Интеллигент спорта. Книга об Иване Сергеевиче Краснове

© Издательский центр «Гуманитарная Академия», 2020

* * *

Гимнастика, физические упражнения, ходьба должны прочно войти в повседневный быт каждого, кто хочет сохранить работоспособность, здоровье, полноценную и радостную жизнь.

Гиппократ

Для соразмерности красоты и здоровья требуется не только образование в области наук и искусства, но и занятия всю жизнь физическими упражнениями.

Платон

Наблюдайте за вашим телом, если вы хотите, чтобы ваш ум работал правильно.

Декарт

ТРЕНЕР

ПЕДАГОГ

УЧИТЕЛЬ

Предисловие

Эта книга выходит спустя год после того, как ушел из жизни Иван Сергеевич Краснов (1929–2019) – выдающийся отечественный тренер по легкой атлетике, с чьим именем связаны блистательные выступления отечественных метателей на Олимпийских играх 1976 и 1980 гг. и других престижных соревнованиях. Кроме того, Ивана Сергеевича несколько поколений спортсменов, тренеров, спортивных руководителей прекрасно знают как преподавателя Педагогического института имени А. И. Герцена и профессора Ленинградского (Санкт-Петербургского) государственного университета, как подвижника и энтузиаста студенческого спорта, которому И. С. Краснов отдал несколько десятилетий своей жизни.

Решение подготовить эту книгу родилось на вечере памяти Ивана Сергеевича в стенах Санкт-Петербургского государственного университета. Друзья, родные, коллеги, ученики и просто добрые знакомые И. С. Краснова, которым мы предложили поделиться воспоминаниями о нем, единодушно поддержали эту идею – сделать памятник Ивану Сергеевичу в виде книги, поделившись свидетельствами об этом профессионале высочайшей пробы и невероятно обаятельном, добром и отзывчивом человеке.

Первую часть книги составили материалы к биографии Ивана Сергеевича: развернутая хроника его жизни, составленная его дочерью Татьяной Ионовой (Красновой), и статья Дмитрия Дрючина о гиревом спорте в СПбГУ и роли И. С. Краснова в развитии в Университете этой спортивной дисциплины.

Вторая, центральная, часть книги собрана из воспоминаний о нем, которыми поделились друзья, ученики, коллеги, родные героя книги. Примечательно, что в этом разделе объединены материалы представителей разных, в том числе разделенных несколькими десятилетиями, поколений. Здесь есть и воспоминания тех, кто занимался у прославленного педагога в последние годы его тренерской деятельности – некоторым из них не так давно минуло тридцать. И здесь же – мемуарный очерк профессора Бориса Сергеевича Воинова, дружившего с Иваном Сергеевичем на протяжении восьми десятков лет!

В третий раздел сборника вошли публикации в прессе разных лет, посвященные И. С. Краснову, первая из помещенных здесь статей, вышла в 1980 г., последняя – несколько недель назад. А в качестве своеобразного приложения, дающего представление о том, как складывалась работа И. С. Краснова в Ленинградском (Санкт-Петербургском) государственном университете, в заключительной части тома мы поместили научные исследования, посвященные истории университетского спорта, охватывающие несколько столетий.

За рамками этого проекта остались материалы из архива Ивана Сергеевича, в которых отражена его работа как тренера сборной команды страны. По словам специалистов, они представляют инте рес не только как исторические артефакты, но и как методические разработки, не потерявшие своей актуальности. Их публикация в специали зированных изданиях – дело ближайшего будущего.

Последние годы своей жизни Иван Сергеевич кропотливо трудился над монографией, посвященной истории Международного олимпийского движения. Этот солидный том вскоре выходит в свет в издательстве «Советский спорт», и мы надеемся, что подготовленная нами книга будет достойным дополнением к посмертному изданию трудов Ивана Сергеевича – настоящего интеллигента спорта.

I. И.С. Краснов. Материалы к биографии

Жизненный и профессиональный путь Ивана Сергеевича Краснова

Детство и юношеские годы

Иван Сергеевич Краснов родился 5 февраля 1929 г. в селе Малое Костяево Юрьевецкого уезда Ивано-Вознесенской губернии (1 октября 1929 г. упразднена и преобразована в Ивановскую область) в многодетной семье Красновых – Сергея Ивановича и Анны Максимовны (в девичестве Проничева). В семье было семеро детей: пять братьев и две сестры. Иван был младшим ребенком.

В конце двадцатых у Сергея Ивановича была отобрана небольшая фабрика, где катали валенки. По воспоминаниям его внучки Дины Васильевны Полянской, «дед был раскулачен, у него отобрали имущество, корову, двух лошадей, а самого сослали в Коми АССР в один из гулагов того времени. Дома осталась жена с кучей малолетних детей, всех определили жить в бане. Семья бедствовала. Один из братьев потом вспоминал, что никакого варева они долгое время не видали, а самое светлое воспоминание о тех сиротских годах, как однажды чужая женщина позвала его к себе домой и накормила супом».

В 1933 г. отец вернулся домой, и семья переехала в городок Лысково, где к тому времени жила старшая дочь с мужем. В это время маленькому Ивану было всего 4 года.

Лысково, поселение с интересной историей, расположено в живописном месте на правом берегу Волги в 90 км от Нижнего Новгорода. В газете «Приволжская правда», в номере от 3 марта 2010 г., посвященном 600-летию Лыскова, напечатана большая статья Ивана Сергеевича «Родное и бесконечно дорогое мне Лысково». Вот что пишет о Лыскове и своем детстве Иван Сергеевич.

Родители Ивана Сергеевича Сергей Иванович и Анна Максимовна и старший брат Павел. 1939

Простые труженики

В моей памяти отчетливо запечатлелось: все лысковчане были заняты каждодневным трудом. Все они работали, что-то создавали и творили. Трудовыми проблемами жила и наша семья. Не скрою, были времена, когда мы испытывали значительные затруднения, а наш семейный бюджет был унизительно скромным. Мои родители Сергей Иванович и Анна Максимовна Красновы занимались сапоговалянием. И все мы – мои сестры и братья – к этому ремеслу приобщались с 5–6-летнего возраста, выполняя простейшие операции. Другим делом, которое было возложено на нас, детей, была заготовка дров. Этим занимались я и трое братьев: Павел, Григорий и Анатолий (старшие сестры Лидия и Надежда, а также брат Михаил жили в то время своими семьями). В первые годы в Лыскове мы жили на Верхней Набережной у реки Сундовик, в доме добрейшего и замечательнейшего человека М. В. Петрунина мы снимали полуподвальный этаж. У многих лысковчан, живших в прибрежных частях Лыскова, были лодки. Имелась лодка и у нас. На них во время весеннего половодья ездили набрать ключевой воды под Оленью гору. Но главное, для чего использовалась лодка, – заготовка дров. В весенний разлив по Волге и Сундовику несло бревна, поленья, старые доски, сучья. Особенно много плавающей древесины было в устье реки Керженец. Именно там мы ее в основном и вылавливали. Этих заготовок хватало вплоть до следующей весны. В 1938 г. наши родители купили домик на Казанской горе (на Ремесленной улице). У нас появился и приусадебный участок, на котором мы выращивали картофеля, овощей и яблок столько, сколько было необходимо нам и домашней живности на весь год. В летнее время мы, братья, увлекались рыболовством. Ловили рыбу наметкой (рыболовная снасть из длинного шеста и большого мешка. – Ред.). Рыбачили, как правило, на речке Труба, озерах Широком, Долгом, Подгорном, Плотском, Надежках. Рыбалка прочно вошла в нашу жизнь как не только увлекательное дело, но и серьезный источник продуктового разнообразия. В нашем рационе постоянно были уха, рыбные супы, жареная, сушеная и вяленая рыба.

Мудрые воспитатели

Родители, несмотря на то что сами имели лишь начальное образование, уделяли повышенное внимание нашей учебе. И мы, четверо младших братьев, ходивших в среднюю школу N 1, старались прилежно учиться. В те годы школьники за отличную учебу поощрялись дипломами и грамотами. Первым в наш дом принес диплом «За отличную учебу» Павел, затем Григорий и Анатолий. Мне тоже удавалось получать дипломы. Все наши награды родители помещали в специальные рамки и вывешивали на стенах нашей единственной жилой комнаты. И все друзья, знакомые и близкие, посещавшие наш дом, становились невольными свидетелями наших школьных успехов. Каждый из нас стремился к тому, чтобы быть представленным на семейном «стенде почета». В годы Великой Отечественной войны семейный стенд стал изменяться: все братья и другие ближайшие родственники были призваны в Красную Армию и уже за военные заслуги награждались орденами, медалями, почетными дипломами и грамотами. Наибольшее число наград получил Григорий. Так к концу войны наш семейный стенд стал военно-учебно-образовательным.

Учителя

Возвращаясь мысленно в 30–40-е годы, я понимаю, насколько крепкий, дружный и высокоэрудированный коллектив учителей работал тогда в Лысково. Моей первой учительницей в начальных классах Покровской школы была Юлия Михайловна Малиновская (впоследствии – заслуженный учитель РСФСР). Добра, мудра, требовательна и внимательна, доброжелательна и проницательна. Для нас, ребятишек 30–40-х годов школа была не просто каким-то обычным учебным заведением. Нет! Школа тех лет обладала неведомыми силами, втягивала нас всех в свою орбиту, даря радость познания законов природы, общества; открывала нам новый, светлый мир причастности, принадлежности к большому школьному коллективу; позволяла почувствовать ответственность каждого за свой класс, за свое учебное заведение, за свой город, за нашу великую Родину.

В 30-е годы в школах было бесплатное питание. И так уж сложилось, что Покровскую школу я стал посещать, еще не являясь школьником. Я приходил в класс, где учился мой брат Анатолий, на обеды, которые проводились во время большой перемены. Чтобы не пропустить обед, я, как правило, приходил в школу заблаговременно и присутствовал на одном-двух уроках. Несмотря на то что мои школьные обеды были, конечно же, делом незаконным, о них не мог не вспомнить. Это был благороднейший жест милосердия и великодушия со стороны руководства и учителей к нашей (да, наверное, не только к нашей) семье, испытывавшей в те годы неимоверные материальные трудности. Я не помню фамилии этих учителей, но к ним – удивительно душевным и чутким педагогам – до сих пор испытываю чувство безмерной благодарности и признательности. С чувством глубочайшего восторга и восхищения я вспоминаю своих учителей Е. А. Покровскую, А. П. Рубинскую, В. И. Тишкову, Н. И. Наживина, М. В. Носухина, А. И. Седова, И. П. Сивкова, И. Д. Тишкова, Г. А. Фокина и многих других.

Увлечения молодежи

Заметное место в нашей жизни занимали физическая культура и спорт. Летом мы целые дни проводили на Сундовике (в районе мельницы). Плавание, ныряние, прыжки с самодельных подкидных досок; гребля на лодках (главным образом, весной), футбол, волейбол – всем этим мы занимались увлеченно. Зимой много катались на лыжах (в том числе с гор), на самодельных коньках. У нас был домашний турник, на котором мои братья Григорий и Анатолий достигли весьма заметного мастерства: они крутили «солнце». Та к что уровень нашей физической подготовки был достаточно высоким. Никто из членов нашей семьи (кроме брата Михаила) не курил. Та к что еще в те годы в нас твердо укоренились нормы и правила здорового образа жизни. В довоенные годы мы никогда не пропускали футбольные встречи сборной Лыскова с командами Княгинина, Мурашкина, Работок, Кстова. Нашими кумирами были Б. Гришин (нападающий), А. Рощин (вратарь), братья Шохан (полузащитники), Фомин (защитник) и другие.

Война и послевоенное десятилетие

Неизгладимый след в жизни лысковских подростков оставила Великая отечественная война. На фронт уходили наши отцы, старшие братья. Все мои братья и зятья были призваны в армию. В августе 1941 года под Смоленском погиб Павел. К призыву готовились и мы, школьники 1928 и 1929 годов рождения. Летом 1944 года мы были призваны на предвоенные сборы. Школу я окончил в первом послевоенном году, а в сентябре стал студентом Горьковского пединститута, где учился с братом Григорием, демобилизовавшимся из армии осенью 1945 года.

В этой статье И. С. Краснов написал о Великой Отечественной войне очень кратко, но эта тема была для него и для всех членов его семьи очень значимой. Когда началась война, ему исполнилось 12 лет. Все братья ушли на фронт. От первых боев до последних прошел войну старший брат Михаил. С первых дней войны в составе 104-й танковой дивизии воевал Павел. Григорий окончил школу в 1941 г. Через 3 дня после выпускного вечера началась война. Как писал его одноклассник Вениамин Сухоруков, «прямо со школьной скамьи, после выпускного вечера шагнули в пекло войны и выпускники нашей школы, не дожидаясь своего призыва, добровольцами».

Родители И. С. Краснова Сергей Иванович и Анна Максимовна с сыновьями: Анатолий, Иван и Григорий (слева направо), 1940. Фото найдено в кармане гимнастерки Павла, который был убит 2 августа 1941 г. под Смоленском

Григорий мог не идти на фронт по зрению, но он воевал все четыре года, войну окончил в Берлине, расписавшись на Рейхстаге. Был на фронте и Анатолий, который родился в 1926 г., он был призван на фронт в ноябре 1943 г. – в это время он учился в 10-м классе. Окончив школу младшего специалиста, Анатолий, будучи мотористом, обслуживал военные самолеты. Он служил в авиации до окончания войны. После войны он стал военным летчиком.

Сержант Павел Краснов погиб в ночь на 2 августа 1941 г. в тяжелых боях за деревню Борисовка Стодолищенского района (ныне Починковский район Смоленской области) – ему было 19 лет. О погибшем брате И. С. Краснов вспоминал часто и много рассказывал. До начала войны Павел учился в Политехническом институте, был круглым отличником, писал стихи.

Иван Сергеевич очень хотел отыскать могилу брата: после окончания войны ездил в Смоленскую область, тогда ему, к его глубокому сожалению, не удалось найти место захоронения. Когда большая семья Красновых собиралась в Лысково, все обязательно приходили к мемориалу «Вечный огонь», установленному в память воинов-земляков, погибших в годы Великой Отечественной войны.

Мемориал – ансамбль, в центре которого на высоком постаменте находится неизвестный солдат, преклонивший голову, с автоматом и каской в руке; перед памятником горит вечный огонь, по краям – плиты с именами погибших. На одной из плит высечено: П. С. Краснов.

В начале 2020 г. длительные поиски места захоронения Павла Краснова увенчались успехом и удалось установить братскую могилу, в которой он захоронен. В канун 75-й годовщины Победы имя сержанта Павла Краснова будет высечено на мемориале братского военного захоронения в деревне Белик Стодолищенского района Смоленской области недалеко от того места, где он погиб.

Старший брат Ивана Краснова – Павел Краснов. 1941

Иван Краснов – первокурсник Горьковского педагогического института им. М. Горького. 1949

Окончив школу, Иван Краснов сразу же поступил на исторический факультет Горьковского педагогического института им. М. Горького.

В институте он активно занимался спортом: любимый с детства футбол, легкая атлетика и спортивная гимнастика. Он начал участвовать в соревнованиях, в эти годы у него появились первые серьезные успехи в легкой атлетике, особенно в метании молота.

Переезд в Ленинград

После окончания института в 1950 г. и работы преподавателем истории в Яикеевской средней школе Иван Сергеевич Краснов принимает решение поступать в аспирантуру.

Первокурсник Иван Краснов в библиотеке Горьковского педагогического института. 1949

Студент Иван Краснов работает в спортивном зале Горьковского педагогического института. 1950

После студенческих соревнований по легкой атлетике – Иван Краснов со старшим братом Григорием и однокурсником. 1950

Студент Иван Краснов играет в городки. 1950

Студент Иван Краснов на каникулах в родном Лысково на рыбалке в лугах. 1952

Студент Иван Краснов на каникулах в родном Лысково играет в футбол в лугах. 1952

Иван Краснов – выпускник Горьковского педагогического института. 1953

В 1953 г. он поступает в аспирантуру Ленинградского научно-исследовательского института физической культуры (ЛНИИФК). К этому времени он уже мастер спорта СССР (1951) по легкой атлетике (метание молота). В 1954–1958 гг. И. С. Краснов завоевывал призовые места во всесоюзных соревнованиях по легкой атлетике в дисциплине «метание молота» (результаты от 54,86 м до 61,70 м). В 1953 г. он стал чемпионом РСФСР; в 1955 г. – чемпионом Ленинграда по метанию молота, а в 1956 г. – победителем Спартакиады Ленинграда.

Работу над диссертацией, посвященной развитию физической культуры в колхозной деревне СССР, И. С. Краснов завершает под руководством Г. Д. Харабуги в Государственном ордена Ленина институте физической культуры имени П. Ф. Лесгафта (ГОЛИФК им. П. Ф. Лесгафта) и в 1957 г. становится кандидатом педагогических наук.

И.С. Краснов – преподаватель кафедры спортивных дисциплин Ленинградского педагогического института им. А.И.Герцена. 1963

С 1958 г. И. С. Краснов работал тренером, а с 1961 г. – старшим тренером по легкой атлетике ЛГС ДФСО «Спартак». В это время он познакомился с известными ленинградскими легкоатлетами и тренерами Артуром Яковлевичем Шехтелем и Анатолием Ивановичем Кузнецовым, с которыми впоследствии его связывали близкие, дружеские отношения на протяжении многих лет.

А. Я. Шехтель – чемпион и неоднократный призер чемпионатов СССР в метании молота. С первых дней Великой Отечественной войны вместе с женой, известной легкоатлеткой Марией Ефимовной Мининой, обучал бойцов штыковому и рукопашному бою, метанию гранат, преодолению препятствий, ходьбе на лыжах. А. Я. Шехтель и М. Е. Минина участвовали в подготовке дивизии народного ополчения, а после занимались с военнослужащими на стадионе «Динамо». А. Я. Шехтель победил в метании диска на чемпионате Ленинграда по легкой атлетике, проходившем 6 сентября 1942 г. После войны он занимался тренерской работой, воспитал много учеников, выпустил большое количество методических пособий и научных статей по технике метаний.

И.С.Краснов играет в шахматы с коллегами Педагогического института им. А. И. Герцена. 1965

А. И. Кузнецов – про фессор, доктор педагогических наук, заслуженный тренер РСФСР, двукратный бронзовый призер чемпионатов СССР в десятиборье и прыжках в длину. Участник Великой Отечественной войны, защитник Дороги жизни, награжден боевыми орденами и медалями. Он автор более 100 научных трудов. Им подготовлены 32 кандидата и доктора наук. Работал в Институте им. П.Ф.Лесгафта и в Ленинградском государственном педагогическом институте (ЛГПИ) им. А. И. Герцена.

И.С.Краснов на занятиях со студентами ЛГПИ им. А. И. Герцена. 1963

Во многом благодаря общению с А. Я. Шехтелем и Н. А. Кузнецовым в 1962 г. И. С. Краснов перешел на работу в ЛГПИ им. А. И. Герцена, где сначала работал старшим преподавателем кафедры спортивных дисциплин, а с 1969 по 1976 г. – доцентом.

Все эти годы Иван Сергеевич успешно сочетает тренерскую и преподавательскую деятельность, им были подготовлены спортсмены высокого уровня, среди которых:

– Евгений Миронов, заслуженный мастер спорта, серебряный призер Олимпийских игр 1976 г. по толканию ядра, двукратный чемпион СССР, многократный призер чемпионатов и кубков Европы, чемпионатов СССР; член сборной команды СССР по легкой атлетике 1974–1984 гг.;

– Павел Репин, мастер спорта международного класса, серебряный призер чемпионата Европы 1975 г. среди молодежи в метании молота, серебряный призер молодежного чемпионата СССР 1975 г.;

– Владимир Семенов, мастер спорта, победитель зимнего чемпионата СССР 1962 г. по легкой атлетике (метание молота);

– Надежда Татаринцева (Сергеева), мастер спорта, бронзовый призер Универсиады 1973 г. в метании диска.

Во время учебы в аспирантуре Иван Сергеевич познакомился с Антониной Федоровной Макаровой, которая в то время работала научным сотрудником лаборатории биохимии. В 1959 г. они стали мужем и женой, а через год у них родилась дочь. Оба родителя любили Пушкина, «Евгения Онегина» знали наизусть, поэтому единодушно выбрали имя дочери – Татьяна.

И. С. Краснов с женой Антониной Федоровной Красновой-Макаровой. 1959

Успехи на Олимпиадах в Монреале и в Москве

На XXI Олимпийских играх в Монреале Евгений Миронов завоевал серебро в толкании ядра. Как известно, до 1976 г. единственная олимпийская награда в толкании ядра у мужчин была у Эдуарда Гущина в Мехико (1968 г.), показавшего результат 20,09 м. На XXI Олимпийских играх в Монреале Е. Миронов толкнул ядро на отметку 21,03 м. От олимпийского чемпиона Удо Байера (21,05 м) из ГДР его отделило два сантиметра.

Иван Сергеевич Краснов с Евгением Мироновым после тренировки. 1976

Стоит отметить, что Удо Байер после окончания спортивной карьеры признался в систематическом употреблении допинга. История спорта не знает сослагательного наклонения, но сам факт, что Евгений Миронов проиграл всего два сантиметра человеку, применявшему допинг, примечателен. Другими словами, Миронов вполне мог бы оказаться чемпионом.

Особого внимания заслуживает тот факт, что И. С. Краснову удалось подготовить олимпийского призера в кратчайшие сроки. Имя Евгения Миронова стало известно спортивной общественности страны только после Олимпийских игр, до 1976 г. он не входил в состав сборной команды СССР. Е. Миронов стал заниматься легкой атлетикой относительно поздно, в 19 лет, после приезда в Ленинград на учебу. С 1968 по 1972 г. он занимался толканием ядра и метанием диска, отдавая на первых порах предпочтение диску. Встреча с И. С. Красновым произошла в сентябре 1969 г. в ЛГПИ им. А. И. Герцена, куда Миронов поступил на учебу на географический факультет. В это время Иван Сергеевич уже был доцентом кафедры физического воспитания Института. Мастерский норматив Мироновым был выполнен сначала в метании диска (1971 г.), а через год – в толкании ядра. С 1973 г. он стал специализироваться в толкании ядра.

Вот как росли его спортивные результаты: 1968 г. – 13,07 м; 1969 г. – 15,55 м; 1970 г. – 16,11 м; 1971 г. – 17,93 м; 1972 г. – 18,18 м; 1973 г. – 18,75 м; 1974 г. – 19,87 м; 1976 г. – 21,53 м (архив И. С. Краснова). Как видим, в 1974 г. Е. Миронов максимально приблизился к желанной 20-метровой черте. В 1975 г., согласно индивидуальному плану подготовки кандидата в сборную СССР, им планировался результат в пределах 20,00–21,50 м, однако травма кисти выбила его из напряженного тренировочного графика.

Только в конце апреля – мае 1976 г. ему удалось продемонстрировать стабильные показатели: 19,73 м – состязания на призы газеты «Правда»; 20,10 м – Мемориал братьев Знаменских; 20,90 м – матч СССР – Франция. В июне 1976 г. он установил личный рекорд – 21,53 м – и выиграл чемпионат Советского Союза.

Логичным завершением успешных выступлений в 1976 г. стали Олимпийские игры в Монреале, где Е. Миронов, как уже было сказано, стал серебряным медалистом Олимпийских игр с результатом 21,03 м. Успешной оказалась предпоследняя, пятая попытка.

Тогда этот результат стал лучшим для советских атлетов за всю историю летних Олимпийских игр. На международной арене Е. Миронов заставил говорить о себе еще дважды: в 1978 г., когда он завоевал серебряную медаль на чемпионате Европы, и в 1981 г., когда стал вторым в розыгрыше Кубка мира.

В эти годы И.С.Краснов являлся членом тренерского совета сборной Ленинграда и исполкома Федерации легкой атлетики Санкт-Петербурга. После успеха Е.Миронова на Олимпиаде в Монреале в 1976 г. И. С. Краснову присвоено звание заслуженного тренера РСФСР, он был награжден медалью «За трудовое отличие». В этом же году решением Исполкома Ленинградского городского совета депутатов за успешную подготовку ленинградских спортсменов к XXI Олимпийским играм он был награжден почетной грамотой.

И.С.Краснов с учениками на сборах в Леселидзе. 1975

И.С.Краснов с учениками на сборах в Леселидзе после субботника. 1975

В 1977 г. И.С.Краснов назначен старшим тренером сборной СССР по легкой атлетике в группе по толканию ядра. Он вошел в главный тренерский совет Управления легкой атлетики и принял активное участие в разработке программы и плана подготовки сборной команды СССР по легкоатлетическим метаниям.

В ходе реализации данной программы была выполнена главная задача, стоявшая перед олимпийцами-толкателями, – их выступление на Олимпиаде в Москве стало лучшим за всю историю выступления толкателей ядра на Олимпийских играх. Владимир Киселев завоевал золотую медаль (21,35 м), Александр Барышников (21,08 м) и Светлана Крачевская (21,42 м) – серебряные медали Олимпиады. Отдельно отметим, что параллельно с подготовкой толкателей ядра И.С.Краснов работал со своими учениками в других видах метания, и они добились значительных успехов, в первую очередь, это Павел Репин в метании молота и Надежда Татаринцева-Сергеева – в метании диска.

В 1980 г. за успешную подготовку легкоатлетов-толкателей к Олимпиаде в Москве И.С.Краснов награжден медалью «За трудовую доблесть».

Университет

В 1976 г. начинается новый этап профессиональной деятельности И.С.Краснова. Он переходит работать в Ленинградский государственный университет им. А.А.Жданова (ЛГУ, впоследствии СПбГУ), сначала став доцентом кафедры физической культуры и спорта, а затем профессором.

После Олимпиады в Москве И.С.Краснов продолжает активный многоплановый тренировочный процесс с учениками и занимается кропотливым поиском молодых перспективных спортсменов. В 80-90-е годы при непосредственном участии И.С.Краснова улучшаются условия тренировочного процесса легкоатлетов в Университете – оборудуется секция метания в университетском спортивном зале, усовершенствуются тренировочные площадки на стадионах Ленинграда. В эти годы студенты Университета имеют возможность тренироваться на спортивных базах в Эшерах, Леселидзе, Гумисте, Сочи, Ужгороде, Пярну и др. И. С. Краснов – неизменный участник университетских спортивных сборов. В эти же годы при участии Ивана Сергеевича проходят международные спортивные студенческие мероприятия, в том числе спортивные соревнования университетов ГДР, Венгрии, Болгарии, его ученики добиваются успехов на международных студенческих стартах.

И.С.Краснов с учениками на сборах в Эшерах (Абхазия) готовит площадку для круга для метаний. 1978

И.С.Краснов с учениками на сборах в Эшерах заливает круг для метаний. 1978

И. С. Краснов с членами сборной команды СССР по метанию на сборах в Клайпеде. 1979

И. С. Краснов с тренерами сборной команды СССР по метанию на сборах в Клайпеде. 1979

И. С. Краснов с преподавателем ЛГУ Виктором Константиновичем Пантелеевым на сборах в Эшерах (Абхазия). 1978

Отдельно стоит упомянуть Илью Тохтамыша – чрезвычайно талантливого спортсмена. Он поступил на юридический факультет ЛГУ, приехав из маленького поселка Ялта Донецкой области. У него были реальные перспективы стать одним из лучших метателей не только в СССР, но и в мире. Они с Иваном Сергеевичем много и с большим энтузиазмом работали, добились серьезных успехов, но тяжелая бытовая травма не позволила реализоваться этим планам. Иван Сергеевич тяжело переживал эту ситуацию, делал все, что в его силах, чтобы помочь Илье преодолеть проблемы со здоровьем, но медицина тех лет оказалась бессильна…

Под руководством и при участии И. С. Краснова студенты Университета регулярно выполняли норматив мастера спорта. Среди толкателей ядра это Любовь Хвостикова, Александр Бучин, Валерий Щегольков.

В конце 90-х гг. И. С. Краснов начинает развивать на кафедре новое направление спортивной подготовки студентов – гиревой спорт. Ему удалось в короткое время подготовить университетскую команду гиревиков, которая более десяти лет неизменно входила в призовую тройку на чемпионатах вузов Санкт-Петербурга.

В 2004 и 2005 гг. команда СПбГУ становилась первой среди вузов города. За успехи в подготовке команды И. С. Краснов неоднократно награждался почетными грамотами и дипломами.

Каждый год по итогам соревнований гиревиков он готовил статьи в журнал «Санкт-Петербургский университет», в которых подробно анализировал результаты выступлений универсантов, размышлял о путях совершенствования мастерства и перспективах этого вида спорта у университетской молодежи, а также рассказывал не только о спортивных достижениях членов сборной команды, но и об их успехах в учебной и научной работе.

И. С. Краснов работал не только с советскими (впоследствии с российскими) студентами – он много внимания уделял иностранным гражданам, учившимся в Университете, занимался их спортивной подготовкой, – в советское время это были студенты из ГДР, Польши, Чехословакии, Болгарии, Финляндии, позже – из США, Швеции, ФРГ. В архиве И. С. Краснова сохранились доверительные письма в его адрес от иностранных студентов, которые рассказывали о своих достижениях в спорте и успехах в профессиональной жизни у себя на родине, делились воспоминаниями об Университете. Также в архиве И. С. Краснова хранятся благодарственные письма, адресованные руководству Университета, от сотрудников университетов США, Германии и других стран, где выражается признательность за спортивную подготовку и успехи студентов во время стажировки в СПбГУ под руководством И. С. Краснова.

Другая важная часть работы Ивана Сергеевича в Университете – научно-педагогическая деятельность. Он активно работает над научными трудами в области спорта. Причем направления, которые освещены в его работах, достаточно обширны: методические аспекты подготовки легкоатлетов-толкателей, особенности подготовки в гиревом спорте, организация физического воспитания студентов, вопросы здорового образа жизни студенчества, олимпийское движение и др. Из более 90 научных работ И. С. Краснова большая их часть подготовлена им во время работы в Университете.

И.С.Краснов с коллегой на Первомайской демонстрации в Ленинграде. 1978

И.С.Краснов с Е.Б. Альбицким и В.А.Семеновым после кросса на первенство ЛГУ в Приморском парке Победы. 1979

На протяжении многих лет И. С. Краснов вместе с коллегами по кафедре принимал участие в подготовке и освещении итогов ежегодной легкоатлетической эстафеты памяти погибшего в Великой Отечественной войне студента исторического факультета В. Васильковского. Отчет об эстафете традиционно готовился и публиковался в журнале «Санкт-Петербургский университет». Впервые университетская эстафета памяти Вячеслава Васильковского была проведена в 1948 г. Сначала она была комбинированной. В ней принимали участие легкоатлеты, велосипедисты и пловцы. С 1961 г. она стала легкоатлетической. Место ее проведения – Менделеевская линия. Публикации об этой эстафете, которые готовил И. С. Краснов с коллегами, были неформальными и чрезвычайно интересными и информативными. В них был материал не только о командах-участницах и результатах эстафеты, но и факты об участии советских физкультурников и спортсменов, в частности универсантов, в Великой Отечественной войне, об истории эстафеты, биографические сведения о Вячеславе Васильковском и, конечно, поздравления, адресованные ветеранам Великой Отечественной войны и труженикам тыла.

Еще одно мероприятие, которое было неизменным в рабочем дневнике И. С. Краснова, – посещение Дворцовой площади Санкт-Петербурга в рамках двух ежегодных эстафет – Майской и Звездной. Майская эстафета проводится на берегах Невы с 1923 г. С тех пор это массовое соревнование стало традиционным: эстафета дает старт летнему спортивному сезону. Менялись маршруты эстафеты, но старт и финиш ее неизменно были на Дворцовой площади. Эстафета проводилась даже в блокадном Ленинграде, тогда она носила военизированный характер. «Звездная» эстафета впервые была проведена в 1946 г. Дистанция эстафеты была проложена по улицам и проспектам Ленинграда, которыми в 1945 г. возвращались в город воины-победители после парада Победы в Москве. С той поры эстафета, «лучи» которой шли из районов Ленинграда на Дворцовую площадь, стала называться Звездной.

И.С.Краснов на открытии эстафеты памяти Васильковского в ЛГУ. 1980

И.С.Краснов на открытии эстафеты памяти Васильковского в ЛГУ. 1980

Студенты ЛГУ Владимир Лукк и Михаил Алексеев после эстафеты памяти Васильковского на Менделеевской линии. 1980

В последний раз И. С. Краснов вместе с внуком Павлом был на эстафете 2 мая 2018 г. В этот день состоялись традиционная Майская легкоатлетическая эстафета, посвященная открытию летнего спортивного сезона, и Звездная эстафета, приуроченная к 73-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.

На протяжении всего времени работы в Университете профессор Краснов постоянно представлял кафедру физической культуры и спорта на научных конференциях как всероссийского, так и международного уровня. Он неоднократно выступал с докладами, принимал участие в дискуссиях на форумах, посвященных физкультуре и спорту, здоровью, здоровьесберегающим технологиям, университетскому спорту, проблемам долголетия.

Не менее важной и значимой для кафедры физической культуры и спорта деятельностью, в которой принимал участие Иван Сергеевич, было создание музея истории физической культуры и спорта Санкт-Петербургского университета. Идея создания такого музея была поддержана ректором СПбГУ Л. А. Вербицкой. Положение о музее было поручено разработать И. С. Краснову. Эта работа была им выполнена.

Отдельного внимания заслуживают работы И. С. Краснова, посвященные физкультуре и спорту в Университете, участию студентов в олимпийском движении, здоровому образу жизни студенчества.

Физкультура и спорт в Университете и студенческое олимпийское движение

Физической культуре и спорту в СПбГУ посвящена целая серия работ И. С. Краснова. Ниже приведен фрагмент интервью И. С. Краснова, опубликованного в журнале «Санкт-Петербургский университет» в 2009 г. Фрагмент этот дает представление о научном и преподавательском кредо ученого и тренера, о том, как должен развиваться университетский спорт: «СПбГУ никогда не стоял в стороне от основных проблем развертывания физической культуры и спорта. Наоборот, Университет, наши преподаватели и студенты всегда находились в гуще физкультурно-спортивных событий нашей страны, в поиске наиболее эффективных путей и методов внедрения физической культуры и спорта в повседневную жизнь народа. Вклад нашего Университета в развитие физической культуры и спорта достаточно весом. Нашей кафедре физической культуры уже более ста лет – так что история физической культуры страны отражена в истории развития физического воспитания в Университете».

Многие годы профессор Краснов на страницах журнала «Санкт-Петербургский университет» неустанно пропагандировал здоровый образ жизни, предлагал пути улучшения физкультурно-спортивной подготовки студентов, развития физической культуры и спорта в Университете. На протяжении многих лет он читал первокурсникам лекцию «Роль физической культуры и спорта в формировании здорового образа жизни студента». В начале 2000-х Иван Сергеевич подготовил учебное пособие «Здоровый образ жизни студенчества». Заслуживает внимания и работа И. С. Краснова «О важности и перспективах формирования здорового образа жизни студентов».

В одной из работ, посвященных актуальным вопросам физической культуры и спорта и здорового образа жизни студенчества, И. С. Краснов писал: «Мне представляется необходимым в кратчайшие сроки разработать программу „Повышение роли физической культуры и спорта в формировании здорового образа жизни универсантов“. Я абсолютно убежден в том, что подобная инициатива позволит решительным образом улучшить образовательную деятельность в СПбГУ.

В Уставе СПбГУ необходимо заявить о том, что забота о здоровье преподавателей, сотрудников, студентов и аспирантов, о повышении роли физической культуры и спорта в подготовке высококвалифицированных специалистов, в формировании здорового образа жизни универсантов является одной из важнейших задач СПбГУ. В Уставе должно быть провозглашено, что в СПбГУ господствующими являются нормы и правила здорового образа жизни, что овладение этими нормами и правилами – прямая обязанность каждого универсанта.

Современная материально-спортивная база Университета должна быть решительнейшим образом улучшена в сжатые сроки. Для этого:

1) Университет должен создать центральный общеуниверситетский спортивный комплекс, включающий в себя стадион, манеж, бассейн, специализированные спортивные залы и т. д.

2) В ПУНКе должен быть завершен первоначальный план строительства физкультурно-спортивных объектов (стадион, манеж, бассейн и так далее).

3) Учитывая огромную территориальную разбросанность факультетов по городу, при каждом факультете необходимо иметь свой спортивный зал (комплекс).

4) В Университете должен действовать Спортивный клуб СПбГУ. Его задача – проводить организаторскую, пропагандистскую, массовую физкультурно-спортивную и оздоровительную работу, руководить деятельностью факультетских подразделений спортклуба, федераций по видам спорта, совместно с кафедрой физической культуры и спорта принимать участие в подготовке сборных команд Университета в городских, региональных, российских и международных соревнованиях. Спортклуб, конечно же, должен располагать определенными финансовыми средствами. Он должен иметь определенную финансовую поддержку со стороны Университета. И одновременно с этим вести разнообразную деятельность, направленную на укрепление собственной финансовой базы (членские взносы, торговля спортивной символикой, проведение платных спортивных мероприятий и т. д.).

5) Кафедра физической культуры и спорта должна сосредоточить основное свое внимание на повышении качества учебной деятельности, на улучшении спортивных показателей в группах спортивного совершенствования по основным видам спорта, на улучшении методической и научной деятельности.

Осуществление вышеуказанных мероприятий позволит нашему Университету давать России тысячи не просто специалистов высшей квалификации, а высокоработоспособных, умных и грамотных молодых людей, убежденных сторонников норм и правил здорового образа жизни. Все это и будет нашим конкретным вкладом в дело коренного улучшения российского высшего образования».

Подведение итогов: монография, посвященная Международному олимпийскому движению

В Университете И. С. Краснов проработал более 35 лет. Он завершил преподавательскую деятельность в СПбГУ в 2011 г., написав заявление об увольнении по собственному желанию.

Этот шаг позволил ему больше времени уделять благоустройству дачи в Лейпясуо под Выборгом и заняться реализацией творческих планов по подготовке научных трудов в области спорта, здорового образа жизни и долголетия. Он много и с удовольствием проводит время с внуком Павлом, который к этому времени уже студент Первого медицинского университета им. И. П. Павлова.

Иван Сергеевич активно приобщает внука к спорту. Летом они выезжают на рыбалку на Финский залив близ Выборга, ходят за грибами по любимым местам Ивана Сергеевича у озера Глубокого, зимой совершают длительные прогулки в Удельном парке, обсуждая насущные научные проблемы медицины и спорта. Он продолжает интересоваться жизнью Университета, спортивными успехами универсантов и продолжает работу над монографией, посвященной Олимпийскому движению.

Монография посвящена «всем тем, кто принимал непосредственное участие в организации и проведении Олимпиад, кто содействовал и продолжает содействовать торжеству гуманных идей олимпизма, неуклонно приближающих многомиллионное олимпийское сообщество к миру и взаимопониманию; дружбе, равенству и сотрудничеству». Международное олимпийское движение – явление не случайное, уверен ученый, «это одно из направлений естественной и закономерной устремленности человечества к миру, согласию и сотрудничеству».

Ивану Сергеевичу удалось завершить работу над книгой, но опубликовать ее он не успел…

Идеи, изложенные Иваном Сергеевичем, отдавшим спорту, и в том числе олимпийскому, несколько десятилетий своей долгой продуктивной и счастливой жизни, безусловно, заслуживают самого пристального изучения. Среди них, например, предложение учредить Международные олимпийские учебные заведения (академия или университет), написать Олимпийский марш и клятву болельщиков, выдавать памятные жетоны участникам Олимпийских игр, занявших с 4-го по 6-е места. А актуальность предложения Ивана Сергеевича создать континентальные Олимпийские комитеты подтверждена самой жизнью: в 2019 г. прошли уже вторые Европейские игры – своеобразная европейская олимпиада…

В феврале 2020 г. из издательства «Советский спорт» пришло уведомление о том, что монография И. С. Краснова «Международное олимпийское движение: его уникальность и перспективы развития» принята к печати.

Татьяна Ивановна Ионова (Краснова)

Гиревой спорт в Санкт-Петербургском государственном университете: вклад И.С. Краснова в его развитие

«Какая у нас была команда!»

И.С.Краснов

Гири – исконно русский снаряд для увеличения физической силы – были и остаются надежным помощником при подготовке атлетов во многих видах спорта. Кафедра физической культуры и спорта СПбГУ с ее многолетним опытом тренерско-преподавательской деятельности, вне всякого сомнения, может подкрепить этот тезис многочисленными примерами из практики именитых спортсменов-универсантов.

При этом гиревой спорт в своем нынешнем виде, с системой разрядных нормативов и правилами проведения соревнований, представляет собой сравнительно молодой, но стремительно прогрессирующий вид спорта.

История развития гиревого спорта в Санкт-Петербургском государственном университете неразрывно связана с именем Ивана Сергеевича Краснова – Заслуженного тренера РСФСР, профессора кафедры физической культуры и спорта СПбГУ, наставника сборной команды Университета по гиревому спорту и главного судьи всех внутривузовских соревнований в этой дисциплине.

Под руководством И. С. Краснова сборная СПбГУ 1990-х и 2000-х гг. пробивалась в число лучших студенческих команд г. Санкт-Петербурга по гиревому спорту, регулярно входила в тройку лидеров в командном зачете. Свою первую победу на городском чемпионате вузов сборная Университета одержала 18 декабря 2004 г.

Залогом стабильности достижений команды гиревиков СПбГУ во многом послужил незаурядный педагогический талант И. С. Краснова, его видение ключевых аспектов организации тренировочного процесса.

Характерной чертой гиревого спорта в СПбГУ был системный подход к воспитанию и подготовке молодых атлетов, подведению их к ответственным стартам в сочетании с повышением спортивного мастерства опытных спортсменов.

Основанием этой системы были соревнования на Приз первокурсника. Участникам предлагалось пройти силовой тест – поднять две гири по 16 кг максимально возможное количество раз. Основная цель этих состязаний здесь заключалась в выявлении молодых перспективных атлетов – кандидатов на включение в состав сборной. Студентов, успешно выступивших на Призе первокурсника, Иван Сергеевич приглашал на тренировочные занятия по гиревому спорту.

Следующий этап – чемпионат СПбГУ. Чемпионат проводился уже с гирями весом 24 кг, что, помимо определенной силовой подготовки, требовало от спортсменов еще и определенных навыков в технике выполнения соревновательных упражнений. Универсанты, показавшие результат не ниже III взрослого разряда, получали шанс представлять СПбГУ на главном состязании года – чемпионате вузов г. Санкт-Петербурга.

В спортивном календаре СПбГУ турниров по гирям было немного, и в межсезонье Иван Сергеевич проводил товарищеские встречи гиревиков, как правило, приуроченные к той или иной знаменательной дате – 23 февраля, Дню космонавтики, Дню Победы. Отдельного упоминания заслуживает опыт проведения эстафеты им. И. В. Лебедева[1] по гиревому спорту. Первое и на данный момент единственное состязание столь необычного формата состоялось 20 февраля 2010 г. Участие в эстафете приняли представители трех команд: первой сборной СПбГУ, молодежной сборной СПбГУ и сборной выпускников СПбГУ. Регламент эстафеты предполагал подъем гирь весом 24 кг по длинному циклу (заброс гири к плечу – толчок – возврат к плечу – опускание вниз) в течение трех минут.

Результаты всех состязаний И. С. Красновым тщательно протоколировались и обобщались. Подводя итоги очередного спортивного сезона, Иван Сергеевич анализировал достижения команды и формулировал задачу, к выполнению которой предстояло стремиться участникам сборной. Ориентиром спортсменам служили разрядные нормативы и таблица рекордов СПбГУ по гиревому спорту. Считалось, что для мотивации атлета к достижению поставленной цели необходимо «зарубиться» (поспорить) с товарищем по команде относительно возможности показать определенный результат / установить рекорд и т. д.

В деле условного ранжирования спортсменов Иван Сергеевич Краснов нередко использовал понятие «клуб», например «Клуб-60», «Клуб-70», «Клуб-80». Так, сделав больше 70 подъемов, гиревик мог, соответственно, зачислить себя в «Клуб-70» и стремиться к покорению новых спортивных высот.

Иван Сергеевич умел найти индивидуальный подход к каждому из учеников, найти нужную мотивацию (например, сказав: «Ты – сильный человек!»), он культивировал командный дух и ответственное отношение к делу.

Университетские первенства, равно как и тренировки гиревиков, проходили на двух основных площадках – в зале силовой подготовки Jeu de paume главного здания СПбГУ, а также в Петродворцовом учебно-научном комплексе (ПУНКе), воспитанники которого неизменно вносили серьезный вклад в общекомандный результат на чемпионате вузов.

Говоря об особенностях тренировочного процесса сборной команды Университета, стоит сказать, что, помимо отработки соревновательных движений (толчок и рывок гирь), немалое внимание уделялось подводящим и вспомогательным упражнениям. В их числе – взятие штанги на грудь, запрыгивания на высокие брусья, «прыжочки» на небольшую скамью, прыжки с одновременным выталкиванием грифа, работа с набивным мячом, упражнения для нижней части спины (так наз. гиперэкстензия).

Арсенал зала силовой подготовки включал в себя гири различных весов (от облегченных снарядов, так называемых «обрубков», в 8 и 12 кг до «двушек» – гирь весом в 32 кг), шведскую стенку, турник, гантели и тяжелоатлетические станки с олимпийскими грифами для приседаний и жима лежа. При этом И. С. Краснов не рекомендовал своим подопечным увлекаться чисто «жимовым» компонентом. Предпочтение отдавалось динамичным упражнениям и развитию навыков скоростно-силовой выносливости – по мнению Ивана Сергеевича, ключевого качества, необходимого для достижения серьезных результатов в гиревом спорте.

Работа на тренировках шла активно, весело. Ребята всегда стремились подбодрить друг друга. Пожалуй, редкая «проходка» (контрольное выполнение соревновательного упражнения) обходилась без слов поддержки: «Давай-давай!», «Терпеть!», «Собирайся на каждый раз!». Обычным делом было посчитать для товарища по команде количество подъемов гирь с секундомером в руках, подстраховать при выполнении упражнений со штангой. На межвузовских соревнованиях более опытные спортсмены помогали новичкам освоиться в непривычной обстановке, подготовить гири к работе, натирая их магнезией. Все перечисленные моменты, безусловно, можно отнести к слагаемым успеха сборной СПбГУ под руководством И. С. Краснова.

Сегодня Санкт-Петербургский государственный университет утратил былые позиции в гиревом спорте. Но мы верим, что усилия универсантов, в разные годы выступавших за сборную, помноженные на труд и целеустремленность современного поколения студентов-гиревиков, позволят не только возродить в СПбГУ этот увлекательный вид спорта, но и добиться в нем новых побед.

Дмитрий Валерьевич Дрючин

Семья Красновых в родительском доме в Лыскове. 1951

И.C.Краснов с дочерью Татьяной в Песочной на даче. 1963

И.С.Краснов с братьями Михаилом Сергеевичем и Григорием Сергеевичем у мемориала «Вечный огонь» в Лысково на 9 мая. 1965

С братом Анатолием Сергеевичем и племянником Сергеем в Краснодаре у стадиона. 1967

И.С.Краснов с братьями Григорием Сергеевичем и Анатолием Сергеевичем. Санкт-Петербург. 1996

С братом Григорием Сергеевичем, племянником Сергеем, племянницей Ириной и внучатым племянником Александром. Санкт-Петербург. 1996

И.С.Краснов с братом Анатолием Сергеевичем и внучатым племянником Александром. Санкт-Петербург, 1996

Иван Сергеевич и Антонина Федоровна Красновы с дочерью Татьяной и внуком Павлом в Удельной. 1997

Иван Сергеевич и Антонина Федоровна с внуком Павлом в Удельной. 1998

Иван Сергеевич и Антонина Федоровна с внуком Павлом в лесу в Лейпясуо. 2004

Иван Сергеевич и Антонина Федоровна с внуком Павлом на даче в Лейпясуо после грибной прогулки. 2004

Иван Сергеевич и Антонина Федоровна с дочерью Татьяной в лесу в Лейпясуо. 2018

Грибники Иван Сергеевич и Антонина Федоровна с дочерью Татьяной в Лейпясуо после грибной прогулки. 2018

Иван Сергеевич и Антонина Федоровна с внуком Павлом в Удельной. 2018

Иван Сергеевич Краснов в 2018 году

II. И.С. Краснов в воспоминаниях друзей, родных, коллег и учеников

М.Г.Алексеев. По ком звонит колокол…

Памяти Ивана Сергеевича Краснова, Тренера, Друга и Человека

Ушел Иван Сергеевич Краснов.

Он не был моим тренером, но почему так тяжело на сердце, одиноко и безнадежно тоскливо? Почему так не хватает тех тренировок с обязательным футболом / баскетболом, баней и шахматами по средам в том старом, олдскульном Университете – не чета нынешнему?

Где стены были обшарпаны, а участники тех сред – личностями, да еще какими?

Краснов олицетворял собой Тот Университет, Тот спорт и Те отношения на спортивных площадках и вне их.

Его человеческой мудрости, остроумию, интеллигентности при внешней мягкости, но железной внут ренней воле, его обаянию невозможно было противиться.

Ты приходил на кафедру, и он приветствовал тебя: «МИША!!!»

Именно так – с тремя восклицательными знаками, – и тебе сразу становилось тепло и комфортно.

И он так приветствовал тебя каждый раз, когда встречал. Каждый. И каждого. Будучи вдвое старше тебя. Будучи легендой в спорте. Он так видел мир и так относился к людям.

Не потому ли его так любят все: от студентов до олимпийцев, от друзей-единомышленников до коллег-конкурентов?

Я имел честь знать Ивана Сергеевича и дружить с ним. Особенно сблизились мы с моим взрослением, после окончания мной Университета.

Мы спорили до хрипоты, и невозможно было оторваться от общения с ним, не уважать его позицию и поведение, при порой диаметральных позициях в споре.

Хотел многое вспомнить: бесконечно количество ставших родными словечек, фраз, которые накопились за долгие годы общения и понятны были только посвященным: «Взялся – женись»; «Души прекрасные порывы», «От шаха еще никто не умирал»; «Начали!!!» и проч.

Пусть про это напишут другие, я свои воспоминания оставлю себе. С потерей старшего товарища мы становимся старше для других. И как патроны в обойме, передвигаемся выше…

В чем счастье и смысл во всей этой грустной истории? Не в том ли, чтобы попасть в эту обойму, и, когда подойдет твоя очередь и ты увидишь свет в конце тоннеля, – Иван Сергеевич встретит тебя: «МИША!!!»

И ты наконец окажешься в компании отличных людей, друзей и единомышленников и тебе станет вольно и спокойно.

Аминь.

Михаил Геннадьевич Алексеев

Выпускник физического факультета ЛГУ (1983 г.)

Л.В.Артемьева. Университет и Иван Сергеевич очень подходили друг другу…

С Иваном Сергеевичем Красновым я познакомилась, поступив в Ленинградский университет на экономический факультет в 1981 году. На тот момент я уже была кандидатом в мастера спорта по легкоатлетическому многоборью, но тренироваться в Университете начала в группе метателей, где были довольно сильные спортсменки, и мне, надо сказать, удалось выдержать конкуренцию с ними.

С общежитием на первых порах было сложно, разместили нас сначала в Старом Петергофе. Там были хорошие условия, но добираться оттуда на занятия в центр города, конечно, было тяжеловато. Чтобы успеть на первую пару к девяти утра, вставать приходилось в шесть. Тренировки начинались в 16-17 часов, возвращались мы в общежитие не раньше девяти вечера. Это был довольно тяжелый период, но вскоре благодаря усилиям Ивана Сергеевича мне и еще нескольким студентам все же выделили места в общежитии на улице Добролюбова. Это был один, очень яркий, запомнившийся, но далеко не единственный пример той заботы, которой он всегда окружал своих учеников.

Тренируясь у Ивана Сергеевича, я повысила свой результат в толкании ядра с 11,5 до 16 метров, потом стала тренироваться у Анатолия Владимировича Якунина, но теплые отношения с Иваном Сергеевичем мы сохранили, тем более что я продолжала выступать за Университет и общество «Буревестник». Во многом благодаря работе с Иваном Сергеевичем, заложенной им базе я вошла в сборную команду страны и даже входила в четверку лучших в СССР.

Его достоинства были очевидны для всех, и на них ты обращала внимание сразу: пунктуальный, внимательный, галантный, неизменно доброжелательный, трудолюбивый настолько, что, находясь в поле его зрения, волей-неволей начинаешь тренироваться усердней.

Тогда мы, пожалуй, не придавали всему этому значения, но сейчас-то я понимаю, что такой человек, особенно в мире спорта, жестком, конкурентном, где все подчинено результату, – большая редкость.

И конечно, Иван Сергеевич был превосходным организатором. Он так оборудовал зал, что эффективность наших занятий была весьма велика. Той сетки для метаний, которая была у нас в университетском спортивном зале, не было, пожалуй, даже в сборной страны!

Мягкий, интеллигентный, доброжелательный, дипломатичный, всем своим видом олицетворявший порядочность, он умел договариваться со всеми ко всеобщей пользе. Помню, одно время мы тренировались на стадионе имени В. И. Ленина, потом его закрыли на ремонт, и мы переехали на стадион «Динамо», где нам, откровенно говоря, не очень были рады, но Иван Сергеевич сумел добиться, при этом ни с кем не вступая в конфликт, чтобы мы там занимались столько, сколько необходимо.

Меня порой просили выступить за Университет на различных соревнованиях: лыжи, биатлон, легкоатлетический кросс, – и Иван Сергеевич никогда не возражал против этого, можно сказать даже, что приветствовал. «Человек, имеющий высокое спортивное звание, должен быть всесторонне развит, он должен обладать всеми спортивными навыками», – часто повторял он.

Перемены в стране, случившиеся в конце 80-х – начале 90-х, он воспринял весьма болезненно, близко к сердцу. Энтузиаст спорта и физической культуры, он переживал за детей, которые только вступали в жизнь и оказались лишены многого из того, чем обладали предыдущие поколения. Закрытие в 90-е огромного количества спортивных школ, как мы сейчас понимаем, имело печальные последствия для нескольких поколений подростков.

И в своих поздних работах и выступлениях Иван Сергеевич старался показать, доказать, что система ГТО имела очень много достоинств, что вся спортивная система, выстроенная в СССР – «от значка ГТО к олимпийским медалям», – позволяла дать школьникам очень хорошее воспитание и образование, не только спортивное. Иван Сергеевич знал, что говорил. Ведь он сам много лет ездил по всей стране на юношеские соревнования, отыскивая перспективных спортсменов, работал в вузовской спортивной системе.

Мне кажется, Университет и Иван Сергеевич очень подходили друг другу. Прекрасная спортивная база у Университета была в Эшерах, там Иван Сергеевич бывал много раз, были налажены спортивные контакты с университетами Венгрии, Польши, ГДР. Университет славился спортивными достижениями: бокс, легкая атлетика, плавание, биатлон. Мы были лидерами во многих дисциплинах, и когда Университет начал резко сдавать позиции в спортивной сфере, Ивана Сергеевича это сильно расстраивало и беспокоило.

Общались мы с Иваном Сергеевичем практически до последних дней его жизни. Мне казалось, что, кто бы ни позвонил, он каждого сразу узнавал по голосу. Он помнил каждого из своих учеников, а их у него за много десятилетий тренерской деятельности было огромное количество. На каждого человека он заводил своего рода досье, очень подробное: откуда приехал, дата, месяц, год рождения, с каким результатом пришел тренироваться к нему, чего впоследствии добился… О каждом из своих спортсменов он мог рассказать очень много. Я помню его слова: «Любаша, я помню всех».

Иван Сергеевич очень долго оставался в прекрасной физической форме, старался много двигаться. Он не признавал своего возраста, а когда начал, что называется, сдавать, то повторял: «Не обращайте внимания, это старые травмы».

Когда-то соперники в секторе, но хорошие товарищи за его пределами, сегодня мы, ученики Ивана Сергеевича, сохранили дружеские отношения. Вот уже много лет три-четыре раза в год мы собираемся за чашкой чая, обмениваемся новостями, вспоминаем спортивную молодость, рассказываем про детей и внуков…

Иван Сергеевич часто принимал участие в наших посиделках, и теперь, когда его с нами нет, мы будем продолжать встречаться уже в память о нем, никогда не забывая, что этот замечательный человек, являвшийся для нас примером и образцом, объединил нас, подружил и во многом определил нашу судьбу.

Сегодня спорт в Университете, к сожалению, не занимает такого места, как раньше, спортивная кафедра СПбГУ не имеет уже такого влияния и авторитета, но я уверена, что память об Иване Сергеевиче должна быть увековечена – в публикациях о нем, в соревнованиях в его честь. И мы, его ученики, приложим для этого все усилия.

Любовь Васильевна Артемьева (Хвостикова)

Выпускница экономического факультета ЛГУ (1987 г.).

В настоящее время главный специалист-эксперт отделения Пенсионного Фонда РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области

Ю.Я.Баландин. Главный тренер моей жизни

С Иваном Сергеевичем судьба свела меня, когда мне исполнилось 23 или 24 года. Уже забылись мои юношеские победы и даже рекорды СССР. Я женился, окончил институт и был принят инженером на завод «Большевик». В семидесятые-восьмидесятые все крупные городские предприятия имели мощные спортивные команды, для спортсменов создавались условия…

Основным местом для занятий легкоатлетическими метаниями в городе на Неве было запасное поле стадиона им. Ленина. Всё проходило на улице. Зимой «на Ленина» утрамбовывался снег, включались вышки освещения. Тренеров, занимающихся метанием молота, было так много, что молот метали также на стадионе «Динамо», на Зимнем стадионе, на «Спартаке» в Удельной, а впоследствии на поле у манежа Алексеева на Раевского. Были ещё и сектора на заводских базах. Метание диска и копья, толкание ядра – на всех стадионах. Это были золотые годы легкоатлетических метаний. На городских соревнованиях по метаниям в каждом виде заявляли по 30-60 участников. Метали с утра до вечера, по три попытки подряд, чтобы соревнования проходили быстрее. Конкуренция была высочайшая.

И на этом фоне толкание ядра в нашем городе выделялось особо. Те, кто тогда занимался метаниями, прекрасно знали, кто такие А.Барышников, Е.Миронов, В.Войкин, Г.Михайлов, С.Донских, А.Калабин…

Очень сильная легкоатлетическая команда была и на «Большевике», особенно были сильны метатели. Достаточно назвать метателей диска – П. Михайлова, А.Андрианова, Н.Горбачёву…

Когда мои результаты перестали расти, я ушёл от своего первого тренера И.С.Захарова и примерно через год самостоятельных занятий обратился к И.С.Краснову с просьбой начать меня тренировать. Иван Сергеевич согласился.

На моё решение сильно повлияли стиль и результаты метателя молота Павла Репина, который работал с Иваном Сергеевичем. Павел не обладал эталонной техникой метания, зато выделялся незаурядной динамикой и мощью, чего мне в те годы и не хватало. Кроме того, хотелось узнать что-то новое, работая в одной группе с такой мощной парой, как Миронов – Краснов.

Особенно сильное впечатление на меня произвели тренировки, которые Иван Сергеевич проводил в ЛГПИ им. А. И. Герцена. Атмосфера занятий была для меня непривычна. Иван Сергеевич умел превратить каждую тренировку в непринуждённое, весёлое времяпрепровождение, всё сопровождалось его обаятельной улыбкой, дружескими жестами и шутками. Время пролетало незаметно, и в этот зал хотелось приходить снова и снова. Известно, что многие спортс мены во время тренировочного занятия зачастую ведут себя как дети: кто-то капризничает, кто-то жалуется на боль в мышцах после нагрузок.

Иван Сергеевич шутливыми замечаниями мотивировал ученика на выполнение упражнения так, что тот забывал о своих жалобах и выполнял задание с полной отдачей, – высший пилотаж.

Это было для меня в новинку, хотя до этого я тренировался в школе В. И. Алексеева и имел возможность наблюдать тренировки, которые проводили тренеры школы и сам Виктор Ильич. Там царил дух профессионализма, серьёзного взрослого спорта. Все были заняты делом и расслабиться могли только в раздевалке.

Помимо В.И.Алексеева, в Ленинграде в 1950-1970 годах плодотворно работали О.В.Колодий, Ю.М.Лутковский, Ю.П.Фёдоров, и Иван Сергеевич встал в один ряд с этими выдающимися учёными в области физической культуры и спорта во многом благодаря достижениям своего ученика Евгения Миронова.

На первых порах среди других спортсменов Женя Миронов особо не выделялся своими данными и результатами. Высокий, широкоплечий, но уж очень сухопарый, поджарый, он, скорее, походил на баскетболиста или прыгуна в высоту. А его неизменные очки с сильными диоптриями никак не вязались с обликом богатыря. Думаю, Женя и Иван Сергеевич очень подходили друг другу. Иван Сергеевич с его обаянием, многозначительными театральными паузами перед тем, как что-нибудь сказать, и Женя – с его жизнелюбием, открытостью, широченной улыбкой, заразительным смехом, который сразу располагал тебя к этому парню. Надо отдать должное таланту Ивана Сергеевича, который разглядел в этом нескладном парне будущего чемпиона.

В карьере и тренера, и спортсмена важнейшую роль играет мотивация. Общаясь с Иваном Сергеевичем, все чувствовали его талант воодушевить ученика, заразить его стремлением к цели. Он не был тренером-диктатором, скорее единомышленником, коллегой, мудрым товарищем, Учителем.

Многие тренеры по вечерам корпят над планами тренировочных занятий, тщательно записывают каждый шаг, каждое движение ученика на тренировке. Не помню, чтобы Иван Сергеевич этим занимался, хотя, зная его склонность к научной деятельности, это вполне возможно. Что касается меня, то мне он предоставлял полную свободу в принятии решения: что делать в тренировке, в каких количествах…

Я в своей тренерской деятельности руководствовался теми же принципами. Мои ученики выступали и на Олимпийских играх, и на чемпионатах мира, но при этом у меня нет ни их дневников, ни планов тренировочной работы! Да, есть программа подготовки, определённый набор упражнений, их последовательность, но нет строгих отчётов о том, что они делали и в каких количествах. Спортсмен – это живой человек со своими проблемами и слабостями. Тренер предлагает ему программу на тренировочное занятие или на тренировочный цикл, а потом наблюдает за тренировочным процессом и вмешивается, только если что-то идёт не так. Когда отношения тренера и ученика строятся на таких принципах, то и необходимость в мотивации спортс мена на высокий результат отпадает. Никто не мотивирован на высочайшие достижения больше, чем сам ученик, а роль тренера – просто не мешать спортсмену, в случае необходимости корректировать подготовку. В этом смысле Иван Сергеевич, тонкий психолог, был идеальным тренером.

Постепенно из неуклюжего очкарика-студента Женя Миронов превратился в настоящего атлета, мощного, с прекрасной техникой толкания. Не случайно потом много лет все статьи о толкании ядра в журнале «Лёгкая атлетика» сопровождались кадрами из кинограмм толкания Евгения Миронова. Позы, которые он занимал во время толчка, и сегодня можно считать эталонными.

Многое дало Евгению и сотрудничество с опытнейшим ленинградским легкоатлетом Валерием Войкиным. Валерий и Женя много тренировались вместе, и Валерий щедро делился опытом, приобретённым им на международных соревнованиях, знаниями, полученными в работе со своим мудрым педагогом Е. М. Лутковским и в процессе общения с лучшими толкателями мира.

Фаворитом олимпийских соревнований в Монреале, куда Евгений Миронов отправился в составе сборной СССР, был Александр Барышников. Мировой рекорд, установленный им незадолго до Олимпиады, да ещё и достигший психологической отметки 22,00 м, делал его безоговорочным претендентом на золото Олимпиады. Олимпийский рекорд Барышникова, установленный в квалификационных соревнованиях в Монреале, также подтверждал его бесспорное лидерство. Основным конкурентом нового мирового рекордсмена считали германского толкателя Удо Байера. О шансах на медаль второго ленинградского атлета Евгения Миронова, дебютанта сборной команды страны, могли говорить только самые отчаянные оптимисты. Да, он стал чемпионом СССР с результатом 21,53 м, но мало кто верил, что этот парень добьётся чего-то в олимпийской борьбе. Однако во время финальных соревнований у Барышникова что-то пошло не так, ядро с трудом долетело до отметки в 21,00 м. Байер же выступал уверенно, зафиксировал результат 21,05 м. И тут «тёмная лошадка» Женя Миронов в пятой попытке показывает 21.03 м! Серебряная медаль! Позади (20,55 м) остаётся прославленный американец Алан Фейербах!

Спустя 40 лет Удо Байер публично признался, что участвовал в систематической допинговой программе ГДР. Правда, его признания состоялись слишком поздно для Международного олимпийского комитета, чтобы лишить его золотой олимпийской медали.

Когда сборная СССР вернулась домой после Олимпиады в Монреале, Иван Сергеевич описал Женино выступление со свойственным ему лаконизмом и чувством юмора: «Вышел, плечищи широченные, ручищи длиннющие. Бац! И второе место».

Женя не попал в состав команды на следующей Олимпиаде, но конец 70-х – начало 80-х также было очень успешным для Ивана Сергеевича и его учеников. Павел Репин стабильно метал молот за 77 метров и даже стал серебряным призёром чемпионата СССР в 1981 году. В 1982 и 1983 годах и Женя, и Павел показывали высокие результаты, но 1983 год стал завершающим в карьере П. Репина, Е. Миронов выступал еще год.

Для Ивана Сергеевича закончился очень важный этап жизни. Но жизнь продолжалась, и он сумел реализоваться в педагогической и научной работе, но это уже совсем другая история.

Юрий Яковлевич Баландин

Заслуженный тренер России, чемпион и рекордсмен СССР среди юношей в метании молота, мастер спорта СССР, отличник народного образования

Б.С. Воинов. Дружба длиной в восемьдесят лет

С Ваней Красновым мы дружили с детства. В лысковской школе № 1 у нас была большая компания мальчишек, но с первого класса сформировалась тройка друзей: Иван Краснов, Эдуард Лугинин и я, Борис Воинов.

Ваня жил в верхней части Лыскова у Казанской церкви, Эдик – в центре у собора Спаса Преображения, я – на Большой Советской, недалеко от школы. Родители мои были врачами: мать – педиатр, заведовала детской и женской консультацией, отец – ветеринар, руководитель ветеринарной лаборатории. Эта лаборатория занимала часть дома, в оставшейся части жила наша семья.

Школа наша располагалась на Большой Советской улице в здании бывшей мужской гимназии, для которой братья Ермолаевы, владельцы местного пивоваренного завода, еще до революции отдали свой дом. Сначала у нас было совместное обучение, потом мы учились отдельно от девочек, школа стала называться «Мужская средняя школа».

Учились мы хорошо и с удовольствием. Как все мальчишки, на переменах бегали, шалили. Никак не могу забыть один эпизод, за который мне до сих пор стыдно. Однажды между мной и Ваней была стычка. Не помню, из-за чего, но я был на него в сильной обиде. В перчатке с толстой ворсиной, очень колючей, я ударил Ваню по лицу, разбил ему лицо в кровь, наверное, Ване было очень больно. Но мы быстро помирились. Больше между нами подобных конфликтов не было.

Спорт вошел в нашу жизнь с детства. В школе был спортзал, там установили турник, и мы часто упражнялись на перекладине. У Вани хорошо получалось крутить «солнышко».

Любимым времяпрепровождением был футбол. Конечно, с удовольствием рыбачили. От Лыскова до самой Волги раскинулись богатейшие заливные луга, озера Лебединое, Песочное, Макарьевское, Плоцкое. Через Макарьевское озеро был проложен мост на пристань к Волге. Тогда еще сохранилась мощеная купеческая дорога от Лыскова до пристани, проложенная во времена знаменитой Макарьевской ярмарки. После уроков мы часто бегали на Волгу к пристани, это семь километров, а потом возвращались домой через луга. В лугах рос щавель, дикий лук, другие съедобные травы. Мы часто занимались сбором этих растений – это было большим подспорьем.

Зимой катались на самодельных коньках и лыжах по замерзшей реке Сундовик. Очень любили съезжать с гор, особенно с Оленьей горы. Оленья гора очень крутая, и восторгу не было предела, если удавалось съехать, не упав.

Когда началась война, нам было по двенадцать лет, мы окончили 6-й класс. В войну наша школа работала, мы продолжали учиться, несмотря на то что на базе школы был развернут военный госпиталь, куда привозили фронтовиков. В сентябре 1941 года были введены карточки на хлеб, сахар и другие товары. Город ночью погружался в темноту, было установлено дежурство, строго соблюдалась светомаскировка. Немецкие самолеты прорывались до Горького, бомбили автозавод, иногда зарево было видно из Лыскова. Все предприятия города работали.

Мы как могли помогали взрослым. Отец Ивана Сергей Иванович работал в мастерской, где изготавливали валенки, которые шли на фронт. Шерсточесальную машину вначале крутили вручную, а позднее приобрели движок для нее. Мальчишки активно помогали рабочим мастерской.

При женской консультации, где работала мама, организовали молочную кухню. Детей всего города снабжали молоком, и мы помогали его разносить. Также ребята работали в госпитале.

Несмотря на военное время, мы не прекращали ходить в школьный спортзал. Однажды я неудачно соскочил с турника и вывихнул руку. Ваня помог мне зафиксировать руку, а потом мы пошли искать врача. Все были заняты на операциях и перевязках, пришлось долго ждать, и Ваня все время меня подбадривал. Руку мне вправила Елена Андреевна Чачина, – впоследствии известный хирург, заслуженный врач РСФСР. После войны она была награждена медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны», стала почетным жителем города Лысково.

В 1944 году от туберкулеза умер мой отец (как ветеринар он много ездил по области, боролся с падежом скота и, в частности, с сибирской язвой), спустя год умерла от сыпного тифа мама. Я остался с бабушкой и дедушкой, которые, к счастью, получали рабочие продовольственные карточки. У бабушки и дедушки была овчарка. Они ходили с ней на работу в гостиницу, собака трудилась сторожем – на нее тоже была оформлена рабочая карточка.

И в этот особенно тяжелый период для нашей семьи я всегда ощущал Ванину дружескую поддержку.

Через год после окончания войны мы окончили школу. Ваня и я решили ехать учиться в Горький. Ваня поступил в Педагогический институт на исторический факультет, я – в Горьковский политехнический институт.

Во время учебы мы продолжали тесно общаться. Ваня серьезно занялся легкоатлетическими метаниями и позже стал мастером спорта по метанию молота. Мои успехи в спорте были несколько скромнее – второй разряд по велосипедному спорту.

По окончании учебы Ваня уехал в Ленинград, я остался в Горьком. Спустя несколько десятилетий мой друг стал профессором кафедры физического воспитания в Ленинградском (Санкт-Петербургском) государственном университете, я – профессором кафедры радиотехники радиофизического факультета Горьковского (Нижегородского) государственного университета. Иван ушел на пенсию в 2011 году, я немного раньше – в 2009-м. Все эти годы, несмотря на расстояние и разные профессиональные интересы, мы оставались на связи. Встречались, как правило, в Москве, куда часто приезжали на конференции. В обязательном порядке созванивались 5 февраля и 5 апреля – поздравляли друг друга с днем рождения.

Не забывали мы и про третьего участника нашей дружеской компании. Эдик остался в Лысково и со временем стал заведующим плодопитомником. Благодаря ему у меня на даче уникальный сад. Знаю, что Эдик советами помог Ване с благоустройством дачи.

Больше семидесяти лет мы продолжали переписываться и перезваниваться. Детская и юношеская дружба осталась на всю жизнь.

Борис Сергеевич Воинов

Доктор технических наук, профессор, окончил специальный факультет Горьковского политехнического института. До 2009 г. профессор кафедры радиотехники радиофизического факультета Нижегородского государственного университета

О.С.Глотов. Масштаб личности Ивана Сергеевича понимаешь с годами…

С Иваном Сергеевичем я познакомился во время каких-то студенческих соревнований гиревиков в Университете. Это был 1999 или 2000 год. Я неплохо выступил, и Иван Сергеевич, обратив внимание на мой результат, пригласил меня заниматься вместе с университетской сборной по гиревому спорту. И за две недели между университетскими соревнованиями и городскими он довел мой результат со второго разряда до первого! Рекомендации его были предельно конкретны: «Олег, у тебя развиты руки и развиты ноги, и просто надо сделать так, чтобы они «были связаны» между собою», – сказал он и предложил комплекс упражнений на турнике для развития мышц корпуса.

На меня тогда это произвело сильное впечатление. Иван Сергеевич, с его огромным опытом и тренерским интеллектом, мгновенно «диагностировал» проблему и тут же предложил способ ее решения, оказавшийся весьма результативным. И такое происходило не только со мною, но и со всеми, кто проходил через его руки.

Он в течение очень короткого времени определял слабые места каждого спортсмена, с которым работал и с помощью внятных четких рекомендаций корректировал состояние спортсмена и улучшал его кондиции.

В студенческие годы я довольно активно занимался спортом, самыми разными видами, но впервые столкнулся с тренерским профессионализмом такого уровня.

Иван Сергеевич давал очень много интереснейших упражнений, причем бывало и так, что привычному, всем известному упражнению он добавлял небольшую вариацию, и рутинное вроде бы упражнение начинало «работать» по-новому, и ты его выполнял с каким-то особым настроением и удовольствием, и это оказывалось очень полезно.

Но мы выигрывали не только за счет методических талантов нашего тренера: Иван Сергеевич умел создать командный дух, благодаря которому каждый стремился выступить как можно лучше, прыгнуть выше головы. При всем соперничестве внутри команды СПбГУ у нас никогда не было конфликтов, а дружба и добрые отношения, которые родились много лет назад на тренировках, продолжаются и по сей день.

В этом, в создании замечательно теплой дружной атмосферы в команде с ним тоже мало кто из тренеров мог сравниться.

Нельзя сказать, что при знакомстве Иван Сергеевич производил ошеломляющее впечатление: те, кто его видел впервые, едва ли могли предположить, что ученики этого немолодого и скромно, очень обыкновенно выглядящего «дядечки» в очках завоевывали самые высокие награды на Олимпиадах и других престижных турнирах. Масштаб личности, интеллект Ивана Сергеевича становились понятны только спустя какое-то время, при более тесном общении. Хотя на его интеллигентность ты обращал внимание сразу.

Иван Сергеевич был человеком весьма азартным, но чувства свои сдерживал, даже если видел, что кто-то поступает неправильно. «Если человек неправ, то он должен сам понять, что он неправ» – так, наверное, можно сформулировать его установку. Он будто давал человеку шанс исправиться самому. Часто это работало, но, возможно, в иных ситуациях ему стоило быть более жестким, стукнуть в какой-то момент кулаком по столу, но это уже был бы не Иван Сергеевич…

Олег Сергеевич Глотов

Выпускник биолого-почвенного факультета СПбГУ (2002 г.).

В настоящее время начальник сектора клинико-генетических исследований СПбГБУЗ «Городская больница № 40»

С.С. Донских. Долгая счастливая жизнь

Пожалуй, можно выделить три этапа нашего общения с Иваном Сергеевичем.

Я вошел в сборную Советского Союза примерно в то же время, когда Иван Сергеевич был старшим тренером сборной по толканию ядра, в конце семидесятых. Но тогда общение наше не было особенно насыщенным: «здравствуйте, до свидания…». Иван Сергеевич тренировал Евгения Миронова и других своих воспитанников и в работу других спортсменов, у которых были свои тренеры, не вмешивался.

Иван Сергеевич, как и многие его коллеги того поколения, был настоящим трудоголиком, он был тренером не то что «на полный рабочий день» – его профессиональная деятельность не останавливалась ни на минуту, но это не было ему в тягость, никакого «профессионального выгорания», как сейчас говорят, у него не было, от своего любимого занятия он никогда не уставал.

Довольно близко мы познакомились позже, в период, когда на стадионе «Динамо» под руководством Ивана Сергеевича тренировался один из самых известных его учеников Павел Репин. Там же тренировался и я, мы тепло общались и даже отмечали окончание сезона поездками на рыбалку в Барышево – место, которое Иван Сергеевич очень любил. Рыбалка, пожалуй, была любимым досугом Ивана Сергеевича. Улов Ивана Сергеевича неизменно оказывался больше и солидней, чем у нас с Пашей.

На рыбалке он раскрепощался и начинал рассказывать истории, в том числе и рыбацкие, где-то, возможно, он мог и присочинить слегка, но делал это невероятно обаятельно и смешно. Рассказчик Иван Сергеевич был замечательный, но, к его чести, он никогда не пытался специально кого-то рассмешить, поразить, привлечь к себе внимание какой-то невероятной историей. У него это всегда выходило очень органично, естественно, а все байки у него были к месту.

Когда я уже работал старшим тренером сборной команды города по метаниям в Комитете по физической культуре и спорту, мы, естественно, часто встречались с Иваном Сергеевичем на соревнованиях и различных совещаниях, общение наше носило уже более деловой, но по-прежнему искренний и сердечный характер.

Резкие перемены, произошедшие в стране в конце 80-х – начале 90-х, не могли оставить Ивана Сергеевича, убежденного коммуниста, не отрекшегося от своих убеждений, равнодушным, но его общение с коллегами, придерживавшимися других взглядов, по-прежнему было доброжелательным и взаимноуважительным. Я, например, с Иваном Сергеевичем мог спорить на темы политики, но ни профессиональным, ни личным нашим контактам это нисколько не мешало.

Иван Сергеевич был человеком весьма эрудированным, начитанным, обладающим большим объемом знаний в самых разных областях, и конечно, беседовать с ним на самые разные темы было огромным удовольствием. Понятно, что главной темой наших бесед был спорт, а в последние годы его жизни – книга об истории Олимпийского движения, над которой Иван Сергеевич кропотливо трудился, и судя, по его рассказам, для него это было очень важно, в этой книге он постарался высказать свои заветные мысли, касающиеся истории спорта.

Иван Сергеевич прожил долгую и в целом счастливую жизнь. Известно, что люди со временем меняются, порой довольно сильно, но все годы нашего знакомства я знал его как доброго и глубоко порядочного человека. Таким он и останется в моей памяти.

Сергей Семенович Донских

Мастер спорта международного класса СССР, неоднократный серебряный призер чемпионатов СССР в толкании ядра, заслуженный тренер РФ

Д. В. Дрючин. Письмо учителю

Ивану Сергеевичу Краснову, Учителю и Тренеру

Дорогой Иван Сергеевич!

Это письмо дарит бесценную возможность вновь обратиться к Вам, поделиться воспоминаниями от общения с Вами и сказать большое Спасибо за все, что Вы стремились заложить в нас, своих учеников.

С теплотой вспоминаю тренировочные занятия по гиревому спорту под Вашим руководством, наши беседы (в том числе по телефону, которые могли с легкостью продолжаться и час, и полтора), а также различные эпизоды университетской спортивной жизни. Восстанавливая их в памяти, точно складывая элементы мозаики, невольно удивляешься тому, сколько всего происходило во времена студенчества, когда закладывались основы взрослой жизни. Ваши уроки по-прежнему служат для нас надежным ориентиром во многих ситуациях.

Кажется, что и сегодня, стоит зайти в здание Jeu de paume, где расположена кафедра физической культуры и спорта СПбГУ, подняться в наш зал – и мы встретим там Вас, Иван Сергеевич. Прямо за дверью, где Вы, по обыкновению сидя на стуле, наблюдали за тренировочным процессом с неизменным секундомером в руках. «Иван Сергеевич, посчитаете?» – и дальше шла усердная работа с гирями под Ваш отсчет: «Тридцать секунд. Минута. Полторы. Две минуты…»

Вы всегда приветливо встречали нас, своих учеников. Крепким рукопожатием, улыбкой и добрым прищуром из-под очков. Тогда, в юношеские годы, некоторые вещи, вероятно в силу возраста, воспринимались несколько по-другому. Многие человеческие проявления, черты характера казались естественными, присущими каждому по определению. Со временем понимаешь, что это не так. Тем ценнее Ваши профессиональные и личностные качества видятся сейчас. Иван Сергеевич, Вы всегда подавали нам пример: ленинградец, настоящий интеллигент. Профессор, заслуженный тренер РСФСР. Мастер спорта и кандидат педагогических наук. Ваш тезис о том, что образец физического развития и степени образованности, к которому необходимо стремиться – стать доктором наук и мастером спорта, – всё так же актуален и всё более недостижим.

Удивительно, что человек такого масштаба, как Вы, – с опытом тренерской работы на высшем, олимпийском уровне, лично знавший многих выдающихся людей, например Ю.А. Гагарина, – оставался прост и открыт в общении с приходившими на занятия студентами. Вы давали нам уроки ненавязчиво, убедительно, подкрепляя их интересной историей или собственным примером. Из бесед с Вами можно было почерпнуть массу интересного. Они расширяли кругозор. Сама форма диалога способствовала развитию тяги к знаниям. Помню, как-то раз спросив у Вас: «Иван Сергеевич, когда у вас день рождения?», услышал: «Я тебе отвечу так: у меня день рождения в один день с Николаем Александровичем Добролюбовым».

Ваша эрудиция нередко обезоруживала и всегда восхищала. О чем бы ни зашла речь, будь то спорт, история, театр, – обо всем Вы говорили мудро, рассудительно и со знанием дела.

Отдельного упоминания заслуживают Ваше чувство юмора и остроумные фразы. Вот лишь некоторые из них: «физическое развитие, спортивное совершенствование – это бесконечный процесс. И ты в самом начале этого бесконечного процесса». «Хороший результат. Теперь его нужно сдвои́ть, а лучше – строи́ть». «Рывок в гирях – чисто мужское движение».

Одной из педагогических задач, которые Вы старались растолковать нам на примере занятий гиревым спортом, была задача воспитания в человеке потребности восстановления после напряженного трудового дня с обилием сложной умственной работы через работу физическую. Вы не раз подчеркивали уникальность гиревого спорта, которая состоит в том, что гирями, в сущности, можно заниматься в самых разных, порой стесненных условиях, ведь для полноценных занятий требуются лишь сами гири и место, подойдет даже уголочек размером метр на метр. Мой собственный опыт переездов и длительных командировок доказал справедливость этого суждения.

Ваш педагогический талант и мастерство проявлялись и в том, что Вы всячески стремились привить студентам любовь к спорту, готовили их к участию в соревнованиях, приглашали на спортивные праздники.

Следует отдать должное Вашей решительности и твердости духа. Однажды на чемпионате вузов Санкт-Петербурга по гиревому спорту сложилась непростая ситуация. Соревнования проводились по новым правилам – классическое двоеборье (толчок + рывок гирь) было заменено на толчок гирь по длинному циклу. Получилось так, что наша команда узнала об этом «нововведении» перед самым началом соревнований. Всерьёз стоял вопрос – как действовать в ответ на столь нечестный жест со стороны организаторов? Заявить протест и сняться с соревнований? Но Вы, посоветовавшись с командой, рассудили так: «Не участвовать мы не можем!»

И команда СПбГУ, победитель прошлого года, приняла вызов, выступив на том чемпионате более чем достойно.

Вы неоднократно рассказывали о собственном пути в спорте, Вашем становлении в качестве метателя молота. Не претендуя на документальную точность, воспроизвожу одну историю. Далее – от первого лица.

«После окончания вуза, примерно в 1951 году, мы были на соревнованиях в Иваново. Стоял теплый день. Тренировка закончилась, мы пошли домой. И тут в шести-семи метрах от нас падает молот. Его метал тренировавшийся там же Игорь Казимирович Шаевский. Я тогда в первый раз увидел этот снаряд, молот. Мне – примерно 22 года. Шаевскому лет 45, он такой „модный“. Метнул он метра на 43-44. Подходит. Я спрашиваю: „А что это?“ – „Молот“. – „А как Вы его берете? Как делается поворот? Можно попробовать бросить?“ – „Пожалуйста“. Я взял, раскрутил. Он говорит: „Когда скажу – поворачивай…“ В итоге молот летит в одну сторону, я – в другую. Упал. Весь в пыли. И тут Шаевский заявляет: „Рожденный ползать (!) – метать не может“. Это меня так взвинтило. Думаю про себя: „Ну… погоди“. Этот случай помог мне. Я, на тот момент уже чемпион российского „Спартака“, понял, что в толкании ядра мне ничего не светит. Стал заниматься молотом. На следующий год приехал и Шаевского обыграл. Вот так он мне открыл новый вид, я начал этим видом заниматься. И я ему вставил».

Знаю, что Вам всегда были небезразличны вопросы развития и популяризации спорта в России. Вы оставались в курсе последних спортивных и общеполитических новостей. Сопереживали успехам и неудачам наших спортсменов. По окончании работы в Университете много трудились над написанием книги об истории международного олимпийского движения, которое называли уникальным завоеванием прогрессивного человечества. Многие Ваши идеи очень интересны и, уверен, перспективны. Хочется верить, что идеи, собранные в Вашей пока что не увидевшей свет книге, окажутся востребованными.

Завершить это письмо мне хотелось бы так: «Иван Сергеевич, я счастлив и горд тем, что могу назвать себя Вашим учеником».

С искренним уважением,

Дмитрий Дрючин

Дмитрий Валерьевич Дрючин

Выпускник филологического факультета СПбГУ (2008 г.).

В настоящее время третий секретарь Департамента общеевропейского сотрудничества Министерства иностранных дел Российской Федерации

А. Н. Згода. Профессор

Как это ни парадоксально звучит, но профессор кафедры физической культуры и спорта Санкт-Петербургского государственного университета, заслуженный тренер СССР Иван Сергеевич Краснов был все же в большей степени Профессор, нежели тренер.

Очень интеллигентный и вдумчивый, он все делал обстоятельно и без суеты, и, прежде всего, в том, что касалось тренировок.

Иван Сергеевич никогда не произносил фраз типа «ты должен», «надо» и т. п. Вместо этого он неизменно тихо и спокойно говорил: «Ты можешь». И даже если ты сомневался в том, что можешь, – пробовал, а если не получалось – то понимал, что все равно сможешь, просто не сегодня, а завтра.

Хорошо помню, как мы познакомились.

Первый курс, десять минут до начала пары по физкультуре. В зале легкой атлетики я кидаю баскетбольный мяч в корзину. Иван Сергеевич подошел и как бы невзначай спросил, могу ли поднять гирю.

У меня дома была гиря 16 кг, и иногда поднимал ее (в смысле отрывал от пола и ставил обратно), поэтому самоуверенно ответил, что да, могу, делал много раз и легко продемонстрирую. Иван Сергеевич пригласил меня в тренажерный зал, который представлял из себя спартанскую качалку без излишеств, и показал на гири.

Я поднял гирю и привычно поставил ее на пол обратно. Иван Сергеевич предложил закинуть ее на грудь. У меня получилось, хотя до этого так делать я не пробовал. Потом Иван Сергеевич спросил, могу ли вытолкнуть гирю над головой. Я снова справился.

Тогда преподаватель поинтересовался, смог бы я выполнить это упражнение с двумя гирями одновременно? И вновь я справился.

Наконец, Иван Сергеевич предложил мне попробовать то же движение уже с двумя гирями по 24 кг. Было уже сложнее, у меня не получилось даже закинуть их на грудь, но тут ребята в зале помогли мне. Вытолкнуть их над головой получилось всего один раз, и я понимал, что это предел.

После этого Иван Сергеевич подвел меня к информационному стенду – древнему, еще из советской потрескавшейся фанеры, – и обратил мое внимание на листок с нормативами по гиревому спорту. В моем весе кандидат в мастера спорта – это 120 подъемов. За пару лет, заверил меня Иван Сергеевич, я могу достигнуть этого уровня. Если буду регулярно тренироваться.

У Ивана Сергеевича был талант обнаруживать и показывать людям их лучшую версию себя, ту, что не всегда четко видно из-за дистанции между «сейчас» и «завтра». И он делал это так, что любая цель становилась очевидной, как и маршрут ее достижения.

Не просто умозрительное понимание, а осязаемый образ того, к чему я стремлюсь, всегда помогали мне в тренировках, а Иван Сергеевич деликатно, но четко напоминал, что мы всё можем, главное – методично двигаться к цели. Пусть не очень быстро, лишь бы не пятиться и не стоять на месте.

Иллюстрировал Иван Сергеевич это простыми и наглядными примерами: тот, кто поднимает гири, не распределяя силы, например 20 раз за первую минуту, неизбежно выдохнется и бросит их на второй минуте, не сделав и 30 подъемов. А тот, кто работает с ними пусть по шесть раз в минуту, но все 10 минут, тот покажет результат в 60 подъемов. К нам часто заглядывали пауэрлифтеры и штангисты и подтверждали абсолютную правоту Ивана Сергеевича.

Точно так же иллюстрируя свои слова наглядными примерами, Иван Сергеевич убеждал нас в том, что нужно постоянно развиваться, работать над собой, поскольку природный талант, какой бы он ни был, конечен, а возможности развития за счет труда безграничны.

Помогал нам увидеть себя в будущем Иван Сергеевич не только в спорте. Он постоянно задавал нам вопросы про планы, далекие и ближайшие. Причем так, чтобы мы сами могли увидеть, прочувствовать конечный результат, каким и когда он будет. В итоге почти все участники сборной Университета по гиревому спорту не только успешно окончили СПбГУ, но и поступили в аспирантуру. Одно время 90 % состава команды были аспиранты, что стало поводом для многочисленных шуток про положительное влияние чугунных игрушек на мозг.

Еще одним качеством, которым Иван Сергеевич владел и прививал его нам, было умение посмотреть на ситуацию комплексно, стратегически и оценить ее непредвзято, отбросив свой личный интерес, с учетом интересов команды или общества в целом. Иногда такой способ мышления предполагал выбор более сложного пути, например перейти в другую весовую категорию. Часто подобные решения принимались в условиях сильной неопределенности, но Иван Сергеевич показывал, доказывал, что когда все участники команды ставят целью не личный успех, а победу команды в общем зачете, то и результат каждого оказывается намного выше.

Что же касается личных достижений, то он приучал нас мыслить на перспективу, делать так, чтобы в результате методичной непрерывной работы превзойти собственный результат, стать лучше, чем ты был вчера или месяц назад.

Он был великодушен и благороден. Бывало, кто-то из нас на соревнованиях занимал второе или третье место, и разница с результатом победителя составляла всего два-три балла. Трудно было удержаться от претензий в адрес судей, что и вправду порой казалось обоснованным.

Но Иван Сергеевич деликатно возвращал нас в зону нашей ответственности, призывая в следующий раз победить с таким отрывом, чтобы никакое судейство не могло повлиять на результат. Такой подход помогал постоянно развиваться, расти над собой и после более чем десяти лет тренировок стал для меня одним из самых полезных жизненных принципов, что помогал эффективно строить сначала карьеру, а потом и бизнес.

Сейчас я понимаю, что самым ценным в нашем общении с Иваном Сергеевичем были именно эти простые, но действенные принципы, ставшие частью моего мировоззрения. Занимаясь спортом, я получил намного больше, чем просто хорошая физическая форма и звание кандидата в мастера спорта.

Благодаря Ивану Сергеевичу университетское образование оказалось намного более эффективным, полным и целостным. И думаю, так может сказать каждый, с кем он дружил, работал, занимался.

Александр Николаевич Згода

Выпускник юридического факультета СПбГУ (2004 г.).

В настоящее время Генеральный директор Центра образовательных технологий Advance

П. Б. Ионов. На всю жизнь

Наши отношения с дедом – особый мир, в котором нам обоим было очень интересно и который мы ценили и берегли. Мы хорошо понимали и чувствовали друг друга, наши отношения были теплыми и доверительными. Дед называл меня ласково «Шуля», а я его – «Деда» или «Дедуля». Когда я учился в школе, мы жили на Пискаревке, а бабушка с дедушкой – в Удельной. Четверг был «день дедули». Каждый четверг после университета он приезжал к нам, и мы с ним целый вечер проводили вместе. Это были и длительные прогулки по Пионерскому парку, и совместное чтение дома. Дед живо интересовался моими школьными делами, но наше общение этим не ограничивалось, он много рассказывал о важных событиях мировой истории и истории нашей страны. История его очень интересовала.

Часто бывало, что на выходные я сам приезжал в Удельную к бабушке с дедушкой. Зимой мы с дедом совершали прогулки по Удельному парку, главной целью которых было – покормить белок. Деда умел увидеть необыкновенное в обыкновенном, в частности заметить необычное в природе. Например, как белка обдумывает, когда забрать орех из моей руки, где его припрятать и каким образом вернуться за новым угощеньем. Деда всегда обращал внимание на грациозность движений этого зверька, на его невероятно трогательное выражение мордочки, изящество, с каким белка берет и держит в лапках орешек. Дед обращал внимание на то, как причудливо снежные шапки лежат на деревьях и кустах. «Читать» природу и получать удовольствие от общения с ней – это то, чему научил меня именно дедушка. Еще он научил меня замечать детали, смотреть на происходящее с разных ракурсов…

Во время прогулок мы обсуждали планы на лето, связанные с дачей в Лейпясуо. Там я проводил летние каникулы, начиная с семи лет. Это было замечательное время, о котором я потом вспоминал на протяжении всего учебного года. Деда всегда уделял внимание своей физической форме и старался приучить к этому меня. Чтобы я был сильным и ловким, дедуля повесил в саду три перекладины. Он создал для меня комплекс упражнений, который я под его же руководством с удовольствием выполнял каждый день: разнообразные висы, махи, перевороты… У деда была определенная методика: усложнять упражнения, мотивировать на преодоление себя, на успех. Целую неделю мы активно тренировались, чтобы показать результат нашей работы маме, которая приезжала на дачу на выходные.

Обычный дачный день у деда – это трудовые будни, которые, как я понимаю, были ему в радость. Вставал около шести утра, обязательно делал зарядку, потом занимался садом. После завтрака, который проходил, когда просыпались домашние, – небольшой отдых, и до вечера – ремонт или работа в саду. Как правило, ел деда два раза в день, утром и вечером. После ужина – просмотр новостей по телевизору и общение с домашними.

Благодаря деду я научился ухаживать за садом. Он научил меня некоторым тонкостям садовых работ, я узнал, как ухаживать за яблонями, как правильно сажать картофель, кабачки и тыквы… От деда я узнал, что такое стамеска и рубанок и как с ними обращаться. Мои умения в области ремонтно-строительных работ – заслуга деда.

Летние вечера на даче – это в обязательном порядке шахматная партия. За шахматной доской мы проводили с дедом каждый вечер. Дедушка научил меня играть в шашки и шахматы, правда, мне так и не удалось достичь уровня игры деда, но я понял, что шахматы – это, говоря его словами, «удивительно интересный мир».

Еще одним удивительно интересным миром деда было чтение. Он любил читать, особенно художественную литературу, среди его любимых авторов – Некрасов и Тургенев. Хорошо помню наши летние вечера совместного чтения вслух…

Обязательным пунктом летних каникул были походы за грибами: поездки в Заходское, грибные прогулки близ озера Глубокое… Дедушка очень любил лес, хорошо знал грибные места. Все наши дневные грибные успехи мы обязательно обсуждали за вечерним чаем. А зимой вспоминали грибные прогулки в городе за праздничным застольем. Деда всегда рассказывал о летних походах так увлекательно, что хотелось, чтобы побыстрее опять наступило лето и можно было бы еще и еще раз пройтись по нашим любимым местам, последовать его советам «заглянуть в лесочек», «обойти большой камень», «проверить местечко под елью».

Во время увлекательных грибных прогулок мы столь же увлеченно беседовали. Деда рассказывал об интересных событиях истории спорта, об успехах советских и российских спортсменов на Олимпийских играх. Делился планами, связанными с подготовкой им книги, посвященной олимпийскому движению.

Каждое лето мы ездили на рыбалку. Нашими любимыми местами были озеро Глубокое и бухта Защитная в Выборге. Мы брали лодку и проводили за рыбной ловлей весь день. Думаю, что наши успехи были очень скромными по сравнению с его уловами в былые времена. Но наше занятие доставляло нам обоим удовольствие, мы радовались, если «клевало», если приходили «не с пустыми руками», но и не сильно огорчались, если не удавалось поймать «ничего ценного» – в соответствии с олимпийским принципом: «Важна не победа, а участие».

Очень хорошо помню время, когда, еще будучи школьником, я приходил в Санкт-Петербургский государственный университет на кафедру физической культуры и спорта, где работал мой деда. Как я понимаю сейчас, он хотел, чтобы спорт, или скорее физическая культура, прочно вошел в мою жизнь. Он продумывал для меня комплекс упражнений, использовал возможности спортивного зала, чтобы увлечь меня в спортивный процесс. Внимательно наблюдал, как я справляюсь с заданиями. Обязательно знакомил меня со студентами, своими учениками. Мне, школьнику, это было важно и приятно. Мне даже удавалось поиграть в бадминтон с его учениками.

Об учениках деда мне много рассказывал. Это были студенты и аспиранты разных факультетов: геологи, географы, филологи, юристы, физики, экономисты. Деда с удовольствием рассказывал об их спортивных достижениях, успехах в учебе и профессии. Он ими очень гордился.

Сейчас я понимаю, что время, проведенное с дедом, – бесценный подарок судьбы. И этот подарок со мной на всю жизнь.

Павел Борисович Ионов

Выпускник Санкт-Петербургского государственного медицинского университета им. И.П.Павлова (2014 г.).

В настоящее время аспирант Санкт-Петербургского государственного медицинского университета им. И.П.Павлова

Т.И. Ионова. Глазами дочери

Мои воспоминания о детстве связаны, в первую очередь, с чувством безграничного счастья и солнечности. Я думаю, во многом это связано с ощущением любви, в первую очередь родительской. Это была любовь во всех ее проявлениях.

Самые яркие воспоминания детства – время, проведенное в Румянцевском (Соловьевском) саду на Васильевском острове. Мы жили на Васильевском острове долгое время, сначала на углу набережной Лейтенанта Шмидта и 8-й линии (там я родилась), потом на 3-й линии между Большим и Средним проспектом. В Румянцевский сад мы ходили гулять с того самого момента, как я себя помню. Вот самые запоминающиеся моменты этих прогулок. Осенью нескончаемым удовольствием было купаться в горках осенних незабываемо пахнущих листьев, прятаться в них и с нетерпением ждать, когда папа нас найдет (часто мы ходили гулять с моими подружками). Потом прятался папа, мы его искали, и надо сказать, что это была задача не из легких. В то время вечерами сад был не сильно освещен, и в кустах было очень темно и страшновато. У папы была своя методика прятаться, о ней я узнала много позже. Он, спрятавшись, издавал в кустах звуки, похожие на художественный свист, делал это через свернутую в трубку газету. Когда мы приближались, он направлял газету в сторону, и мы убегали на звук, потом он опять свистел, уже в другую сторону, мы опять бежали на звук, и опять никого не находили. Так могло продолжаться долго, до тех пор, пока мы не начинали волноваться и переживать. Зимой мы приходили в Румянцевский сад кататься на деревянной горке, которую всегда устанавливали со стороны 2-й линии и переулка Репина (сейчас улицы Репина). Обычно до сада папа привозил меня на санках. Но с горки я каталась «на ногах». Сначала это было для меня «испытанием» – я боялась упасть и придумывала поводы («плохо залита горка», «сегодня очень скользко»), чтобы скатиться на картонке. Но папа съезжал с горки первым и не оставлял мне выбора. Постепенно это «испытание» превратилось в удовольствие, и я, маленькая девочка, чувствовала гордость за то, что мне удавалось преодолевать свои страхи. Сейчас, анализируя свой жизненный опыт, я понимаю, что именно папа научил меня «преодолевать сложности» и, что очень важно, передал умение этому радоваться.

Другой обязательной частью прогулки были папины рассказы. Он был удивительно интересным рассказчиком, его истории никогда не повторялись и были чрезвычайно захватывающими. Больше всего меня, и не только меня, впечатляли его рассказы о Великой Отечественной войне, о геройских поступках и подвигах солдат и партизан. Я хорошо помню, что о молодогвардейцах я знала, еще не будучи школьницей.

Когда я стала старше, наши прогулки переместились на набережную Невы – мы каждый вечер делали «большой круг». Он начинался с Румянцевского спуска, дальше вдоль Университетской набережной, через Дворцовый мост, потом по набережной Красного Флота (сейчас Английская наб.) мимо Медного всадника, через мост Лейтенанта Шмидта (сейчас Благовещенский мост) и завершался вновь вдоль Университетской набережной, проходом мимо Сфинксов.

Меня всегда поражало, как папа умел чувствовать ситуацию, находить выход из непростых обстоятельств. Хорошо помню такой случай. Мне было, наверное, лет шесть. Каким-то образом я упала с вершины той горки, с которой мы катались, головой прямо в сугроб. Помню: все залеплено снегом; ничего не понимаю; понимаю только, что куда-то попала. Через какое-то время вижу – папа на меня смотрит и говорит: «Ты спряталась? Молодец, я тебя и не сразу нашел». Позже папа рассказывал об этом эпизоде, который был не таким безобидным, как я его тогда запомнила. Он видел, что я упала вниз головой. Вытащив меня из сугроба и увидев мои полные ужаса глаза, он понял, что у меня сильнейший испуг и я могу начать заикаться. Он мгновенно психологически верно оценил ситуацию и своим вопросом быстро переключил мое внимание и вывел из шокового состояния.

Еще он умел поддержать в разных жизненных ситуациях и предложить интересный способ решения проблемы. Когда я училась в старших классах школы и мне хотелось «отточить» свою фигуру, я пыталась прибегать к диетам. Папа, видя мои трудные усердия, предложил освоить лыжи. Он легко организовал нас всех, включая маму, и мы втроем ежедневно утром (перед школой и работой) совершали лыжные забеги в Румянцевском саду. Тогда мне это очень помогло. Мне этот «лыжный» навык и сейчас очень помогает поддерживать форму.

Бесспорно, не только я, но и все наше окружение отмечали папино чувство юмора. Яркое детское воспоминание. У меня была одноклассница, которая мечтала стать актрисой. Внешние данные, правда, у нее были не самые удачные для этой профессии; по ее мнению, «главная проблема» – курносый-прекурносый нос. При этом она была очень веселой, много смеялась, была очень позитивной. Папа знал о ее мечте. Как-то он сказал моей однокласснице, что у нее «греческий профиль» и она точно сможет стать актрисой. При этом казалось, что папа говорит «на полном серьезе», непривычные к его юмору не понимали, что он шутит. После этого разговора моя одноклассница всем в классе рассказывала, что один мужчина ей сказал, что у нее «греческий профиль» и у нее есть все данные стать актрисой. Вскоре после школы она переехала в США и стала там играть в театре. А еще папе нравились веселые люди, которые умели шутить, понимали юмор. Он получал явное удовольствие, когда слышал искренний звонкий смех.

Детство и юность незаметно закончились, и у меня началась взрослая жизнь. В этой жизни я смотрела на папу глазами взрослой дочери. Мне было интересно наблюдать, как он общается с людьми, хотелось понять, почему он поступает так, а не иначе, что его волнует, что для него является значимым, а что неважным. Я думаю, во многом его «жизненный почерк» исходит от его семьи.

Родители Ивана Сергеевича – Сергей Иванович и Анна Максимовна – родом из российской глубинки, оба из многодетных семей, люди, выросшие и воспитанные «на земле», много и трудно работавшие, создавшие большую семью, воспитавшие пятерых сыновей и двух дочерей. Они были людьми глубоко верующими, для которых православная мораль, православная духовность были неотъемлемой, естественной частью их семейного быта. Семья была большой и дружной, в ней были крепкие устои – почтение к старшему поколению, внимание и забота о младших, уважение к другому человеку, взаимопомощь. Традиционный уклад в доме родителей формировал у детей естественное отношение к жизни и окружающим, неповрежденное мировоззрение русского человека. Жизненные принципы в семье основывались на чувстве нравственной справедливости, порядочности. Семья жила в Лысково, небольшом городке Нижегородской области на правом берегу Волги, напротив, на другом берегу Волги – Макарьевский монастырь. Детство на Волге, близость к природе, постоянный контакт с природой позволяли детям легче понимать, узнавать жизнь и развиваться гармонично. Думаю, именно родителями детям было привито чувство земли, которую ласково именовали «матушка». Это чувство развилось в чувство любви к своей земле, к малой родине, к Родине, к России. Потом оно проросло в глубокий и настоящий патриотизм. Папа часто говорил: «Россия-матушка».

При этом время, в которое проходило детство моего отца, было очень трудным. В 30-е годы семья жила на гране нищеты, своего жилья не было. Папа вспоминал, что, как младший ребенок в семье, он вынужден был донашивать обувь старших братьев. Случалось, что не все братья могли идти в школу, так как на всех не хватало обуви. В последние годы папа не раз рассказывал эпизод детства, который глубоко и больно врезался ему в память и не отпускал всю жизнь. Из-за тяжелых материальных условий детям приходилось просить милостыню. Однажды в его протянутую руку кто-то положил объеденный кусок хлеба. Маленький мальчик побежал к маме, от обиды и неосознанного чувства унижения его душили слезы, мама прижала его к себе и долго успокаивала, пока он горько плакал. К своей маме Анне Максимовне папа испытывал особенное нежное и трепетное отношение. Он вспоминал о ней как-то очень тепло, при этом его лицо начинало светиться.

После войны папа, как и его старшие братья Григорий и Анатолий, уехали из Лыскова, но родителей навещали часто. Отчий дом был местом притяжения. В Лысково съезжались дети со своими семьями, родственники и друзья родителей – все собирались за большим столом, Анна Максимовна была гостеприимной хозяйкой, ее угощенье из русской печи было необыкновенно вкусным. Еще приезд в Лысково был замечательной возможностью провести время, как в детстве, – сходить в луга и подняться на Оленью гору, порыбачить на реке Сундовик и приготовить на костре уху, поиграть в футбол и пообщаться с братьями.

Вообще, между родителями и детьми сохранились очень добрые и уважительные отношения. Судя по сохранившимся у папы в архиве письмам, переписывался он с родителями регулярно. Письма родителей к сыну и невестке были обстоятельными и искренними – по сути, было два письма, одно письмо от отца Сергея Ивановича, другое – от мамы Анны Максимовны. В обоих письмах сначала было обращение и к сыну, и к невестке по имени-отчеству, а потом ласково по имени. Из писем понятно, что папа регулярно помогал родителям – и деньгами, и лекарствами. Притом, насколько я знаю, в то время в Ленинграде они жили очень-очень скромно.

Я думаю, во многом корни доброжелательности, неравнодушия к проблемам другого человека, искреннего и уважительного отношения к людям, умение увидеть и раскрыть в каждом человеке «хорошее» у папы идут из семьи. Он умел вдумчиво выслушать и, что еще важнее, – понять чужие аргументы. При этом у него сохранялась твердая позиция по принципиальным вопросам, по которым у него было свое суждение.

Также мне видится, что его вступление в партию было связано с тем, что он таким образом в большей мере поможет построить в своей стране достойную жизнь для людей, которые перенесли огромные тяготы войны и послевоенного времени, его вступление в партию было созвучно его гражданской позиции, отражало его чувство патриотизма, соответствовало его представлениям о справедливости и правде. Иван Сергеевич не был ортодоксом коммунистической идеологии, не был и коммунистом-романтиком. Думаю, суть его позиции состояла в том, что он был государственником, патриотом, и членство в партии для него было, прежде всего, большой возможностью оказаться полезным своей стране, большой ответственностью за ее судьбу, большой отдачей в строительстве послевоенной мирной жизни. Настолько я понимаю, в то время в университете было много коммунистов с такими взглядами. Будучи длительное время секретарем парторганизации кафедры физической культуры и спорта, он много общался с коллегами с других факультетов. Среди них был профессор Сергей Борисович Лавров (1928-2000), доктор географических наук, известный ученый в области социально-экономической, политической географии и геополитики, президент Русского географического общества. Профессор Лавров был членом партийного комитета Университета, а некоторое время и его секретарем. Изучая научные труды Лаврова, в частности его последний труд «Лев Гумилев. Судьба и идеи», я с удивлением обнаружила, как сходны были взгляды Ивана Сергеевича и Сергея Борисовича на развитие и судьбу России, российского народа.

Сергеи Борисович Лавров работал вместе с Львом Николаевичем Гумилевым (Гумилев состоял на кафедре, которой руководил Лавров) долгие годы, около тридцати лет, их связывали дружеские отношения. Лавров развивал на современном уровне идею евразийства для России, разработанную Гумилевым. Их заботили судьбы России, судьбы великого суперэтноса, подвергшегося тяжелейшим испытаниям XX века.

Иван Сергеевич и Сергей Борисович никогда не скрывали, не стеснялись своей принадлежности к КПСС, они не вышли из партии после распада СССР, как это сделали многие, свои убеждения оба сохраняли до конца жизни. Они очень болезненно переживали последствия горбачевской перестройки, развал СССР, последующие за ним 90-е. Они не понимали, как можно поливать грязью страну, в которой человек вырос, получил образование… Они многое не принимали в современной России, но умели увидеть положительные изменения и считали, что каждый может и должен делать все, чтобы люди в России жили лучше. Они были настоящими патриотами.

На мой взгляд, чувствовать ритм времени папе позволяло его общение с людьми. Он с удовольствием общался с людьми разного возраста, разных профессий, разных взглядов на жизнь. Особенно интересно ему было общаться с молодежью. Он умел находить с молодыми общий язык, ему были интересны их мысли, взгляды, отношение к тем или иным событиям, жизненным ситуациям. Думаю, общение с молодежью делало его современным и заряжало оптимизмом.

Еще немного об увлечениях папы: музыка, шахматы, рыбалка, походы в лес за грибами.

Очень хорошо помню наши походы за грибами в Заходское, когда я была школьницей. Мы ездили или втроем (родители и я), или брали с собой кого-нибудь из моих подруг-одноклассниц. В Заходском невероятно красивые места: сосновый бор с белым оленьим мхом (ягелем), сопки – места специально для боровиков. Папа как раз и был «специалистом по боровикам». Он чувствовал лес, понимал его «законы развития» и неизменно выводил нас на грибные места. Он искал грибы неимоверно увлеченно и всех увлекал в этот процесс. Если случалось найти несколько боровиков или увидеть что-то необыкновенное, мы непременно звали друг друга и вместе радовались увиденному. Мы обычно находили много грибов, в основном собирали боровики и подосиновики, дома их сортировали, выбирали красивые, вспоминали, где и как мы совершили самые яркие и памятные находки. Потом, когда родители построили дачу в Лейпясуо, папа нашел там замечательные грибные места. У него были свои маршруты, свои кочки и деревья, там его обязательно ждали грибы. Ему удалось передать свое увлечение лесом внуку Павлу, научить любить природу и получать удовольствие от общения с ней. Кроме того, папа сумел заинтересовать Павла «дачным» трудом – научил его строить и работать с землей. Работу на даче папа воспринимал как хороший способ физической активности и поддержания формы, да и просто любил этим заниматься. После выхода на пенсию он посвящал благоустройству дачи все свое время. Там же работал над своей книгой, посвященной международному олимпийскому движению.

Рыбалка – еще одна страсть папы. Когда я была маленькая, у нас дома часто была рыба, которую привозил с рыбалки папа. Обычно он ездил на несколько дней, и улов, как правило, был очень солидный. Мне кажется, что такой крупной рыбы, какую привозил папа, не было даже в магазинах, хотя у нас на Васильевском на Среднем в рыбном магазине был аквариум, и там плавали большие сомы. Иногда и мы с мамой ездили вместе с папой на рыбалку на Вуоксу – останавливались в живописнейшем месте на острове, уплывали на лодке на целый день, возвращались с богатым уловом. И опять весь процесс проходил чрезвычайно интересно и увлекательно, и даже я, не будучи заядлой рыбачкой, увлекалась происходившим и сожалела, когда поездка заканчивалась.

Что касается музыки и шахмат, то они были важны для папы в течение всей жизни, даже в последние месяцы, когда он уже тяжело болел.

Болезнь проявляет характер человека. Тяжелая болезнь – серьезное испытание для каждого. Папа стоически переносил все сложности этого периода жизни, стеснялся своей немощи, страдал от потери силы, от увядания тела. Но до последних дней он не терял силы разума и силы духа. При нем оставались и его чувство юмора, и оптимизм. В последние месяцы, когда он в основном лежал и мог садиться только при посторонней помощи, он оживал в трех случаях.

Когда мы делали зарядку, а делали мы ее три раза в день (после перевязок, перед едой). Это были простые упражнения – для рук, для ног, на пресс, дыхательные упражнения. Делал он их всегда с удовольствием и радовался, если получалось выполнить «план».

Очень оживлялся, когда внук предлагал поиграть в шахматы. К сожалению, ни я, ни Павел не овладели шахматами так, как папа. Даже в последний месяц жизни он практически всегда выигрывал, но неизменно завершал матчи словами: «Победила дружба».

А еще он с удовольствием пел в последние месяцы жизни. Он вдруг вспоминал советские и русские народные песни, которые, видимо, знал очень давно. Я слышала, разумеется, эти песни, но слов не знала. А папа помнил!

Вообще, музыку папа очень любил. Когда я была маленькая, у нас дома по праздникам всегда были гости и за столом много и с удовольствием пели. Мы, дети (в основном мы с моей младшей двоюродной сестрой Леной), устраивали концерты: танцевали, разыгрывали «сценки», читали стихи. Эти начинания папа горячо поддерживал.

Когда я стала постарше, мы с папой регулярно ходили в Мариинский театр на оперу. Папа хорошо разбирался в оперной музыке, знал многие арии наизусть, мог оценить голосовые данные певца. Если приезжали солисты Большого театра или выступали звезды Мариинки, мы обязательно были среди зрителей. Папа часто вспоминал, не без гордости, что нам с ним (он всегда умел приобщать людей к каким-то примечательным обстоятельствам) удалось «открыть» Елену Образцову. Действительно, папа взял билеты на «Кармен» – в роли Хосе должен был выступать известный всем Владимир Атлантов. Мы и пошли, как говорил папа, «на Атлантова». В роли Кармен была на тот момент никому не известная Елена Образцова. Помню, тогда на всех, и на нас в том числе, именно ее исполнение произвело сильнейшее впечатление. После завершения спектакля мы оставались в зале в числе последних, многократно вызывали на «бис». Возвращались домой пешком, пришли во втором часу ночи – мама волновалась и долго нас журила, а папа не переставая говорил, что мы были свидетелями появления новый оперной звезды. Так и получилось. Каждый год папа брал абонемент «Музыка от А до Я» в Филармонию, и мы раз в месяц слушали музыкальные произведения под руководством известного дирижера Лео Корхина с его интересными вступительными рассказами по теме концерта.

Многие годы спустя, когда подрос Павел, благодаря папе у нас в семье появилась традиция ходить на концерты всей семьей – мы старались не пропускать ни одного выступления Дмитрия Хворостовского, Юрия Марусина, Любови Казарновской в Петербурге. Больше всего папа любил концерты Дмитрия Хворостовского, в которых он исполнял песни военных лет. Хворостовского называл по-отечески: «Дима». В зале мог крикнуть: «Браво, Дима!» Вообще, папа любил красивых людей – его привлекала и внутренняя, и внешняя красота человека. Для папы Хворостовский был образцом внешней и внутренней красоты. Он искренне восхищался красивыми людьми. Когда Дмитрий Хворостовский ушел из жизни, папа воспринял эту потерю очень остро, близко к сердцу.

Военные песни папа слушал со слезами на глазах. Особенно в исполнении Дмитрия Хворостовского его трогали «Журавли» и «Темная ночь». Возможно, в эти минуты он вспоминал старшего брата Павла, который погиб в боях под Смоленском 2 августа 1941 года. Ему было всего 19 лет. Папа часто рассказывал о Павле, было ощущение, что братья были очень близки, кстати, они и внешне очень похожи, и оба похожи на маму, Анну Максимовну. Папа сильно сокрушался, что не смог найти место его захоронения; он ездил на Смоленщину, но ему его найти не удалось.

В какой-то момент после ухода папы из жизни у меня возникло устойчивое ощущение, что я должна отыскать место захоронения Павла Сергеевича, было чувство, что папа ведет меня… Поиск получился непростым и небыстрым. С помощью поисковиков Смоленской области удалось установить, что сержант Павел Краснов был командиром отделения мотострелкового полка 104-й танковой дивизии под командованием генерала В.Я.Качалова. Этот мотострелковый полк 2 августа 1941 года вел тяжелейшие бои в районе деревни Борисовка Стодолищенского района Смоленской области. Благодаря сотрудникам военкомата г. Смоленска и г. Починка, работникам школьного музея Стодолище, научным сотрудникам исторического музея Рославля, работникам администрации Стодолищенского и Шмаковского районов Смоленской области, а также благодаря моей тете Алле Васильевне Красновой, которой удалось найти запись о фактах гибели Павла Сергеевича, стало понятно, что захоронен Павел Сергеевич Краснов в братской могиле в деревне Белик Смоленской области. К 75-летию Победы администрация района обещала увековечить память сержанта Краснова и установить мемориальную табличку с его именем. Мы обязательно съездим в Белик и поклонимся земле, где покоится Павел Сергеевич Краснов. Поклонимся от нас. И от Ивана Сергеевича Краснова.

Татьяна Ивановна Ионова (Краснова)

Выпускница биолого-почвенного факультета ЛГУ (1982 г.), доктор биологических наук, профессор.

В настоящее время руководитель отдела Клиники высоких медицинских технологий им. Н.И. Пирогова СПбГУ

С.И. Князев. Первая встреча, последняя встреча

Среди авторов этого сборника я знал Ивана Сергеевича меньше всех, и мне делиться воспоминаниями и размышлениями о нем явно не по чину, но дочь Ивана Сергеевича Татьяна Ивановна Ионова убедила меня все же несколько слов об Иване Сергеевиче написать.

С Иваном Сергеевичем я познакомился осенью 2013 года. В тот год я делал по заказу Фонда «Знаменитые универсанты СПбГУ» сборник «Университет олимпийский», и, когда книга уже версталась, моя приятельница, одна из авторов книги, осторожно поинтересовалась, не хотел бы я встретиться с совершенно замечательным человеком, много лет работавшим на спортивной кафедре. «Бывший тренер по легкой атлетике, дедушка просто супер, пишет книгу об олимпийском движении, хотел с кем-нибудь посоветоваться на предмет публикации». В голосе дамы явственно слышалось опасение, что я отмахнусь: мол, мало ли таких дедушек, бывших тренеров, которые там что-то сочиняют на пенсии.

Я, конечно, встретиться-пообщаться согласился.

Не только потому, что опасался показаться невежливым болваном, не уважающим возраст, но и потому, что никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, и вообще, никогда не упускай возможность сделать что-то хорошее – тем более если тебе за это ничего не будет.

В назначенное время в кафе торгового центра, где мы договорились встретиться, меня уже ждал очень пожилой, как мне тогда показалось, джентльмен с открытым, ясным взглядом. Взгляд этот казался несколько наивным из-за крупных очков.

Поприветствовав меня, мужчина очень обаятельно и располагающе улыбнулся.

Коллега представила нас друг другу, сообщила, что вот, Иван Сергеевич пишет книгу об олимпийском движении и, возможно, у меня будут какие-то идеи о том, как и где ее издать.

Идей по поводу книги у меня, откровенно говоря, не было решительно никаких, текста я еще не видел… Я стал расспрашивать моего нового знакомого о его сочинении, но Иван Сергеевич, тактично и изящно уклоняясь от разговора по существу, начал, в свою очередь, сам спрашивать меня о том о сем, и, помимо живого искреннего интереса ко мне как гипотетическому редактору и издателю, в этом чувствовалась активная работа системы распознавания «свой-чужой», и, наконец, Иван Сергеевич, выдержав напряженную паузу, спросил меня, что называется, в лоб:

– Скажите, Сергей, а как вы относитесь к боям без правил?

Правду говорить легко и приятно, и этот зачет бывшему преподавателю спортивной кафедры я сдал без труда: так называемые бои без правил суть загрязнение цивилизации, извращение идеалов честного, благородного соперничества и вообще безобразие.

– Да! – возмущенно произнес Иван Сергеевич. – И они еще это показывают по телевидению!

– Да! – поддержал я собеседника. – Бить лежачего, ну куда это годится?!

В общем, мы, страшно обрадовавшись полному совпадению позиций, еще минут пять приводили железобетонные аргументы, почему все эти ММА нужно запретить, пока не перешли к разговору о книге Ивана Сергеевича.

Книга, сказал он, еще только пишется.

– Как вы думаете, может она кого-то заинтересовать?

– Может, – сказал я уверенно, – а пока можно опубликовать отдельные части.

Я тогда сотрудничал в нескольких изданиях, и опубликовать фрагмент об истории спорта, как мне казалось, проблемой бы не стало.

– Это нужно будет обсудить, – серьезно сказал Иван Сергеевич.

Он вообще в этот момент стал вдруг серьезен. Советский не только по фактам биографии, но и по своему внутреннему устройству человек, Иван Сергеевич, думаю, был убежден, что любая публикация, а тем более книга, это серьезно, очень серьезно.

Мы обменялись контактами, договорились созвониться, тепло попрощались. Раза два или три я Ивану Сергеевичу позвонил, он отвечал, что да, все в силе, все будет, но пока еще публиковать что-либо рано, идет работа, в конце концов я от него отстал и, держа этот сюжет где-то на периферии сознания, периодически говорил себе: «Надо бы позвонить Краснову, как там у него с книгой, интересно?» Так и продолжалось, пока в начале июля 2019 года мне не позвонила Татьяна Ивановна с известием, что Ивана Сергеевича больше нет.

Многие подробности жизни Ивана Сергеевича, в том числе довольно значимые, стали мне известны уже после его кончины, и, надо сказать, что, узнав их, я почувствовал ощутимый укол стыда: Иван Сергеевич заслуживал отдельного материала в сборнике «Университет олимпийский», уж во всяком случае не меньше многих из его героев, да и поговорить с ним мне стоило бы более обстоятельно, может быть, договориться о большом интервью, например к 85-летию, и т. д.

Внешность может быть обманчива; если всерьез интересуешься собеседником, будешь вознагражден грандиозными открытиями – в верности этих и других прописных истин я в который раз убедился, слушая тех, кто Ивана Сергеевича знал больше и лучше меня, на вечере его памяти, прошедшем в сороковины на спортивной кафедре СПбГУ. Чем больше я слушал воспоминания его друзей, учеников и коллег, тем больше жалел, что толком не поговорил с Иваном Сергеевичем.

Все мы знаем, что «хороший человек – не профессия», что выдающийся специалист нечасто бывает столь же выдающимся образцом порядочности, верности принципам, доброго отношения к близким и коллегам… «Хороший руководитель порядочным человеком быть не может, – сформулировала однажды влиятельная дама из мира искусства. – Слишком много разнонаправленных векторов он должен учитывать в своей работе». А тренер в спорте высших достижений и вовсе порой вынужден «резать по-живому» в соответствии с заветами хоккейного тренера А.В.Тарасова. Из шахмат, которые Иван Сергеевич очень любил, мы знаем, что эффектная комбинация, приводящая к выигрышной позиции, нередко предполагает жертву, и известно множество примеров, как для достижения успеха порой приносят в жертву и принципы, и дружбу, и просто добрые человеческие отношения…

Уникальность Ивана Сергеевича, на мой скромный взгляд очень мало его знавшего человека, заключается еще и в том, что, на протяжении нескольких десятков лет являясь образцом профессионализма, он оставался человечески безупречен, сохранив себя в порой стремительно меняющихся обстоятельствах. А ведь это сложнейшая душевная и интеллектуальная задача, которую приходится решать всякий раз заново, и тут рецептов нет, есть ситуации. Как Ивану Сергеевичу это удавалось, что он делал и чего он не делал – вот вопросы, на которые я сам старался ответить, помогая Татьяне Ивановне в работе над этим сборником.

Тогда, на сороковой день, мне подумалось: было бы здорово зафиксировать на бумаге все, что говорят об Иване Сергеевиче, все эти забавные и печальные истории его жизни, сделать памятник Ивану Сергеевичу, замечательному профессионалу и удивительному человеку, – в виде книги. Я рад, что Татьяна Ивановна меня поддержала и книга вышла.

Сергей Иванович Князев

Выпускник филологического факультета СПбГУ (1996 г.), редактор, журналист, историк спорта

А.С. Корюшенков. Верность

Когда в 1953 году я стал заниматься спортом в обществе «Спартак», то сразу заметил среди атлетов очень активного, очень дружелюбного и очень внимательного молодого метателя диска, который располагал к себе с первых минут общения. Это и был Иван Краснов, уже тогда легкоатлет очень высокого уровня, входивший в сборную города. Вскоре я поступил в Институт физкультуры, стал выступать за общество «Буревестник», и с Иваном Сергеевичем мы теперь виделись только на соревнованиях. Мы представляли разные дисциплины: я бегун, он метатель, но это не мешало нам с интересом наблюдать за выступлениями друг друга. Выступал он здорово, был одним из сильнейших в городе. Отучившись в Институте физкультуры, я вернулся в общество «Спартак» уже в качестве тренера. Тренером к тому времени стал уже и Иван Сергеевич.

Потом я работал в Химико-фармацевтическом институте, где, впрочем, пробыл недолго, вскоре оказавшись в Ленинградском университете. И вот как-то раз, это было в 1975 году, меня приглашает к себе заведующий спортивной кафедрой Михаил Михайлович Бобров, будущий почетный гражданин Санкт-Петербурга, и интересуется перспективами легкоатлетов Университета в свете грядущих Олимпийских игр. Я ответил, что у меня железных участников сборной СССР нет, а вот у моего друга Ивана Сергеевича Краснова (он к тому времени уже трудился в ЛГПИ им. А.И.Герцена) есть отличный толкатель ядра Евгений Миронов, студент географического факультета, и если нам этот дуэт удастся заполучить в Университет, то наши позиции резко улучшатся. Руководство не возражало. Иван Сергеевич узнал об этой затее, поговорил с Женей, тот согласился, поставив условием своего перехода перевод на философский факультет – это был факультет идеологический, его выпускники делали серьезную партийную карьеру. Женя всегда был человек неглупый, мыслил на перспективу.

Ректор Университета Валентин Борисович Алесковский, занявший эту должность в 1975 году, помог нам со всеми необходимыми формальностями, и уже в начале 1976 года, после зимней сессии, Евгений Миронов перешел к нам в качестве студента, а Иван Сергеевич – преподавателя кафедры физкультуры и спорта.

Успех Жени Миронова на Олимпиаде Университет соответствующим образом отметил, Иван Сергеевич был премирован, награжден почетной грамотой, но не стал почивать на лаврах, а принялся работать еще энергичней. У него же не только Женя Миронов был, у него целая группа перспективных спортсменов тренировалась, и всем он уделял внимание. Зал для метаний у нас был лучший в городе, да и в стране таких залов было наперечет.

Помню, как мы съездили с Иваном Сергеевичем в порт и за наличные купили там рыболовную сеть, которая позволяла работать в зале метателям, чтобы стенку не бить. Иван Сергеевич при всей своей доброжелательности был человек очень упорный, настойчивый и всегда старался добиваться поставленных целей, в том числе пользуясь и тем, что он был парторгом кафедры, членом партийного бюро Университета. Благодаря его административным и тренерским талантам университетские метатели не только занимали первые места в городских соревнованиях, но и побеждали на всесоюзных студенческих турнирах. А ректор всегда к просьбам Ивана Сергеевича прислушивался, и вообще спорт тогда пользовался поддержкой руководства главного вуза города.

Вершина тренерской карьеры Ивана Сергеевича – Олимпиада-80, где сразу несколько его подопечных стали призерами, а вообще, группа метателей, которую он возглавлял, будучи старшим тренером сборной, выступила превосходно. Но уже в 1981 году он сборную СССР покинул, его воспитанников в главной команде страны уже не было, Иван Сергеевич сосредоточился на работе в Университете, где у него был очень перспективный ученик Илья Тохтамыш, учившийся на юридическом факультете, гигант-самородок с выдающимися природными данными, который мог претендовать на самые высокие места не только в стране, но и в мире. К сожалению, тяжелейшая бытовая травма в результате несчастного случая в общежитии поставила крест на спортивной карьере этого молодого человека.

Мне показалось, что случившееся стало для Ивана Сергеевича серьезным ударом. Он продолжал добросовестно работать, его ученики в Университете регулярно выполняли норматив мастера спорта, но в целом Иван Сергеевич как-то сник. А вскоре в стране начались радикальные изменения, отразившиеся в том числе и на университетском спорте.

Последний этап работы Ивана Сергеевича на спортивной кафедре Университета связан с его увлечением гиревым спортом. Созданная им команда превосходно выступала на вузовских соревнованиях, потеснив многолетних лидеров в этой дисциплине – спортсменов Университета путей сообщения.

Надо сказать, что до конца дней Иван Сергеевич оставался убежденным коммунистом и совершенно не стеснялся этой своей убежденности. Более того, какое-то время после распада Советского Союза он продолжал верить, что вскоре все вернется на круги своя, потому что не могут же люди не понимать, что раньше было лучше, если говорить совсем просто. С ним по этому поводу, как и по многим другим, можно было спорить, но, даже не соглашаясь с ним, ты всегда сохранял уважение к его принципиальной позиции и верности убеждениям.

Сегодня мы можем видеть, что и университетский спорт, и легкая атлетика в нашем городе, и прежде всего метания, которым Иван Сергеевич отдал много десятилетий этой профессиональной жизни, переживают не лучшие времена: исчезают залы, сокращаются тренерские штаты, спортсменов высокого уровня исчезающе мало… И я часто думаю о том, что если бы таких людей, как Иван Сергеевич, было бы больше, многое в нашем спортивной, и не только спортивной, жизни сложилось бы по-другому.

Александр Стефанович Корюшенков

Профессор кафедры физической культуры и спорта СПбГУ, заместитель заведующего кафедрой до 2002 года

С.А. Краснов. Вспоминаю дядю Ваню…

Иван Сергеевич Краснов – младший брат моего отца Анатолия Сергеевича. Дядя Ваня – так я его называл всегда, да и сейчас продолжаю называть, вспоминая наши встречи.

Первое мое не очень отчетливое воспоминание о дяде Ване относится к дню свадьбы дяди Вани и тети Тони (Антонина Федоровна, супруга Ивана Сергеевича). Торжество происходило в одном из домов на набережной Лейтенанта Шмидта (этот дом часто мелькает в кинохрониках и художественных фильмах). Было шумно и весело, мне запомнились красивые молодые люди, которых все поздравляли. Тогда мне было невдомек, что это дядя Ваня и тетя Тоня и что с дядей Ваней мне доведется сойтись очень близко.

Школьные годы я провел в Краснодаре, и дядя Ваня частенько навещал нас. В весенне-летние месяцы он приезжал на спортивные сборы на Черноморское побережье. Кроме того, в Краснодаре на стадионе «Динамо» проводились соревнования легкоатлетов высокого уровня.

Каждый его приезд мной воспринимался как праздник. Дядя Ваня рассказывал «столичные» новости из мира спорта и с неподдельным интересом расспрашивал о наших делах.

Мой папа проходил службу в военном училище летчиков им. А.И.Серова и готовил военных летчиков стран Варшавского договора и других стран, ставших, как тогда говорили, на путь социалистического строительства.

В Советской армии широко культивировался спорт и занятия физической культурой. В авиагородке, где мы жили, был полноформатный стадион с футбольным полем, трибунами для болельщиков, дорожками и секторами для прыжков и метаний, баскетбольными, волейбольными и гандбольными площадками, теннисными кортами, гимнастическими снарядами и специальными тренажерами для тренировки летчиков.

На этом стадионе дядя Ваня дал мне первые уроки в беге и прыжках, пробудил интерес к занятиям легкой атлетикой, которую, впрочем, я променял на баскетбол. Во время одного из спортивных праздников дядю Ваню упросили выступить в толкании ядра за подразделение, в котором служил папа. За первое место развернулась борьба между дядей Ваней и еще одним толкателем.

Солдаты и вообще военные болеют за своих очень эмоционально, поэтому болельщики соперника дяди Вани во время поединка кричали о «подставке». Чтобы не доводить дело до крайности, дядя Ваня в «тяжелой борьбе» уступил первое место, и страсти поутихли. Это была середина шестидесятых годов. Примерно в то же время я и мои друзья с огромным удовольствием играли в футбол против дяди Вани и папы. Тогда они рассказали, что в Лысково, на их родине, не было сильнее команды, чем братья Красновы – Павел, Григорий, Анатолий, Иван.

Надо сказать, что дядя Гриша тоже был отличным спортсменом, занимал четвертое место в десятиборье на всесоюзных соревнованиях спортивного общества «Спартак». А папа был неплохим гимнастом и радовал внуков стойкой на руках и голове.

О профессии

В спорте и в научной деятельности дядя Ваня достиг высших показателей: мастер спорта СССР, кандидат педагогических наук. Свои знания и навыки он успешно применял, работая в ЛГПИ им. А.И.Герцена на спортфаке. Однако главное, что привлекало дядю Ваню, – это спорт высших достижений, подготовка спортсменов международного класса. Подготовить способных юношей и девушек к выступлению на высоком уровне очень трудно. Но не менее трудно найти этих ребят, которые поверят в тренера, будут готовы работать денно и нощно, не щадя себя, и при этом понимать, что травмы неизбежны, стойко переносить поражения и неудачи. Дядя Ваня смог решить эти сложные задачи. Е.Миронов, П.Репин, Ю.Баландин, Н.Сергеева – это громкие имена его учеников в легкой атлетике, а позже появился и целый ряд классных ребят в новом для дяди Вани гиревом спорте. Ко всем ученикам было обязательное требование – учеба в вузе. Он точно знал, что жизнь продолжается и после активных занятий спортом, и каждый должен быть подготовлен к ее достойному продолжению.

По инициативе дяди Вани в ЛГУ, куда он перешел в середине 70-х годов, на кафедре физвоспитания был сооружен один из лучших залов в городе для тренировок метателей. Главной изюминкой при реализации плана зала было использование рыболовных траловых сетей, в которые и влетали диски и ядра. Кроме того, было продумано и напольное покрытие.

Чтобы пройти на Зимний стадион, достаточно было сказать: «Я к Ивану Сергеевичу», и ты оказывался в волшебном мире молодых, сильных, занятых любимым делом людей.

Тренировки дядя Ваня проводил спокойно, сдержанно. Я никогда не замечал его неудовольствия или раздражения. Зачастую контакт происходил через какие-то скупые фразы и жесты.

Во время зачетных попыток, особенно на соревнованиях, дядя Ваня был очень сосредоточен, и его тело двигалось, как если бы он сам совершал эту попытку. Несколько раз по его просьбе я снимал любительской восьмимиллиметровой камерой «Аврора» соревнования по толканию ядра с участием Е.Миронова. Дядя Ваня говорил, что «не видит» происходящего, если снимает сам.

Тренировки часто завершались легкоатлетическим баскетболом (то есть играли по упрощенным правилам и очень жестко), игрой в городки, плаванием, баней. Многие спортсмены, уже закончившие активные выступления, по вечерам с удовольствием заглядывали в университетский зал, чтобы поучаствовать в баталиях, и дядя Ваня приветствовал это.

Весомой частью профессиональной деятельности дяди Вани было присутствие на соревнованиях разного ранга, внимательный просмотр их. Задач при этом решалось множество – это и встречи с коллегами по цеху, и оценка соревновательной готовности других спортсменов, и поиск новых талантов. Форма одежды всегда выдерживалась идеально: костюм, галстук, начищенная обувь.

Его всегда можно было найти на трибуне в районе сектора для метаний. Помню его встречи с Янисом Лусисом, Валерием Войкиным, Виктором Ращупкиным, Сергеем Литвиновым, Евгением Лутковским и многими другими. Это были корифеи советской школы метаний. Слушать их комментарии по ходу соревнований, видеть реакцию было очень интересно и поучительно.

Дядя Ваня работал не только «в поле». Много времени он уделял подготовке занятий. На его письменном столе всегда была специальная литература, журнал «Легкая атлетика», газета «Советский спорт», иногда журнал «Track and Field News». Шло осмысление ежедневной работы, поиск ошибок и путей их исправления. Дядя Ваня работал над проблемными статьями о развитии олимпийского движения, спорта и легкой атлетики. Публикации выходили в тех же «Советском спорте» и «Легкой атлетике». Его занимали вопросы укрепления здорового образа жизни для всех граждан страны. Частью работы являлась разработка методических рекомендаций для студентов, но главным и любимым делом была подготовка спортсменов высшей квалификации. Дядя Ваня был не только тренером, то есть человеком, который расскажет или даже покажет, что и как нужно делать, как готовиться к стартам. Он был педагогом, который умеет подобрать ключ к юношам и девушкам с совершенно разными эмоциональными зарядами, поведенческими реакциями, материальными и жилищными условиями. Основой взаимодействия педагога и учеников были доверительные отношения, ясная постановка задач и общая работа. Дядя Ваня помогал получить стипендию, место в общежитии, необходимый спортинвентарь, направлял на правильный путь в учебе. Уверен, что сегодня многие ученики вспоминают его добрым словом.

Зарисовки к воспоминаниям

Немного эпизодов из воспоминаний дяди Вани и моих воспоминаний о событиях, связанных с дядей Ваней, очевидцем которых я был.

* * *

В 1962 году во время фестиваля молодежи и студентов в Финляндии произошла встреча дяди Вани с Юрием Алексеевичем Гагариным, который приехал в Хельсинки принять участие в мероприятиях фестиваля. В какой-то момент восторженная публика хлынула к Гагарину, и возникла опасность, что его просто сомнут почитатели. Дядя Ваня и еще один спортсмен из нашей делегации закрыли первого космонавта, обняли его и, приняв напор публики на себя, сопроводили Юрия Алексеевича в безопасное место. Юрий Алексеевич искренне поблагодарил своих спасителей.

* * *

Раньше на стадионе им. С.М.Кирова было поле для длинных метаний, которое располагалось за пределами центрального ядра. Дядя Ваня активно тренировался и участвовал в стартах на этом поле. Проходили соревнования всесоюзного уровня, среди участников был многократный чемпион страны в метании молота М.П. Кривоносов. В тот день у дяди Вани был шанс превзойти знаменитого Михаила Петровича. Молот у некоторых участников как будто приобрел крылья. Каждая попытка была лучше предыдущей, и спортсмены шли «ноздря в ноздрю». Кривоносов совершил бросок под флажок мирового рекорда, и дядя Ваня практически не уступил ему. Он даже вышел в поле и удивился, как близок был к заветной черте, но не сложилось. Результаты тогда росли стремительно, и момент для попадания в историю спорта был упущен. Однако на тот момент (приблизительно 1954-1956 годы) у дяди Вани был шестой-седьмой результат в метании молота в истории легкой атлетики.

* * *

В 1976 году в Монреале проходили Олимпийские игры. Е.Миронов был членом сборной СССР, а дядю Ваню не включили в состав делегации по неизвестным мне причинам. Мы ловили каждое сообщение с соревнований, тем более что трансляции тогда велись в гораздо более скромном формате, чем в настоящее время. И вот мы узнаем, что Женя (так мы в то время звали Евгения Васильевича) стал серебряным призером Олимпийских игр. Всего 2 см он уступил Удо Байеру. Дядя Ваня, с одной стороны, был рад успеху ученика (серебро Олимпиады!), но очень сожалел об упущенном золоте. «Я уговорил бы Женю на три сантиметра», – сокрушался он, вероятно, имея в виду, что, будь рядом со спортсменом, сумел бы его должным образом настроить и тот бы выступил лучше. Полагаю, так бы оно и случилось, ведь примеры сегодняшнего дня подтверждают это, но в 1976 году дядя Ваня не мог сам слетать на Олимпийские игры.

Потом я увидел в газете постановление правительства о награждении спортсменов и тренеров по итогам Олимпийских игр: наградить Е.В.Миронова медалью «За трудовую доблесть», И.С.Краснова – медалью «За трудовое отличие». В том же 1976 году дяде Ване было присвоено звание «Заслуженный тренер РСФСР». Вручение знаков проходило на Зимнем стадионе во время каких-то соревнований. Неофициальная часть состоялась там же, в кабинете легендарного председателя Федерации легкой атлетики Ленинграда А.И.Иссурина, с которым дядя Ваня поддерживал очень хорошие отношения. Было весело и шумно. «За добавкой» на угол улиц Ракова и Садовой мне, как самому молодому, пришлось ходить дважды.

* * *

Дядя Ваня очень любил походы в лес за грибами и рыбалку. В лесу и на реке он отдыхал от повседневных забот, набирался сил, был в отличном расположении духа и даже пел (пел дядя Ваня очень хорошо, у него был приятный голос и музыкальный слух). Одним из самых любимых мест, куда мы устремлялись за боровиками, было Заходское (станция по Выборгскому направлению). Поездке всегда предшествовала «разведка» – поход на Василеостровский рынок, где продавались в том числе и грибы, и можно было понять по ассортименту, стоит ли ехать. В те годы ни в Заходском, ни в других отдаленных от Ленинграда на 80-100 км местах дачных кооперативов не было, зато были грибы. У дяди Вани в Заходском были заветные места, на которых мы находили порядочно боровиков и подосиновиков (их называли красными). Рекорд дяди Вани – около двухсот боровиков за один поход. Все грибники на железнодорожной платформе внимательно осматривали трофеи других искателей «грибного счастья», и, надо сказать, дядя Ваня, а заодно и мы, всегда были на высоте.

На рыбалку дядя Ваня ездил на Вуоксу. Там на одном из островов размещалась база отдыха, на которой можно было переночевать под крышей и взять лодку. Ловил дядя Ваня на блесну, а любимыми его трофеями были щука и жерех. Попадались солидные экземпляры – однажды выловленная им щука потянула более чем на 14 кг. На этот «чудный остров», как его называл дядя Ваня, выезжали с ним и мой папа, и мой сын Александр. Вылазки эти мы все очень любили – ярчайшие впечатления и, что немаловажно, уха была особенно хороша!

Заключение

Дядя Ваня оставил заметный след в моем становлении, в формировании взглядов, в умении оценить обстановку, многому научил в спортивной жизни, познакомил со многими замечательными людьми. В семидесятые годы очень ценились хорошие книги, и он подарил мне на двадцатилетие два отличных справочника по математике. Справочники пригодились мне в учебе. Я ими пользуюсь и сегодня и, когда беру книги в руки, вижу дарственную надпись, всегда с теплотой вспоминаю дядю Ваню. Мне посчастливилось, что в моей жизни был и остается мудрый, добрый, родной мой дядя Ваня.

Сергей Анатольевич Краснов

Выпускник факультета прикладной математики – процессов управления ЛГУ (1976 г.)

Л. Б. Леонов. «Ну, начали!»

Я сам родом из Тулы и с Иваном Сергеевичем Красновым познакомился на каких-то юношеских соревнованиях в 1984 году. Я соревновался с ребятами на год старше, в юношеском спорте это разница существенная, особенно в скоростно-силовых дисциплинах, в частности в метании диска, где я выступал, и результат мой тогда не поразил ничье воображение.

И для меня стало полнейшей неожиданностью, что Иван Сергеевич Краснов, оказывается, внимательно следил за мной и после окончания соревнований подошел к моему тренеру и поинтересовался, как он посмотрит на то, чтобы я подал документы в Ленинградский университет. Вопрос был актуален, год был выпускной, и какие-то планы относительно получения высшего образования уже были: думали о московских вузах, благо Тула всего в 200 километрах от Москвы, там жили родственники, в общем, все складывалось так, что ехать мне, абитуриенту, в столицу, но предложение Ивана Сергеевича все перевернуло и оказалось, как принято говорить в таких случаях, судьбоносным.

Причем Иван Сергеевич все сделал очень грамотно с педагогической точки зрения и со свойственным ему тактом и деликатностью – прежде чем подойти ко мне, он обратился к моему тренеру, и только получив положительный ответ от него, установил контакт со мной и моими родителями.

Мой тренер и я, конечно, прекрасно знали, кто такой Иван Сергеевич, чей ученик Евгений Миронов едва не выиграл Олимпиаду 1976 года – от победителя его отделили считаные сантиметры. Да и на Московской Олимпиаде, где И.С.Краснов был старшим тренером метателей, наши спортсмены выступили превосходно, показав лучший результат в истории игр.

Так что, конечно, сомнений, ехать в Ленинград или нет, не было. Когда такой тренер тебя приглашает, это огромная честь и удача.

Я поступил на биолого-почвенный факультет Ленинградского университета, выступал, естественно, за свой вуз в легкоатлетических соревнованиях, но умудрился также попасть во вторую команду ЛГУ по волейболу, который очень любил. Бывало так, что, позанимавшись в группе Ивана Сергеевича, я оставался на волейбольную тренировку. Нагрузка была колоссальная, и понятно, что Ивану Сергеевичу это могло не понравиться, но он, как человек бесконечно преданный спорту, отнесся к этому без всякой ревности и даже благосклонно, давая рекомендации по питанию и восстановлению после таких нагрузок.

Позволю себе небольшое лирическое отступление, иллюстрирующее мою тогдашнюю любовь к волейболу и чувство юмора Ивана Сергеевича.

После окончания первого курса университетские легкоатлеты поехали на сборы в Эшеры, где в то время тренировалась сборная СССР по волейболу под руководством великого Платонова. И вот мы прогуливаемся с Иваном Сергеевичем в минуту, свободную от тренировок, обсуждаем то и это, а мимо нас проходят, беседуя, волейболисты сборной. И тут один из участников беседы, выдающийся игрок, чемпион всего на свете, отвечая товарищу, выдает реплику, где из полутора десятков слов, наверное, лишь одно не было матерным. Это был точь-в-точь в соответствии с шуткой: «Мы матом не ругаемся, мы им разговариваем».

Для меня, человека, уже ощутившего себя бо́льшим ленинградцем, чем многие родившиеся в этом городе, привыкшего к интеллигентной обстановке в университетском спортзале, это был шок. А Иван Сергеевич, подождав, когда волейболисты отойдут от нас на некоторое расстояние, грустно произнес: «Леня, не кажется ли тебе, что твоя любовь к волейболу слегка идеалистична?»

По ряду причин учебу в Университете я оставил и ушел в армию. У меня были все шансы оказаться в спортроте и продолжить тренироваться и выступать, но не пришло в голову дать прапорщику, формировавшему команду, взятку сразу, думал – отблагодарим потом, но прапорщик действовал по принципу «утром деньги, вечером стулья». И я, таким образом, оказался в строевой части, где возможностей тренироваться не было.

Вернувшись из армии, я восстановился в Университете, причем здорово мне помогли в этом тогдашний заведующий спортивной кафедрой Борис Григорьевич Тихонов и сам Иван Сергеевич. С его стороны это было очень благородно, ведь до армии я, хоть и продолжал выступать за Университет, ушел от него к другому тренеру, и, конечно, Иван Сергеевич вполне мог устраниться от решения моих проблем – мол, пусть твой новый тренер за тебя хлопочет, раз ты к нему ушел, но Иван Сергеевич проявил себя в высшей степени благородно: интересы спорта и спортсмена были для него на первом месте, и неважно, что спортсмен больше «не его».

Тогда это меня, в общем, не сильно впечатлило, но сейчас, по прошествии многих лет, я понимаю, что и в жизни, и тем более в спорте с его конкурентной средой такое поведение скорее исключение, чем правило.

Я продолжил выступать и тренироваться, но сильно отстал в армии от своих сверстников и, форсируя подготовку, получил травму, на чем, собственно, моя спортивная карьера и закончилась. Возможно, если б я не ушел от Ивана Сергеевича к другому тренеру, тоже по-своему замечательном человеку, про которого никогда в жизни ничего плохого не скажу, спортивная моя жизнь сложилась бы более успешно и профессионально, но теперь об этом судить со всей определенностью едва ли возможно, да и поздно – сделанного не воротишь.

Все, конечно, отмечают тренерский профессионализм и чутье Ивана Сергеевича, но мне бы хотелось отметить также, что он был замечательный педагог, воспитывавший ребят собственным примером. Он всегда оставался интеллигентным, сдержанным, доброжелательным, даже когда ты с ним спорил по важным и значимым для него политическим вопросам. Известно, скажем, что Иван Сергеевич до конца своих дней оставался убежденным коммунистом, а я, как и многие, прочитав в свое время «Архипелаг ГУЛАГ», считал советскую идеологию чудовищным злом, погубившим очень многое и очень многих в нашей стране. Но наша разница во взглядах совершенно не мешала нам тепло общаться.

Отдельно хотелось бы отметить удивительное чувство юмора Ивана Сергеевича. Известно, что юмор нередко предполагает некую агрессию. Когда ты шутишь, ты вторгаешься в некое личное пространство человека, обращаешь внимание на его промахи, ошибки, недочеты и т. д. В этом смысле чувство юмора Ивана Сергеевича было безупречным. Он умел поднять настроение, никого не задев. И порой его шутки жили очень долго.

Я вспоминаю, как мы однажды играли в баскетбол в нашем университетском зале, приступили мы без Ивана Сергеевича, он где-то задержался, и когда вошел в зал, игра уже была в разгаре. И тут Иван Сергеевич в спортивном костюме входит в зал и торжественно объявляет: «Ну, начали!» Весь безобидный комизм этой ситуации довольно сложно передать на бумаге, но поверьте, это было очень смешно, и вот это «Ну, начали!» мы вспоминали всякий раз, когда собирались сыграть в баскетбол или волейбол, это было своего рода паролем.

Я вспоминаю и этот забавный эпизод, и другие истории, связанные с Иваном Сергеевичем, и, испытывая чувство благодарности судьбе за годы общения с ним, всякий раз улыбаюсь.

Леонид Борисович Леонов

Выпускник биолого-почвенного факультета СПбГУ (1992 г.).

В настоящее время Директор представительства международной компании «GEBO»

В.А. Лукк. «Побеждала дружба»

С Иваном Сергеевичем я познакомился во время моей учебы в Ленинградском государственном университете в конце 1970-х. Наша группа десятиборцев, возглавляемая университетским тренером Виктором Константиновичем Пантелеевым, интенсивно использовала для повышения функционально-силовых качеств зал спортивной кафедры Университета.

В то время легкая атлетика в Университете была краеугольным камнем спортивной жизни. В составе команды были олимпийские чемпионы и призеры крупнейших международных соревнований. Кафедра физического воспитания была родным домом для спортсменов Университета. Здесь, помимо возможности совершенствования своих спортивных качеств, они получали помощь в разрешении различных жизненных ситуаций и поддержку, которую можно сравнить с родительской, ведь большая часть студентов приехала в Ленинград из других городов.

Тренерский коллектив отделения легкой атлетики создавал для спортсменов практически идеальные условия для спортивных занятий и учебы, позволяя каждому реализовать свои возможности. В команде не было разделения на чемпионов и новичков, внимание уделялось каждому.

Наша группа практически весь подготовительный сезон проводила в университетском спортивном зале вместе с группой метателей Ивана Сергеевича. Залог успеха хорошего многоборца – интеллект, техника, сила, скорость и выносливость.

Благодаря энтузиазму Ивана Сергеевича в этом помещении были созданы условия для вдумчивой отработки техники метаний (метательский зал с сеткой) и силовой подготовки (тренажерный зал). Что касается выносливости, то практически в конце каждой тренировки проходили баскетбольные матчи, как правило, между метателями и многоборцами, иногда подтягивались бегуны и прыгуны.

Иван Сергеевич был неизменным участником этих баталий. Все участники тех матчей вспоминают замечательную атмосферу игры, жажду победы и «братание» в сауне после изнурительных тренировок. Иван Сергеевич всегда лично поддерживал высокий накал борьбы как на баскетбольной площадке, так и в шахматных сражениях в сауне. На баскетбольной площадке его отличала способность оказываться в нужный момент там, куда попадал мяч, эффектное завершение атак, умение вовремя отдать точный пас через всю площадку на центровых – Женю Миронова, Володю Долгова, Андрея Шлапу…

Порой, несмотря на возраст (ему уже было под шестьдесят), Иван Сергеевич убегал в быстрый отрыв. Эти баскетбольные баталии продолжались в течение тридцати лет, примерно до 2010 года. Иван Сергеевич в последнее время уже не принимал непосредственного участия в матчах, но всегда был в зале, активно поддерживал обе стороны, награждая отличившихся игроков лестными эпитетами.

Традиционно по средам в зале после тренировок студентов собирались уже ветераны, некоторые со своими детьми (например, Сергей и Павел Щукины, Екатерина и Ксения Пагава), и по-прежнему метатели играли против многоборцев, а в последние годы ветераны из числа метателей, бегунов и многоборцев уже играли объединенной командой против студентов-баскетболистов.

Счет не играл роли, главное, что сохранялся дух соперничества, единый командный дух спортсменов-универсантов. Главное, что «победила дружба», как любил повторять Иван Сергеевич. После игры начинались шахматные партии и чаепитие. Заводилой этих мероприятий был также Иван Сергеевич. Он приносил шахматы, заваривал чай…

Наиболее рейтинговым было шахматное соперничество Ивана Сергеевича с его учеником Евгением Васильевичем Мироновым, серебряным призером Олимпийских игр в толкании ядра. Никто не хотел уступать, градус напряженной борьбы зашкаливал. Но – «побеждала дружба». Именно этот тезис Ивана Сергеевича остался у меня в памяти от тех событий.

Также запомнились многочисленные дискуссии за чайным столом, которые разворачивались во время партий в шахматы и в перерывах между ними. Иван Сергеевич был интересным собеседником, хорошо эрудированным, обладающим четко обозначенной позицией по обсуждаемым вопросам. Он аргументированно отстаивал свои убеждения, но умел и прислушиваться к чужому мнению. Беседовать с ним было интересно практически на все жизненно важные темы. Иван Сергеевич принял активное участие в становлении личности и развитии физических качеств моего сына Виталия во время его учебы в Университете. Виталий занимался метанием диска, и для него Иван Сергеевич остался в памяти человеком, к мнению которого он всегда прислушивался и старался следовать его советам, и я сердечно благодарен Иван Сергеевичу за это.

Ивана Сергеевича всегда интересовало мое, да и не только мое, мнение относительно различных событий нашей жизни: он сравнивал свою точку зрения с чужой и делал определенные выводы.

В профессии тренера, несмотря на все свои заслуги и весь свой опыт, он неизменно стремился к совершенствованию. Вспоминается, как, сидя со мной в секторе для толкания ядра на Зимнем стадионе, он внимательно следил за молодыми метателями и комментировал происходящее, обращаясь ко мне – ему нужна была обратная связь, отклик.

Он мог спорить, не соглашаться с собеседником, но какой бы жаркой ни получалась дискуссия, всегда «побеждала дружба».

Отдельно хотелось бы сказать и о роли Ивана Сергеевича в становлении меня как десятиборца. Как я уже говорил, в фундаменте успешного десятиборца должны быть заложены техника и сила. К моменту окончания Университета передо мной тренерским составом была поставлена задача улучшить скоростно-силовые качества и выйти на уровень мастера спорта. По согласованной с моим тренером методике мы с Иваном Сергеевичем стали работать над улучшением техники метаний и развитием силовых качеств. На это потребовалось два года непрерывной работы с ежедневными двухразовыми тренировками. Но оно того стоило. 1984 год показал, что наши усилия не пропали даром. Я выиграл Всесоюзные студенческие игры, выполнил норматив мастера спорта и получил диплом Университета, окончив факультет прикладной математики – процессов управления.

К сожалению, после окончания Университета моя спортивная карьера завершилась. Я был распределен на крупнейшее предприятие ВПК, началась новая веха в моей жизни. Но наши баскетбольные баталии в Университете продолжались. Это дружеское общение и командный дух стали тем стержнем, который дал нам возможность твердо стоять на ногах в любых жизненных ситуациях. Фундамент физической подготовки, заложенный в те далекие годы, позволяет мне и сейчас продолжать тренироваться и играть в баскетбол на первенстве города среди ветеранов. Не хватает только общения с такими людьми, как Иван Сергеевич.

Светлая ему память…

Владимир Александрович Лукк

Выпускник факультета прикладной математики – процессов управления ЛГУ (1984 г.). Мастер спорта СССР (1984 г.).

В настоящее время заместитель Генерального директора по перспективным комплексам патрульной авиации. ОАО «ЦНПО «ЛЕНИНЕЦ»

П.И. Лунев. Иван Сергеевич. Время, проведённое вместе

Наше знакомство с Иваном Сергеевичем я хорошо помню, его лекция была одной из первых в Университете. В расписании она называлась «вводная лекция по физическому воспитанию», и мы ожидали, что это будет что-то вроде инструктажа по технике безопасности. А Иван Сергеевич захватывающе рассказывал об олимпийском движении, об известных спортсменах, о здоровом образе жизни, чем, конечно, произвёл впечатление на первокурсников, в том числе и меня.

Лично мы познакомились зимой, спустя несколько месяцев. Я успел сменить не одну университетскую спортивную секцию, прежде чем оказался в зале тяжелоатлетической подготовки на Васильевском острове, откуда уже никуда потом не переводился. И вот холодным зимним вечером поднимаю я какую-то железяку с нечеловеческим усердием, но довольным видом, и слышу голос:

– Так-так… – говорит Иван Сергеевич и задумчиво улыбается.

«Это, наверно, не мне», – подумал я и продолжил тренироваться с тем же усердием.

– Так-так… Хорошо, но очень медленно…

Любопытство взяло верх над недоумением:

Как же это, – говорю, – можно быстро такую тяжесть поднимать?

Не помню точно, что на это ответил Иван Сергеевич, но уже в этот же вечер мы с ним метали молот. Точнее, я думал, что мы метаем молот, а на самом деле это был имитирующий его снаряд, который Иван Сергеевич сделал из половины гири, альпинистской верёвки и ручки. Последняя «запчасть» была, кажется, сконструирована им самим.

О такой спортивной дисциплине мне раньше слышать не доводилось, поэтому я, конечно, с интересом вникал в разные забавные премудрости и технические тонкости, а Иван Сергеевич щедро ими делился, несмотря на то что у меня ничего не получалось. И так продолжалось до весны, пока не пришла пора первой тренировки на стадионе, которую я запомнил хорошо.

Дело было так. Договорились мы с Иваном Сергеевичем поехать в Манеж Алексеева, само собой, после учебных занятий. С вечера упаковал я молот и прочие спортивные атрибуты в рюкзак и наутро через весь город отправился с ними в Университет.

В этот день лекции и семинары были в разных концах Васильевского острова, что поначалу меня не очень беспокоило, однако, когда к пяти часам вечера я прибежал (бег с молотом в рюкзаке – то ещё развлечение) в главное здание – в точку старта, то уже задумался: не нужно ли было накануне съездить закопать молот на стадионе.

Но отступать было поздно. Троллейбуса до метро мы прождали минут сорок, потом на метро, казалось, ехали целую вечность, а на станции «Пионерская» далеко не с первого раза и только благодаря опыту Ивана Сергеевича взяли штурмом третий подошедший автобус.

По дороге Иван Сергеевич рассказывал невероятные истории про известных спортсменов, при этом свою роль в их жизни оставлял за кадром. Про себя он вообще довольно редко говорил, хотя чувствовалось: гордиться он может многим, но хвастаться не любит. Только в начале девятого вечера мы с Иваном Сергеевичем приступили к тренировке. Он довольно философски отнёсся к моим пародиям на метание молота. В зале всё казалось проще…

Но оптимизм Ивана Сергеевича был заразителен и, несмотря на все неудачи и трудности, тренировки мы продолжили. Жил я довольно далеко от Университета и стадиона и целый день ходил с молотом на лекции, а также в музеи и на концерты, и не могу сказать, что присутствие молота в рюкзаке меня не беспокоило. Как-то раз я не выдержал и спросил Ивана Сергеевича, насколько это правильно: никогда не расставаться с молотом, нельзя ли его чем-то заменить… Заменить-то можно, сказал Иван Сергеевич, но это будет не то, и вообще зря я беспокоюсь о мелочах. Тренировки продолжались в том же формате.

Помню, на одном из первых соревнований перед награждением зовёт меня судья, спрашивает:

– Какое у твоего тренера звание?

– Сейчас спрошу!

Так я узнал, что Иван Сергеевич заслуженный тренер РСФСР, а я ведь уже почти год у него тренировался…

Тренировки наши продолжались несколько лет, а потом метать молот стало в городе просто негде. Но Иван Сергеевич никогда не унывал и начал больше времени уделять сборной команде по гиревому спорту. Иван Сергеевич тонко чувствовал индивидуальные особенности каждого студента-спортсмена, находил правильный подход, успешно внедрял свои методики и добивался максимального результата. В 2004 году мы впервые заняли 1-е место на чемпионате вузов Санкт-Петербурга по гиревому спорту. Путь к этой победе у Ивана Сергеевича занял почти десять лет активной работы со студентами.

Спорт у универсантов не является приоритетом, и добиться необходимой регулярности тренировок порой крайне проблематично. Состав нашей команды динамично и часто неожиданно менялся. Это был сложный путь побед и разочарований: появляется, например, перспективный спортсмен, показывает хорошие результаты, а потом неожиданно исчезает. Или заканчивает обучение перед очередными соревнованиями. А кого-то ведь и просто отчисляли. Иван Сергеевич, несмотря на все эти обстоятельства, продолжал делать то, что считал нужным, и добился того, что сборная СПбГУ по гиревому спорту стала лучшей в городе, – причём он не применял «административный ресурс», не давил на судей и организаторов своим немалым авторитетом, да и возможностей ощутимо поощрить учеников у него не было…

Радость от этого достижения переполняла его; ещё долго после соревнований на тренировках он поднимал всем, и в том числе себе, настроение, вспоминая, «как это было». По итогам соревнований в журнале «Санкт-Петербургский университет» он опубликовал статью «Впервые первые», где подробно описал личный вклад каждого участника команды в общую победу и рассказал о её значении для спортивной истории Университета.

С университетским журналом Иван Сергеевич активно сотрудничал. Бывало, встретимся перед тренировкой у кафедры физвоспитания, а он говорит:

– Разминайтесь пока, а мне в редакцию нужно зайти.

Потом спрашиваю его:

– Иван Сергеевич, о чём ваша новая статья?

– Как о чём? – недоумевает он. – О здоровом образе жизни!

Я думал, что он шутит: писать статью о здоровом образе жизни… Однако материалы именно на эту тему регулярно печатались в журнале, и были они исключительно интересными. Сейчас таких статей в журнале СПбГУ очень не хватает.

К соревнованиям Иван Сергеевич относился очень серьёзно. В ответственные моменты становился очень сосредоточенным и одновременно азартным, порой почти терял контроль над эмоциями. Перед выполнением попытки метателем молота оставался сдержан и внешне спокоен: возможно, чтобы не волновать выступающего. А во время броска возникало ощущение, что Иван Сергеевич сам соревнуется. А сразу после попытки снова выглядел спокойным и начинал философски шутить, чтобы отвлечь внимание спортсмена…

На соревнованиях по гиревому спорту он всегда стоял рядом с выступающим, подсказывал, сколько осталось времени, сколько ещё нужно сделать подъёмов, не позволяя тому сдаться… Эффект от этой психологической поддержки был очень весомый. Часто после соревнований я говорил ему – и слышал от других…

– Иван Сергеевич, а я ведь готов был закончить раньше…

И устно, и в своих работах Иван Сергеевич всегда говорил, что победы должны не успокаивать, а стимулировать к новым достижениям. Он старался закрепить достигнутые результаты, совершенствовал методику, создавал Школу. Очень много внимания он уделял залу тяжелоатлетической подготовки – своему детищу. Сделать из него эффективную площадку для тренировок было не так просто: маленькая площадь, старое здание, нехватка инвентаря… Однако Иван Сергеевич организовал пространство оптимально, во всяком случае, мне не встречались спортзалы, столь же удобные для силовых тренировок. Иван Сергеевич часто говорил:

– Хороший у нас зал, здесь легко дышится.

Думаю, он имел в виду не только кислород, хотя и это было немаловажно. Студенты здесь действительно имели возможность отдохнуть, сменив обстановку. О пользе физических упражнений для умственного труда Иван Сергеевич напоминал ежедневно. Посещение спортзала в его понимании было неотъемлемой частью культурной жизни универсантов, и исключительная интеллигентность Ивана Сергеевича очень гармонировала с этой средой.

Темой наших бесед нередко была рыбалка. Иван Сергеевич, вспоминая свои походы за рыбой, рассказывал о таких трофеях, каких мне видеть не доводилось. На первом курсе я получил водительские права, с гордостью сообщил об этом Ивану Сергеевичу. Он воодушевлённо отреагировал:

– Отлично, осталось приобрести автомобиль, и мы наконец-то поедем на рыбалку!

Съездить не получилось, до сих пор жалею. Не только потому, что Иван Сергеевич обещал показать «места», уверен, что сам процесс ловли проходил бы так же увлекательно и нестандартно, как и многое, за что он брался. Был момент, когда мы уже вроде собрались, но Иван Сергеевич засомневался:

– Понимаешь, у меня в последнее время плечо побаливает. А вдруг клюнет что-то выдающееся, как я буду бороться?

Поехать на рыбалку просто ради свежего воздуха, смирившись с перспективой «проиграть» рыбе, он бы не согласился. Недаром он говорил о «спортивном» интересе к этому занятию.

Иван Сергеевич всегда вызывал восхищение своей организованностью. Зарядка, по его словам, была непременной частью распорядка его дня. Однажды я попросил его показать упражнения, которые он делает утром. Он согласился не сразу, показал всего несколько движений, очень простых, но запоминающихся. Сейчас я делаю эти упражнения регулярно, только теперь осознав их полезные свойства. Со временем я понял, почему Иван Сергеевич колебался, показывать ли мне их: знал, что я ещё не готов их воспринять должным образом, всему своё время.

Иван Сергеевич часто шутливо призывал побить его личный рекорд в метании молота. Но он и вправду очень хотел, чтобы ученики его превзошли. Он очень эмоционально описывал свои ощущения от правильного «висения» на молоте:

– Я на нём вишу, а он на мне!

Регулярно использовал эту фразу на тренировках, особенно когда что-то не получалось:

– Нет… Ты на нём, а он на тебе!

Я вспоминаю эти ощущения, когда кручу сына вокруг себя, взяв его за руки. Иногда, когда у нас получается «повиснуть» друг на друге, думаю: может быть, мы скоро начнём тренироваться вместе, чтобы побить рекорд Ивана Сергеевича.

Павел Иванович Лунев

Выпускник геологического факультета СПбГУ (2004 г.).

В настоящее время начальник Управления геологических работ в АО «Геологоразведка»

Е.В.Миронов. Остаюсь добрым вашим приятелем…

Шел 1968 год. Чтобы продолжить заниматься спортом, я приехал в Ленинград поступать в Институт физкультуры им. П.Ф. Лесгафта. Но медкомиссия меня не пропустила из-за высокой степени близорукости.

Порекомендовали поступать на спортивный факультет в Педагогический институт им. А.И.Герцена, там, как считалось, требования к состоянию здоровья были не столь жесткие.

Однако это оказалось не так, и в приемной комиссии Педагогического института мне посоветовали поступать на любой факультет и заниматься спортом, придя на спортивную кафедру. Я подал документы на географический факультет и поступил.

Первого сентября наш курс отправили в колхоз, а десяток крепких парней – на географическую базу Института «Железо»: копать траншеи для водопровода и канализации. Только в конце сентября я пришел на спортивную кафедру, познакомился с заведующим кафедрой А.И.Первухиным, и он назначил на следующий день встречу с тренером. Им оказался И.С.Краснов. Иван Сергеевич поприветствовал меня: «Евгений, добрый мой приятель!», я подыграл: «Родился на брегах озера Ильмень».

Все последующие годы нашего знакомства Иван Сергеевич неизменно приветствовал меня именно так.

Познакомились, поговорили, начали работать…

Сразу на себя обратили внимание организаторские способности Ивана Сергеевича. В первые годы нашей совместной работы мы ездили в составе команды на сборы в малоприспособленные для тренировочного процесса места. Круги для метания приходилось заливать самим – и круги заливал только Иван Сергеевич, сам. В последующем ему удавалось быстро добиваться заливки бетонных площадок под круги для метания в Ужгороде, в Дагомысе…

Обязательная часть сборов – утренняя зарядка. Иван Сергеевич ее никогда не пропускал. Зарядка наша состояла главным образом из разминки и работы на перекладине. Если сборы были на море, в обязательном порядке заплыв, независимо от температуры воды – Иван Сергеевич купался, даже если температура воды была +7!

На сборах во время отдыха играли в шахматы. Иван Сергеевич всегда где-то добывал шахматы и столик. И тренеры, и спортсмены играли с азартом, с шутками-прибаутками.

В Ленинграде занятия проводились в манеже Алексеева. У Ивана Сергеевича была группа метателей, студенты педагогического института разных курсов, все – мощные ребята. А. Лаврентьев – дискобол за 100 кг, молотометатель Валерий Михайлов – тоже около 100 кг, копьеметатель Володя (фамилию не помню) – за 80 кг. Однажды перед тренировкой мы затеяли возню на матах. Эти ребята втроем навалились на меня. Я Лаврентьева обхватил ногами за шею, Валеру и Володю обхватил за шею руками – одного левой, другого правой рукой и так удерживал их. Иван Сергеевич подошел и стал наблюдать за нами. Они стали «просить пощады», и я отпустил их.

Впоследствии Иван Сергеевич сказал мне, что именно тогда окончательно поверил в меня как спортсмена.

Само присутствие Ивана Сергеевича на тренировках придавало им особую атмосферу игрового азарта. В 1969 году в Приозерске шли практические занятия по легкой атлетике с группой спортивного факультета. Занятие уже заканчивалось, и тут разгорелся спор: сможет ли один из студентов пробежать 100 метров на уровне личного рекорда. Иван Сергеевич, видимо, чтобы подзадорить нас, выразил сомнение: мол, жарко, конец занятия, не сможет…

Поспорили на бидон молока (49 литров). Студент пробежал с отличным результатом. Утром во время построения два студента внесли бидон молока от Ивана Сергеевича. Всем досталось!

Вспоминаю я и другой эпизод. Было это на сборах в Ялте. Один из участников сборов, Александр Братчиков, делал утреннюю пробежку. На скамейке сидел А.Н.Косыгин, тогда председатель Совета Министров СССР. Пробегая мимо, Братчиков обратился к сидящему: «Здравствуйте, Алексей Николаевич!» – и побежал дальше. Когда возвращался, Косыгин подозвал его, поинтересовался, как зовут. Ответ: «Заслуженный мастер спорта Александр Братчиков».

– Как жизнь, Александр?

– Все хорошо, прекрасно, только бытовые условия не очень.

Александр побежал дальше, забыл об этом эпизоде. Месяца через два – в квартире у Братчикова звонок, просят зайти в Моссовет. Пришел, говорят: «Получи ключи от двухкомнатной квартиры». Этот случай, который явился поводом для нашей длительной беседы о Косыгине, долго вспоминался нами, Иван Сергеевич размышлял о реформах Косыгина, его человеческих качествах…

Вначале тренировочный процесс был полностью в сфере ответственности Ивана Сергеевича, но с годами он начал подключать меня к активному размышлению о нем: обсуждал со мной и методику тренировок, и технику метаний, и общее планирование. Тем самым он приучал меня, да и не только меня, мыслить самостоятельно, анализировать успехи и просчеты, ничего не принимать на веру.

Главная характеристика Ивана Сергеевича – его педагогический талант. Он всегда с искренней заинтересованностью общался и с детьми, и со взрослыми, и со стариками. Если нужна была помощь, старался помочь всем: и спортсменам, и тренерам. Из каждого своего ученика старался сделать разностороннюю личность.

Иван Сергеевич был молотометателем, и, конечно, он хотел воспитать выдающегося метателя молота. Я же хотел стать дискоболом. «В диске» я стал мастером спорта, параллельно толкал ядро. В 1974 году Спорткомитет СССР выделил ставку инструктора по спорту в толкании ядра, требуя результаты, и я стал специализироваться в толкании ядра. Меня стали чаще вызывать на сборы, а у Ивана Сергеевича возникли сложности с поездками на сборы из-за лекций и практических занятий в Институте имени Герцена.

В 1976 году я отобрался на Олимпийские игры в Монреале, но Ивана Сергеевича в состав тренерского коллектива не включили, я поехал туда без него.

После слабого выступления метателей на этой Олимпиаде в сборной по легкой атлетике произошли изменения. Пришел новый главный тренер по метаниям – Станислав Владимирович Возняк. Иван Сергеевич был назначен старшим тренером сборной по толканию ядра.

Для Ивана Сергеевича начался самый продуктивный период. Именно в это время особенно ярко проявился его организаторский талант. Под его руководством была создана метательская база в Леселидзе, залито много новых метательских кругов. По всему СССР был организован отбор метателей, Иван Сергеевич много и плотно общался с С.В. Возняком, активно консультировал тренера А.П. Бондарчука, готовившего кандидатскую диссертацию. Во многом благодаря Ивану Сергеевичу выступление метателей на Олимпиаде-80 стало лучшим за всю историю советского спорта.

Совмещение Иваном Сергеевичем преподавательской и тренерской деятельности в Институте имени Герцена не получило должной поддержки у руководства вуза, и он перешел на работу в Ленинградский государственный университет.

Начался новый, очень продуктивный этап профессиональной деятельности И.С.Краснова. В Университете он оборудовал зал для метаний, небольшой, но очень уютный и комфортный. Своими силами с помощью талантливых специалистов установили станки, приобрели штанги и другой инвентарь. В этот период Иван Сергеевич подготовил много мастеров спорта: Александр Бурин, Валерий Щегольков, Владимир Еганов, Олег Лобазнов, Илья Тохтамыш, Любовь Хвостикова, а Павел Репин стал мастером спорта международного класса.

Ивану Сергеевичу удалось пробить строительство сауны и бассейна, которые помогали спортсменам восстанавливаться. Вокруг него постоянно были ученики – как действующие, так и уже завершившие выступления, но продолжающие заниматься спортом. Со временем эти встречи стали проходить в виде баскетбольных матчей. Так продолжалось много лет. В одной из команд непременно играл Иван Сергеевич, с ним состязаться было непросто, игроком он был очень неплохим.

Тем временем в стране происходили перемены, которые нашли отражение и в спорте. Коммерциализация спорта становилась все явственнее. Иван Сергеевич был убежденным противником этих изменений и старался сохранить в Университете дух настоящего спорта.

Энтузиаст и популяризатор здорового образа жизни, преданный служитель спорта, человек, благодаря которому в нашем городе и в стране в целом уровень спорта значительно повысился, Иван Сергеевич был и остается примером для своих учеников, для всех, кто его знал.

Я благодарен судьбе за то, что моя жизнь в спорте прошла под его руководством. Он оказал влияние не только на мои спортивные результаты, но и на мое личностное становление, взгляды, отношение к жизни.

Спасибо Вам, Иван Сергеевич! Остаюсь добрым Вашим приятелем…

Евгений Васильевич Миронов

Серебряный призер XXI Летних Олимпийских игр 1976 года в Монреале, заслуженный мастер спорта СССР

Б.А.Михайлов. Бодрость и мудрость

На спортивную кафедру Ленинградского университета как тренер-преподаватель я попал довольно необычно. Я физик по образованию, кандидат наук. А на спортивную кафедру заходил поиграть в баскетбол, подвигаться и – иногда – оформить какие-то документы: я вел на общественных началах университетскую секцию туризма. В штат спортивной кафедры я был зачислен в 1980 году, к этому времени с Иваном Сергеевичем Красновым как одним из самых известных и уважаемых сотрудников кафедры я, естественно, был знаком, но по-настоящему близкое знакомство наше было связано с обстоятельствами трагическими. Вскоре после моего зачисления в штат во время похода по горам Мурманской области пропала университетская группа, все участники ее, как потом выяснилось, погибли. Нашли ребят только через год, и весь этот год я занимался их поисками. Иван Сергеевич как секретарь парторганизации кафедры всячески помогал мне в организационных вопросах и просто по-человечески поддерживал. А спустя какое-то время в девять утра у меня дома раздается звонок, и Иван Сергеевич (а это звонил он) спрашивает меня, не буду ли я против того, чтобы подать заявление о вступлении в КПСС. Не буду ли я против! Именно в такой формулировке.

Понятно, что от таких предложений, как правило, тогда не отказывались, но для меня это было полнейшей неожиданностью, в том числе и по причине недавних трагических событий. Следствие, которое велось долго и тщательно, установило, что причиной гибели группы были резкие погодные изменения и другие обстоятельства, предсказать которые было невозможно. Моей вины как человека, готовившего группы, не было, даже косвенной, но сам факт того, что у тебя погибли люди, за которых ты нес ответственность, – не лучший багаж для кандидата в члены КПСС.

Все эти свои сомнения я Ивану Сергеевичу при встрече изложил, он мои аргументы отвел одной-единственной фразой: «Это знак вашей полной реабилитации». И за эту поддержку, которую я все время ощущал, я ему до сих пор признателен.

Неистребимый оптимизм, внутренний стержень, очень четкие понятия о том, что такое хорошо и что такое плохо, помогали ему справляться с самыми разными метаморфозами как в частной и профессиональной, так и в общественной жизни, в том числе в масштабах страны. Изменения, которые случились в стране в конце 80-х – начале 90-х, довольно огорчили его, но не застали врасплох. Он воспринял их спокойно. Когда я, человек, которому он, лично он предложил вступить в партию, сообщил ему о своем желании выйти из КПСС, он выслушал мои доводы и, как мне кажется, отнесся к моему решению внешне спокойно, с пониманием и уважением.

Когда некоторые спортивные дисциплины и, в частности, легкоатлетические метания, которым Иван Сергеевич отдал десятки лет, по причинам непреодолимой силы практические перестали культивироваться в Университете, Иван Сергеевич не впал в уныние, а со свойственными ему оптимизмом и бодростью взялся развивать – с нуля – гиревой спорт, и через «пару-тройку лет», как он сам говорил, университетская сборная стала одной из лучших в городе.

К сожалению, запасы оптимизма, бодрости, юмора Ивана Сергеевича оказались не беспредельны, и радикальные метаморфозы, происходившие и на спортивной кафедре, и в Университете в целом, вынудили его написать заявление об уходе. Иван Сергеевич никогда не был человеком конфликтным, он всегда был готов к диалогу, к тому, чтобы убедить оппонентов, какие бы должности они ни занимали, в своей правоте, но в данном случае у него это не получилось, и, пожалуй, не получилось бы это тогда ни у кого.

При всей своей внешней мягкости Иван Сергеевич был человеком принципиальным, и его решение об увольнении было именно проявлением силы, принципиальности, а не слабости. Он даже в заявлении написал: «Прошу меня уволить в связи с несогласием с изменениями в учебной программе, утвержденной руководством Университета». Точной формулировки мне сейчас не вспомнить, но смысл был такой, ручаюсь.

Уход Ивана Сергеевича из Университета не был уходом из спорта в целом. Он продолжал работать над монографией об истории олимпийского движения, обработав огромный массив информации, и публикация этого труда, на мой взгляд, стала бы прекрасным памятником Ивану Сергеевичу.

Борис Алексеевич Михайлов

Выпускник физического факультета ЛГУ (1966 г.).

Профессор кафедры физической культуры и спорта СПбГУ

А.Н. Назаренко. Уроки радости

До поступления в СПбГУ я ничего не знал о гиревом спорте, мои отношения со спортом сводились к штанге в тренажёрном зале и футболу во дворе. И тем не менее знакомство с гирями состоялось за год до поступления в Университет, и знакомство это можно назвать «заочным».

Мой старший брат учился в СПбГУ, на философском факультете. Однажды он приходит и говорит: «Мы сегодня на физкультуре гири поднимали! Там такой дедушка-преподаватель, он всех парней-первокурсников проверял на силу! Кто поднимет больше всех, тому зачёт „автоматом“».

Я подумал: «Ого, гири, зачеты, силачи».

И уже тогда сказал себе, что, когда поступлю, обязательно поучаствую в соревнованиях по гирям среди первокурсников. Так и вышло год спустя. В помещении между тренажёрным и скалолазным залом поставили две гири по 16 кг и две по 24. Поднимали по 16; те, кто их поднял, могли попробовать уже и полуторапудовки. Пудовые гири толкнуть оказалось легко, а вот с теми, что весили 24 кг, помню, было сложнее.

Я первое время, честно признаться, не знал, как зовут нашего преподавателя. Знакомство наше состоялось уже «в процессе», и мы стали общаться не формально, как преподаватель и студент, а как тренер и спортсмен.

А после того опыта я решил попробовать себя в гирях ещё раз, пришёл на занятия. В тренажёрном зале у выхода сидел Иван Сергеевич, вёл тренировку гиревиков. Я с ходу взялся было за пудовки, начал рвать, а Иван Сергеевич и говорит: «Сначала сделай сто рывков вон той гирей (обрезанная пудовая гиря килограммов на восемь), а потом уже переходи на пудовые». Я подумал: «Я же уже поднимал пудовки, было легко, а мне какие-то обрезки дают…» Но стал поднимать и… не смог. Сто раз было слишком много для меня, в ту тренировку так сотню рывков я и не сделал. Мне потребовалось ещё несколько тренировок, чтобы выполнить задание Ивана Сергеевича, и когда я сделал это, то, во-первых, был очень горд собой, во-вторых, понял, что гири – это не так уж просто, а Иван Сергеевич умеет вдохновлять и мотивировать спортсменов.

Этот урок я запомнил, стал более рассудительным, и не только в вопросах тренировок. Я погрузился в процесс преодоления собственных слабостей и с удивлением обнаружил, что смотреть на некоторые жизненные проблемы и задачи через призму спорта очень полезно. Я стал завсегдатаем спортивного зала. Меня туда тянуло. Иногда я предпочитал прогулять пару английского или японского языка, чтобы пойти в спортивный зал.

Приходя туда, я чувствовал спокойствие, приходило ощущение, что я не теряю время, а работаю над чем-то важным. Иван Сергеевич всегда был рад тебя видеть. Он сидел на стуле в тренажёрном зале и учил технике, спокойно, наглядно и очень вдохновляюще, как будто ты уже большой спортсмен, а не восемнадцатилетний студент.

Однажды, уже курсе на третьем, я занимался в тренажёрном зале один, а Иван Сергеевич вёл занятия в большом зале. Я хотел с ним о чём-то поговорить и вышел в большой зал. Там перед студентами младших курсов, выстроившимися в линейку, стоял Иван Сергеевич.

Я хотел было уйти, чтобы не мешать занятиям, но Иван Сергеевич подозвал меня: «Ребята, знакомьтесь, это самый сильный человек Университета!» Студенты засмеялись, зааплодировали. Меня это смутило, и я понимал, что Иван Сергеевич шутит, но было очень приятно.

Вообще, Иван Сергеевич относился к студентам и, в частности, к нашей гиревой команде очень по-свойски, без обычной дистанции «преподаватель – студент», но он всегда контролировал ситуацию, нарушений дисциплины на занятиях и тренировках я не видел. Предоставляя определённую свободу действий в частностях, он чётко задавал стратегическое направление.

И ещё важный момент. Занятия с Иваном Сергеевичем давали тебе ощущение радости и гордости за сделанное. Иван Сергеевич радовался за тебя, и ты сам гордился собой и испытывал благодарность по отношению к тренеру, Университету, ребятам, что дали возможность проверить себя и превзойти собственные ожидания.

Помню, в 2007 году мы готовились к соревнованиям по классическому двоеборью (рывок плюс толчок). Но перед самым началом турнира, уже во время разминки, мы вдруг узнаём, что соревнования будут проходить по другим правилам. Все были удивлены и возмущены, звучали предложения снять команду с соревнований в знак протеста. Но Иван Сергеевич принял решение – участвовать. Он сказал, что мы тренировались и должны показать себя, выступить надо в любом случае.

И наша команда заняла тогда первое место в командном зачёте, и даже в личном были первые места!

Это были мои первые соревнования. Помню, как встаю к снарядам, начинаю их поднимать. Сначала идёт легко, а потом раздаётся внутренний голос: «Бросай гири, иди домой».

А ты не можешь бросить, потому что вот твоя команда и Иван Сергеевич смотрят на тебя, подсказывают… Спустя какое-то время голос замолкает, и ты делаешь то, что можешь, перед глазами только ребята, Иван Сергеевич, но что они говорят, ты уже не слышишь…

В тот раз наш тренер снова поразил меня своим спокойствием и решительностью, он был в нас уверен, и мы не могли подвести его.

Иван Сергеевич очень тепло относился к нам, настолько тепло, что пригласил на празднование своего восьмидесятилетия, проходившее на спортивной кафедре. Для меня это было событие! Меня?

Студента? Профессор пригласил на свой юбилей? Не может быть!

Я был самым младшим из гостей и даже произнёс тост – как самый младший. Мы не общались на личные темы, и я не знал, сколько же лет исполняется Ивану Сергеевичу, поэтому сильно удивился: в 80 лет быть таким активным, обучать команду, выступать с ней, вести занятия по другим направлениям спорта…

Да, Иван Сергеевич умел удивлять и мотивировать.

В памяти осталось многое: занятия на стадионе Метростроя, вопросы вроде: «Антон, почему ты бегаешь именно по часовой стрелке?» (а и действительно, почему?), рассказы Ивана Сергеевича о Юрии Гагарине, с которым он был знаком и в его честь проводил соревнования на День космонавтики…

Иван Сергеевич интересовался практически всем: с геологами он говорил про геологию, с филологами – про языки, с востоковедами – про культуру азиатских стран. Воспоминания о тех временах и об Иване Сергеевиче всегда будут со мной, я рад, что был знаком с таким человеком.

Писать этот очерк было очень приятно, будто вновь переживаешь те счастливые дни…

Антон Николаевич Назаренко

Выпускник восточного факультета СПбГУ (2002 г.)

В настоящее время финансовый контролер «Инженико Россия»

Л.Л. Павловский. Интеллигент спорта

С Иваном Сергеевичем Красновым я познакомился в сентябре 1998 года. Наша первая встреча практически совпала с началом моего обучения в Санкт-Петербургском государственном университете.

Став первокурсником факультета географии и геоэкологии СПбГУ, я, будучи кандидатом в мастера по гиревому спорту, сразу же отправился на спорткафедру Университета, желая как можно скорее вернуться к тренировочному процессу.

Не могу не сказать несколько слов о здании Jeu de Paume, в котором и состоялось наше знакомство.

Солнечным сентябрьским днем я первый раз вошел во внутренний двор Двенадцати коллегий и увидел здание из красного кирпича. Признаться, я был весьма впечатлен его монументальностью. В дальнейшем из общения с Иваном Сергеевичем я многое узнал об истории не только Jeu de Paume’a, но и других зданий университетского ансамбля на набережной Невы.

Придя на кафедру, я рассказал, что я студент, из провинции, спортсмен и очень хочу продолжить тренировки в Университете. Уточнив мою специализацию, мне сразу сказали: «Тебе к Ивану Сергеевичу Краснову».

– А как к нему попасть? – спросил я.

Ответ был лаконичен:

– Пройдешь баскетбольный зал насквозь, далее мимо скалолазов и попадешь, куда нужно.

На вопрос, а как Иван Сергеевич выглядит, ответили, что пойму сразу, не ошибусь.

В зале силовой подготовки легкоатлетов (это название я узнал немного позже), я увидел подтянутого, аккуратно одетого немолодого мужчину интеллигентной внешности. Первое, что бросилось в глаза и удивило, – хорошо повязанный галстук. В этот момент я осознал, что я не где-нибудь, а в Санкт-Петербургском университете, и понял, что мои представления о спорте и системе взаимоотношений в нем теперь изменятся.

Так и вышло. Я представился, рассказал, что я из Рыбинска, с волжских берегов. Иван Сергеевич живо отреагировал на эту информацию, сказал, что тоже родился на Волге, в Ивановской области.

С первых минут нашего общения я почувствовал, что Иван Сергеевич мудрый человек с большим сердцем.

Возможно, вид нашего зала не вызвал бы у многих большого восторга, но в нем чувствовался дух спорта, товарищества и честного соперничества. Во время университетских соревнований в нем было не протолкнуться. Ребята со всех факультетов собирались здесь, чтобы показать себя в гиревом спорте или силовом троеборье.

Многие тренажеры в нашем зале были спроектированы лично Иваном Сергеевичем, они предназначались для развития определенных физических качеств у метателей. Жаль, что их конструкция не была оценена по достоинству, и случившаяся спустя какое-то время реконструкция зала ничего по большому счету не добавила, но испортила многое.

Кажется, что в нашем зале всегда было солнечно. В Санкт-Петербурге в это верится с трудом, да и тренировались мы в основном в вечернее время, но впечатление у меня осталось именно такое. Наше поколение называло этот зал Чугункой. Название это прекрасно передает настрой и дух, что там царили: ведь классические соревновательные гири делаются из чугуна…

Тренировки у гиревиков скучные, монотонные, «на жилах». Вспоминаю, как Иван Сергеевич садился на стул, доставал хромированный секундомер и начинал отсчитывать твои результативные толчки и оставшееся время. И так десять минут!

Сколько же раз за эти десять минут хотелось поставить гири на помост! Но уверенный, бодрый голос тренера, отмечающий очередное движение, заставлял сказать себе: «Ну, еще пару раз». И, как правило, эта «пара раз» прекращалась только спустя как раз десять минут! Ох уж эти минуты, как трудно бывало заставить себя их пережить… Но с Иваном Сергеевичем они проходили гораздо легче. Он умел разрядить обстановку, успокоить, заставлял поверить в себя. Эти его качества отмечал далеко не только я…

Команда у нас в тот период подобралась что надо! Мы два раза выигрывали чемпионат вузов Санкт-Петербурга. Могли бы и три раза, но двух членов сборной (одним из которых был я, а другим мой друг Сергей Марченко) скосили последствия «зарубы» (решили выяснить, кто сильней) накануне соревнований, ни я, ни Сергей в тех «вузах» не участвовали из-за травм. «Зарубу» эту мы устроили, пока Иван Сергеевич не видел…

Но и про «зарубы» Ивана Сергеевича можно рассказывать долго и весело. Не одно поколение его учеников знает о них и вспоминает с теплотой. Каких только спортивных споров у нас не было: кто больше подтянется, кто больше толкнет две гири за десять минут, кто дальше прыгнет и так далее. Как же это все раззадоривало и поднимало настроение!

Эти маленькие тренерские хитрости помогали побеждать на турнирах. А соревнования и поведение Ивана Сергеевича на них – это вообще отдельная тема! Чемпионат вузов Санкт-Петербурга по гиревому спорту, как правило, проходил во второй декаде декабря на базе Дома физической культуры Петербургского университета путей сообщения, расположенного вблизи станции метро «Горьковская».

В конце 1990-х – начале 2000-х годов студенческий спорт, как, впрочем, и вся наша страна, переживали не самые лучшие времена.

Соревнований у нас было немного, поэтому к тем, которые все же происходили, мы готовились особенно тщательно и ответственно.

Иван Сергеевич всегда мотивировал нас, настраивал на победу. Показательно, что именно он сумел в достаточно непростые времена собрать команду, подготовить ее и несколько раз привести к победе на общегородских соревнованиях. (А в итоговом протоколе соревнований за 2019 год команда Санкт-Петербургского государственного университета вообще отсутствует. Ушел человек, и исчез целый мир.)

Своей собранностью и интеллигентным видом он всегда выделялся на фоне тренеров других команд. Мы всегда были горды, что нас тренирует такой заслуженный и опытный человек, настоящий интеллигент спорта.

Вспоминаю фотографию, где Иван Сергеевич склонился над протоколами победных для нас соревнований.

Он всегда скрупулезно изучал протоколы: цифру к цифре… Поначалу к нам относились несерьезно: а, «ботаники» из Университета, а как мы стали выигрывать, так и начались судейские фокусы, но Иван Сергеевич в силу своего опыта умел отстоять наши интересы…

Сколько же хорошего было за восемь лет моей спортивной университетской жизни, которая неразрывно была связана с Иваном Сергеевичем! Именно в Чугунке я повстречал многих замечательных людей, со многими из которых я до сих пор общаюсь, а с кем-то и дружу…

Я вспоминаю наши прогулки с Иваном Сергеевичем после тренировок до остановки напротив здания Академии наук, путь до станции метро «Невский проспект»… Какие только темы мы ни поднимали, проезжая эти несколько остановок: от истории спорта до актуальных проблем современной России. Иван Сергеевич, как истинный патриот, глубоко переживал все события, через которые проходило наше государство в последние десятилетия. Видно, что ему было важно наше мнение, он никогда не ставил себя выше собеседника, воспринимая и нас, студентов и аспирантов, как равных…

А весной и летом Университет арендовал стадион «Метрострой» на Левашовском. Там, на стадионе, в родной стихии, Иван Сергеевич расцветал, буквально молодел. Очень многое из специфики легкоатлетических тренировок нам удалось почерпнуть во время занятий на том стадионе…

Иван Сергеевич навсегда останется в моей памяти как Тренер с большой буквы, как человек глубокой порядочности и интеллигентности. Я благодарен судьбе, что повстречал его на жизненном пути, что он показал на личном примере, что значит быть представителем Санкт-Петербургского государственного университета и патриотом.

Артем Александрович Павловский

Выпускник факультета географии и геоэкологии СПбГУ (2003 г.).

Кандидат физико-математических наук.

В настоящее время начальник отдела градозкологического обоснования развития территорий Санкт-Петербурга Научно-исследовательского и проектного центра Генерального плана Санкт-Петербурга

Б. Г. Тихонов. Как легкоатлет помог боксерам

Приход Ивана Сергеевича на спортивную кафедру Ленинградского университета пришелся на год, когда его ученик Евгений Миронов стал вторым на Олимпиаде 1976 года. Приняли Ивана Сергеевича на кафедре очень хорошо, и не только из-за всем известных и очевидных заслуг и, в частности, олимпийского успеха. Помимо авторитета, основанного на серьезных достижениях – его и его воспитанников, в его копилке было удивительное обаяние, он легко, с первых встреч располагал к себе, по-доброму шутил, ни с кем не ругался, а если и спорил с кем-то, то делал это всегда корректно и по-доброму. В полемику он вступал для пользы дела, а не для самоутверждения и не для того, чтобы просто доказать свою правоту из принципа.

Как правило, в этих спорах в конце концов прав оказывался именно он – просто потому, что обладал огромным запасом знаний, основанных в том числе и на колоссальном практическом опыте. Это в Иване Сергеевиче тоже подкупало – его исключительная компетентность в том, что касается тренировочного процесса. Бокс и легкая атлетика – дисциплины, на первый взгляд, далекие, но в механике движений у боксеров и метателей много общего, и я нередко советовался с Иваном Сергеевичем по тем или иным вопросам, и его рекомендации были всегда очень точны, полезны и при этом тактичны. Он щедро делился своими немалыми знаниями – впрочем, не только знаниями. Я помню, как он позволил, даже деликатно порекомендовал взять на летние сборы университетских боксеров два молота, и занятия с этими снарядами здорово помогли нам сделать рывок в специальной физической подготовке.

Его доброта и открытость органично сочетались с принципиальностью и целеустремленностью – во многом благодаря именно этому довольно редко встречающемуся сочетанию, которое помогало справляться с разного рода административными препятствиями, Иван Сергеевич в очень короткие сроки оборудовал спортивный зал для метаний, который стал лучшим в городе, а может быть, и одним из лучших в стране. Во всяком случае, результаты его спортсменов объясняются во многом и тем, что они могли в этом зале тренироваться очень эффективно.

Много лет Иван Сергеевич был парторгом кафедры, что тоже помогало ему решать многие вопросы, но он никогда не воспринимал свою партийность как способ добиться чего-то, он был искренний, убежденный коммунист, и перемены конца 80-х – начала 90-х он воспринял близко к сердцу, очень болезненно, и оставался верен своим убеждениям до конца своей жизни. Из партии он, в отличие от многих, не выходил и от взглядов своих, как бы жизнь ни складывалась, не отказывался.

Завершающий период его работы в Университете ознаменовался успехами гиревиков. По сути, с нуля развивая эту спортивную дисциплину в СПбГУ, Иван Сергеевич добился серьезных успехов, его ребята брали первые места на городских соревнованиях… В последние годы у него побаливали колени, и он проводил тренировки сидя, что вызывало неудовольствие у некоторых наших начальников, пошли разговоры: мол, что это за тренер, который тренирует сидя на стуле. Я как мог возражал и объяснял: важно не то, сидит тренер или стоит, а к какому результату это приводит. Те замечания, которыми Иван Сергеевич с его багажом корректировал тренировочный процесс, значили больше и были полезней, чем все наши движения вместе взятые. Но эти аргументы мало что значили для критиков, и Иван Сергеевич в конце концов написал заявление об уходе, и мне очень жаль, что это произошло.

Настоящий энтузиаст физической культуры и здорового образа жизни, отдавший студенческому спорту десятки лет, он обладал знаниями, опытом, интуицией, которые могли еще оказаться полезными всем нам. Конечно, трудно назвать преждевременным уходом, когда человек покидает работу в 82 года, но это был как раз тот редкий случай.

В нашей памяти, в памяти его учеников, коллег, друзей Иван Сергеевич останется и как замечательный специалист, и как добрый, обаятельный, отзывчивый человек, которого всем нам будет не хватать.

Борис Григорьевич Тихонов

Мастер спорта СССР по боксу, судья всесоюзной категории, заслуженный работник физической культуры РФ, кандидат педагогических наук, профессор.

Заведующий кафедрой физической культуры и спорта СПбГУ В 2000-2010 ГГ.

И.С.Краснов с финским коллегой Р.Раутесом на VIII Всемирном фестивале молодежи и студентов в Хельсинки. 1962

Легкоатлеты ЛГУ на сборах в Эшерах. Слева направо Андрей Шлапа, Владимир Лукк, Владимир Долгов, Виктор Бабешкин. 1981

В Кремле. 1980

Легкоатлеты ЛГУ в Галле. Слева направо Виталий Мацко, Константин Бессчетнов, Владимир Лукк, Франк Мюллер, Ярослав Малинин, Андрей Шлапа. Внизу сидят Андрей Чудинов и Юрий Смирнов. Девушки: Марина Свистунова, Любовь Артемьева (Хвостикова), Надежда Клименко (Чугуевская), Татьяна Разумова. Иван Сергеевич Краснов. 1983

Матч университетов в Лейпциге. Слева направо Франк Мюллер, Ярослав Малинин, Владимир Лукк и Виталий Мацко. 1983

Сотрудники кафедры физической культуры и спорта СПбГУ на торжественном мероприятии, посвященном 275-летию Университета. 1999

100 лет кафедре физической культуры и спорта СПбГУ. 2001

В Актовом зале Университета на торжественном заседании по случаю 100-летия кафедры физкультуры и спорта. 2001

И.С.Краснов и коллеги с губернатором Санкт-Петербурга В.А.Яковлевым на торжественном мероприятии по случаю 100-летия кафедры физкультуры и спорта СПбГУ. 2001

И.С.Краснов с коллегами после торжественных мероприятий по случаю 100-летия кафедры физкультуры и спорта СПбГУ. 2001

И.С.Краснов с гиревиками в зале тяжелоатлетической подготовки Jeu de paume. Слева от Ивана Сергеевича Александр 3 года и Олег Глотов. 2001

И.С.Краснов с тяжелоатлетами (слева от Ивана Сергеевича) и метателями (справа) в зале для метания молота. 2001

И.С.Краснов со сборной СПбГУ на чемпионате вузов Санкт-Петербурга по гиревому спорту после соревнований. 2003

И.С.Краснов на церемонии награждения главных тренеров команд-призеров чемпионата вузов Санкт-Петербурга по гиревому спорту. 2003

С гиревиком Дмитрием Дрючиным после межвузовских соревнований в Санкт-Петербурге. 2005

И.С.Краснов со сборной СПбГУ на чемпионате вузов г. Санкт-Петербурга по гиревому спорту после соревнований. 2006

И.С.Краснов со сборной СПбГУ на чемпионате вузов г. Санкт-Петербурга по гиревому спорту. 2007

И.С.Краснов с коллегами и студентами СПбГУ после спортивного праздника, посвященного подведению итогов спортивного года-2008. в знаменитой столовой «Восьмерка». 2008

Сборная команда гиревиков после чемпионата вузов г. Санкт-Петербурга. 2008

И.С.Краснов с коллегами и учениками на кафедре физической культуры и спорта СПбГУ на праздновании своего 80-летия. 2009

И.С.Краснов с Кубком почета и признания в день своего 80-летия на кафедре физической культуры и спорта СПбГУ. 2009

И.С.Краснов с друзьями и учениками на кафедре физической культуры и спорта СПбГУ на праздновании своего 80-летия. 2009

Дмитрий Дрючин. Русская гиря на уровне горы Гроссглокнер (Австрия). 2018

Ученик И.С.Краснова дипломат Дмитрий Дрючин в штаб-квартире ООН. 2019

Обложка монографии И. С. Краснова об истории Международного олимпийского движения, изданной в 2020.

III. В зеркале прессы

В.Колесова. Тренер[2]

– Валера! Ближе к сетке. Еще раз. Вот теперь хорошо!

Тяжелое ядро, пущенное умелой рукой спортсмена, глухо ударяется о натянутую предохранительную сетку. Бросок. Еще бросок. Занятие трудоемкое и, на первый взгляд, однообразное. Но высокий человек в очках с огромным вниманием и интересом следит за каждым движением толкателя ядра, своего ученика. Это он, тренер, изредка, но в самые ответственные моменты бросает так необходимые молодому спортсмену реплики.

Непонятной свою работу Иван Сергеевич Краснов назвал сам.

– Какова моя задача? – переспросил он. – Моя задача тоже покажется многим странной. Я хочу, чтобы у моих учеников возникало после каждого броска какое-то необыкновенное чувство прекрасного, как у музыканта, из-под пальцев которого льются удивительные аккорды. Мне кажется, что только в спорте человек может стать властелином движения. Прописная истина то, что каждый из нас стремится найти себя. И сильный человек, скорее всего, найдет себя в спорте. Надо только помочь ему.

Вот уже более двадцати лет заслуженный тренер РСФСР, а сейчас и старший тренер олимпийской сборной СССР по толканию ядра Иван Сергеевич Краснов занимается с молодыми спортсменами. И в студенческие годы, получая историческое образование, и после окончания Горьковского педагогического института он занимался спортом. А судьба готовила ему неожиданный поворот. В школе, где молодой преподаватель истории работал по распределению, надолго заболел учитель физкультуры. И Иван Сергеевич с огромным удовлетворением два года совмещал эти две профессии.

А вскоре любовь к спорту привела его в Ленинградский институт физической культуры и спорта имени Лесгафта. Окончив здесь аспирантуру, он уже твердо знал, чем будет заниматься дальше. Его ожидала работа тренера, наставника.

Ежедневно с большим терпением проводит доцент кафедры физического воспитания и спорта тренировки со своими учениками. Его часто можно встретить и на самой кафедре, в спортивном зале и в Манеже. Сейчас, правда, время наступило особенно горячее. Приближение Олимпиады требует от тренера олимпийской сборной очень плотного распорядка времени. Частые отъезды на спортивные сборы, подготовка к отборочным соревнованиям, изнурительные тренировки. И при этом, не прекращая, работает секция при спорткафедре. Когда нет тренера, ребята занимаются самостоятельно.

Это школа Краснова: упорство, трудолюбие, вера в успех и, главное, требовательность к себе. Знают ученики, что лентяев в секции терпеть никто не будет. И один за другим сменяются в тренировочном зале перед сеткой сильные, мускулистые ребята. Бросок. Еще бросок. Бросить бы…

…БОЛЬШЕ 21 МЕТРА

Почему именно больше двадцати одного? Эта цифра имеет свой смысл только для посвященного. Рекорд прошлых Олимпийских игр в Монреале был 21,5 метра. И поэтому любому спортсмену ясно, что бросок за 21 метр позволяет рассчитывать на попадание в олимпийскую команду. А что еще такое эта магическая цифра? Пожалуйста, одно сравнение. Знаете, на сколько примерно может толкнуть ядро весом 7 кг 257 г обычный человек, не занимающийся спортом постоянно? Не больше семи-восьми метров, в крайнем случае, девяти. А ребята, занимающиеся в секции, стремятся почти втрое превысить эту цифру.

– Хочу рассказать об одном своем ученике, – говорит Иван Сергеевич. – Думаю, что его имя известно не только в наших спортивных кругах. Женя Миронов – серебряный призер прошлогодних Олимпийских игр в Монреале. Это, конечно, большой успех в его жизни и в какой-то мере и моей. Правда, легко представить, как Жене было обидно, когда он проиграл толкателю ядра из ГДР Удо Байеру всего два сантиметра! Всего два сантиметра отделили его от высшей ступеньки пьедестала победителей! А до этой победы (я все же считаю, что это большая победа) – десять лет каждодневных тренировок, тяжелейшего труда над совершенствованием своего движения. Спортивное счастье дается очень трудно. Трудно с самого начала, когда ребята приходят в секцию.

Свою работу с каждым учеником Краснов четко разграничивает на два этапа. Первое – это отбор. Жесткий и тщательный. Отбор сильных, требовательных и упорных. Второе и главное – приобщение к метательному труду, чтобы спортсмен начал понимать в совершенстве механизм метательного движения. Для этого необходимо пройти сложную школу метательных упражнений. Волшебная цифра «21» станет близкой только тогда, когда тренировки – два-три раза в день, когда никакой жалости к себе, когда приходит и второе, и третье дыхание.

– Увы – вздыхает тренер, – в условиях города выдерживать строгий режим тренировок очень сложно. Я обычно предлагаю своим ученикам такой рабочий план на день: одна хорошая зарядка дома, состоящая, конечно, из специальных упражнений; и после учебных занятий – тренировка в секции, продолжительная, с обязательным толканием ядра.

Наверное, все согласятся, что плоды работы тренера лучше всего видны в его учениках. Точнее, в тех результатах, которых они добиваются. Добиваются с его помощью. Со стороны может показаться, что работа тренера – в основном наблюдательская. Иван Сергеевич – в неизменном строгом костюме с галстуком – со стороны следит за малейшим движением мускулов спортсмена. Краснов признался, в чем основная трудность: главное – улучить момент, чтобы похвалить парня.

Момент, когда тренеру станет ясно, что ученик сам понял, что сейчас вышло так, как надо. Вот тут и надо утвердить его в этой мысли веским словом старшего друга. Потом молодой спортсмен уже сам будет стремиться повторить еще и еще раз прекрасный момент истинного наслаждения.

– Если предложить, к примеру, биологу, – размышляет Иван Сергеевич, – «бросьте двести раз подряд ядро». Он, наверно, сочтет сумасшедшим человека, предложившего ему такое. Он предпочтет подробно рассмотреть в микроскоп двести микроорганизмов. Он знает, что это приносит ему удовлетворение. А толкателю ядра, метателю молота или диска должен приносить удовлетворение каждый бросок.

Это и есть олимпийский путь, по которому уже прошел ученик Краснова Евгений Миронов.

А Иван Сергеевич предлагает:

– Давайте лучше поговорим…

– …О будущих олимпийцах.

– Да, давайте говорить о моих учениках. Ведь именно в них, наших учениках, будущее спорта.

Когда начинался наш разговор, в маленьком тренировочном зале занимался один Валера Щегольков, студент третьего курса юридического факультета. Сначала серия бросков в предохранительную сетку, потом комплекс силовых упражнений.

Глядя, как легко играет Валера металлическим шаром, с какой силой ударяется шар о преграду, забываешь, что весит шар более семи килограммов. Этот сильный, добродушный парень приехал учиться в Ленинград из Волгоградской области. И все три года учебы в Университете занимается в секции Краснова.

– Вот с Сашей Буриным, – говорит Иван Сергеевич, – я работаю чуть поменьше. Он учится в Университете всего два года. Но до этого, правда, успел в спорте многое. Саша – кандидат в мастера спорта, чемпион СССР по толканию ядра среди юношей, успешно выступал в спортивном матче СССР – ГДР. Сейчас учится на экономическом факультете, но успешно совмещает учебные и спортивные занятия.

В этом году в секции появился спортсмен, обративший на себя внимание. Илья Тохтамыш – первокурсник юридического факультета, уже сейчас мастер спорта по метанию молота. Но его путь в Университете только начался.

– С каждым учеником нужно заниматься отдельно, – продолжает Краснов. – Особенно напряженная работа перед соревнованиями. Тут уже надо не только работать над техникой, но и психологически правильно настроить своего ученика.

Тяжелые они, тренерские будни. В душе наставника остаются все неудачи его учеников. Но зато и их радости и победы по праву считаются и его достижениями.

С.Ломакина. Тревоги и заботы профессионала[3]

Практически вся жизнь Ивана Сергеевича Краснова связана с физической культурой и спортом. Он прошел путь от значкиста ГТО до мастера спорта и чемпиона РСФСР по метанию молота (1953 г.), от тренера – до заслуженного тренера РСФСР и тренера сборной страны по легкой атлетике. Профессиональная деятельность Ивана Сергеевича дважды отмечена правительственными наградами – медалями «За трудовое отличие» и «За трудовую доблесть».

Многие годы профессор Краснов на страницах журнала «Санкт-Петербургский университет» неустанно пропагандирует здоровый образ жизни, предлагает пути улучшения физкультурно-спортивной подготовки студентов, развития физической культуры и спорта в Университете.

– Иван Сергеевич, каково, по вашему мнению, состояние физической культуры в стране в целом? Какие факторы следует учитывать, говоря о физической культуре сегодня?

– Сегодня Россия переживает глубокий и затяжной демографический кризис. Если до 1990 г. в стране наблюдался относительный устойчивый прирост населения, то с 1991 г. началось угрожающее сокращение его численности. Количество коренного населения России за эти годы сократилось более чем на 10 млн человек. Демографический кризис охватил практически все социальные слои нашего общества.

Особую тревогу вызывает резкое ухудшение здоровья подрастающего поколения. Еще в 1997 г. Всероссийский Пироговский съезд врачей с тревогой признавал, что в России «…только 10 % школьников здоровы». Ныне, как утверждают многие обозреватели, здоровыми можно назвать лишь 5 % школьников. Президент Российской Федерации Д.А.Медведев 5 ноября 2008 г. в Послании Федеральному Собранию публично признал: «Сегодняшняя статистика здоровья школьников просто ужасающая».

Примерно таким же является и состояние здоровья студентов: ведь в вузы поступают те же самые школьники, со всеми их отклонениями в состоянии здоровья, с зачастую искаженными представлениями о нормах и правилах здорового образа жизни. На расширенном заседании правительства Санкт-Петербурга в марте 2002 г. председатель Совета ректоров вузов нашего города профессор В.Е.Романов отмечал, что за годы обучения здоровье студентов не улучшается, а, наоборот, ухудшается.

– Так что же нужно делать, чтобы решать проблемы здоровья?

– Исправление демографических перекосов потребует огромных усилий как со стороны государства, так и со стороны общества в целом. Успех в этом деле будет достигнут только тогда, когда будут выработаны научно обоснованные формы и методы решения этих задач и проблем, когда будет разработана и принята государственная программа оздоровления россиян. Во всей деятельности по улучшению здоровья россиян необходимо как можно больше опираться на отечественный и мировой опыт, на выверенные рекомендации, выводы, мнения и т. д.

Здоровье было и остается важнейшей жизненной ценностью. Его нельзя купить ни за какие деньги. Оно обретается и укрепляется человеком в течение всей его жизни – в годы детства и юности, в годы зрелости и в преклонном возрасте.

Установлено, что уровень здоровья общества зависит от множества факторов. Современные ученые утверждают, что здоровье примерно на 50 % определяется образом жизни, на 20 % – экологическими, на 20 % биологическими (наследственными) факторами и на 10 % – медициной. Следовательно, жизненные успехи и здоровье, благополучие и работоспособное долголетие имеют место, как правило, только там, где господствуют нормы и принципы здорового образа жизни.

Напомню, что 30 января 2002 г. Государственный Совет Российской Федерации рассматривал вопрос «О повышении роли физической культуры и спорта в формировании здорового образа жизни россиян». Подобная повестка дня заседания была не только необычайно актуальной, но и в определенной степени оригинальной.

После этого в стране был принят новый федеральный закон о физической культуре и спорте, несколько улучшилось финансирование спортсменов, добившихся замечательных спортивных результатов, и так далее. К сожалению, проблемы повышения роли физической культуры и спорта в формировании здорового образа жизни не были заслушаны в Государственной Думе, а правительство Российской Федерации не приняло по этому вопросу специального постановления. Все это, в конечном счете, привело к тому, что многие планы и идеи, одобренные Госсоветом, не были реализованы. Нельзя не согласиться с важным теоретическим положением, которое было озвучено и зафиксировано в материалах работы Госсовета: «Огромный социальный потенциал физической культуры и спорта необходимо в полной мере использовать на благо процветания России. Это наименее затратные и наиболее эффективные средства форсированного морального и физического оздоровления нации».

– Нашим читателям интересно было бы узнать, как эти вопросы решались в прошлом.

– В нашем обществе до 1991 г. постоянно происходил поиск, с одной стороны, наиболее эффективных способов и методов улучшения государственного руководства физкультурно-спортивной работой, а с другой – способов и методов развертывания самодеятельной физкультурно-спортивной активности физкультурников и спортсменов.

В этой связи необходимо подчеркнуть, что СПбГУ никогда не стоял в стороне от основных проблем развертывания физической культуры и спорта. Наоборот, Университет, наши преподаватели и студенты всегда находились в гуще физкультурно-спортивных событий нашей страны, в поиске наиболее эффективных путей и методов внедрения физической культуры и спорта в повседневную жизнь народа. Вклад нашего Университета в развитие физической культуры и спорт достаточно весом. Нашей кафедре физической культуры уже более ста лет – так что история физической культуры страны отражена в истории развития физического воспитания в Университете. Достаточно вспомнить некоторые известные исторические вехи.

Создателем национальной системы физического образования в России в конце XIX в. был профессор Санкт-Петербургского университета П.Ф. Лесгафт. «Руководство по физическому образованию детей школьного возраста» – основное его произведение. В нем изложены принципиальные взгляды на вопросы физического образования.

1 ноября 1901 г. в Университете были открыты курсы шведской гимнастики и атлетики. Руководителем курсов стал И.В.Лебедев. Несмотря на то что курсы просуществовали лишь до 1905 г., они сыграли важную роль в деле последующей организации физического воспитания студентов.

В 1908 г. в Университете возник студенческий спортивный кружок.

Первым российским олимпийским чемпионом стал питомец Университета Н.А.Панин-Коломенкин. На Олимпиаде 1908 г. в Лондоне он победил в соревнованиях фигуристов в специальной программе – рисунки – фигуры на льду по выбору исполнителя.

В 1911 г. первым председателем российского Олимпийского комитета стал В.И.Срезневский, питомец нашего Университета.

Еще в далеком 1928 г. правление Ленинградского государственного университета включило в учебный план физическую культуру для всех факультетов. Лишь через год физическая культура была введена в других вузах РСФСР на основании Декрета СНК РСФСР от 19 июля 1929 г.

В начале 30-х гг. в нашей стране был введен комплекс ГТО («Готов к труду и обороне») (ГТО1 – 1931 г., ГТ02 – 1933 г., БГТО – 1934 г.). В 1935-1937 гг. в стране вводится единая всесоюзная спортивная классификация. В эти же годы начали формироваться добровольные спортивные общества. Кафедра физического воспитания ЛГУ проводила большую и многоплановую работу, направленную на подготовку студентов к труду и обороне Родины, на повышение их спортивной подготовленности. В 1937 г. был образован спортивный клуб ЛГУ. Годы Великой Отечественной войны показали, что все эти меры и направления деятельности были и своевременными, и успешными, и абсолютно необходимыми.

В послевоенные годы Совет Министров СССР в своих постановлениях акцентировал внимание Министерства высшего и среднего специального образования СССР, ректоров вузов на необходимости повышения физической подготовленности студенчества.

Так, в Постановлении СМ СССР от гг января 1969 г. было подчеркнуто, что физическая подготовка и осуществление мероприятий по укреплению здоровья студентов относятся к числу главных задач вузов; на ректора вуза возлагаются общее руководство физическим воспитанием и спортивно-массовой работой среди студентов, аспирантов и работников высшего учебного заведения и организация наблюдения за состоянием их здоровья; студентам предоставляется право бесплатно пользоваться спортивными сооружениями, базами и так далее.

Проблемы здоровья, физической и спортивной подготовки постоянно были в поле зрения Минвуза СССР, ректоров и ученых советов вузов, деканов и ученых советов факультетов. Минвуз СССР совместно с ДФСО «Буревестник» проводили студенческие спартакиады, соревнования, спортивные встречи и т. д. Вузовские спортклубы, спортивные коллективы играли важную роль в деле всесторонней и многогранной подготовки будущих специалистов высшей квалификации, укрепления их здоровья, в деле приобщения их к нормам и требованиям созидательного, творческого и здорового образа жизни. Наши выпускники вступали в послевузовскую жизнь, как правило, подготовленными. Они обладали достаточными знаниями и навыками самооздоровления, физического развития, спортивного самосовершенствования.

Многие наши питомцы были хорошо известны не только в физкультурно-спортивных кругах нашей страны, но и далеко за ее пределами. Чемпионами и призерами Олимпийских игр стали наши питомцы – Геннадий Шатков (1956 г.), Эльвира Озолина, Тамара Рылова (1960 г.), Наталья Кучинская (1968 г.), Юри Тармак (1972 г.), Татьяна Казанкина (1976-1980 гг.), Андрей Крылов; чемпионами мира по шахматам были Борис Спасский (1969-1972 гг.), Анатолий Карпов (1975-1985 гг.). Все они и многие другие заслуженные мастера спорта, мастера спорта международного класса, их наставники – заслуженные тренеры СССР и РСФСР навечно вписали свои имена в историю отечественного и мирового спорта.

Развертывание физической культуры и спорта осуществлялось практически среди всех слоев населения страны. В юбилейном статистическом ежегоднике «Народное хозяйство СССР за 70 лет» отмечалось, что численность систематически занимающихся физкультурой и спортом в 1986 г. достигла 92 млн человек, что в стране работало 267 тыс. коллективов физической культуры, что за год было подготовлено 32 млн значкистов ГТО и БГТО, около 18 млн массовых разрядов (2-го, з-го и юношеских спортивных разрядов); 317 тыс. кандидатов в мастера спорта и перворазрядников, 8,2 тыс. мастеров спорта. Большую работу в стране проводили добровольные физкультурно-спортивные общества профсоюзов («Труд», «Зенит», «Буревестник», «Спартак», «Локомотив» и т. д.), ДФСО «Динамо», спортивные клубы армии, «Трудовые резервы» и т. д.

Наши олимпийцы в подавляющем своем большинстве начинали свою спортивную карьеру со сдачи норм и требований ГТО. Затем они последовательно овладевали нормативами Единой всесоюзной спортивной классификации (от юношеских разрядов до норм MC и МСМК). По мере роста их спортивных результатов они, как правило, принимали участие в школьных соревнованиях и спартакиадах народов СССР, а также в разного рода международных соревнованиях. Международное спортивное сообщество признавало, что в послевоенные годы СССР являлся самой сильной спортивной державой мира. Успехи нашего отечественного спорта (в том числе и студенческого) были бы еще более высокими, если бы материально-спортивная база была более совершенной.

Хотелось бы подчеркнуть, что советский опыт развертывания физической культуры и спорта в стране (в том числе и в вузах) необходимо не только знать, но и использовать в нашей повседневной жизни. К сожалению, в последние 16-17 лет этот опыт скорее игнорировался, чем изучался.

– А как обстоят дела с физкультурой и спортом в последние годы?

– Совет Министров РСФСР 23 февраля 1991 г. принял постановление «О временных положениях, регламентирующих деятельность учреждений (организаций) системы образования и подготовки кадров в РСФСР». В этом постановлении (а также и последующих постановлениях правительства РФ от 26 июня 1993 г. и 05 апреля 2001 г.) вопросы физической и спортивной подготовки, оздоровления и формирования созидательного, здорового образа жизни студентов практически полностью выпали из поля зрения всех государственных органов, ответственных за развитие высшего образования.

Справедливости ради отмечу, что с 1991 г. физическая культура как учебная дисциплина в вузах осталась. Согласно Госстандарту, на физическую культуру планируется 408 часов (первый год обучения – 136 часов; второй – 136; третий – 68; четвертый – 68), и это, конечно же, способствовало в известной степени формированию физической культуры студентов, сохранению и укреплению их здоровья и так далее.

Но вместе с тем действующий академический курс «Физическая культура» не способен был коренным образом исправить критическую ситуацию с состоянием здоровья бывших школьников, ставших студентами, – полное отсутствие финансирования внеучебной деятельности в области физической культуры и спорта в вузах в конечном счете и привело практически к полному же или частичному забвению массовой физкультурно-спортивной деятельности, соревнований в учебных группах, на курсах, факультетах, к замораживанию инициативных самодеятельных начал в студенческом спортивном движении.

В последние годы мы воочию убедились в том, к чему ведет снижение государственной заботы и требовательности в вопросах физической культуры и спорта. Как только роль государства в этих вопросах стала ослабевать, как только государство стало самоустраняться от вопросов физической культуры и спорта, так сразу же стадионы, дворцы спорта, спортивные площадки, спортивные залы, загородные спортивные базы (лагеря) и так далее стали быстро приватизироваться, перепрофилироваться. На их месте мгновенно стали появляться офисы, гаражи, стоянки автомашин, торговые точки. Не обошли стороной эти процессы и СПбГУ. Спортзал Jeu de paume заняли библиотекой. Подобная история произошла с двумя спортивными залами истфака, с двумя залами юрфака, с большим залом факультета географии и геоэкологии.

Президент РФ Д. А. Медведев на заседании Госсовета по развитию физической культуры и спорта 14 октября 2008 г. в подмосковном г. Одинцове развил и детализировал основные положения по вопросам оздоровления народов России, изложенные им в послании Федеральному Собранию 5 октября 2008 г. На Госсовете Д. А. Медведев заявил: «Коренной модернизации требует система физического воспитания в образовательных учреждениях». Более того, он сказал, что, если вуз «не способен решать вопросы физической культуры и спорта, – это достаточное основание отобрать у него лицензию».

Все это свидетельствует о том, что нам необходимо незамедлительно приступить к вопросам повышения роли и эффективности физической культуры и спорта в деле подготовки специалистов высшей квалификации, в формировании здорового образа жизни универсантов.

– Какие же пути дальнейшего развития физической культуры и спорта в Университете вы видите?

– 9 сентября 2008 г. вступил в силу Указ Президента Российской Федерации Д.А. Медведева о предоставлении МГУ и СПбГУ права самостоятельно устанавливать «образовательные стандарты и требования для реализуемых ими образовательных программ высшего профессионального образования». Тем самым засвидетельствовано, что лидеры отечественной высшей школы вносили и продолжают вносить существенный вклад в дело подготовки специалистов высшей квалификации, что они занимают активные и передовые позиции в решении самых разнообразных воспитательных и образовательных проблем.

Мне представляется необходимым в кратчайшие сроки разработать программу «Повышение роли физической культуры и спорта в формировании здорового образа жизни универсантов». Я абсолютно убежден в том, что подобная инициатива позволит решительным образом улучшить образовательную деятельность в СПбГУ.

В Уставе СПбГУ необходимо заявить о том, что забота о здоровье преподавателей, сотрудников, студентов и аспирантов, о повышении роли физической культуры и спорта в подготовке высококвалифицированных специалистов, в формировании здорового образа жизни универсантов является одной из важнейших задач СПбГУ. В Уставе должно быть провозглашено, что в СПбГУ господствующими являются нормы и правила здорового образа жизни, что овладение этими нормами и правилами – прямая обязанность каждого универсанта.

Современная материально-спортивная база университета должна быть решительнейшим образом улучшена в сжатые сроки. Для этого:

1) Университет должен создать центральный общеуниверситетский спортивный комплекс, включающий в себя стадион, манеж, бассейн, специализированные спортивные залы и т. д.

2) В ПУНКе должен быть завершен первоначальный план строительства физкультурно-спортивных объектов (стадион, манеж, бассейн и так далее).

3) Учитывая огромную территориальную разбросанность факультетов по городу, при каждом факультете необходимо иметь свой спортивный зал (комплекс).

4) В Университете должен действовать Спортивный клуб СПбГУ. Его задача – проводить организаторскую, пропагандистскую, массовую физкультурно-спортивную и оздоровительную работу, руководить деятельностью факультетских подразделений спортклуба, федераций по видам спорта, совместно с кафедрой физической культуры и спорта принимать участие в подготовке сборных команд Университета

Т.Ионова (Краснова), С.Князев. Заслуженный тренер РСФСР Иван Краснов и олимпийские достижения советских толкателей ядра[4]

Лучшим выступлением советских толкателей ядра на олимпиадах стало выступление на XXII Олимпийских играх в Москве. Иван Сергеевич Краснов – старший тренер сборной СССР по легкой атлетике по толканию ядра (1977-1980 гг.), отвечавший за подготовку спортсменов к Играм в Москве. Это назначение было неслучайным. На предыдущих XXI Олимпийских играх в Монреале в 1976 г. его ученик Евгений Миронов завоевал серебро в толкании ядра.

Как известно, до 1976 г. единственная олимпийская награда в толкании ядра у мужчин была у Эдуарда Гущина в Мехико (1968 г.) с результатом 20,09 м. На XXI Олимпийских играх в Монреале Е.Миронов толкнул ядро на отметку 21,03 м. От олимпийского чемпиона Удо Байера (21,05 м) из ГДР его отделило два сантиметра. Стоит отметить, что Удо Байер после окончания спортивной карьеры признался в систематическом употреблении допинга. История спорта не знает сослагательного наклонения, но сам факт, что Евгений Миронов проиграл всего два сантиметра человеку, применявшего допинг, примечателен. Другими словами, Миронов вполне мог бы оказаться чемпионом.

За подготовку легкоатлетов-толкателей И.С.Краснов в 1976 г. награжден медалью «За трудовое отличие», в 1980-м – медалью «За трудовую доблесть».

Особого внимания заслуживает тот факт, что И.С.Краснову удалось подготовить олимпийского призера Е.Миронова в кратчайшие сроки. Имя Евгения Миронова стало известно спортивной общественности страны по существу только после XXI Олимпийских игр, так как до 1976 г. он не входил в состав сборной команды СССР по легкой атлетике. Е.Миронов стал заниматься легкой атлетикой относительно поздно, в 19 лет, только после приезда в Ленинград на учебу. С 1968 по 1972 г. он занимался и толканием ядра, и метанием диска одновременно, отдавая на первых порах предпочтение диску. Встреча с И.С.Красновым произошла в сентябре 1969 г. в Ленинградском государственном педагогическом институте им. А.И.Герцена, куда Миронов поступил на учебу на географический факультет. В это время И.С.Краснов уже был доцентом кафедры физического воспитания института. Мастерский норматив Мироновым был выполнен сначала в метании диска (1971 г.), а через год – в толкании ядра. С 1973 г. началось совершенствование в основном виде – толкании ядра. Вот как росли его спортивные результаты: 1968 г. – 13,07 м; 1969 г. – 15,55 м; 1970 г. – 16,11 м; 1971 г. – 17,93 м; 1972 г. – 18,18 м; 1973 г. – 18,75 м; 1974 г. – 19,87 м; 1976 г. – 21,53 м (архив И.С.Краснова).

Номер газеты «Советский спорт» от 12 сентября 1976 г. с информацией о награждении И.С.Краснова медалью «За трудовое отличие»

Как видим, в 1974 г. спортсмен максимально приблизился к желанной 20-метровой черте. В 1975 г. им планировался результат в пределах 20,00-21,50 м (Индивидуальный план подготовки кандидата в сборную СССР по легкой атлетике (ядро) на 1975 г. Миронова Евгения Васильевича), однако травма кисти выбила его из напряженного тренировочного графика. Только в конце апреля – мае 1976 г. после восстановления в летнем олимпийском сезоне ему удалось продемонстрировать стабильные показатели: 19,73 м – состязания на призы газеты «Правда»; 20,10 м – Мемориал братьев Знаменских; 20,90 м – матч СССР – Франция. В июне 1976 г. он установил личный рекорд – 21,53 м и выиграл чемпионат Советского Союза в Киеве. Как логическое завершение успешных выступлений в 1976 г., в Монреале Е.Миронов стал серебряным медалистом Олимпийских игр с результатом 21,03 м. Успешной оказалась предпоследняя, пятая попытка.

Тогда этот результат стал лучшим для советских атлетов за всю историю летних Олимпийских игр. На международной арене Е.Миронов заставил говорить о себе еще дважды: в 1978 г., когда он завоевал серебряную медаль на чемпионате Европы в Праге, и в 1981 г., когда стал вторым в розыгрыше Кубка мира.

После успеха Е.Миронова на Олимпиаде в Монреале И.С.Краснову было присвоено звание заслуженного тренера РСФСР, а 1977 г. его назначили старшим тренером сборной СССР по легкой атлетике в группе по толканию ядра. И.С.Краснов вошел в главный тренерский совет Управления легкой атлетики и принял активное участие в разработке программы и плана подготовки сборной команды СССР по легкоатлетическим метаниям.

Чтобы яснее представить характер тех задач, которые стояли перед советскими толкателями ядра в преддверии Олимпиады-80, обратимся к истории развития этого вида легкой атлетики с момента выхода СССР на олимпийскую арену. За период 1952-1977 гг. уровень достижений в толкании ядра заметно возрос. Известное представление об этом дает анализ роста рекордов мира и СССР. Рекорд мира у мужчин за этот период улучшался 27 раз (от 18,00 до 22,00 м), а у женщин – 30 раз (от 15,28 до 22,32 м).

СТАТИСТИКА УЛУЧШЕНИЙ РЕКОРДОВ МИРА

у мужчин и женщин в толкании ядра за период 1952-1977 гг.

Отметим, что рекорд СССР у мужчин за эти годы улучшался 29 раз: О. Григалка – 2 раза, В. Овсепян – 8 раз, Б. Бедяев – 1 раз, В.Липснис – 8 раз, А.Варанаускас – 1 раз, Э.Гущин – 4 раза, В.Войкий – 2 раза, А.Барышников – 3 раза.

На основании вышеприведенных данных можно с уверенностью утверждать, что, несмотря на некоторые успехи в выступлении советских толкателей ядра (особенно мужчин) в Монреале по сравнению с Мехико и Мюнхеном, в целом уровень результатов в толкании ядра не вызывал чувства «надежности» этого вида, а сезон же 1977 г. ввиду травм лидеров, Н.Чижовой, А.Барышникова и Е.Миронова, вызывал чувство тревоги и озабоченности. При этом были поставлены следующие задачи к Олимпиаде в Москве: победить в неофициальном зачете, впервые выступить полным составом (3 мужчины и 3 женщины), обеспечить такой уровень подготовки, чтобы каждый из членов команды мог реально претендовать на место в олимпийской «шестерке», а лидеры – на медали. Для решения этих амбициозных задач была разработана комплексная программа и перспективный план подготовки ядротолкателей к Олимпиаде.

На основании анализа результатов XXI Олимпийских игр были сформулированы следующие принципы подготовительного процесса: повышение требований к технической подготовке спортсменов; интенсификация тренировочного процесса за счет увеличения тренировочных занятий с основным снарядом в зимний период и интенсивности нагрузок, особенно в последний год олимпийского цикла; улучшение системы мероприятий по повышению работоспособности и восстановлению спортсменов в условиях повышенных тренировочных нагрузок; внедрение комплексного подхода к индивидуальной подготовке спортсменов; повышение надежности выступлений спортсменов; использование научно-технических средств в подготовке толкателей, организация системы комплексного контроля за уровнем подготовленности (Итоги подготовки и выступления советских метателей в 1978 году. М.: Всесоюзный научно-исследовательский институт физической культуры, 1979).

В течение всего олимпийского цикла осуществлялась централизованная подготовка основного по линии Спорткомитета СССР и резервного по линии ДСО составов сборной команды СССР, преемственность в их подготовке и постоянный контроль со стороны главного тренерского Совета Управления. При этом проводился постоянный широкий поиск, отбор и определение потенциальных возможностей кандидатов в сборную команду толкателей. Что касается подготовки сборной к Олимпиаде, 4-летний олимпийский (1977-1980 гг.) цикл был разбит на 4 годичных этапа. Каждый год олимпийского цикла состоял из следующих периодов: переходный (4 недели), подготовительный I (16 недель), период зимних соревнований (5 недель), подготовительный II (9 недель), соревновательный (18 недель).

Переходный период (между сезонами, месяц – сентябрь) заключался в оздоровлении и включал активный отдых, лечение.

Подготовительный I (месяцы – октябрь – январь) состоял из подводящего этапа, заключающегося в улучшении функционального состояния организма, и специально-силового этапа, направленного на повышение силовой и технической подготовленности спортсменов. Период зимних соревнований – развитие спортивной формы, проверка и коррекция технической и физической подготовленности.

Подготовительный II период (месяцы – март-апрель) характеризовался как скоростно-силовой и был направлен на повышение уровня развития скоростно-силовых качеств, совершенствование техники толкания ядра. И наконец, соревновательный период (май – август) состоял из двух фаз – фазы развития спортивной формы, заключающейся в достижении максимального уровня физической, технической и психологической подготовленности спортсмена, и фазы сохранения спортивной формы, ориентированной на достижение максимальных спортивных результатов. На весь период годичной подготовки составлялся график напряженности тренировочного процесса, технической и силовой подготовки, бросковой нагрузки силовой и скоростной направленности. В зависимости от этого для каждого периода определялся объем тренировочных нагрузок (количество тренировочных занятий, количество метаний основного снаряда, облегченного снаряда и утяжеленного снаряда, объем силовой нагрузки).

Каждый период включал средства восстановления, они варьировали в зависимости от периода и были следующими: массаж (ручной массаж, баромассаж, вибромассаж, электропроцедуры), водные процедуры (с включением сауны), прием витаминно-протеиновых комплексов. Помимо этого, для каждого периода была разработана специальная система питания спортсмена. Важным аспектом подготовки являлось научно-методическое и медико-биологическое сопровождение на каждом этапе подготовки. Оно осуществлялось комплексной научной группой, основанной на базе сектора метаний лаборатории легкой атлетики Всесоюзного научно-исследовательского института физической культуры (ВНИИфК). В дополнение, были подключены лаборатория биологической механики спорта и лаборатория питания ВНИИфК. Помимо этого, были разработаны основные параметры тренировочных нагрузок в толкании ядра по годам – количество тренировочных занятий, количество метаний основного снаряда, облегченного снаряда, утяжеленного снаряда, сумма трех снарядов, объем вспомогательных нагрузок, объем силовых нагрузок, количество прыжков, количество спринтов. И наконец, была разработана система контроля и коррекции хода тренировочного процесса. Система контроля включала контроль за ходом выполнения индивидуальных планов подготовки толкателей и контроль за уровнем их подготовленности на основании динамики физической, технической, функциональной и психологической подготовленности, а также уровня здоровья. Для примера в таблице представлены критерии физической подготовленности толкателей ядра в олимпийском цикле 1977-1980 гг. (Положение о Всесоюзных соревнованиях по легкой атлетике на 1980 год, Комитет по физической культуре и спорту при Совете Министров СССР. М., 1979).

КРИТЕРИИ ФИЗИЧЕСКОЙ ПОДГОТОВЛЕННОСТИ

толкателей ядра в олимпийском цикле (1977-1980 гг.)

Учитывая быстрый рост спортивных достижений и усиление конкуренции на международной арене, был также разработан специальный этап подготовки (СЭП) к наиболее престижным соревнованиям в преддверии Олимпийских игр в сезоне 1979-1980 гг. Основными задачами этого этапа являлись повышение уровня скоростно-силовой подготовленности и, прежде всего, в бросковых движениях, а также совершенствование целостной структуры основного движения и особенно ритма движения.

В итоге реализации данной программы была выполнена главная задача, стоящая перед олимпийцами-толкателями, – их выступление на Олимпиаде в Москве стало лучшим за всю историю выступления толкателей ядра на Олимпийских играх. Владимир Киселев завоевал золотую медаль (21,35 м), Александр Барышников (21,08 м) и Светлана Крачевская (21,42 м) – серебряные медали Олимпиады. Отдельно отметим, что параллельно с подготовкой толкателей ядра И.С.Краснов работал со своими учениками в других видах метания, и они добились значительных успехов, в первую очередь это Павел Репин в метании молота и Надежда Татаринцева-Сергеева – в метании диска. Ниже представлена справка о высших спортивных достижениях легкоатлетов, подготовленных Заслуженным тренером Российской Федерации Красновым Иваном Сергеевичем.

После Олимпиады в Москве И.С.Краснов продолжает активный многоплановый тренировочный процесс со своими учениками и занимается кропотливым поиском молодых перспективных спортсменов. При этом, будучи доцентом, а впоследствии профессором кафедры физической культуры и спорта ЛГУ им. А.А.Жданова (сейчас СПбГУ), он работает над научными трудами в области спорта. За эти годы И.С.Красновым подготовлена серия статей и методических пособий, в том числе по подготовке легкоатлетов-толкателей. Одна из ключевых составляющих успеха у метателей – методика тренировок. Основные вопросы, которые нашли отражение в его работах, – методика тренировочного процесса толкателей, основанная на системном и комплексном подходе, анализ имеющихся достижений и проблемных аспектов тренировочного процесса, обоснованное целеполагание основных этапов подготовки легкоатлетов. Что касается базовых принципов при подготовке толкателей ядра, на которых строилась работа И.С.Краснова, их кратко можно сформулировать следующим образом: постоянное совершенствование техники толкания ядра, разносторонность тренировочного процесса, рациональное распределение нагрузок в течение тренировочного цикла, внимание к психологической подготовке спортсмена, привлечение к процессу подготовки спортсмена команды научно-методического обеспечения и медико-биологического сопровождения.

В методических рекомендациях по технике толкания ядра И.С.Краснов (Техника легкоатлетических метаний. М., 1978) подробно рассматривает особенности и возможности ее совершенствования. Им изложены основные аспекты двух основных подходов в толкании ядра: обычного, со скачка, и оригинального, с поворота, разработанного в 1970-х гг. XX в. И.С.Краснов, безусловно, подробно исследовал технику толкания ядра с поворота, способ «кругового маха» (в англоязычном мире ее называют spin), анализировал его особенности, заключающиеся в эффективном использовании инерционно-вращательных сил системы «толкатель – ядро» и баллистических свойств мышц скрученного тела. Описывая эту технику, И.С.Краснов отдавал должное ее автору, выдающемуся советскому тренеру Виктору Ильичу Алексееву: В.И.Алексеев основал ленинградскую легкоатлетическую «школу»; заложил принципы подготовки легкоатлетов; его ученику А.Барышникову первому в мире удалось в толкании ядра достичь рубежа 22 м, используя именно технику толкания ядра с поворота. В то же время большое внимание в работах И.С.Краснова уделено дальнейшему совершенствованию обычной, со скачка (в англоязычном мире известна как glide – глайд) техники толкания ядра. Е.Миронов, ученик И.С.Краснова, использовал именно эту технику толкания. На Олимпиаде в Москве победил Владимир Киселев, также толкавший глайдом. Основные пути развития этой техники, по мнению И.С.Краснова, касаются, главным образом, техники финального ускорения. Он считал, что, в отличие от так называемого силового, «жимового» варианта толкания ядра, перспективной является техника «броскового» выталкивания ядра. Коротко, сущность этого способа состоит в том, что тело атлета при выполнении финального усилия проходит через положение «натянутого лука», верхний конец которого (плечевой пояс) и «катапультирует» ядро. И, как правило, этот «хлест» ядра телом лучше получается у людей габаритных, обладающих сильным, упругим телом. Рыхлым, грузным, малоподвижным спортсменам трудно, а подчас практически невозможно овладеть этим вариантом техники. Здесь также важным является повышение специальных силовых показателей как важного резерва роста спортивных результатов.

В одной из своих работ И.С.Краснов детально с критическим анализом разбирает одну из попыток Е.Миронова на основных соревнованиях Олимпиады-76. На кинограмме (снято В.Папановым) представлена вторая попытка спортсмена (20,38 м).

Кинограмма: вторая попытка Е.Миронова на Олимпийских играх (24 июня 1976, Монреаль)

Большая часть его движений – от исходного положения до стартовой группировки – на кинограмме не приводится. Кадры 1-4 фиксируют концовку замаха. Толкатель хорошо сгруппирован, относительно расслаблен плечевой пояс, туловище горизонтально, правая нога сильно согнута (кадр 4). И вместе с тем было бы более верным, если бы в момент группировки голень маховой ноги была направлена не влево, а прямо в сторону центра сектора толкания. Несмотря на это, его стартовое положение напоминает туго натянутую пружину, готовую стремительно продвинуть атлета в сторону толкания. Во время разгона (кадры 5-14) толкатель быстро продвигается по кругу. При этом ему удается относительно низко удерживать ядро, он хорошо «держит» в скачке плечи и почти не разворачивает их влево (кадры 12-14). После скачка, придя в удобное и выгодное положение (кадр 15), толкатель начинает финальное движение. Сначала он выполняет поворот таза в сторону метания (кадры 16-18). В лучших своих попытках ему удавалось выполнить это движение значительно лучше.

Что касается отношения И.С.Краснова к вариантам техники толкания ядра, он ни один из подходов не рассматривал как предпочтительный и считал, что его выбор определяется индивидуальной целесообразностью. Здесь уместно отметить, что на современном этапе развития легкой атлетики техника толкания ядра с поворота у мужчин-атлетов, как ни странно, значительно более популярна в США, чем в России, где она появилась. Рекордсмен мира Рэнди Барнс (23,12 м), как и все ведущие мужчины-атлеты США (Адам Нельсон, Кристиан Кантуэлл, Риза Хоффа), использовали и используют именно его. Однако второй в истории толкания ядра результат был показан Ульфом Тиммерманом (ГДР) традиционным способом со скачка – 23,06 м. Оба эти способа и по сей день конкурируют на мировой арене.

Значительное внимание в своих работах И.С.Краснов уделял методике тренировки. Им рассматривались следующие вопросы. В первую очередь, это проблема рационального распределения больших по объему и высоких по интенсивности тренировочных нагрузок в годичных, месячных и недельных тренировочных циклах. Во-вторых, необходимость расширения арсенала тренировочных средств. Толкание ядра и однотипные упражнения со штангой повторяются изо дня в день, из тренировки в тренировку и, как следствие, не приносят желаемых результатов. Во время тренировок следует уделять внимание развитию и укреплению тех мышечных групп, которые соединяют нижние и верхние конечности метателя и являются «передаточным звеном» между ними. По мнению И.С.Краснова, задача состоит в том, чтобы повысить КПД передачи этими мышечными звеньями тех усилий, которые развивают мышцы ног. Для решения этих задач необходимо значительно увеличить бросковую подготовку толкателей ядра. Метание ядер, гирь, набивных мячей, камней различными способами из положения, максимально приближенного к положению ядротолкателя в финальном усилии, – одно из непременных условий роста. Эти же задачи можно частично решать и при помощи специальных тренажерных устройств. В-третьих, в скоростно-силовой подготовке, как правило, превалируют силовые упражнения, а скоростным упражнениям (бег, беговые упражнения, прыжки и прыжковые упражнения) уделяется недостаточное внимание. Особенно серьезным является это упущение при подготовке молодых толкателей ядра. В силовых же упражнениях преимущественное развитие получили лишь те, которые в основном направлены на развитие общей силы. В силовых тренировках недостаточное внимание уделяется развитию специальной силы, которую нужно проявлять в момент выполнения скачка и финального усилия. В-четвертых, в технических тренировках заслуживают особого внимания имитационные упражнения. И.С.Краснов считал, что именно имитационные упражнения, направленные на усвоение отдельных деталей техники, играют большую роль в становлении и совершенствовании техники, а также позволяют спортсмену поддерживать форму. И последний, но чрезвычайно важный аспект тренировочного процесса – отношения «тренер – спортсмен». И.С.Краснов полагал, что от характера взаимоотношений тренера и ученика во многом зависит общая подготовленность спортсмена в процессе тренировочного цикла и во время соревнований, психологическая устойчивость, мотивационная составляющая на успешность реализации поставленных задач.

За время своей большой и плодотворной профессиональной деятельности у И.С.Краснова было много учеников, и не только легкоатлетов. Во время работы в Санкт-Петербургском государственном университете ему удалось создать секцию гиревого спорта и сформировать сильную команду универсантов-гиревиков, которые выигрывали многие соревнования в этом виде спорта. Для своих учеников И.С.Краснов был не только тренером, он являлся для них наставником, воспитателем, и не только не в спорте, но и повседневной жизни спортсмена. Он имел высокий авторитет не только как высочайший профессионал своего дела, но и как педагог, как яркая творческая личность. Он стал для многих Учителем в самом широком смысле этого слова.

IV. Университет спортивный: высокие традиции

И.Л.Тихонов, Б.А. Михайлов. Первое в России здание для спорта. Об историческом здании jeu de paume

На территории Василеостровского кампуса СПбГУ во дворе стоит большое здание из красного кирпича, которое называется Jeu de paume. Это первое в России строение, предназначенное для занятий спортом. Однако в своих стенах ему пришлось принимать не только спортсменов.

Jeu de paume в точном переводе с французского означает «игра ладонью». Так называлась популярная уже с XIV в. во Франции игра, заключающаяся в перебрасывании рукой или ракеткой маленького мячика через сетку. Она стала прародительницей современного тенниса.

В Париже середины XVII в. насчитывалось не менее 250 залов для игры в мяч, которые и назывались Jeu de paume.

В эпоху Екатерины II мода на эту игру добралась и до России. В Зимнем дворце был устроен такой зал в 1769 г., специально нанят в Париже «мячефной игры мастер» Корбен Дюплеси. Было принято решение научить этой игре юношей из аристократических семейств, обучавшихся в кадетском корпусе. Среди его воспитанников в 1775-1782 гг. был и внебрачный сын Екатерины II и фаворита императрицы Григория Орлова Алексей Бобринский, положивший впоследствии начало известному роду графов Бобринских.

Для этой небольшой элитной группы воспитанников Иван Иванович Бецкой, президент Императорской Академии художеств, инициатор создания Смольного института, стремился создать наилучшие условия жизни и развития, в том числе и физического. В Сухопутном кадетском корпусе, располагавшемся на территории бывшей усадьбы Меншикова, в 1772 г. были начаты работы по удлинению манежа, который достиг длины в сто саженей (214 метров!) и стал крупнейшим в мире. К его северной части был пристроен первый Jeu de paume четырехугольной формы, который позднее разобрали.

Восточнее его, рядом со зданием Двенадцати коллегий, был возведен новый большой трехэтажный корпус из красного кирпича. И вот здесь начинаются загадки. Когда это произошло? Кто был автором проекта этого монументального здания? Почему оно имеет незаконченные, как бы «рваные» края?

В справочных изданиях обычно указываются 1778-1782 гг. в качестве дат постройки. Такая датировка основывается прежде всего на сообщении первого историка кадетского корпуса Александра Васильевича Висковатова, издавшего в 1832 г. книгу «Краткая история Первого кадетского корпуса». Перечисляя то, что было построено в Сухопутном корпусе до 1782 г., он писал, что «между конюшнями Корпуса и садом построен из голландского кирпича огромный каменный дом, известный под названием Jeu de paume, и сделаны разные другие менее важные постройки».

Авторство этого здания обыкновенно приписывается архитекторам Жану Батисту Мишелю Валлен-Деламоту, преподавателю корпуса, и Александру Филипповичу Кокоринову, ректору Академии художеств.

Но Валлен-Деламот уже в 1775 г. вернулся во Францию и в лучшем случае мог быть только автором проекта всего комплекса нового здания для кадетского корпуса, которое должно было иметь форму восьмиугольника и включать в себя новый Jeu de paume. Александр Кокоринов умер еще раньше: в марте 1772 г.

Наиболее обстоятельно изучал историю этого здания еще в 1980-е гг. сотрудник кафедры физической культуры и спорта ЛГУ, мастер спорта по легкой атлетике, кандидат в сборную СССР на Олимпийские игры 1952 года Владимир Павлович Филиппов. Он просмотрел и проанализировал все чертежи стрелки Васильевского острова того времени и многочисленные архивные материалы.

Здание для кадетского корпуса по проекту должно было иметь форму восьмиугольника и включать в себя новый Jeu de paume. Однако проект не был реализован полностью, поэтому здание Jeu de paume имеет «рваные» края.

По сохранившимся хозяйственным и финансовым документам кадетского корпуса видно, что крупные работы производились только в 1793 г. Среди них имеются три счета от подрядчика «каменщика Дунаева». Первый «о выдаче ему за работание сего года в летнее время на конюшенном дворе каменной, штукатурной, печной и плотницкой работы денег – 1337 р. 53 коп.», второй на те же виды работ на сумму 2265 р. и счет «за плотничную работу на сумму 2216 р. 60 коп.».

В этом же деле есть сведения о приобретении строительных материалов на общую сумму более 4240 рублей.

На этом основании Владимир Филиппов пришел к выводу, что трехэтажное здание Jeu de paume могло быть возведено только в 1793 г. Он же предположил, что проект мог быть разработан архитектором Иваном Егоровичем Старовым – учеником Валлен-Деламота и Кокоринова.

Новый трехэтажный Jeu de paume, безусловно, был значительно лучше прежнего. Его спортивные залы были светлыми и сухими, а по размерам в то время, пожалуй, крупнейшими в мире. Однако строительство всего здания – дворца Сухопутного корпуса, частью которого должен был являться Jeu de paume, не было продолжено, поэтому на торцах крыльев здания остались зазубрины (штробы).

Цоколь здания с подвальными окнами облицевали гранитными блоками. К средней части под углом 135 градусов примыкали боковые трехэтажные крылья с различными помещениями.

В средней прямоугольной части здания были устроены два спортивных зала, расположенных один над другим. Верхний зал имеет размеры 12,7 на 32 метра. Его высота и, 45 метра перекрывала второй и третий этаж. Зал хорошо освещался за счет 18 высоких прямоугольных окон, расположенных высоко над полом. Нижний зал на уровне первого этажа имел еще более внушительные размеры: 12,9 на 38,2 метра.

Высота потолка посередине зала составила 6,2 метра. В зале двадцать высоких полуциркульных окон, глубокие распалубки над окнами прорезают цилиндрический свод почти до его середины.

Первоначально оба зала использовались для спортивных занятий воспитанников кадетского корпуса. Игра в мяч была популярна среди них, так как считалось, что она хорошо развивает кисти рук, что было очень полезно для навыков фехтования.

В 1848 г. администрация корпуса начала ходатайствовать об ассигнованиях на ремонт Jeu de paume, который к этому времени находился «в весьма ветхом состоянии».

Предлагалось два варианта строительных работ. Согласно первому – «оставить это строение в настоящем употреблении, – исправить все сгнившие в нем части». Второй вариант предполагал перепрофилирование здания и создание в спортзалах комнаты «с полным устройством для помещения в этом здании, кроме корпусной конюшни, нижних чинов корпуса». Десять лет ушло на «освидетельствование означенного здания», и проект отказа от его первоначальной функции не прошел, поскольку в мае 1859 г. из Главного штаба по военно-учебным заведениям администрации кадетского корпуса разъяснили, что «Его Императорское Высочество, Государь Наследник Цесаревич, изволит ныне посещать весьма часто залу в здании… под названием Jeu de paume, в которой играют в мячи».

Речь шла о наследнике престола, старшем сыне императора Александра II – великом князе Николае Александровиче.

В 1867 г. здание Jeu de paume было передано Санкт-Петербургскому университету. Проекты переустройств в здании и «присмотр» за ремонтными работами разрабатывал и осуществлял архитектор Университета академик Иван Иванович Горностаев. В верхних этажах Jeu de paume предполагалось устроить университетскую библиотеку.

Сохранились чертежи по приспособлению верхнего зала под библиотеку. Совет Университета неоднократно обращался в Министерство народного просвещения об ассигновании 50 тысяч рублей, «чтобы это здание могло служить для помещения в нем Библиотеки и физического кабинета». Физический кабинет было намечено разместить в первом этаже здания.

На время проведения ремонтных работ в здании (1870-1873 гг.) нижний зал с цилиндрическим сводом был сдан в аренду Врачебно-гимнастическому обществу, которое отремонтировало и оборудовало его под гимнастический спортзал, затратив при этом «весьма значительный капитал на отделку сказаного помещения». В нем проходили занятия двухгодичных «гимнастических курсов для приготовления учителей гимнастики», организованных «ввиду крайней потребности в России в учителях гимнастики, которая до сего времени находилась в руках людей, совершенно не приготовленных для преподавания ее». На этих курсах занимались в основном студенты Императорского историко-филологического института, разместившегося в соседнем здании, ныне именуемом Дворцом Петра II.

В этом первом действующем спортивном зале Университета были подготовлены два выпуска первых в России «учителей гимнастики».

В 1874 г. над крышей южного крыла здания для Физического кабинета была возведена цилиндрическая кирпичная башня, над которой разместили поворачивающийся деревянный «павильон для спектральных наблюдений и других оптических работ».

Университетская библиотека, однако, не торопилась занимать помещения Jeu de paume, так как сомневалась в прочности перекрытий и достаточности пространства «для размещения всей университетской библиотеки, не только в теперешнем ее составе, но и в будущем». В итоге к началу 1877 г. было определено, что «так как здание Jeu de paume оказалось по непрочности неудобным для помещений библиотеки, то кабинеты зоологический и другие перевести предположительно в верхний этаж названного здания». Аварийное состояние пола «большой залы» было использовано руководством Физического кабинета как аргумент для обоснования необходимости постройки нового здания для кабинетов: физики и физической географии.

В 1891 г. верхний спортивный зал Jeu de paume был приспособлен под университетский «тюремный кабинет». Так иногда именовали уникальный Музей уголовного права юридического факультета, созданный ученым-юристом, профессором Иваном Яковлевичем Фойницким на базе выставки к Международному пенитенциарному конгрессу, прошедшему в Петербурге в 1890 г. В музее демонстрировались модели и планы тюремных зданий, образцы конвойного транспорта, одежды и обуви заключенных, продукции, ими производимой, и многое другое, связанное с пенитенциарной системой.

Важное событие в истории Jeu de paume связано с именем изобретателя радиосвязи Александра Степановича Попова, который на заседании физического отделения Русского физико-химического общества 25 апреля (7 мая) 1895 г. объяснил устройство созданных им приборов – приемника и передатчика на доске, а также продемонстрировал их действие на практике. На главном демонстрационном столе стоял приемник, а возле стенки в аудитории находился передатчик. При включении передатчика в приемнике начинал звенеть звонок. 12 (24) марта 1896 г. он опять выступил в этом обществе с докладом, в ходе которого была получена первая в мире радиограмма, состоявшая всего из двух слов: «Генрих Герц». Приемник размещался в здании Jeu de paume, а передатчик – в здании химической лаборатории Университета на расстоянии 250 метров.

Память об этом событии увековечена мемориальной доской на стене Jeu de paume.

Только к концу 1920-х гг. верхний зал Jeu de paume начинает вновь использоваться по своему первоначальному назначению. В 1928 г. был разработан проект оборудования там спортзала. Позднее в этом же здании разместилась созданная в 1935 г. кафедра физического воспитания и спорта Университета.

Впервые: журнал «Санкт-Петербургский Университет», № 6 (3914), декабрь, 2018.

Игорь Львович Тихонов

Доктор исторических наук, заведующий Музеем истории СПбГУ

Борис Алексеевич Михайлов

Кандидат физико-математических наук, профессор СПбГУ (кафедра физической культуры и спорта)

Б.А.Михайлов. История кафедры физической культуры и спорта СПБГУ

В истории формирования кафедры физической культуры и спорта есть несколько этапов. Первый связан с открытием в стенах Университета 1 ноября 1901 г. студентом юридического факультета Иваном Владимировичем Лебедевым «Курсов шведской гимнастики и атлетики». Он подал проект организации кружка атлетического спорта ректору Адольфу Христиановичу Гольмстену, а тот передал проект министру просвещения Н.С.Ванновскому, который довольно быстро утвердил его. Эта дата, которая многими считается началом постановки физического воспитания в высших учебных заведениях России, – неофициальный день рождения кафедры физической культуры и спорта.

Проанализировав деятельность курсов, можно прийти к выводу, что они были по сути прообразом современных студенческих спортивных клубов и легли в основу содержания работы будущих кафедр физической культуры и спорта. До января 1902 г. занятия на курсах проводились ежедневно, а затем 4-5 раз в неделю. Популярность курсов у студентов была очень высокой. До этого студенты, которые хотели заниматься спортом, вынуждены были посещать кружки, расположенные в разных концах Санкт-Петербурга. Да и кружков этих было не так много. В течение 1902 г. на курсах побывало почти 200 человек. Приходили студенты и из других высших учебных заведений. Программа занятий, разработанная И.В.Лебедевым, включала в себя гимнастику с легкими гирями, и атлетику, и шведскую гимнастику, в дальнейшем появилось фехтование на рапирах и эспадронах, которое преподавал Ф.С.Никитенко. По данным В.Н.Смирнова, занятия на курсах вначале проводились в небольшой комнате (в углу университетской шинельной), но поскольку число желающих заниматься всё время росло, через некоторое время Ивану Лебедеву удалось увеличить размер помещения и установить душ. Он даже предпринимал попытки занять манеж Первого кадетского корпуса, расположенный в Филологическом переулке.

В 1904 г. в программу курсов добавился бокс, первым тренером по боксу был Василий Павлович Крестьянсон, первоклассный универсальный спортсмен, по профессии оценщик в ломбарде. Он проводил также занятия по гимнастике на турнике, брусьях и партерной гимнастике, поскольку побеждал в чемпионате России по гимнастике в 1898 и 1900 гг. Атлетику и вольные движения преподавал сам И.В.Лебедев. Ранее Иван Лебедев активно занимался в кружке доктора Владислава Францевича Краевского, где и получил опыт проведения занятий. С начала основания курсов к ним был прикреплен постоянный служащий, как сказали бы сейчас – лаборант. Таким образом, на определенном этапе на курсах преподавали трое, хотя заработную плату в размере 50 рублей в месяц получал только Иван Лебедев.

На курсах в 1904-1905 гг. проводились соревнования по поднятию тяжестей; лучшие атлеты Университета награждались медалями, за рекорды выдавались дипломы-карточки, а за выдающиеся результаты – серебряные и золотые жетоны и медали. Соревнования проходили публично как в стенах Университета, так и в Санкт-Петербургском атлетическом обществе (манеж графа Г.И.Рибопьера, Стремянная ул., 13).

Предпринимались на курсах и попытки ведения научной работы. Заведующий курсами И.В.Лебедев сам периодически проводил антропометрические измерения учеников и публиковал в отчетах данные о состоянии здоровья и количественные характеристики занимающихся. Эти зачатки научной работы в конечном итоге способствовали изданию первого в России учебника по тяжелой атлетике, автором которого был первый «профессор атлетики» Санкт-Петербургского университета И.В.Лебедев.

В 1905 г. И.В.Лебедев начинает издавать «Иллюстрированный журнал атлетики и спорта», на страницах которого освещалась и деятельность руководимых им курсов. Весной 1905 г., не сдавая выпускных экзаменов, И.В.Лебедев покинул Университет, и через некоторое время курсы перестали существовать. На этом закончился первый этап истории становления физической культуры и спорта в Университете.

До 1917 г. студенты самостоятельно занимались отдельными видами спорта. Так, например, 18 сентября 1908 г. состоялось организационное собрание университетского футбол-клуба. Были созданы четыре команды, которые приступили к тренировкам на Каменно-островском велодроме (ныне на этом месте расположен наземный павильон станции метро «Петроградская»). Председателем клуба был избран студент Е.Б.Будзинский. В будущем году клуб планировал принять участие в различных студенческих состязаниях за переходящие кубки. Членский взнос устанавливался в размере одного рубля. Есть отрывочные сведения, что на этом же велодроме тренировалась команда велосипедистов Университета.

В 1908 г. состоялись IV Олимпийские игры в Лондоне. Среди восьми русских участников Олимпиады было два универсанта. Один из них студент-юрист Григорий Демин (борьба, легкий вес). В журнале «Геркулес» (№ 6 за 1913 г.) в статье «Олимпиада в Лондоне и русские борцы» есть фраза: «Всего борцов было записано около 100 человек, но участвовало приблизительно: в легком весе – 25 борцов, среднем – 20, в легкотяжелом – 20 и в тяжелом – 8 борцов. Демин и Замотин могли по весу попасть в легчайшие группы, но не были записаны своевременно, а потому боролись с тяжелейшими противниками»). Другой участник Олимпийских игр 1908 г. – выпускник физико-математического факультета Николай Александрович Панин-Коломенкин (фигурное катание), ставший первым российским олимпийским чемпионом.

В 1910 г. была организована Санкт-Петербургская студенческая спортивная лига. Лига провозгласила своими задачами поощрение спорта в высших учебных заведениях «путем организации традиционных междустуденческих состязаний, регистрацию студенческих рекордов и охрану любительства в студенческом спорте». В состав комитета Студенческой спортивной лиги вошел и студент Университета Е.Б.Будзинский. В состав Лиги в 1911 г. вошла футбольная лига, товарищем (т. е. заместителем) председателя которой избран универсант Маркович. В 1912, 1914, 1915 гг. команда футболистов Университета побеждала в соревнованиях студенческой футбольной лиги. В 1912 г. на V Олимпийских играх в Стокгольме выпускник Университета H.A. Панин-Коломенкин занял 4-е место в командной стрельбе из пистолета. В составе команды России были еще несколько универсантов: Михаил Николаевич Сумароков-Эльстон (теннис); Александр Владимирович Северов (борьба); Е.Петров (легкая атлетика); Алексей Иванович Уверский (футбол); Петр Петрович Соколов (футбол).

Второй этап развития физической культуры и спорта в Университете начинается в 20-х гг. XX в. В 1924 г. в Университете открылся студенческий клуб. В клубе действовали секции, среди которых физкультурная была самой многочисленной. В ней занималось около 300 человек, разделенных на девять групп по видам спорта: конькобежная, легкоатлетическая, фехтование и др. В это же время было создано университетское отделение общества «Спартак», насчитывавшее к 1925 г. уже более 200 членов. Вероятнее всего – спортивная секция и отделение «Спартака» были одной и той же структурой. Непосредственным же толчком к возникновению вузовского физического воспитания послужило выступление М.И.Калинина в 1926 г. на Всероссийском ректорском совещании, где он говорил: «Наши вузы должны следить, чтобы параллельно учебе шло физическое укрепление учащихся». И с этого же года начинают вводиться занятия по физической культуре в высших и средних учебных заведениях. В 1927-1928 гг. физическое воспитание включается в обязательные учебные планы педагогических и медицинских вузов. Ленинградский университет в октябре 1928 г. включил в учебный план физическую культуру как обязательный курс для всех факультетов, предусмотрев в нем теоретическую и практическую части. Но из-за отсутствия средств в текущем году физическая культура была предметом факультативным. В то же время была развернута работа по созданию межфакультетского кабинета физической культуры при военном кабинете.

В Университете в это время наиболее активными были шахматно-шашечная секция и секция настольного тенниса. Из газеты «Студенческая правда» (№ 1 от 24 января 1929 г.) следует, что «27 ноября 1928 г. открылся большой чемпионат ЛГУ по шахматам. Играют маэстро Ботвинник, Винокур, Симкович, Алихан, Закревский, Цейтлин, Энор, Сокольский. Турнир является очень сильным по составу. Первый тур малого чемпионата ЛГУ состоялся 2 декабря. Играют Чижик, Роговский, Пластинин, Миленушкин, Шульман, Страшко, Переон, Эмдин, Пхор, Хайтович, Соколова». (В большом чемпионате играли шахматисты, имеющие различные категории, а малом – все желающие.) По данным доцента кафедры физической культуры и спорта В.Н.Смирнова, «физическая культура как обязательный предмет в высших учебных заведениях была введена декретом СНК РСФСР от 19 июля 1929 г. и, таким образом, Ленинградский университет почти на десять месяцев раньше официального постановления приступил к созданию кабинета физической культуры – прообразу будущей кафедры физической культуры в ЛГУ».

Что представлял собой кабинет физической культуры? Уже в 1929 г. он объединил нескольких инструкторов, работавших в различных спортивных секциях при Университете, и двух молодых преподавателей физкультуры – Е.П.Петрова и Л.П.Макарову, только что окончивших Институт физической культуры им. П.Ф.Лесгафта. Довольно длительное время кабинет физической культуры был объединен с военным кабинетом (он назывался кабинет военно-физической подготовки), руководителем которого был военрук и сильный руководитель Г.И.Овчинников. Но в 1930 г. в результате очередной реорганизации всех подразделений Университета вводится единая штатная структура. Основным центром учебной и научной работы в вузе снова становится кафедра.

В начале 1930-х происходит разделение кабинета военной подготовки на военную кафедру и кафедру физического воспитания. Очевидно, что толчком к такому разделению стало и то, что Г.И.Овчинников с 1 апреля 1930 г. был «назначен начальником военной подготовки учащихся гражданских вузов Ленинграда и Северной области» и ушел из Университета. Первым заведующим кафедрой стал Евгений Павлович Петров (1901-1984). В то время кафедра имела название «кафедра физкультуры». Становление учебного процесса физического воспитания студентов шло с трудом. Не было залов, инвентаря, квалифицированных преподавателей. Занятия строились по факультетскому принципу, имея в основе общефизическую подготовку, гимнастику и – зимой – лыжи. Группы были большие, до 60 человек. Вот как описывает эти занятия газета «Студенческая правда» (1930, № 5): «Посещаемость занятий по физкультуре в Университете слабая. Особенно плоха посещаемость на Совправе. Здесь на 1 курсе она равна 16 %, на 2-м – только 5 %. На трех занятиях в феврале в женской группе первого курса присутствовало 9-7-12 человек из 60. В мужской группе первого курса (утренней) присутствовало 27-33-31 человек. Вечерняя группа дает 3-6-4 человека. Занятие женской группы 2 курса не состоялось. Такое отношение из рук вон плохо. Некоторые студенты заявляют, что сразу всех в деканат не потащишь. Деканат принял меры к урегулированию расписания. Студенты вечерних групп, рабочие и служащие от занятий физкультурой освобождаются. Деканат неоднократно подчеркивал, что посещение физкультуры обязательно, но к не посещающим никаких мер не принимает. Разгильдяйству следует положить конец».

В эти годы проводились и различные соревнования, в том числе и в ранге первенства вузов. Например, на розыгрыше лыжного первенства вузов Ленинграда 1929 г. команда Университета заняла 4-е место (в 1928 г. команда ЛГУ заняла 7-е место). 19 февраля 1930 г. на стадионе им. В.И.Ленина было разыграно первенство Университета по конькам. Первое место на беговых коньках занял студент Тюшевский (геофак). На простых – студент Юхно (совправо). За последующие десять лет кафедра заметно увеличилась. В 1938 г. она насчитывала уже 18 штатных преподавателей (из них восемь старших преподавателей) и около 20 инструкторов, работавших в секциях по видам спорта. Причем уже на этом этапе, т. е. в первое десятилетие, на кафедре и в секциях были собраны лучшие тренерские кадры Ленинграда: Борис Силович Бречко (гребля), Николай Павлович Серый (гимнастика), Мария Владимировна Тышко (гимнастика), Георгий Иванович Шевалдышев (бокс), Александр Яковлевич Шехтель (легкая атлетика), Евгения Венедиктовна Шехтер (теннис) и др. Это позволило Университету уже в первые годы существования кафедры физического воспитания занять ведущее положение в спортивной иерархии не только высших учебных заведений Ленинграда, но и в масштабе города и даже страны.

С организацией кафедры физической культуры выступления университетских спортсменов на вузовских и городских соревнованиях приобрели определенную стабильность. Так, шахматисты Университета, завоевав 1-е место в вузовских соревнованиях 1929 г., в дальнейшем прочно обосновались в группе лидеров вузовских команд Ленинграда. Стрелки Университета в 1930 г. практически не проиграли ни одного соревнования, выигрывая подряд первенство Василеостровского района, города и военно-вузовские соревнования на приз РККА, причем успеха добивались не только в командном зачете, но и в личных состязаниях, занимая порой все первые места. Весь довоенный период кафедра физической культуры строила свою деятельность по факультетскому принципу. За каждым факультетом был закреплен преподаватель кафедры физического воспитания, который отвечал за всю спортивную работу на факультете. Основной акцент был сделан на общефизическую подготовку и сдачу норм комплекса «Готов к труду и обороне» (ГТО), введенных в 1931 г. В 1935 г. были разработаны зачетные нормативы по физической культуре для академических занятий и введены оценки годовой успеваемости по дисциплине. В 1934 г. был открыт собственный каток (во дворе за зданием Химического института – сейчас Российское химическое общество им. Д.И.Менделеева, Менделеевский центр), что позволило продолжать занятия конькобежной секции. В 1935 г. построен спортивный городок во дворе Университета, его открытие вылилось в праздник всех спортсменов Университета, а ректор Михаил Семенович Лазуркин здесь же на площадке принял участие в теннисном матче.

В составе спортивного городка был стадион с беговой дорожкой, волейбольная и баскетбольные площадки, два теннисных корта. В дальнейшем добавился стометровый стрелковый тир. Площадка просуществовала до 1941 г., после войны эта территория отошла к Государственному оптическому институту. С 1934 г. стали ежегодно проводиться шахматно-шашечные матчи на ста досках с командой ЛГИИ (в дальнейшем – Политехнический институт). В 1936 г. было основано спортивное общество «Наука», объединившее высшие учебные заведения страны, а в 1937 г. в Ленинградском университете была предпринята попытка создания студенческого Спортивного клуба. Однако на практике клуб так и не начал функционировать. Одной из причин этого, возможно, было исключение (буквально через две недели после опубликования Положения о Спортивном клубе) из рядов ВКП(б) ректора ЛГУ М.С.Лазуркина, который всячески поддерживал спорт в Университете.

И только в 1946 г. в Университете при поддержке ДСО «Наука» был организован Спортивный клуб. Не только студенты, но и многие выдающиеся ученые и педагоги Университета в те годы активно занимались альпинизмом. Так, осенью 1934 г. была организована секция горного туризма при ОПТЭ ЛГУ и образовался сильный альпинистский коллектив, фундамент которого был заложен в начале 30-х гг. знаменитым математиком, профессором, в дальнейшем членом-корреспондентом АН СССР Борисом Николаевичем Делоне. В 1934 г. ему в числе первых было присвоено звание мастера альпинизма. В августе 1935 г. группа альпинистов Университета совершает восхождение на Эльбрус (5633 м), а зимой 1936 г. – повторяет его. В 1937 г. секция альпинистов насчитывает 247 человек, в основном студентов. В 1940 г. выдающееся спортивное достижение – траверс массива Ушбы (вершина высотой 4800 м на Кавказе) – совершила под руководством старшего преподавателя кафедры Владимира Алексеевича Буданова команда Университета, в которую входили Андрей Григорьевич Громов и будущий ректор Университета Александр Данилович Александров.

В 1935 г. в Университете силами кафедры физической культуры проводится первая межфакультетская спартакиада по девяти видам спорта: лыжи, коньки, гимнастика, волейбол, баскетбол, плавание, стрельба, шахматы и шашки. Первыми победителями ее стали студенты физического факультета. Необходимо отметить, что в это время чрезвычайно сильным коллективом была секция тенниса, возглавляемая М.Шехтер. В 1935-1937 гг. создавалась Единая всесоюзная спортивная классификация, в которой наряду с разрядами в отдельных видах спорта было введено звание «мастер спорта» и первыми мастерами спорта в Университете стали легкоатлет И.Мержеевский (1935 г.) и стрелок А.И.Борисов (1936 г.). Зимой 1938 г., в зимние каникулы, в Ленинграде и Москве был проведен первый матч между спортсменами ЛГУ и МГУ. В Ленинграде соревновались стрелки и баскетболисты, а Москве – волейболисты и конькобежцы. 5 февраля 1938 г. состоялось совещание руководителей физкультурных организаций обоих университетов с участием представителя Центрального совета общества «Наука». На этом совещании был подведен итог соревнованиям и было постановлено сделать встречу ЛГУ и МГУ традиционной с привлечением и Киевского университета. В конце апреля в Киеве запланирована встреча трех университетов, но она так и не состоялась.

К 1940 г. в Университете работали уже два десятка секций по различным видам спорта. В 1940 г. была проведена самая массовая за всю историю Университета спартакиада, в которой участвовало около двух тысяч студентов (победителем в ней стал географический факультет). В эти же годы расширяется и материальная база: оборудуется второй гимнастический зал в актовом зале физического факультета, вступает в строй новый тир. 17 марта 1939 г. состоялось открытие шахматного клуба ЛГУ. Временно клуб будет работать в одной из верхних зал бывшей Фондовой биржи. В дальнейшем он переедет в здание исторического факультета. В семь раз за пять лет увеличились ассигнования Университету на физическую культуру» достигнув к 1939 г. более 200 тыс. руб. В результате планомерной работы кафедры физического воспитания Ленинградский университет в предвоенные годы стал во главе студенческого спорта не только по массовости, но и по мастерству. В 1939 г. спортсмены Университета выиграли командное первенство вузов Ленинграда. Из спортсменов ЛГУ в 1939 г. был сформирован лыжный батальон, принимавший участие в советско-финской войне. Весной 1940 г. все его бойцы вернулись домой живыми, и только один был ранен. В декабре 1940 г. при содействии кафедры физической культуры начала формироваться лыжная рота. В начале 1941 г. лыжная рота в количестве до 20 человек начала лыжные тренировки и выезды на местность. Вскоре началась Великая Отечественная война и физкультурная работа в Университете остановилась.

После 1945 г. была восстановлена работа кафедры физической культуры. Интересно отметить, что уже в марте 1945 г. прошло первенство вузов Ленинграда по лыжному спорту, где команда лыжниц Университета заняла 1-е место. 24 апреля в гимнастическом зале истфака состоялись первые послевоенные межфакультетские соревнования по гимнастике, в которых приняло участие 129 человек и 11 сборных команд факультетов. Общее 1-е место завоевал коллектив филологического факультета.

В августе 1945 г. в газете «Ленинградский университет» появляется статья под названием «Физическое воспитание студентов», подписанная младшим лейтенантом И. Локшиным. В ней высказывалась мысль о перестройке системы физического воспитания в Университете на спортивный лад. «Нам вскоре предстоят встречи с заграничными вузами, культурная связь с которыми у нас крепнет. Эта перспектива заставляет нас сейчас серьезно задуматься. Нужно обеспечить улучшение здоровья студентов и спортивные результаты их. Можно использовать для этого и опыт лучших иностранных вузов, перестроив физкультурно-учебную работу на спортивный лад», – говорилось в статье. И вот уже в сентябре 1945 г. вышло решение ректората о перестройке физического воспитания в Университете. Была создана самостоятельная кафедра физической культуры и спорта, организованы циклы физического воспитания: гимнастики, спортивных игр, лыжного спорта, вскоре будут созданы циклы лечебной гимнастики и парусно-водного спорта. Студенты 1-го и 2-го курсов, избравшие спортивную специализацию, записывались по циклам. Общие занятия по гимнастике значительно способствовали дифференцированию студентов по циклам, исключили увеличение большого процента случайностей в выборе специальности. Для повышения спортивного мастерства студентов и развития массовой физической культуры был создан Спортивный клуб Университета. Руководило работой Спортивного клуба Правление, во главе которого стал профессор М.И.Виноградов. В 1946 г. заведующим кафедрой физического воспитания и спорта вновь назначен Василий Федорович Мирошников. В зимние каникулы 1946 г. после восьмилетнего перерыва состоялась традиционная встреча Московского и Ленинградского университетов по зимним видам спорта, а также по волейболу, баскетболу и шахматам. Она проходила на базе Ленинградского университета.

В 1933 г. семья переехала в г. Лысково, что в 90 км от Нижнего Новгорода. Расположен он в живописном месте на правом берегу Волги, недалеко от известной Макарьевской ярмарки. Все дети Сергея Ивановича и Анны Максимовны Красновых учились прилежно и с интересом в школе № 1 г. Лысково. Первым диплом «За отличную учебу» принес в дом Павел. Он был круглым отличником, писал стихи, занимался спортом. В 1939 году поступил в политехнический институт. В ноябре 1939 г. был призван в армию Свердловским РВК г. Горького (ныне Нижний Новгород).

Началась Великая Отечественная война. Братья, кроме младшего, Ивана, которому тогда было 12 лет, ушли на фронт. От первых до последних боев прошел войну старший, Михаил. Григорий, только что окончивший школу, мог не идти на фронт по зрению, но он воевал 4 года, дошел до Берлина, расписавшись на Рейхстаге. Анатолий, родившийся в 1926 г., был призван на фронт в ноябре 1943-го. Будучи мотористом, обслуживал военные самолеты.

Часть, в которой служил Павел Краснов, с июля 1941 г. входила в состав 104-й танковой дивизии. И он единственный из братьев не вернулся с войны, на которую был призван в 19 лет.

В братской могиле

Семья Красновых всегда помнила о своем погибшем герое. В письме из военкомата, которое получили его родители после окончания войны, было обозначено захоронение в д. Борисово Тимаховского сельского совета Стодолищенского района. После войны первым пытался отыскать место захоронения Павла его брат Иван Сергеевич Краснов. Он приезжал в Стодолищенский район, но, к сожалению, подтверждающих сведений не нашел.

Родственники знали, что племянница Павла Краснова, Дина Васильевна Полянская, вела переписку с жительницей Стодолищенского района, которая участвовала в его захоронении. И выяснила, что женщины из ближайшей деревни наутро после боя похоронили Павла в братской могиле. Они сберегли фотографию и письма из гимнастерки солдата. После войны отправили его родителям эти драгоценные семейные реликвии, благодаря которым уже в 2003 г. Дине Васильевне удалось найти тех женщин и уточнить место перезахоронения дяди. Она посетила братскую могилу в д. Белик и передала школьному музею фотографию семьи Красновых и те самые солдатские письма из дома, которые в далеком 1941 г. нашли, сохранили, а затем переслали семье местные жительницы.

11 февраля состоялся прием участников соревнований у ректора ЛГУ Александра Алексеевича Вознесенского. Он горячо поздравил с победой спортсменов Университета и пожелал дальнейших успехов и возрождения былой спортивной славы Ленинградского университета. В январе-феврале 1947 г. лыжники Университета вместе с преподавателями кафедры физического воспитания провели лыжный агитпоход в Лужский район Ленинградской области. Они везли с собой собранные для населения книги, а также оказывали посильную помощь населению, оказавшемуся в годы войны в немецкой оккупации. В этом же году на традиционной первомайской эстафете по городу первое место заняла команда Университета. Финишировал первым Гурий Марчук, бежавший в кирзовых сапогах (впоследствии он станет президентом АН СССР). И уже в 1947 г. спортсмены Университета приняли участие в Союзной студенческой колонне на Всесоюзном параде физкультурников в Москве.

С мая 1948 г. в Университете стала проводиться комплексная эстафета. Тогда она была комбинированной и проходила по улицам Васильевского острова вокруг Университета. В эстафете участвовали легкоатлеты, велосипедисты и гребцы. На эстафету приезжали команды из других городов. Гостями ЛГУ были студенты из Москвы и Одессы. В 1961 г. эстафета стала чисто легкоатлетической. Местом ее проведения была выбрана Менделеевская линия. С 1967 г. университетская легкоатлетическая эстафета проводится в честь Героя Великой Отечественной войны Вячеслава Викторовича Васильковского.

Летом 1949 г. проходили соревнования вузов Ленинграда по академической гребле. Сборная команда Университета в третий раз завоевала в них 1-е место. Особенно успешно выступили женщины – они заняли первые места во всех заездах. В конце 1949 г. университетские спортсмены вышли на новые рубежи. Только в 1946 г. в Университете была создана парусная секция, а уже летом 1949 г. студентка 5-го курса исторического факультета Градислава Суник стала чемпионкой СССР по классу шверботов «М».

В послевоенные годы руководство кафедры физического воспитания стало уделять большое внимание организации летних спортивно-оздоровительных лагерей. Летом 1949 г. на Карельском перешейке в районе г. Приозерск были арендованы заброшенные финские домики и в них поселились студенты. Был организован спортивный лагерь, где студенты отдыхали и тренировались. Среди приехавших были самбисты, гимнасты, легкоатлеты. Есть сведения, что лагерь продолжал работать и в 1952 г. Летом 1958 г. силами кафедры был организован большой палаточный спортивный лагерь в Крыму в посёлке Судак. В нем поселилось много студентов-спортсменов (легкоатлеты, гимнасты, боксеры, волейболисты, баскетболисты, фехтовальщики и самбисты) и преподавателей кафедры физического воспитания. Лагерь просуществовал несколько лет.

В начале 1964 г. по инициативе проректора Университета мастера спорта по современному пятиборью Павла Павловича Арапова был создан палаточный лагерь на берегу реки Гумиста под городом Сухуми. Лагерь так и назывался – «Гумиста». Лагерь постепенно улучшался, летом в нем работали преподаватели кафедры и отдыхало большое число студентов, которые также приобщались к спорту. Закончил работу лагерь летом 1991 г. во время грузино-абхазского конфликта. На протяжении нескольких десятилетий преподаватели кафедры активно работали в летних оздоровительных лагерях, создаваемых на базе практик, – «Лес на Ворскле», в Крыму под Бахчисараем. Кроме этого, работал зимний спортивно-оздоровительный лагерь «Университетский» в районе поселка Поляны на Карельском перешейке, он существует до настоящего времени. Постоянными его участниками являются боксеры, регбисты, студенты, занимающиеся спортивным ориентированием.

В 1950 г. был создан яхт-клуб Университета и проведено Первенство Университета по парусному спорту. В этом же году первым мастером спорта СССР по борьбе самбо в Университете стал участник войны, Герой Советского Союза студент юридического факультета Лев Голев.

В середине 50-х в Университете начался спортивный подъем. В 1954 г. в Университете состоялась первая матчевая встреча с МГУ по фехтованию. Каждая команда выставила десять спортсменов. Фехтовальщики нашего Университета выиграли встречу с командным счетом 3: 2. В этом же году первым мастером спорта СССР в Университете по туризму стал выпускник географического факультета Игорь Михайлович Распопов. В 1956 г. на XVI летних Олимпийских играх в Мельбурне аспирант юридического факультета Геннадий Шатков стал олимпийским чемпионом во втором среднем весе. В 1957 г. студентка 1-го курса филологического факультета М.А.Шахматова стала первым мастером спорта СССР в Университете по художественной гимнастике. В 1960 г. в секции фехтования подготовлен первый мастер спорта СССР – студентка исторического факультета Э. Блохина (Широкова), а в 1961 г. первым мастером спорта СССР по лыжным гонкам в Университете стал Михаил Корнеев, выпускник философского факультета, в дальнейшем профессор Университета.

В 1962 г. при кафедре физического воспитания создается научно-исследовательская лаборатория – первый подобный случай в высших учебных заведениях. Первым научным руководителем лаборатории стал доцент кафедры физического воспитания Владимир Евгеньевич Борилкевич. Через два года он начал издавать в качестве главного редактора межвузовский научный сборник «Вопросы физического воспитания студентов».

В 1962 г. команда альпинистов Университета, в которую входил и ректор А.Д.Александров, покорила безымянную вершину высотой 6222 м на Памире, которой было дано имя Пик Ленинградского университета. С период с 1964 по 1977 г. кафедру возглавляли выдающиеся заведующие. В 1964 г. заведующим кафедрой физического воспитания назначается Владимир Ульянович Агеевец, впоследствии ректор Академии физической культуры имени П.Ф.Лесгафта. Он работал заведующим до 1973 г., когда его сменил Михаил Михайлович Бобров, в дальнейшем Почетный житель Санкт-Петербурга.

Именно на эти годы приходится «золотой» период истории кафедры, в первую очередь это касается легкой атлетики и шахмат. В 1969 г. выпускник факультета журналистики Борис Спасский стал десятым чемпионом мира по шахматам. В апреле 1975 г. студент экономического факультета Анатолий Карпов провозглашен двенадцатым чемпионом мира по шахматам. Претендентами на мировое шахматное первенство неоднократно становились международные гроссмейстеры Виктор Корчной (выпускник исторического факультета), Валерий Салов (экономический факультет), Лариса Вольперт (филологический факультет), Ирина Левитина (математико-механический факультет). Выпускник философского факультета Николай Крогиус стал не только гроссмейстером, но и известным психологом, доктором наук.

В 1969 г. во время празднования 150-летия Университета состоялся грандиозный спортивный праздник во Дворце спорта «Юбилейный», кульминацией которого стал торжественный парад. Командовал парадом проректор, заслуженный мастер спорта Г.И. Шатков. В 1972 г. на XX летних Олимпийских играх в Мюнхене студент экономического факультета Юри Тармак победил в соревнованиях по прыжкам в высоту. В 1976 г. на XXI летних Олимпийских играх в Монреале студентка экономического факультета Татьяна Казанкина стала двукратным чемпионом в беге на 800 и 1500 м. Спустя четыре года она победила на XXII летних Олимпийских играх в Москве. Особо примечательно, что Т. Казанкину привел к этому результату ее личный тренер – старший преподаватель кафедры физического воспитания Николай Егорович Малышев. Об уровне спортивных достижений Университета в 70-е гг. красноречиво говорит лучшая десятка его спортсменов по итогам 1974 г. Приведем ее полностью. Открывает ее студент экономического факультета гроссмейстер А.Карпов. За ним следуют выпускница этого же факультета Татьяна Казанкина (легкая атлетика), первокурсник психологического факультета Андрей Крылов (плавание), студентка математико-механического факультета Ирина Левитина (шахматы), студенты экономического факультета Ирина Бондарчук (легкая атлетика), Юри Тармак (легкая атлетика), аспирант экономического факультета Сергей Чистяков (регби), выпускник экономического факультета Юрий Зорин (легкая атлетика), геолог Сергей Грищенко (слалом), студент факультета прикладной математики Павел Козбан (легкая атлетика). Практически все как минимум чемпионы СССР.

В 1971 г. вступил в строй Петродворцовый учебно-научный комплекс (ПУНК). Первым в Петергоф переехал физический факультет, у которого появился большой спортивный зал. В дальнейшем с переездом в Петергоф математико-механического, химического факультетов и факультета прикладной математики процессов управления большая группа преподавателей (до 20 человек) кафедры стала работать на этих факультетах.

В 1976 г. во дворе Университета был построен 25-метровый крытый бассейн, что позволило существенно расширить возможности занятий физической культурой для учебных групп. В 1977 г. заведующим кафедрой физического воспитания был назначен Рафаил Николаевич Когтев. Он проработал в этом качестве рекордное количество лет: с 1977 по 2000 г. В начале 80-х при спортивном клубе Университета была образована комплексная детско-юношеская спортивная школа (КДЮСШ), куда вошли плавание, фехтование и современное пятиборье.

В 1983 г. при КДЮСШ открыто отделение шахмат. Первое время школа располагалась во Дворце культуры им. Кирова. В январе 1985 г. школа переехала в шахматный клуб на Морском проспекте, 15. В середине 90-х кафедра физического воспитания была переименована в кафедру физической культуры и спорта. В эти годы сборные команды Университета по различным видам спорта постоянно находились на первых позициях в Санкт-Петербурге, выигрывая комплексный зачет в чемпионате вузов. Постоянными победителями и призерами чемпионата вузов Санкт-Петербурга были сборные команды по аэробике, регби, боксу, спортивному скалолазанию, спортивному ориентированию, различным видам борьбы, велоспорту, легкой атлетике, фехтованию, шашкам и шахматам.

Успешными были и выступления на всероссийской арене. Так, например, сборная команда Университета по спортивному ориентированию в 1998 г. впервые стала чемпионом России среди студентов. В дальнейшем еще два раза подряд спортсмены-ориентировщики Университета под руководством профессора кафедры физического воспитания Б.А. Михайлова становились чемпионами России среди студентов: в 1999 и 2000 г. Такого результата не добивался не один вуз в стране.

В 2001 г. кафедра физической культуры и спорта отмечала 100-летний юбилей открытия «Курсов шведской гимнастики и атлетики» – начала организованного студенческого спорта в России.

На этот год кафедра представляла собой большой коллектив из более чем 90 преподавателей и 60 сотрудников учебно-вспомогательного персонала. Учебные занятия проводились со студентами на отделениях аэробики, легкой атлетики, плавания, зимних видов спорта (лыжные гонки, биатлон, горные лыжи), единоборств (бокс и фехтование), прикладных видов спорта (спортивное ориентирование, скалолазание, туризм, альпинизм), спортивных игр (волейбол, баскетбол, футбол, флорбол, бадминтон, теннис, шашки и шахматы), борьбы (самбо, ушу, дзюдо) и специальном медицинском (для студентов с ослабленным здоровьем).

Профессорско-преподавательский состав кафедры физической культуры и спорта в начале 2000-х гг. достиг своего максимума и имел в своем активе 13 профессоров, 31 доцента, 4 докторов наук, 19 кандидатов наук, 2 заслуженных тренеров РФ, 7 заслуженных работников физической культуры и высшей школы РФ.

С момента появления звания «Мастер спорта СССР» до начала 2000 г. тренерско-преподавательским составом кафедры физической культуры и спорта подготовлено 364 мастера спорта, 62 мастеров спорта международного класса и международных гроссмейстеров; 667 чемпионов Ленинграда и Санкт-Петербурга; 138 победителей и призеров чемпионатов СССР и России; 43 победителя и призера чемпионатов мира и Европы.

Литература

Журнал Санкт-Петербургский университет. № 26 (3580). 2001. Октябрь.

Суник А.Б. Российский спорт и олимпийское движение на рубеже XIX–XX веков. Изд. 2-е. М., 2004.

Смирнов В.Н. Первый профессор атлетики в Петербургском университете // Вопросы физического воспитания студентов: межвуз. сб. Вып. XIX. Л., 1998. С. 96–104.

Смирнов В.Н. Из истории развития спорта в Петербургском университете (1908-1917 гг.) // Там же. Вып. XXIII. СПб., 1992. С. 131–139.

Смирнов В.Н. К вопросу об истории кафедры физической культуры и спорта Санкт-Петербургского университета (1928-1945 гг.) // Там же. Вып. XXV. СПб., 1996. С. 16–25.

Кентлер А.Р. Шахматный университет // Там же. С. 100–107.

Лукосяк Ю.П. Футбол. Первые шаги. СПб., 1998.

История ленинградского университета. Очерки. Л., 1962-1998. Вып. I–VII.

Газета «Студенческая правда» за 1928-1930 гг.

Газета «Ленинградский университет» за 1931-1990 гг.

Впервые: Университет Олимпийский. СПб.: фонд «Знаменитые универсанты СПбГУ», 2013.

Приложение. Вечная память погибшим! (О судьбе П. С. Краснова)[5]

В каждой семье нашей страны жива память о солдатах Великой Отечественной. Но до сих пор не всегда известно, где и как они погибли, защищая Родину от врага.

Осенью прошлого года жительница Санкт-Петербурга Татьяна Ивановна Ионова (Краснова) обратилась в разные инстанции с просьбой помочь узнать о захоронении своего дяди старшего сержанта Павла Сергеевича Краснова, который погиб в августе 1941 г. у д. Борисовка Стодолищенского района Смоленской области.

На сайте Министерства обороны «Память народа», крупнейшем интернет-портале подлинных документов о Второй мировой 1939-1945 гг. и Великой Отечественной 1941-1945 гг. войнах, в именном списке без вести пропавших значится, что военнослужащий Краснов П. С., на основании сообщения сослуживца, пропал без вести после боя 2 августа 1941 г.

В списках погибших воинов, захороненных в братских могилах № 9 в д. Белик и № 7 в п. Стодолище, фамилия Краснова П. С. отсутствовала.

На фронт в 19 лет

Павел Краснов родился в 1921 г. в селе Костяево Юрьевецкого уезда Ивано-Вознесенской губернии (сейчас Ивановская область) в многодетной семье, в которой было семеро детей – пять братьев и две сестры.

В составе группы Качалова

Однако к сегодняшнему дню нет в живых свидетелей тех поисков. Затерялись письма и фотографии. А потому, когда еще одна племянница погибшего воина, Татьяна Ивановна Ионова (Краснова), решила приехать в Смоленскую область и найти место захоронения дяди, она столкнулась с определенными сложностями. Запросы в официальные инстанции Смоленской области и Починковского района результатов не дали. Оказалось, что и школа в д. Белик закрыта, и материалы школьного музея утрачены.

Через сайт поисково-исторического форума Смоленской области Татьяна Ивановна обратилась к поисковикам, которые помогли установить следующее. Сержант П.С.Краснов был командиром отделения 104-го мотострелкового полка в составе 104-й танковой дивизии, входившей в ударную группу 28-й армии под командованием генерал-лейтенанта В.Я.Качалова. В ночь на 2 августа 1941 г. 104-й мотострелковый полк вел ожесточенные бои в районе Стодолища. По воспоминаниям маршала Советского Союза А.Еременко, «104-я танковая дивизия в полдень 2 августа отошла под натиском превосходящих сил противника, завязав напряженный бой с танками и мотопехотой в районе Борисовочки». Недалеко находилась и деревня Борисовка. Именно после того боя Павел Краснов не вернулся в распоряжение полка.

Почти одновременно с информацией от поисковиков в семейном архиве Красновых обнаружилась ранее затерявшаяся записка брата Анатолия. В ней говорилось, что Павел погиб в бою за д. Борисовку Стодолищенского района, похоронен сестрами Архиповой Марией Петровной и Металкиной Пелагеей Петровной. Это они прислали фотографию и письма из гимнастерки Павла родителям. В записке также указано, что перезахоронен воин, по информации Мозалевой Надежды Ивановны, учительницы Беликской школы, при участии Корниенко, в д. Белик, в 1954 г., возле сельсовета.

К сожалению, упомянутых в записке людей уже нет. Но нет и имени Павла Сергеевича Краснова на памятной плите на братском захоронении в Белике.

Геройски погиб

В 70-х годах в Беликской средней школе работала учительницей математики Татьяна Михайловна Антонова (в девичестве Ефименкова). Я спросила у нее, знакомо ли ей имя Павла Краснова. Оказалось, да. Вот что рассказала Татьяна Михайловна:

– Я родилась в Подмосковье, но в раннем возрасте переехала к бабушке в Смоленскую область, в деревню по соседству с Борисовкой. Бабушка и другие жители деревни много рассказывали о военном времени, и эти рассказы отчетливо отпечатались в моей памяти. Один из них был связан с событиями лета 1941 года. В то время наша деревня и все близлежащие были заняты немцами. На окраине, в районе старинной помещичьей усадьбы с большим вишневым садом, пробравшийся каким-то образом в тыл к немцам красноармеец-корректировщик, замаскировавшись на большой, раскидистой липе, с помощью рации передавал своим информацию о передислокации немецких частей, что позволяло нашим артиллеристам наносить точные удары по противнику. Немцы ничего не понимали, были одновременно в бешенстве и в панике. Через какое-то время немецкому снайперу по солнечному блику от бинокля удалось выследить корректировщика и убить. Красноармеец, чтобы не упасть, был привязан к дереву ремнем. Так он и висел мертвым. После окончания боя жители пытались снять и похоронить красноармейца, но немцы несколько дней не позволяли им этого сделать. Наконец каким-то образом удалось договориться. Красноармейца сняли с липы и похоронили. Этим красноармейцем был сержант Павел Краснов.

В 1954 году советских солдат, погибших в районе д. Борисовки, перезахоронили в братской могиле в Белике. Туда же перенесли прах сержанта Краснова. Об этом я узнала много лет спустя из списков захороненных, уже работая в Беликской школе. Тогда, в 80-х годах, у нас в школе был создан большой и очень интересный музей, посвященный Великой Отечественной войне, и мы с учениками вели активную работу по поиску родственников погибших. Когда я увидела в списках имя Павла Краснова, сразу вспомнила рассказ бабушки.

Поручила своим школьникам найти родственников. Мы списались с племянницей Павла Диной Васильевной Полянской.

Она приезжала в Белик, останавливалась в моем доме, вместе ходили к братскому захоронению, много рассказывали друг другу о своих семьях, о своих потерях в войне. Потом переписывались, у меня даже ее письма сохранились…

Имя на памятнике

Так, совершенно удивительным образом, благодаря помощи большого числа людей удалось получить ответы на важные вопросы: первичное захоронение Павла Краснова д. Борисовка, место перезахоронения д. Велик. И конечно, бесценная информация – подробности его гибели. Теперь семья Красновых знает не только где захоронен, но и как геройски погиб их родственник на Смоленщине.

И вновь цитата маршала Советского Союза А.Еременко: «Солдаты и офицеры группы войск Качалова проявляли массовый героизм, стойкость и упорство в боях».

Татьяна Ивановна Ионова обратилась к главе Ленинского сельского поселения Оксане Евгеньевне Летовой и сотруднице администрации бывшего Шмаковского сельского поселения Нонне Анатольевне Романив. Они подтвердили, что принято положительное решение об увековечении памяти сержанта Павла Сергеевича Краснова в д. Белик. К 75-летию Великой Победы запланировано обновление мемориальных плит на братском воинском захоронении в Белике, и на памятнике солдатам Великой Отечественной войны будет увековечено имя П.С.Краснова.

Нынче, в юбилейном Году Памяти и Славы, родственники планируют посетить могилу своего героя и поклониться земле, где покоится его прах. Татьяна Ивановна Ионова от имени большой семьи Красновых выражает искреннюю благодарность всем, кто помог установить место захоронения солдата: поисковикам поисково-исторического форума Смоленской области, сотрудникам военкоматов г. Смоленска и Починка, сотруднику школьного музея в Стодолище, научным сотрудникам исторического музея Рославля, работникам администрации Ленинского и Стодолищенского сельских поселений и тем, кто непосредственно выполнял работы по увековечиванию имени Павла Сергеевича Краснова.

А.Горшенкова

Краевед, п. Стодолище

Послесловие

Удивительным образом подготовка этой книги явилась необычным и чрезвычайно интересным опытом общения с людьми, с которыми Ивана Сергеевича Краснова связывали отношения в разные годы его жизни. Для меня огромная ценность и яркие эмоции – взаимодействие с друзьями, коллегами, учениками, однокашниками (!) Ивана Сергеевича. Во-первых, это возможность увидеть Ивана Сергеевича глазами его друзей, коллег, учеников, возможность открыть и узнать много новых страниц его жизни, о которых я не знала или представляла весьма поверхностно. Эти воспоминания, рассказанные людьми разного возраста, разных профессий, разного жизненного опыта, разных увлечений, позволили нарисовать многогранный портрет Ивана Сергеевича, а также в какой-то мере проследить на примере его жизненного пути жизнь страны почти в течение столетия!

Во-вторых, подготовка этой книги оказалась уникальной возможностью выйти за пределы своего круга общения – соприкоснуться с мудростью старшего поколения, почувствовать «пульс жизни» своих ровесников, уловить энергию молодого поколения и зарядиться ею. За все это я чрезвычайно благодарна всем, с кем мне удалось общаться в течение этого времени.

Помимо этого, общение с друзьями, коллегами, учениками, однокашниками Ивана Сергеевича подтолкнуло меня к разного рода размышлениям о точках бифуркации в жизни человека, о роли Учителя, Наставника.

Каким образом происходит формирование яркой личности, которая оставляет след в спорте или другой области? Эмпирические наблюдения, опыт истории и данные современной медицины позволяют утверждать, что личные свойства каждого человека слагаются из наследственного фона, закрепленного в генотипе родителей и прародителей, на который наслаиваются влияния внешней среды, воздействующей на человека в процессе всего индивидуального развития. Сплав врожденных и приобретенных свойств создает всю неповторимость каждой личности в человеческом обществе. Но есть общие свойства, которые присущи большинству людей, которых называют Учителями-наставниками. Это серьезная, глубокая увлеченность своим делом, способность к самоотдаче и требовательность к себе, умение раскрывать таланты и развивать у человека его лучшие качества, готовность к помощи и поддержке, способность «слушать и слышать» собеседника, умение «жить интересами» своих учеников. Этими качествами, несомненно, обладал Иван Сергеевич Краснов. И здесь нельзя не вспомнить об истоках семьи Красновых, берущих начало в русской глубинке на широких просторах Волги, о родителях, Сергее Ивановиче и Анне Максимовне, которые заложили правильные жизненные ценности и ориентиры своим детям и создали основы их становления и личностного роста. Безусловно, переезд в Ленинград явился первой и ключевой точкой бифуркации в жизни Ивана Сергеевича. С Ленинградом связана вся его личная и профессиональная жизнь – здесь он состоялся как спортсмен, тренер, преподаватель, ученый. Здесь произошла его встреча с Антониной Федоровной, которая стала его женой и с которой они были счастливы вместе более 60 лет.

Другая точка бифуркации, во многом определившая профессиональный путь Ивана Сергеевича на долгие 35 лет, – его переход на преподавательскую работу в Ленинградский государственный университет. Работа в Университете – это «погружение в университетский мир» с его колоссальными перспективами творчества и самореализации, это особый круг общения, это тесный контакт со студентами и исключительная возможность передать свой профессиональный и жизненный опыт молодому поколению, своим ученикам. Оценивая жизнь человека, вспоминаешь слова Антуана де Сент-Экзюпери: «Самая большая роскошь на свете – это роскошь человеческого общения». Иван Сергеевич очень ценил эту роскошь и обладал ею в полной мере – жизнь ему подарила необыкновенные встречи с разными людьми, этих встреч было много… Лучшая иллюстрация этому – данная книга.

Я искренне и глубоко благодарна всем, кто принял участие в создании этой книги. Отдельная благодарность Сергею Ивановичу Князеву, редактору этого сборника. Именно Сергею Ивановичу принадлежит идея написания книги воспоминаний об Иване Сергеевиче Краснове, и именно благодаря его неустанным усилиям на протяжении многих месяцев она вышла в свет.

Еще раз безмерная благодарность каждому автору – за тепло и искренность воспоминаний, за замечательное время, который каждый из вас провел с Иваном Сергеевичем.

Т.И.Ионова (Краснова)

Сноски

1

Иван Владимирович Лебедев («Дядя Ваня» Лебедев, 1879–1950) – атлет-гиревик, борец, арбитр и организатор спортивных соревнований, организатор «Курсов шведской гимнастики и атлетики» в стенах Санкт-Петербургского университета в 1901–1905 гг., что считается началом вузовского спорта в России.

2

Впервые: Газета «Ленинградский университет». № 35 (2760) от 14 декабря 1980.

3

Впервые: Журнал «Санкт-Петербургский университет». 2009. № 5 (3791), март.

4

Впервые: журнал «Легкая атлетика». 2020, № 1 (приводится в авторской редакции).

5

Впервые: «Сельская новь. Общественно-политическая газета Починковского района Смоленской области». № 19 (10491), 8 мая 2020 г.

Content

Интеллигент спорта. Книга об Иване Сергеевиче Краснове

Предисловие

I. И.С. Краснов. Материалы к биографии

Жизненный и профессиональный путь Ивана Сергеевича Краснова

Детство и юношеские годы

Простые труженики

Мудрые воспитатели

Учителя

Увлечения молодежи

Война и послевоенное десятилетие

Переезд в Ленинград

Успехи на Олимпиадах в Монреале и в Москве

Университет

Физкультура и спорт в Университете и студенческое олимпийское движение

Подведение итогов: монография, посвященная Международному олимпийскому движению

Гиревой спорт в Санкт-Петербургском государственном университете: вклад И.С. Краснова в его развитие

II. И.С. Краснов в воспоминаниях друзей, родных, коллег и учеников

М.Г.Алексеев. По ком звонит колокол…

Л.В.Артемьева. Университет и Иван Сергеевич очень подходили друг другу…

Ю.Я.Баландин. Главный тренер моей жизни

Б.С. Воинов. Дружба длиной в восемьдесят лет

О.С.Глотов. Масштаб личности Ивана Сергеевича понимаешь с годами…

С.С. Донских. Долгая счастливая жизнь

Д. В. Дрючин. Письмо учителю

А. Н. Згода. Профессор

П. Б. Ионов. На всю жизнь

Т.И. Ионова. Глазами дочери

С.И. Князев. Первая встреча, последняя встреча

А.С. Корюшенков. Верность

С.А. Краснов. Вспоминаю дядю Ваню…

О профессии

Зарисовки к воспоминаниям

Заключение

Л. Б. Леонов. «Ну, начали!»

В.А. Лукк. «Побеждала дружба»

П.И. Лунев. Иван Сергеевич. Время, проведённое вместе

Е.В.Миронов. Остаюсь добрым вашим приятелем…

Б.А.Михайлов. Бодрость и мудрость

А.Н. Назаренко. Уроки радости

Л.Л. Павловский. Интеллигент спорта

Б. Г. Тихонов. Как легкоатлет помог боксерам

III. В зеркале прессы

В.Колесова. Тренер

С.Ломакина. Тревоги и заботы профессионала

Т.Ионова (Краснова), С.Князев. Заслуженный тренер РСФСР Иван Краснов и олимпийские достижения советских толкателей ядра

IV. Университет спортивный: высокие традиции

И.Л.Тихонов, Б.А. Михайлов. Первое в России здание для спорта. Об историческом здании jeu de paume

Б.А.Михайлов. История кафедры физической культуры и спорта СПБГУ

В братской могиле

Литература

Приложение. Вечная память погибшим! (О судьбе П. С. Краснова)

На фронт в 19 лет

В составе группы Качалова

Геройски погиб

Имя на памятнике

Послесловие

Сноски