Лера Деревянкина

Ты моя одержимость

© Деревянкина В. Е., 2024

© Разумовская А. В., иллюстрации, 2024

© ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2024

Machaon®

Глава 1

Декабрь 2021 г. Вадим

Машина останавливается у двухэтажногозагородного дома, сделанного из темно-коричневого соснового бруса. Это не просто дом. Здесь мы отмечаем все важные праздники: дни рождения, Новый год, Пасху. И здесь несколько раз в год я могу встретиться с ней.

Не застегнув куртку, выскакиваю на улицу. В этот раз нам повезло: вчера, тридцатого декабря, пошел снег. Пусть его и немного, но все же это редкость для нашего края. Снег крупными мокрыми хлопьями еще падает на нос, ресницы, шапку и скользит по шее за шиворот, вызывая тем самым мурашки. Завтра, скорее всего, он превратится в грязь, но сейчас красиво.

Сегодня я должен ей признаться. Сколько можно держать это все в себе? Это же так просто. Хотя кого я обманываю… Было бы просто – сказал бы давно. Но это именно то, зачем я приехал сюда. Друзья предлагали отметить Новый год вместе, посидеть в баньке, а после полуночи завалиться в клуб. Но я даже не думал о том, чтобы остаться и не поехать сюда, ведь здесь будет она. А значит, и я буду. Месяц назад мой лучший друг из-за своей медлительности или тупости упустил девушку, в которую был влюблен несколько лет. И меня перемкнуло: я не должен тянуть, иначе тоже могу потерять.

Ну где же они? Оглядываюсь по сторонам в поисках знакомой серой «тойоты». Нет, еще не приехали.

– Ты идешь? – зовет меня отец.

– Да я дождусь, – отвечаю ему.

– Застегнись хотя бы, – как всегда, ворчит мама и заходит в дом.

Наконец из-за поворота показывается морда «тойоты», принадлежащей дяде Вове. Дядя Вова – лучший друг моего отца, и дружат они с пятого класса: сначала сидели за одной партой, затем поступили в один колледж на автомехаников и, несмотря на то что после учебы разъехались по разным городам, многие годы поддерживали общение.

Автомобиль паркуется рядом с нашим. Пассажирская дверь открывается, и на мгновение внутри меня все замирает.

– Вадим! – кричит Лера, увидев меня. Она неуклюже выбирается из машины и, щуря глаза от света уличных фонарей, машет мне рукой.

– Мартышка! – машу в ответ. Лера делает гримасу и показывает мне язык. Она всегда возмущается, когда я зову ее мартышкой.

Обнимаю тетю Риту, жму руку дяде Вове и вместе с ним достаю из багажника несколько пакетов с продуктами. Мы проходим в дом, и в нос сразу же ударяет хорошо знакомый запах. Сложно сказать, чем пахнет этот дом, но именно с этим запахом у меня ассоциировалось все мое детство. Мы быстро ныряем внутрь, чтобы не запускать холодный воздух, снимаем обувь, попутно стряхивая налипший снег, и проходим в большую гостиную. Мама выкладывает на стол продукты, а папа пытается затопить камин. Старшие целуются, обнимаются, хлопают друг друга по плечам, тетя Рита достает из шкафа свою коллекцию ретропластинок, и уже через минуту гостиную наполняет голос какого-то джазового певца шестидесятых. Всё как всегда, и от этого хорошо.

– Вадим, принеси дрова, – просит отец.

Мама и тетя Рита начинают заправлять салаты, привезенные из дома. Дядя Вова принимается рассказывать отцу о мужике, который чуть не врезался в них на перекрестке, по дороге сюда, в Выселки. А Лера уходит на второй этаж, чтобы переодеться. Ничего, вот спустится – и поговорю с ней. По привычке тайком беру со стола две мандаринки и плюхаюсь в большое зеленое кресло напротив камина. Пусть мне далеко не десять, но огрести от мамы за то, что ем до застолья, я могу в любом возрасте.

– Где же ее носит? – недовольно спрашивает тетя Рита спустя сорок минут. Они с мамой уже почти накрыли на стол, папе все же удалось разобраться с камином, а дядя Вова притащил из машины несколько бутылок шампанского и теперь, в полной уверенности в том, что он уже сделал достаточно, развалился на диване. В общем, все были готовы отмечать.

– Да брось, дай девочке принарядиться, – миролюбиво успокаивает тетю Риту моя мама.

Леры нет около часа. До двенадцати остается всего несколько минут, и я сам уже собираюсь идти за ней. Но в этот момент наконец со стороны лестницы доносятся шаги, а затем в гостиную заходит Лера.

Я сначала даже не понял, что произошло. Меня словно кувалдой несколько раз хорошенько так по голове шарахнули. Мы не виделись с ней с лета, я скучал, но даже не предполагал, что настолько.

Невесомое искрящееся серебристое платье красиво облегает ее миниатюрную фигуру, длинные густые медно-рыжие волосы легкими волнами спадают по полуобнаженной спине, а изумрудные блестяшки на веках так красиво подчеркивают ее медовые глаза. Уже не мартышка – ангел.

– Ешки-матрешки! Лера, какая же ты красавица! – нарушает тишину мой отец, вызывая на лице Леры очаровательный румянец. – Вов, ты смотри, еще годик-другой, и к вам домой женихи заглядывать станут.

Какие еще женихи? Лерины женихи? Это еще зачем?..

– Поздно, – посмеиваясь, отмахивается дядя Вова. – Уже одного привела недавно.

В смысле привела? С немым вопросом смотрю на девушку, та слегка поджимает губы, как бы говоря: «Потом расскажу».

– Правда, Вадим, Лера у нас красавица? – отец теперь обращается ко мне, и мне кажется, что он надо мной издевается. Заторможенно киваю. – А я говорил, не тупи, а то такую девчонку упустишь.

Нет, точно издевается. Лера проходит мимо меня, и воздух наполняется ароматом ирисок и кока-колы. Только она могла купить себе такие духи.

– Вадим, – говорит она, – ты чего застыл? Садись, сейчас куранты бить будут.

Мы подходим к столу. Отодвигаю Лере стул и сажусь рядом.

– Ну и кто он? – спрашиваю у нее, пытаясь хоть как-то скрыть напряжение в голосе.

– Он классный. Мне кажется, вы бы с ним поладили, – отвечает она, мило улыбаясь.

Очень сильно сомневаюсь.

– Мой одноклассник. Миша. Может, помнишь, я о нем как-то тебе говорила, – продолжает Лера.

– Это тот, что обоссался на уроке?

– Боже, нет, – она тихо смеется, – это был Юра, и это случилось в третьем классе.

Мне же абсолютно не смешно. И Мишу я никакого не помню. Странно, что она ни слова мне о нем не сказала, когда мы созванивались в последний раз.

– Как давно встречаетесь? Не видел фоток.

– Почти два месяца, пятого числа будет ровно два. Да я не хотела ничего выставлять, пока не познакомлю со своими. Ты же знаешь, сразу бы вопросы посыпались.

– Целовались? – Вопрос сам собой срывается с губ, и довольно резко.

На лице Леры появляется румянец, она поджимает губы и отрицательно машет головой:

– Пока нет.

Это ее «пока» выбешивает меня окончательно. От одной только мысли о том, что какой-то другой парень будет касаться ее, меня начинает подташнивать. Папа встает и произносит тост. Все кричат, радуются, я же на автомате поднимаю руку с бокалом, когда Лера подносит свой ко мне.

Пока все громко считают до двенадцати, она что-то шустро пишет на бумажке, затем сжигает ее и, утопив пепел в шампанском, выпивает до дна.

– Что загадала? – спрашивает тетя Рита.

– Не скажу, не сбудется! – отвечает Лера.

А я уже точно знаю, что мое желание вряд ли сбудется, даже если я дам обет молчания. Смотрю на смеющуюся над шутками моего отца Леру и ненавижу самого себя за медлительность. Я понял, что люблю ее, в шестнадцать, но, несмотря на довольно большую девчачью фан-базу, боялся сказать ей об этом. Боялся, что это будет не взаимно и что мое признание разрушит нашу дружбу. И вот теперь у нее есть парень…

Я влюбился в свою лучшую подругу. Я решился сказать ей об этом. Но слишком поздно.

Глава 2

Август 2023 г. Вадим

У кого-то день начинается с кофе или с завтрака в постель, мой же – со звонка нашего автомеханика Георга, с акцентом кричащего в трубку про то, что ему надо срочно уехать, его надо подменить и что дома какое-то ЧП: сын обосрался или что-то в таком духе. Приходится незапланированно встать в семь пятнадцать и так же незапланированно остаться без завтрака. Благо до нашей с отцом мастерской ехать всего ничего, поэтому ровно в восемь переворачиваю вывеску на «Открыто».

Георгу повезло, что сейчас не сентябрь и мне не надо гнать в институт на пары, иначе он поехал бы на работу вместе с обосранным трехлеткой. Интересная, конечно, неделя: двое в отпуске где-то под Геленджиком, один на больничном, теперь и этот.

Вдобавок ко всем рабочим приколам добавляется еще и стройка дома, в который я планирую успеть съехать от родителей к Новому году. Там тоже всё не слава богу: то задержки, то бракованные материалы, то еще какая-нибудь подобная история. В общем, стройка идет всего полгода, а я уже знатно задолбался. Мог бы поступить проще и купить готовую квартиру поближе к институту. Но, прожив с родителями в частном доме больше десяти лет, уже не могу представить свою жизнь в квартире, пусть даже просторной. Да и жить далеко от мастерской тоже не хочется.

Вечером возвращаюсь домой – в нос ударяет запах явно подгоревшей картошки. Мама все никак не уймется и, видимо, снова решила попробовать себя в качестве примерной хозяйки и хранительницы очага, только вот из-за этих попыток страдаем мы с отцом. Давно твердим ей нанять экономку или домработницу, но мама упорно продолжает игнорировать все, что касается этой темы. Непонятно только, как можно сжигать картошку каждый раз, если есть духовка за сто кусков и прилагающийся к ней таймер.

– Па, ма, я дома! – кричу, предупреждая о своем приходе, и сбрасываю кеды. – Не утверждаю, но предчувствие, что картошке там уже поплохело.

– Очень смешно! – кричит в ответ из кухни мама. – Это кажется, что она подгорела, на самом деле это прямо самый сок.

– Ты так всегда говоришь, а потом я зубы не могу нормально почистить.

– Цыц!

Цыц так цыц. Это же у нас офигеть какой аргумент!

– А вообще, я не просто так готовлю ужин, – мама выходит в коридор и становится напротив. – У нас с отцом для тебя сюрприз.

– Ленок, на то он и сюрприз, что о нем говорят за столом и вместе, – вмешивается папа, обнимая маму со спины.

– Ну, колитесь уже.

– Лера поступила в институт! – радостно произносит мама.

– Так, и?.. Думал, это было понятно еще в июле.

При упоминании имени девушки внутри, как всегда, все переворачивается. В том, что она умница и сможет поступить, я никогда не сомневался, но все еще не до конца понимаю, с чего родители решили заговорить об этом сейчас. В чем сюрприз-то?

– И она поступила в институт не в своем городе, – продолжает мама.

– Та-а-ак…

– Сын, ну что тупишь, Лера поступила в твой институт! На художественный факультет.

Нет. Только не это.

– И давно вы об этом знаете? – спрашиваю родителей.

– Месяц. Не злись, она просила тебе не говорить раньше времени.

«Не злись»? Да я в тотальном афиге от происходящего!

– Теперь вы, как и мечтали, будете учиться вместе! – оживленно продолжает мама. – Ты рад?

– Ага.

Ни черта я не рад. Мало, что ли, институтов в ее городе? Зачем ей приезжать сюда? Зачем быть так близко? Чтобы что? Чтобы я каждый день сходил с ума при одном взгляде на нее и думал о том, что ничего не могу с этим сделать?

– А как же этот ее Миша? – спрашиваю вроде бы осторожно, но убрать сарказм из голоса все равно не получается.

– А что Миша? Мы с твоим папой тоже в разных городах учились, приезжали друг к другу.

Зашибись. Мне что, еще его рожу терпеть тут? Мечтал и видел, что буду смотреть, как этот Миша лапает мою Леру. Сидели бы в своем Сочи вместе и дальше.

– И когда она приезжает?

– Послезавтра.

Трындец.

– Так рано?

– Почему рано? Как раз успеет подготовиться к учебе. Ты с ней по городу погуляешь, она уже несколько лет здесь не была. А я завтра подготовлю ей комнату.

А вот с этого момента поподробнее…

– В смысле подготовишь комнату?

– Ну а как? Ты же не думал, что она в общежитии жить будет?

Вообще-то именно так я и думал.

– Лера наша семья, поэтому, конечно же, она будет жить с нами.

Это не просто плохая идея, это пипец какая плохая идея.

– Ей же уже восемнадцать. И в общаге весело, как я слышал.

– Сын! – возмущенно прикрикивает мама. – Мы думали, ты обрадуешься.

– Я уже говорил, что рад.

С той новогодней ночи прошло около двух лет. И за эти два года с Лерой мы виделись крайне редко. Я перестал приезжать с родителями в семейный дом, предпочитая отмечать такие праздники, как Новый год, в шумной компании друзей. Не то чтобы я хотел этого, но так хотя бы мог не пересекаться с Лерой. Она была счастлива с каким-то другим парнем, и, похоже, я слабак, раз просто не мог за нее порадоваться. В эти годы я встречался с разными девушками в надежде на то, что когда-нибудь мне обязательно полегчает или что она с этим Мишей расстанется. Но легче не становилось. И с Мишей у них тоже все было хорошо. Я делал вид, что мне это безразлично, а затем срывался, снова и снова просматривая ее фотки в соцсетях и вслушиваясь в каждое слово родителей о ней.

Лера решила пойти до одиннадцатого. Хочет потом поступать на художника. – Хорошо, умница, у нее все получится.

Лера отлично сдала ЕГЭ. – Она обязательно поступит, это же Лера.

Лера с подругами улетела в Турцию на неделю. Вадим, может, вам с Яном потом тоже куда-то слетать? – В Турцию?! С девчонками?! Они там совсем рехнулись?! Как они ее отпустили?!

И вот сейчас судьба снова сыграла со мной злую шутку. Та, от кого я бежал как от огня, приедет сюда сама. И что теперь? Свалить из дома? Снова сбежать? Или принять неизбежное? Но если принять, то что с этим делать?

Сбрасываю одежду и становлюсь под ледяной душ. Кожа покрывается крупными мурашками, ледяная вода причиняет сначала дискомфорт, а затем и боль. Пусть. Лишь бы не думать о том, что мне снова придется встретиться с девушкой, которую я люблю, но которая принадлежит другому.

Глава 3

Август 2023 г. Вадим

Утром адски болит голова. Неудивительно, учитывая то, сколько мне удалось сегодня поспать. Уснул в три, до этого, считай, все время просто ходил по комнате или пялился в потолок, сходя с ума от сжирающих мыслей. Губы разодрал в мясо.

Вообще, все это похоже на какой-то очень неудачный розыгрыш. Не для того я свел наше с Лерой общение к минимуму, чтобы в один момент меня поставили перед фактом, что она будет жить в соседней комнате. Всю ночь я думал: что делать? План созрел не сразу, но, выстроив ряд действий, я испытал облегчение: все силы и финансы кину на то, чтобы мой дом достроили как можно скорее, и съеду, даже если из мебели там будет только матрас и биотуалет. Лера же пусть живет тут и приглашает своего ненаглядного, если хочет. А до тех пор моими лучшими друзьями станут институт и работа в мастерской.

Выхожу из комнаты и сталкиваюсь с мамой, идущей по коридору с комплектом чистого постельного белья.

– Доброе утро! А я вот уже! – говорит мама и радостно показывает мне стопку, состоящую из наволочки, пододеяльника и простыни. – Не верится даже, что Лера теперь будет жить с нами.

– Ага, и мне.

Прохожу дальше по коридору, и перед са́мой лестницей мама снова меня окликает:

– Вадим, а ты во сколько вернешься?

– Часа в три, а что?

– Да нет, ничего, – качает головой она, – это я так. Спускайся скорее, папа кофе уже сварил.

Звучит действительно мотивирующе. Отец варит прекрасный кофе. Все началось с того, что он просто хотел бросить курить. Переключился на кофе, а там уже настолько преисполнился любовью к этому ароматному напитку, что теперь в нашем доме имеется отдельный шкафчик, где лежат разные приблуды для приготовления: какие-то навороченные профессиональные весы; ручная кофемолка – видите ли, она лучше мелет зерна, чем механическая; несколько итальянских гейзерных кофеварок; турка, наполовину покрытая серебром; керамические воронки для фильтра и даже отдельный вспениватель для молока. Но, надо признаться, сваренный папой по утрам кофе стал нашей лучшей семейной традицией, которую только можно было придумать.

Спускаюсь. Отец ставит кружку домашнего подобия рафа на кокосовых сливках передо мной, а сам, взяв поднос с двумя чашками, уходит в их с мамой комнату. Я рад, что сейчас между ними все хорошо, рад, что они вот так, вместе, могут пить по утрам кофе и по выходным ходить на различные выставки и концерты. Так было не всегда, да я и не думал, что уже будет. Когда учился в средней школе, родители постоянно ругались. Отец с утра до ночи, а иногда даже ночью работал в мастерской, а мама на этом фоне закатывала ему лютые скандалы. Все изменилось, когда папу чуть не посадили по подозрению в мошенничестве. Я мало знаю про это дело: мне тогда было всего двенадцать. И мы об этом никогда не разговаривали. Одно знаю точно: после этого отец многое переосмыслил, забросил все спорные дела, стал больше времени проводить с нами. И их с мамой отношения улучшились. Теперь я с легким сердцем мог переехать и оставить их друг с другом одних.

Переодеваюсь и гоню в институт. До учебы осталось несколько дней, а я так и не согласовал работу на этот год со своим научруком. Старый препод берет в отказ даже почту, заставляя бегать за ним по всему корпусу с тупыми бумажками. По идее все это высшее образование мне особо ни к чему. Я мог бы спокойно после школы посвятить все свое время работе в автомастерской отца, но почему-то все же решил, что хочу получить еще и высшее. Тем более и направление выбрал подходящее – факультет бизнеса и менеджмента. На удивление, несмотря на то что в школе меня трудно было назвать примерным учеником, здесь я как-то влился и вроде бы даже стал выдавать неплохие результаты семестр за семестром.

В августе институт почти пуст. Вижу парочку знакомых лиц, машинально жму руки, улыбаюсь, отшучиваюсь. И все же жаль, что мой лучший друг Ян уехал учиться в Москву вслед за своей девушкой Элей. Вместе со мной в этот институт на другие факультеты поступило еще трое ребят из моей школы, но это совсем другое. И тем не менее я рад, что друг наконец стал счастлив.

Два года назад, когда Эля пропала с радаров, Ян чуть не поехал головой со своими постоянными тусовками и выпивкой. Честно говоря, я задолбался постоянно, раз за разом, вытаскивать его из какой-то задницы. Благо Эля вернулась и у них вроде как все наладилось. Две недели назад, перед началом учебы, гонял к ним в Москву, где девушка провела нам чокнутый трип по всем достопримечательностям. Ян выглядел слегка замученным, но счастливым.

Стоит вспомнить о ребятах, как раздается мелодия входящего звонка. Смотрю на экран. Ян.

– Алло, – отвечаю на звонок.

– Привет, как жизнь? – звучит голос друга.

– Если честно, фигово.

– О-па, а что так?

– Скажу после того, как ты скажешь, зачем позвонил.

– А что, я лучшему другу не могу позвонить просто так?

– Ты – нет. Вспомни, сколько раз ты звонил мне первый.

Небольшая пауза.

– Вообще-то я точно помню, что звонил.

– Не на день рождения.

– Ну-у-у-у…

Ага, и я о том же.

– Я тебе скажу. Ноль. Ты не звонил мне первым ни разу.

– Ладно, ты прав, – сдается Ян. – Мне действительно нужно кое о чем тебя попросить.

– Ну?

– У мамы день рождения послезавтра, я заказал ей подарок и указал твой адрес, чтобы не спалиться раньше времени.

– Точно, как я мог забыть про день рождения твоей матери! Посылку завезу, без проблем. Она же тащится от кустовых роз, да?

– Снова будешь подмазываться? – По интонации понимаю, что Ян улыбается.

– Мама лучшего друга – это святое.

– Это Вадим? – звучит вдалеке звонкий голос Эли. – Вадим, приве-е-е-ет!

– Передавай привет Одувану, – говорю Яну. Я прозвал так его девушку еще в первую нашу встречу из-за прически, ставшей слишком пушистой от дождя.

– Ага. Так что случилось? Что-то с бизнесом? – спрашивает друг, понизив голос.

– Если бы. Завтра приезжает Лера.

Он единственный, кто знал о моих чувствах к ней.

– Хм. Надолго?

– В том-то и дело. Она поступила в мой институт и будет теперь жить с нами. В соседней комнате, Ян. За стенкой.

Тот молчит всего мгновение и затем говорит:

– Фигово.

– А я о чем.

После разговора нахожу препода, ради которого и приперся в институт, и, всучив ему папку с планом, возвращаюсь домой. Паркуюсь, открываю дверь. Из гостиной на весь дом пахнет ванилью и печеным тестом. Странно, на маму не похоже.

– Ма, ты все же решила нанять домработницу? Или это доставка? – шучу, ожидая услышать в ответ какую-нибудь колкость. Но мама молчит.

Вешаю ветровку на крючок, прохожу в гостиную и замираю, увидев до боли знакомый силуэт. Лера.

Глава 4

Июль 2015 г. Вадим

На улице жара. Да еще и душно настолько, что хочется просто прямо в одежде прыгнуть в ближайший водоем и никогда оттуда не вылезать. Но почему-то вместо того, чтобы сделать именно это, мы с ребятами со двора забились с пацанами с другого двора поиграть в казаки-разбойники. Ради такого удовольствия даже пришлось переться к ним на район, так как тех к нам не пускают родаки.

– У вас есть пять минут, – предупреждает нас один из казаков. – Время пошло.

Мы срываемся с места и со всех ног бежим за дом. Это четвертый раз за лето, когда мы играем в казаки-разбойники. Только в этот раз не друг против друга, а против чужаков. И это гораздо интереснее.

– Все помнят пароли? – спрашиваю у своих ребят.

– Ага, «кокос», «бэ-эм-вэ» и «гондон», – отвечает Лев.

– Сам ты гондон. «Гонконг». Они не допрут. Он верный, остальные ложные. Короче, сейчас они будут искать себе базу… Разбегаемся, нам надо тоже ее найти, чтобы, если что, знать, откуда спасать попавшегося. Главное – не угодить в темницу всем вместе, а то нам хана.

– Лере точно не надо с кем-то парой пойти? – с сомнением спрашивает Макс, на что подруга показательно закатывает глаза.

Лера – единственная девочка в этой игре и, несмотря на это, единственная, в ком я уверен на все сто процентов. Тощая, с копной рыжих волос, подстриженная под челкастого пацана, ростом метр с кепкой, но шустрая и выносливая настолько, что даст фору любому из нас. Она гостит здесь всего пару дней, а уже успела облазить все чердаки нашего района и ввязаться в перепалку с чуваком выше ее на две головы.

– Поверь, не надо, – успокаиваю Макса, за что ловлю в глазах Леры одобрение и благодарность. Местные пацаны частенько пытаются самоутвердиться за счет девчонки. Только вот она им такого удовольствия не предоставляет.

– Так, еще раз. Мы разбегаемся: так меньше шансов быть пойманными и всем вместе угодить в плен. Своих не палим, по возможности спасаем. Но умоляю, не бегите спасать, если их трое, а вы одни, а то сразу продуем.

Я бегу к пруду. Летом по всему берегу тут вырастают самые настоящие заросли. Они-то мне и нужны. Пролезаю сквозь них к воде и пригибаюсь к земле. Отсюда я могу спокойно наблюдать за происходящим вокруг и не бояться, что меня заметят. Скорее всего, команда казаков уже начала нас искать. Мы договорились, что этот раунд займет час, а значит, нужно просто переждать где-нибудь в укромном месте. Надеюсь, ребята тоже хорошо спрятались.

Стоило об этом подумать, как на противоположном берегу замечаю Макса, окруженного противниками. Блин, минус один. Но, как вариант, я могу проследить за ними и найти их базу, чтобы потом мы с ребятами ее захватили. Пригнувшись, крадусь через кусты по узкой почти дикой тропе. Под кроссовками хрустит стекло, ноги обжигает метровая крапива, но это все фигня, когда речь идет о победе в игре.

Они ведут Макса в сторону гаражей: неплохое место для тюрьмы. Будь я на их месте, тоже сделал бы тюрьму там. Только вот для нас это проблема – подобраться к гаражам можно только с одной стороны, дальше тупик. И как спасти охраняемого пленника, я пока не особо понимаю.

Пробираюсь к гаражам и сворачиваю в сторону второго коридора. По земле незамеченным не пройти. А если попробовать через крыши? Подкрадусь сверху, спасу Макса, мы сбежим, соберем ребят и все вместе нападем на казаков. Легче легкого. Ставлю ногу на металлический замо́к гаража и подтягиваюсь наверх.

– Попался! – неожиданно перед лицом выскакивает один из казаков. – Красная печать, никому не убегать, – парень довольно ухмыляется и кричит: – Лех, ты был прав, на крышу полезли. Еще одного поймал, остался последний.

– В смысле последний? – спрашиваю у него.

Не может быть, чтобы они так быстро всех нас переловили.

– Ты четвертый.

Какой позор! Взять и так быстро проиграть в первом же раунде!

– А кого не поймали? – интересуюсь у парня.

– Рыжую вашу, не помню, как зовут. Но ее мы сейчас в два счета, так что, считай, вы уже проиграли.

Я бы на его месте не был так уверен. Лера умеет удивлять, и я знаю об этом лучше остальных. Следую за ним к темнице, расположенной возле гаражей, прямо под деревом, и вижу своих. Всех, кроме Леры.

– Ши-и-ит! – хватается за голову Илюха, заметив меня.

– Ага, на тебя надежда была, – разочарованно выдыхает Макс. – Да как так?! Получается, только Лера осталась.

– У-у-у-у-у-у, – протягивает Илюха, – нам хана.

– Да место тупое, – пинаю дерево и сажусь на корточки. – Хотя тоже хороши! Будто первый раз играем, как лошков переловили.

– Ага. Тебя как поймали?

– Да проследил за ними, когда Макса повели, вас пытался спасти, полез через крыши, а они прямо там поджидали.

– Лютые, – присвистывает Илюха. – Меня они окружили за домом, Лев попытался спасти – и его осалили. Короче, ждем, когда поймают Леру. Она нас уже не вытащит, тут нереально просто.

– Ладно, в следующем раунде отыграемся. У вас уже спрашивали кодовое?

– Ага, сказали ложное, – отвечает Лев. – А смысл, если они сейчас последнюю словят и автоматом нам конец.

Чуть поодаль стоят двое охраняющих. Остальные трое, видимо, бросились на поиски Леры. Хоть охранников и меньшинство, по правилам мы имеем право убегать только в том случае, если нас коснется непойманная Лера. Да только, похоже, не в этот раз.

– Блин, что за хрень?! – шипит Макс и потирает голову.

– Ты чего?

– Да ветка упала.

Ветка?

– Ай! – дергается Илюха. – На меня, кажется, тоже.

Ну-ну. Поднимаю голову и смотрю наверх.

– Гляньте! – шепотом зову парней, и они поднимают головы следом за мной.

– А! – Глаза Макса округляются.

– О-о-о-о! – удивленно восклицает Лев.

Высоко в ветвях, свесив ноги, словно мартышка, сидит Лера. Подруга машет рукой, призывая нас подойти к дереву чуть ближе. Оглядываемся на охраняющих нас казаков и, пока те не смотрят в нашу сторону, делаем несколько шагов к стволу. Лера шустро спрыгивает на землю и кричит: «Зеленая печать, можно убегать!» Теперь мы свободны и вправе отнять базу у противников.

– Ты как смогла сюда залезть? – спрашиваю у нее, не веря, что при таком раскладе нам удастся победить. И все благодаря этой рыжей девчонке, которая младше и меньше нас всех.

– Да я залезла на дерево, чтобы осмотреться и спрятаться, а они пришли и поставили тут базу, – отвечает Лера.

– Получается, все это время ты была здесь? А почему тогда сразу меня не спасла? – спрашивает Илюха.

– Ждала, пока вас всех переловят, чтобы разом спасти и победить.

– То есть ты в меня не верила? – скептически спрашиваю ее.

– Я тебя страховала, – отвечает она.

– Ну ты дае-е-е-ешь! – присвистывает Лев.

А я даже не удивлен. Это же Лера.

Глава 5

Август 2023 г. Вадим

Лера. Стоит возле кухни спиной ко мне и спокойно переворачивает оладушки, тихо напевая что-то под нос. Желтый комбинезон просторно свисает на ней, открывая взгляду короткий обтягивающий черный топ, стройную спину и красивые оголенные ноги. Мы не виделись вживую около двух лет. За это время ее медные, местами выгоревшие волосы слегка посветлели и сильно отросли. Лера скрутила их в расслабленный неровный пучок и выпустила вперед несколько прядей. Если бы я не знал ее с детства, ни за что бы не поверил в то, что когда-то она была настоящей пацанкой и всем своим видом напоминала мальчишку.

Я надеялся на то, что годы разлуки охладили мои чувства, что увижу ее и в сердце ничего не екнет, что она меня больше не волнует, что я наконец излечился от этой зависимости. Но нет. Она здесь, и мне все так же неизменно срывает голову рядом с ней. Только теперь это реальность каждого моего дня. И мне придется как-то это вывозить.

– Привет, мартышка, – прерываю эту пытку и выдаю свое присутствие. Лера забавно подскакивает от неожиданности и поворачивается ко мне:

– Вадим! Ты… да сколько можно меня так называть?!

И вот она уже рядом, нежно обнимает, обхватив тонкими руками мою шею, и прижимается к моей груди. Сейчас она особенно близко, но в то же время и очень далеко. От каждого ее движения, от ощущения ее дыхания на моей коже меня словно прошибает током. Она и представить себе не может, как сильно я по ней скучал и как мечтал вот так вот просто прижать ее к себе. Но, пока я еще могу себя контролировать, довольно резко отстраняюсь.

– Родители сказали, что ты будешь завтра, – говорю я.

– Должна была, но потом спонтанно купила билеты на сегодня. Хотела устроить сюрприз и попросила твоих мне подыграть.

Теперь понятно, почему мама спрашивала, во сколько я возвращаюсь. Только вот сюрприз не совсем удачный. Я надеялся хотя бы на еще один спокойный день.

– Как добралась?

Сейчас я могу рассмотреть ее всю: очаровательные бледные едва заметные веснушки на щеках, небольшой неровный шрам на левой ключице, оставленный осколком от бутылки во время того, как мы играли в детстве в догонялки, ее маленькие, как у ребенка, ладони и – боже, кто ввел эту моду на отсутствие лифчика? – проглядывающие сквозь тонкую ткань топика соски. Быстро отвожу взгляд: я же не совсем конченый. Или совсем?

– Да так, нормально, – она берет с тарелки оладушек, отламывает пальцами кусочек и кладет в рот, – только тот мужик всё портил.

– Какой мужик?

– Точно, я же скрыла вчера от тебя истории, чтобы ты не понял, что я еду. Короче, мужик храпел всю дорогу, его потом дети из соседнего купе подушкой били еще.

Сомневаюсь, что дело только в блоке. Даже если бы она не скрыла истории, я бы вряд ли их посмотрел. Увидев пару недель назад на ее страничке помолвочное кольцо, отключил все ее уведомления, чтобы лишний раз не испытывать эту тупую ноющую боль, граничащую с отчаянием и злостью. Одно дело – наблюдать за ней, другое – видеть постоянно ее придурка Мишу.

– Хотя с чего я взяла, что ты бы их посмотрел, – повторяет мои мысли Лера и укоризненно глядит на меня. – Ты даже с помолвкой меня не поздравил. И с окончанием школы.

– Хотел вживую, – конечно же, вру. – Поздравляю.

– Ой, да иди ты! – и Лера снова отворачивается к плите, всем видом показывая свое раздражение.

– Мартышка, – тихо зову ее я. Мне самому невыносимо от того, как мало я теперь знаю о ней, и от того, что расстроил ее. Раньше я знал о ней абсолютно все. Мы болтали часами, лежа на чердаке, рассказывали друг другу все, что происходило в наших жизнях, придумывали чудны́е истории, делились секретами и всем тем, что нас по-настоящему тревожило. Лера была мне ближе, чем кто-либо. А я так погано испортил все это своими чувствами к ней.

Хочу подойти, снова обнять ее со спины, прижаться, вдохнуть сладкий аромат волос, сказать, чтобы не дулась. Хотя нет, вру, я хочу поцеловать ее: в губы, в шею, перейти к ключицам… Но я не могу.

– Все нормально, – устало говорит Лера. – Я понимаю, мы повзрослели, у тебя своя жизнь, и в ней гораздо меньше места для меня. Просто никак к этому не привыкну.

Она даже не представляет, как сильно ошибается. Знала бы она, сколько раз я пытался ей написать. Сколько раз я печатал, а затем стирал одно и то же сообщение. Потому что мои чувства не должны ее касаться. Потому что она счастлива. А это только мое сумасшествие, с которым я должен разобраться самостоятельно.

– Я скучала, Вадим, – шепчет она. И в ее голосе я отчетливо слышу печаль и сожаление.

– Я тоже скучал, мартышка, – так же тихо отвечаю ей. Еще немного, и я точно сделаю что-то, о чем потом буду сильно жалеть, поэтому пора уходить. – Пойду переоденусь.

Молча поднимаюсь по лестнице, захожу в свою комнату, закрываю дверь и со всей силы швыряю рюкзак в стену. Можно сколько угодно блокировать ее истории, прятаться за дверью, пока родители внизу говорят о ней, ходить на свидания в попытке забыть или хотя бы переключиться, но теперь это не имеет вообще никакого значения. Теперь Лера будет жить за стенкой, желать мне доброго утра перед институтом, сидеть на пассажирском, пока я везу ее на пары, чистить зубы и принимать душ в одной и той же ванной комнате, что и я. И я должен научиться контролировать свои эмоции, потому что жить с ними уже научился.

Глава 6

Август 2023 г. Лера

Вокзал встречает меня большой синей надписью, выложенной на белой кирпичной стене: «РОСТОВ-НА-ДОНУ».

Воздух пахнет тушеными овощами и пончиками. Почти как в Сочи, только народу меньше: на платформах стоят в основном те, кто в Ростове-на-Дону лишь проездом и держит путь к морю. А вот солнце почему-то жарит так же, если не сильнее, хочется скорее сбежать куда-нибудь, где есть кондей, а лучше два. Развязываю блузку и, оставшись в одном топике, убираю ее в чемодан.

Таксист уже ждет. Он ловко подхватывает мои сумки и закидывает их в багажник.

– С моря вернулись? – спрашивает мужчина.

– Да, – отвечаю ему полуправдой, не желая вдаваться в подробности.

– Геленджик, Анапа, Сочи?

– Последнее, – улыбаюсь ему и сажусь в машину.

Если мне не изменяет память, ехать до дома Черепшины́х от вокзала чуть больше получаса. Даже не верится, что через каких-то тридцать минут я буду у них. Тетя Лена сказала, что Вадим вернется домой после трех. Получается, всего через пару часов я увижу его. Моего Вадима. С ума сойти!

Какой он? Что сейчас происходит в его жизни? Единственное, что я знаю, так это то, что он все так же работает с отцом. Ничтожно мало в сравнении с тем, что я знала о его жизни раньше. Он не пишет, не звонит и почти ничего не выкладывает в соцсети. А когда я сама пытаюсь ему дозвониться, он постоянно занят.

Когда это началось? Точно не могу вспомнить. Просто в какой-то момент у нас все пошло куда-то не туда. Вадим отстранился, у меня появились отношения, и наша многолетняя дружба сошла на нет.

Подав документы в несколько вузов на художественный факультет, я прошла по баллам в три: один – в Москве, второй – в Сочи, третий – в Ростове-на-Дону, в тот самый, где учится Вадим. Я долго думала, какой же в итоге выбрать. Институт в Москве был солиднее и престижнее. Учеба в Сочи означала, что я смогу остаться дома и видеться с друзьями и Мишей. Но меня тянуло в Ростов-на-Дону.

Мне казалось, что это знак и что судьба сама намекает на то, что наше с Вадимом общение еще можно вернуть. Что мне всего лишь нужно принять этот вызов, сделать шаг навстречу, и все сразу станет хорошо. В детстве мы с ним мечтали, как поступим в один институт, и я хотела исполнить эту детскую мечту. Я скучала по нашей дружбе, скучала по Вадиму и скучала по нам. И я просто обязана сделать так, чтобы все стало как раньше.

Машина въезжает в сектор города, где расположены частные дома. Последний раз я была здесь больше двух лет назад. За это время улицу застроили, и теперь по разные стороны от дороги возвышается огромное количество новых домов.

– Девушка, подсказывайте, вот этот? – обращается ко мне таксист.

– Да, да, он, – отвечаю немного заторможенно, рассматривая в окно виднеющийся за темно-зеленым деревянным забором сверкающий белизной двухэтажный особняк. Мы на месте.

Пока таксист достает из багажника сумки, я, присев на корточки, как и сказала мне по телефону тетя Лена, вынимаю из-под булыжника, прижатого к забору, маленький ключик.

– Фух, вроде бы все, – говорит таксист, показывая мне на сумки. – Ну, до свидания. – И мужчина направляется к водительскому месту.

– Всего хорошего, – отвечаю на автомате, на самом деле думая только о том, что сейчас попаду на территорию дома, где прошла часть моего детства. Проворачиваю ключ в замке и тяну калитку на себя. Я здесь. Я внутри. Это все действительно взаправду.

Дома никого. Родители Вадима на работе, а сам парень, как мне сказали, зачем-то поехал в институт. Оно и хорошо. Есть время, чтобы осмотреться и привыкнуть. Раньше я считала это место своим вторым домом, а теперь ему суждено стать первым. По крайней мере, я очень надеюсь на то, что так оно и будет.

Сразу пишу родителям в семейный чат, что все хорошо и я на месте. Скидываю сандалии, оставляю сумки в коридоре и босиком прохожу в гостиную. Осматриваюсь. Тот же овальный ковер, мягкий настолько, что кажется, будто трогаешь кроличью шкурку. Тот же массивный деревянный стол, те же оливковые плотные шторы, большой модульный серый диван. Разве только кресло вроде бы было другим.

Итак, Вадим должен вернуться примерно через полчаса. В голову приходит гениальная идея – приготовить его любимые банановые оладушки. Сколько себя помню, тетя Лена никогда не отличалась любовью к кухне, а Вадим, приезжая к нам, не вылезал из-за стола, постоянно поглощая мамину еду, особенно эти самые оладьи.

Достаю из холодильника молоко и яйца. Кажется, муку и крупы они держали в боковом шкафчике, а кухонную технику – в верхнем. Меня не было здесь несколько лет, все могло триста раз поменяться. Но, открыв нужные шкафчики, сразу с легкостью нахожу то, что мне нужно. Такая мелочь, а приятно. Замешиваю тесто, выкладываю будущие оладушки на блинницу, переворачиваю, беру кончиками пальцев краешек оладушка и подношу ко рту. Вроде бы неплохо. Вадиму должно понравиться.

– Привет, мартышка, – звучит позади меня хорошо знакомый голос. Оборачиваюсь. Вадим, собственной персоной. Высокий родной и заметно возмужавший блондин.

Раньше я даже была в него влюблена. Да и как в такого не влюбиться? Он был самым красивым и добрым мальчиком из всех, кого я знала. Несколько лет ждала, когда Вадим первый признается мне в чувствах. Самой было страшно, думала, что засмеет и тогда мы больше не сможем общаться. Я боялась его потерять. Ради него даже стала отращивать волосы и прикупила пару каких-то нелепых платьев, чтобы больше не походить на мальчишку. Но ничего не изменилось.

Тогда я поняла, что дело не в том, как я выгляжу. Вадим просто видит во мне только друга. У него появилась девушка, затем еще одна, а я плакала, запершись в своей комнате, каждый раз, когда видела его фотографии в обнимку с какой-нибудь девчонкой. В конце концов мне это надоело и я решила дать шанс моему однокласснику Мише. Он подкатывал ко мне еще с восьмого класса. И я перестала страдать, поняв, что сама не хочу ничем портить нашу с Вадимом прекрасную дружбу.

Вот сейчас Вадим смотрит на меня со спокойной улыбкой. Бросаю оладушки, подхожу к нему и обнимаю. Я не знаю, как описать то, что чувствую, находясь в его объятиях и прижимаясь к нему всем телом. Может, спокойствие, радость, а может, облегчение. Пока ехала сюда, я очень переживала из-за того, как пройдет наша первая за эти годы встреча. Но сейчас его широкие теплые ладони лежат на моей талии и я могу выдохнуть. Это мой Вадим, до сих пор мой, и никак иначе.

Я так много хочу рассказать ему и так много хочу узнать о нем: как жил, есть ли девушка, как ему учеба, общаются ли они до сих пор с Яном… Но какая-то непонятная обида берет верх, и, вместо того чтобы сказать ему о том, как рада его видеть, с губ срывается первая претензия:

– Ты даже с помолвкой меня не поздравил.

И вторая:

– И с окончанием школы.

– Хотел вживую. Поздравляю.

По его непроницаемому выражению лица непонятно, искренен он сейчас или нет, и это вызывает во мне новую волну раздражения.

– Ой, да иди ты! – снова отворачиваюсь к плите, потому что чувствую, что еще немного – и распла́чусь.

Вадим поднимается к себе. Вот и устроила сюрприз, молодец, так держать! Теперь сама ешь свои несчастные оладушки! Лбом облокачиваюсь о дверцу верхнего шкафчика и выдыхаю, мысленно повторяя про себя: «Мы давно не виделись. Мы повзрослели. Это нормально, что теперь у нас много разных интересов и совершенно разная жизнь. Но это ничего. Я с самого начала знала, что будет непросто. Но ведь для этого я и приехала, и я сделаю все, чтобы вернуть себе лучшего друга…»

Глава 7

Август 2023 г. Лера

Вадим наверху, судя по звукам, принимает душ. Я сижу, подобрав под себя ноги, на кресле с тарелкой в руках и жую оладушки, которые сама же приготовила. Не то чтобы я планировала свой приезд именно так, но сама виновата, надо было засунуть язык куда подальше.

Хлопает входная дверь – значит, домой вернулись родители Вадима, дядя Сережа и тетя Лена. Ставлю тарелку на журнальный столик и иду их встречать.

– Лерочка, как я рада тебя видеть! Это тебе-е-е-е! – женщина крепко обнимает меня и протягивает охапку светло-бежевых ранункулюсов.

– Да вы что, не стоило… – смущенно принимаю цветы. Надо было тоже привезти какие-то подарочки, а то могу ответить только оладушками.

– Бог мой, как пахнет! – с блаженством вдыхает аромат дядя Сережа.

А нет, похоже, что оладушки тоже сойдут.

– Это банановые оладушки, – сообщаю мужчине.

– Мы спасены! – дядя Сережа задирает голову к потолку и театрально поднимает обе руки, за что тетя Лена шутливо шлепает его по вытянутой ладони.

– С Вадимом-то встретились? – спрашивает она.

– Да, он сейчас наверху.

– Поди, очень обрадовался?

– Ага, – нервно киваю в ответ.

Одной рукой держу букет, другой подхватываю парочку продуктовых пакетов, принесенных родителями Вадима, и мы втроем проходим на кухню.

– Так, сейчас достану вазу, – положив пакеты на стол, сразу начинает суетиться тетя Лена. – Лерочка, мы так рады, что ты теперь будешь жить с нами.

– Ты даже не представляешь насколько, – добавляет дядя Сережа, держа в руках тарелку с оладьями.

– Ой, молчи, – отмахивается от мужа тетя Лена. – Лер, ты сама-то кушала? А то с дороги, уставшая и голодная, поди. М-м? Ты что хочешь? Можно макароны по-флотски, можно картошку запечь.

– Никакой картошки! – раздается голос Вадима с лестницы. – Я уже заказал еду.

А это он здорово придумал. Не хватало еще травануться в первый же день.

Через пятнадцать минут в дверь звонит курьер. Через двадцать мы сидим за столом на небольшой уютной террасе и раскладываем привезенную еду по тарелкам.

– Кому салат? – спрашивает дядя Сережа.

– Мне, – и протягиваю свою тарелку. – Мясо божественное!

– Держи, – он передает миску с салатом в мои руки. – Ну, Лер, что нового у тебя?

– Да, рассказывай, – подключается тетя Лена, – нам все очень интересно.

– Даже не знаю, с чего начать, – пожимаю плечами и кладу ложку салата в тарелку. – Вот в институт поступила.

– Да, это мы знаем. Ты и не представляешь, как тобой гордимся. Но, если честно, мы в тебе даже не сомневались. Кстати! Тебе же, наверное, много чего для учебы купить надо? Ну там краски всякие, холсты, кисти… Что там вам, художникам, еще нужно? Тебя бы в торговый центр свозить до начала учебы, там большой магазин для творчества есть, – предлагает женщина.

– О, за это не переживайте, – успокаиваю ее. – Я уже давно все заказала, завтра должны привезти прямо сюда. Но по магазинам я тоже не против пройтись.

– Ну хорошо, – соглашается тетя Лена. – А выпускной как прошел? Ритка присылала фотки, такое платье у тебя красивое было.

– Спасибо, – улыбаюсь женщине. – Выпускной понравился, было весело.

– В море купались? – спрашивает дядя Сережа.

– А как же! На рассвете прямо в платьях, все в лучших традициях.

– Эх, молодость, – мечтательно вздыхает тетя Лена. – А Мишка твой как? Слышали, предложение тебе сделал.

– Да, тоже на берегу.

– Ой, как романти-и-ично. И что думаешь? Когда на свадьбу пригласите? Мне же еще платье надо найти!

– Ой, теть Лен, рано еще об этом думать, сейчас бы с институтом разобраться для начала. А там уже посмотрим. Но не раньше, чем через год.

А желательно через два-три. С Вадимом отношения налажу, и там уже можно будет и на очно-заочное на третьем курсе перейти.

– Это ты правильно говоришь. А где играть будете? В Сочи у себя?

Звук неожиданно разбившегося стекла не дает мне ответить. Оборачиваюсь на источник звука и вижу под ногами Вадима осколки, а следом и его окровавленную ногу.

– Сила небесная, это ж как же так? – вскакивает тетя Лена.

– Где у вас аптечка? – тоже стремительно встаю из-за стола. – Не шевелись, – приказываю парню, – там под тобой куча осколков.

– В коридоре, в шкафу, в нижнем ящике, – отвечает тетя Лена.

– Не надо, сам разберусь, – ворчит Вадим.

Но я уже на полпути в коридор. Достаю аптечку и возвращаюсь на улицу.

– Не тряси ногой, а то сейчас все кровью испачкаешь! Так-с, где там у вас перекись? – бубню себе под нос. – О, хлоргексидин! Тоже пойдет!

Сажусь на корточки возле Вадима и осторожно касаюсь его ноги, чтобы поставить ее поудобнее. Он снова дергается.

– Ты можешь не шевелиться? – произношу немного сердито и, вскинув вверх голову, встречаюсь с ним взглядом. Он смотрит на меня побитым зайцем, а затем резко встает и, кинув: «Я же сказал, сам разберусь. Все в порядке», – уходит в дом.

– Что это с ним сегодня? – спрашиваю у тети Лены и дяди Сережи.

– Да кто ж его знает, – пожимает плечами мужчина. – Может, на стройке какие-то проблемы опять.

– На стройке?

– Так ты не знаешь?

– О чем?

– Вадим землю купил, сейчас вовсю стройка идет. Думаю, месяцок-другой, и упорхнет птенец из гнезда.

Месяцок-другой… Вот это новость. И почему-то вместе с гордостью за друга испытываю разочарование. Я не хочу, чтобы он переезжал. Приехав сюда с одной-единственной целью, я даже не предполагала такое развитие событий. Искренне верила, что, живя под одной крышей, нам удастся наверстать упущенные годы. А похоже, я и правда забыла, что мы уже не подростки, кидающие в котов мандариновые корки.

Может, в какой-то момент мы просто стали слишком разными? В конце концов, когда он впервые начал ездить по клубам, я еще тайком подливала в сок родительский алкоголь и коллекционировала плакаты с кей-поп-исполнителями.

После ужина мы быстро убираем осколки и расходимся по комнатам. Сегодня был радостный, но невероятно тяжелый и эмоциональный день. Глаза от усталости слипаются сами, но стоит их закрыть, как мысли нескончаемым потоком снова и снова начинают заполнять собой пространство. Это моя вечная проблема. Все навалилось как-то сразу: новый дом, странное поведение Вадима, новость о его скором переезде. В сотый раз встаю с кровати, дохожу до двери, заламывая руки, и возвращаюсь назад. Нет, это уже перебор! Сколько можно?

Наши с Вадимом комнаты и ванная на втором этаже, спальня его родителей – на первом. Осторожно открываю дверь, чтобы сильно не шуметь и не потревожить тетю Лену и дядю Сережу. Топаю босыми ногами по дорогущему паркету и дохожу до заветной двери.

– Вадим? Спишь? – шепчу и мысленно прибиваю сама себя за тупые вопросы во втором часу ночи.

– Мартышка? – Удивленный шепот.

Странно, что он не спит.

– Можно я побуду с тобой? Не спится.

– Не думаю, что это хорошая идея, – после недолгой паузы отвечает парень.

– Пожалуйста, я буквально схожу с ума, – и в попытке разрядить обстановку добавляю: – Обещаю, приставать не буду.

Тяжелый вздох сменяется тишиной, а потом сомневающимся:

– Иди уже сюда.

Радостная, тут же залезаю с ногами на кровать. Гусеницей кутаюсь в плед и ложусь рядом, положив голову на плечо Вадиму. На потолке тускло горят наклейки-звездочки. Мы налепили их, когда были совсем детьми. Странно, что он так и не убрал их.

– Мог бы снять, – говорю, тыкая пальцем в потолок.

– Не хочу.

Значит ли это то, что это все еще важно для него?

– А помнишь, когда мне было лет двенадцать, мы сбежали на сеновал и смотрели на звезды, валяясь на стоге? – спрашиваю у него.

– Как такое забыть? Ты потом наступила на гвоздь, и мне пришлось километр тащить тебя на спине.

– Вообще-то полпути я скакала на одной ноге!

– Ага, и ныла: «Вадим, возьми меня на ручки!» А еще потом отец мне всыпал ремня и у меня задница горела дней шесть, не меньше.

Мы смеемся, и то самое ощущение дома появляется вновь. Он легонько почесывает мою голову, перебирая пряди волос, и я на автомате мурчу. Как же это приятно, знает, гад, что голова – мое слабое место.

– Так, ну а теперь ты колись, помимо дома, что еще мне нужно знать? – спрашиваю у Вадима. – Встречаешься с кем-то? Поэтому хочешь скорее съехать, чтобы жить вместе?

Вадим не отвечает, и в комнате на какое-то время повисает молчание.

– Ты чего? Не хочешь – не говори, я же просто спросила.

– Есть девушка, которая мне давно очень нравится, – все же отвечает он, – но переезд с этим никак не связан. И вообще, в моем возрасте считается нормальным съезжать от родителей.

Значит, девушка все же есть. Хотя было бы странно, если бы у него никого не было.

– И что же ты молчал? Ни одной фотки не выкладывал. Как давно вы вместе? Она из института? Познакомишь?

– Мы не вместе, – обрубает Вадим.

А вот это уже интересно.

– Что? Почему? Ты же вон какой красавчик, я бы сказала – идеал. Машина, бизнес, дом вон строишь.

– Потому что во мне она видит совсем не это.

– Она что, слепая? Познакомь меня с ней, я уж точно открою ей глаза.

– О, хотел бы я на это посмотреть, – приглушенно смеется Вадим и, приобняв меня, говорит: – Давай спать, мартышка. А то завтра совсем плохо будет.

Поворачиваюсь набок и утыкаюсь ему в шею. Как давно мы вот так вот просто не валялись и не разговаривали обо всем на свете? Я скучала по такому Вадиму. Закрываю глаза и, на удивление, мгновенно проваливаюсь в сон.

Глава 8

Август 2023 г. Вадим

Поднимаюсь к себе в комнату с единственным желанием устроить тут погром, перевернуть и разорвать все, что попадется под руку. Пошли они все со своим Мишей, с этим предложением, свадьбой. Да и я хорош, не смог сдержаться и слишком сильно сжал в руке этот гребаный стакан. Молодец, Вадим, красавчик, вообще не палишься, продолжай в том же духе.

Через полчаса слышу ее шаги. Лера поднимается на второй этаж, заходит в свою комнату, потом направляется в ванную. Чистит зубы, включает воду, залезает в душевую, моется. Моется! Как унять свои фантазии и спокойно принять тот факт, что теперь мы будем делить душевую каждый день? Сплошное издевательство.

А через время тихий стук в дверь, и она заходит ко мне в своих коротких пижамных шортах, на мгновение лишая меня дара речи.

– Можно я побуду с тобой? – спрашивает Лера. – Не спится.

Она же не может вот так просто взять и залезть ко мне под плед! Не уверен, что смогу это выдержать. Но именно это она и делает. Лера ложится рядом, едва касаясь моих ног своими крошечными гладкими стопами, и кладет голову на мое плечо. Комнату наполняет знакомый сладкий аромат ирисок. Поддавшись соблазну, чуть приподнимаюсь и жадно его вдыхаю. Господи.

Нет, ну как можно быть такой? Такой… притягательной. И ладно бы дело было только во внешности. Но ведь нет же. Я встречался со многими девчонками. Забавы ради. Меня всегда окружали девушки модельной внешности, от которых за километр несло женской энергией. Я знал многое про отношения и флирт. В институте ко мне даже пару раз клеились молодые преподавательницы, недвусмысленно намекая на зачет автоматом. Но никто из них не западал в душу. Одна встреча, одна искра, не более. Остальное мне было неинтересно. И если в шестнадцать я еще мог обмануться короткими юбочками или жаркими обещаниями, то сейчас даже это не возбуждает.

Зато стоит Лере случайно коснуться моего плеча – и все, срывает башню. В детстве всегда бежал к ней, если что-то случалось; умолял родителей отпустить меня к ней на каникулах. С Лерой мне было хорошо, я не притворялся, был самим собой и не играл в вечно веселого парня без проблем и неудач. Она меня любила без шелухи.

А сейчас она спит у меня под боком, забавно сопит и иногда вздрагивает во сне. Я же не могу уснуть, любуюсь ею. Непозволительно близко, разрушая все границы, которые сам же выстраивал несколько лет. Слабак, не надо было ее впускать. Мне казалось, что за эти годы я смог хотя бы немного принять тот факт, что для нее могу быть только другом. Но когда она была подростком, думать об этом было легче, чем сейчас.

Лера вертится во сне, и возбуждение становится невыносимым. Аккуратно встаю, чтобы не потревожить, выхожу из комнаты и направляюсь в ванную. Мне срочно нужен ледяной душ. А лучше пистолет, чтобы застрелиться. Выйдя из ванной, спускаюсь вниз, решив не возвращаться в спальню и доспать в гостиной на диване. Хватит с меня этой пытки.

Утром просыпаюсь оттого, что кто-то водит ногтями по моим волосам. Боже, как приятно. Не хочу, чтобы это прекращалось.

– Ты не спишь, не притворяйся! – смеется, склонившись надо мной, Лера. Почесывания прекращаются, и мне прилетает легкая оплеуха.

– И это, по-твоему, доброе утро? – ставлю ноги на пол и сажусь.

– Ты чего тут спишь? – обеспокоенно спрашивает она. – Я тебя согнала, да?

– Нет, не парься, просто рабочие моменты решал и уснул, – нагло вру я.

– А твои?

– Уехали, наверное, на работу уже. Да и нам пора.

– Куда? На работу?

– В институт. Ты не представляешь, какая будет очередь в библиотеку в первый учебный день. Советую сгонять сегодня, чтобы потом не тратить на это полдня. Так что собирайся, завтрак по пути захватим.

Лера, схватив со стола зеленое яблоко, убегает наверх. Я же сначала иду за кофе. Ночка на неразложенном диване, на котором я спал полускрюченный, выдалась не то чтобы прям шикарной. Тело ломит, голова гудит, и с этим срочно нужно что-то делать.

Сделав пару глотков, стягиваю с себя футболку, чтобы заменить ее на рубашку, и вдруг слышу со второго этажа Лерин крик:

– Вади-и-и-им, помоги-и-и-и!

Поднимаюсь и захожу в ее комнату. Лера стоит ко мне полубоком, одетая в легкий светло-голубой сарафан. Мне показалось, или она и правда, заметив меня, на секунду задержала свой взгляд на моем торсе?

– Что, нравлюсь? – усмехаюсь, но сам раздражен: знаю, что, в отличие от остальных, она не видит во мне то, что я хотел бы, чтобы она видела.

– Ой, иди ты! – Что и требовалось доказать. – У меня тут молния заела, помоги, пожалуйста.

Помочь что? Господи, неужели она попросила об этом именно меня? Молодец, мартышка, знает, как вывести меня из равновесия с самого утра. Правда, это бесит еще сильнее, так как еще раз подтверждает то, что она видит во мне только друга, бесполое существо, перед которым не стыдно. Задержав дыхание, касаюсь ее оголенной спины. Еще немного – и мне снова сорвет башню. Боже. За что мне это?!

– Спасибо, дальше сама справлюсь, – говорит она. – Хотя нет, спина чешется. Слева, да, да, вот так.

Касаюсь ее сквозь тонкую скользящую ткань сарафана. Вроде бы такая простая просьба, а мне не верится, что это происходит сейчас со мной. С нами. Неожиданно Лера чуть выгибается вперед и из ее рта вырывается легкий стон, что окончательно сводит меня с ума.

– Да ты не мартышка, а кошка, – говорю шепотом.

– А ты бог в чесании спины, – смеется девушка. – Может, тебе стоило пойти на массажиста? Делал бы мне бесплатный массаж.

– Ну, насчет массажиста – это спорно, но вот массаж иногда делать могу.

Боже, что я несу?!

– Бесплатный? – уточняет она.

– У всего есть цена.

Боюсь, моя тебе не понравится.

Выхожу из ее комнаты и направляюсь в свою, чтобы собраться. Хотя, конечно, стоит снова посетить ванную. Горло пересохло, возбуждение на пике – вот тебе и супер-мак-комбо.

Глава 9

Август 2023 г. Лера

Мы останавливаемся напротив большого красивого здания института. Видно, что здесь не так давно сделали ремонт: никаких трещин, потертостей и выцветшей на солнце штукатурки. Так как я подавала документы через «Госуслуги», а все собеседования и творческие этапы отбора проходила онлайн, вживую увидеть его мне удалось только сейчас.

– Вау! – вырывается у меня, на что Вадим только хмыкает.

– Пойдем, еще успеет надоесть. Смотри, это главное здание, основная часть пар твоего факультета будет проходить именно здесь. У меня в основном пары в другом корпусе, но пересекаться будем довольно часто, так как здесь деканат, библиотека, спортивный зал и, конечно же, столовая.

Проходим мимо поста охраны на небольшую, но ухоженную территорию. К входу в основной корпус ведет лестница из белого камня. Вадим толкает огромную тяжелую деревянную дверь и пропускает меня первой. Делаю шаг и сразу оказываюсь посреди просторного холла с высокими потолками и длинной лестницей.

– Нам сюда, – указывает Вадим и сразу сворачивает направо. Иду за ним. Широкий холл сменяется узким коридором со множеством картин, висящих на стенах, дальше еще один холл, но поменьше, поворот, затем еще один, и еще, и вот мы стоим у двери с табличкой «Библиотека». Дергаю за ручку, но дверь не поддается.

– Они сегодня с двух работают. – Позади нас показывается голова какого-то парня. – Сам уже час жду.

– Блин… – раздраженно вздыхает Вадим. – Еще двенадцати нет.

– И что делать будем? – спрашиваю его. – Домой как-то не хочется.

– А куда хочется?

Хм, я не была в этом городе несколько лет. Здесь так много мест, с которыми у меня связаны воспоминания о детских и подростковых годах, когда мы с Вадимом были не разлей вода. Я хочу гулять. Хочу ходить по городу и жадно всматриваться в каждую улочку, в каждый его поворот.

– Отвези меня туда, где тебе хорошо, – наконец говорю я, рассудив, что это будет самым верным решением.

– Принято, – кивает он. Мы выходим из института, садимся в машину и едем в сторону центра. Интересно, куда он меня привезет.

– Ты сейчас серьезно?! – удивленно рассматриваю вывеску зоопарка, когда Вадим начинает парковаться.

– Более чем, – уверенно отвечает парень.

– Ты странный. Очень и очень странный.

Уж чего я совершенно не ожидала, так это того, что он привезет меня в зоопарк. На набережную, в парк, в какое-нибудь кафе, в конце концов, да куда угодно, но не сюда.

– Но ведь поэтому тебе со мной и хорошо, – усмехается друг.

Что ж, а вот с этим не поспоришь. Мы берем билеты и проходим под цветастой надписью «Ростовский зоопарк». Сначала не спеша идем по мосту мимо вольера с орлами и грифами, немного задерживаемся у клеток с рысями и другими большими кошками. В детстве мы любили бывать здесь, когда семьей приезжали в гости. Но все равно странно, что Вадим отвез меня именно сюда.

– М-м-м-м-м, ты чувствуешь этот аромат? – Воздух наполняется запахом горячей сладкой кукурузы.

– Бери уже, – смеется он и подводит меня к ларьку. Чувствую себя маленьким довольным ребенком, у которого сегодня день рождения, и поэтому все выполняют его желания.

– И сладкую вату купишь? – щурюсь я.

– Ну как я могу тебе отказать?

Мы берем две кукурузы и подходим к аллее с капибарами.

– Не думала, что ты привезешь меня сюда, – вгрызаюсь зубами в сочные зерна. – Как-то не вяжется.

– Погоди, – загадочно отвечает Вадим.

Слушаюсь.

– А это вообще гуманно – держать животных в клетках? – размышляю вслух, смотря на вольеры с большими дикими кошками.

– Думаю, о них тут заботятся.

– Это да, но не уверена, что, если льва поставить перед выбором – лежать в клетке или бегать по саванне, он сделает выбор в пользу первого.

– Вот эта ленивая задница? – Вадим указывает на светлую кучу, разлегшуюся на большом плоском камне.

– Ну да, со львом такой себе пример, – прыскаю со смеху.

– И, кстати, мы пришли. – Вадим останавливается. Следую его примеру.

– Серьезно? – закатываю глаза, увидев, как на потолке вольера, к которому меня привел Вадим, зацепившись хвостами, висят мартышки. – Ты меня сюда через весь город вез, чтобы вот так остроумно пошутить?

Он ржет, а мне хочется хорошенько его треснуть.

– Ладно, ладно, – друг примирительным жестом поднимает руки, – хочешь – верь, хочешь – нет, но я и правда вспоминаю здесь о тебе, и мне становится хорошо.

– Я даже не знаю, воспринимать это как комплимент или как оскорбление, – все же бью его кулаком в плечо. – Но если серьезно, раз вспоминал, то почему не писал ни разу? Поздравления с днем рождения и Новым годом не в счет.

Такое поведение действительно сбивает меня с толку. Вадим почти полностью исчез из моей жизни, а сейчас как ни в чем ни бывало говорит мне все эти сопливые вещи, стоя возле вольера с мартышками.

– А что, если я тебе скажу, что хотел уберечь тебя? – смотря на вольер, тихо произносит он.

– От чего? – Такой ответ совершенно точно путает меня еще сильнее.

Он ничего не отвечает, кидает недоеденную кукурузу в мусорный бак и говорит:

– Пойдем, пора возвращаться.

Возвращаемся в институт ровно к двум. Проходим уже знакомый пост охраны, большой холл, коридор с картинами…

– Ты тогда возьми книги. Скажешь фамилию и курс, ну они сами спросят вообще-то, а мне надо быстро в деканат забежать, ладно? – говорит Вадим.

– Окей.

– Тогда встретимся здесь, я бегом.

Подойдя к библиотеке, уже замечаю небольшую очередь из студентов. Встаю пятая и облокачиваюсь о стену, стараясь невзначай рассмотреть присутствующих. Парень с кудрявыми иссиня-черными волосами по плечи, одетый в пеструю рубашку с нарисованными синими бабочками, сразу бросается в глаза. Рядом с ним стоит девушка: белоснежные волосы, половина которых выбрита почти под ноль, пышная юбка-сетка и высокие массивные ботинки, не совсем подходящие под августовскую жару. Сразу видно, учатся на каком-то творческом факультете. Может, они вообще мои будущие однокурсники. М-да, на контрасте с ними я выгляжу как серая мышь.

– Первокурсница? – вырывает меня из наблюдений чей-то голос. Поворачиваюсь и вижу довольно обычного парня, выделяющегося разве что какой-то абстрактной татуировкой на шее.

– Типа того.

– И на кого, если не секрет?

– Художник.

– О, круто! Менеджмент, второй курс. И кстати, – парень протягивает мне руку, – Влад, глава студсовета, поэтому можешь смело по всем вопросам обращаться ко мне.

Получается, он однокурсник Вадима. Интересно, этот Влад предлагает свою помощь всем первокурсникам? Если так, то институту очень повезло с главой студсовета.

– Лера, – представляюсь в ответ и, не удержавшись, все же задаю вопрос: – И что, ты со всеми вот так знакомишься?

– Совру, если скажу, что да. Но я стараюсь. Институт у нас небольшой, людей не так много, так что можно хотя бы попытаться.

Хм, вроде звучит искренне.

– Какие первые впечатления? – спрашивает парень.

– Тут красиво.

– Ну да, летом капремонт был. Кстати, видела картины? Ребята с твоего факультета постарались. Это их работы.

– Вау, это очень круто!

То, что вуз решил повесить картины своих студентов, говорит о многом.

– К-хм, – звучит неподалеку от нас. Поворачиваюсь на звук и вижу, как из конца коридора в нашу сторону направляется Вадим.

Быстро он. Или это я за разговором не заметила, как прошло время?

– Знакомы? – спрашивает Влад.

– Да, мой друг.

– Друг? – почему-то удивленно вскидывает вверх одну бровь он.

– Ну да, дружим с детства.

– Интересно, – задумчиво произносит парень.

– Ладно, мне пора. Кажется, моя очередь, – увидев, что все, кто стоял в коридоре, уже зашли в библиотеку, прощаюсь с главой студсовета и тоже направляюсь туда. – Рада была познакомиться.

– И я рад. Тоже пойду, – отвечает Влад. – Еще обязательно увидимся.

Он уходит, а я, дождавшись у двери Вадима, захожу в библиотеку вместе с ним.

– Ты чего? – шепотом спрашиваю у друга, заметив, что что-то в его поведении изменилось. – В деканате что-то?

– Нет, все в норме, – отвечает он не слишком правдоподобно.

– Точно? А то выглядишь напряженно.

Вадим вздыхает и наконец озвучивает причину своего недовольства.

– Влад не тот, с кем стоит общаться, – говорит он. – Крайне не советую.

– Почему? Вроде довольно милый парень, глава студсовета к тому же.

– Просто послушай меня и все.

Блеск! Суперобъяснение! Здравствуйте, меня зовут абьюзер в десятом поколении.

– Ну, так дела не делаются, – отвечаю на это заявление.

Мои глаза встречаются с глазами Вадима, он пристально всматривается мне в лицо и потом устало выдыхает:

– Лер, ну неужели так сложно сделать то, о чем я тебя прошу, и не выпендриваться?

– Это слишком просто, – показываю ему язык и направляюсь к библиотекарше, оставляя его позади.

Не знаю уж, что они там не поделили. Вроде даже учатся на одном курсе. Предостережение Вадима, конечно, учту, все же ему я доверяю, но поспешных выводов делать не собираюсь. Надо бы еще пообщаться с этим Владом.

Глава 10

Август 2023 г. Вадим

– Мы домой? – спрашивает Лера, когда мы подходим к машине.

– Да, но сначала надо кое-куда заехать, – кидаю пакет с учебниками на заднее сиденье и сажусь за руль. Стоит Лере пристегнуться, жму на газ, и моя новенькая «ауди» срывается с места.

– Ты больной! – кричит она, вцепившись двумя руками в сиденье.

– Сбавить?

– Ни в коем случае! – смеется она.

Когда мы выезжаем на главную дорогу, увеличиваю скорость, а Лера врубает на телефоне Måneskin и громко начинает им подпевать:

I wanna be your slave, I wanna be your master…

Я все еще чувствую раздражение. Стоило только увидеть ее рядом со Стрельцовым, и меня понесло. И дело даже не столько в том, что учебный год еще не начался, а вокруг Леры уже вьются воздыхатели – к этому за несколько лет их с Мишей отношений я привык. И так-то это ему, а не мне надо отгонять от нее некоторых персонажей, проявляющих излишний интерес.

I wanna make your heartbeat run like

rollercoasters…

А дело в том, что Стрельцов реально скользкий тип. На бумаге – глава студсовета, а на деле – напыщенный индюк, уверенный, что ему должны все кланяться в ноги только из-за того, что он сын прокурора. Хотя, думаю, у него обо мне тоже не лучшее мнение сложилось, особенно после того, как на первом курсе я при всех послал его глубоко в зад.

I wanna be a good boy,

I wanna be a gangster…

Теперь он знает, что Лера мне близка, и я точно уверен, что не упустит возможности насолить мне через нее. Только вот Лера не игрушка и не разменная монета, наши с ним разборки вообще никак не должны ее касаться. Стрельцов умеет очаровывать, я видел это много раз. Но вот близких друзей у него нет, а это уже говорит о многом.

‘Cause you could be the beauty

аnd I could be the monster…

Не выезжая из города, сворачиваю к одному ресторанчику с мексиканской кухней, где еще вчера назначил встречу с дизайнером. У входа нас приветствует милая девушка-хостес в национальном костюме. Называю ей номер нашей бро́ни.

– Ух ты! – Лера горящими глазами осматривает интерьер. – Как необычно!

Я здесь уже бывал. Это местечко и правда оставляет приятное послевкусие. Яркий и сочный дизайн ничуть не надоедает, скорее наоборот – хочется зацепиться за каждую необычную деталь и надпись. Я знал, что ресторан понравится Лере, и поэтому выбрал для встречи именно его.

Придаю лицу мнимую серьезность и, не устояв перед соблазном, говорю:

– Заказывай что хочешь.

Позер.

Дизайнер, тридцатилетняя красивая ухоженная брюнетка в деловом атласном костюме, уже сидит за столом, держа в руках маленькую изумрудную чашку.

– Добрый день, Александра. Извините, что заставил вас ждать.

– Ничего, – отвечает женщина. – Я как раз успела перекусить.

Лера садится рядом со мной, с интересом поглядывая на чертежи в планшете. Именно Александра все эти месяцы работала над проектом моего дома: продумывала освещение, планировку, расположение розеток и мебели.

– Надеюсь, вы успели ознакомиться с материалами, которые я вам скидывала, – обращается ко мне Александра. – А вот финальный вариант. Как вам? Я решила все же добавить немного декоративного камня на вот эту стену в гостиной. А еще он хорошо будет сочетаться со столешницей острова на кухне.

Внимательно изучаю все, что мне показывает Александра, и затем поворачиваюсь к Лере.

– Что думаешь? – спрашиваю у нее. Если вначале она с интересом смотрела в планшет и наблюдала за разговором, то спустя десять минут уже залипла в свой телефон.

– Типичный дом холостяка, – отвечает она, едва взглянув на планшет.

– Вообще-то Вадим как раз указал в анкете, что хочет строить дом для себя и не собирается в ближайшие лет десять заводить семью, – ехидно произносит Александра, окинув Леру оценивающим взглядом, что мне совершенно не нравится.

– То есть тебя не вдохновляет? – уточняю у Леры, проигнорировав слова дизайнера.

– Да нет, нормально, – пожимает плечами Лера.

– Но не «восторг»?

Не знаю почему, но мне важно ее мнение по поводу этого дома. И пусть она никогда не будет жить в нем вместе со мной, я хочу, чтобы он ей нравился.

– Я бы сказала, не прям твое.

– Что вы имеете в виду? – оскорбленно спрашивает Александра.

– То, что делать серые стены и аскетизм только потому, что он мужчина, – весьма сомнительное решение, – довольно дерзко отвечает Лера. Готов поспорить, дизайнер не привыкла к такому тону в свой адрес.

Александра собирается ответить, но я сразу решаю ее прервать:

– Александра, аванс я отправлю вам сегодня. Остальное после окончания всех работ.

– О, я рада, что вам все понравилось, – делая акцент на слове «вам», отвечает женщина и смотрит на Леру взглядом победительницы.

– Только вот заканчивать проект вы будете вместе с Валерией, – добавляю я. – С вас, – обращаюсь к женщине, – профессионализм. А с тебя, – обращаюсь уже к Лере, – душа.

– Но я работаю одна! – возмущается Александра.

– А я не работаю вовсе, – шепчет Лера.

– Сумма остается той же, что мы с вами обговаривали, – говорю Александре. – Если вы не согласны, поищу другого дизайнера.

Я блефую: искать другого дизайнера на таком этапе – непозволительная роскошь. Но и отступать от своей идеи я не намерен. Женщина молчит, тем самым дает мне понять, что терять такой проект она тоже не собирается.

– Отлично, тогда скину вам номер Валерии, чтобы вы могли с ней списаться по работе. Всего доброго.

Выходим из ресторана, оставив слегка растерянную Александру допивать кофе в одиночестве.

– Ты серьезно сейчас?! – восклицает Лера. – Я же не дизайнер. В смысле вообще не дизайнер!

– Зато ты лучше всех меня знаешь. И знаешь, что мне понравится, а что нет. Что ты там про холостяков сказала? Ха! Ты видела ее лицо в этот момент? Готов поспорить, она к такому не привыкла.

– Ей полезно, – фыркает Лера. – А еще ты заплатишь мне по полной ставке.

– Ты настолько плохого мнения обо мне, что решила это уточнить?

– Нет, но лучше обговорить все сразу.

– Согласен. Тогда поблажек от меня не жди, выполнить работу надо в срок с запасом на поправки.

– Их не будет. И, подожди, поправки? Ты что, настолько плохого мнения обо мне?

– Замолчи уже, – тихо смеюсь и открываю Лере дверь машины.

Глава 11

Сентябрь 2023 г. Лера

Первый учебный день в институте начался довольно бодро. Сначала, ожидаемо, всех первокурсников собрали возле главного входа. Затем из толпы студентов показалась невысокая женщина в нежно-лиловом деловом брючном костюме. Она поднялась на три ступеньки, так, чтобы все остальные могли ее видеть.

– Доброе утро, первый курс! – она делает акцент на первом слоге каждого слова. – Я декан очного отделения, Анна Валерьевна Прохорова, мы с коллегами поздравляем каждого из вас с поступлением в наш замечательный вуз. Годы обучения…

Анна Валерьевна говорит приблизительно десять минут, затем, словно мама-утка, собирает первокурсников вокруг себя и ведет внутрь здания на экскурсию. Их не много. Оно и понятно, институт у нас небольшой. Вот, оказывается, даже деканов у нас всего два: очного и заочного отделения.

Так как я уже была здесь недавно, решаю сосредоточиться не на интерьере, а на студентах, вместе с которыми мне предстоит учиться как минимум ближайшие четыре года.

Кто-то уже успел разбиться на небольшие группы. Увидев, как ребята одной из этих групп немного притормозили возле стенда с объявлением о каком-то конкурсе картин, понимаю, что мне нужно именно к ним. Их семеро, среди них и та самая странная парочка, которую я встретила в библиотеке, – девушка со смелой стрижкой и кудрявый парень. Только сегодня вместо рубашки с бабочками на нем красуется черная худи с оранжевой надписью «ORGASM», где буква «M» похожа на логотип московского метро. Выдохнув и покрепче сжав в руке сумку, направляюсь в их сторону.

– Привет. Вы же тоже на художественный? – уточняю у них.

– Привет, верно, – улыбается мне та самая девушка с выбритыми волосами. – Видела тебя у библиотеки. Я Настя.

– Лера.

– Сырь, – коротко представляется кудряш.

– Сырь? – на всякий случай переспрашиваю я.

– Его зовут Олег, – говорит за него Настя, – но он просит называть себя Сырь, а мы желания каждого уважаем.

– Э-э-э, ладно.

Сырь так Сырь. Странное имя, но ребята сами по себе выглядят необычно.

– А ты из какой школы? – спрашивает меня другая девушка. – У нас тут несколько из восьмидесятой, прикинь, целых три человека и все на один факультет. А я из пятьдесят пятой.

– Я из Сочи.

– О-о-о-о, прикольно. В общаге, получается, жить будешь?

– Нет, я у друзей семьи живу.

Решаю на протяжении всей экскурсии и дальше держаться за своими новыми однокурсниками. С ними мне спокойнее, не чувствую себя потерянной белой вороной.

Показав главные аудитории, спортивный зал и столовую, Анна Валерьевна заводит нас в совершенно небольшую аудиторию с закрытыми шторами, в которую мы все едва помещаемся, и говорит, что ей надо срочно бежать по каким-то неотложным делам, а мы зачем-то должны ждать ее здесь.

– Как думаете, чего от нас еще хотят? – спрашивает Настя.

– Не интересно, – отвечает Сырь и смотрит время на телефоне. – Главное, чтобы скорее домой отпустили.

Неожиданно свет в аудитории на мгновение гаснет.

– И что это было? – звучит в толпе.

Затем свет гаснет еще раз.

– Что за прикол?

И вот уже свет мигает с большой скоростью, углы аудитории загораются красным, а где-то над нашими головами начинает невыносимо громко орать сигнализация. Все с криками несутся к выходу. Мы с Настей и Сырем стоим почти рядом с дверью, поэтому нас одних из первых выталкивают в коридор. Стоило перешагнуть порог, как на глаза тут же кто-то накидывает черную плотную тканевую повязку, тем самым полностью отрезая меня от остального мира. Вокруг слышатся громкие, нечеловеческие, я бы сказала, звериные крики. Затем кто-то довольно грубо тянет меня за руку, а уже через мгновение я чувствую спиной прохладу стены, а по бокам от себя – других людей. Будто на расстрел выстроили.

– Сегодня вам суждено спуститься в преисподню-ю-ю-у, а-а-а-у-у-у, – с дикими завываниями разносится по коридору громкий голос человека, который словно только что сбежал из психбольницы. – Идем вперед и не высовываемся, а-а-а-у-у-у, кто выйдет из строя, я не виноват, хи-хи-хи.

Все это похоже на какой-то бред. Сигнализация, завязанные глаза, сумасшедший голос, звери. Нас выводят на улицу, ведут через дорогу, словно слепых беспомощных котят. Вокруг со всех сторон яростно сигналят машины, звериные крики не умолкают ни на секунду. Периодически кто-то то дотрагивается до меня, то подталкивает в сторону, то зачем-то начинает щипать. И мне уже хочется послать всех куда подальше и сорвать повязку.

Шум улицы исчезает, мы заходим в какое-то здание, поднимаемся по лестнице. Я несколько раз спотыкаюсь, чуть не налетев на впереди идущего человека.

– Йа-у-а-а-а! Снимайте повязки-и-и-и! – приказывает все тот же голос. Сразу тяну руки к голове. Но, сорвав повязку, понимаю, что ничего особо не поменялось – мы снова находимся в темном помещении с выключенным светом. Единственное – глаза, немного привыкшие к темноте, теперь могут различать некоторые очертания.

– А теперь бегите! – торжественно кричит голос. – Бегите, бегите, найдите выход до того, как умрете и останетесь здесь навсегда-а-а-а-а!

Времени на то, чтобы подумать, просто нет. Прямо из стен, под аккомпанемент жутких завываний, появляются светящиеся в темноте руки. Эти руки хватают за одежду и тянут на себя с такой силой, что точно могут ее порвать.

– Ай! – вскрикиваю, почувствовав, как кто-то хватает меня прямо за волосы и резко тянет к стене.

– Ребята, я нашел выход! – кричит кто-то с противоположной стороны комнаты. – Здесь! Только он очень низкий, надо присесть на корточки.

Все бегом направляются туда. Когда доходит моя очередь, сажусь на корточки и затем встаю на четвереньки. Сам проход не выше семидесяти сантиметров от пола, заползаю внутрь в еле освещаемый тусклым синим светом туннель. М-да, уж о чем не думала сегодня утром, так это о том, что мне придется ползать на коленках, уткнувшись лбом кому-то в задницу. Руки появляются и здесь. Только теперь они вылезают еще и из пола, больно хватая за ладони.

Преодолев длинный туннель, мы вылезаем в просторной светлой комнате, утыканной по периметру множеством пронумерованных дверей. Не успеваю оглядеться и банально выдохнуть, как неожиданно из дыры под потолком выпрыгивают лютые страшилы и с криками мчатся на нас.

– Бежи-и-и-им!!! – раздается истеричный девичий визг. И мы снова срываемся с мест. Хватаюсь за ручку первой попавшейся двери и залетаю внутрь. Снова длинный коридор, только теперь здесь на стенах висят разные цирковые приблуды, фотографии клоунов и головы зверей. Атмосфера этого места пугает до жути. Иду по коридору, сворачиваю – и прямо перед моим лицом возникает безумное лицо страшного клоуна.

– Бу-у! – вытягивает он губы трубочкой и затем широко улыбается омерзительной улыбкой. – А-ха-ха-ха-ха-хи-хи…

Внутри все холодеет. Только не клоун. Больше всего на свете я ненавижу клоунов.

Он хватает меня за плечи. От неожиданности или припадка паники громко кричу и со всей силы бью клоуна ногой, попадая ему прямо между ног. Улыбка с лица клоуна резко пропадает, он сгибается и начинает стонать. Я же, не медля ни секунды, оббегаю его и несусь дальше по коридору.

Наконец передо мной возникает еще одна дверь. Толкаю ее и буквально вваливаюсь в следующую комнату. Здесь я вижу половину однокурсников и часть «мертвецов», пугавших нас все это время. Среди последних замечаю и Вадима. Его лицо разукрашено в красно-черные цвета, а на зубы наклеены вампирские клыки. Между прочим, из него вышел очень даже ничего такой Дракула.

Меня обдают фонтаном шампанского и вешают на шею ожерелье из цветов.

– Поздравляю, мартышка, – улыбается мне Вадим.

– Ну вы и психи.

Дверь за мной снова открывается, и в комнату заходит клоун.

– Ты! – клоун тыкает в меня указательным пальцем. – Ты больная! Ребят, она меня по яйцам ударила с ноги.

Вся комната наполняется смехом.

– Из всех дверей ты выбрала дверь с клоуном? – смеется Вадим, прекрасно знавший обо всех моих фобиях.

– Смейся, смейся, – пихаю друга в плечо. – Кстати, а ты здесь что делаешь? Ты же не в студсовете. Не думала, что ты принимаешь участие в таком.

– Обычно не принимаю, но я же не мог пропустить твой посвят. Пришлось записаться в добровольцы. Кстати, как ощущения?

– Это лучший посвят, правда, – искренне отвечаю ему. – Но клоун…

– Честно, я рассчитывал на то, что ты откроешь дверь со мной.

– Мазохист?

– Ты бы меня не ударила.

– Ну-ну, продолжай думать так и дальше. А у вас посвят был таким же?

– Ну, не совсем: старшие курсы вывезли нас всех на автобусе в лес километров за пятнадцать от основной трассы, забрали мобильники и кинули, заставив добираться до города самостоятельно.

– Жесть!

Похоже, мы еще легко отделались.

– Кстати, – вспоминает Вадим, – здесь в каждой комнате установлены камеры.

– О нет.

– О да. И я хочу увидеть, как ты побила клоуна.

Глава 12

Сентябрь 2023 г. Лера

– Доброе утро, эмэмашница, – на следующий день между второй и третьей парой в столовой ко мне подходит Влад. Тот самый глава студсовета и однокурсник Вадима, с которым мы познакомились у библиотеки. – Как первый день?

– Ты про черчение или про никому не сдавшийся на первом курсе ОБЖ? – уточняю у парня.

– Вижу, все нравится, – усмехается Влад.

– Вы своим посвятом планку ожиданий задрали.

– Неужели?

– Ага, после того как на тебя несется клоун, желающий тебя убить, как-то не особо впечатляешься разговорами о пожарной безопасности.

– Потерпи, это крещение всех первокурсников, – улыбается парень. – Кстати, какие у тебя планы на сегодняшний вечер?

– Буду домашку делать.

– Вот блин.

– Выясню, есть ли в нашем доме рабочая пожарная сигнализация, и проверю огнетушитель, – с самым серьезным видом поясняю я.

– Ну да, это о-о-очень важно, – так же забавляясь, соглашается парень. – Ну, если вдруг так получится, что ты освободишься раньше девяти, то, надеюсь, сможешь прийти на мою вечеринку.

– Вечеринку? Даже не знаю. – Вот этого я точно не ожидала.

– У меня сегодня день рождения. Ага, в начале учебного года, счастливчик.

Да хоть номинация на «Оскар»…

– Слушай, на всякий случай я должна сказать, что у меня есть парень. Даже больше – жених, – и показываю ему руку с помолвочным кольцом на безымянном пальце. – А еще Вадим почему-то искренне считает, что от тебя стоит держаться подальше, а я ему, как правило, доверяю.

– Вадим сказал держаться подальше? – смеется Влад. – А я думал, мы давно разобрались со всеми недопониманиями.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы довольно давно с ним познакомились, еще до института. Наши отцы несколько раз пересекались. Не скажу, что мы через многое прошли вместе, так как у Вадима есть черта, за которую он пускает только избранных, а меня в их числе нет. Не знаю, как-то у нас с самого начала не сложилось, наверное, я и правда где-то косякнул и ляпнул что-то не то. Но сказать, чтобы кто-то держался подальше от меня, потому что я мутный тип, – это слукавить. Тогда и от Вадима стоит держаться подальше. Слушай, ну день рождения же, поэтому ты просто не имеешь права не прийти. Обещаю вернуть тебя в целости и сохранности домой к твоему парню.

– Вообще-то имею, – подмигиваю ему, – но все равно приду.

Так, о главном я сказала, Мише про вечеринку сообщу, так что почему бы и нет. Раз Влад знает про жениха и теперь точно не может строить никаких планов в отношении меня, то почему бы и мне сегодня не повеселиться? Потанцую, познакомлюсь с новыми людьми, что может быть очень даже полезно.

– А Вадим приглашен? – спрашиваю у парня.

– Зависит от того, захочет ли прийти. Я всем рад. Тогда вот адрес клуба, но, скорее всего, ты его знаешь. Буду с нетерпением ждать, – отвечает Влад, а затем, взглянув мне за спину, тихо присвистывает: – А вот и твой цербер.

Поворачиваюсь и вижу Вадима, сидящего неподалеку в окружении довольно большой компании и смотрящего в нашу сторону.

– Тогда до вечера? – спрашивает Влад.

– А? Да, увидимся, – прощаюсь с ним и направляюсь к другу.

– Салют, – приветствую Вадима и сразу ловлю на себе удивленные взгляды нескольких девчонок. – Не парьтесь, этого красавчика я у вас не отниму. Конечно, только если он сам не захочет от вас сбежать, – и уже обращаюсь к парню: – Я тебя искала вообще-то.

– Ага, я заметил, – хмуро отвечает он. – Что он от тебя хотел?

– Позвал на вечеринку.

На этих словах брови Вадима сначала поднимаются, а затем опускаются ниже обычного.

– И?

– Сказала, что пойду.

– И где же, позволь узнать, будет вечеринка?

Говорю название клуба. На что получаю неожиданно резкое:

– Нет, Лер, ты не пойдешь.

А вот тут не поняла.

– Это с чего это ты так решил?

– Этот клуб – место не для тебя, поверь.

– Вадим, я ценю твою заботу, но я уже не маленькая девочка.

Меня не надо опекать, я сама вправе принимать решения.

– Вадик, это кто? – Из-за его спины появляется довольно миловидная миниатюрная шатенка.

Конь в пальто. Вадик? Серьезно? Меня прям сразу внутренне передергивает.

– Не говори, что это та девушка, по которой ты сохнешь, – шепчу другу.

– Вадик? – еще раз зовет его шатенка, а я понимаю, что еще одно такое обращение – и у меня начнет дергаться глаз.

– Алин, ты что-то хотела? – спрашивает у нее Вадим.

– Да ничего, просто пара скоро начнется. Хотела сказать, что заняла нам место.

Место заняла?!

– Идем, – вот так вот просто соглашается Вадим и обращается ко мне: – Я бы сказал, что договорим после, но разговор окончен.

– Я вообще-то не спрашивала у тебя разрешения, – кричу вслед удаляющемуся из столовой Вадиму.

Да что с ним не так?!

Залетаю в нужную аудиторию прямо перед носом преподавателя по цветоведению. Сажусь за парту, достаю телефон и замечаю одно непрочитанное.

«Солнышко, привет. Как первый учебный день?» – Сообщение от Миши сразу заставляет меня улыбнуться.

«Да вроде ничего, – быстро печатаю в ответ. – Вадим только странный».

«?»

«Да у меня словно третий родитель появился».

«Ничего не понимаю, но ты сама говорила, что я могу ему полностью доверять».

«Это да. Просто меня тут позвали неожиданно на вечеринку, а Вадим ворчит».

«Ну я пока тоже что-то не сильно в восторге, если честно».

«Вообще-то это классная возможность со всеми тут познакомиться».

«Ага, или, зная тебя, найти себе новые приключения на задницу».

«Ой, да ну тебя».

И этот туда же! Присылаю ему стикер разгневанной авокадины и выхожу из переписки. Надо срочно придумать, как умилостивить Вадима и смотаться в клуб. С Мишей, уверена, проблем не будет, это он так, для вида. Но сперва надо купить себе подходящую одежду: не припомню, чтобы я кидала в чемодан что-то для подобных случаев.

– Все вы, наверное, видели у входа объявление о предстоящем конкурсе, – тут гулкий голос преподавателя вырывает меня из мыслей о предстоящем вечере. – Давайте чуть подробнее объясню суть, хочется, чтобы каждый из вас поучаствовал. В общем, допускаются только первые два курса. Работы принимаем до начала октября, к середине октября комиссия отберет десять картин, которые пройдут в финальный этап. Финальным этапом будет выставка, которая ориентировочно состоится в начале ноября. Оценивать работы будут приглашенные гости. Да, времени мало, но и участников, предполагаю, будет не так чтобы много – у каждого есть шанс. Тем более приз просто замечательный – полугодовая стажировка на одном из лучших художественных факультетов Китая. В прошлом году выиграл второкурсник, сейчас живет там, подписал контракт с престижной мастерской и решил остаться в Пекине. Так что давайте, участвуйте, шансы вполне реальные.

Стажировка в Китае? Мне не послышалось? Это же просто мечта какая-то! Я, конечно, не собираюсь оставаться там жить, но обучаться у лучших мастеров другой культуры – это возможность, которую я не имею права упустить.

– А какая тема конкурса? – спрашивает преподавателя Настя.

– В этот раз было решено не указывать конкретную тематику. Полный полет фантазии. Картина может быть нарисована в любом жанре и любыми материалами, будь то акрил, восковые мелки или даже уголь. Единственное, за вашей картиной должна стоять какая-то история, которую вам необходимо изложить в небольшом эссе. То есть даже если вы решите нарисовать абстракцию, нужно будет объяснить, что это, почему и зачем.

Еще и история! Это же прям мое. Я с детства любила придумывать разные истории и значения своим картинам.

– Будешь участвовать? – наклоняется ко мне Настя.

– Обязательно, – шепотом отвечаю ей.

– И я. Стажировка – это мечта.

Оставшаяся пара пролетает мгновенно. Прощаюсь с преподавателем и покидаю аудиторию с уже накиданными в скетчбуке вариантами того, о чем я могу написать картину. Точного плана пока нет, но я настолько загорелась этим конкурсом и призом, что теперь точно не успокоюсь, пока не добью идею до идеала.

На выходе из института, как и договаривались утром, ожидает Вадим. Только вот не он один – рядом с ним снова та самая Алина.

– Поехали, – произносит парень, стоит мне подойти к ним.

– Поехали? – удивленно переспрашивает девушка. – А я?

– А что ты?

Фу, Вадим, как грубо.

– Я думала, ты подвезешь меня, а не ее.

Если эта лапа узнает, что я с ее Вадиком живу в одном доме, она этого явно не переживет.

– Алин, ну я же не нанимался в твои личные водители. Иногда – окей, но всегда подвозить тебя до дома мы не договаривались, – отвечает ей друг. И от этого ответа мне почему-то становится хорошо и приятно.

– Ну Вадик, я ногу подвернула на физре, идти больно.

Шатенка блефует, здесь не нужно быть экстрасенсом, чтобы это понять. Однако ее игра может быть очень даже полезной для меня.

– Вадим, ну что же ты так с девушкой, – говорю я, внутренне ухмыляясь. – Подвези подругу, не хромать же ей до остановки.

– Тогда поехали вместе, – раздраженно отвечает Вадим.

– Пусть тогда она сзади садится! – тут же говорит девушка. – Она вторая пришла.

– А меня сзади укачивает, – вру я. – Нет, серьезно. Рвотный рефлекс, все такое, салон потом отмывать. Вы одни поезжайте.

Я уверена на все сто процентов, что Алине мое присутствие неприятно и что она хочет меня послать, но мои слова приходятся ей по душе. Только вот я это делаю не ради нее. Поеду с Вадимом – прощай моя поездка в торговый центр или снова придется смотреть на его хмурую мину. А Алина – хороший отвлекающий маневр. Вадиму явно не нравится мое предложение. Но и я не собираюсь отступать.

– Не парься, доеду сама. А девушку надо спасать, а то некому будет занимать место для тебя в аудитории, – и, подмигнув другу, чуть ли не бегом пускаюсь прочь к автобусной остановке.

Глава 13

Сентябрь 2023 г. Лера

Спустя несколько часов блужданий по огромному торговому центру, в котором я была только в детстве, и поиска того самого наряда останавливаюсь на одном интересном варианте. Выбор падает на кожаные черные шорты, черные колготки в сетку и укороченный топ с открытой спиной на тонких бретельках. Добавить парочку аксессуаров – и готово! Так будет и секси, и не буду мучиться в узком платье.

Вернувшись домой, сталкиваюсь в прихожей с родителями Вадима.

– Это вы куда? – спрашиваю у них, рассматривая дядю Сережу в красивом черном костюме и тетю Лену в элегантном светло-сером коктейльном платье.

– В театр, а потом на романтический ужин в какой-нибудь ресторан, – отвечает дядя Сережа.

– Не в какой-нибудь, а в мой любимый! – игривым голосом уточняет тетя Лена.

– Ну хорошо, в твой любимый, – соглашается с ней мужчина. – Поэтому можете нас не ждать, вернемся поздно, – и подмигивает тете Лене, – очень поздно.

– Как я выгляжу? – спрашивает меня она.

– Просто сногсшибательно! – отвечаю, ни капли не лукавя.

– Ладно, мы пошли, не скучайте, – прощается мужчина, и эта сладкая парочка, взявшись за руки, выходит из дома.

Нет, ну какие все же они потрясающие! Не припомню, когда мои в последний раз куда-то вот так вдвоем выходили. С пакетами в руках прохожу в гостиную.

– Ну и где ты была? – раздается голос Вадима с лестницы.

– Ты что, караулишь? Решила прогуляться и прикупить немного вещей.

– Для вечеринки?

– Да, Вадим, для вечеринки, на которую я пойду.

Гордо перешагиваю через сидящего на ступенях друга и с пакетами поднимаюсь в свою комнату. Времени до выхода остается не так много, а надо еще успеть столько всего сделать: развесить вещи, отпарить, подобрать сережки, ага, чтоб вообще по красоте. А Вадим пусть и дальше сидит там один со своей маниакальной заботой. Не буду спускаться до вечера!

– Эй, мартышка, – в этот же момент с первого этажа зовет меня парень, – жрать охота. Может, пиццу закажем?

Ну, или спущусь…

– Если только пеперошку, – кричу в ответ. – Пеперошку с халапешкой!

Через полчаса в дверь звонит курьер, и на какое-то время все опять становится как раньше. Вот мы уже сидим в гостиной на мягком плюшевом ковре и поедаем горячую пиццу, поставив на фоне «Гравити Фолз», как в старые добрые.

– Как твоим родителям это удается? – спрашиваю Вадима, откусывая большой кусок.

– Удается что?

– Они вместе уже около двадцати пяти лет, а все равно душа в душу, даже у моих такого нет, постоянно фразочки из серии: «В жопу себе это засунь» или «А тебя это вообще волновать не должно», и мое любимое – «Не придумывай».

– Сама помнишь, так было не всегда. В один момент я из дома хотел сбежать из-за их ссор. Думал, уж лучше пусть разведутся.

– Помню, тогда я сказала тебе, что идти пешком до Сочи не самая лучшая идея.

– А я, честно, уже был готов.

– Хорошо, что все наладилось. У тебя папа вообще прелесть. Нет, правда, вроде взрослый серьезный мужик со своим бизнесом, а так тает перед своей женой. А их знакомство, это же очень романтично!

– Это романтично только в книгах, а на деле больше смахивает на статью за преследование, – отвечает Вадим.

Я знала эту историю от родителей. Дядя Сережа и тетя Лена учились в одном классе. Тетя Лена сразу ему понравилась, и дядя Сережа стал активно ее добиваться. Только результатов это особо не давало – она динамила его, что бы он ни делал. И только спустя несколько лет его ухаживаний она наконец согласилась пойти с ним на свидание.

– Да что ты в этом понимаешь! – говорю я. – Я бы была не против, если бы за мной кто-то так погонялся.

– Ну, у тебя твой Миша есть, и вы тоже одноклассники.

– Да там как-то сразу завертелось, не было интриги, как у твоих, понимаешь?

– Ага, не повезло, – фыркает Вадим.

– Ладно, – говорю я, взглянув на часы, – пойду одеваться.

Надеюсь, что наше совместное поедание пиццы хотя бы немного подняло другу настроение и теперь он не будет так сильно ворчать. Но как бы не так.

– Лер, мы же обсудили это. Это место не для тебя. Я говорю так не потому, что хочу тебя в чем-то ограничить, а потому, что и в самом деле знаю про этот клуб все.

– То есть ты там бываешь, а мне не место?

– Как бы тупо это сейчас ни звучало, но да.

– Так, – выдыхаю я, – давай я пойду переодеваться, а ты за эти десять минут передумаешь, ладно? Тебя вообще-то тоже позвали, давай поедем вместе. Не хочется портить идеальный вечер твоим занудством, – вскакиваю, бегом направляюсь в свою комнату и кричу с лестницы: – Тем более ты еще не видел, какой секси-наряд я купила на вечеринку, не могу же я его не выгулять.

– Думаю, твой Миша будет в восторге!

– Ой, не надо прикрываться Мишей. Будто я не знаю, что ты по нему не фанатеешь. Он вообще-то меня никогда ни в чем не ограничивает.

– Ну и придурок.

Сам ты придурок. Закрываю дверь на замок и иду к шкафу.

– Лера! – стучит по двери Вадим.

– Десять минут не прошли!

Нет, пусть даже не думает, не открою. Хоть стену пускай ломает, мне его выкидоны до лампочки. Нашелся защитник. Даже Миша чуть поворчал, но потом отступил. А Вадим кто? Пропал на пару лет, а теперь пытается права качать.

Парень еще несколько раз стучит, а потом все затихает. Так-то! Открываю шкаф, но не успеваю даже достать оттуда вещи, как слышу за дверью странные звуки. Не может же он… или может?! Подбегаю к двери и пробую ее открыть. Никак. Я не учла одного: мой друг – сущий демон.

– Ты совсем больной?! Ты что, комод из коридора притащил?! – кричу и барабаню по двери. – Это вообще-то статья!!! Нарушение прав и намеренное ограничение свободы передвижения!

– Прости, мартышка, приду и открою тебя, я быстро.

Так он еще и уходить куда-то собрался?!

– А как мне, по-твоему, в туалет ходить?!

– Блин… – Что, понял, что просчитался? – У тебя там ведро в кладовке стоит и пару ваз вроде.

– Ты точно придурок!!! – кричу я. Но в ответ слышу лишь звук удаляющихся шагов. Просто прекрасно!

Вскоре хлопает и входная дверь, а потом с улицы раздается рев двигателя. Вадим уехал. Что ж, если он и правда думает, что все будет так, как он хочет, он сильно ошибается.

Какое-то время еще пытаюсь открыть дверь, а затем собираю нужные вещи в пакет и кидаю их из окна на газон у дома. Смотрю вниз. Второй этаж, высоковато, конечно. Просто так не прыгнешь. Только этим меня точно не напугать. Дома я несколько раз сбегала по ночам, уже знаю, что делать. Возвращаюсь к кровати, с трудом пододвигаю ее ближе к окну, затем сдергиваю с нее покрывало и простыню, скручиваю в несколько раз, связываю их вместе, хорошенько привязываю один конец к ножке кровати и снова возвращаюсь к окну, держа другой конец в руках. Готово. Перекидываю ногу через подоконник и сажусь на него. Что ж, поехали. Скидываю импровизированный канат вниз и, крепко схватившись за него, начинаю спускаться вниз.

Всего пара минут – и вот я уже стою на ровном газоне рядом с пакетом. Отлично. Подбираю вещи, обхожу дом и во второй раз достаю ключи из тайника. Что ж, теперь можно собираться.

Так… колготки, шорты, топ, темно-бордовая помада, черные растушеванные стрелки. Распускаю волосы. Что еще? Точно! Большие сережки-кольца и сверкающий камешек на тонкой леске на шею, чтобы подчеркивал ключицы. Вроде готова.

Собираюсь выходить, но замечаю на спинке дивана тонкую белую рубашку Вадима. Ну а что? Накидываю ее сверху и утопаю. В нос сразу бьет его запах, такой приятный, обволакивающий, что-то древесно-мускусное. Смотрюсь в зеркало. Хм, а мне нравится. Рубашка полупрозрачная, не скрывает, а, наоборот, подчеркивает изгибы тела. Не застегиваю ее и подворачиваю рукава, слегка спустив на одно плечо. Ну что за прелесть! Теперь я точно готова.

Вызываю такси и еду до нужного клуба. Вывеска «У Бешеного» горит неоновым, кроме выгоревшей «У». У входа огромная очередь, но замечаю, как кто-то подходит к охране, что-то говорит и его пускают. Решаю рискнуть.

– Я к Владу Стрельцову, – говорю, ни на что не надеясь, но охранник кивает и молча пропускает меня внутрь.

Глава 14

Сентябрь 2023 г. Вадим

После разговора с Лерой в столовой захожу в аудиторию и сразу направляюсь к Стрельцову.

– Ты долго собираешься к Лере шары подкатывать?

Влад поднимает голову, и по его ухмыляющемуся взгляду понимаю – он доволен, что я подошел первым.

– А чего ты вообще сказал своей подружке держаться от меня подальше, м?

– Сам прекрасно знаешь. У тебя есть с кем играться, ее оставь.

– Разберусь без твоих советов, ладно? Она взрослая девочка.

– Ты вообще в курсе, что она помолвлена?

– Слушай, если это остановило тебя, то не мешай другим. Поверь, мне плевать на ее жениха, если тебе нет, живи и дальше со своими благородными принципами, от меня отвали.

Ладони сами собой сжимаются в кулаки. Мне приходится приложить много усилий, чтобы успокоиться и не врезать этому придурку. Но в то же время его слова попадают туда, куда он так целился: я действительно ненавидел себя за то, что добровольно, без боя отдал любимую девушку другому.

– Ты меня понял. Не приближайся к ней, – наконец говорю я.

– У меня есть предложение. Давай так: сегодня вечером встретимся на арене. Победа за тобой – и я больше не подхожу к твоей подружке. За мной – ты не лезешь и не мешаешь.

Так это то, чего он добивался? Всего лишь бой на арене?

– Ты думаешь, я поставлю Леру на кон? Ты что-то попутал.

– А ты все же подумай до вечера.

– Не в падлу позориться на собственном празднике?

В том, что я размотаю Влада на арене, я не сомневался. Единственный годный соперник – Ян, да и тот сейчас в Москве.

– Это мы посмотрим. В общем, надумаешь – приезжай в клуб.

Со Стрельцовым у нас сложились довольно напряженные отношения еще давно. Этого показушника бесило то, что я, даже не стараясь, получал внимания вдвое больше него. За это он то и дело всячески пытался меня подставить. Только вот на его провокации весь прошлый год мне было откровенно наплевать. Пока это не стало касаться Леры.

А Лера… Она почему-то уверена, что все это только шутки и какая-то прихоть с моей стороны. Словно я тиран, которому больше нечем заняться, и ни учебы, ни ведения бизнеса, ни стройки у меня нет.

Сначала это шоу на парковке, затем возвращение домой в обнимку с пакетами одежды, которую она купила специально для сегодняшнего вечера. Надо было ее не слушать, а просто запихнуть в машину.

Я бы никуда не пошел сегодня. Единственным моим желанием было, чтобы этот вечер, где мы с Лерой сидим вместе, общаемся и хомячим пиццу с пепперони, не заканчивался. Но Лера оказалась настроена решительно. А раз я не могу никак повлиять на нее, то ничего не остается, как пойти в клуб и разобраться лично с Владом. Хотя это должен делать не я, а этот ее Миша.

Запереть Леру в комнате – то еще свинство. Понимаю и принимаю звание худшего лучшего друга. Но без этого тоже никак. Я быстро, туда и обратно. Все крики и проклятия в свой адрес объявляю заслуженными. Доезжаю на большой скорости до клуба. Надо скорее закончить все это и вернуться к Лере домой. Сразу поднимаюсь на второй этаж в ВИП-зону. Влад точно здесь.

– О, Вадим! Неужели пришел меня поздравить? – расплывается тот в тошнотворной улыбке и встает с дивана.

– Давай просто закончим весь этот фарс, и я уеду.

– Обязательно, – довольно ухмыляется Влад. – Пока пей, отдыхай, в конце вечера выйдем на арену.

– Думаешь, если споишь меня, будет проще победить? Не смеши.

– Да нет, просто хочу оставить самое веселье на потом, – отвечает парень. – Да брось, мы же не враги, хорошо проведи время, я все спонсирую.

– Не нуждаюсь.

Спонсор хренов. Наше отличие в том, что он пытается всех купить за деньги, а ко мне люди тянутся, не заглядывая в карман.

Возле бара нахожу Бешеного, хозяина клуба.

– Говорят, ты сегодня на арене, – мужчина подносит стакан ко рту и делает небольшой глоток.

– Не врут.

Брови его приподнимаются в легком удивлении.

– Я думал, ты завязал. Так бы позвал тебя еще на открытие сезона.

– Я тоже думал.

– Значит, действительно дело в девушке? – криво ухмыляется Бешеный. – Не верил в эти слухи до последнего.

– Не верь дальше. Это моя подруга, и она помолвлена.

– Не перестаешь удивлять.

Оставляю Бешеного и подхожу к краю балкона. Внизу на танцполе людей больше, чем обычно, оно и понятно – халява, Стрельцов платит.

Много симпатичных девчонок. Они выставляют все свои прелести напоказ, чтобы ребята из ВИП-зоны обратили на них внимание и пригласили подняться. Взгляд цепляется за девушку, танцующую в центре зала. Она повернута ко мне спиной, но я почему-то не могу отвести от нее глаза. Такого давно не было…

Короткие кожаные шортики с манящими сексуальными колготками в сетку, попа едва прикрыта тонкой белой рубашкой. Руками девушка плавно скользит по всем изгибам своего подтянутого тела. Рядом с ней замечаю и какого-то додика, пытающегося привлечь к себе ее внимание. Если бы мне не надо было возвращаться к Лере, сам бы, возможно, спустился и завис с ней на какое-то время в клубе.

– И все же я приложу все силы, чтобы тебя сегодня победить, – говорит Влад, снова оказавшись рядом. – Твоя подруга чертовски хороша.

Подруга? Снова смотрю на девушку. Она поворачивается, словно почувствовав, что мы о ней говорим, и мы сталкиваемся взглядами.

Лера. Это реально Лера! Какого она тут забыла?! Как вообще выбралась из комнаты? Кожаные шорты?! Серьезно?! Да ее ползала раздевает глазами! Еще и этот парень прямо сейчас хватает ее за руку. Вот же черт! Только собираюсь сорваться с места, чтобы вывести Леру из клуба, как вдруг на мои глаза опускаются чьи-то ладони.

– Угадай кто! – радостно пищит на ухо Алина. – А я тебя ждала.

На нервах, слишком резко, скидываю с лица ее ладони. Девушка вырядилась так, что, не зная ее лично, подумал бы, что она здесь подрабатывает представительницей древнейшей профессии. Короткое обтягивающее платье, десять слоев блеска на губах и тонкая высокая шпилька. Хотя если бы в этом была Лера, вряд ли бы я хоть слово смог произнести.

– Прости, Алин, мне надо идти. Потом поговорим.

Надо потом не забыть перед ней извиниться. Все же Алина неплохая девчонка и я не хотел ее обидеть. Только вот сейчас меня заботит совершенно не это.

Когда спускаюсь, на танцполе Леру уже не видно. Несколько раз прочесываю толпу, чтобы понять, что девушки в зале больше нет. Неужели заметила меня и спряталась?

Телефон оповещает о входящем сообщении.

«Со второго ее тоже не видно, поищи в туалетах и комнатах», – Влад.

«Если я узнаю, что в этом замешан ты, я тебя убью», – отвечаю ему и, не оглядываясь на балкон, иду в сторону комнат.

Решаю сначала проверить туалеты. Пусто. Тогда сворачиваю в сторону коридора, ведущего в приватную зону. Внутри все разрывает от ярости и сильного желания убивать. И вот из дальней комнаты слышу крики:

– Урод, убери руки!

Голос Леры. Тут же оказываюсь у нужной двери.

– Ну что ж ты, малышка, надо было думать раньше, когда решила пойти сюда в одиночку, – звучит мужской голос.

– Я тут не одна! Мой парень сейчас придет и убьет тебя!

– Да брось, была бы ты с парнем, не крутила бы так жопой.

– Я тебя полиции сдам!

– Такой давалке никто не поверит.

Чувствую ее страх. Вышибаю дверь и вижу, как этот урод прижимает Леру к кровати.

– Эй, тебе чего? Проваливай, она уже со мной, – злится он.

Подлетаю к кровати, за шкирку отцепляю его от Леры и без разбора начинаю бить по роже.

– Вадим, ты же убьешь его! – кричит Лера.

– В машину, быстро! – рычу приказным тоном и кидаю ей ключи. Девушка сомневается. – Я сказал, быстро! Жди там.

К счастью, Лера, подхватив ключи, послушно выбегает из комнаты. Еще пару раз ударяю этого ублюдка и звоню Бешеному:

– Алло, спусти своих ребят в восьмую и проверяй, кого твои впускают в клуб.

«Бой отменяется», – отправляю сообщение Владу и выхожу из клуба на свежий воздух.

Ярость еще не утихла. Можно спустить ее на арене, но в машине меня ждет напуганная Лера. И сейчас меня волнует только это.

– Вадим, я не думала. Не хотела. Он сам… – дрожащим голосом начинает оправдываться она, стоит мне сесть в салон.

– Просто помолчи, – говорю, сцепив зубы. Доедем до дома и там разберемся, а сейчас мне нужно остыть, чтобы не наговорить лишнего.

Двадцать минут едем в полной тишине. Паркую машину и, дав Лере первой зайти в дом, захожу следом. Хорошо, что родители еще не вернулись.

– Я же говорил тебе не соваться в этот клуб! – закипаю и срываюсь на крик. – А если бы меня не оказалось рядом?!

Страшно подумать, что могло бы произойти. Я бы никогда себе этого не простил.

– Ничего бы не произошло, если бы ты с самого начала был рядом и не запер меня в комнате, – говорит она.

– Ничего бы не произошло, если бы ты хоть раз меня послушала.

Только сейчас замечаю, что тот урод порвал ее рубашку и на плечах девушки остались лишь тонкие бретельки топа. Не пялься, извращенец.

Лера плачет. И мой внутренний зверь начинает тихонько скулить и советовать мне остыть. Обнять ее, защитить и оградить от всего мира.

– Мартышка, ты не представляешь, как сильно ты меня напугала, – подхожу к ней и обнимаю. Она ладонями сжимает ткань футболки на моей спине и тихо всхлипывает.

– Я не хотела, чтобы вот так…

– Знаю.

Стоим так еще немного, после чего она идет к лестнице на второй этаж. Стараюсь не смотреть на нее лишний раз, чтобы не искушать себя. Хотя какое это имеет значение, если ее образ в кожаных шортах и сетчатых колготках уже прочно засел в моей голове?

В двери поворачивается ключ. Родители вернулись из ресторана. Кажется, они счастливы. И слегка пьяны.

– Ну как? – спрашиваю их.

– Ох, это был лучший вечер! – говорит мама с довольной улыбкой.

– Милая, ты так и вчера говорила, – подмечает папа.

– А с тобой каждый вечер лучший.

Что ж, я рад, что хоть кто-то сегодня повеселился.

– Вадим, отодвинь комод! – кричит Лера со второго этажа.

– Комод? – спрашивает мама удивленно.

– Э-э-э-э-э, – пытаюсь что-то придумать, – Лера захотела сделать небольшую перестановку.

– В такое время? – встревает отец.

– Женщины… – пожимаю плечами и бегу наверх. Хорошо, что этого ответа многим достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов.

Глава 15

Октябрь 2023 г. Вадим

За месяц, который прошел после случившегося в клубе, как ни странно, больше не было никаких происшествий. Время пролетело быстро. Я почти все свободное от учебы время, как и планировал, проводил в нашей с отцом мастерской. Лера была полностью увлечена жизнью института, закрыв дверь, постоянно рисовала картину к какому-то там конкурсу и параллельно с этим работала с Александрой над дизайнерским проектом моего дома. Родители пару раз пытались нас растормошить – сводить в театр или пожарить барбекю во дворе. В моменте было неплохо и даже весело, но потом я снова возвращался в реальность, где Лера, заперевшись в комнате, общается по видеосвязи то со своими родителями об учебе, то с женихом обо всякой фигне. Конечно же, не о фигне. Просто я завидовал.

Однажды мне показалось, что в их отношениях что-то пошло не так. Лера все чаще выходила в гостиную после таких созвонов поникшая. Я никогда не лез, не спрашивал и не интересовался у Леры, что у них там происходит. Но я совру, если скажу, что не радовался этому, как ребенок, у которого на горизонте замелькала поездка в Диснейленд. Да, они вместе уже два года, но даже долгие отношения на расстоянии поддерживать не так уж и легко.

Как-то раз, вернувшись домой после работы, нахожу Леру полулежащей на кресле напротив телевизора в гостиной.

– Ты чего, пьяная? – замечаю рядом с ней полупустую бутылку.

– Я устала, – не поднимая головы, салютует она рукой. – Как же мне все это надоело!

– И что стряслось? – подхожу ближе и подхватываю бутылку.

– Э-э, поставь на место! – протестует Лера.

– А папа в курсе, что ты по его запасам лазила?

– Это не его. Я нашла в твоем шкафу.

– Тебе не говорили, что лазить по чужим комнатам нехорошо?

– Пх-х-х-х-з, – устало отвечает Лера в подушку.

– Ну, так что стряслось? Учти, это только первый курс. Дальше будет совсем веселуха.

Неожиданно понимаю, что никогда, реально никогда, не видел подругу в таком состоянии. И это даже пугает.

– Да забей.

– Ты набухалась в одиночку и говоришь мне «забей»?

– Ага.

– Кайф!

Плюхаюсь на диван рядом с ней и запрокидываю голову к потолку.

– Так что стряслось?

– Миша.

Понятно, опять их разборки.

– Мне кажется, это была плохая идея – уехать сюда, – продолжает девушка обреченно.

– Ну спасибо.

Топ, это именно то, что я хотел услышать.

– Да вас я обожаю и институт, и ты не представляешь, как я рада жить с вами, но…

– Но твой парень-истеричка возмущается.

– Да. То есть эй! Он не истеричка.

– Но возмущается.

– Но возмущается, – повторяет за мной Лера.

– Фигня какая-то, – чуть ли не выплевываю я. – Тут ночь в дороге – и будет уже здесь.

– У него вообще-то тоже институт.

– Фигня, – повторяю я.

Как она не может понять, что парень, скучающий по своей девушке, должен не мозги ей делать, а взять и приехать? Нет, видеть этого ее Мишу здесь я не желаю и, по мне, пусть хоть прям сейчас расходятся. Но и лицезреть Леру в таком состоянии хочется еще меньше. Лера еще раз всхлипывает и утыкается в подушку. Мы несколько минут сидим вот так в тишине, а затем она резко поднимается с дивана.

– Знаешь что? – задумчиво произносит она. – Я, вообще-то, заслуживаю чего-то покруче, чем сидеть и убиваться из-за чьих-то загонов.

Вот это мне нравится гораздо больше. Лера залезает на обеденный стол и подключает телефон к колонкам. Из динамиков начинает играть песня Aerosmith – Angel.

– Залезай ко мне! – зовет меня девушка.

Отрицательно качаю головой. Ну уж нет, хочу сидеть в первом ряду и наслаждаться таким видом: короткие домашние шортики, свободный топ на тонких бретельках, слегка влажные вьющиеся после душа рыжие волосы распущены и хаотично раскиданы по плечам…

– Ну и сиди, зануда, – Лера, прикрыв глаза, начинает танцевать. Неотрывно слежу за слегка неуклюже покачивающимися бедрами, ее тонкими изящными пальцами, вырисовывающими только богу понятные узоры. – А лучше отдай мне бутылку.

– Мартышка, тебе хватит.

– Ну пожалуйста-а-а-а-а, – ноет она, забавно морща носик.

– Нет.

– Ну и сиди, сама возьму, – фыркает она и прямо со стола пытается дотянуться до верхней полки шкафа, где у отца стоит несколько бутылок. Ее попытки вызывают улыбку ровно до тех пор, пока она не ставит ногу на самый край стола и, не найдя нужной опоры, начинает терять равновесие.

Тут же вскакиваю.

– Я же сказал, тебе хватит, – ловлю ее перед самым падением, как в каких-то бразильско-турецких сериалах, которые по вечерам смотрит мама.

Ее лицо прямо напротив моего. Искусанные губы в нескольких сантиметрах от моих. И я чувствую ее неровное дыхание на себе. А потом она смотрит мне прямо в глаза, и я сдаюсь. И делаю то, за что завтра буду ненавидеть себя, – наклоняюсь и целую. Завтра я пожалею. Но не сейчас. Сейчас я чувствую, что рай на земле возможен. Только вот я в этом раю падший.

Don’t know what I’m gonna do about this feeling inside

Yes, it’s true, loneliness took me for a ride

Without your love, I’m nothin’ but a beggar

Without your love, a dog without a bone.

What can I do, I’m sleepin in this bed alone.

You’re my angel come and save me tonight.

Глава 16

Октябрь 2023 г. Лера

Утром просыпаюсь не от будильника, который, к слову, я выключала уже раза три, а от настойчивого стука в дверь. Как бы мне ни хотелось остаться сегодня в кровати и никуда не идти, институт это не волновало, как и Вадима.

– Пьянь, подъем! – кричит он из коридора. – Давай вставай, пара через полчаса.

Ага, пара, конечно. Никаких пар, я не в ресурсе. Голова раскалывается. После вчерашнего вечера чувствую себя ужасно, словно по мне проехалось сразу несколько груженых фур.

– Чтобы через пять минут была внизу! Или я сам спущу тебя и в институт ты поедешь в пижаме.

О, так теперь в ход пошли угрозы? Интересно. Жаль, друга нельзя отключить, как будильник. Хотя, если учитывать, что на моей пижаме нарисовано множество малиновых улиток, будет довольно забавно заявиться на пары в таком виде.

Мычу что-то невнятное, чтобы уведомить надоедливого парня о том, что я проснулась и прекрасно его слышу. Стук наконец прекращается, и с лестницы раздаются глухие шаги. Заскамила, получается.

Правда, встать все же приходится: этот придурок каким-то образом вскрывает дверь и залетает в мою комнату со стаканом воды в руках.

Стоит увидеть Вадима в дверях, как в голове начинают мелькать картинки вчерашнего вечера: десятая по счету за неделю ссора с Мишей, я, бутылка, танцы и Вадим. Нет, не так. И целующий меня Вадим. Так же? Да ну, бред какой-то. Но такое не забывается. Даже если бы он поцеловал меня, когда я была бы под наркозом, я бы все равно это запомнила. Тогда что вообще происходит?

– Не встанешь через пять секунд, и я вылью воду на тебя, – угрожает Вадим, и я ему почему-то очень даже верю.

– Как мне теперь спокойно жить с осознанием того, что любой может попросту вскрыть дверной замок и попасть в мою комнату?

Вадим выглядит как всегда. Словно вчерашнего поцелуя и не было. А может, он ничего не помнит? Может, выдул остатки, пока я лежала лицом в подушку? А если так, то кто его знает. Вдруг для него это обыденность – напиться и целоваться с друзьями.

Позавтракать нормально уже не успеваем. Хватаю со стола парочку горячих бутербродов и запихиваю в рот.

– Держи, лягва, – Вадим протягивает кофе в термокружке и идет заводить машину.

– То есть теперь ты зовешь меня лягушкой?

– А ты себя в зеркало видела? Лягушка обыкновенная.

– Кто бы говорил! Я хотя бы не лезу целоваться, когда напьюсь.

Вадим останавливается, и его спина напрягается.

– Прости за это, – говорит он с явным сожалением.

Чувствую себя дурой. Зачем вспомнила?

– Да ничего, перепил, с кем не бывает. Я вон тоже, как идиотка, на стол полезла.

На это друг ничего не отвечает и просто выходит из дома. Несмотря на разговор, в машине между нами все равно чувствуется небольшое напряжение. Сейчас не хватает только Миши, закатывающего глаза со словами: «А я говорил, что дружбы между парнем и девушкой не существует». Блин, про этот факап ему точно знать не обязательно.

– Как дела с проектом? – спрашивает Вадим, сосредоточенно смотря на дорогу.

– В процессе. Думаю, что на следующей неделе мы с Александрой должны закончить, – отвечаю и отхлебываю кофе. Боже, как вкусно. Он добавил туда ложечку корицы, как я люблю.

– А как Александра?

– Интересуешься, не ведет ли она себя как надменная стерва? Не парься, это, видимо, побочный эффект в присутствии таких красавчиков, как ты. Да и сама она слишком умная и интересная, чтобы меня бесить. Хорошо, что ты выбрал ее. Ну и меня. Уверена, тебе понравится.

Это правда. Я в восторге от того, что у нас пока получается. За месяц мы виделись с Александрой еще дважды: один раз в том же мексиканском ресторане и один раз неподалеку от института. Встречи проходили без Вадима, может, и правда именно поэтому дизайнер больше не вела себя высокомерно. Да и я постаралась абстрагироваться от мысли, что мы создаем проект дома, в который Вадим переедет один, без меня, и перестала выплескивать свое недовольство на других.

– Рад слышать. А что с конкурсом твоим?

У нас что, сегодня день разговоров? С чего это такая заинтересованность? То домой возвращается под ночь и ни слова за несколько дней не скажет, то сразу два вопроса за минуту.

– Позавчера отдала свою картину, через пару недель придут результаты первого этапа.

– Уверен, ты пройдешь. У тебя даже в детстве рисунки были потрясающими, – говорит он. – Я после пар сразу в мастерскую. Надо кое-какие дела решить. Видел, что твои пары заканчиваются позже, поэтому скину тебе на такси.

– У меня вообще-то есть деньги.

– Я сказал скину, значит, это не обсуждается, – качает головой Вадим, так и не повернувшись в мою сторону. – Все, приехали.

Ну окей. Пожимаю плечами. Раз такой щедрый, пусть скидывает на бизнес-класс. И стоит только подумать об этом, как на телефон незамедлительно приходит сообщение из банка.

Сколько?! Смотрю на сумму широко раскрытыми глазами.

– Считай это извинением за комод, – тихо смеется парень.

Хм, а мне нравится такой подход. Но вслух говорю совсем другое:

– Поздновато ты. Но если за комод, то ты забыл еще один нолик. Там процент за месяц накапал.

– Мелкая, не наглей.

На парковке института еще вдалеке замечаю знакомую девушку.

– Кстати, а почему ты ей не скажешь, что я твоя подруга?

– Ты про Алину, что ли?

– Ага.

– Для тебя имеет значение, что она думает?

– Нет, но если эта психичка плеснет мне в лицо кислотой, это будет на твоей совести.

– Алина порой приставучая, но точно не психичка, – усмехается Вадим.

– Ты просто понятия не имеешь, на что готова пойти влюбленная разъяренная женщина.

Смиренно отсидев первую пару, на перерыве узнаём о том, что препод по истории искусств заболел и его сегодня не будет. Так до третьей пары, на которой нам обещали мини-проверочную, образовалось окно длиной в два часа.

– Пойдешь с нами в столовую? – Настя кивает на Сыря и еще двух однокурсниц, стоящих у двери.

– Давай я подойду чуть позже. Мне надо кое-что доделать.

– Окей, если что, пиши, мы можем переместиться в курилку.

Ребята уходят. Я достаю планшет и открываю папку с проектом дизайна дома Вадима. Аудитория постепенно заполняется ребятами с другого курса, поэтому беру сумку и выхожу в коридор. На сегодня по плану мне нужно отправить Александре свои мысли по кухонно-гостиной зоне. А уже через неделю мы должны завершить проект. Сажусь на подоконник и приступаю к работе.

– Какие люди… – раздается знакомый голос. Влад вальяжно облокачивается на подоконник в нескольких сантиметрах от меня и с любопытством заглядывает в планшет. – Дом проектируешь? – спрашивает он.

– Типа того.

– А что, у нас художники теперь дизайном занимаются? Что по стоимости за услуги?

– Сказали, не обидят.

– На доверии работаешь, что ли?

– А у тебя проблемы с доверием? – парирую в ответ.

– Определенно, – отвечает Влад. – Присяду?

Двигаю сумку, и парень усаживается рядом. Я хотела поработать над проектом в одиночестве, теперь же это невозможно, поэтому со спокойной душой кладу планшет в сумку и с любопытством наблюдаю за Владом.

– Что пишешь? – спрашиваю второкурсника, заносящего какие-то заметки в толстый серый ежедневник.

– Планы, задачи и другие неинтересные вещи, – отзывается он, не поднимая головы.

– Необычно.

– Почему же?

– Ладно я, у меня этих ежедневников и скетчбуков уже, наверное, больше сотни. Но от тебя не ожидала. Давно просто не видела не рисующего человека, а записывающего что-то в блокнот.

– Привычка от отца. Не могу иначе.

– Интересно, кем же тогда работает твой отец.

– Если упрощенно, то он прокурор, – отвечает Влад.

Ого. Тогда не удивлена, почему он решил возглавить студсовет.

– И что, прямо все записываешь туда?

– Абсолютно все, – кивает парень. – Знаешь, что у меня записано в планах на сегодня?

– И что же?

Он начинает водить пальцем по странице и затем показательно останавливает его на одном из пунктов.

– Пригласить тебя пойти со мной вечером на спектакль.

Заход красивый, но…

– Влад, я же тебе сразу сказала, что у меня есть парень, – выдыхаю я.

За этот месяц уже его третья, не считая дня рождения, попытка меня куда-нибудь позвать.

– Ну я по-дружески.

– Тогда будь другом, пригласи кого-то другого.

– Ну наличие парня тебе же не мешает каждый день уезжать из института с Черепшиным?

– Следишь, с кем я уезжаю?

– И приезжаешь.

– Но только чисто по-дружески?

– Клянусь! – кладет руку на сердце Стрельцов.

– Я пошла, – спрыгиваю с подоконника.

– А спектакль? – кричит мне вдогонку парень.

– Не-ет, – отзываюсь, не поворачиваясь к нему, и пишу Насте:

«Вы еще в столовой?»

Глава 17

Август 2023 г. Вадим

– Ну и где там эти ваши Патрики? – спрашиваю у впереди идущих друзей. На улице не жара – пекло. Кажется, чего жаловаться, когда сам из Ростовской области, но почему-то в Москве в такую погоду гулять по улице совершенно невыносимо. Единственное, чего я сейчас хочу, так это завалиться в один из десятков местных ресторанчиков, расположенных по обе стороны от дороги, и заказать себе холодный, нет, ледяной лимонад.

– Да сейчас, сейчас, пару минут – и придем! – отзывается Эля.

– Я уже слышал это. Трижды. Как думаешь, в этот раз я поверю?

Она, не обращая никакого внимания на мои мучения, продолжает вести нас вперед. Ян молчит и идет рядом. Видимо, он уже давно привык и смирился с шилом в заднице своей девушки.

– Фига себе! – провожаю взглядом только что проехавший мимо «ламборгини хуракан».

– Это мы еще к Патрикам не вышли, – усмехается Ян.

И правда, чем дальше мы идем, тем больше крутых тачек замечаю вокруг. М-да, неплохо москвичи устроились. Если в Ростове-на-Дону меня считают мажором, то здесь я обыкновенный бомжара. Одна такая тачка стоит как три моих дома.

– Все, вот оно! – торжественно объявляет Эля.

Наконец-то! Осматриваюсь по сторонам. Перед глазами обыкновенный квадратный пруд, возле которого поют уличные музыканты и стоят ларьки с мороженым. И ради этого мы перлись по такой духоте?

– А где трамвайные пути? Ну Аннушка там, все дела.

– Не говори, что ты реально читал Булгакова, – друг в удивлении вскидывает брови. – Там же до фига страниц.

– Шутишь? Пересказы – наше всё. Но с Аннушкой вообще-то – это клише.

– Да нет здесь никаких трамваев, – отвечает Эля слегка раздраженно, заметив, что я не испытываю щенячьего восторга от всего происходящего. Ну уж извините. Мне бы сейчас лежак, бассейн и… да в принципе хватит.

– Прикол.

– Ладно, – тяжело вздыхает девушка, – пойдем где-нибудь сядем и поедим.

– Аллилуйя!

И, не теряя времени, направляюсь к ближайшему ресторану.

– Боюсь, что у бедных студентов на такое место не хватит денег, – прилетают мне в спину слова Яна.

– Боюсь, что еще минута – и я откинусь и вам придется сбрасываться на похороны. А это куда дороже, – и добавляю: – Пойдем, я плачу.

Мы садимся прямо на улице за маленький круглый деревянный столик и делаем заказ. Недолго думая, заказываю официанту лимонад, прошу стейк средней прожарки и откидываюсь на мягкую спинку дизайнерского стула. Друзья также заказывают по напитку и блюду.

Через несколько минут официант приносит наши лимонады. Подношу бумажную трубочку ко рту и делаю первый глоток. Да, теперь хорошо, теперь можно и Патрики посмотреть. Вот это я понимаю.

Отсюда Патрики и правда выглядят довольно мило. Но местечко, конечно, пафосное. За все те дни, что нахожусь в Москве, мы с ребятами успели обойти несколько туристических точек. В последний, и единственный, раз я был тут лет в десять и, естественно, не помнил ничего, кроме Красной площади, да и то весьма смутно. Поэтому даже неплохо, что Эля задалась целью показать мне все самые популярные места столицы.

– Не говори, что она тебя и в Третьяковку затащила, – понизив голос, обращаюсь к другу.

– Дважды, – хмуро отвечает Ян. – Оказывается, есть старая и новая Третьяковка, прикинь.

И это за те десять дней, что они живут в Москве.

– Жесть.

– Я и тебя затащу, – отзывается девушка, подслушав наш разговор.

– Что-то я уже начинаю скучать по дому.

Пока ждем основные блюда, достаю телефон.

– У Леры сегодня день рождения, да? – спрашивает Ян.

– Ага. – Это то, о чем я думал с самого утра. – Сейчас напишу, поздравлю.

– Не заходи, – говорит друг, когда я заношу палец над иконкой желаемого приложения. Это с чего это? Тыкаю большим пальцем по экрану. Лента обновляется, и уже через несколько секунд на пол-экрана высвечивается фотография Леры, протягивающей к камере руку с кольцом на безымянном пальце.

Я знал, что когда-нибудь это могло случиться, но совершенно не был к этому готов. Лере сделали предложение. В день ее рождения. Моей Лере!

Фото выложено два часа назад. Резко становится ужасно душно. Встаю, хватаясь то за голову, то за горло, и иду в неизвестном направлении вперед. Мне хочется кричать, но я не могу произнести ни слова. Не замечаю, как выхожу на дорогу, и меня чуть не сбивает машина. Водитель что-то гневно орет, выходит. Показываю ему фак, прекрасно зная, к чему это приведет, и словно желая этого.

Жест ожидаемо выводит мужика из себя. Он налетает на меня и толкает в грудь. Я толкаю его в ответ и тут же получаю в челюсть. Больно, зараза. То, что мне и нужно. Рычу и пинаю в ответ ногой. Краем глаза замечаю, как из тачки вылезает еще один мужик. Теперь они набрасываются на меня вдвоем, и следующий удар прилетает прямо в солнечное сплетение. Сгибаюсь пополам в попытке как-то вдохнуть воздух.

Подбегает Ян, что-то орет тем мужикам. Ничего не понимаю, звуки сливаются в одно протяжное месиво.

– Пойдем, быстро, – Ян подхватывает меня под локоть и отводит в сторону. Эля стоит неподалеку и обеспокоенно смотрит в нашу сторону.

– Сорян, – говорю девушке, – но боюсь, на сегодня обзорная экскурсия закончена.

Глава 18

Октябрь 2023 г. Вадим

Иногда жизнь преподносит такие сюрпризы, что порой удивляешься, как ты еще вывозишь все это, улыбаешься, строишь планы и стараешься не вздернуться. В мире, где не существует боли и разочарований, в выдуманном мире, конечно же, было бы все иначе. Например?

Например, прямо сейчас я бы не наблюдал на террасе своего дома, как один тип по имени Михаил прижимает к себе любовь всей моей жизни и просовывает свой склизкий и, безусловно, вонючий язык ей в рот.

В идеальном мире на его месте был бы я. Это я бы прижимал Леру к себе. И мое кольцо сейчас было бы надето на ее палец. Но в этом неидеальном мире мне остается лишь смотреть со стороны и ненавидеть. И это страшно. Я не думал, что в принципе способен испытывать что-либо подобное. Такое мощное и всепоглощающее. Одно дело – знать на словах, другое – видеть все это своими глазами на пороге собственного дома, обрекая себя на то, что эта сцена будет мерещиться мне каждый раз, когда я буду возвращаться домой.

– Ой, Миш, Вадим пришел. – Заметив меня, Лера отлипает от парня. Тот, проследив за ее взглядом, тоже поворачивается в мою сторону.

– Салам, – салютует он мне.

Придурок.

Оценивающе прохожусь по нему взглядом. Худой, со спортом и рядом не стоял никогда, рост плюс-минус у нас одинаковый, патлатый, но в целом обычный такой русский Мишка: нос картошкой, брови лохматые, на ногах обтягивающие светлые джинсы. И мне надо смириться, что меня променяли вот на это? Понял.

– Ага, привет. – Решаю держаться на расстоянии, чтобы не протягивать руку. – Какими судьбами?

Вместо него отвечает Лера:

– Представляешь, возвращаюсь из института, а твои говорят – сюрприз! Прохожу на кухню, а там Мишка.

Мишка. Чудесно.

– Я так рада, это лучшее, что могло случиться, – воодушевленно продолжает Лера. – И вы познакомитесь, наконец.

Точно, это именно то, о чем я мечтал все эти два года. Проходим в дом, они идут впереди, я сразу за ними, стараясь не пялиться на мужскую руку поверх тонкой Лериной талии.

Родители тоже те еще предатели – улыбаются ему, суетятся и носятся вокруг. Миша то, Миша се. На меня даже не обращают внимания. Но хуже всего смотреть на светящееся от радости лицо Леры. Эту радость вызывает у нее Миша, не я, и этим все сказано.

– А ты на кого поступил? – спрашивает отец.

– Юридический, – отвечает тот.

– О, в адвокаты хочешь потом или юристом?

– Юридическим консультантом.

– Так здорово! – восхищается мама. – Лера у нас творческая, а юрист – это очень серьезная профессия. Мне кажется, что такие пары самые крепкие, будете дополнять друг друга.

Класс, мам, ну я же ем! Дальше не слушаю. Меня вообще не волнует ничего, что связано с ним. Кроме Леры. Как последний трус, не в силах больше лицезреть эту милую парочку, ссылаюсь на головную боль. Но, даже находясь в комнате, слышу доносящиеся с первого этажа шутки отца и дружный смех. И без меня им чудесно, понял. Сейчас происходит именно то, чего я боялся. И родители подыгрывают этому безумию.

В половину одиннадцатого слышу робкий стук в дверь, а затем на пороге появляется Лера. Она с озадаченным видом проходит через всю комнату к моей кровати и садится рядом.

– А где этот? – спрашиваю ее.

Ничего не могу с собой поделать, но почему-то называть лишний раз ее парня по имени выше моих сил.

– Твоя мама постелила ему в гостевой на первом.

– Чего не вместе? – озвучиваю это с бо́льшим количеством яда в голосе, чем планировал. От этого вопроса Лера поджимает губы и косится в сторону.

– Да ну? – недоверчиво смотрю на нее. Все же почти два года встречаются. Девушка пожимает плечами, а мне почему-то хочется восторженно закричать на весь дом, подскочить к ней и закружить по комнате. Будто это что-то меняет. Будто это не вопрос времени.

– Он тебе не понравился, да? – спрашивает она.

– С чего ты взяла?

Опять сарказм. Уж извините.

– Вадим, он хороший. Я знаю его лучше, чем себя.

Ну же, добавь «и чем тебя», чтобы точно меня раздавить.

– Да я-то чего?

– Мог бы хотя бы из вежливости поужинать с нами.

Из вежливости? Серьезно?

– У меня голова болит.

– Врешь, – фыркает Лера.

– А ты докажи.

– Я тебя как облупленного знаю. Ты не представляешь, как я хотела, чтобы вы подружились.

– Жизнь полна разочарований.

– Да ты достал!

– И я тебя люблю, мартышка.

– А-а-а-ар!

– И вообще, твой жених не будет нервничать из-за того, что его невеста шляется на ночь глядя по комнатам чужих парней?

– Ой, да иди ты.

Лера выходит из комнаты, напоследок хорошенько так хлопнув дверью. Ну а что, я всего лишь подсветил проблему. Хочет, чтобы я с ее Мишей подружился, ага. Даже если не учитывать тот факт, что этот Миша мне неприятен по весьма прозаичным причинам, так он и без этого вызывает отторжение. Не мой типаж. И плевать, что я видел его от силы пару минут. Хватило. Не могу же я дружить с кем-то только из-за того, что этот кто-то дорог тому, кто дорог мне. Единственное, я не должен показывать свою неприязнь так явно, иначе у Леры могут возникнуть вопросы, на которые я не смогу ответить честно.

Глава 19

Октябрь 2023 г. Вадим

Миша живет у нас третий день. Три дня он ходит по моему дому, лазит в мой холодильник, пользуется моим душем. Ах да, и трогает мою Леру. Чтобы лишний раз не нарваться на картину, которую мне посчастливилось лицезреть на террасе в день его приезда, до ночи после пар зависаю в мастерской. А вчера я пошел к Бешеному на тренировку. Впервые со школы. Видимо, иначе разобраться с внутренней болью и яростью уже не мог.

Выхожу из института и прямо на ступенях вижу Леру с ее бесячим женихом. Класс, он и сюда добрался. Ему мало дома мне глаза мозолить?

– Тот самый жених? – слышу справа тихий голос Стрельцова. Уж кого мне точно сейчас не хватает! Продолжать разговор не собираюсь, поэтому делаю шаг вперед.

– Ладно, на самом деле я с ним уже пересекся.

– Когда? – останавливаюсь я.

– На обеденном зашел в магазин, он сидел там в зоне кафетерия, видимо, заметил у меня студак, который я выложил на стол, пока доставал кошелек. Подошел, уточнил, учусь ли я здесь, и, узнав, что я глава студсовета, спросил, не знаю ли я Леру и когда у нее заканчивается последняя пара.

– Ясно. Всем незнакомцам хвастаешься тем, что ты глава студсовета?

– Ха-ха. Короче, я пригласил его к Бешеному вечером. Присоединяйся, вижу, вы не особо хорошо ладите. А так, может, узнаете друг друга получше.

– Нет, спасибо. А тебе-то зачем его узнавать?

– Да так, скучно.

– Ну да, я так и подумал.

Прохожу мимо сладкой парочки и иду к машине. Влад что-то темнит, но почему-то сейчас его действия не вызывают во мне чувства отторжения. Мне все равно.

– Вадим, мы тебя ждали! – окликает меня Лера. – Поехали вместе.

Ага. Я, ты и твой жених-дебилоид. С кайфом.

– Слышал, тебя в клуб позвали, – обращаюсь я к парню, когда мы садимся в машину. Наверное, впервые за все эти дни я начал разговор первый. Даже Лера подняла голову от телефона и с легким удивлением посмотрела на меня.

– Да, с твоим однокурсником сегодня пересеклись.

– Что за однокурсник? – настороженно спрашивает девушка.

– Влад, кажется.

– И когда это вы успели познакомиться?

– Да я в магазине к нему подошел, спросил, не из вашего ли он института и не знает ли он тебя. Хотел сюрприз сделать.

– А чего мне не написал? – Извините, ничего не могу поделать со своей язвительностью.

– Я писал, – отзывается Миша, – ты не прочел.

– Хм-м, не видел.

Ха!

– Он и тебя звал? – снова включается в разговор парень.

– Типа того.

– Пойдешь?

– Не уверен. А ты?

– А почему бы и нет. Кажется, прикольный чел.

Ага, Стрельцов еще тот приколист, это точно. На его приколах диссертацию писать можно.

Доезжаем до дома, Лера с Мишей выходят из машины, и я собираюсь снова нажать на газ.

– А ты не идешь? – спрашивает девушка.

– Нет, я на работу.

– Вадим, – она наклоняется к моему открытому окну, и я снова вдыхаю манящий сладкий аромат ее духов, – я тебя очень прошу, сходи с Мишей в клуб, дай ему шанс. Ради меня.

Это ее «ради меня» перечеркивает заранее подготовленный на такую просьбу ответ. А когда я буду делать хоть что-то ради себя, мартышка?

– Ладно, – выдыхаю я.

– Правда? – радостно переспрашивает Лера.

– Ага.

– Ты лучший! – Она наклоняется еще чуть ниже и целует меня в щеку. Целует. Меня. Господи.

– Слышь, – окликаю Мишу, пытаясь делать вид, будто только что ничего такого не произошло, словно этот поцелуй – это просто поцелуй, – вы во сколько договорились?

– В девять у клуба, – отзывается парень.

– Если в восемь не вернусь, вызывай такси.

– Окей.

В мастерской меня ждал полный завал. Георг отпросился на юбилей к матери, у Владимира Анатольевича разболелась голова, и я остался в гордом одиночестве. Провозившись с третьей по счету машиной, выползаю на улицу только в одиннадцатом часу с одним-единственным желанием – приехать домой, сходить в душ и завалиться на кровать. Но вместо этого прямо в рабочей одежде сворачиваю на дорогу, ведущую к клубу. Обещал же Лере, что появлюсь.

Через десять минут паркую машину. Поздоровавшись с охранником, прохожу в здание и сразу направляюсь к бару.

– Привет, Стрельцова не видел? – спрашиваю Кира, бармена, работающего здесь уже четвертый год.

– Стрелка-то? Да был тут, час проторчал и свалил куда-то, – отвечает Кир. – Что налить?

– Да не, ничего, – отказываюсь я. – А парень с ним был?

Кир усмехается:

– А то. Интересный экземпляр, конечно.

– А поподробнее?

Что могло такого случиться всего за час?

– Чувак будто никогда танцовщиц не видел.

– Не видел и не трогал, – раздается голос Влада. Парень подходит к стойке и кидает на нее пятитысячную.

– Где Миша? – спрашиваю у него.

– Думаю, уместнее спросить не где, а с кем, – подмигивает мне Влад.

– Еще раз. Он что?

– Да в приватке он, – и Влад достает телефон, на экране которого мелькают кадры, где Миша лапает одну из местных девчонок.

Руки сжимаются в кулаки, мне хочется найти этого придурка и хорошенько по нему пройтись. Как он смеет так поступать с Лерой?! Вот ублюдок.

– Не благодари, – хлопает меня по плечу однокурсник, и до меня начинает доходить.

– Это ты его споил и подослал девчонок.

– Говорю же, не благодари.

– Ты совсем охренел, Стрельцов?!

– А ты думал, я с ним пить, что ли, собрался?

– Тебе это все зачем?

– Как зачем? Лера хорошая, нельзя же ее не пойми за кого отдавать. А так проверили паренька. Проверку не прошел – сам виноват. Вряд ли за такое его простят и по головке погладят. Не, я мог, конечно, как ты, молча со стороны наблюдать, но, извини, не сдержался.

Какой же он все-таки урод.

– Ты хоть понимаешь, как больно ей будет? По-твоему, это все какой-то прикол?

– Именно. А так, получается, она еще и благодарить должна.

– Кажется, тебя переплюнули, чувак, – встревает Кир, который наверняка слышал весь наш разговор.

– А ну-ка, – поворачивается к нему Влад.

– Да года два назад мы с ним одного паренька так на сотку опрокинули. Он его споил, а потом долг повесил, прикинь?

– Это было один раз, – хмуро отзываюсь я.

– А-а-а, так и мы не святые, – расползается в широкой улыбке Влад. – Ладно, пойду пока наверх поднимусь, зависну в ВИПе.

– Не смей пока ничего говорить Лере! – предупреждаю его. Боюсь, что она может что-то с собой натворить. И если уж сообщать о таком, то тогда, когда для этого будет подходящий момент.

– Поздно, – Влад отталкивается от стойки и, отсалютовав, исчезает в толпе. Черт.

Глава 20

Октябрь 2023 г. Вадим

В комнате Леры горит свет. Выскакиваю из автомобиля и быстрым шагом направляюсь в дом. Что я должен ей сказать? Как могу помочь, если у самого сейчас в голове бардак?

Пока ехал, пытался хоть как-то структурировать произошедшее. Стрельцов – моральный урод. То, что он сделал, низко даже для него. Но надо признать, что, не будь он уродом, меньше чем через год я бы увидел Леру в свадебном платье рядом с другим. Теперь этому не бывать. Вряд ли она простит Мише такое. Лера с детства ненавидит предателей. Остальное неважно. Точнее, важно, конечно, важно, но черт…

На первом этаже пусто. Вспоминаю, что родители умотали в короткую командировку.

Поднимаюсь на второй этаж и подхожу к комнате Леры. Тихо стучусь два раза и открываю дверь. Лера в полумраке стоит в пижаме и смотрит в окно.

– Мартышка, – тихо зову.

Она никак не реагирует.

– Мартышка, – снова повторяю.

Лера оборачивается, и то, что я вижу, заставляет мое сердце сжаться.

– Ты все это видел, да? – спрашивает она немного дрожащим хриплым голосом.

– Нет, я приехал туда к половине одиннадцатого, Влад рассказал.

– И все?

– И показал фотографии.

– Фотографии… – повторяет Лера. – Боже.

Подхожу к девушке и притягиваю ее к себе. Лера мокрым носом утыкается мне в грудь, и ее тут же начинает трясти. При виде ее такой самому хочется выть. Не этого я желал для нее.

– Ну, ну, все хорошо, хорошо, – нежно глажу ее по макушке в попытке хоть как-то успокоить.

– Нет, все ужасно! Вадим, почему? Почему он так со мной? Зачем тогда все это?! – Лера отстраняется от меня и демонстративно поднимает руку с помолвочным кольцом. – Зачем это?! Почти два года, Вадим, два!

Я не знаю, что сказать. Девушка, которую я люблю, убивается из-за другого парня. Парня, который и мизинца ее не стоит и никогда не стоил. Парня, который прямо сейчас целуется с танцовщицей из клуба и ни на секунду не задумывается о своей невесте. А я думаю. Я рядом. Я готов отдать все, лишь бы ей не было больно.

– Я чувствовала, что что-то случится. – Лера слегка отстраняется и начинает нервно ходить по комнате. – Правда чувствовала. Но чтобы так… Боже, какая я тупая.

– Не говори так. Это он козел.

– Два года, Вадим, – снова повторяет Лера.

– Знаю, мартышка, знаю.

Лера засыпает, когда экран телефона показывает пятнадцать минут третьего. Все это время я был с ней, успокаивал, гладил по волосам, приносил воды. Тихо, чтобы не разбудить, слезаю с кровати, осторожно закрываю дверь и спускаюсь на первый этаж. Дождусь этого урода там. Все равно не усну.

В шесть утра хлопает входная дверь. Миша скидывает ботинки, проходит на кухню и наливает воду из-под крана.

– Как посидели? – спрашиваю у него, сидя на диване. От неожиданности парень дергается и проливает немного воды на стол.

– Да так, нормально, – отвечает он и делает большой глоток. – Выпили немного, пообщались.

А стелет он хорошо, не знал бы правды, может, и поверил бы.

– О чем общались?

– Ну, это, обо всем. Немного о том, немного об этом. А ты чего не приехал?

– А я приехал.

С дивана вижу, как его лицо бледнеет.

– К-хм, – еще глоток, – не заметил тебя что-то.

– Конечно, как бы ты меня заметил, находясь в привате.

Миша ставит стакан на стол.

– Ты ей рассказал?

Значит, в дурака играть больше не будем.

– Нет.

Парень облегченно выдыхает.

– Я не знаю, что на меня нашло. Это было ошибкой, чувак, реально, чувствую себя говном. Только не говори ей ничего. Я как-нибудь все улажу, – просит он.

– Не скажу.

– Фух!

Рано радуешься.

– Влад рассказал.

Миша, чуть шатаясь, подходит ближе и останавливается в нескольких метрах от меня.

– То есть она знает?

– А ты думал, проведешь ночь в приватке и все будет круто?

– Дерьмо! – Миша хватается за голову. – Чё делать?!

– Подсказать?

– Ну типа.

– Собирай вещи и сейчас же сваливай отсюда.

Раздаются шаги, и в гостиную спускается Лера. Она с болью и злостью смотрит на Мишу, а я внутри ликую и хлопаю в ладоши.

– Лер, все не так было… – начинает оправдываться парень.

Встаю с дивана. Как бы мне ни хотелось врезать ему и затем вышвырнуть за дверь, Лере нужно разобраться с этим самой. Поднимаюсь наверх, беру чистые вещи и наконец иду в душ. Мечтал об этом с того момента, как покинул автомастерскую.

Прислоняюсь лбом к прохладному кафелю. Вода стекает прямо по лицу. Она же не простит его, да? Не может, такое не прощают. Хотя… откуда столько уверенности? Все же два года вместе. Беру со стойки мятный шампунь. А что, если я сейчас спущусь и увижу их обнимающимися? Обоих убью, серьезно. Или убьюсь. Выкручиваю кран до максимума, и вскоре душевая наполняется паром. И что теперь? Что делать, если они расстанутся? Не могу же я вот так просто сейчас сказать ей о своих чувствах. Хэй, Лер, слышал, тебе тут жених изменил, хотя вы встречались два года. Не хочешь теперь со мной встречаться? Я тебя, кстати, любил все это время. Да ну, дебилизм. Или… Нет, надо подождать хотя бы несколько дней.

Выключаю воду, переодеваюсь и выхожу в коридор.

– Да и пошла ты! Я теперь, по-твоему, на коленях стоять должен?! Не много о себе думаешь?! – доносится истеричный ор Миши. Что ж, пора вмешаться и сделать то, о чем я мечтал все эти годы.

Спускаюсь вниз. Миша стоит в коридоре, рядом валяется его дорожная сумка.

Неужто так быстро собрался?

Лера все так же стоит у лестницы, и, кажется, такой бледной я вижу ее впервые. Губы плотно сжаты в тонкую линию, правая щека дрожит от постоянного прикусывания – она всегда так делает, когда нервничает. Глаза… в них невозможно смотреть. И все из-за этого урода.

– Вышел! – беру его под локоть и толкаю к двери.

– Э-э-э-э, руки убрал! – Парень пытается скинуть мои руки, но у него ничего не получается. – Отвали, говорю!

– Лучше уйди. Сейчас, – наклоняюсь ближе и понижаю голос, чтобы меня слышал только он. – Иначе я тебя убью.

Не знаю, как я выгляжу в этот момент со стороны, но угроза действует моментально. Миша нервно поднимает сумку с пола и сам шагает к двери.

– Ухожу, – и перед самым выходом разворачивается и громко кричит: – Знаешь, Лер, а я рад: хоть кто-то мне дал наконец! – Затем поворачивается ко мне: – Думаешь, уйду и она тебе даст? Ага, как бы не так. Нет, ты прикинь, за два года ни разу. Сначала: «Ой, я не готова». Потом: «Мишут, давай дождемся окончания школы». Предложение сделал, думал, хоть тогда даст, а она и тут обломала, уехала в эту дыру. А теперь я еще и крайний оказался…

Выталкиваю парня на улицу. Он продолжает что-то разъяренно кричать. Закрываю дверь, отрезая нас друг от друга. По монитору с камер вижу, как тот бьет ногой по крыльцу и затем исчезает за воротами.

– Ушел? – раздается сзади уставший голос Леры.

– Ушел.

Поворачиваюсь к ней. Она стоит, обхватив себя руками, и слегка покачивается вперед-назад.

– Пойдем, тебе бы еще поспать, – кладу руки на ее плечи.

– Он прав, да? – Лера поднимает глаза на меня. – Я реально дура? Просто я… просто я боялась, я не понимала себя, и я…

Обхватываю ее лицо двумя руками, чуть наклоняюсь и говорю серьезно:

– Лер, только ты решаешь, готова ты или нет. И тебе не должно быть за это стыдно. Поняла меня?

Молчание.

– Поняла? – снова повторяю я.

Лера слабо кивает.

– Отлично. А теперь пойдем, сделаю нам кофе. Башка трещит.

Глава 21

Октябрь 2023 г. Лера

– Вставай, сонная мартышка! – вырывает меня из сна голос Вадима. Следом на голову падает многотонная подушка.

– Тш-ш-ш, – бессвязно прошу тишины. – Уйди.

Вчерашние сутки высосали из меня почти все силы, а сегодняшняя очередная бессонная ночь забрала оставшиеся. И вот когда мне наконец удалось уснуть и хотя бы на пару часов вырваться из эмоционального ада, этот изверг решил меня разбудить.

– Жаль, думал, ты хотела поехать со мной.

– Сегодня у меня нет пар, не обманешь, – спихиваю подушку с лица и переворачиваюсь на живот. – Я. Хочу. Спать.

– Уверена, что только это?

– И сдохнуть.

Хотя бы на месяц, пока острая боль не превратится в тупую.

– Понял.

Вадим плюхается на кровать рядом со мной и начинает медленно и мучительно щекотать икры, пальцами поднимаясь все выше по ногам.

– Ты же не отстанешь, да? – спрашиваю парня.

– Боюсь, что нет.

– Ну и куда ты хочешь меня потащить? У меня, если честно, не то настроение, чтобы куда-то ехать.

– Жаль, я думал, ты захочешь прокатиться со мной в Выселки.

Выселки! Подрываюсь с кровати, чуть не упав из-за закутанных в одеяло ног лицом на пол.

– Десять минут! – выпаливаю и бегу в ванную.

– Пять! – кричит мне вслед Вадим. Пять так пять. Я уже на все согласна.

Сейчас я впервые за эти два дня не думаю о Мише. Меня волнует предстоящая поездка. Только это. Мы едем. Едем в наш семейный дом в Выселках. Вместе. Как и два года назад. И не когда-то там потом, а сейчас. Быстро умываюсь, возвращаюсь в комнату, засовываю в рюкзак сменную одежду и, перепрыгивая через одну ступеньку, спускаюсь на первый этаж.

– Не будем терять времени. – Вадим уже стоит в коридоре. – Кофе купим по дороге.

Согласна. Я сегодня вообще самая послушная и добрая. Садимся в машину, врубаю старый альбом Thirty Seconds To Mars и прилипаю к окну. Ну же! Едем!

Если мне не изменяет память, то дорога займет чуть больше двух часов. Выезжаем из города, закупаемся продуктами в большом супермаркете и затем сворачиваем к «Вкусно – и точка». Вадим диктует заказ, и через несколько минут на моих коленях стоит пакет с сэндвичами, картофельными оладушками и двумя капучино.

– Боже, а говорят, от депрессии нет лекарства, – восторженно мычу от наслаждения, смакуя кусочек горячего картофельного оладушка.

– Знал бы, что тебя так легко развеселить, привез бы вчера к дому грузовик этих оладушков, – фыркает Вадим.

Я смотрю в окно и все еще не верю в реальность происходящего. Я не была в этом доме больше года, а вместе с Вадимом и того больше. Медленно смакую картофельное блаженство и поворачиваюсь к парню, жующему сэндвич.

– Почему? – спрашиваю у него.

– Потому что по утрам они кладут в бургеры только свиные котлеты. К черту свиные котлеты. Лучше давиться булкой с сыром и вонючим яйцом.

– Ха-ха! – закатываю глаза, но уголок губ все равно дергается вверх. – Почему ты решил поехать в семейный дом?

– Честно? – Вадим сжимает пустую упаковку от сэндвича и не глядя кидает бумажный шарик в пакет. – Я не смог придумать ничего другого, что могло бы хоть как-то тебя взбодрить.

– Думаю, я бы тоже не придумала ничего лучше, – соглашаюсь с ним.

Дом был не просто зданием. Он был местом, с которым я ассоциировала наше с Вадимом детство, каждый праздник, каникулы. Дом был нашим местом встречи. Когда Вадим перестал туда приезжать, дом потерял то, ради чего я каждый раз мечтала в него попасть.

– Я ведь очень обиделась на тебя тогда, когда ты впервые не приехал.

– Я же написал, что был занят, – ровным голосом отвечает Вадим.

– Да, твоя мама сказала, что ты не отмечал с нами Пасху, потому что работал с одноклассником над каким-то проектом.

– Это был важный проект.

– Конечно. А на день рождения твоего папы у тебя появились дела в мастерской.

– Неотложные дела.

– Безусловно.

Делаю музыку громче и снова отворачиваюсь к окну. Бесит. Зачем тогда везти меня туда сейчас? Он хоть представляет, насколько мне было больно каждый раз, когда я узнавала о том, что он не приедет?

Когда Вадим сворачивает с главной дороги, дыхание учащается. Осталось совсем немного. Мы едем мимо небольшого озера, в котором раньше купались каждое лето, мимо многолетних сосен, мимо ворот, бани, построенной нашими отцами, и, наконец, подъезжаем к двухэтажному дому. Нашему дому.

Выхожу из машины и с наслаждением вдыхаю чистый, чуть прохладный воздух. Нос щекочет едва уловимый аромат прелых трав.

– Даже получше оладушков, да? – ухмыляется Вадим, наблюдая за мной.

– Гораздо лучше.

Мне тут очень хорошо.

Берем пакеты с продуктами и проходим в дом. Внутри пахнет деревом и каким-то цветочным диффузором, купленным либо моей мамой, либо тетей Леной.

– Надо затопить камин, а то дубак какой-то. – Вадим проходит мимо меня в гостиную.

Как зачарованная осматриваю каждый уголок: камин, желтое кресло, большой круглый стол из массива дерева, кили́м в темно-бордовый ромбик. Все так же, как было тогда.

Замечаю на себе внимательный взгляд парня.

– Чего? – спрашиваю его.

– Ты светишься.

Уверена, что так и есть. Все это даже лучше, чем день рождения. Жаль только, что я бы сюда не приехала сейчас, не расстанься мы с Мишей. Нет, не хочу об этом думать. Не сейчас и не здесь.

– А давай построим домик из одеял и стульев? – неожиданно озвучиваю совершенно дурацкую идею. В детстве мы постоянно что-то строили. Казалось, что стоило спрятаться в этот домик, как все проблемы тут же оставались по другую сторону одеяла.

– На чердаке? – уточняет парень.

– На чердаке.

Наверное, это правда глупо, все же нам не по десять лет.

– Вот бы всегда тебя такой видеть, – посмеивается надо мной Вадим.

– Все зависит только от тебя, – тут же отвечаю ему.

– Не только.

Согласна.

– Давай я тогда затащу наверх стулья, а ты свари нам какао, а то пока тут все прогреется, у меня отвалятся руки.

Неужели согласился? Иду на кухню и чувствую, что еще немного – и я заплачу от переполняющих меня эмоций. Ну что ты, тряпка, соберись! Тебе всего лишь не хватало этого последние два года.

Достаю продукты, перекладываю их в холодильник и заливаю молоко в ковшик. А затем непроизвольно дергаюсь, почувствовав руки Вадима на своей талии.

– Мартышка моя, – шепчет он на ухо так, что на мгновение я немного теряюсь.

– Это что за приливы нежности? – чуть нервно отшучиваюсь я.

– Да так…

– Раз уж ты здесь, подай, пожалуйста, какао и апельсиновую цедру.

Руки Вадима тут же исчезают, позволяя мне свободно вздохнуть. Однако одновременно с этим чувствую пустоту там, где мгновение назад он меня касался.

Ну вот, какао готово, и мы, держа в руках кружки, поднимаемся наверх. На чердаке немного темнее, чем внизу, но даже сквозь легкий сумрак вижу, что мягкий плед уже лежит на полу, а сверху от стульев к комоду растянуто одеяло.

– Эй! Я вообще-то хотела сделать все это вместе! – возмущаюсь, ставлю кружку на подоконник и тыкаю Вадима в бок.

– Полегче, у меня вообще-то кипяток в руках! – смеется Вадим. – Виноват, каюсь. Но я знаю, как тебя задобрить.

Не дожидаясь моего ответа, он подходит к стульям, садится на корточки, что-то колдует, а уже через секунду самодельный домик загорается теплым светом, словно сказочный маяк среди мрака чердачного океана.

– Это волшебно… – восторженно произношу я. Нет, это самое прекрасное, что я видела.

– Помнится, ты тоже любила устраивать мне такие сюрпризы.

Вадим пролезает в домик первый, подаю ему кружки и залезаю следом.

– Секунду, – словно что-то вспомнив, говорит Вадим, достает телефон и фоном включает песню Брайана Адамса из «Спирита». В детстве мы часто смотрели с Вадимом этот мультик и подпевали каждой его песне. Делаю глоток горячего какао. Тепло медленно разливается по телу. Если все это взаправду, то это точно теперь мой самый любимый день. Поднимаю глаза и встречаюсь с внимательно изучающим взглядом Вадима.

– Что? – спрашиваю его.

– Ты такая красивая.

От того, как он это произносит, по телу пробегает волна мурашек.

– Да ты сегодня в ударе, – нервно усмехаюсь и кладу голову на его плечо, чтобы он не видел смущения на моем лице.

Да, это именно то, зачем я переехала из Сочи. Я снова чувствую между нами когда-то утерянную связь. Это снова мой Вадим. Его рука спокойно лежит на моей талии, моя – на его колене. Вокруг горят сотни маленьких огоньков, и все это не сон, а самая что ни на есть правдивая реальность. Я бы могла сидеть вот так вечно, наслаждаясь каждой минутой, прожитой нами на чердаке.

Вадим чуть отодвигается от меня, наклоняет голову вбок, так, что теперь я щекой чувствую его теплое дыхание, и спрашивает:

– Какую картину ты нарисовала на конкурс?

– Почему ты вспомнил об этом сейчас?

– Не знаю, просто подумал, что ты мне ее не показывала.

Еще бы.

– Ты просто все время был на работе. И я подумала, что тебе не интересно.

– Мне интересно! – протестует Вадим. – Расскажи.

– Могу показать фотку.

– Нет, хочу впервые увидеть ее на выставке, – отвечает парень.

– Хорошо, – соглашаюсь я. – Тогда я не буду рассказывать тебе о том, что именно там нарисовано, а расскажу о том, что сподвигло меня ее нарисовать.

– Снова какая-то легенда? – предполагает парень и попадает прямо в точку.

– Все-то ты знаешь.

– Рассказывай, – Вадим ложится головой на мои колени и прикрывает глаза. – Я заинтригован.

Глава 22

Январь 2015 г. Вадим

На часах три часа ночи, снизу слышны веселые голоса наших с Лерой родителей, звон бокалов и шум радио. Осторожно открываю дверь и выглядываю в коридор. Вроде пусто. На носочках крадусь к противоположной двери и медленно жму на ручку.

– Эй, ты спишь? – заглядываю в Лерину комнату. Подруга не отзывается. – Лер?

Прохожу дальше, к кровати, включаю светильник, стоящий на прикроватной тумбочке, и только сейчас замечаю, что в комнате никого нет. Возвращаюсь в коридор и иду к лестнице. Голоса взрослых здесь звучат громче. Хватаюсь рукой за перила и поднимаюсь наверх. Если лестница сейчас заскрипит, мне хана.

«Раз, два, три, четыре…» – считаю ступеньки про себя. Ровно девятнадцать ступенек – и я наверху. Толкаю тяжелую дверь чердака.

– Ну наконец-то! – громким шепотом встречает меня Лера. – Я уже думала, что ты уснул.

– Договорились же, что встречаемся в коридоре, – немного раздраженно отвечаю ей.

– Да? Я забыла. Зато смотри, что я придумала.

Лера подходит к выключателю, и на чердаке становится темно.

– Эй, ты чего?! – зачем-то пытаюсь руками найти подругу, хотя в такой тьме все равно ничего не увидеть. Ненавижу темноту. Не то чтобы я ее боюсь, но жить со светом мне явно нравится больше.

– Вот! – торжественно произносит Лера, и часть потолка загорается маленькими огоньками.

– Это ты откуда такое взяла?

– Сняла с обратной стороны елки. – Лера проходит по комнате со взглядом победителя. – Ну а что, Новый год прошел, никто и не заметит.

– А повесила как?

– На стул залезла.

Теперь на чердаке стало еще круче. С каждым нашим приездом мы с Лерой стараемся как-то усовершенствовать чердак и тащим сюда что-то прикольное. Сейчас здесь у нас лежат два пуфа, которые в летнее время родители, как правило, выставляли на террасу; стопка пледов; большая коробка, которую мы используем как стол для напитков и еды; большой тяжеленный ковер, притащенный нами из кладовки, и гирлянда, снятая с новогодней елки.

– Ты давно здесь? – спрашиваю подругу.

– Около часа, наверное, не знаю, не смотрела на часы.

– И что делала? Рисовала?

Лера всегда в свободное время рисует. Не могу представить ее без блокнота и карандашей.

– Ага, смотри, что вышло.

Она протягивает мне блокнот, на открытой странице которого нарисованы звезды, держащиеся за руки.

– Помнишь, как сегодня горели звезды?

– Угу.

Сегодня небо и правда прямо усыпано ими.

– Говорят, что звезды – это души влюбленных. И у каждой звезды есть пара, – говорит Лера.

Солнце – тоже звезда, интересно, какая пара у него? Какое-то несоответствие.

– Я слышала легенду, – продолжает подруга, – о том, что у каждой влюбленной пары здесь, на Земле, своя особенная любовь. У твоих родителей она одна, у моих другая. И у звезд тоже любовь разная, поэтому все они светят по-разному. Одни, как Солнце, светят ярко и дарят тепло. Другие тускло, словно светлячки под потолком чердака. Есть звезды разбитой любви, они светят ярче всех, но и быстрее всех сгорают…

Я любил, когда Лера рассказывала мне о своих рисунках. Для каждого у нее была своя история. В этот момент я забывал обо всем, от чего не удавалось сбежать днем: от участившихся в последнее время ссор родителей, думающих, что я ничего не замечаю; от выпивающего по вечерам грустного отца из-за того, что в бизнесе, по его словам, наступили трудные времена; от больной на голову математички, чуть не поставившей мне двойку за четверть; от порой такого сильного чувства одиночества, которое я испытывал, находясь среди других людей.

Только Лера. Ее тихий завораживающий голос. Наш чердак, окутанный огнями, и другие миры.

– Как ты думаешь, какими звездами были бы мы с тобой? – спрашивает меня Лера.

– Мы? Так мы же не пара.

– А если бы были…

– Не знаю, ты бы точно была Солнцем.

– Почему?

– У тебя волосы рыжие.

Конечно же, дело не только в этом. Лера самый светлый человек, которого я только знаю.

– Ну да, – соглашается подруга.

– А я?

– Ты был бы Сириусом. Мама говорила, что это самая яркая звезда на ночном небе.

– Ярче Солнца?

– Во много раз.

– И почему же тогда я Сириус?

– Все-то тебе скажи.

– А ты скажи.

– Ладно, только не смейся. Обещаешь?

– Ага.

– Точно?

– Да не буду я смеяться.

Интересно, что она скажет.

– Потому что ты самая яркая звезда в моей жизни.

– А я думал, потому что я похож на пса из Гарри Поттера.

– Ты обещал! – Лера возмущенно кричит и тыкает меня в бок.

Через минуту с лестницы доносятся шаги. Ну вот, нас услышали.

Глава 23

Октябрь 2023 г. Лера

Вадим, умиротворенно прикрыв глаза, лежит на моих коленях. Прямо над нами потолок из клетчатых одеял, я собираюсь рассказать ему про свою картину и снова чувствую, будто вернулась в наше детство.

– Говорят, в начале времен люди были похожи на большие шары, они имели четыре руки, четыре ноги и два лица… – начинаю неторопливо рассказывать легенду.

– А… к-хм… что у них было там? – встревает с недвусмысленным намеком парень.

– Вадим!

– Ну согласись, заявка для размышлений мощная.

Так, ладно, продолжим.

– Люди были настолько сильны, что силе их могли позавидовать боги. Тогда Зевсу пришла в голову идея разделить людей надвое, чтобы уменьшить их силу перед богами. Единственное, что осталось у людей в память о прошлом, был пупок.

– Топовый подарок. Можно катышки выковыривать.

Вот же ж! Продолжай, Лера, не показывай этому придурку, что ему снова удалось тебя довести.

– С тех пор несчастные люди ходят по свету в поиске своей второй половинки, той самой, с которой их разлучили.

– А я знаю, откуда эта легенда.

– Ну?

– «Пир» Платона.

– Ого, – удивленно смотрю на Вадима. – Не поверю, что ты читал Платона.

– Скорее скатывал на сессии.

– А вот в это поверю. Так вот, замечал, когда смотрел в окна домов, что все окна горят по-разному?

– Меня больше смущает то, что ты заглядываешь людям в окна.

– Ты вот вообще без своих саркастических замечаний не можешь?

– Все, молчу, продолжай.

– Легенда Платона натолкнула меня на размышления о родственных душах. И да, я правда часто смотрю на окна квартир по вечерам, особенно меня почему-то привлекают панельные пятиэтажки. И у меня появилась теория, что в окнах людей, которые еще не встретили свою родственную душу, горит холодный белый свет. А когда они находят ее и начинают жить вместе, их окна загораются теплым уютным светом.

– Звучит, конечно, антинаучно, – заявляет Вадим, – но очень романтично.

– Сам попросил рассказать про картину, – ворчу я.

– Значит, чтобы найти твою картину, мне нужно будет заглянуть в окна?

– Больше ничего не скажу, – отвечаю ему, но он даже не представляет, насколько прав.

Просидев на чердаке до десяти вечера, наконец снова спускаемся на первый этаж.

– Что будем смотреть? – спрашивает Вадим, беря с полки в руки пульт от большого телека.

– Ты знаешь, – с разбегу плюхаюсь на диван и подмигиваю ему.

– В стомиллионный раз?

– В стомиллионный раз, – киваю я.

Вадим закатывает глаза:

– Иди тогда достань чипсы. Я пока найду.

Прохожу на кухню, достаю из шкафа чипсы и большую стеклянную миску для них. Так, теперь стаканы и фанта.

Здравствуй, жизнь, – это я.

Прекрасный новый мир, ты звал меня.

Из гостиной доносится хорошо знакомая мелодия из того самого «Спирита».

Не хочу, чтобы этот день заканчивался. Мне было так хорошо сегодня. Никаких переживаний, мыслей о Мише и дальнейшем будущем. Только наш дом, чердак, Вадим и теперь еще этот мультик, под который мы в детстве прыгали по дивану, представляя себя главными героями. Словно все это такой родной, давно забытый сон, приснившийся спустя несколько лет мне снова.

– Идешь?

Поднимаю голову и вижу перед собой Вадима, опирающегося о косяк двери.

– Думаешь, родственные души существуют? – спрашиваю его.

– С чего такие вопросы, мартышка?

– Да так, – пожимаю плечами. – Просто весь этот день… мне теперь кажется, что только ты знаешь и понимаешь меня на все сто процентов. Я могу попросить тебя поставить детский мультфильм и буду знать, что ты включишь его и будешь петь вместе со мной. Ты единственный, кому я могу рассказать какую-нибудь глупую легенду и при этом не буду чувствовать себя полной идиоткой. А еще ты привез меня сюда, точно зная, что именно здесь мне станет легче. Я все же думаю, что родственные души существуют. Благодаря тебе.

Вадим молчит. И почему-то сейчас он кажется мне каким-то потерянным, словно за то время, пока я насыпа́ла чипсы, что-то случилось.

– Все в порядке? – спрашиваю его.

– В полном, – слегка кивает он, так же не отрывая от меня взгляд. – Пойдем?

Да, пойдем. Протягиваю ему миску, а сама беру со стола стаканы. Мы снова проходим в гостиную, где на шестидесятипятидюймовом экране уже горит заставка любимого мультика.

– Знаешь, о чем я подумал на кухне? – спрашивает Вадим, прежде чем включить мультфильм.

– О чем?

– О том, что из нашего окна тогда горел теплый свет.

Глава 24

Октябрь 2023 г. Вадим

Завтракаем без излишеств – бутерброды с ветчиной из индейки и йогурты с гранолой. Даже кофе в пролете – кофемашина сломалась, а на дне турки поселился какой-то тип вроде Венома, которого даже трогать страшно. Так, залили «химией» и оставили отмокать.

На улице дубак. Ночью температура опустилась до пяти градусов. Вроде сойдет, если бы не этот ужасный ветер. Хорошо хоть снег счищать не надо. Помню, когда ездил в детстве с родителями в Тверь к каким-то родственникам в феврале, отец где-то час потратил на то, чтобы раскопать машину.

В половину двенадцатого мы выезжаем на дорогу, и ворота за нами закрываются. В последний раз смотрю на дом. Дом, где я понял, что люблю Леру, и где вчера чуть не признался ей в этом. Рано, еще слишком рано. Не хочу быть удобной заменой, которая нужна только для того, чтобы позлить бывшего.

У Леры, судя по всему, замечательное настроение: обе ноги подогнуты, сидит и подпевает своему плейлисту, качая головой из стороны в сторону. Я же, наоборот, слегка на взводе. Вчерашний день проехался по мне катком. «Смотри, но не трогай» – именно так я бы его назвал.

– Ноги опусти. Знаешь, что с ними случится при аварии?

– Да не парься, – отмахивается Лера.

Ну да, ну да, пошел-ка я со своими советами.

В целом дорога обратно проходит почти спокойно. Насколько это возможно в реалиях, где один находится в жесткой френд-зоне, а вторая всю дорогу с упоением орет песни о разбитой любви. Но кое-что все же добивает этот веселый трип окончательно.

Солист группы «Куртка Бейна» резко замолкает, и вместо него салон заполняет Last Resort от Papa Roach – рингтон, стоящий у Леры на звонке.

– Кто звонит? – спрашиваю ее.

– Эм, Влад… – удивленно отвечает девушка. – Стрельцов. – И уже в трубку: – Алло?

Стрельцов? С чего это вдруг он ей звонит? Не нравится мне это все. Влад – подонок, подонком был и останется, такие, как он, не меняются. Не понимаю, как Лера не видит, какой он.

– Что-о-о?! Серьезно?! – радостно кричит Лера в трубку. – Ты не шутишь?!

И часто он ей так звонит?

– А ты как узнал? Ага. Конечно, спасибо, что сказал! Блин, не верится даже!

– Ну что там? – нервно спрашиваю у Леры, когда она кладет трубку.

– Моя работа прошла на выставку! – восторженно, с улыбкой говорит девушка. – Ты представляешь?! А-а-а-а-а-а-а-а! Выставка пройдет второго ноября, и уже на ней определят победителя. Если выиграю, после Нового года отправлюсь на стажировку в Китай. Боже-е-е-е-е-е!

– Ты это заслужила, мартышка.

Смотрю на радостную Леру, и самому невольно хочется улыбаться. Моя. Готов все отдать, чтобы каждый день видеть ее такой счастливой. Миша дебил, раз так легко повелся на провокацию Стрельцова. Ну а с Владом… с Владом надо разобраться. И как можно скорее. Пусть навсегда исчезнет из Лериной жизни.

– А ты не занят сегодня? – спрашивает Лера, когда до дома остается двадцать минут.

– А что?

– Мне завтра надо Александре кое-какие мысли скинуть, хотела бы заглянуть на стройку. А то ты весь прошлый месяц не вылезал из мастерской.

– Звучит как претензия.

– Я бы назвала это просто фактом.

– Ладно, – соглашаюсь на это спонтанное предложение, – давай заедем, – и сворачиваю в сторону моего будущего дома.

Через десять минут мы вылезаем из машины и направляемся к огороженному пока еще временным металлическим забором участку. Строительство заняло около полугода и было закончено только месяц назад. Открываю калитку, и мы попадаем на участок, сразу же утопая в песочных насыпях, оставшихся после строительных работ. Не верится, что когда-нибудь здесь будет ровный газон и зона барбекю.

Лера заходит в дом первая и сразу же уверенно начинает делать какие-то заметки в своем планшете. Меня же больше заботит ее реакция. Она уже была здесь вместе с Александрой, но со мной – впервые. И мне дико интересно вообще все, что она думает об этом доме. Особенно теперь, когда в ее жизни больше нет Миши.

– Александра тогда сказала правду? – доносится Лерин голос из одной из комнат. – Ты серьезно не собираешься жениться в ближайшие десять лет?

– А что?

И правда, с чего такие вопросы?

– Не знаю, не многовато ли здесь места для одного?

– Всего двести квадратов, – отзываюсь я. И то она не в курсе, что мои планы немного поменялись за последние дни. – Если так сильно переживаешь за мое одиночество, можешь переезжать со мной.

– Нет, ты реально не хочешь семью? – все не унимается девушка. – Жена, дети… Я-то тебе зачем?

Что, прямо совсем нет догадок?

– Лер, – обдумывая каждое свое слово, отвечаю на этот вопрос, – ты моя семья, и мне правда никто, кроме тебя, не нужен.

– Это ты сейчас так говоришь. Посмотрим, что ты скажешь через пару лет. – Из-за стены показывается ее рыжая макушка. – Поэтому можешь злиться, но хотя бы одну комнату надо оставить под детскую.

Только если там будут жить наши дети. Но этого я, конечно же, ей не говорю.

– Ты все? – спрашиваю ее. Надо уходить, пока не ляпнул ничего лишнего.

– Думаю, да, пойдем, – говорит Лера и убирает планшет в сумку.

На следующий день первым делом иду к деканату. Как я и думал, Стрельцов оказался неподалеку.

– Надо поговорить, – подхожу к нему.

– Вади-и-им… – Влад, как всегда, расплывается в довольной улыбке. – Ну, раз надо… Но учти, за пропуски не прикрою.

Спокойно, несколько минут, и его присутствие рядом перестанет меня волновать.

– Я тебе говорил отвалить от Леры.

– А, ты об этом, – косит под дурака Стрельцов. – Так и знал, что ты был рядом.

– Что тебе от нее надо?

– Я как глава студсовета просто позвонил студентке и сообщил ей о том, что она как лицо нашего вуза прошла со своей работой на конкурс.

– Тебе как главе студсовета плевать на студентов.

– Верно, – легко соглашается Влад. – Но не на студенток. Особенно на таких талантливых.

Урод.

– Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь это специально, потому что знаешь, как она мне дорога́? Хватит дергать за косички, Стрельцов, позови меня на свидание, раз так хочешь, а от нее отвали.

– И ты согласишься? – В глазах Влада загорается недобрый огонек.

– В десять, на арене, как ты и хотел.

– У тебя какие цветы любимые? Хочу произвести впечатление, – продолжает паясничать Стрельцов.

– Я не твои шлюхи, чтобы ты мог меня как-то впечатлить.

– Посмотрим, – уже без того шутливого тона отвечает парень. – Думаю, у меня все же получится тебя удивить.

Оставляю однокурсника и пишу Бешеному, чтобы записал нас на бой. Сегодня я наконец-то врежу Стрельцову, и он навсегда отстанет от Леры.

Глава 25

Октябрь 2023 г. Лера

Меня не было в институте всего несколько дней, а такое ощущение, что прошла вечность с тех пор, как мы с Мишей вместе стояли на лестнице у парадного входа. Вечность с тех пор, как я была невестой. Слава богу, сейчас мне не до этого – нет времени ходить серой размазней по коридорам, когда на носу выставка, способная изменить мою жизнь. Да и, наконец-то, наши с Вадимом отношения снова потихоньку становятся такими же, как прежде. Поэтому, скинув путы подавленного состояния, после первой пары иду в столовую и, как человек без проблем, беру себе горячий шоколад.

– Ты сегодня светишься. – Настя и Сырь присаживаются за мой столик. За два месяца я уже успела привыкнуть к тому, что эта неформальная парочка питается вполне себе обычными продуктами и что на их подносах вместо сердец грешников и крови юных дев, не познавших любви, обычные макарошки с тефтелями и вишневый компот.

– Картину взяли на ноябрьский конкурс.

– Ага, видела, поздравляю! Мою работу, кстати, тоже взяли, – сообщает девушка. – Но пока не знаю, радоваться этому или нет.

– Ты чего? Это же замечательные новости!

Я правда очень рада, что мы вместе выходим на такой уровень, хотя учимся только на первом курсе.

– Да потому что, кажется, у меня ноль шансов, – говорит однокурсница. – Я видела твою картину, она потрясающая.

Эти слова немного смущают, но я и сама чувствую, что могу победить. По крайней мере, это точно моя лучшая работа.

– А я, если честно, уже испугалась, что ты так радуешься из-за предстоящего боя, – неожиданно заявляет Настя.

Так, а вот с этого момента немного поподробнее.

– Какого еще боя?

– Погоди, – Настя наклоняется ко мне всем телом так, что фактически оказывается лежащей на столе, – ты реально не знаешь?

На ее лице неподдельное удивление, и даже вечно безэмоциональный Сырь выдает что-то вроде протяжного «м-да-а-а».

– Чего я не знаю и о чем должна?

– Офигеть, конечно. – Настя возвращается в исходное положение, но ее рот остается в таком же полуоткрытом от удивления состоянии. – Офигеть.

– Ну?! – Еще минута такого интригующего молчания, и я взорвусь. Что вообще происходит?! Какой еще бой?!

– Сегодня у Бешеного состоится бой, дерутся Черепшин и Стрельцов. По всему институту ходят слухи, что причиной этого боя стала ты.

Я?!

– Что за бред? Зачем им двоим биться из-за меня?

– Мы думали, это ты нам расскажешь.

– И во сколько этот бой?

– Кажется, в десять.

Быстро прощаюсь с ребятами и, не допив горячий шоколад, вылетаю из столовой. Теперь, зная о предстоящем бое и оторвавшись от мечтаний о выставке, я действительно замечаю слишком частые косые взгляды в мою сторону. Да блин, ну не могут же эти двое и правда подраться из-за меня! Какой повод? Ладно Вадим со своей маниакальной заботой, но Влад? Пытаюсь дозвониться до обоих, но трубки никто не берет. В институте тоже найти парней не получается. Засранцы, знают ведь, что я их убью, если найду.

После пар, вернувшись домой на такси, понимаю: Вадима нет и там. Решаю дождаться в гостиной, чтобы точно не пропустить его возвращение. Появится дома – запру в комнате, подперев дверь комодом. Пусть знает. Завариваю облепиховый чай и усаживаюсь в кресло. Но спустя два часа игры в Хатико забиваю на эту затею и все же поднимаюсь к себе. В половину девятого вызываю такси. Еще через двадцать минут стою у знакомой неоновой вывески клуба.

Сегодня очередь в него просто огромная. Даже в прошлый раз, когда за всех платил Влад, людей было гораздо меньше. Если я встану в конец, внутрь попаду к утру. А это мне не подходит. Пробегаюсь взглядом по толпе и понимаю, что она разделена на две очереди. Большая – в обычный зал на первом этаже, и другая, в несколько раз меньше, ведет к входу в ВИП-зону. Что ж, видимо, иного варианта у меня нет. Перевожу вышибале кругленькую сумму и злая поднимаюсь по лестнице сразу в ВИП. Я убью Вадима. И заберу все его деньги.

На удивление, даже в ВИПе людей так много, что сложно найти хоть какое-то свободное место, где о тебя не будет тереться чье-то подвыпившее тело.

– Да че ж вас всех сюда принесло?! – бурчу под нос.

– Было бы странно ожидать чего-то другого, – доносится до меня сбоку женский голос, принадлежащий симпатичной блондинке в черной кожаной рубашке. – Народ давно Черепа в деле не видел на серьезных поединках. Да еще и Гром пропал. Соскучились.

– Череп? Гром? – переспрашиваю девушку.

– Забавная, – усмехается она. – И, видимо, нездешняя. Вон на стене висят портреты лучших борцов арены, глянь, закажи себе текилы и расслабься, осталось чуть меньше часа.

Проследив за тем, куда она указала, подхожу к стене, где висят пять портретов. Пять борцов. Глаза округляются, когда среди них над надписью «Гром» вижу фотографию Яна, лучшего друга Вадима, а рядом с ним и фото его самого. Вадим Черепшин… Череп.

Лучшие борцы арены? Серьезно? Значит, все происходящее не разовая акция. Чего еще я не знаю про Вадима? Почему он никогда не рассказывал мне об этом?

И значит, информация про бой тоже, скорее всего, не фейк. Я что, кукла какая-то, чтобы за меня драться? Взгляд снова падает на про́клятую арену, горящую в свете прожекторов. А что, если…

Сбегаю по ступенькам вниз и вижу дверь с красной надписью: «Только для борцов». Проскальзываю сквозь толпу и толкаю ее.

– Девушка, вам чего? – недовольно спрашивает меня администратор на входе. – Сюда можно только тем, кто принимает участие в боях.

Прекрасно, я за этим и пришла.

– Ставьте меня на бой против Черепа. Сейчас. И мне нужна форма.

Глава 26

Октябрь 2023 г. Вадим

В половине девятого я у Бешеного. Поехал сюда сразу из мастерской, не заезжая домой, так как прекрасно понимал, что там меня ждет разъяренная Лера. Семь пропущенных и тонна гневных сообщений. Видимо, все совсем плохо и бой на арене не самое страшное, что меня ожидает сегодня. Но назад пути нет.

Сегодня в клубе людей чуть ли не вдвое больше, чем обычно. Бешеный постарался сделать так, чтобы о нашем со Стрельцовым бое узнали все. Направляюсь сразу в кабинет владельца клуба и нахожу мужчину в обществе двух местных танцовщиц.

– А вот и виновник торжества! – приветствует меня Бешеный. – Знал бы, что могу так просто поднять недельный доход за один вечер, уламывал бы тебя на бой старательнее, – и кивает на девчонок: – Хочешь, спинку перед боем помнут?

– Не до этого.

С Бешеным я знаком еще со школы. С десятого класса после уроков мы с Яном бегали к нему в клуб, оттачивали удары в его тренажерке, смотрели на бои, а потом, когда нам исполнилось по восемнадцать, и сами стали принимать в них участие. Ян вообще завоевал место всеобщего любимчика. Я же выходил на арену изредка, и то только для того, чтобы решить определенные вопросы не на улице, а с подписанными документами об отказе от претензий за нанесенные травмы.

– Вадим, тут один интересный экземпляр появился, – говорит Бешеный, смотря в телефон.

– Ну?

– Кто-то еще вписался сегодня. И этот кто-то требует тебя. По правилам я не могу отказать, но если ты не хочешь…

– Да нет, оставь, – говорю лениво. – Поставь его перед Стрелком, разомнусь хотя бы.

Бешеный тут же дает указания по телефону. Значит, решено. Встаю с дивана и, не обращая внимания на подмигивающих мне танцовщиц, выхожу из кабинета.

В раздевалке пусто, поэтому прямо там начинаю разминаться. В девять тридцать из зала доносятся первые выкрики. Еще через несколько минут слышу, как народ начинает скандировать мое имя. Любопытно, кто мой противник. Не каждый выложит деньги за то, чтобы встать со мной перед заранее оговоренным боем. Значит, он явно хочет, чтобы на него обратили внимание.

– Череп! – кричит Бешеный в микрофон, и я поднимаю руки. И все же эти ощущения, когда ты выходишь на арену, толпа орет твое имя, а свет от прожекторов светит прямо в лицо, ни с чем не сравнить.

– И-и-и-и-и-и-и наш второй борец-новичок… – Бешеный собирается представить того, с кем я сейчас буду биться, и я внимательно жду имени бойца. Ну же, кто ты? – Мартышка-ниндзя!

Мартышка-ниндзя? Серьезно? Кто мог придумать такую дурацкую кличку?!

Но все вопросы отпадают, когда второй борец выходит на арену и становится напротив. Девушка. В длинных спортивных синих шортах и черном коротком топе. Не просто девушка. Лера. Моя мартышка.

Не один я удивлен. На мгновение в зале повисает молчание, а затем оно сменяется громкими хаотичными выкриками и похабными свистами.

– Лер, ты чего творишь?! – гневно спрашиваю у девушки.

– Что я творю?! Что творишь ты?! Вы! – вопросом на вопрос яростно отвечает она.

– Уходи отсюда, – прошу ее.

Но девушка даже не дергается.

– Ты хоть представляешь, как в институте теперь все на меня смотрят? – сердито говорит Лера. – Хотите за меня драться? Супер. Только сначала тебе придется вынести с этой арены меня. Такие же здесь правила, да?

Кидаю взгляд на Бешеного. Как он мог это допустить? Но мужчина лишь пожимает плечами, мол, сам не знал.

– Лер, это глупо.

– Глупо считать, что вы вправе решать за меня.

– Мартышка, прошу тебя, уходи.

– Нет.

– Ты же даже не знаешь, как отбиваться, – говорю в надежде, что она перестанет дурить.

– Так и скажи, что боишься проиграть девчонке.

Звучит гонг. И вот я уже возле нее. Что ж, сама захотела. Делаю выпад, разворачиваю ее спиной и притягиваю к себе. Вроде бы так и планировал, но только теперь чувствую, как ее бедро прижимается к моему паху. И от этого сносит крышу. На глазах у толпы.

– Сдавайся, – шепчу ей на ухо.

– Не дождешься, – Лера шустро выворачивается и отпрыгивает от меня на несколько шагов.

Ее глаза сияют. И я знаю, что это из-за нашего боя и бурлящего в крови адреналина. Что, нравится? Знаю, арена влюбляет в себя.

В этот раз Лера нападает первая, но я ловко уворачиваюсь и снова тяну ее на себя, уже так, чтобы она точно не смогла вывернуться. Однако это была бы не Лера, если бы все было так просто. Теперь на уровне паха я чувствую не бедро, а ее теплые пальцы. Прямо поверх моих шорт. И шум толпы исчезает совсем. Можно считать это ударом ниже пояса?

Так нельзя. Особенно когда вокруг несколько сотен человек. Но они – последнее, о чем я думаю. Только я, Лера и ее пальцы. Не так я себе это представлял…

Пора заканчивать. Осторожно, чтобы не причинить сильную боль, роняю ее на пол на живот и заламываю руку. Да, на этот раз совсем без боли никак, но мне надо, чтобы она сдалась.

– Просто постучи рукой по полу, – говорю ей, но Лера упрямо шипит сквозь зубы. – Мартышка, пожалуйста.

– Если я сдамся, ты выйдешь на бой против Влада.

– Обещаю тебе, что это ничего не значит. Он давно звал меня на арену, – немного лукавлю я. – Дело не в тебе.

Конечно, все дело в ней. Иначе Стрельцову бы ни за что не удалось вытащить меня на бой. Но она должна мне довериться.

– Я не хочу, чтобы вы дрались. Тем более из-за меня, – отвечает Лера, чуть поскуливая.

– Один бой, это больше не повторится. Лер, пожалуйста, я не хочу, чтобы тебе было больно.

– А мне кажется, тебе это нравится, – огрызается девушка.

– Очень тебя прошу.

– Точно не из-за меня? – переспрашивает она.

– Точно.

Наконец она стучит свободной рукой по полу арены, и я с облегчением выдыхаю.

– Встретимся после боя. – Помогаю ей подняться и целую в лоб, а затем под все тот же оглушающий ор толпы возвращаюсь в раздевалку. Надо перевести дух и сосредоточиться на следующем бое. Какое-то безумие, не иначе. Обещаю себе, что, когда это закончится, я признаюсь Лере в том, что люблю ее. И будь что будет.

Беру из шкафчика бутылку с водой, делаю глоток, а затем выливаю немного воды на ладонь и провожу ею по волосам, чтобы взбодриться. В конце коридора замечаю знакомый силуэт.

Глава 27

Октябрь 2023 г. Лера

– Ты чокнутая, – хлопает меня по спине какая-то незнакомая девушка, когда я слезаю с арены. Чокнутая, это точно. Только вот мой спонтанный выход на бой ничего не решил. Вадим все же будет драться с Владом. И это ужасно.

До десяти остается буквально несколько минут. Иду в раздевалку, снимаю с себя ненавистную спортивную форму и выхожу в зал к остальным. И если в первые минуты после нашего с Вадимом боя я чувствовала себя самой настоящей звездой этого вечера, то теперь, за несколько минут до второго боя, никому до меня уже нет никакого дела. Толпа плотным кольцом сомкнулась вокруг арены в ожидании поединка, на который все изначально и пришли посмотреть. Я же, наоборот, отхожу к лестнице и поднимаюсь на несколько ступенек, чтобы наблюдать за происходящим сверху.

Десять. Владелец клуба снова выходит на ринг и начинает орать в микрофон, вызывая бойцов, как это было всего полчаса назад.

– Стрелок! – кричит он, и под свет прожекторов выходит Влад. Стрелок? Забавно. Чего не Стрелец?

Дальше под бурные крики присутствующих на арену выходит Вадим. Теперь я могу рассмотреть со стороны и его. Влад выше Вадима на несколько сантиметров, Вадим же явно шире того в плечах.

Смотрю на Вадима и не понимаю, когда мальчик-дрыщ, которого я когда-то знала, успел превратиться в такого крепко сложенного мужчину, всем своим видом источающего уверенность и опасность. Сколько времени он потратил на тренировки? И как часто выходил вот так на арену под свет софитов, вызывая у остальных восхищение? И это он, мой Вадим.

Гонг. Я впервые вижу обоих парней на арене, но знаю, за кого болеет этим вечером большинство. Вадим Черепшин. Череп. Сегодня он король этой ночи.

Подмечаю, что Вадим будто бы напряжен, а вот Влад выглядит вполне себе расслабленным. Вадим нападает на Стрельцова первым, но его кулак лишь проскальзывает по правому плечу парня. Влад уворачивается и уже сам наносит удар. Прямо Вадиму в ребра.

Вадим снова идет в центр, затем останавливается, быстро посмотрев в мою сторону. Ловлю на себе его взгляд и ободряюще улыбаюсь. В эту же секунду кулак Влада прилетает Вадиму в подбородок. Вадим падает на пол, и по всему залу раздается вздох удивления.

Он должен встать. Должен. Секунда. Две. Ну же!

– Блин, и на этот «бой» я десятку поставил?! – звучит рядом недовольный голос.

Вадим не встает. Сбегаю с лестницы и, расталкивая людей, пытаюсь пробраться к арене. Вдруг что-то стряслось? Вдруг Влад своим ударом его покалечил и Вадиму срочно нужен врач?

– Вадим! – кричу я. Вот он, лежит и стеклянными безэмоциональными глазами смотрит в сторону. Подбегаю к арене и снова зову его: – Вадим!

Вадим приподнимает ладонь и стучит ею по арене. Не может быть.

Люди вокруг возмущенно орут. Двое мужчин протягивают руки Вадиму, но он, проигнорировав этот жест, встает и, не глядя на толпу, направляется в сторону раздевалки.

– Вадим! – снова окликаю парня.

– Все нормально, – отвечает он холодно и исчезает за дверью.

Ничего не нормально. Я так и знала, что все это – плохая затея. Тупые мужики. Чуть что, так сразу драться. Не в силах больше оставаться внутри клуба, выхожу на парковку и направляюсь к черному ходу, предполагая, что Вадим выйдет именно отсюда.

– Лер! – прилетает мне в спину знакомый голос.

– Влад?

Он разве не должен сейчас купаться в лучах славы и пить из пупка сексуальной барменши?

– Давай подвезу, – неожиданно предлагает парень.

– Спасибо, но нет, я дождусь Вадима.

После того, что только что произошло на арене, мне сложно находиться в его присутствии.

– Это он попросил меня подкинуть тебя до дома.

Странно, зачем ему это? Достаю телефон и пытаюсь дозвониться до друга. Не берет.

– Ну давай, пойдем, – зовет Влад.

– Не сто́ит, я доеду сама. Возвращайся в клуб и празднуй свою победу.

– Да плевать я хотел на эту победу. Давай, мне правда будет спокойнее, если я довезу тебя до дома. Уже поздно.

– А Вадим? Где он?

– Не знаю, – пожимает плечами Влад. – В последний раз видел его у приватных комнат.

Класс, значит, так он переживает поражение? А как же его обещания о том, что все будет хорошо?

– Ну пойдем, – наконец соглашаюсь я, злясь на друга. Влад расплывается в улыбке и открывает мне дверь своего серебристого «лексуса»:

– Запрыгивай.

Внутри автомобиль выглядит так же пафосно, как и снаружи. Словно его только сняли с конвейера. А я думала, у Вадима дорогая тачка. Откуда у Влада столько денег? Отец?

– Выглядишь грустной, – говорит Стрельцов и заводит машину.

– Не обижайся, но я болела не за тебя.

На самом деле мне было все равно, кто из них победит. Это не имело никакого значения. Я просто хотела, чтобы это быстрее закончилось и мы снова вернулись к нормальности. Но после боя, когда Вадим ушел в раздевалку, я почувствовала, как что-то мерзкое и липкое окутало пространство. Что-то изменилось. Вадим изменился.

– Да нормально, было бы странно, если бы было иначе, – отвечает Влад. – Вы же вроде прямо с детства дружите.

– Да, – рассеянно киваю и поворачиваюсь к нему. – Скажи, что означает эта победа? Весь институт сегодня шептался, что вы будете драться из-за меня. Вадим сказал, что это не так. Мне интересно, что скажешь ты.

– Конечно, это бред, – парень тоже поворачивается в мою сторону. – Не слушай, это просто тупые слухи.

– Тогда зачем?

– Мы с Вадимом давно хотели встретиться на арене и выяснить, кто из нас сильнее.

– И как, доволен?

– Да. Очень.

– Что ж, я рада, – саркастично бросаю в ответ.

– Было бы странно, если бы я не радовался своей победе, – отвечает парень.

Он прав. Это было их с Вадимом обоюдное желание выйти на ринг. И он имеет полное право на то, чтобы торжествовать.

– Прости, – соглашаюсь я. – Я просто устала.

Это правда. Слишком много эмоций и переживаний для нескольких дней. Я должна думать и о себе, иначе просто сломаюсь.

– Послезавтра выставка, думай о ней, – подсказывает Влад, словно подслушав то, о чем я думаю.

Да. Послезавтра выставка. На этом и сосредоточусь.

Глава 28

Ноябрь 2023 г. Лера

Снова бессонная ночь. Слишком частое явление за последние два месяца, что я живу в доме Черепшиных. И всегда виной этому парни. То Миша с его необоснованными истериками на почве моего отъезда из Сочи, затем его же измена. Теперь Вадим, пропавший на всю ночь не пойми куда. На звонки не отвечает, сообщения не читает – в общем, тотальный игнор, вошедший в привычку, стоит чему-то пойти не по плану. А я, как дура, не могу найти себе место. Даже мысли о завтрашней выставке отошли на второй план.

Вадим не появлялся дома больше суток, я не видела его со вчерашнего вечера в клубе. Поэтому, когда в одиннадцатом часу вечера слышу шум подъезжающего автомобиля, не медля ни секунды, бегу вниз.

– Ты! – возмущенно кричу я, стоит блондинистой голове показаться на пороге дома. – Ты совсем?! Ты почему не отвечаешь?! Телефон в задницу засунул?!

– Тш-ш-ш-ш-ш, – парень примирительным жестом призывает меня успокоиться. Ну уж нет. Раньше надо было думать. И тут из кармана его куртки начинает играть хорошо знакомая мелодия звонка.

– О, то есть не в задницу.

– Да успокойся ты, – говорит он и сбрасывает звонок.

Бесит. Как же бесит. Подхожу ближе и чувствую шлейф перегара, тянущийся от него.

– Ты еще и пьяный! – рычу раздраженно. – Боже, Вадим, да что с тобой?!

Минуя меня, он проходит на кухню, молча наливает себе воду и направляется к лестнице.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – кричу ему вслед.

– Я спать, – отзывается он как ни в чем не бывало. Спать, значит. Блеск! Ну тогда и я спать! Больше из-за этого придурка я переживать не собираюсь. Хочет играть в страдальца? Пусть. Его право.

Утром, спустившись в столовую, встречаюсь с завтракающими дядей Сережей и тетей Леной. А вот Вадима внизу нет. Неужели еще спит? Ему вроде бы тоже к первой. Хотя с его вчерашним состоянием неудивительно, если он решил отлежаться. Главное, чтобы пришел на выставку. А то точно убью.

– Доброе утро, – приветствую родителей Вадима.

– Доброе, – отзываются они хором. – Давай завтракай, и я тебя отвезу, – говорит дядя Сережа.

– А Вадим?

Значит, я права и он спит.

– Он уже уехал, кажется.

Уехал? Странно. Он что, меня избегает? После боя его словно подменили. Не может же он так переживать из-за проигрыша… или может?

Шкала настроения тут же ползет вниз. Не спасают даже шутки дяди Сережи, да и свежесваренный кофе не приносит привычного удовольствия. А я ведь обещала вчера себе не страдать из-за закидонов парня. А если он обвиняет меня в своем проигрыше? Мол, вызвала на бой, сбила весь настрой и все такое… Так, надо просто найти его в институте и нормально поговорить, чтобы точно не надумывать себе ничего лишнего.

Пересечься с Вадимом удается только к третьей паре. Вспомнив, что сегодня у нас совмещенная с его курсом пара по физре, мысленно злорадствую. Попался. Быстро переодеваюсь в спортивную форму, состоящую из велосипедок и укороченного топа с лямками, перекрещенными на спине, завязываю волосы в высокий тугой пучок и чуть ли не бегом направляюсь в зал.

Беглец нашелся сразу же. И надо сказать, он, как и я, не спавшая нормально несколько ночей подряд, выглядит довольно помято. Что ж, меньше пить надо. Стои́т и болтает с физруком, даже не обращая на меня никакого внимания. Засранец. Какой же засранец!

Его торс облегает черная майка с номером московского региона, где он несколько лет назад со школьной командой забрал кубок по водному поло. А волосы… Я обожала, когда его волосы выглядели так, как сейчас: растрепанные и чуть поднятые вверх. Интересно, как много девушек в институте согласились бы провести с ним ночь при условии, что на следующий день он даже не вспомнит их имя? Боже, что за мысли…

Уверенной походкой направляюсь в его сторону.

– К-хм, – дождавшись, когда уйдет физрук, намеренно кашляю, чтобы привлечь внимание парня. Ноль реакции. – Вадим, – все же обращаюсь к нему по имени.

– Тебе чего, мартышка? – наконец поворачивается ко мне Вадим.

О боги, он что, меня заметил?

– Ничего, – спокойно отвечаю ему. Пусть не думает, что его свинское поведение меня задевает. – Просто хотела напомнить, что выставка сегодня в пять.

– Да, я помню, – расслабленно произносит Вадим.

Он даже не представляет, насколько злит меня своим нестабильным поведением. То пропадает и не отвечает на звонки, то заваливается на вторые сутки пьяный, а теперь ведет себя так, словно ничего и не было.

– Вадим, у тебя точно все хорошо? – спрашиваю у него. – Если что-то не так, ты всегда можешь мне рассказать.

– Да, все путем.

Ага, помню я это «все путем», пахнущее перегаром.

– А у нас? – все же сдаюсь и озвучиваю то, о чем переживала все утро.

– Лер…

– Так, построились! – раздается на весь зал крик нашего физрука.

– Тебе пора, козел сам себя не перепрыгнет, – подтрунивает Вадим и, оглядев меня с ног до головы, говорит: – Кстати, классно выглядишь.

Шутит. Это хорошо. Значит, действительно идет на поправку. Но что он хотел сказать до того, как закричал физрук? Возвращаюсь к своим, становлюсь в линейку и замечаю только что вошедшего в зал Влада. Парень целенаправленно идет к Вадиму и что-то ему говорит. Напрягаюсь, ожидая, что ребята снова подерутся. Но ничего такого не происходит – Стрельцов улыбается, а Вадим кивает в ответ. Ладно, буду верить в то, что эти двое неожиданно повзрослели за вечер и намерены решить конфликт цивилизованно.

На разминке Влад подходит и ко мне.

– Помнишь, какой сегодня день? – спрашивает он.

– Как о таком забыть, – поднимаюсь с колена после выпада вперед. – Вижу, вы с Вадимом подружились.

– Хах, ну это вряд ли, просто решили оставить весь негатив на арене. Ты как, волнуешься?

– Немного.

– Расслабься, воспринимай все как игру.

– Да, только от этой игры зависит слишком многое.

– И то верно. Ладно, – Влад ободряющим жестом слегка сжимает мою руку, – я пойду, просили в деканат заглянуть.

– Как всегда.

– Точно. Давай, до выставки, буду за тебя болеть.

– Спасибо.

Влад уходит, оставляя после себя гадкое осознание того, что эти слова поддержки я хотела бы услышать от другого человека.

Глава 29

Ноябрь 2023 г. Лера

– Лер, застегни, пожалуйста, – просит Настя, придерживая двумя руками узкое платье из черного кружева.

– Да, конечно, – защелкиваю сережки-кольца и подбегаю к однокурснице.

– Это так круто, что мы с тобой вдвоем прошли на выставку, – говорит девушка. – Так хочется победить!

– Да, было бы неплохо уделать второкурсников, – соглашаюсь с ней и, застегнув платье, отхожу в сторону. – Готово.

– Спасибо! Надеюсь, не очень вульгарно.

– Ну, смотря что для тебя вульгарно, – оглядываю ее короткое полупрозрачное черное платье. – Одно могу сказать точно – выглядишь потрясно!

Себе я выбрала наряд чуть скромнее – изумрудное платье миди с треугольным вырезом на груди. Разве только туфли надела нескромные, с каблуком высотой в десять сантиметров.

Сегодняшний день важен для нас обеих. И пусть Настя и Сырь нравились мне больше всех остальных моих одногруппников, я хочу победить. Слишком многое означает победа в этом конкурсе.

За несколько минут до начала выставки мы вместе выходим из раздевалки. Все желающие попасть на мероприятие уже столпились у закрытых дверей в актовый зал. В толпе людей замечаю родителей Вадима и иду в их сторону.

– Лерочка, ну до чего же ты красивая! – восхищенно вздыхает тетя Лена.

– Теть Лен, вы тоже. – Женщина и правда выглядит роскошно и, как всегда, выигрышно выделяется в своем лавандовом деловом костюме на фоне своих сверстниц. – А Вадим где?

Наверное, это единственное, что меня сейчас волнует. Он мне нужен. Пусть со своими вечными закидонами, но нужен.

– Сказал, что скоро подойдет. Жаль, твои родители не смогли приехать, но ты не переживай, я им все поснимаю. Ритка просила побольше видео сделать.

Ровно в пять высокие массивные белые двери, ведущие в зал, открываются, а из колонок раздается торжественная музыка со скрипками. Словно мы вернулись в девятнадцатый век. Интересно, у них всегда так на мероприятиях?

Вадим так и не объявился. Зато прямо к началу выставки к нам подошел Влад.

– Здравствуйте, – приветствует он дядю Сережу и тетю Лену.

– О, привет, Влад, – неожиданно узнает его дядя Сережа. – Лен, это Влад, сын Льва Стрельцова, помнишь? Давно не виделись. Как отец поживает?

Не знала, что их отцы знакомы. Хотя, возможно, как-то пересекались. Или по работе одного, или другого.

– Отлично, – односложно отвечает парень.

– Слышал, он женился недавно.

– Да, да, может, встретитесь сегодня. Они чуть позже подойдут, – и обращается уже ко мне: – Готова?

– М-м, – киваю в ответ. Ни черта я не готова.

– Тогда пойдем. Не переживай, уверен, твоя работа будет лучшей.

Мы вчетвером проходим в зал. Влад сжимает мою руку, и только на полпути с удивлением понимаю, что даже не заметила, как он ее взял. Его пальцы холодят мою кожу, и мне хочется выдернуть ладонь – Вадим не должен нас увидеть. Не думаю, что ему понравится.

Зал потихоньку заполняется посетителями, и мы медленно, вслед за остальными, идем к холстам, развешанным у сцены. Никто из семейных так и не видел мою картину. Сегодня они посмотрят на нее впервые. Волнительно.

– Видишь тех, в углу? – спрашивает Влад и жестом указывает на нескольких мужчин и женщин в деловых костюмах. – Жюри.

Ох. Еще одно напоминание о том, насколько все серьезно.

– Ну, где твоя? – спрашивает дядя Сережа. – Хотя подожди, сам угадаю.

Возле одной из картин, загораживая обзор на нее, толпится больше всего людей. Быстро пробегаюсь по остальным холстам и понимаю, что среди них нет моей работы. Это означает только одно. Подхожу к толпе и слышу тихие вздохи.

– Лер, мне так жаль, – шепчет Настя, стоящая в первых рядах.

Жаль? Это еще почему? Пробираюсь вперед и с ужасом смотрю на свою картину. Точнее, на то, что от нее осталось.

Почти по всему полотну пятном разбрызгана из баллончика черная краска. Нет. Только не это. В секунду становится тяжело дышать и я чувствую подступившие слезы. Моя картина. Кто-то ее изуродовал. Выбегаю из зала, не хочу, чтобы кто-то видел меня такой. Все еще не могу поверить в произошедшее. Это какая-то ошибка. Кто мог такое сделать?!

В коридоре встречаю идущего навстречу Вадима.

– Лера? – смотрит он удивленно.

Подбегаю к нему, спасительно утыкаюсь лицом в его футболку и даю волю слезам.

– Мартышка, – обеспокоенно шепчет парень, успокаивающими движениями поглаживая меня по спине.

– Картина… кто-то испортил мою картину, – шепчу я и с ужасом понимаю еще одну вещь. – Вадим…

– Что, мартышка?

– От тебя пахнет краской.

Глава 30

Ноябрь 2023 г. Лера

Я слегла. Слегла основательно и надолго. Провалявшись в кровати несколько дней, я сосчитала все нарисованные на противоположной стене ромашки, все полоски на бело-желтом шкафу и все книги, лежащие на полке у окна. Сто сорок ромашек, двадцать одна полоска и восемнадцать книг. Ровно столько, я уверена.

Температуры не было, но я чувствовала себя настолько плохо, что банально не могла вытащить себя из кровати. В конкурсе победила Настя. Я была рада за однокурсницу, хоть и понимала, что на ее месте вполне могла быть я. Это я могла победить и я могла получить место на стажировке. Но мне не оставили даже шанса.

Преданной – вот как я себя ощущала. Тогда, на выставке, почувствовав от Вадима запах краски, я все поняла. И поняла даже не столько по запаху, сколько по молчанию парня. Это он закопал мою мечту. Родственная душа, как же…

Следующее, что я помню, – моя комната. Тетя Лена сказала, что, когда они с дядей Сережей пошли за мной, увидели меня без сознания на руках Влада. Странно, я не помню, в какой момент он подошел.

А вот Вадима рядом не было. Как иронично. За эти дни он не зашел ни разу. И правильно. Знает, что пошлю куда подальше. Только вот встречи со мной ему все равно не избежать. Я должна знать, почему меня предали. И за что.

Слышу шаги за дверью. Кто-то вышел из ванной. По звукам шагов я точно знаю, кто это. Если все предыдущие дни я чувствовала себя размазанной по спинке кровати соплей, то сегодня утром, проснувшись, ощутила какой-то необыкновенный прилив сил. И ярости.

Молнией слетаю с кровати и прямо так, в ночной сорочке, не переодеваясь, выскакиваю в коридор.

– Ты! – кричу я, застав Вадима у двери в свою комнату.

– Лер, нам надо поговорить, – спокойно и с паузами предлагает Вадим.

О, я так рада, что он спокоен! Конечно, не его же мечту закрасили черным баллончиком.

– Да неужели! – ладонью бью себя по бедру. – А почему ты раньше не пришел поговорить? А-а-а, наверное, потому, что было стыдно посмотреть мне в глаза, да?

– Мне правда очень плохо от этого, Лер.

Я слышу в его голосе сожаление, но, подождите, плохо?

– Тебе плохо было, да? Бедняжка. – Сарказм так и брызжет из меня, но я ничего не могу с этим поделать. Или не хочу. Пусть знает, как сильно я зла на него.

– Мартышка…

– Нет, Вадим, никаких мартышек, хватит, – говорю это, а у самой начинает дрожать голос. – Так мог называть меня только лучший друг. Сомневаюсь, что сейчас он у меня есть. Почему ты это сделал? Почему ты так поступил со мной?

Молчит.

Ну же, Вадим!

– Я не хотел, чтобы ты уезжала, – наконец говорит парень.

– Подожди, что? – Смотрю на Вадима и не могу до конца поверить в услышанное. – Ты шутишь? Ты испортил мою картину, потому что не хотел, чтобы я уезжала?

– Ты только приехала, и нам вроде бы было классно в Выселках.

– Хватит. Перестань, пожалуйста, – шепотом прошу его замолчать, но самой хочется орать на весь дом.

Смотрю на него и не верю в то, что это тот самый Вадим, мой любимый мальчик, к которому я всегда хотела приехать на каникулы, с которым мы вместе играли в казаки-разбойники, лопали киндеры и прятались на чердаке. Я действительно приехала сюда для того, чтобы вернуть его себе, чтобы снова проводить вместе время, смотреть фильмы, гулять по набережной и видеться друг с другом на переменах между пар. Но он все испортил. И не просто испортил, он просто-напросто убил все, что было мне дорого в нашей дружбе.

– Дети, у вас все в порядке? – К нам поднимается тетя Лена.

– Да, – хором отвечаем мы ей, продолжая буравить друг друга взглядом.

– Тогда спускайтесь. Лера, мы услышали, что ты проснулась, и решили, что будет хорошо позавтракать всем вместе.

Под проницательным взглядом женщины спускаемся вниз, где дядя Сережа уже разложил на тарелки покупные оладушки с черничным йогуртом. Занимаю место, которое находится ближе к сгущенке, зная, что без нее Вадим оладушки не ест. Сгущенки не много, и я с удовольствием выливаю остатки в свою тарелку. Мне не нужно оглядываться, чтобы понять, что только что он закатил глаза. Мелочно, знаю. Но так приятно.

– Что ж, давайте кушать, – обращается к нам дядя Сережа и затем конкретно ко мне: – Мы рады, что тебе стало лучше.

Лучше мне не стало. Наоборот, от признания Вадима мне только хуже. Но я просто говорю:

– Спасибо.

Тетя Лена заботливо разливает всем кофе и садится рядом с мужем.

– Ну, тебе ничего не писали? – спрашивает она. – Не нашли того, кто это сделал?

– Нет, – спокойно отвечаю ей, уже ощущая тяжелую ауру напряжения вокруг сидящего рядом Вадима. – Камеры видеонаблюдения не работали.

– Как так можно! – возмущается женщина. – Институт, тем более такое событие, а камеры отключены.

– Говорят, произошел какой-то сбой.

– Ну ничего, уверена, что виновника найдут и он за все ответит. Это мог сделать только какой-то ненормальный.

– Полностью с вами согласна, – отвечаю я, отламываю кусочек оладушка, обмакиваю его в сгущенке и довольная кладу в рот.

– Вадим, – обращается тетя Лена к сыну, – ты же, наверное, многих там знаешь? Может, есть догадки, кто это мог сделать?

– Да, Вадим, – полностью разворачиваюсь к нему, – есть догадки?

Парень взглядом затравленной собаки смотрит сначала на меня, затем на мать.

– Не знаю, – отвечает он.

Ах он не знает!

– Ничего, уверена, что найдется. Такое нельзя спустить на тормозах, – не унимается женщина.

Она права. Такое спускать нельзя ни в коем случае. Не хотел, чтобы я уезжала? Прекрасно. Я остаюсь. Но только он еще пожалеет о том, что я не уехала.

– Слушайте, а давайте, может, сходим куда-нибудь сегодня? – неожиданно врывается с предложением дядя Сережа. – Ну а что? У всех выходной, последние дни выдались напряженными, а так хоть развеемся. Во, придумал! Можно в аквапарк.

– Сереж, ну какой аквапарк? – цыкает тетя Лена. – Уверена, Лере только аквапарка сейчас не хватает.

– Нет, нет, дядя Сережа прав. Мне и правда не помешало бы немного переключиться, а аквапарк – это чудесно, – отзываюсь я, хотя ни в какой аквапарк сейчас идти, конечно же, не хочу. Но больше сидеть амебой в своей комнате я не собираюсь. Не доставлю Вадиму такого удовольствия. – А можно я возьму с собой друга? Мы хотели сегодня встретиться.

– Друга? – удивленно спрашивает женщина.

– Ну да, Влада, вы с ним еще на выставке виделись, – вру не краснея, но после нашего утреннего разговора с Вадимом у меня в голове уже выстроился целый план на мое дальнейшее здесь проживание, и я собираюсь его придерживаться. А аквапарк – чудесное место для того, чтобы начать его осуществление.

– А-а-а-а, хороший парень, – вспоминает тетя Лена. – Ты бы видела, как он переживал, когда ты была без сознания. Конечно, зови, если хочешь.

– Чудесно, – встаю из-за стола и несу тарелку к раковине. – Я тогда пошла собираться.

Не знаю, что они обо мне думают: неделю назад встречалась с Мишей, теперь зову пойти с нами Влада. Но главное, что в глазах Вадима в этот момент полыхает ярость. А что он хотел? Его враги – мои друзья. Теперь только так.

Глава 31

Ноябрь 2023 г. Лера

Когда мы подъехали к большому стеклянному зданию аквапарка, Влад уже ждал нас у входа. Переписка у нас состоялась, конечно, та еще.

«Куда? В аквапарк? Шутишь?»

«Нет, я серьезно. Придешь?»

«Только если ты будешь в раздельном купальнике».

«Я буду в раздельном купальнике».

«Выезжаю».

В аквапарк мы с Вадимом поехали отдельно: пока все собирались, он уже уехал.

– Вадим уже внутри, – говорит тетя Лена, прочитав сообщение.

Я бы хотела, чтобы он вообще не приезжал, но я же не просто так позвала Стрельцова.

– Ты не говорила, что с нами будут они, – тихо говорит мне Влад, обнимая при встрече.

– Ты не спрашивал, – подмигиваю ему.

Стоит зайти в здание, как в нос сразу ударяет стойкий запах хлорки и каких-то еще примесей, которыми обычно пахнут аквапарки. В последний раз я была здесь лет в четырнадцать, когда приезжала к Черепшиным на летних каникулах. Забавно, что тетя Лена и дядя Сережа решили сводить нас сейчас именно сюда. Хотя бы не зоопарк…

Еще издали замечаю высокий силуэт Вадима. Только вот не его одного. Рядом с ним, держа его двумя руками под локоть, стоит та самая Алина. Я уже и забыла про ее существование, если честно.

– Тоже решил позвать свою подругу с нами, – говорит Вадим, лучезарно улыбаясь, и представляет Алину родителям. Он прекрасно знает, что девушка вызывает во мне все чувства мира, за исключением положительных. Что ж, один – один, как я понимаю.

Подмечаю, что руки они с Владом друг другу не жмут. Вместо приветствия Влад лишь легонько кивает, а лицо Вадима остается таким же невозмутимым, словно Стрельцова здесь и вовсе нет. А вот Алину наш с Владом дуэт, судя по ее выпученным глазам, удивил.

Покупаем билеты, сотрудница аквапарка ловко застегивает на запястье каждому браслет, и мы проходим через турникет к раздевалкам.

– Встретимся тогда внутри? – уточняет тетя Лена.

– Ага.

Закрываюсь в кабинке и открываю пакет. Черт. В панике вываливаю все содержимое на скамейку. Полотенце, гель для душа, шлепки, расческа. А купальника нет. Как я могла забыть купальник?

Выхожу из кабинки и иду к выходу на поиски какого-нибудь купальника.

– Здравствуйте, а у вас есть купальники? – спрашиваю у сидящей за стеклом женщины.

– Купальники можно приобрести только в магазинах при входе, – скороговоркой отвечает она и переключается на подошедшего к кассе мужчину.

Прямо напротив касс замечаю небольшой магазинчик и направляюсь к нему.

– Здравствуйте, у вас есть купальник сорок второго размера? – спрашиваю у консультанта.

– К сожалению, остались только сорок шестые и сорок восьмые.

Блин, и что теперь делать? Выхожу из магазина.

– Девушка, – неожиданно ко мне подходит уборщица, – слышала, вам купальник нужен.

– Э-э-эм, да.

– У нас есть парочка в потеряшках, один точно на вашу фигуру подойдет. Он даже с биркой! Видно, выпал у кого-то из сумки.

– Даже не знаю, если честно, – с сомнением реагирую на такое предложение.

– Вы не волнуйтесь. Говорю же, он с биркой. Уже второй месяц за ним никто не возвращается.

Похоже, другого выхода у меня нет. Шлепаю босыми ногами за женщиной. Она скрывается в своей подсобке и через несколько минут появляется с маленьким пакетом.

– Спасибо. Давайте я у вас его куплю.

Оплатив купальник, возвращаюсь в раздевалку и, зайдя в кабинку, открываю пакет. Из горла вырывается истеричный смешок. Боже.

Красный. Минимум ткани. Вместо топа какие-то треугольники, держащиеся на тонких завязках. Трусы – нечто среднее между бразилиана и стрингами. Зато бирка есть! Точно не ношеный!

Надеваю все это недоразумение и выхожу в общий коридор. В конце коридора у входа в душевые вижу зеркало, а в нем себя. Горячо, однако, ничего не скажешь. Даже слишком горячо.

Прохожу через душевую, вешаю полотенце на крючок и попадаю в тропический островок посреди ноябрьского Ростова-на-Дону. Термометр показывает тридцать один градус. Оглядываюсь по сторонам. Кажется, с тех пор как я была тут в последний раз, здесь появились новенькие горки. Спускаюсь по лестнице и вижу Вадима, Алину и Влада. Троица замечает и меня. Сканируют с ног до головы. Знаю, знаю.

– А где дядя Сережа и тетя Лена? – спрашиваю у них, стараясь игнорировать пристальные взгляды.

– Ушли в сауну, – отвечает Влад. – Слушай, если бы я знал, что ты будешь в таком купальнике, устроил бы тогда свой дэрэ в аквапарке, а не в клубе.

Вдох-выдох. Все нормально. А на что я еще рассчитывала, одеваясь, как спасательница Малибу? Хотя мог бы и не добивать меня.

– Пойдем на горки тогда? – Делаю вид, что сальные шуточки касаются не меня, а кого-то другого. Не дожидаясь ответа, хватаю Влада за руку и тяну в сторону горок, оставляя Вадима с его спутницей одних. Пусть развлекается с ней. Я с предателями веселиться не собираюсь.

– Была уже тут? – спрашивает ничуть не сопротивляющийся парень. – Идешь уверенно.

– Да, пару раз, – отвечаю сдержанно. – Предлагаю сначала скатиться с той зеленой, потом на восьмерках по синей, и по нарастающей: унитаз, этот а-ля гигантская волна и камикадзе.

– Звучит как план, – хмыкает Влад.

А то. Есть еще один – смеяться и делать счастливые лица, чтобы бесить одного придурка.

Скатившись по очереди с одной из самых легких горок, снова встречаемся у лестницы.

– Не верится, что нам снова придется подниматься туда, – удрученно смотрю на длинную лестницу.

– Пока ты идешь впереди, меня все устраивает, – отвечает на это парень. Жесть. – Ты поднимайся и занимай очередь, а я найду нам восьмерку.

Снова ступаю на лестницу, поднимаюсь буквально на один пролет и слышу за спиной голос Вадима:

– Для Влада так разоделась? Неплохо, мартышка, неплохо.

И он туда же. Какая ему вообще разница, как я одета? Или просто в очередной раз хочет уколоть? Разворачиваюсь и теперь смотрю на него сверху вниз.

– Во-первых, я тебе уже говорила, хватит меня так называть. Во-вторых, не твое дело, как я одета и для кого.

– Тебя пол-аквапарка взглядом раздевает.

– Не суди других по себе. – Всего пара слов, а он уже умудрился меня знатно выбесить. Какое право он имеет меня упрекать?

Он хочет что-то ответить, но на лестнице рядом с ним появляется Влад, которому Вадим карикатурно широко улыбается. Клоун. Был и есть.

Влад становится рядом и начинает рассказывать что-то про то, как отжал последнюю восьмерку у какого-то ребенка. Слушаю вполуха, на всякий случай улыбаясь: сейчас мысли, увы, занимает не он, а парень, идущий позади.

После проката Влад предлагает пойти всем в термы и посидеть в сауне. На удивление Вадим соглашается с этим предложением, и мы отправляемся в зону терм вчетвером. Русская баня, в которую изначально направлялись парни, оказывается полностью забита людьми, что меня нисколько не печалит – ненавижу сухой и ужасно горячий воздух. И мы дружно заваливаемся в хаммам.

Людей в хаммаме не много. Да и те, что есть, полностью скрыты от глаз паром. Проходим к дальней стенке и садимся на теплые каменные плиты. Хорошо. Хаммам я люблю, тут комфортно. В легком блаженстве прикрываю глаза и облокачиваюсь о стену. Открыв глаза, вижу, как Вадим, чтоб ему было неладно, массирует спину Алины. Плавно водит руками вверх-вниз, по лопаткам, вдоль позвоночника. Прикольно, оказывается, он умеет быть нежным. В детстве, когда мы ходили с родителями в баню, просила его сделать мне массаж, выползала потом из парилки полудохлая. А тут вот как. И Алина в восторге.

В это же мгновение мужские ладони касаются и моей спины. Влад. Он так же нежно проводит пальцами по моей оголенной коже, слегка задевая завязки купальника, и пододвигается так близко, что я спиной чувствую его торс. Боже. Это вообще законно?

Движения у парня уверенные, видно, что я не первая, кому он делает массаж. Но расслабиться я не могу. Слишком интимно для человека, которого я пока не собираюсь впускать в свою жизнь так близко. Пусть это чудесный ход в моей игре под названием «Выбеси Вадима хорошенько», но я так не могу.

– Влад, – тихо зову парня, – может, пойдем?

– Подожди, давай еще посидим, – говорит он и без стеснения увеличивает амплитуду движений, уже касаясь не только спины, но и копчика.

– У меня голова кружится что-то, – говорю я. И это даже сложно назвать ложью, от всего происходящего у меня реально начала гудеть голова.

– Сейчас все пройдет, – шепчет Влад мне на ухо. Он массирует плечи, затем шею, и я уже не знаю, куда бежать. Вроде все просто – встань и уйди, если что-то смущает, но тело полностью придавило к плите, словно его что-то сковывает. В последний раз я чувствовала подобное тогда, когда Миша, немного выпив с друзьями, так же начал при всех ко мне приставать, совершенно не слыша мои отказы. Гадкое чувство.

Рука Влада сползает все ниже и ниже, и когда его пальцы как бы невзначай задевают веревки на моих плавках, дергаюсь и слегка вскрикиваю.

– Лер, ты чего? – удивленно спрашивает парень. – Все нормально? Прости, я слишком сильно надавил?

Мне хочется сказать ему, что все в порядке, пусть это и абсолютно не так. Я не привыкла к такому. Я не была такой. Но, пока я собираюсь с мыслями, вместо меня отвечает Вадим.

– Руки свои от нее убрал! – рявкает он.

– Ты свою даму разминал, вот и разминай дальше, – так же агрессивно реагирует Влад.

– Думаешь, теперь я не смогу тебе врезать?

– У тебя был шанс, ты свой выбор сделал.

Я не совсем улавливаю суть их разговора. Что еще за выбор? Но одно я ощущаю точно: еще немного – и эти двое разобьют друг другу головы о керамические плиты.

– Влад, все правда хорошо, – говорю я и для убедительности провожу ладонью по его спине, а затем беру его за руку. – Пойдем отсюда? У меня тут голова кружится.

Влад напоследок гневно смотрит на Вадима и разворачивается к выходу. Прежде чем пойти за ним, поворачиваюсь к блондину и говорю:

– Я не просила тебя о помощи. Ты последний человек, от которого я буду ее ждать.

Глава 32

Декабрь 2023 г. Вадим

День сменяется днем, неделя – неделей, а мы с Лерой все сильнее отдаляемся друг от друга. Я пропадаю в мастерской за работой, она тоже появляется дома редко, бо́льшую часть времени проводя со Стрельцовым.

Со Стрельцовым! С этим скользким типом, не знающим ни границ, ни рамок. С типом, который фактически повлиял на ее расставание с парнем. С типом, которого я презираю всей душой. И она прекрасно об этом знает.

Что ж, сам виноват, признаю́. Сам себя ненавижу за многие свои поступки, но за испорченную картину больше всего. Я разрушил ее мечту собственными руками, хотя у меня был выбор не делать этого. И теперь расплачиваюсь за содеянное, наблюдая, как уже моя мечта ускользает к другому. Снова.

Самое тупое – это то, что я полностью лишился Лериного доверия. И теперь все мои предостережения насчет Влада и других абсолютно очевидных вещей просто остаются в игноре. Собственно, как и мое существование.

Спускаюсь вниз и вижу, что все в сборе. Папа разливает кофе, мама нарезает овощи, а Лера возится с сэндвичами. Замираю на лестнице, все еще оставаясь незамеченным, и слышу их разговор.

– И на бал иду с Владом, – доносится голос Леры.

Класс. Лера пойдет на ежегодный Зимний бал со Стрельцовым. Еще одна просто потрясающая новость в копилку отстойных событий в моей жизни.

– Эх, не сбудется, видимо, наша с твоими родителями мечта, – вздыхает мама. – Думали, вы с Вадимом вместе пойдете. Такие красавцы же оба.

Спасибо, мам, что до конца в меня верила. Но, похоже, напрасно. И без того ужасное настроение становится еще ужаснее. Лера, Стрельцов и бал. Ха!

– Доброе, – наконец обнаруживаю свое присутствие, не останавливаясь, сразу прохожу в коридор и выхожу на улицу. С Лерой мы еще пересечемся на совместной физкультуре, но сейчас мне надо переварить услышанное.

Первое время я думал, что вся эта история со Стрельцовым – очередная игра в попытке мне насолить. Сделать мне больно у нее получилось, но игра затянулась. Она игнорирует мои предостережения, не задумывается о последствиях. Окей, не маленькая. Только вот и я страдать отказываюсь. Пусть видит, что мне без нее тоже хорошо.

Спонтанно останавливаюсь по пути у цветочного ларька и беру букет роз. Банальщина, но Алина будет в восторге. А мне это и нужно. Перед первой парой нахожу девушку в аудитории в компании подруг и под симфонию завистливых взглядов и восторженных вздохов дарю ей букет. Это первый подобный жест внимания в сторону Алины.

– Потрясно выглядишь, – делаю ей комплимент перед тем, как озвучить главное, то, зачем я все это делаю.

– Спасибо, ты тоже. – Алина тает, значит, я делаю все правильно.

– Я тут подумал, – наконец перехожу к решающему ходу, – может, ты согласишься пойти со мной на Зимний бал?

– Ты уверен? – девушка с сомнением смотрит на меня и затем на букет.

– С чего это у меня должны быть сомнения?

– Я думала, ты захочешь пойти с ней, – намекает она на Леру.

– Забей, там в прошлом.

Ага, самому бы еще в это поверить.

Наконец, физкультура. Хотя бы здесь я вижу Леру больше, чем две минуты в день. Пусть ее поведение, хоть и обоснованное, меня злит, но даже при этом я не могу без нее. Слишком давно люблю.

Она снова появляется в зале, снова в топе и лосинах, и я снова не могу оторвать от нее взгляд. Моя прекрасная и дикая мартышка. Смотрю на нее только тогда, когда она не видит, – пусть для нее я тоже буду отстраненным холодным ублюдком.

Физрук предлагает сыграть в волейбол, группа на группу. Мысленно ликую: Лера обожает волейбол, и я давно не видел ее в деле. Алина заходит в зал с опозданием, прямо перед самой игрой, когда мы начинаем разбиваться на команды.

– Вазу долго искала, – говорит она. – В итоге уборщица одолжила.

– Ты сегодня освобождена? – спрашиваю ее, заметив, что девушка не переоделась в спортивную форму.

– Да просто футболку дома забыла.

– Держи, – снимаю с себя футболку и отдаю ей. Сложно не заметить, каким взглядом теперь смотрит на меня однокурсница. Ей не впервой видеть меня обнаженным, только вот сейчас я красуюсь не для нее.

– Черепшин, ты зал со стрип-баром перепутал? – кричит наш физрук.

– Есть немного, – смеюсь я. – Давайте играть уже.

Начинается игра. Лера занимает место под сеткой. Желающих много, поэтому делимся на три команды: победитель играет с победителем, а затем проигравший с проигравшим борются за второе место. Моя команда вторая, поэтому я могу смело наблюдать за тем, как играет Лера.

Она хороша, хотя видно, что давно не играла. Осторожничает, примеряется, но я знаю ее реальные возможности. И вот через несколько подач девушка входит во вкус. Смотреть на Леру на поле – одно удовольствие. Хорошо отработанные движения, быстрая реакция, но особенно завораживает то, как она вытягивается вся во время прыжка. Я всегда любил, когда она была такой упрямой и напористой в игре. Однако я забыл, что такой она может быть и в жизни. И сейчас жертвой ее упрямства стал я.

Ее команда побеждает, и они отдают нам свое место на площадке. Теперь мы со Стрельцовым снова на одном поле. По разные стороны, как всегда. С самого начала понятно, что их команда сильнее. Поэтому, сколько бы раз мы с парой пацанов ни пытались вывозить, партия заканчивается со счетом двадцать три – двадцать пять в пользу команды Стрельцова.

Обидно, но это все ничтожно в сравнении с тем, что я испытываю, когда Лера обнимает Стрельцова и поздравляет того с победой, даже не посмотрев в мою сторону. Я пустое место. Понял. Спасибо.

Что ж, меня это не должно волновать, ведь так? Жил же как-то без нее эти несколько лет. И плевать на то, какая это была жизнь. Мне тоже круто, я тоже счастлив.

На поле победители. Пара движется к концу. У них решающий, Лера на подаче. Я знаю, что она уже четко выбрала, по кому бить, и еще я точно знаю, что ей важно, чтобы я увидел ее триумф. Только вот у меня свои планы. Встаю с лавочки и подхожу к Алине.

– Тебе идет моя футболка, – шепчу ей на ухо.

– Можешь отдать ее мне, буду ходить в ней дома, – сразу отвечает девушка.

– Можешь ходить в ней и по моему дому, – продолжаю я. – Сейчас.

– Сейчас? – краснеет она. Киваю. Да, прямо сейчас. – Но у нас еще экономика.

– Я знаю занятие гораздо интереснее экономики.

Я протягиваю Алине руку, та кладет в нее ладонь. Мы встаем и идем к выходу. И я точно знаю, что Лера смотрит.

Глава 33

Декабрь 2023 г. Лера

– Что делаешь после пары? – спрашивает Влад после того, как наша команда разгромила его команду со счетом двадцать пять – девятнадцать.

Даже если Вадим был прав и Влад не совсем святой, то по отношению ко мне парень всегда вел себя доброжелательно. Это он поддерживал меня в истории с выставкой, а не Вадим. И после того случая в аквапарке несколько раз просил прощения, обозначив, что думал, что все нормально и мне все нравится. С кем не бывает.

– А что? – отвечаю вопросом на вопрос.

– Хочу украсть тебя на часок.

Даже так?

– Вроде планов никаких, – пожимаю плечами. – А куда?

Вчера я согласилась пойти с ним на Зимний бал, и, судя по утренней реакции, Вадиму это не понравилось. Это мне и было нужно.

– Сюрприз, от которого нельзя отказаться.

– Выбор без выбора? Обожаю, – отшучиваюсь я, но уже чувствую, что ему все же удалось меня заинтересовать.

Переодеваюсь и выхожу из здания, где меня уже ждет знакомый «лексус». Сажусь на переднее сиденье, и в моих руках сразу же оказывается небольшой милый букет из белых кустовых розочек и зеленого эвкалипта.

– И когда ты успел? – удивляюсь такому жесту и с восхищением смотрю на это бело-зеленое чудо в руках.

– Все тебе расскажи, – довольно улыбается Влад.

Едем мы недолго, уже через каких-то десять минут машина паркуется у большого здания необычной формы.

– Это что? – спрашиваю у парня. Я никогда здесь не была.

– Вообще, это библиотека.

О как.

– И зачем мы приехали в библиотеку?

– Пойдем, – продолжает тянуть интригу Влад. – Сейчас все увидишь.

Внутри настолько красиво, что глаза сразу же разбегаются в попытке рассмотреть каждую деталь. Никогда бы не подумала, что это библиотека: гигантские потолки, белоснежные стены, в центре огромный читальный зал, сделанный в виде лабиринта из разных растений, переходящих на стены, и каменных кресел. Хочется задержаться и провести здесь целый день, но Влад ведет нас дальше. Мы поднимаемся на третий этаж и заходим в одну из дверей, попадая в выставочный зал со множеством картин, висящих на серых стенах. Так вот почему он привез нас сюда!

– Подумал, тебе понравится. Выставка закончится через пару дней.

Понравится? Да я в восторге! Это стопроцентное попадание по всем параметрам.

– Спасибо, – искренне благодарю парня. – А нас пустят?

Кажется, это не совсем бесплатное мероприятие, а билеты мы не покупали.

– Я уже зарегистрировал нас у них на сайте, билеты на почту пришли, – успокаивает меня парень.

Влад показывает скрин с билетами сотруднице, встретившей нас на входе, и затем мы присоединяемся к небольшой группе людей, следующих за экскурсоводом. Маленькая элегантная женщина начинает рассказывать про первую картину, возле которой мы останавливаемся. Стараюсь запомнить каждое ее слово, ведь работы, представленные на выставке, действительно восхищают. Я тоже мечтаю о том, что когда-нибудь и мои картины будут вот так висеть на самых главных выставках страны и вдохновлять людей.

– Уверен, что скоро у тебя будет своя собственная выставка. Чур, я хочу быть первым ее посетителем, – тихо, чтобы не помешать экскурсоводу, говорит Влад. И я, поддавшись эмоциям, крепко его обнимаю. Мне было важно услышать эти слова сейчас, потому что, кажется, после того как я слетела с конкурса, мне совершенно ничего не хотелось. Тут взгляд цепляется за одну из картин, и все мое внимание фокусируется только на ней одной. А точнее, на том, что на ней изображено: два человека – один, прижавшись, обнимает второго, а тот заносит над первым кинжал.

Величайшая любовь и величайшее предательство. Как знакомо и как неизбежно.

– Нравится? – спрашивает Влад, заметив мой интерес к этой картине.

– Отрезвляет, – тихо отвечаю я.

Пробыв на выставке около часа, снова спускаемся на первый этаж, когда заканчивается обзорная экскурсия.

– Задержимся? – предлагаю парню. Мне хочется еще немного погулять по этому прекрасному месту.

– Прости, мне уже надо ехать, – сообщает Влад. – Отец просил заглянуть к нему на работу. Эх. Давай потом еще сюда приедем, если тебе здесь понравилось? Тут и другие выставки проходят.

– Конечно! – не думая ни секунды, отвечаю я. – Еще раз спасибо тебе огромное за то, что привез меня сюда. Это именно то, что мне было нужно.

– Я рад, – улыбается парень.

– Ты вообще часто бываешь в таких местах? – спрашиваю его, когда мы уже направляемся к машине.

– А похоже на то? – усмехается Влад.

– Нет, не похоже.

– Скажем так, я больше вдохновляюсь немного другими местами.

А вот это интересно.

– Например?

– Если ты не против, могу завтра показать.

– Почему это я должна быть против?

– Потому что мне придется отвезти тебя на заброшку.

А вот это неожиданно.

– Зачем? – спрашиваю его.

– Вот завтра и узнаешь, – мягко отвечает он.

– Снова не скажешь?

Что у него за любовь к сюрпризам?

– Это надо просто увидеть. Словами не объяснить.

Странно, очень и очень странно, но у меня нет оснований ему не доверять. Наоборот, теперь мне хочется узнать его как можно лучше, и, если завтрашняя поездка на какую-то там заброшку поможет мне в этом, я готова рискнуть.

Влад подвозит меня к дому и, попрощавшись, быстро уезжает. На территории стоит автомобиль Вадима, значит, парень сейчас дома. Необычно, если учитывать то, что весь последний месяц он допоздна зависал на работе. Что ж, надеюсь, не пересечемся. Не хочется омрачать такой чудесный день его присутствием.

Прохожу в гостиную, наполняю вазу и ставлю цветы в воду. На первом этаже никого нет. Идеально, значит, сидит в своей комнате. Пусть сидит и дальше, не хочу его видеть, совместной физкультуры было достаточно.

Поднимаюсь к себе и с наслаждением плюхаюсь на кровать. Дом, одеяло, тепло – идеально. Осталось заварить какао и умереть в экстазе. Стоит подумать про экстаз, как из-за стенки доносится приглушенный женский стон. Затем еще один. Замираю и прислушиваюсь. Ну да, стоны и есть. Прямо за стенкой. Прямо из комнаты Вадима. Прямо сейчас. Боже.

Все, хватит. Вскакиваю с кровати и чуть ли не бегом спускаюсь вниз.

Через полчаса на втором этаже включается душ, еще через десять минут на лестнице раздаются шаги. Я скрываюсь за стенкой, чтобы не столкнуться с этой сладкой парочкой. В гостиной появляется довольный Вадим, на котором из одежды только обернутое вокруг бедер белое полотенце, и Алина. Слава богу, хотя бы она одета полностью.

Он провожает ее до двери и говорит, что заедет за ней завтра. За этим следуют мокрые звуки поцелуев, хлопает входная дверь и как ни в чем ни бывало Вадим проходит на кухню. Его тело все еще блестит после душа, а полотенце свисает так низко, что, кажется, еще немного, и оно упадет.

– Хоть бы оделся, – фыркаю я, стараясь не смотреть в его сторону.

– Что-то не так?

Парень явно улыбается, чем раздражает меня еще сильнее.

– Все так, – говорю это и поднимаюсь по лестнице, получая очередной смешок в спину.

Но вместо того, чтобы пойти к себе, заворачиваю в ванную, снимаю с себя одежду и встаю под душ. Прикрываю глаза. Какой стыд! Лишь бы Вадим не понял, что я тут делаю. Только не после того, как он в соседней комнате… с какой-то там Алиной.

Глава 34

Декабрь 2023 г. Лера

После пар, как и договаривались, выходим из института вместе с Владом. Парень открывает передо мной дверь и сам садится за руль. Только вот едем мы не к моему дому и не в кафе, а совершенно в другую сторону. В этот раз без сюрпризов, я знаю, куда мы, хотя даже не представляю, что меня там ждет.

Через двадцать минут «лексус» останавливается перед многоэтажным заброшенным домом. Я видела это здание еще в детстве, когда мы проезжали мимо него на машине, но никогда не гуляла в этом районе. Утром Влад все же рассказал мне о том, какое место хотел вчера показать.

– В общем, это будет небольшая вечеринка.

– Ты же говорил, что мы поедем на заброшку.

– Скажем так, одно другому не мешает.

Только сейчас, смотря на пустой мертвый недострой с выбитыми окнами, я даже представить себе не могу, что где-то там проходит какая-то вечеринка. Никаких признаков жизни, кроме узкой тропинки, ведущей к ржавому металлическому забору.

Мы выходим из машины, и я послушно следую за Владом, уверенно идущим к забору. Влад касается забора, секунда – и перед нами появляется небольшая дыра, ведущая на территорию. Лезем внутрь: Влад первый, я за ним. Попадаем в дом через окно первого этажа. В нос ударяет запах сырости и мочи, и мне уже не кажется, что идти на эту вечеринку – хорошая затея. Вдруг Влад на самом деле только притворяется нормальным и привез меня сюда, чтобы убить? Другого варианта, судя по обстановке вокруг, у меня нет.

– Не переживай, одну почку оставим, – словно прочитав мои мысли, шутит парень.

– Ха-ха.

– На, надень. – Влад достает из кармана какой-то неоновый синий резиновый браслет и протягивает мне.

– Это что?

– Наш пропуск в «Яму».

Звучит странно, но раз уж я здесь, выбираю доверять парню до последнего и надеваю браслет. Мы включаем фонарики на телефонах и, хрустя ботинками по стеклу, начинаем подниматься по бетонной лестнице без перил. Все выше и выше, этаж за этажом. Про себя считаю пролеты. Раз, два, три, четыре… на шестом этаже до нас начинают долетать звуки музыки, на восьмом уже отчетливо слышны голоса и смех. И наконец на девятом Влад останавливается.

Прямо на лестнице у входа на этаж стоят два парня. Влад опускает рукав и показывает браслет, я повторяю за ним. Парни кивают и пропускают нас. Заходим на этаж, и я осматриваюсь по сторонам. Здесь уже нет запаха сырости, нет битого стекла и грязи, значит, это не разовое мероприятие. Вдоль стен горят маленькие светильники, мигающие разными цветами: желтым, фиолетовым, красным. Громко играет музыка. Больше сотни неоновых браслетов то и дело взлетают вверх под электро. В правом углу стоит музыкальная установка, возле стены – маленький складной стол с различными напитками.

– Ну как тебе? – спрашивает Влад.

– Какое-то безумие, – выдыхаю я. Именно, увиденное восхищает и пугает одновременно. Кто и как додумался до такого?

– Почему полиция не прикроет тут все? – спрашиваю у парня.

– Они не знают. Все это быстро складывается и прячется.

Понятно, значит, для полиции мы выглядим как обычные подростки, решившие погулять по заброшке.

– А это что?

Только сейчас, подойдя чуть ближе, в центре вижу широкую трещину, пропастью уходящую на несколько этажей вниз, и тросы, стальными кругами прибитые к ее краям.

– Страховка, – звучит за спиной знакомый голос. – Для тех, кто хочет прыгнуть.

Вадим. Значит, и он здесь. Любопытно, я прожила у них два месяца, прежде чем мы перестали общаться, но он ни слова не сказал мне об этом месте. Собственно, как и о том, что принимает участие в боях. Так вот какая у нас дружба. Хотя чего это я, он испортил мою картину, а я все еще продолжаю удивляться.

– Прыгнуть? – спрашиваю спокойным голосом, делая вид, что его появление меня ничуть не смущает.

– Да, – кивает парень, – через яму.

– Но зачем?

Его слова звучат как фантазия умалишенного:

– Чтобы почувствовать, что можешь все.

От этих слов на мгновение перехватывает дыхание. Но тут же сознание фокусируется на сжимающихся на моем запястье пальцах. Вадим перехватывает мою ладонь и тянет в сторону.

– Эй! – возмущенно кричит Влад.

– Верну через минуту, – кидает Вадим так, словно я какая-то вещь.

– Тебе не кажется, что это как минимум невежливо? – раздраженно обращаюсь к парню.

– А я подонок, ты что, забыла?

Нет, об этом я никогда не забуду. Вадим тормозит только тогда, когда мы отдаляемся на несколько метров.

– Зря ты сюда пришла, – говорит он.

Серьезно? Он меня за этим сюда оттащил?

– Наверное, я сама решу, зря или нет.

– Дай угадаю: меня это не касается?

– Именно.

Я ожидаю услышать в ответ еще одну колкость, но вместо этого парень просто отвечает:

– Окей.

– Раз уж мы все прояснили, я могу идти? – выдергиваю руку из его хватки.

– Иди. Только вряд ли тебе здесь понравится. Это место не для тебя.

Пф-ф-ф-ф, тоже мне. Всё-за-всех-решала.

Возвращаюсь к Владу.

– Всё нормально? – обеспокоенно спрашивает парень.

– Да, забей, прости, что так вышло, человек не может смириться с тем, что его время прошло.

– Думаю, он сожалеет.

– Жаль, что его сожалением не вернуть мою работу на конкурс.

Мы берем со стола бумажные стаканы с напитками. Влад рассказывает что-то о «Яме» и о традициях этого места. Я же лишь завороженно смотрю на трех парней, стоящих на краю пропасти. Вокруг их талии обмотана страховка, тросы прикреплены к каменным столбам.

– Прыгал? – спрашиваю у Влада, перебив его речь о том, как несколько лет назад здесь с лестницы кто-то упал.

– Нет, это не по мне, – отвечает он.

Взгляд уходит далеко за парней, в эту четырехэтажную пропасть. А я? Смогла бы?

«Это место не для тебя» – всплывают кинутые Вадимом слова. Зачем-то оборачиваюсь, чтобы найти его. Он возле стола диджея. И он не один. Зажимает в углу Алину. Класс. Значит, ее он позвал, значит, ей здесь место, а мне нет.

Делаю шаг вперед, подхожу к яме, наклоняюсь и подхватываю трос.

– Я тоже прыгаю, – обращаюсь к парню, отвечающему за страховку.

– Лер, ты чего?! – осторожно хватает меня за руку Влад.

– Я хочу попробовать. Тут трос, не беспокойся, – успокаиваю парня, хотя у самой дрожат колени.

«Почувствовать, что можешь все».

Я хочу этого, хочу прыгнуть, хочу доказать, что я могу, что это и мой мир тоже. Что только мне решать, где я должна быть и какую жизнь проживать.

Мне помогают надеть трос. Теперь нас четверо. Подхожу к самому краю. Перед прыжком в голове пусто. Слышу, как кто-то кричит мое имя, но все это сейчас не имеет значения. Закрываю глаза, развожу руки в стороны и прыгаю.

Глава 35

Декабрь 2023 г. Вадим

– Увидите у кого дурь – гоните его отсюда, – говорю парням, стоящим у входа в «Яму». – Серьезно, никакой наркоты.

Нам с Яном с трудом удалось привести это место в порядок, и я не позволю каким-то очередным идиотам снова превратить все в помойку.

Толян раскладывает на столе ноут и диджейский микшер, девчонки колдуют над столом, остальные заняты светом.

– Ты будешь сегодня прыгать? – спрашивает Алина, касаясь моих плеч и слегка массируя их.

– Нет, сегодня я пас. Напрыгался.

Все начинается в шесть. Теперь «Яма» не выглядит как обычная заброшка, и сегодня она принадлежит нам. Главное, чтобы полиция не приехала раньше времени. Сегодня прыгают трое, один из них новичок, поэтому ничего не должно нарушить его первый раз.

– О, и они здесь, – выглядывает из-за моей спины Алина и косится на вход. Поворачиваюсь и вижу ту, кого меньше всего ожидал увидеть. Точнее, совсем не ожидал.

Лера. Здесь. В кирпичных стенах заброшки. В «Яме». В моем темном логове. В мире, от которого я всячески старался ее оберегать. Но теперь она часть этого мира, и все благодаря Стрельцову. Он знал, что это приведет меня в ярость, поэтому и притащил ее сюда.

Подхожу к этой парочке и сразу натыкаюсь на сопротивление. Мартышка превратилась в дикую кошку, пора смириться с этим. По всем канонам я должен продолжать делать вид, что мне наплевать. Наплевать на то, что Лера находится в одном из самых опасных мест города. Наплевать на то, что пришла она сюда со Стрельцовым. И наплевать на то, что я ничего не могу сделать. Чтобы не сорваться, вжимаю в стену Алину и впиваюсь поцелуем в ее губы. Но даже так не думать о Лере не получается.

– Не знала, что она тоже прыгает, – снова удивленно смотрит в сторону девушка.

Кто прыгает? Резко разворачиваюсь и вижу Леру на краю ямы с тросом, обвязанным вокруг талии. Сейчас она выглядит как амазонка: бесстрашная, воинственная, сексуальная. Может, мы и не так сильно отличаемся? Может, мой и ее миры не такие уж и разные?

Она делает решительный шаг вперед, и на мгновение внутри меня все замирает. Смотрю на это со стороны, словно в замедленной съемке. Трос натягивается, и это означает одно – Лера в пропасти, она сделала это.

– Полиция! – неожиданно кричит кто-то, выглядывая в окно.

Черт, почему сейчас?!

Забыв про все наши игры в войнушку, бегу к краю ямы, хватаюсь за трос и помогаю вытащить ее наверх. Лера плачет. И смеется. Есть еще кое-что, что отражается в ее глазах, говорящее о том, что она почувствовала во время прыжка. Это то, что чувствовал и я, впервые шагнув в пропасть, – то самое ощущение безнаказанности, ощущение того, что ты можешь все. Даже обмануть смерть.

Но сейчас нам стоит поторопиться. Это не первый раз, когда сюда заявляется полиция, вызванная кем-то из особо бдительных жителей соседних домов. И что им не нравится? Мы тут не хулиганим, даже в порядок все привели…

Да, ребята знают, что делать, куда прятать вещи и как покинуть здание, если нагрянет полиция. Но сейчас есть одно «но».

– Трос! – рычу я.

– Что случилось? – спрашивает Лера.

– Механизм заел.

С каждой минутой в «Яме» становится все меньше людей, исчезает диджейский стол, светильники. Когда трос наконец-то поддается, мы остаемся на этаже одни. Хватаю Леру за руку и без объяснений веду к лестнице. Слава богу, она не сопротивляется и молча следует за мной. Смотрю вниз и вижу, как внизу, этаже на третьем, мигает фонарик. Полиция. Значит, этим путем идти поздно. Не отпуская Лериной руки, резко сворачиваю и бегу наверх. Всего один пролет, толкаю дверь, и мы выходим на крышу.

– Они же найдут нас здесь! – встревоженно шипит Лера.

Знаю, поэтому на крыше мы не останемся. Заброшка построена буквой «Г», как два здания, разделенные общей стеной. Надо всего лишь добежать до противоположного края и перебраться во вторую часть. Я делал так много раз.

Бежим туда, где можно перелезть на второе здание, но сто́ит перекинуть ногу через каменный блок, как в окне второго здания вижу еще один полицейский фонарик. Черт! Нас окружили. Голоса становятся громче. Если они поднимутся на крышу, то точно нас увидят, только вот бежать нам теперь некуда.

У края недалеко от нас замечаю гору старых строительных материалов, видимо, оставленных здесь рабочими еще со времен стройки.

– Идем! – зову девушку, и мы бежим к этой куче хлама. – Молчи и не шевелись, а то придавит.

Лера кивает и пролезает вслед за мной. Остается лишь надеяться, что сюда полицейские заглядывать не станут.

Места мало, даже катастрофически мало. Мы плотно вжаты друг в друга, и я чувствую каждый изгиб тела любимой девушки. Каждый, мать его, изгиб. И мое тело отзывается на это вполне объяснимой реакцией, если это можно так назвать.

– Вадим, – смущенно шепчет Лера, – это что?

А я не знаю, что ей ответить. Точнее, знаю, но не хочу. Мы лежим под грязными мешками на крыше здания, переполненного полицейскими, а единственное, что меня волнует, так это девушка, лежащая сверху и прижимающаяся своим телом к моему.

– А как ты думаешь?

– Господи!

Раздаются звуки шагов. Они на крыше, где-то совсем рядом. Чувствую, как быстро бьется Лерино сердце. Мое тоже отжигает не по-детски.

Наконец все затихает.

– Полежим еще несколько минут, чтобы наверняка, – тихо предлагаю ей.

– Хорошо, – соглашается Лера.

В воздухе пахнет ирисками – так пахнут Лерины волосы. Кажется, сейчас я даже рад, что все так получилось.

– Зачем ты прыгнула? – спрашиваю у нее.

– Честно?

– Хотелось бы.

– Меня задели твои слова.

Неужели она сейчас так просто взяла и открыла свои карты?

– А еще то, что ты никогда не говорил мне про «Яму», а Алину с легкостью взял с собой.

– Это что, ревность?

– Забудь, – фыркает девушка.

– А ты не думала, что я не говорил тебе про «Яму» не просто так?

– Здесь опасно, здесь тебе не место и бла-бла, знаю. Только вот тот же Влад, в отличие от тебя, готов знакомить меня со своим миром.

А вот это зря.

– Ну и где же твой Влад? Что-то я его не видел после того, как объявилась полиция.

Лера снова фыркает, но оставляет мои слова без ответа. Так-то, стоит задуматься, кто твой настоящий враг, а кто по-настоящему желает тебе добра. Лера слегка поворачивается, отчего еще сильнее вжимается своими бедрами в мой пах.

– Боже, не делай так.

Молчит, но я знаю, что она покраснела.

– Почему ты сказал, что мне вряд ли тут понравится? – наконец тихо спрашивает она.

– А тебе понравилось?

– Если честно, – делает небольшую паузу, – нет.

– Спасибо за честность, – шепчу в ответ и, чуть помедлив, говорю: – Мне жаль, что все так вышло.

Правда жаль. Я не должен был портить ее картину. Я мог поступить иначе, но не поступил.

Через двадцать минут мы покидаем здание заброшки, садимся в машину и впервые за последний месяц возвращаемся домой вместе.

Глава 36

Ноябрь 2023 г. Вадим

Бесшумно шагаю по пустым коридорам. Прохожу через главный холл мимо пустующего поста охраны и тяну на себя массивную дверь, ведущую в актовый зал. В зале никого, но через каких-то двадцать минут здесь будет полно людей. Времени мало, я должен поторопиться.

В правой руке пакет, в нем оружие для самого страшного преступления в моей жизни – преступления против любимого и близкого мне человека. Но я не могу иначе. Или могу…

Подхожу к закрытым тканью холстам и начинаю искать нужный. Я ни разу не видел Лерину картину и без понятия, что именно на ней нарисовано, поэтому вспоминаю то, о чем она рассказывала мне на чердаке.

Свет в окнах. Родственные души.

А что, если закрасить все картины? Нет, такой себе вариант – это ничего не решит, выставку просто перенесут и поставят новые сроки. Прохожу по рядам, все не то. Может, кто-то ошибся и просто не поставил сюда ее работу? Я бы пожал этому человеку руку.

Но стоит об этом подумать, как, сняв очередной футляр, рука, словно каменная, замирает вместе с ним над картиной. Над самой чудесной картиной, которую я когда-либо видел.

Лера нарисовала наш дом. Наш семейный домик в лесу. Вот черепичная шоколадная крыша, вот белые деревянные качели, подвешенные между двух сосен, вот кресло-качалка, в котором папа любил по утрам читать газету и пить кофе, а вот и чердак. На улице вечер, на чердаке горит теплый свет, и в окне видны два очертания – мальчик и девочка. Наше общее место силы. И сейчас я должен все это перечеркнуть в прямом и в переносном смысле.

Пятнадцать минут. Пора. Открываю пакет и достаю из него баллончик с черной краской. Так, все просто: снять крышку, потрясти, направить на холст и нажать. Снять, потрясти, направить, нажать. Снимаю крышку, трясу баллон и направляю его на картину. На картину, где изображен мой дом и моя семья, где мы с Лерой вместе и счастливы. Где из нашего окна горит теплый свет. Да ни черта это не просто! Так и стою с вытянутой рукой.

А если закрыть глаза? Ага, смелость на то, чтобы сюда прийти, есть, а смотреть на это – нет? Я должен видеть. Десять минут. Почему время идет так быстро? Я еще не готов, но выбора у меня нет. Вру, выбор есть всегда.

Жму на кнопку. Баллон плюется черной разрушительной массой прямо на наши с Лерой лица. Пшик – и под краской исчезают качели и кресло. Пшик – и на чердаке больше не горит свет. Безвозвратно.

Пространство вокруг меня начинает плыть, голова кружится, и это не от запаха краски. А оттого, что я сделал свой выбор. И пути назад теперь нет. Кидаю краску в пакет, сворачиваю его в три раза, закрываю картину чехлом и направляюсь к выходу.

Покидаю зал через черный ход и выхожу на улицу. Парковка уже потихоньку заполняется подъезжающими автомобилями. Выставка начнется через несколько минут, тогда же Лера увидит, что я натворил. На улице прохладно, дует сильный ветер и слегка моросит. Гадко. То, что надо. Идеальное сочетание.

Вдалеке вижу выходящих из автомобиля родителей и резко сворачиваю на узкую тропинку, огибающую здание института. Колючие кусты царапают лицо, белые кроссовки попадают точно в густую грязевую жижу. Мерзко и больно. Еще!

А вот и актовый зал, теперь там включен свет, и я могу видеть в окнах за полупрозрачным тюлем очертания людей. Всего лишь очертания, но я чувствую – Лера уже там. И родители там, и Стрельцов наверняка крутится где-то рядом. А меня нет. Заварил такую кашу и слинял. Не дело.

Снова сворачиваю и захожу внутрь через другой вход. Сейчас Лера все увидит, и я должен быть там. Лера должна узнать, что это сделал я. Точнее, я сам должен сказать ей об этом. Она заслуживает знать правду. Ну или хотя бы часть этой правды.

Поворот, за ним еще один и еще. До актового зала осталось чуть-чуть. Вот пост охраны, вот холл. И Лера… моя заплаканная мартышка, бегущая мне навстречу. Она утыкается мне в грудь, плачет. Зачем-то спрашиваю у нее, что случилось. Трус. Но как не бояться того, что сейчас человек в моих руках, ставший для меня всем миром, возненавидит и отвергнет меня?

– Вадим… – шепчет девушка.

– Что, мартышка? – так же тихо произношу я, уткнувшись в ее рыжие волосы носом.

– От тебя пахнет краской.

Лера отталкивает меня, и я больше не держу ее. Знал, что так будет, и просто пришел попрощаться.

Глава 37

Декабрь 2023 г. Лера

– Лера! – громко зовет меня Влад. – Лера! Да подожди, Лер!

– Ну чего тебе? – резко останавливаюсь и поворачиваюсь к парню. На нас и так из-за его криков уже пол-института пялится.

– Лер, я козел, согласен, прости, что ушел без тебя.

– Ага, – кидаю в ответ и продолжаю свой путь.

– Ну Лер, – бросается за мной Влад, – ну пойми, меня вся местная полиция знает. Если бы меня хоть издали кто-то из полицейских засек, доложили бы отцу.

Я думала, таким, наоборот, все позволено. Неужели Влад боится собственного отца? С чего бы это?

– Скажи, как я могу искупить свою вину? – не унимается парень.

– Влад, все нормально, правда, просто дай я спокойно пройду на пару.

– Лер, а давай со мной и моей семьей на море полетим? В Дубай. Все затраты беру на себя. Транспорт, перелеты, проживание, питание – все на мне.

– Ты совсем с ума сошел? Какой Дубай? Я же сказала, все нормально.

Неожиданно поступившее предложение такого масштаба сбивает меня с толку. Дубай? Семейная поездка? Серьезно? Неужели он настолько чувствует себя виноватым за то, что произошло на заброшке…

– Да, я серьезно, – будто прочитав мои мысли, говорит парень. – Летим сразу после Зимнего бала. Зачетная сессия закрыта, скоро каникулы, чего дома торчать, а так весело проведем время. За деньги не переживай, это вообще не проблема.

Сразу после Зимнего бала у Вадима день рождения. Уехать – значит пропустить его. Кажется, что легко: он заслужил это за то, что сделал. Да и я не собираюсь петь праздничную песню, пока тетя Лена выносит торт с горящими свечами. Только вот от одной лишь мысли об этом на душе становится гадко.

– Влад, ну какой Дубай? Как ты себе это представляешь? Я даже родителей твоих ни разу не видела. Сомневаюсь, что они будут в восторге, если я с вами поеду.

– Договорились, – поспешно отвечает Влад. – Заеду за тобой в семь. Оденься во что-нибудь удобное, сегодня мои решили пожарить на улице мясо, вот и познакомитесь.

Хочу ответить, что я ни на что еще не соглашалась, но Влад даже не дает мне открыть рот.

– Возражения не принимаются. В семь! – Он наклоняется, быстро чмокает меня в щеку и скрывается в ближайшем кабинете. Ну и что это вообще было?

Чувства самые смешанные. С одной стороны, Влад меня реально кинул. С другой – кто мы друг для друга, чтобы кидаться меня спасать и подставлять свою задницу? Только вот если никто, то зачем звать меня в Дубай и знакомить с семьей? И зачем это мне? Побывать в новой стране и потусоваться? Или добить Вадима, уехав на его день рождения вместе со Стрельцовым, которого тот ненавидит? Сложно. Иногда мне кажется, что я уже слишком заигралась со всеми этими схемами. Ладно, познакомлюсь сегодня с семьей Влада и решу.

Вернувшись домой, на кухне встречаю тетю Лену.

– М-м-м-м, пельме-е-ешки! – с наслаждением втягиваю воздух.

– Да вот захотелось по-простому. Будешь? – спрашивает женщина.

– Это то, от чего я никогда не смогу отказаться.

Тетя Лена закидывает еще одну порцию пельменей и идет к холодильнику.

– Кетчуп? Майонез?

– Уксус.

– Лера! – взмахивает руками мама Вадима. – Как ты можешь это есть?

Пожимаю плечами. Ну а что я могу поделать, если больше, чем пельмени, я люблю только пельмени с уксусом?

– Ну-с, какие планы на вечер? – спрашивает она и садится напротив.

– Похоже, что сегодня я познакомлюсь с родителями Влада.

Натыкаю пельмешку на вилку и кладу в рот. Блаженство.

– Ого, – удивленно смотрит на меня тетя Лена, – точно к этому готова?

Хороший вопрос, правильный. Скорее всего, она имеет в виду еще и то, что с Мишей я рассталась всего чуть больше месяца назад, а уже иду знакомиться с родителями другого парня.

– Не знаю, – задумчиво смотрю в тарелку. – Теть Лен, а как вы думаете, поехать на неделю с ним и его семьей в другую страну – это совсем уже?

– Милая, если тебе так хочется… – неуверенно отвечает женщина.

А если я не знаю, чего мне хочется?

– А когда? – спрашивает мама Вадима.

– После двадцать четвертого.

– Двадцать пятого день рождения у Вадима.

Да, знаю. Я прекрасно знаю, когда у него день рождения.

– Лер, а у вас с Вадимом точно все в порядке? – Этим вопросом она застает меня врасплох. – Мне кажется, что в последнее время вы как-то отдалились. Извини, что лезу в ваши дела, но вы поругались?

Ну вот и что мне ей ответить? Ничего, теть Лен, все в порядке, просто ваш сын разрушил мои планы на ближайший год, а возможно, и на всю жизнь, уничтожил картину, над которой я работала больше месяца, и сделал мне очень и очень больно. Пустяки, одним словом.

– Немного, не переживайте. – Надеюсь, этого ответа достаточно. Не могу же я сказать, что совсем ничего не произошло, она же не дура и не слепая, чтобы не заметить то, как мы с Вадимом весь месяц избегаем друг друга.

– Все же поругались, – слегка поджимает губы тетя Лена. – То-то вы сами не свои ходите.

Да, мы с Вадимом дружили всю нашу жизнь, и не припомню, чтобы когда-либо дело доходило до такого. Максимум – день, да и то вечером уже не могли друг без друга, бежали мириться. А тут месяц. Сначала Миша, потом Вадим. Дабл килл, получается.

– Ладно, теть Лен, я побегу собираться. Скоро Влад заедет. – Кладу тарелку в посудомоечную машинку и иду к лестнице.

– Лер! – окрикивает меня женщина. – Что бы этот засранец ни сделал, знай, что он очень тебя любит и наверняка очень сожалеет.

Я знаю, теть Лен, только это ничего не меняет. Кто-то руками размахивает и оправдывается тем, что любит. Мне же такая абьюзивная любовь не нужна.

Глава 38

Декабрь 2023 г. Лера

Серебристый «лексус» замедляет ход возле высоких деревянных ворот и затем, когда ворота открываются, въезжает на территорию большого современного особняка.

– Ничего себе дача, – восхищаюсь я буквально с открытым ртом. – У тебя папа точно не Карлайл Каллен?

– Если при этом я автоматически становлюсь Эдвардом, пусть так оно и будет, – смеется парень и затем уже более серьезно добавляет: – Но да, мой отец и правда чем-то похож на вампира.

Территория дома очень красивая и настолько большая, что участок даже разделен на секции невысокими хвойными кустарниками. Дорожка сделана из плоского широкого камня, вдоль нее в землю воткнуты низенькие узорчатые светящиеся столбики.

– Вау, здесь так красиво, – выдыхаю я. Влад только пожимает плечами.

Мы огибаем дом и выходим на вторую половину участка. Именно сюда из панорамных окон гостиной выходит терраса, подсвеченная фонариками с теплым желтым светом. В центре поляны ровный газон сменяется серой галькой, образуя очаг, вокруг которого стоят деревянные кресла-лежаки с меховыми подушками. Чуть дальше стоит какой-то навороченный угольный гриль.

– Если ты скажешь, что у вас где-нибудь на минус первом этаже спа-комплекс, я совсем сойду с ума.

– Нет, спа-комплекса у нас нет, – усмехается Влад. – Но есть бассейн.

– Оу-у! Я точно не должна тебе за вход?

– Думаю, можно что-нибудь придумать, – подмигивает он.

Возле очага сидят три человека. Красивая женщина лет сорока с длинными прямыми платиновыми волосами, она одета в обычный вельветовый синий спортивный костюм, но от нее так и веет роскошью. Мужчина выглядит старше нее лет на восемь-десять, высокий, хорошо сложенный, с небольшой сединой на висках. И девушка или женщина, отвернувшаяся к огню, она накинула на голову капюшон, поэтому я даже не могу понять, как она выглядит.

– Сестра, – тихо говорит Влад. – Сводная.

Необычно. Значит, эта роскошная женщина не его мама. Потому что на мужчину Влад очень похож, это точно его отец.

– Всем привет! Мы пришли, – обращает на нас внимание парень. Отец Влада и его мачеха поднимают головы, девушка в капюшоне оборачивается.

– Настя?! – в шоке смотрю на мою однокурсницу-неформалку. – Сестра?!

Вот эта холодная, отстраненная, порой очень резкая девушка с выбритыми волосами и другом, сбежавшим с вечеринки на кладбище, и есть сестра суперобщительного институтского красавчика и главы студсовета?

– Ой! Лера? Привет! – машет мне Настя, и я понимаю по ее лицу, что она тоже не ожидала меня здесь увидеть.

Влад представляет меня своим родителям, Льву Александровичу и Ксении Валентиновне. Те принимают меня вроде бы довольно приветливо. Ксения Валентиновна задает несколько вопросов про то, кто я и откуда. Оказывается, она, как и я, из Сочи.

– Какой район? – спрашивает женщина.

– Светлана, верхний.

– Ой, так и мы там близко жили! В Соболевке, – радостно отвечает Ксения Валентиновна. – А на кого ты учишься? Влад сказал, что ты из его института.

– Мам, Лера моя однокурсница, – отвечает за меня Настя и смущенно добавляет: – Помнишь картину, которую испортили перед выставкой? Это Лерина.

– Ой, помню, конечно! Ужас какой! – взмахивает руками женщина. – Я надеюсь, виновного уже нашли и наказали?

Ага, конечно, нашли.

– В процессе, – отвечаю я.

– А камеры?

– Были выключены.

– Да как же так! Очень надеюсь, что все решится, – и женщина обращается к мужу: – Лев, ты слышал? Это Лерина картина была испорчена на выставке.

– Если не найдут, обращайся, попробуем разобраться. – Теперь Лев Александрович смотрит прямо на меня, словно сканируя, отчего мне хочется спрятаться.

– Так, давайте уже ужинать, – переводит тему Влад, за что я ему безмерно благодарна. Хочется уже забыть про эту выставку, как и про то, что на ней произошло.

Влад с отцом начинают выкладывать на решетку мясо, Ксении Валентиновне кто-то звонит, и она отходит чуть поодаль от всех нас, и мы с Настей остаемся возле очага вдвоем.

– Я не знала, что вы родня, – говорю Насте.

– Никто не знает, – отвечает девушка. – Давай присядем? – кивает на лежаки.

– Угу, – сажусь на соседний. – А чего так?

– Было б чем гордиться, – фыркает она.

– Ну, жизнь была бы попроще, все же Влад не последний человек в институте.

– Мне его помощь не сдалась. Да и ты, как я заметила, привилегиями жизни в доме Вадима не особо пользуешься.

– Вадим эгоистичный придурок, это другое.

– О, тогда это совсем не другое.

– Влад вроде милый.

– Ха!

Похоже, не один Вадим недолюбливает Стрельцова. Хотя у Насти мотивы не любить Влада более прозаичны: сводные часто воспринимают друг друга в штыки. По крайней мере, в каждой второй подростковой книге описывается, как вначале между ними буквально загораются искры ненависти. Интересно увидеть это вживую.

– Девчонки, вам принести чего-нибудь? – подходит к нам Влад. – Я за ножом.

– Ничего не нужно, – холодно отвечает Настя.

– А я бы выпила воды, – говорю я.

– Окей.

Стоит Владу скрыться в доме, как Ксения сразу же заканчивает все свои дела с телефоном и подходит ко Льву. Она нежно целует его в щеку и обнимает со спины, пока тот следит за мясом. Совпадение?

– Влад нас не любит, даже мать зашугал, – проследив за моим взглядом, говорит Настя. – При нем в стороне держится вечно.

– По твоим словам, он прямо тиран какой-то.

– Ну-у-у-у, не тиран, – задумчиво протягивает Настя, – но я даже рада, что скоро уеду.

– Кстати, когда уезжаешь? – пусть я и не выиграла этот конкурс, но мне интересно узнать, как там обстоят дела со стажировкой. В конце концов, может быть, в следующем году я смогу поучаствовать в нем снова. Только в этот раз свою работу я притащу на выставку в толстенном металлическом сейфе.

– Пятнадцатого, сразу после каникул, до второго семестра, – и однокурсница поворачивается ко мне: – Лер, мне правда очень жаль, что с твоей картиной так вышло.

Девушка уже десятый раз за месяц поднимает эту тему.

– Насть, не парься. Хочешь мое мнение?

– Ну?

– Твоя картина потрясающая, ты сама потрясающая, и я правда рада, что именно ты поедешь на стажировку.

– Нет, Стрельцов точно не заслужил такой девушки, как ты, – улыбается Настя.

Это вряд ли, тут я вообще не святоша.

– Девочки, поможете мне разложить овощи? – зовет нас Ксения. – Скоро мясо будет готово.

– Да, идем! – кричим мы с Настей хором.

– Блин, только я бы сначала в туалет сгоняла, – и обращаюсь к девушке: – Где у вас туалет?

– Давай провожу, – предлагает она.

– Да нет, иди маме помогай, я справлюсь.

– Ладно, смотри, через террасу заходишь, после кухни сразу направо, дальше по коридору, на перекрестке налево и там дверь темно-синяя.

– Направо, налево, синяя дверь, поняла, – проговариваю заново услышанное и иду в дом.

Внутри еще шикарнее. Кажется, если бы Ксения Валентиновна была домом, она была бы именно этим домом. Такая же роскошная, элегантная, статная, как и всё здесь. Сразу за застекленной террасой кухня, переходящая в большую гостиную с камином. Синий бархатный диван, один он может стоить тысяч двести-триста, множество статуэток и элементов декора, дорогой паркет, уложенный лесенкой, высокие потолки, большой кухонный остров из натурального камня – все здесь говорит о достатке и статусе этой семьи. Если в доме Черепшиных правит уют, то здесь определенно акцент делался на другие вещи.

Так, после кухни же налево? Кажется, налево. Сворачиваю в графитовый коридор, отделанный микроцементом, и иду вперед. Теперь направо. Или надо было направо после кухни? Блин, я, как всегда, со своим топографическим кретинизмом… Заблудиться на пути в туалет – браво!

– Да мне плевать на то, какие у тебя там проблемы, – неожиданно доносится голос Влада из приоткрытой двери. Затаив дыхание и почти вплотную вжавшись в стену, подхожу ближе. – Если к завтрашнему дню реферат не будет готов, весь институт узнает о том, что твой отец зек, и то, за что он сидит. Думаешь, твоя девушка после этого захочет связываться с твоей семьей? Ты меня понял, Матвей? На обеденном перерыве в холле второго этажа.

Влад что, угрожает кому-то? Не может быть… или может? Все это выглядит как-то страшно и бесчеловечно, я никогда не слышала от него такой властной и неэмпатичной интонации. Он снова кричит в трубку, а затем его шаги раздаются прямо возле двери. Срываюсь с места и, забыв о том, зачем я вообще пошла в дом, выбегаю на улицу.

– Все в порядке? – спрашивает меня Настя, перекладывая порезанные помидоры в большую миску. И кажется, я выдыхаю только тогда, когда снова стою возле нее. – Нашла?

– Ага, – киваю несколько раз. – Нашла.

Через несколько минут из дома выходит и Влад, подходит к нам и протягивает мне стакан воды.

– Извини, что долго, там по делам студсовета вопросы решал.

– Ничего, – отвечаю, стараясь не смотреть парню в глаза, и делаю глоток. Я точно уверена в том, что, если взгляну на него, он обо всем догадается.

– Так-с, думаю, мясо можно накладывать. Давайте все за стол, – зовет нас Ксения Валентиновна, пока Лев Александрович ножом снимает куски с решетки в большую металлическую миску.

– Идем, – бодро отзывается Влад. Парень выглядит веселым, словно не он всего пару минут назад угрожал человеку.

Мы садимся за стол, Настя разливает красное вино по бокалам, Влад отодвигает мне стул и сам садится напротив. Позади нас с уютным треском горит костер. Только вот никакого уюта я не чувствую. Когда мы только приехали, я пошутила про Калленов. Теперь же, сидя за этим столом, я четко ощущаю себя гостьей клана Вольтури.

Глава 39

Декабрь 2023 г. Лера

После второй пары, быстро попрощавшись с преподавателем, самая первая вылетаю из кабинета и бегу к лестнице. Спускаюсь на второй этаж и направляюсь к большому холлу.

Весь вчерашний вечер я думала над предостережениями Вадима, словами Насти и подслушанным мною разговором на даче Стрельцовых. Не могу же я судить о человеке только по чужим словам и одному непонятному подслушанному разговору. Но и в неведении оставаться я тоже не могу. Может, это просто какое-то недоразумение, а может, Влада на самом деле стоит остерегаться. Я должна сама все увидеть.

Людей на большом перерыве в коридоре полно. Это и хорошо – могу не сильно переживать, что меня кто-то заметит. В любом случае коридор общий. У Влада пары начинаются сегодня после обеда, значит, он должен подняться сюда с первого этажа и выйти из-за того поворота. Подхожу к стенду с расписанием и делаю вид, что внимательно изучаю его.

Наконец за десять минут до окончания перерыва Влад появляется на этаже. Не спеша отхожу в сторону, в самый конец коридора, и подсаживаюсь на одну из лавочек к какой-то компании ребят, чтобы оттуда незаметно наблюдать за происходящим. Влад, не озираясь, целенаправленно идет в нужном ему направлении, широким шагом пересекает холл и останавливается возле какого-то парня в голубой рубашке, сидящего на скамейке возле окна. Тот самый Матвей? Они не здороваются, парень просто достает из рюкзака небольшую стопку бумаг в файле и протягивает ее Владу. Стрельцов так же молча забирает папку, по-отцовски хлопает парня по плечу и удаляется в том же направлении, откуда пришел.

Стоит Владу покинуть коридор, вскакиваю с лавочки и быстрым шагом направляюсь к парню, который только что передал бумаги.

– Привет, – здороваюсь с ним, на что тот никак не реагирует и продолжает смотреть в телефон. Тогда я повторяю снова, но уже чуть громче: – Привет. Ты же Матвей? Я Лера.

Парень слегка дергается от неожиданности и поднимает голову.

– Привет? – отвечает он полувопросом и смотрит на меня.

– Скорее всего, мой вопрос покажется тебе странным, но это же с тобой вчера Влад разговаривал по телефону? – сразу перехожу к делу.

Лицо парня мгновенно меняется, и теперь на нем явно отображен неподдельный ужас.

– Тебе что от меня надо? – нервно спрашивает он.

– Ничего, – пытаюсь его успокоить, – просто хочу кое-что для себя прояснить. Так это он тебе звонил?

– Это он тебя подослал, да? – Матвей начинает озираться по сторонам. – Это какая-то проверка, да? Я видел тебя с ним. Скажи Стрельцову, что может не переживать, я никому ничего не скажу.

Так, а вот это интересно. Неужели Влад реально его так запугал?

– Влад не знает, что я слышала этот разговор, и не знает, что я к тебе подошла.

– Я пошел. – Парень резко встает, хватает свой рюкзак и собирается уходить.

– Подожди, пожалуйста, я просто хочу кое-что понять, – пытаюсь его остановить. – Может, я смогу как-то помочь.

– Помочь?! – агрессивно шипит Матвей. – Просто не трогайте меня и мою семью. Я и так делаю все, что он хочет.

– Он тебя шантажирует?

Неужели это правда?

– Не строй из себя святошу. Не говори, что не знала, – фыркает он.

– Ты можешь рассказать, что именно происходит? – прошу его. – Я действительно хочу понять.

– Реально не понимаешь? Мой тебе совет – держись от него подальше, – говорит Матвей. – И от меня. Ты ничего не слышала. Если хоть что-то всплывет, я вас обоих убью. До свидания.

Матвей уходит, оставляя меня в коридоре в полном недоумении. В таких же потерянных чувствах иду на третью пару. Только вот препода я не слушаю: невозможно. Мысли совсем о другом. Что мы имеем? Изменившего мне бывшего, предавшего меня лучшего друга детства и институтского вымогателя. Отлично, похоже, я, как магнит, притягиваю к себе самых отстойных людей этого мира!

После пары спускаюсь вниз. Прохожу в столовую мимо коридора, ведущего в спортивный зал. Беру курник и возвращаюсь обратно. Сейчас у второго курса будет физкультура. У меня пар на сегодня больше нет. Иду в раздевалку, снимаю с крючка пальто и стою так с ним в руках несколько минут. Затем снова вешаю пальто на крючок и возвращаюсь к спортивному залу. По идее, пара уже идет. Боже, я совсем сошла с ума. Не попрусь же я сейчас в мужскую раздевалку?

Но ноги сами ведут меня в тот самый коридор, а руки сами толкают деревянную дверь с потертой буквой «М».

В раздевалке никого, только из душевых доносится чье-то неразборчивое мычание. Подхожу к первому шкафчику и дергаю на себя. Не тот. Так проверяю каждый, пока не замечаю в одном из них знакомую мне сумку.

Сердце стучит как бешеное. Рука тяжелеет, стоит ей опуститься в сумку и дотронуться до серого переплета чужого ежедневника. В голове мелькает разговор двухмесячной давности:

– Давно не видела, чтобы кто-то записывал все это в ежедневник.

– Привычка от отца. Не могу иначе.

– И что, прямо все записываешь туда?

– Абсолютно все.

Знаю, что мне нельзя читать ежедневник, ведь это наглое вторжение в чужое личное пространство. Но вдруг в этом блокноте есть записи, подтверждающие, что Влад шантажирует Матвея?

Глава 40

Декабрь 2023 г. Вадим

Заправляю кремовую рубашку в брюки, быстро кидаю взгляд на свое отражение в зеркале и выхожу из комнаты. Дома пусто. Родители на работе, Лера уехала еще рано утром. Не удивлюсь, если к Стрельцову. Сегодня ночью они уезжают в Москву, чтобы оттуда отправиться в Дубай, и, похоже, это та самая жирная точка в наших с ней отношениях. Я перееду в свой дом, и наши пути разбегутся окончательно. Как она и хотела.

Осталось пережить сегодняшний вечер. Через полчаса начнется ежегодный Зимний бал. От бала, правда, скорее одно название, по факту – из года в год в конце декабря после зачетной сессии институт давал студентам право осуществлять незыблемую традицию в виде вечера танцев. Вначале подразумевалось, что все будут приходить на бал в каких-то тематических костюмах. В итоге предписанное изначально правило со временем превратилось в пожелание – все просто надевали свои самые красивые наряды.

Для пар на балу особые условия: нужно вписать в бумажку свое имя и имя своего спутника, передать ее организаторам и назвать музыку, под которую вы будете выходить перед публикой в зал. Эту часть я совершенно спокойно передал в руки Алины еще в тот момент, когда позвал ее на бал, и просто стал ждать, когда этот вечер наконец пройдет.

Заезжаю за девушкой. Алина выходит из подъезда, кутаясь в короткую легкую шубку. Под шубкой тонкое бежевое платье, покрытое золотистыми чешуйками. Я точно это знаю, ведь это я купил ей его, когда позавчера после пар она затащила меня в торговый центр. Девушка садится рядом на переднее сиденье, и салон автомобиля наполняется ароматом розы. Приятно, конечно, но не то.

Паркуемся, выбираюсь из машины первым, открываю Алине дверь и подаю руку. Сегодня мы тоже в каком-то смысле надели костюмы и маски, только вот играем мы влюбленную парочку.

Двери в зал, где проводится Зимний бал, открыты, и мы проходим внутрь. Организаторы постарались на славу. Сейчас зал находится в самом лучшем его состоянии: в центре, под лестницей, стоит высокая красивая елка, украшенная большими бело-синими шарами; с потолка свисают искусственные переливающиеся на свету сосульки; от начала зала и до самой последней ступеньки лестницы поднимается белая ковровая дорожка, всем своим видом имитирующая заснеженную тропу; а на столиках, расположенных у стен, горят красивые длинные восковые свечи, украшенные у основания еловыми ветками. В общем, даже я не смог остаться равнодушным.

– Видишь табло? – спрашивает Алина.

– Ну.

– У нас тринадцатый номер…

И почему я не удивлен?

– Когда высветится наш номер, мы должны подняться на второй этаж по боковой лестнице, а когда услышим нашу музыку – спуститься вниз по центральной, – объясняет правила всего этого безумия девушка.

– И какая у нас песня?

– Я же вроде говорила. Эд Ширан, Give me love.

Ну вот, Вадим, поздравляю, ты дожил до того времени, когда тебе приходится выходить с девушкой под Эда Ширана. Впрочем, я с самого начала должен был быть к этому готов. Интересно, какую песню выбрала Лера? Их со Стрельцовым все еще нет. Так долго собираются или заняты чем-то еще?

Вот на табло начинают появляться номера. Играют знакомые и не очень треки, пары на лестнице сменяют друг друга. Уже десятый номер. Мы поднимаемся с Алиной наверх, перед нами остается только одна пара. Вот и наш трек. Пора. Мы сцепляем между собой руки и поворачиваемся к залу и к людям, смотрящим на нас снизу. Спускаемся. Ширан орет из динамиков слащавую хрень, рядом Алина с шикарной укладкой в своем ослепительном бежево-золотом платье, а я неожиданно понимаю, что чувствую сейчас себя несчастным. Еще два месяца назад я представлял себе этот бал совсем иначе, и девушку рядом – совсем другую.

И вот мы внизу, присоединяемся к остальным. Лера так и не появилась, ее бы я точно не упустил из виду, поэтому с появлением на табло нового номера каждый раз всматриваюсь в силуэты наверху. Короткие платья сменяются платьями в пол, костюмы – обычными джинсами и рубашками, классическая музыка – попсой. Не она, снова нет, и опять. Чувствую себя совсем поехавшим кретином, но ничего не могу с собой поделать.

Наконец на табло высвечивается номер последней пары. Адель сменяет песня Team Iggy Azalea, и на верхней ступени появляется она. Точнее, они. Сейчас меня переполняет множество эмоций: непонимание, восхищение, шок и желание рассмеяться на весь актовый зал.

Лера и ее одногруппница Настя. Они стоят рядом, значит, пришли на бал вместе. А как же Стрельцов?

Такого у нас еще не было, могу поспорить. Обе в платьях одного кроя – коротких, с полупрозрачным кружевом на рукавах и груди. Только вот платье Насти черное, волосы убраны в высокий тугой хвост, на губах алая помада и на глазах яркий макияж, который видно даже отсюда. Платье Леры же полностью белоснежное, волосы легкими волнами спадают на спину, а лицо подчеркивает нежный макияж. Ангел и демон. Полный контраст, но и полное сочетание в образах друг с другом. Лера шлет залу пламенный поцелуй, Настя дерзко показывает язык, они берут друг друга под руки и под громкие аплодисменты спускаются вниз.

Всеобщее внимание приковано к ним обеим. Мое же – только к одной. Божественна – идеально подходящее Лере слово. Девушки спускаются и направляются к компании, стоящей совсем рядом с нами.

– Ну как мы вам? – спрашивает Лерина однокурсница.

– Вы затмили всех, – отвечает парень-неформал из их группы. И я не могу с ним не согласиться.

– Ну а танец? – зачем-то включаюсь в их разговор. – Вы же не сможете танцевать вдвоем.

– Спорим? – провокационно отвечает на это Лера. – Насть?

Ангел и демон переглядываются между собой и идут в центр. Диджей включает ремикс нашумевшей песни Майли Сайрус Flowers, свет в зале заметно тускнеет, зажигаются точечные прожекторы, и я не могу оторвать взгляда от моего порочного ангела. Платье сидит на Лере идеально. Смотрю на полупрозрачное кружево в районе груди. Она без белья. Черт.

На меня не смотрит, зато улыбается всем вокруг. И меня это злит. Алина тоже начинает танцевать, она рядом, и я могу ее касаться. Но не она способна погасить пожар, сжигающий все внутри меня, а та, что делает вид, будто мое присутствие ее ничуть не волнует.

– А теперь, дорогие гости нашего Зимнего бала, объявляем произвольный танец, – после нескольких песен звучит голос диджея. – Вы можете пригласить кого угодно, любого партнера другой пары. Подойдите к выбору серьезно или останьтесь со своей парой: такой танец будет всего один раз.

Не выдерживаю, хватаю рыжеволосого ангела за руку и, дважды прокрутив, прижимаю к себе.

– Черепшин, ты чего творишь? – возмущенно шипит Лера.

– То, что должен. Где потеряла Стрельцова?

– Чемоданы пакует.

Спасибо за напоминание об этой проклятой поездке.

– А ты? Упаковала свои?

– А ты за меня не переживай.

Дерзит. Наглая мартышка.

– Рад, что ты пришла сюда со своей однокурсницей. Подарили половине присутствующих новые сексуальные фантазии.

– И тебе? – приподнимает она бровь. – Ну да, теперь обо всем, что связано со мной, ты можешь только фантазировать.

Ай, хороша.

– Завтра у тебя день рождения, – неожиданно произносит Лера.

– О, я думал, ты об этом уже забыла.

– Твоя мама прожужжала мне об этом все уши.

– Хоть кому-то я еще важен.

– Не прикидывайся жертвой, тебе не идет.

– Ну да, я забыл, это же только твоя роль.

– Бесишь. – По глазам вижу – разозлил.

– Взаимно, моя дорогая.

Песня заканчивается. Я даже не могу вспомнить, под какой трек мы танцевали. Лера возвращается к своим однокурсникам. Смотрю на Алину и понимаю, что больше не могу играть в этот цирк. Хватит с меня на сегодня да и вообще.

– Алин, – подхожу к девушке, – извини меня.

– За что? – удивленно спрашивает она.

– Я пойду.

– Ты из-за нее, да?

– Да, – честно отвечаю я.

– Эх, Черепшин, – вздыхает она, – послала бы, да с самого начала все было понятно.

Ее слова вызывают улыбку. Я благодарен ей за понимание.

– В общем, прости. И выглядишь ты просто превосходно. Повеселись. Ты заслужила.

Наклоняюсь к девушке, целую ее в щеку и в одиночестве покидаю Зимний бал.

Глава 41

Декабрь 2023 г. Вадим

В семь открывается институт. Я у ворот минута в минуту, прохожу внутрь под удивленный взгляд охранника. Голодный, не спавший, замерзший и ненавидящий все вокруг. Лучшее начало дня рождения. Хотя и ночка была зашибись.

После бала сел в машину и поехал по хорошо знакомому маршруту. Думал двинуть к Бешеному в клуб, все по старой схеме, так сказать, а в итоге всю ночь провел на улице, петляя между домами, центральной площадью и парком. Полночь встретил на набережной в гордом и совершенном одиночестве.

Я не хотел никого видеть и не хотел изображать, что все хорошо. Ничего хорошего нет и уже вряд ли будет. Я не мог вернуться домой, не мог смотреть на то, как под окнами паркуется гребаный «лексус» Стрельцова, как в него с дорожными сумками садится Лера и как они вместе уезжают в Москву. Лучше уж холод, дождь и тотальное чувство собственной никчемности.

Первым делом иду к спортивному залу, захожу в раздевалку, сбрасываю с себя вещи и встаю под горячий душ. Вряд ли кипяток сможет смыть воспоминания о сегодняшней ночи, но я хотя бы начинаю чувствовать себя живым. Чистый и еще горячий после душа, надеваю все ту же сырую одежду и иду в столовую. Она заработает только в восемь, но мне удается выпросить у работницы горячий чай.

Вскоре институт медленно оживает и заполняется сонными студентами. В восемь начинается первая пара, но я на нее не иду. Жду, пока стукнет девять, и, уверенный в том, что родители уже уехали на работу и что я точно никого не встречу дома, покидаю институт. Каких-то полчаса – и я дома.

Стоя у порога, слышу за дверью какие-то звуки. Пока ехал, мама прислала в чат сразу три поздравительные открытки, одну пестрее другой. Затем почти сразу же позвонила, еще раз поздравила и спросила, когда я приеду. Неужели они решили остаться дома?!

Что ж, придется делать вид, что я безумно рад любому сюрпризу, который они подготовили, пусть даже это танцующий двухметровый белый медведь, и врать, что в институте отменились пары. Не хочется их расстраивать.

Открываю замок и толкаю дверь. Но не успеваю нормально зайти, как кто-то чуть ли не сбивает меня с ног. Этот кто-то обнимает меня за шею и едва достает макушкой мне до подбородка. Не Лера. Пахнет иначе.

Кошусь вниз. Волосы темные. Это может быть только один человек, но это же бред…

– Ты чего так рано приперся?! Чуть все не обломал! – возмущается шатенка.

Эля?!

– Ты как здесь оказалась? – все еще пребываю в шоке от происходящего.

– Как, как, сели и приехали. Мы сами только полчаса назад пригнали.

Мы?!

– Ну привет, бро. – В коридоре появляется высокая фигура лучшего друга.

– Да вы го́ните!

Эти двое и правда здесь. Приперлись из своей Москвы ко мне, в мой день рождения! Получается, планы страдать весь день под Макса Коржа отменяются?

– А как же институт? – спрашиваю у них.

– Мы подумали, что за пару дней ничего не случится, тем более по многим предметам автоматы, – отвечает Ян. – Кстати, про институт. Каково это – в двадцать один год быть на втором курсе?

– Ха-ха, оборжаться. Я не виноват, что меня отдали в школу в семь с половиной, а не в шесть, как вас, засранцы.

– А вообще, – подходит к нам Эля, – это Лера нас позвала.

Мне не послышалось? Мартышка?

– Поясни, – говорю тихо, в горле мгновенно пересохло.

– Позвонила Яну пару дней назад. А когда он сказал, что не уверен, что у нас получится, стала угрожать ему, что знает, где он хранит свой мотоцикл, который он тут оставил перед отъездом, и ночью его спалит ко всем чертям.

А вот в это я уже верю. Только вот я одного не понимаю – зачем ей вписываться за меня, если она меня ненавидит. Что это за акция благотворительности: я уезжаю со Стрельцовым на моря, а тебе вызову друзей для утешения?

В замке звенит ключ, и через пару секунд в дверном проеме появляется мокрая после дождя рыжая макушка.

– Ребят, все готово, в общем. Можем ехать, как придет. Только… – Фраза обрывается, стоит Лере поднять глаза и увидеть меня. – О-у.

Кто-нибудь мне объяснит, что здесь вообще происходит? Что она здесь делает, если, по моим подсчетам, прямо сейчас должна быть за несколько сотен километров отсюда? Молча пристально смотрю на Леру.

– Э-э-э-э, поговорим? – немного неуверенно предлагает она.

– Хотелось бы.

Лера что-то тихо бубнит Эле, та кивает и, указав Яну на улицу, идет к двери.

– Решила убить меня и избавляешься от свидетелей? – спрашиваю у Леры, когда друзья выходят из дома и мы остаемся одни.

– А?

– Ну, другого объяснения происходящего я не вижу. Почему ты не уехала со Стрельцовым и почему позвала моих друзей? Я же вроде как в списке прокаженных.

Лера вешает мокрую олимпийку на крючок и становится напротив. Она поднимает голову, теперь мы смотрим друг другу в глаза и нас разделяет буквально несколько десятков сантиметров.

– Вадим, я все знаю, – говорит она, – про тебя и Влада.

– Все? – вырывается короткий вопрос из вмиг пересохшего горла.

– Думаю, да, – девушка слегка наклоняет голову вбок.

– Давно?

– Нет, всего несколько дней.

Так вот почему она пришла на бал с Настей!

– И что скажешь?

– Что ты придурок, – слегка улыбаясь, выдыхает Лера. – И еще с днем рождения!

Глава 42

Октябрь 2023 г. Вадим

Беру из шкафчика бутылку с водой, часть лью на волосы и делаю глоток. В конце коридора замечаю знакомый силуэт.

– Влад?

Стрельцов выходит из темноты под тусклый белый свет лампочек. Наш бой начнется с минуты на минуту, и он уже одет в форму.

– Чего тут забыл? – По правилам он должен выходить на арену из другой раздевалки. Бойцы не должны пересекаться до боя.

– Так, – вальяжно произносит Стрельцов, – один момент надо решить.

– Думал, мы его решим на арене.

– Это безусловно, – ухмыляется он. – Но ты же не думал, что все будет так просто, да?

– А, ты за этим? Ну что ты, мог бы попросить в институте. Обещаю не отправлять в нокаут в первые десять секунд и дам насладиться вниманием. Тридцати хватит?

– Я рад, что у тебя прекрасное настроение. У меня оно тоже замечательное.

– Тогда, может, хватит чесать языком?

Мне уже порядком надоело все это. Я просто хочу скорее поставить его на место и уехать вместе с Лерой домой.

Стрельцов открывает свою бутылку и с громким звуком делает несколько глотков.

– Я тут у отца навел кое-какие справки о твоей семье. – Он ставит бутылку на шкафчик и вальяжно опирается о металлическую дверцу. – Оказывается, твой отец в своей мастерской угнанными тачками приторговывал в пятнадцатом году.

Я слышал, что у отца не всегда все было чисто с бизнесом, но то, что это знал еще и Стрельцов, уже совсем плохо. Судя по тому, что я слышал, этот гаденыш умело пользовался любой информацией ради своей выгоды. Отец давно раскаялся и бросил все это дело. В конце пятнадцатого года он оборвал все связи с теми, кто впутал его в нелегальный бизнес, и решил дальше действовать только в рамках закона.

– Тебе чего надо?

– Знал, что за грабеж до двенадцати лет дают? А тачек, думаю, было немало.

– Это было больше восьми лет назад…

– Так можно и поднять, – пожимает одним плечом одногруппник. – Уверен, у моего отца в кабинете до сих пор хранятся все доки.

– Не стремно своего отца подставлять? Он же дело и замял. Все, чем ты понтуешься, куплено на деньги тех, кого твой папочка прикрывает. За укрытие и содействие полагается увольнение и… сколько там лет дают?

– Ну я же ради правосудия. Это важнее родственных связей.

Врет как дышит. Плевать он хотел и на правосудие, и на своего отца.

– Понял, ты и так и так в плюсе. Или все делают, что ты им говоришь, или ты таким образом избавляешься от папочки-тирана.

– Проницательно.

– Сильно тебя избивал, да?

Стрельцов молчит, и я знаю, что попал в точку. Ублюдок вырастил ублюдка.

– Так чего ты хочешь от меня?

Пора заканчивать весь этот фарс.

– Ты должен сдаться в первом же раунде, – озвучивает свои условия Стрельцов, и это только вызывает у меня приглушенный смех.

– То есть такой план изначально и был, да? Вертишься возле Леры, зная, как меня это бесит и что в конце концов я соглашусь выйти с тобой на арену. Ты же мечтал об этом с тех пор, как вместо вписки в твоем шикарном доме все предпочли собраться у меня. Знаешь, это как-то мелковато даже для тебя.

– Ты прав, – легко соглашается Влад, и это заставляет меня напрячься, – потому что есть еще одно условие.

– Тон сбавь, я еще ни на что не соглашался.

– Ты можешь и дальше строить из себя крутого, только уже завтра я сделаю так, что твоего отца повяжут.

Стрельцов – подонок. И я знаю, что он не блефует, он действительно может испортить жизнь другому просто потому, что ему так захочется. Ему плевать на мою семью, плевать на своего отца, его волнует только он сам. И, к сожалению, пока у меня нет против него козырей.

– Ну?

– Лера же наверняка говорила тебе о выставке.

– И?

– Надо всего лишь испортить ее картину.

Чего? Не многовато ли хочет?

– Пошел ты. Хочешь понтануться на арене – я дам тебе такую возможность, но о выставке забудь.

Я не буду так подставлять Леру.

– Ладно, – спокойно соглашается Влад. – Я-то думал, что уже прижал тебя к стенке, а тебе плевать на своего отца. Тогда завтра к вечеру ждите гостей с мигалками. Я не настаиваю, твое право.

– Не смей. Трогать. Мою. Семью, – рычу я.

– Выполни мои условия и продолжай дальше наслаждаться жизнью. Обещаю, больше приставать не буду.

– Ага, и я должен тебе поверить. Твои слова вообще ничего не стоят.

– Ну-ну, это ты зря. – Стрельцов берет бутылку со шкафчика и собирается уходить. – Может, я действую не совсем благородными методами, но за слова отвечаю.

– Тебе зачем это все? – кричу ему в спину, когда тот уже подходит к двери, ведущей в другую раздевалку. Эта выставка значит для Леры так много, и он прекрасно знает об этом. Зачем ему рушить и ее мечты?

– Мне? Мне это не нужно. Это нужно тебе и твоему недоуголовнику-отцу. Ты подумай, до боя еще есть время. Только знай, если решишься, а потом сольешь наш разговор Лере, я отправлю все бумаги куда надо.

Хлопает дверь, и я остаюсь в раздевалке один. Со злости швыряю бутылку в стену. Крышка отлетает, и вода растекается по стене большим уродливым пятном. Дьявол.

Уверен, что Стрельцов еще давно навел обо мне справки, но ждал, пока появится что-то, что сможет действительно причинить мне боль.

С арены раздается голос Бешеного. Через пару минут я буду должен выйти к нему и сделать выбор: свобода отца или мечта Леры. И, что бы я ни выбрал, это будет означать то, что с одним из них мне придется попрощаться.

Глава 43

Декабрь 2023 г. Лера

Мы выходим из дома и направляемся к машине, где нас уже ждут Ян и Эля. Кажется, прошла вечность с того момента, когда мы с Вадимом делали что-то вместе. Сейчас меня переполняют совершенно разные эмоции, но одно я знаю наверняка – наш с Вадимом разговор подарил мне чувство облегчения. Наконец груз, который я носила на себе почти два месяца, валяется где-то под окнами дома Черепшиных.

– И как ты узнала? – спрашивает Вадим. Я прекрасно вижу, как сильно он напряжен сейчас. – Не верю, что Стрельцов признался сам.

– Подслушала его разговор по телефону, он кому-то угрожал. А затем проследила за ним.

– То есть он просто-напросто спалился? – усмехается Вадим.

– Ну или просто я оказалась не в то время и не в том месте. Можно сказать спасибо за это моему мочевому пузырю.

Попытка пошутить разбивается о задумчивое непроницаемое выражение лица парня.

– Я вот думаю, – говорит Вадим, смотря куда-то сквозь меня, – когда теперь сюда заявится полиция, чтобы арестовать отца. Уверен, Стрельцов захочет преподнести свой подарок именно в мой день рождения.

Так вот о чем он думает!

– Не переживай, никто сюда не заявится, – пытаюсь успокоить его фантазии на этот счет.

– Ты не знаешь Стрельцова, – криво улыбается Вадим.

Знаю, теперь я точно его знаю.

– Вот, – достаю из кармана заранее подготовленный лист.

– Это что? – вопросительно смотрит на него Вадим.

– Подписи всех, кому Влад угрожал и кого шантажировал.

– И как же ты узнала список его должников?

– Вспомнила, что он любитель записывать всё в свой ежедневник. Подумала, есть вероятность, что он и это записывал туда. И оказалась права. А дальше нашла всех, кого он шантажировал, и убедила их, что вместе у нас получится его прижать.

– И что, получилось?

– Двенадцать признаний и видеоподтверждений. Пришла с этим к нему.

– Уверен, он взбесился. – Наконец на лице Вадима появляется довольная улыбка.

– О, он был в ярости.

– Угрожал?

– Пытался. Но я сказала ему, что если он что-то выкинет или если я узнаю еще хоть об одном случае шантажа с его стороны, то мы с ребятами пойдем с этим в полицию. Поодиночке они боялись, но вместе мы легко сможем его прижать. Если не посадят, то из института за такое выпрут точно. И он это прекрасно понимает.

Лоб Вадима разглаживается от морщинок, и парень едва слышно выдыхает.

– То есть теперь ты на меня не сердишься? – спрашивает он.

– Смеешься? Ты мог рассказать все мне, и мы бы вместе что-нибудь придумали. А так мне пришлось два месяца таскаться с этим индюком, чтобы тебя выбесить.

– Как у тебя все просто, – фыркает парень.

– Ну, не всем же быть такими сложными, как ты.

Ян за рулем, Вадим еще не в курсе, куда мы едем и что для него приготовили. Не знаю, как ребята, но я от предвкушения не могу сидеть спокойно и то и дело верчусь из стороны в сторону, как ужаленная.

Вот и промежуточная остановка. Ян глушит мотор на самой окраине города, неподалеку от бензозаправки. Здесь же уже стоят еще три автомобиля.

– Ну вы пси-и-и-ихи, – протягивает Вадим, увидев знакомые лица.

– Это все она, – Ян кивает на меня и выходит из машины.

Так как я узнала о том, что Стрельцов говнюк и что с ним ни в какой Дубай я точно не поеду, всего за несколько дней до дня рождения Вадима, то подготовить заранее подарок у меня не вышло. Зато, недолго думая, я решила собрать его друзей из школьной команды по водному поло. Я знала, что он играл около шести лет и до сих пор поддерживает с парнями связь.

На расстоянии ото всех замечаю миниатюрную девушку с цветными сиреневыми прядями волос по бокам.

– Лер, это Даша, – представляет мне девушку Эля, – моя лучшая подруга, вместе учились в школе. Подумала, будет прикольно позвать ее с нами, раз уж мы тут всего на пару дней.

– Привет, конечно, – улыбаюсь девушке, – рада познакомиться. О, а вон идет Настя, – замечаю вдалеке однокурсницу, выходящую из только что подъехавшего такси.

– А я думал, ты с братиком на моря умчала, – обращается к ней Вадим.

То есть он знал, что они сводные?

– Во-первых, он мне не брат, – закатывает глаза девушка. – А во-вторых, делать мне больше нечего.

Насте я ничего не говорила ни про список Влада, ни про выставку. Это уже не имеет никакого значения, да и не хочу, чтобы она, не дай бог, испытывала какую-то вину или думала, что заняла первое место по блату. Она действительно заслуживает того, чтобы поехать на стажировку.

– Так, и куда мы? – подходит к нам Вадим. Чувствую его широкую ладонь на своей талии, и от этого жеста мне становится тепло. Как же я соскучилась по нам.

– О, ты прекрасно знаешь это место, – говорит Эля.

– Не говори, что это то, о чем я думаю.

– Ладно, – пожимает плечами девушка, – не буду.

– А ты чокнутая, – наклоняясь, шепчет мне на ухо парень.

Пф-ф, не новость.

– Ну что, как поедем? – окликает нас Ян.

– Вы как хотите, но мы забираем его тачку, – командует Эля, указывая на машину Вадима.

– Мелкая, а ты не обнаглела? Вообще-то я на это не соглашался, – протестует Вадим.

– А я вообще-то не спрашивала твоего разрешения, – показывает ему язык Эля.

– У тебя хотя бы права-то есть? Я что-то упустил этот момент.

– Сдала, пока жила у тети, – отвечает девушка.

Прикольно, не так часто можно встретить девчонок, которые могут себе позволить так общаться с Вадимом. На удивление, тот фыркает, но кидает ей ключи от своего авто и идет к парням.

Я раздаю всем купленные вчера рации, по одной на каждую машину. Не знаю, зачем я их купила, просто увидела на витрине магазина, а дальше уже искра, буря, безумие. В общем, еще одна мечта детства – выполнена. Новым составом рассаживаемся по машинам. Теперь за рулем «ауди» сидит Эля я рядом, а позади нас Даша и Настя.

– Ну что, за веселую дорогу. – Эля врубает на всю громкость песню POWERS Beat Of My Drum и выезжает на трассу.

За окном мелькают бесконечные поля. Я помню эту дорогу, но помню смутно, мы проезжали здесь, когда были с Вадимом еще совсем детьми. Похоже, что все присутствующие, кроме нас с Настей, уже бывали в том месте, куда мы направляемся. Его мне предложила Эля, когда я им позвонила. Какая-то уютная турбаза с деревянными домиками на берегу Азовского моря. Решила довериться.

Так интересно, еще неделю назад я была уверена в том, что проведу этот день совсем иначе и совсем в другой компании. Не хочется думать о том, что было бы, узнай я правду уже после поездки с семьей Стрельцовых. Теперь же всё на своих местах: у Вадима день рождения и я в этот день с ним. Мы снова можем шутить, подкалывать друг друга и просто быть рядом. Так мало и в то же время так много.

– Эй, парни, – звучит по рации голос Яна, когда до базы остается примерно около десяти километров, – кто первый доберется, тот и заберет себе дом с видом на море. Девчонки, не бойтесь, мы оставим вам хороший домик рядом со столовой.

Смотрю на Элю. Он ее провоцирует!

– Девочки? – поворачивается ко всем шатенка. – Вы же понимаете, что мы обязаны надрать им зад?

И атмосфера в машине меняется. Как и музыка: теперь на весь салон играет песня Out of Control группы Hoobastank. Даша оперативно закрывает окно, Эля сильнее жмет на педаль газа, и мы вырываемся вперед.

Четыре машины на большой скорости несутся по пустой трассе, окруженной пустыми полями. Сумасшествие, от которого срывает крышу. Мне хочется кричать и смеяться. Что я и делаю. Не замечаю, как сама начинаю подпевать, срывая горло. Черт, это опьяняет. Это именно то, что было мне нужно весь этот месяц. Мы обгоняем две машины. Осталась еще одна. Вадим и Ян. До турбазы всего лишь один километр. Шансы ничтожно малы. Кошусь на Элю и понимаю, что она даже не собирается отступать.

Девушка поворачивает налево, мы выезжаем на встречку и равняемся с машиной парней.

– Эль! – кричит Даша, когда из-за поворота появляется фура, несущаяся прямо на нас. – Эля, блин!

Но девушка и не думает тормозить. Ее пальцы только сильнее сжимают руль. Настя и Даша орут. Я молчу, как завороженная, смотря на приближающуюся фуру. Несколько десятков метров до столкновения и всего несколько секунд.

Один.

Два.

Три.

Четы…

Машина парней тормозит, уступая нам место. Эля резко сворачивает вправо, и мы в последний момент возвращаемся на нашу полосу, обгоняя уступивших нам дорогу парней. Фура проносится мимо. А Эля, не дав никому опомниться, снова нажимает на газ. Теперь они точно нас не обгонят.

– Я тебя убью! – звучит по рации голос Яна.

– Поехавшая! – кричит Даша сквозь истеричный смех.

– Больная, – добавляет Настя.

– Я знала, что они уступят, – отвечает Эля и пожимает плечами.

Кажется, я начинаю ей восхищаться.

Наконец мы останавливаемся у ворот турбазы. Парни подъезжают через несколько минут.

– Ну что, дом наш, – кокетливо улыбается Эля Яну, когда тот выходит из машины.

– Могла бы уступить имениннику, – фыркает Вадим.

– Прости, в следующий раз предупреди, если захочешь играть в поддавки, – подмигивает ему девушка.

– Я тебя убью, – повторяет Ян, гневно смотря на свою девушку.

– Окей, но только после ужина.

– У них так всегда? – тихо спрашиваю Вадима.

– Скажем так, это самое легкое такое проявление из возможных, – отвечает парень.

Мы достаем из багажника сумки с вещами и, минуя охранную будку, проходим на территорию. Делаю глубокий вдох. Пахнет морем.

Глава 44

Декабрь 2023 г. Вадим

Пахнет морем. В последний раз я был на этой турбазе почти полгода назад, когда мы с ребятами из школы решили собраться на общий выезд выпускников. Сейчас здесь все иначе: меньше людей; из колонок, прикрепленных к столбам изолентой, играют новогодние песни; редкие деревья обмотаны светящейся гирляндой… А еще в этот раз я приехал сюда вместе с Лерой. Точнее, это она меня сюда привезла.

Стрельцов в прошлом, ее «недопарень» Миша в прошлом, выставка тоже в прошлом, и в настоящем остались только мы с ней. Я и моя дикая кусачая мартышка. С ума сойти. Только теперь я чувствую себя еще большим психом: я хочу быть всегда рядом с ней, всегда ее касаться, всегда ловить на себе ее взгляд. И я больше ни за что не позволю никому стать между нами. Хватит.

Улыбчивая кудрявая женщина, увидев нас, выбегает из домика администрации и ведет к берегу.

– Слава богу, в этот раз никаких палаток, – выдыхает Ян, когда женщина вручает нам три ключа. Летом мы ночевали с ним в четырехместной палатке прямо на берегу.

– Я думал, тебе понравилось ко мне прижиматься.

– Это я тебя ногами пинал, – бурчит друг.

– Ага, рассказывай.

Девочки на правах победителей занимают лучший домик с большой террасой и видом на все побережье. Мы же с парнями располагаемся в соседних домиках, абсолютно таких же, только вот террасы у них выходят вбок, позволяя любоваться лишь частичкой вида на ничем не примечательное, но такое родное Азовское море. Сколько раз я бегал в детстве по этому песчаному побережью, ловил ушастых ежей, плавал на досках и просыпался в деревянных домиках-будках под крики тощих чаек?

– Жрать хочу, сдохну сейчас, – воет Миха, пока мы поднимаемся по ступенькам к крыльцу.

– Не ты один, – вторит Дэн.

Поэтому, недолго думая, просто кидаем сумки в тесном коридоре нашего домика и толпой из шестнадцати человек выдвигаемся в столовую.

– Пахнет борщом, – глубоко вдыхаю аромат еды, когда мы заходим туда.

– Ага, и котлетами, – добавляет Ян. – Считаю, идеальное праздничное меню.

– Вот ты смеешься, а там, похоже, еще и оливьеха стоит.

– Каюсь, условия королевские.

Под недовольное ворчание сотрудников сдвигаем столы.

– Ты в центр! – командуют ребята.

– Да ну, прекратите! – отмахиваюсь от них, но парни все же усаживают меня во главе стола.

Борюсь с желанием отодвинуть стул рядом с собой и позвать Леру. После недавних происшествий уже даже это кажется мне чем-то из ряда вон выходящим. И с трудом прячу довольную улыбку, когда вижу, что девушка сама направляется ко мне.

– Приятного, – говорит она.

– А я думал, ты снова пожелаешь мне подавиться.

Не знаю, зачем снова провоцирую ее.

– Если хочешь, могу пожелать и это.

– Нет, спасибо, это слишком даже для дня рождения.

Оливьешка и правда оказывается божественной. Мне хочется мычать от удовольствия, когда соленый огурец вперемешку с докторской колбасой попадает на мои вкусовые сосочки. Или дело просто в том, что это первая моя еда со вчерашнего дня?

На мгновение поднимаю голову от тарелки и оглядываюсь вокруг. Прямо передо мной мои друзья, моя команда, моя самая настоящая семья. С этими парнями в школьные годы мы постоянно тусовались вместе: ездили на сборы, зависали у Бешеного, исследовали заброшки, кадрили девчонок. И всех их вместе на мой день рождения собрала девушка, сидящая справа от меня, девушка, которую я люблю. Хочется завладеть камнями бесконечности и просто остановить этот момент, ну или проживать его снова и снова.

Лера и Эля о чем-то шепчутся. Девушки выглядят загадочно, словно что-то замышляют.

– Ну, какие теперь планы? – спрашиваю у ребят. – Предлагаю пойти на берег и зажечь костер.

– Это после, – интригующе обламывает мое предложение Эля.

Так, что на этот раз? Это что, еще не все сюрпризы на сегодня?

– А сейчас?

– Это ты у Леры спроси, – как ни в чем не бывало пожимает плечами шатенка.

– Я отказываюсь отвечать на этот вопрос, – примерно с таким же настроением отвечает Лера. – По крайней мере, вот так во время обеда.

Что это значит?

– Все слышали? – кричит Ян. – Быстрее хаваем.

– Мартышка, ты что задумала? – спрашиваю у этой слишком уж довольной мордашки.

– Волнующе, когда не ты контролируешь ситуацию, не правда ли?

Слишком хорошо меня знает, хоть в этот раз интрига и должна быть приятной.

– Ну? – нетерпеливо спрашиваю, когда мы встаем из-за стола.

– Позволь мне еще одну шалость. – Лера становится мне за спину. – Последнюю.

– У нас с тобой разные представления о шалостях.

Она фыркает. И следом мои глаза накрывает какая-то темная ткань. Месть за посвят?

– Доверься, – шепчет эта маленькая бестия мне на ухо, а мне лишь остается принять правила этой игры.

– Веди.

Мы идем несколько минут и вскоре, как я понимаю, выходим за ворота и оказываемся на парковке.

– Осторожно, тут дверь, не ударься, – предупреждает Лера, подводя меня к машине.

– Мы же только приехали.

Ничего не понимаю. Но похоже, что всем весело. Очень за них рад, только вот мне все больше хочется сдернуть с себя эту чертову повязку. Едем недолго. По ощущениям через каких-то пятнадцать-двадцать минут машина останавливается. Вылезаем и снова куда-то идем. Дверь. Лестница. Еще дверь. И еще что-то, очень знакомое и до боли родное. Запах хлорки!

Повязка спадает с глаз. Мы в бассейне. Точнее, еще в раздевалке, но я точно знаю, что за одной из дверей вода. И что меня туда тянет.

– И что это значит?

– Это значит быстро переодеваемся и в воду, – командует Ян, как в старые добрые школьные времена, и пихает мне в руки пакет с плавками.

– Есть, о капитан мой, капитан!

Леры здесь нет, раздевалка мужская как-никак, но клянусь, была бы она здесь, я бы точно не сдержался, притянул к себе и поцеловал. Она все это придумала. Для меня.

Быстро переодеваемся и, минуя душевые, выходим в большой бассейн.

– Парни, у меня нет слов, – выдыхаю я.

Сейчас я счастлив как никогда. Я, Ян, наши парни, бассейн, пусть не родной школьный, но бассейн. И Лера, моя Лера, на трибунах.

– Ну что, вы так и будете мяться или пойдете в воду?! – тем же командным тоном обращается к нам Ян. – Дэн, Леха, Бурый, Дима и Тоха со мной, остальные с Вадимом.

И уже когда мы оказываемся в воде, говорит мне:

– Давненько мы не играли друг против друга.

Это точно.

– Осталось вдвоем выйти на арену, – ухмыляюсь я.

– Ну, это уже совсем безумие, – смеется Ян. – Ну что, она смотрит. Готов? – Мы оба понимаем, о ком речь.

– Эля тоже смотрит, – напоминаю ему.

– Знаю.

А это значит, что мы оба сделаем все, чтобы победить.

Глава 45

Декабрь 2023 г. Лера

Настя и Даша спускаются к воде. Мы с Элей сидим наверху. Здесь довольно тепло. Снимаю свитер и остаюсь в одной футболке. Давно я не была в бассейне, а ведь раньше мы с родителями часто ездили на соревнования Вадима. Я даже пару раз ходила с ним на тренировки, когда оставалась у них на каникулы.

Не могу оторвать взгляда от него. И понимаю, что невольно восхищаюсь им всем: его скоростью, тем, как он чувствует водную стихию, как перехватывает мяч у противника, как отдает команды и ведет своих ребят к победе. Он точно знает, чего хочет. В отличие от меня.

Теперь мне кажется, что я запуталась. Но запуталась уже давно, в себе, в своих чувствах и ощущениях. Вадим всегда был моей внутренней опорой, и, когда два года назад он почти совсем исчез из моей жизни, я этой опоры лишилась. Прямо как и два месяца назад. И теперь нам снова придется заново все выстраивать.

– А ведь я тоже должна сказать тебе спасибо, – неожиданно произносит Эля. – Яну это тоже было нужно, очень нужно.

Поворачиваюсь к девушке. Она смотрит вниз, на воду, ее взгляд сосредоточен, и я знаю, на кого она смотрит. И в этом ее взгляде столько теплоты и восхищения, что, не сдержавшись, я все же задаю вопрос:

– Как у вас получилось?

Я знала, что ребята учились в одной школе и были соседями. Знала, что все старшие классы они буквально терпеть друг друга не могли, что Ян был тем еще засранцем и натворил дел. Так как они смогли забыть все плохое, что между ними было, и жить дальше? Каково это – начать с чистого листа?

– Не все так просто, – задумчиво отвечает Эля. – Точнее нет, все вообще не просто. Ты не представляешь, сколько боли мы осознанно причинили друг другу.

О, боюсь, что в этом я как раз ее понимаю. Последние два месяца во мне буквально кипела ярость вперемешку с обидой и ненавистью. Я буквально хотела, чтобы Вадиму было больно, чтобы он понял, какую боль причинил мне.

– И все же теперь вы вместе, несмотря на то, что между вами было. Как?

– Не знаю, наверное, потому, что я поняла, что ближе него у меня никого нет и вряд ли будет, и еще, – Эля делает небольшую паузу, – что я без него не могу. Как бы ни пыталась убежать, только с ним я чувствую себя собой.

– Звучит как что-то не очень здоровое.

– А кто из нас не болен?

Это правда. Порой мне кажется, что мы все немного больные, раз сами же целенаправленно постоянно усложняем себе жизнь.

– Я ведь пыталась переключиться, встречалась с другим парнем, – продолжает Эля.

– И как?

– Да никак, – слегка поджимает губы девушка. – Он был замечательным, по крайней мере мне так казалось. Но я не испытывала ничего того, что всегда ощущала рядом с Яном. Не цепляло.

Она буквально озвучивает мои переживания, которые сопровождали меня несколько лет. Все эти годы я боялась, что никто не сможет превзойти Вадима. Даже находясь в отношениях, думала о том, как бы сложилась наша жизнь, если бы Вадим относился ко мне не только как к подруге детства.

– Мне кажется, я очень тебя понимаю, – отвечаю Эле и снова смотрю на воду.

– Он тебе всегда нравился? – спрашивает Эля, проследив за моим взглядом.

Киваю. Чего скрывать, вряд ли она расскажет об этом кому-нибудь.

– Но какой смысл, мы друзья, так было всегда. Я буду рада за него, если он найдет свою вторую половинку и будет с ней счастлив.

– Тогда ты должна знать, что летом, когда мы сидели на берегу этой самой турбазы, он рассказал мне об одной девушке, в которую влюблен. И этими словами открыл мне глаза на наши с Яном отношения. Наверное, я могу сказать, что именно это место во многом изменило мою жизнь.

На этих словах почему-то больно прикусываю внутреннюю часть щеки.

– И что же он рассказал?

– Что мы с Яном дураки и что будь у него самого хоть один шанс быть с той, кого он любит, он бы наплевал на все остальное и просто был рядом. Теперь я понимаю, о ком он тогда говорил.

– Ошибаешься, это точно не про меня.

Будь у него какие-то чувства ко мне, он бы, наверное, об этом сказал.

– Так спроси у него, почему он исчез из твоей жизни ровно в тот момент, когда ты начала встречаться с другим.

Эле удается посеять во мне зерно сомнения. Снова и снова прокручиваю события последних лет. Два года. Я начала встречаться с Мишей. Вадим пропал со всех радаров. Совпадение?

Игра кончается ничьей, чего и следовало ожидать. Вадим и Ян – упертые бараны. Если бы не администрация бассейна, пришедшая нас выгонять, они бы оставались в воде до тех пор, пока кто-то из них не выиграет, ну или, в их случае, не умрет.

После игры возвращаемся на турбазу и, захватив из домиков теплые пледы, идем к берегу. Парни разжигают здоровенный костер. Ни он, ни куртки, ни даже пледы не спасают от холодного ветра, но это не мешает нам наслаждаться моментом. Завороженно смотрю на языки пламени, разрезающие тьму вечера и устремляющиеся прямо к звездам.

– Нравится?

Вадим накидывает мне на плечи и свой плед и осторожно приобнимает сзади. Нравится. Очень.

– Гоу в ассоциации? – предлагает Даша, и ребята подхватывают эту идею.

– По кругу или с именинника? – уточняет Эля.

– По кругу, – молниеносно отвечает Вадим.

Кто бы сомневался.

– Короче, – начинает объяснять правила Даша. – Один человек – одно слово-ассоциация от каждого, без объяснений.

Звучит необычно, никогда не играла в такие ассоциации. Но интересно узнать, кто и что о тебе думает.

Слушаю вполуха, только тех, кого хорошо знаю, в основном же просто растворяюсь в моментах этого вечера. Костер, плед, звезды, жареный хлеб, песок, шум волн, Вадим, сидящий рядом.

Ян: волк, гром, лидер, вода, страсть. Опасный, спокойный, разрушительный, эмоциональный.

Эля: одуван, буря, бесстрашие, выбор, летний вечер. Последовательная, взрывная, всегда выбирает свой путь и себя.

Очередь доходит до меня. Кто я? Меня здесь знают единицы. И только один знает меня слишком хорошо.

Для Эли я кошка, для Насти огонь, Ян неожиданно называет меня мартышкой. Это запрещенный прием, так должен был ответить Вадим. Тогда что же он скажет?

– Одержимость, – произносит Вадим глухо.

Одержимость. И никаких шуток? Это признание вызывает смешанные чувства в контексте нашего недавнего разговора с Элей. Что, если все эти годы я действительно была слепа и не замечала того, кто всегда был ближе всех? Паршиво, и от этого еще хуже.

И, наконец, Вадим. Душа, взрыв, друг, ураган, веселье, верность… Моя очередь. Прикрываю глаза, чтобы подумать. Вроде игра, но это совсем не просто.

– Дом, – называю свою ассоциацию.

– Почему именно это? – спрашивает тихо Вадим.

Поворачиваюсь к парню и все же решаюсь озвучить то, что занимало мои мысли последние три дня:

– Потому что только рядом с тобой я чувствую себя дома. Ты и есть мой дом и моя семья.

– Мартышка… – шепчет он и утыкается в мои волосы.

– Ты назвал меня иначе, – стараясь разрядить обстановку, напоминаю ему.

– Да, – Вадим наклоняется еще ближе, – ты моя одержимость, мой гребаный капкан. Но еще ты все равно моя мартышка, и я придушу Яна, ведь только я имею право так тебя называть.

– Собственник… – закатываю глаза.

– Всегда им был.

Но это признание выглядит таким интимным, что вся аура компанейского парня вмиг стирается, открывая взору что-то более глубокое и ранимое. Завтра мы все уедем домой. И вроде бы все вернется на круги своя и станет как прежде. Но станет ли для меня? Вспоминаю слова Эли: «Это место во многом изменило мою жизнь».

Видимо, это место затронуло и мою душу.

Глава 46

Декабрь 2023 г. Вадим

Стою у окна, смотря на мрачную пустоту перед собой, туда, где еще час назад мы сидели возле костра. Через десять минут полночь и наступит другой день. Почему-то под конец дня рождения всегда немного паршиво, но не сейчас. Сегодня я получил все, на что вообще никак не рассчитывал: девушку, друзей, прощение.

– Ты спать-то будешь? – спрашивает Ян, выключая ночник над своей кроватью.

Дэн и Миха уже спят, надо бы тоже, завтра рано вставать, да только не уверен, что получится уснуть.

– Да, да, сейчас.

Ну вот что мне мешает сейчас взять и пойти к ней? Что со мной не так? Почему я могу спокойно подойти к любой девчонке, но, когда хочу признаться Лере, сразу язык деревенеет? И так раз за разом, и из-за моей медлительности кто-нибудь приходит: то Миша, то Стрельцов. Хотя с чего я взял, что дело только в них? Может, я ей просто неинтересен, и все? Ну вот, я опять нахожу оправдания. Надо просто сказать, а дальше будь что будет.

На террасе в домике девчонок зажигается уличный фонарь. Чего это они? Подхожу ближе к окну, чтобы посмотреть, что там у них происходит. Отсюда видно только часть их террасы, но на пару секунд мне все же удается разглядеть вышедшего на улицу человека. Рыжие волосы. Этого достаточно.

Быстро иду к кровати, надеваю толстовку и куртку и направляюсь к выходу.

– Ты куда? – сонно бормочет Ян.

– Охотиться на медуз, – бросаю у двери.

– Придурок… – прилетает недовольное ворчание в спину.

Ночью на улице ощутимо холодно. Зря я не взял плед. Огибаю дом и иду на свет фонаря. Лера сидит в деревянном кресле, укутавшись в плед, прямо перед ней на небольшом столике стоит стакан остывающего чая и лежит ее скетчбук с набросками.

– Не холодновато ли для творчества? – ловко перелезаю через деревянное ограждение.

– Блин! – Лера от неожиданности дергается и проливает на стол немного чая из пластикового стакана. – Обязательно было пугать?

– Не мог упустить такую возможность, извини, – подхожу к ней и вглядываюсь в рисунок. – Что рисуешь и почему сейчас?

– Не спится, – отвечает на второй вопрос девушка и замолкает.

– Так а рисуешь-то что?

– Ну, как бы сказать… – мнется она. – Только давай без лишних вопросов.

– Я заинтригован.

Лера делает глубокий вздох.

– Тебя, – наконец говорит она. – Я пытаюсь нарисовать тебя.

А вот это неожиданно.

– Хм, – подтягиваю к себе еще один деревянный стул и сажусь на него. – И как, выходит?

– Да пока не выходит.

– А что, слишком неотразимый?

Стараюсь шутить, но за шутками скрывается волнение.

– Я бы сказала, слишком сложный.

– Вот как. – Что именно это значит? – А Мишу рисовала?

– Рисовала.

Ясно, вовсе ты, Вадим, не исключительный.

– И как? Получилось?

– Наверное.

– Это потому что он не сложный?

– Это потому что ты сложнее всех.

И это говорит мне она?!

– Это почему?

– Потому что раньше я думала, что знаю тебя.

– А теперь?

– А теперь я ни в чем не уверена.

Хм, интересно получается.

– Давай тогда разгадывать эту сложность.

– М? – непонимающе смотрит на меня девушка.

– Ты задаешь вопрос, я отвечаю. Честно, как есть. Но…

– Но?

– Затем вопрос задаю я. Один вопрос – один ответ.

– Думаешь, это поможет мне тебя нарисовать?

Думаю, это поможет наконец расставить все точки над «i».

– Вот и проверим.

– Вадим, – выдыхает она мое имя, – сейчас почти час ночи.

– Да, но, как видишь, мы оба оказались здесь, несмотря на позднее время.

– Ладно, – соглашается Лера. – Но я об этом еще пожалею.

Точно пожалеешь, не сомневайся. Но это нужно мне. Сейчас или никогда.

– И сколько будет вопросов? – спрашивает она.

– Давай три.

– Хорошо. Я первая же? – Киваю, и Лера, не думая, задает первый вопрос: – Почему ты исчез два года назад?

Что, прям вот так сразу? Ну хорошо. Возможных ответов много, и лишь один правдивый. И я сам обозначил правила, сам подошел к краю этой пропасти и сделал шаг.

– Потому что ты начала встречаться с Мишей.

– И что? Что это изменило?

Слишком рано.

– Это уже второй вопрос.

– Ты серьезно?!

– Вполне.

– И как тогда мне это поможет тебя понять?! – фыркает Лера.

– Хорошо, что у тебя есть еще целых два вопроса, да? – подмигиваю ей. – Моя очередь. – Я уже давно сформулировал то, что хочу у нее спросить. – Почему ты решила переехать к нам?

– Потому что здесь хороший институт.

Брехня.

– У вас тоже полно вузов ничуть не хуже нашего.

– Ты спросил, я ответила.

– Да, но мы договорились отвечать честно, а ты явно врешь.

– А ты теперь решаешь, вру я или нет?

– Ты бросила парня, семью, друзей ради того, чтобы учиться в моем вузе, хотя могла спокойно поступить в своем городе. Так что да, у меня есть основания предполагать, что сейчас ты не совсем честна. Так почему ты решила переехать?

– Потому что скучала по тебе, идиот. Потому что думала, что если буду жить у вас, то все снова станет как раньше. Доволен?

– Вполне.

На самом деле я не просто доволен. Я очень доволен. Лера бросила все ради меня. Бросила Мишу ради того, чтобы быть рядом со мной. Пусть неосознанно, но она зациклена на мне ровно так же, как и я на ней. Это именно то, что я хотел услышать.

– Окей. Ты уже решил, когда переедешь?

– Ну, до Нового года я уже не успеваю, до сих пор жду камень для столешницы, который вы мне с Александрой выбрали, но в январе планирую. А что?

– Да так, – отводит глаза девушка.

– Почему ты просто не можешь сказать, что тебя это расстраивает?

– Потому что обойдешься.

– Ну, ведь ты не хочешь, чтобы я переезжал?

– Секунду назад ты был в этом уверен.

– Хочешь, переезжай со мной. Тем более ты сама участвовала в создании этого дома.

Не шучу, я правда очень хочу, чтобы она согласилась.

– Чтобы каждый день слушать чьи-то стоны за стенкой?

О, мы все же вернулись к этому вопросу.

– Почему же сразу каждый? Вообще-то это было всего раз. И обещаю, если будешь жить со мной, никаких гостей.

– Какие жертвы! – фыркает Лера.

– Все ради тебя, – подмигиваю ей. – Но я серьезно, больше никого. Так, теперь снова я. Почему ты решила нарисовать меня сейчас?

– Если я скажу про день рождения, опять уличишь меня во лжи?

– Именно.

– Я сама не знаю почему. Не спалось.

Нет, так не пойдет.

– Ты могла поскроллить ленту, а вышла сюда.

– Как же ты невыносим!

– Ага, слышу это постоянно. Но сейчас речь не обо мне. Хотя нет, все же частично обо мне. Так почему ты решила меня нарисовать? Почему сейчас? Сколько лет дружим, а ни одного моего портрета.

– А с чего я должна была рисовать человека, которому на меня плевать?

Сейчас я вижу в ее глазах боль и обиду.

– Мне никогда не было на тебя плевать, что за бред!

– Ты просто пропал. Не поговорил, ничего не объяснил, просто исчез, и все. Что еще я должна была чувствовать?

Неужели ей было настолько плохо?

– У тебя же был Миша.

– Да какая разница?! Мне нужен был ты!

Я хотел услышать именно это, хотел, чтобы она это произнесла. Но теперь почему-то вместо облегчения чувствую злость на самого себя. Я был ей нужен. И я ее оставил.

– А сейчас что изменилось? Простила?

– Это второй вопрос, Вадим.

Да блин. Сам себя загнал в эти рамки. И она, конечно же, подловила. А я ведь только нащупал. Ну окей.

– Получается, по последнему?

Девушка кивает и задает третий вопрос:

– Это обо мне ты здесь летом говорил Эле?

Так, а вот это еще как всплыло? Эля, блин, а еще меня в школе болтуном называла.

– Допустим, – отвечаю уклончиво.

– Не допустим, а да или нет, – говорит девушка.

Ух ты! А мы, оказывается, и так умеем.

– Да. Я говорил о тебе.

Черт.

– То есть ты исчез, когда я начала встречаться с Мишей, и тот человек, с которым ты не можешь быть, – это я, – тихо произносит девушка.

– Да. Это всегда была ты.

Ну вот, я сказал это. Я наконец-то ей признался.

– Почему ты не сказал мне тогда? – спрашивает Лера.

– Когда? Когда ты сказала, что встречаешься с другим? Как ты себе это представляешь?

Лера молчит, задумчиво глядя на темное море. И от этого молчания становится невыносимо.

– А если я скажу, что в ту ночь я не хотела говорить тебе о Мише первая, потому что до последнего ждала, что ты сможешь увидеть во мне не только подругу детства? – говорит девушка.

Невидимый удар кулаком под ребра. Самый болезненный удар, который мне когда-либо приходилось ощущать.

– Что ты сказала? – нервно переспрашиваю ее.

– Что у тебя остался последний вопрос, – тихо отвечает Лера, смущенно смотря в сторону.

Да, я помню. И я точно знаю, что спросить.

– Что ты скажешь, если я сделаю это?

Встаю со стула, беру Леру за руку и помогаю ей подняться. Чай из стакана почти полностью выплескивается на мою толстовку, но я не обращаю на это никакого внимания. Лера в моих руках – и сейчас важно только это. Наклоняюсь и целую ее, придерживая двумя руками за талию. Я мечтал об этом, но даже не думал, что это произойдет именно так: на берегу моря под звездным небом после такого сумасшедшего дня рождения.

От нее все так же пахнет ирисками, а мне все так же срывает голову от этого аромата. И от ее мягких податливых губ. И от ее теплого дыхания на моем лице.

Я целую ее и этим поцелуем стираю все те годы, когда не мог этого сделать, когда смотрел на нее и мечтал прикоснуться. И самое главное – Лера начинает мне отвечать. Рычу и прижимаю ее к себе еще сильнее. Моя. Моя мартышка.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем мы отрываемся друг от друга и снова смотрим друг другу в глаза.

– Наконец-то… – шепчет Лера.

И этого ответа достаточно. Снова обнимаю ее и нежно целую в макушку.

– Кстати, тогда, когда я поцеловал тебя у нас в гостиной, я был абсолютно трезвым, – тихо говорю ей на ухо.

– Ты ужасен! – утыкается мне в плечо Лера.

– Нет, я просто тебя люблю.

Всегда любил.

Content

Лера Деревянкина
Ты моя одержимость

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46