Эдем 1. На самом дне

Пролог

Рабство — тягчайшее из всех несчастий.

— Цицерон

Что вы почувствуете, если в один день вся ваша жизнь вдруг окажется полностью разрушена? Предположим, ваш близкий родственник, скажем, старший брат решает встать во главе семьи и предаёт собственного отца. Вашего самого близкого человека, который научил вас всему, жестоко и цинично убивают. Охрана, гвардейцы, даже прислуга и рабы — пощады в роковой день не дождётся никто. Что вы почувствуете, оставшись ни с чем? Гнев, злость, отчаяние или быть может бессилие?

Второй наследник великого рода Торвандори сейчас испытывал лишь разочарование и лёгкую досаду. Нет, он не был бесчувственным. На сердце его не было ни одной трещины, ведь оно оказалось расколото на тысячи осколков. Но сейчас лучшее что можно сделать — проявить сдержанность и силу воли, постараться просто выжить.

— Низкий поступок, — хладнокровно изрёк статный мужчина, глядя в разбитое зеркало, где отражался блеск янтарных глаз. — Что же, теперь меня будут звать Лансемалион Бальмуар. Мне нравится.

Тринадцать ударов рунным клинком, двенадцать магических ожогов, три болта и отравленное вино на ужине. Тело стонало от боли, сознание повреждено ментальной атакой, а вены почернели от Поцелуя Харии. Каждый новый удар сердца норовит прервать жизнь, разгоняя отраву по организму. Предатель хорошо подготовился, наверняка он вынашивал этот план годами перед тем, как воплотить задуманное в жизнь. И всё это время он улыбался в лицо своим родственникам, наставникам и друзьям.

У Лансемалиона забрали его дом, убили его людей, лишили семьи, отняли даже собственное имя и лицо, но кое-что у него всё же осталось: нечто самое важное и главное в жизни человека, то, что отнять не так просто. Принципы, идеалы и убеждения. Навыки, знания и опыт за почти пять веков.

По внешнему виду и нельзя было сказать, что Ланс уже прожил под половину тысячелетия. Всё же он являлся магом, довольно сильным магом с развитым ментальным телом, которое крайне прочно связано с физическим. Все сильные волшебники выглядят молодо, даже после нескольких веков. А уж как вырастает их ловкость, сила, реакция и даже умственные способности…

Закончив зашивать вновь открывшуюся рану, Ланс аккуратно наложил повязку с мазью. Сразу же зашипела кровь, начав стремительно сворачиваться. На тумбочке уже лежала постиранная и выглаженная белая рубашка. Да, Бальмуар был в прошлой жизни высокого происхождения, но в стирке, глажке, уборке и прочих бытовых вещах он также разбирался. Более того в своём родном доме он занимался в том числе и подготовкой рабов разных направлений. Так что Ланс мог похвастаться отнюдь не поверхностными знаниями во многих сферах, но специализировался на тренировке бойцов для арен и телохранителей. Лучшие этиамарии кровавых песков Эдема поставлялись родом Торвандори благодаря второму наследнику, который теперь носит другое имя и лицо.

— Что же… выгляжу я сносно, — оценочно произнёс Ланс, изучая свой новый внешний вид.

Аристократичная одежда будет крайне сильно выделятся в трущобах, но что поделать. Ланс просто не мог позволить себе носить какое-то тряпьё. Да и как можно отказаться от такого прекрасного готического фрака? И, разумеется, трость, которая является чем-то большим, нежели подходящим к образу аксессуаром.

В трущобах Ланс уже около месяца. Предатели считают его мёртвым, что и логично, даже сам бывший второй наследник рода Торвандори не совсем понимал, каким образом смог выжить в той бойне. Настоящее чудо, за которым всё же кроется боевая сноровка, цепкий ум и многовековой воинский опыт.

Первым делом Ланс нашёл целителя в трущобах, который помог не умереть от ран. Пришлось отдать старику драгоценный перстень. После с рук исчезли и другие побрякушки, ставшие платой за новое лицо и одежду. Ланс не опасался погони и преследования, однако береженного Этий бережёт. Подстраховаться никогда не будет лишним. Правда из-за этого пришлось влезть в долги… Местный ростовщик и крупный авторитет крепко вцепился в раненного мага в дорогой одежде. Но это поправимо. У каждой проблемы всегда имеется решение. Безвыходных ситуаций не существует. Существуют смертные, которые не видят возможностей в силу своей слабости, и речь, разумеется не про размер мышц.

Ланс покинул свой дом, вернее сказать халупу, построенную из чего попало. В трущобах всё было, так сказать, общее. Нищие и убогие выживали как могли, ни о каких законах здесь и речи не шло. Даже банально стражи не имелось. Запирать дверь тоже бессмысленно, но ничего ценного в своём временном жилище Ланс не хранил. Хотя на всякий случай защитные руны на вход наложил. Это отпугнёт вшивый сброд.

Трущобы всегда являлись грязным и опасным местом, а находились они вдали от городских стен Эдема и любых других поселений. Ах, наверное, стоит рассказать об этом месте, носящем столь лицемерное название.

Эдемом называют один из самых малых смертных миров. Когда-то давно, очень давно, один из Творцов, который являлся воплощением удовольствий, веселья и наслаждений создал себе свой райский уголок. Первые его последователи и стали основателями первого города, который также называется Эдемом. Говорят, что и сам мир был куда меньше, размером непосредственно с сам город. Но слишком сильно доверять мифам и легендам по понятным причинам не стоит.

Попасть в Эдем, в этот мир, можно двумя способами. По приглашению одного из высших, несущих слово Творца, или же через ветра Этии, ударение на первый слог. Так звали одного из Творцов, Этий. Слово на древнем и позабытом наречии не склоняется, не имеет рода, однако на межвидовом языке аномалию часто называют ветра Этии или ветра Этия, на современный манер. Но знающие смертные предпочитают говорить «ветра Этий», но не суть.

Сами ветра Этия представляют из себя аномалию, которая возникает во всех мирах, соединённых рекой мироздания, четвёртым измерением, тенью Кихариса, нематериальным миром, а в классическом учении магических школ человеческого вида — просто мир духов. А мир духов в свою очередь покрывает все миры смертных, все планеты и звёзды, простираясь через галактики. Правда стоит понимать, что мир духов пронизывает всё вокруг неравномерно. Где-то он подобен буйному океану, а где-то слабо журчащему ручью, что сказывается на уровне развития смертных видов и магического направления в частности.

Сразу же появляется очевидная проблема. Ветра Этии пусть и являются довольно редкой аномалией, однако из-за большого покрытия Эдем быстро столкнулся с перенаселением. Всё же сам мир созданный Этием довольно мал, крайне мал. Границами его стали ветра Этии, которые не дают узнать, что скрывается дальше. Огромное число разумных и не очень смертных попадают в Эдем, а вот покинуть его просто невозможно. Путь в мир духов закрыт, а суша, воздух и водные участки ограничены несущей смерть аномалией.

Пожалуй, лучше условий для процветания работорговли и придумать сложно. Полная изоляция и бесконечный поток ничего не понимающих попаданцев. Все попавшие в Эдем через ветра Этии сразу получают клеймо, либо чудом добираются от границы мира до трущоб, где их убивают, насилуют или съедают другие виды смертных. Рабство стало основной для всего Эдема, на рабстве держится абсолютно всё, а жизнь раба порой ничего не стоит. Огромная конкуренция и постоянная борьба за место под солнцем.

Гражданином можно стать лишь за существенную сумму денег, которую попавший в этот мир никогда в жизни сам собрать не сможет. Жить в Эдеме с учётом перенаселения довольно дорого и сложно даже свободным людям. Получить свободу после получения клейма практически невозможно. Часто рабы умирают в первые месяцы или даже недели своей жизни в Эдеме, после чего их легко заменяют на новых.

Ужасное и жестокое место для большинства, и райский уголок для единиц. Вот чем является Эдем на деле. Попав сюда, ты скорее всего умрёшь, но если тебе повезло здесь родиться в богатой семье, то у тебя появится возможность познать все дозволенные и запретные удовольствия. Возможно, даже сами боги, отдыхающие в центре Эдема, удостоят тебя своим вниманием, позволяя прикоснуться к самой сути наслаждений.

Отец Ланса, бывший глава рода Торвандори, как раз готовил товар для высших, лучших рабов, обученных всему. Если бы только не предательство первого наследника, то быть может род Торвандори уже смог бы прикоснуться к божественному удовольствию и познать бессмертие, не телесное, а истинное.

Но упиваться жаждой мести бывший второй наследник не собирался. Его текущее положение требует холодного расчёта, а не инфантильных порывов. Необходимо грамотно расставить приоритеты, решить первостепенные проблемы, ведь сейчас Лансемалион Бальмуар даже не является свободным гражданином.

Его же брат, Адрион Торвандори находится в центре мира, в одноименном городе Эдеме. В его руках огромная мощь и сила. А младший наследник же буквально на самом дне. Впрочем, надолго Ланс здесь не задержится. Ведь в отличии от всего этого сброда, он настоящий аристократ. И об этом всегда говорили не грамоты с печатями епископов, не роскошные одеяния и драгоценности, а поступки.

Лансемалион Бальмуар.

Глава 1

— Какой сегодня прекрасный день. — Ланс на секунду остановился, чтобы полюбоваться небом.

Даже в этом зловонном гадюшнике всегда можно найти нечто прекрасное и неповторимое. Красота, она всегда рядом, нужно лишь уметь её разглядеть среди всего дерьма вокруг. Так говорила одна подруга из прошлой жизни. Несмотря на то, что она тоже родилась в Эдеме, её змеиный хвост почему-то тянуло не в бордели, а к магическим книгам.

В результате, в этом мире стало на одну нагу-учёного больше. Правда, особой прибыли её занятия не приносили. Ведь в центре внимания всего Эдема находились способы получения наслаждений и ничего более. Так что её работы по теории магии зачастую оставались штучными экземплярами и пользовались некоторой популярностью в исключительно узких кругах. Впрочем, и бедно она не жила, частично адаптировавшись под нужды она стала автором некоторых особых зелий пользующихся популярностью во многих борделях.

Тем временем мимо промаршировал отряд воинов, во главе которого шёл рыцарь ордена Ароса, в простонародье — орден Света. Они отправлялись на патруль вдоль границы ветров Этии. Все крупные рода, ордена и любые группировки должны были предоставлять людей для защиты границ Эдема.

Гарнизоны и укрепления находились в том числе, прямо за трущобами. От чего защищались смертные? От различной дряни, которая лезла из ветров Этия. Всё же не только разумные виды смертных попадали в Эдем, порой ветра переносили и монстров там всяких, иногда даже демонов из самой преисподней. Так что нужда в воинах всегда была, есть и будет. А ещё такие патрули в процессе занимались сбором рабов, алхимических реагентов из трупов монстров и прочих даров ветров Этия.

Вслед, держась на почтенном расстоянии, за отрядом воинов отправился и сам Ланс. Всё же сейчас самым эффективным способом заработать денег являлся именно такой патруль. Вскоре члены ордена Ароса ушли по своему маршруту, то же сделал и аристократ. Слишком близко находиться около сильного отряда попросту опасно. Всё же на границах законы Эдема не действовали. Порой даже случались стычки между разными отрядами, которые не могли поделить добычу. Это считалось нормой.

Хотя, будучи ещё Гранииром Торвандори, аристократ являлся щитом и мечом своего рода. Младший наследник выигрывал все поединки чести, многие могучие артефакты до сих пор оставались у Ланса, давая силы, никуда не исчезли опыт и знания. Однако раны всё ещё ныли. Яд Харии, названный в честь богини смерти, всё ещё находился в организме, который продолжал бороться за жизнь. Стычка с элитными воинами Ароса не обернётся ничем хорошим.

Так что Ланс предусмотрительно ушёл в другом направлении. Вскоре уже должны были показаться сами ветра Этии. Так и случилось. Граница мира представляла из себя стену обычного тумана, скорее даже лёгкой дымки из мутной, столь обманчиво спокойной и тихой пелены. Подходить близко к этой дряни нельзя, иначе дымка тебя медленно растворит. Ланс уже такое видел: страшная и мучительная смерть. Кроме того, туман постоянно двигался и менял свою плотность. Порой, аномалия могла даже взять в кольцо незадачливого путника.

На патрулирование могло уходить до нескольких часов, прежде чем повезёт на что-то наткнуться. Хотя иногда ветра Этия выбрасывали перед путниками даже целые армии чудищ. Аномалию с полной уверенностью можно назвать крайне непредсказуемой. Порой даже стоило только моргнуть, а перед тобой буквально из ниоткуда появлялся гость из другого мира. При этом, пелена всё также будет просматриваться насквозь, вплоть до самого горизонта. Довольно странно, но в Эдеме есть вещи и куда более удивительные.

Ланс в процессе своего патруля использовал ещё и магическое зрение, которое напоминало сонар некоторых животных. С помощью простого заклинания, которое было доведено до совершенства, маг получал уйму информации об окружающей местности. Покрытие могло достигать даже сотен метров, что являлось существенным преимуществом. Однако на это уходило много сил, плюс ещё нужно поддерживать маскирующие чары от таких же магов. Волшебники не были какой-то особой редкостью в Эдеме. Особенно если говорить о верхушке власти, там находились фактически одни волшебники, при этом, крайне сильные. Естественный отбор в действии.

Однако вдруг янтарные глаза аристократа уловили нечто странное и без помощи магии. Небеса, где застыли тучи, вдруг начали расходиться. Не было ветра, не было эха от чужого заклинания, энергетический фон которого Бальмуар точно бы почувствовал. Просто внезапно тучи разошлись, позволяя солнечным лучам пронзить туман.

И вдруг ветра Этия пришли в движение. Они начались отступать назад, будто повиновались чужой воле.

— Хм, наконец-то хоть что-то интересное, — удовлетворенно произнёс Ланс, после двух часов блужданий, которые прерывались на игру в прятки со случайными патрулями. — О, да мне повезло.

Отошедший туман открыл взору пласт территории, где пять человек окружили молодую девушку. Грязные и наглые ублюдки уже повалили свою добычу на землю и принялись рвать на ней одежду. Они даже не заметили, как попали в ловушку ветров. Их интересовало совсем другое.

Сама же девушка явно была не местной. Несчастная, она кричала, брыкалась, но отбросы из трущоб были сильнее. Они не собирались пленять добычу, чтобы после продать и заработать. Этот мусор хотел поразвлечься прямо здесь и сейчас, после чего добыча потеряет свой товарный вид, а может и вовсе умрёт. Дилетанты, шваль, жалкое отребье, которое не в силах контролировать даже свои животные инстинкты.

— Э, ты ещё кто? — отвлекся от злодеяния один из ублюдков в лохмотьях, обнажая ржавый тесак.

— Сука, в пиджаке ещё… урод, тебе жить надоело? — с непередаваемым презрением выдал тупорылый зверолюд, похожий на прямоходящего волка.

— Это фрак. Хотя откуда невежественному мусору вроде тебя об этом знать? — надменно с гордо поднятой головой Ланс взирал на всех свысока, даже на двухметрового орка, который был явно выше ростом. — Избавьте меня от вашего присутствия, а взамен я вас не убью.

— Ха-ха-ха, — засмеялся ублюдок из человеческого вида. — Ща мы тебе эту трость в задницу засунем, дебил!

Пятеро на одного, эти шавки действительно считали, что победа им обеспечена. Сначала отбросы окружили спокойно стоящего Ланса, после начали почти одновременную атаку со всех сторон. Самонадеянные улыбки застыли на их грязных мордах.

Один удар сердца и Ланс резко приходит в движение, в самый последний момент. Лёгкий шаг вперёд, одновременно с этим трость взмывает в воздух и опускается на локоть первого замахнувшегося тесаком ублюдка. Развивая ментальное тело, волшебник повышал возможности и физического. Так что двигался аристократ быстрее, чем успевал следить глаз, а удары превращали кости в труху. Сама трость также была цельнометаллической, а следовательно, и крайне тяжёлой, но не для мага подобного уровня.

Враги ещё ничего не поняли, а Ланс сделал второй шаг за спину второму уроду, который продолжал двигаться по инерции вперёд. Новый удар тростью пришёлся прямо в затылок. Череп лишь жалобно хрустнул, а уродец сразу же сдох. Один труп. Один кричащий в агонии калека с открытым переломом руки.

Оставшиеся отбросы в шоке отшатнулись назад и застыли, после чего первым из ступора вышел здоровенный орк. Ещё одно мгновение, молниеносный шаг вперёд к врагу и чуть вправо, трость сначала ломает колено, а второй удар по спине разбивает на осколки один из позвонков. Орк сразу же потерял сознание из-за боли. Сердце ещё бьётся, но смерть не заставит себя ждать. Осталось двое.

— Куда вы убегаете? Я не разрешал вам уходить, — произнёс аристократ, после чего его янтарные глаза блеснули жёлтыми искрами.

В спину четвёртого прилетела магическая молния, которая сразу же остановила яростный стук скованного страхом сердца.

— М-м-можно м-мне у-у-уйти, пож-ж-жалуйста? — спросил обмочившийся от страха пятый отброс.

— Так ты же обещал засунуть мне трость в задницу? Куда делась твоя решимость? — подходя спросил Ланс.

— Умоляю! — мусор тут же упал в ноги и принялся слёзно просить о милосердии. — Пощадите, достопочтенный господин! Я был не прав, простите меня! Не убивайте, помилуйте! Я… я не хотел этого… Это они всё… Простите, умоляю…

— Скройся с глаз, — презрительно бросил аристократ, после чего отвёл взгляд от убегающего жителя трущоб. — Не хватало ещё трость марать об такую мерзость.

Резким движением кровь была смахнута с трости, после чего Ланс поправил манжеты. Одна небольшая складка появилась после этой драки, не более. Движения опытного воина были легки и точны. Так что не стоит удивляться тому, что ни одна капля чужой крови не попала на его наряд.

— Что тут у нас? — Ланс задал риторический вопрос, бросая оценивающий взгляд на свою добычу.

Молодая девушка, девятнадцать лет, натуральные рыжие волосы, веснушки, лицо симметричное, острые скулы, зелёные глаза. Руки грубые, в прошлом мире она была крестьянкой, о чём говорит и простая фермерская одежда. Довольно большая грудь, к тому же подтянутая, как и тело, закалённое работой. Лишнего веса особо нет, хотя отсутствие ожирения еще не делает кого-то красавцем или красавицей, но всё же, цена такого раба будет немного выше. Уши слегка заострены, полукровка. А следовательно, есть шанс, что у неё проявится магический дар. Это настоящий джекпот.

— Ингрис фал грос, — Ланс произнёс заклинание, чем сильно испугал свою добычу, которая аж руками лицо закрыла, видимо, готовясь к смерти. — Не бойся, я просто проверял оплодотворена ли ты. Значит, бандиты не успели надругаться над тобой? Эй? Ты понимаешь, что я говорю?

— Д-да, — после продолжительной паузы добыча всё же смогла что-то из себя выдавить.

— Значит, знаешь межвидовой язык?

— Язык?

— Ты из какого мира?

— Я из деревни…

— Аенор или Мириос?

— Разумеется Аенор, я молюсь только светлым богам.

— Значит вероятнее всего ты из какого-нибудь королевства людей Эримоса, граничащего с Кеенором, что, впрочем, уже не особо важно. Главное межвидовой язык знаешь. Так, с этим разобрались, — удовлетворенно произнёс Ланс, оценивая другие менее заметные черты внешности характерные для конкретных представителей расы: в этом аристократ также хорошо разбирался. — Как тебя зовут?

— Адериин, — боязливо ответила девушка.

— Адериин, твои родители эльфы?

— Я не знаю, наверное, так говорили в деревне и…

— Понятно. Вставай и пошли, — приказным тоном произнёс Ланс, но девушка перепугалась от этого ещё сильнее и теперь даже подняться боялась. Пришлось повторить ещё раз, но уже вкладывая волю в голос. — Вставай и иди за мной.

Властный тон тоже являлся навыком необходимым для обучения рабов. И в этом Ланс также преуспел, даже смог объединить его с магией. Так что теперь при желании аристократ мог использовать свою давящую силой ауру для убеждения других. Но хорошо работала она только на неподготовленных, неуверенных в себе смертных. Таких, как эта девушка.

Рабыня поспешила за своим новым хозяином, хотя она ещё не до конца понимала своё положение. Ланс же напоследок бросил взгляд назад. Там четыре трупа уже поглотил ветер. Вновь сгущалась пелена, восстанавливая свои границы. В норму пришли и облака, исчезли солнечные лучи, которые более никуда не показывали и вновь скрылись за плотными облаками.

Со своей добычей Ланс отправился обратно в трущобы.

— Не отходи от меня ни на шаг, — всё тем же властным тоном приказал аристократ.

Девушка оказалась крайне запугана, так что сразу же подчинилась. Но Ланс не столько боялся побега своей добычи, сколько нападения всякого рода сомнительных личностей, которые обдолбавшись наркотой могли просто взять и напасть на него. Да, этот сумасшедший сразу же сдохнет, но он может успеть испортить или даже убить товар.

— Теперь будешь жить здесь со мной, — произнёс уже обычным тоном Ланс, сбавив градус властности. — У тебя, наверное, много вопросов, но, прежде чем ты их задашь, я тебе расскажу куда ты попала, и какая тебе уготована судьба.

Далее последовал рассказ об Эдеме. Медленно и спокойно, как и полагает мастеру, аристократ объяснял девушке её текущие положение в этом мире. Это не было просто дилетантским запугиванием, как делают какие-нибудь низкопробные владельцы борделей для подготовки посредственного качества рабынь для услаждений.

При попадании в это место все испытывают в первую очередь огромный стресс. А девушка ещё не обладает достаточной силой воли, что повышает риск впадания в депрессию, за которой следует апатия и возможный суицид, если перегнуть планку. Также достижение послушности через одно только запугивание не приведёт ни к чему хорошему. Это эффективно для рабов, которых отправят в шахты, где они и сдохнут через неделю, но не для товара, что будет готовить аристократ. Однако нельзя давать и слепых надежд, которые станут бомбой замедленного действия, что взорвётся с удвоенной силой в будущем.

Ланс не врал и сразу сказал, что вскоре Адериин станет рабыней. От такого заявления у девушки чуть было не началась истерика, однако властная аура и сдержанный тон аристократа смогли её немного успокоить. Далее сразу же последовал рассказ перспектив. Да, быть рабыней плохо, однако по-другому уже не будет.

Ада может попробовать сбежать, тогда её убьют, изнасилуют или съедят отбросы из трущоб. Эдем является крайне тесным местом, огромные поля для выращивания продуктов и выгона скота являются редкостью, с едой вопрос обстоит крайне жёстко. Зверолюды и орки вполне могли жрать представителей других видов, как и наоборот. Например, те же люди могли пить молоко от зверолюдок и есть вырезки из их филейных частей. Технически это даже каннибализмом не считается, хотя аристократ считал подобное дикость. Даже пробовать мясо шимпанзе, лошадей, слонов и других более разумных зверей как-то неправильно. В любом случае, лишь относительно обеспеченные свободные граждане уже могли купить для себя свежих овощей, выращенных в теплицах, или мяса, добытого охотой близ границ. Итого сразу напрашивается простой вывод: рядом с Бальмуаром Аде будет банально безопаснее.

Также последовало объяснение о статусе девушки, попавшей в незавидное положение. Как бы неприятно это ни звучало, но она товар, инструмент, вещь. Так что Ланс сразу объяснил, что если она не будет полезной, начнёт спорить, наглеть, перестанет выполнять приказы, то он вполне может решить продать проблемную рабыню местному рабовладельцу, который оптом скупает по дешёвке рабов. А дальше она может попасть уже к другому хозяину. Например, на земли к зверолюдам, где из неё сделают игрушку массового пользования. Её будут пускать по кругу, пока она не сдохнет, после чего её сожрут.

— Но, буду честен, я этого не хочу, — признался Ланс, который уже говорил добродушным тоном. — Как думаешь почему?

— Не знаю, — тихо хлюпнула девушка, которая несколько раз срывалась чуть ли не в истерику и рыдала без остановки во время разговора.

— Потому что я не хочу, чтобы моё время оказалось потрачено впустую. Будешь полезной, будешь жить долго и вполне счастливо. Я в первую очередь заинтересован в том, чтобы моё время и силы окупились. И когда они окупятся, ты сможешь выкупить себя.

— Я стану свободной? — Искра надежды появилась в зелёных наивных глазах девушки.

— Когда-нибудь, если будешь послушной и полезной. Но это долгий и сложный путь, ведь сейчас ты не стоишь ничего, ты не приносишь прибыль, ты ничего не умеешь. Однако это поправимо. Трудись, выполняй мои приказы, я всему тебя научу, а дальше… Дальше всё зависит от тебя.

— Получается, если я в один день стану вдруг бесполезной, то вы меня сразу продадите этим… этим зверолюдам?

— Из-за одной ошибки я тебе смертный приговор не подпишу, но накажу. Однако если приносимые тобой проблемы перевесят пользу, то я тебя продам. И смотреть я буду исключительно на то, кто больше заплатит.

— Я не хочу… — вновь девушка собралась разреветься.

— Не плачь, всё не так плохо. Просто не делай глупостей, будь послушной, и я обещаю, что с тобой всё будет хорошо.

— Обещаете? — не особо веря, спросила Ада, вытирая слёзы.

— Я Лансемалион Бальмуар, даю своё слово. Может для тебя это лишь пустой звук, но вскоре ты узнаешь цену слова настоящего аристократа, — довольно надменно заявил Ланс, вставая в полный рост. — А пока поспи, сон поможет справиться с эмоциональной нагрузкой, а также поспособствует перевариванию всей этой новой информации. Сегодня началась твоя новая жизнь.

Глава 2

— Пора вставать, — достаточно громко произнёс Ланс.

Ада спала как убитая, а виной тому испытанные переживания. Организм на удивление продуманная шутка, когда он подвергается психологическому стрессу, вызванному сильными потрясениями, человек даже может потерять сознание. Специальный защитный механизм, так сказать, чтобы смертный головой не тронулся в процессе своих саморазрушительных размышлений. Ну а ещё помогли успокаивающие чары.

— А где моя одежда? — сонно спросила Ада, прикрываясь порванным и странно пахнущим пледом: его Ланс нашёл на помойке, после чего немного подлатал, утеплил, даже постирал, но запашок трущоб перебить не удалось.

— Лежит рядом с твоей раскладушкой. — Аристократ указал на сломанную деревянную тумбу.

— Чистая… и зашитая… — тихо удивилась девушка. — Спасибо.

— Пожалуйста, но в следующий раз ты будешь делать это сама. Не забывай своё место. Ты рабыня, а я хозяин.

— Поняла, — грустно, но довольно спокойно сказала Ада.

— Молодец, — последовала скупая похвала от аристократа.

Всё же девушка не какая-то избалованная принцесса, она довольно быстро привыкнет к смене обстановки. Более того, пока Ада спала, Ланс досконально изучил её тело. Хотя ещё вчера можно было уверенно заявить, что девушке определенно точно восемнадцать или более лет.

Но вот физическая подготовка у девушки всё же была не очень, не хватало мышц в некоторых областях. Имеются проблемы с суставами в коленях, да и осанка плачевная из-за работы в поле, но всё это поправимо. Пока что выдающейся красавицей Аду назвать сложно, но после коррекции фигуры с помощью тренировок ситуация кардинально изменится. Тем более даже сейчас у неё проглядывается неплохая фигура, сильнее всего выделяются огненно-рыжие волосы. Такого насыщенного и натурального цвета аристократ припомнить даже не мог. Огромный потенциал скрывался в этой рабыне, который обязательно будет раскрыт. После подготовки цена этой рабыни взлетит до небес. Такой товар редко попадает в Эдем.

— Садись за стол, — аристократ пригласил девушку за стол. — Сядь ровно, ровнее, ну же!

Лансу даже пришлось подойти к девушке, чтобы помочь ей сесть правильно. Грубые руки воина удивительно аккуратно легли на нежные и хрупкие плечи. После костяшки пальцев прошлись по позвоночнику, заставляя девушку полностью выпрямиться, а грудь выдвинуть вперёд. Такое простое действие, а эффект дало сразу же. Теперь спереди добавилось рельефности, даже из-под мешковатой одежды показалась грудь, довольно большая по меркам эльфийского вида. Хотя она всё же полукровка.

— Не сутулься, всегда следи за осанкой. Так ты выглядишь выгоднее.

— Поняла, — кивнула девушка, после чего попыталась принять более скромную и замкнутую позу, чувствуя себя немного неловко.

Ада сдвинула и положила руки на колени, продолжая держать спину ровной, но от этого грудь стала выделяться ещё сильнее, что в свою очередь вызвало ещё больше смущение девушки. Ведь у мешковатой крестьянской одежды откуда-то появился глубокий вырез на груди. Неловкими движениями рабыня пыталась как-то подтянуть одежду повыше, но результата не достигла.

Ланс же ни разу не затронул своим взглядом весьма впечатляющие достоинства молодой девушки. Даже несмотря на то, что соски девушки затвердели и стали прямо выпирать из-под одежды, аристократ не позволил себе бросать похабные взгляды. Он был выше этого, намного выше, всё же за плечами века тренировок подобных рабынь. Это молодые слабохарактерные юнцы не могут отвести взгляд от нежных белогрудых красавиц, сквозь одежду которых слегка просвечиваются розовые стоячие сосочки. Сразу же они сходят с ума, забывают про элементарное самоуважение, становятся подстилкой, желая отличиться среди подобных, чтобы получить право прикоснуться к бархатной коже, да и не только к ней. Ланс знал о чём говорит, ему тоже в своё время гормоны в голову били, правда это было больше четырёх веков назад.

— Приятного аппетита, — культурно пожелал аристократ, следуя этикету, а также подавая пример своей рабыне: вроде такая мелочь, но позволяет в будущем меньше тратить времени на обучение рабов манерам.

— И вам… Приятного… — Ада же отвечала неуверенно, но всё приходит с опытом: качественный товар готовят не за один день. — А что это такое?

— Не переживай, это мясо не принадлежит никому из разумных видов смертных. Это вырезка из водного ондруса.

— Пахнет странно.

— Да, действительно, запах не из лучших. Само мясо жёсткое и вкус весьма специфический, — согласился Лансемалион, насаживая на вилку небольшой кусок заранее нарезанного мяса. — Но даже из него можно приготовить нечто съедобное, если обладаешь нужными навыками. Попробуй.

— Ой! Вкусно, — Ада удивилась вкусу, хотя сам Ланс ел подобное через силу: всё же девушка сравнивала сегодняшний завтрак с едой простого люда из прошлого мира, где из специй дай Этий только соль была относительно доступной.

— Благодарю. Ты сможешь научиться готовить и более вкусные блюда. Сегодня как раз попробуешь.

— Жду с нетерпением, — как-то даже восторженно, с оптимизмом произнесла девушка.

Наверное, Ада приняла предложение своего хозяина за весёлое приключение, а её энтузиазм вызван скорее желанием попробовать что-то новое. Однако это не совсем хорошо. Ведь речь идёт не о развлечении, а о тяжёлом труде и утомительных тренировках. Ланс собирался подготовить не очередную посредственность, а безупречную рабыню достойную высших кругов аристократии. Безупречность в свою очередь достигается через долгую, монотонную и скучную работу. Талант же придумали слабаки, чтобы оправдать свою никчёмность на фоне других. И скоро Ада поймёт это, потратив тысячи часов на скрупулёзное изучение кулинарии. Хотя лучше будет уделить внимание другим навыкам в первое время. Достаточно объяснить элементарные основы, чтобы не заниматься готовкой лично.

— Ешь аккуратно, не набивай рот под завязку, — продолжал давать советы Ланс: вроде бы такие элементарные, но все почему-то о них так легко забывают.

— Да, извини…

— Извини-те, — аристократ специально поставил акцент на последнем слоге. — Мы не друзья Ада. Я хозяин, а ты моя рабыня. Скоро тебе поставят клеймо.

— Извините, — понуро с лёгким страхом произнесла девушка, которая быстро начала забываться.

— Это не так больно, как кажется, — после кнута последовал утешающий пряник. — А клеймо является магической печатью. Так что раскалённым металлом тебя жечь не будут, так уже давно не делают… если ты, конечно, не будешь себя плохо вести.

— Поняла, — немного отрешено ответила Ада, уставившись вглубь содержимого своей тарелки.

Психическое состояние девушки всё ещё нельзя назвать стабильным. Ланс видел это не только по мимике, тону и другим мелочам, но и по ментальной проекции девушки. Всё живое и неживое обладает своими ментальными проекциями. Проекции сильно отличаются от физического мира, который мы видим своими глазами. Волшебники, в свою очередь, отличаются от большинства тем, что умеют видеть эти проекции и взаимодействовать с ними. Ланс являлся волшебником, а значит умел управлять своей ментальной проекцией, оно же ментальное тело, что впоследствии позволяло не только смотреть на мир под другим углом, но и менять его согласно своим желаниям.

Возможно, когда-нибудь этому научится и Ада, которая имеет предрасположенность к магии по праву рождения, из-за эльфийской крови. Но перед тем, как учить таким серьёзный вещам раба, его нужно обучить послушанию, поставить клеймо, официально зарегистрировать, а после получить аттестацию и разрешение на обучение таким опасным и сложным навыкам. На всё это потребуются деньги, статус и репутация.

Если нарушить правила, то за рабовладельцем по приказу архиепископа придут хранители Этия, а может и сама Гильдия. А то, что они сделают с нарушителем закона… об этом с дрожью вспоминал даже хладнокровный Ланс, который смог принять предательство родного брата и сейчас обыденного ел вырезку из водного ондруса. Хотя не стоит думать, что он забыл. Ничто не забыто, никто не забыт, придёт время и все за всё ответят. Но Ланс отличался от большинства ещё и тем, что правильно расставлял приоритеты. Сначала подняться с колен, потом строить какие-то серьёзные планы. До тех пор это чувство отправляется в дальний уголок сознания, чтобы не мешать мыслить здраво. К тому же время позволит посмотреть на ситуации более трезво. Это и отличает аристократа от других, а не его фрак и дорогие украшения.

Первым шагом к поднятию с колен станет Ада. На работорговле в Эдеме держится практически всё, кроме разве что армии. А ещё, каждый свободный гражданин Эдема ценит свою свободу превыше всего. Он никогда не станет работать на кого-то. Он считает это рабством. Либо ты работаешь на себя, либо поступаешься свободой. Либо ты свободный, либо ты раб, третьего не дано, никакого промежуточного варианта. Так мыслят граждане Эдема, что является довольно серьёзной проблемой. Ведь порой эти упрямые бараны готовы буквально голодать и спать на холоде, но никогда не пойдут работать на кого-то. Вот что значит для них свобода.

Поэтому во всех сферах огромное количество рабов. В храмах здоровья у целителей под началом несколько рабов с медицинским образованием, которые иногда даже проводят операции с магией или без. В алхимических лабораториях с реагентами работают тоже рабы. В кузнях, в подмастерьях у мастеров опять рабы. Рабы везде, не только в борделях, не только на каменоломнях и опасных производствах. Только в армии не было рабов, но зато они часто покупают услуги рабов-целителей, да и про шлюх не забывают.

Также, рабам порой разрешалось носить оружие. Обычное оружие, которое не является мощным магическим артефактом и не требующее особой регистрации. А если оформить документы, то раба можно продать как телохранителя, которому разрешено использовать даже дорогие магические игрушки в целях защиты хозяина. И на фоне всего этого, свободному гражданину, который даже готов поступиться свободой, придётся соревноваться в навыках с рабами. Одно это предложение уже звучит дико для гражданина Эдема. Лучше уж повеситься, нежели работать на кого-то, так ещё и получать копейки. А покупателям куда проще купить бесправного раба, который никогда не будет жаловаться в отличии от того же свободного.

Подобное положение дел являлось, является и будет ещё долго являться нормой в Эдеме. Так что Ада была для Ланса не просто игрушкой на полчаса. Аристократ собирался подготовить ценный инструмент, который будет верой и правдой служить долгие десятилетия.

Но сперва, девушку нужно обучить послушанию, она должна полностью осознать своё положение и свыкнуться со своей судьбой. После этого можно будет начать полноценно обрабатывать этот самородок. Лансу очень повезло, рабы с магической предрасположенностью на дороге не валяются, хотя и какой-то редкостью их назвать тоже нельзя. Они просто дороже. Жизнь в Эдеме имеет вполне конкретную цену. Любая жизнь.

— Умойся и собирайся, мы выходим через пять минут, — приказал Ланс, после чего заметил странную гримасу на лице девушки. — Ада?

— Что? — последовал вопрос от недоумевающей рабыни.

На это Ланс ответил своим фирменным взглядом, отполированным до идеала ещё века два или три назад. Сталь, жестокость и огромная воля властителя отражалась в глазах волшебника из старинного рода рабовладельцев.

От такого напора Аде захотелось спрятаться, стать маленькой и незаметной, но она не могла и пошевелиться. Вместе с этим девушка чувствовала вину, а затем пришло понимание. Ланс заметил её гримасу, которая являлась проявлением неприязни к приказному тону. Она ещё не свыклась с мыслью, что кто-то смеет ей приказывать. Но рабыне не дозволено такое поведение: любой приказ хозяина должен быть с радостью исполнен.

— Да, хозяин, — запоздало ответила на приказ Ада, которая вспомнила, что бывает с бесполезными рабами.

— Вот и славно, — аура аристократа стала меньше, а в голосе появились добродушные нотки.

— Позвольте поинтересоваться, куда мы направляемся? — на выходе из дома спросила девушка.

Она опять забыла добавить хозяин, но перегибать палку нельзя, послушанию нужно обучать постепенно. Так что Ланс не стал в этот раз заострять на этом внимание и просто ответил:

— К Ростовщику. Я должен ему довольно серьёзную сумму.

Глава 3

— Ого, там небо горит! — с горящими глазами, в которых смешались лёгкий страх и восторг, произнесла Ада на выходе из жилища.

— Это фейерверк, — Ланс же был как всегда спокоен, но всё равно замер на несколько долгих секунд.

Где-то далеко, почти в самом центре Эдема сейчас проходила похоронная процессия. И магическое эхо закрыло сам небосвод. Каждый в мире Эдема видел странное зарево. Всё же у ублюдка хватило чести отправить в другой путь знатных и великих людей. Пусть и с запозданием.

Но Ланс не удивился. И даже, если унять бурю внутри, не мог назвать своего старшего брата бесчестным. Боль разрывала сердце, скорбь терзала душу, грязные оскорбления приходили на ум, но это лишь эмоции. Адрион не являлся чистым воплощением зла, аватаром бога предательства или ещё чего-то в таком духе. Мир не делится на белое и чёрное, на доброе и злое. В произошедшей трагедии виноват не только исполнитель, но и те, кто создал предпосылки, даже те, кто был слеп и наивен. Род Торвандори действительно был великим и значимым, но у всего есть своя цена. Её платит каждый, кто возжелает господства. Её заплатил и Граниир Торвандори, её заплатит во второй раз взявший новое имя Лансемалион Бальмуар. Её будет продолжать платить и теперь уже глава рода Адрион Торвандори. Её придётся заплатить всем, чтобы стать чем-то большим. Её же заплатил и отец Ланса, который очень сильно просчитался и допустил критическую ошибку, которая стала катализатором всех событий. Адрион совершил ужасный и очень тяжёлый поступок, но не потому, что он был злым. Всё куда сложнее.

— Красиво, — продолжала удивляться Ада. — Это какое-то магическое оружие?

— Нет, это магические снаряды создающие красивые узоры в небе. Хотя если ты прислушаешься, то сможешь расслышать раскаты грома. Это взрывы фейерверка. Он был создан для развлечения, хотя может и убить, если взорвётся в руках или на земле рядом со зрителями. А неправильное применение конкретно там используемых моделей, может привести и к уничтожению целых зданий. Всё же расстояние до Эдема очень неблизкое, но мы слышим и звук, и видим зарево. Но этим занимаются профессионалы, так что беды не случится.

— А что празднуют, хозяин?

— Похороны.

— Похороны? Но это же грустно, как можно развлекаться, когда кто-то умер?

— Фейерверк предназначен не только для веселья, как и на похоронах не всегда нужно грустить. Сейчас в главном городе этого мира, в Эдеме, смертные отправляют в другой путь значимых и известных людей. Они не грустят, скорее скорбят, отдают дань памяти и восхищаются какой длинный смертный путь прошли погребенные. Все мы умрём, кто-то позже, кто-то раньше. Об этом можно скорбеть, но не нужно лить переполненные отчаянием слёзы. Лучше поднять тост, вспомнить что жизнь — это не пустой звук, который оборвётся как сыгранная нота. Жизнь — это длинное путешествие, история, которая продолжит существовать в тех, кто окружал погибшего. Смерть — это завершение лишь одного из путей. Об этом нужно помнить. И смерть кого-то должна стать для тебя уроком, бесценным опытом, который нужно впитать.

— Но всё равно грустно, когда близкие люди уходят. Их больше не будет рядом, чтобы рассказать шутку или подставить плечо в трудный момент…

— Воспринимай жизнь не как нечто собственное, а как то, что тебе дали на время. Ты же не собиралась стать бессмертной и жить вечно? Смерть не должна омрачать прошлое, вспоминай о нём с улыбкой. Мёртвые не должны становится обузой для живых. Вместо не нужных слёз вложи силы в тех, кто ещё жив.

После сказанного Ланс отвернулся от горизонта, где продолжали играть вспышки различных цветов, и направился по грязной и вонючей улочке трущоб. Ада недолго постояла на месте, смотря в спину аристократа в чистом и пахнущем цветами фраке. Девушка была из семьи фермеров, крестьянкой, даже писать толком не умела, но дурой она всё же не являлась. Так что её восхищение словами Ланса быстро сменилось грустным пониманием. Этот аристократ был статным, независимым и умным, но вместе с тем в глубине души у него находились лишь грусть и усталость. Чтобы прийти к подобному мировоззрению ему наверняка пришлось испытать на собственной шкуре очень многое.

— Не отходи далеко, — подгонял тем временем свою рабыню Ланс.

— Да, господин, — вежливо кивнула Ада, которая уже поняла в чём дело, и чуть ли не дышала в спину своего хозяина.

Трущобы находились на краю мира, за линией военных укреплений. Здесь не было закона, чести и порядка. В любой момент какой-нибудь «поехавший» мог просто неожиданно напасть. Ланс при всём желании и мастерстве не мог предсказать поведение безумных, ведь те являлись хаотичными и, как неожиданно, непредсказуемыми. Убить мага они бы не смогли, ни при каких условиях. А вот воткнуть нож в сердце Ады — вполне. Ланс просто может не успеть среагировать, если девушка будет находиться хотя бы на два шага дальше.

— Пришли. — Аристократ остановился и упёрся двумя руками в свою трость, после чего задумался. — Ада.

— Да? — рабыня вовремя успела опомниться и через пару мгновений добавила: — Хозяин?

— Чтобы ни случилось, не смей бояться. Просто стой рядом, никого не слушай, не отходи и не будь глупой. Тогда тебе ничего не будет угрожать. Даже не думай сказать чего-нибудь кроме «Да, хозяин» или «Будет исполнено, господин Бальмуар». Ясно?

— Господин?

— Ясно⁈ — уже настойчивее и властнее спросил Ланс.

— Да, хозяин, — тут же поспешила ответить Ада, которая ещё и по струнке выпрямилась.

Лансемалион Бальмуар не хотел брать с собой девушку, которая пока что являлась неподготовленной рабыней. Перед тем как выводить подобный товар в свет, и уж тем более брать его куда-то с собой, нужно как минимум, провести необходимый курс уроков послушания и манер. Да, Ада сейчас почти не забывает правильно обращаться, но она ещё не поняла своей участи. Не смирилась с тем, что она рабыня. Она создала себе полный иллюзий уютный мирок, где она скорее просто служанка аристократа, но не смертная вообще без каких-либо прав. А такие рабы могут легко опозорить хозяина.

Но Ланс не мог просто так её оставить одну. Если бы девушка осталась в том временном жилище, на котором пусть и находятся защитные чары, то вернулся бы аристократ уже в пустой дом, где выбиты двери или снесена хлипкая стена. Хотя может быть Аду и не стали бы воровать, а просто ворвались, попользовались, а после вскрыли глотку ради забавы. Ещё, как вариант, девушка могла бы сбежать сама по глупости. Или же и вовсе себя убить, когда отчаяние и депрессия навалятся: ментальное состояние Ады ещё было крайне нестабильным и требовало личного магического контроля от аристократа. В общем нельзя было её одну оставлять ни в коем случае.

Так что Ланс постучал, а после позволения вошёл во владения одного из самых влиятельных ублюдков в этом забытом богами месте.

Внутри находился отряд амбалов, среди которых имелись и представители других рас: в основном зверолюды и пара тупых, похожих на горилл орков. Имелась и парочка эльфов, но не чистокровных, что сказалось и на их ментальных телах, следственно и таланте к магии. Эльфийская кровь позволяла получить дар магии просто по праву рождения, но не всегда этот талант полностью раскрывался.

Тем временем Ланса и его рабыню уже провели к ростовщику.

Жирный и огромный ублюдок не был человеком. Господин Бальмуар даже затруднялся определить к какой расе смертных эта тварь относится. С одной стороны, «это» относится к виду гоблинов, скорее степных, ведь кожа ублюдка напоминала песок саванны. Габариты ростовщика весьма впечатляют, но он не принадлежит к расе огров или тех же орков. Скорее именно гоблин, но очень жирный гоблин с какими-то аномалиями в развитии тела. Нос вроде крючковатый, мерзкий, как у всех степных гоблинов, но в то же время форма ноздрей напоминает носы пещерных диких гоблинов. Глаза тоже вроде как чёрные бусинки, но форма роговицы… В общем, неважно. Просто жирный огромный гоблин. Скорее всего не чистокровный, помесь какой-нибудь дряни, с другой дрянью. Плевать, в сортах отбросов Ланс разбираться не обязан.

— О, какие гости! Мой любимый клиент наконец-то вернулся! — с мерзким хлюпаньем пророкотал Ростовщик.

— Я принёс проценты, — спокойно, с каменным лицом Ланс достал маленький мешочек с небольшим количеством монет, которые тут же забрал один из подручных жирного гоблина. Он серьёзно был слишком жирным, буквально метра два в ширину и ещё два в высоту.

— И это всё? Ты должен…

— Я вернул лишь часть, чтобы покрыть поставленную тобой процентную ставку, — сразу же пояснил аристократ, который всё равно умудрялся смотреть на гоблина сверху вниз, пусть тот и сидел на большом троне из мусора: и это очень не нравилось жирному гоблину, гордыня которого тут же была задета.

— Господин Бальмуар, так ты себя назвал?

— Это моё настоящее имя.

— О, конечно… но я же не дурак. В один день в наших трущобах вдруг появляется человек, волшебник, с дорогими артефактами, в дырявом фраке, смертельно раненный. Я помню, как ты выглядел в тот день, весь чёрный, ты будто гнил изнутри, но стоял на ногах, — ростовщик прищурился: он подумывал убить и обобрать аристократа, но не был уверен в своих силах, несмотря на плачевное состояние Бальмуара. — А в Эдеме тем временем прогремела крупная разборка за зоны влияния между лариосами. Но мне плевать, такое не редкость для нашего мира, высшая аристократия всегда резала друг друга. Меня волнуют деньги, которые я тебе одолжил, Ланс. Ты мне должен! А твоё постоянное откладывание сроков…

— Я сказал, что верну. Что тебе ещё нужно? На одних процентах ты уже получил гораздо больше, чем мог бы.

— Ланс, Ланс, Ланс… Ох, неужели ты думаешь, что эти жалкие монетки покрывают проценты с той суммы, которую я дал тебе, чтобы ты не сдох, изменил внешность, а потом ещё и купил себе новый фрак?

— Я отдаю всё, что имею. Мои раны уже почти затянулись, значит, я смогу заработать больше. Подожди ещё немного, и я всё верну, даже с учётом твоих непосильных процентов.

— Не всё, ты отдаёшь не всё и продолжаешь сыпать обещаниями. — Жирный гоблин мерзко улыбнулся и глянул через волшебный монокль на рабыню. — Как насчёт…

— Ты её не получишь, — сразу же отрезал Ланс.

— О! Какая дерзость! — рыкнул Ростовщик, доставая посох и ударяя им в пол. — Нашёл вот игрушку, принадлежала прошлому должнику. Творение сильного мага, мощный артефакт достойный лучших воинов!

— Вам очень повезло, — Ланс даже бровью не повёл после этой дешёвой демонстрации силы.

— О, благодарю, ты так учтив. Только вот постоянно упираешься и споришь. Ну, ты же взял в долг, так верни.

— Я…

— Фрак свой отдавать не хочешь, магическую трость тоже, как и перстни с прочими аксессуарами. Так отдай в уплату долга хотя бы найденную рабыню. Моё терпение же не безгранично.

— Это мой товар. Я его не отдам.

— Эх, понимаю. Такое смазливое и милое личико, полукровка, но черты на удивление хорошо сошлись. Много видел рыженьких эльфиек? Раритет! Так ещё и рылом не уродина, аккуратный носик, пухленькие губки… — Животное начало облизываться и пускать слюну. — И тело без дефектов. Хотя фигуре ещё нужна небольшая корректировка, но это мелочи. Но что самое главное – у неё дар к магии. А учитывая её предков, она может достичь в магии невиданных высот, что сделает её высококачественным товаром. После чего ты её продашь за… даже не знаю. Сейчас цена ей, дай Этий, пара золотых, но через год твоих тренировок она будет стоить тысячи, нет ДЕСЯТКИ ТЫСЯЧ!!! И отдашь её потом какому-нибудь высокородному зверолюду из Сароса, который готов будет заплатить втройне, лишь бы полакомиться…

— Хватит! — прервал Ланс, видя, что Ада уже побелела от ужаса.

— О, так она ещё не подготовлена, — продолжал жирный гоблин, который прекрасно знал, что делает. — Ты не сказал своей рабыне, что всё равно продашь её? Незавидная участь. Мне бы вот пригодилась помощница. Условия здесь может и не такие как в золотой клетке, но… свобода же не пустой звук? А взамен я бы даже не попросил ничего ужасного и пошлого. Просто делай мне зелья и помогай создавать артефакты. Вон, поспрашивайте моих других помощников вашей расы! Я же гоблин, меня представители ваших видов не интересуют! Только деньги, только золотые монеты… Я всему и сам научить могу. Вон, посмотри, сколько здесь свободных смертных, разве им плохо живётся?

— Ты…

— У неё нет клейма, это не твоя вещь, Ланс, — покачал головой Ростовщик. — Пусть девушка сама решает, как ей быть.

На это аристократ уже ничего не ответил и лишь молча стоял в столь же гордой позе.

Глаза Ады же забегали, смятение воцарилось в её душе, на которую смотрел и Ланс, и Ростовщик через свой монокль. Но вскоре на место смятения пришла небольшая и слабая уверенность, решимость сделать выбор, который рабыня и продемонстрировала, сделав шаг за спину Ланса.

— Какая жалость, — досадно хмыкнул жирный гоблин.

— Не грусти, вот тебе в часть процентного долга. — Ланс снял и бросил своему собеседнику один из своих родовых перстней.

— Ого! — Ростовщик цепкими пальцами схватил дорогостоящий артефакт в воздухе. — Всё же ты настоящий аристократ, Ланс! Не думал, что ты сможешь расстаться с такой редкой вещью.

— Я всегда держу слово. Всегда. Долг будет возвращён, просто дай мне ещё немного времени.

— Хорошо, даю ещё месяц.

— Отлично. До встречи.

Ланс вышел из этого ужасного места на уже не столь мерзкую и вонючую улочку трущоб. Ростовщик драл со своих должников огромные проценты, забирал их вещи за бесценок, а иногда и просто убивал самым жестоким способом, чтобы другие не расслаблялись.

Этот жирный гоблин обладал мощными артефактами, а ещё неплохими по меркам трущоб бойцами, так что находился почти на верхушке пищевой цепочки в этом убогом месте. И что ни говори, но Ланс действительно обязан жизнью этому мерзавцу. Если бы не его деньги, то сдох бы аристократ в канаве. И господин Бальмуар знал, на какие условия соглашается, Ростовщик не обманывал его, пусть и подумывал об убийстве раненого. Но именно что подумывал, но вместо клинка под рёбра аристократ всё же получил деньги, пусть, быть может и из-за неуверенности этого жирного гоблина.

Поэтому и был отдан родовой перстень. Да, он стоил в десяток раз больше, нежели те проценты, но… Продать его в другом месте было просто невозможно, так что цена сильно падала. Да и Ростовщик в своём праве не принимать вещи, ведь он отдавал монеты, а не игрушки. Отношения были мерзкими, но деловыми и каждая сторона знала, на что идёт. Здесь не было обмана, а значит и Ланс считал, что не имеет права юлить, врать и обманывать. Он дал слово аристократа, своё слово. Если бы он не отдал перстень, то изменил бы своим принципам. Никакие артефакты не стоят принципов.

— Молодец, ты сделала правильный выбор, — Ланс похвалил свою рабыню, которая ещё была в небольшом шоке. — Никакой свободы этот гоблин бы тебе не дал. Клейма бы тебе не поставили, но участь…

— Да, я это поняла, — гордо кивнула Ада, после чего в спешке исправилась. — Да, я это поняла, господин Бальмуар.

В ответ аристократ лишь улыбнулся. Не иначе как сам Этий послал ему такой подарок. Ада не обладала тайными знаниями, не умела писать, но и назвать её дурой действительно нельзя. А что касается грамотности и эрудиции… Это, как показывает практика Ланса, дело наживное. Он мог обучить межвидовому языку даже умственно отсталого орка. Но критически мыслить, научить отличать ложь от правды, отделяя крупицы истины через непредвзятый анализ… здесь порой даже чистокровные эльфы терпели крах, сколько бы ни старались мудрые наставники.

Глава 4

— Медленнее, чуть выше. Ты уже забыла, что я говорил?

— Нет, я всё помню. Движение должны быть плавными, чтобы мышцы находились в напряжении во время всего упражнения.

— Спину ровно держи. Ровнее! — Лёгкий, но напористый удар трости заставил Аду выпрямиться полностью. — Вот так. Подними ногу выше! Выше! Теперь замри!

— Я не могу, — жалобно произнесла рабыня, наивно полагая, что аристократ услышит слова мольбы.

Ланс лучше знал, на что способно человеческое тело, и тело этой девушки в частности. Точными постукиваниями аристократ ещё немного скорректировал позу рабыни, которая уже на протяжении недели развивала свою гибкость, растяжку, а также постепенно повышала мышечную массу. Тренировки и сбалансированное питание уже давали некоторые результаты.

После трость была отставлена в сторону, а суровые руки в элегантных перчатках легли на нежные бедра Ады.

— Ой! Больно!

— Терпи! — Ланс приложил небольшое усилие, отводя ногу девушки ещё дальше. — Вот так. Растяжка крайне важна.

— Я сейчас упаду.

— Я запрещаю тебе падать.

— Это невозможно. Я не могу…

— Ты можешь, барьер существует лишь в твоей голове. Ещё минуту.

— Очень больно…

— Воспринимай боль не как нечто ужасное, а как мудрого учителя. Прими её, позволь ей стать одним из твоих стимулов к развитию.

— Но…

— Никаких «но». Боль является обязательным условием любой тренировки. Лишь достигая пределов наших возможностей, мы можем превзойти себя и стать лучше. И боль всегда сопровождает этот процесс. Находи в ней удовлетворение, ведь это признак прогресса. Твоего личного прогресса. Завтра ты станешь ещё сильнее, чем была вчера. Но, только сумев принять боль сегодня.

— Но я не мазохистка…

— Ты не должна испытывать удовольствие или наслаждение от боли! Только холодное удовлетворение! Справляясь и смиряясь с болью, ты становишься чем-то большим, нежели биологическим видом, что ведом животными инстинктами.

На это Ада ничего не ответила. Она не совсем осознавала слова своего хозяина, так как в силу своей необразованности даже иногда просто не понимала значения сказанного. Порой, даже услышав знакомые слова, девушка впадала в ступор. Вскоре оказалось, что она даже не знает значения общеизвестных слов. Оказывается, веселье — это эмоциональное состояние, а не «ну это, когда вот пир там… день рождения».

Так что постепенно ассоциативное представление о словах сменялось точными формулировками. И даже в передышках между физическими тренировками, девушка не могла отвлечься, ведь была вынуждена внимательно слушать очередную лекцию наставника, который продолжал твердить о важности обманчиво незначительных деталей.

— Ох… — томно и слабо выдохнула Ада, падая на пол без сил.

Рабыня простояла в позе на минуту дольше, но не посмела сказать что-то вроде «я устала» или даже спросить «а можно ли опустить ногу?». Она выполняла упражнение ровно столько, сколько было способно выполнить её тело, после чего мышцы отказали и теперь горели огнём.

— Молодец, — Ланс, пусть сухо и не слишком искренне, но всё же похвалил девушку. — Следующее упражнение.

Уверенными движениями аристократ сначала поставил Аду в позу собачки, затем надавил ладонью на напряжённую спину, заставляя девушку изогнуться. Руки девушки оставались ровными и постепенно продвигались вперёд. Правая рука Ланса достигла уже шеи, направляя уже лицо девушки вниз. После, убедившись, что Ада зафиксировала позу, аристократ резко дернул бедра девушки на себя и немного вверх, заставляя ноги также выпрямиться. Получалась опять же знакомая поза собачкой, но с мордой вниз, а форма напоминала треугольник.

— Ох… — вновь протяженно простонала Ада.

Занималась девушка в более удобном и крайне просторном рабском платье. Одежда по факту представляла собой простой кусок ткани с двумя лямками на плечах. Длина почти по колено. Да, это не самая подходящая одежда для тренировок, но, учитывая текущее положение дел и реалии трущоб, приходилось работать с тем, что есть.

В результате из-за просторности одежды во время тренировок самые сокровенные места Ады то и дело оказывались открыты глазу. Так случилось и сейчас. Рабская одежда сразу же подчинилась гравитации и провисла вниз. В свою очередь упругие достоинства девушки оказались неприкрытыми.

Капли пота медленно текли ручьями по всему телу, некоторые уходили вниз по рукам, а другие в процессе движения достигали упругой груди, после чего ненадолго застывали на твёрдых розовых сосках и затем падали вниз. Вид сзади был не менее завораживающим. К тому же одежда уже успела намокнуть, прилипнуть к горячему телу, особенно плотно облегая вытянутую к верху попку. Кроме того, дешёвая ткань немного просвечивалась, тем самым заигрывая с воображением.

— Всё хватит, — произнёс Ланс по завершению комплекса упражнений, в котором точечно затрагивались разные группы мышц.

— Ура! — устало, но с наслаждением произнесла Ада, после чего упала на пол, переворачиваясь на спину.

Ланс не стал подгонять рабыню, позволяя ей немного расслабиться и поваляться. Всё же она сегодня хорошо потренировалась, так что можно и даже нужно после этого дать ей небольшую поблажку. Поэтому мокрая Ада некоторое время валялась на полу, пытаясь отдышаться. Но, несмотря на тяжёлую и выматывающую тренировку, на лице её растеклась лёгкая и довольно блаженная улыбка. Ведь она и сама уже ощущала последствия её тренировок. Она становилось сильнее в физическом плане, из-за зарядки с утра перестало ломить спину, да и суставы в коленях больше не подвергаются тяжёлой фермерской работе.

Мышцы девушки до сих пор находились в напряжении, её грудь размеренно поднималась и опускалась. Бесформенное рабское одеяние уже окончательно промокло, подчёркивая рельеф тела. Ланс даже задержался взглядом на груди девушки, но отнюдь не по похабным причинам.

Молочные железы окружались жировым слоем, который и давал существенную долю объёма, а также мягкость при прикосновении. Однако за ними находились грудные мышцы, тренировка и наращивание объёма которых также повлияет на размер. Хотя объём из-за этого сильно не поменяется, но упражнения позволят подкорректировать форму, а ещё тренировки скажутся и на коже, на обмене веществ. Всё это в свою очередь и сделает грудь упругой, сочной и красивой, а не дряблой и обвисшей. Хотя со временем возраст всё же возьмёт своё, но этот момент будет отсрочен. Ведь благодаря всё тем же тренировкам и эльфийской крови молодость Ады сохранится на долгие десятилетия, а если удастся пробудить её магический талант, то и вовсе на века и даже тысячелетия при использовании омолаживающих бальзамов и зелий.

Тому же Лансу уже было под половину тысячелетия, но маг выглядел как недавно поступивший в воинскую академию юноша, и останется таким же молодым ещё очень долго. Хотя всё же аристократ напоминал больше зрелого мужчину. Да, кожа его молода и нежна, но тело покрывают стальные канаты мышцы, плечи широки, взгляд полон решимости и непреклонности, а в образе виден богатый вкус и стиль. Зрелость и опыт нельзя скрыть никакими алхимическими бальзамами, как и порой тяжёлый взгляд глаз, в которых виднеется такое богатое на ошибки прошлое.

— Уже можешь идти мыться, — произнёс Ланс отдыхающей рабыне, которая порой забывала про важность гигиены: всё же она выросла не в дворянской семье, а в деревушке. Да, там тоже моются в реках, но не каждый день, а порой некоторые и вовсе забивают на это до тех пор, пока не начнёт прямо смердеть от тела. А аристократ обязан следить за чистотой своих вещей. Выйти в люди с грязным рабом, всё равно, что улыбнуться нечищеными зубами.

Девушка в ответ послушно кивнула и направилась к бадье. Магический кристалл уже собрал воду из воздуха, из-за чего влажность в комнате существенно понизилась. Эдем был крайне мал, здесь имелись открытые водные участки, но их никогда не хватало на всех. В главном городе имелись свои полноценные водопроводы, но в трущобах смертные не могли позволить себе такую роскошь, как и не удавалось ходить до ближайшей реки, которая находилась довольно далеко, принадлежала знатному роду, так ещё и охранялась. Так что местные здесь зачастую просто не мылись или посещали дорогую по местным меркам общественную баню раз в месяц, а порой и реже. Но Ланс не был местным. Он потомственный аристократ, поэтому раскошелился на магический кристалл.

Ада тем временем уже довольно буднично разделась и встала в бадью. Поначалу девушка очень сильно смущалась из-за присутствия Ланса, но довольно быстро привыкла. Во многом благодаря тому, что аристократ никогда не впивался взглядом в её женские достоинства. И хоть жилище и представляло собой лишь одну малую комнату, но даже когда Ланс поворачивался в сторону девушки, то взгляд его будто скользил где-то за моющей себя девушкой.

Так что Ада спокойно и методично мыла каждый участок своего тела, с чувством с толком, наслаждаясь процессом, ведь вода в бадье была тёплой благодаря чарам аристократа. Хотя всё же в комнате присутствовал небольшой сквозняк, так что порой нежное и влажное тело девушки покрывалось мурашками из-за очередного порыва воздуха, а среди падающих на упругую грудь волос пробивались два твёрдых сосочка.

Боковым зрением Ланс всё же следил за действиями своей рабыни, чтобы отслеживать любое отклонение в поведении. Подобное уже давно вошло в привычку за века практики. Так он быстро заметил, что Ада слишком много внимания уделяет своему бюсту, а её аккуратные пальчики слишком часто задевают твердеющие соски. И дело тут, оказывается, далеко не только в сквозняке.

Обе руки Ады медленно скользили по её талии, после чего замедлились ещё сильнее, переходя на внутреннюю часть бедер, где начинали двигаться чаще, проходя по несколько раз, а дыхание девушки учащалось. Свою нижнюю губу Ада слегка прикусила, чтобы казаться тише.

Через долгих десять секунд рабыня всё же взяла себя в руки и опять её руки начали медленно скользить по талии, после чего уже скорее ласкающие, нежели моющие движения медленно перешли на живот, а потом наверх, к груди, где вновь остановились. Нежно и аккуратно своими пальцами Ада мяла каждый сантиметр. Будто обманывая саму себя, она делала вид, что якобы моется, но то и дело пальцы будто невзначай затрагивали чувствительные соски.

Ланс не подгонял свою подопечную и не делал замечаний. Во-первых, девушка всё же не позволяла себя откровенной и наглой мастурбации, а скорее просто нежила себя. Более того, аристократ был абсолютно уверен: как доставить себе настоящее удовольствие Ада не знает. Она всё же довольно молода, девственна, и, разумеется, сексуального обучения она не получила. Вполне возможно она даже не знает слова секс, а даже если и знает, то представляет его чем-то вроде «ну с помощью него появляются дети». Этим Ланс тоже займётся, но позже. Ведь недостаточно послушная рабыня может воспринять подобное обучение в штыки, особенно если рабыня недотрога и считает грехом иметь больше, чем одного партнёра за всю свою жизнь. Тогда этот момент лучше опустить и более не возвращаться к нему. В любом случае подобные уроки должны идти постепенно.

Во-вторых, Ада довольно хорошо себя ведёт, так что пусть с помощью таких небольших ласк немного расслабляется. Если сейчас приструнить девушку, то последует смущение, стыд, а следственно и стресс. А в Эдеме Ада ещё не пробыла даже месяца, она всё ещё находится в нестабильном эмоциональном состоянии. Такое бывает, когда в один день вся твоя прошлая жизнь идёт к коту под хвост, а ты становишься рабыней.

Перед сексуальным обучением нужно заложить некоторый фундамент. Для начала послушание и верность. А ещё Ланс использовал парфюм личного изготовления с особым ароматом. Так что проблем возникнуть не должно. Ада явно не фригидна, а значит, как и почти все рабы женского пола, она пройдёт элементарное сексуальное обучение. Хотя всё же стоит понимать, что аристократ специализировался на подготовке этиамариев. Он готовит бойцов для арены, а не наложниц. Так что акцент будет делаться в любом случае на боевых навыках, потому что только так удастся получить максимальную прибыль. Хотя сексуальному обучению тоже будет уделено некоторое время.

Важно понимать, что для Эдема подобное является нормой. Рабы находятся везде, но женский пол пользуется большим спросом по естественным причинам. Так что те же рабыни-врачевательницы в храме здоровья крайне хороши в оральных способах доставления удовольствия потенциальному клиенту. Да и во многих других сферах бытует подобная практика. К примеру, при взятии кредита в банке клиенту всегда полагается бонус в виде проведения времени с обученной красавицей. Более того рассказывать про преимущества того или иного кредита может опять же рабыня, во время того, как скачет на своём потенциальном клиенте.

Огромная конкуренция очень сильно повлияла на сферу услуг. За клиентов в Эдеме боролись всеми возможными способами. Также наложил свой эффект и культ наслаждений. И даже те же этиамарии, воины развлекающие толпу кровавым зрелищем в битвах против магических тварей и себе подобных, порой служат украшением к банкетам, где высокопоставленный гость может изъявить желание провести ночь с победителем или победительницей.

Таким желал видеть своё творение Великий Этий, такая культура сохранялась теми, кто остался после него. Таким всегда был и будет Эдем. Райским местом, которое способное удовлетворить любое из смертных и даже божественных желаний. Любое. Но только если у тебя имеется достаточное количество золотых монет.

Глава 5

— Тринадцать унций холодного цветка, облучить энергическим импульсом на три и семнадцать. Теперь подать питание к рунному кругу. Отлично, реакция началась. Если добавить измельчённый порошок сердца эльфа в качестве дополнительного катализатора, то можно ускорить течение реакции, следовательно я смогу изготавливать три заготовки в неделю. В деньгах это… — внезапно Ланс замолчал, а взгляд его остекленел. — О Великий Этий!

Аристократ резко дернулся, подскочил из-за чего стол пошатнулся, ингредиенты смешались и испортились. Теперь заготовки для артефакта не выйдет. Непростительная ошибка, но вполне ожидаемая. Тело и так находится под постоянной нагрузкой из-за яда Харии, а тут ещё и столь выматывающий режим.

Когда в последний раз Лансемалион Бальмуар спал? Примерно с месяц назад, тогда он отрубился на грязном столе целителя, не надеясь вновь открыть глаза. Всё же его спокойно могли и на органы продать, никто бы и не заметил. Однако всё же тот старик оказался не лишён чести и человечности.

В любом случае, с ядом Харии ничего сделать не удалось. Эта дрянь прочно засела в теле, нагружая организм волшебника. Магическое ремесло же требовало полной концентрации. В решающий момент аристократ просто на долю секунды задремал, после чего резко пробудился. Мозг лихорадочно пытался понять спал ли он секунду или же целые сутки? Но что самое главное, Ланса не покидало ощущение, что он забыл нечто очень важное.

— Ада? Вот же… — Рабыни в жилище не было.

Быстро изучив свежесть реагентов на своём столе с помощью магического зрения, волшебник сразу же пришёл к выводу, что отрубился он на считанные секунды. Однако порывшись в памяти, Ланс осознал, что перестал следить за своей живой вещью гораздо раньше. Усталость накопилась не за один час, и даже не за одни сутки. Аристократ заработался и потерял из вида свою рабыню. Такая глупая ошибка.

Но Ада не сбежала и её не украли. Рабы редко начинают побег во время готовки. Нож, сухое и твёрдое мясо, ещё не выкипевшая вода. Девушка готовила еду, как и приказал её хозяин, но ушла недавно, несмотря на состояние мяса: продукты в трущобах всегда не самого лучшего качества, так ещё это и вырезка не из обычного зверя, так что сухость и твёрдость является нормой, как и странная бледность.

Магический фон в комнате повысился: волшебник сконцентрировал свою силу и сознание, чтобы создать небольшой незримый энергетический шар, который сразу же направился на улицу. От шара исходили волны энергии, напоминая всё тот же сонар летучих мышей, таким образом Ланс покрывал гораздо больший участок, что увеличивало шансы найти свою подопечную. Сам же аристократ уже выбежал на улицу, засекая след Ады. Ни в коем случае нельзя потерять эту рабыню, она стоит слишком много. Такие встречаются на ветрах Этии слишком редко. Второй раз удача вряд ли уже улыбнётся.

— Попалась, — удовлетворенно произнёс Ланс, заметив Аду, которая направлялась в сторону мясника, не стесняющегося подсовывать покупателям вида людей человечину.

Быстрым шагом, уже срываясь на бег несвойственный аристократу волшебник развивал огромную скорость. Ведь его физическое тело, питаемое энергией из двух ядер, очень сильно отличалось от тел обычных смертных. Может Ланс и принадлежал к виду людей, но весь его организм был просто лучше во всех аспектах.

Мышцы вроде не большие, но очень плотные. Со стороны кажется будто волшебник весит не больше восьмидесяти килограммов, на деле же его масса переваливала за сотню. Сердце и внутреннее давление находилось куда выше смертной нормы, но и сосуды стали эластичнее и прочнее. Температура тела даже в состоянии покоя порой достигала тридцати восьми, а уж вовремя физической активности цифра могла заходить ещё дальше. Но кровь не свёртывалась, не повреждался даже мозг, который тоже адаптировался. И всё это стало возможно с развитием ментального тела. И пусть Ланс порой потреблял десятки тысяч калорий в виде пищи, чаще он получал необходимую энергию из окружающего мира. Нематериальная тень Кихариса накрывала своим тёмным крылом смертных. Энергия витала везде, требовалось лишь вдохнуть её вместе с воздухом.

Прибыл к месту Ланс как раз вовремя. Аду уже силой тащили в переулок, попутно оглушив несколькими ударами по голове. Девушка ещё пыталась сопротивляться, но вяло и неуверенно, сознание её уже уплывало.

Аристократу понадобилось три секунды, две из которых он сокращал расстояние с противником. После, молниеносные удары цельнометаллической тростью превратили черепа отбросов в кашу, раскидывая внутренности грязных голов по улочке. Никто на эти убийства даже внимания не обратил. Даже мясник лишь пожал плечами, продолжая впаривать странный кусок мяса очередному клиенту, и попутно бросая жадные взгляды на оставшиеся лежать в переулке трупы.

— Пошли, — сурово приказал Ланс своей рабыне, которая сильно обрадовалась своему спасителю.

Но вскоре радость улетучилась, а улыбка исчезла с лица Ады. Девушка поняла, как сильно облажалась, когда увидела необычайно серьёзное лицо разозлённого хозяина.

По лицу рабыни текла кровь, но рана не была смертельной. Однако сотрясение всё же имеет место быть. Тем не менее, Ланс всё равно сурово тянул за собой Аду, которой от резких рывков становилось ещё хуже. Рвотные позывы усиливались, но девушка держалась.

— Садись, — уже в комнате Ланс произнёс своё второе слово.

— Я просто хотела сходить в лавку и купить трав да специй…

— Молчать.

— Но…

— Я сказал молчать.

— Нет, не буду молчать! — Сразу же последовали слёзы. — Я просто хотела сделать как лучше, а ты хочешь меня наказать! Я вижу это по твоему лицу!

Отказ исполнения приказа. Отпуск дерзких комментариев без разрешения. Так ещё и обращение на «ты».

От подобного заявления рабыни спокойное лицо аристократа побелело, что стало заметно даже с учётом и без того бледной кожи. Ланс оказался просто взбешён таким поведением. Вот к чему привело его мягкое обращение, вещь оборзела и забыла своё место. Такое бывает, такое вполне просто решается.

Ланс быстро взял себя в руки. Да, он не сорвался на крик, да и злость его проявилась лишь в изменении оттенка лица и не более. Но даже такое поведение недопустимо для аристократа. Всё из-за чёртовой работы с артефактами и отсутствия сна, что повлекло за собой напряжение. Даже сильным волшебникам требуется отдых, не столько физический, сколько психологический. А нагрузка на разум после резни в Эдеме ложилась тяжёлым грузом, стараясь сломить смертного.

Ада едва взглянула в резко изменившееся лицо своего хозяина, как тут же в страхе замолчала. Ланс же пока ничего не говорил, пусть эта наглая девка вспомнит его рассказы, осознает чем может закончиться подобное поведение: она прекрасно запугает себя сама и без лишней помощи. А аристократ тем временем уже вскипятил воду…

— Пожалуйста не надо… — Ада начала жалобно умолять и рыдать, хлюпая носом.

— На колени и согнись.

— Я больше не буду…

— На колени, — прошипел Ланс, вкладывая в слова силу.

Девушка не смогла сопротивляться столь властному тону и послушно исполнила приказ. После аристократ начал обрабатывать рану на голове девушки. Кипяток и экстракт корня земляного дракона обладал прекрасным обеззараживающим и заживляющим действием при этом не был токсичным, как большинство алхимический зелий, который могли использовать лишь маги. Обычный смертный даже от самого простого алхимического снадобья имеет шанс отправиться к праотцам из-за отказа печени.

— Ой! Не надо…

— Это не пытка, а лечение, дура.

— Я больше не буду… Лечение? Кипятком⁈

— О, смотрю, мозг у тебя не задет. Хотя возможно и задевать там нечего. Я же тебе запретил покидать жилище без разрешения.

— Я думала…

— Тебе нечем думать. А ещё ты ничего не знаешь об этом мире. Ты рабыня и должна слушать хозяина.

— Извините, хозяин, — опустив голову, смиренно произнесла Ада.

— О, ты вспомнила, как должна обращаться…

— Я больше так не буду, хозяин.

— Рана обработана, будет очень сильно зудеть. Но даже не думай прикасаться к ране.

— Да, хозяин, — последовал послушный кивок.

Рабыня считала, что таким послушным поведением сможет искупить вину. Но хорошие поступки не перекрывают плохих, как и плохие не перекрывают хороших. Этой простой истине младшего наследника Торвандори научил его отец, ещё в первый десяток лет. Сколько раз не повторяй «хозяин», за прошлый проступок рабыне придётся ответить.

— В угол, — сухо бросил Ланс.

— Но… — Ада всё ещё считала, что не заслуживает наказания. Ведь помыслы её были чисты: она просто хотела как лучше. Однако это не оправдывает вопиющего непослушания. И всё же девушка взглянула в глаза своего хозяина и как обиженный котёнок уже встала в углу.

— Лицом в угол.

Девушка повернулась, после чего последовало обиженное хныканье.

— И на колени.

Казалось бы, такой серьёзный проступок и такое нелепое наказание. Будто не раба наказывают, а ребёнка. Однако подобное суждение слишком поверхностно и упускает детали.

Да, во многих мирах в угол обычно ставят детей. И Ада это знает, и Ланс это знает. Тем самым сам факт нахождения в углу лучше всего демонстрирует, кто тут хозяин, а кто раб. Это крайне унизительное наказание особенно для относительно взрослого человека. Ада ещё молода, но уже давно не ребёнок, она взрослая совершеннолетняя девушка, так что это сильный удар по гордости. А стояние на коленях является вишенкой на торте.

Ланс пока не считал нужным прибегать к более суровым методам, в том числе и физическим. Ада ещё совсем недавно в этом мире. Все рабы по началу сопротивляются. Но смирение достигается лишь через время. А если начать сейчас бить Аду, забирать еду и прочее, то она лишь затаит злобу, станет бояться. Это хорошо для обычного раба на, скажем, каменоломнях. Но задачей Ланса было подготовить верного раба для более деликатной работы, где мотивация в виде страха обязательно обернётся боком.

— Можешь подойти, — через шесть часов тишина оказалась разорвана голосом Ланса, который закончил создание простого артефактного кольца с защитными чарами.

— Спасибо, хозяин, — смиренно опустив взгляд в пол, произнесла рабыня, которая уже перестала хныкать.

— Почему ты так долго там стояла?

— Потому что была непослушной.

— Верно. Почему важно быть послушной?

— Потому что слово хозяина — закон, — Ада прекрасно понимала, что от неё хотят услышать и говорила слова, не особо веря в них.

— Верно, — аристократ всё же принял не самый искренний ответ. — Но я проясню ещё некоторые моменты. Я понимаю, что твои помыслы были чисты, и ты не хотела сбежать. Подобная инициатива даже иногда может быть похвальна. Но мои приказы тебе — не результат прихоти. Ты ещё ничего не знаешь об этом мире и его опасностях. И даже если я начну сейчас читать долгую лекцию, то всё равно даже за ночь не успею объяснить всех нюансов. Поэтому тебе следует слушать меня. Думаю, ты уже это поняла.

— Поняла, хозяин, — грустно вздохнула Ада, которая из-за своей дурости чуть не погибла.

— Тебе следовало спросить разрешения.

— Да, хозяин, я понимаю. Просто вы так были заняты работой, я не хотела вас отвлекать такой мелочью, — произнесла девушка, после чего замялась, но всё же решилась продолжить. — И честно говоря, мне как-то неловко было просить вас ещё и провожать меня до лавки. Вы и так постоянно работаете без сна и отдыха. Я думала хоть как-то вам помочь и отплатить за… за всё это. Знаете, пусть вы и постоянно говорите о низком качестве пищи, но… Наша деревня была маленькой, рук постоянно не хватало, земля не отличалась высокой плодородностью, приходилось работать за четверых, чтобы не умереть от голода следующей зимой. Мы выращивали серые клубни. Они не столь привередливы, называют их серыми из-за вкуса, который напоминает скорее почву. Иногда отец ходил на охоту, но всё мясо приходилось засаливать, оно становилось буквально деревянным и очень, очень солёным. Но зато хранилось долго и помогало не умереть в тяжёлые года. А эта бадья… Я думала, что в тёплой воде моются только дворяне, богатые рыцари в замках и короли в своих дворцах. Мне просто хотелось отплатить чем-то взамен. Думала, ничего плохого не случится, я ведь только туда и обратно…

— Послушание будет лучшей платой. Но, должен сказать, я бы не назвал подобное заслугой. Я твой владелец, аристократ, хозяин, а ты рабыня. Твой долг слушаться и исполнять мою волю. Но и у меня есть долг. Ведь только не уважающий сам себя господин посмеет содержать свои вещи в грязи, холоде и без еды. Мой удел быть властителем и заботится о своих вещах, а твой удел быть рабыней и приносить пользу хозяину.

Ланс ни капли не кривил душой. Аристократ ещё и крайне обрадовался внезапным откровениям девушки. Не часто рабы сами начинают рассказывать про прошлый мир. Но Ада не врала и говорила честно, без принуждения, что давало основание полагать о появлении зачатков некоторого доверия. Это очень хорошо, как и то, что девушка не наглеет и ценит то, что ей дают.

Что касается рабства… Лансу очень повезло родиться в Эдеме. С рождаемостью в Эдеме ситуация обстоит очень строго. За нарушение закона о рождаемости семью ждала ужасная участь… Но так или иначе, ещё в свои четыре года законнорождённый мальчик уже бегал по отцовской библиотеке.

Ветра Этии приводили в Эдем смертных со всех миров. Огромный культурный и технологический потенциал, который, к сожалению, не использовался в полную силу… И всё же, Ланс проводил ночи за чтением книг о других мирах. Читал про Эримос, где одно Великое Озеро было размером больше всего этого мира.

Сюда, в этот мир попадали не только смертные из владений Совета Богов, власть которых распространялась на многие планеты, а связующим элементом как обычно являлся мир духов, тень крыльев Кихариса. Ведь охватывал Совет далеко не все смертные расы. Так что порой в Эдем попадали и смертные, которые не знали межвидового языка, на котором говорили эльфы, орки, люди и все, кто находился во власти Совета. Иногда странники рассказывали про такие чудеса, в которые поверить было тяжело. Про огромные города-ульи, где лишь один дом вмещал в себя миллионы людей, про то, что в их мирах нет волшебников и магии как таковой. И всё же у них были суда, способные плавать в пустоте.

Но больше всего Ланс тогда удивлялся мирам без рабства. Там все люди были свободны, им никто не смел приказывать, а их жизнь защищалась законами и была бесценна. Так они рассказывали. А потом следовало повествование про то, как этот свободный человек работает по двенадцать часов в сутки, шесть дней в неделю. За это он получает деньги, которых впритык хватает на еду, одежду, оплату отопления и аренду коробки пять на пять метров, где он живёт с такой же свободной женой, где растёт такой же свободный ребёнок, который будет также свободно работать на такого же свободного начальника в коробке по больше…

Они говорили, что в их мире давно нет рабства.

Глава 6

— Вот так? — неуверенно спросила Ада, после чего сделала странное и неловкое движение.

— Нет. Удар нужно наносить всем телом. Встань правильно. — Тычок трости подтолкнули ноги рабыни, сделав её позу более устойчивой. — Ты должна чувствовать землю под ногами! Стойка должна быть нерушимой, как скала! Теперь напряги ноги, спину, вложи всю силу в удар. Помогай корпусом. Повтори первое упражнение. Неверно. Поза должна быть устойчивой, но в то же время — подвижной. Второе упражнение.

Первое упражнение состояло из шага вперёд и удара, а второе из шага назад и уклонения. Но грации крестьянской девке явно не хватало, как и элементарного понимания возможностей своего тела. Она лишь в общих чертах знала, как работают мышцы, что такое связки и сухожилия. Также рабыня ничего не знала об элементарных законах физики. А без понимания деталей невозможна эффективность.

В результате она забывала держать ноги полусогнутыми, забывала правильно ставить ступню, что увеличивало риск травмы. Что уж говорить, если бы не Ланс, Ада бы забывала даже про элементарную разминку перед тренировкой. Но дело не в какой-то умственной отсталости девушки, а опять же в непонимании деталей. В результате рабыня просто недостаточно серьёзно относится к советам, считая это скорее рекомендацией, нежели строгой необходимостью.

— Ой! — Девушка споткнулась о стул и упала.

Кроме того, не менее важно знать и запоминать местность боя, следить за каждой деталью, чтобы вот так нелепо не упасть.

— Собирайся, идём к границе ветров, — решение Ланс принял внезапно: тренировки в этом малом жилище слишком непродуктивны. Можно сколько угодно сетовать на нерадивость рабыни, однако это ничего не изменит. Правильным решением будет изменить подход к обучению.

— Туда? Но…

— Ты же сама хотела научиться защищать себя.

— Да, хозяин, — уверенно произнесла Ада, которая вдохновилась тем, что её будут обучать не постельным, а боевым навыкам.

Возможно, брать с собой к границе мира рабыню, которая умудрилась споткнуться во время самого простого упражнения о стул в комнате, где жила уже почти месяц, не самая лучшая идея. Хотя слово «возможно» тут стоит исключить.

Но Лансу требовались деньги, а время поджимало. На своём плацу он сделал бы за две недели достойного бойца, которого можно было бы пустить на арену для развлечения толпы. Однако здесь, в трущобах… Его возможности существенно ограничивались. Под рукой нет инвентаря, нет специальных магических добавок для еды, нет даже просторного плаца.

К тому же сама Ада не самый простой кадр для подобной подготовки. Для того чтобы сделать из неё просто вменяемого бойца уйдёт много времени, больше среднего. Хотя приходилось работать и не с такими. Всему своё время. Да и трудности в начале обучения, не всегда предсказывают трудности в дальнейшем росте. Ада молода, разум её гибок, ей легче измениться, чем седому ветерану. Так что аристократ сможет придать рабыне любую форму, а вот тот же ветеран армии вероятнее сломается в процессе, не желая принимать что-то новое. Это свойственно всем смертным и во всех мирах. Старшим поколениям всегда сложнее меняться. Впрочем, из любого правила бывают исключения.

Однако в любом случае, аристократ посвятил всю свою жизнь обучению рабов. Он вобрал в себя знания своих наставников, пройдя их путь. А после он начал пробираться и через более глубокие дебри. В результате младший наследник рода Торвандори стал одним из лучших менторов Эдема. Он не просто готовит хороших рабов, он делает лучших, попутно ставя поразительные рекорды в скорости подготовки.

— Что собой представляет ментальное тело мага? — время Ланс зря не тратил, так что по дороге задавал своей подопечной вопросы по пройденному материалу.

— Инструмент для взаимодействия с энергетической проекцией физического мира. Оно очень напоминает кровеносную систему. Энергоканалы сильно напоминают сосуды, имеются свои аорты, а сложность и количество путей позволяет снабжать энергией всё физическое тело, аналогом сердца же является так называемое второе сердце.

— Второе сердце?

— Второе сердце, оно получается магом при рождении. Находится примерно в том же месте, где и обычное сердце, только в проекции ментального тела. Чаще всего именно с ним и рождается большинство магов. Оно больше всего отвечает за взаимодействие физического и ментального тела. Сам факт наличия второго сердца уже позволяет смертным повысить свои физические показатели по сравнению с нормой для их вида. В процессе развития становится доступно более тонкое и точное использование собственного ментального тела. Маг может научиться ускорять свой метаболизм, уплотнять кожу или покрывать своё тело элементами стихий. Список возможностей очень широк. Ещё второе сердце позволяет эффективно использовать магию в рамках собственного тела. Также имеется подобие второго сердца, который по схожей аналогии называются вторым разумом. Ещё один источник сил мага, но он находится в области мозга. Отвечает за возможность мага влиять энергией не только на собственное тело, но и на внешний мир. Однако важно понимать, что даже при отсутствии второго разума волшебник может создать молнию или камнепад. Второй разум не является обязательным фактором, он лишь многократно уменьшает затраты энергии и является корди… Орди…

— Координатором.

— Координатором. Позволяет более точно и эффективно манипулировать энергией. Правило работает и наоборот, в случае если у мага сначала пробудилась проекция разума.

— Верно. Молодец. Хотя слишком не зацикливайся на этой информации. Подобные формулировки принадлежат людям, самому молодому виду смертных. Их познания в магии довольно поверхностны. Но в общих чертах функционирование магического тела ты теперь понимаешь. Детали я расскажу позже, когда наступит подходящее время.

Патруль продолжался уже второй час, всё это время Ланс задавал различные вопросы своей подопечной, иногда заново прояснял материал. Аде требовалось просвещение во многих сферах, слишком многих.

Кто-то говорит, что уровень интеллекта определяется с рождением… Ланс с этим был согласен лишь от части.

Конечно, генетика играет свою роль, но далеко не ключевую. Многое также зависит от окружения. Интеллект такое же качество, как и сила, его можно тренировать и компенсировать слабую генетическую предрасположенность упорством.

Объём памяти — тренируется постоянным запоминанием новой информации. Способность к прогнозированию — повышается за счёт увеличения базы данных, опыта, на основе которого будут строиться твои прогнозы. Логика — тренируется постоянной нагрузкой и разбором любого вопроса на мелкие детали, игра в те же шахматы учит строить логические цепочки, где один факт следует из другого.

Так что Ланс вполне обоснованно считал, что влияние окружающей среды куда более важно нежели генетическая предрасположенность. Взять того же ребёнка эльфов, поместить его в крестьянскую семью… Крайне мало вероятно, что он станет философом в зрелости, пусть и обладает лучшими генами, нежели человеческий ребёнок. Он просто не раскроет свой потенциал. Но помести человеческого ребёнка в семью эльфов философов и увидишь, что ещё будучи подростком ребенок начнёт мыслить критически. А всё, потому что один будет работать тяпкой, а второй изучать труды мастеров и спорить с признанными мыслителями. И никакие гены не смогут на это повлиять.

А ещё можно поместить этих двух детей в одни и те же условия, но тогда следующим шагом будет изучение «коня в вакууме». Так что аристократ считал, что ключевую роль играет именно окружение, на которое повлиять вполне можно и нужно. Конечно, исключения также имеются, только они останутся именно что исключениями.

— Равенства в мире никогда не было и не будет. Поняла? — Ланс закончил свой монолог вопросом.

— Поняла, хозяин. Но, должна признаться, не совсем поняла к какому выводу я должна прийти? — Ада уже прекрасно уяснила, что ничего просто так её хозяин не говорит.

— Всё всегда в твоих руках. И ты должна сделать выбор: оправдывать свою слабость генами, отсутствием таланта и удачей или же… Или же убить бродячего пса.

— Господин, это какая-то сложная метафора?

— Нет, вон там бродит какая-то голодная и исхудавшая псина. Может это волк или ещё какая-то дрянь, попавшая в этот мир из ветров Этия. Чёрт его знает, таких в бестиарии Эдема я не видел. Однако магического фона у твари нет, так что сюрпризов ожидать не стоит. Да и зверь этот исхудавший, слабый, так что не является сильным противником.

— Но стоит забыться и даже эти небольшие, зато острые зубы легко перекусят горло, — произнесла Ада, для которой уроки о слабости смертного тела не прошли даром.

— Ты боишься?

— Да, — врать Ада даже не собиралась.

— Правильно. Но не позволяй страху взять верх, он должен стать твоим учителем, а не грузом. Удачи.

— Хозяин? — вопросила Ада, переводя взгляд с псины, плетущейся к двум людям, и обратно на Ланса.

Рабыня не прошла полного курса тренировок, её физическое тело далеко от необходимых показателей. Тоже можно сказать и о боевых навыках девушки, которые довольно плачевны. Кроме того, снаряжение Ады — это длинный кусок доски, напоминающий формой и весом меч, и рабское платье, походившее на мешок для картофеля. Но и противник у неё не воин и даже не волк, а какая-то исхудавшая и ослабевшая… дворняга что ли.

— Забудь про страх, никогда не отступай. Всегда смотри только вперёд, гордо поднимая голову перед своим врагом. Даже если страх силён, всё равно не давай врагу увидеть его в твоих глазах. Пусть они горят гневом, жаждой жизни и твоими стремлениями. Никогда не сдавайся, даже если кажется, что выхода нет. Победи любой ценой, — произнёс свои наставления Ланс и настойчиво подтолкнул свою рабыню вперёд.

Тренировки на плацу это одно, а встреча лицом к лицу с реальной опасностью, очевидно, совсем другое. Сегодня Ада не научится драться, она лишь посмотрит в лицо страху. Конечно, она не сможет с ним совладать сразу, особенно в следующих боях с реальными врагами. Однако рабыня начнёт постепенно привыкать и адаптироваться. К тому же этиамариям разрешается использовать особые зелья на первых порах. Дешёвый напиток делает рабов злее, беспощаднее и увереннее, при длительным употреблении — тупее. Но через некоторое время доза сокращается, до того, как мозги превратятся в кисель. А боец привыкает убивать, даже если до этого никогда не проливал чужой крови. Впрочем, надеется только на зелья и выпускать раба, который раньше никого не убивал, всё ещё не стоит. Смертная психика штука сложная, всякое может произойти. Так что Ланс всегда готовил своих рабов к убийствам заранее. В том числе поэтому аристократ и взял девушку к границе мира.

— Помни в чём твоя сила.

— В чём? — Ада уже начала паниковать, что чувствовалось в голосе, а злой взгляд хищника её пугал.

— В том, что ты не тупое животное, а результат миллионов лет эволюции. Пользуйся этим.

На это девушка ничего не ответила, лишь мысленно «поблагодарила» хозяина за очередной совет ни о чём. Она ещё не совсем понимала, что её главная сила в том, что её разум позволяет ей побороть инстинкты, а дворняга никогда этого не сможет сделать. Даже ребёнок, обладая таким простым знанием сможет победить хищника. Но это в теории, на практике всё всегда иначе.

Ада имела ещё одно огромное преимущество, в этот раз речь уже идёт об обычной палке. Ланс уже продумал несколько десятков эффективных стратегий по победе над противником с помощью куска дерева. Самый банальный — подставить палку вперёд, дворняга укусит ближайшую цель, повинуясь рефлексам. Дальше забить ногами по брюху, которое не имеет мышц и должной защиты. Справится даже ребёнок без хорошей реакции, огромной физической силы или ловкости.

Но Ада находилась в состоянии стресса, что повлияло и на её мыслительные способности. Грозный оскал и бешеный взгляд псины пугал рабыню. Ещё тело девушки находилось в постоянном чрезмерном напряжении, а на это уходили силы. Напрягаться стоит в момент удара или уклонения, зачем тратить силы, когда враг за двадцать метров от тебя?

Далее Ада вдруг просто замерла. Псина подходила всё ближе, а потом прыгнула. Девушка в этот момент использовала все свои знания и уклонилась. Уклонилась кувырком, вернее покатилась кубарем в сторону. Но технически это всё же было уклонением, пусть и нелепым, за которое в реальном бою с вменяемым противником можно легко поплатиться жизнью.

— Каждое движение должно быть частью одного плана, — напомнил Ланс о том, что у уклонения должно быть продолжение: например, контратака.

Но Ада опять замерла, пока псина приходила в себя после рывка: тварь, казалось, сдохнет просто от голода прямо сейчас и без чужой помощи. Но, как это часто бывает с новичками, девушка просто не знала когда следует нападать, не видела возможности и слишком сильно осторожничала.

Тварь прыгнула второй раз, медленно и отчаянно. Оказалось, Ада этого и ждала. Сама она нападать боялась, так что ждала действий врага. Момент девушка подловила хорошо, но иначе быть не могло: тут нужно было очень постараться, чтобы облажаться.

Удар Ада наносила как её и учили, всем телом. Правда она забыла про важность устойчивости позиции. Размах выдался что надо, а удар сломал нижнюю челюсть псине, но и сама девушка закрутилась вслед за своим оружием, после чего упала. Ну, все с чего-то начинают. Ошибки и являются опытом. Она упала сейчас на тренировке, чтобы избежать этого в будущем на арене.

— Добей, и идём дальше, — разочарованно бросил Ланс: от подобного боя кровоточили глаза. Это же надо так умудриться, чтобы полететь вслед по инерции за собственным ударом. Ладно Ада была бы вооружена тяжёлым молотом, но у неё в руках кусок доски. Тут дело не в отсутствии навыков, а в конкретной неуклюжести. — Ну, чего ты там застыла? Серьёзно?

— Но он же просто хотел есть… — Ада стояла и наблюдала за хлюпающим в крови зверем.

— Твой отец же был охотником.

— Да, но он охотился ради пропитания…

— А ради защиты вашего дома от хищников он не охотился?

— Охотился.

— И чем же этот случай отличается от самозащиты? Во всех мирах действует одно нерушимое правило. Либо ты, либо тебя.

— Да, я понимаю, но… жалко собачку. Это же не волк даже, вон ошейник есть. Он просто попал в этот мир, как и я. Ничего не понимал, бродил и голодал, а теперь… теперь…

— Теперь мучается от боли, пока страх переполняет его разрываемое агонией сознание. Закончи начатое и тем самым прояви милосердие. Твоя жалость не должна становится проблемой для тебя, но что ещё важнее для других, — жестко сказал Ланс, после чего настойчиво и властно отдал Аде приказ. — Закончи его страдания, сейчас же.

Рабыня ещё несколько секунд колебалась, после чего деревянное оружие размозжило череп. Но псине ещё повезло. Это далеко не самая худшая участь, которая могла ждать попаданцев в Эдеме, носящем столь лицемерное название.

Глава 7

— Как это вообще возможно?

— Хозяин…

— Мы бродим вдоль границы уже шесть часов!

— Господин Бальмуар…

— Но единственное что мы встретили — один бродячий пёс! Ветра Этия распространены по всем мирам! Даже если взять одного человека на мир, а после соотнести с длиной границы Эдема, то…

— Хозяин! — уже настойчивее произнесла Ада.

— Что?

— Я устала и хочу есть. Если мы продолжим идти, то вскоре вам придётся тащить меня на себе, либо бросить.

— Хм, ладно. Нам действительно пора возвращаться.

Ланс до сих пор не мог поверить в то, что они никого не встретили во время всего патруля. Вероятность такого развития столь же мала, как… как… как вероятность встретить рыжеволосую девственницу с весьма выдающейся внешностью, при этом ещё и эльфийской крови с даром к магии.

— О, я кого-то вижу! — неожиданно произнесла девушка.

— Что? — удивился Ланс, чьё магическое зрение не подало сигнала.

Однако переведя взгляд обычных глаз аристократ всё же увидел вереницу из представителей смертных рас. Она была не так далеко и двигалась в сторону двух людей. Убегать смысла не имело, а разворачиваться и уходить Ланс тоже не хотел. А то ещё подумают, что аристократ испугался и решил сделать ноги.

Вскоре вереница подошла достаточно близко и даже Ада смогла разглядеть лица пленников. Один воин в тяжёлых доспехах, обвешанный артефактами и покрытый магическими татуировками вёл за собой четырнадцать рабов, представителей разных видов от амфибий с плавниками до покрытых шерстью и смердящих псиной зверолюдов.

Воин тоже не проявлял особого внимания по отношению к Лансу. Оба мага понимали, что в их сражении победителя может и не быть. Всё же и воин был непростой, да и аристократ от ран до конца не оправился. К тому же, несмотря на отсутствие законов на границе ветров, искатели не спешили друг друга резать. Всё же Эдем место довольно тесное. Так что резню чаще всего устраивали обладатели разных знамён и гербов по причине давних, но не позабытых разногласий. Обычные искатели хранили нейтралитет.

— Приближается буря, — тихо буркнул воин в тяжёлых доспехах, после чего дёрнул цепь и повёл свою добычу дальше: куча рабов разного возраста и пола — он продаст всех оптом на рынке рабов. После чего девять из десяти рабов умрут в первый год, а может даже месяц. Скорее всего месяц, если не будут выгодно выделяться на общем фоне.

Ланс ответил на слова благодарным, пусть и едва заметным кивком.

Теперь стало немного понятнее, почему не удалось никого встретить. Всю добычу уже урвал этот воин, по следам которого и шёл аристократ с рабыней.

— Про какую бурю он говорил, хозяин?

— Иногда ветра Этия превращаются в шторм, самую настоящую бурю. В результате количество различных попаданцев на квадратный метр возрастает в десятки раз. Порой даже закидывает целые армии из других смертных миров. Но чаще всего на границах ветров просто становится слишком много различных диких тварей. Ходить в патруль в ближайшее время мы не будем, потому что это потеряет смысл. Попадающие сюда во время шторма разумные смертные умирают в первую минуту из-за уже упомянутых монстров, которые сразу же сжирают этих разумных смертных.

— И твари попрут к нам? В трущобы?

— Верно, но можешь не опасаться. Тебе ничего не грозит. Тем более войска усилят патрули и начнут чистку. После Эдем наполнится шкурами, когтями, алхимическими реагентами и даже мясом. Однако всё же именно трущобы защищать никто не будет. Часто твари прорываются и жрут отбросов, на которых всем плевать. Но основной поток на себя возьмут всё равно войска. А всё остальное за порог моего жилища и шага не сможет ступить.

— Поняла, хозяин.

Возвращение домой прошло без особых приключений и встреч. Слухи о приближении бури разлетелись как всегда крайне быстро. Вся чернь укрепляла свои убогие дома, запиралась внутри и баррикадировалась.

Вместе с тем можно было заметить марширующие отряды различных крупных кланов, домов и гильдий. Когда-то среди них сражался и сам Граниир Торвандори, когда-то вновь среди них встанет и Лансемалион Бальмуар, исполняя священный долг свободного гражданина Эдема. Работать на кого-то считалось позором, исключением является лишь армия, где быть воином, даже простым рядовым, почётно. Правда и отбор, там соответствующий из-за опять же огромной конкуренции.

— Хозяин, хозяин!

— Что такое? — спросил Ланс, продолжая деактивировать защитные руны у своего жилища.

— Там… среди воинов и рыцарей!

— Там нет рыцарей. Наличие дорогой и сверкающей брони не делает тебя рыцарем или паладином. Подобные титулы редко используются в Эдеме, за исключением Ландоса.

— Спасибо за вашу мудрость, хозяин. Но…

— Что? Я не вижу чего-то странного.

— Там дети…

— Дети?

Тогда уже аристократ отвлёкся от работы с рунами на входной двери, чтобы обернуться и посмотреть на идущих солдат своими глазами. Детей он всё равно не увидел, однако стало понятно удивление Ады.

— Это не дети, а близнецы из рода Дельдамион, который они же и возглавляют. Пусть их рост и составляет полтора метра, однако возраст уже исчисляется веками, а магическая сила их тандема признана всеми аристократами Эдема.

— Вы их хорошо знаете?

— Знать и уважать равных себе обязанность каждого аристократа. Но да, их я знаю несколько лучше остальных. Вернее, знал когда-то. Не суть. Заходи внутрь.

Ада сразу же послушно юркнула в приоткрытую дверь, игриво проныривая под рукой. Дурачество свойственное скорее детям, хотя и некоторые взрослые сохраняют это черту на протяжении долгих десятилетий или до самой смерти. Что уж там, Ланс знал аристократов, могучих магов способных устраивать катаклизмы, которые вели себя… кхм… довольно ребячески, несмотря на свой почётный возраст.

— Мне принять ванну, хозяин?

— Да, сейчас и примешь, секунду.

Пришлось повозиться с водяным кристаллом, который давно уже отработал своё, однако умелый аристократ продолжал выжимать из него последние, малые крохи энергии. После пришлось открыть окно, ведь влага берётся прямо из воздуха, а сухой воздух не лучший друг для белоснежной кожи аристократа.

— Всё, полезай в бадью.

— Хорошо, — радостно произнесла Ада, которой определенно точно нравилось плескаться в тёплой воде.

Сам же Ланс сразу же принялся с выгодой использовать своё время. Каждая секунда сейчас на счету. Долги сами себя не выплатят, артефакты сами себя не сделают, гражданство само себя не купит.

В этот раз аристократ занимался уже чистой алхимией. Любой маг должен знать элементарные азы зельеварения хотя бы для того, чтобы просто не опозориться в культурном обществе во время светской беседы. Хотя познания Ланса были куда выше среднего, относительно других магов. Но и до настоящих мастеров алхимии ему всё же ещё очень далеко. Оно и логично, всё же Бальмуар в первую очередь являлся профессиональным этириданосом, тренером этиамариев, рабов-воинов, которые выступают на арене и веселят толпу кровавым зрелищем. На этом аристократ и специализировался.

Добавив последний ингредиент Ланс отставил заготовку, которая должна настояться пару часов. Аристократ уже хотел начать работать над следующим зельем, как вдруг уловил боковым зрением странно сопящую Аду.

Не переводя взгляда и продолжая делать вид, что работает Ланс некоторое время понаблюдал за рабыней с помощью магического зрения. После чего всё стало понятно и очевидно.

Ада старательно пыталась привлечь к себе внимание, сначала она делала это ненавязчиво, думая, что Бальмуар следит за ней каждую секунду. Девушка специально мыла себя неправильно, пропуская некоторые места. Для чего? Много вариантов тут быть не могло.

Цикл у неё закончился и новый будет не скоро. Как владелец рабыни Ланс следит в том числе и за такими вещами. С рождаемостью в Эдеме дело обстояло очень и очень строго, а за просчёт с беременными рабом владельца могли очень жестоко наказать, даже если он высокого статуса.

Сама Ада в этом мире уже довольно долго, всё время она находится рядом. Даже ночью, она не может уединиться, ведь чаще всего её хозяин не спит, а продолжает работать. Кроме того, она ещё не понимает своих желаний в силу неопытности.

Сердце её бьётся сильнее, дыхание становится чаще, а соски становятся твёрже вовсе не из-за холода. А после прошлого принятия ванны, когда она почувствовала пусть и мужские, но такие нежные руки… Инстинктивно Ада теперь желала большего, но не могла понять, чего и уж тем более не могла сказать об этом прямо. А ещё этот странный запах загадочного парфюма, который буквально сводил с ума…

Подобное поведение Ланса ни капли не удивило. За его карьеру он подготовил невообразимое количество рабов, больше половины которых являлись женскими особями, не обязательно даже из вида людей. И даже в контексте рабов для арены, необходимо было тренировать в том числе и сексуальные навыки. Ведь, как известно, очень многие богатеи желают развлечься с чемпионкой или чемпионом арены после его победы на кровавых песках.

К тому же и сам Ланс выглядел весьма недурно: всегда был выбрит, в хорошей физической форме, с волевым взглядом, ровной осанкой, в лучшей одежде, в… В общем он являлся самым настоящим аристократом, а не заплывшем жиром и погрязшем в разврате гоблином-ростовщиком. Так что неудивительно, что Ада испытывала влечение, тем более других вариантов здесь особо и не предвиделось. Против инстинкта пойти рабыне сейчас также не под силу. Хотя в этом и нет особой нужды. В Эдеме к любым удовольствиям относятся крайне спокойно.

— Долго моешься, — заметил Аристократ, даже не повернув головы в сторону рабыни. — Что такое?

Ответ и так лежал на поверхности, но просто так давать желаемое рабам нельзя. Особенно когда дело касается таких интимных нюансов.

— Ну, я… — смущенно залепетала девушка.

Она уже собиралась побыстрее закончить приём ванны, однако так дело не пойдёт.

— Решила понежиться в тёплой водичке? Понимаю, — такими простыми словами Ланс сразу дал понять своей рабыне, что в этом нет ничего плохого, что подобное хозяин не считает проступком. — Ты хорошо себя вела, так что заслужила отдых. Я могу помочь тебе расслабиться. Знаешь, что такое массаж?

— Массаж? — невинно спросила девушка и захлопала своими ресничками.

— Сейчас покажу.

Ланс спокойно встал, снял фрак и засучил рукава, после чего направился в сторону своей рабыни. Ада как-то странно и удивлённо пискнула, сразу же прикрывая свою упругую и объёмную грудь. Нежные бедра сразу же сомкнулись, а сама девушка присела, будто пыталась спрятаться в не такой уж и большой бадье.

Пусть в глубине души Ада и желала большей близости, однако это скорее была мечта, одна из тех, про которые мы не говорим. Мечта, при приближении исполнения которой мы бы не знали, что делать. Тихое, постыдное желание, о котором не должен узнать мир. Поэтому смущение и даже лёгкий страх нужно считать вполне естественным.

— Расслабься, — спокойно произнёс Ланс, слегка надавливая на хрупкие плечи, по которым огненными волнами текли рыжие волосы.

Ада хотела встать и вылезти из бадьи, но почувствовала лёгкий толчок и всё же послушалась, села обратно в тёплую воду, всё ещё прикрывая свою грудь тонкими ручками. С тихим стоном девушка слегка задрожала, когда прохладные руки легли на её шею.

Аккуратными и лёгкими движениями Ланс начал даже скорее гладить, нежели прямо массажировать шею, ведь его целью было доставить Аде удовольствие, а не вылечить боли в шейных позвонках.

Пальцы с аккуратно постриженными ногтями устремились вверх, углубляясь в шикарные волосы. Лёгкие и плавные движение стали слегка напористее, пальцы согнулись, почёсывая затылок, продвигаясь к вискам. Голова довольно чувствительная зона, про которую большинство почему-то забывает.

Постепенно Ада уже начала расслабляться и отдаваться приятным чувствам. Далее следовало уделить внимание слегка заострённым эльфийским ушкам, на что Ада тоже реагировала весьма положительно. Такие мягкие и нежные, подёргиваются от аккуратных прикосновений.

— Наклонись вперёд, вот так, руки вытяни тоже вперёд, — спокойно произнёс аристократ, хладнокровная и равнодушная аура распространялась по всей комнате, давая понять, что ничего постыдного определенно точно не происходит.

Ада уже забыла про своё смущение, сейчас её больше волновало, что будет дальше, любопытство и предвкушение заменили страх перед неизвестным. Ведь как же приятно тёплая вода обволакивает бедра, как же богат своим букетом запах духов Ланса и как же нежны его руки, напоминающие бархат. Ада даже и не заметила, как уже не прикрывает свою грудь, как выгнула свою спинку вперёд.

Ланс находился позади и с удивлением словил себя на мысли, что уже не просто оценивает свою рабыню, а прямо любуется каждым её изгибом. Пока руки чувственно обходили каждый участок горячего тела Ады, её дыхание становились глубже. Вместе с тем девичья грудь, поднималась и слегка покачивалась от каждого вздоха, пытаясь соблазнить Ланса.

Прекрасный бюст, который находился под не самым лучшим углом, ведь аристократ сидел сзади. Однако это давало лишь больше возможностей для воображения, оставляя некоторую загадку, которая куда лучше откровенного разврата. И стоило отвести взгляд от груди, как взору представали не менее привлекательные ягодицы, к которым устремлялись, но не касались, руки. И с гордостью Ланс мог смело сказать, что его тренировки уже начали давать плоды, добавляя сочности телу его рабыни.

Отдельное внимание Бальмуар уделил ещё нежным ручкам, слегка поласкал скрытые под водой бедра, дерзко проникая пальцами к внутренней части бедер, чем вызвал дрожь девушки. Но Ада не попыталась ни закрыться, ни оттолкнуть своего хозяина, а дыхание становилось всё чаще. Но аристократ не позволил себе касаться ни груди, ни опускаться во время массажа ниже талии, и уж тем более не планировал устраивать какой-то откровенный разврат.

— На этом всё, понравилось? — вытирая руки о полотенце, спросил Ланс.

— Да… очень, — честно ответила Ада, всё ещё находясь в той же позе.

Бальмуар готовил лучших рабов, не расходный материал для каменоломен, а самый лучший товар. И этот товар должен быть предан своему хозяину, для этого крайне важно научить раба верности. Этого можно достичь разными способами, чаще всего через поощрения за заслуги.

Да, раб навсегда останется рабом, слугой, будет носить клеймо, однако это не значит, что к товару нужно относиться как к мусору. Ланс никогда не понимал и презирал рабовладельцев, которые покупают себе рабов, а потом избивают их и выкидывают. За своими вещами нужно следить, держать их в чистоте и порядке. Поэтому очень важны поощрения. Кто-то даёт своим рабам карманные деньги, отпуска, даже выделяет личную комнату, чтобы те продолжали упорно работать и приносить ещё больший доход, благодаря повышенной мотивации.

Да, рабовладелец имеет право лишить своего раба жизни просто из прихоти и ему за это ничего не будет. Можно держать своих рабов в страхе, использовать только кнут. Но уже давно доказано временем, что эффективность таких рабов куда ниже, чем у тех, которым время от времени вручают пряник.

Глава 8

Громкий взрыв разорвал барабанные перепонки, после чего вспышка озарила своим пронзающим светом трущобы, проникая в каждое окно и щель. И уже задремавшая Ада сразу же вскочила, хватаясь за ржавый кусок железа, который мечом язык не поворачивался назвать. Но в трущобах особого выбора нет, к тому же чего-то большего рабыне пока что не требуется.

Да и в конце концов с главной задачей этот старый меч справлялся. Ада уже училась чувствовать вес и длину оружия, руки её становились крепче от элементарных тренировок вроде взмаха и опускания меча, благодаря чему развивались крайне необходимые в сражении мышцы. А то, что клинок настолько тупой и ржавый, что вряд ли разрежет даже стёганку, дело уже третье.

— Всё хорошо, можешь ещё поспать, — не отрываясь от работы спокойным голосом произнёс Ланс.

— Что там происходит, хозяин?

— Я уже говорил: на границах нашего мира бушует шторм ветров Этия. Бессчётное количество проходов по всем мирам открываются, становясь ловушкой для несчастных. Ветра несут всех в одно место, с одной целью.

Бальмуар повторял это уже не один раз, но одно дело слышать о буре на словах, совсем другое, видеть битву своими глазами. Реки энергии пронизывают все миры без исключения, в каждом мире имеются свои волшебники, шаманы или другие хоть сколько-то чувствительные к магии. Кто-то использует для влияния на мироздание слова, кто-то жесты, кому-то достаточно усилия воли или простой мимолётной мысли. Но таких смертных не так уж и много в процентном соотношении, а простой люд порой слышит о магических битвах великих героев лишь в баснях и сказках.

Сейчас на границе сражались свободные граждане за покой Эдема. Почти все из них в той или иной степени владели магическими способностями. Впереди стояли воины, достигшие высочайшего контроля над своим физическим телом. В результате, второе нематериальное сердце повышало их выносливость, давало силу рук и возможность эффективно проявлять себя в ближнем бою. Прикрывали они магов, специализирующихся не на изменениях своего тела, а подчинения окружающего мира через свою волю. Разрушительной мощи заклинания требовали большей концентрации и подготовки, но и результат оказывался куда впечатлительнее.

На время воинской службы каждый свободный гражданин лишался части своих прав, принося клятву верности Эдему и командирам. Пожалуй, война была для граждан Эдема единственной достойной причиной начать кому-то подчиняться. Более того, служба в войсках считалась почётной профессией, ведь свободный гражданин защищал свой мир и готов был сложить свою голову в бою.

Но стоит вернуться к сражениям. Если большинство солдат ещё не слишком сильно выделялись на общем фоне, то среди воинских формирований часто можно было встретить представителей высших кругов Эдема, сильнейших магов и настоящих монстров… Они пропускали через свои тела колоссальные потоки энергии, они меняли саму реальность. По их воле огромные расщелины поглощали сотни монстров, после чего стягивались. Песчаные ураганы разрывали плоть врагов, а огонь достигал тысяч градусов и плавил даже магические артефакты. Не было ничего удивительного в том, что эхо их битвы звучало даже в центре Эдема. Так что Ада пусть и жила в прошлой жизни в магическом мире, в Эримосе, но подобного ни разу не видела. Поэтому и выжила. Ведь сражения такого уровня могут не оставить после себя даже руин, лишь выжженную пустошь, где когда-то возвышался город или крепость. Что уж говорить, из-за повышенного магического фона и простого смертного может просто остановиться сердце.

В трущобы тем временем забежало лишь несколько монстров, да и тех довольно быстро убили местные. Всё же твари не обладали достаточным интеллектом, что позволяло заманить их в примитивные ловушки. Хотя не стоит забывать, что и в трущобах находились сильные личности.

Таким, например, заслуженно можно считать Ростовщика. Жирный гоблин не обладал какими-то талантами, однако у него имелись дорогие артефакты, которые позволяли ему находиться на верхушке пищевой цепочки. Кроме того, ему подчинялись, его слушали и боялись. У него была и сила, и власть. И Лансу как раз завтра нужно вернуть хотя бы накапавший процент. И опять Ростовщик сдерёт с него деньги, взяв артефакты за бесценок. Что же, Бальмуар знал на что идёт.

— Ада, подай, пожалуйста, четырёхфазовый облучатель мелких частиц.

— Что?

— Вон ту штуку, похожую на рогатину.

— Вот, хозяин, — рабыня вложила в руку хозяина странный прибор, после чего собиралась вернуться на своё место, как вдруг резко отшатнулась подальше от окна. — Ой!

— М-м? — слегка удивился Ланс, откладывая свою работу. — Серьёзно?

За хлипким окном играло багровое пламя, которое хотело разрастись в сторону жилища, но не могло. Тогда полетела вторая бутылка с огненной смесью, которая приземлилась на крышу. Сперва могло показаться, что крыша загорелась, однако покрытие жилища оставалось таким же прохладным, а вскоре горючая смесь потухла. Ланс, конечно, не был профессиональным мастером рун, но от такого примитивного оружия защиту возвести мог.

— Что происходит, господин⁈ — удивлённо спросила Ада, аккуратно выглядывая из окна. — Там снаружи… люди?

— Не только люди. Смертные, — хозяин поправил свою рабыню.

— Бальмуар! Пора возвращать долги! — раздался голос снаружи.

У Ланса имелся в запасе ещё один день, но Ростовщик решил послать свою шпану раньше. Наверное, желает показать свою силу и характер, а может быть дело исключительно в его задетой гордости после прошлой встречи.

— Жди здесь, — сухо произнёс аристократ, надевая свой выглаженный фрак и подбирая любимую трость.

Снаружи его уже ждало сборище жалкого и бесполезного мусора. Грязные, вонючие и покрытые какими-то язвами. А ведь в трущобах имелась общая купальня, да и служили они Ростовщику. У них имелась возможность помыться, держать себя в чистоте, исключить вероятность заболеваний кожи. Но эти отбросы… они будут таковыми даже если вдруг переедут жить в верхние кварталы Эдема.

— У меня есть ещё один день, — уверенно произнёс аристократ, выйдя на улицу перед этим сбродом.

— Ты, наверное, ошибся. Ростовщик дал тебе тридцать дней, — оскалился мерзейшего вида уродец, после чего довольно добавил: — Включая день заключения сделки.

— Меняете условия прямо на ходу. — Презрительным и полным превосходства взглядом Ланс осмотрел всех собравшихся.

— Долг, Бальмуар, долг, — с наглой улыбкой язвительно произнёс другой ублюдок в грязном балахоне. — Или будут проблемы.

— Как и договаривались, я явлюсь к вашему хозяину завтра.

— Сегодня кончился твой последний день! — завизжал отброс. — Если нет денег, так и скажи. Ростовщик готов взять в уплату процента ту рыжую девку.

— Нет. Ещё раз повторяю, я явлюсь завтра и…

— Ты видимо не понял своего положения, — мерзко заулыбался наглец.

В руке мусора появился ещё один сосуд с алхимическим огнём, который тут же полетел прямо в Бальмуара. Смешно.

Яркая вспышка и столб пламени возник в метре от самого тупицы, метнувшего в аристократа свою детскую игрушку. Огонь сразу же устремился к одежде отброса, после чего ублюдок тут же упал на землю, где начал кататься из стороны в сторону, вопя вовсю глотку от боли. А Ланс продолжал всё также спокойно стоять на пороге своего жилища.

— Жалкий ничего не представляющий из мусор. Вы посмели напасть на меня и тем уже заслужили смерть. Однако я милосердно прощу вас, если вы сейчас же падёте ниц и принесёте свои извинения.

Но мозгов у этого сброда оказалось немного. Видимо наличие в их отряде магов, пары артефактов и какой-то алхимической дряни вскружило им голову. Однако они не понимали к кому в этот раз пришли выбивать долги.

Первым в атаку бросился зеленокожий орк, который до этого сидел на крыше. Чем-то напоминающий гориллу, со слабо развитыми нижними конечностями, но очень мощными руками, он быстрее лошади устремился к врагу.

В руке орк держал палицу, блокирование удара которой могло сломать позвоночник, превратить щит в щепки, а доспех — в груду металла.

И вот орк уже на расстоянии удара, дубина летит прямо в голову Ланса. Но аристократ делает лёгкий шаг вперёд и удар своей тростью прямо по макушке уродца. Череп орка разлетелся в кровавом взрыве, а сам орк упал на месте.

Сразу же два ублюдка на крышах выпустили свои отравленные стрелы. Ланс легко ушёл от них, ни кувырком и даже не пируэтом, лишь очередным таким же лёгким шагом в сторону. Минимум движений, максимум эффективности.

Стрелки уже готовили следующий залп, как вдруг над головой Бальмуара заискрил шар, из которого вылетели две молнии. Через мгновение два дымящихся трупа скатились с крыш на грязную улицу.

Остальные же времени не теряли. Один ублюдок со щитом и мечом выскочил наперерез, считая, что отвлекает внимание. Справа уже зашёл отброс с кинжалами, слева копейщик. Ещё позади выскочил зверолюд, движения которого действительно были по-звериному стремительны и ловки.

Одновременная атака с четырёх сторон. Ланс даже магическую энергию на этот мусор тратить не захотел. Копьё резким рывком перехватывается и направляется в голову бездарности с кинжалами. Удар ноги опрокидывает на спину щитоносца со сломанной грудной клеткой. А трость прилетает в пасть зверолюда снизу, от чего челюсти резко смыкаются, клыки разлетаются в щепки, а импульса удара с лихвой хватает ещё и на сотрясение с кровоизлиянием в мозг.

— Ну, сука, ты попал, — с бешенством ответил центровой ублюдков.

Из-за своей спины он достал посох и с силой опустил на землю. Трещины пошли по дороге, воздух потоками разлетелся по улочкам, а капюшон слетел с головы мага-самоучки, открывая его эльфийские уши.

Хребтами начала подниматься земля, устремляясь волнами с разных сторон к Бальмуару. Земляные оковы, которые должны сковать ноги противника, одно из самых любых заклинаний магов земли.

Владелец посоха собирался обездвижить врага, в то время как его напарник стремительно изменил позицию. Двигался второй маг даже быстрее зверолюда, пусть и являлся человеком. Развитое ментальное тело позволяло ему повысить потенциал своего физического тела, а также потоками энергии активировать мощные артефакты. Но создавать заклинания без помощи игрушек он так и не научился.

Заняв позицию, ублюдок достал жезл и направил в него всю свою силу. Артефакт сразу же поглотил подачку, после чего на острие начал формироваться шар пламени. Энергия концентрировалась в одном месте, чтобы раскрыть всю мощь стихии огня, которая обернётся дыханием дракона.

Наверное, что-то такое задвинул местный артефактор, впаривая им своё посредственное изделие. На деле же Бальмуар лишь усмехнулся. Тех крох энергии в лучшем случае хватит на отрыжку детёныша крылатого ящера, нежели на пламя дыхания королей неба.

Вот-вот волны земли уже должны были достичь цели, как жёлтые молнии ударили в землю. Заклинание Ланса создало резонанс, разрушило магические узоры и рассеяло волшебство врага, тем самым нарушив связь со стихией.

Однако второй маг уже успел подготовить своё атакующее заклятие. Только Бальмуар даже не собирался уворачиваться. Поток пламени врезался в аристократа, который лишь слегка согнул руку в локте, закрывая лицо.

Через секунду среди огня стоял невредимый Лансемалион, на фраке которого не было даже пылинки.

— Что за… — только и успел произнести напоследок центровой маг с посохом.

После чего аристократ превратился в размытое пятно и за долю секунды оказался рядом. Удар трости сначала сломал колено, после опустился на руку, вторую, ещё удар по рёбрам. Меткие удары не убивали остроухого ублюдка, а лишь калечили.

Эльф всё ещё находился в сознании, ведь обладал магическим даром. Ядро мага сражалось за его жизнь, старалось отсрочить смерть и спасти организм своего носителя. Даже когда сердце эльфа остановится, его ядро продолжит накачивать тело жизненной силой.

После Ланс отвернулся от стонущего в агонии эльфа. Его напарник стоял парализованный и наблюдал за происходящим. Он понимал, что бегство обернётся лишь мучительной смертью.

— Ада! Принеси мои творения! — крикнул Ланс, смотря прямо в глаза своего последнего врага.

Почти сразу же рабыня вышла на улицу с ящиком артефактов и зелий. На поясе её также находился ржавый меч, который она предусмотрительно взяла. На всякий случай.

— Это в уплату долга, — с высоко поднятой головой произнёс Бальмуар. — Передай своему хозяину, что я вернусь через две недели и верну всё остальное.

Ада тем временем с опаской, аккуратно поставила рядом с последним магом ящик. Сначала девушка хотела передать его прямо в руки, но человек всё ещё боялся даже шевельнуться. Но как только Ланс отвёл свой взгляд, отброс сразу же подхватил ящик и исчез, бросив своего напарника.

— Подойди ко мне, — властно произнёс Бальмуар и Ада сразу же послушалась. — Убей его.

Услышав новый приказ, девушка ожидаемо вздрогнула, после подняла непонимающий взгляд на своего хозяина. Она не была убийцей, но ей предстоит научиться убивать. Убивать и побеждать любой ценой.

Лансемалион Бальмуар знал, как создавать зелья, знал все техники уборки, обладал собственными рецептами превосходных блюд, его голос брал самые сложные ноты, а грация движений превращала обычный танец в целую историю.

Но лучше всего Бальмуар разбирался в боях, в сражениях и подготовке рабов для битв на арене. Он тренировал воинов и воительниц, этиамариев, которые сражались в центре Эдема, услаждая взор самого Этия. Этому он посвятил свою прошлую жизнь, эти навыки позволят ему выбраться со дна в новой жизни.

Но для того, чтобы стать воином, необходимо уметь убивать. Ни капли жалости не должно остаться в бойце на арене. Никаких сомнений, никаких сожалений, лишь безудержное стремление одержать верх над врагом в новой битве. Ада научится мешать ненависть к врагу со своей кровью, черпая из этого силу. Ей придётся убить свой страх. Она будет смотреть только вперёд, драться до последнего и побеждать любой ценой. Аристократ сделает всё для этого.

— Убей его, — произнёс ещё раз Ланс, продолжая стоять над стенающим в агонии эльфом.

— Но…

— Никаких «но». Ты слышала, что они собирались сделать. Ты прекрасно понимаешь, что произошло бы, не будь меня рядом. Он бы не сжалился над тобой, не пощадил. Убей.

Бальмуар не сомневался в том, что Ада исполнит приказ. Он уже видел, как девушка закроет глаза, пустит слезу, после чего резко пронзит сердце эльфа. Но, к удивлению, всё прошло немного иначе.

Ада не стала хныкать, торговаться или оправдываться. Она даже не собиралась отворачиваться и уверенно смотрела прямо в глаза эльфа. А сам меч резко погрузился не в сердце, а в шею, меж позвонков, прерывая связь тела и мозга. Рабыня многое запомнила из уроков своего наставника.

Когда глаза эльфа остекленели и жизнь покинула его тело, Ада наконец-то отвела взгляд к своим ногам. Она смотрела в глаза своего первого убитого смертного не потому, что наслаждалась будоражащим душу зрелищем медленно угасающей жизни. Ей было жалко этого ублюдка, хоть тот и безусловно являлся той ещё мразью. Наивная жалость, которая уже начала сменяться мрачной решимостью и глубоким пониманием.

Этот мир и его лицемерное название… Эдем… Райский уголок в результате, ставший наглядным примером всех смертных грехов и пороков. И даже за пределами трущоб ситуация не меняется. Рай для одних и мир бесконечных страданий для других. Таким ли задумывал его Этий? Какая уже разница…

Глава 9

Буря продолжалась неделю. Из Эдема даже прислали подкрепления, чем чуть было не развязали междоусобную войну. Всё же свободные граждане в большинстве своём очень ранимые в вопросе гордости, а в случае лидеров домов, кланов и гильдий, порой и вовсе приходилось иметь дело уже именно с гордыней. Так что некоторые сочли прибытие подкрепления за оскорбление. В свою очередь прибывшие войска сочли за оскорбление заявления, что в их помощи не нуждаются… М-да, гордецов в мире Этия хватало всегда. Благо в дело вмешалась Гильдия и один из епископов, который находился в Саросе, ближайшем от этих трущоб городе.

На защиту границ Эдема посылали далеко не все силы. Чаще всего собирался совет среди аристократии, где по собственной воле кто-то выдвигал сам себя на роль защитника. Формально никого не заставляли, не было никаких обязательств, однако все представители высших слоёв общества выделяли свои средства почти что по очереди. Опять же существенную роль играла гордость.

Да, глава условного рода или клана мог просто отсиживаться, не тратить своих денег и людей на защиту, становиться сильнее. Но к подобным хитростям никто не прибегал. Подобное считалось крайне низким и постыдным поступком. Что это за лидер такой, который не в состоянии предоставить людей на защиту границ Эдема? Своего мира, который к тому же очень тесен и отсидеться у края в случае чего просто не выйдет. Поэтому даже самые маленькие и незначительные руководители вроде ремесленников с парой рабов нанимали наёмников и выдвигали их от своего лица, либо вносили вклад как-то иначе, например выделяли деньги.

Также у Эдема имелась и регулярная армия, однако ключевую ударную силу всё же играли крупные организации, вроде тех же последователей Ароса. На паладинах держались войска, когда ветра Этия приносили тёмную беду, на плечах сестёр милосердия находился существенный процент здравоохранения. Так что неудивительно, что им выделили целый квартал в самом одноименном городе Эдеме, где находился их филиал. Там они поклонялись светлым богам, обслуживали в своих храмах больных, посылали лучших целителей к высшей аристократии в других, более мелких городах. Подобных фракций в Эдеме было довольно много, как и видов, населяющих этот мир.

Да, Творцом Эдема являлся Этий, ему же поклонялось большинство, но другие боги не находились под запретом. Хотя всё же стоит понимать, что после попадания в этот мир все ощущали сильное ослабление связи со своими богами, вплоть до полной магической глухоты. Покровительство других богов здесь не действовало, а молитвы очень часто не давали результата. Так что толку от поклонений особо не было и многие забывали про свои священные обеты.

К тому же стоит понимать, что во главе Эдема стоит духовенство, в лице епископов. Их отношение к поклонению других божеств сперва может показаться довольно мягким, но стоит только… даже не оскорбить Этия, нет, просто сказать, что в каких-то моментах он уступает другому богу… В общем, молиться другим богам ты можешь сколько угодно, пока уважаешь и чтишь Творца этого мира.

— Ладно, меч ты держать научилась, — устало произнёс Ланс, который львиную долю своего личного времени тратил на развитие рабыни, которая в будущем станет главным источником дохода на некоторый срок.

Прошло уже больше месяца, как Ада попала в этот мир. За это время она довольно сильно изменилась. Постоянные тренировки под руководством наставника закаляли тело, разум и дух.

Теперь девушка-крестьянка уже не уставала от пары серий ударов мечом, руки её не начинали дрожать, а отдышка не появлялась после пары упражнений. А ещё набор мышечной массы подкорректировал фигуру, добавив объёма к цепляющим взгляд местам.

Однако воином от этого Ада не стала. За месяц удалось сделать многое, но далеко не всё. Кроме того, главным критерием воина являются не мышцы и физическая сила, а техника закреплённая на уровне рефлексов.

Ланс занимался с Адой долго и упорно, заставлял её повторять одни и те же удары до тех пор, пока девушка не престанет чувствовать свои руки. И рабыня действительно усердно старалась, не отлынивала и не хныкала.

Последнюю неделю приходилось проводить взаперти, ведь буря снаружи утихла лишь недавно. И всё это время с редким перерывом на сон и минутный отдых Ада тренировалась, как не тренируются даже в регулярных войсках Эдема. Ланс даже думал, что это сломает рабыню, но оказался не прав. Ада выкладывалась на полную и даже ни разу не пожаловалась. И дело не только в сильной ауре аристократа с зельями личного изготовления.

— Теперь перейдём к серьёзным тренировкам. Собирайся, — сурово произнёс Ланс. — Мы отправляемся на границу мира.

Не задавая лишних вопросов, на которые уже не было сил, Ада взяла меч, свою сумку с жалкими остатками еды и поспешила вслед за хозяином.

— Пробежимся, — скупо бросил аристократ, после чего перешёл на лёгкий бег.

Четыре часа рабыня махала мечом без перерыва, теперь ей приходилось бежать, чтобы не дай бог не отстать от своего наставника.

— Дыхание! Следи за дыханием!

Через час бега они наконец-то достигли границы. Причём Ланс выбрал не прямой путь, что увеличило время пробежки.

Буря лишь недавно закончилась, кругом ещё валялись останки монстров, которые уже начали гнить. Мерзкое и смердящее зрелище.

— Убирай тела! — дал новую команду Ланс.

Ада ещё не успела отдышаться после пробежки, бок болел из-за сбитого в процессе дыхания, тело буквально скрючивало от нехватки кислорода, но рабыня всё равно покорно поковыляла в сторону первого трупа. Сопротивляться воле хозяина опасно для личного здоровья, к тому же против магической воли не попрёшь, но что самое главное, девушка и сама этому не противилась.

Таща на своём горбу туши монстров, Ада постепенно освобождала часть территорий от зловонных останков. Ланс изредка приказывал поднести тело к нему, после чего осматривал его на предмет чего-то полезного.

Иногда чем-то полезным могла стать наполовину целая шкура, которая лишь слегка подгорела после магического заклятия. Иногда у твари оставались зубы, которые могли пригодиться в изготовлении новых алхимических реагентов. Но по большей части здесь находился исключительно один мусор. Всё самое ценное забрали сами защитники Эдема, остальное подчистили падальщики, которые порой устраивали пир прямо во время сражений. Вокруг буквально идёт война, взрывы оставляют воронки, смерчи проносятся по округе, а кучка смертников сидит и разделывает монстра. Хотя для трущоб подобный вид деятельности являлся довольно престижным и приносил хороший доход, пусть и ценной жизней.

За шестнадцать подходов Ада наконец-то смогла убрать останки последней твари. Уносились туши и прочий мусор к границе ветров, где и навсегда исчезали. Ветра Этия растворяли всё, что в них попадало. Металл, плоть, жидкость — всё. При этом если аномалия касалась чего-то, то уже не отлеплялась, сколько не пытайся убежать.

— Отлично, теперь можешь немного отдохнуть.

Как и учил наставник рабыня ещё некоторое время походила кругами. После таких нагрузок, когда сердце колотиться и норовит вырваться из груди, нельзя просто так резко садиться на пятую точку. Резкий перепад давления ничем хорошим не закончится.

Поэтому отдышавшись, немного успокоившись, Ада прощупала свой пульс и убедившись, что он понизился, наконец-то села на землю и принялась доедать остатки пищи из своей сумки. Ела девушка как не в себя, что неудивительно, она потратила много энергии и ей требовалось восстановить запасы своего организма.

Кроме того, постепенно начал пробуждаться её магический дар. Её ментальное тело, такое маленькое, заброшенное и жалкое, как забытый дом. Из-за подмешиваемых в еду добавок и магического влияния Ланса, оно уже начинало со скрипом работать. По сосудам куда быстрее начала течь вбираемая из окружающего мира энергия, которая сталкивалась со своеобразными тромбами, прочищая себе путь. Такой процесс может быть очень болезненным, если протекает он без наблюдения опытного волшебника.

На всё это требовалась энергия, и раз питаться из рек мироздания Ада полноценно не может, то недостаток нужно восполнять калориями из пищи. Ведь, как уже множество раз говорилось, ментальное и физическое тела сильно связаны. И когда одному из них не достаёт ресурса, оно начинает забирать его из второго, что порой в особенно запущенных случаях может приводить к разрушению структуры, которое повлечёт появление внутренних кровотечений или просто отказ органов.

— Выпей это, — Бальмуар кинул своей рабыне склянку с зельем.

Ада залпом осушила содержимое, после чего скривилась и едва не выблевала всё обратно. Любое алхимическое снадобье изготавливалось с помощью магии, что в свою очередь существенно повышало токсичность. Для простых смертных оно и вовсе будет смертельной отравой, ведь неподготовленный организм просто не сможет его усвоить.

Однако Ада являлась наполовину эльфом, а остроухие в свою очередь являлись одним из самых древних, на данный момент постепенно вымирающих видов смертных. Эльфийская кровь делала организм крепче и выносливее. Даже обычные эльфы без ярко выраженного дара к магии могли жить веками, в то время как представили тех же орков, людей, зверолюдов часто заканчивали путь ненасильственной смертью в свой первый век. И за эту силу эльфы платили крайне низкой плодовитостью, поэтому и вымирали. Другие виды их просто вытесняли остроухих количеством, да и не только их.

— Поднимайся и нападай, — вновь приказал Ланс.

— Нападать? На вас? — удивлённо переспросила сбитая с толку Ада.

— Да.

— Но вы без оружия…

— Нападай!

Как и ожидал Бальмуар атака вышла неуверенной, будто рабыня боялась ранить своего хозяина, который даже трость отставил, плотно вонзив ту в землю. За свои сомнения девушка получила подсечку и упала спиной на землю.

— Дерись в полную силу, у тебя нет и шанса не то что меня ранить, но даже хотя бы испачкать мой фрак!

Со стоном, через боль Ада всё же поднялась. Всё же приземление спиной на твёрдую землю довольно болезненно. Но ей нужен опыт с реальным противником. А реальный противник не будет сюсюкаться и играть в поддавки.

— Дистанция! Пользуйся ей! — рявкнул Ланс, выбивая из рук своей рабыни меч ударом по кисти. — У тебя меч, я без оружия!

Этот урок Ада уже проходила, но она училась чувствовать дистанцию на неподвижном объекте. Она знала глубину выпада своего меча, знала точную длину ржавого клинка, знала, что нужно держаться вне радиуса поражения противником, знала, что в этот периметр нужно вступать лишь для атаки. Но одно дело знать, совсем другое использовать знания на практике.

— Ноги! Следи за ногами! — грубо выкрикнул Ланс, вновь атакуя.

Сначала аристократ кружил вокруг врага, после подловил момент, когда Ада поставит ноги неправильно. Она их скрестила, когда поворачивалась за врагом, поза стала неустойчивой, идеальный момент для атаки врага. Девушка об этом знала, но забыла, поэтому получила жёсткий удар в бок и повалилась на землю, роняя меч.

— НИКОГДА НЕ БРОСАЙ ОРУЖИЕ!!!

Прошлые ошибки ещё можно простить, но подобное переходит все границы. Яростный рёв Ланса не был искренним, лишь ещё один инструмент обучения. Психическое воздействие на противника тоже очень важно. Но хоть здесь Ада повела себя на удивление достойно и не попыталась свернуться калачиком, она даже не впала в ступор.

Боль после удара в печень разрывала сознание, крик, наполненный гневом, вселял страх, но вместо того, чтобы расплакаться и получить удар с ноги в живот, Ада перегруппировалась и ушла кувырком в сторону. В этот раз у неё получилось куда лучше, нежели в том бою против худой псины.

— И что будешь теперь делать без меча⁈ Сдашься⁈

Ланс отрезал путь к оружию и пока что наблюдал за пытающейся подняться рабыней. Всё же удар в бок пришёлся по печени. И пусть аристократ не дрался в полную силу, однако чудо, что Ада ещё не упала на землю.

Сама же рабыня тоже не спешила нападать, используя отведённое время на передышку, что крайне правильно в данной ситуации.

— Ну, тогда я нападу сам, — ухмыльнулся Ланс, делая рывок вперёд.

Одним рывком аристократ преодолел, нет, буквально пролетел пять метров. Но и девушка была готова к подобному. В правой руке после падения она сжала жменю песка, который полетел в лицо противника. Доля секунды, во время которой пришлось закрыть глаза, дополнительное время, способное решить исход боя. Хотя магическое зрение Ланса всё ещё контролировало всю ситуацию, но против обычных смертных приём довольно эффективный.

Сама же Ада рванула к мечу, а как только она схватилась за рукоять сразу же последовала контратака. Она знала о скорости своего противника, ей не нужно было видеть или слышать врага, он просчитала этот шаг в главном оружии любого воина, в воображении. Холодный расчёт и превентивная реакция на ожидаемый манёвр врага. Так её учил Ланс, вбивая эти слова в голову каждый день.

Наносить удар всем телом не было времени, да и стойка к этому не располагала, даже просто подключить плечо будет тяжело, так ещё и нерационально. Поэтому Ада использовала лишь кисть. Быстрый и стремительный удар, но слабый, ведь не хватает массы для импульса. Но не стоит забывать, что даже слабый удар в шею, бедро или глаз может если не убить, то лишить боеспособности.

— Неплохо, — удовлетворённо кивнул наставник, после такого как отшатнулся от атаки. — Теперь нападай!

Глубокий выпад вперёд, стал новой ошибкой. Расстояние оценено верно, но забыта высокая скорость противника. Ланс просто сделал шаг влево, после чего за шкирку взял и придал рабыне скорости, которая улетела дальше за мечом. При этом в свои движения аристократ не вкладывал какую-то огромную силу, нет, он сражался примерно также, как это делал бы просто опытный рядовой солдат регулярной армии Эдема без дара к магии.

Новая атака получилась более продуманной. Ада, как её и учил хозяин, не ставила перед собой целью закончить сражение за один удар. Ведь противник явно был слишком сильным. Красивые битвы, где мечник убивает противника одним ударом в голову или сердце существуют лишь на страницах книг. Ну либо когда опытный маг или воин сражается против отбросов в трущобах, которые даже не знают, чем алебарда отличается от копья.

На деле же любая битва это шахматная партия, где противники подготавливают почву для эндшпиля. Каждый удар, каждая контратака и манёвр — способ измотать, слегка ранить и получить преимущество. Конечно, иногда можно закончить битву одним ударом, но только в случае полного превосходства над врагом.

Поэтому Ада сейчас и использовала лёгкие кистевые удары, иногда локтевые. Она целилась по ногам в момент своей атаки, по рукам в момент контратаки врага. Пустить кровь, слегка ранить, даже малая царапина может в конечном итоге определить результат сражения. Ведь из-за этой царапины противник устанет раньше, будет вынужден заканчивать битву быстрее, что увеличит шанс его ошибки.

Новый режущий удар метил в плечо, но, когда Ланс наклонился назад, Ада не остановила атаку. Ведь на пути острия ещё остаются другие цели. Врагу удалось защитить своё левое плечо, но возможно он не успеет убрать правую ногу, поэтому не стоит сразу же останавливать удар. Останавливать удар вообще никогда не стоит, куда эффективнее перенаправить инерцию с помощью, например, того же крестового движения, в процессе которого остриё сделает восьмёрку и нанесёт ещё одну атаку с другого направления без существенной потери скорости.

Разумеется, у рыжеволосой полуэльфийки не было и шанса, чтобы ранить Ланса. В этот ситуации он лишь снова специально подставился, чтобы проверить Аду. Базовые наборы атак она усвоила хорошо.

— Молодец, хорошо потренировались. Ещё пройдём вдоль границы, может найдём ещё каких-нибудь шкур и будем возвращаться. Ада?

Но рабыня не отзывалась. Тренировки её окончательно вымотали. Она ещё несколько секунд постояла в застывшей после последней атаки позе. Руки девушки всё также прочно сжимали меч, выставленный перед собой. А затем Ада закрыла глаза, упала и сразу же заснула.

Глава 10

Ада мирно и невинно лежала на кровати, продолжая сопеть в подушку. Обеими руками, истёртыми в кровавые мозоли, она держалась за шкуру, которой и укрывалась. Такая мягкая и пушистая, а как же мех хорошо сохраняет тепло и как он приятен на ощупь, пусть и обладает крайне странным запашком.

Проснулась девушка лишь через двенадцать часов и обнаружила перед собой разогретую еду. Не желая вставать, она, прямо лёжа из-под шкуры начала уминать похлёбку, чувствуя, как постепенно в тело возвращается жизнь. Слабость постепенно отступала, а настроение поднималось.

Лансемалион Бальмуар сидел за своим рабочим местом. Свою одежду он уже постирал, высушил и погладил. Однако она продолжала грустно ждать своего хозяина на вешалке. Сам же аристократ как обычно ночью даже не ложился спать. Некогда отдыхать, слишком многое нужно сделать.

В руках аристократа находился уголь, которым он метил линии на коже, после чего аккуратно вырезал куски ткани. Наверное, он опять что-то мастерил, чтобы выплатить долги или хотя бы процент. Быть может, если бы он не покупал каждый раз новые кристаллы для отопления, не тратился на правильное питание рабыни или просто продал бы Аду, то ему и удалось бы быстрее расплатиться по счетам. Но аристократ такой вариант будто и не рассматривал. И не мудрено, ведь он мыслил на перспективу, а не на мгновенную выгоду.

— Хозяин, может передохнете или перекусите? — подала голос рабыня.

— Я не голоден и не устал.

Примерно так и отвечал каждый раз Ланс. Хотя Ада лишь раз в неделю замечала, чтобы её наставник что-то ел. А отдыхающим аристократа девушка и вовсе не видела. Максимум поспит часа два раз в сидячем положении с открытыми глазами, а потом опять несколько дней без остановки либо тренирует свою рабыню, либо что-то мастерит.

— Давайте может я вам помогу?

— Ешь и отдыхай, тебе нужно набираться сил, — спокойно ответил Ланс, беря в руки нечто напоминающее молоток: точно сказать рабыня не могла, ведь даже на первый взгляд обычные и знакомые вещи могли легко оказаться каким-нибудь специальным магическим инструментом.

Так и проходили последние дни. Ада тренировалась сутки напролёт, а Бальмуар не позволял ей отвлекаться ни на что другое. Даже лекций меньше стало, чтобы рабыня в свободное время могла сконцентрироваться на отдыхе. Готовку, уборку и прочие бытовые проблемы тоже на себя взял сам хозяин, чтобы реализовать свои планы в весьма сжатые сроки.

Тяжёлой работы Ланс никогда не боялся. Ещё будучи ребёнком, он как-то посмел усмехнуться, когда одна из рабынь принесла одежду молодого наследника. Там на манжете была видна небольшая складка. И если отец проигнорировал этот момент, то вот последующая шутка, вырвавшаяся из его младшего сына, пожалуй, стала отправным моментом.

Именно тогда для Граниира Торвандори закончилось беззаботное детство. Ушли милые и добродушные служанки, начали появляться суровые наставники разных направлений, в том числе матёрые воины. Сам отец также приступил к обучению своего пусть и не первенца, но тоже наследника, судьба которого уже была расписана на десятилетия вперёд. А началось всё именно с той глупой шутки и первой надменной усмешки, после которых Ланс долгое время занимался глажкой, готовкой и уборкой лично, приходя к понимаю важности уважения любого чужого труда.

Многие главы других родов часто забывают об этом в воспитании своих детей, потом будущие наследники становятся наглыми, надменными, невыносимыми и просто избалованными людьми. Это очень сильно сказывается на их дальнейшей жизни, как правило, они ничего не добиваются, если не изменятся позже. Только вот Ланса этому научили в возрасте пяти лет, а урок прошёл почти безболезненно благодаря гибкому детскому разуму. В этом деле самое главное — не упустить момент.

Ада же продолжала лежать на кровати, даже не подозревая о ностальгических размышлениях своего хозяина. После девушка потянулась, встала из тёплой постели и сделала разминку, лёгкие упражнения. Как говорил хозяин, небольшие нагрузки помогают вывести молочную кислоту и ускорить восстановление мышц.

После Ада допила свой напиток, который представлял собой то самое мерзкое снадобье, из-за которого хотелось блевать. Вроде как там находились минералы и витамины, в которых нуждался организм. И стоили подобное зелья всё равно дорого несмотря на то, что Ланс варил всё сам.

— Так, готово. Иди сюда, — Бальмуар подозвал свою рабыню жестом.

— Что это такое?

— Твоя новая одежда.

На протяжении всего пребывания в новом мире Ада носила что попало, в основном своё рабское платье, напоминающее мешок. Но температура снаружи уже начала падать. Ланс давно планировал что-то прикупить своей рабыне, чтобы потом не тратиться на лекарства от простуды.

К счастью, недавно прогремела буря. Шкур на рынке теперь было навалом. Так что аристократ просто купил необходимых заготовок, немного инструментов и сэкономил на производстве довольно серьёзную сумму. Всё же местные «мастера» делали действительно колоссальные наценки за свои услуги. К тому же и во время прошлого патруля удалось добыть немного сырья. Так что после не самых долгих размышлений, Бальмуар пришёл к выводу, что лучше всё сделает сам.

— Ого, это мне? — не веря, переспросила Ада.

— Да, одевайся, посмотрим нужно ли подогнать…

Ничего сверхъестественного. У Ланса под рукой не было кузни или мастерской, лишь пара инструментов, кожа, да несколько найденных у границ сувениров с павших во время бури иномирных и не только воинов.

Сапоги сели как надо, в будущем при нужде их можно будет утеплить. Ноги Ады также закрывает от ветра плотная, но довольно эластичная ткань, которую пришлось покупать отдельно. Сверху рубаха с широкими рукавами. Поверх сели наручи, поножи, наплечники и нагрудник. Всё из кожи и меха. Прямого удара меча не остановит, но если атака врага придётся вскользь, то подобное одеяние скорее всего защитит от травмы. Но что самое главное, рабыня теперь не заболеет и не умрёт в лихорадке. Хотя умереть бы Ланс ей не дал, скорее бы просто лекарства съели кучу денег.

— Так… хорошо сидит? Пояс примеряй… вот лямки регулируй, как тебе удобнее. Ничего не должно болтаться.

Далее на левое плечо лёг единственный металлический элемент защиты. Пластина брони, найденная на границе, стала частью наплечника.

— Хорошо… довольно хорошо. Удобно?

— Да! — с улыбкой ответила Ада. — Теперь я чувствую себя увереннее. Спасибо, хозяин.

Ещё бы. В нормальной одежде после того тряпья любой станет чувствовать себя увереннее. Но вслух этого Ланс, разумеется, не сказал.

— Так, теперь подсумок разместим… сюда пару склянок. И да, вот кстати твоё новое оружие.

Обоюдоострый клинок из отражающей свет стали. Не ржавый кусок железа, а настоящий меч, к которому прилагались самодельные ножны.

— Как себя чувствуешь?

— Довольно хорошо, тело уже привыкло к тренировкам. Мышцы немного болят, но это, наоборот, больше заводит, нежели мешает.

— Тогда готовься, мы отправляемся, — странным тоном произнёс Ланс.

— Куда?

— Пора вернуть Ростовщику долг.

И радостное настроение Ады улетучилось в миг. Сомнения закрались в её душу, стал слишком навязчив самый очевидный ответ на эти подарки от хозяина. Её готовили для презентации. Последние деньги Ланс вложил для того, чтобы продать товар подороже.

Ада не знала, что и сказать. Молча девушка следовала за господином Бальмуаром по улице, а мысли становились всё мрачнее. Рабыня пыталась понять в чём провинилась. Она же так старательно выполняла каждый приказ, слушалась и отдавалась тренировкам в полную силу. Чем она заслужила подобное…

— Что с лицом? — останавливаясь в одном из переулков, спросил Ланс свою рабыню. — Ты что там надумала?

— Ничего, хозяин, — опустив взгляд, произнесла Ада и уже готовилась разрыдаться.

— Я не буду тебя продавать, — аристократ закатил глаза. — А ну хватит хныкать.

— Нет, вы меня продадите, — отрицательно замотала головой девушка, чьи глаза уже намокли. — А потом меня… меня…

— Так, а ну успокоилась, быстро, — уже серьёзнее произнёс Ланс: не хватало, чтобы ещё рабыня устроила истерику и опозорила его в чужих глазах. — Я же сказал, что продам тебя только в случае твоей проблемности. Проблемной ты не была, так?

— Так, хозяин.

— На этом и закончили, хватит ныть. Твоя задача охранять меня и не ударить в грязь лицом. Понятно?

— Зачем вам охрана, хозяин? Вы же сами кого угодно… Да и я ничего толком не умею.

— С каких пор мои приказы оспариваются?

— Извините, хозяин.

— Великодушно прощаю. Ты действительно крайне слаба, поэтому я и взял тебя с собой, чтобы ты набиралась опыта.

— Поняла, хозяин. Сделаю всё, чтобы оправдать ваши ожидания, — послушно закивала уже немного успокоившаяся Ада, которая покраснела из-за стыда: накрутила себя и чуть не расплакалась из-за пустяка на ровном месте.

— Вот, выпей это, оно поможет успокоить нервы, — из внутреннего кармана аристократ достал склянку с загадочной микстурой, которую рабыня сразу выпила. — Отлично, теперь пошли. Будь наготове.

Вскоре показалось жилище Ростовщика. На главном входе никого не было, однако со всех сторон на двух гостей смотрели десятки глаз. А вот внутри уже дежурила охрана, набранная из местного отребья, что, впрочем, не делало их менее опасными. Всё же во многих ситуациях количество не менее важно, нежели качество.

— Какие люди! Вернее, человек и полукровка! — с наигранной радостью жирный гоблин хлопнул в ладоши, поправляя своё положение на троне из мусора.

Несмотря на якобы добродушный тон Ростовщика, на лице его играла мерзкая улыбка, содержащая в себе чуть ли не всю злобу этого мира. Ненависть, презрение, зависть и затаённая обида — вся грязь трущоб нашла отражение в этом уродливом гоблине.

Сам же Бальмуар остановился за три метра до трона, где выдвинул свою трость слегка вперёд и опёрся на неё обеими руками. В помещении же уже собралось довольно много шестёрок гоблина, которые занимали наиболее выгодные позиции. В руках отребье сжимало мечи, булавы, арбалеты и мощные артефакты. Виднелся и второй ярус здания, где стояли даже «скорпионы», орудия колоссальной мощи, запускающие снаряды с огромной силой. Они напоминали арбалеты, только больше и тяжелее, а устанавливались на землю.

— Я пришёл вернуть долг, — уверенным голосом произнёс Ланс.

— Вернуть долг? И что же ты можешь мне предложить⁈ — прерываясь на истеричный смех, Ростовщик задавал риторические вопросы. — Ты должен мне серьёзную сумму, которая растёт с каждой неделей. И всё это время я получаю от тебя лишь часть от процентной ставки. Ты просрочил сроки, ты дерзишь мне в лицо, а ведь именно Я ПОМОГ ТЕБЕ! Ты пришёл на мой порог, грязный, в крови, буквально мёртвый! Я протянул тебе руку, а в ответ получаю лишь презрение.

— Я благодарен тебе за это… — начал было говорить Ланс, но его сразу же перебили.

— А ещё ты убил моих людей. — Взгляд Ростовщика стал ещё сильнее напоминать готовящуюся к нападению крысу из сточных канав.

— Они атаковали первые, чем и заслужили свою участь.

— Они пришли вернуть то, что принадлежит мне.

— У нас был уговор.

— Ланс… Ланс! Ты разочаровываешь меня…

— Я готов расплатиться прямо сейчас.

— И что ты можешь мне дать? Свой фрак? Рабыню? Быть может, начищенные туфли или рецепт своего парфюма? Этого всего уже не хватит. Пожалуй, только твоя трость… — жадные чёрные глаза-бусинки впились в уникальное изделие лучших мастеров Эдема.

— Хочешь мою трость? — брови Ланса удивлённо поползли вверх, после чего вдруг аристократ резко протянул свою любимую, но точно не самую дорогую вещь вперёд. — Бери. Пусть это и станет уплатой моего долга.

В помещении неожиданно воцарилась мёртвая тишина. Каждый из собравшихся оказался шокирован происходящим. Этого аристократа знали уже многие, как и о его любви к своей трости, с которой он никогда не расставался. Ценная реликвия с богатым прошлым и, наверное, какой-то уникальный артефакт. А этот человек был готов расстаться с ней прямо сейчас!

— Берите, мой господин… — рядом с гоблином стоял тот самый выживший маг, которого когда-то пощадил Ланс.

Но жадность… Жадность Ростовщика не знала границ. Деньги для него уже давно стали непосредственно целью, нежели средством. Смиренное выполнение аристократом ужасных условий было принято за его слабость.

Именно поэтому здесь сейчас и находилось так много вооруженных отбросов. Жирный гоблин собирался забрать у Ланса всё до последней нитки, даже если придётся ради этого пожертвовать несколькими своими людьми.

Но неожиданный жест аристократа сбил Ростовщика с толку. И видит Этий, лучше бы этот жадный гоблин прислушался и взял трость.

— Нет, Ланс. Так не пойдёт, — покачал головой жирный ублюдок. — Ты убил моих людей. Я пощажу тебя, даже оставлю тебе твой дорогой фрак. Но остальное ты оставишь здесь, в том числе свою рабыню.

— Опять меняешь правила прямо на ходу и отказываешься принимать мою выплату, — разочарованно произнёс Лансемалион Бальмуар, осуждающе глядя на своего собеседника.

— Заканчивай этот фарс. У тебя нет и шанса. Зря ты отдал мне тот перстень, — злорадно заулыбался Ростовщик, показывая свою жирную руку, на которой красовался магический артефакт с алым камнем. — Такая мощь… Не удивлюсь, если он стоит тысячи золотых!

Ланс же продолжал молча стоять и взирать свысока на своего собеседника.

— Эй, помогите этому гордецу расстаться с его пожитками, — лениво махнул рукой гоблин, считая, что без своего перстня аристократ уже точно не представляет серьёзной угрозы.

Отребье уже начало подходить к аристократу, как вдруг его рабыня обнажила меч.

— Ты совершаешь ошибку, — Ланс дал Ростовщику последний шанс одуматься.

— Девку постарайтесь не калечить и не уродовать, — жирный гоблин в свою очередь проигнорировал слова аристократа.

В следующую секунду один из магов начал создавать ледяное заклятие. Но вдруг жёлтая вспышка искр молнией раскатилась по всему помещению. Половина отбросов сразу попадала, часть оказалась парализована, некоторые потеряли способность видеть.

— УБЕЙТЕ ЕГО!!! — завизжал гоблин, вокруг которого замерцало защитное поле.

Ланс сделал первый шаг и умерло ещё пятеро. Тела их буквально взорвались от прикосновения с хаотично вращающимися вокруг аристократа шаровыми молниями. Ещё двое выскочили с разных сторон. Первому Ада отрубила руку, второму угодила мечом в пах, пользуясь их нерешительностью. Ублюдки хотели взять её живой и сильно недооценили девушку, которая уже успела кое-чему научиться.

Второй шаг и в господина Бальмуара полетели десятки заклинаний. Слабые недоучки уровня неофита, максимум адепта. Они оказались неспособны развеять магическую защиту артефактов, что уж говорить о преодолении личной защиты Бальмуара.

Третий шаг и импульс энергии снёс несущую стену справа. Сразу же вниз упала крыша, погребая под собой отбросов. Ростовщик уже начал заряжать свой перстень, чтобы использовать всю свою магическую силу.

Четвёртый шаг. К аристократу и рабыне уже мчатся чуть ли не все силы этого гадюшника. Из соседних помещений вывалились вооруженные отряды, с улицы подтянулась шпана. Арбалетные болты летели со всех сторон.

Но в воздухе завис жёлтый искрящийся шар, от которого кривыми линиями шли разряды, сбивающие снаряды прямо в воздухе. А в следующую секунду мощь молний стала стремительно возрастать.

Колоссальные объёмы энергии концентрировались в одном месте, само пространство вокруг начало искажать, свет вёл себя иначе, а молнии били во все стороны. Никто уже даже не мог не то, что приблизиться к аристократу, но хотя бы взглянуть на него и не умереть.

Пятый шаг и Бальмуар уже стоит на ступеньках трона перед трясущимся от страха гоблином.

— Почему… почему кольцо не работает? — хлюпая в луже собственных испражнений, непонимающе Ростовщик переспрашивал сам себя.

— Неужели ты думал, что сможешь обернуть мой перстень против меня же? Нужно было брать трость, жадный глупец.

Что было дальше никто точно не знает. Кто-то из выживших слуг Ростовщика будет рассказывать про то, как демон расплавил гоблина вместе с его троном при помощи запертого в перстне пламени. Другие заговорят о том, что ещё неделю Ростовщик расплачивался в собственных же казематах за всех грехи. Выдвигаться будет даже теория о том, что жирный хитрец подстроил свою смерть и сбежал, чтобы укрыться от заинтересовавшегося им офицера войск Эдема.

Однако все точно помнят яркую вспышку молний и громкий взрыв, после которого от владений жирного гоблина остались лишь руины и кучи дымящихся трупов.

И, пожалуй, в тот день многие жители трущоб вздохнули с облегчением. Ведь их и без того дрянная жизнь, стала чуточку лучше. Хотя бы этому жирному ублюдку не нужно будет возвращать долг.

Глава 11

— Всё взяла?

— Да, хозяин.

Временное жилище аристократа в трущобах ничем не отличалось от других, такое же заброшенное, грязное и убогое. Стены шатались от лёгкого порыва ветра, постоянная вонь била в ноздри, а местные бесили своей беспринципностью и убогостью. Выбраться отсюда считалось невозможным. Попаданцы, которым повезло избежать смерти и рабства, оказывались просто обречены, становясь частью круговой поруки. С одной стороны ветра Этия, с другой блокпосты армии Эдема. Сюда не ходили караваны, не вливались деньги, здесь не было закона или власти. Ужасное и гиблое место, где есть только смерть, страх и голод.

Но прошло не так много времени и Лансемалион Бальмуар уже покидает это забытое Творцом место. Он пришёл сюда в крови, с дырами в теле, умирающий и слабый, с другим именем. Но возвращение домой всегда будет являться лишь вопросом времени. Ведь настоящий аристократ выше этого, а значит всегда пробьётся к заслуженным высотам. Потому что он ищет возможности, а не оправдания.

— Пошли, — скомандовал аристократ и двинулся совершенно не в сторону сердца мира.

— Куда мы направляемся, господин Бальмуар? — удивлённо поинтересовалась Ада.

— К одному мастеру. Тебе нужно клеймо.

И сразу же лицо рабыни побелело, а руки задрожали. Вроде бы уже не маленькая девочка, на поясе висит меч, а её обманчиво хрупкая рука забрала не одну жизнь, пусть и под действием специального снадобья. И такой страх перед обычным клеймом. Это немного удивляло Лансемалиона, но не более того.

— А потом мы направимся в город? В Эдем? — Ада задала ещё один вопрос, пытаясь переключиться на другую мысль.

— Хм… Я, наверное, забыл прояснить некоторые моменты. Эдемом называют и этот мир, и столицу, а ещё и подвластные архиепископу земли. В сам Эдем, сердце этого мира, лучший и прекраснейший из городов нас не пустят. Однако вокруг расположены и другие мелкие владения домов, кланов и гильдий. Имеется ряд относительно крупных городов. Все они также подчиняются архиепископу, однако жить там дешевле, попасть туда проще.

— Да, вы рассказывали об этом. Из-за межвидовой, религиозной и культурной напряжённости решено было разделить смертных. Иначе бы они увязли в вечных спорах и конфликтах.

— Верно. Хотя на данный момент иерархия власти выстроилась несколько иная, не столь сильно зависящая от видовых особенностей. Но обычные граждане предпочитают селиться с представителями своего вида, а ещё лучше расы. Хотя есть и владения, куда, например, селятся в основном чернокнижники. И стоить понимать, что мир Эдем действительно мал, но лишь по отношению к другим мирам.

— Так куда вы хотите попасть?

— Зависит от того, сколько денег у нас останется. Всё же мне нужно выкупить гражданство, а также оформить на тебя документы. А цена зависит от текущей ситуации в Эдеме. Популяция контролируется не только рождаемостью, но и выдачей грамот. По идее средств Ростовщика нам хватит, пусть он и хорошо спрятал основные средства, но это лучше, чем ничего. В противном случае… Впрочем, лучше решать проблемы по мере их поступления. Мы пришли.

Почти на отшибе трущоб находилось относительно ухоженное жилище, которое охранял чёрный орк с квадратной мордой и здоровенными длинными руками. Хотя телосложением он всё же больше походил на людей, нежели на своих дальних зеленокожих родственников. Он не был тупоголовой горой мышц, проигрывал в силе многим представителям своего вида, но за то обладал большим интеллектом.

— Мы к Густаву, хотим получить рисунок.

— Проходите, — рыкнул орк, пропуская людей.

Внутри пахло не помоями, а лёгкими нотками лаванды. Ещё в помещениях не было окон, лишь розовые светильники, которые своим сиянием создавали расслабляющую атмосферу.

— Здравствуйте, дорогие гости, — встречала аристократа довольно экзотичного вида рабыня.

Чёрные как смола волосы заплетены сзади, два аккуратных локона спадают на виски. Тело её покрывали татуировки самых различных красок, сплетающиеся в прекрасный букет всех пор года. Подтянутое тело не скрывалось под одеждой. Лишь тонкие и просвечивающиеся полосы ткани закрывали проколотые соски на не слишком большой груди. Набедренная повязка же была настолько коротка, что при любом движении открывала взору сокровенные места, с какой стороны не посмотри.

— Я хотел бы заказать клеймо для своей рабыни.

— С дизайном на заказ? — заигрывающим тоном, как от неё и требовалось, томно прошептала рабыня.

— Зависит от цены, — аристократ в свою очередь никак на это не среагировал.

— Прошу пройдите в комнату слева, Густав с радостью обсудит с вами все детали, — рабыня сразу же всё поняла: цену здесь традиционными для Эдема способами набить не удастся. — А я пока прослежу за вашей рабыней.

Лансемалион так и поступил. А вот Ада осталась одна в компании татуированной рабыни со странным взглядом.

— Какая милашка, — татуированная рабыня подошла к зажатой девушке и нежно взяла её за руку. — Присядь, не стесняйся. Меня зовут Аша.

— Ада, очень приятно, — пролепетала смущённая полуэльфийка, примечая уж больно странный взгляд её собеседницы.

Аша же вдруг решила сесть рядом, нарушая все мыслимые и немыслимые личные границы. Горячие бёдра с изображённой на них золотой осенью прижались в плотную. А рука с горячим и знойным летом легла на коленку, после чего Аша начала водить пальцами туда-сюда, нежно и легко, почти не касаясь, от чего по коже шли мурашки.

— Он тебя не обижает? — рабыня прямо впилась глазами в Аду, не отводила взгляда ни на секунду.

— Нет, господин Бальмуар очень добр. Он настоящий аристократ, — произнесла полуэльфийка после чего пискнула и вытянулась по струнке.

Аша уже залезла второй рукой под одежду. Сначала она игриво прошлась по пояснице, чуть было не пошла ниже, но в итоге устремилась вверх, лаская спинку вдоль позвоночника.

— Что вы делаете? — смущённо залепетала Ада.

— Тебе же нравиться. Он уже сорвал твой цветок?

— Цветок?

— Значит нет… Такая невинная, но я уже чувствую исходящую от тебя смерть… Ты забрала жизнь, я чувствую это…

Внезапно Аша резко дёрнулась и приблизилась, носиком уткнулась в плечо и прошлась до самых скул, шумно втягивая воздух. От этого Аде стало ещё жарче, волнительнее и… любопытнее.

— Они очень любят быть первыми. Все мужчины… Эта гордость… Порой до боли смешная. А если мужчина ещё и аристократ. Ох, быть беде. Они буквально начинают сходить с ума, любая мелочь может их обидеть, задеть, оставив глубокую рану. Такие сильные, графы, короли, императоры и архимаги, но такие ранимые. Но он ведь не такой? Это видно, он отличается от других. Не силой, не своей тростью и даже не стильным фраком, который так привлекает порой крайне ненужное внимание…

Вот уже пальцы Аши переключись с поглаживания коленки на корсет, расстегнули ремешки, высвобождая прелести, которые так и просились наружу, но были прижаты практичной одеждой.

— Они даже больше, чем я думала… — вслух удивилась татуированная рабыня, в голосе которой читалась лёгкая зависть.

А затем пальцы Аши неожиданно и дерзко впились в грудь прикрытую лишь сорочкой, сквозь которую уже можно было разглядеть какого цвета соски. Круговые движения, несмотря на свою напористость, оставались довольно нежными и крайне приятными. Тепло рук чувствовалось даже сквозь одежду, как и самой Аде становилось жарче от таких ласк.

Но вскоре татуированной рабыне стало не хватать и этого. От каждого едва слышного стона рыжеволосой красавицы Аша в свою очередь тоже заводилась ещё сильнее. Слишком долго она находилась в этих трущобах. Конечно, с Густавом было очень интересно беседовать, но он уже очень стар, а его рабыне хочется чего-то большего нежели общение. Ей было по-особенному одиноко, вокруг же не было никого способного решить эту проблему.

И вот Аше уже надоело просто сидеть рядом. Подобно кошке татуированная девушка юркнула за спину своей подружки, обхватывая разрисованными бедрами бока всё также сидящей по струнке рыжеволосой рабыни. Сразу же небольшая, но упругая грудь упёрлась в спину, где уже присутствовал серьёзный мышечный каркас.

Сама Ада продолжала смиренно сидеть, пусть и от смущения лицо её всё покрылось румянцем. А затем около ушка раздалось такое тёплое дыхание, в котором чувствовалось необычайное удовольствие. Рыжеволосая полуэльфийка ещё не совсем понимала, что вообще происходит и почему Аше так нравился весь этот процесс.

Тем временем татуированная рабыня стала прижиматься всё сильнее, будто она намеревалась коснуться своей новой подружки каждым сантиметром своего знойного тела одновременно. Довольно быстро своей спиной Ада смогла прочувствовать две твёрдые точки, которые двигались в такт дыханию над ушком. Сама же Аша становилась всё наглее, не чувствуя никакого сопротивления. А пирсинг в чувствительных сосках добавлял в каждое новое движение всё больше эмоций из палитры наслаждения.

И вот уже корсет рыжей подружки улетает прочь, ножны с мечом падают с тихим стуком на пол. Под самодельной бронёй Ады оказалась белоснежная сорочка, сквозь которую уже торчали набухшие бугорки. Сразу же покрытые татуировками руки скользнули к обеим грудям, но в этот раз уже прямиком под саму сорочку. Обычные поглаживания стали дикими, то и дело разукрашенные ноготки, заигрывающие дёргали соски, вызывая едва сдерживаемые стоны.

Горячие губы Аши целовали каждый сантиметр шеи, иногда переключаясь на милые заострённые ушки. Раздвоенный язычок легонько касался правого ушка от чего то слегка поддёргивалось.

Ада уже не могла держать осанку, она поплыла и расслабилась, погружаясь в такие тёплые объятия экзотичного вида девушки. Дыхание стало частым, сознание куда-то уплывало, а сама рабыня просто таяла. Спиной девушка уже откинулась назад, ложась на пусть и не большую, но мягкую грудь Аши, которая продолжала свои нежные ласки.

И вдруг правая рука Аши устремилась вниз, прошла вдоль живота и исчезла среди бёдер. Первое же аккуратное поглаживание набухшего цветка закончилось визгом и продолжительными судорогами.

— Сколько же ты терпела, красавица… — удивилась Аша, смотря на свои полностью мокрые пальцы. — Рада, что тебе так приятно.

— Постой, хватит! — сразу же взмолилась Ада, пытаясь отдышаться.

— Ты настолько чувствительная? — игриво улыбнулась татуированная рабыня. — Но это хорошо. Я могу показать тебе ещё много интересного и приятного, если ты хочешь…

— Подожди секунду…

Ада всё ещё не могла прийти в себя, столь сильна оказалась буря эмоций. Аша ещё раз шаловливо провела рукой внизу живота, а рыжая красавица тут же вцепилась в её руку. Всё тело остроухой рабыни дрожало ещё минуту, после чего та наконец успокоилась.

— Продолжим?

— Я…

— Аша, принеси вина! — неожиданно раздался незнакомый голос, тем самым прерывая намеченные планы.

— Долг зовёт, — с лёгкой грустью и досадой произнесла Аша, а затем рабыня шлейфом ветра скользнула мимо смущенной и ошеломлённой происходящим подружки. — Ты прямо само очарование.

Знойные татуированные пальчики напоследок коснулись губок Ады, после чего пошли вниз по шее, немного задержались меж высоко поднимающимися грудями и наконец-то были отдёрнуты. А затем мгновенно успокоившаяся Аша подошла к шкафу, взяла вино с полки, после чего рабыня, виляя бёдрами отправилась в комнату к хозяину. За считанные мгновения она взяла себя в руки, а зной сменился сдержанностью зимы. А вот Ада таким самоконтролем похвастаться явно не могла, впрочем, это пока что.

Татуированная девушка же уже скрылась в комнате, где шла не самая обычная беседа.

— Благодарю, дорогая, — произнёс старичок с моноклем, после чего сам начал разливать вино, будто ещё толком не научился пользоваться своей рабыней.

Лансемалион же всё это время молча наблюдал за мастером. Как только аристократ вошёл в комнату, то сразу что-то заподозрил. Эта походка, эти неловкие движение у камина и странное бормотание…

Когда же мастер повернулся к гостю лицом, то господин Бальмуар всё осознал. Младший наследник рода Торвандори ничего не сказал, просто сел за стол. Старик некоторое время рассматривал своего гостя, после чего тоже всё понял. Ошибки быть не могло.

— А я-то думал, откуда в этих трущобах запах лаванды, опытный охранник, так ещё и такая экзотичная рабыня, которая стоит тысяч монет, — первым всё же прервал молчание сам Ланс, после первого бокала акеронского вина.

— Поверить не могу, — прошептал старик, после чего утёр слезу. — Я думал все погибли. Кто-то ещё уцелел?

— Вряд ли. Адрион дураком не был и устранил все преграды на своём пути. Почти все, кто был слишком близок к отцу убиты.

— Но почему? Зачем он это сделал?

— Я по началу долго задавался этим вопросом, но… всё к этому шло.

— И что вы будете делать, господин?

— Вернусь в Эдем.

— О вас уже ходят слухи. И пусть вы поменяли лицо, сменили имя, но… Даже я смог вас узнать. Другие аристократы тоже всё быстро поймут. И тогда… тогда…

— Я не дурак и всё понимаю, но другого выбора нет. Я вернусь в Эдем и закончу дело своего отца быстрее Адриона.

— Твоего брата уже нет, он изменился, обезумел! Я поэтому и сбежал из Эдема! Как только я узнал, что произошло… В скором времени Адрион пришёл бы и в моё заведение с требованием присягнуть на верность. После произошедшего согласиться я бы никогда не смог, умирать тоже не хочется. Поэтому решил переждать здесь. Скоро моё место займёт другой умелый мастер, я стану не нужен Адриону. А там уже поселюсь со своей дорогой Ашей в каком-нибудь спокойном месте…

— Вряд ли мой брат стал безумцем, — неимоверная боль звучала в словах Ланса, а сердце обливалось кровью от тяжёлого понимания, что действия Адриона нельзя списать на помутнение рассудка. — Я помню тот день, он не сошёл с ума, нет. Мстить вам он тоже не станет, можете не переживать.

— И всё же я пока поживу здесь, в трущобах, — с сомнением в голосе произнёс старый мастер. — Значит ты пришёл за новым клеймом. Что же, у меня кое-что есть. Моя лучшая работа, думал показать её твоему отцу, но…

Старик замолчал и молча стал копаться в бумагах.

— Будет вам, вряд ли я сейчас могу позволить себе ваши услуги. Денег, наверное, в притык хватит на гражданство. Мне бы простенькое временное клеймо, самое дешёвое. Потом как появятся деньги…

— Вот! Мой шедевр! — старик ничего не слушал и показал свою работу.

Клеймо могло быть каким-то символом, кто-то ставил герб дома, голову буйвола, может быть дракона. Но этот знак всегда будет находиться на рабе аристократа, будет олицетворять хозяина, его статус, значимость и положение. Чем вычурнее и дороже клеймо, тем более престижным оно является.

— Но… оно же стоит…

— Это мой подарок этириданосу будущей королевы арены, — подмигнул мастер. — Надеюсь увидеть её первый бой на Великой Арене. Чтобы её клеймо засверкало под взором бессчётного количества людей, все они будут задаваться вопросом: кто, кто автор этого творения? Слухи продолжат усиливаться после каждой победы твоих рабов, а я буду пить вино и смеяться в своём тихом особнячке близ Атеса.

На пергаменте был запечатлён прекраснейший из шедевров, целая история в одном рисунке. Тысячи мельчайших деталей, а также проработанная магическая проекция. Ветра Этия укутывающие в себе самого первого победителя всех великих арен Эдема. От одного взгляда на этот рисунок кровь вскипала в жилах, а звуки битвы начинали звучать в голове.

Сам же рисунок, казалось, прибывает в постоянном движении. Чуть ниже изображена воительница, которая сражает в битве гигантского змея и вот раздаются крики с трибун. И венцом всей картины становится мечта каждого этириданоса. Встреча в чертогах миров с самим Этием, внимания которого ты стал достоин.

Глава 12

— И что это было? — подняв брови, уже на выходе спросил Ланс.

— Вы о чём, хозяин? — невинно переспросила Ада.

— Что вы там делали с Ашей?

— Ничего такого… — девушка буквально сразу же потупила взгляд и принялась изучать свои ноги.

— Стоило мне на секунду оставить тебя одну, как деловое обсуждение прерывают стоны.

— Хозяин… — Глаза Ады уже стали мокрыми, лицо смущённым, как и у провинившегося щеночка. — Вы всё неправильно поняли…

— Тебя никто не ругает, просто ты должна быть честна со мной во всех вещах. Всегда говори прямо и без утаек. А что касается твоих шалостей с Ашей, то лично я в этом не вижу ничего такого. Она для этого там и находится, чтобы ублажать посетителей всеми доступными способами.

— Я не такая, — сразу же запротестовала девушка, продолжавшая заниматься самовнушением.

— Ага, — в ответ ухмыльнулся Ланс, чем заставил рабыню надуться и покраснеть ещё сильнее.

Всё же аристократ уже и так всё прекрасно понимал. Ада, конечно, не нимфоманка, но влечение её прямо разрывает, и в то же время девушка своих желаний ещё не понимает. Однако в скором будущем это станет огромным плюсом. Пусть рыжеволосую рабыню и готовят для боёв на арене, но спектр её навыков не станет ограничиваться лишь боевыми умениями.

Однажды один из епископов устроил на арене огромный бой, который завершился, пожалуй, крупнейшей на памяти Ланса оргией. Прямо на арене, куда спустились ещё и некоторые аристократы.

Порой от подобных зрелищ некоторые рабы приходили в ужас. В их мирах такое считалось аморальным, чуть ли не самым страшным грехом. А тут считай верхушка духовенства и такое вытворяет… Хотя, с другой стороны, это же служители Этия, чего ещё стоило ожидать от последователя Творца буквально принёсшего в этот мир удовольствия, частью которой являлась и похоть?

В любом случае в Эдеме подобное всегда являлось нормой, и никто этого не стеснялся. А что касается браков… с этим было всё сложно, как и с рождаемостью. Если ребёнок рождался без разрешения архиепископа, то нарушившую закон семью могли просто в один день не найти.

Вскоре показался блокпост, где дежурили войска. Пробежать через границу было вполне возможно, но, если тебя поймает патруль или стража любого поселения без документов… Смертная казнь покажется лучшим из исходов. Патрули же вдоль линии укреплений и за ними ходили постоянно, а среди них также находились и опытные волшебники, способные заметить нарушителя и без помощи своих глаз.

Ланс же пришёл на блокпост рядом с фортом с целью покупки гражданства.

— Чего? — рыкнул страж, уже обнаживший оружие заранее.

Всё же безумцев в трущобах хватало, порой они даже пытались брать штурмом форт. Правда заканчивалось это всегда плохо. Плохо исключительно для сброда.

— Хочу купить гражданство.

— А с тобой кто?

— Моя рабыня.

— Клеймо-то хоть есть?

— Конечно, — Ланс буквально щёлкнул пальцами и клеймо замерцало на груди девушки, а после второго щелчка исчезло.

— М-м-м, магическое, — страж лишь криво ухмыльнулся, будучи не способным оценить всю красоту произведения искусства. — Деньги покажи.

Аристократ кивнул своей рабыне, которая сняла с плеча сумку и показала содержимое. Множество монет разного номинала и разной чеканки, среди них находились и медяки, и серебряники, иногда сплавы нескольких металлов, но преимущественно содержимое сумки заполняли именно золотые монеты. Убедившись, что это не какая-то неудачная шутка, страж пропустил двух людей к главному.

Начались долгие обсуждение и споры, причинной которых стала попытка офицера кинуть Ланса на деньги. Но через минут пятнадцать всё же удалось достичь компромисса, пусть и пришлось заплатить намного больше ожидаемого. Но спорить с офицером армии… нет, это себе дороже.

Система гражданства в Эдеме была одновременно проста и понятна, но, с другой стороны, чем глубже приходилось вникать в нюансы, тем больше всякого рода мелких деталей появлялось. Вкратце, имелось три основных принципиально разных статуса, о которых нужно знать. Кателий, алетис и лариос. Внутри каждого типа существовала ещё свои нюансы и разные особенности, например для покупки личного транспорта нужно было оформить отдельные документы и расширить каждый из статусов. Или, например, если кателий желал купить раба-телохранителя, то ему приходилось ежемесячно выплачивать целый ряд существенных налогов в пользу казны города, в то время как алетису этого уже делать не требовалось и процесс покупки раба-телохранителя упрощался фактически до лишь покупки раба. Но в общих чертах всех свободных граждан вполне можно поделить на три очень обобщённых типа.

Кателий. Самый низ иерархии свободных граждан. Кателий действительно считался свободным, но жильё мог лишь снимать только на время, счёт в банке являлся временным, но по землям архиепископа можно путешествовать свободно, кроме самого города Эдема разумеется. Также некоторые крупные полисы могли на некоторое время вводить строгие ограничения для кателиев. Фактически именно кателии и являлись теми свободными, кто не брезговал работать на других. В результате их часто ставили в один ряд с рабами, их презирали, их считали второсортными смертными.

Далее шли алетисы, самые распространённые в Эдеме. Этим Гражданам позволялось покупать недвижимость навсегда, передавать по наследству при соблюдении некоторых условий, счета в банках становились постоянными, после оформления ряда бумаг разрешался временный въезд за внешние стены Эдема, но не дальше. Также государство помогало алетисам в открытие своего бизнеса. И если кателиев считали чем-то вроде рабов, но с чуть большими правами, то вот статус алетиса считался именно символом свободы. Опять же, потому что кателии часто работали, как и рабы, на алетисов. А работать на кого-то для по-настоящему свободных граждан сродни смерти. Хотя порой встречались и алетисы, которых жизнь прижала и заставила поступиться гордостью. Но этих всё же буквально единицы, ведь после падения на дно такой алетис может очень быстро потерять свой статус и стать кателием.

Лариосы. Самый привилегированный слой общества. Таким статусом обладали в основном аристократы, высшие сословия и просто цвет Эдема. Никаких ограничений, разрешение въезжать за внутренние стены самого Эдема. Лишь самые значимые и богатые могли позволить себе такую роскошь. И если алетисы являлись в основном, своего рода индивидуальными предпринимателями, имели своё одно небольшое дело, где они трудились сами, подключали своих родственников, учили этому своих детей. Иногда они могли себе позволить покупку и содержание десятка рабов. Но всё же их возможности ограничивались одной мастерской. А Лариосы уже в своих руках держали множество таких мастерских, порой заключая контракты «на равных» с теми же алетисами.

Однако всё же несмотря на статус, большинство тех же лариосов не спешило тут же ехать в центр Эдема, за внутренние стены. Или, например, земли Акерон принадлежали эльфам и считались крайне благополучными, но люди предпочитали селиться в менее «чистом» Ландосе, где и проживали их собратья по виду. Да, жилось там хуже, но межвидовые проблемы того не стоят. К тому же стоит понимать, что города отличались и ценами. Тот же Эдем, центр мира, вобравший в себя всё лучшее, являлся неподъёмной роскошью даже для многих лариосов. Цены там очень сильно кусались, конкуренция была колоссальной, а жизнь представляла собой постоянную борьбу за место под солнцем. Так что многие предпочитали селиться в местах попроще.

Почти все деньги Ланс отдал за право называться кателием. Пришлось оформлять кучу бумаг, на рабыню, на артефакты, а ещё аристократ магом являлся, что также требовало уплаты отдельного перечня налогов. Бабки загребали в Эдеме нещадно, порой казалось, что вот-вот и завтра уже все будут платить налог за каждый вздох. Однако всё прошло гладко. Лансемалион Бальмуар официально стал гражданином, с собственным клеймом и рабыней.

— Свободны, — двусмысленно произнёс офицер, протягивая последнюю грамоту с печатью.

Через считанные мгновения Аристократ оказался по другую сторону блокпоста и посмотрел в сторону горизонта. Вот он, первый шаг к возвращению.

— А до ближайшего поселения долго идти?

— Нет, несколько часов пешим ходом.

— И вы теперь полноправный гражданин?

— Да, именно так. А ты официально моя рабыня.

— А почему тот жирный гоблин не купил себе гражданство?

— Потому что он был сильным там, в трущобах среди убогих. Здесь же он стал бы просто жирным и жадным ублюдком.

— А куда именно мы идём, хозяин?

— Сначала мы посетим земли Сароса, где находится и одноименный город, который считают самым бедным из крупных поселений. В основном там проживают зверолюды.

— А нас там не сожрут?

— Подавятся.

Сарос и близлежащие земли всегда находились под властью зверолюдов и по мнению некоторых граждан мало чем отличались от трущоб. Всё же не все представители их вида моются каждый день и пользуются парфюмом. Также стоит понимать, что зверолюдов так называют не только по причине схожести с некоторыми животными. Если бы дело было только во внешнем виде… звериные инстинкты тоже остались.

— Что ты знаешь о культуре зверолюдов? — задал вопрос Ланс, чтобы зря время не тратить.

— Они поклоняются Великим Предкам. Каждый представитель рас их вида поклоняется своему Великому Предку, являющемуся воплощением древней звериной части каждого зверолюда. Их Великие Предки сродни богам или стихиям в культурах других народов. Волшебников у зверолюдов почти нет, но иногда встречаются шаманы, особи чувствительные к магической энергии. Почти все представители могут принимать облик Великого Предка. У кого-то просто когти становятся длиннее, а кто-то буквально увеличивается в размерах, превращаясь в настоящего монстра. Всё зависит от предрасположенности. Однако в любом случае именно этот факт и позволил им пройти естественный отбор в мире, где у тех же людей в армиях служат волшебники способные создавать разрушительные заклинания. Также встречаются зверолюды, которые больше напоминают представителей других видов, например людей, лишь с некоторыми незначительными отличиями в виде хвоста, ушей, клыков или шерсти. Среди самих зверолюдов подобных называют «порченой кровью», ведь данные особи намного слабее в физическом плане, а также не могут принимать облик своих Предков, связь с которыми они потеряли по тем или иным причинам.

— Верно. А ещё зверолюды очень любят сражения. Особенные те, чьи Великие Предки являлись хищниками. Жажда крови порой даже сводит с ума слабовольных зверолюдов.

— Ещё они гораздо сильнее людей во всех физических аспектах: сила, скорость, ловкость, реакция. Поэтому люди их и не стёрли с лица земли, ведь всё же маги являются редкостью, а рядовые люди сильно проигрывают рядовым зверолюдам.

Вскоре показался город Сарос. Крупнейшее и древнейшее поселение на землях Сароса. Поэтому названия и одинаковые. Путаницы не возникало, других настолько же густонаселённых городов на землях Сароса не было, максимум скромные частные владения или мелкие населённые пункты. Такой же принцип сохранялся и на других землях, вроде Ландоса или Акерона с одноимёнными городами. Фактически подобные крупные города являлись также и государством в государстве. Даже законы отличаются, пусть и следуют основным принципам определяемым епископами.

Главные ворота города охраняли четырёхметровые гиганты. В одном узнавались черты медведя, второй же и вовсе вылитый буйвол, даже морда такая же и рога на месте. Об их шкуры даже пики ломаются, а регенерация позволяет легко исцелить самые чудовищные раны.

— Грамоту, — рыкнул разумный зверь.

— Пожалуйста. Лапами прошу не трогать, — предупредил аристократ, чем вызвал лишь ухмылки у стражей.

— Проходи человек, на свой страх и риск.

Аккуратно обходя грязь, Ланс буквально сразу свернул с главной улицы в переулок, где находилась таверна. Всё это время местные обитатели на него бросали самые различные взгляды. Кто-то хотел убить человека, просто потому что он человек и по лицу видно, что он уже оборзел и никого не уважает. Кто-то хотел сожрать его сочную рабыню, которая так-то с острыми ушами, а каждый зверолюд знает, что хуже человека только сраный эльф. Кому-то понравился фрак, всё же некоторые зверолюды тоже обладали чувством стиля. Но всё это так и осталось просто мыслями. Ведь этот человек источал сильную магическую ауру, а с магом никто связываться не хотел. Также справедливости ради стоит заметить, что подобные взгляды кидали не только смертные с клыками и шерстью, но и не менее ублюдочные представители других видов, в частности, те же люди, чей ум способен и на более звериные вещи.

Внутри таверны оказалась довольно зверолюдно. Хотя имелись и редкие представители других видов. Один эльф в углу сидел и раскладывал свитки, отстранённая группа людей рядом с окном, саламандра около стойки и в целом всё. Остальные два десятка посетителей являлись именно зверолюдами, скорее всего зверолюдами-кателиями. В такое местечко явно алетисы не захаживают, за очень редким исключением.

— Эй, красотка, поднеси ещё эля! — проревел зверолюд напоминающий вепря, из вида катросийцев.

Сразу послушно прибежала кроткая рабыня с простым клеймом. Ножки быстро принесли официантку к нужному столику, где под её юбку уже залезла рука катросийца. Рабыня же никак не мешала пьяному отребью, наоборот подзадоривая его своим хихиканьем, прикрывая вполне человеческое лицо, разве что овечьи рожки и глаза выглядели весьма странно. Но кому-то нравится и такое. Этий им судья.

— Фу, — тихо произнесла Ада, отводя взгляд от начавшегося прямо по среди таверны совокупления, такого же грязного и дикого, как и сами зверолюды.

— Добро пожаловать в Сарос, — кисло произнёс тавернщик, выполняющий ещё и роль бармена.

У этого же в роду явно были волки, даже морда вытянутая и шерсть из-под одежды выбивается. И всё же в его голосе отчётливо слышались нотки сожаления от подобного зрелища. О зверолюдах и так много чего рассказывают, а тут ещё и пьянь начала совокупляться посреди трапезы прямо перед гостями другого вида смертных. И ведь именно по этому пьяному катросийцу будут судить весь вид. Впрочем, Ланс видал и не такое, при чём в людских или даже эльфийских тавернах.

— Мне нужна комната, на месяц, а там видно будет. Со всеми удобствами. Мне нужна вода, теплоснабжение, также еда и ещё некоторая информация… — Ланс начал объяснять цель своего визита, а владелец таверны его внимательно слушал и давал комментарии: все по списку предоставить тавернщик не мог, но имелись альтернативы.

Ада же продолжала наблюдать за официанткой, которая уже вырвалась из лап катросийца и продолжила работать. Пьяный зверолюд хотел большего, но денег у него уже не было. Так что рабыня с рожками отправилась к другим посетителям, где продолжила заниматься ровно тем же.

К слову, в этой овечке было гораздо больше человеческих черт нежели звериных. Такого же размера грудь, как и у Ады. Она выпирала сквозь тесную униформу, подпрыгивала во время каждого шага. И что самое интересное на груди не было шерсти вообще. Единственное черты от зверя предка, что были видны, — глазки со странными зрачками, рожки, копыта на нижних конечностях, а шерсть присутствовала только на голени. На голове же имелись самые настоящие волосы.

— Может она полукровка, как и я? — задумалась Ада, наблюдая за самым диким соитием под улюлюканье других пьяниц.

— Эй, я с тобой разговариваю, — Ланс еле достучался до своей рабыни, которая витала в облаках.

— А? Что? Да, хозяин?

— Идём наверх, пора спать.

И внезапно Ада поняла, что сильно устала после дороги. Она уже очень давно не спала. Сначала собиралась в путь, потом несколько часов мастер наносил тату, далее подписание документов и долгая дорога пешком.

— Да, хозяин, иду за вами. Скорее бы лечь в тёплую постель.

Глава 13

Ада спала крепко и снились ей родные луга рядом с деревней, где росли самые красивые цветы. Так приятно было в них прыгать и купаться. Мягкие и нежные лепестки ласкали кожу, порой слегка щекотали… но солнечные лучи уже проникли в комнату.

Девушка лениво приподнялась, потянулась, после чего обнаружила, что полностью голая. Странно, вроде бы она решила остаться в сорочке. Впрочем, так даже лучше, очень мягкое шерстяное одеяло на ощупь куда приятнее нежели… Неожиданно Ада чуть было не закричала во весь голос.

— Тише, вы же не хотите разбудить хозяина? — шепотом произнесла незнакомка, которая находилась в постели с Адой.

Своими пальчиками гостья прикрыла ротик Аде, чтобы та не закричала. Почти сразу же полуэльфийка взяла себя в руки. С ней в постели лежала одна из работниц таверны, мягкая и тёплая с висячими как у кролика ушами. Её легко можно было спутать с представителем расы людей, ведь единственным отличием являлись непосредственно ушки. Даже складывалось впечатление, что они накладные.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала Ада, прикрываясь одеялом.

— Грею вам постель, конечно же. Зима уже на пороге, ночи прохладные, — непонимающе пояснила рабыня и тут же поползла к рыжеволосой красавице, которая начала отползать назад.

— А кристаллы огненные? — спросила рабыня и вдруг упёрлась спиной в стену: отступать было уже некуда.

— Они же дорогие и не такие мягкие, как я…

Зайчиха уже оказалась близко, вытянула одеяло из ослабевших пальчиков остроухой красавицы. Затем приблизилась вплотную и обняла своими мягкими ручками клиентку.

Ада сразу же почувствовала тепло. Грудь и животик Зайчихи был гладок, как и внутренняя сторона нежных бёдер, которые уже обхватили ногу рыжеволосой рабыни.

Затем зверолюдка взяла руки полуэльфийки и завела их себе за спину, сделав объятия ещё крепче и теплее. Вернулось на место и одеяло. И вдруг Ада поняла, что абсолютно голая не только она. Обниматься было очень приятно, но девушку не покидало чувство, что всё это как-то неправильно.

— Вы когда-нибудь трогали ушки зайки? — сонно пробормотала зверолюдка, почувствовав замешательство клиентки. — Попробуйте, расслабляет и успокаивает. Не заметите, как снова уснёте.

Ада жила в деревне и знала какие мягкие и будто тающие ушки у кроликов. Оправдывая свои действия научным любопытством, девушка смело коснулась куда больших ушек рабыни, которые, как оказалось, отличаются только размером. В какой-то момент Ада поняла, что не может перестать гладить свою рабыню.

— Вы можете трогать меня, где захотите, — продолжила подначивать крольчиха, которая унаследовала от великого предка не быстрый бег, силу или зоркость, а, видимо, кроличью страсть и похоть.

Ада сначала хотела отказаться, а потом вспомнила посещение мастера татуировок и Ашу. Очень хотелось повторить нечто подобное, но… Что-то мешало рыжеволосой рабыне. Всё это казалось ей ужасно неправильным. Но Эдем меняет всех, кого-то позже, кого-то раньше. Так или иначе ты примешь правила, подстроишься или умрёшь.

Зайчиха была куда меньшего роста, её мордашка находилась прямо на уровне груди рыженькой полуэльфийки. В какой-то момент Ада почувствовала тёплый язычок.

— Или я могу вам помочь расслабиться… — тихо предположила зайчиха, но после вдруг догадалась. — Или вы не знаете как это? У вас это впервые? Я могу научить…

Как вдруг Ада резко схватила живую грелку за руку.

— Нет, не надо. Мне больше мальчики нравятся.

— Как жаль… Давайте тогда просто спать…

И как же жалостливо произнесла последние слова рабыня… У Ады даже в груди что-то ёкнуло. А вдруг она обидела эту ни в чём неповинную зайку?

Тогда полуэльфийка покрепче обняла пушистую рабыню, после чего продолжила гладить по спинке, по голове. Такими действиями девушка хотела показать, что не испытывает отвращения к зверолюдке.

Зайчиха же уткнулась носиком в плечо и закинула свою ножку ещё дальше, чтобы согревать клиентку ещё сильнее. Всё же господин Вульф отправил её именно для этого. Кристаллов огня нет, трубы для отопления сюда ещё не провели, а гости должны быть всегда в тепле. Так что приходилось греть кровати своим телом, что, впрочем, многим нравилось куда больше.

Ада же вдруг почувствовала, как её нога начинает неметь, поэтому решила слегка изменить позу. Но вдруг коленка ушла вперёд, бедро рыжеволосой рабыни оказалось ещё в более тёплом месте.

— М-м-м… — раздался томный стон.

Ада же почувствовала, что её бедро упёрлось в нечто непросто тёплое, так ещё и влажное. Пусть рыжеволосая рабыня и не испытывала влечения, но уже примерно понимала, что сейчас чувствует Зайчиха.

Аккуратно и плавно одна рука переместилась на попку, вторая к груди… Ада не очень помнила, что делала Аша, но собиралась повторить всё точь-в-точь.

* * *

— Как ночь? — поинтересовался всё тот же тавернщик.

— Ну моей рабыне явно понравилось, — усмехнулся Ланс: с верхнего этажа донеслись громкие стоны.

— Да, мне Лулу уже всё рассказала. Эта зайчиха очень нежная и мягкая, мы её всегда под молодых девушек подкладываем. Правда, как вы, наверное, понимаете… заводится она с пол оборота. Что уж, сами знаете кто у неё в предках… — тавернщник Вульф усмехнулся и подмигнул.

— Ага, понимаю, — аристократ тоже решил не сдерживать эмоции и улыбнулся. — Видел, как они там шалят под одеялом. Моя поначалу и вовсе думала, что никого больше в комнате нет. Потом вся покраснела, когда я оделся и на выход направился… Впрочем, о своём смущении она быстро забыла.

— А как там Лулу и Лайла? Понравились вам? В отличии от Зайчихи они более опытные, — поинтересовался тавернщик и оскалился во все свои волчьи клыки. — Если что, то вторая от заведения. Всё равно дел у неё не было, так хоть может вашу жизнь немного скрасит. Порезвились с ними ночью?

— Признаться, не довелось. Я лёг спать и сразу отрубился. Слишком тяжёлые последние деньки выдались, но хоть выспался в тепле и уюте.

— Это главное, — радостно произнёс Вульф. — Еда будет готова через пять минут.

Ланс же уселся за стол и впервые за последнее время позволил себе немного расслабиться. Самые худшие и просто тяжёлые времена уже явно остались позади и пусть текущий социальный статус мало чем отличался от рабов, но всё же это была свобода. А вскоре аристократ обязательно вернёт себе своё. По-другому и быть не может. Это лишь первый шаг на долгом пути.

Через десять минут спустилась довольно весёлая Ада. Она уже успела поиграться со своей грелкой, которую в таверне называли либо по имени Лили, либо по прозвищу Зайчиха. Настроение у рыжей девушки сейчас было крайне приподнятое.

— Как спалось, — спросил Ланс, но не смог сдержать ухмылки.

— Хорошо, — промямлила рабыня и тут же покраснела. — Но вы всё не так поняли…

— Да что тут не так понять можно? Ты даже не пыталась сдерживаться, вовсю разошлась и забыла, что так-то не одна в комнате.

— Это не то, что вы подумали. Я просто хотела ей помочь расслабиться. Это я ей…

— Ага, как скажешь. Ешь давай, тебя ждёт тренировка.

Земли Сароса населяли зверолюды, в большинстве своём не избавившиеся от животных инстинктов. Жажда убийства у них была куда выше остальных видов. Так что битвы на аренах гремели здесь чуть ли не каждый день. И если на аренах Акерона или Ландоса битвы напоминали искусно поставленные пьесы, то это… это были настоящие битвы, где один из этиамариев имел огромный риск умереть. Особенно любят зверолюды групповые сражения, где толпа месит другую толпу пока не останется один.

И как можно догадаться большинство сражающихся были либо зверолюдами, либо людьми без дара к магии. Простой сброд, который ловили на границе мира и сразу кидали на бойню, всё равно завтра патрули приведут новых рабов на рынок. Для разнообразия иногда рабов с хорошими физическими показателями могли тренировать. Но даже хороший воин, владеющий мечом долго здесь не жил.

Хотя всё очень сильно зависело от конкретной ситуации. Известного и отличившегося раба даже в случае поражения, вероятно, пощадят. Но вот так называемых «никчёмных» ждёт всегда лишь смерть. Никакой пощады, им даже клички запрещено давать. Их как раз обычно используют в качестве мяса для самых кровавых сражений, большинство из них не имеют подготовки, либо имеют, но принадлежат неизвестным этириданосам.

Никчёмных могут использовать просто в качестве мяса или для развлечения на неизвестных аренах. На какие-нибудь утренние битвы, куда приходит очень мало зрителей. Да, такие бои не очень-то и зрелищные, этиамарии такого уровня не используют магию… Но и цена билета намного ниже. Так что спрос был.

Также стоит понимать, что рабов в Эдеме было просто огромное количество. Постоянно новые попаданцы оказываются в этом мире по воле Этия. Так что организаторы боёв могли себе позволить выпускать на арену даже сотни никчёмных, из которых только один станет признанным.

Это этиамарии с магическими дарами, которых тренируют известные этириданосы, могут похвастаться долгой жизнью. Там и маги света всегда рядом. И пощаду заслуживают чаще. А никчёмные… просто мясо, расходный материал ценой в пару серебряных. К тому же, нужно признаться, даже известные бойцы арены стабильно умирают. Всё же все Эдем место тесное, рабов действительно очень много, конкуренция высокая, так что одни бойцы сменяют других постоянно.

Эдем — это не какая-то империя смертных, где рабов завоёвывают лишь во время военных походов, после чего их нужно целые дни везти в города, кормить, арендовать суда, следить чтобы те не сбежали и не сдохли за всё это время. Это всё и сказывается на цене рабов. В Эдеме же вон, приходи к границе и одевай ошейники, а завтра уже выкидывай мясо на арену.

Но вернёмся к этиамариям, рабам для арен. Победитель и любимец толпы получает право продвинуться дальше. Каждая победа — это шаг к Эдему, если тебе не отрубят ноги. Так что в драках этиамарии зачастую не сдерживались. Да и постановочных боёв было столько же, сколько и откровенных дуэлей, где оставался только один победитель. Этот мир вполне мог позволить себе такие кровавые зрелища.

Также стоит учитывать особенности городов. У эльфов смертность в боях куда ниже и большинство боёв именно шоу. А вот в Саросе доля постановочных боёв с известным заранее исходом крайне низкая. Зверолюдам недостаточно просто пары капель крови и лязга металла, нужна настоящая резня и бойня, чтобы руки отрывало и фонтаны крови били.

Многие этириданосы на этом и зарабатывали, ведь в случае смерти раба они получали компенсацию. И, разумеется, эта компенсация не только покрывала расходы, но и давала прибыль. Так что бытовала практика набора двух десятков рабов, обучение одному-двум приёмам и потом сразу на арену, где они все и сдохнут. А если не сдохнут в первом бою, значит потренируем ещё, выставим владельцу арены больший ценник, а потом кинем раба в новую мясорубку. В результате рабов покупали за копейки, после чего продавали тоже за копейки, но в большем количестве. На разнице строилась прибыль, массовость позволяла окупить затраченное время.

Но такой подход лично Бальмуар считал дилетантским. И уж определенно ни один этириданос в здравом уме просто так не кинет своего бойца с даром к магии в подобную бойню. Поэтому последние деньги ушли на аренду помещения, где начались беспощадные уроки. Сам же аристократ будет искать подходящий бой с минимальными рисками для своего единственном источника дохода.

— Ты медленно двигаешься, — рявкнул в очередной раз Ланс, легко парируя удар тренировочного меча. — Быстрее! Движение рождается в разуме, уверенность придаёт силы, никаких сомнений!

Как уже можно было догадаться, Лансемалион Бальмуар являлся аристократом и подготавливал рабов. В силу специфики профессии он обладал довольно жёстким и непреклонным характером. Всегда нужно было поддерживать чёткую субординацию. Хозяин и раб. Это особенно важно, когда ты учишь товар не уборке помещений, а убийству.

И всё же по меркам Эдема Ланса считали довольно добродушным. По крайней мере в повседневной жизни. И неудивительно, ведь он имел благородные корни и воспитывался настоящим аристократом, его отцом. В их семье никто не бил рабов просто так, никто не издевался над своими живыми вещами, это, наоборот, порицалось. Если твой раб не слушается, то это твоя вина и ничья больше. Это часто повторял отец, отрицая общеизвестные методики подчинения через страх.

Но всё существенно менялось на плацу. Здесь Ланс уже готовил не домохозяйку или шлюху в бордель. Раб должен стать воином, в глазах должна появиться сталь, но в то же время, нужно избежать появление строптивых мятежных ноток. И хотя бы за последнее Ланс не переживал.

— Ой! — вскрикнула рабыня и упала на спину, выронив меч.

— Ты выронила меч! Какая небрежность! Вставай и сражайся!

Очередной манёвр Ады оказался слишком медленным, за что она сурово получила удар прямо по лицу. Бровь теперь была рассечена, а кровь заливала девушке лицо, мешая обзору. Но может хоть это объяснит ей, что значит выронить меч.

— Зверолюды быстры, сильны, выносливы! А их звериная ярость позволяет не чувствовать боли и сражаться до смерти или победы! И тебе придётся с ними драться! Драться за свою жизнь! От этих тренировок зависит твоё будущее! Так может, стоит немного постараться⁈

Очередной кувырок, но опять слишком медленно. Раньше Ланс прощал такую оплошность, но то время прошло. Рабыня должна перейти на новый уровень. Этиамарий арены не будет давать поблажек. Так что болезненный тычок тренировочного меча превращает уклонение в очередное падение.

Но Ада всё же приземлилась около своего оружия и уже хотела взять меч, но боковым зрением заметила пятку, летящую в голову. Увернуться она уже не успевала, поэтому поставила блок. Согнутая рука защитила голову, упор в локоть второй позволит поглотить инерцию. Но девушка всё равно улетела на землю, а руки онемели.

— Если бы тебя ударил зверолюд, то руки бы у тебя не осталось! Когти разорвут твою плоть так же легко как меч! А если это ещё и будет крупный представитель их вида, то таким ударом он сломает тебе и руки, и череп! Сколько ты весишь⁈ Помнишь катросийца в таверне⁈ Он на тебя дунет, и ты улетишь! Он весит в несколько раз больше! В блокировании нет смысла! Или не уж то ты надеялась, что тебе выдадут латы для боя⁈ Даже не надейся на броню! Ты её не заслужила!

Ланс дал девушке немного отдышаться в процессе своего монолога, после чего снова резко рванул к рабыне. В этот раз аристократ вооружился уже когтями, многие зверолюды предпочитают использовать природное оружие, вместо длинных железяк. Также наставник старался наносить удары со скоростью среднего представителя зверолюдов.

Правая рука, которой Ада ставила блок всё ещё безвольно болталась. Движение девушки были неточны: из-за удара в голову рабыня поплыла. Уворачивалась она недолго после чего потеряла равновесие, снова упала, а когти наставника остановились около глаз.

— Смерть. Ещё раз.

Тренировка продолжалась от рассвета до заката. Ланс нещадно лупил свою рабыню, уча её привыкать к боли. Попутно аристократ указывал Аде на её ошибки. Если требовалось, он повторял и два, и пять, и десять раз, пока урок не будет извлечён. И действительно, многие моменты приходилось прояснять по несколько раз. Рыжеволосая эльфийка явно не обладала тем эфемерным талантом, о котором все говорят. Но за то она проявляла невиданную упорность. Большего и не требовалось.

Почти пять веков жизни… За этот срок Бальмуар успел стать искусным ментором. Его советы были продуманы и точны, в свою очередь рабыня куда быстрее их понимала, чем могло бы быть во время обучения с другим наставником. Пять веков своей жизни аристократ вложил в развитие своих навыков, что позволяло ему производить товар в разы быстрее и лучше нежели выходило у конкурентов. Пять сотен лет труда, крови и пота, после чего кто-то просто назовёт результат талантом и везением.

Мышцы Ады болели и горели адским пламенем в процессе уроков. Поэтому Ланс давал ей лично изготовленные снадобья. Полные минералов и белка, они не просто давали материал для укрепления мышц, но и ускоряли процесс развития с помощью особых примесей и добавок. Кроме того, снадобья снимали усталость и позволяли тренироваться дольше.

Как только у Ады отказывали руки, наставала очередь других частей тела. Жестокие и беспощадные тренировки, на протяжении которых Ланс всё ждал, когда рабыня взвоет от такой нагрузки. Но она молчала и, стиснув зубы, продолжала выполнять приказы, пока не упадёт без сил.

Да, господин Бальмуар действительно обладал сильной аурой. Он являлся могучим волшебником и мог влиять на своих рабов, как волей, так словами и зельями. Но видит Этий, причина самоотверженности Ады на тренировках заключалась не только в этом.

Глава 14

Прошла вторая неделя тренировок. Всё это время Ланс чуть ли не избивал рабыню во время своих уроков. Не происходило ничего интересного от слова совсем. Буквально, проснулись, завтрак, обед, а порой и ужин с собой, и вперёд в арендованное помещение. Потом рабыня отрубалась и падала без сил, иногда даже приходилось её нести до таверны. На следующий день всё повторялось.

И с каждым днём рабыня действительно сражалась всё лучше. Она не обладала талантом, но она всё же училась. Это главное.

— Ух ты, сегодня видимо была особо сложная тренировка, — произнёс тавернщник и присвистнул.

— Она неудачно увернулась и пришлось закончить урок раньше, — кисло произнёс аристократ и сразу направился наверх.

К сожаленью в этот раз тренировка закончилась слишком рано, однако Аде всё же досталось куда серьёзнее, чем раньше. Опять по голове. Вроде никакой угрозы жизни, девушку даже не тошнит, она сама хотела продолжать обучение, но… даже самое лёгкое сотрясение может обернуться ещё более серьёзной травмой. Пусть лучше отдохнёт. Это тоже лишним не будет, особенно учитывая, что Ада тренировалась чуть ли не круглые сутки. Магией и снадобьями отдых полностью не заменишь.

Мышцы девушки горели, точечные тренировки под наблюдением наставника давали о себе знать. Каждое движение отдавалось болью, которая уже стала новым учителем. Движения Ады во время боя стали медленнее, однако натиск Ланса сохранялся. Оставалось развивать точность и грацию, никаких лишних движений.

— Садись, — устало произнёс Ланс, который тоже за последние недели утомился.

Конечно, можно было оставить Аду одну, оставить указания… Многие так и делают. Но тогда и эффективность обучения сильно упадёт. Поэтому аристократ наблюдал и давал советы на протяжении всей тренировки, помогая избежать ошибок и сильнее закрепить полученные умения.

После приказа рабыня послушно села на табуретку, напротив кровати. Через пару минут Зайчиха принесла горячую воду. Девушка только успела омыть лицо, как Ланс уже сел на кровать, прямо позади рабыни. Настало время обработать повреждения.

— Ой.

— Не двигайся. Приспусти рубашку, а лучше вообще сними.

Конечно, серьёзных ранений у Ады не было, однако лучше обработать даже мелкую ссадину, чем потом бороться с инфекцией. К тому же бальзам не только избавит от опасных последствий, но и ускорит восстановление мышц, укрепит сосуды и улучшит кровообращение. Рубашку девушка всё же не сняла, лишь приспустила, что было довольно легко сделать, ведь одежда не закрывала плечи.

— Поворачивайся.

Ланс закончил дезинфицировать ссадины на спине, снова собирался смочить ткань в алхимическом растворе и продолжить обработку ран в других местах, но стоило лишь повернуть голову обратно к рабыне, как вдруг её лицо оказалось слишком близко. Легко можно было ощутить тёплое дыхание и различить каждую веснушку на милых щёчках.

Аристократ этому несильно удивился. Всё же последние две недели Ада отдавала все силы на тренировки, после чего засыпала в объятиях нежных грелок. Желание сводило её с ума всё это время, а расслабиться всё никак не получалось. Ведь сил хватало только на то, чтобы дойти до постели. Но сегодня девушка получила по лбу мечом и пришлось вернуться в таверну «Золотой окунь» раньше. И сразу остатки сил решено было отправить на кое-что не менее важное. Так ненароком на ум и мысль приходит, а вдруг собственно рабыня специально так «увернулась», чтобы немного отдохнуть.

В любом случае Ланс не стал противиться. Даже наоборот обрадовался подобному исходу, всё же он также являлся всего лишь человеком. А ещё личная инициатива Ады позволяла получить ещё одну ниточку для дополнительного контроля. Теперь секс можно будет сделать дополнительной мотивацией. Что уж греха таить, свой парфюм аристократ тоже изготавливал сам и осознанно добавлял туда афродизиак, который работал на большинство представительниц женского пола вне зависимости от вида.

Рубашку Ада тут же сняла и кинула куда-то в сторону. Аккуратными движениями она залезла на кровать, всё ожидая когда её остановят. Но Ланс молчал, так что девушка уже оказалась на его бёдрах.

Сейчас инициатива принадлежала рабыне, однако оказавшись наверху она впала в небольшой ступор и не знала, что делать дальше. Руками девушка продолжала гладить своего хозяина по шее, после начала медленно возиться с его одеждой. Опыта у неё явно не было от слова совсем. Что и логично, это её первый раз.

Ланса такая медлительность явно не устраивала, так что он подхватил девушку за талию и положил на подушки спиной. В следующее мгновение с рыжей красавицы слетели кожаные легинсы.

Ада громко дышала, а по бедрам уже стекал сок любви. Никакие прелюдии и дополнительная смазка не требовались. Две недели воздержания, постоянные ночи с обнажённой милашкой под общим одеялом и мысли только об одном. Рабыня накрутила себя самостоятельно и теперь находилась в состоянии сильного возбуждения. Она хотела большего ещё после встречи с Ашей… а ещё этот парфюм от которого кружит голову.

Аристократ вошёл максимально аккуратно после чего раздался блаженный стон, который окончился судорогами девушки. Крови почти не было, благодаря физиологическим особенностям полукровки и обилию природной смазки. Удовольствие сразу же вскружило сознание Ады, которая ничего подобного раньше не чувствовала. Рыжая красавица откинула голову, глубоко вздыхая и пытаясь пальчиками прикрыть свои розовые губки.

Ланс же не стал медлить и продолжил движения, которые сводили озабоченную рабыню с ума. Одна судорога сменялась другой, оргазмы не прекращались, следуя одним за другим, а стоны уже превратились в крик непередаваемого наслаждения.

Аристократ тем временем наращивал обороты, для удобства пришлось опереться на левый локоть, а ладонь ушла под извивающуюся спинку рабыни. Правой же Ланс схватился за грудь, мять которую было одно удовольствие. Такая нежная и в то же время достаточно упругая, более приятных вещей и придумать было сложно. И каждое движение сопровождается ласкающим ухо девичьим стоном, то и дело срывающимся в крик.

Носом Ланс уже уткнулся в чувствительную шейку Ады. Левая рука уже начала прижимать девушку к себе, а движения всё ускорялись. В какой-то момент рыжая красотка перестала касаться кровати, своими бедрами она обхватила своего хозяина, который в свою очередь придерживал девушку крепким объятием.

И вот рабыня срывается в непрекращающийся крик, ногтями впиваясь в спину аристократа, который делал последние движения.

* * *

Глубоко дыша Ланс наконец-то отпустил рабыню, которая легла на спину и прикрывая лицо руками пыталась успокоиться. Аристократ же плюхнулся рядом. Он закончил быстрее, чем планировал, но всё же и Ада обладала крайне привлекательной внешностью, да и близости у него в последнее время вообще ни с кем не было.

— Офигеть… как классно, — всё ещё с одышкой произнесла Ада. — А я забеременею?

— Нет, у меня всё под контролем.

С продолжением рода у всех магов имелись серьёзные проблемы. Мало того, что такая огромная сила и потенциал выходит впереди семейной жизни, так ещё и желания особого нет. Вся энергия уходит на достижение новых целей, ведь нет нужды пытаться реализовать себя за счёт женского внимания. Ведь маг буквально меняет реальность согласно своим желаниям. Порой практикуется сублимация на время тренировок или экспериментов, которые растягиваются на года.

После же маг обнаруживает, что уже стал крайне силён, сражения с врагами наскучили, как и изучение тайн других миров… Появляются мысли о мирной жизни, с семьёй. Только ментальное тело уже настолько развилось и изменило физическое, что вероятность оставить потомство становится мизерным. Особенно если ты архимаг, а твоя половинка простая смертная. Шансов чуть ли не ноль, даже алхимия и магия особо не помогут. А найти вторую половинку такого же уровня силы, твоего вида, которая тоже захочет семейной жизни… В общем м-да, проблем с этим хватало. К тому же детей на Эдеме заводить запрещается без разрешения архиепископа, особенно если речь заходит о детях влиятельных лариосов, а среди рабов так и вовсе практиковалась принудительная стерилизация, как и использование кучи видов контрацептивов.

Хотя на всякий случай Ланс всегда перестраховывался и использовал зелья или заклинания, чтобы избежать крайне неприятной ошибки. Такое очень жёстко наказывалось. Всё из-за колоссального перенаселения. Хотя выдача разрешения для продолжения рода всё же не являлась прямо уж редкостью, просто находилось под строгим контролем и наблюдением. Все желающие лариосы легко получали право на ребёнка. Как и многие добропорядочные алетисы. А если ты ещё и представитель редкого вида, то это вообще желательно. Хотя никто оставлять потомство не спешил. Рабам же детей иметь строго запрещалось, поэтому их часто стерилизовали. А учитывая малый процент свободных граждан по отношению к рабам… в общем, процент детей среди населения был крайне низок относительно других миров.

— Ада, как придёшь в себя, умойся. Потом приходи ужинать, — отдал приказ Ланс, надевая свою одежду.

Можно было подумать, что аристократ надел свой чистый фрак поверх потного после соития тела, но это было отнюдь не так. Во-первых, он не вспотел, как какой-то смертный. Во-вторых, он являлся магом, и мог сконденсировать влагу из воздуха, провести тонкую пелену воды по телу и вот, считай — принял душ.

— Так, вот он наш вечно серьёзный и такой деловой аристократ. А я уж думал ты бездушный голем или вообще из этих… — усмешка зверолюда за стойкой превратилась в оскал волчьих зубов. — Хочешь, могу предоставить тебе какую-нибудь очаровашку, втроём же веселее.

— В другой раз, лучше выпить налей чего-то приличного.

— Конечно, у меня тут хватает изысков. Как насчёт… хм… э-э-э… — тавернщник изучал свои напитки, среди которых находилось одно пойло для грязных пьяниц. — А вот, Величие Ландоса, вроде у людей это считается благородным напитком.

— Пойдёт.

Величие Ландоса, довольно забавное название. О каком величие идёт речь непонятно. Хотя в истории Эдема и были моменты возвышения тех или иных домов, кланов или городов, однако… Всем всегда правил архиепископ из одноименного города Эдем. Остальные же земли присягали на верность ему и конкурировали лишь между собой. Да и то, ни о каких глобальных войнах речи не шло. Так, локальные конфликты пусть и с участием множества вооруженных смертных.

— Хотя это же просто напиток, наверное не стоит искать в его названии скрытый смысл. Или это как-то связано с той историей про Свободного… Хм…

Вскоре спустилась Ада и заняла место рядом с хозяином, принимаясь за еду. Кушала она аккуратно, во всём подражая наставнику. Этикету Ланс уделял пока что не так много внимания, но элементарные основы всё же показывал и своим примером, и постоянными напоминаниями во время трапезы.

— Эх, вот вы бы чего-нибудь приготовили, хозяин. У вас лучше получается.

От такого заявления Ланс сначала поперхнулся, а после понял, что это скорее была невинная шутка без какого-то подтекста.

— Лучше научу тебя готовить.

Тем временем за соседними столиками поднялся шум. Уже всем знакомый катросиец опять нажрался в дребедень и что-то кому-то доказывал. Правда аргументов в его монологе различить не удавалось, в отличии от сплошного потока мата. Он наверно и трезвым особыми ораторскими навыками не отличался, а тут…

И в какой-то момент этот пьяный ублюдок, вонючий отброс, маргинал, чудом получивший низшее гражданство направился прямо к столику аристократа.

— Ты чё борзый⁈ — туша облакатилась прямо на стол и прорычала своей отвратно смердящей пастью бессмысленный вопрос.

— Вы ко мне обращаетесь? — Ланс даже взглядом не удостоил эту мерзость, продолжая спокойно есть.

— А чё? Кого-то ещё видишь? Чё ты, а⁈

Аристократ всеми силами пытался понять, что несёт эта живность, но вряд ли какой-то смысл имелся в словах алкаша. Видимо этот урод словил белую горячку и захотел поискать приключений.

— Отойдите, вы смердите и мешаете мне есть, — сквозь зубы произнёс Ланс, наконец-то взглянув на своего собеседника.

И видит Этий, единственное что остановило зверолюда от начала драки прямо здесь и сейчас, это странный взгляд этих янтарных глаз. Катросиец даже немного протрезвел, но после сбросил наваждение. Однако и уверенности поубавилось. Но в то же время уйти он уже просто так не мог, иначе бы опозорился. Так что оставалось не так уж много вариантов развития дальнейших событий.

— Э, выйдем пошли, я тебя урою, говнюк. Никакая магия… ик… тебе не поможет. Давай, ищи там свой посох, колдун сраный, можешь даже взять два, один хрен я тебе голову оторву.

— Такой мусор как ты смеет бросать мне вызов на дуэль? — раздражённый Ланс задал риторический вопрос и отложил столовый прибор. — Ты даже мою рабыню не одолеешь.

— Ты чё попух, гладкокожий? Совсем уже того? Ладно, урою сначала её, а потом оприходую её на глазах толпы. А после и тебе голову оторву, базарю. Жду.

Уверенность прямо сочилась из катросийца, который вразвалочку поплёлся к выходу. Толпа же всё слышала и уже готовилась к зрелищу, попутно заказывая всё больше выпивки.

— Ну, видимо, спокойно поесть нам не позволят. Идём. Как раз посмотрим, чему ты научилась, если этот алкаш не отрубится в начале боя и не задохнётся в собственной блевотине.

— Хозяин?

— Так, ты испугалась этого мешка с блохами? Он нажрался в хламину и тебе не соперник.

Однако легче от этих слов Аде не стало. Всё же катросиец был действительно огромен, хоть и находился в нетрезвом состоянии. Одним своим видом он внушал ужас и страх. А эта морда, клыки и наверняка прочная шкура… Вылитый дикий вепрь, только прямоходящий и размером побольше, намного побольше.

— Ладно, — закатил глаза Ланс, после чего лёгким движением передал рабыне флакон. — Выпей незаметно.

На улицу Ада уже вышла уверенная в своих силах, с мечом в руках и готовая к битве. Алкаш же сорвал с себя одежду и ревел во всю глотку, будто возомнил себя бойцом арены. Пьяный и огромный, вонючий и грязный, бесполезный, но почему-то свободный гражданин. Хотя он всё же именно кателий… Именно из-за такого отребья, кателиев и считают второсортными. Подобные никогда не станут алетисами и будут сродни рабам в местной пищевой цепочке.

Кто-то дал команду и бой начался, прямо на грязной улице, а границей арены стали зрители.

Тут же огромная туша понеслась вперёд, но облик предка гад не принимал. Это и стало его первой ошибкой. Ублюдок недооценил хрупкую и мелкую девушку с мечом, чьё лезвие такое тонкое и просто смехотворное.

Катросиец набрал разгон дикого бухого вепря и собирался протаранить Аду. Вторая ошибка. Пьяный и неповоротливый, даже ребёнок легко бы ушёл в сторону. А свою рабыню Ланс ещё и тренировал лично.

Ада легко ушла пируэтом в сторону, сразу же подрезая ноги мечом. Кровь брызнула на землю, но рана оказалась неглубокой.

Сразу же девушка на рефлексах сделал ещё шаг назад от катросийца. Наставник уже несколько раз её подлавливал в такие моменты. Так хотелось нанести ещё один удар в спину, но враг тут же молниеносно атаковал с разворота. Даже пьяные зверолюды куда быстрее людей, об этом нельзя забывать.

Катросиец не попал своими когтями и тогда вновь направился к рабыне, чтобы нанести ещё один удар, от которого Ада в свою очередь легко отпрыгнула. Пьяный зверолюд понял, что нужно сокращать дистанцию, начал неуклюжий манёвр.

Но Ада оказалась проворнее. Она тоже решила сократить дистанцию на полшага, после чего сделала тычок мечом прямо в морду зверолюда. И сразу же девушка отпрыгнула назад, выходя из зоны поражения.

— Ах ты сучка, — зашипел катросиец.

Удар должен был выбить глаз, но Ада не попала. И всё же порез остался на морде и заливал кровью глаз. Рабыня увидела возможность и сразу же ей воспользовалась.

Обходя врага справа, со стороны частично ослеплённого глаза, Ада сделала ещё несколько тычков и сразу же отступила. Рана на лице зверолюда уже не кровоточила, благодаря нечеловеческой регенерации. Зато прибавилось новых дырок в других местах.

Тычок, тычок, пируэт, тычок и прыжок назад. Девушка легко и уверенно просто танцевала вокруг своего противника, нанося несмертельные, но крайне неприятные ранения. Да, катросиец был выносливее её, но с учётом многих мелких ран и алкоголизма ситуация кардинально меняется.

Внезапно взгляд зверолюда начал становиться безумным. Раны начали стремительно затягиваться за считанные мгновения, чего раньше не было. Он собирался принять обличие предков, но что-то мешало. Возможно чрезмерно огромное количество употреблённого алкоголя или виной был кто-то вполне конкретный… впрочем неважно.

Ада же хорошо запомнила уроки наставника. В момент воплощения зверолюды оказывались крайне уязвимы. На краткий срок они теряли связь с реальностью, после чего разум заполнялся звериной яростью. Поэтому принимать новый облик необходимо с уверенностью в том, что противник не успеет ничего предпринять. Повезло, что этот дурак сам подставился. Хотя нет, тут речь не о везении, а о пропитых извилинах.

Ада тут же юркнула вперёд и вбок, после чего нанесла колющий удар в колено. Меч пробил шкуру насквозь, после чего девушка сразу же вырвала клинок и зашла за спину.

Но с трансформацией зверолюда явно было что-то не так. Он будто застрял в промежуточном варианте. Многие из случайных зрителей видели подобное впервые.

Ада тоже поняла, что с врагом что-то не то и активно этим пользовалась. Зашла с другого бока и пронзила второе колено, заставляя зверолюда упасть на колени.

Катросиец уже понял, что не может почему-то принять облик предков. Тогда он начал беспорядочно махать лапами во все стороны. Только вот без двух нижних конечностей зверолюд даже повернуться толком не мог, попытка переноса веса заставляла хлестать кровь из колен ещё сильнее, сами сухожилия тоже оказались подрезаны, нет, со своей манёвренностью этот алкаш уже попрощался.

Ада же продолжала наносить удары, режущие и хлёсткие. Она не собиралась убивать ублюдка, скорее просто издевалась над ним, веселя толпу. С каждой секундой раны исцелялись всё медленнее, а боль становилась сильнее. Сражение превратилось в унижение и в конце концов катросиец сдался.

— Молодец, — Ланс сразу же похвалил подбежавшую рабыню.

— Это благодаря вашей помощи.

— Зелье во флаконе не сделало твои удары сильнее, а движения не стали точнее. Оно лишь избавило тебя от неуверенности в самой себе, убило жалость и сострадание к врагу. Иди, помойся и одежду постирай.

Ада сразу же подчинилась приказу, и удивлённая побежала в таверну. Ланс же снова опробовал самое популярное среди этиамариев зелье. Первый раз аристократ дал это зелье своей рабыне во время последнего посещения Ростовщика. Но лучше было убедиться в реакции организма девушки на это снадобье ещё раз. А то всякое бывает.

Зачем использовались подобные зелья? Очевидно. Всё же порой приходилось выкидывать на арену рабов, которые ещё толком ничему не научились. И речь не столько о махании мечами, сколько о моральной подготовке. Всё же сюда попадает очень много разных смертных, которые в жизни своей и крови могли не видеть. Как они кого-то убьют? Никак, они просто не смогут. Так что их часто накачивали различными зельями, от которых ехала крыша. Рабы становились злее, беспощаднее и… тупее, так что далеко с таким подходом в подготовке бойца не уйдёшь.

Зачем Ланс дал это зелье своей рабыне? Во-первых, используемая в конкретном случае доза просто смешная и не опасная. Во-вторых, Аде всё равно придётся убивать. И убивать очень много, зачастую таких же заложников ситуации как она. Так что в первое время она будет принимать подобные зелья, чтобы привыкнуть к убийствам других.

— Этиамария из неё готовишь? — рядом появился тавернщик, который тоже наблюдал за зрелищем. — Местным она понравится. Им вообще нравится, когда слабые люди умудряются побеждать огромных монстров. А с такой подготовкой она точно станет фавориткой, если выживет.

— Да, у неё огромный потенциал, который я, несомненно, раскрою.

— Только её будущие противники вряд ли застрянут на середине трансформации, — прищурившись произнёс похожий на волка зверолюд. — Прямо магия какая-то…

На это Ланс ничего не ответил. Обвинять же его никто не станет, пока не появятся доказательства. А они точно не появятся.

Глава 15

В который раз рабыня поражалась нежностью рук своего хозяина. Да, он был аристократом, но постоянно сражался мечом, не чурался тяжёлой работы, а уж его хватка… И всё же они не были грубыми, может дело в каких-то кремах, а может в движениях или вовсе магии.

В любом случае Ада лежала и получала удовольствие от массажа всего тела. Наверно хозяин был действительно рад её победе против пусть и пьяного, но зверолюда. Так что награда не заставила себя ждать.

И мотивы Ланса в целом были схожи с домыслами рабыни. Однако у массажа была и другая цель, размять мышцы и помочь телу восстановиться. Особая и довольно сложная техника, которой не так просто научиться. Одно дело массаж до тренировки, с целью разогрева мышц, в этом нет чего-то сверхсложного. Но вот сделать массаж правильно после тяжёлой нагрузки и принести пользу… здесь уже нужно некоторое мастерство. Впрочем, за почти пять сотен лет Бальмуар успел многому научиться. Но награда же должна была начаться только сейчас.

Ада сразу же замурчала, почувствовав тепло рук на своей попке. После массаж устремился к внутренней части бедер. Этого девушка уже ждала с нетерпением последние минут двадцать. Но сначала нужно было провести интенсивный массаж, чтобы ускорить восстановление и улучшить кровообращение в местах групп мышц, где была сконцентрирована основная нагрузка. И что-то там ещё, что особо рабыню не волновало.

— М-м-м… — мурлыканье всё продолжалось.

Ничего подобного в своей жизни Ада до этого не испытывала. Даже ласки Аши или игры с той Зайчихой были лишь тенью огромной палитры ярких чувств, что сейчас испытывала девушка.

Пальцы Ланса легли на набухший цветок, начали его массажировать, в этот раз не круговыми движениями, а диагональными. Хотя особой разницы рабыня отличить не могла, сердце билось одинаково часто, а дыхание уже стало прерывистым.

Пока одна рука хозяина уделяла внимание бутону, вторая двигалась вдоль половых губ, играясь с ними. Возбуждение становилось ещё сильнее, девушка уже хотела попросить Ланса ускориться, но это не потребовалось.

Аристократ лучше знал когда и что делать, его палец лишь слегка углубилась вперёд, а Ада уже издала громкий продолжительный стон. Ланс же продолжил движение пальцем, доставляя своей рабыне непередаваемое удовольствие.

От сока любви мокрым стал чуть ли не весь локоть, а капли то и дело стекали на одеяло. Движения хозяина стали быстрее и напористее, после чего подключился второй палец.

— Ох, да… Быстрее! — Ада уже не могла сдерживаться.

Жадно хватая воздухом рот, знойная красавица прерывалась на крики и громкие стоны. Каждое движение руки Ланса сопровождалось хлюпаньем и брызгами. Горячее тело Ады начало извиваться. Ягодицы поднимались всё выше, но хватка хозяина не позволяла вырваться. Последовал долгий протяжённый стон, которому сопутствовал ударивший фонтан. Теперь придётся менять не только постельное с одеялом, но и сушить матрас.

Ланс же вытер руки полотенцем и уже собирался пойти к тавернщику, как вдруг кое-что заметил. Ада уже пришла в себя и игриво качала приподнятой попкой, будто прося продолжения.

Что же, в Эдеме все прекрасно знали, что хороший утренний секс очень сильно повышает работоспособность. Так что аристократ и не мог поступить иначе, он же должен быть эффективным.

Вновь поражаясь влажности Ады, Ланс снял брюки и сразу же вошёл на всю длину. Движения быстро набрали среднюю амплитуду, на что девушка среагировала вполне положительно.

Внутри знойной красавицы и так было тесно, так Ада ещё и сжала бедра. Аристократ спал со многими девушками разных видов, но эта чертовка с острыми ушками… Она легко сможет стать одной из лучших любовниц Эдема.

Ада же вовсю отдалась развратным чувствам, забывая о каком-либо приличии. Девушка стонала во всю глотку, ни капли не стесняясь. И вдруг Ланс начинал понимать, что уже и сам не может сохранять хладнокровие. В первый раз он списал это на долгое отсутствие партнёра, но теперь… нет, всё дело было в Аде.

Руки лежали на идеальной талии, спинка ровная, как и осанка. А ещё такие душистые волосы не просто рыжие, а буквально горящие огнём. Милое симметричное личиков с пухлыми губками. А ещё лёгкие веснушки на невинных щёчках…

Но в этот раз Ланс уделил внимание торчащим ушкам, продолжая удивляться: рыжая полуэльфийка, да за свой смертный век аристократ таких ни разу не видел! И эта большая и сочная грудь, обычно остроухие обладают первым или вторым размером. Здесь же как минимум третий.

Ланс уже не мог сдерживаться и просто двумя руками впился в груди, играясь с ними как ему угодно. Указательный и большой пальцы иногда слегка сжимались на сосках, заставляя стонущую без перерыва девушку взвизгивать, что заводило ещё сильнее.

Резким рывком хозяин поднял рабыню, прижимая к себе и достигая максимальной амплитуды. Зубами он впился в плечо Ады, а её нежные пальчики утонули в благородных волосах аристократа. Последние толчки и Ланс повалился рядом со своей рабыней.

— Я уже говорил, что воинского таланта у тебя нет. Но даром любовницы тебя наградил сам Этий, — удивлённо проговорил аристократ и ни капли не преувеличивал, а может и преувеличивал: всё же он рабов для арен готовил.

Тем не менее это была лишь вторая близость девушки, но она уже так уверенно и распутно вела себя в постели. Да, навыков не хватало, но Ада будто чувствовала и без подсказок, что от неё требовалось. И на самом деле Ланс уже примерно понимал в чём дело. Всё довольно просто и очевидно, ответ кроется в волосах, которые буквально огненные. Скорее всего у рабыни предрасположенность к магии огня, отсюда и страсть в постели.

— Вы преувеличиваете, хозяин, — смущённо ответила Ада, направляясь к бадье с водой. — Да и я толком ничего умею. Всё делаете вы.

— Есть и другие позы, где инициатива принадлежит девушке. Обязательно покажу, как и много чего другого.

Вскоре хозяин и рабыня спустились вниз, где их уже ждал завтрак. Тавернщик работал на совесть. Всё же таверна являлась его лицом, его гордостью. Ланс слышал от некоторых попаданцев, что порой даже в ресторанах владельцы заставляют работников разбавлять напитки водой. В Эдеме такое сочли бы за сказку. Как уважающий себя гражданин может пойти на такое? Он же продаёт за жалкий металл свою гордость и честь, обманывая клиента! Нет, для Эдема подобное было просто возмутительно. И дело даже не столько в конкуренции, сколько в самой культуре, где доставление удовольствий являлось высшим приоритетом.

— Приятного аппетита.

— И вам, хозяин.

Завтрак оказался крайне дорогим, здесь даже можно было увидеть овощи. Денег же больше не становилось. Но в запасе ещё имеется примерно неделя. На этот срок средств должно хватить. А дальше…

Ада уже готова сражаться на арене, даже со зверолюдами. Но стоит также понимать, что сражаться она будет не против ветеранов. Почему? Во-первых, ветераны её просто разорвут. Во-вторых, её никто на серьёзные и популярные битвы не пустит. Аде нужно зарекомендовать себя. Так что она будет разогревать толпу на постановочных боях, возможно даже групповых. Может быть её выставят против такого же новичка в дуэли, но… Это всё аристократ будет обсуждать с организаторами. В любом случае, сначала ей нужно как-то себя проявить. Именно поэтому Ланс сначала много времени по меркам Эдема уделил подготовке. Когда она выйдет против других «никчёмных» все увидят разницу в уровне, огненноволосая рабыня сразу же выделится и запомнится тем, что лучше других.

Но сейчас нужно уделить внимание другим видам оружия. И закрепить прошлые уроки. Недели должно как раз хватить. Акцент пока что будет на обоюдоостром одноручном мече, но показать с какой стороны держать копьё или топор тоже нужно. Всё же порой этиамариям приходится сражаться буквально тем, что выдадут.

Начались, вернее сказать, продолжились долгие тренировки. Ланс обучал рабыню азам владения оружием различных видов, объяснял их особенности и преимущества. Трудностей Ада не испытала, всё же принципы боя были схожи. Правильно бить и оценивать дистанцию она умела, как и двигаться. А какие-то сложные комбинации и техники ей пригодятся ещё нескоро. Не до росла ещё до такого уровня. Пусть элементарные приёмы хотя бы запомнит.

— Извините, что прерываю. Можно вас на пару слов? — неожиданно в тренировочную комнату зашёл зверолюд.

— Конечно, — Ланс слегка удивился, но всё же решил уделить незнакомцу немного своего времени.

— Мне рассказал про вас владелец таверны, в которой вы остановились. Ваша рабыня недавно засветилась в драке с гражданином…

— Она была моим представителем. Рабыня зарегистрирована, все документы имеются. Я действовал согласно законам Эдема.

— Ой, да я не об этом! — отмахнулся зверолюд, напоминающий медоеда. — Плевать я хотел на того алкаша. Я хочу сделать вам интересное предложение!

— Не продаётся.

— Признаться я на это и не надеялся. Однако вы явно тренируете её для сражений. Завтра у нас будет бой, нам как раз нужны этиамарии на разогрев для утренних игр со смертью.

— Какие бои и с кем?

— Групповой бой, пять никчёмных против толпы голого отребья.

— Оружие?

— А вы явно знаете, чем занимаетесь, — усмехнулся зверолюд. — Этиамарии получат случайное оружие по решению зрителей. А отбросы… ну как всегда, ржавые и сломанные железяки какие-нибудь им выдадим, брони никакой не будет.

— Я хотел закончить подготовку к концу недели, но если мы сойдёмся в цене…

— Времени максимум на час. Прийти, записаться, поучаствовать, всё довольно быстро. Всем платим по сто серебряных.

— Скажи мне, я похож на дурака? — сразу же скривился Ланс от услышанной суммы, которую специально в серебряники перевели, чтобы звучала внушительнее.

— Бросьте, это вполне приемлемая цена для неизвестного этиамария, от неизвестного этириданоса.

— Вы пришли ко мне за день до игр. Почему? Что-то явно пошло не так, вам не хватает бойцов. За это вы заплатите мне сверху. Также прошу посмотреть. — Ланс приоткрыл дверь и показал свою рабыню, которая подобно вихрю скакала вокруг манекена нанося точные удары. — Много у вас таких рабов, чьи волосы огненным смерчем следуют за грациозными движениями идеального тела? Ваши зрители будут шокированы одним её внешним видом. Рыжая эльфийка! За это вы мне платите сверху тоже. Теперь смотрите на её удары. Видите? Она не бьёт в сердце, в горло, пусть и может. Она играет, создаёт шоу. За это вы платите мне сверху снова. Далее прошу вас присмотреться, видите эту татуировку? Целая история, лучшее произведение искусства, которое стоит дороже всех других рабов на будущем сражении. К сожалению, тренировка проходит в простой одежде, а не турнирной. Но…

— Да, я вас понял. Можете не продолжать, — с лёгкой грустью произнёс зверолюд, осознав, что не смог облапошить гладкокожего. — Сколько вы хотите?

— Десять золотых.

— Десять⁈ Вы с ума сошли? За один час десять золотых?

— За то ваши утренние игры станут лучшими за последнее время среди ваших конкурентов. Это я вам обещаю.

— Я дам три, не больше. Это и так слишком много для утренних игр, где почти никого не будет.

— Три? — задумался на некоторое время Ланс, который специально назвал крайне завышенную сумму. — Хм… Давайте поступим так. Я согласен на три золотых, но с одним условием.

— И каким же?

— Во-первых, золотой в качестве предоплаты. Во-вторых, вы ещё заплатите два сверху, если толпа будет вопить от радости.

— И, в случае случайной смерти вашего раба, я никакой компенсации платить не буду!

— Договорились.

Глава 16

— И я должна в этом сражаться? — Ада залпом осушила зелье, но всё ещё не могла поверить в происходящее.

После всех этих уроков на плацу, после всех этих упражнений… Тысячи слов были сказаны, сотни часов потрачены на владение оружием и изучение воинского ремесла. И теперь ей выдают это.

— Да, должна. Давай быстрее.

— Но это же… разве это броня?

— Это красивое и искусное изделие, которое понравится толпе. Твоей задачей является развлечение толпы. Какой смысл закрывать плотными пластинами металла твои достоинства?

— Чтобы я не умерла?

— Если ты умрёшь от этой шпаны, я тебя воскрешу и убью ещё раз. Не дай Этий хотя бы царапину получишь.

— Но…

— Никаких «но»! Смотри, сидит идеально.

Ланс на самом деле прекрасно понимал свою рабыню. Всё же этот наряд никак не походил на броню или хотя бы её пародию. Да и этиамариев редко одевали в что-то более… м-м-м… относительно практичное. Ведь всё же важно понимать одну крайне важную деталь кровавых арен. Это не честная дуэль аристократов, это не воинский поединок, это не военное сражение, это в первую очередь шоу. Развлечение.

Долго аристократ выбирал наряд, однако всё же остановился именно на этом относительно бюджетном варианте, на который и потратил тот золотой в качестве предоплаты. Ада определенно точно теперь будет в центре внимания, как только ступит на песок арены. Не то чтобы это был прямо уж шедевр моды, скорее просто другие этириданосы выпустят своих бойцов в чём-то попроще. Всё же как-то странно одевать раба купленного за тот же золотой, в одежду, тоже купленную опять же за золотой. Ведь одежда в бою вероятно порвётся, даже если раб выживет. И в случае Ады речь идёт именно об одежде, а не о броне.

Чёрные чулки, высокие сапоги, бедра открыты. Грудь же прикрывают только две полоски лёгкой ткани, которые образуют глубокий вырез. Промежность закрывает шлейф ткани, который то и дело вовремя движений приоткрывает интимную зону. Вместо наручей длинные тканевые перчатки, закрывающие локоть и часть предплечья.

— Больше на одеяния какой-то куртизанки похоже… Благодарю, хоть бельё разрешили надеть.

— Не ной, всё удобно сидит? Ничего не мешает?

— Тут нечему мешать, хозяин, я почти что голая! А можно мне шлем? Я видела у кого-то из бойцов был шлем и даже стальной наруч.

— Всё, устрой настоящее шоу. Не опозорь меня.

Ланс оставил свою рабыню и поднялся на трибуны арены. Ему уготовили место рядом с организатором, правда немного ниже, в самом низу, но трибуна действительно общая. На ней же находились относительно известные личности и некоторые этириданосы, которые тоже сегодня привели с собой бойцов для арены.

— Хм, в последнее время в Саросе так много людей, — оскалился сидящий рядом зверолюд, но без особой злобы или презрения. — Сейчас будет ваш раб выступать? Мои уже успели опозориться.

— Не сказал бы. Прошлый бой вышел вполне удачным. Разумеется, для утренней битвы на арене подобного уровня популярности. Стыдиться вам нечего.

— Будет ещё спорить со мной… — протянул излишне горделивый зверолюд и замолчал.

Тем временем ведущий игр объявил о начале следующего зрелища. Попутно он ещё воздал хвалу некоторым относительно влиятельным лариосам, которые спонсировали сегодняшние битвы. Ни слова про этириданосов, которые подготовили своих рабов, ни слова о самих рабах, он даже не обращал внимание на прогремевший рёв. Всё внимание ведущего было направлено на комплименты верхушке трибуны. Организатор игр таким способом явно подлизывался к нужным людям.

Но вдруг одобрительно закричали немногочисленные зрители, многие из которых приходили сюда перед вечерней сменой или просто не могли позволить себе билет на вечерние выступления с участием волшебников. Они быстро вцепились взглядом в девушку, чьи огненные волосы выделялись среди остальных серых цветов. Сразу же они заценили и не самый дешёвый костюм. Один золотой, это сто серебряных. Для примера месячная плата новобранца регулярной армии, не владеющего магией, составляет так-то тридцать серебряных. И это не солдаты мало получают, это костюм действительно обошёлся в копеечку за счёт срочности и работы на заказ.

— А посмотрите на это клеймо! Да я таких не видел в Ландосе на летнем турнире в честь… — ведущий внезапно осёкся, поняв, что ляпнул лишнего: сейчас бы сидеть у кормушки в Саросе и вспоминать известные бои другого города. — Красивое клеймо, да и рабыня не промах! Думаю, многие сегодня пожалеют, что не пришли посмотреть на такую красавицу!

— Пфф, красота… — заворчал зверолюд, но в глазах читался интерес. — Толпе нужно зрелище, кровь и лязг металла! Они здесь за битвой, которая заставит вскипеть кровь. В борделях можно посмотреть на красивые тела, да и не только посмотреть…

Тем временем этиамариям начали раздавать оружие. Толпа поднимала светящиеся камни, маленькие и дешёвые, но яркие. По ним ведущий определял какое оружие получит очередной этиамарий. Рыжей полуэльфийке досталось крылатое копьё.

— А те-е-е-епе-е-е-ерь… ПУСТЬ ПРОЛЬЁТСЯ КРОВЬ!!!

И сразу же после рёва арена погрузилась в пыль. Из-под земли вылезли ловушки, появились ямы с копьями и вращающиеся лезвия. После поднялись и решётки, откуда наружу выгоняли практически голых рабов с ржавым оружием.

— Ого, что-то их многовато, — вдруг нахмурился зверолюд. — Вроде мне говорили, что будет не больше двадцати каких-то отбросов, пойманных у трущоб. А тут вон сколько в первой волне только… Те трое волосатых и вовсе могут за серьёзную сумму на каменоломню уйти. Здоровые и крепкие, может даже бывшие воины… Так дела не делаются…

Лицо Ланса исказила гримаса непередаваемого презрения и злости. Организатор обещал другие условия, но внезапно решил их поменять. Чёртов мусор. Но волноваться пока было рано.

Ада же спокойно стояла и крутила своим копьём над головой, слегка двигаясь из стороны в сторону. Набедренная повязка волнами ходила за ней, а грудь время от времени подпрыгивала. Для зрителей это было танцем, а сама рабыня просто привыкала к балансу оружия.

Тем временем четверо этиамариев начали расходиться. Никто не собирался сражаться в команде. Быстро оказались определены зоны, где будет драться тот или иной боец арены. Каждый сегодня будет бороться не за жизнь, а за внимание зрителей и за их симпатию.

Рыжеволосая красавица же выбрала оставшуюся зону, рядом с вращающимся лезвием. Покачивая бедрами, она спокойно и расслаблено шла в сторону каких-то уродов, которых выгнали из-под трибун. Сердце её уже колотилось, адреналин проник в кровь, а в глазах заиграл огонь. Всё благодаря выпитому заранее зелью. Хотя и убивать сегодня Ада будет уже не в первый раз.

Грязные, немытые с одержимым взглядом. Ублюдки уже начали кричать угрозы, вслух рассказывать, как они сорвут этот наряд и оприходуют её на глазах толпы. Ланс был готов поклясться, что это отребье поймали именно в трущобах. Это не какие-то попаданцы, которые ничего не понимали, это конкретный мусор уже успевший пожить на отшибе мира.

Ада же начала крутить копьё над головой, не обращая внимание на слова будущих мертвецов. Сначала она переживала, что ей придётся убивать хороших людей, несчастных интеллигентных бедолаг, которые случайно попали в Эдем. Но Этий уготовил ей для битвы этот мусор. Да и принцип «ты или тебя» Ланс уже множество раз прояснил, избавив свою рабыню от розовых очков.

Первым вперёд ринулся однорукий зеленокожий орк. Подвид тех, которые обитают в джунглях и вечнозелёных лесах. Огромный, он сильно напоминал прямоходящую гориллу. Оружия у него не было, хотя от удара такой лапы даже латы из стали окажутся бесполезными. Нижние конечности слабо развиты. Единственной огромной рукой он помогал себе двигаться, ускоряя свой бег. Вторую ему, видимо, кто-то отрубил.

Ада всё это приметила, да и элементарный курс по уязвимым местам противника Ланс провести успел.

— Какая глупая атака, — произнесла вслух рабыня, после чего прыснула.

Копьё продолжало крутиться сверху всё быстрее, а после Ада взялась обеими руками за конец древка и нанесла размашистый удар прямо в голову орку. Конечно, лучше было уколоть, но так было бы слишком быстро и не столь эффектно.

А так орк получил по морде крылом копья и с сотрясением упал мордой в песок, где вскоре начал захлёбываться в собственной блевотине. Всё же копьё Ада раскрутила очень сильно.

Один из ублюдков человеческого вида уже зашёл за спину, но контролировать поле боя Ланс научил свою рабыню на отлично. Она лишь слегка повернула голову, чтобы точно свериться с дистанцией, после чего тупым концом ударила уроду в пах.

Сразу же девушка выгнулась и ударила уже острым концом в следующего. Не было сомнения, она могла попасть в голову, но специально задела лишь плечо. Этот мусор даже двигаться правильно не умел, не то, что уворачиваться.

Но толпу подобное не заводило. Лишь кто-то пару раз присвистнул и то из-за того, что девушка поправила свои огненно-рыжие волосы. Этот бесполезный мусор просто оказался слишком слабым, никчёмным.

Внезапно Ада посмотрела на своего хозяина, который за всем пристально наблюдал. Она будто спрашивала, что ей дальше делать? Отбросы даже удара заблокировать не могут, как тут красивое зрелище устроить.

— УБЕЙ! УБЕЙ! УБЕЙ! — закричали редкие зрители, видя замешательство полуэльфийки.

Ада отвернулась, посмотрела своих соперников. Один валяется в блевотине и не может встать. Второй держится за пах и плачет в грязи. Убивать уже поверженных… вряд ли это зрелищно.

Тогда взгляд девушки пал на третьего. Ублюдок держался за плечо, которое обильно кровоточило и боялся подойти. У него какой-то странный обломок меча, а у соперницы в руках копьё. Подойти и шанса не было.

И тогда Ада резко рванула к ублюдку. Он не ожидал такого резкого выпада копья в живот, лезвие прошло насквозь, но крылья не дали углубится слишком далеко. Используя оружие как упор, рабыня начала толкать врага, прямо к вращающимся лезвиями.

Лезвие ударило один раз и застряло в нижних рёбрах, потом продолжило давить и разорвало туловище ублюдка на две части. Он буквально взорвался, кровь летела во все стороны, покрывая и рабыню с ног до головы. И вот это уже зрителям понравилось.

Ада же максимально старалась не выдать смущение, поборола тошноту, после чего сделала лёгкий пируэт и послала воздушный поцелуй к трибунам. А затем принялась стирать кровь с лица, шеи и груди.

Рабыня делала вид, что якобы слишком увлеклась очисткой, которая на деле скорее напоминала растирание из-за чего кровь и кусочки внутренностей теперь были везде. Слишком долго она мяла свою грудь, то сдвигая её, то проходя пальчиками между, иногда проникая за ткань, пытаясь убрать всю эту дрянь. Тем временем второй ублюдок уже отошёл от удара ниже пояса и кое-как бежал прямо к рабыне.

Ада же воткнула своё копьё в землю и никак не успевала его вытащить и нанести удар. Но она прекрасно отдавала себе отчёт в действиях, продолжая очищать одежду от ошмётков чужих внутренностей, отсчитывая в голове каждый удар сердца. В последний момент девушка ушла пируэтом в сторону, ставя подножку своему сопернику, попутно ещё подталкивая того в спину.

— У-У-У-У!!! — пронеслось по трибунам.

Второй враг получил удар крутящимся лезвием прямо по голове. Черепушка и содержимое разлетались во все стороны, а тело упало рядом с кишками второго трупа. Ада создала лёгкую интригу, что понравилось толпе. Пока что она была явным фаворитом.

Хотя с другой стороны арены также находилась ещё одна рабыня-этиамарий. Та выбила зубы своему последнему врагу, а затем села поверженному на лицо и устроила скачки. Но у неё не было красивого костюма и шикарных рыжих волос. Да и вообще она была человеком, а люди являлись одним из самых распространённых видов. В ней не было той самой изюминки.

К слову, мужчины-этиамарии тоже свою долю внимания получали и вполне серьёзную. Один оторвал голыми руками челюсть своему врагу. Тоже неплохо, особенно учитывая, что это первые бои этих рабов. Их владельцы тоже хорошо тренировали свои активы, готовя их к получению признания.

Но Ланс уже знал, как всё закончится. Это отребье не ровня Аде. Она на голову выше всего этого сброда, потому что её тренировал лучший в своём роде.

Тем временем очухался орк, шатающейся походкой он направился к рыжей засранке. Этого лучше было убить копьём, всё же орки из этого подвида очень опасны, даже когда смертельно ранены. Но вместо этого Ада решила рискнуть, азарт битвы ударил ей в голову, чувство силы пьянило и сводило с ума. Ей казалось, что она сможет свернуть горы.

Копьё всё также оставалось торчать из земли, а Ада направилась прямо к своему врагу. У орка была одна рука, также у него помутился взор из-за удара по черепушке. Рабыня начала танцевать вокруг него, пируэтами уходя в разные стороны. Рыжей волной она уходила от смерти, чем заводила толпу. Она играла со своим врагом, всегда оставаясь за его спиной. Девушка не чувствовала угрозы, ведь до этого она дралась с наставником, который двигался куда быстрее.

В какой-то момент удар гигантской лапы чуть было не задел голову. Тогда Ада резко отпрыгнула и наконец-то поняла, что такие игры могут закончиться весьма плачевно. Она стремительно вернулась к копью. Подобно жалу сталь мелькнула два раза, пронзая ноги, а третий удар пробил череп.

Ада не успела покрасоваться перед толпой, как двери арены открылись во второй раз.

— Что за хрень⁈ — возмутился сидящий рядом зверолюд, когда увидел новых соперников.

Ланс же и вовсе рассвирепел. Аристократ даже не сдержался и бросил полный презрения взгляд на верхние трибуны за собой. Но быстро опомнился: такое поведение может создать огромные проблемы в будущем.

Но эти ублюдки выкинули на арену зверолюдов. Ладно ещё однорукий зеленокожий орк, но зверолюды… Пятеро этиамариев были новичками и людьми. Кому-то за это придётся ответить, но не сейчас.

— Это подстава, — зарычал зверолюд рядом. — Один из рабов явно не новичок, наверное, тот амбал с двумя топорами. Организатор специально хочет, чтобы он остался один и одержал верх. Наверняка ещё и ставки сделал, ублюдок, дерьма кусок, тварь поганая… Так дела не делаются. Об этом узнают. Я об этом позабочусь. Гильдия этого так не оставит.

Толпа осудительно закричала, кто-то даже начал материть организаторов и ведущего. Ада быстро смекнула, что происходит нечто неладное. Как и другие этиамарии. Они должны были быть здесь охотниками, но внезапно роли резко поменялись.

На верхней трибуне кто-то начал что-то яро доказывать. Это был один из этириданосов, который тоже подготовил раба. Также он являлся алетисом и сидел выше, а также смог позволить себе пойти против организатора. Лансу же и зверолюду оставалось лишь молчать в тряпочку.

По амулету этого алетиса Бальмуар смог определить его раба на арене. Вторая рабыня, которая сражалась молотом. У неё было такое же клеймо, как и символ на личном украшении этириданоса.

Тем временем один из этиамариев погиб, его просто разорвал на части зверолюд медведь, который весил под пол тоны. А вот ублюдок с двумя топорами чувствовал себя прекрасно. Яростным вихрем он крутился, отражая атаки с трёх сторон! От зверолюдов! Вот тебе и новичок. Может он ещё и маг?

Толпа уже вообще начала переходить грань дозволенного. Кто-то начал метать мусор в сторону главных трибун. Алетис начал настаивать всё сильнее, вскоре к нему присоединились и спонсоры. Их репутация в данный момент падала. Тогда организатор извинился и дал сигнал.

В центре начали подниматься руины из песчаника. Маги земли возводили возвышенность, активировали новые ловушки. Это позволило оставшимся этиамариям сгруппироваться в центре, а укрытия и узкие проходы позволят частично нивелировать численное превосходство врага и немного уравнять шансы.

Но Ада что-то переволновалась или просто затупила. Она слишком долго реагировала, ей оставалось ещё шесть метров до цели, а зверолюд в облике рыси уже начал прыжок.

— Слава Этию, — выдохнул Ланс, у которого аж сердце сжалось: все его труды и такой огромный потенциал мог исчезнуть из-за этой битвы за несколько золотых! Из-за битвы, которая служила купленным спектаклем для одного конкретного человека, чтобы его раб быстрее пробился к верхушке.

В последний момент этиамарий с молотом оттолкнулась от одного гигантского блока песчаника и в прыжке приземлилась прямо на рысь. Удар размозжил череп зверолюду, где он и сдох.

— Спасибо, — уже внутри укрытия произнесла Ада.

— Нас и так осталось четверо, а шансов на победу что-то не предвидится, — ответила рабыня с молотом. — Забавный костюмчик.

Последние слова были сказаны с ухмылкой. Всё же и сама обладательница молота носила не доспех или кирасу, а кольчужную короткую юбку, а грудь закрывали две полосы кожи.

— Чёрт, да такого не было даже при битве за Плериандор, — присоединился ещё один этиамарий с длинным мечом.

— Плериандор? Ты из Брариндора?

— Из Сэндов? — слегка удивился воин.

— Ещё немного южнее, на границах с Сэндами, — на секунду оскалилась обладательница молота, но сразу же успокоилась. — Что было, то было.

— Верно. Я не буду обращать внимание на твою смуглую кожу. Но, признаться, я был бы рад узнать, что ты убила много южных защитников. Потому что от этого зависит наша жизнь.

Ада же ничего не говорила. Она не знала о Брариндоре, наверное, какое-то королевство. Но эти двое явно были бывшими воинами, сражались с врагами своих королей в прошлом мире, а не сажали овощи на грядке. Хотя с другой стороны их не тренировал Лансемалион Бальмуар.

— А где этот четвёртый? Зверолюды уже, наверное, скоординировались и готовятся нападать.

— Этот придурок залез на груду блоков и желает забрать всю славу. А ещё у него регенерация не хуже, чем у тех же зверолюдов. Я видел, как ему когтями грудь разорвало, а через минуту там уже рубцы образовались, — пояснил воин, после чего перевёл взгляд на рабыню с копьём. — Надеюсь, копьё не в первый раз держишь? Стань позади меня, будешь прикрывать. Будем держать лестницу. А ты, южанка, прикроешь её со спины.

— Ого, командир нарисовался, — саркастично закатила глаза рабыня, но позицию свою заняла.

Буквально через несколько секунд зверолюды напали. Их звериный натиск внушал ужас и страх. Бешенный рёв рвался из пастей тварей, что начали свою охоту.

Мечник впереди замер и не двигался, до самого последнего момента. Резкое движение и прыжок зверя заканчивается смертью. Этиамарий остервенело продолжал рубить гадов по лапам, Ада била копьём из-за спины. Позади мелькал молот южанки, крушащий черепа забравшихся в тыл противников как орехи.

Шоу превратилось в самое настоящее сражение за жизнь. Никто уже не думал, как бы завладеть вниманием толпы. Никто кроме берсерка с двумя топорами.

Этот безумец стоял на обломках и привлекал к себе большую часть зверолюдов. Он был как на ладони, но одним за другим враги падали замертво от яростных ударов его топоров. Единственная причина почему троицу не смели — этот псих.

— А! Чёрт! — раздался крик южанки позади.

Ада сразу же развернулась. Монстр в обличии буйвола смёл смуглую рабыню и впечатал в стену, проигнорировав дробящий удар. Сразу же рыжеволосая бестия сделала рывок и выпад копьём. Туша дёрнулась, развернулась, после чего прилетел ответный удар молотом в бок животного. И затем новый удар копьём в глаз.

Но стоило Аде отвлечься, как кричал уже мечник. Один зверолюд нанёс удар когтями, распоров грудь, в ответ ублюдок получил клинком в сердце. Но рядом тут же появился следующий враг, мелкий зверолюд, имеющий в предках хищную кошку, впился в бедро клыками. Ещё один гад упал сверху и распорол шею.

Мечник ещё не упал на землю, а один из гадов рванул к полуэльфийке. Ада рефлекторно выставила копьё, на которое урод успешно насадился. Однако зверолюд продолжал махать острыми когтями и двигался вперёд, давя своей тяжёлой тушей. В глазах его давно не отражалось наличие разума, его разум медленно умирал от выпитых зелий, что вызывали внутри него безумную ярость.

И ярость эта не позволяла твари сдохнуть, он продолжал переть вперёд, пока копьё вонзалось глубже в тушу. Ноги рабыни заскользили, она уже упёрлась спиной в стену и только после этого зверолюд соизволил наконец-то потерять сознание.

Южанка тем временем припала на колено, но ещё одного гада забрала. В облике своих предков зверолюды полагались лишь на ярость. Они не думали, а жаждали крови. Самое главное сохранять хладнокровие, разум должен быть чист. Так говорил Лансемалион Бальмуар.

— Дерьмо, — произнесла южанка, пытаясь встать.

Казалось, будто её и не ранили. Но через секунду изо рта полилась кровь, а сквозь пальцы левой руки, прикрывающей бок, просочилась кровь. Когти распороли живот, откуда уже начали вываливаться кишки. Через секунду южанка упала, а полуэльфийка осталась одна против неизвестно скольких зверолюдов.

Но почему-то не было страшно. Ада вообще ничего не чувствовала, лишь пустоту и странный гул в голове. Боли тоже не было. Наверное, организм выдаёт последние ресурсы, делает всё чтобы выжить. Так говорил наставник Ланс. Хотя может быть дело ещё в зелье убивающем страх и жалость…

Ада уткнулась спиной к стене, выставляя вперёд копьё. Ещё двое зверолюдов зашли в руины и готовились к прыжку, подобно древним хищникам.

Яростный рык и копьё ломается, но остриё застряло в морде гада. Сразу же рабыня уходит кувырком в сторону, собираясь взять молот. А после шум и грохот заставляют мир вокруг исчезнуть.

— ВОТ ЭТО ДА!!! ВЫ ЭТО ВИДЕЛИ⁈ НЕУЖЕЛИ НИКТО НЕ ВЫЖИЛ⁈ НЕТ, СМОТРИТЕ, ЕСТЬ КАКОЕ-ТО ДВИЖЕНИЕ!!!

Последним врагом берсерка стал гигантский зверолюд-медведь в облике предков. Гигантское и бестрашное чудовище против человека. В последний момент безумный этиамарий сделал гигантский прыжок со своей возвышенности и вонзил оба своих топора в тварь, что встала на задние лапы и возвысилась на добрые четыре метра.

Так они и повалились на руины, ломая под собой хрупкие блоки песчаника, колонны и декоративные арки. Когда пыль осела, все обнаружили мёртвого зверолюда с топорами в груди, которые пробили шкуру и дошли до сердца, пробив прочнейшую шкуру и проломив рёбра. Но и пасть медведя сомкнулась на шее этиамария.

Из-под обломков, вся грязная и покрытая кровью вышла только хромающая Ада. За собой она тащила длинный меч и одноручный молот.

— Неужели больше никто не выжил⁈

Но наружу выбрались последние зверолюды. Две особи, оба представители хищников с похожими волчьими пастями. Досталось им тоже не хило. У одного была сломана лапа, а второй лишился части клыков.

Оба хищника сразу же устремились к своей добыче, окружая с разных сторон. В одного Ада сразу же метнула молот, после чего развернулась и насадила второго врага на меч.

Рабыня сразу же вытянула меч, не обращая внимания, что когтями монстр смог разорвать ей руки до кости. Боль не мешала… Ада изменила к ней своё отношение, как и учил господин Бальмуар. И сейчас эта боль напоминала девушке, что она ещё жива, а значит есть за что бороться.

Волка с одной лапой, в которого ещё и прилетел молот, добить труда не составило. Холоднокровно и беспощадно, рабыня подошла к покалеченному зверю, после чего взяла меч в обе руки и с силой опустила сталь на морду.

Толпа ещё несколько секунд пыталась понять, что происходит. Ещё меньше минуты назад в центре шла ожесточённая битва, теперь же в руинах лежат одни трупы. А на арене осталась лишь одна полуэльфийка покрытая с ног до головы кровью своих врагов и с такими запоминающимися пламенными волосами.

Глава 17

— Как ты себя чувствуешь? Здесь не болит?

— Нет, это просто ушиб.

— Голова ещё кружится?

— Уже нет.

— Тошнит?

— Нет.

— У тебя может быть сотрясение.

— Вроде нет.

— Где этот целитель?

Вскоре наконец-то пришёл маг света из храма Аенора, который в целом подтвердил слова рабыни. Ничего слишком серьёзного не было. За одну только консультацию с первичным осмотром пришлось отдать десяток серебряных. После чего ещё пришлось заплатить за исцеление рваных ран… отдельная доплата за то, чтобы потом не осталось уродливых шрамов.

— Извините, хозяин. Я допустила большую ошибку в конце. Нужно было атаковать первой, тогда враг не ранил бы меня когтями…

— Ничего страшного, — Ланс всё ещё проверял свою рабыню, чтобы точно убедиться, что всё с ней нормально: всё же по воле случая упущенное внутреннее кровотечение крайне опасно.

— Но вы же сказали, что накажете меня, если я получу хоть царапину.

— Бой был подставной. Ублюдку дали на лапу, чтобы он создал идеальные условия для конкретного бойца, который смог бы отличиться. К тому же сегодня умерло ещё трое этиамариев. Новички, но умелые бойцы, на которых возлагали некоторые надежды. Скорее всего солдаты в своих прошлых мирах, это видно по их движениям. Такие экземпляры стоят определённых денег. Будущие звёзды в своей весовой категории, будущий успех их этириданосов. Кто-то даже считает, что гад решил убрать конкурентов. Хотя уже поползли слухи о сделанных заранее ставках… Но это всё мелочи, неприятная, но обычная в данной профессии досадность. Эти рабы всё равно стоили не так много, их легко заменить. Проблема в том, что организатор нарушил правила и обманул других этириданосов. — Лицо аристократа исказила гримаса презрения, смешанного с яростью, но он быстро взял в себя в руки. — Я тебя ни в чём не виню. Скорее только себя, за то, что повёлся на россказни этого зверолюда. Нужно было следовать плану, закончить тренировки, а не ослепляться блеском монет.

— О! Мой дорогой друг! — в комнату зашёл организатор. — Рад, что с вашей рабыней всё хорошо. Вот ваши деньги. Конечно, не уверен, что ваше обещание выполнено полностью, но три монеты я добавил. Чтобы обид не было.

— Никаких обид, — Ланс взял деньги, не скрывая презрения ни в голосе, ни на лице. — Но об этом узнают. Не сомневайтесь. Так дела в Эдеме не ведут.

— Да что вы знаете о делах! Вы здесь же совсем недавно! — с усмешкой произнёс зверолюд, но потом его улыбка начала слезать с лица от непростого взгляда этого этириданоса.

Больше Ланс ничего не сказал и со своей рабыней покинул арену.

Сегодня этот ублюдок посмел подставить четырёх диамалосов, тренеров бойцов для арены. Один из них являлся алетисом и высказал всё что думает прямо при спонсорах битвы, при влиятельных смертных. Ещё двое, кателии, открыто заявили, что имеют массу претензий. Четвёртый тоже скорее всего глаза на подобное не закроет. В свидетелях все зрители. Зверолюд решил обогатиться самым подлым способом, за это же он и ответит. И дело не в деньгах, компенсацию так или иначе организатор уже выплатил, дело в правилах.

Гильдия обо всём узнает и так этого не оставит. Она всегда всё узнаёт, всегда всё знает, ей никто не перечит, а она бдит и день, и ночь.

— О-о-о, победительница и её хозяин! — радостно прорычал волк у стойки.

— А слухи стремительны как никогда.

— А то! Арена же считай рядом. А в нашем небольшом квартале все друг друга знают. А скоро о рыжей бестии сражающей зверолюдов узнает ещё больше смертных. Да и скандал с организатором тому поспособствует. Один влиятельный гражданин, тоже этириданос, ты его наверняка видел, метафоричными рогами упёрся будь здоров… Там уже дело принципа. Да и дела таким образом не ведутся, его услышат, отвечать за это придётся. Как бы головы ни полетели. А то сам, наверное, знаешь, как бывает…

— Знаю.

Через минуту принесли еду. В этот раз Ланс заказал более плотную пищу, богатую минералами и витаминами. Вышло дороже, но ничего страшного. Тем более это поможет восстановлению рабыни, а значит она станет приносить прибыль раньше.

— Неужели организатора могут убить, хозяин? — поинтересовалась рабыня за едой. — Он же наверняка и сам минимум алетис, а быть может и лариос. Влиятельный зверолюд.

— Как знать, как знать. Но заплатит он за свою жадность во много раз больше, чем заработал. Быть может его лишат статуса, может даже понизят до кателия. При условии, что это единичный случай. Однако в процессе разбирательства могут всплыть очень неприятные факты… К тому же один из эритиданосов счёл это происшествие за вопрос чести. Он будет требовать полной проверки и ему не откажут. И если окажется, что у организатора рыльце изрядно так в пушку… Тогда одной казнью не отделается.

— В Эдеме есть суд или что-то вроде этого?

— Суд есть, но дело скорее попадёт не в их руки.

— А в чьи?

— Скорее всего этот момент будет рассматриваться Гильдией.

— Какой гильдией? Торговцев? Авантюристов? Они же разные бывают.

— О самой первой, упоминание которой не требует уточнения. Ведь уточнения начали добавлять новые гильдии, чтобы выйти из тени первой. Так что Гильдия является ещё и названием самой влиятельной организации. И когда контекст не уточняется, значит речь именно об этой Гильдии.

— Первой? Прямо первой?

— Её история тянется с сотворения Эдема. В её члены берут лишь самых лучших граждан, которые полезны Эдему. Точно списка участников никто не знает. Она решает многие вопросы, хранит традиции Эдема, следит чтобы негласные правила соблюдались и чтились. Она куда выше закона. Все важные вопросы, способные повлиять на текущий уклад Эдема, будь то свадьба аристократов или начало экономической войны между лариосами, без разницы, подобное всегда делается при разрешении Гильдии. В этом ей помогают в том числе и епископы. Сильнейшие волшебники Эдема, несущие слово самого Этия. Они, как правило, занимаются услаждениями особых гостей этого мира. Богов. Но и само духовенство в том числе следит за тем, чтобы Эдем оставался ровно таким, как и в день создания Этием.

— Боги? Епископы говорят с богами? Как жрецы?

— Нет, по-настоящему, в живую.

— С богами⁈ С Аенором⁈ — глаза рабыни заблестели, пусть она и не была особо религиозной, но Аенором, главой пантеона Ароса, прозванного Милосердным, она восхищалась, как и многие смертные в разных мирах.

— Ха, — усмехнулся Ланс. — Боюсь Аенор этот мир не посещает, в отличии от несколько более распутных божеств, которым тоже порой требуется отдых. Для этого и создавался Эдем. Я же тебе рассказывал. Мир удовольствий и наслаждений, где можно воплотить любые желания. Ад для миллионов и рай для единиц. Впрочем, это же можно сказать и о любом другом мире.

— Спасибо за знания, хозяин.

— Пожалуйста. И да, за победу тебе полагается награда.

— Какая? — глаза девушки сразу загорелись, даже сильнее чем при упоминание живого общения с богами.

— Горячие сароские источники. Это тоже поможет восстановлению. Тем более открытых ран у тебя после исцеления нет. А ещё там рядом сильный источник энергии, что добавляет горячей воде много полезных свойств.

В считанные секунды Ада опустошила свою тарелку, однако ей всё равно пришлось ждать, пока закончит принимать пищу Ланс, который будто специально ел спокойно и нерасторопно. Но вот аристократ отложил приборы, поблагодарил хозяина таверны и направился на выход.

— Тоже хочу на источники, — вздохнула, скучающая Зайчиха у стойки: посетителей в таверне сегодня было не так уж и много.

— Всё в твоих руках, — рыкнул тавернщик Вульф, указывая на доску с правилами. — Месяц ещё не закончился. Если постараешься, может даже догонишь Дори. Хотя она по десять столиков за раз порой берёт, да ещё и клиентов удовлетворять успевает. Но у тебя ещё есть все шансы.

— Ага… — грустно протянула рабыня и направилась проверять чистоту комнат.

А тем временем аристократ уже выехал из города в арендованном дилижансе. Ада же всю дорогу не отлипала от окна, рассматривая земли Сароса. Впрочем, ничего удивительно там не было. Всё довольно… просто, даже скучно. Обычная степь с редкими растениями и скудной палитрой красок. Ещё и время зимнее, ярких красок так мало. Однако вскоре всё начало преображаться, становилось больше зелени, стали появляться возвышенности и горы.

Мир в Эдеме порой мог меняться и более резко. Ведь созданный Этием, он подчинялся магическим законам. Потоки энергии били кругом. Так, например, граница земель Анхабари резко начиналась с горячих песков. А стоит пройти пару километров и рядом уже обычный лес земель Ландоса. Всё из-за магического фона. На землях Анхабари проживают сильные маги огня, их концентрация в одном месте меняет природу, как и присутствие эльфов заставляет деревья расти быстрее. Плюс город построен вокруг реликвии стихии огня. В общем, климат в Эдеме сильно зависит от магической составляющей.

— А вот и наши источники, — Ланс вышел из повозки, оставляя чаевые кучеру.

— Вау…

И удивиться действительно было чему. Всё же Сарос считал это место своей гордостью и достопримечательностью. Конечно, горячие источники имелись и в других местах, однако именно Саросские обладали особой близостью к природе, а при их постройке архитекторы старались обойтись минимумом смертного вмешательства в и без того гармоничное место.

Водопады, каменные мосты, маленькие одиноко стоящие домики, которые сдавались в аренду почасово. Богатая растительность и плачущие деревья, что скрывают посетителей от солнца. Даже несмотря на наступающую зиму, здесь никогда не опадёт листва и не появится нужды в тёплой одежде.

— Так, нам вон туда, на третий ярус.

Источники располагались внутри низменности куда стекали потоки горячей воды. Правда здесь они тоже не задерживались и устремлялись ещё ниже с обрыва. А на перепутье и расположился своеобразный курортный комплекс. Порой здесь встречались и мощные гейзеры, так же внутри самого обрыва находились дополнительные. На самих крутых скалах находились навесные жилища с купальнями.

Ярусов действительно было довольно много, некоторые находились фактически на вершине, другие уходили и вовсе под землю. Всё же у посетителей имелись самые различные вкусы. Многие смертные виды могли ненавидеть солнце, предпочитая уют пещер. Другие любили растительность, третьим нравился пол из металла. Но в любом случае, здесь отдыхали как обычные кателии, так и представители высшей аристократии. Правда эти смертные находились в абсолютно разных ценовых сегментах.

— Так, у нас шесть часов. Думаю, этого хватит, — оценочно произнёс Ланс, аккуратно снимая фрак. — Ада?

Но рабыни уже рядом не было. На кровати осталась лежать аккуратно сложенная одежда, а сама девушка уже плавала в источнике. И лишь изредка рыжие волосы появлялись среди клубов пара.

— Ладно, пусть отдыхает, пока может, — вздохнул аристократ, после чего спокойно разделся и тоже направился к источнику.

Аренда на считанные часы обошлась в целый золотой, но этого того стоило. Слишком долго Ланс мылся чёрт пойми где и как. Но ничего, тренировки с Адой проходят успешно, девушка учится всему довольно быстро, так что совсем скоро можно будет снять вменяемые апартаменты с личной ванной. А там и новых рабов прикупить, обучить по-быстрому до вменяемого уровня, да продать в какую-нибудь таверну. Это гораздо легче сделать, чем воспитать будущую чемпионку арены. Достаточно лишь сбить спесь, научить послушанию, да как швабру держать. Правда и цена будет куда ниже, но времени на обучение уйдёт намного меньше. Так что подобный подход можно расценивать как лёгкий заработок в случае внезапно появившегося свободного времени.

Хотя лёгкий он только для Лансемалиона, который посвятил почти половину тысячелетия этому ремеслу, научился использованию властной ауры, которая рубила на корню любые мятежные нотки… К тому же аристократ хорошо читал эмоции своих рабов, что позволяло говорить нужные слова в нужный момент. Да и риторике уделялось много времени, так что господин Бальмуар всегда знал, как достучаться до самого твердолобого раба. Поэтому он не задержался в трущобах, не задержится и в таверне «Золотой окунь».

— О чём думаете, хозяин? Опять о работе? — спросила проплывающая мимо Ада. — Отдохнули бы лучше. Давайте кто дольше дыхание задержит под водой?

— Я потомственный маг, которого учили управлению энергии с рождения. Об мои руки ломаются стальные мечи, а стрелы смертных просто отскакивают. А уж дыхание я способен задержать на долгие часы без труда, просто по причине того, что я задумался.

— А я могу на пять минут, смотрите.

И рыжие волосы исчезли под водой. При этом девушка ещё продолжала плавать по кругу, после чего вынырнула рядом через три минуты.

— Молодец, — похвалил Ланс и откинул голову. — Правда вышло меньше пяти минут. И, кстати, в источниках не плавают, а отдыхают, наслаждаясь целительными свойствами водной стихии. Это не озеро и не река.

— Вот так? — Ада подражая хозяину, облокотилась на каменный бортик.

После девушка откинула голову назад, поправила волосы. Она и сама не заметила, как приподнялась над водой. А вместе с тем стала видна и грудь, по которой огненными волнами расплылись мокрые локоны.

С расслабленным выдохом Ада потянулась руками вверх и издала какой-то странный звук, напоминающий мурчание. После чего расслабленно закрыла глаза.

Ланс же тем временем протянул руку и нажал на находящийся рядом звоночек. Раздался мелодичный звук, который девушка даже и не заметила.

— Ой! — уже через несколько минут последовало резкое удивление от рабыни.

Из-под воды выплыла амфибия, верхняя часть принадлежала человеческой девушке, а нижняя напоминала рыбий хвост. Никакой одежды на русалке не было, за то в руках она держала блестящий клош. Эта посуда предназначалась для сервировки. Крышка в виде полусферы, а под ней уже тарелка. Обычно так подавали горячие блюда в ресторанах, чтобы сохранить тепло. Однако клош использовался и на источниках, правда здесь уделялось куда больше внимания герметичности.

Цепкий взгляд хвостатой гостьи сразу определил, кто хозяин, а кто раб по татуировке. После амфибия поплыла прямо к Лансу. Вот она всё ближе и ближе, в какой-то момент дно уже становится не таким глубоким, она заплывает прямо между ног к аристократу, поднимает верхнюю часть тела из воды. Руки аккуратно заходят за шею, поднос ставится на каменный бортик позади, а сама амфибия как бы невзначай трётся грудью прямо о клиента, после чего, бросив заигрывающий взгляд, скрывается под водой.

— Что это было, хозяин?

— Официантка принесла фруктов, — Ланс поднял крышку подноса, где действительно находись фрукты. — Охлаждённые.

— Она где-то там снизу, следит за нами?

— Нет, здесь просто пролегают подводные каналы, по которым и плавают такие вот амфибии. Сейчас она уже уплыла и находится довольно далеко.

— А зачем она о вас так тёрлась?

— Чтобы я ещё раз посетил это место. Или чтобы заплатил за дополнительные услуги. Одно желание и сюда явиться обнажённая представительница любого вида смертных… Если денег, конечно, хватит…

— Вам нравится, когда о вас трутся голые девушки, хозяин? — хищно прищурилась Ада и начала приближаться. — Хотите сделаю вам массаж?

— А ты разве умеешь?

— Я могу сымпровизировать.

Нежные женские руки обхватили шею аристократа. Тёплое дыхание ласкало уши, а рыжие волосы слегка щекотали плечо. Но, пожалуй, самым приятным оказалось прикосновение упругих грудей, меж которых якобы случайно оказалась рука Ланса. И Ада быстро смекнула, что её хозяину это нравится, так что принялась слегка покачиваться и двигаться вверх, вниз.

Аристократ не долго сохранял свой величественный вид, да и смысла в этом не было. Никого вокруг нет, корчить важную мину не обязательно, и вообще он сюда тоже отдохнуть приехал. Так что руки быстро обхватили девушку за талию, после чего Ланс посадил её к себе на бёдра.

Отведённые шесть часов будут использованы на максимум.

Глава 18

– У вас волосы цвет изменили, — не прерывая объятий, с одышкой произнесла Ада: она всё ещё сидела на своём хозяине и лишь недавно прекратила двигаться.

— Потому что я их крашу для более насыщенного цвета. Правда краску нужно будет обновить… как-нибудь, — с улыбкой отвечал Ланс, руки которого активно мяли упругую попку рабыни.

— Он опять затвердел и, кажется, стал ещё больше, чем раньше. Мне продолжать? — игривым шепотом спросила Ада, своими пухлыми губками касаясь мочки уха своего господина.

— Ага. Закрепим полученные тобой навыки.

Руки Ады уверенно легли на плечи партнёра, создавая ещё одну точку опоры. Сначала рабыня начала слегка двигать тазом вперёд-назад. Лёгкими движениями она проверяла готовность партнёра к чему-то большему. Губами же девушка слилась с хозяином в поцелуе, одновременно обнимая его шею и углубляясь пальцами в приятно пахнущие волосы.

Через несколько движений Ада уже поняла, что можно ускоряться. Немного поправив бёдра, оперевшись на погруженные в горячую воду коленки, девушка преступила к вертикальным движениям. Быстро набиралась амплитуда, меньше, чем через минуту рабыня уже уверенно и быстро скакала на своём хозяине.

Ланс же тем временем переложил свои руки на бёдра, а лицом уткнулся прямо в нежную грудь, которая отдалялась и приближалась. Но как приятные были эти касания и как же быстро их стало мало. В какой-то момент аристократ просто обхватил свою рабыню, прижимаясь лицом к груди.

Ада удивлённо вскрикнула после чего обняла за голову своего хозяина. Девушка быстро адаптировалась, с той же скоростью она начала двигаться уже под другим углом. Ей нравились объятия и закрытые позы, которые позволяли слиться с партнёром ещё сильнее.

Стоны рабыни стали уже беспрерывными, она даже начала задыхаться. Порой голосок Ады срывался в крик от стимуляции крайне чувствительной груди. Ланс это уже давно заприметил, поэтому и уделял особое внимание соскам, полизывая их и покусывая.

В последний момент Ада завизжала, бедра её задрожали в судорогах. Практически сразу после этого закончил и аристократ. Для него, пожалуй, самым лучшим в сексе была не грудь, не попка и даже не лицо. Самое большое удовольствие доставляло осознание того, что его партнёрша достигла пика наслаждения.

Время летело словно комета, одна поза сменялась другой. Постепенно Ланс даже начал чувствовать, что тяжёлый груз спадает с плеч. Напряжение постепенно уходит. Такой отдых был просто необходим, после всего произошедшего.

Ланс брал свою рабыню по всей взятой в аренду территории. Но в итоге, в последний час, они вновь вернулись в воду. Ведь в будущем повторная возможность заняться дикой любовью в источниках появится вновь нескоро.

— Иди сюда, — произнёс Ланс, у края источника. — Садись, вот так.

Руками аристократ повернул свою рабыню к себе спиной, снова посадил на бедра.

Ада уже приготовилась к чему-то знакомому, как вдруг хозяин подхватил её своими мощными руками. Они не выглядели огромными, однако касаясь мышц своего господина девушка чувствовала сталь. Невероятная плотность и сила без увеличения объёма и без уменьшения подвижности в бою. А когда Ланс ещё и надевает свой фрак, то и вовсе не догадаешься, что этот человек намного сильнее орков, чьи руки толще талии рыжей рабыни.

Сразу же Ада откинулась спиной на грудь своего хозяина, а их лица оказались на одном уровне. Правой рукой Ланс придерживал рабыню чуть ниже попки, а вот левая оказалась фактически под коленками, подхватывая и поднимая ножки рабыни вверх.

Никакой точки опоры у Ады не было, но она и не требовалась. Весь вес ложился на руки аристократа, который теперь сам задавал темп. Ланс получил полную власть, а девушке оставалось лишь отдаться в пучину приятных чувств.

Движения становились уже не просто быстрыми и глубокими, а скорее яростными. Тогда Ада поняла: до этого она принимала в себя далеко не всю длину. В какой-то момент даже начало казаться, что копьё вот-вот пронзит девушку насквозь.

Непривычные чувства быстро сменились наслаждением. Аде нравилось отдаваться в чужую власть, чувствовать себя слабой и беззащитной. Один оргазм следовал за другим, сознание рабыни уже начало уплывать, а она ничего не могла сделать.

Девушка жадно хватала ртом воздуха и кричала от каждой фрикции внутри. Удовольствия становилось слишком много, но повлиять на темп Ада не могла, хотя и не очень-то хотела.

Брызги уже превратились в целый фонтан соков. Судороги вновь обрушились на Аду, ноги её дрожали, но не могли вырваться из стальной хватки. Ланс же продолжал двигаться и даже вновь ускорился. И в момент последней кульминации рабыня обмякла, откинувшись на своего хозяина.

— У-у-ух, — громко выдохнул аристократ, опуская свою рабыню в последний раз.

Ада же некоторое время ничего не говорила и лишь хватала ртом воздух, подёргиваясь от любого прикосновения. Даже обычное поглаживание руки сопровождалось крайне чувствительной реакцией.

— Обалдеть… — отдышавшись наконец-то произнесла Ада, слезая со своего хозяина.

Затем девушка аккуратно сползла на бортик, легла грудью на камень, а ноги опустила в источник. Бедра и попка находились чуть выше воды, в которую стекали перемешанные мужские и женские соки. Так она пролежала ещё минут десять, после чего помылась, съела несколько долек странного фрукта и вернулась к хозяину в домик.

* * *

Ланс же за это время уже успел одеться и принялся укладывать волосы. Ада же обсохла и тоже взялась за расчёску. Только никаких бальзамов и средств она не использовала. Волосы девушки и так прекрасными волнами ложились на плечи, в особой укладке нужды нет. Как и в покраске.

— Готова?

— Да, хозяин, — радостно ответила рабыня.

Костюм для арены после прошлой битвы требовал ремонта, да и для повседневной жизни он всё же был не особо удобен. Так что носила Ада всё те же леггинсы, да свободную рубашку с сапожками. Просто и практично, да и выглядит не дурно. Ведь даже простая белая рубашка после умелой стирки будет сиять чистотой, а если её ещё и погладить… Не в золотых побрякушках кроется красота, а в умении следить за собой и своей одеждой.

— Хорошо провели время, господин Бальмуар? — спросил работник на выходе.

— Превосходно.

— Рад это слышать. Приходите ещё.

— Обязательно.

Дилижанс тоже прибыл как раз вовремя и можно было отправляться обратно в город.

— Понравилось? — уже внутри транспорта спросил Ланс, свою рабыню.

— Очень-очень, — довольно закивала Ада, проводя взглядом уходящие к горизонту источники. — Никогда так… не отдыхала.

— А ведь это ещё далеко не всё, что может предложить Эдем. Подобный отдых даже не считается настоящей роскошью. Подобное могут позволить многие граждане. Конечно, не каждый день, но время от времени взять отпуск и посетить нечто подобное может большинство граждан Эдема. Быть может, не такие условия, как у нас, а чуть дешевле, но тоже приличные.

— А где отдыхают аристократы, хозяин?

— О, когда-нибудь я покажу эти места. Кстати, и на горячих источниках есть особый ярус. Но и стоит он значительно дороже. Намного. Ты даже не представляешь насколько намного.

— Я хотела бы с вами туда сходить, хозяин, — как-то слегка грустно произнесла Ада.

— Всё в твоих руках. Будешь побеждать — будешь приносить больше прибыли. А это значит, что награда тоже будет больше. Многим рабам даже разрешают иметь личные деньги. Этого принципа придерживаюсь и я. Только сначала ты должна окупить вложенный в тебя труд.

— Обязательно, хозяин, — уверенно закивала рабыня, чьи глаза прямо загорелись огнём.

Ланс отдал какие-то жалкие монеты, а получил взамен рвение в дальнейшем обучении. Теперь Ада будет выкладываться ещё больше, из кожи вон лезть, чтобы отличиться, заслужить похвалу. К тому же закрепляется и прямая мотивация, ведь непосредственно от полученных навыков будет зависеть уровень жизни рабыни. Ада будет непросто желать награды, она будет желать стать сильнее, пробиться на более прибыльные бои на арене.

Правда приглашений на серьёзные выступления девушки вряд ли стоит рассчитывать в ближайшее время. Всё же она простая смертная, а на вечерних боях или даже дневных, часто сражаются маги, при чём довольно сильные. Могущественные заклятия в эпических дуэлях, где от скрещивания клинков сотрясается земля и взрываются вулканы. Там на арену выпускают огнедышащих рептилий, а этиамарии используют дорогие артефакты. Вот там крутятся огромные деньги и гонорары, там рабы получают возможность заслужить свободу.

Но до такого уровня Аде ещё очень далеко. Да, можно начать магические тренировки сейчас, только вряд ли это закончится чем-то хорошим. Сначала нужно укрепить дух и волю рабыни, чтобы она стала готова изменять мироздание согласно своим желаниям. Иначе она убьёт сама себя. Магия не любит неуверенных в себе людей.

Волю и дух вполне можно укрепить тренировками на плацу. Физические упражнения сделают крепче и тело. Звук звенящей в битве стали и кровь поверженного врага сделают сильнее темперамент. Победы вселят уверенность. К тому же навыки владения оружием пригодятся и магу. Далеко не каждый волшебник может похвастаться тем, что никогда не подпустит к себе врага. Более того, многие боевые маги специализируется на ближнем бое. Так что без владения оружием никуда.

Поэтому по приезду, Ланс зря времени не терял. Аристократ оплатил жильё в таверне, отложил мешочек монет на еду, продолжил арендовать тренировочные комнаты. После часть денег ушла на восстановление костюма и вот, звенящего металла опять почти нет.

Но Лансемалион Бальмуар не переживал и продолжал тренировать свою рабыню следующие три дня. Ада оттачивала мастерство владения другим оружием, закрепила прошлые приёмы и выучила новые. Также отдельное внимание было уделено «коронным» техникам, которые не столь эффективны, однако крайне зрелищны. Один такой приём Ада должна была показать в первом бою, но… помешали непредвиденные обстоятельства, из-за которых стало не до создания шоу.

И именно из-за этих непредвиденных обстоятельств Ланс сейчас прибывал в хорошем настроении. Ведь про тот бой уже знал весь Сарос. Слухи расползлись крайне стремительно, достигли очень многих.

Все только и обсуждали мерзкого организатора, а также чудом выжившую рабыню. Горящие огнём волосы, утончённая фигура и умелое владение оружием. Она легко расправилась с орком, людьми и зверолюдами. Её изысканный костюм подчёркивал каждое движение, а тонкие полосы ткани будоражили воображение зрителей. Ада выделялась на общем фоне, её запомнили, её точно хотели увидеть ещё раз.

Это понимал не только Лансемалион Бальмуар, но и все организаторы боёв. Ведь наличие спроса на лицо, а значит и выгода не заставит себя ждать. Это был лишь вопрос времени, когда владельцу рабыни поступит новое предложение. И тот, кто первым, предложит наилучшие условия, сможет привлечь больше зрителей. Ведь даже утренние сражения могут приносить серьёзный доход организаторам, если всё правильно сделать.

Да и кто знает, быть может, эта рыжая бестия действительно станет новым фаворитом толпы?

Глава 19

— О, господин Бальмуар, вы тоже здесь? — прорычал знакомый зверолюд, уже занявший своё место на трибуне.

— Верно, но вашего имени я так и не знаю, — Ланс поправил фрак и сел рядом, откладывая трость.

— Контар Крурот, живу здесь, в Саросе, и пытаются не сдохнуть с голоду. Тоже этириданос, как вы уже догадались… — махнул рукой зверолюд с благородного вида рогами и вытянутой мордой, чем-то напоминающей лосиную.

— Рад знакомству.

— Взаимно. Честно говоря, удивлён увидеть вас здесь. Слышал, вы отказались от куда более выгодного предложения, чем выступление в этом мерзком гадюшнике.

— О, есть кое-что важнее денег, господин Крурот.

— Верно, — согласился зверолюд, после чего довольно оскалился. — Я тоже хотел предоставить на сегодняшний бой своего этиамария, но… верхушка решила, что ваша рабыня подойдёт лучше. Впрочем, с этим я также согласен. Да и недавно удалось раздобыть кучу рабов, которых новый организатор любезно выкупил за внушительную сумму, в счёт моральной компенсации. А вам Гильдия уже отплатила за неудобства?

— Пока нет, но вопрос уже решён.

— А-а-а, кажется, я понимаю о чём… О, а вот и начинается. Думаете ваша рабыня справится? Всё же многие поговаривают о небывалой удаче, нежели каком-то мастерстве.

— Удача — это миф, придуманный для оправдания собственных ошибок на фоне чужих успехов. Моя рабыня не нуждается в везении, таланте или в благоволении судьбы.

— В казино вы похоже играть не любите, — с ухмылкой ответил Крурот и замолчал.

Тем временем на арену уже выпустили Аду, в том же костюме, только уже целом. В этот раз ей разрешили выбрать оружие самой, поэтому она сжимала в руке длинный начищенный до блеска меч. Рукоять оружия позволяла сражаться в том числе и двойным хватом, а длина позволит легко разделываться с противниками на почтительном расстоянии. Форма клинка же отлично подходит как для рубящих ударов, так и для колющих.

По всей арене вновь поднялись могучие решётки, откуда нерасторопно вытекли потрёпанные рабы. Некоторых из них, как здесь принято, накачали зельями, чтобы убрать страх и добавить больше ярости. Правда в таком случае, как всем известно, падал и интеллект, поэтому подобное отребье могло даже на стену копий броситься, ну или с обрыва. Второй вариант даже лучше, а то с дырой в животе умирать приходится долго и в мучениях.

Ада же тем временем вонзила меч в землю и начала лениво разминаться, ожидая противников в центре. Потягиваясь и выгибаясь, она демонстрировала лучшие детали своего тела и костюма.

В какой-то момент у отбросов что-то щёлкнуло в голове, и они помчались вперёд к цели. Всё же тот, кто убьёт этиамария, в теории может сам занять его место, а значит выжить. Им дали надежду, которую в скором времени заберут. Так всегда происходило в Эдеме.

Первым добежал самый смелый или глупый, но определенно быстрейший из рабов. Тощий ублюдок, наркоман из трущоб, он ошибочно посчитал девушку лёгкой целью. Наверное, отброс думал, что его рывок со стороны выглядел стремительным и неуловимым.

Ада сделала два быстрых шага в сторону врага, ударила кулаком в солнечное сплетение, после чего схватила мусор за голову и поддавая инерции пихнула в сторону своего меча, воткнутого в землю. Урод влетел в клинок прямо лбом, после чего замер в крайне странной и нелепой позе.

Рабыня же мотнула своей рыжей гривой, после чего упёрлась каблуком в кровавый череп и вытащила свой меч. Сразу же оружие направилось к новым врагам, которых здесь было довольно много.

Стремительный режущий удар разрезал живот следующему подбегающему ублюдку. Раб после удара тут же упал, а его внутренности выпали на песок арены. Вокруг продолжали гудеть ловушки, которые якобы случайно активировались, но на деле разделяли врагов на порции. А то толпой кого угодно загасить можно, тогда шоу не получится.

Ещё один ублюдок подбегал, заранее делая нелепый замах своей дубиной. Ада легко ушла под его рукой отделяя голень, после чего тут же вонзила меч в грудь следующему. Удар ноги высвободил меч и откинул тушу в следующего отброса, а рабыня легко смогла парировать удар противника со спины.

Сразу же последовал контрудар. Взяв меч двумя руками Ада, точно попала в шею, из которой хлынул фонтан крови.

В какой-то момент отребья начали кучковаться, после чего обрушились уже куда большим количеством на рыжеволосую рабыню. Тогда девушка вновь взяла меч в одну руку, а после устроила вихрь ударов, используя лишь кисть, как её и учил хозяин.

Такие атаки выходили слабыми, но быстрыми. К тому же у врага не было никаких элементов защиты. Клинок сверкал вихрем вокруг, подрезая врагам ноги, раня руки и понижая боеспособность противника. Порой и вовсе острая сталь достигала артерии.

Ублюдки пытались подобраться или атаковать со стороны, но круговые удары не давали им этого сделать. Меч сверкал со всех сторон, а его длина не позволяла сократить дистанцию без существенно риска для жизни. Будь у этих отбросов копьё, лук или щит… но их, разумеется, не было, как и брони. Здесь создавалось развлечение для зрителя и ничего более.

Изредка Ада подключала вторую руку, кисть ложилась чуть ниже рукояти, на круглое навершие, после чего поддавала инерции. Такие удары как правило обрывали жизнь уже изрезанных противников.

С последними рабыня ещё немного потанцевала, подрубила сухожилия на ногах, после чего хладнокровно добила. А помнится когда-то она даже собаку убить боялась. Хотя собачку действительно было жалко, в отличии от этих… отбросов. К тому же и сама Ада продолжает пить зелья, которые глушат в ней не нужные эмоции. Ещё это уже далеко не первое убийство для рабыни. Так что удивляться нечему.

— И-и-и двадцать четвёртый готов! — кричал ведущий. — А на нашей рыжей красотке даже царапины нет! А теперь черёд нашего «особого» гостя!

На трибунах, где находилось уже куда больше людей, чем в прошлый раз, началась возня. Отряд стражи пихал вниз по лестнице прошлого организатора. Голый и избитый, он проходил унизительный путь перед смертью. В него плевали, кидали тухлые овощи, оскорбляли его честь и достоинство всеми доступными способами. Эта мразь что-то кричала, оправдывалась, но… тщетно.

— Говорят, после проверки Гильдия вскрыла очень много интересных моментов касательно этого ублюдка, — улыбаясь во все зубы говорил зверолюд Контар Крурот. — А я-то думал ему максимум штраф налепят, да может заставят нам компенсацию выплатить. Но дело оказалось куда серьёзнее. Ублюдок перешёл черту и очень грубо нарушил традиции Эдема, так ещё и на арене…

Вскоре преступник достиг последнего яруса, где столкнулся с ограждением. Стража любезно помогла этому мусору спуститься на арену головой вниз, перекидывая ублюдка за ноги. А там его уже ждала рабыня, выжившая на прошлом его сражении. Довольно символично и поучительно.

— Теперь только победой он может заслужить прощение! — продолжал кричать ведущий. — Как думаете, какие его шансы⁈

В ответ толпа засмеялась. Жирный и беспомощный мусор, который вряд ли когда-то сражался. Какие тут шансы.

— О, смотрите, он принимает свой облик предка!

Это зрелище позабивало зрителей ещё сильнее. Изменения зверолюда оказались минимальными. Буквально стало лишь больше шерсти, когти немного длиннее стали, да рост на пару сантиметров увеличился. Слабая трансформация, хотя Ланс видел и похуже. Зверолюды тоже бывают очень разные, как и все люди. Не всем повезло родиться зверолюдом, способным показать всё величие своего Великого Предка. Убогий и жалкий, он был таким, когда продал за монеты свою честь, законы и, что самое важное, он продал правила Эдема.

Ада помнила из-за кого она чуть не нашла смерть на арене. Помнила других этиамариев, которые сражались храбро и достойно, но пали в заведомо неравной битве. Да они просто рабы, но они чьи-то рабы. С чужими вещами нельзя обходиться как тебе заблагорассудится. К тому же каждый являлся пусть и никчёмным, но всё же этиамарием. Их жизнь стоит не очень много, но шансы должны быть всегда. По этой же причине даже самому поганому отребью давали хоть какое-то оружие, пусть и не самое лучшее, но которым можно убить столь хрупких смертных.

Зверолюд тем временем превратился в прямоходящего медоеда, устремился к рыжеволосой бестии. Ада лишь презрительно хмыкнула, глядя в глаза своему противнику. Она видела множество ошибок в движениях зверолюда, видела страх и ужас в его глазах.

На тренировочном плацу рабыня практически всегда лежала мордой в пол, получала тумаков от наставника. Но здесь на поле боя… Ей было смешно от уровня умений её врагов. Хотя всё же с настоящими воинами в равных условиях Ада ещё не сражалась, так что зазнаваться не стоит, как и терять бдительность. Множество противников полуэльфийки уже пали как раз по причине того, что недооценили своего врага. Будет глупо самой умереть из-за этой же причины.

Медоед же всё приближался, даже не собираясь использовать свою вторую пару конечностей для передвижения. Очень глупо, это даже люди понимали, а зверолюды и вовсе глаза закатили.

Ада легко ушла в сторону от удара, попутно оставляя на бедре врага глубокий порез. Зверолюд в ярости развернулся и начал новый натиск, на что получил ровно такой же удар. На одни и те же грабли два раза…

Рабыня уже перестала уворачиваться и просто стояла перед своим врагом, грубыми атаками встречая удары его лап. Покрытые кровью коготки падали на землю, в какой-то момент зверолюду полоснули по морде. Затем ублюдок упал на землю и начал пытаться уползти.

— Поднимайся! Поднимайся! — презрительно кричала толпа.

Ада уже просто била ублюдка ударами плашмя. Главной её задачей было сделать происходящее максимально унизительным и показательным. Этим рабыня и занималась.

В какой-то момент зверолюд перестал даже ползти и свернулся в калачик. Наверняка он уже пожалел, что решил продать свою честь за монеты. Грязный мусор думал, что у него всегда получится уйти от наказания. Он подставлял своих партнёров, врал и подлизывался к верхам. Жалкая жизнь и позорная смерть.

— Убей! Убей! Убей! — толпе всегда нравились такие показательные казни.

— О, что она делает? — удивился Крурот, когда Ада начала обходить ублюдка.

Рабыня же остановилась около головы и вонзила меч в землю. Толпа на секундочку выпала из реальности, подумав, что рабыня начала своевольничать. Но это было не так.

Через секунду права нога Ады поднялась максимально высоко, показывая идеальную растяжку и поднимая набедренную повязку. Сразу всем стала видна внутренняя часть бёдер и тонкая полоска алой ткани, рельефно прилегающая к интимной зоне.

В следующее мгновение сталь сверкнула в солнечных лучах. Клинок торчал из пятки сапога, после чего с силой опустился на голову зверолюда. Раздался хруст, полетели брызги в сторону. Мощный удар легко раздробил череп, подобно ледорубу. После чего рабыня начала кланяться зрителям и посылать воздушные поцелуи.

— Ну, довольно эффектно. Хотя могло быть и лучше. Всё же это Сарос, здесь много зверолюдов. И далеко не всем из нашего вида нравятся ваши самки, несмотря на крайне широкие вкусы большинства граждан. Хотя должен признаться, на аренах давно не было таких вот элегантных остроухих воительниц. Да, зверолюдам больше нравятся кровавые и жестокие битвы, но в то же время давно не было чего-то новенького. Глядишь после выступлений этой рабыни и спрос на ваших самок вырастет в Саросе, — последние слова Крурот произнёс с усмешкой. — Может продашь мне её? Сотню золотых дам.

— Нет, господин Крурот. Она не продаётся.

— Эх, но попытаться стоило. Кстати, у меня знакомый есть в борделе. Можем устроить акцию ночь с «победительницей».

— Благодарю за предложение, но не стоит. У меня на неё другие планы.

— Ну и ладно. Не больно то уж и хотелось.

— Думаю для всего Эдема это послужит уроком! Этий благоволит всем видам и смертным! Но подлецам никогда не было места в его мире! — ведущий подвёл итог казни зверолюда. — И вы посмотрите на эту знойную красавицу! Её чуть ли невыпадающая из костюма грудь даже не стала подниматься чаще! Эта рыжая бестия и не запыхалась! Кажется, мы не смогли её даже удивить! Она перещёлкала врагов как семечки! Быть может ей стоит бросить более серьёзный вызов⁈ Хотя решать это не мне…

Ведущий замолчал, пока толпа криками чуть ли не требовала продолжение. Но решение здесь находилось за организатором турнира и спонсорами, что восседали на главной трибуне. Сначала Гильдия устроила суд, потом таким образом через ведущего провела чёткую иерархию, сделав акцент на негласных правилах.

Ланс же сразу почувствовал на своём затылке взгляд. Пусть власть и находилась в других руках, но сперва нужно получить согласие этириданоса. Так было принято в Эдеме. Негласное правило, которое не найти в сводах законов. А за исполнением всегда следит Гильдия, которая наверняка наблюдает за ареной и сейчас. Любой может являться её глазами или ушами.

И всё же выбора у Ланса по факту не было. Идти наперекор желанию толпы и высшей аристократии тоже неправильно. Поэтому этириданос встал, развернулся и дал своё согласие жестом. После чего ответ дал и организатор:

— Господин Бальмуар любезно согласился на продолжение боя его рабыни! — произнёс в магический усилитель зверолюд.

Толпа сразу же взревела, после чего ведущий объявил о выходе куда более серьёзного противника. Оборотня из волчьего семейства, которого перехватили пару дней назад у границ ветров Этия. Усмирить его не удалось, поэтому его просто выпускали как дикого зверя на арену.

— Вот так и теряют рабов, — кисло проронил Крурот. — И ведь вы не могли отказаться. Но это поставило бы крест на вашей карьере. В начале пути впасть в немилость толпы и высшей аристократии… Эх, жалко рабыню, таких как она на нашей арене в этом веку, наверное, уже и не появится.

— Не спешите с выводами, господин Крурот, — спокойно ответил Лансемалион.

— Так уверены в своём товаре?

— Я тренировал её больше двух месяцев.

— Пфф, два месяца! Смешно. Я обучал человеческих самцов бою против зверолюдов, на это уходит где-то полгода, а то и больше, в зависимости от таланта… А тут ещё и противник далеко не самый простой.

— Я не буду с вами спорить, — всё также спокойно Ланс поставил точку в разговоре.

Этот диалог не был приятен аристократу. Будто бы он поехал в Сарос ничего не зная об аренах и традициях этого города. Ланс отдавал себе полный отчёт в действиях и решениях. И уж, конечно, он научил Аду эффективным методам борьбы с самым частым противником на этих аренах, со зверолюдами.

— Некоторые из вас вопреки правилам называют его Серой Тенью за скорость и неуловимость! И этому убийце будет плевать насколько красив его противник! Он разорвёт глотку каждому! Поэтому его и выпускают одного, ведь от его ярости незащищены даже союзники!

Ловушки исчезли, а на поле вышел тот самый монстр. Уже сразу стало ясно, что этот зверолюд действительно безумен. К тому же, судя по внешнему виду, он редко выходил из своего обличия предков, что крайне пагубно влияло на рассудок.

Внешне этот монстр напоминал варгов, одних из опасных хищников, внешне похожих на волков, только куда больших размеров. Серая шкура покрыта десятками глубоких и уродливых шрамов, этого монстра резали, пронзали и прижигали, но он всё равно выживал и убивал. Когти способны разрывать щиты в щепки, а своей пастью чудище легко перекусит горло даже медведю.

Но при всём этом весит варг немного. К тому же вес распределён на два с половиной метра роста, если тварь выпрямится. Жилистый и даже тощий, ведь кормят его только несчастными противниками на арене.

У зверолюдов почти не было магов, в отличии от других видов. Но вот такая вот особь может спокойно возделывать землю в мирное время, а в случае войны — превратиться в дикого зверя. Ему не нужны тренировки, лишь животная ярость, инстинкты хищника и сила предков. В том числе поэтому их вид и прошёл через естественный отбор.

Ада лишь слегка вздрогнула, но после быстро взяла себя в руки. На тренировках Ланс был беспощаден, вбивая знания в голову всеми доступными способами. Рабыня порой могла тренироваться и по двенадцать часов, после чего падала без сил и её приходилось нести до таверны. Порой на утро хотелось умереть из-за болей в теле… Полная самоотдача, высокая мотивация и менторские навыки, в основу которых лёг опыт половины тысячелетия, — всё это способно творить самые настоящие чудеса.

Зверь сразу же рванул вперёд, используя все конечности. Такие особи использовались в армии Сароса вместо кавалерии. Ужасный монстр, которому не нужна броня или оружие, однако у него имелся очень огромный минус.

Тварь приблизилась на расстояние удара и сразу же Ада сделала широкий взмах. Сталь столкнулась с когтями, но не пролилось крови. Оборотень сразу же по инерции продолжил движение по дуге, чтобы нанести удар со спины.

Но и Ада в момент атаки ушла в сторону, не собираясь подставлять спину. Вновь девушка нанесла кистевой удар, подключать локоть или плечо смысла не было, сейчас она не сможет обогнать такого монстра в скорости.

Но варгу было плевать на такие атаки. Он легко принял их на свою шкуру, кровь окропила землю и не только зверолюдская. Ада не успела выполнить уклонение до конца.

Когти прошли вскользь, но оставили на рёбрах рваные раны. На зверолюде же остались лишь царапины, а через секунду и вовсе рубцы. Превосходная регенерация, но на неё тоже уходят внутренние силы.

Новый натиск от зверолюда, Ада уходит в сторону. Полученная рана болела, уверенность пошатнулась, девушка начала уходить в оборону. Она ждала подходящего момента, что можно счесть ошибкой. Зверолюд не устанет и будет долго продолжать сражаться в таком же темпе. Момент нужно создавать самой, а не ждать чуда.

Очередной лёгкий взмах попал по морде, после когти пролетели над головой. Сразу же рабыня рванула под бок, пытаясь подсечь ноги. От смерти её спасло лишь то, что удар когтями пришёлся из неудобной позиции, тыльной стороной звериной лапы.

Но даже этого хватило, чтобы Ада улетела в сторону на несколько метров. В падении она успела перегруппироваться, приземлиться, чтобы сразу уйти кувырком в сторону. Но зверолюд успел и здесь. Одежда рабыни оказалась разорвана в клочья на теперь уже на окровавленной спине.

— Кхм… — Ланс привлёк внимание раба, после чего подозвал его жестом. — Попросите лекаря прибыть под трибуну и взять лекарства. Я всё оплачу.

— О, ваша уверенность пошатнулась? Ран на теле вашей рабыни всё прибавляется, а Серая Тень только разгорелся. Глаза уже почти полностью налились кровью, он разорвёт её на части и надругается. И никакой лекарь ей не поможет. Ведь этот монстр обычно сжирает своих врагов прямо на арене. Ваша рабыня умрёт.

— Хотите поспорить, господин Крурот? — Ланс удивлённо поднял брови. — Пять золотых на то, что моя рабыня убьёт этого ублюдка.

— Ха, лёгкие деньги, — зверолюд тут же скрепил договор крепким рукопожатием. — Ого, а у вас сильная хватка для человека. Но кажется прямо сейчас ваша рабыня и найдёт свой печальный конец.

Ран на теле Ады прибавилось, когти коснулись и лица. Также разодрано и плечо. Рабыня буквально стоит и истекает кровью, хотя артерии вроде чудом не задеты. Если конечно можно назвать те тренировки с наставником чудом.

Глаза зверолюда же действительно стали буквально красными. Он окончательно провалился в бездну ярости, окончательно обезумел как первобытный хищник. Вместе с тем его скорость и сила также увеличились в разы.

Монстр готовился к последнему прыжку. Яростный рывок и пасть сомкнётся на шее. Увернуться от такого не получится. Даже волшебники, чьи тела питались магической силой, порой умирали от лап обезумевших зверолюдов.

Ада же спокойно стояла и даже не планировала уворачиваться, как её и учил Ланс. Ярость действительно даёт силу, но она глупа и опасна для своего носителя. Разум должен оставаться чистым и холодным. Настоящим воином может стать лишь тот, кто победил свои инстинкты. Того кто им потворствует, ждёт лишь поражение.

Толпа даже слегка притихла в момент прыжка. Волк достиг своей цели, расплескалась кровь, после чего два тела упали на землю.

— Не может быть, — Крурот даже подскочил с места.

— Животный инстинкт всегда был слабым местом вашего народа. Превращаясь в своих предков, вы теряете разум, давая волю инстинктам. Они помогали вам выжить в дикой среде, но это не охота на дичь, это битва, — довольно произнёс Ланс, вставая со своего места и отправляясь под трибуны.

Последняя атака оказалась крайне предсказуемой. Как и волки, варги в порыве ярости стремятся впиться клыками не в ногу, не в ближайшую конечность, а именно в шею. Натренированные зверолюды могут контролировать себя, даже в обличии предков их атаки способны оказаться непредсказуемыми.

Но Ада сражалась против обезумевшего зверя, потерявшего самого себя в собственной ярости. Она знала куда придётся следующая атака, сработала на упреждение, после чего зверолюд сам напоролся шеей на меч и сдох.

И уж, конечно, Ланс рассказал своей ученице о признаках впадения в ярость. Рабыня увидела налитые кровью глаза, поняла, что выиграла достаточно времени, она специально раззадорила врага и всё сделала правильно. Пролитая кровь быстро свела с ума Серую Тень.

Правда раны всё же нужно будет обработать, без помощи они скорее всего загноятся. А ещё нужно обязательно уточнить о наличии какого-нибудь бешенства у этой твари. Поэтому Ланс заранее и позвал лекаря.

Глава 20

— Фирменное блюдо за мой счёт, — в этот раз таверщник даже принёс еду сам, демонстрируя тем самым своё уважение. — Не помню, когда в последний раз здесь было так много посетителей.

Владелец немного преувеличивал, но после битвы на арене, где девушка без магических способностей смогла одолеть обезумевшего зверолюда… Клиентов действительно стало больше. Особенно представителей человеческого вида, которым нравилось просто наблюдать за рыжей красавицей. Понять их можно. Всё же в Саросе не так уж много женских особей, а зверолюдки… ну, вкусы у всех, конечно, разные. Кому-то милые ушки и хвостик нравятся, а кого-то воротит от покрывающей локти шерсти и этой постоянной вони грязной псины.

Да и совместное проживание различных видов смертных в маленьком Эдеме внесло свои коррективы, стерев многие грани и изменив границы привычных для других миров нравственных норм и законов морали. А учитывая тот факт, что здесь можно получить всё что хочешь, то обычные удовольствия быстро надоедают, становятся пресными. К тому же верхушка аристократии поголовно либо древних кровей, либо маги, и живут они веками. Так что все в какой-то момент начинают пробовать что-то новое, поддаваясь порокам, а Эдем с радостью потворствует каждой прихоти. Если, разумеется, у клиента достаточно денег.

— Спасибо, господин Вульф. Ваш золотой окунь просто нечто, — мило произнесла Ада, вызывая улыбку зверолюда.

— Соглашусь. Моя благодарность повару, — аристократично сдержанно ответил Ланс.

— То есть мне. Думаете почему таверна называется «Золотой Окунь»? Когда-то благодаря этому блюду моя таверна и не загнулась, — довольно произнёс зверолюд возвращаясь за своё рабочее место.

— Как раны?

— Уже не болят, даже растяжку сегодня сделала.

— Лучше отдыхай. Не хочу потом платить за устранение шрамов.

— Хорошо, хозяин. Чем займёмся сегодня?

— Даже не знаю. Можем пройтись по магазинам. Ты хорошо показала себя на арене, так что заслужила подарок. Да и костюм нужно будет прикупить новый.

— Прямо настоящую броню, а не одеяния распутной танцовщицы?

— Кхм, элегантную и цепляющую взгляд одежду с некоторыми элементами брони.

— Бронелифчик и сапоги на каблуках, — тяжело вздохнула рабыня.

— Не утрируй, на каблуках я тебя драться ещё не заставлял. Да и бронелифчик лучше, чем ничего. Хотя всё же придётся выбрать что-то более закрытое. Выпускать на арену голого этиамария — признак плохого вкуса. Так поступают в основном этириданосы, которые ещё толком не освоились в своём ремесле. Дилетанты, не понимающие, что голых баб тут уже все по сто раз видели. Нужно играть с воображением зрителя, а не с… Ну, ты поняла.

— Поняла. А Гильдия уже возместила вам ущерб, хозяин?

— Как ты думаешь, почему тебе разрешили выступать одной на прошлой битве? Гильдия замолвила словечко, поэтому меня пригласили. К тому же организатор упомянул моё имя. Обо мне теперь знают, это лучше любых монет.

— А обо мне, хозяин? — наигранно Ада надула губки.

— Тебя тоже знают. Ты же моя рабыня. Пусть и право на имя ты ещё не заслужила.

— Господин Лансемалион Бальмуар здесь? — в таверну зашёл посыльный, после чего быстро нашёл взглядом нужного человека, единственного, кто был во фраке. — Уважаемому этириданосу от Сароского клана «Яростная поступь». Приглашение на банкет в честь первого убийства седьмого наследника.

— Благодарю, — кивнул аристократ, принимая приглашение.

— Всегда к вашим услугам. Также мой хозяин просил устно передать, что хотел бы видеть и вашу рабыню.

— Разумеется. Сочту за честь показать другим свободным гражданам на банкете свою вещь.

— Так и передам, — раб напоследок поклонился, после чего покинул таверну.

— Ого, нас пригласили на бал, хозяин!

— На банкет, на банкет… — уточнил Ланс, перечитывая письмо, после чего тяжело вздохнул. — И он будет завтра вечером. Тебя нужно одеть поприличнее. И ещё научить тебя манерам за одни сутки.

— Я умею пользоваться столовыми приборами, хозяин.

— Ада, есть в таверне и на банкете это совершенно разные вещи. Ты знала, что существует больше тридцати видов ложек? А у эльфов и все сорок пять. И если ты не дай бог их перепутаешь… Хотя вряд ли от нас ожидают чего-то сверхъестественного. Всё же я лишь неизвестный и непримечательный кателий, а ты никчёмный этиамарий… Но это всё равно не повод позориться. Впрочем, основы я тебе покажу, хотя вряд ли ты всё запомнишь. Так что будешь повторять за мной, есть те же блюда и использовать те же приборы. Говорить тебе не обязательно, дежурные фразы ты и так знаешь…

— Всё так серьёзно, хозяин? — Ада даже как-то слегка удивилась озабоченному виду своего господина.

— Да, всё серьёзно. Ведь каждое твое действие будет являться моей оценкой, как рабовладельца. И поведение на банкете во многом заложит фундамент моей будущей репутации.

— Я буду стараться и не подведу вас, хозяин.

— Надеюсь так и будет. Ладно, нужно поспешить. Выберем тебе достойный наряд.

Поспешно Ланс отправился вместе со своей рабыней в торговый квартал. Ориентируясь по своей памяти о прошлом, был выбран вроде как неплохой магазин.

— Здравствуйте, достопочтенный господин, — на пороге стоял молодой юноша со смазливым личиком, аппетитная наживка для статных и мудрых дам.

— Моей рабыне нужна одежда для сопровождения моего выхода в высший свет.

— Я могу предложить вам…

— На заказ, время до завтра.

— Я позову мастера, — учтиво поклонился раб, после чего отправился за своим хозяином, владельцем магазина и мастером швейного дела.

— О, господин Бальмуар, — прищурившись произнёс подошедший низкий мужичок с закрученными усами. — И рыжеволосая бестия. Был на вашем выступлении. Рад видеть вас в своих скоромных владениях. Какие будут пожелания?

— Нужна одежда для выхода в свет. Не слишком выделяющаяся, под стать моему фраку. Не слишком яркая и не слишком искусная, чтобы не обидеть гостей. Я думал над коротким платьем цвета изумрудов…

— Хм… Да, оттенки зелёного хорошо подойдут к её огненным волосам, — оценочно начал прикидывать мастер, пристально изучая каждый сантиметр тела Ады. — Короткое платье тоже будет смотреться по-простому в отличие от вечерних платьев. Ни одна дама не почувствует себя оскорблённой. Добавить орнамент у основания, нижний подол подшить белой тканью. Добавить золотых линий, дабы подчеркнуть узкую талию. Плечи оставим свободными. Вырез на груди сделаем поглубже, чтобы было видно ваше великолепное клеймо. Руки… Длинные перчатки в тон платью, пальцы оставим открытыми. Сапоги… Платье будет лишь слегка прикрывать бедра, совсем короткое. Так что сапоги сделаем высокими. Белый, изумрудный и золотой… В целом комбинация неплохая. Особенно учитывая, что одежда — для рабыни. У меня имеются прекрасные вечерние платья винных цветов, богато украшенные элегантными орнаментами и кровавыми рубинами, которые буквально излучают цвет… Но эта одежда достойная свободных граждан. Вас действительно могут неправильно понять, если вы нарядите рабыню подобно своей избраннице. Так что бижутерию, пожалуй, лучше исключить… Хотя у меня есть простое латунное ожерелье. Оно как раз дополнит образ, но не будет бросаться в глаза роскошью. Так, я ничего не забыл?

— Вроде всё верно.

— Срок до завтра?

— Верно.

— С вас сто пятьдесят серебряных.

— Хорошо, — согласился Ланс, протягивая монеты разных номиналов, но с общим изображением Этия.

— Приходите завтра днём, я всё сделаю.

— Так и поступлю. До встречи.

— До встречи.

Свободные граждане попрощались на равных, рабы поклонились в знак уважения, после чего клиенты покинули магазин.

— А не дорого ли, хозяин? — задумчиво спросила Ада на выходе. — На эти деньги можно было провести девять часов в горячих источниках.

— Приемлемая цена. Жизнь свободного гражданина, так ещё и аристократа вообще штука дорогая. К тому же здесь я плачу не только за качество, но и за время. Пойдём, это не всё. Нам нужно выглядеть на все сто, а здесь без помощи профессионалов не обойтись. Надеюсь, ещё остались свободные места в признанных салонах красоты. Всё же не только мы на банкет приглашены, а значит там сейчас аншлаг. Следует поторопиться.

— Как скажете, хозяин.

Перейдя на соседнюю улицу Ланс быстро нашёл нужное заведение. Там уже кипела работа, всё же многие граждане любили себя побаловать. Да и цены здесь не так уж и кусались. Правда за полный набор придётся тоже отвалить прилично монет. Но по-другому нельзя. Всё же первый выход в свет под новым именем.

Ланс быстро оставил заявку на посещение, выкупил весь спектр услуг для себя и необходимый минимум для рабыни. Всё же ей слишком много макияжа и не нужно, она и так молода.

Себе аристократ выбрал максимальный спектр услуг, чтобы выглядеть непросто хорошо или отлично, а идеально. Конечно, Ланс сам мог следить за собой и делал это вполне успешно. Однако до уровня этого салона ему было далеко. А ведь обслуживали здесь рабы, а не свободные мастера. Наверняка владелец заведения заплатил за таких умелиц сотни золотых.

В любом случае подготовка прошла без приключений. И на следующий день Лансемалион Бальмуар прибыл в достойном виде вместе со своей рабыней в качестве сопровождения.

Дворец клана «Яростная поступь» принадлежал зверолюдам. Сами кланы являлись неким аналогом благородных родов или домов у людей. А все члены кланов являлись почётными и уважаемыми гражданами, аристократией Сароса.

— Как бы бедой этот банкет не закончился, — вздохнул Ланс, выходя из кареты.

Всё же весь Эдем знал о том, что тела второго наследника рода Торвандори не нашли. Да и мастер татуировок сразу же узнал молодого господина пусть тот и сменил лицо с именем.

Но сидеть в тени Ланс вечно не сможет. Нужно двигаться дальше, а не стоять на месте. Как и не нужно бояться проблем, их нужно решать.

Глава 21

Кто-то считает зверолюдов немытым и грязным зверьём. На деле же это устаревший стереотип. Всякого смердящего сброда среди их вида не особо больше, чем среди тех же людей.

На банкете находилось множество аристократов зверолюдов, все они были одеты по последнему слову моды. Клыки и зубы блестят белизной, рога и бивни начищены и отполированы, а шерсть благоухает цветочными или фруктовыми нотками.

Представительницы женского пола среди зверолюдов, разумеется, тоже имелись и ничем не уступали другим дамам. Изысканные причёски, нежная шёрстка и игривые взгляды. Они ровно также виляли бедрами, обладали теми же вторичными половыми признаками. Так что никто не удивлялся, увидев пару из человека и зверолюдки, или наоборот. Межвидовых предрассудков в Эдеме было по минимуму.

Кроме того, на таких банкетах можно легко стать участником очередной интриги, где нужно льстить, врать и смеяться над дебильными шутками, чтобы получить выгоду. А свою неприязнь следует засунуть куда подальше, чтобы не навредить в первую очередь себе.

Лансемалион находился на нижнем уровне дворца, как и положено гражданам статуса кателий. Далее шёл второй ярус для алетисов, а на верхушке находились лариосы. Подобные банкеты всегда являлись отличным местом для заведения знакомств и налаживания связей.

Правда аристократ сомневался, что кто-то из кателиев сможет ему пригодиться в дальнейших планах. Всё же гражданство такого статуса считалось не полноценной свободой, а промежуточным вариантом между рабством и настоящим гражданством. С учётом принципов Эдема, где никакого промежуточного варианта не существовало в головах граждан, кателии отправлялись прямиком в метафорическую канаву к рабам. Ведь зачастую такие граждане даже не чурались работать на кого-то, уподобляясь опять же тем самым рабам. У них не имелось перспектив, не было амбиций, а волновали их не честь и крепкость принципов, а еда на столе и собственная задница в тепле. И что самое забавное, Ланс мог поклясться, что последние слова можно приписать к большинству среди собравшихся, и почти ко всем в Эдеме. О принципах и чести здесь знают лишь единицы.

Но так или иначе, зачастую кателиев откровенно презирали. Также они являлись меньшинством, а ещё некоторые кателии и вовсе являлись бывшими рабами.

Эдем же держался за счёт алетисов, полноценно свободных людей. Их же в Эдеме было больше всего. Кателии же скорее поддерживали некую иллюзию того, что раб сможет когда-то освободиться. Также они являлись устрашением для алетисов, которые могли скатиться до их уровня.

Как уже можно понять, Эдем представлял собой сословное общество. Самые убогие рабы, презренные кателии, достойные алетисы и благородные лариосы. Отдельно, наверное, стоит выделить военное сословие, которое тоже имело особое правовое положение. Ещё не стоит забывать про духовенство, стоящее во главе Эдема. Также имелось множество нюансов внутри каждого сословия. В разных городах привилегии и обязанности могли меняться, или вовсе добавлялись новые. Все дополнительные нюансы выделялись отдельными документами и являлись добавлением к текущей грамоте о гражданстве. Отличались и некоторые внутренние законы самоуправления от города к городу… В общем, всех тонкостей так сразу и не объяснить.

— Тут красиво, господин Бальмуар, — произнесла Ада, одетая в своё новое платье.

— Да, но до Акерона далеко. Всё же эльфы куда больше других видов преуспели в искусстве.

— А мы туда когда-нибудь съездим?

— Разумеется, там тоже есть арены. Только тебе нужно будет дорасти до необходимо уровня. Но когда-нибудь доберёмся и туда, если ты продолжишь также прилежно учиться.

— О, Акерон прекрасное место! — в разговор буквально с двух лап влетел один из гостей.

— Господин Крурот.

— Господин Бальмуар. Так и знал, что вас тоже пригласят. Хотя среди представителей нижнего яруса обычно можно увидеть только зверолюдов. Остальные смертные подобного уровня мало интересуют кланы Сароса. Но вам удалось получить их милость.

— Очень на это надеюсь. Превосходно выглядите.

— Оставьте лесть себе, — махнул рукой Крурот. — И так понятно, кто приковывает к себе всё внимание на этом ярусе. Да прокляни меня Миос, даже не все гости на среднем ярусе обладают таким вкусом и взглядом как вы.

— О, вы заставляете меня смущаться.

— Просто господин Крурот слишком приложился к алкоголю ещё до банкета, — в диалог нагло втиснулся ещё один зверолюд. — Обычный человеческий фрак. Ничего такого.

— О, Сонтор, старый мудень, — пробасил Крурот с досадой. — Не передать словами, как ты меня бесишь.

— Вас ваша жёнушка звала. Поспешите.

— Ох, чёрт, — смутился зверолюд и потопал в другую сторону зала.

— Припёрся пьяным на банкет… поэтому нас и презирают, — покачал головой Сонтор. — Немногие уделяют достаточное время собственным манерам.

— Вы что-то хотели? — сразу же спросил Ланс, который понял о характере собеседника по его морде: надменный и ничего из себя не представляющий, способный паразитировать лишь на ошибках других смертный.

— Видел вашу рабыню в деле. Также знаю о ваших финансовых проблемах…

— Не продаётся, — сразу, даже довольно грубо, ответил аристократ.

— Имейте уважения хотя бы дослушать. Тридцать золотых.

— Смешно. Нет.

— Ладно, вижу вы не вчера родились, — ухмыльнулся Сонтор. — Сотню. За одно хоть квартиру снимите себе вместо комнаты в таверне.

— Она. Не. Продаётся.

— Но…

— Прощу прощения, мне нужно отойти, кажется, я вижу своих друзей, — нагло соврал Ланс, после чего отправился со своей рабыней к столику с закусками. — Пошли, попробуешь закуски. А то ты ничего не ела с утра, а банкет начнётся нескоро.

— Хорошо, хозяин.

Аристократ уже заметил, какие взгляды девушка кидала на обычные закуски. Страшно подумать, что произойдёт во время ужина. Да, столы тоже у всех разные, да и блюда отличаются. Но даже нижний уровень дворца может удивить своими угощениями, которые были приготовлены для кателиев.

— Это можно есть руками, только аккуратно.

Ланс же предпочёл просто наблюдать за своей рабыней. Да и это было всяко лучше общения с какими-то шутами. Сотня золотых за Аду! Ну что за бред? Она эту сумму с текущими умениями при самом худшем раскладе за десять боёв отобьёт. А ведь после показательной казни и битвы с Серой Тенью есть некоторая вероятность, что её захотят увидеть уже не на утренних боях, а на дневных. А этот кретин предлагает сотню золотых…

Банкет тем временем продолжался. Ада аккуратно начала уминать закуски, порой удивляясь странным вкусам и делясь впечатлениями со своим хозяином. Особенно ей понравился сыр под ландоским соусом. Лансу же оставалось лишь удивляться как мало смертным порой нужно для счастья. Правда вскоре они довольно быстро начинают желать ещё большего.

В какой-то момент начали всплывать воспоминания. Род Торвандори тоже проводил банкеты и балы, там всегда собиралось много аристократов. Лучшие из лучших представителей высшего общества. А сами владения находились в величайшем городе, в Эдеме, центре этого одноименного мира. Ланс часто бегал с братом по нижнему ярусу, общаясь с не самыми почётными гостями. Кто-то считал подобное поведение неподобающим для наследников рода Торвандори, но большинство лишь с улыбкой наблюдало за происходящим. Детишки ещё не знали, что не все смертные равны и не делали различий по статусу.

— Изящный фрак, — пропел девичий голос за спиной Ланса.

Аристократ сразу же обернулся. Пусть он и находился в воспоминаниях, но концентрации не утратил. Однако кто-то из гостей смог подойти к опытному магу со спины и остаться незамеченным.

Перед Лансом стояла на первый взгляд обычная девочка в белом платьице. Полтора метра ростом, с белоснежными длинными волосами. Приковывал внимание и её пронзающий взгляд разноцветных глаз: левый отдавал морской лазурью, а правый напоминал янтарь.

— И искусно украшенная трость, — произнёс уже другой голос и из-за спины девочки неожиданно вышел мальчик.

Такой же рост, такого же цвета волосы, только уже левый глаз янтарный, а правый лазурный. Он так идеально стал за своей спутницей, что Ланс его даже не увидел. При этом загадочная парочка ещё и оказалась вне досягаемости для магического зрения, что было явным признаком их силы.

— Госпожа и господин Дельдамионы, чем могу быть полезен? — сразу же Ланс слегка поклонился гостям с куда более высоким статусом.

— Господин Бальмуар, мы слышали о вас, — произнесла девочка, возраст, которой измерялся веками.

— О вашей рабыне и о падении одного из нас, — сразу же продолжил говорить мальчик, будто они были одним целым.

— Такого же свободного гражданина.

— Но не аристократа.

— Жадность.

— Алчность.

— Наказание не заставило себя ждать.

— Гильдия всегда воздаёт по заслугам.

— Всегда, — Лансу оставалось лишь согласиться с Дельдамионами.

— Так эта рабыня убила обезумевшего зверолюда? — девочка подбежала к Аде, начиная ощупывать платье.

— Молодая. — За спину рабыни забежал и мальчик, пристально изучая девушку.

— Совсем недавно в этом мире.

— Но уже многому обучена.

— Магический дар пробуждается.

— Она точно станет магом.

— Потому что полуэльфийка.

— Нужно только показать как.

— Тысяча золотых? — спросила девочка.

— Две, — утвердил мальчик.

— К сожалению, она не продаётся, — учтиво ответил Ланс, чем вверг в шок других гостей.

Многие слушатели уже собрались вокруг. Дельдамионов знали чуть ли не все. Один из величайших родов. Их магическая сила уважалась даже эльфами, которые не любили людей и относились к молодому виду смертных с лицемерным снисхождением. Разрушительный тандем близнецов не оставлял от врагов Эдема даже праха.

Так что они быстро привлекли к себе внимание. Особенно удивлял тот факт, что высшая аристократия решила подойти для разговора к кому-то на нижнем ярусе. В осадок же гости выпали после того, как какой-то там кателий ответил отказом.

— Хм… У нас есть и другие предложения, — после паузы произнесла девочка.

— Артефакты.

— Древние книги.

— Запретные знания.

— Но говорить о них публично мы бы не хотели.

— Пройдемте в сад?

— Лучше на террасу.

— Проследую за вами, — сдержано отвечал Ланс: всё же подобная настойчивость заслуживает внимания, нужно выслушать близнецов, а потом уже дать ответ, который вряд ли изменится. — Ада, подожди меня здесь.

Подпрыгивая на ходу, девочка отправилась вверх по лестнице, на самый верхний ярус. Под завистливые взгляды продолжал за ней движение и Ланс. Никто не стал спорить и напоминать, что кателию на верхних ярусах делать нечего. Потому что в принципе спорить с Дельдамионами всегда плохая идея, ведь их опасаются даже другие представители высшей аристократии.

Всё же законы Эдема не порицали дуэлей, в некоторых моментах даже наоборот поощряли. Оно и понятно, с таким жутким перенаселением… Даже огромные цены на гражданство и контроль рождаемости едва позволяет справиться с постоянной проблемой. Хотя если ситуация станет выходить из-под контроля, то у архиепископа уже есть проверенные методы. Самый простой — запретить продажу гражданства, а после ввести дополнительный налог за каждого раба на территории Эдема.

Но на самом деле главная сила близнецов в их колоссальном влиянии и огромном количестве денег.

— Прекрасный вид, — произнесла девочка и махнула рукой, накладывая руны на вход.

— Видно весь Сарос, — согласился мальчик после чего создал защитный купол над террасой.

— Внимательно вас слушаю, — тяжело вздохнул Ланс, понимая, что сейчас начнётся не самый лёгкий разговор.

— Лансемалион Бальмуар… — протянула девочка, перевешиваясь через перила террасы.

— Или быть может Граниир Торвандори? — задал риторический вопрос мальчик, попутно придерживая от падения свою сестру.

— Не понимаю о чём вы, — такая жалка попытка сохранить уже слетевшую маску.

— Новый фрак, незнакомое лицо…

— Трость я уже видел, как и чувствовал эту ауру.

— Были похороны.

— Но гроб второго наследника оказался закрытым.

— Говорят от него ничего не осталось.

— Слухи о потере ряда родовых реликвий.

— Но как враг смог уничтожить великий род, убив его главного хранителя и его второго сына?

— Первый должен был стать лидером.

— Второй мечом.

— Мастер боевых искусств, которому в дуэлях не было равных.

— Разве был кто-то способный его одолеть?

— И всё же такова реальность.

— Или может иллюзия?

— Как знать.

— Но вдруг появляется загадочный Лансемалион Бальмуар, первый же раб которого находит успех.

— Сомнений нет.

— Суматоха в трущобах.

— Этот взгляд.

— Признание не нужно.

— Но есть интерес.

— Что произошло в доме Торвандори?

— Измена?

— Предательство.

— Старший сын А захотел власти?

— Но зачем она ему?

— Он и так первый наследник. Все знали, что отец хочет отойти от дел.

— Последний заказ.

— И власть в доме Торвандори официально переходит в руки Адрион.

— Конкурентов нет.

— Второй наследник не имел никаких амбиций.

— Послушный.

— Даже пассивный.

— Он являлся тенью.

— Но в то же время прочной опорой для своего рода.

— Граниир без сомнений продолжил бы свою работу, но уже под началом любимого брата.

— И всё же бойня…

— Кровь льётся в самом сердце Эдема.

— Мы хотим услышать ответы, — дружно произнесли близнецы.

— Спросите об этом Адриона, — сдержанно предложил Лансемалион.

— Спрашивали.

— Не ответил.

— Обращались к Гильдии.

— Бездействует.

— Она не любит вмешиваться во внутренние конфликты.

— Сохранение стабильности их главная задача.

— Вмешательство же означает новый виток конфликта и эскалацию.

— Или быть может дело в чём-то другом?

— Ему дали разрешение?

— Неизвестно.

— И всё же угроза осталось.

— Скорее неопределённость.

— Высшая аристократия в смятении.

— Мы не знаем, чего ждать дальше.

— Быть может Адрион сошёл с ума.

— Вдруг он начнёт убивать и других?

— Заговор?

— Никакого заговора нет. — Ланс отрицательно покачал головой. — Опасаться вам нечего. Адрион не сошёл с ума. И уж, конечно, он не начнёт бездумно убивать других конкурентов. И он точно не монстр, каким его считают некоторые.

— Почему?

— Зачем?

— Я не буду отвечать на эти вопросы.

— Лицо спокойно.

— Но сердце в крови.

— Мы не хотели вас обидеть, — девочка подбежала с боку и обняла аристократа.

— Кто-то не одобрил произошедшего, — с другой стороны сомкнул руки мальчик.

— Кто-то молчит.

— Кто-то не хочет остаться крайним.

— Ну а кто-то считает, что нет и не может быть повода, чтобы так поступить с родными.

— Мы можем помочь.

— У нас есть влияние.

— Сила.

— К нам прислушиваются.

— Нас уважают.

— Благодарю вас за предложение, но это внутреннее дело дома Торвандори. Устраивать новую бойню и втягивать в неё весь Эдем, я не собираюсь.

— Мы вас узнали.

— Узнают и другие.

— Очень скоро.

— Вы один.

— В руках Адриона власть и сила.

— За вами придут.

— Вы плохо знаете моего брата, поэтому судите поверхностно, не имея возможности углубиться в детали, — тяжело произнёс Ланс. — Я справлюсь сам.

— Хорошо, господин Бальмуар.

— Это ваше решение.

— Но не думайте, что у вас не осталось друзей.

— Я никогда так и не думал, — напоследок поклонился Ланс, после чего покинул террасу и вернулся на нижний ярус.

Разговор с близнецами вышел сложным для аристократа, а сказанные слова требовали огромных усилий. Соблазн был силён как никогда. Заручиться поддержкой, попасть в Эдем, бросить дуэль Адриону, рассказать всем правду. В честном бою старший брат бы не одержал верха. И вот она сладкая месть.

И что получается в результате? Вечный позор для рода Торвандори. Увядание рода, который не справится без настоящего лидера, коим был отец, коим растили Адриона. Конечно, Ланс не даст роду исчезнуть, но потеряет очень многое из-за нехватки опыта. Первого сына растили как лидера, второй стал защитником.

И к чему это всё приведёт? Зачем всё это? Чтобы получить власть? Потешить самолюбие или быть может ради мести? Может быть, это вернёт к жизни убитых? Нет, так не поступил бы ни Граниир Торвандори, не поступит и Лансемалион Бальмуар. И пусть обида с болью разрывают сердце, но это не выход… Ведь Ланс лучше других знает о настоящих мотивах своего брата и видит всю картину целиком.

Подобное решение останется лишь жалкой местью, не будет никакой справедливости. Ничего не изменится, лишь прольётся ещё больше крови. Адрион не придёт к осознанию, а лишь покинет этот мир, так же, как и его отец. Младший брат просто повторит ошибку своего старшего брата.

Разрушать свой род во второй раз Граниир не станет. Он это решил ещё когда лежал в канаве. Вместо этого Лансемалион займётся созданием нового рода. Вернётся в Эдем, станет выше своего брата, но не как воин. И не для того, чтобы бросить ему вызов в лицо. Адрион не заслуживает подобного, пусть многие и твердят обратное.

— Всё хорошо, хозяин? У вас какой-то мрачный вид, — озабочено поинтересовалась Ада, за банкетным столом. — Грустить вредно для здоровья. Хотите кусочек шоколадного торта?

— Да, ты права. Вредно, — согласился аристократ, сильно сомневаясь в том, что торт ему поможет.

Глава 22

— А Ланс в последнее время что-то мрачный совсем какой-то, — произнёс у стойки Вульф.

— Да, даже время тренировок сократил. Спит ещё много, намного больше обычного, — согласилась Ада. — Всё после того банкета и встречи с близнецами.

— С Дельдамионами? Слышал они хотели тебя выкупить и предлагали четырёхзначные суммы. Судя по всему, Ланс им отказал. Может они его запугали как-то?

— Вряд ли, господин Бальмуар ничего не боится.

— Насчёт «ничего» я бы поспорил, но слабохарактерным его точно не назовёшь… — Вульф на секунду задумался. — Наверное что-то личное. Даже самые старые раны порой начинают болеть с невиданной силой. Сходила бы к нему, поинтересовалась, что у него там на душе.

— Я же рабыня… просто вещь… — покачала головой Ада. — А он аристократ. С чего бы ему изливать мне душу?

— И что? Я вон своим девчонкам тоже бывает жалуюсь, а они мне, — пожал плечами зверолюд. — Ничего такого в этом нет. Многие рабы часто становятся своим хозяевам лучшими друзьями. К тому же личные разговоры позволяют укрепить доверие. А доверие между рабом и хозяином крайне важно.

— Думаете?

— А то, — оскалился Вульф. — В крупных родах рабы и вовсе фактически становятся частью семьи. Они и за детьми следят, и за личным оружием, и всякие непристойные письма помогают писать. Почти у каждого аристократа есть такой личный раб, которому он и жизнь доверить может. Это нормально. Особенно в условиях постоянной борьбы, когда становится опасно доверять кому-то другому. Каждый хочет тебя обмануть, каждый хочет тобой воспользоваться, а раб… Он фактически повязан с хозяином.

— И что мне стоит зайти и спросить, что у него на душе?

— Типа того. Можешь начать издалека, сама поделись чем-то личным. Ты уже рассказывала про то, кем была в прошлом мире?

— Нет…

— Про это непринято спрашивать. Всё же считается, что для попавших сюда начинается новая жизнь. Но ты можешь поделиться сама. Ланс наверняка оценит этот жест.

— Ладно, вы правы. Я попробую.

— Удачи.

Ада сильно волновалась, с каждой ступенькой ей хотелось развернуться и не лезть не в своё дело. Всё же она лишь рабыня, вещь, ресурс, товар. Разве кто-то станет разговаривать с расчёской и делиться с ней переживаниями? А именно такой статус и имели рабы. Но слова господина Вульфа всё же убедили рабыню в обратном. Так что, собрав волю в кулак Ада постучала, не услышала ответа, но всё равно вошла внутрь комнаты.

Ланс уже не спал, а сидел на краю кровати почти не двигаясь. Он уже несколько дней в таком состоянии. Не бреется, не следит за внешним видом и витает где-то в воспоминаниях.

В руках аристократ держал маленький альбом, где от руки не слишком умело было что-то нарисовано. Разглядеть Ада содержимого не могла. Так что девушка решила просто громко захлопнуть за собой дверь, чтобы заявить о своём присутствии и дать хозяину возможность спрятать то, что он вполне возможно не хочет показывать.

Так и случилось. После стука Ланс слегка дёрнулся, взгляд его слегка прояснился, а альбом исчез из рук. Наверняка он теперь находится в пространственном артефакте. В перстне или амулете, может быть запонках. Ада точно не могла сказать, какой элемент украшений аристократа является магическим артефактом, а какой — обманкой.

— Вы пропустили завтрак, хозяин, — не зная с чего начать, произнесла Ада.

— Я не голоден, — ответил Ланс, откидываясь на кровать и закрывая глаза.

— Сегодня господин Вульф опять рыбу готовил, — начала хоть что-то говорить рабыня, стараясь импровизировать, пусть и подводка к сути вышла немного рваной: по-другому Ада не умела. — Его друг разводит их на водных фермах, а после привозит ему. Сегодня была форель. Помню мы с отцом часто ходили к горному озеру. Там тоже форель водилась. Две рыбы мы съедали сразу же на месте, обжарив на костре. Один раз даже соли с собой не оказалось: забыли дома. Но всё равно было очень вкусно, как сейчас помню тот запах.

— Твой отец был рыбаком?

— Нет, наверное. Не знаю. Он много чего умел. И в поле работал, и в травах разбирался, знал какая от простуды помогает, а какая от головной боли. Мебель тоже сам собирал, даже соседям помогал. И рыбу ловил, и ловушки на мелкую дичь умел ставить. Хлеб тоже сам пёк. Даже за детьми приглядывал. Казалось, что он умеет всё. Прямо как вы.

— А матушка?

— Её я не застала. Я не расспрашивала его о ней. Но по словам сестричек и братиков, она умерла во время очень холодной зимы. Он долго горевал, но продолжал следить за домом и детьми. А потом уже нашёл меня во время рыбалки, у того же горного озера. Забрал домой, обогрел и откормил.

— И сколько тебе тогда лет было?

— Не знаю, но совсем маленькая была. Не помню ничего. Даже какое-то время думала, что я его родная дочь, — Ада вспоминала прошлое с улыбкой, но всё равно с горечью в голосе. — Потом как-то случайно узнала. Расстроилась сильно, но отец быстро меня успокоил. Да и братики с сестричками тоже добрые были. Им было без разницы, что у меня уши острые и волосы такие яркие. Никогда в обиду меня не давали. Дружно жили, а потом начали разъезжаться. Кто-то в соседнюю деревню замуж, кто-то в город в подмастерья выбился. А старший брат и вовсе в ученики к настоящему магу пошёл. Так с отцом осталась только я. Расставаться было грустно, но они нас навещали. Да и нам скучно не было, в деревне всегда есть чем заняться. А потом я пошла как-то на рыбалку одна. Отец что-то захворал, так что отдыхал в тепле дома. Думала принесу к ужину красной рыбы. Погодка довольно тёплая была, решила ещё искупаться. Уже почти высохла, оделась и думала домой идти, как смотрю странный серый туман по озеру катится и прямо ко мне. Я ничего не поняла, даже убегать не стала. Казалось, прошло лишь пару секунду, а я уже… ну… здесь… И прямо ко мне группа грязных с жадными взглядами уродов идёт. А потом пришли вы… Интересно как там папа мой?

— Выздоровел скорее всего. Да и другие жители деревни его в беде вряд ли бы оставили. В маленьких поселениях всегда процветает принцип взаимопомощи, позволяющий выжить. На крайний случай родня из соседней могла бы приехать, да к себе его забрать.

— Да, верно. Надеюсь, у них там всё хорошо. — Девушка тяжело вздохнула и вытерла намокшие глаза. — А вы как здесь оказались?

— Я в Эдеме с рождения. Мать умерла при родах. Большую часть времени проводил с наставниками, да служанками. Отца видел максимум два раза в неделю, на личных уроках. Он был занятым человеком, от него многое зависело и от него многого ожидали. Но одиноко мне никогда не было, ведь рядом всегда был мой старший брат. Мы хорошо дружили, никогда не ссорились, дополняли друг друга… Всё было хорошо. Мы росли, учились новому, готовились продолжить дело отца. А потом в один день всего этого не стало. Но сейчас-то я уже понимаю, что был слеп. Тучи начали сгущаться задолго до этого…

Внезапно Ланс замолчал, взгляд снова остекленел, однако вдруг сразу же резко прояснился. Он посмотрел на свою рабыню, тяжело вздохнул и наконец-то встал с кровати.

— Ладно, засиделся что-то я.

Аристократу нельзя просто так выпадать из реальности. Отец никогда себе такого не позволял. Несмотря на все свои личные трудности и проблемы, он продолжал эффективно отстаивать место своего рода в этом мире даже когда весь Эдем ополчался против новичка в большой игре, даже когда умерла его любимейшая жена.

И Лансу стоит поступать также, если он желает воплотить задуманное в жизнь. В конце концов у него так-то ещё есть рабыня. И если другие вещи ещё можно отложить на долгий срок, то за рабами нужно следить каждый день.

— Попроси Вульфа упаковать еду. Мы отправляемся на границу ветров.

— Хорошо, хозяин.

Ада тут же вскочила и побежала выполнять указание. Ланс же остался в комнате один и начал приводить себя в порядок.

Всё же встреча с Дельдамионами на банкете довольно сильно пошатнула психическое состояние. И неудивительно, близнецы являлись сильными эмпатами, они чувствовали каждую слабую нотку эмоций на палитре смертной души. Очевидно, они могли на неё и влиять.

Хотя, пожалуй, главная причина была всё же в другом. После печальных событий Ланс загнал свои чувства в клетку. Они не должны были мешать выживанию. Однако подавление лишь отстрочило неизбежное. Новая обстановка довольно хорошо отвлекала, но банкет в результате стал катализатором и всё накопленное всплыло.

Кроме того, аристократ всё ещё оставался смертным со своими слабостями. Боль и обида обрушивались штормом на сознание. Хотелось всё тут же бросить и помчаться в Эдем, убить всех на своём пути после чего бросить вызов на дуэль… Но это голос эмоций, слушать его опасно и глупо. Тем более Бальмуар и сам понимал, что это неправильно решение. Месть ничего не решит. Кроме того, Адрион устроил эту бойню не ради власти или своих амбиций. Руководствуясь личной обидой, аристократ сделает только хуже. Умрёт ещё больше смертных, умрёт Адрион, умрёт в процессе сам Граниир, опозорится весь род Торвандори, забрав с собой и своих союзников, и своих врагов… Нет, месть будет худшим из возможных решений. И никакой справедливости в ней не будет. Не в этот раз.

— Размазня, — с досадой произнёс Ланс, глядя в своё отражение. — Больше такого не повторится. У тебя нет права на слабость.

В приемлемом для аристократа виде господин Бальмуар наконец-то спустился на первый этаж таверны. Там уже стояла готовая к выходу Ада. За спиной девушки находился походный рюкзак с едой, на поясе висел меч.

— Газетку не забудьте, — напомнил Вульф, кивая в сторону столика.

— Благодарю.

Перед выходом Ланс ещё заскочил на рынок и купил прочную верёвку и кандалы, да с запасом. Мало ли охота пойдёт крайне удачно.

Но главной причиной замены тренировок в зале на путешествие к границе ветров стало повышение планки для Ады. Манекены всех смертных служили хорошими мишенями, да и предоставляемый арсенал радовал, но… Аде также нужно больше опыта реальных битв. И постоянные раны девушки это доказывают. Она медлит, всё ещё сомневается, в результате ошибается. Одними спаррингами и отрабатыванием приёмов обходиться уже нельзя. А за реальный боевой опыт на арене можно заплатить жизнью или позорным поражением. И под реальным боевым опытом имеется в виду не спарринг с наставником или с мишенью, а когда твой противник действительно хочет тебя убить.

— Что нового пишут, хозяин? — поинтересовалась Ада, следуя за своим хозяином по тракту.

— В целом ничего, — ответил Ланс, читая прихваченную газету. — Из интересного только вчерашний бой на Великой Арене Сароса. Матёрый чемпион одолел двадцатиметрового алантийского змея, чем заслужил признание и свободу, попутно получив титул героя арены.

— Свободу?

— Да, свободу.

— Заслужил? Его прямо освободили?

— Да. Прямо там вручили гражданство и серьёзную сумму денег. Он уже давно сражался на арене, зритель его любил. Да и битва против двадцатиметрового алантийского змея это тебе не шутки. В результате стал героем арены и ушёл на свободу в лучах славы. Ему очень сильно повезло, учитывая, что он даже не полноценный маг. Даже слабо представляю, как он такую громадину завалил. Хотя чёрные орки обладают большой физической силой, да и они умнее других своих сородичей, но… Двадцать метров… Эта тварь уровня боевых магов, с ней физической силой особо не повоюешь.

— Как его звали?

— Гнарг Дурзол.

— А я когда-нибудь смогу одолеть алантийского змея, хозяин?

— Если будешь также стараться, то да. Но сначала тебя нужно будет обучить магии.

— И вы меня отпустите?

— У меня и выбора особо не будет, — ухмыльнулся аристократ. — Таковы традиции Эдема.

— Даже если я не успею окупить вложенный в меня труд?

— О, если ты когда-то пробьёшься на престижные арены, после чего сможешь получить титул чемпиона, победив другого чемпиона или равного по силе врага… Тогда тебе дадут право сразиться за титул героя арены, где у тебя появится призрачный шанс заслужить свободу или умереть. Ах, да, ещё ты должна очень понравиться зрителю. Хотя я даже сразу не вспомню, чтобы кто-то из героев арены не нравился зрителю. Но в любом случае, пройдя столь длинный путь, ты наверняка себя уже окупишь. Ведь до чемпиона арены тебе ещё далеко, что уж говорить про героя. Ты на данный момент и вовсе никчёмная. Тебе даже прозвище иметь запрещается.

— Буду знать, хозяин.

— А вот и граница мира. Надеюсь, Этий сегодня нас порадует.

Глава 23

— Хозяин, а я точно справлюсь? — проглотив комок в горле, Ада всё же решила уточнить этот момент.

— Всё зависит от тебя, — спокойно ответил аристократ, разглядывая перстни на своей руке. — Попробуй и посмотрим, что будет.

— Но этот голем выглядит…

— Это не голем, а элементаль земли.

— Элементаль? Это же магическое существо, а у меня обычный меч…

— Слабый элементаль, даже энергии толком не излучает. К тому же он не из камня, а из земли. Наверняка, если ты разрушишь его физическую оболочку, то ранишь и ментальное тело.

— Ладно, я попробую.

— Конечно попробуешь, я же тебе приказал.

— Да хозяин, я это и имела в виду.

И Ада неспешным шагом направилась в сторону элементаля. Ожившая куча земли не имела шеи, даже головы. Руки сразу росли из, если так можно сказать, туловища, и достигали пяток крайне коротких ног. Ростом элементаль составлял метров пять и весил будь здоров. Хотя двигался крайне, крайне медленно. Прямо вообще еле-еле.

Ада уже смирилась с неизбежным, обнадёжила себя и приготовилась к бою, как вдруг монстр издал странный гул. Сразу же девушка отпрыгнула назад, но ничего не произошло. Монстр не стал швырять в неё камнями, не раздвоился на двух элементалей, даже не сделал замах. Это был просто гул, который монстр издал, заметив врага.

Ада это тоже поняла через некоторое время и устремилась к ноге, делая удар в область колена. Меч легко прорезал землю, но ничего не изменилось.

— Ещё бей! Получается! — Ланс приободрил свою рабыню.

Девушка продолжила свои осторожные атаки, иногда уворачиваясь от огромных рук монстра. Хотя с такими долгими замахами… даже безногий отползти бы успел. Всё же элементаль был слишком слаб, он потерял много энергии после перемещения, а вес его измерялся сотнями килограмм.

Вскоре нога монстра начала рассыпаться. Удары клинка легко разрезали довольно рыхлую землю, которая тут же затягивалась, однако раны на ментальном теле оставались в момент разрушения физического. В результате после нескольких десятков ударов один из энергоканалов лопнул, потом другой, и конечность рассыпалась. А там уже Ада добила упавшего врага, с пятнадцатой попытки найдя его нефизическое сердце.

— Отлично, идём дальше.

— Ага, — произнесла изрядно уставшая рабыня.

И неудивительно, ведь ей столько ударов пришлось нанести. Поэтому Ланс и приказал ей напасть. Это была отличная тренировка, после которой Ада точно сможет махать мечом дольше.

Прошёл час, два, начало вечереть. Но ничего интересного всё не происходило. То отребье из трущоб в страхе мимо пробежит, то какие-то дохлые твари из ветров выбегут, да и умрут сразу. Один раз удалось встретить патруль Касара.

— Что-то Этий сегодня не особо щедрый. Наверное, кто-то до нас тут прошёлся. — Ланс остановился и уже планировал возвращаться, как вдруг услышал лязг металла. — О, а это уже интереснее.

— Это гном? — рабыня действительно искренне удивилась, видимо, видела гнома в первый раз.

— Он самый. Встань позади.

Гном был облачён в полную броню, сжимал в руках меч и щит. Низкорослый воин вышел прямо из поднявших пыль ветров Этия, появившись из ниоткуда, подобно миражу силуэт жителя глубин сначала зарябил в пространстве, а затем наконец-то материализовался посреди ничего. Он что-то бубнил себе под нос, после чего резко повернул голову и увидел аристократа и его рабыню.

Как и следовало ожидать, гном сначала сильно удивился, а после принял Ланса за угрозу и врага. С диким рёвом и боевым кличем на неизвестном языке воин ринулся прямо на мага.

— Ой! — крикнула Ада и подскочила на месте, когда из трости вылетела молния. — Вы его убили?

— Нет, оглушил. Теперь надень на него кандалы, лучше несколько.

Ада так и поступила, после чего изрядно повеселевший Ланс объявил о возвращении. Первые пару километров девушке пришлось тащить пусть и низкого, но очень тяжелого гнома в броне. В какой-то момент бородатый воин очнулся и начал кричать.

— Что он говорит, хозяин?

— Не знаю. Это не межвидовой язык, — пожал плечами Ланс, ударяя гнома тростью ещё раз, чтобы тот заткнулся и не буянил.

Несколько раз этот гад пытался убежать, после чего ловил новый разряд и падал на землю. Но кое-как его удалось дотащить до трущоб.

— Так… вроде… где-то здесь… О, точно, сюда, — наконец-то аристократ сориентировался и повёл свою добычу по грязному переулку.

За очередным поворотом сразу на общем фоне трущоб выделилось одно здание. Каменное, ровное, с бойницами вместо окон. Вход закрывала массивная железная дверь, в которую и постучал Ланс. Через несколько секунд дверное окошко открылось и сквозь решётку на гостей молча уставился бородатый мужичок.

— Привели одного из ваших, — произнёс аристократ, указывая на гнома в кандалах.

Привратник некоторое время изучал взглядом гостей, сверлил своими глазами низкого воина, после чего закрыл окошко. Раздался глухой стук, лязг металла, кто-то повернул ключ, после чего дверь отворилась.

Ланс сразу же пихнул в спину свою добычу, заставляя её зайти внутрь. Затем дверь закрылась, раздался лязг металла, грохот механизмов, и наконец-то наступила тишина. Ада уже хотела задать кучу вопросов, как вдруг окошко открылось вновь, через него передали мешочек с монетами, и оно опять с шумом захлопнулось.

— А говорят лёгких денег не бывает, — довольно произнёс аристократ, направляясь в сторону форта у трущоб, где пролегала граница земель Эдема. — Хотя всё же лёгкие они лишь благодаря моим умениям.

— Что это было, хозяин? — сразу же Ада задала волнующий её вопрос.

— Ах, да, я тебе вроде не рассказывал. В Эдеме проживают представители всех видов смертных, что встречаются в мирах Совета и даже больше. Самые многочисленные представители даже имеют свои города. Ландос для людей, Сарос для зверолюдов, Акерон для эльфов, амфибии заняли порт Атес, всякие тёмные последователи Миоса основали Карос, орки в Гра’Мотаре и так далее. Малочисленные представители могут основывать свои кварталы в уже имеющихся городах. Иногда они объединяются в стайку и могут замок какой-нибудь построить. Всё же представителям одного вида, а лучше одной расы и одной культуры, вместе живётся спокойнее. Это логично.

— Да, вы это говорили. Но я думала рабов продают на… ну, рынках рабов. А это что такое?

— Ты не перебивай, а внимательно слушай. Так вот. Гномы на общем фоне всегда сильно отличались. У них очень развито чувство коллективизма. Я хоть в Эримосе и не был, но зато историки тоже порой попадают в наш мир. Так что представление о других мирах у нас имеется. И везде про гномов говорят одно и тоже. Очень сплоченные, замкнутые, живут в своих подземных городах и никого не пускают. В Эдеме они занимаются тем же самым. Закопались под землю и никого не впускают. Что там у них происходит знают только епископы, да друзья гномов. Стать другом гномов нужно ещё постараться.

— Так, а почему вы им гнома привели-то?

— Я же говорю, дружные они, своих в беде никогда не бросают. Даже если гном из другого города, клана, континента, да хоть мира, попадёт в беду, он всегда может рассчитывать на помощь своих собратьев. Даже если они его не знают, то всё равно примут и будут стоять за него горой, даже если за этим гномом придёт целая армия, они скорее умрут все вместе, чем выдадут своего. Тех же принципов они придерживаются и гномы Эдема. Они всегда выкупают своих собратьев по завышенной цене, а дальше… Не знаю, что с ними дальше. Но если кто-то находит гнома, то в большинстве случаев сразу идёт к его сородичам, где точно дадут лучшую цену.

— Так этот гном из другого мира?

— Нет, где-то за ветрами Этия их государство находится!

— Я имела в виду, он не из того мира, откуда я, — уточнила свой вопрос Ада.

— Ну, возможно. Хотя может он тоже из Эримоса. Всё же у них имеются свои клановые наречия. Я всех языков не знаю. Одна только ойкумена Совета уже фактически необъятна, а если говорить про всю вселенную…

— Значит рабов гномов в Эдеме нет?

— Почти нет. Иногда их можно встретить, но редко. Женщины их вида особой популярностью не пользуются среди других видов, а мужчины обладают лишь силой большей, да выносливостью. А на работы, где нужна только сила или выносливость и так рабов всегда хватает. Так что лучше продавать таких сразу сородичам.

— А люди так делают? Своих выкупают?

— Людей такое не интересует.

— А эльфы?

— О, размышляешь о том, имелась ли у тебя альтернатива? Думаешь кто-то мог бы выкупить твою свободу?

— Просто интересуюсь, хозяин, — невинно произнесла Ада и захлопала ресничками.

— Эльфы своих тоже ценят, всё же остроухих становится только меньше, они вырождаются. Но до гномов им далеко. Но некоторые остроухие действительно предпочитают покупать рабов своей расы, чтобы всякие зверолюды или другой низший, по их словам, вид не издевался над высшей кровью. И всё же свободу они не дают. Хотя средняя цена на рабов-эльфов в Акероне выше, ненамного, но выше. Также стоит понимать, что эльфы являются видом, а внутри их вида существует множество различных рас. И вот их предпочтения ограничиваются их расой.

— Да, я знаю про расы эльфов. Тёмные и светлые.

— Тёмные и светлые? — со снисходительной улыбкой переспросил аристократ. — Более неточного и поверхностного разделения я ещё не слышал.

— А разве не так?

— Не так. У эльфов очень богатая история. Даже если они внешне похожи, то это не означает, что они представители одной расы. Скорее параллельные ветви развития с общим предком. У них могут быть разные культуры, разные таланты и даже внешность, но всех объединяет одно.

— И что же?

— Эльфы застали времена, когда миры ещё населяли древние драконы. Гигантские исполинские чудовища познавшие все тайны магии. У них эльфы и научились магии.

— Так сказки про драконов правда? А я думала, что это просто особо впечатлительные люди путают их с крылатыми ящерами.

— Правда.

— И куда они исчезли?

— Их уничтожили боги во второй эре. Так Совет установил власть над мирами смертных. После того как сильнейший вид их врага пал, начали развиваться более слабые жители смертных миров.

— Люди, зверолюды, эльфы и другие?

— Те смертные, которые сейчас населяют миры, являются лишь тенью былого величия своих предков. Люди нынче даже до ста лет по единому календарю не доживают… многие и вовсе стали глухи к энергии. Кто-то называет это вырождением, однако я склонен считать это новым витком развития. Ведь именно наши современники смогли вытеснить других, доказав своё право на существование. А представители старых времён вымирают. И пусть ещё где-то существуют малые королевства с высшими представителями, но скоро исчезнут и они. Их мало, а молодых видов и рас много. Количество тоже важно. И важно вдвойне, когда у твоего вида поколение меняется чуть ли не раз в тысячелетие.

— Драконоиды. Прямоходящие ящеры с крыльями. Речь про них?

— В том числе. Один такой ящер способен прожить долгие века, если не тысячелетия, каждый из них обладает сильно выраженным даром к магии. Но на одного их представителя приходится… сколько? Тысяча, десять тысяч людей? Сотня тысяч? Или может ещё больше? Их время прошло. Это факт. И скоро пройдёт время эльфов. Зверолюды, люди и амфибии вытеснят и их. Как в Эдеме, так и в других мирах.

— Грустно как-то… мне папа рассказывал про Кеенор и столицу Лантинаэль. Самый прекрасный из городов. Он настолько большой, что многочисленные кварталы застилают собой горизонт. Корабли там не плавают, а летают. Белые стены настолько высоки и закрывают небо. А сильнее армии нет и не было.

— И всё же четвёртая эра закончилась для эльфов Эримоса бойней, когда объединённая армия встала у их стен. Тогда же пали и многие Великие, давшие начало своим потомкам.

— Про это я не знаю.

— Конечно не знаешь. Это было больше двух тысяч лет назад. Да и эльфы Эримоса про это стараются не вспоминать. Для них это позор. Остальные же… сколько раз у людей поколения сменились за такой срок? Вроде только в Брариндоре остались прямые потомки неасилор, которые хранят горечь тех утрат… И всё же именно тогда все поняли. Эльфы скоро уйдут и если после себя неасилор оставили современных людей, то эльфы… они просто вырождаются.

— Вы так много знаете об истории моего мира, хотя даже не бывали в Эримосе, хозяин.

— О, сюда довольно часто попадают смертные из твоего мира. Да и не только из твоего. И в отличии от других миров Эдем ни разу не брали в осаду, никто не сжигал наших библиотек и не уничтожал историю, позволяя накапливать знания. Архиепископ же и вовсе вполне может знать в подробностях о нулевой эре.

— Нулевая эра? Я думала их четыре, плюс наша пятая.

— В нулевую относят времена до ухода всех Творцов.

— А сколько времени прошло с нулевой эры?

— Сложно сказать. Каждая прошлая эра занимает всё больший временной промежуток. Вполне вероятно, прошли миллионы лет. Тогда и древних драконов считали смертными, а они жили десятки тысяч лет, сильнейшие же и вовсе парили в небесах сотни тысяч лет. И до нас доходят сведения о смене поколений драконов, что как бы намекает…

— Ого, это сколько же человеческих жизней можно уместить в такой промежуток…

— Ага. Сегодня даже сильнейшие архимаги, которых ныне считают бессмертными, столько не живут. Мир стремительно меняется. Исчезают королевства, империи и даже целые миры. Те, кто раньше считался простым смертным, сегодня сродни богу для молодых рас и видов. Новое сменяет старое… И только Эдем, как стоял, так и стоит на тех же принципах. Разве что содержимое меняется.

Глава 24

— Отличное парирование, ты сделала большой шаг вперёд, — удовлетворённо произнёс аристократ, опуская свои накладные когти.

Ада же поспешила разорвать дистанцию и передохнуть. Наставник не сказал, что бой окончен, а значит в любой момент может прилететь новая порция ударов.

Ланс обладал куда более развитым физическим телом, благодаря таланту к магии. Поэтому бой с ним чем-то напоминал сражение со зверолюдами. С ними тоже зачастую бесполезно делать ставку на доведение противника до изнеможения. Также аристократ старался наносить удары со скоростью зверолюдов, намеренно замедляя свои движения.

— Сияние! — резко скомандовал Ланс.

Ада сразу же приняла стойку, занося меч над головой. Рабыня сократила дистанцию, после чего нанесла резкий и жёсткий удар сверху низ. Изученная техника владения мечом базировалась на яростном натиске и вертикальных ударах. Постоянное наступление, как только меч коснулся блока, клинок сразу же соскальзывал ниже, после инерция крестовым движением переносилась для нового удара. Удары могли лететь как перпендикулярно, так и под углами. Но всегда начинались сверху.

Очень предсказуемая и простейшая стойка, однако с чего-то нужно начинать. К тому же некоторые мастера тоже ей пользуются. Ведь «Сияние» позволяет быстро поставить в точку в сражении с менее быстрым противником, не давая тому и малейшего шанса на победу.

Ланс легко блокировал все удары, порой отводя их в разные стороны. Аде приходилось напрягать всё свое тело, чтобы не потерять баланса. К тому же требовалось ещё и изменить траекторию движения клинка. При этом также нельзя терять темп, ведь вся суть стойки в стремительном натиске.

Поэтому желательно использовать «Сияние» для завершения битвы. Первый удар отдаётся дрожью в руках противника, второй опускает его блок, а третий пробивается через защиту.

Ада смогла нанести целых шесть ударов с той же силой, не сбавив скорости. Седьмой выдался вялым и медленным. Всё же рукам нападающего от такого натиска довольно сильно доставалось. Долго в таком темпе мечом не помахаешь.

— Что же… эта техника не особо тебе подходит. Однако даже она может спасти тебе жизнь. Противник вряд ли будет ожидать прямого натиска от девушки, которая весит меньше его. Тебе пора сменить меч.

Ада послушно кивнула, после чего подошла к стойке и взяла новое тренировочное оружие. Это опять был меч, только весило новое оружие больше. В бою подобное утяжеление особого смысла не имеет: слишком сильно падает скорость, слишком быстро устаёт воин, мнимые плюсы утяжеления того не стоят. Однако на тренировках подобный тренировочный инвентарь позволяет улучшить физические показатели. Хотя стоит понимать, что речь идёт о текущем уровне рабыни. В будущем, когда её тело начнёт меняться, она сможет легко сражаться и более тяжёлыми мечами, которые будут буквально в щепки крушить щиты простых смертных подобно топорам и ломать латы подобно молотам.

— Теперь закрепим позиции шесть и восемь. Ты будешь их повторять, пока не упадёшь без сил.

И сразу же Ланс напал, нанося размашистый удар когтями. Рабыня поспешила сделать шаг назад ещё во время начала движений аристократа. Сразу же после уклонения последовала ответная атака. Шестая позиция представляла собой отступление и атаку на упреждение продолжающегося натиска вперёд. Зверолюды любят махать своими когтями и часто увлекаются. Этим можно и нужно пользоваться.

После шестой позиции Ланс блокировал контратаку, затем Ада уходила в сторону и атаковала ещё раз. Восьмая позиция представляла собой длинный выпад. Девушка буквально вытягивалась вперёд, попутно делая укол мечом, после чего сразу следовал второй тычок, который совершался вместе с новым шагом вперёд. Такое без щита будет трудно заблокировать, а зверолюды щитами не пользуются. Правда всё ещё от такого приёма можно уклониться, при должной сноровке и рефлексах.

После выпада цикл повторялся, вновь атаковал Ланс, а Ада показывала шестую позицию, потом опять восьмую. И так по кругу, пока во время очередного выпада девушка не смогла удержать равновесия и упала.

Аристократ не стал ругать свою рабыню за эту оплошность. Ведь Ада уже выложилась на полную. Она упала не потому, что ошиблась или поленилась. Девушка действительно потратила все силы. В этом Ланс ошибиться просто не мог.

— Тренировка закончена, — удовлетворённо произнёс аристократ, после чего отложил тренировочное снаряжение и направился на свежий воздух.

Ада тем временем должна была прийти в себя. Сначала девушка поднялась на ноги и прошла несколько кругов по залу. Всё же после такой тяжёлой нагрузки ни в коем случае нельзя брать и ложиться на землю, как бы сильно этого не хотелось. Резкие перепады давления ни к чему хорошему не приведут. Нагрузку нужно уменьшать постепенно и плавно, так её учил наставник. После требовалось ещё разложить по местам тренировочный инвентарь.

Ланс же всё это время стоял снаружи здания и размышлял о перспективах. Очередной месяц уже подходил к концу, крыши домов начали исчезать под белоснежным покрывалом.

В этот период почти всё своё время аристократ уделял внимание именно тренировкам, редко на отвлекаясь на что-то другое. На боях Ада появлялась ещё два раза. Выступления проходили утром. Оба сражения являлись групповыми. Один раз против сброда, во второй раз этиамарии схлестнулись с хищными тварями. Ничего особенного и захватывающего там не произошло. Ада уже давно переросла подобные битвы.

Рабыня готовилась перейти на новый уровень. Толпа уже запомнила рыжеволосую бестию и хотела видеть её чаще. И Ланс специально за последние недели позволил Аде выступить лишь два раза. Хотя предложений было куда больше. Ведь интерес зрителя от этого только рос.

К тому же скоро прогремят крупные игры со смертью в честь наступления зимы. Аристократ был почти уверен, что его пригласят. И очень вероятно, что Аду уже решат показать не в самом начале в качестве разогрева. Достойный бой, возможно дуэль против другого бойца арены или битва за признание и право носить имя.

Конечно, Ада уже успела себя зарекомендовать своими выступлениями. Однако во многом ростом популярности рабыни Ланс был обязан Гильдии. Именно по их решению, в качестве компенсации и извинения, неизвестный этириданос стал достоен внимания некоторых организаторов. Без вмешательства Гильдии господину Бальмуару ещё бы пришлось попотеть месяц, может даже два. А так и слово замолвили, и на банкет пригласили, и на показательной казни Ада выступила.

И всё это неспроста. Не стоит думать, что это какая-то случайность и везение. Нет, Гильдия никогда не полагается на случай. Она уже следит, она смотрит и анализирует. Она готовится принять решение.

— Я всё убрала, хозяин. Ключ отдала смотрителю.

— Отлично. Пойдём.

И аристократ направился вперёд, постукивая своей тростью в такт шагам. Он всё также носил свой обычный фрак, пусть и температура уже стала отрицательной. Маги его уровня не боялись какой-то там простуды, к тому же диапазон комфортной температуры тоже существенно расширялся. Хотя у магов имелся ряд других личных проблем вроде магической недостаточности или перенасыщенности. Не тратишь магическую энергию — она застаивается и начинают появляться своеобразные тромбы, после которых у тебя вся рука некрозом покроется за считанные мгновения. Тратишь слишком много магической энергии — ментальное тело начнёт забирать ресурсы из физического. И учитывая затраты на каждое заклинание, всякие жиры, белки и другие запасы организма закончатся в миг, после чего начнётся разрушение органов, как следствие смерть из-за магического перенапряжения.

Ада ещё не понимала с чем ей предстоит столкнуться в процессе тренировок. А аристократ особо не вдавался в детали будущего. Они могут вызвать шок и страх, если сказать всё сейчас. Обучение должно быть плавным, по одной ступеньке, медленный путь вверх, без резких и опасных скачков. Меняться будет и сама рабыня, она будет привыкать, а планка медленно подниматься. То, что для неё сейчас покажется безумием, станет опять же для неё, но в будущем, нормой.

Тем временем девушка поспешила накинуть тёплый плащ с меховой подкладкой. Голову она также спрятала в капюшоне, чтобы не дай бог её не продуло. А то будет потом валяться с температурой вместо тренировок. Всё же сейчас ступеньки на её подъёме крайне малы.

— Ада? — внезапно аристократ перестал различать шаги своей рабыни среди прочих городских шумов.

Обернувшись, Ланс увидел довольно забавную картину. Рабыня на секунду застыла перед витриной кондитерского магазина. И неудивительно, каждое пирожное или торт вобрало в себя столько насыщенных красок, что одного вида хватало для пускания слюнок. А в более тёплую погоду, двери магазина ещё были приоткрыты, от чего запах мог просто свести с ума.

— Извините, хозяин. Задумалась, — Ада тут же опомнилась и последовала за аристократом, упорно делая вид, что совсем не была заинтересована тем белым многослойным тортом, украшенным сверху клубничкой.

— Помоешься в таверне, поужинаешь, а потом попробуешь этот торт.

— Господин Бальмуар, я вовсе не хочу торт.

— Правда?

— Ну может чуть-чуть… совсем немного… — уклончиво ответила девушка, отводя взгляд в сторону.

— А-а-а, вот оно как, — Ланс только и ухмыльнулся.

Вскоре показалась таверна «Золотой окунь». Там Ада быстро помылась в бадье, после чего молниеносно умяла свою порцию. Правда ей всё равно пришлось снова ждать, пока закончит есть её хозяин, который особо никуда не спешил.

Ну а после аристократ, как и обещал, направился за десертом. Правда не в кондитерскую, а в небольшой ресторанчик. Конечно, Ланс всё ещё не имел какого-то внушительного состояния, однако и прямо уж на грани банкротства уже не был. В запасе имелось пару золотых. Возможно, кому-то это покажется мелочью, однако один золотой в месяц получал обычный смертный, не имеющий дара к магии, ветеран регулярной армии Эдема.

Также, наверное, стоит совсем немного объяснить финансовую систему этого мира. Что за золотой? Что он себя представляет? Что на него можно купить?

Единым стандартом являются монеты с символом Этия. Один золотой Этий, это сто серебряных Этиев, а один серебряный — уже сто медных Этиев. Имелись и другие монеты, с разными номиналами. Но все они, как и цены, привязаны к стандарту Этия. Так что даже если монета состояла из двух сплавов, а на ней был отчеканен известный аристократ Эдема, то ценность ставилась относительно стандарта Этия. Так что путаницы, как таковой не было, хотя монеты могли и очень сильно отличаться друг от друга. Порой даже можно встретить огромные с ладонь размером серебряные монеты, номинал, которых был выше золотого Этия. Тогда там красовалась число двести или триста. Разрешение на чеканку выдавали лично епископы, но далеко не всем.

И вот получает значит своё жалование ветеран, не обладающий даром к магии. У него серьёзная выслуга лет, он участвовал в реальных сражениях. Конечно, за свою службу солдаты отдельно получают различные награды и поощрения. Должности разные есть, как и обязанности могут разниться… Но сейчас речь пойдёт об обычном ветеране, солдате регулярной армии, которой ходит в патрули и охраняет границу мира.

Ветеран получает один золотой Этий, который составляет сто серебряных Этиев. Если покупать продукты и готовить пищу самостоятельно, то можно уложиться в пять серебряных в месяц на одного человека. И речь про довольно сбалансированное питание, а не выживание на воде и вере в Творца. При желании и вовсе цену можно сократить ещё сильнее, если не брезговать вырезками из рабов, но это… прямо скажем, на любителя даже с учётом местных реалиев.

Более или менее вменяемое личное жильё обходилось в сорок серебряных за месяц. С удобствами до золотого. Таким образом в месяц для относительно неплохого уровня жизни одного золотого в целом хватало. Хотя за тоже отопление нужно платить отдельно, как и за подключение к водопроводу. Но уложиться в скромную сумму до золотого реально.

Хотя столько получали далеко не все. Так, например, обычный рядовой без опыта и магии получал в месяц всего тридцать серебряных. Но, с другой стороны, солдат снабжали всем необходимым бесплатно. Их кормили, их одевали, им выделяли жильё. А жалование накапливалось (или тратилось на шлюх, тут уже каждый сам решает, но не суть), как и стаж. За заслуги выдавались поощрения. Так что накопить на сытую пенсию вполне возможно даже если ты простой смертный, если, конечно, не помрёшь раньше времени.

Правда в армию ещё и брали не всех. Слишком много желающих. Ведь воинская служба являлась единственной не постыдной работой «на кого-то» среди свободных граждан. Даже если какой-нибудь ремесленник предложит пойти к нему в рабочие за золотой, где-то девять из десяти граждан предпочтут рисковать жизнью в качестве рядового за тридцать серебряных. Многих даже бесило само слово «работать», из-за первых трёх букв. Чаще использовалось слово «трудиться».

И это всегда было огромной проблемой для Эдема. Порой безработных становилось так много, что они начинали представлять серьёзную угрозу порядку и внутренней безопасности. Но Эдем научился бороться и с этим, зачастую весьма радикальными методами. Например, могла собраться новая армия из новобранцев, которые потом оказывались прямо посреди бури Этия, окруженные множеством монстров.

В общем, один золотой представлял собой довольно серьёзную сумму для простых граждан. Лансемалион Бальмуар же зарабатывал на своей рабыне в месяц куда больше. И в этом не было ничего удивительного. Ведь ради того, чтобы так легко получать золотые, аристократ оттачивал свои навыки почти пять веков под присмотром лучших из лучших. Это не талант, это не везение. Можете проверить сами, если не верите: просто уделите пять веков своей жизни и оцените собственный результат.

— О чём думаете, хозяин? — спросила Ада, попивая чай: кусок торта она уже съела.

— Да так, о всяком. Как торт?

— Сладкий, вкусный. Хотя признаться честно ожидания мои были выше.

— Да, такое бывает. Всё же вкус и презентация вещи разные. Часто что-то из них доминирует, редко они находятся в балансе. Речь, разумеется, про достойный баланс, а не про еду, которая и выглядит, и на вкус как… Впрочем, неважно.

— Смотрите, хозяин, там за окном человек бежит.

Ада не показывала пальцем, лишь слегка указала направление взглядом. Хотя Ланс и без этого уже понял о чём речь. Сам аристократ тоже не стал как дурак поворачиваться и смотреть. Такое бескультурное поведение несвойственно смертным, у которых имеется хоть немного самоуважения и элементарной гордости.

А тем временем человек забежал в небольшой ресторанчик. После чего сразу же направился к аристократу во фраке.

— Господин Бальмуар, вам письмо.

— Благодарю.

Аристократ принял конверт, после чего посыльный тут же поспешил покинуть ресторанчик. К слову, посыльный являлся кателием, именно поэтому не поклонился и не высказал какого-то особого уважения. И получал он намного меньше, нежели рядовой солдат регулярной армии. Намного меньше.

Но, с другой стороны, он вероятно жил не один, а с семьёй. У него уже была крыша над головой, быть может его отец ремесленник и тоже прилично зарабатывает. Однако по каким-то причинам, например из-за отсутствия мифического таланта, самый молодой ребёнок не может обучаться семейному ремеслу. Поэтому его пришлось куда-то пристроить, чтобы тот работал или трудился.

Да и такое бывает. Даже кателий может получить право иметь детей. Основным показателем подобного именно права, которое нужно заслужить, служит как раз стабильность. Если гражданин не имеет стабильного дохода, жилья с приемлемыми условиями, если он постоянно пьяный и тратит всё заработанное на алкоголь, то он никогда не получит право на детей. Даже если один месяц у него будет просветление — это не показатель.

Эдем далеко не рай, но, пожалуй, этот момент Лансу нравился. Ведь иметь детей становилось именно правом, которое нужно именно заслужить. Недостаточно просто забыть высунуть, недостаточно просто эгоистичного желания продолжить род, недостаточной признаётся мотивация в виде намерения реализовать свои комплексы за счёт ребёнка.

Следственно в Эдеме не бывает случаев, когда родители вместо еды для ребёнка купят бутылку спиртного. Никто не забудет люльку на морозе. Никто… про некоторые случаи, о которых Ланс слышал из уст попаданцев, даже вспоминать не хочется настолько они ужасны. И всё из-за того, что не все понимают всей ответственности, из-за того, что детей в таких мирах именно, что «заводят», как животных.

Серьёзно, стоит спросить кого-то из другого мира: почему ты хочешь детей? Что ответят? Продолжение рода, потому что так все делают, потому что дети цветы жизни, потому хочу стать отцом/матерью. А сколько людей ответят: «Я хочу, чтобы мой ребёнок был счастлив и смог найти себя в этом мире?». И подобное частично применимо и к Эдему, где детей часто заводят с конкретной целью, как например в случае с Лансом. Но здесь хотя бы чётко понимают, что и зачем делают, а следственно здесь нет огромного количества детдомов, потому что от детей никто не отказывается, когда всплывают все подводные камни.

Конечно, это всё из-за тотального перенаселения, которое отбило нужду в мотивации народа к постоянному размножению с целью замены стариков на рабочих местах, но всё же факт остаётся фактом. Дети — не утоление твоих хотелок, а огромная ответственность. Прежде чем что-то куда-то совать, подумай о том что ты сможешь дать своему потомку взамен на галочку в твоём личном списке жизненных целей.

— Хм… — господин Бальмуар уже закончил читать письмо, но на всякий случай перечитывал содержимое несколько раз, чтобы не упустить мельчайших деталей, скрытых между строк.

— Хорошие новости, хозяин? — поинтересовалась Ада, облокачиваясь обеими руками на стул. Вместе с этим выдвинулась вперёд и её грудь, чуть было не сбив чашку с чаем. — Ой.

— Да, новости отличные, пусть и вполне ожидаемые. Тебя ждёт серьёзный бой на зимних играх со смертью. Так что тренировки станут ещё жёстче.

— Я справлюсь, хозяин.

Глава 25

Ада лениво потянулась, вытаскивая руки из-под приятного одеялка. В комнате не было холодно, теплоизоляция в таверне всё же была довольно хорошая, однако без одежды всё равно можно легко простудиться.

К тому же под одеялком так тепло и уютно. Рядом лежал и господин Бальмуар. Его грудь почти не поднималась, казалось, маг даже не дышит. Но тело у него действительно горячее из-за физиологических особенностей: интересно, какой у него объём крови? Наверное очень большой, как и давление в артериях… В любом случае, в постели с магом скорее всего холодно никогда не будет, ведь нормальная температура у них всегда выше.

Ада, недолго думая, фактически рефлекторно повернулась на левый бок и закинула ножку на своего хозяина. После слегка приобняла его и уже планировала продолжить спать, как вдруг рукой почувствовала что-то мягкое и пушистое.

— Что за… — Сон тут же сняло как рукой.

— Тише, разбудишь своего хозяина, — произнесла вылезшая из-под одеяла Зайчиха.

— Какого ты тут делаешь?

— Не шипи на меня, злюка. Я грею постель, это моя работа.

— Тебя никто сюда не звал.

— Откуда тебе знать.

— А ну брысь отсюда, блохастая, — непоколебимо Ада уверенно продолжала гнуть свою линию, не собираясь сдавать позиции. — Тут и без тебя достаточно тепло.

— Я тут грелка, я лучше знаю, где нужно моё тепло. Вон смотри какие у твоего хозяина руки холодные, — с осуждением прошептала Зайчиха, после чего взяла левую руку аристократа и прижала к своей груди. — Сейчас я его согрею и…

— Сейчас я тебя вниз головой по лестнице спущу, — уже разозлено произнесла Ада, после чего протянула руку и дала щелбан по лбу незваной гостьи.

— Ой! — в голос пискнула Зайчиха.

Ланс уже устал притворяться спящим, да и теперь стало просто необходимо вмешаться в происходящее.

— Ваша рабыня бьётся! — сразу же обвинительно запищала пушистая рабыня, заметив, что аристократ пробудился.

— Что ты тут делаешь? Я не просил Вульфа о грелке.

Сразу же рыжеволосая бестия победно улыбнулась и скорчила рожицу. Зайчиха же перевела взгляд с рабыни, затем на аристократа, потом обратно и ещё раз…

— Злые вы, — наконец-то обидчиво изрекла рабыня, после чего выскочила из постели. — Ухожу я от вас…

— Совсем что-то господин Вульф не следит за своими рабынями. Наглеют не по дням, а по часам, — покачала головой Ада. — А я вот послушная и не создаю проблем.

После этого рыжеволосая красавица подвинулась ещё ближе к хозяину. Ланс чувствовал дыхание рабыни у своей шеи и лёгкие касания её тёплых губ. Вместе с тем Ада уже совсем дерзко закинула свою ножку на аристократа.

Руками рабыня укрепляла объятия ещё сильнее, стремясь прикоснуться к господину Бальмуару всем телом. Ночная сорочка быстро куда-то исчезла.

— Ада, ещё даже солнце не взошло. Тебе нужно выспаться перед тренировкой. Сон поможет восстановлению мышц.

— Господин Бальмуар, у нас давно не было упражнений для развития выносливости, — легко парировала рабыня.

Вместе с тем Ада начала слегка тереться о своего наставника. Соски игриво касались плеча, а своим бедром Ланс почувствовал что-то влажное.

— Ну же, хозяин… не мучайте меня. Я же хорошо старалась на тренировках, — Ада жалобно простонала над ухом. — Я уже начинаю сходить с ума от воздержания. Даже когда падаю без сил, думаю только об этом. А уж что происходит во снах… Сжальтесь…

И действительно, Лансемалион в последнее время слишком много внимания акцентировал на тренировках. По началу необузданное желание Ады скрывалось за постоянной усталостью, однако похоть постепенно брала верх. И девушка ничего с этим не могла поделать.

Сначала Ланс думал, что подобное поведение связано с нимфоманией, однако происходящее в дальнейшем заставило отказаться от этого предположения почти полностью. Ведь нимфомания — это не только повышенное половое влечение, но и зачастую отсутствие возможности достичь оргазма, неразличимость сексуального объекта, влекущее за собой распутные половые связи с кем попало. Зачастую влечение даже не сопровождается физиологическими реакциями организма. Да и сама нимфомания почти всегда связана именно с невозможностью достижения оргазма. Это серьёзная болезнь, а не то о чём пишут во всяких романах. Хотя порой этот термин используется и в переносном значении. Но всё же в нимфомании, с медицинской точки зрения, нет ничего хорошего. Это опасное и крайне неприятное отклонение, которого, к счастью, у рабыни не было.

Ада не питала особого интереса к каждому встречному. Её похоть проявлялась только наедине. К тому же удовольствие она получала в должной мере. Дело было скорее в очень высокой чувствительности рабыни. Прикоснувшись к запретному плоду, она получила неизвестное ранее удовольствие, к которому она теперь и стремилась вновь. Ничего постыдно в этом не было, смертным свойственно стремится к наслаждениям. Да и в случае необходимости Ада вполне может держать себя в узде. Ей просто нравилось получать удовольствие, никакой нимфомании здесь точно не было. Просто молодость и бьющие во все стороны гормоны.

— Да, я тебя слишком загонял в зале. Ведь скоро зимние игры, — аккуратно пояснил Ланс, пододвигая девушку на себя.

— Но ведь от нашей небольшой шалости никому хуже не станет, — обрадовалась Ада залезая наверх. — Не двигайтесь, хозяин, я сделаю всё сама.

Движения рабыни уже были куда увереннее, чем раньше. В то же время видна была и вся её нетерпеливость, что наоборот заводило ещё больше. С томным протяжённым стоном Ада резко опустилась вниз, на всю длину.

Тут же девушка, дрожа свела колени и глубоко задышала. Лансу даже ничего делать не пришлось. Рабыня так долго воздерживалась, что первое же движение закончилось бурным оргазмом.

— Опусти коленки на постель и выпрями спинку, — посоветовал аристократ, помогая руками занять нужное положение.

Ада сразу же послушалась, после чего начала двигаться вперёд-назад. Благодаря такому подходу мужчина сможет оставаться в боеготовности куда дольше, чем во время вертикальных фрикций.

В постели рабыню тоже вполне заслуженно можно было назвать рыжеволосой бестией. Такие ненасытные и яростные движения способны заставить даже самого выносливого мужчину почувствовать себя неловко из-за слишком быстро конца.

Сводила с ума и внешность Ады, фигура которой стала ещё слаще после тренировок. Идеальной формы грудь тряслась в такт движениям завораживая взгляд. Ланс, конечно, обладал огромной силой воли и мог в любой момент отвернуться. Но делать этого аристократ, разумеется, не собирался.

В Аде был идеален буквально каждый момент. Нежная бархатная кожа, упругая попка, сочные бёдра, осиная талия и ласкающий слух голосок, который сливался в необычайно мелодичные стоны. Ланс видел много самых разных рабынь, но такую… Ада и без обучения могла стоить несколько тысяч серебряных в качестве наложницы. И такая высокая стоимость обусловливалась фактически только внешними данными.

— Вам так нравиться моя грудь? Потрогайте её… — после очередного оргазма простонала Ада, заметив взгляд своего хозяина. — Да, вот так… сильнее…

Рабыня буквально рывком схватила руки аристократа и прижала их к себе. Ланс не был против такой инициативы, тем более Ада всё правильно поняла.

Правда немного удивлял напор девушки. Ведь она непросто аккуратно положила мужские ладони на свою упругую грудь. Она их с силой прижала, призывая к более жёстким движениям.

Ланс дал девушке то, что она хотела, начав решительно мять грудь, порой потягивая её за соски. Сегодня Аде это нравилось явно больше простых поглаживаний. Хотя движения аристократа всё ещё оставались аккуратными, пусть и напористыми. Ведь грудь девушки слишком нежная и чувствительная.

— Я сейчас сойду с ума… — в очередной раз простонала девушка, с силой опускаясь вниз.

И сразу же Ада наклонилась вперёд, заводя руки за шею аристократа. Всем телом она легла на своего хозяина, после чего сконцентрировалась лишь на движениях тазом. В такт каждому движению на одеяло летели брызги, а рабыня продолжала ускоряться.

Ада немного замедлилась, но движения стали мощнее. Аккуратно её попка поднималась к верху, достигая максимальной высоты, после чего резко опускалась вниз. Бедра с силой шумно опускались вниз, достоинство аристократа входило на всю длину, а брызги фонтаном били во все стороны.

Ада сделала последний мощный толчок, остановилась и задрожала, чувствуя, как тепло наполняет её изнутри.

После девушка обмякла и просто лежала на хозяине, пытаясь отдышаться. Ланс уже хотел было отправить рабыню мыться, как вдруг она вновь начала медленно двигать своим тазом.

— Опять твердеет… — игриво заметила Ада, после чего приложила к губам хозяина пальчик. — Ещё разок для закрепления. Ой!

Ланс сразу же подхватил свою рабыню за талию и опрокинул спиной на кровать. После этого рывком выпрямился, вставая на колени. А вместе с этим пискнула и Ада, которая теперь опиралась только на локти, пока её спина и попка поднялись в воздух. Почти сразу же девушка догадалась завести свои ноги за спину партнёра, чтобы хоть как-то держаться.

Ланс же не дал своей рабыне отдышаться и сразу же нарастил темп. Мужские и женские соки уже активно перемешались, продолжая пачкать кровать с каждым новым толчком.

Жадно хватая ртом воздух, девушка пальцами впилась в простыню. С каждой фрикцией её грудь подпрыгивала, а сама рабыня принялась извиваться от нескончаемого удовольствия.

Ада уже откинула голову назад, отдаваясь страсти на полную. Глаза её закатились, спина выгнулась дугой, да так, что опираться приходилось исключительно на плечи. Ладони же девушка бесконтрольно переместила к своей груди, активно сжимая и сводя свои прелести вместе.

Под конец рабыня уже стонала во всю глотку, дрожала, пыталась выбраться, но тщетно. Ланс крепко держал её за бёдра, не давая отодвинуться. Поэтому Ада продолжала кричать и извиваться от непередаваемого наслаждения, пока аристократ не закончил.

— Ох… — закрывая лицо обратной стороной ладони, рабыня пыталась отдышаться. — Ну, теперь я готова к любым тренировкам…

Внезапно Ланс перевернул свою рабыню на живот, заставляя принять новую позу.

— Хозяин, мне уже хватит, честно, — взбудоражено произнесла Ада, оглядываясь назад.

— Ага. А завтра всё начнётся по новой. Разберёмся с этой помехой здесь и сейчас, чтобы ты думала только о тренировках и предстоящем бое.

Глава 26

В таверне «Золотой окунь» опять было очень шумно и зверолюдно. Хотя представителей других видов тоже хватало. Даже несколько амфибий решили съездить в город зверолюдов и посмотреть на зимние игры. Конечно, арен в Эдеме хватало в любых городах, но все они имели свою изюминку. Сарос не стал исключением. Так что порой сюда приезжали гости из других городов, которым хотелось увидеть что-то новое.

Чем выделялись арены Сароса на фоне других? Во-первых, здесь банально выступало довольно много зверолюдов самых разных рас. В свою очередь зрителями тоже зачастую были именно зверолюды, на вкусы которых и ориентировались организаторы. В следствии бои Сароса заслуженно называли звериными. Изюминкой служили необузданная ярость и беспощадная дикость в сражении, к тому же поверженных врагов могли просто сожрать прямо на глазах у зрителя, что как бы тоже добавляет зрелищности. Таким образом если арены Акерона напоминали театр с искусно поставленными пьесами, то в Саросе рвали друг другу глотки настоящие животные в самом худшем понимании этого слова.

Хотя стоит понимать, что речь идёт об оценке всех боёв в целом. Иногда и в Саросе можно увидеть что-то утончённое и великолепное. В Акероне тоже бывает выпускают настоящих монстров, которые перед убийством своего противника сначала над ним публично надругаются несколько раз. Всё зависело от спроса граждан города. А спрос на мерзость в Эдеме всегда и везде был велик.

В данный момент Ланс сидел за стойкой, попивая вино из своего бокала. Особого интереса к напитку аристократ не проявлял, прибывая в собственных размышлениях. Людям вроде него всегда есть над чем подумать.

— Господин Бальмуар, хотите ещё вина? — услужливо спросила одна из рабынь Вульфа, голос которой почему-то странно дрожал.

— Нет, пока не нужно, — отрешенно ответил Ланс.

Однако рабыня никуда не ушла. Вроде местные называли её Зайчихой из-за характерных ушей. Хотя эта зверолюдка скорее имела в предках кролика нежели… Не суть важно. Ещё она недавно без разрешения умудрилась залезть в кровать к Лансу, чем вызвала неприкрытую ревность Ады. Потом хозяин таверны и этой рабыни долго извинялся за предоставленные неудобства. Но ничего страшного всё же не произошло. Тем более зверолюдки часто бывают непослушными в особые для них дни. Некоторые от эструса вообще чуть ли с ума не сходят.

— Что-то не так? — поинтересовался Ланс, попутно прикидывая сколько дней прошло с того инцидента.

Зайчиха ничего не ответила, однако на лице отразилось волнение. Она сейчас пыталась найти решимость и нужные слова. Тем временем подведя итоговую оценку поведения, аристократ всё же пришёл к выводу, что течка у рабыни кончилась. Так что проблема явно не в этом.

— Ладно, если не хочешь отвечать, то я пойду…

Читать мысли Ланс не умел, а играть в догадки явно не собирался. Осушив бокал, аристократ уже хотел встать и уйти, как вдруг его Зайчиха резко схватила его за руку.

— У господина Вульфа проблемы, пожалуйста, помогите, — трясясь от страха произнесла рабыня, которая только что перешла запретную черту.

Опасения девушки можно было понять. Сказанные слова потребовали от неё огромных волевых усилий и смелости. Подобное поведение просто неприемлемо для раба и зачастую жёстко наказывается. Но Зайчиха явно не видела другого выхода, кроме как за спиной у своего хозяина попросить помощи со стороны без его разрешения.

— Он у себя? — только и спросил Ланс, а после кивка сразу же отправился к нужной двери.

— Войдите, — раздался рык владельца «Золотого окуня» после стука. — Что-то случилось Ланс?

— Что-то явно случилось, но не у меня. Рассказывай.

— Ты что там наговорила⁈ — Вульф сразу же перевёл взгляд к неплотно закрытой двери. — Куда ты убежала⁈ Вот же…

Зверолюд хотел было встать, но в результате лишь отбросил бумаги и откинулся на спинку своего кресла, закрывая волчью морду скорее именно руками, нежели лапами.

— Не знаю, что она там… — устало начал говорить владелец таверны.

— Твоя рабыня попросила тебе помочь. Я не знаю, что случилось, однако она не дура и явно знала о возможных последствиях своих действий.

— Это мои проблемы, Ланс. Тебе не нужно в них вмешиваться.

Подобного ответа вполне стоило ожидать. Эдем был фактически построен на тщеславии и гордыне. Свободные граждане не только считали позором работать на кого-то, но и совершенно не умели просить помощи. Подобное считалось проявлением слабости. Ведь это означало, что гражданин не способен справится с проблемой сам. Прямо как раб, который всегда полагается на своего хозяина.

Поэтому Вульф сейчас чувствовал себя униженным. Мало того, что у него явно были какие-то проблемы, так теперь и рабы своевольничают, ещё сильнее позоря хозяина в чужих глазах.

— Да, проблемы определенно твои. Но в то же время они касаются и твоих рабов. И если твоя рабыня решила просить помощи со стороны, это означает, что в случае невозможности решения проблемы, последствия коснутся и её. Речь может идти о финансовых проблемах, которые повлекут продажу кого-то из рабов. Однако продажу могут повлечь и другие факторы. Например, смерть хозяина, после чего рабов могут как убить, так и отправить на аукцион, после чего рабы могут попасть куда угодно.

— А какое тебе дело?

— Такой же вопрос я могу задать и тебе.

— Резонно. Впрочем, терять мне и так уже особо нечего, — махнул рукой Вульф. — Совсем скоро таверна перейдёт в другие руки.

— Повяз в долгах?

— Скорее оказался не в том месте, не в то время.

— Угрожают? Гильдия могла бы помочь.

— Это личные разборки. В такое Гильдия вмешиваться не будет. Да и правил мои соперники по факту не нарушили. Они играют грязно, но не нарушают принципов и традиций Эдема. Как знать, может у них и вовсе разрешение есть. Но шанс ещё есть… хоть и небольшой.

— Ох, кажется, я знаю, что ты сейчас скажешь.

— Хех, когда всё идёт по одному месту, остаётся лишь бросить неожиданный вызов и выиграть дуэль.

— И глупо проиграть. Наверняка твои соперники на это и рассчитывают. Сами драться они не будут, выставят своего защитника.

— Да, так и будет. Их амбала я уже видел. Но лучше, чем ничего. Да и я не из робкого десятка. — Зверолюд оскалился и показал свои острые клыки. — Шансы ещё есть.

— Я могу помочь.

— Я видел, как дерётся твоя рабыня, но… боюсь этот противник для неё будет крупноват. Одно дело драться с мясом для арены, и совсем другое с защитником клана.

— О, ты абсолютно прав. Но я имел в виду совсем не это, — ухмыльнулся Ланс.

* * *

Главный зал клана «Вой».

Просторный зал, украшенный гобеленами и дорогими коврами. В центре находилась лестница ведущая на второй ярус. Вдоль стен владельцы расставили столики, за которыми сидели гости и обсуждали важные проблемы. Штаб-квартира являлась ещё и чем-то вроде ресторана.

Клан «Вой» был образован не так давно и являлся довольно мелким. Особого влияния он не имел и о нём толком не знали, в отличие от «Яростной поступи». Однако их амбиции и развитие уже немного поражало. Возможно, у них даже имелся покровитель.

Так или иначе они начали подминать под себя часть территорий Сароса. Кого-то они выкупали, кого-то вербовали, а в некоторых случаях применялись и более жёсткие методы. Например, могли рабов перебить. Или обманом заставить подписать не самые лучшие соглашения.

Иногда могло и до настоящей резни доходить. Законы городов на подобное смотрят сквозь пальцы, если это не переходит границ. Гильдия тоже не вмешивается, считая подобное «частными» конфликтами.

Гильдию всегда волновала лишь стабильность Эдема. Коррупция на государственных аренах каралась, ведь нарушала и закон, и традиции Эдема. Арены являлись чем-то вроде священного храма, древнейшим местом услаждения зрителей. Фактически взятка в таком месте считалась плевком в лицо всему Эдему: и зрителям, и спонсорам, и Гильдии, и закону, и даже самому Этию.

А вот вооруженные разборки между свободными гражданами являлись скорее нормой. То и дело кто-нибудь вызывал кого-то на дуэль. Обидчивых гордецов в Эдеме тоже всегда хватало. И до тех пор, пока количество смертей не станет угрожать стабильности Эдема, никто в подобное вмешиваться не будет. Смертных же и так многовато.

С нарушением законов правопорядка дело обстояло, как и в других мирах. Имелась стража, имелись свои правила в городах, за исполнениями которых следили кланы или аристократы, армия. Гильдия не изучала дела по каждому украденному сладкому рулету, её не интересовало, кто и кому там сломал мебель или пырнул ножом в белой горячке. Этим занимались хранители порядка. И занимались, как это часто бывает, с весьма переменным успехом. Кого-то не нашли, где-то не заметили улику, а где-то не захотели прибыть вовремя.

И пусть Гильдия была против коррупции, но с её бытовым проявлением ничего сделать не могла. Да и не особо-то хотела. Коррупция была всегда, есть и будет, это свойственно смертным. Так что, опять же, пока коррупция не мешает стабильности Эдема и не проникает в священные места, то плевать и на неё. Как только проблема становится серьёзнее, начинаются жёсткие чистки.

Что уж говорить, порой влиятельные аристократы устраивали самые настоящие войны. Иногда они использовали экономические возможности, иногда дуэли, а иногда в прямом смысле сражались армиями. И на всё это требовалось получить разрешение от Гильдии. Своей невидимой рукой Гильдия фактически способствовала проведению конфликтов. Но только если они… правильно, не угрожают стабильности и устоям Эдема. И ничего странного в этом не было, аристократия всегда будет резать друг друга в этом тесном мире, этого не остановить, а значит нужно взять под контроль сам процесс. Пусть проведут свою мелкую междоусобную войну, заодно попутно получится своих смертных на нужные посты поставить.

Хотя в случае с кланом «Вой» Гильдии на него и вовсе просто плевать. Очередной локальный конфликт среди кателиев и некоторых алетисов. Никто на устои и традиции Эдема не покушается, просто одни хотят подняться повыше других. Чтобы это дело привлекло внимания, зверолюды клана должны выйти на улицы и начать резать всех подряд. И то, тогда Гильдия не вмешается сразу, а лишь изучит вопрос и найдёт причины подобного безумства. После уничтожит именно первопричину.

К тому же подобный подход имел и положительные стороны. Слабых вытесняли, их места занимали сильные. Если клан «Вой» способен урвать себе немного власти и удержать её, то пусть так и будет. Но только в случае, если это опять же не угрожает стабильности Эдема. Если действия клана «Вой» приведут к массовому негодованию, то вмешательство не заставит себя ждать.

Фактически Гильдия являлась чем-то вроде хранителей традиций Эдема. Она всячески содействовала тому, чтобы мир оставался таким же, каким его задумал Этий. Все остальные вопросы решались через служителей правопорядка.

Это если в общих чертах. Всё же имелось множество нюансов. Например — рождённые без разрешения. Подобное нарушало закон, дело проходило и через Гильдию, но решался вопрос всегда через самих епископов. Огласке подобные происшествия не предавались, но слухи… слухи о карах и судьбах младенцев пугали всех.

В общем, клан «Вой» чувствовал себя довольно спокойно, пока не переходил границы. Вмешательства Гильдии ждать не стоило. Законы города же… Ну, ты сначала докажи, что этого смертного с огненной смесью я нанял, а потом уже будем что-то решать.

К тому же к таким мерам клан «Вой» ни разу не переходил. Зачастую перспективы просто обговаривались, после чего находился некоторый компромисс. Всё же речь идёт не про каких-то бандитов из трущоб.

— О, Вульф! Рады тебя видеть, — произнёс зверолюд хорёк в центре зала. — Принёс документы?

— Я не буду продавать вам свою таверну, — уверенно произнёс владелец «Золотого окуня».

— Как жаль. Вы же понимаете, что нам придётся принять меры? Вы не выдержите конкуренции. У нас банально больше денег и возможностей. Мы даже можем открыть таверну напротив вас с более низкими ценами. Вы просто обанкротитесь раньше и будете вынуждены продать свою таверну, но уже гораздо дешевле. Уверены, что вам это нужно? Нам вот, будем честны, не очень. Продайте таверну, не глупите. Мы же предлагаем хорошие деньги.

— Я не продам вам труд всей моей жизни ни за какие деньги. Решим вопрос поединком, — решительно и громко заявил Вульф, чем привлёк внимание других членов клана и некоторых гостей. — Я бросаю вам вызов.

— Вызов? — улыбнулся хорёк, который был раза в два меньше владельца «Золотого окуня». — Вы уверены?

— Вы не оставили мне выбора. В случае моей победы вы забываете про мою таверну и не мешаете мне. В случае вашей победы, таверна, мебель и обслуживающие её рабы переходят в лапы клана «Вой».

— Что же… немного неожиданно, но такой расклад нас устраивает. Я принимаю ваш вызов. Свидетелей у нас хватает. Я использую своё право, как свободного гражданина, выставить вместо себя своего защитника.

Сразу же после этих слов в центр зала спрыгнул со второго яруса гигантский зверолюд, напоминающий льва. Облачён он был в стальную броню, а в полный рост составлял метра три. И при этом он ещё не принял облик предков.

— Кхм, секундантом будет мой двоюродный брат по материнской линии. А вашим свидетелем, посредником и помощником, я так понимаю, будет являться этот гладкокожий, которого вы привели с собой. Пожалуй можно…

— Нет.

— М?

— Я тоже использую право на защитника и выставляю вместо себя господина Бальмуара, — оскалившись, произнёс Вульф. — Роль секунданта буду выполнять я.

Сразу же хорёк что-то заподозрил и начал пристальнее изучать человека. Вроде обычный смертный, никакой энергии зверолюд клана «Вой» не чувствовал. Но очевидно Вульф на что-то рассчитывал. Наверняка этот человек был магом.

— Напомню, что согласно правилам Сароса, поединки традиционно проводятся без магии. Если вы не знали об этом, то вы в праве отказаться, господин Вульф, — прищурившись хорёк прояснил нужный момент.

— О, я прекрасно знаю о наших традициях. Я давно живу в Саросе. С нуля отстроил таверну, сделал ремонт, купил и подготовил персонал. Своей кровью и своим потом я создавал «Золотого окуня».

— Тогда попрошу вашего защитника снять все артефакты, а также надеть браслет. Чтобы мы точно смогли определить: использовал ли он активную магию или нет.

— Конечно, секундочку, — сразу же согласился Ланс, который тоже прекрасно понимал на что идёт. — Ада, подойди.

Рыжеволосая рабыня до этого не привлекала внимания, но сразу же вышла из тени, чтобы взять вещи своего хозяина. Медленно и аккуратно господин Бальмуар начал снимать свои перстни, убрал запонки, снял амулет, не забыл и отдать свою брошь. На секунду аристократ задумался: а сколько таких кланов «Вой» можно купить за один из его перстней.

— И трость, господин Бальмуар, — напомнил зверолюд хорёк.

— Ох, я же и так не буду использовать активную магию.

— И всё же это артефакт.

— Ладно, раз вы уж так сильно хотите заставить меня драться голыми руками против вашего монстра… — аристократ лишь пожал плечами, после чего отставил свою трость.

— Ха, можешь взять мой молот, если поднимешь, — раздалась усмешка от случайного зрителя, коим являлся коренастый гном, решавший здесь какие-то свои проблемы с кланом «Вой».

Ланс спокойно подошёл к любезнейшему представителю подземного вида копателей. Его оружие составляло в длину чуть больше метра. Цельнометаллический молот, с тяжеленым навершием состоящим из молотка и клюва. Навершие действительно было огромным с два кулака в диаметре. И весило оно, очевидно, весьма прилично. Гном брал это оружие в две руки, а обычный смертный воин и вовсе бы не смог таким сражаться. Оно весило намного больше пяти килограммов, его и держать то сложновато, а замах сделать и удар нанести…

— Благодарю. Пусть и не моё любимое оружие, но надёжность сего инструмента не вызывает сомнений, — Ланс легко подхватил оружие и взял в одну руку.

Наверное, именно в этот момент зрители поняли, что начнётся что-то интересное. Даже гном немного опешил от одноручного хвата аристократа. Сам же господин Бальмуар ещё и начал с помощью лишь кисти вертеть своим новым оружием, привыкая к весу.

— Браслет, пожалуйста, — процедил хорёк, уже почувствовавший очевидный подвох.

— Ага.

Зверолюд-лев уже начал принимать облик предков и не собирался играть в поддавки с противником. Сразу же рост монстра увеличился до четырёх метров. Лапы стали ещё больше, вздулись вены, местами выпала шерсть, а взгляд стал по-настоящему диким. Вместе с этим разделилось и мнение зрителей, а к хорьку вернулась уверенность.

— Если господина Бальмуара убьют, то вы умрёте следующим, — неожиданно произнесла Ада, стоящая рядом с Вульфом, заставляя того поперхнуться.

Дуэлянты получили знак, и сразу же монстр ринулся на такого мелкого человечка. Львиный прыжок многие даже не заметили, несмотря на размеры зверолюда. Атака оказалась чудовищно быстрой.

Но Лансемалион оказался ещё проворнее. В следующее мгновение он уже сделал шаг в бок, а его молот уже со свистом полетел прямо к челюсти зверолюда. Тяжёлое оружие столкнулось с львиной мордой, после чего зверолюд отлетел в сторону.

Бальмуар продолжал спокойно стоять, пока противник поднимался на лапы. Попутно чудище сплюнуло кровь и свои клыки. Однако сломать монстру челюсть не удалось несмотря на вес оружия и силу удара Ланса. Всё же этот молот был мелковат для подобного врага, да и аристократу было не очень удобно держать это оружие.

— Нападай, чего же ты ждёшь? — прошипел хорёк своему защитнику.

Но рвение и пыл куда-то исчезли из огромного зверолюда, а львиное сердце оказалось не таким уж и храбрым. Хотя это даже хорошо, ведь безумная звериная атака обернулась бы смертью для зверолюда. Единственный шанс не сдохнуть для него, это сохранять чистоту рассудка и не поддаваться инстинктам.

Монстр начал кружить вокруг спокойно стоящего человека, зашёл к тому за спину и решил попробовать напасть ещё раз. Аристократ развернулся лишь в последний момент, направляя навстречу когтям своё оружие. Сталь столкнулась с природным оружием зверолюда, после чего лапа отлетела назад.

Львиное чудище сразу же отпрыгнуло назад, выставляя вперёд левый бок. Правая лапа ушла за спину. Но человек не нападал, а всё также спокойно стоял на месте, пока переломы зверолюда исцелялись.

— Так мы провозимся до самой ночи, — неожиданно произнёс аристократ и покачал головой.

Ждать нового нападения Ланс не пожелал, поэтому сам направился к противнику. Убегать зверолюд не стал. Когти засверкали вновь. Яростные львиные атаки шквалом обрушились на маленького человека. Но каждый удар сталкивался с молотом. Тяжёлое и неповоротливое оружие сверкало подобно рапире в руках аристократа. Через десяток обменов ударами, лев потерял боеспособность: кости в лапах превратились в труху от столкновений с молотом.

Сразу же последовала новая атака, более быстрый и сильный удар. Казалось, будто оружие в руках человека вообще ничего не весит. Однако раны противника говорили о другом.

В этот раз Ланс обрушил сокрушительный удар на львиное колено. Броня прогнулась, кости печально и мерзко хрустнули. Зверолюд ещё не успел не успел упасть, как лишился ещё второго колена.

— Сдаюсь! — прокричал зверолюд в последний момент.

Молот Ланса резко остановился в паре сантиметрах от морды монстра. Оружие неслось на чудовищной скорости, однако человек смог легко погасить инерцию двигающегося молота.

Дуэль не была зрелищной или захватывающей, скорее жуткой. Ведь всем быстро стало понятно, что шансов у зверолюда нет. Этот человек явно был магом чудовищной силы. Ведь иначе объяснить такие физические возможности просто невозможно.

— Побеждает господин Вульф, то есть я, — с оскалом произнёс владелец «Золотого окуня».

— Признаю своё поражение. Клан «Вой» больше не будет вам мешать.

Глава 27

— Почему вы помогли господину Вульфу?

— Позволяешь себе разговаривать во время тренировки⁈

И тут Ланс молниеносно атаковал. Когти разрезали воздух в паре сантиметров от лица рабыни. Аристократ сразу отклонился назад, боевой посох пролетел в опасной близости от виска, после чего Ада провела оружием по дуге и обрушила второй удар сбоку.

Раздался хлёсткий стук. Ланс поставил жёсткий блок и легко остановил атаку. Однако будь на его месте зверолюд, то скорее всего бы он получил сначала по морде, а потом и по рёбрам.

К тому же Ада не просто так задала вопрос. Она специально спровоцировала наставника на атаку, к которой подготовилась. Рабыня точно знала, что делала.

— Молодец, — Ланс, разумеется, не стал злиться. — Можешь отложить посох.

— Слушаюсь, хозяин, — вежливо произнесла Ада, после чего вернула оружие на место и стала ждать новых указаний.

— Что же, с уверенностью могу сказать: ты узнала, что такое оружие. Отныне ты на собственном опыте знаешь слабые и сильные стороны копий, мечей, топоров, кинжалов и большинства других видов оружия. Ты также продолжишь упражняться с ними, ведь на данный момент речи о мастерстве даже не идёт. Чему-то ты научилась, но не более. Теперь настало время создавать фундамент для твоего личного стиля боя. У тебя есть какие-то предпочтения?

— Я полностью полагаюсь на ваш выбор, хозяин. Ваш опыт и знания несоизмеримо больше моих. Вы лучше понимаете, что подойдёт мне.

— Хорошо.

Бои на аренах проходили на самых разных условиях. Это могли быть и дуэли, и групповые битвы между этиамариями разных этириданосов, а также сражения против чудищ и показательные казни. Отдельно можно выделить так называемые «случайные» сражения. На них особо рьяно делали ставки, на организации которых в том числе и зарабатывала арена. В таких боях могло произойти буквально что угодно. Ведь противники, оружие и декорации выбирались случайно.

Однако всё же зачастую этиамариям разрешали выбирать оружие. Всё же в таком случае шоу будет куда зрелищнее, ведь этириданосы могли специально обучить своих рабов конкретным стилям.

К тому же в какой-то момент, с ростом известности и силы этиамария, шоу начинает уходить на второй план. Главным становится одержать победу любой ценой. Даже если сражение закончится в один удар, сразу же после выхода на песок. Но это про уровень действительно сильнейших этиамариев. Уровень тех, кто сражается под взором самого Этия.

Правда до такого мастерства Аде ещё расти и расти. Сейчас рабыня является никчемностью, несмотря на свои победы и некоторую любовь зрителя. Она лишь недавно появившийся мусор и ничего больше. Возможно, на зимних играх она сможет заслужить право называться признанной. Такой статус немногим, но всё же лучше никчёмности.

Дальше она получит право претендовать на звание воина арены. Проведя десятки сражений, доказав свою силу и стремления, она станет одним из многих постоянных участников боёв, став уже ветераном.

Ветераны же имеют право претендовать на звание чемпиона. Одолев другого чемпиона на какой-либо официальной арене или другого равного противника, раб может стать чемпионом. После ему будут рады на многих аренах.

Но по факту титул чемпиона является посредственным уровнем. Известность таких чемпионов редко покидает стены городов, а бывает и вовсе квартала. Их имена путают и забывают, ведь титул чемпиона является лишь своего рода доказательством определённой ценности раба и не более того.

В процессе чемпионы получают возможность выступать на Великих Аренах. Огромные и уникальные амфитеатры находятся в единичном экземпляре в каждом крупном городе. Там гремят отборнейшие битвы, на трибунах собираются сотни тысяч зрителей, а иногда даже поднимают в небо целые платформы с дополнительными местами.

Стоит ли говорить, что простым смертным там делать нечего? Чемпионы зачастую выступают там в роли массовки, которая дохнет или получает ужасные раны. А в центре внимания стоят лучшие из лучших, зачастую обладающие сильным даром к магии. Противником может стать исполинское чудовище, от ударов которой меняется сам ландшафт поля боя, лишь энергетические щиты защищают зрителя от адского пламени. Для наблюдения часто используют увеличительные приборы, например монокли.

И лучшие из лучших могут претендовать на звания героя арены. Для этого им нужно одержать победу в опаснейшей битве, в которой многие находят лишь свой конец. Недавно звание героя получил Гнарг Дурзол, чёрный орк, не обладающий ярко выраженным даром к магии. Он должен был стать массовкой, умереть, но дерзнул выступить в неравной схватке против алантийского змея. Чудище в двадцать пять метров.

Для всех стала шоком победа Гнарга в сражении с магической тварью. Одной лишь физической силой он одолел чудище, в десяток раз превосходящее его в размере. Оно сожрало многих сильных магов, но пало от удара гигантской секиры. Убить такого монстра обычным не зачарованным оружием считалось до этого невозможным.

Гнарг был слабее многих других бойцов, на великой арене выступали маги способные создавать ураганы и раздвигать земную твердь. Но тогда свободу заслужил только чёрный орк, а вместе со свободой ему выдали и звание героя. Ведь он сделал невозможное.

Но несмотря на все эти заслуги, этиамария не пустят выступать на аренах главного города, носящего тоже название, что и этот мир. В великом Эдеме ждут лишь самых лучших.

Ланс отчётливо видел этот путь и всего его сложности, но не сомневался. Раньше он непросто жил в Эдеме. Аристократ готовил рабов для сражений под взором самого Этия. Это лишь вопрос времени, когда Лансемалион Бальмуар окажется в сердце мира, чтобы показать зрителю лучшего этиамария.

Уже после зимних игр Ада начнёт тренировать магические навыки. Её физическое тело и разум закалены достаточно. Второе сердце уже готово пробудиться. И не было сомнений рабыня станет сильным магом с огромным потенциалом. Она эльфийской крови, пусть и наполовину, но этого достаточно. Ланс поможет ей покорить свой дар и обуздать внутреннюю силу, после чего Ада пройдёт уготованный ей путь до самого конца.

— Хозяин?

— Хм, да… — господин Бальмуар поспешно вернулся в реальность. — Тебе нужен свой стиль, своя изюминка. Ею станет кнут.

— Кнут? Но он же такой… бесполезный. Попробуй ещё попади. А даже если попадёшь, то скорее всего в подставленный щит или броню врага.

— Поэтому ты будешь много тренироваться, а не спорить со мной. Кнут будет в левой руке, а в правую возьмёшь длинный меч.

— Ещё и по оружию в обе руки? Без хотя бы малюсенького локтевого щита? — тяжело вздохнула Ада. — Я умру.

— Мечом драться уже умеешь. Кнут будешь использовать для шоу.

— А может всё-таки щит, хозяин?

— Этиамариев со щитами и так хватает. И особой популярностью они не пользуются. Щит и меч лучшая комбинация, но не придаёт никакой уникальности. Она всем надоела.

— Но и смертность среди таких бойцов меньше.

— С каких пор ты со мной споришь?

— Я не спорю, хозяин, а веду с вами дискуссию с целью поиска истины. Вы же сами меня риторике учили, — невинно произнесла Ада, скорчив наивную мордашку.

— Ну хитрюга. Давай бери кнут, будешь тренироваться весь день. А вечером возьмёшься за меч и начнёшь повторять пройденные уроки, пока руки не отсохнут.

Да, кнут может показаться настоящим безумством, но Ланс точно знал, что делает. Во-первых, стоит понимать, что соперники Ады не будут носить латы. Всех простых смертных рабов одевают довольно откровенно. А бить кнутом по плоти одно удовольствие, если научиться можно и куски мяса вырывать.

К тому же Ланс мыслил на перспективу. Аде предстоит долгий путь. Так или иначе она точно станет волшебницей и в будущем начнёт сражаться магическим оружием. Стоит ли говорить, что есть артефактные плети способные рассекать даже латы?

К тому же у Ады скорее всего предрасположенность к огненной стихии. Как это Ланс понял? По ментальному телу? Нет, по физическому. Волосы рабыни были не просто рыжими, а прямо огненными, насыщенными. Это явная аномалия, как и янтарные глаза аристократа, который являлся магом молний. Конечно, вероятность не сто процентов, но довольно высокая. Если бы ещё глаза были с огненным оттенком или хотя бы карими… но они скорее изумрудные. В то же время некоторые маги-теоретики склоны считать, что бурное проявление страсти и похоти, тоже является одним из признаков склонности к огненной стихии.

В общем Ланс был готов поставить один из своих перстней на то, что Ада сможет покорить огонь. А это значит, что кнут сможет покрываться пламенем. Огненный кнут! Да зритель будет вопить от радости. Комбинация меча и щита уже всем надоела, как и комбинация меча и ещё одного меча. Скука смертная. Тем более кнут и под образ доминантой огненной госпожи будет подходить.

— Так! Ты как кнут взяла⁈

— Ну…

— Это тебе не меч. Палец большой выдвини, как при рукопожатии. Не понял… Ты разве так с людьми здороваешься?

Очевидно, Ада не совсем понимала, что от неё требуется. Так что пришлось показывать на примере. Впрочем, Ланс для этого здесь и находился. Во многом, именно благодаря личному обучению аристократ так быстро тренировал будущую любимицу арены. А ещё господин Бальмуар обладал огромным опытом и знаниями древнего рода, которые копились тысячелетиями. Также не стоит забывать, что Ада самоотверженно тренировалась минимум по восемь часов в день.

— Расслабь руку.

Ланс уже подошёл сзади и помог рабыне правильно взять кнут. Также расставил ноги и плечи чуть шире.

— А теперь плавными движениями делаешь замах. Стоишь ровно, рука должна указывать в небо. Вот так, почти правильно.

Аристократ стоял вплотную и не отпускал руку Ады, попутно проверяя какие мышцы напряжены. Далее помог продолжить движение, локоть уже нужно не фиксировать, а слегка согнуть, затем нужно резко опустить руку вниз.

— А теперь будем пробовать петлю…

— Хозяин, а я точно правильно стою?

— Да, точно.

— Вы уверены? Просто мне кажется моя стойка несколько неустойчивая. Центр тяжести будто смещён…

Ланс нахмурился и начал внимательно смотреть на свою рабыню. Всё как по учебнику, однако всё же имеет место быть и возможность ошибки. Внешне всё может выглядеть нормально, а на деле задействованы совершенно не те мышцы.

Аристократ стал аккуратно прощупывать икры, бедра, попутно слегка пихая Аду. Но та даже не шаталась. Всё было в норме.

— Хм… странно…

— Стойте, вот тут что-то…

— Что?

— Ниже… — Ада перевела руку наставника со спины на ягодицы.

— Ах ты рыжая извращенка, о чём ты только думаешь⁈

— Но я же так старалась, можно и небольшое поощрение…

— Мы же это обсуждали два дня назад. Тебе нужно сконцентрироваться на тренировках.

— Вы сами ко мне подошли, хозяин. Начали тереться, трогать меня и сладко шептать на ушко…

— Я тебе правильную позицию занять помогал и объяснял технику владения кнутом, озабоченная!

— И я внимательно слушала, но мысли мои невольно уплывали дальше… — с лёгкой наигранной грустью произнесла Ада, после чего вздохнула. — Мне нужно больше вашего внимания, реже раза или даже двух в неделю слишком жестоко, хозяин.

— Я тебе уделяю всё своё свободное время.

— Я про другое внимание.

— Ладно, Этий с тобой. Если сможешь научиться до обеда делать пять ударов хлыстом со щелчком и без ошибок, тогда посмотрим. Но времени мало, так что…

Ада тем временем резко отошла от наставника после чего уверенными движениями сделала кнутом три щелчка над головой и два спереди. И напоследок поразила одну из мишеней.

— Вот так, хозяин? — победно улыбнулась девушка.

— Но как?

— Я довольно часто помогала со скотом в деревне и знаю, что такое кнут.

— Почему не сказала?

— Как-то не думала, что это так важно. А потом не успела… — Ада опять скорчила невинную мордашку. — К тому же госпожа Арнаша Атали писала в своей книге, что крайне важно не выдавать всех козырей сразу.

— А ещё она писала, что рабы обязаны быть откровенными и честными со своими хозяевами.

— Я ещё не дочитала до этого места хозяин… — вновь уклончиво начала отвечать рабыня, но вздохнула и сразу призналась. — Ну или дочитала, но забыла. Извините, больше так не буду.

— Отлично.

— А награда…

— В этот раз я тебя великодушно прощу и не стану наказывать. Всё же ты никогда не жалуешься на тренировках и беспрекословно следуешь моим указаниями. Да, тренировки слишком выматывающие и жёсткие даже для раба, но это не моя прихоть. У тебя скоро зимние игры, там будут серьёзные противники, ты должна быть к этому готова. Так что расслабляться нельзя. Но, пожалуй, хоть какой-то отдых тебе действительно нужен. Ты же не голем.

— Всё так хозяин. Вы абсолютно правы хозяин, — послушно закивала Ада, которая не услышала слова «нет» и уже повисла на своём наставнике, обхватив того руками за шею, и сомкнула ноги у него за спиной. — Я всё прекрасно понимаю и очень ценю вашу заботу. Ведь именно благодаря вам я могу спать в тёплой постели, есть свежую и полезную еду, а также не волноваться о своём будущем. Ведь даже если я заболею, вы всегда купите мне лекарство или сделаете его сами. И моя послушность — это самое малое, чем я могу отплатить вам взамен.

— Какая умничка, — довольно произнёс Ланс, в очередной раз благодаря Этия, что ему повезло найти такую хорошую рабыню, а не избалованную, надменную и горделивую принцессу: с Адой действительно почти не было никаких проблем, свойственных многим рабам.

Может быть, Этий действительно послал Лансемалиону Бальмуару свой подарок за все те испытания и лишения, которые пришлось перенести второму наследнику.

— Хозяин, вы опять грустите? Это из-за меня?

Лицо Ады находилось прямо напротив Ланса, и уж конечно девушка заметила изменение настроения наставника, который вдруг вспомнил своего брата.

— Нет, не из-за тебя, — аристократ закрыл глаза и резко подхватил уже хотевшую слезть рабыню за бедра. — Как я могу злиться на такую милашку.

— Я правда милая?

— А ты думаешь почему за тебя такие суммы предлагали на банкете? — вопросом на вопрос ответил Ланс, прижимая свою рабыню спиной к стенке.

— От ваших слов у меня уже всё промокло. Пожалуйста, не нужно прелюдий, я уже не могу ждать…

Ланс не стал долго ждать и отпустил ноги своей рабыни на землю, одним рывком стянул с неё эластичные и хорошо подходящие для тренировки леггинсы. Попутно девушку также повернули лицом к стене.

И Ада действительно не врала, она вся промокла, и природная смазка уже стекала даже по бёдрам.

— Ох, м-м-м… охренеть… — томно простонала Ада, после первого же проникновения.

Ланс же даже полностью не вставил, что сразу же было исправлено со вторым толчком. Движения аристократа сразу же стали быстрыми и жёсткими, могло даже показаться что слишком. Но обилие капающей на пол смазки и блаженные стоны говорили об обратном. Аде это более чем нравилось.

Увидев положительную реакцию Ланс решил на этом не останавливаться, делая секс ещё грубее. Аристократ буквально прижал девушку к стенке своим весом и даже рукой, которая не давала рабыне повернуть головы.

Ада от этого возбудилась ещё сильнее. В порыве страсти свободная рубаха для тренировок оказалась порвана, пуговицы с шумом упали на пол, высвобождая сочные прелести. Нежная грудь плотно прижалась прямо к холодной стенке тренировочного зала, от чего соски стали ещё тверже.

— Разворачивайся.

Ада сразу же послушно исполнила властный приказ, и повернулась лицом к своему наставнику. А через секунду Ланс подхватил её за бёдра вновь, начиная долбить девушку её сильнее.

Хозяин рабыни входил максимально глубоко каждый раз. Каждая фрикция сопровождалась громкими хлопком и всплеском, разлетающейся в разные стороны смазки. Ада уже не могла сдерживаться и просто стонала во всю глотку. Наверняка, владелец залов всё это слышал в своём кабинете. От этого рабыня возбудилась ещё сильнее.

Ланс же смог ускориться ещё раз, даже когда казалось, что быстрее уже некуда. Если бы не чрезмерное обилие смазки, то наверняка это бы не закончилось ничем хорошим. Но Ада продолжала без остановки течь как не в себя.

Своим горячим телом рабыня будто обвивала хозяина. Пальцы жадно царапали спину, а набухшие соски плотно прилегали теперь к фраку аристократа. Ада даже не считала, сколько раз уже кончила, ведь просто не могла сконцентрировать внимание. Удовольствие полностью затмило её разум. Наслаждение было столь велико, что несколько раз рабыня даже попыталась вырваться, но, к счастью, безуспешно.

Внезапно экстаз стал настолько силён, что даже крик наслаждения девушки прервался. Руки прочно вцепились в аристократа, глаза Ады закатились, а язык безвольно вывалился.

Одна судорога сменялась другой и казалось дрожь никогда не прекращалась, как и следующие друг за другом оргазмы. В какой-то момент Ада почувствовала внутри себя что-то ещё более горячее, чем достоинство аристократа. Оно наполняло собой всё, но в этот раз Ланс не остановился.

Стержень хозяина продолжал жёсткими рывками двигаться внутри сосуда рабыни, перемешивая мужские и женские соки любви между собой. Он должен был уменьшаться, но становился ещё твёрже, после чего через минуту последовало второе извержение.

Только после этого Ланс наконец-то перестал двигаться, а затем отпустил бедра девушки.

— Хуф, нужно будет прибраться, — бодро произнёс аристократ, застёгивая ремень на поясе.

Ада же ему ничего не ответила, а лишь медленно сползла по стенке. Голова всё ещё была опрокинута назад, а по вывалившемуся язычку на вздрагивающую от судорог грудь капали слюнки.

Глава 28

— Главным оружием воина всегда являлось воображение. Ты можешь обладать безупречной реакцией, скоростью и ловкостью, но в роковой момент этого не хватит. Противник ещё только напряг мышцы, а ты уже должна видеть куда обрушится удар! Увидеть, предсказать, только потом действовать! Ты можешь не видеть атаки врага, но должна представлять её в своём разуме!

Раздался звон и Ланс жёстко ударил Аду по ноге, своим тренировочным жезлом. Аристократ специально надел колокольчики на свои конечности, чтобы у рабыни имелся хоть какой-то шанс. Ведь даже заставить себя двигаться как простой смертный Ланс уже просто не мог. Каждое движение было отточено на уровне рефлексов.

Рабыня сразу же нанесла удар в ответ, но промахнулась. Как уже можно было догадаться, глаза Ады заранее завязали, а слушать она пока что не научилась. Вряд ли она сможет в ближайшее время научиться сражаться без опоры на зрение, однако если враг бросит пыль в глаза, то девушка вспомнит чему её учил наставник.

— Цепкая к деталям память. В бою у тебя не будет времени глядеть по сторонам. Обстановка будет стремительно меняться. Одного беглого взгляда должно хватать, чтобы ты заполнила каждый лежащий камень!

Ада слушала и старалась изо всех. Но то и дело спотыкалась о разбросанный в хаотичном порядке тренировочный инвентарь. Ноги её уже покрывали порезы, ведь девушка окончательно запуталась и забыла, где именно лежали копья, топоры и мечи. Руки покрывали синяки и ссадины, потому что она не успевала среагировать, за что получала болезненные тычки и хлёсткие удары от наставника.

— Всё, хватит, — через час наконец-то произнёс аристократ. — У тебя не получается.

За тренировку Ада смогла заблокировать вслепую лишь одну атаку, да и то чудом.

— Я ещё могу…

— Я сказал хватит! Снимай повязку. В свободное время будешь ходить с завязанными глазами. Потом вернёмся к этому уроку.

— Извините, хозяин, — понуро ответила рабыня.

— В этом нет твоей вины. Такому не учатся за день или даже месяц. Сейчас посмотрим, как ты справишься против врага с магическими способностями.

— Мне придётся драться с магом, хозяин? — как и следовало ожидать Ада сразу же опешила.

— Не исключено.

— Разве у меня могут быть какие-то шансы?

— Могут. Маг магу рознь. Кто-то способен стереть с лица земли целую армию и бросить вызов богам, а кто-то дальше зажигания свечек не ушёл. Вполне возможно, твоим противником станет одарённый. Бери щит.

— Взяла, — послушно произнесла Ада.

— Теперь блокируй моё заклинание.

— Вы уверены, что это хорошая идея?

— Три… два… один…

Рабыня сразу же выставила щит, уперлась ещё и второй рукой на всякий случай. После чего почувствовала тепло и… всё. Ада даже не совсем поняла, что произошло.

— Вот и всё.

— Что это было?

— Это маг огня уровня неофита. Страшно было?

— Я не совсем понимаю…

— Вот, смотри… — Ланс протянул руку в сторону, после чего с кончиков пальцев вылетел огонь. — Магия огня. Огненный поток, который даже деревянного щита не может поджечь. Также пламя не обладает весом, оно не собьёт тебя с ног. Даже если бы у тебя не было щита, то мимолётный контакт и ожога на коже не оставит. А если ещё у тебя будет одежда, или стальная броня… Представляешь сколько нужно будет магу на тебя такой струёй дуть, чтобы сталь нагрелась? Знаешь почему именно нагрелась? Потому что расплавить он её точно не сможет.

— Маги такие слабые?

— Те, которых ты, вероятно, можешь встретить на арене. Пробуждённые и в лучшем случае неофиты.

— А это честно?

— Честно? Это не дуэли, а шоу! Неужели ты забыла?

— Извините, хозяин.

— Но до абсурда доходить не будет. Зрителю не нравится игра в одни ворота. Следующая стихия, вода.

— Откуда на арене вода, хозяин? Там же всегда песок.

— Маги воды умеют конденсировать влагу из воздуха. Хотя в твоём случае организатор просто поставит где-то рядом источник с водой.

— И что может мне сделать вода, хозяин? — скептицизм Ады был понятен. — Я так понимаю, особой скорости маг придать ей не сможет.

— Верно, но он может создать сосульки.

О щит теперь разбились сосульки, которые даже царапин не оставили, а просто стёрли тёмные пятна, оставшиеся после магии огня.

— А теперь самые проблемные стихии. Земля и воздух. Почему проблемные?

— Судя по уровню сил начинающих магов, убить магией они даже попаданием в голову не смогут. Единственное практическое применение их заклинаний — дезориентировать противника. Заставить того закрыться щитом, лишить его обзора, после чего атаковать. И если на арене песок… Лёгкий порыв ветра лишит врага зрения. Заставить лететь песок во врага сможет также и маг земли.

— Абсолютно, верно.

— Я одного не понимаю, хозяин. — На секунду Ада задумалась. — Вы дали мне щит, но на арене я буду выступать с мечом и кнутом…

— Всё ты понимаешь, — с какой-то странной и несвойственно садистической улыбкой произнёс Ланс, поигрывая пламенем в руке. — Переходим ко второй половине урока. Убирай щит и готовься уворачиваться.

Пусть господин Бальмуар и являлся магом молний, но спокойно создавал слабые заклинания других стихий без ущерба для себя. Во многом подобное стало возможно благодаря перстням, которые светились характерным светом во время использования той или иной стихии.

Ада уже прочитала несколько книг по теории магии, так что знала элементарные основы и принципы работы магии. У неё в процессе возникло много вопросов, но наставник сказал подождать. Ланс обязательно расскажет обо всех подробностях и нюансах, но позже, непосредственно вовремя магических уроков.

— Отлично. Как видишь, ничего сложного в этом нет. Но не забывай, даже если в левой руке у врага ничего нет, струя огня в самый неподходящий момент может прилететь прямо тебе в лицо. Приятного в этом мало. Но скорее всего твои противники не будут магами, либо будут, но очень слабыми. Покрасуются своими фокусами перед толпой, после чего примутся за более проверенные методы. Да и твоим противником вполне может стать зверолюд, а они магией не владеют. Вернее сказать, владеют, но способны лишь принимать облик предков. Каких-то заклинаний от них ждать не стоит.

— Поняла, хозяин, — как всегда послушно кивнула Ада, после чего резко ушла в сторону и поставила блок: Ланс атаковал без предупреждения.

— Сомневаюсь, — прищурившись, произнёс наставник.

Правая рука господина Бальмуара сжимала тренировочный меч, клинок которого оказался заблокирован. А вот вторая находилась прямо у рёбер рабыни, играя обжигающими искрами пламени.

— Ещё раз.

Ланс погонял Аду ещё часа три, после чего вновь переключился на повторение других тренировок. Слишком много времени уделять борьбе против мага всё же необязательно. Достаточно лишь объяснить самые банальные уловки, а большего от врагов ожидать пока не стоит.

А вот уделить ещё больше внимания сражению со зверолюдами смысл имело. Так что Ланс вновь взялся за когти, играя роль какого-нибудь зверолюда хищника. После на всякий случай аристократ проверил знания рабыни об анатомии врагов. Кого и куда лучше бить. Благо манекенов в тренировочном зале более чем хватало. Здесь, конечно, были не все представители зверолюдов, но лучше, чем ничего.

И наблюдая за Адой, уверенность Ланса укреплялась всё сильнее. Может быть его рабыня пока что и недостойна внимания Этия. Но именно Ада после зимних игр перестанет быть никчёмной и заслужит признание зрителя, а с ним и право на имя.

Глава 29

— Знаете, когда вы мне сказали, что мне нужна новая броня для зимних игр, я действительно подумала, что речь идёт о броне…

— Так, вроде сидит неплохо.

— Мне казалось, что хуже прошлого костюма уже ничего быть не может. Моя грудь то и дело вываливалась в процессе, а те хлипкие полоски ткани… Но хоть нижнее бельё разрешили надеть, правда только трусики…

— Ремень плотно закреплён? Удобно? Кнут легко выхватить сможешь?

— Да, хозяин. Смогу. Благодарю, что вы смилостивились и отказались от каблуков, — Ада продолжала сокрушаться.

— Хватит, я никогда не планировал выпускать тебя на песок арены на каблуках. По крайне мере пока…

— Да ладно, хозяин. Что уж вы… Я могу и без одежды выйти, так даже лучше будет. Ведь эта ткань лишь путается и мешает, нежели защищает.

— Брось, у тебя голень в принципе защищена, как и руки. Даже металла немного есть. Правда от удара не спасёт, да и прочность оставляет желать лучшего… он же декоративный… А вот рукой можешь прикрыться от слабой магии.

— Благодарю вас за заботу, хозяин. Теперь я чувствую себя намно-о-ого увереннее, — саркастическим тоном Ада продолжала комментировать все слова господина Бальмуара.

Всё же закрывать всю красоту своей рабыни монолитной кирасой Ланс не собирался. К тому же реальную броню бойцам того уровня редко выдавали. Могли шлем дать, голень и локти частично защитить, но не более.

Все мужчины дрались с голым торсом, чтобы зрители могли полюбоваться натренированным телом. Женщин тоже могли одевать во что угодно, но прямо уж голыми всё же никого не выпускали. Это считалось дурным тоном, за исключением боёв с особой спецификой. Ещё имелись некоторые этиамарии, стиль и образ которых оправдывал отсутствие одежды. Например, могли татуировками всё тело забить, вместо одежды.

К тому же если в костюмах мужчин как правило преобладали простота, минимализм и брутальность, то вот противоположный пол во что только не наряжали. Костюмеры и дизайнеры на этом делали целые состояния. Хотя стоит заметить, что на более серьёзных боях ситуация с костюмами менялась. Там уже преобладало магическое сражение, где и магов мужчин начинали наряжать опять же в специфичного вида костюмы, однако уже с достойным уровнем защиты.

Так что для зимних игр Ланс подобрал своей рабыне новые одеяния, чтобы удивить зрителя. Элегантные сапоги имели уплотнения с внешней стороны голени, плавно переходили на бедра, после чего появлялись уже чулки. Всё хорошо прилегало, закреплялось ремнями на внутренней стороне.

Шею Ады закрывал высокий воротник, снизу сразу же начинался глубокий вырез. Правую часть закрывала ткань, она слегка прикрывала правую грудь, проходя фактически по соску, после чего ложилась на живот, затем переставала плотно прилегать к телу и просто свисала полосой меж бёдер, почти касаясь щиколоток.

Ткань плотно прижималась к телу с помощью своеобразного металлического каркаса, который становился частью костюма. Металлическая вставка изящно обхватывала корпус прямо под грудью, плотно фиксируясь на теле. От этой вставки металл двигался подобно плющу уже к левой груди, подхватывая её и слегка пряча от любопытных глаз. Таким образом вырез на груди образовывался из металлической части и тканевой.

Также металл двигался от груди вниз, вдоль пупка, обхватывая край тканевого покрова, который закрывал кожу слева. Тем самым каркас и позволял одежде плотно прилегать к телу, подчёркивая талию. Далее, уже ниже поясницы, металл прятался под свободно колыхающийся подол, где на верхней части бедра образовывалось металлическое кольцо, которое служило опорой для довольно подвижной конструкции. Ведь металл хорошо гнулся и имел сочленения, позволяя спокойно сгибаться. Правда и от удара он вполне может легко сломаться, так что защитные функции стремились к нулю.

Интимную зону закрывало лишь специальное бельё. Левая часть торса также оказывалась фактически открытой, ведь кроме металлической вставки для прикрытия груди там ничего не было.

Руки же оказывались полностью закрыты и даже защищены. Плотные перчатки закрывали ладони и пальцы, продолжаясь до локтя. Также имелись наручи из составных пластин, которые закрывали локоть, предплечье, соединяясь с наплечниками.

Металл правда был довольно тонкий, к тому же не являлся даже хотя бы сталью. Прочность ниже, зато легче. Конечно, не очень практично, но выглядит красиво и хоть какую-то защиту даёт. В плане можно прикрыться от потока огня, удара клинка одеяние точно не остановит.

В правой руке у Ады находился длинный меч. Левая была свободна, но рядом, соответственно на левом бедре, закреплялся кнут.

— Не волнуйся. Ты многому научилась, у тебя всё получится. Вот выпей, — наставник протянул склянку с зельем.

— Я не волнуюсь, хозяин, — устало вздохнула Ада, выпивая содержимое: дозировка уже существенно понизилась, технически подобное зелье уже можно счесть за плацебо.

Ланс в десятый раз проверил всё ли в порядке, после чего наконец-то отправился на трибуну. Аристократ даже не помнил, когда так переживал о выступлении своих рабов. Раньше он тренировал бойцов десятками, выпуская тех на арену. Теперь же у него имелся всего лишь один раб. Может дело было как раз в этом. Ведь теперь поражение единственного бойца окажется куда более серьёзной проблемой, нежели раньше. К тому же сегодняшнее выступление серьёзно повлияет на репутацию неизвестного этириданоса.

— О, Бальмуар! Вы ничуть не изменились, — усмехнулся уже знакомый зверолюд, поднимая чашу в знак приветствия.

— Вы тоже, Крурот, — ответил Ланс и сел рядом. — У вас уже есть фаворит?

— А… — протянул Контар Крурот и махнул мохнатой рукой. — Ничего от этих игр не ожидаю, как и от своих бойцов. Но в любом случае мне хорошо заплатили. Да и компенсацию потом тоже выдадут, ведь мои этиамарии скорее всего бездарно сдохнут в самом начале. Или в конце… Не суть. Ничего у них не получится. У меня чёрная полоса какая-то…

— Ну, быть может, сегодня всё переменится.

— В чудеса не верю. Сейчас вроде ваша рабыня выходит?

— Ага. Как думаете, в этот раз у неё шансы есть?

— Ну, ставить против неё я уже точно не буду! — Крурот громко рыкнул и засмеялся, трясся своими величественными лосиными рогами. — А вы ей новый костюмчик купили… и кнут. Давно я кнутов не видел. Их довольно редко берут, да и то против зверей всяких. Хоть что-то новое… Ах, чёрт… почему моя чаша пустая⁈ Эй ты! Кабанчиком метнулся! Во-о-о… так-то лучше.

— Ещё даже не вечер, а вы уже вовсю веселитесь, — с улыбкой заметил Ланс.

— Жизнь слишком коротка, чтобы вести себя иначе. Хотя что-то я не заметил, как закончилось утро. Но зрителей действительно стало больше. Наверно с десяток тысяч наберётся, а к вечеру может и все места будут заняты. Эх, сейчас бы на великую арену… Но приходится довольствоваться тем, что есть.

— Полностью с вами согласен.

— О, начинается…

— Дамы и господа! — раздался голос ведущего. — Смотрю вас стало намного больше! Так что хочу ещё раз поздравить всех с наступлением зимы! Епископы говорят, что в этот раз холода продлятся дольше обычного! Надеюсь, все запаслись огненными кристаллами! Сегодня вас будут развлекать никчёмные бойцы. Они никто и звать их никак. В одиночку они не стоят и капли вашего внимания, но быть может вместе эти никчёмные смогут вас позабавить!

И после этих слов на арену вышли ещё три группы этиамариев.

— Четыре команды, сорок бойцов! Пройдут только десять! Право на пощаду у них не забирают, но как показывает практика… — комментатор усмехнулся. — Вряд ли вы захотите даровать жизнь проигравшим! Да начнётся бой!

И сразу же арена задрожала, а из-под земли начали выдвигаться блоки, образуя стены, лестницы и здания. Теперь в центре находилось возвышение, а периметр вокруг заполнился случайными объектами и ловушками.

Рабам же не выдали никаких опознавательных знаков. Им оставалось либо запоминать друг друга, либо случайно убивать временных союзников в пылу сражения. Так будет даже забавнее. А ещё комментатор сказал, что пройдут только десять бойцов. Он не уточнял, что они должны быть из одной команды. Как и не было запрещено убивать союзников, что как бы подталкивает…

— О! Неужели! Среди никчёмных есть бойцы неробкого десятка!

Пока кто-то обсуждал стратегию, строил планы или просто спорил, пытаясь объединить группу, некоторые плюнув на всё помчались к центру. Ведь на возвышенности у них будет большее преимущество. Но что самое главное, они смогут выделиться. И Ада добежала до центра первой, где сразу же вступила в бой.

Раздался громкий щелчок кнута и один из бойцов падает на последней ступеньке. После чего сразу прилетает новый удар кнута в лицо, рассекая щеку и нос. После этого Ада ударом ноги в голову, скинула бойца обратно вниз по ступенькам.

Но на возвышенность вело четыре пути, по которым уже поднимались менее расторопные этиамарии. Не прошло и минуты, как поле боя превратилось в кровавую потасовку. Стоило кому-то одержать победу, как в то же мгновение мог прилететь удар в затылок.

Сразу же в глаза начали бросаться фавориты. Они находились в разных командах, но по их движениям и лёгким победам над противниками, всё становилось понятно. И что самое интересное, эти этиамарии обходили друг друга стороной. Так поступала и Ада, вырезая заведомо слабейших противников: она помнила наставления своего хозяина.

Один из противников рыжей бестии действительно полностью оправдывал свой статус никчёмного. Он даже умудрился выронить меч, после удара кнутом. С окровавленной рукой слабак было бросился на обманчиво хрупкую девушку, на что получил мечом по лицу.

Но он не умер, рыжая рабыня специально ударила клинком плашмя. После чего спокойно подошла и с помощью кнута начала душить врага. Враг через считанные секунды сдался, после чего без сил рухнул на землю. Подниматься ему больше нельзя, а его судьбу решат зрители в самом конце.

— Рыжая сука! — с рёвом в центр ворвался амбал со щитом и мечом.

На разгоне он вклинился в двух сражающихся бойцов. Первого врага он откинул в сторону ударом щита, как куклу, а союзнику вмазал кулаком в нос просто потому, что мог. И сразу же амбал ринулся на самого выделяющегося противника.

Ада поспешно убрала кнут, взяла длинный меч двойным хватом. Блокировать первый выпад она не стала, а просто сделала шаг назад. Сразу же последовал удар щитом, от которого девушка легко ушла в сторону. Как и от новой атаки мечом.

— Так и будешь прыг…

Договорить амбал не успел, лучше бы он вообще рот не открывал и поберёг дыхание. Ада ещё на первом слоге напрягла всё тело для рывка, после чего атаковала явно не самого умного бойца арены.

Но всё же амбал в прошлой жизни наверняка был солдатом, типичным воякой из регулярной армии, который только в строю драться и умеет. Руки его были крепкие, щит рефлекторно выдвинулся вперёд для блока.

Длинный меч обрушился прямо на окантовку прямоугольного щита. И сразу же амбал начал контратаку. Его правая рука уже сделала замах.

Только вот первый удар Ады соскользнул со щита вниз, оставляя царапину на краске, после чего инерция движения была направлена во второй удар. И двигалась рыжая рабыня куда быстрее и увереннее своего врага.

Раздался лязг стали, затем всплеск крови и меч амбала оказался на земле, вместе с его большим пальцем. После чего Ада решила не продолжать технику «Сияние», а просто ударом ноги отвела щит в сторону. Колющий удар в ногу заставил противник припасть на колено.

Хотел ли он сдаться никого не интересовало. Стальной клинок сверкнул в лучах солнца, вспарывая шею. Из раны тут же хлынул фонтан крови, а сам ублюдок ещё некоторое время дёргался в предсмертных конвульсиях, тщетно пытаясь закрыть рану руками.

И капли крови ещё не упало с клинка, а рыжая рабыня тут же развернулась назад, выставив впереди себя меч. Взгляд Ады встретился с взглядом тут же остановившего натиск этиамария, вооруженного щитом и копьём. После чего оба бойца будто потеряли интерес друг к другу. Они не захотели проверять кто из них сильнее. Копейщик хотел убить рыжую суку в спину. Быстрая и лёгкая победа, минус лишний и несомненно опасный соперник. Но тратить силы на лобовое противостояние… это ещё успеется в конце. А так быть может она сдохнет из-за нелепой случайности. Также мыслила и Ада, которая не собиралась понапрасну рисковать жизнью без полной уверенности в победе.

— А вы многому её научили, — произнёс Крурот, попутно как-то странно не то крякнув, не то рыкнув, а может это была и вовсе пьяная отрыжка. — Увидеть, подумать и решить стоит ли нападать. Осторожная, но в то же время способная на дерзость. Проживёт дольше других.

Ада же тем временем вновь взялась за кнут, нещадно отхлёстывая какого-то зверолюда. Жёсткие удары не отрубали конечностей, не пронзали тушку на сквозь и не ломали кости, но были крайне болезненными.

В глазах зверолюда в обличии предка появился страх. Он не мог увернуться, он даже не знал куда прилетит новый удар. А кнут щёлкал и щёлкал, порой разрывая шкуру и даже оголяя кости. Шакал начать скулить и пятится назад, ведь все его попытки атаковать оказывались прерваны новыми вспышками боли.

Даже если он сдастся, то уже не выживет. Ланс видел, как один из ударов кнута прилетел по почкам. Сдохнет через день, максимум два, в ужасных муках. Хотя для неискушенного зрителя удар показался не таким уж и серьёзным. Но фонтан крови не показатель смертельности раны. На кончике кнута же собиралось достаточно силы.

— И-и-и… Это конец первого этапа! Мы отобрали десятерых! Но что мы будем делать со сдавшимися⁈ — саркастично спросил ведущий. — Что⁈ Вы говорите сохранить им жизнь⁈ Ха-ха-ха! А нет, показалось! Они даже имени не заслужили, а просят пощады! Я вас не слышу! Огонь или пики⁈ А может всё сразу⁈

Через минуту толпа всё же выбрала огонь.

Глава 30

— Как же они кричали, корчась в пламени от боли! — комментатор шумно вдохнул воздух после чего будто сквозь зубы процедил слова. — Я не испытываю наслаждения от этого зрелища! Я чувствую лишь презрение к этому сброду! Им позволили выступить на арене, а они своим позорным поражением заставили устыдиться всех: своих хозяев, наставников, зрителей, организаторов и даже Этия! Им не хватило храбрости пасть в бою при том, что они прекрасно знали, что их ждёт…

Как уже можно было догадаться, смертность среди рабов начинающих свой путь этиамария оказалась довольно высокой. Особенно доставалось людям и зверолюдам, ведь большинство людей не обладали магией и были слабы, а среди зверолюдов не все были представителями потомков воинственных и кровожадных Великих Предков. К тому же эти два вида смертных были самыми распространёнными и многочисленными, особенно в Саросе.

Эльфы же на таком уровне встречались довольно редко. Во многом благодаря их потомственному дару к магии. Их сразу тренировали для чего-то большего, особенно это касается представителей древнейших рас эльфов. Ланс бы тоже хотел готовить Аду к чему-то большему, но, увы, деньги откуда-то брать нужно. Так что рыжеволосая рабыня выступала здесь. К тому же обучение магии тоже в медячок обходится.

Амфибий здесь тоже не было видно, но их набирали для, очевидно, водных боёв. Гномы рабы считались редкостью. Остальные же виды смертных, как например драконоиды, считаются вымирающими. Их ещё меньше, чем эльфов. Так что пушечным мясом часто выступали зверолюды и люди, ну вид гоблинов ещё, в частности раса орков, как зеленокожих так и чернокожих. Первые как правило крайне дикие и тупые, но сильные, вторые размером меньше, но с большими мозгами, которые позволили им выжить в пустынях. Первые были зелёными, потому что это помогало им на охоте в вечнозелёных лесах, вторые пришли из миров горячих песков, где солнце выжигает всё. Зеленокожие считались отсталыми дикарями с племенным строем, чёрные орки же соревновались в архитектуре с людьми и обладали богатой культурой сродни эльфам.

Но всё равно орки предпочитали селиться на землях Анхабари или Гра’Мотар, но не в Саросе. Так что даже представителей их рас здесь оказывалось не так уж и много. А если брать тех же гоблинов, так они вообще конкуренции не вывозят и дохнут как мухи. Так что привозят их ограниченными партиями для специальных постановочных боёв.

— Смотрю сражение вам понравилось! Да и не только вам! Смотрите! Эти этиамарии улыбаются и веселятся! Они уже почувствовали вкус крови и хотят продолжения! Хороший настрой! Может кто-то из них и заслужит право на имя! О, кажется, я уже знаю, кто ваш фаворит!

Пока комментатор что-то там говорил, Ада уже начала разминаться. Простыми упражнениями девушка показывала всю свою гибкость и растяжку.

— Да такое не в каждом борделе увидишь! Так она ещё и эльфийка, судя по ушам! Надеюсь, сражается она не хуже! А вот и проверим! Один из бойцов хочет бросить ей вызов! Одним больше, одним меньше, какая собственно разница⁈

Теперь всё внимание оказалось приковано к двум бойцам: к рыжеволосой рабыне и волосатому громиле с двуручной секирой. Этот северянин назвал свою соперницу грязной потаскухой, после чего надменно сплюнул в её сторону. Так что комментатор сразу же воспользовался ситуацией и назначил двум сражающимся дуэль, которая всех устроила.

Волосатый боец уже победно оскалился и сразу же напал. Яростный рывок и занесённая над головой секира. Одним ударом он мог бы разрубить пятерых. Но, видимо, он не видел, как Ада орудовала кнутом.

— У-у-у!!! — раздалось с трибун вместе со смехом.

Северянин упал прямо мордой в песок, держась за пах, после чего потерял сознание.

— Туда ему и дорога! — с усмешкой произнёс комментатор, после того как павшего скинули в огненную яму. — Дорогие зрители, а как вы считаете, важна ли для бойца арены удача⁈

Это были последние слова комментатора, которые услышала Ада. Воздух зарябил, волосы на руках встали дыбом, после чего арену накрыл невидимый купол. А в следующее мгновение, земля ушла из-под ног.

Рыжеволосая рабыня буквально провалилась под землю, после чего её выплюнуло уже в другой части арены. Поменялись также и декорации. Стены и башни теперь закрывали обзор, но не для зрителей. Как всё и планировалось.

Каждому этиамарию теперь придётся пройти через полосу самых различных препятствий. При этом испытания могут быть самыми различными от очередной дуэли до удовлетворения самки орков. Какие именно будут препятствия у конкретных рабов не обговаривалось, однако каждый этириданос получал полный список возможных препятствий. Так что никакого древнего дракона в кустах ждать не стоило. Ну и этириданосам не запрещалось рассказывать об этом своим рабам. Так что Ада уже примерно представляла с чем может столкнуться.

Уверенным шагом, качая бедрами и поправляя свои пышные волосы девушка устремилась вперёд. Декорации арены направляли раба, так что заблудиться было невозможно.

— А вот и первое испытание, — с ухмылкой произнесла Ада, останавливаясь у постамента, на котором стояла скрижаль.

Правда текст на камне был далеко не священным и вряд ли обладал культурной ценностью. К тому же вместо текста мастер набросал изображение какого-то смутно знакомого мужчины. Вроде он был одет в штаны, рубашку, точно выделялась вроде как кожаная куртка. Но в центре внимания всё же была шляпа с полями и кнут.

— Немного похож на мой, — усмехнулась девушка, после чего прикоснулась к скрижали.

У бойцов имелось право выбрать одно испытание из двух. Второе Ада не пошла даже смотреть. Некоторые зрители наверняка это заметят и оценят её уверенность. Тем более легче препятствия лично для рыжеволосой рабыни наверное и не было.

После прикосновения к скрижали земля затряслась снова. Одна из стен рассыпалась в песок, открывая проход. Коридор с ловушками, где потребуется ловкость и скорость.

Хотя в ловушках не было ничего страшного. Они выделялись и почти сразу становилось понятно, чего ожидают от раба.

Сразу же Ада сделала рывок и перешла на спринт. Первой ловушкой должны стать двигающиеся клинки. Огромные щели на стенах очень сильно выделялись, и только слепой бы их не заметил. Стоило мечам выскочить, как девушка упала на колени, продолжая скользить вперёд по инерции. Лезвия прошли прямо над головой.

Далее следовала огромная яма. Множество выступов находилось с боку, некоторые умельцы могли бы разогнаться и перепрыгнуть с помощью толчка от стены. Хорошо развитые физически орки и вовсе могут просто одним прыжком преодолеть пропасть. Ада же приметила железное крепление на потолке, идеально подходящее для крюка и верёвки, валяющихся на подозрительной плите, чуть выше которой находилась спрятанная ловушка с ядовитыми змеями и тарантулами.

В крюке Ада не нуждалась, ведь у неё имелся кнут. Через мгновение девушка уже находилась на другой стороне, пролетев над пропастью. Здесь коридор начинал идти верх, а на месте некоторых ступенек находились полости.

Стоило Аде освободить свой кнут и сделать шаг, как с другого конца сразу же покатился огромный шар. Идеальной формы шар, сотворённый магией из песчаника, катился прямо на рабыню и собирался вот-вот её раздавить. Но от этой ловушки умирал один из ста бойцов, зачастую из-за своих огромных габаритов. А вот рыжеволосая девушка легко поместилась в полость, подождала пока шар прокатится сверху, после чего вылезла и продолжила движение.

Подобные испытания являлись своеобразным тестом на вменяемость. Они действительно просты, однако только для смертных с действительно хорошей физической подготовкой. Так что если в финальную десятку бы и попал какой-то случайный задохлик, то здесь бы он и помер. Ведь банально даже этот участок с шаром, окно для перебежки было не таким уж и большим, к тому же бежать требовалось вверх, по ступенькам. Ада так легко прошла это испытание лишь благодаря постоянным тренировкам и хорошей физической форме.

Второе испытание стало дуэлью. Здесь выбора уже не оказалось. Так что Ада спокойно активировала скрижаль. Правда ей пришлось подождать минут пять, после чего появился её соперник.

Вышедший на противоположной стороне маленькой арены противник вовсю пытался отдышаться, согнувшись чуть ли не пополам. Наверняка у него было испытание на выносливость, которое он пусть и прошёл, но потратил куда больше сил, чем планировал. К тому же этиамарий представлял собой довольно коренастого мужчину, с огромной мышечной массой. А вся эта гора мышц требовала много энергии.

Этиамарий быстро установил зрительный контакт со своим врагом. Он видел эту рыжую полуэльфику в деле, так что сразу же приготовился к худшему.

Ада тоже помнила этого бойца. Шлем закрывал лицо, руки покрывали наручи, а пах защищён поясом, как и ноги. Более того рыжая бестия подозревала, что в случае применения кнута этот громила может попробовать схватить её оружие. Он примет удар на руку, после чего Ада в лучшем случае просто лишится своего кнута, ведь противник явно обладает большей физической силой.

— Лучше сдайся, — с лукавой улыбкой произнесла Ада.

— Пощаду сегодня никто из нас не заслужит, — сурово пробасил воин, с которого градом лился пот. Но всё же этиамарий выпрямился и пошёл на сближение.

Короткий меч и малый щит. Пожалуй, одна из лучших комбинаций. Ведь у противников брони как таковой нет, а значит нет смысла и в таком длинном мече, как у Ады. Ведь длинный клинок в первую очередь предназначался для более эффективных рубящих ударов за счёт скорости на острие.

К тому же с коротким мечом не нужно учиться «высшему» фехтованию, в техниках преобладают довольно простые и эффективные колющие удары: буквально один-два приёма и никаких секретных комбинаций с множеством стилей воды, цапли и ещё какой-нибудь ерунды. Даже ювелирно оценивать дистанцию не обязательно, ведь тебе просто следует быть в упор к врагу, а значит промахнуться нужно ещё постараться. Малым щитом прекрасно можно парировать удары в том числе и длинного оружия, которое уже не столь эффективно вблизи. Правда от стрел малый щит не защитит, но стрел сегодня Ада ни у кого не видела. Хотя вроде у одного этиамария имелись дротики.

— Ой, почти попал! — игриво заметила девушка, уходя от атаки.

Ада легко ушла пируэтом в сторону от одного удара, потом от следующего. Враг яростно махал мечом, пытался достать рыжую рабыню в том числе щитом, но всё тщетно. Он весил наверно раза в два больше Ады, что в свою очередь сильно сказалось и на скорости. Мышцы есть, а толку немного. Ему бы подсушится, растяжкой заняться, гимнастикой, чтобы быть подвижнее. Ада, конечно, экспертом не была, но что-то среди солдат Эдема или Эримоса не видно гор мышц с гигантскими бицепсами. Наверное, неспроста.

Хотя что уж тут говорить… Это в первую очередь развлекательное шоу. Сама Ада была одета в Этий пойми что. Так что и брутальная гора мышц выглядела не так уж странно на общем фоне. О практичности здесь речи не шло. На аренах Эдема всегда приходилось балансировать между борьбой за жизнь, за которую отвечала эффективность, и борьбой за внимание зрителя, что требовало некоторой вычурности, вроде тех же трижды проклятых бронелифчиков. Зрителю быстро надоедали простые бои, они всегда хотели чего-то нового и необычного. А в этом мире большинство привычных развлечений ещё и давно приелись, что вынуждает творить сущее безумства, лишь бы выделиться и занять свою нишу.

— Устал? — заботливо произнесла Ада, наклоняя голову. — Передохнём?

— Аааргх!

С рыком этиамарий сделал ещё одну атаку. Этот удар оказался ещё медленнее и слабее. Противник даже щит уже откинул, потому что слишком вымотался.

Ада легко прочитала неуклюжую атаку, после чего ударила мечом прямо по кисти, выбивая оружие из рук врага. После этого этиамарий перестал сопротивляться.

Длинный меч разрезал ногу сзади, заставляя упасть бойца на колено. После чего клинок пробил шею, прямо между позвонками. Быстрая смерть. Ада не хотела, чтобы он мучался. Да, это был её враг, который хотел её убить. Но всё же дрался он достойно. Он не заслужил издевательств, как это произошло в случае с одним продажным организатором арены. И дело не в милосердии. Просто такой поступок был правильным. Пусть он умрёт быстро, нежели будет корчиться в огненной яме.

Ада уже давно перестала испытывать сострадание к противникам. По началу было тяжело, поэтому наставник давал ей странные зелья перед каждым боем, доза которых постепенно понижалась. Рабыня не знала состава содержимого маленьких флаконов, не задавала лишних вопросов, но и дурой не была. К тому же принять реальность с таким подходом оказалось легче. Выбор здесь был максимально прост либо ты, либо тебя. Умирать девушка не хотела, так что приняла правила игры, участницей которой ей пришлось стать по воле судьбы. Изменить ей вряд ли что-то удастся, а борьба приведёт лишь к бессмысленным страданиям. Эдем стоял на этих принципах с основания мира, и никто не смог этого изменить за всё существование мира.

Поэтому Ада слушала и всецело доверяла советам господина Бальмуара. Многого она не понимала, но в процессе обучения, через неделю, месяц осознавала смысл сказанных ранее слов. И, как всегда, Лансемалион оказался прав. Очень часто смертным требуется принять смирение, после которого может прийти уже и понимание. Но многие предпочитают поддаваться порывам эмоций, импульсивность и мешает достичь понимания. Они не могут смириться и продолжают бороться, их жертвы становятся всё отчаяние, а страдания множатся, пока они не умирают ради буквально ничего. Они могли бы жить, жить относительно счастливо, если бы приняли правила игры, но вместо этого они продолжают какую-то совсем непонятную для Ады борьбу, зачастую забирая с собой на дно своих друзей, родных, близких.

Что же… это их выбор, который тоже имеет право на существование. Кому-то действительно проще вечно страдать, нежели смириться. Кто-то предпочтёт сидеть в канаве под дождём, но никогда не пойдёт работать на кого-то другого. Это их право. Как и Ада имела право сама принять решение. Она выбрала другой путь и не жалела об этом. За такой короткий срок рыжая простушка открыла для себя новый дивный мир, теперь у неё имелось столько возможностей… даже описать словами трудно количество всех перспектив.

В прошлой жизни она была какой-то крестьянской девкой, копалась в грязи, спала на соломе. Сейчас же в её руках сжат меч, которым она знает, как отнимать жизнь. Каждый день девушка открывала для себя что-то новое. Обычные и известные вещи, после лекций Лансемалиона Бальмуара представляли в ином свете. Её тело крепло, знания структурировались, она даже посетила банкет аристократии и имела своё платье, спала в тепле и ела насыщенную вкусом пищу. Вскоре хозяин начнёт её обучать магическому ремеслу. Девушка начнёт постигать тайны мироздания, которые даже не снились обычным смертным. Всё это было бы невозможно, останься она в деревне.

И пусть грусть о родном доме никогда не уйдёт, но ничего изменить уже нельзя. Нужно смириться и принять действительность, следовать правилам. Никто не вернёт Аду домой, это просто невозможно. В чём смысл сидеть и лить слёзы? Зачем сетовать на судьбу? Зачем упираться рогами, если здесь на протяжении всей истории Эдема попаданцам была уготована судьба рабов? Из-за глупой гордости? Из-за чувства несправедливости?

Да, на груди Ады красовалось клеймо, которое то исчезало, то появлялось, повинуясь желаниям хозяина. Более того она являлась рабыней, вещью… У неё нет вообще никаких прав. Её могут в любой момент продать, могут выкинуть на холод, просто убить ради забавы. И никто не скажет хоть слова против. Но почему-то Адериин уже чувствовала себя здесь куда свободнее, чем раньше.

Глава 31

— Что же последнее препятствие, — расслаблено произнесла Ада, потягиваясь на выходе со второго испытания. — О, нет…

Рыжая рабыня застыла и не могла поверить своим глазам. Среди всех возможных испытаний имелось только два действительно серьёзных. Рукопашная драка с троллем и искушение инкубом. Оба одинаково опасны для жизни. Первый просто оторвёт тебе голову и превратит в кровавую лепёшку. Второй выпьет все жизненные соки в процессе непрекращающегося акта соития на глазах толпы.

Справа находилась скрижаль с троллем. А слева…

— А нет, стоп. Этот знак вроде означает суккубус. Чёрт, почему именно здесь организаторам было лень картинки нарисовать? Ладно с троллем шанса у меня точно не будет.

Ада выбрала левую скрижаль, после чего смело вошла в проход, почти уверенная в том, что знак трактовался как суккубус. Хотя даже если её противником станет инкуб, то достаточно лишь силы воли для прохождения этого испытания. Если похоть не возьмёт верх над разумом, то и пищей демон тебя рассматривать не будет. Да и вроде как прямо до смерти насиловать никто никого не станет, так… поиграются на потеху зрителя. Но всякое может произойти, плюс нужно учитывать то, что после даже таких «игр» сил останется маловато для последующих сражений.

— О, так и знала, что знак означал суккубус, — радостно произнесла Ада.

В середине комнаты находилась именно демоница с характерным бюстом. Перепончатые крылья, рожки и хвост со стрелой на конце. Ноги, руки, как и остальные части тела, вполне человеческие. Но вроде как демоны могут трансформироваться. Пальцы станут когтями, а ступни копытами, даже кожа порой даже может превратиться в чешую, окаменеть, ну или поменять цвет. Это помогает им как в бою, в охоте, так и просто для работы в борделях.

Одета же суккуба оказалась в довольно откровенный наряд, который явно подчёркивал доминантный характер порождения преисподней. Корсет прикрывал торс, приподнимая бюст. Вверх от корсета шли два треугольника, которые не очень-то и прикрывали грудь. Соски оказывались то и дело видны во время движений.

Несомненно, по-адски горячую грудь также обтягивала цепочка. Она находилась и чуть выше, и проходила в ложбине между двумя возвышенностями. Имелся и ошейник, на рожках красовались кольца, проколотые острые ушки торчали из-под чёрных волос.

— Но в любом случае суккубы не интересуются женщинами, а значит это халявное испытание, — понадеялась наивная Ада.

— Куда ты собралась, — произнёс бархатный голосок дьяволицы.

Суккуба взмахнула крыльями и оказалась уже за спиной рыжеволосой рабыни. Демоница двигалась быстрее, чем успевал уследить взгляд Ады. А ведь господин Бальмуар тренировал свою ученицу различать самые стремительные движения.

— Не поняла…

У Ады от прикосновения адского дыхания пошли мурашки по коже. Но меч уже выпал, да и шансов одолеть настоящего демона у простого смертного маловато. Всё же они магические существа, а значит сражаться с ними на равных могут лишь волшебники.

— Но суккубы же не интересуются женщинами… — непонимающе произнесла Ада, пытаясь остановить руку демоницы.

— О, думаешь ты меня интересуешь? — как-то даже обидчиво оскалилась суккуба. — Я тут выполняю такую же роль, как и ты. Развлекаю эту похотливую толпу.

В знак своих слов демоница переместилась к боку рыжеволосой бестии. Левая рука пока что обвивала талию рабыни, а вот правая направилась прямиком к груди, на которой красовалось клеймо. Где-то у ног игрался заострённый хвостик, норовящий подняться повыше бёдер.

— Я лишь развлечение… — совсем близко прошептала демоница, после чего коснулась язычком заострённого эльфийского ушка. — Не бойся, я тебя не съем, ты мне совсем не интересна как с точки зрения удовлетворения моих грешных желаний, так и с точки зрения просто пищи. Немного поиграюсь, удовлетворю ожидания зрителей, отработаю свою сумму, а вскоре пойдёшь дальше сражаться с другими этиамариями, занимаясь тем же самым, но с помощью других навыков.

— Не надо.

— Надо, красавица, надо.

Ада попыталась отстраниться, но обманчиво тоненькие ручки суккубы обладали какой-то титанической силой. Резким движением демоница прижала к себе рыжую рабыню. Раздался дьявольский смех, крылья на секунду закрыли смертную от глаз зрителя.

Через секунду Ада оказалась уже в центре комнаты испытаний. Суккуба сместила центр тяжести, слегка расслабившись, затем плавно и аккуратно две девушки опустились на землю. Уверенным движением руки демоница раздвинула ноги своей жертве.

— Ну же, не сопротивляйся, мои же чары на тебя не работают, — с нотками жалости произнесла суккуба. — Поцелуй меня.

— Я вас боюсь, да и меня больше мальчики привлекают… — Аде вообще не нравилось происходящее.

— Тебя должно волновать внимание зрителя. Они хотят увидеть страсть. Ты же наверняка не хочешь подвести своего хозяина? Он же так о тебе заботится, такие наряды покупает… — теперь в голосе демоницы слышалась лёгкая зависть. — Попробуй расслабиться, представь кого-то вместо меня, да хоть симулируй, только, прошу, не будь бревном. Я тут тоже вложенные в меня средства отбиваю.

— Ладно.

Ада вздохнула и закрыла глаза, после чего резким движением довольно грубо схватилась за грудь своей пленительницы.

— Какая горячая… — страх сменился любопытством, ведь жар чувствовался даже через одежду.

— У меня на родине все такие… — в ответ раздался сладкий шепот развратного порождения преисподней.

И сразу же демоница предприняла попытку нового поцелуя. В этот раз Ада уже не отворачивалась и позволила себя поцеловать прямо в губы. Длинный раздвоенный язык суккубы тут же принялся устраивать какую-то бурю внутри рта рыжеволосой рабыни. Подобно змею он извивался, касался щёк, дёсен, порой даже лез ещё глубже в глотку от чего перехватывало дыхание. Странное и далеко не самое приятное чувство.

Ада продолжала жмуриться. После чего даже набралась смелости и второй рукой со шлепком коснулась в прямом смысле адской попки.

Суккуба же почувствовала, что её смертная игрушка стала несколько раскованнее и сразу же перешла к новой фазе. Крылья мелькнули ещё раз и вот демоница уже не лежит, а сидит на рабыне. При этом девушки ни на секунду не прервали поцелуя.

Крыльями демоница упёрлась в землю, нависая над знойной рабыней. Аккуратными движениями суккуба сначала приспустила свои одеяния, вывалив грудь, после чего пододвинула одежду Ады. Костюм рыжей рабыни плотно прилегал, снять его не получалось, но в то же время имелся глубокий вырез. Грудь нужно было лишь пододвинуть, освободить из этой текстильной темницы…

В следующую секунду демоница переместила обе руки своей смертной добычи к себе на ягодицы, чтобы Ада хоть чем-то была занята. Впрочем, мять попку девушке явно нравилось, несмотря на гетеросексуальные предпочтения. Хотя вероятно она просто представляет кого-то другого.

— Уже достаточно? — спросила Ада, на секунду прервавшись от адского поцелуя. — Думаю…

— Чш-ш-ш-ш…

В следующую секунду крылья слегка согнулись и теперь демоница буквально легла на смертную. Ада всем своим телом ощущала тепло преисподней и необычайно твёрдые соски демоницы. Крылья делали слегка уловимые движения, заставляя девушек тереться грудью.

Но затем суккуба пошла ещё дальше, запустив руку в трусики. Ада даже открыла от удивления глаза, а лицо исказила гримаса возмущения. Но для достойного сопротивления силёнок у рыжей рабыни явно не хватало.

Через мгновение девушка вновь закрыла глаза и подключила воображение. Неприятие в свою очередь быстро сменилось сильным возбуждением. Своими пальчиками суккуба заставила смертную стонать от наслаждения уже через минуту. Вместе с тем Ада вспомнила своего хозяина. Ведь демоница тоже будто знала, чего сейчас хочется её партнёрше.

— М-м-м-м! — страстно мычала рыжая бестия, не в силах прервать поцелуя и набрать достаточно воздуха в лёгких.

Ада уже находилась на пределе и вот-вот должна была достичь оргазма, как вдруг почувствовала тычок сзади ниже поясницы. Глаза широко открылись, а вместе с тем рабыня залила фонтаном из своих соков всю одежду суккубы.

— О, всё же я тебе понравилась достаточно сильно. Или у кого-то слишком хорошая фантазия?

Демоница победно улыбнулась, даже не обращая внимания, что по ней стекают соки любви. А позади суккубы игриво двигался хвостик, который в последний момент постучался с чёрного входа.

— Вы… вы… — только и повторяла Ада, поправляя свою одежду и пряча грудь.

— Ой, ну я же даже не вошла в твою тёмную пещерку. Ты так резко дёрнулась, я даже не ожидала. Ты ещё не пробовала анальный секс?

— Оставьте свои демонические штучки себе, — уверенно произнесла Ада и поспешила покинуть третье испытание.

— Хоть бы спасибо сказала… — слегка обиженно с лёгким вздохом произнесла на прощанье суккуба, после чего прикрыла рот рукой. — Ой, какую-то ерунду я сейчас ляпнула. А впрочем, без разницы…

Внимание толпы тем временем оказалось прикованным именно к рыжеволосой бестии. По крайне мере уж мужской половины точно.

Может показаться немного странным, что мужчины, в том числе и взрослые, оказались настолько заворожены зрелищем двух развлекающихся девушек. Всё же в Эдеме сексуальные услуги били ключом из всех мест. Буквально каждое заведение от кузниц до магических лавок имели рабынь, которые оказывали особые услуги. В прямом смысле задачей работников являлось завлечь покупателя любой ценой. Они могли давать консультации во время покупки сложных артефактов, произведений искусства, а в случае желания клиента могли и ноги раздвинуть или наоборот присунуть, если гостем стала клиентка. Хотя и не обязательно клиентка…

Если же говорить о домашних рабах… Ну, Ланс точно знал, что и во многих других мирах аристократы спят со своими служанками. И это считается нормой, даже если аристократ обручен. Так что не стоит удивляться тому, что в Эдеме в умения прислуги входила не только уборка, но ещё и сексуальное удовлетворение хозяина. Так что почти всех рабов косвенно или прямо учили ещё и сексуальным навыкам. Исключением являются только всякого рода рудники. Туда всех подряд сгоняли, где рабы дохли через месяц, а порой и гораздо раньше. Хотя опять же, раб рабу рознь. Всё всегда зависит лишь от количества золотых в твоём кармане. Но важно понимать, что если условному алетису-мужчине нужна вещь, которая будет убирать его жилище, то этой вещью станет рабыня и выбираться она будет в том числе по внешним признакам.

Так вот именно блестящий металл и является ключевым фактором. Большинство зрителей могли позволить себе снять шлюху, даже элитную, если немного отложить монет. Но у большинства не хватало денег на ночь с суккубой, многие могли на них только смотреть. Потому что эти похотливые демоницы мало того, что могут менять свою внешность, так они ещё и ментальной магией владеют, что позволяет добиться необычайно мощного удовольствия. И как можно догадаться, суккубы тоже не так распространены, как люди. Так что таких разумных демонов в принципе мало, так ещё и нужна определённая раса, которую ещё тоже не помешает обучить. Плюс ещё нужно отличать демонов, скажем, Миоса от тварей преисподней. Первые разумные и адекватные, а вторые при малейшей оплошности убьют клиента, потому что они безумны и ведомы лишь грехом похоти. Технически демоны Миоса демонами вообще не являются, но вы знаете… эти крестьяне… они и вампиров демонами считают, как и всё что чуть-чуть отличается от нормы. В любом случае за час с суккубой приходилось отвалить прилично так монет, слишком прилично даже для некоторых представителей среднего класса.

Также стоит учитывать, что в отличие от других миров потребность в сексе здесь куда выше в силу культурных особенностей. Про целомудрие в Эдеме не слышали. Традиционного института семьи, со всем ранее сказанным в плане контроля рождаемости и перенаселения, в Эдеме тоже как такового нет.

Конечно, иногда свободные граждане сходятся и живут вместе. Они любят друг друга чистой и непорочной любовью, но в то же время многие устраивают походы по борделям, порой даже вместе. Это в Эдеме считается вполне нормальным, хотя Ланс слышал, что в других мирах это чуть ли не карается смертью и является ужасным поступком, изменой и предательством.

И Ланс честно пытался понять такие высказывания. Наверное, дело было в том, что в Эдеме рабов, как и шлюх, считают вещью. Ни один свободный гражданин не скажет что-то вроде «ты что, занялся сексом с ней/ним, это что раб лучше меня?». Это получается сравнение свободного человека с рабом. Полный бред. Отсюда сразу следует и вывод, что вот спать с другими гражданами уже считается не совсем нормальным, особенно если дело касается очень горделивых и обидчивых лариосов, способных в чём угодно усмотреть оскорбление чести и достоинства.

Однако стоит также учесть и то, что любовь в Эдеме являлась более высоким и чистым чувством, не имея особого отношения к сексу. И как раз бордели на каждом углу позволяли провести явную и чёткую грань между ударившими в голову гормонами и любовью. Здесь точно отличали удовлетворение своего животного инстинкта от любви, что в результате сказывалось и на проценте разводов. Он стремился к нулю, в отличие от миров, где семьи создаются по принципу у меня встал, значит это любовь на всю жизнь. После чего либо всю жизнь за это расплачиваются, либо в стране выходит под восемьдесят процентов разводов. Но не суть.

Так или иначе, многие граждане Эдема имели отдельный бюджет для своих сексуальных утех, наравне с расходами на еду. Поэтому, когда речь идёт о посещении борделей, стоит чёткой понимать: это не разовая нужда, а чуть ли не ежедневная потребность. И каждый день посещать лучших наложниц, пусть даже простых смертных, обходилось в круглую сумму. Так что спрос был даже на простых, необученных ничему девок весьма посредственной внешности. Такой вот Эдем.

Да и ночь с суккубой тоже удовольствие весьма и весьма дорогое. Для многих это действительно было роскошью. Так что наблюдение за демоницей на арене им понравилось. Тем более билет сюда стоит гуда меньше ночи с адской искусительницей, способной с помощью своей магии заставить испытать самые яркие эмоции. Ах да, не забывайте что самое сильное желание — отложенное желание. Шлюху каждый снять может, а вот некоторые этиамарии, пусть даже объективно по внешности хуже многих куртизанок, порой являются теми ещё недотрогами, с которыми предаться похоти можно лишь на праздниках лариосов, либо вообще их хозяин принципиально оставляет всё лучшее себе и ни с кем не делится. Такие дела.

— Ладно, Ланс… хорошо… ты меня убедил… тысячу даю за твою рабыню. — Контар Крурот уже изрядно выпил, да что уж, этот зверолюд конкретно нахлебался вина и уже поплыл. — Хорошая девка, сочная, как верно ведущий подметил… Что? Что я говорил? Твою ж, я забыл… Ах, да… Она неробкого десятка…

— Господин Крурот, не хочу вас обидеть, но я Дельдамионам отказал в продаже. А они предлагали в разы больше, — едва сдерживая свою усмешку, Бальмуар вновь ответил отказом.

— Ну и не надо. Не больно то уж и хотелось, — разочарованно ответил зверолюд, который то ли прикалывался, то ли уже белочку поймал: возможно и тысячи золотых у него нет. — Эх, так уж и быть. Из уважения к вам досмотрю выступление вашей рабыни, а потом пойду спать. Сколько там осталось бойцов…

Глава 32

— И у нас остаётся пятеро! Но кто же из них заслуживает носить имя⁈ — комментатор обращался к толпе. — О, я вижу вашу реакцию! Что уж, я тоже живу в этом городе и в курсе слухов! Многие из вас поспешно прозвали одну из никчёмных Рыжеволосой Бестией! Другие остались верны принципам и правилам! Но в любом случае сегодня мы узнаем, кто получит право называть признанным!

И с арены исчезли декорации, столь же стремительно, как и появились. Не осталось даже ловушек, лишь чистый песок и пятеро этиамариев. И все бойцы понимали, что лишь победой смогут заслужить право на имя и признание.

Однако никчёмные не начали сразу же убивать друг друга. Более того четверо начали окружать одну.

— Надеюсь, ты подготовил свою рабыню и к этому, — хмуро произнёс вдруг слегка протрезвевший зверолюд Контар. — Никто из них не одержит победы в честной дуэли. К тому же она забрала уже очень много внимания. Твоя рабыня главный конкурент и противник для каждого из них. Ты действительно хорошо обучил её, даже слишком…

На это Ланс ничего не ответил. Продолжая сохранять хладнокровие, аристократ молча наблюдал за тем, как его ученицу берут в кольцо. Сброд объединился, такого в Эдеме не происходило. Но теперь Бальмуар не в Эдеме, он в Саросе. И готовит он уже не лучших рабов, он пробивается со дна, где всё же немного иные правила. Здесь и был допущен просчёт.

Ада тоже уже поняла, что происходит. Мешая ненависть и презрение к своим противникам, рабыня продолжала стоять в центре арены. Ей не было страшно, страх уже давно ушёл. Девушка должна была умереть ещё там, на границе мира. Так с чего бы ей трястись от страха здесь и сейчас?

Рука сжалась на холодной рукояти. В ней не осталось места для жалости, сейчас шоу с забавными суккубочками резко превратится в кровавое сражение за жизнь, где нет никаких правил. Но пока она жива, ничего ещё не кончено. Четверо, десять, до хоть сотня врагов, каким бы отчаянным не казалось положение, сдаваться никогда нельзя. И даже если смерть неизбежна, то лучшее, что можно сделать, это гордо посмотреть вперёд и сделать всё, что от тебя зависит. Так её учил господин Бальмуар.

Вой толпы разрывает уши, в глазах противников смятение сменяется уверенностью. Их четверо, а рыжая рабыня вооружена бесполезным кнутом и мечом. Подобно волкам они кружили вокруг и уже почти решились на нападение. Это не отбросы, а настоящее воины, бывшие солдаты, также прошедшие отбор не по случайности, а благодаря своим силам.

Ада взглянула на солнце. Оно светило сегодня совсем иначе, сильно отличаясь от солнца в Эримосе. Где-то там в забытой богами деревушке живут её родные, которые так и не узнают, куда пропала их подруга, сестра, дочь. У Ады был дом, пусть и без магических приблуд, была работа, пусть за неё платили и медяками, рядом находилась любящая семья…

Взметнулась в небо пыль от молниеносного рывка. Убить самого слабого неожиданным нападением. Но перед вооруженным копьём этиамарием возникает ещё один противник. Все эти техники боя «один против толпы»… они работают только в тренировочном зале, разбиваясь о суровые реалии жизни. На деле же всё куда прозаичнее.

Мощный удар щита отбивает атаку рабыни, сразу же следует выпад копьём второго ублюдка позади. Лезвие пролетает в сантиметре от лица: тело рыжеволосой рабыни успевает уйти чуть в сторону. Нещадные тренировки в зале с наставником не прошли бесследно.

Сразу же со спины атакует ещё ублюдок с парными мечами. Ада опять делает пируэт, но она всего лишь смертная, а не неуловимый порыв ветра. Первый удар меча оставляет порез на боку, второй разрывает щеку.

Сразу же следует удар ноги с другого направления. Хрустнули рёбра, сознание укрывает боль, лишь ярость и ненависть помогает сохранять относительную чистоту ускользающего рассудка. Четверо ублюдков играют с ней, как с загнанным зверем. В их глазах нет азарта битвы, нет радости от происходящего, нет гнева, лишь мрачная решимость не стать проигравшим.

Новый выпад копья удалось заметить боковым зрением. Контролировать всю обстановку стремительного меняющегося поля боя — одно из главных правил, которое вбивалось в голову ученицы её наставником. Отточенным движением Ада отводит остриё в сторону, как делала много раз на тренировках. Отошла очередным пируэтом в сторону от атаки щитоносца, отшатнулась от двойного удара мечами. Она сделала всё идеально… Но удар сзади сбивает с ног, заставляя упасть лицом в пыль. Четвертый ублюдок всё это время наблюдает, выжидает и затем ловит лучший момент. И ты это не избежишь, ведь твои противники — воины, а не пьяный сброд, да и сам ты не архимаг, а такой же простой смертный, которому нечем нивелировать численность превосходство.

С трибун доносятся одобрительные крики. Всё же не всем слишком самоуверенная рабыня приходилась по душе. Многие считали её выскочкой, которая ничего не умеет и лишь волей случая смогла сюда попасть.

Ада пытается встать, но сразу прилетает новый удар в спину. Глубокий, но несмертельный порез, слишком быстрая смерть толпе не понравится. Нужно сначала поиздеваться, чтобы зритель утолил свои низменные пороки.

Боком девушка перекатилась в сторону от удара молотом, после чего собралась встать. Однако сразу же в лицо прилетел удар щита, после чего на песок вылетели зубы вперемешку с кровью. Губа рассечена, боль адская, алые реки так и льются, ведь внутри рта щёки и дёсны превратились в месиво.

Время почему-то замедлилось, вроде как на секунду рыжеволосая рабыня увидела себя со стороны. Может быть, она на мгновение потеряла сознание? Такой мощный удар должен был её оглушить, но то ли боль, гнев или может быть неугасаемое желание жить не позволило девушке упасть мордой в песок снова.

Ада еле стояла на четвереньках, меч она так и не выронила: Ланс жёстко и нещадно наказывал свою рабыню за каждую ошибку, особенно наставнику не нравилось, когда рабыня теряла оружие. Только вот мир вокруг всё равно оставался таким расплывчатым, шатающимся, а звуки будто находились где-то там… очень далеко. Начал появляться холод внутри.

В это время вперёд вышел этамарий с двумя мечами. Он лично хотел добить рабыню, однако наперерез ему вышел воин с молотом, жёстко отпихивая конкурента. Завязался нешуточный спор, который грозил стремительно перерасти в новый бой.

Этиамарий с копьём отошёл в сторону. Этого бойца Ада видела ещё в самом начале зимних игр, он пытался её убить в спину. Теперь же копейщик, планировал выждать, пусть придурки поубивают друг друга, после чего можно будет легко поставить точку в битве метким ударом. Хороший план.

Оставался ещё один враг, со щитом и мечом, на которого никто не обращал внимания. Ублюдок уже был к Аде ближе всех, подходя для последнего удара сзади-справа. Он думал, что рабыня не в себе, ведь та продолжает тупо смотреть вперёд пустым взглядом, пока кровь стекает по лицу, спине и рукам.

Но стоило ему только занести оружие для замаха, как Ада резко вскочила, попутно нанося удар мечом. Размашистая атака пришлась под правую руку с мечом, и чуть было не отрубила её. Лопатка оказалась раздроблена, но клинок остановился у ключицы.

Мгновенно бестия вытащила оружие, под алый фонтан из подключичной артерии. Сам же этиамарий потерял сознание и упал в стремительно разрастающуюся лужу крови. Ему следовало быть расторопнее.

Сразу же рыжеволосая бестия развернулась на сто восемьдесят градусов, встречать нового врага. И как раз вовремя. Глубокий выпад копьём должен был достичь собственной спины. Однако Ада ушла в сторону и перехватила левой рукой древко, после чего резко дёрнула на себя. И вот меч продырявил живот копейщика насквозь, после чего Ада резко рванула меч в сторону. Клинок прошёл под рёбрами и высвободился наружу, попутно превращая желудок в фарш. Даже затупившийся после прошлого не очень грамотного удара, меч всё ещё резал достаточно хорошо.

Новый резкий удар и рабыня разрубает копьё, беря во вторую руку часть древка с наконечником. В это время боец с молотом уже размозжил голову этиамария с двумя мечами. Он уже поворачивался, чтобы вернуться к добиванию рабыни, как получил сломанным копьём в бедро.

Сразу же Ада отпрыгнула в сторону, уворачиваясь от удара молота. Враг уже делал второй замах, но его тяжёлое оружие сильно уступало в скорости. Рыжеволосую рабыню же переполнял адреналин, смешавшийся в крови с желанием жить. Убойная комбинация, что пожирает последние ресурсы организма, но также позволяет выжить в самом аду.

Точный тычок в руку, пируэт и удар во второе бедро. После этого Ада начинает танцевать вокруг своего врага, обрушивая ливень ударов. Молот уже выпал из рук этиамария, всё тело покрывают глубокие порезы, кровь льётся рекой. Рабыня могла добить ублюдка в любой момент, но собиралась отыграться на нём за всех четверых.

Всё тело этиамария уже было изуродовано. Нос отсутствовал, уши тоже, с рук свисали куски плоти, из десятка ран сочилась кровь. Но он был ещё жив, стоя на коленях.

— Убей! Убей! Убей! — дружно скандировала толпа, которая снова быстро поменяла своё изменчивое мнение.

Ада занесла меч для последнего аккорда. Сталь сверкнула в лучах солнца, после чего за два удара голова проигравшего раба оказалась отделена от тела.

Толпа что-то кричала, раздавался голос комментатора. Ада хотела что-то выкрикнуть в ответ или покрасоваться, но дыхание становилось всё чаще. Лёгкие горели, начался кашель с кровью, рвотные позывы было всё труднее сдержать. Мир вокруг снова заходил ходуном, а адреналин уже не помогал справиться с последствиями. С трудом рабыня доковыляла до ворот под трибунами, после чего отрубилась.

— Хм, а что… неплохо получилось. — Зверолюд пожал плечами. — Что же, теперь я понимаю почему вы были так спокойны. Пусть вы совсем недавно в нашем ремесле, но должен признать… вы её хорошо натренировали. Я помню её первое сражение. Да, она неплохо показала себя, но… С того времени сколько прошло? Два месяца или чуть меньше? Чуть больше? Не суть. Это огромный прогресс. Вы настоящий мастер, Ланс. Если хотите я могу вам предоставить всё необходимое для подготовки новых рабов. Я как раз хотел открывать новый…

— Благодарю за предложение, но у меня другие планы. Всего хорошего, мне нужно идти, — вежливо отчеканил господин Бальмуар, после чего покинул трибуну.

Контар Крурот пусть и был пьян, но от его взгляда ничего не укрылось. На протяжении всего сражения зверолюд наблюдал за боем, отмечая отточенные движения рабыни. Лансемалион Бальмуар явно являлся превосходным бойцом, это было очевидно после той истории с кланом «Вой». Однако, что важнее, этот человек явно являлся и отличным ментором. Он знал, как убить врага и знал, как этому обучить.

И чёрт побери дураком Контар Крурот никогда не был. В чудеса он тоже не верил. Недавно в Эдеме прогремело крайне неприятное происшествие с известным родом Торвандори. Высшая аристократия как обычно что-то там не поделила и устроила резню. И тут появляется какой-то гладкокожий из трущоб. Фрак, трость, осанка, поставленная речь и просто невероятно гордый взгляд человека, который, такое ощущение, легко может решить любую проблему. О нём никто не слышал, но одно его клеймо явно стоит целое состояние. Его никто не знал, но вот первый же раб этого этириданоса в считанные месяцы получает признание и право на имя. И пусть интеллект зверолюдов другие виды ставят под сомнение, но здесь всё поймёт даже огр.

А ещё Контар Крурот заметил хладнокровие и уверенность господина Бальмуара. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Даже когда его рабыня стояла на коленях и в грязи, получая удар за ударом, Лансемалион ни капли не изменился внешне.

— Эх, как бы чего дурного ни случилось… — Контар тяжело вздохнул и поднялся на ноги.

Поправив свою одежду, слегка вздрогнув, зверолюд начал стремительно трезветь, приводя в активность механизмы первичного перевоплощения. Облик предков он не примет, лишь ускорит метаболизм. Ведь пора бы уже начать работать, а не пропивать деньги. Глядишь и рабы тоже начнут больше монет приносить.

Контар Крурот немного вдохновился чужим успехом. Поэтому бросив последний взгляд на сидения своей трибуны, зверолюд ухмыльнулся и отправился домой.

Сразу же прибежал раб, который начал убирать пролитое на сидение вино. Ещё и шерсть после зверолюда осталась. Но месту рядом досталось куда больше. Подлокотники были покрыты трещинами и стоило к ним прикоснуться, как те сразу же развалились в труху.

Глава 33

— Мне уже правда лучше, хозяин.

— Я запрещаю тебе вставать. Лежи и исцеляйся. Служитель Аенора сказал минимум ещё три дня вообще не двигаться.

— Но мне лучшее, намного, честно-честно…

— Нет, — Ланс был непоколебим и непреклонен в этом вопросе. — Если старые раны вновь откроются, опять придётся звать мага жизни или света, а их услуги слишком дороги.

— Само бы зажило.

— Ты так говоришь, потому что тебе сразу же дали обезболивающее, которое ты до сих пор принимаешь. Если хочешь, то проверь, что будет если ты пропустишь одну дозу.

— Не буду, хозяин. — Ада прекрасно понимала, что господин Бальмуар как всегда прав. — Просто я уже устала от постельного режима.

— Потерпи.

— Хорошо, — смиренно согласилась рыжеволосая рабыня.

Ей действительно сильно досталось. Одно ребро оказалось сломано. Осколки поразили органы брюшной полости. Удар мечом меж лопаток рассёк кожу, пришлось даже швы накладывать. Новые зубы тоже ещё не прижились, а сам этот процесс, пожалуй можно назвать самым болезненным. Ведь заготовки буквально прорастали, после чего начинали срастаться с нервами.

Но самым опасным оказался, пожалуй, удар щита в голову. Кровоизлияние в мозг закончилось бы для Ады смертью в считанные минуты после конца боя. Благо опытные целители могли и с того света достать. К тому же девушка оказалась куда крепче, благодаря своей эльфийской крови.

Магом её пока что назвать конечно нельзя, но физиологические возможности уже выше, чем у простого смертного человека. Второе нефизическое сердце тоже сейчас пробуждается и начинает бороться за жизнь. Да и без второго сердца, хлипкой девушку назвать нельзя, так что организм выдержал введение токсичных препаратов. К тому же мастер школы света из ордена Ароса лично руководил процессом, облегчая процесс исцеления, попутно помогая и магией. Ещё бы не помог, за такие-то деньги… Почти что все сбережения пришлось отдать. Хотя десяток золотых сбережениями язык не поворачивался назвать. А пятнадцать Ланс ещё должен. Ещё часть покрыла страховка арены. Услуги целителей дорогие.

Впрочем, выплаты за выступление Ады в зимних играх всё покроют. Плюс отдельно прилагалось поощрение за титул признанницы. К тому же этириданосам полагается частичная компенсация за издержки, за смерть раба или его ранения. Плюс Ланс ещё поднялся на ставках. Хотя придётся ещё заплатить чёртовым бюрократам за оформление новых документов на раба из-за полученного титула. Да и налоги нужно заплатить.

Но в целом финансовое положение улучшилось и стало стабильнее. Тем более теперь Ада будет приносить ещё больший доход. Она больше не никчёмная. Отныне рабыня признанный этиамарий арен Сароса.

— Так… с ментальным телом у тебя всё в норме. Это хорошо. Чары держатся, физические раны тоже, собственно, заживают. Но даже не думай из постели вылезать. Резко встанешь, давление сразу повысится, какой-нибудь тромб оторвётся и…

— Я поняла, хозяин.

— Ладно, отдыхай. Пойду деньги заберу за твою победу. Если успешно исцелишься — получишь подарок.

— Какой, хозяин?

— Не знаю, обсудим этот вопрос после исцеления. Так что лежи и думай над вариантами.

Ланс дополнительно замотивировал свою рабыню на исцеление и со спокойной совестью покинул комнату.

На лестнице аристократ встретил Зайчиху, которая сразу же поклонилась. Она носила еду для больной, а ещё не давала Аде совсем уж завянуть со скуки. По началу рыжеволосая рабыня немного бесилась присутствию лопоухой зверолюдки, но потом привыкла.

— Ланс, дружище! — стоило аристократу спустится, как его сразу же окликнул Вульф и жестом попросил подойти.

— Что такое? — уже у стойки спросил господин Бальмуар.

— Вот, — владелец «Золотого окуня» поставил перед собой увесистый мешочек с монетами. — Клан «Вой» уже не мешает, а дела без их вмешательства начали идти в гору. Так что…

— Не нужно, я помогал тебе не из-за денег.

— Эх, ожидал что ты так ответишь, — понимающе кивнул зверолюд. — Что же, тогда о еде и жилье можешь не волноваться. И даже не спорь, брать с тебя денег я просто отказываюсь.

— Благодарю, буду иногда заглядывать к вам.

— Заглядывать?

— Я уже подбираю личные апартаменты. Цены, конечно, как всегда, кусаются, но скромную квартирку мой бюджет уже потянет. Ада стала признанным этиамарием, мой доход, следовательно, тоже увеличился как в моменте, так и на дистанции. Не пойми меня неправильно, у тебя хорошая таверна… но… это таверна. Я изначально рассматривал это место лишь как временное жильё.

— Понимаю, просто не думал, что ты так быстро съедешь… Условия у меня действительно не самые лучшие, хотя вот второй этаж к водопроводу городскому подключу, но… комнату в таверне и личные апартаменты сравнивать не стоит, — с досадой признал Вульф, почёсывая свой волчий затылок. — Но… хоть деньги тогда возьми.

— Не хочу осквернять свой поступок корыстным мотивом. Придёт время, сочтёмся.

— Да… только вот… как я смогу пригодиться? Ты явно не так прост, как кажешься. Ещё вчера вылез из трущоб, а сегодня уже будешь арендовать личные апартаменты. Идёшь вперёд семимильными шагами… Не передать сколь мал тот шанс, что когда-нибудь тебе понадобится помощью какого-то тавернщика из нищего квартала Сароса.

— Как знать, Вульф. Когда-то я не думал, что окажусь здесь… Жизнь всегда удивляет, а Повелительница Судеб готовит самые странные пути.

— Это верно, — вздохнул совсем поникший зверолюд. — Можно ещё вопрос? И я хочу услышать на него прямой и правдивый ответ.

— Смотря какой вопрос.

— Почему ты мне помог, если даже ничего не хочешь взамен? — Вульф всё ещё не верил в слова аристократа и его можно понять: Эдем довольно гнилое место, несмотря на чистые улицы с подогревом. Сама суть мира берёт начало из потворства низменным инстинктам смертных. Редко здесь протягивают руку споткнувшемуся, скорее в спину ногой пнут, да переступят.

— Хм… Знаешь, мой отец был очень мудрым человеком. И он верил, что самое важное в жизни смертного — принципы, идеалы и убеждения. Многим это покажется нелогичным, глупым и даже наивным. Всегда проще идти по головам, врать, лицемерить и предавать. Зачастую такие живут дольше всех. И я даже могу это понять, но… обычно мотивы таких людей крайне приземлённые и глупые. Деньги, власть, сохранение собственной шкуры. Это логично, это рационально, это выгодно. Будучи ребёнком, я даже как-то заявил, что это правильно. Тогда отец спросил: «А в чём тогда твоё отличие от животного?». Ведь все эти желания берут начало из примитивных инстинктов. Зачем тогда нас создали Творцы? Разве смертные не могут быть чем-то большим, нежели вечно плодящийся и думающий лишь о себе скот? И ведь в отличии от животных, у нас есть сознание, позволяющее сделать выбор. Мой отец как раз считал, что мы способны на нечто большее, нежели быть этими животными с чуть большим уровнем интеллекта. Он объяснил мне свои принципы, свои идеалы и свои убеждения, после чего я многое перенял для себя. Поэтому я, как и мой отец убеждён в том, что нет ничего плохого в помощи хорошему смертному. Я видел, как ты тайком подкармливаешь Аду, накладываешь ей большие порции, после особо тяжких тренировок. Я вижу, как ты обращаешься со своими рабами. Многие упиваются собственной властью, она пьянит их и кружит голову, заставляя пробуждаться самые низменные пороки. Ты же всегда следишь за своими рабами, они чисты, сыты, спят в тепле, вряд ли когда-то пытались сбежать. Как хороший хозяин, ты следишь за своими вещами, а не срываешься на них из-за собственной некомпетентности. Поэтому одна из твоих рабынь и подошла ко мне. Зайчиха… кто мог ожидать, что зверолюдка самой трусливой расы решится на такой смелый поступок? И пусть у тебя волчья пасть, тело покрывает шерсть, а конечности заканчиваются когтями, но видит Этий человечности в тебе больше, чем в большинстве моих сородичей. Поэтому я тебе и помог, потому что считаю, что так правильно. И никаких скрытых мотивов здесь нет. Хотя, пожалуй, стоит снизить градус пафоса. Всё же для меня особых рисков не было. Я не шёл ни на какие жертвы, лишь потратил немного личного времени. Так что и цена моему поступку не такая уж и большая.

— Но не для меня. Я этого никогда не забуду. Если что-то случится…

— Не надо слов… — Ланс по-дружески положил руку на плечо Вульфа и даже улыбнулся.

Эдем существует очень давно. Это мир держится на пяти нерушимых столпах: духовенство несущее слово Этия, благородная аристократия, которая всегда готова встать на защиту принципов и идеалов Эдема, невидимая рука Гильдии, оберегающая традиции, а также свободные граждане и их рабы.

Всё вместе это и позволяет существовать Эдему на протяжении не веков, не эпох, не тысячелетий, а целых эр. Но оправдать своё название этот мир так и не смог. Аристократия надменна и порочна, свободные граждане поголовно эгоистичные гордецы, духовенство не знает пощады и жестоко карает за любую ошибку, а Гильдию не интересует жизнь рабов, да и свободных граждан тоже, пока проблемы не начнут обладать массовостью, тем самым начать угрожать мнимой стабильности.

Эдем никогда не двигал прогресс вперёд, лишь следовал за ним по пятам, почти всегда получая знания не путём исследований, а допросом тех или иных попаданцев из других миров. Свободные приписывали себе чужие знания, патентовали чужие изобретения, ведь поступать иначе не было нужды.

Что уж говорить, сам Эдем являлся центром удовольствий, всевозможных наслаждений и ничем более. Большинство здесь стремилось не к каким-то высоким целям, а к получению большего количества монет, которые позволят вкусить запретный плод.

И, наверное, единственная настоящая причина почему Эдем существует в таком виде до сих пор — его полная изоляция от других миров. Сюда не придёт гигантская армия соседнего государства, отсюда нельзя сбежать в другое королевство. Свободно приходить сюда могут только некоторые боги и сущности, большинство же высших являются по приглашению, после чего также отдаются порокам.

Никому и никогда не удастся этого изменить. Многие пытались, некоторые пытаются, ещё больше попытаются. Но Эдем как стоял, так и будет стоять. И каждому попавшему сюда остаётся либо принять правила, либо умереть.

Глава 34

— Как самочувствие?

Постельный режим Ады уже остался позади. Однако рабыня ещё полностью не восстановилась. И если Лансу это было очевидно, то вот девушка поняла этот факт только после отмены части алхимических препаратов, в частности обезболивающего.

Первые дни Ада действительно чувствовала себя довольно хорошо. Но стоило прекратить пить зелья и вернулись неприятные симптомы, к которым добавилась серьёзная интоксикация организма. Да, благодаря магии удалось достичь огромного прогресса во всех направлениях. Водопроводы, отопление, многоэтажные здания и относительно доступная медицина — всё стало возможно благодаря магии, её научному ответвлению.

Однако серьёзные травмы требовали чего-то большего, чем два-три смешанных корешка. Зелья позволяли многократно усилить смертного, даровать ему силу на краткий срок, исцелить от ран, но имелась также и закономерность между токсичностью и эффективностью. За всё нужно платить.

Сильный маг может легко позволить себе выпить множество склянок, сделав свою кожу крепче камня, повысив регенерацию многократно и увеличив свой магический ресурс. Если же это зелье выпьет смертный, то отправится к Этию в следующие же мгновения: сердце просто откажет, если не откажет сердце, то накроется печень, если не печень, то поджелудочная или почки.

Таким образом даже после самых ужасных ран, когда в груди три копья, а руки и ноги отрезали, сильный маг сможет выкарабкаться. А вот простой смертный или слабый волшебник — нет. Даже если сильнейший маг света окажется рядом, то слаборазвитое и затухающее ментальное тело простого смертного либо будет глухо к исцеляющим чарам, либо разорвётся от перенапряжения и приведёт к смерти ещё раньше. Всё зависит от мага и его аккуратности. Конечно, какой-нибудь архимаг сможет ювелирно, ничего не сломав, собрать хрупкое ментальное тело даже какого-нибудь слабого зверька. Только маги таких уровней не работают целителями для простых смертных. Да и у простого смертного никогда не хватит денег на такие услуги.

В общем магия действительно решала много проблем, благодаря ей продолжительность жизни всех смертных существенно увеличивалась. Но панацеей от всех проблем она не являлась. Всё ещё мир полон опасностей от ужасных магических тварей, способных стирать с лица земли королевства, до какого-нибудь нового мутировавшего из-за магических экспериментов вируса. Хотя имелись также и направления медицины, в основу которых не ложилась магия.

Но в любом случае Аде повезло. Во-первых, она выжила. Во-вторых, скоро рабыня начнёт развивать своё ментальное тело, что соответственно укрепит и физическое тело.

— Чувствую лёгкую слабость, в остальном всё в норме.

После того как Аде было разрешено вставать с постели, она всё время проводила в таверне. Девушка даже не пыталась куда-то выходить и не просилась на прогулки. Более того, рабыня сама часто предпочитала проводить весь день в кровати. Но сейчас ей уже становилось получше.

— Хм… Ладно, тренировки отложим ещё на неделю.

— Как скажете, хозяин.

— Ты уже решила, что хочешь в награду за победу?

— Ну… — Ада обрадовалась, но сразу же немного замялась.

— Говори, — Ланс уже был готов ко всему.

— Я не совсем знаю цену тому, что прошу… Может быть это слишком дорого или невозможно…

— Говори уже.

— Во время уроков вы много о чём мне рассказывали. Эдем стоит с самых первых времён, его великие стены никогда не знали осад. Гильдия тоже чуть ли не ровесница Эдема. Города исчезают, королевства оказываются в руинах, империи распадаются, даже целые миры уходят в прошлое вместе с целыми видами смертных. Сменяются даже Владыки Тьмы и Света, но Эдем стоит. Он застал всех и переживёт каждого, а значит и знает об истории лучше других. Да, он в изоляции, но сюда попадают смертные со всех миров. Они делятся и рассказывают, а куда-то всё это записывается. Если это возможно, я бы хотела получить какую-нибудь книгу, где рассказывается о прошлых эрах или хотя бы о начале текущей. Для Эримоса те времена закрывает пелена тьмы, наверное лишь сильнейшие архимаги могут похвастаться подобными знаниями или эльфийский правитель Кеенора, король-дракон, чей род по слухам лично застал даже древних драконов.

Ланс молча выслушал просьбу своей рабыни, после чего задумался. Аристократ уже готовился встречать свой пятый век по календарю Эдема (не надо путать с единым календарём). Осталось всего лишь каких-то восемь лет, и вот позади половина тысячелетия.

За свою жизнь Ланс повидал многое, а через его руки прошло какое-то безумное число рабов. Каждый из них добивался успехов, они радовали толпу на великих аренах городов и выступали даже в самом Эдеме под снисходительным взором Этия и пристальным взглядом духовенства. Каждый заслуживал одобрения и поощрений.

Рабы просили в награду деньги, свободное время, одежду, украшения, артефакты, экзотичных питомцев, просто шлюх, но Ланс не помнил, чтобы кто-то просил в награду знания. Хотя ничего удивительного в этом не было. Ведь даже многие учёные, попав в этот мир, быстро забывали о своём прошлом. Деятели науки поддавались соблазну, ведь запретный плод здесь доступен каждому. Эдем очень умело развращает любого, а смертные и рады…

— Если это слишком дорого, то я понимаю… — вновь заговорила Ада, вырывая хозяина из раздумий.

— Книгу о прошлых эрах дать тебе я не могу. Вряд ли у меня хватит денег её купить, даже если я найду продавца, — честно признался Ланс. — Да и ни один фолиант не уместит в себя столько информации. Но есть кое-что другое. Одевайся.

Аристократ спустился вниз, подождал рабыню, после чего направился уверенным шагом по тесным улочкам Сароса. Путь пролегал к самому центру города.

Снег хлопьями сыпался с неба, но сразу таял, ведь дороги здесь обогревались. Люди сидели в ресторанах и вели светские беседы не о чём. Буквально за соседским столиком под столом могла находиться рабыня, которая обслуживала очередного клиента. Никто не обращал на это внимания, это считалось нормой.

Снаружи богатых магазинов стояли разодетые как игрушки рабы с плакатами. Некоторых слегка прикрывала одежда, другие и вовсе могли быть голыми несмотря на погоду. На площади порой выгоняли невольников для общего пользования. Кто угодно мог подойти и плюнуть в лицо стоявшего на коленях раба, мог ударить и даже убить. И Ланс точно знал, что такая участь ещё не самая худшая. Смертные в Эдеме дошли в своих пороках до предела.

Огромный бордель возвышался над другими зданиями и пестрил красками. Его посещала как высшая аристократия, так и обычные свободные граждане. Монеты текли здесь рекой, статуи из чистого золота в полный рост красовались на входе. Владелец сего заведения наверняка мог бы быть самым богатым смертным Сароса.

— Почему вы остановились, хозяин?

— Мы пришли.

Ада сначала сильно удивилась, после чего лицо исказило искреннее непонимание происходящего. В какое-то уж очень странное место привёл её господин Бальмуар. Но может быть Ланс привёл рабыню не в бордель, а в этот магазинчик рядом? Но там же продаётся только крайне развратные одеяния для наложниц.

— Господин Бальмуар… — Ада уже хотела было что-то сказать, но не успела.

Аристократ развернулся и направился прямо в сторону главного входа в бордель. Это здание было чудовищного размера и занимало огромный участок улицы. Обитель похоти монолитной стеной протягивалась по улице, привлекая к себе всё внимание яркими вывесками, стонами и просто распутными девицами, что всеми силами пытались завлечь случайных прохожих. Невозможно пройти мимо и не зайти.

Но Ланс внезапно остановился у неприметной серой двери. Она терялась в общих красках, Ада её даже не заметила, хотя никаких чар, да и цвет двери очень контрастирует, если приглядеться. Аристократ толкнул незакрытую дверь, после чего направился в тёмный туннель. Рабыня удивилась, хотела задать много вопросов, но продолжала молчать и следовала за хозяином.

Через метров двадцать туннель закончился и Ада вышла в запущенный внутренний двор. Внушительных размеров участок как оказалось был скрыт за сетью борделей. Попасть в него можно было лишь через этот туннель, который пролегал под развратными заведениями. Здесь не светили магические фонари, кусты и деревья давно заросли, а дорожная кладка, покрытая слоем снега, требовала замены после веков эксплуатации. И пусть внутренний двор был окружен другими зданиями, Ада не могла увидеть ни одного окна. Лишь монолитные серые стены, взявшие в тиски это явно позабытое место.

Но ещё печальнее выглядело здание в центре этого внутреннего двора. Казалось, будто оно застало создание Сароса. Хотя скорее всего за ним просто не следили.

— А почему оно здесь, хозяин? Я имею в виду почему…

— Когда-то бордель занимал куда меньше места, — кратко ответил Ланс, после чего направился прямо ко входу.

На входе внутрь загадочного здания чем-то напоминающего особняк, стояли две горгульи. Магические существа обвели взглядом смертных, после чего грустно заскрипели конечностями, приглашая гостей войти.

Ланс уверенно толкнул тяжёлую дверь, после чего вошёл внутрь. Вместе с тем порвалась и паутина, поднялись облака пыли, после чего раздался шум тяжёлых шагов.

— Не передать словами, как я рад видеть гостей, — проскрежетал неестественно странный голос и раздался чудовищный лязг: двухметровый созданный по подобию человека голем неуклюже поклонился. — О, господин Гра…

— Зови меня Лансемалион Бальмуар.

Хранитель пристально смотрел на аристократа долгие секунды. Он не совсем понимал происходящего, но вскоре пришёл к правильному выводу. Всякое могло произойти, раз аристократ хочет называться новым именем, пусть так и будет.

— Как пожелаете. Чем могу быть полезен?

— Проведи экскурсию для моей рабыни.

— Хорошо. А чего желает сам господин Бальмуар?

— Я посещу западное крыло.

— Быть может…

— Нет, ничего не нужно. Я сам.

И аристократ направился по хорошо знакомым коридорам. Рабыня же осталась наедине со странным големом.

— Что вас интересует, любезнейшая? — вежливо произнёс хранитель, который будто предпочёл забыть, что общается с рабом.

— Я хотела узнать об истории… О прошлых эрах, если это возможно.

— Конечно, пройдёмте, — проскрежетал голем и направился по коридору.

Голем направился прямиком к центру здания, после чего вместе с рабыней опустился вниз на шарообразном лифте. Внизу блуждания по подземным коридорам продлились долгих десять минут, после чего Аду провели в гигантское помещение.

Пьедесталы и витрины со скрижалями, книгами и самыми разными предметами. Здесь находились картины, на которых запечатлены сражения высших, скульптуры всех Владык Ароса и Миоса, древние артефакты. Но внимание притягивал огромный камень, на котором гигантскими когтями древние драконы нанесли целую историю, в центре которой красовалась белая башня, чей верх скрывался в небесах.

— Ух ты… — заворожённо произнесла Ада, неуверенно проходя мимо пьедесталов. — Сколько же здесь всего… Я даже конца помещения не вижу и потолок… Неужели это звёзды?

— Да. Таким видят ночное небо жители Эримоса, — со странным акцентом проскрежетал голем. — Здесь находятся многие реликвии прошлого, правда почти все из них подделки или копии. Но историю изучать можно и по ним. В нашем музее хранятся знания обо всех эрах. Если вас интересует какая-то конкретная эра, можем пройти в соответствующие залы.

— Признаться я ничего не знаю даже о нашей пятой эре, что уж про другие говорить…

— Незнание не является чем-то постыдным. Стыдно не желать узнавать что-то новое, — ободряюще ответил хранитель. — Сейчас идёт пятая эра. Названия она пока что не получила. Началась пятая Эра две тысячи двести семьдесят три года назад по единому календарю. Её начало связано с концом Священной Войны двух великих пантеонов Совета: Арос и Миос, Свет и Тьма.

— Да, я слышала об этом. Я ходила в храм Ароса. Владыка Света Аенор одержал сокрушительную победу над своим главным врагом Мириосом. Но вместо убийства Владыки Тьмы, он предпочёл протянуть руку поверженному врагу. Проявив неслыханное милосердие к извечному противнику, Аенор разорвал порочный круг и привнёс в Совет баланс. На зло завистникам и радикально настроенным богам обоих пантеонов, он вопреки всему даровал Мириосу прощение, придав порицанию грехопадение обеих сторон, застав ответить перед Законом даже собственных союзников.

— Абсолютно верно. Война, историю которой наконец-то написали не победители. Теперь пятая эра вполне может получить название «эры мира». Ведь у Мириоса тоже хватило сил избавиться от гордыни и жажды мести. Правда не все тёмные забыли войну, считая поражение позором. Как и не все светлые позабыли боль утрат…

— А что про остальные эры?

— Четвёртая носит название эры Тьмы. Пантеон Миоса в тот промежуток времени оказался сильнейшим пантеоном Совета. Он диктовал правила и расширял своё влияние всё дальше, угрожая балансу. Другим богам это не нравилось. Так что Священная Война стала закономерным итогом эры Тьмы. Во многом своим возвышением пантеон Миоса также обязан прошлому. Третья эра, эра Богов. Тогда Совет принял знакомые сегодняшним смертным очертания. В войне возвысились как раз тёмные, внёсшие самый большой вклад. Ещё раньше, когда боги не имели такой власти, миры населяли древние, а современные смертные виды ещё нескоро появятся. Однако многие древние пали в войне с богами. Эра драконов, названная в честь самых сильных существ на то время, закончилась тоже войной… войной богов с древними. Боги победили, Совет стал править мирами и всей ойкуменой. Древние драконы исчезли, вместе с другими колоссальными существами, власть Четырёх пошатнулась. Так закончилась вторая эра, эра драконов.

— А первая эра?

— О, первая эра носит названия спокойствия.

— Благодаря Творцам?

— Хм… точно говорить о тех временах нельзя, ведь это уже миллионы лет… Но есть ещё нулевая эра. О ней известно меньше всего, это времена, когда Творцы ещё только создавали звёзды и планеты. Однако потом они решили уйти. Говорят, что они создали нечто неподвластное даже их собственному пониманию. Своих детей. Они были чем-то похожи на нас. Только их сила позволяла им создавать луны и даже планеты, кто-то верит и в то, что им под силу создавать целые галактики… может даже вселенные, но это не совсем похоже на правду.

— Боги?

— Не совсем. Боги в сегодняшнем понимании не имеют с ними ничего общего. Более того, сегодня даже смертный может стать одним из членом пантеона высших. Младшим богом. Но есть также Старшие. Чёрный Кузнец или Хария, рождённые не из плоти, они являются воплощениями тех или иных сущностей мироздания. Как раз они и являются прямыми потоками Творцов, следовательно существуют с нулевой эры. Но зачастую им нет дела до Совета. Они выше этого, как были выше и те, кто их сотворил.

— Как много информации… Даже как-то сложно всё это воспринять…

— Это верно.

— А Этий же тоже получается Творец? Он тоже ушёл или остался в Эдеме?

— Этий один из Творцов. На второй вопрос я ответить не могу. Ведь те, кто способен создавать вселенные, вполне может просто не хотеть, чтобы мы о них знали. Быть может они действительно ушли, быть может они скрытно наблюдают, как знать…

— А что ещё известно про Творцов? Это как Владыки Света и Тьмы, но могущественнее?

— Владыки Света и Тьмы не являются творцами. Творцы это сами Арос и Миос. Сам Свет и Тьма, Щедрость и Жадность, Порядок и Хаос, Определенность и Неопределённость, Уверенность и Сомнение, Решение и Проблема… Список можно продолжать очень долго, но всегда они в паре и никогда не утихает их спор.

— Не понимаю…

— Не всё сразу. Всё приходит со временем, в том числе понимание, пусть и часто опаздывает, — доброжелательно улыбнулся хранитель. — Я тоже многого до сих пор не понимаю.

— А почему у вас такой странный акцент? Вы как-то слова совсем иначе произносите.

— Верно. Ваш язык не мой родной, пусть я и был когда-то человеком.

— Вы были когда-то человеком?

— Верно. Чуть больше двух с половиной тысяч лет я попал в Эдем. Проводил десятилетия в общении со своим хозяином, упорядочивал его библиотеку, но время моё подходило к концу. Мой организм создал проблему. Тогда мой хозяин предложил мне решение. Правда я лишился чего-то в момент переноса. Долго мучался вопросом: кто я… Наверное лишь тень прошлого себя. Многое я уже забываю, но стоит лишь закрыть глаза… Я как сейчас вижу свой родной город, торговые суда в богатом порту, выступления философов и щиты храбрых воинов, на которых изображена сова. И ночное небо… — голем указал на потолок, где иллюзия приняла другой вид. — Ни одной из этих звезд я больше никогда не увижу снова, столь далеко мой мир.

— Ух ты… А на что похож был ваш мир?

— О, не столь сильно отличался от так называемых миров Совета. Одежда немного иная, архитектура и культура со своими нюансами, но смертные везде одинаковые…

— А расскажите больше?

— Если желаете. Время у нас ещё есть.

Ада провела в разговорах с хранителем долгие часы, пока на улицы Сароса не опустилась темнота с новой порцией снега. Она получала ответы, которые создавали лишь больше вопросов. Хотелось провести здесь чуть больше времени, но пора было закруглятся.

— Ваш хозяин ждёт вас уже два часа, — вежливо напомнил хранитель, который видел каждый угол гигантского музея.

— Верно. Наверняка ваше время стоит очень дорого, — опомнилась рабыня.

— О-о-о… нет. Экскурсия абсолютно бесплатная.

— Бесплатная? Но…

Ада внезапно замолчала, так и не озвучив свой новый вопрос. К девушке вдруг пришло то самое вечно опаздывающее понимание. Теперь становилось понятным, почему здание такое заброшенное, почему здесь нет других посетителей, почему никто не знает об этом проходе. И дело не в чарах, и не в магии…

— А добровольное пожертвование можно сделать?

Рабыня извлекла из кармана золотой. Кто-то выронил или бросил его с трибуны вовремя одного из выступлений. Деньги в результате собирали и передавали победителю или победителям. Ада хотела отдать его хозяину, но тот отказался. Это была награда от зрителя для этиамария. Куда деть деньги рабыня не знала, всем необходимым её обеспечивал хозяин.

— Это немного, но большего у меня нет.

— Благодарю вас, любезнейшая, — как-то совсем неловко хранитель принял золотой и ненадолго застыл. — Я проведу вас к господину То… господину Бальмуару.

Ланс встретил свою рабыню в главном холле, после чего попрощался с големом.

— Что-то не так? — уже снаружи спросил аристократ. — Неужели хранитель не смог ответить на твои вопросы?

— Нет, дело не в этом… Просто грустно как-то стало…

На это Ланс ничего не ответил. Он прекрасно понял, что сейчас у Ады на душе по одному лишь тону.

— А это место всегда было таким? — спросила рабыня уже на оживлённой улице.

— Почти всегда.

— Но почему? Почему место с такими знаниями стоит заброшенным, скрытым за этими глупыми яркими вывесками? Почему все эти… эти… несут баснословные суммы во всякие бордели? Почему за какую-то бесполезную игрушку, тряпки и безделушки отдают сотни монет, а на экскурсии к хранителю даже бесплатно не ходят? Это только здесь? Может в Акероне по-другому? Или в сердце Эдема?

— Боюсь, что нет, — тяжело вздохнул Ланс и покачал головой. — Не знаю, как так получилось, но смертным действительно почему-то важнее потрахаться, вкусно пожрать, понтоваться новыми бесполезными, но дорогими игрушками, чем узнать об истории хотя бы собственного мира… Хотя бы за прошлый век… за прошлое десятилетие… Но справедливости ради должен заметить, что в других мирах ситуация немногим лучше. Между выбором бесплатного посещения музея или бесплатной выпивкой в баре, большинство выбирает второе. Но всегда есть исключения, даже в захлёбывающемся в гордыне, лицемерии и разврате Эдеме.

— Всё равно грустно… Почему бы раз в неделю, не выделить час времени для чего-то большего, нежели глупого потребления? Неужели это так сложно?

На это Ланс ничего не ответил. Он и сам часто задавался этим вопросом. Но, видимо, для многих это действительно слишком сложно.

Глава 35

— А мы к ним будем ещё заходить, хозяин? — спросила рабыня, перехватывая ручку чемодана поудобнее.

— Как знать. — Ланс пожал плечами. — Всё зависит от свободного времени, которого вряд ли будет много. Нам предстоит многое сделать.

Ада ещё раз обернулась. Вывеска «Золотого окуня» уже находилась почти в конце улицы и была еле видна, но под ней всё также продолжал стоять зверолюд, который наблюдал за уходящим аристократом. Вульф даже всех своих рабынь собрал, чтобы проводить своего лучшего клиента.

Ада попала в этот мир совсем недавно, меньше полугода назад. При этом первый свой месяц девушка провела в трущобах. Не так уж долго рыжеволосая рабыня жила и в таверне, но всё равно успела привыкнуть.

Тем более «Золотой окунь», как и его владелец, сильно выделялись на общем фоне Сароса. Все в Эдеме стремились к личной выгоде, удовлетворению своих желаний и амбиций. Несмотря на все эти украшенные улицы и дороги с подогревом, Эдем отдавал холодом безразличия. Из рабов же и вовсе выжимали всё до последней капли. Рабовладельцев волновала лишь прибыль. Это Ланс рассказывал Аде много раз, но лишь сейчас девушка начинала понимать всю суть этих слов.

Рабство существовало и в Эримосе, многие королевства родного мира полуэльфийки продавали людей. Иногда рабам давали чуть больше прав, они становились смердами, крепостными, чернью. Но в любом случае их жизнь чего-то да стоила. В Эдеме же могли просто выкинуть на съедение волкам сотню рабов. Просто ради потехи, веселья и зрелища. Что уж говорить, бытовала практика разделки рабов на мясо, которое потом употреблялось в пищу. Рабов было настолько много, что их порой не знали куда девать. Некоторые отморозки покупали за бесценок девиц, после чего отрывались на тех день, два, затем покупали новых. Даже в бордель ходить не нужно.

Конечно, рабам вроде Ады везло. Красивая, так ещё и эльфийской крови, с даром к магии. Благодаря этому её жизнь стоила чуть больше. Таких по приколу на съедение волкам арены не выбросят. После обучения господина Бальмуара стоимость тоже увеличилась в разы. Но зачастую большинство попаданцев ждала менее приятная участь. Их банально могла убить какая-нибудь дрянь на границе мира. А случайно выжившие и пойманные отправлялись на опасные производства, где умирали порой и в первую неделю. Да и свободным смертным жилось немногим лучше. Гордыня не позволяла им работать на кого-то. Колоссальная и беспощадная конкуренция, как следствие, высокий процент суицида.

Вскоре Ланс пришёл вместе со своей рабыней в относительно благополучный квартал. Здесь было куда чище, да и здания выглядели ухоженными, но до центральной части конечно не дотягивает. Ещё бы, ведь в сердце Сароса живут богатейшие смертные, высшая аристократия. Ада даже боялась представить о каких суммах за аренду жилья там может идти речь…

— А вот и наш дом, — Ланс остановился у парадной пятиэтажного здания.

Далее аристократ поднялся к нужной квартире, отворил дверь и вошёл внутрь. Следом поспешила забежать и Ада. Девушка, конечно, бывала и в городах Эримоса, где тоже жили в высоких каменных домах, видела на картинах Кеенор, где белоснежные дворцы доставали до небес. Но удивлению всё равно не было предела, ведь большую часть жизни Ада провела в деревне.

В квартире было тепло, но нигде не было видно печи. Также господин Бальмуар не использовал магию или кристаллы огня, никаких рун и чар. Ада уже слышала про системы теплоснабжения. Горячую воду заставляли двигаться по трубам, обогревая помещения в холодные зимы. Примитивная и отсталая технология по меркам Эдема, однако крайне доступная и дешёвая.

Также имелась и кухня. Довольно тесная и маленькая. Здесь находилась раковина и кран с бесконечной водой. Рядом стояла старая плита с потрёпанным преобразователем. Нужен лишь источник магической энергии, которым может быть и сам маг. Так что покупать дорогие специализированные и самодостаточные кристаллы стихий не нужно. Обычные же накопители энергии стоят куда дешевле, да и заряжать их можно.

Латунная ванна вместо бадьи. Тоже маленькая и тесная, но зато были краны и слив. Теперь не нужно таскать воду вёдрами. Да и если ноги поджать, то вполне можно поместиться почти целиком.

Ещё имелись две комнаты, примерно одинаково размера. Их уже немного переоборудовали по просьбе господина Бальмуара. Гостиная в целом осталась такой же, шкаф, стол, диван, да и другая мебель. Всё старое и ветхое, но пользоваться ещё можно.

Во второй же комнате находилась большая двухспальная кровать и рабочий уголок. Оборудование Ланс также взял в аренду, как и странную металлическую конструкцию, напоминающую люстру. Полукруг в форме колеса поднимался к самому потолку цепями, при нужде опускался, а размер его позволял разместиться на нём взрослому человеку. Скоро Аде придётся развивать магический дар, а дело это затратное.

— А сколько всё это стоит, хозяин? — зачарованно спросила Ада.

— Три золотых в месяц за аренду. Но ещё нужно платить за воду. Также расходники в фонарях и плите тоже меняю я. И за оборудование отдельно золотой. Думаю, в пять золотых в месяц уложимся.

— Пять золотых? Это же… рядовой солдат получает тридцать серебряных.

— Обычный смертный рядовой солдат, которому на время службы предоставляют жильё, еду, снаряжение и всё необходимое. Если доживёт до пенсии, сможет прожить остаток жизни в неплохих условиях. И не стоит забывать про карьерный рост. Ветеранам платят уже золотой в месяц. Отдельные надбавки за выслугу лет, за звание, за награды, во время военных действий платят больше. Неофит получает ещё до ста серебряных сверху, адепт до двухсот. Плюс у магов тоже огромное количество надбавок сверху. Но да, ты права, цена довольно высокая даже на самое скромное жильё. Но имеются и вполне доступные общежития. Можно снимать не квартиру, а комнату. Можно ходить мыться в общественные купальни и отказаться от личной ванны. Так что даже простой смертный свободный гражданин может достойно жить. И ещё никто не запрещает остаться с родными. Всё же большинство свободных именно рождаются в Эдеме. Так что всё неплохо, особенно если учитывать огромную проблему с перенаселением и нехваткой ресурсов.

— Остаться с родными? Я думала, что запрещено рожать детей…

— Запрещено без разрешения. Разрешения выдаются и довольно часто. Проблем с потомством у добропорядочных граждан нет.

— Добропорядочных?

— Социально стабильных, с недвижимостью и источником дохода. Ну и статус полноценного гражданина должен желательно, но не обязательно иметься. Таких на самом деле довольно много. Всё же большая часть граждан как раз алетисы, а катиелиев очень мало. Многие заведения также существуют на протяжении десятилетий и веков, где дети продолжают дело своих родителей. К тому же находиться в подчинении у близкого родственника не позорно, скорее даже почётно.

— Поняла, хозяин.

— Ладно, сходи на рынок и купи еды.

— Слушаюсь, хозяин.

Ада взяла деньги и отправилась на улицу, а сам Ланс начал раскладывать вещи на своём рабочем месте.

Оборудование было не самое лучшее, но на первое время хватит и этого. Из пространственного артефакта прямо в руку воплотился куб. Не все предметы можно было просто так взять и переместить в пространственный артефакт. С жидкостями обстояла проблема, некоторые вещи могли потерять целостность, а тонкие магические артефакты просто лишались части своих ментальных узоров и становились безделушками. Так что применялись особые контейнеры для стабилизации объектов. И стоили они как несколько таких квартир, а конкретно используемые янтарноглазым магом контейнеры так и вовсе бесценны, ведь на рынке их почти никогда не бывает.

Аккуратными движениями Ланс начал создавать алхимические зелья. От пробуждённого до настоящего мага довольно длинный путь, полный боли, тренировок и ошибок, порой смертельных. Этого никак не избежать, но можно хотя бы облегчить процесс.

Боковым зрением аристократ увидел слой пыли на подоконнике. Какая досада. Нужно будет кому-то заняться уборкой. Лично Ланс за тряпку браться точно не планирует. Раньше комнату в таверне прибирали рабыни Вульфа, а если что-то упускали, то подключалась Ада.

Но теперь речь идёт про целую квартиру. Две комнаты, куча мебели, полы, ковры, раковины и латунная ванна… Конечно, можно просто погонять пыль и на этом остановится. Многие так и живут. Но Ланса такой расклад не устраивал. Всё должно блестеть.

Но собственная рабыня будет всё время занята тренировками. Заставлять её убираться… К тому же ещё нужно решить вопрос с готовкой. Покупкой продуктов. Да и оплату счетов неплохо бы скинуть на кого-то другого, предварительно обучив счёту.

Очевидно, нужна ещё одна рабыня, которая и будет всем этим заниматься. Так что в ближайшее время Ланс посетит рынок рабов, где и купит себе ещё одну живую вещь. Почему именно рабыня, а не раб? Ну, Лансемалиону Бальмуару как-то больше нравились девушки. Так что покупать раба мужчину для домашней работы как минимум было бы странно.

Реагент забурлил, раздался хлопок, после чего аристократ подсоединил спираль Атали. Алхимический инструмент, названный в честь своей наги-создательницы, пользовался большим успехом среди магов. Правда использовалась спираль лишь для создания слабоактивных зелий, подходящих для смертных без дара мага или слабых магов. Довольно узкоспециализированная нестандартная для алхимии шутка, но полезная, если знать, как правильно ей пользоваться.

— Хозяин, я приготовила ужин, — тихо сказала Ада, слегка приоткрыв дверь.

Ланс так увлёкся работой, что даже не обратил должного внимания на вернувшуюся рабыню. Впрочем, девушка не была безвольной куклой и умела проявлять разумную инициативу. Очень важная черта, которой невозможно добиться, опираясь в обучении на один лишь страх. Поэтому аристократ и считал дилетантами всех, кто держит своих рабов в постоянном страхе. Глупое и нерациональное использование своих живых вещей.

Лансемалион Бальмуар отложил последнюю колбу к двум десяткам таких же, после чего отправился в гостиную. Ада уже сидела за столом и ждала своего хозяина, после чего пожелала аппетита и начала трапезу. Аккуратно и постепенно, не давясь и не стукая ложкой по дну тарелки. А ведь когда-то она и с набитым ртом разговаривала, и даже громко чавкала…

А ещё раньше Ланс со сквозными дырами в теле лежал в канаве покрытый грязью и собственной кровью… Враг уже не преследовал второго наследника рода Торвандори. Но не ужас перед преследователями сковывал и не давал подняться, как и не страх перед смертью заставил бороться за жизнь.

В один миг Граниир Торвандори лишился всего. Он жил в самом Эдеме, под взором Этия. С его семьёй считались даже епископы, сама Гильдия приходила за помощью. Высшая аристократия мечтала, чтобы сам второй наследник подготовил для них раба. Что уж, они даже своих отпрысков приводили, чтобы Граниир показал им, что значит быть воином.

Всего этого просто не стало. Потеряны даже лицо и имя. Он оказался на самом дне. Но Ланс не задержался в трущобах: полугода не прошло, а он уже свободный гражданин, чей раб заслужил признание зрителя и право носить имя.

И видит Этий, Лансемалион Бальмуар не задержится и здесь. Пусть он и родился в благородной семье, но право называться аристократом заслужил уже своими поступками.

Мастер

— Здравствуйте, вы сегодня прекрасно выглядите, впрочем, как и всегда, — голос Аши был спокоен и тих, подобно мелодичному падению осенних листьев.

— Ага, как скажешь, — ухмыльнулся мясник, вонзая в разделочную доску свой кровавый тесак.

Тучный и весьма крепкий мужчина, он всегда с некоторой усмешкой воспринимал льстивые комплименты в свой адрес от разукрашенной всеми красками рабыни. Всем своим видом он старался показать, что с ним не сработают подобные трюки.

И Аша действительно не достигла какого-то божественного эффекта. Ведь жизнь в трущобах для местных представляла собой постоянную борьбу. Здесь буквально выживали, так что смертные вроде мясника нуждаются в первую очередь в деньгах. Лестью их не заставишь сделать тебе скидку, сколько не виляй бёдрами, взгляд всё равно останется жестоким и подозрительным. Ведь стоит только отвернуться и у тебя что-то украдут.

Но так или иначе, только Аша заслуживала хотя бы эту ухмылку: на остальных так-то мясник смотрел волком, после чего подсовывал человечину.

— Благодарю, — мило улыбнулась татуированная рабыня, после чего протянула монеты.

Может лесть здесь и не работала на все сто, но всё же лучшую вырезку мясник всегда оставлял для своей любимой клиентки. Она всегда вежлива, всегда чиста, выделяется на общем фоне, никогда не забудет поблагодарить, а улыбка… в трущобах улыбки появляются крайне редко. К тому же и платила она всегда больше других. Так что мясник не видел смысла подсасывать ей человечину или тухлятину.

Аша тем временем направилась прямиком к своему жилищу. Сброд вокруг уже даже не смотрел в её сторону. Лишь изредка особо обдолбанные наркоманы, могли позволить себе бросить робкий похабный взгляд.

Вскоре показался ветхий дом, на страже которого стоял чёрный орк. Могучий воин, тоже раб, он хорошо обращался с оружием, был сильнее зверолюдов и людей. К тому же снаряжение его являлось артефактным, что позволяло сражаться даже с сильными магами. Именно этот чёрный орк и показал всем, что бывает с отбросами, посмевшими слишком близко подойти к дому или просто кинуть косой взгляд на мастера и его вещи.

Войдя внутрь, Аша сразу же принялась готовить. Искусным поваром она не была, но что-то да умела. Так что блюда выходили вполне съедобными, даже вкусными. Всё же рука со временем даже без обучения набивается. Методом проб и ошибок, человек способен учится сам, без посторонней помощи, главное задавать себе вопрос: что я могу ещё сделать?

Густав купил рабыню довольно давно, очень давно. Тогда Аша ещё занималась танцами в борделях, да и не только танцами. Прошлый хозяин направил её в качестве украшения на какой-то банкет. Там рабыню и перекупили.

Старичок, руки которого вечно покрывали пятна от красок. Он уже давно не пылал огнём в постели, однако страсть продолжала бить ключом, ложась новыми шедеврами на его холсты. И Ашу он купил лишь для лицезрения непередаваемой грации, отражающейся даже в обычных повседневных движениях.

А затем холстом стала уже и сама рабыня. Новые татуировки, они не были просто красками на теле, нет. Целые истории в единой картине, незримые магические узоры, которые вызывали эмоции и стирали границы воображения похлеще любых наркотиков.

Густав действительно был мастером, если не лучшим, то одним из лучших во всём Эдеме уж точно. Он являлся лариосом, однако жил довольно просто и скромно. Даже будучи молодым, он никогда не устраивал вечных оргий, предпочитая проводить досуг в окружении своих кистей.

Лучшие аристократы приходили к нему, чтобы тот искрасил их потолки фресками, запечатлел их величие на громадных картинах, просто разработал уникальный дизайн клейма. Тёмные эльфы из Дкал’Алинтар, близнецы Дельдамионы, Арнаша Атали, хозяин песков Халсу’Алуби, Зелгеос Торвандори — все приходили к нему, высказывали своё уважение, отдавая десятки тысяч монет.

Деньги эти копились и копились. Густав мог жить как король Ландоса, но покупал лишь новые краски, а чаще и вовсе ингредиенты для этих красок. Он мог бы выкупить особняк в центре Эдема, мог бы нанять сотни лучших наложниц, сам устраивать кровавые игры в честь себя, ни в чём себе не отказывать до смерти, но продолжал ворчать о том, что никто уже не продаёт тех самых акеронских красок из одного маленького и малоизвестного магазинчика алетиса. Наверное, свою роль сыграл и возраст.

Рабов у Густава было немного. Прислуга, да телохранитель с Ашей. Последних двух он забрал с собой, остальных раздал. И даже здесь он чувствовал себя довольно уютно и спокойно. Ведь на его защитнике находятся самые лучшие артефакты. Да и у самой Аши тоже много интересных игрушек. Свои инструменты мастер также взял с собой.

— Приятного аппетита, — пожелала татуированная рабыня, принося еду в рабочий кабинет мастера. — Вы уже подумали над решением?

— Да, подумал… — со вздохом произнёс Густав.

— Вы же не можете прятаться здесь целую вечность.

— Не могу, но… может ещё недельку тут посидим? Адрион же…

— Адрион никогда не был безумцем, — ласково прошелестела Аша, садясь рядом. — Вы же это и сами знаете. Это вам сказал и его младший брат. Им движут вполне очевидные и предсказуемые мотивы. Его интересует выгода и эффективность. Зачем ему просто так вас убивать? Разве в этом есть выгода?

— Я был другом Зелгеоса…

— Да, вы были другом. Другом без политического влияния, без военной мощи, без амбиций на поле власти. Он не будет вас трогать, потому что вы ему не мешаете.

— Да, ты права. Абсолютно права, — согласился мастер, руки которого сжались в кулаки. — Я ему не помешал, даже не попытался. Хотя у меня столько денег… которыми стоило воспользоваться! Или хотя бы узнать как ими правильно пользоваться!

— Не стоит себя винить, — нежно произнесла рабыня, обнимая своего хозяина. — Это не ваше дело, вам не стоит в него вмешиваться. Пусть эти горделивые аристократы сами разбираются между собой. Не стоит становиться частью этого глупого конфликта. И дело здесь не в трусости. Это не ваша война.

— Не моя. Но у меня остались деньги. Много денег. Я могу помочь Гра…

— Ни в коем случае! — настойчиво и с холодом в голосе, Аша буквально отрезала это предложение. — Вы ничего не знаете о причинах этого конфликта. Вы запросто можете ошибиться, принять не ту сторону. Тогда вами заинтересуются. Слишком много неизвестных переменных…

— И мне нужно просто всё забыть? Забыть ту бойню, где легло так много смертных, моих друзей? Я знал каждого из них лично. Они…

— Тише, не нужно волнений. У вас слабое сердце. Я не говорю, что нужно забыть. Нужно лишь подождать, посмотреть за дальнейшим развитием событий. И когда собравшиеся тучи дадут место лучам, принять правильное решение. Спешка сейчас ничего не решит, а возможно усугубит положение дел. Не только ваших дел.

— А почему я не могу подождать здесь?

— Потому что это место на вас плохо влияет. Вам нужно на свежий воздух, развеяться. Вы совсем не выходите из своего кабинета, слишком много сидите. Если вы останетесь здесь, то медленно завянете. И даже ваши новые картины, нарисованные здесь… согласитесь, это не лучшие ваши работы.

— Не лучшие, ты права.

— Давайте вернёмся в Эдем, но не в самый центр этого мира. В другой город или маленькое поселение. А лучше отправиться в путешествие. Там и вдохновение придёт. Помните, как вы создали то клеймо?

— Да, помню, — Густав улыбнулся, вспоминая как посетил самое лучшее место всего Акерона.

— Вот и я про это.

— Ты права, Аша. Вечно я здесь сидеть не могу. Мне с тобой очень повезло.

На это рабыня ничего не ответила, а лишь ещё раз улыбнулась. Густав действительно был лучшим в своём деле. Однако его часто пытались облапошить клиенты, нередко им старались воспользоваться, ведь мастер очень плохо разбирался в смертных. Он не был храбрым и волевым генералом как Халсу’Алуби, он не обладал харизмой и стратегическим умом Зелгеоса Торвандори, он смутно понимал содержимое научных книг Арнаши Атали, он был мастером кисти. Остальное же на себя взяла Аша, через месяц после покупки, заметив, как Густав уже собирался подписать невыгодный контракт, под ехидные улыбки мерзких аристократов.

Сборы не заняли много времени. Через пол часа Аша уже стояла на улице, ведя своего хозяина за руку. От одного взгляда телохранителя из трущоб будто в мгновение ока исчезли все живые. А там уже и форпост появился, через который свободных граждан спокойно пропустили.

— Ох, и долгий же путь нам предстоит, — вздохнул мастер.

— Я могу вас понести, — сразу же предложил чёрный орк, вставая на колено.

— Нет, не стоит. Сарос не так уж далеко. Дойду как-нибудь сам, а там дилижанс арендуем. Я пусть и стар, но ходить нужно и старикам. А то одним геморроем не отделаешься.

— Как скажете.

Идти пришлось довольно долго, даже останавливаться на ночлег. Но это, наоборот, порадовало старика. Сон на свежем воздухе, под открытым небом. Хотя стоило мастеру заснуть, как чёрный орк тут же создал с помощью магии земли навес. Рядом Аша разложила кристаллы огня, чтобы мастер не простудился. А то всё же на улице так-то зима началась. Скоро уже зимние игры начнутся или уже начались.

До Сароса добраться удалось без проблем. Никаких дорожных разбойников в Эдеме не было. Постоянно вокруг городов ходят патрули, количество которых увеличивается по мере приближения к границе мира.

Вскоре показался уже и сам город зверолюдов.

— Нам нужен дилижанс.

— Сначала нужно поесть и принять утренние лекарства, — услужливо напомнила Аша.

— А да, точно. Хм… что-то я не помню ни одного приличного ресторана в Саросе. А что, если… — внезапно мастер замолчал, уставившись в толпу. — Аша, это я уже головой тронулся на старость лет, или вон там мерцает моё клеймо?

— Где? Там? — Аша перевела взгляд, после чего почти сразу же заметила огненные волосы. — Нет, вам не показалась. Это определенно точно рабыня Лансемалиона Бальмуара. И она куда-то идёт.

— Что же, давайте тогда проследуем за ней и поговорим с её хозяином! Уверен, он точно нам посоветует весьма недурное место.

— Сначала её нужно догнать. А здесь такая толпа…

Людей на улицах действительно оказалось очень много. Здесь недалеко находился рынок, где видимо скинули один медяк за репу, из-за чего народ хлынул волной. Даже широкоплечему телохранителю было трудно пробиваться через нескончаемый поток смертных. Кроме того, следовало ещё следить за обстановкой вокруг, чтобы никто не затоптал и даже не пихнул хрупкого мастера. Так что сократить дистанцию не получалось, докричаться через всю улицу сквозь городские шумы также не представлялось возможным. Радовал лишь тот факт, что копну рыжих волос среди всех этих серых красок упустить было просто невозможно.

Ада же тем временем ловко, подобно волне меж скалами, находила путь среди идущей и смотрящей себе под ноги толпы.

— Быстрее, она свернула в переулок! — скомандовала Аша, подгоняя телохранителя и мастера.

Через минуту троица вынырнула прямиком в переулок, где людей не было от слова от совсем. Как и сама Ада будто испарилась.

— Потеряли, — грустно произнёс старик. — Видимо, придётся вслепую выбирать…

— Нет, она не успела бы выйти в конец переулка. К тому же я вижу здесь только одно место, куда она могла бы зайти. Здесь нет магазинов, исключительно общежития и одна таверна.

— Лансемалион Бальмуар не стал бы останавливаться в какой-то там таверне.

— Важно не забывать про его финансовое положение. Ему приходилось продавать даже некоторые свои украшения. По некоторым слухам, Ростовщик на некоторый срок даже получил один из его перстней…

— Слухи на то и слухи.

— И всё же от ваших услуг он планировал отказаться как раз из-за недостатка монет. Да и покупка гражданства…

— Да, наверное, ты права, Аша. Просто мне как-то не верится, что аристократ остановился в… таверне.

— Мне тоже. Но как временное жилище такой вариант рассмотреть он мог. К тому же что-то мне подсказывает, что это вряд ли обычная забегаловка. Лансемалион прожил почти пять веков по местному календарю. За этот срок он посетил множество мест по всему Эдему. И если он решил остановиться именно здесь, а не в любой другой таверне… Впрочем, следует сначала убедиться.

— Верно, — согласился мастер, который последнюю половину монолога своей рабыни прослушал: он очень легко мог выпасть из реальности, погружаясь в своё воображение, где уже начинал прорабатывать новые шедевры.

Подойдя к вывеске, Аша смогла чётко различить странную рыбу, нарисованную жёлтыми выцветшими красками. Внутри также происходила какая-то возня, но людей было немного буквально несколько силуэтов маячило за окнами.

— Закрыто на время ремонта, — прочитала на двери татуированная рабыня.

Но останавливаться на пол пути Аша не собиралась. Поэтому уверенно толкнула дверь, чтобы хотя бы доказать или опровергнуть свои догадки.

— Закрыто же! Вы читать не умее… — на полу слове зверолюдка с кроличьими ушами осеклась.

Сразу же рабыня юркнула и исчезла в одной из комнат на первом этаже. Через мгновение в главный зал вышел уже зверолюд. Самый настоящий прямоходящий волк с оскалом взглянул на странных гостей. Внушительнее габариты, хищный взгляд, он мог бы быть опасным врагом, но не для телохранителя мастера. Из-за этого и нависла недолгая, но крайне мрачная пауза. Ведь трое гостей явно были не местными, хозяин таверны опасался худшего.

— О, Аша! И господин Густав, здравствуйте! — в проёме двери позади зверолюда появилась Ада.

Огненные волосы девушки ни капли не изменились с прошлой встречи, но в остальном… Нежные руки уже успели огрубеть из-за постоянных тренировок с оружием, сильно выделялись мышцы и этот взгляд… Взгляд стал совсем другим. Как и магический дар чувствовался куда сильнее.

— Друзья господина Бальмуара значит, — оскал в миг исчез с лица хозяина таверны. — Меня зовут Вульф.

— Да, мы как раз заметили его рабыню, — слово взял уже сам мастер. — Он остановился здесь на время?

— Да, но уже съехал. Квартирку себе снимает в соседнем квартале.

— Вот как… Тогда могу я попросить провести нас к нему? — Густав обращался уже непосредственно к самой рыжеволосой рабыне.

— Боюсь не получится. Хозяин отлучился по делам из города.

— Какая досада… А мы хотели с ним повидаться и поговорить. Он не сказал, как скоро вернётся?

— Нет, не сказал. Но скорее всего речь как минимум о неделе.

— Ох, так долго в Саросе мы скорее всего не останемся.

— Я могу передать ему ваши слова.

— Нет, не стоит. Мы просто хотели узнать, где тут в Саросе достойный ресторан. Мы как раз с дороги и проголодались.

— Ну, у нас, конечно, тут не ресторан, но еду готовить умеем. Можете перекусить у нас, да на ночь остаться, — любезно предложил Вульф, даже не надеясь, что его предложение примут: ведь по одному внешнему виду гостей всё было понятно. Это скорее был жест из вежливости.

— Остаться… — с очевидным и понятным сомнением в голосе протянул Густав, оглядывая прямо скажем простые декорации таверны. — У вас же тут ремонт…

— Да, мы уже закончили всё. Осталось только вывеску обновить и всё.

— Так значит ремонт уже прошёл… — многозначительно произнёс мастер, в голосе теперь уже читались нотки сожаления: страшно подумать, что было до этого «ремонта».

— Давайте я осмотрю комнату. А потом решим, что делать, — ласково около уха мастера прошептала Аша.

— Да, это логично, — сразу же согласился Густав, всецело доверяющий своей рабыне. — Пойди проверь.

— Хорошо, Лулу вам всё…

— Нет, — сразу же отрезала татуированная рабыня предложение Вульфа. — Пусть комнату покажет Ада. Ту самую комнату, где останавливался Лансемалион Бальмуар. Остальные варианты рассматривать мы не будем. Как и нет нужды в громких заявлениях ваших предвзятых рабов.

— Ладно, — пожал плечами Вульф, отправляясь на кухню.

Ада же оказалась тоже не против такого расклада. Так что согласилась провести этот осмотр, ведя за собой свою подружку.

— Вот значит тут мы и жили некоторое время, — произнесла как-то неуверенно Ада, даже не зная, что ещё сказать: комната как комната, вон кровать, тумбочка, окно.

— Значит Ланс уехал? — спросила Аша, которая лишь делала вид, что изучает мебель в комнате. — Ты не знаешь куда именно?

— Нет, он не сказал.

— Но это определенно что-то важное, раз он перестал обучать свой единственный источник дохода. К тому же он отлучился из города не на один день.

— Я не хочу обсуждать хозяина за его спиной.

— Ты уже знаешь, что он родился в этом мире? — Аше не требовались прямые ответы, она всё видела на лице своей подружки: реакция на каждое сказанное слово содержали в себя чудовищно много информации. — Знаешь. Догадаться об этом было не так сложно, но он тебе сам всё рассказал. А значит ты уже давно задаёшься вопросом. Как так получилось, что он оказался в трущобах?

— Я не…

— Боюсь ты не совсем понимаешь сути нашего диалога, — Аша убрала одеяло с кровати, изучая простыню и подушки на наличие пятен. — Я не пытаюсь что-то выведать о твоём хозяине. Я и так всё знаю.

— Откуда вам что-то знать…

— Ты знаешь сколько ему лет? И в ответ лишь молчание. Ты ничего не знаешь, совсем ничего.

— Значит мне это знать не нужно, — уверенно ответила Ада, не собираясь пытаться расспрашивать свою подружку: Лансемалион Бальмуар всегда говорил, что сплетничать за спиной постыдно.

— Ого, такая преданность. И всё из-за тёплой еды и уютной постели?

— Если вы не видите других причин, то вы слепы. Кажется, я уже всё вам показала.

На этом Ада решила закончить неприятный ей диалог и просто вернулась на первый этаж. Она не собиралась что-то кому-то доказывать. Ей было без разницы как она выглядит в чужих глазах. Если Аша видит в ней лишь цепного пса, то пусть так и будет. Оправдываться за свой выбор Ада не станет.

Тем временем на первом этаже уже видимо начался праздник. Владелец таверны уже закончил с ремонтом, но посетителей пока что не было. Так что персонал отдыхал, а сам Вульф уже сидел рядом с Густавом.

Нельзя точно сказать в какой именно момент зверолюд смог уговорить мастера сделать пару эскизов для его таверны. Быть может причиной тому стало выпитое вино. Целый ящик благородного напитка был привезён прямиком из Акерона для особых гостей, вернее для одного гостя. Но пригодились бутылки уже сейчас, и Густав высоко оценил качество напитка.

Под алкоголь и разговоры мастер быстро повеселел, расслабился. Уже начал рисовать золотого окуня, только в своём собственном стиле. Да, спьяну дело пошло быстро, в ущерб качеству, но всё же, как любят говорить, талант не пропьёшь. Так что даже после первой бутылки, получались вполне себе достойные произведения, пусть Густав и попросил никому не говорить, что это он нарисовал.

— Ему почти пять веков уже, — шепнула на ухо Аша, подобравшись сзади к своей рыжей подружке.

Стоило татуированной рабыне отойти на считанные мгновения, как её хозяин уже напился и опять что-то рисовал бесплатно. Впрочем, в данной ситуации Аша ничего такого не видела. Ведь одно дело накидать пару набросков под бутылку вина и совсем другое подписывать контракт на десяток полноценных картин на всю стену, на выполнение которых уйдут месяцы тяжелого труда.

— Кажется я начинаю понимать почему Ланс выбрал именно эту таверну, — промурлыкала Аша, сидящая рядом с рыжей подружкой, которая всё ещё дулась. — Где ещё в Саросе можно увидеть, чтобы лариосы, алетисы, кателии и даже рабы сидели под одной крышей и ели одну и ту же еду?

И речь не только о Густаве, но и о постояльцах, которые начали постепенно заваливаться в «Золотой окунь». Сюда всегда приходили самые разные смертные, с разной внешностью, разными статусами, а рабов впускали в любой одежде, даже в той, которая закрывает клеймо. Стража внимания на это не обращала, ведь закон должен служить стабильности и порядку, а не становиться причиной удушения граждан по поводу и без. К тому же некоторые хранители правопорядка здесь тоже отдыхали вечерками после смены.

Сюда приходили смертные, которые вынуждено приняли правила, но в душе не разделяли принципов и традиций Эдема. Поэтому они приходили именно сюда, где их никто за это не осудит. Поэтому они навсегда здесь и останутся. Ведь Гильдия не позволит кому-то из присутствующих подняться выше незримой черты. Никогда.

Эпилог

Адрион находился в своих владениях. Внушительных размеров участок принадлежал древнему роду Торвандори уже на протяжении долгих веков. Немногие лариосы могли позволить себе недвижимость в центре Эдема. Даже простая однокомнатная квартира стоила целое состояние. Спрос был просто колоссальный. А уж всякие дворцы, предметы исключительно роскоши, так и вовсе являлись прерогативой исключительно высшей аристократии. Так-то даже рыцарь обладает титулом, к нему обращаются с приставкой сир или сэр, а сам он полноценный лариос, пусть и скорее всего нищий в сравнении с графом, герцогом, королём или бароном.

Многие завидовали роду Торвандори, считая их успех удачей. Но Адрион знал, какими усилиями создавалось это величие. Зелгеос Торвандори трудился круглые сутки на протяжении почти всей своей жизни, не зная отдыха и сна. Твёрдой рукой он управлял смертными и готовился сделать последний шаг на пути к бессмертию, отнюдь не телесному.

Однако Зелгеос допустил грубейшую ошибку. Его действия чуть было не уничтожили всё, что создавалось потом и кровью. Адрион не мог больше ждать, поэтому и взял ситуацию в свои руки. Отец не справлялся со своими обязанностями, а второй наследник ничего не хотел слушать, ведь являлся мечом, оружием, которое нужно направлять, но которое само никогда не отнимет жизнь.

И всё же род Торвандори даже сейчас находился у пропасти. Зараза проникла слишком глубоко. Но постепенно Адрион её вычистит, отмоет репутацию. Новые рабы-этиамарии пока что уступают в качестве, но это лишь временно. Скоро производство будет налажено вновь.

— Граниир… — устало произнёс новый глава рода.

Слухи уже дошли и до Эдема. Лазутчики Адриона выдвигали одно удивительное предположение за другим. Довольно быстро они приметили и неизвестного этириданоса, который развивается слишком стремительно. Также он ответствен за суматоху в трущобах и в клане «Вой». Аристократия тоже уже шепчется. Тело Граниира никто не видел.

Но Адрион лишь убрал донесения на полку своего рабочего стола. Эти мелочи его не интересуют, как и построение глупых предположений. Да, его брат вполне мог выжить. В это очень хочется верить и скорее всего так и есть. Ведь Граниир был мечом рода Торвандори. Именно второй наследник выигрывал все дуэли в вопросах чести. Он же готовил и лучших этиамариев, чьё мастерство позволяло выступать под взором Этия. В его личной силе никто не сомневался. Поэтому он и смог сбежать, пусть и находясь на пороге смерти. Не помог даже убийственный яд, поцелуй Харии, способный свалить с ног сильнейших генералов Эдема… что уж говорить, яд Харии даже высших убивает.

Руки Адриона оказались покрыты кровью многих. Однако альтернативы не имелось. Тяжелее всего дался приказ убить собственного брата. И всё же весь род Торвандори важнее, чем жизнь отдельного члена семьи. Граниир это прекрасно понимал, как и Адрион. И всё же судьба решила, что жертвой станет именно второй наследник.

Первый сын пытался избежать этого всеми способами, но… Граниир всегда был слишком… слишком… пассивным. Он не был лидером, не обладал достаточной инициативой, никогда не критиковал отца и даже не спорил с ним. Это не делало его плохим, но он не понимал всей опасности, будучи слепым псом на поводке. Так всё и задумывалось. Адрион должен был стать главой рода, а Граниир его надёжной опорой, защитником, которому нужно лишь исполнять чужую волю.

И сейчас Адриону как раз не хватало именно Граниира. Род Торвандори оказался в окружении врагов, конкурентов, которые почувствовали кровь, увидели слабость и уже готовятся воспользоваться скверным положением дел своих давних соперников.

Но с ними Адрион разберётся. Уже начал разбираться. В интригах первый наследник чувствовал себя как рыба в воде. Одним за другим закладываются фундаменты решения всех будущих проблем. Как и учил отец, Адрион прорабатывал планы на десятки лет вперёд. Отдавая врагам мнимые победы, которые являлись таковыми лишь в кратковременной перспективе.

Что же касается самого младшего брата… Его бояться смысла не имело. Он не дурак и не помчится сломя в голову лишь бы вызвать родственника на дуэль ради глупой мести. Граниир всё понимает, поэтому уже отказал Дельдамионам. Ведь Эдем штука очень сложная, слишком много разных сил собралось в этом тесном месте. И Гильдия ещё не вынесла своего решения. А её всегда волнует лишь стабильность. Если младший братик захочет развязать гражданскую войну, то сразу же и духовенство станет на сторону Адриона, который уже успел доказать, что может заменить своего отца: только шанс дайте.

Неожиданно раздался детский плач. Затем почти сразу же начал и петь женский голос.

Первый наследник поднялся с места, покинул свой кабинет и вошёл в соседнюю комнату. Там у колыбели сидела молодая рабыня, чей обаятельный и мелодичный голос обошёлся в тысячи монет.

— Господин Адрион, прошу простить, не заметила вашего… — рабыня вдруг запоздало обернулась и сразу побелела.

— Ничего. Просто зашёл проведать… его.

Последнее слово новый глава рода Торвандори произнёс с гримасой презрения. Воздух начал мерцать, а волосы на голове рабыни начали подниматься. Металлический привкус появился во рту. Страх парализовал тело девушки, даже плач ребёнка затих.

Но вдруг всё пришло в норму, Адрион же просто развернулся и покинул комнату. Сразу же возобновился и детский крик.

— Всё хорошо, Лунар, всё хорошо, — рабыня вернулась к своим обязанностями и принялась убаюкивать младенца.

У рода Торвандори было много проблем, но самая большая сейчас лежала и плакала в своей колыбели. Лунар. Так назвали причину ужасной трагедии. И одно упоминание этого имени вызывало бешенство Адриона, который оказался просто бессилен что-то с этим сделать.

≡=Конец первой книги≡=

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/113625

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Эдем 1. На самом дне

Content

Эдем 1. На самом дне

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Мастер

Эпилог

Nota bene