал человеком, которого не существует в этом мире. Жнец крепко сжал зубы, его затрясло от ярости.

А юноша как ни в чем не бывало снова расхохотался и насмешливо сказал:

– Господин жнец, что же мне теперь делать? Даже если бы я хотел последовать за вами в загробный мир, вы ведь не можете позвать меня по имени. Вот же неудобство! Но что поделать, в жизни бывают моменты, когда все идет не по плану. Судьба, знаете ли, такая штука. Наверное, ваша судьба состояла в том, чтобы быть обманутым мной и совершить такую ошибку.

Жнец подскочил, перевернув стол.

– Глупец, ты даже не осознаёшь, какую дерзость совершил! Ну что ж, мы еще посмотрим, как тебе это аукнется! Я буду наблюдать за тобой. И дождусь того дня, когда это высокомерное выражение пропадет с твоего лица и ты станешь беспомощным, как теленок! Тогда ты приползешь к богам и станешь молить их о пощаде. Будешь рыдать и каяться в том, что натворил.

Безымянный юноша устало улыбнулся. Медленно подняв бутылку, он перевернул ее вверх дном. Прозрачная жидкость полилась на землю. Он вылил все до последней капли, словно в благодарность всем призракам, обитающим в этой земле. И тихо пробормотал, будто разговаривая с самим собой:

– Беспомощность. С этим я сталкивался уже много раз. Мне интересно другое. Какой смысл имеют боги для того, чьего имени больше нет в Книге жизни? Если я сам изменил свою судьбу, быть может, я и есть бог?

Пустая бутылка упала на землю. Тихий звон раздался в тишине глубокой ночи. Юноша поднял голову и посмотрел на жнеца. В его бледно-зеленых глазах светилось презрение, на губах застыла жестокая усмешка. У жнеца свело живот от злости, но он ничего не мог поделать.

И он решил просто наблюдать. Придет день, когда этот глупец не сможет справиться с содеянным. Он совершил грех, не понимая разницы между свободой и своеволием, грех, которым нарушил установленный порядок вещей. Этот жнец прекрасно знал, к чему приводят такие рискованные поступки. Ведь именно он был тем мальчишкой, который дерзнул отрезать рог священного Девятицветного оленя.

Жнец удалился, оставив юношу наедине с собой. Этот несчастный одинокий человек, у которого ничего не было, теперь лишился даже имени. Но от одного только осознания, что ему удалось отнять что-то у богов, он был крайне доволен собой. На губах то и дело появлялась усмешка.

Это бессмысленное воровство ужасно радовало его. Аж до слез.

Юноша поднялся и, пошатываясь, пошел прочь. Несколько капель из бутылки он, должно быть, все-таки проглотил, потому что в груди стало горячо. Вскоре он сошел с дороги, ведущей в деревню. Его шаги затерялись в высоких зарослях. Только злорадный смех не стихал еще долго.

Это был смех безумца, которому больше нечего терять.

∞

Пока Сочжу находился на грани жизни и смерти, Ёнсо искала его книжную лавку. С того дня, как они вместе побывали в той пещере, девушка больше не могла найти ее. Странно, но она не помнила, где та находится. Как только Ёнсо подходила к тому месту, где раньше был магазин, все вокруг обволакивало густым туманом, и она оказывалась на какой-то странной тропе. Сколько бы девушка ни блуждала по округе – результат был один. Она изучала онлайн-карты и даже перерыла все адресные книги в районном офисе администрации, но ничего не помогало. Не было ни единого отзыва в соцсетях. Казалось, этого магазина вовсе никогда не существовало. Ёнсо вся кипела внутри от бессилия.

На четвертый день поисков, продолжавшихся с самого утра, девушка вернулась домой совершенно вымотанная и сразу же легла спать. Ей приснился странный сон.

Ёнсо очутилась в богато убранной комнате в ханоке[13]. Обстановка была старинная. У стены стояли перламутровые шкафчики, на полу аккуратно лежали расшитые шелковые подушки. Она сидела за столиком. Во сне Ёнсо была хозяйкой этой комнаты.

Девушка посмотрела на предмет, который лежал перед ней. Это была красивая маленькая фигурка, легко помещавшаяся в ладонь. Но Ёнсо почему-то никак не могла разглядеть, какой она формы. Девушка напрягла глаза, желая понять, что же это такое. Она глубоко вздохнула и попыталась сосредоточиться.

Вещь обрела очертания. Это была резная утка-мандаринка. Ёнсо видела пару таких в книжном магазине. Вдруг в руке появилась неожиданная сила. Она схватила утку за шею и резко надломила. Как будто вымещала на ней обиду.

Раздался неприятный звук, и фигурка треснула. То, что лежало внутри, упало на пол. Так вот, значит, для чего использовали такие фигурки. Сама Ёнсо не знала об этом, но та, кем она была во сне, прекрасно понимала, что делает. Она мельком посмотрела вбок. В шкатулке с зеркальцем мелькнуло ее отражение.

Девушка была чем-то похожа на Ёнсо. На ее худом лице застыло мрачное выражение. Лишь глаза грозно сверкали. Она была твердо намерена исполнить то, к чему стремилась душа. Это желание передалось и Ёнсо. Она почувствовала, как ее переполняют бессилие и раздражение. «Чего ты хочешь? Что собираешься сделать?» – хотелось спросить Ёнсо у неизвестной девушки во сне.

Та молча подняла вещь с пола. Ёнсо не могла четко разглядеть, но заметила, что это какой-то небольшой высохший дочерна предмет. Она положила его на ладонь и нежно погладила. Движения были так легки и бережны, словно она держала драгоценность, способную изменить ее судьбу.

Девушка прошептала:

– Мы еще встретимся снова.

Вдруг она почувствовала, что рядом кто-то есть. Испугавшись, Ёнсо обернулась. Кто-то вошел в ее комнату. Она хотела было закричать, но незваный гость грубо закрыл ей рот рукой. Девушка уставилась на него широко распахнутыми глазами, но не могла увидеть, кто был перед ней. Она заметила только то, что человек был с ног до головы облачен в черное.

Все вокруг окутала непроглядная тьма. Ёнсо, барахтаясь, погружалась все глубже в черный океан.

Ёнсо открыла глаза в своей кровати. Некоторое время она не могла пошевелиться. Сон был слишком реалистичным. Казалось, она все еще находится в нем. Девушка медленно вдохнула и успокоила бешено стучавшее сердце, чтобы снова обрести связь с реальностью.

Поднявшись с кровати, Ёнсо взяла в руки утку, стоявшую на столике рядом. Она выглядела намного старее, чем во сне, но это точно была та же самая фигурка.

С тех пор как она впервые посетила ту книжную лавку, ей стали сниться странные сны. Ёнсо особо не задумывалась об этом. Сны – это отражение реальности, они всего лишь маскируют ее и повторяют в немного видоизмененной форме. И магазин просто произвел на нее глубокое впечатление, поэтому она начала видеть сны. Так считала девушка до сегодняшнего дня.

Но в этот раз все было иначе. Эмоции, которые она испытывала, пока спала, были настоящими. Хрупкая девушка из сна была очень разгневана, она отвергала свою реальность и была решительно настроена изменить ее. Ёнсо не знала, в чем дело, но отчетливо ощущала, куда стремится сердце девушки.

К тому мужчине, Сочжу. Девушка, похожая на Ёнсо, мечтала о нем. Она была твердо намерена снова встретиться с ним. В ее сердце смешались любовь и ненависть.

Ёнсо сжала ладонью шею утки. Это было глупо, но она не могла просто оставить все как есть. Казалось, девушка из сна пытается дать ей какую-то подсказку. Ёнсо сжала ладонь сильнее, и фигурка жалобно скрипнула.

Ёнсо задумалась: «Что я делаю? Зачем я ломаю эту фигурку?» И тут же ответила сама себе: «Как зачем? Чтобы снова встретиться с ним». Она сжала ладонь с такой силой, что, треснув, утка развалилась напополам.

Из фигурки выпал бумажный сверток. Тонкая бумага была намотана в несколько слоев. Ёнсо взяла сверток и нащупала внутри что-то твердое. Осторожно развернула бумагу. Желтые от старости листы отходили слой за слоем.

На последнем листе были написаны какие-то символы. Шесть древних иероглифов. Ёнсо потянулась за ноутбуком. Мощный импульс словно подталкивал ее изнутри: она должна была непременно узнать значение этих слов.

Присмотревшись к символам, Ёнсо коротко вскрикнула от удивления. Одно слово она уже видела раньше. Вскоре она узнала значения и остальных иероглифов.

Ёнсо торопливо сорвала последний слой бумаги. Наконец вещь предстала ее глазам в своем первозданном виде. Во сне она не могла четко разглядеть ее, но это точно был тот же самый предмет, что держала в руках та девушка.

Руки Ёнсо двигались сами по себе, как будто кто-то рядом подсказывал ей, что делать. Она крепко сжала предмет в ладони, ощущая кожей его сухую шершавую поверхность. Он был похож то ли на обычный кусок дерева, то ли на недоделанную рогатку. Предмет выглядел странным и непонятным, но Ёнсо точно знала, что это такое. С помощью этой вещи она сможет снова отыскать тот книжный магазин.

Надпись на бумаге гласила: «Используй рог Девятицветного оленя, чтобы попросить помощи у богов».

* * *

Стоял серый пасмурный день. По небу ходили мрачные тучи, и воздух был влажным. Погода стояла совсем не по сезону, ведь скоро должна была начаться зима. Ёнсо сожалела, что выбрала для воплощения своего плана именно такой день, но ждать она не могла. Приготовления и так отняли у нее целых три дня.

Она натянула толстый свитер. Следом – удобные штаны и походные ботинки. Теперь девушка была вполне похожа на начинающего альпиниста-любителя. Маленький рюкзак был доверху набит разными нужными для выполнения задуманного вещами. В конце Ёнсо взяла склеенную фигурку утки.

После непродолжительных сомнений девушка поставила фигурку обратно на пол. Она уже собиралась встать, но тут в глаза ей бросилась трещинка на боку утки, и сердце защемило. Ёнсо достала из рюкзака пластырь и бережно налепила его на трещинку. А затем поднялась на ноги и вышла из квартиры, оставив утку в прихожей.

Из-за мрачной погоды людей в парке почти не было. Ёнсо медленно начала подниматься в гору. Она не брала с собой никакого специального снаряжения, но благодаря тщательно подобранной одежде и обуви подниматься было комфортно.

Сегодняшнее восхождение совершенно отличалось от того, когда Ёнсо впервые забралась на эти скалы. Тогда она была в кедах, упрямо шла неизвестно куда и заблудилась. Вспоминая об этом, девушка все еще чувствовала себя жалкой, но зато теперь она понимала, что именно та цепочка событий привела ее в книжный магазин.

Ёнсо остановилась перед табличкой с картой маршрута для новичков и огляделась. Вокруг не было ни души. Девушка сделала глубокий вдох и сошла с тропы.

К своему облегчению, на этот раз Ёнсо не заблудилась. Она шла так быстро, что даже немного запыхалась. Это была скорость, с которой человек идет, когда точно знает, куда направляется. Не прошло и получаса, как показалась та самая скала. Серый гранит почти сливался по цвету с хмурым небом, и пейзаж от этого выглядел еще мрачнее.

Ёнсо подошла поближе. Ветер был слишком сильным, поэтому забираться на самую вершину она не стала. Выбрав удобное местечко, девушка села на землю и достала приготовленные вещи. Чашки для риса, рис быстрого приготовления, маленькую бутылку воды и отрезанный рог оленя. Ёнсо аккуратно разложила предметы на чистом полотенце. Налила воды в пустую чашку. По сравнению с алтарем из того рассказа ее стол выглядел неказисто, но, как говорится, искренностью можно и небеса впечатлить. Ёнсо надеялась, что сможет получить то, что хочет, если будет всем сердцем желать этого.

Она сложила руки, закрыла глаза и принялась горячо молиться про себя: «Боги, прошу вас, помогите! Я хочу хотя бы раз по-настоящему поблагодарить его. Я многого не смогла сказать в этой жизни, но хочу сказать хоть что-то, пожалуйста. Я никогда не просила вас о помощи. Если уж в последнее время и так начали происходить магические вещи, сделайте для меня одно последнее волшебство, прошу».

Но ничего не произошло. Ёнсо зажмурилась. Рог застучал по земле, его чуть не унесло ветром. «Ох!» – воскликнула девушка и поспешно схватила его. Вода в чашке тоже пошла мелкими волнами. Ёнсо прикрыла ее дрожащей рукой. Неужели это был неправильный способ? Она немного подумала и вытащила из рюкзака последнюю вещь.

Среди древних обычаев имелось несколько способов общения с богами. Одним из них как раз и был обряд жертвоприношения, предполагающий приготовление стола с угощениями. Но был еще один довольно простой способ. Изначально распространенный в культуре викингов, этот обряд иногда проводился и в Корее после похорон. Это была традиция, известная по всему миру с самых древних времен.

Ёнсо достала зажигалку. Она попробовала разжечь огонь, но сильный ветер тут же погасил его. Девушка вылила из чашки воду, вытерла ее насухо и положила на дно рог оленя. Затем достала заранее приготовленную страницу газеты и поднесла к ней зажигалку.

На этот раз она нервничала сильнее, чем когда накрывала стол. Может, потому, что пламя обладает более разрушительной силой? Чувствуя, как громко стучит сердце, Ёнсо опустила большой палец на колесико зажигалки.

– Ты с ума сошла?

Кто-то резко схватил ее за руку. Это был тот мужчина в черной одежде, которого она видела в магазине. Его и без того обычно свирепое выражение лица сейчас казалось просто зверским.

– Поджарить его на обед решила? Еще и рис приготовила… Оголодала совсем, что ли? Закуску себе нашла? А ты не в курсе, что разводить огонь в горах опасно? Про закон об охране леса не слышала?

Обвинения продолжали сыпаться на нее, как пулеметная очередь, но Ёнсо не могла вымолвить ни слова в свою защиту. Она лишь растерянно стояла и слушала, как ее отчитывают. Однако вскоре девушка тоже вспылила. Когда мужчина язвительно поинтересовался, почему она ловила ворон на уроках по безопасности жизнедеятельности, это задело ее. Ёнсо всегда была примерной ученицей и прекрасно помнила все правила, в том числе и пожарной безопасности, еще со времен начальной школы.

– Я тоже понимаю, что это опасно. Я не дурочка, просто мое дело не терпит отлагательств. И я пришла сюда не просто так, у меня все приготовлено заранее!

Ёнсо резко потянула за лямку свой рюкзак. Тонкая ткань оставила дорожку на земле. Девушка расстегнула молнию и стянула ткань, словно снимая обертку с мороженого. Взгляду мужчины явились яркий цвет и гладкая поверхность. Это был огнетушитель.

Мужчина в черной куртке пораженно смотрел на Ёнсо. Затем он устало приложил ладонь ко лбу и поинтересовался:

– Украла, что ли?

– Что вы такое говорите? Купила в интернете.

– Хочешь сказать, ты купила трехкилограммовый огнетушитель, чтобы таскать с собой по горам?

– Да. Мне тоже было страшно. Вот и решила подстраховаться.

Мужчина недоверчиво поднял одну бровь, всем своим видом вопрошая: «Разве человек, которому страшно, натворит такое?» Он открыл рот, чтобы добавить что-то еще, но передумал и просто тяжело вздохнул. Словно показывая этим, что ему больше нечего сказать.

Внезапно он наклонился и схватил лежащий в чашке рог. Испугавшись, Ёнсо тут же протянула к нему руку. Она изо всех сил прыгала, пытаясь дотянуться до рога, но ее рост был слишком мал. Девушка упорно продолжала подпрыгивать, и губы мужчины растянулись в насмешливой улыбке.

Не вытерпев, Ёнсо закричала:

– А ну отдайте!

– Ты, должно быть, не в курсе, но это вообще-то принадлежит мне. Разве по правилам приличия не положено вернуть вещь хозяину, после того как воспользовался ею?

– Я еще не воспользовалась, не успела! У меня пока ничего не получилось, это смертельно бесит!..

– Не упоминай при мне смерть. Это меня раздражает, потому что напоминает о работе. Ты же молилась о том, чтобы тебе помогли найти книжную лавку. Разве нет?

Ветер бил по ушам. Ураганные порывы завывали где-то вдалеке, но воздух сотрясался совсем рядом. Ёнсо перестала прыгать и ошарашенно смотрела на мужчину, хлопая глазами. Откуда он узнал, о чем она молилась? Стоял позади и наблюдал за ней? Что ж, и такое возможно. Но что-то подсказывало Ёнсо, что дело не в этом.

Все еще пребывая в замешательстве, девушка как можно жестче спросила:

– Вы что… услышали мою молитву?

Мужчина усмехнулся и ответил:

– Ты же просила о последнем волшебстве?

* * *

Дорога вниз с горы была намного легче. Технически говоря, дороги и не было. Стоя у скалы, Ёнсо взяла мужчину за протянутую руку и сделала шаг вперед.

И внезапно оказалась прямо перед книжной лавкой.

Пейзаж перед глазами переменился так мгновенно, что Ёнсо открыла рот от изумления. Неужели она стала свидетельницей применения настоящих суперспособностей, телепортации? В голове промелькнули мысли о научной фантастике. Девушка посмотрела на мужчину полными любопытства глазами.

Он, видимо неверно истолковав ее взгляд, резко ответил:

– Чего пялишься? Пешком я, что ли, должен был идти с такой ногой? И вообще, все жнецы смерти обычно передвигаются, сжимая землю.

Жнецы смерти? Сжимая землю? Это же слова из фантастических романов. Решив проверить, не сон ли это, Ёнсо ущипнула себя за щеку. Больно. На этот раз она не падала со скалы и не спала. Это была совершенно явная отчетливая реальность.

Ёнсо повернула голову. Магазин, который она так отчаянно искала, находился прямо перед ней. Но он выглядел совсем не так, как она ожидала. Дело было даже не в его виде. В этом здании всегда чувствовалось что-то живое. Нечто слабое и тихое, но заметное глазу. Эта книжная лавка наводила на мысли о живом организме. Огромное животное, заснувшее в виде здания, хранящее в себе множество древних секретов. Мираж, который появился в результате бесчисленного повторения старых сказок. Что-то вроде того.

Но теперь ничего живого не ощущалось. Всего за несколько дней магазин оказался полностью обвит толстыми стеблями пуэрарии. Зеленые стены, раньше напоминавшие шелковый мох, пошли трещинами, некоторые уже рухнули. Стебли закрыли собой дверь, и ее было невозможно отпереть. Сквозь разбитые окна виднелась лишь кромешная тьма.

От книжной лавки, похожей на теплый дневной сон, теперь остались только обломки, словно из нее вытянули дыхание жизни. Но что тогда сталось… с ним, с этим человеком, с хозяином магазина? Ёнсо охватило дурное предчувствие. Она повернулась к мужчине в черном, чтобы спросить у него, но тот заговорил первым:

– Он внутри.

Это очень плохо. Почему он находится внутри лавки, у которой даже двери не открыть? «С каких пор?» – пронеслось в голове у девушки.

Она обеспокоенно спросила:

– Как мне его найти?

Мужчина пристально посмотрел на нее. И поинтересовался, будто лишь из любопытства:

– И что ты собираешься делать, когда найдешь?

– Что?

– Ты абсолютно бессильна. Всего лишь человечишка, ничего не знаешь даже о собственном будущем. Жила себе несчастная, а теперь еле освободилась от своей жалкой судьбы, и то с чужой помощью. Посмотри туда. Думаешь, тебе хватит силенок тягаться с этим?

Он ткнул указательным пальцем в сторону магазина. Стебли, овивавшие стены, явно были необычного происхождения. Ёнсо понятия не имела, какая сила создала их.

В словах мужчины было зерно истины. В другой ситуации Ёнсо бы долго думала, прежде чем подобрать подходящий ответ. Однако, как бы это ни было странно, на этот раз она сразу знала, что ему сказать.

Ни секунды не сомневаясь, девушка произнесла:

– Я отведу его в безопасное место. Нельзя оставлять его здесь.

– Ты не поняла, что я сказал. Ну что ж, объясню попроще. Это стихийное бедствие. Разрушительная сила, перед которой равны все смертные. Этот дурак обратил на себя гнев богов. Нарочно или нет – уже неважно. Итог один: силы природы смели его с пути, а ты слишком слаба. Допустим, каким-то чудесным образом тебе удастся вытащить его оттуда. Думаешь, хоть где-то на этой земле вы будете в безопасности?

В конце своей речи он кивнул в сторону лавки. Здание пришло в такой вид всего за несколько дней, какая тут безопасность? Но внимание Ёнсо уцепилось за другие слова. Гнев богов. Она знала историю о мальчике, который стал несчастным по той же причине.

Мальчик, который не смог справиться с удачей, дарованной ему судьбой. Мальчик, потерявший все из-за одной маленькой ошибки. Главный герой самой первой сказки, которую Ёнсо услышала в этом книжном магазине. И этот мужчина, равнодушно заявивший, будто рог Девятицветного оленя принадлежит ему.

Ёнсо спокойно поинтересовалась:

– Это же вы тот мальчик, который отрезал рог у Девятицветного оленя?

Мужчина изогнул бровь.

Прежде чем он успел разозлиться, Ёнсо торопливо продолжила:

– Вы собственными руками прогнали свою удачу. Если бы вы просто ничего не делали и спокойно подождали, то могли бы стать принцем и жить счастливо со своей семьей. Так что я то же хочу спросить у вас. Почему вы это сделали? Зачем пошли искать оленя?

– Я смотрю, в этой жизни ты на удивление бесстрашная. Разве ты не поняла до сих пор, чем я занимаюсь? Да, это я отрезал тот рог. И в наказание за это теперь путешествую между миром живых и миром мертвых. Я божество, которое приносит людям смерть. Тот, кого вы обычно зовете жнецом смерти.

– Я знаю.

– И все равно так себя ведешь? Помереть захотела?

Из его уст эта фраза прозвучала по-особенному.

Ёнсо смело посмотрела ему в глаза и покачала головой:

– Нет. Я понимаю ваш выбор.

– Самая мерзкая вещь, которую я сегодня слышал. С какой это стати ты решила меня понимать? Да еще и без моего разрешения?

– Я сочувствую вам, но и себе тоже. Извините, конечно, но ваше разрешение мне для этого не нужно. И я понимаю, почему вы тогда поступили именно так. Вы были маленьким и слабым. Нельзя давать человеку, который голодал несколько дней, жирную пищу. Он не сможет ее переварить. У вас не было сил, чтобы справиться с удачей, которая так неожиданно свалилась на вас.

Он смотрел на нее сверху вниз круглыми от удивления глазами. Ёнсо не дрогнула.

– И что ты хочешь этим сказать?

– Вы ведь боялись хотя бы не попробовать? Беспокоились, можно ли вам быть таким счастливым, достойны ли вы этого. Потому что вам нечем было доказать это самому себе. – Ёнсо почему-то вспомнила себя в прошлом. Каждый раз, когда кто-то ей хоть немного нравился, она начинала бояться и переживать. Пыталась самостоятельно оценить, действительно ли она достойна этого человека. Но на самом деле в этом не было никакого смысла. – Я знаю, что это было уже очень давно, но дам вам один совет. Не думайте об этом. Когда-нибудь ваша жизнь внезапно может стать лучше. Или хуже. Важно другое.

Ёнсо говорила, а мужчина почему-то чувствовал боль в ноге. Рана на лодыжке зажила давным-давно, так что жжение было фантомным.

Ёнсо закончила свою мысль:

– Давайте не будем позволять сомнению лишать нас того, чего мы достойны.

Мужчина не проронил ни слова. Завершив свою пылкую речь, Ёнсо внезапно забеспокоилась, не слишком ли она увлеклась. А вдруг она спровоцировала его на что-то опасное? Этот мужчина и без того выглядит так, будто может проглотить человека живьем.

Притворяясь невозмутимой, Ёнсо исподтишка наблюдала за реакцией мужчины. Он о чем-то глубоко задумался, глядя вдаль. Испугавшись, как бы он не разозлился, девушка осторожно отступила на шаг назад.

– Эй!

В его голосе не прозвучало ни злости, ни радости. Ёнсо дрожала от страха, но все равно постаралась ответить как можно тверже. Ведь трусишки тоже умеют злиться.

– Почему вы все время такой грубый? Что за «эй»? У меня вообще-то тоже имя есть. Хо Ёнсо.

– Ты же слышала мою историю. Сказала, что понимаешь. Думаешь, сама бы ангелочком выросла после такого?

– Не все становятся грубыми только потому, что оказались в сложной ситуации. Для этого в обществе и существуют правила и образование. Если собираетесь так себя вести, я тоже буду обращаться к вам как захочу!

– И как это?

– Черныш! – ляпнула Ёнсо, упрямо задрав подбородок. Как будто подзывала домашнюю собачку. Взрывоопасный мужчина снова разразился бесконечными ругательствами.

Мощный тайфун его ярости долго рвал и метал все вокруг, и, только когда он немного успокоился, разговор продолжился.

– А вы не будете спрашивать, где я нашла рог оленя?

– Я и сам знаю. В утке.

– Что?

Ёнсо думала, что он все это время искал рог оленя. Ведь именно этот предмет изменил всю его жизнь. Как бы то ни было, для него эта вещь была очень важна. Он бы не оставил ее где попало.

Если он знал, где находится рог, то почему не забрал его, не уничтожил или не вернул его оленю? Ёнсо посмотрела на мужчину полным любопытства взглядом.

– И ничего-то ты не знаешь. Для меня эта штука больше не имеет смысла. Я потерял рог почти сразу после того, как заполучил. А потом ты нашла его и отдала мне…

– Я?

– Да, ты. Давным-давно, в одной из прошлых жизней.

Сердце забилось быстрее. Прошлая жизнь. Жизнь до перерождения. Она смутно понимала это, еще когда ей приснился тот странный сон. Но если это правда… Кое-что беспокоило Ёнсо.

Во сне Ёнсо страстно желала того мужчину. Это были сильные пламенные чувства. Но, судя по обстановке, прошлая Ёнсо жила по меньшей мере несколько столетий назад. Как же он может оставаться прежним? Неужели он не стареет и не умирает?

Ёнсо вопросительно посмотрела на жнеца, но тот лишь пожал плечами. Словно предлагая ей разобраться самой. Девушка подумала, что вряд ли сможет узнать от него что-то еще. Она повернулась к магазину и принялась искать способ, как ей попасть внутрь. Вдруг в голове промелькнула еще одна мысль.

– Я в прошлой жизни… Почему я отдала вам эту вещь?

– Ты сказала, что хочешь встретиться кое с кем, и просила помочь. Так же, как и сейчас. Этот рог все равно не был мне нужен, так что мне было без разницы. Но я помог, потому что меня удивила твоя смелость. И это же относится к тебе и сейчас.

– Но почему? Почему я хотела встретиться с ним?

Мужчина смерил ее оценивающим взглядом.

– Тебе интересно, что вас связывает?

Да, ей было интересно. Исходя из того, что Ёнсо услышала от жнеца, в прошлой жизни она отчаянно хотела встретить этого мужчину, даже переродившись. В чем же причина? Если дело в любви, тогда всё в порядке. Но что, если это была ненависть? Ведь их могла связывать глубокая вражда. Любовь и ненависть – две стороны одной медали. Оба эти чувства возникают из самой глубины сердца. Во сне Ёнсо испытывала сложные эмоции. Любовь и ненависть крепко переплелись в ее страждущей душе.

Мужчина, безмолвно стоявший рядом, подошел к двери книжной лавки. Он сделал легкий взмах рукой, и толстые стебли, которыми была опутана дверь, превратились в черный пепел и осыпались на землю. Это было похоже не на разрушение, а на естественный природный процесс. Затем он вынул что-то из кармана куртки. Багряный цветок дицентры и обвязанный лентой черный кувшин. Вручив их Ёнсо, он сказал:

– Первым ты уже знаешь, как пользоваться, а второй поможет тебе сам, когда придет время. А теперь иди и узнай остальное сама. Это твое дело.

Дверь отворилась, и перед Ёнсо разверзлась черная бездна. Свет, проникающий в магазин снаружи, растворялся на расстоянии одного шага от проема. Встав на пороге непроглядной тьмы, Ёнсо обернулась и в последний раз посмотрела на неприветливого мужчину. Он тоже смотрел ей вслед, скрестив руки на груди, но больше не проронил ни слова.

Ёнсо кивнула, словно отвечая на безмолвное прощание, и вошла внутрь. Ее хрупкая фигурка мгновенно растворилась в темноте. Оставшийся позади мужчина долго смотрел ей вслед, а затем тихо проворчал:

– Ну давай, удачи. Попробуй сразиться с судьбой. Может, и будет толк от того, что ты вечно не слушаешь, что тебе говорят.

Он вынул из кармана отрезанный рог оленя. Этот мужчина тоже долго проклинал свою судьбу. Но он жил уже так долго, что все чувства притупились. Возможно, поэтому судьба этого нахального человечишки была ему небезразлична. Глупец, собственными руками вычеркнувший свое имя из Книги жизни. Он чувствовал странную близость с этим дураком. Потому что и сам всегда хотел дать отпор этим великим силам, в чьих руках находятся судьбы всего мира.

Но однажды у этого человечишки появилась пара – девушка, во всем похожая на него. Судьба связала их крепкими нитями. Она нахально разглагольствовала перед ним, объясняя что-то про надежду, а потом бесстрашно отправилась в кромешную темноту. Два сапога пара, наглые людишки.

Рог оленя, который он держал в руке, превратился в разноцветный пепел и растаял в воздухе. Давным-давно, когда мужчина все еще пылал от возмущения и несправедливости, он украл его снова. А теперь рог, который вызвал столько беспокойства в человеческом мире без особого толка, наконец вернулся на свое место. К несчастному невинному оленю.

На лице мужчины появилась спокойная улыбка. Он развернулся и медленно зашагал прочь. Пришла пора снова сопровождать очередную душу туда, где ей надлежит быть.

* * *

Свет в магазине был слабым и еле заметным. Виднелись только очертания предметов. Ёнсо на ощупь осторожно шла вперед. К ее облегчению, на пути не встретилось никаких препятствий, и она спокойно попала внутрь.

Но не прошла она и нескольких шагов, как ей пришлось остановиться. Ёнсо помнила, что на этом месте раньше находился арочный проход, однако ничего подобного впереди не наблюдалось. Не было ни следа присутствия человека. Ёнсо прислонилась спиной к стене и огляделась. Тьма вокруг сгустилась. Теперь даже очертания предметов казались размытыми.

Ее охватило дурное предчувствие. Девушка выставила вперед руку и поводила ею в пустоте, словно протирая стекло. Ничего не было. Пустота вокруг была настолько непредсказуемой, что Ёнсо почувствовала, как закололо подушечки пальцев. Она быстро прижала руку к себе. По телу пробежали мурашки. Девушка торопливо попыталась снова нащупать стену за спиной.

Но и позади ничего не было. Там, где только что была стена, зияла голая пустота. Не успев ничего осознать, Ёнсо оказалась в одиночестве посреди бездны. Вокруг нее были только чернота и глубина. Темнота, казалось, вот-вот засосет ее в себя. Девушка не могла двинуться с места и не знала, чего ждать.

Ёнсо медленно опустилась вниз и нащупала пол. Что ж, она и не надеялась, что будет легко. Девушка принялась искать путь к двери, в которую вошла. Взяв ее за ориентир, она собиралась двигаться дальше.

Ёнсо несколько раз покрутилась на одном месте. Вокруг ничего не было. Она сделала несколько шагов и снова вытянула руку. Опять пустота. Ужас понемногу стал просачиваться сквозь кожу. Девушка выпрямила спину, чтобы избавиться от напряжения.

Внезапно, словно луна, разгоняющая облака, перед ней возникла та девочка. Она появилась неизвестно откуда, в мгновение ока. Девочка выглядела не так, как в прошлый раз: ее черные раньше волосы теперь переливались серебром. Она была одета в белое платьице и казалась холодной, как снег в горах. От нее самой будто исходило ледяное сияние.

Увидев девочку в таком виде, Ёнсо мгновенно поняла, кто стоит перед ней. Если тот мужчина был героем первой истории, то эта малышка должна быть девочкой из второй сказки. Маленькое божество, с которым приключилось несчастье, – Окто.

Окто подошла к Ёнсо и сказала без всякого выражения:

– Привет.

– Ты…

– Да. Я тоже не человек. Черныш, должно быть, тебе уже все рассказал?

Окто указала маленьким пальчиком на карман брюк Ёнсо. Из него торчал цветок, от которого исходило слабое сияние. Это был багряный цветок дицентры с четырьмя лепестками.

Окто резко потребовала:

– Дай его сюда.

– …

Ёнсо не знала точно, для чего нужен этот цветок. Однако в этой ситуации и трехлетний ребенок понял бы, что это очень важная вещь. Она торопливо накрыла бутон рукой и ответила:

– Нет. Это…

– Я не спрашивала твоего мнения.

Темнота обхватила запястья Ёнсо. Что-то похожее на змею в мгновение ока опутало ее с ног до головы. Испугавшись, девушка дернула рукой, но было уже поздно. Мощная сила уже сковала ее тело, поднимаясь снизу вверх. Вот она уже сдавила ей горло. Постепенно неизвестная сила явила ей свою форму. Это были такие же стебли пуэрарии, что разрушали стены магазина снаружи.

Стебли так крепко сжимали ее, что Ёнсо не могла дышать. Это была такая мощь, что сопротивляться ей было невозможно. Девушка слабо застонала при мысли, что вскоре задохнется и умрет. Вдруг ее ноги оторвались от пола. Казалось, земля сама удаляется от нее. Ёнсо уже не понимала, что происходит, она ощущала только мучительную боль.

Однако девушка не собиралась сдаваться так просто. Она изо всех сил засучила ногами в воздухе. Попыталась высвободить связанные руки. Но со стороны Ёнсо выглядела всего лишь как маленькая бабочка, застрявшая в паутине. Ее безуспешные старания вызвали бы у стороннего наблюдателя лишь жалость.

От резких движений кувшин, болтавшийся у нее на ремне, упал. Он с грохотом приземлился на пол, крышка откатилась в сторону. Из узкого горлышка посыпалось бесчисленное количество черных теней. Они были похожи не то на рой мух, не то на стаю ворон. Девушка не знала, что это, но понимала, что они несут с собой гибель.

Жуткие существа накинулись на темноту. Черная бездна на мгновение явила свой облик. Повсюду были стебли пуэрарии. Жадные хищники поглотили все стебли до последнего – и только тогда их засосало обратно в кувшин.

Темнота рассеялась, и книжный магазин обрел свой прежний вид. Кругом царил беспорядок, но сильных разрушений не было. В разбитое окно проникали лучи алого заката. Скоро наступит звездная ночь.

Освободившаяся от стеблей Ёнсо с трудом откашливалась, сидя на полу. Горло горело. Потирая себя за шею, она подняла голову и увидела девочку. Та нахмурила брови и казалась очень злой.

– Это же демоны из ада. Черныш тебе их дал? – спросила Окто, крепко сжав зубы от ярости.

Голодные демоны пожирают все живое. Духи, которые заправляют миром мертвых, могут легко справиться с ними, но для божеств из этого мира это не так просто. Особенно для богов созидания. Таких, как Окто.

Не в силах сдержать гнев, девочка всплеснула руками и обиженно сказала:

– Почему вы меня не слушаетесь? Вы же такие слабые! Вас может погубить всего лишь взмах моего мизинца. Отчего вы так желаете заполучить силу богов? У вас ведь и так есть много всего интересного. Я всего лишь хотела, чтобы вы были счастливы! Ведь тогда вы будете играть со мной!

Окто разрыдалась и громко захлюпала покрасневшим от слез носом. Не в силах выдержать эту картину, Ёнсо с трудом подняла свое измученное тело с пола и поковыляла к девочке, чтобы обнять ее. Она почувствовала слабое тепло, исходящее от Окто, – такое же, как и в прошлый раз, когда та сидела у нее на коленях, слушая истории.

– Прости нас. Прости за то, что мы такие слабые… – прошептала Ёнсо.

Эта девочка была опасным существом. Но Ёнсо было безгранично жаль ее. Она всего лишь любила людей и была одинока из-за этого. Окто казалась ей маленьким ребенком, которому причиняли слишком много боли.

Ёнсо похлопала девочку по спине, словно утешая плачущее дитя. Вскоре всхлипы прекратились, и Окто притихла. Ёнсо напоследок прижала ее к себе покрепче и отпустила. Глаза девочки светились пурпурным цветом. В них все еще стояли слезы, и взгляд маленького божества казался совсем прозрачным.

Окто прикоснулась пальчиком ко лбу Ёнсо. Девушка не стала уклоняться. Она знала, что теперь ей не причинят вреда. От той точки, где до лба дотронулся маленький пальчик, понемногу начало разливаться тепло.

Ёнсо закрыла глаза. Под сомкнутыми веками поплыли образы. Размытые картинки, похожие на старые фотографии. Они распускались перед ней постепенно, как созревшие бутоны. Это были воспоминания из прошлых жизней.

Та самая скала. Последний миг той жизни. Ёнсо собирала кусочек за кусочком, как мозаику. Ночь была темная, листья деревьев трепетали на ветру. На травинках застыли капельки росы. Она летела со скалы навстречу смерти. Сетуя на эту несчастную, печальную жизнь…

Ёнсо снова открыла глаза.

– Это сделал Сочжу, – тихо прошептала Окто. И с плаксивым выражением лица проворчала: – Сочжу хочет искупить вину перед тобой. Потому что в прошлой жизни ты умерла из-за него. На этот раз он изменил твою судьбу. Сделал тебя счастливой, заплатив за это свою цену. Тот цветок, помнишь его?

Если бы Окто не пронзила грудь Сочжу своими стеблями, какой-нибудь другой бог изобрел бы для него еще более ужасное наказание. Иногда жестокость богов не знает границ. Окто это было хорошо известно, и, схватив Ёнсо за руку, она умоляюще зашептала:

– Поэтому уходи… Теперь ты можешь быть счастливой. Понимаешь?

– Какую цену он заплатил?

– Не спрашивай об этом! Не надо!

Несмотря на отчаянную просьбу девочки, Ёнсо лишь упрямо покачала головой. Воспоминания о прошлой жизни только утвердили ее в своем решении. Что-то внутри, из самой глубины ее сердца, кричало, что она непременно должна встретиться с этим мужчиной. У них еще оставалось нерешенное дело.

– Прости. Я хочу узнать все до конца и сделать выбор сама. Всё в порядке, даже если он причинил мне боль. Это ведь моя жизнь, мое дело. Я не могу просто забыть обо всем и жить в неведении.

– А что, если боль и печаль будут такими сильными, что ты не сможешь с ними справиться?

– Тогда ты меня утешишь. – Ёнсо утерла слезы со щек девочки и, улыбнувшись, продолжила: – А потом мы вместе почитаем. Я покажу тебе то, что я написала. Станешь моим первым слушателем, хорошо?

Ёнсо поднялась и направилась в глубь магазина. Теперь она знала, где находится тот мужчина. Она открыла дверь, ведущую в волшебный сад. И побежала вперед.

Ёнсо уже скрылась из виду, а Окто все еще негодовала. Девочка попыталась безразлично тряхнуть плечами, но тут же с размаху обиженно плюхнулась на пол. И негодующе забормотала, используя подслушанную где-то фразу:

– Вот ведь дураки! Молодо-зелено… Тьфу!

Она еще долго возмущалась во весь голос, как вдруг рядом что-то зашуршало. Прямо перед девочкой откуда ни возьмись появилась маленькая белоснежная мышь. Подобравшись прямо к цветочному бутону, она запищала, словно пытаясь что-то сказать.

Окто ответила:

– Но я не могу ничего поделать, Маго. Люди такие слабые, а я так их люблю. Мы ведь друзья…

Мышь потерлась мордочкой о ладонь девочки, словно пытаясь утешить ее. Почувствовав легкое тепло, Окто посмотрела на дверь, за которой скрылась Ёнсо. Гостья, которая приходила в эту лавку в каждой своей новой жизни. В этот раз ее объятия снова были нежными и мягкими, как всегда.

Так было и раньше. И когда она была согбенной старухой, и одноруким солдатом, и скромной девушкой. В каждой новой жизни гостья обнимала Окто. Ее объятия всегда были полны любви и заботы. Девочке нравилось это. Нравилось настолько, что она с нетерпением ждала каждого ее перерождения.

Окто тяжело вздохнула. Ее возраст был почти равен возрасту этого мира, но ей все еще приходилось терпеливо ждать. Человек, который катал ее на плечах и угощал сладкими медовыми ттоками. Ее самый первый друг. Человек с уродливым перекошенным лицом, который всегда улыбался как дурак. Окто посмотрела на луну, сиявшую на ночном небе, и прошептала:

– Когда же ты вернешься? Я скучаю…

* * *

Сад тоже выглядел ужасно. Стебли пуэрарии разворотили всю землю и разбили скалу на осколки. Повсюду лежали вырванные с корнем цветы и сломанные фонарики. Ёнсо застыла на месте, не зная, что делать. Если она снова выпустит демонов из кувшина, чтобы они съели стебли, то пещера может и вовсе обрушиться.

Выбора не было. Ёнсо потуже затянула шнурки на походных ботинках и зашагала прямо по извивающимся по земле толстым побегам. Она направлялась к деревянной беседке, которая виднелась вдали. В последний раз она оставила его именно там. Какая-то могучая сила тянула ее вперед, словно перелетную птицу, которая всегда возвращается домой. Он там. Он все еще там.

Пробираясь через колючие заросли, Ёнсо упрямо двигалась вперед. По пути в ее голове роилась туча вопросов к этому мужчине: «Кем мы были друг для друга? И кем можем стать?» Ей так много хотелось спросить у него, но девушка тряхнула головой, чтобы избавиться от назойливых мыслей. Сейчас ей нужно было сосредоточиться только на том, чтобы найти его.

Она уже добралась до ручья, до беседки было рукой подать. Ёнсо выглянула из-за густых стеблей. У столбов беседки смутно виднелась человеческая фигура. Девушка пригляделась. Что-то белело на земле. Подол плаща, который он всегда носил, не снимая. Ёнсо заторопилась.

На том месте, где пролегал мостик через ручей, теперь вились несколько толстых стеблей. От моста остались одни обломки. Ёнсо закатала штанины и полезла в воду. Ручей можно было перейти всего за двадцать шагов.

Она сделала примерно двенадцать – и лодыжку вдруг пронзила жгучая боль. Девушка задрала ногу и увидела, что в кожу впился осколок сломанного моста. Из глубокой раны полилась кровь. Но у Ёнсо не было времени даже налепить пластырь. Она опустила раненую ногу обратно и сделала шаг вперед. Вода мгновенно окрасилась в алый.

Девушка сама не поняла, как у нее получилось забраться на скалу. Там еще проглядывалась тропинка, поэтому она взбежала наверх на одном дыхании. Рану жгло. Дыхание сбилось. Тело казалось таким тяжелым, будто кто-то тянул ее назад. С трудом волоча ноющую ногу, Ёнсо наконец достигла беседки. Осматриваться было некогда. Она торопливо обогнула столб и встала перед мужчиной.

Он сидел, прислонившись спиной к столбу, и был, как всегда, тих и спокоен. С первого взгляда казалось, что он просто заснул. Волосы падали на лоб, а за ними виднелись закрытые глаза. Мужчина, похожий на лесного духа и иногда вызывавший этим у Ёнсо дрожь по всему телу, сейчас выглядел умиротворенным, словно ангел.

Ёнсо подошла поближе и села рядом. В нос ударил металлический запах. Его белая рубашка была насквозь пропитана алой кровью. На груди зияла рана величиной с кулак. Никто не остался бы в живых после такого ранения. В уголках его губ тоже запеклись капельки крови. Девушка попыталась стереть их, но они тут же потекли вниз.

Оставался только один способ. Ёнсо достала из кармана цветок. Четыре лепестка дрожали, словно капельки утренней росы. Она взяла Сочжу за руку. Его ладонь была пугающе холодной, а рука свисала плетью. Девушка вложила цветок в пальцы Сочжу. И прижала бутон прямо к ране на груди.

Ничего не происходило. Ёнсо убрала свою ладонь, и рука Сочжу бессильно упала вниз. Цветок выпал на землю. Она подняла его и вложила обратно. Ее переполняло волнение.

Ёнсо уложила мужчину, который до сих пор был без сознания, на землю. И снова вставила в его руку цветок. Лежа с бутоном на груди, он казался мертвым, и по лицу Ёнсо покатились слезы. Как он предлагает ей жить счастливо, если сам лежит здесь вот так? С какой стати он решил, что имеет право исправлять ее судьбу? Девушке хотелось схватить его за плечи и потрясти, чтобы разбудить, но она, с трудом сдержавшись, лишь тихо прошептала:

– Проснись, пожалуйста. Я хочу выслушать твои оправдания. Мне так много всего нужно у тебя спросить. Кем мы были друг для друга в прошлой жизни? Что ты со мной сделал? Я действительно умерла из-за тебя?

Ей было что сказать и помимо этого. «Я не знаю, какими были наши отношения в прошлой жизни, но в этой ты мне очень нравишься. Спасибо, что помог мне. Благодаря тебе теперь я могу заниматься тем, чем всегда хотела. Так что, пожалуйста, вернись ко мне. Я ведь вернулась к тебе». Утирая слезы, Ёнсо продолжала горячо шептать ему на ухо.

Лепестки цветка вдруг засияли. Казалось, пещеру озарил еле заметный свет фонаря. Свет, который указывает дорогу странникам, сбившимся с пути. Вскоре закрытый бутон постепенно распустился. С каждым новым лепестком свет проникал в бездыханное тело.

После первого лепестка срослись кости. После второго кровь потекла по венам. Третий затянул рану, а четвертый – вернул дыхание.

На мертвенно-бледном лице появились краски. Тонкие веки затрепетали, и мужчина открыл глаза. Светло-зеленые зрачки двигались из стороны в сторону, словно оценивая обстановку. Вскоре он заметил рядом с собой Ёнсо, и его взгляд остановился на ней. В растерянном взгляде читалось, что он не знает, что сказать. Несколько мгновений он молча смотрел на нее, но затем на губах расцвела мягкая улыбка:

– Я ждал вас.

– Ждали? Не смешите меня! Вы же умирали с огромной дырой в груди!

Удивившись такой бурной реакции Ёнсо, Сочжу издал короткий стон. Он приподнялся с земли, оперся спиной на столб и ощупал грудь, на которой не осталось и шрама от недавно зияющей раны. Казалось, он все еще чувствует энергию цветка, влившуюся в его тело.

С задумчивым выражением лица Сочжу сказал:

– Воскрешающий цветок. Жнец смерти… то есть мой постоянный посетитель, это он дал вам его?

– Да, он самый. Страшный жнец смерти дал мне этот цветок.

Глаза Сочжу расширились от удивления. Ёнсо оставалась серьезной. Видя, что она не собирается отступать, мужчина осторожно продолжил:

– Для писательницы вы пользуетесь довольно избитыми выражениями.

– Это не метафора, а самая что ни на есть правда. Я тороплюсь, так что спрошу прямо. Вы тоже не человек? А кто тогда? Девятихвостая лисица? Вампир? Может, вы молодеете, когда съедаете человеческую печень или пьете кровь? Поэтому вы убили меня в прошлой жизни?

Сочжу тяжело вздохнул и закрыл лицо руками, словно устав слушать подобные бредни.

– Но такого же не бывает. Где вы этого нахватались? – тихо пробормотал он себе под нос.

Ёнсо была настроена решительно.

– Тогда кто вы? Даже не вздумайте мне лгать. И ваши глупые попытки напугать меня тоже больше не работают. Слишком много всего случилось за короткое время. Я стала сильнее.

Он снова вздохнул, на этот раз признавая свое поражение. И вдруг резко протянул руку, указывая в сторону ручья. Поверхность воды слегка забурлила, словно реагируя на призыв. Несколько капель превратились в бабочек и подлетели к нему. Сочжу смочил бабочками-каплями носовой платок и утер кровь с лица. Убрать пятна с рубашки ему не удалось, но все равно смотреть на него стало гораздо приятнее. Ёнсо, казалось, это ничуть не удивило.

– Я так и знала, что вы не человек, – только и сказала она.

– Я человек. Просто у меня есть невидимые помощники.

Он закрыл глаза и поднял голову. Ветер ласкал его лицо. Ёнсо подсела поближе и стала ждать, пока он вновь заговорит.

– Я приходил к вам во сне, – тихо начал он.

Когда? На этот раз Ёнсо все-таки растерялась. Но встретившись с ним глазами, мгновенно все поняла. Глубокий пламенный взгляд. Она уже видела его во сне. Смутившись, девушка поспешно отвернулась.

Внезапно она ощутила тепло позади. От удивления Ёнсо задержала дыхание. Могучие руки обхватили ее тонкую талию. Она оказалась полностью в его объятиях.

Сочжу устало уткнулся лицом в ее плечо. Его волосы щекотали ей щеку. Он был похож на щенка, заждавшегося своего хозяина.

– Ты даже не представляешь, как сильно я хотел сделать это, – утомленно пробормотал он.

Его голос звучал более глубоко и расслабленно, чем обычно. Сердце Ёнсо забилось быстрее. Она вдруг забеспокоилась, что мужчина может услышать его бешеный ритм. Изо всех сил стараясь обуздать эмоции, девушка повернулась. Она собиралась возмутиться по поводу того, что он нагрянул в ее сон без предупреждения.

Однако, заглянув ему в лицо, девушка не смогла ничего сказать. Он выглядел усталым и одиноким. Его взгляд был таким опустошенным, что ничем не отличался от развалин вокруг.

– Я правда ждал тебя. Просто рана была слишком глубокой, и я ненадолго заснул. У меня бы не получилось умереть, даже если бы я очень захотел. И да, я знал, что ты вернешься. За это время ты узнала чересчур много, но это ничего. У меня есть что еще рассказать. Последняя история из тех, что я приготовил для тебя. Не знаю, с чего начать… Ее нет даже в книге… – его голос звучал тихо, словно издали: – Это история о жалком человеке.

Грешник: продолжение Сочжу

После того как он вычеркнул свое имя из Книги жизни, юноша начал видеть призраков, которых прежде только слышал. Они всё еще кружили вокруг него, требуя внимать их историям. Юноша и раньше думал, что выслушивать призраков было не самым приятным делом, но их внешний вид оказался еще хуже. Целыми днями он видел перед собой истерзанные мертвые тела, и вскоре меж его бровей залегла непроходящая глубокая морщина. Случались дни, когда он только открывал глаза, а прямо над ним уже висело чье-то обезображенное лицо, от которого оторвали кусок мяса. Тогда мужчина с облегчением думал о том, что не чувствует запаха. Иначе ему и вовсе не было бы житья от вони полуразложившихся тел.

Прошло несколько лет, и юноша, ставший мужчиной, привык к постоянно окружавшим его призракам. Они навсегда застыли в прошлом. Умершие не беспокоились о будущем и не думали о лишнем. Мужчину не очень заботил душевный покой, поэтому он прекрасно ладил со своими невидимыми спутниками. А еще благодаря призракам его желудок стал крепче. И есть он стал меньше и реже.

Теперь он не чувствовал голода, даже если по нескольку дней не брал в рот ни кусочка пищи, и не старел, сколько бы лет ни проходило. Понемногу его восприятие времени размылось. Бывало, он думал, что провел в пещере несколько недель, но, выйдя наружу, обнаруживал, что пролетело несколько зим.

Так он прожил примерно сто семьдесят бессмысленно долгих лет. Все, кто хоть немного его знал, покинули этот свет. Мужчина стал человеком, которого не существует ни для кого в этом мире. Никто не помнил его, никто не проявлял к нему интереса. Но мужчине не было до этого дела. Его жизнь изначально была такой. Напротив, подобное существование казалось ему привычным и удобным.

Годы шли, и мужчина стал записывать истории, которые рассказывали ему призраки. Людские обиды и печали были неиссякаемы, но интересны. Иногда призраки отпускали свою ненависть и со спокойной душой отправлялись на тот свет только благодаря тому, что кто-то выслушал их. Но такое случалось редко.

И все же эти истории лишь слегка помогали мужчине скрасить скучные будни. С течением времени он стал больше спать. Его охватили апатия и хандра. Иногда ему казалось, что он дремлет даже во время бодрствования. Частенько он стал засыпать, уронив голову на стол, пока записывал очередную историю. Потом без всякой причины он вдруг проводил несколько дней на ногах, а затем опять погружался в долгое глубокое забытье.

Жизнь его утратила размеренность. У Сочжу было много времени, и он не знал, когда наступит конец отсчитанным ему дням. Порой он все же вдруг просыпался по неизвестной причине. К примеру, от внезапного голода. Он не умирал, даже если подолгу обходился без еды, но все же в редкие моменты ему хотелось есть.

Очнувшись от сна впервые за десятилетие, мужчина погладил себя по животу. Ребра почти прилипли к спине. Кожа слегка чесалась, а внутри что-то ныло.

«А, это… голод», – впервые за долгое время подумал он.

Он отправился на рынок, чтобы раздобыть еды. С тех пор, когда он в последний раз появлялся среди людей, прошли многие годы, но человеческий мир по-прежнему был полон шума и суеты. Лавочники громко торговались с покупателями, повсюду бегали дети. Юных барышень из богатых семей сопровождали слуги, знатные господа смотрели на всех свысока, сидя верхом на породистых лошадях. Каждый куда-то торопился. Мужчина, широко зевая, стоял на трясущихся ногах, ощущая себя совершенно чужим посреди этой толпы.

Он осторожно пошел вперед. Никто не оборачивался и не обращал на него внимания. Следы его присутствия в этом мире стали такими слабыми, что люди почти не замечали его. Продавцы вздрагивали от неожиданности, когда он вдруг спрашивал цену на тот или иной товар. Казалось, он и сам стал призраком, проведя с ними так много времени.

Не прошло и часа, как он купил все необходимое. Пять книг, тридцать листов бумаги, девять плиток сухой туши для письма и связку сушеной хурмы на закуску. Длинные свитки торчали выше его головы, а закрепленная на поясе связка хурмы покачивалась в такт шагам.

На пути к лесу мужчина вдруг остановился. Огромные свитки то и дело перекрывали ему обзор. Они словно специально наклонялись туда, куда он поворачивал голову. Сочжу на секунду даже подумал, уж не живые ли они. В очередной раз поправив надоедливые свитки, он снова двинулся вперед.

В этот момент он и совершил совсем не свойственную ему ошибку.

По правую сторону дороги громко кричал торговец обувью. Он бурно препирался с покупателем. Продав наконец последнюю пару, торговец намеревался купить новое платье младшей дочери, поэтому его голос звучал чрезвычайно громко.

Слева во весь голос хохотала молодая служанка из господского дома. Ее юную хозяйку сегодня бросил возлюбленный, и служанка пыталась развеселить госпожу. Иначе та на несколько дней закроется в своей комнате и будет докучать слугам.

Сзади ехала телега, запряженная ослом. Животное вчера поранило ногу и передвигалось медленно. В другое время его бы погоняли хлыстом, но сегодня у хозяина рука не поднималась. Его любимый пес недавно покинул этот мир, и теперь ему хотелось плакать, когда он смотрел в глаза любому животному.

Растерявшись из-за окружающего хаоса, мужчина обронил одну вещь. Книгу, которую он повсюду носил с собой, чтобы записывать истории, гуляющие по миру. Мужчина всегда очень тонко чувствовал каждое движение, но из-за суматохи не заметил потери. Свитки по-прежнему перекрывали ему обзор, а вокруг стоял невозможный шум. На мгновение он почувствовал что-то странное и обернулся, но в это время книгу заслонило колесо телеги. Осел заупрямился и отказывался двигаться с места.

В конце концов мужчина пошел дальше, так и не заметив своей оплошности. Книга с обложкой, покрытой темно-зеленым шелком, осталась одиноко лежать на земле. Ее существование было таким же размытым и незаметным, как и ее хозяина. Люди проходили мимо, почти не обращая на нее внимания.

Но вот какая-то девочка подняла книгу с земли. Повертев головой по сторонам, она быстро обнаружила того, кому этот предмет принадлежал. Черные глаза внимательно посмотрели на удаляющуюся спину мужчины. Вскоре маленькие ножки поспешно затопали вслед за ним. Это был момент, когда сошлись случайность и неизбежность, уготованные богами.

* * *

Когда он вернулся в свою пещеру, уже сгущались сумерки. Самое красивое время суток. Мужчина обернулся и немного постоял, глядя на тропинку, ведущую через лес. Дорожка, на которую падали тени деревьев, в свете закатных лучей казалась красной, как при пожаре. Небо было похоже на синий холст, по которому щедро мазнули алой краской. Зрелище было прекрасное.

Скоро наступит ночь. А затем снова взойдет солнце. Он мысленно напомнил себе об этом естественном ходе вещей. Он должен был постоянно напоминать себе об этом, чтобы не забыть. Когда ему снова посчастливится наблюдать такой пейзаж? Мужчина закрыл глаза. И представил, как его тело тает в горячих закатных лучах. Как снеговик, встретивший весну…

Вдруг откуда-то донеслись еле слышные всхлипы. Очнувшись от своей фантазии, мужчина раздраженно открыл глаза. Магия призраков не позволяет людям проникнуть в это место. Значит, это очередная загубленная душа сетует на свою судьбу. Мужчина решил не обращать на звуки внимания и повернулся ко входу в пещеру.

Плач стал громче и отчаяннее. Он даже слышал какие-то крики, но не мог разобрать ни слова. Голос был детским. Мужчина поднял бровь. Неужели это призрак ребенка? Вот незадача.

Скоро наступит время, когда в лесу орудует чудовище, поедающее человеческие души. Если угодишь ему в лапы, то не сможешь больше ни вознестись на небеса, ни переродиться. Душа разобьется на мелкие осколки и постепенно исчезнет навсегда. А ведь души маленьких детей особенно сладки и нежны, поэтому у чудовища, должно быть, уже текут слюнки. Однажды попавшись ему, свободы не жди. Если только кто-нибудь не придет на помощь.

Мужчина глубоко задумался, но потом лишь покачал головой. Подобная смерть – это тоже часть судьбы. Он снова сделал шаг к своей пещере, но в этот момент послышался пронзительный вопль, смешанный с рыданиями. Громкий визг так и врезался в уши. Мужчина раздраженно повернул назад. Вот ведь докука.

Ничего не поделать – придется отправиться на поиски источника звука. Однако реальность немного отличилась от его ожиданий. Посреди леса сидел не маленький призрак, а вполне живая девочка. Она так сильно рыдала, что ее лицо покраснело и стало похоже на обезьянью мордочку. Увидев мужчину, она крепко схватилась двумя руками за его пояс и отказывалась отпускать.

Когда рыдания немного стихли, он наконец отлепил девочку от себя. Она продолжала горько всхлипывать и мычала что-то, сжав зубы.

– Надо рот открыть, чтобы было слышно, – растерянно сказал мужчина.

Он не имел ни малейшего понятия о том, как говорить ласково, и девочка снова ударилась в слезы. У него уже болела голова от этого ребенка.

Однако мужчина знал, как нужно поступать в таких ситуациях. Ведь он провел бессчетное количество лет в окружении причитающих призраков. Он опустился на корточки перед девочкой и подпер рукой подбородок. Светло-зеленые глаза, не мигая, спокойно наблюдали за ней. Мужчина просидел так несколько минут, застыв, будто каменное изваяние. Девочка наконец прекратила плакать. Она моргнула, и в ее озорных глазах зажглось любопытство. На лице мужчины появилась легкая, словно лунный свет, улыбка.

– Хочешь мне что-то сказать? – поинтересовался он.

Девочка округлила глаза и посмотрела на него полным любопытства взглядом. Вот уж точно, этот способ всегда отлично действовал на плакс.

Малышка протянула мужчине его книгу. Он кивнул: теперь ему стало понятно, что произошло. Она смогла проникнуть в лес, потому что у нее была его вещь. Девочка объяснила, что бежала за ним, желая вернуть книгу. Что внезапно стемнело и ей стало страшно, потому что рядом не было взрослых.

Мужчина устало нахмурил брови. Если он оставит ее здесь, быть ей ужином для лесного чудовища. Даже детской глупости должен быть предел. Он легонько дотронулся до ее лба и велел немедленно возвращаться домой.

Однако внезапно из крошечного тельца раздались оглушающие рыдания, напоминающие раскаты грома. Плача во весь голос, девочка повисла на мужчине. Маленькая головка приникла к его талии, а короткие пальчики крепко-прекрепко вцепились в одежду. Едва подсохшая ткань снова насквозь вымокла от слез. Светло-синяя накидка мгновенно окрасилась в глубокий цвет индиго. Мужчина растерянно застыл на месте, не понимая, как вести себя в этой странной ситуации.

* * *

В конце концов ему пришлось проводить девочку до окраины деревни. Она то и дело принималась плакать, поэтому мужчина все время держал ее за руку. Малышка громко всхлипывала, но его ладонь сжимала крепко. Примерно на середине пути у нее заболели ножки, и он понес ее на руках. Рубашка вымокла насквозь от ее слез. Как только он пытался немного оторвать ее от себя, девочка тут же смертельной хваткой вцеплялась в его одежду. Движения ее маленьких ручек напоминали жадного демона, а тяжестью, несмотря на крошечный рост, она сошла бы за тысячу морских звезд. К тому же она была прилипчивой, совсем как злые духи, которые любят прильнуть к телу, как сосущие кровь паразиты. В общем, милой эта девочка ему совсем не казалась. Она была надоедливой и противной.

По пути уставшая малышка задремала. С заплаканных щечек понемногу спала краснота, и девочка выглядела спокойной и умиротворенной. Но даже сквозь сон она чувствовала, если мужчина пытался положить ее на землю. Тяжело вздыхая, он медленно шел по лесу. Иногда он нежно похлопывал спящую девочку по спине. Ее громкие вопли до сих пор звенели в ушах, поэтому он был рад тому, что она спала.

Девочка выглядела глупой, но явно была из знатного рода. На подходе к деревне мужчина увидел огромную толпу с факелами в руках. Родные разыскивали ее в темноте, отчаянно зовя по имени. Мужчина остановился на безопасном расстоянии от людей и разбудил малышку. Развернув ее спиной к лесу, он велел ей бежать к своей семье. Потирая заспанные глаза, девочка по очереди посмотрела сначала на деревню, потом снова на мужчину. И замерла в нерешительности. Мужчина был в недоумении. Что хорошего она увидела в нем, что сомневается, возвращаться ли домой?

Он хотел поскорее распрощаться с этой надоедой. Мужчина никогда не пробовал заботиться о ком-то, но отпугивать людей у него получалось прекрасно. В голове мелькнула отличная мысль. Напугать ее и заставить убежать в страхе. На такие проделки горазды призраки. Он попробует поступить как они. Обрадовавшись своей идее, мужчина приблизил лицо прямо к носу девочки и резко вытаращил глаза. Девочка тихо вскрикнула, но он не стал жалеть ее. Припоминая сказки про страшных демонов, он грозно забормотал:

– Ах ты маленькая проказница! Хочешь, чтобы я поймал тебя и заставил жить со мной в лесу?

Лицо девочки покраснело. Вскоре она вся вплоть до ушей залилась ярко-малиновым цветом. Мужчина довольно улыбнулся. Должно быть, ее наконец-то пронял стыд. До сих пор никто не позволял себе так разговаривать с маленькой госпожой из знатной семьи. Как он и предполагал, девочка молча развернулась и быстро побежала в сторону деревни. Должно быть, родные ее очень любили, потому что сразу же темноту пронзили громкие радостные возгласы. Немного понаблюдав за окружившей ее толпой, мужчина медленно пошел обратно в лес.

На обратном пути ярко светила луна. Дикие растения сияли серебристо-голубым отблеском. Ночной ветерок разносил в воздухе лесные ароматы. Запах скал, запах мха, запах листвы. Где-то вдалеке насвистывали свою песню дрозды.

Впервые за долгое время мужчина ощутил себя хорошо отдохнувшим. Он чувствовал сильный голод. Такой не заглушить одной лишь сушеной хурмой. Верно говорят, что заботиться о детях совсем не просто. Завтра ему снова придется пойти на рынок. Купить две связки сушеной хурмы, а может, и вовсе пообедать в таверне. Мужчина вдруг вспомнил, что уже несколько десятков лет не ел горячей пищи.

Вернувшись домой, он расстелил на полу циновку. И заснул, все еще жуя хурму. Уютная теплая усталость опустилась на его плечи. Глубокий сон без сновидений принял его в свои объятия. Это было не обычное забытье – он спал, чтобы дать отдых телу и душе и проснуться завтра с новыми силами.

В ту ночь сон мужчины был самым крепким и сладким за всю его долгую жизнь.

* * *

С тех пор навязчивая девочка постоянно искала мужчину. Он пытался сделать вид, что не слышит ее, но она принималась истошно кричать посреди леса, и мужчина никак не мог оставить ее одну. В этом лесу водились чудовища и злые духи. Даже животные старались не издавать лишних звуков, но этой отважной девчушке все было нипочем.

Он перебрал множество способов, чтобы избавиться от девочки. Пробовал прятаться на дереве, катил на нее огромные валуны и толкал с покатого берега в мелкий ручей. Но каждый раз девочка с громкими рыданиями бросалась к нему. Ее плач все еще казался ему сильнее раскатов грома. Нужно было что-то с этим делать.

Но как ему поступить с этим маленьким созданием? Он мог бы убить ее одним пальцем, но рука не поднималась. Мужчина никогда не пытался ладить с живыми, поэтому и с девочкой он до сих пор не перемолвился практически ни словом. Так и не придумав, как от нее избавиться, он просто молча оставался рядом с ней. Хотя, точнее будет сказать, терпел ее рядом с собой.

Спустя некоторое время мужчине пришла на ум необычная идея. Он объявил девочке, что расскажет ей интересную историю, и повел за собой. Они обошли гигантские камни, лежащие на земле, и буйные заросли, растущие под деревьями дзельквы. Вскоре впереди показался вход в пещеру, перед которым пышно цвело абрикосовое дерево. Снаружи пещера казалась темной и холодной. Она распахнула свою пасть, словно змея. Девочка поежилась и крепче прижалась к мужчине. Они прошли по извилистому, словно китовая глотка, тоннелю, который внезапно расширился в конце.

Здесь могло бы поместиться два дома, и в каждом было бы по девяносто девять комнат. Сквозь дыру в потолке лился солнечный свет, а у дальней стены струился небольшой водопад. Но на этом всё. Пещера была очень просторной, но совершенно пустой. Земля казалась такой сухой, что от пыли жгло глаза. Из вещей тут имелись только брошенные у входа письменные принадлежности и бумажные свитки. Девочка покосилась на небрежно сложенные стопки книг и листов.

Мужчина схватил ее за руку и сурово сказал:

– Ничего не трогай. Это все принадлежит призракам. Знаешь, что случается с теми, кто трогает их вещи? Ночью не сможешь заснуть, а днем не сможешь открыть глаза. Только зажжешь свечу, налетит холодный ветерок. Сколько ни укрывайся одеялом, холод не уйдет. Он будет колоть затылок и дойдет до самых кончиков пальцев. Тогда ты повернешь голову, а в одеяле рядом с тобой… Бу!

Неожиданно он сделал вид, что сейчас сцапает ее, и протянул к ней обе руки. Девочка громко пискнула и закрыла лицо ладонями. Но отпрыгивать не стала. Ее маленькое тельце тряслось, как тонкая осина на ветру. Мужчина самодовольно усмехнулся. Ну вот, на этот раз она точно испугалась и больше не вернется.

Он удовлетворенно произнес:

– Вот видишь, в этом лесу много таких страшных вещей. Так что больше не приходи сю…

Раздался короткий вскрик, и мужчина осекся на полуслове. Он весь оцепенел от потрясения, потому что девочка запрыгнула прямо в его объятия. Она подняла головку, и ее глаза засияли, словно черный обсидиан. А затем на ее лице вдруг появилась яркая, словно солнце, бесхитростная улыбка.

Что-то пошло не так. Мужчина понял, что допустил ошибку. Но девочка уже увлеченно рылась в горах бумаг и восторженно просила, чтобы он рассказал ей другую интересную историю. Было слишком поздно, чтобы пытаться от нее избавиться, и мужчина лишь тяжело вздохнул.

* * *

Теперь, когда их стало двое, время летело незаметно. Прошло несколько лет, и девочка превратилась в прекрасную девушку. Она по-прежнему постоянно приходила к нему. Он рассказывал ей истории, а она записывала их вместе с ним. Мужчина все еще считал ее надоедливой, но все же больше не прогонял. Иногда ему было даже весело проводить время с ней. Отношения с живым человеком были для него в новинку.

Однажды она принесла с собой истории, которые придумала сама. Смущаясь, девушка сказала, что мечтает быть писательницей, и протянула ему несколько книг. Ее слог оказался очень изящным. Однако всё это были наивные рассказы о любви, в которых иногда происходили загадочные и волшебные события. Должно быть, так сказывалось его влияние.

Барышня из знатной семьи нашла себе неправильного друга. Мужчина коротко хохотнул. Девушка звонко рассмеялась следом за ним.

А в другой день она предложила мужчине сделать для него особую печать. Сказала, что он непременно должен оставлять знак на своих прекрасных текстах. Однако мужчина не мог этого сделать. У него не было имени. Он собственными руками стер его из Книги жизни и вот теперь сам не помнил, как его зовут. Ему стало горько на душе. Что толку от бессмертия, если даже у собаки есть имя, а у него нет?

Услышав об этом, девушка сначала удивленно округлила глаза, а затем заявила, что сама придумает, как называть его. Она долго сидела на одном месте, словно ленивая кошка, то открывая, то снова закрывая глаза. Девушка скрещивала руки на груди, задумчиво подпирала ладошкой подбородок, а затем повторяла все действия сначала.

Мужчина лежал рядом на боку и наблюдал за ее стараниями. Его смешило, как серьезно она морщилась, словно была занята невероятно важным делом. До этого она называла его по своему усмотрению: то небожителем, то лесным духом, – а теперь вдруг решила придумать ему настоящее имя? Мужчина усмехнулся, у него не было никаких ожиданий на этот счет.

Прошло много времени, прежде чем девушка наконец открыла рот.

Она назвала его Сочжу[14]. Человек, которому принадлежат книги.

Он вдруг вспомнил их первую встречу. Образ маленькой девочки, громко рыдающей посреди леса и держащей в руках книгу, отчетливо стоял у него перед глазами. Когда он вел ее обратно в деревню, стояла зима, но ему было удивительно тепло. Он помнил, как нес на руках ее крошечное тельце. Тепло живого человека, горячее дыхание, спокойный ритм сердца.

Мимо пролетела белая бабочка, скользнув крылом по его щеке. Он проследил глазами за ее полетом и ненароком оглядел пещеру. Она сильно изменилась с тех пор. Сухая пыльная земля была теперь покрыта яркими цветами. Летом глаз радовали прекрасные абрикосовые цветы, а с приходом осени пышно цвели гортензии. Он построил небольшой мостик через ручей и соорудил из дзельквы беседку на холме. Повсюду были расставлены бумажные фонарики, от которых исходил теплый свет.

С появлением цветов прилетели и бабочки. На аромат абрикосов слетелись птицы. Вода в ручье бежала с веселым шумом, листья деревьев шелестели на ветру, птицы щебетали. С каждым новым дуновением ветерка по пещере разносился запах воды, травы и спелых плодов. Сладкий, свежий, горький, кислый… Разный. Живой.

Только теперь у мужчины появилось ощущение, что он наконец выбрался наружу из-под того деревянного настила.

Он внимательно посмотрел на виновницу всех этих изменений. Девушка, сидевшая под абрикосовым деревом, сияла ярче солнца. Она молча ждала, пока он ответит на ее вопрос. Нравится ли ему придуманное ею имя? Она заметила, что он был погружен в свои мысли.

Мужчина неловко кашлянул, чтобы прочистить горло. Он встретился с ней взглядом, готовясь ответить на вопрос, и сердце почему-то забилось сильнее. Казалось, он парит в облаках. Ивовые ветви легонько щекотали грудь. Это было новое ощущение. Он с трудом унял свое стучащее сердце. Ему не хотелось, чтобы девушка заметила эти непонятные для него чувства. Нужно было притвориться безразличным.

Вскоре на небе зажегся алый закат. Когда она ушла, мужчина принялся строгать кусочек дерева. Он собирался сделать себе печать, прежде чем девушка придумает ему еще какое-нибудь нелепое имя. Если он успеет поставить подпись на бумаге, будет уже поздно что-то менять. Он незаметно улыбнулся. Интересно, как она отреагирует, увидев это? Может, снова одарит его улыбкой, теплой, как лучи весеннего солнца?

Он давно уже закончил делать печать, а она все не приходила. Ему никогда не приходилось ждать кого-то, поэтому он не обладал терпением и не мог совладать с этим неприятным ощущением. Прождав ровно двадцать дней, мужчина вышел из пещеры. Он собирался заглянуть в деревню под предлогом того, что у него закончилась еда.

Но на входе в деревню он столкнулся с девушкой. На ее лице смешались грусть, обида и какие-то еще непонятные ему эмоции. Стоя на расстоянии нескольких шагов от него, она сказала:

– Я выхожу замуж.

* * *

Между семьями все уже было решено. Невеста, которой только исполнилось семнадцать, и жених, чьего лица она никогда не видела. Ее близкие находились в трудном положении, поэтому выбора не было. Если можно спасти честь целого рода одной помолвкой, сделка считается более чем достойной.

Но что же делать с сердцем? Если оно подсказывает сбежать и лишиться головы, совсем как в старой сказке? Она, не моргая, смотрела на мужчину глазами, полными слез. Тишина затягивалась, но она отчаянно ждала его ответа. Ее взгляд был трогательным и жалким, в нем плескалась искренняя любовь.

Однако мужчина не мог дать ей того ответа, который она ждала. Он был призраком. Человеком, которому стоило умереть давным-давно. Родившись проклятым, он сам надел на себя эти оковы. Брошенный собственным отцом, он презрел богов. Все, что он мог предложить ей, – холодную пещеру посреди леса.

Старые воспоминания затянули его в темное узкое пространство под деревянным настилом. Отрезанная голова, катящаяся по земле, бледные широко распахнутые глаза, язык, до самого конца отказывавшийся называть его сыном. Воспоминания утягивали его вниз, в топкую трясину, из которой не выбраться. Призраки вились вокруг, шепча на ухо: «Хочешь, чтобы она закончила так же, как ты?»

В конце концов он просто покачал головой, так и не дав ответа. Он не осмелился даже посмотреть ей в глаза. Только подумал, что на этот раз не помогут даже громкие рыдания.

Но она и не собиралась плакать. Малышка, постоянно глотающая слезы, выросла в смелую стойкую девушку. Ее губы были алыми, словно цветы абрикосового дерева.

– Давай убежим вместе. Я не боюсь, – сказала она.

– Ты не ведаешь, что такое страх. Ты никогда не сталкивалась с бессмысленной ненавистью, не подвергалась страшной каре, не наблюдала жестокой смерти, не голодала до боли в животе, не знала несправедливости. Ты не навлекала на себя несчастье собственными руками и не получала ударов судьбы. Так что тебе не выдержать. Ведь ты родилась в счастье.

После долгой тишины она ответила:

– Ты высокомерный человек.

С этими словами она развернулась и ушла. Через несколько дней сыграли грандиозную свадьбу. Невеста была невероятно красива, на празднике было много гостей. Поздравления сыпались без конца, и молодожены связали свои судьбы под радостные возгласы родных. Мужчина наблюдал издалека. Слова старого распорядителя свадебной церемонии долетали даже до того места, где он стоял.

«Жених – это голубая нить, а невеста – красная. Теперь вы связаны в один узел, и да не распутать его вовеки».

Торжественная речь звучала как проклятие.

* * *

Однако ее жизнь сложилась совсем не так, как предполагал мужчина. Когда они встретились спустя несколько лет, от ее прежнего облика осталась лишь тень. Глаза, которые всегда светились живым умом, теперь напоминали яму, наполненную стоячей водой. Стройное энергичное тело выглядело изможденным и ослабшим. Семейная жизнь обернулась для нее бедой. Муж оказался жестоким и заносчивым человеком. Ему не нравилось, что жена пишет книги. Причина была простой: в этом она была лучше его.

Поначалу она продолжала упрямо творить, несмотря на угрозы мужа. Спрятавшись в маленькой комнатке, она описывала зеленое лето и ослепительную зиму. Преодолевала горы, переплывала далекие моря. Парила в небесах и гуляла во снах. И каждый день тосковала по просторной беседке на холме и прекрасным абрикосовым цветам.

Но видя, что она не собирается сдаваться, муж изменил подход. Однажды сырым пасмурным днем он собрал слуг во дворе.

Первым муж вызвал мальчика на побегушках, который покупал для девушки тушь и бумагу, и отрубил ему обе руки за то, что он тратил попусту хозяйское добро. Затем муж подозвал маленькую служанку, которая предупреждала девушку, когда хозяин возвращался домой, и выколол ей глаза за неуважение к старшему в доме. Последней он вытащил на середину двора старую кормилицу, которая связывала стопки бумаг девушки в книги и прятала их, и отрезал ей язык за вранье.

Закончив страшное наказание, он повернулся к жене:

– Видела? В этом доме никто не смеет противиться моей воле. Это просто недопустимо. Подумай сама. Женщины ничего не могут сделать сами в этом мире. Оставь свою пустую гордость и поступай так, как тебе велят. Тогда мы с тобой доживем до глубокой старости в мире и согласии.

Так ей пришлось сдаться и перестать брать в руки кисть. Она пообещала больше не мечтать. Ведь желания одного человека не могут быть важнее жизни нескольких. Подлый мужчина был чрезвычайно доволен собой. Громко хохоча, он снова и снова хвастался, что знает, как заставить человека слушаться. Даже не подозревая, как много людей его ненавидят.

Прошло много времени с тех пор, как девушка приходила сюда в последний раз, но сад в пещере по-прежнему цвел, а бабочки легко порхали в воздухе. Мужчина все еще был молод и прекрасен. Все вокруг словно застыло. Она вздохнула и улыбнулась.

– Ты все такой же. Нисколько не изменился с момента нашей первой встречи. И с того дня, когда я придумала тебе имя.

Они заговорили о прошлом. С радостью вспомнили счастливые моменты, посетовали на грустные. Мужчина просто слушал. Только после того, как она ушла, он понял, что в его сердце кипит жгучая ярость.

С тех пор девушка снова стала время от времени приходить в пещеру. С каждым новым визитом тень на ее лице становилась мрачнее. Она говорила, что в этом месте ей кажется, будто она вырвалась из птичьей клетки. Девушка грустно улыбалась, жалуясь, что огромный дом мужа больше напоминает ей тюрьму. Но мужчина не улыбался.

Девушка молча заснула на его плече. Это был не сладкий послеобеденный сон, а побег от тяжелой реальности. До встречи с ней он сам часто забывался в таком сне. Мужчина нежно убрал с ее лица прядь волос. Прикоснулся к бледной щеке, обнял за хрупкие плечи. Ему по-прежнему нечего было сказать ей в ответ.

В ту ночь мужчина отправился в ее дом. Призвав духов ветра и грома, он разнес в щепки деревянные колонны и вдребезги разбил его каменное основание. Больше он ничего не мог сделать. Ему пришлось держать свой гнев в узде. С трудом остановив себя от того, чтобы перерезать горло хозяину этого дома, он вернулся назад. Сделать девушку вдовой он не мог.

После загадочного ночного происшествия люди начали шушукаться по углам. Это наказание небес. Они обрушили его на хозяина этого дома, потому что на его руках слишком много крови. Мужа девушки перекосило от злости. Какие еще небеса? Но в то же время ему стало страшно. Неужели какая-то неведомая сила так легко может отнять то, что принадлежит ему?

С тревогой на душе он пошел на задний двор. Жена сидела в теплых лучах солнца с книгой на коленях. Она выглядела, как всегда, тихой и прекрасной. Мужчина постоянно боялся, что когда-нибудь она сбежит от него. Отняв у нее книгу, он разорвал ее в клочья. Заставил слуг вынести из комнаты все ее сборники рассказов, сказки и прочие тома и сжег их дотла. Давно надо было сделать это. На душе у хозяина должно быть спокойно, чтобы в доме царил мир.

Ее зимы и весны, зеленые луга и сад с абрикосовыми цветами – все горело в огне. Все, что было дорого ее сердцу, на глазах обращалось в золу. Девушка не плакала и не кричала. Застыв, словно статуя с могильного надгробия, она сидела и смотрела, как ее сердце превращается в гору пепла.

Жизнь девушки становилась только хуже. Словно птица со сломанными крыльями, она была заперта в доме мужа. Ей больше не дозволялось прикасаться к книгам. Нужно было испрашивать позволения, даже чтобы просто поднять глаза к небесам. Вскоре произошел несчастный случай, и ее родители покинули этот мир. Младшего брата отправили в ссылку на корабле. Семья была тем единственным якорем, благодаря которому она еще держалась на плаву.

Однажды она пришла в пещеру и без сил упала в объятия Сочжу со словами:

– Посмотри на меня. Я все еще не подхожу тебе? Как низко я еще должна пасть?

Он осторожно прижал ее к себе. Ослепительное солнце превратилось в потускневшую горстку пепла. Хрупкие плечи жалко поникли. Вместо привычного тепла от ее тела шел холод.

Но ведь он сделал этот выбор ради ее счастья. Мужчина и представить себе не мог, что последствия будут так ужасны. Почему судьба никогда не складывается так, как хочется людям? Даже держа ее в своих объятиях, он все еще сомневался. Она была смертной, а его жизнь была вечна. Их время отличалось. Он не был уверен, что может позволить себе быть рядом с ней. Выхода не было. Если бы только он был богом. Если бы он был богом, способным менять судьбы людей, был бы финал их истории иным?

Все же мужчина решился.

– Давай сбежим. Я вытащу тебя из этого ада, – сказал он.

* * *

Мужчина покинул свое жилище, оставив все вещи на своих местах. Он уходил далеко, в неизвестность, и вел ее за собой. Все было неважно, кроме тепла ее ладони в его руке. Их тонкие пальцы крепко переплелись, и он остро ощущал прикосновение ее нежной кожи. Мужчина постоянно оглядывался и смотрел на нее. Ему казалось, она может потеряться, если он хоть на мгновение отпустит ее ладонь.

Издалека послышались крики. Это были воины ее мужа, которых он отправил вдогонку за беглецами. Кандалы судьбы плотно смыкались. Мужчина потянул ее за руку в другом направлении. Его бросило в холодный пот. Все тело ломило. Дыхание сбилось, грудь сперло.

В конце концов они оказались у обрыва скалы. Позади стояли воины с мечами наперевес, а впереди простиралась черная бездна. Он должен был сделать выбор. Отправить ее назад и спасти ей жизнь? Или предложить ей хотя бы такое спасение, но вместе с ним?

Сомнения продлились недолго. Девушка сама потянула его. Он обернулся и встретился с ней глазами. Ее взгляд горел решимостью. Пламя поднималось из глубины ее черных зрачков.

Она твердо произнесла:

– Мы встретимся снова.

Времени не хватило даже на кивок. Мужчина крепко прижал ее к себе. И они вместе полетели в бездну. Их последнее движение было мягким и легким, так птицы взмывают в небеса, широко расправив крылья. Как поток ветра, они плавно рассекали воздух. Мужчина уткнулся в ее хрупкое плечо, ощущая едва уловимый запах пота и древесины. Он закрыл глаза. В голове пронеслись слова, которые он так и не решился произнести вслух.

«Для меня ты всегда была лучом весеннего солнца, моим спасением, головокружительной фантазией. Я поведал тебе бесчисленное количество историй, но так и не смог выразить, как сильно люблю тебя. Часть своего сердца, которую не смог показать тебе… я доверяю дороге смерти. Путь в земли мертвых будет длинным и суровым, что же мне рассказать тебе в это время? Но не беспокойся, любимая. Пока тебя не было рядом, я собрал много новых историй. Ведь ты так любишь их слушать…»

Тела двух влюбленных с силой ударились о землю – сознание погрузилось во мрак.

* * *

Его охватило радостное предчувствие.

Когда он откроет глаза, она будет рядом. Одарит его лучезарной улыбкой, помашет рукой. Они медленно пойдут вперед, наслаждаясь теплыми лучами солнца и мягким ветерком. Вокруг будут цвести прекрасные цветы и деревья. Тонкие ивовые ветви зашелестят на ветру.

Он будет крепко держать ее за руку. Ах да, ему ведь нужно кое-что сказать ей. Утомительное время, воспоминания о темноте и сырости. «Помнишь, ты всегда просила меня рассказать о своем прошлом? Прости, что последняя история, которую я поведаю тебе, так скучна и банальна… И все же концовка вышла неплохой. Я вместе с тобой, я смог выбрать смерть сам, так же, как выбрал жизнь…»

Яркий свет пробрался сквозь его сомкнутые веки. Ощущая тепло солнечных лучей, мужчина открыл глаза.

Ужасная боль пронзила все тело. Он отчетливо ощущал, что все его внутренности разбиты и поломаны. Осколок кости впивался не то в легкие, не то прямо в сердце. Он хотел было пошевелиться, но эта попытка принесла невыносимую боль – он застонал, изо рта потекла кровь.

Собрав последние силы, он повернул голову. Рядом лежало ее тело. Она не дышала. Ее рука была причудливо изогнута, в ней не ощущалось ни капли тепла. Та самая рука, за которую он так отчаянно держался до самого последнего момента.

Как же так вышло? Почему все закончилось именно так? Он начал судорожно искать подсказку, пытаясь понять, что же привело к этой страшной трагедии. Медленно распутывая сложно завязанный узел судьбы, он наконец нашел. Тот день, когда он обманул богов, стерев свое имя из Книги жизни. Все дело было в его глупой самоуверенности, в том, что он решил, будто может вершить свою судьбу. Всему виной его высокомерие. Он думал, что станет богом, если не сможет умереть по собственной воле, и тень из-под деревянного настила навсегда заслонила для него солнце. Вот глупец.

Так она умерла, а он остался жить.

Потекло жестокое время. День, две недели, месяц. Ее тело, которое покинула душа, понемногу сгнило и исчезло. Все шло своим чередом, согласно порядку, установленному богами. Мужчина просто наблюдал. Он хотел запечатлеть в памяти каждую пылинку, все, что когда-то было частичкой его любимой. И только одна мысль крутилась в его голове: как ему заслужить ее прощение? Как искупить вину за то, что он заставил ее идти по дороге мертвых в одиночестве? Он хотел спросить у богов: «Вы ведь знали? Вы все знали, но просто смотрели. Что это? Мое наказание? Или жестокая шутка?»

Сменилось уже два сезона, когда мужчина наконец с трудом поднялся на ноги. Собрав ее останки, он похоронил их в земле. А затем в одиночестве вернулся в пещерный сад. Там все оставалось так же, как когда они проводили в нем время вдвоем. Он увидел фигурки уток-мандаринок, которые она принесла из дома. Прелестная пара мирно восседала посреди деревянной беседки. Именно о такой жизни для себя мечтал и он. Мирно жить здесь вместе с ней.

В конце концов мужчина не выдержал и разрыдался.

«Прости. Прости меня. Это все из-за моей глупости. Прошу тебя, если нас все еще связывает последняя нить, вернись ко мне. Можешь не любить меня больше. Позволь мне лишь рассказывать тебе истории. Я соберу все волшебные сказки, которые ты так любишь. И буду читать их тебе ночь напролет, когда ты вернешься. Точно так же, как в нашем прекрасном прошлом. Мы будем вместе всю бессонную ночь напролет».

∞

Последний рассказ подошел к концу. Сочжу вдруг почувствовал, что силы его покинули. Может, это оттого, что раны на теле затянулись совсем недавно? Или потому, что он наконец дошел до той «настоящей концовки», к которой стремился? До сих пор слова с легкостью слетали с его губ, но теперь язык словно налился свинцом.

– И это… наше прошлое? – дрожащим голосом спросила Ёнсо.

Сочжу грустно улыбнулся:

– Можешь не верить. А если хочешь, можешь и поверить. Или вообще не выбирать. Все старые истории таковы. Рассказчик может менять их по своему усмотрению или добавлять что-то от себя. Легенды и сказки гуляют среди людей, забываются и создаются заново. Не это ли вечная жизнь? Жаль только, что в самом конце остаются такие банальные истории, как моя…

Один человек умирает, а второй остается ждать. Расхожее клише. В воздухе снова повисла тишина. Сочжу внимательно наблюдал за сидящей рядом Ёнсо. Ее веки дрожали, глаза подозрительно покраснели, зубы были крепко сжаты. Казалось, она вот-вот расплачется от страха. Она выглядела точно так же, как в далеком прошлом, когда он впервые встретил ее. Облик, вызывающий сочувствие, облик, от которого не отвести глаз. Однако эта Ёнсо оказалась более сдержанной: ни одной слезинки не скатилось по ее щекам.

– Почему… почему ты говоришь так, будто все кончено? Ты ведь вернулся. И моя несчастная судьба теперь изменилась.

Он отрицательно покачал головой:

– Я долго ждал правильного финала истории. Для этого нужно было пройти через сложные испытания и заплатить достойную цену. Я не заслуживаю того, чтобы ради меня рушить жизнь. Подумай о тех страданиях, которые выпали на твою долю… Их ведь было слишком много.

– И как мои страдания связаны с тобой?

– Ты находила это место в каждой своей новой жизни.

«Хотя и не помнишь этого», – добавил он еле слышно.

– Это было желание, которое я загадал Окто. Примерно на четвертый раз я заметил кое-что. В каждой новой жизни тебя ждала мучительная смерть. Болезнь, авария, война… Казалось, на твою долю выпало испытать все страдания, с которыми только может столкнуться человек. Не успев дать отдых душе в загробном мире, ты вновь и вновь перерождалась и появлялась рядом со мной. Я не мог этого понять. Почему боги так жестоки к тебе? Но со временем вдруг осознал. Когда просишь чего-то у богов, всегда приходится платить. Я снова причинил тебе…

Голос Сочжу задрожал. «Я снова причинил тебе страдания», – эти слова острым шипом пронзили его сердце.

Ёнсо без промедления ответила:

– Окто сказала, что ты изменил мою судьбу. Теперь все плохое осталось в прошлом. Я даже не помню его, так почему из-за этого ты хочешь лишить нас будущего? Я даже не жду извинений. По правде говоря, та девушка из прошлого и я сейчас – совершенно разные люди…

– Ты не представляешь, что я чувствовал, наблюдая, как ты умираешь, из раза в раз…

Зря он это сказал. Сочжу в ту же секунду пожалел о невольно сорвавшихся с языка словах. Ведь таким образом он будто перекладывал вину на нее. Однако поток откровенностей было уже не остановить:

– Каждый раз ты прощаешься с жизнью на моих глазах, а потом появляешься снова, позабыв обо всем. Исчезаешь безо всяких обещаний, слепо следуя воле богов. В каждом твоем приветствии я слышу слова прощания. Изменил ли я твою судьбу? Верить в то, что еще не произошло, глупо. Это всего лишь высокомерие. Мне лучше, чем другим, известно об этом. Поэтому я не могу быть с тобой. Я не собираюсь создавать для этого ни единой возможности. Потому что не выдержу, если снова принесу тебе несчастье!

В конце его голос сорвался на несвойственный ему крик. На лице отчетливо проступила усталость. Лунный свет отражался в его глазах, поблескивая, словно прозрачные слезы. Он притянул ее к себе и тихо прошептал на ухо:

– Я не хочу, чтобы мы снова встретили конец вместе.

Сочжу снова отодвинулся от нее и достал из внутреннего кармана плаща цветок. Это был один из тех двух бутонов, что в прошлый раз принес ему постоянный посетитель. Синий цветок, похожий на дикую лилию, сиял еле заметным светом.

– Это цветок памяти. Говорят, он может либо стирать память, либо воскрешать старые воспоминания. Теперь ты сможешь забыть и об этом месте, и обо мне. И даже о том, что услышала сегодня.

– Что?!

Он с самого начала знал, что Ёнсо вернется. Она всегда отличалась завидным упрямством. Поэтому он приготовил эту вещь на случай, если девушка все-таки загонит его в тупик. Если бы она не пришла, все было бы гораздо проще. Ведь тогда ее земные дни были бы в очередной раз окончены, и она пересекла бы реку, ведущую в мир мертвых, и навсегда забыла об их встрече в этой жизни.

Теперь Ёнсо поняла его замысел. С языка срывались только обрывки фраз: «Так ты собирался… Таким способом…» Бессильная ярость застилала глаза, и слова никак не складывались в предложения. Кажется, она спросила, поэтому ли он так легко согласился рассказать ей о прошлом. Он молча кивнул.

Рассказ об этом был последним проявлением жадности с его стороны. Он мечтал хотя бы раз поведать ей обо всем без утайки. А вдруг она скажет ему, что прощает? Что любит его? До этого момента Сочжу и не подозревал, что в глубине его сердца все еще таится эта смутная надежда. Но глядя в ее полные обиды глаза, он наконец все понял.

– Я буду ждать тебя и в следующей жизни. Но лучше нам больше не сближаться, – печально сказал он.

– А что насчет меня сейчас?

– Прости, что так вышло. Но ты все равно обо всем забудешь.

– Не делай этого! Больше ведь нечего бояться!

– И все же я боюсь.

Словно фокусник перед последним выступлением, он эффектно взмахнул цветком. Сине-фиолетовое сияние мелькнуло перед глазами девушки. Она ощутила силу потустороннего мира.

Окутанный этой силой, Сочжу с улыбкой произнес:

– В прошлом ты умерла, потому что подошла слишком близко ко мне. – Его слова звучали как заклинание: – Забудь и это место, и меня. Впредь живи свободно. Наслаждайся тем, чего тебе не было дано в прошлых жизнях, и будь счастлива…

«Будь счастлива без меня», – хотел продолжить он, но Ёнсо вдруг резко схватила его за руку. А потом протянула вперед свою ладонь и приложила к его рту. Это неожиданное движение привело Сочжу в замешательство. Неужели она буквально заткнула ему рот? С таким он столкнулся впервые. Он посмотрел на девушку круглыми от удивления глазами.

– Да послушай же ты меня! Ты же не дитя малое, в конце концов! Сколько можно твердить одно и то же? Прошлое, прошлое… – разразилась Ёнсо гневной тирадой, не забывая крепко зажимать ему рот ладонью. Но, встретив его удивленный взгляд, она вдруг почувствовала, как на нее нахлынули разные эмоции. Возмущение, обида, ненависть, любовь, нежность. Сильные чувства накрыли ее с головой. Они принадлежали и той девушке из сна. Глядя прямо в лицо Сочжу, Ёнсо выпалила: – Ты делаешь это не ради меня! Ты просто потерял голову от страха, потому что до сих пор не можешь справиться со своими проблемами! Боишься, что жизнь вдруг станет лучше? Ты заранее уверен в том, чего еще не произошло. Если любишь меня, так и скажи! Времена этой затхлой эпохи Чосон давно прошли! Сколько можно твердить про какую-то дурацкую судьбу? Сколько сотен лет ты еще заставишь меня ждать тебя?

В этот момент в голове Ёнсо внезапно вспыхнули искры воспоминаний из далекого прошлого. Они незаметно растворились в других воспоминаниях. Цветок, который был прямо перед ней, и чувства, похожие на те, что она испытывала в прошлой жизни, сделали свое дело. Прошлое и настоящее смешались, но Ёнсо была слишком зла, чтобы заметить это. Ее ладонь по-прежнему закрывала рот Сочжу, а тот лишь растерянно хлопал глазами.

Только теперь Ёнсо поняла, что хотела донести до нее та девушка из сна. Цветок, воскрешающий память, тщательно скрываемая правда и ее истинные чувства. Собрав все силы, Ёнсо вырвала бутон из рук Сочжу. Она дернула так сильно, что несколько лепестков оторвались и взмыли в воздух. Синее сияние окутало их обоих, и Ёнсо решительно произнесла:

– Я буду помнить каждое мгновение, проведенное с тобой.

«Я запомню все. Навеки». Не успела она договорить, как ее захлестнул поток воспоминаний из далекого прошлого.

История о яркой картине: солнечный весенний пейзаж и короткая беседа

До сих пор помню, каким был воздух в тот день, когда я впервые встретила его. Темный влажный лес. Пронзительный крик птиц, действующий на нервы. Туман, тяжелой пеленой опускающийся на землю, и холодный воздух. Тогда я была лишь маленькой девочкой, и это испытание оказалось для меня невыносимым, поэтому я воспользовалась одним из немногих доступных мне способов противостояния миру. Разрыдалась изо всех сил.

К счастью, мой безудержный плач принес пользу. Появился он. Словно небожитель, спустившийся с облаков на грешную землю. Подол его развевающегося плаща был похож на нефритовое море, а ниспадающие волосы сияли лунным светом. Его кожа казалась такой белой и прозрачной, что он походил больше на призрака, чем на человека. И все же он был прекрасен. На мгновение встретившись с его сверкающими, словно изумруды, глазами, я тут же влюбилась. Он был самым красивым из всех, кого мне доводилось видеть в этой жизни.

Его истории, которые я прочла много позже, не уступали хозяину по красоте. Даже почерк – я выражала восхищение, из раза в раз повторяя, что буквы, выведенные им на бумаге, так же прекрасны, как и он сам. В такие моменты он просто молчал и смотрел на меня исподлобья. Ему не нравились комплименты внешности, которые обычно применимы к девушкам. Однако своим маленьким умом припомнить другие эпитеты я не могла. Должно быть, он тоже это понимал, потому что больше ничего не говорил. Даже когда я расхваливала его прекрасную улыбку, он лишь слегка опустил книгу, которую читал, чтобы посмотреть на меня, но ничего не ответил. Иногда он бывал на удивление снисходительным.

Пролетели годы. Стоял солнечный весенний день. Он, как обычно, читал книгу, а я играла с его длинными прядями.

– А какими были твои прошлые дни, небожитель? – поинтересовалась я.

До тех пор я еще искренне верила, что он является либо богом, либо лесным духом. Он, должно быть, прожил невероятно долго, но ничего мне об этом не рассказывал. Он так и не открыл мне своего имени, и я сгорала от любопытства. Сколько же удивительных, необыкновенных событий развернулось перед ним за столь долгое время?

Однако на мой нетерпеливый вопрос последовал холодный ответ:

– Мрачными.

И на этом все. Такой ответ меня не удовлетворил. Будь я взрослее, я бы не стала так себя вести, но тогда я была еще совсем мала. Любопытство взяло верх.

– А что ты будешь делать в будущем? – звонко спросила я.

Он и бровью не повел. Я растерянно помолчала, а потом снова принялась атаковать его вопросами. Он по-прежнему не отрывал взгляда от книги.

– Я жду того дня, когда наконец полностью сгнию и исчезну. И телом, и душой.

В такой ясный солнечный день с теплым приятным ветерком он думал о смерти. Однако тогда я была еще слишком мала и глупа, чтобы понять смысл его слов. Я лишь подумала, что он, должно быть, сделан из какого-то хрупкого материала. Потому и говорит так легко о том, что сгниет и исчезнет.

Я была уверена, что он высечен из нефритового камня, а оказалось, что он целиком состоит из сахара и стекла. Зимой он может треснуть от мороза, а летом растаять, так что не останется и следа. Но теплые весенние дни так коротки, что же делать? Я ненадолго призадумалась и пришла к гениальному, на свой взгляд, решению:

– Хочешь, я подожду вместе с тобой?

«Тогда я смогу укрыть тебя от холода и защитить от жары. Не знаю, когда придет конец, которого ты так ждешь, но я буду сидеть рядом и рассказывать тебе истории. Моя старая кормилица говорила мне, что это и есть жизнь – делиться сокровенными историями и ждать прихода теплой весны».

Не уверена, понял ли он, что я хотела сказать именно это. Он лишь медленно повернул голову и посмотрел на меня. Смотрел очень долго, как будто впервые увидел.

Так пролетели годы. Пришел конец нашим спокойным дням, словно синева небес высохла и превратилась в пыль. Против моей воли меня выдали замуж. Я предложила ему сбежать вместе, но он ничего не ответил. Мы крепко сжимали друг друга горячими ладонями, но он так и не открыл мне свое сердце. Он все еще боялся.

Я продолжала ждать этого одинокого грустного мужчину. Мечтала, что он наконец почувствует жажду жизни, позволит себе желать чего-то. Но тем временем моя реальность, к сожалению, потекла не в том направлении. Я увядала с каждым днем.

Однажды в холодный ветреный день я ощутила приближение смерти. Чахотка уже долгое время терзала мое тело, и вот после очередного приступа кашля я увидела на платке капли крови. Это был знак, предупреждающий, что моя жизнь подходит к концу. Какой безжалостной оказалась эта штука, называемая судьбой. Моя душа и так почти умерла, так к чему еще и это?

У меня вырвался горький смешок. До самого конца жизнь не давала мне ни единого шанса. Я несколько дней не выходила из дома, сетуя на несправедливость и терзаясь жалостью к себе. Неужели это конец? До сих пор я так мучилась душевной болью, что от прежней меня и без того осталась лишь тень. Однако, подумав о том, что это и в самом деле всё, я почувствовала, что не готова так легко распрощаться с жизнью. Если уж на то пошло, то лучше своими руками…

Внезапно мой взгляд упал на комод, где стояли те вещи. Пара резных уток-мандаринок, которые бережно хранил человек, именуемый моим мужем. Он говорил, что, если загадать им желание, оно обязательно исполнится. Я встретилась глазами с уткой-самкой. На мгновение ее взгляд показался мне живым. Может, я уже схожу с ума? С этой мыслью я взяла фигурку в руки.

Спину утки пересекала тонкая трещина. Такие фигурки обычно делают пустыми внутри. Я слегка сжала ее в руке, и она раскололась на две части. Что-то выпало на пол. Небольшой предмет, величиной меньше ладони. Я развернула слой бумаги, в которую он был обернут, и комнату осветило разноцветным сиянием. От удивления я потеряла сознание. Кажется, кто-то заходил в мою комнату, но я ничего не помнила. Открыв глаза, я увидела, что вокруг все по-прежнему. Оно лежало в моей ладони. Внимательно приглядевшись, я поняла, что со мной приключилась удивительная история.

Рог оленя, переливающийся девятью цветами. Это была волшебная вещица из его рассказа. Как она снова попала в наш мир? Опять дело рук того юного вора? Я поспешно спрятала ее обратно в фигурку. На следующий день я собиралась позвать мастера, чтобы он нанес на нее новый слой краски. Такая драгоценность не должна попасть в чужие руки.

Внезапно меня охватило предчувствие, что этот загадочный рог каким-то образом поможет мне. Когда однажды посреди ночи муж схватил его и выбросил на улицу, это ощущение лишь усилилось. Это шанс, который подарен мне каким-то милосердным богом. Я твердо решила изменить свою жизнь – если не своими силами, то одолжив могущество у богов. Когда-нибудь я буду заниматься тем, чем хочу, и любить того, кого хочу. И не успокоюсь, пока не увижу это своими глазами.

Моя последняя выходка в итоге привела к смерти. Но даже умирая, лежа под отвесной скалой, я помнила о своем решении. Душа покинула тело, и я увидела его. Он пришел, чтобы сопроводить меня в земли мертвых. Жнец смерти, прихрамывающий на левую ногу. Юный вор, которого возненавидели боги. Только теперь я вспомнила. В тот день, когда я разбила фигурку утки, это он заходил в мою комнату. Узнав его, я протянула ему рог Девятицветного оленя и попросила взамен помочь мне встретиться с любимым в следующей жизни. Он весело усмехнулся и дал мне один совет. Несмотря на грозный вид, он оказался очень человечным.

– Можешь не возвращать его мне. Говоришь, фигурки остались у него? Тогда скажи божествам в мире мертвых, что в следующей жизни найдешь рог и принесешь его. Только не забудь упомянуть, что не помнишь точно, где он находится, и поиски могут занять много времени. Они навечно заперты в загробном мире, так что не станут отказываться от такого заманчивого предложения. Разве что накинут на тебя оковы, чтобы не отвлекалась от дела. Что-то вроде несчастий, которые будут преследовать тебя в каждой новой жизни. Бесконечные неудачи будут медленно поедать твою душу. Готова ли ты пойти на такое?

Я весело рассмеялась:

– Я ничего не боюсь, если только это позволит мне снова встретиться с ним. Мое желание исполнилось, а об остальном я подумаю позже. Я верю, что мы найдем выход, даже если на это уйдет много времени. Если несчастья будут сбивать меня с ног, я буду помнить о том, что жива благодаря этому. Только после смерти я поняла, что имела в виду моя старая кормилица. Должно быть, его глупость заразила и меня.

Перед отправлением в дальний путь по тропе мертвых я попрощалась с ним. Молясь о том, чтобы он не сильно грустил, когда очнется и увидит рядом с собой мое бездыханное тело.

– Я ухожу. Но непременно вернусь к тебе. И мне неважно, кто ты – небожитель или лесной дух. Просто живи и жди меня. Я беспокоюсь лишь об одном: чтобы ты не слишком страдал от одиночества. Надеюсь, твои дни в ожидании меня не будут мучительными и печальными. Просто живи так же, как когда я была рядом. Читай книги, рассказывай кому-нибудь свои истории. Возделывай наш сад, проводи дни в покое. А когда мы встретимся снова, поведай мне о том, как жил без меня. Я буду рада послушать сказки из твоей книги. Собери их побольше. Ведь ты так любишь рассказывать истории. А я с удовольствием буду слушать. Как всегда. Всю ночь лежа рядом с тобой.

∞

Ёнсо открыла глаза. Первое, что она увидела, – рыдающего мужчину, сжимающего ее в своих объятиях. От его обычного спокойствия не осталось и следа, он рыдал так, словно весь мир рухнул. Он поднес ладонь Ёнсо к своим губам, по щекам катились бесконечные слезы. Должно быть, он не ощущал тепла ее руки, и его сердце разбилось на осколки.

Девушка заключила, что потеряла сознание из-за цветка памяти. Она чувствовала сильное головокружение. Медленно повернув голову, она поняла, что упала со скалы, на которой стояла беседка. Ёнсо смутно помнила, что перед тем, как потерять сознание, ощутила, как ее тело взмыло в воздух.

А потом ее подхватил мягкий прохладный поток ветра. Благодаря ему она теперь лежала под скалой в сравнительно целом виде. Наверное, это опять были его «невидимые друзья». Девушка незаметно улыбнулась, несмотря на то что перед глазами все плыло.

Понемногу она снова стала чувствовать свое тело, словно сломанные кости стремительно срослись. Казалось, парящее в воздухе туловище наконец опустилось на землю.

Она тихо прошептала:

– Разве ты не говорил, что много раз наблюдал мою смерть?

Он поднял голову и взглянул на Ёнсо. Неизбывная грусть сменилась удивлением, смешанным с восторгом. Несколько мгновений он с недоверием всматривался в ее лицо, а потом вдруг снова разрыдался.

– Ты уже второй раз в этой жизни падаешь со скалы! – прокричал он сквозь слезы.

Эта скала была намного меньше, чем та, с которой она упала в первый раз, но Ёнсо понимала, что ситуация могла вызвать у него неприятное чувство дежавю.

Он с трудом успокоился, изо всех сил стараясь сдерживать рвущиеся наружу рыдания. Но по низко опущенным плечам девушка видела, что это дается ему нелегко. Она нежно стерла прозрачные капельки слез, застывшие на его ресницах, и сказала:

– Имя, которое я тебе придумала… Ты притворялся, что оно тебе не нравится, а сам носишь его до сих пор.

Сочжу бросил на нее резкий взгляд. Недоверие в его глазах смешалось с надеждой. Слезы, которые он сдерживал с таким трудом, снова потекли по щекам. Он узнал ее. Так же, как узнавал каждый раз.

Слова застревали в горле. Мужчина с трудом выговорил:

– Это… ты?

Они здоровались впервые бесчисленное количество раз в каждой ее новой жизни. Теперь, когда все эти моменты промелькнули в голове Ёнсо, она поняла причину его страха. Почему он надолго замолкал после очередного «первого» приветствия.

Он мечтал, чтобы она узнала его. Чтобы показала, что те краткие мгновения их любви не были плодом его фантазии, что такой человек, как он, действительно был важен кому-то. Только она могла дать этому подтверждение.

Сочжу взял ладонь Ёнсо в свою дрожащую руку. Положил ее себе на грудь и нежно сжал. Этот жест выглядел отчаянным, словно в ее маленькой ладони заключалось его спасение. Слезы снова потекли по его лицу. Он плакал долго, будто смывая боль, накопившуюся за долгие века.

– Каждый раз, когда я здороваюсь с тобой впервые… Мне страшно. А что, если когда-нибудь я тоже тебя забуду? Но ведь ты – мое все… – сказал он, глотая слезы.

Каким же мягким сердцем он обладал. Через бесконечно долгую жизнь он пронес лишь одно – свою любовь.

Влюбленные сжали друг друга в объятиях. Сочжу уткнулся лицом в шею девушки. Слезы не прекращались. Они были похожи на ливень, проливающийся на иссушенную жарой землю. Ёнсо терпеливо ждала, пока этот дождь закончится, ласково похлопывая его по спине.

– Прости, что заставила так долго ждать, – сказала она, вложив в эту фразу всю свою нежность.

* * *

Волшебные события, похожие на сон, закончились, и Ёнсо вернулась к обычной жизни. Она не была занята ничем особенным, но время летело как стрела. Тоже как обычно. Так прошла удивительно короткая осень, и наступила зима. Не успела девушка оглянуться, как пролетела и половина зимы. Год подходил к концу.

Ёнсо сидела в теплом уютном кафе и переписывалась с друзьями из родного городка. «С Новым годом! Смотрите не простудитесь. А помните, мы хотели отметить тридцатилетие как-то по-особенному?» И другие обыденные вещи.

Девятка в числе ее возраста снова обратилась в ноль. Казалось, вот-вот она превратится в десятку, но вместо этого с нулем в душе снова поселилась какая-то пустота. Ощущение было странное. Сколько бы жизней она ни прожила, все еще не могла к этому привыкнуть.

Ёнсо погрузилась было в запутанные размышления о жизни, но тут в дверях кафе показался Санхун. Помахав рукой, он направился прямо к столику, за которым сидела девушка.

– Ёнсо! Обратная связь офигенная! Круто! – восторженно завопил он, совсем как школьник. Люди вокруг начали оборачиваться, но Санхун не обращал на них внимания. Он плюхнулся за столик напротив Ёнсо. Девушка только улыбнулась, зная, что его уже не остановить. – Я же говорил, у меня хорошее предчувствие! Портфолио всем понравилось, и с проектом проблем не возникнет… А, кстати! Как ты вчера добралась? Как-то внезапно все превратилось в собеседование. Ты прости, если неудобно вышло. Просто всем было так любопытно тебя узнать… – возбужденно продолжал вещать Санхун.

Санхун, наверное, как всегда, переборщил, расхваливая ее. Вчера Ёнсо было немного неловко, но она не хотела портить всем настроение.

– Спасибо, все были так добры.

– Да ладно, чего уж там. Кстати, как продвигается дело, которым ты занята? Если нужно еще время, только скажи.

– Нет, всё в порядке, – с улыбкой ответила она и сделала глоток теплого чая. За огромным окном кафе вся улица была как на ладони. Людей в выходной день было много. Кругом царила послепраздничная новогодняя суета и радостная атмосфера.

Еще совсем недавно было Рождество, поэтому тут и там все еще мелькали люди, одетые в красное. Красные шарфы и перчатки, красные свитеры. Передвигаясь по улицам туда-сюда, они придавали холодной зиме яркость и живость.

Ёнсо вдруг подумала, не подарить ли ему красный шарф. За последние несколько сезонов она заметила, что он носит одежду только черных или белых тонов. Если в его гардеробе и мелькали другие цвета, то всего лишь светло-коричневый или зеленый. У него бледная кожа, так что яркие цвета будут хорошо смотреться… И к светлому пальто красный шарф отлично подойдет…

– Ёнсо, ты с кем-то встречаешься?

– Что?

От неожиданного вопроса Санхуна Ёнсо коротко вскрикнула. Такая откровенная реакция обескуражила парня. Он удивленно посмотрел на нее, а потом расплылся в широкой улыбке и принялся дразнить девушку:

– А я-то думаю… чего она улыбается в пустоту? Теперь все понятно! Ты поэтому попросила отсрочку? Так сказала бы! Я бы тебе и два месяца дал. А хочешь, устрою так, чтобы ты из дома работала? Ну раз уж начала встречаться, чтобы наверняка…

– …

Отношения – это ведь не экзаменационный тест, что там надо делать наверняка? Смущенная Ёнсо вдруг ощутила нахлынувшую усталость. Санхун же сегодня пребывал в прекрасном настроении и был даже настойчивее, чем обычно. Ёнсо уже забеспокоилась, что он сейчас начнет расспрашивать ее о родне возлюбленного, как вдруг явилась ее спасительница.

– Эй, ты опять достаешь Ёнсо?

– Даын!

Шутливо улыбаясь, Даын опустилась на диванчик рядом с Ёнсо. Санхун тут же придвинул к ней чашку горячего кофе, который только что принесли ему. Оглядев девушку с ног до головы, он возмутился:

– Холод на улице, почему у тебя свитер такой короткий? Замерзнешь же до смерти из-за своей моды!

– Не включай папочку! Вот, лучше возьми.

Даын вытащила из сумки симпатичный маленький букет и протянула Санхуну. Круглые желтые бутоны были красиво завернуты в коричневую бумагу. Даын вложила цветы в ладонь парня со словами:

– Поздравляю. Ты наконец осуществил свой давнишний план. Настоящий подарок отправила в офис, а это просто прихватила по пути. Помнишь, ты просил меня купить тебе цветы в этот день? Вот, держи.

Он однажды сказал это вскользь еще в старшей школе, когда его план только возник. Санхун с растерянным выражением лица долго смотрел на букет в своей руке.

– Но это… Не слишком ли милый подарок для мужчины, которому уже за тридцать? Даже если это и я… – смущенно пробормотал он через некоторое время.

– Опять ты ерунду несешь. Ты же теперь целый директор, будь посерьезнее. Ёнсо, скажи, я же права?

– Вообще-то да. Но серьезность и Санхун – такие далекие друг от друга понятия…

– Ух ты, Ёнсо! Теперь и ты на меня нападаешь?

Ёнсо ответила ему озорной улыбкой. Санхун обиженно надул губы, а Даын весело расхохоталась.

Трое друзей долго сидели в кафе, обсуждая последние новости. Продвижение Даын по службе, новый вызов для компании Санхуна, заметные успехи Ёнсо. Она наконец закончила свой первый рассказ и получила отличные отзывы от Санхуна и его коллег.

Даын радовалась за подругу, как за себя. И даже в шутку бросила, что, возможно, сотрудничество с Санхуном окажется не таким уж провальным. Санхун принялся возмущаться, Даын смеялась. Все было как всегда.

За окном пошел снег. Ёнсо взглянула на часы и поспешно начала собираться.

– Я пойду. У меня встреча за ужином…

– А, твой парень? – ехидно поинтересовался Санхун.

Ёнсо покраснела.

Молча наблюдавшая за этой картиной Даын спросила у Санхуна:

– Ёнсо с кем-то встречается?

– Судя по всему. Хорошо ей, начало нового года, романтика…

Даын задумчиво свела брови, а затем твердо заявила:

– Ты бы лучше о своих отношениях подумал. Уже за тридцать перевалило, ты признаваться собираешься или нет?

– Что?!

Глядя на ошеломленного Санхуна, девушки прыснули. Парень покраснел до ушей и начал заикаться. Неужели он действительно думал, что Даын ничего не подозревает? Ёнсо хотелось поддержать наивного Санхуна.

Девушка встала из-за стола и попрощалась с друзьями. Даын внезапно схватила ее за руку:

– Подожди, Ёнсо.

С этими словами подруга поднялась и заботливо поправила сбившийся воротник рубашки Ёнсо. От этого легкого движения наряд девушки сразу стал выглядеть намного опрятнее. Довольно улыбнувшись, Даын встретилась с Ёнсо взглядом и сказала:

– Отлично выглядишь, ты прямо похорошела. Приятно посмотреть. Надеюсь, теперь у тебя все получится.

– Да, конечно, – улыбнулась в ответ Ёнсо.

И вышла из кафе.

Нос моментально покраснел на холодном ветру. Мороз пробирал до костей, снег летел прямо в глаза. Блестящие, словно драгоценные камни, ледяные кристаллы мгновенно таяли в ладонях. Ёнсо шла вперед, чувствуя легкое сожаление.

Вскоре перед ней показался он. Одетый в длинное зимнее пальто, он был похож на обычного человека. Держа над головой зонт, мужчина внимательно рассматривал рекламный экран у автобусной остановки.

– На что смотришь? – спросила Ёнсо, подбегая к нему сзади.

– Привет! – Сочжу смахнул с головы девушки белые хлопья снега и сказал: – Вот, смотри. Это похоже на вещь, которая раньше была у меня. Я отдал ее в ремонт и потерял.

– О, точно. Кажется, я ее помню.

На экране показывали рекламу музейной выставки. Она называлась «Выставка незабываемых артефактов эпохи Просвещения». На белом экране отображалась фотография ржавой печатной машинки. Ёнсо заинтригованно смотрела на экран. Казалось, потерянная вещь преодолела время и вернулась к ним.

Внезапно в голове девушки всплыло одно воспоминание.

– Тот начальник, о котором я тебе рассказывала. Этот подлый человек… В прошлой жизни это был он, верно? – спросила она у Сочжу.

У девушки язык не повернулся назвать его мужем, и она просто сказала «он». Смутный образ из далеких воспоминаний и плохая энергетика, исходящая от него, были определенно похожи. Теперь Ёнсо поняла, почему Сочжу так резко реагировал каждый раз, когда речь заходила об этом человеке. Он догадался с самого начала.

Сочжу еле заметно улыбнулся. Ёнсо поняла, что права, и без его ответа. Вдруг в голове встал на место очередной кусочек пазла.

– Неужели… человек, с которым ты встречался в тот дождливый день? – спросила она дрожащим от волнения голосом.

Он продолжал молча улыбаться. Иногда этот мужчина выглядел так, что ее бросало в дрожь. Он был непредсказуемым, словно хищник, который терпеливо ждет, а потом резко набрасывается на жертву. Разумеется, его опасная сущность никогда не проявлялась при Ёнсо, но все же по спине девушки пробежал холодок.

– Что ты с ним сделал? Скажи! Хватит улыбаться!

– Разве сейчас это важно?

– А если тебя посадят в тюрьму? Тебе придется отсидеть срок, и люди заподозрят неладное, потому что ты не стареешь!

Ёнсо не уступала ему в упрямстве.

Сочжу невольно усмехнулся и ответил:

– Ничего я ему не делал. Я ведь знаю, что месть всегда возвращается сторицей. И к тому же тебе бы это не понравилось.

«Только приставил к нему призраков, чтобы он некоторое время видел только кошмары». Последние слова он произнес очень тихо и неразборчиво.

Ёнсо была благодарна ему. Этот человек всегда заботился о ней, незримо оставаясь рядом. Сердце разрывалось от переполнявших его чувств. На рекламном экране всё еще показывали печатную машинку.

Ёнсо решила перевести разговор на другую тему:

– А ты и сейчас тоже пользуешься печатной машинкой? Или пишешь от руки?

– Чего? Разумеется, у меня есть ноутбук!

«И между прочим, от ведущей корейской фирмы». Неожиданный ответ на некоторое время лишил девушку дара речи. Влюбленные медленно пошли по улице, продолжая беседу.

– Я же не сидел безвылазно в одной только книжной лавке. Мне нужно было часто выходить в люди, хотя бы ради того, чтобы запастись сладостями для Окто.

– Теперь я чувствую себя преданной. А я-то думала, ты сидел одинокий и грустный в магазине и ждал меня.

– Но я же должен был что-то есть. Чтобы хватало сил быть одиноким и грустным.

– Тебя никогда не победить в спорах!

– Глядя на тебя, я думаю, что в душах тоже имеются гены. Иначе почему ты всегда стремишься меня победить, в каком бы образе ни явилась?..

– Ну все, хватит!

Ёнсо зажала ему рот ладонью. И не отпускала, пока не получила обещание, что он больше не будет с ней спорить. Сочжу только улыбался. В конце концов Ёнсо тоже не смогла сдержать улыбки. Они еще немного попререкались, а потом снова взялись за руки и пошли дальше.

Обжигающе холодный зимний ветер дул в лицо. Из-за этого влюбленные ненадолго замолчали.

Ёнсо заговорила первой:

– У меня есть еще один вопрос. Тот грубый человек, то есть божество… Жнец смерти. Почему он нам помог? Ведь у тебя с ним тоже плохие отношения…

– Ну… однажды мы с ним выпивали вдвоем.

– Я знаю. Когда ты его обманул.

– Нет, в другой раз. Много позже. К тому времени я уже ждал тебя примерно триста лет.

На этот раз он приготовил угощение, просто чтобы помириться. Сочжу поил жнеца дорогой выпивкой. Тот сначала держался настороже, но со временем расслабился. Благодаря сладкому ликеру, изготовленному знаменитым мастером.

Когда алкоголь забурлил в крови, Сочжу задал жнецу вопрос. Примерно тот же, что сейчас интересовал Ёнсо. «Ты же должен меня ненавидеть, так почему помогаешь?» Жнец долго раздумывал над ответом, а потом заговорил заплетающимся языком.

– Он поведал мне, что каждому божеству доверена только одна роль. Так они могут наблюдать сверху за всем миром и сохранять справедливость. Именно поэтому некоторые боги слишком строги, а другие, наоборот, полны бесконечной любви. Третьи такие веселые и озорные, что иногда это доходит до жестокости. Он сказал, что тоже понял это лишь спустя время. Что по сравнению с людьми, такими разными и яркими, боги – всего лишь застывшие картины, каменные плиты. А потом он рассказал мне, какая роль была доверена ему. Это и было ответом на мой вопрос.

– И что это было?

– Сострадание.

На мгновение образ пугающего мужчины слился в голове Ёнсо с образом грустного маленького мальчика. Несчастный ребенок, который по наивности упустил счастье, упавшее прямо ему в руки.

– Он божество, в котором много сострадания. Даже смешно, насколько это не сочетается с жестоким делом, которым приходится заниматься жнецам смерти. Поэтому-то он и попался на мою уловку.

Ёнсо кивнула. Больше она не заговаривала об этом мужчине. Однако теперь девушка вспомнила о другом хорошо знакомом божестве.

– Кстати, недавно Окто спросила у меня кое-что. Все ли со мной будет в порядке. Сказала, что помнить прошлые жизни после перерождения может быть очень тяжело. Что даже если сейчас я этого не понимаю, после нескольких повторений эта ноша может сломать меня.

– …

– Так что я сказала ей: если когда-нибудь мы с тобой расстанемся навсегда, я загадаю ей желание. Попрошу ее помочь мне «забыть бывшего парня». Я ведь еще ни разу не просила у нее ничего. Шанс у меня остается.

– И что она ответила?

– Согласилась, конечно. Мы же ладим. Разве мы не поможем друг другу в такой малости?

– Ну да, Окто ведь богиня дружбы, – тихо пробормотал Сочжу и замолчал. Его лицо помрачнело. Прошло несколько минут, когда он снова заговорил напряженным голосом: – Окто права. Будет непросто. Я до сих пор не уверен, что это верное решение. Если ты снова будешь страдать, тогда я…

– Постой.

Девушка потянула его за руку и заставила остановиться.

– Давай подумаем об этом потом. Сейчас важнее, что мы будем есть на ужин. Долго нам еще так идти без цели? На этот раз ты решил убить меня, заморив голодом? – спросила она, нарочно придав голосу как можно больше суровости.

Сочжу посмотрел на любимую, которая стояла, подбоченившись и обиженно надув губы. Притворяться у нее никогда не получалось, и она выглядела невероятно милой. Похолодевшее сердце накрыла волна тепла. Он наклонился и, нежно поцеловав ее в лоб, прошептал:

– Ни за что. В этой жизни я собираюсь тебя избаловать. Чтобы ты покинула этот мир, прожив самую счастливую и долгую жизнь.

– Ощущение странное. Слышать такие слова в моем возрасте…

«Похоже на предложение, только…» – смущенно отведя глаза, тихо пробормотала Ёнсо.

Сочжу громко расхохотался, и девушка поняла, что он опять ее дразнит. Пылая от возмущения, она заколотила кулачками по его груди. Пока он не прижал ее к себе, пожаловавшись, что ему больно.

У их истории нет финала. Девушка будет рождаться заново и каждый раз находить его, а мужчина будет вечно ждать ее в книжной лавке, затерянной глубоко в горах. Их любовь все еще сложна, рискованна и изменчива. Трагична, если уж на то пошло. Такую концовку не назовешь счастливой.

Поэтому они расскажут друг другу бесчисленное количество историй. Считая звезды на ночном небе, рисуя прекрасный восход над синим морем, наслаждаясь тишиной в горах. В один из таких спокойных дней они задумаются о мимолетности и важности времени, заснут и проснутся вместе, а потом будут жить дальше изо всех сил, мечтая о спокойных тихих днях. Вдвоем они отправятся в долгий путь по направлению к счастливому концу.

Один из них живет вечно, а другой – имеет вечную память. Но финал их истории совершенно банален.

Ведь это лишь обычная человеческая жизнь.

* * *

Будь то день или ночь, в этот магазин можно попасть, только сбившись с дороги, в конце долгого пути.

Время, которое можно провести в нем, неограниченно. Необязательно покупать книги, если хочешь – можно послушать, как хозяин лавки читает вслух. Чтобы попасть туда, необходимы только небольшая решимость, усталость и желание хорошенько отдохнуть. Вот и всё. Ах да, и еще уверенность в том, что сможешь стерпеть поведение владельца магазина, которое часто меняется ни с того ни с сего.

Спокойным мягким голосом он рассказывает жуткие истории, от которых порой бросает в дрожь. А потом, то ли пытаясь разозлить еще больше, то ли успокаивая, заявляет, что страх – доказательство того, что ты жив. Понять его невозможно – иногда он с серьезным лицом рассказывает о богах, а иногда настаивает на научном подходе. Лучше всего просто не задумываться об этом, списав эти странные слова на шутливость, свойственную всем сказочникам.

Гости сюда приходят самые разные. Живые и мертвые, боги и люди, мистические животные и жуткие предметы. Это место открыто всем, кто любит слушать истории. Оно единственное в своем роде и не отвергающее никого. А еще оно так же загадочно, как и его хозяин.

Кто-то называет его кладовкой, а кто-то – пристанищем усталых душ. Другие презрительно бросают: всего лишь старый амбар! Но девушка, которая любит приходить сюда чаще других, придумала для него иное название. Место, в котором соседствуют иллюзии, похожие на сон, и ослепительная реальность. Место, где сливаются старые воспоминания и мечты о будущем. Нарисованная рукой бездна и выписанный раскосыми буквами глубокий космос.

Книжная лавка грез.

Продолжение. Как использовать книгу не по назначению

Стоял весенний день. В окно лились теплые солнечные лучи. В выпускном классе старшей школы витало волнение от начала нового учебного года. Кто-то ждал знакомства с одноклассниками, другие радовались тому, что снова попали в один класс со старыми друзьями. На каждой перемене ребята принимались увлеченно делиться друг с другом последними новостями. Отовсюду доносилась негромкая болтовня, не переходящая, однако, в шумный гомон.

Разумеется, среди старшеклассников имелись и индивиды, которые держались особняком. Такой была и Даын. На переменах она обычно решала примеры из учебников, повторяла изученное или читала дополнительные материалы. Девочка была так погружена в учебу, словно боялась, что случится беда, если она вдруг хоть на мгновение почувствует радость от жизни.

Ее внешний вид был таким же невеселым. Строгая школьная юбка до колена и неровно остриженные волосы, свисающие до плеч. Упрямые уголки губ, которые никогда не трогала улыбка. Поэтому никто из одноклассников не спешил подружиться с Даын. К тому же она почти никогда не поднимала взгляда от книг. Девочка сидела, низко склонив голову над очередной задачей, пряди волос полностью скрывали ее лицо. Она выглядела так неприступно, что ни у кого из окружающих не возникало желания даже заговорить с ней.

Вот и в тот день Даын с самого утра не перемолвилась ни словом с одноклассниками. Она собирала книги в рюкзак, чтобы пойти домой, а в это время ребята радостно договаривались пойти на выходных погулять, чтобы насладиться прекрасной весенней погодой. «Дни стоят теплые, это верно. Вещи быстро сохнут, и счета за отопление меньше», – подумала Даын и вышла из кабинета. Как обычно, никто даже не попрощался с ней.

Ее дом находился очень далеко от школы. Чтобы сэкономить деньги, Даын каждый день преодолевала это расстояние пешком. Она берегла каждую копейку, чтобы потом купить новые сборники задач. Те, что она носила с собой, были ужасно истрепанными, ведь она уже прорешала их вдоль и поперек по несколько раз. Многие страницы оторвались, и девочка просто всунула их обратно. Она могла бы просто разложить их на столе, как карту, – до такой степени развалились ее старые книги.

Даын остановилась у высокого электрического столба возле поворота в переулок. До дома идти оставалось еще около часа. Девочка не собиралась тратить это время понапрасну. Она потянулась к рюкзаку за спиной, чтобы достать английский словарь. Книг было слишком много, и Даын никак не могла нашарить нужную. Она сняла рюкзак и заглянула внутрь. И вдруг встретилась взглядом с огромными глазами янтарного цвета. Сердце тут же ушло в пятки, девочка поспешно закрыла сумку. Пытаясь унять дрожь во всем теле, она задумалась: «Возможно ли такое, что в мой рюкзак забралось животное? Когда? Дома? Или в школе?» После недолгих размышлений Даын пришла к выводу, что такого не может быть, и снова открыла рюкзак.

Это была обычная книга. С черной кошкой, нарисованной на обложке. Глаза животного сверкали, совсем как настоящие. Может, художник применил какую-то особую технику? Даын вытащила книгу и повертела ее на солнце. Золотистые радужки загадочно поблескивали светло-зеленым.

Это был роман о дружбе и любви, главной героиней которого выступала кошка из магической библиотеки. Он был полон фантастических событий. Даын еще не читала его, но именно так описал книгу хозяин книжной лавки, в которую она вчера случайно забрела.

До сих пор девочка ни разу не читала фантастических романов. И не собиралась этого делать. Так что она решительно отказалась от этой книги, но владелец магазина оказался крайне настойчив: он всучил ее прямо в руки Даын, уверяя, что эта книга непременно ей поможет. Да еще и денег не взял. Этот человек был таким же странным, как и его лавка, затерянная где-то в глуши.

– Необязательно читать ее. Книги иногда можно использовать не по назначению, – сказал владелец лавки, и Даын ничего не оставалось, кроме как принять его подарок. В его мягкой улыбке сквозило упрямство, и спорить дальше не имело смысла. Положив книгу в рюкзак, девочка вышла из магазина и напрочь забыла о ней.

Если честно, она очень смутно помнила, как вообще оказалась в той лавке. Вчера вечером мама впервые за долгое время вернулась домой, и они сильно поссорились из-за денег. Поэтому на этот раз из дома ушла сама Даын. Она долго бродила по глухим переулкам, а потом перед ней вдруг возник тот книжный…

Держа в руках книгу и думая о странном магазине, Даын брела вперед. Но как только она завернула в переулок, ей снова пришлось остановиться. Сегодня с ней продолжали случаться непредвиденные вещи. Обычно девочка любила проходить по этому узкому грязному переулку. Потому что он всегда оставался пустынным и неизменным.

Но кто это там впереди? Смуглый мальчишка повис на заборе и тянулся рукой к электрическому столбу напротив.

На нем была форма школы, в которую ходила Даын. Однако это лицо она видела впервые. Девочке было любопытно, чем же он там занимается, но больше всего ей хотелось просто спокойно пройти по переулку. Вчера и так все пошло наперекосяк, не хватало только, чтобы это повторилось сегодня.

Она остановилась немного поодаль и кашлянула. Мальчик обернулся и, неловко улыбнувшись, помахал ей рукой:

– При… привет!

Кто его просил здороваться? Даын молча кивнула в ответ.

– Мне пройти надо, – сказала она.

– Ох, прости! Сейчас я подвинусь. Сейчас… А-а-а!

Не успев договорить, он вдруг поскользнулся на заборе. В мгновение ока ситуация повернула в неожиданном направлении. Мальчик повис на электрическом столбе, словно цикада, и отчаянно закричал:

– Поймай меня!

– Что? Как я тебя поймаю?

Он казался очень крепким и тяжелым. Да еще и длинным, как гусеница. Как она его должна поймать? Он что, хочет использовать ее вместо подушки? Даын растерянно застыла на месте, не зная, что предпринять; в это время мальчик издал еще один пронзительный крик. Он вопил так отчаянно, словно был на волосок от гибели, – и у девочки потемнело в глазах. Спасение людей в ее сегодняшних планах точно не значилось.

За секунду до того, как его руки оторвались от столба, Даын прыгнула вперед. Второпях она выставила вперед ладонь, но в ней, как назло, оказалась та книга. Она словно пыталась поймать спелый плод, падающий с дерева. Это было абсолютно нелогичное, импульсивное движение. Обычно Даын даже в шутку не могла помыслить о таком.

Мальчик приземлился прямо на книгу. Точнее сказать, распластался на ней. Естественно, книга нисколько не смягчила падение. Мальчик нахмурился от боли и потер поясницу. Увидев Даын, которая тоже упала вслед за ним, он вдруг звонко расхохотался:

– А ты-то чего упала?

Даын разозлилась: сам же просил помочь! Но разговаривать с ним она больше не собиралась.

Ткнув пальцем в книгу под его спиной, она сурово сказала:

– Подвинься!

Мальчик удивленно округлил глаза. Вытащив книгу из-под себя, он продолжал так же удивленно таращиться, переводя взгляд с девочки на кошку с обложки и обратно. Повторив это бессмысленное действие несколько раз, он вдруг снова залился громким смехом:

– Ты что, пыталась меня ею поймать? Ой, как мило!

Мальчик так бурно веселился, что его смех заполнил собой весь переулок. Все еще злившаяся Даын вдобавок сильно покраснела. Мало того что этот неблагодарный мальчишка даже не подумал сказать спасибо за добрые намерения, так еще и насмехается над ней! Второпях любую глупость можно совершить! Она резко выдернула книгу из его рук. Поспешно затолкав ее в сумку, Даын поднялась с земли. Но в этот момент она вдруг почувствовала сильную боль:

– Ай!

– У тебя кровь идет! – закричал мальчик.

Даын пронзила его взглядом, который словно говорил: «И без тебя знаю!» В глаза ей бросилась нашивка с именем. Чжу Санхун. Надо запомнить, чтобы больше никогда с ним не пересекаться.

Даын поковыляла прочь, чтобы скорее избавиться от Санхуна. Но при каждом шаге коленку пронзала сильная боль. Девочка закусила губу и остановилась.

Санхун, заметив ее мучения, тут же догнал Даын:

– С тобой все нормально? Хочешь, провожу?

– Нет. Я буду благодарна, если ты от меня просто отстанешь.

– О, постой! Ты тоже в эту школу ходишь? И меня туда перевели, с завтрашнего дня начинаю! Круто! Как тебе моя форма? Вот решил померить заранее, идет мне, правда?

– …

– Ох, прости! Ты же сказала, что торопишься, да? Залезай!

И он присел на корточки, подставив ей спину. От такого непредвиденного развития событий у Даын отвисла челюсть.

После непродолжительных препирательств девочка все же уступила. «Даже в идеальном плане могут появиться переменные. Далеко пойдешь, если не будешь зацикливаться на этом», – пришла на ум давно заученная фраза. Она уже опоздала домой к тому часу, к которому собиралась вернуться, а с такой ногой и вовсе будет добираться бесконечно. Лучше уж согласиться с этим надоедой и принять его помощь.

Мысленно просчитав все плюсы и минусы, Даын в конце концов взгромоздилась на спину Санхуна. Она почувствовала исходящее от него тепло. Прохлада ранней весны отступила. Когда в последний раз кто-то вот так носил ее на спине? Хотя нет, не так. Было ли вообще в ее жизни такое?

От неожиданно охватившего ее ощущения уюта Даын немного успокоилась. Чувствовать это непредсказуемое тепло было даже приятно. Все-таки этот мальчишка казался неплохим, вот даже предложил донести ее до дома на спине. Даын решила изменить свое первое впечатление о Санхуне в лучшую сторону.

– А ты не будешь спрашивать, что я там делал? – возбужденный голос мальчика прервал ее размышления.

Она резко ответила:

– Не буду.

– Видела гнездо на самой верхушке того столба? Я слышал оттуда щебетание. Ты когда-нибудь видела настоящих птенцов? Показать? Если только я заберусь на этот столб…

– Мне вообще ни разу не любопытно, так что иди молча.

Но Санхун не обратил внимания на ее грубый ответ. Даын была противна его чрезмерная приветливость. Она повисла на его плече. Если притвориться спящей, он же перестанет ее донимать? Однако ожидания девочки и тут не оправдались. Санхун продолжал беззаботно щебетать. Как те самые птенцы, о которых он говорил.

Внезапно Даын вспомнила о вчерашнем настырном хозяине лавки. Если это и есть использование книги не по назначению, то ей такого не надо. Ни переменных, вмешивающихся в ее планы, ни использований не по назначению. Это просто отвратительно. Шумно и совсем-совсем не по ней! Не выдержав, Даын ударила Санхуна по плечу, но тот только рассмеялся.

Однажды весенним днем в строго распланированной жизни Даын внезапно появилась переменная. Надоедливый мальчишка, который пробудет с ней очень долго – возможно, до самого конца.

Обычный день в книжной лавке

Сквозь трещины в камне пробивались упрямые желтые цветы. Мальчику оставалось только признать, что он заблудился. Эта скала возникала перед ним уже в пятый раз. Значит, он ходит по кругу. Мальчик устало опустился на землю, и его окутал влажный запах леса. В обычное время его бы уже отчитали за то, что он весь перепачкался в грязи, но сейчас рядом не было никого из взрослых – некому было сыпать упреками.

Живот забурчал от голода. Мальчик вытащил из кармана шоколадную конфету. Растаявший шоколад прилип к синей обертке. Обычно он ни за что не стал бы есть такое, но сейчас мальчик поспешно засунул конфету в рот и начал жадно жевать. Однако, чтобы заглушить голод, этого оказалось недостаточно.

«Страшная история о запретной зоне». Вот почему он оказался в этой ситуации, на этой горе. Вчера мальчик услышал интересную историю и поспешил поделиться ею с друзьями. На этой горе запретная зона намного обширнее, чем на других, и этому есть объяснение.

Здесь живет чудовище, которое скопило в своем логове горы книг. Оно обладает удивительной магией. Все, что его душе угодно, чудовище может достать из исписанных страниц. Еду и драгоценности, да даже ложки и палочки! Как только он запустит лапы в книгу и загадает желаемое, оно тут же выскакивает оттуда. Его тома полны совершенно обычных историй, но несут в себе загадочную силу.

А еще ходят и другие разговоры. Например, что чудовище может закрыть неугодного ему человека в книге. Или спрятать там вкусненького ребенка, чтобы потом полакомиться им. Оно завлекает коварной улыбкой и сладкими речами – оглянуться не успеешь, как окажешься внутри книги, поэтому нужно быть осторожным. Люди прозвали его Книжным духом.

Мальчик увлеченно описывал друзьям страшное чудовище, когда его перебил один из одноклассников. Противный мальчишка начал смеяться над ним, заявив, что он в свои полных десять лет до сих пор не умеет отличать правду от выдумки. Мальчик не мог вынести того, что его обозвали ребенком, верящим в сказки. Ведь он всегда был самым мудрым среди сверстников.

Мальчик закипел от возмущения. Смех соперника звучал гадко. Остальные ребята с интересом поглядывали на спорщиков. Ощущая на себе полные любопытства взгляды, мальчик собрал всю смелость и громко заявил:

– Я отправлюсь на ту гору и добуду доказательство того, что Книжный дух существует на самом деле!

Живот снова свело от голода. Прошло уже много времени с тех пор, как он обедал в школе. Вдруг мальчик вспомнил, что мама рассказывала ему сказку про тигра, охотящегося по ночам в горах. А если он и правда будет бродить тут до самой темноты и столкнется с тигром или лесным духом? Страшные фантазии пронеслись в голове. Слезы, которые уже давно стояли в глазах, градом полились по щекам. Он хотел домой. Даже если мама будет ругать за грязную одежду, все равно с семьей лучше. Мальчик хотел съесть все сладости, которые обычно стоят в вазочке на кухонном столе, и зарыться поглубже в мягкий диван.

Внезапно кончика его носа достиг какой-то другой аромат, помимо влажного запаха леса. Что-то сладкое и очень аппетитное. С горьковатым привкусом горелого. Такой запах обычно доносится из пекарни рядом с домом по утрам. Мальчик моргнул и быстро подскочил с места. Сейчас он готов был сжевать даже камень, что уж говорить о сладких горячих булочках!

Мальчик поспешил в ту сторону, откуда ветер приносил аппетитный запах. Он пробежал по густому лесу и перепрыгнул через небольшой ручеек. Проскользнул через узкую щель между скалами. Он уже собирался раздвинуть ветви дзельквы, свисающие прямо перед его лицом, как вдруг услышал чей-то тихий голос:

– Мы всегда рады покупателям, но вот насчет таких бесполезных гостей я не уверен.

Мужской голос звучал мягко, но в нем чувствовалось недовольство. Мальчик торопливо огляделся, но никого не увидел. Он быстро скользнул в заросли, присел и осторожно выглянул из-за густой листвы.

Посреди леса виднелась небольшая полянка, окруженная кустарниками и цветами. Между прекрасными абрикосовыми деревьями стоял дом. Темно-зеленая краска на стенах местами облупилась, и красивое сооружение чудесным образом сливалось с пейзажем. Каждое дуновение ветерка обсыпало его ворохом лепестков с абрикосовых деревьев. Казалось, это белые волны вскипают в глубоком море. Мальчик впервые видел такое за свои десять лет жизни.

Пряничный домик посреди густого леса. Чаепитие в Стране чудес. Мальчик тут же вспомнил все старые сказки, которые когда-то читал. Охваченный одновременно страхом и любопытством, он высунул голову. Наконец его взору предстали те, кто жил в этом загадочном месте.

На краю полянки, куда падали теплые солнечные лучи, стоял большой деревянный стол. За ним сидело два человека. Маленькая девочка, а напротив нее – взрослый мужчина во всем черном. Милая девочка с румяными щеками и страшный мужчина, от которого веяло холодом. Они сидели далеко друг от друга, но все равно их соседство выглядело странным.

На столе стояли тарелки с разными сладостями и ттоками. Все они были придвинуты поближе к девочке. Мужчина не выражал ни малейшего интереса к еде. Закинув одну ногу на другую, он скучающе подпирал подбородок рукой. Напевая себе под нос какую-то мелодию, мужчина притопывал в такт тяжелым кожаным ботинком. Даже мальчик в свои десять лет понимал, что такое поведение выходит далеко за нормы вежливости.

Внезапно он услышал звук приближающихся шагов. Мальчик задрожал от страха и зажал себе рот ладошкой. Сердце громко стучало. Скрипящие шаги были всё ближе. Мальчик надеялся, что, кто бы это ни был, он пройдет мимо, но человек остановился.

Перед глазами мальчика возникла прямая гладкая штанина. Затем на нее мягко опустился край традиционного плаща. Мальчик затаил дыхание, но, похоже, человек его не замечал.

Осмелев, он осторожно приподнял голову.

– У вас же болит нога, не слишком ли вы напрягаетесь? – спросил мягкий голос. Именно его мальчик услышал в самом начале.

– Нарываешься? Не умеете вы тут встречать гостей, – грубо ответил мужчина в черном.

Человек в плаще тоже подошел к столу. Теперь мальчик смог увидеть его полностью. Огромный рост, белоснежная кожа, светлые волосы, неторопливые грациозные движения. Он выглядел очень приветливо, но в его глазах не было ни капельки тепла.

Мужчина поставил на стол тарелку с блинами. Высокая стопка блинчиков была щедро полита карамельным сиропом. Мальчик тут же понял, что за запах привел его сюда. Он сглотнул слюну. Но все же он не мог избавиться от тревоги. Кто эти люди? Может, стоит бежать со всех ног, пока они его не заметили?

Все еще пребывая в раздумьях, мальчик случайно бросил взгляд на окно. Внутри странного здания виднелись стеллажи с книгами. Округлив глаза от удивления, мальчик по очереди посмотрел сначала еще раз на зеленый домик, а затем на человека в плаще. Чудовище, которое живет, зарывшись в гору книг. Неужели это правда?

Мальчик снова с любопытством уставился на троицу за столом.

Мужчина в плаще вдруг заговорил:

– Окто, у тебя сироп на носу.

– Где? Убери!

Мужчина протер кончик носа девочки салфеткой. Она что-то проворчала, и мужчина вынул из плаща книгу. Из плаща, в котором мгновение назад ничего не было! Не веря своим глазам, мальчик несколько раз моргнул.

Теперь он окончательно уверился в том, что перед ним не человек. Мужчина вручил книгу девочке, и мальчика бросило в дрожь. Неужели он собирается съесть ее?

Человек в черном недовольно пробормотал:

– Фу, одни сладости. Весь аппетит пропал.

– Вот и не приходите больше. Вас тут никто с радостью не встречает, так почему вы продолжаете наведываться?

– А меня хоть где-то с радостью встречают? Ни единого раза не припомню с тех пор, как стал жнецом смерти.

Повисла тишина. Слышно было только, как девочка с громким хрустом грызет орехи. Она проткнула вилкой огромный блин и целиком засунула его себе в рот.

Мужчина в плаще вдохнул аромат горячего чая и поинтересовался:

– А ваша нога… так и не заживает?

– Так ведь столько людей об этом молится. Можно подумать, если я хромой, то так уж медленно хожу…

Этому человеку явно палец в рот не клади. Но вот на его лице появилась мягкая улыбка. Он выглядел так, словно присматривал за непослушным ребенком.

Девочка заканючила, обращаясь к мужчине в плаще:

– Сочжу, я хочу сушеной хурмы!

– Ты же вчера ее ела. Если съесть слишком много, живот разболится.

– О, хурма? Я бы тоже поел. Только самую лучшую, какую подают на поминках в доме старшего сына, – оживился человек в черном.

Мужчина в плаще молча пронзил его холодным взглядом и направился в дом. Видимо, за хурмой. Мальчик внимательно следил за силуэтом, который смутно виднелся в окне.

Человек двигался туда-сюда вдоль книжных полок. Зачем он пошел к книгам, если ему нужна хурма? Мальчик смотрел во все глаза. В конце концов мужчина остановился между стеллажей и поднял ладонь.

Что-то блестящее выскочило из книги и скользнуло прямо ему в руку. Не успел мальчик моргнуть, как на ладони мужчины возникла тарелка с сушеной хурмой. От удивления он чуть было не завопил во весь голос: «Книжный дух! Это все правда!»

– Только две. Иначе живот заболит, – сказал мужчина, выйдя с тарелкой из дома и протянув ее девочке.

Мальчик снова посмотрел в окно. Он может воспользоваться шансом, пока они заняты. Нужно просто тихо прокрасться внутрь и взять одну книгу. Если он принесет в школу доказательство существования Книжного духа, сразу станет героем. И утрет нос тому противному однокласснику!

Мальчик было привстал, но от долгого сидения у него затекли ноги. Боль пронзила его электрическим током, и он снова плюхнулся на землю. Мальчик принялся разминать затекшие ноги, его сердце пустилось вскачь. Нужно торопиться! Пока это чудовище не поймало и не съело его!

– Здравствуйте, – вдруг послышалось прямо над его ухом.

Мальчик поднял голову и увидел над собой человека в плаще. От страха он повалился на спину, все еще крепко держась руками за затекшие ноги. Испуганные глаза встретились с удивленным взглядом мужчины.

Тот огляделся по сторонам и с ласковой улыбкой спросил:

– Вы потерялись?

* * *

– Ты просто поздоровался с ним, а он потерял сознание? – удивилась Ёнсо.

– Да, обозвал меня Лесным духом и отключился. Давненько я не слышал этого прозвища, и откуда только он его взял, – спокойно ответил Сочжу.

Это действительно был очень интересный гость. Откуда он узнал прозвище, которое было забыто много веков назад? Так Сочжу прозвали детишки в очень давние времена, еще до того, как он построил книжную лавку. Не особо задумываясь над этим, Сочжу перевернул страницу. Скоро должна была появиться строчка, которая очень нравилась Ёнсо вот уже несколько жизней подряд. Он немного отвлекся на рассказ о другом, но все же помнил о своей первостепенной задаче: радовать любимую в каждой ее новой жизни.

Влюбленные сидели в старой беседке у водопада, расположенной на невысокой скале в секретном саду. Теплые послеобеденные лучи падали прямо на стол. Предзакатный свет понемногу начинал окрашивать мир в алые тона. Ёнсо полулежала, опираясь спиной на Сочжу.

Вдруг девушка приподнялась и обеспокоенно повернулась к мужчине:

– С тем ребенком ведь ничего не случилось?

– Жнец смерти забрал его, – равнодушно ответил Сочжу, не отрывая взгляда от книги.

Ёнсо побледнела. Мальчику ведь было всего десять лет. Неужели его маленькое сердечко остановилось от страха? Почему же он так испугался? От переполнявшей ее жалости девушка не знала, что и сказать.

Сочжу поднял на нее глаза. На его лице играла шаловливая улыбка.

– Он сказал, что доставил его домой без проблем. Наверное, тот мальчишка сейчас отлично выспался и собирается с удовольствием отужинать.

Ёнсо потеряла дар речи – на этот раз от возмущения. Этот мужчина явно прожил на этом свете слишком долго: он совершенно забыл, сколько длится жизнь обычного человека. Девушка подумала, что раз уж зашел такой разговор, она просто обязана вынести любимому строгое предупреждение. Она пустилась в длинные объяснения, доказывая, что жизни людей – это не шутка. И разумеется, сюда же входила и жизнь самого Сочжу.

Мужчина внимательно выслушал длинную речь любимой. Он даже ни разу не отвел взгляда. Ёнсо настойчиво приводила множество примеров, начиная с далекого прошлого, а он в это время вглядывался в ее черные глаза. Боялся, что, чересчур увлекшись, она забудет моргать.

Ёнсо резко замолчала. Ее лицо пылало от возмущения.

– Ты вообще меня слушаешь?

– Разумеется, – незамедлительно ответил Сочжу.

Ёнсо опять показалось, что он над ней подшучивает. С ним было невозможно разговаривать серьезно – этот недостаток девушка заметила еще очень давно.

Она обиженно отвернулась. Из груди вырвался тяжелый вздох. Вот что с ним делать? По сравнению с прошлыми жизнями на этот раз все было гораздо хуже. Раньше он хотя бы отвечал ей резкостями, но зато она всегда знала, что у него на душе. А теперь, когда бы девушка ни завела серьезный разговор, Сочжу все время искусно уходил от ответа.

Вот как разговаривать с ним о действительно важных вещах? Например, о том, как он себя не бережет и как от этого у нее болит сердце. Невозможно. Ёнсо помрачнела. Смутная грусть нахлынула из ниоткуда. Она сделала вид, что смотрит куда-то вдаль, но тут внезапно почувствовала со спины его теплые объятия.

– Я все слушаю. Ловлю твой голос и выражение лица, каждое слово, что слетает с твоих губ. Чтобы помнить, даже когда ты исчезнешь… – прошептал Сочжу, уткнувшись лицом в ее шею.

Он притянул ее к себе. Ёнсо закатила глаза. С каждым днем этот мужчина становился все несноснее. И все же ее щеки жарко запылали.

Девушка молча прикоснулась к его голове. Зарылась пальцами в мягкие волосы. Давным-давно она так же сидела, перебирая его локоны. Тогда его волосы были намного длиннее, чем сейчас. О чем же она думала в тот момент? Ёнсо погрузилась в старые воспоминания.

Очнувшись, она с трудом придала своему голосу строгости:

– Меня от тебя тошнит. У тебя что, колючки во рту появятся, если ты хоть день обойдешься без таких слов?

Он поднял голову, медленно моргнул и посмотрел ей в глаза:

– Думаю, да. Простишь меня?

Ёнсо опять покраснела. Коварный хитрый упрямец. Опять она попалась на его уловку. Девушка что-то пробурчала, мужчина громко рассмеялся в ответ. И прижал ее к себе еще крепче.

Поцелуй был мягким и нежным. В нем не было ни торопливости, ни жадности. Рядом весело бежал ручей, закатные лучи ласкали кожу. Снова открыв глаза, влюбленные долго изучали лица друг друга. Без движения, словно они застыли в этом месте навсегда.

Ее маленькая ладонь не обжигала – в ней были только нежность и тепло. Возможно, когда-нибудь один из них исчезнет. Но пока они не были готовы к расставанию. Они просто наслаждались этим мгновением, любили и сжимали друг друга в объятиях.

Словно в обычной старой сказке. Они долго сидели рядом, глядя друг другу в глаза. Ощущая счастье, что подарило им это мгновение.

От автора

Для меня очень ценна возможность выпустить эту книгу в том же возрасте, в котором предстала на страницах Ёнсо, – в двадцать девять лет. В возрасте, когда вроде бы произошло еще не много, но уже и не мало. Когда кажется, что уже чего-то достиг, но, оглянувшись назад, понимаешь, что еще недостаточно. Возраст, в котором человеком движут не ожидания и надежды, а волнения и переживания. Так я могу описать двадцать девятый год моей жизни. Именно поэтому и Ёнсо в книге столько лет. Мне показалось, этот возраст отлично подходит к ее поискам себя.

Но, честно говоря, дело даже не в двадцати девяти годах. Просто сейчас такое время, когда все вокруг грустят и без конца беспокоятся. Многие друзья делятся со мной болью, через которую проходят. Я часто задумываюсь о том, какие слова подобрать для утешения. Но в то же время понимаю, что иногда никакие слова не помогут. Поэтому кажется, что лучше не говорить вообще ничего.

Уверенность есть в одном. Даже когда трудные времена пройдут, переживания и заботы никуда не денутся. Скорее всего, всю жизнь нас будут поджидать всё новые и новые тревоги и волнения. Говорят, трудности помогают человеку вырасти над собой, поэтому нельзя все время только и делать, что радоваться жизни. Звучит грустно.

Зачем жить такой жизнью, в которой счастье нам все равно не светит? Этот вопрос интересует меня уже очень давно. Но ответа на него у меня до сих пор нет. И думаю, уже и не будет. Однако благодаря этому вопросу и появилась история, которая воплотилась в книге.

Через «Книжную лавку грез» мне хотелось донести до читателя простую мысль: если однажды вы вдруг заблудитесь, попробуйте заглянуть в незнакомый закоулок. Вдруг вам удастся увидеть там книжную лавку с зелеными стенами. Постучите в старую деревянную дверь, и вам откроет хозяин магазина. Отдохните немного после трудного дня, слушая его тихое чтение. Пока у вас не появятся силы идти дальше.

Надеюсь, что мои читатели хорошо проведут время. Мне будет еще радостнее, если книга хоть немного поможет вам справиться с тяжелым днем. Ведь роман был написан именно для этого. Иногда намного проще найти способ пережить неприятности, чем отыскать причину вообще жить дальше. Скоро я постараюсь вернуться к вам с еще одной интересной историей, которая порадует вас и скрасит вечер.

В заключение я хочу выразить огромную благодарность всем близким, щедро дарящим мне любовь и поддержку, всем, кто помог этой книге увидеть свет, моим замечательным коллегам и моей маме, которая научила меня любить этот мир.

Со Сорим

Над книгой работали

Руководитель редакционной группы Анна Неплюева

Шеф-редактор Павла Стрепет

Ответственный редактор Ольга Мигутина

Литературный редактор Анна Журавлёва

Креативный директор Яна Паламарчук

Арт-директор Галина Ересина

Иллюстрация на обложке и внутреннее оформление mugenoumi

Корректоры Евлалия Мазаник, Анна Быкова

ООО «Манн, Иванов и Фербер»

mann-ivanov-ferber.ru

Сноски

1

Имеется в виду вариация истории о Золушке – корейская народная сказка «Кхончхи и Пхатчхи», где Пхатчхи – злобная сестра. Здесь и далее примечания переводчика, если не указано иное.

2

Деревянный столб с вырезанной птицей на конце, который устанавливался у ворот в деревню. Он обозначал границы деревни и символизировал духа-покровителя, оберегающего поселение.

3

То же, что и го. Традиционная настольная игра, возникшая в Древнем Китае от двух до пяти тысяч лет назад и ныне распространенная по всему миру. Игровое поле представляет собой размеченный клетками квадрат; играют двое; цель – «захватить» камнями своего цвета большую территорию, чем противник. Примечание редактора.

4

Тток – блюдо корейской кухни; пирожок, сделанный из клейкого риса.

5

Маго – космогоническая богиня в корейских мифах о сотворении мира; Мать матерей, по легенде создавшая все живое на земле.

6

Около 740 долларов США. Примечание редактора.

7

Кисэн – артистки развлекательного жанра эпохи Чосон.

8

Корё – государство на Корейском полуострове, существовавшее в период с 935 по 1932 год.

9

В древности так называли девушек, которые прислуживали на празднествах и развлекали гостей танцами и пением.

10

Обряд совершеннолетия во времена эпох Корё и Чосон. С достижением совершеннолетия мужчинам полагалось собирать волосы в пучок и носить традиционную шляпу, также в этот день они получали новое – взрослое – имя.

11

.

12

.

13

Ханок – традиционный корейский дом.

14

Имя составлено путем сложения иероглифов и дословно переводится как «хозяин книг».

Content

Со Сорим
Книжная лавка грёз

Пролог. История, оставшаяся под обрывом

Глава 1. Случайный визит

Сказание о Девятицветном олене: маленький вор и Девятицветный олень

Лунное дитя: девочка, рожденная вместе со звездой

Глава 2. Сад неизбежности

Глава 3. Узел вечности

Грешник: начало Человек, за которым не придет смерть

Грешник: продолжение Сочжу

История о яркой картине: солнечный весенний пейзаж и короткая беседа

Продолжение. Как использовать книгу не по назначению

Обычный день в книжной лавке

От автора

Над книгой работали

Сноски