Амелия Хатчинс

Насмешка судьбы

Глава 1[1]

Я отвернулась от окна, и побежала, будто от этого зависела моя жизнь. Потому что прямо тогда, я думала, что так и есть. Инстинктивно, я знала, что мне не стоило видеть то, что я увидела.

Райдер издевался над Гильдией магов наряду с другими мужчинами, которые, как мне показалось, были фейри, но я не была уверена, там могли быть и люди.

Я знала, что, чем пробовать быть в армии единственным сражающимся, лучше было бы просто понять его. Я ускорилась, едва успевая обходить ухоженные кустарники на обширной лужайке, и уклоняться от деревьев. Мне не хотелось оглядываться. Я не была такой глупой, чтобы оглянуться и посмотреть назад. Я как раз была из тех, которые кричали на таких глупых девушек в фильмах.

Я не переставала бежать; даже, когда услышала, как гончие ужасно завопили. Они были достаточно далеко, и, если бы мне удалось добраться до шоссе, у меня бы хватило времени чтобы оторваться от них.

Насколько я могла судить, ни один из фейри, живущих в доме, ещё не просеялся, как и мне было все еще трудно сделать это.

Когда я выбежала на тротуар, загудел сигнал, и меня едва не размазал по дороге словно блинчик 18-ти тонный лесовоз, груженный бревнами, но я сумела отскочить назад. Старый и зеленый Бьюик, ехавший за ним, завизжал тормозами и остановился в четверти мили от дороги.

Глубоко выдохнув, я судорожно вздохнула и глянула на шоссе.

Вокруг не было ни одной машины, за исключением той, что остановилась. Я взглянула на нее как раз тогда, когда зажглись фары, и машина начала разворачиваться.

Я оглянулась и посмотрела на особняк. Даже на расстоянии я могла сказать, что там горят огни.

От кустов, которые охватывали территорию вокруг особняка, я едва уловила свет зеленых глаз. Резкий гнусавый звук послужил мне дополнительным стимулом, и я решила, что нужно идти к машине, пока она разворачивается.

Когда я достигла зеленого Бьюика, я замедлилась. Старая женщина-водитель потянулась и опустила стекло. У нее были седые волосы, на носу сидели очки с толстыми стеклами. Однако, ее мутные серые глаза были зоркими.

— Вы сума сошли? — крикнула она мне, при этом закивала головой и уставилась на меня.

На мне были джинсы, поношенные шлепки и сумочка из лучшей жизни. Я было попыталась заговорить, но у меня после увиденного все мысли в голове просто перемешались.

— Ты выглядишь слегка напуганной, чтобы садиться за руль. Что ты здесь делаешь? — спросила она, когда я быстро открыла дверцу машины и села рядом с ней.

— Мне нужно в Гильдию, в Спокан. Желательно добраться туда так быстро, как только сможет эта старая машинка, леди, — проговорила я, хватая ремень безопасности и защелкивая его.

— Ты одна из тех фейри? — спросила она, пристально вглядываясь.

— Нет, я наемник Гильдии и это чрезвычайно важная ситуация! — вскрикнула я, и на секунды почувствовала слабость.

Я немного соврала. Технически, я больше не являлась наемником и еще не полностью перешла на сторону фейри — видите, я соврала лишь чуть-чуть.

Женщина вдавила педаль газа и задняя часть автомобиля вырулила обратно на шоссе.

— Так почему же ты сразу не сказала? — произнесла она немного громче, очевидно, чтобы быть услышанной в этой развалюхе.

Мы подъехали к Гильдии спустя двадцать минут. Я поблагодарила женщину за поездку и быстро зашагала. Меня встретили и окружили охранники Гильдии. Десять стражников преградили мне путь, чтобы я не смогла убежать; большинство из них были в моем классе.

— Мика, это очень серьезно! — сказала я главному в команде.

Мика холодно улыбнулся, в его карих глазах читалось волнение, из-за которого по моей спине прошелся холод.

— Либо дай мне пройти, либо позови сюда Олдена! — крикнула я, не заботясь о том, что у них есть оружие, на меня направленное. Я не была их врагом, и черт возьми, я была гораздо быстрее их всех.

Я топнула ногой и посмотрела на них.

— Таким, как ты, здесь не рады, Синтия, — холодно сказал он.

— Таким, как я? То есть это не я спасала твою тупую задницу на бесчисленных пробных заданиях? Не я спасала тебя, когда тебя пытались тырнуть отсюда? Так, Мика? — я просто кипела от ярости.

— Ты даже не одна из нас! Единственная причина, по которой на твоей гребаной головке еще не оставили и следа, так это то, что твой «дядя» отказывается выдавать себя.

— Достаточно! Мика, иди внутрь. Живо! — стремительно спускаясь по лестнице сказал Олден. Его глаза быстро прошлись по мне, прежде чем он кивнул Тейту, который с извиняющимся взглядом похлопал по мне снизу-вверх.

— Она чиста, — шагнув назад, сообщил он.

— Я бы хотела поговорить с тобой наедине, Олден, — сузив глаза, пробурчала я.

— Такого больше не случится, Синтия. Гильдия больше не сотрудничает с фейри. Если, конечно, у вас нет дела, за которое мы могли бы взяться.

То есть как не сотрудничает с фейри?

— Но может вы измените свое решение, когда услышите, что я вам скажу, — отрезала я.

— Иди домой, — ответил Олден.

— Нет! Я не хочу идти домой! Ты должен выслушать то, что я собираюсь сказать! Я лишь…

— Я сказал, иди домой, — зарычал Олден и впился в меня взглядом.

Стража, стоящая за ним, хихикали и смеялись надо мной. Я боролась с желанием броситься на них сгустком магии, но с учетом моей удачи, в конце концов за это я окажусь закованной в цепи. Если бы я еще могла подключаться к своей магии! Я не чувствовала ее с тех пор, как умерла Ларисса.

— Олден, — холодно начала я. — Мне нужно поговорить с тобой.

— Иди домой, Синтия. Я позвоню тебя позже.

Что-то в его глазах заставило меня смутиться; что-то было не так. Я чувствовала со стороны стражников неприязнь, настойчивость в голосе Олдена и что-то еще, чего не могла понять.

— Хорошо, но вам следует услышать то, что я хочу сказать.

— Гильдия больше не собирается помогать фейри. Если то, что ты хотела сообщить, как-то к этому относится, то можешь забыть об этом. Вам здесь больше не рады, Синтия, так же, как и Адаму. Вы были предупреждены, — что-то промелькнуло в глазах Олдена, когда он говорил это. Он повернулся и оставил меня стоять, глядя на его удаляющуюся спину.

Я повернулась и спустилась обратно по лестнице, сопровождаемая охраной.

Я пришла сюда, чтобы сообщить Олдену, что людям причиняют боль — членам Гильдии причиняют боль! Какого черта здесь произошло за неделю, что меня вышвырнули и заставили скорбеть по моему лучшему другу? Весь мир сошел с ума?

Конечно, я ожидала, что Гильдия не окажет мне радушного приема, но такой холод со стороны Олдена…Что-то было не так, казалось, Олден специально хотел, чтобы я ушла отсюда.

Если смешать все это с тем, что произошло с Райдером и его людьми, то получается супчик с дерьмом. И он в любом случае не будет подаваться холодным.

Я зашагала домой, ни на что не обращая внимания. Я так задумалась, что уж было не пропустила свой дом.

Выкинув из головы мрачные образы о Райдере, свидетелем которых я стала, я зашагала по тротуару, который покрывал мертвую траву у меня во дворе.

Я вставила свой ключ в замок, толчком открыла дверь и тут же почувствовала его присутствие.

Это чувство покалывания как от электричества было таким, будто недалеко замкнуло линии электропередачи. Я толкнула дверь, полностью открыв ее, и переступила через порог, надеясь, что защита не даст ему войти.

— Райдер, — прошептала я, и мое тело, вспомнив о нем, тут же возжелало его.

— Ты снова сбежала от меня, Питомец, — прорычал он, выходя из-за огромного розового куста. На нем все еще был одет его плащ. Его глаза вспыхнули золотистым огнем, когда он прошелся по мне взглядом.

— Да, я видела, что вы творили, и не уверена, что могла бы находиться рядом с вами. Гильдии становится не по себе, когда их собственность подвергается насилию, так что если ты не хочешь говорить о том, почему вы издевались над Гильдией магов, и о тех других, с которыми ты был, просто уходи, — иногда мне действительно нужно было следить за своим языком.

— То, что я делал в своей собственности не должно тебя беспокоить. Ты и так через многое прошла в последнее время.

— Назови мне хотя бы одну причину, по которой я не должна звонить в Гильдию и не докладывать об этом, а? — скрестив руки на груди, я не показывала страха. Конечно же я блефовала. Он шагнул вперед и остановился в нескольких дюймах от двери.

Я отступила, достаточно далеко, чтобы быть почти уверенной, что он не сможет тронуть меня или заставить выйти из дома. Я улыбнулась и наклонила голову в его сторону.

— Я мог бы сделать так, чтобы ты вышла отсюда, — усмехнулся он и наклонил голову, подражая мне, из-за чего его чернильно-черные волосы мягко упали на его лицо. Он меня просто отвлекал, а мне хотелось узнать, что же он делал там, в своем особняке.

— Попробуй, — зарычала я.

— Думаю, тебе нравится, когда я управляю твои разумом.

— Только посмей хоть еще раз, — отрезала я, уставившись на него.

— Какого это, чувствовать на себе мой знак, Питомец? — Я точно сломаю себе шею, от того, как он круто меняет тему разговора. Его улыбка была холодной, но все же оставалась такой же прекрасной.

Он одарил меня самодовольным взглядом, сложил руки на груди и оперся плечом на каркас двери.

— Я знаю, почему ты пришла в особняк.

— Я сказала тебе, что не буду твоей собственностью. В первую очередь, ты не имел права ставить на мне метку, — холодно ответила я.

— Ты моя, Син. Не совершай ошибок, думая иначе. Ты стала моей еще до своего перехода, — его губы изогнулись в злой ухмылке, а взгляд медленно скользил по мне. Его голос звучал мягко, заманчиво и привлекательно.

— Я согласилась на это, да, но лишь на некоторое время.

Он фыркнул и покачал головой.

— А кто сказал, что я хочу большего?

Ой. Я буквально вздрогнула от его слов.

— Это и есть настоящая причина, по которой ты здесь? Или ты пришел, чтобы позлорадствовать, потому что оставил свое гребаное клеймо на мне?

— Я пришел сказать тебе, что у тебя есть два дня. Я хочу, чтобы, когда придет время, ты была со мной. Я хочу быть тем, кто увидит тебя во время перехода. В контракте, который ты подписала, это не было оспорено. Я в свою очередь также поддержу и Адама. Это вскоре произойдет, Син. Я чувствую это по твоему запаху. Скоро, каждый гребаный фейри в Спокане его ощутит. Вот тебе и причина для метки. Она была сделана специально, чтобы показать, когда это произойдет, твой переход. Я не хочу делить тебя ни с кем. Два дня, питомец, а затем я погружу свой член в тебя. И не раз.

— Контракт или нет, у тебя нет никаких прав распоряжаться мной, и я сделаю всё чтобы эту чёртово клеймо убрать с себя. Тебе нужны еще объяснения? — прокричала я. Он снова двинулся в мою сторону и мне пришлось отстраниться назад.

Уголки его губ поднялись, глаза вспыхнули гневом.

— Никто, кроме меня не сможет ее снять, Питомец, — его взгляд прошёлся по стенам, а улыбка стала еще неприятней. — Ты не сможешь скрываться внутри этого дома вечно.

Я улыбнулась в ответ.

— В чем дело, Райдер; боишься снова получить пинок под зад?

Он покачал головой.

— Ты так ничему и не научилась, Питомец? В этом гребаном мире нет такого места, где бы ты смогла спрятаться от меня. Куда бы ты не пошла, я найду тебя. Я быстрее, умнее, ты все равно будешь моей.

— Но ты не сможешь войти в мой дом, — я победно улыбнулась. Это было чистое ребячество, но от него становилось лучше.

— Ты правда думаешь, что я бы не смог войти в твой дом и достать тебя? — поспорил он.

Я сглотнула и покачала головой. Защита, которую мои родители заложили внутри стен дома, уже однажды пала от рук Райдера; это был единственный раз, когда я видела, что на него ничто не может повлиять.

— Нет, конечно… — и не успела я закончить фразу, как чьи-то невидимые руки выдернули меня из дома, и массивное тело Райдера прижало меня к стене.

— Как я уже сказал, тебе не спрятаться от меня. Никогда. — Его глаза горели жидким золотом. Тепло между нами было обжигающим. — Если ты попытаешься спрятаться от меня, то я привяжу тебя к своей кровати и буду трахать до тех пор, пока ты не только признаешь, что ты моя собственность, но и будешь умолять об этом.

Я облизала губы, в ответ на его колкость, но его рот тут же завладел моим. Его поцелуй был гораздо большим, чем просто поцелуй — он показывал, что это его владения.

Я просунула свои руки к его груди, чтобы оттолкнуть его, но в тот момент, как они там оказались, я забыла обо всем, кроме Райдера.

В очередной раз мой разум принадлежал ему, становясь инструментом моего собственного обольщения и удовлетворения его потребностей. Это было так, будто он взял контроль над моим разумом и телом, причем без особых усилий.

Я застонала, почувствовав, как его твёрдая плоть упирается мне в живот, когда он оперся руками об обшитые сайдингом стены дома, тем самым заманив меня словно в капкан своих рук.

Мое тело горело от желания. Жидкий огонь растекался по моим венам.

Его поцелуй углубился, он застонал, когда приподнял меня, и я обхватила ногами его талию, а руки обернула вокруг шеи. Мои руки сжали в кулак его волосы, держа его на уровне моего рта. Когда ему, наконец, удалось оторваться от меня, он горел от желания. Я ненавидела себя за то, что до сих пор хотела его, несмотря на то, что он сделал.

Мое тело молило об его прикосновениях, даже требовало.

Когда я прислонилась обратно к дому, он усмехнулся, ища глазами мое лицо.

— Ты еще ближе, чем я думал, — его губы блуждали вдоль моей шеи, и, остановившись на сонной артерии, он языком нащупал мой пульс. — Как же хорошо ты пахнешь, чертовски хорошо. Ты уже стала влажной.

— Скажи мне, почему вы пытали тех магов? — прошептала я, устроившись против его мощной эрекции, которую я ощущала даже через его плащ. Что-то в Райдере делало меня беспомощной, не давало отказать ему. Это расстроило меня и повергло в замешательство, создав неустойчивую комбинацию.

— Это не твое дело, Син, — прорычал он.

Я покачала головой и будто от тревожного сигнала оттолкнула его от себя, спрыгивая на землю и пытаясь поставить себя на ноги.

— Не мое дело, говоришь? Я была частью этой Гильдии до прошлой недели!

— Ты уже не та, кем была раньше, помнишь? Прямо сейчас, тебе нужно покончить со всем этим, потому что тебе не понравится то, к чему ты в итоге придешь, — его голос стал жестче и настойчивей, словно пытаясь донести до меня смысл его слов.

— Уходи, Райдер, сейчас же.

Его губы приподнялись в опасную улыбку. Я единственная, видела ее много раз до этого, и быстро отпрянула назад, когда он подошел ко мне. Я взглянула на него.

— Скоро, чертовски скоро, Син, — мягко произнес он.

— Только на время перехода, потом мы расходимся, Райдер. Тебя слишком много — всего этого слишком много. В договоре говорится только о том, что я буду твоей до того момента, когда сделаю выбор. Я делаю его сейчас, с этой минуты не смотря на переход, я разрываю наш договор.

Глава 2[2]

Мне потребовалось минут двадцать в душе, чтобы отделаться от ощущения его губ на своей коже, но и то не на все сто процентов. Из-за этого человека мне пришлось тереть свою кожу до тех пор, пока она не приобрела ярко-красный оттенок.

Последнее, чего мне хотелось, так это ещё больше сблизиться с этим эгоцентричным тираном.

Это не для меня — болтаться рядом, подобно хорошенькой, маленькой собачонке до тех пор, пока он меня хотел. Его слова: «кто сказал, что я хочу большего», — засели мне в голову, подобно занозе, которую я не могла достать.

Раздражающий фейри, и его глупые секреты. Я пыталась найти способ отвлечься, сперва повозившись на кухне, потом в гостиной. Затем я немного посмотрела телевизор, прошлась по беговой дорожке, и сдавшись, пробежалась, что помогло убить лишь час.

Я так привыкла быть в окружении своего ковена, что без них ощущала себя потерянной. Я скучала по Лариссе, я была совершенно растеряна без Адама. У меня не было шанса спросить у Райдера, что означали его слова: «Адам твой Хранитель».

Райдер странным образом влиял на мой мозг. Какое-то время я сидела, уставившись в телевизор, а потом не выдержала и растянулась на диване. Прошло немного времени, и зазвонил телефон. Номер я не узнала.

— Алло, — заговорила я, опасаясь ответа.

— Синтия? — В трубке прозвучал голос Олдена. Я немного расслабилась.

— Разговаривать безопасно? — спросила я тихо. Мне хотелось рассказать ему о том, что случилось у Райдера, без лишних ушей.

— Да. Всё в порядке? — осторожно поинтересовался Олден.

— Знаешь почему члены Гильдии находились в особняке Райдера? И что за чертовщина происходила у них на пороге? — задала я вопрос и услышала, как изменился тон его голоса.

— Син, не вмешивайся в это.

Ну вот опять. Я застонала:

— Он убьёт их, ты ведь знаешь об этом?

— У него есть на это очень весомая причина. Ты ведь умная девочка. Я отдал ему тех магов. Это всё, что тебе нужно знать на данный момент.

— Прекрати, ты что брал уроки у Райдера, как уклонятся от ответа? — не сдержалась я, совсем разозлившись из-за того, что меня держали в неведении происходящего оба мужчины.

— У меня есть для тебя работа. Если тебя это интересует, конечно, — продолжал он.

— Я одна. Адам заканчивает Переход.

— Я уверен, что это не настоящая метка, а лишь трюк — тактический ход, чтобы достичь желаемого. Но с тобой твоя команда, ждущая от тебя приказа, только позови — и они придут.

Метка — это знак, и на ком она — тех Гильдия называет «отмеченные смертью». Не выходя за рамки закона, мы могли убить любого, на ком была метка.

— Работа? Думала, с тех пор, как я стала фейри, мне больше не рады.

— Гильдия всё ещё связанна контрактом с иными существами, и выполняет его условия, если это требуется от работы. Я хочу, чтобы ты смирилась, Син, происходит нечто большее, чем ты можешь понять. Мне нужно, чтобы ты взялась за это задание, ради меня. В городе появился новый вампир. Он завсегдатай бара Влада. Мы не можем попасть вовнутрь, но, возможно, получится у тебя.

— Ты ведь знаешь, что это Влад Дракула? — осторожно поинтересовалась я.

— Да, конечно же я знаю, кто он такой, Синтия. Но то, что происходит, намного приоритетнее того, кем он является. Мы нашли четыре обескровленных тела. Одно из них принадлежало тринадцатилетнему беглецу. Гильдия Сиэтла жаждет крови. Это произошло под их юрисдикцией, и у них сложилось впечатление, что жертвами становятся те, кого нельзя не заметить. Они думают, что Маркус может быть здесь, в Спокане. Мне нужно, чтобы ты узнала, так ли это, и если это правда, то села ему на хвост.

— У меня нет магии, Олден. — напомнила я.

— Син, ты хороша и без неё. Я сам тебя готовил.

— Если он здесь, и я нападу на его след, что мне делать тогда?

— Позвонить мне. Даже не пытайся самостоятельно его обезвредить. Ты дашь мне знать, а я вызову группу захвата. Если он уйдёт прежде, чем мы успеем добраться до него — следи за ним.

Я повесила трубку, получив его описание и приблизительное время, когда он может там появится. У меня оставалось около пятнадцать часов, на то чтобы их чем-то убить.

Я посмотрела на защитные чары, а затем на дверь. Выпустив на волю гнев, я поднялась и направилась к кровати. Потребовалось немного времени, чтобы разгрести бардак после разгрома Адамом моей комнаты и кровати.

Когда я закончила уборку, у меня была кровать, за исключением изголовья, которое уже не спасти.

Я ворочалась с боку на бок в постели. Взгляд золотистых глаз преследовал, стоило лишь прикрыть веки. Должно быть, я провалялась несколько часов, прежде чем, наконец, меня сморил сон, в котором меня ждал Райдер.

Как только я закрыла глаза, то сразу же увидела его, он ожидал меня в моих снах.

Я осмотрела комнату, в которой мы находились. Абсолютно белоснежная, за исключением, стоящего в ней мужчины. Черная рубашка на пуговицах расстёгнута до середины груди, а джинсы обольстительно низко сидели на его бедрах.

Само воплощение секса смотрело на меня. Райдер медленно улыбнулся, поедая меня взглядом.

— Я не могу остаться одна? Даже в своем проклятом сне! — проворчала я, думая о сумасшествии того, что он здесь.

Он не ответил. Вместо этого, приблизился и наклонил голову, притягивая меня в свои объятия. Наши тела слились воедино, и я ощутила его эрекцию. Ох, какого дьявола, ведь это сон?

— Высокий, таинственный и молчаливый, хмм? Думаю, таким ты мне нравишься больше, — сказала я, поднимая на него взгляд. Его лицо было сочетанием жестких линий и угловатых чёрт. Такая суровая мужская красота вряд ли украсила бы любого другого мужчину. Райдеру же, она подходила безупречно.

— Я собираюсь трахнуть тебя, Питомец.

— Ах, ты заговорил. Черт.

Он ухмыльнулся и мягко отодвинул меня от себя.

— Снимай одежду или я сделаю это за тебя.

— Это мой сон, снимай сам свою одежду, — низко прорычала я, позволяя взгляду скользнуть вниз по его рельефному телу. Райдер олицетворял секс и смертельную опасность.

— Я сказал, снимай свою долбаную одежду, сейчас же, — он злобно улыбнулся, слова скользнули с его языка, как шелк.

Я улыбнулась и решила подыграть. То есть, что в этом плохого?

Я протянула руку и стянула с одного плеча лямку черной кружевной ночнушки, затем с другого.

Медленно ночнушка соскользнула на пол, и я перешагнула через нее. Наслаждаясь шипящим вдохом, который издал Райдер, когда взгляд его глаз пировал на моем обнаженном теле.

— Еще какие-нибудь требования, ваше величество? — игриво спросила я.

— Подойди, — хрипло приказал он.

Я подчинилась и, когда встала прямо перед ним, запнулась от дрожи страха и предвкушения, пробежавшей по мне.

— Это ведь сон?

— Я тебе снюсь, Питомец? Мечтаешь о том, чтобы я трахал твое упругое тело, пока оно не задрожит от моих прикосновений? — спросил Райдер, в глазах которого кружился водоворот похоти.

Райдер поднял руки и зажал между пальцами мои соски. Реальные ощущения, за исключением моего понимания, что это не так. Я сплю, в своей кровати, в безопасности от него.

— Ты снишься мне, а я лежу в своей кровати, в своем доме, куда ты не можешь пробраться, — призналась я, так как Райдер никогда не запомнит этого в моем сне. Я почувствовала покалывание и пульсацию магии, кружащей по комнате.

— Ложись на кровать, — прорычал он, кивая в сторону порочно выглядящей кровати с балдахином и покоящимися на ней серебряными кандалами с цепью.

Изголовье и стойки были из темного дерева, почти черного. Стойки высотой примерно в семь футов и по форме напоминали тонкие шпили. Шелк ярко-малинового цвета накрывал кровать, маня к себе.

Я фыркнула.

— Да, ладно.

— Сделай это, живо Питомец. Я хочу попробовать твой вкус, — его голос был наполнен желанием и рыком, абсолютно сексуальный.

Ладно! Я улыбнулась, наклонила голову и осмотрела его. Воображаемый Райдер выглядел голодным и горячим. Я повернулась и вновь медленно осмотрела кровать.

Даже во снах, кровати, связанные с Райдером могли бы разместить несколько человек, и все равно оставалось свободное место.

Да, какого хрена. Я повернулась и медленно прошла остаток пути до кровати. Опустив руку и проводя по ней, я проверила длину цепи и усмехнулась.

— Планируешь меня приковать? — тихо спросила я, ощущая его за спиной, хотя и не слышала звука шагов по полу.

— Будь хорошей девочкой, Син и ложись на кровать, — прошептал он, заставляя волоски на затылке встать дыбом от его горячего дыхания.

Я подошла вплотную к кровати и забралась на нее, разместившись достаточно близко к изголовью, чтобы положить голову на одну из бесчисленных подушек. Я встретила взгляд Райдера и удержала его.

— Дай мне руку, — сказал Райдер, не отводя глаз.

Я сделала так, как он просил и вздрогнула, ощутив щелчок серебряных наручников, когда он склонился надо мной. Его рубашка, касающаяся моей обнаженной кожи, была мягкой на ощупь.

Райдер пристегнул мои ноги, оставляя их неподвижными, прежде чем злобно улыбнуться.

Он снова зажал между пальцами мои соски. Я застонала и задрожала от восхитительного трепета, пронесшегося по телу.

Райдер низко опустил голову и втянул один сосок в рот, затем проделал то же с другим. Его рука медленно, неторопливо двигалась по моему телу, исследуя.

Райдер смотрел на меня, пока пальцами гладил чувствительную плоть моего жара. Я зарычала в ответ, двинув бедрами вслед за удаляющейся рукой.

— Ты уже влажная. Скучала по моему члену?

Я захныкала, когда Райдер отступил от кровати. Я страстно желала его. Здесь и сейчас я могла позволить себе не скрывать того, насколько нуждалась в нём, могла оголить свою слабость.

— Думала, ты собираешься трахнуть меня.

— О, собираюсь, Питомец. Для начала, я планирую заставить тебя молить меня об этом, — он улыбнулся, и я вновь ощутила пульсацию магии в воображаемой комнате, и стол появился перед Райдером.

Его губы растянулись в порочной усмешке, когда больше магии закружилось в комнате. На руке Райдера появился, шелковый на вид, материал, похожий на черную повязку для глаз.

— Подними голову, — скомандовал он и я проглотила стон страха, готовый вырваться из моего горла.

Это сон, не реальность. Расслабься, Син, просто расслабься.

На мгновение я встретилась взглядом с Райдером, затем подняла голову и позволила ему завязать мне глаза. Теперь я слышала, но ничего не видела.

В комнате раздавалось лишь мое дыхание.

— Райдер? — позвала я, поворачивая голову, прислушиваясь к звукам. Ничего. Ладно, так может это вовсе не эротический сон, может, это ночной кошмар. Райдер привязал меня и бросил.

Я вскрикнула, когда сжали мой сосок, а моментом позже такое же произошло с другим.

Райдер прикоснулся к нему ртом, но магия сохраняла давление на оба. Его руки невозможно было ощутить, будто они каким-то образом были везде и сразу.

Я застонала от давления, и стон становился громче, когда Райдер провел языком вокруг розовой вершинки, а его пальцы проникли внутрь моего жара. Пьянящее и впечатляющее сочетание.

— Твое лоно знает кому принадлежит, Питомец. Такая чертовски влажная и это из-за меня. Потому что знает, что я собираюсь оттрахать до боли эту шелковистую плоть.

Я захныкала и приподняла бедра, желая больше удовольствия, которое он мне дает.

Еще один палец присоединился к другим, пока большой палец Райдера играл с моей вершинкой удовольствия. Я насаживалась на его пальцы и вскрикнула, когда они внезапно покинули мое тело.

Я могла слышать, как Райдер облизывает их и понимание, что он пробует мой вкус сводило меня с ума. Я рычала от желания и заскулила, когда получила от Райдера лишь хриплый смешок.

Наши губы слились в поцелуе, и я почувствовала вкус собственной страсти на языке у него во рту. Я наслаждалась этими ощущениями. Когда Райдер отстранился, комната вновь погрузилась в тишину.

Я с нетерпением ждала его проникновения в меня, но он медлил. Вместо Райдера я ощутила нечто друге, что-то твердое и в то же время мягкое входило в мое тело. Я застонала и раздвинула ноги шире, предоставляя Райдеру лучший доступ.

Это что-то входило и выходило из меня, пока мое лоно не стало влажным от возбуждения.

Я ощущала, как оргазм нарастает во мне, почувствовала, как дыхание Райдера, когда он приблизил свой рот, обожгло мой клитор. Потом он лизнул его и всосал, одновременно проникая в мое тело с помощью магии, так как я чувствовала обе руки Райдера на своём теле.

Желая удержать его голову там, я приподняла бёдра не смотря на ограничение в движении.

— Райдер, — закричала я, требуя освобождения. Но стоило мне оказаться на грани оргазма, он отстранился, лишая меня удовольствия.

— Я не разрешал тебе кончать, Питомец, — прорычал Райдер.

— Мне нужно, необходимо кончить, Райдер, — умоляла я, все еще покачивая бедрами, безмолвно побуждая его продолжать.

Когда ощущение отступило, он позволил своим пальцам пройтись по моему ядру. Проникая сначала одним, а затем двумя пальцами внутрь. Потом Райдер вытащил их и повторил это несколько раз.

— Кто владеет этим? — спросил он, облизывая мой клитор, медленно, уверенно, пока пальцы ласкали мое ядро.

Я громко застонала.

— Райдер, — я подняла бедра, страстно желая ощутить его на всю длину. Он улыбнулся и убрал пальцы… и я мгновенно была заполнена.

Райдер использовал магию, чтобы удовлетворить мое тело. Я ощущала наполненность, а когда магия начала двигаться во мне, он застонал.

Этот звук был самым чертовски сексуальным, который я когда-либо слышала в своей жизни. Словно его магия, находясь внутри меня, прикасалась и к нему, позволяя насладится невероятными ощущениями.

— Скажи мне, кто тобой владеет, и я позволю тебе кончить.

— Никто мной не владеет, — жадно зарычала я, а затем закричала, когда ощущение наполненности неожиданно исчезло.

— Неверный ответ, Питомец. Это я, блядь, тобой обладаю. Это тело хочет меня, ты хочешь меня. А я хочу трахать это сладостное, тугое лоно, но не могу, пока ты не скажешь, кто владеет им. Скажи мне, — хрипло прорычал Райдер.

— Райдер, мне больно.

Тишина заполнила комнату. Я изо всех сил боролась с цепями, а затем закричала, когда руки Райдера обхватили мою шею, а его рот жадно прижался к моему. Одной ладонью он обхватил мои волосы, а другой удерживал голову в вертикальном положении.

Подчиняясь ему, я одновременно испытывала страх и возбуждение. Подобное сочетание подавляло. Я напомнила себе, что это всего лишь сон и Райдер не мог причинить мне вред. Я вздрогнула, почувствовав, как он раздвинул мои ноги шире, насколько вообще позволяла цепь.

Тогда я ощутила, как Райдер дразнил меня своей твёрдой плотью. Прижимая головку к входу и скользя по влажному жару.

— О, Боже, я так хочу тебя, Райдер, — выкрикнула я, стараясь вобрать его глубже, но мои попытки не увенчались успехом.

— Кому ты принадлежишь? — промурлыкал он, возвышаясь надо мной.

— Никому, — прошептала я, двигая бедрами.

Он погрузился в меня полностью, и я начала кричать и задыхаться от избытка чувств. Это было уже слишком — я ощутила, как он упёрся в матку, растягивая меня, пока я не могла бы принять больше.

Он снова вышел из меня, чтобы так же быстро войти.

— Кто владеет тобой, Син? — прорычал он, прежде чем его губы смяли мои. Он снова полностью проник в меня, сочетание почти послало меня за край пропасти.

Я застонала, ощущая Райдера внутри себя. Мои мышцы сжимались, увлекая его всё дальше в гладкую, созданную ним, влажность, а затем он опять отстранился.

— Кто, черт возьми, владеет тобой, Питомец?

— Ни… — он заставил меня замолчать поцелуем, в тоже время полностью входя в моё лоно.

Он делал так снова и снова, когда я отвечала «Никто». Я почувствовала, как гнев Райдера нарастает. Низкий рык зарождался у него в груди. Я стала влажной от пота и влаги, струившейся между бедер.

— Я могу делать так на протяжении всей гребаной ночи, Син. Сейчас же скажи мне, кто владеет этим милым розовым лоном?

— Я, — ответила я, покачивая бедрами, ожидая, что он вновь проникнет в меня. — Райдер?

— Хочешь этот член? — свирепо рявкнул он, проталкиваясь внутрь и выходя обратно.

— Проси меня об этом, Питомец. Попроси оттрахать твое прелестное, розовое, тугое лоно. Попроси заставить тебя кричать от удовольствия, — промурлыкал Райдер.

— Пожалуйста? — запинаясь ответила я.

Я слышала, как стук сердца в его груди усилился и застонала, когда Райдер перестал сдавливать мой правый сосок и успокоил сморщившийся бутон ртом. Прикусив, а затем всосав его, кружа языком вокруг соска и втягивая в горячий рот.

— Ты нужен мне внутри, сейчас.

— Мне нужно обладать тобой, Син, контролировать тебя. Хочу услышать это из твоих уст. Скажи мне это, Питомец. Ты можешь лучше, — пробормотал он, сжимая зубами мой сосок, достаточно сильно, чтобы сорвать крик с моих губ.

Его рот отпустил мой сосок и завладел другим c тем же давлением. Такой комбинации было достаточно, чтобы ощутить нарастающую бурю во мне.

Его пальцы нашли мой холмик и вошли внутрь, но это не то в чем я нуждалась или хотела. Я приняла то, что смогла получить и позволила шторму тихо нарастать, пока не начала балансировать на грани.

— Хорошая попытка. Кто тобой владеет? — потребовал Райдер.

О, да пошло это все. Это ведь сон?

— Тебе не под силу владеть мной, Райдер, — я бросала ему вызов, с трудом пряча улыбку, когда он готовился войти в меня, что мне и было необходимо. Я хотела, чтобы он погрузился в меня, пока мы не сольёмся воедино.

— Это вызов? — промурлыкал он мне на ухо.

— Понимай, как хочешь, Райдер, — ответила я.

— Я хочу услышать это. Хочу, чтобы ты просила меня взять это лоно. Наказать тебя этим, — Райдер вновь потерся огромным членом о мой вход. — Скажи, как сильно ты хочешь мой член. Скажи, как сильно ты желаешь кончить. Скажи это, и я обещаю довести тебя до оргазма, столько раз, что ты забудешь свое имя.

— Отлично, ты владеешь мной.

— Это значит, — прорычал он, проталкивая внутрь меня лишь головку.

— Я твоя, Райдер, — прошептала я, облизав губы.

Он полностью вошел в меня. Я вскрикнула от заполненности, созданной Райдером, но влага, вызванная им, позволила ему беспрепятственно проникнуть в мои жаркие глубины.

— Хорошая девочка, — прошептал он, с силой впиваясь мне в губы. Руки Райдера гладили мои волосы, он удерживал меня на месте, погружаясь в меня, исследуя мой рот языком.

Он был беспощаден и мне это нравилось. Райдер наказывал и удовлетворял меня, и я взорвалась вокруг него, дрожа и разрываясь на миллион частей, пока он продолжал трахать меня, сквозь оргазм.

Он не остановился на этом, и вскоре я еще раз достигла вершины. Райдер продолжал двигаться, пока оргазм за оргазмом сотрясали меня изнутри.

Никто другой не мог такого сделать со мной.

Не было никакой жизни без Райдера, никакой другой любовник не заставит мое тело взрываться и разрушаться.

Разумом я понимала, что Райдер кормиться от меня и мне было плевать. Это сон. Утром я столкнусь с реальностью, но сейчас, я хотела подчинится ему, хотела быть его.

Я улыбнулась, не отрывая от него губ, и ощутила, как тело Райдера напряглось от собственного освобождения. Он рычал и этот звук становился резким и гортанным, походившим на рык дикого животного. Я пыталась высвободить руки, сопротивляясь цепям.

— Райдер, — хныкала я, ощущая, как что-то нарастает во мне. Я застонала и снова кончила, но в этот раз жестоко и потрясающе сильно.

Что-то вцепилось мне в шею, а затем все вокруг замерло, в комнате стало тихо.

В состоянии шока и страха, я прислушалась к своим ощущениям, чувствуя словно из меня высасывает кровь дикий зверь. Я боролась с цепями, когда звезды замелькали у меня перед глазами. Кровь пульсировала в ушах, пока животное прижималось к моей шее с кровоточащей раной.

— Райдер, — проскулила я, сопротивляясь боли. Эротический сон сменился ночным кошмаром.

Глава 3 [3]

Я проснулась в холодном поту. Моя рука метнулась к шее и сразу же я с облегчением, поняла, что нахожусь в своей постели в безопасности. Я нервно засмеялась от собственной глупости.

— Господи, Син, это был всего лишь сон. Ничего больше.

Я села и осмотрелась, затем, с мягким выдохом, вновь упала на подушки. Повернувшись, я вздрогнула от прострелившей ногу боли.

Подняв ногу и увидев красную полосу на левой лодыжке, я сердито нахмурилась.

Какого черта? Потерев красный след я моргнула. Должно быть зацепилась за что-то, когда убегала из особняка.

Мой мозг обычно туго соображал после сна, поэтому я отложила эту проблему на потом.

Я опустила ноги с края матраса и застонала, услышав, как доска дрогнула под моим весом.

— Да ну на хрен! Мне нужно на свидание с Мистером Кофе.

Я спустилась по лестнице в кухню, наполнила кофеварку и включила ее, потом резко опустилась на стул у стола и закрыла лицо руками.

Мне нужно было понять, как долго Адама не будет, или сможет ли он посмотреть мне в глаза, после того, что пытался со мной сделать. Я надеялась, что он этого не вспомнит. Он пытался меня изнасиловать. Начав Переход, о приближении которого никто не знал, и не ожидал, что он случиться так быстро.

Дристан сказал Райдеру, что клеймо на моей шее возможно притормозило мой собственный Переход, выдавая меня за человека. Затронуло ли оно и Адама, как-то препятствуя его Переходу?

Никто из нас не знал, что мы — фейри, до тех пор, пока Райдер не взял меня в Королевство, что повлияло на моё клеймо, начавшее терять свои свойства.

Адам не мог контролировать свои действия. Меня пугало понимание того, что скоро и я превращусь в безмозглую машину для секса. Когда кофеварка издала звуковой сигнал, я подняла лицо и на нее посмотрела. Весь дом погрузился в тишину. Единственные издаваемые звуки исходили от меня и Мистера Кофе, а из него хреновый слушатель. Может мне стоит завести собаку, для компании.

Я улыбнулась и составила список вещей, которые следует приобрести в магазине, пока ещё я в форме.

В полном одиночестве я выпила целую чашку кофе, приняла душ и осмотрела свою ногу, на которой все еще был красный и воспаленный след. Затем я быстро оделась и вышла из дома. Ушло больше часа, чтобы закончить шопинг и найти приют для собак. Задорная, на вид двадцатилетняя девушка улыбнулась и подскочила при виде меня к прилавку.

— Привет! Я могу вам помочь с выбором?

— Думаю мне нужна собака, — пробормотала я энергичной блондинке.

Через двадцать минут я покидала приют для животных с лохматым темно-серым псом, напоминавший маленького волчонка, который, судя по количеству выпирающих ребер, слишком долго оставался без хозяина.

Мы обсуждали имена… ну, я предлагала имена, которые вызывали неизменный вой у моего четырехногого друга.

Я остановилась на имени Мистер Пижон, поскольку шерсть на его лапах была темнее, чем на остальном теле. Я улыбнулась и зашагала в сторону дома ведя Мистера Пижона на новом фирменном поводке. Я шла медленно, потому что пёс был не в лучшей форме, и выглядел настолько голодным, будто за раз мог съесть несколько порций.

По крайней мере, он получал шанс в жизни… может быть.

— У меня никогда не было собаки, — сказала я своему новому питомцу.

Он заскулил.

На его месте я бы наверно тоже заскулила, потому что у меня никогда не было животных, что наверно было сильно заметно. По крайней мере, приют позаботился о прививках и сказали, что он здоров. Остальное было на мне.

На кой черт, я захотела завести собаку? Мы молча шли домой, предполагаю, это довольно нормально, так как он, в конце концов — пес. Когда мы пришли, он совсем не был впечатлен. На самом деле, он показал мне насколько не впечатлен домом, рыча на стены не менее трех часов подряд.

— Хватит уже. Стена не станет тявкать на тебя, Мистер Пижон! — Он зарычал на меня. Может, ему не нравится имя? — Не писать на ковер, не обнюхивать, не лаять и ничего не грызть, пока меня не будет. Держись подальше от кофе… тронешь его и тебе конец. — Он уставился на меня, а затем отвернулся назад к стене и закружился по комнате, как часовой… ладно, как рычащий, скулящий часовой.

Мой сотовый зазвонил, испугав меня, и я ответила на звонок. Собака продолжала лаять на стены, будто они атакуют его.

— Прекрати тявкать!

— Что? — спросил Райдер.

— Это не тебе, а Мистеру Пижону, — серьезно, мне следует сменить ему имя. Это слишком длинное.

— Кто, черт возьми, такой Мистер Пижон?

Я хихикнула от того, как он произнес имя собаки. Из его уст, это реально прозвучало ужасно.

— Мой пес. Я сегодня взяла его в приюте. — Даже мне показалось, что я оправдываюсь.

— На какой хрен, тебе нужна собака? — спросил Райдер с оттенком ужаса в голосе.

— Не тебе говорить, что мне нужно, а что нет, Райдер, — я постукивала ногой, ожидая ответа.

Он рассмеялся. Райдер повесил трубку, смеясь надо мной! Я посмотрела на свой телефон, прежде чем отключиться.

Я ждала, задаваясь вопросом, была ли цель у этого звонка от Райдера или он просто хотел превратить мою жизнь в ад. Он ведь не сказал ничего важного. Зачем ему звонить, если он может просто перенестись сюда и замучить меня лично? Звонок раздался вновь.

— Что? — рявкнула я.

— Неудачное время? — спросил Олден.

— Неудачный день. Я готовлюсь. Буду в «Ночном Мраке» через час и назову местоположение цели. Что еще? — спросила я, быстро переходя в режим инфорсера.

— Не погибни.

Я рассмеялась.

— Вот это да, спасибо. В последнее время, действительно чувствую уверенность, — произнесла я, глядя в сторону собаки, когда он снова начал лаять. — Серьезно! Это стены, там ничего нет.

— Что за стена? Это что, собака? — спросил Олден.

— Стены дома. И, да. У меня теперь собака. Он ведет себя так, будто в стене или за ней что-то есть.

— Нарой как можно больше информации, Синтия, — продолжил Олден.

— Так и собиралась сделать. Прямо сейчас готовлюсь к этому.

— Я имел в виду, ты должна сейчас идти. Попробуй насладиться жизнью, прежде чем пройдешь через Переход, понимаешь?

Я фыркнула.

— Хочешь подбодрить меня, Олден? Потому, что если это так, тебе следует остановиться. Я далека от нормальной. Никогда такой не была и не собираюсь ею сейчас становиться. Переход может начаться в любую минуту и мне следует быть практичной.

— Нет, ты конечно права. Мне кажется ты заслуживаешь чего-то нормального, хоть на некоторое время. Будь осторожна сегодня. Звони если понадобиться помощь.

— Позвоню. Эй, Олден? Тебе следует сходить на свидание, — я улыбнулась, слушая пыхтение на том конце провода.

— Призрачный шанс в аду, мне не нужны ободряющие речи. Намек понят.

Он положил трубку. Весь разговор был невероятным, учитывая как он вел себя вчера в Гильдии. Я посмотрела на собаку, которая сейчас сидела у моих ног и все еще рычала на стены.

Я бросила быстрый взгляд на стены. Ничего не изменилось. Чары, окружающие комнату молчали и по-прежнему выглядели не более чем границей на стыке стены и потолка.

Я покачала головой, прежде чем пойти в комнату и переодеться. Это было легко снова переключиться в режим наемника, но я чувствовала сожаление от того, что на этот раз моей команды не будет рядом.

— Как считаешь ты бы мог быть поим подкреплением, Мистер Пижон? — спросила я теперь молчаливого пса.

Он завилял хвостом и улегся мне на ноги. Я посмотрела как он откатился назад и улыбнулась.

— Я могу это сделать. Я сильная. Я быстрая и мне не хватает моих друзей… И я снова разговариваю сама с собой.

Порывшись в шкафу я вытянула кожаные штаны и украшенный металлическими заклёпками пояс.

Затем быстро сбросила джинсы, в которых была и надела кожаные штаны, посматривая на собаку, приподнявшую голову и внимательно за мной наблюдавшую.

— Я не ужин. Поэтому прекрати на меня пялится! — Я стянула рубашку с длинным рукавом и надела кожаный топ, который идеально на мне сидел.

Я взглянула в зеркало и выдохнула. Мои глаза сейчас были больше цвета электрик, чем небесно-голубыми к которым я так привыкла. Я не имела ни малейшего представления было ли это, потому что я становилась фейри, или же пыталась возродиться моя магия.

Или ещё хуже… и то и другое. Я нанесла немного румян, слегка подвела глаза и накрасила ресницы тушью, прежде чем нанести рубиновую красную помаду, под стать «Большое Красное Яблоко» — лаку для ногтей OPI, который я нанесла сегодня.

— Ладно, Мистер Пижон, давай тебя накорми и напоим, — произнесла я, обращаясь к собаке, на что тот завилял хвостом и посмотрел на меня. Но, эй, по крайней мере, он, наконец, перестал лаять на стены.

Глава 4[4]

Сегодня в «Ночном Мраке» было полно народу. Люди и вампиры тусили вместе, а Влад в очередной раз обслуживал клиентов у бара. Я улыбнулась и подошла к нему.

— Сегодня много народа, — прокричала я, перекрикивая музыку и садясь на единственное свободное место у бара.

Влад улыбнулся, демонстрируя опасные клыки.

— Сегодня выступает группа, поэтому много прессы. Не думал увидеть тебя здесь так скоро, Син. К чему бы это? — ответил Влад, взглядом серебряных глаз исследуя кожаный наряд на мне. — Охота? Поскольку я надеюсь, что ты пришла сюда без мыслей соблазнить меня, — он сцепил руки над сердцем и закатил глаза в притворном страхе.

— Я не на тебя охочусь, Влад. Интересуюсь, не видел ли ты нового вампа, которого не волнует опустошает ли он банк крови.

— Мы никому не позволяем опустошать в моем клубе. Никогда. Любого, кто не повинуется правилам в этом клубе, лишат его жизни или ее, — раздраженно ответил Влад. Отлично, мне удалось оскорбить его. Будто день не был уже плох, теперь я разозлила Дракулу!

Я только улыбалась, слушая его игру слов.

— И какие правила? — спросила я, прищуривая глаза, когда Влад возвел свои к небу.

— Не охоться в моем клубе, Син. Тебе не понравиться результат. Это место — нейтральная зона; мы не позволим причинить вред нашему народу. И не позволяем причинять вред тем, кто приходит сюда. Если они достаточно глупы, чтобы покинуть сие помещение… — Влад не договорил, оставив подтекст его слов повиснуть в воздухе.

— Так, предположим, что кто-то из присутствующих осушают людей… что тогда?

— Орда позаботиться об этом.

— Без Короля? — спросила я, в удивлении приподняв светлую бровь.

Он улыбнулся и наклонился, небрежно облокотившись о стойку.

— Слушай, Син, я тебя уважаю. Тебя опрокидывают на задницу, а ты поднимаешься и идёшь дальше. У тебя есть все основания ненавидеть меня за то, что я сделал с Эдрианом, и черт, возможно, у тебя полное право преследовать меня, но ты этого не делаешь. Ты умна, так что делай выводы сама. Сегодня никто не покинет это место в мешке для трупа, и никто из Гильдии не пройдет через эту дверь, так что если таков был план… я уже отослал твой резерв.

— Возвращаясь к разговору об Эдриане, почему он? Почему ты обратил его, а не меня?

— Он был самой легкой мишенью в ковене.

— Это блядь ложь. Ларисса была самой легкой мишенью. Попробуй еще раз.

Выражение лица Влада стало непроницаемым, и он отступил, прищурившись.

— К Эдриану было проще подобраться.

— Нет, не было. Мы все были в различных местах в том гараже. Ко мне было подобраться легче всего не считая Лариссы, сидевшей одной в фургоне. Кто-то послал тебя за ним и только за ним. Я хочу знать почему.

Он закатил глаза и покачал головой.

— Как я уже упоминал, ты умна. Оставь это в покое, Син. Не об этом стоит волноваться в ближайшее время. Это точно не был выбор Эдриана, но у парня есть сердце. Он делает все возможное прямо сейчас, и ему нужно знать, что у тебя не будет с этим проблем. Твое мнение для него — значит больше чем должно бы.

— Что, черт возьми, это означает? — спросила я, начиная злиться.

Влад сказал, что Эдриана выбрали, чтобы обратить, но мне следует оставить это в покое. Он это серьезно? Только я собралась поспорить с ним, на сцене заиграла гитара.

Я повернулась и увидела Эдриана, уставившегося на меня, пока его группа сыграла несколько нот, проверяя звук.

Я встретила взгляд бирюзовых глаз Эдриана и улыбнулась, он улыбнулся в ответ, обнажив клыки. Он был моей первой любовью, а Влад превратил его в Вампа, так как по его словам, я слишком близко к нему подобралась.

В качестве предупреждения, он забрал Эдриана, и этого я совсем не понимала. Я до сих пор не могла найти в его поступке смысл. Но Влад что-то скрывал, а мне было крайне необходимо узнать, кто приказал изменить Эдриана.

Эдриан опустил гитару на подставку и подошел к микрофону на сцене.

Он улыбнулся, хотя мне уже было не до веселья.

— Первая песня прозвучит для моей девушки, первой и единственной.

Группа начала играть песню Бакчери «Прости» и мне потребовались все силы, чтобы сдержать слезы. Я встала и прежде чем сообразила, что делаю пошла к сцене.

Эдриан хорошо выглядел, даже при том, что был нежитью. Его тёмные волосы были убраны назад и собраны в хвост. Его кожа была немного светлее чем прежде, и ему не хватало пульса, а в остальном все тот же Эдриан.

Он по-прежнему оставался моей первой любовью.

Я тихо напевала слова, и пока Эдриан пел, на его губах играла дерзкая улыбка. Я остановилась перед сценой и смотрела, как он встал прямо передо мной.

Я не ожидала, что он подойдёт, но он это сделал. Эдриан по-прежнему держал в руке микрофон, и продолжал петь. Он потянулся и схватил меня за руку.

Я закрыла глаза, чтобы Эдриан не увидел, как я вздрогнула от его ледяного прикосновения. И попыталась вырваться, но он удержал меня, пока не допел до конца, а музыка не стихла.

Он наклонился ко мне словно собираясь поцеловать в губы, но вместо этого запечатлел поцелуй щеке и притянул меня к себе.

— Марк в задней комнате, с ним согласная на всё жертва. Я твое прикрытие на сегодня.

Я отстранилась и улыбнулась ему, но улыбка исчезла с лица, когда смысл его слов дошел до сознания.

— Эдриан, нет… — его губы смяли мои, обрывая на полуслове.

Его губы не были так холодны, как он сам, я ощутила царапанье его клыков о свои губы, прежде чем его язык скользнул в мой рот.

Поцелуй был нежен, но в тоже время настойчив… это было чет-то большим, а не просто способом меня заткнуть. Он был наполнен страстью. Я таяла в объятьях Эдриана, не заботясь о наблюдающих, даже когда клуб взорвался аплодисментами, для вокалиста заполучившему девчонку. Когда Эдриан отстранился, он прищурился.

— Ты позволила ему пометить себя? — в его голосе звучала боль и сожаление.

К сожалению, я понятия не имела, для чего была метка на моем бедре, но складывалось впечатление, что она отталкивает всех мужчин, удерживая подальше от меня.

Это было в стиле Райдера — ставить метку на вещи, которыми он хотел обладать. Вот кто я для него, красивая вещица, которую он хотел иметь. Ощущение Эдрианом метки подтвердило это, и я тут же захотела насадить Райдера на вертел.

— Я не позволяла ему ничего делать, — сухо ответила я, зная точно кого он имел ввиду.

— Ты представляешь, что это значит, Син? — возразил Эдриан не обращая на меня внимания.

— Мне плевать, и как только я пройду через Переход, больше никогда его не увижу!

Эдриан покачал головой и цвет его глаз превратился из бирюзового в красный.

— Желаю гребаной удачи в этом. Ты не можешь просто так отделаться от подобной метки. Он владеет тобой и опасно играть в игры в Райдером.

— Что это должно означать? — спросила я, не уверенная правильно ли его расслышала.

— Твою мать он пометил тебя, Син и не только из-за того, чтобы всегда знать где ты находишься. Это метка означает, что никакой долбаный фейри не может к тебе прикоснуться. Никто, кроме Райдера. Эта метка делает из тебя, его маленькую игрушку для секса.

— Чушь, Эдриан. Я не какая-то игрушка.

Он холодно рассмеялся, так не похоже на Эдриана. Глаза вновь стали бирюзовыми, но в позе читалась жестокость.

— Тебе лучше идти. Твой хозяин только что вошел вместе со своими людьми.

Я повернулась, осматривая переполненный клуб. Все смотрели на нас.

— Мне надо идти, — прошептала я, отталкивая Эдриана.

— Син, внимательно меня выслушай. После Перехода, или черт побери, даже перед ним, выбери меня. Обещаю обеспечить твою безопасность. Ты знаешь, я пройду через ад ради тебя, малышка.

— Эдриан, — предупредила я, когда нас окружили Райдер и его люди.

— Она не выберет тебя ни до Перехода, не после, парень, — предупреждающе прорычал Райдер.

— Это правда? Та штука, которую ты поместил на меня нечто большее, чем просто долбаный знак собственности? — Он прищурился и ничего не ответил. — Ты мразь! Ублюдок, ты заклеймил мою задницу!

— Не на задницу, Син, — прорычал Райдер, притягивая меня к себе, даже когда я сопротивлялась.

— Отстань от меня. Я все потеряла! Все, Райдер. Я едва стою на ногах, а ты все продолжаешь пользоваться мной. Я подписала этот чертов контракт. Я буду твоей во время Перехода! Так какого черта ты пометил меня как свою шлюху? — Моему терпению пришел конец.

Он сильнее прижал меня к себе и прорычал мне на ухо:

— Если ты еще когда-нибудь опять назовешь себя шлюхой, я перекину тебя через свое чертово колено и отшлепаю твой чертов зад так, что ты даже сесть не сможешь.

— Отпусти меня. Живо! — Он отпустил, и в следующий миг я почувствовала, что-то… Мое тело зашипело от магии, когда гнев разлился по нему и засветились татуировки. Я думала, что больше никогда не увижу их снова. Я вдохнула и выдохнула, дикая магия пронзила меня, и чтобы остановить ее, на этот раз Адама не было рядом. Дерьмо! — Мне надо идти, — прошептала я, отталкиваясь от Райдера и поспешила через клуб выбраться на прохладный ночной воздух, прежде чем произойдет ядерный взрыв.

Магия росла во мне, пульсируя по венам. Толпа разошлась, открывая путь, чтобы я пробежала через клуб, не обращая внимания, уступает ли мне кто дорогу или был настолько глуп, чтобы не сделать этого. Мне никто не мог помочь взять силу под контроль или нейтрализовать ее. Я ощущала, как она нестабильно разрастается, дикая осязаемая материя, рвущаяся из меня. Я вылетела через дверь, когда два огромных амбала отступили пропуская меня.

Холодный воздух не погасил силу, бушевавшую во мне. Я почувствовала, как участился ритм сердца и в горле появился спазм. Я умирала, от переизбытка силы, на грани истерики, поскольку 10 минут назад у меня не было никакой магии… и я её хотела.

Райдер ринулся ко мне, а затем отступил с отчаянием, как будто что-то вспомнил.

— Черт, Зет. Приведи Адама, сейчас же! — прорычал Райдер.

— Немедленно пропустите меня, — кричал Эдриан, пытаясь перекричать Райдера.

— Адама, хм… Райдер…? — Зарук остановился, когда Райдер безжалостно зарычал, что заставило всех замолчать и отступить от него.

— Райдер, пропусти Эдриана. У него тоже с ней связь. Он возможно сможет остановить это, — сказал Влад, как голос разума.

Внезапно Эдриан уже притягивал меня к себе и усаживал на землю. Я не дышала. Покачав головой, когда началась паника.

— Дыши. Ну же Красотка впусти меня.

Я почувствовала, как его магия коснулась моей, такая же холодная, как и он сам.

Силы внутри него были мертвые, и не тронутые, как будто он не мог использовать их без помощи ковена.

Его глаза загорелись, когда встретились с моими, такие прекрасными ярко бирюзовыми, такие горящие, что я позволила себе утонуть в их бесконечных глубинах. Я чувствовала, как он связывался с Адамом, замыкая связь, в Ковене.

— Вот так Син, дай мне больше, — мурлыкал Эдриан, когда позади нас раздалось рычание. Эдриан проигнорировал его, но глубоко внутри я узнала рычание и тепло вспыхнуло во мне.

Я прижалась ближе к Эдриану, отдавая ему больше магии, до тех пор, пока не почувствовала окружающих вокруг.

Что-то внутри меня яростно желало выбраться. Тело балансировало на грани чего-то, моё лоно увлажнилось от желания чего бы то ни было внутри меня, пытающегося выбраться наружу. Я сотрясалась от этой силы. Она была подавляющей и примитивной, и бесконтрольной.

— О черт возьми, — прорычал Зарук.

Я слышала перебранку и что кто-то борется, но проигнорировала это, обхватила руками лицо Эдриана и поцеловала его. Не знаю почему так поступила. Просто сделала, и знала, что мы оба светимся, обнаженный поток магии протекал сквозь нас, и вокруг нас. Эдриан застонал и запустил руки в мои волосы, углубляя поцелуй.

И затем он исчез, а Влад яростно выкрикивал проклятья.

Я ошеломленно оглянулась вокруг. Что черт возьми сейчас произошло? Я смотрела в лица людей Райдера. Они выглядели неуверенно и обеспокоенно. Самого же Райдера и Эдриана не было.

— Нет, — я потрясла головой. Этого не может быть. — Сейчас же верните его сюда! Зарук верни их сюда, живо! — я кричала, быстро поднимаясь с земли, мои волосы прилипли к лицу, когда свечение покинуло тело вместе с приливом сил.

— Извини, Синтия, это не наша драка. Райдер вернет парня целым и невредимым… наверно, — аккуратно сказал Зарук.

— Нет! Не может быть! Я не знаю, что сейчас черт возьми произошло, но он мне нужен. И нужен живой, мать вашу. Не могу еще кого-то потерять, — мой голос надломился от невыплаканных слез. Я не переживу если Райдер убьет Эдриана из-за чего-то, что я не могу контролировать.

— Иди домой, Синтия и скажи Гильдии, что я решил проблему. Передай Олдену, если он когда-нибудь попытается обернуть еще одно из моих творений против меня, будет война, — рявкнул Влад, прежде чем уйти обратно в клуб, оставив меня наедине с людьми Райдера.

Я повернулась к Ристану, застывшему от шока.

— Передай Райдеру, если он убьет Эдриана, пусть даже не мечтает обо мне, и не пытается заговорить со мной. Я никому не принадлежу и не пройду сквозь Переход. Могу пройти через кровавый чертов ад вместе с этим. Передай ему, что я больше ему не принадлежу.

Ристан, приблизившись, схватил меня за руки и слегка встряхнул.

— Цветочек, возьми себя в чертовы руки, прежде чем опять осветить весь город, — он находился прямо напротив моего лица и те узоры в глазах опасно закружились. — Ты должна прекратить пытаться думать, что он когда-либо будет вести себя как человек, Син. Райдер не человек. Он фейри-воин и мы появились из одного из самых опасных мест, которое ты даже не могла себе представить в самых худших снах. То, что ты видела в Царстве фейри лишь отблеск того, что мы считаем относительно безопасно. Он фейри. И значит, что он долбаный хищник, который привык брать то, что хочет. И будет охранять, и защищать принадлежащее ему любыми средствами. Хватит продолжать говорить, что тобой никто не владеет, поверь мне, именно ты ему принадлежишь. Ты не принимаешь это разумом, но сердце знает, что это правда. — Я попыталась отвернуться, но Ристан не позволил. Он продолжал удерживать меня, пока я не поняла, что нет иного выбора, кроме как вновь посмотреть ему в глаза. От этого он немного смягчился.

— Цветочек, знаю для тебя это серьезные перемены. Ты пройдешь через Переход, у тебя нет иного выбора. Тебе следует изучить наш мир и методы и у тебя не так много времени на это. Райдер может носить маску человека, но в этом мире он не более пятнадцати лет. Для нас, это мгновение ока. Он все еще пытается адаптироваться и понять этот мир, а иногда мир становится отвратительным. Теперь, уверен ничего серьезного с твоим мальчишкой не случится на этот раз. Пойдем, я перенесу тебя домой.

Я кивнула и вложила свою руку в руку Ристана. Я потеряла контроль. Поцеловала Эдриана, хоть и не его хотела поцеловать — это проклятое рычание опустошило мой разум, и я поцеловала не того мужчину. Еще я не смогла найти цель и, что еще хуже, балансировала на грани Перехода. Я чувствовала, как он начинает брать верх.

Глава 5[5]

По возвращении домой я почувствовала упадок сил, занятие магией не могло не сказаться на моём теле. Это была темная магия, и у меня не было света, чтобы ей противостоять.

Во мне светлое начало подпитывается тёмными силами.

Темная магия опасна, и следует с особой осторожностью ею пользоваться. С каждым сделанным шагом я ощущала, что израсходовала слишком много силы.

Пес ждал у двери и зарычал на меня, когда я подошла. Здорово, даже моя собака ненавидит меня.

— Мистер Пижон, лежать! — прикрикнула я, разочарованная всем и переживавшая за Эдриана.

Дверь, которую я только, что захлопнула открылась.

— Подойди ко мне, мать твою, Син, — прорычал Райдер.

— Где Эдриан? — спросила я, не зная хочу ли знать ответ.

— Боишься, что я убил твоего парня? — холодно ответил он, и его глаза превратились в жестокие льдинки.

Мистер Пижон зарычал, но остался возле меня. Я сглотнула и покачала головой.

— Оставь меня в покое, — крикнула я, оглянувшись назад.

— Ты принадлежишь мне, а поцеловала его. Нарушив чертов контракт Синтия, — ответил он язвительно, скрестив руки на груди.

— Ты его убил из-за поцелуя? Черт возьми, я не могла это остановить. Не могла контролировать. Что-то внутри меня жаждало поцеловать его, не я. И даже эта штука внутри не его требовала. Это было какое-то долбаное рычание! Поэтому да, я поцеловала Эдриана, Райдер, потому что кажется, во мне поселился монстр! И ты убил Эдриана! Так что, пошел ты, пошел он, и к черту меня! К черту все! — Меня шатало из стороны в сторону, а по щекам катились слезы.

— Ты близка к Переходу, — осторожно произнес он, по-прежнему скрывалось в тени крыльца.

— Нет! Я не пройду через это. Точка. Ни за что. Я контролирую то, что происходит в моей жизни! Хочу знать, что ты сделал с Эдрианом! — ненавижу, что, выходя из себя я плачу.

В большинстве случаев я не понимала, что творю, когда всё было настолько плохо. Это было так по-девчачьи, и так ярко демонстрировало уязвимость.

— Он жив Син, побитый, но живой. Но умрет, если снова к тебе прикоснется. Никто не может прикоснуться к моему и остается в живых. Не совершай больше сраную ошибку, Питомец, ты моя.

— Я — не что-то твое. Ты заклеймил меня без моего согласия. Поэтому я не твоя, до тех пор, пока не решу иначе. Ты не можешь просто пометить мою ногу и заявить, что я твоя. В настоящем мире все иначе.

— Я не метил твою ногу, Син, а трахал тебя. Заявил права. Независимо от твоих слов, ты отдалась мне, и я почти уверен, согласилась бы на все, чтобы я не попросил, пока был внутри твоих прелестных розовых складок.

— Чушь! Я не твоя. Мной нельзя владеть, Райдер! Я тебе не чертово животное, которое ты можешь приковать к стене и играть, когда захочется. Я — человек!

— А вот в этом ошибаешься. Ты не человек, ты фейри и уже меняешься. Быстро. Ты нарушила контракт поцеловав Эдриана. Я мог бы убить тебя прямо сейчас, и никто бы меня не остановил. Просто помни, у меня Адам. Будь завтра ночью в клубе или я отдам Адама женщинам, чтобы они от него кормились.

— Ты не поступишь так, — закричала я.

— Могу и поступлю. — Он исчез, прежде чем я возразила ему.

Райдер оставил меня кипятиться в дверном проеме. Это самый раздражающий мужчина на всей гребаной планете. В одну минуту горяч, а в другую холоден, как долбаный айсберг, уничтоживший Титаник! Я развернулась и хлопнула дверью, представив вместо пустого пространства лицо Райдера.

Я приняла душ и переоделась, прежде чем перезвонить Олдену и сказать, что цель убрана Владом.

— Олден, я вновь зарядилась… — растягивая слова сообщила я.

— И? — осторожно спросил он.

— Только темной магией.

— Это не хорошо, — его голос звучал беспокойно.

— Насколько плохо Олден?

— Очень плохо. Если у тебя не будет светлой магии, темная тебя поглотит. Ты использовала ее?

— Я стала, своего рода, ядерной бомбой. Хотя Эдриан успокоил меня, уравновесил, прежде чем я могла кого-то ранить, а затем Райдер избил его… из-за меня.

— Эдриан ведь не подключен к связи? — тихо спросил Олден.

— Ну, из-за всего случившегося, я как-то забыла тебе сказать, что подключен. Он использовал свою связь с ковеном и подключился к Эдриану, чтобы избавить меня от силы. Он подошел ко мне слишком близко, и моя собственная магия влилась в него, начав питаться от него. Мы так же связаны, как и прежде. Но от него веет смертью, он стал намного опаснее, мощнее, будто его сила всё растёт и растёт, и никуда не исчезает.

— Это не хорошо, — вновь сказал он.

— Олден, прямо сейчас, мне действительно нужны хорошие новости. Хватит с меня дерьма на сегодня.

— У тебя есть магия, — со смехом произнес он.

— Темная магия, без светлой… Во мне в основном темная магия, которая может убить меня. Ура! Есть что-то по поводу чар в моем доме?

— Мои лучшие люди работают над этим. Мы лишь выяснили значение нескольких слов. Могу сказать, что они защищают от Орды, но не уверен, что защита относиться к определенной касте Орды или что-то еще. Шон говорит, что это защита от нескольких каст фейри, как Темных, так и Светлых. Так что в итоге, у нас больше вопросов и лишь несколько подсказок.

— Великолепно, можешь заставить их поторопиться?

— Слушай, Син. Старайся не использовать любую магию, если только не должна. Я покопаюсь в архивах и посмотрю, что могу найти о том, как это использовать. Ты сегодня отлично поработала. Знаю, ты никого не убила, но мы до сих пор бы таскали наши задницы в поисках этого засранца, не прими ты участие в деле. Шон будет работать над чарами и увидим, что он сможет придумать. Син, то, что делает Шон — это для меня. И, скажу тебе по секрету, Гильдия ничего не знает, так что не связывайся напрямую с ним. В Гильдии много всего происходит, — Олден запнулся. — Держись пока подальше от Гильдии. Я сообщу тебе, как только смогу, о своих мыслях насчёт происходящего.

— Мне надо поспать. Может после чашки кофе мне будет не так плохо, — да, я действительно могу уснуть после кофе. Я могу сделать все после чашки кофе.

Мы положили трубки, и я потянулась, прежде чем встать и влить в себя жидкое счастье.

Я зашла на кухню и включила кофеварку.

Чувствуя себя немного голодной, я открыла холодильник. Пусто, но так не было, когда я уходила.

Я закрыла дверцу холодильника и почесала голову, думая насколько это странно, но защита дома работала, когда я вошла.

Собачья миска полна и налита вода. Я покачала головой и пошла в гостиную, схватив в руки пульт и включив телевизор, блаженно опустилась на диван. Мистер Пижон сидел у моих ног, радостно виляя хвостом.

Сейчас он выглядел более крупным и более живым, по сравнению с тем, когда я привела его домой.

Он повернул голову и поднял на меня взгляд ясных голубых глаз. Я погладила его по голове, и пес прикрыл глаза, будто действительно наслаждаясь почесыванием и похлопыванием головы и прося ещё.

Я ощутила пульсацию внутри комнаты и мгновенно насторожилась.

Мое сердце забилось чаще, когда мысль о фейри, убивших моих родителей промелькнула в голове. Я сунула руку подушку и достала пистолет.

Этого не происходит.

Я почувствовала, как кто-то появился позади меня. Обернувшись, я прицелилась, но Ристан оказался быстрее. Он разоружил меня и выругался.

— Цветочек, какого черта ты делаешь с пистолетом? Райдер почувствовал твою панику.

Я зарычала, но проигнорировала его, забрав пистолет обратно.

— Что-то не так. Чувствуешь это?

Ристан обратил взгляд своих странных черно-серебристых глаз на стены, которые предупреждающе окрасились в красный цвет.

Чары на что-то реагировали и так происходило только, если что-то было внутри дома или близко к нему.

— Я ничего не чувствую. С другой стороны, твоя защита… — Ристан улыбнулся и его метки засветились.

— Что-то приближается, — предупредила я. — Мистер Пижон… твою мать! — выкрикнула я, наблюдая за превращением моего пса.

В человека.

— Нееееет! Сию же минуту превращайся в гребанную собаку, — рявкнула я, топая ногами, пока Ристан заливался смехом, сгибаясь пополам.

— Син, только ты могла пойти в приют и взять там оборотня.

Мой пес оказался оборотнем. На месте моей собаки теперь сидел парень лет двадцати с небольшим, с длинными рыжими волосами и ярко-голубыми глазами.

Он кричал от боли, превращаясь в человека, а защитные чары не щадили его.

Олден только что говорил мне, что чары защищают от определенных каст фейри, наиболее вероятно от Орды… относились ли оборотни к фейри или они часть Орды?

Был ли Райдер из Орды? Моя память вернулась к тому, что я видела несколько недель назад на балу… будто в нем притаилось животное… его лицо слегка изменилось и проблеск клыков, я знаю, что видела это.

Слухи, что Темный Принц самый мощный фейри довольно последовательны.

Ристан наблюдал, как я складывала кусочки пазла и покачал головой.

— Синтия, я не позволю твоим мыслям пойти в том направлении. Ничего хорошего не выйдет из предположений.

— Райдер — Король Орды? Сроки совпадают. Слухи поползли приблизительно двадцать лет назад, а Райдер здесь чуть более пятнадцати. Он не может войти в мой дом, его суждения… — я замолчала, когда Ристан повернулся ко мне, в его глазах мерцала холодная, беспощадная смерть.

— Прости, Син. Ты ошибаешься.

— Нет, Ристан. Позволь ей высказать предположение, — произнёс Райдер, стоя на пороге. — Парню нужно выйти из дома.

Мы все посмотрели вниз, где Мистер Пижон молча извивался от боли.

Ристан с легкостью подхватил теперь рыжеволосого парня и вывел на улицу, где, кажется, на него немедля обрушилось облегчение. Я наблюдала за Райдером, стоящим у дверей.

— Ты — Король Орды, — прошептала я.

— Ты так думаешь. Син? Что я — мифический Король Орды? — он наклонил голову и холодно, недружелюбно улыбнулся.

— Чары… оборотни должно быть часть Орды и временные рамки — они тоже подходят, — улыбнулась я, думая, что попала в точку.

— А ты думаешь, чары работают только на Орду? — осторожно спросил он.

— Я думаю, что ты — Король Орды и за чём-то или кем-то охотишься.

Я опустила взгляд на его ноги, стоящие за порогом. Он не мог войти в дом. Вчера ему пришлось вытащить меня наружу, так как он не смог войти из-за защиты уже однажды поставившей его на колени.

— Олден сказал, что чары защитные и родители скрывали меня от зла.

— Ах, для тебя так естественно думать, что я — зло.

— Я не совсем уверенна, что и думать, Райдер.

Райдер перешагнул через порог и начал приближаться, пока не встал в дюйме передо мной.

— Я уже у тебя, Син и, как видишь, защита не реагирует. Все еще думаешь, что я — это он?

Я взглянула на чары и вновь устремила взгляд на Райдера. На его лице не было никакого напряжения. На крыльце стояли Ристан с голым оборотнем, а на засохшем газоне перед домом люди Райдера, и все наблюдали за противостоянием.

— Но в прошлый раз…? — спросила я, поднимая глаза и встречаясь взглядом с Райдером.

— В прошлый раз защита должно быть среагировала, потому что в доме были фейри. Некоторое время она была не активна. Возможно реакция произошла, потому что в доме находился фейри в период Перехода. Кто знает, почему чары среагировали на меня. В лучшем случае, неактивные заклинания защиты нестабильны. Долгое время они были без присмотра и подпитки. Ты умна, чтобы понять такое.

Ненавижу, когда Райдер оказывается прав и констатирует очевидное. Особенно после того, как я обвинила его в том, что он Король Орды, основываясь только на теории…

Я скрестила руки на груди, моё тело реагировало на близость с Райдером.

— А он? — я перевела взгляд на Мистера-Не-Такой-Уж-Пижон. Я тоже подумала о фейри, которые надругались над моими родителями и убили их. Убийцы уже прошли Переход, что уничтожает все объяснения Принца.

Уголки губ Райдера поднялись, когда он обернулся и посмотрел на обнаженного оборотня.

— Только ты, Син. Ты и никто другой могла найти в приюте для животных оборотня и привезти его домой.

Ристан фыркнул, стоя у дверей и спросил оборотня, стоящего теперь на безопасном расстоянии от защиты.

— Объясни, Фидо, как ты оказался в загоне.

— Меня поймали люди по нелепому стечению обстоятельств. В итоге я оказался в загоне, и со мной ещё несколько таких же.

— Поймали люди? — спросил Райдер, поворачиваясь и его рука коснулась моей ноги из-за непосредственной близости. Я задрожала, понимая насколько хорошо эти руки ощущались в моем сне, что заставило его взглянуть на меня с понимающей улыбкой на губах. Я нахмурилась и отступила на шаг дальше от него.

— Ага, — ответил мой пес, проводя человеческой рукой по своим волосам. — Они что-то ввели мне и другим, и это убило большинство из нас. Другие очень плохо на него отреагировали. Я в конце концов обратился и выбрался из оков, мне было так плохо, что я не мог перекинуться обратно.

Ристан и Райдер смотрели друг на друга, а у меня было отчетливое ощущения, что я что-то упустила.

— Скольких людей ты видел? — спросил Ристан спустя секунду.

— Пару, но они были в масках. Они называли нас кастами, и, ну, в общем, ты знаешь, мы не считаем друг друга кастами, они продолжали говорить, что мы — испытуемые.

— Бог мой! Ты видел, как я переодеваюсь! — осуждающе выпалила я.

Он покраснел и почесал затылок с виноватой улыбкой на губах.

— Прости за это, но я не сожалею об увиденном, — парень пошевелил бровями и по-юношески улыбнулся.

Райдер издал низкий рык.

— Отведи его домой Ристан. Элирану нужно осмотреть его и убедиться, что с ним всё порядке.

Я наблюдала, как все просеялись, оставляя меня наедине с Райдером, которого я только что назвала Королем Орды. Он обернулся и улыбнулся, будто прочитав мои мысли.

— Син, ты не первая, кто так думает, — сказал он, делая шаг ко мне.

— Что ты? — спросила я, отступая назад и вздрагивая, почувствовав, как моя спина прижалась к стене, которая, казалось, появилась откуда ни возьмись.

— Ты действительно хочешь узнать? — спросил он, приближаясь и кладя руки по обе стороны от моей головы. — Ты не сможешь справиться с этим, еще не готова узнать. Когда будешь готова, спрашивать нет смысла, потому что будет слишком поздно.

— Слишком поздно? — спросила я, прежде чем облизнуть пересохшие губы.

В его взгляде, опустившемся к моему рту, плескался жидкий огонь.

— Я хочу трахнуть тебя, прямо здесь и сейчас, Син, — вот это да, Райдер никогда так резко не менял тему разговора.

Я сглотнула и прикрыла глаза, чтобы не видеть похоть в его взгляде.

— Райдер… — его рот обрушился на мой и жар затопил все мое тело, насыщая естество. Я положила руки на его хлопковую рубашку, планируя оттолкнуть, сразу после того, как возьму то, в чем нуждаюсь… Кого я обманываю?

Он опять издал этот глубокий, грохочущий рык, не отрывая от меня губ.

Его руки опустились на мою талию, поднимая мое тело.

Он был твердым и готовым. Я простонала, но попыталась увернуться от его сводящих с ума поцелуев.

— У меня всё ещё есть день, Райдер, — напомнила я шепотом, пытаясь восстановить дыхание.

— Боишься, Син? — прошептал он в ответ, в то время как его глаза сменили цвет с золотого на горящий янтарь. Он был голоден, и это заставило меня увлажниться от желания.

— Быть с тобой? Да, — подтвердила я, что лишь вызвало у него улыбку. — Ты пугаешь меня до усрачки, это ты хотел услышать?

— Потому, что заставляю желать того, чего ты не должна хотеть, — ответил он.

Я уставилась на него, ненавидя, что он может так легко и без усилий видеть меня насквозь. Я покачала головой, напоминая себе, что он причинил боль Эдриану.

— Что бы это изменило, Райдер? Ты не хочешь меня любить, ты хочешь владеть мной, а меня это не устраивает. Тебя вообще не волнуют, мои чувства, а со мной такое не работает. Я появлюсь завтра, но только, потому что у меня нет выбора.

— Ты думаешь тот паренек сможет провести тебя через Переход, Син? Потребуется он и еще десяток других, чтобы провести тебя через это живой. Так мы выстраиваемся в очередь для женщин, когда они проходят Переход. И ты права. Мне нравиться владеть красивыми вещами. Я владею тобой и тебе нравиться, когда я внутри тебя. Или я что-то упустил?

— Пошел к дьяволу, Райдер! Я вообще не желаю проходить через Переход! Что, если это изменит меня? Что, если я стану злом, таким, как фейри, убившие моих родителей? Или хуже, я превращусь в какого-нибудь уродливого монстра?

Он мягко улыбнулся и прижался сильнее.

— Это не изменит твоих чувств или того, кто ты. К тому же ты никогда не станешь уродливой. Тщеславие не то, чем стоит заморачиваться, так что не начинай. Ты боишься признать, что быть фейри не означает стать злом с необходимости трахаться, чтобы кормиться. Есть и другие способы кормиться, не во время Перехода, но о них позже. Можешь лгать себе, о чем хочешь, но не жди, что я куплюсь на ерунду, которой ты себя кормишь.

— Мы даже не знаем кто я! Ты понятия не имеешь в кого я превращусь. Никто не знает. Ты знал кем станешь после Трансформации. Я нет. Черт, даже Адам нихрена не знает!

— Темный фейри. Адам — Темный фейри. Его метки теперь полностью проявились. Он твой приближённый, так что я догадываюсь, что ты тоже Тёмная, что означает я твой чертовски обаятельный Принц. — Его глаза озорно блеснули.

Я фыркнула.

— Ты моя задница. Ты не Темный фейри, Райдер. Ты можешь не быть Королем Орды, но я чертовски уверена что ты не Темный Принц. Можешь продать свою ложь кому-нибудь ещё, потому что я не куплюсь.

Глава 6[6]

Приняв душ, я прилегла, игнорируя все или пытаясь, с работающим на сверхсветовой скорости мозгом.

Мой пес оказался оборотнем, а я даже не заметила… ну, сказать по правде, не так уж часто я сталкивалась с оборотнями в прошлом, так что и не знала, на что обращать внимание.

Все мои познания о них были взяты из пособия Гильдии. По словам Райдера и Ристана, я начинаю переживать Переход и у меня не было выбора. Я не готова.

Я с трудом переварила идею быть фейри. Не принимала ни то, что частично ею являюсь, ни то, что скоро полностью трансформируюсь в фейри.

Начинаю думать, что это походит на печальную сцену. Я ненавижу неизвестность того, во что превращусь или, что хуже, от кого я буду кормиться всю оставшуюся жизнь.

Я не из тех женщин, что бегают от любовника к любовнику. Я не чертова поездка на проклятом карнавале!

Кто, черт возьми, отказывается от ребенка? Я была плохой или родилась с дефектом? Отдали меня настоящие родители приемным или же меня нашли?

Гильдия была печально известна нежеланием иметь что-либо общее с фейри, а тем более сотрудничать с ними, до моего «теста» с Райдером.

Внезапно Гильдия и фейри стали закадычными друзьями, а теперь вновь вернулись к деловым отношениям.

Перебирая в голове воспоминания о своих родителях, я понимаю, что они знали, что я ребенок фейри. Но зачем супружеской паре из Гильдии сознательно принимать такое дитя?

А тот факт, что отец занимал очень высокое положение в Совете, только добавлял запутанности в то, в чем я пыталась разобраться.

Ненавижу неизвестность, и не могу выкинуть это из головы.

Усугубляло ситуацию то, что если Мистер Пижон говорил правду, то существует радикальная группа людей, вмешивающаяся в дела фейри — и я не могу винить их за это, учитывая сколько фейри, как предполагалось использовали людей.

Потерев глаза я вздохнула. Я купила долбаную собаку, совсем не собиралась этого делать, и вот я совершаю покупку! Моя собака оказывается ни хрена ни сраной собакой.

Нельзя приобрести такое невезение. Я обвиняла во всём Райдера, потому что моя жизнь, возможно, не была идеальной до встречи с ним, но я контролировала ее, по большей части.

Теперь же единственное, что я могу контролировать это включение и отключение кофеварки.

Я сложила все воедино и обвинила Райдера, что он Король Орды… словно я не могла заткнуться и держать рот на замке.

Он противостоял защите дома, прошел прямо, к чертям, сквозь нее. Я повернулась и ударила подушку. Нужно вернуть контроль и сделать это поскорее, прежде чем я залезу так глубоко в то, из чего не смогу выбраться.

Как только я закрыла глаза — он уже был там.

Он смотрел на меня, а его опасно, греховно-красивые, янтарные глаза смеялись надо мной.

Гадость! Мужчина насмехается надо мной в моей же голове и что хуже, я хотела его. Желала прикосновения его рук, соблазнения его губ…

Я почувствовала, что падаю и попыталась выпрямиться на кровати, словно провалившись в сон, ощутила невесомость в воздухе.

Я жестко приземлилась на красивую, серо-черную мозаичную плитку, мои руки оказались в воде, которая каскадом разбрызгалась вокруг меня.

Я сплюнула воду и попыталась сесть. Протерев с лица и глаз воду, я испуганно вскрикнула. Я смотрел прямо на член Райдера.

Глубокий смех фейри заставил меня поднять взгляд. В пижаме с Бетти Буп[7], насквозь промокшая, я стояла на четвереньках… в его сраном душе!

— Какого черта? — прорычала я, пытаясь встать на ноги и поскользнулась.

На кой черт ему вообще принимать душ, если Райдер может просто щелкнуть пальцем и стать мега чистым?

— Ты просеялась… в мой душ. Я польщен, Питомец.

Я зарычала и разбрызгала воду.

— Я не переносилась! — Я действительно просеялась, приземлившись у ног Райдера!

— Только что это и сделала, — он улыбнулся и протянул руку. Я оттолкнула ее, вновь попыталась подняться и поскользнулась. — И подумать только, я почти отказался от душа, чтобы поскорее решить проблемы… и мог бы пропустить такое.

— Этого не происходит. Проснись, пожалуйста, просыпайся… — Я закрыла глаза и вновь их распахнула. Ага, член Райдера еще здесь.

Я снова крепко зажмурилась и медленно сосчитала до десяти. Выдохнув, я распахнула глаза, Райдер по-прежнему наблюдал за мной.

— Ты восхитительно выглядишь мокрой… очень соблазнительно, — он улыбнулся и помог мне подняться, а его уже почти твёрдый член теперь упирался мне в живот. Единственной преградой меж нами была моя пижама (шорты и майка).

— Это впервые произошло? — спросил Райдер, теперь в его глазах пылал янтарь.

Я кивнула и надула губки. Я просеялась. В его долбаный душ!

— Блядь, я — фейри. Проклятье! Почему всегда всякое дерьмо происходит именно со мной? Что, на моей заднице надпись: подшути надо мной?

Его губы сдерживали улыбку, а смех клокотал в груди.

— Тут нечего блядь, смеяться! Это не смешно, Райдер. Я ничего не могу иметь! Ни друзей, потому что из-за меня их убивают. Ни сраной собаки, потому что влипаю в неприятности и не уверенна в завтрашнем дне. Людей, которых я люблю убивают, а я даже не знаю почему. Это не хуя не справедливо. Тебе не следовало лезть в мою голову, Райдер. Это не честно, — я очень не хотела признаваться ему в этом.

— Закончила? — спросил он, — Теперь, я хочу увидеть надпись.

— Нет, я серьезно. Такое чувство, что я должна быть сильной каждую долбаную минуту своей жизни, потому что в тот момент, когда я теряю бдительность, что-то происходит. Может, поэтому они бросили меня, может я их тоже убила.

— Кого? — спросил он, проводя большим пальцем по моему подбородку, пока вода из душа продолжала литься на меня.

— Мои настоящие родители.

— Син, сомневаюсь, что ты их убила. Царство фейри не походит на мир, в котором ты выросла. Где все друг другу трахают мозги. Вероятно, родители спрятали тебя, потому что должны были или, может, тебя выкрал их враг. Ты не можешь просто предполагать что-то. Сомневаюсь, что кто-то тебя бросил. Или что ты кого-то убила лишь из-за полосы неудач.

Я моргнула, и посмотрела на разнообразные насадки для душа, вокруг шикарной душевой кабины и вновь перевела взгляд на Райдера.

В мыльной пене с головы до пят Райдер выглядел чертовски сексуально. Я выплюнула воду, которая продолжала литься на меня.

— Похоже я мешаю тебе принимать душ…

— О, нет, ты сделала процесс гораздо интереснее. Честно признаюсь, что прежде ко мне в душ никто не просеивался и не приземлялся так сексуально. Кроме того, ты навсегда запомнишь свое первое перемещение, что значит, всякий раз, когда ты подумаешь о своем…

— Просто отлично!

Райдер запрокинул голову и зашелся смехом, затем притянул меня за руку к себе и нежно прикоснулся губами к моему лбу.

Мои руки оказались на его мускулистой спине, а затем я опустила их на задницу Райдера. Когда он склонил голову, я приподняла свою, чтобы принять его поцелуй. Который не был настойчивым. Его губы были неторопливы и нежны, что повлияло на меня больше, чем жесткость и требование.

Он толкнул меня к черной, гладкой стене и я позволила это, нуждаясь в его прикосновениях. Его обжигающий рот заставлял меня терять рассудок.

Это эгоистично, но я нуждалась в нём — он поглощал меня, требуя отдаться без остатка.

У меня не было времени подумать, когда я связана с Райдером.

Из-за нашей связи я не могла здраво мыслить, что опасно и смертоносно, учитывая, что я ничего не знаю о нем.

Райдер поднял меня на руки, и я обхватила его ногами. Он словно изголодавшийся набросился на меня и стал целовать, пока внутри меня распалялся огонь, грозя стать бесконтрольным.

Задрав мою майку, он нашел сосок и жестко ущипнул его. Из моей груди вырвался стон, который Райдер заглушил поцелуем.

— Райдер, у нас проблема, — произнес Ристан по другую сторону матово-стеклянной дверцы душа.

— Кому-то лучше умереть, Ристан, — прорычал Райдер, оторвавшись от моего рта.

— Они могут. Тебе лучше взглянуть на это.

— Мы сейчас будем, — сказал Райдер, пока я, скользя по его твердому телу, опускалась на пол.

Он смотрел на меня с ухмылкой, а затем взял меня за руку, чтобы отодвинуть из-под воды и смыть с себя пену. Я наблюдала за ним, не в силах оторвать взор от его рук, скользящих по его телу.

Райдер — зыбучий песок, в котором я тонула.

— Ты сказал «мы»? — спросил Ристан.

Я покраснела от макушки до ногтей на кончиках пальцев ног, окрашенных в розовый оттенок. Я открыла дверцу душа и вышла из кабинки, встречаясь со взглядом Ристана.

— Не спрашивай.

— Как… Ты просеялась в его душ? — спросил он, заливаясь смехом.

— Я просила не спрашивать! Это не моя вина. Я спала! — закричала я, когда оба мужчины сильнее рассмеялись. — Очень по-взрослому, просто чертов детский сад! — Выйдя из большой ванной комнаты, я направилась к шкафу Райдера, чтобы взять футболку, поскольку я промокла насквозь, и одежда прилипла ко мне как второй слой кожи.

Райдер оказался позади меня, с обёрнутым полотенцем вокруг бёдер. Мне не нужно оборачиваться, чтобы знать это.

Я могла чувствовать его пьянящий, мужской аромат и хотела обернуться и сорвать тупое полотенце… просто прикоснуться к нему, почувствовать его кожу на своей. Уф!

Как можно о чём-то думать, когда позади тебя стоит огромный, практически обнаженный фейри!?

— Син, тебе помочь одеться? — шелковым голоском промурлыкал Райдер.

— Не в этой жизни, фейри, — язвительно ответила я, натянув на себя одну из его футболок, которая доходила мне до колен.

— Побыла в моем душе, надела мою одежду и все это в один день? — засмеялся он и сбросил полотенце. Я наблюдала, как Райдер с помощью магии создает на себе одежду, силой мысли. Кто бы мог подумать.

— Вы двое закончили с флиртом? Люди реально умирают, — нетерпеливо сказал Ристан, подойдя к двери спальни.

— Люди всегда умирают, когда я поблизости, — пробубнила я, оторвав взгляд от Райдера.

— Не в этот раз. Никогда не видел ничего подобного, с чем столкнулись целители, Цветочек.

Я сглотнула и ощутила, как кровь схлынула с моего лица.

— Части тел? — я с трудом выдавила слова, сквозь ком в горле.

— Нет, но не лучше. Встретимся с вами внизу, — Ристан переместился, не дожидаясь нас.

Я обернулась и окинула взглядом татуировки Райдера.

Чёрные, гладкие линии замысловатых Кельтских узоров красиво выделялись на смуглой коже Райдера. пульсируя от его огромной силы.

— Прежде чем мы пойдем, пожалуйста объясни, зачем ты издевался над теми людьми? — несколько минут Райдер молчал, будто обдумывая варианты.

— Я не хотел тебя во всё это втягивать. Ты ещё слишком многого не знаешь, и не готова принять некоторые вещи, да и сами мы ещё многое только постигаем, — он покачал головой и продолжил. — Я никого не убивал, Синтия. По крайней мере, пока. Те люди в моем доме? Они обманывали тебя. Дали не только Джозефу необходимую информацию, чтобы найти тебя, но и рассказали, что тебя сломает. Они подписали смертный приговор Лариссе. Я не позволю обидеть кого-то, кто под моей защитой. Они добрались до тебя. Ни я ни Олден не спустим им этого с рук.

Мое сердце сделало бешеный скачок и чуть не выпрыгнуло наружу. Закрыв глаза, я в неверии покачала головой.

— Был ли среди них кто-то высокого звания в Гильдии?

— Из того, что нам удалось выяснить, больше похоже на группу кого-то, кто недолюбливал тебя или то, во что ты превращаешься. Уже несколько дней мы складываем все фрагменты воедино и все еще пытаемся подтвердить полученную информацию. Джозеф никого не пытал, Син… они охотно сдали тебя.

Вздрогнув, я кивнула, желая обсудить что угодно, кроме этого. Кто-то предал меня, предал Гильдию.

— Нам следует спуститься вниз.

— Я говорил, что буду защищать тебя. Даже если ты в этом не нуждаешься, — прошептал Райдер, подойдя ближе и прижимая меня к себе. — Некоторые вещи стоит защищать.

Он обнял меня и прижал еще ближе прежде чем просеял нас, без особых усилий, точно так же, как делал все остальное.

Я все еще не могла поверить, что просеялась к нему. Я отодвинулась от Райдера, как только мы оказались в медицинской палате и задохнулась.

В комнате находилось около тридцати или больше фейри и каждый выглядел на грани смерти.

— О, Бог мой, — произнесла я, встречая встревоженные и потрясенные взгляды. Не успела я и моргнуть, как в палату просеялось больше людей Райдера, лекари, и несколько фейри, которых я не узнала, и все они пытались чем-то помочь.

— Нам потребуется Господь, Дану[8] и Геката[9], чтобы справиться с этим, — прорычал Ристан, качая головой, когда женщина, которой он оказывал помощь, вздрогнула и закричала. — Райдер, они умирают. Элиран не может выяснить, что за херня убивает их.

Я опустилась на колени, хотя хотелось бежать от зловония смерти в палате. Я осмотрела кожу женщины, сфокусировалась и вместо человеческого зрения подключилась к сверхъестественному. Женщина была болезненного белого цвета.

— Где ты ее нашел?

— Их нашли брошенными в поле, как гребаный мусор. Асриан почувствовал их боль и позвал меня, — ответил Ристан. — Насколько могу судить, жертвы из состава тех, на кого напали несколько дней назад. Они использовали подобное миномету оружие, начинённое порошкообразным железом, при взрыве оно распылилось и фейри его вдохнули. Большинство из них заболели, впоследствии довольно многих объявили пропавшими без вести. Наши целители вылечили тех, кого нашли, но эти могут быть из числа пропавших фейри. Похоже, нападавшие поймали и пытали их.

— Здесь, — сказала я указав на обесцвеченное пятно на коже женщины. — Выглядит так, словно ей ввели серебро?

— Серебро в задницу. Да это чистое железо. Кто-то ввел чертово железо в фейри, — произнёс Райдер, стоя возле меня. Я повернулась и встретилась с ним взглядом. — Кто-то пытается найти естественный способ нас убить.

— То же самое сказал Мистер Пижон в моем доме.

— Кто блять… оборотень? Его зовут Гейб, — закончил Райдер поднимаясь на ноги и разочарованно провел рукой по волосам.

— Райдер, я не могу их исцелить. Может если бы мы добрались до них раньше, но сейчас оно слишком распространилось по кровотоку и разрушает их внутренние органы, — сказал Элиран, выглядя при этом потрясенно и расстроено.

— Не это я хочу услышать прямо сейчас. — Зарычал Райдер снова разочарованно проводя рукой по волосам.

— Очисти им кровь, — приказала я.

— Наши тела отличаются от человеческих, — объяснил Элиран.

— Так, ты не можешь просто промыть им кровь?

— Нет Син, они не могут просто промыть им кровь, потому что наша кровь поглощает все, что в нее попадает. Как правило с этим не было проблем, поскольку наш метаболизм перерабатывает всё и выводит из организма мусор. Но железо плавит наши клетки и распространяется подобно яду, понимаешь? — сурово прикрикнул Райдер, его лицо наполнилось смесью раздражения и беспомощного разочарования, пока он наблюдал за страданиями своих людей.

Я закрыла глаза и кивнула. Я поняла. Они все умирали, а мы не могли их спасти. Я так чертовски устала чувствовать себя бесполезной.

Я застонала от разочарования, гнева и немалого количества отчаяния. Потом почувствовала, как моя магия взревела к жизни, запульсировала внутри и вскипела в моих венах.

Гнев, смешанный с магией был худшей из комбинаций, особенно когда у тебя на руках только темная магия. Я попыталась подавить ее, но она отказывалась уходить.

— Райдер… — предупредил Ристан.

Я чувствовала, как внутри меня пульсирует кровь, но, еще хуже. Я чувствовала кровь каждой жертвы в комнате. Закрыв глаза, я потащила ее к себе. Я чувствовала запах железа, плотный и гнилостный.

Сила опасно поглощала, а запах зараженной крови был подавляющим. Я хотела избавиться от него.

Я почувствовала будто парю вне своего тела, и возможно так и было. Я ощущала себя так, как в первый раз, когда отпустила силу и потеряла контроль, пока Адам не уравновесил его. Только в этот раз, я могла контролировать это. Я потянула заражённые клетки, желая, чтобы они исчезли.

Мне нужно, чтобы фейри жили. Я устала видеть, как люди гибнут, находить трупы и чувствовать себя бесполезной, потому что, всегда было слишком поздно для помощи.

Я открыла глаза и вскрикнула, когда что-то начало просачиваться сквозь меня, словно маленькие молекулы прорывались, но быстро проталкивались в воздух где и исчезали.

— Святое дерьмо, — сказал Райдер едва ли громче шепота.

Такое ощущение, будто я могла найти зараженные клетки внутри каждой жертвы и пропустить железо через свое тело, словно фильтр.

Я могла слышать крик и стоны жертв. Я искала тех, кто кричал и был близок к смерти, и вытягивала из них железо, избавляясь от него легко, будто делала это систематически и только лишь силой разума.

Очистив последнего фейри в комнате, я повернулась и увидела трех мужчин, которые уставились на меня со смесью шока и растерянности на лицах.

— Она только что очистила их кровь? — спросил Ристан.

— Не имею ни малейшего грёбаного понятия, — прошептал Райдер не отрывая от меня взгляда.

— Посмотрите на пациентов. Либо она просто прикончила их всех, либо вылечила, — тихо произнес Элиран и подошел ближе к Райдера, когда мир вокруг меня завертелся и померк.

Глава 7[10]

— Син, все хорошо. Посмотри на меня, — голос Адама проник сквозь дымку, окутавшую мое сознание. Я могла видеть и слышать, но не могла сосредоточиться.

Жужжание в моей голове все еще подавляло, а металлический привкус крови наполнял рот. Не моей крови.

Я встретилась с беспокойным взглядом его зеленых глаз и вздрогнула от увиденного.

Он изменился. Черные, пульсирующие тату из Кельтских узоров вились по его рукам, и его глаза стали, как у большинства фейри с двухцветной радужкой. Волосы казались длиннее.

— Адам, — прошептала я, переживая, что он исчезнет, если я заговорю слишком громко. Я осмотрелась, чтобы увидеть кто в защитном кругу наблюдает за нами.

— Я с тобой. Держу тебя, Син, — ответил он, облизывая свои губы и притягивая меня к своей обнаженной груди. Он был теплым и от него исходил запах дикой магии. Адам что-то шептал мне на ухо, нейтрализуя магию, которой я воспользовалась. Я даже не уверена, что сделала.

— Люди? — спросила я, не задумываясь, когда это я начала считать фейри людьми.

— Они живы, — произнес Райдер позади нас. — Как ты это сделала, Син?

— Сделала что? — я сглотнула и ближе прижалась к Адаму. Ему очень повезет, если я отпущу его в ближайшее время.

— Черт, чтобы ты не сделала, Син, ты их исцелила.

Я сглотнула, игнорируя острый металлический привкус на языке и покачала головой. Я ничего не сделала, кроме как рассердилась. Или сделала?

— Ты очистила их кровь, Син. Я чувствовал, как ты это делаешь, — ответил Адам. Я отстранилась и посмотрела на него, действительно вглядываясь в него. Его метки пульсировали, и они были не только на его руках… они обвивали его шею, почти касаясь лица, и смотрелись более сформировавшимися с тех пор, когда я последний раз его видела.

Он выглядел как стопроцентный фейри.

— Так плохо выгляжу? — холодно поинтересовался он.

— Нет. Нет, Адам, ты выглядишь не плохо. Просто по-другому, — солгала я.

— Лгунишка. Я чувствую твой отклик. Я могу чувствовать тебя, Син. Не ври мне.

— Прости, Адам. Это не плохо. Просто мне надо привыкнуть. — Я видела, как просеялся Дристан и осторожно подошел к Райдеру.

— Он ушел, простите, — объяснил вполголоса Дристан, кивая в сторону Адама.

— Как он сбежал? — осторожно и спокойно спросил Райдер, глядя на меня. — Он до сих пор должен быть лишен разума, таков эффект Перехода.

— Он соображает вполне здраво. Клер сказала, что Адам был чрезвычайно взволнован пару раз, с тех пор, как начался Переход, но на этот раз ему удалось просеяться. В то время, когда все паникуют, для него прошло, поэтому они решили, что ему больше не нужен ошейник. Я никогда не видел Проходящего мужчину, способного просеяться во время кормления. Только что он кормился, и вдруг исчез.

— Я могу чувствовать тебя, Синтия, внутри себя. Мне нужно, чтобы ты на некоторое время это отключила. Мне нужно избавиться от тебя в своей голове до тех пор, пока я не закончу Переход, — выдохнул он нерешительно, и я не винила его.

— Хотела бы я знать, как, Адам, — прошептала я и отстранилась от него.

— Значит выясни, Син. Это сводит меня с ума. Я хочу того, чего не должен хотеть, и знаю, что ты не хотела бы знать о тех мыслях, что скользят с моей голове прямо сейчас, — прошептал Адам и покачал головой. В его глазах светилась боль, когда он развернулся и направился прочь от меня.

Я смотрела на его крепкую, четко очерченную спину, когда он уходил.

Метки на его спине сплетались в кельтский крест, покрывая всю поясницу прекрасными деталями.

Мой лучший друг Переходил, и пока я ничего не замечала, он стал полноценным фейри.

— Он приспосабливается, Синтия, — мягким тоном произнёс Зарук позади меня.

— Он пройдет через это. Он сильный. — Ответила я, повернувшись, чтобы взглянуть на Райдера. — Итак, группа охотится на фейри, им нравится пытать их и убивать. Есть идеи кто за этим стоит? — Спросила я, пытаясь вернуть свой разум к теме и удержаться от мыслей о своем друге, который, даже сейчас, уходил от меня.

— Нет, но кто бы это ни был, долго им не прожить. Такие нападения происходят тут и там, на протяжении всей недели и, похоже, уровень насилия возрастает. Эти сумасшедшие стали смелее. Те, которых ты исцелила теперь отдыхают. Когда они очнутся, мы их допросим, — ответил Райдер и кивнул Элирану, вставшему рядом со мной.

— Ты очистила их кровь. Какие-нибудь идеи по поводу того, как ты это сделала? Я бы предпочел быть готовым, если у кого-то проявятся те же симптомы.

— Без понятия, как я это сделала, прости.

Он кивнул и повернулся к Райдеру.

— Влад может знать об этом больше. Если она лечит кровь, то может быть из Кровавых фейри.

— Кровавые фейри? — переспросила я, пытаясь вспомнить все, что знала о них — хотя, и совсем немногое. Ходили слухи, что Кровавый Король очень ведет затворнический образ жизни.

В отчетах, прочитанных мной в Гильдии, говорилось, что он и его люди в значительной степени изолированы, держатся подальше от Высоких Каст фейри и были редко замечены в этом мире.

— Интересная идея, Ристан. Позвони Владу и скажи, чтобы тащил сюда свою задницу. Элиран, сообщи мне если кто-то из жертв очнется и что-то вспомнит. Син, ты должна немного поспать.

— Я могу отдохнуть дома.

— Ты можешь отдохнуть здесь, — настаивал Райдер.

— Нет, здесь я не останусь. С тем же успехом я могу отдохнуть и дома, — зарычала я, чувствуя, как покачивается мое тело.

— Твои два дня почти истекли. Мне нужно это тебе объяснять? — прошептал Райдер, положив свои руки мне на плечи, посылая дрожь по телу до кончиков пальцев на ногах.

— Прекрасно, но я не сплю в твоей спальне, — губы Райдера растянулись в дерзкую улыбку, и я хотела стереть ее… своими губами. — Помнишь, мне нужно поспать?

— Мне нужно кормиться, — вызывающе ответил он.

— Для этого мне не обязательно находиться в твоей кровати. Это деловое соглашение, а не приглашение использовать меня всякий раз, как пожелаешь.

Он шире улыбнулся и кивнул остальным, находящимся в комнате. Затем схватил меня за руку и просеял нас в свою комнату.

— Я же сказала, что не буду спать в твоей комнате!

— Кто говорит о сне? Ты будешь меня кормить. А сейчас, раздевайся и тащи свою задницу в мою постель.

— Райдер, — прошептала я неуверенно, не зная, как ему ответить, хотя мое тело уже давно всё решило за меня. Жар прилил к моей сердцевине, а бедра раздвинулись, готовые принять его тело.

— Живо снимай свои шорты, — бросил Райдер и подошел ближе.

Я выдохнула и взглянула на него.

— Отлично, сделай это, кормись от меня. Я же просто гребаный шведский стол, — наклонившись, я стянула шорты и трусики, а затем скинула заимствованную футболку.

Развернувшись, я подошла к кровати, чувствуя себя слабой и усталой от произошедших сегодня событий.

Не сводя с него глаз, я легла на спину и раздвинула ноги.

Я наблюдала, как Райдер снял рубашку и медленно одну за одной расстегнул серебряные пуговицы на джинсах, пока не показался твёрдый, великолепно горячий член.

Райдер медленно приблизился к кровати, и каждый его шаг сводил меня с ума от того, что я желала получить от этого мужчины.

Тот факт, что я не должна этого делать тревожил мой разум.

— Перевернись и ляг на бок.

Я сделала, как он просил и застонала, когда его плоть прижалась к моей. Он обнял меня руками, и массивный ствол Райдера прижался к моей попке.

Райдер проложил дорожку поцелуев от моей талии, до щеки.

— Спасибо, что спасла моих людей сегодня, Син, — прошептал он и лег позади меня. Он натянул на нас одеяло и притянул мое тело ближе.

— Я даже не знаю, как это сделала, — прошептала я и прижалась к нему. Обернувшись, я посмотрела на него. — Райдер…

— Син, я едва сдерживаюсь. Отворачивайся и засыпай, прежде чем я забуду о твоей усталости и покормлюсь от твоего сладкого, упругого лона.

Я улыбнулась и отвернулась от него.

Не этого я ожидала, от Райдера.

Это успокаивало и даже ощущая, как его кожа прижимается к моей, я все еще могла чувствовать, как засыпаю под его защитой и теплом.

— Сон — это прекрасно, — прошептала я, испытывая чрезмерную сухость во рту от желания испробовать вкус кожи Райдера. Я закрыла глаза и прижалась к нему, когда он обвил рукой мое тело и разместил ее у меня на груди, прижав пальцы в дюймах от моих затвердевших сосков.

Мы были сексуально напряжены. И то, что оба были обнаженными никак не могло закончиться сном.

— Так не пойдет, — прорычал Райдер у меня над ухом, и я почувствовала электрическое шипение, когда моего обнаженного тела коснулась ткань.

При помощи магии, Райдер нас одел.

Я посмотрела вниз с небольшим вздохом и увидела светло-голубую шелковую ночную рубашку, которую он наколдовал.

— Если ты начнешь жаловаться на использовании магии, чтобы предотвратить то, чего ты не желаешь, чтобы произошло, я раздену тебя и войду в твой жар по самые яйца, так быстро, что у тебя закружиться голова, Синтия.

Я спрятала улыбку, которая угрожала расползтись по моему лицу и ответила.

— Я даже не думала об этом.

Райдер хрипло рассмеялся.

— Лгунишка. Засыпай, Син. Твоя усталость — единственное, что защищает тебя прямо сейчас, и я могу это ощущать через метку. Не обольщайся — если бы ты не устала, мы бы блядь уже трахались. Жестко.

Я сглотнула и закрыла глаза, притворяясь спящей. В конечном итоге это сработало, потому что я почувствовала, как мое тело расслабляется, пока рука Райдера ласкала мою ладонь.

По некоторым причинам, когда Райдер касался моей ладони, я чувствовала это в самом центре моего существа. Это успокаивало и расслабляло, пока я не задремала, завернутая в защищающие объятья Райдера.

Проснулась я в постели одна. Потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить где я. Когда я припомнила события прошлой ночи, я вскочила с постели, будто она воспламенилась.

Хриплый смех заставил меня обернуться.

— Побег из моей постели не спасет тебя, Син. Я положил одежду, которую взял из твоего дома Ристан, в ванную. Переоденься, нам нужно присутствовать на встрече.

Я потерла глаза и попыталась сосредоточиться.

— Встрече?

— У нас встреча с Гильдией по поводу произошедшего прошлой ночью. Всю неделю мы проводили расследования на местах преступлений, где Высшие фейри были замучены до смерти. Помнишь, на что похоже отравление железом — те фейри погибли самым ужасным образом, из которых бессмертный может умереть, — сердито добавил Райдер, выскользнув из тени, где он стоял, прислонившись к стене, наблюдая за тем, как я сплю. — Каждый из собравшихся поделиться информацией. Ты хотела знать, что происходит, Син. Вот твой шанс.

— Маги? — спросила я, но произнесла это едва громче шепота. Я вздрогнула, когда он подошел ближе. Сработал рефлекс многих лет ненависти к фейри.

— Возможно или группа людей-фанатиков. Существует много вариантов — и ни один из них не хорош, — он медленно подошёл и притянул меня в свои объятия. — Тебе нужно преодолеть свой страх, Син. Переход произойдет, не зависимо хочешь ты этого или нет. Я не стану делиться тобой, — прорычал Райдер, наклонившись в дюйме от моего лица.

— Пока действует контракт. После этого, я — свободный человек, Райдер, — ответила я и отступила на шаг назад.

Он улыбнулся и облизнул свои зубы.

— Что заставляет тебя думать, что после того, как я привел тебя в свой мир, ты захочешь кого-то еще?

Я улыбнулась и печально покачала головой.

— Потому что, ты хочешь владеть мной и, верь или нет, некоторые женщины не хотят быть чье-либо собственностью. Не знаю, как давно ты родился, Райдер, но сейчас женщины хотят, чтобы к ним относились с уважением. Холили и лелеяли, а не считали собственностью.

— Что, дьявол разбери, ты имеешь в виду? — огрызнулся Райдер.

— Слишком много от пещерного человека? — фыркнула я и расхохоталась от его сконфуженного выражения лица.

— Ты смеешься надо мной? — он раздражался, но уголки губ подрагивали, будто Райдер едва сдерживал смех.

— Тебе нужно попробовать сходить на свидание. И как можно чаще, Райдер, — усмехнулась я и, прежде чем поняла, что делаю, подошла к Райдеру на опасно близкое расстояние.

— Тебе следует пойти в душ, Син, прежде чем я решу, что в данный момент мой голод важнее, — тихо произнес Райдер, пока его взгляд скользнул вниз по, наколдованному им же, шелковому комплекту.

Я попыталась отойти от него, но он оказался быстрее. Руками, Райдер притянул меня к себе и тут же впился своими губами в мои.

Он отстранился, улыбаясь.

— Пещерный человек только что заставил твои трусики стать влажными от поцелуя и ты единственный пункт в моем меню на обед.

Восхитительная дрожь пробежала по моей спине.

— Я не еда.

— Ты права, Син. Ты гораздо большее… и я не хотел бы говорить, что мне нравится играть со своей едой.

Я отстранилась.

— Не смешно, я не сраный «Хэппи Мил» для фейри, Райдер!

— Сраный «Хэппи Мил» для фейри… Иди в душ, Син. Я теряю терпение и толерантность по отношению к твоему нахальному рту. Если не хочешь, чтобы я нашел другое применение ему, тебе следует бежать прочь.

— Я думала, тебе нравится мой нахальный рот, — ответила я с ухмылкой.

Его взгляд обосновался на моих губах.

— Это так, а еще больше нравится, когда он занят… сосанием или чем-то другим… — Райдер оставил слова повиснуть на кончике языка.

Я развернулась и принципиально убежала в ванную, из-за того, что произошедшее заставило Райдера стать резким и злым.

Он вновь стал холоден, я видела это в его глазах, прежде чем оставить Райдера в спальне. Он ненавидел, что я до сих пор вздрагиваю от его прикосновений, но это по привычке.

Я знала, что с Райдером я в безопасности. И все же боялась слишком сблизиться с ним. Я теряю бдительность, а Райдер показывает, как опасно так поступать.

Я проскользнула в душ, не снимая ночную рубашку, пока не оказалась за тонированным стеклом.

Я включила воду и встала под струю, быстро принимая душ, чтобы вернуться к насущной проблеме. Люди вновь погибают, и если мы можем остановить убийства, я собираюсь помочь.

Я подпрыгнула, когда дверь в душевую кабинку открылась и вошел обнаженный Райдер с хищной улыбкой на лице, без тени нежного существа, которое обнимало меня всю ночь и заставляло чувствовать себя в безопасности.

Я только закончила мыть голову, поэтому сделала шаг назад, когда он начал притеснять меня, пока не почувствовала, как прижалась телом к холодной, черной, глянцевой плитке.

— На твоем месте, я бы сбежал, малышка, прежде чем решу, что моему небольшому мозгу пещерного человека слишком тяжело сопротивляться виду твоего напряженного, мокрого тела.

— Серьезно, ты забрался сюда только для того, чтобы сказать это? — бросила я, с вспышкой гнева в глазах.

Он искушал и провоцировал меня — и это работало. На секунду Райдер отвел в сторону взгляд и от этого, кажется, больше стал раздражен.

— Твой парень ждет тебя в клубе, — отрезал он и отступил от меня, схватив мыло.

— Зачем тебе даже беспокоиться о душе? Этот аккуратный фокус гораздо быстрее.

— Быстрее не всегда лучше, просто это удобно. Иногда, Син, эти ощущения… приятнее для моей кожи. Как и другое, мне нравиться, и я наслаждаюсь им, — он злобно улыбнулся и пробежался взглядом по моему телу… медленно, жадно.

Голодным взглядом я наблюдала, как он намыливает свое тело. Его руки медленно и методично опускались ниже, погладили член и намылили его. Я стонала, пока мои глаза наслаждались зрелищем, до тех пор пока не услышала опасное урчание, что заставило мой взгляд подняться к его глазам.

— Ты опять уставилась на мой член, Син. Или встань на колени и трахни меня своим ртом или убирайся.

Ублюдок. Я протиснулась сквозь него и попыталась выйти, но Райдер рукой обхватил меня и потянул под воду рядом с ним.

Его глаза наблюдали за мной с любопытством и ожиданием. Я отдернула руку, повернулась, чтобы открыть дверь и оставить его и его биполярную задницу ни с чем.

Я начала было думать, что он сделал это намеренно, чтобы меня оттолкнуть.

Глава 8[11]

Эдриан не то чтобы поговорить, взглянуть на меня не мог. За это я его не винила. Это была моя проблема, и я его в нее втянула. Я, неспособная себя остановить, пытаясь бороться против того, что не могла контролировать, его поцеловала.

Все собрались в фойе особняка. В воздухе улавливалось напряжение, и никто, за исключением Ристана, не смотрел мне в глаза.

Казалось, демон был единственным, кто хотел вывести из себя Райдера.

— Син, выглядишь как всегда восхитительно или я должен сказать изнасиловано? — Он пошевелил бровями и лукаво улыбнулся.

— Как насчет того, чтобы забраковать оба варианта? — предложила я, чувствуя взгляды в спину.

— Ты спала в его постели. Интересный поворот событий, — продолжил Ристан.

— У тебя проблема? Кажется, да, — прорычала я.

— О, нет никакой проблемы, по крайней мере такой, которую я бы добровольно озвучил, пока на тебе метка Райдера. Это было бы самоубийством. — Последнее слово было брошено в сторону Эдриана.

— О, Ристан, не знала, что это было представлением. — Я подошла, схватила его за футболку и притянула к себе. — Уверен, что не хочешь попробовать на вкус? — Облизнула полные губы, наблюдая, как на них опустился его взгляд. — Чуть-чуть? — дразнила я, и он это знал.

— Заманчиво, цветочек, но ты не заставишь меня потерять голову ради всего лишь поцелуя… придется предложить что-то более серьезное.

Я оттолкнула его как раз вовремя, чтобы ощутить взгляд Райдера на своей коже. Обернулась и заметила, что он наблюдает за мной со смертельной опасностью в глазах.

— Пытаешься поймать мух на сладенькое, малыш?

— Просто тренируюсь кое в чем для того времени, когда эта метка исчезнет.

— Так ли это? — усомнился он, подходя ближе к Ристану, угроза была очевидна.

Я уставилась на него.

— Райдер, вини меня, а не тех, кого я пытаюсь соблазнить.

— Синтия, не совершай ошибку, я обвиню всех причастных, — бросил он мне вызов, скрестив руки на груди.

Янтарные глаза Райдера внимательно всмотрелись в мое лицо, словно он хотел сказать, что это не конец, и он был прав.

Он не владел мной, и уж чертовски точно не будет диктовать с кем я могу трахаться, если собирается каждый раз, когда я не буду падать ниц у его ног, вести себя как пещерный человек. Я менялась в силу своих способностей.

Я усмехнулась, зная, что Райдер оказался свидетелем моей игры в соблазнение Ристана.

— Девочка, мать твою, испытай меня. Просто, черт возьми, испытай, — прорычал Райдер, когда в его груди начал подниматься гремящий звук. Я моргнула, увидев, как глубоко в его глазах что-то блеснуло, словно помимо мужчины на меня смотрело что-то еще.

— Райдер, мне что, опуститься на колени и умолять? Это доставит тебе удовольствие? — спросила я, чувствуя испарину на затылке. Не знаю, почему я пыталась с ним бороться. Просто делала это и, казалось, не могла остановиться.

— Обещаю заставить тебя умолять, но позже. А пока пытайся держать свой язвительный язычок за зубами, малыш, — предостерегающе прорычал Райдер.

— Заставь меня, — бросила я в ответ.

Когда Райдер взбесился, я смогла разглядеть что-то под его холодной личиной. Он всегда держал себя под контролем… когда дело не касалось меня. И мне хотелось знать, что же он скрывает. Райдер приблизился, гул усилился.

— Ты не хочешь бросать мне вызов. Люблю выигрывать. Люблю играть в игры, потому что так могу выигрывать.

Я вздрогнула и отстранилась от него.

— Обещания, Райдер, все это обещания. — Я повернулась и встретила шокированные лица его людей. — Что? — рявкнула я, сытая по горло уровнем тестостерона в особняке.

— Мы собираемся и отправляемся на встречу с твоей Гильдией в Дарклэнд, — произнес Райдер и протянул мне руку.

— Я и сама в состоянии просеяться, — огрызнулась я.

Да что со мной, черт возьми, не так? Я была раздражена, кожа как будто была в огне. Я моргнула и покачала головой и, потеряв равновесие, вцепилась руками в руку Райдера. Он внимательно всмотрелся в мое лицо и прищурился.

— Син, что происходит?

— Ничего. Просто голова немного кружится. Возможно это потому, что я сегодня не ела.

— Тогда давай, перемещайся, — произнес Райдер, отступив. Взгляды присутствующих устремились на нас. Я закрыла глаза, представила его клуб, но мой разум вцепился в Райдера и я не сдвинулась с места. Я ждала ощущение невесомости, которое испытала ранее, когда просеилась в его душ.

Ничего не произошло. Я фыркнула и, покачав головой, попробовала снова.

На этот раз меня накрыло ощущение невесомости, и я улыбнулась, пока не ударилась обо что-то твердое и отскочила от звуков смеха и фырканья. Открыла глаза и со своего места на полу в фойе подняла взгляд… на ноги Райдера.

— Я просеялась, — сказала я, гордясь собой, даже если и смогла просеяться только к нему.

— Синтия, уже дважды за день ты падаешь к моим ногам. Думаю, предпочтение отдам тому первому разу, в моем душе, — лукаво заметил Райдер, наблюдая, как от его слов к моим щекам приливает жар.

Эдриан сердито рыкнул на Влада, который поспешно остановил его настрой.

— Достаточно, Эдриан.

Я проглотила щемящее огорчение и подняла взгляд на протягивающего мне руку Райдера. Оттолкнув ее, поднялась на ноги и закрыла глаза.

Я просеялась вновь, и на сей раз, вся комната, за исключением меня, Райдера и Эдриана, разразилась смехом.

Я ощутила подкатившие к глазам горячие слезы, но сдержала их, снова поднимаясь с задницы.

Стиснув зубы, я протянула руку Райдеру, чтобы он меня просеял. Покачав головой, он принял ее и притянул меня к себе.

— Перемещение требует времени, — прошептал Райдер мне на ухо, прежде чем просеял нас в клуб, который выглядел так, как до взрыва бомбы, унесшей жизни семнадцати фейри.

Ответственность за это Райдер возложил на мою Гильдию, но, в конечном итоге, я доказала, что они в этом неповинны, и предотвратила кровавую бойню.

— Спасибо, — произнесла я, когда вновь могла ориентироваться, и попыталась отступить подальше от прикосновений Райдера.

— Это сексуально, Син, — прошептал он, отказываясь отойти от меня во время моей попытки увеличить между нами расстояние.

— Что именно? — спросила я, хотя и боялась услышать ответ.

— То, что каждый раз, когда ты просеиваешься, ты падаешь к моим ногам. — Райдер ухмыльнулся и, повернувшись, ушел, оставив меня с отвисшей до пола челюстью.

Я осмотрела клуб. В дневные часы, когда он закрыт, все выглядело иначе.

Все по-прежнему элегантно, но чего-то не хватало без музыки, мигающих огней и веселящейся толпы.

Я почесала затылок и обнаружила, что по нему стекает пот. Возможно, я где-то подцепила грипп.

Это все моя удача и, учитывая, что у меня иммунитет ко всему, болезнь окажется вишенкой на торте.

— Выглядишь так, будто хочешь напиться, — произнес Влад позади меня. Я обернулась и взглянула в его прекрасные серебристые глаза.

Он повел меня к бару, а остальная часть группы Райдера разошлась к столикам, чтобы встретиться с ожидавшими их фейри, ни одного из которых я не узнала.

— С Эдрианом все хорошо? — тревожно выпалила я, так как ощущала, что из-за меня Райдер его избил. Я скользнула на один из стульев, а Влад направился за стойку бара.

— Он крепкий. Некоторые уроки приходится вдалбливать. Эдриан знал, что ты под запретом. Он сделал свой выбор, и этот груз на его плечах, не на твоих.

— Влад, это я его поцеловала. Он тут не причем, — возразила я.

— Да, ты поцеловала, но Эдриан не отстранился. Нет же, он пошел дальше и наложил на тебя руки, хотя был осведомлен. Поэтому вина на нем. Его множество раз предупреждали этого не делать.

— Влад, контракт или нет, я не часть собственности и не какое-то гребаное животное, на которое Райдер может накинуть ярмо и поставить свое клеймо. Он права не имел ставить на мне метку.

— Как бы то ни было, Син, он это сделал, и этого не исправить, пока Райдер ее не удалит. Выпить? Джин-тоник, верно? — спросил Влад, уже отворачиваясь и запуская руку в бесконечное количество бутылок за барной стойкой.

— Пожалуйста, сделай его крепким, — пробубнила я, отворачиваясь от Влада, чтобы осмотреть всех, кто был в баре. Я удивилась, заметив Олдена, одиноко сидящего чуть дальше у стойки, внимательно наблюдающего за мной с грустной улыбкой.

Его окружали несколько штатных охранников Гильдии, которые стояли чуть поодаль, давая ему небольшое личное пространство.

Олден кивнул, подошел ко мне и сел на соседний стул. Его элитная охрана рассредоточилась достаточно близко, чтобы защитить его, и достаточно далеко, чтобы дать ему хоть какое-то подобие уединения.

— Нам нужно прекратить так встречаться, — отметила я с хитрой улыбкой.

— Эта встреча не очень, но не сказать, что предыдущая была такой, — он поспешно бросил последние слова, когда я уставилась на него и открыла рот, чтобы спросить, что у него есть. — Более чем вероятно, это были радикалы. Преступления на почве ненависти нестабильны и непредсказуемы. Рад знать, что ты с ним, — Олден кивнул в сторону Райдера и продолжил: — Он не позволит ничему с тобой случиться. Национальная Гильдия Вашингтона, округа Колумбия хочет, чтобы мы помогли принцу. Синтия, я сказал, что с ним бок о бок работает мой лучший сотрудник.

— Неужели ты сказал, что я лучшая? — Я смотрела прямо на Олдена и видела его колебание. — Понятно. В любом случае, не хотелось бы, чтобы они знали о моем сотрудничестве.

Не то, чтобы я знала, что таковой являюсь.

— С тобой все хорошо, Синтия? — спросил Олден, когда я в очередной раз стерла пот со лба и шеи.

— Я в порядке, — прорычала в ответ.

— Девочка, со мной это не пройдет. Я учил тебя это говорить, и знаю тебя лучше, чем ты думаешь. Синтия Рейн, да с тебя пот градом. — Олден провел ладонью по моей щеке и выругался. — Да ты вся горишь.

— Все в порядке, просто что-то подхватила, — резко ответила я, уставшая от объяснений.

— Выпей это, Син. Должно помочь, — сказал Влад, ставя стакан на салфетку и придвигая его ко мне. Подняв, я опрокинула его в себя, выпивая все до дна и наслаждаясь жжением, когда алкоголь скользнул по горлу.

— Еще порцию, — сказала я, проведя языком по зубам.

— Твое желание для меня закон, — ответил Влад, внимательно глядя на меня, прежде чем посмотреть мимо, туда, где сидел Райдер со своими людьми, заливая, как я предполагала, фотографии с места преступления. Влад быстро приготовил очередную порцию выпивки и поставил рядом с пустым стаканом. — Син, когда ты лечила тех людей… на что это было похоже? — спросил Влад, оперевшись на стойку, уперев локти в глянцевую поверхность.

— Не помню. Лишь злость от невозможности им помочь. Злость от бесполезности и усталость от смертей. Это глупо. Не понимаю зачем кому-то поступать так с другим существом — даже если это фейри. Я устала от людей, чтящих себя Богом и решающих лишить кого-то жизни только потому, что могут! — закричала я и весь бар погрузился в тишину.

Я резко сникла и покачала головой — это не я. Обычно, я лучше контролирую себя.

— Кровь воззвала к тебе? — продолжил Влад, будто и не было моего мини-срыва.

— Не знаю. Просто осознала, что могу это сделать. Знала, что если извлеку все железо, они смогут выжить или, во всяком случае, надеялась на это. Не представляю, как или зачем я это сделала, Влад, только понимала, что беспомощность не то, что мне понравится, что я ее не приму.

— Ты извлекла железо. Спасла всех в этом помещении, Син. Вопрос в том, чувствовали ли ты потребность испробовать на вкус?

— Имеешь в виду, что я хотела вгрызться в их шеи и высосать кровь? — я прищурила глаза на взгляд его серебристых.

— Да, что-то вроде этого.

— Нет, я не вампир. — Фуууу…

— Но ты очистила фейри от железа… из их крови. И таким образом, кажется, завоевала расположение людей Райдера, — ответил он, протянув руку за пустым стаканом, прежде чем чуть кивнул в сторону сидящего и соблазнительно мне улыбающегося Синджина, который всегда находился рядом с Райдером.

— И? — я глянула на Синджина и покачала головой.

— А это непростая задача. Они верны одному и только одному. Однако теперь они смотрят на тебя с уважением.

— Меня это должно волновать? — резко выпалила я, ощущая головокружение, кода жар, казалось, объединился в одном месте, что меня взбесило.

— Син, ты в порядке? — осторожно поинтересовался Влад.

— В порядке, просто странное ощущение.

— Лихорадка? — спросил он, протягивая мне еще одну порцию выпивки. Я кивнула, а он покачал головой и посмотрел туда, где сидел Райдер.

Покачав головой, я схватила с барной стойки стакан и направилась туда, где сидел Райдер с несколькими своими людьми и незнакомыми мне фейри.

Жар от самого моего основания вновь распространился по всему телу, заставив на мгновение остановиться из-за головокружения.

Я поставила стакан на столик и проигнорировала горячие взгляды тех, чей прервала разговор.

Когда Райдер встретился со мной взглядом, его ноздри затрепетали. Он похотливо оглядел мое тело.

— Нравится? — промурлыкала я и получила удовольствие от удивления в его глазах, снова метнувшихся к моему лицу.

— Син, ты хорошо себя чувствуешь? — спросил Райдер, поднимаясь и вставая передо мной. Его взгляд прошелся по мужчинам в клубе, которые все теперь смотрели на меня. Я чувствовала себя сексуальной и эротичной. Глаза Райдера загорелись, когда он осмотрел меня.

— Прекрасно. Почему все продолжают меня об этом спрашивать? — ответила я хриплым голосом.

— Ты вспотела и выглядишь…

— Горячо? — спросила я, дерзко улыбаясь.

— Больной, — не согласился он со мной, отчего я неловко склонила голову.

— Я вся горю, — прошептала я и закрыла глаза, ощущая, как комната накренилась.

— Синджин, приведи Элирана, — пробормотал Райдер, стоя рядом со мной и внимательно, и похотливо осматривая.

— Я чувствую себя просто восхитительно, — сказала я, потянувшись к нему и притянув ближе к своему телу.

— Син… — предупредительно произнес Райдер, осматривая клуб. — Черт побери, женщина.

Я повернула разгоряченное лицо и обнаружила, что все мужчины — ну, за исключением Олдена и его охраны, — похотливо смотрят на меня со своих мест.

Они выглядели ошеломленными и не знали, что происходит. Я чувствовала себя самой сексуальной сучкой на планете. Черт побери, правда…

— Райдер… — хрипло зарычала я, не уверенная, хочу ли бросить его на стол и скакать на нем, как на гребаной лошади, или же свернуться в позу зародыша и кричать. Я достигла Перехода.

— Син, черт возьми, не двигайся. Просто стой и прекрати тереть… — Его глаза опустились к моей руке и мой взгляд последовал за ним. Я гладила себя своей рукой. Что, черт возьми, со мной происходит?

Райдер приблизился ко мне, его глаза светились золотым янтарем, прежде чем их поглотили толстые линии обсидиана.

— Син, я поставил на тебе свою метку. Согласна? — его голос казался почти придушенным.

Когда я не согласилась, он зарычал столь не человеческим звуком, который меня заинтриговал, и возникло желание посмотреть, что скрывает Райдер; увидеть оболочки этого существа, обнаженные предо мной. Я облизнула губы и сделала шаг ближе.

— Я так голодна, Райдер. Помоги.

— Проклятье, Синтия, сосредоточься. Не заставляй меня драться с моими же людьми. Тебе следует выбрать: они или я. Сейчас.

Его люди? Тринадцать накаченных, здоровых мужчин вокруг меня? Ооох, а еще ведь рядом несколько фейри.

О, черт, да. Вот был бы аттракциончик… Я хрипло замурлыкала, представив это. Я могу взять их… их всех. Я закрыла глаза и вдохнула мускусный мужской аромат окруживших меня фейри.

Теперь в мою сторону от всех исходили серьезные «трахни меня» флюиды. Я хотела их всех и прямо сейчас.

Моя внутренняя дрянная девчонка говорила выбрать их, пока где-то в глубине я боролась с подавляющим натиском гормонов, пытающихся взять надо мной контроль.

— Райдер… — я не могла вымолвить ничего, кроме его имени.

— Скажи, — прорычал он и придвинулся.

Я закрыла глаза и отошла от него. До моего слуха донеслось, как другие, рыча, отталкивают друг друга, пытаясь приблизиться ко мне.

Я зарычала, жадно, желая, чтобы каждый из них встал в очередь. Мне хотелось кормиться от них всех. Тряхнув головой, я попыталась развеять мысли, носящиеся в сознании. Райдер положил мне руки на плечи и притянул к себе.

— Малыш, слушай меня очень внимательно. Я не стану вынуждать тебя выбрать меня. Но не могу позволить им взять тебя. После они будут ненавидеть себя. Ты понимаешь, что я говорю? — спросил Райдер, но слова не проникали в мой разум.

Я желала секса и мне плевать, кто прямо сейчас меня трахнет. Я покачала головой. Это не правильно. Мне не следует так рассуждать.

Я потерла лицо руками и застонала, ощутив прикосновение кожи. Сильно тряхнув головой, я встретилась со взглядом глаз Райдера, черных и смертоносных.

Моего Райдера.

Я протянула руку, зрение расплылось и раздвоилось. Ого! Два Райдера… черт меня дери.

— Хочу вас обоих, — прошептала я сквозь сухость во рту. Два Райдера. Да я выиграла долбаную лотерею! Джекпот, детка.

— Нас обоих? Кого, Син?

— Вас обоих, Райдер, — повторила я, уже пытаясь стянуть с себя одежду.

— Черт, — сквозь зубы произнес он и провел рукой по лицу. Он прижал меня к себе и изо всех сил пытался начать контролировать мою руку. Не понимаю, почему он хочет меня остановить. Не хочет, чтобы я разделась? — Выбирай, или я нарушу свое же правило с тобой, Син. Трахну тебя прямо перед ними и покажу, кому ты принадлежишь.

Мужчины в комнате одобрительно зарычали, и дрянная девчонка внутри меня улыбнулась. Между бедрами стало мокро. Я их развела.

— Я хочу, чтобы вы накормили меня, Райдер, вы оба.

— Син, я в единственном экземпляре.

— Это ты так говоришь, но не думаю, что Бог настолько жесток, чтобы создать тебя в единственном экземпляре, когда с двумя так весело.

Уголки его губ дернулись вверх.

— Ты не смогла бы справиться с двумя такими, как я, малыш. Ты едва меня одного вынесешь. Тебе нужно принять решение прежде, чем начнешь гребаный бунт.

Я улыбнулась и нежно прикусила его шею, наслаждаясь подобием животного рыка, вибрировавшему в горле Райдера.

— Женщина, ты сведешь меня в могилу, — прошептал он и, схватив за волосы, оттянул мою голову назад.

— Я хочу тебя, Райдер.

Я моргнула, когда он от облегчения прикрыл глаза, прикоснувшись своим лбом к моему, и отпустил мои волосы.

— Скажи это громко, так, чтобы все тебя услышали, малыш.

— Я выбираю тебя, — прорычала я, закрыв глаза, ощущая, как мир закружился вокруг меня. Открыв глаза, я обнаружила себя, стоящую в противоположном от Райдера конце комнаты. Зарук улыбался мне, и в глазах его было что-то большее. Я только что просеялась? Не припав к ногам Райдера?

— Я говорю, что и нам достанется. Она сможет с этим справиться. Сначала по одному члену за раз, потом по два. Пока ее заполняет член, она не знает больше ничего, кроме как жестко на нем скакать.

Я моргнула… покачала головой и попыталась найти Райдера.

— Зед, — предупредил Райдер.

— Райдер, этой женщины на всех хватит. Да она нас всех оттрахает. Я хочу, чтобы до окончания этой ночи мой член хоть раз в ней побывал.

— Брат, этому не бывать. Она моя и выбрала меня.

— Я хочу ее, — сказал Синджин, просеиваясь ближе.

— Я тоже ее хочу, — произнес Савлиан, злобно улыбаясь и подходя ближе.

У меня начинался приступ и возникло отчетливое ощущение, что следует просеять свою задницу в безопасное место, потому что у нее есть риск быть оскверненной. Я обернулась, наблюдая, как шагает Ристан с улыбкой на губах.

— Следовало для такого случая приготовить попкорн. Наконец-то в эту суку вобьют реальность, — сказал он, скользнув на соседнее с Райдером место.

— Ристан… с тобой все хорошо? — спросил Райдер с напряженным выражением лица.

— Под хорошо ты подразумеваешь, что я не хочу впихнуть свой ствол в бутон моего маленького цветочка?

Райдер кивнул.

— Да, со мной все прекрасно. Никакой сильно потребности оттрахать ее. Пока.

— Хорошо. Тогда убедись, что они не поубивают друг друга. Когда они очнуться, отправь их отсюда. Ты и Зед за главных. Сообщай мне о каких-либо выводах и идеях — особенно пришедших от целителей. Мы останемся наверху. Мне необходимо постоянно быть в курсе событий. — Ристан фыркнул на это заявление.

— Будто в ближайшие дни ты будешь прибывать в том состоянии, чтобы хоть к чему-либо проявить внимание, — ухмыльнулся он.

Райдер сердито прищурился на Ристана.

— Вы с Зедом знаете, что делать. Пошли Асриана и Синджина следить за окрестностями, на случай, если эти придурки вернутся и оставят больше раненых. В случае необходимости, попроси их связаться с Кайленном и Эйоданом. Это — лишь разведывательная миссия. Никто не должен рисковать без моего присутствия. Если обнаружите еще раненых или мертвых фейри, сразу же уведомите меня. Мне нужно знать сразу же, если что-нибудь случится. Наши люди умирают, и наша работа защитить их. Объяснишь остальным, что делать и чем нужно заняться, Влад? — спросил Райдер, когда я придвинулась поближе к нему, наблюдая, что и мужчины делают то же самое.

Они преследуют меня: я двигаюсь, они идут за мной. Я улыбнулась и продолжила двигаться, наблюдая, как они идут за мной, будто стая волков загоняет в угол добычу. Я хихикнула, словно пьяная школьница, и Райдер покачал головой.

— Райдер… тебе нужно забрать ее и этот сладкий мускусный запах на хер отсюда. У меня нет столько гребаной сдержанности, Боже! — прорычал Влад из-за барной стойки, от хватки в которую костяшки пальцев на его руках побелели.

— Влад, — вздохнул Райдер. — При необходимости скооперируйся с Гильдией.

Остальные удерживали себя местах с бисеринками пота на лбах и дикими выражениями лиц, напомнив мне ночь Дикой Охоты.

Эдриан оказался одним из них, и боль в ярко-синих глазах ошарашила меня. Райдер тоже это заметил и притянул меня ближе к себе.

— С ними все будет в порядке, как только я заберу тебя отсюда, Синтия. У нас в крови реагировать на женщину, достигшую Перехода… Вот почему я хотел, чтобы ты была рядом со мной.

— Если я причиняю им боль, забери меня отсюда, — прошептала я, ощущая очередную волну жара, начинающую пронзать меня.

Райдер улыбнулся, прижал меня к себе, и мы отправились в сторону больше неохраняемых лифтов.

У охранников, которые стояли на посту у лифта, не было от меня иммунитета, и они покинули свой пост, привалились к стене. В их глазах было столько боли и тоски, что мне пришлось отвернуться.

Глава 9[12]

Мы спустились на лифте на несколько этажей под клуб и бесшумно вышли в довольно темный коридор.

Мы миновали несколько дверей и остановились перед изрядно декорированной с красивыми, изящными символами над рамой, защищающих помещение за ней.

Райдер провел рукой над символами, снимая чары, и дверь распахнулась.

Его губы растянулись в едва уловимой улыбке, и жестом он пригласил меня пройти в темную комнату.

Я всмотрелась в пространство, но ничего не увидела — никакой мебели, просто пустая темная комната.

Райдер подождал, пока закроется дверь, а затем повернулся и взглянул на меня. Его глаза горели голодом, став золотистыми.

Я невольно отступила, и Райдер шагнул ближе.

— Сомневаешься в правильности сделанного выбора, малыш? — усмехнулся он, так и излучая сексуальную уверенность.

— Нет, — честно ответила я. У меня не было сомнений ни по поводу того, что Райдер — правильный выбор для того, чтобы тупо меня оттрахать, ни по поводу того, что он доведет дело до конца. А если потребуется, он спасет меня от самой себя.

— Похоже, после всего я стану долбаным фейрийским везунчиком, — Райдер, глядя на меня, озорно улыбнулся.

— У меня все ноет, — захныкала я, проигнорировав его комментарий. Мое тело снова охватила волна пылающего жара.

Райдер потянул носом и жадно провел языком по зубам.

— А мне это понравится.

— Нам нужно обсудить несколько основных правил, — выдала я в ответ, когда в животе затрепетали бабочки.

— Никаких правил. Не для этого… по крайней мере, не в этот раз. Все равно ты скоро не сможешь им следовать. — Райдер развернулся и провел рукой над дверной рамой, устанавливая чары с этой стороны комнаты.

— Райдер, — проскулила я, проведя руками вниз, к влажному, скользкому жару. Райдер придвинулся, притянул меня в свои объятия и опустил голову мне на макушку.

Довольно эффективный способ помочь мне держать руки при себе.

— Я должен убедиться, что ты понимаешь, что сейчас с тобой происходит. Помнишь, каким вышедшим из-под контроля казался Адам, когда он на тебя напал? В тот момент он был в полном Переходе. Если бы мои люди его не остановили, велика вероятность, что он бы тебя убил. Так как ты еще тогда не достигла Перехода, он бы кормился от тебя, пока не иссушил твои разум и душу, и, закончив, ничего от тебя бы не оставил. Скоро ты окажешься в такой же стадии.

Я вздрогнула и кивнула. Эту часть я понимала.

— Вот только тебе же я не причиню вред, правда?

— Правда. Сначала мне придется сдерживать тебя, чтобы убедиться, что никому из нас не больно. Мне также нужно, чтобы ты честно ответила мне на вопрос. В этой комнате ты мне доверяешь?

— А к чему этот вопрос? — пробормотала я, не понимая, каким образом ему поможет мой ответ.

— Я хочу захватить над тобой власть. Когда ты рядом, эта потребность меня не покидает. Однако здесь и сейчас тебе нужно, чтобы я был нежен. Вскоре уже ты захочешь одержать надо мною верх. Малыш, в твоей голове будет лишь одна мысль — потребность в кормлении. Мне нужно знать, Синтия, что ты мне доверяешь.

Я вздрогнула от силы жара в его глазах. Проблема не в том, что я ему не доверяла. Доверяла. Ну, в этой комнате. За ее пределами между нами все было по-прежнему неясным.

— В этой комнате, — ответила я, наблюдая, как в ожидании моих слов он поджал губы. — Райдер, в этой комнате я тебе доверяю.

Уголки его губ приподнялись, и от этого мое сердце в груди совершило кульбит. Это прекрасное создание собиралось ввести меня в свой мир, наш мир.

Я смотрела, как Райдер провел руками по волосам и кивнул.

— Позволишь мне управлять твоим телом? Контролировать твое наслаждение и руководить им для Перехода? — спросил он, подойдя ближе.

— Охарактеризуй контроль, — попросила я дрожащими губами.

Райдер криво усмехнулся.

— Малыш, происходящее похоже на поведение в полнолуние. Мы, фейри, зовем это Фейрийской луной, потому что в это время в каждом из нас на свободу рвется лихорадочный голод. Для нашей расы в это время секс невероятен, то же будет и в твоем Переходе. Для того, чтобы я контролировал твое удовольствие, мне нужно целиком завладеть контролем над твоим телом… до такой степени, что в твоей голове не останется мыслей, и ты будешь способна на что угодно, чтобы заполучить желаемое и необходимое.

Я вздрогнула и покачала головой. Мне не хотелось становиться бездумной секс-машиной. Уже довольно плохо то, что моя жизнь целиком перевернулась вверх тормашками, так еще я собиралась сойти с ума, а Райдер более чем был готов стать моей жертвой.

— Райдер, у тебя есть мое разрешение, но только на время Перехода.

— Мне этого достаточно, — прошептал он и подошел ближе. В голове крутилось несколько сценариев, перегружая мой мозг произошедшим и тем, что вскоре произойдет. Я ощутила, как шипят глаза от сдерживаемых слез. — Син, не бойся, — прошептал Райдер и ободряюще улыбнулся. — Вместе нам будет хорошо. Обещаю, что не причиню боли и не позволю тебе причинить боль мне. Обещаю, что обеспечу твою безопасность.

Райдер большим пальцем стер слезы и поцеловал меня. Я жадно застонала ему в рот. Попыталась сдержать рыдания, но те вырвались прежде, чем мне удалось с ними справиться. Райдер заключил меня в объятия и прижал мою голову к своей рельефной груди.

— Я с тобой. Ты в безопасности.

— Я не могу этого сделать, — тихо плакала я, пытаясь справиться со слабостью. Дело было не в Переходе, а в том, кем я после него стану.

— Посмотри на меня, — хрипло прошептал Райдер.

Я встретилась с его излучающим тепло взглядом и изумилась силе, которую увидела в его глазах.

Райдер отошел на расстояние вытянутой руки, предоставляя пространство на случай, если я ударюсь в панику. Я страшилась того, что начиналось.

Райдер это видел, как и все остальное, как будто синхронизировался с моими эмоциями и разумом.

— Синтия, паниковать при необходимости — это нормально. Я понимаю. У тебя не было достаточно времени, чтобы смириться с тем, чем ты являешься. Многие рождаются с пониманием того, кто они, и принятием того, через что им придется пройти.

— Я не паникую. Не паникую. Зачем бы мне паниковать? — Вот дерьмо! Да я еще как паникую!

Райдер усмехнулся, но улыбка, растянувшая его полные губы, сказала, что он надо мной не издевается. Будь ситуация не такой страшной, я бы над собой посмеялась.

— Конечно же, ты не паникуешь. Ты же Синтия, и судя по тому, что я видел, ты способна справиться со всем, что на тебя навалится.

— И что нам сейчас делать? — запинаясь, спросила я, позволив страху просочиться во взгляд.

— Что ж, можешь забраться на кровать и начать, или я могу тебе помочь. Скоро тебя охватит голод и тебе придется кормиться. Сейчас я предоставляю тебе выбор, чтобы все прошло как можно легче, — спокойно произнес Райдер, подняв руки за голову и сцепив пальцы в замок. Покачав головой, он нежно улыбнулся, Мышцы под хлопковой футболкой напряглись. — Синтия, я здесь, чтобы тебе помочь, а не причинить боль. Переход — не то, с чем можно справиться в одиночку или что можно контролировать. Он происходит вне зависимости от твоего желания.

От чего-то такого в Райдере и том, как он произнес слово «кровать» я увлажнилась между бедер и застонала.

— Замечательно, так теперь я превращусь в похотливую версию Коржика[13]? — пропищала я, силясь привести себя в чувство.

Райдер улыбнулся и поцеловал меня в лоб.

— Скажи, когда будешь готова. Ты сейчас пахнешь как самый экзотический наркотик, а я гребаный торчок. Понимаешь? — хрипло ответил он.

— Я буду вести себя также как Адам? — спросила я, не заботясь о том, чтобы скрыть страх в глазах и голосе.

— Понятия не имею, но я обеими руками за тебя, направляющую мой член в любое доступное в своем теле место. — Когда я побледнела, Райдер пошевелил бровями.

— Серьезно, кто говорит подобное дерьмо в такой момент? — громко спросила я, на что он только рассмеялся. Этот звук оказался странно успокаивающим.

— Переход — событие, не часто происходящее. Наши люди борются за жизнь своих детей, которые частенько не переживают младенчество, а еще больше — Переход. Те фейри наверху готовы были бороться, чтобы просто доказать, что достаточно сильны, чтобы тебя накормить. Это в самой нашей сущности, глубоко в наших душах. Ни одна женщина не должна страдать во время Перехода. Обслуживать ее в такой момент — это величайший дар, который может получить мужчина нашей расы.

— А ты заявил на меня права. Разве это не своего рода обман? — спросила я, многозначительно приподняв бровь.

— Малыш, я не выше признания того, что обману ради получения желаемого. Прямо сейчас я хочу тебя, и это должно чертовски тебя пугать. Никогда я не хотел ничего сильнее, как оказаться внутри тебя. Да, я обманул, и да, ты согласилась. После этого можешь меня ненавидеть, но обещаю трахать тебя до тех пор, пока ты не перестанешь нуждаться в другом мужчине. Обещаю быть тем, в чем сейчас ты нуждаешься, и даже большим. К тому времени, как я с тобой закончу, то изучу тебя от и до, а ты познаешь абсолютное наслаждение.

— Что ты такое, Райдер? — спросила я, подняв взгляд, чтобы встретиться с его глазами.

— Я тот, кто приведет тебя в свой мир, Син, в наш мир. Тот, чье имя ты очень скоро начнешь выкрикивать.

Я повертела головой. На лбу выступили бисеринки пота, и затылок был мокрым. Я ощущала жар и это меня пугало. Я менялась. Пульс резко подскочил, в голове шумела кровь, в ушах звучал ритм, в ответ которому мое тело обольстительно качнулось. Должно быть, от охвативших меня ощущений, я на какое-то время закрыла глаза, потому что хриплое рычание заставило меня их открыть.

Райдер стоял передо мной. Футболки на нем не было, и в руках он держал тонкое серебряное ожерелье, которое походило на изящный ошейник. Его глаза внимательно всматривались в мои, в поисках ответа.

— Начинается. Можешь ощущать зов? — спросил он, глядя на меня.

— Я боюсь, — повторила я сказанные ранее слова. — Боюсь того, что произойдет. Боюсь, что этого не запомню.

— Я подробно перескажу тебе каждый момент, если тебе этого захочется, — предложил Райдер.

— А что если я превращусь в чудовище? — спросила я, не сумев сдержать в голосе дрожь. Я могла превратиться во что угодно, и понимание того, что я могла проснуться частью Орды, просто ужасало.

— Ты не станешь чудовищем, и даже если и так… ты все еще будешь моей. Лично мне нравятся женщины с рожками и сексуальным маленьким хвостиком.

— Кажется, у меня лихорадка, — запинаясь, произнесла я, не желая даже рассматривать факт превращения в монстра.

Райдер шаловливо улыбнулся. Шагнув вперед, он приподнял уголки губ.

— Мне нужно одеть на тебя вот это прежде, чем Переход войдет в более интенсивную стадию. Это удержит тебя от просеивания. Цепи на кровати дадут возможность двигаться, пока, но, в случае необходимости, позволят мне держать дистанцию.

— Так ты сможешь меня мучить, отказываясь дать то, что мне нужно? — спросила я в замешательстве.

— Ох, малыш, я планирую обеспечить тебя всем, в чем ты нуждаешься, и даже гораздо-гораздо большим. Я не причиню тебе вреда, не буду никак тебя мучить… если только это не добавит тебе наслаждения. — Он наклонился так, чтобы мой нос мог втянуть больше его мужского запаха, и понимающе улыбнулся. Я жадно зарычала и почувствовала, что что-то внутри меня толкнулось, пытаясь вырваться наружу.

Когда Райдер застегнул ошейник на моей шее, я ощутила сильный импульс магии, пронесшейся по комнате и зажегшей свечу. Затем вторую, третью, пятую… и больше, и больше. Зажглись все свечи и осветили декоративные держатели, вмонтированные в стены по всей комнате.

Свечи создавали тени. Я внимательно осмотрела комнату и мой взгляд остановился на кровати.

Достаточно большая, чтобы на ней разместились несколько людей, как и остальные кровати, с которыми я уже начала ассоциировать Райдера. Вот только у этой был современный вид. Толстый, черный металлический каркас, окружающий матрас и четыре, подобно перилам, балки, которые возвышались над кроватью на несколько футов, сгибаясь в изящной кривой, заканчивающейся квадратным черным решетчатым навесом, чуть меньшего размера, чем матрас.

Навес увенчан небольшими латунными шпилями, соединяющими каждую балку. Матрас покрывали черные шелковые простыни. В изголовье лежало невообразимое количество подушек.

К каждой балке была приделана длинная серебряная цепь, на конце которых были на вид прочные, черные кожаные наручники.

В вазах, расставленных в разнобой по комнате, стояли белые и красные розы. Я взглянула на Райдера и поймала намек на неуверенность, будто это не то, что он часто делал… если вообще делал.

Я медленно осматривала цветы, зная, вскоре я не буду в состоянии оценить красоту. Райдер чуть прочистил горло.

— Мы единожды проходим Переход, малыш. Я верю твоим словам о женщинах, которым нравится — как ты это сказала — принимать мужчин с распростертыми объятиями? — Я невольно улыбнулась задумчивости Райдера, пытающегося настроить меня на непринужденность того, что собиралось произойти. Это так на него не похоже, но все же, попытка не могла не тронуть мое сердце.

— Спасибо, — тихо сказала я, не зная, что сказать еще.

У меня заканчивалось время, проигрывая сражение с тем, что внутри меня. Медленно я подошла к кровати. Я хотела быть прикованной по собственной воле, не потому что должна, а потому что хочу. Я опустилась на черные простыни и проползла по ним, пока не добралась до середины кровати.

— Ладно, фейри, давай сделаем это, — мой голос звучал немного неуверенно.

— Фейри? — спросил Райдер, приподняв одну бровь.

— Ага, — прошептала я.

Он улыбнулся и рассеялся. Появился меж моих ног, его большое тело аккуратно опустилось на мое.

Он ложился на матрас с озорной улыбкой на губах.

— Боишься? — спросил Райдер, наблюдая как я дрожу. Мне не нужно было отвечать. Он видел это по тому, как от неизвестности тряслись мои губы и тело.

Протянув руку, он осторожно закрепил одно мое запястье в наручник, затем второе. Цепи, прикрепленные к наручникам, слегка звякнули, что напугало меня, но послало по телу лучики жара, объединившиеся в моем лоне. Я отдалась на его милость, а ее у него нет… не в постели.

— Ты входишь в наш мир многого не зная о нас, и я сожалею об этом, — тихо произнес Райдер. — Как я обещал в контракте, я обучу тебя тому, что могу. Сейчас я посвящу тебя в то, о чем фейри не говорят, а люди хотят наверняка знать. Знаешь почему люди решают впустить в свою кровать фейри, Синтия?

Я покачала головой. Я лично могла это попробовать, но на самом-то деле не могла понять, что такого делали фейри, что люди так жаждали их заполучить.

— Потому что мы можем ощущать их потребности, можем ощущать то, чего они желают, прежде их самих. Мы слышим ритм их сердец, как он ускоряется от желания и страха неизвестности. Можем ощущать запах их возбуждения меж бедер; понимаем, когда люди хотят быть просто оттраханными или, когда им нужно доставить больше удовольствия. Наши способности позволяют нам знать, где нужно прикоснуться и что больше всего нужно. Мы можем ощущать, как нарастает оргазм, как он близится. Можем остановить его несколько раз, чтобы создать тот, который разрушит весь их мир. Можем забрать душу или скормить обратно. В наших языках есть слюнной проток, который немного отличается от человеческого. Наша слюна выделяет жидкость, которая превращает их наиболее чувствительные места в зоны удовольствия, отличающиеся от всего, что они когда-либо смогут познать вновь. Вот почему люди стремятся к нам и продолжают возвращаться.

Твою ж мать!

— А многократные оргазмы? Как тебе это так легко дается? — спросила я, поддаваясь нарастающему любопытству, пока Райдер спокойно продолжал.

— Мы можем осуществить их желания. Мне не обязательно даже прикасаться к тебе, чтобы трахнуть. Можно лишь заставить тебя думать, что я это делаю. В тот день, в моей спальне, когда заставил тебя кончить, я даже не отходил от двери. Я только проецировал изображения того, что делал, в твой разум, наблюдая, как твое сладкое тело извивается от оргазма. И никогда еще я так не хотел оказаться в ком-то больше, чем в тебе в тот момент. Ты заставила меня потерять контроль.

Я сглотнула, прокручивая в памяти тот день. Казалось, это было целую жизнь назад, когда на самом деле прошло не так уж много времени. Я была уверена, что он лежал на мне, заставляя тело предать меня.

— Так могут все фейри? — задала я осторожный вопрос, опустив взгляд на его губы.

— Не все, — прошептал Райдер прежде, чем наклониться и чувственно зажать зубами мою нижнюю губу. От этого контакта я ощутила, как жар затопил все мое тело. — В этом я лучший из всех, кого знаю. — Райдер отпустил мою губу, и я застонала. Меня пьянило ощущение его горячей плоти на моей.

Я чувствовала, как от его прикосновений кожа становится чувствительной. Он улыбнулся, его татуировки засверкали, разместившись по рукам толстыми, витиеватыми узорами. Сев на колени, Райдер потянулся ко мне. Я наблюдала, как он натягивает цепь, дважды проверяя наручник, затем внимательно осмотрел другой. Когда Райдер одной силой мысли снял с меня одежду, мою кожу освежил прохладный порыв воздуха и шелк.

Я прикована и отдана Райдеру. Без страха, хотя знала, что должна бояться.

В ушах звенел какой-то шум, и я закрыла глаза, будто это могло помочь.

Звезды, взорвавшиеся перед глазами, не помогали, на затылке вновь выступил пот.

Вот оно: теперь не существует обратного пути. Я стою на перепутье, которое меня навечно изменит.

С одной стороны — я человек, а с другой — то, что так недавно ненавидела всем своим существом… фейри.

Я уставилась вниз, зная, что проиграла эту битву. Когда все закончится, я стану настоящей фейри.

Глава 10[14]

Когда Райдер наклонился к моему телу, его глаза вспыхнули.

— Синтия, я попробую на вкус каждый дюйм твоего тела, — полурыча-полумурлыча проговорил он.

— Это угроза или обещание? — спросила я, наблюдая за его ртом, когда Райдер обводил языком мои сверхчувствительные соски.

Он рассмеялся и его смех проник мне под кожу. Райдер был прекрасен, и его нежность стала для меня сюрпризом.

Так не похоже на его обычное поведение грубого альфа-самца. Он погрузил язык в мой пупок. От влажного, раскаленного жара тело мое дернулось, и я вскрикнула.

— Первый твой оргазм будет жестким, быстрым и сильным. И может напугать. Твое тело, как и разум, испытает перегрузку. Просто помни, я здесь с тобой, и не позволю случиться ничему плохому.

— Э-э, а ты можешь остановить Переход? — пошутила я, от чего его губы растянулись в ослепительной улыбке.

— Шутница, давай-ка посмотрим, покажется ли тебе смешным вот это? — спросил Райдер и приподнял мои бедра так, что ему открылось мое естество.

Когда его рот накрыл мой влажный, скользкий жар, я сглотнула и захныкала. Райдер зарычал, слизнув обильные соки, вызванные его словами.

— Боже, да, здесь. Райдер, не останавливайся, — выкрикнула я, и он улыбнулся.

Он рычал, жадно меня поглощая, и вибрация приближала надвигающуюся кульминацию. Я ощущала — вибрацию у своего лона, когда Райдер жадно зарычал у моей разгоряченной плоти.

Чувствуя, как что-то наполняет меня там, где сейчас находился рот Райдера, я ощущала пульсирующую в комнате и проносящуюся по моей коже магию.

Застонав, когда он заполнил меня настолько, что больше выдержать этого я не могла.

Я раскачивала бедрами, которые он удерживал, сильнее прижимаясь к его рту, когда Райдер одобряюще зарычал.

Сила нарастающего шторма пугала, напряжение испепеляло все внутри, практически выворачивая меня на изнанку, пока мое тело не задрожало.

Когда я взорвалась, это был совсем не нормальный оргазм. В один момент Райдер находился между моих ног, а в следующий — был прижат мной к кровати.

Не уверена, кто удивился больше: он или я. Когда он снял цепи? Как я упустила это действие и почему, черт возьми, меня это вообще беспокоило?

Я чувствовала, как все мысли улетучиваются, оставляя голову пустой, пока я жадно его рассматривала. Все тело находилось еще на волне желания, созданного Райдером.

— Позволь ей вести игру, Синтия. Я с ней справлюсь, — низко проговорил он весьма убедительно.

— Ты мой. — Ага, это вылетело из моего рта настолько же убедительно.

Я прищурилась, комната исчезла, а мое внимание сосредоточилось на Райдере и его движениях, вплоть до биения пульса сонной артерии.

Я могла видеть все, но фокусирование исходило не от меня.

Я могла ощущать запах его желания и знала, чего он хочет. Нагнулась, но не прикоснулась к Райдеру. В этом состоянии я могла ощущать богатый мужской запах, захватывающий и эротичный.

Я втянула этот аромат и улыбнулась. Теперь я, блять, не удивляюсь, что он знал о моих чувствах и потребностях.

Я могла обонять все, вплоть до солоноватой капельки, выступившей на кончике его члена. Я тихо заскулила от необходимости познать каждый миллиметр и изгиб тела Райдера. Наблюдая за тем, как янтарный цвет его глаз поглотил черный.

— Я получу наслаждение, — повторила я сказанные им ранее слова.

— Бери то, что нужно, малыш.

— О, я и собираюсь.

Я рассмеялась, наслаждаясь звуком собственного голоса, когда он эхом отразился от стен и вернулся ко мне. Проведя пальцами по волосам Райдера, наслаждаясь их шелковистостью, я сжала густые пряди в кулак.

Наклонившись ниже, я провела языком по губам Райдера. Он застонал в ответ и, прежде чем я смогла моргнуть, оказалась прижата к кровати.

— Ты чертовски потрясающе красива, — прошептал он, когда его штаны испарились, и он ногами раздвинул мои ноги. Не отводя взгляда, Райдер медленно в меня вошел. Мне нужно было, чтобы он двигался быстрее и жестче. Но он этого не делал; вместо этого, он был медленным и нежным, наблюдал за эмоциями, сменяющимися на моем лице. — Вот так, — сказал он, когда я начала двигаться вместе с ним.

Он обхватил руками мое лицо, прижался ртом к моему, и мы оба застонали, когда второй оргазм пронзил нас обоих.

Райдер улыбнулся мне в губы, продолжая двигаться внутри меня, его член вновь отвердел от возбуждения.

— Как твое имя? — осторожно спросил Райдер между поцелуями и жадными покусываниями моих губ.

— Син, а ты — Райдер. Ты — мой долбаный фейри и ты не прав, — хрипло промурлыкала я.

— Как это? — спросил он, глубже проникая в меня.

— Ты — мой «Хэппи Мил» для фейри. — Я улыбнулась и потянула его душу. Он видел, как я попыталась ее вытянуть и поместить в свое тело. Райдер позволил взять лишь небольшой кусочек, но и он был прекрасен и чист.

— Думаешь, все под твоим контролем, Синтия? — Он покачал головой и потянул мою душу, я почувствовала, как он кормит меня собой, взамен взяв небольшую частицу моей души. Красота его души, смешанной с моей, ошеломляла и пьянила. Я была потрясена тем, что Райдер разрешил это, и наслаждалась, когда он впустил меня и позволил увидеть его душу.

Я отпустила его и почувствовала, как он вытащил мою душу грубой силой. Я ощущала себя пустой и холодной… безжизненной.

— Как тебя зовут, Син?

Горячие слезы наполнили мои глаза. Я была совершенно опустошенной внутри. Райдер оставил лишь немногое, чтобы я могла понимать происходящее и осознавать ситуацию.

Он хотел показать, что я могу сделать, и я это поняла, но мне не понравилось.

Меня накрыла паника от того, что я вспомнила о случившемся с мамой. Райдер это тоже ощутил и быстро остановился.

Он на мгновение удержал у себя мою душу, а затем начал возвращать мне, но делал это медленно и эротично.

Я чувствовала, как душа Райдера ищет мою внутри меня, пока я вновь не стала полностью целой. Он показал мне разницу, и силу, которую применил сейчас.

Силу, которой я буду вскоре обладать. Райдер показывал мне все, чего я боялась в фейри и я рада, что он это сделал, хотя и не должен был.

— Как тебя зовут? — нежно спросил он, наблюдая за мной.

— Син, — прошептала я с облегчением, радуясь, что он показал мне, как следует делать, если я стяну чью-то душу.

— Кого ты хочешь? — тихо спросил Райдер, твердый взгляд его янтарных глаз проник в мою душу, лаская ее и успокаивая.

— Тебя, — прошептала я единственное слово с абсолютной убежденностью. Я улыбнулась и прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать зарождавшийся смех.

— Проклятье, ты чертовски красива, — прошептал Райдер и начал быстрее двигаться меж моих бедер, пока у меня не осталось иного выбора, кроме как держаться и позволить ему удовлетворять мое желание. Я сотрясалась под ним, наблюдая, как в его янтарных глазах появляются обсидиановые круги и поглощают золото.

— Вот так, бери то, в чем нуждаешься, — поощрял Райдер, и я сделала то, о чем он просил — кормилась, вытягивая энергию, которую он отдавал, чувствуя, как она наполняет меня и придает сил. Фейри не кидались словами, говоря, что секс — лучший способ для создания эмоций. Для нас это чистая неиспорченная энергия.

Я чувствовала, как его магия оживает, и вновь начало расти давление. Но в этот раз я ощутила ее везде: целующую мою плоть, посасывающую грудь, покусывающую кожу, а затем она оказалась там, как жаркое облизывание языка по клитору, пока я не могла больше сдерживать крика, разрывавшего легкие, кончая вместе с Райдером.

Я все еще содрогалась от оргазма, когда Райдер повернул меня на бок и вновь начал двигаться в восхитительном темпе, в этот раз кормился он.

Он брал только необходимое, будто смакуя каждый кусочек и готовясь к марафону. Но где-то, между его оргазмами, когда я присоединилась к нему, все изменилось. Я начала терять сознание и вновь приходить в себя, лишь проблесками видя и ощущая происходящее.

В один момент мой разум опустошен, а в следующий — наши движения врезаются в сознание яркими красками и объемным звуком.

Я ощутила вкус крови и инстинктивно знала, что это кровь Райдера, и что я брала ее у него, а он несколько раз это позволил.

Насилия не было, и Райдер излился в мой рот, кормя нас обоих тем, чего я жаждала. В своем требовании доминировать Райдер был первобытным и в то же время нежным. Я никогда в своей жизни не встречала мужчину похожего на него, да и вряд ли встречу.

Магия Райдера словно изучала каждый сантиметр моего тела. Даже когда я исследовала его, его магия прикасалась к моей в тех местах, где никому не разрешалось.

Все контролировал Райдер, но позволял мне верить, что я это делаю. Он поощрял голод, бросая ему вызов своим.

Райдер — загадка, его нежность смешивалась с необходимостью доминировать, и все же он сдерживался от этого.

Он не торопился, желая убедиться, что я почувствую все, что он может дать, но было видно, что он что-то скрывает.

Райдер старался сделать все возможное, чтобы я не боялась, а чувствовала себя в безопасности, и я не знала, как с этим справиться. Я тонула в зыбучих песках и, на этот раз, я не боялась.

*~*~*~*~*Райдер*~*~*~*~*

Син так чертовски красива. Она сильная и волевая, но ее красота исходит изнутри. Я держал ее душу и хотел сохранить для себя.

Удержать ее и чувствовать внутри всегда. У нее был моральный компас, большинство людей согласилось бы умереть, чтобы иметь такой же.

Она двигалась на моем члене, и я урчал как гребаный кот.

Она выбивала меня из колеи, как не удавалось ни одной женщине прежде. Эти сладкие звуки, когда она принимает меня в своем теле; взгляд, заполняющий глаза, когда ее плоть растягивается сильнее. Чертовски невероятно.

Каждый раз, когда я думаю, что разгадал ее, она меняется. Она как пазл с недостающей деталью.

Она двигается подо мной, и я ей помогаю. Посылаю магию целовать и нежно облизывать каждое нервное окончание до тех пор, пока она не взрывается, вырвав крик абсолютнейшего удовольствия из своих легких.

— Вот так, малыш. Дьявол, как же хорошо.

Она стонет громче, и я ощущаю, как ее соки омывают мой член. Такая влажная, сладкая, вновь объезжает меня, уже хочет еще.

Ее глаза красиво светятся, экзотично, как и сама женщина, которой они принадлежат.

Ее гибкое тело вновь двигается сверху, позволяя мне лечь на спину и наблюдать. Я снова, посылаю магию, прикусить её торчащие соски и посасывать клитор.

Черт, Син просто меня убивает, теперь не боясь моей магии. Эта женщина преодолела ее.

Син мурлычет, пока магия омывает ее кожу, целуя шею и заполняя рот, будто в него втолкнулся мой член.

Одной лишь силой мысли, я мог бы заполнить все ее тело, но прямо сейчас просто хочу смотреть, как она извивается на моем налившемся кровью члене.

Ее тело дрожит, посылая аромат возбуждения через все мое существо.

Прямо сейчас Син — богиня, ее тело — сосуд вожделения. Зарычав, я подмял ее под себя, лишь одной силой мысли, и опять толкнулся в ее тугое лоно.

Она вздыхает, и я наблюдаю, как она вновь и вновь произносит мое имя.

Зверь поднял голову, и я улыбнулся. Мужское самолюбие проникает вглубь, когда ее губы шепчут мое имя, скатываясь с ее языка как шелк, как мольба.

Скоро, скоро она пересечет грань тьмы, которая захватывает разум в период Перехода, и тогда я позволю ему от нее кормиться. Я слышу несущуюся в ее венах кровь, и аромат грядущего оргазма.

Я развел ее ноги и сел на колени, так я смогу, проникнуть в Син на большую длину своего твердого члена. Она вновь близка к оргазму; ее тело блестит от пота.

Приготовившись кормиться, я двигаю бедрами, пока не нахожу тот ритм, который пошлет ее через край.

Слышен лязг цепей, когда она пытается дотянуться до меня руками, но я затянул их моментом ранее. Я планирую похитить ее сладкий нектар своим ртом после того, как Син кончит для меня.

Она — зависимость; ее тело делает меня слабым от возбуждения. Я чертовски это ненавижу, но все же не хочу причинять Син боль, дабы наказать ее за созданную ею непрерывную тягу. Я хочу, чтобы Син была в безопасности; защитить ее. Это слабость, которую я не могу себе позволить.

Она хнычет, а я улыбаюсь, ее сущность становится более влажной от запланированных мной грядущих оргазмов. Я смотрю, как ее голова мечется из стороны в сторону, соски напряглись и стали тугими бутонами, просящими ласки, и я своим ртом даю им это.

Можно воспользоваться и магией, но мне нравится вкус Син, ощущение ее оргазма от моих прикосновений.

Я жадно сминаю поцелуем ее рот, и она стонет в ответ, потребность кончить становится всё сильнее. Я прикусываю нежную плоть ее губы, облизываю и дразню, пока Син снова не начинает стонать.

Она шире разводит ноги, и я проникаю глубже в ее гостеприимное тепло.

Руками я зарываюсь в ее волосы, пробуя чувствительные окончания, пока не нахожу верное давление, и удовольствие смешивается с болью.

Син вскрикивает, и я смягчаюсь, пока не наблюдаю вспышку жара в ее прекрасных глазах фейри. Я устремляю магию к ее сокам, прикасаюсь к клитору, пока тело Син не начинает трепетать для меня.

Я полностью контролирую эту красивую женщину, мою женщину.

— Да, Синтия, кончи для меня. Позволь мне попробовать это сладкое лоно, влажное для меня.

Никогда еще женщина не заставляла меня желать доставлять ей удовольствие столько, сколько эта одна. Когда она рядом, я теряю бдительность, опускаю возведенный мною щит.

Я нахожу в себе желание подпустить ее к себе, показать зверя и посмотреть на ее реакцию.

Я выхожу из нее до кульминации, но оставляю наполненной магией. Она ощущает наполненность и не знает, что я из нее вышел. Я наблюдаю, как ее неопытное тело трахает моя магия.

Я чувствую будто все еще в ней, и она объезжает меня с дикой энергией.

Лоно Син открыто и обнажено, поэтому я припадаю ртом к ее приветственным складкам и давлю на них.

Она на вкус как амброзия, гребаное лучшее вино богов.

Я медленно облизываю, пробуя и дразня, пока её телом занимается моя магия.

Не многие способны на такой трюк, не многие могут так, не вырвать душу того, от кого кормятся. Поглаживая свой член, я трахаю языком обливающееся сладким нектаром лоно Син, доставляя ей удовольствие.

Дьявольски хорошо прямо сейчас быть мной. Я чувствую себя счастливейшим гребаным живым существом.

Я прикусываю клитор Син, ощущая, как клыки выдвигаются из десен.

Да хрен с ними, я погружаю их в тонкую вену ее нежного, как лепестки, лона, и наполняю свой рот кровью Син.

Я чувствую ее в себе, глотая эссенцию ее жизни.

Я останавливаюсь и закрываю рану, слюна превращает это из наслаждения во впечатляющее удовольствие, заставляющее ее кричать от желания вновь быть наполненной. Я впиваюсь в сладкое лоно и наблюдаю за ее разрушительным оргазмом.

Ее тело дрожит, и крики экстаза срываются с губ.

Я жадно поглощаю соки наслаждения, которыми наполнились сладкие складочки, упиваясь ими.

Кормлюсь, как чертово животное, пока Син извивается у моего лица. Извивается от оргазмов, которые проходят через нее, пока я не начинаю ощущать, что они становятся болезненными.

Я прекращаю это и позволяю ей восстановиться. После этого начинаю все заново.

Проклятье, я не могу насытиться ею. Как я мог думать, что когда-нибудь смогу? Син — мой наркотик, и мне нужно еще. Я хочу быть в ней вечно.

Вкус ее крови и кульминации еще ощущается в моем рту, как ничто из того, что я пробовал ранее.

Зверь улыбается и рычит, желая женщину перед ним. До сих пор, я лишь ненадолго выпускал его рядом с Син и жестко держал в узде.

Теперь пришло время отпустить его, дать ему больше вкуса ее бесконечного совершенства, посмотреть, что он сделает с ней. Я улыбаюсь и позволяю ему посмотреть на нее собственными глазами.

Она — его пара.

Она — это все, чего он когда-либо желал.

Наш член увеличился в размере, и мы улыбнулись, проталкивая его в ее тугое лоно.

Отодвинувшись на несколько дюймов, практически выйдя, мы затем резко входим, насаживая ее на себя, пока не упираемся в стенку матки. Заключенные в жар её лона, мы сначала двигаемся медленно, дабы убедиться, что она выдержит нас.

Когда она взбрыкивает, мы даем волю. Руками разводя ее ноги, поднимая их выше.

Мы двигаемся жестче и закрываем глаза, когда ее стоны наслаждения ласкают нашу кожу.

Мы скармливаем ей больше, пока не начинаем ощущать, как она отстраняется подальше от нас.

Выйдя из Син, мы видим, как она двигается нам навстречу, приглашая член обратно.

Мы делаем выпад и ловим крик, вырвавшийся из ее легких, своим ртом, заглушив его.

Я позволяю зверю взять контроль, трахая Син жестко и медленно.

Зверь жадно рычит, пока она принимает его в бездумном состоянии. Он облизывает ее сонную артерию, но я огрызаюсь на него.

Он уже пробовал ее кровь сегодня; достаточно. Он рычит, но прислушивается к советам. Мы не хотим сделать ей больно, а хотим доставить ей удовольствие — абсолютное, непревзойденное удовольствие. Об этом мы договаривались.

Он выпускает свою магию, и я поражаюсь, какой абсолютный контроль он имеет над ней.

Син взрывается под ним, пока ее тело не укутывает экстаз.

Она объезжает его, возвращая то, что он ей дал, и он мурлычет.

Дьявол разбери, он мурлычет! Он — бессмертная машина для убийства, а прямо сейчас преобразовался в долбаного котенка, лакающего сливки!

Я смотрю на них из своего разума, наблюдаю, как он оставляет невесомо-нежные поцелуи на ее плоти.

— Моя, — рычит он.

— Наша, — рычу я ему в ответ.

— Да, — жадно рявкает он и улыбается, продолжая вгонять в нее наш член. Зверь желает прикоснуться к душе Син, желает поглотить и владеть ее душой.

Я наблюдаю за ним, гарантируя, что зверь отступиться от того, что может навредить Син. Я предупреждающе зарычал и увидел, как он вытягивает из нее нашу магию.

— Так хорошо, — шепчет он, а мои глаза вылезают из орбит. — Должна быть нашей!

— Она наша, — отвечаю я. — Теперь она принадлежит нам. Ты пометил ее плоть.

— Недостаточно; нужно овладеть ею; быть здесь, как сейчас, навечно. Понял?

Он думает, я слабая половина.

— Моя очередь. Верни мне контроль. Она еще не готова к тебе.

— Нужна она. Хочу ее. Тебе нужны цепи, чтобы контролировать ее. Я могу приручить ее, заставить желать меня!

— Она прикована для своей безопасности. Я не стану делить ее; она может просеяться наружу и другие причинят ей боль. Втяни ее запах, запах ее чертова совершенства. Как фейри могут пройти мимо этого, даже с твоей меткой на Син?

Он принюхивается и я ощущаю, как наши глаза становятся обсидиановыми.

— Нужно вкусить ее, — отвечает он и выходит из нее, и черт разбери, если он не бросится очертя голову к этой сладкой, розовой плоти. Сосать, лизать и трахать ее восьмидюймовым языком[15]. Син мгновенно кончает.

Зверь не может управлять голосом, как я. Издавая нечеловеческие звуки; такие, как она, извиваясь у его жадного лица. Я чувствую, как наша рука обхватывает наш член и поглаживает твердую, шелковистую плоть.

Я трахаю ее, даже не прикасаясь. Она хотела знать, как я это делаю. Вот как. Я не один в этом теле. И могу делать то, на что другие фейри не способны.

Я могу делать плохие вещи и действительно чертовски хорошие. Я смотрю, как наш член взрывается, изливая сперму на простынь.

Тело Син трепещет, продолжая кончать для зверя, который ненасытно кормится от ее лона.

Зверь отстраняется и жадно воет, при том что пресыщен ее сладкими соками.

— Настолько хороша, настолько невинна. Должен проникнуть глубже, владеть, контролировать, трахать! Моя! Она моя!

— Наша, — напоминаю я, занимая его место. Зверь неохотно, но отступает. Как ребенок, у которого забрали любимую игрушку, он дуется, а я качаю головой. Она единственная женщина, которую он оставил живой. Это пугает меня и заставляет задаться вопросом, не должен ли я отпустить ее.

Магия вращается по комнате. Не наша, ее. Син меняется. Я хочу, нет, мне нужно быть внутри нее, пока она превращается, чтобы увидеть развитие этого, трахая её. Толкнувшись в нее, я смотрю, как ее голова мечется из стороны в сторону, и я протискиваюсь глубже дюйм за дюймом.

Син разводит ноги и просит еще. Она так экстравагантно великолепна; ее влажные, скользкие складки — моя заслуга.

Она превращается в фейри, а я наблюдаю за этим. Син проиграла битву, а я выжидаю свое время, объезжая ее тело, жестко трахая и заставляя вновь и вновь кончать, пока она совсем не выдохнется.

Син не почувствует боль от превращения; я этого не позволю.

До сих пор единственное, что изменилось в ней — это прекрасные глаза. Фиолетовый, цвет недавно распустившейся сирени весной. Теперь синий — цвет электричества, как и их владелица.

Черное кольцо, окружавшее зрачок, обозначает ее принадлежность к королевскому роду. Я вижу, как темно-красные метки проявляются и пульсируют под ее кожей. Син озорно двигает своей упругой задницей у моего члена.

Я толкаю его к ее попке и вижу, как она закрывает глаза от возбуждения.

Я двигаюсь, наблюдая за ее Переходом; красные метки, проявляясь на коже, темнеют, пока не станут багровыми, и будут казаться почти черными.

Они станут светлее позже, когда Син приобретет свою полную мощь.

Они продолжают проявляться и распространяться; изящные, тонкие тату, поднимаются по ее рукам и обвивают тело.

Изысканные небольшие кельтские узоры женственности обосновались на ее плечах, прекрасны на ее бледной плоти.

«Син — кровавая фейри», — с улыбкой думаю я. Она моя и я ею владею, каждым сочным, чертовым дюймом. Я притягиваю ее к себе, переворачиваю и ставлю на колени, прежде чем нагнуть, выставляя ее задницу. Притягиваю ее связанные руки, освобождаю от цепей и держу их за ее спиной, медленно погружаясь в тело Син.

— Син, — рычу я, желая услышать свое имя из ее уст, но осознавая, что она слишком далеко зашла, чтобы понимать кто ее трахает.

— Райдер, — скулит она и я замираю, совершенно шокированный тем, что она знает кто внутри нее.

— Малыш? — вновь зову я и закрываю глаза, когда нет ответа.

А затем это происходит.

— Шевелись, фейри. Я голодна. Ты нужен мне. Райдер, пожалуйста, — отвечает она, призывно раскачивая прекрасным задом.

— Кто тебя трахает, Синтия? — Черт, невероятно! Она осознает происходящее, когда должна совершенно потерять голову от желания.

— Ты, Райдер. Мне нужно ощутить, как ты двигаешься во мне, — вскрикивает она, дрожа от возбуждения.

Я погружаюсь в нее, удивляясь ее ясности ума. Как, дьявол разбери!? Даже мне не в полной мере удалось понять, кто скакал на моем ловком члене во время Перехода. Она совершенно удивительна.

— Синтия, я планирую оставить тебя навечно, — тихо шепчу я, пока магический дождь покрывает поцелуями ее тело.

— М-м-м, — выдыхает она, двигаясь.

«Она, блять, моя».

Мы боремся, толкаемся, сидя друг на друге, а затем, в истощении, падаем, беспорядочно сплетаясь конечностями. Я улыбаюсь в ее волосы, когда она вновь трется задницей о меня.

Она переворачивается и улыбается, словно кошка, желающая, чтобы ей почесали живот. Син опускает взгляд к моему члену, который под этим жарким взглядом уже наливается кровью.

Она толкает меня и опускает голову. Я проглотил стон, смотря, как языком она прочерчивает всю длину моего члена.

Я поднимаю бедра, и она стонет, беря член в свой рот, заглатывая так глубоко, насколько возможно.

Она отстраняется и проводит языком по твердой, шелковой длине, посылая разряд удовольствия к моим яйцам. А затем я почувствовал это… ее зубы.

Клыки… у нее клыки. Я должен был следить за ними, но вместо этого я подчиняюсь ей. Ее зубы проходят по моей плоти, и я издаю стон от сильнейшего удовольствия.

Она поднимает голову, и я запускаю руки в ее волосы, одобрительно рыча. Затем ее клыки погружаются в меня, и я взрываюсь в ее рот, и по комнате разносится единственный звук — ее голодный стон.

Я сглатываю еще один стон, рвущийся из моих легких. В конце концов, я притягиваю Син к себе и вглядываюсь в ее сияющие глаза. У нее клыки; небольшие, но они есть. Я улыбаюсь, пока она вытирает кровь с подбородка и взбирается на меня.

— Ты взяла у меня кровь, — хрипло обвиняю я.

— Хочу еще, — отвечает она, улыбаясь, проводя языком по своим новым клыкам.

— Никто не пил у меня кровь, Синтия, никогда.

— Думаешь убить меня за это? — дразнит она.

Черт! Син потрясающая. Я опрокидываю ее на кровать и погружаю член в ее жаждущее тело, пока она озорно улыбается. Плохо, что она не вспомнит все это.

Она самое эротичное создание, которое я когда-либо встречал.

Син двигается, и я стону, ее крики присоединяются к моим.

Я чувствую, как что-то в груди затягивается, наблюдая за ней. Такое ощущение, будто что-то внутри меня раскалывается и впускает ее. Я должен ее оттолкнуть, заставить ненавидеть меня.

Мысль об этом заставляет что-то в моей груди екнуть и провалиться в живот. Вот чертовщина! Я не должен ощущать это дерьмо — это смертельно. Син смертельно опасна для меня.

Глава 11[16]

Она спит, не обращая внимание на то, что завершила Переход за столь короткое время. Ристан пристально наблюдает за ней сидя рядом с кроватью, на которой мы с Син лежим.

— Ничего? — нетерпеливо спрашиваю я.

— Блядь, да она словно чистый лист. Я не вижу её будущее, черт, сегодня еще туманное. Син перешла меньше, чем за три дня. Судя по клейму, могу сказать, что она своего рода фейри крови, но ты и так уже это знал. Она очень сильная и необычайно красива, — завершает он свой монолог, игнорируя рычание, рвущееся из меня. Ристан улыбается и поворачивается, его серебристо-черные глаза оказываются на одном уровне с моими. — Сейчас тебе нужно сдерживать это дерьмо. У нас нет времени на это, если мы собираемся спасти фейри и выяснить, кто, черт возьми убивает наш род?

— Ты думаешь, я не пытался? Она признала его. Блядь она его кормила и теперь ещё больше искушает.

Глаза Ристана округлились и стали похожи на блюдца. Это было чертовски комично.

— И он позволил ей жить?

— Он не просто сделал это, Ристан. Она заставила его мурлыкать как котенка! Мой зверь питается от нее и отступает, вместо того, чтобы наслаждаться. Он не хотел причинить ей боль. Он даже отстранился, когда понял, что был близок к этому. Такого еще никогда не было. Он никогда ничего не хотел так, как хочет ее.

— Ты уверен, что она не помнит его? — осторожно спросил Ристан, его взгляд стал настороженным.

— Почему, ради всего Святого, ты думаешь я позвал тебя сюда? Точно не для того, чтобы ты пялился на нее голую! — я с изнеможением провёл по лицу руками. Она выжала меня как лимон, но я дорожил каждой минутой этого состояния.

— Син для меня загадка. Я даже не знаю, как она так долго смогла прожить. Не могу увидеть ее будущего, чтобы хотя бы знать, действительно ли оно у нее есть. Не знаю, чего ты здесь от меня ожидаешь. Либо она его от меня скрывает, либо мне не положено. Я могу просидеть весь день оправдываясь, но правда в том, не могу от нее ничего добиться.

— Как это могло случиться? Она здесь, я заявил на нее права, и ты говоришь, что вообще не видишь ее со мной? — спросил я, зарычав от отчаяния. Я не потеряю ее. Не после того, что мы уже пережили.

— Даже не могу предположить, почему я не вижу ее будущее. Есть только обрывки того, что я должен видеть большую часть времени. Это может значить что угодно: может быть то, что ты не можешь заявить на нее права или то, что ты ей дашь свободу выбора и она уйдет — я не знаю. Возможно, есть особая причина, по которой я не имею права видеть ее будущее или будущее Адама. Я пытаюсь выяснить это, но опять же, не похоже, что я могу всего лишь прощупать и задать вопрос Дани, почему она не разрешает видеть мне их будущее.

— Попробуй разобраться. Закинь удочку. Посмотри сколько дочерей утеряно в клане Кровавых фейри. Проверь и большие, и маленькие кланы. Если она истинная фейри Крови, я, возможно, мог бы оставить ее себе, тем более что так удачно сейчас как раз идет вражда между нами. Я мог бы предъявить права, и никто бы не оспорил их. Хотя с ней не все так просто.

— Что, если нет? Что, если она всего лишь полукровка?

— Если так, то она все еще принадлежит мне. В противном случае ее семья может затеять адский бой за ее возвращение. Давай не будем бежать впереди телеги.

— Ты будешь бороться за нее? Могу понять, тебе хотелось, чтобы она была домашним зверьком, когда ты думал, что Син человек, но теперь она фейри. Это кардинально меняет все. Что, если бороться за нее значит пожертвовать борьбой за фейри?

— Я могу бороться за все сразу, и она больше, чем зверек, Ристан. Я понял, что не могу держаться от неё в стороне. Она для меня как наркотик.

— А что, если она не хочет тебя? Что тогда, Райдер?

— Она хочет меня; она все еще не смирилась с этим. Если бы она была всего лишь фейри Крови, то это было бы гораздо проще. У нее королевская кровь, поэтому немного издержек. — Я хотел удержать ее рядом, пока мы считали ее человеком и даже сделал несколько шагов, чтобы убедиться, что могу так поступить, но он был прав. Теперь все изменилось.

Имею ли я право удерживать ее теперь, когда она стала фейри? В мои планы не входит сильно привязывать ее к себе, а это действительно не честно по отношению к ней.

Мое будущее во мраке и наполнено событиями, которые все еще преследуют меня. Я совершал поступки, к которым она бы испытала отвращение, потому как была воспитана как человек. И если она когда-нибудь поймет это, то охотно уйдет от меня и не обернется.

Я совершал поступки, о которых сейчас жалею, и если она узнает об этом, возненавидит меня.

В ее глазах я буду гребанным чудовищем.

— Ты готов пойти на риск, теперь, когда мы так близки к цели? Ты готов сдаться и потерять преимущество, которое мы изо всех сил пытались добиться, просто потому что тебе нравится трахать ее?

— Нет, это не вариант. Разберусь с этим в свое время. Она немного похожа на Светлых фейри, поэтому будем решать проблемы по мере их поступления. Нам следует беспокоиться по поводу убийств фейри. Ты и Зи не беспокоили нас, поэтому смею предположить, ничего не происходило.

— Они не нашли ни одного тела. В парк тоже никто не возвращался. Мы искали, но в последние несколько дней ничего не происходило. Все было слишком тихо. В этом аспекте нам повезло, так как ты был занят ее Переходом. Ты правильно сделал, доверив разобраться с этим своей команде. Это дает им чувство ответственности. Сейчас, когда мы близки к завершению, им это необходимо.

— Хорошо. Нам нужно увидеть связано ли это с магами или с теми, кто пытается убить фейри. Ристан, если это маги, не хочу, чтобы Син участвовала в этом. После Перехода она будет нестабильна и ей это не понравиться. Не уверен, что удержу зверя, если ей вновь причинят боль. Я почти потерял контроль, когда мы нашли ее в квартире.

— Уверен, что он не выбрал ее, для более чего-то, чем просто еды?

Я вздрагиваю от этой мысли.

— Если это так, мы в полном дерьме. Я с легкостью могу удержать ее, но не могу принуждать к этому. Син слишком сильна, чтобы гнуться под чью-нибудь волю, включая мою. Хоть и не легко это признавать. Не говоря уже, что это было бы нарушением законов нашего народа. Ты видел кое-что из моего будущего и знаешь, что в итоге я всегда делаю то, что правильно для нашего народа.

— А если она добровольно выберет тебя?

— Думаешь, она захочет меня? Если узнает кто я и что натворил в прошлом? Нет, она сбежит. Син непредсказуема. Проклятье, Ристан, она вошла в период Перехода, пока я был рядом, но я этого даже не почувствовал. Ощущал напряжение и агрессию и лишь потом ее возбуждение. В ней нет ничего обычного или что-нибудь близкое к этому. Кто-то приложил немалые усилия, чтобы её существование осталось тайной. Я хочу знать, кто это был и зачем так поступил. Так или иначе, она теперь моя.

*~*~*~*~*Синтия*~*~*~*~*

Все тело болело, будто я пробежала марафон. Я моргнула и подняла голову, но тут же опустилась обратно на подушку, когда комната начала вращаться. Я подняла руку над головой и попыталась сосредоточиться на ней, но она была размытым пятном, как и все остальное в комнате. Я различала голоса, но не могла понять, откуда они исходят. Я не ощущала изменений в теле или разуме, если не считать часть «не в состоянии ни хрена видеть».

— Ау, есть кто живой? — крикнула я в пустоту комнаты.

— Синтия, ты еще не должна вставать, — донесся голос Элинара где-то рядом со мной.

— Я не могу видеть, — прошептала я пересохшими губами.

— Тебе нужно больше спать, — продолжил Элинар.

— Сколько еще ей необходимо спать? — богатый баритон Райдера раздался прямо надо мной, заставляя меня подпрыгнуть. — Полегче, Син. Я снял ошейник. Если ты просеешься прямо сейчас, это может причинить боль.

Должно быть я покраснела за своё обнажённое тело. Я повернулась на его голос и подняла руку, чтобы найти его лицо, не способная делать это глазами.

— Я стала монстром?

— Я сказал бы, что трехголовым, — произнес он у моей щеки.

— Вот дерьмо, — произнесла я, не в состоянии придумать что-то еще по поводу своего превращение в монстра.

— Я пошутил. Ты оставалась человеком все время. Ты — Кровавая фейри или наполовину… клыки и все остальное.

Я почувствовала, что меня замутило.

— Клыки?

— Маленькие сексуальные клыки, которые ощущались чертовски невероятно горячо на определенных частях тела.

Я зарычала и натянула простынь на голову в попытке закрыться от этого мира и моего поступка. Я кое-что вспомнила и припоминала фразу, вылетевшую из моего рта, что его член лучшее угощение и что я предпочла бы его вместо шоколада. Я имею в виду, ой, да ладно, я дала его члену рейтинг выше шоколада — кто же такое говорит?

— Мы можем притвориться, что этого никогда не было? — спросила я, когда Райдер прекратил смеяться.

— Не в этой гребаной жизни. Не тогда, когда ты сказала, что мой член вкуснее…

— Ладно, Райдер, она хорошо выглядит и здорова. Я бы сказал, что ей нужно больше спать, дабы ее чувства пришли в норму, но Син — упрямый пациент. Я, пожалуй, пойду и оставлю вас наедине, — произнес Элинар за момент до того, как за ним закрылась дверь

— …шоколада.

— Серьезно, я сейчас в невыгодном положении и мне, возможно, придется нацепить на задницу наклейку умственно отсталая.

— Твоей заднице не нужна наклейка. Ручаюсь, это было столь же потрясающе, как и все остальное.

Я сглотнула и покачала головой.

— Раз уж мы об этом заговорили, ты случайно не надрал мне задницу? — спросила я, чувствуя, как каждый мускул ноет от малейшего движения.

— Это было грубо, ты была грубой. Боль исчезнет, когда твое тело излечиться после сна.

— Райдер, куда именно я тебя укусила? — спросила я, стягивая простыню и моргая в попытке восстановить зрение.

Он рассмеялся хриплым и глубоким смехом, будто это было нежным воспоминанием.

— Ты действительно хочешь знать? — ответил Райдер, перестав смеяться.

— В каком-то смысле, — прошептала я и ударила его рукой в плечо, когда Райдер вновь начал смеяться. — Это серьезно! Мне нужно знать насколько ужасна я была.

— Ты не ужасна, наоборот, чертовски сексуальна. В первый раз ты пила кровь из моего члена, — его рот изогнулся в коварной усмешке, Райдеру явно нравится мучить меня деталями.

— Нет, — я покачала головой в неверии. — Черт возьми, я не могла это сделать. Укусила твой член? Ты, по крайней мере, кричал? — я была в шоке и в какой-то степени рада тому, что не помнила об этом.

— Нет, твои клыки для удовольствия. Они не такие, как у Влада. Ты лишь отчасти Кровавая фейри, можешь управлять кровью и делать с ней все, что угодно. Клыки Влада для еды и, если необходимо, для сражения. Его отец — Орда.

— Значит, мне не нужно пить кровь? — срань Господня, скажи нет. Ради всего Святого произнеси слово нет!

— Нет, но можешь ее пить ради удовольствия. Как ты себя чувствуешь, помимо того, что все болит?

— Мне хочется спрятать лицо. Сколько раз мы… ну ты понимаешь?

— Я потерял счет после семидесятого раза, — с жаром прошептал Райдер.

— Ты шутишь?

— Нет, — ответил он, прикасаясь губами к моему уху. — Я трахал тебя в каждой существующей позе, каждым возможным способом, а ты умоляла меня о большем. Ты принимала все, что я отдавал. Ты умоляла меня и это была самое чертовски горячее зрелище, когда-либо виденное мной. Твое кормление прошло идеально.

Жар затопил мое тело, когда я повернулась и посмотрела на приближающееся размытое пятно персикового цвета.

— Отсоси, — пробормотала я.

— Нет, детка, ты отсоси и ты делаешь это охренительно хорошо, — Райдер прижался к моим губам, удерживая на месте голову, когда я попыталась отстраниться. — О, я так не думаю. Мы были вместе в разных позах и сейчас думаешь сбежать от меня? Тебе нужно кормиться и делать это каждые несколько дней, пока твой организм не придет в норму или ты можешь умереть. От кого ты думаешь кормиться?

— Конечно, от тебя Райдер. Я не из тех женщин, которые спят со всеми подряд, даже если теперь стала долбаной фейри.

Глава 12[17]

Я смотрела на своё отображение и не могла отвести взгляд. Теперь у меня были высокие скулы, гораздо выше чем раньше, по крайней мере.

Моё лицо стало гладким, все мелкие шрамы, полученные при исполнении служебных обязанностей — исчезли. Глаза теперь были обведены тонкой чёрной линией, как и у Райдера.

В остальном, они остались прежними. Такими же, какими стали после моего первого нервного срыва — смесью синего и фиолетового оттенков. Разве что присутствовал неестественный блеск, отражающийся в зеркале. Голод.

Я моргнула и начала изучать всё до мельчайших деталей.

Я изменилась. Приобрела прекрасную кожу, более длинные и густые волосы, чем до перехода.

Мои метки сформировались в тонкие линии, ласкающие мою кожу, которые поднимались по рукам до самых плеч. Они были тёмно-красными, и красивыми. Поверх каждого плеча, линии также формировали кельтский тройной спиральный узел.

Я помнила из исследований в Гильдии, что этот узел символизировал женщину в трёх ипостасях — девушку, мать и мудрую женщину.

Я облизала свои клыки и тряхнула головой. У меня чертовы клыки. Прервав свою маленькую сессию самопознания, я заметила, что Райдер наблюдает за мной.

Он надел джинсы, низко сидящие на сексуальных бедрах, но остался без рубашки.

Его улыбка лишь ненадолго привлекла мое внимание. Ведомая голодом, я пожирала глазами великолепный пресс, затем мой взгляд опустился ниже, к тонкой, тёмной полоске волос, скрывающейся за поясом штанов. Эта «линия счастья» вела к тому, чего жаждал мой голод.

— Совсем не похожа на монстра, какого ожидала увидеть? — спросил он, пересекая комнату и становясь позади меня. Райдер прижал меня к себе, и я ощутила его уже отвердевший член, вжимающийся в мою обнаженную поясницу.

— Как сделать так, чтобы клыки исчезли? — поинтересовалась я, заставляя голову работать, не обращая внимание на жаждущую плоть.

— Они сами спрячутся, Питомец. Но будут всегда появляться и исчезать вместе с голодом.

— Я не могу силой воли убрать их, как делает Влад? — не отставала я. Мне хотелось, чтобы их не стало, немедленно. Они служили напоминанием того, что я изменилась. Как и ноющая боль между бедер, не позволяющая забыть, что причина сему Райдер, и самое главное я этим наслаждалась.

В зеркале я увидела его улыбающееся отражение. Мы выглядели как фейри, и я не была уверена, как с этим справится. Теперь я стала бессмертной.

Но, по сути, это не официально, пока Переход не закончится. Я уже чувствовала возрастающий голод при виде этого мужчины, что имело мало общего с реальным голодом.

— Ммм, уже голодна. Питомец? — лукаво произнес он мне на ухо.

— Как часто мне необходимо кормиться? — спросила я, разворачиваясь в его объятьях.

— Каждые несколько дней. Сейчас твое тело меняется и нужно делать это чаще. Позже, ты сможешь обходиться несколько недель без кормления. Без этого, ты будешь плохо себя чувствовать и, в конечном счете, поддашься голоду и, да, ты умрешь. Голодание — это один из немногих способов для фейри погибнуть.

Я кивнула и встретила его взгляд, наблюдая, как жар заполняет прекрасные янтарные глаза. Я сглотнула и рассмотрела возможные варианты.

Я голодна, и он может меня накормить. Я не готова попросить его о сексе, хотя бы потому что, ну… странно просить Райдера о чем-то.

— Питомец, ты такая красивая, — тихо прошептал он, успокаивающе целуя меня в лоб. От этого жеста моё сердце затрепетало в груди. — Ты закончила прятаться?

— Я не пряталась, — прошептала я, прильнув к его груди и закрыв глаза. И прислушиваясь к его сердцебиению гадала: каково чувствовать, что оно бьется лишь для тебя?

— Ты здесь уже давно, — промурлыкал он, обнимая меня.

— Пыталась выяснить, как отключить сверхъестественное зрение. Все чересчур яркое. От этого начинает до боли стучать в голове.

Он рассмеялся и отстранился.

— Это не сверхъестественное зрение, Син, так мы видим.

Мы.

— Всё время? — спросила я, глядя ему в лицо. Теперь кажущееся ещё красивее с его совершенной кожей.

— Всегда, — подтвердил он.

— Значит, когда я была человеком… — почему, черт возьми, я спрашиваю его об этом? Я собиралась спросить, считал ли Райдер меня красивой до Перехода.

— Ты была также прекрасна, Питомец. Ты сильна и упряма, но твоя душа бесспорно красива. Я знаю это, потому что чувствовал ее изнутри, когда ты стащила часть моей. И она пристрастилась к твоей с того самого момента. Я ощутил чистую, незапятнанную красоту и твоя душа лишь заставила меня желать тебя еще больше.

Я могла бы съязвить, и возможно, Райдер перестал бы так нежно меня обнимать. Но, сейчас, я нуждалась в его объятиях и уверениях, что я не какой-нибудь клыкастый уродец.

— Она не чиста. Я не хороший человек, — прошептала я и вгляделась в его лицо.

— Почему? Потому, что ты убивала тех, кто не следовал правилам этого мира? Это не делает тебя плохой.

— Я говорю не о фейри, — шепчу я и приближаю свое лицо к его.

Он улыбнулся и накрыл мой рот своим. Его поцелуй был нежен, и я почувствовала, что таю, как масло на раскаленной сковороде. Райдер подхватил меня на руки и понес в спальню. Но не на кровать. Вместо этого, он прижал меня к стене и захватил мои руки в свои гораздо большие ладони.

Как только он поднял их над моей головой, то отстранился и посмотрел на меня. Сексуальная, самоуверенная улыбка вновь красовалась на его лице.

— Разве плохо, что мне хочется удерживать тебя здесь, во время Перехода? Я не хочу, чтобы это заканчивалось, — произнес Райдер и нежно поцеловал меня над ключицей.

Я не ответила, иначе бы это подтвердило моё желание остаться с ним здесь. Мне нравилось быть с ним, но проблема в том, что я влюблялась в своего врага. А он что-то скрывал от меня.

Я сама не понимала, откуда это знала, но чувствовала: когда все выясниться — мы навсегда изменимся. Он нечто большее, чем утверждает — гораздо больше.

— У тебя что-нибудь болит? — спросил он, позволяя мне соскользнуть с его тела и встать на ноги.

— Да, — ответила я, смотря в его глаза, пока он продолжал удержать мои руки наверху.

— Я могу это исправить, — произнес он, позволяя рукам светиться от силы. Я тут же вздрогнула и ахнула. Во второй раз я вижу, как его руки светятся. Первый раз был, когда Райдер пытал людей с помощью своей силы.

— Нет, перестань, пожалуйста, — пробубнила я, ощущая его силу, входящую в мое тело.

— Если тебе больно, Син, я с легкостью всё исправлю.

— Мне нравится ощущать там боль. Как напоминание о том, чем мы занимались.

Райдер покачал головой и вновь завладел моим ртом, одобрительно рыча. Когда он оборвал поцелуй, я застонала, от того, что лишилась вкуса его губ.

— Кое-кто хочет тебя видеть, Питомец, — неохотно сказал он, будто слова причиняли ему боль.

— Адам закончил Переход!? — пропищала я наполовину от радости, наполовину в панике.

— Да, — ответил Райдер и вновь поцеловал меня в шею, словно не мог оторваться.

Я подняла руки и провела по шелковым волосам Райдера.

— С ним все в порядке? — задала я вопрос, как раз когда его рука переместилась между моих бедер и прижалась к чувствительной плоти.

— В порядке, он выжил. Я предоставил ему лучших своих девочек, чтобы он прошел Переход, — Райдер улыбнулся мне в шею и прошептал на ухо. — Мне нравится знать, что твое лоно сейчас чувствительно, потому что я его трахал.

Я улыбнулась, наблюдая, как он втягивает в рот мой сосок, не отрывая от меня взгляда.

Райдер отстранился, но лишь на столько, чтобы я могла увидеть, как он облизывает и прикусывает зубами розовую вершинку. Я застонала и ощутила, как скапливается влага меж бёдер, пока он продолжал.

Он поднял голову и улыбнулся. Магия Райдера пронеслась сквозь меня, очищая тело от всех признаков Перехода, и когда он отстранился, я заметила, что его тело прикрывает рубашка.

— Тебе стоит одеться, пока я снова не утащил тебя в кровать и не провел весь день между твоих великолепных бедер. Тебя ждет целая толпа собравшихся.

— Неужели? — смущенно спросила я, оттолкнувшись от стены.

— Там и твой бывший. Он не очень доволен, — прошептал Райдер.

— Эдриан тоже наверху? Я его увижу? — осторожно спросила я.

— Да, он там. Я скажу только раз, Син — держи свои губы при себе. Его предупредили, что ты теперь моя. Пока на тебе моя метка, никто не смеет вольничать с тобой. Будь осторожна с голодом, Питомец. Сейчас, он тоже мой. Помни об этом и никто не пострадает.

— Райдер, успокойся. Я больше не собираюсь терять контроль. Прошлый раз был ошибкой, и если бы я была собой, этого никогда бы не случилось.

— Так ты говоришь, но женщины существа переменчивые. Я не делюсь тем, что мое, а сейчас ты моя. Некоторые женщины позволяют вольности со своим телом. Ты не станешь одной из них, поняла?

— Но не все же одинаковые. Некоторым нужно, и желательно, чтобы их любил только один мужчина. Когда я кого-то люблю, то отдаю им все что имею, и не ожидаю ничего в замен. Я бы никогда не стала рвать тебя на части, Райдер; даже если бы ты был моим. Кроме того, однажды ты сказал мне, что за любовь стоит бороться.

Он тряхнул головой и сощурил глаза. Я не знала, как мы в этом увязли. Райдер с самого начала сказал мне, что он не из тех парней.

— Я никогда не просил и не предлагал тебе любви, Синтия, — словно защищаясь, отрезал он.

Я грустно улыбнулась и подошла ближе, пока мы не оказались на расстоянии поцелуя.

— Жаль, потому что это то, что могло бы у тебя быть, — прошептала я и завладела его губами, вкладывая все, что имела в тот поцелуй, пока не услышала его вздох и не ощутила дрожь в его руках, когда они опустились на мою талию, притягивая ближе.

Я не хотела этого. Я не должна любить врага. Я подняла ладони к его лицу и углубила поцелуй, потом отстранилась и взглянула в его прекрасные глаза.

— Это то, на поиски чего люди тратят целую вечность. Именно поэтому, теряя это мужчины идут на войну.

— Ты все еще думаешь, как человек. Я — фейри, а мы не влюбляемся просто так, если вообще влюбляемся. Мы женимся ради выгоды, или ради окончания войны.

— Я не прошу твоей любви, а лишь показала, на что это было бы похоже, если бы ты принял мою, — прохрипела я и оттолкнулась от него. Я смотрела на его напряженную спину, когда он направился в ванную и так сильно хлопнул дверью, что древесина треснула в знак протеста.

Я неподвижно стояла, потом, наконец, пересекла комнату, чтобы одеться. Потребовалось несколько мгновений, чтобы сфокусировать взгляд и найти сумку с одеждой, стоящую у изножья кровати. Я слышала, как Райдер вернулся в спальню, когда я надела черный бюстгальтер, стринги, джинсы и быстро скользнула в черную футболку с длинным рукавом, прежде чем повернуться к нему. Он замаскировал свои эмоции, стоя напряженно и неподвижно. Райдер злился.

— Ты уже моя, Син. Я никогда не просил любви.

— Отлично, потому что я не могу тебя любить, пока ты владеешь мной. В этом теряется весь смысл свободы выбора. Ты берешь, потому что можешь; потому что такова твоя природа. Ты можешь иметь меня в любой позе, но, все же, пока я не твоя. Вот что тебя бесит в Эдриане. Я принадлежала ему, вся я. Я добровольно была его — без необходимости владеть мной, чтобы этого добиться.

— И что, мать твою, заставляет тебя думать, будто бы мне есть дело до того, с кем ты трахаешься по собственной воле? Для меня имеет значение только то, с кем ты это делаешь, пока я тобой владею, Синтия. Прямо сейчас, ты моя. Не путай трах с какой-то эмоцией. Я трахаю, я кормлю. Мне не перед кем не нужно оправдывается за свои действия. Тебе нужно вбить в свою маленькую, упрямую головку, что я — фейри, а не один из твоих жалких, маленьких людишек.

Я отмахнулась от горьких слёз.

— Прекрасно.

— Прекрасно, — рыкнул он в ответ.

В напряжённой обстановке мы подошли к лифту и остановились, Райдер стоял прямо позади. Мне хватило твёрдости и несгибаемости, когда его рука потянулась через мое плечо набрать код, чтобы подняться на верхний этаж клуба. Ни один из нас не произнес ни слова, но я ощущала его прожигающий взгляд затылком.

— Ты все еще любишь Эдриана? — тихо спросил Райдер после нескольких минут молчания.

— Да, — резко ответила я. — Он был моей первой любовью. Может я не люблю его так как тогда, но между нами всегда будут тёплые чувства. Даже когда я выйду замуж, или он женится, любовь просто так не уйдет. Но, не беспокойся… я больше не влюблена в него, но всегда буду хорошо к нему относиться.

— Нет, если я от него избавлюсь, — зарычал Райдер, из-за чего я повернулась и взглянула ему в лицо.

— Ревнуешь? Потому что сейчас ты похож на ревнивого любовника. И что с того, что я люблю его? Сейчас я твоя шлюха. В твоем контракте сказано, что я ни с кем другим не могу иметь физических сексуальных контактов. Я следую твоим правилам. В твоем контракте об эмоциях не сказано ничего.

— Я не часто ревную, но когда это происходит, я избавляюсь от проблемы. Прямо сейчас, его восхищение тобой — проблема.

— Он ищет завершения. Мы вместе росли. Мы были детьми. Глупые детишки, которые считали, что могут проделать кое-какую работу. Он не влюблен в меня. Наверное, он влюблен в саму идею быть влюбленным.

— И все же ты признала, что все еще его любишь. — Он сузил на мне свой бронзовый взгляд.

— Да, а еще я люблю Адама. Люблю Олдена, и любила Лариссу. Я все еще люблю Лариссу; она мертва, но из-за этого моя к ней любовь не исчезла. Если бы ты когда-нибудь познал любовь, то знал бы это. Любовь не может взять и пройти. Вы расстаетесь, или продолжаете отношения, но она все еще с вами. Тебя все еще беспокоит, что с ними происходит, и если ты заставишь Эдриана уйти из-за этого, то просто покажешь насколько глуп. Даже если его не будет поблизости, я все еще буду его любить.

— Я не уверен, что хочу сделать больше, прямо сейчас; задушить тебя, поцеловать, трахнуть, или всё и сразу.

— Даже не думай предпринимать сейчас что-то из этого. В данный момент, я хочу проделать с тобой первое и забыть обо всем остальном, фейри.

Его улыбка была озорно греховной и таинственной.

— Я буду осторожен. А ты, в конечном итоге, окажешься прикованной к кровати в комнате, которую только что покинула. Ты все еще в процессе Перехода. У меня есть право держать тебя взаперти пока ты не научишься просеиваться и не падать на колени у моих ног.

— Давай, вперед! Но еще не значит, что когда я окажусь прикованной, то мне понадобиться кормление. Это только докажет, что ты хочешь владеть красивыми вещами. Думаешь, раз ты — фейри, то имеешь право владеть мной? Так вот, не имеешь. Единственное, что меня здесь держит — это контракт, и он почти завершен. Запомни это.

Он улыбнулся, но ничего дружеского в этой улыбке не было.

— Запомню, уверяю тебя.

Когда двери лифта распахнулись, я вошла внутрь и повернулась лицом к Райдеру, с вызовом во взгляде. Его ухмылка исчезла и на лице читалось напряжение. Он уже планировал, как втянуть меня в очередной договор.

— Я не стану подписывать еще одни контракт. Даже если для своей или чьей-то безопасности. Так что прежде чем угрожать, тем, кого я люблю — знай это. Я не буду принадлежать тебе. Я не проклятый питомец, поэтому перестань пытаться завладеть мной, будто я таковой являюсь. Если хочешь меня, тебе следует начать думать, как человеческий мужчина и перестать думать, как гребаный фейри.

— Запомни несколько вещей. Ты должна кормиться каждые несколько дней, в первые месяцы после Перехода или можешь быстро оголодать и… умереть, это факт. Я не позволю, чтобы подобное произошло, пока ты под моей защитой; не тогда, когда это так легко исправить. Как фейри, ты не принадлежишь никакой касте; я могу по праву претендовать на тебя. Пока ты не знаешь о своей семье и их происхождении. Черт, я мог бы заключить сделку на твою продажу.

— За каким хреном тебе это делать? — Я вперилась в него злобным взглядом.

— Может мне нравиться тебя трахать, — промурлыкал Райдер, позволив своему взгляду медленно скользить по моему телу.

— У тебя есть рука, Райдер. Предлагаю воспользоваться ею. Обещаю, тебе не понравиться меня трахать, по принуждению. Теперь может я и фейри, но все еще остаюсь собой и все еще не желаю быть твоей игрушкой.

Он шагнул вперед и прижал меня спиной к стеклянной стене лифта. Райдер положил руки по обе стороны от моей головы и приблизил свое лицо к моему.

— Если я захочу тебя, ничто в этом мире или в другом меня не остановит. А прямо сейчас, я тебя хочу.

— Мне нужен тот, кто на самом деле захочет меня такой, какая я есть. А не тот, кто просто хочет оттрахать. Тебя интересует лишь контроль надо мной. Даже не знаю, почему ты не в состоянии увидеть разницу. Для меня это просто, но, я ведь все еще думаю, как человек, — ответила я.

— У тебя есть я, Синтия. Что плохого в том, чтобы желать красивые вещи? Все мужчины желают что-то красивое в своей жизни. Что плохого в том, чтобы управлять твоим телом, когда мы оба знаем, что тебе это нравится?

— Потому, что у меня нет тебя. Почему ты не даешь мне видеть дальше, установленных тобой, щитов, если ты мой? Думаешь, я не вижу, что ты удерживаешь меня на расстоянии вытянутой руки? Я не идиотка. Знаю, у тебя есть секреты, которыми ты ни с кем не делишься. Знаю, ты думаешь, что надежно их спрятал, но в конце концов все тайное становиться явным и у всех нас есть скелеты в шкафу. Разница меж нами только в том, что мой секрет ты вывалил наружу, но не доверяешь мне настолько, чтобы открыть свой.

— Осторожней, Син, — предупредил он.

— Осторожней, ага, как же. Ты продолжаешь брать у меня, а в ответ мной владеют! Я не собака, которую можно просто посадить на цепь, как гребаное домашнее животное. В конечном счете, я собираюсь покончить с контрактом, и ты увидишь, как я ухожу.

— А если я позволю увидеть все мои секреты? Что, если я — именно то, что ты ненавидишь? А мое прошлое утопает в крови и мои дела настолько злы, что в итоге ты возненавидишь меня; что тогда?

— Это в прошлом, если ты не продолжаешь в том же духе. Что бы ты не делал тогда — это в прошлом, насколько я могу судить. Имеет значение, что мы будем делать в будущем. Если ты собираешься продолжать, чтобы там ни было… знаешь, что? Это глупо, потому что даже я не знаю, что, дьявол побери, ты сделал. Я не прошу вступать в брак. Лишь говорю, что не желаю быть собственностью. Хочешь меня, попроси. Прекрати требовать, настаивать или устранять конкуренцию.

— Ты снова думаешь, как человек. Фейри берут, что хотят и всегда думают, как использовать обстоятельства для своей выгоды.

— Значит, я должна стукнуть тебя по голове, утащить к себе в комнату и посадить на цепь? Ну знаешь, поскольку я обернулась Фейской пещерной женщиной и всякое такое дерьмо.

Он улыбнулся.

— Интересная идея, Питомец.

Я фыркнула и покачала головой. Невозможный мужчина, но в том то и проблема. Он не человек, а я постоянно ждала, что он начнет действовать как таковой.

— Может мне тоже начать угрожать? — спросила я, ухмыляясь ему.

— Мне не нужны угрозы, — ответил Райдер.

— Конечно нет, ты просто состряпаешь новый контракт, а я закончу тем, что подпишу его. Думаю, я должна задействовать свои новые мозги и разгадать загадку, которая закончится тем, что в этот раз я завладею тобой.

— Так ли это? — улыбаясь, рыкнул он.

— Да.

— Ты не справишься со мной, — бросил он вызов.

— Так ли это? — парировала я.

Он хрипло зарычал.

Я облизнула свои маленькие клыки и закатила глаза.

— Есть новости о группе, убивающей фейри? — сменила я тему. Да, с моей стороны это было глупо и трусливо, но мы вникали во всё слишком глубоко и слишком быстро.

— Ничего такого, о чем тебе надо знать, — ответил он, вглядываясь в мое лицо. — Ты должна сосредоточиться на просеивании и тех способностях, если они есть, которые приобрела. Я сам управлюсь с тем, что твориться с моими людьми.

— Люди гибнут, Райдер. Я, блядь, не собираюсь сидеть сложа руки, пока они умирают. Я не такая.

— Ты и в самом деле самая сумасшедшая женщина на всей грёбаной планете!

— И ты — самый раздражающий, ёбаный фейри на этой планете, — ответила я оглядываясь и загадочно улыбаясь.

— Думаю, мне придётся приковать тебя и ещё раз показать, как хорошо я умею трахать, — промурлыкал он.

Лифт остановился и двери открылись. Я быстро поднырнула под руки Райдера и почти побежала по коридору, направляясь к небольшой лестнице, ведущей в клуб. Очевидно, не достаточно быстро, потому что слышала позади себя на близком расстоянии его мягкие шаги. Я напрягла спину и встала на ступеньки, которые загорелись под моими ногами.

У подножия лестницы, я остановилась, задумываясь, как все отнесутся к моей новой внешности. Я не могла притворяться не имеющей отношение к фейри, с пылающими глазами и клыками, которые теперь у меня были. Я затаила дыхание, когда в поле зрения появился Адам.

Он — прекрасен. Взгляд его ярко-зеленых глаз встретился с моим. Они приобрели изумрудно-лаймовый цвет с примесью оттенка ириса, который я видела прежде, а радужку окружал чёрный круг, как и у меня. Волосы его стали немного длинней, как и мои после Перехода, но такого же темно-каштанового цвета, какими были всегда. Адам стал выше ростом и шире в груди. Футболка открывала его метки; как у меня, которые я скрыла под рукавами рубашки.

Он улыбнулся белоснежной улыбкой; клыков нет. Я шагнула ближе, но Адам оказался быстрей. Теперь он умел просеиваться и, прежде чем, я смогла опустить ногу на пол, он заключил меня в свои объятья, притягивая к огромной груди.

— Прекрати думать, что я когда-либо смогу возненавидеть то, чем ты стала. Ты лучше всех это знаешь, — прошептал он мне на ухо.

— Адам, — воскликнула я, заключая его в объятия.

— Я помню, что натворил, Син. Мне очень жаль. Я боялся, что ты возненавидишь меня, — прошептал он.

— Да, ну. — Я улыбнулась, чтобы его успокоить и поморщилась, когда посмотрела ему в глаза.

— У тебя клыки, — засмеялся он неловко.

— Да, небольшие. Райдер, говорит, что они втянутся, — ответила я застенчиво.

— Ты собрался припрятать ее всю для себя? — спросил Олден, стоя позади Адама.

Я оторвалась от Адама и посмотрела на Олдена, ожидая, что на его лице появится отвращение. Но оно не появилось. Вместо этого, он улыбнулся и протянул мне руки, которые я приняла и позволила ему повернуть меня вокруг.

— Прекрасно выглядишь, Синтия. Тебе не стоит бояться того, что мы подумаем, и прежде чем начнешь отнекиваться, запомни, я тебя вырастил. Внутри ты все та же девушка, а для нас только это имеет значение.

— Спасибо, я… — ложь, которую я хотела выдать… не чувствую разницы… застыла на моем языке. Я ощущаю разницу и ощущаю тягу к Адаму, которой не было раньше. Могу слышать сердцебиение каждого, шум крови, текущей по венам каждого человека, стоящего в комнате. Это шокирующее напоминание, что фейри действительно не могут лгать, даже по мелочам, и еще одно напоминание, почему они мастера манипуляции.

Он улыбнулся, будто зная, что я пыталась сказать неправду, но не сделал замечания.

— Рад видеть, что с тобой все хорошо. Не ожидал, что ты примешь это так легко, — Олден грустно улыбнулся.

— Кто сказал, что я приняла? Это все еще я. Может я и превратилась в фейри, но до сих пор остаюсь наемницей, обученной в лучшей Гильдии Страны. Хоть я и стала чем-то другим, но не забыла своих приоритетов, или того, чему меня учили.

— Ты — фейри королевского рода, Синтия. Все это время ты была у меня под носом — ты и Адам, вы оба королевских кровей. Это я должен был заметить. В этом аспекте я подвел Гильдию и такое ощущение, что чертовски за это расплачусь.

— Я всегда готова помочь тебе, Олден, — буркнула я.

— Знаю. Я растил тебя гордой женщиной. Еще я убедился, что ты в состоянии справиться со всем, что подкинет тебе жизнь. Я не мог бы гордиться тобой еще больше, — произнес он, улыбаясь, с блеском слез в глазах.

— Если я тебе понадоблюсь, только попроси.

— Спасибо, но я могу с этим справиться, Синтия. Сосредоточься на том, что необходимо тебе и останови кого бы то ни было, кто убивает фейри. Вот что важно сейчас. Пока, за последние несколько дней, не было больше убитых ведьм или фейри, думаю, теперь, я могу столкнуться с Гильдией, — он улыбнулся, похлопал меня по спине, а затем отправился обратно на свое место в баре.

— Миленькие клыки, Красотка. Чертовски сексуально выглядишь, — произнёс Эдриан, подходя ближе.

Я улыбнулась и сморщила нос.

— Мои исчезнут.

— Жаль. Они действительно забавные. — Он улыбнулся, демонстрируя при этом свои собственные клыки.

Я закрыла глаза от его слов и вздрогнула, когда комната вокруг меня исчезла. Я вновь вернулась в освещенную свечами комнату, где мы были с Райдером, где его впервые укусила. Я сильно покраснела от воспоминаний и перевела взгляд на него, стоящего позади Эдриана. Губы Райдера растянулись в сексуальную улыбку, будто он точно знал, что только что промелькнуло в моей голове.

— Рад, что ты прошла через Переход целой и невредимой, — закончил Эдриан. Влад зашевелился возле него и комнату наполнило напряжение.

Я наклонила голову, слушая как учащается сердцебиение Райдера, а метки на руках и груди начали яростно пульсировать.

— Это зов крови, — произнес Влад, стоя возле Эдриана.

— Что? — спросила я, чувствуя, как рука Адама скользнула в мою ладонь.

— Кровь течет по венам тех, кто в комнате. Сердца бьются в своем ритме. Ты все это слышишь — используй это. Ты всегда будешь знать, когда кто-то солжет либо испугается тебя.

Я уставилась на Влада.

— Это мерзко.

Он порочно засмеялся.

— Это очень полезно. Поверь мне.

Глава 13[18]

Некоторое время Райдер, Зи и Ристан проводили экспресс курс по тому, что нам с Адамом стоит, а чего не стоит делать, в то время как остальные люди Райдера сидели вокруг нас и слушали.

Я должна была расхохотаться над советом Райдера «лишь потому, что мы можем что-то сделать, не значит, что должны». Большинство фейри приняло позицию «не использовать магию, кроме случаев крайней необходимости в человеческом мире», дабы помочь сократить многие подозрения и ненависть, с которыми фейри сталкиваются от неожиданно возникающих групп правых сил и лиц с предвзятым отношением.

Вся эта информация ужасала, но я справлюсь с этим.

Какое облегчение! Еда была еще с нами, как выяснилось, фейри могут есть и едят; просто у нее нет тех питательных свойств, которые даёт эмоциональное кормление.

Зарук поведал нам, что истории о людях, вкушающих пищу фейри и которые таким образом соединялись с обманувшими их фейри, были совершенно правдивы, поскольку таким древним способом они могли заставить их оставаться с ними вечно.

Я удивлённо посмотрела на Райдера, после этого заявления. Поскольку большой прохвост кормил меня в Царстве фейри, а я забыла об этом пикантном происшествии в духе Аид — Персефона на кельтский манер.

Легкая улыбка на лице Райдера подтвердила мои опасения, что он кормил меня «едой фейри». Я закатила глаза, от такой хитрой попытки.

Еще один способ, которым он пытался сделать из меня своего питомца, пока я была человеком.

Райдер настоял, что никто больше не будет учить меня просеиваться, так как это могло вызвать голод. Это была часть Перехода, так что, в рамках контракта он мог требовать этого, так же, как и все остальное.

Так же Райдер настоял, чтобы мы все отправились в его особняк, как только наш предварительный курс обучения жизни фейри подошел к концу.

Нам еще многому предстоит научится и гораздо больше узнать того, что они от нас скрывали.

Мы с Адамом зависали в комнате, которая принадлежала мне, когда я осталась с Райдером в прошлый раз — возможно он и выделил мне комнату опять, но я не собиралась оставаться здесь надолго.

Как только смогу, я уйду домой.

— Тебе не кажется странным, что Райдер не особо расстроился, из-за того, что Арианна не Наследница Светлых? — спросил Адам, сидя на краю кровати. Арианна оказалась ведьмой, которую убил Джозеф и использовал против фейри в смертельной игре в кошки-мышки.

Мы обнаружили, что она была не более чем куском из нескольких жертв, сшитых в одно тело.

— Я нахожу странным, что он притворяется чем-то, чем не является. Думаю, что здесь что-то происходит гораздо большее, чем они позволяют нам увидеть или рассказывают. Райдер не из тех, кто оставит безнаказанным помолвку с поддельной наследницей. У меня такое чувство, что в итоге мы окажемся в центре чёртовой войны.

— Ты серьезно предполагаешь, что Светлые фейри в сговоре с Арианной и магами? — Адам прищурился на мою ответную улыбку.

— Не могу не думать, что были. Только так она могла оказаться вблизи Темного Принца и действительно казалось, что обе касты стремятся к союзу Темных и Светлых Наследников. Думаю, эти ребята пытаются обвести друг друга вокруг пальца, поскольку, Адам, кое-что из услышанного и увиденного не имеет смысла. Не думаю, что Райдер — Темный Наследник, он что-то другое.

— Нет, я не Тёмный Наследник, а вот Адам — да, — произнес Райдер с порога, заставляя нас обоих подпрыгнуть, как нашкодивших детишек, застуканных за стягиванием печенья из вазочки.

— Что? — спросила я, пряча трясущиеся руки.

— Адам, мне нужно, чтобы ты спустился вниз, — Райдер проигнорировал меня, вставшую с кровати, и с широко распахнутыми глазами.

— Ладно, дай мне минутку, Син пока не разрешено покидать комнату? — спросил Адам с озорной ухмылкой.

— Лучше, если она сейчас останется здесь.

Адам кивнул Райдеру и поцеловал меня в щеку, прежде чем выйти из комнаты.

— Оставайся здесь, Син, если тебе не нужно кормится. Но если нужно… — Райдер оставил фразу зависнуть в воздухе, а его губы изогнулись в опасную улыбку.

— Я в порядке. Почему ты назвал Адама Темным Наследником?

— Оставь это пока, Питомец — уверен, он расскажет, когда будет готов.

Я покачала головой, когда неприятное ощущение охватило меня.

— Он — моя семья.

Райдер кивнул, не проявляя ни единой эмоции.

— Был, до того, как ты отметила его, как своего приближённого. Постарайся запомнить, они потеряли Адама, чтобы он был рядом с тобой, когда потребуется.

Я проглотила возражение, почти сорвавшееся с моего языка.

— Я сегодня же отправляюсь домой. Конец истории.

— Ты останешься со мной, пока не будешь в состоянии просеиваться в дом. Кроме того, Гейб хотел бы встретиться с тобой и предпочтительно одетой.

— Гейб? — спросила я, садясь на край кровати.

— Твой пес желает с тобой встретиться. Если хочешь позже выйти на свежий воздух, я это устрою. В остальное время, ты сидишь здесь. Я уеду на час, чтобы разобраться кое с чем, что требует моего внимания. Ристан займет тебя.

— Имеешь в виду будет со мной нянчиться? Мне не нужна долбаная нянька, а что если я проголодаюсь? — спросила я с хищным блеском в глазах, так чтобы он увидел.

— Ристан даст знать, если тебе потребуется моя помощь. Или мы можем позаботиться об этом сейчас и решить проблему до ее наступления.

— Хорошая попытка. Уверена, что мне с няней будет хорошо. Завтра тебе лучше научить меня просеиваться, чтобы я смогла спать в своей собственной постели.

— Мне нравится, когда ты в моей постели, Питомец.

*~*~*~*~*Адам*~*~*~*~*

У меня есть отец. У меня есть семья. И Син права. Не Райдер Темный Принц — это я.

Словно недостаточно того дерьма, что я фейри, теперь я королевских кровей, из правящей семьи гребаных фейри.

Я не могу справиться с тем, что твориться в моем уме. Не могу выбросить ее из своей чертовой головы. Я почти изнасиловал Син, а она самоотверженно меня простила.

Ей стоит меня ненавидеть: возненавидит, если узнает, как я представлял, что нагибаю ее и трахаю пока не смогу больше ее чувствовать. Если бы Ларисса была здесь она бы нас возненавидела.

Она возненавидит меня. Я питался в три горла без единой мысли о ней. Я хотел провести с ней всю свою жизнь и даже ни разу не подумал о ней — только о Син.

Это чертовски смешно! Я не могу выбросить ее из головы. Ее эмоции струятся сквозь меня. Я как грёбаный фильтр.

Она — мой мир, и я пропускаю через себя ее дерьмо, и все же не могу ее винить, потому что мы связаны. Как грёбаная машина.

Она моя вторая половина, и без нее нет баланса.

— Кедирн, ты должен пойти с нами. Ты, как и мы, принадлежишь фейри, — повторил незнакомец передо мной, уже не впервые. Он так же высок, как и я, с таким же телосложением, как теперь у меня.

Его небесно голубые с сапфировым цветом глаза уставились на меня со сдержанным юмором. Его волосы были настолько черны, что отсвечивали синевой; как у Райдера, только длиной до плеч, как у меня.

Из-под воротника рубашки, у него на шее едва виднелась татуировка, судя по всему Кельтский крест, такой же, как и у меня на спине. Словно схожих черт не достаточно, возникло еще ощущение, поселившееся в глубине моей души и поставило на место часть головоломки, которая так долго ускользала от меня.

Этот мужчина определенно мой отец.

— Меня зовут Адам, — прорычал я, на самом деле, не готовый к новому дерьмовому раунду, когда Син расстроенная сидит на верху.

— Тебя зовут Кедирн, Наследник престола Темных фейри. Ты нужен дома, сын, — глазами отец будто ищет на моем лице хоть какой-то знак узнавания. Лишь хмурый взгляд единственный признак эмоции на его лице.

— Теперь мое место здесь, — запротестовал я.

— Твоя мать еще не оправилась после твоего исчезновения. У тебя есть сестра и братья, которые скучают по тебе. Ты несешь ответственность перед Темными фейри и ты нужен нам дома. Помимо других обязанностей, Райдер искал тебя, — его голос слегка дрогнул, показывая приступ страха и печали.

— Мне действительно всё равно. Я остаюсь здесь. Здесь моя жизнь и моя ответственность.

— Адам, с Син все будет в порядке и без тебя, — сказал Райдер, вставляя свои пять копеек, словно кто-то блядь этого хочет или нуждается.

— Она моя, — рыкнул я, ненавидя тот факт, что она его. Син влюблена в Райдера, и так же, как он, не понимает этого. Я чувствую это, и поэтому беспокоюсь.

— Думаешь, что твоя. Ты уравновешиваешь ее, Адам, но не хочешь — чувствуешь потребность понравиться ей потому, что ощущаешь ее эмоции. Син внутри тебя, Адам, и все чувства, которые ты думаешь, что ощущаешь к ней, лишь из-за вашей связи. Они не настоящие. Ты не желаешь ничего, кроме как быть с ней. Ты — такая же часть ее, как твоя рука — часть тебя.

— Спасибо за урок, но если я Темный Наследник, Райдер, тогда, черт возьми, кто ты такой?

— Кедирн, у тебя двенадцать братьев и сестер. И все твои братья носят титул «Темный Принц». — Мой отец казалось забавлялся сам собой, пока наблюдал как я воспринимаю информацию.

Я покачал головой. К чёрту, это не правда. Я повернулся и взглянул на Райдера, который так же наблюдал за мной с дерзкой улыбкой на лице. Это должно быть чертова шутка, он мне не брат.

— Адам, будет лучше, если ты прямо сейчас вернешься домой. Тебе предстоит многое наверстать, а у меня есть работа, помимо присмотра за тобой. Светлые фейри не такие, какими хотят казаться, и мы не можем просто так во всем их обвинить. Они отрицали, что знали, чем была Арианна. Все указывает на то, что они кучка эгоцентричных мерзавцев, которые помогают магам. Я планирую уничтожить магов, раз и навсегда, Адам, так что, предлагаю тебе встать рядом со мной или убраться на хрен с моего пути. Мне плевать, что ты выберешь, но лучше, если ты сделаешь выбор как можно скорее, — тон Райдера становился все злее, а глаза начали светиться.

— А Син? Во что же она, на хрен, вписывается? Или ты просто планируешь ее использовать, пока она не послужит своей цели. Брат, или пока не пресытишься ею? — прорычал я в ответ.

— Что я делаю с ней, не твое гребаное дело. Она может стать твоей, когда я с ней закончу. До этого, уберись к чертям с моей дороги. Она моя до окончания договора. Син разрывает его, и я навечно владею ею. Теперь она бессмертна, так что, на твоем месте, я бы был осторожен со словами, сказанными ей.

— Для тебя, она не более, чем игрушка. Райдер, Син намного, чертовски много большее. И ты слепой, если не можешь рассмотреть это в ней.

— Я не должен отчитываться перед тобой, Кедирн. Син — способ скоротать время в этой выгребной яме. Когда она мне надоест, я отпущу ее. А пока, блять, предлагаю держаться подальше от моих дел, мальчик.

— Ты ей говорил об этом, а лучше, почему бы тебе не рассказать Син, что ты убил Эдриана, чтобы иметь возможность трахнуть ее?! — кричу я, устав играть в словесные игры с этим властным подонком.

*~*~*~*~*Синтия*~*~*~*~*

Я ахнула и прикрыла рот рукой, тяжело опершись спиной о стену, чтобы не упасть. Райдер мудак, а я еще не оправилась от того, что он и Адам братья.

Я развернулась, направилась обратно в комнату так быстро, как могли нести меня ноги и тихо закрыла дверь трясущимися руками. Мне нужно убраться от Райдера подальше.

Не знаю, чего я ожидала от него, но я не дам ему использовать меня на свое усмотрение.

Все зашло слишком далеко, и я устала от этого: устала от всего.

Адама даже не Адамом зовут! Серьезно! Все походило на пробуждение в чьей-либо жизни и неважно насколько я хотела это изменить, этого не будет.

Райдер убил Эдриана или, по крайней мере, принимал в этом участие. Скорее всего, он приказал, и Влад позаботился об этом.

В любом случае, с Райдером будет покончено в ту секунду, когда я закончу Переход.

Не могу ему доверять. Он что-то затевает и не похоже, что планирует здесь осесть, скорее разобраться с делами и вернуться в Царство фейри.

— Тебе не следовало подслушивать, Цветочек, — произнес Ристан, напугав меня. Проклятый демон просто развалился на кровати и чувствовал себя, как дома.

— Тогда людям стоит начать говорить чертову правду, — резко ответила я, разочарованная всей ситуацией.

— Почему я не вижу твое будущее? — вздохнул Ристан, скинув ноги с кровати, садясь на край.

— Без понятия. Для чего Райдер в этом мире? — задала я вопрос.

— Рано или поздно он сам тебе расскажет. Скажи-ка, мой маленький Цветочек, что ты помнишь о тех людях, которые напали на твоих приемных родителей?

— Родителей. Чтобы стать таковыми мало спермы и яйцеклетки. Они воспитали меня, — произнесла я, буравя его гневным взглядом. После увиденного между Адамом и Райдером этот допрос выводил из равновесия, и, если этот демон не будет осторожен, то я надеру ему задницу.

— Туше. Тогда расскажи, что ты помнишь о людях, напавших на твоих родителей, — повторил он, медленно осматривая меня.

— Ты видел все, что я помню во время небольшой сессии «регрессивной терапии» Зи. Не хочу помнить это дерьмо, — резко бросила я.

— Ах, но я думаю помнишь. Держу пари, именно поэтому у тебя тату на руках. Ты набила их, чтобы никогда не забывать.

— Почему Райдер скрыл от меня, что они с Адамом братья? — я проигнорировала его вопрос и задала свой.

— Не думаю, что это сделано намеренно. Мы подозревали, что Адам — Темный Наследник, когда он рано закончил Переход и сформировались его метки Наследника. Темный Король пришел сегодня, чтобы подтвердить личность Адама, поскольку каждый отец фейри связан со своим ребенком. По какой-то причине связь Адама работает не так, как должна, и я думаю, что это как-то связано с твоей татуировкой. Итак, что еще ты помнишь? Это могло бы помочь нам разгадать тайну кто ты — или кем была прежде.

— Не имеет значения кто я, Ристан. Единственное, что меня сейчас волнует — это закончить Переход и убраться к чертям отсюда. Я — та, кем была прежде. Переход не меняет мою душу и характер. Я — все еще я, и превращение в фейри не изменило меня, лишь подправило ДНК.

Ристан улыбнулся и разгладил рукой длинные, черные как смоль волосы.

— Мне не нравятся тайны, а прямо сейчас, ты и Адам темные лошадки в моей жизни. Я вижу довольно далекое будущее каждого — черт, я могу сказать, как будут разворачиваться события на следующей неделе, но за исключением вас двоих. Я даже не могу сказать, что у тебя будет на ужин.

— Райдер. Потому, что он владеет мной, на ужин у меня будет Райдер, вплоть до той секунды, с которой закончиться действие контракта. Затем, можешь поставить на кон свою задницу, что его не будет в моем меню. Кроме того, будущее всегда изменчиво, потому, что один выбор может изменить все.

— Именно, Синтия. Поэтому, мне нужно знать, что тебе предначертано. Меня бесит, что я не вижу твое будущее, или вас с Райдером…

— Что с Райдером? — спросил Райдер, стоя у двери.

— Райдер, я объяснял Синтии, почему неизвестные факторы не должны оставаться неизвестными.

— Ей не нужно все это знать, Ристан, — предупредил его взглядом Райдер.

— Ага. Я поняла — много знать опасно. И все, кто не вписывается в твой план, погибают. Но ты и сам это знаешь, да, Райдер? — фыркнула я прежде, чем развернуться и покинуть спальню. Захлопнув дверь в ванную, я подумала просеиться, но вероятнее всего, я приземлюсь к гребаным ногам Райдера, а это лишено смысла.

Кроме того, я почти избавилась от грёбаного контракта, вот тогда я уйду навсегда.

Глава 14[19]

Следующие несколько дней прошли за обучением просеиванию, которое в основном состояло из приземления на колени у ног Райдера, с которым я не хотела иметь ничего общего.

Подняв руку, я утерла пот с лица, перед тем, как пыхтя от досады попробовать еще раз.

Я игнорировала Райдера с того дня, когда услышала его разговор с Адамом.

Его слова забрались мне под кору мозга и каждый раз, при взгляде на Райдера, всплывало в памяти, как он говорит Адаму, что я для него ничто. Я отстранилась от него, но как бы я ни старалась, ничего не выходило. Мне следует ненавидеть Райдера, но по правде это не так. Мне причинили боль и разозлили до глубины души, но я не ненавижу его.

С момента начала моего игнора, Райдер был молчалив и задумчив. В особняке витало явное напряжение. Даже его люди шарахались по сторонам, когда Райдер проходил через комнату.

Я не стала обсуждать с ним случайно услышанное, потому, что вряд ли это изменит что-нибудь или изменит его отношение к этому.

Теперь моя цель — закончить Переход и продумать дальнейшие действия, которые не включают в себя Райдера.

Я слишком близко подобралась, почувствовала себя слишком значимой для него, мне следовало лучше это обдумать.

Я из тех женщин, которые хотят пару на всю жизнь. И хотя я действительно хочу любви, сейчас не подходящее время, а Райдер показал, что он абсолютно не подходящий для этого мужчина.

— Сфокусируйся, — прорычал Райдер. — Представь то, что ты хочешь. Помести это в свою голову и визуализируй, — произнес он, стоя на другом конце сада.

Моей координатой был Адам. Казалось бы, простое дело. Но это не так. Я занималась в течение дня и голод занял все мои мысли, но я не уступала.

Я не сдамся и не позволю Райдеру использовать меня. После его небольшого выступления перед Адамом я дала себе клятву, что не позволю Райдеру использовать себя. Если кто-то и будет использован, то только он. И на моих условиях, и я постараюсь чертовски убедиться, что он узнает каково это.

Закрыв глаза, я попыталась снова и застонала, ощутив мокрую траву, под джинсами. Я оттолкнулась от земли и развернулась, игнорируя, протянутую руку помощи, Райдера.

Оказавшись во дворе, я снова закрыла глаза, отгораживаясь от мира. Я испробовала все и либо я дефектная, либо не нахожу ту внутреннюю силу, как продолжает это называть Райдер.

Адам мог непринуждённо просеиваться. С первой попытки он овладел этим в совершенстве. Меня отвлекали мысли в голове и происходящее вокруг, и все, пытались удержать меня в неведении, усугубляя положение.

Я пыталась отпустить свои чувства и тут же одёргивала их, боясь задеть лей-линию.

Я открыла глаза и уловила дерзкую ухмылку Райдера, когда он перевел взгляд на меня с земли, где остались отпечатки моих коленей.

Я устала и испытывала спазмы от голода. Разочаровавшись и дойдя до предела, я закрыла глаза и попыталась сфокусироваться на своей магии, к которой привыкла.

Все столкнулось вместе. Голод подталкивал меня, а разум осознал свои возможности. Я улыбнулась, когда сила устремилась сквозь меня.

Адам вскрикнул, когда почувствовал, как я прикоснулась к лей-линии.

В голове настолько все смешалось. Я даже не поняла, что выявила лей-линию. Услышав рычание Райдера, я распахнула глаза, он просеялся, толкнув меня на землю.

Тут же нас окружила команда Райдера, я отпустила линию, осознав свою ошибку. Райдер первым заговорил:

— Какого, блин, хрена, Син?

— Я не хотела! — вскрикнула я, дрожа от понимания, что своей небрежностью подвергла опасности всех вокруг.

— Никогда не прикасайся к линии, если не знаешь, куда та ведет! — неистово выкрикнул он и я заслужила это. Меня лучше обучали.

— Мне чертовски жаль! — прокричала я, сквозь слезы злости.

— Ристан, — прорычал Райдер, когда глаза демона сверкнули красным.

— Что-то приближается Райдер, что-то большое, — произнес Ристан, с жутким спокойствием, так неподходяще к его словам.

— Не видишь, что это? — спросил Райдер, поднимая меня и притягивая ближе к себе.

— Что бы это ни было, Райдер, оно идет за ней одной, — ответил Ристан, когда его глаза вновь стали черно-серебристые.

— Савлиан, Дристан отведите этих двоих в дом. Остальные, приготовьтесь, — приказал Райдер, отталкивая меня в сторону Дристана.

Я увидела, как те, кто окружал Райдера на мгновение замерцали, а затем вновь стали осязаемыми, только теперь одетые в темные плащи и туники, а в руках держали смертоносное оружие.

Все они выглядели, как из книг, которые я прочитала в Гильдии, фейри в боевом снаряжении; готовые к войне или к тому, чем бы то, направлявшееся в нашу сторону, не являлось.

— Райдер, будь осторожен, — сказал Дристан.

Я ничего не сказала, когда взгляд золотистых глаз встретился с моим. Не могла. Это моя вина. Савлиан подтолкнул Адама к Дристану и схватил меня за руку.

— Глупая девчонка, — прорычал он.

— Хватит, Савлиан. Отведи Син в ее комнату и охраняй дверь, пока я не прикажу иначе, — проворчал Райдер, окидывая меня хмурым взглядом. Цвет его глаз сменился и на Райдере появился плащ.

Тот же самый, что и во время Дикой Охоты. Мгновенно Райдер изменился, из красивого мужчины в красивое, опасное существо, с которым я столкнулась в Царстве фейри.

— Ясное дело, — произнес Савлиан, вытянув руку, указывая куда нам двигаться. Я двинулась вперед, но лишь потому, что могла рухнуть в обморок.

Мне нужно кормится. Я упряма, но никогда не думала, что это приведет к чему-то подобному.

Поднявшись наверх, я открыла дверь в свою спальню, Адам, ничего не сказав, пошел по направлению к своей.

— Адам? — позвала я, надеясь, что он обернется и что-нибудь скажет, но он лишь покачал головой и продолжил идти. Я развернулась на пятках и последовала за ним. — Какого черта, Адам?

— Син, что ты хочешь от меня? Я в той же самой лодке, на том же водоёме и мы оба идем ко дну!

— В комнату, оба, — скомандовал Савлиан, скрестив огромные руки на груди.

— Мы не тонем, Адам. Это называется выживанием. Если ты хочешь идти, и что-нибудь сделать, вперед. Не останавливайся из-за того, что ты мне нужен. Я большая девочка и со мной все будет в порядке. Мне нужно, чтобы ты был счастлив. Не желаю, чтобы ты оставался потому, что чувствуешь себя обязанным или из-за такого рода глупостей.

— Син, — произнес Адам, когда я развернулась, чтобы уйти. — Проклятье, остановись. Я лишь… дерьмо! Как, черт возьми, я могу остаться, когда единственное, что чувствую потребность быть с тобой?

— Адам. Мне это также необходимо, — прошептала я и потянулась к его руке, но он одернул ее, будто я прокаженная.

— Нет, Син. Я на самом деле хочу быть с тобой. Не бок о бок с тобой, не рядом, я хочу быть в тебе и от этого меня тошнит. Я любил Лариссу и тем не менее, я больше даже не ощущаю горя от ее смерти. Единственное, что чувствую, потребность помочь тебе. Устранить внутренний гребаный голод и унять боль, потому что я чувствую это каждую гребаную минуту. Это сводит с ума!

Я сделала шаг назад и в замешательстве покачала головой. Я не знала, что сказать кроме «дерьмо» или выбрать какое-нибудь другое нецензурное слово.

— Адам…

Дом сотрясся, когда снаружи что-то взорвалось. Адам поймал меня, прежде, чем я упала на пол. Я вскрикнула, осознав, чтобы я не притянула, это что-то только что взорвало какую-то бомбу на улице, там, где были Райдер и его люди.

— Вниз, живо! — прокричал Савлиан и Адам повиновался, схватив меня. Мы просеялись в подвал, где Дристан и Савлиан плели заклинания на стенах.

— Внутрь, — приказал Дристан, и Савлиан толкнул нас в импровизированное убежище и, прежде чем мы смогли ответить или спросить о происходящем, они нас заперли.

Я не могла говорить из-за комка, стоящего в горле. Вина навалилась на меня. Снаружи что-то происходило, из-за того, что я прикоснулась к лей-линии и притащила, что бы то ни было сюда за своей задницей.

— Это моя вина, — прошептала я, осматривая комнату.

В углу комнаты стояла большая кровать и современные лампы, стоящие на комоде уже горели. Я искала что-нибудь, похожее на оружие и подпрыгнула, когда Адам заговорил.

— Это не твоя вина. Мы все проходим через это, Син. Зная кто я, мы до сих пор не выяснили, как раскрыть в тебе силы. Думай о них, как о коробке, которую необходимо открыть. Ты хочешь ее открыть, но сейчас не представляешь, как добраться до этого места в своей голове. Ты голодна, я это чувствую; ты хочешь вернуться домой, хочешь остановить это безумие и просто вернуть все на свои места. Этого не будет. Мы это оба понимаем. Райдер говорил, что эти чувства…

— Я слышала его, слышала каждое слово. Знаю, что он приказал убрать Эдриана. Я лишь не знаю, почему? — я не затронула ту часть, в которой упоминается использование меня Райдером, потому что это еще причиняло боль, а я не желала слышать об этом, чувствовать — или хуже, сделать так, чтобы Адам почувствовал боль через нашу связь.

— Не знаю. Дьявол, я лишь слышал, как Зарук говорил, что убьёт Эдриана, если тот еще раз прикоснется к тебе. Предполагаю, что Райдер следил за нами какое-то время. Он наблюдал и выжидал. Наблюдал за тобой, Син. Олден говорил, что Мари оставила письмо, в котором говорится, что после ее смерти следует обратиться к Райдеру. Я не пойму, почему она думала, что он сможет тебе помочь.

— Райдер рассказывал, что Мари несколько лет назад прислала ему письмо, в котором лишь сказано защищать меня и что я отличаюсь от других ведьм. Думаешь, она знала кем мы являемся?

— Думаю, что она, по крайней мере, подозревала, иначе зачем было оставлять письма? Если бы Мари не знала наверняка, что это поможет тебе, то не оставила бы послание. Она тебя любила. Любила нас всех. Ее уважали, и она была старейшиной. Держу пари, Мари прикрыла задницу Олдена скрыв наше происхождение.

Обдумывая это, я кивнула.

— У тебя есть гребаная семья фейри, — произнесла я с хитрой улыбкой, после минуты молчания.

— Как и у тебя, Син; где-то. Не думаю, что они спрятали тебя назло. Гильдия не позволяет фейри скрываться в собственных рядах, если кто-то чертовски важный не попросил их об этом. И всё равно, этот кто-то должен быть очень влиятельным, чтобы заставить их пошевелить пальцем дабы помочь.

— Или кто-то выкрал меня и солгал Гильдии. Это — фейри, Адам. Они печально известны тем, что лгут и трахаются друг с другом. И наслаждаются этим. Не доверяют друг другу, поэтому война между фейри всегда маячит на горизонте. В конце концов мир зальет кровью и тогда, пощади нас Господь, потому что фейри делать этого не станут.

Мы сидели и разговаривали несколько часов, чтобы как-то забыть беспокойство.

Особняк тряхнуло несколько раз прежде, чем кто-то спустился в комнату, и пришедшие добрых вестей не принесли.

В дверях появился Зарук весь в крови и с разбитым лицом.

— Готовьтесь выйти. У нас есть раненные. Мы отправляемся в Царство фейри, чтобы обезопасить себя, — он впился в меня взглядом прежде, чем запереть вход в убежище, будто бы мы сбежали не будь замка.

Мое сердце ухнуло вниз. Какого хрена я натворила? Как я могла оказаться настолько глупа, что прикоснулась к линии, даже если не хотела этого?

Я во всем этом виновата. Не будь я такой уставшей или не отрицала бы испытываемый голод, этого бы не случилось. Я ощутила горячие слезы, струящиеся по лицу.

Слезы стыда потому, что вела себя по-детски, подвергнув других опасности, из-за упрямой гордости.

— Син, с ними все будет хорошо. Они бессмертны, — Адам пытался меня успокоить.

Сердце замерло в моей груди и на мгновение, мне показалось, что оно перестало биться. Мой желудок болел, и я почти онемела от неверия. Этого не могло происходить.

О чем, черт возьми, я думала? Я чувствовала, как стекающие по щекам слезы, Адам стирал поцелуями.

К двери подошел Ристан, махнул руками прежде чем войти внутрь и посмотрел на меня самым хладнокровным выражением лица, виденным мной у него.

— Нам нужно уходить в Царство фейри. Это единственное место с нужным лекарством, где мы можем излечить раненных.

— Ристан, бери мальчишку. Син… ты пока побудешь моим Питомцем, — произнес Зарук, зло скривив рот.

— Кто ранен? — задала я вопрос и ощутила больше горячих слез, готовых пролиться.

— Ни об этом тебе стоит беспокоиться, Синтия. Сейчас нам надо попасть туда, где безопасно, чтобы оценить масштаб ущерба и дать оценку информации, полученную нами от этих засранцев.

Глава 15[20]

Мы просеялись из убежища в комнату, поглощенную тьмой.

Элегантная обстановка комнаты различалась даже под покровом темноты. Я разглядела, стоящую у стены, кровать среднего размера. Которую украшали синие шелковые простыни, выглядевшие маняще и успокаивающе.

Я ощущала мускусный аромат Райдера и видела, как Зарук стоял в ожидании приказа. Я опасалась оставаться наедине с Райдером, ведь по моей вине пострадали люди. Если бы не моя упрямая гордость, этого можно было бы избежать.

— Зарук, оставь нас, — попросил Райдер с другого конца комнаты.

— Мне жаль, — прошептала я в темноту, зная, что он услышит.

— Подойди, Синтия, — проговорил он без эмоций, от чего бабочки запорхали в моем животе, и холодный озноб пополз по позвоночнику.

— Райдер, я сказала, что мне жаль. — Дерьмо, какой же жалкой я выгляжу! Я укрепила решимость и расправила плечи.

— Ты привыкла зависеть от своего ковена, но, как фейри, в обозримом будущем, тебе придется полагаться на нас. Произошедшее сегодня, не должно повториться. Я хочу услышать от тебя, что ты осознала ошибки сегодняшнего дня. Пообещай мне, что такое больше не повторится, — мягко произнес он.

— Райдер, — пробормотала я.

— Нет, Син. Не в этот раз. Тебе следует вынести из этого урок покорности. На самом деле из-за, подобных ошибок, мог кто-нибудь погибнуть; но мои люди лишь немного пострадали. Я взял на себя ответственность за их раны. Мы могли просеяться в любое время, но я воспользовался этой возможностью, чтобы узнать больше о противнике. Ты должна взять на себя ответственность за его привлечение своей упрямой гордостью.

— Я сказала, что мне жаль. Что ты хочешь от меня? Если бы я могла вернуть всё назад и изменить события, не задумываясь бы сделала, — прошептала я, прежде чем подойти ближе к нему и вступить в тень. Я знала, чего он хочет и от этого мои руки дрожали. Мои глаза привыкли к темноте, и я смогла различить Райдера, стоящего в другом конце комнаты, прислонившегося к стене и смотрящего на меня, как хищник, каковым по сути он и являлся. Райдер принял полную форму фейри, которую я видела лишь однажды, в Царстве фейри.

— Я хочу, чтобы ты чертовски точно это уяснила! Хочу, чтобы ты контролировала этот гнев или чем бы то ни было, что охренительно удерживало тебя подальше от моей постели. Я дал тебе пространство. Держался подальше, давая тебе возможность приспособиться. Думал, что тебе требуется время, но оказывается этого не требовалось. Ты слишком упряма, чтобы признать долбаный голод или слабость своего организма! — злобно высказался он, прищуриваясь на меня, по-прежнему лениво скрестив руки на груди.

— Ты убил Эдриана! — выкрикнула я, чувствуя злые слезы, навернувшиеся на глаза.

Лицо Райдера мгновенно приобрело холодное и пустое выражение.

— Кто сказал тебе это? — спросил он смертоносным тоном.

— Ты. Я слышала каждое слово, которое вы с Адамом сказали друг другу. Почему? Все, что я чертовски хочу знать. Райдер, почему ты так поступил со мной?!

— Потому что хотел тебя, — ответил он, опустив руки по бокам и качая головой, будто все еще это опровергал.

— Так это ты отдал приказ убрать его?! Ты представляешь, как безумно это звучит? Мы были просто детьми!

— Ты продолжаешь ждать от меня человеческих поступков. Я не такой; Я всё что угодно, только не человек. Я видел, как ты смотришь на него, когда наблюдал за тобой какое-то время. Эдриан хотел больше сил, хотел стать сильнее, чем ты и Адам. В этом он ничем не отличается от мужчин фейри, желающих быть теми, к кому обращаются за защитой и силой. Я знал, если сделаю это, уберу его со своего пути. Это был прекрасный шанс вывести его из игры и подобраться к тебе ближе. Я поступил так, как поступил бы любой фейри. Только облажался, думая, что к тому времени, как он полностью войдет в мой мир, наши отношения прекратятся. Облажался, думая, что короткого промежутка времени с тобой мне будет достаточно.

У меня отвисла челюсть.

— Ты убил одного из моих лучших друзей и это все, что ты можешь сказать? — я была возмущена и зла, что он даже не извинился.

— Я его не убил. Сделал сильнее.

— Тебе пришлось убить его, чтобы обратить! И даже если убийство дело рук Влада, ты отдал проклятый приказ. Ты приказал убить своих конкурентов! Ты даже для начала не попытался завоевать меня. Просто убрал его, потому что мог! Ты даже не хотел меня. Сказал Адаму убраться с пути и, когда он это сделал, смог обладать мной!

— Да, — произнес Райдер, подходя ближе. — Кто сказал, что я когда-либо смогу разорвать с тобой связь, Синтия?

— Я говорю, потому что ухожу домой. Я могу просеяться и даже, если каждый раз приземляюсь у твоих ног, мы по крайней мере знаем, что я не буду голодать до смерти. Не хочу быть какой-то игрушкой. Не могу и не хочу.

Он сглотнул и кивнул, а я ощутила, как мое сердце ухнуло вниз. Я закрыла глаза, когда слезы злости хладнокровно потекли по щекам. Он на самом деле убил Эдриана, а я обвинила вампира.

Я обвинила Эдриана за то, что не достаточно боролся, чтобы остаться с нами.

Эдриан всегда был глубоко уязвлён по поводу силы, которая отличалась от той, что была у меня и Адама; хотя Эдриан был чрезвычайно силен.

Предложение Эдриану большей силы, это то, отчего он в жизни бы не отказался, независимо от цены. Полагаю, Эдриан говорил правду, когда рассказывал мне о том, что у него не было выбора.

Я засомневалась в том сколько правды, в рассказанном Эдрианом о дне его «смерти».

— Ты сможешь отправиться домой, как только докажешь мне, что можешь кормиться; когда покажешь, что продолжишь кормление — даже без меня. Я не позволю тебе уйти и просто заморить себя голодом. Я не могу изменить прошлого и не желаю играть словами, говоря, что мне жаль, потому что это не так. Я — фейри; так мы воспитаны. Если бы ты росла с нами, то поняла бы, что так мы добиваемся того, чего хотим и так мы показываем, кто лучше.

— Ты не фейри, а меня воспитали люди. Ты не можешь ожидать от меня, что я буду реагировать, как тот, кто воспитан фейри, как и мне не стоит ожидать, что ты будешь действовать, как человек, выросший здесь. Мы должны закончить все прежде, чем станет слишком сложно. Адам нашел свою семью, и я рада за него. Все же я не останусь с тобой. Я больше не буду играть в кошки-мышки. Тебе не следовало убивать Эдриана или заказывать его обращение. Я даже не уверена, куда это нас приведет. Ты в этом не ради меня, а из-за того, что хочешь меня. Веришь или нет, в этом есть разница.

— Я хочу тебя, — прорычал Райдер, запустив пальцы в волосы. — Знаю, это много. Но все не остановиться, только потому что ты сказала. Я беру то, что хочу, и всегда получаю. С самого начала, Син, я говорил тебе, что не буду просить прощения за то, чем являюсь.

— Ты превратил моего парня в Вампира, — отрезала я.

— А ты чуть не убила моих людей, той же группой, которой пыталась устранить объединение фейри.

— Это был несчастный случай. Ты отдал приказ! Ты хотел чего-то, как избалованный долбаный ребенок, поэтому убираешь все со своего пути, чтобы добраться до цели, — зло бросила я, ощущая, как к щекам прилил жар от чувства вины.

— Я хотел тебя и шел к цели со всем что имею. Я не какой-то грёбаный пацан, который будет стоять в стороне, ожидая желаемое. Я делал то, чему меня обучали. Заставил происходить события, чтобы заполучить тебя. Я возжелал тебя с того момента, как только увидел, Синтия Рейн МакКена и делал то, что должен, чтобы ты стала моей.

Я покачала головой. Мне не следует ждать от него человеческого поведения, потому что он совсем не человек. Все же, я не уверена, что смогу прямо сейчас его простить и удивлялась, куда нас все завело.

— Мне нужно покормиться, — прошептала я. — А потом я оставлю тебя. — Я боролась со слезами, но они пролились, независимо от моих стараний их сдержать.

У Райдера дико задергался нерв на челюсти; метки пульсировали в совершенном темпе с ним. Я подошла к кровати, не обращая на него внимания. Медленно сняла футболку и бросила ее на пол, прежде чем расстегнуть джинсы и стянуть их.

— Ты не можешь остаться без кормильца, Синтия.

— С этим я разберусь, по крайней мере, это будет мой выбор. Мне нужно убраться от тебя. Нужно время, чтобы все обдумать.

— Что если я скажу нет? — спросил он, прищурившись и подойдя ближе.

— Тогда тебе не понравится, что произойдет. Я уже говорила, неоднократно, что я не питомец. Меня нельзя просто посадить на поводок, потому что хочешь меня удержать или потому что любишь держать меня в своей кровати. Мне нужно больше. Нужен кто-то, кому я могу доверять, и кто может доверять мне. Это не для нас. Мы не доверяем друг другу, и я твоя, пока ты не наиграешься со мной. Честно, я даже не представляю, почему позволила произойти этому в первый раз. Мне следовало быстрее убегать на той охоте и следовало быть умнее и отказать тебе.

Он зарычал, но не приблизился. Наоборот, он просеялся из комнаты, оставляя меня, затаившую дыхание.

Очевидно, от этого я потеряла самообладание, потому, что в момент, когда он ушел, мои ноги подкосились, и я разрыдалась. Райдер приказал Владу обратить Эдриана и не подумал о последствиях.

Я со злостью утерла глаза, когда спазмы от голода сжали мои внутренности, но вновь, попыталась отгородиться от этого.

Вот и разобрались со всем. Я глотала рыдания, когда Райдер просеялся обратно, посылая в спешке ветер по комнате. Он поднял меня с пола, прижал к груди и сел на кровать.

— Проклятье, Син. Так не должно быть. Тебе следовало бы думать, что я лучше, но я не перестаю думать о тебе. Я не приглашаю людей в свою постель. Ты была первой. Никогда не думал, что зайду так далеко; лишь думал о том, как затащить тебя в кровать. Я облажался. Только выиграл время, разлучив тебя с Эдрианом. Я мошенничал в свою пользу, чтобы мы смогли оказаться вместе. Я умнее и лучше человека; что предполагалось, произведёт на тебя впечатление. Но вместо этого, разрушило тебя. Я собирался порвать с тобой, когда Эдриан закончит изменения. Но вышло наоборот, я желал лишь большего, после того, как тебя заполучил. Я ненавижу то, что хочу тебя; то, что кто-то такой, как я мог стать одержимым такой, как ты. Ты была человеком, ведьмой и ниже меня. И мне бы не составило труда выкинуть тебя из своей головы. Вместо этого, ты пошатнула мои принципы и заставила нуждаться в тебе. Я ошибся, ожидая, что ты будешь реагировать, как фейри. В итоге из-за этого, ты возненавидела меня.

— Что еще ты сделал? — спросила я, поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Я сделал так, чтобы Олден прислал именно тебя. Я знал, что Арианна не Светлая Наследница, но просил его о приманки, чтобы сблизиться с тобой. Я просил лучшую, потому что знал, что он выберет тебя. Мои люди наблюдали за тобой и Адамом с момента, когда вы убрались из башни, но ты достаточно умна, чтобы понять это. Я смотрел тебе в глаза, когда ты сказала ему про отмену задания. Ты уже знала, что у меня твоя команда, но не позволила этому прийти на ум. Я видел, как ты спала в своей спальне. Видел, как ты ублажала свои потребности, прикасаясь к себе, не позволяя другому сделать это, потому что твое сердце все еще было разбито; и это сотворил я.

— Защита в моей комнате, — произнесла я. Он наблюдал за мной в моей комнате. Сколько раз это было? Меня нервирует, что он так запросто мог забраться внутрь, и все это время я не имела представления об опасности.

— Я изменил ее, чтобы она представляла меня, как исключение, а не угрозу. Я — фейри. Твои чары для меня, как детская шалость и ими легко управлять.

— Ларисса?

— Я никак к этому не причастен. Мне нравилась Ларисса. Я уже видел твои страдания и никогда не хотел бы быть причастен к этому. Вот что я имел в виду, говоря, что ты под моей защитой. Я не уйду лишь потому, что ты хочешь покинуть меня.

Райдер стер слезы с моих щек, и я не противилась этому. Я глубоко вздохнула и медленно и ровно выдохнула.

Он прав; я собираюсь уйти. Покину этот мир и вернусь в свой, так или иначе. Мне нужно время подумать, и всё переварить.

Райдер слишком многое совершил; он отдал приказ на то, что никогда не исправит. Не совсем уверена, что это можно простить.

— Что-то еще? — спросила я, страшась ответа.

— Разве этого не достаточно? — ответил он, вытирая очередную слезу.

Я покачала головой, не потому что не достаточно, потому, что этого слишком много. Он совершил предостаточно, чтобы я оказалась здесь, в его руках.

В его мире, именно так и завоевывают женщин, в то время, как в моем, от этого с воплями убегают за тридевять земель. Я ударила его в плечо, Райдер зарычал, но позволил это.

— Что по поводу твоего отношения ко мне, Райдер? Ты ненавидел меня так же, как и я тебя.

— Я наказывал тебя, потому что желал. Я никогда не хотел чего-то, что не мог иметь. Ты — первая женщина, отказавшая мне, Синтия. Ты произносила мое имя своим чертовски сексуальным ртом и все, чего я хотел заткнуть его поцелуем. Я ненавижу то, что ты забралась мне под кожу, куда никто еще не забирался.

— Ты солгал. Ты фейри и ты солгал мне. Сказав, что не знал жив ли он, — произнесла я, пытаясь вырваться из его рук и встать рядом с кроватью.

— Я не лгал, это игра слов, Синтия. Эдриан не мертв. Он — нежить. Он получил то, что хотел, сейчас у него больше сил. И он больше не сожалеет о своем превращении. В итоге, получив то, чего хотел и страстно желал. Выходит, силы он желал больше, чем тебя. Ты закончила тем, что оказалась единственной жертвой в том, как все обернулось, а я не смог предвидеть такую вероятность. Я не ожидал, что ты сломаешься и прошу прощения за свое участие в этом. фейри не огорчаются как люди, и я не знал, как реагировать на то, что сделал. Ты сломалась, и я хотел забрать тебя и собрать воедино. В итоге, я видел, как ты сделала это сама, что привлекло меня к тебе больше, чем я ожидал.

— Так сколько именно времени ты следил за мной, Райдер? — задала я вопрос, прищурившись и сев рядом с ним.

— С тех пор, как Мари несколько лет назад прислала мне письмо. Тогда ты была юной и выглядела, как обычные люди. Я видел, как ты тренировалась, как взрослела и становилась женщиной. Только когда я увидел тебя в объятьях Эдриана, понял, что хочу узнать каково это ощущать тебя в своих объятиях. Тогда я понял, что это стало больше, чем просто извращенное, увлечение. Ты хотела знать мои секреты, Синтия, а я предупреждал, что мое прошлое отвратительно. Говорил, что ты возненавидишь меня, когда все узнаешь.

Говорил. Предупреждал меня. Хотя, я не ненавижу его. Не могу поверить тому, через что он прошел, чтобы завладеть мной, но в тоже время, я не могу наложить на него ту же ответственность, которую могу наложить на человека. Он не человек и каждый предупреждал меня не думать о нем, как о таковом. Он пересек черту, ту, за которую, я не уверена, что он мог вернуться.

— Райдер, я не ненавижу тебя, но то, что ты совершил… не уверена, что могу простить сейчас, или когда-нибудь. Мне нужно время вдали от тебя, чтобы все обдумать. На протяжении всего времени, ты на самом деле хотел меня или я всего лишь способ скоротать время?

— Как предполагалось, ты не должна была стать чем-то большим. С нашего первого танца, я знал, что ты в моей голове. Держать тебя в своих объятьях, смотреть на твою улыбку, это привело в движение то, что, как я думал, никогда не возможно оживить. Как только я узнал тебя лучше, понял, стоит тебе понять, что я натворил, это приведет к концу наших отношений. Я не хотел, чтобы ты так все узнала. Ты заслуживаешь того, кто может осуществить твои желания. Того, кто был бы тем, кого ты хотела. Хотя в этом и проблема, потому что, честно, я не уверен, что смогу отпустить тебя.

— Больше, это не твой выбор. Я возвращаюсь домой без тебя Райдер, контракт аннулирован. Я буду кормиться от тебя, чтобы показать, что могу, а затем я уйду отсюда. И мне необходимо знать, что ты оставишь меня, когда я уйду.

— Это небезопасно, — возразил он.

— Теперь, это моя проблема. Я прошла Переход. Могу просеиваться, и даже если я приземляюсь подле твоих ног, все-таки я просеиваюсь. У тебя есть одна ночь со мной. Это все, что я могу дать. Это меньшее, чем ты заслуживаешь, но нам обоим нужно кормиться. Я выучила урок. Я начну искать того, кто станет моей едой, когда доберусь до дома.

Райдер до хруста сжал челюсть, но, молча, кивнул, прежде, чем сжать руки у моей кожи. Я могла слышать его дыхание, когда глубокий рокот раздался в его груди.

— Хорошо, если ты этого хочешь.

— Хочу, Райдер. Мне нужно побыть одной, чтобы подумать.

— Тебе нужно кормиться, а потом, когда станет безопасно, я отвезу тебя домой.

Я обернулась, чтобы посмотреть на него, действительно посмотреть. Вот оно прекрасное, смертоносное существо, которое делало то, что его культура считала правильным, лишь для того, чтобы он мог мной владеть.

Он делал то, чему его обучали с рождения и поплатился за это. Я могу кормиться от него, потому что по правде говоря, никогда не испытывала сексуального или физического влечения к другому мужчине или существу.

— Хорошо, — сказала я, протягивая руку, чтобы снять бюстгальтер, понимая, что большее время этого разговора была не до конца обнаженной.

Магия Райдера пронеслась по комнате, и мы тут же оказались полностью обнажены.

Я позволила взгляду скользнуть по его мужественно красивому телу, запоминая каждую деталь, на случай, если никогда больше его не увижу.

Рокот, зародившийся в его груди, усилился, когда Райдер притянул меня ближе. Его прикосновения были нежными, но я могла ощущать, как его крайняя необходимость в кормлении была подстать моей.

Он привлёк меня ближе и завладел моим ртом. Я отдаю себя ему на эту ночь. Сегодня, я его. Завтра, уйду с его помощью или без.

Он толкнул меня на кровать и вновь на мою кожу обрушился волшебный шквал поцелуев. Комната была наполнена магией Райдера, сильнее, чем в людском мире.

Здесь запах Райдера становился диким, примитивным, темным и чувственным, как и существо, от которого он исходил.

Райдер разорвал поцелуй и прошептал что-то на непонятном языке, его взгляд следил за моей реакцией.

Голос звучал мягко и ласково. Я задумалась, была ли это нежность или что-то, чего стоит опасаться.

Я знала, он не поставит метку вновь, как сделал в последний раз, когда говорил на этом языке.

На этот раз, я не чувствовала связи слов, а когда рука Райдера опустилась и погладила мое обнаженное естество, сдалась и отдалась на волю ощущениям. Это последний раз, когда мы так проводим время.

Он раскрыл свои секреты, и они оказались такими, как он и предупреждал — слишком тяжелые, чтобы исправить. Но я не ненавидела его. Я ненавидела то, чем он был, чем я стала.

Это нельзя исправить словами или сексом. Мне необходимо время, чтобы пережить это.

Я застонала от возбуждения, пока Райдер продолжал медленно, неторопливо прикасаться ко мне, будто у нас есть все время мира.

Время замедлилось для нас. Я наклонилась и обхватила его член, поглаживая бархатистую мягкость своей рукой.

Райдер тяжело дышал от моих прикосновений и двигал бёдрами, чтобы доставить себе большее удовольствия.

Мы ничего не говорили, просто доставляли друг другу удовольствие, пока все не зашло далеко, и Райдер взял все под свой контроль.

Его рот нашёл мой, пока рука продолжала поглаживать мою чувствительную плоть.

Райдер толкнул меня на кровать, легко прижав. Грустно улыбнувшись, он раздвинул мои ноги и стремительно вошел в меня.

Он двигался быстро и жестко, пока мы оба не взорвались и кормились друг от друга во время оргазма.

Райдер отстранился и взгляд его янтарных глаз встретился с моим. Продолжая двигаться в моем шелковистом лоне, Райдер нашёл идеальный темп и придерживался его. Я изо всех сил пыталась заставить его двигаться быстрее, но он намеренно в этот раз двигался медленно и нежно.

Мое сердце сжалось вместе с мышцами, сжимавшими его член. Райдер наклонился и облизал твёрдую вершинку моего соска, затем другую. Когда он поднял голову, его глаза стали цвета обсидиана, будто что-то еще боролось в нём за контроль.

Я почувствовала, как мое сердце ускорило ритм, когда лицо Райдера изменилось, и он стал прекраснее, чем прежде.

Золотые огни сверкали в обсидиане его глаз как звезды, а комната вибрировала от силы, которая заставила волосы на моих руках встать дыбом. Это примитивная, яркая и смертоносная сила.

Вместо ощущения, будто стоишь рядом с линией электропередач, появилось ощущение, будто я оказалась посреди электростанции; что-то имеющее примитивную силу беспрепятственно бушевало в Райдере.

— Ты — моя, — произнес он многогранным голосом, его тело задвигалось быстрее, пока я только могла держаться за него, в то время, как он вбивался в меня, пока не кончил.

Увлечённая его оргазмом, я стонала от удовольствия, смешанного со страхом, пока Райдер мощно кончал в меня. Я трепетала изнутри и не была уверена, что не свечусь от этого. А когда подумала, что все кончено, Райдер перевернул меня на живот и вновь проник в меня сзади.

— Райдер, — простонала я, но он не обратил на это внимания и вошел в меня еще раз, заставляя слова замереть на языке. Руками я смяла шелковые простыни, пока звук встречающейся плоти в похотливом танце наполнял комнату. Я кончила, но Райдер продолжал трахать меня до тех пор, пока, следующие один за другим оргазмы не подвели меня к краю здравомыслия и оставили там.

Едва придя в себя, я почувствовала, как зубы Райдера впились в мою плоть и потянули кровь из артерии, в то же время, его член продолжал двигаться во мне.

Звук посасывания и чего-то еще мерцал в моем разуме, будто я знала, что это, но не могла сообразить или порядком обдумать, чтобы понять, что же это.

Я слышала спор и плотский рык в сочетании с голосом Райдера, вновь произносящим слова на странном языке.

Для моего неясного сознания, это было похоже, будто Райдер боролся с кем-то за контроль. Затем все потускнело, и тьма поглотила мой разум.

Глава 16[21]

Я проснулась, почувствовав чей-то взгляд. Открыв глаза, я обнаружила, изучающие моё лицо, серебристые глаза Влада. Вампир бил меня по щекам. Я попыталась открыть рот и попросить его остановиться, но во рту все пересохло и язык ни на что не годился. Я зажмурилась и ударила Влада. Он улыбнулся, а я впилась в него свирепым взглядом. Почему, дьявол разбери, он бил меня по лицу?

— С ней все будет хорошо. Просто нужно отдохнуть, — произнес Влад, вставая в полный рост. Его взгляд был нежен, но в нем читалась холодность, которой не было раньше.

Я попыталась полностью сфокусировать взгляд, но когда мне это удалось, пожалела об этом. Лучше бы все плыло перед глазами. В комнате стояли Дристан, Ристан и Влад. На мне надета темно-синяя шёлковая ночная рубашка. И я изо всех сил старалась вспомнить, что произошло прошлой ночью между мной и Райдером.

— Что случилось? Почему вы здесь? — полюбопытствовала я. Обычно, если они все собирались в одном помещении, значит что-то произошло. — Где Райдер?

— Что ты помнишь? — спросил Влад, внимательно меня разглядывая.

— Ссору, — ответила я, вспоминая, как мы ссорились из-за его деяний.

— Это все? — продолжил допрос Влад, а я углубилась в чертоги разума.

— Нет, — призналась я и сильно покраснела. Я занималась сексом с Райдером. И осознала, что больше не испытываю голода. Впервые после Перехода, я ощущала себя действительно сытой. — Я не ранила его? — спросила я, борясь с туманом в голове. Шея болела, но ощупав ее рукой, с ней все оказалось в порядке. Он укусил меня! Всплыло в памяти. Пока Райдер находился во мне, он пил мою кровь. Святое дерьмо, Райдер — вампир! — Райдер вампир? — недоверчиво спросила я.

— Ты так думаешь? — со смехом спросил Влад, садясь в кресло, которое я не сразу заметила.

— Он меня укусил. Что еще должна я думать? — возразила я.

— Райдер не вампир, — ответил Дристан, переводя взгляд своих зелено-лаймовых глаз на меня. Впервые, я заметила, что у Дристана нет черных кругов на двухцветной радужке глаз. Не уверена, было ли тому виной мое новое зрение фейри или это из-за нахождения в Царстве фейри. Полная форма фейри у Дристана уж больно хороша на вид. Даже Влад и Ристан, здесь в Царстве фейри, выглядели потрясающе великолепно.

— Он не Вампир. И что, он просто связывается с людьми и кусает их, когда… ну ты понимаешь?

— Нет, поясни пожалуйста, Цветочек, — широко улыбаясь произнес Ристан.

— Пофантазируй, — сказала я, ненавидя, что покраснела еще больше.

— Тебе идет красный, — сквозь смех произнес Ристан.

— Пошел ты, демон, — съязвила я.

— Только с твоей помощью, — парировал он.

— Детишки, вы закончили? — произнес Влад. — Син, что еще ты помнишь?

— Помню, как спорила с ним. Спорили по поводу того, что он приказал тебе на самом деле изменить Эдриана, — я осуждающе посмотрела на Влада и села. — Помню спорили из-за того, что он думает будто может владеть мной.

— Ты бросила ему вызов, — произнес Влад.

— Нет. Я сказала Райдеру, что ему не принадлежу, а он назвал меня питомцем! Я не собака, а он превратил моего парня в вампира, чтобы забраться ко мне в постель!

Никто из них даже не моргнул. Не было шокированного выражения или полнейшего ужаса на их лицах. Лишь трое мужчин, ожидавших подвоха. Я потерла лицо руками. Я ждала, по крайней мере, от Влада понимания моего расстройства, потому что он большую часть жизни провел с людьми — но не тут-то было.

— И?

И вот так. На их лицах появилось приказное выражение. Я зарычала и помотала головой.

— И ничего! Мне нужно сбежать от него. Он делал то, чего я не могу понять, а тем более перебороть. Мне необходимо отправиться домой и подумать, без Райдера, заставляющего меня хотеть его! С ним не возможно находится рядом, ведь каждый раз, когда я с ним, то перестаю думать головой, а начинаю — вагиджей!

— Вагиджа? — переспросил Влад, когда Ристан вновь расхохотался, а Дристан закашлялся.

— Да. Он весь такой высокий, темный и смертоносный, что мой разум делает из меня нимфоманку. Знаю, мне необходимо кормиться, но если я не уйду от него, то сойду с ума. Мне нужно пространство. Просто подумать.

— Нет, вернемся к вагиджи. Хочу знать, почему ты называешь вагину, вагиджи… не экономь на деталях, — произнес Ристан сквозь смех.

— Блин… есть причина, по которой вы, трое подпевали здесь, или вы просто так решили свести меня с ума? Где Райдер?

— Проверяет твой дом, — спокойно произнес Влад, пока Ристан продолжал улыбаться.

— Ты реально сказала Райдеру, что уходишь от него? — спросил Дристан.

— Да, я сказала неандертальцу, что ухожу. Он обратил моего парня… точнее бывшего, не важно… в вампира просто, чтобы забраться ко мне в трусики. Может вы и думаете, что это нормально, но только не я. Ты продолжаешь уговаривать меня дать ему шанс, потому что он не человек, но ты упускаешь тот факт, что меня вырастили люди. То, что хорошо для вас парни, не всегда то же самое для меня. Я не стала вышвыривать задницу Клер только чтобы подобраться к Райдеру, и не стала ее ни во что превращать. О-о, не говоря уже о том, что я узнала, как он годами меня преследовал, наблюдал за мной в моей спальне, и видел такие вещи, какие никто, повторяю никто, никогда не видел! Именно с Клер я застала Райдера, после того как станцевала на его коленях. Он имел ее, на письменном столе в своем кабинете и это было познавательно, мягко говоря.

— Ты была одета? — спросил Ристан и его похожие на драгоценности глаза наполнились жаром.

— Смотри мне в глаза, приятель. И, разве это имеет значение? — ответила я, поднимая средний палец на уровне груди, где сейчас рыскали его глаза.

— Пожалуйста, расскажи мне, что ты делала в своей спальне, — шелковистым голосом промурлыкал Ристан.

— Я предпочитаю ниже, — шаловливо улыбаясь, сказал Дристан, продолжая свой собственный разговор.

— Присоединяюсь к Ристану. Я хочу узнать, что же Райдер видел, а точнее, что же ты делала, — сказал Влад и улыбнулся так широко, что показал свои клыки.

— Предпочитаю уйти домой, — возразила я.

— Тебе придется обсудить это с Райдером, когда он вернется, — ответил Влад и в глазах его больше не было напряжения.

— Я пленница? — спросила я, сощурив на него глаза.

— Нет, Синтия. Ты гостья. Те люди, что пришли через лей-линию, хотели убить тебя. Он не позволит тебе вернуться, пока не будет уверен, что ты в безопасности. Не будь из этих девчонок, ты умнее. Ты такая же сорвиголова, как и он. Лучше позволь ему убедиться, что там безопасно.

— Каких девчонок? — спросила я, обидевшись, хотя и не понимала почему.

— Тех, что бегут домой в слезах и умирают.

— О-о. — Ну да, это было бы ужасно.

— Цветочек, ты расстроена. Мы видим, многое, но он сделал то, что любой из нас сделал бы. Хотя, в то же время, ты имеешь право расстраиваться. Просто дай нам убедиться, что о тебе позаботятся и что безопасно вернуться домой, до того, как сбежишь.

Я кивнула.

— Как там раненые?

— Кормятся, — лукаво проговорил Ристан. — Они не жалуются, Цветочек. Никто не пострадал настолько, чтобы потребовалось больше, чем хорошенькая порция кормления и немного воздуха Царства фейри для исцеления. Мы все привязались к тебе, так что никто не злится на тебя за произошедшее. Мы могли бы просеяться и завершить битву до ее начала, но опять же, потеряли бы возможность узнать больше про этих фейри, желающих твоей смерти. Ты, как младенец в нашем мире, еще учишься. На что требуется время, и мы уважаем это. Сделай то же самое для Райдера, — сказал Ристан, в этот раз серьезным тоном.

— Уже даже не знаю, хочу ли я его или хочу держаться за него, когда все переворачивается с ног на голову. Так не справедливо по отношению к нему, Ристан. Я рассказала, что услышала их разговор с Адамом. Он не хочет от меня большего, чем у нас есть сейчас. Это не для меня. Я не кочую от одного мужика к другому. Будет лучше, сейчас уйти. Нам трудно вместе; большее время мы спорим. Я даже не уверена, что мы нравимся друг другу, все идет одно за другим со смерти Лариссы. С ним у меня не будет долго и счастливо. И Райдер говорил это с самого начала. В сказках полно дерьма, насколько я могу судить. Не бывает счастливых концов. Теперь я это поняла. Мне лишь нужно вернуться домой и решить, что дальше.

— Добро пожаловать в клуб, Синтия. Жизнь далеко не сказка, — произнес Влад с отсутствующим взглядом в глазах.

Мне захотелось узнать его прошлое. В смысле, кто может узнать настоящее о прошлом Дракулы? Мне нужно вернуться домой и собрать мысли воедино, чтобы всё понять. Я все еще шокирована и обдумывать произошедшее в этом месте, не вариант.

— Так, ты не помнишь ничего, кроме его укуса? — спросил Дристан.

— Нет, лишь то, что он слетел с катушек и укусил меня. Опять же, я должна помнить что-то еще? — спросила я вновь.

— Нет, — ответил Влад с лёгкой улыбкой на губах. — Попытайся немного отдохнуть. Райдер скоро вернется, чтобы поговорить с тобой о возвращении домой.

Здорово! А большего и надо… приходит Райдер, и мы набрасываемся друг на друга, подобно кроликам, которыми становимся каждый раз, когда оказываемся рядом с кроватью. Будто мои трусики имели собственный разум, порабощённый Райдером — они просто соскальзывали… или растворялись по его прихоти. Я была умной женщиной, до встречи с Райдером. С момента нашей встречи, я перестала что-либо обдумывать. Начала совершать глупости, ошибки, например, подписала контракт, не прочитав его. Обычно, я не такая. Я — плохая ведьма, выполняющая приказы и защищавшая людей. Поступки имели какой-то смысл, а теперь я понятия не имела, с чего даже начинать восстановление своей жизни.

— Цветочек, нам надо поговорить, — сказал Ристан, садясь на кровать поближе ко мне.

— Уходи, Ристан. Не хочу больше об этом говорить, — ответила я.

— Ты расскажешь ему, что чувствуешь по поводу поступка с Эдрианом? — продолжил расспрашивать Ристан.

— Да, но в его голове, это правильно, и я его понимаю. Больно осознавать, что он делает что-то ради меня, моему же другу. Райдер выслеживал меня, Ристан, хотя я уверена, что могу на это забить, но сомневаюсь смогу ли простить то, что он сотворил с Эдрианом. Я лишь хочу вернуться домой и начать жить. Мне нужно время зализать раны.

— А ты сможешь?

— Смогу что?

— Сможешь ли вернуться к прежней жизни теперь, когда ты — фейри, и сможешь так легко забыть Райдера? Если это из-за того, что он использовал тебя, ты не стала бы так расстраиваться. Это — потому что у тебя есть чувства к Райдеру, и они всегда берут верх над твоим разумом.

— Прямо сейчас, я не испытываю ничего, кроме гнева и недоверия.

— Обманщица. Ты расстроена, думая, что Райдер причинил боль тому, кого ты любила. Потому, что чувствуешь что-то к этому фейри, и тебя бесит то, что даже после того, как узнала о его деяниях, все еще хочешь Райдера. Его не легко любить, Цветочек, придётся побороться за него, если хочешь быть с ним. Райдер — хороший человек, упрямый и очень дисциплинированный, да, знает, чего хочет и добивается этого, наплевав на цену. Ты применяешь к нему человеческие мерки, когда он не человек. Он тот, кем должен быть.

— Очередная вселяющая бодрость духа речь? Я уже говорила, мне нужно время. Если Райдер не может мне этого дать, он не таков, каким ты его считаешь. То, что он сделал — это чересчур и неуместно, Ристан! Ему не следовало так поступать, точка.

— Ты упускаешь суть. Чёрт, ты такая же упрямая, как Райдер. Сейчас происходит нечто важное, Син; важнее, чем вы оба. К особняку, вместе с фейри ты привлекла и магов, они были готовы к войне — мы нет. Райдер мог бы обвинить тебя, но не сделал этого. Он защищал тебя, ища ответы, хотя мог погибнуть. Райдер заботился о твоей безопасности. Послал нас защищать тебя, оставшись по сути без своего главного телохранителя, чтобы ты была в безопасности, — Ристан замолчал и, приподняв пальцами мой подбородок, посмотрел мне в глаза. — Думаю, ты связана с его судьбой, вот почему ты мое слепое пятно. Я не встречал никого, чье будущее не мог бы видеть, Син — пока не встретил тебя и Адама, — он прищурил свои серебристо-черные глаза и покачал головой. — Скажи ему, Син. Расскажи о своих чувствах.

Вскоре Ристан ушел, а я вновь и вновь прокручивала в голове его слова. Я смотрела на медленно тикающие часы, лежа в постели и думая, где Райдер и все ли с ним хорошо.

Время тянулось бесконечно долго, пока в комнате не появился Адам, излучавший гнев.

— Идём, Син. Поторопись.

Это как раз были те слова, чтобы я встала и схватила его за руку.

— Следуй за мной, — сказал он, потянул меня за собой из комнаты и повёл по извилистому коридору. Мы остановились возле лестницы, ведущей к великолепнейшему двору со множеством деревьев, цветов и фонтанов, при виде которых многие красивые парки сгорели бы со стыда. — Это всё его, Син, все они. Райдер владеет каждой из них, — мой мозг, наконец пришел в себя, поняв смысл гневных слов Адама.

Я чуть не зарыдала, но смогла сдержать слёзы, когда увидела всех этих женщин во дворе, одетых в не более чем шелка. У Райдера целый гарем женщин для удовольствия и кормления. Они все прекрасные фейри. Для чего ему нужна была я? У него столько женщин, что я не смогла сосчитать всех.

— Они все принадлежат Райдеру? — проскрипела я из-за, сдавливающих горло, слез.

— Да. Некоторыми пользуются гости, его люди, а остальные неприкасаемые, только для него, когда он бывает здесь.

— Адам, отведи меня домой, — задыхаясь, прошептала я.

— Я не могу пойти с тобой, Син. У меня контракт. Единственное место куда я могу пойти, это дом моего отца.

— Тебе ничего не будет, если ты поможешь мне выбраться отсюда? — спросила я, не желая, чтобы Адам влип в неприятности, помогая мне.

— Со мной все будет хорошо. А с тобой?

— Просто забери меня домой, Адам, пожалуйста.

— Пойдем. Я немного исследовал это место, пока был тут. Большая часть его защищена и закрыта от меня, так что я немногое увидел. Но нашел портал, который уверен, мы не должны были найти. Это место подобно лабиринту, чтобы люди затерялись в нем. Я могу отправить тебя домой через него. Мне нужно знать, что с тобой все будет хорошо, Син. Как друг, переживающий тоже, что и ты, я беспокоюсь за тебя.

— Да, у тебя тоже есть фейри, превративший бывшего парня в вампира и наблюдавший за пикантными подробностями, происходящими в спальне? — пошутила я, заставив Адама рассмеяться. Этого я и добивалась, хотя сердце разрывалось.

Внутренний дворик Райдера битком набит прекрасными фейри — на какой хрен он хотел меня? Я почувствовала, как сердце разбилось у моих ног, и я перешагнула через осколки, входя в портал, ведущий домой, без моего Темного Принца и его тайн.

Глава 17[22]

Прошло шесть дней с моего ухода от Райдера и Царства фейри. И даже после того, как я кинула его, мне до сих пор чудилось, что Райдер рядом. Ночью, когда я спала, могла ощущать его запах, и чувствовать, как Райдер обнимает меня. Мне снилось, что он наблюдает, как я сплю. И даже если он ничего не делал в моих снах, его присутствие было странно успокаивающим.

Так не должно быть. После всего, что совершил этот фейри, мне стоит ненавидеть его. Проблема в том, что я плохо знакома с этой новой жизнью и все еще определенным образом связана контрактом, так как не могла просеиваться. Слишком много всего чтобы принять; Райдер наблюдал за мной и Эдрианом, чтобы я принадлежала ему, отдал приказ превратить моего парня в вампира. Я даже не уверена, что все это уже осознала. Не уверена, что хуже: то, что Райдер наблюдал за мной в спальне, а я об этом не знала или то, что он признал это.

Мари привлекла его внимание ко мне, но зачем? Что она знала? Меня бесило, что найденные ответы, порождали больше вопросов. Что еще хуже, они обычно приводили к мертвым, которые не могли ответить.

На протяжении всей моей жизни, ответы знали лишь покойники, не способные говорить.

Я целое утро разгребала коробки, пытаясь найти хоть что-то, что могло вывести меня к биологическим родителям. Моя мать идеально умела хранить записи. Она сохраняла подробные записи обо всём, за исключением меня. К полудню я сдалась и начала паковать все обратно.

Я пробовала есть, как раньше до Перехода, поскольку Райдер и его люди заверяли, что я это могу. Но быстро махнула на все рукой и развернула успокоительное в виде шоколада, затем мороженного. В результате, сидя за столом, я ругалась на бесполезные калории, которые меня не насытили. Поэтому муки голода начали грызть меня, как бесконтрольный, лесной пожар. По крайней мере, у меня есть несколько дней передышки прежде, чем голод вновь одолеет.

Я погрязла в очень пагубной рутине. Я взглянула на свое отражение. Абсолютное напоминание, что больше не являюсь человеком и что не могу больше действовать как люди.

Еще я заметила, что у меня есть какое-то свечение, как у Светлых фейри. То ли я наполовину Светлая, наполовину Кровавая фейри, то ли это просто чернила, которые Олден наносил на мое тело в Гильдии. И эти чернила каким-то образом попала в мои метки во время Перехода? Такие мелочи о моем происхождении поглощали мой разум, а я этого не хотела. И еще был Райдер. Он занимал все мои мысли двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю или около того. Я знала, что вскоре это не изменится. На самом деле я фактически скучала по пещерному человеку!

Я могла бы стать ходячей рекламой наркотиков. Скорее даже не их, а рекламой услуг фейри. Вот ваш мозг до знакомства с фейри… а я — это мозг, после того, как фейри позабавятся с вами.

Я двигалась, пытаясь жить, но Райдер был прав — это не жизнь. Я делала то, что, как думала, должна была делать. Я чертовски хорошо умею притворяться счастливой, когда, по правде говоря, это не так.

Мне грех жаловаться. У меня потрясающие друзья. Я любима. Даже при том, что Ларисса была строга со мной и утаивала кое-что, я знала в конце концов, это для моего же блага. Я не могла вернуться к тому, что знала всю свою жизнь. Не представляла, что мне делать без Райдера. Я была жалкой и скучала по нему.

Я нуждалась в нем и это бесконечно меня злило. Мне следует ненавидеть его. Дьявол, у меня предостаточно причин для ненависти. Но я чувствовала себя бесконечно одинокой. Я дважды ходила на кладбище, чтобы потанцевать с мертвыми. Раньше это успокаивало, теперь стало лишь напоминанием, насколько я одинока.

Я была на кухне, когда появился Олден. Он бессчетное количество раз звонил, пытаясь выяснить почему я одна дома, будто меня здесь больше и не должно быть.

Улыбнувшись, я поставила чашку кофе и выгнула бровь.

— Пришел убедиться, что я все еще жива? — спросила я, вставая и направляясь налить ему кофе.

— Ты перестала отвечать на звонки, — объяснился он.

— Да, но лишь потому, что фраза «ты ешь людей» должна была рано или поздно всплыть в разговоре. Мой ответ нет, я еще не внесла в меню человека.

Он фыркнул и покачал головой.

— Райдер говорил…

— Заткнись! — закричала я и со стуком поставила кружку на стол. — Мы не произносим этого имени в моём доме. И не смотри на меня так! Будто я сумасшедшая, — рявкнула я, когда Олден прищурился. — Если станет совсем плохо, я прострелю себе башку и просто очнусь на следующий день.

— Уверена, что способна на это? — спросил он, внимательно смотря на меня.

— Олден, я буду вынуждена. Я не стану кормиться от людей. Это довольно трудно, когда всю жизнь, я училась защищать их от таких монстров, как… я, — с отвращением я сморщила лицо, будто эти слова были мерзкими для языка и рассмеялась, даже не найдя ничего в них смешного.

— Синтия, ты не монстр. Мне нужно поговорить с тобой кое о чём, но не с летай с катушек от этого.

— Ты знал, что Райдер приказал обратить Эдриана и знал, что тот еще жив, — предположила я, надеясь, что Олден это опровергнет. И понимая, что он этого не сделает. По прошествии последних дней, я начала складывать все воедино. Проблема в том, что правильно расставив кусочки головоломки, необходимо было найти недостающие части для завершения.

— Подозревал. После того случая, я сказал твоей команде отчитываться передо мной, чтобы обеспечить безопасность. Знал, что кто-то преследует тебя, но никак не мог понять, почему следят именно за тобой. Ты была простым наемником и не обладала реальной властью в Гильдии. Те, кто стремился отомстить, искал бы меня или кого-то вышестоящего в организации. Такие не должны следовать за тем, кто просто исполняет приказы; они идут за теми, на кого их направили. У меня была другая команда, которая следили за вами, чтобы увидеть преследователей. Спустя какое-то время, мне пришлось их отозвать или рискнуть, чтобы кто-то свыше начал сомневаться в моих намерениях.

Я уставилась на него. И какой же из меня охринительный наемник? Я даже не заметила, следующих за мной, двух хвостов! Покачав головой, я села напротив него.

— Зачем? Зачем рисковать другой командой, Олден? В контрактах Гильдии говориться, если мы ставим их под угрозу, то по-тихому исчезаем. Если бы я была в опасности или кто-то выслеживал меня, я должна была сама с ними разобраться.

— Потому что я тебя вырастил. Черт, ты — моя единственная семья. Для меня ты, как дочь, веришь ты в это или нет, и я не собираюсь тебя терять. Я делал свою работу, защищая тебя от бед, как и любой, родитель. Хотя не думал, что в итоге это приведет к такому бардаку. Я знал, что ты особенная и действия Мари подтвердили это. Она все время была рядом с тобой и Адамом. Я никогда не задумывался над этим, пока не убили Эдриана. Мы знали, что кто-то следил за твоим ковеном до этого, но кто бы то ни был, они умны и их невозможно было найти. Только когда убили Мари, я действительно начал переживать.

— Убили радикалы, — добавила я, смотря на него. Олден выглядел уставшим и потрепанным. Для него это нехарактерно и я поняла, что он собирается рассказать мне больше, что вряд ли мне понравится.

— Нет, так тебе сказали. Ее убили в катакомбах под Гильдией. Никаких следов, никаких признаков борьбы. Будто она просто села и умерла, но в нашей работе мы никогда ничего не принимаем за чистую монету.

— Магия? Были ли признаки остаточной магии поблизости? Это был один из нас? — спросила я, когда сердце екнуло в груди. Я была в тех катакомбах. В лучшем случае, это тесное пространство. Там слишком мало место для использования заклинания, не говоря уже о том, чтобы скрыть следы.

— Ничего. В то время, у нас не было объяснений. Мы решили рассказать детям, что ее убили за пределами Гильдии для их же безопасности. Мы не могли допустить паники среди учеников из-за того, что кто-то убил высокопоставленного члена Гильдии внутри наших защищенных стен.

— Никакой магии или её следов. В этом нет смысла. Мари была здорова, Олден, весьма здоровой. Что показало вскрытие?

Олден кивнул, соглашаясь.

— Была здоровой и вскрытие это доказало.

— И тебе больше нечего мне рассказать, правда? — спросила я, отложив в голове информацию, чтобы потом, наедине с собой обдумать это. Олден хороший человек, но не мог сказать больше. Я достаточно умна, чтобы понять, что мне рассказали лишь основы. — Итак, вернемся к Эдриану. Ты знал, что за мной вероятно следил Райдер и все равно послал меня к нему, — я скрестила руки на груди и злобно посмотрела на Олдена.

— Синтия, когда Тёмный Принц фейри приглашает тебя в Темную Крепость, ты идешь. Он не хотел первого встречного и когда попросил лучшего наемника… ну, у меня было ощущение, что он имел отношение к письмам, которые Мари отправила по почте прямо перед своей смертью. Не я придумал послать тебя, но когда выслал запрос высшему руководству, они ответили, что у меня нет иного выбора. У меня не было особого выбора, так как новые старейшины заняли свои места за столом.

— Погоди-ка, так ты не давал согласие на мое участие?

— Нет, я думал, что это слишком рискованно. Ты набрала высший бал в магии и рукопашном бою, чем какая-либо ведьма на сегодняшний день. Отправить единственного, кто потенциально мог спасти того, кого мы послали было риском, который мы не должны были брать на себя. Если кто-то и мог вытащить тех, кого поймал бы Райдер, то это была бы ты и твоя команда. Я хотел послать команду Илея.

Я в замешательстве ущипнула себя за переносицу.

— Так они послали меня к Райдеру, несмотря на то, что ты им с самого начала сказал что это плохая идея? Что я единственная, кто может вытащить и спасти команду, которую могли поймать и они все равно послали меня… Будто жертвенного ягненка на резню ЗПФ, — так фейри называют людей, у которых отбирают душу и оставляют их бездумным куском мяса.

— А как ты думаешь, почему я там ждал? Мне сказали отойти в сторону и позволить всему идти своим чередом. Я не мог рисковать, только не тобой. Будучи посредником в сделке с Райдером, я попросил остаться на том этаже, где будет проходить испытание. Знал, что Чандра умрет потому, что это было очередное испытание старейшин для тебя. Я ей не доверял и с самого начала подозревал, что ее послали к нам, чтобы спровоцировать Гильдию. Я понимал, если она отвернется от тебя, ты без колебаний от нее избавишься. Я тебя обучал, Син. И кстати, сожалею о том, что ты взяла это на себя, когда я должен был об этом позаботиться. Синтия, у тебя жесткая броня, но со временем, заделывать трещины становиться тяжелее.

— Я ничего этого не знала, Олден. Думала, ты жаден до денег и злоупотреблял властью. Ты должен был доверять мне больше и рассказать обо всем с самого начала. Поступи ты так и я не оказалась бы в этом хаосе, — произнесла я и моргнула, осознав сказанное. — Я не это имела в виду! — я попыталась исправиться, но Олден улыбнулся и покачал головой.

— Твой язык теперь не может лгать, Синтия. Понимая, как это выглядит, я пришел сюда. Я наблюдал за своими коллегами, членами Гильдии некоторое время и не хотел говорить тебе что-либо или вовлекать во все это, пока не соберу достаточно доказательств. Мне нужно, чтобы ты заручилась словом Райдера, что лидеры Гильдии публично признали, чью сторону они принимают в этой войне между магами и фейри. Они пропагандировали, что маги — истинные предки друидов и активно выделяли тех, кто заводил дружбу с фейри для… «досрочного выхода на пенсию», — пояснил Олден, показывая пальцами в воздухе кавычки на последних словах.

— Хм, древние кельтские друиды, эти друиды? — спросила я, пытаясь остановить дрожь в коленях при упоминании магов.

— Они самые. Ты умница. Уверен ты уже просчитываешь и разбираешь возможные последствия.

— Да, Олден, я понимаю. Мы — долбаные маги.

Он кивнул и встал, чтобы уйти.

— Подожди! Как так? Ты просто сбросил на меня бомбу и уходишь? Что ты собираешься делать? Ты не можешь туда вернуться. Останься со мной, я могу обеспечить твою безопасность. Если маги внутри Гильдии, и они встанут против фейри, то ты в опасности. Позволь мне помочь.

— Синтия, кто-то должен остаться там, чтобы связаться с тобой позже.

— Это хрень и ты это понимаешь. Ты направляешься в логово врага. Это самоубийство.

— Синтия, мы те, кто убил Лариссу. Гильдия Сиэтла знала об этом, стоя рядом с нами у ее могилы. Не было никаких сообщений о пропавшей девушке, которая играла роль Арианны. Я задумался над этим, после ее разоблачения, случись такое, нам и другим Ковенам Гильдии сообщили бы. Ещё подумал, что пропади ты, я бы обыскал все до луны и обратно, чтобы тебя найти. Послал бы запрос на твои поиски во все ковены, в которые мог. Они даже не связывались с нами, не говоря уже о предупреждении, что существует проблема. Только когда пропали те, у кого были семьи, нам сообщили об этом. Нет, мне нужно остаться и убедиться, что такое не повториться. Не смогу жить, зная, что не сделал ничего, чтобы предотвратить случившиеся с теми девушкам, повторись такое. Это то, что я должен довести до конца прежде, чем уйду в «отставку».

— Олден, если понадоблюсь, я всегда здесь, — оцепенело произнесла я.

— Знаю, Синтия. Еще знаю, что они заставляли меня обучать некоторых из вас, как стать друидами. Я не знал этого тогда, но если дело дойдет до войны, ты и то, что осталось от твоего ковена обучены этому. Если до этого дойдёт дело, ты будешь бороться против Гильдии.

— Как такое возможно? Разве мы не знали этого? — стоило словам сорваться с языка, моя челюсть отвалилась и меня осенило. — …вот, дерьмо! — чернила.

— Я обучил тебя, Адама и Эдриана Темной магии. Я вводил чернила, чтобы магия внутри тебя становилась сильнее, активизировалась. Вам троим по силам помешать магам причинить вред невинным людям. К тому же ты знаешь, как работает и функционирует Гильдия. Я не могу позволить им причинять кому-либо вред или убивать. Не позволю такому случиться вновь.

— Значит… я фейри-друид? — я почти расхохоталась, но последствия этого прямо-таки не утешали.

— Технически ДНК фейри нейтрализует это. Чернила лишь усиливают, использованную тобой, магию. Прости, но ты все еще просто фейри. Мне нужно кое-что знать, поскольку ты теперь не можешь лгать. Ты когда-нибудь думала обо мне как об отце?

— В каком-то смысле, да, но в моем сердце всегда был мой отец и мама, твоя сестра. Я тебя люблю, Олден и ты сотворил меня той, кем я и являюсь… за исключением части фейри.

Я обдумывала это несколько мгновений, прокручивая информацию, которую Олден вывалил на меня. Если в Гильдию проникли маги и приказали Олдену отправить меня к Темному Принцу…

— Олден, учитывая мои прошлые происшествия с фейри, думаешь в Гильдии надеялись, что я возьмусь за задание и убью Райдера? — тихо задала я вопрос, боясь услышать ответ, который уже вертелся в моей голове.

Олден печально кивнул, подтверждая мои подозрения. Поэтому, в тот день, он был рядом, чтобы, при необходимости, спасти меня от себя самой.

— Думаешь, Гильдия убила Мари за общение с фейри?

Вновь кивок от Олдена. Да, суп из дерьма намешан и бурлил, уже почти готов к подаче на стол с хрустящими сухариками, как только суп закипит, все станет на самом деле хреново.

Он снова сел, и мы разговаривали на протяжении часа, обсуждая, что еще происходит внутри Гильдии. Олден многое объяснил, чего бы не стал делать при обычных обстоятельствах. Уходить Олдену было трудно, будто он чувствовал, что мы прощаемся последний раз.

Глава 18[23]

Спустя пять минут, после ухода Олдена, я все еще сидела за столом, не в состоянии заставить себя думать, о Гильдии — как о враге.

Как такое вообще возможно? Моя Гильдия, которую я обожаю, которая вырастила меня и привила мне веру, стала врагом. Они выбросили меня потому, что я фейри, и больше не была такой же как они.

Я по-прежнему ощущала потребность их защищать. И все еще не пришла в себя от словесных игр и обмана Райдера. Должно быть на моем лбу наклейка «место для свалки информации», которой предостаточно сегодня вывалили на меня.

Олден меня обучал уничтожать фейри, без моего ведома. Я посмотрела на телефон, лежащий на столе. Что черт возьми я должна сказать Райдеру?

«О, привет, кстати… я — враг! Или была таковой. О, и между прочим — Гильдия надеялась, что ты взбесишь меня и это приведет к твоей безвременной кончине от моих рук».

Ага, это похоже на грузовик Гоблинов в детском саду. Я смотрела на телефон и несколько раз проигрывала в уме разговор, и ни один вариант не заканчивался положительным результатом.

В конечном счете я взяла трубку, решив поскорее покончить с этим, но шум в гостиной резко остановил меня. Я мотнула головой и направилась туда, думая, что Олден должно быть что-то забыл и вернулся. И тогда я увидела его.

Он был именно таким, каким я запомнила. Высокий, достигая шести с чем-то футов, с длинными, блеклыми светлыми волосами и безжизненным взглядом черно-серых глаз. Он носил человеческую одежду, но в нем не было ни капли человеческого, чтобы приглушить страх перед тем, кем он был. Он являл собой холодность и все, что я ненавидела в фейри.

Он — стал причиной моей ненависти к фейри. Я шагнула назад, понимая, что он еще не заметил меня. Страх сдавил мое горло, не давая возможности говорить или закричать.

Наверно и к лучшему, учитывая, что в моей гостиной стоял лидер фейри, убивших моих родителей.

На нем был надет темно-кроваво-красный плащ, черная туника и штаны. Но фейри уже снял капюшон плаща прежде, чем я его обнаружила в доме.

Стоит напомнить, что он лучше выглядел в Дольче или Армани. Я посмотрела на свои защитные чары, понимая, что они не ослабли с его приходом.

Я встала так, чтобы наблюдать за ним еще мгновение. Он что-то искал, затем зарычав, подошел ближе к фото моей семьи.

Я едва сдержала шипение, когда он поднял его и небрежно бросил на пол. Я не могла прикоснуться к лей-линии, потому что таковой здесь не было.

Призвав свою магию я улыбнулась, когда она скользнула через сознание. Я хрустнула шеей, когда сильный разряд тока прошел через меня. Мне даже не приходилось думать об этом. Лишь мысль о том, что это мне нужно — и вот оно уже у меня в ладонях. Я потянула энергию и позволила вспыхнуть своим меткам.

Он посмотрел на меня своими безжизненными глазами, когда я пустила в него огромный шар бело-голубой энергии, но фейри оказался быстрее.

Энергетический шар попал в камин, разбивая его на кирпичи и бетон.

Ублюдок вовремя пригнулся от летящих обломков. Поднявшись, он быстро направился ко мне, но я готовилась к этому и запустила в него еще одну волну магии. И попала, отбросив его к стене. Я посылала один энергетический шар за другим.

Фейри зарычал и кинул в меня свой шар, но я легко увернулась и ударила в ответ. Кровь забрызгала стену за его спиной, но он не прекратил борьбу.

Я ощутила, что моя магия слабеет, и в то же время, какая-то сила внутри меня рвалась на свободу, будто что-то более сильное скрывалось во мне.

Я не показывала слабость, сохраняя энергетические шары в обеих ладонях и готовая позволить ему отстраниться от стены, в которую его впечатала.

— Тебе не следовало приходить сюда. Я прикончу тебя, ублюдок.

Фейри холодно улыбнулся и осмотрел меня с ног до головы, отчего у меня пополз холодный озноб по коже. Вытерев кровь со рта и сплюнув, фейри продолжил осматривать меня.

Я хотела бросить в него шар, вспомнив, что именно этим взглядом он смотрел на мою мать прежде, чем изнасиловать.

— Итак, мы наконец встретились, — прорычал он, и склонил голову, продолжая осматривать меня и призывая свою магию.

— Ты убил моих родителей. Я хочу знать, почему? — спросила я, не отводя от него взгляда и не отзывая магию с рук, с лёгкостью удерживая его на мушке.

— Они — расходный материал, — он пожал плечами, будто его поступок не имел значения. — Хотя твоя матушка была сладенькой, — он улыбнулся, но это была уловка. Я точно просчитала момент, когда он планировал напасть и просеялась, с легкостью избегая атаки, ошарашенная, что смогла проделать подобное. Он улыбнулся шире, обнажая идеально белые зубы с небольшими клыками, как и у меня. — Ты раскрыла свою сущность, — произнес он, подходя ближе.

— Почему они? — мне требовалось лишь это узнать прежде, чем я его убью.

— Потому что ты… — Его взгляд устремился куда-то за мое плечо, затем на полуслове он исчез.

Я повернула голову и встретилась со взглядом Райдера и его людьми, которые просеялись позади меня. Я не отпустила магию, не зная кому больше доверять.

Отступив, я повернулась к Райдеру, руки все еще пылали магией, когда-то я уже видела такое у Райдера; яркая, прекрасная и смертоносная магия. Моя магия.

— Син, отзови магию, — произнес Зарук, вставая между мной и Райдером, защищая его от меня, если понадобиться.

— Я не приглашала вас, — отрезала я, злясь, что они просеялись за момент до того, как я получила столь нужный мне ответ… находясь на миллиметр от него.

— Мне не нужно приглашение, — ответил Райдер, отодвигая Зарука со своего пути.

— Ты не имеешь права здесь находиться. Не после того, что натворил, — закипала я, но отозвала магию, поскольку она забирала много сил. Я не склонна к самоубийству. Райдер король подонков, а я, по сравнению с ним, пустое место.

— У меня есть право, если ты в беде, Синтия. Ты все еще под моей защитой.

— Думаю, что ты уже предостаточно сделал для моей защиты, Райдер. Помнится, мне причиняли боль больше, с тобой, чем без тебя. Если не ошибаюсь, твой заместитель ударил меня. Ты меня преследовал и убил моего парня, затем укусил меня… останови меня, если я на этом закончила.

Он лишь стоял и смотрел, без каких либо эмоций на его красивом лице. Мне хотелось кричать. Хотелось врезать ему, но в конце концов, просто его обнять.

И это бесило больше всего. В его глазах застыло предостережение, словно ему требовалась вся сила воли, чтобы устоять на месте.

— Тебе нужны новые защитные чары на стенах. Твои не защитят от него. Он тот, кто напал на твою мать, — тихо произнес Райдер и его взгляд смягчился.

— Изнасиловал маму, сделал из нее ЗПФ, говори как есть. — Я видела, как изменилось выражение его лица. Он холодно улыбнулся, и я почувствовала, как ускорился мой пульс. Я долбаная мазохиста.

— Так он и сделал. Ты прикоснулась к лей-линии? — спросил Райдер отстранено и холодно. Почему он не пытается обнять меня и осмотреть не ранена ли я? Всё лучше, чем холодный говнюк, который вдруг стал относиться ко мне как гребаный незнакомец.

— Здесь их нет. Будь здесь лей-линия, у меня все еще были бы родители, — ответила я, подавляя боль на стадии зарождения.

— Он просто появился? — спросил Райдер, не удосужившись даже повернуться к просеявшемуся Ристану, который опоздал на вечеринку.

— Нет, Райдер, я открыла сраную дверь и спросила сколько ложек сахара положить ему в чай! Что по-твоему здесь произошло?

Он зарычал и я почти улыбнулась — почти. Это эмоция. Может она и плохая, но все же лучше, чем ничего.

— В следующий раз, надеюсь, ты его прикончишь, — ответил Райдер.

Я возмущённо приподняла брови от его слов.

— Хм, аллё! Я как раз пыталась это сделать, пока армия мужиков не просеялась сюда и не спугнула его! Я держала его под прицелом, именно там где и нужно было мне, пока не заявились вы.

— В следующий раз, может сначала ударишь его прежде, чем расспрашивать о долбаном сахаре, — рявкнул Райдер.

— Я подумала, что вернулся Олден, он только что ушел. Я никогда не думала, что фейри, который… — я сглотнула. — Что он просеяться прямо сюда и начнет крушить все подряд!

— Что ж, именно это он и сделал и мог легко тебя убить. Он не какой-то там новичок фейри после Перехода, как ты! Он мог уничтожить тебя! Я же блядь говорил, что тебе, нужно остаться со мной, пока не научишься владеть своими силами.

— Или я могла убить его! Мы этого не узнаем, потому что ты продолжаешь считать, что имеешь какое-то право защищать меня, когда у тебя его нет.

— Ты, твою мать, могла умереть! — яростно закричал Райдер, нерв на его челюсти дико дергался, а ноздри раздувались.

— Но не умерла. Я прекрасно справлялась с ним, пока не заявился ты и не спугнул его! Понимаю, я не более, чем ребенок в твоих глазах, Райдер и не проживу и неделю в твоем мире! Но, сейчас, я не доверяю тебе… на самом деле, с этого момента, я не доверяю никому, кроме Адама, а его сейчас здесь нет!

Райдер кивнул, но ничего не сказал. Подойдя к Заруку он заговорил.

— Поставь Савлиана и Синджин у дверей. Ристан, попытайся выяснить все о фейри, побывавшем здесь. Дристан, выследи его задницу на каждой записи, имеющейся у нас и рассмотри все, что можешь сопоставить: его черты, плащ и метки. Позвони мне, если найдешь что-нибудь, что этой ночью происходило поблизости. И не позволяй Синтии одной выходить из этого дома. Это приказ.

— Прости? Ты не можешь контролировать… — Райдер просеялся и зажал меня между стеной и своим твердым телом.

— Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Я не гребаный святой, Синтия. К тому же не долбаный человек, так что перестань путать меня с тем, кто позволит тебе что-то. Я говорил с самого начала, я — не человек. И не играю по их правилам, — он опустил взгляд на мои губы, а затем вновь уставился в глаза.

— Пусти, — прошептала я.

— Заставь меня, — он провоцировал меня.

— Райдер, — предупредила я.

— Как твой голод? — спросил он, ослабляя захват и отстраняясь, чтобы дать мне достаточно воздуха для вдоха.

Я посмотрела ему в глаза, и мой взгляд рассказал всё за меня, насколько я голодна, затем развернувшись я вышла из гостиной. И в следующий миг просеялась, оказавшись на лестнице, не поняв, как это сделала. Я всего лишь хотела сбежать от его людей и их пристальных взглядов.

Мне требовалось уединится, чтобы не упасть в обморок, что я и сделала через мгновение, рухнув на кровать. Я медленно вдохнула и еще медленней выдохнула. И так несколько раз прежде, чем заметила, что уже не одна.

— С тобой все хорошо, Синтия? — спросил Райдер, прислонившись к двери.

— Я в порядке, — прошептала я и повернулась на бок, чтобы посмотреть на него. Этот мужчина Бог секса в любом положении.

— Я может и не человек и не много провел времени в этом мире, но даже я знаю, что «я в порядке» из уст женщины, как правило знак, что она сейчас разрыдается. Ты только что встретилась с человеком, убившим твоих родителей. Я здесь, если понадоблюсь, возможно и для кормления. Воспользуйся мной, пожалуйста, — мягко произнес он.

— Я должна быть в порядке, — сказала я, будто повторять это бессчётное количество раз, стало уже моим девизом.

— Для кого? Кто сказал, что ты должна быть еще сильнее? Тебе дозволено потерять голову, потому что я буду рядом. Можешь разрушиться, а я скреплю твои части заново, пока ты не сможешь выйти из этого состояния.

— Ты обратил Эдриана в вампира потому, что возжелал быть внутри меня, Райдер, не уверена, что смогу это простить, — сказала я, посмотрев верх, чтобы встречаясь с ним взглядом и увидеть, как он вновь закрылся. — Ты не сможешь собрать меня воедино, когда разрушил мой мир, чтобы переспать со мной. Ты забрал у меня слишком многое и взамен не предлагаешь ничего, кроме секса. Ты продолжаешь утверждать, что хочешь меня и все же, отворачиваешься и говоришь, что это не надолго. Я не могу продолжать делать это для себя. Мне нужен человек, который хочет меня.

— Я беру то, что хочу, а я хотел тебя. Я сделал глупый гребаный выбор согласно правилам этого мира, Син, но я никогда не хотел ничего больше во всей своей жизни, как хотел тебя. Я не должен был красть его у тебя и вообще не должен был с тобой трахаться. Я не могу дать тебе то, что ты хочешь. Не могу быть тем мужчиной, в котором ты нуждаешься, Питомец. Могу лишь быть этим. Я — фейри и, возможно, для тебя это не имеет смысла, у тебя есть все, что я мог отдать. Я ухожу, сегодня здесь останется Зарук. Это не обсуждается, — он лукаво улыбнулся и просеялся к кровати. Райдер поцеловал меня в лоб, так нежно, что мое сердце замерло. Я абсолютно уверена, что на мгновение, когда губы Райдера прикоснулись к моей коже, сердце перестало биться.

— Райдер, — задыхаясь, прошептала я, но он уже просеялся.

Глава 19[24]

Свернувшись калачиком, я лежала под одеялом, хотя не было холодно. Я чувствовала себя продрогшей до костей из-за свалившейся на мою голову информации.

Если Гильдия выберет сражение, то запустит поток дерьма с огромным количеством ненужного побочного ущерба, который им же и разгребать. Из-за этого может разразиться война, которую люди проиграют.

Мне следовало рассказать Райдеру то, что сказал Олден, но мой мозг уже был перегружен и сегодняшнее событие лишь все усугубило. Из-за моего нежданного гостя трудно было сосредоточиться на чем-то еще. С ним вернулись воспоминания о той ночи. А присутствие людей Райдера в доме действительно меня успокаивало, чего не было бы, послушай Райдер меня и отошли их домой.

В следующий раз надо сказать Райдеру спасибо, как бы ни было это противно. Мои мысли метались между нежным поцелуем Райдера в лоб и воспоминаниями об ужасной ночи смерти моих родителей.

Теперь я знала, что они погибли, защищая меня от того светловолосого фейри. Больно осознавать, что они умерли из-за меня.

Я перевернулась на другой бок и тряхнула головой, от внезапного головокружения комната завертелась перед глазами. Боль как раскалённое железо пронзило моё тело.

Не успев опомнится, я вскочила с постели и побежала в ванную, где опустошила желудок. Сильные руки помогли мне приподняться и сесть прислонившись к стене.

Пальцами в спокойном и умиротворяющем жесте, он убрал волосы с моего лица и положил мокрое полотенце на лоб.

— Син, что за хрень ты съела? — спросил Райдер, садясь рядом со мной на холодный пол ванной и прижимая меня к своей груди.

— Еду, — прошептала я, борясь с очередным приступом тошноты. Как, дьявол побери, Райдер так быстро здесь появился?

— Твой организм без проблем должен переваривать пищу. Еда не приводит к такому. Ты закончила? — мягко спросил он.

— Мне нужно почистить зубы, — ответила я, пытаясь встать, но он оказался шустрее. Райдер поднял меня и прижал к себе, я почувствовала, как своей магией он очистил меня с головы до ног, и медленно повёл обратно в постель.

— Как давно ты болеешь? — задал вопрос Райдер, помогая мне лечь.

— Я не болею. Просто проблевалась.

— Постарайся уснуть. Я отослал остальных домой. И останусь с тобой для безопасности.

— Ты всех отослал? — спросила я, задумавшись, как давно они ушли.

— Да. Тебе вскоре нужно кормится, а твой аромат во время Перехода еще влияет на мужчин. Сегодня просто отдыхай. Завтра я покажу тебе, как можно кормиться без секса, если ты достаточно сильна. Большинство фейри после Перехода не могут без секса. Так что, не надейся, — сказал он с улыбкой, едва приподнявшей уголки его губ. Он действительно дразнил меня, что не похоже на Райдера. Он застиг меня врасплох, настолько я привыкла к его приказам и требованиям. Я положила руку под голову и посмотрела на Райдера, который, сняв рубашку, опустился в кресло напротив кровати. Мой взгляд скользнул вниз по его телу, по небольшой дорожке темных волос, исчезавшей под свободно сидящими джинсами.

— Сегодня приходил Олден. Он считает, что Гильдия на стороне магов, которые нападают на фейри. Еще сказал, что Гильдия пропагандирует будто маги — истинные предки друидов. — Я не сводила глаз с него и ждала взрыва эмоций, которые, несомненно должны последовать после моих слов.

Его лицо было лишено каких либо эмоций, когда он ответил:.

— Знаю. Всегда знал, что Гильдия должна сыграть свою роль в плане магов. Я долгое время наблюдал за ними, оценивал врага и видел, какой козырь у них в рукаве. Я всегда раскладываю колоду в свою пользу.

Я, не веря, покачала головой.

— Как тебе всегда удается быть на шаг впереди всех, Райдер?

— Я оказываюсь впереди, потому что изучаю своих врагов и становлюсь лучшим игроком за столом. Я приблизился к Гильдии, полностью осведомленный о ее происхождении и истории, которую они не рассказывают ученикам. Имей в виду, вся пропаганда, как ты ее называешь, начинается с зерна истины. Так что, Олден сказал правду, но не полную. История углубляется дальше, чем тебе рассказывали — дальше, чем знают люди. Фейри давно пришли в этот мир и остались, в основном, из-за любопытства. Люди наполнены эмоциями, а мы, как правило, утрачиваем их в своем бессмертном существовании. Это нас и привлекло. Но это взаимодействие создало проблемы, так как люди в то время были весьма нецивилизованными, впечатлительными и невероятно суеверными. Прибавь к этому волшебных существ, которые намного более продвинуты интеллектуально и культурно и это может стать очень большой проблемой. Многие так называемые «боги» ранней истории человечества на самом деле — фейри, которые бросили вызов правящим кастам в Царстве фейри и нарушили священное правило не сталкиваться с людьми, делая из себя богов. — Райдер улыбнулся мне, его рассказ об истории нашего рода убаюкивал меня.

— Фейри расселялись и непреднамеренно влияли на культуру там, где появлялись. Темные фейри были склонны посещать места, которые теперь зовутся Шотландией, тогда как Светлые предпочитали Англию, а Кровавые фейри сместились к Ирландии и Уэльсу. Правящие касты не возражали, что фейри посещают этот мир и развлекаются, пока соблюдают правила. Не вмешиваться в жизнь людей, как я уже говорил, было одним из этих правил, а второе — не допускать существ Орды к этому миру, — Райдер пристально смотрел на меня, оценивая реакцию на свои слова.

— Син, некоторые существа Орды не принадлежат этому миру. Они слишком опасны и не контролируют себя. Как ты могла догадаться, оба эти правила множество раз нарушались, и происходило много трагических случаев из-за появления в этом мире наиболее опасных и нестабильных существ Орды. Многие Перевертыши родились в результате любовной связи фейри и человека. Проблема, как ты и предположила ранее, в том, что перевертыши на самом деле никому не принадлежат. Сильные сами по себе, и им не нравится страх, который люди испытывают перед ними. Они пришли в царство фейри, чтобы объединиться для защиты и научиться чему-то друг у друга, и у фей. Сначала они попробовали присоединиться к Светлым фейри. Но, осознав, что Перевертыши наполовину люди, Светлые быстро и довольно жестоко отказались от них. Затем, они пошли к Темным, но Маурицио, тогдашний король, отказывался от любого, кто не принадлежал к его роду. — Глаза Райдера начали слабо светиться. Прежде чем снова заговорить, он просеялся на кровать и притянул меня в свои теплые и надежные объятья. — Кровавые фейри также отвергли бы их, но Перевертыши до них не дошли, потому что решили действовать в одиночку. Они ненавидели, что Кровавые фейри и Орда считались Нечестивыми. Перевертыши отвергли обе касты и вернулись в мир людей.

— И тогда они стали друидами? — спросила я, пытаясь не думать о прикосновении его кожи к своей. Ложась спать, я надела крохотные шортики и короткий топ с надписью на груди и на спине «Нахалка».

Я почувствовала, как Райдер улыбается мне в шею.

— Да, Питомец. Перевертыши стали друидами Англии и Ирландии, так учили тебя в Гильдии, но время не стояло на месте; они ушли в тень, так же, как и фейри. Мы присматривали за ними, потому, что они были всего лишь детьми, которым причинили боль. Пока человеческий мир эволюционировал, они эволюционировали с ним. Когда они назвались ведьмами и колдунами и создали Гильдию, мы приняли это к сведению. Все это казалось безобидным и старейшины фейри считали милым, когда друиды взяли в руки оружие и поклялись защищать от нас человечество. Образованная в их рядах более радикальная группа, назвавшая себя магами, совсем другая история. Они не могли простить отказ Светлых и Темных фейри и жить своими жизнями. До сих пор, они работают и в Гильдии, и за ее пределами. Их политика, как мы можем судить — месть любой ценой. Некоторые члены Гильдии, как Олден, например, не знают всех фактов, пока другие — экстремисты, работают в тени и направляют работу Гильдии в желаемое русло, без тех, кто мудро отвергнет этот фанатизм.

— Значит, мы — фейри? — спросила я, повернувшись к нему лицом.

— Не ты, Питомец. Ты — настоящая фейри. Они — перевертыши; наполовину люди, наполовину фейри, рожденные от союза человека и фейри. Орда приняла бы их, если бы они попросили. Но все же перевёртыши приняли решение уйти. Лишь небольшая часть Гильдии знает, что происходит глубоко в ее рядах.

— Как ты можешь быть уверен, что небольшая часть, а не огромная? — задала я вопрос, сощурив глаза, из-за чего мой взгляд сосредоточился на его полных, великолепных, умелых губах. — Я имею в виду, откуда тебе знать, что я к этому не причастна?

— Потому что ты была в моей спальне в клубе за тридцать минут до того, как я позволил Адаму забрать тебя. Я бы мог ещё тогда тебя трахнуть. Ты так чертовски красиво распласталась на моей кровати. Я ввел тебя в транс и расспросил, связана ли ты с какими-либо заказами Гильдии или группировкой внутри нее. Единственное, в чем ты призналась, что во время диеты ела шоколад. У тебя не было секретов; по крайней мере, представляющих реальную угрозу. Ты была первым человеком, кажущимся настоящим, а выяснилось, что ты даже не человек, — ответил Райдер, улыбаясь.

— Ты ввел меня в транс в тот день, когда я подписала первый контракт? — спросила я, не уверенная, что чувствую по поводу того, что он ковырялся в моей голове без моего ведома.

— Мне нужно было знать. Дар Зи лишь позволяет нам увидеть события так, как они произошли, не так, как они воспринимаются человеческим разумом. Наша группа очень эффективна в получении информации, но не всем подходит вид тактики допроса, который ты видела в особняке. К тому же, мне нужно было знать, как далеко ты зайдешь, защищая Гильдию, если они были причастны к убийству бедных изуродованных женщин.

— Будь они причастны, я бы не стала их защищать.

— Знаю. Ты ярый защитник, но только того, что считаешь верным, — произнес Райдер, игриво улыбаясь.

— Не нужно было убивать Эдриана. Как я теперь могу тебе доверять? — тихо спросила я, уже борясь с желанием его поцеловать.

— Ты не должна никому доверять, включая меня. Если бы я думал, что, пожертвовав тобой, достигну своих целей, сделал бы это, не задумываясь. Я здесь не для того, чтобы заводить друзей или обустраивать жизнь. Я здесь ради того, чтобы остановить напрасную гибель фейри, и это только одна из причин. В этом мы схожи с тобой. Оба боремся за слабых и уязвимых, тех, кто не может постоять за себя, — прошептал он мягко, но с такой силой, что я поняла — это не блеф.

— Они послали меня, чтобы тебя убить. Олден признался, что они надеялись, что у меня случиться своего рода ПТСР[25], и я прикончу тебя. Думаю, что Арианна — запасной план. Раз ты знал об их планах, так почему просто не убил меня?

Райдер кивнул и провел пальцем по моей нижней губе.

— Я не стал этого делать, ведь после транса знал, что ты не имеешь ничего общего с планами Гильдии. Арианна — совсем другое дело. Мы думаем, она была планом магов и Светлых фейри, чтобы убить меня, Темного Короля, или нас обоих. Мы просто не можем это доказать, или обвинить Светлых в сговоре с магами. Син, теперь, когда тебе больше известно о Гильдии, ты должна узнать и то, что нам удалось выяснить. Ларисса стала своего рода посланием. Джозефу приказали изменить твои взгляды на их план, или убить тебя. Он был одержим манией убийства, зависим от этого. Он зашел дальше, чем они хотели. Он стал одержимым тобой, потому что ты уничтожила его творение. Я убил его сегодня вечером. Вот зачем я вернулся, сказать тебе, что об этом больше не стоит волноваться.

Мое сердце пропустило удар; я хотела сама его убить. Но мне не стало легче, когда я узнала о его смерти, и поняла, что он не убьет кого-либо вновь. Это не умаляло того, как погибла Ларисса и я чертовски уверена не уменьшило боль от ее потери.

— Он страдал?

— Он страдал с того момента, как я схватил его, пытающегося выпотрошить тебя. Он причинил тебе боль, поэтому я снял с него шкуру. Он умер, крича в агонии. Я вытащил его бьющееся сердце, и Ристан съел его, уничтожая душу ублюдка, при том, что Джозеф смотрел на это.

— Ристан съел его сердце? — спросила я и дождалась кивка Райдера прежде, чем продолжить. — Просто непостижимо. — Райдер усмехнулся, увидев, как улыбка появилась на моем лице.

— Он забрал у тебя и, хотя ты можешь думать, что мне плевать, Питомец, я забрал кое-что у него. Здесь у меня есть миссия, и тысячи невинных фейри зависят от меня. Никого из других фейри, кажется, это не волнует, за исключением отца Адама.

— И твоего отца, — сказала я, наблюдая за ним.

— И моего, — произнес он, глядя прямо на меня.

— Итак, он твой отец? — я пыталась выудить из него хоть что-то.

— Да, ты трахала брата Адама.

— Я тебя не трахала, — лукаво улыбаясь, ответила я.

— Но будешь. Я чувствую запах твоего голода, Питомец, и ты не сводишь глаз с моих губ, вот почему я продолжаю говорить. Чем больше ты на них смотришь, тем больше меня хочешь. Мне лишь остается подождать.

— Мне нехорошо, — произнесла я, когда по телу вновь пронеслась агония. — Дерьмо, — выругалась я, просеиваясь в туалет, где меня вновь вырвало. У меня даже не было возможности порадоваться, что, просеявшись, я не приземлилась у ног Райдера.

— Мне нужно знать, что ты ела, чтобы сообщить Элирану, когда он появиться здесь, — произнес Райдер позади меня, убирая волосы с моего лица.

— Обычную еду. Шоколад и кофе. Я пила кофе с момента Перехода, и ничего такого не было.

— Противозачаточные? — спросил он, беря меня на руки и аккуратно возвращая обратно в кровать.

— Еще действуют, должно пройти три месяца, чтобы они вышли из организма.

— Хорошо, — сказал Райдер, и мое сердце упало. Так не должно быть, но оно защемило.

— Ты не хочешь от меня ребенка, Райдер? — съязвила я и тут же пожалела об этом.

— Нахальную маленькую девочку с дерзким язычком, как у ее матери? — Райдер улыбнулся, и мое сердце пропустило пару ударов. Но я не улыбнулась в ответ, что-то внутри меня тонуло в отчаянии. — Син, я не хочу детей, по крайней мере до тех пор, пока не закончу то, что намерен сделать. У меня есть другие обязанности прежде, чем смогу взять на себя роль родителя. Во всяком случае, не уверен, что стану хорошим отцом, — словно сомневаясь произнёс он последние слова.

— Элиран, заходи, — произнес Райдер, отойдя от постели.

И я увидела лекаря, стоящего в дверях, а из-за его плеча выглядывал Ристан.

— Какие-то проблемы, Райдер? — осторожно поинтересовался Ристан.

— Без понятия. Вот почему я вызвал Элирана, он все выяснит.

— Ты не использовал телефон, — промямлила я, пытаясь усесться на кровати.

— Он телепат. Прислал мне образ того, что произошло, и я просеился сюда. Надеюсь, ты не против, Синтия, что я без твоего приглашения, — улыбаясь, сказал Элиран.

— Все в норме. Тебе здесь рады, Элиран, — ответила я тихо, наблюдая, как он материализует несколько небольших медицинских приборов и садится рядом со мной на кровать.

— Мне необходимо знать, что ты ела.

— Кофе и шоколад, — отозвался Райдер с другого конца комнаты.

— Райдер, Ристан, оставьте нас. Мне нужно провести несколько тестов, и она заслуживает хоть какое-то подобие уединения, — попросил Элиран, внимательно глядя на меня, заставляя меня покраснеть.

— Прости? — прорычал Райдер.

— Райдер, ты сам его позвал. Так что позволь ему делать свою работу, — уговаривала я, встретившись с пронзительным взглядом его глаз.

— Превосходно, я буду внизу, — Райдер вздохнул, но больше походил на обидевшегося ребенка, которому не купили в магазине любимых конфет.

Когда комната опустела, Элиран вытащил шприц и положил его на кровать.

— Последний менструальный цикл?

— Месяц назад, но ты говорил, что посттравматический стресс может повлиять на цикл. К тому же, я еще на противозачаточных Гильдии.

— Хорошо. Это замечательно. Значит, тебя рвало. Сколько Раз?

— Дважды. Это только что началось. Я думала, что теперь бессмертна, так почему меня рвет?

— Бессмертие означает лишь то, что тебя нелегко убить, и ты не сможешь умереть от старости. Но мы иногда болеем и от этого умираем. Ты еще не закончила Переход, так что немного отличаешься. Мне нужно взять у тебя кровь, — произнес Элиран, накладывая жгут на мою руку. — Сожми кулак несколько раз, — продолжил он и кивнул, когда я все сделала. Я зажмурилась, когда игла проткнула кожу. — О'кей, все. Можешь открыть глаза.

— Извини, думаю, в этом месяце я увидела достаточно крови, чтобы хватило на целую жизнь.

— Что понятно, после пережитого тобой. Ладно, сделаю несколько тестов и заберу все с собой, чтобы обработать.

Глава 20[26]

Вскоре, после ухода Элирана, вернулся Райдер, по-прежнему без рубашки. Он осмотрел комнату и уставился на меня.

— Как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке. Элиран сделал несколько тестов и забрал образцы с собой.

— Попытайся уснуть, — произнес Райдер, подходя, чтобы лечь в кровать, будто она принадлежала ему.

— Ты будешь обнимать меня всю ночь и отгонять плохих парней? — пошутила я.

— Между прочим, да. Таков мой план на вечер, если ты не против.

Я не ожидала такого ответа и почти застонала, когда его сильные руки обняли меня.

— Закрывай глаза. Я рядом, Питомец. Обещаю, ты в безопасности. С тобой ничего не случиться.

— Райдер, ты сказал, что научишь меня, кормиться без секса. Как я могу это сделать? — спросила я.

— Не уверен, что ты готова. Будем волноваться об этом утром или, когда ты станешь достаточно сильной. Прямо сейчас, тебе нужно немного отдохнуть.

*~*~*~*~*Райдер*~*~*~*~*

Я наблюдаю как спит Син — такая красивая, так чертовски совершенна. Она не входила в мои планы, но тем не менее замечаю, что мой мир всё чаще крутиться вокруг нее. Это опасно, и я теряю над этим контроль. Син хочет больше, чем я могу дать, и хороший мужик отпустил бы ее. Но я плохой. Я не выше лжи, чтобы удержать ее. Мы такие, сметаем все, что стоит на нашем пути.

Мы убиваем, чтобы доказывать, что можем контролировать, то что хотим. Она продолжает думать, как человек. Не делай она так, поняла бы, почему я убрал Адриана со своего пути, доказывая, что я более умный фейри, чем хороший человек.

Что я ее мужчина и готов за неё сражаться.

Зверь рычит внутри меня; расхаживая, наблюдая и преследуя Син, даже сейчас. Он хочет быть внутри нее, но я боюсь того, что он может с ней сделать. Он взял все на себя так быстро, что я не смог его остановить или защитить Син. Но я боролся с ним и восстановил контроль. Обычно, я знаю, когда позволяю ему взять контроль. В этот раз, он блокировал мне зрение, пока я силой не загнал его назад. Он лишь продолжает твердить, что нельзя допустить, чтобы Син кормилась от другого, пока разбирается со своими мыслями. Поэтому мы можем дать, так желаемое ею, время. Придурок, он до сих пор думает, что может контролировать Син.

Зверь, кажется, уверен, что она простит меня, а я не уверен, что это вскоре случиться. Я все еще не знаю, что он с ней сделал. Меня пугают домыслы о том, что он мог ей причинить, а я ничего не боюсь.

Я могу удерживать ее; связать и трахать, как захочу. Но — это Син и мне нравится, как она борется — ее внутренняя сила великолепна.

Ее страсть вызывает привыкание и, святые небеса, даже лежать рядом с ней, сдерживая ее ночные кошмары, приводит меня в состояние возбуждения.

Мой член прижимается к ней, требуя погрузить его в ее сладость по самые яйца.

Руками задеваю ее соски, просто чтобы увидеть, как сладкие вершинки набухают от желания, чтобы мой рот вкусил их. Я такой долбаный ублюдок.

Не могу перестать хотеть быть рядом с ней, контролировать ее страсть. В первую ночь, когда я увидел ее стало шоком для моего организма.

Ничто никогда не привлекало меня, как ее глаза цвета электрик в ту ночь и, увиденная мной, в них боль.

Та же боль, которая заставляла ее усерднее бороться и еще сильнее любить.

Когда я впервые увидел Син, она была с Эдрианом. Ее взгляд был прикован к его, наполненному жаждой силы, но из-за любви Син словно ничего не замечала. Чертовы дети; они были влюблены.

Син смотрела на него, как на самое удивительное, что ей доводилось видеть. Я хотел, чтобы она также смотрела на меня. И также улыбалась, без страха, скрытого в ее соблазнительных глазах.

Её губы растягивались в улыбке, настолько прекрасную, что я сразу же возбуждался. Эдриан жаждал силу, и она находилась, черт подери, прямо перед ним. Син была его якорем, его силой.

Он хотел большего, а она ни разу не уловила в его взгляде неудовлетворенность, временами проскальзывающую из-под его маски. Син была слепа от счастья, предполагая, что он также счастлив.

Ублюдок хотел ее силу и, в конце концов, если бы я позволил ему остаться, это уничтожило бы их отношения. Ревность — сука.

Я наблюдал, за ней, когда она себя удовлетворяла и ничто не заставляло мой член становиться таким твердым, как вид ее широко раздвинутых ног и ее маленькой ручки, работающей меж ними.

Те сладкие, гребаные звуки, которые она издавала предрешили ее судьбу. Они преследовали меня, когда я оставил ее, и не исчезали пока не просеялся обратно к ней на следующий день в надежде, что она сделает это снова.

В конце концов, я заставил ее возбудиться; наполнив воздух афродизиаком фейри, лишь для того, чтобы наблюдать за ней, пока она не заснула, удовлетворенная собственной рукой.

Как какой-то долбаный, сраный, слабый извращенец я смотрел на нее, не в силах уйти. Я никогда не хотел людей. Я придерживался строгого кодекса, пока не встретил Син.

На самом деле, однажды я поддался искушению и поцеловал ее, и Син проснулась. Она не помнит этого. Я стер этот поцелуй из ее памяти.

Грёбаный поцелуй! Я — монстр, и единственное, чего желал — это ощутить вкус этих красных проклятых губ на своих. Она проснулась в замешательстве, соображая, кто я.

Я почти занялся с ней любовью и заставил Син думать, что это сон. Но себя заставить не мог. Я желал, чтобы она выкрикивала мое имя, когда я буду трахать ее упругое лоно. Нуждаясь в этом, как в гребаном воздухе.

Я не мог взять у нее то, что бесчисленные женщины предлагали мне. Я даже не мог трахаться с кем-то еще, без застрявших в моей голове, самых милых сиреневых с цветом электрик глаз.

Когда я спал, мне снилась Син, милая и дерзкая, умоляющая нагнуть ее и жадно кормится. И я трахал ее во снах. Каждый. Проклятый. Раз.

Я пытался дать ей уйти. Позволил уйти из страны фейри, и от меня. Я послал охрану, скрыто наблюдать и оберегать ее. Все время я боролся за контроль со зверем, а когда засыпал, хотел встретиться с ней во сне.

Зарук даже приводил женщин, раздевал и трахал их при мне, как делал миллион раз до этого. Парни даже ввели новинку, трахаться групповухой.

В конечном счете они сдались. Раньше меня возбуждал вид женщин, просящих быть наполненными, теперь же крик единственной женщины, который я хотел услышать даже не находился в том же гребаном мире, в каком был я.

Я хотел вернуться сюда и стереть ее из своей памяти, а себя из ее. Легче сказать, чем сделать.

Не слышать, как она возбужденно произносит мое имя, равносильно смерти. Ненавижу, что хочу ее, что не могу выкинуть из головы.

Пугает то, что зверь хочет Син. Он — сраный монстр, но она единственная заставила его мурлыкать. Но он темпераментный, как и его владелец. Смертельно.

Я зарычал, почувствовав присутствие Ристана прежде, чем отворилась дверь.

— Что? — отрезал я, потому что зверю не нравится, когда кто-то рядом с его спящим сокровищем.

— Ты не можешь стереть ей воспоминания. В итоге, изменить ее судьбу или, что ещё хуже, свою, — произнес он.

— Я делаю, что захочу. Если я так поступлю, единственный, кто будет помнить о ней — это зверь. Тогда будет легче уйти от нее, — рявкнул я, пытаясь успокоиться.

— Легко ли Райдер? Думаешь зверь позволить ей уйти? — спросил Ристан, когда его глаза стали наливаться красным цветом.

— Проклятье! Не время для прогулок в будущее, Ристан! — кричу я на него по нашей ментальной связи.

Комната исчезает, и мы оказываемся в Царстве фейри. На земле лежат тела умерших. В основном дети и младенцы, которых отверг наш мир; со временем их становится больше.

Ристан также поражен, как и я, от того, что нам показывает Дану. Царство превратилось в долбаное кладбище.

— Когда это произойдет, Ристан? — спрашиваю я, когда его взгляд фокусируется на мне.

— Скоро, чертовски скоро. Нам нужно это остановить. Посмотри на землю, — говорит он на истинном языке, как и я.

Кровь устилает землю. Фейри пьют ее, пытаясь излечиться. Сотни трупов лежат на земле. На другом краю поля рыдали взрослые, оплакивая свою потерю, когда Страна Смерти призвала их детей.

— Разве кровь лекарство, Ристан?

— Наследники, все время чертовы Наследники четырех домов и четырех святынь. Это единственный выход. Нам необходимы те чертовы святыни и те наследники, как вчера. — Он договорил и мы снова оказываемся в спальне, где спит Син.

— Мы закончим запланированное и найдем святыни. По крайней мере, один из необходимых наследников появился. Остальные должны где-то быть, нам нужно их отыскать. Хватит топтаться на месте. Время закончить то, для чего мы здесь. Есть хоть малейшее представление когда наступит увиденное будущее?

— Нет, возможно на следующей неделе, все что мы знаем, Райдер. Наш мир слабеет и все больше и больше детей умирают, потому что он не может их принять.

— Иди в клуб и принеси мне карты местоположения святынь. Утром Синджин и Зарук могут начать разведку тех мест, где, как мы установили находятся святыни, но еще их не достали. Другие пусть продолжат поиски тех, местоположение которых не установлено. Разбуди, если увидишь ещё что-то. Я не могу оставить ее одну. Если мудак вернется, я собираюсь прикончить его, не задавая вопросов, ответы на которые Син ищет.

Ристан без разговоров просеялся из дома, а я ближе прижал Син к себе. Время не на нашей стороне.

Вскоре, она может даже не вспомнит меня. Стереть ее воспоминания — это последнее что я сделаю, если не найду других вариантов.

Я охренительно сильно хочу ее, чтобы позволить уйти, а зверь не допустит этого.

Она стонет рядом со мной, но я не встаю, как и зверь внутри меня.

На данный момент он доволен просто быть рядом с ней. В памяти всплывают безжизненные глаза мертвых детей в моем мире и в голове множество раз проигрываются тревожащие сцены, которые Ристан показал мне сегодня. Я должен остановить это, независимо от цены; даже если это означает бросить всё, что я хочу и даже собственную жизнь ради них.

Глава 21[27]

Следующее утро стало самым удивительным из тех, что мне пришлось встретить. Я проснулась в объятьях Райдера, уткнувшись носом в его грудь.

Я улыбнулась от того, как тепло его тела меня плавило. Его грудь мерно вздымалась во сне. Я не хотела шевелиться и нарушить его сон. В этот момент я чувствовала себя комфортно, желанно, даже если это лишь иллюзия.

Я положила руку на сердце Райдера, прислушиваясь к ровному дыханию. Во время сна он был почти похож на человека, если не замечать пульсирующих меток на прекрасной загорелой коже и звук электричества, витающий в воздухе над кроватью.

Закрыв глаза, я глубоко вдохнула и попыталась скрыть улыбку, появившуюся на моем лице.

Райдер до мозга костей был Тёмным Принцем, и он спал в моей постели, обнимая меня. Не потому что должен был, а потому что хотел. Я услышала его рык и открыв глаза, уставилась в его слегка приоткрытые.

— Пристаешь ко мне, пока я сплю, Питомец? — спросил Райдер, с усталой, сексуальной ухмылкой, растянувшей его губы.

— Даже не думала приставать, — возразила я.

— Ты вдыхала мой аромат, терлась лицом о грудь и я почти уверен, заставила мои соски затвердеть.

Я мгновение рассматривала его прежде, чем виновато улыбнулась.

— Ладно, виновна. Каково будет наказание? — спросила я, сама ошарашенная своими словами.

Я, должно быть, свихнулась и поэтому облажалась по-крупному. Я вновь была без ума от фейри.

Он ярко улыбнулся, лишая меня воздуха в легких. Райдер выглядел, как мужчина, просыпающийся для самой красивой женщины в мире. Я сглотнула и улыбнулась ему в ответ.

— Думаю, кто-то готов кормиться, — прошептал он прежде, чем наброситься на меня и игриво прижать к кровати.

— Да ну. Ты обещал научить меня кормиться. И я абсолютно уверена, секс не входил в план.

Он вновь улыбнулся.

— Но, мне нравится секс с тобой.

— Так, кто ты и что сделал с моим Райдером? — игриво спросила я.

— Твой Райдер? — прошептал он и начал приближать лицо к моему, не дожидаясь ответа. Его губы прижались к моим, и я не остановила Райдера, хотя и должна. Наоборот, я открыла рот и впустила его язык, нежно лаская его своим.

Мы просто целовались. Он не стремился к большему. Райдер давал мне пространство, чтобы я смогла отойти, но мне это не было нужно. Он отстранился лишь из-за стука в дверь.

— Эй, Райдер, уже поздно, — произнес Савлиан глубоким, богатым баритоном, сотрясая деревянную дверь. Я посмотрела на часы и была потрясена, что уже намного позже, чем ожидала. Я никогда не спала так долго; по крайней мере, пока не встретила Райдера.

— Я проснулся, — крикнул Райдер в ответ и обернулся ко мне. — Мне надо идти. Я вернусь вечером и покажу тебе, как кормиться. Для твоей безопасности, я тут оставляю небольшую группу людей.

— Мне не… — его рот прижался к моему, останавливая протест. Когда Райдер отпрянул, я впилась в него свирепым взглядом. — Так не честно, Райдер.

— Кто ж знал, что поцелуй — это единственный способ заткнуть твой нахальный ротик? — игриво прошептал он и призывно потерся своим твердым членом о мою сердцевину. — Позволь мне защитить тебя. Осознание, что ты здесь одна и беззащитна будет отвлекать меня от цели. Позволь мне это, по крайней мере, до тех пор, пока не узнаем чему противостоим.

— Хорошо, но им лучше убирать за собой, — прошептала я, боясь отвести от него взгляд и потерять его игривую сторону, открывшуюся сегодняшним утром.

— Принято к сведению, Питомец. Если голод станет невыносимым, скажи Ристану. У нас ментальная связь и он может легко передать это мне. Не дави на себя сегодня. Если почувствуешь тошноту, скажи Ристану отвезти тебя к Элирану.

— Ладно, ты не можешь рассказать, что Ристан съел сердце парня, а потом говорить, чтобы я попросила его о медицинской помощи, понятно. Этого не произойдет.

— Он — демон и единственный кому я могу доверить свою жизнь. Ты можешь ему доверять, Син. Он умрет, но тебя защитит.

— За меня не стоит умирать, — произнесла я, прикусив нижнюю губу. Райдер готов был ответить, но я жестко поцеловала его. Зажав его нижнюю губу между зубами, нежно заменила их губами и пососала, наслаждаясь стоном, вырвавшимся из Райдера.

— Хм, на тебе это тоже срабатывает.

Он рассмеялся, сотрясаясь всем телом, пока смотрел на меня.

— Если ты продолжишь целоваться, Синтия, я не выберусь из кровати всю следующую неделю.

Я облизала губы и театрально вздохнула.

— Мне нужно идти, Питомец. Сегодня побудь дома. Дай мне время выяснить, кто навестил тебя вчера вечером. Позволь защитить тебя, пока.

— Договорились, — согласилась я и наблюдала, как Райдер встал и создал новую рубашку на себе. Его густые темные волосы свисали, обрамляя лицо. Он выглядел сексуально с полусонным, томным и горячим взглядом.

* * *

Я оделась и направилась вниз спустя несколько минут после ухода Райдера. Пройдя полпути по лестнице, я услышала чьи-то голоса, обсуждающие… меня. Абсолютно неподвижно, я стояла и слушала, не имея ни малейшего представления, кому принадлежат голоса.

— Бьюсь об заклад, он вновь от нее кормился. Когда она насытит его, уверен, Райдер отдаст ее нам, как поступал с другими. Я, например, не могу дождаться, когда вставлю свой член в нее.

— Она другая. Не уверен, что он отпустит ее. Скорее всего, будет держать в частном секторе. Помнишь, что он сделал с Сиеррой? — произнес другой мужчина.

— С Сиеррой всё было по другому; ей нравилось, когда мы трахали ее сладкую киску.

— Ты реально думаешь, что Райдер позволит нам оттрахать Син? Прямо сейчас, на ней его метка и он не позволил этого во время её Перехода. У меня даже и мыслей не было, чтобы он когда-либо позволит нам приблизиться к сладкому персику.

— Возможно, но думаю, что позволит и я хочу первым добраться до нее. Кроме того, чуть ранее он разговаривал с Ристаном о ней; говорил, что хочет стереть ее воспоминания о нем. Может он уже это сделал.

— Какого хрена вы тут делаете? — голос Ристана прозвучал сердито и злобно. Его гнев был ощутим, даже на таком расстоянии.

— Просто разговариваем. Ничего страшного не произошло, Ристан.

— Ничего страшного, говоришь? Синтия, почему бы тебе не спуститься до конца, — прорычал Ристан.

Так я и поступила, только чтобы встретить удивленные взгляды Синджина и ещё одного парня, думаю его зовут Эйодан. Я не обратила на них внимания, пройдя в кухню, чтобы защитить себя от них и их слов. Райдер действительно попытается стереть мои воспоминания? Я ни хрена ему этого не позволю. Я налила себе чашку кофе и устроилась на стуле у стола.

— Син, не бери в голову этих сраных идиотов, — сказал Ристан, входя в кухню.

— Вы делитесь всеми женщинами, — это было утверждение, а не вопрос.

— Син, мы не живем по правилам людей.

— Девушка, о которой они говорили… Райдер был с ней, когда вы все… были вместе?

— Да, — спокойно ответил Ристан, слегка кивнув темноволосой головы.

— Когда это было? — осторожно поинтересовалась я, пытаясь обуздать свои эмоции.

— Много лет назад, Цветочек.

Я прикусывала губу, думая сколько еще информации смогу вытащить из демона. Сейчас он со мной открыт и мне нужно узнать больше о Райдере, пока Ристан в таком доброжелательном расположении духа.

Продолжая сидеть за столом, я обдумывала услышанное. Я могла бы разозлиться, что было бы совершенно по-женски. Но я не импульсивна. Можно сделать многое, чтобы почувствовать себя лучше. Зачем Райдеру стирать мои воспоминания?

— Перевариваешь сказанное этими двумя придурками? — спросил Ристан, беря стул, чтобы сесть рядом.

— Сколькими женщинами Райдер делился с тобой? — спросила я прямо в лоб.

— Многими, но ты сначала должна кое-что понять, Цветочек. Мы вместе выросли, и мы не люди. Мы кормимся от того, что доступно и, как ты успела заметить, некоторые мужчины не так умны. Вероятнее всего умрут с голоду, потому что в голове вместо мозгов дерьмо. Во всяком случае, не только я так думаю. Мы делимся женщинами, потому что выросли вместе. Они кормятся, а я трахаюсь. Мне нравится секс — очень нравится. Женщинам нравится — ну, большинству из них. Мы не люди и у нас разные взгляды на то, что является нормой. Они трахаются, чтобы поесть. Мне просто нравится трахаться. Очень редко мы сохраняем женщин для самих себя, как Райдер поступил с тобой. Короче говоря, мы выросли вместе, так что делиться для нас не проблема.

— Он никогда не хотел поделиться мной? — задала я вопрос, поднимая взгляд, чтобы посмотреть прямо в его узорные глаза.

— Нет, не хотел. С тобой он ведет себя по-иному: очень по-собственнически и по-хозяйски. Если бы Райдер захотел поделиться тобой с кем-то, то оставил бы дверь в комнату, в которой ты проходила Переход, незапертой. Он не защищал бы тебя от нас. С тобой все по-другому и так было с самого начала.

Я не знала, что он это сделал.

— Могу я кое-что спросить у тебя… эээ… ну, спросить кое-что неудобное, Ристан? — я проглотила неприятное чувство, от которого могли покраснеть щеки. Теперь, как никогда полезно избавиться от этого.

— Насколько неудобное, Цветочек? — его глаза загорелись озорством. — Речь идёт об игрушках и накладках для сосков, такого рода неудобное потому, что я эксперт в этом дерьме или мы поговорим об неудобной вагиджи? Я в игре, чтобы посмотреть на это, поиграть с ней. Черт, Цветочек, я открыт для всего этого. Выкладывай все на чистоту, — Ристан ухмыльнулся, его глаза смеялись надо мной.

— Нет, это не имеет ничего общего с тем, что я хочу спросить… — заметка в уме: Ристан — извращенец! — Ух, да, в Царстве фейри я видела двор, — я не смотрела ему в глаза, но увидела, как Ристан напрягся и выпрямился на стуле. — Там было много женщин и Адам сказал, что они все принадлежат Райдеру. — Я услышала вздох Ристана.

— Вот почему ты сбежала, Цветочек? — мягко спросил он, протянув руку к моему подбородку и приподнял его. — Да, есть павильон, ты слышала, как о нем говорили два идиота. Женщины в нем действительно принадлежат Райдеру. Многие находятся там добровольно, а некоторые, чтобы защититься, — он покачал головой и кончиками пальцев сдвинул волосы с моих глаз. — Райдер не приходил туда с момента, когда вы оказались в одной постели, Синтия, — губы Ристана растянулись в озорной улыбке. — Ты связала его контрактом также, как он связал тебя. Ты заставила его согласиться кормится только от тебя, пока не истек договор. Умно, но бесполезно. Он не должен был прикасаться к кому-либо, пока у него есть ты. Райдер защищает тебя и с тобой он становится другим. Хороший человек, чтобы прикрывать спину. Он единственное существо в этом или любом другом мире, кому я доверю свою жизнь.

— Так он не был с кем-либо еще с того момента, как мы начали… чтобы там не было между нами?

— Есть еще вопросы? — он покачал головой.

— Ристан, зачем Райдеру стирать мне память? — спросила я, опустив взгляд на деревянную столешницу, испытывая противоречивые чувства, в ожидании ответа.

— Он не будет. Я бы увидел, если бы Райдер намеревался это сделать. Мы обсуждали это, он думает, что так будет легче оставить тебя, если понадобиться. Ты должна понять, Синтия. В этом мире у него есть цель. Многие люди зависят от него. Ты его отвлекаешь, твое появление никто не предвидел.

Я прищурилась на Ристана. Как, черт возьми, я должна ответить на это?

— Конечно, взвесив результат, я решил, что ты одновременно его отвлекаешь и ты же часть этого беспорядка. Не уверен откуда, но я это знаю.

— Я не понимаю, почему ты думаешь, что я играю какую-то важную роль в том что вы пришли в этот мир.

— Я не уверен, но ты каким-то образом имеешь к этому отношение, — ответил Ристан, озорно улыбнувшись.

— Так много дерьма произошло. Все меняется, так быстро, что это трудно принять. Я больше не уверена где нахожусь. Я даже не уверена, на чьей стороне должна быть. — По некоторым причинам, мне было проще разговаривать с демоном, пусть даже огромным, безумным извращенцем.

— Гильдия? Значит он рассказал тебе, — произнес Ристан, с опаской глядя на меня.

— Так вот почему он так относился ко мне, когда мы впервые встретились? — прощупывала я.

— И да, и нет. Он хотел тебя и до сих пор хочет. Это бесит его, Синтия. Райдер прошел через ад и думаю, что ты — что-то, что он не сможет отпустить и он это знает, как знает и то, что должен так поступить. С самого первого дня, Райдер поставил перед собой цель, закончить миссию и вернуться домой. Тут появляешься ты, такая охренительно сексуальная и становишься препятствием для всего этого. Ты прекрасное, чертово безобразие и нас это влечет. В тебе столько эмоций, что мы могли бы пировать на тебе одной, бесконечно. То, как тебя воспитали, делает тебя не такой, как другие фейри в нашем мире. Райдер не сотрет тебе память, но думаю, что это и не сработает, потому что вы оба на это надеетесь. Боюсь, в итоге, вы оба налажаете и я в любом случае не вижу счастливой развязки… не то, чтобы я это на самом деле видел, это лишь мое мнение.

Мне не было нужды оборачиваться, чтобы знать, что он был здесь; я это ощущала. Как чувствовала собственные ноги. Как если бы он был частью меня. Воздух наполнился осязаемым электричеством, которое он создал, войдя в комнату. Его уникальный, богатый аромат наполнил мои чувства; опьяняя. Я могла чувствовать его везде, но в этой маленькой комнате, он её заполнил. Там где минутой раньше была кухня, сейчас она была заполнена его присутствием.

— Ристан, — произнес он прямо из-за моей спины. Его голос обернулся вокруг меня как шелковая ласка.

— Повезло? — спросил Ристан.

— И да и нет. Нам нужно больше информации и кто-то, способный свободно проходить сквозь не беспокоя их.

— Зачем? — спросила я Ристана, поскольку он скорее ответит на мой вопрос. Но он промолчал, конечно же — не тогда, когда Райдер стоит прямо за моей спиной.

— Я говорил, это не твоя битва. Сейчас и так куча говнюков пытаются тебя убить. Гильдия сомкнула ряды и, по слухам, отлавливают тех, кто против них, включая нас. Я предполагаю, что вскоре они донесут до общественности, чью сторону выбирают.

— Дерьмо! Они не имеют права так поступать. Олден бы никогда… вот дьявол. Нам срочно нужно вытащить его оттуда!

— Он выбрал остаться там, Син. Если ты пойдешь за ним, они узнают на чьей Олден стороне. Прямо сейчас, они не представляют, что он наш человек среди них, — мягко произнес Райдер.

— Нет, на хрен все. Я не могу и его потерять, — сказала я, почувствовав, как сердце упало к ногам. Я сильно сжала кружку с кофе, что та треснула.

— Он так решил, — тихо произнес Ристан. — Он — хороший человек. Силен и очень способный. Он учил тебя быть сильной. Верь в него.

— Хорошо, но я хочу участвовать в том, чем бы вы там не занимались. Я не собираюсь сидеть сложа руки, пока над нашими головами назревает потенциальная война, — злобно ответила я.

— Это не твоя проблема, — прорычал Райдер.

— Нет? Тогда чья же? Фейри? Гильдии? На данный момент я, своего рода, «все выше упомянутое». Я была частью Гильдии и до сих пор у меня там есть друзья. К тому же я фейри, если трехдневный секс-марафон выскочил из твоей головы!

Он зарычал прямо у меня над ухом, так близко что пощекотал меня.

— Сложно такое забыть, Питомец, но мой ответ остается прежним. Тебе нужно остаться там, где я могу обеспечить твою безопасность.

— Райдер, я не из тех, кто будет просто сидеть, когда могу помочь. Я могу тебе помочь. Меня обучали проникать в места и выбираться из них. Ты видел, как я это делаю. Я могу тебе помочь.

— А я говорю, нет, — предупреждающе сказал он.

— А я говорю, что сделаю это, фейри! — зарычала я на него.

Губы Райдера прижались к моему уху и он нежно прошептал:

— Пойдем наверх, Питомец и я покажу, какой я блядь фейри.

Я повернулась, захватила его губы своими и прикусила зубами нижнюю, всосав ее в рот а потом отпустила.

— Не сейчас, Райдер. Мы спорим, — сказала я, останавливаясь, чтобы улыбнуться. — И я выиграла.

— Нет, не выиграла, — прорычал Райдер.

— Вы собрались потрахаться? Мой член уже стал твердым, а я всего лишь наблюдаю за этим дерьмом, — Ристан по-мальчишески рассмеялся.

— Я иду в душ. Когда выйду, рассчитываю быть в деле и узнать детали. Я либо с вами, либо против вас. Выбирай и дай мне знать, — сказала я, вставая и оборачиваясь, чтобы встретиться со взглядом его золотистых глаз. — Как можно быстрее.

— Ты мне приказываешь? Думаю, тебе следует еще раз показать, кто главенствует в этих отношениях.

— Отношениях? Кто, черт возьми, говорит об отношениях? Ты не можешь мне их дать, помнишь? — я многозначительно посмотрела на него и направилась к лестнице.

Я добралась до середины лестницы, когда что-то почувствовала. Ты ведь знаешь, как говорят: всегда узнаешь, когда смерть выберет тебя; почувствуешь, как она обнимает тебя своими холодными руками. Это правда. Я почувствовала, как воздух стал густым и обернулась, чтобы посмотреть вниз на лестницу. Воздух стал холоднее, будто бы тоже ощущал прибытие ледяной смерти. Весь дом погрузился в тишину. Даже не было слышно пения птиц на улице. Внизу разбились окна, сотрясая тишину. А затем все вернулось с удвоенной силой. Оглушительный звук и проклятья взорвались в моих ушах. Я задохнулась, зная, что не выберусь из этого живой.

Весь дом трясло и раздался звук ломающегося дерева, когда тряска усилилась. Я заметила размытое пятно, движущееся вверх по лестнице прежде, чем почувствовала удар. И меня заполнило чувство невесомости.

Мы просеялись в клуб Райдера. Он был заполнен людьми, которые пили и танцевали. Пока мы не появились, они развлекались. Я моргнула, увидев Эдриана, смотрящего на нас и Влада, только что стоящего за барной стойкой, но уже на сверхскорости мчащегося к нам.

— Что случилось, Райдер? — голос Влада прогремел громче музыки, из-за чего та стихла.

— Кто-то только что взорвал ее дом, пока мы были внутри, — прорычал Райдер и прижал меня к своему телу, когда мои ноги угрожали подкоситься. Будто боялся меня отпустить. Я обрадовалась, что он меня держит, поскольку не сомневалась, ослабь он захват и я свалюсь на пол.

— Эдриан, усади Син и налей ей выпить. Остальные… — Влад обвел мрачным взглядом, обещавшим возмездие, всех находящихся в комнате, — следуйте за мной.

Голос Влада был холоден и от него по моей спине пробежал холодок. Я почти пожалела ублюдка, взорвавшего дом — почти. Райдер развернул меня в своих объятьях и прижался к моим губам настойчивым, нежным поцелуем прежде, чем просеяться с остальными. Я осмотрела клуб и моргнула, все, за исключением Эдриана и пары людей ушли.

Глава 22[28]

Я повернулась к Эдриану, который наклонился, чтобы меня обнять.

— Ты в порядке, Син? Я знаю, как много этот дом для тебя значил.

— Я любила не дом, Эдриан. Я любила воспоминания, о родителях, которые он хранил пока его не превратили во что-то темное. Теперь этого нет. Всё что у меня от них осталось было внутри. Я даже не знаю выбрались ли люди Райдера оттуда живыми.

— Нет, Син, твои родители всегда останутся с тобой. Здесь, — произнес он, положив ладонь над моим сердцем. — Никто не отнимет у тебя чувства или воспоминания, которые ты о них хранишь. Никто не может приказать тебе это забыть или заменить чем-то другим. Тебе выбирать, что помнить.

Я моргнула. Он ушёл от темы и у меня было чувство, что он говорил о нас.

— Я хочу пить, пожалуйста.

Я подошла к стойке, когда он зашёл в бар, взять бутылку воды, о которой я просила. Мои руки дрожали от осознания того насколько я была близка к тому, чтобы стать ни чем иным как кучкой пепла. Не окажись там Райдера, меня бы сейчас не было.

По моей щеке покатились слезы, когда я поняла, что он вернулся в дом и находится в опасности. Эдриан не был уверен, что со мной делать. Поэтому он хмурился, портя вид его идеальной загорелой кожи, и складка между его бровями говорила о том, что он пытается выяснить как заставит меня перестать плакать.

— Прости, — я заплакала еще сильней, не зная как прекратить поток слёз. Это было слишком, и все вокруг меня снова рушилось. Я была сбита с толку и с каждым разом восстановиться становилось все труднее.

Эдриан улыбнулся и поднял меня на ноги. Он обнял меня холодными руками и прошептал, что всё будет хорошо. Я положила голову ему на плечо и обняла в ответ, когда реальность произошедшего захлестнула меня.

Эдриан вампир.

Адам Темный Принц фейри.

Ларисса мертва.

Олден был лицом к лицу с опасностью, чтобы помочь нам.

Я бездомная, безработная и симпатизировала единственному, что несомненно убьет меня в конце концов.

Реальность такова, что я лишилась собаки, и теперь моя жизнь была на одну трагедию от того, чтобы стать сюжетом для грустной песни кантри.

Реальность отстой.

Я заплакала сильнее, обещая себе, что это в последний раз. В последний раз, я плачу над своей жизнью. Завтра я приведу себя в норму, убью придурка, взорвавшего мой дом, и пойду дальше. Я была готова оторваться от Эдриана и попросить воды, когда Райдер просеился, и зарычал нечеловеческим голосом, от которого мой позвоночник напрягся, а сердце заколотилось.

Я обернулась и поравнялась с ним острым взглядом.

— Все выбрались? Что-то осталось? — произнесла я напряженным и надломленным голосом, от чего его взгляд чуть смягчился. Райдер кивнул, давая мне надежду. — Насколько все плохо?

— Дома больше нет. Нам удалось сохранить немного одежды, фотографий, и вещей принадлежавших твоим родителям, которые смогли найти.

— Погоди, ты вернулся, чтобы спасти мои вещи? — спросила я, не веря, что он стал бы рисковать чьей-то жизнью, ради спасения дорогих мне вещей. С одной стороны милый поступок, а с другой глупый.

На его челюсти заиграли желваки.

— Да, я отправил бессмертных в гребаный ад ради твоих вещей. фейри не может отменить такой ущерб, или повернуть время вспять, но мы можем воссоздать то, что видели. Мы просто не знаем, что было там, чтобы воспроизвести для тебя, поэтому попытались спасти что смогли. Я знаю, как люди любят хранить воспоминания из своего прошлого.

— Спасибо, спасибо вам всем, — произнесла я, оглядываясь вокруг, чтобы найти людей, покрытых дымом и копотью от огня. — В следующий раз, Райдер, бросай этот хлам, и убей ублюдка, который это сделал. Не рискуй ничьими жизнями ради вещей. Они лишь средства, и даже если их нельзя заменить, я бы в любом случае предпочла безопасность вещам.

Он явно глазел на меня, будто я шокировала и поставила его в тупик и осчастливила — всё вместе. Я подошла ближе, поднялась на носочки и поцеловала его в нетронутую гарью щеку.

— Спасибо, что спас меня. — Потому что я как дура забыла, что могу просеиваться. И он знал, что так будет, предсказав это, и спас меня от смерти. Я не закончила с Переходом, и это могло создать проблему для моего будущего как бессмертной.

Он притянул меня в объятия, и прошептал на ухо, достаточно тихо, чтобы услышать смогла только я.

— Сегодня ты опять могла погибнуть, Синтия. Я уже раздумываю завернуть тебя в пузырчатую плёнку.

Я улыбнулась, прижатая к его груди.

— Я слышала, что полиэтилен не в моде, да и его не хватит надолго, поскольку моя слабость лопать пузырики.

Райдер рассмеялся, но не тем мелодичным смехом, который я хотела услышать. Я могла слышать, как его сердце бешено колотится в груди. Мое собственное билось в соответствующем ритме.

— Кто-то сегодня открыто пытался убить тебя, Синтия. Вернись со мной в Царство фейри, где я смогу тебя уберечь, — с зашкаливающим собственническим инстинктом в голосе проговорил он.

— Нет, кто-то пытался меня убить. Сегодня я расстроена. Завтра они умрут. Я не буду убегать от боя, и с этим парнем нужно разобраться, — грустно улыбнулась я, отстраняясь. — Я не принадлежу к тому типу людей, которые прячутся, Райдер. Им нужна я; пусть придут и попытаются меня получить.

— Они черт возьми уже попытались. И взорвали твой чертов дом вместе с тобой! Если бы меня там не было, — он сделал паузу, и тряхнул головой, как будто отгоняя мысли. — Ты оказалась бы, внутри того горящего чертового бедлама.

— Но не оказалась, потому что ты меня спас. Эти придурки просчитались, потому что на моей стороне крутейший бугимен на весь гребаный район. Они потерпели неудачу и, если я спрячусь — ублюдки победят. Меня можно сбить с ног, но чего я не могу, так это остаться лежать. И не проси, так будет каждый грёбаный раз.

Райдер покачал головой и улыбнулся.

— Ладно, тогда мы должны выяснить, кто пытается тебя достать. Возможно это тот же мудак, который продолжает появляться в твоем доме, или… Может это кто-то из Гильдии или, возможно, один из фанатиков вне Гильдии? — спросил он, нахмурив бровь.

Я сморщила нос и кивнула.

— Возможно. Если они составляют список и собирают информацию о тех, кто в Гильдии относится к фейри с пониманием, я буду в том списке по умолчанию.

— Давайте присядем в баре и выпьем, — предложил Влад, когда заметил, что мои ноги дрожат, и я едва смогу дойти туда. Думаю, когда человека чуть не взорвали — именно такого эффекта и следует ожидать. Я села рядом с Райдером и его люди снова его окружили.

Я заметила, что они становятся за его спиной каждый раз, когда там нет стены. Его всегда охраняли, никогда не оставляя одного; пока мы не оказывались в комнате наедине.

Я была готова поспорить, что кто-то так же караулил у двери.

Райдер был важен для своих людей; даже если не был Темным наследником, он точно был принцем, важным для своего народа.

У него был элитный отряд людей, о ком он заботился, и кто работал, как хорошо отлаженный механизм. Он был достаточно быстр, чтобы переместить меня, когда в доме взорвалась бомба, и достаточно силён, чтобы люди слушали его, не задавая вопросов. Он был примитивным, сексуальным и смертельно опасным до самой сердцевины.

— Тоника сейчас нет. Джин и севен ап пойдут? — спросил Влад, и мой желудок отреагировал на название напитка, скрутившись и заурчав.

— Пожалуйста, только бутылку воды, — ответила я, улыбаясь когда он ругнулся.

— Это бар. Я не смогу козырнуть своими навыками бармена, если ты заказываешь только воду. — Он подмигнул, подшучивая надо мной, пытаясь поднять мне настроение.

— Мне тут всё облевать, потому что единственное, что я смогу выпить это вода? — парировала я и наблюдала как его лицо превращается в гримасу отвращения.

— Лучше не надо. Воду, так воду.

— Итак, мы с уверенностью можем сказать, что фейри, появившийся в твоем доме, с тобой знаком. Он подтвердил это, и был в твоих воспоминаниях, чего мы не знаем, был ли он в сговоре с магами, которые напали на особняк, или лично подорвал твой дом, — подытожил Райдер, возвращая мое внимание к основной причине нашего собрания в баре.

— Да, он там был. Он изнасиловал мою мать, и был тем, кто убил моего отца. У него такие как у меня клыки, — прошептала я. сглатывая ком, когда в моей голове ожили воспоминания. Они уже не были столь болезненными как когда-то.

— Он, так же, знал твоё имя, Син, да и защитные заклинания не сработали. Интересно, как он смог попасть внутрь, если они всё время на стороже. Вопрос в том, кто он и почему хочет твоей смерти? Ему несомненно нужна ты. Возможно, его послали тебя убить, — предположил Райдер.

— Понятия не имею. Учитывая, что мы даже не знаем кто я на самом деле, я действительно без понятия кто может желать моей смерти.

— Мы должны в этом разобраться. Это может помочь выяснить кто пытается тебя убить.

— Олден сказал, что заклинания могли пропустить Неблагого, но поскольку существуют сотни разновидностей, было бы невозможно сузить поиски до одной касты. — Весь клуб замолчал словно услышали запрещённое слово. Можно было услышать, как муха пролетит через комнату. Я огляделась вокруг, и обратно на Райдера, так как максимум, что могла увидеть — была стена охраняющих нас.

— Может быть, но не имеет смысла. Что Неблагим от тебя надо? Ты даже не из нашего мира, а большинство Неблагих не допускаются в мир людей.

— В первый раз, когда ты пришел, то оказался на коленях, может быть ты из Неблагих, — указала я.

— Это случилось однажды, и мы обсуждали почему так произошло. — По-мальчишески ухмыльнулся он. — Так это теория.

— Ладно, но зачем прятать меня от Неблагих? Не имеет смысла.

— Не имеет смысла в мире людей, а в нашем каждая каста находится в противоборстве с другой. Один клан мог спрятать тебя от другого. Прекрати думать, как человек, начни мыслить, как фейри, Син. Ничто не обретет смысл, если ты будешь продолжать мыслить по-человечески. Для начала нам просто нужно выяснить, почему тебя хотели спрятать. Возможно это приведёт к тому, кто пытается тебя убить.

— Ладно, допустим. Как мы узнаем, к какой касте он принадлежит, или я, если уж на то пошло?

— Никак. Мы организуем ловушку.

— Кто приманка?

— Кто-то, кто выглядит как ты, — ответил он.

— Почему бы просто не использовать меня?

— Чертовски сомневаюсь.

— Согласен с ним, — крикнул Эдриан из-за стены мужских спин.

— Я не какая-нибудь спящая красавица, и вам всем не мешало бы вспомнить кем я была до того, как изменилась, потому что это все еще я.

— Ты больна, Синтия, не забыла? Что-то делает тебя нестабильной, ты до сих пор не установила связь с данными тебе при рождении силами.

— Может просто слишком много тестостерона вокруг меня? — Все в клубе тихо заржали.

— Ты станешь приманкой только в том случае, если я буду стоять позади тебя.

Глава 23[29]

Несколькими часами позже, мы просеялись в подвале клуба Райдера, отказавшись воспользоваться лифтом, для более прямого маршрута.

Представьте себе бомбу, взорвавшуюся внутри дома, вот так теперь выглядел мой дом.

Вскоре после того как Райдер просеял меня внутрь посмотреть на обломки, и чтобы я могла оценить ущерб самостоятельно, показался Олден.

Было больно видеть дом разрушенным, но я отказывалась плакать или показывать больше эмоций, поскольку это был лишь дом и без человеческих жертв при разрушении.

Олден был рад видеть, что ему не пришлось выкапывать меня из кучи пепла, чтобы правильно похоронить.

Также он сообщил, что Книжник, добился успеха в расшифровке защитных заклинаний, которые теперь уничтожены.

Он запросил больше изображений заклинаний, чтобы точно установить с кем мы имеем дело, но теперь это для нас мертвый номер.

Я зевнула и посмотрела на Райдера, когда он шёл рядом. Все что я хотела — кровать, и проспать день, если бы могла. Один взгляд в его бронзовые глаза сказал, что он не собирался спать. Сдерживая улыбку, я прикусила губу.

Райдер наклонился и соблазнительно прошептал мне на ухо.

— Не кусай губу слишком сильно, Питомец. От этого мне хочется делать очень плохие вещи, от которых испытываешь очень хорошие ощущения.

Он отстранился с порочной улыбкой, изогнувшей его красивые губы. Я бросила взгляд на стены коридора, начавшие светиться, стоило нам в него войти.

— После твоих коротких визитов, весь мой коридор в защитных заклинаниях. Прямо сейчас они видны, потому что я позволяю, — произнес Райдер, махнув рукой на загоревшуюся защиту перед знакомой дверью, прежде чем отключить заклинание. Распахнув дверь, Райдер отступил назад, показывая мне жестом пройти в комнату первой.

Его глаза призывно встретились с моими, и что-то вроде предвкушения мелькнуло в них, когда он ждал мой ответ на свой немой вопрос.

Я охотно прошла внутрь, оценивающим взглядом окидывая комнату, в которой пережила Переход. Кровать выглядела привлекательно, и ещё больше мысли о Райдере и том, чем мы вскоре займемся.

Прямо сейчас, мне необходим он, необходимо, чтобы Райдер стер гнев и шок от произошедшего. К тому же голод играл с моим разумом.

Мне нужно кормиться, и я хотела этого только от него. Мне не хотелось искать кого-то еще для этой цели, осознание чего пугало.

— Син, ты в норме? Сегодня у тебя был адский денек, — мягко произнес Райдер позади меня.

— Это был просто дом, — отозвалась я, но ломающийся голос опровергал мои слова.

Я ощутила дыхание Райдера, соблазнительно коснувшееся кожи на моей шее, когда он подошел ближе.

— Для тебя, это был больше чем дом, Синтия. Ты любила его. К нему ты ощущала больше, чем показываешь. Я могу чувствовать это через метку, которую ты носишь.

— Все же, это был лишь дом. Я благодарна, что никто не пострадал. Я здесь лишь потому, что ты спас меня, — я повернулась к нему лицом, мой взгляд говорил, что сегодня я его, любым способом, который Райдер желал. — Райдер, мне нужно отблагодарить тебя… — я оставила смысл недосказанного предложения повиснуть в воздухе между нами.

— Я говорил, что буду защищать тебя, Питомец. Тебе не стоит благодарить меня за спасение того, что принадлежит мне, — ответил Райдер, но я увидела, как его глаза загорелись. Я знала, что это мало связано с голодом и все связанное со мной подчинялось ему.

— Знаю, но я хочу тебя прямо сейчас. Никаких барьеров, лишь примитивное желание, пожалуйста. Сегодня я отдаю себя тебе, просто себя. Если только справишься с этим, фейри, — я бросала вызов Райдеру. Понимая, что его прикосновения заставят забыть все случившееся сегодня.

— Я с этим справлюсь. Вопрос в том, уверена ли ты, что хочешь того, о чем просишь? Если мы это сделаем, я заставлю тебя кричать и буду продолжать, пока не появиться уверенность, что ты никогда не захочешь никого кроме меня. Ты привлекаешь меня, как никто до этого. Я не хочу этих чувств к тебе, но и не могу сними бороться.

— Я хочу тебя. Лишь тебя, Райдер, — прошептала я, не уступая его вызову.

— Ты хочешь меня и уже знаешь, чего я хочу. Ты в курсе, что мне нравится. Покажи, что хочешь меня также, как я тебя. Никаких преград меж нами, и я обещаю, что в этот раз не причиню тебе боль.

Я задрожала, когда значимость того, о чем просила обосновалась в моем разуме. Он стоит в одежде и в этот раз я не желала, чтобы Райдер при помощи магии раздевался. Хочу раздеть его медленно раскрыть красивое тело своему взгляду и целовать каждый дюйм плоти, снимая одежду.

Я приблизилась к Райдеру, наслаждаясь покалыванием электричества, которое появилось от близости. Протянув руку, я подняла взгляд и встретилась с его. Моя улыбка вышла застенчивой, в чем не было смысла. Он отымел меня по полной, и каждый раз был словно первый.

Закончив расстегивать его рубашку, я стянула ее с плеч и небрежно бросила на пол.

С жадностью облизав губы, я расстегнула ремень брюк и потянула замок молнии, чтобы освободить его великолепный член. Он показался из штанов, твердый и уже готовый для поцелуя.

Райдер зашипел и звериный рык зародился в его великолепной груди. Я подняла руки, чтобы ощутить её шелковистую кожу и накаченные мышцы. Взглядом исследуя каждое тату на теле Райдера.

Я близко склонилась к его груди и поцеловала сосок, затем обвела языком, наслаждаясь, сорвавшимся с губ Райдера, стоном, стараясь медленно его соблазнять.

Мне нравился грубый секс, но что-то волшебное было в соблазнении такого зверя, как Райдер. Обхватив губами сосок, я втянула сморщившуюся плоть в рот.

Я нежно покусывала сосок зубами, пока Райдер продолжал издавать звуки наслаждения, раскрывая мне, насколько ему это по душе. Я опустила руку и скользнула ею в его джинсы. Чтобы полностью вытащить член Райдера, и обернуть свои пальцы вокруг него. Его стон был самым сладким звуком из услышанного мною когда-либо.

Озорно улыбнувшись, я подняла взгляд и встретилась со взглядом Райдера, продолжая поглаживать его ствол.

Мужчина был просто создан для секса — об этом кричало его внушительное телосложение, и оголённое желание, в глубине прекрасных янтарных глаз.

— На что походило наблюдение за мной в спальне? — спросила я, смотря, как Райдер просеивается от моей ищущей руки к кровати, словно, чтобы ответить, ему нужно отойти от меня.

Он обосновался на огромной стопке подушек прежде чем вновь обратить на меня взгляд своих горящих янтарных глаз.

Перед ответом Райдер сглотнул, что заставило меня улыбнуться. Взглядом он прошествовал по моему телу, затем щелкнул пальцами и я оказалась перед ним совершенно голая.

— Я никогда и ни в кого не хотел так глубоко погрузить свой член, как хочу этого с тобой.

— Ты мог взять меня в любой момент и просто стереть воспоминания. Почему не сделал этого? — мне было любопытно. Райдер пошел на довольно крайние меры, чтобы затащить меня в свою кровать хотя, мог легко взять меня, и я никогда не узнала бы разницы.

Но он этого не сделал. Наоборот, Райдер дождался моего согласия. Это само по себе говорит, что он не тот монстр, которым притворяется.

— Потому, что хотел, чтобы ты помнила меня, помнила, как я тебя трахал, — откровенно ответил он, опустив руку на член и начав его поглаживать, пока я наблюдала за ним.

У меня перехватило дыхание; с каждым движением руки по восхитительному органу, становилось труднее дышать.

— Но тогда я была всего лишь смертной. Почему такое великолепное существо как ты хотело меня? — да, я домогалась, подайте на меня за это в суд. Я хотела услышать от него признание, в том, что он меня хотел.

Прямо сейчас, мне нужно знать, что для него я имею большее значение, чем просто секс. Должна знать, что он сделал все, что сделал, не ради того, чтобы потрахаться.

— По правде сказать, Синтия, я не знаю. Просто хотел заполучить тебя. Ты стала исключением из всего, что мне известно о людях. Ты никогда не искала ничего для себя, кроме той малой радости, что позволяла в конце ночи. Ты жила, чтобы сделать этот мир безопаснее, хотя никто не знал об этом. Ты не приняла славу за убийство фейри, хотя могла. Ты самое красивое существо, на которое только падал мой взгляд, и ты даже не знала этого. Я хотел, чтобы ты знала, что я внутри тебя и хотел, чтобы ты стала моей. Я хотел, чтобы ты знала, каково это — ощущать, когда я трахаю твоё тугое лоно, даже если это произойдёт лишь один раз.

Я ощутила, как магия Райдера сжала мои соски и с моих губ сорвался вздох.

В очередной раз я позволила его магии взять верх и доставить удовольствие моему телу, пока стояла перед Райдером обнаженная. Захват магии на моем ядре стал сильнее, создавая водоворот наслаждения, и внутри меня зарождались столь невероятные ощущения.

Я кончила и удивленно уставилась на Райдера, встретившись с ним взглядом, пока сильные ощущения вновь нарастали. Он смотрел на меня, лежа на кровати, пока мое тело сотрясало от удовольствия, которое доставил мне Райдер, а я все еще стояла у двери.

Хотела бы я знать, как выглядел Райдер, наблюдавший за мной. Поглаживал ли он свой член, смотря, как я кончаю? Нужно ли ему это было, потому что я сводила его с ума от желания?

И мой гнев на его поступки утихал, а когда Райдер сегодня спас мою задницу, это дало мне понимание чем он является.

Я медленно шла в направлении кровати, давая ему полный обзор своего тела, остановившись прямо у матраса. На моих губах появилась застенчивая улыбка, пока жадный взгляд Райдера скользил по моему телу.

Он не скрывал от меня своего желания и даже если Райдер не желал признавать существование чувств ко мне, он меня хотел.

Может это и мелко, но сегодня я хочу ощущать себя нужной. Хочу чувствовать его потребность во мне, больше, чем могла бы признаться, даже самой себе.

Мой взгляд опустился к его руке, все еще поглаживающей член, и я облизнула губы, не пытаясь скрыть тот факт, что хочу обернуть их вокруг него.

Опустившись на кровать, я медленно поползла к нему. Я тянула время, пока глаза Райдера наблюдали за мной сквозь горящие щелочки. Я улыбнулась и приблизилась туда, где его рука замедлила темп.

Я остановилась в нескольких дюймах от поблескивающей головки и одной рукой отвела свои волосы в сторону, опуская голову, чтобы сделать то, чего желала. Слизнув бусинку спермы, выступившую на головке, я смотрела, как бедра Райдера дернулись от удовольствия, доставляемого моим языком.

Я не взяла ствол в рот. Вместо этого, медленно его облизала, пробуя на вкус и услышала, как дыхание фейри застряло в горле.

— Хорошая девочка, — промурлыкал Райдер, когда я жестко провела языком по его плоти, не разрывая зрительный контакт. — Сделай это, Син, возьми от меня то, что тебе нужно, — поощрял Райдер, и мои клыки чуть больше удлинились.

Меня воодушевляло его желание, но я не была уверена, как сделать то, чего Райдер хотел. Мне хотелось доставить ему удовольствия и сила этого желания поражала.

Я позволила клыкам скользнуть по его плоти и застыла, когда Райдер одновременно зарычал и зашипел. Я не хотела делать ему больно, только доставить удовольствие.

Я видела, как вена пульсирует в такт биения его сердца и прежде, чем осознала, что делаю, обхватила его яйца рукой и присосалась с краю огромного члена, не в состоянии полностью обхватить его.

Мои мысли унеслись к тому, что Влад рассказывал о крови. Еще вспомнила, как Райдер говорил, что фейри в состоянии контролировать удовольствие своей слюной.

Я — часть Кровавых фейри и могла доставить удовольствие. Если бы смогла управлять кровью и слюной, то довела бы Райдера до абсолютного оргазма.

Инстинктивно, я порезала язык, об кончик клыка, затем нерешительно прижалась кончиками клыков к стволу Райдера, они вошли в шелковую плоть, как нож в масло.

Когда я попробовала его кровь, то почувствовала, как мое тело принимает ее и отдает назад, смешав с моими собственными кровяными клетками и слюной.

Райдер застонал и воспротивился атаке моей кровью его тела. Я отстранилась, абсолютно намереваясь остановиться… но почувствовала свою сущность в нем! Я боролась за контроль над дыханием, посылая свой маленький эксперимент на поиск зон удовольствия Райдера.

Он прокричала моё имя, выплёскивая горячее семя в тот момент, когда я воспользовалась своим даром. Нихрена себе! Я смотрела, как Райдер взорвался от наслаждения, и питалась по полной, пока он какое-то время извивался от этой восхитительной пытки, а затем, полностью опустошенный, рухнул на матрац.

— Вот черт, — прошептала я, так широко улыбаясь, что Чеширский кот мог бы позавидовать.

— Да, вот черт, — согласился Райдер с шатким энтузиазмом и его губы растянулись в широкую улыбку. — Моя очередь, Питомец.

Я оказалась на спине прежде, чем обдумала сказанное. Райдер удерживал мои руки над головой, когда его магия на меня набросилась.

Она прикасалась, целовала и ласкала обнаженную кожу везде, куда мог добраться взгляд Райдера, со своей позиции, растянувшегося на мне.

— Я никогда никому не позволял пробовать свой вкус и не жалею, что позволил тебе сделать это первой, — прошептал он.

Ногами он раздвинул мои ноги и я мгновенно ощутила себя заполненной, даже при том, что могла видеть Райдера и ощущать его огромный член, прижатый к моему бедру.

У этого мужчины скорость восстановления просто шокирующая. Я застонала от ощущения наполненности, зная, что он наполняет меня лишь магией.

Осознание, что он был во мне, не прикасаясь волновало и немного пугало. На его лице читалось удовольствие, смешанное с удивлением. Могу поспорить, это выражение на его лице из-за меня.

Меня!

Не из-за какой-то другой женщины. Не какой-то другой долбаный «Хэппи Мил» для фейри… а меня, Синтии Рейн МакКены.

— Дьявол, ты так прекрасна, когда я в тебе, — хрипло прошептал Райдер.

— Ты еще не во мне.

— Нет? — улыбнулся он и наполненность исчезла, только чтобы вернуться с удвоенной силой, и вбиваться внутри меня. До тех пор, пока у меня не осталось сил, что-либо сделать, кроме как отдаться ощущениям, пока Райдер трахает меня при помощи магии.

На его лбу выступили бисеринки пота и одна капелька скользнула и застыла на кончике носа. Я ревновала к этой бусинке, ведь она прикасалась к коже Райдера.

Он, наконец, выпустил мои руки из захвата над головой, и я запутала свои пальцы в его волосы, притягивая голову, чтобы наши губы встретились.

Я поцеловала его так, будто у нас нет будущего, потому что у нас этого может и не быть. Когда я позволила ему оторваться от меня, по его глазам можно было сказать, что он думал о том же. Даже с его высказыванием, что он удержит меня, мы оба знали, что этого, вероятно, не произойдет.

— Я собираюсь тебе кое-что показать, Питомец. Мне нужно, чтобы ты доверилась мне и не паниковала.

— Думаю, что смогу справится с этим, фейри, — парировала я.

Райдер отстранился, забрав с собой магию. Когда он сел на корточки и поднял руки, магия запульсировала вокруг меня. Я ощущала её во время секса и это ошеломляло.

Я собиралась сказать ему, что, когда это началось. У меня что-то было… нет, я почувствовала словно, что-то прижимается к каждому долбаному входу моего тела.

Я почувствовала необходимость и инстинктивно раскрыла рот, но Райдер остановил меня взглядом и словами.

— Просто чувствуй, Син, не реагируй.

Легко ему говорить; не к нему пытается вторгнуться что-то, в каждое место, где могло поместиться! Я вздрогнула от магии, вторгающейся в мое тело, в мои чувства.

Я чувствовала её внутри себя и, тем не менее, могла видеть Райдера и знала, что он там не был. Ощущала во рту вкус его члена и неважно, что там было.

Это что-то прижалось к горлу, и я представила, на что было бы похоже обернуть язык вокруг него. Магия фейри ощущалась и имела вкус Райдера.

Он застонал, будто ощутил мой маневр или может у меня была возможность сделать с ним тоже самое своей магией.

Я продолжила представлять, как ласкаю его своим языком, но больше никаких звуков удовольствия с губ Райдера не сорвалось. Но так или иначе это стоило того, чтобы попытаться.

Другое вошло меж моих бедер и подстроилось под темп того, что было во рту.

То что было направлено в мою попку не двигалось, просто прижималось ко входу с нависшей угрозой проникновения.

Я чувствовала, что балансирую на грани, тело дрожало от надвигающегося оргазма, но Райдер удерживал меня от этого и не позволял кончить.

— Я внутри тебя, повсюду. Я могу взять тебя в любое время, в любом месте, где захочу. И доставить тебе удовольствие больше, чем может любое другое существо в этом или в любом другом мире.

Я застонала от этих слов, когда страх пополз по позвоночнику, при мысли о полном контроле Райдера надо мной и то как он намеревался использовать это. Я не подчиняюсь. Я даже не уверена, что могу хорошо симулировать такое подчинение.

Я хотела то, что хотела и мне не нравилось ждать. Райдер не из разряда хвастунов; когда он говорит, что может что-то сделать, он делает. Этот мужчина Бог секса и я стала его лишь с одного взгляда. В одну минуту я могу ненавидеть его, а в следующую я лежу, голая, у него в кровати.

Его смех был темным и сексуальным, когда он увидел выражение беспокойства и удовольствия на моем лице.

— Я планирую так поступить, но не сегодня. Сейчас, я лишь хочу вновь научить тебя доверять мне. Я облажался, Син. И мне жаль, что в процессе ты пострадала, — Магия, изображавшая его член в моем рту, исчезла. Хорошо, что Райдер не мог читать мои мысли, иначе он узнал бы, что я уступила лишь от одного доминирующего взгляда его бронзовых глаз.

— Я учусь доверять тебе, фейри. В этой комнате, я тебе верю, всегда верила. За ее пределами, это не работает. Ты хранишь от меня секреты. Скрываешь кто ты. Ты не лучше меня, Райдер. Мы притворяемся теми, кем нужны людям, кем нужно, чтобы мы были. У людей вроде нас нет будущего. Мы живем ради других.

Он покачал головой, раздвигая мои бедра.

— Не сегодня. Сейчас, я живу ради тебя. Я сделал выбор относиться к тебе, как к своей женщине, — прошептал он, пока магия отступала, а ее место занимал Райдер.

Я застонала, когда он толкнулся в меня, ощущать плоть Райдера гораздо круче, чем когда-либо могла предложить магия. На глаза навернулись слезы, но не от грусти. Они возникли из-за слов его о том, что он заботиться обо мне. Райдер, чертов сексуальный Король фейри только что сказал, что я выгляжу достойно в его глазах.

Он двигался медленно и нежно, и когда перекатился, чтобы я оказалась сверху, я застонала от ощущения глубины проникновения его члена в такой позиции. Я медленно двинула бедрами, позволяя ему проникнуть еще глубже.

— Вот так, скачи на мне. Боги, ты так чертовски тугая на моём члене. Я могу ощущать, как твоя плоть сжимается вокруг меня, лаская изнутри.

Я начала двигаться быстрее, задыхаясь от этого. Он слишком огромен и в такой позиции проникал глубже, чем прежде. Я знала, что для Райдера отказ от контроля многое значит. Он повёрнут на контроле и мне это в нем нравилось. Он любил контролировать мое удовольствие, и я обожала те оргазмы, которые отличались от всех, что были у меня раньше.

Моё лоно растягивалось, подстраиваясь под невероятные размеры Райдера и когда вспышка боли пронзила меня, я знала, что в итоге, оно того стоит. Я была влажной, что помогло мне двигаться на нём.

Я ощутила наплыв сильного шторма и задвигалась в неистовом темпе на гребне бури и взорвалась, все еще насаженная на ствол Райдера. Хотя он не позволил мне долго кончать, объезжая его.

Вместо этого, он просеялся из-под меня, заменил член своим ртом и начал неистово лизать мое ядро, ублажая ртом.

Звуки, которые он издавал, насыщаясь моей истекающей соками плотью, заставили оргазм продлиться, и магия Райдера вновь оказалась внутри меня. Она трахала меня, пока я испытывала оргазм, тем самым кормя Райдера.

Когда оргазм начал угасать, Райдер оказался позади меня, толкнул вниз а потом вошел жестко и быстро.

— Мне нравится, что ты такая влажная для меня. Твое тело знает кому принадлежит. Увлажняется и растягивается полностью готовое к моему стволу. Чувствуешь, как я трахаю тебя, растягиваю твою сладкую плоть под себя? Чувствуешь, как моя магия целует каждый дюйм твоего прекрасного тела, пока я контролирую твое удовольствие? — прорычал Райдер сквозь стиснутые зубы, продолжая вбиваться в мои влажные ножны.

Протянув руку, он дернул меня за волосы, достаточно сильно, чтобы я запрокинула голову назад, и Райдер теперь мог смотреть мне в лицо и трахать одновременно.

Его магия с рвением покусывала мои груди, словно это были зубы Райдера. Горячая магия пронеслась по клитору, прежде чем надавить на него, и я вскрикнула.

Греховная улыбка фейри говорила, что он прекрасно знает, какой эффект оказывает магия на мои чувства, когда он выпускает ее, чтобы контролировать каждое нервное окончание, связанное с моей страстью.

Я застонала и ощутила, как его член увеличился во мне, как от влажности, вызванной магией он проникает все глубже. Глаза Райдера загорелись и он начал безжалостно в меня вбиваться.

Он двигался совершенными движениями; магия посасывала мой клитор и греховно терзала соски.

— Ты моя, черт возьми, моя.

— Да, — всхлипнула я, когда Райдер увеличил силу магии и ускорил темп. Звуки бьющихся друг о друга тел и приглушенные крики нашего взаимного удовольствия были единственными в спальне. Мне это чертовски нравилось.

— Кто контролирует твое наслаждение, Питомец? — потребовал он.

— Ты! — закричала я, в то время как очередной оргазм угрожал охватить мое тело.

— Кто я?

— Райдер, — простонала я.

— Кто я? — снова спросил он, и этот вопрос заставил меня задуматься, чего я делать совершенно не хотела.

— Ты мой фейри, а я твоя. Теперь заткнись и жестче трахай меня, — сказала я с последней надеждой разжечь в Райдере гнев, потому что гнев означал жесткий секс. Мне нравилось жестко и мне нравился секс с Райдером.

Рука Райдера опустилась на мою попку в жестком ударе, а другая дёрнула за волосы, посылая нервные окончания обеих частей тела в перегрузку. Он потер то место, куда только что пришелся шлепок и вновь ударил.

— Это за то, что почти вновь умерла, Питомец, — прорычал Райдер. Рукой он потянул меня за волосы пока я не оказалась достаточно близко для поцелуя. — Это за мое удовольствие, — он поцеловал меня, без каких-либо барьеров.

Он не особо сдерживался, когда брал меня сзади, а его губы набросились на мои в жестком, требовательном поцелуе.

Когда он разорвал поцелуй, то последний раз глубоко толкнулся в меня и со сдавленным стоном кончил. Я кормилась от этого, пока мы ничего больше не смогли сделать, кроме как свалиться; в сплетении тел… восстанавливая дыхание.

Когда мы оба восстановились, Райдер бережно заключил меня в объятия.

— Ты так красива. Так охренительно идеальна, — прошептал он и наклонился, чтобы нежно поцеловать меня в лоб.

Слезы выступили на моих глазах, жестокие и беспощадные. Я прогнала их, зная, что они разрушат то, что происходило между нами — чтобы то ни было. Сегодня мы нашли подобие мира, и я не хотела это разрушать.

Глава 24[30]

На следующее утро я чувствовала, что не смогу ходить. Райдер брал меня, пока ноги не задрожали, и пока я не смогла сказать больше чем да, и пожалуйста.

Я ощущала боль в полном объеме и была полностью пресыщенной. Единственным ответом Райдера на мою попытку отползти от него было, что он еще не закончил со мной.

Райдер ненасытен и каждый раз, когда я пыталась отодвинуться, просто притягивал меня к себе и заставлял желать его сильнее.

Когда он, наконец, разрешил мне уснуть, я спала, как убитая в его объятьях, которые, казалось, оберегают от кошмаров.

И сейчас, я наблюдаю за спящим Райдером. И вновь он выглядит гораздо моложе и безмятежнее. Он преследовал меня последние три года и изменил нашу судьбу.

Райдер устроил все с гарантией, что мы встретимся, что, в итоге, и произошло.

Я не вполне уверена, должна ли расстраиваться или поражаться тому, через что он действительно прошел, чтобы быть со мной. Большинство людей сбежало бы.

Дьявол, мне следует бежать, как можно дальше от него, но я не могла.

Я хотела, чтобы он смотрел на меня с тем невероятным жаром, что пылал в его янтарных глазах. Хотела ощутить прикосновение Райдера к своей душе.

И он коснулся ее. Ему даже не пришлось пытаться, и, тем не менее, я уступаю ему каждый раз, когда он прикасается ко мне. Я хочу большего, чем Райдер может или готов предложить.

В конце наших отношений не будет титров «жили они долго и счастливо», всё закончится тем, что я стану его сексуальным питомцем. А я не смирюсь с таким будущим.

Я желаю большего, большего, чем просто секс с Райдером. Кроме того, я не уверена, каким курсом идет моя жизнь. Все вышло из-под контроля.

Я имею в виду, кто-то только что взорвал мой дом.

Возможно, я и превратилась в другое существо, но мои принципы остались при мне. Прямо сейчас, я лежу в кровати с врагом и не важно, сколько раз пыталась убедить себя в том, что нуждаюсь в этом, мое сердце в итоге будет разбито.

Сегодня я хочу начать поиски нового источника питания и разорвать отношения с Райдером прежде, чем ещё глубже погружусь в чувства к Райдеру, какими бы они не были.

Я находилась с ним на грани чего-то опасного, и с каждым проведенным моментом в компании Райдера, я все больше привязывалась к нему. А это — опасная территория. Не уверена, что хочу копаться в своих чувствах к нему. Это не безопасно.

Райдер улыбнулся и открыл глаза, посмотрев прямо на меня.

— Болит? — промурлыкал он с приоткрытыми глазами, в которых уже загорался жар — самоуверенная усмешка приподняла уголки его губ, превратившись в сексуальную улыбку. Его глаза, тяжелые ото сна, просто прекрасны. Уязвимые — вот наилучшее слово для их описания.

— Очень, — прошептала я и села, пытаясь отогнать жар, распространившийся внутри меня от взгляда в его бесконечные золотые глубины.

— Хорошо, — ответил Райдер с низким рыком, смотря на меня, будто выслеживал добычу. Даже не оборачиваясь, я могла ощутить его пронизывающий взгляд, направленный мне в спину.

— Какой план? — спросила я, переходя прямо к делу и уходя от темы, которая только повысила бы его мужское эго. Если бы этот мужчина в этом нуждался.

— Ты остаешься здесь, со мной. По крайней мере, до тех пор, пока я не выясню, кто выслеживает тебя, или зачем ты им понадобилась. В последний раз они подобрались слишком близко и, чтобы предотвратить повторение такого, тебе лучше остаться здесь, в безопасности.

— Ты хочешь, чтобы я оставалась здесь, внутри, пока ты будешь все выяснять? — он это серьезно?

Райдер кивнул и улыбнулся, когда я внутренне зарычала.

— Я на это не соглашалась. Быть твоим Хэппи Милом — ладно, но не заключенной. Запереть меня здесь, ради безопасности — это то же самое.

— Кто-то пытается тебя убить. Они взорвали твой чертов дом. Дай мне немного времени, чтобы разобраться в этом. Пожалуйста, по крайне мере, сделай, как я прошу. Мне нужно знать, что ты в безопасности, прежде чем я позволю тебе уйти. Кстати, куда ты собралась?

Хотела бы я сказать нет, но это лишь подтвердило бы моё упрямство. Или еще хуже, показало бы, насколько я боюсь быть рядом с ним.

Люди почти пострадали, потому что кто-то пытался меня прикончить.

— Отлично, у тебя есть неделя. Если ты не сможешь достать их к тому времени, обещай, что тогда этим займусь я.

— Нет…

— Райдер, они не покажутся, если я не буду приманкой. Они появились, когда я задела лей-линию и сразу же нашли меня. Это те же люди, которые убили моих родителей, или, по крайней мере, один из них. Не проси меня не вмешиваться, потому что я точно не останусь в стороне. Я хочу его смерти. Хочу, чтобы они все умерли, по-настоящему страшной смертью. — Я не часто желаю людям смерти, но когда такое случается — моё воображение рисует картинки из гангстерских фильмов. Я жаждала их смерти, хотела вычеркнуть их из памяти, и чтобы они умирали действительно болезненным способом.

— Девушка, жаждущая крови. Думаю, мой член только что стал тверже.

— Райдер, я серьезно, у тебя есть неделя. Затем, мы поступаем по-моему, без единого протеста от тебя или кого-либо еще. Согласен?

Он прищурился, но я не отступала. Не в этом, не с теми, кто убил моих родителей. Это — моя битва и только моя.

Могли погибнуть люди, и это бремя ложится на мою душу, потому что именно такой я создана. Райдеру повезло, что я давала ему шанс сделать все без моего вмешательства, и он это знал.

— Питомец, — он посмотрел прямо на меня и остановился. Должно быть, увидел решимость в моих глазах, потому что изменил направление своих мыслей. — Целая неделя с договоренностью, что ты попытаешься научиться своим новым способностям фейри, так чтобы была подготовлена ко всему, что бы не случилось. Я хочу подготовить тебя к ним, Питомец. От этого я не отступлюсь, — произнес он, притягивая меня обратно в кровать и наклоняясь ко мне.

— Прекрасно, одна неделя. Ты научишь меня, как быть фейри, — прошептала я, сглатывая, когда Райдер приблизил свой рот к моему и захватил губы в страстном поцелуе.

— Неделя, — повторил Райдер прежде, чем вновь поцеловать меня, нежно, с мягкостью, которую обычно не использует со мной. Когда он отстранился, то лукаво усмехнулся, будто выиграл огромный приз. — Время обучить тебя использовать магию, чтобы одеться, Питомец.

* * *

Мы приспособились к установленному порядку. Ночью Райдер уходил и не рассказывал, куда уходил и что делал, но я предполагала, что это имело отношение к магам. А я училась пользоваться магией в течении дня.

Я делала успехи и могла одеться при помощи одной только силы мысли — пока мне хотелось носить кожу, что, похоже, доставляло Райдеру удовольствие.

Он вёл себя так, будто у нас нормальные отношения и был невероятно нежен те несколько дней, которые понадобились нам, чтобы привыкнуть к распорядку.

Было комфортно и на удивление хорошо, когда он тащил меня в постель, чтобы накормить после истощения из-за тренировок «как стать фейри».

Райдер много улыбался и всё больше походил на человека, пока не уходил ночью, оставляя меня в постели, будто проведенный вместе день ничего для него не значил.

Каждую ночь один из его людей аккуратно стучался в комнату, подавая знак, что они готовы идти, и его поведение тут же менялось — Райдер закрывался от меня, становясь холодным и отдаленным, и уходил на оставшуюся часть ночи.

Мы возвращались к нормальной жизни во время тренировок. Ночи я использовала, планируя, как обнаружить того, кто хотел моей смерти. Так как время уходило, я становилась более взволнованной.

— Призови магию вокруг себя. Сконцентрируйся, — сказал Райдер с другого конца комнаты.

Мы тренировались в месте, где Райдер изменил все мое существование, в той самой комнате, где он попросил Зарука показать мое прошлое, только сила Райдера сделала комнату больше.

— Райдер, это бессмысленно. Как я должна понять разницу между магией фейри и той, которую использую всю свою жизнь?

— Одна — дикая магия, другая — темная. Попытайся не использовать темную, — ухмыльнулся он, облокотившись на стену и скрестив руки на груди. Он продолжал наблюдать, как я пробую распознать магию.

Я начинала думать, что никогда не смогу научиться использовать магию фейри, и разочарование от провала явно тяготило.

Моя уверенность и так была подорвана и все еще ушиблена провалом спасения Лариссы.

Я ворчала, но попробовала еще раз. Вся комната наполнилась густым электрическим током от исходящей из меня силы. Темное Мастерство… я пресекла его и покачала головой.

Еще несколько попыток, а я все не могла вытащить силы, которые, как Райдер думал, есть внутри меня.

Я все пыталась вытянуть нужную магию, когда в комнату вошел Ристан.

— Продолжай попытки, — сказал Райдер, кивнув Ристану, который подошел и прислонился к стене рядом с ним.

— Есть что-нибудь? — спросил Райдер, поворачиваясь к Ристану.

— Нет, небольшая команда выслана на разведку, но я ничего не вижу. Как проходит обучение магии?

— Она не может вытащить ее, — тихо произнес Райдер, пока я продолжала попытки.

— Так значит, прогресса нет? — спросил Ристан.

— Нет, она не достаточно старается. Все еще использует магию, которую преподавали в Гильдии. Она должна делать это естественно, лишь силой мысли. Прямо сейчас, она не пользуется ничем, кроме моего терпения.

— О, я бы так не сказал, — усмехнулся Ристан. — Она пользуется тобой по ночам.

— Ристан, выясни, кто пытался убить ее. Я хочу это знать не позднее завтрашнего вечера.

— Ты узнаешь. Но Райдер, кто бы это ни был, он проделал чертовски хорошую работу, чтобы скрыться от нас. Нет никакого запаха, по которому можно было его выследить или каких-либо следов.

Я отвернулась, не обращая на них внимания и пытаясь вытянуть больше магии. Это было безнадежно. Я пользовалась магией с тех пор, как себя помнила, но не могла разбудить никакой другой, кроме той, к которой привыкла. Но не она мне была нужна.

Заклинание получилось легко, но то, что пришло ко мне, я не могла и не должна использовать. По крайней мере, не без помощи ковена. Темная магия может убить или ранить заклинателя, если ее не выровнять и не сохранить равновесие целым ковеном.

— Когда-нибудь задумывался, что она уже нашла свою магию фейри и, что возможно, лишь возможно, она использовала ее все время? — спросил Ристан Райдера, заставляя меня повернуться к ним.

— Как такое возможно, если у меня блокирующее тату на шее? Разве ты бы не почувствовал магию? — спросила я, прищурившись.

— Пользуйся она ею все время, мы бы это почувствовали, — согласился Райдер, склонив голову, что означало о его раздумьях. — Если только реальная магия не скрыта. Син всегда пахла дикой магией, даже если ею не пользовалась.

— Син, сколько тебе было лет, когда ты впервые использовала магию? — тихо спросил Ристан.

— Мне было три года. Это первое воспоминание, когда я впервые воспользовалась магией, — просто ответила я.

— Она не может лгать, — сказал Ристан, заставляя меня поднять бровь в замешательстве.

— Зачем мне это? Во лжи нет никакой выгоды.

— Теперь ты полностью фейри, Синтия. Ты не сможешь солгать, даже если от этого будет зависеть твоя жизнь, — размышлял Ристан с дерзкой улыбкой на устах.

— В смысле?

— Три года, слишком юный возраст для того, чтобы ведьма начала колдовать. Что еще ты могла тогда делать, Син? — спросил Райдер, отталкиваясь от стены и опуская руки по бокам. Я смотрела, как мышцы его живота напрягаются при движении.

Сегодня на урок он пришел без рубашки, и я не жаловалась, до сих пор.

— Простые вещи: могла контролировать температуру воды в ванне, еду, которая мне не нравилась, могла изменить во что-то простое, например в картошку-фри, и одежда — вот дерьмо! — я резко остановилась и моргнула. Я могла менять свою одежду, и, время от времени, даже мамину — одной лишь силой мысли — но потом я не использовала те заклинания.

Я поняла, что начала верить в силу заклинаний, а не в силу внутри меня, когда переехала в Гильдию.

— Ты могла сменять одежду, — произнес Райдер, кивая головой с коварной ухмылкой. — Всё это время ты пыталась материализовать хлопок, и ты могла делать это в три. Это невозможно ни для кого кроме некоторых Фей в этом возрасте.

— Ты думаешь о том же, о чем и я, Райдер? — спросил Ристан, стоя, прислонившись к стене.

— Что Син — настоящая Светлая Принцесса, у матери которой, должно быть, был роман с одним из принцев Кровавых фейри. Благодаря которому, появилась малышка Син? — улыбка Райдера стала коварной, пока он внимательно наблюдал за мной.

— Я не Светлая Наследница. Ты говорил, что я Кровавая фейри.

— Син примерно того же возраста и это объяснило бы, откуда она знает Адама и как сделала своим приближённым в таком юном возрасте, — дополнил Ристан. — Кровавые фейри сплачивались со Светлыми, как и с Тёмными двадцать один год назад. Они легко могли встретиться на празднике самайна, где, как правило, присутствуют все три касты.

Я чувствовала будто тону и не могу выплыть на поверхность. Ужасно даже предположить такое, так как Светлые фейри, со своим чувством превосходства, были самыми неприятными из всех каст.

— Гламур, который ты использовала, когда мы впервые встретились, Син. Как долго ты можешь носить его? — тихо спросил Райдер.

— Предполагаю, что недолго, это истощает магию, — ответила я, рассеяно сжимая руки, опущенные по бокам, в кулаки, когда они начали дрожать. Одно дело знать, что где-то там у тебя есть семья, но совсем другое — выяснить, что реально кто-то существует.

С одной стороны это весьма захватывающе, учитывая, что я все потеряла, но пугала мысль, что Райдер мог все разузнать и отвести меня к ним.

А что, если я им не понравлюсь? Вдруг они подумают, что я урод, так как все еще могу вызвать свечение, которым Олден пометил мою кожу?

Слишком многое может пойти не так. Дьявол! Они могут отвернуться от меня и продать Райдеру, у Светлых фейри ведь армия дочерей.

— Хотя так было до Перехода, поэтому вполне логично, что гламур легко иссушает магию, если Син долго им пользуется, — небрежно заметил Ристан, будто мы обсуждали семейный отдых в тёплых краях.

— Так ты говоришь, что я королевский незаконнорожденный ребенок, появившийся в результате какого-то романа и все время, когда я притворялась Светлой Наследницей, я ей и была?

Они оба рассмеялись. Мне одной это не казалось забавным. Все же это была удача. Если бы не мое НЕвезение, везения у меня не было бы вообще никого.

— Это может объяснить, почему кто-то пытается прикончить ее. Многие годы ходят слухи, что Светлый Король пытается найти Светлую Наследницу, чтобы убить ее, — Райдер посмотрел на меня с ухмылкой. — Просто, чтобы ты знала, вот почему мы не подвергали сомнению факт нападения, когда появился охранник Арианны, сообщивший о преследовании ее, а не потому, что мы глупы, — я недовольно впилась в него взглядом за утаивание этой информации от меня.

— Это не имеет абсолютно никакого смысла, понимаешь? — проворчала я, уже ощущая голод от часов, проведенных за тренировкой.

— Потому что ты не хочешь быть бастардом? Или…? — спросил Райдер, насупившись.

— Потому что быть фейри — это одно, Райдер, но совсем другое быть Светлой фейри. Они худшие из всех проклятых фейри. Они — кучка тошнотворных, ханжеских придурков, которые считают себя лучше других каст фейри. Я скорее предпочту быть одной из Орды, чем из этих мерзавцев!

Райдер и Ристан обменялись взглядами, а затем уставились на меня испепеляющим взглядом.

— Это не меняет того факта, что всё на своих местах — ты на своём месте Син. Это выведет нас на того, кто пытается тебя убить. Теперь все эти слухи приобретают другое значение. Имеет смысл то, что она может избавиться от потомков, если наследник не законен, — ухмыльнулся Райдер. — Выходит, то что сказала Дрезден было правдой.

— Мне по фигу, если я какой-то королевский бастард. Меня беспокоит то, что я не хочу семью. Мне они не нужны. Они не хотели меня. Мне не очень хочется, чтобы они об этом догадались, и уж точно я не хочу, чтобы они приняли меня, потому что я — наследница. Они выбросили меня, какова бы ни была причина, это уже ничего не изменит. У меня была семья, и я знаю, кто я такая без Светлых фейри и тем более без их прав на меня.

— Ты не хочешь встретиться с матерью? — осторожно поинтересовался Ристан.

— Нет. Я наблюдала, как мою мать убили фейри, никто и ничто не сможет ее заменить. Она отдала жизнь, защищая меня, Ристан. Она была моей матерью и доказала это своей жертвой. Ничто это не изменит.

— Нам всё ещё нужно узнать, кто пытается убить тебя, — обратил внимание Райдер.

— Так выясни это, не сообщая Светлым фейри, что нашел меня, или я выясню все сама. Я не соглашалась переключаться на воссоединение семьи фейри. Согласилась дать тебе неделю, Райдер. Если ты будешь давить на меня или заговоришь об этом снова, я уйду. Обещаю, я не желаю, чтобы кто-нибудь пришел и начал меня требовать.

— А если я не смогу выяснить, кто пытается тебя убить? — спросил он.

— Тогда это сделаю я.

— Брось. Я, блядь, ни за что не позволю тебе выслеживать мудака. Я найду способ убить его, и сделаю это, без помощи тебя в роли приманки, — Райдер понимающе улыбнулся. — Предлагаю занять это время кормлением.

Глава 25[31]

Позже тем же днем, нас вызвали на верхний этаж клуба. Зарук внимательно осмотрел нас, когда мы подошли к закрытой VIP-зоне. Он кратко кивнул мне, и затем мы начали подниматься по извилистой лестнице, ведущей к приватным комнатам клуба.

— На первом разведка завершена, у нас готов план захвата, у нас есть люди и в других местах, Райдер. Знаю тебе это не нравиться, но пора отозвать контракт, — мягко проговорил Зарук, глядя как Райдер воспринимает известие.

Райдер мрачно кивнул, поворачиваясь ко мне.

— Син, я освобожу вас с Адамом от контракта, если ты поможешь мне вернуть реликвии, которые помогут защитить будущее фейри. Это против моих убеждений, как бы я ни хотел не вовлекать тебя в это, но мне нужен кто-то способный проникнуть в труднодоступное место, я знаю ты сможешь. После этого, я позволю вам обоим уйти. Это не будет легким заданием, и нам нужно сохранить артефакты в целостности и сохранности. Только ответь прямо сейчас.

Я почувствовала, как моё горло сжалось, когда мысль быть вдали от Райдера, дошла до моего сознания. Я тянула с ответом, и подскочила когда над нами прогремел голос Зарука.

— Син, ответь ему, — потребовал Зарук.

Обернувшись, я посмотрела в глаза Райдеру и кивнула. Не в состоянии говорить, я боролась с болью, пришедшей от осознания, что вскоре мы с Райдером расстанемся. В конце концов, я знала, найденный нами мир будет разрушен, но не ожидала что это случиться так скоро. Мои горло и живот свело от мысли быть без него.

— Так, что мы должны делать? — тихо спросила я.

— Зарук объяснит что нужно делать. Тебе понадобиться черная одежда, и убедись что она обтягивающая, — произнес Райдер, глядя вверх по лестнице где Дристан было высунул голову из-за занавеса, там где неуклюже стояла и я. — Поняла? — спросил он многозначительно.

Я снова кивнула наблюдая, как его руки, сжались в кулаки по бокам.

Мы вошли в комнату, в которой находились модель и план здания. Все люди Райдера молча стояли у стены, кроме Ристана и Зи, объяснявших план на сегодняшний вечер.

— Ладно, — произнес Зарук. — Это точка входа, — он указал на часть чертежа, на которой было изображена комната здания. — Наш информатор говорит, что она усиленно охраняется, но думаю, мы сможем обойти их. Мы входим сюда, — продолжил он, тщательно подчеркивая все для меня. — На окнах лишь несколько датчиков, которые мы запросто отключим при входе. Внутри есть сигнализация, которую мы не сможем отключить и это первая проблема, с которой нам придется разобраться. Войти и выйти мы должны во время пересмены. В нужный момент времени мы должны избежать охранников. Здесь, — Зи указал на группу квадратов на карте, — скипетр под сигнализацией. Внутри здания много дополнительных датчиков, которые необходимо отключить и не допустить, чтобы они сработали. Если такое произойдет, то решетки на потолке и двери немедленно закроются. Есть и пустышки, но в основном комната набита ловушками и капканами, установленными с целью — препятствовать фейри вернуть реликвии. Райдер пойдет с нами и укажет где настоящие, а где подделка.

— Что эта реликвия делает? — спросила я, поднимая глаза на Зи, а затем переведя взгляд на Райдера.

— Очень мощный скипетр, который был украден много веков назад группой придурков, думающих, что это способ управлять фейри и получить власть и бессмертие, но они так и не поняли, как разблокировать его силы. Во всяком случае, это не имеет значения; скипетр работает только в правильных руках. Наше время на исходе, мы знаем, что как только начнем возвращать реликвии, они переместят их, что заставит нас заново начать поиски. Теперь у нас есть в распоряжении люди, чтобы предотвратить это, когда мы нападём сегодня вечером, — высказался Райдер прежде, чем развернуться и направиться к двери.

Я смотрела на его широкую спину, пока он покидал комнату, оставляя меня наедине с его людьми и Ристаном.

Двадцать минут спустя, я была одета в удобный, комбинезон из мягкой кожи, который сама и создала, похожий на тот, который мы надевали в Гильдии на задание.

Я порылась в оставшихся вещах, которые удалось спасти из моего дома и почти завизжала от радости, когда обнаружила сумочку для миссий.

Я оплакивала её вместе с коллекцией OPI, так как это подарок Олдена на выпускной.

С ней шел серебряный пояс с секретными секциями, без которых девушке просто не обойтись.

Я сунула ноги в сапоги до колен на мягкой подошве, стянула волосы в тугой конский хвост и вернулась в VIP-зал. При виде лиц, на которых застыли шок и веселье стоило мне войти, я улыбнулась. Они могли смеяться сколько хотели, этот костюм спасал мою задницу сотню раз.

К тому же он подходит к описанию того, что Райдер просил надеть.

Ну конечно с намного большим количеством концентрации и работы я, возможно, создала бы черную, рабочую одежду Гильдии, но от кожи гораздо больше удовольствия.

Я почувствовала себя лучше, пока не поймала на себе взгляд Райдера. Качая головой и грешно улыбаясь он не сводил с меня глаз.

— Я не говорил обтягивающее.

— Ты сказал обтягивающее. Кроме того, такой костюм спасал меня гораздо больше раз, чем ты, фейри.

Райдер провёл рукой по лицу и, сократив меж нами дистанцию, протянул руку. Я посмотрела на нее, затем перевела взгляд на ее обладателя.

— Итак, в чём заключается работа? Знаю, ребята, как вы работаете и мне нужно понять, что на самом деле происходит.

— Это не работа, Син, и мы рассказали всё что ты должна знать. Обман — сегодня не входит в план. Мы собираемся забрать то, что не должно никогда покидать Царство фейри. Точка, — осторожно ответил Райдер.

— Расскажи мне детали, а не просто укажи, что это скипетр. Я заметила, что это здание — старый Массонский храм, но что я не знаю, каково их участие и зачем там скипетр? Дай мне больше информации. Я достаточно умна, чтобы понять, что происходит нечто большее, чем ты мне говоришь. Из прочитанного мной о масонах[32], я знаю — они плохие парни — обычно.

— Если отбросить политику, Питомец, ты права — обычно они плохие. В их обществе произошло много изменений прежде, чем они стали Франкмассонами. Те, кто похитили скипетр были рыцарями Тамплиеров. Все думают, что их распустили вскоре после того, как прекратились Крестовые походы. Они активны и по сей день, тайно, негласно и очень схожи с Гильдией Наёмников. Они обучены убивать, но, в отличии от Гильдии, делают это только для сохранения своих тайн и дел, в которых замешаны. Их идеи и символ, который они используют со времён Крестовых походов — единственные неизменные вещи, не важно, в какую бы сторону не развивались внешние группы. Их обучили оставаться не более, чем легендой. Смертоносные и хорошо подготовленные. Вряд ли ты захочешь, чтобы они действовали против тебя. В большинстве случаев, они не вмешиваются в дела других групп, если только не начинают беспокоится, что из-за этого пострадают их принципы или люди.

— Ладно, каков запасной план? Поскольку план избежать их — это план А, мне нужно знать план Б, при худшем варианте развития событий. Мы должны драться? Или бежать? Мне необходимо знать подобные моменты, чтобы не быть ответственной за развязывание кровавой войны, если только ты не хочешь этого.

— Мы — фейри и не верим в план Б и нет, мы не хотим развязать чертову войну с ними, — пробормотал он и посмотрел на свою руку.

Я выгнула бровь и вложила свою руку в его. Райдер притянул меня ближе, и мы просеялись.

Когда мы материализовались на крыше здания Тамплиеров, я оказалась полностью в объятьях Райдера, а его губы прижимались к моему лбу. Я ощутила это до материализации, но подумала, что это лишь мое сверхактивное воображение.

— Держись ко мне поближе, Синтия. Смотри куда наступаешь, на полу есть датчики, предупреждающие Тамплиеров о вторжении, — прошептал он и осмотрелся.

— Как, дьявол разбери, Тамплиеры, вообще заполучили скипетр? — спросила я, позволяя своему любопытству, а не нервам взять верх.

Губы Райдера растянулись в лукавой улыбке.

— Хочешь ещё немного истории? — слегка ухмыльнулся он.

— Четыре артефакта, которые мы ищем, являются древними реликвиями нашего народа и, как многие думают, они являются волшебным оружием. Наши люди хранили их в царстве сильнейшей касты, в то время, Светлые фейри были сильнее Орды. Аниса, царица Светлых, хоть и невероятно сильна, но у нее есть дочь, которая была очень глупа и очарована людьми. Она увлеклась и думала, что влюбилась в мужчину, который состоял в Ордене Тамплиеров. Даже при том, что сами Рыцари, как предполагалось, принимали обет бедности, целомудрия, благочестия и повиновения ордену, мы знаем, что к Тамплиерам внедрились маги и считаем, что они поощряли этого юношу отвечать ей взаимностью. Она думала, что рыцарь по-настоящему в неё влюблён, а он, возможно по наитии магов, попросил в знак ее любви подарить ему реликвии. Светлая Принцесса возможно и была глупа и слепа, однако понимала, что он не сможет использовать их. Она украла для него реликвии, думая, что в любое время сможет вернуть и отдать матери. Когда она принесла их рыцарю, орден схватил ее и забрал реликвии. В итоге, ее освободили, но к тому времени реликвии фейри уже были разбросаны по всему гребаному свету. Я хочу, чтобы ты помогла мне найти их и вернуть нашему народу.

— А что произойдёт, когда они будут возвращены и собраны вместе? — я не идиотка и слышала истории о этих древних реликвиях во время обучения в Гильдии. В моей голове зазвенели тревожные колокольчики. От идеи Райдера заполучить эти реликвии в моих ушах возникал шепот Хана Соло[33] «У меня на счет этого дурное предчувствие!»

— Я не причиню вреда ни людям ни фейри. Пока, это все, что тебе нужно знать, Питомец, — ответил Райдер, оставляя тайной то для чего они ему нужны.

Он отпустил меня и я сделала тоже самое, наблюдая, как его люди окружают нас. Легкий ветерок, обдувающий нас, говорил, что мы не столь далеко, как я думала вначале.

На ночном небе рассыпались прекрасные звезды и полумесяц. Я ощутила взгляд Райдера на себе и повернулась к нему.

Он ответил улыбкой и поднял руку, чтобы провести по моей щеке прежде, чем быстро и эффективно раздать приказы своим людям, голосом, который был едва ли шепот.

— Зи, Савлиан и Эйодан вы на точке. Ристан, что подозрительного ты видел? — спросил Райдер.

Ристан прищурился на меня и покачал головой.

— Ничего, — медленно ответил он. Я прищурилась на него и усмехнулась. Даже при том, что он знал мои способности, Ристан, вероятно, думал, что я стану проблемой, но я не стану. Здесь я в своей стихии. Ну, только с другой группой.

Все мужчины низко пригнулись, и я последовала их примеру. Мы двигались, припав к земле, пока не обогнули большое, темное, квадратное окно.

Райдер положил руку на стекло и прошептал что-то на том странном языке, который я уже слышала, как пару раз он его использовал. От этих слов стекло исчезло.

Я моргнула и слегка склонила голову. Ристан улыбнулся, поймав мой удивленный взгляд. Они переговаривались шепотом и я, уловив слово «защита», улыбнулась.

— Нет, все полностью защищено. Должно быть это был датчик давления. Черт! У них есть защита от фейри. Ты можешь попытаться пойти туда, и каждый охранник в здание за один удар сердца прищучит наши задницы, — сказал Ристан Райдеру, который пожал плечами, будто его это мало заботит.

— Нам нужен этот чертов скипетр и точка. Мы не можем увидеть какую хренову магию, они используют без него. Плевать как ты на это смотришь, Ристан, нам необходим этот скипетр, чтобы закончить то для чего мы пришли в этот мир. Если мы не заберем его сейчас, они его перепрячут. Мы не можем рисковать потерять его вновь, — спорил с ним Райдер.

Я одним ухом слышала перешептывания этих двоих. Зная, что они могут общаться ментально, должно быть Райдер и Ристан шипели друг на друга вслух для остальных, надеясь, что появиться конструктивная идея для безвыходной ситуации.

Для моей задницы нет плана Б. Я закатила глаза и быстро осмотрела лазеры внутри комнаты, измерила расстояние до пола и насколько тяжело туда спуститься и просчитала время, сколько секунд уйдет на передвижение к каждой точке.

Я начала расстегивать пояс, продолжая все просчитывать и остановилась лишь для того, чтобы найти что-то тяжелое на крыше. Я улыбнулась, так как они продолжали горячо спорить шепотом, как им попасть внутрь.

Мужчины по-прежнему продолжали спорить, когда я пронеслась сломя голову по воздуху над Савлианом, который вернулся, чтобы посмотреть на проблему и едва успел на неё взглянуть.

— Синтия! — Райдер сдавлено чертыхнулся, когда я зацепилась в воздухе за веревку, спрятанную в моем поясе, делая петлю.

Я посмотрела наверх на шокированные выражения лиц четырнадцати мужчин и улыбнулась. Райдер не улыбался; на его лице был полный шок, пока я не перевернулась и приземлилась на ноги как раз между трех лазеров.

Сигнализация не сработала видать не посчитав меня фейри.

Или, по крайней мере, я на это надеялась после откровений Олдена о том, что я своего рода друидский фейри; это достаточно меня отличает и делает незаметной.

— Это было чертовски возбуждающе, — произнес Севрин с небольшой ухмылкой. Он поднял взгляд и встретился со взглядом ярко светящихся глаз Райдера. — Что? Оно так и было!

— Если вы, парни, закончили, мне нужно, чтобы вы указали мне нужный скипетр, так как их тут двенадцать, — прошептала я и встретилась с гневным взглядом золотых глаз.

Двенадцать стеклянных витрин, стоящих на деревянных постаментах стояли по всей комнате и в каждой находился восемнадцатидюймовая дубовая ветвь. Основываясь на план, я представляла комнату, как склад, но больше походило на музей.

— Вторая витрина слева от тебя, Син. Будь осторожна, она подключена к охранной сигнализации, — Райдер медленно выдохнул и покачал головой, в его глазах читалось предупреждение, что после этой выходки моя попка станет багровой.

Я осмотрела темную комнату и пересчитала витрины, зажимая пальцы. Я не двигалась, и изучала комнату, догадываясь, что сейчас произойдёт в отличии от Райдера. Он почти позвал меня, испугавшись, что я, стоя в полный рост, бросилась ничком на пол, когда мигающий красный лазерный луч появился из стены и, сканируя, прошелся по комнате на уровне талии человека.

— Близко, — прошептал Зарук.

— Синтия, ты в порядке? — спросил Ристан.

Я не успела ответить, когда появился второй лазер и просканировал комнату. Он прошел ниже, чем первый и прошел по всей комнате.

Дерьмо. Возник очередной лазер, еще ниже, пока не коснулся лазера, находящегося рядом со мной. Я ждала, когда он закончит сканировать прежде, чем аккуратно просунула ногу в петлю. Еще один лазер, еще ниже. Я ждала. Еще один и еще ниже. Я все еще ждала. Следующий попадет на меня.

Я подскочила и вывернулась, поднимаясь вверх по веревке, когда появился лазер и прошелся там где только что была я, затем медленно угас, не найдя угрозы.

— Три минуты, они запускают сканирование комнаты каждые три минуты, — прошептала я, вновь опускаясь на пол и двигаясь к витрине через лазеры на полу. Я почти добралась до места, когда в комнату открылась и закрылась дверь, я пригнулась и спряталась за витриной.

— Комната пять — всё чисто. Теперь, перезагрузи систему, — произнес голос в комнате и лазеры погасли.

Послышался звук опускающихся на мраморный пол тяжелых ботинок, приближающийся к тому месту, где я пряталась.

Я слушала звук этих шагов, считая их и передвигаясь вокруг витрины в момент, чтобы мужчина меня не увидел.

Я сглотнула, сдерживая свою темную магию, чтобы сохранить невидимой веревку, которую тащила за собой. Я молилась, чтобы та скромная магия, которой я пользовалась не включила сигнализацию.

Когда неизвестный прошел через комнату, он развернулся и пошел по другому маршруту назад. Это вызвало у меня легкий сердечный приступ.

Я быстро передвинулась вокруг маленькой витрины и посмотрела наверх, найдя лишь пару золотистых глаз, наблюдавших за мной. Я улыбнулась и подмигнула ему прежде, чем послать воздушный поцелуй.

Райдер покачал головой и я могла бы поклясться, что слышала в своей голове рычание.

— Всё чисто; перезагружай систему, — произнес охранник и я почувствовала, как сердце ёкнуло. Вот дерьмо, все собиралось стать совсем отстойным. Я ждала, пока не услышала, как открылась и закрылась дверь прежде, чем посмела сделать вдох.

Я не могла просеяться, потому что это запустит заклинание против фейри. Я посмотрела сквозь витрину и увидела охранника, все еще нажимавшего кнопки на панели в стене.

При перезагрузке систем, сработают все лазеры в комнате одновременно. Я резко поднялась и, согнувшись, побежала в угол к боковой стене.

Это единственная стена, до которой я смогла добраться, чтобы охранник меня не заметил. Мне повезло, что комната была так странно построена, с целью показа артефактов.

Я поставила ноги по обе стороны угла на стену, чтобы скрыться от нескольких лазеров. Как только я прыгнула, включились лазеры.

Я не дышала и не двигалась. Удерживая взгляд Райдера для поддержки, пока система работала в полную силу и не вернулась в обычный режим.

Медленно вдохнув, так медленно, что легкие не успели раздуться полностью, я наблюдала, как лазеры встали на места прежде, чем я поставила ноги на пол и сделала шаг вперед, потом еще один и еще.

— Который? — вновь прошептала я, так как мое чувство ориентирования отключилось. Райдер указал на нужный, и я направилась к нему.

Задержав дыхание, я нашла ведущий к сигнализации витрины красный провод, затем соединила голубой с зеленым, чтобы придать ему ложную безопасность. Сигнализация не сработала, но я не дура.

Я подняла стекло с пьедестала и заглянула внутрь, торжествующе улыбаясь. Найдя маленькую проволоку, которая запускала сигнализацию, стоит мне взять скипетр с пьедестала, я отделила ее от крепления.

Прошептав заклинание, заставившее стекло лимитировать в воздухе, я протянула руку и посчитала провода. Выругавшись, когда лазеры вновь сработали, заставив меня поднять свое тело, с помощью веревки, достаточно высоко, чтобы их пропустить.

Когда они проследовали своим курсом, я опустилась, удостоверяясь, что ноги встали на пол. Вздохнув и медленно выдохнув, я протянула руку и скрутила провода, пока давление не достигло нужного уровня, чтобы я смогла вынуть скипетр без включения сигнализации.

Вытащив скипетр, я всунула его за пояс и медленно вернула стекло на пьедестал.

Подтянув ноги, я быстро поползла по стене при помощи веревки, пока Райдер не схватил меня и не поставил на ноги.

— Этого не было в чертовой сделке, — горячо прошептал он.

— Нет, но я могла попасть в этот дурацкий клуб, неандерталец, а ты нет. Поэтому я это сделала. Смирись с этим, фейри. Я пришла, чтобы помочь вам, ребята и мы взяли то за чем пришли, — прошептала я в ответ, вынимая из-за пояса деревянную палку, штуковину, именуемую скипетром.

— Хорошо, дай его мне, — произнес Райдер, протягивая руку.

На какой-то момент я тревожно уставилась на скипетр, замечая, что ничего не изменялось пока я его держала. Когда я протянула его Райдеру, мгновенно ощутила в животе порхание бабочек. Я увидела, как глаза фейри мерцали нетерпением, когда скипетр из цельной ветви дуба превратился в красивый, платиновый посох, высотой почти с Райдера.

Рубин, величиной больше моего кулака, устроился в изящной, платиновой декорации на самом верху посоха. Райдер рукой обхватил посох, лаская его, как ласкал мою кожу, когда мы были наедине.

— Почему у меня такое ощущение, что я отдала тебе то, что не должна была? — спросила я.

Его губы растянулись в ухмылке. На мой взгляд слишком тёмной и слишком смертоносной.

— Ристан, пожалуйста, забери Синтию в клуб. Встретимся там, Питомец. Мне нужно переместить его туда, где никто не найдёт.

Я прищурилась на него, но Райдер просеялся прочь, оставив меня стоять, и сердито смотреть в пустое пространство.

— Цветочек, — позвал меня Ристан, протянув руку.

— Демон, — ответила я.

— Пойдём? — спросил он, когда я сжала пальцы на руке.

— Что, если я скажу нет? — пошутила я, зная, что у меня нет выбора.

— Тогда в любом случае я заберу тебя. Мне нравятся злющие женщины.

Глава 26[34]

Сегодня меня развлекал Эдриан. Райдер позволил ему приехать в клуб и занять меня чем-нибудь. Райдер раскрасил все стены, окружающие меня заклинаниями, пока я ждала, чтобы он выяснил любую информацию о моем несостоявшимся убийце.

За исключением вчерашней маленькой прогулки, я была заперта и это сводило с ума. Меня не столько беспокоило быть запертой, сколько бездействие. Мне хотелось заняться чем-нибудь полезным, а я лишь сидела и ждала. Ждать — отстойно.

Я старалась не показывать этого, но в какой-то момент должно быть, не получилось, потому что Райдер позволил моему бывшему составить мне компанию, пока сам сегодня охотился.

— Итак, ты приспосабливаешься? — спросил Эдриан, сидя напротив меня за столом.

В итоге мы с Эдрианом сидели в одной из кабинок на нижнем этаже клуба.

В ранние утренние часы клуб выглядел брошенным и единственные, кто находился здесь — это команда Райдера. По клубу разносилась тихая песня «Mazzy Star — Fade Into You».

— Приспосабливаюсь, — ответила я, и встретилась со взглядом ярко-бирюзовых глаз Эдриана..

Мой мир привык вращаться вокруг этих глаз, пока Эдриан не заставил меня думать, что мертв в течение многих лет. Мне очень хотелось поговорить об этой лжи, о вечере, когда он «умер» и выборе, сделанным Эдрианом, но я не была действительно готова бередить все еще открытую рану.

— Милые клыки, — произнес он, улыбнулся и смахнул чёлку со лба.

Я лукаво усмехнулась.

— Чего нельзя сказать о твоих.

— Не предполагал, что такое возможно, — он улыбнулся и облизнул свои блестящие клыки.

— Ты ведь в курсе, что осёл?

— Всегда. Надеялась, что изменюсь? — спросил он, приподнимая бровь.

Я нежно улыбнулась и покачала головой. Хоть я и рада, что Эдриан со мной и, тем не менее, ощущала дискомфорт под его пристальным взглядом. Это не так, как было раньше, когда мы были вместе.

— Нет, я всегда знала, что лучше не думать о том, что ты изменишься, — усмехнулась я, играя с чайным пакетиком в стеклянной кружке, к которой даже не прикоснулась.

Прежде, чем уйти, Райдер заказал чай.

Он стал немного перегибать в опеке надо мной, с тех пор, как вернулась моя болезнь, но хотя бы меня не тошнило с того ужасного утра.

Я уже знала, стоит мне попробовать чай на вкус, он окажется идеально приготовленным. Райдер знал, какой я пью чай, что меня немного беспокоило.

Я никогда прежде не пила чай перед Райдером, так что он не мог знать, что я люблю с сахаром. Я подняла чашку и вдохнула успокаивающий аромат ромашки. Легкий запах сахара заставил мои губы изогнуться. Я попробовала напиток на вкус и на моем лице расцвела улыбка.

— Хотелось бы мне, чтобы я заставил тебя так улыбаться, Синтия. Хотя думаю, что такого не случится, — произнес Эдриан с мягкой, утешительной улыбкой на лице.

— Он заказал чай, именно с двумя ложками сахара, — произнесла я, будто Эдриан знал, что это значит для меня или что я немного обеспокоена тем, откуда Райдер знал это.

Эдриан растерянно посмотрел на меня прежде, чем уткнуться в кружку.

— Тебе нравится чай?

Я вновь улыбнулась.

— И кофе, — ответила я.

— Знал, что ты любишь кофе, хотя понятия не имел, что ты не равнодушна к чаю, — ответил он, смотря на что-то позади меня. — У нас компания.

Я обернулась, наблюдая, как Адам, его отец и люди Райдера подошли к нам.

— Син, это мой отец. Ему есть что тебе сказать, — произнес Адам немного боле формально, чем я привыкла слышать от него.

Я моргнула. Понятия не имея, как обращаться к Королю, а отец Адама был именно им. Он — долбаный Тёмный Король!

— Уф, — запнулась я. Даже одетый, как человек в джинсах и тёмно-зеленую рубашку на пуговицах, у мужчины была царская осанка и он излучал силу, как генератор.

Его рост и тип фигуры такие же, как сейчас у Адама. Однако, чертами лица, небесно-голубыми с сапфирово-синим двухцветными глазами и иссиня-черным цветом волос, таким же, как у Райдера, они отличались.

— Синтия, приятно познакомиться. Сын рассказывал о тебе много хорошего, — произнес Тёмный Король с снисходительной улыбкой при этом изучая меня взглядом древних глаз.

— Я вообще ничего о вас не слышала, — честно призналась я.

— Могу ли я присесть? — спросил Тёмный Король, указывая на стул рядом с кабинкой, в которой мы сидели. Я видела, как он притянул его ближе, ожидая моего ответа.

— Конечно, — ответила я, не уверенная чего в этот момент желаю больше — убежать от Тёмного Короля или обнять Адама. Я встретилась взглядом с Адамом и улыбнулась. — Ты как?

— Я прошел через ад, но думаю, что в порядке. А ты?

— Так же, только немного хуже.

Он улыбнулся и кивнул прежде, чем скользнуть в кабинку и сесть рядом со мной.

Зарук с настороженным взглядом встал справа от меня, что не особо помогало с беспокойством, ощущаемое мной в присутствии такой компании.

Дристан стоял у входа в клуб, наблюдая, но я ведь не дура. Он здесь, чтобы защищать и охранять меня в отсутствии Райдера.

— Есть несколько вещей, которые я хотел бы обсудить с тобой, если это допустимо? — осторожно произнес Тёмный Король.

— Ладно, — ответила я, выпрямившись на своем стуле.

— Райдер предполагает, будто ты Светлая Наследница. Понимаешь, что это за собой влечет?

— Что я стану править Светлыми фейри, чего не произойдёт. — Я придушу Райдера за то, что пошёл против моего желания. Если он еще обратиться и к Светлым фейри, то сегодня на ужин подадут жареного фейри.

— Думаешь, так легко сказать «нет»? — возразил он, скрестив огромные руки на столе напротив себя.

— Нет, но действующая Королева здорова, как впрочем и ее Король. Не вижу оснований, чтобы потребовать корону. Они отказались от меня. Ах, да — я слышала истории, когда была в Гильдии, что Светлую Принцессу похитили, но не верю в это. Если я — это она, они избавились от меня, потому что я больше чем незаконнорожденный ребенок, тем более у них не мало детей и лично мне это по душе.

— Ходили слухи, что твоя мать не была верной своему мужу, и за её королём так же водились грешки, — он кивнул, будто информация не была новой для него.

— Светлые фейри — каста неверных. Они думают, что они выше традиций и, если уж на то пошло, выше остальных каст фейри. Попросту говоря, они эгоистичные мудаки.

Король улыбнулся и кивнул прежде, чем посмотреть мимо меня на Адама.

— Вижу, почему она тебе нравится, сын мой. Она прямолинейна и не играет словами. Переходит сразу к делу и не говорит намёками.

Адам улыбнулся и нежно взял меня за руку. Я заулыбалась и заметила, что в его взгляде чего-то не хватает. Это все тот же Адам, с которым я выросла, но он потерял ту наивность, которая была ему присуща. Может мы все потеряли, после смерти Лариссы. Я молилась, чтобы он смог пережить всё это. Я скучала по своему острящему лучшему другу.

— Если можно, я хотел бы объяснить некоторые наши традиции, политику и немного истории, чтобы ты смогла лучше понять мою истинную цель, зачем я здесь сегодня. Не уверен, чему ты научилась от Райдера и его людей за последние несколько недель, однако, Адам переживает интенсивно-ускоренный курс во всем, что пропустил, с того момента, как пропал. Если наши предположения верны, важно воспитать тебя так быстро, как мы можем, — Тёмный Король сделал глубокий вздох прежде, чем продолжить. — Синтия, если ты — Светлая Наследница, само собой разумеется, получишь корону. Обычно, дети королевских семей в Царстве фейри обручаются в начале жизни, а некоторые даже до рождения.

Я кивнула.

— Полагаю, что ты встретила Адама и он стал твоим фамильяром на одном из Фестивалей Урожая. Это — огромный праздник, проводящийся во время Самайна, когда объявляется перемирие и все касты фейри собираются на несколько дней, дабы отпраздновать рождение новых детей, богатства и другие аспекты, как например силу королевства. По крайней мере, имеет смысл, что ты и мой Адам связались там, как я слышал из вашей истории.

— Зачем она взяла меня туда, если планировала угробить? — перебила я, указывая на очевидное.

— Не думаю, что твоя мать хотела этого. У нее много детей. Полагаю, что ей плевать кто отец ребёнка, но если Светлая Наследница была рождена от другой касты, Светлый Король желал бы немедленно тебя убрать. Видишь ли, Наследника впервые идентифицируют, когда рожденное королевское дитя фейри начинает пользоваться магией в очень раннем возрасте, обычно младше одного года. Большинство детей фейри не начинают показывать признаки магии пока им не исполниться десять или около того. Ты можешь ощущать присутствие магии в детях фейри, но они не могут использовать ее, пока не повзрослеют. Возможно, твоя мать намеревалась держать тебя подальше, как делала это с другими незаконнорожденными детьми, пока не проявятся знаки Наследницы. И как только бы это произошло, они захотели бы убить тебя при первой же возможности. Отдать тебя людям гарантировало твою гибель, а они не запачкали бы руки кровью родного ребенка. И так бы было; но люди, воспитавшие тебя, предприняли определенные шаги, чтобы ты продолжила развиваться, на что не рассчитывал Светлый Король. Думаю, когда он узнал, что ты еще не умерла, послал тех фейри тебя убить.

Волосы на моем затылке встали дыбом.

— Потому что не родится другой наследник, пока я не умру.

Он улыбнулся.

— К тому же умна. Великолепно. Не многие родившиеся за пределами нашего мира сложили бы все воедино.

— Я провела большую часть своей жизни, учась всему, что помогло бы прикончить тех, кто убил моих родителей.

— Не виню тебя за это. На самом деле я обвиняю Светлого Короля, поскольку из-за его действий мы потеряли Адама. В одну из ночей он исчез из своей спальни — в одну минуту был здесь, а в следующую его нет. Боль, которую ты чувствовала, была огромной, и ты забрала его. Он пробил барьер царства фейри, чтобы попасть к тебе, от чего мог погибнуть в столь юном возрасте. Было бы легко обвинить в этом тебя, но ты была совсем малышкой в то время.

Глядя на него я кивнула, когда он продолжил.

— Имей ввиду, мы знали, что Адам наш наследник. С самого начала он подавал надежды, когда начал управлять магией в семимесячном возрасте: от материализации игрушек до вызова матери, когда голоден, — Темный Король улыбнулся воспоминаниям, а Адам выглядел немного смущенным. — Я знал, что он стал фамильяром одного из детей на Фестивале Урожая где-то двадцать один год назад по вашему, человеческому летосчислению, но какого именно из сотен детей, привезенных на Урожай, выяснить было невозможным.

— Фейри любят дурачить друг друга, так что я рискну предположить, что этот фестиваль больше походит смотрины и выбор того, кого они хотят обвести вокруг пальца больше всего за этот год.

Король улыбнулся и в его глазах зажглась искорка очень похожая на искру в глазах Адама.

— И это было бы очень верно, моя дорогая. Нам нравится играть в игры. Хотя после того, как Адам исчез, мы его искали, но не нашли. Я никогда не прекращал искать потому что шансы, что он получил травмы при просеивании в столь маленьком возрасте, были высоки и мы отказывались верить в его смерть. Он был таким маленьким, когда исчез, почти десять лет в человеческом возрасте и я знал, что его призвал какой-то другой наследник. Мы оставили все в тайне, только семья и проверенные слуги, поклявшиеся молчать о его исчезновении. Последнее, чего мы хотели — это поставить под угрозу безопасность Адама, объявив, что мой наследник находится неизвестно где и не защищен. В том году Кровавый Король управлял праздником, как и твоя мать. Светлые оказались более разумным выбором, так как Кровавый Король — Альфа и только Король Орды превосходит его по силе, но, обычно, он предпочитает пропускать Урожай, — объяснил он, наблюдая за выражением моего лица.

— Почему Орда не принимала участие, когда сильнее, других каст? Было бы логично, если он захотел бы принять участие в играх.

— Королю Орды нет надобности играть. Орда более склонна стоять в стороне и наблюдать, как мы уничтожаем друг друга. Он знает, что может разрушить любую касту, так что зачем ему мериться силами.

— Почему я не могу быть из Орды? Я бы с удовольствием растоптала бы Светлых фейри, — спросила я, вычеркивая одну касту из списка. Из каст, которые у меня были на выбор, Орда единственная, где принимали любого. Райдер говорил, что в любом случае и прямо сейчас, Орда была похожа на то, куда я впишусь.

— Ты удивительно похожа на Светлую Королеву, но ни на кого-то из Орды. С другой стороны, ты можешь оказаться из Кровавых фейри, но единственная малышка королевских кровей, рожденная примерно в то время, умерла. Похоронный обряд прошел на второй Урожай ее жизни. В тот год ее родители не хотели ни с кем общаться и все делали через посланников. Я лично видел малышку прежде, чем она прошла похоронный обряд и погребение.

— Так, это не только праздник, но еще они хоронили умерших на Урожай? — спросила я, позволяя поиграть своему внутреннему, маленькому, любопытному монстрику.

— Иногда, мы прилагаем все возможные усилия, чтобы сохранить нашим детям жизнь в Царстве фейри. В последние лет тридцать или около того, все стало хуже и куда более страшнее. Короче, фейри вымирают.

Мое сердце должно быть остановилось в этот момент.

— В это же время фейри с размахом заявили о себе, что они существа Иного Мира и что люди больше не одиноки, — сказала я, вспоминая чему нас обучали.

— Иной Мир — лишь другое название Царства фейри, — задумчиво пробормотал Король, слабо улыбнувшись. — Легче было призвать людей поверить, что есть Иной мир, нежели Царство фейри, оборотни и другие существа. Ощущение, что атака происходит с одного фронта менее пугающее, чем ощущение нападения с нескольких фронтов. Мы знали, что будет страх; однако хотели избежать реакции похожей на инквизицию[35] или судебного процесса над салемскими ведьмами[36].

— Но Райдер говорил, что правящие касты были против вмешательства в жизнь людей — что-то типа правило номер один.

— Это моя заслуга. Я заставил остальные касты проголосовать «за» в этом вопросе, так как у нас не было иного выбора, кроме как стать более активными в людских делах. Синтия, Царство фейри, как минимум в трое больше этого мира. Многие жители нашего мира опасны для этого. Если фейри вымрут, как думаешь, куда опасные существа направятся?

— Так вот, что Райдер здесь делает, он пытается все это остановить?

— Да, но пока мы всё не узнаем о тех, кто угрожает нашему миру, не сможем остановить их. Исцеление земли важно, так как она отвергает новорожденных, когда их показывают богине Дану[37]. Если Царство фейри не принимает дитя, продолжительность его жизни ограничена, поскольку любая болезнь может убить ребенка. Мало того, что Царство прекратило принимать их, сам мир умирает. Огромные участки земли, принадлежащие Темным, Кровавым фейри и Орде увядают и показывают признаки смерти.

— И вы думаете, что это имеет какое-то отношение к магам или к оборотням, которые, как бы раньше, не были угрозой, — предположила я, не задумываясь, из-за этого ли Райдер всунул свой нос в это.

— Мы предполагаем, что они стоят у истоков этого, но я приехал сюда не для того, чтобы обсудить проблемы Царства фейри, Синтия. Я здесь, чтобы обсудить тебя.

— А что со мной? — спросила я, ощущая, как мои барьеры стали ближе и защитный рефлекс стал выше.

— Пожалуйста, выслушай меня до конца прежде, чем что-нибудь сказать. Когда один фейри связан с другим, как вы с Адамом, мы обручаем их или они помолвлены. Адам был помолвлен со Светлой Принцессой через доверенное лицо, когда Райдер согласился жениться на Арианне. Не хочу вдаваться во все подробности, но это было моей надеждой на привлечение Адама или людей, которые, как я думал, его удерживают, из укрытия. На этот раз, Адам должен жениться на Светлой Принцессе, Кейтлин, чтобы объединить королевства.

— Это имело бы смысл, так как альянсы обычно заключаются через брак, для мирного соглашения или для извлечения пользы, — ответила я, найдя в этом логику…

— Именно, — произнес он, внимательно за мной наблюдая.

— Так… подождите-ка, что? — спросила я, когда у меня закружилась голова от его слов.

— Адам женится на Светлой Принцессе, Кейтлин, истинное имя Принцессы, за кого выдавала себя Арианна. Если ты — пропавшая принцесса… он должен женится на тебе.

Я задохнулась, а затем рассмеялась, пока не фыркнула очень не по-женственному. Смеялась я одна.

— О, святая матерь, черт возьми, вы это серьезно!

— Син, — предупредил Зарук строгим тоном.

— Адам мне как брат. Это сумасшествие! Ты понимаешь это? Адам? — я посмотрела на него, ища помощи, но нашла лишь одобрение. Он просто сидел и смотрел на меня. — Мы всегда были друзьями, я думала о тебе, как о брате, чёрт возьми. — Выйти замуж за Адама? За того, на кого я всегда могла положиться, потому что мы вместе работали? Мы были близки, как брат с сестрой, а теперь, предполагается, что я должна выйти за него? Ни каким проклятым способом.

— Так ужасно выйти за меня? Мы знаем друг друга вдоль и поперек. Ты выросла с Эдрианом и все же твои чувства к нему развились. То, что произошло с вами, может случиться и между нами. Мы стали бы сильной и стабильной парой.

— Адам, я люблю тебя и ты это знаешь. Но свадьба? Мы даже не знаем наверняка Светлая ли я Наследница. Сейчас это лишь домыслы. Это возможно, но мы не знаем точно.

— Я понял, Син. И я согласен. Но если свадьба принесет покой в целое царство и спасет всех в процессе, я легко могу жениться, — произнес Адам, с вызовом глядя на меня.

— А что, если мы поженимся и я не окажусь Светлой Принцессой? Что тогда?

— Проклятье, Син, я не знаю. Я просто знаю, что ты вырвала меня из жизни, которая у меня должна была быть и у меня есть семья, о которой я не знал. Ты должна мне. Мы должны помочь Царству фейри. Разве это ничего для тебя не значит?

Я почувствовала, как сердце рухнуло в желудок.

— Ты провел эту неделю с ними, с твоей семьей.

— Да, — ответил он, усиливая захват на моей руке.

— Я рада за тебя или счастлива. Все же, я не могу выйти за тебя, потому что не люблю тебя таким образом. Не уверена, зачем вы, парни, сюда приехали сегодня. Но если за этим, то мне жаль, что вы потратили своё время зря.

— Синтия, это большее, чем объединение двух королевств, — начал Темный Король. — Ты выросла в мире людей и тебе сложно понять. По крайней мере, так мне сказал Адам. Иногда, когда ищем ответы на наши вопросы, нам приходится полагаться на самое невероятное. Некоторые называют это верой. Мы все дети Дану и она не желает вымирания Царству фейри. Будучи Богиней, не похоже, что она может просто сказать напрямую, что следует сделать, поскольку путь так же важен, как ответ и иногда нужно иметь веру, чтобы она знала, что делает. Она дала нам нескольких предсказателей и провидцев, у которых были видения, дабы помочь нам, чтобы излечить Царство фейри. Есть пророчество, что ребенок, рожденный Темными и Светлыми Наследниками завершит исцеление мира и начнет возвращение реликвий.

— Никакого давления, да? — произнёс Адам, впервые за сегодня, искренне улыбаясь.

— Это не честно. Это чертовски отстойно! Мы едва узнали, что являемся фейри и вот теперь всё оказывается в наших руках?

Тёмный Король продолжил.

— Единственный вариант твоего наследия, если ты — вторая по старшинству — что случалось и раньше, но крайне редко. У нас нет возможности узнать это, так как Светлые фейри, как и любые другие, позволяют знать лишь то, что хотят рассказать и, конечно, любая информация может быть неверной. Хорошим примером является ситуация с Арианной. Фейри предложили Светлую Принцессу, Кейтлин, нам, так как знали, что мы её ищем, как часть пророчества. Они говорили, что не могут полностью поручиться за нее, ведь она незаконнорожденная и, следовательно, связь между отцом и ребенком нельзя проверить. Естественно, мы думали, что это не нормально, после того шума и обвинений, когда Арианна пропала без вести; чудесно, что спустя столько лет она внезапно появилась и ее предложили нам. Когда ты соединишь это со всеми слухами о, посланных к ней Светлым Королём, убийц, ты поймешь, почему мы подозрительно отнеслись к Арианне. Теперь, мы принимаем ее, так как это подходит нашим потребностям и планы действительно работают кстати, но ты можешь заметить, сколько цепочка дезинформации может доставить проблем. — Он задумчиво потер подбородок прежде, чем продолжить. — Ты не можешь быть частью Орды, потому что у тебя не проявились признаки их меток. Кровавые фейри — да, у тебя их метки. Но в тоже время твои уникальны. Нет, если сложить все воедино, то приобретает больший смысл, что ты — Кейтлин. У нас много королевских фейри, Синтия, в каждой касте. Нам не легко умереть, после того, как пройдёшь Переход, поймёшь почему нас так много. Однако наследников — очень небольшой процент среди королевских фейри, поскольку сама Богиня их выбирает.

— Может им стоит найти какой-то способ контролировать рождаемость фейри, — пробормотала я себе под нос.

— Это контролирует природа, моя дорогая. Наши женщины способны размножаться лишь первый год после Перехода, затем каждые десять-пятнадцать лет. Время дорого, поэтому у тебя мало времени, чтобы рассмотреть предложение Адама.

— Предложение Адама? — спросила я, прищурившись. Адам не делал предложения и теперь я боялась, что он это сделает.

— Син, мы дружим с того дня, когда я пришел, чтобы быть с тобой, может даже раньше и я хотел бы получить шанс ухаживать за тобой; увидеть, к чему это приведет. Если ты — Светлая Наследница, мы можем спасти Царство фейри. Если фейри вымрут, то плохие фейри придут сюда. Мы должны продумать последствия и сделать правильный выбор, чтобы защитить оба мира. Мы — часть чего-то, что может спасти тысячи невинных детей.

— Так ты хочешь завести ребенка? — прямо спросила я. Великолепно! — А мы не можем просто провести какой-нибудь ритуал фейри, надев причудливый колпак на голову и вызвать Богиню, чтобы поболтать или что-то в этом роде? У кого-нибудь есть предложения? — я осмотрела лица присутствующих в клубе. Ага, никто не собирался ответить «да» на это! Проклятье.

— Нет, я хочу спасти мир и обеспечить безопасность Царству фейри пока мы тут. Но я не думаю, что ты можешь просто вызвать Богиню и поболтать с ней, — серьезно ответил Темный Король, хотя в его глазах промелькнула искра сдерживаемого смеха.

— Ладно, это уже слишком. Первое: я не желаю иметь ребенка вообще. Материнство не моё, точка. Я пропащая, все, кого я люблю в итоге погибают или их пытают. Адам, ты уже это знаешь, так что какого хрена тебе от меня надо? — спросила я, растерянная и немного напуганная тем, что это не предложение, а требование. Конечно, они могут сказать, что это предложение или назвать это как-то еще, но все же это — требование.

— Ты не проклята, Син. Плохое случается в жизни. Ты всех нас этому научила. Ты, вероятно, лучше других знаешь, что фейри могут сделать с людьми, придя в их мир. Ты позволишь этому случиться лишь из-за того, что думаешь будто проклята или потому что напугана?

Чертовски верно, я напугана! Мне хотелось кричать, что это несправедливо. Будто недостаточно того, что я не ведьма, а одно из существ, которое ненавижу больше всего на свете, и вот теперь это?

— Адам, за один лишь месяц я узнала, что меня удочерили, двое любимых и лелеемых мной людей убили, а мой бывший воскрес из мертвых. Мне пришлось работать с врагом, чтобы остановить серийного убийцу, в результате чего убили мою лучшую подругу. Другой мой друг и я оказались той же расы, что и враг и оба прошли через Переход. Мой дом взорвали. Я безработная, бездомная и потеряла всё. Ты не можешь просто так прийти, свалить все это мне на голову и ожидать, что я скажу «ладно».

— Ты упустила ту часть, где тебя пытали, — произнес Адам, притягивая меня ближе. — Син, я могу дать тебе то, чего раньше не мог. Мы можем быть вместе и эта потребность, ощущаемая мной в тебе, может исчезнуть.

— Ты ощущаешь это, потому что связан с ней, Адам, а не потому что любишь или что-то в этом роде, — наконец заговорил Эдриан с другого края стола.

— Возможно и так, но что если я на самом деле её люблю? Если мы можем спасти мир, разве не стоит попробовать? — прорычал Адам.

— Ты только что сказал, что дети гибнут? — спросила я, повернувшись к Тёмному Королю.

— Да и ты можешь звать меня Кир.

— Ладно, Кир, итак у нас есть ребенок и он умирает потому, что земля его отвергает… Что потом?

— Не думаю, что это именно так, но если такое происходит ты должна попробовать снова, пока один не выживет, — произнес он с грустью в глубине ярко-голубых и сапфирово-синих глазах.

— Поэтому продолжайте пытаться, пока один ребенок не выживет. Я не могу потерять еще кого-то. Мне жаль, но я реально не могу это сделать.

— Рождаемость не такая важная проблема, как провести их живыми через Переход. Все доступные ресурсы мы вкладываем в лечение. Даже затворнический Кровавый Король начал посылать целителей и ученых, чтобы помочь в борьбе за лекарство, хотя все еще сражается с Ордой.

— Почему Орда воюет с Кровавыми фейри? Я имею в виду, если их Король пропал, кто возглавляет Орду? — спросила я.

— У Короля Орды множество сыновей, есть кому возглавить армию. В Орде не часто рождаются женщины у них много сильных сыновей, что позволяет Королю по долгу отсутствовать. Кажется, между этими двумя кастами неприятная размолвка и взаимная неприязнь между ними длиться уже долгое время. Я понимаю, что они, наконец, достигли соглашения, но Кровавый Король нарушил свое обещание, что вернуло их отношения в начало. Так Темные фейри стали союзниками Орды, что ставит нас в неудобное положение в выборе сторон.

— Ты знаешь, где он? — спросила я, прищурившись.

— Нет, не имею ни малейшего представления об этом, — ответил он, глядя прямо мне в глаза. Ну блин, я надеялась он знает, раз они с королем Орды в дружеских отношениях.

— Что же скажет на всё это Райдер? — спросила я, удерживая его взгляд.

— Он не имеет в этом права голоса, Синтия, ты и мой сын уже связаны. Если я подам прошение Светлым фейри, они отдадут тебя Адаму. Они пытаются избежать войны с Темными фейри, после случившегося с Арианной. Темные намного сильнее Светлых, и они предпочтут избежать всеобщей войны. Светлые фейри в обществе ведут себя так, будто мы для них лучшие друзья, но тайно всегда будут искать хорошую возможность воткнуть нож в спину. Светлые отрицают, что Царство фейри погибает, потому что «чума», это лучшее слово для происходящего, поражает сначала сильнейших, поэтому они не в полной мере ощутили последствия этого, как другие касты. У меня такое ощущение, будто они надеяться, что остатки сильных каст поддадутся недугу и они автоматически станут сильнейшими. Я лишь предполагаю это, потому что Светлые сделают все от них зависящее, дабы остановить или затормозить наши усилия, поэтому мы, по большей части, вынуждены обходить их. На этот момент наши отношения со Светлыми становятся все более и более спорными. В итоге, они поймут, что происходит и им понадобиться «лекарство» также, как и другим фейри. Однако, боюсь, что к тому времени, как они поумнеют и перестанут вводить себя в заблуждение, станет слишком поздно. Мы дадим тебе время, для принятия решения, но так как ты почти прошла Переход, не тяни с ответом. Нам нужно благословить брак и произвести ребенка так быстро, как сможем.

Глава 27[38]

В ожидании Райдера, я вертелась в кровати в нашей с ним комнате. Я просеялась сюда сразу после встречи с Адамом и его отцом, чтобы побыть одной. Не в силах больше сдерживать эмоции, я психанула и расплакалась, пока не почувствовала истощение. По-детски, да, наверное, казалось будто жизнь уготовила мне новое испытание. И все труднее было изворачиваться, когда все это обрушивалось на мою голову.

В ожидании время двигалось мучительно медленно. Я могла слышать минутную стрелку со всех концов комнаты, но сон не приходил. Я отказалась от утешений Эдриана, не потому что мне это не нужно, а потому что должна была подумать. Или я так считала, но размышление не помогало. Что мне нужно, так чтобы появился Райдер и сказал, что не допустит этого. В животе возникло болезненное чувство, что он так не скажет, не в этот раз. Даже после слов, что я его, Райдер отпустит меня ради будущего Царства фейри. Черт, он, наверное, придержит мне дверь и поможет собрать скудные пожитки. За прошедшую неделю мы стали больше, чем любовники и мысль о моем уходе разбивала сердце. Когда, дьявол разбери, я начала так думать?!

На глаза вновь навернулись слёзы, и я позволила им скатиться по щекам. Не уверена, что смогу это сделать. Я люблю Адама, но не так, чтобы когда-нибудь это приобрело смысл. Но также я не могу спокойно уйти и позволить гибнуть детям. Черт возьми, кем я должна быть, чтобы так поступить? Плохо, что я хотела стать тем человеком, который может уйти и сказать «не моя проблема»? Ощущения накатили волной и чувствовала я себя попросту отстойно!

Я еще не спала, когда Райдер вошёл в комнату. Я медленно села, задумываясь, слышал ли он новости. Во-первых, он не смотрел мне в глаза. Тем самым выдав себя, что знает о произошедшем.

— Райдер? — позвала я, откидывая одеяло и свешивая с кровати ноги. Он поднял взгляд прекрасных глаз и мое сердце пропустило удар от того, что я увидела в них. Он не собирается мне помогать. — Я не могу выйти за Адама, Райдер. Должен быть другой способ сохранить царство фейри.

— Думаешь, я не старался изо всех чертовых сил, Син? Я искал способ с того момента, как появился здесь, — он провел пальцами по волосам и испустил череду проклятий прежде, чем отвернуться и просеяться из комнаты, оставляя меня смотреть в пустое пространство, где только что он стоял.

Он не собирается спасать меня и, хотя я это предполагала, всё равно было больно. Я залезла в кровать, свернулась калачиком и тихо рыдала, пока не уснула.

*~*~*~*~*Райдер*~*~*~*~*

— Ристан, — прорычал я, позволяя ему услышать рев внутреннего зверя, когда он пытался выбраться.

— Я не могу изменить видения, Райдер. У Син и Адама будет наследник. Я видел их вместе с ребенком. Ты правильно сделал, рассказав Киру правду, — произнес Ристан.

— Ты говорил, что не можешь видеть ее будущее, а теперь можешь? — оскалил зубы я, едва сдерживая желание кинуть демона через комнату.

— Я не могу контролировать то, как это работает или то, что вижу. Могу лишь рассказывать, что вижу. Я очень хочу, чтобы все было иначе. Знаю, как сильно ты хочешь ее оставить. Лучше отпусти. Это часть того зачем мы пришли сюда. Мы знаем, что маги работают в Гильдии. Мы вычислили большинство групп, в которых они скрываются. Сейчас нам надо выкурить их и прикончить.

— Я блядь знаю это! Син не должна была оказаться долбаной Светлой Наследницей. Лучше бы ей оставаться никем, чтобы я мог ее оставить себе. А ты уверен, что у неё ребенок от Адама? — осторожно спросил я.

— Они вместе находились в комнате и она дарит ему сына. Это Адам, не ты и я не выдал бы тебе эту дерьмовую новость, если был бы другой вариант.

— Лучше бы тебе быть чертовски уверенным, демон. Мне не нравиться проигрывать. Точка. Дает ли это Царству фейри шанс на спасение? — я хочу покончить со всем этим дерьмом. Хочу разрушить этот чертов клуб. Но больше хочу просеяться в ту комнату и стереть неуверенность с красивого лица Син и обнять ее. Хочу многого и с каждым проклятым словом, которое извергает демон, хочу просеться назад и забрать ее ото всех и вся.

— Это две взаимосвязанных части большой головоломки. Мы не знаем, что будет в будущем даже с этим новым обстоятельством. Можем лишь молиться Дану, чтобы это сработало. Если не позволим этому разыграться, можем отобрать единственный шанс у Царства фейри. До сих пор каждое видение, которое она дала мне, оказалось правильным путем — не так как мы думали все обернется, но конечный результат последнего видения был успешным. Нам еще нужны реликвии, но если у Син и Адам родиться наследник, который выживет… он спасёт Царство. Мы можем сделать то, зачем пришли сюда отдав Син Киру и снять с себя ответственность за нее и Адама в процессе.

— А Светлые фейри? Какую роль они играют во всем этом? Можно ли им доверять быть рядом с ней? Она потенциально препятствует тому, чтобы Дрезден произвел собственного наследника. В течение многих лет мы слышали об убийцах, которые охотятся на Светлого Наследника, вот почему я вспомнил об охранниках Арианны, просящих помощи, — прорычал я. Син моя и я ее должен защищать. Я не пошлю ее на растерзание этим самонадеянным, корыстным ублюдкам. Она права; Орда лучше, чем эти эгоистичные уроды.

— Дрезден желает ее убить, очень страшным способом, да. Она никогда не сможет остаться с ними наедине, это очевидно. Он без зазрения совести и не моргнув глазом убьет Син. На данный момент, Татьяне повезёт, если он позволяет ей остаться его Королевой.

— Я не позволю ему преуспеть. Ради Син я сам найду долбаного Короля Орды.

Мужчина удивленно ухмыльнулся и издал фырканье в знак одобрения. Все идет не по моему плану. Я поклялся сделать Син своей. Теперь мне приходиться отдать ее в объятья другого мужчины. Пойдет ли она по доброй воле? Будет ли она дарить ему те же иссушающие душу поцелуи, какие дарила мне? Блядь!

— Зарук, пошли людей на разведку к магам, хочу закопать их в землю прежде, чем покину это место. Ристан, если это видение изменится, и ты увидишь что-то еще, я хочу знать об этом немедленно. Также ты должен показать это Син. Она не пойдёт на это с легкостью, не зная на что идет. Чтобы сделать правильный выбор, она должна видеть будущее, которое ты показал мне.

Я выдохнул, в груди грохотало от внутреннего зверя. Он мечется и рычит, яростно раскачивая свою клетку, чтобы выйти. Он наслаждался ее телом, разумом и многим другим. Ее озорная улыбка с небольшой чертовщинкой, чувственный жар, разливающийся в ее глазах, когда она кончает на моем члене. Блядь!

Адам жениться на Син и у них будут прелестные малыши. Прелестные малыши, которые потенциально спасут наш сраный мир. Это жестокая долбаная шутка богов, разыгранная надо мной. Ристан видел это, он, дьявол разбери, видел. Блядь! С самого начала я знал, что она особенная. Зверь внутри меня это тоже знал.

Я должен выкинуть ее из своей головы, раз и навсегда избавиться от воспоминаний о ней. Это довольно трудно, учитывая, что я хочу погрузиться глубоко в ее тело и остаться там навсегда. Вся моя жизнь — одна череда бесконечных отказов и сейчас я должен отдать единственную женщину, которая когда-либо кормила моего внутреннего зверя и заставляла ублюдка мурлыкать, как пресыщенного котенка.

— Синджин, — зло рычу я, не потрудившись скрыть от них ощущаемое недовольство.

— Что? — спросил Синджин, тот час вскакивая на ноги.

— Предупреди людей и готовьтесь сами покинуть этот мир в конце недели. Я хочу уйти отсюда как можно скорее. Готовься передать права владения клубом Владу. Он легко может послать весточку в Царство фейри, если найдёт нужную нам информацию. Я не вернусь. Скажи Зейну собрать всех остальных и скажи, что время отправляться домой.

— А Царство фейри? Действительно ли это сработает, Брат? — спросил Дристан с замешательством во взгляде.

— Син спасет его. Ристан это видел. Она выйдет замуж за Адама и родит истинных наследников, которые будут связаны с миром и начнут процесс исцеления. В конце концов, она спасет Царство, — прорычал я, недовольно признавая это. Черт, на вкус это, как дерьмо. Даже произнося эти слова грудь терзает боль. Син влезла под мою чертову кожу. Каким-то способом, она обошла стальной щит, прикрывавший мое сердце и поселилась в нем.

— Она не любит Адама и не пойдет на это, — огрызается Эдриан, вставая, чтобы бросить мне вызов.

— У нее нет выбора, мальчик. Дети умирают, потому что земля Царства фейри не принимает их. Кто-то заразил землю, а Син лекарство. Понял? Она сделает это даже если мне придется притащить ее гребанный зад к нему!

— Она возненавидит тебя. Если ты с самого начала собирался её бросить, то должен был позволить кому-то любить Син, и бороться за нее! — кричит на меня пацан.

Я холодно улыбаюсь.

— Кому? Тебе? Ты ухватился за шанс стать нежитью. Ты, черт возьми, рассказал ей об этом? Разве тебя упрашивали? Или ты будешь рад позволить мне взять всю вину на себя?

— Влад предложил сделку. Я выбрал, и ты знал, что я сделаю. Я хотел силу… но я не настолько глуп, чтобы не собрать все воедино. Ты знал, что я выберу. Я умер ради Син, чтобы жить и защищать ее. Ты спланировал все, просто, чтобы поиметь ее, а теперь бросаешь. Если ты не будешь сражаться за нее, это сделаю я.

— Думаешь это имеет значение? Она ушла. Конец долбаному обсуждению. Люди умирают парень и Син может остановить это. Что, по-твоему, она собирается делать; убежать от них? Не хрена вероятного. Поэтому пойми: это не мой выбор. Ты знаешь, что она примет решение помочь, потому что в глубине души она будет всегда стремиться быть кем-то, в кого другие могут верить. В конце концов, она всегда будет принимать решение помочь невинным людям. Такая уж её сущность. Нравится или нет, но именно это привлекает нас в ней. Она самоотверженна и чиста — в отличие от нас, мальчик.

— Эдриан, возвращайся в клуб. И, жди меня там, — произнес Влад, положив руку на плечо парня.

Мне ненавистно уважение к маленькому засранцу. Если бы его попросили, он отрезал бы себе чертовы ноги ради Син. Из-за этого трудно ненавидеть маленького ушлёпка. Я толкну его, он толкнет меня. Он стал бы ценным воином, если проживёт достаточно долго, и обучится. Есть такой шанс, если он не нагрубит кому-нибудь и в итоге не умрет прежде, чем дорастет до такого статуса.

— Влад, — кивнул я в знак приветствия.

— Райдер, я буду управлять клубом, пока ты не захочешь его вернуть. У меня есть один клуб, второй мне ни к чему. Если ты когда-нибудь вернешься, он твой, — произнёс Влад с сочувствием в серебристых глазах. Я не в состоянии скрыть боль. Син и сейчас внутри меня. Они все видят. Черт возьми, я не могу позволить себе проявить слабость.

— Не уверен, что я вернусь, Влад. Возможно Дристан вернется, но у меня есть обязанности, которые нужно выполнять. Их необходимо выполнить и пришло время наконец все решить.

— Если я тебе понадоблюсь, ты знаешь, как со мной связаться.

— Знаю и ты тоже знаешь Влад. Если мы когда-нибудь понадобимся тебе, я имею в виду всегда, дай знать и мы придем. Ты здорово помог нам и будешь хорошо за это вознагражден.

Я пожал ему руку и долго рассматривал клуб, который сам построил. Столько информации собрано здесь, прямо под носом у Светлых фейри. Годы жизни в этом мире, и они близятся к завершению. Время отправляться домой и выпустить на свободу зверя. Ему это понадобиться, когда уйдет Син, когда она будет уже принадлежать кому-то другому.

Ненавижу это, чертовски ненавижу. Если бы на кону не стояла моя долбанная родина, я боролся бы за Син, как голодный волк. Хотя я не могу с этим бороться, даже ради нее. Весь мир зависит от этого. Слишком многое может быть исправлено ее союзом с Адамом, чтобы проигнорировать это.

Глава 28[39]

Я ощутила его взгляд на себе еще до того, как полностью проснулась. Он стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди и смотрел, как я сплю.

Я медленно села, чувствуя, что сегодня утром он готов поговорить о произошедшем между мной, Адамом и его отцом.

Пока Райдер наблюдал за мной, в моей груди замерло сердце и разбилось на части. Он предпочтет Царство фейри борьбе за меня.

— Мне необходимо, чтобы ты знала, Синтия, будь другой способ, я, не мешкая, поступил бы иначе. Дело в том, что… прямо сейчас, это всё, что у нас есть. Мне нужна помощь в поисках ещё нескольких реликвий, которые помогут земле, а, следовательно, помогут ребенку, которого ты родишь, — он замолчал, будто сказанные слова на вкус были, как грязь. — Ребенку, которого родишь от Адама, — Райдер прикрыл глаза, всего на миг, я даже не совсем уверена, что это произошло, — связаться с землей, — вымучил он.

— Ты думаешь так же, как и они? — спросила я, тщательно сдерживая эмоции. Мне хотелось кричать и рыдать, отрицать то, на что иду. В конце концов, мы оба знали правду.

— К сожалению, да. Ристан видел это и показал мне. Ты подаришь Адаму ребенка. Сына.

— Ты надеешься, что я так просто соглашусь на этот брак? — прорычала я, как надоело, что мне все указывают, что делать. Я хотела Райдера! Я закрыла глаза, поняв, что желаю быть с Райдером. Я проглотила всхлип, готовый сорваться с губ. Боже, какая я дура. Его ждет гарем женщин, а я… влюбилась в него. Глупое сердце! Тупые эмоции! Почему они всегда проявляются слишком поздно, когда уже бесполезны?

— Ристану нужно кое-что тебе показать. После этого, Синтия, ты сможешь решить, что правильно, — мягко произнес Райдер.

Спустя момент Ристан материализовался у двери, будто бы ждал приказа Райдера. Он выглядел печально, не характерное его привычной самоуверенности состояние.

— Син, — тихо приветствовал он, слегка склонив голову. Взгляд его разноцветных глаз сказал то, что никогда не произнесут губы: «Я сожалею».

Я наблюдала, как он подошел к кровати и сел рядом со мной. Ристан протянул руку, ожидая, что я её приму.

— Что? — спросила я, не зная его мотивов, или хотела ли на самом деле увидеть то, что он собирается показать. Гораздо проще было уйти, не обращая внимания на происходящее вокруг, но знание может направить меня той тропой, которой не желаю пойти.

— Синтия, позволь ему показать то, что ты можешь исправить, — произнес Райдер, по-прежнему прислонившись к стене, теперь его лицо скрывали тени.

Я вложила свою руку в большую ладонь Ристана и встретилась с ним взглядом.

— Поднимай меня, Скотти[40], — прошептала я, испугавшись того, что предстоит увидеть.

— Помни, Цветочек, это лишь проекция. Никто не узнает, что мы там.

В один момент мы были в спальне, а в следующий — оказались в большом медицинском центре. Больше похожем на что-то из фильма про апокалипсис.

Рыдающие женщины прижимали к груди безжизненные тела младенцев, мужчины, нахмурив брови, наблюдали за ними с беспомощным поражением.

Целители и их помощники безнадежно озирались, пока младенцы рыдали в самодельных кроватках. В воздухе витала смерть, готовая прибрать к рукам очередную жертву.

— Почему это происходит в Царстве? Маги? Почему целители ничего не делают? — спросила я, повернувшись к Ристану и заметив, что он внимательно наблюдает за мной.

— Они не могут, Син. Наш мир отвергает детей, потому что был отравлен. Помнишь фейри, которым ввели железо… то же самое сделали с Царством. Теперь оно умирает, а младенцы и дети умирают, потому что земля не может их принять. Видения, которые меня посещают, ну, они показали рождение наследника следующего поколения, наследника, который сблизиться с миром и начнет излечивать его изнутри. Маги отравили землю, и Дану не сможет помочь нам в исцелении, если мы не сделаем первый шаг. Выйдя замуж за Адама, ты сделаешь то необходимое, что может начать исцеление. Синтия, ты можешь это остановить. Когда-то я думал, что ты против нас или, в каком-то роде, отвлекаешь Райдера от цели, поэтому и не мог видеть твое будущее. Теперь я знаю, что это лишь из-за того, что ты — часть лечения, и Дану заставила меня ждать, пока не пришло время увидеть это будущее.

— Сумасшествие какое-то. Это все происходит сейчас? — спросила я, не в силах отвести взгляд от ужасающей картины перед нами.

Ристан покачал головой и схватил меня за руку. Мы больше не стояли в медцентре, теперь мы были в лесу, посреди древних дубов.

— Это — сердце Царства фейри, — произнес он, когда я посмотрела на него.

Я отодвинулась от него, осматривая окружающие нас древние, умирающие деревья. Я обернулась, почувствовав, как рука Ристана тянется ко мне. Он опять нас куда-то перенес.

От следующего места у меня перехватило дыхание. Вода покрывала землю и, хотя мы находились над ней, все равно могли ощущать капли на своей коже.

Воздух был насыщен влажностью, создавая чистоту от этой красоты. Тысячи крошечных светлячков освещали ночное небо, некоторые крошки расположились на деревьях, придавая им люминесцентное свечение.

— Красота, — прошептала я, протягивая руку к одному из летающих жучков.

— Я бы не делал этого, они кусаются, — сказал Ристан, двигая рукой, будто прогоняя букашку. — Это не светлячок, это — фея. Они пытались исцелить землю. Тысячи фей работали вместе, чтобы защитить древний лес, но они воюют в заранее проигранной битве.

— Я могу исправить это, выйдя замуж за Адама, — прошептала я сквозь слезы, сжимающие горло.

— Можешь, но ты должна отпустить Райдера, Син. Для каждого из вас это будет нелегко. Он пытается уйти, но тебе надо отпустить его, чтобы он смог. Это причинит вам обоим боль, но, в конце концов, вы все делаете правильно для обоих миров.

Нет, это будет нелегко. Не знаю, смогу ли я это сделать. Даже не то, чтобы спасти один мир от вымирания. Я не эгоистка, но Адам? Выйти за Адама, чтобы спасти мир?

Ладно, меня не нервировала часть со свадьбой с Адамом… а часть рождения наследника… заняться сексом с Адамом. Это смехотворно. Мы близки, как брат и сестра, или, по крайней мере, так я чувствовала.

— Ты многого просишь. Просишь переспать с кем-то, кого я на протяжении большей части своей жизни считала братом. Я бы пожертвовала своей жизнью ради твоего мира, Ристан. Но только он меня не хочет.

— Знаю, но еще знаю, что просто уйти — это не твое. Ты исцелила умирающих в палате потому, что устала от смерти, и от невозможности спасти близких тебе людей. Представь, что вся раса фейри обрушиться на человеческий мир. До сих пор лишь один процент наших людей был на Земле и в миллиард раз больше придут сюда, если не будет другого способа выжить. Сможешь ли ты остаться в стороне и позволить этому произойти, если в состоянии помочь предотвратить?

— Нет, но вы, парни, это знали. Райдер знал, что я выберу, когда увижу все это. Вот почему он заставил тебя показать мне видение. Грязно. Просто и ясно, Ристан. Вы сделали за меня выбор. Браво, теперь верни меня обратно.

— Это была правда.

Прими я решение уйти — лица умирающих будут меня преследовать. Я видела бы их в ночных кошмарах и каждое мгновение дня. Они знали. Поэтому, чтобы сделать за меня выбор, привели меня сюда и показали, крупным планом и персонально, от чего я буду убегать.

— Да, мы знали. И хотели, чтобы ты увидела происходящее, чтобы могла понять, почему мы делаем то, что нам нужно. Это что-то, от чего такие, как ты просто не убегут. Мы пришли в ваш мир, чтобы найти наследников, достать реликвии и укрепить силы против магов. Ты уже помогла нам в этом. И нечестно с нашей стороны просить о большем, но также несправедливо, чтобы мы ушли, когда можем попросить тебя остановить гибель Царства фейри.

— Я лишь хочу знать, почему вы так уверены, что я Светлая Наследница, что я та, о ком идет речь в пророчестве. Может вы неправильно истолковали видения? — я знала, что хватаюсь за соломинку, но должна была попробовать. Ристан торжественно кивнул.

— Да, бывает и такое, но не тогда, когда видение повторяется — это путь, по которому мы должны пройти, чтобы добраться до ответа. Иногда то, что показано, приводит к ответу, только не так, как мы думали подвести себя к этому.

— Как так? — малопонятное объяснение демона порождало в моем мозгу больше вопросов, чем я намеревалась задать. Казалось, у него нет однозначного ответа.

— Ну, совсем недавно у меня было видение о тебе и твоих друзьях за поздним завтраком, вы на задании перед толпой танцоров в здании администрации. Ты увидела Арианну, и тебе стало невероятно плохо от того, чему ты стала свидетелем. Видение стало быстро изменятся, и я увидел лишь газетный заголовок о том, что с Гильдии сняты обвинения в нападении на клуб. Хотя мы и не понимали, каков завершающий этап плана фейри с Арианной, видение подсказало мне, что я должен помочь тебе выбраться из особняка, дабы добраться до сути их намерений. К тому же я надеялся сделать это прежде, чем Райдер, в порыве мести, разнесет Гильдию на щепки, — Ристан прикрыл глаза и притворно вздрогнул. — Когда я увидел Арианну на полу зала, после того, как ты использовала её вместо мишени, то понял смысл видения. До этого у меня было видение газеты, гласившей, что Райдер предложил брачный контракт недавно установленной Светлой Наследнице, которую зовут Арианна. Затем видение снова изменилось, немного забежав в будущее, в нём Райдер и Кир стояли вместе в фойе особняка. Лицо Короля выглядело удивлённым, и он ощутил восстановление родственной связи, когда ему вернули истинного Темного Наследника. Я знал наши цели и знал, что Райдер не Темный Наследник, а также что имя единственной пропавшей Светлой Принцессы — Кэйтлин. Поэтому, когда Светлые фейри обратились к Киру и предложили ему пропавшую принцессу, которую зовут Арианна — ну, в общем, ты знаешь, что мы сделали после этого. Я никогда не видел Адама с Киром и Райдером, и мы с тобой знаем, что все произошло так, как я это описал, Цветочек.

— Чтобы ты сделал, если бы ошибся, если бы истолковал видения неверно? — я не могла не спросить, так как теперь моя жизнь зависела от его видений.

— К счастью для Райдера, некоторые дела фейри могут длиться очень долгое время. Видения всегда приводят нас туда, где мы должны быть. Это путешествие может быть сложным, и зачастую необходимо время, пока мы поймем общий план Дану. Я знаю, что мы просим тебя поверить в то, что за пределами твоей комфортной зоны и системы ценностей, но так не может продолжаться, и в глубине души ты знаешь, что поступаешь правильно. У тебя нежная душа, даже если иногда ты кусаешься, Цветочек. Мы уже знаем, что ты правильно все делаешь, потому что видели это.

Я уставилась на него прежде, чем вздохнуть. Он прав, так не может продолжаться. Я достаточно умна для осознания, что увиденное — правда. Царство фейри погибает, а с ним погибнет и мир людей, когда фейри мигрируют туда. Они кормятся от нас… эээ, людей. Не сложно догадаться, что произойдет в итоге.

— А что на счет реликвий, нужных Райдеру?

— Мы по-прежнему в них нуждаемся. Райдер надеялся на твою помощь в их поисках до свадьбы с Адамом, но времени осталось мало. Твои биологические часы зачатия тикают. Тёмный Король потребует, чтобы ты пошла с ним, якобы для подготовки к роли в этом мире. Райдер несомненно заключит с ним сделку, чтобы ты была вовлечена в поиски реликвий. Адам тоже понадобиться.

— Перенеси меня обратно к Райдеру, пожалуйста.

Проекция Ристана исчезла, и мы нашли Райдера, сидящим на кровати рядом с нами, опустив голову на руки. Он посмотрел на нас, стоило нам прийти в себя и вернуться в окружение. Боль пронзила мою грудь, сердце готово было разбиться от решения, которое я решилась принять. Я потеряла Райдера, своего прекрасного фейри с янтарными глазами.

— Ристан, оставь нас, пожалуйста, — прошептала я.

Райдер поднял наполненный мукой взгляд навстречу моему. Он сглотнул и попытался отвести взгляд, будто ему было невыносимо больно на меня смотреть.

— Ты все видела. Каково твое решение?

— Ты, — отрывисто прошептала я. — Я всегда буду выбирать тебя, Райдер, — я привстала и обхватила его лицо руками, заставляя посмотреть на меня.

— Синтия, иногда наши желания не совпадают с обязанностями и мы должны делать то, что правильно. Я делаю все возможное, чтобы не сбиться со своего пути и действовать согласно треклятым правилам, за исключением тебя. Когда дело касается тебя, я не могу это оставить в покое. Не могу сделать все правильно и просто уйти, черт возьми. Я никогда не был готовым к тебе. Твоему дерзкому ротику, — он не отрывал от меня взгляда, руками притягивая ближе к себе. — Твоя преданность любимым людям, Питомец, поражает. Ты самый бескорыстный человек, которого я когда-либо встречал. Твоя душа, хотя и может быть запятнанной, все же чиста и красива.

— Ты влюбился в меня, Райдер? В маленькую ведьму с дерзким язычком, которая свела тебя с ума? — пошутила я, но в его глазах не было и намека на смех.

— Нет, не влюбился, — прошептал Райдер, и рана в моем сердце стала чуточку больше.

— Хорошо, потому что, вероятно, из-за этого ты не смог бы уйти, — ответила я шепотом и начала отстраняться от него. Райдер не позволил этого. Наоборот, он притянул меня ближе, пока мне ничего не оставалось, как сесть ему на колени. — Райдер, — я покачала головой, борясь со слезами готовыми пролиться.

— Ты оставила во мне след, который никогда не смогут заменить. Я не способен на любовь. Но ты умудрилась перевернуть мой мир с ног на голову, Питомец. Я хочу тебя — видение не изменит этого. Позволь мне заняться с тобой любовью, Синтия. Позволь показать, что ты заставляешь меня чувствовать. Сейчас мне необходимо быть с тобой. Хочу чувствовать тебя под собой. Мне необходимо прикоснуться к твоей душе и оставить на тебе свой след, чтобы ты никогда не забыла меня.

Губы Райдера были мягкими и ищущими, когда он поцеловал меня. Руки не давали мне двигаться в его объятиях. Его тепло проникало в меня до костей, когда его твердый ствол прижался ко мне. Сила фейри вибрировала сквозь меня, и я не желала останавливать Райдера. Я не хотела прекращать все это… ну, то, что мы сейчас были вместе. Хочу остаться с Райдером. Хочу его.

Его губы сводили меня с ума, язык ласкал мой, одновременно одежда Райдера исчезла магическим образом. Мою одежду он не тронул. Вместо этого, Райдер медленно снял каждый элемент одежды, будто пытался запечатлеть в памяти каждый участок моего тела.

Я взяла в ладони его лицо и позволила овладеть собой. Призывно раздвинула ноги, и он, словно изголодавшийся, одобрительно зарычал. В это мгновение существовали только мы, и пусть видение подождёт. В тот миг, в ту секунду мы жили настоящим, а не будущим, которое, как мы знали, должно было вскоре наступить.

Глава 29[41]

Я должна была встретиться со Светлыми фейри в присутствии Адама и его отца. Райдер со своими парнями тоже будут присутствовать. Я не сильно-то уж и ждала этой встречи и спокойно прожила бы оставшуюся жизнь, не встречаясь со Светлыми.

Я надела юбку и блузку без рукавов по просьбе Райдера, но не нанесла ни капли макияжа, так как не хотела производить на Светлых хоть какое-то впечатление.

Я сидела в баре, ожидая неизбежного события, когда сильная рука успокаивающе легла на моё плечо.

— Выглядишь так, будто желаешь все бросить или сбежать. Что предпочтительней, детка? — произнес Олден, усевшись рядом со мной.

— Возможны оба варианта. Зачем ты здесь? — спросила я, задумавшись, как ему удалось прийти.

— Этот старик знает толк в поисках, Синтия. Кроме того, я не мог позволить своей единственной семье встретиться с другой семьей без поддержки с моей стороны, — сказал он прежде, чем протянуть руку и сжать мою, поддерживая и кидая на меня ободряющий взгляд. — Я здесь ради тебя, детка, и так будет всегда. Я говорил, МакКены держатся вместе, Син. И не важно, по крови мы семья или нет. Ты — моя племянница, — Олден постучал по груди в области сердца и ободряюще улыбнулся. — Для меня это все, что имеет значение.

— Спасибо, — сказала я, улыбнувшись его нежным, улыбчивым, голубым глазам.

Суматоха у входа в клуб, стерла улыбку с моего лица, когда вошла большая группа людей.

Адам и его отец стояли ближе к двери и первые поднялись на ноги при появлении Светлых фейри. Райдер быстро подошел и загородил меня собой, от вошедшей толпы.

Все Светлые фейри были невероятно красивы. Цвет их волос имел различные оттенки беловато-светлого, цвет глаз варьировался от небесно-голубого до электрик-голубого и лилового, как у меня.

От них исходила сила, но не дотягивала по мощи до грубой силы Райдера, которая иногда напоминала атакующую линию электропередачи.

— Говори только тогда, когда обращаются непосредственно к тебе. Позволь мне вести разговор, — прошипел Райдер у моего уха прежде, чем схватить меня за руку и провести через зал, чтобы встать рядом с его людьми. И вновь, они создали стену вокруг меня.

— У тебя должна быть чертовски хорошая причина вызвать нас сюда, Кир, это является прямым нарушением этикета. В следующий раз, когда решишь призвать нас, будет дьявольски хорошо, если последуешь правилам протокола, — зарычал самый высокий из собравшихся, обращаясь к Киру, который даже сейчас ожидал чтобы поприветствовать Светлых фейри.

— Ты не узнаешь протокола, Дрезден, даже если он ударит тебя по голове и скажет «привет», — невинно ответил отец Адама. О да, он долго ждал этой разборки.

— Вижу, ты ничуть не изменился. Так скажи мне, что заставило тебя нарушить протокол на сей раз, Кир?

— Я нашел кое-что, утерянное тобой, — сказал он с озорной улыбкой на устах.

— И что же это? Я пришел сюда не для того, чтобы играть с тобой в шарады. Выкладывай уже, — потребовал Светлый Король.

— Твою дочь. Настоящую. Мы нашли ее.

— Понятно и почему я должен тебе верить? Учитывая, что у нас уже была одна самозванка, пытающаяся выдать себя за ребенка моей жены, я не куплюсь на другую, — сказал Дрезден, растянув губы в язвительную ухмылку.

— Потому что среди нас есть провидец и он видел союз Светлой Наследницы и моего сына, Темного Наследника. У них будет ребенок, который излечит Царство фейри от заразы, которую наслали маги.

— Ристан, расскажи о своём видении? — попросил Кир, склонив темноволосую голову к демону, который встал и кивнул в знак согласия.

— Ваше Величество, я могу видеть прошлое и будущее. Видения даруются мне самой Дану и она показала девушку Наследницу и ее участие в укреплении нашего мира, — произнес Ристан, поклонившись Светлому Королю.

— Ты кажешься весьма уверенным в себе. Точно желаешь продолжить? — вкрадчиво насмехался Дрезден.

— Думаем, вы знаете, что Арианна была марионеткой магов, — ответил Ристан с холодной улыбкой, теряя все притворное дружелюбие.

— Очевидно, ты ошибся в интерпретации своих видений, демон, — пренебрежительно произнес Король.

— Я не интерпретировал большую часть этого исключительного видения. Оно показало мне, что ты охотно послал Арианну к Темным фейри со шпионами, которые могли солгать, потому что ты знал, что она не ребенок твоей жены. Видение показало, что Арианну послал кто-то, желающий навредить Тёмным фейри, так что ты думал, что это сработает. Двух зайцев одним выстрелом и все в таком роде. Нам было известно, что ты что-то замышляешь. Мы слышали достаточно на протяжении многих лет о твоих поисках Наследницы, но не для того, чтобы вернуть матери, нет — ты хотел найти её и убить. Почему же после стольких лет поисков, ты вдруг предлагаешь нам Арианну вместо того, чтобы вернуть на какое-то время в семью или тут же прикончить ее? Мы решили понаблюдать и подождать. Даже неудачные попытки наемников, кажется, показали, что они отступают в ожидании чего-то. Мы выяснили это — что-то, когда раскрыли, что Арианна лишь кусок мяса. Так что, если хочешь немедленно пожаловаться на нарушение протокола, давай вынесем сей факт на совет фейри.

В этот раз Светлый Король не комментировал, только слегка прищурил свои нежно-голубые с лазурью глаза.

— Возмутительно, — быстро вставила Светлая Королева. — Мы не подчиняемся законам людей. Мой муж имеет право распоряжаться ребенком, созданным в союзе не с ним. Я несу за это ответственность, и как мать имею право избавиться от ребенка.

Светлый Король открыто посмотрел на Ристана, в глазах которого бушевал водоворот рассказанной истории.

— Ты выдвигаешь серьезные обвинения. Высказывай свое мнение. У меня мало терпения, демон.

— Я только что высказался. Теперь скажет Кир, — ответил Ристан.

— Поэтому вы вызвали меня сюда? За этим? Я имею права уничтожить незаконнорождённого ребенка, которого моя жена зачала от другого, если бы это имело место быть. Я в шоке от таких грязных заявлений, которые ты делаешь, отвратительный демон! Было более, чем достаточно доказательств, что Арианна — пропавшая дочь моей жены, когда мы подписали контракт о замужестве с Тёмным Принцем. Нас также обманули, как и тебя, Кир.

— Ты может и не говорил, что она Наследница, думаю Арианна начала нести эту чушь. Однако, ты знал, что она не пропавшая Светлая Принцесса, когда предложил ее нам. Ты надеялся, что она уничтожит нас, дав тебе полную власть над обоими мирами, потому что ты, придурок, пытался найти способ вернуть власть, с тех времен, как Эниса потеряла реликвии, — прорычал Райдер, вступив наконец в полемику.

— Я подписал контракт с тобой. Ты тоже оказался не тем, кем представился. Кажется, мы оба были неправы, Кир, так, что контракт больше не является обязательным. Теперь, позвольте увидеть мне то дитя, которое, как вы утверждаете, является дочерью моей жены. Я хочу видеть своими глазами еще одну самозванку.

— Она под моей защитой. Предлагаю тебе отозвать всех наемников и выкинуть мысли об ее убийстве из головы, Дрезден. Ибо, если с ее маленькой головки упадет хоть один волосок, я знаю кого убить, — прорычал Райдер, пока его сила, грубая и электризованная, заполняла комнату.

— Для того, у кого нет короны, ты обладаешь большой силой. В прошлый раз, когда я чувствовал что-то подобное — такую огромную силу, бегущую по венам фейри, я стоял рядом с Алазандром, Королем Орды, — сказал Дрезден, внимательно наблюдая за Райдером.

— Как ты можешь заметить, я не Алазандр. Так же и не Тёмный Наследник, поэтому я свободен и могу убить любого, кто кинет мне вызов или попытается навредить тому, кого я защищаю, — вновь прорычал Райдер, уголки губ которого дернулись. Дрезден испустил смешок в сторону Райдера.

— Никто и не примет тебя за Короля Орды! Алазандр определенно знает, как держать своих людей под контролем и выказывать уважение! — мрачно рассмеялся Светлый Король и кинул на Темного Короля жалостливый взгляд.

— Как я говорил, она под моей защитой и у меня с ней контракт, — продолжил Райдер, будто Светлый Король, только что не упомянул долбаного Короля Орды.

— Здесь ей не навредят. Это собрание созвано в рамках перемирия. Я склонен придерживаться протокола, даже если другие этого не делают, — Светлый Король повернул свою голову, удерживая взгляд голубых глаз на Кире.

— Синтия, — позвал Райдер и его люди расступились, позволяя мне пройти через опустевшее пространство и встать рядом с Райдером и Киром.

Светлые фейри ахнули. Даже Королева сделала шаг ближе и подняла руку ко рту, дабы сдержать крик, готовый сорваться с губ. Я встретилась взглядом со Светлым Королем, продолжая стоять на месте.

— Татьяна, подойди сюда, — донеслось низкое рычание из груди Дрездена. Гнев исходил от него ощутимыми волнами. Я встретилась со взглядом сиренево-голубых глаз своей матери и ничего не ощутила; никакой связи.

Во всех смыслах, она была кем-то, кто просто сильно похож на меня.

— Это твой ребенок? — спросил Король, едва громче шепота.

— Я чувствую легкую связь. Да, — ответила Королева, не отводя от меня взгляда.

У меня возникло ощущение, что она не принимала активного участия в убийстве своего ребенка. В этом вопросе ей не дали права выбора. Она выглядела столь же испуганной, как я была напугана своей реакции на нее.

— Кровавый Принц? Он породил эту… женщину? Мне нужно имя, чтобы подтвердить это, — Дрезден едва сдерживал гнев, говоря со своей Королевой.

— Я не знаю имени, он был в нашем дворце всего неделю и я не спрашивала его имени, — прошептала она, пряча лицо со стыда, что выглядело практически правдоподобно.

— Ты не знаешь имени… отца внебрачного ребенка?

— Нет, муж, ты кормишься от других. Я лишь пыталась поддержать существование, кормясь от него. Кровавые фейри известны…

— Я знаю чем, женщина! Опиши его, — потребовал он.

— Наследный Принц. Глаза, как у меня и королевские знаки. Волосы цвета темной ночи. Он устроил для меня пир, от которого я не смогла отказаться.

С этого момента я стала ненавидеть фейри даже больше, чем прежде. Игры, эти существа обожали играть в игры. Король морил голодом свою Королеву, поэтому она взяла пищу там, где доступно.

Он трахался на стороне и сходил с ума, поэтому она тоже сходила на сторону. Эти отец и мать, даже близко не были похоже на моих приёмных родителей.

— Ты трахалась лишь с одним из Кровавых фейри? — грубо спросил Дрезден.

— Нет, еще с двумя другими в тот же месяц, Муж, — честно ответила Королева, скользнув взглядом по моему телу.

Затем вновь посмотрела мне в глаза и в ее взгляде читался намек на гордость, который прошел сквозь меня, потому как она, кажется, не нашла изъяна во мне, как многие фейри до моего Перехода.

— Медсестра, которую обвинили за помощь тебе, исчезла, а когда все закончилось она так и не вернулась к нам. Я узнаю, какая каста фейри оставила тебя в живых, дитя, — сказал Дрезден с ядом, капающим с его губ.

— Люди, — произнесла я, вызвав больше удивленных взглядов и вздохов от тех, кто пришел вместе с Королем и Королевой.

— Невозможно! — заявил он.

— Нет. Похоже не все подчиняются вашим указам. Может медсестра, которая должна была убить меня, вместо этого отдала людям. Меня скрывали защитные тату, и я была принята в Гильдию. Меня обучали как ведьму и я стала наемником Гильдии, чтобы сдерживать фейри в узде. Кажется, у судьбы злое чувство юмора.

— Она пойдет с нами! — потребовал Светлый Король.

— Нет. Синтия, пока останется со мной, — сказал Райдер, вставая передо мной, защищая.

— Она — ребенок моей жены. Следовательно, я могу потребовать ее, как собственное дитя. Прямо сейчас, я заявляю на нее права.

— Тогда я бросаю тебе вызов за право быть ее защитником, Дрезден. Прямо здесь, прямо, к чертям собачьим, сейчас, — произнёс Райдер тоном, не терпящим никаких возражений.

Светлые фейри отступили от него, будто испугались, и я моргнула, выглядывая из-за плеча Райдера. Полагаю, стоит отметить, что Светлые фейри не абсолютные идиоты.

Расчетливый блеск в глазах Светлого Короля, показал, что они пытались устроить все так, чтобы я пошла с ними. Они хотели перехитрить Райдера и Кира, чтобы выиграть время, и выяснить лучший способ, как взять меня под свой контроль и убить.

Райдер наклонил голову, встречаясь со мной взглядом. Который говорил, что Райдер не даст мне уйти без боя, и что он убьет Светлого Короля, если до этого дойдет дело.

Я даже не задумывалась над тем, кто победит в этой схватке.

Райдер жестокий, расчетливый и смертоносный. Мужественность сочилась из его пор, как и «трахни меня» флюиды. Воин, который боролся за то, во что верил и что имел.

Он родился, чтобы бороться и побеждать. В любой битве, я поставила бы рядом с собой Райдера. Зная каждой частичкой своего существа, что он не позволит кому-либо или чему-либо сделать мне больно.

Светлый Король худощавый и элегантный — больше подходящий для распутства и танцев. Я улыбнулась глазами Райдеру, показывая, что доверяю ему свою защиту.

— Я не стану бороться с тобой, Райдер, — произнес Светлый Король. — Я буду сражаться с Тёмным Принцем, который претендует на принцессу, как на свою невесту.

— Нет, Дрезден, так не пойдет. Я уже претендовал на ее волю, и она моя по контракту. Я ее защищаю, Дрезден. Поэтому вызов тебе бросаю я, а не мой брат.

— Ты трахаешь невесту своего брата? Уверен, маленькая шлюшка позволяет это, — произнес Светлый Король. Он лукаво посмотрел на Светлую Королеву. — Может мне стоит забрать твою дочь и сделать из нее рабыню для питания, как предупреждение, своей жене оставаться мне верной.

— Что, черт возьми, ты сказал! Тебе ли тягаться со мной в постели, тощий кретин. Мне нравятся воинственные мужчины, как в постели, так и вне ее. Ты таким не являешься.

— Син, — упрекнул Райдер, ухмылка приподняла уголки его губ.

— Наглая маленькая сучка! — яростно зарычал Дрезден.

— Аккуратнее, Дрезден, прежде чем ты разозлишь меня, и я решу по-любому тебя прикончить, — низко прорычал Райдер.

— Ты перегибаешь палку! Ты — Принц, ничего больше.

— Райдер действовал как мой наследник, пока его младшего брата не могли найти, Дрезден. Он привык руководить, и девочка связана с ним по контракту, чтобы не смогла сбежать, пока ее происхождение не проверено, — сказал Кир, положив руку мне на плечо.

Я оценивающе посмотрела на Райдера, не желающего отступиться от Светлого Короля.

Райдер защищал меня из-за контракта, и я впервые задумалась, поступил бы он так, не будь договора. На эту опасную территорию лучше не заходить, даже если она лишь у меня в мыслях.

Я отошла от стены защитников, состоящей из Райдера и его людей.

Как только началось обсуждение брачного договора и моего будущего, я молча подошла к столику и села, затем взяла свой напиток.

Я оцепенела и ощущала полную пустоту внутри, когда узнала откуда родом. По меньшей мере, это разочаровывало, и единственное чего я хотела прямо сейчас — сбежать.

Глава 30[42]

Как только Светлые фейри покинули клуб, мы собрались возле бара, чтобы обсудить следующие действия.

По большому счету, нас всех потрясло и немного поразило, что Светлые фейри согласились с Тёмными о моем происхождении.

Но, что-то в самодовольном поведении Дрездена, наряду с условиями контракта с Киром, оставило неприятное ощущение. Я молчала, хотя каждый, кажется, счастливо болтал, будто мы только что победили Светлых фейри в какой-то словесной перепалке.

Молчал лишь Райдер, сидящий рядом со мной.

— Встреча не могла пройти лучше. Мы подтвердили, что Син оказалась той, кем мы и думали и они согласились на брачный договор! — произнес Кир, хлопнув Адама по спине. — Я думал, что они будут больше спорить, но это именно то, чего мы хотели сын мой.

— Да, но что-то не складывается. Мне показалось, что Светлые продумали все действия прежде, чем прийти. Они не казались удивленными, когда ты сообщил, что нашел пропавшую наследницу, — ответил Адам, запустив руку в свои густые волосы.

— Единственное, что его удивило на этой встрече, что я оказалась живой, — сказала я, заставив Райдера взглянуть на меня.

— Он не совсем отрицал или скрывал факт, что хотел твоей смерти, Синтия, — прорычал Райдер, передвинув ногу, чтобы коснуться моей. — Однако, в будущем мы должны быть осторожнее с ними в любых делах.

— Я не раз видел Кровавого Принца, которого описывала Татьяна, на той бесконечной вечеринки, которую мы переживали раунд за раундом, — произнес Кир. — У него глаза, как у тебя, Синтия. Если я правильно помню, он младший брат Кровавого Короля. Возможно, во время этого визита, он был в замке лишь неделю и Татьяна не спрашивала его имени, потому что уже знала — он часто выступал в качестве эмиссара брата! — Кир рассмеялся и казался очень довольным, что раскусил оборот речи Светлой Королевы, использованный, чтобы уклониться от правды.

— Все, наши подозрения, подтвердились, поэтому мы продолжим в этом копаться.

— Объясни тогда тату, — попросила я со спокойствием, которого не испытывала. Я все еще пыталась найти что-то, что могло подтвердить мое не причастие к Светлым фейри.

— Не могу, но в теории мы сложили вместе кусочки головоломки, совпадающие со слухами и всем известной историей, — спокойно ответил Кир.

— Понятно. Но остаётся еще слишком много вопросов. Я имею в виду, мы ведь не можем верить им на слово? Они — Светлые фейри, — возразила я, ощущая, как мое сердце ускорило ритм. Может в конце концов из этого есть выход. Может, я не Светлая Наследница.

— Син, даже если ты не Светлая Наследница, Ристан видел твоё будущее, — тихо произнес Райдер, аккуратно поглаживая мою ногу под столом, посылая жар в естество. — Вы двое будете вместе, доказательство чего видел Ристан. Ты причина исцеления Царства фейри. Мы не можем это проигнорировать.

Что ж, все надежды псу под хвост. Я опустила взгляд, чтобы никто не увидел боль, вызванную этими словами.

Райдер продолжал дразнить меня поглаживая бедро. Я повернулась и посмотрела на него и не могла скрыть улыбку, когда он вселил в меня уверенность.

Он вселил в меня любовь и это разбило мне сердце, потому что я хотела от него нежности.

Между этим и осознанием, что все время я была права в том, что не должна быть живой, у меня появилось две проблемы доводящие до нервного срыва.

— Светлый король был в шоке, когда увидел тебя живой, потому что надеялся что ты мертва. Кто-то взорвал твой дом, когда ты была внутри, — произнес Эдриан, который стоял возле Влада. Я даже не заметила, их появления, скорее всего к концу переговоров.

— Ненавижу когда он прав, но предполагалось что ты погибнешь в доме, Синтия, — пробубнил Райдер, скользнув рукой между моих ног. Я едва подавила стон, когда он надавил, чтобы я их раздвинула. В глубине его глаз плясал озорной огонек. Райдер провел по краю юбке, которую я наколдовала сегодня утром, и начал задирать, пока не достиг нежной плоти. Мне пришлось сдерживать дыхание, так как вокруг нас и с нами разговаривали.

— Итак, нам нужно от тебя, Синтия, твердое да или нет, — произнёс Кир, заставляя Райдера резко остановиться.

— Ты хочешь, чтобы я вышла замуж за Адама. Я поняла. Что еще? Я знаю, что это не только замужество, Кир.

— Ты выйдешь за него, родишь наследника и тебя подготовят к роли Королевы Темных фейри. Ты подпишешь контракт о согласии на это и согласии удовлетворять все потребности Адама.

— Я не могу этого сделать, — честно ответила я, и казалось, все говорившие в комнате смолкли. — Не могу искренне подписаться в том, что соглашаюсь стать всем необходимым для Адама, Кир. Я люблю Адама, но не истинной любовью. Я буду верной и постараюсь стать матерью его детям. У меня не было мамы, и я понятия не имею, что нужно делать с детьми, но постараюсь. И мне не нужен королевский трон. Точка. Опять же, могу постараться. Это все под чем я готова подписаться. Что-либо другое будет наглой ложью.

Адам тяжело вздохнул и встал из-за стола, сердито направляясь к двери. Я молча наблюдала, как он уходит.

— Любовь придет со временем, — произнес Кир, достаточно громко, чтобы Адам услышал, но тот не обратил на это внимания и покинул клуб.

— Нет. Не такая любовь, — потому что я уже влюблена… Я запретила себе об этом думать и внимательно посмотрела на Кира. — Ты любишь свою жену?

— Всем сердцем, — ответил он без колебаний.

— И ты легко лишишь Адама такой любви, которую делишь с ней?

— Син, — произнес Райдер.

— Нет, я хочу, чтобы ты ответил мне, Кир. Потому что мы выросли с Адамом и да, я люблю его, всем сердцем и приму пулю за него не раздумывая, но никогда не полюблю его должным образом. К тому же никогда не стану играть словами, чтобы заставить его чувствовать другое. Это — брак без любви, а как его друг, я желаю ему большего.

— Я люблю свою жену всем сердцем, Синтия. Чего не мог сказать, когда её встретил и женился. Любовь для фейри — трудное понятие и она редко случается у нас. Когда такое происходит, большинство не признает ее как таковую. Я высоко ценю твои надежды за моего сына. У тебя действительно прекрасная душа, Синтия. Ты станешь властной королевой и сильной женщиной для моего сына и ваших детей, — ответил Кир, склонив голову.

Я закрыла глаза и покачала головой, когда тошнота свела мой желудок.

— Мне кое-что нужно, Кир прежде, чем я соглашусь. Это то, что ты не можешь мне дать или что-то тебе будет стоить.

Он прищурился и кивнул, чтобы я продолжила.

— Кое-что, необходимо уладить до того, как я стану женой Адама, — я выдавила из себя слово жена.

— Назови что именно, — ответил Король, внимательно за мной наблюдая.

— Мне нужен шанс добраться до фейри, убившего моих родителей и взорвавшего дом. Это один и тот же фейри. Я хочу возможность остановить его прежде, чем он снова нанесет вред мне или чему-то моему. Один шанс и, даже если мне не удастся убить его, я пойду с тобой и выйду замуж за твоего сына. Но прежде чем соглашаться на что-то, я должна хотя бы попытаться.

— Ты — женщина, тебя нужно защищать и лелеять. Не стоит искать мести, — воскликнул Кир.

— Сэр, не в обиду, но я прикончила много фейри за свою жизнь. Мне только двадцать один, но, уверяю, что могу постоять за себя и твой сын об этом знает. Я была лучшей в классе и чертовски хорошо управлялась с ножами из железа. Я хочу этого и, даже если сочувствую вашему миру, не успокоюсь пока хотя бы не попытаюсь добраться до убийц моих родителей. Я обязана им жизнью. Они спасли меня, Кир и я не могу уйти, не попытавшись разобраться с их убийцами.

Взгляд его голубых глаз был задумчивым, но король кивнул, соглашаясь обсудить это с Адамом. Заручившись обещанием, я молча вышла из комнаты, с тяжестью на сердце.

* * *

Я была в комнате одна, но у Адама не заняло много времени появится в ней. Он зашел и поднял руки в беспомощном жесте.

— Привет, — неловко улыбнулся он.

— Привет, — ответила я, желая бы сказать что-то другое.

Между нами возникла странная неловкость, которой не должно быть. Не уверена, что мы когда-нибудь снова сможем вернуться к прежней жизни. Я скучала по своему другу; скучала по его шуткам и подколам. Не желаю вбивать меж нами клин и эта неловкость неконтролируемо нарастала. Прежде чем начать говорить, Адам глубоко выдохнул.

— Син, нам нужно поговорить.

— Все в порядке Адам, — ответила я, интересно, он тоже чувствует это странное напряжение между нами.

— Нам нужно поговорить. Происходит много всего, и я знаю, что все происходит быстро для нас двоих.

Я фыркнула и встретилась со взглядом его зеленых глаз.

— Это мягко сказано, — я закатила глаза, когда он рассмеялся.

— Будь здесь Ларисса, она знала бы что сказать, — он замолчал, небрежно почесывая затылок.

— Будь она здесь, Адам, у нас был бы совсем другой разговор, — пробормотала я. Он грустно улыбнулся и кивнул.

— Знаю, ты не хочешь этого, но, Син, я видел детей и младенцев, которые умирают и если мы можем их спасти…

— Адам, остановись. Просто прекрати, пожалуйста. Я так же, как и ты знаю, что все закончится, когда я выйду за тебя замуж. Мне нужно кое-что закончить. Нужно найти убийцу своих родителей до того, как свяжу себя обязательствами. Позволь мне это. Ты лучше всех знаешь, как для меня это важно. Я должна попытаться. Я стану твоей женой, но не уверена, куда это приведет нас, как друзей. Я не люблю тебя, как своего мужчину.

— Ты хочешь убить человека, который охотиться за твоей головой? — спросил Адам, с саркастической улыбкой на губах, присаживаясь на край кровати. Я отодвинулась, давая ему место и повернулась на бок. Он улыбнулся и лег рядом со мной, взяв мою руку. Это было естественным, но все же лежать рядом с Адамом не тоже самое, как с Райдером.

Я не ощущала ни страсти, ни жара, никакого притяжения. Адам великолепен, будто создан из девичьих грёз. Просто он не для меня.

— Да. Хочу его прикончить. Хочу быть тем, кто его убьет, также, как он убил моих родителей и разрушил мою жизнь. Если сможем доказать, что Дрезден послал его и друзей, ему придется ответить за то, что они сделали. Плевать, что этот придурок король. Если он как-то причастен, я хочу его смерти. У Райдера никакого прогресса, так что моя очередь попытаться. Олден согласился помочь и у нас есть план.

Адам понимающе улыбнулся.

— И тогда ты пойдешь с нами?

— Ты ведь понимаешь, что с нами это не сработает? — спросила я, наблюдая за выражением его лица.

— Мы может не влюблены друг в друга, но я достаточно тебя люблю для этого дела. Я чувствую связь, которую трудно игнорировать, когда я с тобой. Возможно ты не любишь меня, черт, может мои чувства к тебе не любовь, но если мы можем спасти наш народ — народ двух миров, я готов ради этого пренебречь любовью.

— Ты сможешь жить без того, что у тебя было с Лариссой? — спросила я, положив свою голову на его плечо и взглянув в красивое лицо Адама. — Мы не должны жить без любви. Кто знает сработает ли это вообще? Ристан не видел мое будущее до этой недели. Теперь он видит нас и нашего ребенка, а что подумают наши дети? Безумие!

— Син, все за что мы с тобой когда-либо брались удавалось. Знаю, мы сможем провернуть и это, — прошептал Адам, втягивая запах моих волос.

Он всегда делал так, когда мы были детьми. Когда так делал Адам я испытывала странную удовлетворенность, но, когда Райдер — соблазнительную эротичность. Я сплела свои пальцы с его, пытаясь придумать, как сказать Адаму о своих чувствах к Райдеру. Не могу так запросто сменить тему и сказать, «по-моему, я в него влюбилась», но и лгать не могу.

— Адам, — начала я, отклонив голову чуть дальше, чтобы его видеть. И оказалась не готова к губам Адама, прижавшимся к моим, или к распахнутой двери, в проеме которой стоял Райдер и издавал низкое, злобное рычание, пока я пыталась оттолкнуть Адама. В результате всё окончилось неуклюжей попыткой оттолкнуть его. Я ничего не почувствовала, а затем он злобно зарычал, пытаясь углубить поцелуй.

— Ты всё ещё помечена, — полупрошептал-полупрорычал он.

— Не делай так снова! — выкрикнула я, толкая его в грудь, разозлившись на то, что он пытался силой заставить меня ответить на поцелуй. Я поняла, так он пытался показать мне, что мы справимся с этим, но это во многом имело неправильные ощущения, что трудно перечислить их все.

— Как вижу, ты не теряешь время зря. Полагаю, скоро стоит удалить метку, чтобы ты смогла немного поиграть, — прорычал Райдер с порога, где застыл, как вкопанный. От его слов я покраснела. У меня возникло желание побить их обоих.

— Убирайтесь, вы оба! — рявкнула я, уставшая от борьбы со всем, чего они от меня ждали.

— Син, — произнес Адам, поднимаясь с кровати, вставая в полный рост.

— Адам, я уже сказала чем займусь в первую очередь, — я посмотрела в его изумрудно-лаймовые глаза и показала, что не сдамся пока не получу желаемого. Я начала эти поиски в пять лет и продолжала каждый день своей жизни, ища в толпе лицо, ответственного за гибель родителей.

— Она хочет убийцу своих родителей, — сказал Адам Райдеру, не оборачиваясь.

Райдер не двигался. Единственным признаком его гнева был мускул, дико дергающийся на челюсти и руки, сжавшиеся в кулаки, будто фейри желал задушить нас обоих.

— Так она и поступит.

— Ты все еще не снял с нее метку.

Райдер не ответил. Просто смотрел на меня, будто я предала его самым страшным способом. Он толкает меня на это, а я даже не ответила на поцелуй Адама! Во мне вскипела злость, так как Райдер проклинал меня взглядом.

— Убирайся Адам. Поговори со своим отцом по поводу нашей сделки, — тихо произнесла я, не отводя глаз от гневного взгляда золотистых глаз. Адам вышел из комнаты, расправив плечи и высоко подняв голову, не замечая нарастающее напряжение между мной и Райдером. Он остановился и повернулся к Райдеру.

— Сними метку. Она может вызвать его, коснувшись линии. Мы его убьём, и я заберу ее домой, сегодня.

Райдер продолжал молчать. Его жестокий и гневный взгляд прожигал мою кожу. Я ощущала злость, пульсирующую, как электрический ток по комнате, густую и осязаемую.

Когда Адам ушел, Райдер продолжал стоять, лишь смотря на меня, будто боялся подойти ближе. Я смотрела на него с болью в сердце, которую все еще пыталась скрыть. Райдер собирался отпустить меня. Это можно было заметить в его глазах. Я влюбилась в него. И я такая глупая! Он больше не враг и это ввело меня в замешательство и в непонимание, как я к нему отношусь.

Мое сердце наоборот хотело, чтобы Райдер боролся за меня. Показал, что я что-то для него значу. Идиотка!

— Из вас получится чудесная пара, — Райдер протяжно и судорожно выдохнул.

— Нет, в конце концов мы поругаемся. Я не полюблю его так, как он этого достоин. Ты сказал, что я не принадлежу никому, кроме тебя. Ты не должен позволить этому случиться, — я встретила взгляд его золотистых проницательных глаз. Умоляя, чтобы он увидел в моем взгляде то, что я не в состоянии выразить словами.

— Что ты мне дашь, если у меня получится? — спросил он, пересекая комнату, подойдя ближе к кровати, на которой я сидела.

— Что ты хочешь? — спросила я, боясь что это больше, чем я смогу дать.

— Тебя, — ответил он, упав на колени передо мной. — Я хочу тебя, Синтия, делать все, что пожелаю оставшуюся часть жизни. Чтобы ты была абсолютно моей. Хочу обладать тобой, ощутить твой вкус и прикасаться тогда, когда захочу.

— Райдер, — прошептала я, обхватывая руками его лицо. Стоя на коленях, он выглядел таким беззащитным, и я хотела поцелуем стереть мою и его боль.

— Тебе нравится, когда я между твоих ног, Питомец. Ты наслаждаешься, когда я доминирую и контролирую твое удовольствие. Твое тело дрожит подо мной, и ты выкрикиваешь мое имя, когда кончаешь. Ты уже моя. Я хотел бы оставить тебя себе навечно.

— Но позволяешь им меня забрать. Почему бы тебе не остановить это? — спросила я. Раздвинув мои ноги, Райдер ласкал длинными пальцами чувствительную кожу на внутренней стороне бедра.

— Потому что не могу. Я не могу забрать единственный шанс на исцеление моего мира, ради собственного удовольствия. Единственный способ остановить их, выкрасть тебя. Хочешь, чтобы я это сделал? Хочешь любить кого-то, кто ушел и оставил увядать и гибнуть целый мир? — спросил Райдер и, впервые с момента, когда Джозеф меня ранил, я увидела страх в глазах Райдера.

— Почему мы не можем исправить мир? Должен быть другой способ?

— Я пытался найти другой способ. Другого способа, нет и это правильный поступок, — ответил он, но не дал мне время подумать, толкая на кровать и ложась на мое тело, раздвинув мои ноги своими.

— Поцелуй Адама возбудил тебя? Ты стала влажной, как и от моего поцелуя? — Райдер схватил меня за руки и завел их за голову. — Мальчишка заставляет тебя удовлетворенно стонать от одного лишь поцелуя, как это делаю я? — рот Райдера прижался к моему. Этот поцелуй был не похож на все предыдущие. Этим поцелуем Райдер показал, что я принадлежу ему. — Я не слышал, чтобы ты стонала, как делаешь для меня — например так…

Я застонала ему в губы, когда он углубил поцелуй, и жёстко прижался ко мне твёрдым и уже готовым членом. Райдер отстранился и начал нежно целовать мое лицо, одновременно используя магию, чтобы нас раздеть.

— Я должен убить Адама. Это единственный способ, который я знаю, чтобы разорвать контракт.

— Нет, ты не можешь убить Адама!

Я вскрикнула, когда Райдер одним мощным движением вошел в меня и достиг самых глубин моего естества, создавая таким образом волну ощущений и направляя мою страсть.

— Я бы убил его, чтобы сохранить тебя. Если бы выживание моего мира не зависело от вас обоих, он уже был бы мертв. Я убил бы долбаного короля, чтобы ты стала моей. Так чертовски приятно ощущать тебя, так правильно. Твое тело приветствует мое, ласкает мой член. Дьявол, так хорошо.

— Не хочу, чтобы это заканчивалось, — произнесла я между его невероятными толчками. Райдер — добрый и, пусть сейчас проигнорировал мой порыв, я знала, что он не убьет моего лучшего друга. Мы занимались любовью в течение нескольких часов и когда закончили, лежали молча в сплетении рук и ног. Мы оба знали, что вскоре разойдемся. Он пойдет разыскивать остальные реликвии, а я выйду замуж за Адама и рожу наследника, который излечит мир. Осознание, что я оставлю Райдера, рвало меня на части.

Забавно, как работал мир. Я влюбилась в своего врага и теперь мне придется его оставить, чтобы вылечить землю. Мы прошли через ад и вышли вместе, став сильнее. Теперь, когда я наконец сдалась на волю чувствам, нам нужно расстаться, чтобы продолжить существование.

Глава 31[43]

Весь следующий день, мы просеивались по всему миру в места, где предположительно могли быть спрятаны оставшиеся три реликвии. Райдер оставлял людей в этих местах, наблюдать за передвижениями Масонов. Он полагал, что после того, как мы забрали одну реликвию, Масоны переместят другие при первом же удобном случае. По возвращению в клуб, я сразу отправилась из основного зала в комнату, которую до сих пор делила с Райдером.

— Син, — произнес Райдер, войдя в комнату.

— Фейри, — ответила я, встречаясь с ним взглядом.

— Ты готова?

— Готова, — прошептала я.

Райдера не радовала перспектива выполнять свое обещание — позволить мне взяться за поиски убийцы, отчего он становился сварливым и ворчливым. Его время на поиски убийцы и мое время в этом мире на исходе, согласно договору с Киром, поэтому Райдер, неохотно, согласился сегодня предоставить мне такую попытку. Он протянул руку и я ее приняла. Прежде чем смогла сказать хоть слово, мы оказались на старом кладбище.

Мои глаза приспособились к темноте, благодаря способностям фейри я могла отлично видеть на слабо освещенном кладбище. Стоит признать, это круче, чем сверхъестественное зрение, которое я использовала, будучи ведьмой; теперь все видно, как днем. Я поспешила избавиться от Райдера и его парней, так как они не представляли, что мы с Олденом задумали.

Мы распланировали всё на предыдущей неделе, пока Райдер охотился за реликвиями и магами, пришло время привести план в действие. Я могла лишь косвенно позволить Райдеру и его людям принять участие в противостоянии убийце. Если дать волю, Райдер все взял бы на себя и своих людей, а меня бы отстранили. Вот только проблема в том, что в таком случае убийца не появился бы.

Мы с Олденом осторожно и по минимуму, поделились информацией с Райдером, вовлекая его в курс дела. Я не хочу, чтобы он ставил под угрозу мои планы. Если все пойдет коту под хвост, Райдер — мой план Б. В конце концов меня воспитали, как ведьму, а не фейри и мы верили в план Б.

— Никаких уловок, Син, — прорычал Райдер, стоя в нескольких шагах от меня.

— Уловки для подростков, трусишка, — ответила я, избегая прямого ответа о своих намерениях.

Олден уже был здесь и принес шестнадцати дюймовые кинжалы, биться на которых я обучалась большую часть жизни в Гильдии. Кинжалы сделаны на заказ, специально под мою маленькую ладонь и стиль ведения боя. Оружейник Гильдии вручную изготовил их из железа и более легких металлов, чтобы они стали максимально легкими при этом прочными и смертельными для фейри.

Я аккуратно поставила iPod на серое надгробие Лариссы и осмотрелась. Ожидая момента, чтобы с помощью магии зажечь факелы, установленные Олденом. Вокруг нас взметнулись языки пламени, окружая место, где стояла большая группа людей. Лица тех, кто пришел помочь оттеняли всполохи ожившего огня.

Адам и его отец пришли с группой людей, для защиты, если все пойдет наперекосяк. Олден привел с собой нескольких членов Гильдии, которым еще доверял.

Я отошла от них и ножом разрезала свою руку, чтобы поднять мертвеца. Для заклинания, которое произнесет Олден, мне требовалась кровь. Сегодня я разбужу мертвых не так, как прежде. Они нужны мне для Темных Сил, а не Светлых, и мне необходимо было позаимствовать их силы.

Как только кровь коснулась святого места, высоко в небо взметнулось пламя факелов. Я прошептала несколько слов на Латыни, завершая ритуал и улыбнулась, ощущая прилив энергии, когда мертвые начали подниматься из могил.

Билли, маленький ребенок, который был здесь, по крайней мере пятьдесят лет и любил слушать мой iPod больше, чем на самом деле любил меня, объявился первым. На его лице не было привычной наглой ухмылки, будто он мог ощущать важность моего присутствия здесь и знал, что скорее всего я пришла в последний раз. У меня и Билли была договоренность, как и с остальными призраками на этом кладбище.

Раз в месяц я прихожу, чтобы потанцевать с ними и позволить им почувствовать себя живыми, по крайней мере, не на долго, а они благословляют землю вокруг могил моих друзей и семьи. Билли, как правило, подбирал песни, под которые мы все танцевали.

— Билли, мне надо знать, сможешь ли ты и остальные помочь мне? — он склонил голову с ангельским личиком и прищурил глаза, в которых застыл напряженный взгляд, так не подходящий ребенку его возраста. Мгновение прошло в молчании, пока он разговаривал с остальными призраками. Живые не должны разговаривать с мертвыми, но сегодня Олден произнесет древнее заклинание, которое позволит мне их услышать. Обычно, я пыталась интерпретировать сказанное по губам или жестам.

— Олден, заклинание, — прошептала я и почувствовала слабую дрожь от объединения ковена. Я скучала по этому с тех пор, как похоронила Лариссу, чуть более месяца назад. Даже не пытаясь собрать ковен с момента ее смерти, не то чтобы у меня была возможность.

Призраки наблюдали с неприкрытым любопытством, пока Олден с ведьмами и колдунами приближались, держа элементы, необходимые для заклинания. Они образовали круг и вместе заговорили на Латыни. Поднялся ветер, волосы хлестали меня по лицу, а пение становилось громче.

Пламя от факелов взметнулось высоко в воздух, листья с деревьев кружились за ковеном, защищая от фейри, стоящих на кладбище. Я нарушила круг и улыбнулась, когда все разъединили руки, чтобы прикоснуться ко мне. Сегодня я приму следы разрушения заклинания в свою душу.

Я попросила произнести заклинание, но не смела просить Ковен принять в себя тьму, следующую за заклинанием; не тогда, когда я — просящий и нуждающийся. Больше я не принадлежу Гильдии и просить людей принять тьму за меня казалось неправильно.

— Все сделано, — сказал Олден, отступая назад, вместе с остальным ковеном. Я обернулась, чтобы посмотреть на Билли, который с напряженно наблюдал за нами. Я ждала, что он скажет что-нибудь и когда наконец это произошло, то слова были направлены не ко мне, а к кому-то, кого я не видела.

— Она чокнутая. Леди, ты уверена, что хочешь вмешаться? — он говорил с кем-то рядом с собой.

— Билли, — наконец прошептала я, спустя столько лет я смогла услышать его голос.

— Меня зовут Куинн, а не Билли. Так что прекрати называть меня этим глупым именем для простофиль! — он сжал руку в кулак и посмотрел на меня.

Я улыбнулась и кивнула.

— Прости, — смущенно ответила я. Мои ожидания заговорить на языке мертвых, в этот раз, не оправдались. — Мне нужна ваша помощь, — начала я, но он поднял руки и покачал головой.

— Мы знаем для чего ты пришла, но не можем помочь. Только она может, — ответил он с акцентом, который я не смогла распознать.

— Она? — в замешательстве спросила я. Мне не пришлось долго ждать, когда она вышла из теневой завесы, в которую только мертвым разрешено войти, на кладбище. Я ахнула и отступила назад.

— Боже мой, — вскрикнула я, а позади меня Адам издал мучительный стон.

Напротив меня стояла Ларисса, такая же красивая как и при жизни, до того, как над ней поработал маг.

— Син, — прошептала она, беря меня за руку, чем потрясла до глубины души.

— Я могу тебя чувствовать! — Я ощутила как ускоряется стук моего сердца, от миллиона разных мыслей возникших в моей голове.

— Ты жива? — Эй, такое случалось раньше.

— Нет, Син. Мертва. Здесь моя душа, а чувствуешь ты меня благодаря заклинанию. Олден создал такое, благодаря которому ты можешь не только поговорить с умершими. Он позволил ожить нам на одну ночь.

— Ларисса, — произнёс Адам, подходя ближе, с растерянным выражением лица. Адам не скрывал своих чувств, в его глазах стояли слезы, он схватил Лари и крепко прижал к себе. Она улыбнулась, и я ощутила горячие слезы, сбегающие по моим щекам. Я отошла назад, позволяя им на минуту побыть наедине.

Я не понимала, что плачу или, что Райдер подошел ближе. Я наткнулась спиной на его широкую грудь и обернулась, когда ощутила на своей коже покалывание тока, присущего лишь одному Райдеру.

— Ты в порядке? — спросил он так, чтобы слышала только я.

— Думаю, да, она выглядит… счастливой, — прошептала я в ответ и встретилась с ним взглядом.

Я обернулась и увидела как Адам прижимает к себе Лариссу и глубоко поцелует. При том, что я должна вскоре выйти за него, я не ощущала ревности от его действий с призраком. Чувствовать Райдера, прижимающегося к моей спине было правильно, с ним я ощущала безопасность. Адам оторвался от Лариссы и начал извиняться, будто ему только что пришла в голову та же мысль, что и мне, но не передо мной он извинялся. Перед Лариссой.

— Лари, я не мог остановить потребность… Я пытался… но не мог остановиться, у меня начался Переход…

— Шшшш, все хорошо. Я понимаю, почему ты это делал. И не злюсь на тебя или на женщин, которые помогали тебе пройти через Переход. Я не смогла бы накормить тебя так, как это сделали они. И еще не виню тебя за свадьбу с Син, — сказала она, шокировав нас обоих. — Не дави на нее, Адам. Если ты так поступишь, я буду вечность преследовать твою задницу, — сказала Ларисса с соответствующей улыбкой.

— Ты видела всё, — произнес он, пораженно выдохнув.

— Я не покидала тебя. Оставалась, пока они не забрали тебя из квартиры. Фейри упаковали мои вещи с вещами Син и я смогла последовать за вами, потому что моя сущность привязана к ним. Я не готова была показаться, а вы не были готовы увидеть меня. Боль утраты была слишком свежа для вас обоих. Чтобы подготовиться ко встрече со мной, вам нужно было время.

— Я искал тебя, повсюду. Хотя долбаный демон утащил меня. Я не мог остановить то, что происходило, Ларисса; просто не мог остановить испытываемое вожделение!

Ларисса фыркнула и закатила глаза, уперев руку в бедра.

— Серьёзно? Ты переживал Переход. Я там была; и знаю, что ты не смог бы остановиться.

— Ты наблюдала за мной? — шокировано спросил Адам.

— Конечно наблюдала. Ведь, как бы то ни было, я научила тебя большинству действий. И вина, ощущаемая тобой, словно удерживала меня. Ты держал меня рядом. Не то, чтобы я хотела наблюдать за тобой с другими женщинами, но ты не мог перестать думать обо мне. И можешь назвать меня мелочной, но даже при том, насколько они все были совершенно прекрасны, ты хотел меня и это было самое невероятно ощущение, которое я испытывала в жизни… или смерти, неважно.

— Син, ты с другой стороны… плохая девочка! И Райдер, ц-ц-ц, я недооценила твои способности. Кстати, мне нужно поговорить с тобой, — сказала Ларисса, направляясь к нам. Я подождала, пока она не остановилась рядом. — Наедине, Син. Не беспокойся, в этом нет ничего плохого, или чего-то плохого о тебе.

— Ты винишь меня? — выпалила я прежде, чем она ушла с Райдером. — За то, что не смогла спасти тебя?

— Нет, как и твои родители, Син. Ты не можешь бороться с судьбой — насмехаться над ней — да, но, если будешь продолжать сопротивляться, в конце концов, это поглотит тебя, судьба всегда побеждает, — Ларисса печально улыбнулась и положила руку мне на щеку. — Мне нужно переговорить с Райдером, а затем нам нужно разобраться с расплатой.

* * *

— Адам, ты в порядке? — спросила я, неловко остановившись рядом.

— Определи значение порядка. Она наблюдала за мной и знает о нас, — прошептал Адам, будто боялся, что Ларисса может услышать нас оттуда, где стояла с Райдером.

— Уф, — произнесла я, неуверенная, что могу еще добавить. Он планировал сделать Лариссе предложение пока ее не убили.

— Ты опять спала с ним? Мне нужно знать, что когда ты с ним, то достаточно умна, — вопрос Адама заставил меня поднять голову и посмотреть прямо на него. Цвет его глаз стал ярко-зеленым, а от жесткого напряжения он сжал губы.

— Не думаешь, что я знаю это? — прошептала я, все еще смотря на него.

— Надеюсь, вы предохранялись. Целое Царство фейри зависит от нас.

— Понятное дело. И я все еще под действием противозачаточных Гильдии. Оно сильнее человеческого. Я лишь не знаю, будет ли оно действовать в после переходный период, на который все рассчитывают.

— Ты что-то чувствуешь к нему, понимаю. Дьявол, я все еще люблю Лариссу. Столько гребаных событий произошло за этот месяц, что я до сих пор ни в чем не уверен. Но если бы она была жива и могла остаться здесь, я бросил бы вызов гребаному Богу, чтобы удержать ее. Так что, понимаю тебя, но мы не можем позволить Царству фейри погибнуть. И эта мысль об их массовом бегстве в наш мир немного подавляет.

— Знаю, — ответила я с мягкой улыбкой. — Я бы отдала свою жизнь за нее, как и за тебя. Для меня вы всегда были семьёй. Я сказала, что пойду с тобой и согласилась стать твоей женой, но никогда не говорила, что полюблю тебя, по-настоящему. Никогда тебе не лгала, даже когда могла.

Адам покачал головой.

— Знаю, крошка и если бы целый мир не зависел от нашего ребенка, я позволил бы тебе остаться с Райдером. Даже с мыслями, что он не подходит тебе.

— Не думаю, что здесь уместен этот разговор. Я сказала, что пойду с тобой. Согласилась выйти за тебя, Адам. Давай пока отложим это обсуждение. Пожалуйста?

— Хорошо, но ты должна знать, мой отец через пару дней устраивает грандиозное торжество в честь свадьбы.

Услышав такую новость у меня свело живот. Я не хотела этого и все же слишком много зависело от этого события.

— Я сказала, что не хочу грандиозного представления. Кроме того, разве Темные фейри не извлекли урок о торжествах в честь свадеб после последнего? — спросила я, поворачиваясь и смотря на Райдера, что-то записывающего пока Ларисса с ним разговаривала.

— Ха! По крайней мере эту помолвку, нам не придется разгонять, — усмехнулся Адам, напоминая прежнего себя.

— Фейри всегда празднуют соединение двух людей. Хотя думаю, что могу уговорить отца на помолвку, а не свадьбу, — Адам кинул на меня робкий взгляд. — Я долго это обдумывал и по крайней мере это даст тебе год на то, чтобы родить ребенка и спасти мир. Если ты решишь, что потом захочешь кого-то другого, Син, я тебя отпущу. Попытаюсь добиться оговорки в контракте. Когда, или если, ты решишь уйти, я тебя отпущу, — Адам улыбнулся, будто бы он только что не вывалил это все на меня.

— Ох, понимаю, так я должна родить… — я покраснела и посмотрела на него одновременно.

— Милая задачка, — пробубнила я, почесав затылок, чувствуя дискомфорт от этого разговора.

— Меня всегда тянуло к тебе. Я всегда держал это в себе. В итоге ты была с Эдрианом, а мне повезло повстречаться с Лариссой. Но почему-то, всегда было ощущение, что в конце концов мы будем вместе.

— Адам…

— Адам, дай ей передышку. Мы оба знаем, что она собирается за тебя замуж, но не советую решать насущные проблемы здесь, — сказала Ларисса, обнажив белоснежные зубы в наглой ухмылке, обращенной к Адаму.

— Ларисса, у тебя с этим нет проблем? — спросил Адам едва громче шепота и крепко обнял ее. Во взгляде Адама, обращенного к Лари, горел голод.

— А у меня есть выбор? Ну, на самом деле, есть. Если бы мне предоставили выбирать женщину, которая должна занять мое место, ей определенно стала бы моя лучшая подруга, — сказала Ларисса, подмигивая мне и ложа голову на плечо Адама.

Стоя рядом с ними, я испытывала неловкость, пока не уловила взгляд Райдера, направленного на меня. Фейри переводил удивленный взгляд с меня на парочку. Я улыбнулась и подошла у нему.

— Что сказала Ларисса?

— Расскажу позже, — ответил он. — Пришло время прикоснуться к лей-линии. Я сегодня должен успеть посетить еще несколько мероприятий.

— Например? — тихо спросила я.

— Я же сказал, позже, — он окинул меня горячим взглядом и улыбнулся своей «снимай трусики» улыбкой, которая гарантированно меня отвлекала. — Говорю же, время потянуть линию. Давай узнаем ждет ли этот козел тебя на другой стороне.

Я покачала головой и обернулась, чтобы посмотреть на Адама и Лариссу. Они улыбались и смеялись над тем, что кто-то из них сказал. Олден тоже наблюдал за ними, с грустной улыбкой на лице. Всё на месте. Пора дотронуться до лей-линии.

Глава 32[44]

— Ларисса, пора, — позвала я, подойдя к ней и Адаму.

— Ещё есть время, Син, — прорычал Адам, прижимая Лариссу к себе.

— Адам, после того, как провернем то, зачем сюда пришли, ты проведешь с Лариссой остаток ночи, — я усмехнулась, когда она хитро ему улыбнулась и пошевелила бровями.

— И тебя это не беспокоит. Ты знаешь, что произойдёт и это тебя не волнует? — недоумевал Адам, прищурившись.

— То, что ты хочешь трахнуть призрака? — моя улыбка стала шире. — Неа, я знаю, что она для тебя значит. Понимаю, каково это — не иметь возможность попрощаться. Кроме того, умею делиться, не то, что ты.

— Уф, — произнес Зарук, подходя к нам. — Райдер говорит, пора. Он уже поднял завесу, так что нас не будет видно. И пошевеливайся, лапушка; давай покончим с этим дерьмом.

— Передай, что мы готовы, — ответила я, повернулась и увидела, как Куинн с остальными призраками окружили нас и стали невидимыми. После моих слов, все пришли в готовность и, как только Адам встал рядом со своим отцом, я подняла щиты вокруг себя и Лариссы. Райдер и его люди злобно зарычали, а Адам внимательно наблюдал за мной, будто раскусил план с самого начала. Он знает меня дольше всех, поэтому само собой разумеющееся, что он все понял.

— Уверена, что хочешь сама это сделать, Син? Я лишь смогу помочь прикоснуться к линии и удержать щиты. Со всем, что появится, сражаться будешь сама, — сказала Ларисса рядом со мной.

— Нет, я вообще ни в чем не уверена, но могу с этим справиться, Ларисса. Не хочу брать груз ответственности за тех, кого ранят.

— Отлично, но прямо сейчас тебе нужно забыть обо всех беспокойствах, тревожащих сердце, — произнесла она, окинув меня жестоким взглядом.

— Не уверена, что могу выйти за него. Не сейчас, ни когда-либо еще.

— Ваша с Адамом свадьба состоится и вам обоим это известно, — ответила Ларисса, качая головой. — Ты должна быть ему верна, Син. Он этого заслуживает, вы оба заслуживаете. Судьба связала вас. Знаю, ты его пока не любишь; не так как Райдера. Просто я думаю, что Райдер для тебя, как нечто, напоминающее звезду. Он ворвался в твою жизнь, тогда как Адам всегда был в ней, всегда рядом, когда нужен.

— Ларисса, они хотят не просто поженить нас… они хотят, чтобы у нас были дети. Что значит…

— Я понимаю, что это значит, Син. Я умерла, а не отупела, — Ларисса подняла глаза к небу, с легкой улыбкой на губах.

— Прости. Это все еще слишком тяжело принять.

— Син, во время Перехода Адам не только обо мне думал. Я солгала, понимая, что ему будет больно услышать правду. Сейчас он этого не помнит, но вскоре память восстановится. Он чувствовал вину из-за меня и страсть к тебе, потому что ты приближалась к Переходу, твое возбуждение, когда начался Переход, подтолкнуло его мысли. Это сыграло с Адамом злую шутку, ему нужно время. Думаю, что та связь, что между вами, объединяет и полагаю, именно поэтому фейри стараются женить фамильяров. Он всегда смотрел на тебя несколько иначе, чем старший брат. Это всегда бросалось в глаза. Эдриан и я просто не хотели признаваться в этом. Думаю вам двоим было предназначено быть вместе и, в итоге, похоже так и будет.

— Я так не думаю. Считаю, что мы оба заслуживаем любви. Быть искренне любимыми, Лари, так, чтобы все остальное в мире казалось неважным, чтобы душа растаяла и срослась с той, которую так любишь. Я люблю Адама, но никогда не полюблю по-настоящему, а ему это необходимо. Прямо сейчас, кажется, его заботят нужды фейри, и я это тоже понимаю, правда… Но, что случиться, когда они получат то, чего хотят?

— У тебя будут дети, радуйся и довольствуйся этим, Син. У меня и меньшего не будет, — я сглотнула приступ сожаления, понимая, что она права, и я не должна жаловаться ей на всех людей. У Лариссы никогда больше ничего не будет, слишком рано оборвалась ее жизнь.

— Просто я не считаю, что стану хорошей матерью. У меня никогда ее не было. Она умерла до того, как я что-то от неё узнала.

— Син, способности к материнству придут сами. Прекрати недооценивать себя. Твоя любовь — безоговорочна и ты никогда не разочаровываешься в людях, не зависимо от того, насколько они иногда этого заслуживают, — она немного наклонила голову и улыбнулась. — И ты убьешь любого, кто угрожает твоей любви. Ты станешь лучшей мамой. Заставишь медведиц по сравнению с тобой выглядеть робкими.

— Я чертовски хороша в убийствах, — согласилась я и посмотрела на злобные лица окружающих. — Нам лучше сделать это прежде, чем они объединят усилия и попытаются сломать щит.

— Ладно, план такой: с моей помощью ты тянешь лей-линию. Я могу почувствовать колебания воздуха, перед их появлением и дам тебе подсказку, но не смогу держать оружие или помочь тебе убить их, я всего лишь душа — даже если сейчас выгляжу чуть плотнее. Мертвым, вроде как запрещается помогать живым, поэтому давай не станем испытывать силы больше, чем уже есть.

— Все хорошо, Лари. Мне просто нужны силы, и вторая пара глаз.

— Тогда собирайся, пора надрать кому-то задницу, — сказала Ларисса, зло улыбаясь. Я прошептала заклинание, чтобы щит погрузился в темноту, от чего станет невозможным кому-нибудь увидеть происходящее внутри него, мы ведь готовимся к войне. Я улыбнулась и закрыла глаза, чувствуя, как меняется одежда, на кожаную, плотно обволакивающую моё тело. Кожаный жилет обтянул грудь, а брюки, словно вторая кожа, давали простор движениям. Я ощутила руку Лариссы на моем лице, сейчас она теплая, пока смерть вновь не заберет ее. Лари провела пальцем по моему лицу, оставляя тонкий кельтский рисунок голубого цвета, придавая сил и мужества.

— Святое дерьмо, Син, по сравнению с тобой Кира Найтли никто, — прошептала она, пока я создавала кожаные ремешки для волос, собирая их на затылке.

— Ладно, убирайся в темноту. Пожелай мне удачи, Лари. На той стороне у тебя может появиться компания, — я улыбнулась на то, как она нахмурилась.

— Ты не умрешь, Син. Твое время еще не пришло. Ты должна жить. Если умрет мир фейри, этот мир тоже погибнет. Вы с Адамом особенные; ты сможешь это сделать. Ты создана для великих свершений и за это нужно платить, — я встретила ее взгляд и кивнула.

— Я не хочу ненавидеть Адама, Ларисса и не хочу обижаться на него, потому что нас вынудили. Вот что меня пугает и, ладно, меня просто не тянет к нему — не после Райдера.

— Ненависти не будет. Ты знаешь, что им руководит необходимость все исправить. Ты вырвала его из семьи и, после возвращения, он борется за способ удержать тебя в своей жизни, потому что ты все, что у него осталось из этого мира. Адам также напуган, как и ты, но упрям и, что хуже, он мужчина, поэтому не скажет об этом, но ты ему нужна. Его мир меняется, так же, как и твой. Он сильный, гордый мужчина и не допустит страха потерять тебя, но он боится.

— Знаю и в ужасе от этого. Но не могу изменить прошлое!

— Именно! Вот о чем мы постоянно говорим тебе, а ты все еще продолжаешь держать все в себе. Забудь об этом! Перестань думать, что ты во всем виновата, просто забудь. Знаю, ты думала, что поступила так, после моей смерти, но я ощущала твою боль. Ты и Адам держали меня здесь, а переходное состояние отстой. Не пойми меня неправильно, это не так плохо, но, в конце концов, я хотела увидеть родителей прежде, чем приму решение заново переродиться.

— Я не знаю, как забыть обо всем. Слишком много чувств и многое я могла бы с легкость изменить, поступив иначе. Я столько сдерживала это и использовала для силы и если отпущу все, что, черт возьми, у меня останется в запасе?

— Ты станешь тем, кем суждено. Теперь, тяни линию, потому что Райдер выглядит так, будто в состоянии разрушить щит одним только взглядом, — я обернулась и посмотрела прямо на него, взгляд его золотистых глаз проникал в мою душу, пока фейри осматривал мой наряд. Он медленно опустил взгляд, и также медленно поднял, уголки губ Райдера приподнялись в улыбке, но во взгляде пылала смерть.

— Смейся, фейри, — изрекла я прежде, чем повернуться к Лариссе, когда она вытянула свои руки. Я создала такой щит, чтобы поговорить с ней наедине, чтобы снаружи никто нас не слышал — ну, по крайней мере, те у кого слух фейри.

— На счет три, Лари, — произнесла я, нагибаясь, чтобы взять в руки кинжалы, тихо считая. Мы коснулись пальцами, так как много раз делали, будучи детьми и объединили силы.

Ларисса дала мне хороший толчок силы, учитывая, что она — призрак. Я открыла глаза и наблюдала за ее пением. Она также красива после смерти, как и при жизни. Ее естественные кудри разметались вокруг лица, пока она читала слова с закрытыми глазами. Другие призраки тоже пели и с каждым словом сила внутри меня росла. Когда Лари распахнула глаза, я отпустила ее руки и отступила.

Я слышала, как Райдер и Адам разговаривают со своими людьми, пытаясь выяснить, как опустить щит и проникнуть внутрь до того, как я дотронусь до линии. Обе идеи не прокатят. Я напрягла тело, опустив руки по бокам, зондируя почву на наличие ближайшей лей-линии. Я послала безмолвную молитву любому Богу, который мог услышать и дотронулась пальцем до линии.

*~*~*~*~*Райдер*~*~*~*~*

— Блядь, заставь этот ёбаный щит опуститься! — прорычал я, из-за страха, сдавливающего грудь, я становлюсь неосторожным. Ненавижу, долбаное желание защитить Син, даже от ее собственной глупости. Никакие слова не заставят это желание ослабнуть. Син внутри меня, как наркотик; я жажду ее. Зверь хочет выбраться из укрытия и привести нас к ее врагам. Я рычу на него.

Я обещал Син сдержаться, чтобы убийца фейри не исчез, едва появившись. Волшебная завеса — старый трюк фейри, используется чтобы скрыть целые армии от тех, кто против нас.

Детская забава, но требует большей концентрации, чем я мог использовать, для разрушения ее блядского щита. Мысль отдать ее другому мужчине бесит зверя и все тяжелее его сдерживать с приближением назначенного времени.

Теперь я знаю где маги. Ларисса сказала где их найти и как убить, но лишь малая их часть находится в Вашингтоне.

Они разбросаны по всему миру — прячутся от нас, как черви под землей. Ларисса заставила меня дать слово, что ни Адам, ни Син не узнают о происходящем, пока не исчезнет угроза от местных магов.

Син выглядит беспощадной и прекрасной в боевой раскраске, с синими тонкими и замысловатыми татуировками на лице. Волосы собраны в хвост, и обрамляют её лицо, когда она опускает голову в боевой стойке. Зверь хочет её сейчас; хочет, чтобы она кричала в экстазе под ним и в ее глазах горело пламя желания.

Я рычу на него, и хрен с тем, что другие наблюдают за мной. Сейчас не время и не место для жесткого стояка, Син в реальной опасности. Зверь напрягается. Он сходит с ума внутри меня, стоило ей потянутся к линии и подставить себя под удар.

Мужчина просеивается внутри щита, но это только разведчик, который появлялся и в прошлый раз. Он участвовал в схватке, но не он нужен Син. Она не двигается, спокойно ожидая удара и когда он с улыбкой замечает Богиню Войны перед собой, нападает. Она быстрее.

Син движется с непревзойденным мастерством и скоростью, движение кинжалов практически невозможно отследить, двигаясь в совершенной гармонии, и попадая в цель. Она улыбается и пинает тело фейри, по-прежнему стоящего перед ней, оно падает, и голова скатывается с плеч. Лезвия рассекли мышцы, сухожилия и кости, будто она разрезала сливочное масло горячим ножом.

Мой член становится тверже, когда Син поворачивается и готовится к появлению других. Дьявол! Ненавижу стояк во время драки.

Зверь мечется, желая попасть внутрь щита, который она воздвигла. Он запросто может туда попасть. Он это знает; зверь заклеймил ее физически и ментально, но нельзя сделать это сейчас.

Зверь хочет убить Адама и занять его место, но судьба — изменчивая сука и у нее свои планы, которые даже я не в силах изменить. Ни для нее или зверя, мечещушегося внутри меня.

Зверь насмехается надо мной, что этого не случится, что он заранее все продумал, делая расчет в нашу пользу. Для моей жизни и я не знаю, что это означает, а упрямый зверь не скажет большего.

— Блядь, она в меньшинстве! — выкрикнул Адам, наблюдая как еще четыре фейри, принимавшие участие в прошлой схватке, окружили Син.

Встретившись с ней взглядом, я отрицательно качаю головой. Она может пустить нас, когда пожелает, но пока этого не планирует. Я вижу это во взгляде ее прекрасных глаз, в них написано, что это бой один на один.

Что я должен дать ей этот шанс.

— Зи, тот высокий среди них, он из ее детских воспоминаний? — спрашиваю я своего заместителя.

— Да, но не он их убил. И он не Светлый фейри. Может наемник?

— Олден, убери этот треклятый щит, живо! — вновь прорычал я, пытаясь сдерживать зверя, который теперь грохочет внутри моей груди.

Мои люди ощущают его. Они смыкают ряды. Их собственные звери готовы вырваться, ощущая желание моего зверя вступит в бой и защитить ее. Син в меньшинстве и понимает это.

— Не могу, Райдер. Ты, Адам и я и прежде пытались опустить щит. Только Син может это сделать и лишь она определяет кто пройдет через него. Она не подведет; Син — прирожденный воин. Будь готов, когда она опустит щит, потому что, именно тогда будет в беде, — произнес Олден, наблюдая за ней с отеческой гордостью. Этот чертов колдун знал, что она собиралась сделать.

Дерьмо!

— А если они перенесут ее до того, как она сможет опустить щит и убьют, колдун… тогда ты сможешь дальше жить?

— Ей это нужно. Нужно все это закончить. Как и мне. Если ты вмешаешься, она никогда не простит, — сказал колдун, будто я дал бы ей это долбаный выбор.

— Если она умрет… — предупредил я убийственным тоном, привкус которого заполнил мой рот и капал с клыков.

— Она не погибнет. За все свое время, проведенное на земле, я не видел более яростного воина или жаждущего отомстить за смерть близких, чем Син. Она мне практически как дочь, Райдер; единственная радость в моей жизни.

— Расскажешь ли ты ей, что заключил сделку с моим демоном, дабы на одну ночь привести Лариссу из тьмы? — спросил я колдуна, не сводя взгляда с Син. Олден наблюдал со мной, как она встала в стойку, чтобы встретиться лицом к лицу с монстрами из прошлого.

— Ей не нужно об этом рассказывать. Мои действия не имеют значения, Райдер. Я — старик. У нее есть вечность. Она нуждалась в этом, а я знал, что это лишь вопрос времени, когда Син закроет эту главу своей жизни, чтобы начать новую. Ей нужно было попрощаться с Лариссой, как и Адаму. Мне нужно увидеть тех, кто несет ответственность за убийство моей сестры прежде, чем смогу присоединиться к ней на том свете. Гильдия приняла решение, меня заменят.

— Гильдия не позволит тебе спокойно уйти, — ответил я, чертовски понимая, что маги прикончат его. Вопрос лишь когда. «Замена» Олдена — красивая история, чтобы избавиться от него без лишних вопросов. Интересно, такая же судьба была и у Мари? Они называют нас животными, но сами такие же, сделанные из того же проклятого теста, что и мы.

— Как я уже сказал, ей это знать не обязательно. Я не могу прикончить убийц своей сестры, но она может, так я ее воспитал, будучи достаточно сильной. Я знал, что она и Адам отличались от остальных. Я как старший должен был определить, что они не были людьми. Если бы не моя любовь к ним, я бы, возможно, не был так ослеплен их отличием от других детей. Гильдия казнила бы их, если бы не тщательно продуманный план Мари.

— Син разозлиться, что ты не сказал ей.

— Она справится. В конце концов у нее есть ты.

— Через два дня она выйдет замуж за Адама, — огрызнулся я, потому что мне это противно; ненавистно говорить и думать об этом.

— Нет, я может и простой человек, Райдер, но даже у меня есть глаза. Я видел, как она смотрит на тебя и даже сейчас она не смотрела на Адама с мыслью, что может сделать это — Син смотрела на тебя.

— Это не меняет факта, что она воспитывалась тобой ценить жизнь. В конце концов, она правильно поступит. Это у нее в крови, заложено тобой в ее душу. Ристан видел Син и Адама с их ребенком. Я уже знаю, как закончиться эта история, — без моего присутствия в ней.

— Это лишь слова, но даже судьбу можно изменить, если воля двух людей достаточно сильна. Я говорю, к черту судьбу и решай сам, строй свое будущее. Оно меняется каждый раз, когда мы делаем выбор и я чертовски уверен, что любой может сказать о том, что произойдет именно так, как он видел. Ничто не высечено в камне, пока этого не произошло, — зверь полностью с ним согласен.

Меня слепит всполох меча, когда один из фейри решает нанести первый удар и нападает на Син. Син делает обманный маневр одним кинжалом и наносит ответный удар другим. Я теряю весь интерес к разговору; зверь не желает позволять мне играть в словесные игры с колдуном, пока Син вступает в бой.

Глава 33[45]

Я встретила их во всеоружии. Лица, знакомые с детства, являющиеся мне в кошмарах сейчас стояли здесь, передо мной. Я твердо и жестко держала кинжалы в руках и была намерена прикончить этих засранцев. Блондинистый фейри, стоящий ближе всего ко мне, с молниеносной скоростью рванул вперед, но промахнулся, так как я просеялась на шаг вправо.

Другой фейри, который, кажется, просеялся вместе с блондином, замахнулся мечом. Я отскочила назад, делая ложный выпад одним кинжалом и замахнулась другим, блокируя попытку отделить мою голову от шеи. Я отвечала ему, уклоняясь от его атак. Они — лишь пешки, а я хотела отправить сообщение. Я набирала скорость, ловко и быстро кружась среди фейри, легко двигаясь, без усилий танцуя вокруг них, убеждаясь, что лезвия попадали именно туда, куда я хотела.

Разрезав кинжалами горло одного фейри, я направила их к другому, молниеносными движениями нанося удары. Ощущая невесомость, я двигалась по кругу, пока последний фейри не пал на землю от моей руки. Я обернулась, быстро смаргивая кровь, покрывавшую лицо и волосы. Я медленно выдохнула и толкнула фейри, которого первым проткнула кинжалами.

Сражение закончилось, не успев начаться, не думаю, что он осознал свою кончину, пока его голова не отделилась от тела и не упала на землю. Другие двое неподвижно лежали на окровавленной земле.

Я двинулась вперед, осматривая тела; разрезы на шеях достаточно глубоки, чтобы свалить с ног, но недостаточно, чтобы они быстро регенерировали и Райдер с его парнями смогут поиграть. Я огляделась в поисках четвертого блондина фейри, но его нигде не было. Должно быть он просеялся назад, когда другие напали на меня. Я могла ощущать, сверлящий мою плоть, взгляд Райдера. Гнев фейри был осязаем даже через непроницаемую поверхность щита.

В моей груди бешено колотилось сердце.

— Он не придет, — прошептала я, чувствуя разочарование. Тот, кого я желала убить больше всего на свете, не появится, чтобы умереть со своими лакеями.

— Что-то происходит, я могу это чувствовать, — произнесла Лари, положив руку мне на спину, и вталкивая в меня больше своих сил.

— Лари, нет, если ты отдашь мне все…

— У меня еще достаточно сил, чтобы оставаться плотной в течении нескольких часов. Я по-прежнему смогу попрощаться с Адамом.

— Разговариваешь с мертвыми, сука? Надеюсь со знакомыми, ведь вскоре я отправлю тебя к ним, — рядом со мной прозвучал глубокий, резонирующий голос. Я просеялась через щит и встретилась лицом к лицу с убийцей своих родителей.

Он холодно улыбнулся. Потом окинул взглядом мертвого фейри на земле. Другие не умерли, но не заговорят в ближайшее время. Чуть поодаль лежало тело первого фейри пришедшего сюда.

— Твоих рук дело?

— Ты убил моих родителей, — обвинила я, внимательно наблюдая за его реакцией.

— Око за око. — Ничего, ни единой эмоции не исказило его резкие черты. Только легкое безумие мелькнуло во взгляде. — Я нацелился на тебя, — он усмехнулся и прыгнул с обнаженным мечом. Я ожидала этого и легко уклонилась от его лезвия.

— Почему? Что я тебе сделала?

— Ты родилась и это уже достаточный повод, — выкрикнул он прежде, чем призвал магию, чтобы использовать ее против меня. Я призвала свою и холодно улыбнулась, когда нанесённые Олденом чернила обошли метки, высвечивая их и тонкий Кельтский узор на моих плечах.

Звезды, по одной за каждого родителя, засветились последними. Он был причиной их появления, но если я позволю гневу взять верх над эмоциями, проиграю, а это не вариант.

— Я наблюдала за тобой, — тихо сказала я, заставляя его напрячься, чтобы расслышать меня.

— Невозжно!

— Ты был слаб и пропустил меня. Я все время была там. Как неаккуратно, — насмехалась я, придвигаясь к нему. Его взгляд скользнул по обезглавленному фейри. — Надо было лучше обыскивать дом, потому что теперь я собираюсь убить тебя за то, что ты сделал.

— Ты лишь начинаешь привыкать к своей силе, малютка! Ты меня не убьешь, но я планирую тебя прикончить и забрать все, что мне причитается! Глупый старик не представлял, что делал. А эта скулящая сука, которая зовется нашей матерью, пустая трата долбаного пространства! — я замерла и в шоке уставилась на него.

— Что?

— О, именно; ты не имеешь проклятого представления кто ты. Действительно, жалко. Они должны были убить тебя, когда ты родилась. Я должен стать наследником! И только я! — Он сделал выпад, и я едва избежала его меча, потому что дрожала от его слов. Небрежно, Син, очень небрежно.

— Я собираюсь вскрыть тебя и наблюдать за твоей медленной смертью, сестренка! — выкрикнул он, но как только его голос стих, он заметил толпу, вышедшую из-за щита, держащую наготове оружие, ждущую шанса атаковать его.

Дерьмо! Райдер должно быть опустил завесу, скрывающую их, чтобы напасть.

— Я найду тебя, сучка, ты не сможешь скрыться, если я этого не захочу!

— Нет! — прокричала я и напала, но фейри уже просеялся.

— Прости, Син, я пыталась удержать его внутри щита, но не смогла, — прошептала Ларисса, положив руку мне на плечо.

— Мне просто надо было подобраться ближе к нему! Я должна была сделать это одна и тогда все бы кончилось, черт возьми! Дьявол! — кричала я, злясь на себя, размышляя, что в следующий раз он не появится. Если бы я пришла одна, он бы не просеялся прочь. Умер бы от моего клинка. Наконец, после всех этих лет, мои родители обрели бы покой.

— Зи, собери мертвых и отнеси в Царство фейри. Если среди них есть способные к регенерации, хочу видеть их скованных цепями. Дристан, можешь разобрать метки? — спросил Райдер, проходя по кладбищу, как истинный лидер.

— Ясно, — произнес Зи, когда он и еще несколько мужчин двинулись к окровавленным телам, чтобы перенести их в Царство фейри.

Я ощутила небольшое чувство удовлетворенности, что двое, которые могут восстановиться, будут влачить жалкое существование в умелых руках парней Райдера.

— Ты, — начал Райдер, поднимая взгляд и удерживая мой.

— Провалилась, — я ощущала провал в глубине души. Я опять не смогла убить его. Слезы жгли глаза, когда реальность упущенного последнего шанса отомстить за родителей, обрушилась на меня.

— Тебя нужно отшлепать, но ты не провалилась; оказавшись в меньшинстве, ты уложила всех, кроме двоих, причастных к убийству твоих родителей. Теперь они обрели покой; смирись с этим, иначе пропадёшь, — произнес Райдер, пока подошедший Ристан что-то прошептал ему на ухо.

— Но я не убила его. Он стоял здесь, Райдер, прямо передо мной, — всхлипнула я, расстроенная провалом того, зачем сюда пришла, все потому, что он шокировал меня своими загадочными словами.

— Ты пришла сюда не для того, чтобы убить их. Ты пришла показать, что способна на это. Пришла за ответами. Ты с ним разговаривала. Что он тебе сказал?

— Сказал, что желает моей смерти, — ответила я, покусывая губу, раздумывая над его словами.

— Он сказал больше, Син, — прорычал фейри, не отводя от меня взгляда.

— Он детально расписал, как планирует это сделать! Сказал, что он — мой брат и что-то о том, что родителям следовало убить меня, как только я родилась, — выкрикнула я. Слезы готовы были пролиться из глаз и меня трясло от того, что бушевало внутри.

Шок от слов моего якобы брата, адреналин от драки и злость от упущенного шанса прикончить придурка — из-за всего этого я утратила самообладание прямо перед Райдером и каждым здесь присутствующим.

Райдер притянул меня к себе, крепко сжимая в объятьях. Несколько минут мы просто стояли, он прижимал меня к себе и что-то успокаивающе говорил на ухо. Когда я, наконец, перестала дрожать, он прошептал.

— Син, я найду его и принесу окровавленный труп тебе. Обещаю, он долго не проживет. Мы разыщем его.

Я знала, Райдер это сделает. Я могу забыть об этом, пока. Я глубоко вдохнула и открыла глаза и в этот момент Адам обнял Лариссу.

— Ревнуешь? — прошептал Райдер мне на ухо, проводя рукой по моим волосам и мягко массируя затылок.

— Их? Нет, не совсем. Мое сердце болит за них. Между ними была любовь и ее у них отняли. Я просто хочу любить это правильно и жизненно важно. Хочу этого для себя и для них. Хочу, чтобы у них было больше, чем всего одна ночь на холодном кладбище, — тихо произнесла я.

— Ты не думаешь, что в итоге полюбишь Адама.

Не вопрос, а заявление Райдера.

— Я уже люблю его, но не так как Ларисса, а я хочу любовь, терзающую душу. Такую, чтобы захотеть умереть за последний поцелуй, последнее прикосновение, — сказала я, вновь переводя взгляд на пару. — Я думала быть фейри отстойно, но сама судьба отстойна, — Райдер нерешительно улыбнулся и кивнул, переводя взгляд на Ристана, разговаривающего с Олденом.

Я наблюдала, как Олден передал листок бумаги демону и покачал головой прежде, чем его раскаивающийся взгляд опустился на меня. Он шире улыбнулся, нахмурив лоб. Чувство страха пробежало по моей спине с небольшим подозрением.

— Что он сделал? — потребовала я, обращаясь к Райдеру.

— Он отдал свою душу за тебя. Такой эффект ты производишь на мужчин, — его глаза сказали больше, чем язык. — Он заключил сделку с Ристаном, чтобы с помощью заклинания, оживить Лариссу и других призраков на ночь, он сделал это ради тебя.

— Вот черт, он сделал это! Ристан! — вскипела я, поворачиваясь к демону, который посредничал в соглашении.

— Цветочек, — радушно ответил он, подходя к нам, будто только что не согласился лишить меня последнего члена семьи.

— Давай заключим сделку, демон. Моя душа за его; я бессмертная, — умоляла я, прищурившись на Ристана.

— Я так не думаю. Мне нравиться быть живым, — ответил Ристан смотря поверх моей головы на Райдера, стоящего позади.

— Возьми мою, — просила я. Ристан округлил глаза от моего тона; он знал, что я имела в виду. — Мне она не нужна.

— Нужна. Ты собираешься стать матерью, Синтия.

— Нет, я стану фабрикой по производству детей. Олден даже не любил еще! Он не заслуживает смерти ради моей защиты. Уже достаточно людей погибло, защищая меня. Я не позволю этому вновь случиться, — закричала я, чувствуя как сотрясает тело осознание, что Олден сделал это ради меня и теперь будет страдать.

— Зачем тебе разбрасываться своей душой, Синтия? Олден был помечен и если я владею его душой, к нему не могут прикоснуться, — медленно произнес Ристан, будто я ненормальная. — Гильдия не может его убить пока он привязан ко мне.

— Погоди-ка, ты заключил эту сделку, чтобы спасти его? — спросила я, все еще сомневаясь.

— Ты знал? — спросил Олден, наконец вступая в разговор.

— Знал. Я видел, как ты придешь еще до твоего решения сделать это, колдун. Ты мой свадебный подарок Син. Она не должна в одиночку вступать в новый мир. Ты пойдёшь с ней, после того, как поможешь нам победить магов, — я уставилась на Ристана.

— Ты даришь мне моего дядю на свадьбу?

— Ага, — ответил Ристан, ярко улыбаясь, гордясь своим коварным поступком. — Хотя, не уверен, что ты пока должна меня благодарить. Если ты не заметила — он небольшая заноза в заднице.

Я улыбнулась сквозь слезы и обняла Ристана за шею прежде, чем крепко поцеловать его в губы.

Я не была готова к тому, что Ристан протолкнет свой язык ко мне в рот или к сердитому рычанию Райдера, которое развеяло внезапное желание демона целовать меня. Райдер усилил хватку, оттаскивая меня из зоны досягаемости Ристана.

— Ристан, иди, у нас еще есть дела на сегодня. Син, Савлиан проводит тебя домой, когда ты будешь готова, — произнес Райдер, качая головой на внезапную атаку Ристана. — Хочу сказать тебе кое-что прежде, чем уйти, Син.

— Валяй, — произнесла я, обернувшись и встретившись с ним взглядом.

— Наедине, — прошептал Райдер, уголки его губ дернулись в улыбке. Мы подошли к одному из многочисленных склепов, стоящих на земле.

Я думала, мы уже ушли достаточно далеко, но Райдер продолжал идти, пока не завернул за угол склепа и прежде, чем я успела даже ахнуть, прижал меня к холодной каменной стене. Его рот прижался к моему и от поцелуя мои кости расплавились. Когда фейри отстранился, я задыхалась и хотела большего.

— Если ты когда-нибудь поступишь так же глупо, как сегодня, я запру тебя и выброшу долбаный ключ. Ты едва прошла чертов Переход; их попытка могла бы удачно закончиться и ты уже погибла бы.

Я изучала его лицо и широко улыбнулась.

— Ой, я напугала большого, злого фейри? Боишься, что будет больно? — мягко подтрунивала я.

— Я серьезно. Ты могла умереть и за что? Тебе, черт возьми, не нужно больше ничего доказывать. Если это было для меня, я понял. Ты хочешь, чтобы в тебе видели больше, чем красивую мордашку. Хорошо, я понял, но в следующий раз, нападай со мной, а не в одиночку. Не заставляй меня наблюдать без чертовой возможности сделать хоть что-то для твоей защиты, — я покачала головой.

— Ты ошибаешься. Это — конец. Мне нужно было это сделать прежде, чем уйти и стать, тем, чего желает Адам. Если бы я ушла без последней попытки, я всегда сожалела бы о ней. Ты говорил мне, сделать правильный выбор — я так и поступила. Мне это нужно было и да, может я хотела показать тебе, что могу справиться сама. Но я поступила так не из-за этого. Я узнала, кто пытался меня убить, как и ты. Я привела его к тебе и теперь ты можешь закончить то, чего я не смогла, — он пристально изучал мое лицо и нежно улыбнулся.

— Умная и опасная. Мне нравится синий цвет… Ты хоть представляешь, как чертовски возбуждающе сейчас выглядишь?

— Я покрыта кровью и синей краской, — фыркнула я и закатила глаза. Только мужчина может думать, что это сексуально.

— Прямо сейчас ты выглядишь, как проклятая Богиня Войны и мой член от этого тверд, как скала, — прошептал Райдер, схватил мою руку, и прижал к своей эрекции. Грубая джинса прижалась к моим пальцам, когда я обхватила его налитый ствол через штаны. Воздух застрял в моих легких, когда я посмотрела в эти глаза цвета насыщенного, жженого янтаря. Я облизнула губы и голодный взгляд Райдера опустился на них.

— Будь готова к моему приходу. Мне нужно снять метку. Хочу находится внутри тебя, делая это. Хочу еще одну ночь с тобой. Поняла?

— Тебе нужно заняться со мной сексом, чтобы снять метку? — спросила я, затаив дыхание от того, как внутри нарастало предвкушение.

— Мне нужно трахнуть тебя. Точка, — его рот вновь прижался к моему, а руками Райдер поднял меня, чтобы я обхватила его талию ногами. Когда он отстранился, его глаза вновь приобрели обычный золотистый оттенок.

— Мне нужно идти, — он еще раз поцеловал меня и провел пальцами по спине, опуская меня на землю. — Не переодевайся. Хочу видеть тебя такой, моя маленькая Богиня Войны, с синей краской и всем остальным.

Глава 34[46]

Следующий час или около того, я просидела на холодной земле под звездным небом, разговаривая с Лариссой о том, что не говорила раньше и о том, чего никогда не смогу сказать. Знаю, ей недолго осталось быть здесь и Адам тоже хочет сказать ей до свидания.

Мы еще обсудили мои чувства по поводу свадьбы с Адамом и его альтернативную идею о помолвке. Потом поговорили о моих размышлениях, как стать матерью.

Несколько лет назад, мы с Эдрианом мечтали об этом, но в глубине души я всегда боялась материнства. Мне всегда казалось, что это больше мечта Эдриана, чем моя. Лари развеяла несколько моих страхов, ухудшая состояние других, хотя у нее не было таких намерений.

— Адам всегда тебя любил и да, возможно из-за связи, которую вы делите, но, в итоге, если мне пришлось бы выбирать ему другую женщину — ею непременно стала бы ты.

— Он собирался сделать тебе предложение, — тихо сказала я, повернувшись и увидев, как на ее лице расцвела нежная улыбка.

— Знаю. Всегда знала. Я нашла кольцо за неделю до появления Джозефа. Ты боролась, Син, я видела, как ты дралась за меня. Спасибо. Знаю, что это было не легко. Ты для меня была сестрой и моей семьей. Даже после смерти мы любим, но это временно. Когда настанет время я буду рождена заново. Я хочу, чтобы так произошло, поэтому перестань думать, что мне грустно. Это не так. Я смогла увидеть другую сторону. Да, хреново попасть туда, но все не так плохо. Смерть — это лишь начало другой страницы жизни. Другой шанс сделать все правильно.

Я улыбнулась, но не ощущала того же умиротворения, что и Ларисса. Она умерла из-за меня и даже если сможет меня простить, я не смогу полностью простить себя.

— Прекрати! Ты в курсе, что я все слышу? Когда ты чувствуешь вину, ее ощущаю и я, ты не должна винить себя. Я его впустила, думала, что смогу отвлечь до твоего прихода. Я дерзила, хотя и понимала кто он, когда впускала в квартиру. Глупо с моей стороны, да, но это — моя ошибка. Не твоя. Я почти убила тебя, когда он сказал мне позвонить тебе. В тот момент я сделала бы все что угодно, чтобы остановить боль. Я облажалась и это стоило мне жизни. И почти твоей. Я сама виновата, а не ты.

— Ты его впустила? — спросила я, ошеломленная столь сумасшедшим и неосторожным поступком Лари, стоящей ей жизни.

— Да и не смотри на меня так. Теперь я знаю, что это было чертовски глупо, — она руками указала на себя. — Мертва, помнишь? В следующий раз буду знать, как впускать бугимена в свой дом.

Я побледнела, потому что, на какой-то момент, почти забыла, что Лари мертва.

Я покачала головой, но воздержалась от комментария о глупости поступка.

Сидящий с отцом, за несколько могил от нас, Адам поднялся и направился в нашу сторону.

— Мой черед, Син. У нее осталось несколько часов, — прошептал Адам, не встречаясь со мной взглядом. Будто ощущая вину, что хочет побыть с ней. Я не чувствовала ничего, кроме сожаления, что у них лишь одна ночь. Хотела бы я подарит им вечность, но жизнь не часто дает нам желаемое. Я встала и стряхнула грязь с кожаных брюк.

— Ларисса, — сквозь ком в горле слова с трудом мне давались. Мы понимали, что это окончательное прощание. Она обняла меня и положила свою голову мне на плечо прежде, чем прошептать:

— Веди себя с ним хорошо, а когда вы спасете их мир, найди Райдера и люби его, если не сможешь быть счастливой с Адамом. Будь счастлива и помни, что это не твоя вина. Я никогда не винила тебя в своей смерти. Вскоре увидимся, Синтия. Мы встретимся вновь. У судьбы на нас планы, но не наша работа знать какие; мы лишь должны следовать ей и верить, что судьба приведет нас именно туда, где мы должны быть.

Я отступила и улыбнулась, хотя долго ломала голову над ее загадочным сообщением.

Фейри не признают развод, хотя заводят себе других любовников, я не поступлю таким образом с Адамом, даже ради Райдера. Не собираюсь бегать от любовника к любовнику. Я улыбнулась от того, как Адам пытался улучшить ситуацию предложением помолвки.

Но если через год и один день у меня не родится ребенок, которого все так ждут — я буду связана с Адамом на десять-пятнадцать лет, пока вновь не наступит период зачатия. Я глубоко вдохнула, задумываясь согласиться ли Кир на предложение Адама. Ларисса улыбнулась и покачала головой.

— Просто будь счастлива или я окажусь поблизости и надеру тебе задницу. В тот момент, это даже будет иметь смысл, Синтия. Увидишь. Обещаю.

Я начала отворачиваться, но Адам остановил меня, а Ларисса оставила нас одних. В его взгляде сквозил намек на беспокойство.

— Все нормально? Технически, мы теперь вместе, а я не хочу причинить тебе боль.

— Адам, у вас лишь ночь. Ларисса вновь умрет с восходом солнца. Так что, сделай все необходимое, чтобы закрыть эту главу жизни. Как только окажемся в Царстве фейри, мы будем вместе. А до тех пор — просто друзья, готовящиеся сделать то, что нужно. У тебя есть эта ночь с Лариссой, а я собираюсь попрощаться с Райдером, — я улыбнулась, когда Адам рванулся вперед и обнял меня.

— Спасибо, — ответил он и отступил. Улыбнувшись, он повернулся к Лариссе. — Большинство людей не могут попрощаться.

— Нет, не могут. Предлагаю тебе не терять ни секунды.

* * *

Оставить их вместе на кладбище, оказалось самым трудным поступком в жизни. Осознание, что больше не увижу Лариссу, стало для меня пыткой. Я знала, им нужно побыть вдвоем, Адам любит ее и ему тоже необходимо довести все до логического конца. Я не удивилась, найдя Влада за стойкой бара, когда Савлиан привел меня назад в клуб.

В отсутствии посетителей-людей в столь поздний час, не было ничего удивительного. Здесь находились лишь фейри, которые, как я знала, верны Райдеру. Я прошла через клуб и села на один из барных стульев, ничего не говоря, даже когда Эдриан молча подошел и сел рядом.

— Слышал, Олден продал душу, чтобы оживить для тебя Лариссу на сегодня, — отметил он тихо.

— Мой свадебный подарок от Ристана. Я получаю Олдена, а Адам Лариссу на ночь, чтобы попрощаться, — Эдриан присвистнул.

— Это… ну, — он поперхнулся словами, а я рассмеялась. Не из-за забавности ситуации, что Эдриан не мог подобрать слов, а потому что он не смог этого произнести.

— Да, вероятно, Адам занимается сексом с призраком.

— Знаешь, что они говорят о мертвых? — спросил он.

— Нет и что же говорят? — спросила я, оживившись, но вновь поникнув, когда он продолжил.

— Когда умер однажды, не вернешься обратно.

— Даже не в рифму, — отметила я, ухмыляясь.

— В моей голове это звучало лучше, — продолжил он с усмешкой.

— Уверена, так оно и было, — мы оба смеялись, пока из глаз не полились слезы.

— Она что-нибудь говорила обо мне? — спросил Эдриан, поигрывая со стаканом, стоящем на стойке.

— Сказала, что ты — слюнтяй, — я улыбнулась, когда он фыркнул и наклонил голову. — Нет, она сказала, чтобы ты вел себя хорошо. И что любит тебя, даже не смотря на то, что ты задница потому что оставил нас.

— Так значит ты и Адам, да? — спросил он, меняя тему разговора.

— Я не вижу выхода из этой ситуации. Так что да, вскоре я выйду за Адама и стану машиной для изготовления детей. Не могу позволить погибнуть Царству фейри и проникнуть в этот мир всем существам. Она взяла с меня обещание спасти этот мир.

— Мы можем сбежать, — хмыкнул Эдриан, положив свою руку поверх моей.

— И что, Эдриан? Ждать, когда фейри захватят этот мир и все уничтожат? Ты не сможешь этого допустить, как и я.

— Ты удивишься, на что я готов ради тебя, — пробубнил Эдриан себе под нос. Мы сидели в тишине пока его взгляд изучал мое лицо, а улыбка превратилась в смех. Он покачал головой и поднял свой бокал, давая знак Владу вновь наполнить его.

— Что смешного? — наконец спросила я, когда его стакан вновь наполнился.

— На тебе синяя краска, кожа и кровь; я только что это заметил. Паршивый из меня Вампир.

— Я убила нескольких повинных в смерти родителей. Хотя, провалила попытку прикончить того, кого хотела, — ответила я.

— Знаю, Райдер разговаривал с Владом. Он хотел знать, как попасть внутрь твоего долбанного щита и полагал, что я знаю способ.

— Ты не смог бы попасть внутрь, пока я этого не пожелала. Никто бы не смог.

— Так я ему и сказал, но ты уверена в этом? Думаю кто-нибудь с волей и разумом сильнее, чем тот кто воздвиг щит, должен был бы в состоянии пройти.

— Я не встречала никого, кто мог пройти, — Эдриан собирался ответить, когда в комнате возросло напряжение, все смолкли и не шевелились. По комнате, пронёсся разряд тока, заставляя волосы встать дыбом. Я хотела встать, но Эдриан опустил меня на стул.

— Сиди здесь, пожалуйста.

— Что это? — спросила я, открывая чувства и не находя ничего, кроме грубого импульса в воздухе.

Вынув оружие, фейри окружили меня защитной стеной. Эйодан, Зэйд и Савлиан единственные кого я знала из увиденных. Я попятилась пока не наткнулась на руки, схватившие меня и потянувшие за стойку бара.

Я обернулась и встретила взгляд серебристых глаз Влада. Он качал головой, приложив палец к губам. Я ощущала, как давление в воздухе нарастало, пока буквально не треснуло. Влад поднял голову и медленно опустил ее.

— Дьявол! — приглушенно выругался он. — Эдриан, отведи Син в ее комнату. Как только дам команду, просейся.

Моя кожа покрылась мурашками и я поняла, что-то не так.

— Это не враг, — проскулила я, сбитая с толку их действиями. Я не ощущала угрозы и слышала, как фейри вернули оружие в кобуру и ножны. Увидев, как Влад посмотрел поверх моей головы на Эдриана, я подскочила, пытаясь выяснить в чем дело.

Я оставила Адама с охраной его отца, но это не значит, что тот парень, которого я пыталась убить не вернулся и не попытался ранить его. Мой взгляд встретился со взглядом поразительно синих глаз Зарука и я шокировано вздрогнула. Он весь был в крови и держал серьезно раненного Севрина. Кровь сочилась из нескольких глубоких ран на его лице и руках.

Вокруг нас просеивались другие фейри, все явно после сражения.

— Куда, черт возьми, они отправились сегодня? — я изо всех сил старалась произнести слова сквозь сухость во рту.

— Они отправились покончить с магами, — прошептал Эдриан, притягивая меня в свои объятья и просеиваясь прочь из комнаты.

Мы просеялись за пределами комнаты Райдера.

— Черт возьми, Эдриан! Я должна знать кто ранен, — выкрикнула я, поворачиваясь и направляясь обратно к лифту.

— Син, остановись. Ты не можешь вернуться.

— Почему нет? — крикнула я, оборачиваясь к нему.

— Потому что он ранен. Прямо сейчас его осматривает целитель. Ты понадобишься ему, когда его принесут сюда.

Я почувствовала слабость в коленях и упала на пол, жестко. Эдриан подлетел ко мне, помог встать на ноги и продолжал поддерживать.

— Нет, с ним все в порядке. Это ведь Райдер, его не могут ранить! — я ощутила боль в животе, а руки задрожали. Мне казалось, что легкие лишили воздуха и единственное, о чем я могла думать, что Райдер не может умереть. Он мой.

— Открой дверь и жди в комнате. Если они смогут, то принесут его тебе.

— Что, черт возьми, это значит?

— Это значит, если Райдера не поместят в резервуар для лечения, его принесут тебе, — ответил Эдриан. — Ты ведь любишь его? — его голос был резок, но все же я расслышала боль, которую Эдриан пытался скрыть.

— Что за чертовщина этот резервуар для лечения? — я увернулась от его вопроса и Эдриан позволил это.

— Он выглядит именно так, как его называют; резервуар наполняется водой из Царства фейри и ускоряет процесс выздоровления.

— Насколько серьезно Райдер ранен? — потребовала я.

— Серьезно, Син; они все ранены. Запах крови в клубе сейчас очень силен. Но там кровь многих фейри, не только Райдера. Сегодня он взял с собой многочисленную силу. Ларисса сказала ему, где встречается большая группа магов, — ответил он, держа палец у виска, будто вслушиваясь во что-то.

— Кто разговаривает с тобой?

— Влад. Он сказал перестать упрямиться, открыть дверь и войти в комнату. Ристан сейчас придет к тебе поговорить.

Тут же напротив нас материализовался Ристан, с ног до головы покрытый кровью. Сложно было сказать его это кровь или врага. Я сглотнула крик, готовящийся вырваться из моего горла, когда встретилась с наполненным беспокойством взглядом демона.

— Ристан, — отрывисто прошептала я, бросившись к нему.

— Синтия, мне нужно, чтобы ты пошла со мной сейчас же.

— Райдер? — спросила я, качая головой.

— Плох, очень плох. Мне нужно, чтобы ты сделала как в прошлый раз; спаси его для нас. Пожалуйста, мне нужна твоя помощь. Не думаю, что Элиран сможет это сделать и, честно говоря, не готов ждать, чтобы посмотреть сможет ли он чем-нибудь помочь. Дьявол! Ты должна это сделать. Синтия, умоляю тебя. Пожалуйста.

Глава 35[47]

Мы просеялись в комнату, где осматривали Райдера, и в которой царила атмосфера мрачного предчувствия. Большинство охранников Райдера, включая Дристана и Зарука, стояли возле кровати. Они отказывались отойти в сторону, наплевав на свои ранения.

Я не видела Райдера из-за задернутой Элираном занавески. Целители вбегали и выбегали из палаты. Я вздрогнула когда кто-то уронил металлический контейнер на твердый пол, звук эхом прозвучал над пиканьем аппарата.

Для меня всегда казалось странным использовать такое оборудование для мифических существ, но Элиран объяснил, что оборудование для мониторинга людей очень пригодилось.

— Что произошло? — шепотом спросила я у Ристана, который потянул меня ближе к Райдеру, когда помощник Элирана, стоящий с другой стороны кровати, отправился что-то для него принести. Райдер выглядел безжизненным, не двигался и не дышал. Умом я понимала, он — фейри, но это не сходилось с его недвижимым телом пепельного цвета.

— Железо; они стреляли в нас долбаными железными пулями, будто знали, что мы придем сегодня. Мы прикончили большинство, но я не видел пули. Должен был. Блядь! Я лишь видел, что мы помешали им убить очередную группу фейри, — голос демона звучал глухо. — Мне не предназначено видеть все, но почему Дану не захотела показать мне это, выше моего понимания. Мое предназначение защищать Райдера. — Я потянулась и взяла Ристана за руку, ощущая, будто у меня вырвали сердце.

Ристан нуждался в утешении, так же, как мне нужно было за кого-то держаться, стоя здесь и смотря на неподвижное тело Райдера. Чувство абсолютной искаженности прокралось ко мне — так неправильно. Райдер сам ходячая смерть — не полагается ему вот так здесь лежать.

Элиран кричал на помощников, бегающих по палате. Всё вокруг быстро двигалось, лишь для меня и Ристана время остановилось. Я все видела, как в замедленной съемке, будто находилась в ночном кошмаре. Мой разум осознавал, что фейри двигались так быстро, как могли, но не отводила взгляда от Райдера. Он не мог умереть.

В последний раз он отделался парой царапин. Я имею в виду, да ладно, это же гребаный Райдер. Не его бьют, он избивает! Все же сейчас все иначе. Железо убивает фейри и, судя по запаху его крови, он взял на себя основную тяжесть повреждений. Пули из железа.

Я закрыла глаза и направила свои ощущения отыскать его повреждения. В Райдере находилось множество пуль и, казалось, они по всему теле с головы до ног. Ткани повреждены, хрящи порваны и не могли восстановиться из-за железа распространяющегося внутри его организма. Я втолкнула все силы, имеющиеся у меня в палату и в его тело.

Рев крови заполнил мои уши, я боролась с железом, наполнившим и убивающим тело Райдера. Несколько криков раздались вокруг меня, но я их проигнорировала и продолжила борьбу. Я слегка качнулась, но Ристан быстро прижал меня к себе, что позволило продолжить выталкивать из тела Райдера губительный металл. Так много пуль — слишком много.

Железо уже начало соединяться с клетками и отравляло организм, не давая начать процесс восстановления. Первым делом я вытащила пули из груди Райдера при помощи магии, вместе с тем заставляла кровь наполнять ткани и избавляться от железа и испорченных клеток.

Я вскрикнула, посылая всю имеющуюся энергию, больше сил и магии, имеющиеся в моем резерве. В надежде, что этого будет достаточно, выталкивала из организма Райдера и тянула пули на себя. Сначала, металл и токсины сопротивлялись, но я потянула сильнее, всеми силами, которые могла найти в себе.

Наполненные болью крики раздались вокруг меня, будто каждый мужчина, находящийся в палате, был частичкой Райдера или соединился с ним на ментальном уровне.

Мое зрение помутнело. Я увидела, как небольшие серые осколки начали выходить из входных отверстий, продолжая выталкивать и тянуть, поэтому многие из них скатывались и падали на пол со свистящим звуком, опускались на линолеум и отскакивали в разные места.

Я закрыла глаза и продолжила выполнение задачи, систематически обрабатывая тело Райдера от плеч до лодыжек, везде, где могла найти железо, я его вытаскивала. Когда больше уже ничего не могла сделать, я открыла глаза и устало осела у кровати. Я боялась обнаружить, что железо победило.

Каждый из мужчин Райдера, сидел в палате на полу, корчась от боли из-за того, что я вытаскивала из фейри железо.

Они все чувствовали, даже несмотря на то, что Райдер был без сознания. Все смотрели на меня, включая Элирана, переводящего взгляд с меня на Райдера.

— Ты вытащила железо, — тихо произнес он, будто боясь поверить, что это правда. Он окинул взглядом парней Райдера, пытающихся подняться на ноги. — Ты все удалила?

Я попыталась вымолвить хоть слово, но ничего не получилось. Темнота накатывала на разум и прежде, чем я могла предупредить, упала на пол. Ристан поймал меня и легко поднял обратно.

— Элиран, — крикнул демон. — Помести ее в комнату с резервуаром, я найду ей кровать. Син нужен отдых. Не представляю, как она сделала это, но прямо сейчас Син должна отдохнуть до того, как упадет в обморок от истощения организма, — ответил он.

Я в это время боролась с тьмой, пытаясь не отключиться. Неустанно моргая, я пыталась что-нибудь рассмотреть сквозь звезды, затуманившие мой взгляд.

Серебристые глаза с черным узором смотрели на меня, сильные руки выносили из комнаты.

— Райдер? — спросила я, беспокоясь, что потерпела неудачу.

— Его нужно поместить в резервуар, Син. Это ускорит процесс выздоровления, до состояния, в котором он сможет кормиться. Ты может и удалила все железо, но у него много внутренних повреждений от пуль, — ответил Ристан.

Ристан держал меня на руках, а потом положил на небольшую кровать, которую прикатил один из помощников и поставил рядом с огромным резервуаром. Я видела, как, обнаженного и покрытого кровью, Райдера поместили внутрь резервуара. Было похоже, что фейри спит, если не обращать внимания на кровь, чего я не могла не делать, зачем себя обманывать.

Он тяжело ранен, и умом я это понимала. Парни Райдера зашли внутрь и помогли поднять его с каталки. Элиран шел прямо за ними, прикрепляя провода от пищащего аппарата к обнаженной коже Райдера.

Потребовалось четверо мужчин, чтобы удерживать его над резервуаром, пока Элиран не закончил подсоединять провода. Когда он закончил, они опустили Райдера в воду, закрыв рот и нос кислородной маской. И он безжизненно опустился на дно резервуара. Кажется, все затаили дыхание, наблюдая за ним, пока его тело не поднялось и, замерло в таком положение, а потом начало покачиваться в воде.

Дристан закрыл крышку резервуара, а Элиран повернул ручку на панели управления, от чего безумно закружились миллионы крошечных пузырьков. фейри поместили Райдера в гигантский аквариум. Я не вполне могла представить описанное Эдрианом ранее; это походило на невероятное объединение магии фейри и технологий.

— Теперь у меня более оптимистические прогнозы на его выздоровление, после того, как ты вынула из Райдера железо, — произнес Элиран, подойдя ко мне и протянув руку. Я вложила свою руку в его, позволив своему взгляду вернуться к Райдеру. Его волосы двигались в воде, как если бы он находился в невесомости.

— Когда он очнется? — спросила я, желая, чтобы он сделал это немедленно.

— Зависит от повреждений, он пытался спасти своих людей. Я не могу сказать больше, потому что…

— Достаточно, — прервал его Зарук. — Ему нужно исцелиться, Синтия. К утру Райдер должен прийти в себя, он силен. — Зи вел себя очень уверенно, будто знал что-то чего не знала я.

— Я остаюсь, — прошептала я, протянув руку к резервуару.

— Все хорошо, Синтия, но ничего не изменилось. Через день ты отправишься к Темному Наследнику, чтобы стать его женой, — сказал Зарук, опустив взгляд на Райдера. На его челюсти дергался нерв и даже через злость я могла видеть боль из-за неизвестности. Они любили его и это видно по их глазам, даже если и отказывались это показывать как-то иначе.

Я ощущала истощение и физическое и моральное. Закрыв глаза, я отстранилась от звуков в комнате. Это странно. Впервые, я могла слышать биение сердца Райдера, через метку на своем бедре. Это утешало и говорило, что Райдер жив, даже если он плавает в резервуаре с водой.

* * *

Я проснулась в тепле и уюте, вокруг меня раздавался храп. Парни Райдера не ушли из маленькой комнаты, а спали вокруг нас в неудобных позах. В какой-то момент ночи Ристан лег ко мне в кровать и даже сейчас обернулся вокруг моего тела, как гигантский кот.

Не уверена поступил он так, чтобы защитить меня или дать сил, как делал прежде, но я чувствовала себя действительно отдохнувшей и полной сил. Причина не важна, он узнает, когда я проснусь или пошевелюсь.

Я не двигалась, кроме как повернула голову, чтобы посмотреть на Райдера. Он все еще спал, погруженный в резервуар с водой. Я не убрала руку с этой штуковины, куда ее положила, когда засыпала. Рука Райдера нашла мою и прижалась с той стороны. Будто он мог ощущать, что даже в целительном сне, я рядом и жду.

Мой взгляд продрейфовал по его обнаженному телу, замечая каждую воспаленную красную отметку, где еще вчера были открытые раны. Райдер исцелялся и от этого становилось легче, так как вскоре я уеду, добровольно или нет. Я вздрогнула, когда мой взгляд остановился на ноге, рядом с его великолепным членом. Они пытались подстрелить его туда. Больные ублюдки. Я медленно выдохнула, подняла глаза на его лицо и взвизгнула от удивления, когда обнаружила его взгляд, наблюдающий за мной.

— Райдер, — прошептала я, садясь, чтобы лучше его видеть.

— Чёрт, он очнулся. Эйодан, приведи Элирана, — сказал Ристан, выпутывая меня из своих объятий и вставая с кровати, чтобы размяться. Он подошел к резервуару и постучал по нему с улыбкой облегчения. Райдер постучал в ответ три раза. Его золотистый взгляд встретился с Ристаном на краткое мгновение прежде, чем вновь вернуться ко мне.

Элиран оказался в комнате через мгновение и начал выкрикивать команды. Зарук немного резко схватил меня за руку, но его слова заставили меня подскочить с кровати и без колебаний последовать за ним.

— Ему нужно кормиться, Синтия. Они приведут его к тебе в комнату, — я не спорила и не пыталась убрать руку, когда он просеялся в комнату Райдера. — Разденься и будь готова. Ему понадобиться все, что ты можешь дать и даже больше.

— Ладно, разденусь, как только ты уйдешь.

— Ляг под одеяло, когда они придут, Син и, предупреждаю честно, он не будет нежным.

— Райдер вообще не часто бывает нежным, — сказала я прежде, чем смогла остановить поток слов. Однажды он был нежен, и я помнила каждую секунду этого. Хотя, это не было абсолютной ложью. Райдер, как правило, бывает груб — и именно это мне в нем нравилось.

Я кивнула, когда Зи проворчал что-то, но покинул комнату. Я посмотрела на себя и решила, что должна прикончить Ристана при первой же возможности. Безумный извращенец убрал с меня всю кровь и синюю краску, переодев в откровенную черную ночную рубашку и крошечные черные кружевные стринги.

Хорошо, что Райдер доверял демону. Ристан мог подкалывать меня, но не предпринимал чего-то серьезного. Я застонала, когда поняла, что демон давал мне свои силы, чтобы приготовить «завтрак» Райдеру.

Закрыв глаза, я одной лишь силой мысли сняла с себя ночную рубашку. Лишь это мне нравиться в фейри. По крайней мере, теперь, когда научилась пользоваться этой способностью. Я быстро забралась под одеяло и в этот же момент открылась дверь и вошел Ристан.

— Накрылась? — спросил он, когда его взгляд опустился на меня. Я едва успела натянуть одеяло до подбородка. — Проклятье, — хитро улыбнулся демон, но тут же его улыбка пропала, когда остальные привели хромающего Райдера в комнату и положили на кровать. — Весь твой. Возможно покажется немного сумасшедшим, но Райдер может не понять от кого кормится. Я останусь за дверью, на всякий случай. Если что-то для тебя станет чересчур, я могу вызвать кого-нибудь, чтобы закончить кормление.

Ага, как же!

— Я с ним справлюсь, — прошептала я, поднимая руку, чтобы коснуться холодного лица Райдера.

Единственным признаком, что он был погружен в воду, являлись маленькие капельки, все еще стекающие с его черных волос.

— Цветочек, я серьезно. Если он причинит тебе боль, мне нужно это знать. Если Райдер станет слишком груб, это будет означать, что его мозг поврежден железом. Он будет в ярости, если я позволю ему причинить тебе боль, пока он не в силах остановить себя. Лучше одна из женщин, которая служит фейри, чем чертова Светлая Наследница. Понимаешь о чем я?

— Уходи. Все будет хорошо, — когда комнату покинули его люди, я села на колени, позволив одеялу упасть на матрас. Райдер по-прежнему был не жив, ни мертв. Грудь не вздымалась. Воздух не входил и не выходил из него. Я склонилась над ним и нежно поцеловала, пока он смотрел на меня.

— Ты не умрешь ради меня. Не сейчас, никогда либо еще, — судорожно прошептала я, смотря на Райдера, а он на меня. Его взгляд был затуманен, будто вовсе не Райдер на меня смотрел. Он зарычал, подбираясь ко мне ближе. Звериный рык вырвался из глубины его груди и прежде, чем я поняла, Райдер опрокинул меня на спину, прижимая к кровати и удерживая мои руки. Еще одно рычание и мои трусики исчезли по его желанию.

— Моя, — в его голосе резонировало столько силы, что у меня сжало горло, блокируя способность ответить. Да, я его. Ногами он развел мне бёдра, опуская голову к моей шее. Прикусил и провел зубами по коже, срывая небольшой всхлип удивления с моих губ. Ристан просеялся внутрь, будто стоял за дверью, прижавшись к ней ухом.

— Убирайся, демон! — прорычал Райдер, посылая дрожь по моему телу вплоть до кончиков пальцев.

— Синтия, — произнес Ристан, не обращая внимания на решительное требование Райдера.

— Со мной все хорошо, Ристан, правда.

— Она моя, — предупредил Райдер демона холодным тоном, наполненным такой молчаливой угрозой, что я закрыла глаза от ощущения страха, зародившегося у меня под ложечкой. Каким-то образом, я знала, Райдер не причинит мне боль — другие люди легкая добыча, но я знала, что он защитит меня, неважно какое сумасшествие творилось вокруг.

— Да, она твоя, — сказал Ристан, встречаясь со мной взглядом и быстро отводя его.

Демон не колебался, когда я посмотрела на него, предположительно, обнадеживающим взглядом, затем он просеялся прочь, оставляя нас с Райдером наедине.

— Раздвинь ноги, — сказал он, возвращаясь к покусыванию моей шеи. Я подчинилась и ощутила, как головка его налитого члена быстро в меня проникла. Я вскрикнула от стремительного вторжения в моё тело. Райдер продолжал твердо прижимать мои руки к матрасу, так что я не могла двигаться.

Он рычал у моей шеи, непрерывно меня трахая, пока не закричал от оргазма. Я все еще сдерживалась, ожидая, что фейри с меня слезет. Он этого не сделал. Вместо этого выпустил мои руки, перевернул на живот и вошел сзади, положив одну руку на поясницу, а другой схватил за волосы. Один раз потянул, один раз толкнулся, яростно меня объезжая.

— Так чертовски хороша, чертовски тугая. Моя, — прорычал он и наклонился, чтобы прикусить мое плечо. Райдер был одновременно груб и нежен, занимаясь со мной сексом, пока мы вместе не задрожали от оргазма. И все же он недостаточно кормился. Я могла ощущать его голод, как и свой.

— Син, — прошептал Райдер, когда дрожь наших тел утихла. Я не ответила. Слезы радости пролились из глаз, когда я поняла — Райдер вернулся; мой Райдер жив и в здравом уме, неповрежденном железом.

— Мой прекрасный фейри, — облегченно всхлипнула я.

— Ненавижу, когда ты меня так называешь. Я далеко не красив. Ужасен и творю ужасные вещи, что выходит у меня чертовски хорошо.

— Меня это не волнует, — возмущенно ответила я потому, что прямо сейчас, мне плевать.

— Но должно, ведь кое-что я делаю ради тебя, — прошептал он.

— Но, мне все равно, Райдер. Ты почти умер из-за меня! — рявкнула я, наконец выпуская наружу часть боли и беспокойства.

— Я не умер бы, — произнес он, опустив голову и жестко прижавшись своим ртом к моему. Я открылась его нападению и встретила с той же силой, что он источал. Фейри отстранился и улыбнулся. — Я хочу тебя трахнуть, — предупредил он.

— Отлично, — ответила я, не заботясь о болезненности межу бедер, возникшей из-за Райдера.

— Я сделал тебе больно? — спросил он, вновь раздвигая коленом мои ноги.

— Нет, я хочу жесткого секса, — ответила я, кусая нижнюю губу, пока Райдер наблюдал за мной.

— Не хочу, чтобы тебе было больно.

— Да, трахни меня жёстко.

— Помни, ты сама об этом попросила, — ответил фейри, протолкнувшись бедрами между моих ног и направив свой ствол прямо ко входу в мое тело.

— Тогда, Райдер, полагаю, тебе следует заткнуться и дать то, о чем я прошу, — произнесла я сквозь слезы, грозящие пролиться. Я устала быть сильной, устала делать все правильно.

Я хотела это прекрасное создание, которое было моим врагом, а теперь держало в своих руках мое сердце.

— И это все, чего ты хочешь, Питомец? — прошептал Райдер в ответ, нежно целуя меня в лоб.

— Тебя… я хочу лишь тебя.

Он зашипел, в его глазах зажегся огонь, воспламеняемый моими словами.

Он проложил дорожку из поцелуев по моему лицу и шее, остановившись у сонной артерии и лизнул местечко, где дико бился пульс, ускоряясь от его прикосновений.

— Ты, Синтия Рейн МакКена — чертова зависимость, — прорычал Райдер и, не отпуская меня, медленно посадил нас на кровать, обхватил руками мое лицо, и изучал его взглядом.

— Замечательно, — прошептала я прежде, чем вскрикнуть, когда Райдер кинул меня обратно на кровать, но сам остался стоять.

— Я собираюсь отрахать тебя быстро и жестко. Собираюсь облизать каждый дюйм твоего тела, пока ты не задрожишь и не начнешь умолять трахнуть тебя еще жестче. Прямо сейчас я намерен заставить тебя запомнить меня навечно. Потом возьму тебя нежно и медленно, чтобы показать, что значить быть желанной мной.

— Неужели? А что, если я захочу отрахать тебя своим ртом, хмм? Что, если захочу лизать тебя, пока ты не кончишь? Позволишь ли ты мне это?

— Дерзкая, маленькая ведьма. Что случилось с моей ненавистницей фейри смертоносной ведьмой на каблуках, которая никогда не стала бы заниматься со мной сексом? — слабая улыбка заиграла на его губах.

— С ней случился ты. А что произошло с моим ненавистником ведьм, не трахающимся с низшими существами? — произнесла я, проводя руками по своей груди под взглядом, нависшего надо мной Райдера.

— Думаю, она меня околдовала. Подумать только, мы потратили столько время на пустые споры, когда вместо них могли заниматься сексом. Чертова Упрямая ведьма.

— Долбаный фейри, — парировала я, улыбаясь от того, как увеличивается его член в размерах.

— Мне нравится смотреть, как ты прикасаешься к себе. Из-за этого я поступил эгоистично и приказал убрать Эдриана. Твоя маленькая ручка поглаживает влажную щель, пальчики скользят внутрь и обратно, влажные от твоего возбуждения, которое они не могли удовлетворить. Я хочу удовлетворить его, заменить твои пальцы своими и смотреть, как ты горишь изнутри, изнывая от желания ко мне. Я никогда никого так не хотел, как тебя. — Одинокая слеза скатилась по щеке в ухо. Слез было так много, что я уже была не в силах сдержать их, тут же Райдер потянул меня и прижал к себе. — Не плачь. Прошу. Я могу со многим справиться, но твои слезы не входят в это число, — он, обхватил мое лицо ладонями, и поцелуями высушил слезы. Его губы двигались по моей коже, пока вновь не разожгли внутри меня пламя.

— Я не хочу уходить от тебя, Райдер, — прошептала я надломленным голосом, убирая с лица Райдера упавшие волосы.

— Если бы это было по любой другой причине, я боролся бы за тебя, но ты можешь спасти мой мир. Вы с Адамом можете сделать то, к чему мне удалось лишь подобраться за тридцать лет. Это я не могу контролировать. Ты — лекарство отчего-то убивающего мой мир и народ.

Я улыбнулась, не смотря на серьезность ситуации. Мы вместе прошли через ад и ничего не изменилось.

— Так это прощальный секс? — спросила я, пытаясь смягчить ситуацию нежной улыбкой.

— Давай не называть его прощальным. Это не для нас. Мы зло и колко комментируем. Прямо сейчас, мне лишь нужно, чтобы ты перестала плакать и я смог облизать тебя с головы до ног, заставляя кричать.

— Тогда почему ты продолжаешь болтать, фейри? — спросила я и еще одна слеза скатилась по моей щеке.

— Ты так чертовски красива, Синтия. У тебя родятся прекрасные дети, — он хмыкнул и прижался своим ртом к моему, эффективно останавливая аргумент, готовый сорваться с моих губ. Его поцелуй был нежен, но выжег меня изнутри, пока я не почувствовала Райдера у себя в душе. Его руки по-прежнему аккуратно обхватывали мою голову. Он углубил поцелуй, а когда разорвал его, медленно прошелся губами вдоль моей шеи. Райдер не просто прикасался. Он использовал пальцы и магию, изучая чувствительные местечки. Его рот оставил горячий след, который спускался вдоль моего тела.

Райдер прикусывал и дразнил зубами кожу, не отводя от меня взгляда. Его глаза были наполнены страстью и желанием, но я смогла рассмотреть боль, которую он пытался скрыть. В его теле было столько ран от железа, а он все пытался притвориться, что ему не больно.

— Райдер, тебе нужно еще кормиться.

— Я буду. Поверь, Син. Я не долбаный святой, но позволь мне это сделать, — его палец скользнул в меня, заставляя выгнуть спину и опуститься обратно на кровать. Я громко застонала, а Райдер одобрительно рыкнул. В его глазах вновь распалялся огонь голода. Он опустил голову и оставлял один за другим поцелуи на моих бедрах, продвигаясь вперед, пока его дыхание не коснулось моей чувствительной плоти.

— Ты влажная. Мне нравится, когда ты истекаешь соками для меня.

— Ты такой испорченный, — проскулила я, поскольку во мне начинала нарастать буря, когда его пальцы двигались в потрясающем ритме, а язык играл с моим клитором.

— Я умею быть испорченным, моя маленькая Богиня войны.

— Мне далеко до Богини, — произнесла я хриплым голосом.

— Ты хочешь мой член. Это читается в твоем взгляде. Какого жадного маленького Питомца я создал.

— Приписываешь себе заслуги? Откуда тебе знать, что я не была такой до встречи с тобой?

— Потому что не думаю, что мальчишка научил тебя трахаться. Он показал тебе основы — это его заслуга. Он научил тебя заниматься любовью. Я этим не занимаюсь, я трахаюсь. Вот так, — он ввел еще один палец, растягивая меня, пока я не вздрогнула от ощущений, — не достаточно для него. Я заставляю тебя истекать соками, даже не прикасаясь. Он так мог?

— Лестью ничего не добьешься со мной, и я чертовски уверена, что не планировала увеличивать твое эго, фейри. — Райдер оторвал свой рот от меня и грубо рассмеялся. Но, немедля, он вновь прижался губами к моей плоти и продолжил дело. Он вынул пальцы и потянул мою ногу вниз, задержал ее и медленно проложил дорожку поцелуев от бедра до икры и обратно.

Когда он закончил с одной, принялся за другую.

— Ты уже готова умолять? — он лукаво улыбнулся прежде, чем вернуться и развести коленями мои бедра. Его член прижался к моему входу, но вошел лишь на дюйм прежде, чем снова выйти.

— Райдер, — зарычала я и откинула голову назад, когда его рот сомкнулся на одном соске, всасывая, дразня, кусая и лаская его.

— Ты хочешь этого, — прошептал Райдер, войдя в меня на дюйм и медленно выйдя.

— Да, — промямлила я, пытаясь заставить работать разум и провалила эту миссию.

— Это все на что ты способна в мольбе? — спросил он, посмеиваясь и переключаясь на другой сосок.

— Долбаный фейри! Да, я хочу этого, прямо сейчас! — громко прокричала я, слова эхом отразились от стен. Дверь открылась. Дерьмо!

— Уходи или я, к чертям собачьим, убью тебя, Ристан, — едва слышно сказал Райдер, но в тоне читалось желание убивать.

— Син? — спросил Ристан, стоя за дверью.

— Убирайся, демон прежде, чем я помогу ему прибить тебя! — прокричала я. Райдер улыбнулся, скрывая мою наготу от глаз Ристана и встретился с моим взглядом.

— Сексуально, — Райдер по-мальчишески улыбнулся и продолжил терзать мой сосок своим языком.

— Серьезно, ты свел меня с ума!

— Хорошо, я говорил тебе умолять. Теперь, делай, как я сказал.

— Черт, умоляю тебя, фейри. Что угодно, только трахни уже меня! — Он резко рассмеялся. Я зарычала и оттолкнула его от себя, прежде чем сесть на колени и посмотреть на Райдера. Я залезла на него, зависнув над его бедрами.

— Хочешь поиграть, малыш, давай поиграем, — хрипло прошептала я, протянув руку между своих ног и погладив его достоинство, наблюдая за тем, как Райдер зашипел и откинул голову назад. Я опустилась на него и позволила скользнуть внутрь лишь на дюйм.

— Готов умолять, фейри? — я победно улыбнулась, затем застонала, как только он перекатился, подмял меня под себя и глубоко вошел.

— Черт побери, ты такая тугая, так чертовски хорошо, — прорычал он, сухожилия на его шее напряглись.

— Сделай это, Райдер, я выдержу. Кормись, — поощряла я сквозь стоны наслаждения от наполненности, которую он создавал. Его татуировки извивались и пульсировали, когда он позволил своим глазам ярко светиться. Райдер остановился, вышел из меня и покачал головой. — Проклятый фейри. Я могу это выдержать. Если пойдёшь кормиться от кого-то еще, клянусь Богом, я выпотрошу тебя, — прорычала я.

— Жаждешь крови, Питомец? Не уверен, что буду в состоянии остановиться. Если все зайдет слишком далеко, тебе нужно будет позвать Ристана.

— Меня не нужно спасать. Мне нужно, чтобы ты всунул свой член обратно и закончил начатое, — проскрежетала я. Он улыбнулся, показав зубы.

— Ты меня удивляешь и сводишь с ума, женщина. — Сильным толчком он проник в меня, его тату стали полупрозрачными, Райдер вновь и вновь двигал бедрами, наконец, давая мне то, в чем я нуждалась. Он удерживал мои ноги разведёнными, прижимая руками поверх бёдер. Его член проникал в меня все глубже, пока я не почувствовала, как он упирается в стенки матки.

Большим пальцем фейри аккуратно поигрывал с моим клитором, найдя идеальный ритм, жестко и беспощадно меня трахая.

— Тебе это нравится, — хрипло прорычал Райдер, замедляясь и наблюдая за своим пульсирующим членом, погружающимся в меня. — Ты настолько тугая, Син. Я могу чувствовать, как твои мышцы вокруг меня растягиваются. Твое влажное лоно, радушно принимает меня, так и манит проникнуть глубже, когда оно сжимает мой член. Я могу вот так трахать тебя вечность. Твой жар так чертовски соблазнителен, когда становиться влажным, гладким и тугим вокруг моего ствола.

— Райдер, — прошептала я, когда оргазм начал нарастать, ослепляя и кипя внутри меня. Я стала омутом огня для Райдера, он поигрывал пальцами с нежным узелком, посылая меня дальше в блаженное забвение.

— Вот так. Объезжай его, Син. О, Боже, да, тебе нравится глубокое проникновение, так чертовски глубоко.

— Да, — промурлыкала я, воспламененная словами фейри и жаром его взгляда.

— Внутри ты вся пропитана мягкой влажностью, которую создал я. Чертовски влажная для меня, — он переместил руки, разведя шире мои ноги и проникая в меня глубже.

— О, Боже! Да, еще, дай мне больше! — выкрикнула я, и он вонзился глубже.

Райдер медленно в меня входил. Каждый толчок посылал искры, разжигающие уже колеблющийся оргазм. Райдер разбудил во мне внутреннюю чертовку, и она была голодна. Я подняла бедра, давая ему проникать еще глубже, пока все внутри меня не затрепетало, и я не могла делать ничего, кроме как позволить ему двигаться во мне, пока земля под нами не начала раскалываться.

Райдер зарычал в одобрении того, что я встречала его с тем же желанием. Я взорвалась и ощутила, как он начал кормиться. Ничего такого я прежде не испытывала в своей жизни. Райдер не сдерживался. Такое ощущение, будто я одновременно парила в облаках и падала на землю. Моя кровь пульсировала, ощущая его потребность. Я могла слышать и чувствовать бегущую кровь в его венах.

Звёзды взорвались вокруг меня, пока мы кончали. Райдер продолжал кормиться, а я почувствовала, как тону. Я вскрикнула, после очередной волны оргазма. Кормление продолжалось, пока он полностью не насытился, и тогда я распахнула глаза.

— Как тебя зовут? — спросил он с дрожью в голосе и страхом в глазах.

— Удовлетворенная гребаным фейри, — он прислонился свои лбом о моему, и облегченно рассмеялся.

— Ты чертова Богиня; моя чертова Богиня. Господи, я не хочу тебя отпускать, Син, — я встретилась с его взглядом и нежно поцеловала в губы, желая, чтобы это не заканчивалось.

Глава 36[48]

Сердце замерло в груди, из-за раздавшегося ранним утром стука в дверь, которого я так боялась. Райдер обернул меня своей магией, приводя в порядок беспорядок на голове и теле, как последствие после бурной ночи. Когда я попыталась подняться, он притянул меня назад.

— Син, мне нужно снять метку.

Я закрыла глаза и выдохнула. С самого первого момента я ненавидела эту метку. Потерять ее — еще одно доказательство, что пришло время, и у меня нет никаких альтернатив, кроме как пойти с Адамом.

Я ощутила прикосновение пальцев Райдера к метке прежде, чем он перевернул меня и прижал ближе.

— Думала, что ты должен быть во мне, чтобы снять ее?

— Я сказал, что хочу быть в тебе. Игра слов, но у нас нет больше времени. Знаю, ты не обязана это делать. Черт, у меня это хреново выходит. Тебя просят спасти мир, который ты ненавидишь или ненавидела. То, что ты делаешь для нас — это больше, чем я когда-нибудь смогу тебе возместить или отблагодарить.

— Ух, ты действительно хреново умеешь благодарить, — сказала я, стараясь несерьёзно относиться к нашему прощанию, хотя мое сердце разрывалось на миллион кусочков.

— Ты станешь Тёмной Принцессой и в один прекрасный день Королевой.

— Ага и если бы я могла отделаться от этого, поступила бы так за один долбаный удар сердца.

— Синтия, — произнес он предупреждающим тоном, а я хихикнула. Ощутив, как его пальцы легли на метку, меня пронзила боль, горячая и иссушающая, такая же, как и при появлении метки.

— Ожерелье? — спросил он и я выдохнула.

— Отдам его, когда ты скажешь прощай, — прошептала я, борясь с легкой болью в животе.

— Думал, что мы согласились не говорить прощай, Питомец.

— Ты согласился, — ответила я, вставая. Я представила джинсы и хлопковую футболку без рукавов, цвета индиго. Черные замшевые сапоги завершали наряд.

— Син, — позвал он, останавливая меня у двери.

— Райдер, — не оборачиваясь прошептала я, зная, что если повернусь, у меня не хватит сил уйти. Стук повторился, заставив меня слегка подпрыгнуть. Распахнув дверь, я встретилась со спокойным взглядом Зарука.

— Пора…

— Я готова, — прервала я. Без метки я чувствовала себя обнажённой. Заставив себя выйти за дверь, мы с Зи в невыносимой тишине прошли в другую комнату, чтобы собрать то немногое, что я забрала из своего дома.

Когда я сложила свои скудные пожитки в одну единственную сумку, мы направились в клуб на первом этаже. От реальности происходящего, я двигалась в состоянии шока, понимая, что скорее всего нахожусь здесь в последний раз. В комнате сидели люди Райдера, но никто не заговорил, чтобы разрушить оглушительную тишину. Безмолвие напрягало.

Адам и его отец ждали у бара. Я остановилась в проходе недалеко от лифта; мои силы иссякли и ноги задрожали. Мне хотелось развернуться и убежать к Райдеру.

— Син, ты спасла Райдера от долгого лечения, я не могу выразить достаточно благодарности за это или за то, что ты собираешься сделать для нашего народа. Ты заслужила уважение наших людей, как и мое, — тихо произнес Зарук.

— Я не ищу благодарности. И сделала это лишь из-за необходимости.

— Ты поступила так потому, что поняла, что у Райдера есть мораль и он не злобный фейри, как ты о нем думала. Вами обоими движет необходимость исправить то, что натворили другие. Ты хороший человек, Синтия. Надеюсь, ты найдешь свое счастье с Темными фейри, а я буду выслеживать того ублюдка с кладбища. Он возглавил мой список «необходимо убить» за то, что сделал тебе и нашим людям.

— Думаешь, он причастен к тому, что происходит с Царством фейри?

— Нет, не думаю. Знаю, о его причастности, видел на видео со склада, где были оставлены тела.

Меня затрясло от гнева, узнав, что мой брат ответственен за бессмысленные убийства и помогал уничтожать собственный мир. Я покачала головой и встретилась взглядом с ясно-синими глазами Зи.

— Он должен умереть и очень ужасной смертью. — Зарук хмыкнул и кивнул головой в знак согласия.

— Именно поэтому придурок возглавляет мой список.

— Син, — позвал меня Адам, подошёл и протянул руку, чтобы забрать сумку с моими вещами. Я отдала ее, чтобы попрощаться.

— Зарук, — сказала я, крепко обнимая его, чего тот не ожидал. — Спасибо тебе за все. Не позволяй Райдеру совершать глупости. Постарайся не зарезать меня на вечеринке в честь помолвки, — я улыбнулась и двинулась к Адаму.

Зарук напрягся, а потом расслабился и усмехнулся.

— Не могу обещать тебе этого, но будучи в Царстве фейри, он менее вероятно совершит что-нибудь глупое. И обещаю в этот раз не зарезать тебя!

— Син, нам надо идти. Люди отца удерживают для нас портал.

Я обернулась, мягко кивнув, осматривая клуб и лица парней Райдера. Который так и не появился и даже зная, что мы договорились не прощаться, все равно причиняло боль.

Я влюбилась в него, а он — вор, похитил мое сердце, а я оказалась его добровольной жертвой, и сама позволила всему случится.

— Я готова, — прошептала я и приняла протянутую руку Адама.

— Не собираешься попрощаться со мной? — спросил Эдриан, протолкнувшись сквозь толпу, он притянул меня к себе. Я улыбнулась, но не с ним мне хотелось попрощаться. Я ужасно себя чувствовала, потому что прощаться с Эдрианом на похоронах было легче, чем то, что сейчас я испытывала по отношению к Райдеру.

— Никогда не забуду с тобой попрощаться, — прошептала я, и обняла его в ответ.

— Адам, сделаешь ей больно и мы откроем на тебя охоту, — сказал Эдриан, отстраняясь от меня и протягивая ему руку в знак дружбы. — Было забавно, Адам. Я хотел бы предложить тебе помощь Вампиров. Влад согласился, что твоя будущая жена, — Эдриан посмотрел на меня и, не веря в то, что говорит, покачал головой, — уже заслужила уважение и преданность.

— Мы принимаем это, Эдриан. Син производит такой эффект на людей. Когда-нибудь, она станет удивительной королевой для народа моего отца.

Я не покраснела, не испытывав ничего, кроме отрицания слов Адама. Я не хотела становиться королевой чего бы то ни было. Мне хотелось кричать от разочарования. Я не готова уйти.

Я хотела вернуться в кровать и спрятаться в объятьях Райдера. Я оцепенела, будто это все происходит с кем-то другим, а я просто наблюдатель. Обернувшись, я всматривалась в лица друзей, которых завела за то короткое время, что пробыла здесь.

Чуть более месяца назад они были моими заклятыми врагами, а сейчас я считаю их теми, кому могу доверять. Нереально, что за столь небольшой промежуток времени я изменила свое мнение об этих людях и их лидере. Я всматривалась в тень, но знала, Райдер останется верным своему слову. Он не придет сказать — прощай.

— Идём, Адам, — я сглотнула комок, внезапно появившейся в горле.

— Цветочек, — произнес Ристан, появившись за мной. — Ты ведь не планируешь уйти, не сказав пока этому демону? — Ристан улыбнулся и притянул меня в свои объятья, шепча мне на ухо. — Ты сильнее, чем думаешь. Я пришлю Олдена к тебе, когда придет время. Успокойся и знай, что он мой. Если Гильдия коснется его, они открыто объявят войну фейри. Знаю, что они опрометчивы — черт, когда послали тебя к нам — но они не глупы, Синтия. Обещаю, я буду его защищать.

— Спасибо, демон. К несчастью, это все за что я могу тебя отблагодарить сейчас. Ты случайно не видел каких-нибудь изменений? — поинтересовалась я, надеясь, что он видел.

— Нет, я до сих пор вижу тоже самое. Хотел бы, чтобы все изменилось для твоего и его блага.

Адам проводил меня к порталу, и я не стала оборачиваться. Пришло время поступить так, как обещала. Адам это заслужил. Он никогда ничего у меня не просил, кроме этого.

Ристан прав. Я достаточно сильна для подобного шага.

— Ты правильно поступаешь, Син, — прошептал Адам, подойдя к порталу, который удерживали люди его отца. — У нас всё получится, знаю, что мы справимся. Это правильно, — повторил он, когда я покосилась на него.

Я почти рассмеялась, не меня он пытался убедить в верности своего поступка, а себя. Я внутренне улыбнулась и прошла через портал, покидая свой мир и входя в их.

Глава 37[49]

Тёмное Королевство оказалось противоположностью своему названию. Снаружи воздавало ему должное, но внутри было красочно, ярко и красиво. Мы просеялись от портала, с чем я позволила Адаму мне помочь. Я не представляла, как можно просеяться туда, где никогда не была раньше.

Королевство представляло из себя именно то, как называлось: Королевство. Я всегда считала, что фейри нравится жить под землей — Райдер продемонстрировал мне это, показав в клубе Ши Дарклэнд наличие комнат на подземных этажах, предназначенных для различных целей, но в основном в качестве убежища.

Кир объяснил, что основная часть фейри живет в домах, выстроенных в горах или под землей; однако для королевской касты важно, чтобы их дома… эээ, дворцы были доступными и впечатляющими для представления их суверенитета. Дворец был огромен и пристыдил все те строения, возведенные за всю историю человечества. Он был построен из темно-серого камня, создающего тьму, которая мало скрывала красоту дворца.

Крепостная стена, окружающая дворец, была связана с рядом сложных и красивых башен, а барбакан[50] над опускной решеткой был столь же художественно потрясающим, сколь смертельным и обороняющим. За стенами, неожиданно для меня, было много травы, растений и деревьев, ведущих к главной башне цитадели.

Сама же башня состояла из смеси романских[51] и готических[52] арок, окружающих двери и окна, также в архитектуре присутствовали башенки и шпили. Все окна состояли из великолепных и сложных витражей, которые были разработаны, чтобы усилить естественный свет, проникающий внутрь красками создавая яркость и красоту. Витражи отражали блики магических факелов, которые производили своего рода эффект радуги в помещении. Потолок, казалось, парил над нашими головами в большом, прекрасном и практичном зале, оформленном в готическом стиле. Кажется, большинство жителей дворца уже вышли поприветствовать нас.

В числе первых стояла женщина в черном, шелковом платье в стиле ампир.

— Муж, — произнесла она, бросаясь в объятья отцу Адама. Я наблюдала за ними. Женщина была худощавого телосложения и потрясающей красоты. Волосы темно-коричневого цвета с каштановыми прядями. Глаза — изумрудный с лимонно-зеленым оттенком, в точности, как и глаза Адама, которые выделялись на ее бледной коже. Она улыбнулась и поцеловала Кира прежде, чем нервничая посмотреть на Адама. — Я так рада твоему возвращению домой, мой Кедирн, — от улыбки ее лицо преобразилось, открывая бесконечную красоту.

— Теперь — Адам, — мягко напомнил он прежде, чем притянуть меня ближе к своему боку. — Мама, это — Синтия. Синтия, это — моя мама, Мари, — произнес Адам, отпустив мою руку и положив свою мне на спину.

— Мы многое слышали о тебе. Рада, наконец, встретиться с тобой, — сказала она, но не сдвинулась с места и ее взгляд говорил иное. Она не врала, просто не все сказала.

— Мне тоже приятно с Вами познакомиться, — выдавила я, но не отвела взгляда. Она не хотела моего присутствия здесь — что ж, нас уже двое.

— Уверена так и есть. Адам, хочешь показать Синтии ее комнату, чтобы мы в ближайшее время могли начать подготовку к церемонии? Мне нужно проявить внимание к приехавшим гостям, и она не может появится перед ними в лохмотьях, — Мари сморщила нос при виде моей одежды.

Я почти фыркнула, но ведь я украла у этой женщины дитя.

Она напоминала мне Райдера при нашей первой встрече. Ему не нравились джинсы и все остальное, что я тогда носила.

— Ее одежда в порядке, — произнес Адам, прищурившись и повернувшись, чтобы встретить шокированный взгляд своего отца.

— Сюда, Син. Я покажу тебе комнату. Моя сестра встретит тебя там, как велит обычай для подготовки невесты. Мама присоединится после того, как я поговорю с ней, — Адам повел меня вверх по красиво освещенной лестнице.

— Я не очень-то ей нравлюсь, — сказала я, когда мы оказались вне пределах слышимости любопытных людей.

— Пока она не в восторге от тебя. Все еще немного расстроена, что ты заклеймила меня, как своего фамильяра. Она думает, ты должна быть моей, потому что я буду королем, — он закатил глаза и озорно улыбнулся.

— Не сказать, что я это планировала или что-то в этом роде. Хотя, по-честному, я не стала бы все исправлять, даже если бы могла. Ты делал мою жизнь лучше, — сказала я, поворачиваясь с нежной улыбкой к нему.

— Я припомню тебе эти слова, Син. После того, как мы проживем в браке много лет, — рассмеялся Адам, но в его глазах веселья не было. Мы прошли по стерильно-белому коридору и остановились у двери. Он открыл ее, показывая комнату, отделанную в изящных серо-голубых оттенках, декорированную вставками лепнины и элементами из серебра.

Посреди комнаты стояла кровать огромных размеров, с золотистым навесом, прикрепленным к стене позади кровати, с него свисал темно-синий балдахин, с помощью которого можно было уединиться внутри. Высокие комоды из дуба стояли у дальней стены, а в углу, на постаменте с ведущей к ней лесенкой, стояла ванна на ножках в виде лап. Пузырьки, видневшиеся из-за круглых краев ванны, выглядели заманчиво. Аромат душистого горошка[53] наполнил воздух, и я улыбнулась.

— Душистый горошек? — спросила я Адама, смотрящего на меня.

— Это твой любимый цветок и в твоей спальне я видел бутылочку с его аромомаслом, — ответил он, отчего я вскинула брови. — Син, я постоянно ошивался в твоей квартире, когда мы вели дела и обратил на это внимание.

— Я просто не представляла мужчин способных на это, — ответила я.

— Ну а я, заметил. Мне нужно привести сестру. Кир говорил, что подготовка женщин к церемонии занимает несколько часов — даже при помощи магии, — сказал Адам, почесывая затылок. — Син.

— Да? — тихо спросила я.

— Я собираюсь поцеловать тебя, — произнес Адам прежде, чем осторожно притянуть меня к себе и прижать свой рот к моему. Его поцелуй был осторожным, а я по-прежнему ничего не чувствовала, по крайне мере из того, что должна бы. Когда он отстранился, то выглядел немного запутанным. — Это придет. Обещаю, Син, появится.

— Что появится? — спросила я, отстраняясь от него.

— Внутренняя проклятая страсть, которую я чувствую к тебе, но каждый раз, когда я тебя целую… ладно, не бери в голову. Пойду, найду сестру. — Адам оставил меня стоять там столь же сконфуженной, каким выглядел он. Иногда я могу тормозить, но у меня возникло дурное предчувствие, что связь, которую мы разделяем кормит его моими эмоциями; теми, которые не имели вообще ничего общего с Адамом. Я не спросила Райдера об этой связи и теперь не имела понятия у кого узнать.

Несмотря на заверения Райдера, что мать Адама научит меня всему, что нужно, не похоже, что она укажет мне на что-то, кроме двери. Здесь я знала лишь Адама, а он так же несведущ, как и я. Сев на мягкую кровать, я ждала прихода сестры Адама. У него есть сестра, насколько все это чертовски странно?!

Я даже не додумалась узнать про свою семью, но сблизиться с ними не казалось разумной идеей, учитывая, что Дрезден и мой брат-психопат желают моей смерти. Кроме того, они — чванливые Светлые фейри и, исходя из увиденного, я не сильно заинтересована в близком знакомстве с претенциозными, прелюбодействующими, эгоцентричными, одержимыми мыслью об убийстве снобами. Какая поганая семейка.

— Я слышала, ее воспитывали люди, — донеслись голоса из-за двери. — Мама говорит, что за ней нужно ухаживать, чтобы сделать из нее Королеву, а я не понимаю, зачем. Думаю, Кедирн должен зачать наследника, а после родов выбросить ее туда, откуда она пришла. Ты можешь себе такое представить, Астрид? Воспитана людьми? Она должно быть безусловно отвратительна.

— Она похитила твоего брата, она — ужасна, Мойра. Я сказала твоему отцу, что ее следует бросить в яму и позволить выходить лишь для того, чтобы Кедирн смог кормиться, когда голоден, убить двух зайцев одним выстрелом. Она родит наследника и мы сможем прикончить эту воровскую суку, — они рассмеялись.

— Я очень хорошо вас слышу, — сказала я, рассматривая символы на потрескавшейся двери. Они в тишине прошли в комнату. Одна выглядела, как женская копия Адама — густые каштановые волосы ниспадали на спину, а взгляд лаймово-зеленых с изумрудом глаз встретился с моим. Другая была немного выше ростом с блестящими каштановыми волосами и серо-голубыми глазами. Я начала с сокрушительного знакомства с семьей Адама.

Обе девушки были одеты в стиле фильма «Гордость и предубеждение». Мне хотелось расхохотаться, я, возможно, и не одета по последнему писку моды, но, по крайней мере, не во что-то вышедшее из моды пару столетий назад.

— Безусловно груба. Ты будешь обходиться с нами почтительно, это наше право. Я — Принцесса Мойра, а это моя законная сестра. Принцесса Астрид, — надменно произнесла та, что поменьше ростом.

— К сожалению, я воспитана людьми и не имею никаких манер, — сказала я, наблюдая за тем, как они с отвращением рассматривали меня. Чертовски сокрушительное начало.

— Девочки, прекратите. Принцессы так не поступают, — увещевала Мари, заходя следом за ними с гневным блеском в глазах.

— Послушайте, я не хотела красть у вас Адама, или Кедирна, или как бы вы там его не звали, — выпалила я с оттенком раздражения в голосе.

— Только эгоистичная особа может украсть ребенка у матери, — произнесла мать Адама, прищурившись. Вот вам и надежда на принятие извинений.

— Эгоистичная? Кир рассказал вам что произошло? Я видела, как моих родителей насилуют и убивают прямо у меня под носом. Я видела, как их убивают фейри; убийцы, нанятые Светлым Королем. Я была ребенком; откуда мне было знать, что боль, которую я испытывала от беспомощности, приведет ко мне Адама. Черт, я даже не знала, что вытащила его из вашего мира в свой до этого месяца. Мы не представляли, что сами являемся фейри. Понимаю, это вас бесит, но я неумышленно забрала Адама, не со злым умыслом. Если бы я могла вернуть вам эти годы с ним, я бы так и поступила. — У этих девушек хватило любезности, чтобы выглядеть пораженными моими словами. Но не у его матери, хотя кажется, она обдумывала мои слова.

— Если бы твое дитя выкрали из кровати, пока ты спала, чтобы ты почувствовала? — спросила она.

— Я бы злилась, но не на другого ребенка, который даже не знал о произошедшем или кем она была. Я не хотела похищать его и прошу прощения за мое в этом участие. Гильдия думала, что он еще один сирота и воспитали нас вместе. Он — хороший человек. К тому же, мой лучший друг и за это я не прошу прощения. Мне жаль, что я украла у вас сына и право воспитать его.

Она моргнула и кивнула.

— Прошу прощения за мою грубость. Кир пытался рассказать, что произошло, но я не стала слушать, — тихо произнесла она. — Ты представить не можешь какую боль я ощутила, обнаружив пропажу сына. Я горевала о нем со дня исчезновения, думала, что он умер от рук наших врагов. Хотя мой муж не хотел сдаваться, он и не сдавался в его поисках. Он сказал, что найдет сына и приведет его домой.

— Что же, пожалуй хорошо, что Райдер — его брат, иначе Адама никогда бы не нашли, — ответила я и увидела, как ее глаза округлились.

— Райдер? — спросила Астрид.

— Брат Мойры, — поправила Мари и сказала это без запинки и все же было что-то не правильное в ее ответе.

— Да, мой брат. — Я повернулась к Мари, когда Мойра ответила.

— Вы же его родили? — я тоже могла играть словами, если они хотят так.

— Нет. Он сын Кира, — сказала она, проходя через комнату и повернулась ко мне спиной.

— От другой женщины или..? — усомнилась я. Что за херня у Адама в семье? Они начали походить на мою.

— Тебе следует спросит у него. Пойдем, нам надо подготовить тебя к свадьбе, — сказала она.

— Помолвке.

— Да, — поправилась Мари с презрением в голосе. Очевидно, она не в восторге от этого.

— Ты ведь против нашей помолвки? — спросила я, направляясь к ванне, у которой стояла Мари. Я надеялась на милого младенца Иисуса, что они не ждут, что я обнажусь и прыгну в эту штуку в их присутствии.

— Я желаю большего своему сыну; он только что вернулся домой. Тебе не следовало соглашаться выходить за него, это немного эгоистично, так как когда-нибудь он станет Королем.

— Я не люблю его и это гарантирует, что однажды он может найти любовь, которую заслуживает. К тому же помолвка его идея, не моя. В конце концов, у меня не было выбора. Я всем сердцем люблю Адама, как брата. Не как мужа. Я хочу быть справедливой по отношению к нему, хочу, чтобы он нашел истинную любовь. — Все три женщины обернулись и уставились на меня, будто у меня выросла вторая голова или рога.

— Это… что ж, на самом деле очень мило с твоей стороны, — Мари отвернулась с небольшой улыбкой, которая заставила ее выглядеть моложе.

— Но это спорный вопрос. Ристан видел, что у нас родится ребенок, который спасет от вымирания этот мир. Ребёнок, который сможет излечить землю от того, что сделали с ней маги. Так что, вот почему я здесь; только по этой причине. Я пришла с Адамом по его просьбе, и ваш муж считает, что мы можем спасти Царство фейри. Если вы знаете другой способ, я вся во внимании, Леди. — Мари вздохнула и грустно покачала головой на мои слова.

— Давай тебя подготовим.

Глава 38[54]

Я стояла в комнате перед огромным зеркалом. Спустя час женская половина семьи Адама сотворила чудо. Я выглядела, как персонаж из фантастического фильма. Я была одета в свадебное платье из самого мягкого, блестящего шелка белого цвета, который любовно ласкал кожу. Верх платья — произведение искусства.

Задняя часть платья была сплетена из бусин, которые удерживали длинный шлейф. Шелковый лиф в стиле ампир, идеально подчёркивал грудь, от которого изящно ниспадала ткань, образуя юбку-колокол. За всю жизнь я не надевала чего-то столь утонченного или красивого. Мое лицо обрамляли локоны, в которые были вплетены цветы и жемчужины, создавая изящную прическу с двойным плетением. Мойра кропотливо выводила тонкие, изящные линии, символизирующие единство и плодородие, черными чернилами Темных фейри, вдоль плеч и верхних частей рук.

— Вау, ты выглядишь очень мило, — сказала Мойра, когда закончила кельтский символ единства на моем плече.

— Спасибо, — прошептала я, борясь с подступившей тошнотой. Меньше чем через двадцать минут меня преподнесут Адаму, как подарок. Не уверена, зачем им дарить невесту, но опять же, я вообще мало что знаю об обычаях фейри.

В Гильдии хранится множество книг, но тогда у меня не было необходимости читать о свадьбах фейри или о чем-то в этом роде. Что-то в глубине моего разума отказывалось от такой мысли.

— Почти все. Когда ты будешь готова, Синтия, мужчины сопроводят тебя к Адаму, — произнесла Мари, окидывая меня оценивающим взглядом. — У тебя есть что-нибудь от родителей? Может какой то отличительный знак вашего рода? — спросила она.

— Учитывая, что они удосужились предоставить мне лишь мучительную смерть, лучше обойдусь без атрибута принадлежности им, — пробормотала я, надевая туфли, которые откладывала до последней минуты.

— Рада, что у тебя не такая уж тесная связь с ними. Они, в лучшем случае, лицемеры. И стали такими, когда Анис потеряла трон. Мы дадим тебе пару минут уединения, так как по обычаю невестам полагается время для размышления о новой жизни. Мужчины откроют дверь, когда ты постучишь, а затем отведут тебя к Адаму и объявят ваши имена в соборе. Мой мальчик вполне оправданно сражен тобой, Синтия, так что все должно пройти, как по маслу. Есть еще что-нибудь, что ты хочешь знать прежде, чем мы займем место рядом с Адамом? — спросила Мари еще раз окидывая меня быстрым взглядом.

— Я понятия не имею чего от меня сегодня ждут, — ответила я, пытаясь заставить руки не дрожать, отвлекаясь от факта, что ничего не хочу так, как сбежать на хрен отсюда прямиком к Райдеру.

— Будут танцы и тебе следует танцевать с каждым, кто об этом попросит, только если он из королевского рода. Также к нам пришли женщины, которые желают, чтобы ты и мой сын благословили их детей. Обычно, это делает Королева, но некоторые, кажется, думают, что ты поможешь их детям прожить достаточно, чтобы излечить землю. Слух о том, что ты и мой сын — лекарство от болезни Царства и то, что провидец видел плод вашего брака распространился быстро. Надежда — это все, что у них сейчас есть. Вскоре после благословления начнется подписание контракта; заверение того, что Кир и Дрезден обсудили несколько дней назад. После этого мы перейдем к самой помолвке. Ваши с Адамом руки перевяжут разноцветными шелковыми лентами, каждая из которых обозначает желаемый атрибут союза, а затем вы с Адамом произнесете клятвы скрепления каст перед Киром и Дрезденом. А потом мы начнем празднование, позже продолжим консуммацией[55].

Я нервно сглотнула.

— Консуммацией?

— Да, это обычай нашего народа последние несколько эпох, — в глазах Мари загорелся огонек, безусловно непокорный огонек. — Люди в средневековье были очень скромны в плане секса, поэтому один из нашего вида, в шутку, предложил им это действие, чтобы заставить немного расслабиться, думаю им это понравилось и в нашем мире этот обычай тоже распространился. Консуммация — это заключительное событие ночи, женщины подготовят тебя к новому мужу, пока Шаман — он же Священник Дану у Тёмных фейри — благословит кровать и союз на детородность. Мужчины будут грязно подшучивать и нещадно дразнить Адама прежде, чем приведут его к брачному ложу.

— Вот дерьмо, — выдохнула я, пытаясь придумать, чтобы еще сказать. — Вот дерьмо.

— Ты повторяешься, — отметила Мойра.

— Дерьмо, — повторила я, они смеялись, пока не заметили, что я стала белой, как мое платье.

— Боже, ты девственница? Но, судя по твоим глазам, ты уже прошла Переход, — сказала Астрид.

— О, я прошла через Переход, — произнесла я, и греховные образы Райдера вспыхнули в памяти. — Я определенно прошла Переход, — а потом еще кое-что.

— Тогда я не понимаю нерешительности на счет консуммации, — сказала Мари, почесав макушку, как делал ее сын, находясь в замешательстве.

— Потому что мне не нравится сама идея всей этой церемонии, — пояснила я, надеясь, что моя точка зрения ясна. Мне пришлось прикусить язык, чтобы не высказать, что есть лишь одна постель, которой я желаю делиться и со мной в ней должен находиться мой фейри с золотистыми глазами.

— Ладно, я поговорю с Киром на эту тему и мы решим вопрос. Сейчас мы тебя оставим. — Я подождала, пока они не вышли из комнаты и повернулась к незнакомке, смотрящей на меня из зеркала.

— Беги. Ты сможешь это сделать. Можешь просеяться отсюда к чертям и уйти, дурочка. Это не твоя война. Ты им ничего не должна. Так, какого дьявола ты все еще здесь? А? Думаешь, что можешь все исправить! Это не твоя битва, — великолепно… я слетела с катушек. Кричу на красивое существо в зеркале, а она отвечает мне тем же. Мне хотелось скрестить руки, но от этого смажется краска, которую так старательно наносила Мойра. Я боролась с гневными слезами, готовыми пролиться. Это не моя война.

Тем не менее, понимаю, если я просеюсь отсюда, они придут и вернут меня. Я не могу так поступить с Адамом, но в итоге я теряю себя. Я уступала и для чего? Спасти один мир от вымирания и другой от адских мук, вот для чего. Я так падка на помощь нуждающимся людям. Это моя слабость. С младенчества меня учили помогать, если могу; делать все правильно. Но, в этот раз, это может разрушить меня.

*~*~*~*~*Райдер*~*~*~*~*

Она прекрасна, так чертовски прекрасна. Ее волосы украшены цветами и жемчужинами, красота которых блекнет рядом с природной красотой Син. Они нанесли ей макияж, в чем не было надобности, она самая красивая женщина на свете. Но выглядит напуганной и мне приходится приложить все усилия, чтобы не снять завесу невидимости и не успокоить ее страхи. Она теперь не моя. Сейчас я нарушил границы, только чтобы посмотреть, как она держится.

Син выглядит готовой сбежать, и я задумываюсь сбежит ли она ко мне. Я не смогу прожить без нее и дня. Она, как долбаный наркотик для моего организма, разлилась по венам и умоляет вновь принять дозу. Она изучает себя в зеркале, а затем поступает неожиданно. Кричит себе сбежать. Я сжимаю руки в кулаки, когда она оборачивается и глазами сканирует комнату.

Она чувствует меня? Скучает ли по мне так же, как я по ней? Черт возьми, она затягивает. Предполагалось, что я трахну ее и отпущу. Я даже не хотел ставить ей метку. Что, дьявол разбери, она со мной сделала?

Хочу притянуть ее к себе, просто почувствовать прикосновение ее кожи к моей. Я хочу видеть улыбку, растягивающую ее губы и блеск этих уникальных, прекрасных глаз. Ты долбаный сопляк.

Блядь! Син довела меня до этого, тоскую по той, кто вскоре станет женой другого мужика. Я обманываю себя, веря, что могу это сделать, что могу посмотреть на нее и не захотеть вновь прикоснуться. Мне нужно уходить, потому что зверь смеется надо мной, а это никогда хорошо не заканчивалось. Вскоре, Син будет с Адамом. Она даст ему и моему миру все, что нужно.

Тогда я приду за ней и сделаю ее своей. Через год и один день она встанет перед выбором: остаться с Адамом навсегда или уйти от него. Она выберет стать моей и я буду рядом, чтобы забрать ее домой, а потом разбираться с последствиями.

*~*~*~*~*Синтия*~*~*~*~*

Мне показалось, что я уловила запах, присущий только Райдеру. Грубый, мужской аромат. Я скучаю по фейри и не уверена, что со временем это пройдёт. Повернувшись, я с опаской посмотрела на дверь. Прикусив губу, я, наконец, выпрямила спину и подошла к двери, чтобы постучать и сообщить о своей готовности.

Я постучала в дверь, будто стала какой-то недалёкой женщиной, не знающей, как повернуть долбаную дверную ручку. Мужчина, выглядящий в точности, как Адам открыл двери и встал передо мной, чтобы вывести из комнаты.

— Я готова, — сказала я, уже ненавидя это выражение. Я не готова; не к этому. Мне не хватит всего времени мира, чтобы подготовиться к такому. К чертям сбежать отсюда я готова больше.

В коридоре стояли все братья Адама, едва оставляя пространство для воздуха. У каждого их них было великолепное телосложение, как и у Адама, учитывая, что все они были одеты в сшитые на заказ смокинги, они выглядели подавляющей компанией. Мужчины разошлись, открывая моему обзору Райдера, но тот опустил взгляд в пол, будто боялся посмотреть на меня.

Я подавила желание подбежать к нему и обнять. Вместо этого я упрямо сжала руки, лежащие по бокам, в кулаки и попыталась оторвать от него взгляд, но не смогла. Когда же фейри поднял глаза, я увидела в них столько же боли, что испытывала сама. Райдер кивнул и влился в группу мужчин, когда старший брат Адама вышел вперед и подвел меня к центру группы.

— Меня зовут Солас и на сегодня я буду твоим сопровождающим и представителем. Я немного завидую своему вновь обретенному брату. Не желаешь принять меня вместо него? — взгляд его нежных глаз цвета нефрита и лайма изучал мое лицо.

— Я, э… — ответила я, пытаясь придумать что бы сказать, но так и не сумев, остановилась на кивке головы.

— Солас, — упрекнул его Райдер со своего места. — Она не среди нас выросла. Тебе следует сказать, что ты пошутил или она может надрать тебе задницу, когда сама до этого додумается.

— Как и должно быть, — сказал Солас. — Если Адам не удовлетворит твои потребности, выбери меня. Шутки в сторону, я свободен, — он игриво подвигал бровями.

— Спасибо, учту, — сказала я с улучшающимся настроением. Я тут же поискала взглядом Райдера, но тот вновь опустил голову.

— Я стану для тебя лучшим мужем, — произнес Солас, пожимая плечами и по мальчишески подмигивая мне.

— Не сомневаюсь в этом, — ответила я и позволила взгляду обосноваться на его красивом лице. — Это хорошо, что у меня есть запасные варианты, Солас, спасибо за предложенную альтернативу, — он улыбнулся и кивнул.

— Рад, что ты так думаешь и успокоюсь, зная, что у тебя нет иммунитета к моему очарованию. Адам попросил дать тебе пару подсказок, так как ему не разрешили с тобой увидится. Мы, фейри, гордецы. Будем подкалывать тебя, просто чтобы увидеть твою реакцию на шутку. Подкалывай в ответ, Син, так сказал Адам, — он с улыбкой подмигнул.

— Еще он сказал, никого сегодня не убивать, — улыбка Солас стала шире, когда он цитировал Адама. — Но так как, по его словам, у тебя достаточно навыка в этом, я бы указал на парочку людей, которых нужно убрать.

Остальные братья усмехнулись на эту остроту. Я улыбнулась и покачала головой. Солас протянул руку, показывая, что пришло время и всё здравомыслие покинуло меня.

— Сколько там людей? — спросила я, пытаясь успокоиться.

— Несколько тысяч, каждый хочет посмотреть, хоть вскользь, на женщину, которая исцелит землю. Они к тому же думают, что ты абсолютно уродлива, так как Светлые фейри дарят тебя. Их Король сейчас претендует на тебя, говорит, что ошибся.

— Ошибся? — спросила я.

— Ошибся, что не претендовал на тебя. В основном, чтобы сохранить свое лицо. Твоя мать не родит другого наследника, пока ты дышишь, поэтому он хочет утвердить тебя как свою, — ответил Солас.

— Как мило с его стороны, — пробубнила я. Мы дошли до основания лестницы, огромный тронный зал был забит народом, некоторые расступились, чтобы дать нам пройти. Против своего здравого смысла я отступила назад, подальше от невероятного собрания фейри.

— Не бойся, Син, — мягко напомнил мне Солас. — Адам говорил, что ты самая сильная личность, которую он когда-либо встречал. Эти засранцы чувствуют запах страха и налетят, как тигры во время течки.

— Понятно. Тогда вперед, — сказала я, снова делая шаг вперед, к нему. Вновь нацепив на лицо маску «я крута». Ту, которая говорит всем, что я не боюсь, что я — самая плохая девчонка в этой комнате.

Мне было легче от того, что Райдер рядом и это привносило спокойствие, которого я бы не чувствовала без него. Мы шли по дорожке, пока не достигли возвышения где и остановились.

В зале было несколько таких возвышений. Самое большое находилось далеко позади, где, вероятно, обычно стоял трон Тёмного Короля. Адам ждал меня на возвышении, одетый в изящный, сшитый на заказ, черный смокинг, который показывал насколько великолепен мужчина. Я улыбнулась и встретилась с ним взглядом.

Улыбка Адама была ослепительной, но в глазах стояла печаль. Я поднялась по ступенькам и встала сбоку от Адама. Его братья расположились за нами, в знак поддержки. Я выдохнула и ожидала инструкций, что делать дальше, мне не пришлось долго ждать.

— Мой сын, Кедирн, сделает заявление, — сказал Кир, одетый так же в смокинг, подходя и вставая рядом с Адамом. Кто, черт бы побрал, мог знать, что фейри носят смокинги? Может у них тут и Старбакс есть?

— Кейтлин, Светлая фейри, Наследница, ожидающая свое место на троне. Я, Адам… Кедирн, Принц Тёмных фейри и признанный действующий Наследник, выбираю тебя, чтобы ты стала моей Королевой и правила этим царством рядом со мной, — прозвучал голос Адама, пока мой друг опускался на одно колено.

— Адам, ты уверен? — прошептала я или попыталась. Братья Адама позади меня рассмеялись.

— Весьма, Синтия, — ответил Адам, прищурившись. Да, я тормозила, как паникующая школьница, пытающаяся выиграть время прежде, чем потерять самообладание на выпускном.

— Ладно, — произнесла я, стараясь заставить свои руки действовать.

— Син, пожалуйста, дай мне свою руку, — тихо сказал Адам, с блеском в глазах. Я зажмурилась и подняла руку, достаточно высоко, чтобы он смог взять ее и надеть золотое кольцо на средний палец. — Ты окажешь мне честь потанцевать? — спросил он, отпуская мою руку и поднимаясь.

— Конечно, — ответила я и вздрогнула, когда звуки неодобрения прошлись по толпе. Дерьмо!

— Да, Адам, я потанцую с тобой, — он покачал головой, но с искренней улыбкой на губах. Адам официально взял меня за руку и помог спуститься по лестнице. Мы остановились и он протянул руку, помогая матери подняться и встать рядом с отцом, мы создали кольцо рук. Толпа зааплодировала и зазвучала музыка, когда Королева, одобряя, встала рядом с Королем.

Мы двигались по танцполу молча и неловко. Я сбилась со счету сколько раз мы с Адамом наступили друг другу на ноги. Смеясь и, даже зная, что ни один из нас не желал этого, все походило на старые добрые времена. Мы тихо поговорили пару минут о его встрече с Лариссой.

Наряды присутствующих варьировались от костюмов, как у Адама и его братьев, до тех, которым самое место в музее. Некоторые мужчины фейри надели то, что Адам назвал мужское платье с колготками, которые угрожали моей выдержки не расхохотаться. Адам извинился и сказал, что поможет мне найти выход из этого положения — вместе найдём. Когда мы танцевали уже довольно долго, я нежно поцеловала Адама в щеку и извинилась. Я повернулась, чтобы отойти подальше ото всех к стене, когда Райдер притянул меня к себе.

— Потанцуй со мной, Принцесса. Я сражен.

Я улыбнулась, мое сердце учащенно забилось.

— Тебя ничем не сразишь, Райдер. — Сглотнув, я позволила ему нежно притянуть меня в свои объятья.

Глава 39[56]

Я вдохнула его аромат и прикрыла глаза. Так правильно чувствовать Райдера рядом, но я не позволяла себе прижиматься к нему теснее, чем того требовал танец, мы все же на моей помолвке находимся. Я собиралась стать невестой Адама и обязана его уважать, быть верной ему, даже если это меня убивает.

— Сегодня ты так прекрасна, Синтия. Все остальные блекнут на фоне твоей красоты, — тихо прошептал он мне на ухо.

— Говорит мужчина в смокинге. Тебе и всем остальным здесь нужно запретить носить что-то такое, — я замолчала, потому что закончи я фразу и стала бы умолять его просеиться отсюда и заняться чем-то непристойным.

Мужчина грешно выглядел в футболке, но в костюме от Версачи, просто опасно соблазнительно.

— Сексуально? Не можешь налюбоваться мной? — промурлыкал он, вдыхая мой запах. От этого жар распространился в моем естестве.

— Нам не стоит танцевать, — произнесла я, пытаясь отстраниться, но Райдер удержал меня.

— Почему? Потому, что ты все еще хочешь меня, Синтия, или потому что я хочу тебя? — низко прорычал Райдер у моей шеи, проведя языком по месту, где сильно бился мой пульс, скрывая головой свои действия от других присутствующих в зале.

— Хочешь честности? Оба варианта. Я хочу тебя. Здесь и сейчас. Это ты хотел услышать? Теперь счастлив, потому что ответ — да? Боюсь, ты заставишь меня делать то, чего я не должна. Я не из тех, кто обманывает. Я отказываюсь становиться женщиной доступной любому, Адам заслуживает лучшего. Не могу обманывать его, даже ради тебя, фейри. — Он улыбнулся, и я покраснела от того, на сколько греховно Райдер выглядел, когда улыбался.

Понимание, что это последний раз, когда я могу насладиться этим, глубоко ранило. К глазам подступили горячие слезы и я едва смогла их сдержать.

Он удерживал меня, пока мы с легкостью продолжали танцевать, не обращая внимания на окружающих.

— Ты уже кормилась от него? — тихо спросил Райдер. Когда я подняла глаза, вздрогнула, увидев не прикрытую боль в бронзовых глубинах. — Ты уже кормилась от Адама?

— Нет, я отлично подкрепилась до того, как покинула твою кровать этим утром. Ты не ты когда голоден, но всегда убеждаешься, чтобы и я насытилась, — ответила я с легкой улыбкой.

— Хорошо, — прошептал Райдер, но его улыбка исчезла, как солнце за облака в дождливый день.

— Ты полностью избавился от железа? — спросила я.

— Беспокоишься обо мне? — ответил он вопросом на вопрос и улыбка изогнула его восхитительные губы.

— Всегда, — ответила я, с озорными огоньками, пляшущими в моих глазах. — Кто-то же должен беспокоиться о моем долбаном фейри.

— Твоем долбаном фейри? — спросил Райдер, приподнимая брови.

— Син, — произнес Адам позади меня. — Пришло время. Райдер, Элиран искал тебя пару минут назад. Сказал, что это срочно.

— Время для чего? — спросила я, когда Райдер прижал меня к своему боку.

— Мы должны подписать обязательное соглашение с нашими родителями, — ответил он. Я пальцем провела по руке Райдера прежде, чем опустить руки и отступить от фейри. В это же время он отпустил меня, и если мое лицо было маской боли, его вновь стало пустым. Я приняла руку Адама, и мы пошли туда, где должны подписать соглашение.

Подписание оказалось не очень приятным, поскольку я не желала ничего больше, как стереть уродливую ухмылку с лица Светлого Короля. Мы подошли ближе к что-то тихо обсуждавшим Королям, но они замолчали, когда заметили наше присутствие. От улыбки, брошенной мне Адамом, я ощутила, как тиски вокруг меня ослабевают. Он наклонился и тихо прошептал:

— Мой отец сделает твоего. Готова спорить? — спросил он, заставив меня открыто рассмеяться.

— Мне не нравится мой отец, так что нет. Готова помочь твоему отцу, просто чтобы убедиться в его победе, — в голос ответила я, подмигивая Адаму, отчего на губах его заиграла широкая улыбка.

— Подписывайте контракт, — прорычал Дрезден, не найдя нашу маленькую шутку смешной. Я колебалась и повернулась посмотреть на Адама.

— Мы можем минутку поговорить? — спросила я.

— Нет, — прорычал Дрезден.

— Конечно, — в этот же момент ответил Кир.

— Какой из двух ответов? — спросила я, выгнув брови.

— У вас есть минута, только поторопитесь, — сказал Дрезден, раздраженно нахмурив лоб. Когда у нас появилось подобие уединения, я повернулась лицом к Адаму.

— Что происходит Адам?

— Ничего. Почему ты спрашиваешь? — ответил он, не глядя мне в глаза.

— О, оснований нет, кроме того, что я достаточно долго знаю тебя и вижу, когда ты расстроен. Давай выкладывай.

— Нет ничего дурного, просто все слишком быстро происходит.

— Хочешь выбраться из этого? Потому, что если хочешь, я лично буду рыскать по земле в поисках другого способа спасти Царство фейри.

— Ты, как и я знаешь, нет другого способа. Будь альтернатива, Райдер уже нашел бы ее и вернул тебя, — ответил Адам.

— Адам, это ты и я. Мы сможем справиться с этим. Мы сделаем все лучше, и я люблю тебя. У нас есть больше, чем у многих в нашей ситуации.

— Мы это сделаем, да? — сказал Адам, улыбаясь. Я кивнула ему, и мы оба глубоко вдохнули, будто шли в бой или что-то в этом роде. Мы вернулись, держась за руки туда, где стояли наши родители. Я смотрела, как Адам наклоняется, чтобы оставить свою подпись на плотном пергаменте контракта.

У нас не потребовали подписать кровью, но у меня зародилось ощущение, что я подписала многим большим, чем кровью. Я улыбнулась Адаму, когда наши родители с опаской пожали руки над столом в полной тишине. Мы сделаем это; поженимся и спасем Царство фейри — вместе.

В этом больше плюсов, чем минусов. Я не одна, со своим лучшим другом. Все могло быть намного хуже. Демон мог увидеть меня замужем за совершенно незнакомым человеком и тогда я стояла бы тут с ним. Я выйду за Адама и научусь его любить в меру своих возможностей, в итоге, может получиться нечто большее.

Конечно, я люблю Райдера, но не позволю этому встать между мной и Адамом. Я могу отказаться от того, что хочу, ради того, что нужно. Мы родим сильных малышей, и кто знает? Может однажды я влюблюсь в Адама, по-настоящему полюбив. Адам наблюдал, как я с мрачным выражением лица наклоняюсь, чтобы поставить подпись.

Когда наши родители сделали тоже самое, произошел своего рода обмен, скрепленный документом, я так думаю. Адам протянул руку, и я приняла ее. Мы подошли к возвышению, где будем благословлять детей страны фейри. Мы сели в уютные с виду кресла, да будут они благословенны, так как от красивых туфель Мари мои ноги уже умирали.

Вообще всё должно было начаться с благословения детей, судя по плану Мари, но сегодня все шло наперекосяк. Может фейри нужно нанять свадебных распорядителей или кого-то там нанимают, чтобы следить за ходом событий. Длинная очередь женщин с детьми и младенцами выстроилась перед нами. Я поразилась, когда одна за другой женщины впихивали мне в руки детей для благословения.

Это длилось, по крайней мере, час, а Адам наблюдал за действием с ухмылкой на губах. Ну, пока я не всунула ему в руки ребенка.

— Какого черта, Син!? Что мне с ним делать? — вскрикнул он, когда взял на руки извивающийся свёрток и держал его перед собой с чистейшим ужасом в глазах.

— Эй, не мне одной нужно попрактиковаться в этом, — ответила я с озорной улыбкой. Но она тут же увяла, когда в переполненном зале воцарилась тишина. Я осмотрела комнату и увидела, что каждый смотрит на Адама.

— Верни мне ребенка. Не думаю, что ты должен его держать, — прошептала я. Глядя на толпу Адам протянул мне его обратно. Они продолжали пялиться, будто он мог сожрать и переварить крохотное существо, которое я теперь прижимала к груди. Мать ребенка быстро забрала его и посмотрела на меня сверху вниз.

— Упс? — выдавила я с широко распахнутыми глазами, не зная, что еще сказать. Что к чертям не так с этими людьми?

— Синтия, будущий Король не должен проявлять интерес к младенцам. Это удел женщины и если Адам сделает это, значит у него другие планы на это дитя, — Мари нежно положила свою руку на мою. Лёгкая улыбка на губах и нежный блеск в глазах подсказали, что она не считает меня полной идиоткой.

— О, уверяю, у него нет никакого интереса к вашему ребенку, кроме как обычной ерунды, присущей принцу. Мне жаль, если заставила вас беспокоится, — немного смущенно произнесла я матери младенца. Мари улыбнулась и одобрительно кивнула, отпуская женщину простым жестом. Женщина просеялась из комнаты в тот же момент, когда правящая королева позволила.

— Думаю, мне нужно записать в блокнот, что можно, а что нельзя здесь делать, — пробубнила я себе под нос.

— Могу одолжить тебе его, — ответил Адам, лукаво улыбаясь и ткнув меня локтем в бок. Очередного младенца вложили мне в руки. Я посмотрела на него и почувствовала бледную, холодную кожу; он не выглядел здоровым, как другие малыши.

— Он болен, — сказала я Адаму, который тоже заметил бледность ребенка. Я посмотрела на мать дитя, по щекам которой катились огромные слезы. — Она уже больна, — произнесла я и увидела кивок матери, в сине-зеленых глазах которой зажегся страх. Я ощутила, как мой пульс ускорился, и сердцебиение раздавалось в ушах. Я выпустила свою силу в младенца, чтобы нежно прощупать его организм, отчего ребенок издал вопль.

Мать вскрикнула, но Адам вскочил со стула, чтобы удержать ее на мгновение, необходимое мне для исцеления ребёнка от болезни, которая убивала его шанс на выживание. Когда я закончила, у малыша появилось сияние, в отличии от других детей.

Больше не было бледного, больного малыша, он открыл глаза и уставился на меня с тем же удивлением, что и его мать, которую теперь держали.

— На этот момент я сделала для ребенка все, что могла. Мы выясним, что не так с землей и почему Дану не принимает малышей прежде, чем он сможет быть по-настоящему в безопасности, — тихо сказала я, возвращая матери малыша. Все в зале восторженно смотрели на мой поступок.

— Достаточно благословения младенцев, — задохнулась Мари. Она прижала руку ко рту и выглядела так, будто сдерживала слёзы. Несколько раз глубоко вдохнув, она успокоилась.

— Время связать ваши руки, — прошептала она и ободряюще улыбнулась очереди женщин. Я встала с помощью Адама; из-за длинной, пышной юбки платья я не могла сделать это самостоятельно. Когда Мари встала во главе нашей процессии и вновь бегло осмотрела меня, мы направились к возвышению, где обычно стоял трон Темного Короля. Отец Адама и Светлый Король стояли друг от друга на расстоянии вытянутой руки. Дрезден наблюдал за нами с расчетливым блеском в глазах.

Мудак, вероятно, пытался придумать, как убить меня после церемонии и не попасться. Поднявшись по лестнице, мы остановились перед двумя Королями. Мы с Адамом держались за руки, я посмотрела на толпу, окружающую нас, вытягивая наши руки к родителям, чтобы обернуть обручальные шёлковые ленты и закончить церемонию.

Я знала кого искала, даже притом, что пыталась выкинуть его из своей головы, стоя рядом с Адамом. Райдер стоял слева от меня со своими людьми, рядом с большими дверьми из кедра, будто планировал вновь уйти не попрощавшись. Возможно, это к лучшему; учитывая, что любила я его, а выхожу замуж за Адама.

Я никогда не думала, что могу влюбиться в фейри и все же влюбилась. Взгляд Райдера был прикован к нашим рукам, пока Кир демонстрировал длинные, разноцветные шелковые ленты, которыми свяжет наши запястья вместе. Когда отец Адама начал свое обращение к собравшимся, мое сердце пустилось вскачь, я ощутила шелк, обертывающийся вокруг запястья. Паника обрушилась на меня, но с теплом, исходящим от Адама на меня снизошло спокойствие.

Или может это было удобное онемение, потому что я отказалась от своего фейри; своего врага и единственного мужчину, которого любила по-настоящему. Я наблюдала за Райдером, он смотрел на меня прищурившись, в его глазах сиял опасный блеск. Элиран что-то говорил фейри, беспомощно жестикулируя и Райдер повернулся к нему, его черты лица исказились от гнева, когда он набросился на целителя.

Когда Райдер повернулся к нам, в глазах сияла победа. Я обернулась посмотреть на Адама, что-то звенело у меня в голове от осознания. Я медленно осматривалась, когда остальные так же остановились, озираясь по сторонам, запутанные тем, что происходило. Что-то надвигалось; что-то ужасное. Воздух сгущался над нами, пока стало невозможно дышать.

Кто-то закричал, казалось фейри пытались просеяться из комнаты, но что-то удерживало их внутри, словно в ловушке. Я не отводила взгляда от Райдера, в глазах которого было ошеломительное неверие, будто он понимал, что сейчас произойдёт. Затем посмотрела на Адама и попыталась накинуть на него, Кира и Дрездена щит, за долю секунды до того, как появилась ослепительная вспышка света и возвышение разлетелось от взрыва энергетической бомбы под нами.

*~*~*~*~*Райдер*~*~*~*~*

Наблюдать, как Син держала детей — странно забавно. Ей неловко, но все равно, она продолжала брать их на руки одного за другим. Но когда она подписывала долбаный контракт, мне пришлось напрячь все имеющиеся силы, чтобы сдержать зверя внутри. Мне ничего больше не хотелось, кроме как просеяться и забрать ее отсюда.

— Теперь мы можем идти? Мы задержались до подписания этого договора. Время вернуться домой и закончить начатое. Это не поможет тебе или ей. Я вижу напряжение на твоем лице. Пойдём домой, брат, — произнес Зарук, опустив глаза.

— Мы обещали Киру, что останемся, пока не произнесутся клятвы и церемония не закончится. Он думает, что я могу контролировать Син, — ответил я, сжимая кулаки.

— Ты можешь, но не так, как он думает, — продолжил Зи и я сузил глаза.

— Райдер, на одно слово, пожалуйста, — произнес Элиран, пробираясь сквозь толпу зевак.

— Что тебе, Элиран? — прорычал Зарук, которому не терпелось вернуться домой.

— Сир, я проводил исследования анализов крови Син, взятой у нее дома, когда она была больна, — сказал он, подойдя ближе.

— И? — холодно ответил я. Будто теперь это имеет значение, ей не было плохо с момента, когда я увел ее из дома и мое терпение иссякает.

— Я проводил анализы. Все какие мог придумать. В ее организме не было железа, что является распространенной причиной тошноты у только что прошедших Переход фейри и, в общем, так как ее воспитали в человеческом мире, можно было подумать, что у Син высокое содержание железа, но оно было на удивление низким.

— И ты это пришел мне рассказать? Что у нее в крови низкое содержание железа? — прорычал я. Зверь ухмыляется и бесит меня.

— Нет. Нет, конечно, не за этим. Поэтому я продолжил проводить анализ за анализом, но все были отрицательные.

— Выкладывай, целитель. У нас сейчас нет на это времени, — огрызнулся я, напоминая себе, что он лишь делает свою работу. Не на него я злюсь.

— Поэтому, я провел тест крови на беременность, который делается дольше по времени, когда уровень железа низкий, — продолжает Элиран и я прищурился.

— Зачем тебе это делать? — отрезал я. Зверь посмеивается и я ощущая, как прорастают перья. Какого черта ты делаешь?

— Потому что это единственный тест, который я еще не проводил. Еще я попросил Олдена достать ее дело в Гильдии, — нервно тараторил он, и сделал шаг назад, когда я повернулся, обратив к нему все свое внимание. — Я провел его восемь раз, поскольку уровень гормонов был низким, — продолжает Элиран, я повернулся, чтобы посмотреть на возвышение, где должны связать руки Син и Адаму.

— И?

— Все восемь пришли с положительным результатом. Синтия беременна. Должно быть, она забеременела в прошлом месяце. Я хотел быть уверенным, чтобы сказать тебе это, сир. Син не может быть лекарством для нашего мира, как видел Ристан. Во всяком случае не с ребенком от Адама, потому что она уже беременна, — говорит Элиран, но я уже его не слушаю.

Моя, она моя; я говорил тебе… я все уладил, она навечно наша! С победоносной улыбкой говорит мне зверь. Я повернул голову в сторону возвышения. Но, при приближении к ним, вижу в ее взгляде, скользящем по залу, тревогу и смятение. Что-то неправильно.

Воздух наполнился злом. Я шокировано смотрю, как Син позволяет засветиться своим тату с импульсом магии, но они недостаточно разгораются. Она смотрит на меня, накидывая щит на Адама и Королей, а возвышение вспыхивает массой слепящего света; острые осколки и камни разлетаются по сторонам от взрыва энергетической бомбы.

Зверь издает рёв, и я стараюсь просеется, но что-то останавливает меня. Что за хрень!? Ограничивающее заклинание. Никто не просеится, за исключением тех, кто произнес гребаное заклинание. У меня нет времени на это дерьмо.

— Найдите ее! — выкрикиваю я им. Мои парни бегут за мной, я двигаюсь так быстро, как могут нести меня ноги. Впервые в своей гребаной жизни я боюсь. Твою ж мать, вот что произошло, нас поимели. Силы сведены до человеческих, никто не может просеяться, пока чертово заклинание не исчезнет. Возвышения нет, осталось лишь расколотое дерево и камни.

Мы задыхаемся от удушающего дыма и пепла, пока разгребаем деревянные опоры и камни. Я вижу кровь, чувствую ее запах. Попробовав ее, я могу ощутить запах темно-красной чистоты, разлитой в помещении. Син еще не бессмертна. Я вижу Адама, Кира и Дрездена, освобождающих свои ноги от обломков. Я и мои люди разбираем завал и не можем найти никаких признаков Синтии. Вокруг нас раздаются голоса пострадавших.

— Дристан, есть что-нибудь? — спрашиваю я, стараясь, чтобы в голосе не зазвучала паника.

— И да, и нет, Райдер. Савлиан только что сказал, что видел другого фейри, просеивающимся отсюда с ней прямо перед взрывом, но не смог помешать им. Это фейри из ее воспоминаний. Хотя не лидер; тот кто сомневался в нем. Тот, кто пытался остановить это прежде, чем все выйдет из-под контроля, — говорит Дристан, внимательно наблюдая за мной.

— Она беременна, Дристан, — я испускаю долгое рычание, борясь за все, что у меня есть, чтобы не выпустить зверя наружу. Он борется, я не могу еще позволить ему выйти; даже ради неё.

— Да, беременна, но Ристан видел, как она дает жизнь ребенку Адама. Не твоему.

Я закрываюсь ото всех эмоций. Чертовски бесполезно.

— Она, твою мать, понятия не имеет, что беременна, — отвечаю я и борюсь со своим гневом, который рвется из моих пор, как жар из духовки. Син была беременна все то время, когда зверь брал верх надо мной и сейчас она в руках врага, а в ее утробе мой ребенок.

— Мы найдём ее, Брат, — говорит Дристан, но его глаза заполняются сомнением, которое вонзается мне под кожу.

— Просто, блядь, найдите ее, живо! — выкрикиваю я, зная, где бы она ни была, находится там одна, без защиты, без охраны и напугана.

— Райдер, — говорит Ристан, подходя ко мне.

— Если ты не найдёшь Синтию…

— Нет, мы найдем ее, Брат. Не уверен, как это вписывается в видение, если только Дану не всё показала мне… или у Син будет выкидыш и ей по-прежнему придётся выйти за Адама. Учитывая, что на нее только что напали… — отвечает демон с выражением вины и безнадежности.

— Мне по хрену, если придется рыскать по всей гребаной земле!

Мои люди ощущают зверя, рвущегося на свободу и собираются вокруг меня, пока я голосом сотрясаю здание.

— Мы, мать его, найдём её; мы не спим, не кормимся, пока Синтия Рейн МакКена не будет находится в безопасности в моих руках. И мне все равно, кого для этого мне придется прикончить. Я хочу ее найти!

Глава 40[57]

Я больно рухнула на холодную землю. Глубоко вдохнула, но похоже здесь нехватка кислорода. Я согнулась от жгучей боли, пронзающей бок.

Сильные руки обхватив меня за талию, рывком подняли с холодной земли и крепко прижали к телу.

— Отпусти меня! Зачем ты это делаешь? Кто ты, черт возьми? Ты! — потребовала я, наконец, достаточно повернув голову и туловище, чтобы увидеть незнакомца, лицо которого было знакомо по ночным кошмарам.

— Нам нужно двигаться дальше, Фэлан с охраной будут здесь через минуту, а он желает твоей смерти, Принцесса, — резко прошептал блондин фейри, ирландский акцент которого казался сильнее, чем я помнила. Прежде, чем я успела моргнуть, мы стояли в другой месте. Теперь на песчаном пляже и фейри осматривался, будто ожидая нападения.

— Тогда почему ты утащил меня от единственного мужчины, способного защитить? — прорычала я, игнорируя мучительную боль в боку. Я ранена и боялась посмотреть на рану. Я понятия не имела зачем этому парню меня похищать или кто, как он думал, преследует меня. Хотя и узнала похитителя из воспоминаний о том кровавом дне в доме моих родителей.

— Потому что ты в опасности и он не остановится, пока ты не умрешь, — ответил фейри и, прищурившись, поудобнее перехватил меня. До того, как я могла ударить ему головой в нос или по коленям, мы вновь просеялись; в этот раз в густой лес.

— Стой! Кто, черт возьми, ты такой? Я тебя знаю и хочу знать почему ты был в доме моих родителей в тот день. — Он отпустил меня и я упала в густую траву.

— Я один из тех, кто спрятал тебя в том доме, когда ты была ребенком, ну или пытался спрятать. В тот день Фэлан и большинство его личной охраны ушли без меня. Поняв, что он собирался сделать, я последовал за ним. У него был злой умысел, а мой король ослеплен своей любовью к сыну. Я подвел твоих опекунов, Принцесса. И с того времени стал частью его охраны, надеясь остановить Фэлана, если он опять подберется к тебе. Но я не подведу вновь, — его голос был наполнен гневом и болью, фейри резко провел рукой по волосам, продолжая. — Достаточно разговоров, нам надо двигаться, — рявкнул он, и сорвал с себя рубашку, обнажая хорошо накаченное тело.

Он разорвал материал на куски и бросил один за дерево, но большую часть оставил в руке, когда схватил меня и вновь просеялся. Мы приземлились в темной пещере, и я огляделась в поисках выхода или какого-нибудь способа сбежать от мужчины, который уносит нас все дальше от Райдера и его людей.

Он найдет меня, я знаю, что найдет. Нужно остаться на месте достаточно долго, чтобы он смог до меня добраться, хоть я и понимала, что истекаю кровью. Если я права, Райдер сможет последовать по кровавому следу, оставленному мной. Или я так думала, пока не увидела перед собой фейри, который стирал капли крови, падающие на землю.

Он поднял голову и взглянул на меня прежде, чем просеяться за моей спиной, схватить и прижать к обнаженной груди. В голове зазвучала сирена и я двинулась, чтобы напасть на него, но фейри оказался быстрее, а на мне надето идиотское платье и до того, как я смогла отстраниться, он придавил меня спиной к острым стенам пещеры и быстро прошептал заклинание. Черт!

— Хорошая попытка, но никто не должен знать, где ты находишься, моя Принцесса, — он хитро мне улыбнулся. — Одна из моих способностей накладывать ограничивающее заклинание. Темный Принц и его люди не смогут пойти за тобой, пока то, которое я произнес ранее не рассеется. Сейчас ты не сможешь просеяться, что поможет мне удержать тебя в безопасности, — произнес он и вновь схватил меня за руку, оттаскивая от стены и прижимая к себе. Мне хотелось кричать от негодования, но что толку. Нужно сберечь силы, чтобы уйти от него и единственный способ — это сделать — сбежать. Он сказал, что отведет меня в безопасное место, но черта с два, я ему поверю. Мы просеялись еще несколько раз, каждое новое место было потрясающе красивым.

Так было, пока мы не приземлились в комнате, переполненной людьми, которые направили на нас оружие. Это был огромный тронный зал и более ста фейри с тревогой, подозрением и любопытством смотрели на нас. Комната была выстроена из белого камня с красивым Кельтским узором из золота, украшавшего арки, большой сводчатый потолок, а также колонны, которые поддерживали архитектурный собор. Мужчина, с которым я появилась, что-то сказал охране, смотрящей на нас и его следующие слова не могли шокировать меня больше, чем он уже шокировал.

— Скажите королю немедленно появиться. Я привел ему Сорху, — прорычал он.

— Какому Королю?! — потребовала я, ощущая, как мой желудок сжался от его слов. Опять все с начала! Есть четыре короля, и мы только что ушли от двух из них. Остаются Кровавый и Король Орды и оба, на сколько мне известно, никогда не затрагивали мой мир.

Они самые смертоносные из всех фейри и только что этот идиот бросил меня в лапы к одному из них. Безоружную, раненую и все еще одетую в свадебное платье. Я оглядела огромный зал, ища выход и не нашла. Отсюда можно только просеяться и как только эта мысль пришла мне в голову, фейри схватил меня за руку, предупреждающе покачивая головой, будто напоминая, что он позаботился об этом моем маневре.

— Я не причиню тебе вреда, — мягко сказал он, и я поняла, в его бирюзово-лаймовых глазах нет страха. К тому же он выглядел немного моложе, чем в моих воспоминаниях о его присутствии в доме родителей, когда я была ребенком.

— Почему ты это делаешь? — спросила я, пытаясь скрыть страх, скользивший по моей спине, от перспективы оказаться в странном мире с одним из смертельных королей.

У него не было возможности ответить, появился огромный мужчина, который мог быть только Королем. И он искал нас. У него были светло-каштановые волосы, а глаза глубокого ультрамаринового цвета с вкраплениями фиолетового. Я сглотнула, когда в моей груди что-то взорвалось, будто что-то раскрылось. У меня закружилась голова, когда мой взгляд устремился к неизвестному Королю. Он выглядел таким же растерянным, какой чувствовала себя я, мужчина потер рукой свою массивную грудь, будто ощущая то же что и я.

— Что это, Кайлен? — Его голос был хриплым, когда Король внимательно меня изучал. Он прищурился, пока я держалась за руку, Кайлена, мои ноги тряслись и угрожали не выдержать мой вес. Я ощутила будто весь воздух покинул легкие и все встало на свои места, как если бы в головоломке раскрылись все тайны. Я повернула голову, когда женщина ахнула и прикрыла рот рукой.

Она выглядела почти близнецом Татьяны; только более красивая с золотистыми волосами и более выразительным лицом. По ее щекам текли слезы, из глаз, цветом и узором, как у меня.

— Этого не может быть, Ласар, это правда она? — всхлипнула женщина, подходя ближе к мужчине, который все еще ждал ответа на свой вопрос у моего защитника.

— Кайлен, тебе лучше начать объясняться! — прорычал Король.

— Я привел тебе твою дочь, мой Король, — произнес Кайлен, быстро опускаясь на одно колено.

— Нам сказали, что она мертва, поэтому объясни, как такое может быть, — потребовал Король, осматривая меня взглядом красивых глаз, который так и не отводил от меня, казалось, будто если он это сделает, я испарюсь.

— Фэлан переиначил произошедшее, Сир. Он надругался над ее приёмными родителями и объявил ее без вести, пропавшей и предположительно погибшей от их рук. Он не мог найти ее, пока пару дней назад не отыскал и не попытался убить, с тех пор было уже несколько попыток. Я вынужден был ждать момента, когда он вновь нанесет удар, чтобы привести ее к вам, иначе он бы разгадал мой план.

— Невозможно. Зачем ему лгать? Он — мой наследник. Он поклялся быть верным моему слову, пока не бросит мне вызов за право правления! — выкрикнул мужчина и великолепные витражи задрожали от его гневного тона. Пока они спорили, я молчала складывая в голове все мелочи.

— Мой господин, Фэлан не тот, кем ты его считаешь. Он не твой Наследник; и не был отмечен Дану. Он встал на сторону врага, чтобы унаследовать истинные силы наследника. Заключил сделку с магами. Они сказали ему, что, если он убьет истинную наследницу, они могут вытащить силы из ее мертвого тела, и сделать его тем, кем он хочет стать больше всего — признанным наследником Дану. В обмен на помощь, он помогает им уничтожить Царство фейри.

— Будь осторожен, Кайлен: предательство земли — серьезное преступление, а ты говоришь о моем сыне, которого здесь нет и он не может опровергнуть обвинения. — Я не знала, что делать или что сказать. Еще больше людей появились в зале и теперь они окружили нас.

Мне хотелось сбежать, просеяться из комнаты, но я как-то смогла почувствовать, что Король ощущает мое беспокойство и готов ко всему, что я предприму.

— Это мрачное дело, Ласар, но Фэлан сделал именно то, что я сказал. маги передали ему, что предвидели Сорху, как признанную тобой наследницу. Можешь спросить свою дочь, она видела, как убили ее опекунов. Он пытался убить ее, взорвав дом совсем недавно, но она под защитой сына Тёмного Короля и его людей. Он спас ее от верной смерти, когда она еще не полностью прошла через Переход.

— Как такое произошло? Тату на ее шее должны были предотвратить Переход!

Я ощутила, как мое тело сотрясло от этих слов. Он знал о тату на моей шее! Я не могла произнести и слова, и почувствовала, как одинокая слезинка скатилась по моей щеке. Эти фейри оставили меня с людьми, на верную смерть; спорящий мужчина передо мной действительно мой отец.

— Я послал Фэлана ее вернуть! Он не стал бы пытаться убить собственную сестру. Он знал, как важно было вернуть Принцессу. Нет вообще никакого смысла ему совершать что-то столь ужасное.

— Он желает войны с Королем Орды и каждый раз, когда мог принимал для этого меры. Сорху спрятали опекуны, когда Фэлан и его охрана пришли. Когда я прибыл, опекуны умирали, и я едва успел замаскировать ее. Они перевернули весь дом в ее поисках, — такое сожаление было в глазах Кайлена, пока он излагал свои доводы.

— Сорха призвала его к себе, чтобы убить, сир. Убила нескольких воинов, из его охраны, которые присутствовали в доме ее опекунов в день их смерти. — Кайлен повернул ко мне голову и в его взгляде безошибочно читалась мольба. Он просил подтвердить его слова.

— Он говорит правду, — прошептала я. Король продолжал смотреть на меня, будто боялся, что я пропаду.

— Как звали моих родителей? — спросила я.

— Это не важно, дитя, ты также как и я знаешь, что ты моя дочь, Сорха. Наша связь восстановилась и я чувствую, что ты моя кровь.

— Ты отдал меня к людям, отослал на верную смерть? — спросила я, отступая на шаг, когда женщина подошла ближе, будто хотела прикоснуться ко мне.

— Это долгая история и я не буду обсуждать её в переполненном зале, дитя. Ты чрезвычайно красиво одета, — сказал он, прищурив глаза на платье.

— Я почти вышла замуж за Темного Наследника, — ответила я.

— Замуж за Темного Наследника? — спросил он, вновь окидывая взглядом мой наряд.

— Да, за того, кого они только что нашли? Я выйду за него замуж.

— Темный Наследник не пропадал. Я бы слышал об этом.

— Эээ, может тебе стоит чаще выходить в свет?

— Говоришь, Кир потерял своего мальчика, — сказал он, покачивая головой.

— Мне кажется, что вы, ребята, частенько теряете детей.

— Мы тебя не теряли. Спрятали. Чтобы защитить! — произнесла женщина, наконец убирая руку ото рта.

Я посмотрела на неё, но ничего не ощутила, а вот огромный мужчина определенно как-то со мной связан. Я могла ощущать его под своей кожей, как только он здесь появился, будто он пробудил мое прошлое. Мы были связаны.

— От кого? — спросила я, прищурившись.

— Мадисон, не здесь, любовь моя. Наедине, — сказал Король, обращаясь к женщине, продолжающей плакать.

— Я даже не знаю кто вы, — раздраженно сказала я, разбивая их личную беседу.

— Мое имя Ласар, я — Кровавый Король. Это — моя Королева и твоя мать, — ласково сказал он.

Я ощутила, прилив эмоций. Эти люди знали о моем тату и мужчину перед собой, я каким-то образом чувствовала. В смысле, по-настоящему чувствовала, будто он — часть меня.

Мужчина, который убил моих родителей, сказал, что я его сестра, а мужчина, который забрал меня от Адама, пытался помешать фейри причинить моей семье боль. Кровавый Король протянул мне руку, и я достаточно долго колебалась, пока он смотрел на меня. Его взгляд упал на рану на моем боку.

— Мадисон, позови целителя, сейчас же. Она ранена, дорогая.

— Со мной все хорошо, — прошептала я.

— Дай мне руку. Я просею нас в комнату, где мы сможем посмотреть насколько все плохо и поговорить о том, почему мы сделали то, что сделали для твоей защиты. Тебе не нужно нас бояться. Мы сделали это, потому что любили. Нашим единственным намерением была твоя защита, — сказал Ласар, но что-то в его глазах заставило меня колебаться.

В конце концов, я протянула ему руку, потому что собиралась упасть в обморок. Мы просеялись в комнату, в которой было слишком много розового цвета и стояла кроватка, на которой лежало одеяльце с вышитым именем Сорха. Я оглядела комнату и заметила, что она выглядела так же, как та, в которой я жила ребенком.

— Эта комната, — сказала я, но он остановил меня.

— Я сделал такую же у них. Хотел, чтобы ты помнила о нас. Это меньшее, что мы могли сделать. Мне нужно, чтобы ты кое-что узнала прежде, чем моя жена вернется. Для нее все было не легко. Отдать тебя — самое тяжёлое; она была опустошена, когда тебя забрали опекуны. Стало еще хуже, когда Фэлан заявил о твоей смерти. Будь с ней добра. Я вижу нерешительность в твоем взгляде, и мы это заслужили. К тому же я чувствую твое желание сбежать. Понимаю это, доченька. Я твой отец и наша кровь едина. Наша связь восстановлена. Если ты сбежишь, я тебя найду. Мы заслужили растерянность и холодность, исходящие от тебя. После того, как мы расскажем о причинах нашего поступка, может тогда в твоем сердце появится надежда на прощение, по крайней мере, для твоей матери. Она хорошая женщина и, как ты можешь судить по состоянию кресла-качалки, много времени проводила в этой комнате. Она никогда не забывала ребенка, от которого вынуждена была отказаться. Сядь, дитя. Думаю тебе стоит услышать полную историю от меня, чтобы понять зачем нам нужно было так поступить, — закончил Король.

— Имеешь в виду почему вы отдали меня людям? — спросила я, с тоской поглядывая на кресло.

— Садись, Синтия, чтобы я смог излечить тебя. Я послал твою мать за целителем, чтобы мы смогли поговорить прежде, чем она вернется. Рана глубокая. Органы, кажется, не задеты, иначе ты не могла бы стоять.

Я села в одинокое кресло-качалку и посмотрела на розовую кроватку. Похоже, ее изготовили любящие руки. Мягкий ковер бледно-зеленого цвета, с желтым по краям. Прекрасная детская. Я ощутила, как внутри комнаты пульсирует его магия, Король позволил ощутить ее.

Инстинктивно, я напряглась и пробудила свою, но он остановился, ощутив мою магию, обернувшуюся вокруг меня.

— Я никогда не причиню тебе боли. Мне нужно, чтобы ты расслабилась, и прямо сейчас доверилась мне, — произнес он, поднимая взгляд своих выразительных глаз; там где мои глаза имели голубой цвет, у него был красивый оттенок ультрамарина.

Я расслабилась, но не отводила от него взгляда. И вновь ощутила, как его магия проникает через разорванную кожу глубже внутрь. Король заживлял раны изнутри, и я почувствовала, как кровеносные сосуды, вместе с поврежденной кожей начинают восстанавливаться, заживая.

Когда он закончил, и рана полностью зажила, я, впервые с момента взрыва, сделала глубокий вдох. Он ободряюще улыбнулся, когда я кивком головы поблагодарила его.

— Я начну с самого начала. Тебе нужно знать всю историю, чтобы понять чему мы противостояли, — он щелкнул пальцами и материализовалось большое, кожаное, на вид удобное кресло, в которое король и сел.

— Дану предпочитает равновесие между всеми кастами. У каждого монарха есть сила, но лишь Король Орды владеет самой большой, так как наблюдает за самыми опасными существами фейри. Когда Алазандер взошел на трон, несколько тысячелетий назад, он был влиятельным Королем, предпочитая жить в мире с другими. Он начал принимать тех, у кого не было каст, а его сила и мир укреплялись. К сожалению, с ростом силы, он начал ею злоупотреблять и нападать на другие касты. Немногим более двухсот лет назад мой отец заключил сделку с Королем Орды. Отец согласился не выдвигать армию и не сопротивляться, пообещал, что Кровавые фейри станут слушаться Короля Орды. Его обманули и когда отец сложил оружие, его предала Орда. Король Орды единственный, кто может убить других фейри, не используя оружие. Это делает его самым смертоносным существом во всем нашем мире, — горько сказал он и поднял руку, когда я хотела перебить его.

— Позволь мне закончить рассказ, так как он имеет отношение к тому, как мы поступили с тобой, Синтия.

Я понятия не имела, как черт возьми то, что произошло двести лет назад имеет ко мне отношение. — Я взял меч своего отца и в гневе напал на Орду. До сих пор у нас с ними война. Сейчас фейри воюют в совсем другой манере, не так как люди. Там и здесь на наших границах происходят стычки, но реальные бои редкость, и я не боялся судьбы своего отца, столкнись в бою с самим Королем Орды. До сих пор война происходит так: Орда нападает, Кровавые фейри защищаются — непосредственное нападение на земли Орды ухудшит положение.

— Погоди-ка, ты хочешь сказать, что Орда надирает ваши задницы последние двести лет, а все что вы делаете — это защищаетесь? — я была возмущена тем, что Король Орды, этот засранец, о котором всю жизнь слышала, что он принимал в свои ряды любого, был ничем иным, как тираном. Сама идея, что Кровавые фейри просто склонились и согласились с этим, слишком сложна, но, если Король Орды настолько могущественен, в этом есть смысл, как и в уважении других фейри по отношению к Кровавому Королю.

У мужика железные яйца, если он пытается противостоять Королю Орды на протяжении двухсот лет. Мой отец мрачно кивнул и продолжил.

— Алазандер жаждал твою мать в качестве одной из своих наложниц. Он просил Аниса, отдать ее Орде в качестве мирного предложения. Известно, что Король требовал у других правителей и знати их дочерей, чтобы сохранить мир, но и не гнушался их выкрадывать. Он брал то, что хотел, включая и детей. До твоей матери дошли слухи, о насильственных действиях Короля Орды в отношении его жены и наложниц, и она попросила у Анис альтернативу. Анис была хорошей женщиной и любящей тетей для твоей матери, она устроила наш союз, и вскоре он превратился в брак по любви, — Король печально покачал головой, вспоминая. — Алазандер убил Анис за неповиновение его воле. Он так и не простил ее за утерю реликвий, а это стало лишь еще одним поводом ее убрать. Теперь же ее место на троне занимает этот напыщенный говнюк Дрезден. Я разорвал всяческие отношения со Светлыми фейри, как только он вступил на престол. Анис правила на порядок лучше, в отличии от него. — Я не могла не согласиться с ним, кто угодно был бы лучше Дрездена.

— Все эти годы Алазандер преследовал твою мать и меня, через своих шпионов. Даже при том, что у нас были дети он упорствовал — фактически все стало только хуже, ведь все наши дети — мальчики и, кажется, для него это представляло особый интерес. Король ужесточил свои требования и атаки на наши границы, твою мать это подавляло. Я не позволил бы ей пожертвовать собой ради спасения моего народа. Она поступила бы так, чтобы спасти хоть одну жизнь. К тому же я не мог позволить ей оставить наших детей без матери или позволить, чтобы с ней жестоко обращались. — Я кивнула, переваривая его слова. Ну, это объясняло мою собственную лояльность, которую некоторые считали недостатком.

— Затем пришло известие, что Орда отсылает дочерей обратно к их родителям по кусочкам или с изломанными душами и телами. Король Орды отсылал сообщения, как напоминания, что он единственный правитель этого мира, а остальные Короли его марионетки. Когда твой старший брат присоединился к моей армии и встал рядом со мной, я не мог гордиться больше, но в хаосе схватки, мы потеряли друг друга, и он оказался утерянным для нас. — Я покачала головой.

Звучит не многообещающе.

— Его схватили и бросили в тюрьму Орды. Ежедневно пытали, но не убивали, так чтобы Алазандер продолжал наказывать его и нас. К тому времени у нас родились другие мальчики, но Лиам наш первенец. В конце концов, Орда начала присылать части тела нашего сына, также как поступали с другими правителями. На протяжении более пятидесяти лет нам присылали один окровавленный кусок за другим. Когда ты родилась я находился на поле боя. Хотя должен быть рядом с женой, но ты так скоро появилась по своему собственному расписанию. — Я прищурилась, но продолжила слушать. Теперь он добрался до нужного материала. — Я вернулся домой и мне вручили маленький, прекрасный комочек, с голубыми глазами жены и волосами цвета песков пустыни фейри. Это новое маленькое существо, моя кровь и моя плоть связалась со мной, и смотрела в глаза с таким доверием. Я держал тебя в Парадном Зале, когда пришло письмо, навечно изменившее наш мир, — его взгляд стал отстраненным, а выражение лица напряженным. Будто воспоминания причиняли боль. — Король Орды хотел заключить сделку. Пожелал мою новорожденную дочь в качестве своей наложницы в обмен на сына. Естественно, мы тут же сказали нет. На следующий день посланник Орды доставил нам пару рук. Он объяснил, что если мы заключим сделку, Король Орды не причинит вреда нашей дочери и пытки нашего сына прекратятся в тот момент, когда мы подпишем договор.

— Меня за Лиама, — сказала я, задумавшись, что бы я сделала, если бы моего ребенка резали на куски.

— Да, — произнес Ласар, покачивая головой с рыжеватыми волосами. — Ты должна понимать, Лиам был сломлен. По кровной связи отца и сына, я знал, что он жив и страдает. Отдать тебя взамен Лиама и конец войне, такое соглашение требовала Орда. У меня была целая каста, нуждающаяся в защите и сын, переживший многие годы пыток. Решение было принять не легко и, тем не менее, нужно было его принять.

— Но фейри играют словами и, по каким-то причинам, тебя волновало, что могут появиться оговорки. Те, которые позволят причинить мне вред.

Король улыбнулся, в его красивых глазах появилось выражение гордости.

— Ты очень умна, дитя. Не многие догадались бы.

— Я заставила себя многое изучить о фейри, когда моих род… хм, опекунов убили. Я пыталась выяснить все, что помогло бы мне отомстить, — ответила я, наблюдая за ним, но никакого намека на вину не омрачило выражение лица Короля, лишь одобрение.

— Итак, в конце концов, мы согласились с его требованиями. Он дал пять лет прежде, чем мы отдадим тебя ему. Думаю, чтобы показать свое великодушие. После подписания соглашения, как и обещал, король Орды отдал нам Лиама и прекратил боевые действия до такой степени, что многие подумали о завершении войны. Для нашего народа настало мирное время и начались празднования, купленные за счет нашей семьи, люди радовались, сыновья перестали умирать на бесполезной войне. В том году мы взяли тебя на Праздник Урожая и там ты была самым красивым ребенком. К тому времени тебе исполнилось четыре месяца. Твои маленькие пухлые щечки обрамляли прекрасные локоны. Тёмный Король желал заключить договор о помолвке и это был бы замечательный союз, за исключением того, что ты уже принадлежала Орде. Я не мог объяснить это Киру и вынужден был напрямую отказать.

— В тот день я приняла Кедирна как своего фамильяра.

— Тогда я этого не знал, но ты была такой маленькой, такой невинной, было невозможно это знать, пока ты не подросла бы. По возвращении домой, мы поняли, что не сможем отдать тебя. Только не мужчине, который насиловал и убивал женщин. Твоя мать отдалилась, и я знал, что лишь вопрос времени, когда она сдастся и отдаст себя Алазандру. Мы только что вернули Лиама и перенесенные им страданья наложили отпечаток на его сознание. Мы не могли позволить такому случиться с тобой. Поэтому объединили усилия, чтобы спрятать тебя. Я отправился в мир людей и встретился с колдуном, задолжавшим моему брату. Я объяснил, что произойдет если наша война постучит в их дверь, — он покачал головой. — Я наговорил такие страшные небылицы о том, что произойдет, не оставляя им выбора, кроме как принять тебя и спрятать; не только от Короля Орды, но также и от Гильдии. Он был хорошим человеком и у них с женой не было детей, так что этот долг стал для них благословением или так они мне сказали. У него было влияние в Гильдии, поэтому мы знали, что с ними ты будешь в безопасности. Мы нанесли тебе знак трилистника, чтобы выдать тебя за человека. Знак должен был оставить тебе достаточно магии, чтобы выдать за ребенка колдуна, но помешать пройти Переход. Единственное, что могло разрушить заклинание — твое возвращение в Царство фейри, но мы убедились, что ты никогда не окажешься внутри Царства или тебя разоблачат фейри. Предполагаю, что-то случилось, что изменило это.

Я улыбнулась и кивнула на эти слова. Да, случился Райдер. Он вихрем ворвался в мою жизнь и привел в движение механизм, который не должен был заработать.

— Я нанес чары на стены их дома для защиты от Неблагих, а также ото всех, кто захочет тебе навредить, чтобы помочь защитить тебя, сделав так, я разорвал нашу связь, мы думали, что никогда больше не увидим тебя.

Я почувствовала почти облегчение, узнав хотя бы половину истории.

Я не какая-то незаконнорожденная, появившаяся на свет после одной ночи траха. От меня не отказались, я на самом деле была желанным ребенком. С точки зрения родителей, я видела их борьбу в выборе. С точки зрения ребенка, я ощущала себя принесенной в жертву.

— Я видела, как Фэлан убил моих опекунов. Все произошло именно так как рассказал мужчина по имени Кайлен. После этого, я посветила себя мести. Мои опекуны пожертвовали жизнями ради моей защиты.

— Фэлан не делал того, о чем говорит Кайлен. Его послали забрать тебя и отдать Орде, чтобы закончить войну, которая разразилась вскоре после того, как мы отправили тебя в мир людей. Спустя несколько месяцев твоего пребывания там, мы сообщили Королю Орды о твоей смерти; в сущности, так оно и было, когда мы разорвали с тобой связь. В каком-то смысле ты и вправду была для нас мертва после этого. Мы нашли ребенка, который скончался незадолго до Праздника Урожая и похоронили его маленькое тело в могиле с твоим именем. Было глупо думать, что это сработает против Орды, но мы были в отчаянии. Каким-то образом Король Орды узнал, что ты не умерла и потребовал от нас найти тебя и привести к нему или вновь отдать Лиама, чего мы сделать не могли. Вновь началась война и теперь есть лишь один способ остановить ее. Я не могу позволить войне вновь перерасти в полномасштабную битву. Мне жаль, дочь моя.

Я сглотнула и приготовилась сказать, что понимаю его дилемму, но прежде чем смогла ответить, кто-то просеился позади меня, вокруг моей шеи обернулось серебро, лишая возможности двигаться.

— Прости, сестренка, — прошептал грубый голос. — Но я не могу вернуться к нему.

— Что это за хрень? — потребовала я, подскакивая с кресла-качалки и оборачиваясь. Я увидела мужчину со светлыми волосами, его прекрасное лицо портили шрамы. Пронзительный взгляд фиолетово-голубых глаз встретился с моим.

— Прости, малышка, но ты должна отправиться к нему. Эта штука предотвратит твой побег. Эта война — гиблое дело и без тебя мы ее проиграем. Самый Темный фейри преследует мои сны, и я не хочу возвращаться к нему. Он вызвал болезнь нашей земли. И пообещал, что остановит все это, если получит то, что просил. Тебя, — мягко произнес только что появившийся. Я поняла, что смотрю на Лиама; того самого, которого хотели выменять на меня.

Глава 41[58]

Меня заперли в маленькой детской. Прошло пару минут с тех пор, как все ушли и меня раздражала собственная глупость! Пожалела Кровавого Короля и жертвы, которые он принес ради спасения сына.

Идиотка! Я ощутила, выступившие на глазах, обжигающие слёзы, но со злостью стерла их. Слёзы бесполезны, нужно выяснить, как выбраться отсюда. Все еще смотря на дверь, я ощутила чье-то присутствие позади себя. Обернувшись, я наткнулась на Королеву Кровавых фейри.

— Ты выглядишь именно так, как я себе представляла, дочка, — произнесла она, подходя ближе. Ее взгляд изучал моё лицо, когда я с опаской попятилась. Другая женщина, выглядевшая почти так же, как Королева, просеялась в комнату позади моей матери. — Ты должна ненавидеть нас за то, что мы сделали, — тихо сказала моя мама, пробуя осторожно приблизиться ко мне.

— Нет, я могла бы понять. За исключением той части, где «тебя по-прежнему нужно отдать Орде», которая бесит меня, — отрезала я, делая маленький шажок назад.

— Закрой свой рот! Ты не представляешь, через что нам пришлось пройти. Тебе следует с уважением разговаривать с моей матерью! Здесь она Королева, — огрызнулась двойник моей матери с гневным блеском в глазах.

— Да, конечно, я не представляю. Как бы ты себя чувствовала, если бы была подарком для монстра? Наверняка, была бы более почтительней, — ответила я, не отводя взгляда от женщины.

— Хватит, — сказала Королева, качая головой. — Меня зовут Мадисон; это твоя сестра Кьера, — она легким движением руки указала на девушку позади себя. — Твои законные братья внизу, ждут с тобой встречи. Мне сказали, что ты выходила замуж за Тёмного Наследника. Церемонию завершили?

— Нет, я не вышла за Адама, — ответила я, замечая вспышку боли в ее глазах, которых не коснулись годы. Королева, как и я, пыталась сдержать эмоции. И в этот момент, я не была уверена, что чувствую или, о чем думаю; вся ситуация подавляла. Мадисон мягко кивнула.

— Хорошо. Мы хотели бы помочь тебе переодеться, если ты позволишь, Сорха…

— Синтия, — перебила я. Сорха, конечно, крутое имя, но мое мне нравилось больше. Королева кивнула и вспышка гордости отразилась в ее глазах.

— Я надеялась, что люди дадут тебе это имя Синтия. Мы с Ласаром говорили об этом, но я так и не узнала, как они тебя назвали. — Королева кивнула с блеклой улыбкой, она выглядела такой грустной и полной сожалений. — Они были добры к тебе? — задумчиво поинтересовалась она.

— Очень добры. Не проходит и дня, чтобы я не скучала по ним. — Я пыталась сдержать слезы. Нет, чтобы ни случилось, они хотели лучшего для меня. Мадисон кивнула, и было похоже, что она сдерживает слезы облегчения, которое принесли ей эти слова.

Моя мать резко откашлялась и продолжила.

— Просто, чтобы ты знала, мы отправили людей, подготовить то, что должно произойти — мы больше не можем откладывать это без риска наслать гнев на наши действия. Завтра устроим праздник в честь твоего возвращения. Король Орды приглашен, как и остальные касты, которые засвидетельствуют обмен подарка за мир.

Я грубо рассмеялась от ее хладнокровных слов.

— Так я и правда «Подарок»!

— Прости? — она выглядела сконфуженной.

— Когда Фэлан пришел за мной, он требовал подарок. На протяжении пятнадцати лет я гадала, о чем он говорил.

— На протяжении многих лет тебя так называли в семье; больно думать о тебе так, — по ее лицу текли слезы, и моя сестра бросилась обнимать мать. Я почувствовала себя очень неловко, и неуверенно протянула руку к Королеве, а следующее, что знала, меня обнимала, плачущая от разбитого сердца, мама.

После нескольких мгновений крепких объятий, она прошептала мне на ухо.

— Я читала Кровавую Клятву тысячи раз, Синтия. Боюсь, нет варианта избежать этого. Тебя придется подарить Королю Орды, но это не значит, что ты должна остаться с ним.

Я почувствовала как дрожат мои руки. Мама пытается сказать, что есть выход?

— Говори прямо. Не люблю словесные игры.

— Убей его и тогда ты сможешь вернуться к нам или… вернуться домой, в мир людей. Если ты сможешь сбежать после этого, тебе придется решить, чего же ты хочешь. У него множество сыновей, поскольку в Орде не часто рождаются девочки. Вот почему Алазандр хотел Светлую фейри в генеалогии. Само собой разумеется, что его сыновья позволят тебе жить, даже если ты убьешь Короля. Они нуждаются в нас, Светлые единственные, кто может гарантированно родить девочку. Твой отец и братья не должны знать о заговоре. Поступить так, значит пойти против всего, что отстаивают Кровавые фейри. Мы с твоей сестрой долго и усиленно обдумывали, как исправить то, что написано в договоре. Это единственное решение, которое мы нашли.

Я посмотрела на свою сестру, которая мрачно кивнула, затем вновь на мать.

Качая головой, я отступила назад.

— Ты хочешь, чтобы я убила Короля Орды? Вы хоть представляете, как безумно это звучит? Он — самый большой ужас во всем мире, как и в моем собственном мирке. Он — единственный, кто может убить фейри, на самом деле заставить умереть. Я была наемником Гильдии, убивала ради денег, но даже я не пойду этим сумасшедшим путем!

— Если ты проиграешь, то погибнешь. Ты в любом случае погибнешь, если Король оставит тебя себе, дитя, — ее голос был настойчивым и наполнен рыданием.

Королева упорно пыталась скрыть свои эмоции, но, как и мне, ей это не удалось.

— Я не смогу жить, зная, что ты принадлежишь ему, ведь я должна быть на твоем месте. Как мне выбрать между двух детей? Я умерла в тот день, когда позволила твоему отцу забрать тебя. Он приказал охранникам запереть меня в комнате и не выпускать, потому что знал, что пойду за тобой, и я пыталась. И никогда не переставала, постоянно оглядывалась, ища тебя в толпе, и надеялась, что ты вернёшься к нам. Не знать все ли с тобой хорошо или достаточно ли сильно любит тебя семья хуже, чем знать, что происходило с твоим братом в руках этого монстра. Я сменила один ад на другой.

— Ты пыталась остановить сделку. Зачем? — спросила я сквозь ком в горле.

— Потому что ты была моя, и я слишком тебя любила, чтобы просто отпустить, Ласар знал это. Мы вместе приняли это решение, но, когда пришло время прятать тебя, я ощутила, как сердце вырывают из груди. Лиам знал, что я его люблю, но ты, — Королева замолчала и прочистила горло. — Ты даже не знала, что мы тебя любим. Ты была ребенком, таким милым и невинным. Я не имела представления куда Ласар забрал тебя или хорошим ли людям отдал. Он подумал, что лучше не говорить мне в какую семью тебя отдали или в какой ты стране человеческого мира.

— Они умерли защищая меня от твоего сына. Отдали свои жизни, чтобы обеспечить мою безопасность. Они любили меня. И лелеяли до самой своей смерти, — сказала я, пытаясь заставить ее лучше себя чувствовать, не уверенная почему ощущала такую необходимость.

Она улыбнулась сквозь слезы и кивнула.

— Ты стремишься утешить меня, зная, что я должна отдать тебя этому монстру. У тебя действительно была замечательная мама, — ответила Королева, нежно сжимая мою руку.

— Так и было, пока Фэлан не изнасиловал ее и не сделал овощем, чтобы она выполняла его приказы. Она застрелила бы меня, не будь у меня магии с раннего детства. Он хотел убить меня и убил бы, если бы нашёл. Он попытался вновь прежде, чем я предстала в роли Светлой Наследницы и преуспел бы, не защити меня Тёмные фейри. Исходя из увиденного и услышанного мной, он не большой фанат тебя или твоего мужа.

Она в замешательстве покачала головой, пытаясь отрицать мои слова.

— Фэлан пытался забрать тебя, когда вновь началась война. Король Орды продолжал требовать и не поверил в твою смерть. Конечно, мы сопротивлялись, чтобы выиграть время, но в конце концов, твой отец вынужден был послать Фэлана, — поясняла Мадисон.

— Что ж, Фэлан паршиво выполняет приказы. Он назвал Короля слабым идиотом и сказал, что хочет покончить со всем. Фэлан желает войны и даже сейчас работает с магами, уничтожающими этот мир. Вы направили к моей двери хладнокровного убийцу, желающего моей смерти.

— Мой сын не стал бы этого делать, — возразила Королева, но я заметила в ее глазах проблеск сомнения.

— Когда он в последний раз был дома? Скорее всего давно и, готова спорить, сообщил о результатах, а точнее об отсутствии таковых в моих поисках, без намека на то, что сделал с моими родителями. Даже будучи ребенком, я могла сказать, что Фэлан — злой психопат. Не знаю в чем его проблема, но он определенно пытается уничтожить Кровавого Короля и Орду. Я прошла Переход и не могу лгать, не то, чтобы я хотела делать что-то подобное, потому как лгать довольно паршиво.

Она стала мертвенно-бледной, стискивая перед собой руки. Мне было ненавистно рассказывать все произошедшее, потому что, по какой-то причине, мне жаль эту красивую женщину и не хотелось причинять ей боль.

— Мне жаль. Я рассказываю все это не для того, чтобы расстроить тебя. Ты должна знать, на что готов Фэлан. Я не единственная захочу его голову на блюдечке, если остальные фейри узнают, что он помогает магам травить землю. Я уже знаю нескольких таких фейри, которые видели его на видео, в связи с попыткой массового убийства фейри в человеческом мире.

— Если все, что ты говоришь правда, тогда Фэлан потерян для нас. Фейри потребуют принести его в жертву Богине Дану. Он отплатит кровью за преступления против ее детей. Только Богиня может судить своих детей.

Моя сестра печально кивнула и вновь придвинулась, чтобы обнять нашу маму.

* * *

Некоторое время спустя, я переоделась в более удобную одежду, чему была несказанно рада, так как в том платье практически невозможно было двигаться. Порванное, окровавленное свадебное платье я сменила на более удобное, пошитое из мягкого зеленого шелка. По крайней мере, ткань свободно колыхалась и струилась, прикрывая мое тело до самых лодыжек.

Моя мама — и мне было странно ее так называть — сделала мне прическу. Все время, пока они с моей сестрой радостно общались со мной, мама улыбалась, будто Король Орды не появится здесь завтра и всё в их мире в полном порядке.

Откровенно говоря, я чувствовала себя прыгнувшей из огня да в полымя. Мне стало интересно, каково это было бы расти среди них. Они говорили обо всем, включая и знатного мужчину, в которого втюрилась моя сестра. Я молчала и просто слушала. Они были близки, и от этого я мучительно сильно заскучала по Лариссе.

Мы медленно спускались по длинной винтовой лестнице, и мне казалось, что они хотели относится ко мне, как к члену семьи, а не желательному гостю. Мама и сестра, кажется, не захотели просеяться из-за того, что я этого не могла сделать. Не то, чтобы у меня хорошо получалось каждый раз, но сейчас я не могла приземлиться у ног Райдера, вместо Короля Орды. Когда мы спустились, вся комната погрузилась в тишину.

Я чувствовала себя уверенно, когда мой равнодушный взгляд упал на Кровавого Короля. О, я была зла, что и говорить, но могла изображать послушную овечку при необходимости. Мы направлялись к нему и нескольким белокурым мужчинам, стоящим рядом с Королем, защищавших его от любой невидимой угрозы; так же поступали и люди Райдера.

— Супруга, — произнес Ласар, с любовью сияющей в его глазах цвета ультрамарин с вкраплениями фиолетового. Между этими двумя настоящая любовь. Плевать, что Кир говорил о фейри, для которых любовь — трудное понятие, эти двое влюблены по уши. От этого мои мысли вернулись к Райдеру. Искал ли он меня? Если кто и мог меня спасти от Короля Орды, так это Райдер.

— Где Фэлан? — напрямую спросила Мадисон.

— Посланник не смог найти его, чтобы доставить весть. Хотя все остальные дети дома и новость распространилась по всем нашим землям. Лиам позвонил в колокол для празднования.

— Как и должно было быть. Брентон, Лиам, Эдарин и Кэмерон — твоя сестра, Синтия, — сказала Мадисон, отступая в сторону, чтобы они меня увидели. Никто ничего не говорил. Мы просто стояли, оценивая друг друга. Молчание было неловким и неуютным и становилось только хуже, так как мы продолжали молчать.

— Не понимаю, зачем нам надо это делать, — наконец произнес Эдарин.

— Эдарин! Она жертвует собой ради нас. Ради нашего народа, — возразила Мадисон, но никто не согласился.

— Не охотно, — наконец выдавила я. — Будь у меня выбор, я бы с радостью просеялась отсюда и не оглянулась бы. Я никому здесь ничего не должна, — этими словами я удивила саму себя, но ухмылки окружающих мужчин сказали, что они одобрили это заявление.

— Впрочем, она может оказаться не родной нам, — сказал тот, кого зовут Эдарин. Он был на несколько сантиметров выше остальных и немного более широкоплеч.

— Посмотри в эти глаза. У тебя еще есть сомнения? Они такие как у нашей матери, — сказал Кэмерон, подходя ближе. Я мгновенно отошла назад, пока он продолжал приближаться. — Я не сделаю тебе больно, — произнес он.

— Я сделаю тебе больно. Я никому не доверяю, особенно фейри, — осторожно ответила я, позволяя ему увидеть недоверие в моем взгляде. Может они и моя семья, но с ними нужно держать ухо востро.

— Ты фейри. Ты ведь в курсе этого? — спросил он, прищурившись, будто посчитал меня слабоумной.

— Ну, да. Но меня воспитали люди. И я уже познакомилась с Фэланом, и он первый в моем списке на убийство.

Он выпучил глаза.

— Чему тебя научили люди?

— Научили убивать и у меня чертовски хорошо это получается. Фэлан умрет от моей руки. Он убил людей, защищавших меня, — сказала я, делая еще шаг назад, когда фейри подошёл ближе. Он пытался загнать меня в угол; глупый ход.

— Я бы этого не делала, — произнесла я, когда он дальше подталкивал меня, испытывая, насколько далеко может зайти.

— Давай посмотрим, что ты можешь, — прошептал он, но не голосом. Фраза прозвучала в моей голове. Я осветила свои тату и ожидала увидеть отвращение на лице парня, как у Светлого Короля, но вместо этого, он улыбнулся шире.

— Отвлекающее свечение; мне это нравится, — сказал Кэмерон с ухмылкой.

— У тебя мои знаки, — произнес отец, опустив взгляд на мои плечи. — Хотя кто-то пытался их изменить. Зачем?

— Я училась в Гильдии, когда получила их. Они увеличивают Темные Силы или магию, связанную с ними. У Темного Наследника такие же.

— Как ты сделала из юного Темного Наследника фамильяра? Невозможно притянуть к себе наследника, если ты не равна ему по силе; не говоря уже о создании фамильяра, если ты не истинный наследник.

— И все-таки мне удалось и то и другое. К тому же я могла одеваться одной силой мысли с самого раннего детства. — Король и глазам не моргнул, но все же внутри он все подытоживал. Я его наследница. Та, которую нужно передать Королю Орды.

— Этого не может быть. Фэлан мой наследник; у него соответствующие знаки, — спокойно произнес Король, но я слышала неуверенность в его тоне. — Ему просто трудно пользоваться магией.

— Или он ни на что не годен. Он говорил мне, что вытянет из меня силы и возьмет то, что принадлежит ему. В то время я не представляла, о чем это он. Теперь стало ясно, что он любой ценой хочет стать признанным наследником. Мне рано нанесли знаки. И если он работает с магами, эта информация легко доступна.

— Она права и Фэлан в последнее время был чертовски обеспокоен поисками, — согласился Лиам.

Я внимательно разглядывала его. Он выглядел оскорблённым, и это видно. Трудно ненавидеть кого-то, когда их раны открыты взгляду. Лиам — воин, и тем не менее, уязвим. Я все еще пыталась представить Короля Орды монстром, которого эти фейри мне описали.

Я видела, как Дрезден был впечатлен Королем, но опять же, по словам моего отца, Король Орды назначил Дрездена на трон. Меня беспокоило, что Кир и Райдер в союзе с Ордой. В этот момент у меня мало уверенности и веры, я задумалась, каковы мои шансы на убийство Короля Орды или, как долго я проживу после неудачной попытки. Подвергнут ли меня такому же злу, как Лиама? Возможно. Я хороша в убийствах, но не думаю, что нахожусь на одном уровне с таким говнюком, как Король Орды. Лиам уловил беспокойство в моих глазах и придвинулся ближе, вытягивая перед собой руки, будто говоря, что не навредит мне.

— Пожалуйста, не презирай меня, — мягко проговорил он, с мольбой в глазах, отчего шрам на его лице казался больше.

Обычно у фейри после Перехода не может быть шрамов, поэтому то, что делали с ним должно быть за рамками ужасного.

— Тебя за меня. Это хреновый обмен, сестренка. Если бы он не обещал ко всему прочему закончить войну, все пошло бы в другом русле.

— Как он выглядит? — полюбопытствовала я.

— Он чуть более семи футов роста, с черными крыльями, из-за которых он кажется выше. Он — чистейшее зло, худшее существо, которое ты только можешь вообразить. У него длинные темные волосы и черные глаза, древние глубины которых наполнены чистейшим злом. Сила сочится из его пор, пока ты не ощутишь ее внутри себя. При желании, его зубы могут становится острыми, как бритва. Слуа[59] — его воины и он достаточно злой, чтобы управлять ими. Король Орды — сильнейший из Неблагих, сестренка, и он не знает пощады, даже когда его умоляют, — с горечью ответил Лиам.

— Ладно, почему тогда тебе просто не сказать, что он — само воплощение зла? — спросила я, подавляя нервозность. Они хотят, чтобы я его убила?! Серьезно? Я лучше прилеплю на свой зад наклейку: ходячая мертвая девка.

— У тебя должно быть есть к нам вопросы, а мы хотели бы кое-что узнать у тебя, — произнесла Мадисон и указала на зону отдыха, которой не было секунду назад.

Здесь, фейри пользовались магией чаще, чем Райдер использовал ее со мной. Я села в кресло, стоящее в стороне ото всех. Остальные, когда расселись, выжидающе уставились на меня.

— У меня нет вопросов, — быстро обошла я тему. — Я здесь не для ответов, меня вынудили. Я понимаю ваш поступок или, в любом случает, какую-то его часть. Если у вас есть вопросы, спрашивайте.

— Твоя мать, ты говорила, она была добра к тебе? — спросила Мадисон не теряя времени.

— Из того, что я помню, у нее было все, что присуще матерям.

— Как вышло, что тату на твоей шее стала неактивна? — следующим спросил Кровавый Король.

— Райдер взял меня на Дикую охоту в Царство фейри — он один из Тёмных Принцев, — сказала я, не уверенная верно ли поступила.

С тех пор ничего не было для меня прежним, так что я не была полностью уверена во что верить. От моего ответа некоторые прикрыли рты руками. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, воспоминания о той ночи разжигали во мне огонь.

— Я слышал о Райдере. Его признали Тёмным Наследником? — спросил Эдарин.

Я встретилась с его проницательным взглядом и кивнула.

— Да, думаю, это именно то влияние, которое они ему предоставили, пока не нашёлся Кедирн — истинный Наследник.

— Тебе сделали больно? Я слышал никто не выходил из охоты невредимым, — спросил Эдарин.

— Я не пострадала. Райдер поставил мне метку, — честно ответила я.

— Так, он взял тебя в свою постель и ты позволила? — спросил Король, прищурившись.

— Да, — ответила я, не думая, что у него есть право беспокоиться.

— Ты на самом деле спала с одним из Темных Принцев? — прорычал он, напоминая мне Райдера.

— В то время, я была простой ведьмой, работающей на Гильдию. Я понятия не имела кем являюсь, когда позволила этому случиться, а после этого — после возвращения в мир людей — я начала меняться. Адам, эээ, Кедирн, Темный Наследник, изменился быстрее, поскольку тату, которые вы нанесли мне, изменили и его. Они так хорошо работали, что предотвращали и его Переход, а после возвращения из Царства фейри, мы оба начали меняться.

— У тебя была хорошая жизнь? — спросил Лиам.

— Предпочитаю думать, что да.

Они сидели, слушая мою историю. У женщин текли слезы, мужчины слушали молча.

Когда я закончила, оглядела лица своих родных, некоторые продолжали плакать, мужчины с гордостью смотрели на меня, осознавая то, что я сделала, пока думала, что являюсь ведьмой.

— Я ничего не хочу менять в своей жизни. У меня потрясающие друзья и хотя моя жизнь была какой угодно но не простой, я стала той кем являюсь.

— Ты не злишься на нас? — спросил Ласар, с осторожным выражением на нестареющем лице.

— Нет, не злюсь. Теперь я понимаю, почему вы это сделали. В то же время, вам не только передо мной нужно извиняться. Ваши действия не только мне принесли боль. В раннем возрасте я утвердила Тёмного Принца, как своего фамильяра, а когда Фэлан убил моих родителей, я утянула его из их мира своей болью. Это нечестно по отношению к нему и его семье, — высказала я, делая вдох.

— Ты дочь своей матери. Ты беспокоишься об окружавших людях, — сказал Ласар, посмотрев на свою жену и задержав на ней взгляд.

Мы проговорили всю ночь и хотя было хорошо, чтобы остановиться, я скучала по Райдеру и Адаму. Когда я начала бороться со сном, мама улыбнулась.

— Пойдем, дитя, завтра большое событие для всего королевства и я уверена, ты можешь немного поспать.

— Если ты планируешь уложить меня в детской, думаю тебе понадобится кровать побольше, — ответила я.

— Конечно же, нет. Более двадцати лет назад я отдала красивого ребенка. Но вернулась красивая женщина, слишком взрослая, чтобы поместиться в крошечную кроватку, которую сделал твой отец.

У моей мамы не было клыков, но я заметила, что у всех её детей, как и у моего отца, есть. А я так надеялась, что они пропадут. Мне показали красивую комнату, даже при том, что она белая. Белый шелк на кровати и окнах. Я выглянула в окно и улыбнулась, увидев за ним отвесную скалу. Они не планировали отпускать меня, пока не поднесут Королю Орды.

— Тебе нужно немного поспать, дочка. Завтра мы конкретнее обсудим наши планы, — сказала Королева, нерешительно переминаясь.

Я улыбнулась ей. Эта женщина прошла через ад и, хотя у нее был выбор, я не могла ее осуждать. Вероятно, я сделала бы такой же глупый выбор, если бы это помогло тем, кого я люблю.

Не уверена, что намеревалась сделать, я подошла ближе, и, в конце концов, обняла свою маму. Затем услышала, как она начала плакать, у меня на плече. Мне было неловко, но я знала, что она нуждалась в утешении, я прочитала это в её глазах.

Мы все еще стояли в обнимку, когда в дверях появился мой отец и замер, как вкопанный. Он сглотнул и печально улыбнулся.

— Мадисон, — прошептал он, но я покачала головой.

— С ней все хорошо, — ответила я, крепче обнимая маму. По какой-то причине, я не желала, чтобы она прекратила меня обнимать. Я проглотила собственные слезы, когда мои братья и сестра просеялись в комнату, будто ощутив, что их мать плачет. Я задумалась, каково это иметь стольких людей, которые заботятся о тебе.

У сестры по лицу текли слезы, а братьям похоже было некомфортно, как и любому мужчине, видевшему плачущую женщину. Когда Мадисон отстранилась, она улыбалась.

— Спасибо. Я думала, что никогда вновь не прижму тебя к себе. — Я ничего не ответила. Не могла. Слезы душили любые слова, приходившие на ум, а горло сдавили эмоции. Мама улыбнулась и положила свою руку мне на щеку. — Если тебе надо поплакать, дочка, я буду тебя обнимать.

— Слезами делу не поможешь. В конце концов, их можно использовать только против себя. Нужно помнить об этом завтра, если он увидит брешь в нашей броне, то использует это против.

— Уверены, что у нее нет яиц? — спросил Лиам, подходя ближе ко мне.

— Лиам! — вскрикнула моя мама.

— О, у меня большие яйца. И чтобы доказать насколько большими они были, я избивала каждого парня в классе, — ухмыляясь ответила я.

— Нам надо поспать и подготовиться, к появлению Короля Орды, — произнес отец, в глазах которого сверкала гордость.

Глава 42[60]

Я спала. И поняла это по ощущению невесомости, и тому что события прошедшего дня больше не казались подавляющими, какими были в действительности. На мне была надета шелковая ночная рубашка пастельно-розового цвета, слишком короткая, открывая слишком многое, чтобы считаться приемлемой. Я закрыла глаза и вдохнула пьянящий аромат Райдера. Из моего горла вырвался звук, наполненный наполовину желанием, наполовину голодом, прежде, чем я перевернулась на кровати и посмотрела на дверь.

Он стоял там, одетый в плащ цвета непроглядной ночи. Потом скинул капюшон скрывающий его лицо.

— Наконец-то, Питомец. Я уже начал думать, что ты никогда не заснешь.

— Я знала, что ты придешь за мной, — произнесла я, соскальзывая с кровати и вставая. Уже готовая сделать шаг, но ощущение невесомости вернулось. — Тебя здесь нет. Это сон, — прошептала я. Улыбка исчезла, когда я посмотрела на Райдера.

— Скажи где ты и насколько серьезно ранена? — спросил он, подходя ближе.

— Я со своими родителями и была не сильно ранена. Меня легко исцелили.

— Шутница, — парировал Райдер. — Скажи, где тебя держат, Синтия.

— Я с Кровавым Королем и Королевой, — ответила я и улыбнулась, когда его глаза, в шоке, округлились от моих слов.

— Почему ты с Кровавым Королем? — осторожно спросил он, положил руки мне на плечи и притянул к себе.

— Потому что он — мой отец, — прошептала я, прижалась к нему и обняла за шею.

— Синтия, это серьезно, — хрипло прорычал фейри, прижимая свой рот к чувствительной плоти за моим ухом и нежно втягивая аромат. От этого жар запульсировал в одной конкретной точке между моими бедрами.

— Мне нужно знать, почему ты считаешь, что они твои родители, когда не верила, что таковыми оказались Светлые фейри.

— Райдер, они знают о тату, которая подавляла мои силы, как и о чарах на стенах дома. Они сделали это, чтобы спрятать меня, так что ты прав, фейри не отказывались от меня. Они сделали это ради моей защиты, и когда я встретила своего отца что-то внутри меня встало на место. Словно все частички пазла встали на место. Я чувствую его внутри себя. Они рассказали, как взяли меня на «Праздник Урожая» и еще рассказали, что похоронили ребенка в могиле с моим именем. Они сделали это, из-за какого-то соглашения между Королем Орды и моим отцом, чтобы вернуть моего брата и остановить войну между Ордой и Кровавыми фейри. Теперь, когда я вернулась, они сказали, что должны преподнести меня Королю Орды или этой глупой войне не будет конца.

Райдер отстранился и изумленно покачал головой.

— Значит, ты на самом деле не Светлая Наследница. Дерьмо.

— Значит теперь мне не нужно выходить за Адама?

Он колебался, но когда я попыталась отстранится, так как боль хлестала от невысказанных слов, Райдер притянул меня к себе.

— Нет, тебе не нужно выходить замуж за Адама. Раз ты не Светлая Наследница, контракт не имеет смысла. Хотя привносит новые обстоятельства, и нам все еще нужно вытащить тебя из Кровавого Двора.

— Ну, есть еще часть, где завтра меня подарят Королю Орды, — пробубнила я, потому что даже просто от произнесения этого вслух, во рту появлялся отвратительный привкус.

— Они планируют преподнести тебя Орде? Уверена? — спросил он и выражение его лица, в отношении эмоций, стало замкнутым.

— Это их план и, конечно, я опять не могу просеяться из-за глупого ожерелья. — Я показала Райдеру украшение, которое Лиам магическим путем закрепил на моей шее.

— По крайней мере, теперь ты в безопасности, и я знаю, что они не навредят тебе, — нерешительно проговорил он, подталкивая меня назад, его жесткое тело прижималось ко мне, пока я не упёрлась в кровать ногами. Испуганно взвизгнув я упала навзничь на мягкий матрас, но Райдер тут же прижал меня своим телом, подавляя любые жалобы, готовые сорваться с моих губ.

Он не поцеловал меня. Вместо этого его губы растянулись в греховной улыбке, а пальцами поигрывал с прядью волос, упавшей на мое лицо.

— Они планируют завтра подарить меня Королю Орды в какой-то церемонии перед всем королевством, — тихо сказала я, и быстро увлажнила губы.

— Держу пари, они так и сделают. Это — шоу, гарантирует, что Орда не попытается отомстить во время перемирия. Ты еще что-нибудь знаешь об их планах? — продолжил Райдер.

— Нет, они собираются подарить меня и все. Райдер, что если он окажется таким, как о нем рассказывают? Мне нужно, чтобы ты рассказал все, что знаешь о Короле Орды. Слабые места, недостатки, все что угодно, что поможет мне — потому как, я думаю, единственный способ вытащить меня из этой ерунды — убить Короля Орды, — сказала я, зная, что если кому и могу рассказать свой план, так это Райдеру.

Его глаза стали большими и круглыми.

— Ты собираешься убить Короля Орды? Это, что, шутка? — спросил Райдер, вновь прищурив глаза, изучая выражение моего лица, ища все доказательства, говорившие ему, что я шучу.

— Нет, это единственный способ разорвать договор между ним и моими родителями. Все это время мы думали, что Король Орды пропал, а он был здесь. Родители сказали, что он регулярно предъявлял им требования, так что он где-то поблизости. Если я уберу его, буду свободной Райдер. Свободной, чтобы пойти с тем, с кем захочу и я могу помочь тебе отыскать настоящую Светлую Наследницу и добыть реликвии.

— Ты говоришь об убийстве Короля Орды, гребаного Короля Орды. Ты подумала о катастрофических последствиях не только для твоего здоровья, но и всей касты Кровавых фейри? Или твоя недавно найденная семья подговорила тебя на это? — Райдер обезумел и это демонстрировалось и отзывалось, подобно камертону, во всем его теле, прижатому к моему.

— Это единственный способ вытащить меня из этой передряги. Я иду к Королю Орды! Должна быть типа робкой женщиной. Он никак этого не ожидает, так что это идеальный вариант.

Райдер посмотрел на меня.

— Думаешь, ты долбаное первое создание, пытающееся убить его? Его невозможно убить, блядь, твои родители посылают тебя чертовски на самоубийственную миссию.

— Мой отец не просил меня об этом, и я не позволю ранить себя. Должен же быть способ убить его? — спорила я.

Райдер прав, эта миссия — самоубийство и, хотя это звучит невероятным, должен быть способ прикончить Короля Орды. Если нет, как прошлый Король Орды смог это сделать?

— Я иду за тобой, так что выкинь из головы любые мысли об убийстве Короля Орды, — он опустил голову и нежно поцеловал меня в лоб прежде, чем скользнул рукой по моему животу. — Обещай, что позволишь мне спасти тебя и потом мы вместе выясним, что делать с соглашением.

— Не могу такого обещать, — прошептала я, ища его взгляд.

— Проклятье, женщина, — прорычал он прежде, чем смять мои губы своими в поцелуе, плавящем кости. — Я приду за тобой. Не делай ничего глупого.

— Райдер, ты мне нужен, — жадно простонала я, но обнаружила, что Райдер отстраняется и встает.

— Будь послушной девочкой и я спасу тебя от большого, страшного Короля Орды. Приду за тобой, Питомец, так что помни о своем признании, что нуждаешься во мне. Ищи меня завтра и не позволяй этим людям уговорить себя совершить какую-нибудь глупость… например убить Короля Орды, которого ни хрена никто не смог убить.

— Ты собираешься снести стены и стать моим Прекрасным Принцем? — спросила я, выгибая тонкую бровь.

— Нет, Питомец, Я буду твоим Долбаным Прекрасным Принцем, — Райдер зло ухмыльнулся и исчез.

Я позволила единственному всхлипу вырваться из груди, но так было до того, как очередной всхлип не начал нарастать, и я по-настоящему зарыдала.

Она была красива с длинными светлыми локонами и зелено-голубыми глазами. Рыдание, не поддающееся контролю, сотрясало мое тело, когда она удивленно осматривалась, пока взгляд не наткнулся на меня.

— Синтия, — прошептала женщина и побежала ко мне, когда я распахнула объятья. Я знала, что сплю, потому что она мертва. Я собственноручно убила ее, отклонив пулю, которую она пустила в меня в тот ужасный день. Это был точно сон, потому что на женщине не было крови от ранения и никаких доказательств того ужаса, которые она перенесла от рук фейри.

— Мамочка, — прошептала я, боясь, что она исчезнет.

— Ох, детка, ты так выросла, — воскликнула она, сокращая расстояние между нами.

— Мама, — всхлипнула я и бросилась в ее объятья. Боже, она казалась такой реальной. — Мне так жаль! — рыдала я, наконец отпуская все это.

— Синтия, тебе было всего пять лет. Ты не смогла бы спасти нас от фейри. Ты сделала, как я сказала, и лишь этого я хотела от тебя тогда. Хочу, чтобы ты знала, мы никогда не винили тебя в том, что случилось. Даже в мыслях такого не было, детка. Ты дала нам то, чего мы не могли себе дать; красивую дочку, которая, хоть и была застенчива, по-своему любила нас. Ты подарила нам невинную детскую любовь и это самый величайший дар, который мы могли познать. Мы всегда знали, что когда-нибудь кто-то придет и попытается забрать тебя, но ты — единственное за что стоило умереть. Я не стала бы изменять свою жизнь. Я была мамой и я так горда, что могу называть тебя своей.

— Но я могла спасти вас обоих. Даже тогда я была сильна. Одно заклинание и мы все были бы в безопасности — мы могли бы все жить, — всхлипнула я, отстраняясь от нее.

— А если бы не смогла? В ту ночь мы сделали выбор, Синтия, который гарантировал тебе выживание. Мать никогда не рискует жизнью своего ребенка. Я знала, что они хотели, когда подошли к нашей двери. Ощущала их злость до того, как они постучали в нее и выбили. Знала, каким злым он был тогда. Никаким чертовым способом, я не позволила бы ему найти тебя.

— Завтра меня подарят Королю Орды, так что ты умерла зря, — я яростно стирала слезы.

— Знаю, но в итоге, ты не будешь несчастной, детка. Найдешь свою любовь, я тебе обещаю. Синтия Рейн, слушай меня внимательно. Послушай, что я тебе скажу. Когда-нибудь кто-то посмотрит на тебя с искрой в глазах, будто ты самая прекрасная женщина во всем мире. Взгляд, направленный на тебя будет говорить, что ты — воплощение того, что он когда-либо хотел, в своих мечтал. Дождись этого, дочь моя, ибо он будет привносить свет в твою жизнь и осветит твой путь в темноте.

Я улыбнулась сквозь слезы.

— Я хочу того же, что было у вас с папой, — тихо ответила я.

— Это ключ, к поиску того, что тебе нужно, Синтия, всегда об этом помни. Помни, что наша жертва не была напрасна, ибо ты жива. Теперь в тебе частица нас, и мы всегда будем живы. Здесь, — она прикоснулась к моей груди в области сердца. — Никогда не забывай нас. Помни, мы любили тебя больше жизни, но, когда встал выбор, сделали правильный. Мы ни о чем не жалеем, и ты не должна.

В этот раз я проснулась в слезах. Глупый сон. Это дерьмо не сработает со мной. Я встала и подошла к окну, попыталась открыть его, но оно не сдвинулось с места. Меня на хрен заперли внутри! Я сердито прошлась по комнате.

Воспроизвела в голове разговор с Райдером, а затем и с мамой. Менее чем через двенадцать часов меня преподнесут никому иному, как Королю Орды. Я обрадовалась обнаружив, что не расхаживаю голышом, на мне все еще длинная черная ночная рубашка, которую я создала перед тем, как лечь в постель, а не крошечная розовая ночнушка из сна. Я вернулась к окну и вновь посмотрела наружу.

Ищет ли меня Райдер? Или планирует убийство Короля Орды, чтобы претендовать на меня? Он преподнес меня Адаму на чертовом блюдечке. Но это было ради спасения его мира, но теперь я не Светлая Наследница, так что это больше не рассматривается… так ведь? Он не мог снести стены и спасти меня, чтобы потом отдать другому мужчине.

Я права?

Может быть?

Проклятье!

Я по-прежнему ходила по комнате, когда в ней просеялся Эдарин. Одетый во все черное. Я встала в стойку и бросила на него недоброжелательный взгляд, отчего фейри расхохотался.

— Расслабься. Я просто пришел проверить тебя. Моя комната по соседству, а ты громко топаешь.

— Неужели? — спросила я.

— Ну, ты не единственная, кто не смог уснуть, — ответил он.

Я скрестила руки на груди и гламуром создала на себе длинную черную юбку и подходящую к ней кофточку с длинным рукавом, так как озноб от сновидений уже просочился до самых костей. Я спустилась с Эдарином в большую комнату, где уже собрались все члены семьи и мило беседовали.

Мы просидели на протяжении многих часов, они расспрашивали меня о прежней жизни, о чем не успели поговорить прежде. В каком-то смысле понимание, что они наполовину нормальные, было утешением. Они спорили со мной, как братья с сестрой и даже наши родители элегантно вставляли комментарии тут и там. У них было то, почему я так тосковала после смерти опекунов.

Пришло время подготовки и во дворце развернулась бурная деятельность. Мастера нанесли кровью на стены защитные заклинания, и каждый мужчина во дворе вооружился. Они планировали атаку или может сопротивление кому-то. Все происходило слишком быстро.

Если Райдер не вытащит меня отсюда, я все еще верю, что в конечном итоге он найдет лекарство для Царства фейри и спасет наши миры.

Я избежала одной участи и угодила в гораздо худшую. Одна я не выберусь. На самом деле я ощущала расстройство и неловкость от мысли о женитьбе с Адамом, но сейчас перед встречей с Королем Орды, казалось почти безумным жаловаться об этом вообще.

Я не могу бросить все и уйти от семьи, чтобы найти здесь Райдера. Мне хотелось плакать и кричать от несправедливости. Но что это даст? МакКены гордые и, возможно, это будет моя погибель, но я пройду через все, чего бы это не стоило. Райдер спасет меня. Если обещал, значит вытащит отсюда. Впервые в жизни, я чувствовала себя, как принцесса, ждущая спасения от Прекрасного Принца.

Если Прекрасный Принц не появится, вероятно я попытаюсь убить Короля Орды или погибну, пытаясь… я склонялась к части «погибла, пытаясь».

Глава 43

Я надела элегантное светло-голубое платье с разрезом от бедра и крестообразным корсетом, с достаточно глубоким вырезом, открывавшим ложбинку между грудей. Моя мама плакала, в последний раз причесывая меня. Она продолжала расчесывать, пока волосы не стали выглядеть такими же мягкими, как шелк моего платья. На мои предплечья надели королевские серебряные браслеты, а на шею серебряное ожерелье с кроваво-красным рубином, заменившее то, что было надето ранее. Меня попросили сидеть неподвижно, пока художница маленькой кистью очертит мои тату малиновой краской.

— Она нанесет знаки, чтобы он понял кто ты и от какой крови родилась, — пояснила моя мама.

На подготовку ушло чуть более часа прежде, чем мне принесла открытые сандалии на плоской подошве, завязывающиеся вокруг икр. Время текло, и никто не произносил и слова. Все в комнате действовали так, будто предстояла траурная церемония, а не церемония подношения… не важно каким хреном бы это не называлось. Только когда к моей голове серебряным ободом закрепили прозрачную вуаль, я позволила себе судорожно вдохнуть и выдохнуть.

— Освободите комнату, пожалуйста. Я хотела бы поговорить с дочерью прежде, чем она отправится в Орду, — произнесла мама, уперев при этом взгляд в пол. Когда все ушли, она вытащила маленький серебряный кинжал. — Он благословлен Дану для защиты принцесс королевства. Говорят, это единственное оружие способное убить Орду… способное убить его, — прошептала Мадисон, будто Король Орды стоял за дверью.

— Какого хрена я, по-твоему, буду с ним делать? Отдам ему, чтобы поковыряться в зубах, после того, как Король обглодает мои кости? — спросила я, держа маленькое, тоненькое, хрупкое лезвие. Оно такое крошечное! Я видела зубочистки крупнее этой штуковины. Подняв взгляд я нашла маму нахмурившейся.

— Он маленький, Синтия, но заколдованный. Тебе лишь нужно проткнуть кинжалом сердце Короля.

— Мы даже не знаем есть ли у него сердце? — я улыбнулась ей, но это не помогло в серьезности ситуации.

Мама помогла мне поглубже спрятать кинжал в корсете платья.

— Я должна была пойти к нему, когда он меня потребовал. Если бы я так сделала, ты не оказалась бы в этой ситуации, — проговорила Мадисон, сердито стирая слезы, навернувшиеся на глаза.

— Я не слабый, неподготовленный воин. Если он решит сделать мне больно, я найду способ прикончить его, — сдержанно ответила я. — Мы не можем изменить прошлого… мама, — я колебалась так называть ее, но из-за бесконечно катившихся слез, стало проще это сделать. Она моя мама. Все время, когда меня с ней не было эта женщина беспокоилась обо мне и моем благополучии и никогда не отказывалась от меня. — Мы можем двигаться только вперед. Если я найду возможность вернуться к тебе, я так и сделаю.

Она колебалась, подходя ко мне, но я вновь распахнула ей объятья. Позволила ей обнять себя, потому что сейчас нуждалась в ней так же, как она во мне. Когда она отстранилась, положила свои руки мне на щеки прежде, чем накрыть мое лицо вуалью.

— Ты сильней чем я желала бы видеть своего ребенка. Ты прекрасна, Синтия. Большинство сбежало бы от нас. Ты ничего нам не должна и все же даешь то, что необходимо. Ты заслуживаешь большего и пережила слишком много для своих нежных лет. Хотела бы я дать тебе что-то еще, но знай, дочь моя — я никогда не прекращала любить тебя, даже когда мне сказали, что ты навсегда потеряна для нас. Глубоко в душе я знала, что ты найдешь дорогу домой, ко мне, когда придет время.

— Ну, технически, я тебя не находила. Если бы не Кайлен, Фэлан, вероятно, убил бы меня. Фэлан может и ваш сын, но принял другую сторону. Знаю, ты думаешь, что он не способен на это, но я встречалась с ним. Понимаю, тяжело думать, что твой ребенок может так поступать, но я могу его описать во всех подробностях. Он преследует меня в ночных кошмарах, с тех пор, как мне исполнилось пять.

— Я верю тебе, Синтия. Его приведут домой, чтобы наказать за преступления.

— Мама, — позвала Кьера, входя в комнату. — Пора. Король Орды со своей свитой вскоре прибудут.

Я нервно покусывала нижнюю губу. Где черти носят Райдера? Уже немного поздно сносить проклятые стены. Я обернулась и посмотрела на сестру, уставившуюся на пол. Она боялась смотреть на меня. Я видела это по ее позе.

— Кьера, была рада познакомиться с тобой.

Ну, это самая банальная фраза, которую я только могла произнести.

— Желаю тебе всего наилучшего и удачи в том, что ты собираешься сделать, сестра, — произнесла Кьера, наконец переводя на меня взгляд. В ее глазах полыхал гнев. Я улыбнулась. Прелестно, она ненавидит все это так же, как и я.

— Нет необходимости в удаче, просто нужно думать о нем, как о монстре, — ответила я с большей бравадой, чем ощущала.

Позади нас открылась дверь, явив Кровавого Короля.

Он улыбался, но улыбка не касалась глаз. Позади Короля стояли мои братья, все как один одетые в костюмы. Меня все еще волновало, почему людей так преображает смокинг.

— Дамы, нужно спуститься в зал, где он встретится с нами.

Отец и братья были настроены мужественно и решительно на то, что должно произойти. Я ощущала потаенное чувство гнева и возмущения от того, что они вынуждены сделать. Мы медленно шли по коридору. Никто не произнес ни слова и не издал ни единого звука. Даже дети, которые в страхе, из-за появления ужасного Короля Орды, цеплялись за руки своих матерей.

Я должна убить мифического Короля Орды, но проблема в том, что он будет готов к предательству здесь на земле Кровавых фейри. Нет ни единого гребаного шанса, что я прикончу его здесь, в присутствии всей его свиты и его людей. Убьют меня и всех, кто будет находится в зале, пришедших засвидетельствовать церемонию подношения.

Мы вместе завернули за угол, и я резко остановилась. В тронном зале находились сотни фейри, все прибыли сюда, чтобы увидеть неуловимого Короля. Также, как и на других мероприятиях, современная одежда фейри сочеталась с традиционными костюмами или с костюмами типа средневековых. Я повернулась и посмотрела на Кровавого Короля.

Он кивнул, и мы вместе прошли оставшуюся часть пути к дальнему концу зала, где находилось возвышение для трона. Но сегодня трон отца заменили на мягкий коврик, на который я встану на колени. Опущусь на колени перед чудовищем. Меня преподнесут к ногам Короля Орды, как какое-то гребаное животное. Я стояла на месте, моя семья встала по бокам от меня в знак солидарности.

Я была приятно удивлена выражениями гордости и гнева на их лицах и мне это понравилось. Эти люди поступают так, потому что вынуждены, им не оставили вариантов. Но это не означает, что они поступят смиренно. Я посмотрела на отца и поняла почему его считают вторым после Короля Орды, когда дело доходит до превращения в господствующего альфу.

В этот момент, мужик выглядел абсолютно бесстрашным. Может ему и достались по-настоящему плохие карты, но он собирался делать то, что должен с достоинством. Я испытала гордость за этого мужчину и всю свою семью. Было решено, что меня официально представят людям до приезда Короля Орды. Я изо всех сил подавляла чувство беспокойства, начавшее пинать меня от того, на что я согласилась. Это действительно происходит со мной. После всего, что я сделала для спасения людей от фейри, меня отдают страшнейшему из них.

Происходящее со мной казалось не справедливым и не правильным, но похоже я следующая в длинной очереди «даров», подвергшихся насилию. Никто не заслуживал такого рода средневекового дерьма. Открылась дверь и затрубили трубы, возвещая о прибытии низенького рыжего мужчины, одетого в костюм ужасного зеленого цвета. Мужчина больше походил на лепрекона, чем на фейри. В руках он держал листок бумаги и начал что-то читать с него.

— Накануне вечером имело место быть благословенное событие. Королевский рыцарь Кровавых фейри вернул то, что, как мы боялись, было навсегда утеряно для нас. Кайлен, выйди вперед, — читавший остановился, пока рыцарь, который привел меня сюда не вышел вперед.

— Что скажешь об этом? — спросил рыжий коротышка.

— Я вернул Принцессу Сорху домой, к ее родителям, — ответил Кайлен.

Я могла сказать, что он терзался. Спасая меня от Фэлана, он подносил меня Королю Орды и это его не устраивало. Было похоже, что он вновь хотел схватить меня и от этого тоже спасти.

— Кто-нибудь не согласен с этим? — спросил коротышка.

Воцарилась тишина, так как все согласились. Я огляделась и почти ахнула, когда заметила Адама, стоящего рядом со своим отцом на другом конце зала. Его глаза расширились от тревоги, и он сопротивлялся отцу и всему, что тот говорил. Я испытала облегчение, увидев их обоих целыми и невредимыми и просто радовалась видеть лицо Адама.

Через нашу связь я отравила ему уверенность. Или надеялась, что сделала это, поскольку все еще не уверена, как контролировать связь, которую мы разделяем. Он должно быть почувствовал это, потому как перестал сопротивляться и посмотрел на меня через весь зал. Гнев и страх за меня ясно читались в выражении его лица.

— Ты в порядке? — произнес он одними лишь губами. Я улыбнулась, чтобы успокоить его и надеялась, что улыбка отразилась в моем взгляде и убедила его, хотя он, вероятно, через связь, ощущал мою панику.

— Ласар, согласен ли ты, что этот ребенок твоей крови? — продолжал коротышка раскатистым голосом, который должен принадлежать орку, а не карлику.

— Согласен. Теперь, когда мы воссоединились, связь восстановлена, — произнес мой отец прежде, чем бросить на меня нежный взгляд.

— Объяви свое истинное имя людям, — обратился коротышка ко мне.

— В день моего рождения, мне дали имя Сорха, Принцесса Кровавых Короля и Королевы, — послушно ответила я.

У Адама отвисла челюсть, когда он смотрел на меня, произносящую свое имя.

Будь это ложью, я бы не смогла произнести свое имя, и выражение лица Адама сказало мне, что он это понял. В его выразительных глазах промелькнула боль, но он быстро отстранился от нее, что заставило облегчение проникнуть в мою душу.

— Не показывай слабость, — произнесла я ему губами, наплевав на тех, кто наблюдал за нами.

— Теперь тебя представят королевским кастам, а затем мы начнем церемонию подношения, — продолжил коротышка.

Короли и Королевы, а также их наследники, неторопливо передвинулись и образовали очередь перед нами. Я потеряла Адама в толпе людей, которые передвигались, чтобы освободить дорогу для королевских каст. Этот зал переполнен знатью. Я познакомилась с тридцатью или более фейри прежде, чем вперед вышла Татьяна, ее убийственный взгляд был направлен на меня.

— Мадисон, — ровно сказала она с поддельным дружелюбием. Я выгнула бровь, пока моя мама не отрезала в ответ.

— Татьяна, я надеялась, что ты пропустишь церемонию.

Вот же черт, это будет забавно.

— Думаю, стоило догадаться, что она не моя, — с горечью протянула Татьяна.

— Она действительно чем-то похожа на тебя. Они с отцом установили связь, — произнесла Мадисон, косясь на меня.

— Я так поступала в интересах нашей матери, — продолжила Татьяна и протянула руку, чтобы прикоснуться ко мне. Я вперила в нее убийственный взгляд, и она тут же отступила назад. — Мадисон, такая жалость, что как только ты нашла свою дочь, вынуждена отдать.

— Как поживает твой муж, Татьяна? — спросила моя мама.

— Он ждет Короля Орды, ты же знаешь, что Орда усадила его на трон. Воспользовавшись возможностью Дрезден хочет лично отблагодарить Короля. Мы планируем предложить ему любую необходимую помощь, — улыбка Татьяны была ледяной, будто она считала Короля Орды богом, по правде говоря, так оно и было.

Я изо всех сил старалась сдержать смех, но безнадежно провалилась. Когда я рассмеялась, люди вывернули шеи, чтобы увидеть, что же так меня насмешило.

— Вижу, ей нужно преподать пару уроков этикета, — произнесла Татьяна прежде, чем задрать нос и уйти прочь.

— Она всегда такая? — спросила я.

— С того дня, как мать родила эту невыносимую, двуличную, избалованную суку, — ответила моя мама.

— Кир, это — моя дочь, Синтия. Синтия, это — Кир, Король Тёмных фейри, — сказала мама. Я не обращала на них внимания. Вместо этого я улыбалась Адаму, продвигающемуся вперед в очереди, стоящей за его отцом.

— Адам! — пропищала я от счастья и бросилась в его объятия. Моя бедная, возмущающаяся мама пыталась оттащить меня.

— Синтия, обращайся к нему Принц Кедирн, ибо он — наследник трона, — упрекнула меня мама.

Кого это, блин, волнует? Меня собираются отправить на корм Орде, а здесь Адам!

— Все в порядке, Мадисон. Адам — фамильяр Синтии. Мы имели удовольствие принимать ее в своем дворце, в надежде на брак с моим сыном, — произнес Кир в своей обычной добродушной манере.

— Райдер? — в надежде посмотрела я на Адама, который лишь отрицательно покачал головой в ответ. — Он сказал, что придет, — прошептала я.

— Если так, мы ничего не знаем об этом. Он ушел вскоре после твоего исчезновения и не позволил мне помочь в твоих поисках. Мой отец послал воинов в помощь, но потом пришла весть о том, что отыскалась Кровавая Наследница и папа сказал, что будет самым гигантским оскорблением, если мы здесь не объявимся, — тихо закончил он.

— Он сказал, что придет, — повторила я.

— Если и придет, это беспочвенная надежда, Син. Ты не видела, что творится снаружи. Похоже, вся Орда здесь, похоже, все кто мог быстро приехать, находится здесь. Будем надеяться, что Райдер недостаточно глуп, чтобы предпринять что-то сейчас. Мой отец собирается торговаться за тебя с Королем Орды. У него есть план, — заверил меня Адам, но я его уже не слушала.

Райдер сказал, что придет и из всех, кого я знала верных своему слову, Райдер первый в списке. Если мужчина сказал, что придет, он так и поступит и я знала, он умрет в попытке защитить меня. Так ведь? Я тяжело сглотнула и посмотрела в глаза Адаму.

— Тебе нужно найти его, Адам и убедиться, что он не станет спасать меня. Он где-то здесь, говорил, что будет здесь, должен быть.

— Син…

— Пожалуйста, сделай это ради меня. Не позволяй ему совершить что-нибудь глупое, ради моего спасения. Мы позже выясним, как вытащить меня из всего этого.

— Хорошо, — мрачно произнес Адам, отпуская меня и поворачиваясь, чтобы осмотреть зал, спускаясь с отцом с возвышения. В зале сотни людей и тиски сжали мое сердце от реальности малых шансов найти Райдера и остановить его.

Меня представили бесконечному количеству других, но я их грубо игнорировала, ища в толпе лиц одного мужчину. Вновь затрубили трубы и двери с хлопком распахнулись. В зале раздался вой диких животных. Первые существа Орды вошли в зал и мой желудок сжался, когда они направились к нам.

Где Райдер? Если он запланировал убийство Короля Орды… вот дерьмо. Зная Райдера, именно это он и собирается сделать. Я из-под ресниц наблюдала за зрелищем, которое Орда сделала из своего появления.

Существа, которых я видела только на картинках в книгах Гильдии, прибывали в большой зал. Большая группа фир дарригов[61] вместе с пука[62], красными колпаками[63], буками[64], хобгоблинами[65], брауни[66], нимфами[67], сатирами[68], дубовыми человечками[69] и банши[70], наряду с другими существами, которых я никогда не видела прежде, появлялись в зале и мой разум закипел, вспоминая все, что я могла о них знать.

Это были лишь немногие из тех существ, которые удерживались в Царстве фейри, для защиты людей от них. Многие из вновь прибывших поначалу выглядели красивыми фейри, до тех пор, пока мельком не заметишь зло, скрытое под нацепленными на них масками. Были существа, у которых с лица слезла кожа; особи болезненного вида, у которых глаза запали в череп.

У другого создания, стоящего впереди, были страшные рога и въевшийся в кожу рук металл. К тому же часть Неблагих являла собой слуа. Эти существа — изможденные, ходячие трупы с кожистыми, на вид, крыльями и достаточном количеством плоти на телах, чтобы не считать их скелетами. Тем временем, в зал проходило все больше созданий — женщина, абсолютно белая, за исключением красных, горящих глаз.

Они продолжали наплывать, пока все находившиеся в зале фейри отодвигались от них, будто стены могли бы их спрятать. Говоря когда-то Райдеру, что предпочту стать одной из Орды, а не Светлой фейри, я сморозила чушь.

И тогда появился он и направился ко мне. Я покачнулась, ощутив сильный порыв его силы, прокатившийся по залу. Этого не происходит. Не тогда, когда я только нашла свою семью и любовь с моим долбаным фейри.

Может у меня и не получится удержать его, но я любила Райдера. Он заставлял мое сердце биться сильнее и мог заставить плавиться одним лишь взглядом. Я все это теряю; ничто не спасет меня от этого создания. Даже Райдер. Мои родители подтолкнули меня на колени. У меня вспотели ладони и появилось желание опорожнить желудок, и я сопротивлялась, чтобы этого не произошло. Закрыв глаза, я представила золотистые глаза, единственное, о чем буду скучать больше всего.

Райдер, единственный, без кого я не хочу жить. Я пойду с Королем Орды, но сделаю все возможно, чтобы вернуться к фейри. Я открыла глаза, в поле моего зрения появились пара босых ног. Свободные черные шелковые брюки доходили до лодыжек, но открывали верхнюю часть ступней. Я не позволила себе взглянуть верх, пока он не скажет мне об этом. Я должна быть послушной его прихоти. Как будто.

— Это действительно первая дочь рожденная от твоей крови? — донесшийся голос был глубоким и холодным. Люди вокруг нас ахнули, а я сжалась.

— Это моя первая рожденная дочь, — произнес мой отец, положив свою руку мне на плечо. Сила вибрировала по всей комнате, отличная от всего, что я когда-либо чувствовала. У меня волосы встали дыбом, хотя мама довела их до шелковистой мягкости.

Я наблюдала, как эти босые ноги поднялись на возвышение, где я стояла на коленях. Я лишь мельком могла разглядеть обсидианово-черные крылья, которые лишь кончиками волочились по полу. Он являл собой огромную тьму, будто вся земля не могла удержать его, вместить его темноту или силу. Я не выдержала и рискнула взглянуть на него. Он был вне всего, что я когда-либо могла представить. Истории не воздавали ему должного. Теперь понятно почему все в Царстве фейри боятся его. Он выше, чем я воображала.

У черных, бархатных крыльев были острые, как бритва, шипы разного размера, сросшиеся с костью вдоль верхней кромки крыльев и ложно выглядывали из-за перьев. Эти шипы могли проникнуть во что-то, разорвать и убить мгновенно. У Короля длинные волосы, чуть ниже плеч и такие же темные и блестящие, казалось, что они поглощают свет. У него бледная, алебастровая кожа, мускулистое туловище, а на руках вились тату, которые будто пульсировали от силы. На шее висело серебряное ожерелье с обсидианом, подходящим по цвету к его знакам, и, за исключением гладких брюк, это все, во что он был одет.

Черные глаза, наполненные созвездием тысячи горящих звезд, с интересом смотрели на меня. Он потрясающе красив, но и также опасен. Это нереально. Я стою на коленях у ног Короля Орды.

Райдер все еще не объявился и мой мир рушился под бесконечно наплывающими волнами, сокрушающими все мои мечты одним твердым движением. Я могла слышать мысли своих братьев и сестры — о том, что я обречена. Сегодня он возьмет меня в свою постель, и я уверена, что не выберусь из нее. Я видела предвкушение в его взгляде. Как я могла быть такой глупой, думая что убью его?

Я не смогу убить Короля Орды! Он узнает прежде, чем я хотя бы попытаюсь. Черт, да он узнает прежде, чем эта мысль придет мне в голову. Он в десять раз сильнее Райдера, в десять раз более зверский и опасный. Мне нужно увести Короля отсюда до того, как объявится Райдер и попытается убить это существо, стоящее передо мной, и мы умрем из-за этой попытки. Меня трясло изнутри и я молилась, чтобы этого не увидели остальные.

— Теперь ты принадлежишь мне, — произнес он, пока я, как загипнотизированная смотрела на пульсирующие тату на бледной коже Короля.

— Да, — прошептала я, сглатывая образовавшийся в горле комок.

— Я хочу услышать, как ты произнесешь клятву перед всеми собравшимися о том, что ты принадлежишь мне, — сказал Король Орды, наблюдая за мной, пока я судорожно ловила воздух. Я протянула руку, зная, что он вытащит нож, чтобы порезать ее. У него, наверное, тысячи ножей. Мой разум панически работал, думая, как убрать отсюда Короля до появления Райдера.

Я люблю Райдера!

Я не смогу просто так стоять и смотреть, как он умирает. К моей руке в удивительно нежном жесте прикоснулось его, лезвие разрезало кожу, но не глубоко. Порез не наносящий ущерб, я думала, не так сделает этот монстр. Его большая рука сжала мою и я произнесла слова, которые он сказал мне.

— Я твоя. Я принадлежу тебе и никому более. Ты можешь делать со мной все, что пожелаешь и когда пожелаешь, — прошептала я и услышала, как это ужасающе-прекрасное существо злобно рассмеялось. Чары на стенах загорелись алым и множеством других цветов, так как устный договор был скреплен кровью. Вот и всё. Райдер не может бросить ему вызов за меня. Теперь я имущество и наложница Короля Орды.

Примечания

1

Переводчики: elen_winter.

Редактор: natali1875.

2

Переводчики: inventia, navaprecious, schastlivka, natali1875, elen_winter.

Редактор: natali1875,navaprecious.

3

Переводчики: inventia, Craid, marisha310191.

Редактор: natali1875.

4

Переводчики: inventia, Craid.

Редактор: natali1875, navaprecious.

5

Переводчики: inventia, Craid, schastlivka.

Редактор: natali1875.

6

Переводчики: inventia, silvermoon, schastlivka.

Редактор: natali1875,navaprecious.

7

Бетти Буп — персонаж рисованных мультфильмов, созданный Максом Флейшером.

8

Дану — в кельтской мифологии прародительница богов племен богини Дану, которые прибыли с полулегендарных северных островов и, победив демонов-фоморов, завоевали Ирландию.

9

Геката — древнегреческая богиня лунного света, преисподней и всего таинственного. Также богиня ведьм, ядовитых растений и многих других колдовских атрибутов.

10

Переводчики: inventia, marisha310191, silvermoon, schastlivka.

Редактор: natali1875, navaprecious.

11

Переводчики: inventia, schastlivka.

Редактор: Joffrey_Lupul.

12

Переводчики: inventia, marisha310191.

Редактор: Joffrey_Lupul.

13

Коржик (англ. Cookie Monster) — вымышленный кукольный персонаж в детском телешоу «Улица Сезам», известный своим ненасытным аппетитом. Ест почти все, что попадается под руку, включая датское печенье, финики, салат, яблоки, бананы и кроме того обычные несъедобные предметы, такие как салфетки, телефон, печатную машинку, солонку и перечницу, сейф, беспроводной контроллер от Xbox 360, а также сам Xbox 360.

14

Переводчики: inventia, schastlivka.

Редактор: Joffrey _ Lupul, navaprecious, natali1875.

15

8 дюймов — 20,32 см.

16

Переводчики: inventia, janevkuz.

17

Переводчики: silvermoon, inventia, natali1875, navaprecious.

Редактор: natali1875, navaprecious.

18

Переводчики: inventia, silvermoon.

Редактор: natali1875, navaprecious.

19

Переводчики: inventia.

Редактор: natali1875.

20

Переводчики: inventia, schastlivka.

Редактор: natali1875.

21

Переводчики: inventia, silvermoon.

Редактор: natali1875.

22

Переводчики: inventia.

Редактор: natali1875.

23

Переводчики: inventia.

Редактор: natali1875.

24

Переводчики: inventia, marisha310191.

Редактор: natali1875, navaprecious.

25

Посттравматическое стрессовое расстройство — психическое расстройство, возникающее в ответ на физическую или психическую травму, когда непосредственное стрессовое воздействие травмы уже закончилось. Проявляется страхом и дисфорией, депрессией, замкнутостью, псевдоаутистическими симптомами.

26

Переводчики: inventia, schastlivka.

Редактор: natali1875.

27

Переводчики: inventia, schastlivka.

Редактор: natali1875.

28

Переводчики: schastlivka, marisha310191, navaprecious, silvermoon.

Редактор: natali1875.

29

Переводчики: inventia, schastlivka, marisha310191.

Редактор: natali1875.

30

Переводчики: inventia, schastlivka.

Редактор: natali1875, navaprecious.

31

Переводчики: inventia, schastlivka.

Редактор: natali1875, navaprecious.

32

Масонство (франкмасонство, фр. Franc-maçonnerie, англ. Freemasonry) — движение, возникшее в XVIII веке в виде закрытой организации. Этика и философия масонства опираются на монотеистические религии. Масонство берёт своё начало из малоизвестных истоков в конце XVI — начале XVII века, предположительно — оперативных цехов каменщиков.

33

Хан Соло — один из героев саги Джорджа Лукаса «Звёздные войны». Он участвует в эпизодах «Новая надежда», «Империя наносит ответный удар» и «Возвращение джедая». Во всех этих эпизодах его играет Харрисон Форд. Хан Соло — пилот космического корабля «Тысячелетний сокол». Его бортмехаником является вуки по имени Чубакка.

34

Переводчики: inventia.

Редактор: natali1875.

35

Общее название ряда учреждений Римско-католической церкви, предназначенных для борьбы с ересью.

36

Судебный процесс в Новой Англии в 1692 году в городе Салем, штат Массачусетс. По обвинению в колдовстве («охота на ведьм») 19 человек было повешено, 1 человек раздавлен камнями и от 175 до 200 человек заключено в тюрьму (не менее пяти из них умерли).

37

Дану — в кельтской (ирландской) мифологии богиня созидания, мать-прародительница основной группы богов кельтской (ирландской) мифологии, могущественных и прекрасных туатов, вошедших в предания как Племя богини Дану, четвёртой из пяти мифических «рас», правивших Ирландией до прихода Сыновей Миля (людей), предков современных ирландцев.

38

Переводчики: inventia.

Редактор: natali1875.

39

Переводчики: inventia.

Редактор: natali1875, navaprecious.

40

«Beam me up, Scotty» — коронная фраза Капитана Джеймса Тиберия Кирка, второго (на самом деле — неизвестно какого) по счету капитана звездолета «Энтерпрайз» из сериала «Стар Трек», произносится при покидании очередной планеты, более не достойной внимания капитана.

41

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875, marisha310191.

42

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875.

43

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875.

44

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875.

45

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875.

46

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875.

47

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875.

48

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875.

49

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875, marisha310191.

50

Барбакан (реже — барбикан или барбикен) — фортификационное сооружение, предназначенное для дополнительной защиты входа в крепость.

51

Романский стиль — художественный стиль, господствовавший в Западной Европе(а также затронувший некоторые страны Восточной Европы) в XI–XII веках (в ряде мест — и в XIII в.), один из важнейших этапов развития средневекового европейского искусства. Наиболее полно выразился в архитектуре.

52

Готическая архитектура — период развития западно— и центрально-европейской архитектуры, соответствующий зрелому и позднему Средневековью(с конца XII по начало XVI века).

53

Душистый горошек — цветковое травянистое растение рода Чина семейства Бобовые.

54

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875, marisha310191.

55

Консуммация — термин, употребляемый иногда для одной из составляющих брака, а именно первого осуществления брачных отношений (полового акта). Во многих культурах сопровождается специальными обрядами (особые ритуалы вокруг ложа новобрачных, у дверей и окон спальни ставилась охрана для борьбы с силами зла и т. п.), с ней в ряде традиций тесно связана демонстрация доказательств девственности невесты.

56

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875, marisha310191.

57

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875, marisha310191.

58

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875, marisha310191.

59

Слуа — согласно многочисленным суеверным преданиям, бытующим среди жителей низин как Шотландии, так и соседствующей ей Ирландии, всеми злодействами Горной Шотландии заправляют слуа — мертвое воинство, закаленное в извечных сражениях с Благим Двором фейри.

60

Переводчик: inventia.

Редактор: natali1875, marisha310191.

61

Фир дариг (Красный человек) — имя одного или нескольких ирландских одиночных эльфов, встречающееся в различных историях и поверьях.

62

Пука (ирландский дух/призрак) — существо ирландского фольклора. Согласно легенде, пука является ловким оборотнем, способным принимать различные — страшные или приятные — формы, и может обернуться лошадью, кроликом, козой, гоблином или собакой. Независимо от того, какую форму принимает пука, шерсть его почти всегда тёмная. Существо якобы чаще всего принимает форму гладкошёрстной чёрной лошади с развивающейся гривой и светящимися золотыми глазами.

63

В фольклоре британских островов это — один из самых злобных гоблинов Старой границы. Красный колпак живет в древних башнях и замках, в которых совершались преступления, и любит подкрашивать свой колпак в человеческой крови.

64

Бука — в валлийском фольклоре фейри, местная разновидность брауни. Если к буке относиться уважительно и каждый вечер выставлять ему блюдце со сливками, он не откажется помочь.

65

Хобгоблины — в английском фольклоре добродушные домашние фейри, похожие своими повадками на брауни. Они редко выходят из дома, предпочитая греться у огня. Правда, они очень обидчивы, и если уж обижаются, то хозяевам достается по первое число — молоко скисает, одежда рвется сама собой, чисто выметенный пол тут же вновь оказывается грязным.

66

Брауни — в фольклоре народов Западной Европы существа, живущие в людских домах и во многом сходные со славянскими домовыми. Ростом с ребенка, они одеты в лохмотья коричневого цвета. Облик брауни своеобразен: у многих нет носа, точнее, переносицы — только две ноздри, у некоторых отсутствуют пальцев рук и ног, у других пальцы есть, но сращенные между собой, отставлен лишь большой. Брауни появляются по ночам и выполняют ту работу по дому, которую не доделала прислуга, рассчитывая на награду — миску сливок и коврижку с медом.

67

Нимфы — в древнегреческой мифологии олицетворение в виде девушек живых стихийных сил, подмечавшихся в журчании ручья, в росте деревьев, в дикой прелести гор и лесов. Порождены Геей. Им посвящён орфический гимн.

68

Сатиры — в греческой мифологии лесные божества, демоны плодородия, жизнерадостные козлоногие существа, населявшие греческие острова. Сатир ленив и распутен, он проводит время в пьянстве и охоте за нимфами. Встречается в минойской надписи первой половины XVII века до н. э.

69

Дубовики, дубовые человечки — эльфы или духи, живущие в дубах, иногда отождествлялись с самими деревьями; покровители леса и всех его обитателей.

70

Банши (волшебная женщина) — в ирландском фольклоре дух-предвестник смерти, плакальщица: прекрасная молодая девушка в белом или зеленом одеянии, с красными от слёз глазами. Оплакивает тех, кому скоро суждено умереть. Свои родовые банши были у многих ирландских кланов, и по поверьям банши оплакивает только членов исконно ирландских кельтских семей (чьи фамилии начинаются на О'— или Мак-).

Content

Амелия Хатчинс
Насмешка судьбы

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Примечания